Чистота

Глава 1

Будильник просигналил ровно в шесть-пятнадцать. Я высунула руку из-под одеяла и нажала на кнопку. Вздохнула и поднялась. Сняла пододеяльник с одеяла, наволочку, простынь и быстренько заложила в стиралку, включила режим кипячения и вернулась в спальню. Постелила свежее белье, наслаждаясь запахом фиалкового кондиционера: почему-то от него рождается ощущение спокойствия, защищенности, чистоты.

Вернулась в сияющую белую ванную, проверила машинку, умылась, почистила зубы. Заодно почистила раковину Доместосом с хлоркой, зеркало, стакан для зубной щетки.

Пришла на кухню, включила кофеварку и телевизор. Сегодня в утренней передаче планировалось мое интервью, снова. Мама, наверняка, будет смотреть, да и мне надо освежить в памяти, что именно я говорила…

Попивая горячий кофе со сливками, смотрела, как ведущая расхваливала мою компанию, называя меня самой молодой победительницей премии «Бизнесвуман города N».

«Маргарита Викторовна, расскажите, как вам удалось добиться таких высот настолько быстро?! Это просто невероятно!» — восторгалась ведущая.

«Все просто: я занимаюсь любимым делом», — с улыбкой отвечала я. — «Тем более, я делаю это не одна, а с невероятной командой!»

Я помню, что заученно отвечала на вопросы, стараясь выглядеть естественно и не показать, насколько мне страшно. Помню, что напилась успокоительного в то утро. И облила себя антибактериальным гелем до и после интервью, несмотря на то, что флагманская команда моих лучших работников вычистила студию перед интервью. Конечно, я сказала, что это подарок, в честь знакомства. Но, по правде, иначе я бы просто не смогла прийти.

От воспоминаний руки задрожали, и я чуть не пролила кофе. Поставила чашку на стол, вздохнула, зажмурилась. Я дома, я в безопасности!

Вылила остатки кофе в раковину, надела резиновые перчатки, помыла чашку под горячей водой, сняла перчатки, надела другие, помыла раковину с хлоркой, сняла перчатки, помыла кофеварку, помыла стол. Чисто! А, нет… Выключила телевизор, вытерла кнопки.

Я с детства любила убираться, наводила порядок в своей комнате, потом во всей квартире. Это полезное хобби незаметно для всех переросло в страсть, потом в одержимость, а теперь…

Пока одевалась и причесывалась, машинка просигналила о завершении программы. Я развесила белье на сушилке, так, чтобы оно не касалось ни стены, ни пола — иначе придется все перестирывать, и я опоздаю на работу.

Почистила пальто специальной щеткой для шерсти, ботинки обувной щеткой, потом протерла их салфеткой, взяла другую и вытерла сумку. Оделась. Вздохнула. Взяла ключи. Еще вздохнула. На улице тепло, но без перчаток нельзя. Открыла дверь.

Ключом нажала кнопку лифта. Не прикасаясь к стенкам, доехала вниз. Аккуратно, стараясь ничего не задеть, открыла дверь подъезда и вышла на свежий воздух. Теперь можно снять перчатки.

Подошла к машине, протерла стекло, салфеткой взялась за ручку и открыла дверь. Внутри пахло машинным освежителем с ананасом, а когда я протерла сиденье и руль, к запаху ананаса прибавилась нотка лимонного чистящего средства. Ну все, можно ехать.

По радио тоже рассказывали об успехе моей компании. Да, мы получаем самое большое число заказов на уборку в городе, и все потому, что лучше всех следим за качеством. Я с детства любила убираться, наводила порядок в своей комнате, потом во всей квартире. И решила связать с этим профессию сразу после окончания университета. Когда занимаешься любимым делом со всей страстью, это дает свои плоды!

Офис встретил меня чистотой и запахом фиалкового чистящего средства. Протерев ботинки о специальный коврик, я прошла в кабинет, по ходу отмечая шероховатости, грязь и неидеальность: у одного на рубашке пятно размером с Антарктиду, у другого на форме залом высотой с Гималаи. А откуда на ковролине жирные пятна?

Сотрудники разбегались при виде меня, как волны перед Моисеем, делая вид, что очень заняты. А я подмечала и злилась все больше. Как же научить их относиться к чистоте с уважением?!

Дойдя до кабинета, который делила с партнером, я была уже на взводе. Увидев, как Олег пожирает шоколадную булку прямо за столом, думала, взорву офис к чертовой бабушке!

