Чудовище Алого Янтаря: Меч

1-1

Старый поезд вильнул на стрелке и окно уборной задрожало. В раковине лежал размокший от влаги листок с надписью: «Не включать, сломано!». Чуть выше на стене висит потрескавшееся зеркало, отражающее в своих осколках бледное лицо с чудовищными синяками под глазами. Длинные красно-пепельные волосы струились по плечам, оттеняемые одним единственным чёрным локоном.

Кай поправил криво завязанный галстук, разгладил мятую рубашку и тихо произнёс:

– «Псина». Отражение ничего не ответило, а он изо всех сил попытался улыбнуться. Покрытое шрамами лицо изуродовал оскал, больше напоминающий рану. Острые клыки блеснули в полумраке.

Наблюдая столь невпечатляющий результат, юноша оттянул мизинцем единственной рабочей руки уголок рта, в отчаянной попытке изобразить искреннюю улыбку. Треснувшее зеркало сию минуту разбилось, усеяв осколками грязный пол…

Тощее тело промяло скрипучую боковушку, острые пальцы проверили наличие громоздкого меча на грузовой полке сверху.

– «…Да где это видано, чтоб снег, да в июле!?» воскликнула женщина полкой ниже.

– «Это ещё чего! Синоптики говорят, что такая аномалия может теперь повториться когда угодно! И повторяться обязательно будет!» прохрипел сиплый собеседник.

– «Небось опять МОР чёй-то намагичил, а мы давай расхлёбывай» опасливо прошептала она.

– «Как пить дать они! Это ж всё с города того пошло… Как его? Дерштадт! Там аномалия какая-то была, а МОРовские её расковыряли. Эх, ни конца ни края бедам в наше время!» громко возмущался мужчина.

Кай повернулся к окну, наблюдая быстро проносящиеся поля пшеницы, усыпанные снегом.

– «М-да» вздохнул он, открывая второй том Тёмной Магии Для Чайников, завёрнутый в подарочную упаковку. На жёлтой бумаге чёрными чернилами выведено: «Может хоть ума наберёшься» …

Длинные волосы растрепал ветер уходящего поезда, а из ноздрей вышел густой сигаретный дым. Лишь один пассажир сошёл на станции, носящей гордое название: «Галисино». Он огляделся, запахнул рваное пальто и направился вверх по заснеженному тракту. В голове витали мысли: «У меня осталось, дай прикину… Три сигареты, пустая банка из-под тушёнки, восемь марок и оторванная пуговица в кармане. Надо быстрее добраться до Виса, он хоть покормит».

Скоро по правую сторону от дороги янтарный глаз заприметил жиденький столб дыма за кустарниками. Наперерез из кустов вышли трое мужчин в поношенных телогрейках, вооружённые садовым инвентарём. Они перекинулись между собой парой слов, внимательней осмотрели приближающегося странника, затем с явным огорчением убрали оружие.

– «Знакомые лица. Как поживаете, уважаемые джентльмены удачи?» махнул рукой Кай.

– «А мы тепереча не разбойники! Мы – стража!» гордо ударил себя в грудь самый низкий.

– «Пограничники!» пискнул широкий лоб с тяпкой.

– «Ага… И в чём заключается ваша работа?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Мы останавливаем всяких подозрительных личностей, глядим по сумкам и берём деньги за проход» проговорил средний.

– «М-м. Ну, если под крылом закона, то и не грабёж…» усмехнулся бродяга.

– «А то! Слыхали, вы нашего управленца гонец. Мол, он вас в дали всякие посылает. Не скажете, чё в мире творится?» развёл руками низкий.

– «Да всё как обычно» пожал плечами юноша, проходя дальше.

– «Слухай, а снег чего идёт-то? И Сёстры Смерти МОРовские как там? Захожий рыцарь всё болтал об этом, да нажрался как кобель, с тех пор и дрыхнет» спросил средний.

– «Если бы знал, то непременно рассказал» выдал хвостатый, поравнявшись с собеседниками.

– «Эх-х, жаль! Ну лады, ходь в деревню, да побыстрее. Тут у нас чертовщина какая-то завелась. На вид бабьё, но прозрачная вся и с ручищами! Поговаривают, что призрак этот девки, удавившейся с соседней деревни» съёжился низкий, положив ладонь на рукоять топора.

– «Буду иметь в виду, спасибо» кивнул юноша…

Кай прошёл мимо сгоревший повозки, рядом с которой вкопали проржавевший знак: «Осторожно, о…». «Что такое «О»? Может опасно?» задумался он.

Ближе к полудню удалось-таки добраться до деревни. Чёрное пепелище припорошил снег, а вокруг кипела работа. Мужчины в фуфайках носили брёвна, другие укладывали их поверх каменного фундамента. Самый молодой, раздевшись по пояс колол дрова для чана с бурлящей смолой. Подслеповатая старуха шептала заклинания, магией укладывая фундамент для другого дома.

– «Эй, чужак!» прокряхтел старик с арбалетом, заприметив красно-пепельного.

– «Ну началось…» шепнул тот, затем, натянув неприятную улыбку, спросил: «Чего вам надо, дедушка?».

– «Этого… Я с тобой в прошлый раз грубоват обошёлся… На взводе из-за пожара был, вот и… Не держи зла, добро?» почесал седой затылок старик.

– «Само собой» кивнул хвостатый, намереваясь продолжить путь, однако внезапно дверь ближайшей избы распахнулась.

– «Эа-ах!» ахнул краснолицый парень в латных сапогах, натирая щёки снегом. «Разит спиртом и одоспешен. Рыцарь» рассудил хвостатый.

Рыцарь утёрся рукавом, вздохнул полной грудью так, что завязки рубашки затрещали, и бросил бодрый взгляд на стоящего напротив оборванца.

– «О. Кто таков?» удивлённо спросил он, разглядывая гротескный меч.

– «Близкий друг владельца сих земель, Висеофа Селия Де Грейлина. Я, пожалуй, пойду» протараторил Кай.

– «А я Сир Де Груа Нерисидский! Слух, меч у тебя рабочий. Сразимся?» потёр ладоши парень.

– «Зачем?» поморщился собеседник. Тощие пальцы сжались в кулак.

– «Как зачем? Я странствую по миру и взращиваю своё искусство меча! Сойдись со мной в схватке, а затем выпьем как братья! Ну а коли струсил, то катись отсюда аки пёс!» рассмеялся во всю грудь рыцарь, поставив руки на пояс.

Красно-пепельный представил одновременно десятки картин смерти юного воина, но тряхнул головой, вовремя одумавшись.

– «Видимо, я пёс» мрачно усмехнулся он, на деревянных ногах зашагав в сторону крепости.

– «Э? Обиделся чтоль? Не бухти, друг! Шутки всё это!» крикнул вслед рыцарь. Ветер поднял снег, кружа над покатыми крышами деревенских домиков…

Вверх, затем у ворот направо, вдоль стены по тропинке до огромной дыры. «Откуда тут отпечатки копыт? Как они сюда бармирога затащили?» пронеслось в голове. Кай не обнаружил никого на входе в крепость.

– «Есть живые?» крикнул он. На клич отозвался лишь один стражник, выглянувший из-под одеяла на лавочке:

– «Эть блеть, ди тсюда!». Страж порядка обмяк, распространяя на всю округу чудовищный алкогольный смрад, а хвостатый, бросив:

– «И тебе не хворать», направился внутрь здания.

Внутри царил холод, который огненный маг совершенно не ощущал. Приглушённые голоса доносились только со стороны кухни.

– «…А я бы для полулюдей организовывал зоны содержания. Если не могут по-хорошему с нами уживаться, то пускай сидят и не отсвечивают!» пылко декламировал мужской голос.

– «Марий Иваныч, это вы всё так говорите, из-за той девки-наёмницы» отвечал хитрый дамский голосок.

– «Я? Вздор! У меня взвешенное и аргументированное мнение на этот счёт» твёрдо отвечал мужчина.

– «Тук-тук. Сантехника звали?» юноша заглянул в кухню, где клювоносый мужчина с отпечатком ладони на щеке вёл ораторскую речь перед двумя тучными кухарками.

– «Ох, ёш…» поправил тот галстук-бабочку: «Кхем. Вы друг господина Висеофа, господин Кайризе? Простите, мы не ожидали столь неожиданного визита!».

– «Ну, я бы мог написать письмо, да полулюди писать не умеют» ухмыльнулся юноша…

Чопорный мужчина постучался в высокую дверь:

– «Господин Висеоф, к вам пожаловал господин Кастлхаузер. Велите впустить?». После секундной паузы изнутри донеслось:

– «Пусть заходит».

Внутри кабинета почти всё осталось как раньше, лишь бумаг на полу стало больше, да рунический обогреватель сиротливо притаился в углу.

– «Кай, напасть ты эдакая! Проходи быстрее, садись!» махнул рукой Висеоф, укутанный в шаль. Рядом со столом сидела неизвестная дама наёмничьей наружности, из чьей спины выходили крылья летучей мыши, а вместо стоп были копыта.

– «Знакомься, эта очаровательная барышня – мисс Лайла Гибельшафт. Она гильдейская наёмница, нанятая мной, дабы разобраться с нашим призраком, но всё это фарс… Ты присаживайся, присаживайся!» дворянин вытащил из-под кружки документ, поставил на нём печать и вручил даме. Та фыркнула, глянув на Кая, после чего молча покинула кабинет.

– «Какая-то необщительная у тебя наёмница» сказал хвостатый, машинально принюхиваясь к новому запаху.

– «А вы все с причудой, надо отметить» усмехнулся Висеоф, откладывая бумаги в сторону.

Друзья молча уставились друг на друга.

– «Боже, как же ты постарел, друг мой» ахнул аристократ, прикрыв рот ладонью.

– «А ты сбрил свои шикарные усики? Зачем, они же так тебе шли…» усмехнулся прохвост.

– «Заметил? Думаю, мне так лучше» кивнул Висеоф, затем спохватился: «Но и сейчас не об этом! Присядь, расскажи, что произошло в Дейрунштадте».

– «Думаю, за это время тебе успели рассказать об этом не один десяток раз» сказал юноша, плюхнувшись на стул.

– «Верно, но я им всем не верю. Хочу услышать всё из уст виновника истории» последовал ответ.

– «Раз настаиваешь» хвостатый бесцеремонно закинул сапоги на тумбочку и начал: «Там было очень много тьмы и женщин» …

Выслушав друга, дворянин достал из шкафчика тёмную бутылку и плеснул тёмной травянистой жидкости себе в чашку.

– «Будешь чай?» спросил он.

– «Чай – нет, а вот от ликёрчика я бы не отказался» произнёс оборванец, вдыхая тонкие травянистые ароматы.

– «Нет, друг мой. Я забочусь о твоей зависимости, как и Кристина. Тебе можно пить только с едой и по чуть» мотнул головой Висеоф.

– «Я не алкаш! Бред… Хотя… Да, ладно, я алкаш. Забей. Действительно обойдусь» махнул рукой красно-пепельный.

– «Что-то странное случилось с тобой в этом городе» собеседник отпил из чашки, сделав задумчивое лицо.

– «Не знаю… Не знаю. Ты лучше скажи, как твоего дядю зовут?» щёлкнул пальцами хвостатый, открыв сумку.

– «Моего дядю? Берцкопф Хайфилдерг. А зачем тебе?» моргал дворянин.

– «Берц… Берцы… Берципцик… Хай… Блин, да это нереально» Кай протянул другу листок с кривыми закорючками: «В городе я нашёл повозку, украшенную геральдикой этого дворянина. Внутри находился МОРовский магический ретранслятор, один из многих. С помощью таких штук над городом поставили контур проклятья».

Висеоф достал пенсне из чехольчика, усиленно вглядываясь в листочек:

– «Кай, молю, сделай что-то со своим почерком!».

– «Могу только в очередной раз сломать все пальцы» демонстративно загнул палец в обратную сторону о щеку воин в обносках.

– «Хм-м… Первая буква – б, это точно. А остальные… Ты сам не помнишь, что здесь записал?» ломал глаза парень.

– «Хто я? Где я? Помню только взрыв в лицо и звон разбитого стекла» язвил Кай.

– «Скажи хоть как выглядела геральдика, друг мой забывчивый!» всплеснул руками дворянин.

– «Что-то… Какие-то завитушки. Пики, червы, листики. М-м… И бело-голубой щит» напряг память огненный колдун.

– «Щит? Это… Это звучит очень похоже на герб моего Дяди! И ты нашёл в его повозке артефакт, причастный к созданию проклятья!?» в шоке снял с переносицы пенсне аристократ.

– «Всё не так просто. Мне попался даже маг, создавший это проклятье. По идее, изначально он должен был наколдовать нечто другое, но в процессе всё пошло не по плану… Также я встретил в городе «наёмников» этого дворяшки. У них была задача снять проклятье с Дейрунштадта» потряс острым пальцем скиталец.

– «То есть он посылал своих наёмников, уже зная, что в городе проклятье… Чёртов старик настолько не хотел отдавать мне город, что наложил на него проклятье, а потом ещё и снять его вознамерился, дабы получить славу избавителя!? Каков наглец! Во имя своей выгоды сгубил столько людей и полностью разрушил инфраструктуру… Ну ничего, город всё равно мой. Только вчера Корона заверила все бумаги. Победа за мной, осталось лишь объявить об этом, восстановить город на правительственный грант, а затем вернуть роду Грейлинов величие!» пламенно протараторил Висеоф, стукнув по столу кулаком.

Хвостатый оглядел запачканные старой кровью берцы и с усмешкой произнёс

– «Как скажешь, Вис. Ну, раз мы опустили все любезности и сразу перешли к делу, то что там с моим лекарством?».

– «Лек? А! Лекарство уже должны были отправить. Посылка экстра-класса, поэтому придёт в течение двух-трёх недель. Как твоё самочувствие?» умерил пыл дворянин.

– «Сойдёт» сухо отрезал собеседник и тут же в голову ударила вспышка боли.

– «Эй, ты как?» его тряхнул за плечо Висеоф.

– «А? Я на секунду выпал из реальности, прости. Так о чём мы?» юноша положил голову на холодную рукоять меча.

– «На минуту… Плохо дело. Я напишу им письмо, чтобы поторапливались, но ты сам понимаешь» утёр вспотевший лоб платочком хозяин дома.

– «Забей. Пока всё нормально» отмахнулся зубоскал.

Внезапно дверь без стука распахнулась. В кабинет вбежал мальчуган лет восьми.

– «Дядя Вис, дядя Вис, у меня в комнате…» оживлённо начал малец, однако заметив грязного посетителя с пустым взглядом, замолк.

– «Гарри, говорил же не влетать так… Что случилось?» спросил Висеоф, излучая напускное спокойствие и статность.

– «Там… Я меч под кроватью нашёл» мальчишка виновато повесил голову, продемонстрировав спрятанный за спиной меч в ножнах.

– «Меч? Ну это никуда не годится. Отдай его пожалуйста дяде Каю, а я пошлю Мария проверить, нет ли у тебя там ещё чего опасного» схватился за голову аристократ.

– «Нет, дядя Вис! Я хочу как рыцарь им побеждать чудовищ!» воскликнул Гарри.

– «Вздор. Ты дворянин, а не рыцарь. Будущий держатель рода Грейлинов! У нашей стражи как раз недостаток оружия и этот клинок придётся им очень кстати» произнёс хозяин дома.

Мальчуган лишь крепче прижал к груди меч.

– «Эх-х… Может хоть дядю Кая ты послушаешь?» вздохнул Висеоф.

– «Вис, ты уверен?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Ему будет полезно послушать того, кто всю жизнь с мечом в руках» отмахнулся собеседник. Гарри перевёл взгляд на красно-пепельного, что, поразмыслив секунду, выдал:

– «Хочешь убивать чудовищ? Так почему бы не попробовать!? Возьми этот меч и подготовься к бою. Устроим… Рыцарскую дуэль. Хоть на своей шкуре поймёшь, что такое – один на один с монстром».

Гарри поднял удивлённый взгляд к закусившему губу Висеофу:

– «Дядя Вис, можно!?».

– «Да, дядя Вис. Можно?» скалился оборванец.

– «М-можно. Но только под моим присмотром» последовал статный ответ.

– «Ура!» крикнул мальчуган, умчавшись прочь.

Двое вновь остались наедине.

– «Что ты задумал?» нахмурился дворянин.

– «Хочу навсегда отбить у мальца желание держать меч в руках. Возможно, в прямом смысле… Кстати, а кто это вообще?» спросил бродяга.

– «Сын сестры. Сейчас в большинстве академий летние каникулы, хоть из-за снега этого и не понять. Сестра уехала в СБД, дабы отдохнуть, а Гарри ко мне отправила» Висеоф убрал пачку документов в ящик стола.

– «То-то он так на тебя смахивает» кивнул прохвост.

– «Ты на что это намекаешь?» напрягся аристократ.

– «А я на что-то намекаю?» хлопал глазами собеседник.

– «Ладно, выбрось из головы» пустая чашка скрипнула на фарфоровом блюдечке.

Парень, укутанный в шаль, встал, накинул серый камзол, и бросил:

– «Давай выйдем на балкон».

– «Смотри свою дворянскую задницу не отморозь. Почки потом ой как аукаются» помещение огласил колкий ответ…

С балкончика открывался прекрасный вид на деревню. Внизу пошатывающиеся стражники копошились перед едва чадящим мангалом.

– «…Жара нет» всплеснул руками один.

– «Альденте!» крикнул другой, переворачивая шампуры.

– «Х*енте! Сам это жрать будешь!» рявкнул первый.

Кай уселся на перилах, а Висеоф устроился в кресле качалке, пробубнив:

– «А эти всё отмечают».

– «Новый год ещё не скоро» подметил хвостатый.

– «Я вчера объявил своей прислуге о присоединении Дейрунштадта. В честь такого события можно закрыть глаза на неподобающее поведение» пояснил друг.

– «А-а… Поминают тысячи погибших людей значит? Понял» хмыкнул юноша.

Кресло скрипнуло, ветер обдал лицо подтаявшим снегом.

– «Я всё не смел спросить, но… Зачем ты начал носить серьги?» спросил Висеоф.

– «Ну и что тебе ответить? Знаешь, по старой морской традиции, если тело вынесет на берег, то нашедшие тебя снимают серьгу и на вырученные за неё деньги устраивают похороны» отвечал Кай, звякнул серьгами. Два кольца, чека и каменное, заметно изменились и переместились с цепочки в левое ухо.

– «Допустим. Помнишь, я тебе в прошлый раз говорил про другую работу» осторожно начал дворянин.

– «Ну, тогда я ещё не побывал в аномальном городе и не снял проклятье, за разборки с которым иные взяли бы не меньше миллиона марок» повёл рукой зубоскал.

– «Ты перегибаешь палку. За миллион можно отстроить огромное имение или вооружить небольшую армию» прикинул Висеоф.

– «Раз там помер сильнейший отряд МОРа, то и твоя маленькая армия сгинет» последовал ответ.

– «И то правда. Но на устранение учинённого тобой погрома потребуется примерно в двадцать раз больше. Это самое минимальное» парировал аристократ.

– «Кхем… Ой. Ну, я парень не гордый. Сойдёмся на том, что я отработал цену лекарства» почесал затылок красно-пепельный.

– «Кай. Мне серьёзно нужна помощь. И в этом деле я могу положиться только на тебя» сделал серьёзное лицо собеседник.

– «Неужели в ход уже пошла лесть? Что же там за задачка… Стать королём Дюрстоля? Жениться на Анне Морт? Убить Тёмное Божество? А может привести мир к абсолютному процветанию? Давай, говночист Кайризе Кастлхаузер к трудовым подвигам готов!» без запала воскликнул Кай.

Висеоф туже укутался в шаль и заговорил:

– «Понимаю твой пессимизм. Буквально неделю назад ты свершил невозможный подвиг. Поэтому я не прошу тебя о том же. Нужно лишь найти моего пропавшего гонца и доставить мне письма».

– «Чудно. Полагаю, это вся инфа, которой ты располагаешь, и теперь я как бармирог буду скакать по всему миру в поисках некого эфемерного гонца? Впрочем, у меня есть опыт поиска столь же эфемерной семьи. Об успехах сего действа ты уже, итак, знаешь» костлявая лапа достала из кармана пачку сигарет. Внутри встретила зияющая пустота.

– «Уместная ирония. Я принимаю её. А тебе бы принять душ. Попрошу Мария всё подготовить» демонстративно зажала нос утончённая особа.

– «Не надо, мне норм. Расскажи лучше, в какую даль мне опять тащиться» мотнул головой раздосадованный курильщик, вдыхающий столь ядовитый для лёгких чистый воздух.

– «К северу отсюда расположилась одна деревенька. Она настолько маленькая, что её нет ни на одной карте. У этого места даже официального названия нет из-за территориальных споров между управленцами. Никто всё никак не может доказать своё право на владение. Лично я зову её Неназванка… В последний раз гонца видели там» повествовал парень.

– «Угу. А подводные камни какие?» прищурился янтарный скиталец.

– «Камни? Пу-пу-пу… Ну… Кхм. Там сейчас вроде как гражданская война людей с полулюдьми и монстр какой-то завёлся» потянул за воротник Висеоф.

– «Прелестно» хвостатый выдохнул облако пара, плавящее снег на подлёте…

Кай и Висеоф вышли из массивных дверей на улицу. Краснолицый стражник только закончил расчищать круглый пятачок земли от снега. Здесь уже ожидал юный Гарри в компании деревенского рыцаря.

– «Сир Висеоф!» оживился рыцарь, узрев хозяина крепости: «Я прослышал о дуэли между вашим племянником и этим захожим оборванцем. Имя мне Сир Де Груа Нерисидский, и я не могу допустить такого! Я буду сражаться от имени мальчика!».

Друзья переглянулись.

– «А меня ты спросить не забыл?» прищурился красно-пепельный.

– «Ты отказался от дуэли со мной, но вызов мальчишке бросить не побоялся. Воистину пёс, не достойный никаких слов!» воскликнул рыцарь.

– «Сер рыцарь, я же только просил показать пару ударов» шепнул Гарри.

– «Груа… Де Груа? Короч, Нерисидский. Это только между мной и пацаном. Не по-рыцарски вмешиваться в чужие дуэли» отвечал юноша.

– «Я не могу пройти мимо несправедливости. Ты сразишься с мальчиком только через мой труп!» ударил себя в грудь доспехоносец.

– «Ну, это… Стой. А чё, насмерть что ль?» янтарные глаза загорелись.

– «Ежели ты желаешь умереть, то да» задрал нос рыцарь. Кай через силу одёрнул себя и проговорил:

– «Ай, да не, не очень».

– «Тогда сразимся на не летальном оружии. Где здесь тренировочные мечи?» огляделся Нерисидский.

– «Эх-х… Гарри, смотри внимательно, каково это, держать меч в руках» бродяга схватил с заснеженного верстака ручку от топора, а вторую кинул противнику.

– «Верно! Наблюдай за триумфом справедливости внимательно!» кивнул рыцарь, подобрав дрын.

Ветер растрепал алую шевелюру.

– «Начали!» рявкнул стражник, махнув шампуром со сгоревшим шашлыком.

– «Защищайся!» прокричал Нерисидский, рванув вперёд: «Стиль меча ордена бойкого баклана!». Кай подцепил оружием снег, запустив в лицо противнику. Удар. Рыцарский хребет затрещал под напором промасленной древесины.

– «Ах!» он завалился лицом в снег, затем вскочил и воскликнул: «Нечестно! Ай… Ты смухлевал».

– «Я победил» пожал плечами зубастый индивид.

– «Нет! Сражаемся до пяти касаний» мотнул головой рыцарь, придерживаясь за бок.

– «Но ты уже помер. Я разрубил тебя пополам» почесал подбородок собеседник.

– «Это бутафорское оружие» прокряхтел противник…

Рыцарь поцеловал усеянный рунами медальон и вокруг шеи возникло эфемерное кольцо света.

– «Начали!» стражник махнул опустевшим шампуром.

– «В этот раз ты от меня так просто не уйдёшь! Нападай!» встал в защитную стойку Нерисидский. Красно-пепельный молча вытаращился на него, пожирая пустым взглядом.

– «Я сказал нападай!» прокричал противник.

– «Зачем?» спросил юноша.

– «А? Как это зачем!? У нас поединок!» впал в ступор парень.

– «Знаешь, я считаю, что насилие – зло. Не решают взрослые люди свои конфликты насилием» нарочито медленно произнёс оборванец, между словами резко запустив ручку топора в ветку над рыцарем. Того с головы до пят обсыпал снег.

– «Уа-а!» он выпучил глаза, пытаясь вытащить снег из-за шиворота. Выдернувший доску из штакетника Кай моментально подскочил, нанеся удар по шее. Ещё один замах, глаза загораются, а грудь наполняет чернота…

Взмах крыльев. Рядом с упавшим рыцарем приземляется синичка, своими крошечными глазками внимательно изучая красногривого. Маленькое пёрышко подхватывает ветер, цепляя за пуговицу рваного пальто, будто локон вырванных волос.

– «Эр-ргх…» прохрипел он, унимая ярость. Помятая деревяшка отлетела в сугроб.

– «Укх…» просипел рыцарь, скрючившийся на снегу.

– «Итак, Гарри!» красно-пепельный обратился к забившемуся в угол между сараями мальчугану: «Сейчас ты наблюдал отличный пример боя между тем, кто умеет сражаться и тем, кто умеет убивать. Для охоты на чудовищ не нужен меч… Урок усвоен?». Гарри кивнул.

– «В таком случае, шуруй учить уроки. Или чё у вас там? В общем, иди отсюда. Хотя можешь пообщаться с Нерисидским – много интересного расскажет, если найдёт свои зубы» ухмыльнулся негодяй, направившись к Висеофу…

Дворянин залил в чай ликёру, развалившись за своим столом в тёплом кабинете.

– «Ну вот. Опять запачкал мои полы кровью» поёжился он, наблюдая как с тощих костяшек товарища капает алая жидкость.

– «Звиняй. Не знаю, где запачкался» тот вытер руку о пальто, отцепив от пуговицы пёрышко.

– «Ничего, Марий уже привык… Тяжко тому рыцарю, ещё долго не сможет совершать подвиги. Неужели ты хотел так же проучить моего племянника?» нахмурился Висеоф.

– «Я хотел припугнуть паренька. Максимум стукнул бы по башке изъятым у него мечом. Но рыцарь открыл множество возможностей для устрашения» последовал ответ.

– «М-м. Мужчина должен быть силён духом, а дух закаляется именно в таких ситуациях. Однако, надеюсь, что он не проболтается матери, иначе она возьмётся за мою закалку» отхлебнул аристократ.

– «Ну, это уже не ко мне» отмахнулся Кай.

– «К слову. Пока смотрел на рыцаря, вспомнил кое-что… Как у тебя дела с Габриэлем?» пристально глянул Висеоф.

– «Габриэль…» хвостатый криво ухмыльнулся, переведя тоскливый взгляд на окно. Ветер подхватил медленно падающие снежинки и пёрышко, унося в сторону столицы.

2-1

Самый молодой паладин в истории Церкви Белой Звезды Габриэль Теншлиц, также известный как Светлый Вихрь, разомкнул веки. Он проснулся в тёплой двуспальной кровати с балдахином, осмотрел высокие потолки каменной комнаты и обратил взгляд к настольным часам.

– «Десять утра» тяжкий вздох слетел в благородных уст.

Габриэль закутался в одеяло, встал с кровати, затем упал на колени перед огромным настенным панно с изображением Белой Звезды. Холодный мраморный пол обжог пятки, заставив туже укутаться.

– «О, Белая Звезда, даруй свой свет…» начал он на автомате.

Пока тело извергало буквы, в голове плелись смутные размышления:

– «Приём у Агрестов, потом крещение, успеть на вечерний молебен, переговорить с генералами и… Ах да, епископ Малкор! Он приглашал меня к себе… Как же много на сегодня работы!».

По окончании молитвы в дверь постучали:

– «Отец Габриэль! К вам посетительница. Велите впустить?».

– «Нет, пусть подождёт. Я сам к ней выйду» отмахнулся юноша, снимая ночную сорочку. Большой звёздный крест, усеянный рунами, звякнул на шее. Тонким цоканьем отозвались магические браслеты, по три на каждой руке. Пальцы оказались зажаты тисками колец и перстней, а затем покрыты мягким бархатом перчаток. Вереница пуговиц, накрахмаленный ворот рубашки, белоснежная беговая ряса, поверх массивный плащ с золотой вышивкой.

– «Рано для плаща. Сначала завтрак» Вихрь снял накидку и вышел из комнаты…

***

Вероятно, последний в своём роде маг огня Кайризе Кастлхаузер, также известный как трубочист, за секунду до пробуждения осознал, что погружён в кошмарные грёзы. Он проснулся под стеной в грязной вонючей комнате. Прямо перед ним восседал огромный смуглый мужчина с чрезвычайно волосатой грудью. Тот вдыхал густой кальянный дым через длинный мундштук. «Покурить. Пожрать. В дорогу» мелькнуло в голове.

Красно-пепельный поднялся, смерив окружение чётким взглядом.

– «О, проснулься, бестия!? Ха-ха! Чё, как спальос?» рассмеялся мужчина.

– «Нормально, Брикет. Полагаю, раз я до сих пор жив, то с твоей дочкой всё в порядке?» прищурился юноша.

– «Бестия, ты теперь нам всем брат будешь!» улыбнулся Брикет, сверкнув золотыми зубами: «Ни один не браться за проклятие, и только ты смог! Басима сегодня в первый раз за дольго спала. И проснульясь с губки такие алые-алые».

– «Отрадно слышать. Ну, раз я свою часть сделки выполнил, то теперь твой черёд» кивнул хвостатый. «Фух, пронесло. Даже если бы его дочка и превратилась в неконтролируемого мутанта, то я смог бы выкрутиться через ту лазейку с руническим колье, но… Хорошо, что до этого не дошло» кивнул своим мыслям он.

– «Всё выполню, мост переставлю, пройти дам, только праздник сначалья! Братва уже готовить польяну, там будут все наши» мужчина провёл лезвием кинжала по седеющей бороде.

– «Не хочу тебя оскорбить, но мне реально нужно спешить. Это вопрос жизни и смерти моего друга» нарочито официозно поклонился поднявшийся прохвост.

– «Ну-у… Раз брату твоему нужно помочь, то кто я, чтобь мешать. Скажу дать в дорогу лучшее горло промочить и похавать чисто нормально» Брикет воткнул кинжал в подлокотник кресла.

– «Благодарю» неприятно ухмыльнулся зубоскал…

***

Габриэль спустился по лестнице с гранитными перилами в огромный серый зал, на стенах которого висят дорогие картины. Отсюда он направился в уборную, где из рунического патефона доносилась приятная классическая музыка, а в настенных горшках росла благоухающая зелень. Затем юный паладин прошёл по безлюдному коридору в столовую, где за длинным столом его ожидала громадная фигура, закованная в сияющие доспехи с церковной символикой.

– «Доброе утро» из-под доспехов донёсся тихий женский голос.

– «Угу» неприветливо кивнул блондин, присаживаясь за стол. Он краем глаза заметил прислугу, выжидающе стоящую в полумраке дверного проёма.

– «Вы свободны, дальше я сам» произнёс он, снимая с блюда крышку.

– «Как прикажете, Отец Габриэль!» ответил прислужник, но не сдвинулся с места ни на миллиметр.

– «Эх-х…» вздохнул юноша, разглядывая скромную трапезу, состоящую из каши, жареной птицы, сырной тарелки и графина церковного вина.

Отставив все тарелки в сторону, Габриэль принялся за кашу.

– «Не будешь куролавка?» спросила девушка в доспехах.

– «Уже который год твержу им, что мне хватает одной каши. Бесполезно» отвечал едок.

– «Слышал новости? Говорят, на границе с Ничейными Землями нечестивцы опустошили восьмую заставу» произнесла собеседница.

– «Снова?» серебряная ложка, покрытая орнаментом, зачерпнула серую массу без запаха из тарелки.

– «Да» кивнула собеседница, неприятно скрипнув латами.

Юноша поморщился, прикрыв уши:

– «Фа̀лмес, сними шлем».

– «У меня сейчас Троепятничный пост. Нельзя, чтобы в это время кто-то видел непокрытую голову боевой девы» отвечала Фалмес, кивнув в сторону прислуги.

– «А, эти… Мои слуги – паладины. Идущие на смерть всегда являются исключением из церковных правил» махнул рукой он.

– «Нет. Батюшка наказывал, что нельзя показывать волосы даже паладинам» открестилась барышня.

– «Твой отец, хоть и уважаемый, но простой священник. Может ли он знать больше паладина?» спросил Габриэль.

– «Ну-у…» задумалась она, затем неуверенно отщёлкнула застёжки шлема.

На всеобщее обозрение предстало приятного вида девичье лицо, залитое румянцем. Аномально длинная коса светлых волос упала на пол.

– «Так-то лучше» выдохнул паладин, больше не терзаемый противным скрипом. Он поднёс ложку к губам, когда заметил тот вожделенный взгляд, которым спутница пронзает жаренную птицу на подносе.

– «Хочешь?» Светлый Вихрь придвинул тарелку.

– «Нет, что ты! Нельзя! Пост!» вздрогнула девушка, вытирая латной рукавицей слюну.

– «Можно. Мы идущие на смерть, поэтому сама Белая Звезда даровала нам право вкушать мясо и пить вино. Отказываясь это делать ты пренебрегаешь своим статусом боевой девы?» Габриэль оторвал ножку куролавка, протянув Фалмес.

– «Н-нет, но…» осеклась та, вдыхая аромат мяса.

– «Тогда ешь уже» приторно улыбнулся парень.

– «Да» барышня, неумело пытаясь скрыть чудовищную жажду, набросилась на мясо.

– «Сегодня будет тяжёлый день, и ты, как мой адъютант, должна быть полна сил» довольно хмыкнул он, продолжая трапезу…

***

Кай шёл по главной улице небольшой деревеньки у подножья мрачного поместья. В костлявой лапе сжата сочная шаурма со внушительной шапкой из чесночного соуса.

– «М-м, приятного мне аппетита» он облизал губы, затем в один укус проглотил половину шаурмы.

Впереди высился огромный подъёмный мост через быстро текущую реку.

– «…Крывай!» послышалось со сторожевой вышки, и древняя махина издала оглушительный рёв. С тяжёлым гулом мост обрушился, открывая проход на тот берег, где вокруг заросшей дороги сгорбились чёрные деревья.

– «Эй, дэушка, так это ты собралас в Чёрный Лес?» один из стражников обратился к проходящему мимо красно-пепельному.

– «Ну тип» пожал тот плечами.

– «А! Так ты мужик!?» отскочил как от огня смуглый мужчина с грубой щетиной.

– «Уже не уверен» кольца в чуть заострённом ухе звякнули.

– «Э-э… Лан, хрэн с тобой. Мы нэ просто так эту дарогу перекрыли. Там до ближней дэревни километров тридцать, а в лесу толь СМВшник завёлся, толь лихо. Аккуратно» покачал головой стражник.

– «Спасибо за беспокойство» отвечал едок, заглатывая шаурму целиком.

Позади послышался молодой голос:

– «Бек, а помнишь нам гонцы листовки Трубочиста завозили? Вроде у него похожий дрын был!»

– «Эсли и трубочист, то точно не огненный колдун» стражник покосился на ускорившего шаг Кая…

***

Светлый Вихрь набросил мантию, поправил ножны и вышел в открытую слугой дверь. Пред взором предстал роскошный сад с небольшой открытой часовенкой-беседкой по центру. В нишах под лавочками журчит вода, выходящая из покрытой руническими узорами трубы. Вместе эти ниши образуют узор в форме звёздного креста.

Белый голубь сел на плечо юноше.

– «Лети отсюда, божье создание» осторожно отмахнулся он, полной грудью вдыхая аромат молодых ёлок.

– «Отец Габриэль» со стороны донёсся подобострастный старческий шёпот: «Страждущие жаждут вашего внимания». Габриэль обратил взор к золочёным воротам, за которыми собралась разномастная толпа.

– «И сколько же их сегодня?» обречённо вздохнул помрачневший церковник.

– «Пятьдесят шесть» отвечал старик в белом капюшоне.

– «Ясно» бросил тот, направившись к воротам.

Перед вратами выстроились в шеренгу высокие мужчины в плащах, вооружённые саблями с церковной символикой и арбалетами с декоративным серебряным орнаментом.

– «Благословите, Отец Габриэль!» в один голос на армейский манер рявкнули они.

– «Белая Звезда дарует вам свет» обыденно кивнул юноша, обведя паладинов отточенным до автоматизма жестом.

Толпа активизировалась.

– «Это же Светлый Вихрь!» воскликнул некто.

– «Отец Габриэль вышел!» поддержал другой.

– «Ах, как он прекрасен!» ахнула молодая девушка.

Люди прильнули к воротам, от чего те чуть скрипнули.

– «Спокойно, рабы Белой Звезды! Все получат то, зачем пришли» с обыденным пафосом воскликнул Габриэль…

***

Кайризе Кайстлхаузер поднял глаза к раскачивающемуся на ветке человеку. Вместе с верёвкой за шею висельника цеплялась картонная табличка. «Одет бедно, на теле следы арбалетных попаданий. Похоже, сначала его расстреляли, потом повесили. А что на табличке написано?» напрягал зрение юноша: «Дальше людям ходу нет. Аве Консомния!».

Красно-пепельный почесал затылок, вытащил из-за пояса хвост, расправив его слегка почерневший кончик, и шмыгнул в кусты…

***

Золочёные ворота отворились, и Габриэль под пристальным взором стражи принимал выстроившихся в очередь посетителей.

– «Отец Габриэль, даруйте благословение на путешествие» склонил голову юноша с короткими рожками и копытами.

– «Пусть свет Белой Звезды укажет тебе путь» кивнул Светлый вихрь, возложив руку на рогатую макушку.

– «Отец Габриэль, мой муж страшно пьянствует» упала на колени женщина средних лет.

– «Свет Белой Звезды укажет ему истинный путь. Тебе надлежит дать лёгкий толчок, чтобы он мог разглядеть это прекрасное сияние» махнул рукой паладин.

– «Поняла» шепнула женщина, вытащив из-за пазухи чугунную сковороду.

– «Отец Габриэль, как мне быть?» спросил одноногий мужчина солдатской выправки, опирающийся на костыль.

– «Быть с чем?» напрягся юноша.

– «Я на восточной потерял ногу. Всё, что я умею – воевать, но без ноги не получится. С другими работами не удаётся, люди меня сторонятся, жена с детьми сбежала. Наш священник сказал, что вы знаете ответ, как мне теперь жить» с непривычным для себя благоговейным трепетом пролепетал высокий солдат.

– «Да, я вижу твою тяжкую ношу. Среди церковных братьев ты сможешь найти помощь и поддержку, в которой нуждаешься. Да укажет свет Белой Звезды тебе дорогу до главного отделения Церкви в Нерисидии, и да поможет заполнить формуляр двести двадцать. Вперёд, в сорок первый Крестовый Поход на Ребелбург! Туда берут любого достойного чтителя Белой Звезды, даже без ноги…» отвечал Светлый Вихрь.

– «С-спасибо Отец Габриэль!» упал на колено мужчина, припав лбом к начищенным до блеска сапогам.

– «Ступай с богом, он укажет путь» отвёл взгляд Габриэль…

***

Прорываясь сквозь ветки, Кай заметил движение в кустах. Рывок! Гротескная стальная плита покидает ножны, а из ежевики, сминая ветки, выползает огромный чёрный медведь. Они застыли друг напротив друга.

– «Спокойно миша, я не вкусный» чуть пригнулся хвостатый, дабы казаться меньше. Медведь резко заревел и хотел было броситься вперёд, однако толстый сук упал между ним и добычей.

Бабах! Небольшой взрыв огласил лес, спугнув ворон. Упавший на землю юноша, убрал руку с головы и огляделся. Опытный глаз обнаружил в покрытой снегом траве множество тусклых отблесков.

– «Твою ж мать» выругался он, стоило только заметить прямо перед лицом мину, внешне напоминающую лепесток ромашки, покрытый рунами.

Рядом лежал медведь, прикрывающий передними лапами морду. Он медленно убрал одну, демонстрируя полный страха и шока карий взгляд, не присущий животному. Двое переглянулись.

– «Сука, так ты ликан!» воскликнул Кай. Медведь опомнился и заревел, собираясь подняться, но собеседник прошипел:

– «Лежи, дебил! Ты сейчас нас двоих подорвёшь нахрен!». Зверь замер, бегая одним лишь взглядом по траве.

– «Двигаемся аккуратно, след в след» шепнул скиталец, аккуратно поднимаясь…

***

Изнурённый Габриэль раскинулся на обтянутой бархатом скамейке, созерцая зерновые плантации за зарешечённым окном кареты.

– «Устал?» спросила Фалмес, сидящая напротив.

– «Да. Особенно тот рыцарь, вызвавший меня на поединок… Но ответить каждому страждущему – это долг паладина» отвечал тот, утирая алую каплю с белоснежной перчатки.

– «Тебе надобно будет взять выходной. Море очищает мысли» предложила дама.

– «Нет времени» сокрушался паладин, прислонив ладонь к виску: «Что там у меня по планам?».

– «Открытие банка Бена Лоуза. Он совершил недавно большое пожертвование, и ты должен перерезать ленточку. Вот речь» она протянула аккуратно запечатанный конверт.

– «Дорогие люди… Важный момент… Ля-ля-ля…» вчитывался он в рукописные завитушки: «Да, а ты неплохую речь написала. Как обычно».

– «Свет Белой Звезды направил мою руку» смутилась барышня, отвернувшись к окну…

***

Кай и медведь двигались лесом, аккуратно обступая мины.

– «Миша, смотри куда лапы ставишь!» шикнул юноша. Зверь коротко рыкнул, плавно отводя переднюю лапу от притаившейся среди заснеженной листвы мины.

Наконец двое выбрались на дорогу. Они облегчённо выдохнули, затем резко вспомнили про так и не начавшийся конфликт. Медведь топнул ногой, заняв угрожающую позу.

– «Так, не спеши. Почему ты хочешь меня убить?» спросил Кай, приготовившись обхватить рукоять меча.

– «Эр-р-р… По… Поруруди! Из-за вар-рс в дер-р-ревне опасно! Вздёр-р-рнули Ванько, всё заминир-р-ровали! К р-р-реке не подойти!» прорычал собеседник.

– «Полулюди? Ты про вашу гражданскую войну? Знаешь, я к ней вообще никакого отношения не имею. Меня послал очень богатый дядя, чтобы найти очень важного курьера, и никаких полулюдей я не поддерживаю» открестился бродяга.

– «Не поддер-р-рживаешь?» задумался медведь.

– «Совершенно. С чего вообще начался этот ваш конфликт?» спросил хвостатый.

– «Банр-рда беглых катор-р-ржан порурудей обосновалась в наших лесах. Но в лесах опа-р-рсно, они хотят забр-рать дер-р-ревню! Разбр-р-росали листовки, рассо-р-рили наших. Я защищаю дер-ревню!» выдал зверь.

– «Угу… Хреново» почесал затылок кисточкой хвоста оборванец.

– «Хр-реново! В лесах они, в дер-ревне кайзер-р скор-ро будет. Лучше р-р-развернись!» последовал ответ.

– «Хм-м. Кайзер. Эти сразу пристрелят, как только поймут, что я получеловек. Да и с учётом вашей войны напороться на шальной болт как нефиг делать… Кстати. Я слышал, что у вас монстр какой-то завёлся. Не ты ли тут, уплетая ежевичку, наводишь шухер?» вопрошал красно-пепельный.

– «Нет. Руколом живёт в лесу. По нор-рчам воет. Его боятся и наши и поруруди. Он тихий, крадётся, утягивает во тьму, а потом ломает всё тело по костор-рчке и выпивает глаза как сырые яйца. В дер-ревне два пр-риезжих охотника его ищут» держал ответ косолапый.

– «Прекрасно. Просто супер» нервно усмехнулся хвостатый.

– «Р-развернись назад, пока живой… Пр-рощай» сказал медведь, скрываясь в листве.

– «Висеоф, ты мне торчишь жопу за эту работу» по округе разнёсся тяжёлый вздох…

***

Светлый Вихрь стоял на мраморной лестнице, сжимая в руках огромные ножницы. У подножья перед оцеплением внимала толпа.

– «В этот торжественный день, я рад…» слова автоматически слетали с уст. «Что же мне хочет сказать епископ Малкор?» в голове тянулись размышления.

Рядом, с приторной улыбкой, кивал каждому слову полный мужчина в костюме. Позади высилась громадина в сверкающих доспехах.

– «…И в заключение, банк Бена Лоуза – это честные люди, всегда готовые пойти на встречу достойным чтителям Белой Звезды» закончил Габриэль, небрежно перерезав алую ленту.

Толпа взорвалась ликованием, однако серый глаз заприметил в её недрах подозрительный отблеск.

– «Банк Бена Лоуза – мошенники! Я всё из-за них потерял!» выкрикнул вырвавшийся из толпы всклокоченный мужчина со стеклянной бутылкой в руке.

– «Осторожно!» рявкнул юноша, создав вокруг себя и банкира щит-пузырь.

– «Гори в аду!» мужчина поднёс зажигалку к тряпке, торчащей из горлышка бутылки.

Хруст. Стражники из оцепления осыпают мужчину потоком дроби, обращая его тело кровавой взвесью. Отсечённая рука с бутылкой падает на мостовую, и та катится в сторону лестницы. Опалённая тряпка затухла.

Залитая кровью толпа с визгами разбежалась, а Габриэль снял щит и облегчённо выдохнул.

– «О боже, это же мне клиннинг нанимать придётся! А репутация!? Хотя… Можно вывернуть этот инцидент наизнанку. Надо срочно написать пиарщикам!» схватился за голову мужчина в костюме. Юноша медленно спустился по лестнице, подняв со снежной подложки треснувшую бутыль. Через трещины сочилась маслянистая жидкость. Он вгляделся в мутную жижу. На миг показалось, будто внутри мелькнул эфемерный огонёк.

– «Габи» на плечо легла холодная металлическая ладонь.

– «А!?» очнулся от задумчивости Светлый Вихрь.

– «Подумать только, каков гад! Как он посмел поднять руку на Светлого Вихря!?» прорычала из-под шлема девушка.

– «Не заводись, мир полон еретиков. И каждый почему-то норовит пыхнуть тебе в лицо своим жалким огнём…» он поднял взгляд к небесам. Полуденное солнце пробилось сквозь хмурые тучи, одарив лишь только один силуэт Габриэля кольцом света…

3-1

Кай выпустил из клыкастой пасти сигаретный дым, разглядывая леску на уровне шеи, один из концов которой уходит во мрак переплетений кустарника.

– «Нет, дальше я здесь не пойду» он затушил сигарету, убрав бычок в карман, и свернул с тропы на дорогу.

Посреди дороги обнаружилась инсталляция, являющая собой несколько арбалетов, воткнутых штыками в землю. Рядом валялся мёртвый человек с огромной дырой в голове, судя по позе, ползком пытавшийся выдернуть один из арбалетов.

– «Ладно. По дорожке тоже идти не оч хочется. Но тогда где?» пуще прежнего задумался скиталец.

Во время недолгих блужданий по округе, юноша наткнулся на тело, засыпанное снегом.

– «Надеюсь, хоть труп они минировать не стали» буркнул он, осторожно склонившись. Костлявые пальцы смахивают снег с лица, и под ним обнаруживается гримаса инфернального ужаса и боли. Чешуйчатые щёки исцарапаны, язык откушен и завалился в глотку, а глаза выпиты досуха. Само тело молодого получеловека неестественно выгнуто и изуродовано.

– «Руколом постарался. Хм. Вся экипировка на месте, значит свои его не находили. Поскольку труп лежит на хорошо просматриваемом месте, можно сделать вывод, что полулюди сюда редко заходят или не заходят вообще. Значит скорее всего дальше мин нет. Но есть Руколом… Что хуже? М-м… Мины. Руколом один и его проще заметить, чем присыпанные снегом ПММки» заключил странник, направившись вглубь леса…

***

Габриэль Теншлиц стоял посреди церкви. С глянцевых стен на него глядели сотни возвышенных лиц. Толпа сверлила затылок немигающими взорами. Бородатый священник на руках принёс к алтарю ребёнка.

– «Прошу, Отец Габриэль» выдал старик, передавая дитя юноше. Тот, даже не вглядываясь в лицо малыша, исполнил до автоматизма заученный ритуал подняв в воздух облако белой пыли и нацертав пальцем на спинке звёздный крест. Этого ребёнка забрала женщина в шали, и тут же священник принёс другого…

***

Красно-пепельный присел на верхушке заросших мхом каменных руин, сверяясь с картой. В низине пробежала хромоногая собака, с опаленной мордой. За ней устремились ещё несколько всклокоченных животных с голодными глазами. «Бездомные собаки. Похоже, уже сбиваются в стаи. Надо быть осторожней» подметил хвостатый, спрыгивая с кирпичной кладки…

***

Подвеска кареты скрипела, покуда та неслась по городским улицам.

– «Куда дальше?» Габриэль сполз по бархатной скамейке, ловя потным лицом потоки ветра из приоткрытой форточки.

– «Приём у семейства Агрестов. Юная госпожа приобрела новое платье, нужно сделать комплемент. Там отобедаешь» отвечала Фалмес.

– «Ох-х… Белая Звезда, дай сил!» простонал паладин…

***

Убрав сочный мухомор до лучших времён, Кай услышал шорох в кустах. Он притих, направив раскрытую ладонь в сторону звука, готовясь резко сотворить поток огня. Из кустов выбрались трое полулюдей: старик в очках, чья шея покрыта перьями, шёл впереди, внимательно осматривая землю, за ним плелись двое юношей с собачьими ушами, тащащие громоздкий зелёный ящик.

– «Филь, может привал?» спросил парень, лохматые уши которого висели до самых скул.

– «Да, спину уже ломит!» поддержал второй, чьи треугольные уши стояли торчком.

– «Тащите-тащите, молокососы. Вам полезно» отвечал старик, тросточкой толкнув мокрый листик.

Двое носильщиков врезались в спину впереди идущего, чуть не уронив ящик.

– «Ой, звиняй!» выдал тот, что с торчащими ушами.

– «Друзья мои малообразованные, в этом ящике закрыта ваша смерть. Он не взорвётся, если уронить, потому что умные конструкторы специально позаботились о безопасности таких идиотов как вы, и сделали систему взвода идущей отдельно от мин. Но если вы повредите хоть одну из них, то вас скормят Руколому, чтобы он подольше нас не трогал» вздохнул пернатый.

Внезапно юноша-пёс принюхался к встречному ветру.

– «Эй. Вы чуете?» спросил он.

– «Что ты там опять учуял? Белку?» покачал головой старик.

– «Нет, это не белка» ответил другой, устремив взгляд к кустам, за которыми притаился чужак…

***

Наконец карета прибыла к точке назначения. Первой вышла бронированная махина, следом Габриэль. Огромное поместье, перед которым остановилась карета, было почти невозможно полностью охватить взглядом. Оно стояло за четырёхметровой чугунной оградой в окружении не менее роскошных зданий. Позади, в далёкой голубоватой дымке, высились шпили замка.

Здесь улицы расходились, образовывая собой разновысотные уровни на бетонных и стальных подпорках. Каждый уровень улиц имел свои здания, магазинчики, хитро устроенные сплетения лестниц и рунических труб. В стороне от поместья, над широким техническим озером, в котором некие энтузиасты ловили рыбу, промчался паровоз, обдав чумазые стены дымом.

Габриэль со спутницей прошли мимо выстроившейся в рядок прислуги, выйдя к небольшому садику, посреди которого расположилась открытая беседка. Внутри, за стеклянным столом, восседали две фигуры, окружённые лакеями – женщина в нарядном платье и девочка, на вид лет десяти.

– «Отец Габриэль» учтиво кивнула дама.

– «Миссис Агрест» кивнул в ответ юноша.

Женщина замерла в недоумении, будто чего-то хочет.

– «Ах, да… Простите мои манеры» неохотно произнёс Светлый Вихрь, сняв с руки перчатку и протянув тыльной стороной ладони. Миссис Агрест припала губами к тощей ладони, не видавшей мозолей, и мягко подтолкнула девочку сделать тоже самое…

***

Полулюди небрежно бросили ящик на снег, вскидывая арбалеты.

– «Мины!» поморщился мужчина, слыша, как неприятно звякает содержимое ящика.

– «Вышел из куста!» рявкнул один, передёрнув затвор.

– «С поднятыми руками, чтоб мы видели!» крикнул другой, также передёрнув затвор.

Кай медленно вышел из кустов с поднятой рукой, рассудив: «Если не пристрелили сразу, значит есть шанс подсесть им на уши».

– «Обе руки» прорычал молодой получеловек.

– «После того, как надо мной поработали люди, я счастлив, что могу поднять хотя бы одну руку» трагично изрёк красно-пепельный, нарочито высоко задрав яркий хвост.

– «А… Так ты из наших» облегчённо опустил ствол человек-пёс.

– «Чёрт, помню, как они и меня батогами поругали» оскалился второй, опустив оружие.

– «Вы, кретиноиды, зачем стволы опустили? Вдруг это засланный наёмник…» старик достал из-за пояса обрезанный арбалет, тяжело массируя висок.

– «А, и в правду!» кивнул юнец, подняв ствол.

– «Точняк!» воскликнул другой, задрав оружие.

Хвостатый подошёл на несколько шагов, невзначай встав возле толстого дерева:

– «Слушайте, господа, зачем наставлять оружие на собрата, пришедшего помочь отвоевать то, что по праву принадлежит нам? Неужели, отдав лучшие годы борьбе за права несправедливо приниженной высшей расы, я заслужил болт в лоб?».

– «Складно повествуешь. Но скажи, похожи ли мы… Похож ли я на идиота, чтобы просто так поверить первому встречному?» тряхнул стволом пернатый.

– «Ну, учитывая, что изначально слово идиот имело совсем другое значение, а именно «обособленный», то может быть» словоблуд почесал подбородок кисточкой хвоста.

– «М-м… Вижу, кое-какие знания ты за душой имеешь. Всяко лучше, чем эти два балбеса» старик прищурился, поправив очки: «Но кто ты, и чем можешь быть нам полезен – выясним в лагере. Иди первым, я скажу куда свернуть. И очень внимательно смотри по сторонам, мой красногривый друг» …

***

Габриэль пустым взглядом пронзал чашку крепкого чёрного чая, пока женщина напротив без умолку болтала о чём-то. Внезапно она сделала заинтересованное лицо и спросила:

– «Вы разлюбили чай?».

– «А? Нет-нет, я его просто обожаю. Но только без сахара» встрепенулся юноша, поставив чашку на блюдечко.

– «Вот как. Прошу простить, я прикажу подать без сахара» виновато склонила голову собеседница, затем, хитро улыбнувшись, поинтересовалась: «Юноша. Как так вышло, что вы сегодня даже не взглянули на свою будущую невесту?».

Паладин переглянулся с женщиной, затем перекинул взор на уплетающую пирожные девочку. Та, осознав, что оказалась в центре внимания, быстро отложила ложку, вытерла рот салфеткой, и замерла с ангельски-непосредственным выражением.

– «Машенька, как дела в академии? Все уроки выучила?» скрывая фрустрацию за милой улыбкой спросил Габриэль.

– «Да» скромно кивнула девочка.

– «Молодец» продолжал улыбаться юноша.

Фалмес тихонько кашлянула.

– «Какое прелестное у тебя платьице… Поскенурские шелка?» спросил Светлый Вихрь.

– «Да, Отец Габриэль! А вы разбираетесь в тканях!?» встрепенулась женщина, затем тихонько подтолкнула дочку: «Машенька. Не молчи».

– «Спасибо большое, Отец Габриэль. Мне невероятно приятно ваше внимание» будто мантру с натянутой улыбкой пробубнила девочка.

Миссис Агрест снова осторожно толкнула девочку, со словами:

– «Вы так давно не виделись. Маша сильно подросла за последний месяц, и завела много новых друзей. Прогуляйтесь по саду, она всё расскажет!».

Паладин и девочка без пререканий отправились в прогулку по хрусткому снегу, а дама в доспехах и хозяйка дома остались наедине, тихо перешёптываясь о чём-то.

– «Дядя Габриэль, а почему снег идёт летом?» спросила Маша, склонившись у заснеженных ромашек.

– «Опять зовёшь дядей? Ну, как будет угодно моей юной госпоже» галантно улыбнулся церковник: «Слышала наверное, что Сестёр Смерти больше нет? Синоптики говорят, что снег идёт из-за разрушения аномалии, которую они пытались снять».

– «Но если они погибли, то кто снял аномалию?» задумалась юная леди.

– «Неизвестно» отвёл взгляд собеседник.

– «Я слышала, как прислуга говорила, что-то про прекрасную деву с красно-пепельными волосами. Так похоже на Легенду о Единственной Любви Родушки» щёлкнула пальцами дворянка.

– «Брось эти древние сказки. На свете лишь один бог – Белая Звезда. И пусть её яркий свет направит эту маленькую звёздочку по правильной дорожке» юноша ущипнул девочку за щёчку…

***

Пернатый старик вышел вперёд группы, крикнув в ничем не примечательные кусты:

– «Карсиона Капоя!»

– «Рубь два, рубь восемь» донеслось в ответ. Кай про себя отметил: «Они даже не заставили закрыть уши. Похоже, в случае чего со мной церемониться не станут».

– «Милости просим в наш скромный лагерь» старик раздвинул кусты, пропуская чужака внутрь.

Лагерь являл собой небольшую поляну с четырьмя палатками и костром под навесом из рунического полотна, что рассеивает дым. На дереве в листве караулил частично покрытый зеленоватым хитином получеловек, снабжённый парой дополнительных конечностей в виде длинных острых лапок насекомого. У костра отдыхали воины в рваных плащах-палатках и камуфляжных банданах. У немногочисленных ящиков сновал мужчина, всё пытающийся приладить к потрёпанному дротикомёту сошки.

– «В сторону!» крикнул юноша с пёсьими ушами, обходя товарищей.

– «Несём мины!» поддержал второй, помогая тащить массивный ящик.

Красно-пепельный отпустил комментарий:

– «Что-то нас маловато как-то».

– «И позиции скудны. Просто дело в том, что этот лагерь один из многих. Ты же не думал, что сразу попадёшь в самое сердце нашего сопротивления?» произнёс пернатый, поправив очки.

– «Разумно» кивнул скиталец.

– «Как тебя зовут?» спросил собеседник, жестом приказав нечто одному из воинов в плащах.

– «Моё имя забрали люди, и пока я не верну его назад, смыв боль их кровью, зови меня как хочешь» мрачно изрёк хвостатый. Сидящие неподалёку воины одарили новоприбывшего заинтересованными взглядами.

– «О-о. Я вижу в тебе огонь ненависти к людям. Нам такие однозначно нужны» довольно кивнул старик: «Я – Филимон, глава этого лагеря. Можешь располагаться, но только после небольшой инициации».

– «Инициации?» красно-пепельная бровь выгнулась.

К ногам собеседников рухнула женщина в рваном халате, выволоченная за волосы одним из полулюдей. Её лицо было разбито, по опухшим щекам стекали слёзы.

– «Убей человека, чтобы доказать серьёзность своих намерений» сказал Филимон. Дама всем телом дрогнула, подняв заплывший глаз к лицу юноши…

***

Габриэль трясся в карете, разглядывая улицы за окном.

– «Ты так ничего и не поел?» спросила девушка.

– «Нет» односложно ответил паладин.

– «Вот» она вытянула из массивной сумки свёрток с бутербродами: «Миссис Агрест дала в дорогу».

– «Я не голоден» отмахнулся юноша.

– «Томи томящего тебя…» Фалмес убрала бутерброды обратно.

После небольшой паузы Светлый Вихрь спросил:

– «Куда дальше?»

– «Совещание во дворце. Ты поедешь как представитель боевого отделения Церкви Белой Звезды. От казначейства будет матушка Де Нелиз и ещё пара снабженцев» произнесла собеседница.

– «Ну хоть в замке будет поспокойней» вздохнул он.

– «И не говори!» внезапно вскипела барышня: «У меня до сих пор этот болван, прости господи, не выходит из головы! Да как он посмел поднять руку на…».

Голос девушки постепенно стих под напором строгого серого взгляда.

– «Фалмес. Не престало боевой деве, да ещё и во время поста, злиться на мирское. Обязательно по приезду прочитай вечерний молебен» нравоучительным тоном проговорил Габриэль.

– «Да. Нельзя мне так…» твёрдо заявила девушка, однако чуть погодя прибавила: «…Тот доходяга говорил, что из-за банка потерял всё. Но банк, спонсирующий Церковь, не может обманывать людей, ведь так?».

– «Если тебе так интересно, то почитай про банковское дело» последовал ответ.

– «У нас дома книжек таких нет. Батюшка не разрешает» замотала головой Фалмес.

– «Я возьму в королевской библиотеке специально для тебя» улыбнулся парень…

***

Кай стоял над побитой женщиной, разглядывая порезы и царапины на её мозолистой коже.

– «Убить это?» сорвалось с обветренных уст: «Я всю жизнь оттачивал воинское искусство в сотнях битв не чтобы марать руки о беззащитный шмат человеческого мяса. Я воин, а не палач, и сражаюсь за свободу своих братьев. К тому же слишком расточительно вот так избавляться от пленных. В самом крайнем случае её можно использовать как живой щит, люди по своим стрелять не станут».

– «М-м… Мудрые слова. Но в доказательство своих намерений, можешь ли ты хотя бы отрезать этому ухо?» прищурился Филимон.

– «Если так надо…» оборванец склонился, нарочито заметно принюхавшись, затем с крайне удивлённым лицом спросил: «Стой. Вы, что, трахали это?».

– «Э? Что, прости?» очки старика сползли на кончик носа.

– «Мой нюх не обманешь, слишком много людской жестокости я видел… Кому пришло в голову опуститься до уровня низшей расы, продав свою благородную кровь ради сиюминутного удовлетворения потребностей?» сурово глянул красно-пепельный.

Филимон обернулся к двум юношам-псам. Те застыли у минного ящика, трусливо поджав уши.

– «Почему новоприбывший докладывает мне больше, чем два наших главных нюхача за всё время? Вы специально утаили это!?» с нажимом спросил пернатый.

– «Э-э… Нет» мотнул головой первый.

– «Не специально» поддакнул второй.

– «Так значит утаили всё-таки» заключил Филимон.

Дуэт переглянулся.

– «А не вы ли это были, друзья мои одноклеточные?» спросил главарь, массируя ноющие виски.

– «Нет, как можно!» открестился первый.

– «Нас Осип чаём угостил тогда, вот мы на посту и задремали. Не знаю, что там происходило, пока спали!» пропищал второй.

У костра вскочил высокий получеловек, напоминающий карпа:

– «На меня не валите всё! Вы тогда сами пузырь за это дело стребовали!».

– «Да Филь, врёт он всё!» воскликнул человек-пёс.

– «Реально!» кивнул другой.

– «Тишина!» рявкнул пернатый: «Что за балаган… Вы понимаете, что позорите меня перед новоприбывшим!? Где ваша субординация? Вы воины или огородный сброд!?».

Полулюди затихли, в то время как красно-пепельный с неприкаянным лицом созерцал происходящее.

– «Вы двое… С вами я потом отдельно разберусь. А ты Осип, объяснись» сотрясал пальцем главный.

– «Ну… Это… Мы когда ещё в деревне жили, Олька меня обижала очень. Унижала по-всякому… Притесняла мои права, во! А сейчас, когда она к нам попала, я решил восстановить справедливость» пояснил получеловек с рыбьей чешуёй на лице и круглыми глазами.

– «То есть наша пленница тебя, дурака, игнорировала, пока вы были соседями, а сейчас ты решил оторваться…» приложил ладонь ко лбу старик: «Во-первых, это нарушение санитарии. Кто знает, чем этот кусок может болеть, а ты его… Ух. Во-вторых, это нарушение субординации. Я не давал команды для совершения действий, которые ты совершил. В-третьих, своими действиями ты оскорбил наше движение. Мы – не просто кучка озлобленных на людей селюков, мы борцы за расовую справедливость! Связать и под надзор. Вечером Руколом будет сыт».

Человека-карпа связали и увели, а побитую даму небрежно утащили обратно за палатку.

– «Прости. С этими болванами скоро все перья выпадут» промокнул лоб платочком Филимон.

– «Бывают и не такие кадры… Слышал я, что у вас тут монстр какой-то завёлся» аккуратно начал красно-пепельный.

– «Да, Руколом. Вечером скормим ему Осипа. Пока он сытый, то нас не трогает, поэтому приходится периодически скармливать пленных или вот таких дегенератов» отвечал старик.

– «А вы бы не хотели решить с ним проблему раз и навсегда?» поинтересовался прохвост…

***

Габриэль сдал под роспись свой богато украшенный палаш и сапоги усатому стражнику, натянув на ноги мягкие тапочки.

– «Господин Светлый Вихрь, встаньте ровно. Таковы правила» обыденно произнёс страж порядка, проводя складным руническим устройством, что отдалённо напоминает серп, по телу церковника. Когда металл коснулся груди, руны резко вспыхнули.

– «Это звёздный крест» юноша достал из-под воротника массивную цепочку, продемонстрировав стражнику.

– «Чисто. Добро пожаловать в королевский дворец Дюрстоля, и простите за доставленные неудобства» учтиво, но с достоинством поклонился мужчина.

Светлый Вихрь вышел из маленькой комнатушки, где встретил спутницу, почти одновременно распахнувшую другую дверь. Она была облачена в длинную белую рясу. Лицо под капюшоном дополнительно скрывала тонкая тканевая маска без прорезей для глаз, а вокруг шеи сомкнут толстый ошейник из серебристого металла.

Габриэль удивлённо оглядел Фалмес.

– «Слава Белой Звезде, что хотя бы на тебя они не нацепили магический подавитель» отметила она.

– «Побоялись статуса. А по тебе, вижу, прошлись, не щадя… Сегодня наверху собрались важные гости и весь замок как на иголках» бросил юноша.

– «И ты – один из этих гостей. Пройдём наверх, негоже Церкви приходить последней» кивнула барышня…

***

Филимон внимательно оглядел Кая с ног до головы:

– «Охотишься на монстров? Действительно, а зачем ещё нужен такой крупный меч. Но где капканы? Где зелья, где цепи, где твой арбалет в конце концов?»

– «Я отношу себя к охотникам на монстров новой школы. У нас свои методы» отвечал тот.

– «Вот как. Мне, если начистоту, совсем не интересно, как ты убьёшь монстра. Я хочу получить его голову по вменяемой цене» выдал старик.

– «На счёт цены не переживай. Ради общего дела сделаю всё бесплатно. Только приберегите мне место в палаточке» неприятно улыбнулся бродяга.

– «Замечательно! Значит договорились. Того олуха с собой возьми, может в качестве приманки сгодится» собеседник указал на связанного человека-карпа.

– «Обязательно. Кстати, а как скоро сюда явится Железный Кайзер? Он же ведь определённо придёт» хищно облизал клыки красно-пепельный.

– «Неизвестно. Лично от себя скажу, что со дня на день, брат» вздохнул пернатый.

– «Угу… По дороге сюда я разминулся со странным человеком, напоминающим гонца. Это не их часом?» спросил юноша.

– «Хм-м… Один из наших что-то говорил про подозрительных гонцов. Он сейчас на миссии. Вроде, посыльные какой-то высокой особы из человеческих кругов. Они толи своего искали, толи… Думаешь, кайзер стал бы посылать деревенским гонцов?» задумался Филимон.

– «Чтобы подготовить почву для своего прихода. Вы ведь ожидаете, что лысики будут уставшие с дороги и возьмут привал в деревне, так? А вдруг они вместо этого сразу начнут полномасштабную экспансию в лес?» изображая на лице крайнюю озабоченность с мёртвым взглядом проговорил Кай.

Пернатый глава лагеря задумался, крутя в руках тросточку.

– «Может быть. Главн… Эм. Мы рассматривали такой вариант, но отбросили его как побочный. А я говорил! И ведь не послушают мудрость вековую никогда…» серые перья вздыбились, а плечи старика подались вперёд.

– «Я попробую что-нибудь разнюхать в деревне по возможности, но ничего не обещаю. Скорее всего, они пристрелят меня ещё на подходе. Придётся побыть скрытным» с героическим видом произнёс словоблуд.

– «Не стоит. Но, если вдруг… Деревенские полностью контролируют спуск к реке у дуба, а мы там всё заминировали. Со стороны главной дороги уже их ловушки и какой-то снайпер. Наш снайпер сдерживает его, но не больше. Единственный вариант – проход через лесные руины. Там ходят их патрули, но при должной сноровке можно обойти. Только как ты попадёшь в эти руины – уже твоя головная боль. У нас есть свой проход, однако это пока тайна для тебя» распылялся мужчина.

– «Принял к сведению» кивнул собеседник.

– «И ещё. Если ты не вернёшься в лагерь край послезавтра, то лучше не возвращайся вообще. Мы друг друга поняли?» бросил пристальный взгляд Филимон.

– «Я не предатель, и вы скоро это поймёте» последовал ответ.

– «Посмотрим… Эй, вы двое! Сопроводите охотника на монстров из лагеря» крикнул пернатый юношам с собачьими ушами.

– «Погоди, Филимон. Те двое же в сговоре с насильником. А вдруг они захотят воткнуть мне нож в спину, чтобы спасти своего дружка?» развёл рукой зубоскал.

– «Что? Мы!? Да никогда!» воскликнул парень с торчащими ушами.

– «Во-во!» поддержал с висящими.

– «Нам в лагере предатели не нужны» мужчина злобно оглядел двух бедокуров.

– «Понял» по лагерю разнеслось тихое шипение с едва уловимыми нотками лукавости…

***

Лифт привёз Габриэля со спутницей на последний этаж высокой башни.

– «Конференц Зал» без эмоций произнёс лифтёр, распахивая дверь. Наблюдая из окон город с высоты птичьего полёта, юноша прошёл к помпезным дверям, что незамедлительно отворились.

Внутри помещения с высокими сводами находился длинный стол, во главе которого пустовало роскошное кресло, почти трон. За столом собрались различного вида господа, все как один в дорогих официозных одеждах.

– «Господин Габриэль Теншлиц, представитель боевого отделения Церкви Белой Звезды» объявил слуга в напудренном парике. Другой отодвинул стул, предлагая юноше присесть. Тот поёжился, усаживаясь на дорогую ткань, и сам придвинулся, игнорируя намерения слуги.

– «Вот наша сегодняшняя Звёздочка и на месте» неприятно улыбнулся тощий мужчина с моноклем и длинными усиками в сером пиджачке.

– «Задерживаетесь, Отец Габриэль» произнесла женщина в белой многослойной рясе, чьё лицо сокрыто капюшоном и маской с изображением Белой Звезды, а на плечах покоится тканевая накидка, испещрённая религиозными письменами.

– «Много работы» строя прелестную улыбку отвечал Светлый Вихрь.

Фалмес молча встала за спиной своего спутника. За спинами некоторых присутствующих точно также стояли грозного вида телохранители.

– «Вижу, королю Регильрозу опять нездоровится. Да хранит его свет Белой Звезды» склонил голову Габриэль, осмотрев пустующий трон.

– «Истинно так» отвечал усатый господин: «Давайте тогда начнём с самого главного, чтобы пораньше отпустить Белого Вихря. В его возрасте я до ужаса не любил подобные мероприятия, однажды даже на дереве спрятался, чтобы не идти».

Большинство пижонов до ужаса фальшиво рассмеялись, остальные натянули острые улыбки.

– «Я вам не нужен на этом собрании?» прищурился Габриэль, сбив светлую чёлку в бок.

– «Напротив, вы – центр нашего внимания. И мы на вас возлагаем огромные надежды. Впустите нашу гостью!» приказал прислуге мужчина в сером пиджаке.

Двери отворились, и в помещение вошла невысокая женщина, одетая на простой манер: рубаха, брюки, сапоги, толстые кожаные перчатки. Её длинные рыжие волосы оставляли за собой почти осязаемый искрящийся шлейф, твёрдая походка напоминала солдатскую. На лице два крупных перекрещенных шрама, а большие глаза цвета чистейшей золотой ржи омрачены недовольством.

– «Не знаю, встречались ли вы до этого. Было сложно её найти после ухода из ремесла… Прошу любить и жаловать – Мари Бернес!» воскликнул усатый мужчина.

Присутствующие трусливо замолкли под пристальным взором женщины. Создавалось впечатление, что он их пугает не меньше огня.

– «Дальше я сама» твёрдо, без лишних эмоций произнесла она, подойдя к недоумевающему Габриэлю: «Ты Вихрь? Хм. Потенциал есть. С завтрашнего дня ты под моим началом».

– «Ч-ч-что?» выпучил глаза юноша.

– «Видите ли» начал мужчина: «Сорок первый Крестовый Поход на Ребелбург – это ваш первый Крестовый Поход. И нам и Церкви выгодно закончить уже эту эпопею со страной монстров, или хотя бы хоть чуть развить свою позицию. Вы будете одним из ключевых козырей, на который все ставят в грядущем противостоянии. Своеобразный супер-солдат… Именно поэтому в преддверии столь важного события мы хотим дать вам наставника, но не простого, а саму Мари Бернес!».

– «Завтра в шесть утра у двадцатого путевого столба. Не опаздывай» выдала Мари Бернес, затем, будто вихрь осенних листьев, спешно покинула кабинет, грубо распахнув двери.

– «М-да… И на что мы надеялись, когда звали её сюда…» пробубнил под нос усач.

Светлый Вихрь оторвал широко распахнутые глаза от дверей, за которыми скрылась барышня, и спросил:

– «Как… Чт… А епископ Малкор знает?».

– «Знает» ласково произнесла женщина в рясе: «И, касаемо вашей сегодняшней встречи… Епископ не сможет на неё прийти, поскольку наносит срочный визит одному благочестивому человеку».

– «Э-э. Хор-хорошо» сглотнул слюну парень.

– «Что ж, на этом можете идти. Проведите это время с пользой» кивнул мужчина в пиджаке.

Покидая зал для совещаний, последнее что услышал Светлый Вихрь было приглушённое:

– «А теперь, касаемо проекта МГ-Четыре…», из-за дверей.

Фалмес приспустила маску, впившись круглыми глазами в спутника:

– «Ты… Ты можешь себе представить? Тебя будет учить сильнейшая воительница севера!».

– «Как же это всё резко… Работа… Епископ Малкор рассказал матушке Нелиз про нашу встречу?» юноша рухнул на лавочку, наблюдая вечерние огни столицы с высоты птичьего полёта…

***

Кай двигался по ночному лесу со связанным получеловеком. В голове крутилось «М-да… Хорошо, что хоть на фарш не пустили. Даже пользу какую-то из этого вынес – в рядах полулюдей есть кто-то, кто слышал про курьера Виса. Если соберусь к ним вернуться, то обязательно расспрошу его. Главное не забыть».

– «Эй…» подал голос пленник: «Друг, мы ж на одной стороне. Отпусти, а? Не скармливай Руколому».

– «Так не хочешь расставаться со своими прекрасными рыбьими глазками? Хе-хе… Ладно, есть у меня план, в котором ты можешь сыграть ключевую роль. Возможно, после такого тебя даже обратно в лагерь возьмут» прикинул красно-пепельный.

– «Правда?» человек-карп просиял.

– «Правда. В какой там стороне деревня?» янтарные очи сверкнули в тёмной лесной чаще…

Листья осыпались на очередную мину, а в самом чёрном и пропитанном тьмой уголке леса хрустнул снег под дорогой лакированной туфлёй.

– «Это будет интересно. Намечается стоящее зрелище, не правда ли?» разнёсся по ветру ледяной голос с нотками надменности.

4-1

Глухая ночь. Низкие топи на стыке с лесом, уходящие вдаль. На верхушке окружённых трясиной руин восседал Кай. Он внимательно осматривал все подступы, а внизу под замшелой стеной мелко дрожал толи от холода толи от липкого страха человек-карп.

– «Эй, брат… Брат, может всё-таки разведём костёр?» опасливо прошептал получеловек.

– «Конечно разводи. Только сперва ответь, что хуже, если к нам на огонёк заглянут кайзеровцы или Руколом?» отвечал хвостатый.

Жирная жаба квакнула, затем прыгнула в тростник. Сверчки продолжили свою тоскливую песню. Красно-пепельный резко перевёл взгляд в сторону, на миг заметив нечто тёмное, плавно скрывшееся за разрушенной стеной. Он выхватил меч, зажав подмышкой, и аккуратно переполз по бетонным балкам в другое место, с которого открывался вид за стену.

За стеной ничего не обнаружилось, только болотная трава, медленно танцующая под ласковыми прикосновениями лёгкого ветерка.

– «Что там?» переполошился человек-карп.

– «Держи ухо в остро» нахмурился дозорный, возвращаясь на прежнюю позицию.

Над топями поднялся гул опускающегося ила, где-то вдали за многие километры истошно прогудел поезд. Рядом с полумесяцем мелькало созвездие звёздного креста, а тёмно-синие облака медленно плыли за горизонт…

Ранним утром двое шли вдоль старой бетонной изгороди.

– «Раньше при ЕФГ, у нас были ещё деревни рядом и дача большой шишки из партии. Федераты рассадили тут повсюду виноградники, да виноград не плодоносил… А после развала на той даче поселился дворяшка, которому достались наши земли. Однажды он просто пропал. Поговаривают, что это лес его забрал… Были ещё несколько, но все сгинули. Со временем лес пожрал остальные деревни, и теперь мы тут одни остались» повествовал человек-карп.

– «Угу. А это что?» спросил красно-пепельный, застыв перед монументальным нагромождением из ржавой колючей проволоки, перекрывшим проход.

– «Ежевика. Ну, во время войны с Мортом сюда шарахнул снаряд, а потом… Морт же трупы воскрешал. Пол кладбища у нас повставало. Бабка рассказывала, что своими руками прабабку, то бишь свою мать, второй раз хоронила… Чтоб покойнички не повскрывали всем глотки ночью, решили скидывать их в воронку, а сверху забрасывать этими… Ну, колючей проволокой в бомбе» покачал головой собеседник.

– «Концертиной? Сколько ж вы сюда их накидали?» почесал затылок бродяга.

– «Сколько надо» издал нервный смешок получеловек…

Спутники остановились на бетонных блоках, перекрывших старую просеку.

– «Тут обойти надо. Мы на дороге такую мину вкопали, что мне аж вспоминать страшно» поморщился человек-карп.

– «Какую?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Ну, такую! Она когда растяжку рвёшь, прыгает и того… Свистит как ведьма» развёл руками минёр.

Хвостатый сглотнул слюну, смерив взглядом ничем не примечательную дорожку. Внезапно до чуткого нюха донёсся смрад мокрой шерсти.

– «Залезь повыше» скомандовал он, запрыгивая на бетонный блок.

– «Ась?» напрягся спутник. Тут же, кряхтя и чавкая, из кустов вынырнула здоровая собака, за ней ещё одна и ещё.

– «Ой, ё!» рыбоглазый быстрее ветра взобрался на стоящее поблизости деревце.

Стая окружила бетонный блок, с рыком устремив голодные взгляды к Каю. Под лапой одного из блохастых созданий хрустнул металл.

Бабах! Забрызганные алым месивом псы трусливо сбежали. Все, кроме одного. Наступившая на мину собака валялась на боку, тяжело дыша. Взрыв не оторвал лапу, он раздробил её в лоскуты, также опалив до чёрной корочки брюхо.

– «Она ж могла большую мину подзорвать!» схватился за голову получеловек, слезающий с дерева. Чуть погодя он нахмурился:

– «Стой. Так это ж Витольда барбос, вон и ошейник его».

– «Полагаю, все эти собаки из вашей деревни» отметил красно-пепельный.

– «Чёрт… Больно же ему, наверное. Может помочь как?» человек-карп склонился над раненным животным.

– «А той женщине больно не было?» оскалился хвостатый.

– «Э-э… Так это… Она ж человек! Люди угнетывают нас, поэтому мы просто отвечаем тем же самым. Сдачи даём, во!» оправдывался собеседник.

– «Ну да. Верно, сказано, брат» Кай замахнулся на умирающую собаку мечом. Из пёсьего глаза выкатилась последняя слеза…

По нехоженной тропе брели двое. Впереди шагал человек карп, под глазом которого сверкал пунцовый фингал, а щетинистые щёки залиты кровью. Позади аккуратно ступал оборванец в пальто и галстуке, чьё лицо туго перемотано грязными бинтами, а сверху натянута старая соломенная шляпа. Вместо уродливой стальной плиты за пояс убрана потёртая сабля.

– «Морду мне можно было и не бить» буркнул человек-рыба, вяло дёрнув связанными за спиной руками.

– «Ещё как надо было, иначе не поверят!» возбуждённо прошептал Кай, для надёжности ещё раз мазнувший по лицу пленника окровавленной перчаткой.

– «Ух-х…» поморщился тот.

– «А ещё пленники без кляпа не ходят. Положи вот это в рот, если начнутся проблемы, то глотай» юноша поднёс к тонким губам спутника кусочек шляпки мухомора.

– «Это ж мухомор, я его везде узнаю!» одёрнулся рыбоглаз.

– «Я охотник на монстров со стажем и разбираюсь в зельях. Если вымочить мухомор, затем пропитать могильным корнем, то он обретёт эффект сонного зелья. Ты его проглотишь, все подумают, что ты помер и выкинут куда-нибудь, а я потом тебя вытащу» костлявые пальцы потрясли грибом перед чешуйчатым лицом.

– «Ну… Э-э… Я не знаю» мялся пленник.

– «Можем вернуться к варианту главного – скормить тебя Руколому» ухмыльнулся зубоскал.

Под языком человека-карпа оказался кусочек гриба, а рот перетянул тряпочный кляп. «Если этот заговорит, то мне скорее всего придётся как-то изворачиваться. Яд мухомора убьёт его за минут десять, уже на третьей он не сможет говорить. Нужно будет потянуть время… Или спровоцировать кого-то. В крайнем случае, за всё время я уже неплохо отточил заклинание дымовой завесы… План – говно, выжить бы» в горячей голове тянулись тяжкие думы…

Хруст ветки. Впереди показался лесной просвет, а за ним мешки с песком.

– «Стой! Руки вверх!» клацнул грубый мужской голос. Из-за мешков показались дула арбалетов.

– «Стою» спокойно ответил прохвост, поднимая руку вверх.

– «Обе руки! И первый шоб поднял!» кричал мужчина.

– «Знаешь… После того, что сотворили со мной полулюди, я рад лишь одной возможности дышать» состроил страдальческую мину юноша.

– «Шо? Руки поднимай, те говорят!» рявкнул мужик, пальнув перед ногами бродяги.

– «Да не могу я, у меня рука как хрен у деда – вверх не поднимется! А у этого руки связаны, он пленённый мной получеловек из леса!» в более простой манере изложил свой пассаж Кай.

По ту сторону насыпи замолкли.

– «Эй, так это ж Осип! Води-к его сюды!» чуть менее напряжённо проговорил мужчина: «И капканы смори нам не попорть, итак на ладан дышут».

– «Хорошо, я иду!» крикнул красно-пепельный, а своему пленнику шепнул: «Веди себя нормально, как учил. Ты – безмолвная жертва, понял? Надеюсь, понял».

Двое, обойдя прикрытые снегом капканы, подошли к точке обороны, куда потихоньку стягивались немногочисленные ополченцы. Отсюда открывался вид на несколько домиков, однако полноценно разглядеть деревню мешали густые заросли сухого винограда, больше напоминавшего терновник.

– «Гляди, точно Осип!» воскликнул полноватый мужичок в простой рубахе и старой армейской каске.

– «И впрямь…» почесал затылок высокий тощий старик с длинной косой светлых волос.

– «Здравствуйте, люди дорогие. Наконец я дошёл!» с наигранным облегчением вздохнул зубоскал: «Вот, по пути поймал гада. Напал на меня из кустов, чуть не покромсал».

Пленник отвёл исполненный едва сдерживаемого ужаса взгляд.

– «Ой, Оська, знали мы, шо ты вернёшься… Думал, можешь так просто у нас начудить, да сбежать? Постыдился бы! Твоя бабка, а потом и мать с нами бок о бок жила, дед Макар, царство ему небесное, ещё ребёнком камешки носил на постройку избы её… А ты вона как с нами? Ух, погоди, щас Митрофан придёт, таких плюшек тобе навешает!» разошёлся тирадой пухлый мужчина.

– «А чаго вы в нашу деревеньку, Неназванку-то притащились? У нас тута война сам настоящая. И в бинтах весь, как эта… Мумья Аль-Добатская!» прищурился высокий старик.

– «Я наёмник, посланный очень влиятельным человеком. Он заинтересован в том, чтобы оказать вашей деревне поддержку, и навести в этом районе порядок. Только он потерял в лесах гонца, собиравшего необходимую информацию для ввода личного войска. Я здесь, чтобы найти оного» уверенно проговорил чужак.

– «Так к нам жеж ужо Кайзер Железный еде…» начал было толстяк, однако получил от товарища арбалетом по голове. Тот проговорил:

– «Да, были тут гонцы, искали своего, но не нашли и сбежали от греха подальше… Видно сгинул посылец на болотах где-то, хотя Ховельфу лучше знать, он с ними болтал».

Внезапно из-за мёртвых виноградников вырвался мощного вида получеловек с каштановыми волосами, кошачьими ушами, усами и хвостом. В его глазах с вертикальными зрачками читалась тревога.

– «Ах ты сукец!» рявкнул он, заприметив человека-карпа. Тот съёжился, бросив взгляд надежды на своего пленителя.

– «Порву!» мужчина с кошачьими ушами засучил рукава, демонстрируя мощные предплечья, покрытые густой шерстью.

– «У вас за спинами получеловек» констатировал Кай.

– «Эт Митрофан, наш плотник. Осип ему избу подпалил, когда убегал» отвечал пузатый селянин.

– «Митрош, не заводись! Нам Оську наёмник живьём притащил, надо ковать железо» на пути здоровяка встал тощий старик.

– «С дороги!» рявкнул Митрофан, отмахнувшись от старика. Он схватил пленника за ворот, одной рукой подняв в воздух.

– «Погодите. Среди вас остались полулюди? А вы не боитесь, что он может быть в сговоре с партизанами?» подметил Кай.

Здоровяк с кошачьими ушами перевёл разгневанный взгляд на прохвоста.

– «Не партизаны, они, а террористы. И я никогда не присоединюсь к этим мясникам» произнёс он, затем в грубой форме поинтересовался у карпа: «Где Оля!?».

– «Оля?» красно-пепельная бровь, покрытая бинтами, выгнулась.

– «Лесные бандюки стащили жену Митрофана» шепнул тучный селянин.

– «Где она, куда вы её увели!?» шипел человек-кот, вырвав кляп изо рта Осипа. «Оля-Оля… Знакомое имя. Уж не её ли наш любвеобильный карасик…» задумался Кай.

Вместо ответа карп пробурчал что-то невнятное, неприятно посмеиваясь. Затем его голова безвольно повисла.

– «А?» Митрофан поставил бедолагу на землю, за подбородок подняв лицо. Зрачки рыбьих глаз увеличились настолько, что за ними не разглядеть белка.

– «Чёй-то с ним?» тучный мужичок схватил арбалет поудобней.

– «Так он под чем-то! Помню у захожих наёмнышей тоже глазищи такие были, когда они отвары свои грибные глотали» произнёс тощий старик.

– «То-то он совсем не упирался, когда я его к вам тащил… Наверное, какие-то боевые стимуляторы» с видом знатока изрёк Кай.

– «К Ховельфу его надо!» воскликнул тучный селянин: «Он в таких штуках разбирается!». В горячей голове пронеслось: «Ховельф… Либо знахарь, либо торчок. Учитывая, что именно он, судя по всему, говорил с людьми Виса, то скорее первое, чем второе. Хотя, чем чёрт не шутит… Надо поболтать с ним».

Митрофан поставил связанного на землю. Тот пошатнулся, чуть не завалившись в бок. Он сплюнул, опустил рукава, и изрёк:

– «Ясно. Я отведу эту гадину к Ховельфу, а вы стойте здесь». Человек-кот оглядел Кая, принюхался, затем выдал:

– «А ты кто? От тебя тянет смертью и полулюдьми».

– «Я наёмник одной богатой особы, которому крайне важно переговорить с вашим старейшиной. А на счёт смерти и полулюдей… Что уж тут, я исключительно долго до вас добирался» неприятно усмехнулся зубоскал…

За виноградной изгородью расположилась деревня. Она стояла на вершине косогора, окружённая чёрным лесом. Внизу текла неглубокая речушка с мутной местами рыжей водой, из которой торчит несколько обломанных сабель. Косогор венчал могучий коренастый дуб, на ветвях которого, будто ёлочные игрушки, висели пустые петли.

Сама деревня являла собой десять изб, окружённых по периметру насыпями и деревянными укрытиями, что содержат множество следов от попаданий. Все ставни плотно затворены, у одиноко стоящего колодца дежурит молодой паренёк в безразмерном бушлате железнодорожника. Он поднял каску, разглядывая чужака своим чистым карий взглядом. Под козырьками хоронятся немногочисленные ополченцы, недоверчивыми взглядами провожающие перетянутого бинтами чужака.

Ветерок поднял в воздух опалённую листовку. Костлявые пальцы схватили её. «Братья, восстаньте и сражайтесь! Люди тысячи лет закидывали нас камнями, загоняли в резервации и не принимали в своё общество. Они лицемерны и неисправимы. Они исполнены страха перед смертью и завистью к нашим долгим жизням, из-за чего пытаются сделать их невыносимыми! Это они пренебрежительно окрестили нас «полулюдьми». Но мы не полулюди, мы выше этих примитивных созданий, грызущихся друг с другом за жалкие крохи. Встань и борись за права Высшей Расы, брат! Встань и борись за своё будущее и будущее своих детей! Аве Консомния!» гласила листовка. Под подписью были изображены упрощённые силуэты двух полулюдей, вскинувших переплетённые руки к небу.

Митрофан постучал в дубовую дверь двухэтажной избы, рядом с которой мирно щипал траву ездовой бармирог:

– «Ховельф, открой! Это Митрофан». Тем временем карпу стало совсем плохо. Он свалился с ног и изо рта пошла пена.

– «Ховельф, быстрей!» человек-кот со всей силы вдарил по двери, от чего крыльцо дрогнуло.

По ту сторону послышался скрежет замков, и в проёме показался древний лысый старик с длинной седой бородой, заплетённой косами, что влачатся по полу.

– «Чаго стряслося?» спросил он, затем окинул взглядом пленника: «О боги, Осип! Няси его внутря скорчее!».

Могучий плотник взвалил человека-рыбу на плечо, широкими шагами пройдя в дом. Под шумок янтарный скиталец аккуратно прошмыгнул за ним.

– «Ложь суды!» воскликнул Ховельф, приставив маленькую деревянную лесенку к стене, чтобы дотянуться до полки с цветастыми отварами. Кай окинул внутреннее убранство плутовским взглядом: «Вот оно какое, шаманское логово. Скляночки, колбочки, корешки… Крис бы понравилось».

– «Чё с ним случилось?» вопрошал Митрофан.

– «Мухоморов обожрался, вот чаго!» старик морщинистыми пальцами набрал в металлический шприц содержимое стеклянной колбочки, а пациент тем временем изогнулся, извергнув содержимое желудка на пол.

– «Ух…» отпрянул человек-кот, осматривая свои запачканные сапоги.

– «Кто ж тобе надоумил-то грибов нажратися!?» охал Ховельф, вкалывая потерпевшему некую смесь.

– «Полулюди» внезапно подал голос скиталец. Деревенские резко обернулись, а он продолжил:

– «Напавшие на меня полулюди были будто в боевом трансе. Некоторые наёмники используют грибные отвары, чтобы не чувствовать боли и страха. Возможно, эти бандиты опаивают своих воинов».

– «Грибные отравы у них, а не отвары! Тьфу…» поджал губу старик, укладывая на лоб карпа мокрое полотенце.

Спустя несколько десятков секунд получеловек обмяк, тяжело хрипя.

– «Ух-х… Пронесло. Жить будет» шаман смахнул с морщинистого лба пот: «Оська-Оська, чёж тя лихо за ногу дёрнуло…».

– «Ховельф, когда он очнётся?» спросил Митрофан, на что собеседник лишь развёл руками, бросив:

– «День али два».

– «Ясно. Надо следить за ним, не то опять подпалит что-нибудь. Я оттащу его к мужикам» человек-кот взвалил на плечо больного, после чего удалился из здания.

Кай и старик остались одни.

– «А тобе как звать?» спросил Ховельф, вытаскивая из шкафа деревянную швабру с сухой тряпкой.

– «Прости, что без приглашения, хозяин. Имени мне матушка не дала, поэтому зови как хочешь» поклонился прохвост.

– «Без имени? Не хорошо это. Ежели без имени, то любой наречь тобе может. А ведь как нарекут, так и проживёшь» покачал головой хозяин: «Я Ховельф Андреич по батюшке».

– «Так ты здесь главный, да?» спросил юноша.

– «Как же грешный человек может оголовным быть? Не быть здесь главным человеку, покуда есть лес…» прошептал старик.

На улице подул ветер, раскачивающий петли чёрного дуба. В крошечное окошко под потолком постучали вишнёвые ветви.

– «Ну да, ты прав. Полулюди чувствуют себя хозяевами в этом районе… Но всё же кто-то должен управлять деревенским бытом. Это ты?» прищурился красно-пепельный.

– «Есть таковой грешок» улыбнулся дед, бросая тряпку в ведро с водой.

– «Замечательно. В таком случае у меня есть много вопросов» ухмыльнулся зубоскал.

– «Чем смогу – помогу. Спрашивай» Ховельф принялся мыть полы от пациента…

Расположившийся на скамейке Кай завершал свой длинный монолог:

– «И таким образом мой наниматель в миг разрешит вашу проблему с полулюдьми. Только мне нужно найти его гонца, сгинувшего в лесу. Есть какие-нибудь наводки?».

– «Ох… Не нужон нам ваш хозяин, знама помощь энта» охал старик, выливая ведро в окно.

– «Думаете, Железный Кайзер лучше? Наслышан я от селян, что скоро он тут будет. А у вас как раз в деревне полулюди имеются…» повёл рукой бродяга.

– «И кайзёр этот трёхпроклятущий нам не нужон» хозяин закинул длинную бороду на плечо, затем упал на колени с тряпкой. Перед янтарным взглядом предстали мозолистые босые стопы, покрытые характерными шрамами от длительных переходов в берцах.

– «Раз не нужен кайзер, то зачем звали? К тому же, проблема сама не решится, если её просто игнорировать» подметил хвостатый.

– «А мы и не звали убивцев энтих, они сами. Я попробую прогнать их, но что может сделать немощный старик… И полулюдьки эти в лесу… Лес скушает и тех, кто плох душой, и кто хорош. Нужно просто время» отвечал собеседник.

– «Руколом, да? Видел я, что он с полулюдьми делает. Страшное зрелище. Вот и полулюдям страшно. В конце концов страх заставит их пойти штурмом на вас. Или ты думал, что они просто будут смирно умирать? О нет, дедушка. Полулюди итак зачастую сильнее людей, а под грибными отварами и исполненные ненависти вперемешку со страхом… М-м-м… Твои «воины» смогут отбиться от такого?» почесал подбородок Кай.

Староста задумался:

– «Да куда там. У нас один Лёнька воевал, вот и сидит на дереве с трубой своею подзорной… Руколом – это беда, но он не лес. На него уж охотятся два охотника заезжих».

– «Дед. Не упирайся, пожалуйста. Мне просто нужно сделать мою работу. То, что ты не хочешь видеть в своей деревне чужую руку – это я понял. Подскажи, где курьер, я заберу нужные письма и навсегда уйду. А к тому времени, как сюда подтянутся люди моего нанимателя, может быть твой лес всех и съест. Или не подтянутся… Посмотрим» костлявый палец поправил чёрные очки на переносице.

– «Грешно оставить не наречённого без помощи, тебя итак жизнь обидела…. Гонец энтот проходил через нас. Я талдычил не ходить в лес, да своенравный тот был. Так и сгинул где-то в чаще… Он хотел дорожку подрезать мимо косого кряжа. Дурак. Там ручей дьяволов текёт, а за него живому нельзя» повествовал Ховельф.

– «А на карте можешь косой кряж обозначить?» Кай протянул карту района.

– «Тоже сгинуть хочешь? Эх-х… Есть ли у тебя близкие, али один совсем?» старик встал с колен.

– «Конечно есть» кивнул зубоскал: «И их нужно как-то кормить. Вот карандашик, поставь метку, пожалуйста».

Староста окинул гостя странным взглядом. Косматые брови выгнулись, а на устах замерла печальная улыбка:

– «Много в тебе горькой крови. Страшно за тебя, милок».

– «Хех… Спасибо за беспокойство, но я и не из таких передряг выбирался. А теперь, будь добр» бродяга призывно тряхнул картой.

– «Вот здеся он. Сторонись аномалий, да медведей наших обходи – зверь умный, в бою не сдюжишь» старик вывел на карте крест.

– «М-м… Люблю аномалии и медведей. Благодарю за содействие!» кивнул хвостатый, устремившись прочь из дома.

Скрип двери. Старая пружина медленно возвращается в изначальное положение.

– «Упаси тебя Родушко от хозяйских лап» прошептал старик, доставая из-под рубахи усеянный перьями катализатор на тонкой цепи. Хлопок.

Кай вытащил серебряные часы, сверившись со временем. Вместо часов, минут и секунд бесноватый механизм начал показывать стороны света.

– «Эх-х… Ладно» вздохнул он, доставая вторые часики.

Между тем из-за угла показалась маленькая фигурка. В глаза сразу бросились массивные рога, торчащие из головы и длинный хитиновый хвост с перемотанным тряпьём кончиком. Девочка тихой поступью начала пересекать улицу, трусливо озираясь по сторонам.

Внезапно ей прямо в лоб прилетел камень, отчего бедняжка с натужным писком упала. Янтарный взгляд проследил траекторию полёта до своры мальчишек, сидящих на ближайшей крыше. Один из них спрыгнул вниз, а девочка принялась уползать.

– «Чё, сучара, не поняла с первого раза!?» выкрикнул мальчуган: «Я, бл*дь дал тебе возможность свалить по добру, но ты ей не воспользовалась и снова сюда припёрлась… Ну, сама виновата!».

В горячем разуме промелькнуло: «Это не моё дело, пускай дети сами разбираются». Кай совершил несколько шагов в сторону главной улицы, мальчуган замахнулся ногой, а девочка поёжилась.

– «Ох-х-х бл…» чрезмерно тяжело вздохнул оборванец, прикусив губу. Он со скрипом, будто несмазанный механизм, развернулся и через силу зашагал в сторону потасовки, мысленно коря себя за каждый шаг.

– «Молодые люди, что за шум?» между девочкой и мальчиком встал зубоскал, стойко приняв пинок в голенище грязного берца.

– «Хули те надо?» грозно зыркнул снизу вверх паренёк.

– «Сам себя спрашиваю… А ты не думал, что бить девочку – низко для достойного мужчины?» спросил Кай.

– «А она не девочка, она унтемренш! Её дружки моего брата в лес утянули! Свали отседа, пока цел!» рявкнул собеседник.

– «Угу. Я тебя услышал» задумчиво кивнул зубоскал, поправив соломенную шляпу: «Во-первых, не унтемренш, а унтерменьш. Во-вторых, не эта девчонка утащила твоего брата. В-третьих, чё ты такое ссыкло?».

– «А? Чё сказал?» встрепенулся мальчуган.

– «Ссыкло, говорю. Полулюди твоего брата утащили в лес, а ты вместо того, чтобы отправиться ему на выручку, бьёшь беззащитных девчонок» усмехнулся красно-пепельный.

– «Я-я… В лесу эти сидят! Чё я туда пойду-то один? Мне мать наказала дома сидеть» стушевался юнец.

– «М-м… «У-у, мне мамочка сказала дома сидеть, а то даст ремнём по попе» … А жопу тебе тоже мать вытирает, ссыкун? Давай, шуруй домой, похвались маме, что кинул камень в девочку. Хе-хе» скалился язвительный индивид.

– «Я… Э…. Н-н-не вытирает мне жопу мама!» молодой голос дрогнул.

– «О-о, что я слышу. Ссыкло щас зарыдает. Чё, мужики, норм с этой размазнёй общаться?» прохвост обратился к сидящим на крыше мальчишкам. Те переглянулись. Один из них указал на паренька, что-то с усмешкой бросив.

– «Иди нах*й!» сорвавшимся голосом прокричал юнец, рванув прочь.

По пути мальчуган врезался в вышедшего из-за угла человека, размазав слёзы по его длинному плащу. Некто проводил взглядом беглеца, затем обратился к красно-пепельному:

– «Да как ты можешь так унижать детей?».

– «Ой, бл… Ещё один рыцарь нарисовался» вздохнул юноша, поправляя бинты на лице. Внезапно в голове промелькнуло: «Стоп. А я его, кажется, знаю…».

Длинная тёмная чёлка, миловидное лицо, массивный плащ, что сильно сковывает и скрипит при каждом движении, за спиной укороченный арбалет, а на поясе вычурные ножны, инкрустированные дешёвой бижутерией.

Молодой гильдиец шагнул вперёд, сверкнув белыми зубами, среди которых затесался один серебряный:

– «Я гильдийский охотник на монстров по кличке Серебряный Клык. Кто ты?».

– «Никто и уже ухожу» отмахнулся красно-пепельный, запустив руку в карман.

– «Довёл ребёнка до слёз и хочешь просто так уйти? Не выйдет, братец» покачал головой брюнет.

– «А как выйдет? Хочешь, чтобы я сплясал?» буркнул бродяга.

– «Что-то я тебя не видел в этой деревне раньше. А не из лесной ли ты братии?» прищурился собеседник.

– «Нет. Можешь спросить у Ховельфа. Я удовлетворил твоё любопытство, могу уйти?» алый галстук колыхнул ветер.

– «Где-то я тебя уже видел» задумался гильдиец.

– «То ты меня не видел, то видел… Эх. Просто я до ужаса клишированный и избитый персонаж, сошедший со страниц дешёвой фантастики. Ты видел мой типаж сотни раз, вот он и кажется знакомым» пожал плечами зубоскал, а лежащая позади него девочка начала постепенно отползать.

– «Эта манера говорить, эта поза, эта одежда… Мы точно где-то пересекались» напрягал память парень.

Внезапно из-за спины послышался мужской голос:

– «Даша!», и к девочке подбежал рогатый мужчина с изуродованным оспой лицом. Та дрогнула, а мужчина продолжил:

– «Говорил тебе не выходить из дома без меня!».

– «Но пап, я хотела отнести маме цветочки!» воспротивилась юная леди, вытащив из кармана сарафана мятые ромашки.

– «Мы потом вместе сходим на кладбище, сто раз тебе говорил!» оскалился мужичок, демонстрируя острые звериные клыки.

– «Кхем… Вам бы повнимательней следить за своим чадом, а то местная ребятня не даёт ей прохода» галантно кашлянул Кай.

– «Опять эти засранцы!? Арг-ргх… Чёрт. Как закончится всё это, надо будет съезжать отсюда… Спасибо» коротко кивнул взволнованный отец, приобняв дочь за плечо.

