Чудовище Алого Янтаря: Дорога

1-1

Дремучий северный лес. Вечерело. Мелкий дождик стучал по плотным игольчатым кронам вековых сосен.

Внезапно из водянистой грязи выглянула змея, обвившая ржавую рукоятку обломленного меча. Перед ней на пеньке сгорбилась невысокая фигура, разглядывающая карту. Длинные волосы вымокли, облепив лицо. Они имели странный противоестественный цвет: красно-пепельный.

– «Колошино, Старобратичи, Нишиньев…» бубнил под нос неизвестный, водя костлявым пальцем по мятой бумаге: «…Ничерта не понимаю. Если верить карте, то я уже должен был дойти». На тугую кожаную перчатку упал пепел. Он стряхнул его, выпустив изо рта табачный дым. Сухие губы сжимали тлеющую сигарету с крохотными буквами маркировки: «ЛуВ».

– «Так. Погоди-ка» оживился красно-пепельный, содрав с карты стёршийся ценник: «М-м-м-м-м, так вот какого хрена я гоняю кругами: этой карте скоро три сотни лет стукнет. Теперь понятно, почему тот старик отдал мне её со скидкой».

Неизвестный встал с пенька, аккуратно затушив сигарету о рукав рваного пальто и убрав в кармашек. Он принюхался. Чуть заострённые уши машинально дрогнули.

– «Пахнет так, будто на километров сто здесь нет ни души. Куда я опять попал? Ладно, эники-беники… Туда. Попробуем испытать удачу» заключил он, перекинув через плечо ремень огромных угловатых ножен, хранящих толстую глыбу металла с кривой опалённой рукоятью, и зашагал вперёд…

Вдоволь натерпевшаяся пыток удача обрушила на голову бродяги сперва непроходимый бурелом среди болота, а затем обрушила его самого с косогора в кусты ежевики. Колючки потрепали брюки, вырвав клок ткани и оставили отметину на невзрачной сумке с красным крестом. Однако, это не сильно сказалось на внешнем виде красно-пепельного: каждый элемент гардероба содержал как минимум парочку неловких стежков или заплатку, а также в обязательном порядке пропитан грязью, особенно видавшее виды пальто, порванное до безобразия. При взгляде на данного индивида, в голове любого всплыло бы лишь одно слово: «Оборванец», а рука потянулась к кошельку за милостыней.

Оборванец поднял голову из кустов, ощупал тело на наличие повреждений, быстренько набрал горсть ежевики и молча принялся выбираться отсюда…

Преодолев кишащие комарами топи, облепленный илистой глиной путник наконец выбрался из чащи. Он застыл на пересечении леса с безжизненным пустырём, за которым раскинулось поле, поросшее высокой травой. Пустырь являл собой полосу трёхметровой ширины, что тянется в обе стороны до горизонта. Края необычайно ровные, будто неведомый садовник по линеечке вырвал каждую травинку.

Красно-пепельный вытянул из сумки походную флягу. На язык упала одинокая камелька прогорклой воды.

– «А пить-то хочется» с досадой констатировал он: «Перебьюсь до какого-нибудь ручья. Не растаю».

Взор устремился вдоль полосы к горизонту. Голову заполнили мысли: «Странная какая-то проплешина. Аномальная, хвостом чую. Идти по ней, в поля или назад?». Он обернулся, переглянувшись с тёмной чащей, что хранит давящую тишину.

– «Ну, спасибо, что аномалия меня ещё не разметала фаршем по кустам. В поле ничего не видно, а назад идти смысла особо нет… Пожалуй, выберу поле» пожал плечами странник, ткнув проплешину палкой. Убедившись, что впереди безопасно, он пересёк пустырь, с головой утонув среди густой травы.

Над полями взошла луна. Скоро стало очевидно: гладкие на вид просторы изрыты сотнями глубоких колдобин, залитых болотной ряской или устланных не первый век ржавеющим железом. Постепенно защитный слой засохшей глины размок и дырявые сапоги начали набирать воду.

Теперь неизвестный пересекал поля, сопровождая каждый шаг громким чавканьем подошв. Он отмахнулся от наглых мошек, взлетевших из недр ямы, запнулся о торчащую железяку и кубарем полетел вниз.

– «Ух-х…» простонал бедолага, обнаружив себя окружённым плесневелыми костями. Перед лицом оказался воткнут надломленный стяг с истлевшим знаменем, а рядом распластались доспехи, заполненные древним прахом. Грудная пластина содержит три отметины, характерные огромным когтям, а в рваной рукавице зажат кусок лакированной древесины, напоминающий ружейную рукоять. Ружья поблизости не наблюдалось, зато обнаружен был тоненький ручеёк, стекающий в яму и уходящий куда-то в змеиные норы.

Прежде чем припасть к заветной влаге, красно-пепельный принюхался. Ручеёк отдавал противной сладостью. Дабы узнать причину запаха, он выполз из канавы, прошёл вверх по течению и раздвинул осоку, обнаружив следующее: на истоках ручья в неглубокой луже развалилась гниющая волчья туша. Шерсть клоками выпадала, увлекая за собой слои шкуры, поверхность лужи затянула отстоявшаяся маслянистая чернота.

– «М-да. Помер прям на водопое» буркнул оборванец, задержав дыхание. Внимание привлекла поза мёртвого хищника. «Погоди-ка. А почему у него морда вывернута в обратную сторону?» мелькнуло в голове: «И почему с трупа облезает только кожа, а внутренности разложение не тронуло? Кстати, для этой степени разложения он пахнет как-то слабо. Я должен был почувствовать смрад гниения издалека… Уф. Давай-ка сваливать отсюда».

Бродяга осмотрелся, отступив от тела на шаг. Бескрайние поля продолжали молчать, лишь небеса сверкнули, и с громом на голову обрушился ливень.

– «Просто замечательно» тяжело вздохнул он, ухватившись за кривую рукоятку спрятанного в ножнах оружия. Рывок! Огромный пласт металла с визгом покинул чехол, рухнув острием в грязь. На лезвии заиграли лунные блики. Впрочем, лезвием это можно назвать с натяжкой – скорее заточенный как топор укос, покрытый рытвинами и сколами. Само это оружие только отдалённо напоминало меч, по сути являясь толстой стальной плитой с клинообразным острием, из которой безумный кузнец вытянул чрезвычайно длинную рукоятку. В процессе использования прямая рукоять загнулась под самыми разными углами в самые разные стороны. На ней присутствовало множество вмятин от пальцев, а кончик криво закручивался, подобно ручке зонтика.

Красно-пепельный лихо закинул стальную плиту на плечо, будто она весила не больше перочинного ножа. Он ещё раз огляделся, на всякий случай перерубил волчью тушу пополам, замаравшись в гнилой требухе, и осторожно продолжил путь…

Дыхание синхронизировалось с шагами. По подбородку скатывался дождь. Бродяга полностью отдался чувствам, впитывая окружающую обстановку. Сверкнула молния, ударил гром и над полями поднялся ветер, заставивший траву шелестеть.

За зарослями справа мелькнуло нечто. Мышцы мгновенно напряглись, а меч быстрее взгляда покинул плечо. Свист! Глыба стали приминает траву, часть вырывая с корнем. Осока скрывала моток старой колючей проволоки, за который зацепился трепещущий от ветра лоскут. Скиталец пригляделся: «А ткань-то свежая. И вся, скотина, в малиновом варенье».

Шаг, шаг, прыжок. Красно-пепельный перескочил через глубокую канаву, больше напоминающую окоп. Неожиданно дождь чуть успокоился и ветер притих. Ветер притих, а трава за спиной шелестеть не перестала. Одновременно с этим ночной гуляка напоролся на бетонный блок посреди поля, кубарем перевалившись через него. Шелест травы метнулся налево, затем назад и вперёд, перерезав дальнейший путь.

Скиталец влез на блок, получив возможность осмотреться поверх колоссальной травы. Он встал на цыпочки, кое-как выглянув. Взору открылась бесконечная гладь залитого луной поля. Далеко-далеко впереди виднеются смутные очертания леса.

Без видимой причины трава неподалёку колыхнулась. Сперва наверху замаячило нечто серое и гладкое, отражающее лунный свет. Оно продолжило медленно подниматься, покуда не показалось целиком. Над заострёнными перьями двухметровой осоки зависла голова. Сморщенная, лысая с искажёнными пропорциями. Крайне узкое вытянутое лицо и чёрный провал рта, нижняя челюсть которого опустилась до того уровня, где у обычных людей находится грудь.

На секунду окружающие звуки перестали существовать. Двое пронзили друг друга взглядами. Тёмные глазницы лысой головы не выражали страха, ненависти, агрессии или любого признака разума. Их просто заполнял животный голод.

Обитатели безлюдных полей единовременно ушли вниз. Шорох возобновился. К нему прибавился скрипуче-щёлкающий звук, напоминающий стрёкот. Костлявые ладони перехватили гротескный меч за самый край рукояти. Взмах! Вокруг бетонного блока образовался небольшой пятачок вырванной травы.

Скрипуче-щёлкающий шорох резко переместился за спину, затем чуть приблизился и снова отдалился. Дыхание обратилось паром. Скиталец замер подобно коту, что готовится к прыжку.

Трава нежно колыхнулась и на просвете показалась ладонь. Она, перебирая аномально длинными серыми пальцами, подалась вперёд. Полметра спустя на обозрение предстал локоть, а через ещё метр – второй. Рука упёрлась в бетонный блок, попытавшись нащупать свою добычу.

Вдох. Скиталец обрушил на уродливую конечность стальную плиту, в один удар перерубив. Земля чуть дрогнула, рука упала, а обрубок шмыгнул в осоку.

Покуда лапа существа извергала чёрную маслянистую кровь, оно само металось от одной стороны проплешины к другой, издавая ритмичные щелчки скрипучими суставами: щёлк-щёлк-щёлк! Наконец оно замерло.

Ночную тишину разорвал оглушительный рёв, который не способно издать живое существо. Он вобрал в себя хриплое многоголосье битого стекла и холодный лязг металла, вызывающий писк в ушах.

Рывок, треск, хруст! Нечто вырвалось из травы, попытавшись схватить скитальца. Тот отскочил вбок, избежав кошмарных лап. Оно прокатилось кубарем, на мгновение замерев за бетонным блоком.

Луна осветила черты монстра: тощее сгорбленное тело, некогда принадлежавшее человеку, рёберная клетка вздыбилась, натянув потрескавшуюся кожу. Круглое брюхо покрыто надувшимися капиллярами и в нём булькает грязная чёрная жижа, струйками сочащаяся через пупок. Из спины выходят шесть длинных вьющихся рук по три локтя на каждой. Ноги поджаты как у кузнечика, щиколотки тонкие, а мускулы местами видны из-под лоскутов отвалившейся кожи.

Скрип, удар! Монстр единовременно сокрушил место, где ещё секунду назад стоял оборванец всеми ручищами. Тот увернулся, срубив одну. Тут же раздутое брюхо дрогнуло, и гниющий уродец окатил траву тугой струёй липкой жижи, источающей невыносимое зловоние.

Скиталец оказался залит с ног до головы. Он локтем протёр глаза, как-раз поймав тот момент, когда существо расправило ноги, прыгнув с распростёртыми руками вперёд. Глубокая пасть разверзлась, зияя провалом глотки. Между гнилыми остатками зубов застряли неразложившиеся клочки одежды. Оно вот-вот заглотит бедолагу…

На прикрытом красно-пепельными волосами лице ярко вспыхнули две янтарные точки. В ладони из ниоткуда образовался крошечный огонёк. Через миг он обратился бурным потоком, что ударил монстру в брюхо, отбросив на дальний край пятачка.

Рыжее пламя прожгло стенки раздутого живота, подпалив чёрную маслянистую гниль. Монстр завизжал, повалившись наземь. Он принялся бить ручищами и кататься по сырой траве.

– «Никаких недобитков» шепнул бродяга, снова выпустив из ладони ревущую струю огня.

Жар полностью окутал существо. Оно отползло в канаву, где ещё несколько секунд пыталось сопротивляться, но в итоге обмякло. Костлявые пальцы дрожали от напряжения, источая гудящий пламень. Монстр хрустнул. Что-то с чавканьем лопнуло. Конечности изогнулись в агонии.

Красно-пепельный перекрыл огонь спустя четверть минуты. Он с видом знатока осмотрел жертву, кинул в неё камешек, осторожно подошёл и с размаху раскрошил обугленный череп гротескным клинком.

– «Фух… Хух, хух… Будто даже не вспотел» нервно усмехнулся он, пытаясь унять дыхание, клубящееся паром.

Оборванец согнулся над трупом, быстро осмотрев: «Разложение, признаки некрореанимации, посмертные искажения, горючая кровь. Некропат обыкновенный, как по учебнику. Но откуда он здесь? Кому пришло в голову посреди заросшего поля вкрячить бетонный блок? Где я вообще?».

Бродяга заметил, что помимо полужидких комьев чёрной бурды за пуговицу пальто зацепился кусочек некогда розовой ткани. Он снял его, разглядев получше: «Бантик. Детский. Сложно сказать, сколько он мариновался в брюхе у некропата».

Луну заволокла длинная туча. Дождь начал постепенно возвращаться к состоянию ливня. В воздухе повис смрад, перебивший полевую свежесть. Тут же недолгую тишину изорвал далёкий рёв, присущий явно не человеку. С другого конца поля отозвался точно такой же рёв, а потом всё окружающее пространство буквально утонуло в оглушительных визгах, стремительно приближающихся с каждой стороны света.

– «Ну конечно! Ведь не мог он тут один сидеть, обязательно нужны другие» закатил глаза скиталец, вновь вскочив на бетонный блок. Он установил примерное направление далёкого леса, зачем-то сверил с серебряными часиками, извлечёнными из нагрудного кармана, и рванул, что было сил…

Тучи, видимо, решили излить всю влагу на красно-пепельную макушку. Дождь перерос в ливень, ливень в ураган, а свист ветра смешался с криками монстров. Погоня.

Путник бежал, расталкивая заросли. Рваный сапог потерял подошву на очередной коряге, гигантская осока посекла лицо, оставляя жгучие порезы. Съехавшие вбок угловатые ножны каждый шаг напоминали о себе звонким хлопком и болью ниже поясницы, заставляя всё серьёзней задумываться: «А может их выкинуть? Как пить дать из-за них куда-нибудь свалюсь. Прошлые ножны удобней были!».

Скиталец перепрыгнул яму, приземлившись прямо перед одним из монстров. Тот не сразу осознал свою удачу, а когда раскинул все десять лап, дабы заграбастать добычу, получил стремительный удар стальной глыбой. Кривой металл не прорезал, а прорвал гниющую плоть от плеча до паха, разделив тушу надвое.

Сзади послышался скрипуче-щёлкающий шорох. Бродяга уклонился прежде, чем широко разверстая пасть схлопнулась у его шеи. Слева накинулось другое существо, чуть не вмяв вёрткого индивида в землю. Затем третье подкравшееся отродье вцепилось огромными пальцами в плечо, лицо и руку с мечом, потянув в разные стороны.

Мышцы натянулись, суставы захрустели, а боль расползлась по телу. Свободная рука тут же изжарила брюхо монстра, заставив разжать хватку. Со спины накинулось новое отродье, уцепившись за ножны. Оборванец ослабил ремень, сбросив тяжкую ношу, откатился в грязь и вскочил на ноги. Он бешено огляделся, на ходу сверился с часами, и сменил курс побега…

Все звуки смешались. Иссушающая жажда внутри и сырость вокруг создавали отвратительный диссонанс. Беглец на последнем издыхании перепрыгнул канаву, повалившись в траву.

– «Ч-чё… Хух-хух… Чё разлёгся? А кто… фух… Кто бежать будет? Н-ноги вр… Вр… В руки и бегом! Я в этой помойке сегодня не сдохну!» пробубнил он, через силу поднявшись.

Второе дыханье, третье, четвёртое, пятое, шестое – ночной спринтер всё продолжал пересекать поля метр за метром. Люди не способны реветь, подобно дышащим в спину преследователям, ровно, как и бежать так долго без отдыха. Но он просто бежал, закинув на плечо глыбу стали и сверкая ослепительным янтарём очей…

В какой-то момент небеса извергли всё, что имели. Туча развеялась, а буйный ветер упокоился на дне заросших ям. Самих ям тоже стало заметно меньше. После деревянного знака, надписи которого на бегу разглядеть не удалось, они так и вовсе перестали попадаться.

Скиталец чуть не наступил на брошенные кем-то грабли, на глаза попались несколько тяпок. В конце концов он едва не напоролся на брошенный в земле плуг, успевший покрыться ржавчиной. Впереди замаячил просвет. Будто нутром ощущая это, преследователи усилили нажим.

За спиной раздался рёв, затылок облила струя гнилостной жижи, а ухватистая ладонь пронеслась в миллиметре от стопы. Рывок, усилие! Беглец отчаянно пролетает сквозь терновник, совершенно не заметив глубоко увязшие в коже колючки, и падает на безжизненном пустыре.

Самое длиннорукое отродье всё же смогло ухватить дырявый сапог, потянув назад в поле. Ответом на это ему стал ревущий поток огня с размаху. Огромные пальцы размыкаются, а не схваченная добыча отползает подальше от границы поля, которую монстры почему-то не пересекают.

– «О… Ограничение зоны? Х… Хах…» через отдышку усмехнулся бродяга, продолжая ползти.

– «И всё… И всё-таки, сегодня удача решила обойтись со мной помягче» проговорил он, отчаянно хватая ртом воздух.

За спиной послышался деревянный треск. Красно-пепельный поднял голову, узрев трухлявый ствол дерева, столь неудачно решивший упасть прямо на него.

Бац! Сознание в глазах потухло…

1-2

Чёрная от копоти брусчатка витает во мраке. К бесконечным небесам стремятся высокие шпили башен. Повисший в воздухе столб сверкает металлической табличкой, на которой можно разобрать только надпись: «Академия», поскольку краска оплавились от жара.

Густые чёрные капли со стеклянным визгом бьются о красно-пепельную макушку. Длинноволосый юноша пал на колени, истекая кровью. Ветер, нет, вихрь свистит в ушах. Сотни пар бестелесных глаз глядят из мрака между щелями в брусчатке.

Сбоку медленно подошёл силуэт в белом. Его нежная кожа испускала молнии, а белоснежные одежды отражали яркий свет. Лишь на лице застыла чёрная ярость, плавно спускающаяся вниз по пищеводу и заполняющая каждый капилляр.

Красно-пепельный оскалился, попытавшись встать с колен. Тело объял янтарь, янтарь наполнил вены жарким мерцанием, а капающая изо рта кровь обратилась пламенем. Хрип стал криком, а затем перетёк в рёв!

Увы, конец всегда один – он должен проиграть. Пав на источающий жидкий мрак камень, последнее, что донеслось до чуть заострённого уха – брезгливо брошенное слово:

– «Чудовище» …

За миг до пробуждения путник осознал, что погружён в лихорадочные грёзы. Он распахнул веки, обнаружив себя сжимающим окровавленный кусок стали под трухлявым деревом. При падении ствол раскрошился о красно-пепельную голову, оставив солидный синяк.

– «Габриэль» слетело с иссохших губ.

Темнело. Весь день скиталец пролежал в отключке под деревом. Он сразу же кинул взгляд на поле, вспомнив о вчерашней погоне. Двухметровая осока мирно шелестела на ветру, и о кошмарных монстрах напоминал лишь оборванный терновник, да полосы от пальцев, оставшиеся в засохшей грязи.

– «Получается… Получается, если бы я пошёл по той аномальной проплешине, а не в поле, то оказался бы здесь же, только без риска для задницы? Ух-х, ещё и топать опять в ночь. Красота» буркнул оборванец, встав на ноги…

Молодой смешанный лес. Мягкий ельник стелился под ногами, прохладная дымка щекотала ноздри, а сквозь молодую листву обильно прорывались алые закатные лучи. Ярко контрастировал с окружающим благолепием одинокий путник: весь перемазанный в крови и грязи, уставший, закинувший глыбу стали на плечо. Поминутно выпуская изо рта клубы сигаретного дыма, он брёл, сражаясь с хлёсткими ветками. Паутина намоталась на лицо, у второго сапога оторвалась подошва, оставшись в грязной луже.

Зацепившись ногой за корягу, незваный гость сего леса чуть не свалился с очередного косогора, ловко ухватив еловую ветвь.

– «Не сегодня» усмехнулся он, попытавшись вернуть равновесие. Щёлк! Ветка не надломилась, а буквально вырвалась с куском дерева…

Катиться пришлось долго, в итоге красно-пепельный приземлился возле мягкой подушки из мха, прямо на сухой каменистый грунт. Меч воткнулся здесь же – в нескольких сантиметрах от лица.

Изнурённо выругавшись, оборванец встал и осмотрелся, заметив поблизости маленький ручеёк со звонко бегущей водой. Помня о вчерашнем, он опасливо принюхался, прошёл немного вверх по течению, и убедившись в полной безопасности, жадно припал к источнику.

Ледяная водичка, чистая как слеза, окропила горячую гортань. По телу расползлась прохлада.

– «Ух-х!» с наслаждением выдохнул путник, вдоволь напившись. Прилипшие к лицу волосы намокли от контакта с ручьём. Он достал фляжку, выкрутил крышку и наполнил до краёв. После секунды размышлений, костлявые пальцы извлекли из сумки пустую стеклянную бутыль с нечитаемой из-за грязи этикеткой, наполнив и её. «Пусть будет. Чёрт знает, когда ещё найду здесь питьевую воду» мелькнуло в голове.

– «Вообще, ручеёк теоретически может впадать в реку. А где река, там и деревня. Главное, чтоб селюки не забили камнями, приняв за чудище лесное» вслух рассудил он, вырвав из земли меч и направившись дальше.

Овраг не слишком изобиловал живностью: птички, мыши, да вездесущие комары. Проводив хищным взглядом синичек, красно-пепельный кое-как переборол в себе желание броситься вдогонку.

Вскоре овраг стал непроходимым. Вокруг ручья образовались плотные заросли терновника, высотой превосходящие человеческий рост. «Попробовать пройти насквозь?» задумался он, щёлкнув пальцем по одной из колючек: «Стану ситом. Сжечь? Тогда придётся пробираться через пылающий лес. Надышусь угарного газа и каюк. Хм-м… Ну, значит заберусь повыше и пойду там. Надо только постоянно держать ручей в поле зрения…».

Скиталец взобрался по крутому склону. Путь сверху являл собой нечто среднее между буреломом, зарослями и нагромождением оврагов. Стараясь не выпустить из поля зрения тонкую ниточку ручья, покрытую терновником, бродяга наткнулся на бетонную плиту среди кустов. Рядом притаился засыпанный землёй люк цвета старой ржавчины.

– «О. Бункер. Наверное, Федератов. Даже до сюда добрались, партизаны сраные. Иногда я просто не понимаю, как они доставляли материалы для своих убежищ: здесь же ни дороги, ни брода, ничерта» усмехнулся он: «Ну, мне туда не надо – итак проблем хватает. Разве что… Разве что внутри остались четырёхсотлетние консервы? М-м-м… Вообще, попробовать можно, последний раз я видел пищу дня три назад».

Бродяга сапогом счистил с люка землю, впившись в стальные ручки. Он приложил все силы, дабы провернуть давно заржавевший механизм. Тот было начал поддаваться, но внезапно ручки с громким хрустом отломались.

– «Ух. Ну, значит по-старинке» лесной проходчик выкинул ржавый металл, вытянув меч из ножен.

Удар, удар, ещё удар и древний бетон по кускам осыпался, обнажая кручёную арматуру. Красно-пепельный распростёр ладонь, направив на толстые пруты. Янтарные глаза сверкнули. Металл обдал гудящий поток огня. Он некоторое время пытал калёный металл бушующим пламенем, прежде чем тот начал краснеть.

Неожиданно из носа хлынула кровь, заставив оборванца оборвать поток.

– «Серьёзно!? Да я даже минуты не проколдовал! Чёртово проклятье…» возмутился колдун, утерев рукавом полосочку горячей крови. Он перехватил меч, разрубив красную арматуру, затем загнул её вбок, заглянув внутрь.

В бункере царил сумрак, однако почему-то это совершенно не мешало бродяге. Тот разглядел помещение в деталях: маленькая комнатушка с низкими потолками, полы которой усеяны старыми консервными банками. В углу пустой металлический стеллаж, а возле люка лежит истлевший скелет, кости которого покрыты древней военной формой. Наполовину рассыпавшаяся прахом черепушка отделена от тела, а к ручке люка привязана короткая петля.

– «Он… Вздёрнулся на дверной ручке? Эстет» отпустил неприятный смешок бродяга: «А ещё сожрал все запасы. Вот скотина, ничего мне не оставил».

Красно-пепельный отошёл от бункера, застыв в пространстве. Он огляделся:

– «Так, а где был ручей?» …

Потерявший ориентир путник некоторое время бродил по косогорам и буеракам, прежде чем оказался в иссохшей части леса. Запахнув пальто, он осторожно продвигался то вниз по склону, то вверх, стараясь обходить местную флору. А обходить было что: ветхие почерневшие деревья сочились гнилой смолой, жёсткая серая трава лишь местами покрывала окаменевшую почву, под которой, будто вены, пульсировали корни. Тишина. До чего же здесь тихо.

– «Угнетающее местечко. Как бы на аномалию не напороться…» комментировал окружение он: «Да и ладно, прорвёмся. Мне всего лишь надо пройти пару-тройку километров по потенциально проклятому лесу, и уже завтра я буду завтракать в трактире… Если найду деньги, разумеется».

Скоро, когда дикие тропки третий раз подряд вывели к большому гнилому пню, разум поразила новая мысль: «Кажись, я окончательно потерялся…». Бродяга достал из сумки затёртую карту, попытавшись сориентироваться: «Так… Ну если предположить, что за пару столетий данные места не сильно изменились, то… Хм. Старые Околотки я прошёл на той неделе, дальше от Наймыцино к Сату-Гапуле, а потом решил срезать через Рыжий Лес, и всё это время шёл прямо. По идее сейчас я должен быть в… В Берденбрё̀ме. Но почему-то мне кажется, что проклятый лес мало похож на большой город. Верно, то лишь кажется… Что вообще за карты продал мне старый обормот!? Своей выдуманной вселенной? Эх-х. Чтоб ты сам по своим картам ходил».

Карта скомкана и закинута назад в сумку. Неожиданно взгляд уцепился за прошмыгнувшую у ног здоровенную крысу без глаза. Голодный оборванец несколько мгновений стоял на месте, взвешивая все за и против, но затем махнул рукой, погнавшись по следу юркой животинки…

Ночь. Серый лес. На маленькой полянке разбит костёр, над которым подвешена большая задушенная крыса. Она даже толком не разделана, лишь слегка отмыта от грязи и пыли. Рядом на трухлявом бревне сидит путник, вожделенно пожирающий немигающими очами свою добычу. За его спиной в землю воткнут меч, по прихоти ночного сумрака больше напоминающий причудливое надгробие, нежели оружие.

Костерок щёлкал, изрыгая угли. В его объятьях морщилась потёртая карта. «…Интересно, к крысиному мясу подходит больше шнапс или сидр? Думаю, шнапс… Жаль, у меня из спиртного остался только медицинский спирт. Для дезинфекции. Сейчас бы холодненького сидра, прям из погребка» погружался в гастрономические фантазии странник.

Вокруг всё также ни звука, лишь тонкий полумесяц, словно насмехаясь, неспешно пересекает небосвод. Минуты ожидания ощущались годами, резкий запах палёной шерсти проедал мозг, а не самого презентабельного вида подгорающее мясо манило, казалась лучше и вкуснее самой элитарной вырезки. Наконец красно-пепельный не выдержал, схватил дымящуюся крысу, и разинув пасть, неожиданно усеянную крупными острыми клыками наподобие акульих, перекусил добычу пополам. Трапеза окончилась ровно в три укуса. Он тяжело выдохнул, стиснув мятую сигарету чудовищными клыками. «Ну-у… На вкус это было как удар шестопёром по голове: резко, больно и совершенно невкусно» заключил он.

Перекурив пять минуток, странник разметал тусклые угли, и взвалив на плечи тяжкий груз, отправился прочь…

Часы блужданий по гниющему лесу обернулись парочкой синяков, царапин и странной находкой: из грязной лужи торчал кусочек битого фарфора. Красно-пепельный поднял находку, обтёр, обнюхал, оглядел: «По идее это кусочек чего-то. Удивительное открытие, не правда ли? Не правда… Фарфор посреди заросшего леса, где человеком не пахнет. С высокой долей вероятности – это фрагмент маски МОРовца. Колдуны Магического Ордена Разлома частые гости во всяких проклятых дебрях. Наверное, опять ставили какие-то эксперименты. С этого момента двигаемся особенно осторожно».

Спустя минут пятнадцать путник вышел на небольшую полянку, поросшую гнилым плющом. В самом центре расположились три заболоченные лужи, рядом старая насыпь из песка и глины, а под давно упавшим деревом лежит ржавая тачка с лопатами.

– «Глиняные ямы… Что-то тут скверная атмосферка, пойду-ка я назад…» сказал скиталец, поспешно развернувшись. С дрожью земли и низким гулом за спиной стремительно выросла преграда из иссохшего терновника.

– «Угу… То есть ты хочешь сказать, что назад я не пройду, да?» прошептал он, создав в руке язычок пламени.

Огонь с аппетитом поглотил гниющие заросли. Те, будто ощутив горячие зубы бесноватой стихии, принялись извиваться. Весь лес тряхнуло, вдалеке взлетели вороны, а чёрные корни под землёй стали пульсировать чаще.

Горящие лапы терновника принялись опутывать поляну, оттесняя красно-пепельного ближе к ямам. Толстые стебли, усеянные сочащимися колючками, содрогались ритмичной пульсацией, стараясь зажевать бедолагу. «Похоже, лес пытается загнать меня в ямы. Может там сердце проклятья? Как-то не хочется проверять, но выбирая между объятьями горящей терновой камнедробилки и ямами чёрт знает с чем, я предпочту… Шнапс» заключил он, подняв с земли камешек.

Бульк! Камень ушёл на дно ямы, взбаламутив жёлто-белую ряску. Бульк! Следующая яма столь же безропотно приняла другой камешек. Бродяга схватил целую россыпь мелкой гальки, со всей силы запустив в дальнюю канаву. Бульк, бульк, бульк!

Новый бросок дал результат отличный от предыдущих: камни касаются глади заболоченной лужи, и оттуда резко вырывается десяток рук. Это буквально лишь голые кости, едва сдерживаемые воедино клоками иссохшей плоти. Руки хаотично зашевелились, утягивая в яму горсти земли и остекленевшей травы.

За спиной уже во всю пылали колючки, лопающиеся от жара чёрной маслянистой жижей, будто гнойники. В свете пламени блеснули острые клыки:

– «Нашёл».

Красно-пепельный вскинул руку. Меж уродливых пальцев загорелся крошечный язычок пламени, сильно разнящийся с другими. Он выглядел нестабильно, будто разрываясь на части хаотичной пульсацией от переполняющей энергии.

Бросок! Огонёк касается мутной жижи, усеянной костями. Взрыв!

Разрушительной энергии оказалось достаточно, чтобы превратить узкую яму в пологое озерцо. Шрапнель из дроблёных костей разметало по сторонам, чуть не задев незадачливого подрывника, а затем его с головой накрыла маслянистая чёрная жижа, вспыхнувшая от огня как масло. Ветви кустарника прекратили двигаться, обмякли, и оказались окончательно поглощены пожаром. Далеко за лесом, буквально на границе восприятия, раздалось нечто, напоминающее нечеловеческий рёв со стеклянными нотками.

Стоящий посреди пляшущего пламени оборванец совсем не паниковал. Он стёр с лица густой слой горящей жижи, пренебрежительно смахнув, и аккуратно подошёл к раскуроченной яме. «Много скелетов. Трудно назвать возраст, как и посчитать их точное количество…» огляделся поджигатель: «…Ну-ка, а это что?».

Бродяга выудил из глинистой гнили кусочек фарфора, подозрительно напоминающий найденный ранее. Затем на глаза попался ещё один и ещё. «МОРовские маски. Похожи на… Сов? Нет, не то. Змеи? Да, точно, это маски Змей. Чёрт… Так вот где их отряд сгинул. В грязном болоте на задворках цивилизации. Хех… Достойный конец для любого МОРовца» хмыкнул бродяга. От его внимания ускользнуло, в какой именно момент огонь, объявший тело, перекинулся на сапоги, поглотив их за пару секунд.

– «Нет-нет-нет… Скотина, тушись!» вскрикнул скиталец, попытавшись сбить пламя с сапог. Ему удалось, но и без того рваная обувь всё равно рассыпалась в прах.

Опечаленный поджигатель осмотрел свои дырявые носки, украшенные растительным узором.

– «Аргх… Вот и покупай сапоги по скидке. Дойду до города – возьму берцы» прошипел он, тяжело махнув рукой на пропажу. Глаза сверкнули, весь огонь в пределах поляны единовременно потух.

Утерев кровь под носом, и взвалив неподъёмный меч на плечо, красно-пепельный продолжил свой путь, а ветер ещё раз донёс до чуть заострённого уха отголоски криков. Или то были лишь странные болотные стоны…

Наконец бродяге улыбнулась удача: не без усилий прорвавшись через густой бурелом, он вышел на давно нехоженую тропку, по которой в скором времени выбрался из засохшей части леса к весьма обжитой просеке.

В отчасти скверном, отчасти приподнятом настроении он шёл по тракту, грезя об ужине и кровати. Однако через сотню-другую метров пришлось столкнуться с неожиданными неприятностями: за поворотом валяется перевёрнутая телега, вокруг следы боя, крови как на бойне, от трупов одни изорванные ошмётки, а груз на месте. После изматывающей дороги и недавнего происшествия, путник несколько утомился, поэтому прикинул: «…Возможно то, что устроило этот бардак, всё ещё находится поблизости или вообще сидит в засаде. Скорее всего новый бой я не переживу. Что ж, в обход!».

Бродяга шмыгнул в ближайшие кусты, и принялся огибать побоище по протяжённой дуге. Спустя шагов двести, раздвинув очередные заросли, гений стратегии мог наблюдать огромное создание, размерами чуть уступающее медведю, чей чёрный слипшийся мех лишь местами покрывает ободранное туловище. Кривая пёсья пасть усеяна кровоточащими гнойниками, а спина истыкана обломленными клинками.

Монстр вырыл яму, в которую свалил изувеченные трупы, и уже собирался закапывать трофеи, однако неудачливый путник прервал его. Они встретились взглядами.

– «Ну конечно…» покачал головой красно-пепельный, перехватывая меч поудобней.

Бой начался с оглушительного взрыва. Пёс-переросток отлетел в сторону, лишившись одной лапы. Сквозь опалённый бок прорвались рёбра, под которыми пульсирует чёрное нутро.

– «Прости, сегодня честно боя не будет» неприятно ухмыльнулся скиталец, направив на монстра поток пламени. Внезапно из носа пошла кровь, поток ослаб, и прижатая тварь сумела вырваться, с пугающим птиц визгом бросившись к обидчику.

Уворот! Красно-пепельный отскочил от надломленных жёлтых клыков. Гнилостное дыхание окатило лицо.

– «Уф-ф…» он задержал дыхание, а пёс зашёлся серией бездумных укусов.

Клац-клац-клац! Челюсти со скрипом мышц смыкались всё ближе к ловко гарцующему по полю боя бродяге. Пальцы перехватили рукоять меча поближе. Короткий замах перетёк в мощный укол острием могильной плиты. Сталь порвала щёку твари, отчего та больше не могла сомкнуть зубов.

Зашедшись оглушительным рыком, гниющее отродье встало на задние лапы, собираясь передними размазать по земле свою добычу. В раскрытое пузо ударил взрыв, откинувший как бродягу, так и монстра.

Звон в ушах и боль в ноющих мышцах. Красно-пепельный открыл глаза, обнаружив бьющую фонтаном из ноздрей кровь, а также псину, обгоревшие внутренности которой вывалились наружу. Даже ему стало неприятно от вида пожираемого личинками гнилого нутра монстра, что всё ещё качает тёмную маслянистую кровь по венам. Из огромной раскуроченной глазницы твари выглянул жирный червяк, тут же скользнувший назад. Пёс на остатках лап поднялся, направившись в бой.

Скиталец заприметил повреждённую взрывом сосну и в голове тут же созрел план.

– «Давай ко мне, безмозглая животинка» бросил он, встав напротив поражённого дерева. Рывок! Юркий колдун уходит с пути монстра, что влетел безобразной мордой в толстый ствол дерева. Надрывный скрип. Сосна с грохотом обрушилась на гнилушку, разбрызгав пропитанную личинками кровь по поляне.

– «Не только мне деревьями по башке получать, да?» усмехнулся бродяга, стерев с лица жирных личинок.

Псина всё ещё трепыхалась, прижатая тяжкой древесиной. Путник незамедлительно снёс отродью голову, и лишь тогда оно замерло. Вокруг распухшей собачьей глотки растянулся некий алый шнур. Он присел на корточки, осмотрев шею поближе: дряхлая кожаная повязка с колокольчиком, напитавшаяся чёрным соком и наполовину вросшая в плоть. Под клоками шерсти красовалась надпись: «Дружок».

– «М-м? Так тебя дружком при жизни звали? Хех. Лихо же смерть потрепала эту шавку» уродливые пальцы сорвали ошейник с собачьей глотки, запихав в сумку к найденному ранее в полях бантику.

Оборванец отстранился, глотнув воды из фляги. Он осмотрел отрубленную голову, которую спешно покидали черви, расползаясь по кустам. На кончиках пальцев разгорелось пламя, а из носа пошла кровь. Секунда, и огонь поглотил монстра.

– «Не сочти за проявление сентиментальности, пёсик. Просто… Кхм, просто не хочу оставлять тело некропата посреди леса и всё» бросил он обезглавленному трупу, быстро зашагав прочь…

Бродяга вернулся на просеку, где по-прежнему лежала разбитая телега в окружении алых ошмётков.

Дорога ещё долго петляла под босыми ногами. Грязные колеи сменялись уродливыми проплешинами, те заросшими травой колдобинами и так по кругу. В конце концов лес завершился опушкой, с которой отлично просматривалась небольшая деревенька в низине. Скромные бревенчатые избы с соломенными крышами, плетёные ограды, аккуратные дорожки из гальки, вероятно взятой со дна ручья, протекающего поблизости.

– «Стой. Это же не тот ручей, по которому я шёл в лесу? Эх-х. Проехали» отогнал от себя тяжёлые думы бродяга. Рассветало. Рваные облака таяли в ярком мареве, застывшем над горизонтом, лёгкий ветерок трепал некогда роскошную шевелюру. Он наконец вышел к людям.

1-3

Деревенька медленно просыпалась. Сонные жители приступали к рутине: две женщины плели корзины на крылечке, тихо перешёптываясь о своём, бородатый мужик в добротных сапогах колол дрова за домом, а ребятня, весело гогоча носилась по просторным улочкам под неодобрительные выкрики старушки с дубовой клюкой. Хорошее утро, обещающее стать замечательным днём…

Со стороны леса медленно приближалась неясная фигура. Местная дворовая собачонка хотела облаять незнакомца, но получше принюхавшись, забилась под избу. Сороки слетели с пугала, охранявшего небольшой огород. Где-то разбилось на тысячи кусков зеркало.

Первым бродягу заприметил крепкий дядька, умывавшийся в большой деревянной бочке. Он поднял глаза и обомлел… С головы до пят перемазанное толи в крови, толи в иле. Длинные растрёпанные волосы украшает листва. Одежды изорваны, будто их секли топором, а трупный смрад даже мух заставляет держаться подальше. Довершала образ гигантская могильная плита, лихо закинутая на плечо. Крепкий дядька без слов присел за бочку, ползком скрывшись в высокой траве.

Дальше кошмарное создание заметили дамы с корзинками, пулей заскочившие домой. Детишки, крича, бросились врассыпную. Мужики рванули через ручей к лесу. На мгновенно опустевшей улице остались только тот, кто стал причиной всеобщего переполоха и бабка с дубовой клюкой.

Несколько секунд абсолютной тишины прервала пожилая женщина:

– «…А я усё гадала, когда ж к нам в деревушку опять смерть наведается… Так знай, шо беса тобе лысого, а не мене. Мужа своего, сапожника, пережила, разбойников пережила, пробитую черепушку пережила, колдунов пережила, да и тобе переживу».

– «Где ваш староста?» замученным голосом спросил скиталец. Бабка с хитрецой прищурилась:

– «…Значит за ним пришла… Ну и поделом ему, коршуну старому, на молоденьких девок глаз точить. Сейчас направо, у колодца завернёшь налево, там увидишь большой дом с резными ставнями – туда надобно». Странный путник кивнул, и провожаемый любопытным взглядом отправился к главе деревни...

Большой сруб с дощатой крышей, крыльцо на двух ступеньках, и ставни с резьбой. Красно-пепельный постучал в дубовую дверь, затем ещё раз, громче. Только когда он со всего маху вдарил мечом по двери, внутри зашевелились.

– «…Окаянный, вот я научу тебя манерам…» бубнили по ту сторону. Наконец заскрипели засовы.

– «…Кто!?» осёкся вышедший из дома мужичок в исподнем, столкнувшись взглядом с необычным посетителем. Он попятился, не отводя полных ужаса глаз, но запнулся о коврик и упал.

– «Ты староста?» буркнул незваный гость, на что получил молниеносный ответ:

– «Нет, не я, богом клянусь!». Он раздражённо выдохнул, переступая порог:

– «Да ты не бойся, я не по твою душу пришёл, а по делу». Мужичок немного успокоился, недоверчиво поинтересовавшись:

– «По к-какому-такому делу?». Оборванец пару секунд помолчал, после чего с ухмылкой подметил:

– «…Я так понимаю, у вас в деревне такая традиция – вести деловые переговоры, лёжа на полу? Очень удобное положение, надо сказать». Хозяин встал, заявив:

– «П-простите, господин путник. Ноги старика совсем не держат. Сейчас Маньку кликну, она стол накроет. Так и поговорим».

– «Ох, люблю я вас деревенских – поумней многих столичных будете» неприятно улыбнулся незваный гость. В голове промелькнуло: «Только хрен у вас чё сторгуешь. И камнями кидаться любите…».

Уже через десять минут на стол подали кушанье: большой отрез печёной рыбы, тарелка густой пшённой каши, пирожки с корицей, и графин чуть синеватого самогона…

Проходимец безвозмездно одолжил у хозяйской женщины розовую резинку для волос, собрав растрёпанные лохмы в неаккуратный хвост. Наконец появилась возможность разглядеть его лицо.

Первой внимание любого привлекала бы болезненно-бледная кожа, сухая как пергамент. Далее нагонят ужаса крупные клыки, заполняющие рот. Через нос тянется короткий узкий шрам, оставленный неведомым клинком или когтем. Дополняют и ярко подчёркивают нечеловеческие черты лица глаза цвета чистейшего янтаря, под которыми темнеют въевшиеся в плоть синяки. Взгляд безжизненный. Не стеклянный, но всё равно мёртвый, будто внутри что-то съело само себя.

Бледное лицо отталкивающе, однако далеко не уродливо. Трудно назвать точный возраст. Сухой голос со сладковатой горечью и часто меняющаяся манера речи отлично соответствуют образу.

– «Так с кем по имени отцову я имею честь откушать?» трусливо сглотнул слюну хозяин, косясь на гостя.

– «Василь Башен» буркнул тот, скользнув взглядом по настенной картине с высокой каменной башне: «Путешествую, работу за деньги выполняю».

– «А я Пантелеймон Васильевич Рыбников Слежу тут за… Порядком. Какими ж судьбами вы в Степановке нашей оказалися?» спрашивал старик.

– «Пантелеймон Васильевич, у меня есть к вам деловое предложение. Доводилось слышать, что у вас тут зверь кошмарный завёлся – пёс огромный. Так ведь?» начал хвостатый пожиратель, закидывая в клыкастую пасть рыбу.

– «Завёлся – не то слово! Чтоб его Тёмное Божество в Бездну утащило… Уж третий месяц к ряду зайти в лес толком не можем. Вчера должна была телега торговца приехать, но видать псина-переросток и её под откос пустила!» встрепенулся Пантелеймон. На слове «псина» отчаянный едок подавился, однако вскоре, как ни в чём не бывало продолжил уплетать хозяйские угощения.

Старик тяжело вздохнул, облокотившись о стол, а гость произнёс:

– «Так вот. Монстр вам сильно мешает, вы бы наверняка захотели от него избавиться при первой же возможности».

– «Не то слово» закивал староста: «Если так дальше будет, то наша деревенька вымрет без торговли. Знаете, ребятня прозвала эту бестию «Страшнопсом», но как по мне ей больше подходит простое «Кабысдох». Гнилое отродье…».

– «Ну, получается возможность решить все ваши проблемы сейчас сидит прямо перед вами!» манерно махнул рукой странник с пустым взглядом.

Староста почесал затылок и с очевидным недовольством произнёс:

– «Никто не решает проблемы задаром».

– «Что верно, то верно» сказал чужак, фальшиво изображая печаль из-за человеческой меркантильности.

– «Сколько?» нехотя выдавил из себя Пантелеймон: «Предупреждаю – мы община бедная, с голоду чуть ли не сапожки жуём. Больше двухсот марок дать не могу».

– «Двести!?» с ужасом выпучил глаза скиталец: «Восемьсот как минимум!».

– «Восемьсот!? Да мы таких денег отродясь не видали! Детишки голодные сидят!» выдал глава деревни.

– «Старче, даже за восемьсот марок сейчас можно максимум взять билет на поезд в одну сторону. А ты предлагаешь мне рисковать своей шеей за двести?» продолжал давить гость, попутно уплетая кашу.

– «Ну… Это…» замялся седовласый.

– «Или что же, ты безопасность своей деревни оцениваешь в двести марок? Непорядок… Местные явно расстроятся, узнав, как мало стоят их жизни» многозначно протянул зубоскал.

– «Никого я не оценил! Вообще пёс не такой уж и страшный, его можливо вилами взять» крутился староста.

– «То есть теперь он не страшный… Понятно. Так почему ваш барбос до сих пор пускает телеги под откос? Соберитесь, наточите топоры, примите сто грамм для храбрости и вперёд на охоту! Человек пять из пятнадцати наверняка выживут» пожал плечами бродяга.

Пантелеймон крепко призадумался, покуда хвостатый пожиратель поглотил всю пищу, за исключением пирожков с корицей. Он, поморщившись, отодвинул пироги в сторону, заметив у графина корзинку сушек.

– «А ежели за пятьсот?» выгнул бровь староста.

– «А за пятьсот можете сами по лесу бегать. Имей совесть, у меня даже сапог нет!» гость указал рукой на свои босые ноги.

– «Ну, найти сапожки мы вам можем легко» прищурился пронырливый глава.

– «Помнится, ты говорил, что повозка у вас пропала с торговцем. За шестьсот марок и пару сапог я её отыщу в угодьях монстра» предложил босоногий.

– «Ладно, видно быть детишкам голодными… По рукам!» выдал хозяин.

– «Это сделка» кивнул чужак.

Красно-пепельный ещё некоторое время набивал пузо бесплатной едой, затем вытащил из сумки растянутый ошейник, пропитанный тьмой, и вручил заказчику со словами:

– «Вот ошейник вашего зверя. Пропавшая повозка в пяти-шести километрах вверх по просеке, там же в кустах сгоревшая туша и гнилая башка этой твари. А теперь поговорим о награде за проделанную работу…».

Лицо старосты приняло такой вид, будто он проглотил мешок лимонов в один присест. Старик нехотя отдал бродяге звонко бряцающий мешочек. Тот растянул завязки, пересчитав ровные монетки с отчеканенным гербом в виде двуглавого волка, обрамлённого восьмиугольной звездой.

С сапогами сложнее: Пантелеймон велел ребятне, что ошивалась возле дома, стараясь хоть краешком глаза увидеть необычного гостя, кликнуть некого Митяя. Не прошло трёх минут, как на пороге появился запыхавшийся мужик – обладатель роскошной бороды и не менее роскошных сапог. Далее Митяй познал всю суть коллективизации имущества, отправившись домой в дырявых онучах.

Печальный Рыбников недоверчиво спрашивал:

– «…Может вы и Кузнечиков порубили во время своего путешествия?».

– «Каких Кузнечиков?» ответил вопросом на вопрос хвостатый, разглядывая ладные сапожки, пришедшиеся впору не самой крупной ноге. Староста опустошил гранёный стакан до дна и пояснил:

– «…В общем есть тут неподалёку одно поле, раньше всю деревню кормило, да ещё и на торговлю хватало. Земля там – чистый чернозём. Наше сокровище! Лет шестьдесят назад, когда Степановка была трижды больше, поселилась там чертовщина! Твари, метра три ростом, ручищи – во, штук сорок наверное, а до чего уродливые…».

– «А-а, эти… Да, имел удовольствие встретить их на своём пути…» бодрым голосом отвечал странник, попутно вспоминая события той ночи.

– «И чего? Неужто всех вырезали?» с неподдельным интересом спросил хозяин.

– «Ну, некоторое количество я перебил» почесал ушибленный затылок гость: «Там одного наёмника маловато будет. Поле проклято. И конкретно так проклято. А может это аномалия… В любом случае вам либо армию собирать на Кузнечиков, либо сжечь поле вместе с доброй половиной леса. Попробуйте написать письмо в МОР или Гильдию, может повезёт получить ответ».

Староста закусил сальцем:

– «Нам тута такого пожару не надо, не приведи Белая Звезда деревня ещё погорит… А МОР… Были у нас когда-то давно МОРовцы: всю деревню вверх дном перевернули, ценности поотнимали у людей, зерно брать стали, да скот на закусь резать».

– «А что потом?» спросил зубоскал, получив в ответ:

– «Убёгли восвояси, что потом ещё быть-то может…».

– «Понятненько. Можете про поле поподробней рассказать? Как вы сеяли поверх этих колдобин?» бродяга решил потянуть диалог, оглядывая стол на наличие оставшейся еды. Он упорно игнорировал пирожки с корицей.

– «Эх-х, колдобины…» начал Рыбников: «…Там четыре века назад бой был страшный. Не знаю, от какой войны остались следы, с Каином Мортом или монстрами СМВшными. Наши предки часть поля разравняли, да сеять начали. И внезапно всё живое как попёрло из земли! Кабачки, тыквы, пшено! А каких размеров! Одним баклажаном ногу отбить можно. Но потом… Просто бац! И поле Кузнечики заселили. Сказ есть, что теперича если в поле том пропадает кто, али засыпает, то в виде Кузнечика возвращается. Помню, отряд солдатиков сгинул, молодые, неопытные, решили извести нечисть. И мы тоже ребятнёй ходили… Девять человек вошло в заросли, как сейчас помню, а вышел я, Кузьма, да ныне покойный сапожник».

– «Угу. А что вы можете сказать по поводу выжженной полосы вокруг поля?» спросил скиталец.

– «Выжженной?» ахнул Рыбников.

– «Ну, идеально ровный пустырь, окружающий поля. Откуда он взялся?» красно-пепельная бровь выгнулась.

– «Не знаю, всегда был» отвёл взгляд собеседник.

– «Ясно. А МОРовцы из вашего рассказа ничего с полем не делали?» скиталец прищурился, расправив хвост волос.

– «Нет» резко буркнул старик.

– «Прекрасно. А чем питаются Кузнечики?» обманчиво ласково поинтересовался хвостатый, состроив отталкивающую ухмылку.

– «Едят чего… Хм… Зверюшек всяких, наверное. Недавно… Недавно дочку одной из наших утащили, Анютку. Мать её умом тронулась, теперь ходит народ пугает. По сто раз на дню высправшивает, мол: «Где моя дочь, где Аня…», а нет больше девочки. И никак ты человеку больному этого не объяснишь…» повествовал Пантелеймон.

– «Как они её утащили, если за пределы поля не выходят?» оторвался от тарелки оборванец. Хозяин отвечал:

– «Она вечно с ребятнёй в лес любила убегать, а там до «Кузнечиков» в поле, коль дорогу знать, часа два-три ходу… Может и не они, но чует моё сердце, что это их рук гнилых работа».

Староста умолк, а хвостатый тем временем про себя отметил: «…М-да, картина. Селюки опять чё-то намутили и теперь расхлёбывают. Неспроста «сбежавшие восвояси» МОРовцы в глиняных ямах лежат. Хм-м… Как бы местные и меня в болото не скинули».

– «Так, а где у вас можно отдохнуть? Постоялых дворов я не заметил, но спать уж очень хочется» вопрошал неукротимый едок, сожрав все хозяйские угощения. Пантелей отвечал:

– «…У нас народ бедный, места в домах мало… Хотя если хорошо подумать, то есть один вариант: пока шёл до меня, наверняка заметил ветхую лачугу на отшибе, там живёт Семёновна – уж она-то в ночлеге путнику точно не откажет. Ток ты с ней поаккуратней, бабка она своеобразная…».

Скиталец поблагодарил Рыбникова, и прихватив свой нехитрый скарб, покинул богатый дом. Хозяин брезгливо глянул вслед…

Бесцеремонно разогнав толпившихся у дверей зевак, чужак двинул в сторону обиталища странной старушки, по пути ловя на себе взгляды полные удивления, страха и отвращения. Он харизматично, насколько мог, улыбнулся толпе. Толпа с визгами разбежалась. «Работает безотказно, как лом. Главное их слишком сильно не пугать, а то рискую не проснуться» заключил зубоскал, утайкой щёлкнув пальцами. В воздух поднялась одинокая искорка, подпалившая сигарету.

Зайдя за угол очередной избы, красно-пепельный чуть не столкнулся лоб в лоб с женщиной в тёмном платке. Она медленно подняла на него чёрные провалы век, средь которых поселился странный стеклянный отблеск. Послышался тихий хриплый голосок:

– «Мил человек, скажи, доченьку мою не видел?». Он отрицательно мотнул головой, и было собрался продолжить путь, но тонкие пальцы впились в грязный рукав изодранного пальто:

– «Анютка… Маленькая девочка, восемь лет через месяц исполнится. Длинные чёрные волосы, большие глаза, курносый носик, ходит в голубом сарафане, косички с бантиками, а на ножках…». Резким движением высвободив рукав, он твёрдо начал:

– «Нет, я не видел твою дочь. Там, где я ходил… Стой. Ты сказала бантики?». Взгляд женщины оживился, она закивала.

– «Часом не розовые?» поинтересовался оборванец.

– «Да, розовые…» ошарашенно ответила мадам в чёрном платке.

– «Похож?» вопрошал он, достав из сумки полученный на полях полей бант. Невменяемая мать остервенело вырвала из костлявых рук ветхий кусок ткани, и покрутив перед носом констатировала:

– «Это он! Где ты его взял? Ты нашёл Аню!?».

– «В каком-то смысле» оттянул ворот рубашки бродяга. В голове мелькнуло: «Стоило просто молча пройти мимо. Ладно, резко вывалю на неё всю информацию и пойду спать. Вроде как местные считают эту женщину сумасшедшей, поэтому по её указке не должны отправиться сажать меня на вилы».

– «Что ж, у меня плохие новости» начал он: «Бантик достался мне из брюха некропата вместе с переваренными человеческими останками прямо на лицо. Вполне возможно, меня облили вашей дочерью… В любом случае, тот Кузнечик мёртв. Можете считать, что за вашу дочку отомстили, если это вообще имеет какую-то значимость. Всего доброго».

С каждым словом хвостатого взгляд женщины становился всё тусклее и тусклее, пока совсем не угас. Она, не издав и звука, побрела прочь, едва переваливаясь с ноги на ногу. Скиталец же, пожав плечами, продолжил путь до старухиной лачуги…

Покосившаяся избушка в сорока метрах от деревни. Доски прогнили и обросли плющом, окна заколочены. Он постучал в дверь, что от столь резкого воздействия чуть не развалилась.

– «Кто там?» послышалось по ту сторону. Ответ был таков:

– «Вы Семёновна? Староста сказал, что у вас можно остановиться».

Скрип. В проёме показалась древняя бабка, с ног до головы увешанная перьями и амулетами. Она окинула незваного гостя подозрительным взглядом:

– «Бродяга, стало быть… Ну заходь, можешь у меня передохнуть, ток не задаром! Расскажешь старухе, что нынче в мире деется, а то совсем от жизни отстала». Красно-пепельный кивнул и вошёл в хибару, чуть не стукнувшись лбом о низкий дверной косяк.

Стены пестрят от обилия различных побрякушек, у окна сундук с накрытой на нём постелью, в углу пыльная скамья.

– «Как звать?» вопрошала старуха, жестом указывая, куда можно бросить немногочисленный багаж. Скиталец без промедления ответил:

– «Василий Башенный». Хозяйка с понимающим лицом гаркнула:

– «Раз Башенный, значит Башенный, я не настаиваю… Падай вон на ту лавку и готовься рассказывать, а я пока пустырничка заварю. Хотела бы налить ячменного чайку, да торговца давненько что-то не было, а наше собственное поле уж как лет шестьдесят никто не пашет». Он отказался от напитка, постелив грязный плащ на скамью…

Семёновна уселась на сундук, проговорив:

– «Про тебя я ничего спрашивать не буду, токмо время зазря потрачу, выслушивая копеечные россказни – знаю я вас, полулюдей. Да ещё и наёмник… Лучше скажи, чего сейчас со страной? Выиграли мы в Восточной?». Скиталец прилёг и начал повествование:

– «С Дю̀рстолем-то? Да всё как обычно: маги из МОРа грызутся за власть с Церковью и Купаллоде, короля Регильроза уж как тучу лет не видно, анархия короче… Ещё и в Восточной Войне проиграли. Восемь лет назад, к слову. Там вроде восточники где-то мощных магов раскопали, а как вы знаете – против самых метких стрел всё решает магия… Хех… МОР во всей этой авантюре официально участия не принимал, торгаши-Купаллоде были заняты налаживанием морских путей через Серый Залив, в чём не преуспели, а Церковь обещала помочь Дюрстолю, но… В общем просрали все рубежи, побросали оружие в вагоны и дали дёру…».

Старая женщина выпучила глаза:

– «Восемь лет назад!? Тьфу! Небось это МОРовцы восточникам магов дали! Они всегда так: на словах защищают всех, кого ни попадя, а на деле только о своей шкуре пекутся! Помню, были и в нашей глуши давно, с кругами своими… Ежели подумать, то вообще все маги по натуре скользкие как ужи, но конкретно МОРовские их всех уделывают… А Церковь чего? Чё ж епископ Ма̀лкор нашим не помог, он же всегда за народ был!?».

Рассказчик выгнул бровь:

– «А что за круги, бабушка?»

– «Да никакие, милок. Совсем уже старая голова не варит» махнула рукой бабуля, натянув невинную улыбку.

– «А, понятно…» глуповатым голосом отвечал он. В голове пронеслось: «Не дай им понять, что ты обо всём догадался. Играй, мой друг, играй! Ты просто хочешь уйти отсюда живым, не больше».

– «Кхем. Ну так чё с Церковью?» продолжала внимать она.

– «Ну, у храмовников сейчас забот полон рот, к новому крестовому походу готовятся…» вновь начал рассказчик: «…По счёту это, вроде как сороковой, может сорок первый. Щас молодняк по трактирам собирают, мол: «Братья и сестры, отвоюем же стольный град Мартемья̀нов во имя света там или бога» … Думаю, в ближайшие лет двести им Рѐбелбург точно не взять, во всяком случае пока Анна Морт им заправляет». Бабка лихо заломила бровь:

– «Вот уж девка! Вся в отца – точно такая же упёртая, злобная и хитрая… Чёртовы некроманты, чтоб их после смерти в Кузнечиков обратили… А как там Синие драконы, как Защитники, чего с Маришкой Бернѐс?». Хвостатый отвечал:

– «Защитники последние лет десять нигде не светились, поэтому на их счёт без понятия, Синих Драконов всех под Лавровкой кайзеровцы положили, а Мари Бернес по слухам повесила меч на стену и вышла замуж за богатого торговца». Старуха разохалась:

– «И кто ж теперь нас, людей простых от беды защитит!? Вся надежда на Церковь, умоляю, скажи, что со Светлым Вихрем и паладинами из Зелёного всё хорошо!».

Скиталец, скрывая внезапное раздражение, возобновил повествование:

– «Ну, мужиков из Зелёного хрен убьёшь, а с Вихрем всё хорошо. Хорошо… Да. Хотя лучше обращаться за защитой в МОР с их Сёстрами Смерти. Они хоть и берут немало, но работу выполняют качественно. Недавно, например, Сёстры «Бальный Лес» от мутантов зачистили. Эти твари сидели там, должно быть ещё со времён Второй Волны. Хоть СМВшка давно уничтожена, но её порождения всё живут и здравствуют».

Хозяйка некоторое время молчала, допивая вторую кружку пустырника, а затем выдала:

– «…Милок… Я, конечно, обещалась не спрашивать о тебе, всё рано не ответишь, но… Ты маг?». Скиталец задал встречный вопрос:

– «А похож?».

– «Да кто вас, страхолюдов, разберёт, просто показалось, что ты уж больно МОР любишь…» оправдывалась бабка.

– «Показалось. Я, мать, всегда за наших был. За людей простых. Мне эти колдуны тоже поперёк горла встали: ходят, вечно мутят что-то. Всех бы пожёг на кострах. Эх, жаль Церковную охоту на ведьм прикрыли» неприятно лыбился он.

– «А ты… А ты ладный малый. Маги все гады, хитрые. Особенно огненные. Эти вообще бесы страшные. Слава богу, что все вымерли» закивала старушка.

– «Что верно, то верно. Ладно, хозяйка. Потом ещё переговорим, спать хочется прям невмоготу» огненный маг потянулся, плотно укутавшись в пальто и отвернувшись к стенке.

– «Спокойного сна, милок» проскрипела бабуля, принявшись перебирать корешки. Скиталец впился янтарным взглядом в стену. Он прикрыл шею костлявой ладонью и захлопнул тяжёлые веки:

– «Спасибо».

1-4

Ветер вздымает хлопья пепла. Над неспокойным горизонтом мелькают тени. Пред юношей с горящим взглядом на серой брусчатке раскинулось безжизненное тело. По длинным чёрным волосам струится кровь. Кровь запачкала трясущиеся руки. Крови настолько много, что она начинает топить всё окружающее пространство. Где-то далеко громом разлетается глумливое:

– «Поплавай, псинка», и уровень крови поднимется до колен. Юноша хочет отпрянуть от этого места, побежать куда-нибудь, но обнаруживает, что на нём ошейник, толстой цепью соединённый с кровавым покрытием. Он пытается сорвать ошейник, царапает кожу, однако всё тщетно. Кровь поднялась слишком высоко.

Юноша встаёт на цыпочки, жадно глотая воздух, и в конце концов полностью погружается. Янтарный взгляд рыскает вокруг, ища спасение. Воздух заканчивается. Лёгкие заполняет жидкость, а тело агония. Отмучавшись несколько минут, что длились годами, яркий взор потух, опускаясь на дно…

Хвостатый осознал, что погружён в кошмарные грёзы за миг до пробуждения. Он очнулся во всё той же лачуге, найдя себя валяющимся на полу.

– «Кошмары, милок?» послышался скрипучий голос хозяйки, развешивающей пучки трав на протянутых под потолком верёвках.

– «Да. Всего лишь сон…» последовал сухой ответ с каплями холодного пота на затылке. Бабка предприимчиво ухмыльнулась:

– «Ты во сне брыкался как угорелый. Я уж испугалась, что мне лавку поломаешь… И часто у тебя такие кошмары?».

– «Нет, мать. Хорошим людям как мы с тобой кошмары редко снятся» просипел гость, накидывая рваное пальто. Деловитая старушка сказала:

– «Ты гляди, есть у меня лекарство одно, от кошмаров помогает, всего лишь нужно перед сном принять три ложки…».

– «Спасибо, но я откажусь» отрезал он, постаравшись состроить харизматичную улыбку. От этого чудовищного оскала бабулю передёрнуло. В голове мелькнуло: «Не люблю зелья. Из-за них то запор на неделю получишь, то приход словишь, то кровью начнёшь харкать».

– «Ну как хошь, я б тебе пару марок скинула за красивые глазки… Но раз нет – знач нет» пожала плечами хозяйка.

Поблагодарив старуху за ночлег, скиталец покинул стены лачуги, дабы разведать обстановку в деревне, а заодно попробовать разжиться провиантом.

Солнце прощалось с миром, готовясь упокоиться. Комары окружили скитальца, тщетно пытаясь прокусить толстый слой грязи на коже. Проходя мимо ручья, он задумался: «Может… Может мне умыться?». Заглянув в ручей, оборванец узрел нечто, напоминающее мертвеца, покрытое засохшей кровью, землёй и ошмётками мяса: «Да уж. Так меня и пристрелить могут, перепутав с некропатом. Стоит умыться… Но… Только лицо, пожалуй. Просто, чтобы кожа не начала гнить».

Нехотя красно-пепельный сел на корточки, зачерпнув воды в ладошку и брызнув на лицо. Грязь не просто осталась на месте, а будто впитала влагу, расползаясь ещё более толстым слоем. Он набрал чуть больше воды. От касания с влагой волосы по всему телу вздыбились, а кожа чище не стала.

– «Эх…» тяжело вздохнул грязнуля, задержал дыхание и резко погрузил всю голову под воду, принявшись растирать щёки.

Бродяга вынырнул спустя пару секунд, отчаянно хватая ртом воздух. Сырой, умеренно чистый и крайне недовольный. Он огляделся по сторонам, убедившись в отсутствии свидетелей. Янтарные глаза сверкнули, и вся влага испарилась белым облачком.

– «Так-то лучше» фыркнул он, сдув с лица вьющийся локон…

Пантелей в это время готовился ко сну, а внезапный стук в разбитую дверь встревожил его не на шутку.

– «Здравствуйте, господин путешественник, чем могу услужить?» любезно вопрошал старик, открыв дверь незваному гостю.

– «Добрый вечер, староста. Я скоро ухожу, не снарядишь провиантом в дорожку?» сказал оборванец, невзначай разминая пальцы. Рыбников ответил:

– «А-а, провиант… Да, у нас остались с прошлой зимовки кой-какие запасы… Но за просто так отдать их я, увы, не могу – надобно выполнить одну работёнку…».

– «А не сойдут ли в качестве оплаты деньги?» прищурился бродяга, моментально получив оправдание:

– «…Ну, видите ли… Бедные мы люди, никто не поможет, руку помощи не протянет, а кушать детишкам надо… Ловили рыбку раньше, но сейчас чертовщина какая-то случилась! Вся рыба в ручье квёлая стала, вода потравилась. Приходится до дальнего колодца ходить, а это долго, и дорога опасная – глядишь сгинет кто опять. Думаю, то вода болотная в ручей просочилась. Не сможет ли могучий славный воин пройтись вверх по течению и поискать в лесной чаще какую-нибудь заводь гнилостную? Вам-то там ничего не будет, а мы все убьёмся».

В голове промелькнуло насмешливое: «М-м-м… МОРовцев в яму скинули, а теперь хотите, чтобы и я там подох?». Красно-пепельный приблизился к старосте:

– «Пантелей, отчего же вы убьётесь-то в лесу? Собака ваша мертва, волкам вы даром не сдались – пищи у них много. Быть может там есть то, о чём мне стоит знать?». Пантелей весь переполошился:

– «З-знать? Да нет! Просто мы тюфяки деревенские, к бурелому и долгому пути не привычны, в отличии от вас, могучих воинов!».

– «Хорошо. Допустим. А теперь попробуй ответить, почему я, умывшись из вашего ручья до сих пор не отравился?» выгнул бровь чужак.

– «Так… Оно не сразу! Через часик живот скрутит – не балуй. Или, может вы к яду невосприимчивы. Бывают же полулюди, которых ни одна хворь не берёт!» вспотел собеседник.

– «Я не из таких, старче. Вот МОРовские «Змеи» – да, их убить ядом практически невозможно. Практически... Слышал о них?» вопрошал путник.

– «Н-нет. Мы тут про «Змей» ничего не знаем» забегал глазами по сторонам староста.

– «Понятно. Хочешь расскажу один интересный факт о себе?» раздражённо вздохнул длинноволосый.

– «Ну, если вы сами хотите…» трусливо кивнул старик.

– «У меня отменный нюх. Никакого яда в вашей реке нет» последовал ответ.

– «А… Эм-м… Может он магический?» пискнул глава.

– «Может и магический. Но только я чую нечто иное…» демонстративно принюхался зубастый индивид: «…Чувствуешь?».

– «Ч-что?» шмыгнул носом седой.

– «Ложь…» шагнул вперёд проходимец. Обманчиво дружелюбная гримаса на бледном лице дала трещину, сквозь которую просочилось нечто ужасающее. То, отчего всё нутро старика сжалось, а сердце заколотилось быстрее.

– «Или мне показалось? Хм-м… Да, нам наёмникам часто всякое мерещится. Хорошо, что у моего отделения гильдии партнёрство с МОРом, и они посылают своих колдунов на поиски наших, если долго не выходим на связь… Эй, старче, чего это ты так побледнел? Тебе, наверное, нужно подкрепиться. Пойдём, угостишься сам и угостишь меня вашими припасами с зимовки, как исключительно радушный хозяин» продолжал он.

Пантелеймон закивал:

– «Д-да! Точно показалось! Сейчас, я сбегаю за ключом», попытавшись закрыть дверь в дом.

– «Давай, я подожду» усмехнулся чужак, поставив ногу в проходе. Старик сглотнул слюну, не сумев захлопнуть дверь и трусливо убежал вглубь коридора.

Тем временем скиталец достал из сумки мешочек с активированным углём, закинув в клыкастую пасть целую горсть. «На всякий пожарный. Хрен знает, чё в том ручье действительно было… Надеюсь не пережал старика. Чёрт, я просто хотел пожрать в дорожку, а теперь рискую убегать от селян с вилами. Как обычно» заключил он…

Солнце почти зашло за горизонт. Деревенские заперлись в своих домиках, готовясь ко сну. По опустевшим улочкам молча брели низкий седой мужичок и странник в обносках. Свежий летний ветерок трепал шевелюру, кожаные сапожки шуршали гравием.

– «Пантелей Васильевич…» внезапно донёсся срывающийся юношеский голос сзади. Обернувшись, ночные гуляки лицезрели высокого тощего паренька в зелёной рубахе, сжимающего в руках масляную лампу.

– «Пантелей Васильевич…» продолжал он, подойдя чуть ближе: «…Зойка пропала!». Староста насторожился:

– «Как это пропала, куда?».

– «Да не знаю! Я вечерний обход делал, стук ей в дверь, а там открыто. Захожу – никого! Всю Степановку оббегал, под каждую бочку заглянул, нигде нет!». Рыбников чертыхнулся в сердцах и выдал:

– «На ночь глядя рыскать по лесам, да болотам – всё равно что смерть искать. Утром Митяй с Кузьмой возьмут Шарика и отправятся на поиски, а пока…», его перебила юность:

– «…А пока сидеть, дома, лапти плести!? Зойка одна чёрт знает где, а вы хотите, чтобы я сидел на жопе ровно и ничего не делал?!».

– «Выбирай выражения, когда говоришь со старшими, юнец! И чего ж ты сделаешь-то? Один в лес пойдёшь? Пощади своего отца, парень. Сгинешь ты и старик зачахнет. А Зойка – баба сильная, хоть и тронутая, не пропадёт!» отвечал староста. Паренёк хотел что-то выпалить, но через силу проглотил слова.

– «Она не тронутая!» походя процедил сквозь зубы он…

Ночные гуляки пересеклись взглядами.

– «Пантелей, я не пойду в лес искать сумасшедшую, у меня аллергия на дурно пахнущий движ» открестился проходимец.

– «А я и не прошу» буркнул старик: «Не подумайте, что жестокий я, но ради безумной бабы сгубить здоровых мужиков не позволю».

– «Замечательное оправдание, а теперь пойдём пожалуйста уже на склад» красно-пепельный оскалил клыки в обманчиво дружелюбной улыбке.

– «П-пойдёмте, господин путник» закивал староста…

Путь до точки назначения занял ещё около пяти минут. Былинный склад оказался чем-то средним между подвалом и землянкой. Вход закрывал толстый металлический люк с навесным замком и почти стёршейся маркировкой: «ЕФГ».

– «Знакомая железяка. Переоборудовали бункер Федератов под склад?» задался вопросом бродяга.

– «Не, Павлуша и Петро сами тут всё раскапывали. А люк наш местный охотник за железяками притащил из леса. Благо там этих бункеров как комаров в июне» отвечал спутник, проворачивая ключ в скважине.

– «И в каждом из бункеров может сидеть абсолютно что угодно: от нежити до проклятий. Впрочем, вам итак с проклятьями повезло в окрестностях» усмехнулся скиталец. Староста промолчал, со скрипом распахнув люк.

Вниз вела деревянная лестница, а сквозь бревенчатые стены подвала просыпалась земля.

– «Пойдёмте» махнул рукой старик, поджигая лампу.

– «Я подожду здесь. Постарайтесь достать провизию побыстрее» буркнул скиталец, перевернув деревянный ящик, лежавший под стеной ближайшей избы.

– «Хорошо» кивнул старик, скрывшись в тёмном проёме.

Красно-пепельный присел на ящик, воровато огляделся и магией запалил сигарету. Густой дым покидает зубастую пасть, устремляясь к крышам, над которыми истлевало закатное солнце.

– «Чё-т не нравится мне всё это» прошептал он, глядя вдаль. Ветер нежно растрепал неухоженные волосы, надоедливые мышцы всё продолжали ныть, а на костлявую ладонь заполз паучок. Бродяга заметил это, разглядев кроху поближе: «Хм-м. Вроде как данный вид не ядовитый. Это тебе не поскену̀рская живность. Помню, Крис рассказывала про сороконожек жрущих собак в джунглях и парадокс количества их лапок. Хех. Заучка».

Внезапно снизу раздался металлический грохот, а паучок упал в траву. «Чёрт, как бы старик не убился. Придут на шум местные – я же хрен объясню, почему старосте расплющило голову ящиком консерв» подумал он, осторожно спрыгнув в люк.

Старик находился ровно по центру небольшого подвальчика, уставленного стеллажами с барахлом. Он наклонился, подняв некую конструкцию, сильно напоминающую ружьё с тремя воронёными стволами, странным механизмом заряжания и цевьём, что усеяно выжженным руническим узором, сочетающим странные эзотерические паттерны.

Пантелеймон повернулся к бродяге, случайно направив стволы оружия в его сторону.

– «Ух! Не размахивай арбалетом, старче!» отскочил в сторону тот.

– «Да он всё равно не рабочий, господин наёмник. А жаль, ладная была вещь! Двадцать восьмой Шпицфиль, гильзовый. Таких штуковин уже не делают» проговорил староста, приставив арбалет к стене.

– «В любом случае не направляй оружие на людей. Ты не представляешь, сколько раз я видел, как «нерабочий» ствол вышибал нерадивому хозяину мозги… Пару раз точно видел» облегчённо вздохнул оборванец.

– «П-простите, виноват» закивал собеседник: «К слову, сейчас припомнился вопрос. А где ваш арбалет? Неужто с одним мечом на монстряков ходите?».

– «Арбалета нет, как видишь. Своих припасов я тоже не наблюдаю, к слову» запустил руки в карманы красно-пепельный, осматривая помещение. Взгляд зацепился за стопку макулатуры в углу, состоящую из книг, брошюр и разрозненных бумаг.

– «Сейчас-сейчас. Тут я опись всё никак не найду. Стало быть, поищу сами припасы, далеко убрать их не должны были. Подождите тогда здесь немного» виновато отвечал седовласый.

Хозяин с головой зарылся в мешки на полках, а скиталец невзначай подошёл ближе к стопке бумаг, сложенной под соседним стеллажом. В темноте сверкнули янтарные глаза. Свет отразился от глянцевых обложек, среди которых завалялся тёмный кусочек картона с истёршимся изображением змеи и надписью «МОР». Костлявые пальцы раскрыли картонку, оказавшуюся удостоверением. Внутри встретила цветная фотокарточка лысого старика, пара печатей, размашистые подписи и пропечатанные строки, пестрящие сложными сокращениями. Он незаметно убрал удостоверение в сумку.

Солнце упокоилось. Небеса украсил полумесяц.

– «Эх, кабы Павлуша в лес за Зойкой не ушёл» тяжело вздохнул староста, перетягивая коробку с одной части полки на другую.

– «А зачем ему за ней идти?» прищурился хвостатый, откинув копну волос в сторону.

– «Влюбился молодой олух в старую чертовку. Она ж главной красавицей на деревне была, пока Анютку не потеряла» отвечал Рыбников.

– «Любви все возрасты покорны» проговорил бродяга. В голове пронеслось продолжение: «Но юным девственным сердцам её порывы благотворны, не то, что старым пердунам».

– «Эх, да тут не в возрасте дело. Рассказать вам?» обернулся через плечо староста.

– «Если это не помешает поискам еды» повёл рукой чужак.

– «Зоя приезжая. Откуда-то из столичных краёв сбежала много лет назад. Белая Звезда знает от чего она убегала, да мы и не спрашивали, приняв к себе с распростёртыми объятьями. Зойка – пропащая баба. Ни корзинку сплести, ни курей покормить, ни каши сварить не может. Столичная, чё уж говорить. Работать не захотела, да быстренько замуж за Володьку шмыгнула, свесив с его шеи ножки. А он здоровый был, статный! Его дед подковы голыми руками гнул и в плугу вместо бармирога мог работать» начал староста.

– «Почему в прошедшем времени?» спросил бродяга.

– «Ась?» выпучил глаза рассказчик.

– «Я так понимаю, что больше этот вашего здоровяка нет?» упростил свою мысль словоблуд.

– «Иэх-х, сгубила она дурня этого! Он же большой, а ума как у мальчишки. Всё бегал у ней на посылках, да однажды в ночном лесу и сгинул. Только пол ботинка поутру нашли. А Зойке всё нипочём – даже бровью не повела. На похоронах ревела, но как за забор вышла, так давай к другим мужикам вешаться… И до этого грешок за ней был: вдове покойного сапожника за спором голову проломила. Та чуть коньки не отбросила, благо знахарка из Семёновны хорошая – выходила. Хотели Зойку выгнать за зло такое, но тогда ещё живой Володька не дал… А как Анютка сгинула, так и её мамка совсем дурной стала: мальчишку за руку укусила, гусей из загона выпустила, собачонку нашу отлупила. Просто страх божий. Так мы однажды проснёмся посреди горящей деревни, а между домов будет бегать Зойка со спичками, да всё дочку свою искать» разошёлся дедуля.

Зубоскал подметил:

– «Ну, с учётом актуальной обстановки это вам больше не грозит».

– «Эх, жалко человека, да чаго поделаешь. Ежели б я мог, то обязательно спас её» кивнул староста.

– «Да-а, тут же ведь вообще ничего нельзя сделать. Полностью понимаю вас» с едва заметным сарказмом отвечал странник.

– «Хорошо, что понимаете» пробурчал Пантелей, затем выудил из старого ларца пыльный мешок: «Кажись, нашёл провиант».

– «Волшебно. Давай сюда» потёр ладоши проходимец.

В костлявых руках оказался мешочек с вялеными рыбёшками и кусочком сала.

– «Вот всё, чем могу поделиться. А теперь пойдёмте отсюда, все приличные люди спят давно уже» проговорил Рыбников.

– «Только после вас» галантно молвил скиталец, пропуская старосту к лестнице наверх. Про себя он думал: «Я всё ещё опасаюсь слепого гнева деревенских. Пускай первым идёт, может там сверху уже стоит амбал с дубиной наготове».

Рыбников без проблем вылез наружу. Красно-пепельный, принюхавшись и собравшись с духом, точно также взобрался по лестнице. Они обменялись парочкой обобщённых фраз, и тут внезапно со стороны леса донеслись крики. Через миг по склону уже бежал источник сих воплей – парнишка в ярко-зелёной рубахе. Он с трудом перебирал ногами, постоянно спотыкаясь и падая.

Спутники переглянулись, старик, по-простому, выругавшись, поковылял навстречу юности. Подав руку павшему у ног пареньку, он принялся проводить разъяснительные работы:

– «Пашка, ты совсем дурной!? Я ж тебе в лес ходить запретил, так какого дьявола ты туда попёрся!? И вообще…». Парень поднял взор полный животного страха, принявшись осыпать Пантелея потоком сбивчивой речи:

– «…Там! …Она их! …Сюда!». Старик пытался добыть из мальчишки больше информации, не понимая о чём тот толкует, но красновато-пепельный уже примерно понял расклад дел, учуяв знакомый запах маслянистой гнили от беглеца…

Над лесом взорвался металлический рёв, не свойственный человеку. Его поддержал другой, затем ещё один. С ветвей деревьев взлетели вороны, а из-за стволов показались уродливые силуэты.

Заставляя землю дрожать и извергая шум, напоминающий инфернальную трель цикад, вниз по склону неслись толпы Кузнечиков, возглавляемые деформированной тварью почти без признаков разложения, чью длинноволосую голову покрывает рваная шаль. Староста и юнец оцепенели, сонные мужики в ужасе повыскакивали из своих хат.

– «Это… Это З-зойка… Она там… Т-теперь тоже кузнечик. Привела их к нам» мямлил Паша.

– «Господин наёмник!» с ужасом обернулся Рыбников. Он не обнаружил красно-пепельного на старом месте, заметив его через пару домов, спасающим свою шкуру бегством.

Скиталец свернул за угол, закинув глыбу стали на плечо.