Заметив меня, он аккуратно убрал булку на подоконник и вытер рот салфеткой, но это не помогло: на щеке все еще оставались крошки. Как можно есть на рабочем месте?! И как можно не чувствовать, что на лице еда?

Не говоря ни слова, прошла к своему столу. Протерла телефон, клавиатуру, стол антибактериальной салфеткой. Ответила на письма, подписала приказы. Потянулась к бутылочке с антибактериальным гелем, заметила, что заканчивается. Достала новый.

— Отчеты по последним объектам, — проговорил Олег, нависая над моим столом, и протянул папку.

— Положи, пожалуйста, — коротко ответила, стараясь быть вежливой. — Я поеду раньше. Ты успеешь к четырем? В ресторане на набережной, — напомнила Олегу о будущей встрече, не глядя на него.

— Да, конечно. Ты в порядке? — заботливо спросил он.

— Конечно, — я повернулась и ответила ему вежливой улыбкой, которую так долго репетировала для ТВ.

Он облегченно вздохнул, положил папку на край стола и отошел. Я всегда очень аккуратно обращалась с бумагой, но отчеты, заполненные сотрудниками, — это отдельная статья расходов антибактериального геля.

Закончив с работой, я решила проверить, как справляются новички на тестовом полигоне. И, конечно, разочаровалась. Все было не так! Пятна на полу не оттирались, на стеклах оставались разводы. Ну кто так делает?! Нельзя так относиться к работе!

Ровно в два часа я пошла к машине. Видимо, из курилки не всегда видно парадный вход, потому что коллеги обсуждали что-то бурно и громко. Я уже хотела подойти и сделать замечание, но услышала свое имя.

— Ну как можно так?! Разве она не понимает, что это всего лишь новички?! У нас и так текучка сумасшедшая! — говорил начальник отдела обучения.

— Это ее работа, — я узнала по голосу Олега, — И вообще, ты думаешь почему у нас так много заказов, а? Их было бы так много, если бы качество уборки было ниже?

— Ну, не знаю…

Я не стала слушать. Добежала до машины, села, даже не почистив сиденье. Олег всегда защищал меня, даже когда я в этом не нуждалась! И сейчас я бы справилась без него! Всегда справлялась, и сейчас смогу! Чего он лезет?! Развернула машину и поехала к маме. Хоть поем!

Дом мамы всегда был уютным и чистым. Она специально убиралась перед моим приходом, хотя у нее никогда не было так чисто, как у меня. В ее доме всегда пахло едой и чем-то неуловимо-уютным. Она не попыталась обнять меня при встрече, похвалила интервью и накормила обедом. Наскоро перекусив, я поспешила к набережной.

Удача повернулась ко мне лицом: удалось припарковаться почти у дверей ресторана. Я легко лавировала между редкими прохожими. В перчатках открыла дверь. Заказала кофе в бумажном стакане, аккуратно вылила его в свою кружку, стараясь не обращать внимания на удивленные перешептывания официантов. Никто не любит чистоплюев.

Моя давняя подруга Ира встретила фейерверком радости.

— Маргоша! — пропела она, раскрывая объятья. Я отстранилась, и она одернула себя. — Ой, я и забыла. Проходи!

Не касаясь, она грациозно поплыла к отдаленному столику, за которым уже сидел насупленный Олег и незнакомый молодой человек.

— Как видишь, мой ресторан довольно чистый, но ты лучшая в бизнесе, а предела совершенству нет. Кстати, познакомься, это Вадим, мой партнер. Он пока расскажет тебе все, а мы с Олегом пойдем подпишем бумаги, да? — она почти выцепила Олега из-за стола.

— Очень рад познакомиться с вами, — проговорил Вадим, как только они ушли. — Много о вас слышал.

— Надеюсь, не только плохое, — я улыбнулась и отпила кофе.

— Ну что вы, — он улыбнулся и расслабленно откинулся в кресле. Он напоминал кота, вальяжно устроившегося в теплом углу. Было в его внешности что-то хищное, но при этом мягкое: и взъерошенные рыжие волосы, и внимательный взгляд зеленых глаз, и притворно-расслабленная поза, словно он в любую минуту был готов к атаке.

— О вас очень много рассказали в интервью, — с улыбкой сказал он, подаваясь вперед. — Но, признаюсь, один вопрос меня беспокоит до сих пор. Это правда, что вы не замужем?

Я опешила от наглости, но кивнула.

— Удивительно! И даже любимого человека нет? — не отпускал Вадим.

— Нет, — я отвернулась, стараясь скрыть румянец, жаром заливший щеки, и отпила кофе. Нельзя же так прямо спрашивать!

