Четвёртый

1869-1880 Детство

1869

Июнь

7е. Родился Великий Князь Александр Александрович, второй внук Императора Александра II, сын Цесаревича Александра Александровича и Цесаревны Марии Фёодоровны.

Младенцу ещё задолго до рождения уготовано имя Александра в честь отца и деда. Впрочем, тем же самым, как и для обоих этих славных предков, сие означало тезоименитство со святым благоверным князем Александром Невским, перенесение мощей коего отмечается 12 сентября.

Мальчик оказался удивительно похожим на родителя. Об этой черте внука с порога заявила Императрица Мария Александровна. 58илетняя англичанка Китти (Катерина Ивановна Страттон, Catherine Strutton, 26 марта 1811), таким же младенцем носившая на руках Наследника Александра Александровича, также с изумлением обнаружила, что сын — "копия отца".

Государь Император тут же послал дежурного своего флигель-адъютанта Х в Петропавловскую крепость сказать коменданту, чтобы возвестил городу радостное событие 301м пушечным выстрелом.

18:00. Пушечные выстрелы с Петропавловской крепости при поднятии на кроншпице штандарта возвестили жителям столицы о рождении внука Императора, Его Императорского Высочества Великого Князя Александра Александровича Младшего.

Духовнику Бажанову собором велено сего же вечера во дворцовой церкви Воскресения Христова отслужить благодарственное молебствие с коленопреклонением.

С сего числа при малолетнем Его Высочестве приставлена кормилица Х, крестьянка из Тосненской ямской слободы.

Подписанным Его Величеством в тот же день Манифестом объявлено:

БОЖІЕЮ МИЛОСТІЮ

МЫ, АЛЕКСАНДРЪ ВТОРЫЙ,

ИМПЕРАТОРЪ И САМОДЕРЖЕЦЪ

ВСЕРОССИІЙІСКЙ

ЦАРЬ ПОЛЬСКІЙ, ВЕЛИКІЙ КНЯЗЬ ФИНЛЯНДСКІЙ,

И ПРОЧАЯ И ПРОЧАЯ, И ПРОЧАЯ.

Объявлемъ всѣмъ вѣрнымъ НАШИМЪ подданнымъ:

Въ 26-й день сего Мая, Любезная НАША Невѣстка, Ц е с а р е в н а и В е л и к а я К н я г и н я М а р і я Ѳ е о д о р о в н а, Супруга Любезнаго НАШЕГО Сына Н а с л ѣ д н и к а Ц е с а р е в и ч а, разрѣшилась отъ бремени рождениемъ НАМЪ Внука, а И х ъ И м п е р а т о р с к и м ъ В ы с о ч е с т в а м Сына, нарѣченнаго А л е к с а н д р о м ъ.

Таковое ИМПЕРАТОРСКАГО Дома приращеніе пріемлемъ МЫ новымъ ознаменованіемъ благодати Всевышнаго, на НАСЪ и на И м п е р і ю НАШУ изливаемой, и возвѣщая о семъ вѣрнымъ НАШИМЪ подданнымъ, пребываемъ удостовѣрены, что всѣ они вознесутъ съ НАМИ къ Богу усердныя молитвы о благополучномъ возрастѣ и преуспѣяніи Новорожденнаго.

Повелѣваемъ писать и именовать во всѣхъ дѣлахъ, где приличествуетъ, Сего Любез­наго НАМЪ Внука, Новорожденнаго В е л и к а г о К н я з я, Е г о И м п е р а т о р с к и м ъ В ы с о ч е с т в о м ъ.

Данъ въ Царскомъ Селѣ, въ 26-й день Мая, въ лѣто отъ Рождества Христова тысяча восемьсотъ шестьдесятъ девятое, Царствования же НАШЕГО пятнадцатое.

АЛЕКСАНДРЪ

Высочайшим приказом по военному ведомству в тот же день Его Императорское Высочество Государь Великий Князь Александр Александрович Младший зачислен во все те полки и отдельные части лейб-гвардии, в которых состоял Августейший Родитель Его, Его Императорское Высочество Государь Наследник Цесаревич и назначен Шефом 9го Ингермнландского пехотного полка, коему именоваться 9м Ингермнландским пехотным Его Императорского Высочества Великого Князя Александра Александровича Младшего полком.

8е, 11:00. Члены Царской Семьи собрались для слушания благодарственного молебствия во дворцовую церковь, и весь этот день посвящен распоряжениям, связанным с радостным событием.

По повелению Государя доставлен из Кабинета Его Величества для Новорожденного Великого Князя драгоценный благословенный образ Божией Матери с Предвечным Младенцем, в золотом окладе с сиянием, украшенным алмазами, розами и изумрудом. Протопресвитеру Бажанову препровождён крестик, назначенный для Его Высочества, с предложением, "по вложении в оный Святых мощей", освятить. Высочайшим повелением поручено известному академику живописи Турчанинову написать для Новорожденного образ святого Александра Невского, "точно по образу, который написан по рождении Великого Князя Александра Павловича, но величину образа написать по мере роста Великого Князя Александра Александровича".

В тот же день, в добавление к кормилице, к Его Высочеству определены камер-юнгфера и камер-медхен.

Караулу, находившемуся в день рождения Августейшего Младенца во дворце, пожалованы: офицерам - подарки по чину, нижним чинам - денежные награды. Нижним чинам 65го пехотного Московского полка по случаю рождения Августейшего Шефа выдано по 2 рубля, по 2 фунта говядины и по 2 чарки вина на человека, а нижним чинам полков лейб-гвардии - по одному рублю на человека.

Известие о радостном событии родителю Великой Княгини - датскому королю Кристиану IX - отправил сам отец, Великий Князь Александр Александрович Старший: "Дорогие родители, – писал он, – порадуйтесь вместе с нами нашему великому счастью, ниспосланному добрым Господом, подарившим нам дорогого маленького сыночка, составляющего всю нашу радость". Посла же Моренгейма о рождении внука Государь уведомил сам.

"С 8го числа приезжали наведываться о здоровье Её Высочества знатные российские обоего пола особы и чужестранные министры, — отметил камер-фурьерский журнал, - приезд оных был на Парадную лестницу в Полукруглый зал, - тут, в Малиновом зале, на приготовленном столике полагался ежедневно от лейб-медиков бюллетень для приезжающих особ о состоянии Её Высочества, где они и записывали свои фамилии на особом листе, который после доставлялся в комнаты Их Высочеств".

В тот же день во всех войсках Гвардии и петербургского военного округа отслужено благодарственное молебствие по случаю благополучного разрешения от бремени Её Императорского Высочества Государыни Цесаревны.

9е. Состоялся в Екатериненском дворце торжественный съезд высших чинов государства и прочих лиц, имеющих приезд ко Двору, для выслушания благодарственного молебствия по случаю рождения Великого Князя Александра Александровича и для принесения поздравлений Их Величествам и Их Высочествам. В этот день во всех церквах отправлены службы, вечером же столица иллюминована.

Столь же радостно встречена весть о рождении Великого Князя и в провинции до самых отдаленных окраин России. Газеты полны описаниями торжеств, устраивавшихся повсеместно в ознаменование события.

По получении известия о рождении Великого Князя три дня ликовала первопрестольная по случаю благополучного разрешения от бремени Супруги Наследника Российского Престола Сыном, Великим Князем Александром Александровичем. Радостная весть в этот же день пронеслась из конца в конец Москвы. Вечером того же числа город иллюминовался, и все улицы были заполнены толпами гуляющего народа.

Сего дня, в Духов день, к 10 часам утра собрались в дом генерал-губернатора князя В. А. Долгорукова сенаторы, высшие чины, представители городских сословий и военные чины. В большом зале у портрета Государя прочитаны Высочайший манифест и рескрипт, привезенный генерал-адъютантом Казнаковым. По выслушании манифеста и рескрипта зал огласился восторженными криками "ура!"

10:30. Все собравшиеся отправились в Успенский собор, где преосвященным Леонидом, епископом Дмитровским, вместе с прочим духовенством торжественно отслужено благодарственное молебствие. По окончании литургии протодиаконом прочитан Высочайший манифест, а по окончании молебна, во время провозглашения многолетия Государю Императору и всему Царствующему Дому, произведен с Троицкой Башни 301 выстрел. Стечение народа в Кремле многочисленно. Такое же молебствие отслужено во всех церквах первопрестольной столицы, весь день продолжался колокольный звон.

18:00. Перед домом генерал-губернатора раздались звуки полковой музыки, а с сумерек самый дом великолепно иллюминован по новому рисунку. Вечером снова город иллюминовался. Народ до ночи гулял по площади.

"Кто не разделил радости нашего возлюбленного Монаршего Семейства при получении благодатной вести о Богом дарованном Русскому Царю внуке? - сообщает газета "Московские Ведомости", — Кто не помыслил о том, какие прекрасные надежды предвещает Новорожденному соименнику освободителя земли русской, святого Невского - Князю Александру, день его рождения, столь приснопамятный? Преисполняясь сих усладительных дум, московское купеческое общество единодушно согласилось торжествовать вожделенное рождение Великого Князя Александра Александровича достойным сей обшей радости образом".

Событие это ознаменовано московским купечеством добрым и симпатичным делом. Соединяя мысль торжества с мыслью благотворения, оно положило избрать из среды беднейших семейств купеческого и мещанского обществ 36 девиц и дать им средства для выхода замуж, назначив каждой из них единовременное пособие в размере 300 рублей ассигнациями.

10е, утро. В Москве многие дома убраны флагами; Кремль наполнился народом, собравшимся туда принести Господу Богу благодарственное молебствие за Царя своего и за Его Семейство. Вечером в четырёх местах гремели хоры военной музыки.

У московского генерал-губернатора дан торжественный обед.

Столь же восторженные корреспонденции сообщены столичной печати из Оренбурга, Казани и других провинциальных городов.

11е, пятница, 10:30. В Большой Царскосельский дворец съехались лица, приглашенные повестками на торжество крещения Высоконоворожденного Его Императорского Высочества Государя Великого Князя Александра Александровича Младшего.

Дамы прибыли в русском платье, кавалеры - в парадной форме. Прибыли все знатные обоего пола лица; гвардии, армии и флота штаб и обер-офицеры; господа чужестранные послы и посланники с супругами. Члены Святейшего Синода собрались в алтаре церкви Воскресения Христова, члены Государственного Совета и чужестранные послы с супругами - в церкви, сенаторы и все особы, имеющие вход за кавалергардов - в Янтарной зале, городские дамы - в Картинной, генерал-адъютанты, генерал-майоры Свиты Его Величества, флигель-адъютанты и все военные генералы - в следующих комнатах, прочие особы - в комнатах за военными перед церковною лестницею, а господа штаб и обер-офицеры - внизу, в зале перед церковью.

Церемониймейстер в то же время принёс из комнаты Её Величества Государыни Императрицы Марии Александровны в церковь орден Святого Апостола Андрея Первозванного на золотом блюде, и поставил на особо приготовленный у левого крылоса стол, покрытый малиновым бархатом и обложенный золотым галуном и бахромою.

10:40. К Их Величествам во внутренние апартаменты собрались Государь Наследник, великие князья Владимир и Алексей Александровичи, Константин и Николай Николаевичи, великие княжны Александра Иосифовна, Елена Павловна и Екатерина Михайловна, герцоги Николай, Евгений и Георгий Максимилиановичи, принцы Пётр Георгиевич и Александр и Константин Петровичи, принцессы Терезия Вильгельмина, Евгения Максимилиановна и Тереза Петровна.

Высоконоворожденный Великий Князь Александр Александрович Младший из своих покоев перенесен в апартаменты Государыни Цесаревны.

После сего, бабушка (акушерка), мама (кормилица) и англичанка проведены официантом через коридор в церковь и стали за ширмами, поставленными у левого крылоса; за ширмами стояли канапе и два кресла.

11:15. Началось шествие порядком расположения присутствующих. Впереди - Двора Его Величества гоф-фурьеры и камер-фурьеры, по два в ряд, за ними церемониймейстеры и в должности обер-церемониймейстера светлейший князь Ливен, Двора Его Величества камер-юнкеры, камергеры и придворные кавалеры, по два в ряд, и первенствующие чины Двора. Далее следовал Государь Император с Наследником Цесаревичем и Государыня Императрица, имея позади Министра Императорского Двора, графа Владимира Фёдоровича Адлерберга, и дежурных генералов. За Их Величествами следовали великие князья Константин и Николай Николаевичи, Владимир и Алексей Александровичи, великие княгини Елена Павловна и Александра Иосифовна.

Далее обер-гофмейстриной княгинею Куракиной на золотой глазетовой подушке несён Высоконоворожденный, причем последнюю, равно как и покрывало, поддерживали по сторонам княгиня Барятинская, фельдмаршал князь Александр Барятинский и канцлер князь Горчаков.

В заключение шествия следовали Ольденбургские и за ними статс-дамы, камер-фрейлины, фрейлины и прочие обоего пола особы.

При входе в церковь Его Величество и Их Высочества встречены высокопреосвящённейшими митрополитами Исидором Санкт-Петербургским и Новгородским, Инокентием Московским и Евсевием Грузинским с членами Синода и придворным духовенством, с крестом и святою водою.

По окроплении святою водою Государь Наследник Цесаревич вышел из церкви в ближайший покой, где и оставался во всё время совершения таинства.

Когда Августейшая Семья заняла места за решеткою по правую сторону, началось священнодействие Священного крещения, отправляемое духовником протопресвитером Бажановым собором. Восприемниками Высоконоворожденного от купели стали его дед Александр II и великая княгиня Елена Павловна. Заочными - его датские бабушка и дядя – королева Луиза и наследный принц Фридрих.

По окончании крещения воспето "Тебе Бога хвалим" при 301 выстреле с Петропавловской крепости и при колокольном звоне всех столичных церквей.

По возвращении Государя Наследника Цесаревича в церковь началось служение божественной литургии, в продолжении которой Его Высочество поднёс Новорожденного Великого Князя к причащению Святых Таин, а во время пения "Да исполнятся уста наша" — возложен на него поднесенный министром Двора и канцлером Российских Императорских и Царских орденов графом Адлербергом 1м орден Святого Апостола Андрея Первозванного.

По окончании богослужения всё духовенство в церкви приносило поздравления Их Величествам и Его Высочеству, после чего Императорская Фамилия возвратилась тем же порядком во внутренние покои. Высоконоворожденный несён уже за Великим Князем Александром Александровичем Старшим.

13:15. Церемония закончилась.

13:30. Государыня Цесаревна Мария Феодоровна в её гостиной принимала поздравления придворных дам во главе с обер-гофмейстриной княжной Юлией Фёдоровной Куракиной.

17:00. В Большом дворце дан Высочайший обеденный стол, к коему приглашены особы первых трёх классов.

18:00. В Большом Дворце состоялся назначенный на этот день детский бал для младших Великих Князей и Великих Княжон.

Правлением Царскосельской железной дороги для приезда к Высочайшему двору назначены дополнительные поезда в 8 и 9 1/2 часов утра, а для обратного отъезда - в 2 и 8 часов пополудни.

Вечером вся столица иллюминована.

День крещеная Великого Князя Александра Александровича ознаменован многими Высочайшими милостями. Пожалованы княжеские и иные дворянские достоинства, воинские звания и отличия, гражданские классы, денежные награды и облегчения наказаний политическим преступникам, осуждённым до 1 января 1867 года. В городах и местностях России облагородствовались приюты, учреждались учебные заведения, складывались недоимки, раздавалось неимущим.

12е. Государыня Императрица выехала из Петербурга в любимое своё село Ильинское, а Государь, проводив её туда, вернулся в Царское Село для присутствования при смотрах и манёврах в Красносельском лагере.

Декабрь, 28е. Каждое событие в жизни Новорожденного вызывало общую семейную радость. В этот день у Великого Князя прорезался первый зуб, и по этому случаю всем состоящим при нём лицам прислуги даны щедрые награды.

1870

Май, 2е. Не дожив полумесяца до двухлетия, от бактериального менингита умер Первенец Августейшей Наследной Четы, Николай.

Июнь, 7. Первая годовщина со дня рождения Великого Князя Александра Александровича Младшего отмечена подарками прислуге и дежурному караулу, причём уволенная в этот день кормилица награждена 3000 руб.

По повелению Цесаревны Марии Феодоровны фотографом Левицким сделаны первые фотографии полненького мальчика - Его Высочества - самого и с Августейшей Матерью.

К Великому Князю приставлен штат из 24 человек. Непосредственно ребенком занимались две камер-юнгферы, две камер-медхен, гладильщица и два камердинера. Технический персонал при младенце включал камер-лакея, четырех лакеев, доктора, четырех истопников, двух поваров, двух работников при комнатах и женщину при комнате.

Его Высочество с первых же дней жизни окружён исключительными заботами и любовью, доверенный ближайшему надзору англичанки. Великий Князь, как и ближайший к нему по возрасту брат Георгий, испытал на себе внимание Деда-Императора.

Летом этого года в первый раз поехал с родителями в Данию к деду Кристиану и бабушке Луизе.