– «В жопу эту деревню, я не собираюсь здесь помирать!» пробубнил он, перемахнув забор. Гнилые доски резко лопнули, и беглец всей грудью влетел в стальную бочку. Сверху накрыл громоздкий меч. Хруст!

Перетерпев адскую боль, собрав все выпавшие из глаз звёзды и перехватив дыхание, бродяга продолжил побег. «Чёрт, опять рёбра сломал, да твою же матушку!» с обыденным раздражением заключил он.

Над деревней поднялись крики, к небу устремились языки пламени, охватившего избушки. Началась давка, сопровождаемая чавканьем и нечеловеческими выкриками. Одинокая фигура удалялась по дороге всё сильнее, пока не скрылась за холмом:

– «Я должен попасть в Берденбрё̀м…»

2-5

Вольный ветер и запах смерти – верные спутники скитальца. Он долго ворочался на каменистой почве, окутанный кошмарными грёзами, но в конце концов проснулся. День стремительно тает в объятьях ночи, луна уже заняла своё законное место на небосводе. Короткий перекус звонко хрустящими рыбёшками, вялое подобие разминки, и снова в путь.

Уже неделю ноги стаптывают сапоги по пыльному тракту, что всё тянется и тянется. Хвостатый не пылал восторгом от столь долгой прогулки, однако, стиснув зубы, шёл. Голова полнилась мыслями: «…Где я? Сколько ещё идти? Когда уже будет клятый семьдесят восьмой столб? Может старикан с перепугу напутал дорогу? Ещё и комары эти еба…».

Бродяга запнулся о камень, но устоял, а вот для новенькой обувки это была последняя капля. Кожаный мыс без промедлений разошёлся по швам, оголив цветочный орнамент дырявого носка. Потерпевший прокомментировал данный инцидент весьма экстравагантно. Единственная приличная фраза в сием высказывании гласила:

– «…Черти драли! Даже двух недель не прожили!». Несмотря на столь досадную потерю, пришлось возобновить поход.

Путник вновь погрузился в размышления: «…И вообще, оно того точно стоит? Вдруг я зазря тащусь в Берденбрём, вдруг не прокатит… Да не, не может такого быть, чтоб «великий и ужасный он» спасовал пред столь незначительным проклятьем! Пускай у него нет личной жизни, да и годы берут своё, но в проклятиях он разбирается как никто другой… Хотя выносить трёп этого хрыча сложновато… Всегда прогуливал его пары».

Наконец показался заветный семьдесят восьмой столб, а за ним указатель – несколько табличек, прибитых к стволу покосившейся берёзы. На пяти поверх названия и расстояния красной краской написано: «Ходу нет», но нужная скитальцу таковой надписью не обладала, а лишь скромно сообщала: «Большие Печки, двадцать пять километров». Он запустил руку под пальто, и, достав из потайного кармашка почерневшие серебряные часики с эзотерической гравировкой на крышке, прикинул: «Если по дороге не возникнет проблем, то к утру, скорее всего, буду на месте».

Под ногами мерно шуршит песок, плечо давит сталь, за спиной побрякивает сумка, трупный смрад въедался в ткань, кожу, и волосы. Тихая ночь…

Массивная еловая ветвь бесцеремонно хлестнула по лицу, взбодрив вкусом утренней росы. Ещё каких-то жалких двести метров, и за поворотом показалась заветная надпись, выведенная нетвёрдой рукой на потёртом куске деревяшки: «Большие Печки».

Поселение крупное, дворов тридцать точно есть, небедные домики. Расположено на холме средь деревьев, близ крупного карьера. Много разглядеть не удалось, впрочем и не любоваться местными красотами пришёл оборванец. Первым делом он двинул к корчме, которую заприметил ещё на подходе.

Корчма являла собой небольшое двухэтажное здание из тёмного бруса, с каменным фундаментом. Стены изобилуют различными рекламными листовками, над входом прибита вывеска с карикатурным изображением порося в латных доспехах и соответствующей подписью, гласящей: «Железный Кабан». Сбоку красовалась частично закрашенное изречение: «МОРовцам кушанье подаём в параше». Он толкнул дверь, в ноздри ударил аромат дешёвого алкоголя вперемешку с гарью пережаренного цыплёнка. На встречу посетителю из кухни вышел огромный короткостриженый корчмарь с рыжей бородой. Смерив бродягу недовольным взглядом, он забасил:

– «Бесплатно не наливаем», ответ был таков: «Какое разочарование… Хорошо, что я пришёл сюда не пить. Сколько за завтрак?». Мужик озвучил меню:

– «Свиной окорок – сто марок, уши – сорок, хлеб – пять. За сто пятьдесят марок вы получите «Завтрак», а это: двойная порция окорока, лохань квашеной капусты, кружка пива, и кусок хлеба. Устраивает?». Красно-пепельный поинтересовался:

– «У вас тут, вроде, курица сгорела? Сколько за неё?». Корчмарь поднял бровь:

– «За всю сто пятьдесят марок, но, поскольку, спалили её эти идиоты знатно… Хм… Отдам за… пятьдесят. Пойдёт?». Странник кивнул и уселся за столик.

Посетителей в столь раннее время наблюдалось немного. У стенки быстро поглощали пищу пятеро мужчин в военной форме, включающей сапоги с высоким берцем, плотные чёрные брюки, зелёный китель и плащ-палатку. Во главе стола стоял шестой солдат, лишённый плаща, но наделённый фуражкой и часиками, с которыми он то и дело нервно сверялся.

– «…Сначала консервы спёрли, потом сапоги, ещё и к сроку не успеваем… Быстрее бойцы, у вас есть три минуты!» приговаривал командир

В противоположном углу корчмы расположился высокий бородатый мужчина со шрамом на лице, чьё тело укрывала короткая тёмная ряса, украшенная причудливыми символами, совмещающими черты креста и звезды, а на ногах хорошо сидели беговые ботинки.

– «Братья и сестры! Неужто вы забыли писание Белой Звезды? Неужто вы можете и дальше спокойно вести житие свое, зная, что под боком стоит оплот гнусной погани!? Грядёт сорок первый крестовый поход, и кто, если не мы отвоюет священный град Мартемьянов у сил зла!? Вампиры, оборотни, големы, нежить… Это не страна, а дьявольская порча, наведённая Каином Мортом, поддерживаемая Анной Морт, по науськиванию самого Тёмного Божества! Очнитесь и запишитесь добровольцами в войско светоносцев Белой Звезды! Пока не поздно…» надрывал горло высокий мужчина. К нему робко подошёл вычурно ряженый парнишка с не менее вычурным мечом на поясе. Духовник как коршун, заметивший добычу, принялся рьяно втолковывать нечто юноше, по-отцовски приобняв за плечо.

Тем временем скиталец наконец дождался своё кушанье.

– «На! Приятного аппетита» корчмарь швырнул на стол тарелку с едой, после чего забрал деньги и скрылся в кухне. Здоровяк не соврал – бедного цыплёнка зажарили до чёрной корочки. Но голодному путешественнику этот уголь пришёлся по душе. Внутри мясо оказалось чуть мягче, однако до стейка «с кровью» всё ещё не дотягивало.

От блюда остались одни кости меньше, чем за пять минут, в это время со второго этажа спустились двое сонных постояльцев, облачённые в длинные плащи, под которыми не разглядеть лиц. Они присели за три столика от бродяги, заказали еду, и начали тихо обсуждать свои дела. Говорил только один из них, а второй лишь кивал. Со временем загадочные гости сего заведения всё чаще бросали незаметные, как им казалось, взгляды на проходимца. В конце концов он не выдержал, и обернувшись поинтересовался:

– «Я могу вам чем-то помочь, дамы?».

В ответ один из постояльцев скинул капюшон. Взгляд сразу зацепился за следующее: средней длины каштановые волосы собраны в хвост, крупные овечьи уши, покрыты короткой шерстью, голову венчают кручёные бараньи рожки, а фиалковые глаза с плоскими горизонтальными зрачками пожирают мирно обедающего путника.

– «Как ты нас узнал, Желтоглазик?» вопрошала шатенка.

– «Даже новенький плащ не спасёт тебя от нюха ищейки… Или от моего…» ответил скиталец. Девушка, ростом превосходящая собеседника где-то на голову, развела руками:

– «Как-то неприлично говорить даме, что ты узнал её по запаху – это может стать причиной большущего недопонимания… Рада встрече, и, кстати… Ты когда в последний раз мылся?».

Вторая фигура предпочла пока не снимать капюшона. Она приветственно махнула рукой, едва сопротивляясь сладостным объятьям сна. Бродяга шутливо снял несуществующую шляпу с головы в качестве приветствия:

– «В лесу душа нет, приходится перебиваться так… К слову, почему вас только двое, куда подевалась Крис?». Собеседница без тени сомненья выдала:

– «Крисси-то? На кладбище». Хвостатый натужно улыбнулся:

– «Понял, мне по пути цветочков нарвать?».

– «Ну можешь, думаю ей приятно буде… Стоп, я не это имела ввиду! Я, в смысле, что она здесь на кладбище… В смысле, что она пошла на кладбище! Блин, голова спросонья вообще не варит…» поняла свою ошибку девушка. Он, тихо усмехнувшись, встал из-за стола, и, одарив свою знакомую странной клыкастой улыбкой, больше напоминающей оскал, двинул на выход:

– «Ладно, барышни, рад был поболтать… Пойду проведаю нашу покойницу. У тебя, кстати, грязь на лице».

– «Где!?» встрепенулась дама.

– «Шучу» бросил проходимец, хлопнув дверью.

– «Вот же ж… Да за такие шутки сам с Крис копай могилы! Пошли, доспим свои положенные пять минуточек!» воскликнула она, поднимая дремлющую подругу из-за стола.

Рассвет в самом разгаре, но не каждый лучик света может пробиться сквозь густую пелену серого смога. Улица потихоньку начала оживать: ремесленники открывали свои лавочки, одоспешенные люди сновали туда-сюда, гремя наспех закреплённым снаряжением. Чумазый проходимец частенько ловил на себе косые взгляды. Большие Печки находятся посреди тракта, поэтому местные уже привыкли к странным индивидам, однако запах смерти, окровавленные одеяния, и крайне экзотичное оружие, вызывали некую долю интереса и непреодолимое желание обойти ходячую напасть десятой дорогой.

Беззубый дед указал путь до кладбища, со смехом заявив:

– «Да, ш такой мошдой тебе на кладбише не ходить, а лешать надо!». Проигнорировав несмешную остроту, красно-пепельный направился по указанной улице, и уже через пять минут стоял напротив ржавых металлических ворот, ведущих в царство покосившихся надгробий. Наобум выбрав одну из множества троп, он спустя пару десятков шагов мог лицезреть висящий на сучке осины плащ, сильно напоминающий плащи дуэта из корчмы. Метрах в тридцати, за кустарником, послышался подозрительный шорох, на который он и отправился, прихватив с собой находку.

Шаг стал тише и плавней, рука отвела сумку так, чтобы та не издавала лишних звуков. За кустом колючки лежала травянистая полянка, сплошь утыканная крестами, средь которых увлечённо копошилась человеческая фигура. Мастер скрытности незаметно подошёл со спины, громко поинтересовавшись:

– «И сколько платят за одну яму, уважаемый гробовщик?». Бедолага от неожиданности аж подпрыгнул и резко обернулся.

Прежде всего сей индивид оказался девушкой. Внешность она имела весьма примечательную: седые волосы заплетены в небрежную косу, уходящую чуть ниже плеч. Причудливые заострённые ушки торчат в бока. Живые глаза с бирюзовой радужкой и большими белыми зрачками. Кожа светла, некрупное лицо сплошь усеяно веснушками. Одежда простая: светлая рубашка заправлена в тёмные брюки с фиолетовыми полосами, а те убраны в крепкие берцы. Добротные перчатки украшены эзотерической символикой, а за толстый ремень цепляется пара ножен для боевых тесаков, рукоятки которых едва выглядывают из-за поясницы.

На лице столь бестактно прерванной особы промелькнула неясная эмоция, преимущественно состоящая из удивления, радости и негодования.

– «Ах ты чёрт зубастый! Обязательно подкрадываться!? Откуда ты вообще выполз?» девушка по-дружески, ударила красно-пепельного в грудь. Она значительно уступала ему в росте. Потребовалось собрать всю волю в кулак, дабы сохранить ехидное выражение лица, не подав вида, что сейчас было совершено коварное надругательство над едва зажившими рёбрами.

– «Откуда, спрашиваешь? Да так, проходил мимо кладбища, и прямо сердцем почуял – моя драгоценная подруга сейчас там покойников обирает… Неужели с работой всё настолько плохо? Могу пожертвовать пару марок в фонд бедствующих волшебниц…» глумился скиталец, рукой указывая на валяющуюся у креста лопату и только начатое углубление в земле. Дама отвечала:

– «С работёнкой всё просто супер, вот прямо сейчас заказ выполняю. На вурдалака. А от пары марок или, ещё лучше, пары рабочих рук я бы не отказалась. И куда эти засранки запропастились? Наверное, опять спать улеглись… Кстати, ты по пути девчонок не встречал?».

– «Да, видел их в корчме, и судя по всему на выручку тебе они не придут. Ну и ладно, ты сама отлично справляешься как я погляжу: работа настолько спорится, что ты свой плащ опять потеряла» сказал проходимец, передав девушке плащ, снятый с сучка осины. Она накинула ткань на могильную плиту:

– «…А я всё думаю, куда ж он девался! Благодарю... Я настолько благодарна, что предоставлю тебе невероятную возможность: взять лопату, и выкопать глубокую яму». Оборванец поинтересовался:

– «Насколько глубокую», получив в ответ: «Чем глубже, тем лучше, не человека ж хороним… Я бы тоже могла создать себе лопату магией, и вместе мы быстрее управимся. Или лучше сделать ковш для земли? Да, вал, несколько перемычек, барабаны, я могу сделать такое изо льда, если постараюсь…». Пока девушка силилась перемудрить саму себя, он молча взял лопату, вдумчиво покрутил в руках, пару раз примерился, закатал рукава, и устроил мощный магический взрыв.

Землю разметало метров на десять вокруг – кратер вышел отменный. Единственная загвоздка заключалась в том, что взрыв получился слишком сильным, и задел соседние захоронения, уничтожив кресты и оголив старые кости. Девушка недовольно насупилась:

– «Варвар». Огненный дебошир бросил:

– «Да. И?».

– «Теперь нам нельзя попадаться на глаза старосте, что попросил вырыть эту могилку» ворчала дама.

– «Я опечален до глубины моей чёрной души... Что будем делать дальше?» интересовался собеседник, незаметно бросив странный взгляд на длинное ухо собеседницы.

Девушка резко перестала бурчать, в голубых глазах проскочила искорка:

– «Ну-у… Раз уж ты оказал мне услугу, то я должна как-то на неё ответить… Хоть тут теперь и смердят плесневые останки, твоими стараниями покинувшие свои гробы, но всё же от тебя запашок посильнее будет… Время душа!». Янтарные глаза округлились. Он дёрнулся, попытавшись уклониться, но не успел: её глаза сверкнули потусторонней бирюзой, узор на перчатках пронзила резкая вспышка синего света, руки исполнили заученное до автоматизма движение, а с губ сорвались таинственные слова заклинания, и оборванца сбил с ног мощный напор ледяной воды, взявшейся из ниоткуда прямо над головой. Вода прижала беспомощно трепыхающегося бродягу к земле и не отпускала на протяжении десяти секунд. В конце концов поток иссяк, а он, яростно отплёвываясь, встал на колени.

– «Вот так-то лучше, теперь от тебя почти не смердит мертвечиной!» констатировала девушка, с довольным лицом протягивая руку жертве коварного заклинания. Мокрый индивид, имеющий крайне раздражённый вид, чертыхнувшись, принял помощь.

– «Похоже тут кто-то заигрался с магией тьмы. Не боишься обжечься?» прищурился он. Дама парировала:

– «Это вызов? Ну давай, дерзни! Только не забывай, что тебе всего трижды удалось победить меня в честной дуэли!» в ответ получив глумливое: «Ну да, ну да… Успокойся, ледяная блоха. Я тебе два раза поддался, а ты и радуешься».

Дама резко сократила дистанцию, подойдя практически вплотную. Теперь разница в росте стала ещё очевидней: хвостатый был выше примерно на две головы.

– «Ты не из тех, кто поддаётся…» пристально зыркнула девушка, проведя пальцем по рукоятке тесака на поясе.

– «А как иначе ты смогла бы выиграть?» махнул рукой скиталец. Очи занялись испепеляющим сиянием янтаря, капли воды, пропитавшие одежду, мгновенно испарились. Обладательница роскошной седой косы сделала серьёзное лицо:

– «Пока не докажешь серьёзность своих слов, они так и останутся пустым звуком, зубатка. Можем сразиться сейчас».

– «Откажусь. Все слова – пустой звук, тем более мои, бабуля, а любые доказательства ничего не доказывают» язвил проходимец, акцентируя внимание на необычном цвете волос собеседницы.

Из носа хлынула кровь.

– «Это ещё что? Ты не обязан был так самоотверженно иллюстрировать свою любовь к дамам постарше. Кровь из носа – это перебор» язвила девушка. На её лице проступили отголоски волнения. Оборванец запрокинул голову, через силу продолжая кидать остроты:

– «Микстуркой от давления не поделишься? У тебя ведь всегда есть парочка под рукой – возраст как-никак…». Кровь не желала останавливаться, а лицо побледнело пуще прежнего.

– «Я могу сварить на досуге, но тут одних микстурок мало будет… Не запрокидывай назад, луче наклонись вперёд. Пускай стечёт» посоветовала колдунья, одарив собеседника испытывающим взглядом. Он решил последовать рекомендации, попутно бросив:

– «Угу, как скажешь. Но лучше б она оставалась внутри. Кстати, это вполне может выступить причиной, почему я сейчас не стану втаптывать твою самооценку в грязь разгромной победой». Она с интересом осматривала друга:

– «Сколько раз тебе разбивали нос? Почему же сейчас немного крови – это повод отказываться от доброй партийки в нарды? Боишься запачкать своё белоснежное дизайнерское пальто и новую рубашечку?». Ответ был таков:

– «Надоели мне нарды. Давай лучше я тебя в карты порву».

– «Не, в картах ты жульничаешь здорово! Шашки были, слова были, та поскенурская ерунда тоже… Эх-х… Во что мы только со времён академии не переиграли, и сколько десятков ничьих не перетерпели» задумалась девушка. Красно-пепельный покачал головой:

– «Думаешь я в нардах не жульничал?».

– «Ты мне в них хорошенько проигрался. Аж два раза» выдала собеседница.

– «Я поддавался» буркнул бродяга.

– «Ясно. Можешь попридержать свои постные отговорки для какой-нибудь наивной дурочки. Я тебя с дремучего детства знаю, и на мне они не работают» задрала нос голубоглазая особа.

– «Само собой» с наигранно-уважительным видом произнёс хвостатый.

– «Да! И вообще, что у тебя с носом? Это мало походит на обычную носокровь» вопрошала седая.

– «Ничего серьёзного» отмахнулся он.

– «Значит что-то очень серьёзное… Давай, рассказывай. Я ж ведь от тебя, дурака, не отстану» дама скрестила руки на груди.

– «Ладно» утёр лицо рукавом скиталец, и выпрямившись заявил: «Всё просто, госпожа Кристодинель – я помираю».

Крис молчала.

– «Ладно, а если убрать весь этот пафос… То в сути ничего не меняется. Я проклят» усмехнулся собеседник.

– «Проклят?» переспросила особа.

– «Угу» он, секунду поразмыслив, выдал: «Простое проклятие с непростым паттерном. Оно как пиявка прицепилось ко мне и жрёт миазматическую энергию, когда использую магию. С каждым заклинанием его аппетиты всё растут, и таким образом я скоро совсем потеряю возможность колдовать».

– «Как так получилось? Проклятья ведь с ничего не цепляются. Быть может из-за того, что ты маг стихии огня, на тебя напал какой-то магический вирус? Звучит логично, ведь на всём свете возможно остался только один огненный чародей мужского пола – и это ты. Может тут замешаны Бальфигийские фигуры или искажение магических потоков…» растеклась мыслью по древу собеседница.

– «Да не, всё намного проще. Я повздорил с одной ведьмой, и она перед смертью меня прокляла…».

– «Хм-м… То есть ты очень быстро тратишь энергию, достигая Миазматического Предела… Опасно. Был бы ты нормальным магом, то при его достижении просто потерял сознание» размышляла барышня.

– «Но я родился с Клеймом Чёрного Полумесяца, поэтому не отрублюсь, а продолжу колдовать до самой смерти» констатировал болезненный.

– «Во-первых, не Клеймо Чёрного Полумесяца, а Мутация Хатиса. Ты же не безграмотный селюк, говори как правильно. Во-вторых: не до смерти, а до Миазматического Нуля. Ноль – не всегда смерть, хотя выживает мало кто» погрозила пальцем колдунья.

– «Угу. Во-первых, да… Во-вторых, спасибо за душные объяснения очевидного, мисс ледышка» отвечал он, подняв с земли свой меч.

– «Рада стараться… Ситуация, конечно, неприятная. Ну ты не раскисай раньше срока, как будет время, я гляну на твою проблемку. Скорее всего всё не так уж и плохо. Ведьма наверняка творила магию впопыхах, раз перед смертью, значит где-то, да ошиблась» она ободряюще хлопнула скитальца по плечу, добавив: «Волноваться не о чем, потом успеешь мне проиграть». Он усмехнулся:

– «Как скажешь. К слову, радикальный душ я тебе ещё припомню».

– «Да-да, зубастик… В общем яма у нас есть, осталось завалить вурдалака» перешла к делу девушка.

– «А что хоть за вурдалак-то? Какой подвид? Реально вурдалак или просто некропат?» слегка оживился хвостатый. Она вздохнула:

– «Кладбище – это, само-собой, единственное место, где можно поговорить... Эта сволочь раньше вечера не покажется, приманки я уже раскидала, поэтому стоит сменить локацию на более располагающую к беседе. И так уж вышло, что мне нужно закупить кое-каких припасов… Составишь компанию бедной беззащитной даме, а, Кай?».

– «Без проблем, смотри только плащ свой не забудь, дама» бросил Кай, расплывшись в острой ухмылке.

2-6

Торговец перечитывал за прилавком потрёпанную газету уже не первый раз. Желтоватые страницы пестрили кривыми заголовками и чёрно-белыми картинками важных мужчин в дорогих нарядах. Стенды рядом с прилавком ломились от всякой интересной всячины. Картонные и металлические безделицы, украшенные руническими изображениями, что подписаны как: «Катализаторы». Множество мечей различного качества и цены. Несколько громоздких продолговатых объектов с явно выделяемыми прикладом, спусковым крючком, а также металлическим стволом, поверх которого установлены бесхитростные прицельные планки. Сбоку на корпусе отштампованы колдовские руны. Подпись гласила: «Арбалеты». Рядом покоились массивные магазины, идеально подходящие к арбалетам, а подле них стояли два короба, забитые до отказа пачками металлических дротиков, обозванных: «Болты», и расписанных по калибрам.

За свою долгую, местами бурную, жизнь лавочник повидал много странных клиентов. Его ничем не удивило появление двух странников на пороге магазинчика. Зубастый индивид в рваном пальто лихо закинувший на плечо громоздкий кусок стали и девушка с бирюзовыми глазами, скрывающаяся под невзрачной накидкой. Она подошла поближе:

– «Добрый день, у вас есть выжимка из могильного корня и пыль керамического серебра?». Лавочник нехотя отложил газету и приветливо начал:

– «Здравствуйте! Выжимки последний пузырёк остался, а пыль только сто двадцать пятой зернистости».

– «И в какую цену?» продолжала особа в плаще. Старичок озвучил ценники:

– «Корень могу отдать за девятьсот марок, пыль обойдётся куда дороже – тысяча семьсот». Она секунду поразмыслила, и ответила:

– «Заверните пожалуйста всё», а затем обратилась к своему спутнику: «Ты там вроде предлагал подбросить «бедствующим волшебницам» пару марок… Предложение ещё в силе?». Он указал на свои рваные сапоги:

– «Если б я даже и хотел помочь, то ничего бы не вышло. У меня денег не водится». Она, улыбаясь, выдала:

– «Миленькие носочки… Кстати, почему ты ходишь в этих дедовских валенках? У тебя ж вроде берцы были, не?».

– «Были. Решил, сука, просушить у камина, когда остановился в корчме. Буквально через десять секунд некий делец уже во всю нёсся по улице с моей обувкой в загребущих. Чтоб я ещё раз…» пояснил Кай. Девушка наигранно-негодуя покачала головой и грациозно описала в воздухе маленький треугольник двумя пальцами. Всю площадь эфемерной фигуры заполнила чёрная всепоглощающая тьма, образовав собой тонкую, буквально несуществующую плёнку неясной природы. Она обыденно запустила руку внутрь, некоторое время покопалась, и вытащила мешочек, до отказа набитый звонким металлом. Две тысячи шестьсот марок легли на прилавок, а закупленный товар отправился в таинственное пространство за чёрной пеленой. Хвостатый прокомментировал произошедшее:

– «А ты стала лучше в пространственной магии». Колдунья кивнула:

– «Благодарю вас, господин зубатка… Не хочешь обувку новую присмотреть? Так уж и быть, подкину парочку монет нищему оборванцу…». Сразу же последовал ответ:

– «Нищий оборванец не носит что попало… Вернее носит, но только бесплатно. Здешние сапоги не протянут и недели, а цена у них – моё почтение. Куплю, когда окажусь в большом городе».

Двое странных путников покинули лавку, торговец продолжил мирно перечитывать газету, ожидая новых клиентов.

– «…Так, что на счёт вурдалака?» спросил у Крис скиталец, чуть не задев мечом случайного прохожего. Она приложила два перста к губам, пару секунд поразмыслила, и выдала:

– «М-да… Знаешь, если всё же отправишься в город, то хоть мешок из-под картошки накинь на свою извращённую гипер-компенсацию».

– «Мне хотя-бы есть, что компенсировать» ухмыльнулся Кай.

– «Намёк неясен, повтори…» слегка угрожающе произнесла девушка. Он продолжил:

– «Я просто предостерегаю: тут мужики неподалёку забор строят, ты поосторожнее, а то рискуешь оказаться его частью…». После данных слов один-единственный палец с силой надавил на рёбра, вызвав далёкие от приятных ощущения. Красно-пепельный опять сохранил самообладание, не распрощавшись с глумливым оскалом. Помимо прочего, бюст дамы действительно выделялся не более, чем её закадычного друга.

Проглотив обиду, Крис спросила:

– «Как ты умудрился на этот раз сломать рёбра?».

– «Хе… Там вообще интересная история была… Ну, кроме той части, когда меня чуть не убили, вот она – так себе. Но давай сначала о вурдалаке» зубоскалил пройдоха. Девушка непринуждённо бросила:

– «Ладно…», и начала рассказ: «…Мы с девчонками взялись убить некого монстра, который уже месяц терроризирует местных. Деревенский староста не рассказал почти ничего интересного, и мы отправились опрашивать всех, кто имел хоть малейшую связь с чудовищем. Сомневаюсь, что тебе интересны подробности, как мы всеми правдами и неправдами выбивали информацию из несобранных крестьянских голов… При чём наша рогатая подруга в какой-то момент была близка к тому, чтобы буквально начать выбивать. Ещё и кузнец местный – это нечто: знал больше всех, но оказался настоль тугим… Ух-х… Короче, мы изрядно попотели ради этой информации: монстр выходит только ночью, получает ожоги от солнечного света. Уже достаточно, чтобы сказать – это вурдалак вида «вампир», но мы продолжим. Тварь имеет немалые размеры, и судя по следам на телах жертв, внушительную челюсть. Реагирует на серебро, как все вурдалаки. Очевидцы рассказывают про красные глаза и странного вида крылья. Нужно подводить вывод или ты сам?».

Кай, пару секунд поразмыслив, выдал:

– «Странного вида крылья? Вампиры в результате полового созревания получают крылья, да. Но «особый вид» имеют только крылья бестиальных вампиров. А бестиальный не оставил бы от деревни и щепочки». Дама парировала:

– «Ты прав, бестиальным здесь делать нечего, они сидят при Анне Морт в Ребелбурге... Но и местные мужики вряд ли до этого видели хоть одного вампира, поэтому для них любые крылья имеют «особый вид». А вот красные глаза – верный признак вампира, с этим ты ничего не поделаешь…».

– «Красные глаза, да? Хех… Верно, что красный цвет глаз – это неотвратимый признак, по которому можно опознать вампира, присущий только их роду. Но будь ты хорошим детективом, то могла бы предположить, что если перепуганным мужикам показались крылья, то могли и глаза... Напомню, что нападения происходили ночью, вероятно, на окраинах городка, где фонарей нет. Красные глаза имеет каждый вампир, но светятся только у высших, обращённых, белокровных, и бестиальных. Когда кровопийца дичает, становясь низшим, он лишается фирменного блеска… Описанный тобой монстр имеет явные повадки низшего. Вопрос: как перепуганные мужики во мраке разглядели глаза пугающего их до чёртиков монстра, которые даже не блестят? М-м?», аргументировал оборванец.

Крис резко помрачнела, принявшись бубнить:

– «Хм-м… Преломление лучей света, отражённых от луны за счёт воздушной взвеси росы, могло создать… Так-так… И посредством стимуляции выработки колбочек в глазном яблоке…».

– «Крис. Крис! Кристина!» красно-пепельный потряс за плечо застрявшую в думах подругу: «Давай сойдёмся на том, что луна могла просто хорошо освещать морду монстра в момент столкновения… Но всё равно непонятно, нахрена мужики разглядывали тварь. Я думаю, что это некропат».

– «Другого варианта от спеца по нежити я и не ожидала» покачала головой дама.

– «За спеца спасибо» выдал Кай.

– «Это была не похвала…» вздохнула Кристина: «Опять ты приплетаешь некропатов! Давай, как у некропата могут быть красные глаза!?»

– «Может это не глаза, а красные посмертные пятна на лице. Или флуоресцентный трупный газ, который, хочу отметить, имеет красный цвет. А крылья… Да какой только нежити нет. Может это некро-реанимированный труп какой-то здоровой зверюги с крыльями. Вот и природа их странного вида» объяснял оборванец.

– «А солнечные ожоги и уязвимость к серебру?» прищурилась спутница.

– «Много какие монстры получают солнечные ожоги. Даже полулюди неустановленного подвида, такие как я, иногда имеют гиперчувствительную кожу. Уязвимость же к серебру… Местные уточняли какое именно серебро использовали? А то выяснится, что эти лопухи кинули в монстра пригоршней простой серебряной пыли, искренне веря в её былинную эффективность» развёл руками хвостатый.

– «Ты, конечно, неправ…» задумалась дама.

– «Само собой» кивнул Кай.

– «Но можно перепроверить. Только расспрашивать кузнеца будешь ты!» твёрдо заявила спутница.

– «Понимаю… Негоже слабой и утончённой девушке водиться со всякими мужланами. И в какой стороне твой кузнец?» язвил бродяга.

– «Вон в той. Можем сейчас срезать через ту подворотню, всё равно по пути» указала рукой девушка, и они скрылись средь тесно прилегающих друг к другу домиков, продолжая спор. Во мрачной подворотне за их спинами мелькнула неясная фигура, и в воздух поднялись хлопья бумажного мусора…

Прогулка сильно затянулась, поскольку Кристина показала неверную дорогу. На подходе к хибаре ценного свидетеля, до ушей спутников донёсся истошный женский вопль. Переглянувшись, они ускорились.

Дверь в дом оказалась ожидаемо заперта.

– «Сейчас-сейчас…» пробубнила девушка магией создавая тонкую ледышку с характерными изгибами и крючками: «Попробую взломать». Кай же бесцеремонно выбил дверь тяжёлым сапогом. Мелкие щепки с треском осыпали пол, а друзья ворвались в помещение, наблюдая следующую картину: посреди захламлённой мастерской у обитого железом ящика распластался крепкий мужичок, над которым застыла молодая девушка, прикрыв руками искажённое ужасом лицо. Оборванец шёпотом спросил подругу:

– «Это часом не наш кузнец?», получив утвердительный кивок. Он раздосадовано цыкнул языком, подошёл к телу, осмотрел: «Похоже он запнулся об эту трубу, упал, разбил голову о ящик. Висок проломлен. Весь пол в его крови».

– «Это очевидно, но я произнесу вслух: он мёртв» сказал проходимец. Девушка, стоявшая над телом, ахнула:

– «Папа…». Из глаз хлынули слёзы.

Спутница подошла к потерпевшей, пытаясь успокоить:

– «Машенька, это я, Кристина. Помните, мы к вам недавно с вопросами заходили…». Скиталец же раздумывал: «Так… Один труп, тесная каморка, много хлама. На первый взгляд смерть настолько нелепа и подозрительна, что складывается впечатление о её естественности. Впрочем, нужно всё получше разнюхать». Он бегло осмотрел комнатушку, найдя несколько интересных моментов. Кровавый отпечаток тяжёлой подошвы. Клочок ткани, зацепившийся за крышку люка, ведущего на чердак, и распахнутое окно чердака, к которому с наружной стороны здания подставлена лестница. Ткань смердела отвратительным мужским парфюмом, заставляя морщиться.

Кристина худо-бедно привела девушку в чувство. Подскочивший зубоскал шепнул:

– «Думаю, старика грохнули. В прямом и переносном, так сказать». Дама прищурилась, пару секунд поразмыслила, после чего ласково спросила потерпевшую:

– «Машенька, скажите, а у вашего отца были конфликты с кем-то из местных?». Маша подняла заплаканные глаза:

– «А? Г-госпожа чародейка, я… я…». Девушка снова расплакалась. Пока голубоглазая пыталась её успокоить, хвостатый успел скурить сигаретку, исходить весь дом из конца в конец, обнаружить на затылке убиенного несколько слабых ударов тупым предметом, и сам предмет, которым оказалась гнутая труба, прогнать толпу зевак от выбитых дверей, пройти по запаху дешёвого парфюма, что резко оборвался в ближайшей грязевой канаве, изучить несколько настенных плакатов о правильном использовании инструментов. Наконец ему надоело ждать.

– «Срочно!» Кай резко тряхнул безотцовщину, громко спросив: «Были у твоего отца враги!? Отвечай!».

– «Ч-что?» девушка впилась шокированным взглядом в бродягу.

– «Враги твоего отца! С кем он мог повздорить?» продолжалось давление.

– «П-п-повздорить? Я… Папа взял у старьёвщика в долг и не вернул. Они сильно ругались… Библиотекарь… С библиотекарем он враждовал. Ещё староста» тараторила испуганная дева.

– «Это всё?» грозно спросил красно-пепельный. Маша кивнула.

– «Вот так бы сразу…» вздохнул он: «Спасибо за содействие. Мы очень скорбим о смерти вашего отца, все дела… Советую попить пустырничка – успокаивает. Крис, пошли!». Кай поклонился, стремительно покинув помещение. Седая барышня глянула ему вслед, перевела взгляд на потерпевшую, с виноватым видом изрекла:

– «Прости моего товарища, его однажды взрывом контузило. Ещё раз, мне очень жаль, что с твоим папой всё так произошло. Держись, ты сильная», после чего отправилась вдогонку.

Оборванец ждал подругу на улице.

– «Это что такое было!?» недовольно спросила низкая дама.

– «Допрос» безмятежно отвечал негодяй.

– «Зачем напугал Машу, она итак отца потеряла!» недоумевала Кристодинель.

– «Ну… Мне нужно было как-то привлечь её внимание. Церковники на допросах делают это в разы жёстче» пояснял он.

– «Ты… Я ведь пыталась её успокоить» развела руками она.

– «Пыталась. А я добился результата» выгнул бровь Кай.

– «Но…» стушевалась девушка.

– «Крис. Я за свою жизнь таких «Машенек» повидал очень много, и неоднократно был причиной их слёз. Тратить на каждую по пол часа, пытаясь выжать крупицы информации – нерационально. Может я и поступаю вразрез с общественно принятыми морально-этическими нормами, но… Мне плевать, увы. Пошли» махнул рукой проходимец.

– «Ладно» буркнула спутница, и они двинули прочь.

Отойдя на некоторое расстояние, друзья вновь заговорили.

– «Что думаешь?» спросила низкая особа.

– «Думаю, что стихи Керсенина – переоценённая срань, что сладости с корицей невкусные, и что истины не существует…» ухмылялся спутник.

– «А про монстра и кузнеца?» уточнила она.

– «Слишком мало информации, чтобы делать далеко идущие выводы. Кузнеца кто-то убил. Случайно ли, ради какой-то цели, и связано ли это с монстром – сказать трудно. Известно только, что от убийцы страшно разило духами. Он был в тяжёлых армейских сапогах. Возможно, обладал далеко не выдающейся физической формой. Видишь ли… Ему потребовалась лестница, чтобы попасть на чердак достаточно низкой хабары, и бил он исподтишка, о чём свидетельствует характерный след от удара на затылке кузнеца» рассуждал янтарный детектив.

– «Что будем делать?» поинтересовалась Кристина.

– «Ну, нам за поимку убийц не платят. Особенно, если это был кто-то и местных солдат, которые нас и пристрелить могут. Зайдём к обидчикам покойного кузнеца, попробуем что-то разузнать. А так… Есть дела поважнее. Например, установить видовую принадлежность монстра» выдал спутник.

– «Да вурдалак это, и дело с концом» заявила девушка.

– «Ты чего-то путаешь, бабуль, никаких вурдалаков здесь нет, есть только некропат. Твоему свидетелю наверняка почудился «красный блеск алчущих крови очей» со страху» зубоскалил в ответ скиталец.

– «А знаешь, что? Давай пари: если ты проиграешь, то купишь мне самое дорогое блюдо в местном трактире…» начала она, а продолжил он: «…Получается, если проиграешь ты, ушастая, то уже с тебя самое дорогое блюдо заведения».

– «По рукам, зубастый. Вурдалак – победа моя, некропат – твоя» ухмыльнулась девушка. Пари было успешно заключено…

– «Так куда сперва пойдём» невзначай бросил скиталец, поудобней расположив громоздкий пласт стали на плече.

– «Давай сначала в книжный, потом к старьёвщику. Я как раз короткую дорогу знаю» отвечала колдунья.

– «Ты уже вывела нас к кузнецу по короткой дороге. Час плутали!» воскликнул он.

– «Да ладно тебе, дошли же в прошлый раз, значит и в этот нормально доберёмся. Просто доверься госпоже волшебнице и плыви по течению!» улыбнулась она, смахнув прядь седых волос с лица. Оборванец мельком кинул хищный взгляд на её ухо…

Книжный магазин находился на приличном отдалении от главной улицы и переживал явно не лучшие свои годы. Поверх облупившейся краски вандалы размалевали стены похабными высказываниями и изображениями, место вывески занимала небольшая дощечка, содержащая кривую надпись: «Логово Знаний».

Дверной колокольчик обозначил появление двух посетителей. Дама кликнула продавца, получив ответ из соседней комнатки:

– «Минуточку, сейчас подойду!».

– «Слуш. Если ничего особенного не выясним… Может тогда книжки посмотрим?» неумело скрывая интерес спрашивал Кай у подруги. Она кивнула:

– «Вижу твои глаза загорелись, зубатка. Почему бы и нет… Может смогу найти нечто стоящее».

– «Не думаю, что здесь много магических трактатов. Жирнейший улов в этой «Могиле Знаний» – томик какой-нибудь Тёмной Магии Для Чайников» скептически хмыкнул он.

За прилавком появился лысеющий мужичок лет за сорок и поинтересовался:

– «Чего изволите, уважаемые?».

– «У вас есть магические или алхимические трактаты?» сказала Крис, подойдя ближе к продавцу. Кай осторожно смерил мужчину взглядом: «Латанная одёжка, тощие запястья, торчащие скулы. Небогат. Слишком ровная выправка, рыскает глазами по нашему оружию, шрамы. Бывший солдат или наёмник. Теоретически он мог убить человека».

– «Эх-х… Не хотел бы вас разочаровывать, барышня, так вышло, что я уж как полгода не проводил инвентаризацию. Помню раньше были какие-то книжки про магию, но сейчас не знаю. Давайте вы поищите на полках, а я на складе. Простите, пожалуйста, просто здесь посетителей почти нет, и я немного расслабился…» извинялся старик. Она спросила у спутника время, и получив ответ, обречённо выдохнула:

– «Хорошо».

Хозяин магазинчика, виновато улыбаясь, вышел из-за прилавка. Тут выяснилась одна интересная деталь – вместо правой ноги у него стоял простой деревянный протез. Мужчина поспешно скрылся в соседнем помещении. Двое переглянулись.

– «Трудно лазать по лестницам и чердакам с одной ногой. Плюс на полу были отпечатки двух ботинок» шепнул красно-пепельный.

– «Получается он не убийца… Значит сконцентрируемся на книгах» кивнула дама: «Ты смотришь правые ряды, я левые». Спутник дал добро, бросив:

– «Только не забудь стульчик, а то мне придётся потом твои ряды перепроверять. Преимущественно верхние полки» и приступил к вялому осмотру. Она хотела что-то ответить, но не сумела подобрать слов и момент был благополучно упущен.

Мимо проплывали названия книг: «Бедный студент, который считал, что право имеет, зарубил старуху топором и отправился на каторгу», «Далёкий Обелиск», «Попаданцы: Гниение давно мёртвого жанра», «История в лицах». Взгляд зацепился за последнее. «И как же на этот раз переиначат?» мозг озадачил сам себя вопросом.

Кай открыл тугой пылесборник с пожелтевшими страницами, прочитав пару строк: «…Таким образом на западе появилось новое государство – Союз Благородных Домов или же СБД. Остальные области вернули себе статус самостоятельных государств. На северо-востоке расположился Дюрстоль (бывшие Средние Земли), граничащий с Ничейными Землями. Из Ничейных Земель можно попасть сразу в два государства: Колсберн, раскинувшийся на гигантском северном острове, и Поскенур – самые восточные земли. На бескрайних пустынных просторах юга стоит ветренный Аль-Добат. А в самом центре мира на бывшем столичном острове находится Ребелбург, что возвёл некромант-узурпатор Каин Морт. Стоит отметить, что…», а затем захлопнул и забросил на самую верхнюю полку, с мысленно прокомментировав: «Скукота…».

В абсолютной тишине мерно тикали настенные часики и шуршали страницы. Хвостатый нашёл сборник рассказов некого безымянного автора, незаметно расположился в тихом уголке, и принялся поглощать буквы, стараясь перебороть недосып свежими мыслями. Крис тем временем усердно пыталась схватить с верхней полки манящий фолиант в фиолетовой обложке, но сколько бы она ни подпрыгивала, ничего не выходило... В конце концов оборванец решил поискать более интересную литературу. Пыль, спокойствие, книги.

Теперь бродяга листал увесистый красный кирпич, написанный вычурным и непонятным языком. Буквы плыли, перескакивали одна через другую, тускнели, затем совсем исчезнув. Он погрузился в лёгкую дрёму.

Кошмарные грёзы подобно пеплу заволокли разум. Холодная вода, громкие слова, и нестерпимые крики. Из осколков жизни выстраивался уродливый калейдоскоп беспокойного сна. Вот Кай стоит посреди смрадного поля боя, вот идёт по бесконечной дороге, а вот бежит от нарастающего гула среди каменных домов. Вне спасения время тянется очень долго…

«Бац!» громко шлёпнулась о пол, выскользнувшая из рук книга. Он мгновенно распахнул глаза, огляделся, за доли секунды пришёл в себя, и как ни в чём не бывало продолжил имитировать бурную поисковую деятельность. Заглянув за край стеллажа, взор тунеядца приковала к себе тонкая фигурка спутницы, что, встав на стул, внимательно изучает какие-то старинные бумажки, добытые с самой верхней полки. Она не сразу заметила ехидное лицо своего друга и жестом намекнула, что ему стоит продолжить искать магические книги, а не пялиться на занятых людей…

Поиски длились около получаса, и найти что-то по теме смог только Кай.

– «Вот, держи» он победно всучил своей подруге небольшую, но чрезвычайно толстую книжку. Она смахнула пыль с обложки, прочитав название:

– «Магия Тьмы Для Чайников. Том первый». Девушка недовольно потёрла виски и сказала:

– «Улов… Впечатляет».

– «Обращайся» отвечал спутник. Вернувшийся со склада продавец принёс вместо книг глубочайшие извинения. Она махнула рукой:

– «Ладно, пускай будет, чтоб хоть не просто так ушли. Сколько за эту книгу?» …

Наконец друзья покинули пыльную могилу знаний. Перед уходом они выяснили, что суть конфликта между библиотекарем и погибшим кузнецом заключалась в исключительной нерасторопности последнего, когда дело коснулось попытки создать новый протез для бедствующего ветерана.

– «Почему-то я не наблюдаю на твоём лице радости. Взбодрись! Наконец-то у тебя есть шанс прикоснуться к великому, познать все самые сокровенные аспекты тьмы!» ухмылялся оборванец. Крис отвечала:

– «Я полистаю это чисто из любопытства, а затем отдам тебе в коллекцию. Глядишь, наконец научишься колдовать…».

Спутники направились к лавке старьёвщика. Хозяин решил вздремнуть, поэтому пришлось его разбудить. Кай, бестактно растолкав парня восточной внешности, моментально был опознан как бандит-головорез, пришедший убивать. Лавочник переполошился и никак не хотел успокаиваться, ибо плохо понимал язык. Проходимец пытался усмирить бедолагу, но скверное знание поскенурского только всё усугубило. Кто знает, чем это закончилось, если бы девушка не взяла всё в свои руки, практически без акцента объяснив хозяину на его родном языке расклад вещей. Парнишка наконец стих. Спустя ещё десяток-другой витиеватых слов, недопонимание оказалось улажено.

– «Какой буйный торгаш попался! Крис, спроси, почему от него воняет тем же парфюмом, что и клочок ткани в доме кузнеца» шмыгнул носом дебошир.

– «Он говорит, что нашёл пузырёк с духами на обочине, и, прежде чем продавать, брызнул на себя» девушка переводила речь смуглого парня.

– «Хм-м… Звучит как отговорка» оборванец утёр кровь из-под носа: «Но удар у него что надо. Наверняка единоборствами занимался. Такой бы пол головы кузнецу трубой снёс… Хотя… Едва ли он сможет нормально держать трубу этими обрубками». На обеих руках торговца отсутствовало суммарно три пальца, а остальные были лишены фаланги или двух.

Заключив, что старьёвщик невиновен, друзья решили осмотреть богатый ассортимент лавки. Нарезные стволы арбалетов, надломленный щит с гербом давно вымершего дворянского рода, огромная гильза старинного артиллерийского снаряда, увитая рунами, латунный горн, сломанная фотокамера, пустые склянки из-под каких-то эликсиров, и прочий хлам.

– «Зацени!» оборванец привлёк внимание подруги к своей находке. У стенки сиротливо притаилось насквозь проржавевшее металлическое колесо, весящее не менее полтонны.

– «Похоже на колесо древнего прототипа самоходки. В музее стоит такая целая. Грустно, что технология самоходок не ушла дальше влажных фантазий Федератов. Было бы здорово» бросила она, продолжив перебирать горы всякого добра сомнительной степени полезности.

– «Угу» кивнул находчик: «Ну, у нас хоть поезда есть».

Вскоре уже Кристина ткнула друга локтем, показывая грязный газетный свёрток.

– «Это же ведь не то, о чём я подумала?» хлопала глазками седая дева. Сквозь пожелтевшую бумагу просыпалась серебристая пыль, что некогда плотно покрывала небольшую зеленоватую сферу, материалом отдалённо напоминающую стекло.

– «Не знаю о чём ты подумала, но старьёвщику крупно повезло, что за столько лет большая часть серебряной пыли всё ещё покрывает её…» почесал подбородок Кай.

– «Скажем ему, что это такое?» спросила она.

– «Или лучше купить по дешёвке, поскольку парнишка явно не в курсе, сколько это может стоить» пожал плечами он.

– «Зачем мне оно?» с опаской оглядела находку барышня.

– «Это же ты у нас невероятная волшебница и алхимик, должна знать. В крайнем случае можно использовать как магический блок питания» прикинул скиталец.

– «Использовать сферу высшего вампира в качестве энергетического элемента – это сродни ношению постоянно работающей мясорубки в кармане… И продать толком не выйдет. Короче, ну его к чёрту» сказала она.

– «Как скажешь, расточительная моя…» хмыкнул он.

Девушка подошла к хозяину, долго пыталась ему нечто объяснить, но в конечном итоге обернулась к другу со словами:

– «Как мне лучше объяснить, он не понимает при чём тут вампиры».

– «Скажи ему, что если долго бить вампира, то рано или поздно его эфемерное сердце станет осязаемым. И, даже если уничтожить тело под ноль, но оставить целым сердце, то вампир спокойно из него регенерирует. И по сути сейчас у нас в руках сердце высшего вампира, на что указывает текстура и цвет Сферы, то есть сублимированный высший вампир, который может навести шороху» проговорил бродяга, разглядывая витрину с дешёвыми картинами кисти неизвестного мастера. Дама ещё долго убеждала упрямого поскенурца убрать опасный товар с витрин. Наконец продавец сдался, спрятав безделицу в сейф. Совершив несколько покупок, друзья покинули магазинчик.

– «Неплохо зашли» сказал Кай, шагающий в новых сапожках: «Конечно, не берцы, но за такие деньги грех жаловаться».

– «Да уж. Вот я действительно выгодно закупилась» заявила Кристина, пытаясь запихнуть пакет, забитый белёсыми кристаллами в чёрный треугольник магического пространства. Скиталец кивнул, вытянув сигаретку. Дама заметила это, и со словами:

– «Ну уж нет, при мне ты курить точно не будешь», затушила отраву водным заклинанием, попутно облив и незадачливого курильщика. Он скорчил недовольную гримасу, глаза сверкнули, а влага вновь испарилась.

– «Клянусь богом, в которого не верю… Эх-х… Хватит так делать! Хватит! Если б я тебя постоянно огнём жёг, тебе понравилось бы!?» угрожающе скалился хозяин стальной плиты. Она насупилась:

– «Да как иначе вбить ум в голову упрямого друга!? Приходится как нашкодившего кота водой прыскать, чтоб отучить от вредной привычки… То, что ты получеловек, ещё не значит, что организму плевать на сигаретный яд! Такими темпами ты проживёшь не дольше обычного человека, а то и вовсе сдохнешь по молодости. Берись уже за ум». Кай взъерошил ей волосы и ответил:

– «Спасибо за наставление, бабуль. Мятной конфеткой не угостишь?».

– «Могу магией угостить, хочешь?» огрызнулась девушка.

– «Лучше с таким рвением в картишки играй… Кстати ты не забыла про моё проклятье…» он перешёл к делу.

– «Помню-помню, я обязательно посмотрю на твою проблемку, только не посреди улицы. Давай сперва разберёмся с монстром, а уже потом в спокойной обстановке перейдём к анализу наложенного на тебя колдовства» сказала она. Оборванец достал из кармана часики:

– «Ладно… В засаду, конечно, лучше садиться заранее, однако до захода солнца ещё три часа. С закупками мы покончили, но просиживать задницу в кустах у меня желания нет… Поэтому погнали просиживать её где-нибудь в другом месте». Крис одобрила эту идею:

– «Только давай на свежем воздухе, а то меня все эти пыльные душные здания уже достали. Я тут по пути заприметила одну полянку…».

2-7

Шаг за шагом Кай и Крис продвигались к месту привала. По пути они наткнулись на интересную ситуацию: свора мальчишек лет четырнадцати с весёлым улюлюканьем закидывала камнями скрючившуюся под забором фигуру в лохмотьях. Среди ребятни наблюдались несколько представителей рода полулюдей: один с собачьими ушами на макушке и хвостом, второй имел черты ящерицы, а возглавлял толпу широкий бритый мальчуган.

– «Вали из города, побирушка!» крикнул он, бросив очередной камень.

Кристина встала столбом, созерцая эту картину, после чего обратилась к спутнику:

– «Смотри, они же сейчас её забьют!».

– «Не забьют, камни мелковаты» прикинул красно-пепельный.

– «Да как же так!? С чего ты вообще это взял?» воскликнула девушка.

– «Наглядно показать не смогу, увы. Такая щебёнка даже шрамов не оставляет» пожал плечами он.

– «Нужно помочь!» заявила дама.

– «Ну… Флаг в руки» усмехнулся хвостатый.

Седая особа подскочила к ребятне и попыталась их остановить:

– «Мальчики, довольно!». Присутствующие единовременно обернулись.

– «Вы вшестером избиваете одну девочку! Это не просто низко, это мерзко!» продолжала она.

– «Да ты сама низкая!» бросил кто-то из толпы.

– «Коротышка!» подхватил другой. Вскоре вся свора скандировала:

– «Коротышка-коротышка!». На девичьем лице промелькнуло раздражение, но сдержавшись, колдунья изрекла:

– «Хватит! С научной точки зрения попытка оскорбить собеседника показывает, вашу слабость. Вы же мужчины, проявите достоинство!».

– «Пшла к чёрту!» сплюнул главарь: «У этой побирушки неустановленный подвид! Она безродная! От неё воняет! Пускай валит из нашего города!».

Кристина от такого ответа опешила, приоткрыв рот.

– «А чего ты ожидала от детей? Это чистейшее проявление животной натуры, приправленное человеческими пороками, и хреновым воспитанием. С ними по-другому надо» комментировал Кай.

– «Э! Ты чё там вякнул!? Захлопнул пасть, безродный!» крикнул бритый мальчишка, запустив в него камнем. Ловкий бродяга, не напрягаясь ускользнул от снаряда, в три движения подскочил к мальчугану, и, крепко приобняв за плечо, угрожающе обнюхал.

– «О-о… Знакомый запах. Улица Мэрины Фалго, дом… Хм-м… Четыре вроде? А у тебя красивая сестрёнка, надо признать… И как же теперь Большие Печки без кузнеца-то будут, а? Ай-ай-ай, беда! Ты это… Сходи, проведай папку. Дома тебя ждёт весьма занимательный сюрприз» шепнул оборванец.

Мальчуган выпучил глаза, исполненные шока, выронил очередной камень, и сломя голову бросился прочь. Толпа, лишённая лидера, быстро обмякла, пала духом, трусливо разбрелась.

– «Что ты ему сказал?» спросила Кристина.

– «Что у местного барахольщика в продаже появились журналы с голыми бабами» бросил товарищ.

– «Если ты сказал именно это, то, судя по скорости мальчугана и страху в глазах, он очень боится женщин» недоверчиво зыркнула спутница.

– «Всё возможно» махнул рукой проходимец: «К тому же, тебе ли не знать, что я ему сказал, ушастая…».

Друзья подошли к девушке, что всё ещё лежала, скрючившись под забором.

– «Ты в безопасности!» приветливо улыбнулась седая, нагнувшись над спасённой. Та вяло поднялась и села, обхватив руками колени. Абсолютно пустой ничего не выражающий взгляд – вот первое, что заметил Кай. Затем удалось разглядеть тело барышни, закутанное в лохмотья: чрезмерно длинные спутавшиеся волосы, белая кожа в некоторых местах покрыта густой шерстью и крупными чешуйками. Босые ноги, когтистые лапы, из головы торчат пушистые усики как у насекомых.

– «Эй, ты как?» спросила Крис. Бездомная молчала.

– «Тебе нужна помощь?» произнесла голубоглазая, чётко проговаривая каждую букву. В ответ спасённая отрицательно мотнула головой.

– «Знаешь, Крис…» начал красно-пепельный: «Сейчас ты спасла эту дамочку, да. Но сможешь ли в следующий раз? Если бросить голодному мясо, то он его съест, и потом снова будет голодать, ожидая подачки. В тоже время, если не тупо дать мясо, а научить добывать пищу самостоятельно, то голодный больше не будет голодать. Или будет… Тут вся фишка в том, есть ли у тебя желание постоянно прикармливать голодного, есть ли желание учить, и хочет ли сам голодный учиться». Спутница помолчала пару секунд:

– «Да знаю я. Но мне что, надо просто пройти мимо, когда кого-то забивают камнями? Даже так, я могу хоть попытаться помочь».

– «Эх-х… Как скажешь. Пошли уже отсюда» вздохнул скиталец. Группа двинула прочь, оставив позади спасённую нищенку.

Когда солнце уже потихоньку готовилось попрощаться с миром до утра, группа наконец вышла к месту стоянки. Безлюдное зелёное пятно у края городка, прямо возле затопленного карьера. Кай облокотился о ржавую ограду, поросшую вьюнами, а его подруга ловко забралась на толстую ветвь низкого коренастого дуба напротив. Приятный летний ветерок трепал уже не столь грязную шевелюру. Она свернула плащ и сняла перчатки, предложив и хвостатому временно избавиться от плотных одеяний, но получила категорический отказ.

– «…А тут на удивление хорошо…» подметила собеседница.

– «Угу» ответил он, а затем решил поинтересоваться: «Ну и как в последнее время идут дела? Какие пути топтала, насколько сильнее стала?».

– «Да чего там рассказывать…» начала девушка: «…Бегали с девчонками по городам, заказы всякие выполняли. Недавно дочку герцога одного расколдовали, а ещё очень старую тварь из семейства огнела̀цертов завалили. Если с девчушкой всё было относительно просто, то вот с драконом нам пришлось повозиться, зато в итоге заимели чешую. Денег получили – выше крыши, хоть в недвижимость инвестируй… Недвижимость… Спокойная размеренная жизнь, свой домик в каком-нибудь живописном месте…» её перебил оборванец: «…Прям идиллия… Жаль, что скучно как в морге».

Крис запустила в друга кусочком дубовой коры и продолжила:

– «Можно подумать ты в морге частый гость? Короче, не перебивай! Все деньги всосала наша рогатая бедокурка в уплату своих долгов. Потом мы пересекали Кленовый Провал, где крупно встряли. Помнишь, раньше там сидели земляные волки? Так недавно те места посетили «Сёстры Смерти», чтоб им монета поперёк горла встала, и вычистили всех монстров. Ну, свято место пусто не бывает, вот его и заняли разбойники. Теперь лучше обходить провал десятой дорогой… И опять во всём виноваты эти нахалки из Сестёр!». Кай по-кошачьи грациозно потянулся, а затем выдал:

– «Ой, да ладно тебе, не кипятись. Не все события в жизни удаётся предсказать. Сёстры, конечно, полезнее как ходячая артиллерия, нежели собеседницы или спутницы, но так даже лучше. Глупым орудием намного проще воспользоваться… Хе… Или погоди… Быть может ты завидуешь?». Она несколько раздражённо спросила:

– «Да какая тут может быть зависть? Костюмы у них, конечно, красивые, но не более. Разве ж у них есть то, чего у меня нет?». Бледное лицо прямо-таки воспылало концентрированной язвительностью, он двумя перстами указал на грудную клетку дамы. Она поняла намёк, и сквозь зубы процедила:

– «…Кажется кто-то забыл, что у него рёбра сломаны, мне напомнить!?». Оскорблённо фыркнув, девушка продолжила:

– «Кстати, ты так и не рассказал, как это случилось». Красно-пепельный решил удовлетворить интерес подруги:

– «Во-первых, сейчас рёбра уже зажили. Ну почти. Во-вторых, приготовься внимательно слушать, история длинная…».

Девушка поудобней устроилась на массивной ветви, и Кай завёл свой рассказ:

– «В общем всё началось с того, что меня попытались арестовать на таможне. Ну вот откуда я знал, что этот пост перешёл из лап армейцев к МОРу… Короче принял волевое решение: обойти таможню лесами. Это решение по праву занимает место в золотом пантеоне моих самых худших жизненных выборов. Конечно, я купил карту у одного торгаша, но она оказалась безнадёжно устаревшей. Заблудился, вляпался в неприятности, несколько раз чуть не умер, в итоге дошёл до деревни, Степанка, вроде, или чё-то в этом духе. Всё, что дальше расскажу – мои догадки, но достаточно правдоподобные. Местечко с виду обычное, но так только кажется: в этом захолустье свирепствует мощное проклятье. Если погибнуть или уснуть на тамошнем поле, то тело восстанет в виде некропата. Также в лесу мне попалось крайне подозрительное болото, с которым однозначно что-то не так, а в самой Степанке нашёл одну интересную вещицц, вот, смотри…».

Кай достал из сумки кусочек картона с надписью: «МОР» и изображением змеи, что умудрился стащить на деревенском складе. Девушка ловко подхватила, брошенный ей в руки предмет и с изумлением начала изучать.

– «Так это ж седьмого отряда! Змеи… Но они сгинули лет шестьдесят назад…» восклицала она.

– «Если Змеи сгинули, то кто сейчас передо мной?» усмехнулся красно-пепельный.

– «Я никогда в МОРовских отрядах не состояла, да и с самим МОРом уже давно покончила. Как и ты» пробубнила Крис, разглядывая документ.

– «Ты язычок-то покажи» улыбнулся он.

– «А-а. Ты об этом» отвела взгляд седая.

– «Да. Глядя на вас трудно догадаться, что вы не совсем чистокровный Элька̀мис, мисс ледышка» кивнул хвостатый.

– «Помалкивай об этом. Если в тебе с первого взгляда можно распознать неустановленный подвид, то я создаю впечатление благородного Элькамиса» собеседница, дразня, высунула тонкий длинный змеиный язычок, и шутливо зашипела.

Оборванец покачал головой:

– «Знаю-знаю. Я могила… Короче, МОРовец никогда добровольно не расстанется со своим именным удостоверением… Попробуем восстановить хронологию событий, как я её представляю: в полях возле Степанки происходил мощный бой толи с мертвецами Морта, толи с СМВшниками, из-за чего оно стало аномальным. Спустя много лет об этой аномалии прознал МОР, отправив Змей разобраться. Тем временем сельские во всю облюбовали поле из-за его "невероятной плодородности". Змеи заявились в деревню, о чём мне поведал сам староста. Они, судя по словам деревенской шаманки, хотели поставить какой-то круг. Местное поле окружено с двух сторон очень странным пустырём, имеющим чёткие границы. Предположу, что пустырь - магический круг».

Рассказчик остановился, спрятав взгляд от солнечного зайчика, запущенного подругой при помощи лезвия тесака, и, погрозив пальцем, продолжил повествовать:

«…В общем местные чё-то не поделили с МОРовцами. Староста рассказывал про грабежи, поедание скотины и иные страшнейшие грехи. Также думаю, что консервативным селюкам вот вообще были не по душе колдуны, "слоняющиеся повсюду со своими кругами". Замочили колдунов, да скинули в глиняные ямы посреди чащи. Скорее всего отравили выпивку, поскольку в прямом бою шансов у деревенских против боевых магов мало. А что мы знаем про Змей? Их отряд составляли полулюди, слабо восприимчивые к любым ядам. Но всё же восприимчивые... Полагаю, их скинули живьём в эти чёртовы ямы, где они медленно и мучительно умирали. Соответственно всё необходимое для появления проклятья у нас есть: энергия, которой навалом что в магах, что в аномальном поле, сильные миазматические искажения на почве эмоционального фона и колдовской круг на поле. Бум! В поле завелась нежить, не способная выйти за пределы своего круга, часть леса с ямами сгнила, а в самих ямах бесновались Змеи. Проходя мимо, я по случаю взорвал ямы, разрушив сердце лесной аномалии. Не знаю, это ли стало причиной дальнейших событий или ещё что-то... На следующий день деревню атаковали полевые некропаты. Они как-то смогли выбраться за пределы поля, а к деревне их провела местная сумасшедшая, у которой там до этого померла дочка. Так уж вышло, что она пропала накануне. Похоже. отправилась искать дочку в поле... Её деревенские не очень любили, да и она их тоже, судя по рассказам старосты. Не трудно догадаться. почему она повела некропатов к домам. В это время я как раз собирался сваливать. Ну и свалил, собственно. Убегая от легиона нежити перемахнул забор, а там доски гнилые были. Влетел в железяку, сверху приложило мечом, так и сломал рёбра…».

Крис вернула ему удостоверение Змей и выдала:

– «Интересная у тебя вышла прогулочка… Деревни, я так понимаю, больше нет?». Он отвечал:

– «Ну… Там каким-то непонятным образом пожар начался, а ещё твари…» Она кивнула:

– «Ясненько. И куда дальше собираешься идти?».

– «В Берденбрём. Помнишь «Великого и ужасного Его»? В общем он сейчас преподаёт в тамошней магической академии, и наверняка сможет снять проклятье» бросил Кай, сунув руки в карманы. Девушка удивлённо подняла бровь:

– «А-а, профессор Рубокроф… Это его пару мы прогуливали, когда нас чуть не сожрали искажённые тьмой лоси? Неужели всё настолько плохо, что ты решил обратится к самому воплощению уныния?».

– «Угу. Я уже месяца четыре так гоняю, и пока никто из тех шарлатанов, чьи пороги я топтал, даже понять не смог, что это за проклятье. Если тебе удастся – буду благодарен, если нет – тащусь к «Великому и ужасному Ему», надеясь на лучший исход» ответил бродяга. Седовласая дева поинтересовалась:

– «А как ты вообще вышел на его след? Он же вроде куда-то сбежал после… Ну… Кхм… Короче ты понял после чего». Пройдоха усмехнулся:

– «Конечно старик сбежал, но только бежал неаккуратно, оставив кучу следов, по которым я и проследовал», в ответ получив: «Ты просто разузнал его адрес у Камиллы, не так ли?».

– «Да. Она поспрашивала в МОРе, и буквально через месяц я получил ответное письмо со всей нужной инфой. Правда пришлось порядком посидеть на одном месте, я от скуки в том городке, вероятно, всех монстров извёл… А потом местные меня самого чуть не извели вилами. Не любит народ недочеловеков» пояснил Кай…

Друзья провели всё оставшееся время за разговорами, так и встретив закат. Смог окрасился в красный, приятный бриз усилился, развеяв часть небесного заслона, дабы глубокие золотистые лучи могли достигнуть глаз простых зевак, что с упоением занимались обыденной рутиной, игнорируя всё вокруг. Нескошенная трава, будто морская волна, играла на свету, дуб зашелестел душистой зеленью. Наконец воцарился мрак, средь которого правила одна лишь неполная луна. Девушка промолвила:

– «Пора», и они направились на охоту.

Во мраке тускло мерцал острый взгляд янтарных очей. Крохотный зрачок претерпел метаморфозу, быстро приняв форму слегка заваленного вбок плюсика.

Кай и Кристина спешно шагали по пустынным улочкам, залитым чёрной тьмой, что старательно пыталась развеять луна.

– «…Как-то мы с засадой припозднились. Надо проверить приманки. Монстр точно не ожидает сюрприза…» бросила она. Хвостатому стало интересно:

– «А сколько вообще приманок и что за сюрприз?». Ответ был следующий:

– «Я раскидала три штуки вокруг городка, и ещё три в районе кладбища, потому что большинство нападений совершались именно там. Вурдалак из семейства низших вампиров не сможет пройти мимо подгнившего мяса, обильно сдобренного ядом из могильного корня и керамического серебра. Если яд не убьёт вампира, то, как минимум, ослабит…». Он закатил глаза:

– «Значит нам придётся убивать некропата в самом расцвете сил… Прекрасно».

– «Да ты не бойся, с тобой настоящая волшебница, которая, в отличии от тебя, умеет нормально колдовать. Просто держись позади и наблюдай» улыбнулась девушка.

– «Можешь повторить, а то у меня тут кто-то пищит под ухом…» скалился оборванец.

Их тихую беседу прервал странный шорох из кустов, и резонным стало решение затаиться, обратившись в слух. Необычные уши дамы вздрогнули, чуть задравшись вверх, на лице застыла напряжённая вдумчивая гримаса. Спустя несколько секунд она расслабилась, ушки вернулись в изначальное, слегка поникшее, положение.

– «Ложная тревога. Какая-то птичка или крыса. Идём» махнула рукой Крис. Кай кивнул, с усилием оторвав вожделенный взгляд от уха подруги.

Восточная приманка оказалась нетронута, возле южной сладко спал краснолицый мужчина в армейской форме с пустым оружейным футляром на спине, что был бестактно разбужен, и отправлен подальше. Северную приманку уже успели наполовину обглодать причудливые существа семейства псовых, чьи морды полностью лишены кожи и мышц.

– «И это твои вампиры?» скалился красно-пепельный.

– «Хм-м… Костево̀лки… Может в результате изменения магического фона присутствием вампира… Что если они специально съели приманку?» призадумалась седовласая дама.

– «А?» спутник оказался в замешательстве. Как бы поддерживая волну непонимания, волки просто ухватили мясо зубами и скрылись во тьме.

Друзьям осталось проверить лишь царство кривых надгробий. Скрипучие ворота кладбища скрепил воедино навесной замок.

– «Давай я заморожу замок, потом ты его нагреешь, и он лопнет от резкого перепада температур» предложила Кристина.

– «Ну, можно и заморозить…» Кай обхватил костлявыми пальцами замок, после чего резко дёрнул, вырвав с проржавевшими петлями: «Или сделать так». Он жестом пригласил спутницу пройти внутрь.

– «Мой план был лучше» прищурилась та.

– «А мой проще. Не растрачивай свой ум на такие примитивные задачи, прибереги до более подходящей ситуации» пожал плечами товарищ.

– «Ум невозможно растратить» голубоглазая начертила в воздухе треугольное окошко, и вытащила из образовавшейся черноты две склянки.

– «Будешь? Сама варила» предложила она.

– «Крис. По-моему, я отчётливо дал понять, что больше никакие зелья пить не буду. Помнишь, как в прошлый раз я три дня с нужника не слезал? А!? Помнишь!?» возмутился хвостатый.

– «То было досадное недоразумение. Сейчас я уже знаю, что смесь на десяти миллиграммах Амицил-Дигриола нужно пропускать через магический перегонник с добавлением золота, а не меди» дама залпом выпила зелье, бережно убрав пустой флакончик в треугольное пространство.

– «Ничего не понял. Мы идём?» спросил он.

– «Сейчас… Так, Серебряную Кровь приняла, теперь клинки» дама поочерёдно доставала из ножен тесаки, и капала на лезвие содержимое второй баночки, растирая краешком плаща. Добротный металл покрылся мутной голубоватой плёнкой.

– «Предлагать тебе нанести на меч яд – глупая затея. Поэтому вроде всё… А, нет! Точно!» волшебница запустила руку в треугольник.

– «Да ты не торопись, я подожду. Монстр тоже подождёт. У нас же есть всё время мира!» усмехнулся скиталец, воткнув свой гротескный меч в землю.

– «Не торопи меня. Подготовка к бою – очень интимный момент. Лучше тоже вмажься обезболом, мало ли руку сломают» барышня не без усилий открыла крошечную баночку с изображением звезды, зачерпнула мазь, и нанесла под нос.

– «Ух-х… Едрёная зараза…» Кай поморщился, зажав нос: «Ну уж нет, потерплю».

– «Лучше бы воспользовался предложением умной девушки. Но ладно. Идём» изрекла она, и двое вошли на территорию кладбища.

2-8

Кай, чертыхаясь, ползал в абсолютной темноте по колючим кустам. Если бы не отменное ночное зрение и нюх, то поиск первой кладбищенской приманки стал бы проблемой.

– «Нетронута!» изрёк он.

– «Поняла. Возвращайся» донёсся ответ со стороны тропинки.

– «Зачем ты приманку в Чёртову Колючку закинула?» негодовал хвостатый, вылезая из кустов.

– «По расчётам…» начала было Кристина, но оказалась прервана: «Хорошо-хорошо. Убедила, на то есть некая сакральная причина».

Вторая кладбищенская приманка точно также нетронута.

– «Знаешь, насколько эффективны твои приманки?» сказал оборванец.

– «М-м?» донеслось в ответ.

– «Как гильдиец, когда речь заходит о чём-то кроме бахвальства, употребления всего алкоголя в радиусе трёх километров, и соблазнения деревенских простушек» завершил он мысль.

– «Завидуешь?» выгнула седую брось спутница.

– «А то!» махнул рукой скиталец.

– «Тоже хочешь соблазнять деревенских простушек?» нахмурилась дама.

– «Тоже хочу нихрена не делать и пользоваться общественным уважением» заявил спутник.

– «А девушки?» прищурилась она.

– «А чё девушки? Я итак могу запросто завалить любую» отмахнулся он.

– «Разве что завалить в значении «убить». Понимаешь ли… Не все девочки считают шрамы привлекательными, тем более, когда они покрывают шестьдесят процентов всего тела. Не всем девочкам нравится, когда от мальчика несёт трупами и двумя неделями без душа. И уж точно далеко не каждая справится с твоим характером» голубоглазая похлопала его по плечу.

– «Выходит умру я, так и не вкусив порочного плода. Радует, что вы, уважаемая Кристодинель, однозначно разделите мою участь» усмехнулся красно-пепельный.

– «Чего брякнул?» с угрозой переспросила девушка.

– «Что быть тебе одинокой кошатницей до конца своих дней» проговорил Кай.

Кристина хотела ответить, но внезапно её ухо дёрнулось, а вид стал очень серьёзным.

– «Слышал?» спросила она.

– «Конешн! Это ведь у меня уши в пол головы…» язвил он: «Я чую! И нюх мне подсказывает, что за теми кустами есть нечто, смердящее изрядно подгнившей плотью».

Несколько мгновений тишины. Парень подтянул перчатки, а девушка выхватила пару длинных боевых ножей из поясных ножен. Жутковатые ветви деревьев скрывали крадущихся охотников от взгляда настырной луны. За кустарником расположилась та самая полянка, на которой сегодня утром повстречались старые друзья. Видимо бой будет здесь.

Они зашли с разных сторон, окружая копошащийся между крестами и корягами силуэт. Кай создаёт в руке мелко колеблющийся язычок пламени, Кристина исполняет движение рукой, шепчет заклинание, и перед ней появляются несколько крупных ледяных пик. Секунда промедления. Товарищи безмолвно обмениваются знаками. Оба заклинания устремились к цели.

Воздух со свистом рассекли толстые ледяные шипы, вонзившись в плоть существа, а затем рядом с ним упал огонёк, обратившись мощнейшим взрывом. Куски надгробий разлетелись по всей поляне, в воздух поднялась взвесь пыли. Не ожидая ни секунды хвостатый создал точно такое же заклинание, повторно запустив по монстру. Ещё взрыв! Под носом растянулась полоска кипящей крови. Сквозь пелену пыли прорвался крупный силуэт, устремившийся к позиции огненного мага.

Детали внешности монстра скрывал мрак, однако янтарный глаз, сумел выцепить парочку моментов: огромное тело, некогда принадлежавшее человеку, толстые деформированные конечности, облезающая кожа, сплошь усеянная костяными наростами. Из спины существа вырывались десятки подвижных отростков, в совокупности создающие вид крыльев, а на вытянутом лице, больше напоминавшем баранью морду, висели остатки старого противогаза, трубки которого давно срослись с шеей. За разбитыми стёклами скрываются бледно-зеленоватые водянистые глаза, напрочь лишённые всякого блеска. Магия сильно опалила монстра, оголив мышцы, а ледяные пики пробили бок, из которого сочилась жёлтая мерзко пахнущая кровь.

– «Нихрена это не вампир, и даже не некропат!» бросил Кай, отскакивая в сторону.

Тварь развернулась, распахнув пасть, усеянную сточенными зубами. В её пульсирующей глотке разгорелись два алых пятна. Момент, и каменные надгробья вокруг монстра поднялись в воздух, устремившись к Каю. Он на ходу уклонился от первого, пригнулся, избегая столкновения со вторым, разрубил гротескным мечом третье, однако четвёртое в полёте раскололось, обдав волной осколков. Каменная шрапнель посекла одежду, нанесла множество неглубоких ранений, а особо крупный фрагмент прошёлся по касательной, вырывая из руки кусок мяса.

Красно-пепельный, стерпев боль, остался на ногах. В воздух снова подлетели куски камня, однако тело монстра тут же содрогнулось под весом огромного ледяного кола. Костяные наросты хрустнули, жёлтая кровь хлынула во все стороны, а алое сияние из пасти затухло, и глыбы булыжника одновременно рухнули наземь. Следующим мгновением лёд, глубоко вошедший в плоть существа, покрылся крючковатыми шипами, нанося ещё больше повреждений, а затем растаял, и вновь замёрз, сковав большую часть противника ледяным панцирем.

– «Добивай!» крикнула Кристина из кустов.

Кай, сохраняя испепеляющее молчание, подскочил к монстру со спины. Обожжённые отростки зашевелились, беспорядочно атаковав янтарного воителя. Отскок, очи пронзает сияние, над тварью блеснула россыпь искр, что обратились сотней маленьких взрывов, вместе составивших огненное облако разрушения. Лицо забрызгала горелая плоть. Без промедлений красно-пепельный нанёс точный удар, перерубивший толстую деформированную лапу. Существо попыталось дёрнуться, но ледяная корка крепко сковывала конечности. Ещё удар. Костяная броня кое-как выдержала сталь, защитив ещё одну конечность от отсечения.

Внезапно в чаще, где скрывалась напарница, раздался грохот. Среди листвы блеснул лёд, затем нечто ещё раз громыхнуло.

– «А?» замешкался хвостатый, бросив тревожный взгляд. Холодный панцирь, сдерживавший противника, потрескался, и тот, воспользовавшись промедлением своего убийцы, резко извернулся нанеся удар целой лапой. За секунду до получения фатального урона красно-пепельный, рассудив, что не успевает увернуться, прикрылся широким клинком. Атака монстра отбросила бродягу на метров пять припечатав спиной о старое надгробие.

Кай сплюнул кровь и обнаружил монстра за попыткой сбежать. Он издал короткий шипящий рык, ринувшись вдогонку. Тут же янтарный глаз заметил подозрительный блеск в кустах. Щелчок! Оборванец резко тормозит, уклоняясь от некого снаряда, что, ударившись о ближайший крест, моментально детонировал. «Взрывные болты?» промелькнуло в голове.

Из кустарника выскочила фигура в лохмотьях с громоздким арбалетом наперевес, и, передёрнув лязгающий затвор, укрылась за куском бетонной плиты. По хозяину огромного меча был открыт огонь на поражение. Он рыбкой прыгнул в воронку, появившуюся ещё утром его же стараниями. «Это ещё что за хрен!? Почему Крис не прикрывает? С ней что-то случилось?» размышлял хвостатый, переползая от насыпи к насыпи под шквальным огнём.

Кай сел за покосившейся плитой, с которой на него грозно пялился суровый дед. «Вроде отсюда до стрелка рукой подать. Ждём, когда уйдёт на перезарядку» рассудил хвостатый. Вскоре взрывы перестали сотрясать кладбище.

– «Поехали!» прошипел он, создавая в руке нестабильный язычок пламени. Бросок. Мощнейший взрыв. Сняв плащ, и подкинув в воздух, оборванец рванул вперёд сквозь облако пыли. Секунда, по использованной для отвлечения стрелка одежде приходится очередной выстрел. Щелчок, мгновение, и юркий бродяга оказался у позиции противника замахнувшись исполинским орудием. Удар. Стрелок отшагнул, а арбалет попал под атаку, расколовшись пополам.

Кай замахнулся ещё раз, однако вовремя заметил разгорающееся алое сияние сбоку, и уклонился от очередной порции каменной шрапнели. «Отличное прикрытие! Где Крис? Она ведь в порядке, не могли же её просто застрелить. Или…» потихоньку закипал он. Арбалетчик извлёк из-под лохмотьев второй арбалет – относительно небольшой и со внушительным магазином. Мрачные тучи сулили скорый дождь, а град стальных дротиков скорую смерть. Хвостатый ударил тугим потоком племени в большую лужу, оставшуюся от прошлой атаки напарницы, поднимая клубы густого пара.

Скрывшись среди дымки, красно-пепельный избежал атак противника, и снова приблизился к стрелку. Рывок! Он выпрыгивает из облака пара прямо на жертву, перезаряжавшую оружие, наблюдая, что со спины к ней уже подоспела изрядно потрёпанная Кристина, замахнувшаяся клинками. В руке врага маячил некий свёрток. Мгновения немой сцены прерывает огромная фигура монстра, присоединившаяся к тесному столкновению.

Удар, грохот, скрип. Перед глазами мелькают чьи-то босые стопы. Камни разлетаются во все стороны, простреленный пар рассеивается по ветру. Грациозно извернувшись, бродяга прикрывает собой подругу, падая вместе с ней в неглубокую канаву.

Над головами со свистом пролетают обломки, а одежду присыпает грунт.

– «Ты… Как?» очухавшись пискнула голубоглазая.

– «Умопомрачительно… У неё ещё и взрывной свиток был» изрёк Кай. Он приподнялся на локтях, лицезрев опустевшую поляну.

– «Твою ж… Они удрали! В погоню!» вырвалось из клыкастой пасти.

– «Не надо погони» сказала девушка.

– «Предлагаешь отпустить недобитков? Мы почти их убили!» пытался подняться скиталец.

– «Стрелка я ранила. Яд своё дело знает. А тварь без лапы и с пробитой грудью долго не проживёт. Нужно восстановить силы, ты выглядишь неважно» изрекла седая.

– «Я в полном порядке» друг зажал глубокую рану на животе, снова постаравшись встать.

Сколько Кай не пыхтел, а закончил, упав в грязь лицом.

– «Ничего подобного!» воскликнула дама, вычертив треугольное окошко, из которого извлекла пузатый флакон.

– «Пей!» скомандовала она.

– «Нет» отвернулся он.

