Чистые страницы

Глава 1

Доктор был странный.Определенно странный. Какой-то немного нереальный, немного пугающий, немного завораживающий. При взгляде на него сразу становилось понятно, что что-то не так в его лице – худом, узком лице с бледной, какой-то шершавой на вид кожей, обрамленной шапкой густых каштановых волос. Но нужно было смотреть на него достаточно долго, чтобы понять, что именно вызывает ощущение неправильности – у доктора были глаза разного цвета. Правый – невзрачного и крайне массового серо-зеленого цвета, какой встречается у каждого третьего в толпе; а левый – оттенка небесной синевы, в том ее аспекте, где голубой почти переходит в белый.Доктор был странный. И кабинет его был странный.Громоздкая, цельнодеревянная мебели, массивные позолоченные ручки на дверцах шкафов, большая бронзовая пепельница с такой же зажигалкой. На большом деревянном столе, покрытом зеленым сукном, каким обтягивают бильярдные столы, кипа бумаг и элегантный ноутбук. Сам доктор сидит в кожаном кресле, какие обычно используют владельцы крупных корпораций. Точно такой же, шоколадно-коричневой кожи, диван стоял у стены напротив. Справа незваным гостем белела кушетка, обитая плюшем.Окна были завешаны тяжелыми темно-зелеными портьерами, и свет в кабинете создавался только семью бра, выполненными в виде подсвечников. Свет их слегка подрагивал, создавая иллюзию горящего пламени.Доктор сидел в своем кресле, положив руки на стол и соединив кончики своих длинных, неестественно длинных, пальцев и не мигая, смотрел на своего странного посетителя.Молодой парень, лет двадцати-двадцати пяти, телосложения в общем спортивного, но при этом какой-то угловатый, будто постоянно отчего-то готовый увернуться. Не смотрит в одном направлении – глаза постоянно бегают: по лицу доктора, по обстановке, по собственному телу. Такие же неспокойные руки, как будто им постоянно нужно чем-то заняться.- Здравствуйте, доктор, - сказал, наконец, посетитель, видимо, закончив осмотр и сцепил руки в замок, - Меня зовут Игорь, мне хотелось бы с вами поговорить, - и мгновенно замолчав, будто ожидая услышать, что доктору этого как бы ни хотелось.- Я здесь как раз для этого, - улыбнулся доктор. Улыбка его была под стать голосу – добрая, теплая и располагающая к себе, - Давайте поговорим.Но Игорь, казалось, снова потерял уверенность в себе. Взгляд его снова начал блуждать по комнате. Прошло несколько минут, прежде чем он снова заговорил:- Да, доктор… Поговорить с вами... Понимаете, - он расцепил руки и несколько раз провел ладонями по своим ногам, при этом немного раскачиваясь туловищем, - у меня есть проблема. Хотя, я понимаю, к вам все кто приходит, у всех есть проблема. Когда проблем нет, я думаю, к врачу не идут. – Подбодренный согласным киванием доктора Игорь продолжил. – Со мной происходит что-то странное. Я не могу вспомнить людей. То есть человека.Игорь с опаской посмотрел на доктора – не посчитает ли тот его окончательным сумасшедшим и не вызовет ли санитаров. Но доктор не выказывал никаких эмоций, кроме интереса и готовности выслушать.

- Я не могу вспомнить свою девушку. То есть я, конечно, ее помню, но как-то странно. Как будто обрывками, эпизодами. Как бы я ни старался общей картины не получается…Вдруг, он резко дернул головой. Доктор заметил, что внимание его посетителя привлекла маленькая муха, пролетевшая мимо него и сейчас ползающая по подлокотнику кресла.Внимание Игоря на самом деле было занято мухой. Она, своим жужжанием, сбила его с мысли. Игорь стал наблюдать за бесцеремонным насекомым. Муха села на подлокотник. В свете псевдо-свечей ее тельце казалось бронзовым, как зажигалка доктора, с отлитыми из меди крылышками. Муха рывками двигалась по кожаной обивке – пробежит пару сантиметров и остановится, потирая лапками, словно какой-то замысливший недоброе человек. Если бы у этой мухи было человеческое лицо, подумалось Игорю, оно было бы похоже на лицо киношного злодея, придумавшего очередной коварный план.Доктор расцепил свои пальцы и положил руки на стол, вернув Игоря из попыток разгадать мушиный заговор. Он снова посмотрел на доктора и заговорил:- А еще я не могу найти ее вещей… Все таки я точно помню, что она оставляла у меня свое полотенце, а найти его не могу.Сказав это, Игорь, тряхнул головой, будто стараясь закрепить, заставить доктора еще сильнее проникнуться всей серьезностью его опасений.А муха тем временем сползла с подлокотника и устроилась рядом с Игорем, с любопытством наблюдая за происходящем в кабинете.- Очень интересно, - как будто сам себе сказал доктор, - Сейчас я задам вам пару вопросов. Постарайтесь как можно более полно и подробно ответить…

«Что за чушь вообще?!» - думал Игорь, разглядывая полки в канцелярском магазине.Зачем он вообще пошел к этому доктору? Он же не псих какой-нибудь. Вполне себе адекватный молодой человек. Со столь же нормальными и понятными проблемами, как и у многих других. Не может найти работу – так это, к сожалению, обычная практика, что после окончания вуза очень и очень трудно устроиться. Поэтому ему и приходится перебиваться сейчас случайными заработками, благо, что хватает за квартиру заплатить и не голодать.Но во всем остальном же он совершенно нормален. У него неплохая квартира в хорошем, тихом, спокойном районе; у него есть друзья, с которыми ему хорошо, которым он может доверять и всегда рассчитывать на их помощь, у него есть прекрасная любимая девушка…Стоп! Вот именно поэтому-то он и пришел к доктору. Девушка.Почему он не может найти совершенно никаких следов ее пребывания в соей квартире, если совершенно точно помнит, что вчера она осталась на ночь? Почему за много лет их отношений у него не появилось никаких милых безделушек, открыток на 23 февраля, которые всегда, с навязчивой обязательностью появляются у любого? Эти вопросы могли иметь только один логический ответ – у него нет никакой девушки.Но как нет?! Как ее может не быть, когда он ее помнит, проводит с ней время, разговаривает, пишет ей СМС?В последние месяцы эти вопросы стали все чаще и чаще посещать Игоря и вылились, в итоге, в этом бесполезном посещении психотерапевта.«Непонятно, вообще, за что я деньги-то отдал? – злился Игорь сам на себя, - Ведь ничего путного он мне и не сказал. Морочил голову своими вопросами только… Кто родители, какие отношения с ними были, как общались со сверстниками, кто была девушка, с которой случился первый сексуальный опыт…» Это же все совершенно не имеет отношения к тому, зачем он пришел.- Вам что-то подсказать? – раздалось справа.Игорь вздрогнул и обернулся. На него, улыбаясь, смотрела девушка в белой блузке, с красным галстуком. «Ирина» значилось на золотистом бейдже, приколотом чуть ниже воротничка.Игорь немного ошарашено снова посмотрел на стеллаж, перед которым стоял – там объемными стопками лежали ежедневники самого разнообразного вида и фактуры. Тут он вспомнил, зачем вообще забрел в этот магазин.Доктор сказал, что ему нужно вести дневник. Хотя, это и не будет дневником в привычном смысле слова, но так проще о нем говорить. Туда Игорь должен записывать все, что будет происходить и что он сможет вспомнить, касательно преследуемого образа. Какие-то события, мысли, воспоминания, фразы. В общем, все о ней.Собственно ничего другого доктор ему и не сказал. Только то, что ему нужно вести дневник и то, что следующая их встреча состоится ровно через неделю.Продолжая блуждать взглядом по полке он, вдруг, увидел то самое, что искал. Его дневник.Толстый, до того, что он казался округлым, ежедневник, форматом чуть меньше обыкновенной тетради. Обложка его теплого, кофейного цвета была сделана из кожи и доставляла Игорю даже какое-то удовольствие от прикосновений к ней.Он взял свой дневник с полки и ответил консультантке:- Нет, спасибо. Помощь не требуется, - и направился к кассе.

Глава 2

Игорь сидел за столом с закрытыми глазами и напряженной работой мысли на лице. Левая скула его даже немного подрагивала от напряжения. Перед ним лежал ежедневник, купленный им сегодня вечером.Его дневник.Вернувшись вчера домой, он подумал, что, как и всегда, никого нет в его скромном обиталище. «Все таки нужно завести хотя бы хомяка какого-нибудь» - подумал он.За ночь, в сущности ничего не изменилось. В утренней полутьме, наполнявшей дом, казалось даже звуки вязнут – шум улицы едва-едва доносился сквозь двойные фирменные стеклопакеты.В его квартире было чаще всего темно, тихо и ничем не пахло. Не было совершенно никаких запахов. Именно эта деталь в этот вечер не давала Игорю покоя. Почему? Ведь он тут живет. Живет постоянно. Холодильник, пусть и не забит, но полон продуктов, на компьютерном столе оставлена с утра кружка с остатками кофе, мусор, наверное, пора уже вынести.Но запахов нет.Отодвинув легкие, сиреневые шторы, подаренные кем-то из друзей на новоселье, он задумчиво посмотрел на улицу. Узкая улочка, на которой располагался его дом, утопала в багряно-золотой листве. Шум ветра в этом растительном многоцветье не проникал в квартиру, создавая иллюзию нереальности происходящего за окном.Игорь достал из сумки купленный дневник, положил его на стол перед собой и раскрыл на первой странице.шторы он так и не распахнул и в комнате было по-прежнему достаточно темно. И в этой темноте чистый, снежно-белый лист бумаги, казалось, светился, заливая компьютер и часть стены каким-то призрачным молочным светом.- Чушь какая, - еле слышно проговорил Игорь.Он никогда не вел дневников, не делал никаких записей или чего-то похожего. Да и чем это собственно может помочь с его проблемой? Хотя, доктору, наверное, виднее. Он же доктор, в конце концов…Но что писать? «Начни с самого начала, - сказал ему доктор пару часов назад, - опиши ваше знакомство, первую встречу. Можно писать что угодно, касаемо нее, все, что ты можешь вспомнить. Главное – как можно более подробно».Если бы это было так просто. Сейчас, Игорь совершенно не мог вспомнить ничего, что касалось бы их знакомства.Поэтому он и сидел, тупо уставившись в чистую страницу дневника, положив голову на руки. Он сосредоточился, закрыл глаза…Где-то глубоко-глубоко в нем, на самом краю подсознания забилось одно воспоминание… Запах. Тогда был очень приятный запах. Когда они познакомились, пахло…Вдруг, он вскочил со стула и бросился к окну и резким движением, откинув шторы, распахнул его.Комнату как-будто наполнило осенью.Светом, отраженным от листьев и поэтому ставшим такого пронзительно-золотого оттенка. Звуком, этим неповторимым по своей мелодичности шумом ветра, играющего сухой листвой. А главное, запахом преющих листьев, таким терпким и грустно-вкусным, рожающим столько воспоминаний о многих других осенних днях.Вдохнув этот запах полной грудью, Игорь снова сел за стол, на мгновение закрыл глаза, сосредотачиваясь, а потом взял ручку и начал писать.