– «Пошли домой» громко произнёс он, затем шёпотом добавил: «Дома тебя ждёт наказание». Услышав последние слова, девочка обмякла, а в её глазах умерло всё живое. Она машинально обратила пустой взгляд к своему недавнему защитнику, после чего счастливая семья скрылась за поворотом…

Разойдясь миром с гильдийцом, чьё внимание сфокусировалось на фигуристой селянке-Марфе, что в весьма вульгарной манере попросила помочь переставить шкаф у неё дома, красно-пепельный устремился прочь из деревни. Он прошёл мимо колодца, молодой сторож которого договаривался о чём-то с высоким стариком. На пороге покосившегося пепелища точил топор Митрофан, поглядывая в сторону коренастого дуба, украшенного пустыми петлями.

Ветер швырнул горсть снега на капкан в траве, и Кай скрылся за сухими виноградниками.

5-1

Светлый Вихрь очнулся в тёплой постели под пуховым одеялом. Он зевнул, потянулся, оглядел едва занимающийся рассвет за окном, и спустился на колени перед алтарём.

Брюки, рубашка, пальцы скользят по дорогим пуговицам. Плащ подмышкой, шаги по гранитной лестнице эхом заполняют безлюдный зал. Прислуга в дорогих одеждах хоронится по тёмным нишам, немигающими взглядами провожая юношу.

За богато уставленным обеденным столом уже ждала Фалмес в полированных доспехах и парадном шлеме.

– «Доброе утро» без эмоций произносит она.

– «Доброе» со спокойной улыбкой отвечает Габриэль, снимая крышку с овсянки.

– «Готов?» спросила боевая дева.

– «Конечно. Расскажи новости, будь так любезна» безмятежный голос юноши чуть сломался на последнем слове.

– «Есть вести из Дейрунштадта. Группа паладинов «Зелёный» занимается восстановлением церквей этого города. Не знаю, что там происходило, но безбожники не щадили Белую Звезду: один храм сожжён дотла, часовня разрушена руками монстров, колокольня уничтожена взрывом… «Зелёный» также отмечает странные манекены, разбросанные по всему городу, аномальные крики, поднимающиеся над городом с наступлением ночи, и странный… Эм. Горящий велосипед» без эмоций повествовала барышня.

Габриэль поморщился:

– «Нет других новостей? Не про Дейрунштадт…».

– «Хм-м… Это больше, как слух… Говорят, что армейцы поймали поскенурского шпиона где-то под Нишиньевым» произнесла Фалмес.

– «К войне идёт дело… Белая Звезда, направь души восточных безбожников на путь истинный» юноша поцеловал массивный звёздный крест на цепочке, затем спросил: «Ты читала ту книгу, которую я раскопал в королевской библиотеке?».

– «Да, ещё раз спасибо за твои старания» кивнула она.

– «Да что там…» отмахнулся собеседник: «Наверное, даже не открывала эту скукотищу… Я всё понимаю».

– «Нет!» неожиданно воскликнула высокая девушка, вскочив со стула. Она моментально уняла эмоции, аккуратно присев назад, затем чуть спокойнее продолжила:

– «Это не скукота. Я всю ночь читала под лампой, пока батюшка спал. Дошла до восьмидесятой страницы».

– «Правда?» светлая бровь выгнулась.

– «Да. У нас же дома нет таких книжек. Только религиозные трактаты и житие великих святых» пояснила барышня.

– «Вот как… В таком случае я обязательно достану тебе ещё книг» решительно изрёк молодой церковник.

– «Нет, что ты, я не смею просить большего! Боевая дева должна быть скромна и чиста в помышлениях» положила руку на грудь дама.

– «Даже слушать не желаю. Чтение развивает! Проси любую книгу, я во что бы то ни стало её раздобуду!» с серьёзным лицом продекламировал Светлый Вихрь.

Фалмес несколько секунд размышляла, затем робко прошептав:

– «Я… Я… Можно мне, пожалуйста… Ч-что-нибудь про… Л-любовь».

– «Про любовь?» уже без запала переспросил парень.

– «Н-нет, не важно! Не надо любовь, у нас ведь это под запретом» тряхнула головой барышня. В светлой голове занялся диалог: «Боевым девам запрещены любые романтические отношения, и такие книги для них запрещ… Ну… Наверное, не совсем запрещены? Я ведь дал слово. Но запреты… Эм-м… Святые отцы слово в слово не говорили, что боевым девам запрещены поучительные истории с некоторым содержанием романтики. Да, это же как притча!».

– «Не под запретом. Я, как служитель Белой Звезды со стажем, найду подходящую тебе историю» проговорил Габриэль.

– «Э-э… Д-да направит твою руку свет Белой Звезды» вновь почти без эмоций буркнула собеседница, прибавив: «Спасибо».

Закончив трапезу и выбравшись во двор, юноша сладко потянулся. Кто-то из прислуги шепнул:

– «Отец Габриэль, страждущие». Светлый Вихрь бросил потускневший взгляд на золочёные ворота, за которыми выстроилась очередь, чуть раздражённо спросив:

– «Сколько?».

– «Сорок один» последовал ответ.

– «О, Белая Звезда, даруй мне сил!» серый взгляд устремился к небу, где догорали последние звёздочки…

Восходящее солнце осветило розовыми лучами заснеженное поле, что поросло дикой травой.

– «Кучер, тормози» громко произнёс Габриэль, трясущимися пальцами стиснув подол своей рясы. Он неловко выпрыгнул из кареты, следом выбралась бронированная спутница, нацепившая на спину внушительный рюкзак.

У пересечения дорог высился усеянный разными вывесками и рекламой путевой столб. Подле него на скрипучей изгороди восседал невысокий бродяга в простых наёмничьих одеждах, длинном плаще и широкой шляпе с заколотым брошью полем. Его длинные чёрные волосы трепал ветер.

– «Опаздывает?» задумался Габриэль: «Фалмес, сколько времени?».

– «Шесть часов утра» спокойно отвечала спутница, сверившись с карманными часами.

Неизвестный бродяга отхлебнул из стеклянной бутылки с крепко разящей бормотухой.

– «Эй, пройдоха! Ты не видел здесь рыжую женщину?» окликнул его светловолосый юноша.

– «Здесь нет женщин» тихо пробурчал путешественник.

– «А где же она?» шепнул церковник, затем громко проговорил: «Шёл бы ты отсюда, пока свет Белой Звезды указывает путь. Скоро здесь будет очень большой человек».

– «И всё же для кого-то Белая Звезда светит ярче» недовольно проговорил неизвестный.

– «Вздор, Белая Звезда светит каждому одинаково. Иди лучше в храм и покайся о своих словах, ведь ты просто не ведаешь, что говоришь» пафосно расправил плащ Габриэль.

– «Если я уйду, то кто с тобой возиться-то будет?» вымолвил бродяга, подняв шляпу.

Светлый Вихрь отшатнулся, осознав, что всё это время общался с Мари Бернес. Его глаза округлились:

– «Прошу простить мои манеры, я вас не узнал! Вы перекрасили волосы?».

– «Ну как-то так» кивнула дама, сняв с тонкого пальца усеянный рунами перстень. Чёрные волосы моментально окрасились насыщенным рыжим цветом.

– «А-а! Воистину великолепная маскировка!» воскликнул юноша, вскинув руки. Лишённая мозолей ладонь с размаху задела ребристый доспех спутницы, от чего в глазах Габриэля поселились отблески боли.

– «Ай!» он схватился за руку, прикусив нижнюю губу.

Мари Бернес молча наблюдала за сценкой, не дрогнув ни единым мускулом лица. Она отхлебнула из бутылки, взмахнула рукой, убирая стеклотару в треугольное окошко подпространства, затем спрыгнула с изгороди.

– «Уф…» морщился юноша.

– «Габриэль, ты в порядке!?» излишне эмоционально спросила Фалмес.

– «Рука… Болит…» прошипел церковник, наконец взяв себя в руки. Он глянул в сторону Бернес и, прежде чем успел что-то понять, получил чудовищной силы удар в живот.

– «Кха!» гаркнул бедолага, отлетев на несколько метров.

– «А?» бронированная дама обернулась, узрев торчащие из канавы лакированные сапоги товарища: «Габриэль!». Она бросилась к Светлому Вихрю, на ходу подготавливая заклинание, а рыжая дева размяла затёкшее плечо.

Габриэль поднял шокированный взгляд, оглядев кровавую вмятину на животе, затем обильно закашлялся кровью.

– «Держись!» Фалмес сотворила вокруг шеи паладина сразу три эфемерных кольца света, и принялась исцелять рану.

– «Вихрь» тихо произнесла Мари Бернес, нависнув над канавой: «Или как там тебя… Ты почему к бою не готов?».

– «Госпожа Бернес, он не ожида…» начала было одоспешенная дева, однако была перебита:

– «Я не с тобой говорю, девочка. Пусть он отвечает».

Юноша был настолько шокирован, что просто с открытым ртом пялился на рыжую барышню, не в силах ответить.

– «Что молчишь, церковник? Уже сдался?» спросила женщина, сняв шляпу.

– «Госпожа Бернес, никто не сможет говорить с такими ранами, давайте…» вновь начала Фалмес, но опять оказалась перебита:

– «Молчать. Вихрь, ты мужик? Если да, то собери яйца в кулак и ответь мне». Светлый Вихрь хотел было что-то ответить, но при попытке даже сквозь три светящихся ошейника почувствовал нестерпимую боль.

– «Молчишь. Всё ясно…» тяжело вздохнула дама: «Лечи его, затем начнём спарринг. Посмотрим, на что способен малец» …

Рассвет прогорел, а Мари Бернес отставила в сторону пустую бутыль.

– «Я был не готов!» воскликнул восставший Габриэль, расправляя уже не столь белоснежный плащ.

– «Угу» кивнула собеседница.

– «И я просто физически не мог ответить! Я, кажется, почти умер!» продолжал он.

– «Поплачь» сухо изрекла Бернес, закупоривая очередную бутыль: «Если ты кончил жалеть себя, то начнём спарринг».

– «Вы грубы… Что ж, какие условия спарринга?» блондин достал из ножен украшенный рунами палаш с расширенным клинком. В рукоятке сверкал магический кристалл.

– «Нет правил. Покажи на что способен» последовал ответ.

– «Я могу применять магию?» спросил Светлый Вихрь.

– «Я не учитель магии, и тренировать тебя ей не буду. Хотя… Можешь и её использовать, если есть желание» пожала плечами рыжая женщина.

– «Хм-м. Вы не маг, значит и я не буду применять магию. Так будет честно и по-джентельменски» решительно хмыкнул юноша.

– «Делай чё хочешь» закатила глаза воительница.

– «А где ваш меч?» спросил церковник.

– «Он мне не нужен» буркнула она.

– «Тогда и я…» фразу Габриэля прервала Мари:

– «Хватит трёпа».

– «Э-э… Но вы без меча, а я… Что, если я вас случайно раню или даже, упаси Белая Звезда, убью!?» смутился парень.

– «Если так случится, значит мне тебя нечему учить, и я наконец смогу покончить со всем этим дерьмом» женщина перепрыгнула изгородь, направившись в поле.

– «С-стойте, подождите!» искренне не понимая шмыгнул следом Габриэль…

Габриэль заколол чёлку, сверкнув белоснежной улыбкой:

– «Должен предупредить, даже сильнейшему воину севера не стоит расслабляться – я учился стилю клинка у Колнсбергского мастера».

– «Не посрами то, чему он тебя научил» ответила Бернес, встав в боевую стойку.

– «Белая Звезда, храни нас! Отец Габриэль с рыжей бестией. Что же сейчас будет…» роптал кучер, остановивший карету подальше от поля.

– «Свет Белой Звезды направит меч Габриэля» без интонации отвечала Фалмес, перебирая латными пальцами чётки.

Шаг.

– «Начали» сухо бросила Мари Бернес, начав медленно подходить.

– «Именем Белой Бвезды!» Светлый Вихрь встал в боевую стойку. Дыхание и пульс участились, а взгляд серых очей заострился.

Рыжая бестия вяло замахнулась кулаком, когда между ней и противником оставалось около трёх метров. В этот момент она выглядела абсолютно расслабленно и спокойно…

Миг, трава мнётся, а по ушам бьёт свист, и силуэт женщины быстрее глаза срывается с места.

– «Чт… Где?» отшатнулся юноша, после чего получил мощнейшую пощёчину от подскочившей сбоку противницы. Звонкий шлепок разлетелся по всему полю прямо до горизонта, а церковник упал в траву. Его лицо пропиталось агонией, щека опухла, став сочащейся алым гематомой.

– «У-у…» пальцы до хруста стиснули подол рясы, а к глазам подкатили слёзы.

– «Посрамил... Это тебя-то хотят использовать как главный козырь в Крестовом Походе?» закатила глаза Бернес, достав из подпространства бутылку.

– «Э-эфо не ф-ф-фоинсфий уфаф» дрожащими губами пробубнил Габриэль.

– «Хватит мямлить, говори нормально» спирт обжёг глотку воительницы.

– «Э-т-то не… Ух-х…» всхлипнул паладин, придерживаясь за щёку: «В-воинский удар».

– «А, так ты хочешь, чтоб я с тобой как с воином обходилась?» спросила Бернес.

– «Д-да» кивнул он.

– «Нет. Я сделаю вид, будто не слышала твоих слов. Считай это поблажкой. Последней на сегодня» строго произнесла она, буркнув под нос: «Старею чтоль…».

Габриэль кое-как поднялся на ноги, придерживаясь за щёку.

– «Объясни, почему ты так вальяжно стоишь?» спросила противница.

– «А-а?» поморщился блондин, опасливо выставив перед собой клинок.

– «Правильно… Бой всё ещё идёт. Кончай этот цирк, и покажи наконец, чего стоишь» стеклянная бутыль полетела в подпространство.

Светлый Вихрь секунду поразмыслил, затем рявкнул заклинание, и вокруг образовался щит купол. Руки юноши принялись выписывать новый пасс, а Мари шепнула:

– «Говорил, что не будет использовать магию. Вот чего стоят слова церковника».

В воздухе зависли молнии. Рыжие и блонд волосы встали дыбом, а серые глаза сверкнули:

– «Защищайтесь!».

В точку, где секунду назад стояла Мари Бернес, ударили молнии, а сама она отскочила настолько быстро, что глаз не успел толком среагировать.

Руки к небу, с уст срываются слова заклинания. Потоки ветра с корнем выдирают траву, оставляя широкие рытвины. Одновременно с ветром Габриэль запустил вперёд несколько шаровых молний.

Рывок. Мари Бернес застывает в нескольких сантиметрах от мерцающего щита, уклоняясь от всех снарядов. Она прищурилась, разглядывая щит.

– «А-а!?» Светлый Вихрь вскрикнул от неожиданности, судорожно взмахнув руками. Потоки ветра начали поворачивать, а вокруг щита разорвалась молниевая волна, после чего тот взмыл в воздух.

Уклонившаяся бестия могла созерцать парящего над землёй юношу, в раскинутых ладонях которого беснуются энергетические вспышки. «Она вынудила меня использовать полёт, подумать только! Я всегда оставляю его на крайний случай» мелькнуло в голове. Запятнанная ряса колыхнулась, а поле боя резко заполнили сотни молний.

Ветер рвал землю в клочья, поднимая комья чернозёма и грязного снега в воздух. Юноша взмахнул руками, отлетая в сторону. «Да она что, телепортируется!?» пучил он глаза, не в силах попасть по юркой воительнице.

Шаг, шаг, прыжок! Рыжая бестия прыгает на шаткое пугало, попутно совершая глоток из зелёной бутылки. «Чт… Да как она… Она открылась!» спохватился Габриэль, вложив силы в огромный шар молний.

Женщина вытрясла последние капли спиртовой влаги на язык, окинула приближающийся молниевый шар спокойным взглядом, и запустила в высоко парящего противника бутылкой, после чего исчезла из виду.

Щит стойко выдерживает попадание разлетевшейся на осколки бутыли. «Даже бросок бутылки у неё по силе как выстрел из арбалета» отметил юноша, выискивая взглядом противницу: «Но пузырь выдержит любой удар. Она не сможет его пробить, пока не поймёт принцип действия».

До уха донёсся противный скрежет из-за спины. Габриэль обернулся, узрев Мари Бернес, что кулаком пробила щит. Женские пальцы впиваются в потрескавшуюся поверхность, сотканную из света. Усилие. Воительница без экспрессии на лице рвёт щит-пузырь пополам, заставляя его осыпаться мерцающей пылью. «Ч-чудовище» заключил падающий на землю юноша, молнии в руках которого резко притянулись друг к другу и растворились…

Мари Бернес склонилась над телом молодого церковника.

– «Жив?» спросила она.

– «Кх… Ух, ух» тяжело дышал он: «Я… Я продержался пять минут против самой Мари Бернес!».

– «Минуту» разнеслось над полем.

– «Минуту? Да даже так… Против самой рыжей бестии» тяжело улыбнулся юнец.

– «Ну что ж. Значит, навык я не растеряла» задумалась дама.

– «О да, ваши навыки безупречны! Я иной раз даже не мог вас разглядеть» произнёс блондин.

– «…Раз он до сих пор жив, значит я достаточно хорошо контролирую движения» подытожила мысль воительница.

– «Что? Контр… Вы сдерживались!?» выпучил глаза он.

Бернес промолчала.

– «Я думал, что вы сражаетесь в полную силу! Вы игрались со мной!?» повысил голос юнец.

– «Да» отвечала собеседница.

– «Чт… Нет, так нельзя! Так не честно! Я же воин» схватился за голову Светлый Вихрь.

– «Хочешь, чтобы я показала тебе свой максимум?» в золотых очах воительницы блеснул огонёк.

– «Я-я…» стушевался паладин.

– «Ты боишься?» без интонационных выделений спросила барышня.

– «Н-нет! Белая Звезда хранит меня!» тряхнул головой он.

– «Ну, раз твой бог тебя хранит, то и от моей руки убережёт. Или нет?» женщина вытащила новую бутылку спиртного.

– «На бога надейся, но и сам не плошай! Белая Звезда – это не магический щит, который можно поставить перед собой! Её пути неисповедимы» возразил церковник.

– «Значит бог даже своего самого лояльного пса не может защитить. Я поняла» Мари с жаждой припала к горлышку бутылки.

В голове Габриэля занялся диалог: «Богохульство… Почему в таком сильном воине столько ереси? Она оскорбляет Белую Звезду, как паладин я должен пресечь… Но она сильней меня. Что я ей сделаю? Нет смысла даже пытаться. К тому же я ранен и устал. Да, после поединка едва ли треть энергии осталась. И ещё не выспался сегодня. Погода ни к чёрту… Но мой долг! Белая Звезда каждому даёт по силам, значит и мне по силам одержать победу!».

Светлый Вихрь осмотрел собеседницу с ног до головы. Она, будто услышав мысли противника, открыла один глаз. Во взгляде явственно читалась смерть. «Э-э-э… Белая Звезда руководит моей рукой. Если я не дам бой, то значит такова воля Белой Звезды!» резко изменил мнение церковник.

– «Эй, Вихрь. Сегодня у нас была не тренировка, но всё же… Какой урок ты смог вынести?» внезапно обратилась женщина.

– «Урок? Хм-м…» погрузился в раздумья юноша.

Внезапно в глазах погас свет. Перед тем, как сознание утонуло само в себе, до уха донёсся сухой голос:

– «Твой первый урок: бой всё ещё идёт».

6-1

Кай поднял из-под куста засыпанный снегом меч и распушил алый с чёрным локоном хвост. Он залез повыше на кирпичные развалины, поросшие мхом. Отметки на карте гласили, что дальше начинается самая чаща. Об этом же свидетельствовало резкое потемнение и стоящий дыбом хвост.

– «Как-то мне не очень хочется туда идти» бросил юноша, поджигая сигарету. «Да и вообще здесь быть я не хочу. Чует моё чёрное сердце, скоро меня схватят за жопу, если продолжу носиться как ужаленный… Мины, монстры, люди. Снег этот… Снежок» костлявая лапа смела снежную подушку с обломков каменной стены.

– «Но надо. Нельзя подводить Виса. Он так долго грезил о возвышении своего рода, и я не стану рушить мечту друга ради своей дырявой шкуры» отрезал скиталец, спрыгивая с руин.

Красно-пепельный прошёл мимо «Ежевики», пересёк овраг и вышел к топям. Пробираясь вешками, он чуть не оставил сапог в болотах, по пути обнаружив в траве изломанный труп без глаз, что уже пожирали личинки мух.

Грибная поляна с торчащей шляпкой мины у сочного гриба. Впереди пронеслась стая одичавших собак, умчав за насыпь. Заросшая тропинка, усеянная едва заметными на фоне блестящего снега лесками.

Кай был фрустрирован, когда обнаружил в свежем снегу два отпечатка дорогих туфель, к которым совершенно не ведут следы.

– «Чертовщина» сорвалось с уст.

Под откосом мелькнули три фигуры в плащах-палатках, быстро привязавшие к тонком деревцу растяжку. Ветер унёс вдаль запах костра…

Кай весь день брёл по молчаливому лесу. Наконец впереди показался просвет: затянутый туманом кряж высился над студёным ручьём. Каменистый склон венчали несколько кривых сосен, а перед ручьём стоял покосившийся путевой столб. Время стёрло с него любые обозначения, а некогда нахоженная дорога сползла в сторону, изрытая массивными следами.

Хвостатый склонился над следом, изучая его: «Чётко выделяются три пальца. След заглублен на… Примерно три сантиметра. Их оставило что-то здоровое, что ходит на четырёх лапах. Судя по всему, проходило здесь несколько часов назад, и двигалось оно… Туда, куда мне нужно».

Чуть заострённое ухо дёрнулось, звякнув колечками, когда за спиной послышался шелест кустов. Зрачки-плюсики расширяются. Дыхание замирает, а ножны молниеносно покидает огромный клинок. Движение перетекает в замах. Разворот!

Скиталец в последний миг понимает, что из кустов на него уставилась знакомая медвежья морда.

– «Сук…» прохрипел он, меняя направление удара. Хруст! Клинок входит в землю у медвежьей лапы, дробя на части камень.

– «У-э-э…» отпрянул зверь.

– «Ликан, ты чё здесь делаешь!? Жизнь больше не мила?» воскликнул мечник, вытягивая оружие из почвы.

– «Я-р-р видел тебя в дер-ревне» начал ликантроп.

– «И?» сдул чёрный локон с лица скиталец.

– «Ты-р-р за нас или за порурудей?» спросил собеседник.

– «Думаю, всё достаточно очевидно, раз я вам притащил пленника» последовал ответ.

– «У-у… Р-раз так, то я помогу тебе найти гонца! Мужики скар-рзали, что тогда нам твой хозяин пр-ришлёт подмор-ргу» заявил медведь, присев на мохнатый зад.

– «Так староста же не хочет подмогу» красно-пепельная бровь выгнулась, а круглые чёрные очки сползли на кончик носа.

– «Ховельф дур-рак стар-рый! Он ничего не понимает… Нужно ср-ражаться с порурудьми! Они сами никуда не уйдут, а один только кайзер-р заминир-рованный лес не возьмёт. Я зар-рщищу своих др-рузей» прорычал зверь.

– «Друзей? А деревенские знают, что ты оборотень?» вопрошал зубоскал.

– «Нет» буркнул оборотень.

– «М-м… Друзья…» усмехнулся прохвост.

– «Др-рузья!» утвердительно кивнул медведь, слизнув с носа снежинку.

Кай убрал меч в ножны, произнеся:

– «Ну и чем же ты мне можешь помочь?».

– «Я знаю, где др-ругой охотник» отвечал собеседник.

– «Охотник…» задумался янтарный бродяга, вглядываясь в туманные просторы кряжа.

– «Он здесь, р-рядом! Пошли!» мотнул головой ликан.

Разум занялся размышлением: «Идти одному в туманное и по слухам проклятое место, где обитает монстр, известный своей скрытностью… Хм-м».

– «Добро. Пошли к нашему охотнику» кивнул он…

Ликантроп провёл юношу мимо одного из многочисленных лагерей полулюдей к ничем не примечательному пню.

– «Здер-рсь вход в его убежир-рще» прорычал зверь.

– «Интересно, откуда ты это узнал? Ты сотрудничаешь и с другим охотником на монстров?» задумался красно-пепельный.

– «Нет, я пр-роследил за ним из кустов, пока ел мар-рлину» покачал головой медведь.

Юноша осторожно оглядел пень и прилегающую к нему территорию, заметив явно заметённые следы и прикрытую сухим лапником металлическую ручку. «Зачем охотнику на монстров устраивать базу посреди полного полулюдей леса? Пахнет каким-то разводом. Может там мины? Или медведь чем-то накроет люк, когда я туда залезу?» прикинул он.

– «Миш, давай со мной. Как-то не очень культурно без стука заходить в чужой дом – охотник может разозлиться. Вдвоём его будет сподручней уговорить» сорвалось с обветренных уст.

– «У меня одер-ржды с собой нет» последовал ответ.

– «Я тебе одолжу» отмахнулся зубоскал.

– «А сам как? В тр-русах на поклон к охотнику пойдёшь?» спросил зверь.

– «Они у меня длинные. Скажу, что шорты» произнёс скиталец, кивая недочётам в своём плане.

Двое переглянулись.

– «Ладно. Давай просто посидим и подождём, пока охотник сам вылезет. Или залезет…» предложил Кай.

– «Добр-ро» зверь плюхнулся на бок.

– «Ну и наследили мы тут с тобой. Смотри, какие ты здоровые следы оставил» причитал скиталец, утайкой подпалив сигарету…

Вечерело. Красно-пепельный и медведь сидели друг напротив друга за густым кустом. Зверь косился на розовые ягодки, усыпанные снегом, будто сахарной пудрой, а юноша читал Тёмную Магию Для Чайников.

– «Слушай, михаил. Ты же много по лесу ходишь. Что интересного рассказать можешь?» внезапно спросил чтец.

– «А?» оборотень подтёр слюну, оторвав взгляд от ягод.

– «Убери лапы от волчьей ягоды, она для птичек… Что про лес можешь сказать?» фыркнул скиталец.

– «Пр-ро лес? Др-ревний он очень. До всей этой галиматьи тут повсюду звер-рьё обитало, а сейчас ушло вглубь. Только волки остались, с собаками гр-рызутся. И тем и тем голодно очень. Собак больше, да волки матёр-рые. Я с дер-рева видел их драку. Собаки наши дер-ревенские – здор-ровые, волкодавы есть. Помню, они р-р-рычали, лаяли, скалили зубы, мол готовы пор-рвать волков… А волки пр-росто воспр-риняли их не то, что как слабого вр-рага… Волки увидели еду. Они псов жр-р-рать живьём начали, пр-рямо в бою куски отр-рывали» голосил медведь.

– «А какие именно волки? Электроволки, волктоллы, костепсы, кримры?» оживился Кай.

– «Пар-ра сер-рых, обычных, а вожак с костяными нар-ростами по всему телу. Как бр-роня» вспоминал оборотень.

– «Костепёс. Обычно такие серых волков гоняют. Серые – это дно социальной лестницы волков. Они не обитают в одном месте с другими видами волков, поскольку не выдерживают конкуренции. Значит тут мало остальных видов» размышлял в слух собеседник.

– «Я кр-римр-ров давно здесь не видал. Помню, Сашка как пер-рвый раз увидал их пасти, так чуть в пор-ртки не наложил, ха-ха!» было несколько непривычно слышать медвежий смех.

Хвостатый затушил сигарету о снег, убрав бычок в карман:

– «Ну, волки — это конечно хорошо. Однако есть проблемы посерьёзней. Что про Руколома сказать можешь? Ты его видел?».

– «Только однажды» чуть тише начал медведь: «Дело ночью был-р-ро. Я возвр-ращался со своего дозор-ра в дер-ревню. Глядь, в овр-раге кто-то копошится. Пр-рисмотр-релся, а там штука здор-ровая с р-рогами сидит, и вр-родь чё-то жр-рёт. Я со спины видел… Оно р-раз, и на меня как глянет. Темно было, ничего толком не видно. Смотр-рит-смотр-рит, а потом отвор-рачивается и пр-родолжает есть… Я ток потом понял, что это… Ну… Оно порурудя в шар-рик смяло и глаза выгр-рызало».

– «Руколом не набросился на тебя?» прищурился красно-пепельный.

– «Толи жр-рать очень хотел, толи на медведей не кидается. Хр-рен знает» развёл лапами ликан.

– «Хм-м… На кого оно было похоже? Это какой-то гуманоид или больше животное?» спрашивал охотник.

– «Я только р-рожища запомнил. Такие р-раскидистые, как у СДБшных лосей, и во мху каком-то» держал ответ зверь.

– «Мох… Теоретически мох может вырасти на рогах, но только если их редко используют и там достаточно влажно. Однако за всё время я не видел ещё ни одного мшистого лося, а вот покрытых мхом и плесенью некропатов…» юноша почесал кисточкой хвоста подбородок. «Как бы искомый мной гонец не оказался этим самым Руколомом» мелькнуло в голове.

Подул свежий ветерок, среди лесных ароматов которого появился новый – запах крови и цветов.

– «Тихо!» шепнул Кай, замерев в кустах. Не прошло и секунды, как со стороны глухой чащи показался человеческий силуэт. Поверх простой наёмничьей одёжки накинут тканевый плащ с чрезмерно глубоким капюшоном и подвязанными рукавами. Лицо скрывает металлическая маска-противогаз с круглыми глазницами из толстого чёрного стекла и массивным руническим фильтром. Из-под капюшона торчали прямые рожки, а к ноге привязан лапник, заметающий следы.

Сколько бы красно-пепельный ни приглядывался, заметить оружия при необычном страннике он не смог. Это настораживало.

Охотник остановился в нескольких метрах от пня, разглядывая заметённые хвоей следы медведя.

– «Он что-то начал понир-рмать» громко прошептал медведь.

– «Молчи» костлявая лапа заткнула медвежью пасть, затем оплела рукоять меча.

Неизвестный резко прыгнул за пень. В воздухе мелькнуло окошко подпространства и блеснул ствол арбалета. Скрежет затвора.

– «Эй, охотник, свои!» крикнул Кай, шмыгнув под другой кустарник. Медведь замешкался и мимо его морды пролетел болт, разорвавшийся шрапнелью при ударе о дальнее деревце. Толстая сосна начала падать.

– «Опусти арбалет, свои, деревенские!» кричал хвостатый, под скрип падающего дерева отползая за трухлявое бревно.

Стрелок замешкался.

– «Назовитесь» на металлический манер рявкнул он.

– «Я наёмник, посланный Ховельфом за Руколомом!» отвечал скиталец.

– «А второй?» перезарядил арбалет охотник.

– «Мой ручной медведь!» воскликнул красно-пепельный: «Если не веришь, то можешь сам убедиться! Миша, выходи!».

Медведь аккуратно высунул из куста лапу с зажатой палкой, на которую насажен кусок старой белой ткани.

– «Выходите. Оба» скомандовал стрелок.

– «Чтобы ты нас расстрелял? Какие гарантии нашей безопасности? Давай так: я и медведь выходим с поднятыми лапами, в моём случае одной лапой, а ты отмыкаешь магазин от арбалета и направляешь ствол в воздух» предложил переговорщик.

– «Почему с одной рукой?» коротко, на солдатский манер, чеканил собеседник.

– «Вторая парализована. Могу рабочей рукой её поднять. Сойдёт?» бросил хвостатый.

– «Так точно. Выходим на счёт три. Раз, два…» охотник дал отчёт. На горячем лбу выступила испарина.

– «Три!» разнеслось над поляной. Рывок!

Кай, перевесив меч на грудь, дабы прикрыть жизненно важные органы, вышел из кустарника. Из-за пня поднялась фигура с арбалетом. Блестящий ствол с длинным прицелом смотрел в заснеженные кроны деревьев.

Двое застыли, несколько секунд молча пялясь друг на друга. Медведь высунулся из кустов, осмотрел поляну, затем вновь исчез среди ветвей, попутно заглотив несколько столь манящих волчьих ягодок.

– «Ну что? Не так и страшно» с отдышкой произнёс хвостатый.

– «Отставить страх, боец. В прочем, похоже ты не под его прямым подчинением, раз передислоцировался сюда после Дейрунштадта» отчеканил солдат, убирая оружие в подпространство. Внутри Кая всё сжалось, а неизвестный принялся медленно снимать маску, к которой на резьбу привинчены оленьи рога.

Алые глаза, чёрный цветок и массивный шрам, тянущийся от уголка рта до уха.

– «Да твою ж мать» прошептал скиталец, созерцая знакомое лицо вампира.

– «Мир тесен, Кай» без эмоций, как по уставу, улыбнулся Атамьёнд Рераугиг Гетцивельхарм, ранее известный под прозвищем дедушка…

Двое существ, которых можно с натяжкой назвать союзниками, но уж никак не друзьями, расположились в тесном погребе. Вурдалак зажёг тусклую масляную лампу, а хвостатый присел на неказистую полку из двух ящиков.

– «Миленький у тебя подвал… Самое то, чтобы держать похищенных детей» усмехнулся язвительный бродяга.

– «Отставить» отчеканил кровопийца.

– «М-м… Как же я скучал по твоим развёрнутым ответам. Получается, это ты второй охотник, нанятый старостой?» вопрошал оборванец.

– «Так точно. Точнее, я единственный охотник. Гильдиец хуже духа будет» уточнил дед.

– «Я имею удовольствие знать этого гильдийца чуть дольше твоего… Он не очень умён, малоопытен, но может доставить неприятностей. Из-за этого засранца меня чуть стража не сцапала» недовольно фыркнул янтарный скиталец.

– «Приму к сведению» кивнул солдат, затем указал пальцем вверх: «Объясни это».

Из люка на поверхность торчала массивная медвежья морда, перекрывшая всё пространство.

– «Деревенский ликантроп» отвечал красно-пепельный. Собеседник неожиданно встрепенулся, повернув голову к медведю. Тот глупо улыбнулся.

– «Цветут ли розы под фиолетовым небом?» донеслось из-под металлической маски.

– «А?» растерялся зверь.

– «Ты из Ребелбурга?» переспросил вампир.

– «Не-е, я здесь р-родился. Моя пр-рабабка из тех кр-раёв» последовал ответ.

– «Принято» без интереса отчеканил солдат.

– «Дамьён, слушай, что значит эта фраза? Какая-то надмозглая тюремная загадка? Помню, ты постоянно спрашивал это у той гадалки из Дейрунштадта» задумался красно-пепельный.

– «Государственная тайна Ребелбурга» изрёк Дамьён.

Кай, при помощи магии чуть вращая пламя внутри лампы, зашёл с другой стороны:

– «Хорошо. А что ты здесь забыл?».

– «Государственная тайна Ребелбурга» собеседник был непреклонен.

– «Полагаю, эта гос тайна имеет на голове рога, ростом с бытовку и питается глазами?» красно-пепельная бровь выгнулась, показавшись краешком из-под бинтов.

Вампир смолчал. «Хм-м… Думаю, он – что-то в духе карательной миграционной полиции Ребелбурга. Ходит по миру и возвращает монстров в их страну… Хотя, скорее возвращает их головы» заключил юноша.

– «Что ж. Так вышло, что тебе нужен Руколом, а мне найти кое-кого, сгинувшего в его владениях. Это повод объединиться» неприятно улыбнулся словоблуд.

– «Повод» протянул кровопийца.

– «Ну вот и ладушки! Сейчас быстро состряпаем план и прихлопнем монстрятину» воскликнул прохвост.

– «Да-ар!» поддержал медведь.

– «Нет» пробасил солдат.

Юноша и оборотень переглянулись.

– «Дедуль, ну чё ты душишь?» нарочито потешным голосом проговорил Кай.

– «Я проводил разведку. За косой кряж нельзя сейчас заходить» отчеканил собеседник.

– «Ну и почему же? Назвать причину невозможности продвижения вглубь территории противника! Если так понятнее» скалился красно-пепельный.

– «У меня было два контакта с целью. Первый неделю назад. В ходе столкновения заманил его в западню, но отряд полулюдей воспрепятствовал устранению, открыв по мне огонь… Грязная кровь… С тех пор цель стала осторожнее, поняла, что на неё охотятся» держало ответ порождение ночи.

– «А второй раз ты когда Руколома встретил?» вопрошал скиталец.

– «Сегодня. Цель обитает за косым кряжем. Там не взять. Необходимо ждать, пока пройдёт туман. Туман проходит изредка по вечерам. В течение часа-двух снова накатывает. Ловля на живца сопряжена с риском и проблематикой из-за полулюдей. Их отряды приходят на крики живца, нарушают план. Один живец подорвался. Одного вывели из строя собаки… А Руколому без интереса трупы и животные. Он заинтересован в убийстве людей и экстракции их глаз» вещал Дамьён, перешнуровывая берец.

– «Мне интересно, откуда простые террористы достали столько мин… И вообще откуда они здесь взялись?» кисточка хвоста почесала подбородок.

– «Катор-ржане они беглые» отвечал медведь: «Сдр-ристнули с тюр-рьмы, сколотили банду из обиженных порурудей, теперь хотят осесть в нашей дер-ревне».

– «У полулюдей есть спонсор» между делом дал комментарий солдат.

– «Радикальное высказывание. Есть много причин так считать, однако они все косвенные. Может, у тебя есть какие-то существенные заметки?» подло зыркнул зубоскал.

– «Они слишком хорошо организованы. Используют поскенурские патрульные манёвры, поскенурские манки, поскенурские виды растяжек. Я всё это уже видел на Восточной… Их кто-то научил и дал денег» отчеканил вампир.

«Вис. Если я из-за тебя ввязался в политические пертурбации, то ты торчишь мне уже две жопы» красно-пепельный послал мысленный сигнал своему дворянскому товарищу, пока не получив ответного послания.

– «Ну и какой у тебя план?» спросил он.

– «Предложи свой вариант» последовал ответ.

– «Смотри, для моей задумки понадобится монашеская ряса, парик, двадцать блоков сигарет, фейерверки, пара мешков и лопата» усмехнулся Кай. Собеседник промолчал, не оценив остроту.

– «Что молчишь, друг сердешный? У тебя самого наверняка уже есть план, и я не вижу смысла делиться своими догадками» увильнул от ответа юноша.

– «Та седая коротышка с тобой?» поинтересовался кровопийца.

– «Не. Она отправилась трясти деньги со своего нанимателя и пропала из моего поля зрения» отмахнулся красно-пепельный, глянув на часики. Потихоньку смеркалось.

– «А… Немая?» в несвойственно оживлённой для себя манере сказал Дамьён.

– «Если причину, почему здесь может понадобиться Крис, я понимаю, то на кой тебе сдалась Диви – для меня загадка. Но на всякий случай предостерегу от ошибки: её кровь на вкус примерно как мой меч, вурдалак» последнюю реплику юноша произнёс серьёзным тоном. На слове «вурдалак», оборотень напрягся, смерив бестию пристальным взглядом.

Порождение ночи распрямило плечи, без эмоций ответив:

– «Принято», однако даже тёмные окуляры не смогли скрыть отголосков блеска алых очей.

– «Если принято, то давай теперь про план» огонёк в лампе вытянулся, дрогнул.

– «Надо развить план с живцом. В условиях отряда мы можем не использовать полулюдей как приманку. Также это упрощает позиционирование и взаимодействие с целью» отчеканил солдат.

– «Иными словами ты хочешь, чтобы я выступил в качестве приманки для Руколома, при этом находясь в настолько глухой жопе, что полулюди не смогут туда забраться? Ха, а ты неплох» усмехнулся Кай.

– «Нет другого выбора» изрёк вампир.

– «Ну смотри, поведусь немного на твою провокацию и изложу кое-какую идею» начал красно-пепельный: «Ранее ты говорил, что Руколом стал осторожнее, и что убивает не ради голода. Тут я могу согласиться, поскольку найденные мной трупы были исключительно переломаны и лишены глаз. Если монстр и ест глаза, то исходя из его габаритов, он должен это делать в таких количествах, что здесь бы давно все ослепли… Значит он либо питается иначе, либо не питается вообще. Пока я не буду спешить с вынесением вердикта по его природе, однако стоит думать в сторону некропата…».

Скиталец сунул в зубы сигарету, подкуренную от лампы:

– «Твой план предполагает ожидание. При чём, неизвестно насколько долго придётся ждать, и что может притащиться к нам во время этого ожидания… С тем же успехом можно просто подловить момент, когда над кривым кряжем пройдёт туман и совершить дерзкий налом небольшим отрядом».

– «Где ты найдёшь бойцов?» спросил вампир.

– «Я, ты, миша, того гильдийца из деревни подтянем. Народу хватит, чтобы как минимум раскидать по кряжу мины, на которые Руколом напорется» развёл рукой курильщик.

– «Я-р не пойду туда!» внезапно воскликнул оборотень.

– «Цель успешно обходит любые мины. Также у нас их просто нет в наличии» лязгнул металлический голос из-под маски.

– «Да вы просто спелись… Миш, почему не хочешь на кряж? Ты ведь сам хотел помочь, забыл?» костлявые пальцы массировали переносицу, рассечённую старым шрамом.

– «Я не зар-хожу туда. Никогда. Там будто есть что-то…» громко прошептал медведь.

– «Что именно? По твоим словам, именно туда сбежали все животные из леса. Значит и тебе там место найдётся в облике медведя» из клыкастой пасти вышел густой дым, завившийся барашками у косматой морды собеседника.

– «Не знаю… Ещё до р-р-Руколома я как-то сунулся за косой кр-ряж. Было ощущение, что за мной там-р следят. Ветер не тот, тр-рава стр-ранно качается, дер-ревья виснут… Не могу» поник оборотень.

– «Ладно. Для медведя, хозяина леса, у тебя слишком не медвежье сердце» отмахнулся Кай, переводя внимание на вампира: «А по поводу мин… Достать их – не проблема. Проблема, если Руколом чувствует их и обходит. В самом худшем случае он обладает магическим зрением, как те же големы из Дейрунштадта. Хотя, с другой стороны, можно попробовать соорудить ловушку с антимагическим серебром, что лишит его зрения».

– «Нас мало для минного штурма. Трое человек…» задумался кровопийца.

– «Не трое, а один – гильдиец. Но если ты хочешь больше народу, то можно привлечь к этому делу полулюдей. Я попробую найти с ними общий язык» щёлкнул пальцами зубоскал.

– «Нет!» рявкнул медведь: «Нельзя бр-рать порурудей – они вр-раги!».

– «Ну а как ещё? Ты же не хочешь с нами идти, а деревенских хрен затащишь в лес. Придётся выкручиваться» с ухмылкой под бинтами пожал плечами бродяга.

– «Р-р-р… Хор-рошо! Я пойду!» наморщил нос оборотень.

– «Замечательно. Итак. Четыре бойца, три из которых нелюди, а один потащит ящики – это тебя устраивает?» янтарный взгляд устремился к кровопийце.

Дамьён помолчал, обмозговывая что-то тяжёлое, затем выдал:

– «План имеет шансы на успех. Много случайности, но контр-варианты ещё случайнее. Необходимо всё подготовить заранее, выждать момент и приступать к работе с низкого старта. Пригодится карта кряжа, чтобы расписать маршрут минирования троп. Я составлю, но нужно время и соответствующие погодные условия». Вурдалак хлопнул по висящему на шее биноклю.

– «Также важен рассчитанный по ролям план действий. Какие ловушки, как и где ставить» добавил он.

– «Это мы потом с глазу на глаз обсудим. А сейчас о насущном: у тебя есть похавать?» спросил бродяга, и по подвалу разнёсся гул недовольного желудка…

Над лесом взошла ночь, своими липкими пальцами гладя кроны деревьев. Хмурые тучи сгустились и из них выглянула первая молния, заставив всех поднять глаза к пасмурным небесам. Деревенские ополченцы всё злее хмурились, вглядываясь во тьму из-за укрытий. Староста Ховельф вышел на крыльцо, полной грудью вдыхая свежий предгрозовой воздух. Зажатые среди давящих деревьев-великанов полулюди в банданах молча сидели за насыпью, сжимая арбалеты. Пернатый главарь лагеря Филимон недовольно поправил очки, указывая двум полулюдям с собачьими ушами, куда поставить массивный ящик.

К неназванной деревне приближались бронированные телеги, а в самой чаще за кривым кряжем скрипнула дверь…

7-1

Габриэль Теншлиц проснулся в своих каменных покоях, с головы до ног покрытый синяками.

– «Белая Звезда, дай мне сил!» прошептал он, тяжело вставая с мягкой кровати…

На завтраке юного паладина уже ожидала девушка в громоздких доспехах.

– «Доброе утро» сдержанно проговорила она.

– «Ох-х…» выдал вместо ответа он, отчаянно хватаясь за бок.

– «Я тебя не долечила?» чуть эмоциональнее спросила Фалмес.

– «Нет, просто Мари Бернес – настоящая бестия» поморщился Габриэль, снимая с каши крышку.

– «Мне показалось, что она немного… Нет, должно быть только показалось» отмахнулась девушка.

– «Договаривай, раз начала» проговорил юноша.

– «Она нелестно отзывалась о Церкви Белой Звезды» шептала собеседница.

– «Да, похоже она нас не очень любит» кивнул церковник.

– «Ты тоже заметил? Но как же так? Это ведь ересь, а мы должны с ней бороться!» с недоумением воскликнула барышня.

– «Нет, это не ересь. Меня поручили Мари Бернес с разрешения епископа Малкора, а он точно не еретик» твёрдо заявил Светлый Вихрь.

– «Хм-м… Да, ты прав! Однако я всё равно не понимаю, почему такая великая женщина испытывает такую неприязнь к служителям Белой Звезды» задумалась дама, ощупывая свои пальцы в стальных рукавицах.

Закинув ложку каши в рот, паладин изрёк:

– «Просто не думай об этом, всё хорошо. Расскажи лучше текущие новости».

– «Да. Сегодня стало известно, что командир Королевской Стражи Дюрстоля совместно с епископом Малкором провели операцию по уничтожению трёх крупных точек производства и распространения запрещённых веществ. В ходе неё было задержано тридцать восемь преступников, одиннадцать из которых получили смертельные ранения при задержании. Среди паладинов и гвардейцев потерь нет» спокойным тоном вещала Фалмес.

– «Так вот почему он тогда не смог со мной встретиться» хмыкнул блондин.

– «Ольга Николаевна Хайфилдерг разводится со своим мужем Берцкопфом из-за измены с его стороны. По её словам, муж неоднократно оказывал чрезмерное внимание молодым девушкам, а также был замечен с несколькими из них в плотской близости…» девушка смутилась, произнося эти слова: «Но последней каплей для неё стало то, что Берцкопф начал приставать к некой наёмнице прямо при ней. Ольга Николаевна будет судиться, и планирует отсудить минимум половину имущества».

– «Дворяне… Вместо того, чтобы ходить в церковь устраивают свои бесовские утехи. Лучше бы о душе подумали» покачал головой парень, выскребая тарелку подчистую...

Тяжёлый вздох, птица слетает с плеча.

– «Отец Габриэль, тридцать три страждущих ждут вас» шепчет подобострастный голос.

– «Благословите, Отец Габриэль!» в один голос рявкнули паладины.

Скрежет золочёных ворот.

– «Отец Габриэль, мой сынок родился с больным умом, и все свои пятнадцать лет только лежит на кровати. Священники говорят, что это мой крест – поддерживать его. Что он мой сын, родная кровь, но… Я больше не могу! Он лежит и не подаёт признаков разума! Он просто как камень, который выпивает из меня жизнь! Молю, скажите, что мне делать!?» упала на колени женщина в рваной шали.

– «Э-э… П-помолитесь, и свет Белой Звезды укажет вам путь» отвёл округлившийся взгляд юноша.

– «Отец Габриэль!» воскликнул подошедший получеловек со змеиным хвостом: «Когда я сражался за Дюрстоль на восточной и убивал поскенурцев, то это было богоугодным делом. Священники говорили, что защищать родину – не грешно. Но недавно на нас с семьёй напал вооружённый пьяница… Я дал отпор как смог, но переборщил и случайно его… Убил. Он запнулся, упал головой на бордюр, и… Это… Судья сказала, что я виноват и должен отправиться на каторгу. И святые отцы говорят, что я согрешил. Но в чём разница? Я и тогда убивал врагов, чтобы защитить семью и сейчас! Почему я теперь преступник!?».

– «Читай священное писание» ответил Белый Вихрь, рукой подав знак стоящей позади страже.

Несколько паладинов быстрее ветра подскочили, скрутили получеловека и увели за изгородь.

– «Нет, стойте, что вы делаете!? Я не виноват, я защищался! Я защищался! Не надо, у меня семья, мне нельзя на каторгу! Отец Габриэль!» крики страждущего утонули в недрах пыльного помещения, а исполненный страха взгляд потух…

Из-под колёс кареты вылетел камень. Габриэль смотрел через зарешечённое окно на красоты далёкой столицы, а высокие тучи исторгали мелкий дождик над снежными полями.

– «Тяжело…» пробурчал он.

– «Поверить не могу, беглый каторжник пришёл за благословением» с нейтральной интонацией произнесла Фалмес.

– «Мы, как представители Белой Звезды, ответственны за то, чтобы помогать каждому, кто просит. Даже таким людям» последовал ответ.

– «Да» кивнула она, затем чуть тише произнесла: «Убийца ещё и спрашивает, в чём разница между убийством на войне и убийством при самообороне. Это ведь настолько просто и очевидно! Это… Это… Габриэль, ты скажи!».

– «Не вижу смысла говорить такие очевидные вещи» приятно улыбнулся юноша, сверкнув белоснежными зубами.

– «Вот и я о том же» кивнула спутница.

Двое замолкли.

– «Габи» шепнула девушка.

– «Да?» паладин перевёл взгляд с улицы на спутницу.

– «Ты помнишь, что обещал сделать?» продолжала она.

– «Э-э… Помню, но сейчас немножко вылетело из головы. Напомнишь?» отвечал он.

– «Книга» тихо буркнула барышня.

– «А-а-а, это! Да я всё думаю, какую тебе книжку подобрать» с улыбкой почесал затылок блондин. В голове мелькнуло: «Точно, совсем забыл. Замотался наверное, с этой рыжей бестией».

Карета остановилась перед заброшенной сторожкой.

– «Бр-р… Холодно» поёжился Габриэль, ощущая затылком липкий мокрый ветерок.

– «Замерзаешь? Сейчас согреемся» донеслось из недр сторожки, и в проём выкатилась пустая стеклянная бутылка.

– «Доброе утро!» чуть дрогнувшим голосом воскликнул юноша.

– «Угу» кивнула рыжая женщина, выходя на свет. От неё разило спиртом не больше обычного, однако даже от этого смрада церковнику чуть не поплохело.

Мари Бернес потянулась, огляделась, сделала глоток, и изрекла:

– «Выбрасывай свой меч».

– «А?» моргнул паренёк.

– «Давай-давай, убери его подальше. Я принесла тебе другой» она вытащила из подпространства ничем не примечательный клинок в простеньких ножнах.

– «З-зачем это?» спросил он.

– «На твоём мече есть руны. Что они делают?» задала вопрос вместо ответа рыжая бестия.

– «Да много чего: рассекают миазматические связи, облегчают клинок, придают движению большую скорость, укрепляют лезвие, и ещё несколько эффектов» перечислил Габриэль.

– «Этот меч делает тебя сильнее. С такими не тренируются» заявила дама, тряхнув своим клинком.

– «Почему?» задумался церковник.

– «Ты человек. Вчистую никогда не сравняешься по скорости и силе с нами, полулюдьми. Я могу преподать тебе урок тактики боя с мечом, чтобы ты мог отбиться на близких дистанциях, но не больше. Магический меч должен компенсировать недостаток силы и скорости, и с ним ты можешь сталь сильнейшим мечником среди людей, но… Получеловек того же уровня, что обладает магическим мечом, всё равно будет сильнее…» пояснила Бернес.

– «А зачем мне с другим мечом тренироваться?» вопрошал Светлый Вихрь.

– «Закрыл рот и взял меч. Надо – значит надо» строго зыркнула барышня.

– «Д-да!» пискнул паладин, послушно отдавая свой палаш стоящей рядом Фалмес.

В чистых руках оказалась зажата пыльная рукоять меча. После сделанной на заказ рукоятки, эта ощущалась ужасно неудобной.

– «Знаешь, с чего мы начнём?» спросила Мари Бернес.

– «Нет» напрягся Габриэль.

– «И я не знаю… Хм-м… Чтобы прочувствовать меч и свою скорость, мы поиграем в одну игру. Вон там стоит пугало» она указала рукой на деревянное пугало посреди поля: «Ты должен срубить его».

– «Всего-то? Вы меня недооцениваете» задрал нос церковник.

– «Возноси хвалу своему богу, что я оцениваю твои силы именно так… Пока ты будешь рубить пугало, я тоже сидеть не стану» в ладони женщины оказался зажат увесистый булыжник: «Тебе необходимо уклоняться от снарядов или отбивать их клинком. За каждый пропущенный упражнение начинается заново».

– «С Белой Звездой справлюсь!» решительно заявил Габриэль, встав в стойку.

– «Начали на счёт три. Раз, два…» дама запрыгнула на крышу сторожки, вытащив из подпространства бутылку: «Три!».

Светлый Вихрь рванул с места. «Она меня совсем недооценивает. Сейчас я одним ударом срублю это пугало, и…» мелькнуло в голове. В эту же секунду он ощутил чудовищную боль. Шаг, вскрик, паладин валится к корням высокой травы, а Фалмес с криком:

– «Габриэль!» подбегает. Взору девушки открывается смятая в лоскуты нога, рядом с которой валяется алый камень.

– «А-а-а-а!» отчаянно завопил юнец. Он кричал до тех пор, пока шею не украсили мерцающие ошейники, облегчившие боль.

– «У тебя есть минута, а затем на изготовку» пробурчала Мари Бернес, опустошая очередную бутыль.

– «И как в неё столько влезает» сквозь зубы процедил церковник, с ужасом в глазах созерцая свои раздробленные кости, срастающиеся под действием магии.

– «Что сказал?» прищурилась рыжая бестия.

– «Д-да, сейчас выйду на изготовку!» на затылке блондина выступил холодный пот.

– «Береги себя, защищай голову. Главы не откажут тебе в Белом Чуде, но даже так, ты станешь некропатом, пускай и высшим» шепнула Фалмес.

– «Белая Звезда, направь мой меч…» кивнул он.

Вторая попытка добраться до мишени закончилась тем, что Габриэль запнулся, не рассчитав скорость, и получил камнем в живот. Третья, как и четвёртая с пятой завершились на попытке парировать молниеносный бросок камня лезвием клинка.

– «Как же… Больно!» морщился паладин, катаясь по земле с пробитой насквозь ладонью.

– «Хочешь, я на следующей попытке наложу ускоряющее заклятье?» шепнула бронированная барышня.

– «Нет, я должен сам!» открестился паладин. Мари Бернес в этот момент допивала, должно быть, уже пятую бутыль спиртного напитка.

За последующие десять попыток Габриэль сумел дважды уклониться от камня, подобраться к пугалу и даже замахнуться, но закончил как обычно в грязно-снежной луже.

– «Пожалуйста… Перерыв…» взмолился он, валяясь среди травы. Грудь часто и коротко вздымалась, а дыхание имело железистый привкус.

– «Устал? Уже? Ну и поколение…» закатила глаза женщина: «В бою перерыва не будет!».

– «По-пож… Луйста…» хрипел пересохшими губами юноша. Его светлую рясу забрызгала кровь.

– «Бога своего моли о пощаде. Эх-х… Ладно, отдыхай» махнула рукой рыжая бестия, слезая со сторожки.

Подбежавшая Фалмес принялась исцелять рваную рану на груди паладина, а Бернес направилась прочь по заснеженной дороге.

– «Вы… Куда?» просипел блондин.

– «Встречаемся здесь же вечером» ответила бывалая воительница, шагая в туманную даль…

Карета грохотала по городским улочкам. Внезапно снаружи послышались крики. Габриэль сдвинул бархатную шторку, узрев следующую картину: обитые металлом сине-белые кареты гвардейцев сбиты в кучку у стены, несколько высоких мужчин в форме наставили арбалеты на женщину с пёсьей мордой и шерстистыми лапами, что тащит за собой свору своих детей.

– «Руки вверх!» крикнул страж, передёрнув затвор.

– «На землю!» поддержал второй.

Женщина, начисто игнорируя приказы продолжила идти на мужчин. В её лапе что-то блеснуло.

– «У неё нож!» по лицу матёрого гвардейца прокатилось напряжение.

– «Брось нож!» закусил губу второй.

– «Не приближаться, бросить оружие!» из кареты вышел третий.

Карета Габриэля поравнялась с женщиной, и тот смог разглядеть её абсолютно стеклянный взгляд.

– «Брось оружие! Брось оружие!» отступил на шаг гвардеец.

– «Бросить нож! Бросить нож! Бросить нож! Бросить нож! Бросить нож!» ревел второй страж, чьё лицо покраснело как помидор.

Получеловек совершает резкий рывок, занося огромные ножницы над головой стража. Хруст. Щёлк-щёлк-щёлк. Электрические вспышки свистят и кровь окропляет брусчатку.

– «А-а-а-а!» свалившийся с ног гвардеец пережал сочащуюся алым шею.

– «Он меня подстрелил! Он меня подстрелил! Подстрелил! Дети, смотрите на меня и запоминайте!» визжала бьющаяся в электрической конвульсии дамочка.

– «База, вышлите скорую, код двадцать!» орал в рунический передатчик на ухе страж, подбегающий к раненному товарищу.

Женщина встрепенулась, потянувшись к выпавшим из руки ножницам.

– «Не тянуться, не тянуться!» срывающимся голосом пробасил выбравшийся из кареты гвардеец.

– «Аве Консомния!» нечеловеческим голосом рявкнула дамочка, вскочив с колен.

Ещё щелчки. Тощая рука задёргивает бархатную шторку кареты.

– «Опять полулюди устраивают беспорядки» поёжился Габриэль.

– «Аве Консомния… Я слышала, что это их новый боевой клич. Означает «Слава Высшей Расе». Пошёл от террористов в лесах под Нишиньевым. Туда уже выдвинулся один из Высших Приказов Тенеуста. По правде, вид Тенеустов меня немножко… Пугает. Особенно тот обгоревший монах» произнесла Фалмес.

– «Если паладины как мы – это карающая и ограждающая длань Белой Звезды, то Тенеусты – невзрачный плащ, прикрывающий спину. Хоть их работа связана со шпионажем и политикой, но дело это во имя справедливости» отвечал Габриэль.

– «Да, само собой» скромно склонила голову она…

Карета остановилась перед знакомым имением, что притаилось среди хитросплетений столичных улиц.

– «Миссис Агрест звала тебя переговорить по поводу учёбы Марии в академии» шепнула бронированная барышня, протягивая спутнику чистую накидку.

– «Ясно» кивнул тот, накидывая расписной кусок ткани поверх рваной окровавленной рясы.

Скрежет ворот. Выстроившиеся в рядок лакеи склонили головы, приветствуя Светлого Вихря. В открытой беседке уже ожидала важная дама с чашечкой чая.

– «Добрый день, миссис Агрест» кивнул он.

– «Благословите, отец Габриэль» женщина потянулась к руке блондина.

– «Нет-нет, не стоит. Простите, но я только после боя и не могу дать грязной руки даме. Хранит вас свет Белой Звезды» одёрнул руку юноша, затем обвёл собеседницу заученным жестом.

– «О, право, уже весь свет Дюрстоля шепчется о вас и вашем наставнике» хитро улыбнулась барышня.

– «Да, наставник у меня… Что надо» сквозь улыбку поморщился парень, мельком глянув на ещё недавно сломанную руку.

– «Я имела честь видеть Мари Бернес лишь во дворце, и то мельком. Скажите, какова она?» протараторила хозяйка.

– «Могущественная…» задумчиво изрёк Габриэль.

– «А как она говорит? Как ставит себя?» вопрошала дама.

– «Кхем. Думаю, мы можем обсудить это позже, с вашего позволения. Сейчас же я воистину в тревоге. Что могло приключится с Машей в академии, раз потребовалось личное обсуждение?» галантно сменил тему парень.

Миссис Агрест несколько помрачнела.

– «А, простите мою болтливость, верно вы спешите. Всё дело в том, что учителя нашли у Маши эм-м… Одну сомнительную книжицу» сказала она, затем совсем тихо бросила: «Это самоучитель по магии огня».

Серые глаза полезли на лоб.

– «Магии огня!?» воскликнул Габриэль.

– «Книжица всего на двадцать страничек, описывающая магию лишь в общих чертах. Никакой конкретики, клянусь!» завертела руками барышня.

– «Хм. Не знаю, где она достала это, но я уверен, что такая чистая и невинная девочка потянулась к столь мерзкой магии лишь из любопытства. Где сейчас Машенька?» спросил Светлый Вихрь.

– «Она в саду. Я дала ей большой учебник по арифметике и наказала учиться… В академии учсостав состоит из МОРа и церковников, поэтому мнения на этот счёт разделились и конфликта не вышло. Огласки этот инцидент не получил, и я могла бы умолчать, но… Вы будущий муж моей дочери, а также один из главных паладинов Церкви Белой Звезды. Я хочу, чтобы вы рассказали Машеньке, почему магия огня – это плохо» подвела итог женщина.

– «Ясно. С вашего позволения» поклонился юноша, направившись вглубь сада.

Свежий снежок хрустел под сапогами идущего по маленьким следам церковника. Ветер разбивался о массивные доспехи спутницы, не доходя до светлой шевелюры.

За одним из благоухающих кустов притаилась девочка на плетёном креслице с толстой книжкой в руках, окружённая копнами высоких ромашек.

– «Машенька, добрый день» стараясь звучать ласково, произнёс юноша.

– «Д-добрый!» встрепенулась девочка, подняв глаза.

– «Прости, не хотел тебя напугать. Как дела?» он присел на колено перед юной барышней.

– «Х-хорошо» пролепетала Маша, сложив книгу.

– «Хорошо… Я рад. Как дела в академии? Как друзья?» спросил блондин.

– «Ну… Может всё не так хорошо» нервно усмехнулась мисс Агрест, спрятав глаза.

– «Твоя матушка поведала мне о случившейся в академии ситуации. Расскажи сама со своей точки зрения, пожалуйста» мягко стелил он.

– «Я-я… Нашла в библиотеке какую-то книжку без обложки и решила одним глазком заглянуть внутрь… Я не хотела колдовать, просто стало интересно! Книга лежала в портфеле, и я про неё в какой-то момент забыла. На обеде меня случайно толкнули мальчишки, портфель упал и вещи рассыпались. Я всё собрала, но дежурный по столовой заметил книгу без обложки и… Они все так громко кричали… Учителя, а потом и совет… Церковники тыкали в меня пальцем, а МОР пытался защитить. Почему так, дядя Габриэль?» девочка вцепилась в собеседника своими большими чистыми глазами.

Церковник поднялся с колена.

– «Церковники не тыкали пальцами, они просто были несколько шокированы… Знаешь ведь, что Тёмное Божество говорит сладкие речи, но на душе у него всегда черным-черно» поучительным тоном проговорил он.

– «МОР – это слуги Тёмного Божества?» хлопала ресничками девочка.

– «Не совсем… Как бы тебе объяснить? Хм-м… В то время, пока Церковь беспокоится о поддержании мира для всех рабов Белой Звезды, МОР печётся лишь о магах. Они нарушат любой завет во имя своих целей. У нас с ними очень шаткий паритет, касаемо магов огня» отвёл серый взгляд юноша.

– «То есть МОР защищал меня потому, что видел во мне огненную колдунью?» юная леди наклонила голову вбок.

– «Умная девочка» улыбнулся Габриэль.

Маша задумалась:

– «Дядя Габриэль… А что такого плохого в огненной магии?».

– «Чт… Что!?» растерялся паладин. Он вздохнул, покачал головой и ущипнул маленькую особу за щёку:

– «Лучше бы мать дала тебе священное писание, а не учебник. Маги огня – прямые прислужники Тёмного Божества… Как известно, всё вокруг тебя существует, покуда Белая Звезда смотрит на наш мир, даруя свой блаженный свет. Все мы ходим под её взглядом, поэтому она всё видит. Но стоит Белой Звезде отвлечься, как в нашем мире происходят несчастья, и если её взгляд пропадёт надолго, то мир сгинет. Но Белая Звезда никогда не даст этому случиться, хоть Спящее Тёмное Божество даже из глубин своего чёрного сна пытается затмить священный взгляд. Все благочестивые рабы Белой Звезды, попадающие в Царство Небесное, присоединяются к воинству звёздному, что сражается с прислужниками Тёмного Божества… Гадкие люди, решившие отдаться Тёмному Божеству. И самые гадкие из них – огненные маги, первыми отвергнувшие свет Белой Звезды, думая, что смогут спастись своим жалким пламенем».

Девочка потёрла покрасневшую щёку и спросила:

– «А почему Тёмное Божество хочет, чтобы всё исчезло?»

– «Потому что… Эх-х, мне следует серьёзно поговорить с твоей матерью… Белая Звезда и Тёмное Божество побратимы, но один из них утонул в зависти из-за того, что люди чтят день и свет, но не возносят хвалу ночи и тьме. Была великая битва, в ходе которой произошло Смещение Миров. Тёмное Божество проиграло, уснув непробудным сном, и источая ядовитые миазмы из ран, искажающие людей», отвечал собеседник.

– «Раз Тёмному Божеству было так обидно, что люди его не любят, то почему бы не начать и ему молиться? Каждый же хочет немножко тепла» наивно вопрошала мисс Агрест.

– «Ни в коем случае! Тёмное Божество – враг всего живого, обозлившийся на людей. Возносимые ему молитвы лишь усугубят противостояние между ним и Белой Звездой, а сама ты станешь прислужником, ничуть не лучше огненных магов!» воскликнул церковник.

– «Н-но… У меня есть подружка, которая владеет огненной магией! Она – не прислужник Тёмного Божества!» пискнула в ответ девочка.

– «Так вот от кого ты получила ту книжку…» пробунил Габриэль, затем громко произнёс: «Маша. В миру я тоже знал одного мага огня. Я считал его своим лучшим другом. Почти… Братом. Но в какой-то момент он из-за зависти и злобы собственноручно убил мою сестру… Из личного опыта говорю: оборви все связи с любым огненным магом, не то он причинит тебе столько боли, сколько ты просто не вынесешь. Огненная шваль – не друзья чистой и невинной деве Белой Звезды».

Губы Марии дрогнули:

– «Она единственная, кто со мной дружит во всей академии. Другие дети так криво смотрят, хоть и улыбаются. Они дарят мне подарки и делают комплименты, но это всё так холодно».

– «Поверь мне, ты ещё найдёшь друзей. Лучше потерпеть холод во имя Белой Звезды, чем обжечься о нечестивое пламя» слова Светлого Вихря накрыл обильный снегопад…

Юноша с серебряным взглядом и его спутница тряслись в карете.

– «Подумать только» прошептала она.

– «Бедное дитя. Настолько чисто и юно, что каждый хочет запятнать его белую душу… Но я этого не допущу, клянусь гробом сестры» решительно изрёк он, сжав в кулаке край рясы.

За окном показалось место, которое карета уже проезжала: оцепление гвардейцев. Большая часть улицы перетянута бело-синими верёвками, на которых местами висят таблички: «Не пересекать!». Внутри оцепления стояла одна карета и несколько стражников, наблюдающих за процессом снятия улик детективами, а снаружи бушевала толпа полулюдей.

– «Вы убили невиновную женщину!» выкрикнул некто.

– «Чёртов произвол! Раз мы полулюди, то в нас можно стрелять!?» рычал кто-то другой.

– «Получите!» из недр толпы вырвалась барышня, облившая стражей порядка красной краской, затем заголившая блузу, под которой оказался рисунок-мишень: «Наша кровь на ваших руках! Ну давай, пристрели меня!».

Один страж протёр залитое лицо, другой выставил перед собой оружие, зарядив магазин, с голубоносыми болтами:

– «Всем отойти от заграждения! По пересёкшему черту будет открыт огонь электронами!».

– «Аве Консомния!» по улице разнёсся ужасный визг, и в воздухе мелькнула стеклянная бутыль с горящей тряпкой.

Пламя отразилось в глазах Габриэля. «И тут огонь… Огонь. Голова уже от него трещит» громыхнуло внутри черепной коробки. Карета подпрыгнула и умчала дальше, оставляя позади истошные вопли сгорающих заживо и звон бьющихся витрин магазинов…

8-1

Раннее утро. Глухая чаща. Кай перепрыгнул растяжку, обошёл россыпь мин и миновал канаву, заваленную ржавыми железяками. «Хм... Ну, через это я прошёл, что же попытается меня убить дальше?» занялись размышления в голове.

Сию минуту настороженный странник обнаружил перед собой аномалию, шагнув назад. Хвост вздыбился, а закрутившийся поток пространства разделил упавший листик на четыре равные части.

– «Пронесло» выдохнул он…

***

Ранее утро. Поля Нерисидии. Габриэль перемахнул через забор, уклонившись от первого снаряда, затем кое-как отбил второй, и устремился к пугалу. «Да, у меня получится! Наконец я смогу с этим разделаться!» просвистело в голове.

Секунда, и в грудь раскрывшегося для удара церковника прилетает камень. Хлопок, хруст, боль.

– «Аргх… Мари Берес…» хрипит он, свалившись с ног…

***

Красно-пепельный спустился с косогора, поджёг сигарету и скрываясь за сугробом начал раздумывать: «Итак. Медведь отправился в деревню, готовить почву для моего возвращения. Если там будет кайзер, то меня хотя бы предупредят. Вампир остался в своём уютном подвале, зарисовывать карту. А я сейчас должен порвать жопу… Хотелось бы сказать, что чужую, но нет, увы».

Ветер стряхнул пепел с тлеющего картонного яда. «Сперва зайду к полулюдям. Нужно выпытать у них ящичек мин или хотя бы мешочек керамического серебра… Чёрт, я же для них должен был какие-нить свидетельства охоты на Руколома притащить! Лан, ща чё-нить придумаем» махнул рукой хвостатый, осторожно шагая дальше…

***

Блондин сидел на раскладном стульчике, пронзая заветное пугало пристальным взглядом. Бернес лежала на крыше сторожки, подложив руки под голову и разглядывая серые небеса.

– «Не устал?» спросила Фалмес, затягивая бинт на предплечье паладина.

– «Устал…» изнурённым голосом протянул он.

– «Эй, церковник» задумчиво произнесла рыжая бестия.

– «А!?» дрогнул Габриэль.

– «Если ты также будешь защищать интересы Церкви, то плохи её дела» отрезала она.

– «Н-нет! Я докажу, что это не так, или не бывать мне паладином!» пылко изрёк юноша.

– «Плохо дело… Как докажешь-то? Реакции тебе не хватает, плана никакого ты не выдумал. Сомневаюсь, что даже изучил своего противника… В бою с реальным врагом ты тоже не проводишь анализ ситуации?» женщина поднялась на локтях, сверкнув золотым взглядом, ярко контрастирующим с хмурым небом.

– «В бою… Я сражаюсь, а план обычно придумывает Фалмес или кто-то сверху» задумался блондин.

– «А если твоей любовницы рядом не будет? Ты просто летишь напролом? Без каких-то заготовленных манёвров?» рыжая бровь выгнулась.

Церковники переглянулись.

– «Любовница!?» воскликнул Светлый Вихрь.

– «Боевой деве нельзя иметь романтических отношений! Она должна всецело посвящать себя служению Белой Звезде!» необычно оживлённым голосом прокричала Фалмес.

– «Вопрос прежний, что ты будешь делать?» нахмурилась Мари Бернес.

– «Если нет плана… У меня есть один заготовленный приём» юноша вытащил из-за пазухи невзрачный мешочек: «Когда-то у меня был знакомый получеловек с чутким носом, специально для которого я теперь всегда ношу немножко перца и корицы».

– «Хм-м… Для очень чувствительных полулюдей сойдёт. Если хочешь узнать более эффективные методы по устранению полулюдей, то пообщайся с кайзером. Вкратце: газовые смеси, светошумовые гранаты, удары в уязвимые точки, такие как хвост, глаза и уши. Иногда даже соль бывает полезна… Вот ты потёрся с кайзеровцами и взял на вооружение пару приёмчиков по борьбе с одним типом противников, выпил с гильдийцами и подрезал техники против монстров, и так далее… В бою всё может пригодиться» проговорился воительница: «Понял?».

– «Понял» кивнул сероглазый.

– «Тогда на исходную!» разнеслось по полям…

***

Кай громко подошёл с поднятой рукой к подозрительному кустарнику, выкрикнув:

– «Карсиона Капоя!».

– «Рубь два, рубь восемь!» донеслось в ответ.

За кустом оказался всё тот же лагерь полулюдей. Запыхавшийся Филимон гонял двух полулюдей с собачьими ушами, когда его совиный глаз пал на новоприбывшего. Он остановился, поправил очки и произнёс:

– «С возвращением, брат. Не объяснишь, почему мы вчера не слышали криков Осипа?»

– «Смотри» односложно ответил бродяга, задрав рубашку. На покрытом шрамами торсе красовалась свежая окровавленная перевязка.

– «Кто руки ему связывал – три моих почтения. Осип ушёл оврагами, а меня с заточкой в пузе едва волки не загрызли. Небольшая стая с костепсом во главе» объяснялся хвостатый.

– «Эх, вы, одноклеточные!» Филимон запустил своим платочком в дуэт полулюдей с собачьими ушами: «Вы у меня под трибунал пойдёте, когда всё закончится, помяните моё слово!».

– «Да не кипятись ты так, Филь» выдал один, снимая потный платок с носа.

– «Всё же нормально кончилось» поддержал второй.

– «Ещё ничего не кончилось» таинственно изрёк Кай, привлекая всеобщее внимание: «По следам я нашёл место, где располагается логово Руколома, но соваться туда просто так нельзя. Слишком большой риск. Мне нужна ваша помощь в сооружении ловушки».

Пернатый старик завёл руки за спину:

– «И где же он обитает?».

– «На север отсюда есть неприметная тропа. Нужно пройти мимо ямы с колючей проволокой и выйти к упавшей водонапорной башне… Там уже трудно объяснить» отвечал собеседник. В это время его голову заполняли следующие мысли: «Угу, так я вам и сказал, чтоб вы меня потом за шкирку взяли. Поплутайте у «Ежевики» в поисках тропинки, которой нет».

– «Чем тебе может услужить старик?» улыбнулся своим мыслям Филимон.

– «Я бы хотел взять у тебя мин сколько не жалко и каких-нибудь чисто механических ловушек, типа капканов. Есть подозрения, что Руколом обходит мины» сказал красно-пепельный.

– «Хм-м… Это надо согласовать. Не хотелось бы идти в такую даль – ноги уже не те, но иного выхода нет. Идём в большой лагерь» изрёк старик.

Полулюди с пёсьими ушами оживились.

– «Мы идём к ней?» воскликнул с торчащими ушами, виляя хвостом.

– «К ней, к ней!?» лыбился другой, закрутив хвост кольцом.

– «Уймитесь, полудурки» отмахнулся главный, затем протянул бродяге плотную повязку: «На, держи. Прикроешь глаза. Сам должен понимать, зачем».

– «Понимаю» кивнул тот, и на забинтованном лице растянулась уродливая ухмылка…

***

Габриэль вновь пал на сырую землю, не сумев ударить пугало. Снег с высокой травы засыпался ему за ворот, заставив вскрикнуть.

– «Бегу, бегу!» кричала в ответ Фалмес, будто орлица, пикируя к товарищу с аптечкой, начинённой микстурами, перевязками и магическими кристаллами.

– «Да я не ранен…» он перевернулся на спину, демонстрируя ушибленную руку.

– «А… Слава Белой Звезде!» плечи бронированной дамы опустились.

Тем временем Мари Бернес положила на две пустые бутылки третью, и пузатым флаконом из-под вина, будто шаром для боулинга, сбила всю конструкцию.

– «Вы скоро?» спросила она, оторвавшись от своего увлекательного занятия.

– «Госпожа Бернес, мне бы хоть каплю отдыха, я не спал уже почти двадцать четыре часа к ряду» взмолился паладин.

– «Пока ты не срубишь пугало, я тебя не оставлю, но…» бросила дама, спрыгивая со сторожки: «Если так просишь, то получи свои полчаса отдыха».

Рыжая бестия направилась прочь по грязной дороге.

– «Стойте, а вы куда?» спросил Габриэль. Ответа не последовало.

– «На каждом отдыхе она куда-то уходит… Куда?» задумался юноша.

– «Мне тоже интересно» кротко бросила бронированная спутница.

– «Благородный мужчина не станет следить за дамой без её согласия. Мне достаточно того, что Белая Звезда приглядывает за всеми нами» важно повёл рукой блондин.

– «Д-да, наверное там ничего интересного» кивнула собеседница. Она пару секунд подумала, после чего прибавила:

– «В-верно, мои помыслы не так чисты, как должны быть у Боевой Девы, но Мари Бернес всё никак не идёт из головы…».

– «Чушь. Никто не запрещает Боевой Деве любопытство» мотнул головой Светлый Вихрь.

– «Но любопытство довело юную мисс Агрест до самого страшного» поникла махина, сняв громоздкий шлем. Светлое лицо было печально, а невероятно длинная коса золотых волос скатилась по спине.

– «Ты не понимаешь, это другое!» воскликнул юноша, встав с колен: «Пошли, просто прогуляемся в ту сторону, куда ушла Мари Бернес. Если мы что-то увидим, значит такова воля Белой Звезды» …

***

Идущий впереди Филимон отодвинул ветку, спросив у Кая:

– «Ничего не видишь?».

– «Неа» ответил тот, затем протяжно зевнул.

– «Не спал?» поинтересовался пернатый. Вместо реплики хвостатый просто отмахнулся.

Наконец в нос ударил запах костра, а до чуть заострённого уха донёсся тихий гул.

– «Ипинит аве магус!» крикнул Филимон.

– «Монета в зубах мертвеца» отвечал некто из-за кустов.

Шелест ветвей, неожиданный хлопок по карманам, и повязка слезает с лица. Этот лагерь расположился на огромной проплешине, соединённой с заводью, в которой стоял рядок лодочек. По периметру выкопан ров, усеянный металлическими штырями, всюду земляные валы и деревянные укрытия, засыпанные влажной почвой. В центре лагеря, расположились десятки высоких солдатских шатров, уставленных складными койками. На импровизированном плацу молодые бойцы отрабатывали удары под присмотром инструктора, чуть дальше женщины штопали и стирали одежду, а в самом центре раскинулся почти пустой лазарет.

Пока мужчины выгружали из лодок деревянные ящики, над лагерем не стихал лязг кузнечного молота.

– «Ну как, брат?» улыбнулся Филимон.

– «Внушительно вы тут окопались. Такую оборону с нахрапа не прорвать» кивнул юноша, краем глаза оглядывая множество точек с громоздкими дротикомётами.

– «Готовимся к визиту Железного Кайзера» ответил старик.

– «Эй, Филь, ну когда мы к ней пойдём?» прошептал парень с торчащими ушами.

– «Да, быстрее бы…» кивнул тот, что с висящими.

– «Пойдём-пойдём. Давай за нами» пернатый махнул хвостатому и медленно заковылял, опираясь на тросточку.

Процессия проследовала до ничем не примечательного шатра, возле которого стоял всего один страж.

– «Римио рабольд» шепнул Филимон.

– «Варразио» отвечал вооружённый получеловек: «Это кто с вами?».

– «Охотник на монстров. Он поможет разобраться с Руколомом» бросил главный, прошмыгнув за полог.

Внутри своеобразной прихожей шатра красно-пепельного встретил добрый десяток матёрых бойцов, молча сидящих на двух длинных скамейках. Лицо каждого изуродовано как минимум одним шрамом, и в каждом живом взгляде застыла смерть.

– «Проходи» шепнул Филимон, скрываясь за следующим пологом.

– «Да. Хорошо» без былого энтузиазма ответил прохвост…

***

Габриэль и Фалмес проследили за рыжей бестией до трактира, стоящего на удалении от дороги. Почерневшие стены, покосившаяся вывеска и полное отсутствие следов повозок вокруг выдавали в этом месте явно нерентабельное заведение.

– «Развалюха. Как столь величественная воительница может пребывать в таком грязном месте» поёжился юноша, намереваясь распахнуть дверь, как вдруг заметил смятение подруги.

– «Что случилось?» спросил он.

– «Я… Я ни разу не была в таких местах» без эмоций, но явно терзаемая муками выбора, произнесла бронированная девушка.

– «Ничего страшного. Мы сюда не развлекаться пришли, поэтому ничего грешного в этом нет. Подумай, ведь однажды тебе может выпасть доля штурмовать даже публичный дом во имя целей Церкви. Где бы ни засело зло, обязанность паладина – восстановить справедливость» твёрдо заявил церковник, толкая дверь. Барышня не долго топталась на месте, с грохотом шмыгнув в закрывающуюся дверь…

***

Трижды обысканный на наличие металла и лишённый оружия Кай, предстал перед последним пологом. Внутри уже ожидал Филимон и двое незадачливых прихвостней. Здесь расположилась дверь в землянку, сверху покрытую металлическими листами.

– «М-м… Почти бункер» хмыкнул Кай.

– «На случай артиллерийского обстрела» бросил старик, спускаясь вниз.

Наконец хвостатый оборванец предстал перед главенствующей фигурой этого лагеря. В землянке, стены которой увешаны картами, за крепким столом восседала загорелая женщина-получеловек солдатской выправки, тело которой покрыто костяными наростами. От неё исходил невероятно прелестный аромат, равного которому в этой глухой местности не сыскать.

Юноши-псы вытянулись по струнке, с благоговением впитывая запах. Красно-пепельный же задержал дыхание, с изрядным возбуждением заключив: «Кошачья мята!». Филимон, судя по лицу, был далеко не в восторге от запаха, и прикрыв нос воротом, начал:

– «Добрый день, Айша. Это тот охотник, о котором я говорил. Он готов избавиться от Руколома, но ему необходимы ресурсы».

Айша оторвалась от изучаемого письма и пронзила Кая испытывающим взглядом.

– «Охотник, назови своё имя» произнесла она с явным восточным акцентом.

– «Люди отобрали его у меня» сурово отвечал оборванец.

– «Тогда я буду звать Вейши. Так на нашем языке зовут безымянных… Что тебе нужно, брат?» спросила барышня.

– «Для охоты мне нужны мины и несколько механических ловушек. Капканы сгодятся» бросил собеседник, между репликами перехватывая дыхание.

– «Сколько мин? Каких именно? ПММ, Ведьмы, МОМы?» загибала пальцы дама, вчитываясь в мимику забинтованного лица.

– «Руколом – большая тварь. На такую ПММки воздействия толком не окажут, соответственно нужно что-то помощнее. Дайте столько, сколько не жалко ради безопасности своих бойцов» с видом знатока заявил красно-пепельный.

– «Хм-м… Добро, Вейши. У меня есть вариант для тебя, но дам только десять штук. По поводу механических ловушек договаривайся с нашим кузнецом» бросила она, затем чуть придвинулась: «И запомни, мы готовы по достоинству вознаградить любого солдата, что борется за свободу высшей расы. А предателями занимается блок ревнителей. Один из них будет приставлен тебе как помощник для транспортировки ящика с минами».

Янтарные очи округлились, а в голове пронеслось чётко поставленное ругательство.

– «Опасно отправлять со мной кого-то в эти места. Если он замешкается и попадётся монстру, то я уже ничего сделать не смогу» заявил он.

– «Я полностью уверена в своих бойцах. Мины заберёшь у причала. Свободен» скомандовала барышня, вновь занявшись бумажной волокитой…

***

Внутри трактира царствовал полумрак. Единственная работающая лампа время от времени моргала. По углам притаилась паутина. Среди запустения и разрухи рыжим пятном выделялась Мари Бернес, сидящая за одним из столиков.

– «Притащились…» тяжело вздохнула она, закидывая в рот лапшу и заливая стаканом красноватого спиртного.

– «Госпожа Бернес… Как?» не смог найти слов Габриэль, оглядывая разруху. Рыжая бестия промолчала.

– «Это место ужасно, что вы здесь делаете!?» продолжал он.

– «Ем» последовал односложный ответ.

Внезапно из кухни донёсся писклявый девичий голосок:

– «Ещё посетители!? Иду-иду, сейчас, подождите!». Игнорируя предполагаемую хозяйку заведения, блондин вопрошал:

– «Как вы можете здесь есть?».

– «Тупые вопросы закончатся?» буркнула женщина, откидываясь на спинку диванчика со стаканом напитка.

Быстрые шаги огласили помещение. Перед посетителями предстала высокая девчушка в грязном переднике с короткими каштановыми волосами и крайне массивными кручёными рогами. На лице тёмные очки.

– «Чем могу служить?» звонко спросила она.

– «Ниче…» хотел было сказать паладин, но ему на плечо легла пудовая ладонь Мари Бернес.

– «Сейчас они определятся с заказом, хозяйка. Дай пока приборов на двоих, пожалуйста» дружелюбно произнесла та, сверкая золотыми очами.

Габриэль послушно сел. Рядом с ним, поджав длинные ноги, пристроилась двухметровая барышня в доспехах.

– «Ну что, после обеда сможешь осилить испытание?» спросила рыжая бестия, хлебнув из стакана.

– «Я… Не знаю» растёкся по стулу юноша, оглядывая трясущиеся и ноющие руки.

– «Тяжело без магического меча?» продолжала она.

– «Очень. Мне давно не было настолько трудно, но со светом Белой Звезды я всё сдюжу!» Светлый Вихрь попытался вскинуть руку. Безуспешно.

– «Забудь про свет. Лучше послушай меня: тебе нужно развить самостоятельную тактику и технику ведения боя. Как колдун ты неплох, возможно сильнее половины всех, кого я видела. Похоже, из-за этого ты не встречал достойного соперника, как следствие привык давить грубой силой. Со мной не прокатит. Ты выработаешь свою технику, параллельно из неё сформируется стратегия» выдала Мари Бернес.

Из кухни вышла хозяйка, небрежно положившая на стол завёрнутые в чистое полотенце приборы.

– «Вы определились с заказом?» с улыбкой спросила она.

– «Мне самое дорогое, что есть в этом заведении. Моей спутнице тоже самое» ответил блондин.

– «С-сию минуту!» девчушка умчалась на кухню, по пути, чуть не своротив пустой стул.

– «Мажор?» выгнула бровь Мари Бернес.

– «Эта девочка выглядит нищей. Я дам ей большие чаевые, но есть в любом случае не стану, ибо трапеза церковника должна быть скромной» сверкнул белоснежной улыбкой юноша.

– «Нет, ты съешь всё, что заказал из уважения к стараниям хозяйки. Она не просит подачек, поэтому будь добр, не внушай людям чувство должника… Итак, что скажешь по поводу стиля?» прошептала барышня.

– «Не знаю я на счёт стиля… У меня он есть» пожал плечами сероглазый.

– «Это не стиль, а позор. Я вижу, что ты путаешься в движениях и позиции. Никакого автоматизма и скорости…» хмыкнула собеседница.

Выбежавшая из кухни девушка неаккуратно бросила на стол поднос двумя порциями супа.

– «Эй, а поаккуратней нельзя!?» воскликнул паладин.

– «В-виновата!» пискнула она, подняв голову. В этот момент стало очевидно, что за тёмными очками хозяйки таятся слепые глаза.

– «Ой… Простите» паладин прикрыл рот, осознав свою ошибку.

– «Ещё эля, пожалуйста» не обращая внимания на спутника произнесла Бернес.

– «Сейчас!» пискнула хозяйка, скрывшись во мраке кухни…

***

Кай вышел из шатра. «Жопа» пронеслось в голове.

Вышедший следом Филимон хлопнул красно-пепельного по плечу:

– «Ты понравился Айше».

– «Я рад. А откуда она здесь вообще взялась?» бросил погружённый в мысли юноша.

– «Ну, она с самого начала руководит нашим мятежом. Я присоединился относительно недавно, с того момента, как группа совершила освободительный набег на каторгу» отвечал Филимон.

– «Сиделец?» спросил хвостатый.

– «Офицер тюремщик. А эти два балбеса – мои прямые подчинённые» собеседник указал рукой на двух ушастых парней: «Во мне давно зрела искра сомнения. Полулюдям на каторге живётся в разы хуже, чем людям, поэтому я старался улучшить их условия любыми способами, да всё без толку. И вот наконец появился шанс в виде Айши с её ребятами».

Пока пернатый старик третировал подчинённых с замутнённым из-за кошачьей мяты сознанием, Кай незаметно улизнул. Зайдя за угол одной из палаток, он обнаружил следующую картину: совсем юный получеловек с кошачьими чертами прыгал возле привязанной к тонкой сосне пленницы, пытаясь достать нож, воткнувшийся в кору немногим выше её головы.

– «Эй, брат, помоги» фыркнул он, заприметив скитальца.

– «Так себе бросок» ухмыльнулся юноша.

– «Чё, лучше ножик кинуть сможешь?» ухмыльнулся в ответ мальчуган, скрестив тощие руки на груди.

– «Не вижу смысла – ребячество это. Иди лучше колья какие-нибудь подточи этим ножиком – полезнее будет» сказал Кай, пересёкшись взглядом с побитой пленницей. Он отчётливо осознал, что уже видел её в другом лагере.

– «А ты мне не указывай, что делать! Я этим ножом буду глотки людям резать» юный собеседник размазал локтем сажу по лицу.

– «Маловат ты. До глотки-то дотянешься?» скалился бродяга.

– «Дотянусь! Я уже убивал людей! Короче, если хочешь помочь, то помогай, нет – тогда вали нах*р!» рявкнул паренёк.

Кай вырвал из древесины нож, но вместо того, чтобы отдать владельцу, с лицом знатока осмотрел.

– «Ну-ка дай покажу, как нужно метать ножи» он сделал вид, что прицелился в пленницу и со всей силы запустил нож в кусты за территорию лагеря.

– «Дебил, сучара, это же батин нож!» схватился за голову мальчишка, отправившись вдогонку. Красно-пепельный же осторожно подошёл к связанной женщине и шепнул:

– «Как тебя зовут?».

– «О… Оля…» слабым голосом прохрипела женщина, прибавив: «Во… Воды…».

– «Ты Митрофана знаешь?» ещё тише прошипел бродяга.

Глаза пленницы загорелись, она замотала головой:

– «Да… Это мой… Мой муж… Я вас узнала… Это вы меня тогда пощадили… Молю, спасите… Тут есть дети…»

– «Что ты сказала про мой меч!?» громко произнёс юноша, сделав вид, что наносит сильный удар женщине в живот. Впрочем, она оказалась настолько слаба, что даже эта имитация причинила ей боль.

– «Прости, это для вида» шепнул оборванец, боковым зрением разглядывая стоящих чуть поодаль полулюдей в банданах: «Мне нужен предмет, который сможет доказать твоему мужу, что мы встречались. Тогда я приведу помощь».

Оля несколько секунд подумала, затем шепнула:

– «Брошь матери… Спрятана в волосах… Возьми…». Костлявые пальцы залезли в грязные растрёпанные волосы, вскоре нащупав там хитро заколотый локон.

– «Спасибо. Не отчаивайся» пробормотал он, пряча брошь в карман…

***

Габриэль вяло ковырял ложкой суп, однако глянув на Мари Бернес тут же зачерпнул гущи и с завидным аппетитом проглотил.

– «Почему мне принесли это?» задался он вопросом.

– «Не вкусно?» выгнула бровь рыжая бестия.

– «Вкусно, очень! Но только сколько же оно стоит?» моргал блондин.

– «Семьдесят марок» отвечала женщина.

– «Что? Произошла какая-то ошибка, я заказывал самое дорогое блюдо!» воскликнул паладин.

– «Это оно и есть. Ты не в ресторанах Нерисидии, тут всё относительно дёшево. Например, моя лапша обошлась в сорок марок» пожала плечами собеседница.

Внезапно из кухни выскочила слепая хозяйка со здоровой кружкой эля. Она двигалась столь быстро, что на подходе запнулась о коврик и окатила Мари Бернес хмельным напитком с головы до ног.

Габриэль выпучил глаза, а у шлема Фалмес отвисла челюсть.

– «Ой, извините пожалуйста, мне очень жаль! Я-я-я… Я сейчас принесу тряпку… Э-э… Напиток за мой счёт!» принялась тараторить девчушка. К горлу паладина неожиданно подкатил ком злобы, когда он обнаружил капли эля и на своём плаще.

– «Извините!? Да ты хоть знаешь, кто перед тобой сидит!? Это сама…» начал он, однако резко получил мощнейший удар в лицо от рыжей бестии, и замолк, пуская пузыри разбитым носом.

– «Ха-ха-ха-ха!» полной грудью рассмеялась Мари Бернес, похлопав хозяйку по плечу: «Ничего страшного не переживай! Просто принеси ещё эля. За разлитый я, с твоего позволения, платить не стану – тут уж сама виновата. В следующий раз не торопись так, у нас есть время».

– «Д-да, сию минуту!» девочка вскочила, осторожно направившись в кухню.

Бернес повернулась к Светлому Вихрю, чей нос исцеляла магией одоспешенная дама.

– «Понял за что?» спросила она.

– «Да» поджав губу кивнул церковник.

– «За что?» продолжала давить женщина.

– «За то, что… Э-э… За то, что вы ненавидите Церковь Белой Звезды, вот за что!» не выдержав, воскликнул юнец.

Бывалая воительница в первый раз за всё это время состроила подобие улыбки:

– «Нет, не поэтому… Пока ты со мной – не смей козырять чинами и заслугами. Здесь я простая посетительница, что пришла поесть лапши и выпить эля, а ты – просто мой подопечный. Обычный человек».

– «Н-но… Но почему?» вопрошал Габриэль.

– «Я тебе не мать… Чтобы всё объяснять. Просто открой свои заветы и прочти строку про кроткость, присущую хорошему святоше» на слове «мать» тон женщины резко помрачнел, а отголоски улыбки как рукой сняло…

***

Кай недолго шёл на звуки молота, в итоге оказавшись у притаившейся под шатром мастерской. Ящики с выкованными клинками караулили два стражника, перекидывающиеся в карты. За наковальней трудилась не покладая рук высокая фигура в плоской металлической маске с тонкой перфорацией в районе глаз. Грузный фартук, разношенная рубаха и счастливые варежки.

Красно-пепельный сам не понял, почему при взгляде на варежки у него всплыло в голове «счастливые», однако вдобавок к этому волосы на хвосте встали дыбом. Он сделал шаг и тут же один из стражей перекрыл ему путь саблей:

– «Стой, куда прёшь!? К кузнецу кого попало не пускаем, она итак уже сбежать пыталась».

– «Я по поручению Филимона с разрешения Айши. Для охоты на Руколома нужно выковать ловушки» отвечал зубоскал.

– «Ладно, проходи. Но без выкидонов!» погрозил пальцем страж, в карты которого за это время успел заглянуть соперник.

Кузнец никак не отреагировал на появление Кая. Он продолжал методично колотить по железу.

– «Эй, уважаемый» вежливо кашлянул чужак. Ответа не последовало.

– «Ау-у…» он ткнул кузнеца в потный бок, и только тогда тот отреагировал, резко вздрогнув и выпустив из рук молот, что чуть не угодил стражнику в лоб.

– «Ч-ч-что?» женским голосом пискнул кузнец, обернувшись на посетителя. Девушка замерла. Несколько секунд молчаливых гляделок. Она мелко дрогнула всем телом, и с края железной маски к закованным ногам упали слёзы.

– «К-кай!?» с надеждой шепнула она, подняв маску.

На бродягу уставились четыре слезящихся карий глаза, под каждым из которых образовалось по синяку. Молодое лицо украшено следами побоев.

– «Да» мрачно ответил скиталец, чьё лицо побледнело пуще прежнего. «Дьявол, если ты меня слышишь…» промелькнуло в голове.

– «Кай, это правда ты?» не веря своим глазам переспросила девушка.

– «Да нет, не я» с горькой усмешкой ответил янтарный скиталец.

– «Не может быть… Я… Помнишь меня? Я – Нитлина Лофго, кузнец, выковавший для тебя ножны», затараторила барышня.

– «Тебя хрен забудешь» кивнул юноша.

Нитлина улыбнулась от уха до уха, затем её выражение резко переменилось, губы дрогнули, и она упала на колени, быстро зашептав:

– «Пожалуйста, забери меня отсюда! Я больше не могу! Я хотела помочь, а они… А они… Столько крови! Я видела, как ребёнка забили сапогами, Кай пожалуйста, помоги мне!». Тонкие длинные пальцы вцепились в плечи грязного пальто.

– «Да что вы, не настолько это сложная конструкция, чтобы вот так унывать! Вы сможете это выковать, я в вас верю!» фальшиво улыбался Кай, через голову знакомой глядя на оживившихся стражников.

– «Т-т-ты… С ними?» чуть отпрянула дама.

– «Нитлина. Слушай внимательно: я тебя вытащу, но до тех пор делай вид, будто ты меня не знаешь, иначе нам двоим жопа» прошипел собеседник.

– «П-поняла» она утёрла слёзы, встав с колен.

Хвостатый облокотился о столб навеса, за который прикреплена цепь знакомой, а та вновь принялась стучать по металлу.

– «Мне нужны капканы на медведя и несколько выстреливающих ловушек на пружинах, которые можно активировать за счёт растяжки. Справишься?» спросил он.

– «Два часа» бросила девушка, убрав недоделанный клинок в сторону, и направившись к куче металлических заготовок.

– «Как тебя угораздило сюда попасть?» прищурился хвостатый.

– «Я… Я услышала об освободительном движении полулюдей. Мне сказали, что они просто хотят добиться равных прав для таких как я, и в бою за это им нужно хорошее оружие» украдкой начала рассказ барышня, перебирая куски металла: «Я как последняя дурочка повелась, и первое время всё было хорошо… Но потом начался ад. Мы направились штурмом на каторгу, где полулюди устроили… Резню, если по-простому. Я как увидела всё это, так поняла, в какую передрягу по своей дурости влезла, да было поздно бежать. Меня поймали, посадили на цепь и заставили ковать для них оружие… Как хитро жизнь вывернулась – я хотела быть творцом, а в итоге как чёртов подневольный ремесленник создаю смерть».

– «Ясно. Я рад, что мне не приходится объяснять, насколько глупый поступок ты совершила» покачал головой юноша, массируя гудящие виски.

– «Я хотела как лучше!» шмыгнула носом Нитлина.

– «Да я понимаю… Не бойся – что-нибудь придумаем» тяжело вздохнул огненный маг, тайком подпалив сигарету…

***

Побитый Габриэль перевернулся лицом к небу. Высокую траву качнул вечерний ветер.

– «Всё… Так дальше нельзя… Нужно… Придумать… План…» прохрипел он, взглянув на Мари Бернес, сидящую на сторожке. Под воздействием боли в голове начали со скрипом вращаться пыльные шестерёнки: «Она… Она весь день пьёт. Утром камни летели точнее, значит похоже даже столь могучую женщину начинает пронимать это чудовищное количество выпивки. К-кажется, что она сейчас кидает с определённым… Как это… Ритмом! Если попаду в ритм, то смогу срубить пугало и наконец поспать».

Светлый Вихрь вышел на исходную позицию. В его серых глазах появился блеск, которого раньше не наблюдалось. Мари Бернес заметила это.

– «Отсчёт нужен?» спросила она.

– «Да» кивнул церковник, крепче перехватывая клинок.

– «Раз!» произнесла дама, и юноша сглотнул слюну.

– «Два!» ветром донеслось до Фалмес, читающей уже далеко не первую молитву за здоровье спутника.

– «Три!» рявкнула барышня, отчего задремавший кучер подскочил, а белошёрстный бармирог топнул ногой.

Рывок! Юноша перемахнул через изгородь, уклонившись от первого снаряда. Замах, удар! Поеденная кромка клинка останавливает второй камень. Дыхание участилось, зрачки расширились. Габриэль отшагнул назад, и третий снаряд со свистом пролетает перед носом. Прыжок! Очередная каменная пуля проходит мимо.

Габриэль поравнялся с пугалом. Разум пронзили воспоминания, как он в этой же позиции получает мощный удар в бок, от чего тело само машинально совершило уклонение. Камень посёк кончики волос, а юноша замахнулся. Удар! Звон металла! Клинок ломается пополам, а пугало с хрустом валится на тело молодого паладина…

Тишина. Лишь завывания ветра в поле и далёкий гул сияющей столицы. На вечернем небе взошла луна, а созвездие Белой Звезды подмигнуло размытому взгляду.

Шелест травы приблизился к самому уху, и над блондином склонилась Мари Бернес, затмив созвездие Белой Звезды своими золотыми очами.

– «Я… Смог?» прохрипел паренёк.

– «Так точно» последовал ответ.

– «Наконец…» выдохнул он, раскинув руки в стороны.

– «Эй, не расслабляться! У меня в запасе ещё немало пугал» выдала барышня, доставая из подпространства простенький меч.

– «У-э-э-э…» Габриэль Теншлиц, самый молодой паладин в истории Церкви Белой Звезды теряет сознание…

***

Кайризе Кастлзаузер пробирался по снежной чаще на пару с молчаливым получеловеком, что всем своим видом выражал готовность к бою с любым противником. Они тащили вдоль крохотного ручейка тяжёлый деревянный ящик.

– «Привал. Дальше в обход тропы – там мины» сухо отрапортовал получеловек.

– «Как скажешь, дружок» кивнул юноша. В голове занялся диалог: «С каждой секундой в этом проклятом лесу мои дела становятся всё хуже… Надо что-то делать… Но что!? Нитлина путает мне все карты, почему бы просто не оставить её с полулюдьми, а этого хлопца утопить где-нибудь? Она сама хотела помочь полулюдям, так пускай помогает».

Кай машинально засунул руку в карман, где нащупал брошь. Он вытащил её, дабы получше рассмотреть. Это оказалась прелестная поделка в форме… Птички.

Острые клыки прикусили язык, а кулак до боли сжался: «Эх-х-х… Какой же я дебил… Хорошо, посмотрим, что можно сделать».

9-1

Кай присел на бетонный блок, перекрывший тропу.

– «Ну всё, спасибо за помощь, брат, дальше я сам» произнёс он, указав на ящик с минами, поверх которого накинут мешок кованых ловушек.

– «У меня приказ оказать помощь в минировании. Бери привал, если нужно, и выдвигаемся на точку» отрезал получеловек, дёрнув длинным ухом по направлению упавшей с дерева шишки.

– «Как скажешь…» поморщился хвостатый. «Надо его как-то скинуть с шеи, но так, чтобы он сам не понял. Хм-м… Если мой спутник случайно упадёт с какой-нибудь верхотуры и сломает ногу, то я просто оттащу его в ближайший лагерь полулюдей, а сам продолжу путь» рассудил он…

Группа с тяжёлым грузом прошла вверх по склону, пересекла овраг по шаткому стволу берёзы и запетляла у круч. Из-под армейского сапога красно-пепельного выскользнул камень, и он чуть было не улетел вниз, благо успел схватиться за корневище высокого дерева.

– «Ух-х… Я не могу… Тебя вытащить… Тяжёлый!» пыхтел спутник, пытаясь вытянуть оборванца с центнером стали на горбу.