– «Это зелье восстановления. Ускорит заживление ран, остановит кровотечение. Единственный побочный эффект, что будешь дрыхнуть как сурок. Зелье Эгиуса Каритона, если тебе что-то даст его точное название» объясняла девушка.

– «Я тебе не верю» воротил нос Кай.

– «Давай, за маму» седая открутила крышку.

– «Вот за кого-то из родных я точно пить не собираюсь» заявил он.

– «Тогда за меня, твою лучшую подругу!» изрекла особа.

– «Хм-м…» задумался красно-пепельный.

– «Если продолжишь капризничать, то дам по башке» пригрозила собеседница, вливая зелье в товарища.

– «Надеюсь твой талант алхимика не сведёт меня в могилу» обронил хвостатый.

– «Его лечат, а он… Нет бы, поблагодарить!» возмутилась девушка.

– «Я очень вам признателен и за лечение, и за прикрытие» сказал он.

– «На меня неожиданно напал стрелок! Я чудом жива осталась, из-под поваленного дерева долго выбиралась! Откуда вообще вылез этот человек!? Почему помогал монстру?» негодовала Крис.

– «Если ты не заметила… А ты не заметила, поскольку отдыхала под деревцем, скинув всю работу на меня… Монстр тоже прикрывал стрелка. Да и не совсем человек то был» заявил Кай.

– «С чего ты взял?» прищурилась дама.

– «Есть на то причины…» янтарный глаз обвёл кладбище, за время боя потерявшее хоть сколько-то приглядный вид: «…Но давай об этом позже. Мы изрядно пошумели, и на шум могут сбежаться местные, а там уж как повезёт: либо заставят всё восстанавливать, либо заплатить штраф, либо пришьют на месте, приняв за монстров».

Огненный колдун через силу встал, но тут же оступился, и был подхвачен подругой.

– «Осторожно! Давай, держись за меня» она подставила плечо.

– «Угу» он впился своими костлявыми пальцами в компактное девичье плечико, буркнув: «Спасибо».

– «Что ты там сказал, я не расслышала?» переспросила барышня.

– «Говорю, жрать охота. Пошли!» махнул рукой проходимец, и двое отправились прочь.

Из хмурых небес начал накрапывать дождик.

– «Кстати на счёт нашего спора…» начал Кай.

– «Да… Монстр оказался вурдалаком или некропатом – это СМВшник. Похоже мы оба ошиблись. И откуда только здесь заражённый… Ладно, зато хоть кормить тебя задаром не буду…» отвечала Крис.

– «Ну, вообще-то условия спора подразумевали, что проигравший проставляется, а ничья в данном случае является обоюдным проигрышем...» подметил он.

– «Я не поняла, ты так жаждешь растратить свои последние копейки?» возмущалась она. Проходимец сильнее впился пальцами в плечо спутницы, дабы сохранить равновесие на скользкой траве. Случайно зацепившись взглядом за ухо девушки, расположившееся в нескольких десятках сантиметров от лица, он машинально приоткрыл пасть, обнажая острые клыки, однако затем тряхнул головой, опомнившись, и выдал:

– «Я это к тому, что… Давай скинемся пятьдесят на пятьдесят, и купим поесть чего-нибудь, раз уж оба продули». Дама поставила условие:

– «Неплохая идея, только чур без напитков, а то дорого выйдет», на что получила одобрительное: «Идёт». Их силуэты окончательно скрылись под пеленой дождя…

Кристина толкнула дверь корчмы и вошла, волоча едва живого друга на плече. Не смотря на поздний час в заведении всё ещё наблюдались посетители.

– «Это ваши проделки, что на кладбище нечисть резвится, я знаю!» кричал огромный проповедник в беговых ботинках. Его слова адресованы трём фигурам, что мирно сидели на ближайшем подоконнике. Их одежду составляют одинаковые плащи серовато-персикового цвета, брюки схожего кроя, сапоги до колен, и аккуратные белые маски из фарфора с длинными птичьими клювами, снабжённые круглыми чёрными линзами, за которыми не разглядеть глаз.

– «Мы-то тут причём, толстячок?» отвечал один из них.

– «А при том, что МОР – зло, и вы, как его поборники, должны гореть на костре!» кричал мужчина.

– «Остынь, Церковник, не то связки надорвёшь. Эпоха охоты на ведьм закончилась уже очень давно, и сейчас сжигать магов на костре противозаконно. Если тебя это не устраивает, то можешь попробовать применить агрессию, однако мы имеем право, выданное правительством Дюрстоля, без зазрения совести отправить тебя на встречу с Белой Звездой» усмехнулся человек в маске.

– «Ваше племя не считается с людским! У вас интересы МОРа намного выше человеческих голов и правителей любых стран!» скандировал представитель Церкви Белой Звезды.

– «А вы до сих пор рабов у себя в монастырях держите» парировал МОРовец.

– «То не рабство, а служение богу! Да, служки не могут выйти из монастырей, и они попадают туда против воли, но ежели мы б не собирали беспризорников, давая дело, то кем бы они выросли!? Ворами? Разбойниками? МОРовцами!? И вообще…» разошёлся мужчина в рясе.

Под звуки жаркого спора Кай и Крис подошли к стойке.

– «Видал? Цапли с Церковником спорят» шепнула девушка.

– «Угу… Интересно, что МОРовские разведчики здесь забыли?» поёжился спутник.

– «Не знаю. Очевидно только, что тебе на глаза им попадаться нельзя» призадумалась она.

– «Мне так-то не стоит попадаться на глаза МОРовцам, Церковникам, простым стражникам и людям десяти-пятнадцати дворян. Однако я уже давно веду себя как паинька, ничего не ломаю, никого не убиваю, поэтому можно чуть расслабиться» пожал плечами он.

Рыжебородый корчмарь-здоровяк не слишком обрадовался полуночному возвращению клиентов. Суммарно друзья потратили четыре сотни марок, получив на каждого по котлете, порции пюре и несколько солёных огурчиков. Трапеза прошла относительно спокойно.

Кай поинтересовался у хозяина заведения:

– «Сколько за комнату?». Тот сонно отвечал:

– «Свободных комнат нет – все заняты». Спутники обменялись взглядами.

После недолгих упрашиваний, девушка разрешила-таки остановиться в своих покоях.

– «У меня коморка маленькая, кровать одна, поэтому спишь на полу. Не устраивает? Тогда договаривайся с девчонками. Хотя их комнатка и побольше, но кровати тоже заняты. Или ночуй на свежем воздухе…» бросила она.

– «Давай так…» начал хвостатый: «Камень-ножницы-бумага до трёх побед. Выиграю – сплю на кровати, проиграю – выполняю одно твоё поручение. Идёт?». Крис молча раздумывала над предложением до самой комнаты. Дверь наполовину распахнулась, уткнувшись в массивный сундук, пред взором спутников предстало крошечное помещение со стенами из тёмного дерева, и небольшим окошком у изголовья кровати, что едва помещается в застенках. Огненное заклинание оживило светильник.

– «Ладно, идёт!» выдала седовласая, и призывно выставила руку перед собой, дабы судьба смогла выбрать победителя.

Судьба возможно не была на стороне Кая, однако парочка простых уловок с отвлечением внимания помогли одержать разгромную победу. Он воодушевлённо сверкнул клыками, и, было завалился на кровать, но девушка крепко ухватила его за воротник пальто, угрожающе прошептав:

– «Ты куда это в своём рваном тряпье собрался? Да ещё сырой весь от дождя...». Красно-пепельный спросил:

– «А тебе какая разница? победа за мной…». Подруга покачала головой:

– «Ты же не думал, что я буду спать на полу? Условия спора подразумевали, что даже в случае проигрыша я имею право спать на своей кровати. Поэтому давай-ка ты обсохнешь, и снимешь верхнюю одежду с сапогами».

Кай чертыхнулся, осознав свою ошибку, но делать нечего. Его очи сверкнули, с одежды испарилась влага. Из носа вновь тянулась светло-красная полоска... Внезапно ноги подкосились, а левый глаз пронзила резкая боль. Дама подхватила падающего друга и ужаснулась: обыденные серые круги под глазами испещрили десятки мелких налитых янтарным свечением вен, ровно, как и само глазное яблоко, покрытое янтарём, будто стекло трещинами. Всё это сияющее великолепие прошло столь же резко, сколь и появилось, вернув органу зрения прежний вид.

– «Вот чёрт… Я собиралась тебя сама магией высушить, а ты, похоже, собрался на тот свет. Всё, хватит с тебя колдовства. Чтоб сегодня и завтра больше не использовал магию!» сказала она, помогая беспомощному воителю добраться до постели. Он вяло отмахнулся, мол всё в порядке, и принялся бороться с упрямой пряжкой на сапоге. Крис, в свою очередь, обнаружила пропажу новенького плащика, но решила не подавать виду, дабы лишить язвительного друга повода для дополнительных острот.

Девушка совершила характерное движение руками, описав плавный полукруг, с губ сорвались тихие слова, и вся влага, что пропитала одежду, покинула плотную ткань, зависнув в воздухе под самым потолком.

– «Будь добр, открой окно» обратилась девушка к Каю. Он, раззадоренный битвой с клочком металла на обувке, чуть погодя всё-таки выполнил просьбу. Седовласая привычным и слегка небрежным движением отправила образовавшийся бесформенный поток мутноватой воды на улицу.

– «Кстати, а где твой плащ» ни с того ни с сего спросил скиталец. Крис, не ожидавшая столь неудобного вопроса, брякнула первое, что пришло в голову:

– «А… А я его в хранилище убрала, чтоб не мешался».

– «Хорошо тебе – можешь всякий хлам в подпространство складировать… Хотя, как по мне изучение пространственной магии того не стоит» подметил он, в ответ получив: «Да ладно, пару лет отмучаешься, зато как научишься – навсегда забудешь о проблемах хранения мелких, но важных штуковин».

– «К слову о забудешь…» проговорил оборванец, достав из сумки свёрнутый плащ: «Ты его на дереве оставила, когда рванула мочить нашего СМВшника вперёд меня». Она сделала беспристрастное лицо, и, поблагодарив, убрала находку в подпространство. Кай едва заметно усмехнулся.

Сапоги полетели в стену, а оторванная пряжка отправилась вглубь сумки, с надеждой на дальнейшую починку. Бродяга растянулся на покрывале, не сняв даже перчаток – лишь одно пальто разделило участь новеньких сапожек. Девушка присоединилась к населению жалобно скрипнувшей и изрядно просевшей койки. Она укрылась посредственной свежести одеяльцем. Теперь стало очевидно, что места для двоих катастрофически мало.

– «Залезешь ко мне под одеяло – пожалеешь» предупредила дама. Друзья развернулись спина к спине.

– «Спокойной ночи» выдал Кай, сладко зевнув.

– «Спокойной» ответила Крис, перехватив зевотную эстафету. Капли воды, взявшиеся, казалось, из ниоткуда, затушили свечу в настенном светильнике. Наступила тьма.

2-9

Очередной сон, очередной кошмар. По тонким пальцам бурыми струйками стекает жизнь, по алым небесам расползается оглушительный гул, в котором трудно отличить человечий крик от пёсьего лая, а бурление воды от треска пламени. Марш гнили, закованной в сияющий металл, слепые очи и железистый вкус цены на языке. Из бескрайнего ничего выползла бьющаяся в конвульсиях статуя, чьё лицо заменила посмертная маска, укутанная густым мхом. Лишь один единственный глаз проглядывал сквозь растительность. Каменный перст медленно поднялся, указав на Кая. Внезапно живой истукан пронзили сотни крупных трещин, из которых тут же хлынула зловонная жидкость. Молниеносной вспышкой изваяние разлетелось вдребезги. Голова с мерзким чавкающим звуком, не свойственным камню, шлёпнулась у ног красно-пепельного, одарив последним взглядом, от которого волосы встали дыбом. Окружающее пространство задрожало, осыпавшись пеплом…

За несколько секунд до пробуждения Кай отчётливо понял, что спит. Он с усилием разомкнул веки и впился пустым взором в потолок. Дешёвый брус, подгнившие доски, паутина, в которой застыли уже мёртвые насекомые. Крупная пылинка зацепилась за шершавую древесину, все изгибы и фактурные трещинки которой принялся изучать изнурённый разум. Тёплые лучики солнца чертили причудливый узор на стене. Судя по всему, сейчас утро.

Далее внимание привлекло мерное посапывание в крайней близости от лица. Крис, с самым что ни есть умиротворённым видом, обнимала хвостатого. Похоже ей снились не самые плохие сны.

Бледный лик исказило неловкое смятение. Кай отвернулся, одним глазом продолжая наблюдать за подругой, и принялся обдумывать положение дел. Пожар хаотичной умственной деятельности быстро составил возможную картину произошедшего. Он попытался осторожно освободиться из объятий, дабы избежать конфуза по пробуждении особы, но тонкие ручки крепко обвивали торс. Хватка оказалась намного мощнее, чем ожидаешь от столь хрупкого на вид существа. Крис недовольно пробормотала какую-то сонную белиберду и ещё сильнее вжалась в свою жертву.

Теперь стало очевидно, что ситуацию грубой силой не решить. Начался внутренний диалог: «Как её отлепить, при этом не разбудив? Держит крепко, вырваться – не вариант. А что, если пощекотать нос? Она чихнёт и… Не, не катит – точно проснётся, да и можно ли вообще во сне чихнуть… Точно! Применим нагрев! Ей станет жарко, и она меня отпустит». Глубокий вдох, сердцебиение ускоряется, тёмные вены под бледной кожей пронзает эфемерное сияние, и температура тела увеличивается настолько, что начинает идти лёгкий парок. Однако, вопреки ожиданиям, девушка не просто не ослабила хватку, так ещё и ноги подключила к мягкому, но несокрушимому захвату.

Разум моментально покинули малейшие остатки сна, Кай осознал свою ошибку: «Чёрт, точно! Она же змея! Хладнокровная! Так, нужен новый план… Может в окно? Не, приберегу план «Окно» для более серьёзной ситуации… Хочу укусить за ухо… Стоп. Какое ещё ухо!? Соберись и думай!». Внезапно веки Крис вяло дёрнулись, дыхание стало глубже, очевидно, что она проснётся с минуты на минуту. Он попытался сделать спокойное или хотя бы саркастичное лицо, а также придумать реплику.

Наконец девушка открыла глаза. Первое, за что зацепился сонный взгляд – это абсолютно бледное лицо друга, на котором застыла странная смесь вымученной улыбки и зловещей ухмылки.

– «Утречка» выдал он: «Как спалось?».

Кристина несколько секунд находилась в глубочайшей прострации, но затем осознание происходящего пронзило разум острым лезвием.

– «И-извини» она резко освободила бедолагу из воистину жестокого заточения.

– «Не помню, когда это я вступил в ряды ночных грелок…» бродяга отвел взор от лица подруги. Хоть лик особы ни сколь не изменился в цвете, однако изрядно покрасневшие уши выдавали смущение.

– «Ой, да ладно! Радуйся, что тебя вообще хоть кто-то обнял, а то так и будешь по лесам да болотам в обнимку со своей ржавой железякой бегать…» возмутилась она.

– «Да, сонные объятья далеко не благоухающей после полуночного марафона дамы – это предел моих мечтаний» отвечал Кай.

– «Знаешь, ты даже их не заслужил!» Крис сделала наигранно оскорблённое лицо и отвернулась.

– «Угу, не заслужил… Но получил. Короче, погнали завтракать» предложил огненный индивид, ущипнув подругу за налитое краской ухо. Седая особа отмахнулась:

– «Иди без меня, я пятнадцать минуточек поваляюсь, а потом пойду разбираться с девчонками». Он сказал:

– «Ладно, ты только не забудь, что нам ещё монстра добить надо. Желательно побыстрее», и принялся натягивать обувку.

Девушка довольно развалилась на всю кровать, но тут же ей в лицо начали лезть вьющиеся волосы друга, сцепившегося в отчаянной схватке с ещё целой пряжкой сапога. Кай накинул пальто, в то время как отломанный кусок металла обрёл последнее пристанище в углу тесной каморки.

– «Встречаемся в час у кладбища. Там же обсудим случившееся прошлой ночью» напоследок бросил хвостатый. Хлопок дверью.

На первом этаже корчмы было оживлённо.

– «Сорок первый крестовый поход! Записывайтесь!» надрывал горло Церковник. На его лице красовался свежий фингал, губа разбита, а одежда потрёпана. В противоположной стороне помещения перешёптывались о чём-то МОРовцы, маска одного из которых обзавелась множеством свежих трещин, лишившись клюва. За столиками выпивали разнообразные вооружённые люди, а возле окна собралась визжащая толпа, окружившая двух полуголых здоровяков, активно машущих кулаками.

Беглый осмотр кошелька вызвал далёкие от приятных эмоции, навеяв лёгкую тоску. «О завтраке в корчме не идёт и речи. Нужно где-то взять денег. Попросить у Крис? Да она потом меня стебать весь день будет. Ну, остаётся только заработать» рассудил Кай, неохотно подойдя к толпе. В это время один боец уже повалил другого на пол и поливал градом ударов. Кое-как оттащив победителя от бессознательного тела, лишившегося парочки зубов, что с восторгом подобрали местные мальчишки, мужчина в поношенном сюртуке всучил ему несколько мятых купюр, отправив передохнуть.

– «Ну что, кто готов бросить вызов нашему чемпиону? Борис Ланцет всё ещё не побеждён!» восклицал мужчина в сюртуке. «Может поставить на кого? А что ставить?» задумался хвостатый.

Внезапно янтарный глаз зацепился за маленький мешочек с монетками, торчащий из кармана очередного зеваки. «Опа… Халява!» очи проходимца загорелись. Тем временем на импровизированный ринг вышел очередной претендент, и зрители оживились. Костлявая лапа протянулась к карману, однако обыватель дёрнулся, неудачно расположив руку напротив вожделенного кошелька. Бойцы обменялись несколькими ударами, после чего перешли в борьбу. Минута, и претендент сдался, а толпа взорвалась ликованием, не позволяя плуту совершить затеянного.

Победитель, тяжело дыша, обвёл зрителей взглядом, выцепив из общей массы Кая.

– «Эй, патлатый! Хочешь сразиться?» выкрикнул здоровяк.

– «Не, спасибо» оборванец состроил непринуждённый вид, убрав руки от кошелька.

– «А чё так? Зассал? Ха-ха! Ты чё, бабёнка? Такую мотню на башке отрастил, действительно баба!» смеялся боец.

– «Да, угу, вы правы» без интереса отвечал он. В голове пронеслось: «Кто-нибудь, отвлеките уже на себя этого дурачка, он мне все карты путает. Я кушать хочу…».

– «И как вам хватает наглости оскорблять непричастных зрителей!? Я буду вашим противником!» донеслась высокопарная речь из-за спины. Хвостатый обернулся, заметив человека, закованного в сияющие доспехи.

– «Рыцарь!» ахнула толпа, расступаясь перед новым претендентом. «О как… Один дегенерат отвлекает другого дегенерата. Неплохо. Давай, здоровяк, ломай рыцарька, а я пока займусь своими делами» ехидно потёр лапы плут.

Претендент снял верхнюю часть доспеха, и начался новый раунд. Пока толпа, затаив дыхание, созерцала бой, хвостатый сумел-таки достать заветный кошель. Пихнув находку в сумку, он уже хотел ретироваться, как вдруг заметил, что рыцарь оттеснил бойца, нанеся финальный удар в челюсть, после чего тот пал без сознания.

Ликованию толпы не было предела, один лишь скиталец стоял мрачнее тучи. Победитель сверкнул благородной ухмылкой и бросил:

– «Вот так будет с каждым, кто попирает справедливость!». От этих слов оборванец аж поперхнулся, выпучив глаза. Прежде чем разум успел обработать происходящее, он уже стоял на ринге, молча всучив мужчине в сюртуке украденные деньги.

– «Я не буду раздеваться» угрожающе отрезал красно-пепельный

– «Н-но таковы правила. Кто знает, что у вас под одеждой» мямлил судья.

– «Пускай! Я не настаиваю…» рыцарь одарил бродягу лоснящейся улыбкой, от чего тот ещё сильней помрачнел.

– «Хорошо» произнёс мужчина в сюртуке: «Начали!»

Бой вышел стремительным, даже слишком: Кай подскочил к противнику нанёс удар в грудь, выбив воздух из лёгких, схватил за волосы, и принялся бить по лицу. Светлый лик, мгновенье назад излучавший благородство, сейчас исказила гримаса боли. Губы шевелились, из раза в раз повторяя одно и тоже, однако отсутствие воздуха в лёгких не позволяло озвучить желаемое. Каждый удар костлявой лапой, коих потребовалось три, чтобы рыцарь полностью обмяк, буквально отрывал от лица куски мяса. Почувствовав, что оппонент более не сопротивляется, хвостатый провёл последнюю атаку, после чего брезгливо отпустил волосы. Побеждённый безвольно упал на пол. Не было ясно, жив он или мёртв.

– «Гр-р… Рыцари…» злобно прошипел победитель, вырвав из трясущихся рук судьи два мешочка с монетами, и, пройдя сквозь сохраняющую шокированное молчание толпу, вышел из корчмы.

Длинноволосый скиталец неспешно топтал улицу, выискивая бродячих торгашей. Периодически безликий гул делился на отдельные звуки, из которых получалось выстраивать слова и даже предложения: «…А там одна бабка только в живых осталась, говорит, что смерть с горящими глазами к ним в деревню заходила, всех взяла – её не тронула… И чего Церковники в Берденбрёме делают, вроде они там не у дел… Ты помяни мои слова – войне быть, и ничего уж не попишешь, токмо бечь можно, да подальше… Видала урода! Вон идёт, скалится, небось сегодня уже хлопнул кого-нибудь и ограбил. Когда ж недочеловеков всех наконец изведут…».

По пути не попалось ни одного бродячего торговца. Пришлось заскочить в продовольственный магазин. Сторговав полкило чахлой картошки, пару зубчиков чеснока, и специй за шестьдесят марок, Кай вышел из магазина, в дверях столкнувшись с куда-то спешащей особой. Будучи обруганным с ног до головы, и узнав о себе много нового, он остался стоять в непонимании, а дама убежала по своим делам.

– «Вот это нравы…» он покачал головой, прикусывая сигарету.

Бродяга разбил костерок подальше от людских глаз и начал готовить. В безвозмездно реквизированную кастрюльку закинул картошку, залил водой, добавил чеснок, посолил, без лишних церемоний сжёг. Он поморщился, отскребая от кастрюли шкварки:

– «Ладно, в прошлый раз вышло хуже».

Догрызая блюдо собственного приготовления, скиталец услышал крики со стороны домов. Осторожно выглянув из-за угла, он лицезрел следующее: реденькая толпа, больше с негодованием, нежели со страхом, убегает от чего-то по улице. Против хода людей заняли позиции армейцы в зелёной форме. Они отстегнули арбалеты, взвели затворы, и принялись ожидать, целясь из-за пузатых пивных бочек. Один армеец, на лице которого до сих пор сиял алкогольный румянец, сжимал в руках кустарно вытесанный из дерева арбалет, содержащий ругательный аналог фразы: «потерял снаряжение».

– «Так. Видимо пора валить» выдал проходимец. Внезапно вперёд солдат вырвались четыре человека с оружием наперевес. Их одежда являлась буквальным олицетворением слова «непрактичность», пестря яркими, но абсолютно бесполезными элементами, а бронированные вставки едва ли прикрывали хоть один жизненно важный орган. Оружие точно также обиловало излишествами, неспособное выдержать даже один полноценный удар.

– «Вы куда вылезли, имбецилы!? Назад!» крикнул командир армейцев.

– «Сейчас мы им покажем! Давайте ребят, как учили!» махнул рукой самый высокий из четвёрки.

– «О! Молодые представители гильдии наёмников пошли на убой. Как всегда» отметил оборванец, скрывшись за поворотом.

Отчаянные вопли храброй четвёрки были слышны даже на приличном расстоянии. Позади раздался тяжёлый топот, и Кай шмыгнул в ближайший мусорный контейнер, встретившись там лицом к лицу с проповедником, ещё недавно надрывавшим голос в трактире. Обитатели мусорки пялились друг на друга, пока снаружи бежало нечто, сотрясая улицы.

– «Что там?» тихо спросил Церковник, кивнув в сторону грохота.

– «Сам не знаю» буркнул Кай.

Грохот, металлический скрежет, глухой скрип и нечеловеческие крики.

– «Слушайте… Как не стыдно вам прятаться здесь, пока простым людям угрожает опасность? Может выйдете, поможете, а то тесновато» скалился хвостатый, обнимая громоздкий меч.

– «Не стыдно. На всё воля Белой Звезды, и вообще… Может присоединитесь к сорок первому крестовому походу?» собеседник достал из-за пазухи бланк с именами.

– «Откажусь» открестился скиталец.

– «Жаль. А вы?» проповедник ткнул бланком в кучу мусора, на поверку оказавшуюся отлично замаскировавшимся человеком.

– «Мне не до того, я мусорный пакетик» сухо пробубнил индивид. На его шее болтался металлический жетон, содержащий следующую информацию: «Гильдия Наёмников. Сергей Пик. Третий Ранг». Янтарный оборванец подметил: «Что ж. Сразу видно бывалого гильдийца».

– «Может знаешь ты, что происходит?» спросил Церковник у наёмника.

– «Нежить напала на город. Около пяти особей. Крупные. Не знаю откуда взялись, но точно известно, что идут к карьеру» отвечал замаскированный.

– «Чё им там надо?» выгнул бровь красно-пепельный.

– «Раньше в этом карьере добывали энергетические кристаллы, поэтому от него до сих пор исходит сильный магический фон. А все монстры по своей природе тянутся к источникам энергии, особенно те, что появились в результате магического воздействия. Сам должен знать» пояснил собеседник.

– «Хм-м… Может это прост бродячая толпа?» задумался проходимец.

– «Может. Хотя я думаю, что тут замешаны МОРовцы. Наверняка опять какие-то свои эксперименты ставят. Я их видел до начала паники, и они что-то мутили... В любом случае солдаты справятся, а я пока тут посижу» гильдиец туже закутался в мусор.

Трусливо отсидевшись в мусорном баке пока шум не стих, Кай вылез, лицезрев улицу, залитую густой тёмной жижей, от которой исходит нестерпимый смрад разложения. Пройдя чуть дальше, он стал свидетелем следующей картины: по брусчатке размазано тело молодого гильдийца, труп второго торчит из окна, третий, со слезами на глазах пытается привести четвёртого в сознание, игнорируя обширную алую лужу под головой.

– «Эй ты, помоги! Нужен бинт, перевязать ему ногу!» воскликнул шокированный парень, заметив оборванца.

– «Почему обязательно бинт? Сними свою кофту и перетяни. А лучше ремень» без интереса произнёс хвостатый.

– «А! Да, точно!» юный воитель закопошился, пытаясь снять ремень. Ему удалось это сделать, но лишь вместе со штанами. Дрожащие руки принялись сумбурно мотать ремень вокруг ноги. Кай внимательней пригляделся к раненному, заметив, что, вдобавок к луже под головой тот ещё и не дышит:

– «Можешь не торопиться. Он всё равно уже мёртв».

– «Как?» глаза парнишки округлились.

– «Вот так» пожал плечами бродяга, оставив позади храброго воина со спущенными штанами, что застыл среди трупов друзей.

По пути Кай отыскал представителей МОРа в очередной подворотне. Он замер за углом, решив подслушать беседу.

– «…Это твой косяк!» кричали из-за угла.

– «Да откуда ж я знал, что некропаты взбесятся!?» отвечал другой.

– «Надо было лучше их контролировать, ты же сраный некромант! Или вообще тогда не поднимать трупы! Мы бы, итак, ту суку ликвидировали, а теперь она сбежала! Как мы перед начальством будем оправдываться?» злобно произнёс первый.

– «Никуда она не сбежала! Пока… Баба и СМВшник в лесу сидят. Нужно быстрее за ними отправляться! Отработаем как надо, устраним полулюдку, доставим тело СМВшника нашим, и ни перед кем не придётся оправдываться!» говорил второй.

– «Дело не в отработке! Дело в том, что за СМВшником уже охотятся! При чём не кто-то, а маг огня. Я узнала этого с красными волосами, он во время резни в Академии Молчаливого Порицания очень ярко себя проявил. Нужно его опасаться, а по-хорошему вообще убить» хрипела немолодая дама.

– «За печень огненного мага можно выручить солидные деньги… Сколько их осталось в мире? Три, может четыре? Почему ты не сказала в корчме, когда был шанс напасть внезапно?» рассуждал первый.

– «Потому что ты, дегенерат, решил выяснить отношения с тем Церковником, и я вас растаскивала по углам. Как-то не нашлось времени особо разглядывать! А утром он просто отправил в кому рыцаря и ушёл дворами» хрипела собеседница.

– «Чё ты там сказала!? Кто я!?» вспылил мужчина.

– «Кретин, который не способен выполнять приказы и держать себя в руках! Ещё и удостоверение потерял!» кричала она.

– «Эй, коллеги, а что это за огонёк?» прервал спорщиков МОРовец.

– «Какой ещё…» голос дамы утонул во взрыве. Огонь опалил стены подворотни, разметав всюду перекопчённое месиво.

Левый глаз пронзила резкая боль, пройдя столь же стремительно, сколь и начавшись.

– «Надо быстрее завершать дела в городе и валить» цыкнул языком хвостатый, удаляясь прочь. Время подходило к полудню, он направился на кладбище.

2-10

Крис пришла на место встречи заранее и уже начала скучать, перечитывая одни и те же абзацы унылого учебника по колдовству. Наконец на горизонте появился так долго ожидаемый друг.

– «О! Кай…» махнула она рукой: «Ты где это в малиновом варенье изгваздался?».

– «Ну знаешь как оно бывает: сижу я, пью поскенурский чай из своей золотой чашки, закусываю горячими блинами с вареньем, и вдруг…» усмехнулся он.

– «Хм… Ты точно уверен, что тут ни причём, скажем… Некий рыцарь? Что никто не устраивал показательную казнь своими кулаками перед кучей свидетелей?» выгнула бровь девушка.

– «А он что, в итоге умер? Хе… Ну, туда и дорога» скалился оборванец.

– «Ка̀йризе!» воскликнула Кристина.

– «Чего, бабуль? Ну сорвался, с кем не бывает…» отвёл взгляд хвостатый.

– «Ух-х…» поморщилась подруга: «Хочешь поговорить о своей проблеме с рыцарями?».

– «У меня нет с ними никакой проблемы» развёл руками он.

– «Проблемы с контролем гнева... Прошло уже много времени, пора бы начинать двигаться дальше» произнесла голубоглазая.

– «Я отлично контролирую свой гнев. Просто нужно было заработать денег» раздражённо отвечал Кай.

– «Ты ему разорвал лицо, раздробил челюсть, и выбил глаз! Он еда выжил! Не похоже это на простой заработок денег» подметила девушка.

– «А что, я должен был его нежно погладить, уложить в постельку, и прочитать сказку на ночь? Это бой, и в бою не место жалости. Всё, закрыли тему» отмахнулся зубоскал.

Колдунья зевнула, потянулась всем телом, длинные ушки непроизвольно затрепетали.

– «Ладно. Лови» она запустила товарищу в руки тяжёлый томик Тёмной Магии Для Чайников, после чего слезла с ограды: «Книга в коллекцию, как и обещала»

– «Спасибо» кивнул он, убирая книгу.

– «Кстати, а что у тебя с левым глазом?» спросила Крис, пристально разглядывая бледное лицо.

– «В смысле?» напрягся красно-пепельный.

– «Ну, он у тебя какой-то… Стеклянный что ли? Будто смотрит в никуда» призадумалась она.

– «Не знаю, может…» осёкся Кай, ощупав веко. Внезапно наступило понимание – видит лишь правый глаз, а левый полностью слеп.

– «Дьявол… Кажется я ослеп на один глаз» констатировал собеседник.

– «Ты сегодня использовал магию?» спросила седая.

– «Разжигал костёр, подкуривал… Использовал взрыв разочек» он как бы невзначай протараторил последнюю фразу.

– «Понятно» низкая дева ткнула друга в грудь: «Я же говорила не колдовать хотя бы один день! Из-за слишком частой траты чрезмерного количества энергии и постоянного достижения миазматической недостаточности ты травмировал глаз. Радуйся, что только его, ведь могли начаться проблемы с сердцем, почками, да чем угодно!».

– «Получается я теперь пират навсегда? Пятнадцать человек на сундук мертвеца?» в несерьёзной манере спросил собеседник.

– «Нет. Тут скорее идёт речь о слове «вечность» изо льда… Зрение должно восстановиться со временем, но только если перестанешь колдовать на износ. У всех нормальных магов есть рефлекс, заставляющий временно терять дееспособность при достижении миазматической недостаточнсоти, но такие как ты, с Мутацией Хатиса, его лишены. И это не значит, что нужно бездумно колдовать во все стороны, пользуясь своим резервным запасом энергии! Это опасно! О-п-а-с-н-о! Что непонятного? Просто следи за уровнем миазмов, и не позволяй ему опуститься ниже рабочей зоны» разъясняла дама.

– «Ясно, значит зрение вернётся. Эт хорошо» бросил хвостатый.

– «Ты меня слышал? Не колдуй!» сотрясала воздух она.

– «Угу, как скажешь» выдал скиталец.

– «Эх-х…» тяжело вздохнула низкая особа: «Как же до тебя достучаться-то… Смотри, тебе больно, когда начинается миазматическая недостаточность. Так зачем колдовать когда больно? Это явная индикация, позволяющая понять, что организму плохо».

Подул ветер. Где-то далеко вспорхнули птицы.

– «Да там лёгкое пощипывание, ничего особенного» отмахнулся Кай, зашагав в сторону кладбищенских ворот.

– «Не лёгкое! Вообще ни разу!» заявила спутница.

– «Ты с чего взяла? У тебя Клейма Чёрного Полумесяца нет» сказал он.

– «Я знаю много колдунов с Клей… С Мутацией Хатиса. И все как один твердят, что это невыносимо больно!» воскликнула голубоглазая.

– «Бывало и хуже» усмехнулся оборванец, бросив взгляд на костлявые пальцы, крепко сжимающие рукоять меча: «Скажем так: специфика моей профессии подразумевает, что я постоянно рискую. Либо ты помираешь в лапах очередной твари, либо используешь магию и постепенно становишься инвалидом, либо придумываешь какой-то третий вариант, который вполне может быть намного хуже двух предыдущих. Я постараюсь – всё что могу обещать. Да и стоят ли обещания хоть сколько-то?».

Углубившись в пределы старого кладбища, товарищи могли лицезреть последствия вчерашнего сражения: десятки больших и малых воронок, оставленных взрывами, всюду обломки каменных надгробий, повсеместно валяются фрагменты покойников. Среди уцелевших могил слонялись с умным видом несколько человек, вооружённые чем попало. Местную дружину возглавлял низкий старик с круглым пузом, облачённый в старый зелёный камзол.

– «Добрый день, господин Эншес!» Кристодинель поприветствовала старика.

– «О-о! Кристина, душенька, вот вы где!» Встрепенулся дед. Он заметно обрадовался появлению девушки, но встретившись взглядом с её спутником, тут же поостыл.

– «И чего здесь происходит?» спросила дама. Старичок, оглядевшись, промокнул лоб платочком, затем начал рассказ:

– «Тут ночью свершалось форменное бесчинство! Вандалы пробрались на кладбище, и затеяли драку. Я думаю, что это могли быть… Кхем… Огненные ведьмы. Скорее всего МОРовские. То-то они так шатаются по городу, всё высматривают чёй-то. Подумайте только: в Печках, и огненные ведьмы! Боже, за что нам эта напасть… Мы с ребятами провели небольшое расследование, выяснив, что они дрались толи с чудовищем, толи друг с другом, а возможно всё вместе. Наверное, хотели его убить, разделать, все ценные органы перепродать на зелья и прочую чепуху, да чего-то не поделили… Кстати, а что это за господин с вами?». Кай отписал небрежный поклон, и представился:

– «Александр Сов. Странствующий убийца чудовищ. Рад знакомству». Староста кивнул:

– «Я Фридрих Эншес – староста. Вы теперь вместе монстра изводить будете?».

Не успели двое дать ответ, как к диалогу резко подключилась новая персона. Молодая девчушка в чистеньком наряде, состоящем из богато украшенной юбки, не доходящей до колен, приталенной кофточки с длинными манжетами и глубоким декольте, а также кожаных сапог на каблуках. Поясной ремень удерживает чехол с изогнутым металлическим жезлом. Зелёные глаза, ясное лицо, русые волосы, и острые уши, намного длиннее, нежели у Кристины, что уходят больше вверх, плотно прилегая к голове.

– «Да чего эти бездомные изведут…» начала она: «…Только себя покалечат, и монстра спугнут. Лучше оставьте это дело профессионалам!».

– «Ты ещё, что за недоразумение…» буркнула Крис. Оборванец же пригляделся к лицу нахалки:

– «Где-то я тебя уже видел».

– «Как смеешь ты, безродный, так обращаться к чистокровному Элькамису, ещё и дворянке! На колени!» вскрикнула девушка.

– «А, точно… Это ты в меня сегодня утром врезалась, осуществив вольный пересказ всей моей родословной в весьма негативном ключе. Не хочешь извиниться?» проговорил Кай. Нахальная особа сделала удивлённое лицо, и, чуть ли не захлёбываясь воздухом заявила:

– «Извинения? Перед безродным? Это, должно быть, шутка! Ты хоть знаешь кто я!?».

– «Не знаю, госпожа. Просветишь дурака?» он сверкнул клыками, угрожающе нависнув над собеседницей.

– «Я седьмая дочь семьи Зинцваер, Менрил де Фусдас из Пенилока» не унималась она. Красно-пепельный внушительно кивнул:

– «Понимаю. Далековато ты забрела от Пенилока. Наверное, у вас там свои порядки, но в остальном мире не принято прямо в лицо хаять полулюдей, держащих на плече почти центнер металла. Ведь очень неловко выйдет, если я расстроюсь и случайно уроню свой меч на кого-то». В ответ донеслось гневное:

– «Да как ты!? Да я… Связи! В порошок сотру!».

– «Угу-угу, смотри со злости не обосрись, госпожа» ухмылялся бродяга.

– «Так. Стоп…» вмешалась колдунья: «Уважаемая, тебе чего надо? Я уже заключила контракт на убийство монстра, и сейчас его выполняю, а ты мне мешаешь». Владелица весьма непрактичного наряда пару раз глубоко вздохнула, успокаиваясь, и выдала:

– «Уже нет. Я, на правах дворянского происхождения, отбираю у тебя этот заказ. Гуляй, старушка…». Староста услужливо закивал:

– «Да-да, всё так. Госпожа Менрил, тут выяснилось, что монстра недавно видели на другом конце города, у лавки портного. Не могли бы вы…». Нахалка прервала его:

– «Так чё ты сразу не сказал, пень плесневый! Я побежала!», и пулей рванула прочь.

Трое переглянулись.

– «Я оченно извиняюсь за юную госпожу. Молодая кровь, приключений захотелось – сами понимаете. Пускай пока побегает по городу, всяко безопасней, да и вас отвлекать от охоты не будет» объяснился глава.

– «Понимаю. А что она вообще забыла в Печках?» пробурчал недовольный пройдоха.

– «Я, честно говоря, ума не приложу. Госпожа Менрил просто появилась в нашем городке, и принялась наводить свои порядки: то ведро в колодец уронит, то торговцев начнёт поучать, то наёмников раззадорит. М-да… Беда» вздохнул старик.

– «Вас часом не интересует разрешение этой беды за скромную плату?» выгнул бровь хвостатый.

– «Да что вы, Белая Звезда упаси!» встрепенулся глава.

– «Хм-м… Тогда вам точно покажется выгодным, если за скромную сумму ваша беда не разрешится» скалился бродяга.

– «Э-э-э… Ха-ха. Да…» неловко засмеялся староста, стараясь свести сказанное в шутку.

Кай хотел было открыть рот, однако его прервала подруга, ударив кулачком в грудь:

– «Да уймись ты, зубастый чёрт. У нас есть работа».

– «Ах, да, работа…» выдал он: «Староста, я слышал у вас были разногласия с ныне покойным кузнецом. Какого именно рода?».

– «Ч-что? Зачем вам это?» переспросил Фридрих.

– «Важно для дела» сказал оборванец.

– «Каким образом мои взаимоотношения с Михалычем относятся к убийству монстра?» хмыкнул глава.

– «Прямым. Его мог убить монстр, и теперь вы в опасности» загадочно изрёк проходимец.

– «Как? В смысле?» нахмурился староста.

– «Вас связывает общее негативное миазматическое поле…» вмешалась Кристина: «Как мы знаем, миазмы – это магическая энергия, содержащаяся во всём, и на них могут оказывать определённое влияние эмоции. Некоторые монстры очень чувствительны к изменению в миазматическом фоне. Понимаете?».

– «Э-э… Да!» неуверенно кивнул находящийся в прострации старик.

– «Если понимаете, то должны рассказать, что за конфликт между вами был» скрестила руки на груди низкая дева.

– «И показать подошву ботинок» подсуетился товарищ.

– «Х-хорошо» начал Фридрих: «Дело в том, что после смерти жены Михалыч начал пить. А я не хотел, чтобы такие руки сгубило пьянство, поэтому часто приходил к нему и подолгу спорил. Иногда очень громко и сильно. Не раз конфисковал у него выпивку. В конце концов кузнец начал считать меня своим врагом… Эх-х, сивушная ты голова, и как мы теперь без кузнеца…».

– «Так. Суть мы поняли, теперь покажите сапоги» с умным видом изрёк красно-пепельный.

– «Пожалуйста» добавила Крис.

Глава неуклюже задрал ногу, показывая обувь. Кай пристально оглядел подошву, после чего аккуратно приобнял подругу за плечо, и, отойдя в сторонку, прошептал:

– «Подошва один в один как на месте преступления, силой он, по виду, не блещет. Единственное, что у него очень дорогой парфюм… Только льёт на себя без меры, как и большинство людей».

– «Староста? Да ты его видел? Он не похож на того, кто способен убить человека» сказала девушка.

– «Не похож. Но сапог явно тот самый» задумался зубастый парень.

Красно-пепельный резко развернулся, произнеся:

– «Фридрих Эншес, вы нам сами скажете в чём провинились, или рассмотрение этого дела перейдёт в МОР?».

– «А?» выпучил глаза бедный старик.

– «Не делай такое лицо, старче. Мы ведь не тупые» он хищно облизнул потрескавшиеся губы, сверкнув кошмарными клыками.

– «А? Я? Я… Да, я брал взятки от Церковников, но делал это только ради семьи! Помилуйте, господин, у меня внуки!» взмолился старик.

– «Я не об этом» костлявая лапа небрежно погладила гротескный клинок на плече.

– «Да, это я украл бюджет, выделенный на постройку статуи бармипаса! Но помилуйте, у нас в Печках никогда бармирогов не разводили, зачем же ей здесь стоять!?» продолжал глава.

– «И не об этом» чуть менее угрожающе сказал оборванец.

– «Да, это я покровительствовал корчмарю, когда он писал ту надпись на стене! Но вы не подумайте, про парашу – то шутка, не боле!» воскликнул Фридрих.

– «Не то!» прикрикнул хвостатый.

– «Да, я подглядывал за старухой Урсулой, но из чистого любопытства!» бедолага упал на колени.

– «Чё ты дел… Ай, да не об этом я тебя спрашиваю!» слегка опешил дознаватель.

– «А о чём тогда?» жалобно буркнул староста.

– «Сапоги твои!» раздражённо покачал головой он.

– «А, это… Так чё ж вы сразу… Я их у Игоря выменял, а тот в канаве нашёл. Говорит, что бродяжка местная сбросила, убегая. Коль полоумной бабе они не нужны, то ладному мужичку сгодятся. В МОР из-за этого что ль обращаться?» признался дед.

– «Понял, благодарю за содействие» резко сменился в тоне пройдоха: «А тут где-нибудь осталось что-то от монстра?»

Фридрих Эншес растерянно указал на прикрытый тканью кусок плоти, и Кай, отписав вольный поклон, удалился. Низкая спутница, обронив:

– «Прошу его простить! Ветеран, на войне шестопёром по голове получил», торопливо засеменила следом.

– «Чего только на свете не увидишь» промокнул лоб глава, глядя как странный бродяга обнюхивает рваную лапу монстра, после чего бодро удаляется в кустарник, волоча за собой подругу…

Кристина отвела от лица большую ветку:

– «…Удобно иметь такой нюх».

– «С одной стороны да, с другой нет. Не очень приятно постоянно чуять чужой смрад за несколько десятков метров. Ещё и у каждого свой специфический запах… Ну ты сама должна понимать о чём я…» отвечал Кай, сапогом сломав тоненькое деревце, преградившее путь.

– «Угу… Кстати, а у меня есть какой-нибудь специфический запах? Ты так за столько лет и не удосуживался дать вменяемый ответ» спросила она, магией подморозив глинистую жижу под ногой.

– «Чем пахнешь – тем пахнешь. Давай закроем эту тему» бросил он, спрыгнув с земляной насыпи.

– «Ладно, так уж и быть. Позволю тебе хранить свои грязные мысли при себе…» усмехнулась девушка, аккуратно проследовав за оборванцем.

– «Кстати, ловко ты наплела старикану про магические поля и привязку» заявил красно-пепельный. Спутница чуть погодя горделиво ответила:

– «А то! Правда это была ложь наполовину, да и не совсем ложь… В общем, что бы ты без меня делал!?».

– «Сказал бы, что его преследует призрак кузнеца, и ему жизненно важно рассказать всю историю их противостояния» он пожал плечами.

– «Эм-м… Ну… Звучит слишком… Да. Так что там со стрелком, прикрывавшим СМВшника?» резко сменила тему подруга.

– «Всё просто» Кай вытащил колючку из волос: «Помнишь ту бездомную бродяжку, которую ваша светлость спасла от избиения камнями? Это она нам тогда устроила обстрел на кладбище, я узнал её. А ещё из слов старосты становится ясно, что именно она грохнула кузнеца. Также известно, что она чем-то помешала МОРовцам» бросил оборванец.

– «Я… Ну я же не знала, что всё так обернётся» развела руками барышня.

– «Незнание не уберегает от последствий, Кристодинель…» выдал хвостатый. Нюх трубил, что искомый монстр уже близко.

Наконец друзья вышли к ветхой бревенчатой лачуге, расположившейся аккурат посреди леса.

– «Что это за избушка?» прошептала девушка, потянувшись к клинкам.

– «Хрен знает. Может сторожка лесника» тихо ответил длинноволосый компаньон, а затем добавил: «Запах ведёт в халупу».

– «Слушай, я кажется ножики потеряла…» выдала она.

– «Я не удивлён. Наверное, в корчме забыла. Сейчас от тебя требуется только магия» проронил оборванец.

Они медленно подкрались к домику и замерли, наблюдая следующую картину: вместо входа одна из стен имеет приличных размеров дыру, сквозь которую отлично просматривается вчерашний противник. Он едва помещается средь старинного убранства. Уродливое тело свернулось калачиком, отрубленная лапа поджата, пробитый бок перемотан грязным тряпьём. «Тяжело дышит. Скоро умрёт» прикинул Кай, алчно пожирая жертву взглядом.

Рядом с отродьем расположилась небольшая фигура в лохмотьях. Её конечности периодически пробивали судороги. Хвостатый жестом приказал подруге использовать магию. Та сделала крест руками, отказываясь.

– «Быстрей, накрой их магией!» агрессивно шептал он.

– «Но… Но там человек» неуверенно отвечала она.

– «И? Во-первых, это получеловек, во-вторых, она на нас напала, а в-третьих, либо ты прикончишь бедняжку сейчас, либо её добьёт твой же яд» заявил спутник.

– «Но тот яд действует моментально, он бы её уже давно убил! Может она нашла противоядие…» мямлила девушка.

– «Крис, она безродная! У нас, безродных, каких только мутаций нет. Ну промучается она чуть дольше, чем другие, и? Зачем ты вообще её травила, раз не собиралась убивать?» произнёс хвостатый.

– «Я… Но ведь она даже не сопротивляется» спрятала взгляд голубоглазая.

– «То есть если она пытается нас грохнуть, то убийство внезапно перестаёт быть убийством? Подруга моя, кровь на руках – есть кровь на руках, кого бы и при каких обстоятельствах ты не убила!» сказал красно-пепельный.

– «Понимаю, но… Убивать беззащитных – это…» запнулась седая.

– «Короче, смотри: либо ты сейчас используешь магию, и убиваешь её, либо я создаю взрыв, но сам при этом помираю от миазматической недостаточности» предложил проходимец.

– «Давай я попробую как-то аккуратно прицелится, и не задеть девушку…» предложила собеседница.

Тем временем фигура в лохмотьях очнулась, окинула взглядом спорщиков, и с усилием встав, сделала несколько неуверенных шажков в их сторону.

– «О! Прекрасно! Она очнулась. Ну давай, попробуй устроить переговоры» покачал головой хвостатый.

– «Охотники…» слабым голосом произнесла нищенка: «Оставьте нас…».

– «Кто ты? Зачем помогаешь монстру, и почему он тебя не трогает?» спросила Кристина.

– «Я… Живу уже очень долго. Может четыреста, может пятьсот лет… Я настолько старая, что застала Вторую Вспышку СМВ. И он застал» оборванная девушка указала на дремлющую тварь.

– «Так и кто ты? Зачем его защищаешь?» развела руками голубоглазая.

– «Он – единственное, что у меня осталось спустя столько лет… Ты ещё молода, судя по всему… Кхе-кхе… Знай же, что тебе, как получеловеку, суждено пережить всех своих друзей и знакомых. Ты будешь жить, сменяя века, и видя ото дня ко дню одни злые лица, в которых нет ни капли тепла, только суета и животная тупость. Люди как мухи, живущие свои жалкие крохи, пытаясь всё успеть. Им не хватает времени, чтобы понять… Они обитают в своём зверином мирке, в цикле удовольствия и потребности превосходить кого-то… Я здесь чужая, и единственный, кто мне нужен – это он» объяснялась нищенка.

– «Но он же ест людей! Это СМВшник, и в нём нет ничего людского! То, что он тебя до сих пор не убил – чудо. Простая случайность. Систематическая погрешность! Он – чудовище!» воскликнула Кристина.

– «А твой друг?» криво усмехнулась собеседница: «Видела я как этот зубастый убивает людей. Видела с какой жестокостью и циничностью он это делает. Видела его глаза, алчущие крови. Чем он не чудовище?»

– «Кай… Кай… Он не… Ведь…» запуталась колдунья.

– «Так» красно-пепельный спустил с плеча стальную пластину: «Вижу, ваш разговор зашёл в тупик. Пора заканчивать».

Внезапно вперёд нищенки вырвался раненый монстр и застыл, ощерив мерзкую пасть. Кай мгновенно отреагировал, встав между подругой и тварью. Янтарные глаза загорелись. Секунда, и оба пришли в движение: глотка СМВшника зашлась красным сиянием, в воздух поднялись камни, а красно-пепельный подскочил, нанеся размашистый удар.

Лесную траву обагрила желтоватая кровь, затем на неё с глухим чавканьем плюхнулась массивная голова в рваном противогазе.

– «Нет… Нет…» нищенка с пустым взглядом упала на колени: «Не оставляй меня одну, я не выживу. Я не хочу так жить. Я люблю тебя…». По старому лицу, лишённому малейших признаков прожитых веков, прокатилась слеза, изо рта тянулась красноватая пена, конечности пробивала судорога. Кай машинально ощерился, утирая лицо рукавом. Абсолютно безрадостная улыбка и мёртвый взгляд, заполненный остатками огня. Как, впрочем, и всегда. Замах, удар. Голова древнего создания отлетает в сторону, а тело падает к туше убиенного монстра.

Смахнув кровь с лезвия, красно-пепельный воткнул его в землю и окинул взглядом спутницу. Она круглыми глазами пялилась на него.

– «Кай, ты весь в крови» медленно произнесла она. Оборванец оглядел себя с ног до головы, и, пожав плечами, ответил:

– «Похоже на то». С неба на красную макушку упала первая капелька грядущего дождя.

– «Что-то… Мне… Дурно» девушка сгорбилась, прикрыв рот рукой. Прежде чем товарищ успел подойти, Кристина упала на колени, едва сдерживая тошноту.

– «Ты как?» спросил хвостатый. Она подняла взгляд, увидев, что пала прямо перед отделённой головой монстра. Её взгляд сконцентрировался на мутном глазе за разбитым стеклом противогаза.

Более дама не могла сдерживаться. Янтарный бродяга поморщился, наблюдая жалкое положение подруги. Он присел рядом, удерживая седые волосы от попадания в лицо.

Наконец девушке стало лучше. Она утёрла рот, затем слезящиеся глаза, после обратилась к спутнику:

– «Мне нужно посидеть».

– «Хорошо» донёсся ответ.

2-11

Двое путников молча сидели под густыми еловыми ветвями, прислонившись к стволу дерева. Дождь старательно отмывал молодую траву от крови, крупные капли ручейками стекали с громоздкого куска стали, воткнутого в землю, подобно уродливому надгробию.

– «Кай…» девушка первой нарушила молчание: «Почему монстр её защищал?». Янтарный путник, не поворачиваясь в её сторону, отвечал:

– «Потому что любил, наверное…». Девушка вновь спросила:

– «Но разве СМВшники могут любить? Магический вирус ведь убивает в них разум».

– «Спорный момент. Кто-то говорит, что убивает, кто-то, что подавляет, кто-то, что искажает… Большинство заражённых действительно просто монстры, однако то и дело попадаются более умные экземпляры. Одни устраивают ловушки, другие командуют собратьями, третьи даже магию могут использовать, как этот» хвостатый указал пальцем на труп твари.

– «Слушай, ведь та девушка права. Я получеловек и проживу очень долго. Переживу большинство друзей и знакомых, войду в новый век…» рассуждала подруга.

– «Ну ты не загадывай… Неровен час, тропинка под ногами наёмника оборвётся, и всё. Здравствуй Бездна, или что нас там ждёт после смерти. Пустота?» ухмыльнулся он.

– «С другой стороны ты прав» дама откинула голову назад, разглядывая еловые ветки.

– «И не забывай, что я вообще-то тоже получеловек, то есть просто так от тебя не отцеплюсь» подметил товарищ.

– «Да, точно. Как я могла забыть» печально улыбнулась она: «Пожалуйста, не стань таким же как он…».

– «Ты о чём?» выгнул бровь зубоскал.

– «Ты понимаешь о чём я, не глупый» бросила седая.

– «Совершенно нет. Я, знаешь ли, малость туповат» отвечал Кай.

Ещё несколько минут тишины прервал бродяга:

– «Пока выпала возможность может посмотришь на моё проклятье?».

– «Да, спасибо что напомнил» кивнула девушка. Она скомандовала:

– «Повернись спиной». Он исполнил указание, получив уточняющий комментарий:

– «Спину держи прямо, не горбись, волосы убери вбок».

Кристина сделала глубокий вдох, окинув пристальным взглядом спину друга. Абсолютно белые зрачки, занимающие своё законное место посреди бирюзовых очей, резко увеличились. Радужку разбили на равные секторы белёсые чёрточки, расходящиеся из зрачка. Несколько секунд напряжённого изучения, и спокойное выражение лица девушки резко сменилось растерянным.

– «Кай, а как именно на тебя наложила проклятье та ведьма?» поинтересовалась она.

– «А вот ты и дошла до самого интересного…» выдал Кай: «Она не использовала стандартную форму наложения заклинания. Просто крикнула: «Чтоб ты сдох!». Вот так».

– «Чёрт… Ты уверен? Может она утайкой использовала Аудиалку, прошептав заклинание, или Кинетику, махнув рукой? Возможно, применяла Безмолвно-Антикенетический метод создания заклинаний, как ты сам?» спрашивала дама.

– «Аудиалки и Кинетики там точно не было, а Безмолвно-Антикинетический, он на то Безмолвный, Антикинетический, что не требует ни произносить заклинание, ни выписывать пассы руками, соответственно распознать его трудно. Но я думаю, что всё же это была нестандартная форма наложения заклинаний» рассуждал он.

– «Кай, всё очень плохо…» протянула колдунья: «Ведьма должна быть очень могущественной и всей душой тебя ненавидеть, чтобы посредством простого выкрика наложить такое… Это даже не проклятье, это аномалия. Я, честно, ума не приложу как снимать такое. Ведь аномалии, в отличие от проклятий, практически невозможно снять из-за нечеловеческой логики их структуры. Только наложить поверх другое проклятье, скомпенсировав эффект аномалии, но это работает с каким-нибудь сараем или болотом. Как себя покажет данный метод на живом существе неизвестно. Думаю, тебе действительно нужно ехать в Берденбрём к профессору».

– «Эх-х… Вот как? Что ж, спасибо и на том» махнул рукой красно-пепельный.

Друзья замолкли, вновь прижавшись спинами к стволу дерева. Дождь всё никак не прекращался. Выставленный за пределы елового навеса сапог мок под тяжёлыми каплями. «Значит даже она ничего не может сделать. Печально. Ну ладно… Хоть Кристина очень хорошо разбирается в теории, у профессора всяко опыта больше. Если и он не сможет… То значит придётся обойтись без магии. Всё равно… Даже так… Я во что бы то ни стало доберусь до Габриэля… Даже с того света верну ему должок…» Кай погрузился в свои мысли. Из которых вскоре оказался выведен подругой:

– «Слушай, а может пойдёшь с нами? Со мной и девчонками. Вместе веселей, никакое проклятье не страшно».

– «Я не боюсь. Уже давно. Спасибо за предложение, но предпочту отказаться» бросил он.

– «Ясно. Ну раз так…» столь очевидный ответ её немного опечалил, однако она решила не подавать вида.

– «Да ладно, не расстраивайся. Ещё сто раз по пути пересечёмся, чует моё чёрное сердце!» янтарный скиталец ободряюще толкнул подругу в плечо.

– «И вовсе я не расстраиваюсь! Мне только в счастье твою зубастую ухмылку не видеть» улыбнулась девушка.

– «Вот эту?» он демонстративно сверкнул клыками.

– «Её самую» Кристина, дразня, показала свой длинный змеиный язык.

Компаньоны просидели под елью ещё некоторое время, пока внезапный дождь не иссяк. Они двинули в городок: одноглазый взвалил на одно плечо тяжеленую металлическую плиту, а на другое огромную голову. Девушка же шла налегке, наотрез отказываясь разделять ношу друга.

Путь назад занял около часа. День потихоньку клонится к ночи. Двое путников стояли на пороге богатого с виду дома старосты.

– «А-а, это вы, Кристиночка! Проходите-проходите!» обрадовался старик, завидев даму в дверях. Затем его взгляд пал на оборванца, и с лица пропала улыбка.

– «Работа выполнена» хвостатый бросил голову твари на дубовый пол. Староста вздрогнул, едва сдержав крик ужаса.

– «А теперь время поговорить о деньгах» слегка ухмыльнулся он…

На резной стол упали кругленькие монеты различного номинала и несколько потёртых купюр. Девушка мимолётно подсчитала сумму, заявив:

– «Мы договаривались на десять тысяч марок. Где ещё две?».

– «Видите ли… Бедные мы люди, деньжат совсем нет. Кузнец, бедняга, скончался. Дочурке его помочь пришлось, костюм на похороны купить, гроб заказать, священнику за обряд заплатить. Словом, надобно было откуда-то средства взять, поэтому награду урезали маленько…» оправдывался глава. Она принялась спорить с заказчиком.

Скитальцу сей спор быстро наскучил, и он вмешался:

– «Старче… У тебя наверняка наберётся необходимая сумма из личных сбережений… Уважь наёмников, мы вообще-то жизнями рискуем».

– «Нет значит нет!» мотнул головой дед.

– «Ну как скажешь…» усмехнулся бродяга. Над его указательным пальцем воспылал крошечный огонёк. Староста выпучил глаза:

– «Мамочки! Огненный маг!». Он принялся отступать назад, пока не уткнулся в стену, по которой сполз. Зубастый индивид приблизился:

– «Хвалю за догадливость… Большинству не суждено увидеть огненного мага хоть раз, а ты вон какой везучий. И если не хочешь, чтобы моё лицо было последним, что увидишь в своей жизни, то будь добр – доплати оставшуюся часть оговоренной суммы, и ещё тысячу сверху».

Без лишних препираний мужичок расстался с деньгами. Крис, натянув капюшон, юркнула в дверной проём, а Кай нарочито официально поклонился, напоследок одарив хозяина глумливым оскалом.

Холодный ветерок колыхнул траву. На берегу карьера виднелись следы битвы: земля утыкана цельнометаллическими болтами, могучий дуб залит чёрной маслянистой кровью, а из мутной воды, подобно коряге, торчит скрюченная облезлая рука, покрытая свежими ранами. Тут же стояли четыре фигуры.

– «Так. Ножики я забрала. Продукты купила. Карту обновила…» загибала пальцы Кристина.

– «И перчатки потеряла» прибавил Кай.

– «А? Точно! Где они!?» моргала девушка, глядя на свои голые руки.

– «У меня» парень вернул подруге пропажу: «Ты их потеряла в… Ай, да какая разница».

– «Спасибо» задорно кивнула она, натягивая перчатки.

– «Похоже настало время прощаться…» буркнул бродяга.

– «Угу» ответила Крис, добавив: «Дорогу до Берденбрёма-то хоть найдёшь?».

– «Один торгаш показал куда идти, думаю не потеряюсь…» бросил он, затем воткнул уродливую сталь в землю, и протянул руку, затянутую кожаной перчаткой. Девушка, проигнорировав сей жест, заключила друга в объятья.

– «Смотри, не помри до следующей встречи» прошептала она. Ответ был получен незамедлительно:

– «И не надейся».

Друзья так простояли ещё несколько секунд. Внезапно парень указал на водную гладь, воскликнув:

– «Глянь! Чё это!?». Колдунья повернулась к воде, и, силясь там что-то рассмотреть, наклонилась.

– «Спасибо за душ, подруга!» негодяй толкнул её ногой в карьер.

– «Давайте!» он махнул рукой двум другим фигурам, спешно двинув прочь, опасаясь гнева повелительницы тины и водорослей. Вслед донеслось:

– «…Хвост выдерну!» …

Городок сильно оживился – это заметно издалека. Однако, дабы выйти на нужную дорогу придётся его вновь пересечь. «…И зачем я спалил магию перед старостой? Теперь через город не пройти, вон как жужжат его обитатели. Наверняка меня ищут… С другой стороны Крис старалась, выслеживала монстра. Мне-то эти две тысячи не всрались, а ей обидно. Ладно, что сделано – то сделано. Обходим Большие Печки лесом» размышлял бродяга.

Шмыгнув в заросли и пройдя около сотни метров, Кай наткнулся на патрулирующих местность солдат. Они что-то искали в густой траве.

– «…Командир, может всё-таки займёмся этим магом?» бросил один армеец.

– «Обратитесь по уставу, рядовой» цыкнул командир в фуражке.

– «Товарищ фельдфебель, разрешите обратиться!» солдат нарочито вытянулся по струнке, отдавая честь.

– «Три наряда вне очереди» отвечал главный.

– «Да за шо? Произвол!» возмутился армеец.

– «Это чтоб научился отличать фельдфебеля от младшего лейтенанта. Теперь обратился как положено!» потребовал человек в фуражке.

– «Товарищ младший лейтенант, разрешите обратиться!» отчеканил рядовой.

– «Отставить!» произнёс командир, сверяясь с часиками. Солдат раздосадовано упал на колени, вернувшись к поиску чего-то в траве.

– «Раскомандовался» злобно шепнул он.

– «Разговорчики!» погрозил пальцем главный: «Бойцы! У вас есть приказ – исполняйте. И устранение мага, какой бы стихии он ни был, в этот приказ не входит. Им займутся селюки, караулящие дальше в лесу».

Кай отполз на приличную дистанцию, прикинув: «Что-то я не горю желанием наткнуться на болт промеж глаз от случайного доходяги из кустов. Попробую пройти по краю города. Только нужно чем-то прикрыться». Он снял с бельевой верёвки сырой плащ с капюшоном, который, высушив досуха магией, поспешил надеть. Спустя несколько улиц, на пути встал патруль из восьми дружинников, проверяющий лица проходящих.

– «Эй, уважаемый, каж лицо!» крикнул дружинник. Бродяга резко свернул на другую улицу, углубляясь в город. «Они знают моё лицо? Нет, скорее цвет волос или глаз – мало у кого такие же. Чё бы придумать?» тянулись думы.

В голове мелькнула идея, которую хвосатый поспешно реализовал: сжёг на задворках сломанное кресло, вымазав волосы в саже, натянул на глаза тонкую повязку, и вынул из мусорного контейнера морёную деревяшку, использовав как трость.

Пройдоха брёл по улице, громко настукивая перед собой палочкой. Мимо пробежали бугаи с дубинами.

– «…Матвей видел его у ворот, быстрее!» громко кричал один из них.

– «Давай-давай, я за тобой!» поддакивал второй. Бегуны скрылись за поворотом, и затейник продолжил путь.

Далее довелось пройти мимо трёх бабушек, мирно беседующих на крылечке.

– «Говорят, что если истолочь сушёное сердце огненного мага, замочить в могильной воде, и съесть шесть щепоток под светом полной луны, то можно обрести молодость и бессмертие» повествовала первая.

– «А мне бабка рассказывала, что ей рассказывала её мать, мол коли вкусить печень огненного мага, то все боли уйдут навек» кряхтела вторая.

– «Это всё цветочки! Вот я от подруги слышала, что они в деревне изловили огненную ведьму, взяли глаза, три раза вымочили уксусе, три раза обнесли кругом дома, посолили крупной солью, и схоронили под полом. С тех пор любая беда дом обходит!» говорила третья.

Длинная улица вывела проходимца к большому столпотворению.

– «Эй, уважаемый, сними капюшон» гаркнул рябой мужичок с тяжёлым арбалетом.

– «Да, как скажете, господин» услужливо произнёс Кай, спустив капюшон: «Это ужас, что творится! Я думал, все маги огня давно померли». Постовой смерил хвостатого грозным взглядом, после чего, заметно расслабившись, вымолвил:

– «А то! Слыхал, что они одним взглядом могут испепелить. Надеюсь, маг уже свалил отсюда… Кстати, а что это у тебя подмышкой?» поинтересовался дружинник.

– «А, это… Это реквизит для спектакля. Я бродячий артист и немножко потерялся с труппой. Вы случайно не видели людей в пёстрых нарядах?» импровизировал плут.

– «Нет не видел… А как ты знаешь, что у твоих друзей наряды пёстрые, ты ж слепой?» простодушно усмехнулся мужчина.

– «Так я не всегда таким был. Одна ведьма подсобила» крутил хвостом красно-пепельный.

– «А. Понятно. Дай-ка реквизит потрогаю, уж больно реалистично выглядит!» воскликнул здоровяк, отставив арбалет.

– «Простите, но мне надо спешить» буркнул скиталец, намереваясь уйти.

– «Да ладно, я только потрогаю!» бросил постовой, резко вырвав стальную глыбу из рук хозяина. Бац! Уродливый металл оказался слишком тяжёл, чтобы его удержать.

– «А?» дружинник перевёл шокированный взгляд с упавшего меча на псевдо-слепца, что моментально нанёс ему удар под дых, выбивая воздух из диафрагмы.

Плотная толпа не заметила, как один из её участников осел на колени, получил лёгкий тычок чем-то острым в шею, и покинул сей бренный свет, а убийца, подобрав меч, двинул дальше.

Протискиваясь меж горланящих на все лады тел, оборванец быстро прикидывал: «Этот панику уже не поднимет. Чёртов меч мешает. Как я вообще оказался в самом центре улья? Надо двигаться». Внезапно кто-то выкрикнул:

– «Пожар!». Толпа пришла в движение. С криками и вздохами люди начали толкаться, пытаясь сбежать. Этим воспользовался скиталец, начав активно прорываться вперёд.

– «Тушите!» кричали люди.

– «Это маг поджёг!» катилось из уст в уста.

– «Сейчас потушим!» донеслось из недр столпотворения. Над улицей образовалась огромная капля воды, незамедлительно обрушившаяся на головы зевак. С окрашенных сажей волос смылась вся чернота.

– «Смотри куда прёшь!» высокий мужчина наступил на уголок накидки Кая, что незамедлительно порвалась.

Лишённый маскировки и промокший, беглец оказался вытолкнут на небольшой пятачок, где усердно вещал староста.

– «…Я честно отдал обещанную сумму, даже надбавил малька! А он как зыркнет, да весь пламенем нечестивым зашёлся, и говорит: «Отдавай всё, что есть, иначе тебя сожгу, а за тобой и весь город!». Ну, делать нечего, я, конечно запротестовал, мол как так, но деньги пришлось отдать… Ровно двадцать тысяч марок!».

Старик заметил чужака, и резко отскочив, отчаянно завопил:

– «Так вот он! Это маг огня!». Источник всеобщего переполоха моментально осознал ситуацию, в которой оказался. Оратор растворился среди людских силуэтов, а общий враг не своим голосом прорычал:

– «Разойдись, не то сожгу!». Как бы в подтверждение своих слов, он создал над ладонью яркий огонь.

По толпе прошёлся боязливый ропот, и та расступилась, образовывая проход. Красно-пепельный рванул к свободе, осознавая, что народ с каждой секундой храбреет.

– «…Так вот он какой… Страшный… Мамочки!» до чуть заострённого уха доносились отдельные обрывки фраз и реплик: «…Тварь… И как земля таких носит… Недочеловек, да ещё и маг огня… Видала я, как он ночью в подворотне ребёнка жрал… Омерзительное создание… Ублюдок он обычный, чё вы… Таких ещё в детстве топить надобно, чтоб потом проблем было меньше… Чего скалишься, урод… И на вилы его не грешно… Топориком… Погань… Чудовище… Сколько денег за него можно… Братцы, завалим гниду…».

Кай уже видел выход из толпы, оставалось пройти всего с десяток шагов, и он на свободе. Внезапно на глаза попалось опустошённое лицо дочки покойного кузнеца. С её губ сорвалось незатейливое:

– «Псина».

Бег сменился шагом. В конце концов хвостатый встал как вкопанный. Глаза округлились, а память воспылала старыми образами. «Псина… Псина… Псина…» отскакивало от стенок черепа… Наружу не вырвалась тёмная сторона Кая. Над ним не взяло верх проклятье. Его никто не заставлял, и он мог спокойно уйти, просто стерпев обиду, сдержав себя…

Последние закатные лучи отыграли, солнце за спиной потухло, уступив внезапно вспыхнувшему янтарному взору. Он медленно обернулся.

Дочка кузнеца стояла, напряжённо сжав кулачки, а рядом с ней хмурился бритый мальчуган. Среди множества искажённых злобой лиц на глаза попались рыжебородый корчмарь, старый лавочник, торговец книгами, барахольщик. Толпа чуть притихла, ощутив тяжесть пылающих очей. Шаг, ещё один, взмах стальной плитой, и заплаканное лицо рвётся надвое.

Кровь обагрила присутствующих. На миг воцарилась полная тишина, нарушаемая лишь дальними выкриками людей, до которых ещё не дошло известие о произошедшем. Резко, будто вырвавшаяся из механизма пружина, картина ожила. Вопли, паника, возня. Не все оказались готовы к такому развитию событий.

Трое крепких дружинников бросились к убийце. Первый даже не успел сообразить, как гротескный меч прорвал его объёмное пузо. Второй замахнулся булавой, однако юркий воитель ускользнул, толкнув третьего под удар. Булава с хрустом проминает череп дружинника, и тот падает замертво, а её владелец с ужасом наблюдает свои руки, запачканные в крови, после чего лишается их, разделяя участь товарища.

До чуть заострённого уха донеслось несколько щелчков со стороны. Грациозный отскок. Арбалетные болты со свистом пролетают мимо, жадно вгрызаясь в каменную мостовую. Двое арбалетчиков получше прицелились, в то время как убийца взял случайного прохожего в качестве живого щита. Стрелки скрипнули зубами, понимая, что открывать огонь нельзя, чем воспользовался янтарный воитель, сократив дистанцию. Первый опомнился, когда было слишком поздно, вогнав снаряд в живой щит, и распрощавшись с головой, а второй зажал курок до отказа, выпустив около восьми стальных дротиков, прошивших изрешетивших бедного заложника. Однако ни один болт так и не достиг цели. Хвостатый отпустил свой щит за секунду до фатального обстрела, подскочив к арбалетчику, и прорвав бок своим чудовищным оружием.

Тут же из ближайшего окна выскочил молодой парень с короткой саблей, принявшийся, неистово крича, ловко фехтовать. Оборванец, сохраняя молчание, сделал вид, будто собирается уклониться вправо, однако вместо этого завернул влево, поймав юношу на обманном манёвре. Сперва отважный мечник лишился ног, отлетев в сторону как тряпичная кукла, затем его голову размазал по брусчатке тяжёлый сапог.

Наперерез окровавленному чудовищу вышло пятеро местных жителей, вооружённых вилами. Позади стоял колдун с вычурным посохом наперевес. Отряд ополченцев попытался теснить своего врага. Мгновение, и простых людей заливает поток огня, заставляя кататься в агонии, а убийца, проскочив мимо них, устремился к магу, расценив его как наибольшую угрозу.

Вычурный посох сверкнул, волшебник рявкнул заклинание. В воздух поднялись десятки каменных шипов. Скиталец резко залетел в окно ближайшего здания. Стена содрогнулась под мощью магических шипов. Решив, что колдун будет ждать его появления из следующего окна, красно-пепельный запрыгнул на чердак. Здесь, среди пыли и хлама дрожали испуганные жители. Проигнорировав их, убийца выпрыгнул из чердачного окошка аккурат над магом. Уродливый металл вминает голову незадачливого волшебника в плечи, а поднятые магией шипы падают.

За какие-то жалкие пять минут, вся улица утонула в крови тех, кто не сумел сбежать. Мужчины, старики, женщины. Все они обрели покой на грязной брусчатке, жалкие и изуродованные. Тяжёлое дыхание обращалось паром, сквозь который пробивалось кровожадное сияние чудовищных глаз. Растрёпанный, перемазанный в крови, он, пытаясь игнорировать полученные раны, двинул прочь. Волосы трепал приятный ночной бриз. Вольный ветер и запах смерти – верные спутники скитальца…

3-12

Холодный воздух, тёмный лес, и не одна сотня километров впереди. Кай вырвал из плеча длинную щепку, пренебрежительно отбросив прочь. Очередная рана прижжена магией. С губ слетело хриплое:

– «Оно того явно не стоило…».

Подозрительная фигура шла по пыльному тракту, стараясь вспомнить дорогу. Спустя некоторое расстояние, пред взором предстало ответвление, ведущее в самую чащу. Голову заполнили слова торговца: «…До Берденбрёма путь неблизкий, пешком идти будешь минимум недели две, а то и больше… Хотя есть один вариант… Старая дорога через Тощий Лес. По той местности можно срезать прилично, вот только люд предпочитает её всеми правдами и неправдами обходить. Почему? Поговаривают, мол страшное это место. И караваны частенько пропадают. Я бы не рекомендовал… Но, вижу по взгляду, что ты ищешь именно это…».

– «Ищу именно это…» усмехнулся мыслям оборванец, направившись в Тощий Лес.

Сигаретный смрад топит округу. Чем сильней путник углублялся, тем больше лес приобретал характерные черты: аномально высокие тонкие сосны без единого сучка закрывали дорогу от пристального взгляда луны непроглядными лапами крон. Ни кустов, ни зарослей, одни лишь сосновые стволы, подобно каменным изваяниям, тянутся вверх, а у их подножья низенькая трава едва покрывает землю. Серая дымка постепенно растворяла отдалённые деревья, из-за чего создавалось впечатление, будто в этом тёмном мирке и не осталось ничего, кроме однотипного безжизненного леса, да бесконечно тянущейся дороги. Нюх раздражал тонкий, едва уловимый запах гнили. Тишина. Насколько же здесь тихо.

Именно эта тишь позволила путнику услышать подозрительную возню за несколько сот метров. Шаги стали осторожнее. Рука придержала сумку с красным крестом, унимая звякающие молнии и пуговки. Туман таял. Вдали виднелись огни и блеск стали. Он подошёл ближе, став свидетелем следующей картины: на дороге две повозки, одна разбита о дерево. Рядом идёт ожесточённый бой: похожие друг на друга лысые амбалы в просторных одеждах и берцах теснят группу молодых ребят.

Кай прикинул: «О! Ка̀йзеровцы кого-то щемят. Как обычно. Хм-м… У них есть повозки. Одна прям в дрова, вторая вроде целая. Даже бармирог не убежал. Судя по всему, вторая принадлежит ребятам, которых с минуты на минуту зарубят. Хм-м… Лысики в берцах намного сильнее, и с ними выгоднее путешествовать, но… Увы, они не очень любят полулюдей. Очень не любят. И, честно признаться, после той бойни в Печках я слабоват, что заметно убавляет мне очков внушительности. Значит помогу без пяти минут трупам. Нужно просто преподнести себя как героя-спасителя, и они меня точно согласятся подвезти. Только как помочь-то?».

Взгляд зацепился за металлическую цистерну, лежащую около разбитой повозки. Принюхавшись, бродяга понял – это масло. Он незаметно подошёл, с важным видом постучал костяшками по баку. «Почти полная» мелькнуло в голове. Приложив немного грубой силы, удалось устроить внушительную пробоину, из которой масло хлынуло прямо под ноги лысым воинам. Кай уселся на цистерну, принявшись ожидать.

– «Эй, какого хрена!» ругнулся здоровяк с арбалетом, стоящий позади всех, поскользнувшись на масле. Он глянул себе под ноги, проследив лужу до бака. Его зрачки сузились, стоило только заметить приветственно кивнувшего бродягу, что незамедлительно бросил тлеющий окурок в масло.

Огонь за секунды пожрал всех кайзеровцев, как бы они не старались сбежать. Создавалось впечатление, будто некая магическая сила помогает языкам пламени точнее разить недругов. Над пожаром грозно возвышалась фигура, сидящая на цистерне, что приковала к себе взгляды всех присутствующих. Скиталец кивнул своим мыслям: «Похоже заметили меня. Надеюсь, сейчас я выгляжу достаточно героически».

Спасённые ещё долго молча созерцали неизвестного бродягу, перемазанного в крови, что беспечно восседал среди голодного до людской плоти пламени. Наконец всё масло выгорело. Огонь потух. Хвостатый, натужно прокряхтев, спрыгнул с цистерны.

– «Добрый вечер» начал он. Внезапно изжаренный до хрустящей корочки кайзеровец, что казался трупом, схватил его за ногу, хрипя ругательство.

– «А ну отцепился!» Кай ударил сапогом по обугленному черепу, расколов на части, после чего, опомнившись, очень фальшиво запричитал: «Ой… Эм-м… Кхе-кхе… О нет! Я не думал, что всё так обернётся! Бедные люди! Я это… Как его… Невероятно сожалею!».

Зрители по-прежнему находились в замешательстве.

– «Все целы?» спросил у своих товарищей низкорослый коренастый юноша, сжимающий в руках длинный меч.

– «Божьей волей я в порядке» произнёс крупный монах в укороченной робе, что встречался красно-пепельному внутри одного мусорного контейнера на просторах Больших Печек.

– «Меня малость цепануло» поднял руку бывалый наёмник, встреченный ранее в том же самом контейнере.

– «Цепануло его… Я ноготь сломала – вот это проблема!» фыркнула непрактично одетая блондинка, недавно оживлённо бранившаяся с оборванцем и Кристиной на кладбище.

– «Меня сейчас…» жалко буркнул последний член отряда, упав на колени. Как бы он ни старался сдержаться, но содержимое желудка всё равно оказалось извергнуто наружу.

Пока коллектив оправлялся от боя, Кай раздумывал: «Так. Вроде нормально представился. Теперь надо ненавязчиво навязаться в повозку».

– «Чёрт, это что, были наёмники Железного Кайзера? Почему они на нас напали?» удивлялся низкий юноша.

– «Учитывая, что кайзеровцы – далеко не самая худшая наёмничья компания, наравне с дрейфхзо̀льднерами и ко̀лнсбернской тяжёлой пехотой, вам крупно повезло выйти живьём из этого боя. А напасть они могли по многим причинам: как просто из жажды наживы, так и из-за вон той дворяночки в коротенькой юбке» рассуждал красно-пепельный.

– «И вовсе она не коротенькая…» повернулась к нему дама: «Эй, да я тебя знаю! Это ж ты с той коротышкой на кладбище был!»

– «Мир тесен. Ну как поохотились, госпожа Метил де Таз из Пенилока?» ухмылялся скиталец.

– «Кто? Да я…» она закипела злобой, услышав своё исковерканное имя, и было открыла рот, но внезапный стон болезненного юноши, приходящего в себя, сбил её с мысли.

– «Ребят… Воды» простонал он.

– «Сейчас-сейчас, отрок» подорвался Церковник, дав отпить из своей фляги.

Чтобы окончательно привести парнишку в чувство группе потребовалось некоторое время.

– «Карей, да не парься ты так, всё уже хорошо!» дружелюбно восклицал коренастый юноша.

– «Коли для защиты себя или родины, то не грешно» подметил проповедник.

– «Будь сильнее, что ты как тряпка» покачала головой девушка.

Хвостатый закурил новую сигаретку, достав из кармана пальто часики. Стрелки показывали минус шесть пятьдесят, продолжая спешно идти в обратную сторону. «А вот это хреново» мелькнула мысль: «С тех пор, как я угодил в ту аномалию на поезде, часики всегда начинают показывать какую-то белиберду, когда вокруг всё становится слишком аномальным».