ЗАПИСЬ 1

Очень странное состояние, когда ты немного выпил. Мир, как будто начинает играть другими красками. Более ярче что ли. В тот день был какой-то праздник. Мы собрались старой. Вместе не собирались уже достаточно долго, поэтому было и о чем вспомнить, и чем поделиться, что рассказать.И поначалу все было очень даже хорошо, пока я вдруг не понял, что мне как-то не очень-то тут и интересно. Может это просто алкоголь ударил мне в голову, но стало так пронзительно грустно и тоскливо, что захотелось обязательно побыть одному. Вдали от всех.Стало так невыносимо плохо, что я, попрощавшись со всеми и ушел как можно быстрее и стараясь говорить как можно меньше слов.В спину мне летели, все тише и тише, голоса тех, кого я привык считать самыми близкими мне людьми. Тех, кто сейчас, вдруг стали чужими.А когда все остались уже позади, когда я уже оказался на улице, то понял – идти-то никуда и не хочется. Да и некуда. Что дом? Там спокойно, но ведь не покоя хочется. А чего хочется? Чего-то нового? Вряд ли, жизнь и так меняется каждый день и ты меняешься вместе с ней.Так и стоял я посреди улицы – пустой, расстроенный и ненужный, смотрел на пестрый поток из автомобилей, прохожих и рекламы. Смотрел и вдыхал этот неповторимый букет осенних городских запахов.Запахи эти были настолько сильными, что, казалось, впечатывали в меня этот день. Делали его частью меня самого.Потом зазвонил мобильный. Звук этот словно выдернул меня, мое сознание, из чарующего плена запахов и я несколько секунд непонимающе глядел в пространство.- Алло, - прозвучало в трубке.Голос был женский, приятный. Немного ниже, чем обычные женские голоса, но не до такой степени, чтобы становиться непривычным. Грудной, нежный голос.Девушка в трубке что-то говорила, спрашивала, объясняла, а я проваливался глубже и глубже. Это трудно объяснить…Как будто запахи осени и звуки ее голоса стали действовать вместе, создавая вокруг меня какую-то иллюзорную, альтернативную реальность.Реальность, где были только вечная осень, я и эта девушка с прекрасным голосом.- Девушка, а как вас зовут? – спросил я.Голос на секунду замолк и тишина стала такой пронзительной, что мне показалось, что я слышу, как напряженно звенит электронная начинка телефона.- Света… - слегка неуверенно прозвучал голос, а потом тверже, - Светлана.- Очень приятно, Света, - ответил я, - А меня – Игорь. Света, может мы встретимся? Сходим куда-нибудь?Снова секунда пронзительного ожидания.- Хорошо…

За окном раздался крик. Детский и жалобный.Игорь, мгновенно вспомнив все самое плохое, что когда-нибудь показывали в новостях, рванулся к окну, с намерением выяснить, что произошло.Посреди улицы бабушка вела внука домой, приговаривая что-то вроде «Пора обедать уже давно». Внук отчаянно сопротивлялся выкрикивая сквозь слезы:- Там Ванька! Он же утащит мои камешки! Он утащит! Я их нашел на речке, а он их не отдаст!Но беспощадная рука бабушки, лишала мальчика возможности спасти свои сокровища, уводя его все дальше и дальше…Игорь разозлился, что его так грубо вернули в действительность. Он захлопнул окно тем же резким движением, что и открыл его. Мир, вне квартиры, как будто пропал, вместе с цветом, звуками и запахами осени. Игорь снова сел за стол, но написать еще хотя бы строчку не удалось. Будто кто-то перекрыл кран, из которого изливались потоки его памяти.Он закрыл дневник и положил его на полку поверх вороха тетрадей и каких-то бумажек, лежавших там еще с университетских времен.В комнате по-прежнему царили полумрак и тишина.

Глава 3

На следующее утро шел дождь.Не тихий и сырой, а настоящий, проливной дождь, от которого собирались мореподобные лужи и срывались листья с деревьев.Игорь просыпался медленно, будто постепенно выбираясь из своих сновидений. Выбираясь с трудом. Именно так, обычно с ним и происходило – долгое и томительное блуждание ночью по квартире и невероятно трудное пробуждение по утрам.Ускоряя процесс, он дотянулся рукой до включателя и зажег свет.Яркий свет модных, энергосберегающих лампочек залил его холостяцкую комнату вместе со всем творящимся в ней бедламом.На столе, возле гудящего в ждущем режиме компьютера с вечера осталась чашка. По ее краю как-то чинно и важно ползла муха. Почему-то Игорю подумалось, что эта та же самая мха, что строила коварные планы в кабинете психолога. Сейчас муха была сонной и, видимо, ничего плохого не замышляла.На двух стульях, возле компьютера навалом лежала одежда – вперемешку домашняя и уличная. В этажерке, у стены, в совершенно хаотичном порядке перемешались книги, диски, журналы, какие-то сувенирные безделушки и неработающие зажигалки.Зажигалок было особенно много. Это была какая-то патологическая страсть – собирать истощившиеся зажигалки. Эдакая спонтанная коллекция. Игорь никогда не собирался, даже не думал, коллекционировать их, просто не выбрасывал, оставляя где попало в квартире и крайне болезненно реагировал на чьи-нибудь попытки избавиться от этого мусора.Дождь за окном – это было слышно по выбиваемый о подоконник дроби – то усиливался, то ослабевал. Эта монотонность действовала крайне усыпляющее и Игорю пришлось приложить достаточно много усилий, чтобы вновь не провалиться в сон.Стараясь все же не уснуть, Игорь сосредоточился на воспоминаниях о Свете.Память снова подводила, выдавая какие-то неясные обрывки, части фраз, смутные, будто смазанные образы. Будто бы день жаркий, солнечный. Или не очень-то и жаркий. Дождя не было, это точно…В дверь позвонили. Звонок – старый, доставшийся от предыдущих жильцов – всегда больно бил по ушам, вызывая перманентное желание его сменить на что угодно или просто вырвать вместе с проводом и отправить в мусоропровод.

Игорь встал с кровати и, надев спортивные штаны, шатаясь побрел к двери, продолжая искренне надеяться, что кто-то, кому в это ненастное утро не спиться, решит что дома никого нет.Собственно та же надежда заставила его посмотреть в дверной глазок, чего, обычно, за ним не водилось.На лестничной площадке, освещенная только слабым светом из окна, стояла Света.Игорь распахнул дверь и как будто потоки тепла хлынули в квартиру. Света с загадочной улыбкой, стреляя глазами из-под пышной копны волос, прошла мимо посторонившегося Игоря.- Привет, соня, - поздоровалась она, целуя его в щеку, - ты сегодня заспался что-то.Игорь помог ей снять куртку и повесил ее в шкаф.- Да погода располагает ко сну, - ответил он, - к тому же выходной у меня – имею полное моральное право.Света рассмеялась и обняла его за шею. От ее рук исходило какое-то мягкое, уютное тепло. Как раз то, чего ему не хватало в это утро.- Хочешь кофе? – предложил Игорь, подставляя хромированный чайник под немного заляпанный кран.- Нет, - Света поморщилась, - У тебя только растворимый. Завари лучше чай, у тебя всегда очень неплохо получалось.Дождь то усиливался, то стихал. Мерный стук капель о подоконник прерывался только шумом проезжающих за окнами автомобилей и плеском луж, разбрызгиваемыми ими.Кухня, сама по себе исполненная с серебристо-серых тонах пластика и хрома, сейчас казалась совершенно нереальной и призрачной. Единственное цветное пятно здесь было яркое золото Светиных волос.Она положила голову на руки, будто стараясь спрятаться от Игоря за невесомым парком, поднимающемся над кружкой с чаем. И ей это даже немного удавалось. Она казалась немного плывущей, нечеткой, словно фотоснимок на плохой камере.- Расскажи мне что-нибудь, - попросила она каким-то, немного жалобным тоном.Игоря эта ее фраза всегда ставила в тупик. Она, словно волшебное заклинание, разом выметала из его головы все мысли, оставляя там только темную, гулкую пустоту.- Перед тем как ты пришла, - заговорил Игорь, медленно, размышляя, - я вспоминал тот день, когда мы впервые встретились…- Я ошиблась номером… - перебила его Света, состроив элегически задумчивую гримаску и улыбнувшись.- Да, но я не об этом. О том дне, когда именно впервые увиделись.Что-то в его голосе, видимо не понравилось ей, она нахмурилась.- А в голову все время лезет что-то другое, - продолжал Игорь, не обращая внимания на эти мимические упражнения. Что-то из самого раннего детства.Света повернула голову слегка набок, показывая, что история ее заинтересовала.- Да… - Игорь на секунду задумался, - Помню, как родители повезли меня на рыбалку. Тогда какая-то их компания собралась, а меня не с кем было оставить, поэтому решили взять с собой.Он на секунду замолчал, пригубив кофе и поморщившись – горячо.- А я не хотел ехать. По телевизору должна была с минуту на минуту начаться новая серия фильма… - он улыбнулся своим воспоминаниям, - там была актриса, она мне нравилась… Вот. А меня увозили.