— Удивительно! Хотя, я и сам такой. С такими графиками, как у нас с вами, нет времени думать о личной жизни! — проговорил он. — Надеюсь, я не задел вас откровенностью, Маргарита? — он так ласково заглядывал в глаза, что я сдалась.

— Все хорошо, — с улыбкой проговорила я.

Он хотел сказать что-то еще, но остановился. Я повернулась и заметила Олега, медленно идущего к нам. Его стальные глаза неотрывно следили за мной, и от этого взгляда сердце застучало гулко и сильно. Что это со мной? Может, кофе слишком крепкий?

— Все готово, можем ехать, — Олег напоминал мраморную статую, холодную и неприступную. Серые глаза, черные волосы, напряженный и жесткий, словно каменная столешница на моей кухне.

— Да ну что вы, еще рано! Тем более Марго только приехала! Олег, ну нельзя же так с боссом! Маргош, попей кофе, отдохни, расслабься, — щебетала Ира. Ну да, она же Вадима привела для меня, а титул сводницы она гордо носила еще с института. Не может же она бросить такой проект. — И ты, Олег! Ну что?

— Я поеду, дела в офисе, — он не сводил с меня обеспокоенного взгляда.

И нечего так смотреть! Да, я в общественном месте, одна, но я не ребенок! Я вполне в состоянии сама добраться до машины и не умереть по дороге!

— Хорошо, Олег, я буду позже, — я отпила еще кофе.

Он поджал губы и бросил напряженный взгляд на Вадима.

— Как знаешь, — бросил он, пожал руку Вадиму.

Олег ушел, а у меня почему-то осталось гадкое послевкусие, словно кофе остыл и испортился. А нового нет и больше никогда не будет.

— Я заметил, вы пьете из своей чашки? — Вадим снова продолжил беседу, когда мы остались вдвоем.

— Да, — я не успела толком ответить, как он продолжил.

— Это очень здорово! Я и сам слежу за экологией, стараюсь заботиться о природе, но впервые вижу такого правильного человека, как вы, — он откинулся в кресле, рассматривая меня с улыбкой.

Я смутилась под взглядом этого породистого мужчины, и, словно школьница, уткнулась взглядом в пол. На глаза попались его ботинки с грязными подошвами. Я провела глазами по узким брюкам, к которым прилипли кошачьи волосы: видимо, дома у него есть рыжий кот.

Брезгливость накрыла волной, и я подскочила.

— Ох, как неудобно! Я совсем забыла о времени! — всполошилась я. — У меня же встреча… Как неудобно!..

— Оставьте хотя бы свой телефон, — проговорил Вадим, — Или вот, возьмите мою визитку.

Он протянул мне карточку, и я бесконечно долго собиралась с мыслями: не взять будет неправильно, но и взять не могу. Трясущейся рукой я дотронулась до тонкой бумажки, осторожно, двумя пальцами забирая ее. Капля пота стекла по виску.

— Мне пора, — проговорила я, задыхаясь, — Была рада встретиться.

Спеша к машине, я так неслась, что налетела на пешехода. Я задела его локтем, и этого было достаточно. Жар окатил горячей волной, ладони вспотели, сердце подскочило к горлу. Дыхание стало тяжелым, воздуха закончился. На негнущихся ногах я подошла к машине, салфеткой открыла дверцу, побрызгала антибактериальным спреем сиденье. Потом стащила с себя пальто и швырнула на пассажирское сиденье. Со всей силы сжала руль. Черт! Придется отдать в чистку!

Снова посмотрела на пальто и аккуратно сложила его в кресле. И поехала в офис.

Опустевшее здание снова встретило запахом чистящего средства. Все уже ушли. Наш с Олегом кабинет тоже пустовал, и в воздухе витал аромат его парфюма и тонкая нотка шоколада. Недоеденная булка валялась в мусорной корзине.

Я села за стол: отчеты проверены, приказы подписаны. Даже записки нет. Трель телефона вырвала из транса.

— Рита, привет! — высокий голос младшей сестры из динамика эхом разносился по кабинету. — Что делаешь? Пойдем в кино?

— Ох, прости, котенок, не сегодня, — я выровняла папки на столе.

— Почему? — сестренка расстроилась.

— Очень много работы, — соврала я. Ребенку не объяснишь, а я сегодня не вынесу еще одного общественного места. — В следующий раз — обязательно!

— Хорошо, буду ждать! — пискнула сестренка.