– «Господа! И дама…» обратился он к людям: «Не хочу вас прерывать, но лес выглядит очень подозрительно. Думаю, здесь опасно задерживаться на одном месте».

– «А ты мне не указывай, что делать, безродный! Я сама всё для себя решу» задрала нос дама.

– «Нет-нет, что вы, госпожа. Я не смею вам указывать. Если хотите навсегда остаться в аномальном лесу, то это ваше решение» услужливо кивнул хвостатый.

– «С чего ты вообще взял, что он аномальный?» поинтересовалась она.

– «У меня всегда рядом с аномалиями шерсть на хвосте становится дыбом» усмехнулся он: «А так… Ночной лес, густой туман, исключительно тонкие сосны, ухоженная трава, будто её только недавно постриг садовник, повсеместный запах мертвечины. Мне продолжать?».

– «А я никакого запаха не чувствую» нахмурилась дворянка.

– «Вы принадлежите к благородному виду Элькамис, а я к неустановленному подвиду. Ничего необычного в том, что у меня нюх развит сильнее вашего» объяснял он.

Девушка призадумалась, а опытный гильдиец, до этого молчавший, заявил:

– «Зубастый дело говорит. И в обычных лесах хрен знает что водится, а уж в таких…».

– «Воистину!» кивнул Церковник.

– «Да ладно вам! Что вы так все испугались? Если какой монстр выскочит, то мы отобьёмся!» не унывал коренастый.

– «Есть на свете такие вещи, от которых отбиться не выйдет. Их стоит просто избегать» отвечал Кай.

– «Какие это такие вещи?» нахмурился собеседник.

– «Отцовство, ответственность за свои поступки, осознание своей неправоты… Но то всё шуточки. Реальные истории я расскажу, когда мы уже сядем в повозку и отъедем подальше» язвил бродяга.

Далеко в тумане раздался шорох, ветер заиграл хвойными кронами, скрипнуло дерево. Резко замолкнувшая группа некоторое время пялилась в туман, затем низкий парень кинул:

– «Ладно, убедил. Залезаем!».

Спутники резко подорвались, с мест: коренастый занял место кучера, девушка, подгоняемая страхом неизвестного, буквально взмыла на повозку, забившись в угол, Церковник помог побледневшему парнишке забраться, заняв левую сторону, опытный гильдиец уселся справа, а Кай прямо за кучером. Поводья мягко хлестнули запряжённого зверя – причудливое создание, напоминающее очень большого пушистого барана с тонким мышиным хвостом, крупными ушами и двумя дополнительными парами глаз. Повозка тронулась.

Некоторое время компания провела безмолвно.

– «Кхм…» неловкую тишину прервал низкий извозчик: «Так… Наверное надо познакомится, а то как-то странно получается, вы нас выручили, и мы даже имени вашего не знаем. Я Андрей». Он был одет достаточно просто, имел ярко-рыжие волосы, а за спиной таскал длинный меч. Измождённый юноша представился следующим:

– «Ка… Кацилорѐй… Можно Карѐй». На его лице, отчасти скрываемом длинной тёмной чёлкой, читалась мировая мука, длинный и явно неудобный плащ пересекал свежий рез, а вычурные ножны, инкрустированные дешёвой бижутерией, пустовали.

– «Отец Красибор. Не желаете присоединиться к войску светоносцев в сорок первом крестовом походе?» поклонился Церковник. У пояса болтался старый шестопёр, на ногах сверкали беговые ботинки, лицо пересекает шрам.

– «Сергей Пик» бросил гильдиец. Поверх его латаной одёжки и ржавой кольчуги перекинуто несколько ремешков, за которые цепляются подсумки с арбалетными болтами, различными склянками и странными металлическими цилиндрами, покрытыми рунами. Ну а дама успела бросить лишь пафосное:

– «Менрил де…», прежде чем её перебил новый попутчик: «Яр. Очень приятно». Всего шесть пассажиров, включая Кая.

Андрей на поводьях решил поинтересоваться:

– «И куда путь держишь?».

– «В Берденбрём» ответил Кай.

– «О! Так мы туда же едем» улыбнулся дружелюбный возничий.

– «Вот это удача» без особого энтузиазма потянулся скиталец. Собеседник кивнул:

– «Ещё какая! Вообще мы изначально из своей деревни, Лестофагена, вышли с Карейем. Хотели до Восьмой Заставы добраться, но по пути в Пенилок заехали, повстречали госпожу Менрил, и маршрут пришлось сменить».

– «Восьмая Застава? Чего вы там забыли?» искренне удивился владелец уродливой могильной плиты.

– «Так мы ж гильдейские. Вот нас гильдия и послала» отвечал арбалетчик.

– «Я, так понимаю, речь идёт не о гильдии гончаров?» усмехнулся он. Извозчик с огоньком в голосе заявил:

– «Ни в коем случае! Это наше первое задание в качестве членов гильдии наёмников! Мы будем убивать чудовищ!».

– «Эх-х, помню и я когда-то таким же был» вмешался Сергей: «Сбежал от родителей из проклятущей деревни, решил вступить в гильдию, наслушавшись агиток и смачных обещаний».

– «Вспоминаете с ностальгией?» спросил Андрей.

– «С сожалением» отвечал опытный гильдиец.

Странный попутчик вёл внутренний монолог: «М-да… Не думал, что попаду на повозку смертников. Заставы с Ничейными Землями – дорога в один конец. Уж сколько о тех местах историй ходит… Хочу их припугнуть».

– «И не боитесь к заставе ехать?» спросил он. Ответ возничего не заставил себя ждать:

– «Само собой! Щас до Берденбрёма доедем, госпожу Менрил высадим, и…».

– «Вижу предо мной настоящие храбрецы… Помнишь я обещал рассказать про вещи, которых лучше избегать?» выдал красно-пепельный.

– «Угу» кивнул низкий парень.

– «Настало время о них поговорить. Слушай внимательно, может спасти жизнь…» начал Кай: «Сперва небольшой исторический экскурс. Мало ли тут есть несведущие… Уже как тысячу лет назад закончилась Мировая Война, и причиной её окончания стал мощнейший магический взрыв, породивший Ничейные Земли. Тогда этот клочок суши прозвали «Бесперспективными Территориями». Представляли они из себя пятно выжженной земли на пол континента. Установившееся спустя… Вроде двести лет Единое Федеративное Государство, конечно, пыталось как-то обжить эти территории, даже железную дорогу проложило, однако особых успехов не добилось. А после развала ЕФГ, на получившие своё нынешнее название, Ничейные Земли всем стало абсолютно плевать. Сейчас Ничейные – это самое опасное место в нашем мире. Поскольку монстры по своей природе тянутся к миазмам, а после взрыва тамошняя земля буквально гудит от энергии, они заселили эти гиблые места. Также сверху упал ворох проклятий и аномалий всех мастей. Там даже ветер напоминает крик».

Оборванец достал из пачки сигаретку, прикидывая как её незаметно поджечь, и продолжил:

– «Ничейные земли невозможно обойти по суше, и чтобы попасть из одного конца материка в другой необходимо каждый раз их пересекать. Конечно, можно по морю, но с одной стороны мы имеем Северных Пиратов, а с другой мёртвое море Ребелбурга, неустанно патрулируемое силами Анны Морт… В Ничейных нет никаких дорог, кроме железных. Десятки старых, давно необслуживаемых, веток сливаются в две главные – северную и южную. Люди иногда называют их Верхняя и Нижняя, что ужасно бесило нашего историка в академии. Верхняя намного безопаснее, ведь проходит очень далеко от Кратера, но билеты туда стоят нереальных денег. Нижняя же в наиболее опасном участке сближается с Кратером на расстояние семи-восьми километров, и ты можешь воочию увидеть центр Ничейных. Ах да, сам Кратер… Там зашкаливает аномальная активность, сидят самые древние и страшные сущности. Проезжая Кратер нельзя спать, пить, выходить из вагонов, останавливать поезд, молиться, смотреть на луну, прислушиваться к происходящему вне вагона, и много чего ещё. Среди машинистов, работающих на этих линиях, ужасная текучка, а потеря нескольких пассажиров в каждом рейсе – норма. Они даже составили свой свод иррациональных правил, исполнение которых увеличивает шансы выжить. Вот, например: всегда считай путевые столбы. Каждые двадцать столбов должен идти один с красной окантовкой. Если этого столба не последовало, значит всё плохо. Вероятнее всего ты попал в аномалию. Важно проверить время, идёт ли оно, пронаблюдать за водой, но главное не оборачиваться. Ни в коем случае. Даже если кто-то позовёт…».

Повозка мерно качалась, тусклый фонарь, закреплённый на металлическом шесте, едва освещал округу. Все сидели молча, заинтересованно слушая странного попутчика. Он приостановил рассказ, поджигая сигарету от лампы. Менрил язвительно подметила:

– «Спасибо, конечно, за урок географии, но, когда сама история будет?». Кай, усмехнувшись, выдал:

– «Всему своё время, госпожа Метил. Рассвет ещё не скоро…».

Одна за одной мелькали тощие сосны, утопающие в тумане. Любой ветер заведомо гиб среди безлунного леса. Колёса отбивали ритм по давно нехоженой тропе, что, однако, так и не заросла травой. Мёртвая тишина, постепенно выедающая разум.

3-13

Андрей сжимал мозолистыми руками поводья, Карей давно уснул, Церковник перебирал деревянные чётки, Сергей ковырялся отвёрткой в затворе арбалета, а дама вжалась в бортик повозки, то и дело бросая нервные взгляды по сторонам.

– «Я вот кстати, не зал, что Ничейные раньше называли Бесп… Бесперс… Бесперспективными Территориями» внезапно выдал возничий: «…И что они после Мировой Войны появились». Менрил всплестнула руками:

– «А что ты думал? Что они во время войны с Каином Мортом образовались? И чему вас в деревенских школах учат…»

– «Но у нас в Лестофагене не было школы. Нам с Карейем что дед рассказывал, то мы знаем» оправдывался Андрей.

– «Да уж…» Кай выдохнул клубы густого дыма: «Похоже дальше тебя ждём множество жизненных открытий. Не самых радужных». Вновь воцарилась тишина.

Тлеющий бычок отправился в полёт, а хвостатый наконец возобновил рассказ:

– «Случилось это, когда я по делам ехал в Колсберн. На дорогую ветку у меня денег не нашлось, поэтому взял самый ничтожный билет, намереваясь попасть в Поскенур, а оттуда доехать до Колсберна. Уже на станции всё пошло по жопе: ожидать за гроши люксовый вагон, обитый броневыми пластинами – глупо, но я надеялся хотя бы на слегка потрёпанный состав… Локомотив – ровесник Георга Геспельского, готовый в любой момент испустить дух, вагоны все сплошь усеяны царапинами и подозрительными пробоинами. Персонал не удосужился даже оттереть кровь и поставить новые стёкла. Ну ладно, едет – хорошо. Так эта паскуда прямо у платформы и сломалась. Техники часа три чинили. Из их диалога я сделал следующие выводы: они никак не могли найти поломку, половина пассажиров поезда так и не доехала до конечной во время последней поездки, а локомотив, возможно, и вправду ровесник Геспельского. Далее с машинистом приключилась беда: он поскользнулся на мокром полу, размозжив голову о стену. Замену нашли быстро – угашенный в ноль одноглазый старик со сломанной рукой. Он мимо проходил, взгляд на меня подозрительный бросил, и пробурчал: «Когда увидишь, что в окне кто-то другой, быстро выходи из вагона, не оборачиваясь». Бред синяка, подумал я… Купе мне досталось ужасное, ехал с вахтовиками. Столько пьяных шуток про свою внешность и ориентацию я до этого ещё никогда не слышал. На просьбы или угрозы они никак не реагировали, устраивать в вагоне бойцовский клуб – себе дороже. Потом, перед въездом в Ничейные, перешёл в соседнее купе, поскольку там место освободилось. Теперь ехал с бандитами. Был недостаточно умён обыграть одного из них в карты пятнадцать раз подряд. Мы повздорили. Помирились. Разговорились. Нажрались. Пели солдатские песни, хоть никто из нас не служил. На зов пришли вахтовики и попытались устроить дебош. В итоге всей гурьбой начали травить байки из жизни, а в процессе гитару организовали. Безудержное веселье продолжалось до глубокой ночи. Дальнейшие события мне, увы, уже никогда не забыть».

Оборванец поморщился, сверяясь с хаотично скачущими стрелками часов, после чего продолжил:

– «Я очнулся, придавленный бессознательным телом. Алкогольно-сигаретный смрад разил наповал. Купе было забито под завязку бритыми мужиками в тельниках, майках и шлёпанцах, находящимися в состоянии глубокого спиртового сна. Я взглянул на полную луну, распростёртую над тёмным искривлённым горизонтом. Часики показали третий час. Решил допить пузырь, и отправиться на боковую… Эх-х… В общем я не сразу понял, что из окна на меня смотрит кто-то другой. В отражении вроде моё лицо, но как-бы и не моё. Чёрные пустые глаза, из которых струится непонятная жижа, спутанные волосы, растрескавшаяся будто глиняный горшок кожа… Я, будучи в изрядно подпившем состоянии, выдавил из себя непонимающий смешок и натянутую улыбочку. Оно ответило тем же. Только увидев его улыбку, я осознал, что происходит. Протрезвел мгновенно. В голове зазвенели слова старика-машиниста. Не мешкая встал, схватил вещи, двинул на выход из вагона. Шёл быстро, насколько позволяли заплетающиеся ноги. Сзади позвали. Это был голос собутыльника… Одного из… Он спрашивал куда я собрался. Не получив ответ, он спрашивал всё более и более настойчиво, пока наконец его речь не превратилась в какую-то невменяемую мешанину, будто целый гудящий хор. Затем я отчётливо услышал приближающиеся ко мне шлепки босых ног по полу. Оно не шло, а бежало. Я же мог только шатаясь брести к двери. Когда расстояние между мной и бегущим составляло пару жалких метров, я схватился за ручку, вывалился наружу, чуть не выпав за борт, и ворвался в соседний вагон. Видели бы вы те перепуганные лица… Пассажиры утверждали, что я пришёл из ниоткуда, позади меня нет вагона, а я вообще нахожусь в последнем. «…Босые ноги…» вот всё что было в голове, когда обнаружилось отсутствие на моих стопах обуви. Видимо забыл в том вагоне. Я, не смея обернуться, проследовал до паровоза, постучал в дверь машиниста. Он открыл, резко затащив меня внутрь… Старик лишь обыденно развёл руками, сообщив, что пропажа вагона не редкое явление, и что предупредил он меня по каким-то своим мистическим причинам. Той ночью я так и не сумел уснуть, а всю поездку провёл с машинистом. Он рассказал много интересных вещей…».

Первой на рассказ отреагировала девушка:

– «Да брехня это всё! Просто жрать надо меньше, а весь ареол загадочности вокруг Ничейных – надуманная пустышка. Во всём, как всегда, замешана политика, и лишь она». Кай спросил:

– «Основываясь на чём ты сделала такой вывод?».

– «А я сама много раз Ничейные пересекала, и ничего выбивающегося из нормы не видела» отвечала девушка.

– «Ты ездила Верхней Дорогой?» уточнил рассказчик.

– «Ну да» кивнула слушательница.

– «Понятно…» пожал плечами он: «Ну, раз не веришь, то и не надо. Ты не обязана. Никто в этом мире никому ничего не обязан. Только вот нашим отважным сторожам Восьмой Заставы я бы советовал ещё раз взвесить своё решение. Вы будете охранять не Ничейные от мира, а мир от Ничейных».

Уснувший Карей начал потихоньку приходить в себя.

– «История пугающая, конечно, если она действительно произошла. Но ничто не сможет отвадить истинного наёмника от исполнения своего боевого долга!» продекламировал кучер.

– «Интересно… И перед кем это у истинного наёмника долг, а что главное, почему он должен его отдавать?» усмехнулся красно-пепельный, получив в ответ: «Долг перед всеми благочестивыми людьми этого мира! Отдать его нужно, потому что была дана клятва, и в целом это праведное деяние!». Оборванец улыбнулся:

– «М-да… Миленькое мнение. Кто ж такие эти твои Благочестивые Люди?»

– «Проще некуда! Благочестивые люди – это те, кто творит добро и живёт по чести» заявил Андрей.

– «А ещё не грешит, и покупает свечечки» внезапно оживился Отец Красибор.

– «Отче, сиди молча, возноси молитвы Белой Звезде. С тобой позже побеседуем…» отмахнулся Кай: «Так вот… Добро, говоришь? Добро… Ха… А что определяет его рамки для тебя?».

– «В смысле?» повёл бровью Андрей.

– «Ну… Например вот есть ваш конфликт с теми же кайзеровцами. Я видел, как ты пырнул одного свои мечом. Почему для тебя их убийство – праведное дело?» прищурился Кай.

– «Да они же первыми напали! А ещё хотели нас убить! И сгубили уже очень много человек до нас, а кого-то пленили… Просто они обычные говнюки, вот и всё» заявил собеседник.

– «Правильно! Живи по божьему завету, и всё у тебя будет хорошо» поддакивал Церковник.

– «Отче, уймись! Коли принимаешь завет собирательного образа человеческих страхов, комплексов, и хотелок за истину, то я тебе не мешаю. Не мешай, и ты мне» погрозил пальцем оборванец: «То есть убить негодяев – правое дело? Знаешь, а ведь они так не считают. Они мнят себя правыми в этой ситуации... Мало ли кто-то из них совершал страшные поступки ради семьи там, или ещё какой-нить хрени… А теперь подумай, у них могли остаться дети. Людям же жалко детей, да? Так вот… Совершенно нормальный ребёнок внезапно получает известия, что ты убил его отца. Как думаешь, кем ты для него будешь?» продолжал размышлять оборванец.

– «Э-э… Ну… Это… Он же ведь убийца» почесал затылок юноша.

– «А ты тогда кто?» красно-пепельный ткнул пальцем в извозчика.

– «Я… Кхм… А? Я-я не убийца!» запротестовал Андрей.

– «Почему?» отозвался янтарный странник.

– «Да потому что! Ведь очевидно же, что убивать людей и грабить их – зло. Я просто… Ну, это обычная человеческая истина. Не нужно быть семь пядей во лбу, чтобы её понять» нахмурился коренастый кучер.

– «А… Людская истина… Понятно… А почему социум-то прав?» спросил хвостатый.

– «Что? Ну… Просто все люди так считают» последовал ответ.

– «То есть право большинство? Чудно… Охота на ведьм, считавшаяся благим делом, а теперь общественно порицаемая… Старые миазматические теории, адепты которых с пеной у рта доказывали несостоятельность гипотез, что теперь считаются истинными… Любая война, в которой победитель трактует правду» развёл руками Кай.

– «Не понял… Тогда в чём, по-твоему истина?» недоумевал юноша.

– «Ни в чём. Абсолютной истины просто нет» заявил проходимец.

– «Как так?» выпучил глаза собеседник.

– «Вот так. Вернее, истинность определяется лишь твоей верой. Ежели ты веришь в то, что меня не существует, значит для тебя это истина… Любой разум предвзят, поэтому истинность не доказать. Даже бог, в чьё существование я не верю, предвзят… Ложь, кстати, тоже очень субъективная штука» сказал красно-пепельный.

– «А? Чего? Типа как… Это… А? Но если правды нет, то твоё высказывание… Ну…» попытался рассуждать возничий.

– «И это высказывание не факт что истинно. Фактов в принципе нет» кивнул зубастый индивид.

Андрей долго молчал, усердно соображая, затем с блаженным видом заявил:

– «Я ничего не понял. Кайзеровцы – злодеи, убивать людей плохо, а мы жертвы».

– «Истину глаголешь, Андрюша. Нам такие в сорок первом крестовом походе ой как нужны» подмигнул Отец Красибор, положив руку на плечо кучеру.

– «Пожалуй, я соглашусь с тобой, отче. Некоторым нужно пройти через ад, чтобы начать думать» усмехнулся Кай.

Сергей увлечённо отлаживал свой арбалет, засыпая в крохотный лючок грубо измельчённые кристаллы, отдающие эфемерным мерцанием. Менрил всё мерещились во тьме страхолюдины с пустыми глазами, кожей, будто глиняный горшок, и чудовищной улыбкой. Ну а окончательно проснувшийся Карей некоторое время находился в прострации, узрев нечто средь тонких сосновых стволов.

– «Ребят, что это там?» спросил он, указав пальцем куда-то в чащу. Вся группа принялась разглядывать затемнённую даль. Арбалетчик снял с шеста тусклый фонарь, подсветил, но этого оказалось недостаточно. Один лишь оборванец, за счёт ночного зрения, видел.

– «Ходу!» он резко ударил кучера по плечу, а чернота будто дрогнула.

Странный зверь прибавил шаг, перейдя на галоп.

– «Чего? Чего ты там увидел?» со страхом вопрошала дама.

– «Сам пытаюсь установить видовую принадлежность этого. Нужно больше скорости, по-моему оно нас преследует!» выкрикнул новый попутчик, старательно вглядываясь в дорогу. Наконец свет фонарика выцепил стремительно приближающийся силуэт. Засвистели поводья.

Из темноты выныривали и вновь скрывались фрагменты тела преследователя. Пухлая, безжизненно повисшая рука, отёчное пузо, усеянное гнойниками, склизкая кожа ног, множественные складки дряблой шеи. Оно было ужасающе высоко, вероятно около трёх-четырёх метров. Девушка завопила, бросившись на другой конец повозки, Сергей вскинул арбалет. Болт со свистом пролетел сквозь объёмную тушу, не оставив даже царапинки. Он, недоумевая, передёрнул затвор, прицелившись лучше, однако скиталец заявил:

– «Бесполезно! Походу это призрак, его не уничтожить физическим уроном».

– «Так и чё нам делать!?» истерила девушка.

– «Не знаю…» призадумался хвостатый.

– «Так придумай что-нибудь! Ты же вроде охотник на чудовищ!» не унималась она.

– «Ну… Вообще есть одна идейка…» загадочно проговорил он.

– «Какая?» взвизгнула барышня.

– «Отче, что в молитве Белой Звезде идёт после строчки: «…Упокой душу…»?» загадочно изрёк бродяга. Церковник крикнул:

– «Спаси и сохрани, сын мой!». Кай язвительно ухмыльнулся:

– «Благодарю. Так вот: «Если я сейчас умру, то даруй свет свой и упокой душу, спаси и сохрани!».

– «Не сработало!» верещала Менрил, бросив беглый взгляд на преследователя.

– «Это на тот случай, если всё-таки религия не врёт, и загробный мир существует. А так, на призраков молитвы не работают. Нужно определить его вид, и предпринять соответствующие меры» язвил он, проведя рукой по запачканным подсохшей кровью волосам.

Монстр бежал, не издавая ни единого звука, его голову скрывал мрак.

– «А-а-а! Безродный, определяй быстрее!» она сильнее вжалась в деревянный бортик.

– «Увы, но это затруднительно» заявил путник. Андрей тонким голосом спросил:

– «Почему?».

– «Никогда не любил читать истории про призраков. Они все одинаковые: появляется призрак, герои пытаются ему противостоять, но ничего не могут сделать, и погибают ужасной смертью. Унылое чтиво, согласитесь. Именно поэтому я касаемо призраков особо не осведомлён. Могу попробовать вспомнить какие-то детали, но на многое не надейтесь» выдал оборванец. Сергей снял с ремня металлический цилиндр, исчерченный руническими знаками. Глубокий вдох, руны тускло сверкнули. Гильдиец бросил цилиндр под ноги преследователю. Момент, и прогремел взрыв, поднявший в воздух облако мерцающей пыли.

– «Он не реагирует на гранаты с керамическим серебром» констатировал гренадёр.

Кай прикрыл глаза, запустив мозговой штурм: «Так. Призраки-призраки. Начнём с основ: некоторые из них обладают разумом, и у каждого есть свой определённый вид. Вроде это всё, что я знаю… Хотя погоди, нет! У них ещё есть домашняя зона! Но только у привязанных… А привязанные в свою очередь… Эм-м... Ладно. Домашняя зона – это область, в которой призрак получает дополнительные силы. Она всегда расположена вокруг предмета привязки. Предмет привязки… По идее данную роль может нести вещь, что была дорога погибшему, или даже его собственный труп. Привязанный призрак не может уничтожить свой предмет привязки и отойти от домашней зоны на слишком большое расстояние. Если уничтожить предмет привязки, то… Вроде призрак умрёт. Умрёт? Но он уже мёртв. Короче перестанет существовать».

Повозка начала потихоньку замедляться.

– «Стегни зверюгу! Теряем скорость!» крикнул знаток сверхъестественного.

– «Пашка выдохся, быстрее не может!» отвечал кучер.

– «Значит надо облегчить телегу» заявила Менрил, сбросив за борт мешок с каким-то барахлом. Дальше в дар преследователю был отдан металлический казан.

– «Выбрось этот кусок железа!» в приказной манере обратилась девушка к хвостатому.

– «Да я скорее тебя выброшу и следом прыгну, чем с мечом расстанусь» усмехнулся он, взяв уродливую сталь в руки. Два звенящих взмаха. Телега лишилась деревянных бортиков, ещё один, и стала на три десятка сантиметров короче.

Удивительно, но это сработало. Отрыв увеличивался.

– «Просвет!» Андрей поставил группу в известность, что скоро лес закончится. Монстр издал короткий звук. Красно-пепельный сразу не смог установить природу этого звука, но после повторного, а затем многократного прослушивания, понял, что это мерзко булькающее хихиканье. Среди сей безумной радости промелькнуло нечто, смутно напоминающее речь:

– «…Тели…».

Тварь ускорилась, ритмично покачиваясь из стороны в сторону. До просвета рукой подать, ещё буквально несколько десятков метров. Призрак совершил резкий рывок и протянул пухлые руки, стараясь ухватить кого-нибудь из перепуганных обитателей повозки...

Наступило утро. Солнце встало из-за крон деревьев. Преследователь мгновенно исчез, так и не соприкоснувшись с солнечными лучами за жалких пять метров до границы лесополосы. На дорогу полетел стянутый монстром сапог Кая. Не отводя взгляда от места, где ещё пару секунд назад находилась тварь, он вынул часики. Стрелки стабилизировались, показывая нормальное время. «Четыре утра. Смерть опять прошла мимо» мелькнуло в голове.

3-14

Уродливая боль прокатилась по разуму волной, стоило только завершиться очередным кошмарным грёзам… Кай осознал, что спит за мгновение до пробуждения. Он с усилием разомкнул веки, мысленно заключив: «Я до сих пор слеп на один глаз». Поднялся с досок, собрал растрёпанные волосы в хвост, отхлебнул из фляги. Всё ещё утро, но солнце успело взобраться выше по небосводу.

Перед янтарным взором предстали сонные и опустошённые лица спутников.

– «О-о, проснулся наконец. Правду говорят – у негодяев сон хороший. И как ты можешь спать, когда вокруг происходит такое!?» возмущалась девушка.

– «У меня чуткий сон» вяло отвечал он.

– «А ты-то как мог уснуть!?» она переключилась на опытного гильдийца Сергея, что, судя по заспанному выражению лица, тоже только проснулся.

– «У него сон чуткий» пробурчал Сергей, защёлкивая предохранитель арбалета.

– «Погоди, так ты спал со взведённым оружием?» выпучила глаза девушка: «А если бы меня пристрелил!?».

Гильдиец отмахнулся, а Кай тем временем спросил сонного возничего:

– «Ничего подозрительного по дороге не заметил?».

– «Ничегошеньки. Нам, кстати, привал надо устроить, а то Пашка устал…» Андрей сладко зевнул, указав рукой на тягового зверя.

– «Бармироги – выносливые животные. При хорошем раскладе проедут около двух сотен километров за день. С учётом повозки твой бармирог выжмет под сто пятьдесят. До Берденбрёма километров четыреста, а Тощий Лес однозначно заканчивается намного раньше. Вывод: если поедем без привалов, то очень скоро покинем аномальную область» прикидывал хвостатый.

– «А с чего ты взял, что мы уже не выехали из аномалии? Опять на хвосте шерсть дыбом встала, безродный?» усмехалась дворянка.

– «И это тоже» кивнул он.

– «Придумал! Ребят, давайте устроим голосование!» осенила идея возничего.

– «Я против привала» выдал Сергей.

– «Воистину лучше продолжить путь» кивнул Церковник.

– «Моё мнение вы уже знаете» бросил оборванец.

– «А я считаю, что Пашке нужно дать отдохнуть!» заявил Андрей, толкнув своего спящего друга: «Карей, ты за привал?».

– «Привал?» шмыгнул носом проснувшийся парнишка: «Я за».

– «Я, Менрил де Фусдас из Пенилока, изволю отдохнуть» пафосно изрекла барышня.

Спутники замолкли, хлопая глазами.

– «Получается голоса поделились поровну…» почесал затылок извозчик.

– «Ничего подобного! Я дворянка, моё мнение – решающее» фыркнула девушка.

– «Может с твоим мнением в обычных условиях и считаются, но сейчас…» многозначно затянул Кай.

– «Ты на что это, бродяга, намекаешь?» нахмурилась блондинка.

– «А это разве был намёк?» ухмыльнулся зубоскал, после чего, махнув рукой, бросил: «Если так хотите отдохнуть, то хорошо. Только чур я хоронить вас не буду».

Спустя пол часа непрерывной езды по окружённой широкой степью дороге, вдали показались очертания леса. Приблизившись, путники могли лицезреть небольшой домик прямо перед въездом в царство тощих сосен.

– «О! Дом… Давайте попросимся остановиться у хозяев» сказал Андрей

– «М-м… Проклятый старый дом, окружённый аномальным лесом. Выглядит безопасно» комментировал красно-пепельный.

Двухэтажное строение с черепичной крышей, стенами из старого бруса, и навесом, под который идеально вошёл бармирог. Коренастый парнишка бесстрашно постучал в дверь, затем ещё раз.

– «Есть кто дома? Мы из гильдии наёмников, хотели бы остановиться у вас!» крикнул он. Ответа не последовало.

– «Эй, есть там кто?» продолжал Андрей.

– «Не похоже, что внутри кто-то есть. Попробуй дёрнуть ручку сильнее» посоветовал скиталец.

– «Не поддаётся! Нужно попробовать другие варианты» решительно произнёс возничий.

– «Поступай как знаешь, Андрюша. Поступай как знаешь…» покачал головой Кай, присев на старый ящик под навесом.

Группа разделилась пополам: Сергей и Отец Красибор присоединились к хвостатому под навесом, остальные же принялись ломать голову над способом попасть внутрь.

– «Да уж… Здесь всё такое пыльное» провёл пальцем по ржавому плугу опытный гильдиец.

– «Угу. Как думаете, они смогут попасть внутрь, не убившись?» спросил оборванец.

– «Вряд ли» мотнул головой Сергей.

– «На всё воля Белой Звезды» бросил проповедник.

Спутники некоторое время помолчали.

– «Слышали про огненного мага в Печках? Думаю, нам повезло свалить в самый подходящий момент» выдал гильдиец.

– «Видал я, как это чудовище учинило резню» отвечал Церковник.

– «Видал? Своими глазами? И как он выглядел?» спросил Сергей.

– «Страшно… Руки длиннющие, пасть огромная, меч здоровый. Как у Яра, только больше…» Отец Красибор ткнул пальцем на меч Кая: «…Кровью весь залит так, что лица не разглядеть, а на затылке окровавленная грива. Одним словом, зверь».

– «А как тебе удалось разглядеть эту бестию, отче? Если вы уехали после резни, то…» призадумался красно-пепельный.

– «Я одним глазком глянул, и в повозку» сказал здоровяк.

– «Вот как… Упустил такой шанс прикончить, возможно, последнего мага огня на всём свете! Что ж ты не бросился в бой?» глумился скиталец.

– «Я не боец. Мой оплот – слово и кроткая молитва» изрёк проповедник.

– «Да? А кто там в корчме МОРовцам морды чистил?» выгнул бровь хвостатый.

– «МОР – это рассадник погани. Их проучить не грешно» проговорил собеседник.

– «А маги огня в вашей религии выполняют роль ближайших прислужников сатаны. Если испугался драться с бесом, то так и скажи» повёл костлявой лапой зубоскал.

– «Боюсь я только прогневить Белую Звезду. Никакой слуга Тёмного Божества не устрашит, покуда со мной её свет» изрёк Отец Красибор.

– «Служить холодным лучам безжизненного небесного светила или безграничной злобе адской хренотени… Хех… Две крайности одной отговорки» язвил бродяга.

– «Ты слишком молод, чтобы понять, наёмник. Бог и дьявол – не одно и тоже! Твоими устами глаголет его тёмная ложь. Отрекись, иначе сгинешь как Град Гордыни…» разгонялся священник.

– «Тише-тише, отче. Не кипятись. Я же просто шучу» хищно сверкнул клыками бродяга.

Тем временем остальные участники группы, закончив своё совещание, принялись выполнять странные манипуляции с дверью. Двое парней просунули пальцы под щель, принявшись туянуть наверх, а девушка сняла с пояса серебряный жезл, зачитывая заклинание. Закончилось всё тем, что Карей не удержал равновесие, лбом ударившись о ручку, которая, очнувшись от векового сна, опустилась-таки вниз.

– «Ай!» вскрикнул он, потирая лоб.

Дверь со скрипом распахнулась. Весь отряд, перекинувшись парочкой фраз осторожно вошёл внутрь, несколько раз позвал хозяев, и, не получив ответа, принялся их искать. Хвостатый прокомментировал ситуацию следующим образом:

– «Никого мы не найдём. Повсюду метровый слой пыли, да и запах не живой, место уже давно пустует».

Беглый осмотр не выявил внутри присутствия хозяев. Оборванец обошёл помещение: глянул книги на полках, поднял из грязевой клоаки поломанную серьгу с сапфиром, оказавшуюся дешёвой подделкой, спрятав в сумку, а под конец выудил из камина какие-то сгоревшие бумаги. Уцелевшие клочки записей содержали несколько фраз на поскенурском языке, и переводу не подлежали, как следствие малых знаний чтеца. Однако внимание привлёк ряд чисел, вероятно, номеров, с припиской: «убежища».

На глаза попались почти развеявшиеся следы в пыли, ведущие из дома.

– «Не походу заперто» надрывно кряхтел Андрей, пытаясь открыть люк в подвал, дабы поискать закрутки или крупу.

– «Здесь ничерта нет!» констатировала Менрил, плюхнувшись на старый стул, что с хрустом развалился под её весом.

– «А призрак? Он не вернётся?» боязливо озирался Карей.

– «Скорее всего вернётся, но надеюсь не сейчас…» начал Кай: «…Поэтому предлагаю следующий план: вы сейчас отдыхаете, кормите зверюгу, а я с… Черноволосым молодым человеком… В общем мы идём в лес на разведку. Повезёт – притащимся с дичью». Карей запротестовал:

– «Я? Почему я? У меня даже оружия нет, а в лесу может быть опасно!». Скиталец торжественно вручил ему кочергу от камина, со словами:

– «Не позволяй упрощению мыслительного процесса взять над тобой верх, опасно везде, а не только в лесу». Бедолага обратил взор к товарищам, надеясь на помощь, однако все, якобы невзначай, отвели глаза.

– «Вроде звучит не слишком опасно. Вон у него какой меч. Короче, крепись Карей…» бросил Андрей.

– «Ребят?» жалобно пропищал Карей.

– «Да прибудет с тобой божественный свет!» напутственно взмахнул рукой Церковник.

– «Погнали!» бросил голодный путешественник, крепко схватив свою жертву за плечо. Они покинули дом…

Пропустив спутника вперёд, Кай решил поинтересоваться:

– «Бегаешь нормально?».

– «Более-менее» отвечал Карей.

– «Отлично. Держи ухо востро, почаще крути головой, а главное смотри под ноги» расписывал хвостатый. Лес будто мёртв. Ни шелеста травы, ни звериного копошенья, один лишь скрип раскачивающихся на ветру деревьев.

Внезапно с ближайшей сосны упала шишка, изрядно напугав черноволосого юношу. Красно-пепельный же осторожно ступал следом, по-звериному пригнувшись. Он сорвал с колючек очередного куста клочок выцветшей ткани, покрывшейся плесенью. «Похоже нам туда» мелькнуло в голове.

– «Эх-х… Жаль нет ружья!» раздосадовано вскинул руки Карей.

– «Ты, видно, пропустил тот момент, когда я сказал, что призрак полностью неуязвим к физическим повреждениям, да?» Кай перекинул меч на другое плечо.

– «Да не против призрака, а просто… Чтоб спокойней было» оправдывался он.

– «Странное у тебя представление о спокойствии» заявил скиталец.

– «Да у нашего с Андреем деда в сарае такое ружьё висело! Он раз один из него стрелял даже – ух как громыхает» ответил Карей.

– «Пороховое ружьё? Откуда твой дед достал на него патроны?» спросил хвостатый.

– «А он у нас коллекционер! Всякие штуки собирает: мины, штыки ЕФГ, даже колесо самоходки есть» отвечал парнишка.

– «Ты слышал когда-нибудь про Пороховую Лихорадку?» выдал хвостатый.

– «Нет, а что это?» с неподдельным интересом вопрошал черноволосый.

Кай, оглядевшись начал:

– «В вашей деревне, что, вообще исторических книг нет? Эх-х… Длительный контакт с порохом вызывает эту болезнь. При попадании пороха на кожу, та покрывается язвами. Если слишком долго дышать пороховой взвесью, то через пару часов начнёшь выплёвывать свои лёгкие по кусочкам. Противогаз немного смягчает последствия, но не спасает от них. Ещё Пороховая Лихорадка потихоньку увечит Миазматическое Ядро, если оно есть. Именно из-за этого у магов пошла традиция держать при себе фильтрующие маски. Сейчас это больше мода, присущая в основном МОРовцам, но тогда маг без фильтров за пять крупных сражений мог полностью потерять возможность колдовать… Но даже когда алхимики раскрыли все пагубные воздействия пороха, человек не остановился. Штамповку ружей, мин, взрывчатки, и прочих убивалкок оборвало только полное вымирание порохового дерева. Оно, итак, находилось на грани вымирания, а климатические изменения из-за Катаклизма девяносто второго года его полностью похоронили… Вот люди и создали альтернативу – магические арбалеты на базе огнестрельных конструкций. Поскольку современная магия огня мертва, как и большинство магов сей стихии, то её функционал сильно урезан. Человек попытался заменить порох взрывными рунами, и где-то это вышло. Например, гранаты и мины не слишком требовательны к случайной почти неконтролируемой силе взрыва. Но у той же артиллерии либо рвёт ствол от избытка мощи, либо снаряд летит косо».

Молодой спутник ахнул:

– «Ничего-себе ты исторический справочник. Неужели так историю любишь?».

– «Это очевидный базис, не знать который трудно…» пожал плечами хвостатый.

– «Понятненько…» поник Карей.

– «Слушай, а ты вообще зачем в наёмники подался?» неожиданно спросил оборванец.

– «Ну… Я решил наконец выбраться из Лестофагена. Повидать мир, встретить интересных людей, жить приключениями» отвечал парнишка.

– «Тебе нравится это приключение?» кинул путник.

– «Я… Нет, вообще ни разу. Обычно в приключенческих рассказах всё намного веселее. Сначала нас обворовали на Придорожном, затем мы чудом разминулись с огненным магом в Печках, потом напали кайзеровцы, а теперь ещё и призрак увязался» замотал головой черноволосый. Последовал ответ:

– «Не знаю, что за рассказы о приключениях ты читал или слышал, но по факту жизнь наёмника всегда такая. Трупы, кровь, монстры, дорога, боль в ногах, мозоли, переломы, а в конце смерть. Совсем не благородная и красивая смерть, а жалкая и мучительная. Сдохнуть как собака под забором – это ещё более-менее неплохо. Ты ведь всегда можешь стать некропатом, призраком, жертвой проклятья. Тебя будут жрать черви, а ты будешь жить, способный лишь кричать, и то, пока не доберутся до голосовых связок. Я уже сталкивался с подобным случаем. Лучше вернись домой, в деревню».

– «Яр, ну не всё же так плохо. Девушка в гильдии рассказывала, что мы сильно не рискуем. И эта… Как её… Гарантированная выплата инвалидам есть. Заработаем денег полёглому, за несколько заданий поднимемся по рангам, и выйдем на постоянный доход с ежемесячных отчислений для высокоранговых наёмников!» пылко рассказывал он.

– «Ну как скажешь» неприятно усмехнулся хозяин металлического надгробия.

Они прошли ещё несколько сот метров, прежде чем юноша привлёк внимание спутника к странным бревенчатым развалинам. При ближайшем осмотре, выяснилось, что средь руин разбросаны старые кости.

– «Человек пять, всем свернули шеи» констатировал красно-пепельный, а затем добавил: «Босые, на двоих одни только панталоны, трое в армейских шинелях, оружия при себе нет».

– «Кому взбредёт в голову ходить по лесу голышом?» озвучил вопрос Карей.

– «Тому, кого застали врасплох» предположил бродяга. Внезапно волосы встали дыбом. Над телами расползлась тёмная дымка.

– «Ой, а что это?» моргнул Карей.

– «Эй, Яр, ты видел?» он обернулся, обнаружив, что Кай уже во всю удирал.

– «Советую бежать!» крикнул хвостатый. Из дымки донёсся скрежещущий звук, напоминающий голос:

– «Рядовой… Кацилорей… Тридцать кругов по плацу… В противогазе… Выполнять!».

– «М-мама!» взвизгнул юнец, бросившись следом за напарником.

Спустя десять минут беспрерывного кросса двое остановились перевести дух.

– «Ч-ч-что это… Хух… Было?» не мог надышаться парнишка.

– «Скорее всего физическая аномалия. Кстати, смотри под ноги» невзначай выдал спринтер.

– «Ась?» осёкся Карей, услышав громкий щелчок под подошвой.

– «А это что?» с ужасом вопрошал он.

– «Ты оглядись» бросил красно-пепельный, присев на трухлявый пень. Черноволосый завертел головой, обнаружив прямо перед собой насквозь проржавевшую табличку с надписью: «Мины».

– «М-м-мины!? А-а! Что мне делать?» начал паниковать спутник.

– «Молиться. Я бы мог привести нашего святошу, чтоб ты покаялся» предложил хвостатый.

– «Я не хочу умирать!» отчаянно надрывал горло паренёк.

– «Не кричи, мина раньше времени сдетонирует» поморщился оборванец: «Значит поступим так: становись на одну ногу, вторую под себя, и глубоко дыши».

– «Зачем?» выпучил глаза бедолага.

– «Надо» отвернулся зубастый проходимец, магией поджигая сигарету.

Карей от безысходности принялся выполнять указания Кая.

– «Ручки поднимаем со вдохом, опускаем с выдохом» дал уточняющий комментарий курильщик. Вдоволь надышавшись, черноволосый надрывно спросил:

– «Что мне дальше делать?».

– «Всё, можешь убирать ногу» махнул лапой собеседник.

– «Уверен? Я не взорвусь?» напрягся Карей.

– «Доверься мне» пафосно изрёк оборванец.

– «Х-хорошо» юноша прикрыл очи, и, простояв минуту в нерешительности, резко убрал ногу, повалившись на землю. Тишина… Он трусливо открыл сперва один глаз, затем второй, ощупал своё тело.

– «Ха-ха... Я жив!» радостно констатировал начинающий гильдиец.

– «Ну да» пожал плечами сидящий рядом бродяга.

– «Но почему мина не взорвалась?» последовал вопрос.

– «Потому что ей уже сто лет в обед. Порох давно отсырел и просыпался, смешавшись с землёй, а корпус съела ржавчина» донёсся ответ.

– «К-как это?» промямлил черноволосый.

– «Вот так… А ты думал, что если наступить на мину и держать ногу, то она не взорвётся? Хех… Байки прямиком со страниц художественной литературы и исторических справочников» пояснял он.

– «Но зачем я тогда делал все эти движения?» озадачился вопросом уроженец Лестофагена.

– «Восстанавливал дыхание и вырабатывал стрессоустойчивость. Ты же у нас решил в гильдийцы податься? Вот будет это тебе уроком: нужно использовать глаза и мозг по прямому назначению» ухмылялся Кай: «Что ж, перекур окончен, двигаем дальше».

Дорога до дома заняла чуть больше часа. По пути нашёлся ещё один скелет. Исходя из следов на одежде и костях, беднягу загрызли собаки или волки. Интересно то, что в его сумке лежала целая кипа бумаг на поскенурском. Часть шифровалась при помощи чисел.

– «Что это?» спросил Карей.

– «Некие записи. Поскенурский я не знаю, поэтому… Эх-х… Интересно, может едущая с нами дворяночка знает?» заключил оборванец, незаметно пихнув бумагу с шифрами в рукав.

– «Странная она какая-то, эта госпожа. Не доверяю я ей. Может оставить её здесь…» тихо пробурчал парнишка.

3-15

Спустя некоторое время Кай и Карей вернулись к месту стоянки, застав Отца Красибора ведущим высокоинтеллектуальную беседу с Сергеем за бутылкой спиртного.

– «…Я тебе говорю, что не к добру это! Из всех магических стихий огонь – единственная неблагочестивая. Наравне с некромантией. И тут перед нами появляется огненный маг! Что это, если не знак ко вступлению в армию сорок первого крестового похода?»

– «Вообще раньше вы и тьму к неблагочестивым причисляли, отче. Но почему-то со временем вычеркнули её из своей книжечки неугодных стихий» подметил красно-пепельный.

Церковник обернулся, окинув пришедших взглядом:

– «О! Наконец вернулись, а то мы уж начали волноваться! Нашли что-то?»

– «Ничего особенного» отмахнулся зубастый.

– «Там были скелеты солдат и аномалия! А по пути назад мы нашли другой скелет с какими-то шифрами» возбуждённо рассказывал Карей.

– «Шифры?» внезапно оживился проповедник.

– «Что это ты так подскочил святоша?» прищурился оборванец.

– «А я это…» кашлянул здоровяк: «…Мало ли бесовские трактаты какие-то. Я бы сходил, да сжёг».

– «А где остальные?» спросил черноволосый паренёк.

– «В доме» махнул рукой Сергей.

– «Ну тогда я пойду к ним» бросил Карей.

– «Хорошо. Только потом подойди ко мне для личной беседы» кивнул Церковник.

Двое спутников застали первый этаж пустующим.

– «Ребят, вы где?» крикнул парнишка. Сверху молниеносно спустилась Менрил с горящими глазами, сжимающая обшарпанный журнал:

– «Ну как? Поймали живность?».

– «Живность нет. Инсульт почти…» выдал Кай, скосившись на спутника.

– «Ты меня напугал! Я думал, что умру» шмыгнул носом черноволосый.

– «А ты бы и умер, не будь мина ровесницей Геспельского» отвечал хвостатый.

– «Ладно, что вернулись без еды – не беда. На сей раз я милостиво прощаю вас. Глядите, какую штуку я нашла среди хлама! Это чей-то ежедневник» с запалом проговорила блондинка, бросив на стол журнал.

– «Может тут сказано куда делись хозяева дома?» Карей открыл книжку.

Кай осмотрелся, произнеся:

– «Нас трое, на улице двое. Где ещё один? Андрей вроде… Метил, скажи честно, это ты его с голодухи сожрала?».

– «Да, кстати. Куда Андрюха делся?» поддакивал паренёк.

– «Не ела я никого!» насупилась девушка. Как бы в подтверждение сих слов её желудок издал протяжный рык.

– «Ну а где он тогда?» продолжал вопрошать скиталец.

– «Он в кладовой нашёл старые консервы и решил съесть… Уборной в доме не оказалось, вот выскочил в поле. Навряд ли мы его скоро увидим» объясняла Менрил.

– «Типичный Андрей. Помню он как-то раз с голодухи ядовитых грибов наелся…» предавался воспоминаниям черноволосый.

Под шумок Кай взял журнал, дабы изучить. Большинство записей сделаны мелким некрасивым почерком, кое-где чернила поплыли от сырости. Доход, расход, прибыль, местные цены, количество товара.

– «Похоже это ежедневник торговца» выдал он.

– «Что? Торговца? А я-то думала…» разочаровано махнула рукой дама, плюхнувшись в старое кожаное кресло, что от столь резкого воздействия развалилось на части.

Красно-пепельный пробежался единственным рабочим глазом по датам, отметив:

– «Хм-м… Последняя запись сделана в марте, то бишь три месяца назад». Далее он решил зачитать вслух самые важные, по его мнению, заметки:

– «…Сегодня еду в Берденбрём. Местные сказали, что из Больших Печек можно срезать через Тощий Лес. Стоит запомнить эту дорогу, вдруг нелёгкая ещё раз сюда занесёт… Лес оказался действительно тощим. На душе как-то тяжко, но нужно двигаться дальше… Всю ночь провёл в дороге. Наткнулся на дом. Хозяев нет, тотальное запустение. Нашёл старую военную одёжку и оружие. Из-за сырости всё в край испортилось, но если постараться, то продать можно. Хотел проверить подвал, однако люк оказался заперт. Останусь тут на ночь, а завтра поеду. Надеюсь, гадалка не соврала, и он действительно будет там. Странств… Торг…». На последних словах чернила совсем расплылись. Чтец захлопнул книгу и спросил девушку:

– «Так откуда вы вытащили дневник?», получив следующий ответ: «Наверху в самой левой комнате».

Янтарный бродяга поднялся на второй этаж, зашёл в комнатушку, где на чуткий нюх сразу же набросился затхлый запах. У разбитого окна стояли две не заправленные кровати, рядом с которыми находился сундучок, набитый истлевшими игрушками: деревянные кубики, металлические фигурки, куклы, и прочее. Тут же по полу разбросаны плащи-палатки, под которыми, вероятно, спали солдаты. Ближе к стенке в рядок расставлены потёртые сапоги. Кай без промедлений заменил свой единственный сапог на здешнюю пару. Брошенные вещмешки оказались полупусты, а находившийся в них скарб едва ли мог быть хоть сколько-то полезен. Ржавые арбалеты разбросаны вперемешку с однотипными армейскими саблями. Внимание привлекла лишь старая командирская сумка, закрытая на крошечный замок. Разглядывая её, голову оборванца пронзила ужасающая мысль.

Кай, не теряя времени, вернулся к группе, и задал один единственный вопрос:

– «Как подвал может быть заперт, если снаружи нет замка?».

Ребята сперва не поняли суть вопроса, но затем на лице каждого заиграли оттенки ступора, все дружно обратили взор на расположившийся в углу люк. Первой с места встала девушка. Она попыталась подойти ко входу в подвал, но Кай жестом остановил её.

– «Мужики, подойдите-ка сюда» крикнул он в окно. Хвостатый аккуратно подобрался ближе, заняв позицию позади люка, и потянул ручку вверх. Затем чуть сильнее. В итоге костлявая лапа дёрнула крышку со всех сил. Та поддалась, на секунду распахнувшись, но затем мощно захлопнулась, подняв вокруг пылевую волну.

Глаза всех присутствующих округлились. Церковник застыл в дверях. Сергей судорожно попытался нащупать ремешок арбалета. Менрил отступила назад, напоровшись на стол. Карей поднял дрожащий палец и заявил:

– «Там… Р-рука…».

Кай сухо выругался, после чего поинтересовался:

– «Ребят. Когда Джозеф уходил по нужде, вы все были на втором этаже, да?».

– «Так он не уходил» заявил Церковник.

– «Как это не выходил? Он же…» растерялась девушка.

– «Понятно. Ещё один вопрос. Метил, ты же маг, да? Иначе зачем тебе жезл…» бросил он, получив кивок.

– «Значит тогда поступим так: сейчас я вновь поднимаю люк. Ты сразу запускаешь туда чем-нибудь тяжёлым. Не в меня, не в пол, а чётко по центру люка. Серго, тебя тоже касается. Хорошо прицельтесь – я ещё хочу жить. На счёт три…» объяснил план скиталец.

Дама сняла с пояса серебряный жезл, прочитав заклинание. В воздухе близ кончика жезла завис деревянный шип, собранный из ближайших досок. Сергей вскинул арбалет.

– «Раз, два…» Кай вновь выдернул люк: «Три!».

Дикий визг огласил округу, брызги чёрной маслянистой крови окропили пыльный пол. Нечеловечески длинная рука, способная сложиться в четырёх, а может и пяти местах, вырвалась наружу. Шип колдуньи пролетел мимо, пробив люк насквозь, но выстрел Сергея оказался точен. Ручища лишилась солидного куска мяса, однако это ей не помешало продолжать извиваться. Кай замахнулся стальной плитой, но из-за лишь одного рабочего глаза ударил мимо.

– «Чёрт!» ругнулся он, вторым ударом перерубив-таки ручищу.

– «Даю гранату!» крикнул стрелок, снимая с ремня рунический цилиндр.

– «Не в меня!» хвостатый отпрыгнул как можно дальше, случайно задев угол комода раненной в Больших Печках рукой. Боль уколола разум. Прогремел взрыв.

Когда пыль осела, а звон покинул уши, в подвале уже больше ничего не обитало. Ошмётки серой кожи, оголённые кости, настоящий фарш. Погреб оказался небольшой комнатушкой с земляными стенами на прогнивших подпорках, сплошь сочащихся маслянистой смолой. Множество старых трухлявых костей, дикий смрад, до этого надёжно скрываемый плотным люком. Среди общего убранства Кай сумел заметить нечто воистину страшное. Перекорёженное и неестественно изогнутое тело Джозефа. Его буквально сломали в обратную сторону как хворостинку. Пустой остекленевший взгляд, в котором застыли отголоски былого ужаса, изо рта тянется ниточка свернувшейся крови. Хвостатый выдохнул, а затем обратился к группе:

– «Ребят. У меня плохие новости…»

Шок. Мёртвая тишина. Тело друга вытащили из отвратительного могильника, и положили на улице, накрыв куском ткани. Карей молча сидел у стенки, обхватив колени руками. Его глаза округлились, он не понимал, что происходит. Девушка не решалась подходить к нему встав у окна. Опытный наёмник и Церковник тихо переговаривались о своём, сидя за столом. Кай же копошился внизу, изучая останки. Пять отдельных черепов, два цельных скелета, один из которых облачён в некогда очень дорогие одежды, на пальцах убитые временем перстни, а челюсть содержит несколько золотых зубов. «Похоже это владелец того ежедневника» промелькнуло в голове.

То, что осталось от монстра, выглядело жалко и бесформенно. Хотя парочку интересных вещей подметить можно: тварь, вероятно, имела очень тощее телосложение, одна рука заметно длиннее другой, на маленькой болтаются остатки гнилых верёвок, плотно вросших в тело, и ошмётки истлевшей солдатской гимнастёрки.

– «Что вообще произошло?» прошептала Менрил, подойдя к краю погреба.

– «Некропат произошёл. Жил в подвале, хватал одиноких путников. Так и питался. Только вот откуда он здесь вообще взялся…» отвечал оборванец из подвала.

Кай вылез, отряхнул пальто, и заявил:

– «Скоро закат. Собирайте вещи, заканчивайте все дела, выдвигаемся через час».

– «Нам ещё нужно… Нужно… Андрюху закопать» бросил помрачневший паренёк, получив в ответ: «У тебя час. Вперёд».

– «Как за час яму вырыть, ещё и без лопат!?» не унимался он.

– «Можешь скинуть труп в подвал и обвалить свод. Получится своеобразная братская могила» предложил красно-пепельный.

– «Какая могила!? Ты… Тебе вообще плевать, да!?» вспылил юноша.

– «Нет, что ты, я невероятно скорблю! Пойду плакать и посыпать голову пеплом» бросил хозяин стальной махины, отправившись наверх.

Красно-пепельный обыскал помещение с солдатскими вещами ещё раз, вспомнил, что так и не вскрыл небольшую командирскую сумку. Костлявые пальцы без проблем вырвали маленький замок из дублёной кожи. Внутри оказались какие-то бумаги.

– «Приказы, указы, прочая хрень… Ну хоть на человеческом языке, а не на поскенурском» констатировал путник. Из пары прочитанных строк стало ясно – документы просрочены почти на девять лет. Отряд шёл в Берденбрём с дальнего окружного поста, остановок по пути совершали мало. В Больших Печках приняли пополнение. Солдаты также имели какую-то дополнительную цель похода, но из-за сырости фрагмент, содержащий информацию об этом, безнадёжно испортился.

Выходя из помещения, хвостатый случайно наступил на некий мягкий предмет, при ближайшем рассмотрении оказавшийся потрёпанным плюшевым зайцем. Множество аккуратно выведенных швов, пришитое ухо, один глаз заменён пуговицей. Помимо всего, заметно, что на игрушку наступают тяжелым сапогом далеко не первый раз. Кай пару секунд поразмыслил, разглядывая зайца, осторожно огляделся, и раздражённо бурча, поднял его, аккуратно посадив у изголовья кровати.

Далее бродяга бегло осмотрел ближайшую комнату. Здесь располагалась одна двухместная кровать, рабочий стол и шкаф. Самое интересное обнаружилось в шкафу: множество мужских и женских комплектов одежды, среди которых затесалась кожаная куртка с кольчужными вставками, судя по виду, прошедшая через множество боёв. Под толстым слоем чистого белья нашёлся чуть оплавленный серебряный жезл, усеянный засечками и руническими символами.

– «Хм-м… Катализатор» хмыкнул красно-пепельный, покрутив вещицу в руках.

Внезапно, после длительного разглядывания белой оконной рамы, в голове проскочила одна идея, для подтверждения которой потребовалось выйти из дома. Кай окинул строение взглядом: первый этаж, второй и маленькое окошко чердачного помещения. «Понятно, а входа на чердак я, почему-то не заметил» он кивнул своим мыслям. После проверки всех потолков второго этажа простукиванием, наконец нашлась фальшивая древесная плита, что без особых проблем снялась.

Скиталец влез на чердак. Густая пыль атаковала дыхательные пути, поэтому пришлось быстро подскочить к крошечному окошку, и распахнуть его настежь. Отдышавшись, он осмотрелся: комнатка небольшая, нуждается в капитальной уборке, прямо у самого окна расположился массивный сундук, подле которого распластался на животе скелет в матерчатой армейской форме. Его спину протыкала проржавевшая типовая сабля, а на плечах красовались командирские погоны. Оборванец осторожно заглянул в сундук с заевшей в открытом положении дырявой крышкой, к которому протянул свои лапы покойник. Испоганенные коррозией кинжалы работы неизвестного мастера, истлевшее венчальное платье, шкатулка, в которой когда-то лежали драгоценности, а сейчас лишь одинокая коробочка, предназначенная для хранения серёжек.

Особого внимания заслужило фото в рамке. На нём изображены люди, вероятно хозяева дома. Мордоворот с глубоким шрамом на месте уха, рядом невероятной красоты женщина, спереди два ребёнка – короткостриженый мальчик и девочка, сжимающая в руках серебряный колдовской жезл. Далее взор приковала к себе пустая оружейная стойка на стене, где, судя по всему, должен был располагаться меч.

– «Ясно…» бросил хвостатый и спустился вниз.

Наконец назначенный час отъезда пробил. Все собрались на улице. Поникшая девушка, двое молчаливых мужчин, и потерявшийся в пространстве черноволосый юноша. Последний склонился, полон нерешительности, над трупом друга.

– «Едем?» спросил Кай.

– «Мы ещё… Нужно что-то сделать с его телом. Нельзя просто так оставлять» мямлил Карей.

– «Понимаю. Только что ты с ним сделаешь? Нам нужно ехать, причём прямо сейчас, поскольку неизвестно, когда покажется призрак, может он уже нас во всю ищет» бестактно отвечал одноглазый.

– «Да ничего ты не понимаешь! Тебе нечего терять. Ты просто безродный бродяга, лишённый любого проявления любви, заботы, или чести! Андрей был со мной, сколько себя помню! Он, пускай порой и являлся не самым хорошим человеком, но вне зависимости от обстоятельств оставался отличным другом! Когда сосед спустил на нас овчарок, и мы бежали через всю деревню, когда меня впервые бросила девушка ради тупого качка, и мы вдвоём закидали её дом помоями, когда он влип в карточные долги, и мы вместе работали на стройке пол лета… Тебе не понять, что такое смерть близкого человека!» завёлся парнишка.

– «Как скажешь» скиталец сунул руки в карманы.

Черноволосого просто взбесил такой ответ. Этот гнев вылился в безуспешную попытку ударить обидчика. Кулак пролетел мимо, а мгновенная контратака пришлась прямиком меж рёбер. Боль выбила воздух из лёгких, ноги подкосились.

– «Вижу, ты никак не можешь отпустить смерть друга. Что ж, тогда просто приляг рядом и умри. Мёртвым не больно. Мёртвым не грустно. Мёртвые ничего не хотят. Они просто мертвы…» ухмыльнулся Кай.

Мгновение, и мощная струя пламени ударила в тело покойного, вскоре обратив прахом, что вызвало шок у присутствующих. Оборванец окинул всех хищным взором:

– «Ну, что, дамы и господа!? В путь!».

Сергей кое-как запряг бармирога и первым влез на телегу, попутчик следом. Дама заняла своё привычное место. Сохраняющий подозрительное молчание Церковник помог побитому юноше встать. Тот вытер слёзы рукавом, проводив ненавидящим взглядом своего обидчика. Повозка отправилась прочь от злосчастного дома, а огонь потихоньку перекинулся с тела на стену, вскоре целиком поглотив здание.

3-16

Повозка мерно тряслась по кочкам. Тёмная ночь. Спутники долго не решались нарушить понурое молчание. Менрил постоянно бросала косые взгляды на красно-пепельного, что в этот момент якобы очень внимательно изучал томик Тёмной Магии Для Чайников. Тишина пожирала разум, заставляла вновь возвращаться к пугающим образам. Распухшие телеса неуязвимого призрака, чудовище в подвале, пустые глаза покойного товарища.

Кай поднял руку, почесав нос, чем заставил всю группу вздрогнуть от страха. Он, заметив смятение компаньонов, убрал руку от носа, продолжив чтение.

Карей тосковал по погибшему другу, скрывая полный страха взгляд от огненного мага. Церковник закрыл глаза, нашёптывая молитвы. Сергей держал поводья бармирога, периодически опасливо оборачиваясь.

Неловкое молчание продолжалось ещё некоторое время.

– «Я…» внезапно начал Кай.

– «Не убивай!» перебив его взвизгнула Менрил.

– «Я что, настолько страшный?» выгнул бровь скиталец.

– «Нет, господин огненный маг, сэр» замотала головой девушка.

– «Господин… Вот это да! Час назад я был подзаборной швалью, а теперь сэр… Хех…» ухмыльнулся он.

– «Премного виновата! Прошу принять мои искренние извинения» поклонилась испуганная дама.

– «Очень искренне… Ни разу не видела мага, способного творить огонь?» спросил бродяга.

– «Нет» отчеканила барышня.

– «Это был риторический… Эх-х… Может не мага, а колдунью?» бросил собеседник.

– «Огненная магия – мёртвая стихия. Её Церковь истребила во времена охоты на ведьм» отвела взгляд блондинка, трясущимся пальцем указав на Отца Красибора. Тот сохранял нейтральное выражение лица, будто ничего не услышал, однако пухлые пальцы сильнее стиснули чётки.

– «Ну, начнём с того, что огненную магию недолюбливали задолго до основания Церкви Белой Звезды. Однако Церковь возвела человеческое недоверие и страх в абсолют, сплотив людей, переживших Смещение, против общего врага – таких как я... Так что огненных магов сгубила не охота на ведьм – их планомерно истребляли на протяжении двух с лишним тысячелетий, а охота просто стала финальным гвоздём в гроб» повествовал хвостатый.

– «Да, вы правы. У вас есть полное право ненавидеть Церковь за то, что она сделала с вашим народом» закивала дама.

– «А оно мне нужно?» выдал Кай.

– «А? Но они же… Из-за них вы последний маг огня на всём свете!» выпучила глаза Менрил.

– «По чьей именно вине я, вероятно, последний – очень спекулятивный вопрос. Но мне, честно говоря, вообще плевать, кого Церковники там истребили. Никогда не испытывал братской любви или сочувствия к магам огня. У меня с Церковью личные счёты» неприятно улыбнулся зубоскал.

За деревьями ярко блеснули огни, вновь скрывшись от глаз попутчиков. Проходимец насторожился. Дорога, по которой мчалась повозка, постепенно сближалась с другой, чтобы в конце концов слиться воедино. Теперь огни оказались позади спутников, но очень быстро нагоняли. Послышался стук копыт и металлический лязг.

– «Там какая-то повозка…» выдала девушка.

– «Советую пригнуться» бросил Кай, распластавшись на дне телеги. Уже наученный горьким опытом Карей последовал примеру спутника.

– «Ч-что?» переспросила она.

– «В святошу не стрелять! Взять живьём!» донеслось из повозки преследователей, и над головами пассажиров просвистело несколько арбалетных болтов.

– «Ай! Су…» вскрикнул Сергей, схватившись за руку. Меткий выстрел оторвал ему пол ладони.

– «Господи, что это!?» взвизгнула Менрил, пригнувшись.

– «Король Регильроз со свитой» съязвил хвостатый, создав в руке рвущийся от напряжения огненный шарик.

– «Стреляйте по колёсам! По колёсам!» кричал один из преследователей. Не успел он закончить фразу, как в их повозку залетел маленький язычок огня. Мгновение. Взрыв! Телега разлетается на куски, все пассажиры обращаются бурым горелым месивом, а тянувший её бармирог лишается задних ног и валится наземь.

Из пламени взрыва вырвались двое лысых амбалов, мчащихся на металлических двухколёсных конструкциях. Кривой руль, толстая цепь крутит заднее колесо, под рамой, усеянной руническими символами, закреплены холщовые сумки.

– «Ещё кайзеровцы! У них мопеды!» крикнула дама.

– «Накрой их магией!» скомандовал красно-пепельный. Первый кайзеровец снял с пояса гранату. Регулятор скоростей скрипнул, свет рунических символов стал сильнее, и мопед ускорился. Он шёл на сближение. Второй амбал принялся злобно шептать нечто эзотерическое, его глаза сверкнули.

– «Сейчас-сейчас» пробубнила девушка, пытаясь выхватить серебряный жезл.

– «Поздно, создай броню!» крикнул бродяга, принявшись колдовать.

Дальнейшее происходило стремительно: первый здоровяк кинул гранату, но та ударилась в толстый щит, созданный дамой из дорожных камней и корнистого грунта. Кайзеровец-колдун почти завершил читать заклинание, однако Кай обдал его волной огня, сбросив с мопеда, а Отец Красибор, схвативший арбалет раненного Сергея, точным выстрелом пробил лысую голову гренадёра. На этом кайзеровцы закончились.

Бывалый гильдиец свалился в повозку, достав из-за пазухи резиновый жгут, которым спешно перетянул руку. Церковник взял поводья, заняв место кучера.

– «Сергей, вы как?» спросил Карей.

– «Ух-х… Хреново» бросил раненый, разглядывая изуродованную конечность.

– «Отче, а ты неплохо стреляешь…» подметил Кай: «И кайзеровцы почему-то хотели взять тебя живым. Удосужься объяснить».

– «Да, кстати… Святой отец, почему вы нужны Железному Кайзеру? И почему наёмники продолжают гнаться за нами?» задумалась Менрил.

– «Милостивая Белая Звезда! Если бы я знал!» развёл руками проповедник.

– «Но почему им понадобилась не моя персона, а какой-то бродячий священник… Немыслимо!» возмущалась девушка.

– «Слушай, святош, а может это как-то связано с МОРовцами из Больших Печек и шифрами, что мы нашли с… Вон тем парнишкой?» хвостатый указал пальцем на Карея.

– «Ежели то и связано, я всё равно ничего не знаю. Я мирный служитель Белой Звезды, проповедаю, отпеваю. Сейчас молюсь за упокой для безвременно ушедшего Андрея. Бедный парень» продолжал гнуть свою линию Отец Красибор.

– «Очень убедительно, верю…» усмехнулся скиталец.

– «В-в-вы… Отстаньте от Отца Красибора! Он хороший человек! И вообще, м-может это вы за одно с кайзеровцами?» промямлил Карей.

– «Я прям представляю, с каким лицом меня будет награждать кайзеровское начальство за успешный захват какого-то проповедника и убийство пятнадцати их наёмников… Кстати, не ты ли, когда мы вдвоём разведывали местность, столь нелестно отзывался о госпоже Метил? Кажется, ты пытался подбить меня на что-то…» прищурился Кай.

– «Ч-что? Да я… Я не… Вы всё не так поняли!» растерялся парнишка.

– «А? Ты кого, селюк, поругать вздумал!? Что он про меня говорил?» резко взъелась девушка.

– «О-ой… Там много чего было…» с удручённым видом протянул оборванец.

– «Не правда, я всего лишь…» начал было черноволосый, но был перебит негодующей дворянкой: «Ах ты!».

Пока Менрил и Кацилорей громко спорили, а Сергей, стиснув зубы, бинтовал конечность, зубоскал подобрался ближе к проповеднику, тихо бросив:

– «Так вот, на чём мы остановились? Ах да… Не за твоей ли задницей охотятся кайзеровцы? Вернее, почему они охотятся за ней?».

– «Белая Звезда знает» привычно отзывался мужичок.

– «А Белая Звезда знает, где находятся убежища, почему помер отряд армейцев, и при чём тут Поскенур?» выгнул бровь красно-пепельный. Блаженное лицо Отца Красибора резко приняло серьёзный вид. «Так. Хорошо, я его заинтересовал… Теперь главное не тупить. Судя по уликам, что я нашёл, здесь когда-то давно проходили армейцы, искавшие убежища федератов. Но с ними очень мутная история вышла, трудно что-то сказать наверняка» прикидывал оборванец.

– «Белая Звезда не знает, поэтому послала своего преданного слугу разобраться. Хотя многое ей известно, например, как храбрый огонёк вздумал пойти против могучего вихря…» многозначно произнёс священник.

Теперь уже лицо бродяги изменилось. Безжизненный взгляд наполнили искры. «Откуда он… Хреново. Очень. Я думал, что с тем монастырём сгорели и все упоминания обо мне. Сука, Габриэль, какой же ты ушлёпок… Может святоша блефует? Всё-таки появление огненного мага – событие редкое. Вот и решил проверить, я ли это… Маловероятно. Так или иначе, нельзя подавать вида. В крайнем случае завалю. Даже если Церковники и решат провести расследование, касаемо пропажи их агента, а это точно агент, то, чтобы им выйти через меня на Крис придётся ворошить МОРовские архивы. Но поскольку Церковь и МОР – враги от природы, то Крис или Камиллу найти будет трудно. Если, конечно, Габриэль не подсобит…» анализировал ситуацию Кай.

– «Коли Звезда послала нам своего слугу, то кто послал за ним Железный Кайзер? И какого хрена на него напал призрак?» продолжал допрос красно-пепельный.

– «Слуга тоже хотел бы знать. Касаемо призрака: здесь много лет назад большой отряд церковных наёмников охотился на ведьму, повинную в страшном грехе. Смотритель отряда так и не вернулся, а наёмники разбежались. После этого Тощий Лес стал аномальным местом…» рассказывал проповедник: «А теперь ты скажи, кто упокоил армейцев? Поскенурцы?».

– «Поразительное любопытство… Ну смотри, отче: армейцы остановились в том доме, где мы потеряли Андрея, но ночью их нечто спугнуло, заставив голышом бежать по лесу. Закончили они все на руинах трухлявой сторожки со свёрнутыми шеями. Скорее всего это постарался призрак, или нечто пострашнее» отвечал бродяга.

– «А откуда монстр в подвале?» поинтересовался Отец Красибор.

– «Это тоже солдат, о чём свидетельствуют обрывки гимнастёрки на нём. Похоже, свои связали его, бросили в подвал, но их спугнул призрак, а он остался там. Один в темноте без шанса на спасение. Вскоре умер голодной смертью, после чего восстал некропатом» пояснял хвостатый.

– «И за какие же прегрешения его там оставили?» спросил священник.

Кай хотел было открыть рот, но его перебил необычайно громкий выкрик девушки, до сих пор спорящей с черноволосым парнишкой:

– «…Я величественная представительница Северно-Высших Элькамисов! Видишь уши, деревенщина!? Они длинные и уходят вверх! Только у нас они столь утончённые! И вот ещё что…». Менрил оттянула край глубокого декольте, демонстрируя крупное родимое пятно на груди, имеющее непонятную форму:

– «У нас, Элькамисов, есть родимые пятна, усиливающие магию! Видишь!? На пчелу похоже… Нам с самого рождения суждено быть великими, и, если ты ещё раз посмеешь что-то вякнуть про мой слух…».

– «А по-моему больше на муху смахивает» отпустил комментарий янтарный проходимец.

– «Ты… Вы… Яр, скажите, та короты… Кхем… Ваша подруга ведь тоже Элькамис. Где у неё родинка и какой формы?» резко развернулась Менрил.

– «Во-первых, прикрой пчёлку, а то замёрзнет. Во-вторых, зачем тебе это?» вопрошал собеседник, прикладывающий все усилия, чтобы отводить взгляд. Особа, осознав свою оплошность, быстро поправила блузу.

– «Очень-очень надо» состроила она щенячьи глазки.

– «Ну-у… Весомые аргументы. Где у неё располагается родимое пятно не скажу, имеет оно чёткую форму полумесяца» бросил он.

– «Ну а всё-таки где?» не унималась барышня.

– «Я б срифмовал, но чисто из глубочайшего уважения к вашей персоне, госпожа дворяночка, делать этого не стану» отмахнулся скиталец, возвращаясь на своё место.

Все в повозке приутихли. Менрил всё так же бойко, но уже тише и не столь агрессивно просвещала уроженца Лестофагена, Сергей выпивал свои сто грамм, притупляя боль о потерянных пальцах, Церковник крепко держал поводья, а Кай травил лёгкие сигаретным дымом.

Внезапно подул ветерок, в ноздри ударил смрад дикой шерсти. Сквозь туманную дымку резко прорвались несколько небольших силуэтов.

– «К-кайзеровцы!» крикнул Карей, указав пальцем на фигуры. Церковник стегнул бармирога.

– «Это не они, но тоже ничего хорошего» заявил хвостатый.

– «Мужики… Я сейчас стрелять не смогу, возьмите арбалет» выдал бывалый гильдиец, трясущейся рукой протягивая своё оружие попутчикам.

– «Я стрелять не умею, давай ты» красно-пепельный хлопнул по плечу черноволосого парнишку.

– «Я тоже!» запротестовал тот.

– «Да это просто. Прицелился, нажал, выстрелил. Когда болты закончились сменил магазин» выдал зубоскал, магией перенося сигаретный огонёк в ладонь.

– «Почему тогда сам отказываешься!?» недоумевал Карей.

– «Потому что всегда промахиваюсь, вне зависимости от того, насколько хорошо прицелился» заявил Кай.

– «Это как?» хлопал глазами собеседник.

– «Вот так» бродяга одной рукой вскинул оружие, прицелившись в бегущую поблизости фигуру, после чего выстрелил. Цель выстрела тут же запнулась, стальной дротик ударился о камень, срикошетил в неизвестном направлении, а затем прилетел прямо под ноги стрелку, едва не пронзив стопу.

– «Теперь, когда ты лицезрел сей странный перл судьбы, может уже возьмёшь арбалет, и начнёшь отстреливать тварей?» сказал он, опасливо оглядев свой сапог.

– «Но как…» растерялся Карей.

– «Да что вы там тянете!? Дайте сюда!» выкрикнула Менрил, схватив арбалет: «Я в своё время даже медаль выиграла за скоростную стрельбу по мишеням. Сейчас покажу вам, как воюют благородные дворяне!». Она дёрнула затвор, прицелилась. Щелчок! Болт летит мимо цели.

– «А ты точно никому не сунула несколько сотен цветных бумажек за ту медальку?» ухмыльнулся бродяга, увеличивая огонёк в ладони.

– «Это пристрелочный, он не в счёт» оправдывалась дама.

Фигуры подобрались ближе, попав под свет фонарика. Вонючий мех, правая лапа чуть больше других и покрыта длинными толстыми серыми волосками, по которым то и дело проскакивают голубоватые искры. Карей крикнул:

– «Так это волки!».

– «Вообще-то электро-волки» поправил скиталец.

– «В смысле «электро»?» переспросил черноволосый, замахнувшись длинной кочергой на приближающегося зверя. Металл соприкоснулся с усеянной толстыми волосками спиной твари, грянула вспышка, а нерадивый юнец присел, получив разряд. Из его закрытого рта тянулась струйка крови.

– «В прямом. Ты язык прикусил или откусил?» интересовался янтарный воин, подняв в воздух ворох огненных искр. Парнишка не сразу пришёл в себя, пошарил взглядом вокруг, прикоснулся пальцами к губам, а затем к языку.

– «Фвикусил» заявил он. Менрил загнала арбалетный болт прямо промеж глаз волка, пробив голову навылет.

– «Ясно. Короче, у них под напряжением всё тело, кроме пуза и морды. Особенно лапа и хвост. Надо бить аккуратней» пояснил красно-пепельный, швырнув электро-волкам горсть огненных иск, что сиюминутно обратились десятками маленьких взрывов. Ошмётки преследователей разлетелись по всей дороге. Выжившие волки, трусливо скуля, сбежали.

Спутники переглянулись.

– «Фух… Кажется отбились!» выдохнула дама: «И почему эти тупые твари решили на нас напасть?».

– «Действительно, и почему же?» пожал плечами Кай, присаживаясь за кучером. Слепой глаз неприятно кольнул, а из носа протянулась алая черта, быстро затёртая грязным рукавом. «Похоже, нужно осторожнее расходовать миазмы» констатировал колдун.

– «Я думаю, они голодные» предположил Карей.

– «Блестящая дедукция. Возьми с полки пирожок» покачал головой хвостатый.

– «Эх-х… Андрюха бы сейчас не отказался от пирожка» помрачнел парнишка.

– «Ха! Пирожки… Плебейская еда. Вот я когда с дядей в Поскенур ездила, мы там такие штуки ели…» начала девушка: «…Поскенурцы заворачивают рыбу, сливковый сыр и огурец в сушёную морскую траву, облепляют рисом, и едят. Рыба при этом совершенно сырая!».

– «Ваша светлость очень бесстрашна, раз не боится подхватить паразитов от сырой рыбы» отпустил комментарий Кай.

– «Да ничего там не подхватишь… Также у них есть такой суп с лапшой, яйцом и мясом. Вроде звучит просто, но туда добавляют этот ихний соус чёрный. Забыла, как называется. А ещё дядя научил меня есть палочками, на манер поскенурцев. Он у меня вообще классный… Вот доеду до Берденбрёма, встречусь с ним, и уеду куда-нибудь далеко…» расплывалась в мечтах чумазая дворянка.

– «Можешь рассказать про своего дядю, если хочешь, только пожалуйста, ни слова больше о еде» подобрал слюни зубастый собеседник.

– «Про дядю? Ну-у… Он крутой. Всегда дарит мне самые лучшие подарки, весёлый, умный. У меня в семье все простые люди – мама, папа, сёстры, и только он Элькамис как я» повествовала барышня.

– «Погоди. Твои отец и мать – простые люди. Все твои братья и сёстры простые люди. Но ты и дядя полулюди?» оживился он.

– «Да. Мама говорит, что наша бабушка была Элькамисом, и мне это от неё передалось. Мой отец, кстати, недолюбливает дядю. Я думаю – это из-за зависти к моей благородной природе» размышляла девушка.

– «М-да… Чем только дворяне не тешатся» выдал оборванец.

Повозка качнулась, плавно входя в поворот.

– «А у нас в Лестофагене такие щи наваристые готовят» тяжело вздохнул Карей, охлаждая на ночном воздухе прикушенный язык.

– «Я же просил не упоминать еду. Кушать охота» хвостатый кинул хищный взгляд на спутников.

– «А чем питаются огненные маги?» внезапно спросила дама.

– «Ничем. Они все мертвы» последовал ответ.

– «Ну вы же живы. Чем вы питаетесь?» она попыталась задать вопрос заново.

– «Исключительно блинами со сметаной, говяжьими колбасками, борщом, и яблочным шнапсом» язвил он.

– «Правда?» удивилась Менрил.

– «Конечно. Я ж на самом деле сбежавший из Аль-Добата принц… А наш святоша нажрал такую ряху исключительно благодаря усердным молитвам и подачкам свыше» скалился скиталец. Отец Красибор невзначай поправил рясу, скрывая свои телеса.

– «Я же серьёзно» насупилась блондинка.

– «И я тоже. Всё, закрыли тему с едой» отрезал Кай.

3-17

Ночь. Тишина. По лесной дороге медленно едет потрёпанная повозка. Её пассажиры молчали. В конце концов Менрил не выдержала пожирающей разум тишины, спросив:

– «А когда вернётся призрак?»

– «Думаю, ближе к четырём утра» отвечал Кай: «Кстати, пока не забыл… Серго, я видел у тебя часики. Одолжишь на денёк?»

– «Зачем?» отозвался потихоньку проваливающийся в сон гильдиец.

– «Хочу провести кое-какие замеры» таинственно изрёк проходимец.

Сергей без пререканий расстался с часами, туже укутываясь в одежду.

– «А Мари Бернес смогла бы убить призрака?» вдруг поинтересовалась дворянка.

– «Убить – нет, изгнать – да. Ей бы пришлось найти предмет, привязывающий призрака к этому месту и уничтожить», отвечал красно-пепельный, сверяя часы.

– «А если в честном бою? Она же ведь первая мечница севера! Быстра как ветер, сильна как скала, величественна как… Как… Ну, в общем величественна! Она в одиночку одолела армию герцога Беттервиля, была знакома с королём, пока его не свалила хворь, могла разрезать валун одним мечом» тараторила барышня.