Последние слова он произнес с нарочитым драматизмом, будто предлагая не относиться к ним серьезно, хотя сам прекрасно помнил, какая это была глобальная драма.- Меня увозили, а следующая серия только через неделю. В общем ты представляешь как я был опечален.Света слушала его не шевелясь, словно рассказывал ей что-то что координально перевернет ее жизнь и все человечество в целом.- Но на самом деле, самое страшное случилось уже когда мы приехали на место, к реке, - снова заговорил Игорь после недолгого молчания, - Там была куча отдыхающих, с детьми и без… В общем шла гульба. И не успели мы поставить палатки, как кто-то поднял крик, что пропал ребенок, девочка. Все бегали, звали ее.Он снова замолчал, отпивая немного кофе.- А нашел ее я. Ее прибило к берегу метрах в пяти ниже по течению от того места, где мы с родителями остановились. Тело запуталось в траве так, что я не сразу ее заметил. А когда заметил…Он пожал плечами, показывая, мол, понятно что с ним было.- Мне потом еще долго кошмары снились, почему-то казалось, что это была та самая девочка, из фильма. Так странно совпало, что на следующей неделе не было серии, отменили. Но я все равно усаживался перед телевизором. Ждал. Потом прошло, со временем.Света смотрела на него со смесью жалости и нежности в глазах. Они молчали, потом долго пили чай-кофе, глядя друг на друга или в никуда.Игорю было немного стыдно за то, что эта, достаточно неприятная история всплыла у него в памяти сейчас, что он, возможно, испортил Свете настроение. Да и самому ему стало как-то физически плохо, будто вернулись испытанные в детстве ощущения – дурнота, комок в горле и панический, безотчетный страх – слишком уж ясно он вспомнил пережитое.- Извини, я сейчас, - сказал он и пошел в ванную.Посмотрев с полминуты на себя в зеркало, Игорь решил, что уж слишком он бледен. Пустил в раковину плотную струю холодной воды, подставил под нее ладони и пару раз плеснул себе в лицо, умываясь.Из коридора донесся звук захлопывающийся двери.- Свет? – спросил Игорь, понимая, что ответа не дождется.Он прошел на кухню. Тут все еще было серо и призрачно. На столе стояли две кружки – его – пустая – и Светина – нетронутая.Дождь, наконец-то прекратил свой ритмичный бой о подоконник, и квартиру наполняла привычная, звенящая тишина. На Игоря внезапно навалилась какая-то невыносимая усталость, какая-то слабость.Залпом выпив Светин чай, он, сполоснув обе кружки, поставил их в сушку. Ощущение тревоги не пропадало.Вдруг что-то дробно ударило по подоконнику в спальне, словно утихнувший было дождь на секунду решил было возобновиться, да передумал. Ну, или птица какая ошалелая попыталась зацепиться.Подойдя к окну, Игорь увидел, что тучи, застилавшие небо с утра, исчезли совершенно бесследно. Улочку за его окнами заливал теплый, золотистый свет. Воздух наполняли звуки звенящей листвы и приглушенный городской шум.Умиротворяющая эта картина очень ненавязчиво отодвинула странную тревогу на задний план. Дабы закрепить эффект, Игорь решил, что нужно непременно прогуляться.Тут его взгляд упал на стол. Там, среди непонятно откуда взявшихся бумаг, лежал дневник, который он обещал исправно вести. Игорь испытал легкое недовольство собой – раз уж решился пойти к психологу, то будь добр, следуй его рекомендации.Теперь он разрывался от выбора: необходимость написать хоть что-то в дневник и желание идти на прогулку.«Стоп, - внезапно озарила его мысль, - А почему, собственно, я не могу пойти куда-нибудь парк и там предаться воспоминаниям? Решено!»

Парк был старый и не очень популярный. Обычно в нем можно было встретить только жителей двух-трех окрестных домов, да парочку людей, случайно когда-то сюда попавших и плененных красотою этого места.Лениво плещущаяся речушка с перекинутой через нее дугой деревянного моста, ряды уютных невысоких скамеек вдоль парапета набережной, огромное количество деревьев, создающих достаточно плотную тень, чтобы в самый жаркий день здесь царила приятная прохлада. По всему парку в хаотичном порядке (по крайней мере Игорь не углядел никакой системы) были разбросаны скульптуры – к настоящему времени наполовину разрушенный временем и вандалами. Эти руины придавали парку какой-то особенный дух, какой-то налет старинной аристократичности.Как будто не существовало ни времени, ни пространства – этот парк был всегда и везде. В любую эпоху, в любом уголке мира. И в тоже время парк этот не принадлежал никакому времени – ни вчера, ни завтра, ни сегодня. Приходя сюда, Игорь чувствовал странное состояние безвременья.Бездонно-голубое небо, манило своей свежестью, листва самых разных цветов – от багрового до бледно желтого – приятно шелестела где-то высоко.Игорь сел на скамейку и, положив дневник на подобранные к себе колени начал писать.

ЗАПИСЬ 2

Странные ощущение оставляют на меня кладбища – как будто на какое-то время выпал из мира, из времени. Здесь нет жизни. Все остановилось. Даже растения, хотя вроде бы и живут своей жизнью – растут, цветут и желтеют, но как-то это не по-настоящему, будто они искусственные…И, конечно же, гнетущее впечатление усугубляется пониманием того, что здесь, на глубине пары метров лежат твои родственники, те у кого ты будучи ребенком играл сидя на коленях, кто учил тебя ходить и говорить…Странное впечатление.В тот день, меня сорвали практически с постели – мол, из-за дождей осела могила. Что ж тут сделаешь, собрались – поехали. На месте оказалось, что работы много больше, чем думали вначале – нужно еще выровнять, покосившийся памятник и подровнять оградку.Прокопались мы там практически весь день. И весь этот день меня не оставляло странное ощущение того, что время стоит на месте. В этом затененном мрачными темно-зелеными соснами месте, хранящем в себе холод, буквально, погребенных тут веков, были слышны только приглушенные трели птиц.Куковала кукушка. Несколько раз крикнет и замолкнет на долго. Потом это повторялось.Все время меня не отпускало ощущение того, что за мной кто-то следит. Как будто неотрывно смотрят, проникая взглядом в самую мою душу. Но, оглядываясь вокруг, я никого не видел. И кладбище и лес были пустынны.Потом вспомнил, что сегодня договорились встретиться со Светой.Договорились о месте и времени встречи. Стало немного радостнее – все-таки эта встреча, наверняка, улучшит мое настроение. Но радость была недолгой – скоро мной вновь овладела паника. Ощущение чужого взгляда не отпускало.Света была в желтом платье с каким-то причудливым рисунком – не то цветы, не то просто узор. Вид у нее был сосредоточенный и немного грустный.Разговор почему-то не клеился, я чувствовал, что ее постоянно что-то отвлекает, то ли что-то в мыслях, то ли что из вне. Пару раз сбивались, на полуслове замолкали, начинали снова уже совсем не о том.Она предложила пройтись. Я, наивно списывая все, на какие-то ее дела и проблемы, старался увлечь ее разговором, но получалось плохо.Наконец, в парке, найдя укромное местечко, утопавшее в зелени она сказала то, от чего я на мгновение просто опешил:- Игорь… Нам нужно расстаться, - и увидев непонимание на моем лице, она быстро продолжила, - Просто все происходит как-то слишком быстро… у нас…- Ты… Ты уверена? – только и смог проговорить я.Она смотрит на меня – в глазах… Нет, не жалость, но сочувствие, просьба извинить, мысль о том, что она не хотела делать больно.А больно было. До самых глубин души, будто прошили насквозь чем-то острым и горячим. Я смотрел на нее и не мог верить в их слова, не хотел верить.- Да, - ответила она уверенно.Мир, выстроенный мною, мои мечты, планы, все то, что появилось у меня за это время, что мы были знакомы – все разлетелось по давно не ремонтируемой дорожке парка.Она продолжали что-то говорить, но я уже не слушал. Курил – одну за одной, не чувствуя вкуса табака и выбрасывая окурок, только когда он начинал обжигать пальцы.Потом встал и не в силах сказать что-либо, просто попрощался и ушел.В ее голосе, смягченном только сочувствием ко мне, было столько уверенности в своем решении, что не воспринимать его всерьез было невозможно.

Где-то в небе громко каркнула ворона, вырвав Игоря из задумчивости. Он вздрогнул и оторвался от рукописи.Уже темнело – все-таки чувствовалось наступление осени – и Игорь писал, почти уткнувшись носом в свой дневник. Сейчас, оторвавшись, он вдруг почувствовал, как по коже побежали мурашки. Какое-то странное ощущение тревоги наполнило его.Он огляделся. В ранних сумерках все окружающее пространство резко теряло цветность. Парк, и без того тенистый, становился все темнее и все более серым. Где-то глубине, в самой чаще хаотично рассаженных деревьев что-то было. И это что-то следило за Игорем неотрывно.Он быстро помотал головой, сбрасывая наваждение, встал со скамейки и не оглядываясь пошел домой.

Глава 4

Отдел кадров был, наверное, такой же как и все другие отделы кадров в мире – серый и безликий. По крайней мере, таковыми были все подобные места, где бывал Игорь. А еще здесь было особенно, просто невыносимо душно.Стены, оклеенные дешевыми грязно-желтыми обоями, мебель, местами протертая до такой степени, что начинали сыпаться прессованные опилки, из которых она была сделана, старые, устало гудящие компьютеры – все это пробуждало в Игоре безумную тоску и совершенно лишало желания работать.Оптимизма не добавлял и кадровик – немолодой, уже порядком за пятьдесят, с редкими волосами цвета недожженной золы – и не темные и не седые – редкими же усами, грустно огибающими губы, которым, судя по морщинам, тоже редко доводилось улыбаться. Кадровик – надпись на столе утверждала, что его зовут Константин Станиславович – без всякого интереса читал резюме Игоря с монитора компьютера, хотя парень положил перед ним мультифору с распечатанным экземпляром. Константин Станиславович, то ли компенсируя подпорченное зрение, то ли медитируя, раскачивался, то приближаясь, то отстраняясь от монитора. Изредка он поглядывал на Игоря, словно выражая ему недоверие в некоторых пунктах предоставленного резюме.Вот уже минут пятнадцать, как Игорь понял, что эту работу не получит. Даже если суровость кадровика – всего лишь показной образ, то собеседование с начальником отдела Игорь уж точно завалит – как всегда, не спал до полночи и в итоге совершенно не выспался. Глаза у Игоря отчаянно слипались, а рот разрывала зевота.- Что ж, молодой человек, - наконец заговорил Константин Станиславович, голос у него был под стать внешности – как будто бы доносился из далеких-далеких советских контор, будто был серый и пыльный, - Вы нам подходите. – он покрутил колесико мыши, выискивая что-то в открытом файле резюме, - Как я вижу, вы претендуете на должность менеджера в отделе оптовой реализации… - он помолчал, посмотрев на Игоря, словно ожидая, что тот начнет отнекиваться, - Нда… Значит если начальник отдела одобрит вашу кандидатуру, то мы прямо сегодня и подпишем с вами трудовой договор.Игорь размеренно кивал, практически не обращая внимания на слова кадровика. Голос его был до такой степени лишен интонаций, что смысл произнесенного просто терялся. Кроме того, недостаток сна ночью и воздуха в этом кабинете, изрядно затруднял восприятие.