Декабрь, 24е. Великий Князь Александр Александрович Младший имел выход на впервые устроенную для него рождественскую ёлку. "В 7 часов, — значится в камер-фурьерском журнале, — съехались в Зимний дворец и собрались в Золотую гостиную комнату приглашенные от Её Величества на вечер обоего пола особы. В 8 часов вечера Их Величества с собравшимися особами изволили чрез столовую комнату выйти в Круглое зало (что пред Малою Церковью), куда в сиё ж время позваны были Её Величеством из соседней комнаты Их Высочества Великий Князь Александр Александрович, великие князья Сергей и Павел Александровичи, Константин, Дмитрий и Вячеслав Константиновичи, Николай и Пётр Николаевичи, принцы Пётр Александрович и Георгий Георгиевич, а также её высочество герцогиня Елена Георгиевна. Потом Государыня Императрица изволила всех Их Высочеств подвести к столам, приготовленным заблаговременно каждому - с ёлками, убранными конфектами и фруктами, а также и положенными на тех столах разными подарками. После же сего, чрез несколько времени, Их Величества с Их Высочествами и особами обоего пола проходили из Круглого зада в Столовую комнату, где находились на приготовленном длинном столе разные фарфоровые и хрустальные вещи, которые потом, по распоряжению Её Величества, раздаваемы были приглашенным на вечер особам чрез посредство лотереи игральными картами".

1871

Январь, 6е. Уже на втором году жизни Великий Князь начал покидать детскую.

Почти ежедневно, особенно в хорошую погоду, Их Высочества совершали продолжительные прогулки как в экипажах, так и пешком, в сопровождении родителей или, что чаще - Китти. В Петербурге прогулки эти совершались обыкновенно по Невскому проспекту и по набережной Невы.

Находясь безотлучно при Августейших Родителях, росшие вместе Великие Князья Александр и Георгий Николаевичи меняли местопребывание в зависимости от переездов Их Высочеств. С мясоеда переселялись в Царское, в Александровский дворец. В июле с наступлением летней жары - в Александрию. В конце июля – начале августа Его Высочество либо переселялся в Красное Село, где начинались традиционные маневры, либо регулярно ездил туда из Александрии. В бархатный сезон – Ливадия. Потом вновь Царское Село до глубокой осени. Первые предморозные холода в конце октября – начале ноября - Аничков.

Отношения Его Высочества к военной жизни начались рано. Во время крещенского парада Его Высочество проходил на свидание с участвовавшим на торжестве отрядом своего лейб-гвардии Конно-Гренадёрского полка. Незадолго перед тем, по случаю посещения Его Высочеством лейб-гвардии Егерского полка, командир последнего, генерал-майор А. В. Эллис во главе офицеров полка представился новому Августейшему Шефу и подал рапорт малютке Великому Князю.

Март, 28е. Цесаревна имела выезд с сыном Александром Александровичем во 2ю военную гимназию для её обозрения.

Май, 9е. Родился брат, Великий Князь Георгий Александрович, третий сын Наследника.

Июнь, 7е. Младшему 2.

Летом поехал в Данию во второй раз - теперь без Папа.

1872

Июнь, 7е. Младшему 3.

Июль, 2е. Великий Князь в Петергофе присутствовал на разводе заступивших в караул "кадет"-гимназистов.

Осень

Раннее детство помнил урывками примерно с этого времени. Урывки эти связаны с дворцами, с природой дворцовых парков и с ближайшими родственниками. Больше ничего. Множество мелких картин, в которых не за что зацепиться кроме туманных милых памяти образов. Почти никаких драматических вех. Пара только.

Самая драматическая из них - какая-то сильная болезнь: он в маленькой кроватке, приставленной к духовке, полутьма в жарко натопленной комнате и окна завешены чем-то плотным, не пропускающим свет, резавший воспалённые глаза - то ли шторы, то ли одеяла. И там некто, столь же мрачный - органичный образ этого мрака - колдовал над ним. Трудно даже сказать в каком именно возрасте. Считал это самым ранним воспоминанием. Вот то же нездоровое ощущение стал вызывать с тех пор и мрак церковного помещения. Позже, в сознательном уже детстве, прежнее нежелание находится в подобной нездоровой обстановке, ещё соединившееся с долгим и мучительным стоянием до боли в позвоночнике, скоро становившимся непонятным бубнением, перебивающим поток сознания, когда невозможно ни о чём думать - всё это нуждавшееся в каком-то логическом оправдании мучения, вылилось в то самое чувство нелепости действа. И, наконец, окончательно сломило отношение к церкви последующее требование добровольного участия в этой нелепости, требование перебороть ради этой нелепости собственное "я" - уже внутренняя, душевная боль, сопротивление неприемлемому до жесточайшей идиосинкразии.

Другая детская драма: они с Мамá почему-то на Собственной Даче, тогда заброшенной, полупустой, с голой решёткой кровати. Рассыпаны по полу для просушки собранные жёлуди. И вдруг один из этих желудей начинает ползти! Четвёртый вообще дитя природы и жуков мог брать в руки независимо от их размера. Но тут полз не жук, а жёлудь! Понимаете, в чём ужас ситуации? Четвёртый мгновенно оказался с ногами на кровати. Мамá рассмеялась, и сказала, что это жук. Но Саша не согласился не то что убедиться в том, но хотя бы даже взглянуть в "ту" сторону. А потом Мамá сказала, что ей надо выйти, и чтобы он посидел в комнате один. Саша вроде логикой и понимал: жук - кто ещё? Но память лихорадочно перебирала всех знакомых жуков и не находила ни одного, столь похожего на жёлудь. С другой стороны, никак невозможно было показать, что ты испугался. Он остался "смело" сидеть на кровати. Отвлекал себя от страха логическим исследованием вероятности существования столь продолговатого светло-коричневого "ползуна" без видимой прорези надкрыльев и без видимых лапок. И, в конце концов, вычислил, что да, это действительно может быть только жук - ни во что, неведомое его житейскому опыту, Сашка не верил - а больше некому. И хотя с кровати до возвращения Мамá так и не слез, но доверие к элементарной логике выросло у него довольно значительно.

Первым фактором формирования характера Великого Князя Александра Александровича Младшего являлись, вероятно, детства его Августейших Родителей. Мать хранила память о детстве как о лучшем времени своей жизни и желала ребёнку того же. Отец, напротив, считал своё детство временем не то чтобы малорадостным, но в приложении к собственным детям в определённых моментах требующим значительной коррекции. И стремления обоих родителей, таким образом, удваивались сложением, ибо в конечном итоге сводились к единому.

Детство датской принцессы Марии Софии Фредерики Дагмар не было обременено влиянием наставников. В понятиях российской Императорской Фамилии и бытовавшего в ней сурового отношения к воспитанию царственных отпрысков можно сказать, что датская королевская чета таковым воспитанием почти не утруждалась. И дочь их, будучи, опять же, в понятиях российского двора, предоставленной сама себе, выросла в простой свободной атмосфере. Отсюда Цесаревна-мать считала, что сыну достаточно внушить лишь некоторое число важнейших добродетелей, а в остальном следует положиться на наилучшую воспитательницу - природу.

Детство же Великого Князя Александра Александровича Старшего протекало довольно непросто. Начать с того, что у него, как ни у кого из царских детей, побывало две англичанки. Причём первую, добрую Китти, отдали, ладно бы, требовавшему большего внимания кандидату в наследники Никсе. Но нет - отдали её младшему, Владимиру, хотя обычно младшие удостаивались меньшего внимания. А заместо Китти приставили чёрствую миссис Ишервуд - неутончённому Бульдожке и такая сойдёт, что ли?

Дальше - больше. Следующей бедой стали военные гувернёры с их ежесекундным наблюдением, понуканиями и ябедничаньем. Великому Князю Александру Александровичу и старшему его брату таковых определили одновременно, то есть он получил гувернёра в более раннем возрасте, нежели остальные царевичи - ещё в 4 года. Конечно, если с сознательного возраста ты других порядков не знал, то рехнуться тебе не грозило. Но и нормальным в этих условиях вырасти, согласитесь, тоже проблематично. А если и возникнет в тебе хоть чуточку чего-то человеческого, то рано или поздно оно восстанет против такого положения вещей. Потому неудивительны частые демарши малолетних братьев, когда кто-либо из них плевал в Гогеля или дразнил Литвинова: "Ты дитя, поручик".

Но, как говорится, всё познаётся в сравнении - даже плохое. Вскоре тихого и ласкового наставника Грота сменил Гримм, читавший на немецком даже историю России и мысливший лишь о приобретении влияния при будущем наследнике, а своих непосредственных подопечных - младших Великих Князей - не видевший в упор. С тем полюбился даже Гогель. После того в редкий уже год не менялась большая часть преподавателей, а то и вместе с наставником. В наставниках при Великом Князе Александре Александровиче сменяли друг друга Грот, Титов, Гримм, снова Грот и, наконец, Чивилёв. Воспитатели: Зиновьев при Гогеле, затем Литвинов при Перовском. Преподавателей же всех и не упомнить. Не то, что ученики - и сами учителя терялись уже в том, с какого места следует продолжать очередному чтение предмета после предшественника. О какой свободе в мозгах могла идти речь - к каждому приноровись, каждый об одном и том же иное читает. Дошло до того, что в итоге русскую историю Великому Князю стали давать одновременно двое: видящий её логически связанной последовательностью событий Соловьёв и отвергающий какие бы то ни было исторические закономерности Бестужев-Рюмин. Естественно, что от такой учёбы и от такого воспитания хотелось взвыть. И притом ещё воспитатели непрестанно сетовали, что учёбе уделяется недопустимо мало времени. А сие происходило от иной беды - от обязанности участия в бесконечных смотрах, выходах, службах и прочих присутственных действах, ненавидимых отдельной, особой ненавистью. Одним словом, свобода Великому Князю Александру Александровичу Старшему в его малолетстве только снилась. И само собой, что сына своего от такого детства он настроен был уволить.

Посему взгляд Августейших Родителей на Сашкино воспитание был силён своим единством: как можно меньше надзора и как можно больше свободы - сравнительно, конечно, с его Августейшим Родителем: традиции императорских домов так враз не изживаются.

Проявился этот родительский настрой сразу же в том хотя бы, что штатной англичанки и большей части прочей дворни Младший не имел. Можно, конечно, приписать этот факт невниманию родителей к воспитанию, а то и вообще экономности или даже скаредности молодой Наследственной Четы, как утверждали некоторые - но на самом деле всё прекрасно обходилось и так. Престарелая Китти аккурат перед рождением их первенца отпущена была на покой, но поселена в помещениях Зимнего дворца, а также имела дом в Царском, и потому естественным образом не могла не участвовать в жизни семьи и далее - настолько, что никакая новая англичанка и не потребовалась. Впредь по этой должности были только у царственных дочек - У Ирины мисс Брент, у Ольги мисс Франклин. Да, именно по должности - так и писалось прадедом ещё: "Назначить англичанкой" - никакой не няней, не бонной и без всяких кавычек.

[В Царском Селе Китти владела двухэтажным домом "с башнею" (Царскосельское дворцовое управление "Дело о выдаче данной англичанке царских детей Е. Струттон на владение местом 1 частью в 2 квартале по улице Средняя № 30-31"). При доме был обширный сад и службы. Стоил дом порядка 25000 серебром в 1870.]

В дальнейшем и военного гувернёра Младший не имел до 8ми лет.

Звали его: Мама ласково - "Сашá", Папа по-деловому - "Младший". Придворные и сановники наследовали Родителя - за глаза, разумеется. Родня игриво-церемониально именовала его "Четвёртым". Но ему по душе было тёплое ершистое "Сашка".

1873

Именно Китти, наблюдавшая некогда печальную драму великокняжеского образования, с негласного одобрения поставила себе первым делом обучение Александра-сына-и-внука чтению на двух языках, в чём без насилия, благодаря неспешному настойчивому методу, а также меланхолической поседливости самого мальчика, преуспела где-то на четвёртом году его жизни. Сашка не помнил, когда именно, и при положении английского языка в их доме трудно сказать, на каком первом читать начал. А если иметь в виду ещё одну его забавную манеру "чтения", то проявил он сие умение гораздо раньше действительной способности разбирать буквы. Манера эта заключалась в том, что Сашка брал на колени "Robin Hood Garlands and Ballads" и начинал "читать" давно уже запомненные строфы, водя пальчиком по невпопад переворачиваемым страницам - к умилению следивших за сим действом взрослых. Этого память не сохранила - ему о том впоследствии рассказывали. Но осталась смутная картинка: Китти сидит у окна с книгой, стремясь поскорее отвязаться от настырливого питомца, требующего непременно дочитать балладу до конца. То есть добраться до слов "This is how Merry Robin lived". И единственный способ раньше срока сделать это под чутким слухом Августейшего Любимца - пропустить страницу-другую. Однако поползновения эти строго пресекаются. При попытке разорвать повествование следует заявление: "Wrong!" - и настойчиво-требовательная декламация оставшейся баллады от пропущенного наизусть.

Май

18е, 16:00. Из Петербурга вышел поезд, в котором ехали Император, его сыновья Александр, Владимир и Цесаревна Мария Феодоровна с сыновьями Наследника - Александром и Георгием.

20е. Прибыли в Вену, где их ждала торжественная встреча.

В столице Австрии провели неделю, окружённые чрезмерным вниманием Императора и всего высшего общества. Затем отбыли в Штутгарт, в столицу королевства Вюртемберг. С этим владетельным домом Романовых связывали давние и тесные родственные узы. Король вюртембергский Карл I женат был на сестре Александра II, великой княгине Ольге Николаевне, а матерью Короля (женой короля Вильгельма I) являлась великая княгиня Екатерина Павловна — дочь Павла I. В Штутгарте принимали по-родственному. Здесь провели три дня, а затем ненадолго заехали в Дармштадт к гессенскому герцогу Людвигу III.

В Дармштадте расстались: Царь с сыном Владимиром поехал на север Германии в Эмс, где лечилась Царица, а Александр с Минни и детьми отправились дальше одни. Посетили родственников Минни во Франкфурте, затем на пароходе прибыли в Кёльн. Здесь встретились со свергнутой французской императрицей Евгенией и её 17илетним сыном Евгением-Людовиком - встреча эта была краткой и не особо радостной.

Из Кёльна на поезде отправились в Антверпен, и по пути на одной из станций их приветствовали король и королева бельгийские.

31е. Поздно вечером перешли на императорскую яхту "Штандарт". Здесь провели двое суток. Выжидали положенное время: протокол не позволял прибыть в Англию ранее оговоренного срока, к тому же у Наследника выскочил флюс, и надо было привести себя в приличный вид. Так приятно было пожить среди своих, без официальных церемоний. Читали, ходили по магазинам, гуляли с детьми. Затем тронулись к берегам Альбиона.

Июнь

4е. В середине дня царская яхта прибыла в устье Темзы и стала на якорь в местечке Вулич. Здесь встречали Аликc и Берти. Были объятия, поцелуи, слезы радости. В открытом экипаже двинулись в Лондон в сопровождении королевских драгун. По пути следования стояло много публики, что весьма тронуло.

15:30. Прибыли в резиденцию Уэльских — дворец Мальборо-хауз. Гостей поместили на третьем этаже, рядом с детьми хозяев. У Альберта и Александры к этому времени родилось уже 5 детей: Альберт-Виктор, Георг, Луиза, Виктория и Мод. В семье Цесаревича было двое сыновей: 4хилетний Александр и 2хлетний Георгий.

Гости немного освоились, отдохнули, а вечером их повезли в Королевский театр Ковент-Гарден на оперу Верди "Эрнани" с несравненной Аделиной Патти и с не менее знаменитым Франческо Грациани.

Последующие дни заполнены встречами, поездками, балами. Цесаревича дружески опекал английский Престолонаследник, а Минни почти не разлучалась с Аликс.

7е, Младшему 4. Поздравления чуть ли не от всей Англии. От бабушки - первое.

8е. Лорд Каррингтон, которого Александр знал еще по Висбадену, повез "русского принца" и сопровождающих его лиц на скачки в Хэмптон. Сам правил экипажем, запряженным четверкой. Эта поездка прошла весело и интересно.

9е, суббота. Наконец получено приглашение в Виндзор. Александр и Минни завтракали с Викторией и её младшими детьми: 20илетним сыном Леопольдом и 16илетней дочерью Беатрисой. Приём любезный, но довольно непродолжительный и не произвёл особого впечатления. По окончании высочайшего завтрака королева предложила осмотреть парк, что сделали с большим удовольствием. Эта прогулка понравилась. Всё в Виндзорском парке радовало глаз. "Парк идеальный, и что за аллеи — чудо!" — записал Цесаревич.

Многое нравилось в Англии. Неповторимый английский пейзаж, удивительные парки и цветники, благоустроенные улицы и аккуратные дома в городах, распорядительность и воспитанность всех сопровождающих и прислуги. Александр с борта Королевской яхты "Виктория и Альберт" наблюдал за маневрами британской эскадры на рейде Портсмута и нашел флот в прекрасном состоянии. Цесаревича почти постоянно сопровождал принц Альберт-Эдуард, с которым было просто; они остались добрыми друзьями. Берти возил в театры, в аристократические клубы ("Marlborough Club"), где допоздна задерживались за партией в вист. Однажды в Лондоне поехали смотреть новую английскую игру в поло, где игроки верхом на лошадях. Александру вообще очень нравилось, как подобные публичные мероприятия организованы в Англии.

Много путешествовали. Александр несколько дней потратил на поездку на северо-восток Англии в город Гулль, где по его заказу строилась яхта "Цесаревна". В присутствии хозяина судно спущено на воду и совершило пробное непродолжительное плавание. Александр в восторге, его радовала мысль, что теперь и у него собственная яхта.