– «Армию Беттервиля она развалила не в соло, а под прикрытием магов, знакомство с королём – это скорее наказание, нежели заслуга, а камни она резала, потому что меч магический. И, нет, призрака так просто не победить. Может при очень сильном магическом воздействии он бы и пострадал чутка, но не более» бросил хвостатый.

– «Вы говорите так, будто совсем не впечатляетесь личностью Мари Бернес» прищурилась дама.

– «Ну, скажем, однажды я видел её в деле. Издалека правда, но всё же» пожал плечами он.

– «О боже! Правда!? Как это было?» загорелась собеседница.

– «А ты походу фанатеешь от Мари Бернес? Хех… Не мудрено: эта бестия меньше, чем за десять секунд вырезала почти пол сотни наёмников, при этом отражая выстрелы мечом, и уклоняясь ото всех атак» рассказывал янтарный странник.

– «Да, это Мари Бернес… Можно один глупый вопрос, господин огненный маг? Насколько вы сильны, относительно Мари Бернес? Вы смогли бы её победить?» спросила девушка. Кай заявил:

– «Силы у меня предостаточно, и Бернес таким как я по плечу», однако про себя подумал: «Мне точно не забороть эту дьяволицу в открытом столкновении. Может закидать взрывами со спины… А лучше заманить в ловушку, отравить, ослепить, обездвижить, и прикончить издалека».

– «Правда? Значит не врут легенды о могуществе огненных магов» впечатлилась дама.

Карей, пытающийся разглядеть хоть что-то сквозь густой туман, выдал:

– «Конечно он сильный. Половину Больших Печек один покромсал».

– «С чего ты, крестьянская голова, решил, что за тот переполох именно он ответственен? Мало ли в мире других огненных магов?» вступилась за оборванца Менрил.

– «Мало! И Отец Красибор описывал того мага очень похоже!» стоял на своём черноволосый парнишка.

– «Староват я уже, глаза не те. Могло и показаться» бросил священник.

– «Знаете, я не хотел рассказывать, но похоже придётся…» сделал трагичное лицо оборванец: «…Истину говорят, что нет врага страшнее собственного отражения… Бродит по бескрайним далям сущность, ликом аки я! То брат мне. И чудовищен его взгляд, а разум помышляет лишь о разрушениях. Остановить его – вот моя миссия. Чтобы он не порочил доброе имя наших покойных родителей и древний род!».

Спутники несколько секунд помолчали, впитывая вычурную речь.

– «О боже! История прям как в книжках!» хлопнула в ладоши девушка.

– «А? Чего? Я половины слов не понял…» почесал затылок уроженец Лестофагена.

– «Брат-близнец у меня есть, говорю. Редкостный чёрт. Убить его хочу» пояснил словоблуд.

– «А… То есть твой брат там всех убил?» переспросил Карей.

– «Да» раздражённо вздохнул оборванец.

– «Вот видишь, деревня! Яр на самом деле не виноват!» победоносно провозгласила дама.

– «Не верю я ему. Он меня уже как-то раз обманул с миной» шмыгнул носом черноволосый.

– «А я верю! Он, в отличии от вас, хотя бы способен говорить по-человечески. К тому же зачем убийце нас спасать от кайзеровцев? Дважды! Пускай и огненный маг, но он ничего плохого никому из нас не сделал, а только наоборот, помогал!» топнула каблучком блондинка.

– «Спасибо за поддержку, Метил» кивнул оборванец.

– «Только нахал вы, сударь, каких поискать надо!» подметила Менрил.

– «Отец, ну вы-то скажите!» Карей обратился к Церковнику.

– «Коли брат был, тогда не грешно» фальшиво улыбнулся тот.

– «Д… Да даже так! Он ведь огненный маг, а вы священник! Вы должны быть против него!» недоумевал парнишка.

– «Знаешь, что в писании Белой Звезды говорилось на странице сорок три?» вопрошал проповедник.

– «Что?» хлопал глазами юнец.

– «Хочешь жить – умей вертеться» ответил Кай.

– «Я… Как… Там наверняка было не это!» пытался найти слова собеседник.

– «Кто знает, чё там было… Вот я помню, как ещё десять минут назад ты меня до чёртиков боялся. Что-то изменилось, волосатик?» ухмыльнулся скиталец, щёлкнув пальцами прямо у носа спорщика. В воздух поднялась одинокая искорка. Карей замолк, тихо забившись в угол.

Группа ехала ещё долго. Воин в обносках снова вспомнил, что подруга подарила ему учебник по колдовству. Он достал массивный томик Тёмной Магии Для Чайников, и от нечего делать решил изучить. Ровные абзацы совершенно сухого текста, до краёв заполненного техническими формулировками. По странице вились картинки со сложными вычислениями и уравнениями, сдобренные порцией рунических символов. «…Если Д не равно Икс, то Перекилическое значение треугольной проекции вычисляется по формуле А. И таким образом можно задать температуру охлаждения… Сука. В магии огня совершенно другие логические привязки эффектов заклинания. И это Динамика. Я не колдую Динамикой. А в оглавлении ни слова про Безмолвно-Антикинетический способ. Теоретически, если бы мне взбрело в голову начать пользоваться магией тьмы, то пришлось бы самостоятельно адаптировать систему эффектов под свои нужды. Хотя… Может подойдут и привязки из огня» размышлял чтец, переворачивая страницу.

Внезапно оживилась Менрил:

– «Слушай. А, каково это быть… Огненным магом?». Кай весьма удивился такому вопросу:

– «Что тебя конкретно интересует?».

– «Ну… Какие ощущения от использования огненной магии?» произнесла она.

– «Хм-м… Никаких, наверное. Хотя… Всё зависит от того, зачем ты создаёшь магию, против кого применяешь. Эмоции. Какие эмоции ты испытываешь, держа в руках нож? Никаких. А, вот, если убиваешь им человека или нарезаешь салатик?» пояснил он.

– «Ясно. Как я и думала... Просто, возможно больше шанса спросить не представится. Всё же ваша стихия почти мертва» девушка почесала затылок.

– «Может, привал устроим?» зевнул Карей.

– «Если хочешь умереть, то можно. Я даже эпитафию придумаю: «Четырёх путников преследовал неуязвимый призрак, но они решили пожарить шашлычки на природе»!» ответил Кай.

– «А с сего… Тьфу!» сплюнул кровь с языка черноволосый: «С чего вы взяли, что призрак за нами гонится?».

– «А с чего ты взял, что в этом лесу стоит опасаться одного только призрака?» сказал загадочный попутчик. Группа прислушалась к мёртвой тишине, средь которой жалобно скрипели сосны и где-то в кронах гулял ветер.

– «Ребят, я больше терпеть не могу. Мне нужно в туалет. Срочно» парнишка поставил группу в известность о своей нужде.

– «Я бы тоже, кстати, от маленького привала не отказалась» бросила девушка. Она и Карей впились взглядами в оборванца.

– «А чё вы на меня смотрите? Раз решили, то вперёд. Эпитафия уже есть» язвил он.

Повозка плавно сбавила ход, через метров десять полностью остановившись. Церковник, спящий гильдец, и огненный маг остались сторожить транспортное средство, девушка спрыгнула размять ноги, а юноша стрелой забежал за ближайшее дерево.

– «Так вот, мы не договорили» шепнул Кай.

– «Я сказал всё» дружелюбно отвечал священник.

– «Что конкретно здесь за охота была? Нужно больше подробностей, прошу, не стесняйся, отче» сказал хвостатый.

– «А почему армейцы заперли своего в подвале, и при чём тут Поскенур?» парировал Отец Красибор.

– «Ой, какой ты мелочный. Нет бы от чистого сердца всё рассказать…» покачал головой оборванец. Он осмотрелся по сторонам:

– «…Судя по всему этот армеец завалил их командира, труп которого я нашёл на чердаке. Он скрыл следы преступления, но всё равно попался. Его заперли в подвале, а дальше ты знаешь».

– «Но в чём выражается влияние Поскенура?» прикусил губу священник.

– «В том, что мне очень хочется послушать про охоту на ведьм в этих краях» скалился пройдоха.

– «И это ещё я мелочный… Значит, смотри: по прикидкам где-то здесь скрывалась огненная ведьма, ответственная за Белипейский пожар. С подельниками. Церковь направила сюда очень большой отряд, возглавляемый смотрителем, но их постигла неудача. Как позже рассказал пойманный и допрошенный участник операции, их постоянно атаковали электро-волки, половина слегла с дизентерией, а под конец подельник колдуньи убил смотрителя. Без смотрителя денег им бы не заплатили, поэтому они разбежались. В ходе этого «разбежались» куда-то «пропал» их локальный вожак. А теперь про Поскенур, пожалуйста» рассказывал Церковник.

– «Хорошо. В полевых документах говорилось, что отряд совершал последнюю остановку в Больших Печках, получив пополнение. Похоже среди новоприбывших нашлась крыса. Поскенурский агент. Он сжёг карту армейцев с расположением бункеров ЕФГ в Тощем Лесу, благополучно переписав всё на своём языке и зашифровав. Эту копию отдал подельнику, обглоданный волками труп, которого я нашёл неподалёку от дома, а затем завалил командира. Полагаю, это всё саботаж миссии армейцев по поиску бункеров Федератов. Но самое интересное – это даты…» делился своими догадками красно-пепельный.

Отец Красибор хотел спросить ещё что-то, но их прервал громкий выкрик Менрил:

– «Эй! Смотрите, чего отыскала!». Она сжимала в руках насквозь проржавевшее копьё, трухлявое древко которого незамедлительно рассыпалась.

– «Ой, да тут ещё и меч есть!» задорно продолжала девушка, сотрясая гнилым клинком. Она не сразу заметила, что за рукоять зацепилась костлявая рука в кольчужной перчатке.

Визг, ноги подкосились. Оружие полетело в сторону, прямиком к своему покойному хозяину. Кай спрыгнул с повозки, дабы получше рассмотреть останки. «Невысокий воин, пол установить трудно, лежит здесь давно, уже успел погрузиться в землю. Смерть наступила из-за… Хм-м… Наверное это волки так его потрепали, или медведь. Воротник стёганки разорван, кости в царапинах, похоже обглоданы» рассуждал он. Тонкие пальцы прикоснулись к заплесневевшему скелету, и тот обратился прахом. Тут же обнаружились ещё несколько.

– «Ай!» Менрил отряхивала ноги от налипших колючек, шишек и песка.

– «Все коленки ободрала…» жаловалась она.

– «Была б в штанах – этого бы не произошло» отвлечённо комментировал оборванец, изучая другие трупы.

Рядом с очередным скелетом нашёлся сломанный арбалет, заряженный болтами со странными наконечниками. Скиталец прикоснулся к боеприпасу, и по руке прошла лёгкая пульсация. «Антимагические» констатировал он, брезгливо отбросив находку. Также занятным показался символ в виде глаза, обрамлённого разнообразными закорючками, нанесённый на доспехи некоторых воинов. «Похоже, охотники на ведьм, о которых рассказывал святоша» подытожил следопыт.

– «Я всё!» крикнул Карей, запрыгивая в телегу. Следом за ним взмыла девушка, а последним вскарабкался скиталец.

Тишина и темнота. Туман стелется под колёсами, завиваясь в причудливые кудряшки.

– «Блин, больно» Менрил рассматривала разодранные коленки.

– «Лучше обработай спиртиком» бросил Кай.

– «Откуда я его возьму?» спросила дама.

– «Если не найдёшь спирт, то могу предложить термическую обработку. Любая зараза точно помрёт, только след останется в виде ладони» усмехнулся он.

– «Нет, не надо! Как же я буду показывать свои шикарные ножки на публике, если получу такой ожог!?» возмущённо фыркнула дворянка. Вся спесь резко покинула бледное лицо бродяги.

– «Да, действительно. Как я не подумал…» буркнул он, спрятав опустошённый взгляд меж страниц Тёмной Магии Для Чайников.

– «Священник, может вы владеете магией жизни? Подлечите, будьте любезны» в приказной манере попросила девушка.

– «Уж прости старика, но я не маг» виновато улыбнулся Церковник.

– «Эх-х… Жалко. Где же мне взять спирт…» размышляла барышня.

Рассвет уже не за горами, однако обе пары часиков всё ещё работают вполне корректно, показывая одинаковое время.

Неожиданно во тьме что-то мелькнуло. Затем ещё раз.

– «Берегись!» крикнул черноволосый. С рёвом и завыванием из дымки вырвались опалённые электро-волки. Один из них ринулся к пассажирам, но напоролся на удар прикладом арбалета. Тварь завалилась вбок, вскочила, и принялась влезать на телегу, отчаянно цепляясь за доски и клацая пастью. Девушка вновь пустила в ход арбалет, визжа, ударив животное по голове. Кай не вступал в бой. Его взгляд приковало нечто в полумраке, слегка позади умирающего волка. Длинные разбухшие руки обвили пёсью морду. Хруст. Отчаянный волк со свёрнутой шеей обмяк. Мерзкое хихиканье.

– «Гони!» выкрикнул скиталец, пнув мёртвую животину. Повозка набирала скорость, а за ней гнался безмолвный призрак. На этот раз оборванец сумел разглядеть преследователя получше. Отвратительная шея сплошь усеяна ожогами, будто от пальцев. На плече какое-то непонятное пятно, возможно, являющееся татуировкой. Монстр замахнулся ручищей, намереваясь схватить владельца металлической плиты, но тот увернулся, затем ещё раз, после чего отпрыгнул ближе к извозчику. Вся группа жалась у начала телеги, с ужасом в глазах наблюдая, как призрак протягивает лапы к их лицам.

– «Быстрее!» верещала Менрил, продолжая отступать. Внезапно шпилька сапога лопнула от чрезмерной нагрузки, и дама полетела прямиком в объятья смерти, благо её вовремя схватил за волосы хвостатый.

Призрачная ручища наконец уцепилась за край повозки, затормозив и изломав оную. Упряжка чуть не задушила бармирога, упавшего на землю. Первым очухался Кай, принявшись делать ноги. Следом за ним рванул неожиданно бодрый Сергей, а потом и все остальные. Рассвет должен быть с минуты на минуту, буквально ещё чуть-чуть. Монстр невероятно быстр и ловок, не смотря на габариты. Он принялся, гогоча, догонять свою добычу.

– «…Пред…» булькало эфемерное создание. Медленнее всех бежала девушка, поскольку обувь крайне плохо подходила для чего угодно, кроме неспешных прогулок по городу. Шаг, шаг, ещё один. Её схватили за руку и потянули вверх. Уже почти утро, несколько секунд, лишь миг. Девичий визг. Хруст. Крик идёт на спад, переходя в булькающе-хрипящий стон. Рассвет…

Брошенный через плечо взгляд, дал понять, что преследователь исчез. Девушка валялась недвижима на дороге. Трое спутников замерли, пожирая взглядом попутчицу. Тяжёлая отдышка. За столь короткий временной отрезок они сумели пробежать не меньше сотни метров. Кай молча вернулся к повозке, где распласталась надменная дворянка.

Стеклянный взгляд, наполненный застывшим ужасом. Красные слёзы беспрестанно текли из глаз. Иссини серая вывернутая шея. Тело мелко билось в конвульсиях, однако скоро перестало. Смерть. Уродливая и без прикрас. Почему-то красно-пепельному на миг представился силуэт его подруги. Маленький жалкий труп со свёрнутой шеей. Столько лет жизни, столько эмоций, столько воспоминаний. Все они вмиг оборвались распухшими руками неуязвимой твари где-то в глуши… Огонь объял мёртвое тело. С губ огненного мага не слетело ни слова.

3-18

Телега бесповоротно сломана. Бармирог ранен и устал. Путники молча сидели вокруг костра, на котором шипели куски волка. Карей повернулся к хвостатому, спросив:

– «Долго ещё?».

– «Если не боишься паразитов, то можешь приступать к трапезе хоть сейчас…» отвечал Кай. Он рутинно вытащил из огня пузырящееся мясо и откусил:

– «Я вот не боюсь. Для паразитов слишком горячий…». Тишина.

– «Жаль девчонку, молодая ещё…» пробубнил Сергей.

– «Мы все умрём. Пвиз… Пв… П-р-и-з-р-а-к вернётся, и свернёт нам всем шеи» обречённо скулил Карей, пытаясь выговаривать слова с прикушенным языком.

– «Призрак уже не отстанет от нас, эт правда. Поэтому стоит просто идти…» сказал бродяга, потирая глаз.

– «Я устал. Больше нет сил, не могу идти» простонал черноволосый.

– «Тебя никто не заставляет. Сиди здесь. Возможно, монстр потратит всё своё время на тебя, и не успеет добраться до моей шеи» проговорил янтарный странник.

После короткого привала группа возобновила движение. Позади потихоньку хромал пушистый зверь. Священник, положив руку на шестопёр, тихо напевал под нос молитвы. Карей просто брёл, уставившись в никуда. Сергей, чутко осматриваясь, кое-как держал своё оружие наготове. Кай же пытался обдумать призрачную проблему.

– «Как вы думаете… Умирать страшно?» внезапно выдал черноволосый. Отец Красибор на секунду прервал свою тоскливую партию, но затем продолжил.

– «Не знаю. Наверное» пожал плечами воин в обносках.

– «Не хосю… Не хочу умив… Умирать! Тебе-то уже всё равно… А я молод, у меня вся зизнь впеведи…» горько пнул землю юноша.

– «Я по-твоему, что, дед?» спросил зубастый бродяга.

– «Не дед, но… Ты же получеловек, у вас со старением всё трудно» оправдывался юнец.

– «Ну-ка, сколько лет мне дашь?» выгнул бровь скиталец.

– «Сово… Сов… Сорок» отвечал черноволосый.

– «Сорок лет!? Основываясь на чём, ты сделал такой вывод?» удивился красно-пепельный.

– «Не знаю… Есть между вами тремя что-то похожее» задумался парнишка. Церковник, гильдиец, и огненный маг переглянулись.

– «Мне как бы только тридцать. Я не старый» заявил Сергей.

– «Истинно, что мудрость приходит с возрастом» выдал проповедник.

– «Если ты по жизни пень, то и в сорок останешься пнём. Опыт важнее возраста» покачал головой хвостатый: «А тебе-то самому сколько?».

– «Двадцать два. Я в шесят шестом родился» сказал Карей.

– «Получается, мы одногодки» констатировал Кай.

Шокированный юноша выпучил глаза, застыв на месте, а молодой огненный маг продолжил путь, погружаясь в думы: «…Призраки… Народ крепко верит, что нечисть исчезает с первыми петухами, то бишь в четыре утра. Но это не всегда так. Обычно такая оказия происходит с проклятьями, иногда с призраками… Точно, их же ещё может проклятье породить! Но нет. Проклятые призраки получают физический урон… А чем вообще различаются привязанные призраки от непривязанных? Вроде как непривязанные могут… Что могут-то? Совсем уже мозги из башки вытряс? Вспоминай! Хм-м… Точно, их изгнать нельзя! Ещё они в принципе не способны напрямую взаимодействовать с окружающим миром. А привязанные, имеют возможность оказывать непосредственное влияние на окружение, однако к физическим повреждениям уязвимы. Но не всегда. Всё зависит от вида… Вид! Ещё же их на виды делят. И у каждого свои заморочки в изгнании. О-ох… Ладно. Помню только про Проклятых Призраков и Серых Призраков. Проклятые сразу отпадают, остаются Серые. Теперь надо вспомнить их отличительные черты…» размышлял он.

Группа долго брела по пустой дороге. В глазах рябило от однообразия пейзажа. Наконец, ближе к вечеру, они вышли к высокому толстому дубу, у которого просека сворачивает налево. Тут путники решили перевести дух. Лёгкий трупный запах, присущий всему лесу, внезапно обострился.

Карей плюхнулся под дерево, на несколько секунд прикрыв глаза. Стало неудобно, сменил положение. Затем ещё раз.

– «Коряги!» воскликнул он, попытавшись нащупать под собой предмет, вызывающий дискомфорт. Рука за что-то зацепилась, с силой потянула. Это оказались наполовину вошедшие в землю клещи, сплошь изъеденные ржавчиной.

– «Ребят. Как думаете, откуда здесь клещи?» черноволосый задал вопрос своим спутникам.

– «Так тут кузница была раньше. Как пить дать» изрёк Кай. Он лучше пригляделся к находке. Взгляд перешёл с клещей на костлявые пальцы, затянутые тугой перчаткой, и обратно.

– «Отче, это часом не вашего ремесла орудие?» спросил он у священника.

– «Наше орудие – слово и…» осёкся Отец Красибор, заметив ржавую находку.

– «А вообще похоже. Только церковные инквизиторы так подгибают ручки у клещей» кивнул он.

– «Эй, мужики, я тут кой-чё нашёл» произнёс Сергей, выйдя из-за дерева с обрывками белой девичьей кофты в руках.

– «Так, понятно, валим» провозгласил красно-пепельный, быстро зашагав прочь, однако взгляд зацепился за глубокий голубой блеск в низкой траве. Небольшая медная серёжка с треснувшей синей стекляшкой.

Скиталец подобрал серьгу и собрался бежать, как вдруг обнаружил во рту длинный чёрный волос. Затем заметил, что вся его одежда усыпана такими волосами. Чёрные, скользкие, отдающие гноем. На рукав пальто приземлились спутанные лохмы. Они выпали с куском отвратительной кожи, судя по всему, из чьей-то головы.

Кай совершил резкий рывок в сторону, кубарем откатившись. Тут же сверху сорвалось нечто, изорвав землю в том месте, где ещё миг назад стоял незадачливый маг огня. Оно застыло, не смея шелохнуться. Силуэт отчасти скрывал мрак, однако ночное зрение позволило составить более-менее правдивую картину внешности существа. Ростом с обычного человека, иссохшая одеревеневшая кожа, скрипящая при каждом движении, тонкие руки, черты лица искажены глубокими рубцами, под густыми патлами виднеется лишь один глаз, полный тупой животной злобы. Вокруг тонкой растянутой шеи обвита длинная верёвка, уходящая во тьму ветвей. Создание облачено во рваньё, некогда бывшее белым женским сарафаном.

Тварь пересеклась взглядом с бродягой, и подобно пауку вскарабкалась назад, затерявшись средь густой кроны. Остальные члены группы к этому моменту успели порядочно отбежать от дерева.

– «Ч-ч-что это т-т-такое!?» Карей выдавил из себя жалобный писк.

– «Графиня Де Жерье собственной персоной! Бежим бл…» крикнул Кай, запустив в верхушку дуба огненными искрами, вывернувшими крону десятками взрывов. Монстр перепрыгнул на другое дерево, принявшись догонять путников, перебираясь по тонким соснам.

Внезапно волосы скитальца встали дыбом. Он чётко ощутил, что к давящей атмосфере примешалось нечто новое. Инородное, пограничное, противоестественное. Даже обыденный гнилой смрад стал каким-то странным.

Хвостатый огляделся, ругнулся, и крикнул бегущим впереди спутникам:

– «Мы в пространственной аномалии!».

– «Мы в жопе!» отвечал Сергей, глядя на ползущую по деревьям тварь.

– «И это тоже» сказал Кай, утерев кровь под носом. В голове промелькнуло: «Пространственная аномалия… Она внешне не похожа на закольцованную, хотя окружение столь однообразное, что трудно заметить, возвращаемся ли мы на одно место, или нет. Ну-ка…». Он резко вскинул руку, рассекая воздух дугой пламени, с завидным аппетитом принявшегося за сырые деревья.

– «Что ты творишь?» пискнул Карей, которого чуть не задел огонь.

– «Метку ставлю на всякий. Пригнись!» отвечал оборванец, резко нырнув под натянутый посреди дороги канат. Впереди виднелись ещё. Чёрные маслянистые канаты оплетали деревья, извиваясь, подобно щупальцам.

Преследователь взвизгнул, спикировав на Отца Красибора, что с неожиданной прытью отскочил, перепрыгнув вьющиеся верёвки. Тварь подтянула вверх петля на шее. Она несколько секунд мешкала, затем снова извергла мерзкий протяжный визг. Во мрачных кронах началось движение.

Перед бегущими компаньонами упал большой шмат мяса, на поверку оказавшийся раздутым покойником, оплетённым чёрными канатами. Труп дёрнулся, подобно марионетке, и неловко побежал навстречу группе. С деревьев спустились ещё мёртвые марионетки. Кай на ходу плашмя ударил своей могильной плитой. Монстр отлетел будто от столкновения с поездом, после чего в его тело ударил поток огня, подпалив трупный газ, обильно скопившийся под бурой кожей. Резкий хлопок, раздутую тушу разрывает на части, других марионеток разит осколками костей, а спутники продолжают побег.

Искалеченный Сергей вскинул арбалет, попытавшись поразить мертвецов, спускающихся по стволу дерева, но не удержал оружие, выпустив из рук. Кай подхватил его налету.

– «Стреляй по твари!» крикнул гильдиец.

– «Может ты сам?» поморщился хвостатый.

– «Стреляй!» донеслось в ответ.

– «Ладно, как скажешь…» вздохнул огненный маг, уперев приклад в плечо. Резкий разворот, щелчок, арбалет разваливается до основания. Глаза Сергея округлились, ровно, как и всех, кто это видел.

– «Я же говорю, туго у меня со стрелковым…» оправдывался скиталец.

– «Как!?» недоумевал хозяин безвременно почившего оружия: «Я ж её только купил!».

Преследователь громко взвизгнул, вьющиеся всюду канаты начали оплетать дорогу, стараясь уцепить кого-то из беглецов за ногу. Отовсюду лезли гнилые мертвецы, один из которых набросился на прихрамывающего бармирога. Причудливое животное извернулось, насадив оживший труп на рога.

– «Пашка!» крикнул Карей.

– «Забей, у нас есть проблемы посерьёзней» воскликнул Кай, узрев впереди пожар, учинённый им же минуту назад.

– «Ч-что это значит?» промямлил черноволосый спутник.

– «Аномалия закольцована» констатировал оборванец.

Разум вновь занялся тяжкой думой: «Закольцованная пространственная аномалия. Прекрасно… Просто чудесно! Из аномалии всегда должен быть выход, иногда даже не один – это базис. Возможно, необходимо убить главную тварь, тогда аномалия разрушится. Но это трудно сделать, когда за тобой гонится легион нежити. Бежать назад? Тоже такое себе… Лезть вверх? Самоубийство. Тогда… Что на счёт сойти с дороги? Всё равно у нас стоящих вариантов не так уж и много».

– «Господа, есть план! Сворачиваем с дороги» изрёк мыслитель, первым же сменивший курс. Карей без препираний последовал его указаниям, ровно, как и остальные.

– «Так что за план?» вопрошал запыхавшийся Сергей.

– «Завалим тварь» отвечал бродяга, пнув по колену особо юркого мертвеца, подобрашегося слишком близко. Гнилое колено с хрустом выгнулось в обратную сторону. Монстр завалился вбок.

– «Как!? Она слишком быстрая и скачет деревьям будто белка-летяга!» резонно подметил раненый гильдиец.

– «Щас увидишь» загадочно вымолвил Кай, на ходу загребая пламя, мирно пожиравшее древесину, тощей ладонью.

Спустя сотню метров красно-пепельный наконец обнаружил место, где деревья стоят не столь плотно друг к другу.

– «Значит, вот наш план…» начал он: «…У тебя, Серго, есть гранаты. Мы… Карей заманивает тварь вон на ту сосну с большим дуплом, а ты по команде взрываешь все ближайшие деревья. Отче помогает отбиться от некропатов. Остальное на мне».

– «Я… Я не могу. Я сейчас помру!» пыхтел юнец, едва переставляя ноги.

– «Ты всё можешь, главное верь в себя!» фальшиво подбадривал спутника зубастый индивид, перекидывая рокочущий огонь из ладони на высокую сосну. Язычки пламени радостно принялись уплетать смолистую хвойную кору.

Тем временем несколько отставший монстр нагнал группу, призывая своим мерзким визгом новую партию мертвецов-марионеток. Черноволосый парнишка поперхнулся слюной от страха.

– «Нет, я не буду… Не хочу. Мама!» было сорвался он с места, но запнулся о чей-то тяжёлый сапог, кубарем откатившись под нужное дерево.

– «Соберись, отрок! Всё хорошо, покуда у нас есть секретное оружие, способное победить любую нечисть! Вера, что крепка как сталь» бодро произнёс вспотевший священник, крепче перехватывая шестопёр.

– «Некоторые виды стали можно без проблем сломать голыми руками…» язвительно подметил хвостатый, отступая назад.

Сверху спустились гнилые марионетки, напав на странников. Начался бой.

В этот момент Карей трусливо прибился к тлеющей сосне, обняв колени руками, и шептал:

– «Это всё неправда, неправда, неправда… Я просто сплю. Кошмарный сон. Проснись… Проснись! Почему я не могу проснуться!?». Внезапно нос пробрала странная щекотка. Он не смог сдержаться, громко чихнув. Молодые руки оказались усыпаны длинными чёрными волосами. Уроженец Лестофагена медленно поднял глаза. Первое, что выцепил взгляд среди мутной кроны – это тонкие иссохшие пальцы медного цвета, сжимающие тугую промасленную верёвку, связанную висельным узлом. Затем мозг поразил образ свободно болтающейся под действием гравитации челюсти с вырванными зубами и полное ненависти око.

Чудовищный визг твари оказался безнадёжно перебит писклявым криком животного ужаса. Тут же прогремело несколько мощных взрывов, и едва горящая сосна, на которой повис монстр, резко зашлась яростным пламенем будто факел. Древесина за секунды истлела, адский жар раскалил воздух.

Когда Кай перестал поддерживать заклинание, его взору предстало нечто: монстр всё ещё жив. Лохмотья на его теле сгорели, а кожа покрылась сажей и нагаром. Кое-где виднелись средней тяжести ожоги. Единственное око существа выражало нечто вроде удивления или даже страха.

– «Да как ты выжило!? Там почти две тыщи градусов… Ох-х… Было» попытался возмутиться колдун, но ужасная головная боль выбила весь запал. Из носа буквально хлестала кровь, а слепой глаз неприятно пульсировал.

Опалённый преследователь дёрнулся, но под его иссохшими ногами рванула граната. Взрыв разметал ошмётки этих самых ног по всей полянке. Монстр коротко взвизгнул, а затем толстая петля на шее подтянула его к кроне ближайшей сосны.

Опутанные верёвками мертвецы принялись активнее теснить спутников.

– «…Устойчиво к огню…» хрипел стоящий на коленях маг, утирая кровь: «…А это место становится интереснее».

– «Оно сбежало, отступаем!» крикнул Сергей, кинув последнюю гранату в толпу нежити.

– «…Я не хочу здесь быть…» причитал черноволосый юноша, прижавшись к грязной шерсти бармирога.

– «Да… Идём…» кое-как выпалил хвостатый, направившись следом за спутниками.

Со временем погоня отстала – всё же скользкие канаты сильно сковывают движения не первой свежести трупов. Стоило только группе пересечь небольшую канаву, как окружающее пространство резко стало нормальным, потеряв всю свою эфемерность. Ещё пол сотни шагов, и они вышли к давно нехоженой тропе.

– «Оторвались» констатировал Сергей, усаживаясь на трухлявое бревно.

– «Вроде как… Хотя лучше продолжить путь. Мало ли монстр за нами гонится. И вообще, стоило его добить» проговорил Кай, плюхнувшись рядом.

– «Д-добить? Топать дальше? Ты вообще, что такое!? Я сейсяс… Тьфу! Сейчас сдохну! Мне нужен привал! Из-за твоего плана меня чуть монстр не убил, но сам при этом сбежал!» сплюнул кровь с языка черноволосый.

– «Ты просто изначально не понял план. Его цель заключалась именно в том, чтобы отпугнуть тварь» отвечал красно-пепельный.

– «Но ты ведь сам говорил, что мы убьём её!» выпучил глаза парнишка.

– «Любишь прикапываться к словам? Хех… Я не говорил «убьём», я сказал «завалим». Это разные вещи» крутил хвостом плут.

– «Но ты имел в виду убийство!» воскликнул парнишка.

– «А в какой это момент ты успел залезть мне в голову и прочитать мысли?» усмехнулся скиталец.

– «Я не лез… Просто…» мямлил парнишка.

– «Ну вот и славно» кивнул пройдоха, ставя жирную точку в этом диалоге.

Неровное дыхание наконец стабилизировалось. Кай достал сигаретку. При взгляде на бумажный яд, в голове всплыл образ иссохшей висельницы. «Она точно вернётся. Чревато оставлять недобитков» заключил он. Щелчок пальцами, крохотная искра подпаливает сигарету, а лёгкие наполняет едкий дым. Хвостатый, раздражённо цыкнув языком, утёр вновь пошедшую из носа кровь.

– «Что, Яр, плохо тебе?» спросил Отец Красибор.

– «Ну так. Нос во время боя разбили» бросил зубастый.

– «А-а, нос разбили… Плохо это. С разбитым носом трудно колдовать» отвечал священник. В его голосе проскочила едва заметная спесь.

– «Трудно-нетрудно, а пару взрывов я наколдовать всегда смогу» отмахнулся красно-пепельный. «Сраный Церковник. Всё ждёт, когда я подставлюсь. Ну, пускай ждёт» заключил он.

Недолгие минуты тишины нарушил топот копыт из-за пригорка.

– «Кто-то едет» произнёс Карей.

– «Угу» тяжело вздохнул Кай, быстро разминая ноющие мышцы ног.

– «Может это другие люди!» лик парнишки просветлел.

– «А может кайзер» буркнул красно-пепельный, готовясь к грядущей схватке.

– «Тогда что нам делать!? Попробуем на Пашке уехать?» все малейшие признаки надежды с молодого лица как рукой сняло.

– «Я в лес, там бой принимать проще. А ты можешь попытаться умчать от кайзера на хромом бармироге» Кай схватил меч, направившись в густой туман. Сергей вытащил из-за пазухи кинжал, проследовав за огненным магом. Отец Красибор поправил рваную рясу, запачканную гнилой пахучей жижей, устремившись за спутниками. Парнишка от нечего делать последовал их примеру, направив пушистого зверя за собой.

Спутники успели лишь спрятаться среди деревьев, прежде чем обитая металлом повозка остановилась аккурат в том месте, где несколько мгновений назад они переводили дух. Рядом с лампой на повозке установлена громоздкая конструкция, превосходящая размером обычный арбалет в два или три раза. К корпусу подведена лента с крупными металлическими дротиками, имеющими необычные плоские наконечники.

– «Мне кажется, или у них дротикомёт?» выпучил глаза Сергей.

– «Не удивлюсь, если на картечи. Начнут стрелять, и от нас останется одно лишь кровавое месиво менее чем за пять секунд. Значит нужен план» размышлял оборванец.

– «Мопеды, повозки, гранаты, арбалеты, дротикомёт… Откуда у них на всё это деньги? Почему они пристали именно к нам?» паниковал юноша.

– «Очень хотят исповедаться у святоши…» на лице Кая мелькнула полная усталости ухмылка. «Если сейчас попробуем сбежать, то с высокой долей вероятности помрём, потому что устали и у них дротикомёт. Сдать Церковника, попытавшись договориться? Вряд ли. Кайзеровцы очень не любят полулюдей, к тому же потеряли кучу людей. Отвлечь при помощи бармирога? Теоретически на него можно набросать каких-нибудь пожитков в форме человеческой фигуры, и отправить прочь. Но скорее всего наёмники просто изрешетят его, а даже если сей план сработает, то в дальнейшем нам наверняка понадобится транспорт… Значит попробуем перебить их» решил скиталец.

В повозке зашевелились. Вспыхнули фонари, направленным светом разрывающие туманный полумрак. Янтарный глаз внезапно заметил, что поляна, на которой они стоят, усеяна старыми трупами. Буквально истлевшие скелеты, от которых остались одни кости, да широкие одежды с характерными следами волчьих клыков.

– «Так, есть план…» шепнул он, осторожно сев на землю, и принявшись размазывать грязь с одежды по всему телу. Бывалый гильдиец несколько секунд смотрел на попутчика взором недоумения, но затем, заметив мертвецов вокруг, смекнул в чём заключается его затея, начав точно также пачкать лицо.

– «К-какой план? Что вы творите?» агрессивно жестикулировал Карей.

– «Мы мертвецы. Ты тоже. Хотя… Нет, ты не мертвец. Отойди со зверем подальше, пока тебя не заметили кайзеровцы. Будешь нас «прикрывать» издали. Кстати, не вздумай сбежать» бросил красно-пепельный, вырвав из земли молодую сосенку, и аккуратно зажав её подмышкой, просунув тоненькие ветви сквозь окровавленную дыру в пальто.

– «Притворитесь мертвецами? Хочешь наброситься внезапно… Хм-м… Хорошая стратегия, отважный огонёк. Постарайся не отрубать им головы. Это очень важно. Если всё сделать как надо, то у нас есть шансы» хмыкнул священник.

– «Я так полагаю, ты с нами притворяться не собираешься?» выгнул бровь зубастый индивид.

– «Истинно так! Ежели они идут по моему запаху, то маскировка бесполезна. Я пойду с отроком. Да прибудет с вами благословение Белой Звезды!» кивнул священник. Он подобрал рясу, и вместе с Карейем скрылся в тумане.

Кай, слегка присыпав тело землёй, окончательно замер, а из повозки раздался резкий скрежет. На дорогу спрыгнули три кайзеровца с собаками.

– «Иего Петроптах не мог далеко уйти, смотрите в оба! Держим связь, двигаемся аккуратно» выдал один из них, поправив странное руническое устройство, прикрепленное за ухом. Бойцы двинули вперёд, ведомые рвущимися с поводков собаками. Среди абсолютной тишины бряцали тяжёлые шаги.

Наконец воины вышли к месту засады.

– «Оборотень, приём. Наблюдаем тела» произнёс в руническое устройство идущий первым кайзеровец. Он склонился над Каем, внимательно разглядывая рваное пальто.

– «Да, старые. Вон из одного сосна растёт. Продолжаем преследование, отбой» слетело с губ здоровяка. Задержавший дыхание скиталец едва не вздрогнул, когда его начала обнюхивать собака.

– «Старшой, а это чё за железяка?» спросил другой амбал, указав на лежащий неподалёку меч Кая.

– «Щит чей-то, наверное. Не важно, двигаем» скомандовал другой, дёрнув за поводок собаку уже разинувшую пасть, дабы откусить от огненного мага кусочек.

Отряд успел сделать ещё несколько шагов, прежде чем со спины раздалось подозрительное шуршание. Во мраке блеснула уродливая сталь. Развернувшийся кайзеровец незамедлительно получил удар плашмя по животу. Глаза вылезли из орбит, кровь брызнула изо всех отверстий, а сам он отлетел на несколько метров. Шея другого бойца оказалась пробита кинжалом притаившегося неподалёку Сергея. Третий же успел развернуться, наставить арбалет на Кая, и дёрнуть спусковой крючок. Щелчок! Зубастый индивид прикрывается от выстрела за собакой, что в этот момент попробовала на него наброситься. Тело зверя выворачивает наизнанку дробь, а опытный гильдиец добивает выжившего амбала.

В повозке засуетились. Тем временем Кай и Сергей разобрались с оставшимися собаками. Подбежавший к ним Отец Красибор без слов уселся рядом с телом первого здоровяка, возложив руку на грудь. Дротикомёт кайзеровцев со скрипом развернулся.

– «Отче, что бы ты ни делал – поторопись» хвостатый кинул опасливый взгляд на повозку. Карий глаза священника сверкнули, с губ сорвались слова заклинания, и на груди погибшего расцвёл мрачной пульсацией чёрный рунический круг. Остекленевшие очи сфокусировались. Труп встал.

– «К-как?» не верил своим глазам подоспевший Карей: «Это некромантия!?».

– «Опа! А вот это очень хорошо! Святоша, быстро прикажи своей зверушке ответить по коммуникатору, иначе нас сотрут в порошок» оборванец указал пальцем на руническое устройство.

– «Я это и собирался сделать, не торопи» пробурчал проповедник.

– «У нас небольшое ЧП, отставить огонь!» агрессивно шепнул он, затем мертвец повторил эти слова голосом ниже своего обычного. Из коммуникатора раздалось:

– «Что за ЧП? Вам требуется подкрепление?».

– «Нет, подкрепление не требуется» отвечал священник.

– «А что случилось-то? И почему без позывного?» говорили по связи.

– «Попали в аномалию, но сейчас всё в порядке» повторял за некромантом кайзеровец.

– «А где позывной?» последовал вопрос. Отец Красибор закусил губу, принявшись думать.

– «Оборотень. Позывной Оборотень» подсказывал Кай.

– «Оборотень, приём» после пятисекундной паузы вымолвил Церковник. С той стороны тоже помолчали некоторое время.

– «Приём, Оборотень на связи. Назовитесь» донеслось из коммуникатора.

Четверо странников напряглись пуще прежнего. Сергей забрал у кайзеровца арбалет. Кай пробежался взглядом вокруг, остановившись на собаках, затем, пожав плечами, молвил:

– «Псари?».

– «Псари на связи» повторил за хозяином мертвец. Далее последовала длительная пауза.

– «Отче, воскреси-ка собачек на всякий» сказал янтарный странник, перехватывая меч ближе к клинку.

– «Какие в сраку псари? Петро, назовись!» отвечал собеседник по связи.

– «Связь плохая, сейчас мы выйдем» произнёс Церковник, возложив руки на двух других воителей.

– «И собачек не забудь» сказал скиталец.

– «Что нам делать? Они кажется догадались!» вопрошал Карей.

– «Делать-делать… Что же… Хм-м…» отвлечённо бросил хвостатый, размышляя над планом.

– «Так, короче. Святоша, попробуй отвлечь их трупами кайзеровцев, в этот момент Серго пристрелит бармирога, ты его воскресишь при помощи собаки, и направишь повозку в кювет. Я займусь остальным» решительно выпалил Кай.

– «Может просто сбежим?» вмешался юнец.

– «Чревато оставлять недобитков. Плюс вряд ли вы сейчас сможете много пробежать, а кайзеровцы в отменной физической форме» отвечал длинноволосый.

Уже через минуту три пошатывающихся мертвеца шли в сторону повозки. Сергей сидел за деревом, целясь в сердце чёрного бармирога кайзеровцев. Кай с воскрешённой псиной находился в полной боевой готовности. Церковник расположился чуть поодаль, наблюдая за своими марионетками. А Карей сжимал поводья своего рогатого зверя, дрожащей рукой гладя по голове.

Внезапно свет прожектора выцепил из тумана силуэты некропатов.

– «Мужики, какого ху…» осёкся высунувшийся из-за бронепластин здоровяк. Неживой наёмник вскинул своё оружие. Шелчок. Бывший товарищ отправляется на тот свет. В ответ кайзер открыл огонь из дротикомёта. Патронная лента взвизгнула. Десятки залпов картечи менее чем за пять секунд обратили марионеток алой росой, а заодно свалили две сосны за их спинами. Тем временем Сергей хорошенько прицелился в бармирога, мизинцем спустив курок. Первый выстрел вырвал бок величественного животного, однако оно осталось в живых, со страху побежав куда глаза глядят. А глаза глядели в чащу, где притаился Кай.

– «Вот чёрт» выпучил он глаза, наблюдая несущуюся на него повозку с вооружёнными до зубов воинами.

Второй выстрел бывалого гильдийца сносит бармирогу голову, и повозка врезается в дерево, а бродяга оказывается под днищем. «Так, план пошёл по жопе. Импровизируем» думал он, разглядывая дно телеги. Рядом всё также сидела воскрешённая магией псина, ожидая своего часа.

– «…Надо сообщить Центру, что у нас проблемы» изрёк кайзеровец сверху.

– «Коммуникатор не добивает, они дальше, чем в трёх километрах. Справимся сами» отвечал другой.

– «Сучий некромант. Эти деньги того не сто…» кинул было новую фразу здоровяк, однако ему резко оторвал ногу громоздкий клинок, продолживший рез до места расположения других участников беседы. Кровь брызнула сквозь доски. Крики, стоны.

– «Под нами, стреляйте!» визжал басистый мужчина. Под ним рвутся доски, а костлявая рука утягивает за ногу вниз.

– «Вытащите, вытащите!» кричал он, уйдя в дыру по пояс. Картечь пробила дно повозки, но никого не задела, а караулящая поблизости собака наконец набросилась на ногу кайзеровца. Другую отрубила гротескная могильная плита. Крик постепенно глохнет, а жизнь покидает тело. Вскоре челюсти мертвой собаки кусают уже не живого человека. Мгновение, и на ноге кайзеровца вспыхивает точно такой же рунический круг, что и на собаке. Кай отпускает свою жертву, которую в ту же секунду втягивают наверх свои, и простая возня становится сущим хаосом.

Беспорядочная пальба, визги, кто-то захлёбывается своей кровью. Боец, стоявший за дротикомётом, меняет позицию, чем пользуется подоспевший Сергей, вскочив на подножку повозки, и произведя серию выстрелов в упор. Через бронепластину переваливается раненый амбал, падая у ног Кая. Полные ужаса глаза. Удар сапогом по лицу выбивает остатки сознания из головы…

3-19

Когда кайзеровец открыл глаза, он находился совершенно в ином месте, будучи привязанным к тощей сосне. По подбородку стекала ледяная вода, а перед глазами стоял высокий Церковник.

– «О! Наконец проснулся. Кто рано встаёт, тому бог подаёт!» фальшиво улыбнулся Отец Красибор.

– «Ух-х… Иего Петроптах… Ублюдок! Где я!?» резко оскалился амбал, попытавшись освободиться от верёвок.

– «В нашем мире под тёплым светом Белой Звезды, наёмник…» отвечал проповедник: «…И, если я удовлетворил твоё любопытство, то удовлетвори ты моё. Кто вас нанял?».

– «Сходи за удовлетворением в бордель, я ничего не скажу!» сплюнул кайзеровец.

– «Что ж, понятно…» Церковник вытащил из-под рясы старенькие клещи с характерно подогнутыми ручками: «…Предлагаю пропустить бесполезный трёп, и перейти сразу к делу».

– «Отец, вы ч-что, пытать его будете? Но как же так!? Как же Белая Звезда? Это не по её закону! И почему вы некромант? Это…» выпучил глаза сидящий поблизости Карей. Священник обернулся, в его очах мелькнуло нечто пугающее:

– «Карей, мальчик мой, разве ты не видишь этих могучих крон? Ровно как мы не можем увидеть за ними неба, так и небо не видит нас. А пока Белая Звезда не смотрит, всё законно, ибо закон нарушен лишь когда тебя поймали».

– «О-отец…» сглотнул черноволосый юноша, крепче вцепившись пальцами в шерсть своего бармирога.

– «Что ж. Начнём» Отец Красибор повернулся к пленнику…

Отчаянные вопли оглашали округу. Кай читал Тёмную Магию Для Чайников, пытаясь сконцентрироваться на плывущем тексте. Сергей с довольным видом осматривал изъятое у кайзеровцев снаряжение. Карей, прикрыв уши руками, раскачивался из стороны в сторону, нашёптывая:

– «Это не правда, не правда, не правда…».

Церковник утёр пот со лба, бросив:

– «Так. Маникюр мы тебе сделали. С кариесом поработаем или начнёшь говорить?».

– «Я… Я ничего не знаю!» хрипел здоровяк.

– «Это не тот ответ, которого я от тебя добиваюсь. Знаешь, поклонение деньгам – большой грех, а вы ради горсточки монет решили поднять руку на служителя божьего. Очень плохо. Лучше скажи, чья грязная лапа протянула вам деньги, и будешь жить» дружелюбно улыбался священник.

– «Не… Нет. Меня найдут свои и казнят как унтерменьша…» пыхтел кайзеровец.

– «Интересно, чего ты больше боишься: Железного Кайзера или Церкви Белой Звезды? Знаешь, в праведном гневе святость способна даже найти кого-то. Чью-то семью» Церковник небрежно сорвал с шеи амбала кулон, в котором заключена маленькая фотография женщины и девочки.

Глаза огромного мужчины закрыла тень, губы дрогнули:

– «Н-нас… Нас нанял… Ух-х… МОР».

– «МОР? Откуда такая уверенность?» спросил проповедник.

– «Подслушал разговоры старшого с главными» сглотнул наёмник.

– «Хорошо. Вот видишь, как всё было просто? А ты упирался, из-за чего потратил наше время и лишился ногтей» выдал Церковник, опуская рукава.

Громила тяжело выдохнул:

– «Когда вы меня отпустите?».

– «А, да. Сейчас, минутку» бросил Отец Красибор, затем резко ударил пленника увесистыми клещами в висок.

– «Отец, что вы творите!?» дрогнул Карей.

– «Нельзя оставлять свидетелей. Или ты хочешь, чтобы Железный Кайзер наведался к тебе в Лестофаген, и вырезал всех родных?» отвечал священник, второй раз ударив пускающего слюни кайзеровца по виску.

– «Но он не опасен! Он связан, его можно просто оставить!» стоял на своём черноволосый.

– «А-а, правда? Ай-ай-ай, какой я глупый! Что ж... Теперь он овощ. И не будет ли благом добить его, избавив от существования, полного мучений?» фыркнул Отец Красибор, нанося последний удар.

Мирно читающий Кай внезапно обнаружил во рту знакомый привкус. Янтарные очи округлились, когда тощие пальцы достали изо рта длинный чёрный волос…

Резко спикировавший на петле монстр избрал своей целью именно скитальца, погнав прочь от группы.

– «Да сколько можно!?» крикнул он.

Монстр остервенело налетел на беглеца с одной стороны, а затем, увернувшись от удара могильной плитой, напал с другой. Задубевшие пальцы сжимали прогнившую петлю, пытаясь набросить на шею жертвы. Красно-пепельный отскочил, рассёк пространство пламенной дугой, но противник в тот момент уже огибал его сбоку.

Череда рывков и попыток захвата закончилась тем, что шея скитальца оказалась заключена в петле. Безногая тварь с ненавидящим визгом потянула вверх. Не смотря на тщедушное телосложение, силы у неё предостаточно. Кай обеими руками вцепился в верёвку, не позволяя ей сломать шею, и острыми клыками перекусил. Лицо залила чёрная маслянистая жижа, обильно струящаяся из откушенного каната.

Воин в обносках упал, схватился за меч. Сверху тут же налетел монстр. Удар! Стальная пластина разрывает петлю существа, а оно в свою очередь отталкивает добычу. Огненный маг не успел сгруппироваться, приложившись головой о дерево. Сознание грациозно просыпалось сквозь пальцы. Уже больше инстинктивно он зарядил в корчащееся на земле существо россыпью взрывных искр. Далее единственный рабочий глаз заволокла мутная пелена…

Сумбурная мешанина кошмарных образов. Лица, звуки, свет. Рядом мелькают тени, по колено в крови. Кровь пропитала брюки, залилась в сапоги, в ней можно утонуть. Скрежет стали на костях, дым, пепел. Люди бегают, кричат. Что-то упустил. Он что-то упустил. Важное. Должен был предусмотреть, должен был заметить. Невероятная сила сокрушает тело. Чья-то голова падает к ногам. Ненависть. Бессильная злоба. Пренебрежение болью. Ярость. Что он упустил? Почему допустил? Куда дальше? Тьма переливается из огня в пустоту, где постепенно и тонет Кай…

Проснувшись, бродяга первым делом ощутил боль и тошноту. Перед взором всё плыло. Ужасный шум, будто в голове поселился сверчок. Он наощупь достал флягу из сумки, сделав несколько больших глотков. Наконец рабочий глаз смог видеть, узрев рядом разорванные останки висельницы.

– «Ух-х…» он схватился за голову: «…Похоже будет синяк». По затылку стекала подсохшая струйка крови, ровно, как и из носа.

Кай кое-как поднялся, подошёл к убитому монстру. Задубевшее тело испещрено сотнями старых рубцов, ногти вырваны, зубы отсутствуют, на запястьях следы крепкой хватки, один глаз выбит.

– «Жестоко над ней поиздевались… Почерк Церковников. Судя по всему, вот она – ведьма, на которую здесь охотились, ведьма, что подожгла Белипей» бросил скиталец. Янтарный взгляд зацепился за рваную мочку уха. Тут же всплыло воспоминание о недавней находке.

– «Похоже это твоё» он небрежно кинул телу пару дешёвых сапфировых серёжек с поддельными камнями: «Одну я нашёл под деревом, где тебя, вероятно, повесили. А другую в том доме, где ты, судя по всему, жила. Какая ирония: дом огненной колдуньи, что спалила целый город, сжёг огненный маг…».

Скиталец глянул на часы, одни из которых безвозмездно одолжены у Сергея:

– «Два двадцать. Если я всё правильно понимаю, то до появления призрака у меня есть ещё час тридцать. Надо идти».

Однообразный пейзаж, состоящий из тощих сосен, приевшегося до глубины души тумана, и низкой травы. Вдалеке мерцало томное марево пожара, а под хвойными кронами вился дым. Обратный путь до группы безнадёжно забыт, запах потерян среди гари.

После недолгой прогулки по безлюдным просторам, Кай вышел к старому побоищу. Четыре давнишних скелета. «Охотники на ведьм…» рассуждал он: «…Хотя, не только охотники». Взор зацепился за пятый скелет – детский. «Так. Попробуем восстановить хронологию событий. Четыре охотника преследовали ведьму с семьёй. Здесь случилась стычка. Трое наёмников зарублены мечом, а броня четвёртого проплавлена, будто её поливали огнём. Но дерево, на котором повесили огненную ведьму далеко позади. Соответственно: либо охотники поймали ведьму, и тащили несколько километров до дуба, чтобы вздёрнуть, либо здесь поработала другая ведьма» кивнул своим мыслям хвостатый.

Скелет, чья броня оплавлена, имел при себе кожаный планшет с символикой Церкви Белой Звезды, до отказа набитый бумагами. «М-м… Выходит – это убитый церковный смотритель? Ну-ка, заглянем в планшетничек…» потёр руки оборванец: «…Так. Вверяем вам в руки… Во имя Белой Звезды… Бла-бла-бла… А, вот: устранить огненную ведьму, что устроила Белипѐйский пожар, унесший жизни свыше тысячи благочестивых людей. Известно, обитает она в окрестностях Тощего Леса, раскинувшегося подле Старых Печек, стоящих на пути к Берденбрёму. Бестия, вероятно, проживает не одна. Она должна перестать существовать любой ценой. Разите врага без жалости во имя... Угу… Награда ровно восемьдесят тысяч полновесных марок…». Поверх одной из самых свежих бумаг, где приводился смутный фоторобот и приметы огненной колдуньи, красуется жирная надпись: «Не та ведьма».

Хвостатый оторвался от чтива, решив подвести итоги: «Итак. Настало время теорий. Семья уже не в полном составе бежала от погони. Сомневаюсь, что дети смогут мечом завалить четырёх наёмников, значит с ними был отец. Тот мордоворот с фото… Одного ребёнка он здесь потерял, но не стал хоронить. Скорее всего торопился. Другого ребёнка удалось увести. Ведь иначе какой смысл отцу, потерявшему всю семью, продолжать путь дальше? Интересно…».

Поляна со старыми костями осталась позади. Чуть заострённое ухо дёрнулось, отреагировав на шорох травы поблизости. Глаз не заметил ничего такого. «Что ж. Я, вероятно, об этом пожалею, но, пожалуй, спишу тот звук на ветер, хоть это явно был не он» кивнул скиталец. Часики показали два сорок пять.

Кай не прошёл и двадцати шагов, как услышал новый подозрительный звук – древесный скрежет. Обернулся. Огляделся. «Если уж быть дураком, то до конца. Это тоже ветер» промелькнуло в голове. На сосновом стволе красовался след из содранной коры, имеющий подозрительную структуру пяти полос, будто от пальцев.

Скиталец прибавил шаг. Где-то вдалеке послышалось булькающее хихиканье. «Да какого дьявола так рано!?» подумал он. Осторожные крадущиеся шажки, которые слышно за десяток-другой метров. Уродливый смешок.

Красно-пепельный не выдержал, бросив короткий взгляд через плечо. Из-за тоненькой сосны выступал массивный обвисший силуэт. Преследователь будто играючи пытался спрятаться от жертвы. Хвостатый заметил, как тварь дрогнула, осознав, что раскрыта, и, не дожидаясь очевидных последствий, бросился наутёк.

Топот, гул, булькающий хохот. Призрак быстр. «Сука, как же штормит» картинка перед янтарным глазом беспрестанно искажалась, а желудок вновь проняла неприятная судорога. Он запнулся, не разглядев дороги, и кубарем полетел с холма.

Кай открыл очи, обнаружив, что лежит среди скелетов со свёрнутыми шеями. Плывущему разуму показалось, будто все они единовременно с хрустом повернули свои черепа на него и улыбнулись. Колдун резко вскочил. Тут же с пригорка спрыгнул огромный призрак, своими эфемерными телесами сотрясая землю.

После нового падения зрение беглеца совсем исказилось, и в единственном глазу двоилось. Взгляд назад. Призрак замахивается, собираясь совершить рывок. Только из-за сбоящего зрения их двое, и визуально определить какой настоящий – невозможно. «Думай!» стиснул зубы проходимец. Он на слух понял, что тяжёлые шаги заворачивают вправо, прикинул примерную траекторию захвата, и уклонился влево. Огромная ручища прошла над головой, загребая землю, а Кай резко свернул, оттолкнувшись от дерева. Монстр же обладал меньшей манёвренностью, и вписался в поворот намного хуже, подарив ещё несколько секунд своей добыче.

Впереди замаячила развилка: на одной стороне толстая сосна, под которой разлагается, туша волка, с другой очередной овражек. Встряска сказывалась негативно на сознании: сейчас трудно отличить даже право от лева. «Упаду в яму – мне конец» заключил красно-пепельный. Воспользовавшись чутким нюхом, он почти вслепую направился к дереву, едва не свалившись в овраг. У сосны совершён резкий вираж. Преследователь валится в овраг, а беглец продолжает свой полуночный кросс.

Со временем Кай заметил интересную закономерность: «Тварь гонит меня во все стороны, кроме одной. Простая случайность, или призрак не хочет, чтобы я туда бежал?». Несколько обманных манёвров, хитрая траектория, отскок, и путник встал на желаемый путь, двигаясь с горки.

Каждый вдох обжигает ноздри. В воздухе висит едва уловимый трупный смрад и запах гари. Беглый взгляд через плечо выявил, что преследователь куда-то делся. Треск. Справа промелькнули пальцы, а ствол павшей сосны чуть не придавил спринтера. Захват, удар, разбежка – призрак становился всё агрессивней.

– «…Дат…» вырвалось из отвратительной глотки, вперемешку с истеричным хихиканьем.

Прыжок. Тварь сотрясла землю своей тушей в метре от Кая. Тот было подумал, что пронесло, но внезапно ощутил то, чего явно не ожидал. Кончик растрёпанного хвоста красно-пепельных волос сжимали опухшие пальцы.

Не теряя ни секунды, хвостатый рубанул шевелюру стальным надгробием максимально близко к месту захвата. Кулак монстра сжимал волосы, а их хозяин со слегка укороченной причёской пропахал лицом землю. Он резко вскочил, получив прилив адреналина. Отчаянный рывок. Эфемерные лапы загребают траву.

Кай не сразу понял, что призрак перестал вести погоню. Он просто застыл на месте, заворожённо покачиваясь из стороны в сторону. Далее уродливая громадина принялась совершать некую пантомиму, будто уличный артист, изображающий перед собой непреодолимую стену. Хохот сошёл на нет. Оно ударило невидимую преграду. Затем ещё раз. Из него вырвался отчаянный вопль злобы, разошедшийся на всю округу. Весь его вид выражал желание разорвать добычу и досаду от столь неудачной охоты.

Скиталец упал на землю, отползая как можно дальше. Перед замутнённым глазом деформировалось пространство, земля, будто огромные руки, утягивала всё глубже. Он тряхнул головой, и наваждение прошло. Призрак по-прежнему находился за невидимым барьером, от безысходности метая горсти травы в свою жертву.

– «А может и не просто маленький синяк…» костлявые пальцы коснулись затылка, недавно разбитого о дерево. Тошнота подкатила с новой силой, но абсолютно пустой желудок дал ей достойный отпор...

Всё содержимое фляги мелкими глоточками перекочевало в изнурённый организм.

– «Надо бросать курить» выдал спринтер с прокуренными лёгкими, ища по карманам пачку сигарет. Теперь он мог в полной мере разглядеть монстра, ошивающегося за эфемерным барьером. Тучное тело, следы разложения. Обожжённая кожистая шея, до этого казавшаяся просто отвратительной на самом деле свёрнута, а лицо монстра всегда направлено в обратную сторону. Стало ясно, что пятно на плече – это татуировка в виде глаза, увитого множеством причудливых завихрений. Как у местных охотников на ведьм. Всё это время оно не переставало отчаянно завывать и истерично колотить воздух. Сейчас же упало на колени и зашлось в приступе булькающего хохота, вперемешку с неразборчивой речью:

– «…Ха-ха… Пр… Аха-ха-ха… Ли… Ах-ха-ха!».

Едва отдохнувший Кай встал с земли, попытался хладнокровно отряхнуть плащ, но глупо запутался в рваных полах. Он двинул дальше, периодически поглядывая на мечущегося за барьером призрака.

Как результат блужданий по мрачному лесу обнаружена приличных размеров дыра в земле. Чудом избежав падения в неё, красно-пепельный встал рядом. Углубление имело рукотворное происхождение. Поросшие мхом бетонные стены, полосы проржавевшего металла и пазы под отвалившуюся лестницу навевали нехорошее предчувствие. Поблизости мерно осыпалась бетонной крошкой заросшая травой плита. Внутри нестерпимый жар и тьма, падать метров десять-двенадцать. Взглянув на беснующегося призрака, затем оценив безопасность дна, он, бросив:

– «Я об этом пожалею», шагнул в бездну.

Свист ветра заполнил уши. Посреди падения Кай развернулся в воздухе, со всей силы впившись свободной рукой в бетонную стену. Глаза сверкнули. Тощие костлявые пальцы на удивление сумели затормозить падение, оставляя за собой характерный проплавленный след в разорванном бетоне. За несколько секунд путник достиг дна, перед приземлением полностью остановившись, и как ни в чём не бывало отскочил от стены, наконец встав на поросший мхом пол. Поправил воротник. Утёр кровь под носом. Огляделся.

Вокруг тьма и жара. Взгляд привлёк тусклый едва заметный свет, расходящийся мягкой пульсацией из глубины тоннеля. Он выдохнул, начав протискиваться по узкому подземелью.

С каждым шагом окружение приобретало всё более истлевшие черты. Коридор вскоре завершился проходом в большой зал с давно выбитой дверью. На растрескавшихся стенах, периодически чередующихся с твёрдой каменной породой, видны следы давнишних затоплений. «Похоже на бункер, вот только какой-то… Всратый? Будто делался наспех. Судя по внутреннему убранству, он немногим младше Георга Геспельского. Странно…» размышлял скиталец, переступая через обломки и осколки.

В ближайшей стене обнаружились крупные отверстия, будто от пуль, рядом клочки одежды и кости. Одну из стен украшала отчасти стёршаяся надпись: «ЕФГ».

Через десяток другой шагов пред блестящим взором предстал логический конец убежища и разлом в стене, ведущий далее, в узкие кривые пещеры, появившиеся как результат многолетней работы подземных течений. Далеко не факт, что это истинное происхождение подземелий, однако это именно то объяснение, которое нашёл для себя красно-пепельный.

Из недр древних ходов расходился ужасающий жар, свистяще-шипящие звуки, и тусклый свет. Осторожные шаги рваных сапог, мерное бряцанье сумки, тихий шелест пальто. Кай продвигался всё глубже, пока наконец не вышел к объёмной полости, которую вполне можно обозвать комнатой. В этой импровизированной парилке под потолком вились густые клубы пара, а посреди расположился субъект, являющийся источником сей аномалии.

Тощий, сплошь обугленный силуэт, сгорбившийся на коленях. Тяжёлое дыхание, из головы торчат клочки длинных белых, словно раскалённый металл, волос, а на месте уха зияет огромный шрам. Оно подняло мутный взор к незваному гостю.

Спустя несколько мгновений молчаливых гляделок из опалённой пасти вырвался агрессивный стон. Тлеющие телеса занялись пламенем, раскаляя окружение до предела. Монстр поднялся, в его руке сиял оплавленный клинок, за много лет ставший частью безобразной ладони. Сперва медленно, будто просыпающаяся от векового сна шестерня, а затем всё быстрее, он принялся сокращать дистанцию. Зубастый юноша рванул вперёд. Начался бой.

Опалённый мечник провёл резкую комбинацию из шести ударов, от которой Кай ловко увернулся, и попытался контратаковать, сотрясая каменный пол и цепляясь стальной глыбой за стены. Тварь взвизгнула, окатив противника волной пламени, однако воин в обносках, даже не пытаясь уходить от этой атаки, напролом рассёк иссохшее плечо, отбросив оппонента. Обгоревшее тело отлетело в стену. Пещера опасно дрогнула. Хвостатый подскочил к оправляющемуся монстру, намереваясь разрубить надвое, но хитрый выпад тонким оплавленным клинком чуть не застал его врасплох, лишь немногим пройдя мимо торса.

Двое разорвали дистанцию, продумывая следующую атаку. Кай замахнулся мечом, совершил рывок, но по ходу действия сменил угол удара, довернув клинок. Опалённый оказался готов к сему обманному манёвру, выбрав правильную сторону для уклонения, и попытался контратаковать. Раскалённое лезвие проходит мимо врага, а тяжёлый удар сапогом в живот отбрасывает монстра.

Кай сократил расстояние, попытался добить, но глаз опять отказал, и хлёсткий выпад тонким лезвием оставил глубокую царапину на щеке. Затем опалённый совершил отчаянный бросок, одновременно использовав пламя и зайдясь бездумным потоком ударов. Хвостатый отступил, уклонился, поймал раскалённую руку неприятеля, что с хрустом сломалась под напором костлявых пальцев. Попытка разорвать дистанцию со стороны противника не увенчалась успехом, ибо хвостатый фальшь-гардой подцепил его меч и коленом засадил по обгоревшим рёбрам. Тварь направила последние силы на то, чтобы выбить из рук противника оружие, а также выйти из захвата.

Повалившись наземь, сущность откатилась, попробовав встать. Кулак скитальца припечатал обожжённое тело к полу. Мощный удар промял череп древнего мечника, сотрясая окружение, затем ещё один, и ещё. Хруст. Лицо и руки покрылись чёрной маслянистой жижей, смешанной с пеплом. Он продолжал осыпать обмякшее существо грубой силой до тех пор, пока не почувствовал, что крушит просто твёрдый камень. Тяжело дыша, победитель стоял на коленях, созерцая поверженного монстра с расколотой головой.

Первым делом Кай вернул себе потерянное оружие. Далее притронулся к новообретённой царапине на лице, отпустив соответствующий комментарий:

– «Тц… Эх-х… Похоже останется шрам». Перчатка, что ещё во время неординарного спуска по бетонной стене изрядно стёрлась, после борьбы с раскалённым монстром окончательно развалилась. Интересно то, что всё это время скрывалось за ней. Кошмарная серо-фиолетовая лапа с заострёнными крючковатыми пальцами. Выпуклые вены пульсировали янтарём под сухой твёрдой плотью. Волосяной покров отсутствует. Кожу, если это так можно назвать, покрывали глубокие трещины. Она сама по себе осыпалась прахом, но одновременно с тем восстанавливалась.

Кай с досадой и явным раздражением оглядел потерю, пнул поверженного противника, чьё неподвижное тело постепенно тлело, и забинтовал лапу каким-то тряпьём из сумки так, чтобы кошмарную кожу невозможно было заметить. Внезапно стены содрогнулись, пыль осыпала голову. На этом сейсмическая активность пока завершилась.

Наконец настал час осматривать таинственную пещеру. Первым делом хвостатый заметил иссохшее тряпьё, ранее представлявшее собой сумку, в которой находилась испорченная временем одежда. Далее на глаз попался маленький скелет, сидящий, облокотившись о стену, и сжимающий в крошечных ручках почерневший серебряный жезл, испещрённый эзотерической символикой. Точно такой же жезл держала девочка с фотографии, найденной в сгоревшем доме. Что интересно, косточки абсолютно целы, да и само положение тела намекало на ненасильственную смерть.

Рядом валялся ещё один труп. Лишь слегка затронутый разложением, будто лежит здесь пару дней. Но, судя по состоянию одежды, это не так. Двухметровый распухший амбал. Рубахи или кофты нет, однако ноги укутаны в истлевшие шаровары, а стопы перетянуты лопнувшими сандалиями. Шея свёрнута. Немигающий взгляд бурит каменный пол.

– «Вот значит, почему ты так помешался на шеях? Компенсируешь…» усмехнулся Кай: «Конечности сломаны, будто он упал с большой высоты. Из спины торчит кинжал с изображением глаза. Такой же набит на плече. Получается, его пырнули в спину свои, затем он упал в бункер, долго полз на раздробленных руках и ногах, а в конце ему свернул шею некропат. Некропат… Похоже в той стычке, где отец семейства потерял ребёнка, его и самого ранили. Он с дочкой добрёл сюда, затем помер, но дочка попыталась его воскресить некромантией. Однако она переусердствовала, потратив все свои силы. А дальше миазматический ноль и смерть. Вероятно, всё было так, особенно, если учитывать, что девочка тоже огненная ведьма, как её мать. Поэтому некропат получился огненным... Сука, какая мудрёная загадка! Хлестать шнапс и жрать картошку намного проще. Лучше б я этим занимался, а не ползал по бункерам федератов».

Оборванец без тени брезгливости перевернул лоснящийся труп амбала, обыскав карманы. Внутри нашлись старые часы. Стекло разбито, стрелки заклинило в положении на три пятьдесят. Он некоторое время постоял над телом, размышляя о способах изгнания призрака: «…Честно говоря, я вообще без понятия чё с ним делать. Будем считать, что он Серый Дух. А Серых нужно сжигать. Да ведь? Наверное…».

Труп охватило пламя. Вдалеке, вероятно на поверхности, раздался дикий вопль. Не трудно догадаться, кто именно нарушает всеобщую тишину.

Путь назад занял меньше времени. Кай вновь прошёл через большой зал, узрев всеобщую разруху. Прямо перед самым выходом стены резко содрогнулись, ветхие потолки осыпались, перекрыв тоннель слоем бетона и земли. Он попробовал разбить завал мечом, но вместо старой преграды высыпалось ещё больше почвы, а всё убежище мелко затряслось.

Плиты покрылись трещинами, голову устлала пыль. Дальнейший мыслительный процесс шёл весьма хаотично и со скрипом: «Чё делать? Этот бункер из честных слов и палок сейчас рухнет прямо на меня. Выход. Обязательно должен быть запасной выход. Или не должен? Может просто всё взорвать? Нет-нет-нет, нельзя, так точно сдохну. ЕФГ! Бункер однозначно строили федераты. Тогда понятно, кто здесь стрелял, и почему вокруг настолько старые трупы. Трупы? Труп. Я нашёл только один труп времён федератов. Почему только один? Здесь места много. Можно втиснуть несколько коек. Стоп. А где кухня или склад? Хоть что-нибудь? Неужели они построили бункер только с одним помещением? Учитывая их положение в те годы, такое вполне возможно…»

С потолка рухнула массивная балка, едва не придавив мыслителя. Он уклонился, продолжая раздумывать: «Так. Бункер строили в спешке, это видно по общему качеству обстановки вокруг, а ещё по отсутствию водоотвода. Именно из-за этого вода промыла пещеру. Но труп-то почему один? Где остальные люди? Их явно штурмовали солдаты СА, и живых бы здесь не осталось. Захватили в плен? Навряд ли. Бункер явно не генеральский – таких по всему миру сотни. А от очередной партизанской ячейки с офицерами среднего звена узнать многого не вышло бы. В крайнем случае выпытали бы всю возможную инфу и пристрелили на месте. Значит федераты в это время отсутствовали, оставив одного часового. Но почему не похоронили труп своего. Может опасались, что у раскуроченного бункера засада? Может. А может тут где-то есть ещё комната».

Был произведён внимательный осмотр пола и стен. На одной из них обнаружились изъеденные временем накладки, скрывающие петли. Похоже дверь замаскировали под бетонную плиту. Кай не разглядел ручек, поэтому просто зарядил мощный взрыв, от которого моментально обрушилась часть потолка, погребая под собой вековую историю.

Юркая фигурка быстро заскочила в образовавшийся проём, отметив несколько деталей: изнутри дверь не имела механизма отпирания, вернее он был безнадёжно поломан, вокруг разбросаны ветхие скелеты и напрочь сгнившие ружья. Кай не стал долго осматривать внутреннее убранство, лишь краешком глаза разглядев какие-то склянки и колдовское оборудование на столе. Следующая дверь вылетела от могучего удара стальным надгробием.

Бетонная пыль, запах плесени. За массивной преградой оказался длинный коридор, ведущий к запасному выходу. Тесная вертикальная земляная шахта, за много лет успевшая изрядно осыпаться, сплошь перекрыта толстыми корнями. Лестница отсутствует.

Хвостатому пришлось карабкаться по сухой почве. Рывок, подъём, плечи протиснулись меж камней. Кровь, исторгаемая носом, перемешалась с грунтом и пылью. Сверху сей лаз прикрывал ржавый металлический люк, врезанный в бетонную плиту. Скрипучее недоразумение всё никак не поддавалось, а ноги постепенно соскальзывали вниз. Наконец промятая множеством ударов крышка вылетела.

Кай кое-как выбрался наружу, плюхнувшись в пяти метрах от выхода. Всё тело болело, особенно голова и глаз. Там высоко, мерно качались густые кроны, гулял смог. Томный гул тишины, марево огней где-то вдалеке. Скиталец достал часы, узнав время: «Три пятнадцать. Призрака поблизости нет, что радует».

Отдышался, встал на ноги. Каждое движение, каждый вдох, казалось, что даже само существование причиняет тупую боль. Меч соскользнул с плеча. Кай не стал водружать махину назад, продолжив волочить её по земле. Он вновь попытался уловить запах своих спутников. Получалось посредственно. Единственное, что отчётливо различал тонкий нюх – это гарь и запах крови. Своей, чужой, гнилой, всякой... Пришлось выбрать направление наугад.

Уставшая голова полнилась мыслями и догадками о произошедшем в этом лесу. Охотники, волки, монстр, море трупов… Однако весь мыслительный процесс вытесняла запутанность разума.

Тем временем Кай принюхался к окружению в очередной раз, помимо трупного смрада и прочих посторонних запахов, сумев учуять бармирога, что до некоторого момента исправно тянул их повозку. Едва уловимый след крепчал, становился отчётливее.

Буквально через пол километра вдалеке показалось смутное сияние, на поверку оказавшееся костерком, возле которого утроились ночные путники. Оборванец неумолимо приближался. Метры таяли один за другим…

3-20

– «…Какая милая картина! Решили передохнуть прямо посреди пылающего леса?» усмехнулся Кай, плюхнувшись у дерева напротив спутников.

Карей, Сергей, и Церковник подняли уставшие взгляды.

– «Ну что я говорил? Живее всех живых!» выдал Отец Красибор.

– «Твоими молитвами, отче. А чё вы такие потрёпанные? Опять Железный Кайзер встретили?» спросил хвостатый

– «Электро-волки» отвечал черноволосый парнишка. Его ногу резко пробила конвульсия.

– «Тебя, вижу, тоже судьба не баловала… Убил висельную тварь?» фальшиво улыбался проповедник.

– «Убил… Висельную тварь. Узнал, кто на самом деле наш призрак, и что конкретно искали армейцы в этом лесу» невзначай подметил оборванец. Глаза священника округлились, а уголки рта хищно приподнялись.

– «Что. Ты. Узнал?» не своим голосом изрёк здоровяк.

– «Помедленней, святоша. Сперва ответь на мой вопросик» ухмыльнулся красно-пепельный.

Отец Красибор открыл рот, чтобы сказать нечто нелестное, но сжал кулаки, совершив глубокий вздох, а затем ласково произнёс:

– «А откуда мне знать, что ты действительно располагаешь полезными сведениями?»

– «Я думал у нас доверительные отношения…» неприятно улыбнулся Кай: «…Но, если ты так просишь доказательств, как тебе такое: я был в том убежище, что искали армейцы, и видел там… А дальше после твоих ответов».

– «Хорошо. Задавай вопросы» облизал губы Церковник.

– «О чём вы вооб…» было сказал Карей, но Сергей ткнул его локтем в бок, шепнув: «Не мешай людям говорить».

– «Смотри. Охотники на ведьм изловили ведьму и повесили. Но зачем-то продолжили погоню за её семьёй, и ты говорил, что ведьма от них ушла. Несостыковка» огненный маг покрутил пальцем в воздухе.

– «А ты мне нравишься, огонёк. Поумнее вихря будешь… Давай я расскажу всю историю целиком, чтобы у тебя не возникало больше вопросов в самый неподходящий момент…» начал проповедник: «В Тощий Лес была направленна группа наёмников, возглавляемая церковным смотрителем, именуемая «Око Правосудия». Их цель – убить ведьму, ответственную за Белипейский Пожар. Погоня длилась несколько дней, затем им удалось захватить некую огненную колдунью. «Око Правосудия» долго пытало её перед тем, как вздёрнуть. В конце концов женщина сломалась, сказав, что на самом деле Белипейский Пожар случился по вине её дочери, не сумевшей справиться с эмоциями. Видимо, она была плохой матерью, или вырывание грудей на второй день пыток для неё оказалось слишком болезненной процедурой. Так или иначе помилования ей не дали, вздёрнув как вора. «Око Правосудия» продолжило охоту, но муж ведьмы убил смотрителя, и мотивация к продолжению погони резко пропала».

Карей выпучил глаза, в то время как Кай прикуривал сигаретку.

– «Понятно. А как наёмники поняли, что женщина не перекидывает свою вину на дочь, чтобы выжить?» спросил он.

– «Белая Звезда умеет отличать правду ото лжи, поверь мне. Теперь твой черёд» отвечал Отец Красибор.

– «Значит так: есть в этом лесу один старый бункер федератов…» хвостатый выпустил чёрный дым из клыкастой пасти: «…Именно там, если тебе интересно, закончилась жизнь главаря наёмников, а также ведьмы, на которую он охотился. С виду простое убежище, коих ЕФГ во времена войны с СА натыкало по всему миру, но так только кажется. За потайной стеной скрыта большая комната, уставленная алхимическим оборудованием: склянки всякие, перегонные кубы. Полагаю, именно это искали солдаты, ибо больше в этом лесу я убежищ не видел».

– «Хорошо… Хорошо! Прекрасно! Это то, что надо! Покажи на карте, где оно» Церковник вытащил из-за пазухи кожаный планшет.

– «О. Так у тебя всё это время была карта?» буркнул хвостатый, внимательно изучая потрёпанный листочек.

– «Да-да! Ну же!» напрягся Отец Красибор.

– «Ой, а я кажется забыл, где оно. Наверное, ближе к Берденбрёму вспомню» кокетливо прикрыл рот рукой собеседник.

– «Гр-р… Может всё-таки вспомнишь? Мало ли что с тобой может по пути случиться, а Церкви неплохо было бы ещё этот бункер как-то отыскать» злобно отвечал священник.

– «Ну, если память ко мне не вернётся до самого Берденбрёма, то шанс внезапных происшествий в пути как-раз снижается» выгнул бровь скиталец.

– «Хорошо, скажи хотя бы примерно, как туда добраться!» сдерживался проповедник.

– «У первого фонаря налево…» скалился пройдоха: «…Не, ну а чё я тебе должен ответить? Это аномальный лес, тут толком нет ориентиров. Просто иди вон в ту сторону» махнул рукой Кай.

Спутники сидели перед изрыгающим угли костром, где-то вдали мелькали огни пожара.

– «То есть тут орудовали охотники на ведьм? И они хотели убить маленькую девочку?» спросил Карей.

– «Типа того» отвечал красно-пепельный.

– «Но это же бесчеловечно!» возмущался черноволосый.

– «А сжигать город – человечно?» усмехнулся курильщик.

– «Но она ведь случайно» развёл руками юнец.

– «Ты когда-нибудь слышал про Белипейский Пожар?» спросил хвостатый, и получив отрицательный ответ, начал рассказ: «Короче, лет так триста назад, когда по всему северу ещё шла охота на ведьм, случился страшный пожар. Сгорел огромный город – Белипей. Подожгла его некая огненная ведьма, по словам очевидцев. Как выяснилось – маленькая девочка, не сумевшая совладать со своими силами. Горел Белипей три дня, и никто его не мог потушить, ибо накануне был большой праздник, и улицы оказались завалены различным горючим мусором. Самая мякотка того пожара – «Центральный Колодец», стоявший на пересечении главных улиц. Люди прыгали в него, надеясь найти спасение от волн огня. Им было невдомёк, что колодец уже забит под завязку. Верхние люди пропекались в этой каменной ловушке как утки в печке, а нижние медленно умирали под тяжестью тел. Не помню, сколько оттуда точно вытащили трупов, но точно больше пятидесяти. И ты хочешь сказать, что девочка невиновна?».

Карей замотал головой:

– «Нет, но я же не знал!».

– «А-а, то есть теперь она виновата?» сбил пепел с сигареты Кай: «Хорошо. Представь: ты по глупости совершил одну ошибку, будучи несообразительным ребёнком с ещё неокрепшей психикой. Пускай страшную ошибку, но всё же. А затем за тобой пришла толпа дяденек, выгнав из дома. Толпа поймала твою мать, два дня пытала, насиловала, и в конце вздёрнула как грязного вора. Толпа жестоко убила твоего брата, разделалась с отцом, а закончил ты в грязной пещере, пытаясь оживить бесценного для тебя родственника. Что скажешь?».