- Сейчас пройдите в 203 кабинет, секретарь Геннадия Ильича вас направит.И, давая понять, что больше не намерен тратить время на столь незначительного субъекта, с громким щелчком закрыл окно с резюме Игоря и развернул браузер, в окне которого оказался сайт с объявлениями. Видимо, Константин Станиславович искал новое место работы.В коридоре, несмотря на распахнутое окно было тихо и не менее душно.«Почему, - думал Игорь, не спеша шагая по пустому коридору, - ну почему работа обязательно превращается в каторгу? Даже та, которая нравиться. Любая работа – и очень прибыльная, и невероятно интересная – рано или поздно до тошноты надоедает. И вот уже почти невозможно подниматься по утрам не представляется возможным. Что за этим кроется? Природная лень, или невозможность нормально жить в социуме? Ведь всегда так и получается, что начальство – сволочи, желающие видеть рабов, а не работников, коллеги – тупицы, которые не в состоянии справиться с самой простой работой чтобы что-нибудь не напортачить, а в итоге занимаешься не тем, к чему стремился, чему учился пять лет в университете, а какой-то откровенной ерундой, которая непонятно кому и непонятно зачем нужна. В чем вообще проблема того что работа надоедает? В работе или все таки во мне?»Игорь резко остановился, и уставился на собственное отражение в зеркальных дверях, рядом с которыми золотисто блестела табличка «Конференц-зал».«Стоп, - усмехнулся он сам себе, - тебя еще не приняли на работу, а ты уже в ней разочаровался. С таким настроением точно нельзя никуда устроиться. А работа тебе нужна сейчас как никогда».Да, работа Игорю была нужна. Все-таки уже двадцать пять скоро, а он все еще перебивается с воды на хлеб, совершенно не зная будет ли у него завтра чем заплатить за квартиру, не говоря уже о еде.К тому же отношения со Светой у них до сих пор находятся в подвешенном состоянии именно из-за того, что у него нет нормальной работы. Ведь на какие более-менее серьезные отношения можно рассчитывать, если не можешь не то что девушку обеспечить, а сама едва концы с концами сводишь.Едва лишь эта мысль проскочила в затуманенных сном и жарой сознании, как раздался звонок телефона. Глянув на дисплей, Игорь, стараясь придать голосу бодрость и уверенность, ответил:- Привет, Света.- Привет, - донесся до него ее голос.Игорь нахмурился – Света говорила как-то устало и грустно.- Что-то случилось? – спросил он.- Нет… - секунду она помолчала, потом быстро продолжила, будто решившись, - Да. Я думаю, нам нужно расстаться.Игорю показалось, что те крохи кислорода, которые еще оставались в коридоре стремительно куда-то исчезли.- Но.. как..? Почему, Свет?- Я не могу объяснить тебе…В голосе ее уже слышались слезы.- Так, Свет, не надо принимать такие решения сгоряча. – Игорь старался придать своему голосу успокаивающие интонации, хотя на лбу у него выступил холодный пот, - Давай сегодня вечером встретимся и поговорим. Хорошо? Давай, в шесть, в «Театральном»?- Ладно, - ответила Света все тем же умирающим голосом и повесила трубку.Игорь еще некоторое время стоял, не в силах пошевелиться, ловя капли воздуха и пытаясь прийти в себя. Что на нее нашло? Почему расстаться? Резко выдохнув, он решил, что до вечера сможет отложить этот вопрос, а пока необходимо решить вопрос с работой. В конце концов, он же сам всего минуту назад подумал о том, что ее безработность – причина разлада со Светой. Возможно, скажи он ей сегодня вечером, что устроился на работу и все разрешится само собой. А значит, ему просто жизненно необходимо успешно пройти это собеседование.Собрав в кулак всю свою волю и выдержку, Игорь вошел в 203 кабинет.

Весь остаток дня до назначенной встречи Игорь ходил крайне удивленный тем фактом, что на работу его все таки приняли. Приняли без испытательного срока и других проверочных мер. Даже выдали аванс, как сказал начальник отдела: «В ожидании взаимовыгодного сотрудничества».В таком, немного шоковом состоянии, Игорь и пришел в кафе с нетривиальным названием «Театральное». Такое название заведение получило из-за своего расположения – прямо через улицу от классического здания драматического театра с толстыми колоннами и лепниной на фасаде.Сюда Игорь и Света заходили часто настолько, что их уже стали узнавать официанты, а столик, который они уже давно облюбовали, к их приходу всегда был свободен.В ожидании девушки, Игорь достал дневник. То, что через чуть менее часа ему предстоит постараться помириться со Светой, напомнило ему, как они впервые оказались в этом кафе.

ЗАПИСЬ 3

Я не очень люблю театр.И я бы никогда туда не пошел, если бы меня не вытащила туда подруга. это было на третью неделю после расставаниясо Светой. со мной творилась форменная ломка и это замечали все окружающие. Конечно же, я не рассказывал никому о причинах моего такого состояния, но друзья они на то и друзья, чтобы понимать без слов.Я не помню, что это был за спектакль, да я и не особо смотрел на сцену.Все самое интересное случилось, когда опустился занавес. Мы спускались в фойе, как вдруг я увидел Свету. Она стояла у зеркала, поправляя волосы. Всего меня скрутило в жгут. Все те мысли, что крутились в голове эти три недели ураганом заполнили голову, грозя вырваться наружу и попросту разорвать меня. Я должен был хотя бы попытаться поговорить с ней, выяснить из-за чего мы расстались и, если это возможно, попытаться начать все с начала.Сказав подруге, что мне срочно нужно идти, я подошел к Свете. К моей огромной радости она не убежала сразу и не отказала мне. Спустя десять минут мы уже сидели в кафе, напротив театра и пили кофе.Я нес какую-то полную чушь о внезапных чувствах, о том как она прекасна. Говорил и понимал, какая это на самом деле ерунда и отм, что будь я на ее месте я бы встал и ушел, а не выслушивал этого странного субъекта.Но Света не уходила. Когда мой поток слов наконец иссяк, она сказала:- Я тоже очень скучала, - и, подвинувшись ближе ко мне, поцеловала меня.

- … в общем странная контора, но не в моем положении выбирать. – закончил Игорь свой рассказ и, отхлебнув из белой керамической чашки, откинулся на спинку дивана. Его рука привычно скользнула за шею Свете и опустилась на ее плечо, сокращая и без того небольшое расстояние между ними.Как он и предполагал, рассказ о его трудоустройстве разогнал тучу, висевшую над Светой, когда она вошла в кафе и тему расставания она больше не поднимала. Света слушала, оперевшись локтями о стол и положив голову на руки, иногда она ловила губами соломинку и потягивала кофе из высокого стеклянного бокала. На Игоря она посматривала искоса, словно предполагая, что же еще он ей расскажет.- Ну да, работа есть работа, - кивнула Света. – А чем занимался вчера, когда я ушла? Игорь перебирал ее волосы. В его пальцах они скользили и блестели так, словно жидкое золото.- В парка ходил, гулял. И знаешь, в какой-то момент, мне начало казаться, что за мной кто-то следит. Ничего такого, просто очень неприятное ощущение взгляда, - он поежился вспоминая, - Тяжелого очень взгляд. К тому же такое у меня уже было на днях…Она резко повернула к нему голову и посмотрела, прищурившись.- На тебя уже кто-то так смотрела? – спросила Света после недолгого молчания.- Нет, - ответил Игорь, - я не видел кто смотрел, но ощущение было похожее. – он секунду помедлил, - я из-за него и пошел к психологу…Он долго не знал, как рассказать Свете о своем походе к доктору. Не признаваться же ей, что его беспокоят странности ее поведения, странности их отношений.- Ты ходишь к психиатру? – правая бровь светы поднялась вверх, как с ней всегда бывало, когда она чему- то не доверяла.- Ну да… -Игорь немного замялся, - То есть не к психиатру, а к психологу. Он просто помогает мне разобраться в мыслях.- А сам уже не можешь? – Света усмехнулась, - Много что ли мыслей? Игоря немного покоробил тон, которым это было сказано, он немного отстранился от нее и выпустил из рук прядь волос, которую до этого накручивал себе на палец.- Не обижайся, - Света заметила его движения, - и о чем же ты говоришь со своим психологом?- Да в общем ни о чем… - Игорь думал, как бы обойти причину своего посещения доктора и при этом как можно меньше врать ей, - просто рассказал ему об этих своих ощущениях, он кое-что спросил… Скоро второй прием.- Обязательно расскажи про преследующего тебя маньяка. Я после этого буду тебя в дурдом апельсины носить, - уже откровенно рассмеялась Света.Игорю, вдруг, стало неприятно и как-то очень обидно. Эти ощущения и страх, который они вызывают – очень пугают его. Ему кажется, что она понемногу сходит с ума. А Света – его самый близкий человек – просто смеется над ним, принимая все будто бы за шутку.Он убрал руку с ее плеч. Взгляд ее изменился очень резко. Секунду назад она смеялась и вот уже смотрит на него сердито.Игорь закрыл лицо ладонями и начал тереть глаза.- Ты, наверное, просто перетрудился, - сказала Света с холодом в голосе, - Тебе нужно отдохнуть. А мне пора.- Свет, ну что ты… - начал он, убирая пальцы от глаз, но Светы уже не было, только в дальнем углу хлопнула входная дверь.Одним глотком Игорь допил свой кофе и попросил у официанта счет. Тот грустно посмотрел на маленькую чашку Игоря и на полный бокал Светы – в нем только осела пена из сливок – и пошел к кассе.Игорю вдруг стало пронзительно холодно. Он дождался счета, расплатился и, закурив, пошел домой.