Гостям показаны Королевские резиденции: Букингемский и Сандригемский дворцы в Лондоне, резиденции в Виндзоре на запад от столицы и Осборн — на юге страны на острове Уайт. Наиболее сильные воспоминания остались от Виндзора. Огромный замок, заполненный замечательными художественными и историческими предметами, казался сказочным, производил неизгладимое впечатление. Один из дней им почти целиком посвятила дочь королевы принцесса Елена, показавшая парк, мавзолей и капеллу Сент-Джордж. Александр подробно осмотрел лошадей в конюшнях и псарню, где содержались знаменитые гончие королевы.

Королева вначале не проявляла желания демонстрировать свое расположение к гостям. Лично Александру это было безразлично, но как Наследник он имел право рассчитывать на большее внимание. Когда Берти приезжал в Петербург, Папа уделял ему много времени, не стесняясь показывал всем, что Наследник Британской Короны — гость Царя. Они же с Минни фактически оказались гостями не королевы, а Берти и Аликс. Первые недели их пребывания совпали с приездом шаха Персидского, оказавшегося в центре внимания официального Лондона. В честь него давались балы, устраивались приёмы, смотры, концерты, торжественные спектакли. Нашу наследственную чету тоже приглашали, но они были лишь присутствующими. И при этом столько утомляющей суеты. Александр тяготился всем этим официозом, а более того - собственным безделием.

11е. Александр записал в дневнике: "Вообще нельзя до сих пор сказать, что было сильно весело и приятно наше пребывание в Лондоне. Так мне надоели все эти празднества для шаха. Несносно, и даже нет времени спокойно провести время и посмотреть хорошенько Лондон. Утром бывает прескучно, потому что я встаю почти всегда в 9 час. и остаюсь один до 12, а иногда и позже, так что никого раньше 12 не увидишь, все спят; такая тоска берет, что просто ужас".

Мария Феодоровна проявляла меньше неудовольствия. Ей нравилось в Англии. Она рада, что наконец-то посетила дом милой Аликс и могла проводить с ней много времени каждый день. Она быстро познакомилась с окружением сестры и уже спустя несколько дней чувствовала себя почти как дома. В отличие от мужа, её не раздражали официальные церемонии, блеск и шум, окружавшие жизнь высочайших особ. Ей это было по душе.

Дети Уэльских и Романовых сразу же подружились. Их английский совершенно равен.

Последние недели их пребывания Королева проявляла больше внимания, и неоднократно им доводилось присутствовать на завтраках и обедах в Осборне, где тогда находился английский двор. Но разговоров серьезных не было, Виктория лишь подробно беседовала с Минни о детях, об их здоровье и воспитании.

Июль, 18е. Цесаревич и Цесаревна отбыли с острова Уайт на царской яхте "Штандарт".

Август

30е. В день тезоименитства Великого Князя состоялся первый в честь него детский бал.

"В Царском Селе к 6 ч. вечера собрались в Новый Дворец, в Овальное зало, "приглашенные к Его Императорскому Высочеству Великому Князю Александру Александровичу" на вечер дети обоего пола, проживающих особ в Царском и Павловске. В седьмом часу вышли из внутренних покоев Их Величества с Августейшими Детьми, и начался детский бал, а засим разные игры. По окончании всего последовал ужин. В день рождения и тезоименитства Великого Князя ежегодно сжигался богатый фейерверк".

Тогда-то узнали Сашкину целеустремлённость не только в играх, когда он захотел уйти с детского бала с той рыженькой веснушчатой девочкой. Взрослых это привело в восторг. Какой-то из дядьёв, смеясь, спросил: уж не жениться ли он собрался - на что последовал столь утвердительный ответ, что пришлось прибегнуть к серьёзному уже объяснению о раннем ещё возрасте и необходимости подрасти.

1874

Начало года. Через год после освоения Царевичем Александром чтения Китти смогла вполне удовлетвориться результатом своих трудов по обучению воспитанника счёту и двум простейшим арифметическим действиям, а также самостоятельно(!) им освоенным рисованием печатных буков и соединением их в хотя корявые, но вполне себе осмысленные фразы - опять же, на обеих языках.

"Забыла тебе сказать,- писала Китти своей подруге 10го июля, - что мой ученик с легкой руки моей уже пишет письма: Александр Александрович писал к Великому Князю и мне прислал поклон". Это первый учитель и первая наука Великого Князя.

Такая усидчивость Сашкина никак не могла быть результатом натужного подвига, а, конечно, только собственной чертой. Ведь большую часть года семья Наследника вместе с императорской жила в загородных дворцах среди природы, и той степенью свободы, каковая не то что предоставлялась, но даже навязывалась Сашке, любой мальчишка - будь он хоть трижды императорских кровей - непременно воспользовался бы и пропадал бы в этих парках и на этих прудах денно и нощно. Нет, всё это у Сашки было, куда денешься - он всё же был обычным мальчишкой. Но пользоваться данной ему свободой прям напропалую - это было не его. Свободу свою, вопреки стараниям родителей, он пользовал крайне сдержанно. Настолько, что матери, а чаще - отцу казалось необходимым даже побуждать его к активным играм, к прогулкам и к разного рода иной естественной для ребёнка его лет деятельности. Такое взбалмошное время с родителями Сашка проводил охотно, очень любил и ожидал его, но, будучи вновь представлен сам себе, возвращался в характерное самоуглублённое состояние.

Весна

Произрастание в парковой зоне могло иметь, кстати, весьма прискорбные для страны последствия, поскольку изначальная ориентация интересов Младшего хотя сразу и возымела тягу к естественным наукам, но сперва именно - к биологии. Однако уже тогда можно было сказать, что биолога из него не выйдет. Довольно быстро выяснилось, что его влекли и морская биология, и лепидоптерология одновременно (по примеру двоюродного дяди его, великого князя Николая Михайловича), и выбора между этими диаметрально противоположными средами - под поверхностью или над нею - он сделать так и не смог.

Но главный недостаток биологии для Сашки заключался в её созерцательности. Как объект огромной любви и глубочайшего уважения природа осталась его спутницей навсегда. В смысле же науки, только и предназначенной, что лишь систематизировать не тобой созданные сущности, биология его далеко не исчерпывала. Сашку тянуло созидать. Он искал выхода своей не по годам могучей фантазии. И первым, где она свой выход нашла, было рисование. Внешне это выглядело так: Сашке давали обычную ученическую тетрадь №1, и через час-другой он просил следующую. Тетрадь в день родители установили нормой. Вначале рисовал всё подряд. Что рисуют дети? - солнце, облака, биологию опять же. Однако всё это с точки зрения рисования - объекты статичные. Солнце всегда одно и то же, ласточка - всегда ласточка, одуванчик - всегда одуванчик. Другое дело - объект рукотворный. Дом, например. Который можно построить так или эдак. А ещё в нём есть внутреннее устройство. Это весьма возбуждает фантазию.

Имелась даже позже у него такая игра на одного - а за частым отсутствием в раннем детстве партнёров, игр на одного у Сашки имелось предостаточно. В данной игре брался чистый лист, и на всю длину рисовалась линя - земная поверхность. На ней пририсовывалась малюсенькая травка, кустики, камешки, деревцо. По дороге шёл путник - путник не рисовался, а лишь подразумевался. Под ночь он уставал и ложился у кустика. Начинался дождик, и путник прикрывался какой-то корой. А чтоб не подмочило, огораживался каменьем и отсыпался землёй. Потом поверх огородки появлялась хворостяная плетёнка стен, то - сё. В общем, за день или два подрисовывания и перерисовывания на листе происходила эволюция от жалкого куреня к корчме, и далее - к целому замку или к городку. Иной раз листа не хватало - приходилось доклеивать в огромную простыню. Не обязательно здания. Вот его человечек строит "утлый чёлн". Потом, разжившись на рыбной ловле - крепкую лодку. И, глядишь, к концу дня дело разрастается до солидной верфи с сорокапушечным фрегатом. Этот процесс конструирования чего-то из ничего ужасно нравился. В эти моменты Сашка забывал обо всём. Такая манера рисования стала настоятельно потребной, гораздо притягательнее сладостей и прочих нормальных детских радостей. Ещё большее удовольствие, мление с мурашками по спине, приносило наблюдение за тем, как рисуют или созидают что-либо другие.

Последствиями сего раннего увлечения стали проявление художественного дара и абсолютное пространственное воображение. Вылилось это, например, в факт, что геометрию впоследствии не зубрил - он её просто видел. Не запомнив ни одной теоремы, по ходу решения геометрических задач доказывал все нужные или, просто понимая логически, что в данном месте не может не существовать какой-то теоремы, писал, допустим: "Из теоремы о пересечении двух параллельных прямых третьей следует..."

В изобразительном же искусстве со временем он проявился так, что Гау назвал однажды его картины "страшными" из-за фотографического реализма. Однако эти "академические" его работы мало кто видел - их было всего несколько, делались они исключительно для себя и лишь по особым случаям. Саша отшучивался от просьб близких, будучи уверенным, что серьёзно написать можно только по вдохновению, а фальшь малейшая недопустима. Каждая его картина рождалась не вдохновением даже, а крайней необходимостью, когда без её душевного воздействия Сашке было просто невозможно обойтись.

Фантазия породила раскованность, отсутствие боязни экстраполяции логики за предел очертанного, общепринятого. Но именно логики - не безбрежного разлива, а обоснованности, рациональности.

Замечательный анализатор и компилятор. А натренировавшись в компиляциях, стал и столь же замечательным синтезатором. Тяга к конструированию и любовь к природе обрели единение, открыв ещё одну черту - способность к сотворению естества. Когда по выходным в гостях случались родственные и придворные сверстники, Сашка обычно уводил всех в парк, где его фантазия просто заражала "конструированием" подробностей бытия шервудской ватаги в лесном уюте. Роль Робина естественно, без каких-либо претензий с его стороны и без пререканий со стороны остальных, отдавалась ему. За богатую фантазию и за восхитительную жизненность этой фантазии. Играли только в его игры - потому что интересные. Это было первым признанием его авторитета без оглядки на царственное родство.

Кстати, именно от "лесных братьев" отложилось у Сашки, что активно действующие на лоне природы личности должны облачаться исключительно во всё зелёное. В дальнейшем это подтверждено информацией об английских Зелёных Жакетах и о шарпшутерах Бердана. От иллюстраций же из книги о Робине происходит и его изначальная тяга к средневековому предметно-архитектурному антуражу.

[И даже социализм. Отнюдь не из-за того, что Робин Гуд отнимал у богатых и раздавал бедным. Всё гораздо тоньше.

Откуда "социализм тоньше" у 5тилетнего ребёнка, спросите. А из Англии. Вы никогда не задумывались, почему из молодых мечтателей в большей части случаев вырастают социалисты, и в несказанно меньшей - ловкие дельцы. Потому что из интереса к средневековью и романам весьма близко к готическому возрождению, трактарианству и критике властей. А оттуда один шаг до социализма. Хотя бы и христианского. Потом к Моррисовскому "Как я стал социалистом". А для ума рационального - и дальше. Вам кажется это натянутым для маленького мальчика? Но это - не внушаемое почитание. Это тонкий, едва слышный, но насквозь пронизывающий мотив. Это ложится в душу подспудно, и потом всю жизнь... Вы даже не сможете воспринять чьего-нибудь искреннего заботливого совета, что от этого полезно бы избавиться.]

"Войнушки" - стезя каждого нормального мальчишки. Робин Гуд - конечно главная. Ну и обычные "казаки-разбойники", снежные крепости и прочее.

Войн для обыгрывания история дала предостаточно. Главная из наших войн - Отечественная: книги, картины, рассказы, герои. Всем героям предпочитал своего соименника Александра Невского, предка своего Петра Алексеевича и Александра же Васильевича Суворова. Более близкая по времени Крымская, а также кавказская кампания, как и польская с венгерской как-то прошли мимо. Потому, что немасштабные, и специфичного свойства. О них мало фактического материала из-за отсутствия осмысления - подробности тонули в политическом шуме. Младшего же в обыгрываемых темах интересовали именно подробности. Его игры отличались смакованием подробностей, а оттого и малошумностью. Когда собиралась компания, игра направлялась им не в ор и гацание, а в прелести обитания в Шервудском лесу или в тонкости обороны Шевардинского редута. Старших такая тихая возня вполне устраивала. Однако если число играющих превышало некую критическую массу, делающуюся неуправляемой, Младший из игры самоустранялся, вполне обходясь и компанией себя самого.

Влияние игр о вольницах состояло в действии ватагой. Никогда, даже изображая в игре регулярное войско, не строил рядами и шеренгами, не использовал подаренные барабаны, не брал "на плечо". Содержания игр менялись, но боевой строй в них оставался один - ватага. Усугубилось всё с интересом к Америке, когда узнал, что побеждали страшную английскую армию и без вымуштрованных колонн.

Имелись деревянные ружья. Но главнейшее оружие детства - лук. Робин Гуд ведь. Бутафорские ружья оставляют лишь выкрикивать "кх!", а из луков стреляли. Простейший самодельный - из подходящей ветки, стянутой бечёвкой. Навсегда впечатлило сетование кого-то из старших, что кому-то "попали в глаз". Потому стреляли только в нарисованные бумажные мишени. Изготовление количества стрел составляло проблему, и брались любые более-менее подходящие прутики. Мало какие из них получали бумажное оперение - где уж достать настоящего пера - ещё меньше имели наконечники. Уже тогда, лет в 5-6 Младший понимал, что в принципе стрела должна лететь тяжёлым концом вперёд, и делал канавку для тетивы только на более тонком срезе. Но вот что странно: не все придерживались этого соображения, и их стрелы летали одинаково ровно, независимо от того, каким концом вперёд запускали. Недалеко, конечно - сажен тридцать.

Однажды лук смастерил Папа. Большой такой, аккуратный, с крепкой бечевой. И одну единственную стрелу к нему - идеально ровную и длинную. С правильным оперением и тупым металлическим наконечником. Эту образцовую стрелу пускали только вверх - чтоб не дай бог не потерять такую ценность. Вот из папыного лука стрела поднималась аж за предел видимого.

А самой лучшей игрушкой стала глина. Приехав по весне в Царское, обнаружили с Жоржем под кустом в торце дворцового крыла огромный не высохший ещё серый ком, оставшийся от ремонта водопровода.

Из глины можно было сделать всё, что угодно, и любой нужной формы. Чего только не делали. Вплоть до паровозов, у которых открывались топки, крутились колёса и двигались дышла. Если их крутить и двигать, естественно. Ну, или если паровоз катить по ровной поверхности. Для изготовления машины пришлось познакомиться с устройством.

Замешивать глину на жире додумался сам, хотя и не без примера Папа, знавшего толк в катании хлебных шариков. Про то, что это у него получилась "художественная глина", а также про отмучивание и воск впоследствии узнал от Хиса.

Старшие (дядья Сергей и Павел Александровичи, Константин, Дмитрий и Вячеслав Константиновичи, Николай и Пётр Николаевичи, Николай, Михаил и Георгий Михайловичи, Георгий и Михаил Георгиевичи Мекленбургские) играли в кригшпиль. Младший не играл. Не потому, что младших не подпускали. Во-первых, он многого не понимал. Например, как может быть армия, только что броском кубика наделённая недюжинной обученностью в стрельбе, следующим броском быть начисто её лишена? В посредничестве он тоже находил довольно субъективного. Во-вторых, многое ему в кригшпиле просто не нравилось. Хотя бы то, что никак не учитывался цвет мундира. И действовали в нём наполеоновскими канонами - вычурными порядками и телодвижениями, но малым смыслом. Сашка желал мундира и оружия по своей фантазии. И действовать по своему разумению, чтоб посредники признавали свойства нерегулярного строя и лучшего оружия - скорострельность повторительных карабинов и механических орудий, дальность и точность уитвортовских "двенадцатифунтовок".

В кригшпиль поиграть, конечно, хотелось, но по-своему. И он уводил младших с глаз подальше в парк, где втыкали в землю друг против друга две шеренги палочек. С ними можно было устраивать гораздо более живое сражение, по очереди сбивая "противников" камешками. Тут уж потери видны явно. А абстракция использовалась более продуктивно, позволяя представлять палочки в любых мундирах и с любым оружием - хоть с "винчестерами" и "кофейными мельницами". Это было интереснее кригшпиля, поскольку в логическую игру условностями вносило технический элемент действия, реализм закономерного отклонения.

Оттого Сашка и равнодушен к фабричным солдатикам. Как и вообще к готовым игрушкам. Даже самым занятным из них, привозимым из-за границы, Сашка предпочитал самодельные из глины, или, по крайней мере, нарисованные. Он рано сложил собственные представления о том, как должна выглядеть та или иная вещь, в которую играл, будь то винтовка или солдатик - от виденных в разных изданиях образцов с превосходными свойствами. Покупные же игрушки его желаниям не соответствовали и неизменно разочаровывали. Вечно это приблизительный, сделанный "на отвали" далёкими от темы людьми хлам.

А происходили все эти представления его из интересных картинок в The Engineer, Engineering и проч. - потом и читал эти издания. Там изображалось множество интересных вещей, опережающих общепринятый уровень, заявив об обладании которыми в игре можно было вытребовать себе какие-либо преимущества: скорострельность, дальность, точность.

"Фортификацию" Теляковского в Царском штурмовал не единственное лето, вначале кроме картинок ничего из неё не понимая, но с каждым летом понимая всё больше. До тех пор, пока сам не начал придумывать ещё лучшие укрепления и, наконец, пока не понял, что укрепления - страшная обуза. На этой книге и на "Робине Гуде" и учился, собственно, читать.