– «Тяни!» воскликнул тот, цепляясь ногами за грунтовый склон…

На очередном привале запыхавшийся и покрытый рыжей глиной Кай молча ел большой гриб, раздумывая тяжкие думы: «Так. Скинуть его в пропасть не вышло. Попробую завести на ПММки. Убить они его не должны, а оттяпанную ногу можно перетянуть жгутом».

Ушастый получеловек не слышал мыслей коварного спутника, однако на душе у него поселилось недоброе предчувствие…

Странники с огромным ящиком прошли по заснеженной поляне, где подобно шляпкам грибов блестели мины, затем миновали тропу с растяжками и вышли к непримечательной опушке. «Ладно, сейчас передохнём, и проведу его по минным полям у болота» заключил красно-пепельный, намереваясь присесть на трухлявое бревно.

– «Стоп!» рявкнул спутник, рукой остановив его: «На этой поляне один из отрядов вкопал вёдра со штырями. Если в такой угодит нога, то её проще отпилить, чем вытянуть».

Кай замер, затем сделал два аккуратных шага назад.

– «Спасибо» вылетело из клыкастой пасти, а в голове мелькнуло: «Не-е, хрен я его на ловушки заведу – он этот лес лучше меня знает. Может притопить его в болоте?» …

Пока мятежный получеловек вытягивал своего менее удачливого собрата из трясины, тот был занят следующими мыслями: «Ну, с болотом не вышло. Попробую аномалии» …

Двое полулюдей с круглыми глазами, пыхтя тащили ящик, пока позади них исчезало пространство, а впереди бесконечно тянулась одна и та же тропа. Ночную чащу окутал подозрительный, будто аномальный мрак, а на душе легло мутное маслянистое ощущение. Из сумки с красным крестом вывалилась книга, отправившись в лапы настигающей тьмы, где за секунды разложилась, приняв форму ломанного чёрного тюльпана с руническими лепестками.

В конце концов им удалось выбраться, однако большая часть капканов осталась внутри пространственной аномалии.

– «Фух-фух… Я же говорил, что ощущение странное!» воскликнул спутник.

– «Здесь раньше не было этой аномалии» пожал плечами зубоскал, унимая вздыбившийся хвост.

– «Как для охотника на монстров, ты слишком неосторожен» покачал головой ушастый…

Путь густых буреломов вывел дуэт к невзрачной земляной насыпи, из-под которой торчала рука. Совсем свежие нетронутые разложением пальцы и насквозь прогнившие выцветшие манжеты говорили многое охотнику на монстров. Он огляделся, заметив у дальнего дерева высокий силуэт.

– «Труп? Рукава церковничьи, как у бродячих пасторов» подметил ушастый получеловек.

– «Ага. Труп – предмет привязки для вон того призрака. Он не может близко подойти, но будь осторожен» поёжился хвостатый, вытаскивая мёртвое тело из земли. В голове мелькнуло: «Призрак точно выпотрошит из него душу. Да и я сам не очень хочу с ним сталкиваться после аномалии-то… Вроде, вон там на поясе у него болтается бутыль с двоегорючим маслом…».

Развеяв сгоревшие останки по ветру, и пройдя добрый километр вверх по склону, полулюди внезапно услышали треск в малиннике. Из кустов на них уставилась медвежья морда. «Похож на моего ликана. Видимо, это он и есть. Надо как-то подать ему сигнал, чтобы он напал на этого, а потом сбежал» заключил скиталец.

Ушастый пригнулся, отойдя чуть назад, а Кай подмигнул медведю, незаметно указав на спутника. Зверь ощерился, встал на задние лапы и издал оглушительный рёв.

– «Сука, не тот миша» обречённо прошептал бродяга, на которого моментально набросилась многовесная махина…

Заштопав пару новых отверстий в теле, красно-пепельный откусил кусок жареной на костре медвежатины.

– «Осторожнее надо быть. Если с Руколомом протупишь также, как с медведем, то уже не отделаешься парой переломов» заявил мятежник.

– «Да понимаю. Похоже, недостаток сна начинает сказываться» демонстративно зевнул юноша. «Ну лес, ну и х*ета…» констатировал он: «Ладно, мой уважаемый провожатый. Если так хочешь пойти со мной на кривой кряж, то милости прошу. В жопу планы, к чёрту деревню – прорываемся так, а дальше разберёмся» …

Двое с ящиком застыли перед кривым кряжем. Покосившиеся сосны грозно нависали над ними, а туман спускался с самой верхушки к подножью ручья, плавно огибая путевой столб.

– «Лампа есть?» спросил бродяга.

– «Зачем?» задумался провожатый.

– «Я где-то у ручья в прошлый раз поставил ловушку на Руколома. Надо понять, здесь ли она» пояснил собеседник.

Получеловек выудил из походного вещмешка масляную лампу, вручив товарищу. Тот щёлкнул магическим запалом и фитиль полыхнул. «Дед, не знаю, наблюдаешь ли ты сейчас за этой местностью в подзорную трубу, но я бы был ОЧЕНЬ рад твоему содействию» прохвост послал мысленный сигнал вампиру, разжигая лампу на полную и выписывая круги перед путевым столбом, якобы пытаясь найти ловушку.

Спустя несколько минут, когда получеловек потихоньку начинал скучать, юноша с лицом знатока заявил:

– «Ловушки нет. Двигаем дальше».

Кожаные сапоги погрузились по голенище в воду, едва не зачерпнув через край. Следом хлюпнули резиновые ботфорты. С плеском двое пересекли ручей. Перед выходом из воды скиталец на миг остановился, окинув чёрные сосны пристальным взглядом. В голове кольнула болезненная мысль: «Ох, зря я туда лезу. Ещё не поздно просто грохнуть провожатого, и отправиться к Дамьёну жрать консервы». Шаг…

По ту сторону ручья туман моментально сгустился, а пресловутый хвост встал дыбом, явно сигнализируя о чём-то недобром. Сама атмосфера этого места сильно отличалась от остального леса, больше напоминая ту, что царила в недавней аномалии. Впрочем, в аномалии дышалось куда легче.

– «Тоже почувствовал?» спросил спутник.

– «Тише. Смотри по сторонам и под ноги. Двигаемся осторожно, но быстро. Взглядом выискивай укрытия» изменившимся под стать атмосфере голосом отвечал Кай. Он чуть сгорбился, уши напряглись, звякнув серёжками-колечками, а крестообразные зрачки заострились, покуда вокруг одного из них вспыхнула тонкая обводка.

Здесь повсюду находились глубокие трёхпалые следы разной давности, а также следы различного зверья. Вверх по склону вела древняя давно нехоженая тропка, выложенная сгнившими досками. Кай пригляделся к одной из них, отметив: «Гвозди, которыми их сбили… Такие были в обиходе не одну сотню лет назад».

У промежуточной вершины склона группа наткнулась на старый деревянный идол, окружённый кругом из мухоморов. Он был вырезан очень грубо, голову фигуры покрывал мох, а по всему телу пошла вертикальная трещина, практически расколовшая идол надвое.

– «Что это?» отпрянул ушастый.

– «Хрен знает» отрезал красно-пепельный. «Нет, всё. Надо разворачиваться, здесь нам точно хана. Не стоит просто так лезть вглубь чащи, когда есть альтернативы» заключил он.

– «Слушай. Давай оставим ящик здесь. Я потом утром вернусь и засветло сам всё заминирую» предложил бродяга.

– «Но у меня приказ» несколько неуверенно отчеканил спутник, осматривая затянутые туманом стволы вековых сосен.

– «А мама у тебя есть? Или кто-то из близких? Да даже, если никого нет – общее дело явно пострадает, если потеряет настолько лояльного бойца. Гони в лагерь, а я тут покараулю» произнёс хвостатый, бегая глазами по сторонам.

– «Ты как мины взводить-то знаешь?» задумался компаньон.

Внезапно впереди послышался резкий хруст веток.

– «Я согласен, побежали!» прошептал ушастый получеловек.

– «Газу!» прохрипел Кай отпуская ящик.

Двое одновременно развернулись. Прямо за ними обнаружилось огромное тёмное пятно. Тощая груда жил с ветвистыми рогами, собранными из множества заплесневелых костей и мутными водянистыми глазами, глядящими из-под облезлого черепа. Обтянутые гнилой кожей ноздри обдали лица струёй смрадного дыхания.

– «А-а-а-а-а!» раздался отчаянный визг спутника за спиной пулей рванувшего Кая. Прежде чем он отправился в очередной раз заочно бить мировые рекорды по скорости, янтарный глаз мельком заметил на ребристой груди монстра руническое клеймо.

Крики получеловека резко оборвались, а красно-пепельный чуть не сбил плечом идол, растоптав несколько мухоморов. Быстрый взгляд назад. Плотный туман разрезали рога Руколома. В костлявой лапе созрел рвущийся от напряжения огонёк. Взрыв!

На миг туман в небольшом радиусе рассеялся, а комья земли поднялись в воздух. К удивлению Кая, огромный рогатый монстр без единого звука исчез. Будто испарился. Бродяга заметил лишь мелькнувшую за берёзой тень, затем туман вновь заволок всё окружающее пространство.

Шаг! Хвостатый буквально протаранил собой трухлявую дверь возникшего из ниоткуда здания. Быстрее сознания он оказался, внутри, а снаружи нечто взбаламутило туман. Щёлк! Дверь сама закрывается, и толстый дубовый засов падет в паз.

Юноша огляделся, обнаружив себя лежащим на дощатом полу небольшой прихожей. «Чёрт, оно же сейчас проломит дверь!» промелькнуло в голове, и оборванец принялся двигать стоящий тут же шкаф.

– «Остановись, милок» донёсся слабый старческий голос из-за спины. Хвостатый обернулся, обнаружив перед собой низенького горбатого старичка с крайне морщинистым лицом и уродливой клюкой.

– «Дед, есть что-то тяжёлое, дверь подпереть!? Нет, хрен с ней! Есть подвал!? Стой… Погоди» осёкся гость, когда адреналин чуть отпустил голову. «А откуда здесь старик, и почему Руколом до сих пор не снёс эту халупу?» он сделал шаг назад, приготовившись выбежать на улицу.

– «Погодь, мил человек. Страж до утра не уймётся. Коли выйдешь – живым до своих не дойдёшь. А тут у меня безопасно. Банька есть. Проходи, пропарь-ка кости, все равны на свете гости… Хе-хе» неприятно усмехнулся старик.

– «А-а-а… Баня… Это хорошо, спасибо за предложение, но я откажусь. Мне бежать нужно. Можешь как-то… Ну… Отозвать Руколома? Я так понимаю, он твой личный некропат или что-то в этом духе?» состроил приветливый оскал прохвост.

– «В баньке очерти ты круг, ждёт тебя там старый друг. Пройдём, милок, пройдём – нельзя обижать хозяина!» усмехнулся Хозяин, похромав вглубь дома.

– «Да я тут, наверное, до утра посиж…» скиталец оборвал речь на полуслове, заметив движение в тумане за окном: «Уже иду, старче!».

Дом являл собой старую скрипучую избу, посреди которой мерцала топка древней кирпичной печки. В красном углу на своеобразном иконостасе разложены странные корешки и куклы, а под потолком развешаны гирлянды чеснока.

– «Вот, угощайся, родниковая» старик указал на венчающий стол кувшин с водой.

– «Нет, спасибо, я не хочу пить» вежливо отказался Кай, бегающий блудливым взглядом по стенам.

– «Тогда грибками угощайся томлёными» предложил собеседник, сняв крышку с глиняной кастрюли.

– «И тут вынужден отказаться. Расскажи лучше про некропата и про кр…» начал было гость, однако оказался перебит:

– «Тогда в баньку давай. Давай-давай, да на пустое брюхо не пеняй!».

Огненный маг тяжело вздохнул, мысленно заключив: «Ясно. Конструктивного диалога не будет – дед с приколом… Видимо, какой-то некромант-отшельник, от безделья создавший Руколома. Иных причин, почему здесь всё ещё стоит эта изба я не вижу».

– «Дедушка. Давай как-нибудь в другой раз, мне бы ночку переждать и всё» насколько мог ласково произнёс юноша.

– «Кай-Кай, угольки хватай…» улыбаясь выдал рифму старичок, с интересом коснувшись висящей руки собеседника.

– «Да, она не работ… Так. Откуда ты знаешь моё имя?» тот напрягся пуще прежнего.

– «Не работает? А ты давно пробовал?» лыбился хозяин.

– «Не уходи от темы, я…» Кай машинально двинул нерабочей рукой, и та к его большому удивлению поддалась. Впервые за долгое время он поднял левую руку, осмотрев костлявые пальцы.

Прохвост отступил к стене со взглядом разбуженного взрывом кота:

– «П-погодь, чё ты сделал? Ни один колдун не мог… Мне магическим мечом отрезали руку, она ещё не скоро восстановится! Что ты такое?».

– «Я же сказал, я Хозяин» улыбнулся старик.

– «Хозяин чего?» прищурился гость.

– «Просто Хозяин» последовал ответ.

Присмотревшись к окружению получше, Кай начал замечать – вся изба заполнена живностью, преимущественно грызунами, котами и птицами: два пятнистых котика вились вокруг ног Хозяина, с печки глазел третий, на потолочной балке расположились ворон с филином, а в дровах засели маленькие мышки. «Нет, это не некромант – это лихо!» с ужасом осознал огненный маг: «И я в его логове… Твою ж мать! Я никогда ещё не имел дел с лихом».

Хозяин кивнул своим мыслям. В старческую ладонь упала самостоятельно вылетевшая из ящика войлочная шапка, которую он протянул гостю:

– «Держи. У меня банька хорошая – парная. Не то, что эти западные сауны».

– «С-спасибо» скиталец дрожащими руками принял шапочку.

– «Всё, а теперь в баньку! Ноющим с дороги ногам нужен что? Правильно, отдых!» старик хлопнул его по спине, шёпотом прибавив: «В парилке уже ждёт друг» …

Красно-пепельный укладывал вещи в сумку с лицом идущего на смерть. Он снял с шеи алую удавку, по уже успевшей появиться привычке расстегнул все пуговицы рубашки одной рукой, скинул рваное пальто. «Господи, как же всё хреново вышло-то… Я просрал кучу времени, пытаясь сбросить с хвоста приставленного ко мне получеловека, но в итоге он помер, а я в логове лиха. И что за друг меня там ждёт? Дьявол? Никогда не думал, что моя жизнь закончится в банной парилке… Впрочем, она там и не закончится! Огонь – это моя стихия» неприятно ухмыльнулся он.

– «Эй, что кислый такой? Мухоморов нажрался?» спросил старик, переливающий воду из кастрюльки в деревянную кадушку: «Раздевайся догола, и марш в баньку!».

– «Трусы-то хоть можно не снимать?» пробурчал бродяга.

– «Заголяйся, сказал!» топнул ногой хозяин, и с настенного крючка снялся веник.

Кай, на всякий случай отправивший мысленный запрос помощи всем известным сверхъестественным силам, открыл деревянную дверь, шагнув в облако белого пара.

– «Ух, а тут бодренько…» воскликнул он, прикрыв нос ладонью: «Я давно такого тепла не чувствовал. Сколько ж градусов?».

– «Здесь нет градусника» донёсся знакомый металлический голос с верхней полки.

Юноша поднял голову, переглянувшись с вампиром, один глаз которого заменяет чёрный цветок.

– «Ждёшь приказа? Садись» без эмоций бросил Дамьён.

– «О. Знакомые монстры… А тебя-то как поймали?» скиталец обречённо плюхнулся рядом.

– «Твой сигнал… Увидел вас двоих с ящиком и всё сразу понял. В пути обнаружил цель и занял позицию в избе. А тут… Хозяин» последнюю реплику солдат прошептал.

– «М-м, ради меня готов сорваться с места и бежать к чёрту на куличики? Лестно слышать» усмехнулся зубоскал.

– «Отставить» отмахнулся вампир.

– «Ладно-ладно, отложим эту тему на потом… Но как ты сюда попал раньше меня?» задался вопросом Кай.

– «Причина задержки?» отчеканил собеседник.

– «На человеческом можно?» попросил голый оборванец, сложив локти на колени.

– «С момента подачи сигнала прошло три часа. Где ты был?» пояснил кровопийца.

– «Стой, какие ещё три часа? Я на кряж зашёл минут пятнадцать назад» последовал ответ.

Двое встревоженно переглянулись.

– «Мы что, опять потеряли время!?» схватился за голову юноша.

– «Отставить!» Дамьён прикусил губу, глядя в никуда.

– «Эх-х… Сматывать удочки нам надо. Как ты оцениваешь свои шансы против лиха?» прошептал скиталец.

– «В его логове – один к двадцати. Заранее проигранный бой» отвечал старый и почти неуязвимый кровопийца.

– «Ну, это ты осторожничаешь. На пару с огненным магом шансы возрастают» ухмыльнулся зубоскал.

– «Я изначально учёл тебя. Один к двадцати» отрезал собеседник.

– «Тогда попробуй договориться. Вы ж одного вида!» всплеснул шелушащимися руками хвостатый.

Неожиданно дверь со скрипом распахнулась, и в проёме показался Хозяин с кадушкой и мылом. Товарищи замолкли.

– «Ну что, согрелись, гости дорогие?» спросил он, взяв ковшик.

– «Да, отец» дал утвердительный ответ юноша, шепнув товарищу: «Ты как к жару относишься?».

– «Так точно» отчеканил солдат, затем тихо прохрипел: «В каждой части есть банный день. Привычен».

– «Ой, что-то ни капельки пота с вас не скатилось… А как бишь оно: чем лучше банщика работа, тем больше пота, хе-хе» старичок подлил на камни полный ковш и присел на нижнюю полку.

Янтарный глаз прошёлся по старческому телу, прикрытому одним лишь махровым полотенцем, да шапкой: кожа тонких рук местами межуется с древесной корой, неказистые ноги покрыты густой чуть зеленоватой шерстью, позвоночник оканчивается хвостом с кисточкой в виде рогоза, а из обвисших ушей торчат копны травы.

– «Что старика разглядываешь? На» Хозяин протянул юноше кусок мыла: «Натирайса!».

Кай с философским смирением оглядел мыло и осторожно начал:

– «Хозяин, спасибо тебе за то, что спас от Руколома и за гостеприимство, но нам бы очень хотелось понять, что вообще происходит».

– «Чего происходит? Парить вас сейчас буду дубком! Важное дело надо после баньки обмозговывать, чтоб начисто друг перед другом» хитро усмехнулось лихо, подбавив ещё ковшик на камни.

Красно-пепельный с удивлением обнаружил, что ему потихоньку становится жарковато:

– «Значит… Значит у тебя к нам какое-то важное дело?».

– «А то! Я к вам давно приглядываюсь…» улыбнулся дедушка, укладывая веники на самую верхнюю полку.

– «И чем же мы можем тебе услужить?» прищурился хвостатый.

– «Не лети вперёд ветра, Кай! Услуга мне одна нужна непростая. В награду я помогу найти то, что ищете: тебе гонца, а тебе беглеца» очередной ковшик отправился на камни.

Кай, почувствовав обжигающий жар, обернулся на молчаливого товарища. Тот выглядел в целом обыденно, хоть в данный момент и истекал потом.

– «Слушай… Я никак не пойму, какая тут температура» сказал он.

– «А я говорил, что в парилке каждому дано по силке! Пропарю каждого, хоть вампира, хоть колдуна огненного… Да ты трись мылком-то, своё, хорошее!» рассмеялся во весь голос старичок.

– «Ух-х… Хорошо, если ты хочешь, чтобы мы выполнили для тебя поручение, то дай приказ Руколому не нападать на нас, пожалуйста» отмахнул от себя жар колдун, с отвращением разглядывая мыло.

– «Всё будет, но позже. Ложися!» Хозяин хлопнул рукой по полке, поддав пара.

Юношу волной жара прибило вниз. Тут же на лицо лёг веник.

– «Пар костей не ломит, вон души не гонит!» заявило лихо, замахнувшись другим веником. Удара не последовало, однако волна тепла обдала неоднократно переломанные кости, а мягкие листья прошлись по коже. Ещё замах! Шелест листвы смешался с приятными древесными ароматами. Хлёсткий удар огласил парилку, и понеслась…

Веник то и дело мелькал в воздухе, а не привычная к теплу кожа покрывалась мурашками. Красно-пепельный стойко выдерживал местами приятную, местами едва выносимую банную процедуру. Облетевшая листва упала на коленку Дамьёна, что забился в угол, спасаясь от поднявшегося жара. Его крылья поникли, а рунический круг на груди мерцал в полумраке.

– «Иэх, древний наш лесок!» начал рассказ Хозяин под стук веника: «Раньше тут и куролавки жили, и животные невиданные, а в реках текла вода – чистый кристалл. В старину мы с людьми жили мирно – они нам подношения, а мы им защиту от напастей: пьяницу из болот выведем светлячками, в голод ягодами подкормим, рыбки в речку нагоним… Но сейчас времена другие. Люди поменялись. Они всё бегут, рода своего не знают. Те лес вырубают, эти осваивают. Минами своими всё заставили – зверью не пройти. Плохо это. Человек в лесу гость, и вести себя должон подобающе».

Старичок смахнул пот, скомандовав:

– «Переворачивайся!». Кай кое-как перевернулся, обнаружив свои сжатые и забитые мышцы в непривычном для него состоянии. Он настолько давно не испытывал этого ощущения, что напрочь забыл название.

– «Вот так-то лучше» кивнул Хозяин, после чего затянул тоскливую песню: «Ветер ходит налегке малой волной по широкой реке, моет руки в ручейке чертит узор на прибрежном песке» …

Ледяная вода скатывается по бледной коже, поднимая в предбаннике волну пара.

– «Ух-х!» красно-пепельный отряхнул голову от лишней влаги и протёр лицо полотенцем. Махровый кусок ткани окрасился в серо-буро-горелый цвет, а сам огненный маг шагнул назад в парилку.

– «Дверь быстрей закрывай! Пар не выпускай!» крикнул Хозяин, потянувшись за ковшом, пока зависший в воздухе веник сам по инерции продолжал парить вампира.

– «Я так понимаю, за пределами твоего логова, моя левая рука перестанет двигаться?» спросил Кай, плюхнувшись на полку.

– «Не логова, а дома. Здесь всё так будет как я хочу, а снаружи как жизнь даст, хе-хе… Но, я хозяин, который гостей любит. Можешь не стращаться – здесь тебе и вампиру всегда рады, а кто мне не мил, тот и не увидит дверей избушки» крикливо усмехнулся, старичок, смахнув с лица пот.

– «Ясно. А ты можешь снять с меня проклятье в рамках своего лог… Дома?» янтарные очи загорелись.

– «Вижу, чёрное в тебе сидит. Крепко сплелось. Этой гадости ни один подорожник не вытянет, ни одна припарка не снимет… Но есть и другая грязь» Хозяин прошёлся мочалкой по своей дубовой коже.

– «Это магический вирус. Его бы тоже снять было неплохо» подсуетился оборванец.

– «Нет, то чернющий клубок внутри, а я про грязь, которая по пятам за тобой идёт… Самая страшная, которую я когда-либо видел. Даже стены моего дома не защитят от его взгляда! Эх, не выгнать её мылом, да мочалочкой!» собеседник с двойной силой начал работать мочалкой.

– «Чё? Какая ещё грязь? За мной какой-то призрак увязался, или ты о чём?» недоумевал бродяга.

– «Грязь есть грязь, и ничего большего» отмахнулось лихо.

– «Хозяин! Разреши… Ох-х… Разрешите выйти!» подал голос забитый веником кровопийца с красным лицом.

– «Лежи, лежи! На, подыши» старик положил на лицо бедолаги свежий веник из кадушки с холодной водой…

Вампир и получеловек наконец выбрались из парной. Они, придерживая друг друга за плечи, прошли в большую комнату.

– «Почему такая слабость в мышцах?» сказал Кай, едва переставляя ноги.

– «Как в той бане под Нижними Вершками в пятьдесят шестом…» пробурчал Дамьён, расправляя обновлённые крылья.

– «Милости прошу к нашему шалашу!» воскликнул Хозяин, указывая на дубовый стол.

Двое рухнули на старый скрипучий диванчик, и толстые окна за ними покрылись испариной от добротного жара.

– «Вот чаёк травяной, вот грибочки. Угощайтесь» улыбался Хозяин.

– «Спасибо большое, но чай мне противопоказан по медицинским соображениям, а по грибочкам… Я не голоден» неприятно оскалился в ответ красно-пепельный, подумав: «Я всё ещё не знаю, чего ожидать от этого лиха. Вроде, оно настроено мирно, но осторожность не бывает лишней».

– «Ну, раз не хочешь, так не хочешь – тебе решать… Я вот почему вас собрал-то…» лихо подняло на руки жирного кота и уселось в кресло-качалку, пока кадушка с мутной водой сама вылетала в туманное окно, а веник и тряпки отправлялись в парную.

Взгляды Кая и Дамьёна одновременно заострились.

– «Выпроводить гостей из леса надобно. Они мне всё зверьё перепугали, воду взболомутили, каждый клочок земли и каждое деревце своими минами отравили» произнёс старик, почесав котика под шеей.

– «Выгнать полулюдей? Так ты сам лучше с этим справишься, чем мы. Просто натрави на них зверей с Руколомом» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Да ежели б всё так просто было… Лесные на минах все подорвутся, страж леса своенравным вышел, и большинство команд не слушает, а выгнать не только полулюдей надобно, но и тех лысых» отвечал собеседник.

– «Кайзер прибыл?» хмыкнул вампир.

– «Ты Руколома стражем леса называешь?» задумался юноша.

– «Правы оба вы!» с охотой кивал Хозяин.

– «Слушай, коли твой защитник не слушается приказов, то он может чинить нам проблемы. Ты сильно расстроишься, если мы его случайно нейтрализуем?» хвост с пушистой кисточкой почесал подбородок.

Старик высоко усмехнулся, затем изрёк:

– «Не угнаться за рыбой в воде, не взлететь выше птицы и не побить стража леса в его лесу».

– «Не сочти за грубость, но корабль побыстрее рыбы будет, артиллерийские снаряды взлетают выше птиц, а на любого стража найдётся свой меч с резьбой… Важно только понимание с твоей стороны, что в безвыходной ситуации нам возможно придётся умертвить Руколома» хитро стелил бродяга.

– «Я люблю стража не меньше любой рыбки и белочки, и он для меня важен не меньше их, но… Дело Хозяина – следить. Он не должен вмешиваться в жизненный уклад лесных без веской причины» тяжело вздохнул старичок.

– «Хм-м… То есть ты хочешь подвести к тому, что наши взаимоотношения с Руколомом – это что-то… Хм-м… Из разряда борьбы внутри пищевой цепочки? Но мы не относимся к этой цепи, поскольку чужеродны для леса, как и полулюди с кайзером. Или ты хочешь сказать, что они тоже лесные? А сам Руколом? Это же нежить, соответственно он раньше был человеком» задумался Кай.

Кот на коленях Хозяина перевернулся, оттопырив ухо, будто внимательно следит за диалогом.

– «Ох, Кай… Знаешь ли ты, что у каждого леса когда-то был Хозяин? Многие леса и сейчас имеют Хозяев, но мы затаились. Затаились, потому что… Эх-х… Помнишь Тощий Лес? Проклятое место, которое ты пересекал по пути в Берденбрём… Его Хозяин был статен и красив, всегда сражался за справедливость, но оказался убит людьми в незапамятные времена. С тех пор лес зачах. Он остался без своего сердца, наполнился проклятиями и со временем сгнил. Ты же подарил лесу огонь… Среди тех, кто смотрел на догорающий лес были я и та, что любила его прошлого Хозяина. В тот день все мы плакали. Она рыдала от горя, не способная понять, что лес давно съели изнутри черви, а я от горького счастья, что наконец страдания этого места окончены» сухо проговорило лихо.

От слов Хозяина на затылке Кая выступил холодный пот, а по коже пошли мурашки.

– «Э-э… То есть вы всё видели?» сглотнул слюну он.

– «Людишки думают, что у них велики умишки. Но даже в том, как работает лес, разобраться они не могут. Большинство лесов, полей и рек, которые ты посещал, имеют Хозяев. Кто-то игрался с тобой, заставляя плутать и теряться, кто-то помогал выбраться из чащи, а кто-то просто наблюдал. Ты истоптал немало живых лесов, мёртвых лесов. И вот наконец пришёл ко мне… Пару минут назад ты спросил, почему полулюди не лесные, а ты с другом да? Просто вы – родня нам, Хозяевам. Он с рождения, а ты стал таким, проведя всю жизнь среди ветвей, корней и листьев» Хозяин направил пальцем деревянную кружку под краник самовара.

– «Ты хочешь сказать, что я… Эм-м… Не сингестия?» стараясь подбирать слова, произнёс хвостатый.

– «Я хочу сказать, что ты чудовище. Такое же, как и мы. И я надеюсь, что ты правильно понимаешь, на чьей стороне находишься» хриплый голос эхом отразился от стен избушки, утопая сам в себе…

По утру туман рассеялся. Кай и Дамьён, тащащие зелёный ящик прочь с кривого кряжа, наткнулись на труп получеловека у склона.

– «Видимо, Руколом не успел до него добраться. Мой проводник от испуга сорвался вниз» заключил юноша.

– «Так точно» поддакивал кровопийца.

– «Для общего дела мне нужно сохранять с полулюдьми отношения. Но сейчас возникла охрененная проблема, буквально мёртвым грузом лежащая на моих плечах» хмыкнул юноша.

– «План?» гаркнул металлический голос из-под маски.

– «Труп такого вида вызовет у полулюдей много вопросов. Было бы проще, если бы его прикончил Руколом… Что ж, значит придётся побыть немного Руколомом» вздохнул оборванец, отпуская ручку ящика…

Морозный холод заставил окоченевшего голубя упасть с ветки прямо в почерневший снег. Его брезгливо подняли руки в дорогих кожаных перчатках.

– «Проснись, ты нужна бизнесу» с ухмылкой шепчет ледяной голос, и пташка открывает чёрные глаза, слетая с ладони…

10-1

Ранее утро. Кай с огромным мешком на плече вывалился из кустов.

– «Чёрт, чё так башка-то кружится?» поморщился он, тряхнув головой, и скрылся среди тугих ветвей…

В маленьком лагере полулюдей было оживлённо: Филимон носился взад-вперёд, раздавая команды вскочившим бойцам.

– «Добрый день! Что за шум, а дыма нет?» оскалился хвостатый, небрежно плюхнув мешок перед собой.

– «А!? А, это ты… Да тут и шум, и дым, только огня ещё не хватало! Разведчики видели, как Железный Кайзер прибыл этой ночью в деревню. Засада не удалась, нас отбросили вглубь леса, мы потеряли снайпера, а теперь ещё и связь оборвалась» старик вытащил из уха рунический передатчик, сжав в кулаке.

– «Досадно» хмыкнул скиталец.

– «Да, досадно. Но такой вариант мы тоже рассматривали. Главный лагерь с минуты на минуту должен врубить контр-линию» заявил собеседник, накинув на клетку с посыльными голубями тряпку.

Прежде чем красно-пепельный успел сформулировать реплику, в правый висок резко ударила пульсирующая боль, а из носа заструилась кровь. Передатчик в руке пернатого получеловека со скрежетом ожил.

– «А вот и оно! Сейчас эфир должен немного отстояться, чтобы миазматические помехи стихли… К слову, зачем ты вернулся с ловушками? Неужели бракованные? И где ревнитель, приставленный Айшей?» задался вопросами главный.

Вместо ответа Кай развязал мешок, сквозь днище которого на землю сочилась алая жидкость. Заглянувший внутрь Филимон тут же отпрянул:

– «Боже!».

– «Это всё, что от него осталось. Отошёл по нужде в кусты, а там уже ждал Руколом… Проклятье!» с театральным пафосом мрачно изрёк хвостатый: «А я говорил, что её люди не справятся! Этот монстр слишком хитёр для неопытного в таких делах бойца»

– «Я… Я доложу Айше о произошедшем. Спасибо, что вернул тело – мы проводим его в последний путь со всеми воинскими почестями» пернатый брезгливо затянул верёвку мешка.

– «Всё во имя общего дела. Аве Консомния!» смахнув несуществующую слезу, гордо воскликнул юноша.

– «Аве» кивнул главный: «Ты сейчас снова на охоту?».

– «Да» последовал ответ.

– «В таком случае будь аккуратен. Возьми наш знак, так стрелки в патовой ситуации смогут понять, что ты на нашей стороне» пернатый протянул плоский металлический брелок, отштампованный из самого дешёвого металла. На брелке изображён знак, отдалённо напоминающий перекрещенные пальцы. Теперь красно-пепельный заметил, что и сам старик носит такой же символ за воротом одёжки.

– «Спасибо» костлявая лапа с трепетом приняла символ под одобрительные взгляды мятежников…

Кай сидел на верхушке кирпичных руин, курил и думал: «Лихо обещало помочь с поисками гонца, если я всех выгоню из леса… Нет, не так. Лихо просто не даст мне найти гонца, пока я не выгоню всех из леса или не перебью. Вариантов много, но все они непросты в исполнении». Он вздрогнул, заметив пристально глядящую сову на ветке.

– «Э-э… Рад вас видеть, Хозяин!» на бледном лице расцвёл кривой оскал, а птица вспорхнула, улетев прочь.

– «Фу-ух…» выдох облегчения.

Перед руинами стая бродячих псов с завидным аппетитом пировала окоченевшим трупом некого бедолаги, над которым явно поработал Руколом. Пока стая рвала тело на куски, из кустов тихо вышли волки во главе с костепсом.

«Теоретически я могу попробовать направить кайзеровцев по запаху к главному лагерю полулюдей, но… Перемещение такой большой группы людей точно не останется без внимания партизан, да и сами здоровяки вряд ли пойдут за первым встречным в чащу» рассуждения медленно плелись в голове под дымок сигаретки: «Тогда можно поддержать полулюдей. Проберусь в деревню и отравлю колодец. Кайзеровцы скорее всего пьют свои запасы, но простых людей это должно подкосить. После победы полулюди наверняка перейдут в деревню… Однако кто меня к колодцу-то подпустит?».

Наконец собаки заметили окруживших их волков и начали с рыком жаться в кучу. Волки же молча наступали, вымеряя каждый шаг. «Кого поддержать, кого предать? Хм-м… А никого я не хочу поддерживать» ухмыльнулся зубоскал, и волки с псами сплелись в кровавой давке под присмотром янтарного взора…

У «Ежевики» ожидали вампир с ликантропом.

– «О-ор-р! А мы тебя уже заждар-р-лись!» пробасил медведь

– «Здравия» отчеканил Дамьён, скручивая с металлической маски рога.

– «Доброго времени суток, дамы и господа. Как настрой?» ухмыльнулся юноша, убирая под куст огромный меч и вытаскивая саблю.

– «Др-руг, ну р-р-расскажи хоть ты, что было на кривом кр-ряже! Этот всё молчит, да молчит. А я ж запар-рх тех мест знаю!» воскликнул оборотень.

– «Там была банька, тушёные грибки и чаёк из самовара. Классно время провели» отвечал зубоскал, пряча под соломенной шляпой волосы неестественного цвета.

– «Блин, ну я же сер-рьёзно! Мы втр-роём в одной лодке, а вы мне ничего не р-рассказываете» шмыгнул носом зверь.

– «Считай это благом, ведь когда наша лодка пойдёт ко дну, твоя останется наплаву» вылетело из зубастой пасти.

Из-под маски Дамьёна донёсся шумный выдох, затем он спросил:

– «Назови причину сбора».

– «Нам нужно попасть в деревню» сказал Кай, подтянув бинты на лице.

– «Причина?» хрустнул запястьем кровопийца.

– «Так вы же изнар-рчально в дер-ревню хотели! Взять Сер-ребряного Клыка и пойти охотиться на Р-руколома!» вмешался в диалог медведь.

– «Да, дедуль. Забыл уже всё совсем?» прищурился скиталец. Дамьён вдумчиво рассмотрел выражение янтарных очей, затем отрезал:

– «Принято. Выдвигаемся?»

– «Погор-рдите!» прорычал медведь.

Ликантроп поднялся на задние лапы и резко дёрнулся, будто чихнул. Его тело быстро усохло почти в два раза, став чем-то между обликом зверя и человека.

– «Ты пойдёшь в промежуточном состоянии?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Нет, сейчас… Ух-х… Пер-ревопрощения отнимают много сил!» более человеческим голосом отвечал оборотень.

Наполовину человеческая морда дёрнулась, и её черты окончательно деформировались, а перед скитальцами предстал голый кареглазый парень.

– «Где я его спр-рятал?» произнёс тот картавым голосом, принявшись копошиться в колючей проволоке.

– «Я почему-то так и знал, что он даже в человечьем обличии будет по-особенному произносить букву «р». А ты?» с усмешкой прошептал юноша.

– «Отставить разговоры не по теме» отчеканил солдат. В его тоне промелькнула улыбчивая нотка.

– «Да ладно тебе. Жизнь наёмника слишком коротка, чтобы говорить только по теме» подмигнул собеседник.

– «Мы на поле боя. Сохраняй концентрацию» последовал короткий ответ.

– «Я всегда на поле боя – каждую минуту и секунду бытия. И при этом как-то умудряюсь есть, спать и веселиться… Давай же, по голосу слышу, что лыбишься» оборванец легонько толкнул в плечо вампира.

– «Хм-м… Я ожидал, что оборотень будет в два раза больше. Видно, мало каши ел» сломался тот, отпустив сухой смешок.

– «Эй, вы там чего р-ржёте!?» надулся оборотень, вытащив из-под колючей проволоки бушлат железнодорожника…

На подходе к деревне в лица спутников ударил яркий поток света.

– «Стоять! Назовитесь!» практически без интонации рявкнул мужской голос.

– «Я Михаил! Это охотники, за котор-рыми выходил!» отвечал оборотень. «Миша? Удобное имя…» промелькнуло в горячей голове.

– «Гивельхарм!» отчеканил солдат, подняв руки.

– «Я с ними! Староста Ховельф в курсе!» красно-пепельный поднял только одну руку.

– «Проходите, быстро!» донеслось по ту сторону ограждений и прожектор погас.

За время отсутствия Кая укрепления заметно преобразились: к толстому и тонкому стражникам прибавились несколько крепких кайзеровцев с двумя стационарными дротикомётами. Перед мешками с песком расстелилась колючая проволока, а по ту сторону образовалась траншея для отвода гранат.

Компания проследовала вглубь деревни, узрев следующее: повсеместно разбиты укрытия, за которыми молча прячутся лысые здоровяки в широких одеждах. Пустые петли на могучем дубе более не пустовали.

– «М-м… Виноград… Миш, мне кажется, или там висят не только мятежные полулюди?» прищурился Кай.

– «Да… Не все обр-радовались пр-риходу кайзер-ра. Пара пьяниц вышли на них с вилами, а кайзер-р их и вздёр-рнул для поддер-ржания мор-рали… Это было жестоко, но спр-раведливо. Только так мы сможем победить!» слегка неуверенным голосом отвечал Миша.

Проходя главной улицей спутники могли лицезреть, как амбалы выводят из избы сопротивляющуюся даму преклонных лет.

– «Я здесь всю жизнь жила! Да как вы смеете!» кричала она.

– «Семистрельный приказал освободить хату для создания складской точки. Это значит, что тебе НУЖНО освободить хату» пробасил амбал.

Перед домом главы деревни полукругом встали бронированные повозки. Новоприбывшие поджарые чёрные бармироги вытеснили белошёрстного подальше от густой травы.

– «И где золотой зуб?» спросил прохвост.

– «Сер-ребр-ряный Клык? Он последнее вр-ремя у Ховельфа находится. Я, честно, вообще не понимаю за что он свою пайку получает. Пока вы охотитесь – он только и делает, что болтает» возмутился ликан.

– «За хитрую жопу» хмыкнул скиталец: «Погнали».

– «Стоять» его остановил Дамьён: «С кайзером я сам буду говорить».

– «Флаг в руки» ухмыльнулся юноша, уступая роль впереди идущего вампиру.

Миновав заграждение, троица оказалась перед столпотворением плотных мужчин, тщательно бдящих за станковыми дротикомётами.

– «Я за вами с самого блокпоста наблюдаю. К Семистрельному?» спросил лысый старик без глаза, курящий трубку лихо облокотившись об угол избы.

– «Так точно» рявкнул солдат-кровопийца.

– «Тогда досмотр» потёр ладони кайзеровец.

Дамьён подошёл ближе к своему собеседнику, снизив тон голоса, а Кай спросил у Михаила:

– «Семистрельный – это их главарь?».

– «Да. Он получил своё пр-розвище за то, что пер-режил одновр-ременно семь попаданий из ар-рбалета. Говор-рят, седьмое пр-робило сер-рдце, и тепер-рь у него в гр-руди дыр-ра» шептал оборотень.

– «Ясно» закатил глаза оборванец.

Тем временем старый кайзеровец приложил руку к виску, вытянувшись по струнке перед порождением ночи, и отрапортовал:

– «Можете проходить! Благодарю за службу!».

– «Вольно, боец… Мы оба уже не в армии и твой командир – не я» произнёс вурдалак, открывая дверь.

– «Лихо ты» присвистнул юноша, шмыгнув следом.

– «Я вас тут подожду» бросил оборотень вдогонку и дверь захлопнулась.

Внутри избы изменилось немногое. В первую очередь глаз выцепил из полумрака закинувшего высокий сапог на стул лысого мужчину в широкой белой рубахе и зауженных брюках. По его груди вверх к шее тянулась синяя татуировка, состоящая из семи стрел и деревянного колеса. Напротив Семистрельного стоял Ховельф, активно жестикулирующий своими морщинистыми руками. А в самом тёмном углу, съёжившись, притаился Серебряный Клык, тихонько сидящий на стульчике. Особо выделялись короткошёрстные псы с чрезмерно длинными лапами и металлической бронёй, прикрывающей некоторую часть тела. Они шумно грызли косточки под столом.

Обитатели избы заметили новоприбывших, приостановив спор.

– «Добрый день! Мы здесь за золотым зубом, и уже уходим. Эй, погнали с нами, есть новости по Руколому!» максимально расшаркиваясь произнёс Кай.

– «Я… Я Серебряный Клык!» воскликнул паренёк, вскочив со стула.

– «Да хоть гнилая челюсть, погнали говорю!» махнул рукой красно-пепельный.

– «Стоять. Клык, сядь – я с тобой не закончил…» бросил Семистельный, сняв ногу со стула: «Это вы охотники на монстров, которых нанял староста?».

– «Так точно!» отозвался Дамьён.

– «Замечательно. Властью, данной мне заказчиком, я беру управление этой деревней под свою юрисдикцию. Соответственно под неё переходите и вы» улыбнулся кайзеровец. Эта улыбка больше напоминала мёртвый оскал Кая.

– «А я кажу тобе нет!» стукнул кулаком по столу староста: «Ты тута всех перевешать собрался что ли, убивец!? Ничем вы нам не поможете, прочь ходи из нашего дома!».

– «Законы военного времени предполагают решительные действия. Если гражданские вновь атакуют моих бойцов, то я буду в праве казнить всех нападавших. А теперь уймись, старик, не то и твоя седая борода будет болтаться на суку» отчеканил лысый мужчина.

– «А ты грозись, сынок, грозись – мене смерть не страшна! Я от свояго не отступлюся!» воскликнул Ховельф.

Прежде чем главы успели перегрызть друг другу глотки, красно-пепельный начал:

– «Можно поинтересоваться, кто именно ваш наниматель?»

– «МОР с разрешения Короны выдвинул нам задачу урегулировать местные беспорядки. А какие цели преследуете здесь вы? У старика бы не хватило денег на трёх охотников…» кайзеровец пристально оглядел всех троих наёмников.

– «Я!» пискнул Серебряный Клык: «Я по заданию Гильдии Наёмников был неподалёку и решил заглянуть сюда в поисках работёнки».

– «Я ищу товарища» отчеканил кровопийца.

– «А я ему помогаю за энную сумму» Кай положил тому руку на плечо.

Семистрельный вытащил из столешницы нож и убрал в поясные ножны:

– «Мотивация мне ясна… Специфика вашей работы предполагает выход в лес, где окопался неприятель. Очень вероятно, что вы шпионы».

– «Я как приехал, так из деревни совсем и не выходил!» крикнул Серебряный Клык.

– «Это вдвойне подозрительно» мужчина положил руку на простенькую рукоять сабли.

– «Ну а как нам охотиться на Руколома, не выходя из деревни?» буркнул скиталец.

– «Численность неприятеля в северной части леса незначительна из-за присутствия цели. Около трёх патрулей в дневное время и один дозорный отряд ночью. Плотность минирования малая, превалируют растяжки. Могу подтвердить каждое сказанное слово на деле» отрапортовал солдат.

Здоровяк вновь неприятно улыбнулся:

– «Такой подход мне больше нравится, служивый. Гивельхарм, да? Стало быть, вы за это время хорошо изучили лес… Добро, вы можете дальше продолжать охоту, однако я требую отчёт о проделанной работе при каждом посещении укрепрайона. Также вам запрещается приближаться к важным объектам инфраструктуры ближе, чем на пятнадцать метров. И будьте осторожны завтра: мы собираемся перетянуть часть сил с северного блокпоста на южный, смотрите чтоб вас не пристрелили. Всё ясно?».

– «Так точно» отчеканил металлический голос.

– «В таком случае свободны! Помните, вам быть выгоднее на стороне тех, чьи псы способны учуять любого за милю… И размазню эту с собой заберите!» Семистрельный указал пальцем на Серебряного Клыка, а трапезничающие под столом собаки обернулись на Кая, тихло ощерив пасти…

Трое охотников и ликантроп сидели в рядок на каменном блоке у задних изб. Перед ними щипал скудную травку белый бармирог, едва конкурирующий за пищу со статным рыжим, деревенским.

– «Эх, говорил начгильд сюда не ехать!» вздохнул Серебряный Клык.

– «Не показалось ли вам, что нас отпустили слишком просто?» задумался Кай.

– «Он скормил нам фальшивую информацию для проверки. Про перетягивание людей с блокпоста» отвечал Дамьён.

– «Ну вы же не пр-редатели» буркнул Миша.

– «Эм, мужики» подал голос Серебряный Клык: «У нас до этого не было возможности познакомиться. Меня зовут Кацилорей, для друзей Карей».

– «Гивельхарм» донеслось из-под металлической маски.

– «Не наречён» отмахнулся янтарный пройдоха.

– «А я Миха» протянул руку оборотень.

Внезапно мимо квартета промчалась тучная женщина в простом халате. Через несколько секунд она выскочила уже из-за угла избы, заглянула под перевёрнутую тачку и сняла крышку с металлической бочки.

– «Что случилось Р-рудольфовна?» поинтересовался Миша.

– «А? Да сынок куда-то пропал!» всплеснула руками дамочка, едва сдерживая слёзы: «Сначала его брата полулюди утянули, теперь и он… Боюся, кабы в лес не ушёл. Он всё порывался вчера, будто кто-то вдолбил ему эту идею в голову! Никудышная я мать, никудышная!».

Женщина спохватилась, переведя взгляд на удручённых охотников, сидящих с кислыми лицами.

– «Ой, вы же в лес собираетеся, да? Молю, поищите сынишку моего!» воскликнула она, прижав руки к груди.

– «Мы обязательно найдём вашего сына!» с резко возросшим пафосом продекламировал Карей.

– «Мы сделаем всё, что в наших силах» сухо кивнул скиталец. Дамьён промолчал.

Рудольфовна ещё несколько минут кружила по этой подворотне, затем сместила зону поиска и скрылась за иссохшими виноградниками. В воздух поднялись хлопья присыпанного пеплом снега. Тишина и низкий гул людской суеты уносились к высоким серым небесам. Щёлк. Усатый кайзеровец открывает окно, включая патефон, и начинает разбирать свой арбалет.

– «…Скоро кончится лето…» заголосила руническая коробочка.

– «Навер-рное, тяжело будет одновр-ременно искать пар-рнишку и охотиться на монстр-ра» буркнул ликантроп.

– «Найдём!» махнул рукой Серебряный Клык.

– «Найдём…» усмехнулся зубоскал.

– «Надеюсь, он не попал в лапы полулюдей» вздохнул Миша.

– «Скажи ещё раз «полулюди», пожалуйста» с хитрецой попросил красно-пепельный.

– «Что? Зачем?» отшатнулся оборотень.

– «Ну скажи… Уж больно интересно ты это слово произносишь» глумился прохвост.

– «Полулюди... Точно, полулюди! Осип-то намедни очнулся!» воскликнул Михаил, отчего даже кайзеровец в окне подпрыгнул, выпустив из рук подпружиненную скобу.

Звяк! Кусок металла отлетает в патефон, отчего композиция сменяется:

– «…Красота среди бегущих, первых нет и отстающих…».

– «Какой такой Осип? Напрягся янтарный скиталец, приспустив круглые чёрные очки.

– «Ну, тер-р-р-рорист котор-рого ты пр-ривёл» пояснил ликан.

– «Ой… И он что-нибудь сказал?» сглотнул слюну вертехвост.

– «Нет, но Ховельф думает, что Осип сможет заговор-рить уже сегодня к вечер-ру» отвечал собеседник.

– «Это отличная новость! Кстати, а где у вас большая часть мужиков сейчас отсиживается? Я в лесу нашёл одну безделицу, хочу у них поспрашивать насчёт неё» из-под бинтов пробился уродливый оскал, заставивший Карея поднапрячь память. Впрочем, все усилия были нивелированы видом странного черноглазого голубя, сидящего на заборе. Когда он очнулся от чутких дум, спутники уже направились прочь по улице.

– «Подождите меня!» выкрикнул паренёк, подрываясь с места…

Все крепкие деревенские мужики собрались в старой облезшей беседке вокруг тихо вещающего старосты Ховельфа. Кай опытным глазом выцепил из общего столпотворения ранее встречавшуюся маленькую девочку с массивными рогами и хитиновым хвостом, острый кончик которого перемотан тряпьём. Рядом стоял отец девочки, тихонечко поглаживающий её тонкое плечо своей большой ладонью. Эти поглаживания почему-то заставили юношу почувствовать себя неуютно

– «…Поэтому тепереча я ничаго не решаю. Простите братцы, я слагаю пост старосты» подвёл итог своего выступления Ховельф.

– «Не расстраивайся, старый! Когда всё это кончится, мы снова изберём тебя главным» выкрикнул кто-то из толпы.

– «А кончится ли это…» мрачно покачал головой старичок.

– «Кхем-кхем! Не хотелось бы вас отвлекать, но я в лесу обнаружил вот это. Теперь пытаюсь понять, кому оно вообще принадлежит» галантно кашлянул Кай, протянув на всеобщее обозрение костлявую лапу с грязной заколкой в виде птички.

Из самых недр столпотворения, буквально раздвинув всех остальных, вышел здоровенный плотник с кошачьими ушами и хвостом. Из-за подкатанных рукавов можно было разглядеть на его запястье то, чего там не было раньше: уродливое клеймо с надписью: «ЛЖК». Судя по неровным граням, клеймо сделано насильно.

– «Где ты это нашёл?» пробасил здоровяк.

– «Это ваше?» прищурился юноша.

– «Это брошь моей жены. Отвечай, где ты это взял!» встрепенулся плотник, ощерив тонкие клыки.

– «Раз твоя жена, то… Давай я лучше на ушко» махнул рукой зубоскал, призывая собеседника спуститься на колено. Тот послушно присел.

Никто не мог расслышать того, что говорил красно-пепельный, однако с каждым словом лицо высокого получеловека преображалось: сперва растерянность и фрустрация, затем непередаваемый ужас, а в конце жгучий гнев.

– «Почему ты не спас её!?» рявкнул подскочивший с колен плотник.

– «…В том патруле было около пятнадцати бойцов. При всём желании я не смог бы… Но я уверен, что именно её я видел с тем отрядом, когда притащил вам Осипа» виноватым тоном прошипел скиталец.

– «ОСИ-И-ИП!» крик уязвлённого здоровяка поднялся над деревней и, должно быть, дошёл до самого лагеря полулюдей.

Плотник вытащил из колоды массивный колун, заткнул за широкий пояс и рванул в известном направлении.

– «Ч-что ты ему сказал?» выпучил глаза оборотень.

– «Правду» с особым цинизмом произнёс хвостатый.

– «Кабы правда твоя не навредила Митрофану» спохватился Ховельф, похромав вдогонку за мужчиной. Походя, он бросил взволнованный взгляд на Михаила…

На блокпосте высокий тощий старик с металлической каской остановил спутников:

– «Стоять! Сейчас выход из деревни через дорогу!».

– «И почему же?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Да кайзер пока к нам шёл, снайпера полулюдского поймал. Вон он на дереве болта…» начал было толстый коренастый стражник, но высокий товарищ толкнул его локтем:

– «Выход через дорогу и всё. Приказ Семистрельного!» …

Квартет двигался вниз по дороге. Впереди замаячил знак: «Сворачивай, недочеловеки!», висящий на шее мёртвого получеловека, насаженного на металлический шест посреди дороги подобно пугалу.

– «Фе, какая мерзость! Он же гнить скоро начнёт» поёжился Карей.

– «Уже» принюхался Кай.

– «А вот чтоб неповадно было к нам в дер-ревню соваться!» твёрдо заявил Миша, отведя нерешительный взгляд от изуродованного трупа с открытым ртом и глазами.

Внезапно из чащи выпорхнул голубь, бесстрашно влетевший в голову красно-пепельного.

– «Ух!» отшатнулся он. Соломенная шляпа слетела, а алые волосы вьющимся хвостом расстелились по спине. Глаза Серебряного Клыка резко округлились.

– «Я понял, почему ты мне кажешься знакомым! Это же ты был в Тощем Лесу!» прокричал тот.

– «Крути его, потом всё объясню!» шипел скиталец, подхватывая шляпу.

Дамьён молча обхватил гильдийца, одной рукой прикрыв ему рот. Кай показал заставе большой палец вверх, а вампир потащил вяло сопротивляющегося Карея в чащу.

Натянув шляпу и развернувшись, красно-пепельный невольно пересёкся взглядом с вышедшим из кустов человеком в укороченной церковной рясе, беговых ботинках и остроконечном капюшоне, лицо которого прикрывает перфорированный лоскут ткани. Церковник поправил массивный звёздный крест на шее, обвёл квартет заученным до автоматизма жестом, криво улыбнулся своими обгоревшими губами, и направился в деревню.

11-1

Габриэль очнулся далеко за полдень в своей мягкой постели. Он поднял голову, оглядел часы, махнул рукой и укутался с головой, отправившись досматривать сны:

– «Сегодня выходной» …

Юный паладин в одиночестве жевал кашу. Позади чёрными щупальцами вились слуги в белых одеяниях, услужливо подставляющие на стол новые блюда.

– «Фалм… Эм-м… Кто-нибудь, скажите какая на сегодня погода» приказал он.

– «Весь день десять градусов тепла и солнечно, а вечером дождик со снегом» донеслось из-за спины.

– «И какие есть новости?» спросил юноша.

– «Епископ Малкор вернулся в собор и ждёт вас к себе на приём с часа до двух. После трёх состоится малый дворянский приём у Агрестов, на котором вас были бы рады видеть» отвечали слуги.

– «А такие новости? Простые… Кто с кем разводится, какие сделки заключают? Бурчание Фалмес на такие темы всегда помогало привести мысли в тонус» пробубнил Светлый Вихрь.

– «Мирские новости не положены – грешно это. Есть Церковные» пискнул прислужник, утирающий светлый лик юноши салфеткой.

– «Ну давай Церковные» вздохнул тот.

– «Аббат Фариа вчера совершил двадцатичетырёхчасовой молебен по изгнанию бесов из беглого каторжанина. По завершению каторжанин обратился в веру… Люди матушки Де Нелиз доставили гуманитарную помощь храму имени Чудеева, что расположился в северных горах… СБДшные паладины отряда Жака Жасьеника провели зачистку Волчьих Лесов на границе от бандитов» повествовал рассказчик из-за спины.

– «Довольно. Хватит с меня новостей» паладин резко встал из-за стола, бросив взгляд на зарешечённое окно…

Расправившись со всеми страждущими, церковник уже трясся в карете.

– «Ох уж эта Мари Бернес…» вздохнул он, потирая синяк на плече.

Наконец пружины скрипнули, кучер унял бармирога, и карета остановилась напротив главного дюрстольского собора Церкви Белой Звезды. Скрип двери. Габриэль в сопровождении двух молчаливых паладинов выходит наружу. Даже полностью задрав голову вверх, он так и не смог разглядеть всех шпилей сего монументального строения. Кажется, что если бы королевский дворец не находился на пригорке, то наивысшей точкой столицы можно было бы назвать собор имени Святого Фауста.

Перед входом высится белый гранитный обелиск, на котором высечены сотни имён. Прямо сейчас чумазый скульптор вытёсывал несколько новых строчек.

– «Кого увековечили?» подойдя поближе спросил сероглазый.

– «Героев Дейрунштадта» хриплым голосом отвечал скульптор.

Юноша пригляделся повнимательней:

– «Стойте… А кто такой Поганенко Габриэль Говнович?»

– «Наёмник, по заверениям Готтардов, принёсший весть о гибели дочери семейства, Ньяры, и сыгравший важную роль в снятии проклятья» пожал плечами скульптор.

– «Это… Это реальное имя?» прищурился паладин.

– «Я – камнетёс. Мне платят деньги, я работаю. Всё согласовано с руководством Церкви» последовал ответ.

Свист смазанных петель, массивная дверь распахивается перед лицом юноши. Через вход для персонала он с непонятным даже ему самому чувством уязвлённости выходит к стойке с облачённой в белый балахон монахиней:

– «Да прибудет с вами свет Белой Звезды, батюшка Габриэль» на певчий манер прощебетала она.

– «И с вами. Мне назначено на это время к епископу Малкору» отвечал он, снимая накидку.

– «Сейчас он не у себя, а на чинном этаже» пропела дама.

– «Спасибо» кивнул собеседник, направившись в сторону лифта.

Юный паладин прошёл по длинному балкону, с которого открывался вид на основное пространство собора – зал. Это огромных объёмов вертикальное пространство, стены которого исписаны бесконечным числом фресок, изрыты сотнями ходов, мостиков и балкончиков. Чем выше, тем больше зал походил на индустриальный цех с металлическими подпорками и укреплениями. В самом-самом низу перед одним из нескольких алтарей вилась толпа.

Лифтёр открыл двери, пригласив Габриэля внутрь. Сопровождение осталось снаружи.

– «Чинный этаж» скомандовал он. Лифтёр осмотрелся по сторонам, снял с шеи ключ и воткнул в замочную скважину, спрятанную за фальшивой кнопкой. Светлый Вихрь также снял с шеи свой ключ, и оба одновременно провернули их в скважинах.

Лифт скрипнул, будто тросы лопнули, и медленно начал подниматься вверх. Подъём длился около минуты. Вместо того, чтобы открыть дверь, лифтёр стукнул по задней стенке, отворив потайной ход. Встречный поток ветра растрепал чёлку блондина.

– «Чинный этаж» прошептал лифтёр.

Габриэль прошёл по огороженным решёткой мостикам. Отсюда собравшаяся в самом низу толпа напоминала даже не муравьёв, а разномастные пылинки. Гулкие песнопения доходили до сюда лишь неразборчивым свистом ветра, многократно отражаясь от стен. Несмотря на высоту, потолок строения всё равно оставался вне поля зрения, скрытый густым мраком.

На самом крупном мосту, перекинутом от одной стены до другой через бездну, мирно курил невысокий мужчина. Он был облачён в дорожные сапоги, плотные брюки и пропитанную засохшей кровью майку. Светлые волосы с лысеющей головы собраны в длинный хвост, а мускулистое тело покрыто сотнями шрамов.

Светлый Вихрь подошёл поближе:

– «Епископ Малкор, вы хотели меня видеть?»

– «Да» не оборачиваясь произнёс мужчина. Сигарета тлела в полумраке, нарушаемом далёким магическим светочем. Ветерок поигрывал волосами.

– «Ваша одежда… Вы не ранены?» спросил юноша, совершив ещё шажок.

– «Нет» отрезал Малкор, затушив сигарету о перила.

Лысеющий мужчина обернулся, продемонстрировав своё лицо: острый нос, недельная щетина и цепкие глаза без зрачков. По всему телу епископа разбросаны чётким паттерном одинаковые татуировки, содержащие церковную геральдику и странные рунические символы, обрамлённые кругом.

– «Габи, как твои тренировки с Мари Бернес?» спросил он.

– «П-продвигаются» пискнул юноша.

– «Что ты можешь сказать о ней?» всё в той же интонации поинтересовался мужчина.

– «Она невероятно сильна! Не знаю, смогу ли я когда-нибудь сравняться с ней» с неподдельным восторгом заявил собеседник.

– «А как о личности… Что ты о ней скажешь?» расспросы продолжались.

– «М-м… Белая Звезда ей судья» отвёл взгляд паладин.

Епископ Малкор присел на перила, балансируя над пропастью:

– «Наверное, сейчас в голове у тебя смута… Ты ведь заметил её ненависть к Церкви Белой Звезды, да?».

– «Ну я бы не сказал, что это ненависть…» смутился Габриэль.

– «Это ненависть… И у неё есть на то причины. Она сама тебе их расскажет, если сочтёт нужным. Просто в любом случае помни, что мы сражаемся ради людей, и все свои жизни посвящаем служению людям» изрёк священник.

– «Но… Но разве не службе Белой Звезде мы посвящаем свои жизни?» выпучил глаза молодой церковник.

– «Габи, пока ты только представитель боевого отделения Церкви, но в будущем… Я не вечен. Учись у Мари Бернес всему, чему можешь! Иногда нам приходится принимать… Разные решения. Главное помни, что в приоритете людские жизни. Каждый день мы просыпаемся, чтобы помогать им, а не для утешения своих грешных душ! И вот над чем подумай: сейчас ты меч, но во главе боевого отделения должен стоять воин. Меч всегда сжат в руке воина, и если, будучи главой ты остаёшься мечом, то кто направляет тебя? Не дай сбить себя с пути, дари указующий свет, а не гонись за чьим-то сиянием. Понял?» разошёлся монологом епископ Малкор.

– «Да!» с рвением замотал головой юноша.

– «И последнее: не торопись. Всему своё время» улыбнулся мужчина, положив ладонь на голову своему протеже и растрепав вихор светлых волос.

Чуть погодя Габриэль спросил:

– «Вы позвали меня только спросить про обучение?».

– «Ну вот, о чём и говорю. Не торопись так…» священник достал из пачки новую сигарету, подпалив короткой вспышкой молнии: «Как тебе твой новый адъютант, Фалмес? Правда хорошая девочка?».

– «Фалмес? Ну, я бы не сказал, что новый… Мы с ней давно знакомы, просто активно общаться стали только после её назначения три месяца назад» выдал сероглазый.

– «Я несколько раз самолично исповедовал её. Девочка чиста до мозга костей, во многом благодаря своему отцу. Скромна, красива – идеальная боевая дева» заявил Малкор.

– «Да, скромна, но… Это большую часть времени. Как только дела становятся серьёзными, то она начинает проявлять излишнюю эмоциональность» подметил Габриэль.

– «Вспыхивает, да? Значит мой выбор был справедлив… Тебе нужен именно такой адъютант, чтобы ты сам держал себя в руках» сигаретный пепел упал на перекладины моста.

Двое замолкли.

– «Габи. Я решил» внезапно подал голос епископ.

– «А?» встрепенулся юноша.

– «Настало время тебе получить свой дар» многочисленные татуировки на теле священника пронзило сияние, и из каждой проявились длинные эфемерные руки.

Габриэль обомлел, не в силах сказать и слова.

– «Я не знаю, каков будет твой дар, но хочу увидеть… Скоро я отправляюсь в Союз Благородных Домов, нужно навестить тамошнюю Церковь. Приём у Старухи Вестовщицы назначен на конец следующего месяца, тогда и я должен вернуться. Но не дай новой силе вскружить голову. Грядёт сорок первый Крестовый Поход, и в нём тебе без головы никак» отрезал Малкор, потянувшись всеми руками.

– «Я… Я… Я вас не подведу!» эхом разлетелось под гудящими сводами собора…

Взбудораженный Габриэль буквально вприпрыжку выскочил из собора Святого Фауста. Серый взгляд моментально потух, когда слуги услужливо распахнули дверь во мрачную карету с зарешечёнными окнами.

– «Просим!» в один голос ласково произнесли они.

– «Да» печально отозвался юноша, без инициативы влезая внутрь. Хлоп! Красиво украшенный ящик захлопывается, и бичи свистят над головой бармирога.

– «Чьим же мечом ты станешь, Габриэль?» задумчиво произнёс Епископ Малкор, стирая кровь с рук белой рясой будто тряпкой…

Самый молодой в истории Церкви Белой Звезды паладин, Габриэль Теншлитц, сидел в комнате для ожидания и выслушивал невероятные истории пожилых дворянок.

– «…А Люси и говорит: «Правда день солнечный?». Я там чуть от смеха не упала, вот умора!» воскликнула старушка в пенсне, и все присутствующие взорвались хохотом. Пришлось смеяться и юноше.

– «Да, ваша подруга действительно юмористка» он с белоснежной улыбкой почесал затылок.

– «Дамы, дамы! Я на той неделе завершила свой первый роман в пять действий, и сейчас готова вам зачитать парочку!» воскликнула другая дворянка, плюхнув на стол толстенный многостраничный кирпич.

– «О, это просто превосходно!» паладин выдавил из себя улыбку.

Внезапно дверь распахнулась и в комнату вошла миссис Агрест, сопровождаемая дочкой. Следом подтянулись ещё несколько дворянок.

– «Отец Габриэль, надеюсь, мы не заставили вас сильно скучать?» проговорила она, присаживаясь за стол по правую сторону от юноши.

– «Добрый день, дядя Габриэль» кивнула Маша, усаживаясь по левую сторону.

– «Нет, что вы! Я не имел возможности скучать в такой прекрасной компании!» отвечал он, косясь на пожилую дворянку, убирающую свой магнум опус в пять действий до лучших времён.

– «Я рада. Что ж, в таком случае мы можем начинать собрание!» хлопнула в ладоши миссис Агрест, и притаившийся в углу пианист затянул весёлую мелодию.

Покуда разномастные пижоны поочерёдно обсуждали друг с другом и с хозяйкой различные темы, от делёжки территорий до торговых налогов, Габриэль расплывался на стуле, слушая пианинную музыку. «Поверить не могу, я наконец-то получу дар! Надеюсь, он будет таким же как у епископа Малкора… Наверное, после этого приёма я просто пойду прогуляюсь по парку. Или можно зайти в ресторан?» размышлял он.

Наконец настало время перерыва. Светлый Вихрь улучил секунду, когда всеобщее внимание сместилось с него на опоздавшую супружескую пару, и вышел на балкон.

Потихоньку вечерело. Юноша облокотился о стену, разглядывая многоуровневые улочки столицы. Серый взгляд проследил, как мужчина в бушлате железнодорожника спустился с улицы по ржавой лесенке к металлоконструкциям, поддерживающим пути, затем запрыгнул на карниз, с которого рыбачили два подростка в резервуаре с технической водой. Вместо того, чтобы отругать хулиганов и вывести прочь с объекта железнодорожной архитектуры, мужчина присел рядом, достав из-под бушлата палку колбасы и батон хлеба.

Габриэль вдохнул рассеянный паровозный дым, представив, как лежит на песчаном пляже Поскенура.

– «Кхем. Отец Габриэль, у вас не найдётся минутки?» послышался высокий женский голос под самым ухом.

Паладин обернулся, узрев перед собой низкую седую женщину с ярко-синими глазами и острыми, направленными вверх ушами.

– «Моё имя – Рудия Хелен Фон Ириялс, и я текущая глава дома Ириялс. К нам в поместье должен был неделю назад приехать один из представителей боевого отделения Церкви Белой Звезды для заключения охранного соглашения, однако он не смог добраться из-за снегопада. Как теперь поступить?» протараторила она.

– «Я напомню в канцелярии… Простите моё любопытство, но у вас случайно нет дочери?» спросил сероглазый, разглядывая отдалённо знакомые черты лица.

– «Да, у меня две прекрасные доченьки! Старшенькая как раз сейчас находится в поисках жениха, не соизволите заглянуть к нам в поместье как-нибудь?» женщина приблизилась на шаг, а юноша чуть отступил.

– «Я бы с превеликим удовольствием, да работы невпроворот. А скажите, одну из ваших дочерей случаем не зовут Кристина?» отчаянно улыбался он.

Рудия Фон Ириялс в одночасье помрачнела.

– «Нет. Такой дочери у меня нет» она сделала акцент на слове «дочери»: «А если вы видели кого-то похожего, то знайте: это не дочь, но жалкая предательница, чьё имя трижды проклято. Приятного вечера и не забудьте про охранное соглашение».

Беловласая женщина вышла с балкона и направилась прочь из комнаты. По пути она плечом задела женщину из опоздавшей супружеской пары.

– «Простите» буркнула Рудия, удалившись прочь.

– «Н-ничего с-страшного» промямлила задетая дворянка, поправив дорогой парик с кудряшками, из-под которого выпал вьющийся розовый локон.

Отстрадав положенные полтора часа, Габриэль кое-как сумел вырваться из цепей внимания дворянских особ, и оказался в прихожей, накидывая на плечи плащ.

– «Отец Габриэль. Мне очень жаль, что вы толком не смогли пообщаться со своей невестой. Мы были бы очень рады видеть вас у себя завтра» по пояс поклонилась хозяйка. Из-за её спины выглянула Маша.

– «Я бы рад, но завтра возобновляются тренировки с Мари Бернес. Спасибо за гостеприимство» кивнул юноша, приторно улыбнувшись молодой барышне…

Темнело. Светлый вихрь сидел на лавочке посреди парка с рожком мороженого в руке. За спиной стояли молчаливые паладины. «Это закончилось. Даже не верится…» мелькнуло в голове: «Рудия Фон Ириялс… Похоже, я повстречал мать подруги огненного чудовища. Она отреклась от своей дочери? Не знаю всех их обстоятельств, только то, что Кристина сбежала из дома в детстве. Чудовище должно знать лучше… Но всё же, отрекаться и клясть свою дочь из-за побега? Грешно это».

Растаявшее мороженное полетело в мусорку, а Габриэль встал с лавочки, решив: «Хочу проведать Фалмес! Я ещё не был у неё дома… Но нельзя просто так зайти к девушке, нужен повод. Точно, книга!».

– «Куда выдвигаемся?» пробасил стоящий позади телохранитель.

– «В библиотеку» ответил блондин.

– «Отряд выдвигается в городскую библиотеку, приём» паладин пробурчал команду в рунический передатчик на ухе.

– «Нет, не в городскую. Мы идём в королевскую!» заявил Габриэль, зашагав вперёд…

Обезоруженный Светлый Вихрь застыл в центре библиотеки меж многоэтажных полок, усеянных разноцветными книгами.

– «Девушка, не поможете подобрать книгу?» он обратился к копошащейся за стойкой библиотекарше.

– «А?» подала та голос, оторвавшись от обгоревших коробок, сложенных за стойкой.

– «А почему эти книги в таком состоянии?» задумался юноша, осматривая покрытые копотью фолианты.

– «Поступление из Дейрунштадта. Там какие-то изверги бой устроили во время проклятия, и библиотека сгорела. Вот всё, что удалось отыскать» отвечала девушка, протирая очки пыльным передником.

– «М-м… Ясно. Мне нужно подобрать книгу для девушки. Романтическую, но без греховного» изрёк блондин.

– «Ни слова больше, отец Габриэль. Я знаю, что вам нужно» библиотекарша запустила руку в коробку, смахнув с чуть обожжённой обложки локон красно-пепельных волос: «Случай в соборе! Специально написана для неокрепших детских умов, не содержит непристойностей, одобрена церковной канцелярией. Безвозмездно отдам в хорошие руки».

– «Да, то, что надо! Беру!» воскликнул Габриэль.

– «Надеюсь, вашей девушке понравится» улыбнулась барышня.

– «Она мой адъютант, а не девушка» заявил сероглазый, пряча книгу под рясу…

Карета Светлого Вихря остановилась перед воротами скромного имения на границе города.

– «Останьтесь здесь» приказал он своим спутникам, направившись к дверям.

У окон дома уже собрались его обитатели, а на крыльцо выскочили лакеи, расстелив ковровую дорожку. Вслед за слугами показался рябой мужичок с деревянным звёздным крестом на шее, всклокоченными волосами, окаймляющими лысину, и густой рыжей бородой.

– «Отец Габриэль, благословите!» прохрипел тот, упав на колени.

– «Пусть свет Белой Звезды ведёт вас» юноша положил руку на плечо хозяину.

– «Чем обязаны вашему визиту?» ласково просипел мужчина, затем крикнул прислуге: «Подайте на стол лучшее!».

– «Нет-нет, не стоит! Я на минутку заскочил к Фалмес» скрестил руки паладин.

– «К доченьке зашли? Пройдёмте, она сейчас тута тренируется» резво подскочил хозяин, направившись вдоль внешней стены дома.

Фалмес обнаружилась на заднем дворе. Вместо обыденных доспехов, девушка была облачена в домашние шорты длинную футболку с завязками и сандалии с гетрами до колен. Она стояла посреди усыпанной песком тренировочной площадки напротив манекена. Взмах рукой! Над головой собирается поток ветра, иссекающий мешковатое тело манекена десятком лезвий.

– «Фалмес, к тебе люди пришли, а ты одета как распутная дева! Быстро прикройся!» закричал хриплый отец.

Барышня обернулась, машинально прижав к груди толстую косу светлых волос.

– «Всё в порядке, я паладин! Идущим на смерть всё разрешено» отмахнулся Габриэль.

– «Но…» запнулся хозяин: «На всё воля Белой Звезды».

Светлый Вихрь вышел из-под навеса, приблизившись к боевой подруге.

– «Добрый вечер, Фалмес» улыбнулся он.

– «Габриэль, что ты здесь делаешь!?» со смесью восторга и шока произнесла она.

– «Я пришёл… Эм… Передать кое-что» кашлянул юноша, нащупав книгу под рясой.

– «Что?» уняв эмоции спокойным как смерь голосом спросила дама.

– «Книгу» бросил собеседник.

– «О, ты что… Не стоило проделывать такой труд ради меня» без эмоций отвечала боевая дева, глядя на макушку своего товарища.

– «Брось, мне не трудно» улыбнулся тот.

Двое замолкли.

– «Так, а где книга?» выгнула бровь девушка.

– «По правде, я тут, чтобы поговорить» белоснежная улыбка превратилась в неловкую.

– «Поговорить?» хлопала ресничками она.

– «Поговорить» кивнул паладин.

– «Но мы можем поговорить завтра. Или это тема, не терпящая отлагательств?» Фалмес нагнулась, чтобы оказаться на одном уровне с собеседником.

– «Нет, просто так… Ладно, выбрось из головы. Вот книга, приятного вечера» парень всучил подруге книгу в подарочной упаковке, развернулся и зашагал прочь в объятия тёмной зарешечённой кареты…

По зонтику долбил дождь, а в луже перед лакированными сапогами таяли снежинки. Габриэль сидел на складном стульчике, созерцая с заросшего косогора огни ночного города. Стоящий позади высокий паладин держал над его головой зонтик.

– «Отец Габриэль, нам пора. Время» сухо изрёк телохранитель.

– «Да, сейчас» тяжело вздохнул меч Церкви Белой Звезды…

Фалмес, закрывшись в своей маленькой комнатушке, вытащила из мешочка книгу. Она оглядела обложку и попыталась открыть обгоревший пылесборник. Хлоп! В её руках остаётся фальшивая белая обложка, а книга падает на пол. Надпись на настоящей чёрной обложке гласила: «Восьмая Невеста Властного Лорда».

Барышня с округлившимися очами подняла подарок, любопытно заглянув внутрь…

12-1

Кай лежал посреди банной парилки. Приглушённый свет, тишина. Деревянные полы под его телом омывала свежая речная вода, вытекающая из каждой щёлки. В один из просветов можно было разглядеть плавающую под полами рыбу и чистый жёлтый песочек. Высокая печка с тихим хрипом извергала клубы пара, а заложенная хвойными вениками рана в животе источала светлую кровь, что тонкими струйками стекала вниз. В горячей голове проносились лихорадочные обрывки воспоминаний…

Утро: квартет готовит ловушку. Не все понимают зачем, однако вампир знает. Кай, косясь на мелкую лесную живность протянул ему корявую записку: «Я предлагаю убить Руколома о полулюдей. Скрестим две наши главные проблемы, и они друг друга разрешат». Дамьён долго вчитывался, в конце концов записав ответ на обратной стороне бумажки: «Час назад замечен отряд кайзеровцев в лесу у каменных руин. Перемещаемся аккуратно».

День: красно-пепельный рассказывает полулюдям о месте, где «видел своими глазами» кайзеровцев. Филимон с важным видом рапортует в главный лагерь. В воздухе пахнет жареной птицей.

Вечер: над лесом разносятся звуки взрывов. Сразу отовсюду, прерываемые отчаянными криками и звоном металла. Квартет сидит на болотных руинах тише воды ниже травы, собирая из капканов неведомые ловушки.

– «Я порезал руку! Не буду больше этим заниматься. И вообще, отпустите меня уже!» решительно заявил Карей, бросив на пол пачку гвоздей.

– «Сиди-сиди, у меня есть работа иного толка для тебя» хвостатый с ухмылкой протянул складную лопатку, верёвки и ящик пустых бутылок.

– «Ну пожалуйста, отпустите!» менее дерзко и более плаксиво простонал юнец.

Ночь: Кай, хватая ртом воздух, бежит без разбора дороги сквозь кусты. Позади хрустят ветки. Взрыв! Он кубарем скатывается с косогора прямо на поле боя, над которым свистят болты и летят гранаты. Руколом запрыгнул на сосну, с высоты разглядывая беспорядочно бегающие точки…

Запачканный по маску в земле Дамьён, медведь с перебинтованной мордой и обвешанный бутылками Карей в линию стояли перед лихом. Ноги гильдийца тряслись, а вампир рапортовал:

– «…Страж вышел на вступившие в противостояние отряды Железного Кайзера и мятежников. В ходе перекрёстного сражения оба отряда были обращены в бегство, а страж отступил с тяжёлыми ранениями. В общем и целом, ловушка провалилась, однако достигнутый результат – не провал».

– «Кто знается с мечом, тому всё нипочём…» произнёс Хозяин, поглаживая кота в кресле-качалке: «Молодцы, хорошо работу выполняете. Хоть и с хитринкой».

– «Пр-ростите, а вы кто?» сглотнул слюну Миша.

– «Своих родичей не признаёшь, Миша? Я тебя ещё вот такусеньким медвежонком помню, как бегал по лесу, да зайцев гонял» неприятно усмехнулся старик.

– «Ч-что? Откуда вы меня знаете?» отступил на шаг ликан, упёршись косматым боком в дощатую стену.

– «Я всех знаю, кто в лес мой заходит. Али не помнишь, как в бункер провалился, а корешки тебя подняли наверх? Как в болотах заплутал, и все гадюки тебя стороной обхаживали» лыбилось лихо.

Медведь замолк, а хитрый взгляд старика упал на съёжившегося Карея.

– «В глазах собаки звёздочки, эх захрустят доброго молодца косточки!» рифмовал Хозяин.

– «Н-не трогайте меня, пожалуйста, дядя лихо! Я не вкусный, и мне домой надо!» упал на колени Карей, пуская сопли.

– «Выдохни, юноша. Я доброе чудовище, живых людей не ем» продолжал лыбиться Хозяин.

– «Правда!?» отчаяние брюнета уж слишком быстро сменилось ликованием. Он встал отряхнулся, и застыл с таким видом, будто ещё секунду назад не был готов слёзно кататься по полу.

Вампир выступил вперёд, отчеканив:

– «Разрешите идти».

– «Запрещаю. Кто ж своих раненными бросает. Банька моя хороша, всю душу промыть может. Но Каю плохо очень. К утру только оклемается» выдало лихо: «А вы устраивайтесь пока. Ночка длинная будет, снежная» …

Голову Кая вновь наполнили недавние воспоминания. Он открыл глаза, обнаружив перед собой не потолки бани, а густую чащу. Костлявые лапы раздвигают кусты, за которыми поджидала следующая картина: совсем юный получеловек склонился над столь же юным пареньком из деревни. Дрожащие когтистые руки сжимают ножик, торчащий из горла всё ещё трепыхающегося человека.

– «Это… Это вам за папу, уроды!» срывающимся голосом прокричал он, и из кошачьих глаз покатились слёзы.

Человеческий ребёнок из последних сил дёрнулся, сжав ручку своего топора, и затих, впившись опустевшим взглядом в никуда…

Троица собралась за дубовым столом.

– «Угощайтесь» произнёс Хозяин, указывая пальцем точку, куда нужно приземлиться горшочку с печёными грибами. Никто из присутствующих не набросился на угощение, лишь Карей с аппетитом принюхался.

– «Что за план, в котор-ром я участвовал? Мы же бор-ролись пр-ротив полулюдей!» шепнул принявший человеческую форму оборотень молчаливому солдату.

– «Так точно. План по устранению данной угрозы» уклончиво пробурчал тот.

– «А почему моего мнения не спросили!? Я отказываюсь сражаться с полулюдьми – я гильдийский охотник на монстров!» воскликнул Карей.

– «Охотник на монстров?» ухмыльнулся Хозяин.

– «А-а-а… Ну, не на всех чудовищ-то я и охочусь… А вообще, меня сюда силком затащили» унял напор гильдиец.

Михаил, отодвинув от себя грибы, начал:

– «Хозяин, р-раз вы помогали мне всё это вр-ремя, то почему не поможете тепер-рь р-распр-равиться с полулюдьми?».

– «Я бы мог направить на них зверьё, но дом дому рознь… Хи-хи. Мой дом – лес, и я забочусь о егошних жителях. Раньше люди шли с нами рука об руку, и лес тоже был их домом, но всё изменилось. Теперича люд отдельно, а мы отдельно» хихикал старичок.

– «Почему? Мне же вы помогаете! Дер-ревня – мой дом, там мои д-рузья, и им угр-рожает опасность!» негодовал Михаил.

– «Почему? Собаке бык не кавалер. Отношение к жизни у людей изменилось… А ты путаешь дом свой. Не человечий ты, а чуда сын! От того и чудовище… Чудовищу с человеком не дружить, и место ему в лесу» отрезало лихо.

– «Но как же!? У меня есть др-рузья!» воскликнул оборотень.

– «А друзья знают, чьих ты будешь? Видели тебя медведем? Эх ты, Миша! Друзьями кого попало не кличут – друзья должны тебе под стать быть. Ежели ты таков, то и они таковыми быть обязаны» вздохнул собеседник, почесав кота под шейкой: «Я сам по молодости как ты был. Ты ж, когда малой, веришь, что всё сдюжишь. Что правила мира этого писаны не для тебя… Моя глупость стоила мне леса. Я долго скитался как Хозяин без двора, но наконец нашёл место, что меня приютит – этот лес».

– «Хозяин, у нас пр-ростые люди живут! Никто зла не делает, все живут в мир-ре. Почему же не помочь нам?» не унимался юноша.

– «В мире... Коли на поклон приходит гусь к волку… Спроси Ховельфа, чего это Гоша дочурку так часто на кладбище водит, куда девался заезжий проповедник пару лет назад, откуда взялись деньги, чтобы купить рыжего бармирога в прошлом году, куда это вечно пропадает Марфушка, что про тебя говорят твои «друзья» за спиной и почему сам староста никогда не носит рубахи без рукавов?» бросило лихо…

Кай открыл глаза, и ему почудилось, что за окном парной стоит нечто чёрное. Оно вяло коснулось окна пальцами в перчатках, затем то покрылось инеем. Густая тёмная наледь пошла по внутренней стене комнатушки, однако печка щёлкнула, с писклявым шипением испарив лёд, а раненный вновь откинулся на пол…

В большой комнате дрогнул воздух, охапка поленьев отправилась в печку парной.

– «Эй, лихо!» произнёс изрядно осмелевший Карей, за обе щеки уплетающий грибы: «А это правда, что вы всё про человека рассказать можете?».

– «Толи правда, толи сказка, толи сон… Всё сказать – не скажу, а что в моём лесу было – доложу» усмехнулось лихо, прибавив: «Но ежели так охота, то у других Хозяев спросить можливо, чего в их лесах происходило».

– «То есть я могу узнать у тебя любую вещь, которая случилась в лесу?» спросил гильдиец.

– «Можешь. Но за всё своя плата: за чужую историю ты должен заплатить своей историей. Такой же по весу» последовал ответ.

Мужской триумвират переглянулся.

– «Вижу, загорелися интересом вы? Хи-хи… Ну задавай вопросы, молодёжь! Всех ответом отоварю» произнёс Хозяин.

– «Три недели назад я был в лесочке под Старобратичами. Там случился кое-какой инцидент с моими компаньонами… Скажи, кто-нибудь из них запомнил, что я говорил по пьяни?» вопрошал Карей.

Старик ущипнул кота на коленях за ухо и тот начал мурчать, выдавая нечто, напоминающее человеческую речь:

– «Ты наёмникам-мур-р всё рассказал, что не надо было… Уже выдвинулись они за твоей головой глупой-мур-р…».

– «Говорящий кот!» воскликнул оборотень.

– «Вот чёрт!» визгливо вздохнул юноша, похлопав вычурный меч по ножнам, будто проверяя.

– «Спасибо, родич» улыбнулось лихо, дёрнув кота за усик: «А тепереча ты расскажи мне историю».

– «Любую? Ну-у… Я как-то раз деда мороза в лесу видел, когда маленьким был. У нас в Лестофагене немного народу живёт, а ещё и зима такая ударила. Гуляли с Андрюхой… Андрюхой… Короче, остался я один, и дело к ночи. Смотрю, на границе с деревней стоит среди деревьев человек высокий в красном. Тощий и борода седая по пояс. Он мне рукой махнул, и вдруг со спины дед Андрюхин схватил меня, да в дом затащил… Страшный это праздник – новый год. «Малышу нос оторвёт дед мороз, а потом утащит, в лесной чаще спрячет», помню стишок до сих пор» поёжился Карей.

Хозяин поразмыслил, прислушался, переглянулся с филином на балке, и заявил:

– «Правду рассказал мне. Хвалю! Теперь и я вижу деда мороза в густых ветвях… Ох, красно его тело не от наряда пухового». Гильдийца передёрнуло от явственно накативших воспоминаний…

Кай вновь открыл глаза. Он стоял по колено в снегу на небольшом пригорке. Справа бесконечное поле, слева перемёрзшая речушка и белоснежный храм, а спереди в низине густая чёрная чаща. Между тонких стволов стоит не менее тонкое существо. В седую бороду вплетены маленькие иссохшие пальцы, тонкие руки больше напоминают металлические прутья, а перепачканное кровью тело прикрыто самодельным нарядом из гниющих шкур.

Янтарный глаз сузился, обнаружив, что это не шкуры животных, а чрезвычайно грубо снятая детская кожа. Повергало в шок то, что одна из этих шкур, самая свежая, всё ещё двигалась, шевеля обрубленными руками и открывая порванный рот в беззвучном крике. Дед мороз, заглянул прямо в глаза красно-пепельного, рукой подзывая к себе…

Лихо укрыло плечи тёплой шалью:

– «Ну что? Кто ещё хочет вызнать чего? Миша, может ты?».

– «Нет. Не хочу» буркнул ликан, туже укутываясь в бушлат.

– «Я» отчеканил вампир, подняв руку.

– «От как… И чаго ж ты знать хочешь?» спросил собеседник.

– «Кто он?» палец в латной перчатке указал на дверь в парилку.

– «А-а? Значит, енто тебе интересно, солдат… Сложно мне будет дать ответ, но я смогу. Токмо тогда и ты расскажешь, кто таков на самом деле. Уговор?» хихикнул старик.

– «Так точно» громыхнул металлом голос из-под маски.

Хозяин убрал с колен кота, скинул шаль, и снял со стены серебряный поднос, положив на стол. Подлетевший чайник залил поднос по самый кантик, а с полок в красном углу сорвались веточки и перевязки.

– «Ветвь-веточка, прилетит из леса весточка! Человека обойду, в чащу заведу! Откликнись, родня. Кто красногривого знает?» произнёс он, утопив хвойные ветки в подносе.

Внезапно все присутствующие животные встрепенулись, отчего Карей вжался в диван.

– «Я знаю-мяу» грубым мужским голосом пробасил тощий полосатый кот: «В снегах моих мёрз-мяу, чрез лес проходил» …

Кай простонал от морящего жара печки, после чего уровень воды под полом поднялся до пигментных полос на его теле, затем вовсе захлестнув с головой.

Красно-пепельный очнулся лежащим в снегу. В шею впиваются острые грани стального ошейника, маленькие босые ножки посинели от холода, а на зубах чувствуется вкус крови.

– «Псина, встать!» рявкнул стоящий перед ним рыцарь.

Юнец, откинув с лица ком спутавшихся волос, послушно вскочил. Он языком нащупал кровоточащую дырку в десне, там, где раньше был зуб.

– «Чего встало на месте!? Пошло!» замахнулся нагайкой рыцарь.

Красно-пепельный нехотя побрёл дальше по заснеженной тропке, вглубь мрачного леса. Самый высокий рыцарь бросил своему товарищу:

– «Держись подальше. Если там действительно мины, то тебя может зацепить осколками костей».

– «Спокойно, оно везучее – ни на одну мину не наступит. Бьюсь об заклад!» сверкнул безупречной улыбкой тот…

Полосатый кот замолк, и голос подала сова, сидящая на балке:

– «Я видела-уху. В крови весь, маленький-уху. Жалко мне его стало, я и вывела из чащи» …

Кай не успел выбраться из лихорадочных грёз, как вновь провалился на самое дно. Теперь он хромал, придерживая оборванный бок. Вокруг густой весенний лес. Капель выедает мозг, тело теряет силы. На шее кровавая отметина от ошейника, по сломанным пальцам стекает кипяток, а в янтарных глазах кровожадная ненависть.

Густой кустарник шелестит ветвями. Наконец он скрылся из поля зрения чудовищ, пирующих рыцарскими трупами…

Право голоса взяла жирная мышь, водрузившая своё тело на стол:

– «Вор, мошенник и убийца – вот он кто-с. Путал я перед ним-с тропы, чтобы в сердце леса не вышел-с, да к другому такому же направил!» …

Маленький Кай в рваных лохмотьях бежит по цветущей опушке. На шее давнишний шрам от ошейника. Позади несётся мужичьё с вилами.

– «Бей ворюгу!» кричит один.

– «Не уйдёшь, собака! За Витькин глаз ответишь!» визжит второй, крепче сжимая топор.

Сжав клыками кошель монет, а маленькими пальчиками покрепче перехватив окровавленный нож, красно-пепельный завернул в бурелом, ловко, подобно коту проскочив меж коряг. На самом выходе из чащобы, он запнулся, кубарем полетев с косогора.

– «Ай, ой…» охал малец, поднимаясь с земли.

– «А это ещё что такое?» послышался сухой мужской голос.

Зубастый оборванец резко поднял голову, готовясь рвануть дальше, однако обомлел, обнаружив перед собой длинноволосого мужчину в грязных путевых лохмотьях. С закинутого на плечо тонкого двухметрового меча ручьями скатывается кровь, а у ног валяются растерзанные трупы. Среди мёртвых тел присутствовали ошмётки некропатов, половинка мужчины в церковной рясе, несколько чуть трепыхающихся кайзеровцев и расколотая маска МОРовца без явных признаков самого мага поблизости.

Сзади донеслись голоса:

– «Он сюда побежал, хватай его!». На просвет вылетели селяне, да так и замерли, узрев высокого убийцу.

– «Это… Это…» промямлил здоровенный мужик с молотком.

– «Мать твою, это ж мясоруб!» истошно завопил другой, на чьей широкой штанине образовалось мокрое пятно.

Деревенские в ужасе умчали вверх по склону, а юноша принялся медленно пятиться в кусты.

– «Хм-м. Плохо выглядишь, вор. Какая же жизнь у того, кто, будучи такой мелочью спровоцировал погоню целой деревни? Не будет ли лучше её оборвать, чтобы прекратить муки? Одним трупом больше, одним меньше…» абсолютно замогильным голосом пробубнил окровавленный мясоруб. Он убрал сапог со спины кайзеровца, быстрым шагом направившись к оборванцу:

– «Стой на месте, ты меня видел. Всё кончится быстро».

Молниеносный взмах длинным клинком! Кай, отскакивает, припадая к земле всеми четырьмя конечностями, будто зверь. На свежую траву падает локон алых волос.

– «А? Уклонился? Точно, ты должно быть уже бывал в бою» хмыкнул мясоруб, оглядев нож в детских пальчиках.

Красно-пепельный зачерпнул горсть песка, швырнув в лицо оппоненту, и бросился наутёк, однако тот быстрее вдоха подскочил, совершив простейший удар наискосок. Боль пронзила руку, и если бы не ловкое уклонение, то маленькая конечность осталась бы болтаться на одном лишь лоскуте кожи.

– «Прыткий» сплюнул окровавленный воин, закидывая меч на плечо.

Валяющийся в грязи Кай схватился за руку, испуская истошный плач.

– «Но всё же простой ребёнок. Эх-х. Молись тому, в кого веришь, я…» прервался на полуслове мужчина, отражая неожиданный удар Кая. Они пересеклись взглядами. Вокруг янтарных очей не было ни единой слезинки, а сами они отражали пылающую ненависть.

– «Р-р-ра-а-а!» по-звериному рявкнул юнец, пытаясь вспороть ножом горло воителя, попутно второй рукой стараясь дотянуться до его глаза и старым башмаком пиная промеж ног.

Мощный удар массивным кулаком в живот. Кай отлетает вбок, выворачивая нутро наизнанку.

– «Нет, ты не ребёнок. Ни один из убитых мной детей не имел такого взгляда» всё тем же потусторонним голосом произнёс воин: «Но серьёзно, мне уже пора идти. Деревенских тоже придётся убить, а на это нужно время».

Вместо ответа в маленькой ладошке оказался зажат мешочек монет. Ткань сгорает, а монетки плавятся, превращаясь в жидкую смесь. Бросок! Кипящий металл обсыпает мясоруба.

– «Ух!» кряхтит тот, прикрыв лицо рукой. Стоило только открыть глаза, как красно-пепельного и след простыл.

– «Убежал? Чёрт» буркнул мужчина, направившись в сторону предполагаемого побега.

Хруст веток. Сверху на убийцу падает Кай. Тот рефлекторно перехватил нож у своей глотки, однако острые клыки до крови впились в макушку, а тощие ноги обвились вокруг шеи, пытаясь задушить. По ладоням пробежал жар плавящегося ножа, оставляя на коже ужасные ожоги.

– «Ай!» крикнул мясоруб, приложив юного противника виском о дерево. Тот жалко упал, несколько раз дёрнулся и обмяк, а под головой образовалась алая лужа.

Мужчина оглядел обожжённые пальцы, после чего перевёл удивлённый взгляд на Кая.

– «Маг огня… Последний в своём роде? Ну, надеюсь этого ему хватит. Покойся с мир…» снова осёкся он, получив глубокий укус в ногу.

– «Да от-це-пись ты!» крикнул убийца, с каждым слогом всё сильнее вминая сапогом голову ребёнка в землю.

Мясоруб отряхнулся и поднял красно-пепельного за шкирку, оглядев как трофейного зайца.

– «Пацан, ты причинил мне изрядно неудобств, и всё продолжаешь бороться… Хух… Если так хочешь жить, то скажи зачем? В чём причина такой упорности? Что ты в жизни такого нашёл? Эй! А… Уже помер?» с досадой оглядел разбитое детское лицо мужчина.

– «Я… Хосю… Зить…» прохрипел Кай, сплёвывая выбитые зубы: «Стобы… Твахнуть тебя в зопу… Х*ила…».

Тут уже обомлел сам рубака. Он выпучил глаза, пытаясь осознать услышанное. В конце концов мёртвое лицо исказила ухмылка, через миг обратившаяся оглушительным смехом:

– «Ха-ха-ха-ха!» …

Дамьён молча покосился на зверинец, заселивший дом лиха затем выдал:

– «Ответ на поставленный вопрос не получен: кто Кай?». Лихо и звери переглянулись.

– «Мы можем токмо куски истории рассказать, какие видели сами…» развёл руками Хозяин.

– «Принято» отчеканил кровопийца, пробурчав под нос: «Бессмысленный разговор».

– «Я знаю, что было, кар!» гаркнула ворона: «Мне отец покойный рассказал, кар-к однажды в одном из его лесов диво приключилось» …

Печка трещала и щёлкала, сражаясь с прущим из-за окна холодом. Из-под воды на миг показалось лицо красно-пепельного, он всей грудью вдохнул горячий пар, и вновь погрузился.

Ночь. Над глухим хвойным лесом поднимаются столбы дыма. Раненный медведь, окружённый волками, испустил отчаянный рёв, и рванул в последний бой, однако был придавлен горящими обломками. Волки обратили голодные взгляды на забившегося под изгородь Кая, но ко всеобщему удивлению из-под горящих балок вздымается всё ещё живая покрытая пылающей шерстью махина.

– «Гра-а-а-ар!» проревела она, бросившись на трусливо пятящихся волков. Медвежий взгляд падает на Кая, и тот почему-то понимает, что надо бежать.

Пылающие руины остались позади. Босоногий ребёнок с коротко стриженными красно-пепельными волосами бежит по лесу. На его запястьях и шее ещё нет натёртых мозолей от кандалов, а вместо лохмотьев маленькая зелёная курточка. В живых янтарных глазах застыл детский ужас и крупные слёзы.

Кай споткнулся, разбив локоть в кровь о камни. Он хотел заплакать ещё сильней, чем раньше, но страх и адреналин заставили бежать дальше.

В какой-то момент маленький человечек оказался среди старых могильных плит. Молодому разуму за каждой из них начали чудиться невообразимые чудища и он с криком:

– «Дедушка!» ещё быстрее побежал вперёд.

Ближе к утру юнец вышел по запаху дыма к небольшой деревне. Он был с головы до ног покрыт грязью, ссадинами и порезами, макушку венчали водоросли, а лицо перепачкано гарью. Сколько же радости было в янтарных очах, когда на горизонте замаячили люди.

– «Помогите!» прокричал он. Вместо ответа ближайший мужик схватился за дубину, и с визгом:

– «Мамочки, нечисть!», отоварил чудо лесное по голове…

13-1

Кривой кряж, ночь. Расколотый пополам идол медленно покрывается чёрными прожилками. За окном избушки бушует вьюга и слышится тихий звон, отдалённо напоминающий сладкое позвякивание монеток. Внутри немая пауза. Наконец Дамьён разорвал тишину коротким вопросом:

– «Всё?».

– «Усё, голубчик. Нас тут вона скока собралось, а всё одно… Не только люди рода своего знать не хотят. Чем дальше в века, тем разобщённей Хозяева. Может знает кто чё, да не вызовешь их никак: одни у городах, другие у полях, третьи вообще у чёрта на куличиках» пожал плечами старик.

– «Координаты того леса, где бежал Кай, известны?» спросил вурдалак.

– «Если б-кар!» гаркнула сорока.

Пирующий грибами Карей, с аппетитом поинтересовался у Хозяина:

– «А что это за грибочки? Никогда ещё таких вкусных не ел».

– «Грибки-то? Мертвецкие лисички» хихикало лихо.

– «В каком смысле мертвецкие?» с наивным рвением вопрошал едок, запихивая в рот очередной гриб.

– «Как вы там нас кличете? Вурдалаки, да? Все мы питаемся чем-то от человека. С нюансами, но всё же: вампиры кровью, оборотни энергией от обитания рядом, а Хозяева всем подряд, но чаще мяском. Однако ж я Хозяин добрый, ради еды живого не изведу. На трупах и косточках лисички рощу, да в печке запекаю. Правда, объеденье?»

Гильдиец застыл с глупой улыбкой, не в силах пошевелиться. Его лицо побледнело, затем позеленело.

Пока Карея выворачивало в подлетевший тазик, ликан думал тяжкие думы, а всё зверьё надрывало животики от смеха, Хозяин обратился к кровопийце:

– «Теперь твой черёд рассказывать нам истории: за стеной уже ночь, гони все тайны прочь!».

– «Так точно. Дело было на Восточной» начал Дамьён…

Кая вновь потянуло под воду.

– «Да… Хватит… Уже… Затрахало… Я, что, водолаз…» прокряхтел он, уходя на дно.

Красно-пепельный, укутанный в плотную солдатскую шинель, пробирался по бескрайним рисовым полям чужого края. Закатное солнце давало отблески в стволах арбалетов его товарищей.

Наконец боевой отряд дошёл до назначенной точки сбора – деревни лоялистов.

– «Ну и дыра» вздохнул кто-то из солдат.

– «Отставить. Сохраняем молчание» ответил Кай железным голосом, скомандовав в рунический передатчик: «База, мы на месте. Приём».

Солдаты дружным строем преодолели низкий деревенский заборчик без ворот, отметив для себя отсутствие постовых. Внутри их ждала следующая картина: бедные бамбуковые домики, несколько мастерских с кустарно изготовленным оружием, склад и улицы, заваленные трупами.

Кай подошёл к ближайшему телу смуглого узкоглазого старика, осмотрел. «Мёртв уже день. Причина неясна» мелькнуло в голове. Каждый мертвец, ребёнок то или взрослый, имел одни и те же общие черты: поджатые конечности, кровь из ушей и носа, и лицо, исполненное дикого ужаса.

– «Товарищ офицер, будут приказы?» дрогнувшим голосом отчеканил солдат из-за спины.

– «Уходим» бросил главный, махнув рукой на выход из деревни, сообщив в передатчик: «База, мы отходим. Все лоялисты мертвы по прибытию, приём». Вместо ответа устройство выдало свист и скрежет.

– «Сука, глушилки! Уходим, немедленно!» крикнул Кай, и в этот же момент голова одного из бойцов разлетелась на куски.

Щёлк-щёлк-щёлк! Над рисовыми полями поднялось громкое улюлюканье, и отряд осознал, что оказался в кольце.

– «Занять укрытия!» рявкнул красно-пепельный, выломав дверь в ближайший домик.

Внезапно из колодца выскочили два молодых бритых Поскенурца. Один сжимал в руках кривой меч, а другой был обвязан стеклянными банками с едва слышно потрескивающим содержимым.

Прежде чем солдаты успели среагировать, восточные партизаны обезглавили двоих, а в руку третьему угодил снаряд, запущенный из кустов.

Щёлк-щёлк-щёлк! Поскенурцы валятся наземь. Звон разбитого стекла.

– «В дом, живо!» рявкнул Кай, затаскивая раненного сослуживца.

Ещё около минуты партизаны поливали бумажный домик периодическим огнём.

– «Бл*дь, я не понимаю, откуда по нам палят! Куда мне стрелять в ответ!?» воскликнул высокий боец, севший под окном.

– «Никуда. Пока выжидаем. Судя по всему, противник не имеет должного оснащения, и скоро истощит весь свой боезапас» отчеканил красно-пепельный, вытащив из руки раненного бойца заточенный бамбуковый стебель, вымазанный смердящей коричневой массой.

Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, выстрелы стихли. Однако вместо канонады щелчков, над деревней поднялся уж слишком громкий стрёкот.

– «Ух, у меня от этих цикад… Голова скоро треснет!» прорычал раненный боец, чахнущий на глазах.

– «Это… Это не похоже на цикад» пробубнил пухлый вояка, перекидывая через спину ремень с коробками снарядов.

Кай поднял глаза, ощутив неприятное покалывание в руке. На его ладони сидел небольшой чёрный жучок с острыми лапками и пульсирующим белым брюшком.

– «Что за…» произнёс он, раздавив жучка. По руке остались ползать несколько длинных белых червячков, напоминающих опарышей, что выбрались из брюшка.

– «А-а-а!» взвизгнул высокий солдат, когда его голову окружил целый рой таких жуков, влетевший через окно.

– «Лёха!» подскочил пухлый боец, огрев товарища по лицу шинелью. Разгневанные жуки перекинулись на второго солдата, а через расстрелянную бумажную стену в помещение неуклюже ввалилась фигура.

Кай вскинул ствол, приглядевшись. Ночным пришельцем оказался узкоглазый старик, ещё недавно лежавший под дверьми, свернувшись калачиком.

– «Они лезут мне в нос, они лезут в меня!» нечеловеческим голосом орал атакованный жуками. На стволе арбалета вспыхнул фонарик, и к горлу подкатила тошнота. Оживший селянин оставался всё так же мёртв, а из каждого его физиологического отверстия, за исключением глаз, сочились белые черви.

Щёлк! Стальной болт разбрасывает кишащие червями ошмётки головы по помещению, а высокий и пухлый солдаты падают, подгибая конечности к телу из-за невыносимой боли. Их лица деревенеют, покуда из носа и ушей, куда туго набиваются насекомые, начинает струиться кровь.

Между домами замаячили ещё силуэты, а кошмарный стрёкот продолжал усиливаться…

Дамьён отчеканил последнюю часть истории:

– «К утру нас осталось трое. Это Кариба-Наса, насекомое, из тропической части Поскенура. Активно только ночью. Выедает человека изнутри. Первые несколько суток способно управлять его движениями посредством выделяемых реагентов, стимулирующих мышцы и нервную систему. Затем труп взрывается, разбрасывая взрослых особей. У Поскенурцев были частые перебои в поставках, поэтому они использовали много самодельных ловушек, в том числе Кариба-Наса. Насекомое, как и ядовитый газ, крайне нестабильное оружие. В то утро мы обнаружили открывших по нам огонь партизан выеденными среди рисовых полей. Так и отступили».

– «Хм-м…» задумался старичок, покуда чуть отпустившего Карея вновь вывернуло наизнанку: «Эта история не подходит. Она не того толка, да и не про тебя. Не был ты в той деревне, а узнал об этом от кого-то… В моём домишке чисты должны быть мыслишки».

– «Уф… Так точно» отрывисто произнёс пойманный за руку солдат: «Тогда… Разрешите рассказать про мой дом».

– «Нет, ты про себя чёй-нить расскажи. У Кая жизнь посмотрел, так теперь про себя рассказывай» лыбился Хозяин.

– «Есть» отрезал вурдалак, уже сожалеющий о своём любопытстве…

До предела измотанный кошмарными историями Кай привычно набрал тёплого воздуха в лёгкие, погружаясь под воду.

Красно-пепельный стоял посреди роскошного коридора, увешанного картинами. Красные ковры, приглушённый свет, разнообразные доспехи и стенды с трофейным оружием. Он был крайне юным дворянином, одетым с иголочки, что разглядывает огромный портрет клыкастого вампира со всклокоченными волосами и лихими чертами лица.

– «Молодой господин, пойдёмте в столовую, вас все заждались» раздался мягкий женский голос из-за спины, и на макушку легла тёплая ладонь.

– «А? Матильда, а кто это?» спросил он, ткнув пальцем в картину.

– «Это ваш прадедушка – один из величайших воинов, принимавший участие в отбитии людских походов с семнадцатого по тридцатый» отвечала Матильда.

– «А почему он такой грустный?» спросил Кай.

– «Нет-нет, не грустный. Я бы сказала, скорее задумчивый. Уверена, он был бы счастлив, что его семья больше не участвует в войнах и что у него такой прекрасный правнук» улыбнулась женщина, демонстрируя восемь острых клыков, четыре нижних и четыре верхних.

Стоило моргнуть, и юнец оказался среди снежкового побоища с другими дворянскими детьми. Из лилово-зелёных небес, затянутых серой дымкой, сыпался столь же серый снег. Он оказался зажат в снежном окопе, команда противника вот-вот зайдёт с фланга, и наступит конец. Но нет! Юный дворянин от безысходности начинает рыть тоннель в густом снежном покрове, и когда враги забираются в окоп, обнаруживают лишь тёмную кротовую нору.

– «Эй! Мы победили!» крикнул Кай, сжимающий в промокших насквозь варежках вражеский флаг.

– «Нет, не честно!» топнул ногой тучный паренёк в очках.

– «Да, ты как крыса!» поддержал другой.

– «Я не крыса! Сами вы такие!» фыркнул красно-пепельный, воткнув флаг в снег.

– «Крыса-крыса-крыса! Роется в земле, как чернь!» противно смеялся третий паренёк.

– «Я не чернь, а сын благородного дворянского рода! Моя мать – белокровный вампир, а отец имеет аж шесть сердец! Извинись!» прошипел юный дворянин.

– «Тогда чего ты-то четыре сердца имеешь? Может, ты приёмный?» продолжал противно смеяться третий.

– «Ах ты ж! Забью!» вспыхнул Кай, ринувшись с кулаками на обидчика.

Матильда подбежала первой, быстро разняв драку.

– «Молодой господин, вам нельзя опускаться до столь низкого поведения – вы дворянин!» причитала она, отряхивая подопечного от снега.

– «Но они… Они сказали, что я приёмный!» всхлипывал юнец.

– «При… Ёмный?» красные глаза женщины округлились.

– «Да! Что у ребёнка шестисердечного и белокровного вампиров не может быть четыре сердца!» крикнул Кай.

– «Нет-нет, что за вздор! Вы ребёнок своих родителей, и наравне с братьями обладаете всеми привилегиями» произнесла она, кровожадным взглядом провожая уходящих под руку со слугами обидчиков.

– «Н-но! Но почему тогда у братьев больше сердец, чем у меня? Почему я до сих пор не могу использовать способности!?» зашёлся в истерике ребёнок.

– «Тише!» дама прижала подопечного к груди, положив тёплую руку на плечо: «Всё… Всё хорошо. Просто вы особенный. Вы как долго распускающийся цветок – когда распуститесь, будете прекрасней всех остальных».

Тяжёлый вдох, и снежные просторы растворяются в высоких сводах кабинета. Кай стоит перед сидящим за кафедрой отцом. Громадный бородатый вампир с толстой указкой навис над ребёнком. В его красных глазах читался холод.

– «Ты едешь на этот приём. Не обсуждается» произнёс он.

– «Но пап, я не хочу!» шмыгнул носом красно-пепельный.

– «Как это понимать, не хочешь?» толстая бровь выгнулась.

– «Он имел в виду, что не хочет, но обязательно поедет ради своего прекрасного отца! Не так ли, юный господин?» Матильда упала на колени рядом с подопечным, аккуратно склонив его голову.

Кабинет обращается тёмным залом с плотно закрытыми шторами. Ни единый лучик света с улицы не проникал внутрь. Кай стоит перед белоснежной дамой невиданной красоты в окружении братьев. Она поочерёдно подзывает к себе каждого, шепча что-то на ушко ласковым голосом. Наконец настала очередь самого юноши. Он подходит к заметно помрачневшей женщине, и та скрипуче-холодным шёпотом произносит:

– «Удачи в учёбе… Сынок».

Дощатые полы расползаются, и Кай проваливается в тёмный каменный подвал. Он заметно возмужал за это время, превратившись из ребёнка в юношу.

– «Настало время, дети мои. Вампир должен испить человеческой крови, дабы его возраст остановился. Так вы докажете, что больше не дети… Но мы не простые вампиры, а дворяне! Поэтому нам полагается не совсем обычный обряд инициации. Испейте живой крови! Выпейте их досуха!» махнул рукой отец, и слуги вывели из клеток скованных людей. Юноши и девушки, немногим старше братьев.

Красно-пепельному досталась самая тощая и замаранная жертва. Всё внутри сжимается, стоит только заглянуть в обречённые глаза человека.

– «Давайте, юный господин. Вы дворянин – это ваше по праву» нежно шепчет на ухо Матильда, и юноша неуверенно открывает рот для укуса, покуда братья уже пируют свежей кровью. Из пасти выглянули восемь острых клыков, четыре нижних и четыре верхних.

Как только зубы входят в плоть, окружение сменяется широким полем, на котором стоят все браться. Ветер колышет золотую траву, а небо высоко гудит. Перед ногами каждого валяются разорванные трупы нежити. Слуги обтирают юных охотников полотенцами от крови. Только лишь один Кай был с арбалетом, саблей, и без единой капли крови на одежде. Однако под его ногами лежало больше всего трупов.

– «Эй, Атамьёнд, ты как столько нежити поймал?» спросил самый высокий из братьев.

– «Да повезло ему, как пить дать!» воскликнул другой, тряхнув рукой, из которой вылезли длинные кровавые когти, острые как бритва.

– «Стратегия» отвечал красно-пепельный, передёргивая затвор.

Золотистая трава растворяется в душных стенах классной комнаты.

– «Эй, Атамьёнд! Помнишь, меня? Мы с тобой в началке общались. Го пообедаем вместе?» предложил юноша-нежить, серое лицо которого частично замотано бинтами.

– «Я сын дома Гетцивельхарм, а ты – безродный некропат. Как же нам обедать вместе? Извини, друг, не выйдет» усмехнулся Кай, вставая из-за парты.

Вновь кабинет отца.

– «Нет, отец! Мне надоело, что ты принимаешь за меня решения! Я не стану поступать на курс финансов, я хочу стать воином!» отрезал красно-пепельный.

– «Что ты сказал?» толстая бровь бородатого вампира выгнулась.

– «Я сказал нет!» рявкнул юноша.

Отец встал из-за кафедры, а в двери ворвалась Матильда, упавшая на колени перед подопечным:

– «Нет, прошу, господин! Он не знает, что говорит, я обязательно…».

– «С дороги!» прорычал отец, пощёчиной отбросив служанку: «Знай своё место!».

В руках Кая образовалась тёмно-синяя дымка, из которой сформировались две простенькие сабли.

– «Ну что, отец, что ты мне сдел…» глумливо оскалился он, однако быстрее молнии получил удар острыми когтями, пробивший тело насквозь.

– «И ты знай своё место, щенок! Ты ешь МОЙ хлеб, живёшь в МОЁМ доме и пользуешься именем МОЕГО рода, значит будешь поступать так, как Я хочу!» произнёс отец, стоя над захлёбывающимся кровью ребёнком.

Стены академии, полнящиеся гулом знаний. Деканат.

– «Я очень рад, что вы решили перейти именно на наш курс, но ваш отец знает об этом?» спросил лысый мужчина армейской выправки.

– «Знает и всецело одобряет» кивнул Кай.

Часы пробили двенадцать, и красно-пепельный оказался в кабинете. Все ученики собирались по домам, он в том числе. Внезапно на парту присела миловидная барышня в короткой юбочке.

– «Атамьёнд, не хочешь проводить меня до дома? В нашем районе неспокойно, а слуги как на зло заняты присмотром за матушкой» игриво сказала она.

– «Нет. У меня после учёбы занятия» чуть огрубевшим голосом ответил он, встав из-за стола. На юном лице появились первые шрамики.

– «И вообще. Твой род – ни чета моему. Нам не стоит разговаривать» по пустеющему кабинету разнёсся голос с нотками металла.

Большой наградной зал. Всюду развешены разноцветные гирлянды, а под потолком надпись: «Выпускники».

– «…И красный диплом получает лучший ученик курса боевой подготовки, Атамьёнд Рераугиг Гетцивельхарм! Все пророчат тебе прекрасное будущее, сынок. Не подведи наших надежд» лысый мужчина военной выправки пожал руку Каю, всучив алый как его глаза диплом. Он обернулся, в надежде найти удивлённое лицо отца среди зрителей, однако узрел лишь его массивную спину перед выходом и Матильду со слезами на глазах. Громкий хлопок дверью.

Наградной зал сменился зашторенной комнатой. Всюду грязь и чемоданы. За столом сидит мрачный юноша. Тень скрывает его лицо, а в руках письмо: «Атамьёнд. Ты ослушался моего приказа, и несколько лет мне врал. Как ты понимаешь, в моём имении тебе больше не рады. Это теперь не твой дом. Скажу больше: ты не мой сын, и никогда им не был. В твоих жилах нет ничего благородного, ибо ты – ребёнок моего мимолётного желания и нашей служанки, Матильды. Лишь чернь, которой я позволил жить как гордому вампиру, и вот чем она мне отплатила».

По покрытому мелкими шрамами подбородку скатывается слеза. Затем ещё одна и ещё. Вокруг ритмично содрогающегося тела образуется облако синей дымки, из которой формируются кривые шипы.

– «Я… Я… Я…» захлёбываясь всхлипами, мямлил Кай, до боли сжав кулак…

Утром, когда над разделённым гражданской войной лесом взошло туманное солнце, красно-пепельный очнулся. Он скинул потемневший веник, впитавший всю кровь, придерживаясь за голову проковылял в помывочную, и самолично вылил на голову ведро ледяной воды.

– «А-агх…» прошипел он, испуская клубы пара.

– «Ну что, Кай… Где в теле боль и проволочки, там налипнут листочки! Как самочувствие?» хихикнул Хозяин, застыв в дверях с кадушкой и летающей вокруг него метёлкой.

– «С-супер» через силу улыбнулся облепленный с ног до головы листами скиталец, продемонстрировав трясущийся палец вверх.

– «Эт хорошо! Шуруй к своим, а то без тобе уйдут!» старичок шлёпнул его по спине, сам пройдя в парилку.

Кай вышел на деревянных ногах, а Хозяин пробурчал:

– «Хм-м… Сколько же грязи с улицы прёт, ночное зло в мой дом не пройдёт», разглядывая чёрные жилки, тянущиеся от окна вниз по стене…

Воссоединившийся квартет покинул избу Хозяина, оказавшись на затянутом туманом кривом кряже.

– «Ничерта не видно» сказал Кай.

– «Ну, я пойду» между делом отмахнулся Карей, засеменив было по просеке.

– «Стоять» его схватил за шиворот вампир.

– «Нет, пожалуйста, я больше не хочу жрать трупные грибы и быть приманкой для чудовищ! Можно я вернусь в гильдию?» пуская слюни, взмолился гильдиец.

– «Никак нет» последовал железный ответ.

– «Слушай, мне в парилке такие сны странные снились» невзначай начал красно-пепельный: «Про деда мороза, про Поскенур, про КАКИХ-ТО ВАМПИРОВ… Не знаешь, с чем это может быть связано?».

– «Никак нет» повторно отчеканил солдат.

Неожиданно туман чуть отступил под внезапным порывом леденящего ветра, и четверо заметили перед собой кончики покрытых мхом костяных рогов.

– «Руколом, мамочка!» взвизгнул Карей, первым заскочив в избу.

Далее туман отступил ещё на шаг, позволяя разглядеть монстра в полной мере: Руколом лежал в канаве без движений, его уродливые конечности раскинуты по сторонам света, голова провёрнута вокруг оси, а в груди будто взорвалась начинённая тьмой граната, забрызгав всё вокруг гнилой требухой.

– «Сука… Его кто-то разорвал» заявил зубастый юноша.

– «А? А, да, я так и думал!» Карей вышел из избы, гордо выпятив грудь.

– «Да-да, только не подходи близко» костлявые пальцы запустили в нежить камень, и та встрепенулась, подняв изорванную морду.

– «Живое!» пискнул гильдиец, снова скрываясь за дверьми избы.

– «Вообще-то, мёртвое» сухо бросил зубоскал.

Из недр избушки выбрался старичок, сжимающий в руках мокрую швабру. Все замолкли в его присутствии. Он смерил своего стража пристальным взглядом, медленно подошёл, положил руку на изорванную тьмой грудь, и изрёк:

– «Сильно тебя помотало… Но я тобе снова соберу, в этот раз крепче прошлого. А вам четверым хорошей дорожки! Выполняйте работку дальше. И будьте осторожны: страж некоторое время не сможет нас всех защищать».

– «З-з-защищать от кого?» напрягся пуще прежнего Карей. Ответом ему было молчание.

За спиной Хозяина вспыхнули десятки глаз разнообразных зверей, и туман вновь накрыл опушку, скрыв из виду диковинную избу с её обитателем.

– «Похоже, для нас открыта дорога к цели?» несколько неуверенно шепнул кровопийце скиталец.

– «Возможно…» задумался солдат.

Два затейника замолкли в нерешительности.

– «Ну, тогда я могу идти вперёд, искать посыльного… Составишь мне компанию? Тебе же тоже вроде чё-то там надо было, да?» прищурился Кай.

– «Так точно» отвечал металлический голос.

Вампир и оборванец вгляделись в туманные просторы, среди которых явным пятном выделялся молчаливый деревянный идол, окружённый сгнившими грибами. Кроны деревьев издали низкий утробный звук под напором ветра, где-то в кустах хрустнула ветка, а земля вдалеке едва заметно содрогнулась.

– «Нужен план. Ты зарисовал карту этого места?» спросил красно-пепельный.

– «Нет. Слишком плотный туман» последовал ответ

– «Тогда пошли выбивать информацию из знающих. Думаю, деревенский староста должен иметь хоть какое-то представление о том, что ждёт нас за стеной тумана» заключил юнец.

– «Мне тоже надо задать пар-рочку вопр-росов стар-росте» решительно прокартавил оборотень…

В кожаной перчатке оказалось сжато опоясанное травами и мхом сердце. Хрусть! Палец протыкает его, и по всей площади начинают расходиться прожилки тьмы.

– «Похоже, дела идут на завершение. И как известно, важно успеть первым выйти из пирамиды на самом её пике… Сделаем всё ещё интереснее!» прозвенел холодный чёрный голос в самой тёмной и мрачной части леса.

14-1

Квартет прошёл по опустошённому полю боя, на месте которого ранее стоял небольшой лагерь полулюдей. Здесь происходила вялая грызня между псами и волками за разорванные ошмётки трупов.

– «Ай! Помедленнее идите, мне камушек в сапог попал!» воскликнул Карей, пытаясь вырвать из объятий колючего кустарника излишне длинные полы плаща.

– «Кай. Руколом устранён, в гильдийце нет нужды» тихо произнёс вампир.

– «Угу, устранён… А вдруг нам придётся снова ловить кого-то на живца?» лукаво зыркнул хвостатый.

– «Он затруднит переговоры с деревенскими. Живца могу предоставить в любой момент» буркнула бестия.

– «Правда твоя, тащиться с ним в деревню чревато, а оставлять на привязи ненадёжно…» кивнул пройдоха.

Двое остановились, а медведь прошёл по инерции ещё несколько метров и обернулся.

– «Эй, а где Кар-р-рей?» спросил он, не обнаружив паренька поблизости.

– «Свалил, похоже» изрёк Кай, осмотрев последнее место, где видел гильдийца. Он заметил под кустарником прикрытый надломленными кореньями бетонный лаз в бункер и клочок громоздкого плаща, поигрывающий на ветру.

– «Что? Куда-р?» тряхнул забинтованной мордой медведь.

– «Куда-то в сторону косогора» огненный маг присел на корточки, запустив вниз язычок огня. Пламя пролетело два метра, пять, десять, пятнадцать, а затем затерялось среди криво петляющих стен подземелья.

– «Похоже, сегодня проблемы решаются сами собой. Кабы не помереть к концу дня с такой подозрительно ласковой удачей» неприятно ухмыльнулся он, закрыв проход кустами…

Троица на подходе к деревне учуяла неладное. Были ли то неразборчивые крики или вздымающийся над крышами дым.

– «А у них там весело» бросил Кай, поймав костлявыми пальцами клочок пепла.

У блокпоста стало на одного деревенского стражника меньше – в окружении двух кайзеровцев стоял лишь высокий тощий старик.

– «Заходь! Шевели ногами!» нервно выкрикнул он.

– «Старче, что это вы тут устроили? Не так я представлял празднование дня солнцестояния» усмехнулся зубоскал.

– «Да гузно там смородное! Проходи, сам всё увидишь» махнул рукой страж, обречённо плюхнувшись на складной стул.

Спутники прошли мимо порванных зарослей винограда. У избы в рядок сложены накрытые простынями трупы, а внутри кряхтят раненные. Ветви могучего дуба трещат под весом десятков новых тел. В центре деревни бушует столпотворение.

– «Вот видите, рабы Белой Звезды, для чего здесь Железный Кайзер!? Они вовсе не помочь вам пришли, а замести следы во имя своего МОРовского покровителя!» напевно простонал церковник в белых одеждах, обнимающий нашпигованное дробью тело селянина с вилами.

– «Назад, иначе будете нейтрализованы!» рявкнул Семистрельный из-за спин своих лысых товарищей. Один из кайзеровцев передёрнул затвор, и толпа тут же обступила проповедника, закрывая собой.

Церковник выкрикнул из недр толпы:

– «Не устрашить истинных воинов Белой Звезды! Сколь ещё нас будут терзать эти слуги МОРа!? Неужто грязные руки колдунов могут перебороть указующий перст паладинский? Нет! Я проведу вас через бесконечный мрак, я укажу вам путь и подам знак!».

– «Организованно сложите оружие! Мы уполномочены самой Короной разрешить террористическую угрозу в этой области!» отвечал Семистрельный.

– «Власти захотели!? Даже Корона не может перечить слову божьему!» рявкнул проповедник, ударив себя в грудь.

Глаза Михаила округлились, когда он заметил в толпе своих знакомых.

– «Эй, р-ребят, что пр-роисходит?» он скрылся среди людской массы, а Дамьён молча указал пальцем на одиноко сидящего в беседке Ховельфа.

Двое подошли к отдалённой беседке.

– «Староста, чего это ты тут грустишь?» спросил красно-пепельный, присев перед стариком. Тот поднял мрачный взгляд, буркнув:

– «Всё пропало, ненаречённый. Сгинуло аки дубовый лист под снегом».

Холодный ветер обсыпал стол сухим снежком.

– «Бунт на корабле?» усмехнулся юноша.

– «Опятичи кровь изольётся на реку… К нам по утренней дороге пришёл ни человек, ни зверь, а чума под церковными тряпками! Митрофан Оську топориком зарубил, да от кайзера в лес ускакал по крышам как кот. А проповедник кажет, что специально это всё. Я сразу ему не поверил, видал в глазах его отблески смерти, но деревенских он надурил. Сладкими словами перед собой состроил, да с кайзером стравил» горевал старик.

– «Ладно, не важно… Скажи, Ховельф, ты знаешь, что находится на кривом кряже?» сказал Кай, опасливо оглядевшись.

– «Объекты инфраструктуры, аномальные зоны, сущности» добавил Дамьён.

– «Ась? Вглубь кряжа сунуться вздумали? А зачем уже?» без интереса изрёк староста.

– «Ну как же, я ищу посыльного своего нанимателя, чтобы прислать вам помощь» последовал хитрый ответ.

– «Или потерянного друга его?» Ховельф указал пальцем на вампира: «Заврался ты совсем. И помощь нам никакая не нужна… Опоздал я, опоздал…».

Толпа выплюнула изрядно помятого ликана. Тот ощупал фингал, бросил:

– «Я не сошёл с ума! Я действительно ликантроп, смотрите!» и начал обращать руку, когда из толпы донёсся железный ответ:

– «Тогда мы заколем тебя вилами и затравим псами, как должно с любым монстряком быть. Сгинь, дурень, не до тебя!».

Медведь выпучил глаза, спрятав покрытую шерстью руку и попятился за угол. Там он осмотрел свою конечность, затем перевёл решительный взор на беседку, где засел староста, и побрёл туда.

– «Ховельф!» громко крикнул он: «Я ничего не понимаю! Что пр-роизошло? Почему все с ума посходили?».

– «Бечь тобе, молодому надо. Сейчас начнётся буча» выдал старик.

– «Нет, подожди! Ты мне голову своими советами не мор-рочь! Что на самом деле живёт на кр-ривом кр-ряже? Почему ты запр-рещал мне туда ходить?» спросил Миша.

– «Да чаго ж вас всех тянет туда так? Не время сейчас для такого. Зло там старое! Древнее нас всех! А я как староста должон был защищать от него, да… Кого ж тут защитишь, ежели в умах одна злоба?» охал Ховельф.

– «Зло? Один и тот же ответ, как всегда… Скажи, почему Гоша так часто дочку на кладбище водит? Где заезжавший к нам год назад пр-роповедник? Как мы купили рыжего бар-рмир-рога? И почему ты никогда не ходишь без р-рукавов?» выпятил грудь юнец.

Староста побледнел. Он поднял очи на оборотня, за спиной которого собрались мыши, а виноградную изгородь увенчали сова с вороной.

– «Вот оно чаго… Всё ж занесла нелёгкая к Хозяину на поклон. Не упас Родушко…» пустым голосом проговорил старик, встав из-за стола. Кай и Дамьён переглянулись, отойдя поближе к изгороди.

– «Знать всё хочешь? А сдюжишь?» по морщинистой щеке скатилась слеза: «Я-то старый грешник, мне не привыкать. Твою тайну, да ещё с десяток за семью замками давно-о держу. А тобе, молодому, не надо душу чужими грехами забивать».

– «Нет, я хочу знать! Почему столько секр-ретов? Может и полулюди здешние – не простые катор-р-ржники, а Руколом не злой на самом деле?» ударил кулаком по столу паренёк. На фоне эмоций вторая его рука покрылась шерстью и увеличилась, теперь больше напоминая медвежью лапу.

Стоящие в сторонке оборванец и вампир молча наблюдали за спором, вдыхая горелый воздух.

– «Похоже, семейные разборки. Так мы нихрена про кряж не узнаем» шепнул зубоскал.

– «Идеи?» буркнул солдат.

– «Ну смотри, ты насколько из десяти готов срочно бежать отсюда под градом выстрелов?» невзначай спросил красно-пепельный.

– «Девять. Всегда готов» донеслось из-под металлической маски.

– «Это хорошо. Мы же работники хозяина, так? Если одна из сторон конфликта помрёт, то всё равно останемся в выигрыше… Я попробую договориться со старым, но ничего не обещаю» подмигнул хвостатый.

Старик закончил рассказ, утирая скупую слезу. Его слова упали грязным комом под ноги Мише. Тот застыл, не веря своим ушам:

– «Это… Это…».

– «Да. Каждый здесь имеет грех за душой» кивнул Ховельф.

– «Чёр-рт… Гр-риша свою дочку… Свою дочку!? А бедный пр-роповедник! Эти люди ведь ничем не лучше полулюдей!» воскликнул Миша.

– «Мне жаль, раз ты так думаешь. Не горячись, на зло обязательно должно быть добро» поник старик, и его седая борода коснулась дощатого пола у босых ног.

Внезапно в угасающий диалог вклинился Кай:

– «Ховельф, так у тебя нет карты кривого кряжа?».

– «Чего ради? Всё кончено…» Ховельф отмахнулся, собираясь уходить.

– «Правда? И ты вот так бросишь своих людей?» наигранно произнёс юноша.

– «Они ужо всё сами выбрали» буркнул староста.

– «То есть ты готов оставить своих подопечных в руках ложного пастора? И… Ай, да в сраку! Чё я тут распинаюсь и корчу из себя что-то? Если хочешь бросить этих обрыганов на произвол судьбы, то бросай – твоё дело! Найдёшь себе новых» неожиданно состроил глумливый оскал красно-пепельный.

Староста обернулся.

– «И если тебе настолько плевать на всё окружающее, то мы действительно похожи, за исключением одного момента: я не смогу заменить свою семью. Мы сами создали мир, в котором царствует вооружённая мечом косорылая справедливость, поэтому я не буду ныть, взывая к чему-то. Либо ты мне поможешь, либо я разберусь сам» подытожил Кай.

– «Но… Что я сделаю с толпой-то?» спросил Ховельф.

– «Мне до глубины души плевать. Сам Хозяин дал задание от выполнения которого зависит не только целостность моей шкуры, но и жизнь друга. Возможно, тебе не понять, но ради своей семьи я готов уничтожить не одну деревню… Или же мы можем как-то договориться, и тогда я помогу тебе унять эту… Маленькую бурю» заявил бродяга, покуда с виноградника взлетели сова с вороной.

– «Хм-м… Хорошо. У меня в избушке есть старая карта кривого кряжа, составленная ещё при помещике сотни так три летов назад. Но без помощи я тудема не попаду! Да и как унять толпу?» задался вопросом Ховельф.

– «Миш, подсобишь?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Нет. Мне нужно подумать» буркнул оборотень, зашагав прочь.

– «В таком случае… У меня есть другой план» хищно ухмыльнулся Кай, глядя как перепачканный в грязи, но вполне живой Карей украдкой пробирается мимо толпы к своему белому бармирогу…

Селяне и кайзеровцы почти накинулись друг на друга, когда между двумя противоборствующими сторонами бодрым шагом вышел чужак в обносках.

– «Это ещё чаго…» напряглись сильнее прежнего местные, туже обхватив тяпки.

– «Охотник, прочь с линии огня! Ты ещё мне не отчитался, какого чёрта во время генерального сражения в лесу нам на головы упал Руколом!» крикнул Семистрельный.

– «Надо же, кто пожаловал…» прошептал проповедник, опасливо отступив к задним рядам столпотворения.

– «Кхем… Это, мужики» скиталец как бы невзначай направил руку на кайзеровцев: «А я огненный маг!». Янтарные очи сверкнули, и воздух заполнили сотни искр. Взрыв! Лысых наёмников разбросала в стороны волна разрушения, затем костлявая ладонь устремилась к обомлевшим селянам.

– «И я здесь, чтобы убивать!» воскликнул пройдоха, выпуская из руки тугую струю огня.

Крики ужаса и боли, десятки щелчков! Воздух разорвала стальная дробь, однако Кай уже запрыгнул по телеге на крышу ближайшей избы, а с неё приземлился аккурат возле потихоньку улепётывающего Карея.

– «Привет. Гони!» бросил он перепуганному пареньку, оседлав бармирога.

– «А?» выпучил глаза тот.

– «Стоять» рявкнул вампир, запрыгивая следом на бедное ездовое животное: «А теперь ходу!».

– «Мама, за что!?» воскликнул гильдиец, глядя как постовые на окраине деревни медленно разворачивают дротикомёты…

Опаленная и разрозненная толпа находилась в смятении. Деревенские жители в страхе забивались под избы, бежали, тащили раненных прочь. Кайзер считал потери, перегруппировывался и восстанавливал посты.

– «Что же это… Маг огня… Помогите…» причитала толпа.

– «Видите люди, до чего доводит ваше маловерие? Мы своей нерешительностью накликали на деревню ажно целого огненного колдуна!» воскликнул проповедник: «Но если вы покаетесь и вознесёте мольбу Белой Звезде, хозяину нашему, то можно всё исправить!».

– «Нет!» разнёсся старческий голос над крышами домов.

Из дверей самой большой избы вышел Ховельф. Он снял рубаху, вручив девчонке, чья одежда сгорела в огненном заклинании. Руки старика оказались покрыты руническими татуировками, а тело старыми шрамами.

– «Не исправить ничего, коли всё отрицать, да отбрасывать! Я слишком долго молчал, но с меня довольно!» прокричал он, вытащив из-за пояса пернатый катализатор на железной цепочке. Взмах рукой, и пострадавших окутывает едва светящаяся дымка, а из носа на длинную бороду струится кровь.

– «Что ты пришёл сказать нам, старик?» ощетинился церковник, глядя как тела селян медленно исцеляются от полученных ожогов.

– «Я пришёл сказать, что из ненависти не родить добра! Вы, Церковь Белой Звезды, велите нам одно любить, а другое ненавидеть… Так не будет в нашей деревне!» топнул ногой Ховельф, сильнее сжав катализатор.

– «О, Белая Звезда, неужели ты говоришь о любви к запретному? Люди, этот старик обезумел! Он говорит вам любить дьявола!» проповедник протянул руки к небу.

– «А нет вашего дьявола на белом свете!» воскликнул старик.

– «Тогда чей сын сейчас только что пожёг мирных селян!? Чей сын оставил на мне свой безобразный отпечаток!?» священник театрально сорвал тканевую маску, обнажив обгорелое лицо. Толпа ахнула, а староста тихо произнёс:

– «Род».

Ховельф спрыгнул со ступеней, поравнявшись с людьми.

– «То огонь рода – меч его. Этим огнём он очищает скверну, чтобы создать жизнь! Твердь – щит его, что сохраняет жизнь. Жизнь же – это всё, что ты видишь, все мысли и деяния, а тьма – это покой, непременно рассеиваемый утренним светом не какой-то тусклой звезды, а огня Рода!» громким чётко поставленным голосом произнёс он.

– «Ты… Ты безумный старовер! Шут! Нет никакого Рода!» отмахнулся обгоревший пастор.

– «Ошибаешься. Род в каждом из нас! В каждой песчинке, в каждом камыше… Род – это не ваша чистота человеческой расы» старик указал пальцем на внимательно слушающих кайзеровцев: «И не далёкое светило… Род – это брат наш. Брат слева, брат справа… Начало весны и долгая зимняя спячка. Род – любовь ко всякому, вне религии и народов!» отвечал староста.

– «Люди! Разве вы позволите словам этого заблудшего раба Белой Звезды затмить ваши разумы? Нет прощения греха огненной магии, нельзя полюбить дьявола! Дьявол предаст и обманет, это природа его!» церковник обратился к толпе.

– «Мой бог рабом меня не кличет» процедил сквозь зубы морщинистый старичок: «А любить можливо всякого. Да предаст, да запутает… Но это и значит быть воином – мочь любить каждого, не вертаясь на последствия! Быть воином – жить вечно! Слава Роду!».

Семистрельный прошептал:

– «Языкастый старпёр», затем вскочил на телегу и продекламировал: «Староста прав! Сейчас нам надо не друг с другом грызться и даже поиск огненного колдуна можно отложить на потом, хотя мы всё равно линчуем этого проклятого шпиона. Главное – устранить угрозу, засевшую в лесу! Слава Роду!».

– «Слава Роду!» на солдатский манер отчеканили остальные кайзеровцы.

По толпе прошёлся ропот:

– «А дело говорят… Я тож не раб так-то… Да, нужно уж покончить с этим… А я не знала, что у старосты столько шрамов… Проповедничек-то сдулся… С-слава Роду!».

– «Семистрельный, Род, о котором я толкую…» открыл было рот Ховельф, однако лысый мужчина положил ему руку на плечо, пробурчав:

– «Старость, ты уже сказал своё. Теперь время помолчать. Я рад, что не дошло до бойни, но мы были к ней как никогда близки… А где проповедник, к слову? Надо вздёрнуть эту церковную крысу!». Между делом один из кайзеровцев поднял с земли клочок грязной ткани, протянув вожаку. Тот кивнул, пристальным взглядом окинув грызущихся за кость у избы длинноногих псов в броне.

Горелый проповедник приложил ладонь к висельному дубу, прошептав слова заклинания. По коре начали расползаться белёсые рунические символы.

– «Ваше неверие в бога нисколь не помешает ему навести мосты…» сорвалось с обгоревших уст. Рунические прожилки по стволу добрались до многочисленных висельников, отпечатавшись на их шеях магическими кругами. Мёртвые тела дёрнулись.

– «Если вы не хотите слышать божью волю при жизни, то она настигнет вас в посмертии» улыбнулся опалённый священник…

Кай, Карей и Дамьён сидели на бревне посреди леса.

– «Паша сбежал, на дороге снайпер, деревенские теперь на меня охотятся… Да что ж такое!? Это ты во всём виноват!» воскликнул гильдиец. Ткнув пальцем на огненного мага.

– «М? Радуйся, что твой бармирог свалил, иначе ему оторвало бы лапы минами… Кстати, убери оттуда левую ногу, здесь полулюди вкопали вёдра с шипами» без интереса отвечал красно-пепельный, стряхнув сигаретный пепел со старой выцветшей карты.

– «Поскенурские ловушки» хмыкнул вампир.

– «Ой!» пискнул паренёк, задрав ноги.

Хвостатый пригляделся к карте. «Хм-м… А кривой кряж раньше был обжитым местечком. Где бы я здесь прошёл, будь я торопливым гонцом? Скорее всего погнал по прямой до ближайшего тракта. По пути как раз есть старая деревня. Вряд ли он стал бы заходить в места под названием «Гниющие Топи» или «Свиное Рыло», что расположены на порядочном удалении от самого простого маршрута… Правда ведь? Ну он же наверняка просто оступился, упал и помер от инфаркта, а не оказался разорван какой-нить аномалией…» плелись размышления в горячей голове.

Внезапно ветка над спутниками хрустнула. Они подняли головы, узрев массивного деревенского плотника Митрофана, ловко устроившегося на дереве. Кошачьи уши дёрнулись, а зрачки заострились.

– «Доброго времени суток» машинально изрёк скиталец, сняв с макушки соломенную шляпу.

– «Угу» фыркнул мужчина, свесив ногу.

– «И долго ты тут сидишь?» выгнулась красно-пепельная бровь.

– «День» бросил плотник.

– «А… А что ты тут делаешь? Подслушиваешь?» осмелевшим голосом брякнул Карей, вскочив с бревна.

– «Вёдра… С гвоздями. Мы тебя вытаскивать не будем» пробурчал хвостатый.

– «Я от кайзера ховаюсь» отвечал Митрофан.

Немая пауза. Снег плотными хлопьями сыпется сквозь проплешину в древесных кронах.

– «Эй, охотник. Скажи всё же, почему от тебя так несёт полулюдьми?» поинтересовался мужчина.

– «Я ещё в первый раз тебе ответил – на моих руках очень много их крови… Мужики, маршрут я глянул, двигаем» отмахнулся зубоскал, вставая с бревна.

– «Я никуда с вами не пойду! Я буду сидеть здесь!» заявил Карей.

– «Ну и сиди. Тут у тебя воистину огромный пул возможностей, выбирай любую: Руколом, дикие собаки, кайзер, полулюди, аномалии, ловушки, переохлаждение, голод…» пожал плечами юноша.

– «Л-ладно, я пойду!» воскликнул Карей.

– «Да нет, что ты. Сиди» ухмыльнулся Кай.

Митрофан вновь подал голос:

– «Раз причина запаха – то, что ты убиваешь полулюдей… То поясни за хвост».

– «Какой хвост?» моргнул бродяга.

– «Торчащий из твоей жопы, вот какой!» крикнул плотник, указав пальцем на предательски выбравшийся из-под одежды хвост.

– «А. Ну… Торчит хвост из жопы и торчит, у каждого свои пристрастия» открестился юноша.

– «Не лечи мне мозги» высокий мужчина спрыгнул с ветки, ловко приземлившись на пенёк: «Ты получеловек, как я… Как эти террористы. Помоги мне вытащить жену из их плена».

– «Вытащить жену, говоришь? А почему ты сам туда не отправишься? Присоединись к ним, дождись момента, и свали со своей благоверной в закат» прищурился Кай.

– «Не выйдет. На мне клеймо лоялиста Железного Кайзера, они всех оставленных в живых полулюдей им метят» плотник продемонстрировал клеймо на запястье, содержащее три буквы: ЛЖК.

– «Хм-м… Вообще, я бы мог тебе подсобить. Да, точно! Если так подумать, то я примерно представляю, где находится их лагерь» кивнул своим мыслям зубоскал.

– «Правда?» глаза Митрофана загорелись.

– «Правда. Заведи руки за спину и подержи так минутку, пока я накину верёвки» злобно скалился красно-пепельный…

Вымазанный в собачьей крови Митрофан с мешком на голове и Кай с сабелькой подошли к кустарнику, из-за которого доносился запах костра. «Оно того не стоит. Я даже осознать не успею, насколько большую ошибку совершил, прежде чем меня изрешетят болтами! На одной чаше весов жизнь девушки-кузнеца, которую я толком не знаю, а на другой мечта Виса и уже моя шкура… Неужели я стал настолько мягкотелым? Нет, определённо нет. Даже вспомнить тяжело, сколько мной было совершено морально гнилых поступков за эту неделю – я всё тот же ублюдок. Ну а в чём тогда дело?» занялись размышления в голове юноши.

– «Ипинит аве магус!» крикнул он.

– «Монета в зубах мертвеца» ответили с той стороны.

На входе стражник грубо изъял саблю и спросил:

– «Это кто?». Вместо ответа хвостатый развернул запястье плотника, продемонстрировав клеймо.

– «А-а… Предателя притащил? Дуй к Арияме, он сейчас как раз живые щиты готовит» злобно усмехнулся стражник.

Даже не приставляя, кто такой Арияма, и не планируя разбираться, скиталец проследовал вглубь лагеря. Вокруг заметно прибавилось раненных полулюдей. В лазарете мучительно умирали десятки крепких мужчин, а вокруг них носились полевые медсёстры с огромными синяками под глазами, что ещё несколько дней назад штопали не раны, а одежду.

– «Вейши, наконец ты пришёл!» донёсся мужской голос откуда-то сбоку.

Кай развернулся, обнаружив Филимона с окровавленной повязкой на голове. За его спиной стоял только один юноша с торчащими собачьими ушами.

– «Ты как, брат? Тебя ночью вчера заметили на поле боя. И не только тебя… Как так вышло, что на нас напал Руколом?» начал пернатый.

– «Вот именно по поводу этого я и хочу поговорить с нашим кузнецом. Конструкция предоставленных ловушек… Ай, я сам ей всё выскажу по этому поводу, а потом пойду отчитаюсь Айше – мне есть, что сказать!» пылко продекламировал скиталец.

– «Умерь пыл. Нам ещё нужен этот кузнец, а на доклад я сам с тобой схожу» ответил старик, затем перевёл взгляд на высокого пленника и спросил: «А это кто?».

– «Лоялист Железного Кайзера. Оттащи его к клеткам, а то я ещё тут не до конца освоился» выдал скиталец.

– «Ясно. К нам в лагерь прибыл ещё один единомышленник, друг Айши, Арияма. Я попрошу накидать этому в пояс побольше гранат» кивнул пернатый, жестом приказав подопечному схватить Митрофана. Красно-пепельный, переглянувшись со здоровяком, направился в сторону кузнеца, про себя заключив: «Ну, я сделал всё возможное для тебя. Теперь пора заняться своими делами» …

Кузнец Нитлина Лофго издалека заметила петляющего между палаток юношу. Она сорвала маску, всеми четырьмя глазами выжидающе впившись в знакомого.

– «Стоять! Ближе трёх метров к кузнецу не подходить – усиленный режим охраны!» рявкнул охранник со следом укуса на руке.

– «Почему вы какую-то девчонку охраняете лучше, чем королевская гвардия картины в Нерисидской Галерее?» задался вопросом бродяга.

– «Она сбежать вчера пыталась. Для твоей же безопасности – держись подальше» мотнул головой стражник.

– «Ясно…» слова хвостатого прервал мощный взрыв в стороне, где располагались клетки с пленными. Он, не оборачиваясь, наигранно взволнованным голосом произнёс:

– «Что это там взорвалось? Я видел, как в лагерь пару минут назад притащили нового пленника… Думаю, ваша помощь там лишней не будет».

– «Антоха – за главного. Если шл*ха снова попробует сбежать – стреляй» рявкнул самый статный из мятежников, и трое сорвались с места, оставив нести караул лишь одного.

– «Есть!» отчеканил Антоха.

– «Да-да, есть…» прошипел Кай, проткнув горло стража насквозь кинжалом, незаметно взятым из ящика с откованным оружием. Он приобнял захлёбывающегося кровью мужчину, аккуратно положив за ящики, затем обратился к прикрывшей рот руками девушке:

– «Накинь на себя его плащ, мы сваливаем» …

В лагере полулюдей началась суматоха. Мятежники открыли огонь по выбравшимся из клеток людям. Взрыв! Какофония арбалетных щелчков. Отощавшие и надломленные узники с нечеловеческой прытью подбирали оружие убитых пленителей и вступали в бой. В воздух полетели жилетки, начинённые взрывными элементами. К лазарету полулюдей подступил старик солдатской выправки, сжимающий в руке окровавленную саблю.

Среди людской массы промелькнул огромный силуэт с кошачьими ушами, упавший на колени перед уже начавшим подгнивать телом девушки, чья синяя шея содержит чёткие отпечатки пальцев, а на оголённой груди вырезана надпись: «Аве Консомния!».

Кай и Нитлина выбежали из-за палаток, встретив перед собой сцепившихся в рукопашном бою врагов.

– «Мы должны подавить бунт, братья! Аве Конс…» клич получеловека с серебряным знаком отличия на груди был оборван подскочившим сбоку голым пареньком. Он с рёвом ударил лесного партизана камнем по спине, повалил и накинулся, тощими пальцами давя глаза. Человека пристрелил воин в зелёной бандане, однако тут же получил саблей в висок. Раненный получеловек откатился из кучи-малы, сменил магазин и в кровавом угаре направил ствол на явно убегающего Кая. Янтарный взгляд сверкнул. Бац! Взрывные искры разметали обугленный фарш, а густой поток пламени с аппетитом поглотил лагерь.

Филимон, издали созерцавший огненную казнь, перетянул жгутом обрубок руки схватился за арбалет, и с горьким осознанием прошептав:

– «Кого же я привёл…», напоследок всадил перемахнувшему блокпост Каю в бок стальной болт. Тот почувствовал, как холодный металл вырывает кусок кожи и мышц, обнажая рёбра, однако за счёт адреналина продолжил побег.

– «Чёрт! В погоню, не дайте предателю уйти!» воскликнул пернатый, пытаясь вытащить из-под обгоревшего трупа свою тросточку.

– «Есть!» рявкнул юноша с торчащими собачьими ушами, сорвавшись с места. Следом отправились ещё несколько полулюдей.

– «НЕ ПРОЩУ!» проревел вырвавшийся из-за палаток Митрофан. На окровавленном лице застыла гримаса чудовищной ярости. Прежде чем кто-либо успел среагировать, он голыми руками порвал хлипенького мятежника пополам, и бросился к следующей жертве…

С каждым шагом красно-пепельный становился слабее и всё больше терял концентрацию. Кровь сочилась из раны светлым ручейком. В какой-то момент он пропустил мимо глаз странный блеск меж заснеженных травинок. Из-под правого сапога доносится противный щелчок. Янтарные глаза округляются, а костлявая лапа резким ударом отталкивает спутницу. Взрыв…

Снежная шапка упала с елового лапника на красно-пепельную макушку. Кай сидел, выпучив глаза на раздробленный по щиколотку ломоть ноги, покуда алое облако плавно оседало на траву. Лицо исказила боль, однако из клыкастой пасти не вырвался даже намёк на стон.

– «А-а-а! Кай!» взвизгнула Нитлина, окончательно придя в себя после оглушительного хлопка.

– «Не приближайся ко… Мне… Тут… Мины» пропыхтел юноша, заваливаясь в бок. Он дрожащей рукой кое-как снял ремень с пояса, замотав обрубок.

Со стороны лагеря послышались быстро приближающиеся мужские крики.

– «Бл*дь…» процедил сквозь зубы красно-пепельный, обратив мыльный взгляд к спутнице: «Вали отсюда! Дальше… Дальше по дороге должен ждать мужик в чёрном противогазе, он со мной… Как выберешься, найди девушку по имени Талавьяна Темверли Подболотина, у её сестры забегаловка под Нерисидией… Пе… Редай, ч-что я…». Он не договорил, окончательно потеряв все силы. Бледные веки сомкнулись. До ускользающего сознания донеслись отзвуки арбалетных щелчков, металлический голос и запах цветов вперемешку с кровью…

15-1

Габриэль Теншлиц проснулся в своей мягкой постели и изнурённым голосом констатировал:

– «Тяжело».

На завтраке уже ожидала Фалмес, закованная в глухие доспехи. Юноша молча присел за стол, на опережение прислуги придвинув стул. Он снял крышку с каши, зачерпнул полную ложку, поднёс к губам и замер.

– «Эй, Фалмес. Ты сегодня неразговорчивая… Что-то случилось?» слетело с уст юноши.

– «А?» девушка встрепенулась, хотела ответить, но вместо этого сладко зевнула.

– «Не выспалась? Неужели всю ночь читала?» располагающе улыбнулся паладин.

– «Да» без эмоций отвечала барышня.

– «Ну и как книга?» спросил он, закидывая в рот кашу.

– «Ин-т-тересная» запнулась она, затем обманчиво спокойным голосом поинтересовалась: «А о чём ты вчера вечером хотел поговорить?».

– «Епископ Малкор мне при личной встрече объявил, что я удостоен дара» со странной смесью кроткости и гордости произнёс Светлый Вихрь.

– «О-о… Я безмерно рада за тебя, Габи. Мало кому удаётся приобщиться к таинству дара, и мне действительно очень приятно, что епископ выбрал тебя. Да хранит его указующую длань свет Белой Звезды» нейтральным тоном сказала Фалмес.

За окном грянул гром. Двое обернулись, узрев как по стеклу начали скатываться массивные капли дождя.

– «Вот же ж… Опять дождь. Может Мари Бернес отменит тренировку?» вслух задумался юноша.

– «Я взяла с собой несколько дождевиков и складной зонтик. Всё пройдёт в лучшем виде» разрушила надежды юного мечтателя барышня...

***

Кривой кряж. Из тумана показались очертания избушки. Дверь со скрипом открывается, и на порог выходит Хозяин.

– «Куда красавица бредёшь, слёзы горькие роняя?» усмехнулся старичок, оглядев тихо приковылявших спутников.

– «Хозяин, требуется помощь» Дамьён скинул с плеча бессознательное тело Кая, перемотанное бинтами.

– «Только вчера я его с того света вытянул, а тута опять?» прищурился собеседник.

Бледная Нитлина отступила к храбро дрожащему Карею, а вампир выпятил грудь:

– «Состояние стабилизированно при помощи зелий. Жить будет. Но без ноги. Можете вылечить?».

– «Ой-ой, сильно ж его потрепало… Бум! И ногу в лоскутики! Хах… Я могу помочь, но не буду» оскалился Хозяин.

– «Если не оказать лечения, то мы не сможем выполнить ваше задание» наклонил голову кровопийца.

– «Атамьёнд… Я, по-твоему, настолько глуп? Ежели старик живёт в глуши, то и с головой у него туго, да? Хи-хи… Вы с самого начала вели свою мышиную возню под полом. Я спускал это вам с ручонок, покуда нужда была в вас. Тепереча нет её: люди идут на разломанных и побитых полулюдей, всюду сумятица, а лес полыхает! Вы сдвинули этот пень, и он сейчас сам покатится вниз по пригорку… Всё одно, в конце победит лес – его прикормит обугленная плоть, на которой вырастет новая жизнь» заявило лихо.

Атамьёнд развёл руки в стороны:

– «Значит разговоры про братство монстров были отвлекающим манёвром?».

– «Не верь дядюшке лиху, заведёт он тебя в чащу, поглумится, да бросит… Брат иль не брат, каждый Хозяин в любом случае должон сперва о своём лесу заботиться, а потом о чужом» лыбился старичок: «Но я же добрый Хозяин. Отпущу вас живыми, не стану травить новым стражем». Из тумана показалась до боли знакомая медвежья морда с глубокими человеческими карий-глазами.

– «Пр-рочь из нашего леса!» рявкнул Миша, встав на задние лапы.

– «Не удалось восстановить старого?» выражая абсолютное отсутствие страха спросил вампир.

– «Не-е, старьё я залечил, да взбеленилось оно! Видно, грязь в сердце попала… Тепереча бегает тут сам собе на уме. Стерегитеся его» покачал головой старик.

– «Хозяин. Разреши поинтересоваться. Ты информируешь нас о цели, с миром отпускаешь… Причина отказа в лечении Кая?» брякнул солдат.

– «А почему сам-то идёшь с ним дальше? Ты говорил, что ищешь пропажу в центре леса, да на деле начальница сказала только разузнать про моего старого стража. Ты уже выполнил задание, зачем идти дальше?» выдал Хозяин.

Кровопийца сжался под своими массивными одеждами и с раздражением ответил:

– «Кай – моя добыча. Право устранить его принадлежит мне».

– «Так, а почему не убьёшь?» лукаво зыркнуло лихо.

– «Изучаю. Мне нужно больше сведений о добыче» последовала сухая реплика.

– «Хм-м… Правда? А я думаю, что тебе не сведения нужны, а просто друг» пожал плечами лесной дедушка, по-доброму улыбнувшись...

***

Габриэль спрыгнул с подножки кареты и его чуть не сдул ураганный ветер.

– «Ой!» вскрикнул он, взмахнув руками. Серебряные глаза сверкнули, и потоки ветра начали обходить юношу по широкой дуге.

– «Светлая мысль» буркнула Фалмес, следом выбравшаяся из кареты.

– «Благодарю» кивнул юноша.

– «Кхем-кхем» донёсся грубый женский голос с крыши заваленной пустой стеклотарой сторожки.

В обрамлении чёрных небес и бушующего ветра развивались ярко-рыжие волосы Мари Бернес.

– «Д-доброе утро!» промямлил блондин, а его спутница молча поклонилась.

– «На» женщина бросила под ноги церковнику деревянный меч.

– «О-опять манекены рубить?» скрывая отчаяние улыбался он.

– «Нет. Знаешь народную игру «салки»? Сегодня мы сыграем. Твоя задача догнать и ударить меня мечом. За каждый удар по мне будешь получать тридцать минут перекура» отвечала она.

– «А-а, салки… Вы ведь тоже будете бить меня в ответ, не так ли?» поморщился Светлый Вихрь, подбирая меч.

– «Дело добычи – убегать, дело охотника – охотиться» отрезала рыжая бестия.

– «Фу-ух… Хвала Белой Звезде, это будет лёгкая тренировка» смахнул пот со лба юноша. Секунду спустя, ему под ноги рухнули драные башмаки, к подошве которых болтами прикручены стальные пластины.

– «Надевай» скомандовала Бернес.

– «Ч-что это?» побледнел он.

– «Сапоги-скороходы» последовал ответ.

***

Группа сидела на бетонном блоке, молча разглядывая траву, средь которой таились манящие ярким блеском мины. Под густыми кронами деревьев вился дымок далёкого пожара.

– «Мужик, скажи пожалуйста, что происходит? Я ничего не понимаю! Кай будет в порядке? И куда нам дальше идти?» оживилась Нитлина, моргнув всеми четырьмя глазами.

Дамьён молча развернулся, оглядев девушку с ног до головы. Он раздражённо вздохнул и пробурчал:

– «Выживет, но без ноги. Обдумываю маршрут».

– «Без ноги!? Н-нет… Я… Всё из-за меня…» поникла барышня.

– «Так точно. Я предупреждал его, что женщины до добра не доведут. Разменять ногу на жизнь какой-то девки – нерационально» ответил вампир.

– «А я думаю, что жизнь такого редкостного гада и выеденного яйца не стоит! Он сам решил туда пойти, так чё ж нам, плакать что ли? Давайте его здесь оставим со своим здоровенным мечом, чтоб группе не мешал, а сами тихонько уйдём» предложил Карей.

– «Д-да как тебе вообще в голову такое пришло, чёртов прислужник Купаллоде!» воскликнула барышня, вытащив из-за пазухи увесистый кузнечный молот.

– «Признаю свою ошибку, был не прав! Не бейте!» в плаксивой манере пропищал юноша.

Тем временем в голове вампира шёл сухой солдатский монолог: «Кай должен иметь обе ноги, чтобы дать мне бой. Чёртова женщина... Я бы выпил её до суха, но из уважения к нему не стану… Нет, я не уважаю его, только его боевые навыки и происхождение. Хочу, чтобы огненный маг был равен мне по силе. Без ноги никогда не будет. Какое решение? Хм. Зелья скоро залечат раны. Нужен план раньше этого. Раз в день резать ногу, не давая зажить? Гангрена. Вот если бы мне отрубили ногу, то она восстановилась… Что за мысли? Я не могу думать о таком! Я – вампир, обращение человека – преступление против расы!».

– «Выдвигаемся в сторону кривого кряжа» внезапно скомандовал солдат, оторвав дамочку от угроз пускающему сопли гильдийцу.

– «Опять? А зачем?» спросила она.

– «Прорываемся за периметр. Там короткий путь» последовал ответ.

– «И опасности!» бодрым голосом произнёс Карей.

Кровопийца молча встал, взвалил на плечо бессознательное тело, перекинул через спину могильную плиту, и направился прочь.

– «Я… Я не брошу того, кто спас мне жизнь! Трижды!» решительно хмыкнула дамочка, зашагав следом.

– «С-стойте, не бросайте меня одного!» засеменил подорвавшийся с блока Карей.

Дырявый сапог раздавил ветку. За ним неровной поступью прошлись ещё несколько десятков ног.

– «Всё прямо как в тот раз. Но сегодня ты не уйдёшь…» улыбнулся обгоревший проповедник, стоящий перед чадящими кустарниками и созерцающий своё войско из нескольких десятков мертвецов.

***

Обессилевший Габриэль рухнул лицом в грязь, снова не сумев догнать нечеловечески юркую Мари Бернес. Фалмес тут же подскочила, поставила его на ноги, вытерла лицо тряпкой, и накинула на плечи свежий дождевик.

– «Госпожа Бернес, можно перерыв?» простонал он.

– «Поймай меня, тогда отдохнёшь» проговорила рыжая бестия, вскочив на очередное пугало: «И ты, девчонка, поди прочь от своего «властного лордишки». Дай ему самостоятельно собрать яйца в кулачок, если они вообще там есть».

Одоспешенная церковница застыла в неудобной позе, пронзив взглядом землю. Габриэль был готов поклясться, что даже сквозь доспехи мог видеть, как её лицо залил румянец.

– «О-о… Какая реакция! Не ожидала, что монашка поймёт отсылку» со слабо выраженным ехидством на лице воскликнула женщина: «Эй, Вихрь, выходит твоя подружка не такая невинная, какой кажется!».

– «Что? О чём она говорит?» шепнул блондин.

– «Ни о чём!» прокричала Фалмес, не сдержав эмоции, и пулей убежала к карете.

– «Хм… Ну ладно» почесал затылок он.

– «Эй, хорош филонить! За работу!» бросила Бернес, спрыгнув с пугала.

***

Группа оказалась у ручья, ведущего на кривой кряж. Даже сквозь густой туман было заметно, отсутствие чего-то важного на крутом подъёме – старого деревянного идола, от которого остался лишь вытоптанный грибной круг.

Шаг за шагом группа молча преодолела водную преграду и начала восхождение вверх по склону. Карей то и дело трусливо озирался, Нитлина шагала, стиснув в руках молоток, а Дамьён просто шёл. Внезапно он склонился над ничем не примечательным кустом, одной рукой вытащив из-под него зелёный ящик.

– «Эй… Это же ящик с минами полулюдей! Вон и ловушки, которые я сделала!» воскликнула дама.

– «Так точно. Берите» ответил вампир…

Стоило только подняться на вершину холма, как в обрамлении деревьев показалась медвежья морда.

– «Вам было велено не возвр-ращаться. Пр-рочь из леса, не испытывайте тер-рпение Хозяина!» воскликнул ликантроп, встав на задние лапы.

– «Освободи путь, в противном случае будет применена сила» громыхнул металлический голос кровопийцы.

– «Всё, я сваливаю» дёрнулся было Карей, однако Нитлина схватила его за шкирку со словами:

– «Стой здесь, трус! Я хоть и не всё понимаю, но друг Кая точно знает, что делает».

– «Д-друг? Не знаю, чем ты слушала, но этих двоих можно назвать друзьями, разве что по палате» прошептал юноша.

– «Не недооценивай меня, вампир-р! Хозяин дал мне новые силы, котор-р…» пока медведь распинался, солдат вытащил из подпространства две части арбалета, с хрустом соединил, примкнул магазин, и произвёл несколько выстрелов.

Щёлк-щёлк-щёлк! В воздух поднимается алая взвесь, а медведь заваливается набок, скатываясь по холму к ручью. Вурдалак убрал арбалет назад, на этот раз достав из треугольного окошка странную трубкообразную конструкцию, и обратился к туману:

– «Лихо. К тебе обращается боец Специальной Службы Контроля и Надзора Ребелбурга, сокращённо ССКНиР. В моих руках пусковая установка арбалетного типа средней дальности, предназначенная для дистанционной установки кассет с минами ПММ. В том ящике семь мин КАНИА-три, начинённых тремя кассетами с ППМ каждая. В одной кассете ровно тринадцать мин. Менее чем за пять минут в радиусе четырёхсот метров будет создано минное поле из двухсот семидесяти трёх мин со средней плотностью одна мина на два метра… Или ты можешь дать нам пройти, минирования не произойдёт, и твои зверушки смогут спокойно перемещаться по территории кряжа. Также, хочу заметить, что в случае моего исчезновения сюда будет направлен поисково-ликвидационный отряд ССКНиР, который переворошит всё, но найдёт причину пропажи. У тебя есть двадцать секунд на размышления, поторопись – твой страж захлёбывается в ручье».

Ошарашенные спутники пронзили замолкшего Дамьёна округлившимися очами. Секунду спустя перед ними начал медленно рассеиваться туман, образуя своеобразную дорожку.

– «Правильное решение» хмыкнул вампир, затем скомандовал: «Вперёд бойцы! Ящик на вас» …

***

Побитый, сырой и грязный Габриэль прятался в траве. Он дышал в ладошку, чтобы не выдать своё местоположение облаком пара, а сердце колотилось с непередаваемой частотой.

– «Эй, Вихрь! Ты меня искать должен, а не я тебя!» раздался неподалёку голос Мари Бернес. «Н-не надлежит настоящему мужчине бить в спину» пронеслось в светлой голове.

– «Решил отдохнуть в обход правил? Тогда, я скошу всё это поле под ноль вместе с твоей головой» заявила рыжая бестия. «На неё можно! На неё можно!» мысленно заключил юноша, придя в движение.

Резкий шелест травы, длинный укол! Мари Бернес успевает среагировать, однако спотыкается о пустую бутылку, и кончик деревянного меча вскользь касается её мизинца, а молодой церковник валится в грязь из-за увязших ботфортов со стальными пластинами.

Секунда ступора. Габриэль поднимает взгляд, заставая противницу внимательно рассматривающей отбитый ноготь на своём мизинце.

– «О-о, так мы засады научились делать?» скупо усмехнулась она, подняв выпавший из не видавших мозолей пальцев меч: «Осалил».

– «Осалил!? Слава Белой Звезде!» выдохнул он.

– «Теперь я вожу» тихий женский голос, казалось, заставил пространство вокруг дрогнуть.

– «А?» серые зрачки сузились, и по спине пришёлся тяжёлый удар, от которого деревянный меч разлетелся в щепки…

***

Дамьён отодвигает мшистые ветви, и группе открывается вид на поросшие травой руины деревни в низине. Их лица исполнились тревоги отнюдь не от вида сгнивших избушек – посреди деревни раскинулись на многие сотни метров кости титанических размеров, самые малые из которых достигали высоты небольшой берёзки. Каждая кость будто состояла из тысяч других, собранных в единый ком пористой структуры посредством витиеватых рунических узоров.

– «Это… Я видела в книжках картинки с похожими существами. Это же чудовище Каина Морта!» воскликнула Нитлина, прикрыв рот рукой.

– «П-похоже на то. Деревенские рассказывали, ч-что во время войны с Мортом, его чудовища и сюда д-добрались» пытаясь звучать внушительно, промямлил Карей.

– «Поговаривают, что оружие из костей этих тварей обладает особой силой… Хм. Нет, я не стану копаться в останках! Я же не какая-то отбитая колдунья, чтобы рыскать по всяким помойкам ради своих странных экспериментов» фыркнула дамочка. Где-то далеко, за сотни километров отсюда, дёрнулось длинное ухо, покрытое веснушками…

– «Продолжаем движение» скомандовал вампир, и спутники в один голос испуганно пискнули:

– «Т-так точно!».

Кровопийца угрюмо впился взглядом в аномалию, что преломляла солнечный свет, пронзая выжженый пустырь вокруг себя пучками света. В голове пронеслось: «Зачем я тащу за собой этих людей? От них нет пользы. Рационально пустить в расход… А Кая? Без ноги он не сможет дать интересный бой. Не рационально нести его дальше. Зачем я это делаю? Дамьён, ты обмяк… Нет, не Дамьён! Я – Атамьёнд Рераугиг Гетцивельхарм, ста двадцатитрехлетний воин, бывший генерал Дюрстоля и… Изгнанный предатель, убивший королеву… Отставить размышления, двигаться дальше!».

***

Габриэль с повязкой на голове, порхающая над его ранами Фалмес и вливающая в себя цатую бутылку крепкого пойла Мари Бернес сидели за пыльным столиком в пустующей придорожной забегаловке.

Из кухни вышла слепая хозяйка, поставив на стол три тарелки супа.

– «Приятного аппетита, дорогие гости!» с улыбкой произнесла она, поправив тёмные очки.

– «И всё же, я не могу понять» подал голос паладин, убедившись, что рыжая бестия слишком занята для членовредительства: «Почему слепая девушка одна держит ресторан?».

– «Ну, видите ли, господин… Не хочу я вам своими историями докучать» сконфузилась девушка.

– «Да что ты, настоящему джентльмену не может быть скучно, когда с ним делятся своей историей» сверкнул улыбкой Габриэль.

– «Как это благородно с вашей стороны…» произнесла она, облокотившись о диванчик: «Так вышло, что у меня есть тринадцать сестёр. Когда я была совсем малой, родители нас бросили. Если бы не старша̀я сестра, Ярослава, то кто знает, что с нами стало. Она в свои шестнадцать лет работала на стройке, на ферме, в рудниках, и ещё чёрт знает где… Благодаря ей мы жили как полагается простым детям, вторую по старшинству сестру она вообще в академию засунуть смогла. Академия Молчаливого Порицания, если знаете… Завидно тогда было, но сейчас мы с ней помирились. Я, кстати, третья по старшинству, София».

– «Очень приятно, София. Но всё-таки, как же так вышло, что вы одна здесь работаете?» кивнул паладин. В голове мелькнуло: «Хм-м… Академия Молчаливого Порицания. Хорошее было место, пока… Пока огненное чудовище не устроило всё то, что устроило».

– «Да-да, сейчас до этого дойду! Кхм. Ярослава одна работала до тех пор, пока мы не достигли подходящего возраста, чтобы полноценно устроиться на работу. Но к этому времени она успела просадить всё своё здоровье, заболев хронической Хроминоплексией» произнесла София.

– «Постой, но ведь это болезнь куртиза…» хотел было произнести Габриэль, однако пудовый кулак Мари Бернес заставил его замолчать.

– «Нет-нет, что вы! Ярослава бы никогда не стала таким заниматься! Хроминоплексией можно заболеть примерно, как столбняком, только реже. Я точно не знаю, как это работает, но болезнь заставляет иммунитет уничтожать её же организм, поэтому мы ежемесячно закупаем иммуноподавляющие препараты. Однако сейчас их достать непросто: главный поставщик находился в Поскенуре, и он уже как пару лет перестал поставлять препараты в нашу страну. Контрабандой через Колсберн и СБД выходит очень дорого, а отечественные аналоги настолько плохи, что среди побочных эффектов есть даже кровавый кашель… А это только иммунодавы! Вы ж ведь когда иммунитет гасите, с болезнями бороться нечему! Ярославе приходится жить в стерильных условиях без единой пылинки. Для этого нужен магический фильтр, комплектующие которого выходят в копеечку. Ну а если она заболевает даже обычной простудой, то начинается настоящий ад. Там помогают только настойки, стоимостью больше ста тысяч марок каждая» продолжала рассказ девушка.

– «Ух-х… А почему вы не попросили у Церкви о Белом Исцелении?» спросил юноша, аккуратно ощупывая шишку на макушке.

– «Г-габриэль» шепнула Фалмес: «Белое Исцеление – только для самых достойных и благочестивых рабов Белой Звезды».

– «Иначе говоря, церковная конторка не продаёт исцеление от смертельных болезней простым людям» бросила Мари Бернес.

– «Всё верно, госпожи» кивнула София: «Вылечить сестру не выйдет, поэтому каждая из нас работает, чтобы накопить ей на лекарства».

– «Я понял. Опасно слепой девушке одной работать в такой дали от людей» заключил церковник.

– «Опасность – наше семейное кредо!» слепая хлопнула себя по тоненькому бицепсу: «А я ещё и немножко магией тверди владею. Чтобы отбиться от буйных пьяниц или захожих псов хватает. В добавок, ко мне очень часто вторая сестра заезжает. Вот только недавно была! Она ж у меня наёмница… В Дейрунштадте сражалась! Болтушка правда редкостная, говорит, что это они с друзьями проклятье городское сняли».

***

Группа обогнула наполовину ушедший в землю череп, размерами не уступающий стоящей тут же избе. Перед их взглядами предстало старое заросшее поместье на пригорке, обрамлённое закатными лучами.

– «Уа-а-ам... Не хотите устроить привал?» зевнула девушка, тут же спохватившись: «Но если вы вдруг не хотите, то и я не хочу! Я всё ещё могу идти, и не надо из-за меня тормозить группу!».

– «Э-эй, р-ребят» пискнул Карей, указывая пальцем на макушку огромного черепа: «К-кажется, я там видел з-зависшего в воздухе человека в ч-ч-чёрном с фарфоровой чайной чашкой».

Все трое пригляделись, не обнаружив поблизости ничего, напоминающего человека с чашкой.

– «О-он только что был тут!» развёл руками юноша.

– «Продолжаем движение» отчеканил солдат, зашагав дальше…

Из небольшого пятна тени на помятом черепе вылезла рука в перчатке. Затем наружу выбралось всё остальное тело.

– «Глазастый» усмехнулся человек в чёрном, выудив из тени жидкую кляксу, что сформировалась в дорогое кожаное кресло и маленький кофейный столик. Эфемерная мебель, будто невесомая, зависла в воздухе с создателем. Тот поднял со стола белую фарфоровую чашку, в которой плескалось нечто густое и тёмное.

– «Эй, «хозяюшка», знаешь, в чём заключалась твоя ключевая ошибка?» слетело с пышущих холодом уст, покуда рука подняла на уровень лица отрубленную голову Хозяина: «Да, «грязь» может существовать только там, где много тьмы. Это так. Именно поэтому ты не хотел их пускать в эту часть леса… Также верно, что «грязь» не способна напрямую с вами взаимодействовать, но… У «грязи» всегда есть бизнес-помощники!».

***

Ливень усилился настолько, что просто игнорировать его стало невозможно. Из-за хмурых небес не разглядеть даже намёка на солнце. Два церковника и рыжая бестия прятались от рокочущих капель и ревущего ветра в заброшенной сторожке с выбитыми окнами и размалёванными стенами.

– «Отвратительное место» поморщился Габриэль, пнув носом сапога несколько пустых стеклянных ампул.

– «Сюда твой бог не может сунуть свой нос?» бес эмоций съязвила Мари Бернес.

– «Фалмес здесь нечего делать! Она – благочестивая боевая дева» продолжал юноша.

– «Да-да… Эй, девчонка, а вторую часть той книги ты читала? Настоящая классика своего жанра» на лице дамы мелькнула тень мёртвой улыбки. Фалмес смутилась, начав усерднее перебирать в руке чётки.

– «И дождь этот! Настоящее наказание за наши грехи!» на блондинистую макушку упала капля воды через протекающую крышу.

– «Ну так развей его, церковник. Тебя народ разве просто так Вихрем кличет?» закатила глаза женщина, припав губами к бутылке.

Светлый Вихрь выглянул в окошко и моментально сунулся назад с насквозь сырой головой. Он пару секунд постоял, наблюдая молчаливую усмешку Мари Бернес, затем, не выдержав, спросил:

– «Госпожа Бернес! Почему вы так ненавидите Церковь!?». В помещении повисла тишина.

– «Есть на то причины» сухо отвечала дама.

– «Какие?» не сдавался парень, строя щенячьи глазки.

– «А у тебя оказывается есть что-то похоже на яйца, раз ты решился вывести меня из себя. Нет значит – нет. Точка» отрезала собеседница.

– «Но я хочу знать, почему вы так ненавидите силы добра! Да, вы можете не верить в Белую Звезду – это ваш выбор, но откуда столько ненависти!?» воскликнул Габриэль.

– «О… Ты всё ещё делишь мир на добро и зло? Бедный мальчик. Хорошо, в этой битве я капитулирую, но с одним условием: сыграем в игру?» предложила она…

***

Спутники прошли мимо особняка, встав перед густыми кустами дикого шиповника.

– «М-может не надо туда? Как мы пройдём с ящиком? И вообще, у меня что-то живот скрутило…» причитал Карей.

– «Хватит ныть, плакса, иначе я тебя стукну своим молотом! Пойдём, надо быстрее добраться до города, чтобы Каю помогли!» воскликнула Нитлина, достав из кармана фартука кузнечный молот.

– «Стоять» рявкнул солдат, вглядевшись во мрак лесной чащи. Среди темноты он заметил эфемерный столбик пара. Отблески заката выцепили среди ветвей фрагмент рога, покрытого мхом. «Цель. Стоит в шести метрах от нас и смотрит. Ветра нет, поправка отсутствует, прицел на…» в неюной голове клыкастой пастью клацнули размышления.

– «В укрытие!» скомандовал Дамьён, вытащив из подпространства арбалет.

Щёлк-щёлк-щёлк! Вампир потерял противника из виду. Латная перчатка нащупывает в подпространстве новый магазин, и кустарники скашивает волна взрывов. Красные зрачки сужаются, когда за скошенной растительностью обнаруживается свежий могильник. Всюду мухи и почти осязаемый смрад. Десятки бесформенных переломанных туш крупных животных, сложены в одну кучу, посреди которой высится расколотый деревянный идол, сочащийся чёрной смолой, медленно стекающей вверх к голове, на которой грубо вытесан странный рунический символ.

Внезапно символ пронзило абсолютно чёрное сияние. Оно не источало свет, а скорее поглощало…

Из кучи медленно поднялся лось со свёрнутой шеей и выломанными рогами. Теперь стало очевидно, что его плоть, как и плоть других зверей, искажена тьмой. Он издал свистящий звук надорванной глоткой, встал на задние лапы, раскрыв сформировавшуюся из рёбер пасть, и неуклюже побежал в сторону группы.

Щёлк! Взрыв разбрасывает по округе пропитанные холодом ошмётки, покуда Нитлина с Кареем на пару кричат от страха.

– «Отступаем! В особняк!» рявкнул Дамьён, рывком отскочив от лесной границы. «Ранее цель не устраняла обитателей леса. Что изменилось? Хозяин ставил в известность о бешенстве цели, однако… Почему Хозяин не чинил проблем в продвижении по его территории? И… Что-то точно не так» мелькнуло в голове спешно отступающего к поместью Дамьёна.

***

– «Игра? Как те салки?» с ужасом схватился за отшибленную спину Габриэль, глазами впившись в пустое лицо Мари Бернес.

– «Нет, в разы проще. Я буду тебя спрашивать, а ты отвечать. Это совсем не больно» ответила та, отставив бутылку в сторону.

– «Х-хорошо» он сглотнул слюну, а Фалмес тихонько отщёлкнула застёжки на аптечке.

– «Итак, приступим. Паладину убить убийцу – это грех?» спросила женщина.

– «Н-нет» мотнул головой Светлый Вихрь.

– «Следующий вопрос: ты когда-нибудь убивал людей?» вздохнула она.

– «Не людей, а еретиков, преступников и грешников!» поправил он.

– «Я тебя услышала. Дальше: тебе жалко сестру той девчонки? Ты бы исцелил её, если б мог?» последовал новый вопрос.

– «Конечно!» воскликнул Габриэль.

– «А шл*ха смогла бы попасть в Звёздное Царство?» продолжала рыжая бестия.

– «Только если блудная дева раскаялась и встала на путь истинный» заявил церковник.

Мари Бернес почесала затылок, раздумывая над новым уколом.

– «То есть раскаявшийся маньяк-убийца тысяч людей может попасть в Звёздное Царство?» бросила она.

– «Нет, ни в коем случае! Есть те грехи, за которые невозможно простить, и главный из них – это убийство брата своего» парировал юноша.

– «А наказывает ли ваш бог за аборт?» рыжая бровь выгнулась.

– «Аборт!? Безусловно! Не просто убийство, а убийство безгрешного дитя, да ещё и своего ребёнка – это страшнейшее преступление против воли Белой Звезды!» продекламировал Светлый Вихрь, поставив ногу на перевёрнутый ящик из-под эля.

– «Ну а если ребёнок нежеланный? Да не просто нежеланный, а зачатый… Насильственным образом. Такой аборт – это грех?» замогильным голосом произнесла златоглазая барышня.

– «Насилие… Эм-м… Ну… Д-да» чуть менее уверенно произнёс он.

– «То есть ваш бог говорит, что нужно рожать такое дитя?» сказала она.

– «Да» отведя взгляд, кивнул блондин.

Рыжая бестия повернулась к Фалмес, тихо спросив:

– «Слышала, что твой мальчишка сказал? Хочешь родить ребёнка от пьяницы, приставившего нож к твоей глотке в тёмной подворотне? Хочешь родить дитя боли и ненависти, при взгляде на которое всякий раз будешь вспоминать ту ужасную ночь?».

– «Я-я… Я… Я… Н-н-не…» тихо мямлящую бронированную даму перебил юноша:

– «Она – боевая дева, и с честью примет ниспосланное свыше испытание».

– «Правда? А вот я не захотела» эхом разнёсся женский голос по крошечной сторожке.

Габриэль выпучил глаза, а Мари Бернес продолжила:

– «Не ожидал, да? Саму Мари Бернес, сильнейшую воительницу севера с чёртовой кучей титулов, уделал грязный пьяница… Всё было несколько иначе, хотя сути не меняет. Случилось это двадцать три года назад. Я была слабее и глупее. Дворянин по фамилии Лоуз воспользовался этим. Сейчас у вашей конторки партнёрство с банком его дальних родственников… Я отомстила дворяшке. Отомстила жестоко, убив всех, до кого дотянулись руки. Но даже такая как я имеет не вседлинные руки».

Женщина отхлебнула горячительный напиток, по каменному лицу расползлись болезненные отголоски.

– «Их подосланные наёмники ударили в самое сердце, когда у меня, после стольких лет скитаний, наконец появился дом, любовь, и… Ребёнок от любимого человека. После той ночи я лишилась всего: дом сгорел, мужа вздёрнули у меня же на глазах, а ребёнок погиб в утробе, так и не успев родиться… Никто не должен был знать, где находится мой дом. Никто, кроме Малкора и нескольких его паладинов. Именно через них люди Лоузов нашли меня! Я лично отправилась к этому плешивому епископу, и знаешь, что он мне ответил? «Я не позволю тронуть Лоузов, слишком важны их деньги для Церкви. Пойми, без средств мы не сможем помочь страждущим», вот так просто! Нужны им деньги, чтобы помогать нуждающимся… А на вопрос: «Разве я не заслужила помощи?», он просто отвёл взгляд, буркнув: «Прости, Мари». Паладинов тех потом вздёрнули, да какая уже разница» она пригляделась к своему мутному отражению в стеклянной бутылке. Тоненькие прожилки трещин разделили её лицо на сотни надломленных осколков.

– «После этого я пила, пока не перестала чувствовать вкус. Я тренировалась, жаждая мести, пока не угасла… Вихрь, недавно ты спросил, где мой меч? Отвечаю: я выбросила его в болото, чтобы самой перестать быть мечом. Вышло так себе…» рыжая бестия вернула себе утраченное на миг самообладание, произнеся: «Ты молодой, ещё можешь что-то исправить в своей жизни. Послушай совет вековой старухи с мордой студентки: бросай дорогу меча. На ней ты не найдёшь счастья, только трупы, трупы и трупы! Пока сам не станешь трупом, потерявшим интерес к жизни, и жалко доживающим свой век, в надежде, что сегодняшний день станет последним…»

Мари Бернес встала, отряхнула брюки, и направилась к выходу из сторожки.

– «С-стойте, вы куда?» пролепетал Габриэль.

– «Сегодняшняя тренировка переносится на завтра по причине погодных условий. Пойду ужрусь до беспамятства… А ты думай, Вихрь, думай. Учись на чужих ошибках, если не хочешь их повторить. Хотя можешь и повторять, мне-то какая к чёрту разница, я на своём веку таких Вихрей немало повидала…» она вышла в дверной проём, за которым разыгралась настоящая буря, обернулась и напоследок бросила: «Знаешь, чем ты похож на Малкора? Вы оба прячете взгляд, когда слышите то, что может разрушить ваш маня-мирок».

Ветер рвал траву, метал снег вперемешку с песком, а серые небеса изрыгали десятки молний. На фоне этого погодного апокалипсиса ярко горело огненное пятно рыжих волос, за которым так трудно разглядеть лицо…

16-1

Последний лучик солнца растаял над лесом, где сошлись в битве два брата, однако лесу не нужно солнце, он пылал в разы ярче.

Тем временем вокруг туманной деревни сгущалась тьма. Лесами и болотами, обходя аномалии и перешагивая корни, к поместью на пригорке приближались силуэты.

С севера, придерживая рвущихся с поводков псов, шагали тяжёлой поступью по густой грязи кайзеровцы во главе с Семистрельным. Он убрал подзорную трубу в чехол, поцеловал стальной дротик со взрывным носиком, зарядил его в магазин, и примкнул к арбалету.

С востока, тихо шурша полевой травой, молча двигались полулюди в зелёных банданах и плащах-палатках. Покрытые щетиной, ссадинами и пеплом лица, полные угрюмой решимости. Их вёл опирающийся на тросточку Филимон, следующий за своим верным подчинённым – одиноким юношей с пёсьими ушами, чьи глаза были исполнены едва сдерживаемой злобой и отчаянием.

У южных склонов тянуло гнилью. Из-за деревьев, покачиваясь и скрипя задубевшими связками, один за другим выходили мертвецы с горящими на груди рунами. Посреди неживой толпы, сложив ладони вместе, читал свою чёрную молитву обгоревший проповедник. Он поднял голову и косо улыбнулся выжжеными губами.

В западных лесах стоял ледяной мороз, выкашивающий мясных мух, жужжащих над шарахающимися меж кустов зверями, чьи обезображенные тела с каждой секундой всё сильнее искажались. Рогатый монстр с разверстой грудью, чьи облезлые ноздри извергают струи гнилостного дыханья, зацепился длинной лапой за ветку. На его потрескавшейся спине, будто на твёрдой земле, стоит чёрный человек, в одной руке держащий блюдечко, а в другой фарфоровую чашку.

Внутри небольшого поместья, над воротами которого красуется ржавая вывеска: «Сату Старогорье», было темно. Атамьёнд оторвался от оптического прицела арбалета, зашторил окно и пробурчал:

– «Осада».

***

Габриэль и Фалмес сидели в крошечной сторожке, ожидая конца шторма. Близкий гром заставил их подпрыгнуть от неожиданности, а ветер принёс косой дождь в окошко.

– «Уже довольно поздно. Нас должны были хватиться» бросил юноша, магией отводя ветер от окна.

– «Нет. Нас никто искать не будет» задумчиво произнесла девушка.

– «Почему?» спросил он.

– «По договору с руководством, мы можем не возвращаться вплоть до трёх суток, пока находимся на тренировке с Мари Бернес» последовал ответ.

– «Тогда надо попробовать прорваться до кареты» заключил Светлый Вихрь.

– «Мне… Неприятно об этом говорить, но я отправила кучера на постоялый двор, чтобы он и бармироги не мокли под ливнем» без эмоций выдала барышня.

– «Похоже, мы встряли…» тяжело вздохнул он, присев на перевёрнутый ящик.

– «У меня с собой есть спальники» выдала барышня, взмахнув рукой. Над её ладонью открылось большое пятиугольное окно в подпространство.

***

Дамьён, бряцая снаряжением, вошёл в небольшую спаленку, где на диване лежал без сознания одноногий Кай, а Нитлина что-то весьма эмоционально втолковывала Карею. Оба примолкли, заметив вампира.

– «Ну что там? Это всё-таки полулюди?» спросила девушка, прищурив все четыре глаза.

– «Полулюди, кайзер и группа нежити. Все двигаются в нашем направлении со скоростью около двух километров в час. Прибудут через сорок минут, если не столкнутся друг с другом раньше» ответил вурдалак, плюхнувшись на старый трёхногий табурет. Он взмахнул рукой, на пальце блеснуло руническое кольцо, и открылось треугольное окошко в подпространство.

– «И что же нам делать?» хлопала ресничками дама.

– «Может попробуем сдаться кайзеровцам?» промямлил Карей.

– «Иди» буркнуло порождение ночи, отщёлкнув пружину на своём арбалете.

– «А вы?» поинтересовался юноша.

Дамьён молча вытащил из подпространства отвёртку, подковырнув крышку на цевье арбалета. Перед его взглядом предстала стеклянная ёмкость, усеянная рунами, на самом донышке которой оставалось чуть-чуть прозрачной пыли. «Кристаллы закончились. Нужно переходить на гильзовые болты» заключил он, извлекая из подпространства пустой магазин и россыпь снарядов, заключённых в тонкие латунные капсулы с рунической гравировкой.

Кай, тяжело прокряхтел и на лицо упал локон красно-пепельных волос. По лбу скатилась капля пота. Наблюдая это, вампир задумался: «Нужно решать вопрос с ногой сейчас. Если позже, то она не отрастёт… Нет, она в любом исходе не отрастёт – я не стану обращать его в вампира! Но как тогда быть?».

***

Узники сторожки слегка очистили своё пристанище от стеклотары и мусора. Они сидели на спальниках, разглядывая занавешенный рваным белым плащом дверной проём.

– «В столичных полях должно быть спокойно ночью, но осторожность не повредит. Давай сегодня не спать» предложил Габриэль.

– «Давай. Только я переживаю за Мари Бернес, как она добралась до дома» выдала Фалмес.

– «Переживать за эту женщину? Брось, она сможет о себе позаботиться» сказал блондин, ощупав свежие побои на своём теле.

– «Да, знаю» буркнула бронированная дама, со скрипом сняв шлем. Её лицо было задумчиво, а затянутые в тугую косу волосы распушились от влажности.

Габриэль заметил странную экспрессию спутницы, однако промолчал. Та заговорила сама:

– «Габи... Как думаешь, Мари Бернес говорила правду? Про то, как епископ Малкор с ней обошёлся?»

– «Конечно нет! Епископ бы никогда не отказал в помощи страждущему, да и не может Церковь спонсировать человек, за чьим родом такой страшный грех» с располагающей улыбкой проговорил юноша.

– «Но зачем ей нам врать?» невинный взгляд чистый очей барышни пересёкся с серыми глазами паладина.

– «Я… Я считаю, что она могла что-то неправильно понять. Женщина, пережившая стресс от потери мужа и ребёнка… Эм-м… Как бы сказать? Вряд ли будет воспринимать мир должным образом» он скосил взгляд.

– «Хочешь сказать, что она сумасшедшая?» сказала Фалмес.

– «Не совсем сумасшедшая, просто запуталась… В любом случае, мы на стороне правых! Тут никаких сомнений быть не может!» отрезал собеседник…

***

Дамьён открыл зелёный ящик, осмотрев содержимое. «Заминировать подходы – значит устроить затяжную осаду. Провианта предостаточно» он глянул на спорящих Нитлину и Карея: «За это время Кай вернётся в строй. Кайзер наткнётся на полулюдей, завяжется бой, я отстреляю командиров и… Знать бы, какими ресурсами они обладают. Если сюда стянутся все их силы, то затяжную засаду мне одному не выиграть. Даже при наличии минного поля… Среди кайзера я наблюдал троих колдунов-артиллеристов – опасно, у нас нет контр-артиллерии. Дом целиком деревянный. Во-первых, стены шьют любые болты, кроме дробовых. Во-вторых, опасность возгорания. В-третьих, я не имею сведений о вооружении полулюдей. Один хороший залп нас похоронит».

Внезапно до уха вурдалака донёсся гулкий стук и протяжный вой. Он обернулся, узрев Карея лежащим на полу, схватившись за ногу. Стоящая над ним Нитлина всплеснула руками, заявив:

– «Я его не трогала, он сам ногой приложился!»

– «Коле-енка!» простонал гильдиец.

Взгляд вурдалака скользнул с ноги Карея на обмотанную кровавыми бинтами культю Кая. В голове клацнула идея.

Дамьён резко встал и подошёл к пареньку.

– «Группа крови? ЧЛ-фактор?» командным тоном поинтересовался он.

– «А? Ч-что?» поёжился тот.

– «Забудь. От тебя ноль толку…» вздохнул монстр, задрав маску-противогаз. Во мраке блеснули острые клыки. Укус!

По шее шокированного юноши скатились две капли крови, девушка прикрыла рот руками, а вурдалак утёр губы, констатировав:

– «Совсем другой вкус… Но за неимением аналогов». В его ладони из дымки сформировалась садовая пила с мелкими зубцами.

– «Н-н-не подходи ко мне!» оглушающе громко взвизгнул гильдиец, принявшись отползать.

– «Стойте, что вы хотите сделать!?» воскликнула дама.

– «Трансплантация. Отставить страх, я в окопе пересаживал своему адьютанту палец. Жил без проблем, пока не подорвался на мине» сухо отвечало порождение ночи, медленно подходя к переньку.

– «Т-т-т-трансплантация!? Нет, н-не надо, пожалуйста!» навзрыд заплакал Карей.

– «Необходимо пересадить ногу сейчас. Нет времени» отрезал Дамьён, быстрее взгляда подскочив к жертве.

– «Подождите!» рявкнула Нитлина и чуть менее уверенно продолжила: «Это спасая меня он потерял ногу. Если нет других вариантов… З-значит я должна стать донором. Так будет по-справедливости!».

– «Да, возьми её ногу, это она во всём виновата, а не я! Отпусти меня, умоляю, я всё сделаю!» плаксивый тон юнца сменился нескрываемой агрессией.

Вампир отпустил воротник Карея, направившись к барышне. Та, постепенно теряя былой запал, сглотнула слюну, вцепившись взглядом в уродливую пилу» …

***

В небе сверкнула молния. Спустя двадцать секунд разразился гром.

– «О! Молния ударила в шести с лишним километрах» произнёс Габриэль.

– «А как ты понял?» выпучила глаза Фалмес.

– «Делишь время между вспышкой и звуком на три – всё просто. Это каждый ребёнок знает» задрал нос блондин.

– «Батенька говорит, что такие знания не для девочек» поникла она: «Арифметика, физика, алхимия… Мне разрешается только кулинария, боевые искусства, шитьё и магия жизни. Он настаивал на том, чтобы я училась только лечащим заклинаниям, но я и атакующих парочку выучила».

– «Но ты же при мне перемножала, делила и про дроби с процентами наслышана. Как так вышло?» светлая бровь выгнулась.

– «Только не говори батеньке! Для него я умею лишь складывать и вычитать… Просто в детстве мне довелось чуть-чуть общаться с одной девочкой в церковно-приходской школе. Она была из семьи математиков и родители научили её считать» неожиданно эмоционально пролепетала барышня.

– «Хорошо, я ни при каких обстоятельствах не выдам твой секрет. Слово настоящего мужчины!» сверкнул блестящей улыбкой он.

– «С-спасибо… Я каждый день каюсь за то, что вопреки батюшкиной воле изучила математику, и за то, что продолжаю его обманывать» поникла она.

– «Фалмес. Я – паладин, а ты – боевая дева. Нам, идущим на смерть, можно всё!» завил юноша.

– «Да, это так. Да направит поступь воинов Белой Звезды…» хотела было сказать дама, однако прервалась на полуслове. В её тоне появилось нечто, напоминающее скрежет механизма, что находится на волоске от поломки, а лицо исполнилось фрустрации.

– «Н-не… Нет, ну а почему? Почему одним нельзя, а другим можно?» последовал вопрос.

– «Что? Почему, спрашиваешь? Хм-м… Нашу руку направляет сама Белая Звезда. Мы – отображение её воли, меч. Всё что мы делаем – воля Белой Звезды» отвечал он.

– «То есть даже если я убью своего ребёнка – это будет воля Белой Звезды?» во взгляде Фалмес промелькнул огонёк.

– «Нет, есть исключения! Даже не так… Эм-м… Ты можешь делать что угодно, но только пока это благостно сказывается для Церкви Белой Звезды» запнулся Вихрь, и в паре километров ударила молния.

– «Но как понять, что это будет благостно для Церкви?» продолжала совершенно без агрессии спрашивать девушка.

– «На всё в-воля Белой Звезды. Её пути неисповедимы, и она сама покажет, что правильно, а что нет» скосил взгляд паладин.

– «Габриэль. А почему ты спрятал глаза?» в пустоте прозвучал вопрос, комом вставший поперёк горла…

***

Перепачканный в крови Дамьён оторвался от прицела, плюхнувшись на старый диван. Со стены глядел давно сгнивший портрет усатого мужчины. Порыв ветра пробудил скрипучее дыхание древнего имения.

– «Все заняли позиции в кустах и не двигаются» сорвалось с уст вурдалака, и он продолжил кустарно дорабатывать устройство для дистанционного минирования.

Пол устлали пожелтевшие газеты, поверх которых разложены разобранные на составные компоненты мин. Карей забился в угол. На кушетке, тяжело дыша, валялся Кай. Место его культи заняла пришитая уродливыми стяжками голень. Под стеной тихо скулила Нитлина. Во всех четырёх глазах застыли слёзы, зубы стиснуты…

Внезапно ночную тишь огласил грай взлетевших ворон и стены дома содрогнулись от взрыва. Дамьён при помощи зеркальца выглянул в коридор, обнаружив, что ставни одного из окон разлетелись в щепки. «Готовят позиции к осаде. Сперва выбьют окна, затем зашлют в помещения снаряды. Хорошо знаю этот звук – КИЧ-ПР. Болт малой взрывной силы среднего калибра. После них используют либо газ, либо зажигательные. Иногда совместно» мелькнуло в голове.

– «В укрытия!» скомандовал вампир, закрывая ближайшее окно стальным листом.

Мгновение спустя дом содрогнулся от десятков взрывов. По пустым залам пролетела волна щепок, дряхлая крыша башенки обрушилась, а сгнивший от сырости портрет упал прямо на визжащего от страха Карея.

Как только залп стих, Дамьён вскочил, откинул обугленный лист металла, и направил в сторону кустов дуло пусковой установки. «Прилёт был со стороны полулюдей» дуло развернулось в противоположную сторону, пальцы вырвали чеку, и в сторону затопленных грязью руин устремились пять мин.

Солдат заскочил в укрытие, откинув створку оружия. На стенках образовался нагар и мощные царапины. «Не думал, что буду использовать пусковую установку как миномёт ЕФГ. Ещё пара залпов, и взорвётся. Держать дальше от головы – голова долго регенерирует» заключил он, а за окном прогремели пять последовательных взрывов.

Тут же другую стену пробил насквозь залп каменной шрапнели, угодивший в заранее расставленные мешки с землёй.

– «Перезарядка!» рявкнул вампир, выставив руку.

– «Команда: перезарядка!» он оглядел Карея, явно ожидая от него некого действия. Действия не произошло – юноша был слишком занят избавлением от ошейника из картины. Вместо него подала пачку снарядов Нитлина:

– «Держи».

Прежде чем Дамьён успел перезарядить установку, внизу раздался грохот: несколько оживших трупов влезли в окно первого этажа, подорвавшись на мине. Следом за разорванными товарищами полезли ещё.

Стены дома тряхнул удар огромного булыжника, а затем крыша со скрежетом начала сминаться и взлетать в воздух. «Кайзер» быстро проанализировал ситуацию вурдалак. Пальцы в латных перчатках срывают чеку, пять взрывов, и крыша возвращается на место, осыпая опилочным прахом голову юного гильдийца. Через секунду в окно со стороны полулюдей прилетает граната, падающая аккурат ему под ноги.

– «И-я-я!» парнишка испустил настолько истошный вопль, что у всех присутствующих заложило уши, после чего с испугу бросил гранату назад в окно. Взрыв! Горелые ошмётки украшают деревянные стены.

Вампир перезарядил установку, про себя отметив: «Полулюди уже под стенами». Он взял из горы хлама старый дамский чепчик, насадил на ствол арбалета, и высунул в окно. В белом головном уборе образовалось новое отверстие, а лестница на второй этаж заскрипела под гниющими ногами мертвецов.

– «Гильдиец, некропаты!» рявкнул Дамьён, запихивая в расцарапанную пусковую установку новую кассету мин.

– «Ч-что, некропаты?» пропищал Карей, сняв с головы картину.

– «Уничтожить некропатов!» с раздражением отдал приказ солдат, пытаясь захлопнуть деформированную дверцу оружия.

– «К-как я это сделаю!?» воскликнул паренёк, и со стороны кайзера внутрь здания проникло несколько снарядов, со стеклянным звоном разбившихся о пол. Под потолком вздыбилось красноватое облако газа.

– «Команда: газы!» сплюнул Дамьён, вырвав из фильтра респиратора чеку. Остальные натянули на лица марлевые повязки. Нитлина накрыла лицо упавшего с кушетки Кая старой курткой.

Кровопийца осмотрел перчатки, на которых образовалась рыжая маслянистая плёночка. «Килцитат Никорского. Взрывоопасен» лязгнуло в голове.

– «Закрываем окна!» рявкнул он, приставляя стальной лист к окну. Тут же в металл ударил сноп искр и пламени.

– «Мокрое полотенце на лист – не допустить искры» бросил солдат. Нитлина схватила с пола тряпку, облив водой, а он ползком подобрался к другому окну, узрев тоненькие струйки дыма и тёплый свет. Взгляд через зеркальце: небольшой отряд полулюдей разбил о стену дома несколько стеклянных флаконов с маслянистым содержимым. Сию же секунду старую древесину начал поглощать пожар. «Двоегорючее масло. Даже дождь не собьёт огонь. Кай под зельем, скоро не проснётся. Теперь мы на таймере – необходимо разобраться раньше, чем наши позиции выгорят» рассудило порождение ночи.

Внезапно снизу раздался испуганный выкрик, далёкие кусты заполнил звук беспорядочных взрывов, а сквозь деревянную дверь в комнату проломилась гниющая рука…

***

Габриэль поднял ошарашенный взгляд на собеседницу. Та выглядела озадаченной и растерянной.

– «Для чего Мари Бернес нам всё это рассказала? Это всё ложь? Но во имя чего? Её выбрал сам епископ Малкор, значит она должна делать это всё во имя воли Белой Звезды? Но как это так… Я не понимаю!» с негодованием воскликнула церковница, отчаянно пытаясь осознать. В её очах мелькнул огонёк.

– «Фалмес» Светлый Вихрь схватил её за плечи, пристально заглянув в глаза: «Мы на стороне правых. Понимать не надо, надо верить! Или ты думаешь, что столько праведных людей, я, твой отец, епископ, могли всё это время служить злу? Вспомни, сколько грешников и еретиков ты сама покарала! Неужели это всё были просто люди? Такое просто невозможно!».

Фалмес чуть отпрянула, исполненным ужаса взором пронзив пустоту.

– «Нет… Это были не простые люди… Я н-не убийца!» произнесла она.

– «Верно, мы не убийцы! Повторяй за мной: мы – не убийцы!» твёрдо сказал юноша.

– «Мы не убийцы!» поддержала дама.

– «Да, мы не убийцы! Мы, ты и я, лишь меч… Меч Белой Звезды!» рикошетило от грязных каменных стен.

***

Ворвавшиеся в помещение мертвецы оказались встречены россыпью раскалённой дроби. Залп! Магазин отлетает на пол, а его место занимает новый. Щёлк-щёлк-щёлк! Цельнометаллические дротики прошивают нежить насквозь.

– «Меняемся!» крикнул солдат, кивнув на гильдийца.

– «А? Ч-что?» пискнул тот, пуще прежнего вцепившись в ствол арбалета.

– «Держи некропатов, недомерок!» с явным раздражением прорычал вампир.

– «А? Я-я!? Я… Это…» мямлил Карей.

– «Дай сюда!» процедила сквозь зубы Нитлина, выхватив у него арбалет и откатившись к двери.

– «Установка там, я её перезарядила!» бросила она Дамьёну, заняв огневую позицию и открыв огонь.

– «Принято» фыркнул тот, сорвав чеку.

Под окнами отряд полулюдей сцепился в неравной схватке с полчищем некропатов. Суровый мужчина с паучьими лапками, торчащими из спины, получил мощный укус в шею. Он упал, захлёбываясь кровью, а двое товарищей еле оттянули его из потасовки.

– «Держись, не закрывай глаза» крикнул кто-то из них, судорожно распаковывая бинт. Жизнь бурным ручьём утекала из тела, пока окончательно не истекла на сырую траву. Вокруг укуса вспыхнул рунический круг.

– «А!?» взвизгнул получеловек с бинтами, когда воскресший товарищ набросился на него…

Вампир обошёл опущенное мокрыми полотенцами облако газа, аккуратно выглянув в другое окно. В кустах кайзеровцев наблюдалась суматоха. Среди листьев полыхнул огонь, деревья качнул взрыв, между ветвей блеснула сабля, пронзающая шерстяную тушу, сочащуюся тьмой, а затем прозвучал отчаянный рёв:

– «Ур-ра!».

Вурдалак направил ствол на дверь:

– «Закрыть уши!». Взрыв! Полный мертвецов коридор обвалился вместе со стеной прямо на головы полулюдям, а прогоревший очаг пожара обнажился, обдав своим дымным дыханием крышу.

– «Отступаем в другую часть дома. Огонь скоро будет здесь» буркнул кровопийца, бросив на пол развалившуюся пусковую установку.

– «Чё?» крикнула Нитлина, пальцем прочищая заложившее ухо.

– «Отступаем!» повторно скомандовал Дамьён.

– «К-куда? Ты же разнёс коридор!» пискнул Карей, забирая свой арбалет, выпавший из дамских рук.

– «По балкам под дымовой завесой. Переходим со стороны полулюдей одним рывком. Не тупим, работает снайпер» вампир протёр стёкла противогаза от копоти.

– «А Кай?» спросила барышня.

– «Не сгорит» отрезал солдат, накинув на бессознательного бедолагу металлический лист…

На развалинах избы собрался отряд полулюдей. Трое, забившись по углам в щели высматривали пылающий дом. У поросшего мхом стола сидел Филимон. Он, приложив руку к уху, общался через рунический передатчик:

– «Да… Да… Да, так точно! Мы возьмём огненного колдуна, можете не волноваться… Да, как только закончим, отряд сразу выдвинется на помощь основным силам. Конец связи, приём!».

Филимон встал из-за стола, серьёзным взглядом окинув потасовку. Он поправил очки, пламенно продекламировав:

– «Давайте, братцы! Без головы предателя к Айше мы не вернёмся! Аве Консомния!».

– «Аве!» кивнул юноша с пёсьими ушами. Снайперы промолчали, крепче прильнув к холодной оптике…

В заваленном гниющими трупами кустарнике мелькали силуэты. Одни лысые здоровяки оттаскивали раненных, другие всё ещё продолжали сражаться.