Черноволосый выпучил глаза:

– «Ну… Нет, значит правда за девочкой. Как эти твари вообще могли так поступить!?»

– «Как же это просто…» ухмыльнулся бродяга: «А теперь смотри: у тебя есть семья, которую нужно кормить. Жена, дети, собака, ещё какая-нить срань. Ты ничего в своей жизни не умеешь, кроме как махать мечом. Стандартная ситуация для отставного солдата – не так ли? Ты становишься наёмником, и просто выполняешь свою работу. Неужели ты виноват в том, что просто работаешь? Или, допустим, у тебя в Белипейском Пожаре умерла вся семья. В том самом колодце. Неужели отомстить их убийце, что признаёт своим врагом церковь, общество, и государство – это плохо?».

Все присутствующие буквально могли слышать тот скрип, с которым пытаются крутиться шестерни в молодой голове:

– «Но тогда кто прав-то?».

– «Меня умиляет это наивное желание найти виноватых. Чёрных и белых, обязательно причислив себя к последним. Так ведь спокойней, верить, что ты прав. Ведь если никакой абсолютной правды нет, то зачем я убивал людей на той войне? Или зачем я каждый день казню людей, обвинённых такими же людьми в неких провинностях, по глупым законам, придуманным тоже людьми, и ревностно принимаемыми за истину другими людьми… Вот она – норма. Сдерживающий твой разум ошейник. Тебе кинули кость люди поумней, и ты её радостно грызёшь… В общем. Если хочешь и дальше спокойно спать – я тебе не мешаю. На то твоё желание… Хех… Твой выбор» выдал красно-пепельный.

В полумраке мерцала сигарета. Глубокий вдох, чёрный дым клубами вырывается из клыкастой пасти.

– «Итак. Призрака я изгнал пока гулял по лесу. Есть время отдохнуть... Шутка! Стоит поторапливаться, если не хотите поджариться» сказал хвостатый, глянув на часики. Стены огня стремительно приближались к спутникам.

– «А ты хорошо умеешь справляться с проблемами, юноша. Нам бы такие пригодились» выдал священник.

– «Откажусь» мотнул головой Кай.

– «Да что ты, не стесняйся! Место вихря считай зазря пропадает. А ты знаешь, насколько быстро статус может стать камнем на шее» фальшиво улыбался Отец Красибор.

– «Нет, спасибо. С Габриэлем я сам разберусь» отмахнулся скиталец.

– «Как скажешь. Церковь всё равно никогда не забудет твоих свершений, отважный огонёк» кивнул Церковник.

– «Лучше бы забыла…» раздражённо бросил собеседник.

– «Церковь Белой Звезды никогда ничего не забывает» со звериной искоркой в глазах произнёс проповедник.

Карей внезапно оживился:

– «Слушайте, так, а чего нам делать? Пашка устал – четверых не потянет».

Спутники переглянулись. Хвостатый подошёл к парнишке, в то время как Сергей приблизился к Отцу Красибору.

– «Ты уверен? Бармирог выглядит вполне приемлемо» спросил красно-пепельный.

– «Он давно не спал, а в потасовке с электро-волками ему ногу очень сильно укусили» отвечал черноволосый, указывая на перебинтованную лапу пушистого зверя.

Тем временем в воздухе мелькнул кинжал.

– «Привет от Купаллоде, Иего Петроптах» сорвалось с уст Сергея. Священник на удивление быстро отреагировал, крупной ладонью поймав лезвие у самого горла. По пальцам Церковника заструилась кровь.

– «Самонадеянно…» прохрипел он, выхватывая шестопёр: «Так глупо выдал своего нанимателя, гильдийская шавка!». Удар! Сергей кое-как ловит шестопёр свободной рукой.

– «А ты и не уйдёшь отсюда, чтобы кому-то рассказать, ублюдок!» прорычал гильдиец.

– «Молчать в присутствии бога!» крикнул священник, пытаясь освободить руку от мощной хватки.

– «Ч-что они делают?» ужаснулся черноволосый.

– «Брачный танец перед совокуплением. Обычная ситуация для Церкви и Купаллоде. Видимо наш Серёжа тоже оказался не так прост. Для полной Большой Тройки тут не хватает…» осёкся Кай, заметив вдалеке обитую бронёй повозку Железного Кайзера, стремглав мчащуюся к месту потасовки.

– «А, не. Забей, все воротилы мира на месте: Церковь Белой Звезды, Торговый Союз Купаллоде – хозяева гильдии наёмников, и Магический Орден Разлома, также известный как МОР… Ты управлять бармирогом умеешь?» невзначай спросил оборванец.

– «Да, а что?» хлопал глазами юнец…

Поводья взвизгнули, и бармирог помчался прочь от пожара.

– «Побеждает тот, кто побеждает» пожал плечами Кай, провожая взглядом оставшихся наедине с кайзеровцами попутчиков. Откуда-то сбоку раздался до боли знакомый булькающий смешок.

– «Или не побеждает…» прикусил губу хвостатый, наблюдая в пяти метрах призрака. Руки вытянуты по швам, всё его тучное тело мелко тряслось, в особенности голова.

– «А-а! Ты же сказал, что изгнал его!» крикнул Карей, стегнув ездовое животное.

– «Да всё верно. Я его профессионально изгнал» сказал спутник. В голове мелькнуло: «Точно! Если предметом привязки духа является его тело, умерщвлённое с использованием огня, то ни в коем случае нельзя сжигать труп. Иначе призрак совершит временную привязку к тому, кто уничтожил тело, с целью убить его. Убьёт – значит получит новую привязку, нет – исчезнет… Лучше патлатому об этом не знать».

Монстр задёргался сильнее. Резкое движение и хруст. Он замер с вывернутой в обратную сторону рукой. Мгновение всеобщего замешательства. Призрак продолжил, выворачивая суставы, приближаться. Туша изогнулась в неестественной позе, слизистые сочленения деформировались.

– «Нихрена ты не изгнал!» визжал черноволосый, глядя как за ними на всех четырёх вывернутых конечностях пузом вверх гнался монстр. Теперь его лицо было направлено ровно на добычу, но лысая голова трепыхалась настолько активно, что разглядеть черты никак не получалось. Да парни и не пытались.

Монстр совершил рывок, чуть не схватив пушистого зверя за хвост. Карей едва удержался на спине бармирога. Они резко свернули, прорвавшись сквозь туман и дым прямиком на пылающую полянку.

Лес горел, причём очень сильно. Обугленная сосна, скрипя, повалилась, обдав беглецов пеплом и волной жара. Затем другая плюхнулась прямиком перед самым носом ездового зверя. Угольная пыль запятнала одежду, покрыла лица. Поворот. Призрак оказался сбоку, совершив прыжок. Черноволосый, максимально пригнувшись, чудом избежал смерти, а Кай свесился вбок, головой почти коснувшись травянистой дороги. Бармирог слегка накренился, сменив траекторию. Монстр пролетел мимо.

Треск, вспышка, пылающее дерево намеревается придавить беглецов, но стальная плита рвёт его на части. Кучер кричит, видя несущихся навстречу электро-волков. Из пожара выскочила опалённая свора, исступлённо мечущаяся по лесу. Они путались, падали, грызлись и давили друг друга, ища спасение средь непроглядного смога. Горелый смрад сводил с ума хищников. Ездовой зверь грациозно перепрыгнул живую преграду, однако волки в отчаянном порыве бросились следом.

– «Надо что-то с ними делать, иначе они нам сбежать не дадут!» кричал Карей.

– «Что, например?» спросил оборванец, получив в ответ: «Ты у нас маг, вот и придумай!».

Кай чертыхнулся, засучил рукава. Янтарные очи воспылали, пламень, пожиравший две стоящие неподалёку сосны, усилился. Деревья с хрустом падают на волков, а из слепого янтарного глаза потоком струится кровь.

Призрак атаковал вновь и вновь, всё яростней – его время почти подошло. Путники вырвались из объятий жара. Огонь сюда ещё не добрался. Оборванец вовремя заметил расползающийся по шерстистому зверю пожар, возникший по вине небольшого уголька, и оперативно его устранил.

Впереди показался просвет. Ещё чуть-чуть. Монстр снёс своей тушей дерево, уже абсолютно не разбирая дороги. Пред его взором была лишь цель и никаких преград. Остаётся десять метров. Пять. Три. Дух подался всем телом вперёд, попытавшись схватить добычу. Бармирог оттолкнулся задними копытами, желая уклониться. И ему это удалось, но приземление оказалось неудачным – спустя несколько шагов копыта запутались. Зверь рухнул, перекинув пассажиров через спину.

Парни оказались весьма удивлены такому повороту событий. Яркое рассветное солнце ослепило всех. Они падали со склона прямиком в заболоченную канаву. Меч затерялся в воздухе. Красно-пепельный хотел сгруппироваться, но уставшее тело слишком медленно отреагировало, и он мощно впечатался плечом сначала в косогор, а затем и полной грудью вошёл в водоём, быстро достигнув дна. Вынырнул, ошарашенно, словно испуганный кот, огляделся, обнаружив в миллиметре от лица массивную пятипалую лапу. Короткий вдох, осознание, рывок. Он уклонился.

Буквально миг, и преследователь рассыпался в неосязаемый прах, тут же подхваченный ветром. Лишь чудовищный раскатистый вопль сотряс лесную чащу, уносимый ветром куда-то вдаль.

Канава оказалась неглубока. Кай понял, что его гротескное надгробие, а по совместительству меч, торчит из воды в опасной близости от тощих телес. Он сжал рукоятку костлявыми пальцами, и выдернув уродливое оружие, выполз на сушу. Перевернулся. Долго лежал на спине, янтарным взором поглощая алые небеса. Постепенно мокрую одежду пропитывала кровь. Он уже осознавал, что сильно отбил едва зажившие рёбра и украсил руку парочкой рваных ран.

Вблизи послышалось недовольное кряхтенье. Карей сумел более удачно адаптироваться к внезапному полёту, как следствие отделался одним испугом. Бармирог стоял в сторонке, безмятежно пощипывая травку.

Лес переходит в широкое поле, средь которого простирается давно нехоженая дорога.

– «Походу теперь точно всё» выдохнул Кай.

4-21

Большая жаба отдыхала после сытного ужина на толстом лопуховом листе. За свою долгую, по жабьим меркам, жизнь она видала всякое, например: странных двуногих созданий, сбросивших в омут большой мешок, из которого выглядывала пятипалая лапа. Бывал и тяжёлый громыхающий исполин. Он как увидел бедную жительницу болот, так с невнятными возгласами, клацающими внутри железного костюма, бросился расцеловывать склизкое создание. Вот он, лежит под пнём с тех самых пор. Теперь же объявился новый раздражитель...

Клыкастый желтоглаз бесцеремонно рухнул под любимым деревом жабы, впившись взглядом в никуда. Она, можно сказать, умудрённая годами особа, поэтому прерывать свой почтенный отдых из-за какого-то двуногого не стала. Жаба оценила пришельца. Почва под его тощими телесами медленно оседала, вокруг стоял стрекот, а какая-то молодая лягушка запрыгнула прямо на голову. Грязные растрёпанные волосы, чертовски глубокие круги под глазами. Жалкое зрелище… Из ближайших кустов вывалились ещё один, тянущий за собой бармирога.

– «Нихрена это не короткая дорога» обратился черноволосый к сидящему у дерева.

– «Была бы короче, если б наш транспорт не подвернул ногу. Опять. К тому же это вообще тебе в голову взбрело срезать через заросли» отвечал зубастый юноша.

Теперь уже двое молча отдыхали на жабьей земле. Особа пересеклась взором с пушистой животиной, и, наплевав на отдых, прыгнула в омут, решив не искушать судьбу.

Группа шла коротким маршрутом уже третью неделю. Траур по погибшим откладывался до Берденбрёма. Оба скитальца прилично устали от дороги… И друг от друга.

– «Ребят, я ног не чувствую. Давай ещё привальчик…» скулил Карей.

– «Раз не чувствуешь, значит и не болят, поэтому привал не нужен. Если совсем невмоготу, то можешь прилечь прямо здесь, я тебя по-дружески подожду в городе» отвечал Кай.

– «Иди в жопу…» обречённо выдохнул юноша, продолжив шагать.

Оборванец протёр глаз, за это время претерпевший новую метаморфозу. Временная слепота прошла, однако теперь мир отображался лишь в чёрно-белых оттенках. Все ранения почти полностью зажили. Щёку пересекал новый шрам. Он не уродовал и не красил лицо, он просто был. Причём был маловат, и до «настоящего мужицкого» явно не дотягивал.

Группа прошла по узенькой тропке, по обе стороны которой простилается глубокий овраг, истоптала зелёную полянку, и преодолела крутой каменистый спуск. Потихоньку светало. Далеко не всех устраивал ночной график передвижения, навязанный красно-пепельным, однако против стального аргумента:

– «Я могу и один до города добраться» не попрёшь, поэтому приходилось мириться.

Воспользовавшись очередной едва заметной дорожкой, они с боем продрались через заросли колючки, внезапно оказавшись на песчаном тракте. Удивлению не было предела, когда мимо трёх чумазых и ободранных доходяг, на всей скорости промчалась карета, запряжённая четырьмя чёрными бармирогами. Совладав со ступором, путь продолжался в весьма приподнятом настроении.

– «…Сколько нам ещё идти? Я устал, давайте при…» начал было Карей, но его прервал оборванец: «Если не заткнёшься, я тебе сломаю ноги».

В воздухе наконец повисло блаженное молчание. Группа двигалась по пыльному тракту. За поворотом кончился приевшийся лесной пейзаж, уступив залитым рассветным солнцем просторам. Слева вдоль дороги тянулись древние накатанные рельсы на разваливающихся бетонных шпалах, отчасти заменённых деревянными. Вдалеке маячили едва различимые очертания города. Чем ближе, тем отчётливей становились контуры зданий.

Чужаков встречали бедненькие лачуги, плотным строем обступившие дорогу. Постепенно к ним примешались двухэтажные каменные домики с черепичными крышами. Относительно небогатая застройка упиралась в ветхую пятиметровую стену из бетонных плит, местами напрочь развалившуюся, где-то восстановленную кирпичом, и по всей площади размалёванную различной степени приличия высказываниями.

Группа остановилась напротив ближайшего трактира. Уроженец Лестофагена загрузил своими телесами дряхлую скамеечку, потеснив бессознательного синяка.

– «Ну, что, уважаемый. Вот мы и добрались. Всё ещё планируете ехать на блокпост, сторожить Ничейные Земли?» ухмыльнулся хвостатый. Карей раздражённо отвечал:

– «Ну уж нет. Знаешь, настало время прощаться…». Путник кивнул:

– «Поддерживаю, надеюсь больше никогда не пересечёмся». Черноволосый несколько секунд мялся в нерешительности, но затем выпалил:

– «Ты… Аморальный ублюдок, и убийца. Желаю скорейшей смерти».

– «Благодарю за тёплые слова. Ты же просто классический кретин…» насмешливо заявил собеседник, затем отвесил грациозный поклон, и, развернувшись, двинул прочь.

Узенькая улочка влилась в главную. Приятно ощутить под ногой аккуратно мощённую камнем мостовую. Местный люд не обращал особого внимания на странного путника. Им и без того было чем заняться. Рельсы, всё также лежащие вдоль дороги, дрогнули, позади послышался гудок. Нарастающий гул спешно подкрадывался. Несколько мгновений спустя из-за спины, мерно покачиваясь, вырвалась скрипящая металлическая громадина.

Поезд тянул монстр, извергающий из четырёх сопл густой дым. Его проржавевшие телеса скрепляли воедино ряды старинных заклёпок и разномастных заплат. У массивных колёс, что в высоту доходят красно-пепельному до плеч, трясутся и шипят пружины, пересечённые извивающимися трубками. Смесь масла и сажи густо облепила старый металл. На борту, прямо под искорёженными перилами, красовались цифры, выведенные белой краской. Далее тянулась вереница громоздких вагонов, с зарешечёнными окнами. Кай, недолго думая зацепился за один из поручней, и весьма удобно уселся на небольшой подножке перед дребезжащей дверью ближайшего к локомотиву вагона.

Прохожие, лавочки, дома. Запах гари и свежесть утреннего воздуха. Состав приблизился к стене, готовясь проехать сквозь осыпавшийся много лет назад проём. Мостовая же, в свою очередь, тянулась сквозь массивные и столь бесполезные врата, которых, к слову, на месте не наблюдалось. Несмотря на это, проход доблестно охранял один единственный стражник с алебардой, неустанно бдящий, развалившись на неудобном складном табурете. Несколько человек обыденно воспользовались дырой, расположившейся метрах в тридцати от главного прохода. Видимо им так удобней пробираться на другую сторону стены.

Наконец поезд въехал в город. Прямо за чахлой стеной расположилась широкая полоса растительности, сплошь утыканная развалинами, имеющими весьма причудливый вид. Одни лишь каменные столбы, да рассеянные обрывки стен высились над густой травой. Низкое солнце забавлялось с ничейными руинами. Повсюду мелькали теневые силуэты. Вот только загвоздка в том, что иной раз их никто не отбрасывал. Просто одиноко притаившиеся среди запустения фигуры. Одни изображали чудовищных существ, тела которых являли поистине едкую насмешку над самим порядком бытия, другие походили на простых людей. Все они застыли недвижимы, лишь яростный шар огня придавал некоторую динамику. Немногочисленные желающие срезать путь обыденно шли мимо, весело разговаривая или задумавшись о своём. И не было им дела до этой ничего не значащей аномалии.

Далее состав преодолел небольшой мостик через почти пересохший ручей, что иные переходили вброд. Прямо за протекающей водой на вершине косогора стояли трёхэтажные каменные дома. Теперь оборванец оказался окружён стройными рядами тесных улочек, перемежающихся с одинокими песчаными пустырями, захламлёнными задворками и вездесущими заборами, стоящими здесь без какой-либо практической пользы. Из тьмы нависающих структур поезд вновь вернулся на главную улицу. Здесь тянулись бесконечным потоком магазинчики, конторки, трактиры и прочие заведения. Вдалеке уже виднелась станция, поэтому стало очевидно, что пора покидать стальную махину.

Кай ловко приземлился на мостовую, а поезд помчался дальше. «Так…» начал рассуждать он, бесцельно шатаясь по дороге: «…Камилла дала мне адрес. Улица Каба̀нина, дом тридцать два, квартира… Толи четыре, толи восемь. Поспрашиваю у людей, где это». Первый, прохожий, к которому обратился с вопросом хвостатый, предпочёл сделать вид, что глухой, второй просто туже натянул капюшон, поспешно скрывшись, третья подняла шум, подумав, что её пытаются ограбить, и пришлось ретироваться. Только нищий попрошайка, упорно изображающий полоумного ветерана недавней войны, на пару минут выйдя из образа, всё-таки показал нужное направление.

По дороге чумазого проходимца остановил стражник, и настойчиво попросил убрать оружие в ножны.

– «У меня нет ножен» отвечал незадачливый воитель.

– «Так-так… Значит придётся заплатить штраф» блюститель закона, усмехнувшись достал блокнотик, где что-то быстро начеркал, вручив жертве произвола маленький листочек.

– «Пять тысяч марок!? Да вы тут совсем…» злобно шипел Кай, копошась в сумке. Оттуда он извлёк прямоугольный кусочек картона, как две капли воды похожий на тот, что нашёл в Степановке, только поновее и без изображения змеи. Служащий при исполнении изучил представленный документ, побледнел и, забрав извещение о штрафе назад, самолично его порвал. «Надо же – сработало» про себя удивился пепельно-красный, сохраняя на лице язвительный оскал.

– «Приношу свои извинения» бросил стражник, собравшись уходить, но костлявые пальцы аккуратно легли ему на плечо: «Господин офицер. Раз уж на то пошло, то не найдётся у вас какого-нибудь чехла? А ещё неплохо бы узнать, где тут стоящий оружейник расположился и лавка портного».

В распоряжении путника оказался холщовый мешок из-под картошки, накинутый поверх стальной плиты. Он поблагодарил мужчину в форме, направившись к оружейнику, дабы приобрести ножны.

Магазинчик далеко от центра города. Здесь продают не лучший товар, но во всяком случае доступный и сносного качества. Не смотря на раннее время суток внутри уже кипела работа. Молодые ребята заполняли витрины товаром, мыли полы, а средних лет господин со шрамом в пол лица раздавал указания, параллельно проверяя какие-то бумажки.

– «Добрый день! Заходите» приветственно махнул хозяин, заприметив клиента.

– «Что вам надобно?» продолжал он, оглядев одёжку, лицо, и нелепо спрятанный под мешком меч.

– «Мне нужны ножны для… Ну, меча, наверное. Не уверен, что у таких штуковин есть своё собственное название» сказал скиталец, обнажив оружие.

– «Хо-хо… Да уж… Это действительно трудно назвать мечом. Придётся делать ножны на заказ. Деревянные точно промнутся под весом, а если делать стальные, то масса готового изделия будет катастрофой» прикинул кузнец.

– «Вес – не проблема, но вот цена – вполне. Сколько?» задал вопрос оборванец.

– «Тысяч тридцать, не меньше. На одни материалы уйдёт десятка. Плюс работа» заявил мужчина, скрестив руки на груди.

– «А если так?» клиент вновь козырнул кусочком картона. Хозяин внимательно изучил документ, и констатировал:

– «Молодой человек… У вас тут нумерация сбита: некорректно указан идентификатор, в номере выпуска лишняя цифра, а тут что? Хах… Да вы шутите? Отсутствует ранг, помимо даты рождения присутствует ещё и дата смерти! Это худшая подделка, что я видел в своей жизни. Прошу, покиньте мой магазин». Кай пытался убедить кузнеца в подлинности, затем хотел надавить, но с треском провалился, и был позорно вышвырнут.

– «Ещё раз сюда заявишься, позову стражу!» кричали ему вслед.

Хвостатый тяжело вздохнул и двинул прочь, раздумывая к кому пойти дальше.

– «Эй! Получеловек!» внезапно донёсся хриплый голос из-за угла. Янтарный взгляд смерил невероятно высокую фигуру под невзрачной накидкой.

– «Нормально тебя кузнец отчихвостил, мне уж подумалось, что реально стражу позо…» начала было фигура, однако бродяга, не желая выслушивать бесполезный трёп, продолжил движение.

– «Стой-стой, подожди! У меня есть предложение!» внезапно встрепенулся незнакомец, явно не ожидавший такой реакции.

Кай остановился, и заявил:

– «…Сразу говорю, я в городе не ищу неприятностей, за убийство кузнеца не возьмусь».

– «Д-да какое убийство? Ты с дуба рухнул, что ли?» мутный тип был шокирован репликой красно-пепельного настолько, что его голос лишился наигранной хрипотцы, и стало очевидно – это девушка.

– «Тогда чего вам надо, уважаемая?» спросил владелец подозрительного мешка с картошкой.

– «…Я… Мне довелось случайно услышать ваш разговор. Вы же ищите ножны?» дама немного приспустила капюшон, позволяя разглядеть лицо. Тёмные прямые волосы, едва доходящие до подбородка, острый нос, чуть ниже карий очей находилась вторая пара глаз.

– «Угу...» кивнул он, добавив: «…А ты знаешь того, кто сможет их сделать дёшево и качественно?». Она ударила себя в грудь, гордо произнеся:

– «Да! Это я!».

– «Всего доброго, до свидания…» походя буркнул странник.

– «Да погоди, погоди же, я серьёзно!» девушка хотела схватиться за рваный рукав пальто, однако из-за значительной разницы в росте с силой вцепилась в плечо.

– «Я, кузнец Нитлина Лофго, с превеликим удовольствием сделаю тебе ножны» продолжала она.

– «Во как… И почему бы мне просто не пойти к другому кузнецу, и не заказать ножны у него?» поинтересовался скиталец.

– «Я не возьму денег, выполню работу быстро и качественно. Другие мастера сдерут не меньше двадцатки, и ковать будут недели две» отвечала барышня, отпустив собеседника.

– «Угу. Тогда в чём твоя выгода? Ты говорила про какое-то задание. Соответственно, если тут работа минимум на двадцать тысяч, то сложность этого задания должна всё окупать» предположил Кай.

– «Просто остальные сильно завышают цену… К тому же твой внешний вид… Ну… Как бы сказать… В общем ты не выглядишь слишком брезгливым, в отличии от местных наёмников» дама отвела взгляд.

– «Так. Что это за задание, которым брезгуют даже создания, живущие лишь ради денег?» заинтересовался хвостатый.

– «Приходи ко мне в мастерскую, там всё и обсудим. Улица Крайняя, дом четыре – не забудь» она ловко ушла от ответа.

– «А здесь никак?» попытался задать вопрос воин в обносках, однако собеседницы уже и след простыл. «Чёт мутная какая-то история. Пройдусь-ка я по остальным кузнецам» промелькнула мысль.

Далее неуёмный путник решил обойти всех бюджетных кузнецов города. Первый обитал в неприглядном районе, и запросил тридцать пять тысяч за работу. Его ни в коем разе не впечатлил кусочек картона, поэтому он продолжал стоять на своём, вынудив клиента покинуть заведение.

Второй кузнец расположился на другом конце города, прямо напротив третьего. Видимо они конкурировали между собой. Тут цену удалось сбить до тридцати двух тысяч, после чего, с мыслями: «Попытка – не пытка, будь, что будет», в ход был пущен кусочек картона, и на проходимца натравили отряд стражников, проходивших мимо.

Кое-как сбежав от слуг закона, хвостатый окольными путями добрался до последнего кузнеца, однако тот заявил, что уже слышал про получеловека-мошенника, донимающего мирных работяг своими ножнами, и пригрозил вызвать стражу.

Потерпев сокрушительный провал, скиталец внезапно нашёл себя на улице Кабанина недалеко от изначально искомого дома, и преисполнившись уверенности, постучал в дверь, пробравшись внутрь подъезда. Открыли не сразу.

Из дверного проёма выглянула растрёпанная женская фигура в розовом халате. Взгляды пересеклись, удивление и шок украсили лица.

– «Какие люди!» ухмыльнулся красно-пепельный.

– «Чего тебе надо, Кай?» раздражённо спросила девушка, отведя взгляд, и приготовившись захлопнуть дверь в случае чего.

– «Да так, искал старого профессора. Рубокроф, помнишь такого? Так вот. Узнал я, значит, его адрес. Пришёл. И тут мне открывает дверь бывшая староста нашей группы» продолжал давить он.

– «И?» она отошла на шаг назад, оставив лишь маленькую щёлочку, через которую можно вести беседу.

– «Я так понимаю, что профессор живёт здесь» констатировал бродяга, подперев дверь сапогом.

– «Ну?» донёсся односложный ответ.

– «И живёт он с тобой…» продолжалось ментальное насилие.

Тишина. Сверху моргнул магический светильник, усеянный рунами.

– «Ах, как не стыдно! Развести женатого человека! Хех… Значит не просто так вы оставались после пар наедине. Так и знал, что вы там что-то мутили…» незваный гость довёл мысль до конца.

– «Это всё?» тихо спросила дама.

– «Где профессор, Саша?» был задан контрвопрос.

– «Тебе-то какая разница» она попыталась резко закрыть дверь, не подозревая, что её подпирает грязный сапог.

– «А такая: мне он нужен. И, поскольку я не хочу его настраивать против себя, то так уж и быть, забуду пока, как некая отличница подставила меня на экзамене, дабы самой спокойно списать сложную тему. Также забуду про то, как я оправдывался перед деканатом, а затем сдавал экзамен комиссии из столицы» бросил Кай.

– «Да пошёл ты… Нэт… Нэттон очень тяжело пережил… Те События. Только недавно начал отходить. Как думаешь, что будет, если он вновь увидит твоё лицо?» вспылила барышня.

– «Подумаешь. Ну убили парочку человек. Поверь мне, случались вещи и пострашнее» пожал плечами зубоскал.

– «Парочку человек!? Это была натуральная резня, произошедшая из-за тебя! Ты буквально утопил академию и всё отделение в крови!» продолжала она.

– «Ну не то, чтобы прям из-за меня… Они первые начали!» фальшиво оправдывался путник, затем его лицо приобрело хищные черты: «…Но так-то… По секрету. Хочу сказать: мне действительно плевать, что те, кто с пеной у рта пытались меня убить, погибли от моей руки. А вот погром, случившийся после… Да в общем-то тоже начхать. Печально, конечно. Изначально это не входило в планы. И, хотя, каждый сам совершал осознанный выбор, вступать в сражение или нет, без сомнений виноват я. Заметь, в моём голосе нет ни нотки иронии. Я действительно виноват, однако рвать на груди рубаху, и, заливаясь слезами, посыпать голову пеплом не стану» проговорил путник.

– «Ты просто психопат!» шептала девушка.

– «Думай про меня что хочешь. Ты же можешь. Правда ведь можешь? Хех... Короче, скажи уже пожалуйста, где Рубокроф» он поправил причёску. Тишина в ответ.

– «Говори» не повышая голоса приказал собеседник. Этот тон и личность стоящего за дверью индивида внушили страх в девичье сердце:

– «Он… Он… На работе он, где ещё! В местной магической академии. Боже…».

– «Премного благодарен» дружелюбно кинул убийца, незамедлительно удалившись.

Перед ним встал тяжёлый выбор: «…Сразу пойти в академию или заскочить к той особе? По идее учебное заведение находится в самом центре города, а я на краю, теоретически недалеко от её мастерской. К тому же навряд ли старик прервёт урок ради разговора с внезапно заявившимся учеником. Нужно ловить его во время обеденного перерыва. Увы, мне неизвестно, когда он конкретно у местных школяров, но что-то подсказывает не раньше часа. Итак, первым делом я… Куплю сигарет, курить хочется – просто смерть».

4-22

Наполняя лёгкие ядовитым смогом, Кай стоял напротив двери, ведущей в узкое двухэтажное здание, почти полностью заросшее мхом и диким виноградом. Оно слегка накренилось в сторону косогора, а с обеих сторон его теснили большие трёхэтажные дома, отбрасывающие густую тень на окна.

Над входом красовалась табличка: «Мастерская Лофго», украшенная нарисованной от руки весёлой рожицей. «М-да…» странник выдохнул чёрный дым: «…Очень может быть, что внутри мне дадут по голове, отберут все деньги, а тело просто выкинут вне города… Ну что ж. Добро пожаловать… Наверное?».

Дверь со скрипом отворилась. Внутри царил. Обшарпанные обои, пыльные полки, заваленные хламом. Всюду горы каких-то деталей и металлических заготовок, на прогнившем полу лежит грязный ковёр, а из-за высокого прилавка торчит чья-то макушка.

– «Кто там… Что!? Не может быть! Ты реально сюда пришёл!» уже знакомая девушка взволнованно подскочила к гостю, с глазами, полными удивления.

– «Угу… Не надо было?» он отошёл на шаг назад, набирая комфортную дистанцию.

– «Нет-нет, что ты! Конечно же надо!» четырёхглазая завертела головой.

– «Да я себя спрашивал…» бросил Кай.

Особа, игнорируя реплики хвостатого, провела его в соседнее помещение, не умолкая ни на миг, где, скинув со стола кучу чертежей, предложила присесть. Гость нехотя воспользовался гостеприимством, и буквально через миг на столе оказался графин, наполненный подозрительной красной жидкостью, а также две жестяные кружки. «По запаху вроде на компот смахивает… Ладно, живём один раз» после коротких рассуждений он отхлебнул из предложенной посуды, отметив на удивление приятный вкус.

– «А, точно! Прости мою рассеянность, тут же темно как в склепе. Просто у меня хорошее ночное зрение, а гости редко заходят… В общем сейчас сбегаю за лампой» вскочила было барышня, но Кай заявил: «Да забей, я тоже всё прекрасно вижу».

– «Вот как… Ну да, а чего я ещё ожидала от собрата по неопределённому подвиду. Вообще – это даже хорошо, что мне встретился именно ты… У тебя же ведь нет предубеждений по поводу безродных, да? Вообще, в наше время…» хозяйку прорвало на речь так, будто она давно ни с кем толком не общалась.

– «Кхем… Давай перейдём к делу» одёрнул её оборванец.

– «Да, конечно. Прошу прощения. Твои ножны, и задание…» девушка тяжело вздохнула: «В общем. Пожалуйста, сначала выслушай меня до конца, а уже потом давай ответ. Работка предстоит нелёгкая. Думаю, не стоит говорить, что под всеми старыми городами находится разветвлённая система тоннелей… Канализация. Конкретно для Берденбрёмской использовали магические фильтраторы, чтоб нечистоты лучше уходили в грунтовые воды. Там такая сталь хорошая… Правда их уже несколько столетий не обслуживали, но город пока ещё не утонул в своём же дерь… Кхм… Отстое. Значит всё путём. Короче, как ты знаешь, где магия – там и монстры. Тут та же ситуация. Ну, наверх не лезут, а это главное. И так уж вышло, что среди тоннелей лежит один меч, который мне надо заполучить. Сможешь принести?». К концу монолога её голос стал совсем тихим и неуверенным.

Кай заломил бровь:

– «У меня есть парочка вопросов. Во-первых: каким вообще образом необходимый тебе меч попал в канализацию? Во-вторых: у тебя нет более точных ориентиров, чем «где-то в тоннелях»? В-третьих: можно посмотреть твои работы? Просто не хочется шастать по полнящимся монстрами каналам ради ножен неизвестного качества». Девушка встала из-за стола, и со словами:

– «Следуй за мной», пригласила гостя пройти вверх по лестнице.

На втором этаже расположилась комнатка, сплошь заваленная самыми разными образцами холодного оружия.

– «Нормальный такой склад… Ты точно торгуешь оружием, а не коллекционируешь? Просто тут вещей минимум на год работы, всё пыльное…» поинтересовался путник, разглядывая тяжёленькие ножны под полуторник. Четырёхглазая горько вздохнула:

– «Так в том-то и дело, что никто не берёт… Я же безродный «недочеловек», видите-ли… Да ещё и баба. И плевать, что оружие делаю лучше всех здешних «мастеров». Кузнецы распускают слухи, мол я ведьма, заговорами промышляю. Понимают, что честную конкуренцию не выдержат! Эх-х…».

– «Печально…» констатировал он, положив экспонат музея-свалки на законное место.

– «Печально? Ещё как… Иногда прям злоба берёт. Вот я и придумала план: дать мою новейшую разработку наёмнику, отправить в каналы, чтобы он там сразил парочку сильных чудищ, вылез наружу, и повсюду трезвонил о том, что всё это благодаря клинку Нитлины Лофго! И ведь реально, меч буквально резал кости, настолько был хорош. В целом мире такого не сыскать, поскольку именно я разработала специальную форму лезвия… И этот идиот его просрал. Когда я ему заплатила аванс, он с радостей нажрался в зюзю, а поутру отправился воевать. Дурака там цапнула за зад какая-то нечисть, и он вернулся ко мне без меча, требуя вторую часть обещанной суммы» негодовала хозяйка.

Красно-пепельный спросил:

– «Погоди. То есть ты наняла какого-то наёмника, заплатила ему денег, отдала важный меч, и чисто на доверии отправила в каналы? Ты не думала, что он мог тебя кинуть?».

– «Да нет… Это ж ведь гильдиец, им можно довериться» хлопала глазами девушка.

– «Гильдиец!? Уф-ф… Ну, с «довериться» ты явно погорячилась. Я б скорее доверился Тёмному Божеству, чем гильдийцу. Хотя дело твоё…» пожал плечами он: «Хорошо. Допустим… Но как я в теории верну тебе твой «шедевр», если даже не знаю где конкретно искать?».

– «Есть примерная наводка. Тот наёмник спустился в люк за одной из пятиэтажек на главной городской площади, а вышел рядом с ремесленным кварталом. Меч остался вместе со всем его снаряжением где-то там» развела руками дама.

– «Ясно. Что ж, я брался и за менее конкретные задания… И выгоды с них получал намного меньше… По рукам. Когда ты сможешь взяться за ножны?» Кай машинально поправил ворот рубашки.

– «Да прямо сейчас. Всё равно пока делать нечего. Но тебе придётся меч мне оставить. На время. Чтоб я смогла снять все необходимые мерки и по ходу ковки удобней соотносить размеры ножен с оружием» заявила она.

– «А без этого никак?» полным нежелания тоном задал вопрос бродяга.

– «Вообще можно, но из подслушанного… Вернее случайно услышанного диалога с вышвырнувшим тебя кузнецом, я поняла, что меч, очень необычный. Тяжёлый... Лучше оставь его мне, так выйдет без переделок. Кстати, а где он вообще?» держала ответ высокая оружейница.

«Так. Давай думать. Чёт боязно как-то отдавать ей меч, мало ли. С другой стороны, меня точно не пустят в академию, где обитают дети всех возрастов, с оружием наперевес…» прикинул красно-пепельный, а затем выдал:

– «Ладно. Только мне нужны гарантии сохранности моего орудия убийства».

– «Да ты не бойся, всё будет хорошо! Даже если, по чистой случайности, произойдёт критическая поломка, то я всегда могу отковать тебе новую палку-убивалку» улыбнулась она.

– «Это, конечно, замечательно, но я хотел-бы сохранить свой меч. Да и переживаю я не по этому поводу… Поступим так: ты мне передаёшь вещь из своего гардероба, что больше всего носишь. Не стиранную – это важно. Так, если ты внезапно куда-то пропадёшь, а мастерская случайно сгорит, я смогу тебя найти» предложил зубоскал.

– «Как?» удивилась особа.

– «…Мастерством…» таинственно проговорил он. Девичий взгляд наполнился благоговейным трепетом:

– «Мастерством… Знаешь, раз ты так печёшься о своём оружии, то оно тебе дорого. И, если мне в руки вверяют столь важную для кого-то вещь, то я просто обязана дать взамен что-то настолько же важное для меня. Пойдём!» она вновь схватила красно-пепельного и потянула за собой, будто тряпичную куклу.

Вниз по лестнице. Через заднюю дверь. Перед взором предстал затхлый дворик-колодец, с трёх сторон очерченный массивными каменными стенами высоких домов. Здесь царил абсолютный мрак, в котором простой человек наверняка не смог бы работать, однако вся надлежащая кузнечная аппаратура находилась именно тут. Горн, собранный из кирпичей, отбитая молотом наковальня, изрядно попользованные инструменты, самодельные зажимы, помятая бочка для закаливания.

– «Держи…» девушка всучила проходимцу в лапы пару потрёпанных варежек, снятых с крючка: «…Это мои счастливые перчатки. Береги как зеницу ока, и обязательно верни назад!». Он издалека учуял чудовищный запах пота от этой кузнечной реликвии, и стараясь не подавать вида, сказал:

– «Да… Это… Мне обе сразу не нужны… Одной вполне… Ух… Одной хватит…», однако мастер на все руки его прервала: «Они приносят удачу только когда вместе! Иначе от них нет никакого проку… В общем давай, показывай уже героя нашей сегодняшней истории. Где ты прячешь меч? Под пальто, или…».

Без лишних церемоний мешок из-под картишки был скинут, а стальной исполин воткнут в землю, представ на всеобщее обозрение. Четыре глаза наполнились недоумением, удивлением, и отчасти страхом:

– «Эт-то что т-такое… Это меч?».

– «Да, только очень большой. Я думал это очевидно, и ты просто прикидываешься, будто не понимаешь, где моё оружие…» слова оборванца звучали непринуждённо.

– «Боже… Мне казалось ты на плече таскаешь… Не знаю… Маленькую дверь, блин? Но никак не меч. Да его поднять – уже позвоночник выс…» начала было дама, но её прервал грохот в передней дома.

Двое переглянулись и устремились к источнику звука, где обнаружили следующую картину: четверо плотных вооружённых мужчин крушат прилавок, а рядом стоит пятый и мирно курит.

– «Опа… Добрый день, госпожа Лофго! Как дела?» приветственно махнул рукой курильщик.

– «Вильгельм, какого дьявола!?» крикнула хозяйка.

– «Не надо кричать. Просто надо было в своё время отдать мне обещанную сумму, и мы бы мирно разошлись…» он опасливо огляделся, провёл рукой по коротким тёмным волосам, и выбросил тлеющий бычок прочь.

– «Деньги, да… Скотина, ты не выполнил свою часть сделки…» исподлобья отвечала она.

– «Ну как же. Я сходил в каналы, где убил пятерых монстров, а потом вернулся к тебе с мечом, который ты куда-то спрятала, и попыталась опрокинуть меня с деньгами. Сертифицированный скупщик трофеев в гильдии наёмников подтвердит факт убийства, а более десяти человек готовы поручиться, что я честно выполнил миссию. С этой информацией неужели ты готова идти в суд? Ты же не думаешь, что судья и присяжные поверят городской ведьме-недочеловеку, которая наводит порчу на товар конкурентов?» вопрошал негодяй.

– «У меня сейчас нет денег. Я отложила твою награду, но, когда ты вернулся ни с чем, решила закупить металл…» дама старалась держать лицо кирпичом, однако голос то и дело давал слабину, а ко всем четырём глазам потихоньку подступали слёзы. Вильгельм раздражённо выдохнул, выругался, после чего сказал:

– «Ну так найди. Укради у кого-нибудь или на тракт иди… Хотя нет, знаешь… С трактом я перегнул – ни один нормальный мужик не захочет четырёхглазую великаншу».

Наконец Каю наскучило стоять в сторонке. Он бросил:

– «Ладно, мне, честно говоря, суть вашего конфликта ясна. Может попробуем найти мирное решение?».

– «Нитлина, это чё ещё за бездомный? Ха! Неужели денег на нормального телохранителя не хватило!?» рассмеялся негодяй.

– «Я не телохранитель, а клиент. Ножны купить хочу» покачал головой оборванец.

– «А у тебя ссыкливый телохранитель, нищенка. Сразу заднюю дал» отметил Вильгельм.

– «Слушай, знаешь кто написал Тридцать Волн Над Долиной?» невзначай поинтересовался хвостатый.

– «Тридцать Волн? Ты чё несёшь?» переспросил верзила.

– «Имя автора. Давай, ты должен знать – это классика» махнул рукой зубоскал.

– «Я… Я не знаю! Я чё, дохрена литератор по-твоему!?» возмутился собеседник.

– «Эх-х… Такую шутку испоганил!» сокрушался Кай. Он резко схватил со стола вазу и метнул в лицо стоящему поблизости головорезу. Звон, треск, осколки разлетаются по всему помещению, а здоровяк валится на пол как сбитая доминошка.

Остальные громилы вытаращили глаза, схватившись за сабли.

– «Ребят, вы совсем тупенькие? Хотя – это да… Не знать классику… Но глаза-то у вас на месте!» скиталец ткнул пальцем на стоящий у его ног окровавленный кусок стали: «Вы это видите? Огромный меч! Представляете, как трудно мне будет вас не убить, если начнётся драка? А я прям мечтаю бегать от стражи с пятью трупами на шее. Короче, либо дайте мне сходить за чем-нибудь полегче, либо тихо ретируйтесь».

– «Слуш, Вильгельм. Разговор был только об одной бабе. Этот в сделку не входил» буркнул громила.

– «Да! За магарыч мы убиваться не будем. Глядишь – укусит, а потом лечись до самой смерти от заразы какой» подхватил другой.

– «Мужики, айда отсюда! В картишки доиграем, чайком побалуемся» предложил третий.

– «Эй, стойте, вы куда?» крикнул Вильгельм, глядя как его войско разваливается.

– «Пятого забрать не забудьте» махнул рукой янтарный пройдоха.

Три здоровяка удалились, прихватив находящегося без сознания. Одинокий главарь сжал кулаки:

– «Чё, думаешь крутой? Эти увальни здесь только для вида были! Да я тебя один…». Не успел он закончить фразу, как тощий кулак влетел в грудь. Воздух рывком покинул лёгкие, ноги подкосились, а глаза вышли из орбит. Кай согнулся над ошеломлённым противником, шепнув на ухо:

– «Я за свою жизнь убил людей больше, чем ты в принципе видел. Появишься здесь ещё раз – сожру…». Бледный лик украсила звериная ухмылка в сочетании с мёртвым взглядом.

Как только Вильгельм смог двигаться, он сразу же уковылял из лавки Нитлины Лофго, оставив её обитателей наедине.

– «Ух ты! Это было так круто!» просияла хозяйка: «Ты такой: бам! А здоровяк – бац! А потом ему туда, и он сюда…».

– «Угу, спасибо» буркнул скиталец.

– «Нет, ты прямо герой! Защитил девушку! Правда я и сама могла…» она отвела взгляд.

– «Забавно. Достаточно просто избить парочку людей, чтобы получить статус героя…» усмехнулся Кай: «…Слушай, раз я такой героичный, может угостишь чем-нибудь на дорожку?».

– «А ты куда-то уходишь?» спросила Нитлина.

– «Да. Нужно встретиться со старым знакомым. Как вернусь – обсудим всю эту дурно пахнущую историю подробней» отвечал собеседник.

– «Как бы Вильгельм с дружками не вернулся…» внезапно помрачнела четырёхглазая.

Красно-пепельный оглядел царящий всюду бардак:

– «И часто к тебе так заглядывают гильдийцы?»

– «Гильдийцы – нет» вздохнула хозяйка, взяв метлу с совком.

– «Как ты вообще этому отморозку доверилась? Может он уже загнал кому твой меч…» покачал головой хвостатый.

– «А у меня был выбор?» печально сказала девушка, заметая осколки вазы: «К тому же сначала он притворялся хорошим парнем. Кто же знал, что всё так обернётся?».

– «Понятно. Как будешь готова – садись за работу. Хоть я и говорил, что не твой телохранитель, но… А чего стоят мои слова?» изрёк он, достав коробку с сигаретами, притаившуюся в нагрудном кармане меж потёртых серебряных часиков, и часиков с золотистым тиснением.

– «Но вдруг Вильгельм вернётся?» спросила дама.

– «Вряд ли он вернётся» пожал плечами зубастый юноша.

– «Ну а вдруг! Что тогда?» не унималась она.

– «Пожалеет, что не умер» последовал ответ.

– «Как это?» недоумевающе моргала Нитлина.

– «Вернётся – увидишь... А теперь пошли разграбим твой холодильник! У тебя ведь есть холодильник?» бодро выдал собеседник, зажав меж острых клыков сигарету.

– «Курить на улице!» произнесла девушка.

– «Как скажешь, хозяйка…» Кай убрал картонный яд, проследовав на кухню...

В дверях чахлой мастерской показалась тонкая фигура скитальца. Петли скрипнули, ручка щёлкнула. Он без энтузиазма хрустел сырым клубнем некого растения, вкусом отдалённо схожим с картофелем. Янтарный взгляд ещё раз скользнул по ветхим стенам, и красно-пепельный, откусив большой кусок странного клубня, направился прочь…

Время текло, неумолимо приближаясь к часу дня. Кай долго плутал, спрашивал дорогу у прохожих, и в итоге сумел отыскать академию магии.

Огромное сооружение, находящееся недалеко от мэрии. Тонкие шпили возвышались над черепичными крышами. Дорогие барельефы, резные подоконники и парочка кованых балкончиков украшали фасад. Над входом сиял пурпурно-голубой витраж, содержащий бессмысленный, но от этого не менее красивый узор. Перед входом воздвигнут своеобразный коридор из четырёх арок, направляющих взор к небольшой круглой площади, посреди которой стоит фонтан. Площадь отделена от домов и сквозных улиц каменной решёткой, оплетённой дикими растениями-вьюнами.

Кай, до этого уже успевший смыть с одежды грязь, волею судьбы упав в ручей неподалёку, сейчас взобрался по ступеням к высоченным дубовым дверям и потянул ручку на себя.

Внутри здание отделано даже богаче, чем снаружи: тёмный гранитный пол, высокие потолки, просторные залы, стены сплошь увешаны картинами в золотистых рамках. Прямо у входа расположилась стойка, за которой восседала древняя старушка. Путь вглубь помещения перекрывали живые колючки, сформировавшие некое подобие заграждения. Рядом с горшками, из которых произрастает кустарник, красовалась металлическая пластинка, исписанная руническими символами.

Красно-пепельный застыл перед бурной растительностью, размышляя что делать.

– «Уважаемый, вам чего?» поинтересовалась старушка.

– «Мне бы пройти» отвечал он.

– «Прикладывайте студенческий и проходите» сказала консьержка, поправив свою остроконечную шляпу.

– «У меня сейчас студака, увы, нет. Послезавтра должны сделать новый» неловко почесал затылок хвостатый.

– «Без студенческого не пропущу» она скрестила руки на груди.

Внезапно двери отворились, и в здание вошёл паренёк, чьё лицо местами покрывала блестящая чешуя, на шее некое подобие жабр, а глаза влажно поблёскивают.

– «Здрасте, можно пройти?» обыденно произнёс он.

– «Чего опаздываешь, давай быстрее…» старушка взмахнула картонным амулетом, и колючки на миг отступили, позволяя ученику пройти.

– «А ты стой здесь!» бросила консьержка оборванцу, который попытался проследовать за чешуйчатым получеловеком.

Кустарник резко перекрыл проход.

– «Но у него тоже не было студака!» всплеснул руками бродяга.

– «Он не выглядел как бездомный» парировала дама.

– «Как без… А-а! Так вы об этом!» скиталец несколько наигранно удивился, обнаружив на себе рваное пальто: «Я просто с МОРовской практики, забыл переодеться».

– «Хм-м…» она прищурилась: «Кто ваш куратор?».

– «Он уволился, а нового нам так и не нашли» пожал плечами зубастый индивид.

– «Какая группа?» продолжала спрашивать немолодая женщина.

– «Десять ТЕППО Один» сказал Кай.

– «Десятикурсник, да? А ты знаешь, что у нас пока ещё нет Десять ТЕППО?» усмехнулась старушка.

– «А какие ТЕППО есть?» спросил проходимец.

– «Пока только девятый курс» ответила собеседница.

– «Понятно. Ну, что ж, попытка была хорошая» многозначно протянул он.

– «Неплохая» кивнула консьержка.

– «Может всё-таки пропустите?» бродяга попытался состроить щенячьи глазки, но получился довольно жуткий взгляд.

– «Пошёл вон отсюда!» картонный амулет мелькнул в старческой руке, и шипы устремились к чужаку.

– «Всё-всё, понял! Уматываю!» Кай незамедлительно покинул учебное заведение.

Выдворенный путник прикинул: «Может по-человечески дождаться окончания рабочего дня, и спокойно переговорить с… Да не. Хрень какая-то», и решил отыскать иной способ попасть внутрь.

Способ нашёлся тут же: узкий лаз между плотно прилегающими друг к другу домами, где воткнут маленький кусочек забора, распиленный, должно быть, самими заложниками сего учреждения. Проследовав путанным маршрутом, красно-пепельный вскоре попал на просторный двор академии, сплошь утыканный всевозможными учебными корпусами, зелёными насаждениями, статуями, тренировочными площадками и беседками.

За углом массивного корпуса ему встретились мальчишки, явно занимающиеся чем-то нехорошим. Стоило только ребятне заметить проходимца, как они сразу переполошились, застыв по струнке с напряжёнными лицами.

– «Здоров, пацаны» приветливо махнул рукой Кай. Чуткий нюх незамедлительно атаковал едкий смрад дешёвого табака:

– «Ух-х. Это что, Локомотив-Престиж?».

– «Нет, мы не курим!» пискнул самый высокий.

– «Да, да, знаю я как вы не курите. Сам таким же был…» отмахнулся он.

– «Ты не учитель?» спросил другой мальчуган.

– «А похож?» усмехнулся оборванец.

– «Ну-у… Нет. У тебя шляпы нет» размышлял парнишка.

– «Вот именно. Короче, выкиньте уже эту дрянь, а то от неё прям разит почерневшими лёгкими. Я дам вам нормальные сигареты. Пачку» предложил красно-пепельный.

– «А в чём подвох?» хлопал глазами ученик.

– «Один из вас мне временно одолжит свою накидку» последовал ответ.

Мальчишки собрались вкруг, о чём-то бурно споря, затем с самого высокого сорвали усеянную эзотерическим орнаментом накидку, вручив хвостатому.

– «Оставишь у забора. Ну чё, где сигареты?» шмыгнул носом лысенький школяр.

– «Погоди» бросил собеседник, убрав своё пальто в сумку. Поверх грязной рубашки легла лёгкая ткань.

– «Давно это было…» покачал головой он, достав картонную коробочку: «Держи». В руки бритого паренька упала заветная отрава.

– «Погоди, так тут всего одна сигарета!» кричал ученик вслед скрывшемуся за углом мошеннику.

– «Курить – здоровью вредить» язвительно пробурчал зубоскал.

Совсем не вызывающая подозрений фигура вальяжно прошлась мимо большого валуна, на котором вытесаны четыре символа. Символ, в виде маленького треугольника с плюсом вандалы частично замазали краской, судя по всему, уже не первый раз.

– «Эй, ты!» Кая окликнули со спины. Он обернулся, узрев перед собой рассеянное лицо молодого получеловека, имеющего длинные торчащие уши и родимое пятно в виде кинжала под глазом.

– «Не знаешь в каком корпусе пары Дальняковой?» спрашивал получеловек.

– «Неа. А ты знаешь, где сейчас Рубокроф?» поинтересовался янтарный тип.

– «Унылый-то? В третьем корпусе, наверное. Как обычно» отвечал ученик.

– «Молодые люди, вы что тут делаете!? Уже пары давно начались!» крикнула незаметно подошедшая дама в остроконечной шляпе.

– «Да мы, это…» растерялся получеловек.

– «Уже бежим!» его перебил Кай, стремительно зашагавший прочь.

– «Д-да!» промямлил парнишка, побежавший в противоположную сторону.

Осторожно пробираясь по безлюдным коридорам третьего корпуса, хвостатый внезапно услышал вдалеке цокот каблуков. Далее глаз выцепил выходящую из-за поворота даму, силуэтом напоминающую местную консьержку.

– «Только не она» слетело с губ. Поблизости находилась лишь дверь, ведущая в уборные, и Кай незамедлительно шмыгнул внутрь.

Богато обставленный санузел отнюдь не пустовал. На подоконнике с чашкой кофе в руке сидел мужчина, чью голову венчала остроконечная шляпа.

– «Почему не на паре?» грозно спросил преподаватель.

– «Почему пьёте кофе в сортире?» задал контрвопрос скиталец.

– «Это не кофе, и я его не пью» отвечал мужчина.

– «А меня здесь нет, я на паре» кивнул чужак, запираясь в кабинке.

Цокот остановился за дверью. Щелчок. Ручка проворачивается.

– «О! Добрый день Игорь Бертольдович! Вы тут не видели…» раздался знакомый женский голос. Старуха громко принюхалась:

– «Игорь Бертольдович, почему тут пахнет кофе?».

– «Кофе? Разве? Кому вообще взбредёт в голову пить здесь кофе, это же, с вашего позволения, туалет» сухо отвечал учитель.

– «Здесь определённо пахнет кофе. Игорь Бертольдович, неужели вы, уважаемый учитель иностранных языков, сейчас пили кофе в уборной, вместо того чтобы проводить пару у своей группы?» задала вопрос женщина.

– «Нет, нет, что вы! Я так долго был в пустынном Аль-Добате, а вернулся лишь вчера. Кто я, по-вашему, чтобы так жестоко лишать своих учеников бесценных знаний!?» сохраняя ледяное спокойствие в голосе спросил он.

– «Но от вас определённо пахнет кофе!» прищурилась дама. За её спиной в дверь ударил маленький кусочек настенной плитки, что Кай отковырял острыми пальцами. Он высунулся поверх кабинки, и жестом показал учителю открыть окно.

– «А тут жарковато…» буркнул любитель кофе, открывая форточку.

– «Только что этот камешек ударился в дверь… Что происходит?» дама взяла кусочек плитки, покрутив в руках.

Тем временем хвостатый создал огненную сферу, запустив в окно. Огонёк упал перед корпусом, по аккуратно стриженному газону добравшись до помпезного знамени, расположившегося возле каменного фонтана. Флаг окутало пламя.

– «Госпожа Фламьезе, там пожар» сухо изрёк преподаватель, указав на горящее знамя.

– «Что? Пожар? О боже, знамя академии горит! Опять огненные засранки из Семь КОЭ! Тушите, горим!» консьержка выскочила из уборной, засеменив по коридору.

Как только звуки шагов окончательно стихли, Кай вылез из своего укрытия.

– «Умно» изрёк учитель, взмахнув рукой. Воздух рассёк эфемерный прямоугольник чёрного пространства, из которого колдун достал свою чашку.

– «Ну так…» пожал плечами красно-пепельный.

– «Стало быть ты огненный колдун?» прищурился мужчина.

– «Колдунья» поправил его собеседник.

– «Колдунья?» седеющая бровь изогнулась.

– «Да. Вы же не хотите сказать, что я похожа на мальчика? Что я уродина?» с напором спросил Кай.

– «Нет, ни в коем случае! Но почему ты в мужском туалете?» сделал глоток кофеман.

– «Консьержка загнала» сказал огненный маг.

– «Это не консьержка, а её сестра-близняшка. Тут таких ещё штук восемь, может больше – не считал» без эмоций изрёк учитель.

– «Угу, я знаю. Но вот чего я не знаю – это в каком кабинете сейчас профессор Рубокроф» последовал ответ.

– «А, унылый… Двести второй» махнул рукой носитель колдовского колпака. За окном старая женщина во всю пыталась потушить беснующийся пламень, что с каждой секундой становился всё злее.

– «Понятно. Спасибо» красно-пепельный вышел из уборной.

– «Ну эту учёбу к чёрту, я устал. Поеду-ка в Поскенур…» буркнул под нос педагог.

4-23

Кай беспрепятственно добрался до двести второго кабинета. Настенные часы показали ровно час. «Вроде как у нас был обед в это время» промелькнула мысль. Стук. Высокая дверь со скрипом отворилась. Зубастый юноша лицезрел средней заполненности класс, множество скучающих детей, и шокированные глаза по пять марок седого преподавателя.

– «Э-э… Здравствуйте профессор Рубокроф! Нас тут пораньше с пар отпустили, а у меня к вам вопросы по продвинутому преобразованию. Можно я пока в кабинете посижу? Мало ли госпожа… Эм-м… Фламьезе ко мне пристанет, а физрука подставлять уж очень не хочется…» быстро адаптировался Кай.

Учитель некоторое время стоял в дичайшем ступоре, затем промямлил:

– «Д-да, к-конечно. Только займи заднюю парту». Негодяй кивнул, прошёл в конец комнаты, и распластался на мягком стуле со спинкой. Он извлёк из сумки Тёмную Магию Для Чайников, занявшись чтением.

Профессор, слегка оправившись от шока, продолжил вести урок.

– «Так вот, детишки…» начал он: «…Сейчас у вас будет вводная лекция в базис магии. Повторять дважды не стану. Итак: всё начинается с Миазмов. Если говорить просто, то миазмы – это энергия, что содержится во всём в разных пропорциях, как правило, крайне малых. Эти миазмы имеют несколько отличающуюся друг от друга структуру, а соответственно и эффект. По данному признаку их делят на элементы, или же стихии. Всего стихий есть четыре вида: Огонь, Тьма, Жизнь, и Твердь. Вот эту область магии мы будем изучать следующие три года. Элементную магию. Есть также Не Элементная – Фесциальная, и она базируется на общем свойстве Миазмов, то есть доступна магу любой стихии, но её вы будете изучать на четвёртом курсе, и, честно говоря, вскользь. Можете записаться на факультативы, дабы изучить её более углублённо, но в нашей академии есть только курсы Пространственной Магии и Магии Рун…».

Профессор кинул опасливый взгляд на незваного гостя, лениво листающего учебник, и продолжил:

– «Кхм… Прошу прощения – отвлёкся. Так вот, в теле каждого есть миазмы, но они не структурированы, их мало, и ими нельзя управлять. По большей части… А для создания заклинаний нам необходимо управлять миазмами. И этот процесс осуществляется при помощи Магического Ядра. Ядро – это, ну, во-первых, Миазматическая Структура, однако об этом чуть позже, а во-вторых, ваш единственный способ манипулировать миазмами. Ну почти... Ядро создаёт и содержит миазмы. Есть небольшое ограничение, значащееся как возможность управлять лишь энергией, содержащейся в собственном Ядре, но никто не запрещал при помощи своих миазмов управлять тем, что находится вне мага… Так…».

Рубокроф прислушался к удаляющимся шагам за дверью, промокнул лицо платочком, и возобновил лекцию:

– «Теперь поговорим о том, что при создании заклинания миазмы тратятся. Это логично. Но что происходит, когда их запас достигает нуля? Это состояние зовётся Миазматическим Нулём, и выражается тем, что Ядро впадает в шок, начиная разрушать организм. Звучит жутко, правда? Данное состояние можно прервать, если Ядро отойдёт от шока, возобновив выработку миазмов самостоятельно, или, если наполнить Ядро энергией извне. Но можете не бояться, ведь большинство магов имеют, так называемый Миазматический Предел. В чём он заключается? Всё просто! Когда энергия в Ядре достигает отметки около двадцати процентов от максимально вмещаемого количества, организм охватывает оцепенение, резкая усталость, головокружение, и в конечном итоге маг теряет сознание. Отсутствие Предела – редкая врождённая аномалия, называющаяся Мутацией Хатиса, и если колдовать после достижения двадцати процентов энергии, то наступает Миазматическая Недостаточность, сопровождаемая носовым кровотечением, головной болью, кровавой, прошу прощения, рвотой, помутнением в глазах, сильной усталостью и так далее. Как я уже говорил, если довести энергию до нуля, то велик шанс умереть…».

Седой ментор глянул на наручные часы:

– «Давайте подробнее рассмотрим Ядро. Его можно получить при рождении, если хотя бы один из родителей является магом, или же если во время беременности ваша мать часто пребывала в местах высокой концентрации миазмов определённой стихии… У Ядра есть предрасположенность к магии определённого элемента. Это называют Основной Стихией, и она прописывается в Ядре при его создании. Как вы понимаете сменить её нельзя, однако можно дополнить, овладев магией иного элемента, но это очень трудный процесс. Стоит помнить, что магия Основной Стихии при равной степени владения, будет в два, а то и три раза мощнее Дополнительной Стихии. Также Дополнительную Стихию сложнее применять и изучать… Так вот, врождённое Ядро… В норме оно начинает формироваться толи на пятом, толи на шестом месяце беременности. Из-за него ребёнок может родиться с некоторыми мутациями, например маги Тверди зачастую имеют очень грубую и крепкую кожу, а магам Тьмы нипочём самые экстремальные холода. Но можно приобрести Ядро уже после рождения. Это сложно, и не всегда получается. Необходимо длительное время находиться в местах, имеющих повышенную концентрацию миазмов, и применять продвинутые техники управления миазмами. Да, это можно делать и без Ядра, но… Так. В общем. Основная миазматическая теория гласит, что сам процесс управления миазмами при помощи Ядра задействует в том числе и мозг, как бы странно это не звучало. Мы учим мозг оперировать Ядром, чтобы использовать миазмы. Но иногда миазмы могут реагировать на прямые сигналы мозга. Это системная ошибка, на которой и строится метод получения Ядра… Далее. Ядро может вместить не бесконечный запас энергии. Дабы увеличить максимальный объём, необходимо просто-напросто колдовать. Но и тут магия сложнее, чем казалось. Давайте рассмотрим Шкалу Флозела, на которой всё прекрасно проиллюстрировано. Полная её версия слишком перегружена информацией для вводного занятия, поэтому рассмотрим облегчённую».

Учитель взмахнул рукой, и со стола взмыл в воздух кусочек мела. Повторяя движения за пальцем колдуна, писчий материал расписывал чёрную доску на стене разнообразными символами. Закончив колдовать, он начал пояснять:

– «…Вот на этой отметке находится максимум, то бишь сто процентов. Если вы как-то умудритесь закачать в Ядро более ста процентов, то достигните Перенасыщения, что повлечёт за собой травму Ядра и временную потерю способности колдовать. От ста до пятидесяти идёт Рабочая зона. Если применить заклинание на этом количестве энергии, то Ядро практически никак не прокачается… Ах да, прокачка – это термин, используемый магами для обозначения прогрессии увеличения вместительности Ядра. И ещё, прокачка происходит конкретно во время траты энергии, поэтому можно не всегда ждать восполнения энергии до максимума, чтобы вновь начать тренировку… Так вот, пятьдесят процентов – это Средний Момент. Именно здесь начинается эффективная прокачка. От пятидесяти до двадцати у нас идёт Стрессовая Зона. Про Миазматический Предел мы уже говорили. Добавлю лишь, что во время Миазматической Недостаточности можно достичь наиболее эффективной прокачки… А теперь нюансы».

Преподаватель заметил, как Кай с изнурённым видом и лицом, полным пренебрежения, проводит некие манипуляции за томиком Тёмной Магии Для Чайников... Хвостатый пройдоха, в тайне ото всех, достал своё МОРовское удостоверение, и то, что недавно нашёл в глухой деревне. Костлявые пальцы мелко тряслись, сжимая перочинный ножик, реквизированный у одного ученика.

Седой ментор кое-как отвёл взор, продолжив:

– «Молодым магам, таким как вы, опасно заходить далее Среднего Момента, поскольку вы ещё недостаточно опытны, чтобы точно определять количество миазмов в своём Ядре. Каждое заклинание тратит разный объём энергии, но именно для прокачки нужно выбрать между менее затратными, и более. Вся суть заключается в том, что маг, прокачивающийся малозатратными заклинаниями и маг, заклинание которого сжирает всю энергию за одно использование получают разный выхлоп. Маленькие заклинания имеют дополнительный бонус к расширению Ядра, поскольку хорошо прорабатывают большинство участков Шкалы Флозела, а большие, в некотором роде «проскакивают», упуская полный потенциал прокачки. Таким образом происходит компенсация этих двух способов по затратам времени. Условный маг А потратит три часа, чтобы дойти до Предела, и прокачает Ядро на пять процентов, а маг Б за десять минут доколдует до Предела, и прокачается на один процент, после чего будет ждать час, чтобы восстановить энергию, и получить ещё один процент. В итоге Ядро мага А станет вместительней за три часа на пять процентов, а мага Б на три… Поэтому использовать быстрый способ прокачки стоит только при наличии источников, из которых можно быстро восполнить силы, например энергетические кристаллы. Так, у нас ещё есть время, поэтому поговорим подробнее про Миазматические Структуры…».

Откуда-то с задних парт донёсся вопрос язвительным тоном:

– «Профессор, а вы не хотите рассказать, как именно происходит появление миазмов в Ядре? Не берутся же они из ниоткуда?». Учитель оглядел кабинет, обнаружив внезапного гостя увлечённо копошащимся за книжкой.

– «…Ладно…» он возобновил повествование: «…Вообще науке это точно не известно. Есть несколько основных гипотез, и во всех имеются свои дыры. Эти дыры, кстати, происходят в основном из-за того, что мы не можем измерить миазмы. Их количество, массу, объём. Только так или иначе почувствовать, но не более. Лично я проводил массу опытов в Нерисидском Университете, открыл несколько занятных закономерностей, но так и не смог ни на шаг продвинуться в интересующей меня области. Была теория, что мы восполняем миазмы из окружающего пространства. Ей на руку играет то, что в местах повышенной концентрации миазмов или в окружении своей стихии, например огня, маг быстрее восстанавливает энергию. Но как-то проверить это не представляется возможным. Только недавно маги из Колсберна устроили очередные разборки по поводу пространства, где не существует миазмов, и опять пришли к выводу, что такого быть не может».

Педагог вздохнул, наблюдая сонные лица учеников, и перешёл к сути:

– «В общем. Миазматические структуры. Мы знаем, что в состоянии покоя миазмы не структурированы. Но в результате некоторого воздействия они перемещаются, и могут случайно сцепиться друг с другом особым образом, что даст какой-либо эффект. Структуры делят на рукотворные и нерукотворные. Рукотворные появляются в результате осознанной деятельности мага, то бишь посредством подконтрольных ему магических процессов – структуризации. Структуризации вас по основному учебному плану, опять же, не научат. Если заинтересуетесь, то я смогу помочь подобрать соответствующую литературу, или дам совет. В одиночку этим не занимайтесь, поскольку можете наломать дров. Чего смеётесь, молодые люди? На параллельном курсе один уже пробовал практиковаться в структуризации без помощи наставника. Структурировал себе уши, и теперь не слышит ничего, кроме названий цветов на определённой частоте. Надеюсь, удастся его расколдовать…».

Рубокроф скосил глаза, на секунду предавшись воспоминаниям, после чего вскинув руку громогласно произнёс:

– «Так вот. Нерукотворная структуризация – это очень сложное и максимально случайное явление. Для её объяснения стоит сказать сразу, что магия может реагировать на человеческие эмоции, и иные окружающие факторы… Например, почему не стоит гулять по полям былых сражений? Потому что там обычно располагается целый ворох проклятий, а на них ещё и монстры подтягиваются. Почему? Всё просто – война никогда не обходится без эмоций… Ребят, ну хватит смеяться, я сейчас полностью серьёзен. Сильные эмоции могут повлиять на сотворённое вами заклинание, наделив его каким-либо непредвиденным эффектом. Это стоит учитывать. Именно поэтому станочное производство магических артефактов или зачарований менее эффективно, нежели традиционное. Ведь кузнец-маг по ходу работы будет вкладывать в поделку не только энергию, но и свои эмоции, мысли. Таким образом магические инструменты или оружие способны обладать своим примитивным «характером». В общем для нерукотворной структуризации необходимы очень сильные эмоции и высокая концентрация энергии. Хотя можно обойтись преимущественно лишь одним из этих факторов, если он чрезвычайно силён. И, как бы это ни было прискорбно, самые сильные эмоции – негативные. Ненависть, боль, зависть… Эх… Далеко не отходя от темы: Катализаторы. Слово сложное, но я сейчас всё объясню. Это предметы, прошедшие миазматическую структуризацию особым образом, вследствие чего получившие эффект, заметно усиливающий вашу магию. Обычный магический артефакт обладает какой-то способностью, например взрываться, если через него пропустить энергию, или покрываться молниями, если его держит человек по имени Карл. Поверх одной способности можно повесить вторую, но это очень сложно, и требует немалых навыков от мага. Про комбинацию эффектов на одном слое или про сочетание рукотворных и нерукотворных слоёв вообще говорить пока не будем… Катализатор же способен выполнять только функцию усиления вашей магии, и на него повесить второй эффект нельзя. Усиливает следующим образом: затраты энергии на создание заклинания снижаются, контроль желаемого эффекта и размещения, о которых чуть позже, улучшается. Катализатором, как вы понимаете, может быть практически что угодно, например серьга, платок, книга, или подштанники…».

Профессор промокнул лоб платочком:

– «Фух… Мальчики, откройте окно, пожалуйста, а то душновато как-то… Теперь быстренько про создание заклинаний. Вообще, в ваших учебниках написано, что заклинания делятся на атакующие, защитные, и контроль, но я скажу так: тип заклинания зависит лишь от креативности самого мага. Например, тьмой можно не только защищаться, но и атаковать. Или, опять же, тьмой можно создать воду, чтобы защититься, атаковать, использовать как гигантскую руку, или напоить жаждущих. В общем данная градация – бред. Далее… Заклинание состоит из двух частей: Характеристик и Размещения. Миазм каждой стихии обладает определённым спектром возможностей – эффектом. Например, нельзя создать огонь при помощи тверди. Вы можете попытаться сымитировать его форму, но это будет не то. Точно также не выйдет создать воду огнём. У вас получится именно, что огонь. Таким образом в разделе характеристик маг выбирает: размер, вес, форму, тип заклинания, и так далее. Пример: огненный шар температурой не меньше шестидесяти градусов зелёного цвета... Размещение отвечает за то, как ваше заклинание отобразится в пространстве. Звучит сложно, понимаю. Смотрите: здесь вы задаёте место появления, скорость движения, будет ли движение самостоятельным, начальную скорость или импульс, траекторию, совершаемое действие и прочее. Размещение можно не задавать вовсе, но тогда заклинание появится Способом По Умолчанию. Этот способ зависит конкретно от человека и того, как его настроить. Лично я настроил так: заклинание появляется из указательного пальца правой руки с начальной скоростью двести метров в секунду…».

Учитель вновь окинул взглядом часы:

– «Так, времени остаётся совсем мало, поэтому нужно ускориться. Чтобы проще задавать характеристики и размещение, то бишь творить заклинание, придуманы несколько специальных способов. Первым разберём Аудиальный Способ. Тут всё просто. Вы создаёте магию, задавая желаемые аспекты при помощи звуковых паттернов – Таблицы Хатиса. Придётся заучить всю таблицу, а самое главное – создать в мозге ассоциации желаемого эффекта с произносимым символом. Выработать рефлексы. Но одних рефлексов будет маловато – потребуется хотя бы чуть-чуть чувствовать миазмы. Именно поэтому, к слову, таблица такая, какая она есть. Ваш разум не создаст нужных ассоциаций со случайными звуками. Во всяком случае не со всеми. Хотя, помню как-то встречал я мага, что научился Аудиальной Магии ни разу не контактировав с цивилизацией. Он вырос в северном лесу, а потом подался в пираты. Надо отметить, что использовал он схожие с Таблицей Хатиса звуковые паттерны, однако по большей части напридумывал каких-то своих, основанных на лесных звуках. Например, он манипулировал растениями при помощи рыка, а звуковые ловушки создавал, подражая кукушке…».

Седой ментор встрепенулся, выбираясь из плена воспоминаний:

– «Прошу прощения, опять отвлёкся. Преимущество Аудиалки заключается в относительной простоте выбора характеристик заклинания. Плюс вы намного эффективнее и точнее зададите желаемый эффект при помощи голосовых связок, нежели используя иные способы… А вот минус – это весьма посредственный контроль размещения. Теперь рассмотрим Динамический Метод. Тут по факту тоже самое, но только аспекты заклинания задаются движениями. Существует таблица Мэрины Фалго, в которой точно также расписаны движения, необходимые для достижения желаемого эффекта. Её вы тоже будете зубрить, и вырабатывать рефлексы. Радуйтесь, что вас учат упрощённой версии, где задействуются только верхние конечности, а вот в Поскенуре ученики чуть ли не танцуют на тренировочной площадке. Что я могу сказать? Очень легко задать точное расположение. Например, вы маг тверди, и хотите передвинуть камень. Аудиалкой вам придётся проговорить целое предложение, а тут махнул рукой, и всё готово. Правда характеристики задавать сложновато. Наконец рассмотрим смесь двух предыдущих способов – Аудиально-Динамический. Долго распинаться не буду, лишь скажу, что при создании заклинания характеристики можно задать одновременно и Аудиалкой, и Динамикой, а вот размещение задаётся либо одним, либо другим. Попытка чередовать приведёт к фантастическому провалу. Возможно, вам даже оторвёт ноги, как случилось с одной девочкой из… Кхм… Неважно.

Рубокроф съёжился:

– «Дальше пройдёмся вскользь, поскольку следующие способы не включены в учебный план. Рунический Способ. Тут вы вручную чертите символ или последовательность символов, где указаны параметры размещения и характеристики заклинания. Можно задать количество использований вашей руны, сделав её одноразовой или условно бесконечной. Можно чертить на чём угодно, даже пальцем в воздухе. Для активации заклинания необходимо пропустить через руну поток энергии. Есть и такие, что сами вытягивают из использующего энергию. Таким образом даже не маг способен их использовать. Запомните лишь одно: нельзя изменить свойства руны после того, как через неё была пропущена энергия. Иначе всё просто перестанет работать. И последний способ – Безмолвный-Антикинетический. Мы, когда ещё зелёными были, называли его Хаотическим, поскольку так колдовать практически невозможно. Способ давно устарел, и всеми продвинутыми магами признаётся малоэффективным. Тут нужно представить и почувствовать заклинание. Маг визуализирует желаемые параметры в пространстве, и лишь затем колдует. Этот способ требует высокой концентрации, сильно нагружает мозг. Новичок так колдовать попросту не сумеет, поскольку у него «перегреются мозги». Хаотическим этот способ мы прозвали из-за того, что без практики маг будет создавать совершенно случайные заклинания. Хотя знаете, не смотря на все выше озвученные минусы, есть и один весомый плюс – эффективность заклинания зависит только от мага, и незначительно от внешних факторов, например близости родной стихии… Так, а теперь поговорим конкретно про эффект каждого элемента…» ментора перебил низкий мальчишка из группы:

– «Конец урока, профессор». Рубокроф глянул на наручные часы, по-доброму усмехнулся, мягко ударив себя по затылку:

– «Эх… Простите уж старую голову, совсем за временем не слежу. Устали, небось, от трёпа старика? Остальное разберём завтра, на дом ничего не задаю. Все свободны!».

Красно-пепельный тем временем рассказывал внимательно слушающим ученикам истории из далёкого прошлого:

– «…А потом он вскакивает на стол, и начинает кричать при всём пед. составе: «Их спасёт великий и ужасный Он! То бишь Я!». И знаете, что? После этого он сиганул в окно со второго этажа, и убежал в неизвестном направлении. Благо его до этого уговорили хоть штаны с себя не срывать…». Его прервал внезапно подошедший учитель:

– «…Хватит забивать детям мозги всякой ерундой. Давай-ка поговорим о насущном». Под мягким, но слегка угрожающим взглядом седовласого, ребятня поспешила как можно скорее покинуть помещение.

Дверь громко хлопнула, кабинет опустел. Кай беспардонно закинул ноги на стол. Нэттон не долго стоял истуканом, облокотившись об этот же стол.

– «Да уж… Так себе заведеньице, надо признать. Академия Молчаливого Порицания была в разы лучше…» зубоскалил незваный гость, прищурив один глаз.

– «Была… Пока не… Ну ты знаешь…» печально усмехнулся профессор.

– «М-да…» задумчиво кивнул собеседник.

– «Кай. Зачем ты сюда пришёл? Я ведь приложил столько усилий, чтобы сбежать из этого кошмара…» бросил Рубокроф.

– «Да. Ты действительно потратил много сил, чтобы наконец найти покой. Но, покуда есть я, все твои старания тщетны» проговорил бродяга.

– «Эх-х… Дай угадаю, ты опять перешёл дорогу кому-то из верхушки МОРа? Вновь хочешь оборвать сотни жизней во имя ничего?» предположил седовласый.

– «Хреновый из тебя предсказатель… Я же с тех пор официально не числюсь в списках живых, так кому сможет перейти дорогу мертвец? Хотя… Зная МОР, всё может быть… В общем мне нужна помощь несколько более деликатного характера» заявил скиталец.

– «…И чем тебе может быть полезен немощный старикан?» спросил учитель.

– «Хватит принижаться, профессор. Чёт тебя совсем раздавила мирная жизнь… Вот я тебе и подкину вызов – сними с меня проклятие» Кай всем телом потянулся, подобно коту.

– «На тебе висит новое проклятье? Ну давай, рассказывай» махнул рукой Нэттон.

– «Да чего там рассказывать. Забрёл в деревушку, где всем заправляла местная ведьма. У нас с ней произошёл небольшой конфликт на почве классиков. Подумать только, бабка говорила, что Вер Зюзой – бездарь. Я не стал терпеть столь вопиющее хамство... В общем перед смертью она пожелала мне скорейшей погибели, наложив проклятье» язвил странник. Под тяжестью вопрошающего менторского взгляда он добавил:

– «Эх-х… Ну, если тебе правда интересно, то она просто захотела меня грохнуть. Началась драка, а дальше ты знаешь».

– «Понятно. Что ж, сиди смирно и не мешай, сейчас посмотрю на твоё проклятье» сухо кинул не молодой господин, принявшись читать заклинание.

Приличные туфли, идеально подогнанные брюки, элегантная жилетка и рубашка, рукава которой прилежно опущены во время урока, но после закатаны почти до локтя, обнажая несколько старых шрамов и татуировку в виде сердца. Короткие белёсые волосы, тонкие очки, гладко выбритое лицо, что, не смотря на возраст, почти лишено морщин.

Лицо Неттона пронзила гримаса удивления:

– «Тут всё не просто очень плохо. Тут полнейшая катастрофа. Почему ты сразу не сказал, что тебя поразил магический вирус?».

– «А меня поразил магический вирус? Я недавно встречал Крис. Она тоже проверяла, но никакого вируса не заметила» отвечал собеседник.

– «Все ошибаются, хотя… Зная её… Может подцепил где-то после проверки» пожал плечами учитель, прекратив поддерживать заклинание.

– «Так ты можешь снять проклятье, и что конкретно это за вирус?» перешёл к делу хвостатый.

– «Проклятие очень сложное. Скажу больше – это не проклятие, а аномалия. То есть базируется на нечеловеческой логике. Здесь нет сердца, больше десяти тел, и работает Закон Миазматической Замены. То есть она питается за счёт тебя, при чём не просто сжирает около двадцати процентов миазмов от каждого заклинания, становясь сильнее. Она способна регенерировать разрушенные тела из твоей энергии. Плюс, опять же, каждое тело выполняет свой базовый алгоритм, и при уничтожении более половины тел регенерация, в теории, ускорится до чудовищных переделов… Одним словом, ведьма должна была тебя всем сердцем ненавидеть, чтобы создать такое» сказал Рубокроф.

– «Ненавидеть? Ну уж не знаю… Она меня впервые видела, откуда такая ненависть… Хотя. Вроде она визжала что-то про убийцу… Или нет. Сложно было одновременно слушать её и уничтожать армию созданных ею некропатов» выдал Кай.