Были доступны:

The Engineer gb 1856

Engineering gb 1866

The Artizan gb 1843-1871

Mechanics' Magazine, Museum, Register, Journal and Gazette gb 1823-1893

Mechanics' Magazine and Register of Inventions and Improvements us 1833-1837

Scientific American us 1845

The American Almanac

Journal of the Royal United Service Institution gb 1857

The United service magazine gb

Minutes of proceedings of the Royal Artillery Institution

Annual report of the Secretary of War

Annual report of the Chief of Ordnance

Annual report of the Chief of Engineers

The Naval and military magazine gb

Illustrated Naval and Military Magazine gb

The United States service magazine us

Journal of the Military Service Institution of the United States

Journal des armes spéciales et de l'état-major fr

Revue militarie de l'étranger fr

Militärwissenschaftliche Mitteilungen AH

Organ der Militär-wissenschaftlichen Vereine de

Archiv für die Artillerie- und Ingenieur-Offiziere des deutschen Reichsheeres de

Артиллерийский журнал

Оружейный сборник

Военный сборник

Морской сборник

Военный журнал

Александра I:

Учреждение для управления Большой Действующей Армии. Санкт-Петербург. 1812 г.

Правила рассыпного строя, или Наставление о рассыпном действии пехоты, 1818

Воинский устав о кавалерийской строевой службе, 1819

Николая I:

Устав воинский о должности генералов-фельдмаршалов и всего генералитета и прочих чинов 1826 г.

Устав рекрутский, 1831

Александра II:

Воинский устав для спешенных драгунских полков, 1866

Воинский устав о строевой пехотной службе (в трёх частях), 1868

Воинский устав о наказаниях, 1868

Воинский устав о службе в учебных лагерях и в походах в мирное время пехоты, артиллерии и кавалерии, 1871

Наставление к понтонной службе, 1875

Устав о внутренней службе в пехотных войсках, 1877

Устав Казачьей строевой службы (1880)

Александра III:

Полевой устав (1881)

Устав для спешенных частей кавалерии и казаков, 1881

Устав о внутренней службе. Составлено для полковых учебных команд и ротных школ пехоты, 1881

Устав пешего строя для полевых батарей, 1884

Устав о воинской повинности, 1886

Дисциплинарный устав, 1888

Устав полевой воздухоплавательной службы (Проект), 1888

Устав внутренней службы кавалерии, 1889

Устав о гарнизонной службе, 1890

Из разглядывания ещё этих картинок и возникла у него как раз тяга к американским повторительной стрелковке и механическим орудиям, а также к британской "теневой" артиллерии (Уитворт, Блэкли).

Ценил идеи графа Петра Ивановича Шувалова и наполеоновского генерала Огюста Мармона, французского адъютанта Ильдефонса Фаве и других подобных прогрессоров, шедших далеко впереди своего времени. Черпал вдохновение из опыта последних: австро-прусской и франко-прусской войн, а особенно - американской гражданской.

Стал фантазировать собственные "образцы", объединяя в одном преференции нескольких. Записывал и зарисовывал свои идеи, подражая статьям в журналах. "Биром кусошек хлина" - уже умел рисовать печатные буквы, но ещё не научен правильному их сложению. Хранил записи в старой зелёно-облезлой походной конторке, замыкаемой на ключик, который весьма искусно прятал.

К этому периоду относятся первые "изобретения" Младшего. Например, "ядро-резучка". Собственно, не ядро, а диск с острым краем, запускаемый горизонтально. Ещё находились оправдатели стрельбы по пехоте сплошным ядром, и Младший придумал способ поражать хоть сколько-нибудь значимое число противников, прорезая тела и используя форму диска для увеличения дальности - по примеру камешков, запускаемых "блинчиком". Или ружьё с раздвижным по диаметру стволом, способное стрелять снарядами разных калибров - от наименьшей пистолетной пули до однофунтовой разрывной гранаты. Секрет устройства, естественно, опускался. Без ложной скромности назвал его "Александровкой".

- О, это в нашей фамилии незаурядный случай. Не успеете моргнуть, - сказал в.к. Константин Николаевич, рассматривая с умилёнными родителями "проекты" Четвёртого.

Ещё одно любимое занятие в глубине парка - нож. Когда от возни на корточках с палочками-солдатиками немели уже ноги, и начинала ныть спина, он распрямлялся и бродил по парку, кидая нож. Именно такого рода неспешные прогулки способствовали рождению самых сумасшедших идей. Сколько перочинных ножей разбито о деревья - бог весть. Резных перламутровых рукояток, совершенно для того не предназначенных. Сверстники, играя в "ножички", бросали их почти наудачу. Сашка же сам додумался, что, независимо от дальности броска, нож в полёте должен сделать лишь пол оборота, что по возможности большая часть силы должна вкладываться в поступательное движение, а вращательная часть должна скупо уделяться не более чем повороту остриём вперёд. И что залог тому - положение захвата относительно центра тяжести. У него даже выработалось обыкновение брать нож за середину - чтоб сразу почувствовать баланс. И тут же ловил себя на стремлении метнуть. Ножи всё попадались неприспособленные: маленькие собранные в комок складные или лёгкие как перо бумагорезы - правильных ножей под рукой не было, и Сашка научился метать любые. Единственный настоящий нож найден среди старого столярного инструмента и представлял собой узкое толстое лезвие на железной трубчатой рукояти - тяжёлый, словно сделанный из напильника-карасика. Однако он как пришёл, так и ушёл: мелькнул как-то мимо дерева и нырнул с концами в один из гатчинских прудов.

В этот момент и первое, в чём Сашка испытал даже не конфликт, а лишь сомнение в слове веры – несовместность в его сознании смерти и рая. Для детей это довольно распространённый момент. Узнав о смерти какой-то маленькой девочки, сильно расстроился. Его попытались успокоить, сказав:

- Господь забрал её к себе, и там, на небесах, ей хорошо.

Тогда он удивился:

- А почему же все горюют? Почему не радуются, что ей будет хорошо?

- Потому, что родители больше её не увидят.

- Почему они её не увидят? Она ведь теперь ангел и может прилетать к ним, когда захочет.

- Нет. Ангелы живут на небесах.

- Но вот же сказано: "спустился ангел"... Или они могут тоже умереть и жить с ней в раю.

- Что ты такое говоришь!?

- Что я говорю?

- Людям смерти желать грешно.

- Почему желать смерти грешно, если смерть - хорошо, раз это забирает бог? Или всё-таки смерть - это просто плохо?

- Это не плохо и не хорошо. Это Его воля.

- Зачем ему такая воля? В чём ему польза от смерти маленькой девочки?

- Это не ему польза. Это девочке благодать. А родителям - испытание.

- Ну, какая в том девочке благодать - уже понятно. Я б не хотел такой благодати - пусть там, на небесах, хоть молочные реки с кисельными берегами. Что ж в раю хорошего, если меня заберут от вас? Когда я помру, пусть или не берёт меня, или берёт нас всех. Если он хочет сделать мне хорошее, почему бы меня не спросить, что для меня хорошо? А испытание родителей через смерть ребёнка - это вообще страшно. Она что - овца? Предмет какой-то? Чем её душа ничтожнее души родителя? Почему одна душа удостаивается испытания на причисление к высшей материи, а другая, тем более - ангельская душа, используется в этом испытании как незначащий материал?

- Ты несёшь ахинею.

- Не понимаю.

Июнь, 7. Младшему 5.

В этом году внук Императора стоял на линии 1й Военной гимназии в Зимнем Дворце. Вместо ожидаемого восторга, который сулили Дед и Папа рассказами о своих первых военных службах, Сашка испытал разочарование. Занятие оказалось скучным, бессмысленным и утомительным. Тогда-то и обнаружилось, что атмосфера военного заведения, атмосфера построения и парада воздействуют на него подобно церковной - тягостно.

Вследствие очередного идиосинкразического приступа перед посещением церкви, приглашён из Москвы невропатолог Кожевников. Доктор после некоторого наблюдения ребёнка нашёл

- повышенное внимание к подробностям, педантизм и перфекционизм;

- привязанность к привычному, непринятие внешне инспирированных перемен, но притом и богатая фантазия, и склонность к собственному инспирированию;

- в достаточной мере - ограниченность интересов;

- умеренная мотивированная компульсия: соблюдение некоторых правил по собственной инициативе и неуверенность в своих действиях;

- отклонение в коммуникативности: большая привязанность, но заторможенное первичное коммуникативное восприятие, несклонность к спонтанному контакту;

- болезненное восприятие вынужденных слабомотивированных поведенческих ролей;

- отсутствие агрессии, несклонность к форсированию конфликтных ситуаций, склонность к их погашению;

- высокая требовательность к качеству ожидаемых, но терпимость к качеству реально существующих дружеских отношений; предпочтение качества друзей перед количеством;

- привязанность к родителям, но значительная автомотивация в в узкой сфере интересов;

- несклонность к имитации чужого поведения;

- пониженная обучаемость и внимание в предметах, не составляющих интерес, и повышенная - в узкой сфере интересов; высокие способности в узкой сфере интересов;

- несклонность к просьбам и высказыванию личных переживаний;

- умеренное использование жестов, бедность мимики и внешнего проявления эмоций при в целом повышенной эмоциональности;

- отношение к еде нормальное: в общем всеядность с определёнными предпочтениями - за исключением полного неприятия единичных блюд.

Причины отклонений: изолированное воспитание, не связанное внешним воздействием формирование восприятия, повышенная эмоциональная чувствительность.

Меры: следует начать с религиозных отправлений вне храма, в положительно воспринимаемом окружении и при раскованной манере обряда. Посещать храм в этот начальный период исключительно с неритуальными целями, например, как архитектурные объекты с соответствующей тематикой пояснений. В последующем постепенно вводить незначительные ритуальные отправления в пределе храма. Как способствующая мера - изменение облика храма, например, более светлые и менее тяжёлые убранством, простые по обстановке помещения.

Вердикт родителям:

- Нормальный ребёнок. Строго говоря, идеальных с точки зрения нервной организации людей не существует. Даже самая усреднённая психика всегда сопровождается некоторыми отклонениями, не выходящими, просто, за предел определённой нормы. Особенно резко отклонения проявляются именно в детстве. Вспомните себя. По мере взросления детские угловатости сглаживаются. Так что ничего за рамками понятия "особенности характера" я не нахожу.

Но сам только факт посещения врача на какое-то время породил шепотки "савант", "кровосмесительные династические браки" и т.п. Однако Сашка вскоре сам по себе смирился и с посещением храма, и с иными занудными обязанностями, и тема отошла. Да и родитель, памятуя свои детские негаразды с официозом, предоставил сыну в определённой мере "свободу посещения".

1875

Апрель, 6е. Родилась сестра. Когда ожидали рождения, и Мама сказала, что назовёт дочь Ксенией, он, стоя в дверном проёме, насупился и молча отрицательно покрутил головой.

- А как? - спросила Мама.

- Ириной, - твёрдо ответил Сашка. Это было имя гораздо старшей девочки - первого женского существа из тех немногих, что смогли восхитить его своей красотой. Данное качество - способность предоставить собственное видение как исчерпывающее представление естественного состояния вещей, не требующее иного - определило в дальнейшем его характер.

Этой весной же семья великого князя Михаила Николаевича выехала из Тифлиса на вакации раньше обычного, чтоб провести шесть недель с Августейшей Семьёй.

Их Величества проживали всегда в Большом Ливадийском дворце, Наследник со своими - в Малом.

Сам Государь Император встретил Михайловичей на пристани в Ялте.

- Ну-ка покажите мне своего самого дикого кавказца! - схватил на руки Сержа.

Здесь Сашка впервые увидел Сандро. Тому 9 лет, Сергей чуть младше Сашки - ему полшестого. Они, и правда, какие-то зажатые. Стали играть - попустило. Сашка, даром что на три года младше, приучал Сандро к своим играм. А Сандро Сашку - к морю.

Дядька Михаил к своим был строг - не то, что к Сашке. В Младшем, как и все дедовы братья, как и сам Дед, он души не чаял. Вообще, у Романовых, казалось, существовала традиция любить всех детей, за исключением собственных. Дед, к примеру, внуков - да, любил, а к Папа и дядьям относился не так чтоб восторженно. Но Сандро рассказал просто-таки ужасные вещи: например, что играть малые Михайловичи имеют возможность только час по обеду и по полчаса утром и вечером, а зимой на улице - всего только один час. Что только тут, в Ливадии, в присутствии Императора, им разрешена такая же свобода, как и царским внукам - и то только дабы не выделяться. И что самое счастливое время жизни Сандро - это полтора месяца прошлым летом, болея скарлатиной и будучи при отъезде и родителей, и наставников - как раз, когда остальные Михайловичи приезжали в Петербург.

Июнь, 7. Младшему 6.

Лето. Главное Сашкино изобретение из глины: совершенно простая, примитивная даже вещь - "шпигалки". Всё началось с естественного желания соорудить из художественной глины замок. И он был сооружён. На столе. Небольшой: потому, что месить много глины - занятие то ещё. Около фута в длину, в ширину и в высоту. Но со всеми положенными настоящему замку атрибутами: с галереями, башнями, со рвом, с перекидным мостом и с доступным - путём снятия крыши - внутренним устройством. Даже с потайным ходом в толще стены - то, чем самодельный замок выгодно отличается от покупной крепости из монолитных деревяшек. Но самое прелестное - сложение этого замка из отдельных крохотных кирпичиков. Ну разве такое под силу покупному?!

Далее были вылеплены его обитатели. Они же защитники. Пузатые существа с ручками-ножками. Ну, потому, что более изящными человечки в ноготь из глины не получались. Затем, естественно, потребовались штурмующие замок "враги". Однако у доблестных защитников враги должны исчисляться сотнями. Лепить сотни человечков с ручками и ножками сочли печальной перспективой. И тогда Сашку осенила идея. Говорят же иногда, что враги, мол, "шли на нас стеной". Вот он и изобразил ряды врагов в виде следующих друг за другом стенок. "Шеренги" эти переставлялись всё ближе, наступая. При этом от них отрывались куски и живописно разбрасывались по полю боя – таким образом шеренги врагов "несли потери".

Эта игра показалась очень интересной. Однако в следующий раз решили, что десяток защитников, отражающих нападение сотен врагов – несколько неестественно, и что защитников требуется побольше. Лепить ручки-ножки множеству защитников также затруднились. Загвоздка состояла только в том, что каждый защитник должен занимать на стенах замка своё особое место, а значит, их нельзя изобразить в виде сплошных "шеренг". Тогда он изобразил защитников в виде отдельных глиняных столбиков, как не раз прежде изображал солдат палочками. Естественно, что и соперник по игре, действовавший за врагов, тоже пожелал изобразить своих подобным образом. А потери стали выяснять, кидая поочерёдно во вражеские столбики стрелу, изготовленную из карандаша и цыганской иголки. Жоржик почти сразу стал называть эти столбики "шпигалками".

Кстати, свои шпигалки Младший отличал подмешиванием в глину зелёного колера.

С этого момента игры у них чётко разделились на "роту" - уличные, тактические, в которых роли выполняли собственной персоной, и "го" - комнатные, оперативные и стратегические, в которых на этом этапе оперировали шпигалками.

Июль, 28е, 15:40. Мама и дети на "Александрии" вышли из Петергофа. Пересели на "Державу" и отправились в Данию.

За отсутствие Наследной Четы на первом этаже Аничкова дворца мальчикам оформили детскую половину с окнами в сад, включавшую приемную, гостиную, столовую, игральную и спальную. У детей Цесаревича не имелось отдельных комнат, и в спальной стояли две кроватки-раскладушки – Саши и Георгия. Третья кровать предназначалась воспитателю, ночевавшему вместе с мальчиками. В Гатчинском дворце братья также жили вместе. Их комнаты на втором этаже Арсенального каре Гатчинского дворца включали переднюю и спальную, два рабочих кабинета и общую классную комнату. В классной комнате находились две наклонные парты, карта Российской империи на стене, караульная будка, у которой отрабатывались строевые приемы, и какой-то физический прибор у стены.

Август

7е, 3:15. Ночью с Петербургской пристани на "Царевну", на которой - в Данию, отправился и Папа.

Великий Князь Александр Александрович Младший возбудил при датском дворе всеобщее восхищение, и дружен с датским принцем Кристианом, английскими принцами Альбертом Виктором - самым старшим, 9 лет, Георгом и принцессами Луизой, Викторией и Мод, греческими принцами Константином и Георгом.

30е. В день Сашкиного тезоименитства Дед Александр II Высочайшим повелением из Ливадии пожаловал его первым офицерским чином прапорщика гвардии и зачислил в 13й лейб-гренадёрский Эриванский Его Величества полк.

Октябрь, 10е. Вернулись из Дании на "Державе", в 15:10 на "Александрии" прибыли в Петербург и в 16:00 экстренным поездом отправились в Царское Село.

Через несколько дней чета Наследника переехала в Ливадию, где их ожидала императорская семья и приехавший из Боржома ещё 27го августа Его Высочество Михаил Николаевич с семейством.

Ноябрь

18е. Великий князь Михаил Николаевич и Михайловичи возвратились из Крыма в Тифлис.

20е. Переехало в Аничков из Ливадии и Августейшее семейство.

Осенью появилась воспитательница Александра Петровна Оллонгрен и стала вести уроки по программе для поступления в средние учебные заведения. Ей определили жалованье в 2600 руб. в год [О назначении вдовы капитана А. П. Оллонгрен, для занятий с Августейшими детьми Их Высочеств, и о производстве ей содержания.] и предоставили в Аничковом дворце квартиру с отоплением и освещением. Её сын Володя (+2) стал учиться вместе с Великим Князем.