Глава 5

Ощущение взгляда не покидало Игоря и весь вечер, с тех пор как ушла Света, и всю дорогу до дома, но за последнее время он уже начал к нему привыкать уже не обращал особого внимания.И все-таки изредка проскальзывало какое-то смутное, едва ощутимое беспокойство. Выпивая за ужином кофе, Игорь заметил, что его руки немного трясутся. Скорее даже не трясутся, а мелко подрагивают, отчего по темно-коричневой поверхности кофе бегут маленькие волны.«Буря в стакане» - усмехнулся Игорь и поставил кружку на стол.То ли от того, что движение его было слишком резким, то ли еще от чего, но маленькая рябь на секунду стала большой волной (в масштабах кружки кофе, конечно же). Эта волна вспучилась в середине и приобрела форму зернышка миндаля. Форму глаза…Внезапная волна страха, безотчетного и слепого, словно черным покрывалом накрыла Игоря. Он отпрянул от стола, отталкивая от себя злополучную кружку. Та, проехав через весь стол, с оглушающим звуком упала на пол.Еще около минуты Игорь сидел, откинувшись на спинку кухонного дивана, тяжело дыша, практически ничего не видя перед собой, кроме картины привидевшегося ему глаза. В ушах стоял звон бьющейся посуды, а кончики пальцев словно оледенели.Постепенно, наваждение прошло и он, перегнувшись через стол, посмотрел на плоды своей галлюцинации. Кружка была расколота на такие мелкие части, что всякие надежды склеить ее тут же пропали, кофе разбрызгался по полу грязным, неаккуратным пятном, совершенно на кофе непохожим. Игорь снова вздрогнул от пришедшей на ум ассоциации – лужа на полу показалась ему наполненной немного спекшейся кровью.

- Так, - вполголоса проговорил парень, - так и свихнуться недолго.Он решительно встал и направился в комнату, где извлек из шкафа оставшийся с какого-то праздника коньяк, и вернулся на кухню. Там благородный напиток переместился в банальный граненый стакан и был практически незамедлительно выпит – большими глотками, словно Игорь пил воду, а не крепкий алкоголь.От коньяка стало заметно теплее в желудке и спокойнее в голове. Решив, что на сегодня с него хватит, Игорь расправил кровать и лег спать.Сон пришел практически сразу. И что самое занимательное, Игорь совершенно точно знал, что это сон. Ни на одно мгновение ему не казалось, что это происходи в реальности.Небо было серым. Какой-то особый оттенок, который исключал какие бы то ни было другие примешанные цвета. Чистая серость. Лишь где-то вдалеке, у самого горизонта болтались облака серо-розового цвета, хотя возможно просто небо алело от восхода.Земля же, наоборот, пестрела. Если не приглядываться, то она казалась грязно зеленой, а при фокусировании взгляда на одной конкретной точке можно было найти какие угодно цвета.Игорь стоял, разглядывая странный пейзаж и не понимая где находиться и зачем он тут оказался.Он ощущал странный запах сырости, хотя ни одного источника влаги не было видно, а земля казалась совершенно сухой. К тому же, довольно сильно дующий ветер, был как будто подогретым, как будто кто-то направлял на Игоря включенный фен. Звук, кстати, был примерно такой же.Некоторое время Игорь продолжал стоять в замешательстве, пока не уловил, что что-то изменилось. Несколько мгновений понадобилось ему, чтобы понять что именно. Изменился звук. К гудению ветра примешался тонкий звон, похожий на звон бьющегося стекла или скорее фарфора. Игорь огляделся в поисках источника этого шума и остолбенел.В паре метров от него трескалась земля. И не просто трескалась – отделившиеся кусочки поверхности проваливались куда-то вглубь. Провал стремительно расширялся, все новые и новые кусочки земли со звоном исчезали в его темноте.Игорь понял – еще чуть-чуть и он точно также упадет в бездну. Он обернулся и побежал.Звон усиливался. Игорь обернулся и увидел, что куски земли, отваливающиеся в пропасть стали больше, провал ускорился, настигая свою жертву.Когда Игорь снова повернул голову вперед он едва не упал. Перед ним, на расстоянии метров ста, примерно в полукилометре над землей плыл в воздухе остров.Как будто гигантским экскаватором вырвали из земли не менее гигантский кусок и запустили его в небо. По краям острова, на толстых канатах были привязаны огромные воздушные шары, которые (иных причин Игорь не мог найти) и держали его в воздухе. Кроме того на острове был город. Здания зеленого мрамора высились одно над другим. Самые высокие были увенчаны шпилями, на каждом из которых блистала золотистая звездочка.Игорь подумал, не понимая, откуда пришла эта мысль, что в том городе должно быть безопасно и что он непременно должен до него добраться.

Словно в ответ на его мысль появилась лестница. Совсем близко, всего пару метров. Прозрачная, лишь слегка позолоченная, она уходила спиралью вверх.Игорь не раздумывая кинулся к ней. Пробежав десяток витков, он обернулся. Землю у подножья лестницы уж вся рассыпалась и теперь уже нижние ступени прозрачно-золотой спирали начали проваливаться в непроницаемо-черную бездну.Игорь бежал, глядя вверх. Лестница казалась бесконечной. Звон осколков за спиной нарастал.Внезапно раздался плеск воды. Такой, какой бывает от прибоя. И, вместе с ним, заливистый женский смех. На очередном витке прямо перед Игорем на ступенях оказалась русалка.От такого поворота событий он застыл на месте. Русалка, посмотрев на него страшными желтыми глазами с узкими кошачьими зрачками, засмеялась и резко ударила хвостом.Игорь почувствовал что теряет равновесие и начинает падение в бездну.Он бросил еще один взгляд в лицо русалки и понял вдруг… проснулся.Он лежал на своей кровати, тяжело дыша, будто на самом деле только что бежал, спасаясь от разваливающейся земли.В стекло окна что-то с силой стукнуло. Да, именно этот звук и выдернул его из сна за секунду до того, как он разглядел лицо русалки, столкнувшей его в пропасть.Игорь рывком встал с кровати и бросился к окну, едва ли не срывая шторы.Темнота. Двор практически вообще не освещен. Интересно куда смотрит управляющая компания?Прикрывшись этой сугубо бытовой мыслью, Игорь выдохнул.И тут его снова накрыло ощущение взгляда. Оно просто приковало его к месту, покрыв холодным липким потом. Где-то во дворе проухала сова. Сова? Посреди города?

Глава 6

Будильник прозвенел спустя секунду после того, как Игорь открыл глаза.Совершенно автоматически он выполнил все утренние процедуры и отправился на работу. Собственно, рабочий день прошел в том же слабоосознаваемом режиме автопилота.По дороге домой Игоря не покидало ощущение большой беды.С самого утра создавалось ощущение, что в черепе кто-то играет его тяжелыми, как свинцовые шары мыслями в бейсбол. Не желая больше терпеть подобные спецэффекты, Игорь зашел в магазинчик около дома и купил пару банок пива – в самый раз, чтобы немного облегчить интенсивность мыслительных процессов.Если не хотите думать – смотрите телевизор. Как бы скептически не относился Игорь к сенсациям о том, что телевидение нас зомбирует (странно слышать такие заявления по тому же телевидению), но способ действенный на сто процентов. А если телеэфир сдобрить парой-другой бутылок не очень плохого пива, то у тяжких дум не останется ни единого шанса.Пиво открылось с рекламным шипением, хотя может быть, шипение было как раз таки из рекламы.

Показывали какой-то фильм. Очередная мыльная опера местного производства. Игорь даже честно попытался вникнуть в сюжет. Действие происходило на каком-то не то приеме, не то балу и все ожидали появления незнакомки, вокруг которой, как понял Игорь, и крутился весь сюжет фильма.И вот настал кульминационный момент – появление героини.Игорь поперхнулся пивом – на него с экрана смотрела Света. Смотрела и улыбалась своей такой знакомой, счастливой улыбкой.Практически не дыша, Игорь досмотрел фильм.Он все пытался поймать в героине хотя бы какие-то черты Свете не свойственные. Но все жесты, все движения, каждая черта лица были настолько знакомы, что сомнений просто не могло возникнуть.Да, это была Света.С каких пор она снимается в кино? Почему она никогда ему не говорила даже о том, что хочет попробовать себя в этом? Мировосприятие рушилось на глазах, как всегда бывает, когда вопросов больше чем ответов.Игорь провел рукой по лицу, будто сгоняя морок, но лицо Светы по-прежнему улыбалось с экрана.С металлическим звоном смялась в его кулаке банка пива. Часть золотистой жидкости с элементами белой пены бесшумно расплескалось по креслу, но Игорь этого не заметил.Взгляд его был пустым, зрачки расширились, будто он принял изрядную дозу чего-то наркотического. Сердце тяжело бухало, гоняя кровь по телу.Игорь встал и прошел на кухню, поставил смятую банку на стол, и умылся в мойке.В квартире было тихо. Телевизор, оставленный включенным, почему-то молчал.Тишина давила и сгущалась, снижая светимость и без того маломощных лампочек.«Сейчас начнется какой-нибудь очередной кошмар» - грустно подумал Игорь.Когда в этот же момент раздался дверной звонок, он даже подпрыгнул на месте. Потом, нахмурившись, быстро подошел к двери и, не глядя в глазок, не спрашивая кто там, он распахнул ее.На площадке стояла Света. Голова ее была опущена, а взгляд бегал, как у ребенка, разбившего все бьющееся в квартире.- Привет. – тихо-тихо сказала она.Игорь боялся дышать, чтобы не спугнуть это видение. Это очередная галлюцинация, думал он. Не может же это быть по-настоящему?- Света? – наконец проговорил он.- Можно войти? – спросила она также негромко.Он отошел в сторону пропуская ее.В гостиной она грустно посмотрела на залитое пивом кресло.- Прости меня. – сказала она, повернувшись к Игорю, - я сама не понимаю, что на меня нашло. Как-то… я даже не могу объяснить. Игорь стоял, привалившись к дверному косяку. Мысли его путались.- Ты снимаешься в кино? – спросил онГлаза Светы округлились, а брови удивленно поплзли вверх.- В каком кино?Вместо ответа он кивнул на телевизор, на экране которого вновь красовался крупный план главной героини. В этой сцене она была очень чем-то удивлена. И совершенно такое же, точь-в-точь, как две капли воды, удивленное лицо смотрело в экран.- Очень похожа, - проговорила Света. – Никогда ее раньше не видела. – она перевела взгляд на Игоря. – Ты думал я в тайне от тебя снимаюсь в кино?Она тихо посмеялась и изящно скользнула к Игорю, обняв его за шею.- Ты ведь простишь меня дурную? Я так соскучилась. К тому же, ты не можешь злиться на кинозвезду, - она выжидательно посмотрела на него – не злится ли?Секунду он смотрел ей в глаза, пытаясь уловить кукую-то фальшь, игру или обман. И не заметив ничего, сильнее прижал ее к себе, спрятав лицо в волосах.- Свет, я схожу с ума.Она взяла его за руку и усадила в кресло, а сама села на колени и свернувшись клубочком, зашептала на ухо:- Все будет хорошо. Я никогда больше тебя не оставлю. Мы со всем справимся.Она говорила что-то еще, много и очень нежно, но Игорь уже не слышал ее. В его груди будто распутался тугой узел. Ему было легко и спокойно.