Залитый кровью Семистрельный с порванной до солнечного сплетения рубахой, рубанул разверстое брюхо искажённого тьмой кабана саблей, затем всадил её в череп оленю и откатился, схватив с чёрной земли топор. Замах, удар! Хлещущий тёмной кровью олень валится навзничь, а Семистрельный подбирает арбалет и всаживает добрый десяток болтов в брюхо медведя, напавшего на товарища.

– «Андрюх, живой?» спрашивает он, подавая руку бедолаге.

– «Так… Точно…» сплюнул выбитый зуб кайзеровец.

– «От, сука, прям как на Восточной» лихо ухмыльнулся главный, хитрым прищуром оглядев перекрывший луну особняк…

Опалённый проповедник развёл руки, прошептав слова чёрной молитвы. Из болота за его спиной выползли новые мертвецы в обветшалой военной форме и медленно поковыляли к месту стычки.

– «Да, вот так… Бейтесь за бога!» улыбнулся он…

Внезапно над полем боя разнёсся ужасающий гул, будто сама земля протяжно вздохнула. Затем всё задрожало. Восседающий на черепе древнего чудовища Каина Морта человек в чёрном зевнул:

– «Что-то скучно у вас тут… Сейчас будет повеселее». Уродливые кости начали восставать из грязи…

***

Двое промокших церковников всё ещё сидели в окружении четырёх стен. Ветер колыхнул тряпку, прикрывающую вход.

– «Эй, Фалмес» бросил юноша.

– «А?» ответила девушка.

– «Ты мой адъютант, приставленный Церковью. Будешь ли ты верно исполнять свои обязанности несмотря ни на что?» спросил он.

– «Конечно. Это очевидно. С чего вдруг ты спросил?» без эмоций проговорила Фалмес.

– «Не важно» отмахнулся Габриэль, залезая в спальник. В светлой голове мелькнуло: «Да, ты-то меня не предашь. Не предашь… Только… Только почему твой взгляд был прямо как… У него…».

***

Над полем боя, осыпая вековую землю и вырывая корни деревьев, поднималось чудовище. Одна костяная ладонь из одиннадцати пальцев опёрлась на руины избы, смяв её как пустую банку, другая осталась погребена под завалами, отсоединившись от тела вместе с солидным куском руки.

По костям пошли трещины. Из проеденных болотной водой дыр выливались комья жидкой грязи. Длинный позвоночник расправился. Оно встало на колени, возвысившись над самыми длинными соснами, и подняло череп, осветив поле своими огромными пустыми глазницами, будто прожекторами.

Внезапно над лесом разнёсся хруст, и челюсть рухнула наземь. Следом пошла трещина по позвоночнику. Рассыпаясь по косточкам, чудовище Каина Морта обрушилось на головы сражающихся. Мощный порыв ветра сдул с голов банданы, а вызванное землетрясение заставило часть пылающего имения обрушиться.

Внутри тем временем шла возня. Не взирая на ожившего колосса, кайзеровцы отчаянно поливали окна взрывами. Троица расположилась на перекладинах второго этажа, где рухнула крыша башенки.

– «Они же сейчас нас сметут!» взвизгнул юноша.

– «Здесь нечему рушиться, кроме стен. Веди огонь по позициям кайзера» хмыкнул Дамьён. Нитлина молча возилась с развалившейся пусковой установкой, захваченной из прошлой комнаты.

Снизу вновь замаячили фигуры и послышались человеческие голоса. Вампир чертыхнулся. Сквозь проплешины в полу он насчитал добрый десяток макушек.

– «Держите позиции, я вниз» буркнул он. В руках сформировались сабли из дымки, а сквозь чёрные окуляры маски пробился алый блеск.

– «Спустя столько лет, наконец нормальная осада!» прошептал он, спрыгнув вниз…

Над пыльными полями потихоньку начинало всходить солнце. Опалённый проповедник показался из тени, совершив новый пасс руками. Его взгляд постепенно мутнел, появилась отдышка.

– «Даже чудовища Морта восстают, пред ликом бога, ха-ха! Лежать, смертн…» воскликнул было он, однако в грудь прилетел стальной болт, оставивший огромную сквозную дыру. Глаза заполнил шок, а с уголка рта засочилась светлая кровь…

Запрыгнувший наверх Дамьён застал Карея победоносно вскинувшим арбалет над головой.

– «Кажется, я в кого-то попал, я попал!» кричал он.

– «Я говорил вести огонь в другое окно» вампир стёр с лица кровь.

– «А? Да блин, ну опять невезуха…» поник паренёк: «Ты, кстати, понял, что это за ужасный грохот был?».

– «Падение чудовища Каина Морта» обыденно проговорил солдат.

– «А, падение чудовища Каин… Подание чудовища Каина Морта!? Что!? Оно ожило!?» встрепенулся юноша.

– «Самоликвидировалось» последовал сухой ответ.

Нитлина придвинулась, стараясь не касаться обрубком ноги пола, и протянула вампиру пусковую установку со словами:

– «Я починила. Посадила загрузочную камеру на клёпки, подстучала кольца молотком, прокатала уплотняшку, кстати, форм-фактор этого пускового устройства напомнил мне…».

Покуда девушка, игнорируя всё вокруг, погрузилась в глубинные размышления о технических характеристиках, Дамьён разжал её пальцы, взяв установку. Он покрутил её в руках, оглядел прицельные приспособления, коих раньше не наблюдалось, и про себя отметил: «Не настолько бесполезная девка».

Череда взрывов заволокла небо, а порыв ветра сорвал клочок ткани, унеся прочь…

***

Габриэль проснулся во всё той же сторожке. Он разомкнул очи, почесал затёкшую руку, и отпустив экспертный комментарий:

– «Тяжело…», вышел на улицу, где как раз закончился дождь. Фалмес мирно дремала у стенки, обняв свой шлем.

Светлый Вихрь прикрыл лицо от последних капель дождя, раздвинул высокую осоку, за которой оказалась проплешина, где когда-то стояло пугало. Он проковылял в центр этой проплешины, и неожиданно из хмурых облаков показалось солнце. Один-единственный лучик, что устремился не куда-то…

Солнце, будто софит для солиста, подарило своё сияние Габриэлю. Он стоял один, окружённый блестящим, но столь холодным светом, а вокруг склонилась трава, будто подобострастные слуги.

– «Кажется, зима кончилась» слетело с губ…

***

Кай проснулся в подвале. Он разомкнул веки, за миг до пробуждения осознав, что погружён в лихорадочные грёзы.

Первое, что узрели янтарные очи – многоэтажный пролом сверху, второе – чужая нога на месте своей, третье – пышущую гноем морду Руколома.

Взмах, взрыв! Опалённое чудовище отлетает в стенку, затем неловко залезает наверх, скрываясь за потолочными перекладинами, и вновь валится вниз, разбрызгивая всюду кровь. Ещё один взрыв! Поток огня прибивает монстра к полу.

Кай попытался встать, однако с непривычки завалился вбок, а Руколом собрал последние силы и умчал прочь, оставляя за собой густой след.

– «Доброе, сука, утречко…» буркнул красно-пепельный, откапывая из груды хлама свой меч.

Выйдя из подвала, хромой скиталец оказался посреди пепелища незнакомого имения. Лучики утреннего солнца едва пробивались сквозь копны пыли и седой дым всё ещё чадящих угольков, создавая лёгкий полумрак. Взгляд моментально выцепил под завалами изорванные и обгоревшие трупы полулюдей. Среди груд тряпья всё ещё бились в агонии постепенно слабеющие некропаты.

– «Бл*дь…» многозначно протянул он: «Я вообще где? Вроде пить бросил, а просыпаться в неизвестных местах не перестал».

Продвигаясь по скрипучим развалинам Кай за очередным обрушившимся проёмом заметил движение: Карей с завидным усердием пытался вытащить нечто из-под обугленной балки.Прежде чем Кай успел что-то сказать, юноша сам заметил наличие компании:

– «Чт… Кто здесь?» обернулся он: «Ты!? Ты очнулся!? Нет, ты выжил!?».

– «И тебе не хворать… Что здесь произошло, где Нитлина и Дамьён? Покороче, если можно» бросил бродяга.

– «А это они тебе пусть сами и расскажут. Они вон там, за углом» Карей рывком вытянул из-под балки арбалет, по инерции упав на спину. Из-под его рубахи выглянул краешек свёрнутой в трубочку карты.

– «Погоди-ка… Это, часом, не наша карта?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Э-э-э…» гильдиец суетливо заткнул карту за пояс, и хотел что-то ответить, но его речь прервал громкий скрип над головами и упавший между собеседниками обугленный ком мяса – Руколом.

Хвостатый отскочил, крикнув:

– «Стреляй по Руколому!». В этот момент Карей уже перемахнул очередной завал, скрывшись за дверным проёмом.

– «Эх-х… Ясно!» прорычал соня, выхватив из ножен меч…

В этот момент посреди залитых кровью руин собралась толпа кайзеровцев. Семистрельный, придерживаясь за раненный бок, приставил саблю к горлу лежащего на земле Филимона.

– «Ну, что, старик? Не вышло ядом отравиться?» ухмыльнулся мужчина, рассматривая разбитую стеклянную ампулу в низкой траве. Пернатый старик промолчал.

– «Молчишь? Ну-ну… Железный Кайзер умеет развязывать языки» заявил Семистрельный. Со спины подошёл лысый здоровяк с радиопередатчиком, прошептав:

– «Доклад от Степанова: мы взяли их основной лагерь. Главная вспорола себе брюхо раньше, чем успели зайти внутрь. При ней найдены обрывки сгоревших писем на поскенурском».

– «Ну хоть этого унтерменьша взяли... Что, мужики, неплохую задачку нам МОР подкинул? И деньжата неплохие заплатит… А может ещё и с Короны чего стрясём за голову этой пташки. Можете выщипать ему все пёрышки, но чтоб при дворяшках он мог петь» на лице Семистрельного застыла бесноватая ухмылка. Ветер колыхнул траву за пределами каменных руин, где молча сидели помятые полулюди в банданах. Смрад гниения направил голодных мух к вылезающим из болотца трупам, а в лесной чаще показались морды искажённых тьмой зверей…

Кай закинул центнер стали на плечо, замахнулся, и свежая нога хрустнула от нагрузки, отозвавшись болью. Удар! Клинок пролетает мимо Руколома, однако голова того разлетается на ошмётки под напором раскалённой картечи. С балки спрыгнул Дамьён, а за его спиной показалась опирающаяся на пыльную тросточку Нитлина.

– «Цель устранена» отчеканил он, сменив магазин.

– «О, Дамьён, ты не представляешь, насколько я рад тебя видеть! Можешь объяснить, пожалуйста, что вообще происходит? В частности, что это такое?» юноша как ни в чём не бывало указал рукой на распухающую ногу.

– «Т-ты уже сломал мою ногу!?» воскликнула девушка…

Опалённый проповедник, придерживаясь за дыру в груди, хромал по лесной чаще. Он едва переставлял ноги, а взгляд покидала жизнь.

– «Нет… Я не могу так умереть… Ты, Кайризе… Друг ветренного недоумка… Оставил с… Огнём… Не умру… Это ты умрёшь и станешь моей главной… Я… Ваш…» прохрипел мужчина, после чего упал лицом в грязь.

Со спины послышались шаги.

– «Нет, ты уже умер. Но смерть – это не конец. Смерть – не старуха, не беда и не врата. Смерть – это бизнес…» с усмешкой произнёс ледяной голос, теряясь среди высоких ветвей чёрного леса.

17-2

Паровоз взревел, оставив на перроне Кая в клубах дыма. Тот пронзил мёртвым взглядом зеленеющий горизонт, где давно стаяли летние снега. Тёплый ветер звякнул колбцами в ухе, растрепал полы рваного пальто, оголяя пигментные полосы на теле, что видны сквозь массивные дыры в рубашке. Он сделал шаг, поставив перед собой костыль, однако из янтарных очей заструилась кровь, и бедолага рухнул без сознания на бетон.

Красно пепельный очнулся, сдул с лица чёрный локон, отбился от собак, что решили попробовать его сонное тело на зубок, и прогнул своими телесами лавочку, засучив рваную штанину. Первыми в глаза бросились кривые швы, которыми к ноге притянута чужеродная голень. От каждого стяжка вниз тянулась полосочка полу-свернувшейся крови, что при любом движении истекает из раны.

– «М-м… Чудесно» пробурчал зубоскал, закидывая в пасть горсть таблеток, выуженных из сумки, затем засыпал края ранки зеленоватым порошком: «Надо что-то делать с ногой – она нихрена не приживается» …

По дороге к дворянской крепости Кай брёл не в одиночестве. Сперва его грохоча обогнала крытая повозка, набитая молодыми солдатами, из которой доносилась чрезвычайно громкая музыка, затем мимо пронеслась телега с вином, выплюнувшая бутылку под ноги, а под конец его загнала в кювет богато украшенная карета.

Лежащий в грязной канаве бродяга с кувшинкой на голове наблюдал носящиеся взад-вперёд повозки.

– «А у Виса неплохо дела идут» процедил сквозь зубы он, протирая лицо от тины.

В пути бродяге довелось встретить трёх неизменных стражей деревни: высокого, среднего и низкого. Те сменили своё грязное тряпьё на добротные стёганки с кольчугой, а топоры да тяпки превратились в сабли и арбалеты.

– «Проходь!» крикнул низкий, пропустив группу рабочих вперёд: «Следующий!».

– «О, гляди, это ж тот…» высокий ткнул пальцем на приближающегося Кая.

– «Здоров, мужики. Что, дело пошло в гору?» ухмыльнулся тот.

– «А то! Как хозяин Дейрунштадт с грантом получил, так и зажили!» воскликнул низкий.

– «Эй, бродяга… А пачпорт у тебя есть?» внезапно спросил средний.

– «А что?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «А то, шо мы теперь всяких не пущаем на хозяйскую землю. Но ты его гонец и должен иметь при себе какую-нить бумажку… Иль нет?» хитро зыркнул средний.

– «Слуш, может не надо его, вона какой грозный» шепнул здоровяк.

– «Ребятушки мои ненаглядные, имейте совесть, иначе отымеют вас» до предела изнурённым тоном произнёс юноша.

– «То бишь бумаги нет? Тогда гони монету! Хозяин всё равно всё вернёт» средний как бы невзначай достал из-за спины арбалет.

– «Понимаю, к чему катится солнце…» Кай вздохнул, затем резко огрел среднего костылём по голове, отчего мужчина свалился наземь, закатив глаза. Двое оставшихся перевели испуганные взгляды с павшего товарища на скитальца.

– «Мужики, не играйте с наёмниками. Это я не буду гадить на земле друга, а иной бы уже давно пообрубал вам головы лопатой, и этой же лопатой закопал» прохвост обвёл ладонью арбалеты обомлевших селян, отчего те рассыпались до винтика, и как ни в чём не бывало похромал дальше, запихав в клыки сигарету.

На подходах к деревне красно-пепельный столкнулся с подозрительной личностью, сидящей в тени на суку молодого дубка. Девушка наёмничьей наружности с крыльями летучей мыши из спины и копытами вместо стоп. Он прохромал мимо, ловя затылком её косой взгляд. «Это же наёмница Виса… Судя по кислой морде, я ей не оч нравлюсь. Да и плевать, я тут не впечатлять дам пришёл, нужно быстрее добраться до лекарст…» мысли улетели прочь, кровоточащие глаза закатились, а он вновь упал без сознания…

Юноша открыл глаза, и первым, что он узрел, были волосатые ноздри местного старосты.

– «О! Живёхонький!» воскликнул старик.

– «Спасибо, без вас бы не догадался» съязвил бродяга, резко попытавшись встать. Пришитая нога предательски засочилась, и он умерил пыл, аккуратно поднимаясь при помощи костыля.

– «Ты ж хозяина гонец? Умотал он тобе совсем? Давай чайку налью, да баранкими угощу» предложил староста.

– «Так, всем отойти! Мы проводим посыльного к господину Висеофу!» сквозь небольшую толпу, собравшуюся вокруг чужака, грубо протиснулся стражник с алебардой.

– «Эй, аккуратней, остолоп!» охнул старичок, едва удержав равновесие: «Шо, раз сабельки вам новые выдали, так теперь можно людей простых кошмарить? Ишь какие!».

– «Так, ты. Марш с нами. А ты, старость, не мешайся под ногами» махнул рукой стражник, уводя за собой новоприбывшего. Староста сплюнул, грозно оглядев мужчину с алебардой.

Кай проковылял вверх по строящейся деревне. Всюду кипела работа: добротные мужики таскали брус для избы, трое колдунов магией поднимали крышу, матёрый плотник точил уже десятый топор, а детишки на тележке вывозили мусор в кучу на окраине деревни. Нигде нет и следа недавнего пожара, а таверна в центре деревни восстала из пепла, предположительно приобретя один дополнительный этаж. Вокруг уже можно было заметить лиц гильдийской наружности.

Янтарные очи округлились, когда пред ними предстали распахнутые настежь ворота в крепость.

– «Погоди… Вы чё, ворота починили!?» воскликнул он.

– «Угу. Удо со Стёпкой дня три долбались, но хозяйский пендель… Ну, ты сам понимаешь, сейчас, когда каждый день кто-то ездит на поклон, в воротах возникла надобность» пожал плечами стражник с алебардой.

– «А пролом в стене?» спросил скиталец.

– «Ух-х… Ну, Удо со Стёпкой как-нить заделают, но они ж не каменщики. Да, Удо?» собеседник хлопнул по спине рядом идущего получеловека с осьминожьими щупальцами вместо волос.

– «Я говорю, что каменщика надо из города звать, да без толку. Заделаем как сможем» отмахнулся Удо.

Процессия проследовала во внутренний двор, где пустовали несколько карет, запряжённых молодыми бармирогами. Красно-пепельного с порога встречал клювоносый дворецкий Марий.

– «Господин Кастлхаузер, вы как всегда без приглашения! Очень рады вас видеть!» поклонился он.

– «Прости, полулюди не умеют писать» изображая на лице абсолютную неприкаянность, пожал плечами зубоскал.

– «Кхм…» поёжился дворецкий, затем указал рукой на вход: «Прошу пройдёмте за мной» …

Кай засунул руку в карман, облокотившись о стену. Внезапно из кабинета показался длинный нос Мария:

– «Прошу простить, господин Висеоф сейчас занят встречей с важными гостями. Прошу пройти на веранду, я дам вам знать, когда хозяин освободится».

– «М-м… Ничего страшного, я понимаю. Разговор со столичными пижонами важнее какого-то там старого друга, что ради тебя дважды жопу порвал» саркастично оскалился хвостатый: «Хех… Ладно, где там твоя веранда?».

– «Пожалуйте за мной. Изволите выпить чаю?» услужливо пролепетал дворецкий.

– «Не люблю чай» фыркнул оборванец, захромав по коридору.

Вскоре хромоногий негодяй вышел к большой террасе, с которой открывался вид на скудный по дворянским меркам садик, где меж запущенных кустов порхал смуглый садовник с ножницами. Кай, издав надрывный хрип, рухнул в кресло, уже на автомате вытащив из сумки второй том Тёмной Магии Для Чайников.

– «Как бы не окочуриться, пока эта дворянская задница занята беседами» цыкнул он языком, пролистав страницы до закладки.

Внезапно чуткий нюх уловил среди аромата цветов чужеродный запах дорогого мыла и гуталина. За стоящей поблизости скамейкой мелькнула маленькая тень. Тень ползком подобралась к креслу Кая и медленно встала за спиной, украдкой заглянув в книгу, что сжимают его уродливые пальцы. Он несколько секунд сидел, будто ничего не замечает, а затем резко спросил:

– «Ну что, интересная книга, малец?».

Незадачливый шпион подпрыгнул от неожиданности, а зубоскал обернулся, узрев перед собой племянника Висеофа, мальчишку лет восьми с большими чистыми глазами, тёмными короткими волосами и чертами лица, сильно напоминающими его дядю. Мальчуган был обут в старые солдатские сапоги, обильно покрытые гуталином.

– «З-здравствуйте, дядя Кай!» пискнул юнец, вытянувшись по струнке.

– «И тебе не хворать, Генри» отвечал оборванец.

– «Я Гарри!» скорчил возмущённую мину дворянин.

– «Не меняет сути… Слушай, а ты где такие сапожки заимел?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «М-мне их рыцарь подарил, с которым вы дрались» последовал ответ.

– «А я дрался с рыцарем? Ах да, Нерисидский!» щёлкнул пальцами пройдоха.

– «Сир Де Груа Нерисидский» поправил Гарри.

– «Опять же, сути не меняет. Ты лучше скажи, не хочешь ли пожертвовать обувку в фонд больных и убогих?» Кай приподнял обугленную штанину, демонстрируя стопу в коротком женском носке и старом резиновом шлёпанце.

– «Ой, вы ранены!» воскликнул мальчишка, впившись взглядом в покрытый засохшей кровью шов.

– «Да, моя рана чудовищна и мне может помочь только новая пара обуви» наигранно ахнул хвостатый.

– «Я… Н-нет, я не отдам» замялся парнишка.

– «Почему? Зачем тебе эта рвань? Да и не престало дворянам таскаться в солдатской обуви... Как на это смотрит твой дядя?» лукаво спросил оборванец.

– «Он… Ну…» замялся Гарри.

– «Хех… Видимо, Вис далеко не в восторге от твоей тяги к холопским штукам. Что ж, это чисто ваши отношения, я в них не лезу… Лучше скажи, чё ты тут вообще забыл?» бросил Кай.

Гарри состроил непонимающее лицо и задал вопрос:

– «В смысле?».

– «Ну как же!? Разгар лета, жара, а ты торчишь в душных застенках! У нас в академе летом был только один месяц каникул, остальное практика, и мы отрывались как могли: походы, речки, шашлыки, всякие сомнительные авантюры. Как-то раз пол Дюрстоля с подругой на велике объехали! По безопасным трактам, само-собой. Поэтому и только половину…» развёл рукой красно-пепельный.

– «На одном велосипеде?» напрягся малец.

– «Ага. Я по жизни всегда последний хрен без соли доедаю, вот и в тот раз денег на два велика не хватило. А поскольку это была моя идея, то Крис денег на её реализацию давать не стала… Ну, что ж, не знаю каким чудом мне удалось взять её на понт и усадить в корзинку, видимо думала, что мои ноги не выдержат двоих на протяжении всего маршрута. Где-то под Нижними Вершками она осознала свою ошибку, да там велик взять неоткуда. Пришлось ехать все две недели в корзинке. Благо она там идеально помещалась» придавался воспоминаниям юноша, затем быстро спохватился: «Но ты таким не занимайся, не то Виса приступ хватит».

– «Да мне и не с кем. Все друзья остались у мамы в городе» вздохнул Гарри.

– «В чём проблема? Заведи друзей здесь. Вон сколько пацанов по деревне шастает. Только в водонапорки и леса всякие не суйтесь, там часто встречаются призраки и аномалии» сказал хвостатый.

– «Я ещё ни разу просто так не общался с простолюдинами, а мама говорит, что и не надо. Ещё дядя не выпускает никуда, говорит, что там ходят опасные дяди» пискнул паренёк.

– «Что ж… С авторитетными мнениями мамы и дяди я спорить не стану, скажу только, когда мы с Висом начинали общение я дворянином не был. Как, в прочем, и сейчас» выдал скиталец.

Внезапно клювоносый Марий шагнул из тёмного коридора и пафосно продекламировал:

– «Господин Кай, господин Висеоф Селия Де Грейлин готов принять вас в своём кабинете! Прошу за мной!».

– «Слышал, Гриша? Долг зовёт! И ты не сиди тут, плесенью покроешься. Иди чё-нить почитай» бросил гость, подрываясь с кресла.

– «Я Гарри» буркнул в след мальчик…

Старые двери без скрипа отворились. Кабинет заметно преобразился: бумажный хаос переместился с пола на полки стеллажей, вдоль всей комнаты появилось множество добротных деревянных стульев на замену старому стульчику, прямоугольное серое пятно на стене прикрыла картина, идеально подходящая по размерам.

Висеоф в последний раз просмотрел пачку бумаг, прежде чем скрепить их воедино и отправить в ящик стола, затем обратил взгляд к новоприбывшему:

– «О-о, Кай, здравствуй! Ну рассказывай, как дела!».

– «Здоров. Замечательно, как видишь» юноша приставил к столу костыль, присев на стул.

– «Боже, для чего тебе костыль?» выпучил глаза дворянин.

– «Да хрень, прорвусь…» отмахнулся хвостатый.

– «Ну раз так… Что там с посылкой? Нашёл курьера, достал письма?» с напором спросил товарищ.

– «Вис, давай сперва про лекарство. Чую, вирус скоро меня со свету сживёт» пробурчал Кай.

– «Лекарство…» многозначно протянул аристократ.

– «Да нет, мытарство. Мне для демонстративности прямо здесь сознание потерять?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Да, лекарство» Висеоф почесал нос: «Доставка задерживается. Посылка застряла в почтовом отделении под Наймыцино. Там у них сейчас какая-то аномальная активность некропатов, я уже отправил людей разобраться с проблемой».

– «Вис, к чёрту людей. Дай точный адрес, я всех некропатов лично перережу. Мне необходимо это лекарство. Как можно быстрее» последовал ответ.

– «Не торопись, в таких делах спешка недопустима. Лучше расскажи, что с письмами, друг мой нетерпеливый» дворянин придвинул чашку чая, с интересом приготовившись вкушать невероятные истории.

Скиталец тяжело вздохнул, запустив руку в сумку:

– «Ну смотри…», и вытянул оттуда сгнившую от сырости тряпку, бросив на стол.

– «Что это?» придвинулся собеседник.

– «Улика для опознания. Это его портки?» сказал оборванец, расправив над головами скомканные брюки.

– «Нет, на нём были дудочки пажа» мотнул головой Висеоф, хлебнув из чашки.

– «Тогда нахрена я сюда их тащил?» задался вопросом Кай.

– «Не знаю» бросил аристократ.

– «Вот и я не знаю» гость швырнул тряпьё в сторону, разведя единственной рабочей рукой: «В таком случае у меня есть две новости: хорошая и плохая. С какой начать?».

– «С плохой» нахмурился паренёк.

– «Я решительно нихрена не нашёл» артистично заявил оборванец.

– «А какая тогда может быть хорошая новость?» надул губы Висеоф.

– «Я смог свалить живым, оставив там только ногу» прохвост засучил штанину, бесцеремонно обрушив ногу в шлёпанце на стол.

Дворянин надел пенсне, чтобы получше разглядеть конечность друга, затем поинтересовался:

– «Кай, почему к тебе пришита женская нога?».

– «Ты не поверишь! Вышел я как-то утром из своего пентхауса, попивая чашечку чая, поскользнулся, упал и потерял ногу, а наглухо отбитый солдат-вампир отпилил ногу моей знакомой, пришив мне, пока я сладко спал… Из-за этого вампира, кстати, толком не удалось порыскать по округе, потому что пришлось в срочном порядке бежать с той самой одноногой знакомой. Ну а ещё поискам помешали кайзеровцы, полулюди-террористы, снаряжённые получше армии Дюрстоля, выползшие из непонятной жопы некропаты, а также искажённые тьмой животные во главе с Руколомом. Ах да, ещё нельзя забывать про оживший после бойни скелет чудовища Каина Морта, погнавшийся следом за нами и лихо, с которым я торговался за целостность своей жопы» язвил бродяга.

– «П-понял. Вроде бы… Я попробую послать туда ещё людей как всё уляжется, благо сейчас у меня в деревне открывается отделение гильдии. Только что заключал сделку с представителями Братьев Купаллоде. Если всё хорошо пойдёт, то и ремесленного покровительства удастся добиться… Хотя, для Дейрунштадта точно придётся пойти с ними на сотрудничество, иначе меня быстро уберут от дел. В любом случае, Купаллоде забирают смехотворный процент от прибыли, берут на себя множество организационных моментов, и… Ну, в монополии ничего страшного нет. Во всяком случае, пока я стою вне её и не являюсь простым предпринимателем…» отошёл от темы Висеоф, машинально перепроверив печати на лежащей под рукой документации.

– «Можешь никого не посылать в Неназванку. Они там нихрена не найдут после пожара» отмахнулся зубоскал.

– «Какого пожара?» моргнул собеседник.

– «Ну такого: вжух! И от леса остались одни головешки!» красочно обрисовал юноша.

– «То есть письма уничтожены? Ну слава богу…» выдохнул дворянин, расплывшись в кресле.

Кай снял со стола ногу, хитро прищурившись:

– «Погоди. Ты изначально хотел их уничтожить? Так хрен ли не сказал!? Я б поджёг лес и не лез бы в эту идеалистическо-террористическо-политическую мясорубку! Хотя… Так бы я ненароком и Нитлину сжёг бы… В прочем, не важно, я всё равно негодую!».

– «Извини, не думал, что это важно. Просто там письма личного характера, которые лучше никому не видеть. Но теперь встаёт другой вопрос. Хм-м…» задумался Висеоф.

– «В какую даль меня опять заслать?» мёртвым голосом съязвил проходимец.

– «Вообще… Мне неловко об этом просить, но мне нужно выполнить ещё одно поручение. С ним можешь справиться только ты, и я тебе единственному могу довериться в таком щепетильном деле. К тому же прошлое задание ты технически не выполнил» неловко улыбнулся аристократ.

– «Вис, просто отправь меня уже в Ничейные Земли, чтоб я точно оттуда не выбрался. Пожалуйста, я тя, сука, умоляю!» воскликнул Кай. Внезапно из глаз заструилась кровь, и он упал лицом в стол, заставив друга вскрикнуть от неожиданности.

Красно-пепельный очнулся окружённый слугами. Марий снял с его руки прибор для измерения давления и констатировал:

– «Он жив, сэр».

– «А вот с этим высказыванием я готов поспорить» пробурчал юноша, утирая лицо рукавом. Слуги смыли со стола пятна крови и удалились за дверь.

– «Ох-х, я не знал, насколько всё серьёзно, друг» Висеоф промокнул лоб платочком.

– «Хрень…» отмахнулся юноша: «После того, как придёт лекарство я могу хоть на край света для тебя смотаться».

– «Кай. Так уж сложились обстоятельства, что надо сейчас» мрачно проговорил дворянин.

– «М? Хорошая шутка. Это же ведь шутка?» поморщился Кай.

– «Увы…» Мотнул головой собеседник: «Через неделю в Нересидии состоится крупный приём у четы Рейвенкордов. Ты должен попасть на него, пробраться в кабинет господина Рейвенкорда и подменить письма с моей печатью на те, что я тебе выдам. Всё нужно провернуть незаметно, поэтому в таком деле я могу рассчитывать лишь на тебя, друг.

Скиталец несколько секунд помолчал, достал из-за пазухи пачку сигарет, закурил, и протянул:

– «Вис… Ты обратился за услугами по профессиональному шпионажу ко мне. Хромоногому получеловеку с ярко горящими янтарными глазами, красными, сука, как помидор волосами, зубами, которые невозможно забыть даже при большом желании и нерабочей рукой. Я заметный как гр*баный паровоз, а ещё могу в любой момент отключиться, пуская красные фонтаны из глаз! Ты точно уверен, что обратился по адресу?»

– «На то есть причины» Висеоф встал из-за стола, нагнувшись к товарищу: «Слуги, наёмники, псевдо-друзья… Я никому из них не могу верить, и лишь тебе я полностью доверяю. Я знаю, что ты не станешь читать чужие письма, что ты положишь всего себя на выполнение задачи и не предашь друга. Я всё прекрасно понимаю, и то, что я обращаюсь к тебе, не взирая на столь пагубное расположение здоровья, может говорить о моём исключительном отчаянии. Ты – моя последняя надежда, Кай».

– «Спасибо за лесть, но ты мне лучше скажи, как я вообще должен попасть на дворянский приём в Нерисидии и что-то оттуда украсть? Я под разными личинами разыскиваюсь по всей стране и в столице от моих утрированных портретов ломится стена каждого домишки» выдохнул густой смог курильщик.

– «Ты отменный лицедей, что греха таить. А отменный лицедей с деньгами может сделать что угодно» подмигнул дворянин.

– «Здоровье за деньги не купишь. Я могу просто свалиться без сознания в этом сраном кабинете, а очнуться уже привязанным к стулу в подвале с паяльником в жопе» развёл рукой гость.

– «Да, это проблема. Хм-м… Я бы мог снабдить тебя препаратом, что позволяет оставаться в сознании несмотря ни на что, но у него много побочных эффектов» задумался Висеоф.

– «Например?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Звуковые и визуальные галлюцинации, бессонница, повышение артериального давления» отвечал хозяин.

– «Галюны, бессонница и давление? Пф-ф… Тащи сюда быстрее, хоть отрубаться наконец перестан…» на полуслове юноша упал лицом в стол, по ножкам которого заструилась кровь…

Холодный шприц вонзается в горячую плоть, поршень впрыскивает фиолетовую жижу в кровь. Вдох, зрачки расширились, обратившись кривыми плюсиками.

– «Ух-х» поморщился Кай.

– «Лучше?» спросил Висеоф.

– «Посмотрим» юноша несколько раз сжал кулак, чтобы кровь быстрее разошлась по телу.

– «Принимать дважды в день. Я выдам колбочек ровно на десять дней, дабы был запас… Что ж, выходит мы решили проблемы со здоровьем?» спросил аристократ. Оборванец вновь демонстративно закинул ногу на стол.

– «А, твоя нога… Ты так и не рассказал, что с ней» кашлянул в кулачок товарищ.

– «Думал, успеет зажить раньше, чем ты погонишь меня на убой» ухмыльнулся красно-пепельный: «Короче, донором была девушка-получеловек. Так уж вышло, что её тело не было огнеупорным, а кости ломаются как… Как… Ну, как у любого нормального человека. Нога не держит нагрузки, привычные для моего тела, и любой взмах мечом или неудачный прыжок с ним ломает её к чертям собачьим. А из-за разности в составе белка и внутреннего насыщения миазмами, эта конечность ещё и зажариться может. Плюс я должен первое время торчать на таблетках, чтоб нога не отторглась. Как мне известно из медицинских журналов, которые я пачками проштудировал за эти несколько дней, моя аномальная регенерация должна со временем как-то адаптировать ногу к температурам и иммунитету, но пока жру таблетки горстями. Скотина, не думал, что так быстро стану дедом».

– «Думаю… Думаю, трость придаст тебе больше веса в глазах окружающих» пискнул Висеоф.

– «То есть с ногой ты мне помочь никак не можешь. Ясно» кивнул Кай.

Юноши замолкли, в первый раз за сегодня переглянувшись.

– «Что-то мы всё о делах, да о делах. Какие мыли на душе, друг?» улыбнулся дворянин.

– «Никаких. Обувь хочу новую… Кстати, чё это твой сыночка в лаптях солдатских гоняет?» наклонил голову хвостатый.

– «Это сын сестры, а не мой. Мне он племянник» с внезапным раздражением отвечал собеседник.

– «Да-да, очень интересно. Знаешь, хочется мне у него обувку немного отжать. Как ты на это смотришь?» ухмыльнулся зубоскал.

– «Не-е, всё пустое. Ему сапоги рыцарь подарил, с которым ты тогда сразился. Теперь это для нас реликвия… У тебя какой размер? Прикажу Марию выдать тебе сапоги со склада стражи» повёл рукой хозяин.

– «Сорок первый и… Эм-м… Надо бы померять пересаженную ногу, сдаётся мне, что она чутка побольше будет» красно-пепельная кисточка хвоста с одиноким чёрным локоном почесала подбородок.

– «Сколько мороки… А поиски семьи как? И с Габриэлем что? В прошлый раз ты мельком упомянул, мол всё нормально, но сейчас я требую развёрнутого ответа» покачал пальцем парень.

– «Тебе короткую версию или длинную?» буркнул бродяга.

– «Длинную» заявил аристократ.

– «Знаешь, на удивление неплохо. Странно даже как-то. Я узнал от магической аномальной хренотени, что один из моих родителей имеет такие же волосы как у меня, и кто-то из них тусуется в Ничейных Землях. Ну, думаю, не в самих Ничейных, поскольку люди там не выживают. Наверное, где-то рядом. Как избавлюсь от триллиона болячек, попробую пройтись по заставам у Ничейных. А с Габриэлем… Я скорее всего разгадал тайну его щита. Осталось только встретиться и растоптать паладина. Хотя… Ладно, не важно» отмахнулся зубоскал.

– «Ясненько… Ещё не начал подумывать о том, чтобы остепениться? Бросить все эти собачьи бега, жениться, завести детишек» улыбнулся Висеоф.

– «Вис, ты прям как докучливая мамаша: когда женишься, когда это, когда то…» ощерился Кай.

– «Не-е, друг. Для тебя докучливая мамаша – это Кристина, все знают» мотнул головой собеседник: «Вот на ней и женись».

– «Чё ты всё пытаешься меня женить-то? Мне и одному неплохо» пожал плечами хвостатый: «Захотел – пляшешь, захотел – пашешь. Сам себе хозяин, ни к кому не привязан».

– «Так-то оно так… Да только не поэтому ты один быть хочешь» заявил аристократ.

– «А почему? Ну-ка просвети» спросил юноша.

– «Знаешь, уж очень плохого мнения ты сам о себе. Можешь не согласиться, но я думаю, что ты излишне боишься сам себя. Вроде как страх случайно навредить близким. У меня-то глаз намётанный: сколько бы Крис или Тала не применяли на тебе свою магию, ты им никогда тем же не отвечал. Даже малюсеньким огоньком» пояснил Висеоф.

Кай откинулся на спинку стула, тяжело вздохнув:

– «Это настолько очевидно?».

– «Для всех, кроме тебя, видимо до недавнего времени… Раз знаешь о проблеме, то почему не решишь? У тебя есть три прекрасные подруги на разный вкус и цвет. Женись на любой, заведи детей и дальше по списку» продолжал гнуть свою линию хозяин.

– «Меня от этого вашего дворянского счастья не прёт совершенно. Женись, говоришь? А мнения девчонок ты спросить не забыл? Им нахрен не впёрлась эта бледная морда пропитого забулдыги с десятью марками за душой. Да и я сам концепцию любви понять не в силах. То, что я кого-то там могу считать привлекательным или испытывать привязанность – это не любовь. Правда ведь?» последовал ответ.

– «Эх-х… В делах сердешных я не большой мастак. Со временем всё сам поймёшь. Только смотри, чтобы понимание не посетило твою голову, когда будет слишком поздно, друг… Чёрт, умаялся я сегодня! Надо горло винишком промочить. Тебе дам пробку понюхать, не то окосеешь» заразительно улыбался Висеоф.

– «Я дам тебе свой сапог понюхать – обомлеешь» передразнил скиталец…

Бескрайние поля за окном обволакивала туманная летняя ночь, а внутри кабинета бушевали разговоры, скрипели старые полы и слышался несломленный жизнью смех до раннего утра.

18-2

Габриэль Теншлиц, самый молодой паладин в истории Церкви Белой Звезды, стоял в роскошной ванной перед зеркалом, утирая волосы полотенцем с золотой вышивкой. Он смахнул чёлку с лица и улыбнулся своему отражению. В зеркале скалил белые зубы молодой блондин неотразимой красоты и статуса, чьё почти идеальное телосложение омрачал десяток-другой свежих синяков.

– «Фух… Белая Звезда, дай сил! Как же тяжко» вздохнул он, удаляясь из ванной…

***

Кайризе Кастлхаузер, широко известный в узких кругах под различными «псевдонимами», стоял в грязной уборной поезда, собираясь с мыслями. С подбородка испарялись чуть подкрашенные алым капли воды. Он приложил ладонь к стеклу, оставив кровавый отпечаток.

– «Ну что, псина? Наведём шороху в столице?» на бледном лице расцвела уродливая ухмылка.

– «Эй, мужик, ты там скоро?» в дверь постучали.

– «Да-да, уже выхожу» закатив глаза, пробурчал хвостатый. Щелчок замка. По ту сторону его встретил абсолютно пустой тамбур.

– «М? Чёртовы лекарства» буркнул он, убирая шприц с пустой ампулой в сумку.

***

Светлый Вихрь спустился в зал, где за большим столом его ожидала извечная спутница – Фалмес.

– «Доброе утро!» произнесла она из-под шлема.

– «Угу. Что сегодня по новостям?» буркнул юноша, присев за стол и самолично придвинув стул.

– «Наконец пришли известия о событиях под Нишиньевым. После того, как отправленный туда Тенеуст перестал выходить на связь, Церковь выслала с поисками отряд паладинов, и вот, что они рассказали…» начала девушка, вытащив из пятиугольного окошка в подпространство записную книжку: «От Короны и МОРа туда был послан Железный Кайзер, а от Купаллоде первым на место прибыл гильдиец, которого паладины поймали в пятнадцати километрах от неназванной деревни вместе со своим белым бармирогом. Редкий окрас, надо заметить. Но я отвлеклась: по показаниям очевидцев, окопавшаяся в лесах группа полулюдей была уничтожена в результате нескольких ключевых сражений. Во время первого, как выразился главный кайзеровец им «свалился на голову Руколом», местный подвид некропатов, судя по всему. Второе сражение вышло победоносным из-за мятежа заключённых внутри главного лагеря полулюдей. Предположительно, ответственным за мятеж является деревенский плотник Митрофан Гилбертович, он скрылся от сил Железного Кайзера и нашего отряда. Местная глава террористического движения, которое окрестили Рогами, покончила с собой до прихода основных сил посредством поскенурского кортика. На месте обнаружены обрывки писем на поскенурском, восстановлением содержимого которых занимается шестой канцелярский отдел внешнеполитической службы Короны... Также кайзеровец упоминал про генеральное сражение в старой разрушенной деревне. Он ссылался на то, что им пришлось сражаться одновременно на четыре фронта: террористы, искажённые тьмой животные, группа нежити, что по внутренним данным Церкви принадлежала пропавшему Тенеусту, а также шпионским банд-формированием, возглавляемым солдатом в чёрном противогазе и… Магом огня с длинными красными волосами».

Полная каши ложка звякнула о стол. Габриэль впился выпученными глазами в тарелку.

– «М-м? Что-то случилось?» без эмоций спросила барышня.

– «Всё. Достаточно историй про этот лес. Больше не упоминай его при мне» пустым голосом отвечал Габриэль.

– «Как будет угодно» склонила голову она.

***

Кай с задумчивым лицом разглядывал свои карты, пока одноногий мужчина напротив хлебал спиртной напиток из гранёного стакана.

– «Что, нечем ходить?» усмехнулся мужчина.

– «Я думаю. Слуш, а как ты ногу-то потерял? Тоже на Восточной?» бросил прохвост, продемонстрировав шов на упакованной в солдатские сапоги голени.

– «Да… Тридцать третья пехотная рота, были в самом пекле, когда восточники применили артиллерию. Взрывом оторвало, пока пытался сбить огонь с товарища. А у тебя что, брат?» с кривой улыбкой бросил собеседник.

– «Дело было, когда мы с мужиками совершали вылазку в деревню лоялистов» начал зубоскал, незаметно убирая карту в рукав: «Слыхал про Кариба-Наса? Жуткие насекомые, выжирают мозг живьём, а потом могут управлять телом. Заходим мы в деревню, а там одни трупы лежат. Не успели опомниться, как на нас вылетели из колодца два восточника, и с каждого куста начали стрелять бамбуком. Заняли позиции, все дела, а как ночь наступила, так активизировались чёртовы жуки».

– «Ох-х. Как сказал один мой кореш: «Поскенур – страна цветущей вишни, рисовых полей, величественных гор и диковиной пищи. Но так думает только тот, кто не вытаскивал истекающего кровью друга из ямы с обмазанными говном кольями под проливным дождём, или кто не ползал по их подземным норам в противогазе наперевес с обрезом, да ручным фонариком». Как-то так» внушительно кивал мужчина.

– «Что верно, то верно… А сам щас куда едешь?» скиталец незаметно подменил спрятанную карту новой.

– «Сорок Первый Крестовый Поход, брат. Недавно от меня ушла жена, забрав детвору. Я съездил на поклон к самому Светлому Вихрю, и он сказал, что даже такой как я может быть нужным» опрокинул стопку мужчина.

– «Светлый Вихрь? Хм-м… Солидно» неприятно усмехнулся юноша, бросив на стол карту: «Ваша карта бита, сэр».

***

Габриэль унял икоту и вышел в сад. Сбоку шепнули:

– «Отец Габриэль, вашего вниманию жаждет шестьдесят семь страждущих.

– «Ух-х-х-х» юноше сделалось дурно от вида десятков фигур за золотыми вратами: «Н-н… Нет, сегодня я не могу. У меня назначена встреча во дворце, пусть приходят завтра».

– «Но Габи» прошептала, с другой стороны, Фалмес: «Встреча назначена на вечер».

– «Да, однако я должен ещё и на занятия с Мари Бернес успеть! От этого зависит успешность Крестового Похода, а соответственно безопасность Церкви и всех рабов Белой Звезды» выдал Светлый Вихрь.

– «Теперь поняла» кротко кивнула девушка.

***

Перрон. Паровоз с четырьмя соплами фыркает и пускает искры, намереваясь сорваться с места, а заспанные пассажиры ходят взад-вперёд, разглядывая товары местных предпринимателей стационарного масштаба.

– «Пирожки с капустой, с картошкой, с рыбой, с мясой, подходи, покупай!» на певчий манер голосила старушка с клетчатой сумкой.

– «Арбуз-арбуз, подходи, хоть стар, хоть карапуз!» с акцентом кричал смуглый лысеющий мужичок.

– «Свежий квасок, полная бочка! Стаканчик – пять марок, два стаканчика – восемь марок!» вяло галдела тучная женщина в фартуке, что развалилась на складном табурете возле жёлтой цистерны.

Кай стоял чуть поодаль, раздумывая над тяжкой думой с сигаретой в зубах.

– «Слушай, ты ничего там не видишь подозрительного?» он толкнул парня гильдийской наружности, указав пальцем в сторону.

– «М? Подозрительного? Ну, птички здесь борзые, народа не боятся, поэтому так близко и подходят» пожал плечами гильдиец.

– «А-а, птички значит» протянул хвостатый, разглядывая столпотворение безголовых мертвецов, каждый из которых таращится на него обрубком шеи: «Понятно».

***

Карета подпрыгнула на кочке. Габриэль поправил чёлку.

– «Габриэль, вчера ты получил официальное приглашение на приём четы Рейвенкордов. Также приглашение получили мисс и миссис Агрест» внезапно бросила Фалмес, перебирающая страницы ежедневника.

– «Рейвенкорды? Они же МОРовские» светлая бровь выгнулась.

– «Они близки с МОРом, однако официально не поддерживают его позицию. Управленцы матушки Де Нелиз несколько раз доставали через Рейвенкордов магические артефакты МОРа. Неофициально, само собой. С такими людьми надо поддерживать связи» пояснила собеседница.

– «Ясно. И когда будет празднество?» вздохнул юноша.

– «В это воскресенье. Отмечают день рождения младшей дочери семейства, я прикажу подготовить костюм» кивнула она.

– «Хм-м. А в твоей семье отмечают дни рождения?» внезапно задумался он.

– «Только рождение и совершеннолетие в шестнадцать» кротко отвечала барышня.

– «Я тут задумался, а сколько тебе вообще лет?» Габриэль смерил двухметровую громадину в доспехах оценивающим взглядом.

– «Мне? Восемнадцать» без эмоций произнесла Фалмес.

– «Вот как оно выходит... Получается, ты на четыре года младше меня» заключил паладин.

– «Да» без эмоций выдала дама.

***

Кай с Тёмной Магией Для Чайников замер перед окном. По ту сторону стекла пути накрыл лёгкий туман. Он огляделся: «Вроде люди не реагируют. Походу, опять галюны».

Не прошло и секунды, как из тумана вынырнул старый катер, покрытый пробоинами и тиной, чьи скрипучие доски напитались солёной водой, а металлические борта проржавели. На палубе стояли силуэты распухших и облезших от длительного контакта с водой моряков. В их руках были зажаты гнилые арбалеты.

– «Чёрт, сильно же меня накрыло» буркнул оборванец, намереваясь вернуться к прочтению книги, как вдруг его дёрнула за рукав маленькая девочка.

– «Дядя, а почему здесь кораблик?» изумлённо спросила она.

Янтарные глаза загорелись. Хвостатый бросился на пол, вжавшись в грязный металл. Где-то сверху завопила женщина, а затем треск древесины и звон стекла заглушили обыденный гул вагона. «Сука, мы ведь даже не в Ничейных!» мелькнуло в голове, пока над ней многочисленные залпы стальных дротиков рвали поезд.

Наконец канонада стихла, а ползущий к тамбуру Кай узрел, как в вагон с криками:

– «На абордаж!» запрыгивают раздетые по пояс мертвецы, вооружённые саблями. Супротив некропатов встали подпитые мужчины бандитской наружности:

– «Братва, ату его!».

Прохвост хотел выскочить в тамбур, однако со спины накинулся мертвец, от тела которого остались по большей части одни кости, прикрытые моряцкими клёшами на тугом ремне, да бескозыркой…

***

Ветер поигрывал молодой травой, окружившей свежие полевые рытвины. Запах лета цветущего в томном мареве наполнял ноздри, а безжалостное солнце напекало светловласую макушку.

– «Габи» Фалмес протянула Габриэлю уродливую панамку.

– «Фалмес, нет. Я представитель боевого отделения Церкви Белой Звезды, а не оборванец какой, чтобы в таком ходить. Что скажет Мари Бернес, если увидит?» отмахнулся юноша.

– «Увижу что?» в воздухе повис вопрос.

Церковники обернулись, узрев выползшую из травы барышню с ярко-рыжими волосами и золотыми глазами.

– «Г-госпожа Бернес, здравствуйте! Ч-что вы там делали?» пискнул Светлый Вихрь, отпустив поклон по пояс.

– «Отставить вопросы, Вихрь. Я для тебя придумала новую пытку» бросила рыжая бестия, вынимая изо рта травинку.

– «Вы хотели сказать, тренировку?» пытаясь не поддаваться панике, спросил блондин.

– «Да» резко ответила Бернес, вытащив из подпространства три деревянных колышка, увитых рунической вязью: «Сегодня побегаешь».

***

Кай оседлала каменную изгородь, с которой открывался прекрасный вид на поезд, чадящий у перрона. Лысеющий маг в жилетке железнодорожника выводил пассы руками, медленно поднимая в воздух развороченный выстрелами вагон, где из каждой пробоины сочится кровь. Грязные пассажиры активно жестикулировали перед женщиной в билетном киоске, а смуглые железнодорожники складывали покрытые белой тканью тела в рядок.

– «М-да… Пока не заменят вагон, дальше мы не двинем. Повезло, что выжил хоть в этой давке» буркнул скиталец, поправив до ужаса не модный и потенциально дамский колпак на макушке.

Внезапно на изгородь запрыгнул тощий чёрный кот. Он подошёл поближе к красно-пепельному и замер, разглядывая круглыми зелёными очами.

– «Здоров китя. Ты галлюцинация или нет?» с ухмылкой спросил Кай. Кот не ответил.

– «Глюкот… Нет, котоцинация! Или… Хм. Как там было? Кот одновременно является и шизой и реальным котом. Кот Кастлхаузера, выходит…» скалился он. Животное наклонило голову вбок.

– «Ну? Чего надо?» юноша наклонил голову в ответ. Кот осторожно подошёл и ткнулся мордочкой в окровавленную руку.

– «Хочешь, чтоб тебя погладили? Не-е, тут ты не по адресу» одёрнул конечность бродяга.

Зверёк поднял непонимающий взгляд.

– «Чё пялишься? Не буду я тебя гладить. Или ты голоден? Тогда тем более ты не по адресу! Слышал поговорку: дай бедняку рыбу, и он будет сыт день, дай удочку, и он сам себя прокормит?» скалился Кай. Проходящие мимо люди бросали косые взгляды на безумца, ведущего заумные беседы с котом.

– «Ну чё ты всё сидишь? Вали уже. Я злой и страшный монстр, который за свою жизнь убил людей больше, чем ты в принципе видел, усатый! Брысь!» шикнул оборванец. Кот не двинулся с места, вновь ткнувшись мордочкой в уродливую руку.

– «Гр-р… Ну и сиди здесь один» красно-пепельный спрыгнул с забора, направившись в сторону поезда…

На место разрушенного вагона встал новый. Поезд дал первый гудок. Кай, воровато оглядываясь по сторонам, прогулочной походкой вернулся к каменной изгороди, на которой до сих пор сидел чёрный кот. Поезд дал второй гудок. Бродяга, убедившись в отсутствии зрителей, вытащил ладонь из кармана, якобы нечаянно обронив кусок колбасы, после чего резво похромал к вагону.

***

Габриэль метался по полю между воткнутыми в землю колышками. Он коснулся первого, от чего тот засветился, впопыхах добежал до второго, и рванул к третьему, однако успел сделать лишь шаг, прежде чем все колья погасли.

– «Да как так!?» воскликнул паладин.

– «Работай-работай. Пока не активируешь все три маркера, домой не пойдёшь!» крикнула Мари Бернес, лежащая в полевой траве. Она повернула голову к сидящей поблизости Фалмес с чётками в руке, и спросила:

– «Церковница, тебя как зовут?».

– «Фалмес, госпожа Бернес» без эмоций отвечала барышня.

– «А альтернативное имя?» бросила рыжая бестия, ощупав пузатую бутыль.

– «Служители Белой Звезды отказываются от своего альтернативного имени при постриге» проговорила собеседница.

– «Какая строгая… По тебе видно, что ты действительно веришь в своего бога» женщина пронзила голубые небеса золотым взглядом: «Тем больнее будет падать. Дружище-то твой закадычный, плевать на Белую Звезду хотел».

– «Что!? Что вы такое говорите!?» моментально потеряв самообладание, воскликнула Фалмес.

– «Пылкая, как уголёк на ветру, хех… Присмотрись к Вихрю повнимательней. Я этого жука с первого взгляда раскусила – нет ему дела до вашего бога. Знаю я таких: чудовище с лицом ангела. Идеальный лжец и манипулятор – это тот, кто способен обмануть себя. Но в глубине души он всё равно понимает, что давно заврался» задумчиво продолжала дама.

– «В-вы не правы! Отец Габриэль – честнейший и добрейший человек, из всех, кого я знаю!» заявила боевая дева.

– «Как скажешь, девочка. Хотя, стоит чуть с ним поиграться, как ты сразу раскроешь все его гнилые стороны» бросила рыжая бестия, совершив глоток.

– «Нет» твёрдо отрезала Фалмес.

– «Не умеешь? Или просто не хочешь…» пожала плечами Мари Бернес, после чего крикнула Габриэлю: «Чего расселся!? Работай, Вихрь, работай!». Фалмес до хруста сжала чётки, от чего по одной из деревянных бусин пошла трещина.

***

Кай сидел на подножке вагона, мирно дымя мятой сигаретой. В рабочей руке зажат язычок пламени, а глаза сверкают. Поезд мчался по длинному металлическому мосту через бескрайнюю пропасть, на дне которой покоятся монструозных масштабов останки одного из чудовищ Каина Морта.

– «Десять минут, тридцать две секунды» подытожил он, вытирая кровь из-под носа: «Если говорить душным языком: «Стараясь птицей стать, он вовсе позабыл что крылья – те же руки», если на человеческом: я хочу жрать… Какие руки, чё несёт».

По вагону пробежался молодой кондуктор, вяло скандируя:

– «Через двадцать минут Рожково – последняя остановка перед Нерисидией!». Кай подтянул ногу, позволяя кондуктору пройти. Он восседал на верхней боковушке, разглядывая два удостоверения. Обложку первого украшало истёртое временем изображение змеи и надпись: МОР, второе же имело однотонную синюю обложку с точно такой же надписью. Подле удостоверений лежала опалённая фарфоровая маска без видимых прорезей для глаз, широкополый колпак с бантиком и баночка тёмной краски для волос.

– «Тактическая смена имиджа!» злобно усмехнулся юноша, пуская кровь из глаз.

***

Светлый Вихрь, с головы до ног запачканный землёй, трясся в карете, скорчив недовольную гримасу. Солнце клонило к горизонту.

– «Рыжая бестия… Так себе… В следующий раз отодвинет колья подальше…» бурчал под нос он, передразнивая голос Мари Бернес.

– «Габриэль, перед дворцом мы заедем к Агрестам. Там экстренно примешь душ и отобедаешь, наш гонец уже скоординировал их» бросила Фалмес…

В роскошном поместье замаранного юношу встречала колонна пажей во главе с миссис Агрест.

– «О, Белая Звезда! Отец Габриэль, что с вами приключилось!?» воскликнула она, узрев грязное лицо блондина.

– «Нечего особенного, лишь обыденная тренировка с Мари Бернес. Спасибо за ваше гостеприимство» поклонился он, отдавая спутнице накидку.

– «Что вы, как я могу отказать будущему зятю в ванных процедурах!? Я уже приказала своим лучшим служанкам приготовить для вас ванну с тысячей лепестков роз, Колнсбернским маслом для кожи и ароматическими свечами» хлопнула в ладоши дама.

– «Ух-х… Я искренне признателен вам за заботу, но позвольте мне принять душ одному» располагающе улыбнулся гость.

– «Категорически нет, отец Габриэль. Я не могу этого допустить в моём доме! Не стоит переживать, я нанимаю лишь квалифицированную прислугу, и на приём к Короне вы отправитесь чище девичьей слезы!» заявила хозяйка, жестом отдав приказ слугам.

– «Н-но постойте…» силился ответить Вихрь, которого мягко схватили под руки и нежно уволокли вверх по гранитной лестнице.

Спустя двадцать минут начищенный до блеска паладин вышел из ванной комнаты с глазами по пять марок. Лакей в пиджачке протянул ему постиранную одежду, обильно сдобренную травянистым одеколоном. Он спустился вниз, затем прошёл в трапезную, где за уставленным яствами столом ожидала хозяйка, ведущая непринуждённую беседу с Фалмес.

– «Отец Габриэль, вы прекрасны!» воскликнула она, завидев обновлённого юношу.

– «С-спасибо» буркнул в пустоту Светлый Вихрь, присаживаясь за стол: «А… У меня есть вопрос. Ваша служанка, Глаша Степановна, она часом не является родственницей Мари Бернес? Ну, та что ростом с Фалмес и якорем на плече».

– «Тётя Глаша? Нет-нет, что вы! Право, с рыжей бестией её ничто не связывает. Однако, по её словам, в молодости она была довольно близка с Жаком Жасьеником.

– «Я-ясно» растёкся по стулу паладин.

Суетливые слуги подложили в тарелку поджаристый окорочок, окропив стакан дорогим вином.

– «Приятного аппетита, отец Габриэль, матушка Фалмес» бросила миссис Агрест, испив вина.

– «Спасибо» буркнул юноша, неохотно взявшись за вилку.

– «Вам, вероятно интересно, куда же запропастилась Машенька?» между делом спросила хозяйка.

– «А, да, безусловно!» решительно кивнул Габриэль.

– «Я рада вашему интересу. Сегодня Маша в первый раз ночует у подруги из академии. Я видела девочку, она просто золотце, хоть её семья и не столь высоких кровей как наша. Но вы же знаете, как говорят: не суди книгу по обложке. Даже такое знакомство может сыграть на руку… Впрочем, я всё равно отослала с ней служанок для подстраховки» повествовала дама, покручивая в руке бокал.

– «Да, с вашими служанками она точно в безопасности. Они же все полулюди, так?» сказал гость, накалывая мясо на вилку.

– «Право, это так! Мы нанимаем на службу только полулюдей веками, ибо это семейная традиция, с которой связана невероятно интересная история. Фалмес я уже рассказывала её, но вам нет. Желаете послушать?» глаза собеседницы загорелись.

– «Да, конечно! Сочту за честь» важно кивнул он.

Как только миссис Агрест открыла рот, Габриэль провалился в кроличью нору размышлений: «До сих пор не могу поверить, что я получу Дар. Интересно, какой он будет? Хм-м… Хочу дар, как у епископа Малкора, но такой же мне не видать, ведь Дар – это личное. Быстрее бы... Может и в тренировках с Бернес надобность отпадёт?».

***

Кай обработал сочащийся шов на ноге, заглотил горсть таблеток, вколол лекарство и аккуратно, стараясь не наступать на больную ногу, слез с боковушки. Нацепив опалённую маску и колпак, он затянул каштановые волосы в хвост, и похромал к выходу.

Застыв в тамбуре, готовясь покинуть поезд, он получил резкий выкрик в спину:

– «Двинься вперёд!».

– «Уважаемый, куда я двинусь, тут люди» покачал головой скиталец.

– «Во имя бизнеса, какие люди? Перед тобой же никого!» отвечал неизвестный. Юноша протёр глаза, обнаружив, что впереди действительно никого.

– «А… Да, ща подвинусь, простите» буркнул он, шагнув вперёд. Застывшие на другом конце вагона пенсионерки встревоженно косились на хромоногого.

– «С кем это он говорит?» спросила одна.

– «Знамо с кем. Наркоман! Видала я, как он ширяется» отмахнулась другая.

– «Шо? Вы о чём? Его же попросили подвинуться» отвечала третья, самая древняя старуха с трясущимися руками.

– «Хто?» синхронно моргнули первые две.

– «Э-э… Не знаю» выпучила глаза бабуля.

– «Николавна, завязывай со своими мазями» разнеслось по полупустому тамбуру.

– «А вы обе ухи свои прочистьте!» покачала пальцем третья.

– «Шо?» в один голос произнесли её подруги, прислонив морщинистые ладони к ушам.

***

Габриэль в одноразовых тапочках и Фалмес в антимагическом ошейнике вошли в просторный зал, где уже собрались высочайшие персоны, чьи лица исполнены мудрости.

– «О-о, Светлый Вихрь! Вас мы и ждали, приветствую!» приветственно кивнул тощий усатый мужчина в жилетке с моноклем.

– «Прошу простить моё опоздание» поклонился тот, присев за стол.

– «Отец Габриэль, вы не опоздали, а задержались» мягко произнесла женщина, с головой укутанная в белую рясу, покрытую письменами: «И на то воля Белой Звезды, что вы не пришли первым, ибо мы ждём ещё одного гостя». На последнем слове дама сделала особый акцент.

– «Кого, матушка Де Нелиз?» спросил Габриэль. За массивными дверьми послышался шорох.

– «МОР» мрачным, полным едва скрываемого отвращения голосом прошипела церковница.

Стражник в дорогом наряде распахнул дверь, продекламировав:

– «Представитель Совета Реакционного Управления Магического Ордена Разлома, Мишель Де Ла Канто̀ Ко̀ста Кра̀йер!». В зал, постукивая латунным наконечником тросточки, вошёл мужчина, одетый в элегантный дорожный костюм, каждая строчка которого пройдена золотой нитью, а меж узоров спрятаны рунические символы. Седые волосы собраны в хвост рунической заколкой с лентой, а лицо скрыто за керамической маской в виде лисьей морды.

– «Встать!» крикнул мужчина с моноклем, и все пижоны единовременно поднялись с насиженных мест.

– «Ну что вы, что вы… Садитесь, не стоило» крикливым старческим голосом произнёс Мишель, снимая маску. На всеобщее обозрение предстало старое лицо, почти лишённое морщин. Цепкий взгляд совершенно не моргающих глаз обвёл помещение. Застывшая чертовски въедчивая улыбка не пропадала ни на секунду, даже когда он говорил.

МОРовец скосил один глаз на Габриэля, заулыбавшись ещё сильней. «Почему все известные мне чудовища так любят улыбаться?» мелькнуло в голове.

– «С вашего позволения, опустим официоз. Сегодня мы собрались, чтобы обсудить грядущий Сорок Первый Крестовый Поход» произнёс мужчина с моноклем.

– «К-к… Без епископа Малкора?» растерялся Габриэль.

– «Епископ Малкор не может присутствовать, поэтому вместо него сегодня будете вы, отец Габриэль» последовал ответ.

– «Не бойся, я помогу» шепнула Де Нелиз.

Мишель Де Ла Канто Коста Крайер встал во главе стола с руками за спиной, и принялся молча слушать.

– «Итак, господин Крайер, сегодня королю Регильрозу снова нездоровится, поэтому от его имени будет говорить совет. Я же, как избранный председатель, изложу всё самолично, с вашего позволения» произнёс мужчина с моноклем, промокнув лоб платочком: «Дюрстоль знает свои права и обязанности, чётко прописанные в новом договоре с Магическим Орденом Разлома, в дальнейшем МОР. Корона намеревается выделить из государственного бюджета пятьдесят миллионов марок на финансирование Крестового Похода, однако не будет привлекать к конфликту вооружённые силы, как и оговорено в нашем соглашении. В рамках открытого перевода мы предоставим МОР все выходы на платежи, коими будут переводиться выделенные средства, дабы ваш орден мог самолично отследить в какие именно отделения Церкви ушли финансы».

– «Господин Корсаков» приятным улыбчивым голосом начал Мишель: «Ранее Корона не выделяла такие средства на Крестовые Походы. Все страны, так или иначе поддерживающие Сорок Первый Крестовый Поход, не могут похвастать столь щедрым финансированием. К чему такой интерес?»

– «В водах Ребелбургского Моря увеличилась активность сущностей, многие прибрежные селения терпят бедствия. С этим связаны логистические проблемы на южном побережье – мы полностью закрыты для морской торговли с Союзом Благородных Домов и Аль-Добатом. А в нашем текущем положении, после проигрыша в недавней Восточной Войне – это критично» отвечал Корсаков, поправляя жилетку.

– «Тогда почему бы вам не разобраться с северными пиратами? Это бы открыло доступ к торговле с Колсберном, а также позволило бы построить транспортные маршруты в обход Ничейных Земель» заметил МОРовец.

– «Видите ли, совет считает более приоритетным налаживание торговых отношений с Аль-Добатом, поскольку существующие морские пути всё это время позволяли нам вести с ними торговлю. Населению Дюрстоля необходимо продовольствие и иные средства к существованию, а их не получить без магических кристаллов, запас которых вскоре подойдёт к концу. Отношения с Аль-Добатом, как с крупнейшим производителем оных, крайне важны для нас» пояснил Корсаков.

МОРовец начал медленно обходить стол, пристально разглядывая каждого присутствующего. Под его немигающим взглядом люди самых высоких положений ёжились подобно беднякам в морозную зимнюю ночь.

– «Опишите план продвижения вглубь Ребелбурга, пожалуйста. В двух словах» улыбнулся он, переглянувшись с Габриэлем.

– «Войска Церкви выйдут в восточном…» начал было мужчина с моноклем, однако Мишель его перебил:

– «Меня интересует ответ представителя боевого отделения Церкви Белой Звезды, Габриэля Теншлица. Он вне юрисдикции совета, поэтому может говорить сам за себя. Правда, юноша?».

– «Я…» сглотнул слюну Светлый Вихрь.

– «Да, это так, господин Крайер» вмешалась матушка Де Нелиз: «Однако план претерпел несколько корректировок, в которых Габриэль не участвовал, поскольку был на стратегически важном задании. Господин Корсаков получил всю информацию напрямую от епископа Малкора и готов дать ответ на все интересующие вас вопросы».

– «Интересно… Представитель боевого отделения Церкви не осведомлён о плане? Нонсенс, вы так не считаете?» спросил Мишель, не спуская глаз с блондина.

– «Замечание неуместно, да пребудет с вами свет Белой Звезды» женщина сложила ладони в молитвенном жесте.

– «Как будет угодно Вам, матушка Де Нелиз» МОРовец сделал акцент на слове «вам».

– «Что ж. Я продолжу» поправил вспотевший воротник жилетки Корсаков: «Каждый крестоносец самолично должен будет добраться до сборочных пунктов рядом с восточными границами Дюрстоля. В качестве таковых будет использовано: две заставы, девятая и седьмая, а также вышедшие из эксплуатации крепости и три населённых пункта. Дабы разведка Ребелбурга не обнаружила точку сбора заранее, будут приняты Меры. Далее крестоносцы распределятся по подвижным составам и выдвинутся с интервалом в десять минут к Солнцегорскому заливу».

– «Почему вы решили использовать пути у Солнцегорского залива? Не проще ли воспользоваться путями на Аварийском полуострове, что под юрисдикцией СБД? Зачем заходить через Ничейные Земли?» задумался Мишель.

– «Фактор неожиданности. Ребелбург будет в меньшей степени ожидать нападения со стороны Ничейных. Как показала разведка, силы Ребелбурга отрезали только небольшой участок путей, который будет легко восстановить проходчиками. Также в тех местах остался как минимум один рабочий путь и материалы для ремонта, брошенные крестоносцами тридцать восьмого похода», отвечал мужчина с моноклем.

МОРовец выпрямился, зависнув за спиной у Фалмес.

– «Огромный кулак союзных Дюрстолю войск застынет у восточной границы с Ничейными Землями, откуда открывается прямой путь на Поскенур… Любопытно. В высшей степени любопытно. Я надеюсь, вы помните нормы ведения войны между государствами, верными договору с МОР?» прищурился он.

– «Ваши опасения беспочвенны» отмахнулся Корсаков.

– «Да, но всё же. Вы должны понимать, что МОР не станет вмешиваться в ход войны, сохраняя нейтралитет ровно до тех пор, пока все стороны выполняют ряд требований, а именно: не использовать биологическое оружие, многие подвиды алхимического, а также магическое оружие массового поражения и вирусного характера, соблюдать условия сохранения культурного кода, и иже с ними. В противном случае вы должны быть готовы к Контрмерам» монотонно, с улыбкой на лице зачитывал мантру Мишель.

– «Право, мы всё понимаем» кивнул усатый мужчина в жилетке.

– «Замечательно. В таком случае, разрешите откланяться» бросил МОРовец.

– «Как… Но вы не услышали добрую половину плана!» ахнул Корсаков.

– «Я услышал всё, что меня интересовало. Доброй ночи, господин Корсаков. Доброй ночи, матушка Де Нелиз. Доброй ночи отец Габриэль и матушка Фалмес. Доброй ночи, Дюрстоль» поклонился Мишель, натянув на лицо маску. Двери хлопнули, оставляя собравшихся в молчаливом оцепенении…

***

– «Ну здоров, столица. Давно не виделись» стоящий в окружении чадящих паровозов и стальных сводов вокзала Кай сплюнул сигаретный дым. Он поправил шляпу, подтянул ремень меча и похромал в сторону терминалов…

19-2

Кай встречал рассвет, затаившись среди стальных переплетений многоуровневых улиц, будто паук. Внизу, на самом дне, у никогда не гаснущих фонарей шатались пьяницы и девицы в вульгарных нарядах. Чуть выше по подвесным дорогам из бетонных плит носились кареты вперемешку с мопедами, создавая томный гул. Над ними тянулись вереницы покрытых густым полумраком скверов, где стройными рядами вяло вышагивали сонные работяги. Множество бетонных слоёв этого столичного пирога венчал последний, самый помпезный и роскошный. До него не доходил смог паровозов, гул повозок и брань рабочих, а по вылизанным улицам двигались немногочисленные кареты, прилично одетые пижоны и до зубов вооружённые гвардейцы.

– «У меня осталось три дня до приёма. С чего бы начать?» с лукавым видом задумался юноша: «Старина Рубокроф перед прощанием говорил, что собирался в Нерисидию. Мне бы не помешал союзник в этом большом и страшном городе, только где же его искать? Хм-м… Старого пса новым трюкам не научишь, сперва проверю местную академию». Хвостатый встал с корточек, миновал ничем не примечательного розового бармирога, парящего перед ним, и направился по тонким балкам прочь…

Нерисидская Академия Магических Наук находилась на самом верхнем уровне города неподалёку от залитых рассветным солнцем башен королевского дворца. Парадный отряд гвардейцев прошагал по чугунному люку, ведущему к техническим ливневым каналам, после чего тот со скрипом приоткрылся. Осмотревшись по сторонам, хвостатый вылез, важно отряхнулся, лихо перехватил тросточку, и застыл перед четырёхметровыми воротами академии.

– «Итак. Я здесь. Но как мне пробраться внутрь? Это местечко охраняют чуть ли не как дворец, а чужаков просто так не пускают. Если буду слишком долго мяться, то ко мне непременно подойдёт стража» вслух размышлял он.

Кай подошёл поближе к воротам, узрев в тонированной сторожке за ними движение. На пороге показался тучный охранник, увешанный орденами, что едва переставляет ноги.

– «О-о! Добрый день, вы-то мне и нужны!» в янтарных очах, сокрытых маской, вспыхнул огонёк.

– «Чем я могу вам быть полезен… Сэр?» с неумело скрываемым пренебрежением спросил охранник, положив ладонь на саблю.

Прохвост бегло осмотрел собеседника: «Армеец. Дамьён между делом немало мне про ордена рассказал, эти явно не боевые. До безобразия жирный, и никогда тощим не был. Скорее всего офицер. Значит надавить на жалость не выйдет. Ну-ка? Что это выглядывает ослепительным золотым сиянием из-под рукава? Часики… Если я правильно вижу название, то… Такие часики могут свидетельствовать ровно о двух вещах: он имеет много денег и любит понты. Ща придумаю как надавить, секунду».

Охранник скрестил руки на груди:

– «Ну? Чего молчите?».

– «А? Ой, знаете, у меня сынок тут чёй-то нашкодил, бывшая послала разобраться» почесал затылок юноша.

– «Сэр, вы вылезли из технического люка» скептически хмыкнул мужчина.

– «Угу. Я простой маг, поэтому могу себе позволить перемещаться по городу наиболее удобным способом. А вот моя бывшая с простотой не знается от слова вообще. Сидит в своём управлении, взяточников ловит, всё ноздри пучит, да голову задирает. Знаете, она настоящая буря в бутылке, как приходит куда-то, так головы лететь и начинают… Вот послала меня, дурня, с проблемами сынка разобраться. Вроде там что-то по учёбе у профессора Рубокрофа. Знаете такого?» глуповатым голосом проговорил скиталец.

Охранник невзначай опустил рукав, спросив:

– «Новый профессор… Как зовут вашего сына и в какой он группе?»

– «Витька. Пожалуйста, передайте профессору, что его ждёт Кайризе по окончании рабочего дня у кабака «Два Товарища». Не буду ж я к детям тащиться в рабочей одежде. К тому де работа есть в полях… Слыхали, что на окраинах столицы завелись живые пугала? Надо с этим разобраться. Как вы считаете, уважаемый господин?» бросил скиталец.

– «Надобно, да» солидно кивнул охранник.

– «В таком случае, я покину вас. Спасибо за содействие» махнул рукой Кай, заприметив краем глаза отряд стражников, и скрылся в распахнутом люке…

Полумрак стальных переулков под гремящими колёсным гулом плитами. Янтарные глаза бегают по страницам украденной газеты, пока керамическая маска покоится на колене. Чёрно-белые картинки под столбцами плыли и искажались. Вместо улыбающейся девочки с тыквенным пирогом стоял тощий мужчина без головы, сжимающий в руках порванный ремень. Вместо здоровяка-штангиста со страниц пялился обгоревший медведь, истыканный пылающими балками. Вместо диковинных птичек толпа мёртвых колдуний с помутневшими взглядами.

– «Хм-м… В лесах под Сату-Гапуле был пойман СМВшник. Последователи террористической группировки «Рога» линчевали сорок людей на главной площади в Поддубково. Габриэль Теншлиц… Пошёл он в жопу, этот Габриэль Теншлиц… Ну хотя, что там сделал наш «Самый Молодой Паладин в Истории Церкви Белой Звезды»? Рекомендует прививать детей от кори… Ладно, допустим. А, вот оно! Приём четы Рейвенкордов, приглашены…» вслух читал заголовки оборванец: «…Ле Брайяны, Иванцовы, чета Риррио, Де Грейлин? Ого, даже Вис приглашён… Леноны, Поповы, Фон Ириялс… Фон Ириялс? Каким боком тут оказалась Крис? А-а… Наверное, это её маман. Да, точно маман. Интересно, как она выглядит? Тоже мелкая или… Кхм. Эх-х, будь здесь Крис, дела пошли бы значительно проще».

Кай провёл остаток дня разыскивая крупицы информации о грядущем приёме, скрываясь от стражи и галлюцинаций. Наконец настал заветный час, когда окутанные дымом поездов просторы нижних улиц покинули даже отголоски солнца.

Хвостатый стоял на углу старого кабака, сложенного из пропитанных пахучей смесью железнодорожных шпал. Мигающий фонарь, осыпающийся бетон подвесной улицы и дым обитых бронёй поездов. Рядом переминались с ноги на ногу девицы в коротких платьях и затянутых до предела корсетах. Преимущественно полулюди, они испускали табачного дыма едва ли не в десять раз больше, чем приспустивший маску Кай с сигаретой в клыках.

Внезапно к собравшимся на углу кабака подошли стражники с алебардами.

– «Добрый вечер, девочки! Проверка документов!» громко объявил один из них. Дамы в корсетах практически единовременно потушили сигареты, начав копаться в сумочках. Поочерёдно они продемонстрировали стражам закона жёлтые бумажные удостоверения, пока очередь не дошла до хвостатого.

– «А ты милочка? Жёлтый билет есть?» склонился над ним усатый гвардеец.

– «Я мужик. Вроде как» пожал плечами юноша.

– «Так-так… Мужская проституция незаконна, пройдёмте-ка с нами, молодой человек» не сдавался собеседник.

– «Не думал, что мне когда-нибудь доведётся это сказать, но я не проститутка. Вот вообще. Просто стою тут и жду друга» покачал головой скиталец.

– «Вот как? В таком случае, приношу свои извинения сэр. Не затруднит ли вас продемонстрировать ваши документы?» улыбнулся стражник, почесав затылок.

– «Без проблем» Кай выудил из сумки удостоверение со змеёй на обложке.

– «Хм. Игнат Сильязович? Давненько я не видел МОРовских змей. Ходит слушок, будто вас уже и нет на свете» крутил ус мужчина, разглядывая удостоверение.

– «О нас ходит много слухов. Если возникли вопросы, то обратитесь к нашему квартальному» отвечал бродяга, готовясь вырвать удостоверение и бежать.

– «Само собой. Не могли бы вы пройти с нами до выяснения обстоятельств» выдал страж, но внезапно из темноты раздался до боли знакомый мужской голос:

– «Прости за опоздание, задержался на работе!».

Клацая подошвами лакированных туфель, на свет вышел седой короткостриженый мужчина в очках. Рукава белоснежной рубашки подкатаны, элегантная жилетка сидит как влитая, а на запястье чернеет татуировка сердца.

– «Господа, какое дело у вас есть к этому честнейшей души человеку?» спросил Рубокроф у стражников, поправив именной бейджик на роскошном пальто.

– «Вы его знаете?» прищурился гвардеец.

– «Конечно, мы оба отдали МОРу не один год жизни» галантно заявил старик без единой морщины на лице.

– «Я вас понял» кивнул стражник, затем обратился к прохвосту: «Я сделаю фотографию вашего удостоверения, чтобы потом проверить. Это займёт несколько секунд».

Гвардеец достал из поясной сумки громоздкий металлический квадрат с кожаными ручками, усеянный руническими узорами.

– «О, какая у вас камера. Новая модель?» спросил юноша, невзначай проведя пальцами по корпусу камеры.

– «Если бы» вздохнул мужчина, провернув ручку. Щёлк! Затвор камеры выплюнул быстро растворяющийся бумажный картридж. Внутри аппарата заскрипели некие механизмы.

– «Что ж, мы пойдём. Всего доброго!» оборванец схватил Рубокрофа под руку, скрывшись в тени.

– «Да-да» пробурчал стражник, открывая отделение для готовых фотокарточек. На фото запечатлелись лишь непонятные шумы.

– «Чёртова рухлядь… Готов поклясться, я видел на ориентировках кого-то схожего с этим МОРовцем. Как там звали его друга? Мужики?» оглянулся гвардеец, обнаружив коллег, занятыми светскими беседами с задорно гогочущими куртизанками.

– «Ой, болваны… Ладно. Возвращаемся к патрулированию местности!» рявкнул мужчина.

Пробежав несколько сотен метров, Рубокроф и Кай остановились у пустой подворотни, переводя дыхание.

– «К… Кай… Фух! Опять ты чинишь… Ух… Старику проблемы!» пытался отдышаться седой.

– «А это чтоб не раскисал. Вон как щёки после пробежки порозовели!» ухмыльнулся прохвост.

– «Только жизнь начала налаживаться… Фух… Дёрнул же чёрт за ногу» причитал спутник.

– «Я ещё ничего сказать не успел, а ты уже себя заживо хоронишь» покачал пальцем юноша.

– «Что тебе надо, Кай?» уставшим голосом спросил Рубокроф.

– «Мне нужно попасть на приём Рейвенкордов. Среди твоих учеников нет кого-нибудь с приглашением?» прищурился проходимец.

– «Боже, Кай! Я… Давай не будем обсуждать это на улице. Моя квартира тут неподалёку, пошли» перехватил дыхание учитель, направляясь прочь. Спутник похромал следом…

Пятиэтажный дом на предпоследнем уровне города. Зарешечённые окна, ухоженный газон, чистые мусорки. До сюда едва доходили отголоски дыма и гула, присущие столице. Три оборота ключа, двое вошли в подъезд, где за массивной решёткой дежурил лысый консьерж.

– «Добрый день, Борис» с улыбкой кивнул Рубокроф.

– «Добрый день Нэттон. Гости?» поинтересовался лысый мужчина.

– «Да» последовал ответ.

Три этажа вверх по ступенькам. Четыре оборота ключа отпирают первую дверь, три вторую. В глаза ударил тёплый свет, а ноздри атаковал запах домашних пирогов с корицей.

– «Нэтти, наконец ты вернулся, я…» вышедшая из недр квартиры девушка в домашнем халате хотела было броситься на шею Рубокрофу, однако вовремя заметила нежданного гостя.

– «А кто это с тобой? Ты не говорил сегодня ждать гостей» выпучила глаза она.

– «Добрый день, Сашенька! Как твои делишки?» ухмыльнулся бродяга, сняв опалённую маску.

Дама отпрянула как от огня, обратив испуганные очи к профессору:

– «Нэттон, что этот убийца делает у нас дома?».

– «Так надо, Саш. Поставь пожалуйста чайник» произнёс Рубокроф, повесив пальто на крючок.

– «Но Нэт!» всплеснула руками она.

– «Обсудим это потом, хорошо?» улыбнулся мужчина, погладив её по плечу. Между делом плутовской янтарный взгляд оценил обстановку вокруг, на несколько секунд зацепившись за чрезмерно выдающийся живот барышни.

– «Хмпф… Ладно» хмыкнула она, одарив скитальца обескураживающе недоброжелательным взором.

Двое расположились за столом в гостиной. Торшер с поскенурским абажуром испускал тёплый свет, на подоконнике раскинуло свои зелёные лапы-листья некое растение в горшке, тумбочку украшала цепочка нефритовых слоников.

– «Кай, вижу твоя рука всё ещё не прошла?» спросил старик.

– «Хрень, забудь. Я уже научился жить с одной. Давай лучше ближе к сути: приём Рейвенкордов» отмахнулся Кай.

– «Ясно, значит сегодня ты не в настроении для дежурных манер. Скажи, зачем тебе на этот приём? Только честно» седой поставил руки домиком.

– «Висеоф, помнишь такого? Он заказал для меня лекарство, а я взамен выполняю для него поручения. Хотя, думаю, что цену лекарства я давно уже с лихвой отработал, поэтому можешь считать это актом дружеского альтруизма. В ходе текущего задания мне нужно провернуть кое-какие бумажные махинации, которые можно назвать не вполне законными» отвечал собеседник.

– «Не нравится мне их семейка. Но если ты уже всё решил, и другого способа нет, то кто я, чтобы сказать нет. Другое дело, как я могу помочь тебе попасть на этот приём?» задумался Рубокроф.

– «Среди твоих студентов наверняка есть те, кого пригласили. Соответственно, я могу выдать себя за этого школяра при наличии приглашения. Или попробовать набиться к нему в охрану. Или ещё чё-нить придумать. Мне лишь нужны имена и адреса» пояснил юноша.

– «Исключено. Я не позволю втягивать своих учеников в такого рода махинации. Я отвечаю за них, и мне в любом случае никто не отчитывается о том, пригласили их или нет» отрезал старик.

– «Какого рода махинации? Я же не резню туда устраивать иду. Не торопись с ответом, подумай хорошенько. А я бы пока хотел воспользоваться вашей уборной» выдал хвостатый, ощущая, как по ноге скатывается горячая капля.

– «По коридору направо» мрачно вымолвил профессор…

Хлопок дверью. Кай плюхнулся на бортик ванной, выдернув штанину из сапога. Шов обильно кровоточил после недавней пробежки.

– «Да что ж ты будешь делать» фыркнул он, принявшись рыскать по сумке. Внезапно до чуть заострённого уха донеслись приглушённые голоса.

– «Нэт, просто выгони его. Он итак принёс тебе много хлопот!» произнесла девушка.

– «Я не могу. Он, хоть и бывший, но мой ученик. Я несу ответственность и за него» сказал мужчина.

– «Какую ответственность!? Это бомж-убийца, разыскиваемый почти по всему Дюрстолю! Если ты не выгонишь его, то я позову гвардейцев!» на повышенных тонах изрекла особа.

– «Нет, так нельзя» с явной неохотой буркнул Рубокроф.

– «Нэттон, я, твою мать, беременна! Что мы будем делать, если ты потеряешь из-за него работу, отправишься на каторгу или вообще умрёшь!? За этой тварью тянется кровавый след через всю страну, и он наверняка приведёт беду в наш дом. Нэт, пожалуйста. Я его боюсь» чуть ли не плача умоляла девушка. На слове «беременна» Кай поморщился.

– «Саша… Я… Я не могу. Не бойся, он тебя не тронет. Просто… Просто пересиди пока на кухне» последовал ответ.

Дверь скрипнула.

– «О, Кай. Я подумал и…» начал было Рубокроф, однако его прервал янтарный бродяга с лихой ухмылкой:

– «Забей, кажется меня осенила гениальная идея! Ты мне больше не нужен, старикан!».

Прохвост самолично покинул квартиру. Лампочка на лестничной клетке моргнула. Напускная улыбка пропала с лица. Он поднял руку, на которую впопыхах забыл натянуть перчатку. С указательного пальца осыпался лоскут фиолетовой кожи, обнажая покрытую венами и мышцами кость.

– «Эй, Кай!» Рубокроф резко распахнул дверь: «А, ты всё ещё здесь».

– «Э-э… Да, я тут чё-то замешкался» почесал затылок бродяга.

– «Это хорошо. Я забыл сказать, ко мне на днях заходила за алхимической консультацией Кристодинель. Я так понял, ты не с ней?» проговорил мужчина.

– «Крис? Здесь!?» выпучил глаза оборванец.

– «Да. Она не сказала, где остановилась. Знаю только, что искала Рианин Нагорного, редкий минерал такой. Может тебе пригодится эта информация» улыбнулся седой.

– «Пригодится, ещё как. Снова спасибо, унылый. Ты опять спасаешь мою жопу» печально усмехнулся Кай.

– «Да что там» замотал руками собеседник.

– «Тебе говорят спасибо, значит спасибо. Всё, бывай» развернулся скиталец, зашагав вниз по ступеням.

Ночь. Гул повозок стих и лишь изредка по пустым дорогам проносятся одинокие обозы. Хвостатый восседал над одним из множества вокзалов, что в свою очередь стоял на длинных стальных подпорках, уходящих глубоко вниз.

– «Иногда создаётся впечатление, что мои руки стали такими уродливыми не из-за паладинов. Вдруг они просто сорвали фальшивую шкуру, под которой скрывалась моя настоящая? Наверное, на самом деле я выгляжу вот так. Облезлый, грязный и гниющий…» вслух задумался юноша, разглядывая кирпичную стену.

Перед взором явственно проносились яркие образы, порождённые лекарствами. Кроваво-красная резня в академии, где живая толпа переступает мертвецов. Бой с разъярённым Габриэлем, что полон горечи по убитой сестре. И наконец подвал.

Сверху, сквозь бетонный потолок доносятся обрывки церковных песнопений. Детский хор. Рунические трубы ритмично капают. На стене, вне взгляда, будто чудовищный метроном тикают часики. Холодный стол, антимагические кандалы, боль.

– «Кайризе Кастлхаузер, признаёшься ли ты в использовании огненной магии?» спрашивает басовитый голос.

– «Нет» в пустоту отвечает Кай. Удар увитым рунами хлыстом.

– «Кайризе Кастлхаузер, признаёшься ли ты в использовании огненной магии?» повторил вопрос мужчина.

– «Нет» снова ответил юноша. Удар. Тиканье часов.

– «Кайризе Кастлхаузер, признаёшься ли ты в использовании огненной магии?» снова спрашивает голос. Тишина. Два удара хлыстом. Тиканье часов.

– «Нет» отвечает он. Удар хлыстом. Капля воды упала с трубы на лоб.

– «Кайризе Кастлхаузер…» монотонно продолжал говоривший.

Вскоре на смену басовитому голосу пришёл крикливый.

– «Огненный маг, если ты сознаешься, то получишь быструю смерть. Обещаю» произнёс мужчина, стоящий в углу. Тощий инквизитор, что сохранял молчание, вырвал очередной ноготь, бросив в металлическое корытце, затем сменил инструмент на нечто вроде рунического шила, залезая через кровоточащее ложе под кожу пальца.

– «Не-е-ет… Кх…» пыхтел Кай, не способный даже потерять сознание от болевого шока из-за убойной дозы препаратов.

– «Вижу. Не для протокола будет сказано, но я искренне рад твоему упорству. Нет большего блаженства, чем видеть, как огненный маг страдает. Я считаю, вы это заслужили, а ты как думаешь?» усмехнулся крикливый мужчина.

– «Пошёл… Нах*р!» крикнул юноша, когда тупое шило разорвало кожу пальца. Она моментально почернела и начала гнить, а руническая гравировка до капли впитала кровь. Молчаливый инквизитор взялся за клещи, принявшись снимать рваную кожу с плоти, будто кожурку с банана.

– «На руках таких как ты очень много крови невинных людей. Например, моей семьи. Ты никогда не сможешь искупить грех своего рождения, но хотя бы попробуешь вернуть своей, всю ту боль, что ваш род причинил людям» отвечал собеседник. Сверху доносились песнопения, в подвале мерно тикали часы, а на лоб продолжала капать вода…

Кай встрепенулся, прогоняя больные галлюцинации.

– «Чёрт, те две недели – это не то, о чём я хочу вспоминать» пробурчал он: «Чё-то я слишком хорошо сижу. Так и задремать недолго, а нам такого не надо. Как в большом городе отловить одну маленькую седую девочку? Хм-м… Вроде как она что-то искала, да? За эту ночь мне придётся обойти много столбов для объявлений. Интересно, в такой час типографии работают?» …

20-2

Раннее утро. Маленькие сапожки отбивают торопливый ритм по мостовой. Ветер колышет косу седых волос. Кристодинель Селеста Фон Ириялс чуть ли не вприпрыжку двигалась по улочке, сжимая в кулачке мятое объявление. На веснушчатом лице улыбка, а в глазах огонь нетерпения. Из кармана прямиком к ногам бездомного выпал кошелёчек. Тот поднял вещицу, пожал плечами и сунул под рубаху, уйдя дворами.

Дама поравнялась с мрачной подворотней, сверилась с объявлением, и полная энтузиазма ринулась вперёд.

– «Здесь кто-нибудь есть? Я пришла по поводу объявления!» крикнула она, невзначай положив руку на боевой тесак за поясом.

– «Ну вот ты и попалась, Крис» по подворотне разлетелся злобный смешок…

Ранее утро. Кристина с растрёпанной шевелюрой и Кай со свежим фингалом сидели на лавочке и ели мороженое.

– «Кай, ты меня до чёртиков напугал! Больше так не делай» фыркнула дама, слизав ванильный пик своим длинным змеиным языком.

– «Я загладил свою вину мороженым. Мороженое – способ справиться с любой напастью» весело ответил юноша, прислонив холод к фингалу. Из глаз заструилась кровь.

– «Ох ты ж… Кай, кажется у тебя сотрясение, не двигайся» переполошилась девушка, глядя как по мороженому скатывается алая струйка.

– «А, это?» он лизнул лакомство: «Это норма. Магический вирус потихоньку разрушает моё тело изнутри».

– «К… Как!? Надо с этим что-то делать!» девушка подскочила, встав сапогами на скамейку.

– «Я и делаю. Сейчас я снова выполняю небольшую работку для Виса, а потом ему должно прийти лекарство от вируса, вот тогда заживём» усмехнулся он, опять лизнув окровавленное мороженое. – «А зачем тебе трость?» чуть спокойнее спросила барышня.

– «Черепаха ногу откусила. Вместо неё пришили баклажан. Свыкаюсь» пожал плечами прохвост.

– «Что ты несёшь? Отвечай нормально!» топнула ножкой девушка.

– «Прошло четыре секунды с нашей встречи, а ты уже во всю меня пилишь» закатил глаза Кай: «Я эту историю рассказывал уже слишком много раз. Она мне наскучила».

Без единого слова седовласая резко задрала штанину друга, узрев отвратительный шов.

– «Ка-а-ай? Ты можешь это как-нибудь объяснить?» выпучила глаза она.

– «Крис, у тебя опять Эти Дни? Отстань уже, и без тебя слишком хорошо» буркнул хвостатый, заправляя штанину в сапог.

– «Что? Какие ещё дни? Ты остатки мозгов по болотам растерял!?» скрестила ручки на груди собеседница: «Я не обязана, но растолкую. У элькамисов «эти дни», как ты их обозвал, бывают лишь раз в год, и длятся около трёх недель. Сейчас у меня ничего такого нет!».

– «Ну ты же не чистокровный элькамис» ухмыльнулся он, демонстративно принюхавшись: «К тому же, нос первоклассной ищейки не проведёшь» …

Кай со вторым фингалом и Крис со вторым мороженым по-прежнему сидели на скамейке. Девушка, задрав нос, поглощала сладость, а юноша курил мятую сигаретку.

– «Не подумай, что я такой благородный, раз раскошелился на две мороженки. Просто даме в твоём положении нужна небольшая моральная поддержка» противно лыбился тот.

– «Иди в задницу» буркнула она, прибавив: «Это ведь ты дал то объявление? И у тебя нет Рианина Нагорного, так?».

– «Угу. Старина унылый обмолвился, что ты ищешь эту хренотень, и я всю ночь напролёт расклеивал объявления по городу, дабы заманить тебя в ловушку. Получилось неплохо, как по мне» пояснил юноша.

– «Ну и зачем же тебе понадобилась я, зубатка?» стараясь выглядеть незаинтересованно, спросила голубоглазая особа.

– «Видишь ли, мисс ледышка, мне нужно попасть на один дворянский приём, дабы подменить кое-какие бумажки» уклончиво начал бродяга.

– «Так» развернулась Крис, закинув ногу на ногу.

– «Ух, не нравится мне этот взгляд…» поморщился Кай: «Короче, я вычитал из газет, что на этот приём приглашена некая мадам Фон Ириялс. И…».

– «И ты хочешь, чтобы я под личиной этой мадам провела тебя на приём?» лукаво зыркнула барышня.

– «Ну, в общем и целом да» хвостатый ослабил галстук, чувствуя ментальное давление со стороны подруги.

Седовласая по-заговорщицки улыбнулась:

– «Суть задачки ясна. Ну и как же нам её решить, через логарифм или арифметическую последовательность?».

– «Я не понял эту аллегорию. Говори проще, плоскость» хмыкнул зубоскал.

– «Следи за языком. Третьего глаза у тебя нет» покачала головой девушка: «Я бы не хотела лишний раз иметь вероятность столкновения со своей сумасшедшей мамашей, но чего не сделаешь ради друга. Однако ты должен будешь беспрекословно мне подчиняться, поскольку именно я делаю тебе одолжение».

– «Хочешь почувствовать себя главной? Да пожалуйста. Вперёд, мой маленький командир, веди в бой» скалился оборванец.

– «Апеллирование к росту оппонента – есть ни что иное, как проявление скудоумия. Но тебе можно, прощаю» фыркнула голубоглазая: «Ладно. Пошли».

– «Куда? К некропату жрущему клоуна или толпе безголовых Габриэлей?» спросил юноша, пытаясь разогнать галлюцинации.

– «Чт… Не важно. Увидишь» барышня доела мороженое, облизав пальцы, и сползла со скамейки…

Занятые весьма оживлённой беседой друзья не заметили, как приковыляли к постоялому двору, соседствующему с очередным отделением гильдии. С бледного лица Кая исчезли отголоски былого азарта, он быстро натянул белую маску.

– «Это ещё что?» нахмурилась спутница.

– «Я своего рода знаменитость в некоторых кругах. Не хочу светить лицо, мало ли фанаты узнают» буркнул он.

– «Забей, никому ты тут не сдался» махнула ручкой барышня, толкая дверь в здание.

– «Как знать» протянул хвостатый, проходя следом.

Проигнорировав забитый посетителями бар, двое поднялись вверх по витой дубовой лестнице.

– «Нам сюда» сказала Крис, доставая из треугольного окошка подпространства ключик от приземистой двери. Два щелчка. Дверь со скрипом распахивается.

Первое, что увидел юноша внутри комнаты – огромный рогатый силуэт на фоне окна, что скрючился за столом, поедая песочное пирожное.

– «О, Крисси, рано ты… Желтоглазик!» воскликнула высокая девушка, вскочив со стула. Она чуть пригнулась, дабы не задеть рогами потолок, и набросилась на юношу, оторвав от пола.

– «Здоров… Тала…» прохрипел тот.

– «Талави, отпусти его, сломаешь!» пискнула голубоглазая, хлопнув высокую подругу по спине.

– «Да чё ты, всё с ним нормалёк, правда Кай?» улыбнулась Талавьяна.

– «Было бы ещё лучше, ежели б ты меня отпустила» буркнул Кай, пытаясь дотянуться до рога высокой барышни. Тщетно.

– «Ой, ну и ладно!» та раскинула руки, отпуская беднягу, затем с запалом воскликнула: «Эй, желтоглазик, ничего не замечаешь!?».

Тала попыталась принять грациозную позу, на манер дворян, однако запуталась в ногах, отбросила эту идею и застыла с руками в боках, бросив:

– «Ну?».

– «Ты про залитые кровью стены, огромный скелет за окном или визуально отображающиеся в виде мерцающих кружочков звуки?» спросил Кай.

Девушки переглянулись.

– «Нет, что-то с тобой всё-таки не так» задумалась Кристина.

– «Не то! Приглядись ко мне! Я ещё на сорокет вымахала!» ударила себя в грудь рогатая шатенка.

– «Да куда больше-то?» хмыкнул зубоскал, снова окинув высокую подругу оценивающим взглядом. «Ну, кстати, да. Похоже, каменюка действительно прибавила в росте. Раньше она была выше меня где-то на головы полторы. А сейчас…» прикинул он, рассматривая едва помещающуюся в комнате барышню, которой Кристина даже со своими сапогами на толстой подошве едва достаёт до пояса.

– «А я ж из рогатых полулюдей. Мы скачками растём. Крисси меня мерила, и я где-то… Э-э-э… Не помню! Сколько во мне росту-то, а?» спросила Талавьяна у седой особы.

– «Без рогов двести тридцать два сантиметра. С рогами двести пятьдесят шесть» сухо отозвалась та.

– «Погоди. К чёрту цифры, мне больше интересно как именно Крис проводила замеры? И почему вообще она? Если это такая тонкая ирония, то я снимаю шляпу» подавил смех скиталец.

– «Я тебе знаешь куда эту иронию щас запихаю!?» насупилась Крис.

– «Со стремянкой» прыснула Тала.

Наблюдая давящихся смехом товарищей, низкая девушка изнурённо потёрла переносицу:

– «Знаешь, а ведь я всё ещё могу передумать и не помогать тебе».

– «Помогать? Если у желтоглазика проблемы, значит рядом нормальный такой мордобой. А это нам надо!» с лицом знатока заявила Тала.

– «Сегодня без мордобоя, спокойно каменюка. Просто мисс ледышка великодушно соизволила провести меня на приём Рейвенкордов» пояснил юноша.

– «Эй, Крисси! Кай тоже пойдёт с нами?» хлопала ресничками рогатая.

– «Тала, помолчи» процедила сквозь зубы голубоглазая.

– «Тоже? Крис?» прищурился собеседник.

– «Не важно» отвела взгляд барышня.

– «Как это не важно!? Я и платье на такой случай надыбала под свой размер! Там столько вкусностей должно быть» зашлась слюной Талавьяна, закидывая в рот остатки пирожного

– «М-м… Значит вы изначально итак собирались пробраться на этот приём… А вони сколько было» усмехнулся он.

– «Не обольщайся! Ты всё равно в положении должника» задрала нос седовласая.

– «Да-да, как скажешь» последовал ответ.

– «Скажу! А ты, Тала, собирайся» изрекла Кристина, упихивая мешочки с реагентами в подпространство.

– «Чё, уже нашла свою хренотень?» спросила высокая подруга.

– «Нет и с высоким процентом вероятности уже не найду. Пойдём к Диви, пускай осмотрит этого засранца, что-то не нравится он мне» бросила голубоглазая.

– «М-м… Опять на меня будут кричать. Крис, ты со своими профилактическими осмотрами уже меня порядком достала» покачал головой он, пихнув руку в карман.

– «Кай, я здесь. Ты со стеной говоришь» девушка помахала рукой перед бледным лицом товарища.

– «Пардон, ты просто троишься» развернулся он.

– «Определённо что-то не так» прошептала она.

– «У-у, я злобно и задумчиво шепчу, размышляя над тем, как бы укусить тебя за ухо…» шепнул в ответ хвостатый. Длинные уши прижались к голове.

– «Эй, Крисси, упихай туда мою личную специально очищенную подушку» Тала склонилась над друзьями с комично маленькой подушечкой в руках, указав на окошко в подпространство…

День пылал над ветренными полями вокруг столицы. Трое друзей свернули с испещрённого следами тракта на заросшую дорогу, ведущую к одиноко стоящей таверне. На двери висит табличка: «Приносим свои извинения, заведение временно не работает». Кай и Крис молча застыли, чего-то ожидая.

– «Эй, вы чё встали как вкопанные?» громко спросила Тала. Двое обратили взгляды к ней.

– «Тала, ключ у тебя» вздохнула седовласая.

– «А, точняк!» ударила себя по затылку высокая барышня, принявшись шарить по карманам.

Щелчок, хруст. В огромных руках шатенки остаётся зажата половинка ключа. Все трое несколько секунд молча рассматривают надломленную железяку, затем практически одновременно приходят в движение: Кай резко закуривает, Крис скрещивает ручки на груди, а Тала встаёт в позу, заявляя:

– «Для такой как я эти ключи слабоваты будут!».

– «Тала, латунный ключ не может быть «слабым». Если мы говорим про прочностные характеристики материала, то корректно будет сказать: хрупким» пробурчала седая.

– «Давайте покричим Диви, пусть откроет» предложил юноша.

– «Не, ща я сеструху кликну!» хрустнула пальцами рогатая барышня, после чего безлюдные поля огласил выкрик: «Софа, открой дверь! Я опять ключ сломала!»

По ту сторону раздался шорох. Некто интенсивной походкой подобрался к двери, щёлкнув замком. Скрип.