Уроки начинались ровно в 9, продолжались по 50 минут, 10 минут перемена. Иногда на уроках бывал Великий Князь Георгий: этот только смотрел, слушал, вздыхал и норовил выбрать момент, чтобы поскорей стрельнуть из комнаты в сад. Ему вслед смотрели с искренней завистью.

Писал Сашка небрежно, начиная с палочек. Первые полряда были аккуратными, но потом он находил автоматизм и быстро заканчивал ряды, не заботясь о ровности. А чего там - "писать"-то он уже умеет. Накой ему эти палочки?

От Володи Оллонгрена о придворных: "...одеты как в цирке".

В этом году поменялась одежда маленьких Великих Князей. Вместо николаевских курточек, стилизованных под гусарские мундиры, детей всех Романовых почти одновременно одели в матросские костюмчики с тельняшками. Вероятно, эта мода пошла из Мраморного дворца, поскольку в 1874 генерал-адмирал русского флота великий князь Константин Николаевич ввёл в русском флоте тельняшку.

1876

Прочёл во "Всемирной иллюстрации" за 12 февраля: кроме 620 тыс. винтовок Мартин-Генри и 600 млн. патронов для них, из Америки в Турцию доставляется - что расценено им как гораздо худшее - 62 тыс. кавалерийских 13тизарядных Винчестеров с 120ю млн. патронов. А у нас - ни одного! Это беспокоит Младшего, хотя ему ещё нет 7и.

К этому моменту сложилась его компания. В кругу сем помимо родного брата великого князя Георгия Александровича (Жоржик, -2)

и двоюродных дядей великих князей Михайловичей, детей Михаила Николаевича: Александр (Сандро, +3), Сергей (Серж, -0,5),

а также герцога Пeтра Александровича Ольденбургского (+0,5)

входят сверстники – дети близких к его отцу людей двора:

- графа Иллариона Ивановича Воронцова-Дашкова – (всего у него 8 детей; после того, как однажды всё это, невероятно топоча, вбежало в залу, падкий на словцо Папа с усмешкой сказал: "Картофель высыпали". Так с тех пор их и называли: "картофель") Иван (Вани, +1. 14 июня 1891 брак с Варварой Давыдовной Орловой, два сына и дочь. Погиб на охоте в 1897, но у нас к охоте отношение иное, вообще иные события, поэтому жив), Роман (74-93), Александра (Сандра, одногодка), Софья (Софка, -1), Мария (Майя, -2) и Ирина (-3);

- графа Сергея Дмитриевича Шереметева – Дмитрий (одногодок), Павел (-2), Борис (-3), Анна (-4);

- графа Петра Андреевича Шувалова - Андрей (+3,5);

- князя Александра Васильевича Долгорукова - Василий (Валя, +1, родился в семье князя Александра Васильевича и княгини Марии Сергеевны 13 августа. Когда мальчику было 8 лет, скончался отец. Мария Сергеевна вскоре вышла замуж за графа Павла Константиновича Бенкендорфа), Александр (+3), Ольга (+4);

- князя Александра Сергеевича Долгорукова - Сергей (-3), Мария (одногодка), Софья (-1), Ольга (-4);

- князя Николая Николаевича Оболенского - Владимир (+4), Александр (-1), Елизавета (Лили, +5), Мария (Мари, +1). Особую страсть к семье Оболенских питает Дагмар;

- камергера Анатолия Дмитриевича Нарышкина - Кирилл (Кира, +1). В 1889 окончил Императорское училище правоведения. В 1890 выдержал офицерский экзамен при 2м военном Константиновском училище, 10 августа 1890 произведён в подпоручики лейб-гвардии Преображенского полка;

- князя Владимира Анатольевича Барятинского - Александр (-1), Анатолий (-2), Надежда (-3);

- графа Николая Александровича Адлерберга - Евгения (Женя, -4).

Девчонки не участвовали, естественно, в деятельностях, именовавшихся "рота" и "го", но в подвижные игры, в "казаков-разбойников", допустим, и даже в хоккей - играли.

Мальчишечья часть служила ядром действующей в играх некоего "Александровского полка роты". У этого воинства существовал "служебный артикул" и иные приличествующие атрибуты. "Рота" воспитывалась Младшим по себе.

За глаза в компании он тоже "Младший": потому, что ближайшие "сподвижники" все как один на год на полгода старше. Да и ростом в ранние годы невелик.

"Месячный рапорт о состоянии лейб-гвардии Александровского полка 1й роты 2го взвода. 5 марта. С.-Петербург. Аничков сад. Крепость. В наличии в строю находится 1 унтер, 2 ефрейтора, 6 рядовых. Подписал командир второго взвода прапорщик Александр Романов Четвёртый".

Ольденбургские на лето всегда уезжали в Воронежскую губернию, в поместье Рамонь.

"Ты не можешь себе вообразить, как скучно бывает по праздникам в Петербурге. На это могут сказать, что есть вечера, балы и т.д., но поверь мне, что я с удовольствием променяю эти прелести на одну неделю в роте".

Весна. Всё чаще можно увидеть Младшего с книгой, причём с серьёзной: Клаузевиц, Мольтке... Дальше пошло обвалом. Чтение стало отнимать у него большую часть времени; причём, если это была не военно-научная книга, значит - военно-техническая. Однако Младший с разочарованием обнаружил, что, во-первых, в военной науке по многим ключевым вопросам имеет место брожение. А, во-вторых, большая часть даже согласованных положений военной науки явно противоречит элементарной, по мнению Младшего, логике. Он утверждается в представлении, что со введением Наполеоном III Le canon obusier de 12 livres европейская система вооружений обрела максимальный в своей истории оптимум, а дальнейшее воспаление умов, вызванное хаотическим установлением нарезного оружия, отбросило к временам множенных сущностей. И вообще, впечатление его, что подавляющей своей частью труды даже наиболее широко ценимых военных авторов - не о том, и учат войне через за...ницу. Единственная более-менее устраивающая его система - та, что, как он считает, наклёвывалась у североамериканцев в гражданскую войну, да так и не задалась. Младший начинает фиксировать идеи, кажущиеся ему верными, пытается их обобщить. То есть вначале, конечно, причина шатаний военного искусства им не вполне осознана и задача обобщения не вполне целенаправлена.

Июнь, 7е. Младшему 7. Праздновали день рождения без Деда - тот отмечал его в Эймсе.

Осень

Сопоставление указуемого божия всемогущества с указуемым же целями, на которые это всемогущество направлено. Детское восприятие вольно в отношении абстракций, и материнское "Что во сне видели? Боженьку видели?" представляло нечто, что можно видеть, осязать. Вот слова окружающих о боге – в них он деятелен: повелевает, милует, даёт, берёт. А ещё образа – там он обычный старик, человек, по сути. Отличается от прочих лишь тем, что по положению он "выше" даже самого царя – ведь это он, бог, "ставит царя", и его, божьей, милостью царь правит. Саша принял как данное, что бог не встречаем в повседневной жизни, но только потому, вероятно, что это человек особый, единственный, главнейший из всех и потому крайне занятой, восседающий удалённо – "на небеси" – и снисходящий редко и индивидуально, не к каждому. При встрече он "спрашивает" – вроде экзамена - за всё житиё, и по результату "спроса" милует либо наказует. И "не приведи Господь..." Каждый встретится с ним в конце жизни, "предстанет перед господом". Многим везёт, потому что этот экзамен у них будет единожды, и то в конце жизни, когда уже ничего не страшно. Ему же придётся, видимо, встретиться с Ним ещё при жизни, когда бог станет "ставить на престол". Перспектива этой встречи и волнует его и радует. Но радует как-то абстрактно, потому только, что все говорят "возрадуйся" – ни с того ни с сего, когда радоваться нечему, будто радоваться можно на голом месте без причины. А вот для волнений есть действительные вполне материальные резоны.

"Сам бог повелевает". "...существующие же власти от бога установлены".

- Правда ли, что на престол ставит Господь?

- Правда

- И он придёт меня поставить?

Ответ, как обычно у клириков, похож на отговорку, что царевича всегда разочаровывало. Закон божий знал не хуже других предметов, но отвечал его равнодушно, иногда с едва уловимой язвительностью, и вообще равнодушно участвовал в церковных действах. Они его тяготили. Как и остальные вынужденные действа, практически все официальные мероприятия, на которых он по своему титулу или по воле Папа должен присутствовать. Затем, нелюбимы также взрослые увеселительные собрания. Потом ему надоели игры и другие времяпровождения с ровесниками, не входящими в его круг. И, несмотря на интерес к военному делу, столь же невыносим военный официоз: парады и остальные околовоенные присутствия. Всего этого старался избегать под любым предлогом, а если, как чаще бывало, избежать не мог, то переносил столь страдальчески, что заслужил от сторонних наблюдателей характеристику апатичного, ленивого и нервного ребёнка.

- Как ты находишь парад?

- Если б при Севастополе наша армия так же браво маршировала, мы бы выиграли войну?

- Александр вправду был великим?

- Был.

- Почему же его империя сразу разрушилась?

...

- Наполеон был великим полководцем?

- Конечно.

- Почему ж его жизнь закончилась столь скорбно?

Имеет ли смысл бога о чём-то просить, молить? В чём смысл контакта с высшим существом. Если бог всё знает? Ведь Он уже решил всё. Он действует по высшим, идеальным правилам. Идеальные правила уже давно роздали всем по заслугам. Какое же действие может иметь устная просьба к богу? Что она может изменить? Вообще, разве может быть высшему существу дело до этих молений? Если мы прекратим начитывать: "Да святится имя Твое; да придет Царствие Твое; да будет воля Твоя", - разве перестанет тогда имя Его святиться? Разве тогда Царствие его не придет? Разве не будет воли Его? Каков смысл всей этой нашей церковной возни в очах существа, для которого уже всё содеяно – вся будущая история человеческая. Это ведь так неприглядно – молить об уже содеянном. Уверять в предохранении от грехов, которые нам ещё грядут, но которые в его очах мы уже совершили. Нет, и не может быть ему до нас никакого дела. А если есть ему до нас дело, значит, он просто томится от скуки. Действительно, чем ещё заняться существу, для которого всё предрешено? Всё известно. Всё завершено. Вот он от скуки толкает нас на разные поступки. Но даже за этим ему смотреть скучно, ибо даже того итог ему известен. Остаётся только помереть со скуки.

1877

При комнатах Императора и вдовствующей Императрицы служили по три камердинера, при комнатах царствующей Императрицы - два. Камердинер распоряжался всем, что касалось распорядка дня Августейших Особ непосредственно в их покоях. Входить в императорские покои без доклада камердинера имели право только члены императорской семьи и придворные медики. Также камердинеры исполняли некоторые секретарские функции: принимали прошения, отправляли письма, передавали устные и письменные распоряжения Императора и Императрицы, составляли расписание приёма посетителей. Еще одной функцией камердинера был учет материальных ценностей в покоях. С этого года камердинер Великого Князя Александра Александровича Младшего - Николай Александрович Радциг.

Март

15е. Воспитателем Великого Князя Александра Александровича Младшего Дедом его назначен бывший директор 2ой Санкт-Петербургской военной гимназии генерал-майор Григорий Григорьевич Данилович. Жалованье воспитателю 5000 руб. в год и экипаж от двора Наследника.

[По происхождению принадлежал к дворянам Черниговской губернии. Окончательное образование получил в дворянском полку, откуда в 1843 выпущен в лейб-гвардии Литовский полк с прикомандированием к артиллерийской академии. Вскоре он стал читать лекции в военно-учебных заведениях, а впоследствии получил место инспектора классов во 2м кадетском корпусе, учебную часть в котором привёл в непродолжительное время в блестящее состояние.

В 1866 полковник Данилович получил чин генерал-майора и назначен директором этого учебного заведения; в 1868 - орден св. Станислава 1й степени, в 1870 - орден св. Анны 1й степени, в 1878 произведен в генерал-лейтенанты, а в 1881, 2го марта, назначен генерал-адъютантом.

Во всё продолжение служебной деятельности Григорий Григорьевич внимательно следил за наукою во всех её сферах, причем особенно интересовался вопросами педагогическими, и благодаря его усилиям учреждены педагогические курсы при 2й военной гимназии. Впоследствии, назначенный членом главного военно-учебного комитета, он много способствовал улучшению преподавания и обстановки учебного дела в военных гимназиях.

Труды генерала Даниловича и педагогическая его опытность достойным образом вознаграждены назначением его на высокий пост воспитателя детей Государя Наследника Великих Князей Александра Александровича и Георгия Александровича.]

Письма Младшему, уже Наследнику, генерал подписывал: "Искренно любящий Вас, генерал Данилович". Однако на самом деле Данилович более всего любил дисциплину и послушание. Как писал генерал Н. А. Епанчин: "Одно дело быть директором корпуса, в котором было несколько сот воспитанников, и другое — быть воспитателем будущего Императора... Один этот вкрадчивый, слащавый голос чего стоил! Это однообразное отчеканивание слов и "иезуитские" замашки! ...не было достаточного наблюдения за работой преподавателей". Данилович и не мог "достаточно наблюдать за работой преподавателей" — от него можно было ждать лишь неукоснительного исполнения обязанности не более чем надзирателя. Императрица звала его "Гоша", неоднократно и при детях позволяя насмешки в адрес генерала. Не было при дворе ни одного человека, сочувствовавшего назначению Даниловича. Гофмаршал двора генерал В. В. Зиновьев прямо говорил о том Александру Старшему, тем не менее, не имевший влияния на своих воспитанников и не пользовавшийся у них авторитетом Данилович был назначен.

Его, сухого, Сашка сдержанно терпел. Попытка Даниловича внушить Царевичу, что "чудодейственная сила таинства миропомазания во время Св. Коронования способна даровать будущему Российскому Самодержцу все необходимые познания" вызывала у Сашки улыбку.

Даниловичем составлена программа обучения, не представлявшая столь глубокого плана воспитания будущего Императора, как некогда разработанная Жуковским для Деда. Курс рассчитывался на 12 лет: первые 8 посвящались предметам гимназического курса с некоторыми расширениями — основами естественных наук; 4 последующих года должны были отводиться высшему военному, экономическому и правовму образованию.

Генералу предложено пригласить преподавателей по своему усмотрению.

19е. С одобрения Цесаревны Марии Феодоровны приглашены:

статский советник Иван Фёдорович Рашевский - русский язык, 4 урока в неделю;

коллежский советник Василий Адрианович Евтушевский - арифметика, 4 урока в неделю;

Руссель - чистописание, 4 урока в неделю;

Карл Викентьевич Ленох - рисование, 2 урока в неделю.

Июнь, 7. Младшему 8.

Август

Комиссия из преподавателей произвела экзамен Великому Князю, прошедший блестяще, о чём доложено Августейшим Родителям.

Август. Началась учёба, дававшая разом массу материала, и тогда стали обыгрываться сведения из истории: древние греки со своими фалангами и средневековые рыцари с замками.

Когда для Младшего начался гимназический курс, Оллонгрен осталась помогать ему в выполнении домашних заданий в Аничковом и Гатчинском дворцах.

Когда Володю Оллонгрена забрали в Псковский Кадетский Корпус, зашёл меж малыми разговор: с кем Младший будет учиться далее. Мало кто учиться любил, но в деловом ребячьем разговоре это не имело значения. Важно было помечтать, спланировать, организовать. Высказана мысль, что хорошо бы было учиться вместе - вся "рота" хотела. Высказана тут же и надежда на ходатайство перед Августейшими Родителями, возникли планы: как они и что будут делать при успехе этого ходатайства - слово за слово, и назад пути уже не было.

Младший умел и стремился решать подобные задачи. Произошёл "серьёзный разговор" с дедом. Младший сформировал его вокруг темы "на ком учиться править". Вывел, что ему в будущем, при правлении нужна будет команда людей верных и близких духом, "самолично взращенных". Удачно ввернул, что "ибо именно таких недостаёт сейчас деду". Старшие посмеялись обороту и вообще ловкости организатора. Однако эта ребячья мечта позволения не получила. Но и прямого запрета тоже не последовало. В результате кто-нибудь из компании - то ли Петя Ольденбургский, то ли, что чаще - дети придворных: Ваня Воронцов, Валя Долгоруков, Кира Нарышкин или Дима Шереметьев, а то и несколько сразу - частенько присутствовали у Младшего на занятиях. Падкий на прозвища Старший наименовал эту компанию "лицеем".

Они называли друг друга "Сэр" или "Сударь". Младшего "Государь", но чаще - "Сир".

- Отчего "Сэр"? Что за англиканство? Это у тебя от бабки Виктории? - насмехался Дед.

- Это не "Сэр" - это "эс-эр", краткое от "сударь".

- А почему тебя тогда величают "Сир"?

- Ну, это уже да, вдогонку: раз "Сэр", то и "Сир". Хотя кой-кто оправдывает, что это от "Seine Erlaucht" (Его Высочество).

Но то же самое S.E. означает также Seine Exzellenz (Его Превосходительство), и Петька иной раз трунил его Экселленцем - не в смысле "Превосходительства", а в смысле "Превосходства".

Сентябрь. Середина. Папа с Императором отбыли на Балканы. Мальчики оставлены на Даниловича.

Цесаревна писала супругу: "Я присутствовала на первых уроках Алекса с учителями — по русскому языку, по арифметике, по чистописанию и по рисованию. Как видишь, мальчик начал серьёзно заниматься, ... он весьма доволен и, к моей радости, любит учиться и учится с огромным желанием".