Я положила трубку на стол, достала салфетку и протерла телефон. А потом спохватилась и вылетела из офиса. Домой, скорее под защиту!

Я аккуратно ехала, хоть и спешила. Но посреди дороги приборная панель замигала всеми красками, и машина, чихнув, остановилась. Я включила аварийку, вышла проверить, что может быть. Салфеткой открыла капот, уставилась на грязные внутренности автомобиля. Наверное, отошел какой-нибудь шланг, только я ведь не подлезу. Проезжающие мимо автомобили гудели, рычали, тащили за собой шлейф грязных брызг. Я вздохнула и полезла внутрь грязного двигателя. Конечно, не нашла причины проблемы, но испачкалась.

Черт! Я захлопнула капот, вернулась в машину и принялась оттирать руки антибактериальными салфетками. А потом вызвала аварийную службу.

— Нам придется отвезти автомобиль в технический центр, сейчас починить не сможем, — разводил руками пухлый мужик в ремонтном костюме, обляпанном машинным маслом и грязью. Его руки почернели от постоянной работы с едкими химикатами, на лице блестели пятна от недавно съеденной жирной пищи. Я рассматривала его грязь, и потому не сразу поняла смысл слов.

Только наблюдая, как мою машину грузят на буксир, я осознала: на этой улице меня найдет смерть — самый центр, вечер, куча людей.

В метро нельзя, в автобус тоже и в такси я не сяду. Что же делать?!

Трясущимися руками набрала Олегу — нет ответа. Маме — нет ответа. Мне конец!

Кто-то задел меня плечом. Потом еще.

Голова закружилась. Воздуха перестало хватать. Звуков стало вдруг очень много: гул машин, голоса людей, чей-то кашель, музыка из кафе, крики птиц, лай собак. Все вдруг смешалось в сплошной поток ужаса. Кажется, я теряю сознание.

Как за спасательный круг, ухватилась перчаткой за ручку кафе. Запах кофе и корицы привел в чувство, но в тот же момент на меня налетел спешащий на выход человек.

— >Звинить, — бросил он, а я поняла, что сползаю на пол. На грязный пол, по которому, наверняка, бегают тараканы… Нет!

Телефон зазвонил, возвращая в сознание.

— Олег, можешь приехать? — задыхаясь, пробубнила я, выходя из кафе. — Пожалуйста! — прошептала я.

— Ты в порядке? — его голос звучал взволнованно.

— Я на улице Ленина. Возле кафе «Бодрость», — промямлила я.

— Сейчас буду, держись! — рявкнул он.

Я отключила телефон и сосредоточилась на дыхании. Я стояла возле стены дома, не прислоняясь к ней, в двух шагах от реки прохожих. Никто не должен меня задеть. Не должен…

Зря я повернула голову. По стене дома полз паук. Я отскочила, попав в пучину людского потока. Безликий прохожий в бесцветно-серой куртке налетел на меня, бросив вслед то ли извинение, то ли ругань. Мелкая собачонка, признав во мне друга, бросилась обнимать, толкнув грязными лапами коленки.

Дыхание перехватило. В глазах потемнело. В ушах зашумело. Грязный асфальт неумолимо приближался.

Я пришла в себя возле чистой машины Олега. Он поддерживал меня одной рукой за талию, другой обливал пассажирское сиденье антибактериальным спреем.

— Олег, — промямлила я. — Спасибо…

— Тшш, — прошипел он, — Садись.

В машине пахло антибактериальным спреем. И Олегом. И этот запах показался таким добрым, таким родным. Я вдруг поняла, что этот мужчина нужен мне, как воздух. И что я совсем не та, ради кого следует так стараться. Не заслуживаю я всего этого!

Мы быстро доехали до моего дома. Олег открыл дверь подъезда, нажал кнопку лифта. Зайдя в квартиру, он разулся и сразу пошел мыть руки.

Я так и стояла у дверей своей чистой квартиры, понимая, что только благодаря Олегу в безопасности. Только благодаря ему я жива!

— Ты в порядке? — он заглянул в мои глаза, и я, словно в первый раз, увидела, какие они у него красивые. Серые, словно стальные. И ресницы такие длинные. — Рита?

Не отрывая взгляда, я подошла к нему, протянула руку, и крепко сжала его ладонь.

Его брови взлетели, глаза широко раскрылись в немом удивлении. А потом он улыбнулся и сжал мою ладонь в ответ.

— Я заеду за тобой завтра, — шепнул он, отпуская.

Мне не нужно сразу мыть руку. Впервые в жизни не нужно. И на сердце так тепло!