– «Тала, опять!?» вздохнула юная барышня с каштановыми волосами, чрезмерно массивными рогами и чёрными очками, распахнувшая дверь: «Ну и как мне дело вести, ежели ты каждый раз меня на три сотни за услуги замочного мастера ставишь!?».

– «Прости» почесала затылок громадная барышня.

– «Прости в карман не положишь… Эх, ладно. Ты одна или с госпожой Кристодинель?» хозяйка приспустила очки, демонстрируя слепые очи.

– «Привет, София, я с ней. А ещё мы привели товарища. Он уже был у тебя несколько раз» подала голос низкая девушка.

– «Добрый вечер, меня зовут Карл Вергенхайм, я странствующий сказочник» выдохнул сигаретный смог прохвост.

Слепая услышала нечто, напоминающее удар, до неё долетели брызги воды.

– «Судя по манере, это господин Кай. Получается, вся компашка в сборе… Вам подать на стол?» как ни в чём не бывало проговорила она.

– «Подать» кивнул Кай.

– «Обойдёшься, зубатка. Это заведение для тех, кто не курит» фыркнула голубоглазая.

– «Да, дай чё-нить пожрать и горло промочить. Умираю от голода» выдала Тала.

– «Пятьсот марок» сухо бросила хозяйка.

– «Как пятьсот!? Ты с родной сестры собралась деньги брать?» с наивным видом выпучила глаза шатенка.

– «Ты, проглотина, два тридцать вымахала, потолки мне все рогами обцарапала. Я разорюсь, если буду кормить тебя бесплатно! Остальным обед за счёт заведения. Пройдёмте» махнула рукой София, заходя внутрь.

– «Постой, мы не договорили…» отправилась следом рогатая, с грохотом вырвав рогами рейку над дверью.

Из недр кухни осторожно, будто мышка, выглянула Дивиклиса в ярко-зелёном домашнем сарафане и белом фартуке. Её зашитый рот растянулся в улыбке, стоило только заметить товарищей. Кай оторвался от пустого спора с Кристиной и махнул костлявой рукой блондинке. Та заулыбалась пуще прежнего, выведя в блокноте фразу: «Приветствую, Кай, рада видеть!».

– «Такая милашка, да?» его толкнула локтем Крис: «И не скажешь, что она нас за этот выход в город чуть с потрошками не съела». Диви пристально вгляделась в голубые глаза.

– «У нашей принцессы есть когти» пожал плечами юноша.

Тем временем София отвязалась от сестры, всучив ей корзинку с крендельками в глазури, и подошла к блондинке:

– «Диви, что думаешь по кухне? Видела те кастрюльки, про которые я вчера говорила?». Дивиклиса записала ответ в блокноте, который незамедлительно зачитала вслух Крис:

– «На этой кухне будет приготовлено ещё не одно великолепное блюдо. Кастрюли отмоем. Крис сделает зелье».

– «Правда!? Фух, не ожидала получить такую обнадёживающую оценку от тебя. В прошлый раз ведь разнесла меня как первоклашку» выдохнула хозяйка, затем обратилась к седовласой: «Госпожа Криситина, вы правда сможете спасти мои кастрюльки?».

– «Однозначно. Это базовая формула очистителя, детский сад для меня» задрала нос та.

– «Хм-м… Девчат, а вот как вы общаетесь, когда некому озвучить записи Диви?» внезапно задал вопрос в пустоту Кай.

– «А? О-о… Ну, нам приходится тяжко. Но Подболотины любят тяжёлые вызовы! Это наше семейное кредо» ответила София, похлопав себя по тонкому бицепсу.

– «Да!» вскинула руку задорно уплетающая выпечку Талавьяна.

– «Эй, старшая, не говори с набитым ртом! Опять всё крошками заплюёшь!» крикнула хозяйка.

Внезапно Кай почувствовал, как на его руку, что цепляется за тросточку, легла мягкая ладошка Диви. Она атаковала его немым и весьма настойчивым вопросом своих больших зелёных глаз.

– «Я… Это…» не нашёлся что сказать юноша.

– «Кай. Ты уже не отвертишься. Рассказывай, что произошло в отрезок времени, пока ты был оставлен мной наедине со своей дурной черепушкой» за нерабочую руку схватилась седая.

– «А я просто за идею буду стоять у тебя над душой!» воскликнула Тала, склонившись над другом.

– «Сдаётся мне, я по своей глупости сам пришёл в паучье логово» буркнул Кай, осознавая свою беспомощность пред невыносимым девичьим интересом.

– «Верно» кивнула Крис, плюхнувшись на диванчик и скрестив руки на груди, выжидая.

– «Лады. День долгий, расскажу вам пару небылиц: всё началось с того, что я взялся за снятие проклятия с дочки местного бандитского авторитета…» начал он, облокотившись о стену. На потолочных балках покоилась паутина, в воздухе витала пыль, а за окнами шелестела высокая трава, обрамляемая тёплыми лучами солнца…

Хвостатый заканчивал историю, раскинувшись на неудобном стуле перед внимающими дамами:

– «…И именно так я стал королевой радужных фей из страны незабудок». Первой заговорила Кристина. Она встала из-за стола и подошла к окну, монотонно пробурчав:

– «Кай. Какие ещё радужные феи, шизофреник ты мой ненаглядный? Ну вот серьёзно, как это тебе приходит в голову? Сидел минут двадцать рассказывал про гражданскую войну, поручения, вампиров и лекарства, а потом решил выдать это…».

– «Душнила. Есть у кого-нибудь грелка для живота? Я думаю, мисс ледышке будет в самый раз. А ещё пледик, книжка и покой плюс-минус на три недели» оскалился он.

– «Зачем ты продолжаешь это делать? Нравится получать водой в морду?» прищурилась дама.

– «Да. А ещё я пытаюсь прикрыть шутками всепоглощающие пустоту и боль, которые не дают мне спать по ночам, ведь если убрать эти дебильные шуточки, то останется лишь обгоревший кусок мяса, едва способный чувствовать хоть что-то» лыбился юноша, потягивая воду со льдом из гранёного стакана.

– «Эм… Весьма красноречиво» сконфузилась седовласая, не зная, что ответить.

Инициативу в диалоге взяла на себя Тала, громко стукнув по столу:

– «Я от этих историй чуть не уснула! Уже три часа ни одной драки не видала! Либо мы делаем наконец что-нибудь крутое, либо я ухожу искать драку».

– «Скорее просто неприятности на сраку… Карточные фокусы – это круто? Могу показать пару» предложил Кай.

– «А давай» кивнула огромная барышня, коленками, чуть не вырвав привинченный к полу столик.

– «Никаких фокусов! Давайте думать на счёт ноги Кая» скрестила ручки на груди голубоглазая.

– «Выбери одну карту из колоды» бросил скиталец, протянув Талавьяне карты, после чего обернулся к Кристине: «А чё с ней думать-то? Пройдёт когда-нибудь, как и рука. Вообще, всё пройдёт однажды».

– «Нужно не однажды, а сейчас. Если ты планируешь попасть на приём, само собой» произнесла она.

– «А чем тебе не нравится костыль? Вис сказал, что он, наоборот, добавляет мне статности. Прикинь: загадочный хромоногий дворянин в керамической маске и атласном костюме, который я непременно раздобуду. Ну кайф же, не?» бросил хромоногий, одной рукой тасуя карты.

– «Увы, этот вариант не подходит. Трость имеет слишком большой процент привлечения ненужного внимания, а для твоей маскировки это критично» мотнула головой Крис.

– «Моей маскировки? Что именно ты имеешь в виду?» красно-пепельная бровь выгнулась, а каштановые волосы растрепал ветер из открытого Талой окна.

По веснушчатому лицу беловласой подруги пробежала дьявольская улыбка:

– «Среди семейства Фон Ириялс после того, что устроил наш спятивший отец, мужчин не осталось. Выжила лишь мамаша, две сестры и я. Соответственно, если ты хочешь попасть на приём, то тебе придётся примерить на себя личину одной из нас».

– «Ты хочешь сказать, что я должен одеться в бабские шмотки? А я не могу быть, скажем, телохранителем?» сказал хвостатый, сунув Талавьяне перетасованную колоду: «Возьми верхнюю карту. Это твоя?».

– «Нет» моргала рогатая.

– «Отлично. А теперь возьми следующую карту» произнёс картёжник.

– «И это тоже не она. А в чём фокус-то?» задалась вопросом высокая шатенка, разглядывая вторую карту.

– «Да не важно, Крис опять всё испортила. Так ещё раз, почему я должен одеваться в женские шмотки?» спросил он, хвостом перетаскивая корзинку со сладкими крендельками в сумку.

– «Потому что на приём могут прийти только те, кого пригласили. Достоверный источник говорит, что моя мамаша с сёстрами туда не притащатся, поэтому мы попробуем украсть их личности. Я, не бахвалясь особо, весьма достоверно могу имитировать её манеру речи» пояснила Крис.

– «Ага, украсть личности. Понял. На кого там из твоих сестёр смахивает Тала, купившая новое платье спецом для приёма?» костлявая лапа указала на Талу, с недоумевающим видом ищущую исчезнувшую корзинку крендельков.

– «М-м… Ну-у» отвела в сторону взгляд бирюзовых очей барышня.

– «Поймана за руку» ухмыльнулся зубоскал.

– «Как дешёвка!» поддержала рогатая: «Кстати, где мои крендели?».

– «Хмпф! Ладно, не собираюсь я тебя наряжать как девушку! Просто хочу осмотреть ногу. Но ты ж ведь без радикальной причины в руки Диви не дашься, я тебя знаю» фыркнула низкая особа.

– «С чего ты это взяла? Если Диви сможет залечить мою ногу, я буду только рад» выдал он.

– «Что? Неужели мы начали взрослеть? Диви, солнышко, хватай этого гада, пока не передумал» сказала она.

Из кухни вышла София, бросив на стол перед Каем поднос с тарелкой лапши и кружкой алкогольного напитка.

– «Лапша «По-Поскенурски» и грушевый шнапс, всё как вы заказывали в прошлый раз» услужливо проговорила хозяйка, на ощупь докинув салфеток в салфетницу.

– «Спасибо большое, но я сегодня без шнапса» отрезал юноша, подтерев слюни.

– «Не уноси, я бахну» махнула рукой Тала.

– «На, пожалуйста. Не доливать же обратно в бутылку. Я точно таким не промышляю» кашлянула слепая, отправившись обратно в кухню.

– «Зубатка, ты отказался от выпивки? Продолжаешь меня удивлять» одобрительно кивнула Крис.

– «Крис, просто молчи. Иначе я сейчас на зло тебе ужрусь в сопли» буркнул юноша.

– «Пф-ф, вот он, лабораторно синтезированный гуманитарий. Чистейшая фракция» закатила глаза собеседница.

Тем временем Дивиклиса коснулась ноги товарища, продемонстрировав запись в блокноте: «Могу я?». Короткий кивок. Девушка засучила штанину, узрев пресловутый шов.

– «Эй, а чё у тебя бабья нога пришита?» озадачилась вопросом рогатая особа, залпом опустошая сравнительно маленькую кружку.

– «Он же рассказывал, ему пришили ногу той девушки-кузнеца. Совсем не слушала, каменюка?» бросила Крис.

– «Неа» Тала громыхнула кружкой о стол: «Я в сортир!».

– «Не громыхай там, столы не казённые!» донеслось из кухни.

– «Спасибо, что пояснила, Крис. Очень мило с твоей стороны» ухмылялся негодяй.

– «Чтоб ты знал, некоторые составные элементы твоего рассказа вызывают у меня сомнения» прищурилась низкая барышня.

– «Не хочешь – не верь» отмахнулся товарищ.

– «Но всё же… Если ты действительно спас ту девушку из плена, а не наплёл нам копеечных историй, то я тобой довольна. Это значит, что наш маленький нигилист не такой уж и конченый» с улыбкой сказала Кристина.

– «Ну мам, я не нигилист, ты просто не понимаешь» с пересохших губ слетела усмешка.

– «Однако!» погрозила пальцем барышня: «Было глупо так рисковать своей жизнью. Даже ради спасения кого-либо. Ты должен был придумать более разумный план, а не ставить всё на чистый случай. Правда, Диви?».

Закончившая осмотр немая блондинка встала с колена, записала ответ в блокноте и продемонстрировала разрисованную карандашной графикой страницу с надписью: «Кай поступил правильно. Настоящий герой рискует своей жизнью ради чужих».

– «Да-да, правда-неправда… Хватит уже меня нахваливать, давайте вернёмся к ноге» вмешался в намечающийся диалог Кай, указав на шов.

Дивиклиса долго выводила ответ, тщательно вырисовывая завитушки. В конечном итоге она перечеркнула записи, написав всё по-новой: «Нога заживёт, нужно время. Заклинания по приживлению конечностей ненадёжны, и я их пока не изучила в динамике. Врачебное вмешательство исключено – велик риск осложнений». Янтарные глаза сузились, юноша вчитался в зачёркнутые записи, выцепив: «…Поставить штырь… Укрепляют соединения».

– «Погоди, ты хотела упомянуть какой-то штырь? Типа мне в ногу воткнуть?» склонил голову вбок он. Блондинка нехотя написала: «Старая военная хирургия. В ногу имплантируют два штыря, скрепляя кости. Заверяю, тебе нельзя чрез это проходить, и нет разумного врача, готового сотворить такое».

– «То есть мне вкрутят два штыря, и я смогу худо-бедно бегать, не ломая ногу при каждом неосторожном движении?» задумался оборванец.

– «Нет!» голубоглазая ударила его свёрнутой газеткой по макушке.

– «Но погоди, я думаю…» вновь начал он, однако получил пузырь воды в лицо:

– «Фу! Плохой Кай! Не калечить себя!».

Внезапно в зал с криком:

– «Народ, глядите!» вышла Талавьяна. Она поставила руки на пояс, позволяя во всех деталях разглядеть её новый наряд. Роскошное приталенное платье кофейного оттенка, уходящее чуть ниже колена. Глубокое декольте, сквозь которое можно увидеть длинный шрам, украшающий грудь, тонкие бретельки и ещё с десяток шрамов на атлетичных ногах, облачённых в гольфы с резиновыми шлёпками. Девушка собрала волосы в два хвостика, а в овечьи уши продела серьги с треугольными стеклянными ломтиками арбуза.

– «Ну чё, как я вам!?» с запалом спросила она, не отрывая взгляда от Кая.

Хвостатый встал со стула, положил ладонь на голову Крис, зафиксировав её примерный рост, затем подошёл к рогатой, сопоставив ладонь с серединой бедра девушки.

– «Тала, ты понимаешь, что Крис рядом с тобой вообще нельзя будет поднимать голову. Да в принципе никому не рекомендуется» заявил он.

– «Я совершенно не против, если ты или Крис увидите мой попец. А особо охочим можно и нос расквасить» хрустнула пальцами высокая барышня.

– «Хорошо, следующий вопрос: ты в этих же шлёпках пойдёшь?» спросил прохвост.

– «Не-е, это временно. Я хотела напялить туфли на шпильках, но боюсь, что мои двести килограмчиков они не выдержат. Наверное, сандальки возьму» почесала затылок барышня.

– «Да похвали ты её уже! Я слепая, и то вижу, как она хвостом вертит!» донеслось из кухни.

– «Знаешь, я не большой знаток моды, но мне нравится!» показал большой палец вверх юноша.

– «Ура, он одобрил…» с едкой усмешкой похлопала в ладоши Крис.

– «Спасибо!» воскликнула Тала, сжав друга в объятьях. Грязные подошвы оторвались от пола.

– «Ух-х» прохрипел он.

Приземляясь, Кай неудачно поставил больную ногу, и та издала противный хруст.

– «Ой. Чё это было?» выпучила глаза рогатая.

– «Работа для Диви» поморщился янтарный бродяга, хромая до стула.

– «Погоди, так просто? Эта новая нога даже более хрупкая, чем висмут» выдала Крис.

– «Уймись, учебник на коротких ножках» отмахнулся он, протягивая ногу немой подруге.

– «Я случайно» надула губы шатенка.

– «Вот до чего доводит твой безрассудный подход к вещам, каменюка» менторским тоном произнесла седая.

– «Повторяю, уймись мисс «у меня точно не эти дни», Тала тут вообще ни при чём, просто случайность… И сама-то ты наряд подготовила?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Я всегда ко всему готова! А вот у тебя, бездомная душа, костюма точно нет. У нас имеется остаток этого дня и завтра время до вечера, чтобы его раздобыть» последовал ответ.

Кай поразмыслил несколько секунд, затем проговорил:

– «Знаешь, ты подала мне мысль. Наверняка на приёме я встречу тучу людей, которых встречать не хотел бы, например Габриэль или кто-нить из МОРа. В маске меня туда могут и не пустить, а мою морду Габи знает не хуже своей… Но вряд ли злопыхатели будут ожидать увидеть меня в женском наряде!».

– «Кай, нет. Не надо, пожалуйста. Это нерационально и глупо» сухо проговорила Кристина.

– «Почему нет? Хорошая маскировка, как по мне» спросил юноша.

– «Без комментариев, делай что хочешь. Диви, если он к тебе обратится, не помогай ему. Во имя всего разумного» покачала головой голубоглазая. Немая блондинка решительно кивнула.

– «Тала, ну ты-то хоть поддержишь идею лучшего на свете друга? Мы будем самыми сногсшибательными красотками на этом приёме» неприятно улыбнулся хвостатый.

– «Хм-м… Не знаю» почесала подбородок громадина.

– «Ладно, ты будешь самой сногсшибательной красоткой, а я второй по красоте. Так нормально?» развёл рукой он.

– «Тогда да! Почему нет!» вскинула руку вверх Тала, едва не пробив потолок.

– «Осторожней!» крикнули с кухни.

– «Ну удачи тебе с Талой. Пусть подбирает костюм на тебя, мой нетрадиционный друг» злобно усмехнулась низкая девушка, скрестив руки на груди.

– «Я верю в Талу, она справится» хмыкнул Кай, после чего обратился к рогатой: «Ну чё, погнали прошвырнёмся по городу?».

– «Свиданка?» спросила та.

– «Не, не в этот раз. Зачехли платье, возможно придётся побегать от стражи и кому-нибудь разбить лицо» сказал он.

– «Это даже лучше свиданки! Ща!» Талавьяна упорхнула вверх по ступеням, а с потолка слетел свой пыли под тяжестью стальной походки…

21-2

Габриэль унял беснующийся будильник и нехотя сполз на холодный пол перед алтарём.

– «Верую…» монотонно начал он выплёвывать слова, однако резко оборвался, когда золотой звёздный крест на настенном панно пронзила патина чёрных вен и он с чавканьем гнилой плоти выпал, открывая глубокую рану в стене.

Юноша отпрянул, с ужасом вглядевшись в истекающую кровью полость. В самых недрах занялось зарево, наружу хлестнул жар.

– «Га-а-аби» изнутри раздался до боли знакомый голос, полный инфернальной спеси.

– «Нет… Не смей… Слуги, сюда!» крикнул блондин, схватившись за меч.

– «Да-да-да!» из дыры донеслись потоки обжигающего ветра и послышался хруст быстро приближающихся шагов: «А вот и я!».

Наружу вырвалось нечто большое на четырёх лапах, окутанное пламенем и драными лохмотьями, что межуются с алыми как кровь волосами, опутавшими тело. Бледную морду существа делит надвое кривая улыбка.

– «Слуги!» взвизгнул Габриэль, выставив перед собой клинок.

– «Брось, они все давно тебя предали» усмехнулось красногривое существо. Будто в подтверждение его слов, юношу окружили обезличенные слуги, возглавляемые Фалмес, чьё лицо скрывает мрак.

– «Н-нет… Фалмес!? Но ты же клялась, что не предашь меня!» отступил к кровати Светлый Вихрь.

– «Угу, она клялась… А я взял и переманил её на свою сторону!» нелепо усмехнулось чудовище, оставив на полу глубокие выщерблины от когтей.

– «Ты! Это всё ты виноват!» юноша встал в стойку, приготовившись атаковать.

– «Да» улыбнулся монстр, молниеносно набросившись сверху. Паладин ощутил боль, по руке заструилось тепло, а меч сломался пополам. Он бросился к окну, но обнаружил лишь череду толстых стальных решёток. Стены комнаты начали сжиматься.

– «Габи-Габи, я здесь, чтобы забрать у тебя всё. Как забрал Арлет» оскалился красногривый, медленно подходя к жертве.

Габриэль дрожащими пальцами вытянул из-под рясы звёздный крест, отчаянно сжав в кулаке.

– «Спаси!» крикнул он.

– «О нет, как мне страшно! Приглядись к своей безделушке, она сгнила» хихикнул монстр. Блондин перевёл взгляд на крест, обнаружив две связанные верёвкой кости, по которым ползают жирные личинки.

– «А-а-а!» он отбросил гниль, а чудовище окончательно сблизилось, пыхнув в лицо горячим дыханием.

– «Я уничтожу всё, что тебе дорого. Я разорву добро, дав миру тьму, и блаженный свет Белой Звезды не спасёт тебя. Не спасёт правых» прошептало оно.

– «Н-нет! Правые будут спасены! Правые спасутся! Праведникам даруется свет! Я правый! Я прав, я прав, я прав, а ты монстр, сгинь! Именем Белой Звезды!» кричал Габриэль.

– «Да, ты правый, именно за это я заставлю тебя страдать. Потому что ты лучше меня, и потому что стоишь за правым делом!» рявкнул монстр, разинув пасть…

Габриэль осознал, что погружён в кошмарные грёзы лишь спустя несколько мгновений от пробуждения. Над ним склонилась ошеломлённая Фалмес, положившая руку на плечо.

– «Габи, ты в порядке!?» взволнованно спросила она.

Юноша огляделся: дорога, карета, пыль в ярких лучах закатного солнца. Бархатные шторки колышет ветерок.

– «Фу-ух» выдохнул он, поцеловав звёздный крест: «Замучили кошмары».

– «Тебе редко снятся такие сны. Что ты видел?» спокойным как штиль голосом спросила подруга, вернувшись на место.

– «Испытание веры» отмахнулся собеседник, протирая глаза.

– «Испытание? Поняла, мне тоже иногда снятся такие сны. Белая Звезда проверяет мою готовность, посылая образы мирского, что желает моё нутро» кивнула она.

– «А тебе что снится?» без интереса спросил юноша, отходя ото сна.

– «Мне?» девушка указала на себя пальцем и в тот же миг её щёки вспыхнули румянцем: «Нет, верно моё нутро не желает этого. Да ведь?».

– «Ну-у… Да, так и есть. Я уверен, Белая Звезда проверяет твою падкость на общечеловеческие грехи, не больше» с видом знатока кивнул он.

– «Хорошо…» бросила дама, затем, чуть замявшись, поинтересовалась: «Во сне ты крикнул имя… Я его где-то уже слышала. Габриэль, кто такой Кай?».

Каждый мускул в теле Габриэля напрягся:

– «Я не хотел бы вспоминать, ведь это приносит… Боль. Но ты достойна знать эту историю. Она очень поучительна».

***

Кай потёр нос, с задумчивым видом констатировав:

– «Кажется, я опять приходил кому-то в кошмарном сне…».

– «Круто!» кивнула Тала.

– «Угу, кайф» ухмыльнулся он.

Двое брели по полупустой столичной улочке, куда периодически осыпалась дорожная пыль. Праздничный наряд девушки сменился укороченными клёшами под рабочие башмаки и простенькой майкой. На рельефном плече красовалась татуировка с осьминогом.

Наконец друзья добрались до магазинчика одежды, скрытого среди жестяных заборов и каменных стен. Дверной колокольчик звякнул.

– «Добрый день» буркнул хвостатый.

– «Здравствуйте! Извините, но на вашу подругу у нас ничего нет» сразу же виновато поклонилась продавщица.

– «Нет-нет, у неё уже есть наряд. Мы смотрим вещи мне» покачал головой оборванец.

– «Э-э-э… Но у нас женский магазин» растерялась женщина.

– «Ну так да. Вы же не хотите сказать, что я не красивая?» прищурился он.

– «Да, он просто уродливая баба!» кивнула Тала. В магазине воцарилось молчание…

Сидящие на лавочке товарищи ели две половинки одной шаурмы, раздумывая тяжкую думу.

– «Нам нужна другая стратегия» хмыкнул Кай.

– «Ура, стратегия!» вскинула руку собеседница, затем чуть охладела: «Стратегия? Как у Крисси что ль? Ой, опять щас душня начнётся».

– «Не-е. Быстрее доедай и всё сама увидишь» отмахнулся он, за один укус прикончив шаурму.

***

Габриэль спрыгнул с подножки кареты на скверно вымощенную улочку.

– «Идёшь?» мрачным голосом спросил он у подруги.

– «Угу» отвечала та, вылезая следом.

– «Не люблю нижние ярусы, будь осторожнее» бросил юноша, зашагав вперёд.

Спутники направились пожухшим от недостатка света сквером к чёрному от копоти зданию с маленькими шпилями, упирающимися в подпорки верхней улицы.

– «Мы встретились в моём далёком мирском прошлом. Тогда я был совсем другим человеком… Первая наша встреча случилась на городском кладбище Авельева. Это такой маленький городок к югу от столицы. Я пришёл навестить своего отца, а он своего… Ну, не вполне отца. У чудовища нет человека, которого можно назвать отцом. Учитель. Его имя Феолирий, как сейчас помню. Но людям он запомнился под прозвищем мясоруб» проговорил Габриэль.

– «Мясоруб!? Это же…» перебила Фалмес.

– «Да. Чудовище воспитал один из наиболее известных наёмных убийц Дюрстоля. Тогда я этого не знал, но теперь могу сказать: яблоко от яблони недалеко падает. Всё было ясно ещё тогда, когда чудовище швырнуло мятый букет на свежую могилу своего учителя, развернулось и ушло. Как выяснилось позже, именно по его вине умер мясоруб. Какая-то бытовая оплошность, вроде плохо закрепил ремни на снаряжении. Я много не скажу по этому поводу, да и не важно это» покачал головой паладин, коря себя за каждое слово.

– «Ты начал общаться с тем, кто так пренебрежительно отнёсся к могиле воспитавшего его человека, пускай и убийцы?» без интонации спросила девушка.

– «Прояви подвиг терпения. Я расскажу всё позже, мы уже пришли к сиротам» сказал Габриэль, отворяя грузную дверь в закопчённое здание.

***

Кай и Тала вошли в новый магазин. Тучный продавец с порога заявил:

– «У нас на вашу даму ничего нет, ателье вверх по улице».

– «Эй, а я твоя дама» она толкнула спутника локтем в плечо.

– «Добрый день. Мы смотрим наряд не на неё» начал тот: «У нас есть подруга примерно моей комплекции. Она сегодня в больнице, а завтра ей нужно ехать на день рождения. Вот, уболтала меня, чертовка, поработать передвижным манекеном».

– «А-а-а, манекеном… Что ж, проходите. Если нужна будет помощь, обращайтесь» недоверчиво зыркнул продавец, вернувшись к газете.

– «Ура, мы внутри!» громко прошептала Тала.

– «Да-да, пошли, выберешь наряд нашей подружайке» прикусив губу, потянул за руку подругу Кай…

Занавески примерочной открылись, и на свет выбрался юноша в странном платье, покрытом банановым узором. Три лямки, одна из которых спадает, рваный крой подола. По рукавам спускались ярко сияющие ленты страз. Каштановую голову венчала причудливая шляпка с огромным розовым пером.

– «Тала. Наша подруга будет выглядеть в этом наряде как полный клоун, а также привлекать ИЗЛИШЕНЕЕ внимание. Попробуй подобрать что-нибудь другое» прищурился хвостатый.

– «А по-моему, очень даже. Настоящий агагард!» воскликнула барышня.

– «Ваша девушка действительно разбирается в авангардных течениях моды» усмехнулся продавец.

– «Тала. Под замену» махнул рукой Кай, запахнув занавески.

Бархат занавесок вновь распахнулся, явив немногочисленным зрителям новое амплуа зубоскала. На голове соломенная шляпка-корабль, а тело укутано в пёстрый сарафан, покрытый разноцветным геометрическим орнаментом. Вверх до шрама на ноге тянулись длинные кожаные сапоги с металлическими шипами.

– «Каменюка, я просил менее заметное. По-твоему, чёртов баркас на башке – верх скрытности?» спросил Кай.

– «Вы хотели сказать, ваша подруга просила?» глянул поверх газеты хозяин магазина.

– «Да» сухо ответил юноша.

– «Желтоглазик, те не угодишь. Лады, есть ещё идейка» встала в позу она.

Последний образ отличался своей вычурностью. Край платья немногим ниже исподнего, чудовищное декольте до пупка, сквозь которое видно сотни шрамов и пигментные полосы. Кай сжал в руках покрытые блёстками перчаточки.

– «Тала, это что такое?» изнурённо спросил он.

– «Тебе идёт» простодушно улыбнулась она.

– «Так. Ясно. Думаю, нам нужно взять небольшую передышку. Мы ещё вернёмся» произнёс хвостатый, обращаясь к продавцу.

– «Как будет угодно» пожал плечами тот.

***

Габриэль закончил читать молитву детям, Фалмес сделала фото счастливых воспитанников приюта, и две Церковников моментально оказались в трясущейся по кочкам карете.

– «Что там дальше?» спросил блондин.

– «Господин Корсаков вызывал для личной беседы во дворец. Характер беседы не уточняется» кротко отвечала девушка.

– «Опять во дворец…» поёжился он, растёкшись по скамейке.

– «Габи, ты так т не рассказал ту историю про Кая» подметила собеседница.

– «Ах да» тяжело вздохнул паладин: «Точно… Я мельком встретил чудовище на кладбище и не придал этому особого значения. Далее мы пересеклись на поезде до Академии Молчаливого Порицания. Между нами случился конфликт уже не вспомню по какой причине. Помню только, что тогда у меня сложилось впечатление о чудовище как об очень скользком негодяе».

– «Но как же ты начал общаться с ним?» озадачилась вопросом Фалмес.

– «Всё случилось сумбурно… Можно сказать, что он просто ворвался в мою жизнь. Сначала украл тетрадь с ответами, затем сбежал, оставив меня одного убирать кабинет, а под конец скинул мне на голову разъярённых братьев-дворян, которым чем-то насолил. Я не выдержал и бросил чудовищу вызов на дуэль. Оно пришло и превратило дуэль в клоунаду своими… Своим всем. И в этот момент как на зло мимо проходила охрана, решившая пресечь дуэль. Я уже готовился принять заслуженное наказание и выслушать выговор, однако Ка… Это чудовище схватило меня за руку и рвануло за собой. Мы сбежали, спрятавшись в мусорном баке. Я до этого ни разу не прятался в таких местах, хоть и доводилось иметь возможность убегать от рока судьбы. Сложное прошлое…» на лице блондина появились тщательно скрываемые отголоски улыбки.

– «И после такого вы стали друзьями?» поинтересовалась дама.

– «Белая Звезда упаси! Я, прости мне мой грех, громко обругал чудовище и зарёкся подать ему руку. Но… Есть что-то странное в этом монстре. Его внешность иррационально отталкивающая, однако стоит только заговорить с ним, как создаётся необычайная… Притягательность. У него манеры и язык дьявола, это я тебе точно говорю! День за днём мы пересекались с ним в стенах академии. Слово за слово начали общаться и там… Понеслась» серый взгляд упёрся в потолок кареты, испещрённый религиозными фресками.

***

Кай и Тала встали на бетонном мосту, под которым шли крест-накрест надземные железнодорожные пути, а в самом низу журчал чёрный ручеёк.

– «Тала…» из клыкастой пасти вырвался сигаретный дым.

– «А?» как ни в чём не бывало улыбнулась рогатая.

– «Ты не хочешь мне помогать с выбором платья, так?» прищурился зубоскал.

– «Чего? Но я ж тебе помогаю! Во какие платьища надыбала в том магазине!» развела руками высокая барышня.

– «Хм-м… Каменюка, можешь мне дать переговорить с Талавьяной пару минут?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Говори, эт я!» девушка гордо выпятила грудь, поставив руки на пояс.

– «Нет, ты не поняла» Кай щелчком выбросил сигарету, резко запрыгнув на перила. Он схватил подругу за рог, приблизившись лицом к лицу:

– «Дай. Мне. Поговорить. С. Настоящей. Талавьяной. Пожалуйста».

Шатенка секунду помолчала, после чего явно переменилась в выражении. Сквозь лицо проступили пятна чего-то понурого, голос стал чуть ниже и грубее, а фиалковый взгляд заострился:

– «Ну и что же ты мне такого хотел сказать, мон ами?».

– «Тала. Критично важно, чтобы ты помогла реализовать мою всратую идею с маскировкой, ибо чую жопой, это не прихоть, а необходимость» проговорил юноша, не отпуская кручёный рог.

– «Ой, я такая глупенькая, не знаю, как подобрать тебе нормальный костюм не по угару» прислонила палец к губам девушка, сделав глупый вид.

– «Харе, ты уже достаточно сегодня надо мной поглумилась. Я сам ничего не смыслю в нарядах, а ты неплохо разбираешься. Помоги, в долгу не останусь» попросил он.

– «Надавил на жалость, польстил, погремел медным грошом, и всё в одной фразе… А вот если я из принципа не хочу?» бросила она.

– «Чего ты хочешь?» покачал головой хвостатый.

– «Ничего. Я упёрлась просто так» последовал ответ.

Кай отпустил рог, чуть отдалившись и оглядев спутницу получше:

– «Тала. Не знаю как там у других, но каждое твоё нелогичное и иррациональное действие имеет под собой чёткую причину. Бросай свои игрища, скажи уже в чём дело».

– «Кай, ты устал?» спросила Тала.

– «Нет. Ну так в чём дело?» вздохнул хвостатый.

– «Какое дело?» хлопнула ресничками рогатая, состроив неприкаянное личико.

– «Ой, бл… Тала, у нас нет на это времени» фыркнул оборванец.

– «Времени на что? На «это»!? Нет, я не буду заниматься «этим» здесь!» нарочито громко произнесла девушка.

– «Опять двадцать пять» закатил глаза он.

– «Двадцать пять!? Зачем ты рассказываешь такие вещи даме, извращенец!? Извращенец!» во всю глотку прокричала она, заставляя немногочисленных людей вокруг оборачиваться.

– «Кричи что хочешь, меня мало беспокоит общественное осуждение. Могу тоже покричать какую-нить несбыточную дичь, например…» спокойно сказал зубоскал, после чего проорал: «Люблю рогатую скотину! Просто без ума от неё!».

Рогатая замолчала. Невинное личико вновь сменилось опустошённым:

– «Кай, ты устал?».

– «Нет. Такой как я не имеет возможности устать» чуть раздражённо проговорил юноша.

Мост задрожал от колёсного гула поездов, чёрные перила обдал дым. Тёплый ветер растрепал неумело окрашенные волосы Кая и бронзовые хвостики Талавьяны. Погрузочный механизм закинул в вагон поезда несколько тонн угля, и пришёл в вертикальное положение, подпуская запоздалые лучи солнца к мостику.

– «Кай. Ты устал?» вновь спросила барышня, не отводя прямоугольных зрачков не на миг. Внезапно внутри нечто вскипело. Юноша несколько мгновений пытался сдержать это, однако, будто поражённый метким уколом шпаги в самое больное место, не смог. На лице расцвёл злобный оскал:

– «Устал? Устал!? Да я, бл*дь, тону как кирпич во всём этом дерьме! Я бегу, бегу, бегу, и ни на секунду не могу остановиться, иначе меня раздерёт на*уй вся та еб*та, от которой я пытаюсь сбежать! И каждый раз всё одно, и ничего, сука, не меняется! Ничего! С кем я вообще воюю и нах*ра всё это говорю!?».

Слова эхом разнеслись между слоёв улиц. Тяжёлая отдышка, как после пробежки, бешенный янтарный взгляд, в котором читается боль, растерянность и злоба. Прохожие застыли, впившись шокированными глазами в стоящего на краю оборванца, чью спину обжигало закатное солнце. Внезапно Талавьяна склонила голову, ткнувшись кручёными рогами в грудь друга:

– «Я помогу выбрать костюм. Пошли». Её лицо скрывала тень.

– «Д-да… Пошли» взял себя в руки Кай, положив костлявую ладонь на голову девушки…

***

Тяжёлый рунический двигатель заурчал, дым ударил в воздух, и мост опустился, позволяя карете проехать дальше по слоёным улочкам. Фалмес выглянула в окно, привлечённая далёким выкриком.

– «Что там?» спросил Габриэль.

– «Какой-то безумец собрался прыгнуть с моста, а очень высокая девушка пытается его отговорить» отвечала она.

– «Быть может, Белая Звезда поможет ей» равнодушно пожал плечами паладин: «Давай лучше вернёмся к моей истории про чудовище».

Церковница поудобней расположилась на лавке, а товарищ продолжил рассказ:

– «Должен признаться, тогда я был совсем иным человеком. Глупым. Белая Звезда, прости мой грех, ибо чудовище, о котором я говорю… Это был огненный колдун».

– «Огненный колдун!? Габи…» с ужасом вскрикнула девушка.

– «Да, знаю. Говорю же, я сильно изменился с тех пор. Тогда бог мне был чужд, а идея дружбы с огненным магом в совокупности с его бесовской харизмой подкупала… Мы много общались, я узнал его историю, а он мою. Я познакомился с его друзьями, а он с моими. Скажу, что круг общения этого индивида – сплошь одни женщины. Это красноречиво говорит о его личности» выдал Габриэль.

– «Кстати, Габи, а у тебя было много друзей в академии?» спросила барышня.

– «Я бы скорее окрестил их товарищами» поморщился юноша.

– «А сейчас?» продолжала расспросы она.

– «Сейчас я тесно общаюсь лишь с тобой, да миссис Агрест по долгу службы» последовал ответ.

– «Выходит, ты, как и Кай общаешься с одними девицами?» по-детски наивно хлопнула глазами собеседница.

– «Э-э… Нет, ты не понимаешь, это другое! Если я захочу, то найду десятки верных друзей, которые меня не предадут, но сейчас я просто посвящаю всего себя служению Белой Звезде» скосил взгляд сероглазый.

– «А я по жизни дружила только с той девочкой из семьи математиков, помнишь я рассказывала? Но сейчас мы потеряли связь, и других друзей у меня нет. Каюсь, немножко завидую, что ты так просто можешь найти друзей» по щекам девушки пошёл румянец.

– «Зависть – страшный грех. Дальше убедишься» с непонятно откуда взявшимся раздражением продолжил церковник: «Я сам родом из простой семьи. Отец умер, когда мы с сестрой были ещё детьми, а мать нашла ему, прости господи, скверную замену. Вырваться из дома, где царит атмосфера пьянства и разложения – моя самая большая мечта на те времена. В Академию Молчаливого Порицания я попал по милости Белой Звезды. Из трёх сотен претендентов на бюджетное место по партнёрской программе с нашей школой выбрали десять человек. Я стал десятым… В академии мне удалость встать на ноги. Мои навыки заметила семья, лояльная Церкви и поддержали учителя, также лояльные Церкви. Хоть это и было по большей части место подконтрольное МОР, но даже там имелся свет, как видишь… Получив почву под ногами я сразу же вернулся в родной городок к сестре. Чудовище также поехало со мной по своим делам».

Карета подскочила на кочке. Кучер крикнул:

– «Королевский Дворец, готовность пять минут!»

– «Хорошо!» отвечал блондин: «Что ж, давай ускоримся, с твоего позволения. Вернувшись, я обнаружил свой дом в непотребном состоянии: вонь, грязь, нищета, алкоголь и наркотики. Новый муж не довёл мою глупую, прости господи, мать до добра. Эта женщина умерла от передозировки каким-то наркотиком, а сестра Арлет осталась на попечении мужчины, который ни отцом, ни родичем нам не являлся… В тот день я согрешил. Злость одолела мою душу, и я набросился на этого мужчину с мечом. В порыве ярости отсёк ему руку, поставив и без того слабого телом наркомана на грань смерти. Но смерть ему принёс не я, а чудовище. Оно вырвало из моих рук меч, нанеся последний удар… Кай сказал, что таким образом взял эту смерть на себя. Видимо, в тот момент моё лицо было столь жалким и подавленным, что даже дьявол решил сжалиться».

– «Ты… Ах-х, не мне судить, и каждый может быть прощён, кто пришёл к вере и раскаялся» собеседница сложила руки в молитвенном жесте, на секунду закрыв глаза.

В золотом сиянии заката Фалмес выглядела необычайно мягко, не смотря на громоздкие доспехи и тяжёлую косу. От этого зрелища Габриэлю стало чуть не по себе.

– «Да, я давно раскаялся. В любом случае, вина это всё равно не моя. Кровь того мужчины на руках чудовища» он кивнул: «Я забрал Арлет с собой в академию, где устроил в хорошую группу. Тогда Церковь назначила моего первого наставника, что и сестру обучал разным премудростям. Интересно, где он сейчас? Хм-м… Ой. Кажется, мы приехали. Остаток истории расскажу как-нибудь потом».

Тормоза кареты скрипнули, белый бармирог фыркнул, а кучер прокричал:

– «Королевский дворец!».

***

Бархатные шторки примерочной распахнулись и на всеобщее обозрение предстал Кай в новом образе. Чёрная кофта в полосочку с алыми рюшками, а также невзрачный тёмный сарафан, подол которого усеян точно такими же рюшками.

– «Ну чё, как я?» хмыкнул прохвост, разглядывая себя в зеркале.

– «Вы неотразимы! Вам… Вернее «вашей подруге» определённо идёт сей фасон» сделал кавычки пальцами продавец, скорчив ехидную мину.

– «Ну-ка…» Талавьяна рывком распустила хвост товарища. Вьющиеся волосы скатились по плечам.

– «Вот терь настоящая бабёнка» улыбнулась она…

Двое вышли из магазина со свежим бумажным пакетом.

– «Спасибо» бросил юноша.

– «Обращайся!» дама хлопнула себя по бицепсу: «Ну чё, по чашечке кофею и прошвырнёмся по парку? Не хочу так рано отдавать тебя в руки Крисси».

– «Откажусь. Давай-ка ты пока отнесёшь мои покупки на базу, а я схожу разведаю места» предложил прохвост.

– «Не-ет, хочу с тобо-ой!» на детский манер топнула ногой барышня.

– «Звиняй, надо одному» мотнул головой Кай.

– «Интересно…» прошептала Тала, склонившись над другом: «Расскажу ли я Крисси, что её бесценный желтоглазик отправился уродовать свою ногу у того странного врача с объявления? Хм-м…».

– «Какого объявления?» нелепо усмехнулся он.

После секундного молчания барышня выпрямилась во весь рост:

– Лады, хватит с тя на сегодня. Итак, видок жалкий… Ты это, можешь не торопиться, мы точно не станем мерить твоё платьице без тебя».

– «Ловлю на слове» бросил он, сделав шаг в сторону: «Давай. Постараюсь вернуться к ужину».

Стоило пройти несколько метров, как из-за спины донёсся выкрик:

– «Эй, Кай!». Скиталец обернулся, узрев вставшую в позу подругу.

– «Купи мне пирожных на обратной дороге! Я ж типа твоя подельница!» произнесла она.

– «Куплю с корицей» ухмыльнулся он.

– «Фу, не надо с корицей! Малиновые купи или с кремом!» поморщилась рогатая.

– «Хорошо, посмотрю, что у них будет» пожал плечами оборванец.

– «Люблю тебя!» задорно улыбнулась девушка, махнув рукой.

– «Ну что тут сказать? А вот я себя ненавижу» с печальной улыбкой произнёс Кай, отворачиваясь от заката, играющего за спиной подруги…

***

Лишённый оружия и закованный в мягкие тапочки Габриэль поднялся на лифте до кабинетов. Паж проводил его и Фалмес в рясе до самого солидного, на двери которого красовалась табличка: «И.И. Корсаков».

– «Отец Габриэль и матушка Фалмес пожаловали. Велите впустить?» слуга постучал в дверь.

– «Пусть заходят» донеслось по ту сторону.

Внутри комнаты спутников встретило огромное панорамное окно и дубовый стол, за которым восседал тощий мужчина в серой жилетке с моноклем и усами.

– «Здравствуйте, дорогие церковники. Присаживайтесь» кивнул Корсаков, оторвавшись от бумаг.

– «Пусть Белая Звезда направит вашу руку» бросил дежурное благословение Габриэль, расположившись на стуле. Позади встала Фалмес.

Стены кабинета увешаны портретами усатых мужчин с серьёзными лицами, над дверью растянулся флаг Дюрстоля. Под рукой мужчины стояла старая невзрачная сабля в ножнах, оплетённая рунической лентой. У тумбочки с документами незаметно приткнулся помповый арбалет.

– «Сразу к делу, Габи» Корсаков налил из графина воды в стакан, добавив туда серебристый порошок: «Завтра вечером ты идёшь на приём Рейвенкордов. Готов к неожиданностям?».

– «Н-неожиданностям? Какого рода?» не понял паладин.

– «Эх, Габи-Габи» мужчина залпом опустошил стакан, смахнув налипшую от пота чёлку вбок: «Когда твою страну пытаются разодрать волки снаружи и псы изнутри, нужно быть готовым ко всему. Мы уже давно на войне и каждый под прицелом».

Корсаков поморщился, схватившись за грудь. Через миг его отпустило.

– «С вами всё хорошо?» напрягся юноша.

– «Да, нормально» сделал глубокий вдох собеседник: «Габи, готов ли ты отправиться в ад ради Дюрстоля?».

– «Ч-что?» выпучил глаза блондин.

– «Запомни, Дюрстоль должен стоять. Дюрстоль будет стоять любой ценой. Мы с епископом Малкором и другими, ради Дюрстоля самолично заполнили свои котлы кипящей серой, и когда настанет мой час, я без ропота погружусь в него с головой. А ты?» спросил Корсаков.

– «С-с вами точно не всё в порядке. Я могу позвать врача» произнёс Светлый Вихрь.

– «Не надо. Просто это чёртово давление… Ладно, прости, что несу вздор – нервы. Нервы… Завтра на приёме твоя задача составить компанию мисс и миссис Агрест. Обеспечь их безопасность, остальным займётся Корона. Просто не ослабляй бдительность и по возможности постарайся контролировать общение мисс Агрест с дочкой Рейвенкордов. Но это не первостепенное» проговорил Корсаков.

– «Хорошо, я вас понял» кивнул церковник.

– «Епископ сейчас на задании, перед отправлением обмолвился, что ты удостоен дара… Для своего возраста ты продвигаешься чертовски быстро по карьерной лестнице Церкви. Хвалю. Главное соответствовать статусу. Как идут тренировки с Бернес?» спросил мужчина.

– «Хорошо. Она дала мне день отгула перед приёмом» почесал затылок Габриэль.

– «Рад слышать. Что ж, это всё, о чём я хотел поговорить. Прощай» улыбнулся в ответ Корсаков, пожав руку Габриэлю. Тот почувствовал, как в ладонь уткнулся маленький бумажный кармашек. Собеседник подмигнул.

– «Да, всего доброго» сглотнул слюну юноша, незаметно убрав бумажку в карман.

***

Кай свернул с главной дороги в безлюдную подворотню. У погасшего фонаря расположилась чугунная дверь в подвальное помещение, над которой нависала крошечная вывеска: «Хирург».

– «Похоже, я на месте».

Юноша постучал три раза. Моментально откинулся железный лючок, через который уставились шесть белых глаз:

– «Чего надо?».

– «Я к хирургу» отвечал проходимец.

– «Заходь» старческим голосом произнёс неизвестный, приоткрыв дверь.

Прежде чем с головой погрузиться в полумрак подвала хвостатый вновь взвесил все за и против: «Это буквально единственный врач в городе, который готов взяться за мою ногу. С другой стороны, за этой дверью может быть вовсе и не врач… Ладно, кто не рискует, тот не просыпается без почек в ванной со льдом. Надо проследить, чтобы ничего не вкололи». Готовясь в любой миг сотворить заклятье, он вошёл по тьму…

Внутри оказалась винтовая лестница, на самом дне которой коптила масляная лампа.

– «Снимай пальто, вешай здесь. С чем пришёл?» отрывисто спросил старик, прибавив огня в лампе. Он был одет на военный манер в чахлый медицинский халат. Лицо занимали шесть маленьких глаз и узкий рот, из которого торчит подобие паучьих жвал. Из спины выходили четыре дополнительные руки, чуть меньше основных.

– «Ногу на мине оторвало. Пришили чужую, а она совсем нагрузок не держит. Ломается и не приживается. Сможешь разобраться?» хвостатый переступил последнюю ступеньку, под которой чернел ржавый водосток в бетонном полу.

– «Хрень. Я однажды на фронте солдатику голову к чужому телу пришил, и ничего. Жив до сих пор. Давай на стол» старик полил руки спиртом из стеклянной бутылки, достал жестяной пенал с инструментами из стола и указал на тёмный проход в тесную комнатушку с кушеткой.

– «А мне нравится твой подход. И какая у тебя выживаемость после операций, старче?» нервно усмехнулся юноша, опасливо озираясь вокруг.

– «Ну, смотря скок заплатишь» противно хихикнул старик, чиркнув скальпелем о скальпель.

***

Габриэль разминулся с Фалмес среди дворцовых стен, зайдя в уборную. Он развернул записку, прочитав: «Не могу сказать лично, даже у стен есть уши. Имеются основания полагать, что среди твоего окружения есть предатель. Хотелось, чтобы это оказалось не так, однако. Старайся не подавать вида, и в особенности приглядывайся к своему адьютанту. И.И.К».

Сероглазый смял бумажку, убрав в карман и с круглыми очами сполз по стене. Он закрыл лицо руками, испустив протяжный вздох…

Спутники встретились на выходе из дворца.

– «Ты долго. Что-то случилось?» спросила Фалмес.

– «Нет, всё хорошо» отмахнулся юноша, стараясь выглядеть безмятежно.

– «Правда? Ну и слава Белой Звезде! Хорошо, что тебе не передались смутные настроения господина Корсакова» эмоционально кивнула барышня.

– «Что ты имеешь в виду под смутными настроениями?» переспросил он.

– «Ну, ты его сам видел. Дай бог ему крепких нервов» прошептала спутница.

– «А. Да, нервы ему нужны» деревянным голосом проговорил юноша.

– «Ты хотел рассказать конец истории про Кая» внезапно оживилась она.

– «Прости, не в этот раз. Мне нужно идти. Прикажи довезти тебя до дома на дворцовой карете, а я на своей в имение. Появились дела и кажется дождь собирается» сухо отчеканил блондин, направившись прочь.

– «Как тебе будет угодно» моргала дама, глядя в след товарищу.

***

Обновлённый Кай оглядел ногу. По обе стороны от подтекающего шва добавились две плоские металлические шайбочки, выходящие из родной и пришитой ноги.

– «Ну всё, щегол, дело сделано! Вшил два штырька через старый разрез, даже новый делать не пришлось. Закрутил на кость так, что ломом не отдерёшь» хлопнул во все шесть ладоней старик.

– «Да я видел…» прохрипел юноша.

– «Чё жмуришься, я предлагал наркоз, а ты даже от полевых ста грамм нос заворотил» скрестил руки врач.

– «Вот такой уж я пациент» хвостатый выдавил из себя неприятную улыбку, не в силах оторвать глаз от ноги…

Выбравшись из сырого подвала, Кай осмотрел взошедшую луну, отметив:

– «Почти полная». Он по привычке клацнул тростью, поправил сумку и осторожно похромал прочь по опустевшим городским улицам.

Внезапно перед глазами явился образ залитой водой улицы, по которой с рёвом ползёт огромный крокодил, собранный из скелетов. Крокодил поднял свою морду, направившись к юноше.

– «Чёртовы лекарства» тот протёр кровоточащие глаза: «Ну зашибись, теперь я не вижу дорогу. Ладно, попробуем найти обход. Ох-х, ещё ж Тале нужно пирожные где-то достать…»

Хвостатый развернулся, перевалившись через низкий заборчик и скрывшись за углом дома, а по захваченной иллюзорным крокодилом улице промчалась роскошная церковная карета, запряжённая белым бармирогом. С неба вылился дождь.

22-2

Кристодинель Селеста Фон Ириялс проснулась в тёплой кроватке от невыносимого грохота с улицы. Она тяжело вздохнула, выяснив, что сейчас всего семь утра, вытащила беруши и нехотя встала, распахнув окна.

– «Великовозрастный балбес, кончай шуметь! Ты хоть знаешь, который час!?» крикнула она, наблюдая как раздетый по пояс Кай рубит дрова огромным мечом посреди заднего дворика таверны.

– «О, здоров Крис!» бросил он, смахнув пот со лба: «Меня Софа попросила дровишки поколоть. Хочешь принять участие в моей утренней разминке?».

– «Ты на кой чёрт так рано за эти дрова взялся? Ночную мотивацию словил? Нельзя как-нибудь отложить поколку часиков до десяти?» взмолилась седовласая, поправив задравшийся подол длинной ночной рубашки.

– «Нет» снизу послышался однозначный ответ, а порыв ветра растрепал волосы.

Внезапно соседнее окно распахнулось и из него с криком:

– «Чё за кипишь, народ?» высунулась полная энергии Талавьяна в пижамной кофточке и шортах.

– «Тала, давай наперегонки, кто больше дров нарубит. Победитель получит статус самой отпадной красотки на сегодняшнем приёме» ухмыльнулся юноша.

– «Это буду я!» крикнула рогатая, перекинув ногу через оконную раму.

– «Каменюка, попробуй найти после точки остаток своей гордости и хотя бы оденься» проговорила Крис.

– «Душнила» показала язык шатенка, захлопнув окно.

– «Вот видишь Крис, даже она тебя душной назвала. Не думаешь, что это повод крепко задуматься?» усмехнулся хвостатый.

– «Мнение каменюки – информационная погрешность. Фоновый шум, если по-вашему. С таким не считаются» фыркнула голубоглазая.

Из дверей дома вышла София, поставив графин вишнёвого сока на пенёк:

– «Спасибо большое, что взялся за дрова. Я сеструху уже год уломать не могу, упёртая как баран. И вряд ли она бы вообще когда-нибудь…».

– «Ну чё Кай, где топор!? Ща я всё переколю!» воскликнула Талавьяна, вырвавшаяся из дверей.

На лице Софии застыл шок, сменившийся кокетливой улыбкой.

– «Кай, ты настоящий волшебник. Захаживай к нам почаще» произнесла она, засеменив в дом.

– «Не перехваливайте его, Софочка. Гад он из семейства обыкновенных» выдала Кристина.

Очередное окно осторожно приоткрылось и из него тихонько выглянула заспанная Дивиклиса. Она одарила седовласую вопрошающим взглядом.

– «Всё хорошо, Диви. Просто наши два закадычных друга решили навести шороху. Продолжай спать, если сможешь» махнула рукой Крис, оставив окно открытым и направившись вглубь комнаты…

Над дымной столицей взошло яркое солнце. Друзья собрались на заднем дворике, каждый занятый своим делом: Талавьяна лихо рубила дрова, летящие во все стороны, Диви в садовых перчатках корпела над заросшим цветником, Кай усердно тренировал магию огня, а Крис стояла у него над душой, настойчиво делясь советами.

Внезапно в дверь таверны постучали. София отставила протёртый стакан, крикнув:

– «Заведение закрыто на инвентаризацию».

– «Когда откроетесь?» донёсся знакомый женский голос по ту сторону.

– «Завтра долж… Стойте, я узнала ваш голос, это же вы!» хозяйка подскочила к двери, щёлкнув замком.

На пороге стояла просто одетая рыжая женщина в дорожном плаще, чьи золотые глаза мерцали столь же ярко, сколь и ранее солнце.

– «Здравствуй, София. Я слышала с твоего заднего дворика голоса. Гости?» спросила Мари Бернес.

– «Да, ко мне снова сестра с друзьями приехала. Помните, я про неё рассказывала?» оживлённо проговорила слепая.

– «Помню. Что ж, я убедилась, что у тебя всё хорошо, больше не смею мешать» рыжая бестия развернулась, собравшись уходить.

– «Постойте! Вы сегодня одна?» поинтересовалась София.

– «Дала своему питомцу выходной, а то он совсем побледнел» усмехнулась женщина.

– «Эм… Должно быть вы прошли большой путь от столицы до моего заведения, грубо вас отпускать просто так. Не желаете чесночной похлёбки за мой счёт? В такую жару к ней идеально подойдёт ледяное пиво из погребка» потёрла ладони предпринимательница.

– «У вас там своя компания собралась, не хотелось бы быть пятым колесом» покачала головой Бернес.

– «Эй, Софа, кто там у тебя? Притащишь мороженки, а?» крикнула Талавьяна.

– «Госпожа, соглашайтесь. Я вас с сестрой познакомлю. Отдохните с дорожки хоть десять минуточек» ласково пролепетала София.

– «Эх-х, умеешь же ты уболтать, хозяйка. Мечи на стол кружку Старогорского» махнула на всё рукой рыжая воительница, достав из кармана коробочку с руническим кольцом. Как только оно оказалось на пальце, яркая шевелюра моментально потемнела.

– «Пройдёмте-пройдёмте» хозяйка затворила дверь за посетительницей: «За счёт заведения только похлёбка. Ну так, к слову».

Мари Бернес прошла на задний дворик в сопровождении Софии. Товарищи замолкли, приостановив свои занятия.

– Внимание, это моя постоянная клиентка, она заскочила перекусить. Её зовут… Э-э… Представьтесь, пожалуйста» продекламировала слепая.

– «Маша» отрезала Бернес: «Я ненадолго, не дрожи, молодёжь».

– «Кушайте-кушайте, госпожа. Вы нам не мешаете» ухмыльнулся зубоскал, пряча всё ещё дымящуюся от колдовства руку за спиной.

Рыжая бестия присела на старый плетёный шезлонг, протянув уставшие ноги. Она обвела всех взглядом, остановившись на обнажённом по пояс Кае, рядом с которым стоял огромный меч.

– «Наёмник. Не гильдийский, сразу вижу…» проговорила посетительница.

– «Да не, какой там наёмник. Просто был неудачный четверг» ухмыльнулся он.

– «Ха… Тогда вся моя жизнь – это один большой четверг» покачала головой барышня.

София оперативно притащила тарелку и большую стеклянную кружку.

– «Благодарю» кивнула Бернес, затем обратилась к Талавьяне: «У вас очень хорошая сестрёнка».

– «А мы все хороши!» рогатая хлопнула себя по бицепсу, продолжив рубить дрова.

– «Добрая госпожа» осторожно начал прохвост: «Где же ваш меч, раз вы наёмница?».

– «Хм-м… Я уже давно сама стала мечом, которому не хозяйка» покачала головой дама, пригубив кружку. Она отпустила полный удовольствия выдох, затем спросила:

– «Это там твой меч стоит, да? Что ж ты его до такого состояния довёл?».

– «Меч… Вы не поверите, чем больше грязи и ржавчины на этом кривом ублюдке, тем полезнее он становится» оборванец провёл уродливой лапой по не менее уродливому клинку.

– «Даже так? Не боишься, что однажды сломается?» продолжала барышня.

– «Всё можно починить. Зависит от желания и цены, которую ты готов заплатить» последовал ответ.

– «Прямо всё? Оптимист. А имя-то у этого красавца хоть есть?» Бернес зачерпнула дымящуюся похлёбку.

– «А зачем ему имя? Меч как меч – просто инструмент, которым несут смерть» безмятежно отвечал Кай.

– «Просто инструмент, которым несут смерть… И всё? Никаких других назначений у него нет?» внезапно оживилась рыжая бестия.

– «Увы, меч был придуман, чтобы убивать. Не защищать и не строить. Только убивать. А его текущее предназначение зависит исключительно от воли хозяина. Я вот своим дрова колю иногда» он указал рукой на разбросанные вокруг могильной плиты деревяшки.

На лице Мари Бернес внезапно появилась печальная улыбка:

– «Мне бы… Мне бы… Да уже поздно. А ты береги себя, наёмник. Может хоть тебе удастся обвести вокруг пальца эту жизнь».

– «Что, простите?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Ничего. Когда-нибудь поймёшь, и что сейчас такого сказал, уткнув старуху носом» бросила она, залпом опустошив кружку: «Спасибо. Мне пора. Деньги на стойке».

Рыжая бестия удалилась, а София отправилась её провожать.

– «Ребят… У вас не сложилось впечатления, будто эта дамочка чем-то смахивает на Мари Бернес?» прошептал Кай.

– «Точняк она» обыденно кивнула рогатая, разрубив очередное поленце.

– «Вы хоть понимаете, какой статистический шанс этого? Намного меньше процента. Бросьте, вам показалось» произнесла Крис.

– «Кто знает. Мир тесен… А ты что думаешь, Диви?» спросил юноша. Немая не ответила, увлечённо копошась среди цветочков.

– «Понятно, её можно и не спрашивать» хмыкнул он: «Я бы, честно говоря, не стал делиться нашими догадками с Софой. Кем бы ни являлась эта женщина, для Софии она просто постоянный клиент. Пусть так и остаётся».

– «Солидарна. Нечего морочить девочке голову вашими бреднями» кивнула седая.

– «Я закончила!» рявкнула шатенка, прикончив последнее полено вместе с колодой: «Ты нарубил меньше дров, значит я самая красивая!».

– «Истинно так, каменюка. Истинно так…» протянул зубоскал, возвращаясь к тренировке магии: «Кстати, у тебя пятно на лице».

– «Что!? Где!?» переполошилась рогатая, достав из-за пазухи тряпочку и зеркальце.

– «Шутка» усмехнулся зубоскал.

– «Да иди ты!» она толкнула друга в плечо…

Полуденное солнце скрыла тучка, даруя знойным полям мгновения прохлады.

– «Так!» стукнула по столу Кристина, привлекая всеобщее внимание: «Слушаем инструктаж на вечерний приём: вы двое от меня не отходите ни на шаг и не устраиваете сцен. Жрать в меру и культурно, драки не затевать. Ясно?».

– «По поводу жрать, посмотрим. А Диви с нами, я так понимаю, не идёт?» спросил юноша, потягивая холодный лимонад и разглядывая чёрно-белые планы этажей некого строения.

– «Верно понимаешь» кивнула седая: «Диви скрывается от сестры, а та наверняка будет на приёме. Да и исполнительная власть ей сейчас не друг…». Дивиклиса продемонстрировала запись невзначай коснувшись зашитых губ: «Окажу поддержку Софии в бытовых делах».

– «Ясно. А мне не подсобишь с макияжем для приёма? С такой мордой в платье я похож уж точно не на девушку. Надо хоть шрамы замазать чем-нить» ласково попросил хвостатый.

– «За решением этой задачки обращайся к Тале. Мы с Диви участвовать в твоих глупых начинаниях не станем. Да, Диви?» голубоглазая обратилась к немой блондинке, получив решительный кивок.

– «Ну и ладно. Булыжка. Рассчитываю на тебя» бросил Кай.

– «Я не подведу» рогатая хрустнула пальцами: «Такого макияжу тебе намалюю – мать родная не узнает».

– «Нет, Тала. Не клоунский грим, пожалуйста» изнурённо вздохнул он.

– «К слову, Кай, а где твоя трость? Почему ты без неё?» якобы невзначай поинтересовалась низкая барышня.

– «Мне уже лучше» нервно усмехнулся прохвост.

– «Вот как? Лучше ему… А где ты вчера был до часа ночи и почему принёс Талавьяне конфетки, прошептав: «Благодарю за пособничество»? Можешь пояснить?» спросила она, сверкнув ледяным взглядом.

– «Крис, ты не поверишь» начал оборванец, на ходу выдумывая детали несбыточной истории, за которую в дальнейшем поплатился лишним литром воды на голову…

Вечерело. На розовых небесах одновременно умирало солнце и восставал полный круг луны. По пыльной дороге к одиноко стоящему над рекой поместью приближалась простенькая карета, запряжённая рыжим бармирогом. Тормоза жалобно пискнули, карета сделала оборот по мощёной площадочке вокруг фонтана и встала рядом с другими. Двери отворились.

Первой на улицу выскочила Талавьяна в роскошном платье и простеньких босоножках, расправляя затёкшие плечи. Далее, воровато осмотревшись, наружу выбрался Кай с макияжем, ряженый как девушка. Он поправил подол платья, скрывая начищенные до блеска солдатские сапоги. Последней карету покинула Крис в своём новом наряде: тёмная приталенная юбка-солнце, голубая кофточка с пышными манжетами на бантиках и голубые колготы со звёздным орнаментом, уходящие в приличного вида сапожки на небольшом каблучке. Она бросила кучеру кошель, произнеся:

– «Жди нас. Остальное получишь на обратном пути».

– «Слушаюсь, госпожа» покорно кивнул мужчина, легонько стегнув бармирога и отогнав повозку подальше.

Кай покосился на подругу, смерив взглядом её одежды. Та моментально заметила внимание к своей персоне, задрав нос:

– «Хочешь опуститься до таких примитивов, как комплементы моей внешности? Что ж, считаю один не повредит».

– «Да-да, считай себе тихонько» фыркнул юноша: «Я вот что думаю: трудно будет отсюда свинтить, если всё пойдёт не по плану. Вокруг только поле, да река. В поле нас догонят ищейки, а в реку я не полезу».

– «Оценка обстановки – это качественная идея, однако постарайся, чтобы нам не пришлось отсюда бежать, подобрав подолы. Как приехали, так и уедем» покачала пальцем седая.

– «Да вы задолбали, погнали похаваем, а потом спляшем!» воскликнула Тала, указав на очередь важных особ, выстроившихся у проходной группы.

Троица примкнула к сомну дам и кавалеров, молча дожидаясь своего череда пройти на территорию поместья.

– «Госпожа Фон Ириялс, здесь похоже собрался весь культурный свет столицы» манерно подметил Кай, стараясь сделать голос повыше.

– «Следующий!» крикнул усатый консьерж в парадной форме с алой лентой на груди.

– «Здравствуйте. Рудия Фон Ириялс и две мои служанки. Вот приглашение» с помпой произнесла Крис, протянув конвертик.

– «Так-так…» мужчина сверился с бланком: «Вижу вас, госпожа. Вы, право, сегодня выглядите краше самой юной девы! Скорее проходите в банкетный зал, путь помечен указателями с праздничными лентами».

– «Спасибо» бросила низкая барышня, пройдя за ограду.

Поместье имело колоссальные размеры и тянулось ввысь золотыми шпилями на четыре этажа. Буквально каждый миллиметр был пропитан атмосферой статности и чрезмерной роскоши.

– «Ну всё, мы внутри. Я по делам» сказал Кай, собравшись покинуть компанию.

– «Не так быстро, зубатка» его схватила за нерабочую руку Крис: «Мы здесь как минимум на несколько часов. Мне нужно встретиться с одним купцом, торгующим редкими книгами. До этого момента даже не вздумай проворачивать свои делишки. Выжди лучше момент, пока начнётся празднество – так будет рациональней».

– «Хорошо, мы можем подождать. Только ты не забыла, что приём в честь дня рождения? Значит нужен какой-то подарок» прищурился янтарный индивид.

– «Спокойно, мамочка Фон Ириялс всё предусмотрела» заговорщицки улыбнулась голубоглазая…

Товарищи поднялись по мраморным ступеням и вошли в распахнутые двери, увитые золотым растительным орнаментом. Сквозь увешанный картинами коридор с дорогими обоями пролегала красная ковровая дорожка, ведущая к банкетному залу. Руководствуясь множеством указателей, расставленных через каждые пять метров, они добрались до зала.

В этом помещении даже Талавьяна, возвышающаяся над головами всех присутствующих, выглядела крошечной.

– «Нормальная такая коморка» усмехнулся зубоскал.

– «На вскидку, площадь данного помещения равна восьми сотням квадратных метров. А объём…» задумалась седовласая, теребя кончик косы.

– «Пироженки!» воскликнула рогатая, узрев длинный стол, выделенный исключительно под различные сладкие десерты.

Особняком находился стеллаж, заваленный сотнями цветастых коробок с пышными бантами и именными бирками.

– «Так, давайте сперва положим наш подарок» Кристина достала из подпространства аккуратно упакованный свёрток, обнаружив Талавьяну на другом конце зала с большой тарелкой возле сладостей.

– «Тала…» вздохнула она.

– «Ничего, пускай оторвётся. Крепче спать будет» отмахнулся хвостатый.

Внезапно со стороны донеслось галантное покашливание. Друзья обернулись, узрев короткостриженого мужчину в необычной форме, украшенной руническими витками и керамической маской цапли на нагрудном кармане.

– «Добрый вечер, дамы» поклонился он: «Я Роберт Рейвенкорд, родной брат хозяина сего дома».

– «Здравствуйте, Рудия Фон Ириялс. А это моя служанка, Клавдия» поклонилась в ответ седая.

– «Рад вас видеть на нашем празднике. Вы приготовили прелестный подарок виновнице торжества. Позвольте, я положу его к остальным, дабы не создавать вам затруднений» мужчина ловко подхватил свёрток: «Наслаждайтесь вечером, я ещё обязательно к вам подойду побеседовать, если вы позволите, само-собой». Он подмигнул Каю и растаял в толпе.

– «Р-рудия? Мне показалось или этот господин мне как-то странно подмигнул?» наморщился до предела скиталец.

– «Показалось. Пошли, нам нужно найти парня с окрашенными в зелёный волосами и пирсингом» скрывая странное раздражение, выдала спутница.

Зеленоволосый юноша нашёлся довольно быстро. Он стоял в роскошном восточном халате, окружённый молоденькими дворянками и о чём-то важно повествовал.

– «Добрый день! Хайген Горцев?» спросила Крис, раздвинув барышень и вклинившись в диалог.

– «Неприлично влезать в чужие разговоры, бабушка. Впрочем, да. Я Хайген. Чего-то хотели?» вяло спросил юноша, не спуская неприятной ухмылки с лица. Окружающие девушки на один манер загоготали.

– «Я не бабуля, а Рудия Фон Ириялс. У меня есть к вам вопрос, касаемо книг» проглотив подколку, продолжала седовласая.

– «Нет, тебе не ко мне. Я не продаю женскую юмористическую прозу для престарелых» усмехнулся зеленовласый. Отзвуком загоготали девушки.

– «Мне не нужна женская юмористическая проза. Я слышала, что у вас имеется книга про окаменение людей. Хотела бы рассмотреть возможность покупки» не сдавалась голубоглазая.

– «Хотите сделать себе одну из этих уродливых статуй для прудика? Что ж, я в таком не участвую» раскинул руки в стороны Хайген.

– «Довольно! Хватит надо мной насмехаться, я – профессиональная колдунья тьмы» вскипела седовласая.

– «Да вот не знаю даже, либо вы слишком малы для магии, либо стары. С таким ростом и грязным серебром волос точно не скажешь. Ещё и эти веснушки… Видимо, Рейвенкорды кого угодно на приём пускают» глумливо хмыкнул юноша.

Стоящий в стороне Кай цыкнул языком, устав наблюдать за унижением подруги, и оперативно подскочил, положив зеленоволосому руку на плечо:

– «Слушай, модник. Повежливей, пожалуйста, с госпожой чародейкой».

– «А не то?» выгнул брось Хайген.

– «Клавдия, не надо» прикусила губу голубоглазая.

– «Ничего особенного. Просто сдаётся мне, что простой человек, чей век так краток, должен пользоваться любой возможностью совершить сделку с такой госпожой, как моя» оскалился прохвост.

– «Простой человек? Ты хоть знаешь, кто я, служанка?» отвечал собеседник.

– «Хе-хе…» Кай состроил максимально едкое выражение, заглянув прямо в глаза ретивому парню: «Велика честь, щенок».

По коже Хайгена пробежали мурашки.

– «Какая экспрессивная персона» сглотнул он слюну, обратившись к голубоглазой: «Я готов потратить несколько минут своего времени на сделку, если вы позволите забрать Клавдию с собой. Рудия».

– «Я… Я подумаю» скрестила ручки на груди Кристина…

Двое выбрались из постепенно прибывающего столпотворения. Низкая барышня оглядела полученный фолиант, убрав в треугольное окошко подпространства. Между тем вокруг уплетающей пирожные Талавьяны собрались разномастные кавалеры, отчаянно соперничающие за внимание рогатой барышни.

– «Ну что, покончили с твоими планами? Можно я займусь своими?» спросил хвостатый. Поправляя лямку сарафана.

– «В целом да. Но я всё равно хотела бы потянуть до открытия подарков» прикинула она.

Внезапно со спины донёсся мужской голос:

– «Дамы, наконец я вас нашёл. Не желаете угоститься?». Дуэт обернулся на короткостриженого Роберта Рейвенкорда с подносом напитков.

– «Спасибо, мы откажемся» сказала Крис.

– «Правда? Жаль, это прекрасное вино» кивнул мужчина и в зале резко погас свет: «Ой! Кажется, началось!».

Над нарядной сценой в конце зала загорелся свет, привлекая всеобщее внимание к супружеской паре и стоящей перед ними девочке в алом платье.

– «Приветствую всех, дамы и господа! Мы рады, что вы почтили нас своим присутствием в этот светлый день. Нашей любимой дочери исполняется шестнадцать лет, и она наконец становится взрослой…» начал трогательную речь отец семейства, утирая красное лицо платочком.

– «Ты чё-нить видишь?» шепнул юноша.

– «Не беспокойся об этом» отвечала Крис, пялясь в чью-то массивную спину.

– «Что ж, на этом всё! Объявляю празднество официально начатым! Оркестр – музыку, кавалеры приглашают дам!» воскликнул оратор, из последних сил сдерживая слёзы.

В зале вспыхнул свет, и оркестр затянул бодрую мелодию.

– «Клавдия, разрешите вас пригласить на танец?» спросил Роберт, протянув руку.

– «Э-э… Да, конечно» бросил хвостатый, стараясь избавиться от недобрых мыслей.

Народ бросился в пляс, закружившись вереницей разноцветных шелков. Собравшиеся вокруг Талавьяны кавалеры во всю спорили за право пригласить её, разбрасываясь перчатками и оскорблениями. Сама дама молча глядела на всё это, пережёвывая сладкие орешки. Кристина с мрачным видом скучала перед сырной тарелкой, сидя рядом с пожилыми дворянками, обсуждающими прелести садоводства.

– «Дамы! Я завершила свой роман в пять действий, и сейчас зачитаю несколько!» воскликнула одна из них, вывалив на стол многостраничный кирпич.

Весёлая мелодия сменилась медленной и лиричной. Оттанцованного Кая выхватил из рук Роберта зеленоволосый Хайген:

– «Клавдия, подаришь мне танец?».

– «Э-э… А как же ваши спутницы?» прищурился зубоскал.

– «К дьяволу их, ты всё никак не выйдешь у меня из головы. Твой взгляд… Он пропитан магией» ахнул торговец книгами, закружив переодетого бродягу в танце.

Кавалеры Талавьяны похватались за шпаги и выскочили на улицу, а на смену им подошёл новый десяток. Она продолжала поглощать всё содержимое стола с десертами, периодически отпуская кокетливый смешок или лёгкий кивок какому-нибудь из мечущихся дворян. К скучающей Кристине подошёл дрожащий дедушка, едва переставляющий ноги:

– «М-мадмузаель, н-не подарите м-мне т-танец?».

– «А? Я?» в голубом взгляде промелькнул интерес: «Ну-у… Хоть какое-то развлечение».

– «Н-нет, н-не вы» прохрипел дедушка, взяв под руки бабулю со вставной челюстью. Теперь седовласая осталась вовсе одна за столом. Она с раздражением встала и направилась в сторону балкона, по пути столкнувшись с высоким индивидом в громоздких доспехах, покрытых церковной символикой.

– «Простите. Вы не ушиблись?» из-под доспехов донёсся женский голос.

– «Нет» фыркнула Крис, самостоятельно поднявшись и продолжив путь…

Спасаясь от отчаянных кавалеров, Кай улучил минутку, шмыгнув в центр толпы, откуда по стенке дополз до балкона. Здесь он обнаружил Кристину, стоящую с разбитым видом в окружении разгорячённых этой ночью молодых дворян, наслаждающихся компанией друг друга.

– «О! Рудия, как делишки?» спросил он.

– «Превосходно в десятой степени, как видишь» буркнула низкая барышня.

– «Знаешь, а так сразу и не скажешь» юноша почесал кисточкой хвоста подбородок.

– «Да нет, всё хорошо» скрестила ручки на груди она.

– «Правда? Ты часом не расстроилась из-за того, что тебя никто не пригласил танцевать?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Что? Пф-ф! Ни в коем случае! Танцы – примитивное развлечение для скудных умом людей. Меня такое не интересует» задрала нос голубогалазя.

– «А мне сдаётся, тут дело в другом. Быть может, ты обиделась, на то, что твоего ряженого в бабу друга пригласили танцевать больше раз, чем тебя?» надавил Кай.

– «Повторяю: мне не интересны танцы» раздражённо фыркнула она.

– «Крис. У тебя точно не Эти Дни?» ухмыльнулся он, запустив руку в карман сарафана.

Глаз девушки дёрнулся, и она крикнула:

– «Да, у меня Эти Дни! Доволен!?».

– «Э-э» растерялся хвостатый. Занятые друг другом парочки отвлеклись на миг, осмотрев источник шума, но затем продолжили как ни в чём не бывало.

– «Всё, Кай, отвали! Иди там к Талавьяне поприставай, а я хочу побыть одна» процедила сквозь зубы собеседница.

– «Ясно. Мы опять превратились в снежную королеву…» с усмешкой покачал головой юноша, схватив подругу за талию: «Ну, королеве полагается королевский танцпол».

– «Что? Ты что собрался…» оборвалась на полуслове дама, когда скиталец рывком закинул её на плечо и спрыгнул с балкончика.

Прорвавшись сквозь кусты, Кай поставил вяло сопротивляющуюся девушку.

– «Кай, я не мешок картошки, чтобы при каждом удобном случае кидать меня на плечо. И куда ты нас завёл?» она огляделась, обнаружив себя на сгнившей от времени деревянной террасе с обвалившейся вбок крышей, что окружена обветшалыми статуями, увитыми плющом.

– «На танцпол» улыбнулся юноша. Полная луна вышла из-за туч, осветив его бледное лицо. Оркестровая музыка тихонько играла вдалеке из-за кустов, сквозь которые едва пробивался тёплый свет.

– «Эх-х… Ты же от меня не отстанешь, пока я не поучаствую в твоей глупой забаве?» в очередной раз вздохнула Крис, теребя пальцами кончик косы.

– «Ну, правила игры ты уже знаешь – это хорошо» зубоскал протянул руку.

– «Ладно. Покончим с этим» закатила глаза барышня, приняв приглашение.

Друзья пришли в движение. Лишь луна и статуи стали невольными свидетелями сего танца. Юноша был быстр и излишне энергичен, будто каждым движением старается раскачать подругу. Та же напротив, медленно и тягуче переставляла ноги, всем видом выражая нежелание.

– «Ну-ка взбодрись!» рявкнул он, крутанув седовласую, будто волчок.

– «Ай! Аккуратнее!» пискнула она.

– «Что, уже просишь пощады? А говорила, что танцевать умеешь. Подводишь, госпожа чародейка» усмехнулся язвительный негодяй.

– «Я тебе покажу, «подводишь». Следи за ногами, простак!» голубые глаза внезапно исполнились сиянием, а на веснушчатом лице появился азарт.

– «Да-да, было бы неприятно, если бы я случайно на тебя наступил» скалился хвостатый.

Танец вышел довольно экспрессивным. Он походил на смесь элегантного танго, потасовки пьяниц у кабака и деревенских плясок на весенние праздники. В какой-то момент луна покинула товарищей, оставляя наедине со статуями.

– «Хоп!» прокряхтел Кай, подкинув и поймав подругу. Что примечательно, для этого он использовал обе руки.

– «Ха-ха, чего так низко? Боишься?» хихикнула повеселевшая особа.

– «Честно говоря, да. Не хотелось бы запустить тебя в куст борщевика» кивнул он.

– «Выше!» со смехом попросила она.

– «Хочешь выше? Ну, потом не жалуйся на ветки в волосах!» с резким запалом произнёс бродяга, подбросив девушку ещё раз…

Выдохшиеся танцоры взяли небольшую передышку. Кристина облокотилась о трухлявые перила беседки, а Кай вытащил из-под завала поросший мхом пенёк.

– «Да уж. Дворяшкам определённо надо заняться этим местечком» хмыкнул он, достав сигарету.

– «Кай. А ты помнишь, как мы встретились в первый раз?» внезапно спросила подруга.

– «Камилла притащила тебя в дом Феолирия» пожал плечами курильщик.

– «Нет, ну а в подробностях?» склонила голову низкая барышня.

– «В подробностях? Хм-м… Ну, я тренировался как обычно. Ничто не предвещало беды. И вдруг приходит тётя-вампир, которую я до этого уже видел пару раз под руку с мелким пацаном в рунической робе. Феолирий и тётя уходят, а я остаюсь один на один с этим пацаном. Помню, что он даже руки мне не пожал, лишь высокомерно спросил: «Маг?». Ну, я и срифмовал, отчего длинные уши этого явно культурного мальчугана чуть не свернулись в трубочку» вспоминал юноша.

– «Да, ребёнком ты бранился намного чаще, чем сейчас» подметила девушка.

– «Угу… А потом я чё-то такое сказал, что этот пацан зарыдал как девчонка. Что ж я такого сказанул?» задумался он.

– «Этот «пацан», как ты меня обозначил, назвал тебя бескультурным. А ты в ответ сказал, что у меня кривые ноги. Я особенно тяжело в те времена переживала всё, что связано с ногами, ещё свежи были воспоминания о костре, вот и разрыдалась» пояснила Крис.

– «Звучит реалистично. Не помню, извинялся ли я за тот случай, но на всякий: звиняй» почесал затылок хвостатый.

– «Я не в претензии. К тому же с ногами действительно всё печально. До сих пор» отпустила вздох собеседница.

– «Забей, всё у тебя с ногами нормально» отмахнулся зубоскал.

– «Дело не только в ногах. Посмотри на меня, я объективно далеко не красавица» указала на себя пальцем седовласая.

– «Выманиваешь из меня комплименты? Не выйдет, мой сегодняшний лимит чувственности исчерпан» хищно ухмыльнулся юноша.

– «Чёрт, а было так близко» улыбнулась в ответ дама: «Ну хоть один маленький, давай».

– «У тебя аппетитные уши» он насмешливо обнажил клыки, а длинные девичьи уши дёрнулись.

– «Ясно всё с тобой» последовал разочарованный ответ.

Кристина взглянула на луну:

– «Кай, а о чём ты в последнее время думаешь? Я не про планы или цели, а просто…».

– «Да у меня как-то нет времени думать – надо хреначить. Думаешь в нашем дуэте ты» мотнул головой юноша.

– «Ну о чём-то же ты думаешь? Я вот, например…» чуть замялась девушка: «На море хочу. Поскенурское. С чистым песочком и голубым небом. Чтоб все вместе на диком пляже: ты спалишь шашлыки, Диви наготовит вкусностей, Тала выловит морскую зверюгу, а я просто раскинусь на полотенце и буду лежать, и лежать…».

– «Думаю, это называется мечтами» бросил Кай: «Я уже лет десять ни о чём не мечтаю. Вот вообще, будто чистый лист. Годы идут, а я всё об одном: пожрать, выжить, убить монстра. Ни готовку толком не освоил, ни магию. Впрочем, я Тале уже высказал по этому поводу недавно».

– «Грустно. Знаешь, вот смотрю я на тебя, и мне становится не по себе. Ну невозможно жить в таком ритме человеку, ты фактически разрушаешь себя. Раньше ты, например, мог искренне улыбаться, а сейчас одни ухмылки, да ужимки. Будто спазм» выдала она.

– «Не сгущай краски, я всё ещё живой сижу перед тобой» ответил хвостатый.

– «Да, но я очень боюсь, что однажды ты вернёшься ко мне уже не собой. Ты будешь сидеть передо мной вот как сейчас, ухмыляться, что-то говорить, но это будешь совсем не ты, а опустошённая бесконечной гонкой оболочка. Недавно мне даже кошмар такой приснился. Я пыталась у тебя что-то узнать, а ты просто говорил заготовленными фразами и глаза у тебя были совсем неживые… Кай, я не хочу остаться одна в этом огромном мире» постепенно голос барышни всё сильнее дрожал. Под конец она начала шмыгать носом.

– «Ну что ты, всё будет норм. Люди меняются, но остаются прежними – личность из человека не вытравишь» пожал плечами курильщик.

– «Иногда… Иногда у меня возникают сомнения, чувствуешь ли ты помимо боли и злобы хоть что-то. Да, я знаю, это глупо, ведь есть неоспоримые доказательства обратного, но может… Однажды боль и злоба вытеснят из тебя иные чувства, как из-за гонки с самим собой ты лишился возможности мечтать» на седых ресницах застыла влага. Девушка подняла глаза и одновременно с тем из-за тучи показалась луна.

– «Крис. Я был пьян, не в себе и поддался аффекту» внезапно отрезал юноша, с серьёзным лицом приблизившись к даме. Сигарета полетела в сырую траву.

– «Чт…» осеклась она, когда к холодным и мягким губам припали горячие и сухие. С ресниц вспорхнули слёзы, будто капельки утренней росы. Сигарета зачахла в траве, а ветерок звякнул кольцами в ухе…

23-2

На задворках дворянского имения собрались двое старых друзей, окружённые статуями.

– «Тьфу-тьфу! Гадость!» отплёвывалась Кристина: «Почему мой первый поцелуй забрал одетый под женщину бомж посреди каких-то развалин? И почему он был с привкусом табака!?».

– «Ну извините, как есть» пожал плечами хвостатый.

– «Извинений тут будет мало!» она скрестила ручки на груди, зыркнув хитрым взглядом: «Зачем ты вообще это сделал?».

– «Будет трудно объяснить, особенно с учётом, что я сам без понятия зачем» почесал затылок он.

– «Знаешь, данный жест я никак не могу классифицировать в реалиях наших дружеских отношений. Для тебя и для меня это нонсенс» она приложила палец к губам.

– «Я поцеловал тебя просто потому, что захотелось» бросил юноша.

– «А по какой причине захотелось?» спросила барышня.

– «Не знаю… Твой вид и слёзы… Я не хотел, чтобы ты плакала» через силу проговорил хвостатый.

– «То есть это поцелуй из жалости? Хех… Ну а чего ещё можно было ожидать?» печально усмехнулась голубоглазая, убрав палец от губ.

– «А ещё, потому что ты выглядела как-то особенно в лунном свете. Будь я поэтом, то сказал бы, завораживающе. Будто самая яркая ягодка на кусте. И я не смог устоять перед шансом сорвать её» проявляя некоторую неловкость, завершил мысль товарищ.

Угасший было взгляд девы вспыхнул интересом с двойной силой.

– «Ясно. Вероятно, это один из тех случаев, что не поддаются трактовке. Так или иначе, если данный инцидент когда-либо повторится вновь, то я бы хотела не иметь привкуса табака на губах» с хитринкой произнесла девушка.

– «Это ты так намекаешь, что я должен ради тебя бросить курить? Не мать, много хочешь» покачал головой бродяга.

– «Не ради меня, а ради своего здоровья. И вообще… Мы ведь просто сделаем вид, что этого поцелуя никогда не было и больше не будем его упоминать? Как тот раз, когда я вошла к тебе в комнату без стука?» тихо пролепетала барышня.

– «Как видишь, этот случай ты очень любишь мне припомнить. Я уже не знаю, что сказать по этому поводу. Просто расценивай моё поведение как очередное проявление прогрессирующей шизофрении или галлюцинаций от лекарств Виса» развёл рукой прохвост.

– «Я уже определилась, как относиться к данному проявлению. Но тебе не скажу!» кокетливо хихикнула седовласая, спрятав руки за спину.

– «О чём мы вообще говорим…» покачал головой юноша, растрепав мягкие волосы подруги: «Ладно. Хватит размусоливать одно и тоже. Пойду-ка я займусь делом. Думаю, уже пора – музыка стихла. А ты пока вернись в зал и погляди, что там с Талой».

– «Хорошо» кивнула она.

Кай скрылся за деревом, не в силах унять яркий блеск янтарных глаз. Он прошёл мимо исколовших друг друга шпагами ухажёров Талавьяны и шмыгнул в тёмный дверной проём. Крис вынула из волос листочек, покрутив в пальцах. С её холодного лица не слезала наивная улыбка от уха до уха и горячий румянец…

***

Утро Габриэля Теншлица началось в поту. Он очнулся от кошмара, в состоянии аффекта забыл про утреннюю молитву и сразу отправился в ванную, где провёл некоторое время.

Утро пахнуло свежестью в лицо, белый голубь сел на плечо, но томное беспокойство никак не могло отпустить юную душу. Габриэль поднял голову к небу, увидев лишь глухой шлем Фалмес, стоящей за спиной.

– «Фалмес, не стой за мной» раздражённо пробурчал он, оправившись к столпившимся за решёткой людям.

– «Х-хорошо…» с некоторым недоумением произнесла дама.

Светлый Вихрь в очередной раз принял страждущих, давая отстранённые советы.

– «Батюшка!» перед паладином на колени упала молодая девушка в шали с ужасным шрамом на лице: «Пару лет назад меня из родных краёв выкрали полулюди-бандиты. По их грязным рукам я дошла до банды Рогов, которых недавно разбили кайзеровцы под Нишиньевым. Родни у меня не осталось, только брат. Помогите найтись, прошу! Его зовут Вильгельм Родионович Бертье».

– «Приношу свои извинения, но Церковь Белой Звезды не занимается поиском пропавших родственников. Обратитесь в подходящие инстанции или наймите сыщика. Я буду молиться на успешность ваших поисков, и пусть Белая Звезда направит вашу поступь к брату» произнёс юноша, обводя девушку хитро сложенными пальцами…

Двое молча тряслись в карете на пути к неведомой цели.

– «Фалмес, куда мы едем?» недоверчиво зыркнул Светлый Вихрь.

– «Забрать твой костюм из ателье» без эмоций отвечала барышня.

– «Почему не прикажешь слугам?» продолжал выспрашивать он.

– «Я хочу посмотреть, как он на тебе сидит и сразу внести правки, если понадобится. Ателье по пути к имению Агрестов, много времени не потеряем» проговорила она, вычеркнув нечто из записной книжки, затем бросила: «Вчера ты так и не рассказал до конца ыту историю про Кая».

– «Да, разве?» хмыкнул Габриэль, пряча глаза.

– «Остановился на моменте, когда твоя сестра устроилась в академию» наивно кивнула она.

Паладин поудобней устроился на лавке, с неохотой начав:

– «Ну слушай. Арлет в академии Молчаливого Порицания училась как любой другой студент, местами не без проблем, но в общем сносно. Поскольку мы с самого детства не виделись, мне пришлось приложить много усилий, дабы найти общий язык. Однако я это сделал… Сделал… Огненное чудовище тем временем жило свою жизнь: калечило и обманывало людей, истребляло колдовские ордена, как минимум один – Ведьмы Малого Пера, и пыталось сдать экзамены. Оно на удивление никудышный маг и подруги изо всех сил пытались его чему-то научить».

– «А кто вообще дружил с этим монстром? Какой человек на такое способен?» с интересом спрашивала Фалмес, машинально придвинувшись к собеседнику.

– «Если тебе так интересно…» Габриэль вжался в бортик кареты, стараясь не подавать вида, что общество дамы вызывает у него иррациональный дискомфорт: «Первую звали Кристоденель. С ней я знаком лучше всего, поскольку ходили в один кружок. Чудовище и она общаются очень давно, чуть ли не с семи лет. Бог наделил её математическим складом ума, выдающимися магическими способностями и сединой с вдобавок к ужасной педантичности. Неприятный для общения человек, вечно поправляет, имеет высокое самомнение и верит в науку, отвергая истинного бога. У них во взаимоотношениях с чудовищем что-то вроде постоянной борьбы за авторитет».

– «А остальные?» церковница буквально заглядывала спутнику в рот, стараясь уловить малейшие детали истории.

– «Я их не так хорошо знал. Одна – безродная колдунья стихии тверди. Даже имени не вспомню. Возможно, у неё рога были… Или нет. Очень глупая и своенравная особа. Другая – дворянка высшего эшелона. Слышала про семейство Виргнвольфмёрц?» произнёс юноша.

– «М-м… Если я правильно помню, то блондинка из королевского совета носит фамилию Виргнвольфмёрц. На её гербе ещё волк и розы, верно?» отвечала высокая барышня.

– «Именно. «Блондинка из королевского совета» – сестра подруги чудовища. Они рассорились по причине мне неведомой, и теперь подруга чудовища прячется как от закона, за побег из темницы, так и от своей сестры. Но повздорили они уже после событий, о которых я хочу тебе рассказать» изрёк он, и тормоза кареты скрипнули. За окном показалась вывеска: «Ателье Золотая Нить».

– «Кажется приехали. Давай ты позже расскажешь? Только не забудь!» с нескрываемой досадой бросила барышня, указав на вывеску.

– «На всё воля божья» донеслось в ответ…

В ателье Габриэль примерил новый костюм: белые брюки с туфлями, рубашка, жилет и лёгкая накидка с церковной символикой.

– «С этим костюмом совсем неудобно носить меч. Где накладки под левую сторону? Мне же натрут ногу ножны» заявил паладин.

– «Момент, батюшка! Всё сделаем!» подорвался с места портной, однако его остановила Фалмес:

– «Стойте-стойте, не надо накладок». Она обратилась к спутнику:

– «На приём запрещено проносить оружие».

– «Как? Я н-никуда без меча не пойду!» внезапно запротестовал тот.

– «Я могу попробовать отправить запрос или ещё что-то, но давай лучше об этом в карете. Скажи, костюм нигде не жмёт?» скромно спросила барышня.

– «Нет» отвечал он.

– «Хвала Белой Звезде» выдохнула Фалмес, затем протянула портному кошель: «Вот вторая часть. Да пребудет с вами свет».

– «Спасибо, всего хорошего!» поклонился усатый портной, пряча кошель за пазуху…

Пока церковная карета неспешно пересекала многослойные столичные улицы на пути к поместью Агрестов, юноша сумел уговорить девушку спрятать свой палаш в наколдованное ею подпространство.

– «Х-хорошо. Мне всё ясно. Попробуй положить в подпространство меч. Если… Если нас раскроют, то я возьму ответственность. Но не грешно ли нам так нарушать правила?» задумалась барышня, взмахом руки открывая окно в подпространство.

– «Нам – нет» отрезал Светлый Вихрь, упихав внутрь меч…

Карета Агрестов ожидала у поместья. Мисс и миссис выбрались за ворота в сопровождении служанок со звериными лицами, покрытыми шерстью.

– «Отец Габриэль» поклонилась старшая, хлопнув дочку по спине.

– «Благословите, отец Габриэль» та совершила реверанс.

– «Да направит вас свет Белой Звезды» кивнул юноша: «Моя карета будет сопровождать вашу. Где кучер?».

– «Это я, господин» коротко бросила белошёрстная служанка, шагнув вперёд.

– «Вы? Хм-м… Езжайте аккуратно, никого не обгоняйте. Если потеряете нас из виду, то скорости не сбавляйте. Имейте в виду, что везёте бесценных пассажирок» важно проговорил Светлый Вихрь.

– «Слушаюсь, господин» отчеканила служанка.

– «Отец Габриэль!» внезапно воскликнула миссис Агрест: «Что же вы ничего не сказали своей невесте? Видимо, тренировки вас совсем измотали…».

– «Комплимент платью» шепнула Фалмес с неприкаянным видом.

– «О-о, Машенька, вы великолепны! Вам очень идёт этот фасон. И вам, миссис Агрест» состроил милую улыбку юноша, оглядев дам. Они обе были одеты похожим образом: фиолетовое платье, оранжевая кофточка с рюшками, шляпки и туфельки.

– «Право, вы очень милы, отец Габриэль. Машенька, скажи спасибо» зардела мать.

– «Спасибо, отец Габриэль» с некоторой усталостью в тоне поклонилась дочь...

Под присмотром вечернего солнца Фалмес и Габриэль быстро домчались до имения Рейвенкордов. Всю дорогу они внимательно вглядывались во мрак подворотен, лишь выехав в поле смогли слегка выдохнуть. Девушка сняла шлем, промокнув вспотевший лоб платочком.

– «На выход» сухо бросил Габриэль, когда карета остановилась.

– «Да» уверенно кивнула спутница, надевая шлем.

Звероподобная служанка Агрестов спрыгнула с кучерской скамьи, ловко распахнув дверь в карету. Вторая помогла хозяйкам спуститься. Тем временем молодые церковники с пафосно шагнули на брусчатку. Внезапный ветер развил полы плаща и чистый блонд волос. Стоящие на проходной дворяне обратили свои взгляды на Светлого Вихря, и по толпе прошёл ропот.

– «Отец Габриэль, возьмите же вашу невесту под руку. Так будет благолепней» улыбнулась миссис Агрест.

– «Да, конечно» обречённо кивнул паладин, стараясь сохранять на лице роскошную маску, и взял маленькую девочку за руку: «Пойдёмте».

Всю компанию пропустили без очереди, заставив иных дворянских особ поворчать. До банкетного зала их проводил добрый десяток слуг, а встречать вышел сам глава семейства Рейвенкордов.

– «Здравствуйте, отец Габриэль, мисс и миссис Агрест» поклонился он.

– «Да укажет вам путь Белая Звезда, господин Рейвенкорд» взмахнул рукой блондин.

– «Добрый вечер, благодарим за оказанную честь быть приглашёнными на сей чудный приём» миссис Агрест протянула руку для поцелуя. Её дочка в очередной раз отпустила реверанс.

– «Я искренне рад вас видеть на сегодняшнем мероприятии» глава Рейвенкордов поцеловал протянутую ладошку: «Прошу, проходите. Мы скоро начнём».

Слуги проводили Габриэля с компанией до специально выделенных мест. Фалмес встала за его спиной, а две служанки устроились позади своих хозяек.

– «И что теперь?» бросил юноша в пустоту.

– «Ждать» с хищной простотой проговорила миссис Агрест…

Светлый Вихрь облокотился на руку, без интереса наблюдая за мельтешащими тут и там дворянами. Вот тучный мужчина с цилиндром отчаянно пытается усидеть на крошечном стульчике, не грохнувшись на прелестного сложения девушку за его спиной. Вот два пижона с милейшими улыбками обсуждают нечто важное, постоянно подавая знаки стоящим за их спинами головорезам. Взгляд юноши зацепился за розовый локон, выпавший из-под дорогого парика женщины в возрасте. Она быстро прошла мимо, ведомая за руку важного вида мужчиной.

– «У той женщины розовые волосы…» случайно произнёс вслух юноша.

– «О, да! Розовый цвет волос сейчас в моде, отец Габриэль» произнесла миссис Агрест, указав на восемь абсолютно идентичных барышень с розовыми волосами, что сидели порознь за одним столом и пожирали друг друга злобными взглядами.

– «Ясно…» протянул блондин, разглядывая место, где ещё секунду назад находилась розововолосая дама.

Внезапно свет погас и со сцены ко всем присутствующим обратился глава дома Рейвенкордов. На своём выступлении он чуть не расплакался, что все присутствующие единогласно решили проигнорировать. Заиграла музыка, гости бросились в пляс.

– «Отец Габриэль, не желаете ли пригласить вашу невесту на танец?» с довольным лицом подсуетилась миссис Агрест.

– «Всегда рад» через силу улыбнулся он, после чего обратился к Маше: «Позволите?». Та кивнула и двое устремились в центр зала.

Из-за чрезвычайной разницы в возрасте и росте Габриэль со своей невестой толком не могли исполнить никакой танец, поэтому лишь дёргались из стороны в сторону, спрятав взгляды.

– «Эм-м… Как дела в академии?» не в силах больше молчать спросил юноша.

– «Хорошо» буркнула девочка.

– «Да? Я рад…» неловко усмехнулся он.

Когда Габриэль уже намеревался вернуться на место, отпустив-таки Машу, по его плечу постучали.

– «Отец Габриэль, не желаете ли станцевать?» улыбнулась молоденькая дворяночка, протянув руку. Позади неё выстроилась целая очередь из дам, страждущих станцевать со Светлым Вихрем.

– «К-конечно» серый глаз дёрнулся, и паренёк вновь закружился в вальсе.

Между тем миссис и мисс Агрест собрались в уборную, вынудив Фалмес отправится с ними. На обратном пути дамы случайно разделились и в церковницу со всего маху влетела низкая седая девушка. Фалмес хотела помочь ей встать, однако та сама вскочила, умчавшись на балкон.

– «Странная бабушка» поправила шлем блондинка, продолжив поиски Агрестов. Они нашлись у стола со сладостями, где вокруг высокой рогатой дамы собралась целая толпа кавалеров. Эта дама и обстановка вокруг поистине производили впечатление. «Королева стола с десертами» невольно мелькнуло в голове у Фалмес.

С боем умыкнув кремовые пирожные из-под носа «королевы», три барышни и служанки направились к насиженному месту, где обнаружили разбитого и растрёпанного Габриэля, лицо которого выражало вселенскую муку, а на воротнике красовался смазанный след помады.

– «О боже, отец Габриэль!» воскликнула миссис Агрест, бросившись к нему с платочком: «Совсем измотали вас эти нахалки, бедненький? Ничего, сейчас всё поправлю».

– «Спа… Сибо…» прохрипел юноша, не в силах больше улыбаться и откинулся на спинку стула…

***

Вернувшись с ночного рандеву, Кай быстро выкинул ветер из головы и направился по коридорам вглубь имения. «У меня есть три варианта, как попасть в кабинет. Было больше, однако выкрасть ключ у главного Рейвенкорда я в нынешних реалиях уже не смогу. Сперва попробую влезть через окно. Если оно заперто или под сереной, то возвращаюсь назад и разогреваю замок до тех пор, пока не лопнет. Да, в этом случае без следов не выйдет, но хоть как-то. А третий вариант… Нет, ладно, у меня нет третьего варианта. Просто загадочный «третий вариант» звучит лучше, чем «импровизируем», так?» вертелось в горячей голове.

Внезапно из-за спины раздался мужской голос:

– «Клавдия, что вы здесь делаете?». Кай обернулся, узрев изрядно подвыпившего Роберта Рейвенкорда.

– «Я искала дамскую и заплутала» пропищал высоким голосом хвостатый.

– «Клавдия! Я должен вам признаться» мужчина положил скитальцу руки на плечи: «Я давно уже не мальчик, и не верю в чудеса, но вы Клавдия, вы… Вы заставили меня поверить в любовь с первого взгляда. Столь обворожительной и манерной девы я не встречал никогда. Я влюблён! Прошу, разделите эту ночь со мной».

– «Э-э… Знаете, я не такая» кокетливо ухмыльнулся бездомный оборванец в платье.

– «Прошу, не надо. Вы раните меня в самое сердце» Роберт схватил юношу за руки: «Я полюбил каждую вашу черту. Этот замазанный шрамик на носу, родинка над губой, ваш лихой взгляд и круги под глазами. Даже рука… Право, я всё заметил! Для меня не проблема ваша нерабочая рука. Прошу, будьте со мной сегодня. Я возьму лучшего вина из кабинета брата, угощу вас заморской красной дыней, мы зажжём свечи, что пахнут тысячью цветов».

– «Не…» хотел было начать скиталец, однако внезапно его взгляд заострился: «Вино из кабинета вашего брата? О-о-о… Верно, у него самые тонкие сорта имеются?».