На самом же деле учился Сашка довольно неровно. Чтение, счёт и складывание слов из букв при письме дались легко - этому он уже был научен и до Оллонгрен. Дальше, когда начальные навыки стали развиваться в чистописание, орфографию и решение абстрактных арифметических задач, ему стало неинтересно, и учёба пошла хуже. Потом, с развитием программы обучения, появились предметные уроки, которые его занимали - их он схватывал налету: естественные науки, историю.

Рисование закончилось на третьем же занятии, когда после двух вводных уроков с теоретическими объяснениями пропорции, композиции, ритма и прочих основ Ленох догадался вдруг проверить, пойдёт ли вообще его учение в прок, и возжелал увидеть, как ученик рисует-то, предложив ему моделью чучело утки. Поскольку к такому повороту не заготовлено было ни карандаша, ни бумаги, то ученик ничтоже сумняшеся выдрал тетрадный лист и стал рисовать пером. Карл Викентьевич, чтоб не смущать ребёнка и проявить его возможно полно, во всё время рисования сидел на своём месте и занимался своим делом. Когда же рисование закончилось, он подошёл, посмотрел результат и тут же попросил подписать рисунок на память. Далее, объявив, что занятие на сегодня окончено, пошёл к Гау, чтобы вдвоём отговорить Августейших Родителей от каких-либо дальнейших занятий изобразительным искусством, ибо "мне ему передать нечего, а какой-нибудь излишне ретивый учитель только испортит мальчика". Кстати, эта утка - единственная работа Великого Князя Александра Александровича Младшего, будущего Императора, всплывшая после смерти детей Леноха на аукционах, где она выставлялась не как царский раритет, а как произведение искусства - пожелтевший тетрадный листок с рваным краем наряду с гравюрами Дюрера.

На предметах, которые ему нравились, Сашка просто разговаривал с учителем, спрашивал, требовал аналогий, практических задач - потому оценок ему и не ставили. Но были предметы, вызывавшие у него просто таки идиосинкразию, иной раз - вплоть до действительного заболевания с лихорадкой и температурой. Вначале это было чистописание, позже - грамматика и литература. Притом что читать-то он любил. Того же Гоголя или Тургенева. Но не разбирать в духе наших литературных критиков. У него была собственная манера восприятия, и принимать общепользуемую он не желал.

Характеристики учителей: "Умственно одарён... в учёбе отстаёт". "Мальчик не прост, его не проймёшь воспитательскими внушениями".

Характеристика Папа в начальные годы гимназического обучения: "Умная голова дураку досталась". Но Дед говорил, что никто и ничего не смыслит, и что "Сашка умнее вас всех вместе взятых". Чем очень смущал Младшего, поскольку это означало, что Папа глупее, а ему этого не хотелось. "Путь к его душе - общаться с ним на равных. Он совестлив — не тереби его совесть, он жаден до практических знаний — не пичкай его отвлеченными материями, он склонен к неординарному мышлению — не ограничивай его "правильными" ответами".

Гюстав Лансон, бывший позже у Младшего учителем французского, поражался простотой и непосредственностью сыновей Александра III: "Собранность и дисциплинированная выдержанность Августейших Детей меня просто поражает. ...Никогда не вызывали они ни одного замечания, никогда не потребовалось малейшего принуждения или напоминания об их обязанностях - это при их-то активном характере, при их духе противоречия вообще. ...В них много ещё детского, юношеского, они очень просты сердцем... Есть одно исключение - его собственный интерес. Когда вы затрагиваете нечто, его интересующее, то создаётся впечатление, что беседа идёт не с ребёнком, но со взрослым человеком - так верны и взвешены его суждения. Но при этом слышен юношеский запал, перехлёст... ...так же и в привычках своих; нет ни тени пресыщенности, избалованности".

Процесс образования равномерен лишь более-менее, поскольку от занятий отрывали различные обязанности. Особенно неравномерны в плане занятий январь-февраль-март. Однако даже самые скучные занятия Младший предпочитал ещё более скучным церемониям, и стремился использовать занятия как повод отлынуть от смотра, церковной службы или бала. От занятия хотя бы был смысл, а от бессмысленности церемоний он просто изнывал.

Октябрь, 22е. Протоиерей Иоанн Леонтьевич Янышев приглашён читать Наследнику курс богословия и истории религии (2 урока в неделю). В царской семье его давно знали: начинавший служение православным священником в Висбадене, затем преподававший богословие и философию в столичной Духовной академии и состоявший священником русской миссии в Берлине и снова в Висбадене, в 1864 преподавал закон божий Дагмар, впоследствии стал её духовником и законоучителем всех детей Их Величеств. С 1866 по 1883 был ректором Духовной академии в Санкт-Петербурге, специализируясь на изучении нравственного богословия. А с 19 октября 1883 он стал духовником Их Императорских Величеств, протопресвитером соборов большого в Зимнем и московского Благовещенского, а также заведующим придворным духовенством. Протопресвитер оставался царским духовником вплоть до своей кончины в 1910м. Отца Иоанна ценили за холодный ум и дипломатические способности, за понимание психологии среды, в которой он служил, и за деликатность пастыря (тем более что скандалы случались и в ведомстве придворного протопресвитера). В близких ко двору кругах его не считали горячим проповедником — современники указывали, что протопресвитер "холодный богослов, влиять на душу он не может". Если Павского при Николае I за недостаточно горячее отношение к канону отставили, то Янышеву его формализм ничем не грозил – времена уже были не те. Фактически, придворные службы носили характер светских церемоний. "Каждый мог запаздывать, пропускать службу по желанию, не будучи обязан никому отдавать отчета".

Итого в начале гимназического курса внук Императора имел 16 уроков в неделю по 5и предметам.

Одна из черт Младшего - педантизм. Иногда. Иногда до странного. В рисовании это выразилось в стремлении изображать максимально точно. Для черчения использовал лишь твёрдые карандаши, дающие тончайшие линии; его чертежи не изобиловали проставленными размерами, зато всё на них можно было измерить просто линейкой. От педантизма возникали к Даниловичу вопросы, подобные следующему:

- На сколько дюймов в точности достаточно отклонение из шеренги вбок в походной колонне, чтобы уже считать солдата расхлябанным?

И это ещё были относительно безвинные вопросы. Чаще вопросы эти словно бы нарочно задевали недостатки нашей армии:

- А зачем у гусар красные мундиры? Чтобы враг легче выцеливал?

Или:

- А шеренгу по чём следует равнять? Если равнять по носкам, то станут выступать пуза - они ведь у всех разные. Вон, смотрите, какое у генерала Н. пузо! Мне кажется, что следует равнять по пузам - ведь со стороны это больше заметно. Хотя, нет - тогда бошки будут вразнобой. Лучше равнять по бошкам.

Этими детски-наивными вопросами Младший пытался разрешить тонкости своих игр. Но Даниловичу они представлялись великокаверзными, насмешкой над армией вообще и над его собственными поучениями в частности.

Декабрь, 4е. Дед выехал обратно в Россию.

1881-1884 Наследник

1881

Январь, 24е. В связи с окончанием кавказского наместничества их императорские высочества великий князь Михаил Николаевич и великая княгиня Ольга Фёдоровна с августейшими сыновьями прибыли из Тифлиса в Санкт-Петербург.

Постоянным местопребыванием великого князя и августейшей семьи его высочества на зимнее время являлся собственный Ново-Михайловский дворец в Петербурге, на летнее - расположенная близ Петергофа дача Михайловское. По осени великий князь почти ежегодно проводил время в течение нескольких недель или в Крымском имении великой княгини Ольги Феодоровны Ай-Тодор, или в собственном на Кавказе, в Боржоми; нередко его высочество выезжал для отдыха и за границу.

Теперь Сандро с Сержем у Младшего почти каждый день. Пробалтывая вечера, Младший и поведал Сандро, что наилучшие корабли, это большие фрегаты - американские, конечно. И влюбил в "Ниагару". Этого было несложно добиться, ибо двоюродный дядя воодушевлён рассказами об Америке своего воспитателя - лейтенанта Зелёного.

Февраль. Помощником начальника Главного штаба стал Обручев Николай Николаевич, 1830.

[В 1837 попал в Александровский кадетский корпус для малолетних в Царском Селе.

С 1841 года в 1м кадетском корпусе. Военные науки в корпусе преподавали капитаны П. Д. Зотов и П. П. Карцов.

В 1848 закончил обучение и назначен прапорщиком в Измайловский лейб-гвардии полк.

В 1849 вместе с полком находился в Венгерском походе, но в боях Измайловский полк участия не принимал.

В 1850 вышла первая его научная работа «Опыт истории военной литературы в России», получившая Высочайшее благоволение.

В 1851 произведён в поручики и поступил в Императорскую академию Генерального штаба, которую окончил в 1854 с серебряной медалью и с занесением его имени на мраморную доску Академии. После окончания Академии он получил чин штабс-капитана и причислен к Генеральному штабу.

С 1855 дивизионный квартирмейстер 2й гвардейской кавалерийской дивизии с переводом в гвардейский Генеральный штаб.

В 1856 назначен адъюнкт-профессором, а в следующем — профессором Николаевской академии Генерального штаба. Преподавал на кафедре военной статистики.

В 1858 начал печататься «Военный сборник», одним из редакторов которого стал Обручев. Наибольший резонанс вызвала статья «Изнанка Крымской войны», в которой он проанализировал деятельность интендантских служб русской, английской и французской армий. Статья послужила причиной его отстранения от журнала.

В 1860 отправлен Николаевской академией Генерального Штаба в командировку в Европу.

В феврале 1863 назначен членом совещательного комитета Главного управления Генерального штаба и его делопроизводителем. Тогда же его включили в состав комиссии военного министерства по разработке положения о военно-окружном штабе и войсковом управлении.

Во время работы в журнале Обручев сблизился с Н. Г. Чернышевским и Н. А. Добролюбовым. Неизвестно, разделял ли он идеи Чернышевского и состоял ли в «Земле и Воле». Ему были близки либеральные идеи, но революционером он не был.

Ряд публикаций Обручева о русской армии привлёк внимание военного министра Д. А. Милютина.

В 1867 Обручев стал членом и управляющим делами Военно-учёного комитета. Активно участвовал в разработке военных реформ. За активную работу в секретной комиссии по подготовке военной реформы в 1873 получил чин генерал-лейтенанта. В том же году выехал в длительную командировку в Турцию, Германию и Австро-Венгрию для сбора сведений о состоянии их вооружённых сил. Также выполнял ряд секретных поручений императора Александра II.

Был автором стратегического плана Балканской кампании. Сыграл большую роль в том, чтобы убедить Александра II в необходимости этой войны. Милютин и Александр II предполагали включить его в состав полевого штаба, однако великий князь Николай Николаевич Старший воспротивился этому, заявив царю, что в 1863, будучи начальником штаба 2й гвардейской пехотной дивизии, Обручев, «демонстративно отчислился от должности, не желая идти на „братоубийственную войну“ русских с поляками». Последнее не доказано.

По этой причине Обручев командирован на Кавказский театр войны. Там он подготовил план операции по разгрому аладжинской группировки неприятеля, реализованный М. Т. Лорис-Меликовым в Авлияр-Аладжинском сражении. Это привело к падению крепости Карс, ключевой на Кавказском фронте. За участие в войне Обручев удостоен звания генерал-адъютанта.

С 1878 почётный член Конференции Николаевской академии Генерального штаба.

Уходя в отставку, Милютин охарактеризовал соратника: «В последние годы Обручев был для меня одним из самых полезных и даровитых соратников. Если с выходом моим устранят и его, если не воспользуются таким человеком, каких у нас очень немного, то будет и жалко для России, и постыдно для нового правительства».

Занимался совершенствованием Русской армии. При нём разработана система резервных войск, формировались новые корпуса, дивизионы и полки, совершенствовались инженерные части. Участвовал в разработке плана войны против Германии и Австро-Венгрии, плана десантной операции на Босфор.

За деятельность на посту начальника Главного штаба произведён в генералы от инфантерии.

Обручев активно подготовил франко-русский союз. Был товарищем с французским генералом Раулем де Буадефром, вместе они приложили много усилий для оформления союза.

Женился в 1862 на француженке Мари Леонтине Милло.]

Март

1е. По давно уж заведенному порядку, в этот день Император присутствовал на разводе караулов.

Петя Ольденбургский с воспитателем как раз приехал к Кире Нарышкину, чтобы потом ехать к Младшему в Аничков. Оба Михайловича тоже должны были прибыть после трёх часов дня.

15:00. Раздался звук сильнейшего взрыва.

В этот день Великий Князь приехал в Зимний дворец, где умирал Дед, и куда ранее прибыли Родители. Около окна стояли дяди и тёти. Никто не говорил. Дед лежал на узкой походной постели, на которой всегда спал. Покрыт военной шинелью, служившей ему халатом. Лицо смертельно бледно, усеяно маленькими ранками. Глаза закрыты. Отец подвел Сашку к постели. "Папа, — сказал он, повышая голос, — Ваш "луч солнца" здесь". Увидел дрожание ресниц, голубые глаза Деда открылись, он старался улыбнуться. Двинул пальцем, и не мог ни поднять руки, ни сказать, но, несомненно, узнал. Протопресвитер Бажанов подошёл и причастил его в последний раз. Все опустились на колени, и Император тихо скончался.

Трудно сказать, что испытывал в те минуты 12илетний подросток, но произошедшее произвело на него неизгладимое впечатление. Родители не хотели, чтобы сын оставался в Зимнем, и велели графу С. Д. Шереметеву отвезти его обратно в Аничков дворец. Граф и Младший спустились на Салтыковский подъезд. Подали карету, за которой следовал казачий конвой. Царевич, взглянув на конвой, приказал ему не сопровождать его. Он подумал, что казаки нужнее при Родителе. Шереметьев молчаливо согласился с этим решением, мысленно похвалив Царевича, но в слух сказал:

- Велено... Ваш Родитель теперь Император.

- Я теперь тоже не всего лишь его сын, - негромко ответил Младший.

Делать было нечего. Казак вскочил на козлы, Князья сели в карету и благополучно прибыли в Аничков. Оттуда Шереметьев поспешил обратно, чтобы доложить Государю, что Царевич в целости доставлен домой. Мальчик не был трусом и в страшной ситуации не потерял присутствия духа. Детство закончилось, настала пора юности, время подготовки к роли самодержца.

2е. Наследник назначен Атаманом всех казачьих войск.

13:00. Высшие государственные чины и все находящиеся в Петербурге и его ближайших окрестностях генералы, штаб- и обер-офицеры собрались в залах Зимнего дворца для принятия присяги и принесения поздравления Их Императорским Величествам по случаю вступления на Престол Государя Императора Александра Александровича.

Их Императорские Величества в сопровождении Государя Наследника Цесаревича и Членов Императорской Фамилии вышли из внутренних покоев. Остановясь в Николаевской зале у караула от Кавалергардского полка, Государь Император обратился к находившимся тут генералам и офицерам с многознаменательными словами, в которых, передав им от Имени в Бозе почившего Государя Императора признательность за верную службу, Его Величество выразил, что Он, приняв наследие в столь тяжкую минуту, будет служить России и её благоденствию и надеется заслужить её любовь, а также уверен, что войска будут служить Его Величеству и Его Наследнику с теми же верностью и усердием, с какими они служили покойному Государю. В заключение Его Величество ещё раз передал войскам благодарность за службу от Имени Своего покойного Родителя.

Эти милостивые слова Государя Императора, высказанные Его Величеством под давлением удручавшей Его скорби, вызвали со стороны прослезившихся присутствовавших общий сердечный крик "ура"! Провожаемые восторженными приветствиями, Их Императорские Величества направились ко дворцовому собору. По прочтении Министром Юстиции Высочайшего манифеста Государю Императору и Его Наследнику принесена присяга Членами Императорской Фамилии, высшими государственными чинами, генералами и офицерами. Затем провозглашено многолетие Государю Императору, при чём из крепости дан салют в 101 выстрел. Приняв поздравления от членов Императорской Фамилии, Их Императорские Величества тем же порядком направились обратно, встречаемые по пути следования самыми восторженными выражениями верноподданнических чувств со стороны собравшихся.

Государь Император вступил в залы, где находились члены Государственного Совета, Сенат и Свита Его Величества, выразил именем в Бозе почившего Государя признательность за их службу и уверенность в том, что он встретит с их стороны такое же доверие, каким пользовался Его покойный Родитель. Обратясь к чинам Свиты, Государь Император объявил им, что он оставляет их при Своей Особе.

3е, вторник, 8:00. Переносили тело в Бозе почившего Императора Александра Николаевича из опочивальной комнаты в собор Зимнего дворца.

Во дворец собрались высшие государственные чины, знатные обоего пола особы, гвардии, армии и флота генералы, штаб- и обер-офицеры в полной парадной форме и все в глубоком трауре.

8:30. Из внутренних покоев выступила печальная процессия. Впереди чины Свиты Его Величества несли крышку от гроба и порфирный покров. Затем следовали придворные певчие и духовенство. Гроб с телом в Бозе почившего Императора несли члены Императорской фамилии, причём Государь Император вместе с великим князем Владимиром Александровичем поддерживали изголовье гроба. Затем следовали Её Величество с Наследником Цесаревичем, великие ннягини и прочие члены Императорской фамилии, а за ними чины двора обоего пола.

По внесении в собор гроб помещён под роскошный катафалк, поставленный в части собора между входом и решёткою; впереди же катафалка размещено 60 подушек с орденами.