– «Прямо-таки армию?» оживился ментор, получив в ответ: «Угу. Штук сорок, все подняты Тёмной Магией Душ. Правда вот обычной магией тьмы она вообще не пользовалась. Наверное, у всех есть свои лимиты».

Рубокроф задумался:

– «Кай. У той ведьмы, часом, не было странного глаза, в виде паучьей спинки?».

– «Кстати да. Перед тем, как разрубить её лицо надвое, я пригляделся, заметив глаз, точно, как ты описал. Неужели встречал ту особу раньше?» оборванец сморщил лицо на старческий манер, и, отведя веко, привлёк внимание к своему глазу для большей наглядности.

– «Помнишь, у тебя был конфликт с Ведьмами Малого Пера? Ты тогда хотел вытащить Грейлинов из плена, поэтому пробрался на шабаш, где устроил дамам незабываемый вечер. Среди убитых ведьм присутствовала Велея Долголапая – тогдашняя глава Малого Пера, и дочь предыдущей главы – Зиллы Долголапой. Перо распалось, а Зилла, куда-то исчезла. Так уж вышло, что она обладала странным глазом, в виде паучьей спинки… Понимаешь к чему я клоню?» поделился гипотезой профессор.

– «Ясно. Ну, что ж – одной злой ведьмой меньше. Только вот проклятие-то ты снять сможешь? И про вирус хотелось бы узнать… Да и двадцать процентов от заклинания – как-то маловато, я думал там минимум половина…» отвечал скиталец.

Ментор вздохнул:

– «Ну, не знаю с чего ты взял, что аномалия жрёт половину… Хотя, учитывая, что ты далеко не самый сильный маг, то трата двадцати процентов для тебя уже ощущается чудовищной… Аномалия, значит… Штука сложная, но, как следует постаравшись, её можно снять… Вернее можно было, пока к ней не добавился магический вирус. Он запутал структуру настолько, что уничтожение одного тела аномалии займёт намного больше времени, чем регенерация. Так ещё и сам вирус может представлять нехилую опасность. Короче сначала нужно точно установить тип вируса, а это на коленке впопыхах не делается. Тут нужна концентрация…» Нэттон выдернул волос из роскошной шевелюры незваного гостя: «…Возможно процесс обратим, и получится сперва убрать вирус, а уже потом снять аномалию контр-структурой. Я займусь исследованием, как только освобожусь. Думаю, завтра уже всё будет ясно, поэтому зайди ко мне в академию, что важно – После Работы… А сейчас, если ты позволишь, то я начну урок у следующей группы, вон они – толпятся за дверью…».

– «Ясно. На самом деле есть ещё парочка вопросов, но раз ты гонишь… Тогда до завтра, профессор…» зубоскал поднялся со стула, и направился к выходу.

– «Кстати. Ты как вообще меня нашёл?» бросил напоследок преподаватель.

– «Прошёл по запаху духов некой молоденькой отличницы, профессор Рубокроф…» Кай язвительно ухмыльнулся, махнув рукой, после чего покинул кабинет, впустив ребятню к застывшему от удивления ментору.

4-24

Кай держал путь к мастеру-кузнецу Нитлине. Окольными дорожками и дворами он вышел к гигантской площади, где ожидали нового похода множество повозок, а также бродили разномастные люди, преимущественно при оружии и в броне. Площадь обступили трёхэтажные каменные магазинчики с покатыми черепичными крышами, сплошь усеянные вывесками.

Особняком стояло двухэтажное строение, снаружи напоминающее внушительных размеров постоялый двор. Над арочным входом, ведущим во внутренний дворик, красовался запаздывающий циферблат, и где-то сбоку, прикрытая кустами, застенчиво висела табличка: «Гильдия Наёмников». Но не это заинтересовало янтарного проходимца, а взъерошенный мужчина лет сорока, который ошивается на площади, и донимает всех, кто хоть чуть смахивает на путешественника.

Красно-пепельный, стараясь быть максимально непримечательным, двинул по своим делам.

– «Эй! Девушка в пальто, постойте, пожалуйста!» донеслось до чуть заострённого уха. Он ускорил шаг, намереваясь скрыться средь толпы, однако та, как на зло моментально рассосалась.

– «Подождите!» за спиной послышались шаги, после чего оборванцу, что сейчас больше напоминал кота, попавшегося на краже колбасы, перекрыл дорогу этот самый мужчина. Уставший взгляд, растрёпанные волосы, щетина и не первой свежести костюм.

– «Дев… Ой. Прошу прощения, юноша… Вы же странник, да?» навязчивый гражданин задал вопрос.

– «Что-то в этом духе…» тяжело выдохнул Кай, уже предполагая – из этого диалога ничего хорошего не выйдет.

– «Вот как… Хорошо… А вы… Право, мне неловко спрашивать… Вы по пути не встречали молодую девушку-Элькамиса. Уши как у меня. Глубокие изумрудные глаза, светлые волосы. Её выделяет непрактичный стиль… Уверен, она опять надела что-то вроде коротенькой юбки и узкой блузы с гигантским декольте. Зовут Менрил» повествовал мужчина. Хвостатый выдал:

– «Менрил, да? Она рассказывала, что едет к дяде в Берденбрём. Полагаю – это вы. Тогда у меня плохие новости. Девушке свернул шею призрак, а труп был кремирован на месте».

Во взгляде беспокойного родственника что-то разбилось.

– «Погодите, в смысле кремирован? Зачем? Как она тогда сюда доберётся?» бездумно спросил он, получив в ответ: «Никак, она мертва».

– «Мертва… Но ведь она должна ко мне приехать. Как она приедет? Когда?» на немолодом лице зиял ступор.

– «Мертва – это значит, что она уже никогда никуда не приедет» безучастная речь скитальца жгла подобно пламени.

– «Как это, никогда?» постепенно во взгляде разгоралось горькое осознание.

– «Вот так… Просто никогда» печально усмехнулся собеседник. Растрёпанный мужчина некоторое время стоял, молча пялясь на мрачного вестника, после чего, всё также находясь где-то далеко, протянул ему кошель со словами:

– «Возьми… Если б не ты, то я так и искал бы её… А сейчас уже знаю, что бесполезно». Путник, проигнорировав сей жест, молча направился дальше по своим делам.

Добираясь до мастерской, Кай свернул в очередную подворотню, где столкнулся с ранее встречавшимися ему головорезами, которых возглавляет всё тот же гильдиец Вильгельм.

– «Ну наконец… Хух… Мы тебя… Ах-х… Ждали!» выпалил черноволосый, пытаясь отдышаться.

– «Ждали? У вас такой вид, будто вы сейчас пробежали неплохой кросс» подметил хвостатый.

– «Да всё дело в том… Сука, у тебя с головой всё в порядке!? Ты каким вообще маршрутом по городу ходишь!? Какие-то подворотни, дворы, заборы! Нам, пока мы за тобой шли, чуть головы с арбалета один сторож не снёс!» возмутился Вильгельм.

– «Я здесь недавно, а карты нет. Плутаю маленько» пожал плечами оборванец.

– «Оно и видно. Короче, мы тут не говорить пришли! В прошлый раз ты очень грубо с нами обошёлся, а сейчас, я вижу, оружия у тебя нет. Значит на переговоры пойдёшь охотнее!» злобно усмехнулся негодяй.

– «Но ты же сказал, что не говорить пришёл. Какие переговори?» бросил зубастый юноша.

– «Заткнись! Василич, давай!» махнул рукой черноволосый, и громила с разбитым носом вскинул старенький арбалет.

– «Ну чё!? Теперь по-другому запоёшь?» выгнул бровь главарь.

– «Слушай, а ты знаешь, кто написал Тридцать Волн Над Долиной?» спросил собеседник.

– «Чё? Ты в прошлый раз спрашивал! Я же уже сказал, что не знаю!» рявкнул гильдиец.

– «Жаль, такая шутка могла быть…» покачал головой скиталец, запустив кирпичом в лицо арбалетчику. Тот выпустил оружие из рук, свалившись как доминошка.

– «Василич, опять!» крикнул кто-то из здоровяков.

– «Мужики, к оружию! Покажем бездомному его место!» крикнул Вильгельм, выхватывая саблю.

– «Не знать классиков…» бурчал под нос проходимец, бросая новый кирпич в сторону другого здоровяка

Кай быстро подскочил к поверженному стрелку, выхватив из его ножен саблю, а заодно легонько проведя ладонью по арбалету, что заставило замысловатое оружие незамедлительно развалиться.

Оставшиеся в строю четверо мужчин одновременно насели на тонкую фигурку скитальца. Тот кончиком сабли зачерпнул дорожной пыли, после чего провёл хлёсткий удар, на уровне глаз противников.

– «Ах ты тварь!» выкрикнул впереди идущий, начав судорожно протирать очи. Последовавший за этим удар сапогом промеж ног вывел его из строя.

– «Сука-а!» рявкнул другой замахнувшись оружием. Кай ловко уходит от удара, проскальзывает мужчине вбок, и бьёт эфесом сабли в висок.

Уже двое мужчин наблюдают, как их товарищ валится, наземь ни жив ни мёртв.

– «Вильгельм, иди в жопу, я подыхать не собираюсь!» кричит последний здоровяк, перелезая через забор.

– «Трус, я вам денег заплатил!» следом за ним ретируется и сам Вильгельм.

Недолго думая, красно-пепельный точно также покидает место стычки, продолжая путь до дома оружейницы…

Не найдя кузнеца в передней части лавки, Кай крикнул:

– «…Есть кто дома?». Следы недавних визитёров затерялись средь всеобъемлющей разрухи. Пожав плечами, он бесцеремонно прошёл вглубь комнат. Дамы нигде не было. Наконец в памяти всплыла мастерская на заднем дворике.

Скрип двери. В полумраке чарующе мерцали искры печи.

– «Работа кипит, я погляжу…» опустошённо улыбнулся гость, созерцая сконцентрированное лицо четырёхглазой, усердно изучающей получившиеся металлические выкройки. Та, заметив своего клиента, тут же начала взахлёб говорить:

– «Слушай! Твой меч – что-то с чем-то! Из чего он? Выглядит как девятьсот шестнадцатая сталь, но по характеристикам совсем другая. Это точно не сталь тысяча-сотка, потому что с таким уходом, какой ты уделяешь мечу, тысяча-сотка уже давно покрылась бы зелёной коррозией. Может какие-то примеси?».

– «Самый простой меч из девятьсот шестнадцатой, купленный у самого простого кузнеца» развёл руками хвостатый.

– «Нет, быть такого не может! Меч твёрдый как топаз, и прочный как тысяча-сотая сталь! Я его своими инструментами едва поцарапала. А на разогрев вообще не поддаётся. Будто две тысячи градусов для него – это какая-то шутка!» всплеснула руками Нитлина.

– «Уж не знаю как так получилось» сказал Кай. В голове промелькнуло: «А действительно, меч-то самый простой. Если подумать, то он со мной уже много лет. Может его свойства начали искажаться под действием моего миазматического фона?».

– «…Плюс тут напрочь убит баланс, а по меркам вообще атас…» продолжала дама: «…Весит почти семьдесят три килограмма, толщина клинка, прошу заметить, четыре сантиметра, в ширину тридцать шесть, длина без рукояти восемьдесят пять, а вместе с ней сто пятьдесят четыре! Только вопрос зачем? На кой дьявол тебе понадобилась такая оглобля?».

– «…Ну… Если ты не заметила, то я несколько сильней обычного представителя рода людского. Весьма распространённое явление среди полулюдей, которое, однако, коснулось меня не в полной мере... Но об этом как-нибудь потом. В общем я могу себе позволить таскать этот кусок стали, и проявляет он себя неплохо. Плюс простые мечи долго не живут в моих руках... Короче нравится мне» сказал бродяга.

– «…Блин! Я хочу узнать, про этот меч побольше! Как ты довёл его до такого состояния, почему он до сих пор не заржавел, какие мерки использовал кузнец, при каких температурах… Стоп. Узнать, точно…» понесло Нитлину, но она вовремя остановилась: «…Я ж даже имени твоего не знаю, а ты меня из такой беды выручил!».

Кай, бросив пристальный взгляд на собеседницу, произнёс:

– «Имя, да? Хех… А есть ли разница как звать безродного бродягу?».

– «Мне есть. Но, если тебе всё равно, то буду обращаться как: «Желтоглазик», устроит?» отвечала дама. Он устало выдохнул, поразмыслил несколько секунд, и выдал:

– «Кай. Зови так». Девушка кивнула:

– «Хорошо. Так вот, давай о насущном, а то меня опять куда-нибудь не в ту степь понесёт. С меча все нужные мерки я сняла и накидала несколько вариантов ножен, выбрав самый оптимальный». Она схватила со стола блокнот, и продемонстрировала карандашные наброски:

– «Вот этот мне не понравился – слишком круглый, решила совсем отказаться от круглых краёв. У вон того слишком большой угол сужения к острию, поэтому в финальном варианте я его прилично порезала. В итоге конечный вариант такой. Да, знаю, что простовато, но как по мне в самый раз – тебе ж не на параде бахвалиться, а монстров валить. Что думаешь?».

– «Мне нравится. Только нижнее крепление я бы попросил убрать. Оно тут ни к чему, из-за него меч будет бить меня по пояснице, а это не есть хорошо. И нужно ещё немного над финальным дизайном покорпеть. Конкретно к чему приклепать петли для удержания меча в ножнах, и каким будет запорный механизм» заявил оборванец.

– «Ясно, возьму на заметку» улыбнулась особа.

– «Так, что там с моей дурно пахнущей работёнкой?» интересовался он.

– «А-а, точно… Ну… Ты вроде всё самое нужное знаешь: спустись в каналы за пятиэтажкой на главной площади, пройди до ремесленного квартала, и принеси мне меч. Это двусторонний полуторник с удлинённой рукоятью и гардой. Кстати. Если появится мысль распространить среди народа информацию, что ты зачистил канализацию при помощи «несравненного клинка Нитлины Лофго», то гони её прочь… Да, я знаю, что изначально целью всей этой маленькой операции являлась реклама, но Вильгельм – урод, уже успел распустить новую пачку слухов обо мне и моём оружии, а другие кузнецы её подхватили. Короче лучше не говори никому, что вообще знаком со мной, иначе люди будут тебя обсуждать за спиной» повествовала девушка-кузнец.

– «Если бы меня волновало мнение безликой толпы, то я б уже давно вздёрнулся на ближайшем суку. Все в этом городе будут знать о «великолепном качестве товаров несравненного мастера Лофго»! Конечно, только в том случае, если я смогу живым вернуться из каналов» красно-пепельный подбодрил четырёхглазую.

– «В этом уже нет никакого смысла, но… Спасибо» усмехнулась она.

Кай достал часики из кармана, узнав время:

– «Знаешь, мне там без меча никак. Давай меняться обратно: я тебе варежки, а ты мне…». Его перебила дама:

– «…Слушай, а можешь мне меч ещё на некоторое время оставить. Просто я с такими аппаратами не работала и точно не знаю какую именно технологию лучше применить для ножен. Может по ходу работы придётся всё переделывать, сравнивать, подгонять и ровнять конкретно по форме. А взамен можешь взять любую убивалку из моего арсенала».

– «Ты уверена, что без этого прям никак?» нехотя спросил юноша.

– «Только если тебе не к спеху. Я работаю очень быстро по меркам других кузнецов, но всё же дня два потребуется. Без меча выйдет дольше» разъяснила она.

– «Не верю, что соглашаюсь... Ладно. Пойду погляжу твой склад, может найдётся что-то стоящее» красно-пепельный поспешил удалиться, получив одобрение со стороны хозяйки.

Разгребая завалы колюще-режущих предметов, хвостатый постоянно натыкался на полуторные, одноручные и иного рода мечи, шестопёры, шпаги. В конечном счёте были выбраны четыре похожих сабли. Горе оружейник прикрепил к поясному ремню портупею, на которую нацепил две пары ножен, кое-как скрепив между собой длинным шнуром. После длительной балансировки всё было готово.

– «Это выглядит неказисто, непрофессионально, и просто страшно, но работать должно. Только зачем так много мечей?» Нитлина задалась вопросом, созерцая причудливую поделку странника.

– «На случай поломки» он поправил рукава.

– «Кстати. Ты там поаккуратней с моими перчатками. Я не хочу их отмывать от всякого» наказала четырёхглазая барышня.

– «Постараюсь» отрезал Кай: «Но с учётом карты, которую ты мне нарисовала – ничего обещать не могу». В костлявой лапе сжат мятый листочек с детскими каракулями, едва напоминающими карту.

– «Это хорошая карта!» воскликнула дама.

– «Да, просто легендарная» махнул рукой он, удалившись из мастерской.

Скиталец долго шатался по хитросплетеньям улочек, то выходя в людные места, то пробираясь тесными подворотнями. Некоторые из выкриков редкой толпы звучали особенно громко и чётко:

– «…Так в том-то и суть, что это маг огня был. Мужик. Не ведьма. Да, я тоже думал, что их больше не осталось, но, как видишь… Метра два ростом, лицо иссечено сотнями шрамов, из клыкастой пасти вырываются языки пламени, а за длинным чёрным, темнее ночи, плащом тянется шлейф тумана… Гляди, какой вояка! Весь в рванине и грязище, да ещё и меча четыре таскает. Расскажи кому – не поверит, что такое вообще по свету бродит. Да он даже моей бабы ниже будет… А тот, как возьми, да людей честных и порубил! Могильною плитою убил всех простых невинных, никого не пощадил… Так, а чего у нас в городе Церковникам-то понадобилось? Здесь же всем МОР и Купаллоде рулят… Сам Светлый Вихрь пожалует со свитой… Купите баранок! Баранки! Почему никто не покупает сраные баранки…». Предпоследняя услышанная фраза на миг выбила янтарного проходимца из равновесия. Он оглянулся, силясь найти её источник, но ничего не получилось.

Вход в канализацию находился на безлюдных задворках, и к нему имел доступ любой желающий. Красно-пепельный открыл люк, заглянув внутрь. Смрад, темнота.

– «А я точно хочу туда лезть?» спросил он себя.

– «Можно же просто наврать девчонке, что я походил по каналам, ничего не нашёл, и она в это поверит! Вильгельм наверняка сделал также… Иначе он невероятно туп» продолжались размышления.

– «Эх-х, ладно! Это всего лишь прогулка на пятнадцать минут по канализации, что может пойти не так?» чуть погодя изрёк Кай, начав спуск вниз…

По широкому тоннелю разносился спешный топот. Красно-пепельный вырвался из-за угла, прокричав:

– «Твою ж!». За ним показался огромный ком слизистых нечистот, активно размахивающий щупальцами. Обгоревшая слизь потихоньку обрастала новыми слоями, впитывая протекающий рядом с узкой каменной дорожкой отстой.

Тёмный коридор разделился надвое. «Лево или право?» мелькнул вопрос в голове: «Как же тут воняет! Так… Слева темно, справа тоже… Свежим воздухом ниоткуда не тянет. Значит решаем случайно. Эники-беники…». Путник завернул влево.

Внезапно из ряда труб в стене послышался булькающий скрежет, и вырвался сгусток слизи, напоминающий щупальце, устремившись к Каю. Тот вовремя уклонился, а склизкая субстанция сокрушила кирпич, моментально слившись с огромным преследователем.

Хвостатый достаёт вторую саблю, поскольку первая уже успела потеряться среди зловонных тоннелей, и разрубает появившиеся впереди слизистые отростки. Со всех сторон что-то шевелилось, не оставляя попыток угробить чужака. У самого уха просвистел новый выпад, от которого получилось успешно уклониться. После выполнения очередного ловкого манёвра сабля чиркнула по стене, оставив весомую выщерблину, и раскололась пополам. Развилка, ещё одна, впереди послышался гул. Дважды влево, уклонение, звон стали, теперь направо. Истёртые сапоги легко касались пола, скользя от инерции, создаваемой резкими энергичными движеньями.

На стене перед поворотом висела табличка, информирующая о приближении к неким «Машинам».

Чем дольше Кай бежал, тем агрессивнее становилась слизь. Впереди, будто взрыв, из нечистот вынырнула добрая сотня щупалец, напрочь перекрывшая проход. Хвостатый использовал магию, дабы выиграть несколько мгновений на беглый осмотр и рассуждения, ибо в сложившейся ситуации двигаться вперёд или назад не представляется возможным. «…Буквально пятьдесят метров назад было ответвление, ведущее налево. По идее пробить древнюю стену, надеясь на то, что соседний тоннель близко – намного проще, чем прорываться сквозь это» промелькнуло в голове, а затем мощный взрыв разметал куски каменной кладки. Тонкий силуэт, не теряя времени, скользнул в образовавшийся проход сквозь пыль, и магией обрушил его, оставив погоню позади…

4-25

С пламенем в одной руке и помятой саблей в другой Кай неспешно шёл по смердящим подземельям. Здешний коридор едва ли можно назвать широким. Под потолком хаотично переплетались металлические трубы, на которых периодически встречались странные, будто теснённые клеймом, рунические символы, а внутри, судя по звукам, бежала вода. Протоков нечистот не наблюдалось, и дышать стало чуть-чуть легче.

Через некоторое время узкий проход перешёл в большую залу. Уровень пола, состоящего из хитрой комбинации металлических и каменных решёток, заметно ниже, а во тьме мрачных сводов вились бетонные конструкции и трубы. Сюда, вероятно, стекалась вся канализация. Вот только большинство протоков капитально пересохли. По центру высилась толстая колонна, за которой, на том конце помещения, едва виднелся выход. К нему вели ныне проржавевшие и упавшие на самое дно металлические мостки.

Хвостатый проигнорировал притаившуюся сбоку лестницу, лихо спрыгнув вниз. Он не рискнул испытывать на прочность древний металл, поэтому ступал по каменным основаниям решёток. Под подошвой хрустела бетонная крошка, в томной тишине капала вода. Внезапно сверху донёсся какой-то шелест.

Древние катакомбы огласил тонкий визг, и во тьме мелькнула босая нога. Рядом с головой чужака воздух расчертили четыре алые полосы, излучающие лёгкое мерцание. Он уклонился от сего удара, прикрыв шею рукой с мыслями: «Вампиров ещё не хватало!». Свет окончательно исчез.

В паре сантиметров скрипнула металлическая решётка, затем чуть позади голая кожа коснулась бетона, после чего сверху донёсся звериный вдох. Из руки с саблей вылетела россыпь искр, покрывшая большую часть воздушного пространства. Прогремел взрыв, однако не задевший противника.

Ладонь, что прикрывала шею пронзила резкая боль, в длинные волосы вцепились крепкие пальцы. Свист гарцующей стали, лицо заливает тёплая кровь. Сдавленный визг. Воздух снова рассекли алые полосы, но Кай наугад ударил саблей, по ощущениям ранив руку твари.

Монстр, издавая злобный хрип, сцепился со своей жертвой в борьбе. Огненный маг не мог пошевелить рукой, которую, судя по всему, существо держало зубами. Уподобившись противнику, он вцепился в его шею острыми клыками, ощутив на языке чрезмерно железистый вкус, не свойственный обычной крови. Из костлявой ладони вырвался поток ревущего пламени, ударивший в тощее тело существа. Оно успело лишь взахлёб взвизгнуть и распороть добыче бок, прежде чем бушующее разрушение нанесло телу фатальный урон.

Вампир упал на решётчатый пол, забившись в конвульсиях. Сабля протыкает его грудь, со стеклянным треском пробивая сердце, и хаотичные движения сиюминутно обрываются, а свистящее дыхание глохнет внутри разорванной глотки.

Кай сплюнул кусок железистого мяса. Первым делом он осмотрел раненную в бою конечность. Бледно-фиолетовую ладонь, сухую и усеянную трещинами, украшали два сквозных отверстия от мощных клыков. Кровь тихонько струилась по пальцам, шипела на бетонном полу. Из носа точно также тянулась алая полоска.

В руке зашлось пламя. «Вурдалак…» начал размышлять хвостатый, разглядывая тело поверженного противника: «…Из семейства вампиров. Низший. Да, зрачки красные, но не сверкают… Обладает подобием эхо-локации… Хех… Больно кусается. Ну хоть до шеи не добрался… Не часто можно встретить низших вампиров, сохранивших возможность использовать способности… Надо бы попробовать прочитать круг».

Скиталец сгорбился над нагим старческим трупом с изорванными отростками, торчащими из спины, что раньше являлись крыльями. В области левой ключицы расползаются обрывки витиеватых символов, большую часть которых он вырвал зубами.

– «Так куда я выкинул тот кусок плоти?» неприятно прищурившись спросил сам себя зубоскал.

Пробитая ладонь больше не исторгала кровь. В один момент её насквозь пронизал пламень. Таким образом ранение удалось прижечь, а уже вторая перчатка рассыпалась прахом.

При ближайшем осмотре комната оказалась заполнена иссохшими трупиками мелких грызунов. Их обглоданные косточки валялись повсюду. Под самым потолком, на хаотично вьющихся трубах, судя по всему, и обитало создание мрака. Там обустроено нечто наподобие спального места из подручного мусора. Возле разбросаны различные занятные вещицы, например: жестяная кружка в которую капал конденсат с потолка, походная ложка, шесть человеческих черепов, перемазанное запёкшейся кровью дамское платье, галстук-бабочка, и много чего ещё. Внимание привлёк клочок дорогой чёрной ткани, увитый строгим узором. «…М-да… Похоже на символ северных вампиров-ренегатов, но также и на униформе какого-то из взводов Ребелбурга я видел нечто подобное… Да уж… К чёрту все эти вампирские штуки, я больше не хочу, сидя в дощатой халупе размерами меньше сортира, ждать рассвета, отбиваясь от почти бессмертных тварей» заключил оборванец.

Кай спрыгнул с труб, приземлившись на мерзко заскрипевший металл, и недолго думая, отрубил голову поверженного противника, запихав в мешок, до некоторого времени покоившийся на дне сумки. За сим логово вурдалака опустело, а убийца продолжил путь по каналам.

Несколько завихрений и хитросплетений коридоров спустя, красно-пепельный вышел к широкому проходу. «Есть такое мнение, что я хожу кругами…» выдохнул он, поджигая сигарету: «…Ещё и вирус чёртов. Надеюсь, это что-то пустяковое... Ага, пустяковое, как же – размечтался. Наверняка какую-нибудь СМВшку словил или БЗЧ. И где умудрился подцепить сей подарочек судьбы? Глупый вопрос, ответ на который я и так знаю. Однозначно тот бункер федератов в тощем лесу. Там была потайная комната с отломанными ручками. Это точно не спроста… Плюс обилие трупов. Плюс какое-то лабораторное магическое оборудование. Короче жопа мне. Повезёт, если отделаюсь без критических потерь… И где мне брать средства на лекарство, которого вполне может даже не существовать? Поскольку лечение от магических вирусов обычно стоит заоблачных денег, то я скорее раньше откинусь, чем накоплю нужную сумму законным способом».

Кай прислушался к скрежету труб, убедился в отсутствии опасности, и продолжил размышлять: «…Может к Крис присоединиться? Снова путешествовать в компании волшебниц, вместе переживать трудности, вместе сражаться… Вместе… М-да… Блин, мне приятна их компания, я всегда ей рад, но… Но вдруг я случайно кому-нибудь из них причиню вред. С Кристиной-то понятно, ей хрен чё сделаешь, а вот остальные… Да какой понятно – не понятно нихрена. Как раз с ней и связано большинство опасений… Интересно, как она там сейчас? В безопасности? Жива ли вообще… Ладно – к чёрту эти мысли. Деньги, деньги, деньги. Сраные деньги. В какой это момент они вдруг стали настолько важны? Я не хочу ходить под господами, и уж тем более под такими алчными и бездушными… Короче, наверное настало время проведать уважаемого господина Висеофа… Ток ехать к нему долго».

Мысли оказались прерваны самым простым образом: пред взором задумчивого путника предстала брошенная посреди коридора походная сумка. Он равнодушно ткнул её носом сапога. «Полагаю это та самая потерянная снаряга Вильгельма. Иначе что это вообще может быть? Похоже он всё-таки попёрся сюда» прикидывал Кай: «…К тому же какой ещё наёмник, кроме гильдейского, станет брать в тесные каналы такой баул? Я не удивлюсь, если вот эта штука окажется… Да. Этот кретин на кой-то хрен примотал к сумке спальник… Ха… Вообще, чем меньше наёмников, тем проще с конкуренцией… Ладно. Где, кстати, меч? Куда он делся? Навряд ли в сумке, но поглядеть лишним не будет» рассудил скиталец.

Внутри большой тканевой сумки оказались съестные припасы, перекочевавшие к новому хозяину, парочка медицинских повязок, сменная одежда, и прочий хлам. Особое внимание привлекла мятая бумажка, одиноко притаившаяся во внутреннем кармане, закрытом на пуговицу. Расписка, исходя из которой некий Матвей Л. отдаёт половину солидной суммы за меч некому Вильгельму В., а после, спустя неделю, выплачивает оставшуюся часть. Присутствуют размашистые подписи и чопорная печать со значком наковальни. Кай запихал сей документ во карман пальто, и шмыгнув расхлябанной подошвой сапога, принялся обдумывать примерный маршрут отступления.

В ходе длительных блужданий одежда покрылась нечистотами ещё сильнее. Изнурённый воитель едва протискивался меж вьющихся железяк и заслонок в узкой трубе. Проход вывел к пустому резервуару, где, судя по всему, должны находиться очищенные магическими машинами нечистоты, а по трубе, из которой вылез оборванец, спускаться в бывшее логово вампира, сливаясь в неведомую дыру под проржавевшими решётками. Но этого почему-то не происходило.

Кай с кошачьей грацией выбрался из бетонной западни четырёх стен, продолжив путь по узкому туннелю до выхода в объёмную комнату. Здесь, меж железных мостков и обвалов разместились четыре древних исполина. Испещрённые индикаторами, рунами, и сложными узлами, базирующимися на магии, они спали вечным сном, напрочь изничтоженные временем.

Чуть поодаль свет крошечного огонька на кончиках пальцев выцепил следы слизи. Спустя несколько шагов стала различима омерзительная картина: в отстое копошился громадный сгусток слизи, пронизанный тонкими сплетеньями некой субстанции, на манер нервов. За полупрозрачным подобием плоти много не разглядеть. Судя по всему, существо поглощало нечистоты, перерабатывая их в фиолетовый газ и слизь, пропитавшую все каналы. «Слизень. Жрёт дерьмо. Я, наверное, не стану проводить никаких параллелей… Мне, честно говоря, максимально лень лезть обратно в трубу, тратя ещё несколько часов на обход. Мало ли что по пути встретится. Лучше просто убью его» прикинул зубастый юноша.

Огонёк над пальцами, используемый для освещения окружения, за несколько секунд преобразился, став дёрганным и хаотичным, а затем был запущен прямо по центру бесформенной слизи. Из носа заструилась кровь, голову пронзили пылающие иглы. Язычок пламени достиг цели, вонзившись в телеса создания, после чего мгновенно обратился ревущим разрушением. Трудно осознать до конца, насколько громким может быть взрыв в замкнутом помещении...

Странник увернулся от металлического обломка, и прикрыл лицо руками от грязи. Его тут же окатила волна нечистот. Раздражённый и слегка обречённый, он лицезрел следующую картину: почти всю слизь сжёг нестерпимый жар, а уцелевшие фрагменты уже успели соединиться воедино, и готовились напасть на обидчика. Началась драка.

Пошатываясь, Кай уклонился от одновременной атаки десятком-другим щупалец, перевалившись через ограждение металлических помостов. На полу жижи оказалось по голень. Вскочил, избегая новых ударов зловонных шматов отвратительной субстанции, быстро срубил парочку. Тварь пронзило лиловое свечение, газ, вьющийся под потолком, пришёл в движение…

Далее произошло нечто: струя газа немногим прошла мимо отскочившего оборванца, ударив по перемазанной в отстое крысе рядом с его ногой. Бедное животное и металлический прут под ним моментально расплавились. Хвостатый был заметно взбудоражен данным зрелищем.

Раскалённый клинок, звеня, прочертил ряд щупалец, энергичное уклонение перешло в замах, рассёкший крупный слизистый отросток. Тот, исторгая жидковатую гниль, раздробил кусок стены, так, что крупные осколки камня пришлись по противнику. Каменная шрапнель расцарапала ноги, и по касательной ранила запястье. Тут же газ зашипел, в попытке настигнуть юркого чужака, пройдясь лишь по штанине. Своеобразная кислота проела ткань, оставив небольшой химический ожог на голени.

Оправившись от боли, и откатившись из-под новой порции ударов, Кай заметил важную деталь: газ проел только ту область, что была пропитана нечистотами, а чистую не тронул. Несколько уклонений, он вскакивает на поломанную машину, и с неё перепрыгивает преграду из щупалец, защищающую основной комочек слизи. «Значит эта хрень выжигает только дерьмо… Хех…» усмехнулся он, оглядев тыльную сторону сумки.

Путь к телу слизня по-прежнему преграждали отростки, которые предстояло преодолеть. Шипение газа, замах щупалец, усилие! Срубленные щупальца валятся в отстой, а хвостатый прикрывается от кислотной струи сумкой.

Слизень булькнул, нанеся тяжёлый удар по залитому жижей полу. Кай, ценой чистоты лица, сохранил чистоту сумки, опять прикрывшись от газа. Рывок! Резкая атака саблей разрубает тварь пополам…

Переводя дух, победитель сражения обнаружил, что слизень всё ещё жив, правда из-за чрезмерных повреждений не способен оказать хоть какое-то сопротивление. Маленький и жалкий комочек слизи, ещё недавно представлявший угрозу, сейчас вился у ног, стараясь уползти подальше.

– «…Живучий… И чего ж мне сделать? Раздавить тебя без жалости или оставить в покое?» скиталец опустился на корточки: «…За тебя можно выручить неплохие деньги, если правильно разыграть карты. Транспортировка наверх не вызовет больших проблем. Да и ты мне ожог знатный оставил… Хотя, кто знает, что без тебя будет с этим городком, машины-то не пашут, а отходы кто-то перерабатывать должен. Но, с другой стороны, мне плевать как на этот город, так и на его жителей. Так, что скажешь в свою защиту?». Слизень издал булькающий писк, испуская тусклое лиловое мерцанье, и принялся усердно улепётывать.

– «…Ясно. Значит оправданий не будет… Что ж… Живи, наверное. Сделаю исключение из правил… Каких ещё правил, чё городит…» пробубнил он, удаляясь из помещения.

Путь на поверхность был долог и тернист. Пришлось изрядно поплутать, но в итоге ветхая лестница, сиротливо притаившаяся за очередным поворотом, вывела канализационного проходчика наверх.

Тяжёлая крышка поддалась тупому усилию, изнурённое тело грозно нависло над грунтом разбитой подворотни. Первые лучи закатного солнца обходили стороной острые черты мрачного силуэта, источающего кошмарное зловоние.

– «Эм… Господин наёмник…» послышалось откуда-то позади. Это оказался Вильгельм. Потрёпанная одежда, следы побоев на лице. Он встал из-под стены:

– «…Мисс Лофго вас послала меч искать, да? Вы его нашли?».

– «Погоди. Если учитывать, что ты меня поджидал, и делать это у случайного люка не стал бы, значит это тот самый люк в ремесленном квартале, обозначенный концом изначально намеченного маршрута… А я хорош» отвечал оборванец.

– «Да, вы превосходны, господин» закивал черноволосый.

– «М-м… Теперь я господин, а не бездомный. Надо же» иронизировал бродяга.

– «Моя вина, сразу не понял, кто передо мной стоит» нервно улыбнулся Вильгельм.

– «И кто перед тобой стоит?» спросил Кай.

– «Сильнейший и величественнейший наёмник, обладающий поистине выдающейся силой», подобострастно проговорил собеседник.

– «Вильгельм, когда это ты научился таким словам? Ты хоть их значение… Эх-х… Не важно. Короче, нашёл я твои вещички в канализации. Меча там не было, зато нашлась одна интересная расписочка…» неприятно ухмылялся канализационный проходчик.

– «Вот чёрт… Слушайте, у меня есть к вам предложение: отдайте листок, и получите половину моих денег. Ну как?» засуетился негодяй.

– «Ого… Такими деньгами сыпешь направо и налево… Полагаю, внезапный порыв щедрости вызван фактом, что без этой бумажки тебе не выплатят вторую часть суммы за меч. Да ещё и девчонка может пойти с ней в суд, и… Хотя нет. Не может. Она же получеловек. Да ещё и тот, кто способен заплатить за кусок стали такие деньги, точно в силах купить здешнего судью. А может покупка судьи и вовсе не потребуется…» изрёк хвостатый.

Жесты и действия Кая отягощала усталость, однако огонёк язвительности всё равно мелькал тут и там.

– «Так вы согласны?» мужчина аккуратно подошёл на один шажок, но, заглянув в чистый янтарь, сделал три шага назад.

– «Слушай, Вильгельм… Знаешь, кто написал…» открыл было рот огненный маг, но оказался перебит собеседником: «Роджер Кайрон! Эту книгу написал Роджер Кайрон, и я не понимаю, в чём заключается шутка! При чём тут этот писатель?».

– «Ни при чём, в этом и весь юмор!» ухмыльнулся оборванец, запустив в Вильгельма головой вампира. Тот, получив удар в живот, упал на землю. Испуганный взгляд зацепился за показавшееся из мешка лицо.

– «А-а! М-мама! Это… Это!?» визжал он.

– «Это то, что случается с теми, кто не соглашается идти на сотрудничество. Но ты же ведь другой? Правда?» спросил красно-пепельный.

– «Д-да! Да!» закивал гильдиец.

– «И говори потише, башка болит» оборванец присел на колено перед собеседником.

– «Хорошо» прошептал тот.

– «Во-первых, отстань уже от девушки. Ты, итак, выбил из неё немало денег. Хватит» сказал бродяга.

– «Я больше никогда про неё даже не подумаю» изрёк негодяй.

– «Охотно верю… Во-вторых, рассказывай, кому ты продал меч. Буду исправлять твои косяки» продолжал собеседник.

– «Я… Я не могу» сглотнул слюну наёмник.

– «Знаешь как громко кричал этот бедняга, когда я отгрызал ему голову?» Кай указал костлявым пальцем на отрубленную голову вурдалака.

– «Это кузнец! У него большая мастерская на Раскольной. Дом сорок четыре» вытаращил глаза Вильгельм.

– «Благодарю за содействие!» бодро изрёк хвостатый: «К слову… Вот мне интересно, зачем ты так рискуешь своей задницей ради денег? Откуда такая иррациональная алчность?».

Черноволосый мужчина помрачнел:

– «Это не та история, которую хочется рассказывать…».

– «Хорошо» пожал плечами красно-пепельный, намереваясь уходить.

– «Стой-стой! Я расскажу!» крикнул наёмник: «Кхем… Моя сестра в рабстве у полулюдей… На нашу деревню напали разбойники, и я только сейчас смог её найти. Нужны деньги, чтобы выкупить».

– «Угу. А ты не пытался добыть деньги как-то иначе? Не угрожая и без того бедствующим девушкам?», выгнул бровь собеседник.

– «Я… Я просто устал. Каждый чёртов день в этом проклятом городе обращается для меня адом… Я стучался в каждую дверь, топтал все пороги, но мне никто не помог. Никто! И я устал… Я больше не могу так, я хочу просто помочь своей сестре…» сказал Вильгельм.

– «И? Если тебе не плевать на твою, так называемую сестру, которой скорее всего вообще не существует, то о какой усталости идёт речь?» отвечал Кай.

– «Тебе не понять. Ты получеловек! Ты уже родился сильным и талантливым, а я просто не способен жить также!» оправдывался вымогатель.

– «Хорошая отговорка… Более не смею тратить ваше бесценное время, господин Вильгельм» выдал зубастый юноша, встав с колена.

– «Что? И всё?» моргнул гильдиец.

– «Хочешь, чтобы я тебя поднял, отряхнул, погладил по головке, и дал леденец?» усмехнулся Кай, забрав мешок с головой вурдалака.

Сидящий на земле негодяй несколько секунд смотрел в никуда, о чём-то размышляя, затем с явной обидой в голосе прошептал:

– «Пёс…».

Красно-пепельный застыл на месте. Он медленно развернулся. Закат окончательно отыграл, уступив место пылающим яростью очам.

– «Повтори-ка ещё раз, как ты меня назвал…» слетело с губ, растянувшихся в хищной ухмылке.

Без предсмертных речей, полный страха и боли, черноволосый бандит покинул этот мир. Оставив истерзанное тело жертвы, убийца двинул прочь.

4-26

Пошатывающийся странник доковылял до обиталища заказчицы ближе к ночи. По пути он кое-как сбагрил голову вампира некому торговцу за чисто символическую сумму.

Лавка закрыта, дверь заперта. Настойчивый стук спровоцировал повышение активности внутри помещения. Послышался шорох и в маленьком окошке на фасаде мелькнул свет, а затем в проёме показалась знакомая женская фигура с лампой наперевес.

– «Это ты, я так и думала! Боже, ты где так долго пропадал, и что… Ух… Знаешь, ты выглядишь не очень хорошо, думаю тебе надо в ванную… Но сперва про меч! Тебе удалось его найти?» девушка засыпала ночного гуляку потоком речи.

– «…Там всё сложно… Вроде, как и нашёл, но… В общем держи» он достал из пальто расписку и протянул ей.

– «Это, что т-такое…» помрачнела особа.

– «Вильгельм не ходил с мечом в канализацию, он его загнал некому кузнецу по адресу: улица Раскольная дом сорок четыре. Может тебе знакомо имя, подпись или печать?» вопрошал бродяга.

– «Да. Кажется, я поняла о ком идёт речь. Чёрт…» задумчиво пробубнила дама, но затем хлопнула себя по щекам, взбодрившись, и добавила: «…Ладно, прорвёмся. А ты чё в дверях застыл? Проходи-располагайся!».

– «Располагаться, говоришь? Да не, я лучше пойду в гостиницу…» возразил хвостатый, встретив следующий ответ: «Какая гостиница!? Не работают они в такой час!».

– «Значит посплю на улице…» он продолжал гнуть свою линию.

– «С ума сошёл!? У нас по городу столько нечисти бродит ночью – шибанёшься! Айда ко мне, я тебе нормальное спальное место выделю, да и на ножны поглядишь…» махнула рукой оружейница.

– «Ладно, убедила» согласился гость, пройдя внутрь. Хозяйка утвердительно кивнула и захлопнула дверь.

Красно-пепельный спросил, проходя вглубь дома следом за кузнецом:

– «…И не боишься пускать незнакомца в свой дом поздно ночью? Всё-таки одинокая барышня, живёшь на отшибе…».

– «На бандита ты не похож, да и грабить тут особо нечего, а на счёт барышни… Ты посмотри, какой бицепс! Я всю жизнь железо таскаю, за себя постоять смогу!» хлопнула себя по плечу четырёхглазая.

– «Самоуверенность многих сгубила. Советую быть осторожней» заявил оборванец. Девушка улыбнулась:

– «Ну вот разве стал бы тип, замысливший чего-нехорошего, предостерегать меня?».

– «Чтобы усыпить бдительность жертвы» сказал Кай наигранно-загадочным голосом.

– «И вот этого негодяй точно добавлять бы не стал… Короче здесь ванная. За горячую воду не уплачено, поэтому только холодная. Вещи простирни в тазике, мыло на тумбочке, а доска за ванной. Потом развесишь на втором этаже, там верёвка. Кстати, тебе есть во что переодеться-то? А то могу одолжить…» хозяйка показывала внутренне убранство маленькой комнатушки, половину которой занимает дешёвая не раз латанная ванная. Скиталец кивнул:

– «Да не, не надо. У меня одежда быстро сохнет – после стирки её напялю. Благодарю за тёплый приём… А теперь, если позволишь, то я предпочту воспользоваться твоим гостеприимством».

– «Давай. Только не забудь сапоги снять перед входом. Кинь их где-нибудь у двери в кухню, а лучше оставь в прихожей магазина» она указала пальцем на маленький обувной коврик.

– «Как скажешь. Кстати, пока не забыл…» Кай достал из сумки счастливые рукавички и всучил владелице, наконец вздохнув с облегчением, после чего отправился осуществлять столь необходимые ему гигиенические процедуры…

Глаза сверкнули янтарём, под нос заблаговременно подставлен клочок матерчатой ткани. Влага, шипя, испаряется, покидает стиранную одежду. Даже на чистом пальто были заметны красные пятна. Следы сотен сражений навсегда впитались в грубую ткань. Опалённые нити, рваные карманы. Когда сей элемент одежды чист, глаз всё сильней цепляется за весьма неплохой фасон в сдержанных тонах, с красными акцентами. Красноватая выцветшая подкладка, алые лацканы, потёртые пуговицы цвета свежей крови, рваные края рукавов. Тщательно промытые волосы вились по плечам. Сквозные отверстия на кошмарной лапе, что были нещадно прижжены, сейчас эфемерно пульсировали, зарастая плотью. Руки спешно перемотаны новыми бинтами, дабы у хозяйки не возникало лишних вопросов. Свежий кавалер, еле переставляя ноги, покинул ванную комнату.

На кухне его встретила Нитлина:

– «О-о, что-то долго ты! Я уж и на стол накрыла. Налетай, работничек…».

– «Не стерник, знаю. Но чтоб набить пузо сойдёт» она указала на жестяную тарелку, заполненную макаронами вперемешку с какими-то бобами.

– «Премного благодарен» бросил он, присаживаясь за стол.

– «И как оно там в каналах прошло-то? Не плутал?» интересовалась девушка.

– «В следующий раз рисуй более подробную карту» обронил неукротимый едок, принявшийся яростно расправляться с содержимым миски.

– «А мечи куда дел? Четыре штуки с собой брал, а вернулся только с двумя… Неужто потерял?» расспросы продолжались.

– «Ты не поверишь, все раскололись» отрезал Кай из тарелки.

– «Ты не шутишь!? Реально!? Я их, что, закалить забыла? Или может в технике проблемы…» барышня начала погружаться в думы, но собеседник вовремя вытащил её, добавив: «Твоей вины в этом нет. Как я уже говорил – обычные мечи долго в моих руках не живут. У меня слишком сильный удар, плюс я уже привык сражаться определённым образом, и то, что я могу запросто выполнить при помощи стальной шпалы, непременно приведёт к поломке сабли».

– «Вот как… Ясно. А с кем ты там вообще дрался, раз расколол аж два меча и погнул третий?» последовал ещё один вопрос.

– «Вурдалак из семейства низших вампиров, и слизень-переросток» безучастно пожал плечами гость.

– «Вампир? Слизень? Боже… Какой дряни только не встретишь в нашей канализации. А чего они вообще там делали-то?» не унималась дама, сверля оборванца полным интереса взглядом.

– «Существовали… А если серьёзно, то на счёт вампира могу сказать лишь, что он частенько покидал каналы, выходя на улицы, в остальное время питался крысами или мусором. Слизень, как по мне, намного интересней. Вообще, они появляются в местах сильной концентрации миазмов, и по факту являются частично разумными големами. Этот жрал дерьмо, выполняя обязанности давно сломанных перерабатывающих машин» рассказывал странный гость.

– «В смысле сломанных? То есть как это… Походу пора валить из города, ведь без очистных машин нашу воду скоро пить будет опасно… Не говоря о том, тогда мы реально рискуем утонуть в дурно пахнущей истории» печально вздохнула мисс Лофго.

– «Да не парься ты. Слизень остался жив, а своё дело он знает. Короче город может спать спокойно» Кай принялся чистить подливу с тарелки кусочком хлеба.

– «Аж от сердца отлегло… И не ранили тебя?» оружейница подлила себе в кружку ещё морса.

– «Там ерунда, на мне всё быстро заживает» отмахнулся едок, с кислым видом взглянув на кружку чая.

– «Что, горячий?» поинтересовалась особа.

– «Нет-нет. Просто не люблю чай» отвечал Кай.

– «П-прости! Сейчас налью морса» засуетилась она.

– «Не надо так из-за меня суетиться, всё хорошо» отмахнулся скиталец. Неаккуратно намотанный бинтик, скрывающий тощую руку, сполз, обнажив кошмарную кожу.

– «Ой» красно-пепельный быстренько поправил повязку, однако Нитлина успела разглядеть достаточно.

– «Боже, это ты так в сражении со слизнем поранился!?» выпучила она глаза.

– «Да не… Давнишняя история» мотнул головой гость, залпом опрокинув чашку морса.

– «А как это? Ну… То есть… Можешь показать?» спросила девушка.

После недолгих раздумий на лице бродяги появилась гримаса, выражающая полное равнодушие, и девушка получила в своё распоряжение нераненную в бою с вурдалаком конечность.

– «Ё…» сняв бинты, четырёхглазая отпрянула: «Какого… А что с твоей рукой?».

– «С руками. Их сожгла магия… Карательная магия. Теперь они такие. Хотя и до этого были заметно отличны от простых человеческих» констатировал юноша.

– «Сожгла магия… Чёрт, и тебе эти проклятые огненные ведьмы успели доставить неприятностей… Ух-х. А если так трогаю, то больно? Кошмар! На ощупь напоминает древесную кору. Будто мёртвая и одновременно живая плоть. А-а! У тебя тут кожа осыпается, это нормально!?» Нитлина изучала уродливую лапу.

– «По болевым ощущениям терпимо. Если кожа осыпается, значит лишняя. Может потом нарастёт… А как тебе насолили маги огня?» задал вопрос хвостатый.

Особа нехотя заговорила:

– «Там грустная история. Ещё когда я была мелкой и жила далеко отсюда заезжая огненная ведьма сильно повздорила с моим старшим братом из-за какого-то меча. Он назвал её грязной ведьмой, как сейчас помню, а она в отместку выжгла ему шрам на лице и подожгла дом. Я в том пожаре не пострадала, да и родственничек мой сумел сбежать, а вот маме повезло меньше. Её очень сильно опалил огонь, и когда она выбралась из дома, её кожа и волосы… Ух-х… Не хочу вспоминать подробности того вечера. Она умерла на следующий день, а мы с братом через некоторое время переехали в Берденбрём… Тебе руки выжгла тоже какая-нибудь огненная тварина?».

– «Скажем так, без мага тут действительно не обошлось…» оборванец увильнул от прямого ответа. Она продолжила:

– «…Да, так и знала… Честно говоря, все огненные ведьмы одинаковые. Больших злодеев ещё поискать надо. Жгут сёла, кладут людей штабелями… Слышал уже наверное, что приключилось в Больших Печках? Там объявился самый настоящий маг огня! Колдун! Мужского пола! Прикинь. И, что ты думаешь? Перерезал человек сорок и ушёл восвояси. Вроде как он кого-то там ограбить хотел. Но лично я думаю, что он просто веселья ради убил ни в чём не повинных людей. В прочем-то ничего нового для огненных магов. Церковь, конечно, во многом не права, но, возможно, в истреблении этих монстров она была не так уж и далека от истины. Ну не могут они просто так жить».

Красно-пепельный усмехнулся:

– «Угу, это точно... А расскажи-ка про ножны».

– «Ножны… А чё про них рассказывать – весят как чугунный мост, выдержали бы пушечный выстрел, если б пушки до сих пор использовали. Тут я, конечно, утрирую, но всё же пока получается неплохо. Меч твой, кстати, в целости и сохранности. Хотя мне его ещё на денёк оставить, и работу я закончу к завтрашнему вечеру, как пить дать. Блин, вот бы чаще выпадала возможность поработать с чем-то новым…» дама, щурясь, убавила огонь в и без этого тусклой лампе.

– «Так почему не работаешь?» спросил янтарный пройдоха.

– «На всё нужны деньги, и просто ковать мечи можно, собственно я так и поступала до некоторого времени, но затем денежный вопрос режет крылья, и ты не можешь заниматься тем, что любишь. Это, видишь ли, бизнес, мать его. Нужен клиент. А люди ко мне раза два за месяц заходят, и то, если повезёт. Стартовый капитал почти подошёл к концу, заработать никак не выходит, всё из-за сраных монополистов…» распылялась она.

– «Купаллоде?» предположил Кай, хитро прищурив один глаз.

– «Они самые…» начала мисс Лофго: «…Захватили весь рынок. Мало того, что вне этого торгового союза цены на сырьё даже не кусаются, а пытаются отгрызть руку по локоть, так ещё и его дебильные члены всех клиентов распугали. Конечно, мне и без монополии пришлось бы тяжко, всё же баба-получеловек, ну а с ними жить просто невозможно. Хорошо хоть мастерскую не поджигают, хотя, думаю до этого недалеко».

– «Так чего не вступишь, раз всё настолько хреново?» он потёр глаз.

– «Таких как я не берут… Но, даже если захотят взять, то я не пойду…» продолжался рассказ: «…Нет там свободы. Всё по графику, всё по книжке, всё по команде. Зависеть от дури начальника, не развиваться, бояться. Правда я и сейчас не очень-то развиваюсь из-за отсутствия денег… Там ещё личные мотивы. Короче нет».

– «Понятно» кивнул скиталец.

Хозяйка несколько секунд просидела в думах, затем выпалила:

– «Слушай… Я тут подумала… Есть одна работёнка. Не очень… Эм-м… Законная. Если нет желания, то можешь не браться, всё ж мы договаривались только на поиск меча».

– «И что же за заданьице ты мне придумала?» спросил едок, схомячивший всё угощенье.

– «Давай завтра утром об этом поговорим, мне надо подумать. Не хочу я так, но походу вариантов остаётся всё меньше» загадочно проговорила особа.

– «Темнишь, подруга… Ну ладно, я ж не рыцарь какой – пред грязной работой не трепещу» он потянулся за полупустым кувшином с морсом.

Кузнец мотнула головой, стараясь выбросить лишние мысли, и как ни в чём не, бывало, весело продолжила вести диалог:

– «Рыцарь, да? Знаешь, у нас ведь есть городской герой. Сэр Фергрю Прожуанский – легендарный рыцарь в сияющих доспехах. Он свершил больше сотни подвигов, и даже дракона убил… Ну или не дракона, а просто какую-то огненную ящерицу, ведь драконы – детская сказка. Реально, если б огнелацерты в придачу ко всему ещё и летали, то людям пришлось бы не сладко… Ай, да и не о них сейчас! Сэр рыцарь… Он ведь в третьей кампании короны принимал участие, и в одном из сражений был почти под прямым началом самой Мари Бернес! Правда вот никто толком не понимал, что он там бурчит из своих громоздких доспехов, но, наверное, что-то благородное. Эх-х, благороднейший из благородных… Он лет семь назад решил отправиться на поиски принцессы, обращённой в жабу, и теперь, должно быть, скачет по свету, сея справедливость».

– «Жаба-принцесса… Хах… Красивая выдумка, не имеющая ничего общего с жизнью. Сомневаюсь, что хоть один уважающий себя маг станет накладывать такое бредовое проклятье, плюс там есть свои условности, из-за которых превратить человека в животное почти невозможно. В некропата – пожалуйста, а вот с лягушкой лучше даже не пробовать. Хотя, надо признать, не каждый город имеет национального героя, в особенности рыцаря… Рыцари… Ну да чёрт с ними…» проговорил гость.

Четырёхглазая девушка продолжила запойно рассказывать:

– «Да это ещё что! Вообще у города очень богатая история. Не всегда весёлая, временами даже мрачная… Например, есть у нас внешнее кольцо, что перед ручьём стоит. Древние развалины, у меня их из окна можно разглядеть, если постараться. Так там по утрам потерянные тени бродят. На самом деле история страшная, произошла тьму лет назад. Когда последняя волна СМВ захлестнула мир, мутанты и до Берденбрёма добрались. Там, километрами двумя на север, в сторону столицы, стоял полк магической артиллерии. Приказ был: «Не пропустить ни одной твари любой ценой». Сотни тысяч разъярённых монстров, когда-то бывших людьми, усыпали горизонт. Тут произошла настоящая бойня. Защитники города оборонялись как могли, но стены буквально раздавило живым мясом, и чудовища прорвались в квартал прямо под стенами. Конкретно с этого момента артиллерия стала бить и по территории города, чтобы хоть как-то остановить или замедлить врага. Били кучно. Снаряды дорогущие, половина пороха, половина жидкого магического огня, да ещё и корпус усилен колдовством. Свистящий ад обрушился на головы солдат, простых людей, мутантов. Из-за концентрации пороха в воздухе добрая половина артиллерийских расчётов ещё несколько дней выплёвывала лёгкие и гнила заживо в лазаретах... Одним словом, ужас. Город выстоял, хотя победой это назвать нельзя. С тех самых пор одинокие силуэты древних защитников слоняются по уничтоженным взрывами территориям. Способны ли осознавать, что с ними происходит, помнят ли, боятся, проживают ли свои последние дни без конца, или может это просто бездушные силуэты, действительно пустые оболочки, выжженные магическими бомбами на лице мироздания? Кто знает…» она опустила чашку на стол.

– «Знаешь… Слишком уж это частое явление в нашем мире – трагедия. История изобилует таким количеством чернухи и грязи, что постепенно сливается в один чёрный маслянистый поток. Я плохо знаю историю: не назову точных дат, перепутаю все имена и стороны, перекорёжу логические цепочки, и забуду половину событий, а другую и вовсе никогда не знал. Однако даже так я считаю, что несмотря на всеобщую трагедию, этот мир может изобиловать и комедией, главное посмотреть под правильным углом… Наверное уже пора ложиться спать, хозяюшка, а то время совсем позднее по меркам нормальных людей» заявил он.

– «Да, пожалуй… Где бы тебя положить… Точно не в моей комнате, а матрасов у меня особо-то и нет» призадумалась Нитлина. Оборванец заявил:

– «Могу на полу». Дама возразила

– «Ну уж нет, нельзя гостя класть на пол! Блин. Чё бы придумать такого… А, точно, на чердаке ж диван есть!». Девушка встала из-за стола, прихватив лампу, и жестом позвала гостя за собой.

Двое поднялись на тесный чердак, заваленный каким-то барахлом, ровно, как и весь остальной дом.

– «Ух-х… Тут, конечно, малость пыльно, но ничего – откроешь окошко…» сказала хозяйка. Она сорвала грязное покрывало с древнего зелёного диванчика. Время явно не пощадило обшарпанную мебель.

– «Знаешь, там, где я обычно сплю, волки гадить боятся, а это так вообще королевский номер…» через силу попытался улыбнуться изнурённый воитель.

– «Рада, что тебе нравится. Тогда до завтра» кузнец довольно поправила рубашку.

– «Угу, давай…» махнул рукой Кай. Люк хлопнул, он остался один.

Первым делом было открыто настежь окно. Тесный двухэтажный домик, зажатый меж вычурных каменных строений с красивыми крышами, стоял на самом краю косогора, спускающегося к ручью. Душистая прохлада летней ночи ворвалась в помещение, принеся столь желанную свежесть. Янтарный взгляд устремился вдаль, пробежавшись по старинным руинам, где за столько лет воронки и ярость пламени успели порасти высокой травой, а кости сгнить, став кормом для новой жизни. Над неровным горизонтом по абсолютно чистому небу плыла луна.

Не снимая одежды, оборванец промял собою диванчик. Пружины жалобно заскрипели, а одна так вообще посчитала своим долгом впиться в плечо. Но уставший путник этого уже не заметил, ибо мгновенно уснул.

4-27

Оборванный силуэт с янтарным взглядом окружает густой мрак. Он бредёт по пустоте, сапогами поднимая песчинки древней тьмы. Средь чёрной пелены, вопреки любой логике, мерцают тлеющие, будто угли, трещины. Впереди виднеется дверь. Шаг, вдох-выдох, шаг. Кошмарные пальцы стиснули расплывающуюся ручку. Рывок.

Внутри оказалось широкое трактирное помещение, прямо посреди которого стоит столик, а за ним седовласая девушка с бирюзовыми глазами вяло ковыряет ложкой кашу. Вокруг одни лишь безликие фигуры, занимающиеся своей рутиной. Как только бродяга вошёл внутрь, все без исключения взгляды впились в него. Одежда и лицо залиты кровью, ручьями стекающей на пол. Тяжёлое дыханье, всклокоченные волосы. Он напоминал зверя, едва выбравшегося живым из жестокой драки.

Особа, заметив новоприбывшего, задорно улыбнулась, жестом позвав присесть за её столик:

– «Кай, иди сюда!». Не обращая внимания на настырные взгляды, Кай подошёл, усевшись напротив.

– «Ну, как работа?» поинтересовалась она.

– «Нормально» донёсся ответ.

– «Отлично! Слушай, не подсобишь? По-моему, у меня что-то в волосах застряло. Уберёшь, а?» попросила девушка.

– «Только за половину твоей каши, Крис» усмехнулся зубоскал, протянув руки к причёске собеседницы, дабы извлечь оттуда какую-то листву. Раз листик, два листик. Пальцы сами по себе обвили скальп. Три листик, четыре листик. Внезапное усилие, и череп лопается подобно спелой тыкве. Пять листик…

Убийца вскакивает, а обмякшее тело падает на стол. Шокированными глазами по пять марок он созерцает то, что натворил. К горлу подкатил ком, дыханье спёрло, волосы встали дыбом. Прежде чем с уст успел сорваться хоть звук, кто-то сзади заявил:

– «…И меня он точно также убил». Янтарные очи округлились ещё сильней, странник узнал этот голос. Обернувшись, он замер, наблюдая знакомый безголовый силуэт, переговаривающийся с другими силуэтами. По спине пробежались мурашки, пальцы задрожали.

– «…Я ради него отбросил все свои мечты и стремления, закопал все таланты, а он меня убил…» фигура продолжала говорить, игнорируя Кая. Будто забивая последний гвоздь в крышку гроба, силуэт замогильным голосом отрезал:

– «…Он убил всех нас».

Янтарный взор расширился до предела, превратившись в две пылающие огнём точки. Оборванец завертел головой, начав постепенно узнавать безликих. Изжаренные, изуродованные, изорванные им люди. Он по-звериному ощерился, пытаясь нащупать в пустоте свой меч. Обнаружилось, что под ногами уже не твёрдая поверхность, а жидкая тьма, из которой торчит кривая рукоять меча, толстой цепью прикованная к его шее. Все присутствующие уставились на него.

– «Чудовище!» единовременно прохрипели силуэты, принявшись медленно надвигаться на одинокого оборванца. Уровень жидкости постепенно поднимался.

Кай с силой дёрнул меч, однако тот не поддался. Сзади набросился силуэт без руки, глубоко воткнувший осколок стекла в спину красно-пепельного. Тот отбросил атакующего, тощим кулаком засадив по тёмной челюсти настолько сильно, что она с мясным хрустом отлетела в сторону. Янтарный воитель вновь принялся вытаскивать меч. Костлявые пальцы стирались о неровный металл, бессильно скользили по нему. Подобравшийся поближе сожжённый силуэт получил ногой в пузо, треща осыпавшись пеплом. Чёрная жижа уже по пояс.

Наконец меч начал поддаваться. Каждый миллиметр давался с чрезвычайным трудом и болью. Откуда-то издалека прилетел арбалетный болт, оставивший в груди огромную дыру. Одновременно с этим некто рубанул Кая поломанным клинком. Костлявая лапа остановила этот удар в опасной близости от шеи. Стальная махина рывком выдернута из мутной бездны, косым ударом поражая атакующего. Тяжело дыша, хвостатый закинул оружие на плечо, окинув всех присутствующих пламенным взором…

Вскоре рубака, успевший уничтожить не один десяток силуэтов, ушёл с головой под липкую жижу. Дыхания хватило ненадолго, и в раздробленные лёгкие с болью проникла тьма. Он долго и мучительно захлёбывался, покуда мрачные фигуры самозабвенно кромсали его тело, ломая кости и по кусочкам отрывая плоть. Прежде чем янтарные глаза были выцарапаны когтистыми лапами очередной сущности, Кай отчётливо различил среди толпы лик убиенной им же подруги. С девичьих губ слетело незатейливое:

– «Чудовище», и мир потемнел…

За секунду до пробуждения Кай осознал, что спит. Он долго лежал, не желая открывать очи, однако в конце концов поднялся. Пыльный чердак, распахнутое окно, солнце заволокли мерзко моросящие тучи. Сквозные отверстия в ладони за ночь почти зажили, однако не до конца. Собрав волосы в хвост, он спустился вниз.

Хозяйка нашлась в своей мрачной мастерской на заднем дворике.

– «Проснулся? Ты вчера выглядел таким уставшим, поэтому я решила тебя не будить…» девушка уже во всю формировала тяжёлый металл, зажатый тисками. У верстака стоял его меч.

– «…Ох-х… Сколько щас времени?» спросил гость, сползая по стенке.

– «Около часа. Не выспался?» она смахнула пот со лба.

– «Типа того… У тебя вроде какая-то работёнка для меня намечалась» перешёл к делу Кай. Особа резко остановила молот, грубо положив на верстак:

– «Да, есть работа. Помнишь кузнеца, который тебя выгнал из своего магазина?».

– «Какого из?» ухмыльнулся он, получив в ответ: «Со шрамом в пол лица, у чьей лавки мы встретились». Скиталец бросил:

– «Допустим» и тут-же схватился за звенящую голову.

– «Ты в поряд… Погоди-ка, да у тебя кровь!» воскликнула дама: «Прямо под глазом, вот тут».

Костлявые пальцы нащупали липкую, уже свернувшуюся полосочку крови, вытекающую из янтарного ока.

– «Ох-х, как же достало… Ничего страшного, это нормально… Наверное. Просто вчера потратил слишком много сил…» отмахнулся красно-пепельный.

– «Это не нормально, когда у тебя из-за переутомления кровь из глаза идёт!» продолжала Нитлина.

– «Нормально, меньше колдовать надо…» осёкся он, тут же подняв голову, и заметив благоговейный трепет во взгляде собеседницы.

– «Колдовать? Магия? Быть не может, так ты маг!? Почему ж раньше не сказал, у меня столько вопросов по теме! Какая у тебя стихия?» она буквально сияла.

– «Надо же, какой интерес… Скажем так, моя стихия может нести свет» извернулся словоблуд.

– «Магия жизни? Ну нихрена ж! Расскажи, а что будет, если металл…» её понесло, но чародей вовремя вмешался: «Давай сперва про работу».

Девичий взгляд резко угас:

– «А, да. Точно. Работа. В общем мой меч у того кузнеца. Ставлю свою мастерскую, что он опять пытается украсть мою разработку. Сможешь незаметно проникнуть и забрать меч?».

– «Из меня вор как из собаки соловей. Да и драться в полную силу я смогу только ближе к вечеру, поскольку ещё не всю энергию восстановил» призадумался хвостатый.

– «Тебе и не надо драться! Ни в коем случае! Всё должно обойтись без крови» запротестовала оружейница.

– «Могу всех передушить, так крови точно не будет» усмехнулся зубоскал.

– «Никого не убивай» она бессильно развела руками.

– «Постараюсь, только вот, я опять-же не знаю где искать. Там домина огромный, плюс ещё мастерские. Всё обыскивать, чтоль?» он с усилием поднялся.

– «Нужно попасть на задний двор, там сейчас никого не встретишь, у всех обед. Дальше через самое левое окно попадёшь в большой кабинет. Запомни: самое левое. Только у него сломана щеколда. Ищи внутри» расписывала четырёхглазая.

– «Откуда такая поразительная осведомлённость?» хитро прищурился Кай.

– «Не важно. А по награде…» она ушла от ответа: «Могу дать полторы тысячи марок. Но это максимум. Дам больше – помру с голодухи».

– «Ладно, берусь. Всё равно делать нечего. Только мне б тряпьё какое, не буду же я воровать в своей одежде и с неприкрытым лицом» он запустил руки в карманы.

– «Наверху полно всякого барахла – бери, что понравится» сказала барышня. Сняв рукавички, она прибавила:

– «Вот, возьми перчатки как залог безопасности твоего оружия».

– «Забей. Лучше продолжай в них работать. Раз они счастливые, то к вечеру работа точно будет завершена. Бывай» откланялся гость, покинув дворик…

Вокруг большого кузнечного магазина вертелся подозрительный тип. Грязная накидка, по состоянию больше напоминающая половую тряпку, скрывала тело и лицо. Из-под размашистого капюшона выпадала прядь вьющихся волос.

Кай обошёл здание стороной, пройдя мимо скамейки, на которой вели оживлённый спор два седых старика.

– «…Говорю тебе – бога нет!» кричал один.

– «А я говорю, что есть!» точно также надрывал связки другой.

– «Хорошо, какой бог есть? Сколько религий, столько и богов, и все они придуманы людьми!» на повышенных тонах произнёс первый.

– «Бог един, и он – Белая Звезда. Просто другие люди в разное время придумали ему разные имена! Например, каждый же называет солнце по-разному, в зависимости от языка» отвечал второй.

– «Бог – не солнце, для каждой религии он свой. Ты же не хочешь сказать, что поскенурский пантеон богов, и Белая Звезда – одно и тоже? Вообще, с чего ты решил, что твой бог истинный?» активно жестикулировал старец.

– «Ещё с древних времён было известно о Белой Звезде! Люди всегда верили и знали!» с пеной у рта доказывал свою позицию собеседник.

– «Вздор! Наука способна разрушить любую из этих божественных сказок! Наука – вот где правда, вот где истина!» рыча, захлёбывался слюной другой седовласый спорщик…

Красно-пепельный двигался вдоль кирпичного забора по безлюдной подворотне. За забором раскинулись обширные мастерские на свежем воздухе. Высокие крюки, огромная магическая печь, потёртые станки, стойки с инструментами.

Внутри никого не оказалось, поэтому, ловко перемахнув каменную преграду, мастер-вор совершил проникновение. Аккуратные шаги, минимум шума. Он едва не наступил на мирно дремлющего в траве мальчугана. Покрутившись и поворчав, тот сладко захрапел, а лазутчик продолжил движение к заветному окну.

Петли щёлкнули, рама не поддалась. Здесь стоял новый шпингалет. Выругавшись про себя, Кай принялся раздумывать: «Ломать? Шумно. Точно разбужу пацана, а у меня задача не проливать крови. Лучше, чтоб меня вообще не заметили. Идти через дверь – смерти подобно. Оттуда даже голоса доносятся, точно спалюсь. Ну-ка, а если вон в то открытое окно на втором этаже».

Тонкая фигура быстро вскарабкалась наверх по стене, цепляясь за выступающие элементы фасада. Комната оказалась подсобкой, где хранили швабры и прочий инвентарь. Дверь не заперта.

Оборванец выскользнул в коридор, быстро пробежался до лестницы. Снизу послышались мальчишеские голоса. Он дёрнул первую попавшуюся дверную ручку, укрывшись в туалете. Ребятня приблизилась, и один из них попытался попасть в сие импровизированное укрытие.

– «Там кто-то есть?» спросили по ту сторону. Тишина.

– «Э-эй!» продолжал настырный мальчуган.

– «Слушай, мож там плохо кому стало?» заговорил другой парнишка.

– «Ты там в порядке? Эй, отзовись!» ситуация продолжала ухудшаться.

– «Давай я за Мастером схожу, а вы пока попытайтесь своими силами вскрыть!» деловито предложил мальчишка. Сейчас в голове профессионального вора творилось сущее буйство, смачно сдобренное бранью.

– «Пацаны, не надо мастера» максимально высоко пропищал хвостатый пройдоха. По ту сторону затихли.

– «Паш, ты?» раздался неуверенный вопрос.

– «А кто ещё?» отвечал ловкач.

– «Хрена у тебя голос. Траванулся, чтоль на обеде?» рассмеялись парни.

– «И ничего в этом смешного нет. Я тут надолго, но как выйду…» пригрозил вжившийся в роль актёр.

– «Угу-угу, как скажешь. Походу опять придётся в соседний магазин идти» недовольно пробурчал один из них. Шаги и голоса отдалялись, затем вовсе стихнув.

Кай покинул укрытие, проследовав вниз, где быстро отыскал нужную комнату. Богатый кабинет. Стены увешаны стойками с самым разнообразным оружием, от сабель пустынных солдат, до зачарованных боевых топоров северных пиратов. Стеллажи сплошь завалены всякого рода бумагами, в углу стоял сейф, а по центру, прямо напротив окна, расположился массивный дубовый стол. Искомый меч лежал прямо на нём. Нужно лишь подойти, взять, бежать.

Из-за толстой двери донеслись голоса, петли заскрипели. Мгновено среагировав, вор залетел под стол, где расположился максимально незаметно и замер. Внутрь помещения вошли двое. Из не самого удобного положения получилось разглядеть лишь ноги. Один облачён в богатые туфли и брюки, а другой нацепил тяжёлые рабочие сапоги, расправив поверх измазанные маслом штаны.

– «…Вот он, Марк Саныч, меч о котором я говорил!» басил кузнец.

– «Вижу, мастер Матвей. И что же в нём такого особенного?» неспешно и с толком отвечал второй.

– «Всё дело в том, что конструкция повышает его атакующие характеристики в разы! Без какой-то магии!» восклицал мужик, схватив со стола меч.

– «Как так?» удивился пижон, судя по звукам, поправив пенсне.

– «А вот так! Это возможно благодаря специальному углу заточки, температуре отковки, а также технике» заявил кузнец, вынув клинок из ножен.

– «А прочность? Разве не придётся после каждого боя вновь затачивать лезвие?» вкрадчиво говорил старый интеллигент.

– «Определённый уход потребуется, но явно не как у поскенурских ятаганов, хотя по остроте наш образец заметно превосходит оные» мастер видимо провёл рукой по лезвию и на пол упали несколько капель крови.

– «Ай… Чёрт, вот демонюка! Будто сам в плоть вгрызается» простонал он, положив меч на место.

– «Сколько тебе потребуется времени, чтобы суметь повторить такого монстра? Я всё организую» заявил пижон.

– «Неделя, может две, и я раскушу игрушку дьявола» отвечал кузнец.

– «Замечательно, тогда по рукам» хлопнул в ладоши обладатель роскошных туфель.

– «Даже не верится… Я наконец попаду в высшую лигу! Всё благодаря этой дурочке…» усмехнулся мужик, после чего добавил: «…Марк Саныч, давайте я вас чаем поскенурским угощу. Мне ж недавно новую партию доставили, с кусочками тамошней красной дыни!».

Двое неспешно покинули кабинет, а Кай вылез из-под стола, обмотал меч тканью, зацепил за сумку под накидкой, и вылез через окно. Задний дворик был пройден за пару мгновений.

Лазутчик резво вскочил на каменный забор. Именно в этот момент, волею судьбы, по сквозной подворотне проходил уроженец Лестофагена Карей, вместе со своим пушистым бармирогом. Он пересёкся взглядом с хвостатым, поняв, что тот явно совершает нечто незаконное. На молодом лице мелькнула злорадная улыбка.

– «Стража-стража, тут ограбление происходит!» закричал парень.

Из-за угла вальяжно вышел патрульный отряд, заприметивший подозрительную личность, спрыгнувшую с забора. Заметил и мальчуган, чутко дремавший на дворе кузницы. Кай бросился наутёк, не забыв перед этим как следует вмазать поднявшему переполох юноше.

Четверо блюстителей порядка вознамерились нагнать вора. Самый старый и габаритный из них даже не пытался бежать. Он судорожно выхватил из-за пояса толстую книжку, прочитав оттуда заклинание. На шеях молодых стражников внезапно появились тонкие обручи света, напоминающие ошейники. Их движения моментально стали более резкими, уверенными и дерзкими. Казалось, будто они перестали чувствовать усталость.

Бродяга резко свернул налево, преодолев кусты, перебежал широкую улицу, по которой носились повозки, и шмыгнул в очередную подворотню. Вооружённая свора за ним. Один стражник на ходу разложил огромный по меркам стрелкового оружия арбалет, и дёрнул затвор. Щелчок! Выстрел. Стрелок едва сдержал отдачу, чуть не упав. Беглец в последний момент уворачивается, а громоздкий болт со свистом вгрызается в стену ближайшего дома, порождая разрушительный веер голубых молний.

– «Стой, сука!» кричали вслед. «Если завалю троих стражников, то точно начнётся переполох. Нужно потеряться» заключил оборванец.

От нового выстрела даже не пришлось уклоняться, поскольку зоркий арбалетчик ошеломительно промазал из-за выбитого чудовищной отдачей плеча. Завернув за угол, Кай обнаружил глухую трёхметровую стену. Преследователи уже дышали в затылок, но отчаянный ловкач сумел быстро преодолеть преграду, едва отскочив от просвистевшего прямо у уха заряда электричества. Стража попыталась проследовать за ним, и одному даже удалось кое-как забраться на стену при помощи товарищей, но тут случилось непредвиденное: эфемерные ошейники, исполненные белым мерцанием, растрескавшись, исчезли. Парней тут же сразила резкая вспышка изнурения, выбившая воздух из лёгких. Самый изворотливый из них беспомощно повис на стене, остальные истощённо кряхтели по ту сторону.

Скиталец вновь свернул, сорвал с себя драную накидку, за секунды испепелив, и как ни в чём не бывало вышел на главную улицу, присев под стеной рядом с нищим попрошайкой. Мимо промчался ржавый велосипед, гружёный двумя стражниками – тощим и толстым.

– «…Весь… Бюджет… Спёрли… Твари…» кряхтел тощий, с невероятным усилием крутя педали.

– «Быстрее, Михалыч, мы его теряем!» сидящий на багажнике толстый стражник в полной амуниции хлопнул пыхтящего товарища по плечу, и отъявленные велосипедисты свернули за угол.

Кай облегчённо выдохнул, переводя дыхание после забега.

– «Чё, за тобой?» внезапно спросил нищий. Беглец опасливо скосился на него.

– «Не делай такую страшную рожу, начальник. Я не из болтливых» усмехнулся тот, достав из-за пазухи полупустую стеклянную бутылку.

– «Бушь?» кивнул бездомный, сделав глоток.

– «Нет, спасибо» отмахнулся хвостатый.

– «Ну как скажешь… Ты вообще, как, не раненный часом?» спрашивал собеседник.

– «Нет» отрезал бродяга.

– «Ну и слава богу! А то выглядишь ты как-то хреново» бросил попрошайка.

– «Это как так?» ухмыльнулся Кай.

– «Вроде молодой парень, но взгляд пустой, будто у покойника» совершил ещё глоток нищий.

– «Ты что, за свою жизнь так много покойников видел?» вопрошал проходимец.

– «Не меньше твоего, начальник» кивнул бездомный, как бы невзначай продемонстрировав старую татуировку с двумя перекрещенными саблями на покрытой шрамами руке.

– «Ясно» задумчиво буркнул красно-пепельный: «Ладно. Засиделся я».

– «Угу, давай брат! Будут спрашивать – скажу, что побежал в парк через клумбы» махнул рукой нищий.

– «Спасибо» кивнул зубастый юноша, продолжив путь по улице.

На штанах обнаружилась новая дыра, полученная во время побега. «Сапоги разваливаются, перчаток давно нет как явления… Ещё и штаны порвались. Пора посетить лавку портного» заключил путник.

По дороге внимание красно-пепельного привлекла новостная доска, рядом с которой ошивался народ. Объявления о покупке, продаже, контракты на выполнение работ по умерщвлению монстров от негильдейских работодателей, само-собой новости, и плакаты разыскиваемых преступников.

На большом листе бумаги, над кучей печатей и информацией о награде в тридцать тысяч марок, красовалась ориентировка на Печкинского Убийцу. Высокий мускулистый мужчина, лицо которого скрывает шарф, короткие тёмные волосы торчат в стороны, длинный плащ вьётся под ногами. На плечах исполина покоится громадный пласт стали, а руки объяты пламенем. Кай про себя зачитал текст под рисунком: «…Маньяк-убийца, упокоивший тридцать шесть человек в городе Большие Печки…. Вооружён, опасен, остерегайтесь, всё такое… По идее это про меня. Но на рисунке точно не я. Кого эти дебилы вообще ищут?».

Рядом дама немалых лет обсуждала новости с девчушкой в жёлтом платье:

– «Слышала, что деется? Серый Лес горит!».

– «Да неужто?» удивлённо переспросила собеседница.

– «Угу, если дождя не случится, то дня через три уж отсюда столбы дыма видать будет… И ещё этот маг огня проклятый. Ведь осталась где-то гниль мирская, не перевешали ещё всех!» проговорила женщина.

– «Тётушка, вы думаете пожар – его рук дело?» вопрошала девушка.

– «Не знаю… Но, если это так, то маг скорее всего двигается сюда, а может и вообще здесь, в нашем городке. Беда на беде: позавчера соседки сына без капли крови нашли, вчера дом в канализацию ни с того ни с сего провалился, а потом вообще администрацию кипятком из водопроводных труб захлестнуло… Однако пусть не радуется гад огненный раньше времени, по его душу скоро найдут управу, а сегодня вечером ещё и Светлый Вихрь должен прибыть!» прошептала женщина.

– «Как же на вихря поглядеть хочется, ходят слухи, что он ликом уж очень пригож» девичий взгляд возвысился.

– «Ха! А я-то думаю, для кого ты так приоделась, да лицо всё напомадила, а ты вона что, на святошу заглядываешься… Ты эту чепуху всю из головы выкинь, не твоего он полёта птица» посмеивалась дама.

Мимо проходящий оборванец не упустил возможности нагло пройти между мирно беседующими дамами, зацепив одну плечом.

4-28

Внутри магазина находилось несколько человек, но это не мешало Каю осматривать ассортимент.

– «Добрый день, вам чем-нибудь помочь» к нему подошёл молодой помощник продавца, опасающийся, как бы странный бродяга не стянул чего.

– «Приветствую, мне бы брюки какие глянуть, да чтоб попрочней. Подойдут из траковой ткани или из симестры» заявил зубоскал.