Глава 7

Совсем небольшой, тоненький слой стекла, покрытый каплями воды, превращает обычный пейзаж за окном в необыкновенно фантастическую картину.Игорь лежал на кушетке, заложив руки за голову. Прошла неделя с момента его первого появления в этом кабинете, а ему казалось, что это было всего час назад. Расслабляюще-теплая атмосфера, царившая в кабинете доктора, напрочь выметала из его головы все мысли, страхи и опасения.Собственно, сам доктор, согнувшийся над своим столом, с его разноцветными глазами, сейчас быстро бегающими по строчкам Игорева дневника, был каким-то релаксирующим, успокаивающим.К концу рабочего дня зарядил дождь и Игорю пришлось добираться сюда короткими перебежками – от остановки к остановке, от одного укрытия до другого. Но несмотря на все свои предосторожности, он все таки до нитки промок. И вешая на красивую резную вешалку в кабинете доктора свою потрепанную куртку он испытал жуткое недовольство собой, видя, что на пол уже натекло порядком воды.Доктор приветствовал Игоря, как давнего знакомого. Заметив, что тот продрог, предложил коньяка, отметив, что это исключительно в медицинских целях.От коньяка Игорь отказался и с удовольствием вытянулся на предложенной кушетке. За день он порядком устал сидеть на жестких офисных стульях, которые раздобыли не пойми где (но по дешевке, разумеется), и теперь чувствовал, как расслабляются его мышцы в этом плюшевом ложе.В то время, пока Игорь устраивался, доктор взял его дневник и погрузился в чтение. Выражение го лица оставалось при этом бесстрастным. Будто бы он читал колонку не смешных анекдотов в газете – вроде бы и слышал их уже тысячу раз, а все равно читаешь, то ли в надежде найти что-то новое, то ли просто из уважения к труду журналистов.

Игорь какое-то время следил за доктором, потом понял, что каких-нибудь эмоций или мыслей он все равно не увидит, и погрузился в созерцание вида за окном, который, каплями воды, был превращен в необыкновенно фантастическую картину.Огни домов и автомобилей приобрели какую-то романтичную нечеткость и расплывчатость. Многократно отражаясь в лужах и на мокром асфальте, они будто бы прятали себя за множеством копий себя – и похожих и непохожих одновременно.Игорю вспомнилось, как он когда-то пережидал дождь на втором этаже торгового центра. Он стоял на чем-то вроде балкона и опираясь о перила смотрел сверху на толпу людей, спешащих скрыться от льющих с неба потоков воды.Люди были какие-то до безобразия одинаковые. Не до такой, конечно же, степени, чтобы совсем, но все таки было в них что-то, что заставляло думать, что они совершенно одинаковы. Торопливая походка, желание поскорее спрятаться, злость на соседа по тротуару, у которого, непонятно зачем, слишком большой зонт, который ведь всем мешает.Да. Зонты. Сверху эта толпа казалась бугристой равниной от торчащих полусфер зонтов. Все они были каких-то мрачных, сероватых тонов. И если где-то и пробивался яркий лучик цветного зонтика, то его тут же либо проглатывало море серых, либо оттесняли поближе к дороге, чтобы человека, который посмел его раскрыть, окатила водой проезжающая мимо маршрутка и он, решив, что уже все равно и можно мокнуть, сам закрыл свой неформатный зонт.Игорь продолжал смотреть в окно, но ничего уже не видел. Взгляд его сейчас, нарушая все законы физики и логики, путешествовал сквозь время и пространство, выискивая и выискивая в той толпе яркие пятна и следя за их печальной судьбой.Из раздумья его выдернула тень, пронесшаяся мимо окна. Игорь вздрогнул и в тот же момент заговорил доктор:- Итак, Игорь, - тон его был ровным, тембр голоса успокаивал, но не убаюкивал, оставлял внимание острым, - я рад, что вы так скрупулезно выполняете мои предписания. Уже сейчас я вижу, что ваш дневник очень и очень поможет нам в деле разъяснения вашей проблемы.Игорь понятия не имел, о том каким образом это может получиться, но на всякий случай кивнул.- Теперь, я попрошу вас снова напрячь память и постараться сейчас припомнить самое шокирующее, что происходило с вами в детстве. Что-то, что вас особо потрясло.Игорь на секунду сосредоточился, припоминая, как в тот же момент мурашки дружными колоннами промаршировали по его спине. Он понял, что именно его - самое страшное свое детское воспоминание - он не так давно рассказывал на своей кухне Свете.- Да, - проговорил он, - был у меня один случай... - и Игорь подробно пересказал доктору историю с телесериалом и утонувшей девочкой.Тот слушал не перебивая, лишь иногда, не глядя, делая короткие пометки на листе бумаги, лежащем перед ним.- А вам не кажется, что девочка из фильма чем-топохожа на Светлану? - спросил доктор, когда Игорь закончил.Парня этот вопрос поставил в тупик. Он даже не подумал бы никогда проводить подобные параллели, но теперь, когда его на это натолкнули, он понял, что та актиса, повзрослев могла бы быть похожа на Свету. Это он и ответил доктору. И тут его электрическим разрядом ударила мысль, которую он тут же и озвучил:

- Я вчера смотрел фильм один... случайно наткнулся... в общем там играла актриса - просто копия Светы. Я уже не знал, что думать: то ли я с ума схожу, то ли Света меня обманывала. Но тут пришла сама Света и сказала, что это не она, а просто девушка на нее похожая. Как вы думаете, она мне соврала?Доктор поставил локти на стол и свел вместе кончики пальцев.- Это сложный вопрос, и я пока не могу дать на него точного ответа. Продолжайте вести дневник и мы с вами во всем разберемся.Он посмотрел на Игоря своими странными глазами. Вся та бездна вопросов, которая вертелась в голове у парня внезапно рухнула куда-то далеко-далеко в самые темные закоулки сознания. Он, будто загипнотизированный не мог отвести взгляд.- На этом нам лучше закончить сегодняшнюю беседу., - сказал доктор, после недолгого молчания, - В следующий раз давайте встретимся в ближайшую среду. До свидания, Игорь.Игорь, все в том же полугипнотическом состоянии взял с вешалки куртку и, попрощавшись, вышел из кабинета.Всю дорогу до дома его не покидало ощущение взгляда, которое постепенно, уже становилось привычным. Но теперь Игорю казалось, что глаза, следящие за ним наверняка разноцветны.

Глава 8

Все-таки работа Игорю не особо нравилась. Но, не набив еще оскомину, она не становилась в тягость. Рабочие дни его проносились сплошным серо-прозрачным вихрем, не оставляя за собой ничего, кроме ощущения усталости и некоторой апатии. Небо хмурилось, окрашивая город в безрадостные блеклые цвета, намекая о скором приходе зимы. Собственно, о том же твердила и температура упрямо опускающая красный ртутный столбик все ближе и ближе к отметке «ноль».Может хоть Света сегодня зайдет – подумалось Игорю и уже от одной мысли стало порядком теплее. А потом он сообразил, что его вечно полупустой холодильник сегодня с утра окончательно опустел и даже чая осталось максимум на одну заварку. Он достал из кармана пачку сигарет и усмехнулся – осталось всего три штуки. Все один к одному – подумал он и резко изменил курс в сторону супермаркета.В воздухе висел дождь. Еще десяток-другой минут и он разразится на полную катушку. Успеть бы до дома добраться.В супермаркетах Игорь всегда терялся. Какофония красок, звуков, запахов накрывала его, как цунами и долго мотала по обширным торговым площадям. Даже сейчас, имея четкую цель закончить променад как можно скорее, он несколько раз ловил себя на мысли, что оказывается тех отделах, где ему покупать совершенно ничего не нужно.Наконец, простояв небольшую очередь, он оказался у кассы. Кассирша, достаточно молодая женщина с усталыми и потухшими глазами лениво и монотонно пробивала товар. Возьмет упаковку печенья, приложит к ней футуристический пистолет считывателя, рассеянно кивнет пискнувшему компьютеру, отложит печенье в сторону, возьмет коробку чая, приложит, кивнет, отложит. Слушая это неторопливое «пик. пик» Игорь размышлял, не потому ли работа этой женщины такая нудная и неинтересная, что выполняет она ее очень нудно и неинтересно? И не то же самое ли происходит с его собственной работой?Взгляд его упал на полку с рядами жевательных резинок. По ней ползла муха. Такая же хитрая и злокозненная, как та, которую он видел когда-то в кабинете доктора. Сейчас она, видимо, была занята выбором – встала на середину упаковки мятной жвачки, остановилась, будто размышляя, перебежала на упаковку фруктовой.Продавщица, заметив за чем наблюдает парень, махнула рукой, прогоняя муху.- Пакет надо? – спросила она.Игорь отрицательно покачал головой и, расплатившись, принялся складывать покупки в рюкзак.Ну улице уже стемнело и пошел дождь. Это при свете дня дождь безрадостное, угрюмое зрелище. Вечерний свет фонарей и неоновых реклам в оправе из дождя становится по-настоящему волшебным. Все вокруг как будто размывается, становится похожим на акварельный рисунок. Любые огни как-то по-особенному отражаются в окнах, витринах, асфальте, даже в глазах людей. Улицы, раскрашенные разноцветным светом фар, становятся похожими на бесконечный радужный поток, из которого наверняка берет начало какая-нибудь радуга.Настроение Игоря от этой картины улучшилось.Это при свете дня дождь безрадостное, угрюмое зрелище. Вечерний свет фонарей и неоновых реклам в оправе из дождя становится по-настоящему волшебным. Все вокруг как будто размывается, становится похожим на акварельный рисунок. Любые огни как-то по-особенному отражаются в окнах, витринах, асфальте, даже в глазах людей. Улицы, раскрашенные разноцветным светом фар, становятся похожими на бесконечный радужный поток, из которого наверняка берет начало какая-нибудь радуга.