Их Величества и члены Императорской фамилии приложились к телу покойного Императора, после чего митрополитом Исидором, в сослужении с митрополитами киевским Филофеем и московским Макарием, отслужена панихида, по окончании которой Их Величества в сопровождении членов Императорской фамилии проследовали обратно во внутренние покои. После того присутствовавшие на панихиде прикладывались к телу в Бозе почившего Императора.

6е. Из-за границы вернулись великие князья Сергей и Павел Александровичи, а также Николай Николаевич Старший с обоими своими сыновьями.

7е. При перенесении тела Деда из Зимнего дворца в Петропавловский собор Младший участвовал в шествии в карете с Мама, Жоржем и княгиней Марией Павловной в веренице траурных карет всяких родственниц. У них позади было два камер-казака, у других - лакеи. Папа, великие князья, высокие гости, военный министр, генерал-адъютанты, чины Свиты Его Величества и вообще остальные - шли за гробом пешком. Шли по Дворцовой и Разводной площадям, по Адмиралтейской и Английской набережным, через Николаевский мост, по 1й линии Васильевского острова, через Тучков мост, по Александровскому парку, в Петропавловский собор через Иоановские ворота.

По первому сигналу, данному тремя пушечными выстрелами из орудий Петропавловской крепости, лица, участвующие в церемонии, приготовились к шествию. По второму сигналу тремя пушечными выстрелами все лица в составе церемониального шествия заняли назначенные им места и построились в порядке следования шествия. По третьему сигналу тремя пушечными выстрелами все отделения начали церемониальное шествие. После третьего сигнала на флагштоке Петропавловской крепости подняли траурный чёрный флаг. Начался во всех церквях перезвон, а с Петропавловской крепости - пушечная пальба через каждую минуту по одному выстрелу, и продолжалась во всё время печального шествия до постановления на катафалк в Петропавловском соборе гроба в Бозе почившего Государя Императора.

Вдоль пути шествия печальной процессии стояли войска петербургского гарнизона и учебные заведения, те, что не участвовали в самой процессии. При приближении тела в Бозе почившего Государя Императора войска отдавали честь, музыка играла и барабаны били поход, а затем играли молитву. По всему пути следования процессии толпились массы народа, окна были переполнены зрителями. Дома убраны траурными драпировками, флагами. На всех лицах тяжкая скорбь. Публика и народ по мере следования мимо них печальной колесницы сотворяли крестное знамение, утирали слёзы. У церквей по пути следования колесница приостанавливалась, при том служилась лития.

Большинство шло только до собора. У главного входа справа выстроена рота Его Величества лейб-гвардии Павловского полка в почётном карауле со знаменем и оркестром.

Два герольда стали у входа. Перед катафалком сложили императорские регалии. В церкви остались только лица первых четырёх классов.

14е. Манифест императора Александра III от сего числа призывал всех верноподданных соединить их молитвы с царскими мольбами и "учинить присягу в верности Нам и Наследнику Нашему, Его Императорскому Высочеству Цесаревичу Великому Князю Младшему Александру Александровичу".

Великий князь Владимир Александрович назначен регентом на случай кончины императора — до полного совершеннолетия Наследника (или в случае кончины последнего).

Многие из тех, кто видел Александра III в мартовские дни, отметили для себя эти совершенно неожиданные для них изменения. Фрейлина А. Ф. Тютчева записала в дневник 25 марта: "В его взгляде, в его голосе и движениях было что-то неопределенное, неуверенное, и я замечала это ещё очень немного лет тому назад. Теперь, глядя на него, я с изумлением спрашивала себя, каким же образом произошла эта полнейшая перемена, которая меня в нем поразила; откуда у него появился этот спокойный и величавый вид, это полное владение собой в движениях, в голосе и во взглядах, эта твердость и ясность в словах, кратких и отчетливых, – одним словом, это свободное и естественное величие, соединенное с выражением честности и простоты, бывших всегда его отличительными чертами".

1885-1888 Совершеннолетие

1885

Февраль

8е. Издан указ от 24го января, изменяющий закон о царской фамилии Павла I. Правнуки братьев Государя уже не будут великими князьями, а сестёр - внуки. Это поражает всех детей Михайловичей и Николаевичей и внуков Владимира и Сергея. Но все, конечно, одобряют...

11е, 13:00. Во дворцовой церкви отслужен молебен в виду окончания перевозки дел Государственного Совета и Государственной Канцелярии из здания Императорского Эрмитажа в Мариинский дворец, а также в присутствии Их Императорских Величеств Государя Императора, Государыни Императрицы, Его Императорского Высочества Государя Наследника Цесаревича и других Высочайших особ произведено торжественное освящение нового помещения.

17е. Испанский посланник при петербургском дворе маркиз де Кампо Сатрадо с великою торжественностью поднёс Его Императорскому Высочеству Государю Наследнику Цесаревичу пожалованный королем Испании орден Золотого Руна.

18е. Иногда Младший брался на заседания Русского Исторического Общества. Секретарь Общества А. А. Половцов: "Всего с Императором, Цесаревичем и великим князем Владимиром Александровичем присутствуют 26 лиц. Государь, посадив возле себя великого князя Владимира Александровича, приказывает Цесаревичу сесть между мной и Штендманом. А. Ф. Бычков читает отрывки из неизданных и частью известных писем Петра Великого. ...Грот читает весьма скучную статью о переговорах во время шведской войны 1788 г. Дубровин прочитывает премилое сообщение об исторических трудах императрицы Екатерины. ...Мартенс душит нас рассказом... об отношениях России с Пруссией во время Отечественной войны. ...После каждого чтения Государь очень любезно говорит несколько слов читателю. Цесаревич тяготится таким препровождением времени и сообщает мне довольно язвительно, что "запамятовал" услышанное на всю оставшуюся жизнь".

Март

30е. Произошёл бой на Кушке.

В марте, пока химики доводили целиком нитроцеллюлозный патрон, полковник Роговцев завершил разработку бумажного "суперфлоберовского" патрона. Он имел прессованную шашку более мощного дымного пороха с увеличенным содержанием селитры, покрытую лаком, и пулю с донной выемкой. Патроны начал производить Петербуржский Патронный завод - первые 4 партии по 2000 патронов с вариантами пуль разной формы и материалов.

Апрель, 8е. В номере "Всемирной Иллюстрации" сведения об орудии Герама Максима. Оно, между прочим, называется пушкою, несмотря на ружейный калибр.

Июнь

6е. Перед днём рождения Папа "обрадовал" перспективой проходить два следующих летних лагеря в гвардейском Преображенском полку.

- Папа. Это будет шаг назад.

- Наследники издавна служили в гвардии.

- У меня слишком много дел, мне недосуг. Не знаю гвардии ваших времён, но нынешняя гвардия ни на что не годна. Если желаешь - устроим соревнование любого гвардейского батальона с моим. Если я проиграю, то безропотно иду в полк.

...

Папа поинтересовался у великого князя Михаила Николаевича:

- Сашка-то мой не желает в гвардию, хочет в Офицерской своей школе практику проходить. Вот, соревнование даже придумал. Это всё твоя наука.

- Разве ж моя? Скажу откровенно, Твоё Величество: Его Императорское Высочество заслужил то, чего редкий генерал заслуживает.

24 сентября 1855го писано: "Моя душа полна отчаяния. Севастополь захвачен врасплох. Севастополь в опасности. Укрепления совершенно негодны, наши солдаты не имеют ни вооружения, ни боевых припасов; продовольствия не хватает. Какие бы чудеса храбрости ни оказывали наши несчастные войска, они будут раздавлены простым превосходством материальных средств наших врагов. Вот 30 лет, как Россия играет в солдатики, проводит время в военных упражнениях и в парадах, забавляется смотрами, восхищается маневрами. А в минуту опасности она оказывается захваченной врасплох и беззащитной. В головах этих генералов, столь элегантных на парадах, не оказалось ни военных познаний, ни способности к соображению. Солдаты, несмотря на свою храбрость и самоотверженность, не могут защищаться за неимением оружия и часто за неимением пищи.

В публике один общий крик негодования против правительства, ибо никто не ожидал того, что случилось. Все так привыкли беспрекословно верить в могущество, в силу, в непобедимость России. Говорили себе, что, если существующий строй несколько тягостен и удушлив дома, он, по крайней мере, обеспечивает за нами во внешних отношениях и по отношению к Европе престиж могущества и бесспорного политического и военного превосходства. Достаточно было дуновения событий, чтобы рушилась вся эта иллюзорная постройка. В политике наша дипломатия проявила лишь беспечность, слабость, нерешительность и неспособность, и показала, что ею утрачена нить всех исторических традиций России; вместо того, чтобы быть представительницей и защитницей собственной страны, она малодушно пошла на буксире мнимых интересов Европы. Но дело оказалось еще хуже, когда наступил момент испытания нашей военной мощи. Увидели тогда, что вахт-парады не создают солдат, и что мелочи, на которые мы потеряли тридцать лет, привели только к тому, что умы оказались неспособными к разрешению серьезных стратегических вопросов..." "В дворцовой церкви служили молебен по случаю начала войны. При выходе из церкви государь обратился с речью к офицерам, присутствовавшим на церковной службе. Он сказал им, что гвардия пока не вступит в дело, но что, если обстоятельства этого потребуют, он сам поведет её и уверен, что она покажет себя достойной этой чести. Наследник подошел к государю и произнес сакраментальное: "Рады стараться", которое офицеры повторили хором. Государь обнял его. В этой маленькой сцене не чувствовалось ни малейшего одушевления или увлечения. Восточный вопрос — вопрос совершенно отвлеченный для ума петербургского, и особенно для ума гвардейского. Этот бедный ум, крылья которого постоянно обрезались, перед ним никогда не открывалось других горизонтов, кроме Марсова поля и Красносельского лагеря, не вырисовывалось других идеалов, кроме парадов и фойе оперы или французского театра. Как может ум, воспитанный на такой тощей пище, возвыситься до понимания крупных социальных и политических замыслов или воодушевиться идеей освобождения славянских народов и торжества православия? Нужно основательно растрясти наше общество, перевернуть его вверх дном, прежде чем идеи такого порядка смогут проникнуть в тупые мозги петербургских гвардейцев".

Вы думаете, это написано прозорливым военным мыслителем? Нет. Всё настолько очевидно ясно в нашем войске и в нашем государстве, что такое может быть написано... фрейлиной, женщиной, которая должна бы быть далёкой от соображений ведения войны. Если б эти соображения имелись у тех, у кого они обязаны были иметься. Но за неимением их у последних, они обязаны были появиться хотя бы у женщины. За стыдом головы.

"Никогда ее (Плевну) не забудем. Что ужасно в этом штурме 30 августа, — писал Цесаревич (будущий Александр 3) супруге, — что даром пожертвовали такой массой дорогой русской крови, безрассудно, без всякой надобности. Все уверены были в невозможности атаки и, несмотря на это, все-таки штурмовали. Одним словом, повторилось под Плевной то же самое, что уже было два раза прежде, и в этом я вижу не только безрассудство действий Главнокомандующего и его штаба, но и преступление, за которое он и все виновники этого страшного дня должны будут отдать отчет не только перед всею Россией, но перед самим Богом".

Сам Александр III не любил военных занятий, был далёк от дел и забот своей гвардии и в Красное Село летом на манёвры почти не выезжал. Он предоставил это брату - великому князю Владимиру Александровичу, генералу от инфантерии (30 августа 1880), долгое время занимавшему должность командующего гвардией и Санкт-Петербургским военным округом (2 марта 1881). Несколько ниже ростом, чем старшие Романовы, он был красив и представителен. Носил бакенбарды, как во времена Александра II, но умеренной длины, обладал весьма звучным и приятным барским баритоном. Картавил ещё сильнее, чем отец. Как и полагалось начальству того времени, никого никогда не разносил - только хвалил и благодарил. На лошадь Владимир Александрович садиться не любил, больше ездил в коляске, в лагерях - на тройке и на широких козлах, рядом с ним - адъютант. Путал полки. Был добрый и весёлый барин, зла никому не делал, правда и добра делал не много. Зло было в том, что занимал место, на котором другой мог бы принести пользу. Поздно переучивать.

- Конечно, "...всякий правитель, которому Богом вверен народ, должен принимать все меры, для того чтобы избежать ужасов войны". Но та мера, что позволяет точно избежать войны, называется "сила". Без силы нас всякий будет склонен привести к войне".

характерны слова Старшего относительно результатов Франко-прусской войны: "Дай Бог нашей Родине долгое время мира, но, вместе с тем, не спать, а быть всегда готовым на отпор и не забывать, что мы в военном отношении далеко отстали от Пруссии и, к сожалению, скорее ближе к французской организации".

]

- А ведь перед Плевной армия наша считалась вполне способной. Ты уверен, что нынешней армии не грозит новая Плевна? Государь ведь – первый виновник. И не то худо, что отчёт нести, а то, что отчётом ничего не поправишь. Понимаешь? Никому твой... мой отчёт после катастрофы не нужен будет. Надо не покорно ограничиваться бравадой, что отчёт готов держать, а делать чтоб катастрофы не было. Душа моя не будет на месте, пока я не сделаю всё, что могу. Время! Время! Если мне суждено царствовать, всё придётся ломать. Наши зарубежные "коллеги" не дадут нам времени. Чем раньше мы это начнём, тем плавнее и безболезнее будет ломка.

1888.06.08 Европа

1888

Младший давно уже, как ему и свойственно, строил на поездку планы. Он начал с того, что предназначил листок для записи вопросов, которые следовало выяснить в путешествии. Но время шло, а листок оставался пустой. Оказалось, что нет у него простых вопросов наподобие: "как сделать" или "как устроено". Он уже знаком со всеми передовыми технологиями: индустриальными, производственными, техническими, финансовыми, социальными, научными, политическими и прочими - и даже имеет кое-какие собственные идеи. Размышления над планом поездки прояснили ему, что истинное его стремление - не получить какие-то сведения, а прочувствовать воочию, войти в пространственно-человеческий масштаб, уловить связи и моменты, доступные только при непосредственном ознакомлении. Пощупать.

Младшего не интересовали общие фразы, философские вопросы экономики и отраслей, описываемые фразами вроде "принципы системной инновации", не интересовали изделия и технологии. Его интересовали очень конкретные вещи. Действия управляющего: его личный распорядок дня, как он решает вопросы функционирования предприятия. Инженерное управление предприятия: структура, разделение обязанностей, помещения. Связь с высшей школой и наукой: университеты и специальности, проекты и исследования. Связь с государственными структурами. Проектно-исследовательские структуры: как решаются инженерные задачи, каким уровнем оборудования. Планирование предприятия: размещение корпусов, внутреннее перемещение сырья и деталей; оборудование в цехах, его размещение; освещение цехов и проветривание. Характер технологий, организационные особенности производства. Организация труда, питание, гигиена, отдых, оплата, жильё, быт, социальное обеспечение. Подготовка рабочих специалистов: условия, методики. Это был интерес не в точной системе, не в данных, что можно было подозревать из склонностей Наследника. Это был интерес к характеру требуемых перемен, к настрою. Если хотите - поиск вдохновения. Стремление убедиться в своей правоте. Конкретных же решений у него и своих было хоть отбавляй. Получше иностранных.

Отсюда и места, которые следовало посетить.

Интересовали по степени важности:

- в связи с назревшей уже окончательно "Аферой" - строительство железных дорог, их эксплуатация, а также конструкции и производство подвижного состава; как перспективные направления транспортного вопроса: безрельсовые локомобили, электрический транспорт, двигатели внутреннего сгорания;

- в связи с остающимся пока что основным интересом Цесаревичем - вооружение: повторительное стрелковое, механические орудия и полевая артиллерия;

- как основа вышеуказанных отраслей - металлургия и металлообработка;

- как новая перспективная отрасль, связанная со многими сферами применения - электрические устройства и машины, а также входящие ныне в ту же отрасль телеграфия и телефония;

- кроме того - инновации в технологиях и организации производства вообще, как и в военной организации и тактике;

- отдельный интерес составляли представительные органы власти.

Например, Наследником сознательно исключены финансовые учреждения. Бунге стал уговаривать, что, мол, игнорировать вопросы финансовой деятельности - разве можно? И предложил компромисс: не погружаться в тонкости, провести хоть один визит вежливости в Bank of England, чего, якобы, вполне достаточно. Но Наследник настаивал:

- Для текущих вопросов всё равно придётся обращаться к армии финансистов - сам я этим до тонкостей заниматься не смогу. Да уж, Николай Христианович - это ваша епархия. И штучная лекция сира Коллета привести наше финансовое учреждение к должному состоянию не поможет. Наше финансовое учреждение в любом случае - что с лекциями сира Коллета, что без лекций - придётся поднимать самим: в муках, в поисках с ошибками. Согласны? И теперь: можете ли представить себе постные рожи сэров и мосье, когда я попрошу научить меня быть финансово от них независимым? Да и то - что я увижу в Английском Банке за день? Ну, проведут меня по офисам, ну посмотрю я, как клерки таскают бумаги из кабинета в кабинет - и что с того? Разве в том принципы финансов? Принципы вот они - в книгах.

Пропущены министерства и собрания министров. Тоже вопреки Бунге. С министрами - в чём шаблон? В чём наука? Нужно решать конкретные дела.

То же самое и в отношении прусского статистического бюро: ну не царское это дело - есть же чиновники. Организовать надо будет - организуем. А подробности...

Пропущен Physikalisch-Technische Reichsanstalt, опять же вопреки Бунге.

- Стандарты - основа производства!