– «Сливки элиты СБД не могут себе позволить то, чем я готов угостить вас. Прошу, пойдёмте, тут недалеко» Роберт потянул Кая за собой. «Боже, если ты есть… Спасибо за халяву, хоть в кои-то веки» пронеслось в голове…

***

Разорванный дамами Габриэль Теншлиц, собранный буквально по кусочкам миссис Агрест, восседал за столом, просто пытаясь пережить сей шумный приём. Расфокусированный серый глаз зацепился за столь же серое пятно волос, мечущееся среди людей. «Где-то… где-то её видел» про себя отметил юноша. К его большому удивлению и сожалению данное пятно начало стремительно приближаться.

– «Отец Габриэль, добрый вечер! Простите, что отвлекаю. Я – Рудия Хелен Фон Ириялс, мы с вами недавно говорили на приёме Агрестов по поводу охранного соглашения. Есть подвижки?» произнесла низкая седовласая дама с ярко-синими очами.

– «Всё на рассмотрении» обессилено пробубнил он.

– «На рассмотрении. Я поняла… К слову, на проходной меня всё никак не хотели пропускать. Охранник твердил, что уже пропускал меня, но настойчивость побеждает глупость. Рейвенкордам бы получше отбирать свой персонал. Стойте-ка… А кто это там ходит? Неужели…» Рудия выпучила глаза, указав пальцем вглубь толпы.

***

Глухой стук. Кай поставил на стол бутылку понюхав пробку:

– «М-м… Станичное Особое, сорок марок два литра. А вкус как в лучших домах СБД». У его ног валялось бессознательное тело Роберта, пускающее слюни. Костялвые плечи снимают с шеи мужчины связку ключей, один из которых подходит к сейфу под столом. Внутри обнаружились пятнадцать тысяч марок, кожаные туфли, офицерское удостоверение и диплом о среднем образовании на имя Роберта Рейвенкорда.

– «Сдаётся, это нихрена не кабинет твоего брата. Исходя из планов этажа, здесь должна быть кладовка для швабр. Ох-х, голожопый кавалер» юноша затащил ухажёра в кресло, придав естественную позу, да так и оставил.

Настоящий кабинет главы семейства охранял унылый стражник с двумя саблями.

– «Уважаемая, не открывайте окно, пожалуйста» буркнул стражник, наблюдая как хвостатый распахнул окно.

– «Но мне так жарко» томно произнёс юноша, облокотившись о подоконник. Ветер растрепал крашеные волосы:

– «Хочешь меня?».

– «Никак нет, госпожа. Возвращайтесь в зал» отвечал мужчина.

– «Я некрасива для тебя?» не сдавался прохвост, потихоньку приближаясь к стражу порядка.

– «Мэм, возвращайтесь в зал» тяжело вздохнул тот.

– «Брось, я же вижу, какими глазами ты на меня смотришь» сквозь зубы пробурчал хвостатый, сделав ещё шаг.

– «Мэм, никакими глазами я на вас не смотрю. Я вообще не люблю женщин, если вам так доходчивей. А теперь прошу, вернитесь в зал» не выдержал мужчина.

– «А я и не женщина» перешёл на свой голос скиталец, зарядив стражу в лоб бутылкой, выуженной из-под подола.

Вложив бессознательному стражу в руку бутыль Станичного Особого, Кай перелез через подоконник. По карнизу он аккуратно добрался до окон кабинета. Одно из них оказалось чуть приоткрыто.

– «Ну всё, мы внутри» выдохнул юноша, прошмыгнув внутрь. Неожиданно в углу комнаты загорелись две алые точки.

Удар, хлопок! В миллиметре от заострённого уха с серёжками проносится каменный шип. Колечко на глазу оборванца загорелось, позволяя видеть в густой темноте, созданной плотными занавесками. Пред ним предстал крохотный голем, усеянный руническими символами, что во всю готовил новую порцию каменной шрапнели.

– «Да ты смеёшься!?» прошипел огненный колдун, снова уклоняясь от россыпи снарядов. Пинок! Голем падает под стену, а затем оказывается вероломно выкинут в окно третьего этажа и скатывается по косогору к реке.

– «Фух. Ну, наверное хозяин может подумать, что голем выпал в окно сам…» бросил зубоскал, затем развернулся, узрев разрушения, оставленные шрапнелью: «Ладно, проехали. Тихо не вышло».

Пришлось потратить некоторое время, чтобы оплавить огнеупорный сейф. Из носа заструилась кровь и замок с неприятным чавканьем вылился к ногам, едва не спалив сапог.

– «Так, где там письма Виса?» колдун прикусил язык, торопливо листая папки: «Нашёл, Де Грейлины!». Костлявая лапа вытаскивает из-под подола платья стопку фальшивых писем, аккуратно заменяя старые на новые.

– «Так. Надо ещё денег спереть, чтоб было не так очевидно, зачем я сюда притащился. Надеюсь, Роберт ничего не вспомнит после такого объёма отборного бухала и удара по голове. А если вспомнит, то Крис может оказаться в опасности… Чёрт, надо было его прикончить для надёжности» вслух рассуждал взломщик, захлопнув развороченную дверь сейфа и направившись прочь…

***

Габриэль через силу поднялся, дабы получше разглядеть, вокруг кого начала собираться толпа. Из недр до его уха доносились недобрые крики.

– «Габи, там похоже собирается драка. Что мы будем с этим делать?» шепнула Фалмес.

– «Ничего. Пусть стража работает» вяло махнул рукой блондин.

– «Габи, но мы же паладины! Пошли, надо помочь запутавшимся людям разобраться!» эмоционально воскнула барышня.

– «Ладно, как тебе будет угодно» тяжело вздохнул бедолага, встав со стула.

– «Машенька, смотри! Сейчас мы увидим отца Габриэля в действии» благоговейно затаила дыхание миссис Агрест.

– «Да, мама» изнурённо кивнула Маша.

Церковники, бесцеремонно пробив себе дорогу в сердце толпы, узрели следующую картину: две низкие седые дамы, одна с бирюзовыми другая с ярко синими глазами, громко спорили о чём-то. Заострённые уши первой торчали в бока, второй вверх. Внешность и телосложение они имели схожие, за исключением того, что лицо Кристины покрывали веснушки, а Рудия имела намного более выдающийся бюст, нежели её дочь.

– «…Ты! Да как ты смела прийти сюда, украв мою личину и ещё что-то мне высказывать!?» всплеснула руками мать.

– «Не украла, а одолжила. Я понимаю, тебе неприятно, но давай не будем устраивать публичную истерику, как ты любишь, а просто разойдёмся. Не чини мне проблем, пожалуйста» сухо проговорила дочь.

– «Не чинить проблем!? Ты, должно быть шутишь!? После того, как ты бросила свою семью на произвол судьбы! У нас только начинало всё налаживаться, а ты, дрянная девчонка, всё это разрушила» воскликнула Рудия.

– «Мне ни на малейшие доли процента не стыдно, что я ушла от тебя. Я ни тогда ни сейчас не позволю насильно связать мою судьбу с каким-то жирным старым дворяшкой ради денег» парировала Крис.

Габриэль застыл на месте, разглядывая спорящих дам. Он вот совсем не хотел подходить ближе, будто ощущая острые ледяные пики, окружившие их…

***

Ещё до входа в зал Кай почуял что-то неладное. Сомнения подкрепил вид натекающей толпы. Он быстро подошёл к отчаянно подъедающей последние сласти Талавьяне, прошептав:

– «Тала. Марш в карету. Мы всё сделали, пора сваливать. Я пойду поищу Крис».

– «П-пого… Ди… Ещё одна профи… Тролька» простонала дама, едва протягивая отяжелевшие ладони к заветному лакомству.

– «Нет, быстро шуруй в карету. Иначе мы больше не возьмём тебя на приёмы» костлявые пальцы выхватили профитроль из-под носа шатенки, отправив в клыкастую пасть.

– «Л-лад… Ой… Принь… Ой… принято шеф» буркнула заметно округлившаяся Тала, выползая из-за стола.

Тем временем две родственницы разошлись не на шутку. К ним окольными путями потихоньку начали стекаться стражи наперегонки со скользящим меж людской массы Каем.

– «…Ты – бескультурная воровка. Точно не та девочка, которую я родила на этот свет. И… Лучше бы… Лучше б ты сгорела на том костре до конца! Тогда бы Орланд не впал в уныние и не сошёл бы с ума, заточив моих детей в ледяных кристаллах» со злобой продекламировала Рудия.

– «А, так значит!? А что ты сделала, чтобы помешать отцу сойти с ума!? И что ты сделала, чтобы расколдовать своих детей!? Я, между прочим, на этом приёме раздобыла книгу, которая с высокой вероятностью может содержать нужные сведения об их состоянии» фыркнула Крис.

– «Селеста. Твой отец убил их, как ты всё не поймёшь!? Они мертвы, им не помочь – это лишь посмертные статуи, пылящиеся в недрах сгоревшего имения», отрезала мать.

– «Не зови меня так. Ненавижу, когда меня называют вторым именем» угрожающе проговорила Кристина. Её глаза вспыхнули, а на плечо легла большая рука.

– «Так, вы обе омрачаете времяпрепровождение остальных гостей в праздничный день. Пройдёмте с нами» пробасил высокий стражник…

***

Голову Габриэля резко заполнили отголоски былого. Неприятно засосало под ложечкой.

– «Габи, почему мы стоим и ничего не делаем. Надо заявить о себе и…» осеклась Фалмес, услышав визг толпы и звон бьющейся посуды.

– «Разойдись, говноеды!» выкрикнул Кай, буквально по головам добежавший до Кристины и вырвавший её из рук стражи.

Светлый Вихрь поднял круглые глаза. Время для него замедлилось. Неумело окрашенные красно-пепельные волосы, стёршийся макияж, ярко горящий янтарный взгляд, клыки, сложенные в уродливую улыбку и засучившееся платье, позволяющее разглядеть множество шрамов на волосатых ногах в обрамлении длинного хвоста с кисточкой. Их взоры пересеклись.

Габриэль отчётливо увидел перед собой живой огонь. Бушующее пламя с руками и ногами, вновь потревожившее его размеренный покой. Ему стало страшно.

***

Кай рванул прочь с Кристиной на плече, однако из-за галлюцинаций перепутал окно с дверьми, а когда осознал свою ошибку – менять вектор было поздно.

– «Держись!» рявкнул он, со всего маху влетев сапогами в стекло. Звон! Волосы подхватывает ветер, пара секунд свободного падения, и Кристина произносит слова заклинания. Вода ближайшей речушки столбом бьёт вверх, аккуратно обнимая беглецов. Взмах рукой, и поток стремительно уносит их прочь вместе с бултыхающимися останками маленького голема из кабинета Рейвенкорда.

Наблюдавшая это издали Талавьяна пнула сонного кучера, бросив:

– «Погнали, мы больше никого не ждём» …

***

Уже глубокой ночью проводив Агрестов до их поместья, Габриэль и Фалмес опять молча ехали в карете.

– «Габриэль» начала девушка.

– «Нет, я не знаю, что произошло на приёме. Пускай Рудия сама объясняется с Рейвенкордами. Слава богу, что мы в это не влезли» пробубнил он.

– «Нет, я не о том. Ты уже второй день пытаешься рассказать мне историю про Кая. Думаю, с этим надо закончить» произнесла она.

– «Да разве с этим можно закончить?» печально усмехнулся Светлый Вихрь, после чего скомандовал кучеру: «Останови здесь».

Двое вышли в чистом поле. Свежая роса окропила траву, среди которой пели цикады. В небе застыл полный блин луны с тысячами далёких звёздочек.

– «Почему мы вышли здесь?» недоумевала барышня, снимая шлем.

– «Я иногда приезжаю сюда подумать, когда тебя нет рядом. Здесь тихо и пусто. Самое то» заявил блондин, плюхнувшись на складной стульчик. Он чуть помедлил, но в конце концов начал:

– «Я всецело доверял Каю. Он был моей поддержкой и лучшим другом. Однажды я уехал по делам на неделю, а когда вернулся, то моя академия пылала… Огненное чудовище… Оно… Оно убило мою Арлет. Проломило голову о поручень, у сестры не было и шанса. Тело скатилось на главную площадь, где его видела вся академия. Чудовище и до этого имело проблемы с деканатом, но после такого они, можно сказать, повздорили. Сильно. Настолько сильно, что ради сохранения своей шкуры от лап МОРа Каю пришлось поднять целый бунт. Он подначил многих, ведь пользовался некоторым авторитетом среди учителей и спортивной команды. Это было ужасно. Я вернулся в самый разгар бойни, лоялисты вывели меня прямо к телу Арлет. В этот момент чудовище триумфально прошлось по кабинетам совета и выбралось на улицу, закурив сигарету».

Фалмес не проронила ни звука, неосознанно видом давая понять, что имеет отчаянно жаждет вставить реплику, а паладин продолжил:

– «Кай пробовал запудрить мне мозги, но я его не слушал. У нас был бой, в котором он проиграл. Церковники не дали мне добить эту мерзкую тварь и забрали в один из подвалов Тенеустов, где я окончательно потерял след нечестивца».

Девушка не смогла стерпеть и секунды по окончанию рассказа:

– «О, Белая Звезда, как же отвратительна эта нечисть! Притворялся другом, убил сестру, сгубил столько жизней… Ведь с ним ты тогда сражался в Берденбрёме, да!?».

– «Наша задача, как меча Белой Звезды, истреблять нечисть» многозначно протянул юноша.

– «Но… Но для чего он это сделал!? Зачем он убил твою сестру?» развела руками барышня.

– «Какая уже разница. Мы никогда этого наверняка не узнаем. Я знаю лишь, что эта история будет преследовать меня до самой смерти, как сегодня» сказал Габриэль.

– «Что ты имеешь в виду?» чуть успокоившись, спросила она.

– «Не важно. Важно другое» Светлый Вихрь встал со стула: «Фалмес. Поклянись, что никогда не предашь меня, подобно чудовищу».

– «Я ведь уже давала клятву» моргнула дама, машинально шагнув назад.

– «Нет. Фалмес, клянись всем, что имеешь, своей верой и душой, что ни при каких обстоятельствах не предашь меня» тон юноши изменился. Серые глаза сверкнули в ночной темноте, а рьяный поток ветра колыхнул плащ.

– «Но… О таком не клянутся! Это же грешно» отступила ещё на шаг она.

– «Фалмес. Сейчас Я решаю, что грешно, а что нет. Я – меч бога. Правда на моей стороне, она за мной. И за тобой, если ты готова поклясться» пристально глянул Габриэль.

– «Я… Я…» замялась девушка.

– «Ну же. Ты ведь хочешь быть среди правых?» протянул руку блондин, натянув ослепительную улыбку.

– «Д-да. Я к-клянусь» промямлила она.

– «Клянёшься? Отлично… Отлично! Что ж, а теперь снова в путь. Поздно, тебе пора спать» закивал паладин, направившись к карете…

Бармирог топнул копытом и рванул прочь. На месте ночного рандеву осталась лишь чёрная фигура среди примятой травы.

– «А этот тоже неплох. Будет полезен бизнесу» инеевое дыханье слетело с уст.

24-3

На рассвете нового дня четыре товарища сидели в дымном вокзале, ожидая поезд. По мраморному полу стелилась густая дымка, а провалы между платформами заполнены грязным дымом до краёв. Кашляя смогом и тенью, столица провожала недолгих гостей.

– «Ну что, куда дальше?» спросил Кай, приспустив керамическую маску, чтобы закурить.

– «Я поеду старшую сеструху проведаю. Посплетничаю всю ночь напролёт, как в старые добрые, мелюзгу подарками побалую» произнесла сонная Талавьяна.

– «Это всё хорошо, но каким образом ты собралась ехать в плацкарте?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «А я всех слабаков выгоню и на их местах буду лежать!» вскинула руку рогатая барышня.

– «Нам пришлось выкупить купе плюс боковой ряд ради этой кубометрической аномалии» подала голос Кристина: «Лично я сперва отправлюсь за Рианином Нагорного, который так и не смогла найти в столице, а потом заеду к Камилле. Тебе тоже стоит».

– «Когда все дороги ведут в никуда, настала пора возвращаться домой? Хех. Не хочу тащиться в такую даль. Буду ждать вас у Феолирия в Авельеве, всё равно только там и собираемся» выдохнул табачный дым юноша.

– «Давно дело было… Как думаешь, домик Феолирия ещё не разграбили?» задумалась седая.

– «Вряд ли. Соседи настолько боялись старика, что не подошли бы к дому даже после его кончины. Максимум окна камнями побили» пожал плечами зубоскал.

– «Эй, желтоглазик! Смори чё покажу!» внезапно оживилась шатенка, задрав майку. На рельефном животе, покрытом шрамами, красовалась татуировка шипастого крабика, задравшего клешню, в которой зажата маленькая рыбёшка.

– «О… Новые чернила. Скоро так всю кожу забьёшь» отметил хвостатый.

– «А я итак от головы до пяток в шрамах, пускай поверх хоть что-то красивое будет» махнула рукой высокая барышня: «Но ты не узнал рисунок? Помнишь, в Дейрунштадте предложил набить краба? Я взяла и набила! Диви классный рисунок нарисовала, да?».

– «Есть такое… Диви, а ты куда? С Крис?» он обратился к немой. «Истинно так» записала та.

Проходимец затушил сигарету о поручень, задумчиво глянув вдаль, где рельсы теряются средь дымки:

– «Сёстры Смерти не выходили на связь?».

– «Ответ отрицательный» произнесла Крис, шёпотом прибавив: «Но я слышала, что в отдалённых районах Дюрстоля начала промышлять наёмничья группировка колдуний под названием «Бюро Колдовских Лоскутков» или просто Лоскуты».

– «Да уж. Фиц стоило чуть дольше подумать над названием» отметил зубоскал.

– «Ну ты-то лучше знаешь, как надо» хитро улыбнулась голубоглазая, положив голову на плечо товарищу.

– «Само собой. Даже не обсуждается» усмехнулся тот в ответ.

– «Да желтоглазик у нас ваще молодца!» Тала сперва пренебрежительно отряхнула пальто друга от грязи, затем до хруста в рёбрах обняла. Тем временем Дивиклиса тихонько рисовала в блокноте, не спуская с лица довольной улыбки. Внезапно послышался гудок паровоза…

До боли знакомые запахи унёс поезд. Оставшись на вокзале в гордом одиночестве, юноша незамедлительно запустил руку в сумку.

– «А это что ещё такое?» удивился он, нащупав среди книг и провианта нечто новое. Кривые пальцы вытащили на свет несколько упаковок пластырей с сердечками, бутылочку спирта и пакет пирожков. К пакету прикреплена записка: «Прошу простить за самовольное проникновение в твою собственность, не хотела отвлекать. Покушай в дорожке. Диви».

– «Диви, ты святая» буркнул прохвост, смачно откусив половину пирожка с картошкой. Далее он выудил из сумки добытые у Рейвенкордов письма и вложил в Тёмную Магию Для Чайников, дабы привлекать меньше внимания.

– «Нет, ну какой друг устоит перед соблазном почитать чужие письма? Хороший, наверное…» усмехнулся Кай, вытащив первое письмо из вскрытого конверта.

Хвостатый бегло прошёлся по тексту, цепляясь лишь за самое важное: «Уважаемый господин РК, я рад… Бла-бла-бла… Не соизволите ли оказать возмездную услугу? Мне требуется несколько магических артефактов… Бла-бла-бла… Искренне ваш, ВСдГ».

Кай развернул следующее письмо – сохранённую копию ответа Рейвенкорда: «Бла-бла-бла… Господин ВСдГ, ваш запрос крайне серьёзен, мне нужны гарантии… Бла-бла-бла… Если не готовы их предоставить, свяжитесь с МОР сами и отправьте официальный запрос».

Третье письмо от ВСдГ было подписано официально и содержало печать с росписью: «Я, Висеоф Селия Де Грейлин, официально признаю, что являюсь отцом своего племянника, Гарри Лепилье Де Грейлина. Вот ваши гарантии, что я полностью серьёзен, господин РК. В случае нарушения мной условий контракта вы можете обнародовать сие письмо, что заставит меня понести огромные репутационные потери».

Зубоскал присвистнул:

– «Нихрена… Чё ж там Вис запрашивал, что выдал столь общественно порицаемый секрет? Даже мне не рассказывал, козёл. Хотя, я догадывался, но всё же… А может это утка? Ну-ка». Он С интересом вытащил последнее письмо от РК: «Бла-бла-бла… Я договорился о поставке шести ретрансляторов. Без серийного номера. Как только получу треть суммы, мой гонец доставит вам треть ретрансляторов. Имейте в виду, это опасные артефакты, способные создать периметр чудовищных масштабов. Не знаю, откуда у вас деньги на столь дорогую покупку, и не моё это дело, но заклинаю, найдите толкового мага, умеющего работать с данной аппаратурой. Искренне ваш, РК».

Кай впился взглядом в рукописные строки. Книга с письмами едва не выпала из костлявых пальцев.

– «Чего?» челюсть отвисла от удивления…

Длительная поездка в душном плацкарте, прерываемая галлюцинациями и басовитыми вахтовиками из соседнего купе, определённо запомнилась хвостатому на всю жизнь. Не смотря на все обстоятельства, он сошёл-таки на своей станции.

Солнце в зените. Из-за горизонта лениво выплывает чёрная грозовая туча. Внимание Кая привлекло расписание, висящее на столбе. Отогнав разноцветные галлюцинации, он вчитался, отметив, что поезда стали заметно чаще посещать более не захолустную станцию Галисино. Вместе с толпой юноша прошёл вверх по склону, обнаружив, что за время его отсутствия дорогу выложили бетонными плитами. Теперь всюду стояли указатели, отмечающие нужное направление. Сверившись с одним из таких, он двинул дальше…

Троих завсегдатая этой дороги не наблюдалось. Вместо них на подходе к деревне стояли совсем юные ребята, работящей наружности.

– «Стой, путник! Сперва каж паспорт!» крикнул один из них.

– «Почему я? Вон сколько людей идёт рядом. Что за выборочная проверка? Расист?» скорчил оскорблённую гримасу под маской бродяга.

– «Не расист…» стушевался юнец: «Просто у вас меч за спиной, а начальство говорило таких проверять».

– «Дай-ка сюда своего начальника, есть к нему вопросы» прищурился скиталец.

– «Пал-палыч!» крикнул мальчишка в сторону стоящей под горочкой сторожки.

Дверь распахнулась. На порог вышел самый низкий из троицы завсегдатая сей дороги. Его лицо заметно округлилось, а на ногах красовались ладные кожаные сапожки.

– «Чаго надо?» ворчливо спросил он.

– «Тут это…» юнец указал на Кая.

– «Приветики» тот махнул рукой.

– «А, этот… Хозяев посыльный – его пропускай без досмотра» рявкнул бывший разбойник, захлопнув дверь. Внутри сторожки послышался пронзительный звон гранёных стаканов.

– «Э-э. Проходите» почесал затылок мальчуган.

– «Благодарю» хмыкнул оборванец.

За пригорком показались покатые черепичные крыши. Пережившую ужасный пожар деревню было не узнать. Теперь она больше походила на маленький городок: всюду сновали люди, на каждом углу разбиты палатки торговцев, по окраинам колдуны-рабочие в спешке достаивают новые дома из камня и бревна.

Кай, поджимаясь к обочине, поднялся вверх по склону до крепости. Внутри снесли несколько сараев, устроив вместо них парковку для повозок. Помимо обычных стражей, в тёмном углу за столом собрались боевитого вида мужчины. Взгляды и шрамы выдавали в них бывалых наёмников. Скиталец невольно оказался одарен острым взглядом одного из них, проходя вглубь крепости.

На входе в главное здание чужака встретил молоденький паж:

– «Добрый день, благостный господин! Прошу простить, но Марий велел вам больше не давать вина».

– «Ты меня с кем-то путаешь» сказал хвостатый.

– «Как же? Вы ведь один из наёмников Клиффа, верно?» всполошился паж.

– «Я – Кайризе, посыльный Висеофа. Сходи за Марием или проведи меня сам до кабинета хозяина» произнёс хвостатый, сняв маску.

– «Простите, однако господин сейчас занят. Прошу, подождите немного в саду» учтиво изрёк новый паж.

– «Эх-х, ты наверное не понял» Кай схватил бедолагу за воротник, подтянув к себе: «Мне НУЖНО переговорить с хозяином. Слышал, что род Грейлинов славится обширными запасами самых разных медикаментов? Так вот, своим стратегически важным посыльным, Висеоф лично выписывает боевые стимуляторы федератов. И пока я не получу от него нейтрализатор, то буду не совсем в адеквате. Представляешь, каких дел может наворотить получеловек невминозе с охрененно огромным мечом, что не спал уже неделю?».

– «Х-хорошо!» пискнул испуганный паж, наблюдая как из глаз и носа собеседника заструилась кровь…

Стук в дверь.

– «Господин Висеоф, к вам пожаловал господин Кастлхаузер. Велите вп…» начал было паж, однако его перебил скиталец, распахнув дверь:

– «Вис, ты прости за бестактность, но это вопрос жизни и смерти. Лекарство приехало?».

На красно-пепельного выпучила глаза дворянская пара, сидящая за столом перед Висеофом.

– «Кай, что ты… Подожди в коридоре, пока я договорю» шикнул хозяин имения.

– «Дай мне лекарство и тогда я подожду столько, сколько тебе угодно» бросил бродяга.

– «Господин Висеоф, что это за бездомный?» с негодованием произнёс гость, машинально прикрыв рукой спутницу.

– «Этот бездомный за вас жизнь свою чуть не отдал на Восточной пару лет назад!» воскликнул юноша.

– «Бога ради, простите меня за моего посыльного! У него после недавней войны совсем всё плохо с головой, но он лучший в своём деле, поэтому приходится мириться» всплеснул руками Висеоф.

– «Ничего страшного, мы всё понимаем. Пойдём, дорогая, подождём в саду. Чай можно допить и позже» кивнул дворянин, приобняв жену и выйдя из комнаты.

Внутри кабинета остались лишь двое.

– «Кай. С чем ты ко мне пожаловал?» Висеоф снял пенсне, помассировав переносицу.

– «Я притащил письма» хвостатый бросил на стол пачку конвертов: «Где моё лекарство?».

– «Хм-м… Да, это они. Чёрт, Рейвернкорд поместил сюда и копии своих писем? Ладно, ты не мог этого знать. Хорошо, что хоть мои подменил» с серьёзным видом кивнул аристократ, покрутив бумагу в руках: «Наслышан я про инцидент у Рейвенкордов. Весь Дюрстоль наслышан, как две неизвестные девушки, а по некоторым версиям три, пробрались на приём, устроили дебош, выплавили хозяйский сейф и сбежали, разбив дорогущее окно. Одну из них опознала Рудия Фон Ириялс как свою дочь. Присутствовавшие на месте представители Церкви в лице Габриэля Теншлица отказались дать комментарий. Кай, что это было? Я же сказал сделать всё тихо».

– «Вис, я пытался. Честно. Но всё пошло по жопе» вздохнул зубоскал.

– «Понимаю. Хорошо, что тебе хоть пришло в голову денег украсть. Где они, кстати?» поинтересовался собеседник.

– «Часть промокла и порвалась, часть унесло течение, часть я потратил на книжки, а оставшиеся проспорил» скрестил пальцы за спиной прохвост.

– «Ты в своём репертуаре» задумчиво кивнул хозяин.

Красно-пепельный подошёл к столу:

– «Вис, чё с лекарством?».

– «Оно должно прийти завтра утром» отвечал товарищ.

– «Ну наконец… Оно точно не потеряется на почте? Его не сожрёт какой-нибудь некропат?» прищурился скиталец.

– «На что это ты намекаешь?» напрягся Висеоф.

– «Ни на что» пожал плечами бродяга.

– «Кай, ты же не читал письма?» спросил дворянин.

– «А сам как думаешь? Да я бы тебя с потрохами налоговой сдал за хищение бюджета, если б прочитал хоть строчку!» усмехнулся гость.

– «Ха-ха» отпустил дежурный смешок аристократ, не сводя глаз с бледного лица друга. Он залпом выпил чашку чая, секунду помолчал и выдал:

– «Кай. У меня есть к тебе последняя просьба. Тут неподалёку, у могильника в сторону Ничейных, завелась стая нежити. Мои балбесы сами вряд ли справятся».

– «Четвёртое поручение, да? Крис рассказывала, что на поскенурском языке слова четыре и смерть созвучны. Впрочем, после получения лекарства я готов выполнить любую фирменную миссию от доброго дядюшки Виса» юноша пихнул руку в карман.

– «На самом деле миссия не так страшна, как все предыдущие. Для тебя это будет просто прогулка, ибо я выделю тебе под командование отряд наёмников. Скажу больше, я самолично туда отправлюсь с тобой, мой друг, дабы увидеть всё своими глазами. Подумываю, надо разобраться с этими ямами» Висеоф встал из-за стола.

– «А я в этой схеме нахрен нужен? Съезди сам со своими наёмниками, чё полумёртвого друга гонять туда-сюда?» бросил красно-пепельный.

– «Кай, я уже никому не могу довериться, кроме тебя. Посмотри, как разрослась деревня. Поверь, и Дейрунштадт разросся не меньше. Когда дела идут настолько хорошо, всегда появляются завистники… К тому же, мне нужен спец по некропатам, с которым я могу честно и непредвзято посоветоваться. Пойдём» аристократ накинул кафтан.

– «Не бережёшь ты меня совсем, только лестью умасливаешь. Но, видимо, выбор у меня невелик. Ладно, погнали» хмыкнул скиталец, сунув сигарету в зубы…

Тучи потихоньку затягивали чистое небо. Висеоф с Каем вышли к прохлаждающимся в теньке наёмникам.

– «Господа, время пришло» произнёс юный дворянин, указав на зубоскала: «Вот тот специалист, о котором я вам говорил. Он сопроводит нас до могильников и подскажет, как лучше всего изничтожить нежить».

– «Да я тебе итак могу подсказать: жги их огнём. Всё, мне можно не ехать?» прищурился хвостатый.

– «Кай, не ёрничай» покачал головой Висеоф, затем обратился к наёмникам: «Где мисс Лайла?».

– «Я здесь» донёсся голос из густой тени.

Взмахом руки развеяв полотно мрака, из-под навеса вышла девушка гильдийской внешности, что вместо стоп имеет копыта. Она расправила свои перепончатые крылья, одарив красно-пепельного пренебрежительным взглядом.

– «Что ж, все в сборе. Замечательно. По каретам, дамы и господа» хлопнул в ладоши дворянин…

Кай и Висеоф ехали в карете лишь вдвоём. Сзади по ухабам тряслась крытая тканью повозка.

– «А здесь ты дорогу человеческую проложить не хочешь?» спросил юноша, разглядывая бескрайние поля сорных трав.

– «Это тупиковый проезд. Отсюда путь только до Новоригельской железной дороги, но, чтобы добраться до станции придётся ещё километров сто проехать по болотам. Может в будущем, когда Галисино разрастётся, я и найду применение этим землям, однако сейчас не до того» отмахнулся Вис.

– «Слушай, а чё ты так резко подорвался со мной? Гостей своих бросил, чай с ними не допил» вопрошал скиталец.

– «Честно, я сам уже искал предлог, как бы сбежать. Сам понимаешь, этикет: нельзя просто оборвать опостылевший диалог, когда говорить не о чем. Вам, наёмникам, в этом проще. Простые люди…» пояснил друг.

– «Знаешь, сколько простых людей отдали бы всё, чтобы оказаться на твоём месте?» с усмешкой проговорил Кай.

– «А ты бы хотел?» спросил аристократ.

– «Неа» последовал короткий ответ.

Висеоф, услышав лёгкий стук капель по крыше, отодвинул свою шторку. За окном всё крепли тучи.

– «Верно, будет дождь» вздохнул он.

– «Угу. С самого утра собирается» хмыкнул оборванец: «Кстати, что-то я сынульку твоего не видел. Куда это запропастился Генри?».

– «Гарри. Сколько раз тебе нужно повторить, что он не мой сын?» покачал головой дворянин.

– «Так чё с ним?» продолжал юноша.

– «Играет с деревенскими ребятами. Я пытался запретить, да кто-то уже прочно вколотил ему эту идею в голову. Приказал страже не выпускать Гарри, но сорванец всё равно где-то пролезает» проговорил Вис.

– «Да ладно тебе, пусть пообщается с пацанами. Всяко лучше, чем киснуть в твоей крепости» одной рукой подтянул дырявый галстук бродяга.

– «Эх-х, мой друг. Иногда я даже завидую твоему умению мыслить одновременно и сложно и просто» вновь вздохнул дворянин.

– «Вис, чё у тебя настроение такое поганое? Не на похороны же едем!» Кай хлопнул друга по плечу, пронзив немигающим взглядом его лицо.

– «Верно-верно, и как всегда ты прав. Сегодня похорон не планируется» улыбнулся аристократ. На губах его улыбка, а в очах красно-пепельный разглядел глубоко запрятанное смятение.

Голову заполонили мысли: «Если бы я не знал Висеофа сто лет, то уже начал бы бить тревогу. Да что там, вообще бы не поехал к этим чёртовым могильникам. Слишком подозрительная экспрессия, будто он пытается на что-то решиться… И эти ретрансляторы из письма. В Дейрунштадте ведь тоже было ровно шесть. Они ли это? Если так подумать, то у Виса есть мотив устроить линч в городе, но… Но не мог ведь он? Твою мать, он твой друг, псина! О чём ты опять думаешь? Хватит себя накручивать, в этот раз меня наверняка подводит чуйка. Просто шалят все чувства. Наверное, из-за лекарств. Да, из-за лекарств! Я… Я верю Вису. В первый раз за столько лет поверю».

– «Хорошо, если так» криво улыбнулся зубоскал, сняв с собеседника гнёт пронизывающего взора…

Карета и повозка остановились в сотне метров от могильников. Кай спрыгнул с подножки на безродную землю. Он дышал через рот, не в силах выдержать ужасного зловония, витающего над этими местами.

– «Вот они, могильники Ничейных Земель. Малая часть из тех, что разбросаны вокруг железной дороги» проговорил Висеоф, прикрывший нос платочком: «До самих путей пятнадцать километров, до ближайшей станции сто. Там же пролегает и государственная граница Дюрстоля с Ничейными Землями».

– «Спасибо за справку, а теперь погнали уже. Чем быстрее разберёмся с некропатами, тем быстрее свалим отсюда» пробурчал хвостатый, зашагав вперёд.

Сквозь гнилую деревянную табличку: «Могильники» на покосившемся черенке пророс какой-то колючий сорняк. Лишь это растение и выцветшие клоки хрупкой травы местами покрывали вымершие подступы к гигантским ямам.

Слух атаковал неприятный гул, а глаза едкий парок, стелящийся под ногами. Вскоре источник гула стал ясен: тучи мух витали над ямами. Миллионы насекомых плотным ковром устлали сотни трупов, что разлагались на солнце. Брошенные тела, даже не обглодали животные и не обобрали мародёры. Они просто лежали здесь, в преддвериях. А сами ямы являли собой ещё более отчаянное зрелище.

Три бездонные воронки с сыпучими краями, что огорожены наполовину провалившимися внутрь деревянными заборчиками. Фрагменты бетонированных подступов крошатся и межуются с засохшей грязью, наплывшей в результате проливных дождей. Из грязевой смеси выглядывали останки тысяч людей. Они доверху покрывали почти отвесные стенки воронок и уходили вглубь множеством перегнивших слоёв.

Неосторожный шаг одного из наёмников сбросил вниз крошечный камешек, гулко улетевший во мрак. Полчище мух моментально взлетело вверх, застив небо, однако столь же быстро вернулось к своей трапезе.

Мелкий дождь стучал по красно-пепельной макушке. Юноша подошёл к краю, оглядев ближайшую трупную яму.

– «Эй, Вис. Здесь стаей некропатов даже не пахнет. Если кто-то и вылез из ямы, то уже давно убежал. Давай и мы будем потихоньку сваливать отсюда» он обернулся к другу, узрев блестящий арбалетный ствол, направленный прямо на него. Висеоф, поджав губы, дрожащей рукой держал укороченный арбалет.

Янтарные глаза округлились, крестообразные зрачки сузились, а мышцы напряглись в преддверии рывка, однако выстрел произошёл первее.

Щёлк! Шею пронзает боль, а по плечу скатывается влага. Кай выпучил очи на друга прижав постепенно слабеющие пальцы к шее. Внезапно остальные наёмники вскинули арбалеты. «Падай» мелькнуло в голове, и юноша рухнул в бездну.

– «Вы, бросьте туда десяток гранат» в приказной манере произнёс Висеоф, защёлкнув предохранитель.

– «Начальник, зачем гранаты? Этот доходяга уже итак труп» с лихой улыбкой произнёс один из наёмников.

– «Я приказал, значит надо. Вы не знаете, на что он способен» бросил дворянин, запахнув полы плаща и направившись к каретам.

– «Как вам будет угодно» отчеканил смуглый седой наёмник, шёпотом прибавив: «Сосунок».

– «Чё будем делать, командир?» подсуетился другой мужчина.

– «Закинь пару хлопушек, раз нашему начальнику так хочется, и айда на базу» махнул рукой седой наёмник, отправившись следом за Висеофом.

25-3

Первое, что увидел Габриэль, открыв свои ясные очи – взволнованное лицо Фалмес, полное материнского тепла. Она магией исцелила россыпь синяков, поставив товарища на ноги.

Светлый Вихрь стоял посреди ветренного поля прямо перед сияющей пламенным золотом Мари Бернес.

– «Разогрелся?» сухо спросила та.

– «Да» кивнул блондин, утерев кровь с губы.

– «Вот меч. Спарринг без магии. Только твоё искусство меча» женщина бросила под ноги юноше деревянный меч.

– «А вы? Вам тоже нужен меч, если хотите проверить мои навыки фехтовальщика!» с необычайно серьёзным лицом воскликнул он.

– «Ты в кое-то веки выдал дельную мысль, Вихрь. Только почему в таком деле…» рыжая бестия пренебрежительно вытащила из подпространства второй меч. Её пальцы плотно легли на дубовую рукоять, отчего та с хрустом промялась. По клинку прошла звонкая вибрация, что визгом разлетелась над полем.

– «Приступим?» фыркнула женщина.

– «Д-да!» сглотнул слюну сероглазый, заняв стойку…

***

Первое, что Кай увидел, разомкнув тяжёлые веки – безобразное лицо, искажённое разложением и смертью в нескольких миллиметрах от своего. Он оказался погребён под толстым слоем разлагающейся плоти, куда сквозь бесформенные сплетения конечностей едва доходят отголоски света. Тело наполовину погружено в густую смесь полусвёрнутой крови, забродивших фекалий, отвратительно тёплого перегноя и тухлой дождевой воды. По коже ползают жирные личинки мух. Они забрались под одежду, облюбовали лицо и активно пытались забраться в ноздри.

Костлявая лапа рефлекторно ощупала и прижгла рваную рану на шее, однако та продолжила по чуть подтекать. Юноша дёрнулся, насколько позволял гнёт десятков окоченевших тел. Его вырвало на чью-то босую ногу.

Внезапно трупную яму встряхнул взрыв. Со стенок обрушились ещё покойники, перекрыв собой последний лучик света…

***

Мари Бернес без интереса оглядела свой меч, медленным шагом приближаясь к замершему юноше. Он осторожно попятился, а дама, тяжело вздохнув, нанесла первый удар. Рыжая бестия приняла стойку лишь за миг до замаха. Бац! Деревянные клинки соприкасаются.

Габриэль, пыхтя, сдержал удар, тут же шагнув вбок для контратаки.

– «Уже начал держать какой-никакой удар» буркнула барышня, ловким финтом отводя контратаку паладина от себя. Тот едва не выпустил меч из рук, отскочил назад пируэтом и вновь отразил атаку.

Удар – блок, удар – контратака.

– «Хм-м… Как черепашка» скупо усмехнулась рыжая бестия, вместо атаки в лоб зайдя оппоненту за спину.

Новый удар вышел столь сильным, что Габриэль не смог сдержать его даже двумя руками, свалившись в траву.

***

Кай лежал в абсолютной темноте на самом дне. Только он и вездесущая смерть, один на один.

Юноша попытался шевельнуть хоть чем-то. Всё тело отозвалось болью, и рука смогла добраться до лица, с мерзким чавканьем раздавив жирных опарышей, почти пробравшихся в нос. Он упёрся ладонью в бесформенное месиво плоти над головой, попытавшись сдвинуть в сторону, но пальцы проскользнули сквозь размокшую плоть, и ломоть гнилой слякоти, пронизанной червями, шмякнулся прямо на лицо.

Красно-пепельный подключил ноги, пытаясь приподнять хоть один труп, дабы выиграть место. Но тяжёлые сапоги лишь отчаянно месили что-то мягкое, сбивая в единый ком.

Когда обувь захлюпала от набранной жижи, сверху на кучу свалились ещё несколько тел, стиснув рёбра так, что едва удавалось дышать. Юноша обмяк. В голове закрутились мысли…

***

Габриэль оказался поглощён прохладной травой. Горячий пот скатывался по лицу, а мышцы ныли тупой болью из-за изнурительных тренировок.

– «Бегу!» воскликнула Фалмес, перемахнув оградку.

– «Что, травма?» разочарованно фыркнула Мари Бернес.

– «Э-э…. Да» кивнул церковник. «В конце концов, после стольких истязаний для тела имею я право на небольшой отдых!» подумал он.

– «Ой, сочок! В реальном бою мамочка не прибежит и не даст пососать сиську. Максимум, что жизнь тебе позволит пососать – это… Кхм. Ладно, не при даме» осеклась Бернес, достав из подпространства бутыль.

Фалмес исцелила очередной синяк паладина, поставила его на ноги и отошла к карете. Бой возобновился.

***

Кай безвольно откинул голову. Затылок поглотила жижа. «Ничего не выходит» размышлял он, глядя уставшими глазами в черноту: «Обманут, предан, засыпан и забыт. Я едва могу пошевелиться, слишком много крови потерял. Прожечь дорогу не выйдет, трупный газ может взорваться и вообще… Где мой меч? Чёрт, повезло, что Вис стрелять не умеет, иначе бы… Повезло?».

Высоко над землёй разверзся гром. Чёрные тучи обрушили на мёртвую почву ливень. Юноша ощутил, как по лицу заструились ручейки, а уровень жижи начал понемногу подниматься. «Дождь… Выходит, я умру не от голода или кровопотери, а просто утону. И потом моё тело сожрут личинки. И оно разложится на жидкий гной. И я стану частью этой ямы. Или я уже её часть?» крутилось в голове.

– «Мужики, а вы что скажете?» прохрипел он. Местные жители оставались всё также безмолвны. «Молчите, да? Молчите… Почему вы молчите? С другой стороны, а хотел бы я, чтобы мне сейчас нечто начало шептать на ушко?» тянулись мысли: «Чего я вообще хочу напоследок? О чём подумать, чтобы умирать было не так… Больно? Страшно? Одиноко? Хм-м…»

Крупные капли барабанили по спинам и лицам, сквозь толщу слоёв отдаваясь глухим стуком. Уровень воды поднялся неожиданно быстро. Гнилая жижа почти полностью покрыла лицо, оставляя на поверхности лишь нос и глаза. «О чём думать перед смертью? О чём вообще думают покойники? О чём-то спокойном, наверное… Чёрт, ничего спокойного в голову не идёт. Ну же, давай попробуем. Я хочу… Хочу пить. Нет, не то! Я хочу… Дочитать ту книгу. Ещё раз! Я хочу улучшить свою магию. Я хочу снять проклятье. Я хочу найти свою родню. Я хочу дать по морде Габриэлю. Я хочу наказать Висеофа… Нет, сначала пусть объяснится, а потом порву его в клочья! Бл*дь, я думал, что мы друзья! Я ради этого пи*раса свернул горы, а он меня вот так просто в яму сбросил!? Как грязные перчатки! Столько лет… Столько лет! Зачем он вообще это сделал? Зачем ты так поступил, Вис? Зачем, мать твою!?» глаза юноши вспыхнули.

– «Так, я ещё не сдох! Я живой!» прохрипел хвостатый, вновь принявшись бередить гнилую слякоть…

***

Габриэль заблокировал очередную атаку Мари Бернес.

– «Твой бой пассивный. Что-то вроде СБДшного «Ле-Косьё-Кодьё» или Колсбернского «Вейлурья̀х». Усилю нажим» проговорила дама, нанеся более стремительный удар. Юноша с горем пополам отвёл от себя клинок барышни, тут же встретив его вновь.

Удар, удар, удар, удар! Блондин рывком отступил, давая гудящим запястьям восполнить запас сил, и через миг опять был вынужден блокировать череду ударов.

Справа, слева, сверху, справа, сверху, укол, смена сторон.

– «Справляешься. Усиливаю» сухо бросила рыжая бестия, зайдясь в смертельном танце клинка.

Габриэль в эту череду ударов смог втиснуть лишь одну контратаку, а под конец во спасение своей жизни бегом разорвал дистанцию, надеясь, что дама завершит вереницу движений.

– «Куда?» бросила та, заняв стойку, красноречиво говорящую о следующем ударе.

Рывок! Ветер хлынул в лицо. Быстрее мысли сероглазый шепнул заклинание, создав в руке энергетический щит, с которого соскользнул пронизывающий укол рыжей воительницы.

– «Щит? Я же говорила, без заклинаний» произнесла она.

– «Виноват!» пискнул юноша.

– «Впрочем, оставь его. Есть у меня идея на этот счёт» кивнула своим мыслям барышня.

– «Д-да!» последовал ответ.

– «И за ногами следи, бестолочь!» Бернес ударила сапогом в колено Светлого Вихря: «Защищайся!».

***

Кровь, плоть и жижа. Кай барахтался, по миллиметру вырываясь из густых объятий смерти. Грянул гром, гной с головой захлестнул юношу. Рывок! Чьи-то кости царапают руку, а он перехватывает ещё глоток отравленного воздуха, продолжая бороться.

Наконец меж полужидких тел мелькнуло пятнышко света. Костлявая лапа зацепилась за ногу некого здоровяка. Мышцы до хруста пронизывает напряжение. Надрывный вдох. Юноша подтягивается вверх, просовывая лицо на поверхность. Трупная жижа потянула назад своего узника, а вода смыла сверху ещё несколько трупов.

Красно-пепельный вытянул на поверхность руку, впившись пальцами во что-то мягкое. Усилие. Он внезапно осознал, что длинные волосы зацепились глубоко внизу и мешают вылезти.

– «Сука» прохрипел юноша, затем перехватил пропитанную гноем косу зубами и перекусил.

Кай медленно выполз на поверхность. Он перевернулся, пронзив взглядом чёрные тучи. Тяжёлое и частое дыхание, оглушительное биение сердца. Небеса сверкнули, дождь усилился…

***

Габриэль заблокировал удар щитом, затем парировал мечом и вклинил контратаку, что завершилась очередным потоком ударов.

– «Не держи щит в руке постоянно, так его проще обойти! Перед каждым ударом создавай заново!» в приказной манере сказала Бернес, рубанув наотмашь. Лезвие деревянного клинка лопнуло, а юноша проехался по сырой траве, стараясь компенсировать удар чудовищной силы, но не сумел.

Светлый Вихрь рухнул в небольшой овражек, скрывавшийся за зарослями. Он перевернулся, впившись взглядом в чистые вечерние небеса. Со лба струился пот, зрачки расширились. Солнце подмигнуло последними лучиками, прежде чем окончательно скрыться за горизонтом.

***

В яму стекали ручьи, размывая стенки. Старые трупы мешались с новыми в жидкой глине, а сверху крошился бетон.

Кай поднял голову, узрев порождённые препаратами галлюцинации: стоящие всюду обезглавленные тела. Из глаз и носа заструилась кровь.

– «Вверх» буркнул он, запуская пальцы в грязь.

***

– «Габи!» крикнула взволнованная Фалмес, склонившись над паладином: «Ты как?».

– «Держусь» страдальчески отвечал он.

– «Девчонка, тащи Вихря сюда, мы не закончили» махнула рукой Мари Бернес.

***

Яма. Кай жадно перебирает конечностями, поднимаясь по почти отвесной стене. Он в угаре чуть не схватился за услужливо протянутую руку обезглавленной Кристины.

– «Свали нахрен! Не хватало ещё из-за галлюцинации…» прошипел юноша, продолжив подъём.

Прорвавшийся сквозь песчаный бортик поток дождевой воды бросил в лицо алый флаг на обломанном древке. Скинув вниз мокрую тряпку, скиталец тут же схватился за подло торчащую из грязи кромку сабли. По ладони пошёл глубокий порез.

– «Зараза!» он сплюнул пропитанную гнилью слюну, кое-как устроившись меж двух глубоко посаженных в стенке мертвецов. Пустой череп одного кишел мухами, что прячутся от дождя, грудь другого покрывал рыцарский доспех. В ладони расцвело пламя, прижигающее рану. Несколько вздохов, взгляд вверх. До заветного края ямы оставалось около десяти метров.

***

Поле. Габриэль отскочил от удара, за секунду до следующего создал в руке щит и отразил деревянный клинок, совершив рискованную контратаку.

– «Вот этот приём был неплох. Видишь? Щит нужно создавать за миг до удара. А ещё его необходимо комбинировать с другими приёмами и заклинаниями» довольно кивнула рыжая бестия, легчайшим образом уклонившись.

– «Да!» рявкнул паладин, на секунду расслабившись.

– «Вихрь, ноги!» воскликнула женщина, молниеносно ударив сероглазого по щиколотке.

– «Уф-ф!» стиснул зубы тот, опираясь о меч. Истерзанный боем кусок дерева не выдержал нагрузки и сломался.

Габриэль свалился наземь.

***

Кай почти выбрался из ямы. Остаётся осилить самый сложный подъём – последние три метра. Он продолжает, пыхтя и сопя, загребать пальцами землю, в то время как за спиной повис на левитирующем кресле человек в чёрном. Его прикрывал от дождя парящий над головой зонтик.

– «Какое упорство, какая драма! О-о! Браво, браво! Великолепный инвестиционный актив… Но не думаешь ли ты, что рано заканчивать сегодняшнее шоу? Если нет, то подними свой взгляд, хе-хе. Судьба уже решила всё за тебя» усмехнулся человек в чёрном, пыхнув ледяным мраком из лёгких.

Красно-пепельный отбросил гость грязи, случайно глянув вверх. Вместо затянутого тучами неба он увидел отколовшийся кусок бетонной плиты, летящий прямо в лицо. Хрясь!

– «Уф-ф… Это было ощутимо, не так ли? Публика просит зрелища, не подведи меня пёсик!» прикрыл один глаз наблюдатель, медленно растворяясь в тенях…

***

Светлый Вихрь опять лежал на холодной траве, разглядывая небо. Он ощущал пульсирующую боль в ноге.

– «Вихрь, вставай» произнесла Мари Бернес, легонько ткнув своего подопечного мечом.

– «Нет» твёрдо отрезал юноша, сложив руки на грудь. Подбежавшая Фалмес без слов сорвала сапог, взявшись за лечение ноги.

– «Почему?» рыжая бровь выгнулась.

– «Я устал» вздохнул блондин.

– «А если я пну тебя в брюхо?» спросила женщина.

– «Я больше не могу» Габриэль переглянулся со звёздочками на небосводе и закрыл глаза.

– «Ах-х-х… Лады, сочок. Побуду доброй нянечкой. Дрался чуть лучше трупа, и это комплимент. Главное, я поняла с чем дальше работать. Завтра добуду новых пыточных инструментов для тебя. Свободен» отчеканила Мари Бернес, сменив разваливающийся меч бутылкой спиртного, и зашагала прочь…

***

При падении юноша своим телом задел несколько трупов, что лавиной скалились вслед за ним, освобождая ранее сокрытый от глаз огромный меч, вместе с ножнами увязший в грязи ближе к краю ямы.

Кай лежал, пытаясь прийти в себя. По лицу барабанили капли, а под головой оседал слой мёртвой плоти, медленно заглатывающий бедолагу назад. Он сплюнул выбитый клык облизал окровавленные губы и бросил двоящийся взгляд на руку. Та оказалась пробита насквозь осколком плесневелой кости, отчего пальцы наотрез отказались шевелиться.

– «Ха… Ха-ха… Ха-ха-ха-ха-ха!» красно-пепельный разразился тихим истеричным хохотом, локтем закрыв лицо. Вскоре смех стал чем-то вроде жалких всхлипов, а затем и вовсе утонул в глотке.

Боль от переломов и ран уже толком не ощущалась. Сил хватало только на дыхание.

– «Как… Же… Хочется пить…» прошептал хвостатый, высунув до крови прикушенный язык. Капли дождя испарялись, стоило им только коснуться горячего языка. Над ним молча застыли трупы, столь хорошо знакомые разуму: Арлет с пробитой головой, обезглавленный Феолирий, что глядит одним глазом из-под налипших на лицо волос, обезличенные рыцари в сияющих доспехах, истыканный горящими поленьями медведь и многие другие.

По коже прокатился холодок. Кай ощутил, что медленно уходит на дно, в объятья давнишних трупов. «Опять я тут. Сколько бы не трепыхался, результат всё тот же – зарыт и забыт. Наверное, я ещё никогда не хотел так сильно услышать ворчание Крис и красноречивое чавканье Талы. А ещё… Ещё…» затянулось в голове: «Вис, ты таким образом решил избавиться от ненужного свидетеля, да? Ведь не глупый, точно понял, что я начинал догадываться… Это ты в ответе за Дейрунштадт. Нашёл колдуна-недоучку, и пан или пропал. Неужели настолько не хотел отдавать город дяде, что решил уничтожить его магией? Или тут другие причины? Да и чёрт с этими причинами! Почему ты меня… Мы ведь могли договориться или… Погоди. Он устраняет свидетелей из Дейрунштадта. То есть… Я же не сказал ему, что был там с девчонками? Не сказал? Не сказал!? НЕ СКАЗАЛ ЖЕ!?».

Спину резко истыкали мурашки. Янтарные очи округлились, разразившись почти осязаемым пламенем. «Встать» прозвучала команда в голове.

– «Гр-р-р» прохрипел юноша, через силу встав на четвереньки.

Дождь обратился штормом. В яму устремился небывалый водопад, размывший стенки до предела.

– «Ползти… Вверх» отрезал Кай, вонзив пальцы в жидкую грязь. Раненая рука безвольно проскользнула, так и не сумев ни за что зацепиться. Он поднял вторую, нерабочую руку, где ещё свеж шрам от клинка Габриэля.

– «Надо… ползти» слетело с разбитых уст, и некогда отрубленная рука захватила грунт.

Захват, толчок! Раненая лапа упирается локтем в грязь. Поток воды нещадно хлещет в лицо, мешая разглядеть хоть что-то. Вторая лапа цепляется за торчащую из грязи челюсть, подтягиваясь выше.

– «Ползти…» цедил сквозь зубы юноша, взбираясь вверх по трупам и глине. Костлявые пальцы ухватились за покрытый металлическими заусенцами топор, что порвал синюшную плоть и пустил кровь. По подбородку заструился алый ручеёк, кипящими каплями орошающий яму.

– «Ползти…» просипел он, вырвав руку мертвеца из плеча и воткнув в грязь, дабы опереться.

Рывок! Острые клыки ухватывают ремень точащего из глины меча и тянут вверх.

В яме, где царит мрак и хлещет ливень, Кай сиял ничуть не тусклее солнца. Янтарный свет рвался из очей, из вен и даже сквозь гортань. Замах! Костлявые пальцы соскребают грязь. Взмах! Под сапогом хрустит чей-то череп. Взмах! Макушку обливает струя воды и осыпают гнилые внутренности, нашпигованные червями. Взмах! Взмах! Взмах…

Наконец на поверхности показались изрезанные пальцы. Они было соскользнули, оставляя в размокшем грунте полосы, но тут же яростно, будто медвежий капкан, вонзились обратно, подтягивая тело наверх. Яма тщетно попыталась в последний раз утянуть назад свою добычу.

Кай животом плюхнулся на землю, в состоянии аффекта прополз несколько метров вперёд, только вплотную заметив перед собой копыта. Он поднял горящий взгляд.

– «Да-а… Я знала, что не просто так осталась здесь мокнуть» самодовольно изрекла наёмница Висеофа с крыльями летучей мыши. Её карий глаза сияли, а вокруг насквозь промокшего тела вились водяные змеи.

– «Поначалу я сомневалась, что это ты. Но сейчас всё очевидно… Ты, Кайризе Кастлзаузер, убийца моих сестёр по духу, моей семьи! Это ты тогда вмешался в наш шабаш и перебил всех колдуний Малого Пера, дабы спасти этого дворянина, Висеофа. Внемли, ибо сперва я отомщу тебе, а затем возьмусь и за нег…» осеклась барышня, когда красно-пепельный протянул руку к окружающей её жидкости, мгновенно вскипятив магией.

– «А-а-а-а-а!» истошно заорала она, упав на колени. Пар обжёг лицо и шею, оставив чудовищные волдыри.

Прежде чем колдунья сумела опомниться, красногривый схватил её за волосы и с размаху воткнул лицом в грязь. Бац! Из сломанного дамского носика заструилась кровь.

– «Н-нет… Не надо!» пролепетала барышня, в панике пытаясь совершить магический жест рукой.

– «Полз… Ти…» полностью игнорируя слова жертвы, хвостатый крепче стиснул её затылок, острыми пальцами оставляя глубокие борозды в коже. Усилие. Хруст. Череп лопнул подобно переспевшей дыне, а в ранее нерабочей лапе осталась зажата густая каша алой требухи и смятых костей.

Отдалённо напоминающий человека Кай впитал носом пар, источаемый обожжённым телом наёмницы и толкнул его в яму. Он встал с колен, сгорбившись из-за общей тяжести тела. В данный момент было невозможно оценить его состояние из-за толстого слоя грязи.

Сверкнула последняя молния, грянул гром и тучи рассеялись. Над полями поднялся нежнейший ночной бриз.

– «Пить… Ползти…» прохрипел красногривый, шатающейся походкой зашагав прочь от ямы. Он волочил за собой меч, оставивший внушительную борозду в мёртвой земле, вплоть до самой травы. Вероятно, единственному, кому удалось сбежать из мёртвых объятий ямы предстоял неблизкий путь до станции по ночным полям Дюрстоля у границы Ничейных Земель…

***

Габриэль прочитал вечернюю молитву и рухнул в тёплую постель.

– «Фух, как же я сегодня устал! Белая Звезда, даруй мне сил!» вздохнул он, накрывшись пуховым одеялом. В комнате погас свет.

– «Спокойной ночи» шепнул паладин сам себе.

26-3

Над затянутой смогом столицей заходило солнце. Вдалеке прогудел поезд.

– «…Стоять, именем Белой Звезды!» рявкнул Габриэль вслед ускользающей по строительным лесам тени.

– «Не уйдёшь!» крикнула Фалмес, взмахнув руками. Металлические леса разорвали в клочья бритвенно-острые лезвия ветра, а тень мягко перепрыгнула на крышу.

– «Не применяй боевую магию, здесь гражданские!» воскликнул юноша, указав рукой на высунувшуюся из окна бабулю, что снимала бельё с верёвок.

– «Прости, опять переборщила» кивнула дама: «Но нельзя же упустить негодяя!».

– «Мы его уже упустили» мотнул головой спутник, глядя на вздёрнутые козырьки крыш, упирающиеся в подпорки следующего уровня улиц.

– «Проклятье!» барышня пылко ударила себя в грудь, но тут же потухла: «Ой, я не это хотела сказать… Не престало мне так выражаться».

– «Да, не престало. Позже покаешься… Ты разглядела убийцу?» спросил сероглазый, располагающе улыбнувшись спешно захлопнувшей окно бабуле.

– «Нет. Я заметила только то, что он очень ловок для своих габаритов» ответила девушка.

– «Это я тоже заметил» хмыкнул он.

– «Полагаю, это больше не наше дело. Гвардейцы сами разберутся» сказала она.

Габриэль пару секунд помолчал. В голове вспыли болезненные воспоминания о пережитых тренировках с Мари Бернес.

– «Нет. Раз мы стали свидетелями преступления, значит нам и искать убийцу. Думаю, если дело затянется, то возможно мы даже пропустим завтрашнюю тренировку» с задумчивым видом изрёк Светлый Вихрь.

– «Габи, я тоже едва себя сдерживаю, насколько наглые нынче пошли преступники, но… Это работа гвардейцев. Стоит ли вмешиваться в дела Короны? Как же отчётность?» спросила спутница.

– «А я никаких отчётов не пишу!» важно проговорил юноша.

– «Да, однако я каждую неделю отправляю в консисторию отчёты о наших похождениях» скромно сказала она.

– «Правда?» светлая бровь выгнулась: «И что ты в них пишешь?».

– «Истину» ответила особа.

– «Да? Кхм… Как будет время, давай поговорим на эту тему. А пока пошли осмотрим место преступления» паладин, расправил белоснежный плащ, зашагав по давящим переулкам. Девушка отравилась следом…

Небольшой книжный магазинчик, подпираемый пятиэтажками, окружили бело-синей тканевой лентой с табличками: «Не пересекать!». Снаружи вооружённый гвардеец в каске допрашивал двух барышень, опираясь о мопед с коляской. Одна из них оживилась, заметив вышедших из-за угла паладинов:

– «Офицер, про этих двоих я говорила! Это они погнались за убийцей!».

– «Да, это мы» поклонился Габриэль: «Должен сообщить прискорбную весть, убийца от нас ушёл».

– «Ну да, кто бы сомневался» с усмешкой закатил глаза гвардеец, записав нечто в блокнот.

– «Но есть и хорошая. Мы примем участие в расследовании этого случая» помпезно объявил юноша.

– «Чё?» блюститель порядка оторвался от блокнота: «С какой стати? Я понимаю, что Церковь в нашем «светском» государстве имеет близкое к правительству положение, но вы пока ещё не выше Короны».

– «Прошу простить, я не представился. Моё имя Габриэль Теншлиц, официальный представитель боевого отделения Церкви Белой Звезды» встал в фотографичную позу паладин, продемонстрировав удостоверение.

Говорившая до этого дама благоговейно упала на колени, вторая выгнула бровь, поправив очки, а гвардеец тяжело вздохнул, заложив карандаш за ухо, бросил блокнот в коляску и крикнул вглубь помещения:

– «Антоха, вертаем на базу. Это дело берёт под свою юрисдикцию Церковь».

– «Стойте-стойте, мы собираемся принять участие в расследовании, а не взять его себе» скрестил руки сероглазый.

– «Даже так? Тогда направьте официальное обращение в штаб гвардии Нерисидии от Церкви Белой Звезды» поморщился мужчина в форме. Из дверей магазина выглянул мужчина в резиновых перчатках, заляпанных кровью.

– «Мы не можем так долго ждать, может найдётся другой способ?» сурово глянул церковник.

– «Если я позволю ознакомиться вам с уликами по делу, то совершу должностное преступление. По этой причине я не могу вам ничем помочь» наигранно развёл руками гвардеец, якобы случайно повернув блокнот с записями таким образом, чтобы Габриэль со спутницей могли их разглядеть.

Фалмес быстро переписала немногочисленные заметки стража порядка в свой блокнот.

– «Что ж, очень досадно» улыбнулся блондин.

– «Ну так чё, на базу или нет? Мне запаковывать?» бросил застывший в дверях напарник гвардейца.

– «Завершай потихоньку осмотр тела, а я пока проведу внешний осмотр здания. Уверен, что в момент моего отсутствия никто не опросит потерпевших и не проберётся на место преступления» трижды подмигнул тот, после чего отправился в сторону палатки с шаурмой, подпалив сигарету.

Габриэль подошёл ближе к потерпевшим барышням, внимательно оглядев: та, что на коленях – тучная блондинка средних лет с длинными острыми ушами, вторая – среднего роста молодая девушка в тонких круглых очках, что собрала крашеные ярко-синие волосы в пучок на макушке.

– «Отец Габриэль, я вас сразу и не узнала! Прошу, благословите!» склонила голову блондинка.

– «Пусть свет Белой Звезды ведёт вас» обыденно взмахнул рукой церковник: «Так вы можете рассказать, что случилось?».

– «Да, сейчас!» собеседница встала, отряхнув ноги: «Моё имя Рина, я хозяйка книжного. Убит мой стажёр, нанятый на лето, Гриша. В момент убийства я была на складе. Услышала громкий такой щелчок, а потом грохот, ну и выбежала… Гришу к этому времени уже всё».

– «Так… Убийства вы не видели? А есть тот, кто видел?» напрягся юноша.

– «Эт я!» с пресной улыбкой от уха до уха подняла руку синевласая особа.

– «Вы покупательница?» спросил он.

– «Не-е, какой там. Я пришла по деловому вопросу к мисс Рине, узнать, почему не продаются мои старые книги» отвечала она, поправив очки.

– «Ваши старые книги?» опешил паладин.

– «Ну да. Мой псевдоним Гирри-Горри, я пишу в основном всякую порнуху. «Восьмая Невеста Властного Лорда», «Страсть в Академии Северных Сосен», «Тридцать Три Горячих Парня», слышали наверное?» без тени стеснения заявила писательница.

Мисс Рина со страхом накинулась на синевласую:

– «Гирри, разве вы не понимаете, кто перед вами!? Отец Габриэль точно не слышал о таком!».

– «Это правда, я не интересуюсь подобной литературой. Давайте перейдём к делу, вы видели убийство?» неловко улыбнулся блондин. Он действительно никогда не слышал об этих книгах, а вот Фалмес почему-то подозрительно притихла, пуская пар из-под забрала.

– «Ох уж это убийство. Я сидела за стойкой мисс Рины и перебирала коробки со своими книгами. На звон дверного колокольчика особого внимания не обратила, а вот как вскрикнул местный стажёр я услышала» начала писательница: «Значится, зашёл в магазин огромный такой мужик. Одет был в обычный дорожный плащ с капюшоном, а морда замотана дешёвым платком с поскенурским орнаментом. Он вытащил из-под плаща какую-то арбалетную переделку с двумя стволами, и как бах стажёру в лицо! Честно, я в жизни не видела настолько коротких арбалетов».

– «А что потом?» с детским интересом внимал сероглазый.

– «Этот здоровяк молча выбежал из магазина» пожала плечами очкастая.

– «Он вас не тронул?» прищурился Светлый Вихрь.

– «Ну, я быстро спряталась за прилавок. Впрочем, весьма вероятно, что он успел меня заменить или как минимум разглядел мой пучок, торчащий из-за столешницы» отвечала она.

– «Ясно» многозначно хмыкнул паладин.

– «Эй, отец Габриэль. Вы ведь уже взялись за это дело, да? Как закончите с ним, обязательно найдите минутку заскочить ко мне в мастерскую на Куштарской и рассказать обо всём. Я уже давно планирую написать небольшой детективчик, а тут так кстати подвернулось убийство, да какое!» произнесла синевласая.

– «Боюсь, я не смогу исполнить вашу просьбу, госпожа. И разве вас не пугает, что буквально в метре от вас было совершено жестокое убийство?» впал в ступор церковник.

– «Не-е, я часто трупы вижу. Почти каждый день… А вы ещё раз подумайте над моим предложением. Я же не просто так обращаюсь за подробностями к самому Светлому Вихрю, мне есть чем отплатить. Как минимум, любому великому герою не помешает красноречивое перо. В крайнем случае могу подарить ящик нераспроданных книг» улыбнулась писательница.

– «Вам, я погляжу, скромности не занимать» покачал головой Габриэль.

– «Сама себя не похвалишь – никто не похвалит» с некой гордостью отвечала очкастая.

– «Отец Габриэль…» в диалог вклинилась продавщица книг: «С-смею заметить, что госпожа Гирри-Горри имеет очень значительный вес во многих литературных кругах. Я бы назвала её мастодонтом своего… Жанра».

– «Я подумаю» таинственно проговорил сероглазый, расправив плащ: «А теперь позвольте, мне нужно осмотреть место преступления».

Юноша вошёл в распахнутые двери, застав гвардейца складывающим саквояж с инструментами. Меж книжных полок на холодной плитке раскинулся получеловек с двумя мышиными хвостами и пушистыми кроличьими лапами. Ошмётки его головы разметало по всему магазинчику, забрызгав книги от фантастики до исторической прозы.

Внимание Габриэля привлёк поблёскивающий предмет в лужице крови. Он аккуратно поднял с пола нечто металлическое, стерев плащом кровь. Это оказалась мятая монета номиналом в одну марку. Приглядевшись, паладин заметил, что всё пространство возле покойного усеяно обломками монет.

– «Гвардеец, почему здесь повсюду монеты?» он повернулся к вставшему с колен мужчине. Тот упорно отказывался замечать присутствие церковника на месте преступления.

– «Ты меня слышишь?» не сдавался блондин.

– «А? Что? Кажется, я слышу голоса предков!» явно переигрывая проговорил страж порядка, уставившись в шкаф: «Что-что? Вам интересны монеты на полу? Ну, судя по всему, убийца стрелял картечными болтами, начинив их стопками монет. Такие боеприпасы используют в основном самые конченые головорезы, массовые убийцы и прочие криминальные отбросы, специализирующиеся на быстром уничтожении беззащитных целей с близких дистанций».

– «Никогда такого не видел, о Белая Звезда» поморщился паладин: «Убийца не оставил после себя чего-нибудь характерного? Какой-нибудь след».

– «О нет, духи моих предков! Убийца действовал профессионально: зашёл, выстрелил, убежал. Даже то, что снаружи проходили паладины, бросившиеся в погоню, не помешало ему скрыться… А вот у покойного мы сняли с шеи данную вещицу» гвардеец вытащил из пакета с уликами грубо отштампованный металлический брелок, на котором изображены два перекрещенных пальца.

– «Талисман» ахнул Габриэль.

– «Это отличительный знак Рогов – террористической группировки полулюдей из-под Нишиньева. Видно, этот был их последователем. Сейчас сие движение стало очень популярно среди молодых полулюдей… Уже десятое убийство с таким сценарием. Кто-то целенаправленно истребляет Рогов» гвардеец убрал значок назад, зашагав в сторону выхода.

– «Значит… Значит мы имеем дело с серийным убийцей полулюдей» заключил гениальный сыщик: «Фалмес, ты всё записала?».

– «Да. Но как мы найдём этого убийцу? Он не оставил никаких значимых улик» прошептала девушка.

– «Не переживай, у меня есть план» довольно потёр нос юноша, выходя из магазинчика…

Ночь. Паладины неспешно брели по нижним уровням города, где на десять улиц едва ли приходился один фонарь.

– «Габи. Я всё ещё не уверена в этой идее» поежилась от задувающего под доспехи ветерка Фалмес.

– «Лишь тот, кто поверит без доказательств блаженен» многозначно выдал юноша.

– «Да, ты прав… Но всё же. Не стоит ли нам заняться чем-то более подходящим? Убийца может находиться где угодно, и совсем не обязательно, что он окажется рядом с Рогами» не сдавалась она.

– «Не сгущай краски. Тебе бы побольше веры… Сейчас мы быстренько найдём какого-нибудь получеловека из Рогов, он проведёт нас к своей банде, а там поймаем убийцу на живца» отмахнулся Габриэль.

Из-за угла, опасливо оглядываясь по сторонам, вышел смуглый получеловек в рваном плаще.

– «Вот, о чём я тебе и говорил. План работает» довольно улыбнулся церковник, окликнув получеловека: «Эй, юноша! Постойте!». Тот, не оборачиваясь, рванул прочь.

– «Стоять, именем Белой Звезды!» воскликнул блондин, кинувшись в погоню.

Беглец оказался не слишком ловок, запнулся и кубарем откатился в канаву, где затих.

– «Попался!» победно воскликнул паладин, вытащив паренька за шкирку.

– «Пожалуйста, не бейте, вот деньги!» на опережение взвизгнул тот, выкинув на грязную мостовую дохлый кошель.

– «Чт… Нам не нужны твои деньги! Проведи нас к Рогам!» скомандовал Габриэль.

– «К-куда провести? К Рогам!?» ужаснулся получеловек: «Клянусь, это все деньги, что у меня есть с собой! Остальное я уже отдал вашим!».

– «Каким «нашим»? Мне не нужны деньги, проведи меня к Рогам» опешил сероглазый.

– «Вы не из «Крови Кайзера»? Что вам от меня нужно?» выпучил глаза юнец.

– «Ты не услышал? К Рогам, да поживее!» пафосно изрёк церковник.

– «Да, я услышал, но подумал, что это шутка или издёвка… К Рогам не нужен проводник, они тут повсюду. Вон щас за тем углом будет их сходка с «Кровью Кайзера», морды друг другу набьют – не балуй» отвечал беглец.

– «Что за «Кровь Кайзера?». Какое-то новое отделение Железного Кайзера?» задумался паладин.

– «Вы, я вижу, не отсюда. Рыцари, да? Здесь таких как вы мы тыщу лет не видели… «Кровь Кайзера» и Рога – это одна и таже срань, только по разные стороны» проговорил получеловек.

– «То есть?» не понял Габриэль.

– «Вы всё сами увидите. Там за углом через пару минут будет мордобой. Крововцы напульсники красные носят и бритые наполовину, а Рога с амулетами этими чёртовыми. А я пошёл, если это всё» юнец поднялся, отряхнулся и принялся улепётывать трусцой…

Ржавый каркасный мост, покрытый копотью. Метрах в сорока под ним мерно текла чёрная от сливаемых отходов река, обрамлённая каменными плитами. Отсюда можно было разглядеть ещё около трёх уровней, уходящих вниз, а под ними неровный рельеф, лишённый любой жизни и сотни массивных бетонных ног, что поддерживают столицу над землёй. На каждом из бетонных столбов выведен огромный порядковый номер.

Мост жалобно скрипел под тяжестью тел. На нём сцепились в отчаянной драке модно одетые юноши.

– «Я в этой кутерьме ничего не могу понять. Нужно разнять драку!» заявил Габриэль.

– «Это наш долг» вздохнула Фалмес, взмахом руки создав вокруг шеи спутника шесть колец света.

– «Да» решительно кивнул юноша, сделав шаг вперёд.

– «Внимание!» начал он, однако против своей воли оказался поглощён кутерьмой.

– «Габи!» с ужасом крикнула дама, отправившись на помощь.

Фалмес с запалом ввалилась в толпу и спустя пол минуты сумела-таки вытянуть оттуда товарища.

– «Ты цел!?» эмоционально произнесла она, подняв юношу за подмышки.

– «Да… Чего не скажешь, о малолетних грешниках» церковник указал пальцем на лихую молодёжь.

Спутница обернулась, узрев раскиданную по углам и стонущую от боли толпу.

– «Ой, а что с ними случилось? Неужели, это сделала я?» задалась вопросом дама.

– «Ты» с едва заметным раздражением отмахнулся Габриэль, отбившись от рук подруги. Он подошёл к ближайшему получеловеку, оттянув его ворот. На покрытой хитином шее висел медальон Рогов. Точная копия из дерева.

– «Что? Это не медальон Рогов!» воскликнул блондин.

– «Чё ты там шуршишь… Ой! Пакетик… Нормальный медальон… Какой смогли сделать» простонал лежащий рядом юнец.

– «Ох-х. Да это же обычная, прости господи, шпана, а не террористы!» топнул ногой сероглазый.

– «Следи за базаром, раритет» рявкнул другой получеловек.

– «Раритет?» моргнул паладин.

– «Завали чирикало, унтер» оживился мальчуган с алыми напульсниками. Его единственный локон волос упал на лицо.

– «Унтер?» снова моргнул Габриэль.

– «Ты кого унтером назвал, рарик!? Ваши деньки как главенствующей группы А закончены. Аве Консомния!» засучил рукава щетинистый получеловек, вставая на ноги.

– «Ди сюда, унтерок!» усмехнулся крововец, вынимая из кармана самодельный кастет, нашпигованный гвоздями.

Светлый Вихрь раскинул руки, громогласно произнеся:

– «Заканчивайте! Я не позволю продолжить драку в моём присутствии, ибо это мой паладинский долг!». Серые глаза сверкнули, в воздухе щёлкнула молния. Драчуны притихли.

– «Сходите в церковь, покайтесь во грехах! Но завтра, сейчас ближайшие отделения Церкви Белой Звезды закрыты. А теперь дружно возьмитесь за руки и разойдитесь по домам, отроки!» скомандовал Габриэль.

Столпотворение попарно похромало с моста.

– «Справедливость восстановлена!» смахнул пот со лба юноша: «Пойдём, Фалмес. Нам ещё убийцу ловить!».

– «Да…» кивнула девушка. Стоило хулиганам скрыться за поворотом, как они моментально возобновили рукоприкладство…

Паладины стояли на углу высокого забора, покрытого расистскими лозунгами, пошлыми во всех смыслах рисунками и рваными объявлениями.

– «Габи, давай уже по домам. Если так хочешь, то продолжим расследование завтра, после Мари Бернес» зевнула высокая дева.

– «Нет. Боюсь, я не смогу спать спокойно, покуда убийца безнаказанно ходит по земле» зевнул в ответ юноша.

– «Это так благородно… Мне бы хоть горсть твоего благородства, да вывести из себя малодушие» стыдливо подметила барышня.

– «Не волнуйся. Сейчас найдём нового получеловека, и он уж точно выведет нас к Рогам» заявил сероглазый.

Мимо паладинов по ночным улицам быстро прошагала приличного вида девушка-получеловек в дутой куртке.

– «Габи, вон получеловек! Почему ты пропустил её?» ткнула пальцем Фалмес.

– «Эта девица? Я тебя умоляю! Посмотри на неё, разве она похожа на террориста?» усмехнулся церковник.

– «Ты не думаешь, что это и странно? Она же ведь совсем чужда этому месту» почесала закованный в сталь затылок барышня.

– «Только во имя твоего спокойствия…» Габриэль, продолжая ухмыляться, окликнул прохожую: «Девушка, постойте, пожалуйста». Та остановилась, с удивлением обернувшись на паладина.

– «Не пугайтесь пожалуйста, я паладин. Мы с напарницей хотели бы узнать, что вы делаете одна в такой поздний час?» сверкая обворожительной улыбкой спросил он.

– «Иду домой с работы» отвечала прохожая.

– «Вот видишь, Фалмес» кинул спутнице церковник, затем вновь обратился к даме-получеловеку: «А где вы работаете?».

Стоило Габриэлю подойти чуть ближе, как дамочка моментально переменилась в лице. Она резко вытащила из кармана перочинный ножик, вонзив юноше в живот и рванула прочь.

– «Габи!» Фалмес совершила отточенный жест, швырнув в беглянку лезвием ветра, что сбило её с ног.

– «Аа-а-ай!» заорал блондин, схватившись за нож в брюхе.

– «Тише! Не вытаскивай, я сейчас помогу!» крикнула она, подхватив друга и протянув окутанные магией руки к ране. Из окна соседнего дома донеслось:

– «Позакрывали пи*даки, малолетние упыри, иначе в этот раз я всё-таки достану с полки арбалет и снесу ваши мелкие бошки! Четыре утра, мать вашу!».

– «Хорош орать, м*дло! Я спать пытаюсь!» отвечали из другого окна.

– «Завалитесь нах*й, п*дики, мой муж – Аль-Добатец залезет на ваши балконы и перережет глотки вам и вашим семьям!» пропищала дама из третьего окна…

Фалмес, невесёлый Габриэль с окровавленной дыркой в рубахе и девушка-получеловек, чьи распухшие щиколотки окроплены кровью восседали перед усатым гвардейцем в сетчатом кресле. Их окружали обшарпанные стены без окон, уставленные шкафами с папками.

– «…Итак, гражданка Лангро. Вы обвиняетесь в нападении на отца Габриэля. Вам есть, что сказать?» пробурчал заспанный гвардеец, растирая красные от спирта щёки.

– «Офицер, я уверен, что она из Рогов!» стукнул по столу паладин.

– «При ней не было обнаружено ни единого признака принадлежности к террористической группировке Рога. Однако ей также вменяется хранение и распространение. Полкилограмма, милочка. Хороший объёмчик» улыбнулся офицер.

– «Полкилограмма чего?» наивно спросила Фалмес. Габриэль и представитель исполнительной власти переглянулись.

– «Полкилограмма греховного счастья, матушка. Чистейшего» отрапортовал усач.

– «Ну, по крайней мере мы заставили справедливость восторжествовать. А это главное» ударил себя в грудь юноша, затем поморщился, когда недавняя рана отозвалась бульканьем в желудке.

Задержанная звякнула наручниками, медленно наклонившись к усатому гвардейцу.

– «Хочешь что-то сказать на ушко, зайка?» усмехнулся тот, глянув на кроличьи уши, торчащие из её головы. Габриэль совсем не расслышал, что преступница прошептала стражу закона.

– «Я тебя понял, красотка. Не знаю откуда ты знаешь ТАКИЕ имена, но на испуг взять меня не удалось. Вот когда придут, тогда и будем решать. А пока шуруй-ка в клетку» офицер указал рукой на распахнутые двери одиночного изолятора, возле которых, сгорбившись в язвительном поклоне ожидал молодой гвардеец с точно такими же усами…

Покинув гвардейский пост, церковники застыли посреди пустующей улицы.

– «Так, наверное следующего получеловека будешь ловить ты» задумчиво изрёк Габриэль.

– «Габи, нам нужно сменить план» необычайно твёрдо произнесла спутница.

– «А? Ч-что? Ну ладно… Но что тогда мы будем делать?» растерялся он, не ожидав такой резкой смены тона.

– «Я всё больше склонна думать, что убийца нападает не на случайных Рогов. Подумай, почему он так просто убил того мужчину в книжном? Даже ничего не спросил. Просто выстрелил в лицо. Значит он знал, что этот получеловек поддерживает Рога заранее!» отрезала она.

– «Точно… А может вообще именно он подкинул амулет! Это объясняет, почему все его жертвы были причислены к Рогам!» громогласно произнёс сероглазый.

– «Ну, этого я не говорила» лицо девушки сморщилось под шлемом.

– «…Должно быть он сам из Рогов! Или…» паладин было начал раскручивать свою гипотезу, однако был прерван спутницей:

– «Габриэль! Мы можем долго думать над тем, кто он есть такой, но сейчас это нам его найти не поможет. Город слишком большой. Давай пойдём спать?» сказала Фалмес.

– «Да… Большой город… Такие преступники как он – явно служат Тёмному Божеству. А где место тьмы в Нерисидии? Правильно, на самых нижних уровнях! Пойдём, мы должны их проверить – там немного» хлопнул в ладоши церковник.

– «Но ночью там особенно опасно появляться. Не всякий гильдиец решится отправиться туда днём, а уж ночью» начала девушка.

– «Не переживай, с нами свет Белой Звезды» бросил он, подковырнув ближайший люк. Под ним оказалась скрыта ржавая лестница.

– «Белая Звезда, упаси нас грешных от падения сквозь прогнившие улицы» вздохнула дама, спускаясь вслед за товарищем в тёмный тоннель.

27-3

Столица. С ветвей тополя вспорхнули птицы, одинокое пёрышко устремилось вниз. От золотых куполов и шпилей, где улицы сверкают чистотой, сквозь грязные трущобные районы, межующиеся с железными дорогами, до самого нижнего слоя города.

Каждый миллиметр этих мест был пропитан смогом. Металлические каркасы улиц проржавели, бетон мостовых осыпался, а пустые остовы зданий один за одним проваливались в бездну. Стаи крыс сновали по тонким перешейкам уцелевшей инфраструктуры, жадно поедая мусор, ниспосланный с верхних уровней.

Внезапно по мертвенным просторам пронёсся металлический скрежет, с лестницы спрыгнули паладины.

– «Ай…» поморщился Габриэль, потирая глаз: «Перо в глаз попало. Чуть не сорвался из-за него. Фалмес, посмотри».

– «М-м. Насколько вижу, твой глаз не пострадал. Но я могу наколдовать кольцо, чтобы было легче перенести боль» изрекла изнурённая Фалмес.

– «Давай. Только тише, убийца может быть где-то здесь» шикнул юноша.

– «Я в любом случае зажгу свет. Без него мы просто свалимся вниз» произнесла она, взмахнув рукой. На шее спутника вспыхнуло эфемерное кольцо, а над их головами образовался парящий клубочек света.

– «Приглуши чуть-чуть, мы же скрываемся» попросил он.

– «Как будет угодно» вдохнула она, щелчком пальцев убавив яркость заклинания…

Двенадцать раз дуэт находился на грани падения в бездну. Три раза Габриэля пытался убить город, скинув на голову прогнивший металл. Один раз лакированный сапог решила попробовать на вкус крыса. Но во всех этих случаях Светлый Вихрь каким-то мистическим образом сумел выйти сухим из воды. Даже испугаться толком не смог. А вот Фалмес эти скитания давались нелегко.

Паладины около часа потратили на обследование нижнего яруса, однако помимо пыли, крыс и мусора ничего не обнаружили.

– «Фух… Фалмес, погоди. Давай устроим перерыв, мне нужно отдохнуть» с отдышкой произнёс юноша.

– «На всё воля Белой Звезды» бессильно произнесла дама.

Габриэль неизвестно откуда достал складной стульчик, с протяжным стоном плюхнувшись на него. Фалмес же аккуратно присела рядом, с наслаждением сняв опостылевший шлем. Светлые волосы налипли на лоб.

Церковники заглянули в пропасть, на месте которой ранее находилось огромное здание, сейчас покоящееся во мраке под столицей.

Светало. Солнце показалось из-за горизонта сквозь пылевую завесу. Облака окрасились жёлто-серым.

– «Ф-фалмес, ты тоже это видишь?» блондин указал на солнце.

– «Да» сухо ответила не слишком удивлённая барышня.

– «Но как!? Почему мы видим солнце, его же не должно быть видно отсюда! Ландшафт, дым, угол обзора в конце концов!» воскликнул он.

– «Я слышала об этом явлении, но никогда сама не видела. Говорят, что на самом нижнем уровне столь силён миазматический фон, что можно наблюдать закаты и рассветы при помощи аномалии. Святые отцы связывают возникновение аномалии со святостью города, а учёные… Ну, я этого не должна знать, просто случайно услышала где-то… Учёные говорят, что всё из-за рунических кругов, начертанных под днищем города», проговорила барышня.

– «Рунических кругов?» выпучил глаза Светлый Вихрь.

– «Однажды, когда я ещё не была твоим адьютантом, мы с группой выходили с миссией под город. Гиблые это места, тёмные совсем. Вот просто идёшь, а вокруг ничего на многие километры: ни травинки, ни листочка, ни букашки. Только земля, канализационные трубы, резервуары с густой чёрной водой и постоянно осыпающиеся руины. Бандиты часто скидывают туда тела убиенных, поскольку гвардейцы не заходят вниз, да и просто люди иногда срываются, направь их души Белая Звезда. Мы охотились там на некропатов, и… Самое давящее – это город. Всё его дно исписано концентрическими рунами, напоминающими глаза. Есть теория, что это какой-то оберег» рассказывала церковница.

Неожиданно откуда-то сзади раздался бесплотный мужской голос с ярко выраженным солдатским говором:

– «Брехня, никакой то не оберег». Напарники обернулись, узрев сидящего на рухнувшем фонаре мужчину с оголённым торсом. Его жилистое тело покрывали старые шрамы, на босых ногах стальные колодки, цепи которых оборваны, а грудь украшает татуировка, изображающая зубастого зверька с шестью лапами и игольчатой спиной. Герб.

– «Кто вы!?» вскочил со стула Габриэль, положив руку на меч.

– «Лейтенант Рауль Де Гудье» спокойно, даже с каким-то радушием отрапортовал военный.

– «Фалмес, это может быть убийца!» сероглазый обратился к спутнице, после чего спросил у незнакомца: «Что вы здесь делаете? Почему подкрались к нам со спины?».

– «Я не подкрадывался, я всегда тут был» отвечал Рауль.

– «Значит, вы здесь живёте, да? Не видели в последнее время ничего подозрительного?» прищурился паладин.

– «Нет, коллаборатьюр. Только крысы, время и рабочие иногда заходят трубы латать» мотнул головой мужчина.

– «Так, а что вы здесь делаете? Скрываетесь от закона?» шагнул ближе блондин.

– «Пытаю вечность Нерифорт-Сидии» улыбнулся Рауль.

– «Но как вы выживаете? Выбираетесь в верхний город за едой?» напрягся пуще прежнего юноша.

– «А кто сказал, что я жив?» усмехнулся солдат, продемонстрировав товарищам свою спину.

На коже мужчины застыли ручейки крови, а плоть изрешечена десятками круглых отверстий.

– «Некропат!» рявкнул Габриэль, моментально запустив в собеседника молнией. Электрическая вспышка прошла сквозь тело Рауля, будто его вовсе нет, ударив где-то за домами.

– «Чт…» обомлел церковник.

– «Я не некропат, коллаборатьюр. Я верный солдат страны, которой больше нет» мужчина вяло поднялся с фонаря, проведя рукой по татуировке.

– «Габи. Следы у него на спине не от арбалетных болтов. Похоже… Похоже, это пули. Пороховые пули, Габи! Времён ЕФГ!» агрессивно прошептала Фалмес, отступив на шаг назад.

– «Я думаю, это призрак. Нам нужно как-то его уничтожить!» отрезал паладин.

– «Уничтожить? Зачем? Чем же я так провинился?» улыбнулся солдат.

– «Ты – нечисть! Богопротивный призрак! Назови свой предмет привязки, и я его уничтожу, рассеяв твою искажённую душу по миру» ветер развил плащ юноши.

– «Если бы всё было так просто… Город, коллаборатьюр. Город – вот предмет моей привязки!» развёл руками призрак: «И пока Нерифорт-Сидия не рухнет, я обречён гнить здесь, среди ржавого металла и бетона».

Церковники переглянулись.

– «Но разве так бывает?» Габриэль спросил у своей подруги.

– «По идее, может» кивнула та.

– «Что вы такие нервные, товарищи паладины? Будто призрака увидали… Присаживайтесь, вы начали диалог на очень любопытную тему» Рауль растворился в воздухе, вновь материализовавшись на крыше покосившегося билетного киоска.

– «К-какую тему? Изыди, нечисть!» чуть отступил блондин.

– «Он про рунические обереги» шепнула барышня.

– «Да не обереги это, ничерта!» воскликнул дух: «Во время второй вспышки СМВ наши архитекторы воздвигали города крепости-или переоборудовали старые, дабы дистанцироваться от мутантов. Это движители, что поднимут Нерифорт-Сидию в небо!».

– «Нерифорт-Сидия? В небо? Что ты имеешь в виду?» запутался Габриэль.

– «Совсем не изучаете вы своего прошлого. Раньше городов как Нерифорт было много. Приставка «Сидия» значит, что город оснащён системой взлёта. Но во время войны с Мортом нежить уничтожила все, кроме Нерифорт-Сидия. Стольный град Мартемьянов вы так и не взяли, а бывшие Первый, Второй и Третий Автономные Округа со временем объединились, став Дюрстолем. Северные революционеры назначили Нерифорт-Сидия своей столицей, но к этому времени народ изрядно измельчал, коллаборатьюр, детали истории не прожили и четырёхсот лет. Теперь это Нерисидия – тень своего былого величия» держал ответ призрак.

– «Я не знал…» открыл рот Габриэль.

– «А ваше поколение ничерта не знает, коллаборатьюр. При ЕФГ образование обязательно для всех было. А сейчас… Одни безмозглые селюки в ремонтниках служат, до десяти сосчитать не могут. Ну хоть читать все худо-бедно умеют, призрак образования, которое вы, революционеры, не смогли разрушить! Блудниц узаконили, монарха вверх себя поставили, армию развалили, всё запустили, чёрт меня побери. Я своими руками эти железные дороги строил. Мы прокинули их через поля, через горы и болота, даже через океаны! Представляешь, через океаны! А вы… Вы всё просрали. Вы дали МОРу власть, которой они всегда жаждали. Теперь ни одно государство им не указ! Колдуны – вот ваша настоящая власть. А при ЕФГ такого не было! Наши МОР держали в ежовых рукавицах» зашёлся тирадой Рауль, глядя вдаль с рукой на груди.

Фалмес склонила голову, аккуратно поглаживая толстую косу:

– «Рауль, а как вы погибли?». Мужчина заметно помрачнел.

– «Проклятые революционеры пришли за мной» начал он, спрыгнув с козырька: «Революция случилась прямо после победы над СМВ. Месяца не прошло, как Североальянсники снова подняли свои плешивые головы. И в армии нашлись предатели, и в правительстве. Уверен, они всё спланировали заранее. Народ осадил Дом Совета в Мартемьянове. Применяли артиллеристов, перерезали все коммуникации. В итоге даже там нашлись крысы. Головы вождей вынесли САшникам в оцинкованных вёдрах, как груши… А мы ещё долго сражались за свою родину. Но я всё равно попал в плен».

– «Вы погибли в плену?» спросила девушка.

– «Фалмес!» шикнул юноша: «Хватит общаться с призраком – это грешно».

– «Нет, коллаборатьюр, увы…» черты лица призрака заострились, а голос огрубел: «Очаги сопротивления гасли один за одним. Нерифорт пал последним. Здесь была моя семья в этот момент. Я выбрался из подвалов… И сражался… И бежал к моим девочкам по улицам этого проклятого города. Всюду были революционеры, они резали наших как курей. Я успел добежать до дома, когда революционеры уже ломились в двери. Я… Я… Последнее, что я смог сделать, истекая кровью – закрыть девчонок собой».

– «Вы… Вы пожертвовали собой во спасение семьи?» глаза Фалмес округлились.

– «Я их не спас…» мрачнее тучи отрезал дух: «Вернее, от пуль-то я их спас. Но лучше бы они умерли сразу. Прошло больше четырёхсот лет, а я как сейчас помню слёзы на глазах Маруськи… Ты… Они… Ублюдки пустили по рукам всю мою семью. Они…». Видя, как мужчина давит слёзы, церковница пролепетала:

– «Прошу, не продолжайте, вам больно…».

– «Младшая, Маруся, умерла первой. Истекла кровью после очередного круга надругательств. Ей было семь. Всего семь, твою мать! А когда она умерла, то революционеры отдали её тельце на растерзание псам… Остальные протянули ещё пару дней. Хуже всех пришлось старшей дочке, Изабель. Выживала месяц в этом аду. Ей… Ей отрубили руки и посадили на цепь. А дальше… Отрезали… Отрезали грудь и… И…» из мёртвых глаз хлынули живые слёзы, истирающиеся о воздух. Мужчина утонул в сдавленных всхлипах.

Фалмес подошла к духу, попытавшись заключить в объятья. Руки прошли сквозь эфемерное тело. Она оглядела свои ладони, до боли сжав кулаки, и мягко прошептала ему на ухо:

– «Не печальтесь, Рауль. Однажды вы встретитесь с ними на небесах, и там больше не будет человеческой жестокости. Там не будет боли, несправедливости, голода. Там все получат то, чего не успели получить при жизни». Девушка произнесла эту реплику столь непосредственно и наивно, что Рауль поднял взгляд, полный зарождающейся смуты.

– «Да я не…» хотел с негодованием произнести он, однако пересёкся глазами с церковницей, не найдя там ничего, кроме чистейшего тепла. Это были воистину неземные очи.

– «С-спасибо, матушка» кивнул солдат: «Время лечит. Мне уже не так больно».

Внезапно между призраком и спутницей встал Габриэль:

– «Фалмес, отойди от нечистого!».

– «Что? Но Габи…» растерялась девушка.

– «Ни один призрак не попадёт в Царствие Небесное, поскольку они отвергли зов Белой Звезды, оставшись в этом мире!» отрезал паладин, сверкнув серебряным взглядом.

– «Разве? Но почему!?» воскликнула барышня: «Он погиб героической смертью мученика, защищая своих ближних, он заслужил место в Царствии Небесном».

– «Таковы правила» твёрдо заявил юноша.

– «Это… Я не верю, что такому нас учит священное писание!» замотала головой блондинка.

– «Постой. Фалмес, подумай, что ты говоришь. Это же Ересь!» ужаснулся он.

– «Нет. Нет… Я не… Я не говорю ересь» смутилась церковница.

В диалог вмешался Рауль:

– «Матушка. Не стоит из-за пережитка прошлого ругаться с вашим другом. За эти годы я многое передумал и многое понял. Не было у меня при жизни ничего важнее и ценнее семьи. Но я этого не понимал. У меня был шанс смириться, но я продолжал сражаться за мёртвую идеологию. И эта борьба стоила мне семьи. Теперь я просто мёртвый солдат давно несуществующей страны, что будет вечность прозябать среди пустых руин. Так мне, впрочем, и надо».

– «Господин призрак…» начала было дама, однако оказалась перебита местным обитателем:

– «Матушка, вы итак сказали слишком много хороших слов этому мертвецу. О большем я не смею и мечтать. Разве что… Разве что вам не составит труда ещё когда-нибудь меня навестить? Я, честно сказать, не имею здесь большой возможности поговорить с кем-то. Крысы неразговорчивы, ветер – пустослов, а рабочие настолько злоупотребляют спиртом, что вряд ли сами могут разобрать свои бредни».

Инициативу в диалоге вновь выхватил паладин:

– «Мы ведём расследование по поиску убийства во имя Белой Звезды, и у нас нет времени на разговоры с нечистью. Пойдём, Фалмес».

– «Убийство?» прищурился солдат.

– «Да. Убийца – огромный мужчина в дорожном плаще с капюшоном. Крайне ловок для своих габаритов, будто настоящий кот. Убивает полулюдей, принадлежащих к группировке Рогов при помощи самодельного арбалета на монетных болтах» закивала Фалмес.

– «Адъютант, не выдавай подробности дела призраку» фыркнул Габриэль.

– «Кажется… Кажется мне есть, что сказать по этому поводу!» внезапно просиял солдат, растворившись в пространстве. Он появился на изголовье покрытой мхом лавочки, сжимая в руках блестящий предмет с засохшими пятнами крови: «Это же медальоны Рогов, да?».

– «Откуда он у вас?» выпучила глаза дама, взяв медальон. Блондин вырвал его у неё из рук, принявшись жадно разглядывать.

– «Крыса в зубах притащила. Они у меня как сороки – всё на базу тащат. Фантики, отрубленные пальцы, иногда даже такие вещи» держал ответ дух.

– «Невелика улика. Вот если бы мы знали, где искать владельца амулета…» задумался юноша.

– «Третий уровень, где-то возле рынка» обыденно бросил Рауль. Церковники переглянулись, одарив его непонимающими взорами.

– «Дайте поясню, коллаборатьюрес: я здесь торчу столько времени наедине с одними крысами, что каждую запомнил в мордочку и каждой дал имя. Они – моя единственная компания, и естественно я знаю где каждая из них проводит свой досуг вне нижнего уровня» пояснил призрак.

– «Но вы же не можете покинуть нижний уровень… Как вы…» пыталась проморгаться бронированная барышня.

– «Пусть это останется маленькой загадкой, мотивирующей вас на новое посещение старика» улыбнулся солдат древней страны. Аномальное солнце ярким ураганом залило мёртвые остатки улиц. С заросшей сторожки взлетели голуби, и та рухнула в бездну…

Позднее утро. Трущобные дома плотно обступили ветхие стены старого спортивного стадиона, вся площадь которого уставлена рыночными палатками. Неподалёку, среди безлюдных развалин, сожранных давнишним пожаром, двое церковников стояли над чем-то уродливым и источающим чудовищный запах.

– «Фалмес. Это же не могло быть живым?» спросил Габриэль, прикрыв лицо полами плаща.

– «Я… Я думаю, что это человек. Получеловек, если вон та штука была хвостом…» отвечала Фалмес, стараясь не потерять сознание от смрада.

– «О, Белая Звезда! Как труп смог дойти до такого непотребного состояния?» воскликнул паладин.

– «Похоже, крысам и насекомым он пришёлся не по вкусу… В отличие от грибов… М-мне надо отойти!» девушка стремительно покинула помещение, на бегу снимая шлем.

По подворотне разошёлся характерный утробный звук. Габриэль скорчил надменно-понимающую физиономию: «Бедная девочка, не выдержала такого зрелища. Как джентльмен я не смею упрекать её в слабости, хотя на её месте я бы наверняка выдерж…». Он не успел додумать мысль, как трупный ветерок пощекотал ноздри чуть сильнее, и всё содержимое желудка моментально оказалось поверх лакированных сапожек.

Немного погодя бледные паладины вновь разглядывали труп с безопасного расстояния.

– «Там под плесенью кусочки марок» бросила девушка, указав пальцем на мятые монеты.

– «Монетные боеприпасы!» с важным видом констатировал юноша.

– «Вокруг трупа отпечатки больших подошв» подметила она.

– «У нашего убийцы большие ботинки!» кивал он.

– «И… Кажется, под убитым что-то лежит. Какой-то клочок бумаги» прищурилась барышня, пытаясь разглядеть.

– «Да, точно. Вытащи это, адъютант» скомандовал блондин.

Фалмес пару раз вздохнула, набрала побольше воздуха в лёгкие и послушно отправилась выполнять грязную работу. Вскоре в её руках оказалась гнилая карта, мокрыми кусками осыпающаяся на пол.

– «Это же карта столицы…» проговорила она.

– «Карта столицы! Но что это значит?» задумался паладин.

– «Не похоже, что карта принадлежала убитому. Значит, убийца неместный» предположила церковница.

– «Однозначно! Гвардейцы ведут учёт въехавших в город людей, нужно просмотреть их списки за последние несколько месяцев» выдал сероглазый.

– «Я не думаю, что убийца попал в эти списки, учитывая сколько есть неучтённых способов попасть в столицу. Давай сперва сообщим гвардейцам о найденном трупе и покажем карту.

– «Ну да, я тоже хотел это предложить. В путь!» произнёс Габриэль, моментально выскочив из здания…

Перед ранее посещённым гвардейским участком дуэт обнаружил сожжённую полицейскую карету. Они переглянулись, спешно проследовав внутрь. За несколькими коридорами и парой дубовый дверей их встретил всё тот же усатый офицер, пахнущий спиртом. Клетка за его спиной пустовала.

– «Доброе утро, господа церковники. Что вновь привело вас ко мне?» оживился мужчина, отложив одинокий бутерброд с сыром в сторону.

– «А что случилось с каретой у входа?» сразу перешёл к делу юноша.

– «Неприятный инцидент» поморщился гвардеец: «Виноватые уже… Эх-х… Наказаны».

– «А где та преступница, что я вам привёл?» продолжал расспросы Габриэль.

– «Она… Она передана ВЫСШИМ инстанциям» попытался улыбнуться страж закона.

– «Господин офицер, доброе утро» вклинилась в диалог Фалмес: «Мы занимаемся собственным церковным расследованием по поиску убийцы мужчины в книжном магазине на улице Ригеля. Это пятый уровень города».

– «Что ж, полагаю, данное дело находится под юрисдикцией участков пять-один, пять-два или пять-три. Мы ни с юридической точки зрения не можем вмешиваться в их дела, ни с практической, поскольку являемся единственным участком третьего уровня и имеем своей работы выше крыши» проговорил офицер, покручивая ус.

– «Нет-нет, мы не просим брать это дело на себя. Просто хотим донести, что обнаружили в развалинах рядом с рынком труп, вероятно имеющий отношение к делу» пояснила девушка.

Гвардеец помрачнел.

– «Чёрт. Принято, я сообщу пятёркам, пусть вышлют своих ребят на осмотр места преступления. Вы ничего оттуда не брали?» спросил он.