Дождь к этому времени приобрел силу тропического ливня, разогнав и без того редких прохожих под остановки и деревья, где они теперь и жались, пугливо дожидаясь окончания этой водной феерии.Игорь спрятался под козырьком торгового центра и курил.После недавнего странного состояния напряжения ему было легко и даже как-то хорошо. Красота ночного города вытеснила из его головы все тяжелые мысли.Выбросив окурок в урну, он начал намечать наиболее сухой путь до дома. Первым дело надо перейти дорогу. Найдя взглядом пешеходный переход, он уже было двинулся к нему, как вдруг замер, увидев на той стороне дороги, в окне кафе Свету.Он улыбнулся, думая, что не зря зашел в магазин и продукты на этот вечер точно будут очень кстати. Светофор только что дружелюбно горевший зеленым светом, зажег красный. Игорь стоял на кромке тротуара, нетерпеливо пропуская поток машин. Света пропала из окна, наверное, выходит. Главное не пропустить ее сейчас.На другой стороне улицы Игорь оказался как раз в тот момент, когда Света открыла дверь кафе. Оглядевшись по сторонам, она улыбнулась и прикрываясь своей тонкой, плоской сумочкой от дождяпобежала к дороге.Игорь смотрел ей вслед. Дверь одной и припаркованных тут машин открылась и из нее вышел молодой мучина. Добежав до него, Света обняла его за шею и, быстро поцеловав, нырнула в, наверняка, кожаный салон иномарки. Мужчина нырнул следом и они уехали.Игорь стоял посреди улицы, совершенно не замечая, что уже насквозь промок. Достав телефон, он набрал номер Светы. «Телефон абонента быключен» - только и успела проговорить трубка. Подумав секунду он набрал номер доктора.- Здравствуйте. Да. Я могу сейчас приехать? Хорошо.Игорь убрал телефон в карман и побрел в сторону остановки. Дождь начал постепенно прекращаться.

Глава 9

- Она села в машину и уехала. – Игорь потер руками глаза.Доктор, с тех пор как Игорь расположился на уже привычном месте на кушетке, сидел, положив голову на сцепленные в замок руки. «постоянно он так сидит» - подумал Игорь, глядя на переплетение пальцев доктора.- Это не мог быть кто-нибудь из ее родственников? – спросил доктор, когда молчание начало изрядно тяготить Игоря.Парень задумался. Вроде он никогда и не видел никого из Светиных родных, но тот поцелуй совершенно не казался, скажем, поцелуем брата и сестры. По крайней мере, так ему казалось.- Нет, но я думаю, что это не так. – озвучил он.- Тогда примем это за данность, - сказал доктор, выставляя вперед раскрытые ладони, - А вы пыталсь после этого как-то поговорить со Светланой?- Ну… я сразу же ей позвонил, но телефон был выключен. Потом еще раз, по дороге в вам. Тот же результат.- Ясно, - задумался доктор. – А между вами ничего экстраординарного не проходило в последнюю встречу? Что-то, что вы упустили в прошлый наш сеанс?У Игоря как будто мурашки по спине пробежали. Доктор говорил так, как будто он точно знал, что именно твориться с его, Игоря, жизнью, но хочет, чтобы он до всего додумался сам. Но его пациент настолько глуп, что его приходится снова и снова подталкивать к нужным мыслям.- Да нет, я все вам рассказал.Доктор слушал так, как ему и положено слушать – внимательно, сочувственно покачивая головой.- Да, это вне всякого сомнения необычно. – подытожил он.- Что это может значить? Я просто уже голову сломал, пытаясь разобраться. Почему она так поступает?- На данном этапе сказать трудно. – доктор пожал плечами, - Можно придумать тысячи объяснений и все они будут правдивы. Попробуйте поговорить с ней и выяснить в чем причина ее… хм… столь странного поведения. А пока, - он на секунду запнулся, - скажите, ваш дневник у вас с собой? – дождавшись утвердительного кивка он продолжил, - Тогда я хотел бы попросить вас прямо сейчас сделать новую запись. На это раз вам нужно будет целенаправленно вспомнить эпизод. И не какой-нибудь, а самый счастливый. Вспомните тот момент, который, как вам кажется, был самым счастливым в ваших со Светланой отношениях.Игорь задумался. Все таки они уже очень давно вместе. И что бы теперь ни происходило у них было множество очень и очень прекрасных дней. Самый счастливый, хм…Он достал из рюкзака дневник, взял у доктора его ручку – тонкую, серебристую с черными вставками – и начал писать.

ЗАПИСЬ 4

Мы давно собирались выбраться в этот городок, полный старинных усадеб, изящных памятников и тенистых парков.Свету всегда тянули такие места, где так тонка была грань между искусством и разрухой. Всю дорогу она болтала о том, где объязательно нужно побывать и непременно нужно сфотографиороваться. А мне было по большому счету плевать, лишь бы быть рядом с ней.К тому времени, мы уже год были вместе и я успел в достаточной мере изучить ее привычки и манеры, чтобы точно реагировать на малейшие изменения настроения.И это был поистине прекрасный день.Света была растворена в круговерте сменяющихся декораций, придумывала все новые и новые ракурсы для фотографий, приходила в восторг от самых глупых аттракционов, совсем как ребенок. А я просто был счастлив, что рядом со мной любьимая девушка и от того, что она счастлива.Уже ближе к вечеру, когда мы уже направлялись на вокзал, чтобы отправиться домой, мы оказались в одном дворе. На стене дома синей краской по трафарету было написана строчка из песни одной из любимых Светиных групп. "Пожалуйста, будь моим смыслом" гласила надпись с наивным сердечком под ней. Света была в восторге от этой нашей находки и видела знак мироздания в том, что в этом достаточно захолустном городке мы ее вот так случайно нашли.- Пожалуйста, будь моим смыслом! - пропела она мне, обнимая.Я смотрел на нее и понимал, что не хочу, чтобы этот день заканчивался.- А ты моим уже стала, - ответил я ей.

- Да, это многое объясняет, - задумчиво проговорил доктор, когда закончил чтение только что написанного.Пальцы Игоря впились в обивку дивана.- Что? – жадно спросил он.Доктор только грустно покачал головой:- Не сегодня. Я вас попрошу оставить ваш дневник у меня, для более глубокого анализа. Мы все это обсудим в следующий раз.- И что же мне теперь делать? – голос Игоря наполняло отчаяние.- То, что я вам уже говорил – дозвонитесь Светлан и попытайтесь с ней обо всем поговорить.

Глава 10

Утро добрым не оказалось.От непривычно долгого сна болели ребра, онемела, затекшая рука покалывала, уголок подушки отпечатался на щеке.Вставать не хотелось категорически, но лежать было тоже невыносимо.Игорь слез с кровати и кряхтя, как заправский старик побрел в ванную, где он минут пять рассматривал себя в зеркало.Выводы сделанные им были неутешительны – он себя порядком подзапустил. Лицо покрывала четырехдневная щетина, под глазами залегли темные мешки, волосы явно требовали стрижки.Игорь вздохнул и потянулся было за бритвой, но на полдороги передумал. В процессе приготовления завтрака он вспомнил вчерашнюю встречу со Светой. Настроение его от этого упало в глубокую-глубокую яму.В конце концов, с ее стороны это просто неприлично – отключать телефон на почти целый день. После стольких лет вместе.За этими невеселыми мыслями Игорь передержал на плите яичницу и она немного подгорела.Ругнувшись, он выложил глазунью на тарелку, достал с полки кружку и заварил кофе. Завтракая, он вспоминал все свои предыдущие записи в дневнике.«Странно, - думал Игорь, - за что доктор там собирается цепляться? На основании чего он пытается понять все со мной в порядке или нет? И как с этим бороться? Ведь если бы было что-то не так, то я бы и сам это заметил».Доев, Игорь отправился на работу.

День снова пронесся невнятным вихрем.Света так и не включала телефон, хотя он названивал ей каждые полчаса, срывая недобрые взгляды начальника отдела. Игорь даже, рискуя нарваться на штраф за посещение соц.сетей на рабочем месте, заглянул на ее страничку, но на ней в последние года три ничего не менялось, с того момента, как она в этих сетях разочаровалась.Домой он решил идти пешком, благо погода просто шептала о том, что ближайший такой погожий день может случиться едва ли через полгода.Едва лишь он вышел на улицу, как в него хищной птицей вцепилось уже привычное ощущение взгляда. Поздоровавшись с ним, как со старым знакомым, он повернулся чтобы начать свою прогулку да и остановился как в сену врезавшись.В конце квартала располагалось здание какого-то крупного банка. Видимо банк как никогда процветал, потому что сверкал свежим ремонтом, площадка перед ним отличалась дорогой, а главное, чисто выметенной тротуарной плиткой и резко контрастировала с переломанным асфальтом на остальной части улицы. Посреди площадки почти неслышно журчал невысокий фонтанчик. Чаша его, не более двух метров в диаметре, венчалась трехметровой статуей дельфина, стоящего на хвосте и извергающего изо рта и глаз струи воды. Впервые увидев это чудо архитектуры и дизайна, Игорь решил, что тот кто его придумал – идиот.Но сейчас он смотрел совсем не на фонтан, а на того, кто сидел на нем.На самом верху, на голове дельфина, сидела, не отводя внимательных янтарных глаз от Игоря, большая коричнеко-рыжая сова.Сова! В центре города? Посреди дня!В голове Игоря вихрем пронеслись события последних дней: бесконечное это ощуение, что за ним наблюдают, тот звук когтей, бьющихся о подоконник, крик птицы во дворе ночью. Почему-то он был уверен, что это та же самая сова.Все это он подумал, неотрывно глядя в глаза птице. Она тоже неотрывно смотрела на него, словно он был мышью и она собиралась им позавтракать, раз уж проснулась в такую рань.Внезапно сова издала пронзительный клекот, на который никто кроме Игоря не отреагировал, и молнией рванулась в сторону, едва не врезавшись в девушку.Девушка вздрогнула, когда мимо нее пронеслась птица, посмотрев ей вслед, а когда снова обернулась Игорь увидел, что это Света.Вмиг стряхнув с себя оцепенение и выбросив из головы странную птицу Игорь почти побежал вслед за ней. Но девушка тоже явно куда-то торопилась и шла очень быстро. Они прошли квартала три, прежде чем расстояние между ними сократилось едва ли в половину.Света остановилась на большом перекрестке. Движение тут было оживленным и своего сигнала светофора приходилось ждать едва ли не по десять минут.«Что я ей скажу? Спросить любит ли она меня? Сказать, что я ее люблю? Спросить, кто был тот парень вчера?» - роилось в голове Игоря. Уже приблизившись к перекрестку, он заметил небольшой цветочный магазин. Мысль появилась в голове спонтанно, он понимал, что в любой момент Света может перейти дорогу, смешаться с толпой и он ее уже никогда не догонит.Но все таки он вбежал в магазинчик и бросив на прилавок пятисотрублевую купюру и не слушая криков продавщицы выхватил из вазона, как ему показалось, самую пышную розу.Оказавшись снова на улице он увидел, что зеленый уже горит и Светы нет. Бросившись черз проспект, он едва ли не подпрыгивал, выискивая девушку среди бурлящего потока людей, идущих навстречу друг друга.Он уже решил, что упустил ее, когда заметил, сворачивающей во двор. Теперь он уже бежал не замечая вокруг ничего. Успев поставить ногу под закрывающуюся массивную дверь подъезда он вбежал следом и с ужасом услышал звук закрывающихся дверей лифта. Недолго думая, он взлетел по лестнице на второй этаж и ударил по кнопке вызова. Пневматические двери разъехались. В просторной кабине, глядя в немного грязное зеркало стояла Света. На секунду она посмотрела на Игоря и продолжила разглядывать зеркало. Будто перед ней стоял незнакомый человек.Она его попросту не узнала.- Света. – проговорил Игорь, все еще переводя дыхание.