– «Мы здесь такого не продаём, у нас гражданская одежда. Попробуйте зайти в гильдейский магазин или обратитесь к какому-нибудь оружейнику… И это, что, меч? К нам с оружием заходить нельзя» парнишка тыкнул на продолговатый предмет за спиной посетителя, обмотанный тряпьём.

– «Тубус с картами. Я ж картограф, не видишь, что ли?» ухмыльнулся хвостатый, покидая заведение.

Юноша с янтарными глазами обошёл ещё магазинов десять, пока случайно не наткнулся на вход в подвальное помещение около ларька с уличной едой. Под козырьком, не доступная беглому взгляду всякого прохожего, висела крошечная трудночитаемая вывеска, буквы которой, на манер бандитских записей, замаскированы под поскенурские, хоть таковыми не являются. С трудом прочитав: «Снаряжение», путник решил заглянуть внутрь.

За тремя решётками и двумя длинными лестницами его встретил громила южной внешности с оголённым торсом, охраняющий проход. Обойдя молчаливого исполина стороной, он вошёл в небольшое подсобное помещение, заваленное различными ящиками, где на старом диване заполнял какие-то бумаги молодой блондин в широкой футболке. Его правую руку пересекает татуировка с надписью: «Кровная Вражда» готическим шрифтом, а также несколько чисел и скрещенные сабли.

– «Опа! Клиент или сортир ищешь?» парень оторвался от своего занятия, смерив посетителя взглядом.

– «Вы тут вроде снарягу продаёте, если я правильно понял» развёл руками зубастый индивид.

– «Заходи, рады всем. Только учти – бизнес законный, но лишний кипишь нам не нужен. Замётано?» хозяин встал с места, облокотившись о прилавок.

– «Конечно» кивнул Кай, не доставая рук из карманов.

– «Замечательно. Так, что тебя интересует? У нас много чего есть, вон в тех ящиках, например, замечательные арбалеты. Армейские, снайперские, специальные, дротикомёты. Ты по виду наёмник, может заинтересуют сверхтяжёлые? На взрывных болтах они творят чудеса! Или сами болты. Есть цельнометаллические, составные с самыми разнообразными резьбовыми соединениями! Головки под болты тоже имеются, но сейчас нет электрических и ядовитых – раскупили» распинался торговец.

– «Я не фанат дальнего боя, мне нужна…» проговорил было Кай, но его перебил продавец: «Не вопрос! У нас классических мечей нет, зато экзотики вагон! Поскенурские ятаганы, двойные копья, мечи Колнсберсной Пехоты, даже чёртов магический якорь, создающий барьер!».

– «Экипировка нужна» кое-как перебил торговца хвостатый: «Брюки. Без лишних усилений, и из симестры. Кожаные перчатки, с манжетами, желательно без уплотнения на костяшках и в принципе без брони. Главное подвижность, износостойкость. Также рассматриваю только огнеупорные, минимум градусов семьсот должны держать. Лучше тысячу. Ну и берцачи СБД или Заводские. Можно с тела, тут принципиально только качество». Блондин присвистнул:

– «Хо-хо, вижу тут у нас наёмник-одиночка, может даже заказной убийца. Закупаешься не в гильдии, а у меня, интересуешься огнеупорными перчатками, ни слова не сказал про теплоизоляционные свойства… Ха… Похоже ты парень с огоньком, если ты понимаешь о чём я… Ну, мне плевать кому продавать, товар всегда в цене, придёт – продам и сатане. Давай за мной». Светловолосый достал из кармана связку ключей, и отодвинув шторку у стены, отпер скрывавшуюся за ней дверь.

Новое помещение оказалось в разы больше. Высокие потолки подпирали грубые бетонные арки, на специальных стойках висели металлические светильники, внутри которых одновременно вспыхнул свет, когда хозяин приложил небольшой белёсый кристалл к руне, вырезанной в стене. Двое подошли к ящику, набитому всякими тряпками.

– «Давай сначала штаны посмотрим – это самое простое» предложил торговец. Клиент пожал плечами, бросив:

– «Почему бы и нет».

В ходе недолгих поисков парнишка вывалил всё содержимое контейнера, повесив пару брюк на перекладину расположившегося поблизости стеллажа.

– «Вот одни, армейские. Камуфляж, бирки – всё на месте. Ща ещё посмотрю» бросил блондин, сняв крышку с нового ящика.

– «Тут у нас есть красные со стрелками. Узковаты, конечно, но ты на всякий глянь. Где-то были хорошие очень, с укреплёнными поясными петлями под ремень… А, вот они. Думаю, это пятнышко крови тебя особо не испугает, сняты с паладина. Он жив остался, кстати. Правда без парочки зубов. А вот нечего по бабам чужим шастать. Неудачливый рогоносец его так догнать и не смог, а штаны хотел порвать, но мой человек вовремя подкатил, выкупив хорошую вещь» продолжал юноша.

Кай оглядел товар, остановив свой выбор на последнем варианте:

– «Сколько за портки святоши?».

– «Четыре пятьсот. Это уже со скидкой за пятно» отрезал торгаш.

– «Три. Ты всё равно их случайно получил, наверняка за бесценок. Легко пришло – легко ушло» начал торговаться оборванец.

– «Любой труд имеет цену, даже столь незначительный. К тому-же качество. Сто марок скину, но не больше» развёл руками светловолосый.

– «Так тут на петельках религиозная символика, звезда нашита. Если церковники это увидят, то точно спросят, откуда я такие штаны достал. Мне будет неудобно каждый раз им пояснять» не сдавался хвостатый.

– «Кстати, да. Ну ничё, это всё равно оттиск, её вообще не видно, и ток нащупать можно. Но так-то косяк есть, скину до трёх с половиной» сказал хозяин.

– «По рукам. Теперь давай на счёт перчаток» кивнул зубоскал.

С верхушки стеллажа был снят древний чемодан.

– «Здесь есть пара огнеупорных, и где-то под столом тоже лежали, я точно помню. Так-так… Вот они. Тёмные мужские с красноватым оттенком. Это, вроде как, кожа пустынного исифѝза. Редкая тварина, надо заметить, а, что самое главное – опасная, даже без учёта огненного дыхания. Но кожа отличная, минимум полторы тысячи держит. Да и выглядит что надо, не как варежки кузнеца» продавец нахваливал свой товар. Далее из пыльного угла была извлечена другая пара перчаток:

– «Вот эти подешевле будут. Тут основа из кожи какой-то огненной гадины со вкраплениями исифиза. Восемьсот градусов стабильно выдерживают». Покупатель спросил:

– «Сколько за первые?», получив в ответ: «Семнадцать. Торговаться не буду, товар ценный».

– «А откуда ты их достал?» призадумался скиталец.

– «Вообще это секрет, но скажем так… Дворяне знают толк в хороших вещах» воровато отвёл взгляд блондин.

– «Дорого. Я на эти деньги могу месяца два жрать как не в себя. Если переводить в выполненную работу, то выходит где-то... А хрен знает, может один заказ, а может штук двадцать. Скинь хоть марок двести в честь сей знаменательной встречи» попытался состроить щенячьи глазки посетитель.

– «Хорошо, так уж и быть – организую профессиональную скидочку. Только учти, что в гильдии за такую штуку пришлось бы отвалить минимум тридцатку. От всякого монополиста есть и своя польза, если так подумать. Хотя шифроваться по подвалам тож не очень» юноша убрал перчатки к штанам паладина, продолжив поиски.

Рядом со сваленными в кучу деталями для арбалетов, на газетке сиротливо притаились выставленные в рядок сапоги.

– «Посмотри, не стесняйся» предложил торговец. Красно-пепельный подошёл, внимательно осмотрев каждую пару:

– «Тут голенище коротковато, и на задней части какая-то непонятная вставка из ткани. Хрень. Здесь шнуровка на крючках, ещё и великоваты. Отпадают. У этих носы плоские. Мой внутренний эстет негодует. А вот эти вполне ничего. Без лишних деталей, без меха, подошва хорошая – на болтах. Тяжеловаты правда. Сколько?».

– «О-о, а вкус у тебя не плох. Я тож, когда служил такие носил. Правда у меня носы не были стальными, как тут, но для наёмника так, наверное, даже лучше. История одна есть, связанная конкретно с этими берцами. Они ж ведь офицерские. Знакомый заказал, да забрать не смог – убили его на недавней восточной, черти. Свои даже похоронить по-человечески не смогли, скинули в могильник у Ничейных, убегая от поскенурцев. С тех пор лежат у меня абсолютно новые, ни разу не надетые. За шесть отдам, как знатоку своего дела. Нормальному наёмнику должно ходить в нормальной обуви. Это пусть гильдейские бегают в чём попало, гоняют мелочёвку по полям – им можливо. А вампиров, огнелацертов и прочую дрянь убивать кто-то должен» распылялся торгаш.

– «Да уж, польстить ты умеешь. Думаю, что за пять нормальный наёмник будет выполнять свою работу ещё лучше» заявил клиент.

– «А ты любишь поторговаться. Ладно, не в настроении я сегодня цепляться зубами. Плати пять шестьсот, и забирай свою обувку» сказал светловолосый, потирая ладоши.

– «Идёт» махнул рукой покупатель, принявшись рыться в сумке.

Блондин настойчиво предлагал посмотреть ещё каких-нибудь вещей, но Кай был непреклонен. Через некоторое время из влажного подполья вышел обновлённый наёмник. «Что ж… Теперь денег нет, зато при шмотках… Пора бы отнести меч заказчице, стража уже должна успокоиться» он направился по своим делам, оставив подпольный магазин за плечами.

Уже при подходе к мастерской Лофго, стало заметно – нечто случилось. Многострадальная дверь выбита, причём недавно, на полу множество следов обуви. Где-то внутри басили голоса.

Путник, быстро скинув меч под прилавок, направился вглубь.

– «…Ведьма… Тварь… Переломать руки… Да просто убить…» сквозь тонкие стены получалось различать слова. Наконец он ворвался на задний дворик, узрев следующее: толпа здоровых мужиков, вооружённых факелами, молотами, и клещами, обступила высокую тощую фигуру, скрючившуюся под наковальней. Экипировка выдавала в них принадлежность к кузнечному ремеслу, будто все по отмашке сорвались с мест, побросав свои дела. Самый главный из них, владелец громоздких ботинок и промасленных штанов, находился ближе всего к объекту общей ненависти.

Тяжёлая лапа схватила с верстака массивный металлический зажим.

– «Где меч, потаскуха!? Это ты его стянула, я знаю!» рявкнул он, замахнувшись импровизированным оружием. Руку поймал вовремя подскочивший со спины гость, которого никто не ждал. Он встал между дамой и исполинами.

– «День добрый, господа. По какому поводу сбор?» поинтересовался Кай. Мужики переглянулись.

– «Кто бы ты ни был – свали. Это не твоё дело» отмахнулся главный. На лице красовался огромный выжженный давным-давно шрам.

– «Бывает. Так уж вышло, что девушка мне нужна, поэтому давайте мы все мирно разойдёмся… Эх-х... Вы ведь не разойдётесь, да? Тогда кого первым будем увечить?» скалился Кай.

– «Ха, какой самоуверенный! Небось гильдейский, да? Думаешь изобразить из себя героя? Открою секрет, это не книжка, а реальная жизнь. Мы тебя забьём как пса, уходи пока я добрый!» угрожал здоровяк.

– «Мужик. Не глупи. Десять секунд, и тебя тут нет…» без интереса сказал хвостатый.

– «Ты, наверное не понял… Убрался, быстро!» крикнул огромный кузнец, постепенно приближаясь к низкому проходимцу.

Кто-то из присутствующих выкрикнул:

– «Да хватит уже с ним телиться, вмажь и отвалится!», другой поддержал: «Реально!». Один из мужчин, держащих факела, гаркнул, швырнув источник света в коробку с тряпьём под стеной:

– «Пущай горит, так доходчивей!».

– «Ты чё, больной, ведь погорим же все!» отвечали внезапному дебоширу.

Янтарный взгляд сверкнул, весь огонь единовременно погас. Лёгкий дымок, спешно ускользающий вверх по стенам, изумлённые лица.

– «Ах ты ж!» шокировано выпалил главный, отступив на несколько шагов. Ему в глотку вцепились пять костлявых пальцев, с силой сдавив:

– «М-да… Похоже тебе одного раза маловато, чтобы понять, что с огнём играть не стоит…».

Запахло жаренным, кузнец завопил, изо рта пошла горелая кровь, а под острыми пальцами зашкварчала плоть. Вскоре мужик перестал издавать хоть какие-то звуки, бессильно дёргаясь в чудовищной агонии. На объёмной шее остался отвратительный выжженный след. Огненный маг отпустил бедолагу, продолжившего биться на каменистой почве, корча страшные гримасы, и окинул всех присутствующих насмешливым взглядом:

– «А теперь валите. И этот мешок с говном заберите, а то мне придётся его самолично выносить до ближайшей помойки… Кстати, даже не думайте хоть кому-нибудь рассказать об увиденном, я знаю где живёт один из вас, а соответственно знаю где обитает каждый».

Изумлённая толпа застыла, не смея шелохнуться, поэтому приковавший к себе взгляды негодяй, загибая пальцы решил привести мужиков в чувство:

– «…Вон тому тощему выжгу глаза, тебе, лысый косматик, переломаю пальцы на руках, узкоглазому мордовороту вырву челюсть, а ещё…». Трое схватили поверженного кузнеца, после чего, уподобившись остальным, с криком бежали.

На опустевшем дворике остались только девушка и юноша.

– «Жива?» поинтересовался внезапный спаситель, повернувшись к побитой.

– «Угу» буркнула она. Одежда растрёпана, из разбитого носа струится кровь. Дама дрожащим голосом произнесла:

– «Сп… Спасибо», и изо всех четырёх глаз полились слёзы.

Убийца со стажем облокотился спиной о стену, пихнув руки в карманы. Оружейница попыталась вернуть самообладание, однако вместо этого заплакала ещё сильнее. Он достал новую сигарету, и, нисколько не скрываясь, подпалил магией. Средь всхлипываний разрозненно мелькали слова:

– «Почему… Почему меня все ненавидят… Почему хотят смерти… Я же просто хочу жить…». Неожиданный ответ заставил особу, глубоко ушедшую в саму себя, вздрогнуть:

– «Потому что ты другая. Недочеловек, ровно, как и я. Мир несправедлив, и будь полулюдей больше, то уже такие как мы травили бы простых людей».

– «…Просто я не думала… Мне казалось… Я бы никогда не предположила, что мой родной брат будет себя так вести… Ради чего, почему?» она продолжала хлюпать кровоточащим носом.

– «Какая уже разница. Твоя ли вина, или нет… Плевать. Тебе больно, как физически, так и морально. Плачь – дай волю чувствам, не думая ни о чём, так наверное станет легче… Наверное… Блин, не умею я девушек успокаивать…» выдал странник. Девушка опять старалась давить слёзы, но в конечном итоге самозабвенно разрыдалась.

Десять минут горьких сожалений спустя Нитлина сумела прийти в себя. Утерев лицо рукавом она поднялась с земли.

– «Как же всё могло так обернуться…» сухо разлетелся девичий голос. Кай молча взял с земли грязный молот, протянув собеседнице. Та подняла на него глаза полные непонимания.

– «Мне нужны ножны. Поведай всё, что сейчас чувствуешь металлу, а мне можешь рассказать свою историю» бросил он. Кузнец робко приняла орудие труда, а оборванец водрузил на наковальню почти готовое изделие, скинутое во время потасовки. Процесс ковки возобновился.

Несколько секунд, длившихся подобно годам, царила тишина, затем мрачный голос начал неуверенный рассказ:

– «…Я родилась в семье кузнеца на задворках цивилизации. Со старшим братом у нас разные матери. Любовью к кузнечному ремеслу меня заразил папа. Старик, когда я соплячкой была, всегда разрешал с безопасного расстояния наблюдать за работой. Вскоре изначальное любопытство переросло в одержимость. Мне хотелось создавать из холодного металла вещи, способные греть сердце. Звучит пафосно, знаю, но так и есть! Точно не скажу, сколько попыток ушло, чтоб упросить брата обучить меня азам, ведь сам отец наотрез отказывался давать бабе молот в руки. По ночам, утайкой, при свете пылающей печи, я практиковалась. Несколько раз мне крупно влетело за такие уроки, но я продолжала, и старик сдался, закрыв глаза на мои проделки. Годы шли, а навык только рос. Уже в тринадцать лет, когда отца не стало, я без труда могла изготовить подковы для самого крупного бармирога, и взяла курс на оружие. Вскоре я превзошла брата как кузнец, но даже несмотря на это мы продолжали оставаться в хороших отношениях… Или мне просто так казалось… Сейчас, я вижу, что он смотрел на меня не как на друга, коллегу, и поддержку, а как на соперницу, стараясь во всём уесть. Получалось у него так себе. Всё изменилось со смертью мамы. Мне тогда ещё не стукнуло и пятнадцати, поэтому брат взял надо мной опеку. Мы переехали сюда, в Берденбрём…». Четырёхглазая замолкла, внимательно осматривая откованное ребро.

Молот звонко ударил по металлу, а история продолжилась:

– «…Мы оба жили здесь, в этой лачуге. Он стал замкнутым и озлобленным, много пил. Около полугода я одна как-то держала нас на плаву, отковывая всякую копеечную ерунду, которую он продавал под своим именем, ведь у меня бы никто не купил. Однажды я сумела создать необычный боёк для боевого молота. Он отличался повышенной пробивной способностью. В целом ничего особенного, и далеко не революция в оружейном деле. Брат принял эту штуку без энтузиазма, заявив, что она не выстрелит... Но, продажи потихоньку росли, что шокировало как меня, так и его. И вот к нам заявился богатей из Купаллоде, готовый инвестировать немало денег в начинающего кузнеца Матвея Лофго. Брат, недолго думая, согласился, и жизнь преобразилась. Мы переехали в большой особняк, где со временем обустроили шикарные кузни, обзавелись подмастерьями. Но брат озлобился ещё сильней. День и ночь сидел в мастерских, пытаясь придумать хоть что-то, постоянно говорил, что боёк взлетел по чистой случайности, и повторить такое я не сумею... Я сумела. Новая крестовина для двуручников, позволяющая лучше управлять клинком. Мы получили ещё больше денег, и Матвей наконец прочувствовал их на всю катушку. Роскошные часы, дорогие костюмы, высокопарные речи. Он утонул в омуте с головой. Но и этого ему мало. Теперь он начал сильней давить на меня, заставляя продолжать придумывать новые улучшения для оружия под заказ, попутно поливая грязью… Наконец я не выдержала, и мы сильно повздорили. Очень сильно. Я хотела творить, хотела полёта фантазии, пробовать что-то новое, хотела… Я не хотела всемирного признания, а просто не могла больше мириться с этой несправедливостью и нескончаемым потоком унижений… А он хотел денег».

Молот яростно чиркнул по ножнам, высекая искры. Настало время для завершающей части рассказа:

– «Я оказалась на улице, сумев прихватить чутка денежек для старта своего дела. Но эта сволочь начала распускать слухи обо мне, а чёртовы Купаллоде, в которых состоял и он, душили. Все здешние кузнецы понимали с каким соперником имеют дело, поэтому играли нечестно. Были и угрозы, и подлянки, и налёты. А чем всё кончилось ты уже знаешь. Я вновь сделала нечто новое, а мой братец вновь захотел за счёт меня заработать. Вот такая история».

После недолгого затишья Кай выдал:

– «Ясно. Сомневаюсь, что тебе нужен советчик, но я бы на твоём месте свалил подальше из этого города в какую-нибудь деревеньку, где нет Купаллоде».

– «Валить надо, но точно не в деревню. Не знаю куда конкретно податься, поэтому буду двигаться к столице» заявила дама.

– «Чем ближе к столице, тем сильнее влияние Большой Тройки. Неужто не жаждешь покоя? Не хочешь тихой жизни?» спросил он.

– «Нет» дан односложный ответ.

– «Забавно… Кстати, ты не боишься меня? Я же страшный маг огня, как-никак» поинтересовался красно-пепельный.

– «Я не знаю… Ты маг огня, но спас меня, причём дважды, согласился работать со мной, хотя все при виде меня лишь плевались. Могу ли я после такого тебя бояться?» слегка опешила хозяйка.

– «Можешь, при чём очень просто. Я, если и не убил, то сильно покалечил твоего брата. Ты абсолютно не знаешь кто я вообще такой, не представляешь на что способен, даже правдивость имени, которым я назвался, стоит под большим вопросом. А на сотрудничество с тобой я пошёл из… Жажды выгоды? Безысходности? А может из простого интереса? Кто знает...» распылялся гость.

– «Но ты же ведь ничего плохого мне не сделал. А брат… Больше нет сил. Он давно мне стал чужим, и я просто хочу перелистнуть эту страницу своей жизни. Наконец всё закончилось… Думаю, что ты хороший человек, пускай… Пускай и маг огня» улыбнулась девушка.

– «Я даже не человек» отвёл глаза скиталец.

Несколько минут всепоглощающей тишины спустя, Кай внезапно щёлкнул пальцами, бросив:

– «Точно!», после чего скрылся в доме, и вернулся с перемотанным тряпками мечом.

– «Не знаю, какой сейчас в этом смысл, но работу я выполнил» сказал мастер-вор, вручая оружие заказчице.

– «Спасибо, наверное. Положи на верстак, заберу с собой, когда буду сматывать удочки. А вот и награда…» из кармана крепкого кузнечного фартука извлечён прискорбного вида мешочек, внутри которого позвякивали монетки. Кай окинул взглядом побитую собеседницу, разгромленное помещение, и выдал:

– «Бесплатно я не работаю, но, да и в сраку. Оставь себе». Барышня прищурила один глаз:

– «Несмотря на то, что огненный маг, какой-то из тебя хреновый негодяй».

– «Зато отличное чудовище… Короче иди к чёрту, зови как хочешь, мне надоело с тобой пререкаться» выдохнул бродяга.

Наконец последний удар нанесён. Юноша помог оружейнице обернуть ножны заранее заготовленным кожаным чехлом. Дама намертво приклепала петли и кнопки, крупной иглой прошлась по швам. Клиент взял в руки изделие, отпустив комментарий:

– «Да, постаралась ты на славу. Мои прошлые ножны ни в какое сравнение не идут с этими. Так те ещё и по заднице лупили – дай боже, а у этих получились весьма удачные крепления». Ответ не заставил себя ждать:

– «Спасибо за тёплые слова. На самом деле я вдохновлялась восточными образцами. В нашем вчерашнем диалоге тебе не понравилось нижнее крепление, поэтому я решила добавить тыльно-боковое в придачу к двум верхним. Таким образом ты сможешь носить меч не абсолютно вертикально на спине, а немного ближе к горизонтальному положению. Просто мне вспомнились восточные всадники, крепящие мечи полностью горизонтально к поясам, но это не наш выбор, и я решила смешать их методику с методикой Колнсбернской Пехоты, ведь именно они похожие дрыны любят таскать. По идее цепляться за кусты, ветки или стены, ножны не должны, и мешать во время боя не будут. Короче я опять превзошла себя, и можно пускать изделие в серию, вот только никто в здравом уме не станет носить такой меч, поэтому и в соответствующем чехле надобность отпадает».

– «По поводу креплений многого не понял, но, да и не важно… Я могу забирать?» вопрошал хвостатый.

– «Погоди, ещё не всё…» она взяла с верстака небольшой металлический цилиндрик, приставила плоской стороной к изделию, и как следует вдарила по нему молотом. На поверхности отпечаталось круглое клеймо с шестью ломанными линиями по бокам, напоминающее утрированного паучка, внутри которого притаились инициалы кузнеца.

Кай принял ножны, настроил ремень под себя, отрегулировал натяжение креплений, запихал внутрь меч. Фиксирующие лямки переброшены через фальшь-гарду, и закреплены на кнопках. Он покрутился, присел, несколько раз прыгнул, совершил резкий отскок, наклонился, после чего обратился к Нитлине:

– «Идеально. Будто пушинка».

– «Прекрати вертеться, на тебе восемьдесят с лишним килограмм, ещё немного и под ногами земля начнёт дрожать. Как тебя вообще инерцией не сносит?» спросила девушка, отойдя на два шага.

– «Мой секрет прост, я в детстве ел много каши и никогда не пропускал день ног» усмехнулся бродяга.

– «А, если серьёзно?» её не устроил такой ответ.

– «А, если серьёзно, то я безродный получеловек, наделённый множеством черт, не имеющих ни классификации, ни аналогов. Хотя… Есть ребята и покруче, причём их много, и им повезло родиться уже сильными, не приложив для этого и толики стараний» заявил он.

– «Может расскажешь подробнее?» предложила особа.

– «А чё там рассказывать? Всё моё тело сильно отличается от человеческого, хоть на вид и похоже. Оно чертовски жаропрочно. Мышечная ткань перестала расти ещё лет пять назад, достигнув максимально возможного объёма. Вот только, по-прежнему, в результате физических нагрузок я становлюсь сильней, хоть мышцы и не увеличиваются. Странная штука. Кости чутка прочнее людских, регенерация имеет несколько иную скорость и эффективность, да в общем много чего ещё… Но всё это идёт к чёрту, когда есть Мари Бернес, с рождения способная поднять корову одной рукой, Жак Жасьеник, имеющий регенерацию как у чистокровных вампиров, Толь Ников, кожу которого не просто так прозвали каменной, и другие…» проговорил бродяга. Хозяйка призадумалась:

– «Погоди, а у тебя есть вообще какой-то лимит, дальше которого ты раскачаться не можешь?». Собеседник пожал плечами. Она попыталась спросить ещё что-то, но красно-пепельный перебил:

– «Ты вроде из города собиралась сваливать. Думаю, стоит поспешить. Я пока тут с тобой посижу, а потом до поезда провожу, но только сперва начни собираться». Она кивнула.

Двое ещё около получаса провели в разваливающейся лачуге. Дама собрала свой гардероб. Также в рюкзак упакованы наиболее любимые изделия и некоторая кузнечная аппаратура. Она накинула большой походный рюкзак, две набитые сумки через плечо, а за ручку везла малюсенький чемоданчик на колёсиках.

– «Ух… Не, мне помощь ни к чему, сама справлюсь» бросила четырёхглазая.

– «Хах, а я и не предлагаю…» усмехнулся странник, запустив руки в карманы.

Наконец они покинули дряхлое здание, оставив малозначимый скарб в дар бездомным, что вскоре обязательно здесь поселятся. Железнодорожная платформа расположилась ближе к центру города, и идти до туда даже налегке долго. Гружёный кузнец то и дело останавливалась на передышку, один раз даже свалилась под забор, и спутник её оттуда еле вытащил.

– «Хух… Хух… Кха... Может… Слушай, может возьмёшь… Ух бл… Пару сумочек?» запыхавшись, вопрошала потная дева.

– «Какое сегодня прекрасное небо!» вдохновенно восклицал идущий впереди негодяй, выпуская изо рта клубы густого смога.

В общей сумме группа из двух человек добралась до поезда за час. Барышня, отстояв очередь за билетом, наконец скинула багаж, изнурённо плюхнувшись прямо на него, ожидая прибытия паровоза.

– «Ну, что, на столицу?» спросил Кай, присев на корточки рядом.

– «На столицу, на Нерисѝдию…» через силу улыбнулась спутница, погрозив кулаком небесам, после чего обессилено выпала из реальности.

Транспорт не заставил себя долго ждать, обдав всех присутствующих волной серой дымки, исторгаемой четырьмя соплами. Решёток на окнах, листов брони по бокам или иных средств защиты не наблюдалось, из чего скиталец сделал вывод: «…Состав мирный, в Ничейных не был».

Некоторые двери распахнули кондукторы, иные поддались усилию пассажиров. Видимо на состав не хватило персонала, или он где-то отсыпается. Новая партия людей начала грузиться внутрь. Зубоскал всё же помог Нитлине затащить багаж на борт, после чего элегантно откланялся, временно одолжив для данного реверанса потрёпанную шляпу у заснувшего на лавочке мужчины. Она махнула рукой из окошка, прощаясь.

Поезд умчал прочь, оставив на станции странного оборванца и тучного гражданина в бессознательном состоянии.

4-29

Кай перепрыгнул невысокий деревянный забор, протиснулся между домами, и вышел к круглой площадке, раскинувшейся аккурат перед академией магии. Здесь на лавочке, сжимая тросточки сидели два старичка, громко споря о своём.

– «…Ну а если бога нет, то кто всё создал? Каждую веточку, каждый цветочек, каждую букашку… Разве может это сделать неразумная случайность?» восклицал один.

– «Если тебя послушать, то по вине бога и дьявол появился. И зло во всём мире – тоже его идея. Но поскольку бога нет, то любая вещь – есть натуральный ход порядка бытия, подчиняющаяся строгим законам» отвечал другой.

– «Нет никаких законов, кроме законов божьих!» сотрясал кулаком седовласый старик.

– «Имей совесть! Городить такую чушь перед домом знаний – академией магических наук! Истинные законы – законы науки. Не может солнце взойти на западе, а кольчатый червь летать! Всё в науке стройно, и невозможны отхождения от стальных законов, а кто от них отходит – тот сумасшедший! Неграмотный селюк, место которого в хлеву» злобно скалился собеседник.

– «Ваша наука так и не смогла найти объяснение, откуда всё взялось на свете! Вы даже не можете до конца определиться, существуют ли иные миры или нет. А религия даёт всему этому объяснение!» брызгал слюной пожилой человек.

– «Вашими объяснениями только в уборной подтираться! Пока вы закачиваете людям в головы дурь, мы ищем истину! И мы точно её найдём! Нет никакого бога, а вчерашние чудеса – сегодняшние знания. Всё можно разбить на алгоритмы, из всего вычленить правду. Вот она – наука!» рычал другой.

– «Да я…» попытался прокричать спорщик, однако некая женщина окатила их грязной водой из окна со словами: «Да поцелуйтесь уже! Надоели! С утра до вечера ходят и спорят о какой-то хрени. Лучше бы чем-то полезным занялись, плешивые обормоты!».

Тем временем красно-пепельный скинул под густым кустом свой меч и знакомой тропой пробрался на территорию академии. Он вытащил из сумки накидку, что недавно одолжил у одного из учеников сего заведения.

– «Добрый вечер» приветствовал совсем не примечательный индивид прошедшего мимо учителя.

– «Добрый» отвечал мужчина в колпаке.

– «Не подскажете, где сейчас профессор Рубокроф?» спрашивал хвостатый.

– «Третий корпус триста седьмой кабинет. У вас с ним внеурочка?» поинтересовался преподаватель.

– «Угу. Хотелось бы проконсультироваться по поводу продвинутого преобразования» кивнул Кай.

– «Ясно. А из какой вы группы?» продолжал спрашивать учитель. «Чё ж вы все такие любознательные» мелькнуло в голове.

– «Девять ТЕППО Один» отвечал скиталец.

– «Девять ТЕППО? Так это ж моя группа» хлопал глазами мужчина.

– «Да бл…» осёкся собеседник.

– «Что-что, молодой человек?» поправил пенсне учитель.

– «Говорю, хороший вечер Степан Меинхардович» глупо улыбался проходимец, разглядывая именной бейджик человека в остроконечной шляпе.

– «Хороший… Что-то я вас в своей группе не помню» прищурился преподаватель.

– «Ну как же, вы, верно, что-то путаете» начал зубастый юноша: «Возможно, на вас так сказывается недосып, вон какие круги под глазами!».

– «Не больше ваших» отмахнулся Степан.

– «Настолько давно не были дома, что запах академии буквально пропитал вас насквозь» продолжал словоблуд.

– «И то верно» почесал затылок собеседник.

– «Ещё и возня с собаками наверняка выматывает» подметил Кай.

– «С какими собаками? Я собак уже давно даже не видел» недоумевал мужчина.

– «Тогда почему у вас все штаны в собачьей шерсти?» выгнул бровь хвостатый.

– «Э-э» растерялся Степан.

– «И вид какой-то растрёпанный. Рубашка торчит из-под ремня, а на руке след от укуса…» продолжал размышлять красно-пепельный. Он резко замолк, впившись взглядом в собеседника. Тот поступил также.

Учитель и бродяга стояли молча некоторое время.

– «…Не-е, да ты шутишь…» усмехнулся Кай.

– «Стой, я всё могу объяснить!» засуетился учитель.

– «Чёрт, мужик… Собака!? Реально!? Ха-ха-ха» смеялся пройдоха.

– «Ты всё не так понял!» трусливо озирался мужчина, приставив палец к губам.

– «Хорошо, как скажешь… Я не осуждаю: любовь зла – полюбишь и козла. В твоём случае собаку…» пытался взять контроль над своим смехом бродяга.

– «Да не собака это, а получеловек-ферриатум из семейства псовых! Просто у неё кожа покрыта шерстью, и всё!» оправдывался педагог.

– «Получеловек, да? Хех… Даже так, это не отменяет факта, что ты, Степан, уж который день торчишь в академии, где учатся дети. Если верить твоим словам, само собой… А ещё мне интересно, есть ли в педсоставе ферриатумы? Или, может ты, помимо нарушения трудового кодекса, начхал и на учительскую этику? М-м?» выгнул бровь зубоскал.

– «Я…» пискнул мужчина.

– «Накосячил…» продолжил фразу собеседника Кай: «…И тебе за это может крупно влететь. Но все мы цивилизованные люди, и язык нам дан, чтобы договариваться. Ты не видел меня, а я тебя». Двое разошлись миром, будто никогда не встречались…

Гулкий топот тяжёлых берцев эхом разносился по пустым коридорам. Трухлявый запах знаний пропитал здание насквозь. Нэттон Рубокроф нашёлся в большом кабинете, грязные окна которого насквозь пробивали лучи яростного солнца.

– «…О, а вот и ты… Проходи быстрей! Надеюсь, тебя никто не видел» проговорил седовласый ментор, заметив позднего посетителя.

– «Как делишки?» язвительный голос заполнил помещение.

– «Мои – нормально, твои – не очень. Я провёл множество тестов, и результаты неутешительны. Сейчас нам предстоит определить, насколько всё кошмарно, для этого понадобится твоя помощь» отвечал профессор.

– «Невероятно… Ну и что мне нужно делать?» сказал янтарный путник.

– «Мне нужна твоя кровь. Совсем чуть-чуть» Рубокроф показательно шлёпнул по своей ладони.

– «Как нефиг делать» бросил проходимец, снимая перчатку. Он поднёс уродливый палец к не менее уродливым клыкам, и с силой укусил.

– «Вот тебе моя кровь…» ухмылялся Кай, протягивая кровоточащий пальчик собеседнику.

– «Боже, убери от меня эту гадость! Мне от одного вида плохо сделалось… Капни сюда, только не забрызгай весь стол» учитель указал на листочек, исписанный руническим узором.

Красно-пепельный последовал указаниям, капля крови упада прямо в центр своеобразного круга из символов. Мужчина при костюме совершил заученный до автоматизма пасс руками, и символы пронзило тусклое чёрное сияние.

В ходе магического процесса бумага почернела, а потом вовсе обратилась бурлящей тьмой, тут же рассеянной лучами солнца.

– «Ясно. Что ж, четыре варианта отпадают, осталось около трёх. Вирус древний, вероятно в катакомбах каких подцепил. Расскажи, с твоим телом в последнее время ничего странного не происходило? Важна любая мелочь, даже пустяковая» заявил ментор, оторвавшись от проведённого эксперимента.

– «Хм… Всё, говоришь? Вообще ещё в тот раз хотел спросить, но времени не хватило. Я недавно потратил слишком много энергии и ослеп на один глаз. Так где-то неделю полуслепым гонял» рассказывал хвостатый.

– «Обыденное последствие миазматической недостаточности. В норме зрение возвращается через день, но ты, судя по всему, продолжал использовать магию на износ, поэтому срок восстановления увеличился. Сейчас с глазом всё хорошо?» интересовался профессор.

– «Если чёрно-белое зрение и глазное кровотечение – норма, то да» язвил маг огня.

– «Не норма» призадумался собеседник.

– «Учитывая невероятное количество доставленных моно-зрением неприятностей, я должен в результате всей этой возни получить как минимум сверх глаз, позволяющий заглядывать в будущее на несколько секунд…» усмехнулся посетитель.

– «А глаукому не хочешь? Ты в край травмировал глаз. Ещё хоть раз окажешься на грани, и рискуешь ослепнуть насовсем, уже были такие случаи. Но слепота – не самое худшее. Возможных результатов столь вопиющей халатности предостаточно… Так. А ещё какие-нибудь странности?» погрозил пальцем Нэттон.

– «Тогда без понятия. Кошмар сегодня приснился, рассказать?» не пылая энтузиазмом, пожал плечами гость.

– «Валяй» покачал головой учитель, поправляя засученный рукав.

– «Ну, в общем…» начал Кай: «По сути это обычая страшилка. Сначала я случайно убил кое-кого важного для меня, потом меня чуть не убили… А в конце я утонул».

– «Может в результате воздействия болезни твоё сознание начало сбоить? Есть ведь горячечные сны во время лихорадки, когда снится всякая ерунда…» предположил Рубокроф.

– «Хрен знает. Мне всегда подобная чепуха снится» пожал плечами Кай.

– «Всегда? Да уж… А, кого ты в самом начале убил? Расскажи, может это важно» профессор пристально глянул на молодого собеседника.

– «Не хочу» тот отвёл взгляд.

– «А жить хочешь?» седовласый опёрся о стол.

– «Эх… Это личное. В общем я пришёл в какой-то трактир, где встретил Крис… Мы говорили, а потом я своими руками… Случайно… Я… Раздавил ей череп. Будто сырое яйцо. Не знаю как так вышло, пальцы сами…» скиталец нервно поправил ворот рубашки. Последовал ответ:

– «Нехорошо получилось… Ты, это… Не переживай».

– «Я и не переживаю. Она сильная девушка, точно справится с любой напастью. Как бы ещё со мной не справилась» фальшиво усмехнулся посетитель.

Ментор печально улыбнулся:

– «Отличный настрой. Всё будет хорошо. Во всяком случае у неё уж точно, а на твой счёт не уверен. Два варианта отпали. Остаётся последний. Похоже тебя поразила какая-то из разновидностей боевого магического вируса федератов. По идее им может заразиться только человек, лишённый магического Ядра, но из-за проклятья эта погань прицепилась к тебе. Будь ты обычным человеком, то уже давно умер, но миазматическое Ядро сумело немного отсрочить конец. Поскольку боевые магические вирусы давно запрещены, то и лекарства от них почти не осталось, а, если оно есть, то стоит как домик в столице. Но это ещё не всё…».

– «Давай, профессор. Руби до конца» махнул рукой скиталец, получив в ответ: «Я изучил твоё проклять… Аномалию подробней. Это просто катастрофа. Сейчас от неё можно избавиться только одним способом – выполнить её цель. А целью является твоя смерть, так что снять не выйдет. Во всяком случае пока… Давай сперва сконцентрируемся на вирусе, дальше видно будет. Лекарства у меня нет, и я даже не представляю, где искать. У тебя вроде какие-то контакты в МОРе остались, попробуй поспрашивать, может подсобят. Хотя, даже так, лучше не связываться с этим монстром…».

– «Гнетущие перспективы, профессор. В общем-то ничего нового. И из большего дерьма выбирался. Наверное, попробую поворошить осиное гнездо. Если не поможет, то пойду договариваться со старыми друзьями» рассуждал бедолага.

– «Это те самые старые друзья, о которых я подумал? Грейлины? Эх… Не нравятся они мне, честное слово. Я тебе не отец, и на эту роль никогда не стремился, но прислушайся к словам старикана: доверять тем людям – гиблое дело» разохался седовласый.

– «Среди всего этого семейства есть ровно один человек, к которому я испытываю… Нечто навроде доверия? Не знаю… Но он доказал свою надёжность на практике. Поэтому думаю, что все твои опасения излишни. Да и выбор невелик» развёл руками хвостатый. Они замолкли.

В полнейшей тишине Кай подошёл к залитому светом окну, оглядев пустынные территории академии, затем повернулся к собеседнику.

– «Кстати. Ты говорил, что у меня с глазом может произойти нечто похуже слепоты. Например?» поинтересовался он, разминая пальцы.

– «Помню, у одного ученика была схожая с твоей проблема. Так у него из глаза начал расти рог. Натуральный рог, острый такой… А у другого глаз постоянно обрастал кристаллами, царапающими глазницу. Он долгое время их срезал, но затем всё стало очень плохо и пришлось ампутировать» профессор отмахнул от себя неприятные воспоминания.

– «Весело… Ну так… Это… Как жизнь, Нэт?» выдавил из себя молодой посетитель. Ментор заявил:

– «Да ничего. Хорошо, мирно, тихо и спокойно. А у тебя как?».

– «Нормально. По-прежнему ищу ветра в поле» пожал плечами зубоскал.

– «Слушай. Я… На самом деле тебя еле знаю. Хоть мы и знакомы прилично лет, но… Хотя как знакомы. Я просто встал на твою сторону во время той заварушки, подумав, что это верный путь. И до сих пор не знаю, правильно ли я поступил. Мне уже пару лет не снилась та бойня» выдал Рубокроф.

– «…Но ведь по итогу этого мероприятия ты скорее выиграл, нежели проиграл» сказал Кай.

– «Я тебя боюсь» измождённо бросил Рубокроф, плюхнувшись на стул.

– «Ладно тебе. Ты хотел сместить узколобых старпёров из ректората? Они смещены» проговорил бродяга.

– «Но какой ценой!? Я думал, что мы прольём минимум крови, устроив локальный переворот во имя восстановления справедливости, а по итогу… Эти твари закрылись детьми!» с ненавистью ударил кулаком по столу учитель.

– «Эти дети сами с песней шли на убой. К тому же большинство из них достигло шестнадцати лет, то есть по факту были совершеннолетними. Неужели ты хочешь сказать, что в этом возрасте человек по закону может быть отправлен умирать на войну, но не способен отрастить думалку, дабы понимать хоть что-то?» усмехнулся красно-пепельный.

– «Кай… Мы ведь не убийцы?» внезапно поднял взор ментор.

– «Лично я убийца, а ты как хочешь…» развёл руками собеседник.

– «Ясно… Эх-х… Знаешь. Я много думал по поводу резни в Академии Молчаливого Порицания. И пришёл к выводу, что не могу продолжать жить, пока не разберусь с этим. У меня в жизни, спустя столько лет, наконец появилась настоящая любовь, а не расчётная, и я не могу отдаться ей. Не могу спокойно спать, пока эти воспоминания тянут меня назад как якорь. Понимаешь?» печально произнёс седовласый.

– «Я понимаю. Понимаю, что ты недостаточно стараешься…» заявил бродяга.

– «А?» переспросил немолодой волшебник.

– «Если бы ты действительно хотел посвятить всего себя девушке, что любишь, то не рассуждал бы на такие темы. Ночные кошмары, страшные мысли, отсутствие желания жить? Вздор! Неужели ради неё ты не готов, скажем, простить себя, или просто смириться?» изогнул бровь хвостатый.

– «Да пойми ты! Я… Даже закрыв глаза я всё равно вижу! Вижу мальчишку с дырой в груди, усыпанного серым пеплом. Как он с застывшим ужасом в глазах сгорбился под фонтаном, а кровь тонким ручейком стекает по его робе. Вижу, как шрапнель поднимает в воздух кровавую взвесь, что ещё миг назад могла думать и имела будущее. Вижу…» осёкся учитель.

– «Так держи глаза открытыми…» процедил Кай. Собеседник перевёл на него удивлённый взгляд.

– «Если ты видишь тьму, когда закрываешь глаза, а не свою любовь, то хотя бы постарайся держать их всегда открытыми. Не пытайся уснуть, старик» констатировал юноша.

– «От… Открытыми? Хм-м… Не знаю… Может ты и прав. Может я действительно недостаточно стараюсь» призадумался Рубокроф.

– «Ты наконец начинаешь думать? Неплохо… Что ж… Пожалуй оставлю тебя наедине с этими мыслями. Обдумай всё хорошенько» скиталец махнул рукой на прощанье, и покинул помещение.

Кай шёл по главной улице. На его лице расползлась задумчивая гримаса. «Что ж. Позже я попробую написать Камилле, чтоб она поспрашивала в МОРе, сам двину к семейству Грейлинов, у них денег и связей предостаточно, может сумеют помочь. А старик… Оказался не слишком полезен, хотя чем-то подсобил, и на том спасибо. Точно, я ж его за помощь поблагодарить забыл! Ладно. Потом как-нибудь… Как же я не хочу умирать… Чёртов вирус! Хотя, не время унывать. В моём списке целей всего-навсего добавилась парочка пунктов. Сперва избавлюсь от вируса, потом сниму проклятье, а затем наконец… Отыщу родню, и… Разорву своими лапами. Выжгу исполненные ужаса глаза, заставлю страдать… Но сперва разберусь с Габриэлем. Вроде как он своей персоной сегодня должен пожаловать в сей скромный город. Пойду поздороваюсь» раздумывал он.

Незаметно для самого себя ободранный путник вышел на главную площадь, где уже собрался народ. По большей части это были девушки, не обременённые какими-либо заботами в сей вечерний час, несколько лениво слоняющихся наёмников гильдейской наружности, и пожилые люди, которым за радость посмотреть хоть на что-то, помимо улицы за окном. «Видимо народу больше не станет. Прекрасно – лишние зрители тут ни к чему» промелькнула мысль. Кай тихо прошёлся средь жиденькой толпы, заняв место в первых рядах, и представление началось.

От подворотни со стороны вокзала неспеша шагала группа из пяти человек. Трое облачены в накидки, скрывающие лица, на портупеях болтаются короткие мечи, за спинами арбалеты. Ещё один, исполин каких поискать надо, нацепил полный набор тяжёлых доспехов, а громадную алебарду с толстенным обухом лихо закинул на плечо. Шлем гиганта украшала свежая вмятина. Всю процессию возглавляет невысокий блондин, чей юный лик заставил присутствующих дам оживиться. На поясе закреплён полуторник с расширенным лезвием, глухие сапоги до колен, длинный гамбезон, усеян вставками и клёпками, а поверх накинут ослепительно белый плащ.

Блондин, что-то сказал своим товарищам, погрозил пальцем здоровяку, а затем приветственно махнул рукой собранию разномастных барышень и простых зевак. Процессия продолжала движение под благоговейными взорами, пока им не перекрыл дорогу бродяга, столь нахально вышедший из толпы.

– «Приветствую Габриэля Тѐншлитца самого молодого паладина в истории Церкви Белой Звезды, героя всего, чего только можно, народного любимчика, а по совместительству моего самого лучшего друга» Кай грациозно поклонился опешившим гостям данного городка. Толпа замолкла.

– «Какие люди! Вернее, полулюди. Ка̀йризе Кастлха̀узер – беспринципный убийца, жестокий психопат, безродный бродяга, озлобленный на всё живое маг огня, и прочее, и прочее… Тебе ли не знать, что друзья из нас вышли паршивые» отвечал блондин. Он жестом приказал было сорвавшемуся здоровяку, оставаться на месте, ровно, как и всему отряду, а сам двинул навстречу внезапному собеседнику. Люд расступился от греха подальше.

– «М-да… Видимо сарказм ты не понимаешь… Но тебе простительно, ты ж ведь у нас парень недалёкий, кроме своей бело-звёздной истории и не знаешь ничего» усмехнулся красно-пепельный.

– «Глупо смеяться над чьими-то идеалами, но тебе не привыкать, ведь ты самое настоящее чудовище» парировал светлый воитель, застыв в пяти метрах напротив зубоскала.

– «Ну да, я чудовище, ты скудоумный. Что дальше? Обнимемся?» шмыгнул носом оборванец.

– «А то, что паладины истребляют чудовищ… Тебе не знакомо сострадание, ты никогда никого не любил, кроме одного лишь себя. Не испытываешь боль. Самомнителен и глуп, ты не отличаешь добра ото зла, не понимаешь, что нельзя лить кровь ближних своих…» громко заявил Габриэль.

– «Сказал тот, кто собирается меня замочить. Забавно…» прищурился хвостатый проходимец.

– «А ты и не ближний мне вовсе… Больше нет… Ты враг божий, и враг мой. А таких победить – дело правое, ведь нет места в звёздном царстве ублюдкам, что сеют лишь хаос и боль. За тобой всегда тянется след из обгорелых судеб» разглагольствовал Габриэль.

– «О нет! Не может быть! Ты открыл мне глаза на мои грехи! Я навсегда отрекусь от своего греховного пути, и бла-бла-бла… Мне твой бог и правда даром не всрались. Их скорее всего вообще нет» проговорил скиталец.

– «Они существуют, и тебе не уничтожить основу миропорядка! Не убить бессмертную истину!» крикнул паладин.

– «Как же ты дорожишь своими фантиками… А ведь однажды мне уже удалось уничтожить нечто дорогое для тебя. Помнишь некую… Арлет? Не помнишь? Могу напомнить, где гниёт труп этой безмозглой суки. О, насколько же она была тупа. Сразу видно – вы два яблока с одной яблони» язвил хвостатый. Светлый воитель на несколько секунд выпал из реальности, затем прекрасный лик изуродовала ярость:

– «Ты не имеешь права даже произносить её имя… Ты не смеешь, псина, слышишь меня!?». Язвительная ухмылка заострилась, превратившись в звериный оскал, глаза загорелись янтарём.

– «Мне плевать на право, Габи. У меня есть возможность. Не нравится, что я говорю? Так попробуй заткнуть» процедил сквозь зубы Кай, извлекая из ножен окровавленный кусок стали.

– «С превеликим удовольствием» бросил блондин.

Рывок! Кай стремглав сократил расстояние, но противник успел рявкнуть заклинание, и окруживший его эфемерный щит сдержал мощнейший удар. Серые очи прекрасного юноши сияли чистейшей белизной. С древней брусчатки поднялась пыль, монструозный меч, сжимаемый костлявыми лапами, даже царапины не оставил на барьере.

– «Слабовато» выдал Габриэль, позволив злостному провокатору отступить на несколько шагов. Тот быстро собрался, зарядив волной огня, дабы закрыть обзор блондинистому мечнику, после чего рубанул по прозрачному оберегающему заклинанию. Затем ещё, и ещё, ещё… Пузырь просел, камень под ним раскрошился от прилагаемых усилий. Красно-пепельный попытался просунуть металлическое надгробие под щит в образовавшуюся щель, однако паладин, с криком:

– «Не так быстро!» бросил в лицо врагу горстью некой пыли из поясного мешочка.

Кай прикрыл глаза, однако слишком поздно задержал дыхание. Тонкий нюх поразила невыносимая боль. Будто миллиарды толстых игл, поочерёдно вонзаются в плоть. Он, хрипя, упал на колени, схватившись за голову.

– «Корица и перец. Работает безотказно. Всегда ношу на случай встречи с тобой, чудовище» произнёс паладин, без интереса осматривая свои перчатки. Красно-пепельный судорожно тёр нос, но это лишь усиливало нестерпимую боль.

– «Как же ты жалок. Каким слабаком был, таким и остался. Давай, я подожду – нет правды в убийстве беспомощного врага» бросил Габриэль.

Мигом позже в щит-пузырь влетел крошечный язычок пламени, обратившийся чудовищным взрывом. Фрагменты мостовой разлетелись по сторонам, разя стоящих слишком близко зевак. Когда пыль осела, стало очевидно – щит цел. Из расцарапанного носа струилась кровь, а бледное лицо украшал пугающий оскал. Габриэль присвистнул:

– «Что это было? Магия? Давай я тебе покажу настоящую магию!».

Светлый воин, безмятежно стоя на одном месте, направил руку в сторону противника, прочитав заклинание. Кай увернулся от хлёсткой молнии, вырвавшейся с кончиков пальцев, кое-как избежал второй, не заставившей себя ждать, а потом вынужден был уклонятся от нескончаемого потока смертельного электричества, пронзающего воздух. Толпа уже давно разбежалась, наблюдая за схваткой с приличного расстояния. Отскок, янтарные глаза сверкнули, над барьером разлетелась россыпь огненных искр, обратившихся взрывом. Но и эта атака оказалась бесполезна. Становилось всё жарче.

Габриэль обеими руками исполнил грубый пас, и гигантская шаровая молния материализовалась над полем боя, обрушившись на голову огненного дебошира. Длинные волосы поднялись от бешенной статики. Тот, выскочил из-под гарантированной смерти. За этим последовала хлёсткая молния, от которой кое-как удалось увернуться. Однако смертоносное электричество рассекло часть рубашки красно-пепельного. Во время падения Кай окончательно дорвал элегантный элемент одежды, оставшись с оголённым торсом. Он скинул пальто от греха подальше, и продолжил бой, тяжело дыша, заряжая новый взрыв.

Крепкое, но всё равно тощее тело проходимца сплошь иссечено шрамами. Уродливый след от тяжёлого клинка проходит по груди, на которой покоится плоский как монета потёртый медальон. Левый бок украшают пять или шесть широких шрамов, оставленных клыками, когтями, и мечами. По всему телу ещё много свидетельств былых битв.

Магический барьер легко принял новый удар громоздким мечом. Небо заволокли тучи, и начал накрапывать дождь. Наэлектризованные капли испарялись с раскалённого камня, поднимая клубы пара. Кай устроил очередной взрыв. С уголка рта зажурчала алая полоска. Бой продолжался.

Янтарный колдун сотворил ещё одно заклинание, уйдя от сокрушающих молний: шершавая рука, трясясь, прошла от начала до острия истерзанного лезвия, покрывая его огнём. Он рванул вперёд, избегая электрических вспышек. За мечом в воздухе оставался шлейф из бушующего пламени и искр.

Очередная сокрушающая атака по эфемерному пузырю продолжилась серией яростных взмахов, чертящих пространство яркими полосами. Вены на уродливых лапах и всём остальном теле ярко сияли янтарём. Белый воин решился контратаковать магией, но оборванец уклонился, произведя следующий удар.

Светлый волшебник развёл руки в стороны, выкрикнув заклинание. Кай слишком поздно дистанцировался, получив разряд от разошедшейся во все стороны вокруг щита электрической волны. Внезапная вспышка света ослепила его, и янтарный глаз лишь в последний миг заметил стремительный замах мечом подскочившего Габриэля. Отскок, блондин продолжает прессовать, однако его осаждает запущенный из последних сил взрыв, поднявший клубы пара, снизившего видимость до нуля.

Очи застывшего на месте воина в обносках расширились, мозг пронзила боль, равной которой он до этого не испытывал. В груди будто нечто лопнуло. Магическое пламя на мече потухло. Изо рта и глаз хлынула кровь, пальцы вцепились в локоны волос, выдирая их от бессильной агонии. Разум полнился образами. Бесконечный поток ничего, с гулким звоном переливается в материю. Все запахи мира единовременно сокрушили мозг. Дышать просто невозможно. Сквозь сжавшиеся клыки просачивалась кровь, которой в организме стало заметно меньше.

Фыркая и хрипя, зубастый юноша стоял посреди гряд влажной дымки. Смерть вальяжно подходила всё ближе. Через силу ему удалось вновь начать думать: «Нет. Не сейчас… Раздирает на куски! Рано! БОЛЬНО! Ненавижу! Р-а-а-р-г-х… Сука! А-а-а-а! Убью… Убью его… Мне рано умирать. Рано! Рано! Рано! Я не хочу! Нет! Не здесь и не сейчас! Сейчас бой, в котором я не могу проиграть!». Болезненной конвульсией Кай отбил контроль над телом у агонии, и вздохнул. Один единственный вздох, будто первый в его жизни, наполненный запахом свежего наэлектризованного воздуха, корицы, и гари. Шаг, тяжело дыша схватился за грудь. Сдавленный стон. В груди вновь начал работать тонкий бесплотный механизм.

Под ногой резко рванувшего Кая хрустнула каменная крошка. Прорвавшись сквозь завесу тумана, он налетел на противника, разъярённо атаковав. Чудовищный оскал мелькнул в испуганном взгляде Габриэля, и снаружи по пузырю пришёлся удар, заставивший всё в радиусе нескольких метров содрогнуться. Удар, подобный взрыву. Он оставил на поверхности оберегающего заклинания расползающуюся трещину, а следующая атака пробила брешь в обороне блондина, вынудив отступить.

– «Ха… Неплохо, ты сумел немного поломать мой щит. Я хотел тебя сокрушить вообще не напрягаясь, но теперь придётся стать чуть серьёзней, буквально на одно заклинание» проговорил паладин, без каких-либо трудностей устранив пробоину. Ослепительно-белый блеск глаз, с уст срывается длинное заклинание, пока скиталец сокращает дистанцию.

– «Знаешь, почему меня называют Светлым Вихрем?» усмехнулся белый воитель, завершая колдовство.

Кай уклонился от нескольких потоков воздуха, резко устремившихся в его сторону, но он не ожидал, что эти самые потоки довернут, и достигнут-таки цели. Сапоги теряют контакт с землёй. Ощущение невесомости во всём теле.

Внезапно подкинутого на несколько метров вверх индивида, мощно припечатало о землю. Он пролежал на животе несколько секунд, не имея возможности даже шелохнуться. Тело очень доходчиво давало понять – тут уже не пять и даже не шесть переломов. Из правой руки торчала кость. Огонь ненависти разгорался тем сильней, чем больнее становилось.

– «Ну вот и всё. С тобой покончено, монстр» удовлетворённо выдохнул Габриэль. Тучи потихоньку начали расходиться. Кай лежал лицом в луже, грязный и изорванный…

На лице болезненной судорогой ощерилась клыкастая пасть. Трудно конкретно сказать язвительная усмешка ли это или гримаса боли и ярости. Понятно лишь одно – на фоне нечеловеческого оскала черты лица затерялись, и заметны лишь пылающие очи…

Сперва от земли оторвалась голова, затем корпус. Пошатываясь и изнемогая от кровопотери, поверженное чудовище встало. Левая рука сжимала гротескный меч, раздробленная правая безжизненно повисла, ноги полусогнуты, волосы растрепались, а по вывороченной брусчатке стелился хвост. Двухметровый шнур, покрытый жёсткими красно-пепельными волосками со вьющейся кисточкой на конце, являющийся логическим продолжением копчика.

Медленно ступая, чудовище приближалось к остолбеневшему противнику. Вдох, рывок, замах. Стальное надгробие со свистом рвёт воздух. Удар. Щит-пузырь остаётся абсолютно цел. Кай пытается перевести атаку в новый замах, но холодный полуторник Габриэля оказывается быстрее.

Могильная плита валится наземь. Янтарные очи впились в кровоточащий обрубок, оставшийся от руки. Кисть и часть предплечья отсутствуют. Не обращая внимания на боль, он продолжает атаковать, жалко ударив сломанной лапой по барьеру. Та хрустнула, а кость выступила ещё сильнее.

Светлый воитель лёгким толчком в грудь повалил соперника.

– «Меня всегда удивляла твоя живучесть… И как ты до сих пор жив?» Габриэль, скинув щит, подошёл к поверженному врагу. Тот, превозмогая смерть, поднял руку, вцепившись в штанину победителя. Удар тяжёлым сапогом пришёлся в сломанную грудь, затем по лицу, и в бок, но костлявые пальцы не отпустили, выдрав кусок штанины паладина.

– «Вот же ж! Даже на пороге смерти чудовище продолжает быть чудовищем… Ты побеждён, унижен, и изувечен… Есть, что сказать?» спросил паладин, наступив на кровоточащую конечность, дабы собеседник не умер раньше времени. Он купался в блеске закатных лучей, прорвавшихся сквозь мрачные тучи, величественно нависая над янтарным скитальцем.

– «Пошёл… Нах*й…» с дьявольским оскалом на лице, усмехнулся Кай, валяющийся в мерцании мрачных огней. Светлый воитель избежал внезапного укуса убрав ногу с обрубка руки врага, и провёл финальный удар сапогом по голове. Глаза окончательно заволокла чёрная пелена.

4-30

Лёгкий мороз пробежал по коже. Кай открыл глаза. Перед взором тянется бесконечное чёрное пространство. Тишина. Он лежит на поверхности мирного океана.

– «Я проиграл. Опять» его слова тонут в глухой тишине.

– «Он оказался в разы сильнее меня» костлявые пальцы омывает холодная вода.

– «Сокрушающая разница, не так ли?» тихо усмехнулся юноша.

– «А ведь когда-то я был сильнее» бросил он.

– «А ведь когда-то мы были друзьями…» шёпот заглох где-то глубоко внутри.

– «Но из-за моего выбора теперь нас объединяет только взаимная ненависть… Выборы… Ну и куда они меня привели?» вздохнул Кай.

На горячие плечи легли холодные руки, и начали медленно утягивать вглубь.

– «М? А, это ты…» безразлично констатировал он. Лицо почти полностью ушло под воду.

– «Тут так спокойно…» сорвалось с губ.

– «Спокойно…» повторил красно-пепельный, скрывшись под водой.

Лёгкие потихоньку заполняла жидкость, а мысли тускнели. Безвольное тело погружалось всё глубже в пучину тьмы.

– «Значит вот так выглядит… Забвение?» мелькнуло в голове.

– «Забве… Стоп. В смысле забвение? Я не хочу забвения, я же ещё живой!» внезапно пришёл в себя бродяга, начав судорожно размахивать руками. Холодная вода превратилась в чёрную тухло смердящую жижу.

– «Я же ещё не умер! Я живой! Отцепись!» воскликнул Кай, но голос поглотил океан. Тело обвили длинные чёрные волосы, а тонкие руки продолжали тянуть на дно с необычайной силой.

– «Хватит! Мне не нужен покой, мне не нужен сон!» пытался вырваться он.

– «Там наверху вольный ветер, километры дорог, закаты и рассветы, друзья и враги! Неужели ты хочешь меня всего этого лишить!?» внезапно в груди воспылал гнев, быстро распространившийся по телу. Красно-пепельный до боли сжал клыки, сжигая оплетающие его волосы.

– «Как ты лишил меня всего, так и я не оставлю тебе ничего…» прошипел на ухо тонкий женский голосок.

– «Я сожгу и разрушу всё, что стоит между мной и жизнью!» ревел скиталец, миллиметр за миллиметром приближаясь к поверхности.

– «Сожги себя, чудовище!» треск пламени, окутавшего тела, сложился фразой. Разум кольнула боль, а огонь непослушно лягнулся.

– «Не сейчас!» рявкнул огненный маг, взяв контроль над своим пламенем.

Наконец Кай смог выбраться из пучины, совершив столь вожделенный вдох. Чёрное море более не являлось спокойным. Поднялся шторм. Бурлящие волны мешались с огнём, накрывая бродягу.

– «Я буду жить!» прохрипел он, окончательно сорвав с кожи женские пальцы. Затем огненному магу кое-как удалось забраться на поверхность океана, неуверенно встав. Из бушующей бездны вышел тонкий женский силуэт с длинными чёрными волосами, по которым струилась светлая кровь.

– «Свали на дно, победа за мной!» зубастый юноша пытался отдышаться.

– «Нет, пока мы в твоей памяти» злобно усмехнулась сущность на манер красно-пепельного, а затем из водной глади поднялась несметная орда обезличенных силуэтов.

– «Ты не сможешь всегда ненавидеть, трус. Не сможешь всегда бежать. И сладкая ярость тебя больше не спасёт» произнёс длинноволосый силуэт.

– «Молчать!» толи прорычал, толи прошипел Кай, заливая всё окружающее пространство пламенем. Огонь больше не смел ослушаться своего хозяина, послушно испепеляя всё вокруг.

Вскоре хвостатый остался наедине с жаром, пожирающим пространство. Сознание постепенно искажалось, а границы причудливого мира размывались…

Красно-пепельный разомкнул веки. Мутная пелена потихоньку спала, а колокольный перезвон внутри черепа стих.

– «Проснулся-таки? Жаль…» послышался женский голос поблизости. Он осмотрелся, найдя себя на кровати в углу небогатой комнатки с зашторенными окнами. Метрах в трёх на стуле сидела девушка, которая некогда его крупно подставила, а сейчас, предположительно, является пассией Рубокрофа.

– «Я тебя чудом с того света вытащила, хотя очень не хотела… Но отказать Нэту не смогла» продолжала она. Кай окинул взглядом левую руку. Чуть выше того места, где выгоревшая плоть неравномерным узором переходит в нормальную человеческую кожу, красовался огромный шрам-шов. В целом список шрамов пополнился несколькими свежими, а весь торс сплошь усеян уродливыми следами от электрических разрядов, и укутан тканевыми повязками.

Раненный приподнялся на локте, облокотившись о спинку кровати.

– «Я жив?» вопрошал он.

– «Увы. Лучше бы тебя добил Светлый Вихрь» отвечала барышня.

– «Ты с кем там разго…» внезапно в помещение вошёл седовласый ментор собственной персоной.

– «Привет, профессор. Слушай, может объяснишь, что происходит, а то я решительно ничего не понимаю» вяло махнул единственной рабочей рукой раненный воитель, завалившись вбок.

– «Кай!? Я уж думал, что ты не очнёшься… Ты сейчас у меня дома, а за окном тебя ищет толпа разгневанных людей, чтобы сжечь» сказал мужчина, жестом попросив девушку удалиться.

– «Ясно. Хотел бы я посмотреть, как эти гении мысли будут пытаться спалить огнеупорное создание… Хотя нет, не хотел бы. Где Габриэль?» поинтересовался красно-пепельный.

– «Дорогой мой, пускай и бывший, но всё же ученик… Ты совсем с головой не дружишь!? Ты зачем со Светлым Вихрем драку затеял? У тебя ведь не было и шанса, даже я его вряд ли смогу победить!» вспылил Нэттон.

– «Я начал драку, чтобы победить, но что-то пошло не по плану…» усмехнулся зубоскал.

– «Угу, настолько не по плану, что нам с Сашкой пришлось тебя по кусочкам собирать! Всё было настолько критично, что впопыхах даже руку сперва не той стороной пришили… А потом ещё два дня без сознания провалялся. Ты хоть её поблагодарил?» измождённо покачал головой Рубокроф.

– «Нет, ещё не успел… Кстати, рука вообще не ворочается, так должно быть?» потихоньку оживал янтарный индивид.

– «С учётом того, что тебе её напрочь оторвали, она лежала в грязи некоторое время, а Саша, хоть и не слабая, но всё же не самая сильная волшебница, да. Со временем всё должно прийти в норму… Ну, насколько выжженную конечность вообще можно назвать нормой» немолодой человек поправил очки.

– «А как так получилось, что меня не добили?» прокряхтел больной, бросив весьма болезненные попытки сжать ладонь в кулак.

– «Габриэль решил не доводить дело до конца, оставив твоё тело на волю случая. Я так понял, что это своеобразная демонстрация превосходства. Народ со столь возвышенными материями не знаком, поэтому решил тебя по-быстрому прикончить, когда Вихрь скрылся за поворотом, но тут появился я, возвращающийся с работы… В общем я спас разыскиваемого преступника, за которым теперь ведёт охоту весь город. Чёрт, а мне здесь нравилось» учитель замолк.

Двое просидели молча несколько секунд, и наконец спасённый выдал:

– «Спасибо. За всё».

– «Пожалуйста. Сам не знаю, зачем я опять втянул себя в неприятности. Похоже мне просто необходим какой-то риск» пожал плечами профессор.

– «А где сейчас этот напыщенный болван?» спросил скиталец.

– «Светлый Вихрь? Уже закончил все свои дела и умчал из города. Я понимаю, что ты непременно попытаешься вернуть ему должок, но давай не прямо сейчас, а то в следующий раз я тебя от брусчатки уже не отскоблю» заявил седовласый.

– «Хорошо. Мне в любом случае сперва надо стать сильнее» выдохнул Кай.

– «И что же ты планируешь делать?» удивился ментор.

– «Вылечусь от вируса, потом сниму проклятье. Думаю, этого времени мне хватит, чтобы стать сильнее как минимум физически, а вот с магией возникнут проблемы…» рассуждал оборванец, почёсывая подбородок кисточкой хвоста.

– «Будешь бегать с бревном по утрам и пить гоголь-моголь?» улыбнулся Нэттон.

– «Буду бегать с куском бордюра по утрам и пить гоголь-моголь…» кивнул гость сего дома.

– «Угу… А с пользой тренироваться ты как будешь?» интересовался учитель.

– «А вот хрен знает. Учебников по огненной магии, увы, не существует очень давно, сама стихия под всеобщим негласным запретом. Закроем глаза на то, что рунические её проявления, такие как горячая вода в домах, взрывные стрелы, кулинарные плиты, и прочие, вполне себе одобряются… Наверное стоит сгонять в Аль-Добат. Вроде как там сейчас больше всего огненных колдуний, поэтому шанс чему-то обучиться повышается. А то наощупь придумывать всякие заклинания трудновато, согласись... Но это всё в далёком будущем, сейчас о насущном: ты случайно не прихватил мои вещички?» разглагольствовал зубоскал.

Рубокроф покачал головой:

– «Твоё счастье, что я хорошо владею магией тверди… Все вещи лежат в соседней комнате, но я б советовал присмотреть меч полегче».

– «Замечательно» бросил Кай, сев на угол кровати.

– «Погоди-ка… Замри» мужчина аккуратно оттянул его веко, рассматривая левый глаз.

– «Значит всё-таки добил глаз. Посмотри сюда, а теперь сюда. Закрой второй. Сколько пальцев показываю? Ясно… Ты, молодой человек, видимо плохо слушал, когда я тебе сказал, что нельзя больше колдовать на износ. Учитывая, насколько разгромлена главная площадь, на энергию ты не скупился…» констатировал учитель.

– «Чёрт… Я вроде всё вижу, как и было: один глаз чёрно-белый, второй нормальный. Что случилось?» спросил неудачливый воитель.

– «Доколдовался ты. У тебя белок весь покраснел. А ну-ка, сейчас попробую одну штуку» пробубнил седовласый, взяв со стола лампу. Он поднёс её к лицу подопытного, и зрачки-плюсики мгновенно обратились малюсенькими точками.

– «Плохие новости, покраснение не пропадает. Есть предположение конкретно после какого заклинания оно появилось?» седой обратился к бедолаге. Тот, подумав, выдал:

– «Если только после взрыва, когда я словил миазматический ноль… А может из-за той ослепляющей вспышки…». Мужчина покачал головой:

– «Ты пережил миазматический ноль?», получив в ответ: «Ну да». Он хлопнул в ладоши:

– «С чего ты взял? Опиши ощущения».

– «Адская головная боль, но это норма для миазматической недостаточности, в груди будто стеклянный шарик лопнул, а уши наполнились треском. Я вообще не мог думать некоторое время. Может минуту, может и час – ощущение времени на этот момент я потерял. Лёгкие обжигало, еле сумел вздохнуть. Кровь хлестала отовсюду. Вроде всё» закончил перечислять хвостатый.

– «Кай. После нуля возвращаются процентов тридцать магов, а своими силами вообще единицы. Считай это подарком судьбы… Хоть и немного, но зная тебя, хочу заметить, что допускать повторный ноль – чревато. Шанс выжить повышается с каждым нулём, но он всё равно чудовищно мал» проговорил ментор.

– «Сомневаюсь, что это заслуга судьбы, ведь если она есть, то точно не на моей стороне… Ну да ладно. Слушай, а где у вас тут ванная. Просто я, как ты сказал, два дня провалялся в бессознательном состоянии, и мне критически необходимо припудрить носик» сказал бродяга.

– «Первая дверь налево. Там ещё за углом твоё барахло сложено. В том числе штаны» мужчина помог раненному подняться…

Кай застыл перед зеркалом в ванной, разглядывая глаз. «Дьявол… Надеюсь это не навсегда. Выглядит просто ужасно» раздумывал красноглазый. Внезапно сжавшийся кулак, легко, чтобы не сломать, вдарил по раковине, от чего та дрогнула: «…Я проиграл! Проиграл. Опять…».

– «Что за грохот? У тебя там всё в порядке?» кричал профессор за дверью.

– «Да…» отвечал гость, выходя из комнатки: «…Не знаешь, чё мне с глазом делать?».

– «Ну, во-первых сейчас надо провести первичный осмотр. Ты был на миазматическом нуле, и твоё тело могло спокойно претерпеть структурные изменения любого рода. Плюс в самом ядре могли произойти какие-то изменения. Давай за мной, в кабинет» жестом пригласил седовласый.

Пострадавший натянул носки и брюки, проследовав за Рубокрофом.

– «Сейчас попробуй использовать магию» скомандовал седой ментор. Огненный колдун, расположившийся на табуретке, щёлкнул пальцами, глаза вспыхнули, и в воздух поднялась одинокая искорка.

– «Достаточно?» спросил он, получив вопрос в качестве ответа: «Сотворение заклинания не вызвало никаких трудностей?».

– «Да вроде нет» прикинул бродяга, ещё раз щёлкнув для уверенности.

– «Отлично. Кстати, а зачем ты щёлкаешь? Для Безмолвно-Антикинетического метода в этом нет нужды» поинтересовался профессор, выводя на бумажке какие-то символы.

– «Слишком много чести для столь незначительного заклинанья поджаривать мозги Хаотиком. Это простейшая Динамика. Жест свой, ибо в таблице незабвенной мадмуазели Фалго на огненную магию жестов нет» проговорил Кай.

– «Понятно. Значит так: сейчас попытаюсь понять, что у тебя с глазом – финальная стадия глаукомы, какая-то магическая проблема, или простое перенапряжение» Рубокроф опять выдернул у подопытного волос из головы, и, положив в центр круга, начерченного на обрывке газетки, пропустил через руны энергию.

Когда процесс колдовства был окончен, старый волшебник, созерцая теневой пепел, оставшийся от бумаги, заявил:

– «Плохо. Здесь замешана магия. Покраснение белка скоро должно пройти, но вот вся проблема в том, что красный цвет – лишь следствие. Причина – символ, прорезавшийся на глазу во время нуля. Такое бывает. Дочка одной моей подруги, например, довела глаз прям как ты, и у неё прорезался… Ты не поверишь… Циферблат! Реально работающий циферблат со стрелками прямо на глазу! Обычно символы в цвет зрачка, если тебя это волнует…».

– «Какой ещё, сука, символ!? Нахрен он мне!? Ты можешь свети?» переполошился юноша.

– «А вот надо было прислушаться к словам старика, и не колдовать на износ… Увы, но я могу только дать зелье, чтоб покраснение быстрей прошло, и символ проявился. Даже самый опытный маг жизни не сумеет свести такую штуку, сохранив при этом зрение» ментор взял с полки маленькую бутылочку, засыпав в неё некий чёрный порошок.

– «Умопомрачительно!» выдохнул проходимец.

– «Ты же вроде хотел магический глаз, способный видеть будущее? Вот и будешь ходить с портативным циферблатом… Ха-ха… А, если серьёзно, то у тебя, итак, глаза необычные, поэтому символ не будет слишком сильно выделяться. Наверное. Они же светятся во время эмоционально нестабильного состояния, и при применении магии, да? Мерцают во мраке, у-у-у… Теперь ещё и показывать время будут… Ха-ха… Ладно-ладно, извини. Нагрей бутылёк, пожалуйста» Нэттон протянул ему колбочку.

– «Харэ ржать… Я же просто пошутил, мне абсолютно не нужен какой-нить чудо-глаз. Мне мои нравятся» гость схватил стекляшку, очи засияли, и от порошочка пошёл прозрачный дымок. Ментор добавил в гремучую смесь мерзко пахнущее масло, размешал деревянной щепочкой, оторванной от разваливающегося шкафа, после чего прочитал заклятье. Пациент залпом выпил зелье, поморщившись от горечи.

– «Мерзость» отпустил он комментарий.

Кай поинтересовался:

– «Профессор, не найдётся лишней рубашки? Моя сгорела в бою, а денег на новую нет».

– «Лучше не бродить по всяким магазинам в этот час. За тобой давно охотится Церковь, с момента той самой резни. Теперь она ищет тебя под личиной Печкинского Убийцы, плюс вся городская стража. Ты поменьше меня будешь, но одёжку подобрать сумеем» отвечал хозяин дома. Он, покопавшись в гардеробе, предложил замену утраченному элементу одежды. Цвет был схож с расцветкой предыдущей рубашки… Она в целом хорошо села навыпуск, однако оказалась слишком длинна, чтобы заправлять в брюки. Впрочем, новый владелец и не намеревался ничего заправлять.

– «А почему ты выбираешь именно рубашки? В наёмничьем ремесле практичней использовать футболки, майки и прочее» задался вопросом Нэттон.

– «Нравится, как выглядит. Хочешь – называй стилем» отвечал скиталец, накидывая драное пальтишко.

Молодой и старый маги переглянулись.

– «Пора» заявил красно-пепельный. По пути на крыльцо он бросил собирающей чемоданы барышне:

– «Благодарствую за лечение», получив презрительный взгляд.

Двое застыли на крыльце, сильно возвышающемся над грязной изнанкой благородных фасадов. Моросил мелкий дождик.

– «Куда дальше, профессор?» оборванец закурил.

– «Я не знаю. Подальше от МОРа, Церкви, Купаллоде, и прочих. Может в деревню. Я уже стар, хоть и выгляжу моложе своих лет. Хотя Саше там делать нечего. Она молода, и ей с дедами, да бабками ошиваться должно быть в тяжесть. Да чего греха таить, мне туда тоже рановато. Пускай я этого и не признаю, но старый зад всё ищет приключений. Сколько лет не проходит, а я по-прежнему так ничему не научился, и ничего не понял…» распылялся седовласый.

– «Мы все боремся со скукой, проедающей разум, приводящей к стагнации и убивающей. Не знаю, есть ли у тебя хоть какая-то цель в жизни, но как по мне можно жить и без. Тут стоит определиться, что для тебя важнее – сама цель, или путь до неё» раздумывал собеседник.

– «А что важнее для тебя?» спросил учитель.

– «Хрен знает. Путь, наверное. Он, увы, конечен. Поэтому стоит ловить каждый миг. Найти те крохи, ради которых ты готов им идти, что ли…» заявил хвостатый.

– «Ясно. А я не знаю. Я просто не знаю… Тучи рассеиваются. Кажется, скоро конец…» грустно улыбнулся Рубокроф.

– «Где конец, там непременно начало… Что ж. Ещё раз спасибо за всё. Но теперь пора прощаться, профессор. Мы обязательно ещё встретимся» кивнул красно-пепельный протягивая руку. Мужчина пожал её, сказав:

– «Несомненно». Оборванец спрыгнул с крыльца, окольными тропами направившись к вокзалу.

По пути Кай стал свидетелем множества жестоких сцен. Город будто сошёл с ума из-за появления огненного мага: одни люди толпились на площадях, вооружившись кто как мог, другие в это время грабили пустующие дома, третьи предавались беспорядочной панике. Между гражданами и стражей повсеместно вспыхивали стычки.

На большой круглой площади собралась горланящая толпа, в центре которой верещали два седых старичка.

– «Божьим велением огненный маг есть ни что иное, как слуга Тёмного Божества – врага всего людского!» визжал первый.

– «Во имя науки мы должны изучить тело огненного мага! Каждый орган, каждую клеточку, каждый волосок! Только так наука сможет развиваться дальше, всё ради знаний!» рвал глотку второй. Кто-то в толпе спросил:

– «А они знают, о чём говорят?».

– «Да конечно, не мели чепухи! Вон какие головы у них седые – чай пожили дольше нашего. Опытные и мудрые старцы» отвечали стоящие рядом люди.

Завершилось это столпотворение с приходом стражи, что без лишних раздумий открыла огонь электрическими болтами…

Кай ожидал на полупустой платформе. Все люди толпились где-то поодаль, и лишь несколько человек находились рядом.

– «Эй, здорово ты их там раздраконил!» обратился к хвостатому блондин-торговец, встречавшийся ранее в сыром подвальном магазине. Рядом с ним стоял молчаливый исполин южной внешности, гружённый десятком рюкзаков и сумок.

– «Нашему брату будет чем поживиться» кивнул юнец, закурив дутую папироску.

– «Наверное» пожал плечами скиталец.

Прохладный летний ветерок трепал вьющиеся волосы. За спиной янтарного странника осталось множество испытаний, поисков, и смертей, а впереди ждёт ещё больше. Он не мечтал о покое или справедливости, сейчас в голове крутилась одна конкретная мысль: «Блин. Я хочу есть…».

Вдали раздался гудок. Вскоре подъехал поезд. Одни муравьи спешно выбежали, другие столь же спешно погрузились на борт. Кондуктор прокричал: «До отправления минута». Странный и загадочный бродяга, вопреки правилам, залез на подножку последнего вагона, где кое-как устроился, зацепившись единственной работающей рукой за перила, чтобы не сорваться при движении.

Машинист дал гудок. Состав с гулким скрежетом тронулся. Шпалы мелькали всё быстрее, постепенно слившись в единое полотно. Мимо проносились городские пейзажи: богатые дома, мастерские, крыши жилищ, далёкие шпили магической академии, возвышающиеся над всем городом.

Железная дорога уходит чуть вниз, проходя через небольшой тоннель, над которым возведён древний четырёхэтажный дом с коваными балкончиками и каменными стенами. Далее показалась никому не нужная, полуразрушенная стена, окружающая город. С этой стороны крайний район не был уничтожен давнишним обстрелом тяжёлых орудий, и здесь кипела жизнь.

Каменные, деревянные, и прочие застенные сооружения остались позади. Поезд устремился по полю вдоль дороги, где шелестела густая трава. Одна единственная телега медленно тряслась на камнях и песке. Вдалеке маячили лесные пределы. Вскоре стальная махина достигла тенистого покрова, скрывшись среди ветвей. Кай ехал навстречу своей цели, пускай и кривой, но всё же дорогой.