– «Только эту карту, которую потерял убийца» барышня вытянула из подпространства гнилую бумагу.

– «Вы взяли оттуда вещдок? Ох-х, укуси меня бармирог… Ладно, пусть пятёрки сами разбираются, но на будущее я обязан вас предупредить: ничего не меняйте на месте преступления. Лучше вообще туда не суйтесь, если нет необходимости» тяжело вздохнул скованный в словах страж порядка.

– «Офицер, Белая Звезда наделила нас правом вести свои расследования так как мы считаем нужным!» выпятил грудь паладин.

– «Да, просим прощения, в будущем постараемся не чинить вам проблем» закивала высокая особа: «Мы надеялись, что вы поможете разузнать побольше об убийце по этой карте».

– «С чего бы мне этим заниматься? Это не в моих полномочиях» выгнул бровь мужчина.

– «Вы знаете, кто я такой?» встал в величественную позу блондин. Взявшийся из ниоткуда ветер развил его плащ.

– «Во имя Белой Звезды, господин офицер» попросила Фалмес.

– «Да что ж с вами сделаешь… Всю ночь не спали, матушка, да? Давайте сюда, посмотрю» махнул рукой страж закона, быстро запихав в рот бутерброд.

На стол легла оборванная карта, изображающая один из уровней города.

– «Что ж, сперва-наперво, это карта пятого уровня» проговорил блюститель закона, склонившись над бумагой с лупой: «Куплена недавно, в районе месяца – об этом свидетельствует наличие на карте третьей районной поликлиники. Где куплена сказать не могу. М-м… Убийца – человек не самый опрятный, на карте присутствуют следы жира и рыбья чешуя. Отпечатков, увы, не снять, но… Эй Ребьё, подойди!».

Из-за перегородки вышел юноша с кручёными усами и короткими кошачьими ушами на макушке.

– «В чём дело, начальник?» без энтузиазма спросил он.

– «Ты же у нас любитель рыбки? Что можешь сказать?» офицер продемонстрировал переливающуюся перламутром чешуйку.

– «Если проигнорировать трупный смрад, то такая чешуя может быть совершенно у любой рыбы» скрестил руки на груди молодой гвардеец.

– «Не выделывайся, а погляди поближе, салага» усмехнулся офицер.

Получеловек осмотрел чешую внимательней:

– «О-о! А у вашего убийцы есть вкус! Это рапида молочная, мало где такую найдёшь. Она многими считается мусорной рыбой, что в корне неверно. Нужно просто достаточно разбираться, чтобы понять её самобытный вкус. Вам прямая дорога на восточный рыбный базар».

– «Это та плотвичка, которой ты вонял на весь офис?» спросил офицер.

– «Да, это «та плотвичка», которую вы запретили приносить с собой, сэр» последовал ответ.

– «Спасибо за помощь, господа. Я в сегодняшней молитве обязательно упомяну вас» поклонилась Фалмес.

– «Ну хотя бы кто-то за нас помолится» печально улыбнулся усатый мужчина…

Выйдя из участка, паладины остановились напротив сгоревшей кареты.

– «Знаешь, нам бы передохнуть, всю ночь на ногах как-никак. Давай продолжим расследование завтра?» зевнул юноша.

– «Габи, на всё воля твоя. После занятий с Мари Бернес у тебя записаны только Агресты, но я могу им сообщить, что приём отменяется. Где там был мой передатчик, попрошу скорее подать карету, может ещё не опоздали на тренировку» девушка запустила руку в подпространство.

– «Нет, я так подумал, давай довершим начатое» резко передумал Светлый Вихрь.

– «Эм-м… Хорошо. Значит, рыбный рынок, да?» спросила спутница.

– «Рыбный рынок!» он поставил ногу на бордюр, указав перстом куда-то в сторону тлеющей помойки…

28-3

Ещё издалека паладинам стало до боли очевидно – они приближаются к рыбному рынку. Об этом свидетельствовал почти осязаемый речной смрад и толпящиеся всюду коты.

– «Кошки облюбовали этот район. Теперь его многие называют Кошачьим Городком» выдала Фалмес.

– «Ужасно» зажал нос Габриэль, наблюдая котов на каждом заборе в зоне видимости.

– «Не любишь котиков?» спросила дама, вокруг ног которой увивались десятки шерстистых зверьков.

– «Пошли уже» увильнул от ответа паладин, направившись вдоль забора под пристальными взглядами местных хозяев…

Главный рыбный рынок Нерисидии являл собой широкую бетонную площадку с обезглавленной статуей по центру. Сверху грохотали поезда дальнего следования, а по площади меж ларьков бродили разномастные покупатели.

Товарищи постарались слиться с толпой, важно присоединившись к тягучему движению по витиеватому маршруту.

– «Нам нужно найти того, кто продаёт рапиду молочную» шепнула девушка.

– «Да, но как?» задумался юноша.

– «Спросим у продавцов» моргнула она.

– «Нет, так нельзя. Продавец может быть в сговоре с убийцей» выдал он.

– «Габи, но… Но зачем это продавцу?» развела руками барышня.

– «Много зачем. Поверь, я этих преступников хорошо знаю. Тут нужен более тонкий подход» с лицом знатока проговорил паладин: «Смотри, как надо».

Габриэль подошёл к прилавку, встал в позу и подмигнул продавщице:

– «Я бы хотел купить рапиду молочную». Дама далеко за шестьдесят приспустила очки, ответив:

– «Не продаём такого, молодой человек».

– «А кто может продавать?» подсуетилась Фалмес.

– «Да нахрен вам эта рапида сдалась? Вот карпик у меня есть, судачок, белоск хороший» отвечала продавщица.

– «Нет-нет, спасибо. Нам бы только узнать, где купить рапиду молочную» отмахнулась барышня.

– «Ну тогда поищите где-нибудь в другом месте, базар большой» отстранилась женщина в возрасте.

Двое отошли от прилавка.

– «Странно… Возможно, эта бабуля в сговоре с убийцей» задумался церковник.

– «Я так не думаю» мотнула головой спутница. Внезапно их окликнули:

– «Отец Габриэль, матушка Фалмес».

Обернувшись, церковники могли лицезреть молодую девушку в простой, но приличной одежде, чьё лицо покрыто белой шерстью, а голова увенчана кошачьими ушами.

– «Здравствуйте, я Лара – служанка семьи Агрест. Мы с вами виделись на приёме Рейвенкордов» девушка выписала реверанс.

– «Доброе утро, Лара. Как поживают ваши госпожи?» харизматично улыбнулся Габриэль.

– «Прекрасно, добрый господин. Готовятся к сегодняшнему приёму и ожидают вас» отвечала служанка.

– «О-о… Не хотел бы их расстроить, но сегодняшнюю встречу я посетить, по-видимому, не смогу. На нашу долю выпало расследование убийства» слово «убийства» юноша произнёс особо загадочно.

– «Вот как. Я обязательно передам госпожам» кивнула Лара: «Простите моё любопытство, но поиск рапиды молочной связан с вашим делом?».

– «Истинно так» буркнул юноша.

– «Тогда, с вашего разрешения, я хотела бы вам помочь. На этом рынке можно раздобыть самую диковинную рыбу, мы часто запасаем здесь продукты для кухарки. Конкретно рапида молочная продаётся вон у того дедушки под жёлтым навесом» барышня указала пальцем куда-то в сторону.

– «Весьма признателен вам за помощь» блондин обвёл её заученным жестом.

– «Рада быть полезной» склонила голову Лара…

Сыщики от бога пробрались сквозь постепенно нарастающую толпу к ларьку с жёлтым навесом. За прилавком их встречал седой дед, половина головы которого выбрита, а длинные волосы с другой половины заплетены в косы. На простой рубахе в качестве заплаток использованы неформальные молодёжные нашивки. Красноречиво говорили о хозяине точки стоящий у стенки боевой топор и патефон, тихо играющий тяжёлые фолк-рок композиции.

– «Хозяин, мы слышали, что у вас можно купить рапиду молочную» начала Фалмес.

– «ЧЁ?» приложил руку к уху старик.

– «РАПИДУ МОЛОЧНУЮ КУПИТЬ ХОТИМ!» во всё горло прокричал уставший паладин, заставив толпу всколыхнуться.

– «ТОЧНО ХОЧЕШЬ?» крикнул в ответ хозяин ларька.

– «НЕ СОВСЕМ! У ТЕБЯ ПОКУПАЛ РЫБУ БОЛЬШОЙ МУЖЧИНА В ПУТЕВОМ ПЛАЩЕ?» орал юноша.

– «Габриэль, не надо так кричать о деталях расследования» шикнула Фалмес.

– «НЕ ВМЕШИВАЙСЯ, ДЕВЧОНКА! ЧЕЛ РЕАЛЬНО ЧУВСТВУЕТ!» продавец прибавил громкость патефона, качая головой в такт музыке.

– «ТАК ПОКУПАЛ ИЛИ НЕТ?» крикнул блондин.

– «ЗДОРОВЫЙ ТАКОЙ ФРИК С ПУШКОЙ НАПЕРЕВЕС? ПОКУПАЛ НЕДЕЛЮ НАЗАД! РАСПЛАТИЛСЯ КРАДЕНЫМИ БАБКАМИ, ГОВОР ИМЕЛ ПРОСТОЙ РАБОЧИЙ, КАК У СТАЛЕВАРА ИЛИ ПЛОТНИКА, А ЕЩЁ С НИМ БАБА БЫЛА. ПРОСТИТУТКА!» старик оттопырил указательный палец и мизинец, вознеся руку к небу на самом ярком моменте припева.

– «С ЧЕГО ВЫ ВЗЯЛИ, ЧТО ЭТО БЫЛА ГУЛЯЩАЯ ДЕВА?» спросил паладин.

– «С ТОГО, ЧТО ПО ДОРОГЕ ДОМОЙ ИНОГДА ЕЁ ВИЖУ. МЕЖДУ ТРЕТЬЕЙ И ЧЕТВЁРТОЙ УЛИЦЕЙ. НАВЕРНОЕ, В ТАМОШНЕМ БОРДЕЛЕ РАБОТАЕТ. БАБА-ПОЛУЧЕЛОВЕК, НАВРОДЕ КУЗНЕЧИКА! ЭТО ВСЁ, ЧТО ЗНАЮ» отвечал хозяин.

– «СПАСИБО ЗА СОДЕЙСТВИЕ. БЛАГОСЛОВИ ВАС БЕЛАЯ ЗВЕЗДА!» кивнул сероглазый.

– «ББ, ЧУВАК!» высунул язык старичок, полностью отдавшись мелодии.

Габриэль и Фалмес быстро покинули рыбный рынок. Они остановились в подворотне напротив двери, размалёванной рисунками котиков. Под ней лежало несколько этих самых котиков.

– «А ты мастерски нашёл подход к старичку» улыбнулась девушка, бросив котам специально купленную рыбку.

– «Такова работа паладина, разить языком во имя света. Хотя, лично я не люблю тяжёлую музыку» поправил плащ церковник.

– «Я тоже. Она очень громкая, в ней много насилия и даже проскакивают богохульные мотивы» кивнула собеседница.

– «Ну, признаться, я в отрочестве время от времени слушал такую музыку… Однако сейчас считаю её неприемлемой. Вот огненному чудовищу она до сих пор, должно быть, нравится. Огненное чудовище… Помнишь, я рассказывал?» спросил блондин.

– «Кай, твой бывший друг. Ты с ним ещё на площади в Берденбрёме сражался» неожиданно серьёзно проговорила Фалмес.

– «Да» печально кивнул юноша.

– «И пощадил» прибавила она.

– «Пощадил…» он бросил задумчивый взгляд вдаль: «Что ж. Нужно продолжать расследование. Путь наш лежит в публичный дом, надобно расспросить ту блудницу об убийце».

– «Я… Может ты сам?» смутилась напарница.

– «Фалмес. Когда-то мы уже поднимали эту тему. Во имя Белой Звезды ты сдюжишь сие испытание» хлопнул её по плечу сероглазый.

– «Хорошо. Во имя Белой Звезды» сделала вдох-выдох барышня…

С громким клацаньем в город въехал поезд. Под колёсами карет заклубился дым. Шаг – церковники застыли перед старым пятиэтажным домом с покатыми крышами. С виду обычный дом, однако намного чище стоящих поблизости строений, почти все окна занавешены, а над главным входом висит табличка: «Публичный Дом Мадам Беатрис».

– «Вот оно, логово зла» прошептала Фалмес, туже натягивая шлем.

– «Крепись, я с тобой» важно проговорил Габриэль, приоткрыв дверь: «Дамы вперёд».

Внутри товарищей встретил чистый холл, выложенный мраморной плиткой, несколько задымлённых террас, где общались приличного вида люди за столиками и гостевая стойка с улыбчивой девушкой невиданной красоты.

– «Доброе утро, милостивые господа. Чего изволите?» прощебетала она нежным как шёлк голоском.

– «Э-э-э… Нам бы…» растерялся юноша, кашлянув в кулак.

– «Не стесняйтесь, прошу. В Доме Мадам Беатрис мы часто принимаем как церковников, так и рыцарей. И принимаем столь роскошно, сколь можем» ласково улыбнулась девушка.

– «Я не рыцарь, я боевая дева Белой Звезды. И я не намерена пользоваться вашими нечестивыми услугами! Мы здесь по церковному расследованию» скверно сдерживая агрессию, ощетинилась бронированная дама.

– «Расследование? А можно ли увидеть ваше удостоверение?» продолжала улыбаться местная работница.

– «Конечно» Светлый Вихрь уже потянулся за своим удостоверением, однако внезапно внутри нечто кольнуло. Он отчётливо осознал, что не хочет доставать заветный кусочек картона на всеобщее обозрение в таком месте:

– «Адъютант, покажи документ».

Фалмес с уже не скрываемым презрением протянула удостоверение работнице заведения. Та быстро достала очки из чехольчика, внимательно вчитавшись.

– «Хм-м. Не знаю, чем мы привлекли ваше внимание, но мы готовы пойти на встречу расследованию. Дом Мадам Беатрис – чистый бизнес, что строился десятилетиями. Нам не выгодно терпеть репутационные потери ради сиюминутной выгоды».

– «Это хорошо. Мы ищем девушку-кузнечика, как её описал очевидец. Она в вечернее время дежурит между третьей и четвёртой улицами» отвечал паладин.

– «Да, у нас работает такая сотрудница. Прежде чем назвать её имя, я хотела бы знать, что именно вам от неё нужно? Помимо своей репутации мы также крайне беспокоимся о безопасности и комфорте сотрудниц. Честь заведения, с вашего позволения» всё так же лыбилась прекрасная дева.

– «Да о какой вообще чести вы смеете говорить!?» начала было Фалмес, однако товарищ её вовремя перебил:

– «Мы намереваемся задать ей несколько вопросов. Без ареста».

– «Что ж, прекрасно. Её имя – Лилиана. Она в саду на крыше, Герман вас сопроводит» сотрудница передала ключи рябому мордовороту в смокинге.

– «Пойдём» сурово буркнул тот, указав рукой на лестницу.

Четыре этажа вверх. Мужчина распахнул дверь перед паладинами. В лица ударил яркий свет, столь несвойственный для мрачных слоёв Нерисидии. Ноздри атаковал приятный аромат цветов. На цветущую зеленью крышу сквозь множество подвесных улиц падал прямой поток света, а ветер приносил запахи с поверхности. «Боже, сейчас бы наверх. Или домой» подумал юноша, на миг перестав ощущать вездесущий запах сырого и одновременно засушливого погреба, заполненного дымом.

Опираясь о перила, здесь мирно курили куртизанки, молча занятые своими делами. Одна с досадой осматривала рваный чулок, другая подравнивала макияж, третья топила тоску на дне бутылки. Они единовременно подняли головы, обнаружив новоприбывших.

– «Лиля, тебя хотят эти господа на пару слов» пробасил Герман.

– «В чём дело?» проскрипела безжизненным голосом молодая девушка в коротком платье с чудовищным декольте. Её грудь и ноги местами покрывали пластинки зеленоватого хитина, из спины выходили дополнительные конечности насекомого с острыми пилками, а лоб украшали два усика.

– «Лилиана, мы расследуем дело об убийце Рогов. Свидетель видел с тобой убийцу» начал паладин.

Остальные куртизанки и Герман быстро покинули крышу, оставив детективов наедине с девушкой-кузнечиком.

– «И что? Через меня много людей проходит, опишите его сперва» прохрипела она, присев на край клумбы.

– «Очень большой мужчина в путевом плаще с капюшоном. Ты с ним была на рыбном рынке недавно» сказал блондин.

– «Да, припоминаю. Был у меня такой клиент».

– «Опиши его внешность» попросил он. Спутница достала блокнот.

– «Внешность? Хм. Белый мужчина за тридцать. Лысый. Мускулистый, судя по шрамам бывший вояка. Говор солдатский. Не удивлюсь, если кайзеровец» перечисляла профурсетка.

– «Так. А что ты делала с ним на рынке? Продавец, вернее свидетель, говорил, что ты с ним покупала рыбу» вопрошал Светлый Вихрь.

– «Иногда клиенты попадаются с причудами. Например, один захотел романтики в заброшенной церкви, другой просил измазаться мороженым. Чуть тогда не простыла… Этот вот на рынок меня потащил» пожала плечами дама, выбросив тлеющий бычок с крыши.

– «И что потом?» прищурился юноша.

– «Секс» скупо отвечала Лилиана.

– «Ясно. Кхм-кхм… Он не говорил, куда собирается направиться после? Можете предположить, где сейчас убийца?» кашлянул юноша, пряча взгляд.

– «Нет. Не вполне… Хотя. Думаю… Думаю, он скрывается в заброшенной церкви, что вниз по улице» задумалась она.

– «Почему вы так решили?» удивился он.

– «От этого вояки пахло старыми свечами и благовониями» последовал ответ.

– «Благовониями? У вас хороший нюх» подметил паладин.

– «Я же получеловек. По ночам стрекочу, мешая соседям спать и откусываю клиентам головы после соития» усмехнулась профурсетка, обнажив клыки-пилочки: «Шучу. Я не стрекочу по ночам».

– «Э-э… Да, спасибо большое за сведения. Оставайтесь здесь, чтобы в случае чего мы смогли к вам вернуться с вопросами. Всего доброго!» поклонился Габриэль, пулей выскочив с крыши.

Церковники быстрым шагом добрались до старой деревянной церквушки. Над ней грузно нависали слои города, а сама она балансировала буквально на самом краю пропасти. Солнце частично освещало эти места своими косыми лучами.

– «Заходим» бросил Габриэль, обнажив меч и окружив себя фирменным щитом-пузырём.

– «Смотри под ноги и по сторонам» кивнула спутница, вытащив из подпространства помповый арбалет.

Двое тихо приоткрыли дверь, осветив пыльную церквушку потоками яркого света. Четыре колонны, старые подсвечники и фигура на коленях посреди помещения, там, где темнее всего.

– «Не двигайтесь, это боевое отделение Церкви! Поднимите руки вверх, чтобы мы их видели!» крикнул юноша. Фалмес молча прицелилась.

– «Ч-чаго?» высоким дрожащим голосом проскрипел неизвестный в лохмотьях: «Не слышу»

– «Вы… Фалмес, для убийцы он маловат как-то» задумался паладин.

– «Да» кивнула она.

– «Раб божий, повернитесь к нам лицом, пожалуйста» в приказной манере произнёс он.

Человек в лохмотьях медленно провернулся на карачках. Его тощие руки дрожали, а лицо скрывала тень.

– «Это старик» шепнул Светлый Вихрь, затем обратился к старичку: «Назовитесь. Что вы здесь делаете?».

– «Я с-странствующий паломник. Хожу по церквушкам, как эта. Они самые намоленные, батюшка» отвечал неизвестный.

– «И сколько вы странствуете?» внезапно оживился блондин.

– «Сколько себя помню, батюшка. Всю сознательную жизнь я посвятил поискам мудрости. Той идеи, что насквозь пропитывает этот мир» проговорил старичок.

– «И какой бы мудростью вы могли со мной поделиться?» вопрошал Габриэль, напрочь забыв про убийцу. Фалмес неуютно поёжилась, опустив ствол оружия. Ей будто задул под латы холодный липкий ветерок.

– «О, святой отец, если сами просите…» неизвестный оглядел собеседника с головы до пят: «Мудрость мудрости рознь, а седина – не есть исток мудрости. Знайте, что не мудрец я вовсе. Но вам я готов сказать, что в скитаниях сама Белая Звезда ниспослала в мою плешивую головушку. Каждый ручеёк и травинка пели мне в объятьях ветра… Вера к вере, кости к костям, а добро всё ж-таки крепкое должно быть. Праведен тот, кто следует слову божьему, а правым бог сам отдаёт бразды правления в руки. Злые языки будут пытаться сбить с пути и даже зеркала начнут лгать, но важно верить. Куда ваш перст укажет, батюшка, там и правда. Помните, это и помните, что всё мирское миру, а вы – меч Белой Звезды. Сначала чистота души и служение добру, а уже потом должны идти мирские заботы. Не предавайте своей души ради мимолётности людской».

Габриэль смиренно склонил голову:

– «Спасибо за мудрость».

– «Господин паломник, а вы не видели здесь большого лысого армейца?» перешла к делу Фалмес, чувствующая себя крайне неуютно.

– «Я здеся уже недельку молюсь совершенно один. Как пришёл, пылища покрывала всё слоем эдак сантиметрика в два» отвечал старик.

– «То есть убийцы здесь не было. Спасибо за информацию, пошли Габи, ещё раз допросим Лилиану» кивнула она, схватив друга под руку.

– «Мне хотелось бы остаться здесь чуть подольше, но увы. Берегите себя, и да хранит вас свет Белой Звезды» юноша обвёл паломника заученным жестом, направившись к выходу.

– «Прощай, батюшка. К миру мирским, добру добра побольше. Что бы ни случилось, ты на правой стороне!» поклонился лбом в пол тот.

Дверь хлопнула. Человек в лохмотьях прошептал:

– «Бизнес к бизнесу, ветерок. Посмотрим, сможешь ли ты сгенерировать хоть толику веселья» …

Идущая позади Фалмес ещё раз окинула взглядом деревянную церквушку. «Я не заметила следов этого человека в пыли. Как он попал внутрь и почему там было так… Холодно?» мелькнуло в голове. Габриэль бодро вышагивал впереди, позабыв даже об усталости. В его груди трепыхала сила нужных слов.

Церковники вновь явились на порог публичного дома.

– «Рада снова вас видеть в Доме Мадам Беатрис, чем я ещё могу вам помочь?» просила девушка необычайной красоты. Из задымлённых террас послышался звон бокалов.

– «Нам нужно поговорить с Лилианой» произнёс церковник. На террасах разбился стакан.

– «М-м. Лилиане стало плохо после вашего диалога, и я отпустила её домой. Сейчас дам адрес» барышня потянулась за журналом, однако возглас:

– «Да ты знаешь, кто я!?» со стороны террас заставил её дёрнуть рукой и пролить на пол кружку кофе.

– «Боже… Герман, разберись пожалуйста» бросила она, массируя переносицу.

– «Есть» буркнул мордоворот, нехотя поднявшись со скамейки.

Спустя от силы пятнадцать секунд Герман вернулся с двумя рослыми бузотёрами, выкинув их за порог:

– «Ещё раз к нам явитесь, уважаемые, и мы будем вынуждены позвать гвардейскую стражу!».

– «Прошу простить за сей инцидент. Даже в самых приличных заведениях иногда попадаются слишком экспрессивные гости» виновато улыбнулась девушка, бросив на пол тряпку и вытащив из журнала распечатку: «Вот адрес Лилианы. Прошу, будьте с ней аккуратней, она уходила очень бледная».

Фалмес вот-вот была готова взорваться тирадой на тему приличного заведения, однако юноша на опережение вырвал у собеседницы из руки бумажку, отпустив дежурную улыбку:

– «Благодарю, всего доброго».

– «И ещё кое-что» внезапно барышня перевесилась через стойку, шепнув ему на ухо: «Если у вас возникнет потребность, вы всегда можете зайти к нам без своей напарницы, юный господин». В нос ударил запах дорогого парфюма. Её дыхание пахло смородиной.

– «Я не… Ну… Это…» растерялся церковник, изо всех сил стараясь сохранять лицо.

– «Габи, уходим быстрее! Они пытаются тебя запятнать своими грешными чарами!» бронированная барышня схватила друга, силком вытащив из публичного дома.

Хозяйка улыбнулась, облокотившись о стойку:

– «Какая забавная парочка. Такие милахи, да, Гера?».

– «Да» сурово хмыкнул Герман: «Как думаешь, Лильке каюк?».

– «Однозначно» кивнула собеседница: «Впрочем, это её проблемы. Сама навлекла на себя паладинов. Влюблённая проститутка – смех, да и только» …

Церковники завернули за угол.

– «Габи. Странно это всё, не думаешь?» громко шепнула спутница, оглядываясь по сторонам.

– «Да…» пробубнил юноша, не в силах выкинуть из головы запах смородины.

– «Эй, ты меня слушаешь? Белый Вихрь, очнись! Вспомни о долге! Ты же меч Белой Звезды!» толкнула его барышня.

– «А, что? Да, я меч!» буркнул выведенный из транса Габриэль.

– «Я говорю, что странно совпали события. Сначала та блудница послала нас в церковь, где никого тысячу лет не было, а потом ушла домой с больной головой. Ещё и дедушка тот на рынке описывал убийцу как мужчину с рабочим говором, а не солдатским. Подозрительно» поделилась опасениями Фалмес.

– «Возможно» с лицом знатока кивнул Светлый Вихрь.

– «Точно тебе говорю! От греховных дев добра ждать не приходится. Надо поспешать!» заключила барышня, прибавив шаг.

Двое спешно добрались до искомого дома. Прямо на их глазах чёрный ход здания отворился, и оттуда выбежала Лилиана в невзрачном плаще с огромным чемоданом за спиной. Она пересеклась взглядом с обомлевшими от такой наглости паладинами и рванула в подворотню.

– «С-стоять, куда!?» вскрикнул юноша, бросившись вдогонку. Беглянка в один прыжок перескочила двухметровую кирпичную стену, преграждавшую путь.

– «Вот… Кх… Кузнечик!» воскликнула Фалмес, растерявшись перед стеной.

– «Не уйдёт!» рявкнул паладин. Тело окружил щит-пузырь, в руках вспыхнули молнии, и он воспарил над преградой, обрушившись сверху на не успевшую далеко убежать профурсетку. Погоня захлебнулась так и не успев начаться.

Лилиана дёрнулась, пытаясь высвободиться:

– «Чего вам надо от приличной дамы, слезьте с меня! Это неподобающее поведение для паладина! Стража, помогите! Насилуют!».

– «Молчать» Габриэль поудобней перехватил барышню, закрыв ей рот ладонью. От столь энергичного сопротивления из-под рубашки беглянки показалась цепочка с серебряным звёздным крестом. Кое-как взобравшаяся на забор дама выпучила глаза, чуть не славившись от услышанных речей и увиденного крестика.

Грохот металла. Фалмес оттолкнула товарища, схватив латной рукой символ веры с шеи блудницы.

– «Ай, ты что творишь!?» пискнула прокуренным голосом Лилиана.

– «Закрой свой грязный рот, вхора! Как ты посмела надеть столь чистую вещь на своё грязное тело!?» буквально прорычала церковница, подняв девушку в воздух за цепочку. Та лопнула, оставив порезы на коже.

– «А-ай!» профурсетка схватилась за шею.

– «Нет, я не смогу поверить, что такая как ты будет верна Белой Звезде. Ты украла крестик и нацепила его как украшение, да ведь!?» бронированная до скрипа сжала крест в кулаке.

– «Ф-фалмес, остынь» с опаской произнёс юноша, пытаясь понять, с какой стороны к ней подойти.

– «Ты даже не представляешь, какое значение несёт этот символ! Ты – грязная грешница, зацикленная на своей похоти, одном из самых страшных грехов! Такие как ты сгниют в аду первыми!» продолжала распаляться, блондинка, поставив сапог беглянке на живот.

– «Прошу…» мямлила та. Габриэль отступил на шаг.

– «Таким как ты нет прощения и искупления! Есть запреты, которые нельзя нарушать, и ты нарушила их все! Ты не сохранила свою чистоту для Белой Звезды! Ты отдалась греховному! Вы день за днём прожигаете свои жизни, окружённые пороками, и даже не помышляете о чистоте духовной! А я помышляю!» продолжала высокая особа.

– «Ф-фалмес…» промямлил юноша.

– «Я каждый день по тридцать три раза читаю молитву, я пощусь большую часть жизни, я могу читать только священное писание, я не имею права на те развлечения, которые доступны обычным людям, я должна каждый день каяться за слабость перед тьмой всего женского рода, я должна во всём слушаться и всецело подчиняться Церкви, я должна быть буквально никем и ничем, чтобы служить Белой Звезде! И это мой путь, мой крест! А ты… А ты свободна делать всё, что захочешь, и занимаешься вот таким!?» голос церковницы эхом разнёсся по всей подворотне.

Тяжёлое дыхание подруги отбивало ритм в голове Габриэля. У него заняло несколько секунд, чтобы переварить случившееся, а затем взгляд заострился. Юноша буквально переменился в лице, мгновенно отбросив сомнение, страх и непомерное эго. По венам заструилась решительность, а в волосах запутался тёплый восточный ветер.

– «Фалмес!» громогласно изрёк он, перебив своим эхом сдавленное эхо спутницы.

Светлый Вихрь разжал дамский кулак, продемонстрировав смятый звёздный крестик, окроплённый кровью.

– «А?» она оглядела гнутый металл, затем перевела взгляд на Лилиану: «Чт… Что я сделала?».

– «Отдай… Кхе. Это память о маме. Единственное, что от неё осталось. Кхах. Отдай» хрипела та, пытаясь снять ногу с живота.

Фалмес убрала сапог и перевернула дрогнувшую ладонь. Беглянка схватила мятый металл, прижала к груди и забилась под стенку, разглядывая паладина полными страха и слёз глазами.

– «Я…» буркнула бронированная дева, находясь в полнейшей прострации.

– «Фалмес. Присядь, ты устала» проговорил Габриэль.

– «Я твой адъютант. Я должна помочь с допросом» отнекивалась блондинка.

– «Нет. Я начал это расследование мне и разбираться. Сядь вон на тот ящик» отрезал юноша.

Церковница послушно отошла к мусорному контейнеру, присела на ящик и сняла шлем, повесив голову.

– «Итак» сероглазый через силу оторвал взгляд от коллеги, обратившись к беглянке: «Нотации за образ жизни вам уже прочитал мой адъютант. Будем считать, что также это было ваше наказание за попытку побега из-под следствия. И за то, что вы послали нас по ложному следу в ту церковь. Вы хотели отвести нас от убийцы, так?».

– «Угу» кивнула Лилиана, шмыгнув носом.

– «Рассказывайте. Сейчас уже поздно что-то утаивать. Церковные Тенеусты умеют дознавать секреты» поправил растрёпанные волосы юноша. Перманентную обворожительную улыбку стёрла угрожающе серьёзная гримаса.

– «Не н-надо дознавателей. Я всё расскажу!» воскликнула девушка-кузнечик.

– «Как выглядит убийца?» спросил он.

– «Это… Это белый получеловек подвида ферриатум из семейства кошачьих. У него короткие волосы, гладко выбритое лицо и глубокие карий глаза. А ещё… Как бы… Мозолистые, но нежные руки» профурсетка поджала лапки насекомого к торсу. Её усики дёрнулись.

– «Где он сейчас?» продолжал вопрошать паладин.

– «Я н-не уверена. Скорее всего скрывается над старым театром» отвечала она.

– «Лилиана, вы опять пытаетесь солгать мечу господа бога нашего?» светлая бровь выгнулась.

– «Нет-нет! Я не вру! Просто он не говорил, где скрывается. Я знаю лишь, что он приходит откуда-то из этих мест» закрыла лицо руками барышня.

– «Хорошо. Вы знаете имя убийцы?» фыркнул церковник.

– «Нет. Он не назвался» мотнула головой Лилиана.

– «Что вас связывает? Кем вы приходитесь убийце? Почему прикрыли его?» голос юноши резонировал, будто кристально чистый порыв грозы.

Блудница кое-как поднялась из лежачего положения, присев под стенкой. Со слезами на глазах, облачённая в обычную одежду, перепачканную пылью, она совершенно ничем внешне не выдавала принадлежность к своей профессии.

– «Я… Я не знаю» тяжело вздохнула дама, закурив сигарету: «Мы толком не знакомы. Он спас меня на улице от трёх пьяниц. Я тогда одна в смену вышла без других девчонок и охраны. Надо было покрывать квартплату. А эти черти ко мне привязались. Я уж думала, что как простую уличную девку оприходуют…».

– «Какая вам-то разница?» скрестил руки Габриэль.

– «Многие так думают. Но знаете, для любой женщины насилие – огромный стресс. Некоторые не выдерживают… Однако не в этот раз» лёгкий сигаретный дымок закрутился кольцами, а барышня перешла к сути: «Тот мужчина спас меня: окликнул пьяниц сверху и попросил уйти. Те только посмеялись, но когда увидели арбалет, то обмочили портки и сбежали. Буквально обмочили. А он спрыгнул вниз, поинтересовался моим самочувствием и предложил проводить до дома. Мне надо было отрабатывать смену, поэтому отказалась, а он сказал, что присмотрит за мной. Так мы простояли ещё может час, не знаю. Ни один клиент не подошёл, поэтому я ушла с работы пораньше. Он проводил меня домой. Я пригласила на чай. Он согласился. Естественно, чай пить я не собиралась – надо же было как-то отплатить моему спасителю. Но он ни в какую. Вот вообще. Это, так сказать, повергло меня в шок. Любой бы на его месте воспользовался ситуацией, но он сказал, что помог просто так, и не собирается брать за это любую плату. Я налила ему чая, побеседовала чуть-чуть, и отпустила. Тогда ещё подумала: «Чудак какой». Действительно чудак».

Церковники молча слушали рассказ.

– «Второй раз мы встретились в выходной день. Он слонялся по улице, и как я сейчас понимаю, кого-то высматривал. Я подошла, хлопнула по спине. Завязался диалог. Почему-то последние дни он всё не шёл из головы. Хотелось ему как-то заплатить за помощь. Снова предложила, а он снова отказался. Положил так руку на плечо и выдал: «Любовью нужно делиться только с тем, кого любишь». Такой наивняк, я чуть там со смеху не порвалась. Но как-то странно он это сказал. Причудливо, что ли. Так, что сейчас у меня от этих слов по спине начинают бегать мурашки, а тело тянет к земле» продолжала профурсетка: «Я в шутку предложила купить ему рыбку, и это сработало. Он оттащил меня на рыбный рынок, попросил купить какую-то странную рыбу у старого тяжика. Я и себе взяла попробовать. Так воняет, а на вкус вообще кошмар. Позже скормила эту гадость уличным кошкам. А он схрумкал рыбку с таким лицом, будто испытывает райское блаженство. Потом мы говорили, сидя на мосту. Он рассказал, что родом из какой-то деревни и приехал в большой город, разыскивая кого-то».

Лилиана затянулась сигаретой как в последний раз:

– «А третья наша встреча произошла внезапно и стремительно: я искала место, где, простите, можно сходить по нужде. Зашла за какие-то сараи, а там он, то бишь ваш убийца, стоял над трупом. Весь перепачкан в крови и возможно ранен. Я испугалась, рефлекторно попыталась завизжать, а он подскочил ко мне, закрыв своей огромной ладонью рот. Сказал, что Рога убили его жену, и что он теперь истребляет их по всему Дюрстолю. Попросил забыть о его существовании и выдать всю историю следователям, если таковые явятся ко мне по его душу».

– «Но вы не рассказали» бросил сероглазый.

– «Не рассказала» кивнула она.

– «Почему?» последовал вопрос.

– «Не знаю. Наверное, чувствовала, что должна отдать долг за тот раз, когда он меня спас. Или ещё что-то» блудница затушила сигарету: «Что со мной будет?».

– «Вы отправитесь на каторгу за дачу ложных показаний и попытку скрыться, а также за покрытие убийцы. Считайте это божьей карой за свой образ жизни» громогласно ответил юноша.

– «Ясно» пытаясь сохранять хладнокровие ответила Лилиана. Она отвела взгляд в сторону, где птицы проносились скопом мимо пятиэтажек.

Внезапно Фалмес похлопала товарища по плечу, прошептав:

– «Габи. Д-давай не будем отправлять её на каторгу».

– «Что!? Фалмес, она преступница! Она посмела украсть наше время, сбила нас со следа и чуть не сбежала! Она совершила преступление против нас, значит и против Белой Звезды!» воскликнул Габриэль.

– «Но по итогу мы всё равно добились правды» неуверенно прошептала бронированная дева.

– «Так ты же сама её чуть не предала анафеме!» возмутился паладин.

– «Габи. Я… Я не думаю, что поступила правильно» мотнула головой барышня.

– «Что? Фалмес, карать грешников – правильно. Карать преступников – правильно. Она грешница и преступница, что заслужила свою кару» развёл руками блондин.

– «Всё равно не считаю этот поступок правильным. Я обругала её, поддавшись своим порокам. Мы оба устали и оба на взводе. Давай пока просто отдадим её под стражу без уточнения причины, а по окончании расследования вынесем вердикт» отрезала подруга.

– «Ладно… Ладно» поправил причёску паладин, обратившись к задержанной: «Так. Сейчас мы отведём тебя в гвардейский участок, но рассказывать о твоих прегрешениях пока не станем. Пока. Вставай». В глазах Лилианы появилась надежда. Она переглянулась с безликим шлемом Фалмес. Та промолчала…

29-3

Время медленно ползло вверх по небу. Паладины встали перед ветхим зданием старого театра, толстые стены которого сотрясала идущая внутри пьеса. Они переглянулись и принялись подниматься вверх по лестнице.

***

Над деревней Галисино витал густой смог. Между домами сновали вооружённые люди, а на склоне крепости выставлена стража. Деревню делит пополам заграждение из повозок. С него вещает седой деревенский староста:

– «Братья, услышьте! Стражники совсем страх наши потеряли – хозяевами себя в деревеньке возомнили. А приезжие разрушили наш дружный коллектив! Всё загадили, всё сломали! А хозяин решать ничаго не хочет, своим городком ентим занят! Нас тут бросили на произвол, так давайте сами возьмём бразды правления!».

– «Старый болван!» донеслось с другой стороны ограждения, говорил стражник в форме: «Галисино только из дерьма выбираться начало! Вам наоборот благодарными нужно быть господину Висеофу. Кончай забастовку, и по рабочим местам, лодыри!».

– «Ты угнетываешь наши права на право выбора!» прокричал старец. Толпа поддержала.

– «Кто тебя таким словам-то научил? Где там эта ваша баба? Дай с ней поговорить – уладим всё малой кровью!» отвечал страж порядка.

– «Хрен тобе, а не Рыжую! Хоть у ней вся морда в шрамах и здоровье такое слабое, что кровь из глазёх идёт, но всё ж баба дельная. Она рассказала, что мы свободные сами выбирать свой путь, и для этого нам не нужна она!» топнул ногой староста.

– «Ой, дураки… Ну лады! Не разойдётесь к двенадцати – быть беде» хрустнул пальцами страж.

– «Не разойдёмса! Мужики, вооружайсь! Постоим за свободу!» продекламировал старик.

Вверх к стенам крепости по крутому холму ползла Рыжая, также известная как Кайризе Кастлхаузер. Он одной рукой подтянул ремень, другой ухватился за каменистый грунт. Из глаз струились тонкие полосочки крови. Кровь последнее время шла так часто, что юноша просто перестал её стирать с лица, позволив оставить характерные железистые отметины. Криво обрезанные волосы растрепались, почти зажившую рану на шее прикрывали пластыри с сердечками, а одежду так и не удалось до конца отстирать от следов ямы. Впрочем, возможно, он даже и не пытался. Сейчас есть задача намного важнее…

***

Фалмес выбила чугунный люк, помогая товарищу забраться в подвесные тоннели.Церковники встали напротив похабного высказывания, украшающего бетонную плиту, зажгли магические светочи и аккуратно пошли вперёд.

– «Фалмес, ты как?» отпустил дежурную улыбку Габриэль, стараясь не терять концентрации.

– «Уже лучше. Постарайся не вспоминать как я сорвалась на ту блудницу. Это был ужасный поступок» покачала головой она.

– «Что ты! Просто усталость, не больше» махнул рукой сероглазый.

– «Нет. С тех пор кое-что не даёт мне покоя. Какая-то странная мысль. Нужно подумать обо многом» проговорила девушка.

– «Расскажи, может смогу помочь. Я в конце концов постарше буду. На четыре года, если не изменяет память» выдал он.

– «Не изменяет, но… Я сперва сама должна собрать эту мысль, чтобы ею поделиться. Сейчас это больше эмоции… Впрочем, довольно. Мы в опасной близости от логова убийцы, нужно собраться» хлопнула себя по щекам шлема Фалмес. Металлический лязг разошёлся эхом по мосткам…

***

Над деревней взорвался крик. Шаткое ограждение из повозок рухнуло, а горячая земля впитала первые капли крови. Седой староста отполз из-под обломков, хватаясь за раздробленную глазницу, стражники оттащили в сторону парня, чью ногу оторвал стальной болт.

– «Применение оружия, приём!» кричал в рунический передатчик самый тучный стражник.

– «Мужики, наших бьют!» взвыл один из селян, крепче обхватив лопату.

Тем временем Кай взобрался по склону, присев под стеной. Он проследил, как ворота распахнулись, и в сторону всколыхнувшейся деревни устремилась бронированная повозка со стационарным дротикомётом.

Ворота затворились, а прохвост вытащил из наскоро заделанной пробоины в стене несколько кирпичей, тихо шмыгнув внутрь.

***

Габриэль и Фалмес перелезли через обвалившийся бетон, добравшись до отдалённых мостков. Всюду лежала пыль, каждую поверхность покрывал толстый слой сажи, и лишь на металлических листах читались большие отпечатки рабочих ботинок.

Двое переглянулись, осветив магическими светочами неприметный сварной лючок в углу помоста.

Фалмес распахнула люк, держа наготове арбалет. Взглядам спутников предстал глубокий спуск с проржавевшей лестницей.

– «Спускаемся» сурово буркнул Габриэль.

– «Иду первой. Прикрывай» кивнула барышня, кое-как протискиваясь в узкий лаз. «И как убийце только удаётся спускаться? Здесь так тесно!» промелькнуло в её голове.

Со скрежетом и грохотом паладины спустились вниз. Они оказались в маленькой комнатушке, воздух которой пропитан пылью, а стены уставлены стеллажами с металлическими деталями.

– «Это же арбалетные стволы. А вон там блок захвата, а вон там...» барышня взяла с полки железяку, разглядев поближе: «Ой, да они же все ржавые насквозь!».

Товарищи внимательней обвели комнатушку взглядами, обнаружив скрючившийся в углу скелет. Между ног зажат старый арбалет, ствол которого наставлен на развороченный череп, чьи кусочки устлали пол. Дряхлые кости покрывает истлевшая солдатская форма старого образца.

– «Я… Я думаю, что это схрон Федератов. Таких по столице много разбросано, самолично занималась зачисткой одного от гнилых арбалетов и пороховых гранат» отметила барышня.

– «Потом расспросишь об этом схроне того призрака. Сейчас нам надо…» голос юноши прервал громкий скрип и хлопок металлической дверью за одним из стеллажей.

Паладины осветили этот стеллаж, обнаружив позади деревянную фальшь-стену, возведённую относительно недавно. Девушка щёлкнула предохранитель арбалета, а юноша извлёк из ножен меч, подготовившись к сотворению заклинаний…

***

Кай прополз по узкой тропинке меж высокой крапивы до внутреннего дворика крепости. Он вышел аккурат из-за угла избы, где под навесом проводили свой досуг наёмники Висеофа. В данный момент лихие мужчины распластались за и вокруг стола, пуская пену изо рта. Их окружало огромное количество пустых бутылок из-под алкоголя, а конечности то и дело сводила судорога.

Юноша аккуратно подошёл к ближайшему наёмнику и осмотрел глаз. Зрачки абсолютно не реагировали на свет.

– «Яды тётушки Крис работают безотказно» скупо усмехнулся он.

Внезапно из клозета донёсся леденящий душу звук и надрывный стон. Красно-пепельный медленно вытянул меч из ножен, примерился и уколом толстого лезвия пронзил деревянную будку насквозь. По рукоятке заструилась кровь, а внутри нечто с мерзким чавканьем упало.

Кай отряхнул меч, занеся над головой следующего наёмника.

– «Нельзя оставлять недобитков. Они всегда возвращаются» буркнул он, обрывая очередную жизнь.

***

Паладины столпились у фальшивой стены, пытаясь в одну щёлочку разглядеть происходящее по ту сторону. Сперва был лишь тяжёлый топот, однако затем вспыхнула лампа на столе. Это оказался верстак, заваленный инструментами и пустыми гильзами с рунической гравировкой.

Товарищи недолго могли лицезреть скромное убранство комнаты – свет преградила массивная фигура. Она скинула капюшон, под которым скрывались острые кошачьи уши, уложила на стол причудливый арбалет и бросила под кровать сумку.

Неизвестный тяжело вздохнул, присаживаясь за стол. Неожиданно кошачьи уши дёрнулись. Он резко напрягся, принюхиваясь к незнакомому запаху. Массивный индивид поводил носом в пространстве ещё несколько секунд, затем резко уставился чётко на паладинов. Они затаили дыхание, а неизвестный молча протянул руку к лампе. Звонкий щелчок отразился эхом от бетонных стен. Свет погас и во мраке осталась сиять лишь пара кошачьих глаз.

***

Кай тихонько прошёл по опустевшему дворику крепости, зашёл за угол и перемахнул небольшой заборчик, оказавшись в саду-веранде. Корпевший между цветами молоденький паж оторвался от дела, выпучив глаза. Он было хотел закричать, однако скоропостижно упокоился среди цветов: тело в уже не столь белых розах, голова в маках.

Грязная подошва, между протектором которой застряли клоки глины и осколки костей, ступила на блестящую плитку. Липкие алые следы вели в сторону лестницы.

Громкий цокот каблуков заставил красно-пепельного шмыгнуть в тёмную нишу, задёрнув занавеску. В небольшую щёлочку он мог наблюдать, как по коридору вышагивал клювоносый дворецкий Марий. Внезапно тот остановился, демонстративно заткнув нос.

– «Откуда этот запах? То, что большая часть наших гувернанток сбежала из-за волнений в деревне, ещё не значит, что имение можно превращать в хлев! Что вообще может так пахнуть?» спросил он вслух, повернувшись к занавескам.

– «Я когда помладше был, к нам в деревню мясоруб захаживал. Слыхали про такого? Маньячище страшный, народу порубал море. И в нашей деревеньке суеты навёл. Так он смердел так же! Я бы этот запах назвал… Хм… Думаю, это запах смерти» задумался стражник.

Глаза Мария полезли на лоб, когда он заметил кончик красно-пепельного хвоста, выглядывающий из-под шторы.

***

Щелчок! Мятые марки с монетным звоном обращают деревянную стену волной щепок. Взмах рукой, слова заклинания, и поток шрапнели блокирует щит Габриэля. Не теряя времени Фалмес открывает пальбу в ответ по абсолютно тёмной комнате.

Паладины укрылись за бетонными стенами от новой порции монет. Фалмес сменила магазин, а Габриэль начал закручивать на ладони шаровую молнию.

– «Подозреваемый!» выдала девушка, краем глаза заметив смертельное электричество в руках товарища: «Сейчас же прекратите сопротивление и бросьте своё оружие, иначе против вас будет применена магия!».

Скрип ржавых петель, темноту на миг развеял уличный свет. Хлопок дверью.

– «Фалмес, зачем ты это сказала!? Он ушёл! Я бы сейчас его так поджарил!» топнул ногой Габриэль, рванув вслед за убийцей.

– «Стой!» рявкнула она, поймав за шиворот приоткрывшего дверь спутника: «Он может ждать нас под дверью!».

В подтверждение слов Фалмес металл осыпали марки, одна из которых пролетела внутрь сквозь щель и со звоном отскочила от её брони.

– «Знаю-знаю!» фыркнул блондин, выставив перед собой прямоугольный ростовой щит.

Спутники вырвались наружу, успев увидеть лишь пятки убийцы, что с кошачьей грацией перепрыгнул на железнодорожные мостки, скрывшись за скопом бетонных колонн.

– «За ним! В этот раз не упустим!» с азартом прокричал юноша, прыгнув следом.

– «Белая Звезда, направь мою руку» прошептала дама, перелезая перила.

***

Надрывный крик, алое облако расстилается по коридору поместья. Время в глазах Мария будто замедлилось, позволяя во всей красе разглядеть стальную плиту, рвущую пополам одновременно двух охранников. Третий в этот момент открыл рот, выпучив глаза на устремившийся прямо в лицо поток пламени.

Клювоносый дворецкий откатился в сторону. Пуговицы камзола разошлись, выпуская круглый живот на свободу. Тем временем последний стражник вскинул арбалет. Щёлк! Красногривый задрал блестящий ствол, и стальной болт прошил потолок. Испуганный вдох. Руны арбалета тухнут и тот разваливается на части от прикосновения уродливых пальцев. Смерть.

Кай стряхнул с плеча чьё-то нутро, направившись к Марию. Тучный мужчина быстро встал, манерно отряхнулся. Уложенная лаком причёска растрепалась, оголяя лысину. Кровь запачкала камзол.

– «Несносный мальчишка!» без тени страха рявкнул дворецкий, взмахнув рукой. Кольцо на указательном пальце сверкнуло, и из подпространства в ладонь упал утончённый арбалет с художественной гравировкой. Другой рукой он выудил из-за пояса шпагу.

– «Ну давай, щенок!» на заплывшем жиром неюном лице разгорелся воинский оскал.

***

Паладины влезли на железнодорожные балки, переждав очередной монетный выстрел убегающего убийцы. Рывок! Габриэль взмахнул обеими руками, запустив мощнейший поток ветра, что обогнул колонну и разорвал ящик с железнодорожными инструментами. Он провернул руки по часовой стрелке, развернув поток ветра в сторону убегающего убийцы, а Фалмес выпрыгнула из-за укрытия, пробежав по узкому мостику над путями. Могучий ветер не смог вписаться в поворот, подкинув ржавую бытовку.

– «Ух-х, зараза!» сплюнул юноша, рванув вдогонку за подругой.

Массивный беглец в два прыжка перебрался с балок на крышу сторожки, а оттуда перелез на расположившиеся выше железнодорожные пути. Фалмес остолбенела от такой прыти, а Габриэль развёл в стороны руки с молниями и окружил себя щитом-пузырём. Подошвы лакированных сапог оторвались от земли. Он, сверкая молниями, взмыл в воздух.

– «Оп!» паладин приземлился на верхних путях, продолжив погоню, а девушка принялась в полном снаряжении карабкаться по закопчённому металлу.

Убийца оттолкнулся от стены, зацепился за перекладину и влез на очередной слой мостков. Каково же было удивление железнодорожников, перекидывавшихся в карты на ящике из-под эля, когда в их укромную нишу влез огромный получеловек с кошачьими ушами.

– «Эй, вы чё здесь…» начал было один из них, однако беглец оттолкнул его с пути. Мужчина едва не сорвался, чудом удержав равновесие на краю плиты. Внезапно снизу раздался треск молний и мимо пронёсся электрический щит-пузырь, источающий потоки ветра.

В этот раз железнодорожник не устоял на ногах, отброшенный наэлектризованным воздухом.Благо его вовремя схватила за руку запыхавшаяся Фалмес, что влезла наверх самой последней.

– «В порядке?» сконцентрировано буркнула она, усадив мужичка на бетон.

– «У меня вся жизнь-матушка перед глазами пронеслась!» схватился за сердце тот.

– «Да хранит вас Белая Звезда!» впопыхах выдала девушка, продолжив погоню.

Убийца и Габриэль пронеслись по путям, задев толи выстрелом толи заклинанием механический переключатель стрелок, а затем спрыгнули на улицу. Фалмес огляделась, заметив приближающийся поезд. Она визуально проследила предполагаемую траекторию состава, заключив, что он сойдёт с рельс на повороте.

Паровоз дал гудок.

– «О, Белая Звезда!» ахнула барышня, заметив, что ручка переключателя отломана. Она что есть мочи навалилась на обломок рукоятки. Стрелка не сдвинулась ни на миллиметр, а поезд дал второй гудок.

Дама прохрипела:

– «Белая… Звезда! Дай… Мне сил!», с ещё большим упорством взявшись за стрелку.

Щёлк! Рельсы встали в нужное положение за миг до того, как поезд по ним проехал. Церковница хотела утереть пот, но лишь стукнула бронированным запястьем по шлему, затем махнула рукой и возобновила погоню.

Получеловек и паладин проскочили сквозь арочные подпорки, выйдя на прямую. Убийца прыгнул с доски на крышу двухэтажного магазинчика, расположившегося внизу. Габриэль вспышкой молнии уничтожил эту доску, пролетев на крышу в пузыре. Фалмес секунду постояла у уничтоженной доски, тяжело вздохнула, окинула себя заученным до автоматизма жестом, разбежалась и прыгнула, приземлившись в мусорку прямо у стены магазина.

– «Ух-х» сипела она, снимая с головы огромную жирную крысу.

Паладин и убийца продолжили погоню по оживлённой улице. Они пробежали сквер, завернув за угол. Огромный мужчина не заметил старика, сбив его с ног и продолжив убегать.

– «Не уйдёшь!» захваченный куражом погони Светлый Вихрь не обратил внимания, что по кому-то пробежался. Прихрамывающая Фалмес орлицей прыгнула к старику:

– «Вы как?».

– «Моя нога» всхлипнул тот, указав на неестественно изогнутую конечность. Ткань брюк начала напитываться кровью.

– «Не бойтесь, сейчас будет лучше!» девушка сложила пальцы эзотерическим жестом, создав вокруг шеи бедолаги светящийся ошейник и принялась магией лечить ногу.

Наконец паладин загнал убийцу в тупик. Это была небольшая платформа на стыке улиц. Внизу чернеет хранящая вечный мрак земля под столицей, сверху сквозь множество слоёв улиц бьёт солнце. В этой импровизированной расщелине оглушительно свистел ветер. Табличка рядом сообщала: «Свистящий Пролом. Одна из многочисленных аномалий Нерисидии, что…».

Юноша вновь создал вокруг себя щит-пузырь:

– «Сдавайся убийца, тебе некуда бежать!». Получеловек промолчал, скрывая лицо под капюшоном.

– «Брось своё оружие!» приказал паладин. Убийца нехотя открепил арбалет от руки, бросив в ноги юноше. Это оказалась крайне странная конструкция с двумя стволами и барабанным магазином.

– «Вот так-то лучше!» кивнул блондин, развеяв щит.

– «Габриэль, нет! Не снимай щит!» крикнула подбегающая подруга.

– «Спокойно, он безоружен» важно проговорил сероглазый»

– «У него может быть второе оружие!» взвизгнула Фалмес, побивая все скоростные рекорды.

– «Что?» Габриэль обернулся на убийцу, что резко вскинул короткий арбалет со срезанным стволом и прикладом.

Щёлк! Стальной болт пролетел мимо юноши, срезав прядь волос. Щёлк! Второй прошёл аккурат между рукой и животом, не задев тело. Щёлк! Третий упал под ноги, срикошетив в мусорку. Щёлк! Четвёртый соскользнул по ножнам, а от пятого Габриэля закрыла Фалмес.

Хруст. Руны на броне сверкнули, часть из них развеялась по ветру, и в калёном металле осталась блестеть небольшая вмятина. Юноша рявкнул заклинание, швырнув в убийцу потоком воздуха. Тот проломил увитые замками перила, отправившись в полёт. Капюшон слетел с лица.

Блондин и получеловек на миг пересеклись взглядами. Грубая щетина, оборванное кошачье ухо, растерянность. Юному церковнику незнакомы эти черты лица, однако будь здесь Кайризе Кастлхаузер, то наверняка бы узнал в убийце плотника Митрофана из деревни, лишённой имени, где только недавно завершилась гражданская война.

Габриэль подбежал к перилам, узрев, как мужчина утопает во мраке подстоличного пространства. Он потёр затылок, оценив высоту падения:

– «Похоже, с убийцей покончено».

На шум постепенно стекались зеваки.

– «Эй, что это за церковники?» шепнула своей подруге тучная старушка.

– «Ой, какой прелестный юноша» зардела дама в пиджаке, прикрыв лицо веером.

– «Здесь, кажется, кого-то грохнули» сурово буркнул железнодорожник с рожком мороженого.

– «Да это же Светлый Вихрь!» воскликнул плешивый старичок, рухнув на колени.

– «Белый Вихрь!?» прокатилось по толпе.

– «Я видел, как он гнался за мужчиной с арбалетом» с видом знатока фыркнул очкастый юноша.

– «Наверняка это был преступник. Убийца как пить дать! Светлый Вихрь нас всех спас от убийцы, слышите!» вскинул руки к небу старичок с деревянным звёздным крестом на шее.

– «Светлый Вихрь нас всех спас!» подхватила толпа.

Светлый Вихрь повернулся на выкрики, машинально приняв героическую позу, и обескураживающе улыбнулся толпе. Та взорвалась ликованием:

– «Светлый Вихрь нас всех спас!».

– «Да… Светлый Вихрь… Нас… Всех… Спас!» прохрипела оттеснённая людской массой Фалмес, рухнув на землю от истощения…

***

Опалённый коридор, стены которого усеяны следами попаданий арбалетных болтов. Кай одной рукой прижёг очередную рану, другой перехватил меч поудобней.

– «Кхе-кха! Проклятье...» сплюнул ком крови лежащий на полу Марий. Его грудь быстро вздымалась, ошмётки ног разметал по углам взрыв, а сквозь большую рану можно рассмотреть внутренности живота.

– «Кажется… Кажется, мне тебя не сдержать, Кай. Наверное, уже никто не сможет… Господин Висеоф, я вас подвёл» слабеющим голосом проговорил мужчина. Хвостатый пнул сломанный арбалет подальше, осторожно зашагав в сторону умирающего.

– «Я всегда вам служил верой и правдой. Жаль, что не смогу выполнить свой долг в последний раз…» кряхтел тот: «Эй, Кай. Я ведь на самом деле прекрасно тебя помню… Трудно забыть, как ликовала моя душа, когда я узнал, что господин завёл в академии друга. Он с таким огнём рассказывал о тебе… О ваших совместных подвигах… Кха-кха! Ой… Кто же знал, как всё обернётся».

Внезапно дворецкий дёрнул рукой, из последних сил открыв подпространство. В окровавленную ладонь упала граната. Звяк! Чека покатилась по полу.

– «До встречи в аду, огненный маг» сорвалось с уст мужчины.

Взрыв сотряс стены, сбив остатки побелки с потолка. Кай пережил волну разрушения, выскочив в разбитое окно и зацепившись за карниз.

– «Угу, бывай» буркнул он, перебравшись на широкий балкон следующего этажа.

Отсюда сквозь стекло можно было разглядеть заветную дверь в кабинет Висеофа. Красно-пепельный оценил все риски, взвесил шансы, и принялся карабкаться в сторону окна кабинета, проигнорировав столь манящую дверь.

***

Скрип пружин. Карета остановилась у поместья Габриэля.

– «Ну всё, Фалмес. Мы славно потрудились и заслужили отдых» Габриэль хлопнул соратницу по плечу, выпрыгивая из кареты.

– «Для меня пока ещё рано. Нужно съездить к той писательнице» бросила чумазая девушка, доставая из лат кусочек тухлой банановой кожуры.

– «Какой писательнице?» захлопал глазами блондин.

– «К той, с которой всё началось. Свидетельнице убийства в книжном магазине. Помнишь, ты пообещал к ней заехать?» спросила она.

– «Право, я совсем забыл про её существование» неловко улыбнулся Светлый Вихрь.

– «Я съезжу, не переживай. Не позволю нанести удар по репутации представителя боевого отделения Церкви Белой Звезды» кивнула дама.

– «Спасибо. Рассчитываю на тебя, мой адъютант» проговорил юноша.

Дверь хлопнула. Карета умчалась прочь. Габриэль потянулся, вслух произнеся:

– «А теперь можно и поспать».

– «Куда это ты собрался, ветерок?» прошептал на ухо женский голос. На плечо легла сильная рука. В нос ударил запах спирта.

Светлый Вихрь с ужасом глянул через плечо, обнаружив позади себя Мари Бернес в дорожных лохмотьях.

– «Ты почему на тренировку не явился?» спросила она.

– «Э-э… Г-госпожа Бернес, я занимался расследованием убийства!» пролепетал он.

– «Закончил?» продолжала вопрошать рыжая бестия.

– «Да, но жутко устал. Я всю ночь не спал, бродя по городу в поисках убийцы. Думаю, надо пропустить сегодняшнюю тренировку» сглотнул слюну блондин.

– «Да, конечно, не вопрос» сухо ответила дама.

– «Правда!?» в серых глазах вспыхнула надежда.

– «Конечно. Ты можешь пропустить тренировку, сейчас январь, а я покойная королева Дюрстоля… Пошли, сочок, кто удары отрабатывать будет!?» Мари Бернес хлопнула подопечного по спине, отчего тот чуть не упал.

– «Но я уже отпустил карету. Как мы доберёмся до поля?» судорожно хватался за последнюю соломинку Габриэль.

– «Ничего, пешком дойдём» пожала плечами она.

– «Пешком!?» с ужасом воскликнул юноша.

– «Я сказала пешком? Бегом!» женщина положила руку на пояс. Золотые глаза сверкнули.

– «С-слушаюсь!» чуть ли не плача рванул с места паладин…

Фалмес прибыла к обители писательницы. Это был узкий двухэтажный домик на подпорках, что расположился прямо напротив титанической бетонной колонны с цифрой восемь, нарисованной белой краской.

– «Зайти, отчитаться, выйти. Работы на пять мину-а-а-а…» зевнула барышня, постучав в дверь.

Скрип петель. На пороге показалась синевласая писательница в домашних тапочках, шортах и майке. Она поправила круглые очки, внимательно рассмотрев посетительницу:

– «О, паладинша! А где Вихрь?».

– «Кхем. Доброе утро, мисс Горри. Светлый Вихрь не смог вас посетить, поскольку занят важной работой. Информирую вас, что убийца больше не представляет опасности – его труп ищут гвардейцы в подгородье» официозно произнесла Фалмес.

– «Та-ак… Ну, я жду подробностей» скрестила руки писательница.

– «Боюсь, у меня тоже не так много времени» виновато склонила голову блондинка.

– «На хорошую историю всегда найдётся минутка, заходи!» синевласая схватила церковницу за руку, начав втягивать в дом.

– «Постойте, мисс Горри, я не хотела бы…» начала та, но оказалась перебита:

– «Давай-давай, делов на пять минуток».

– «Но мисс Горри…» вновь попыталась заговорить бронированная леди, и снова была перебита:

– «Гирри-Горри – это псевдоним. На самом деле меня Катя зовут. Катерина. А ты проходи, не стесняйся, щас тебе табуретку откуда-нибудь откопаю и всё расскажешь. У меня в холодильнике есть йогурт, будешь? Ему всего неделя». Хлопок двери. Фалмес поглотил дом писательницы…

Маленькая комнатушка. Окна занавешены плотными шторами, полы и полки покрыты пылью. По отклеившимся обоям прополз огромный паук, на шипастую спинку которого насажен зимний носок.

Фалмес завершила рассказ, ни на секунду не отрывая взгляда от человеческой головы, замаринованной в банке на одной из полок.

– «Хм-м…» Катя прислонила криво заточенный карандаш к губам, рассматривая свои записи: «Нормальный товар. Особенно мне понравился тот дедок, помешанный на тяжёлой музыке, призрак Федерата и история про влюблённую проститутку. Добавлю больше драмы, может свяжу деда с призраком. Пускай будет его внуком. Или… Или правнуком!».

– «Не хотелось бы вас расстраивать, но семья Рауля погибла на его глазах. У него не осталось наследников и будет весьма нетактично использовать это в своей истории» проговорила церковница.

– «Ну и что, что померла? В моей истории тот дедок будет его дальним внуком и всё. Может быть они встретятся, интрига закрутится, и выяснится, что убийца на самом деле призрак, а тот получеловек вообще не при делах. Или это будет лишь отвлекающий манёвр, и на самом деле убийцей будет та проститутка. А может хозяйка магазина? Ририя? Мне прям не терпится начать!» с энтузиазмом проговорила синевласая.

– «Почему бы просто не рассказать правду? Описать как всё было на самом деле. Зачем трогать Рауля, перевирать про ту блудницу? Это же неправильно и жестоко» хлопала ресницами бронированная дама.

– «Ну и ладно, зато интересно! Запомни, девочка: у нас, писателей, нет души. Мы готовы на всё ради цепляющего сюжета. Точно, ещё ж фансервиса туда навалить надо! Какая у нас ЦА будет? Хм-м…» погрузилась в размышления хозяйка. По её руке прополз паук, забравшись куда-то под стол.

Фалмес поёжилась, спросив:

– «Катя, а эта голова в банке… Она настоящая?»

– «Естественно!» кивнула Катя.

– «Что она здесь делает?» напряглась церковница.

– «Стоит» без тени сомнения отвечала писательница.

– «Это я понимаю, но откуда она? Как попала к вам в руки?» не сдавалась блондинка.

– «Ну, я ж патологоанатомом работаю. Предвосхищая следующий вопрос: патанатом – это такой врач, который вскроет каждую полость в твоём теле, снимет кожу с лица, оставив висеть на одном кончике носа, а затем всё это запакует в праздничную обёртку и отправит на захоронение» пояснила синевласая.

– «А-а. То есть вы в морге работаете?» выдохнула Фалмес.

– «Угу. Там тихо, спокойно. Всегда есть простор для размышлений над новой книгой. Правда пациенты иногда встают погулять, но на то есть охрана» отвечала собеседница.

Катя отложила записи, хлопнув по столу:

– «Ладно. Спасибо за инфу. Вот, держи. Это тебе в качестве награды за то, что припёрлась в такую дыру». Она вытащила из-под стола картонную коробку, забитую книгами с кричащими обложками.

– «Это всё ваши книги?» обомлела гостья.

– «Угу. Бери любую!» улыбнулась писательница.

– «Н-нет. Нам не положено такое чтиво» мотнула головой церковница.

– «Да брось, я тебя отсюда без книги не отпущу. Нужно же эту макулатуру куда-то девать» отрезала хозяйка.

– «А у вас нет чего-нибудь пристойного?» спросила Фалмес.

– «Ну… Вообще, раньше я писала под другим псевдонимом фэнтезятину. Награфоманила с десяток книженций, да те не взлетели. Во избежание голодной смерти пришлось переквалифицироваться в писательницу эротических романов» проговорила Катя.

– «И какой у вас был псевдоним?» хлопала ресницами блондинка.

– «Сельярин» нехотя, будто стесняясь, буркнула очкастая.

– «Стойте, разве это не мужской псевдоним?» проговорила гостья.

– «Он самый» вздохнула писательница.

– «Но почему бы не выпускаться под своим именем?» искренне задалась вопросом Фалмес.

– «Святая наивность, как она есть… Так уж устроена жизнь» Катя запустила руку в коробку, выудив цветастую книгу: «Вот, возьми. Это из моего самого популярного цикла: «Восьмая Невеста Властного Лорда». Первую часть всю раскупили, поэтому могу дать только вторую. Впрочем, цикл устроен так, что его можно начать читать с любой части и сразу уловить суть происходящего. Порнуха же».

– «Нет, я не могу это взять» отмахнулась церковница, зардев как алый стяг.

– «Давай-давай. Если что, то будет просто пылиться у тебя на полке. А так прочитаешь и может за цикл возьмёшься» подмигнула синевласая, насильно втиснув книгу в руки собеседницы.

– «Х-хорошо, так и быть. Я не буду читать, но из уважения к вашему творческому пути приму дар» бросила блондинка, убирая книгу в подпространство.

Фалмес подняла шлем с колен, обнаружив в нём огромного паука:

– «Ой! Что это?».

– «Иннокентий» обыденно пожала плечами писательница, вытащив паука из шлема и сняв с шипастой спинки носок: «А я всё его искала...».

– «Вы не боитесь его? Он не ядовитый?» вопрошала церковница, протирая внутренности шлема тряпочкой.

– «Не, Кеша – милаха. Ядовитый или нет, но меня он не кусает, а это главное. Я его ещё мелким помню: вечно прятался под раковиной. Кто ж знал, что так вымахает?» Катя отпустила Кешу восвояси: «Ладно, пора тебе, наверное. Всю ночь бегала как угорелая по городу, вон какие синячищи под глазами».

– «Да, вы правы» кивнула гостья, встав с табуретки.

– «Ты это… Фалмес, да? Заходи как-нибудь, ещё обсудим ваше расследование. Мож совет годный дашь» предложила очкастая.

– «Если найдётся время» Фалмес надела шлем, щёлкнув застёжками.

– «Найдётся. Ты же не хочешь, чтобы Гирри-Горри выставила паладинов в невыгодном свете в своём новом детективном романе: «Убийственная Похоть», а? Название рабочее, кста» улыбнулась хозяйка.

– «В таком случае я обязательно зайду» тяжело вздохнула высокая дама…

Фалмес покинула дом писательницы. Прежде чем сесть в карету она достала из подпространства подаренную книгу, застыв перед мусоркой. Секунда размышлений и барышня убирает книгу назад, запрыгивая на подножку кареты:

– «Ну, это же всё-таки подарок»…

***

Кай перекинул руку на металлическую решётку, затем оттолкнулся от торчащей из стены арматуры, и зацепился за карниз под окном кабинета Висеофа. Он осторожно заглянул внутрь, узрев двух стражников, не сводящих трясущиеся стволы арбалетов с закрытых дверей и товарища, напряжённо ёрзающего за столом.

– «Главное не задеть Висеофа» прошептал оборванец, создавая в ладони рвущееся от напряжения пламя: «Он мне ещё нужен».

Звон бьющегося стекла перетёк в оглушительный хлопок, поднявший волну горелой пыли.

– «Здоров, Вис, как делишки!?» с бесноватой ухмылкой на устах воскликнул ворвавшийся через окно Кай…

30-3

Деревянные полы крошечного кабинета устилали листы с опалёнными краями и горелая пыль.

– «Чё, Вис? Как сам?» спросил Кай, пронзив мечом помятый арбалет мёртвого стражника.

– «Я знал. Знал, что тебя просто невозможно убить» тяжело вздохнул дворянин, бессильно откинувшись в кресле.

– «Да-да, ты ручки-то под столом не держи» хмыкнул оборванец, пинком опрокинув дубовый стол, под которым хозяин имения сжимал укороченный арбалет.

Удар! Блестящий ствол отлетает в разбитое окно, а аристократ хватается за отбитую до синевы руку.

– «Итак» Кай приставил к дверям стул: «Ну давай рассказывай».

– «Ч-что рассказывать?» отвёл взгляд Висеоф, пыхтя от боли.

– «Всё. Почему ты наложил проклятье на Дейрунштадт, как в этом замешан МОР и Рейвенкорды, что твой гонец делал под Неназванкой, а самое главное: зачем ты вот так спустил в парашу нашу дружбу?».

– «А какой смысл? Ты м-меня всё равно убьёшь, я тебя знаю» проговорил дворянин.

– «Как знать. Раз сразу не прикончил, значит готов выслушать» ответил красно-пепельный, закурив сигаретку.

Висеоф осмотрел синеющую кисть руки, поёжился и начал:

– «Прости, что прозвучит избито, но я всегда мечтал вернуть нашей семье потерянный статус. Мы утратили его тогда же, когда семья разделилась на две ветви: Грейлинов и Хайфилдергов. Это произошло…».

– «Бл*дь, Вис, ты серьёзно? Ты сейчас будешь вот эту пургу прогонять? Давай ближе к сути: нахрена город проклял?» перебил его зубастый слушатель.

– «Хорошо. Хорошо… Я сокращу: мой дядя – напыщенный ублюдок, не считающий нашу ветвь за людей. Ему просто повезло угадать. Занять нужную сторону, понимаешь? Я презираю его персону. Ему принадлежат все земли, что полагались нам, все предприятия, все титулы. И не подумай, что я жаден, о нет. Просто моя семья заслуживает большего… Недавно я нашёл среди старых бумаг золотой билет» проговорил аристократ, трясущейся рукой плеснув в стакан содержимое бутылки из шкафа.

Хозяин залпом выпил напиток, даже не почувствовав алкогольной крепости.

– «Ты убил Мария, да?» спросил он. Собеседник кивнул.

– «Ясно» проглотил горькую слюну Висеоф: «В богом забытом ящике лежала старая фоторамка. Так уж вышло, что я открыл её, выудив оттуда древнюю пожелтевшую бумажку: завещание деда. В нём говорилось, что Дейрунштадт должен отойти моему отцу, а не дяде. Не знаю, почему дед спрятал завещание здесь, но после его смерти всё семейное имущество перекочевало к дяде». Рассказчик медленно открыл ящик опрокинутого стола, достав оттуда фоторамку:

– «Вот здесь оно было. Вот здесь… Я подумал, что это мой единственный шанс. Буквально олицетворение удачи. Стоит ли говорить, что главы гильдий, десятилетиями ведущие дела с дядей послали меня куда подальше. В суд, если быть точным. А суд я бы проиграл в любом случае из-за недостатка денежных средств. Пришлось как-то выкручиваться, и я придумал простенький план: подставить дядю, спасти город от проклятья, заручиться поддержкой рабочих и разыграть все карты как надо».

– «То есть ты наслал проклятье, чтобы его демонстративно снять? Вис, ты своими руками убил где-то тысяч двести людей. Чьей поддержкой ты хотел заручиться, пылинок?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Послушай меня. Изначально проклятье должно было усыпить людей в центре города. Как в сказке, Кай. Просто усыпить, а не стереть в пыль! Я раздобыл МОРовские ретрансляторы через Рейвенкордов, потратив на них целое состояние. Но видимо, этот делец провернул все махинации со списанием не совсем чисто, поэтому ко мне пришли дяди из МОРа, вежливо поинтересовавшись о назначении этих ретрансляторов. Я… Кай, невозможно врать МОРу. Просто невозможно. Я рассказал свой план и готовился к смерти, но МОРовцы просто сказали, что будут наблюдать за ситуацией, ушли и с тех пор не появлялись. Помню, они обмолвились, что хотят провести какие-то замеры в созданном мной периметре, что официально со мной никто не связывался, и в случае чего я – козёл отпущения» пояснил Висеоф.

– «А откуда у тебя взялись деньги на эти ретрансляторы?» вопрошал хвостатый.

– «Я… Продал полулюдям под Неназванкой несколько партий медикаментов из наших запасов» через силу произнёс аристократ.

Кай присвистнул:

– «Ты продавал медикаменты террористам?».

– «Да, я продавал медикаменты террористам, Кай. Несколько видов анальгетиков, выдохшиеся антисептики и так далее. Гонец, которого ты искал, должен был принести мне последнюю часть денег за товар и пару благодарственных писем» кивнул юноша.

– «То есть ты ответственен за начало той гражданской войны?» подытожил скиталец.

– «Я ответственен за то, что эти бандиты не вымерли как мухи. А оружием их снабдили СБД» мотнул головой собеседник.

– «При чём тут СБД? Я находил кое-какие следы финансирования, но вели они в сторону Поскенура. Как минимум инструктора у них были поскенурские» развёл руками гость.

– «Кай, так уж сложилась политическая обстановка, что пока Дюрстоль грызётся с востоком, запад пьёт из нашей страны кровь, строя свою экономику на кровавых кирпичах, пахнущих оружейным маслом. И в целом это правильная стратегия, если быть честным, но мы не о политике сейчас» выдал Висеоф, плеснув ещё напитка из бутылки в стакан.

– «Да, не о политике. И как вышло, что вместо лёгкой дрёмы ты создал в городе локальный филиал конца света?» спросил оборванец, облокотившись о стену.

– «Деньги закончились» помассировал висок аристократ, маленькими глотками осушая стакан: «Я сильно потратился на повозки дяди: номера, даты, маркировки – всё соответствует действительности. В каждой разместил по ретранслятору и отправил выстраивать периметр. Но нанятый колдун… Ох уж этот колдун. Викелон его звали. Умный малый, много знает, много умеет. Думаю, его услуги обошлись бы куда дороже, если б не одна досадная черта характера – фанатизм. Он был помешан на поиске силы и имел комплекс бога. Многие колдуны имеют, но этот особенно явно. Не могу сказать, почему маленькое проклятие сна превратилось в это. Честно, Кай, я не знаю, что пошло не так».

Красно-пепельный провёл по лезвию могильной плиты рукой, произнеся:

– «Всё пошло по жопе из-за совокупности факторов. Скажи другое, Вис: неужели ты отправлял меня в Дейрунштадт, намереваясь убить?».

– «Нет. Нет, нет и ещё раз нет» отрезал аристократ, поставив стакан на пол: «Изначально я нуждался в человеке, способном разгрести заваренную мной кашу. Как уже говорилось, сперва хотел договориться с гильдийцами. Но эти недоумки спалили мне деревню. И тут появился ты… Кай, я никогда так не радовался в жизни, когда увидел на своём пороге тебя, вернувшегося из проклятого города».

– «И поэтому ты меня убил? Слишком много радости, да? Аж из ушей льётся» усмехнулся прохвост, стряхивая пепел с сигареты.

– «Нет, не поэтому. Просто… Просто со временем я потерял сон, друг. Обрёл беспокойство. Это чувство, оно, понимаешь, сжирает тебя изнутри. Когда всё настолько хорошо, что иной раз кажется сказкой, но ты понимаешь, что фундамент у этой сказки гнилой. Я боялся, Кай. Боялся, что после столь яркого успеха стремительно окажусь вновь на дне. Именно поэтому ты отправился искать гонца под Неназванку, именно поэтому выкрал письма у Рейвенкордов. Но всё равно, даже после этого… Я не хотел оставлять и малейшего шанса, что правда вскроется. А ты не дурак, о нет. Я по твоим глазам видел, что ты всё давно понял. Поэтому… Мне это решение далось очень непросто, но если одна жертва способна спасти мою семью, то я готов на неё пойти. И ты ведь поступил бы точно также, Кай. Скажи, что я неправ!» воскликнул Висеоф.

– «Значит я никогда в твою семью не входил, да? Ясно» сухо проговорил скиталец.

– «Нет, это не так! Ты был мне действительно как брат, пойми же! Но я… Но я бы даже брата убил во имя семьи» мрачно отвечал собеседник.

– «Не закапывай себя ещё глубже. Бьюсь об заклад, ты даже не подумал, чтобы заказать лекарство от моего вируса» выдохнул густой смог зубоскал.

Хозяин дома отпер ключиком ящик перевёрнутого стола, достав оттуда картонную коробочку:

– «Вот оно. Это доказывает, что я тебя действительно не хотел сперва умерщвлять».

– «Открой» заметно оживился Кай.

– «Прошу» дворянин снял крышку, продемонстрировав колбочку с желеобразной серой массой, имеющей множество блестящих вкраплений.

– «Сколько этой дряни нужно выпить, чтобы меня наконец отпустило?» спросил красно-пепельный.

– «Не знаю. Большую часть» последовал ответ.

– «Что ж. Тогда сперва ты окажи мне честь и сними пробу со своей бурды. Хлебни немножко» приглашающе махнул рукой хвостатый.

– «Но у препарата могут быть побочные эффекты» бросил Висеоф.

– «Это последнее, что тебя должно волновать в данный момент» хмыкнул бродяга.

Аристократ несколько секунд разглядывал стеклянную колбочку, затем сделал маленький глоток.

– «Проглотил? Прекрасно. Теперь ещё немножко побеседуем для уверенности. По идее у меня осталось время» заключил курильщик, размазав тлеющий бычок о стену.

– «Я не травил препарат, но воля твоя» собеседник поспешил смыть отвратительный вкус зелья спиртным: «Кай, как так вышло, что за всё время нашего разговора ты ещё ни разу не потерял сознание? У тебя давно должно было закончиться то средство».

– «Во время столичных приключений я вколол не все пожалованные вашей персоной ампулы. Терпеть не могу зелья, поэтому опытным путём высчитал, сколько можно не колоться, оставаясь в сознании. Таким образом сэкономил две ампулы. Одна при падении в яму разбилась, а вторую развёл со спиртом и колю уже четвёртый день. Интересно то, что положительный эффект этой срани уменьшился, но вот галлюцинации лишь усилились» проговорил скиталец.

– «Кай. Среди побочных эффектов препарата значилась бессонница. Сколько же ты не спишь?» выпучил глаза Висеоф.

– «Четырнадцать дней ровно» последовал ответ.

– «Четырнадцать? Ты уже должен был умереть» покачал головой дворянин.

– «Для меня является аномалией тот день, когда я не жму руку костлявой. Везучий, чё сказать» усмехнулся Кай.

– «Я вижу, и рука твоя начала двигаться?» подметил хозяин.

– «Угу. Уже отвык от неё. По привычке всё только правой делаю» кивнул хвостатый, оглядев исцелённую конечность.

– «Как так вышло?» спросил Висеоф.

– «А за это надо тебя благодарить. Спасибо дядя Висеоф, что скинул меня в яму с трупами. На её дне открываются просто экстраординарные способности. Попробуй как-нибудь на досуге, может научишься летать» выдал оборванец.

– «Откажусь, если ты не настаиваешь» сглотнул слюну аристократ.

Кай обвёл комнату взглядом:

– «Слушай, а где сынулька-то твой, Гэрри?».

– «Гарри уехал к сестре. Я рассудил, что ему небезопасно находиться здесь из-за волнений в деревне. Скажи, их же ты поднял?» прищурился Висеоф.

– «Нет, что ты. Их подняла Рыжая. Рыжая – борец за права всех на свете, что из-за несправедливости в обществе вынуждена притворяться мужиком. Почти святая женщина» скалился прохвост.

– «И они в это поверили?» выгнул бровь хозяин.

– «Схавали без остатка и попросили добавки» кивнул красно-пепельный.

– «Эх-х, из-за твоей прихоти опять прольётся много крови» тяжело проговорил дворянин.

– «Это я слышу от человека, истребившего к чёртовой матери целый город, финансировавшего террористов и подставившего своего дядю? Браво!» саркастично похлопал в ладоши зубоскал.

– «Спасибо, что напомнил» собеседник залпом прикончил стакан.

Оборванец глянул на часики, подошёл к собеседнику и взял с перевёрнутого стола лекарство. Он внимательно осмотрел его, затем сказал:

– «Вис, чё за х*рню ты пытаешься мне подсунуть?».

– «Что?» опешил аристократ.

– «Нет, это никуда не годится…» Кай схватил того за ворот: «Ты меня совсем за дебила держишь!? Где настоящее лекарство!? Говори, иначе следующую неделю будешь срать своими зубами!».

– «Н-н-но это настоящее лекарство, клянусь!» пискнул Висеоф.

– «Правда?» сурово хмыкнул гость.

– «Д-да» закивал хозяин.

– «Ясно» Кай спокойно отпустил его, вытащив пробку из колбочки: «Один раз. Всего один раз я поверил, Вис. И куда это привело? Хотелось бы сказать, что я больше никогда не поверю, но сейчас пан или пропал».

Бульк. Хвостатый поморщился и вырвал из рук товарища бутылку, чтобы смыть вкус с языка:

– «Р-р-гх… Амброзия».

В помещении воцарилась тишина. С надломленного шкафа осыпалась пыль, а по полу растянулось горелое пятно. Где-то вдалеке дал гудок поезд.

– «Ну… Что дальше, Кай?» стараясь не терять лица спросил Висеоф. Вероятно, даже за дверью было слышно, как бешено колотится его сердце.

– «А ничего, Вис. Ну вот просто ничего» вздохнул красно-пепельный: «ыПаранойя сгноила тебя изнутри, из-за чего ты взялся заметать все следы. Каково это, спустить курок на давнего товарища? Тяжело, да?».

– «Да» сухо буркнул дворянин.

– «Знаешь, что? Я тебя понимаю. Ты просто защищал свою семью. Пытался создать для них счастье своей и чужой кровью. Но, видишь ли, в чём дело… В числе неугодных тебе свидетелей находится моя семья, Висеоф. Как ты там сказал: «Ради семьи убью и брата»? Ну так вот» костлявая лапа легла на меч.

– «Ты меня убьёшь?» тяжело опустил голову собеседник.

– «На колени» без эмоций скомандовал красно-пепельный.

Висеоф сполз с кресла на пол. Он перестал моргать, а зрачки расширились:

– «Умирать б-больно?».

– «Скорее всего» костлявые руки закинули глыбу стали на плечо: «Будет последнее желание?»

– «Не тронь мою семью» решительно изрёк аристократ, закусив губу. Белоснежные руки пробрала тряска.

– «Хорошо» с яростным завыванием ветра на голову обрушилась сталь.

Хруст. Голова закатилась в угол. Кай застыл над бездыханным телом, разглядывая пустым взглядом ничто. Грязные руки не тряслись, лицо оставалось всё так же беспристрастно, и лишь опустошённые глаза медленно наполнялись алой болью…

Щелчок, шорох. Красно-пепельный затворил двери кабинета, оказавшись посреди тёмного коридора. Он хотел было сделать шаг, но стиснув зубы припал спиной к дери. Из глаз заструилась кровь.

Внезапно откуда-то сбоку донёсся знакомый запах. Юноша заглянул за огромный вазон с пальмой, обнаружив там следующее: под пыльной стеной, скрючившись и закрыв рот руками дрожал Гарри. Круглые глаза впились в окровавленного убийцу. «Это же сын Висеофа. Но он говорил, что отправил мелюзгу подальше. Соврал? Видимо, импровизировал на ходу, чтобы я не пошёл искать Гарри» заключил Кай.

Мальчишка вздрогнул, вытащив из зажатых подмышкой ножен старый рыцарский меч.

– «А-а-а!» взвизгнул он, попытавшись зарубить красно-пепельного. Тот играючи выбил из юных рук острую железяку, выкинув в окно. «Он всё слышал. Может даже видел через замочную скважину» пронеслось в голове.

Гарри завалился на пол. Он всхлипнул носом, опустив лицо. «Чёрт. Представляю, что творится сейчас в этой маленькой голове. Кажется, я сломал ему психику. Не стоит усугублять, просто оставлю малявку здесь» решил юноша, развернувшись с намерением уйти прочь.

Неожиданно чуть заострённое ухо дёрнулось, уловив слабый шёпот:

– «…бью…». Он остановился, прислушавшись к невнятным всхлипам:

– «Я… бью… бя…». Скиталец обернулся, узрев полное инфернальной ненависти лицо Гарри, по которому скатываются слёзы. Тот цедил сквозь зубы лишь одно:

– «Убью тебя. Я убью тебя. Я убью тебя! Я УБЬЮ тебя! Я УБЬЮ ТЕБЯ!».

Дыхание комом застряло в глотке. Бледное лицо обдал мощный поток сухого восточного ветра, а голову пронзили образы из далёкого прошлого. Образы, где закованный в стальной ошейник Кай сидит на холодном бетонном полу, оплетённый колтунами алых волос и безмолвно бормочет то же самое, глядя на глумящихся рыцарей в блестящих доспехах.

Скиталец отшатнулся. Голову пронзила боль. Он ещё раз заглянул в глаза ребёнку: «К-как… Лицо мальчишки… Эта гримаса того, кто всё для себя решил. Я давно не видел такого свирепого желания убить. Похоже, он сломался. Чёрт, неужели дети так просто ломаются? Да, точно. Я был на его месте. Он приложит все усилия, чтобы найти меня и убить. Может даже сделает это целью своей жизни. Нельзя… Нельзя оставлять недобитков… Но это же ребёнок! С другой стороны, я уже убивал детей. Но это было, когда я сам ещё под стол пешком ходил! Нет-нет, даже сейчас я продолжаю это делать. Многие из убитых мной людей имели детей. Даже вот эти стражники, они же простые работяги. Без кормильца судьба их детей незавидна. Но… Но напрямую убить ребёнка… Ух-х-хх-х. Либо ты, либо он тебя, Кайризе. Хочешь, чтобы он однажды застрелил тебя из толпы или отрезал головы всем твоим близким? Нет. Значит надо. Феолирий всегда учил не оставлять недобитков, старик знал о чём говорит… Сука, Вис, ну почему ты не отправил своего сына подальше!? Ар-ргх!».

Гарри поднялся с живота на колени. Он быстро дышал, бегая глазами по бликам на мече приближающегося оборванца. Замах!

– «П-прости» разлетается по коридору. Большие глаза совсем молодого мальчишки прожигают бледное лицо. Удар! Голова падет на пол, а красногривый на колени…

***

Над столицей разгорелся очередной закат. Перепачканный в земле Габриэль и Фалмес распрощались у дома девушки. Карета рванула дальше, направив юношу к поместью, окружённому золотыми решётками.

Оказавшись в одиночестве, Светлый Вихрь откинулся на бархатную спинку лавочки, предавшись размышлениям: «Ох, как же всё болит. Даже не верится, что мне осталось всего две недели до получения Дара. От мысли, что меня сочли достойным, улыбка сама собой лезет на лицо. Интересно, что скажет епископ Малкор, когда вернётся и увидит мой дар? Надеюсь, Старуха Вестовщица правильно поймёт, какие руны нужно нанести на тело».

Карета подпрыгнула, на миг вырвав Габриэля из мыслей. Его внимание привлёк шорох под ногами.

– «Это ещё что?» хлопал он ресницами, достав закатившийся под лавку блокнот. Быстро пролистав записи, паладин пришёл к заключению:

– «Это же записная книжка Фалмес! Наверное, обронила». «Надо бы вернуть» промелькнуло в голове: «Но я уже пол пути проделал от её дома. И поздно. Не пристало джентльмену являться к даме в вечерний час. Да, завтра будет день – отдам… Хотя. Наверное, она будет волноваться о пропаже столь ценного предмета. Нет, нельзя заставлять её нервничать».

– «Кучер! Снова к Фалмес!» крикнул блондин в маленький лючок под потолком.

– «Слушаюсь и повинуюсь» уставшим голосом проговорил кучер, потянув возжи.

Бармирог стремглав помчал карету обратно, и она прибыла на место за каких-то жалких десять минут.

– «Жди, я быстро» буркнул Габриэль, спрыгивая с подножки. Он пафосно расправил грязный плащ, направившись к дверям.

Позднего гостя с крыльца встретил всклокоченный лакей:

– «Отец Габриэль, что побудило вас вернуться в наш скромный дом?».

– «Хочу возвратить своему адьютанту очень важную вещь. Проведите к Фалмес, будьте любезны» отвечал юноша.

– «Э-эм, я боюсь, что в данный момент матушка Фалмес слегка занята. Я могу передать ей эту вещь, с вашего позволения» замялся лакей.

– «Ну, раз занята» пожал плечами церковник, намереваясь передать мужчине блокнот, как внезапно услышал откуда-то со второго этажа дома неразборчивый мужской крик и хлёсткий удар.

– «Это что такое было?» выпучил глаза он.

– «Я… У-м-м… Эм-м… Вы о чём?» спрятал взгляд лакей. Удар повторился.

– «Об этом» Светлый Вихрь указал пальцем наверх.

– «А-а-а, это… Это да… Кхем. Полагаю, внутренние дела семьи Дьячковых» поджал губу собеседник. Ещё один удар.

– «Какого рода?» светлая бровь выгнулась.

– «Самого что ни есть личного. Нет нужды беспокоиться, святой отец» вскинул руки дворецкий. Внезапно сверху донёсся режущий душу женский вопль. Двое переглянулись, после чего паладин спросил:

– «Вы же не будете против, если официальный представитель боевого отделения Церкви Белой Звезды пройдёт внутрь и убедится, что никому не нужна помощь?». Мужчина промолчал, нехотя освобождая проход.

Удар. Габриэль быстрым шагом прошёл прихожую. Удар. Он поднялся наверх по деревянной лестнице. Удар. Юноша свернул в просторный коридор. Удар. Серые глаза расширяются, а кровь леденеет от представшего за поворотом зрелища. Удар.

Посреди коридора на коленях сгорбилась обнажённая по пояс Фалмес. Белый ковёр под босыми стопами покрыли свежие пятна крови. Над высокой девой стоял рябой мужчина – её отец. Вены на бородатом лице вспучились, со лба стекал пот. В одной руке он сжимал книжку с вульгарной обложкой, а в другой тугую кожаную плеть, хлёсткие звенья которой подвязаны небольшими металлическими дугами.

– «Что это такое, Фалмес!? Что я нашёл у тебя в комнате!? Совсем ума лишилась, во вхоры подалась!? Уж я-то из тебя эту ересь выколочу!» проревел на весь дом мужчина, вновь ударив девушку. Она едва вздрогнула, а по нежной спине растянулась свежая алая полоса, дополнив скоп точно таких же, в обрамлении сотен старых шрамов.

Собравшиеся вокруг слуги нерешительно застыли чуть поодаль, склонив головы.

– «Опозорить нас решила, да!? Как мать твоя, да!? Вся в неё пошла! Я её батогами научил, да и тебя научу!» разбрызгивая слюну рявкнул мужчина, опять занеся руку с плетью. Её поймала чья-то крепкая хватка.

– «Кто…» осёкся он, обнаружив перед собой Габриэля.

– «Что ты себе позволяешь!?» голос юного церковника ударил будто гром посреди бурного серого неба.

– «Я-я… Отец Габриэль, я поучаю дочку! Посмотрите сами, что я нашёл у неё в комнате! Это же грех страшный, да позор невиданный!» упал на колени рыжебородый мужчина, продемонстрировав книгу под названием: «Восьмая Невеста Властного Лорда». Светлый Вихрь с гневом в глазах швырнул книгу в сторону:

– «Ты содрал кожу батогами со своей же дочери, безумный пёс! И сделал это из-за найденной у неё книги!? Да я сейчас тебя ветром как кухонной тёркой перетру!».

– «Г-габриэль, не надо» шмыгнула носом Фалмес, прикрывая рукой грудь.

– «Н-но за что, отче!? Я же ничего не сделал супротив писания! Там чётко сказано: «…А ежели дурную или строптивую мысль подумает, то гнать её бичами четыре раза по четыре раза в четыре захода. От плеча до копчика и от копчика до другого плеча…»! Я просто исполняю волю Белой Звезды!» выпучил глаза рябой.

– «Слушай меня внимательно: ещё раз хоть пальцем коснёшься моего адъютанта, и твоя душа никогда не попадёт в Царствие Звёздное! Нет, к чёрту! Твоя душа уже чернее ночи и ничего ей не светит, кроме Бездны!» крикнул юноша.

– «К-как… Как, отец Габриэль? Я ведь всю жизнь праведно жил! Я каждый день молюсь, каждый день каюсь, пощусь, веду богоугодный образ жизни! Почему в Бездну? В писании ведь всё чётко сказано!» глаза ошарашенного мужчины намокли.

– «Потому что я, Светлый Вихрь, меч Белой Звезды, приемник епископа Малкора и каратель еретиков так сказал! И глас мой неоспорим! А ты, смерд, знай своё место…» процедил сквозь зубы блондин, одарив всех присутствующих серым светом ясных очей.

Габриэль оставил расплакавшегося мужчину, подойдя к подруге. Спина той сочилась кровью. Она стыдливо спрятала взгляд.

– «Фалмес. Ты как?» насколько мог ласково спросил он.

– «Г-габи, я согрешила. Я согрешила и не п-п-покаялась во грехе. Такая грешница как я недостойна быть твоим адьютантом!» дрожащим голосом прошептала она.

– «Вздор» отрезал юноша, накрыв её своим плащом.

– «Н-но я недостойна!» подняла заплаканный взор барышня.

– «Никаких «но». Сам епископ приставил тебя ко мне, а он точно знает побольше нашего. Я и сам не вижу никого, способного заменить тебя в роли моего адьютанта. А грехи могут быть прощены» проговорил он, затем обратился к слугам: «Эй вы! Соберите вещи моего адьютанта, да побыстрее».

– «Ч-что? Г-габи, зачем?» спросила барышня.

– «Я не могу позволить тебе оставаться в этом доме более. Ни как коллега, ни как духовный брат, ни как джентльмен, ни как друг. Сегодня переночуешь у меня, а дальше будем думать» юноша протянул руку, сверкнув ободряющей улыбкой: «Возражения не принимаются».

Габриэль, подставив плечо, провёл девушку мимо ощипывающего лысеющую голову мужчины, помог спуститься по лестнице и усадил в карету.

Лакеи довольно быстро загрузили карету чемоданами. Вместе с ними на пороге показался рыжебородый отец. Он, опираясь о дверной косяк, переглянулся с юношей. Свист поводьев заставил укутанную плащом девушку вздрогнуть, а бармирог рванул прочь.

– «Ну как ты, Фалмес?» спросил Светлый Вихрь, всё ещё разглядывая одиноко стоящий дом через зарешечённое окошко.

– «Б-батенька ни в чём не виноват. Он просто наказал меня, как должно быть по писанию» всхлипнула высокая дама.

– «Хочешь сказать, тебе не было больно?» прищурился блондин.

– «Было. Но ведь так правильно. Я согрешила, з-значит заслужила наказание» произнесла девушка.

– «Да уж. И часто тебя так наказывают?» светлая бровь выгнулась.

– «Каждый раз, когда провинюсь. С самого детства» буркнула блондинка.

– «Ясно. Фалмес, наказание за грех должно идти только тогда, когда грех точно определён. Не каждый в праве определять для тебя, что есть грех, а что нет. Впредь не подставляй спину просто так без разбора. И вообще, я уверен, что в писании была строчка про замену телесных наказаний для согрешивших боевых дев на устный выговор» задумался юноша.

– «Я не помню такого» мотнула головой спутница.

– «А я помню. Ты же не станешь ставить под сомнение авторитет Светлого Вихря?» бросил Габриэль.

– «Н-нет» промямлила она.

– «Вот и хорошо» кивнул он. Карета въехала в густое поле, утонув среди вечерних колосьев. Подул свежий восточный ветер…

***

На пропитанных тьмой руинах посреди безвестного поля боя восседал человек в чёрном. Он глядел вдаль, где собирался шторм.

– «…Хотел бы я знать, что за сны ей снятся…» задумчиво произнёс он, крутя в руках стремительно искажающуюся ромашку.

Внезапно деревянная дверь лежащего у каменных арок клозета распахнулась и оттуда выбралась группа из десяти человек в истекающих мраком одеждах. Отряд возглавлял мужчина с мешком на голове. Сквозь прорези для глаз можно разглядеть обгоревшую кожу лица, а зажившая дыра в оголённой груди опоясана мерцающими руническими узорами.

– «Жнецы прибыли!» рявкнул он.

– «Долго. Ты представляешь, сколько потенциальной прибыли я упустил из-за вашего промедления?» усмехнулся человек в чёрном, отбросив истлевшую ромашку. Потемневшие лепестки подхватил ледяной восточный ветер.

– «Искали соединение с нужной дверью, господин!» отвечал опалённый мужчина, стиснув в руке старые церковные чётки.

– «Да-да, потом расплатишься сполна, Двадцать Восьмой. Приступайте к работе» холодом обжёг голос человека в чёрном: «А я попробую найти больше тьмы рядом с моими новыми игрушками, чтобы понаблюдать наконец. Интересно ведь, что сегодня учудил твой огненный визави, Двадцать Восьмой».

– «Принято» сквозь зубы процедил мужчина в мешке, направив отряд через заросшее осокой поле…

***

В огромном зале столичного дворца хлопнула печать.

– «Итак, с подавляющим перевесом в голосах мы утверждаем проект МГ-Четыре» громогласно произнёс Корсаков, собравшимся перед ним пижонам. Его рука зависла над документом. Тяжёлый вдох. Закрыл глаза и оставил на листе закорючку, прошептав:

– «Да простит меня бог» …

Хлопок дверью. Цокот таблеток в стеклянной бутылке. Звук лифта. Усатый мужчина в серой жилетке шёл один по пустым коридорам дворца, где горела далеко не каждая лампа и гулял лёгкий восточный ветерок с привкусом чернил. Он сжимал подмышкой папку бумаги, а другую руку держал на сабле.

Корсаков сам не понял, как оказался напротив чуть приоткрытой двери, над которой выбита табличка: «Королевские Покои». Он замер, пронзая дверь полным усталости взглядом. Из-за неё не доносилось ни звука.

– «Я не дам этим псам порвать то, что ты так долго строил. Даже один против всех, я не сдамся. Спи спокойно, мой король – Дюрстоль будет стоять» прошептал дворянин, направившись дальше по коридору.

***

В пропитанной маслом мастерской высокая тощая фигура копошилась под верстаком.

– «Нашла!» воскликнула четырёхглазая девушка, стукнувшись затылком о столешницу.

– «Ой-й…» Нитлина Лофго почесала затылок, с щелчком заправив пружину в паз. Хруст.

– «Ну, ни пуха ни пера» решительно изрекла она, встав с колен.

Девушка несколько секунд опиралась о стол, затем всё-таки перенесла массу тела на ноги.

– «Работает!» крикнула она, разглядывая причудливый металлический протез, занявший место потерянной ноги.

Внезапный звон металла. Пружина стреляет в стену, а от протеза отваливается пластина, заставляя девушку упасть на старый зелёный диванчик, подняв волну пыли.

– «Кха-кха! Нужна доработка» произнесла она. Железистый восточный ветер унёс пыль в форточку.

***

Восточный ветер захватил ночь, разогнав облака. На небе взошла полная луна. К ней поднял взгляд одинокий вампир-солдат, сидящий перед костром посреди глухих топей, от неё спрятался за полами шляпы юноша-гильдиец с серебряным зубом, спящий на своё белом бармироге.

Несущиеся в скором поезде Кристина с Дивиклисой даже не заметили луны, увлечённые партией в новую настольную игру. Талавьяна скинула с плеча мешок сладостей и распахнула до боли знакомые двери, тут же встреченная толпой рогатых братьев и сестёр.

Любопытная луна заглянула под покрывало, которым накрыт огромный мужчина с кошачьими ушами, трясущийся в гужевой повозке. Рядом с ним без умолку талдычила девушка-кузнечик что-то про «девять жизней» и «коты всегда приземляются на лапы».

Лунный блик отразился от рамки с фотографией счастливой семьи. Глава семейства – рыжий колдун с кудрявыми рыжими волосами, чьё лицо усеяно веснушками, рядом низкая сребровласая женщина, а перед ними играются детишки в костюмчиках, среди которых явно выделяется короткостриженая седая девочка, имеющая глубокие бирюзовые глаза. Рудия Фон Ириялс утёрла слезу, отложив фотографию на полку.

***

Кайризе Кастлхаузер вышел из дверей опустевшей крепости. Пламенным следом внизу догорало Галисино и все его обитатели. Он ощупал языком выбитый зуб, на месте которого начинал вылезать новый. Прикрытая пластырями рана на шее отозвалась болью. Юноша сорвал с себя галстук, завязал узлом и поджёг, бросив в кучу тряпья. Огонь перекинулся на стену сарая, а затем охватил и всю крепость. В янтарных глазах отразилась смерть.

– «Прощай» прошептал он, зашагав прочь.

Спокойная ночь в преддверии урагана…