Девушка посмотрела на него, ожидая, что он продолжит. В ее взгляде была вежливость и приветливость, с какой подсказывают дорогу заблудившемуся туристу.Игорь вошел в лифт. И протянул розу.- Это тебе. – девушка уже удивленно посмотрела на цветок в его руках, но даже не шевельнулась, чтобы его взять. – Почему ты отключила телефон?Она сделала едва заметный шажок назад, прижавшись к стенке лифта. Теперь уже она была немного напугана.- А мы… эээ… знакомы? – спросила она.Знакомы?! В этот момент Игорь готов был взорваться. Знакомы ли они? Она издевается? Что за игры? Нет уж, он все выяснит здесь и сейчас. Хочет она того или нет!Он ударил по кнопке аварийной остановки. Лифт вздрогнул и замер, моргнула лампочка.- Что вы делаете? – воскликнула Света.- Что это значит? – Игорь сделал шаг к ней, отчего она просто вжалась в стенку. – Света почему ты делаешь вид, что мы не знакомы? Что присходит, я не понимаю.Девушка была в панике. Она часто дышала, глаза ее метались из стороны в сторону, ища путей к побегу, но куда деваться из заблокированного лифта?- Потому что мы не знакомы. Я вас не знаю, - в ее голосе были высокие нотки ужаса. – Выпустите меня или я закричу.- Не знакомы? – теперь и Игорь повысил тон. Что за шутки? За кого она его держит? – То есть совсем незнакомы? Ты смеешься надо мной? – он сделал еще шаг к ней и взял ее за плечи, - Света…- На помощь! – закричала она.В голове Игоря была адская каша. Он уже не отдавал себе ни в чем отчета.- Может ты и этого не вспомнишь? – он силой притянул ее к себе и поцеловал. Она принялась судорожно бить его руками, царапая ногтями шею. Наконец, ей удалось его оттолкнуть. Из глаз ее текли слезы, оставляя черные полоски туши.- На помощь! – еще раз закричала она, и рванувшись в другой угол лифта выхватила из сумочки газовый баллончик.Игорь схватил ее за руку, не давая нажать на кнопку. В этот же момент света снова рванулась в сторону, но лишь упала, ударившись лицом о поручень.- Света, - Игорь уже тоже плакал, - ты в порядке?В этот момент двери разъехались и в кабину вбежали парни в форме охранников. Один из них, ударом ноги отшвырнул Игоря от Светы. После чего, ударом в висок вышиб из него сознание.Второй охранник, взяв на руки Свету, которая тоже потеряла сознание, вынес ее из лифта. Первый же, склонившись над телом Игоря, достал рацию и сказал в нее:- Семен, наряд вызывай. Насильника взяли.А в углу кабины лифта лежала купленная Игорем роза. На нежно-розовом лепестке ее сидела муха. Она смотрела на охранника, вытаскивающего Игоря из лифта и потирала лапки. Если бы ее видел Игорь, он наверняка бы подумал, что это та самая муха, которую он видел неделю назад в кабинете психолога. И, видимо, ее коварный план осуществился.

Эпилог

Игорю было выдвинуто обвинение в покушении на изнасилование.В КПЗ он сидел полностью разбитый, потому что, как ему передали, Света сама написала на него заявление. Это состояние прострации не развеялось даже рассказом адвоката, приставленного к нему, о том, что Света на самом деле достаточно известная актриса и что в кино она снимается с самого детства.В один из дней, счет которых он, к тому моменту уже окончательно потерял, его повезли на следственный эксперимент. В подъезде, возле лифта было много народа. Двое конвойных, приведших его, следователь, адвокат, человек с камерой и Света. Увидев его, она затряслась и отступила за спины мужчин.Он посмотрел на нее и спросил:- За что ты со мной так?Встреча на следственном эксперименте его будто бы разбудила. Он рассказал, что встречался со Светой достаточно долго, что их часто видели вместе. Рассказал, что в последнее время стал обращать внимание на странности, что начал ходить к психологу, про дневник. Рассказал все как было.

- В зал приглашается свидетель, Иванова Юлия Владимировна. – голос секретаря суда звучал сухо, беспристрастно и даже как-то шершаво.Одна из створок высоких распашных дверей открылась и вошла молодая девушка, Игорь узнал официантку из «Театрального». Она, немного напугано прошла мимо толпы народа, сидящего на специально принесенных стульях, мимо сидящих напротив друг друга Светы и Игоря и встала за небольшую кафедру, напротив судейского стола.Дело вышло скандальное, все-таки Света была достаточно известна, зал был полон журналистов, и от того ужасно душен. Игорю вспомнился коридор в его теперь уже бывшем офисе, где даже открытое окно не могло перебить духоту. Тут бы его тоже не помешало открыть.- Юлия Владимировна, вам знаком этот человек, - обвинитель указал рукой на Игоря.- Да, ответила официантка, - он часто приходил в наше кафе, всегда заказывал на двоих, но одна порция всегда оставалась нетронутой. Хотя оплачивал он все. Мы сначала думали, что он кого-то ждет, а потом решили, что он просто… эээм… немного не в себе. Жалко его было.- Хорошо, - продолжал опрос обвинитель, - а эту девушку вы знает? – он указал на Свету.- Ну конечно же. Много раз видела ее в кино.- Спасибо, Юлия. – отпустил он свидетельницу, - Как мы видим, на лицо признаки у обвиняемого некоего психического расстройства, наличие которого он сам не отрицал, обратившись к психиатру. – тут обвинитель запнулся, слегка усмехнувшись, - Хотя по указанному им адресу, нет не то что никакого психолога, там вообще недостроенное здание. Но мы нашли дневник обвиняемого, который он, по его же словам, вел по настоянию своего врача. Игорь рассказал нам, что туда он должен был писать воспоминания и мысли об их отношениях с истицей. – обвинитель вышел из-за своего стола и пошел к столу судьи.Игорь совершенно безэмоционально отметил, что в его руках находится его дневник.- И, как мы можем увидеть, - он открыл ежедневник и быстро пролистал страницы, - он совершенно пуст. Все страницы этого дневника чисты. А значит, он и не был никогда с ней знаком.Он оставил дневник на столе судьи, чтобы тот мог с ним ознакомиться и вернулся за свой стол.В этот момент окно распахнулось и в зал ворвался порыв ледяного январского ветра, разметая со столов страницы протоколов и других документов. Он, помимо прочего, раскрыл Игорев дневник, и принялся переворачивая листы.Игорь смотрел, как перелистываются чистые страницы и в голову ему пришла до ужаса патетичная мысль о том, что этот дневник - его жизнь. Он пустой, в нем только чистые страницы. Он перевел взгляд на открывшееся окно. На подоконнике сидела большая коричнево-рыжая сова и сверлила его взглядом.Игорь долго и в громко смеялся, а когда его попросили сохранять тишину, начал смеяться про себя.- … и приговаривается к принудительному лечению, - ударил судья молотком.А про себя Игорь продолжал смеяться, не слыша ничего вокруг.

ЗАПИСЬ 5

С того момента, как Света переехала ко мне все вошло в спокойное русло. Все те странности, которые я надумал и из-за которых пошел к доктору теперь кажутся такими глупыми и не имеющими смысла, что мне даже как-то неудобно.Наконец-то все устаканилось с работой и даже наметились перспективы карьерного роста. Всего бы этого, конечно же, не было, если бы не постоянная поддежка Светы, ждущей меня каждый день дома с работы. Если бы не она я бы уже давно сошел с ума.А поскольку все проблемы разрешились, то и вести этот дневник больше нет нужды. Так что, это запись последняя.Игорь закрыл дневник и откинулся на спинку стула.- Ты чего не спишь? – окликнула его Света, приподнимаясь на кровати.- Кошмар приснился, - ответил он любуясь на нее, кутающуюся в одеяло.Света постоянно отбирала у него по ночам все одеяло, за что он называл ее постельным тираном.- И что же тебе приснилось? Чудище страшное? – подмигнула она.- Нет. Это был странный сон. Как будто мы с тобой никогда не были знакомы. Но я все равно любил тебя. А когда встрели… - он замолчал, - Да ладно, это ведь всего лишь сон.- Вот и ладно, - согласилась она, - Иди тогда ко мне. Только окно закрой, а то что-то холодно.Игорь выключил настольную лампу и подошел к окну.Но подоконнике сидела сова. В темноте ее глаза светились уютным оранжевым светом, какой бывает в зимние вечера из окон кухонь счастливых семей. Улыбнувшись, Игорь погладил птицу. Ощущая под пальцами приятную прохладу перьев. Сова негромко ухнув, переваливаясь повернулась и вспорхнула с подоконника, растворяясь в ночной темноте.Игорь лег в кровать и обнял Свету. Исходившее от нее тепло приятно успокаивало и убаюкивало его.А на столе, на ворохе рабочих бумаг, лежал его дневник. В красивом кожаном переплете и с совершенно чистыми страницами.