- Это и ежу ясно.

Но от встречи с Гельмгольцем не отказался.

Долго спорили о Круппе. Наследнику Крупп совершенно не интересен. Наследник держит его не более чем за ловкого коммерсанта, успешного, но вторичного по сравнению с тем же Уитвортом. Уитворт - это почти всё в современной металлической промышленности - от литья под давлением до стандартов точности. Крупп же - это ничто, кроме как перенесение на германскую почву такого же, как и он сам, шведского металлического дельца барона Варендорфа. Как в отношении производства, так и в отношении подчинения себе государства через производство. А последнее Наследнику и вовсе неинтересно - государство и так полностью в руках русского монарха.

Организационные принципы Круппа также не есть его изобретениями, а достояниями английских экономистов, чему учил и сам Бунге. Когда английские экономисты всё это придумывали, Германия была ещё раздробленной аграрной страной, а дед Круппа пешком под стол ходил.

- Крупп Германии необходим, а Уитворт Англии - нет.

- Так это естественно: ведь Крупп - аналог не Уитворта, а Армстронга. Англия Уитворта не заслуживает, а в Германии своего Уитворта вообще не нашлось. Для германского государства важнее аналог Армстронга? И слава богу. Для них важнее не совершенство, а неизбежность с попыткой управления ею. Не правда ли - забавное занятие?

- Но Крупп - крупнейший производитель. Стоит посмотреть, как это выглядит в артиллерии.

Затем проложен маршрут и график следования по избранным пунктам. Окинул график взглядом - улыбнулся. Довольно методически всё вышло. Сначала Германия: государство - организатор науки, промышленности и общества. Затем Франция: наоборот - инженерия и финансы руководят государством. И, наконец, Англия: саморегуляция частной экономики через капитал отстраняет элитарное государство. И потом поверх всего - США, где масштаб корпоративного капитализма не оставляет места для внеэкономических элит. Бери для России, что душа пожелает.

Азию, по мнению Младшего, следовало пройти в сопровождении железнодорожников по трассе будущей Трансазии до выпадения снега или сразу после стаяния его, дабы ознакомиться с условиями строительства в наиболее жестком их проявлении.

Стал подбирать людей, долженствующих вместе с ним ознакомиться с избранными им вопросами. Младший добился возможности самому определить сопровождающих. Отец лишь утверждал их. "Отец никогда не давал ему наставлений и предоставлял действовать как вздумается". Хотелось взять весь "лицей". Однако великий князь Александр Михайлович обязан остаться, поскольку занят уже работой во флоте. Пётр Ольденбургский остался замещать Младшего в отношении армии. И оба также обязаны вести остальные дела по переписке с Младшим. И вообще свиту в путешествии Цесаревич максимально сократил ради расширения состава специалистов.

состав спутников — представительство индустриальной эпохи, "партии модернизации".

Для деловой делегации искал людей трёх типов:

- мыслящих администраторов,

- инженеров-практиков,

- военных с системным мышлением -

каждый из них должен "увидеть своё" и вернуться с задачей.

Наследнику захотелось в каждой стране по спутнику - живому носителю национального характера, человеку, в котором страна была бы сконцентрирована — её психология, социальная энергия, уклад. Он разослал предложения-просьбы.

Одной из традиционных целей образовательных заграничных путешествий российских наследников было отыскание невесты. И хотя Младший не намерен был тратить на это драгоценного времени, и вообще ни одна из европейских принцесс ему не нравилась, и не видел он смысла династических браков в современной политике. Однако... Состоялась, конечно, беседа с Мама. Он высказал своё мнение. Но настойчивая Дагмар добилась от не менее упрямого сына, да ещё в добавок стойкого - в отца, что он обещает посетить немецких родичей и тому подобное.

- Ты обязан посмотреться и посмотреть других.

- Я не собираюсь искать жену по "готскому каталогу".

- Никто тебя не заставляет. Ты просто посетишь родственников.

- Мама, мне будет не до того.

- Быть в двух шагах и не посетить дядю Людвига, тётю Тиру... ну, и остальных? И вообще - ты уверен, что среди них нет подходящей девушки?

— Уверен.

— Но с чего ты это решил? Ты просто посмотришь. Мы с папой тоже не собирались жениться - а вышло. Обещай мне.

Это был протокольный и династический императив, который Младший не мог игнорировать, несмотря на свои предпочтения и мнение о современной политике. Головной болью стало решение этой задачи с минимальными потерями времени и минимальным результатом. Единственная возможность предотвратить поиск невесты была дипломатическая. Включив остановки у германских родственников в график в виде вечерних визитов, он решил тем имитировать матримониальные обязательства, не нарушая рабочего графика.

- Ладно, Ма. Обещаю.

Сопровождающая делегация состояла из свиты (наставники, сподвижники, придворные) и специалистов (учёные-практики, военные и производственники).

Свита должна была постоянно состоять при Наследнике.

Поручик князь Долгоруков Василий Александрович, Валя (+1) – секретарь Наследника, "лицей".

Поручик граф Воронцов-Дашков Иван Илларионович, Ванни (+1), "лицей" - в качестве адъютанта руководителя.

Руководитель-наставник и заодно флаг-командир - Свиты ЕИВ контр-адмирал Макаров Степан Осипович (40).

Главный доктор петербургского Морского госпиталя, медицинский инспектор петербургского порта военно-морской врач действительный статский советник фон Рамбах Владимир Константинович (56).

Мичман Менделеев Владимир Дмитриевич (+4), благодаря протекции отца, желавшего отвлечь сына от горестных мыслей (его оставила невеста) причисленный к свите в качестве фотографа.

Специалистам были обязательны только посещения объектов по своей специальности. В остальное время они могли располагать собой и обязаны были готовить отчёты об увиденном по своим темам.

Менделеев Д. И. (54), уже был в США в 1876м - негласный научный руководитель путешествия. Здесь не как химик, а как носитель глобального мышления.

Железнодорожники.

Статский советник князь Хилков Михаил Иванович (54). Был в США в 1860м, а в 1864 под именем John Magill снова в США поступил в англо-американскую компанию на строительство Трансатлантической железной дороги - сначала простым рабочим; спустя 4 года стал заведующим службой подвижного состава и тяги. Оставив Америку, около года работал слесарем на паровозном заводе в Ливерпуле. Практик, прошедший уже американскую систему от самого "низа".

Тайный советник Салов Василий Васильевич (49) - начальник управления железных дорог (с 1885). Руководил строительством Криворожской и Баскунчакской железных дорог, показав возможность казённого финансирования. Непосредственно руководил созданием и организацией эксплуатации сети железных дорог России. Государственный организатор - за контроль и устойчивость. Антагон?

Статский советник Витте Сергей Юльевич (49) - управляющий Обществом Юго-Западных железных дорог, сторонник регуляции тарифами. Внутрисистемный администратор - за масштаб и риск. В сумме с Саловым - баланс.

Статский советник Гибшман Александр Карлович (49) – главный инспектор по надзору за изготовлением подвижного состава.

Электротехники: генерация + транспорт (электротяга) + связь.

Чиколев Владимир Николаевич (43).

Полковник Пироцкий Фёдор Аполлонович (43). Двухэтажные трамваи экспериментально на электрическую тягу, первый подземный электрический кабель в Санкт-Петербурге, проект централизованной подземной городской электросети.

Голубицкий Павел Михайлович (43) – телефонист в т.ч. поездов.

Стрелковики: патрон + оружие.

Полковник Роговцев Николай Фёдорович (44).

Капитан Мосин Сергей Иванович (39).

Артиллеристы: теоретик + ключевые производственники + новатор.

Капитан Забудский Николай Александрович (35) – преподаватель Михайловской артиллерийской академии, баллистик, больше теоретик, но выразитель тенденций.

Статский советник Чернов Дмитрий Константинович (49) – ученый-металлург артиллерии.

Действительный статский советник Иосса Александр Александрович (47) – инженер-металлург артиллерии.

Штабс-капитан Шмидт фон дер Лауниц Иван Александрович (28) - ГАУ, делопроизводитель Артиллерийского комитета, энтузиаст огня по закрытым целям и приборов для неё.

Иные.

Костович Огнеслав Степанович (37) – бензиновый встречный двигатель 2х4 цилиндра, 1883 - 80 лс, 240 кг.

Статский советник Енакиев Фёдор Егорович (36) – промышленник, директор Общества Балтийской железной дороги.

- Слабые места. Нет станочника.

- Но их нет в России - не кого взять. И нужных мне станков нет в мире - не у кого учиться. Тут у меня особый план.

- Нет директора крупного завода.

- Но смысл? Один директор получит опыт для одного завода. Нужны не отдельные директора, а подвижники для всей страны.

- Моторная тема представлена слабо и рискованно. Костович маргинальный, не системный. Это скорее перспектив", а не опора.

- Но кого другого?

Баланс: Витте vs Салов - масштаб vs контроль; военные vs инженеры - требования vs возможности. Такая делегация - живая система, а не хор согласных. "Штаб индустриального скачка". Они сразу смогут обсуждать увиденное на языке дела. Рабочие разговоры внутри группы - не "мнения", а столкновения профессиональных видений. Итоги, делающие политику.

Июнь

8е, понедельник. Выезд с Гатчинской станции Варшавской железной дороги. Их Императорские Величества с августейшими детьми вошли в вагон уезжающего сына, чтобы проводить его до ближайшей остановки. От станции Сиверской в вагонах остались лишь сам Августейший Путешественник и его сопровождающие. Пасмурность увеличивалась. Еще не выезжая из пределов Санкт-Петербургской губернии, в шестом часу пришлось зажечь свечи. При скорости хода около сорока вёрст в час от отправления из Гатчины до полуночи было только пять остановок, и то по шести - двенадцати минут. Его Императорское Высочество провел почти весь день в беседе со спутниками, обсуждая поробности плана путешествия.

3:23. Прибытие на станцию Прага Привислянская в Варшаве, где Наследник уже ожидался местными военными и гражданскими властями. Варшавский генерал-губернатор и командующий войсками генерал-адъютант Иосиф Владимирович Гурко и его помощник, генерал-адъютант граф Мусин-Пушкин. Почетный караул со знаменем от лейб-гвардии Волынского полка, которого Его Императорское Высочество состоял шефом. Августейший Путешественник, выйдя из вагона и сказавши несколько слов генерал-адъютанту, прошёл по фронту роты и поздоровался с людьми, после чего командующий войсками представил Цесаревичу генералов. Пропустив караул и музыку, Его Императорское Высочество вошёл в императорский зал, где генерал-губернатор представил ему высших гражданских чинов, и здесь в течение получаса беседовал с генерал-адъютантом Гурко и графом Мусиным-Пушкиным в ожидании, когда подадут другой, заграничный поезд. Дебаркадер сплошь занимала плотная масса избранных лиц, желающих хоть издали взглянуть на уезжающего Великого Князя. Час остановки пролетел незаметно.

Его Императорское Высочество стал у окна, составлявшего почти целую стену вагона-столовой, и долго не отходил, любуясь видом дороги в город. Путь этот изгибался от Пражского вокзала к железнодорожному мосту, под которым должен был проехать поезд, почему-то шедший сначала очень тихим ходом. Нескончаемая вереница экипажей приближалась к мосту, исчезала под ним, снова тянулась. Прокрадывавшееся солнце освещало парадные формы множества лиц, разъезжавшихся после торжественной встречи. По мере того как они делались менее ясными и более отдаленными, ближе и шире казалась река с разведенными кое-где на плотах кострами. Крайне быстро темнело. Осязательнее чувствовалось расставание с Россией. Возбуждение усиливалось.

Ночью предстояло пересечь границу. В великокняжеских вагонах, связанных между собою тёплыми крытыми переходами, с дежурными кондукторами у тормозов были свет, тепло и относительный покой. Вне - холод, сырость и темень.

Германия

лидер в наукоёмкой промышленности, образцовая бюрократия и социальная политика.

9е, пятница. Утро застало уже на германской территории. Несмотря на дурную погоду, рано в сумерках на станциях замечались сборища любопытных. Чуть ли не все в поезде спали, никто из него не выглядывал, а между тем местные жители толпились, наблюдая поезд Августейшего Путешественника.

До завтрака, в 9м часу Его Императорское Высочество был встречен чрезвычайным и полномочным послом при императоре германском, короле прусском и чрезвычайным посланником и полномочным министром при дворах великих герцогств Мекленбург-Шверина и Мекленбург-Стрелица графом Павлом Андреевичем Шуваловым. Народ на станциях всё прибывал. Въезд в столицу, судя по всем приметам, предвещал необыкновенное многолюдие. Погода прояснялась. Первые с минуты отбытия из Гатчины яркие лучи разливались по окрестности.

В вагоне-столовой накрыли завтрак.

Надо было переодеваться, позаботиться о том, что брать с собой из вещей во дворец на кратковременную стоянку. Вагоны всё быстрее и быстрее катились по равНике. Неужели путешественники действительно успели отлететь от родной столицы свыше 1500 вёрст? Родные сосенки сменились тополями, потом гладь восточной Пруссии и Берлин, стройный и фронтовой.

14:00. Постепенно замедляя ход, паровоз остановился под сводами гигантского железнодорожного вокзала.

Цесаревич вышел в форме прусского 1го Вестфальского гусарского полка №6, коего был шефом, и при ленте Чёрного Орла. Это был единственный взятый в путешествие мундир, а Германия - единственная страна, в который он обязан был носиться. В Германии к человеку в мундире отношение особое. Причём национальность мундира значения не имеет.

Император Фридрих по болезни встретить не смог. Прибыл его сын - кронпринц Вильгельм, с эрцгерцогами. Они довольно близко подошли к поезду. Его императорское и королевское высочество эрцгерцог Вильгельм – в форме 85го пехотного Выборгского полка, эрцгерцоги их Императорские высочества Кронпринцы Рудольф, Карл Людвиг, Франц Фердинанд, Отто и Фердинанд - сыновья эрцгерцога Карла Людвига, а также эрцгерцог Райнер Фердинанд - все в австрийских мундирах. В сравнении с Наследником они выглядели весьма патриархально. Три члена Габсбургского дома - в лентах Святого Андрея Первозванного. Его императорское высочество самым сердечным образом обнял и целовал Высокого Гостя, и принёс свои извинения за то, что по обстоятельствам не сможет сопровождать Цесаревича. Плох троюродный дед Младшего - император Фридрих III (прабабка Александра Младшего - супруга императора Николая I императрица Александра Фёодоровна, урождённая принцесса Шарлотта Прусская, была родной сестрой императора Вильгельма I, отца Фридриха III). Младший встретил извинения скорбным пониманием, но ему только того было и надо - вряд ли можно было найти лучший предлог для того, чтоб проехать Германию без сопровождения Вилли.

Время пребывания в Берлине летело с такой быстротой, что не успевал ни на что оглянуться, ни во что вглядеться. Тяжелые, утомительные дни! Средневековая атмосфера придворной обстановки, словно унаследованная еще от эпохи, когда начинал создаваться самый город, весь строго выдержанный строй придворного быта вдобавок к атмосфере всеобщего ожидания разрешения болезни императора производили тяжёлое впечатление.

Кланяясь Их Высочеству

С Витте - о "социальной" и "бессословной" монархии по немецкому образцу, иначе которой "монархия далее невозможна".

По скорбному случаю весьма удобно было для Наследника почти не задерживаться при дворе и мало отдать официальным мероприятиям: никаких балов, парадов, никаких осмотров достопримечательностей и прочих отвлечений. Плотно были расписаны посещения научных и производственных объектов. Военные объекты посещались меньше, не смотря на известную направленность Наследника.

9е. Королевский дворец.

10е. Рейхстаг — увидеть работу парламентско-монархической системы.

Разговор с Августом Бебелем — проверка предела идеи. Жёсткая интеллектуальная дуэль, где Наследник говорит как человек, уже имеющий воззрения - холодный, реалистический и даже циничный тон. Наследник убирает лишнюю философию и оставляет структурные удары по слабым местам позиции Бебеля. Это не критика социализма, а его холодная переработка в управляемую форму. Он не идеализирует ни социализм, ни государство, но рассматривает в них наиболее адекватные текущей реальности инструменты. Наследник говорит с Бебелем не как оппонент, а как человек, который принимает цель социализма, но отбрасывает идеологические иллюзии и достраивает механизм до практической возможности исполнения. Бебель не может просто согласиться: цель совпадает, но средства и конструкция — радикально разные. Он вынужден отвечать сильнее обычного социалистического дискурса.

Бебель говорит "от имени масс". Наследник — от имени конструкции государства. Столкновение двух моделей: социализм как идея vs социализм как практика.

Характер разговора: без враждебности, без иллюзий с взаимным интересом - оба понимают, говорят об одном, но с разных сторон.

Наследник:

— Вы говорите, что частная собственность должна быть устранена. Но чем она будет заменена?

Бебель:

— Общественной.

Наследник:

— Кто будет ею управлять?

Бебель:

- Общество.

Наследник:

- Абстрактное "общество" не может управлять конкретной собственностью. Воплощённые же представители общества составят собой класс "квазисобственников". Которые очень скоро устранят свою неполноценность, эту стеснительную частицу "квази". Так было всегда.

Бебель (сдержанно):

— Это будут люди, действующие в интересах рабочих.

Наследник:

— Любой класс, прежде всего, осуществляет "конатус суи".

Бебель:

— Но это будет общественный класс, а не частный.

Наследник (спокойно):

— Не могу сказать, что понимаю, как Вы отличаете класс общественный от частного. Класс - это социально обособленная часть общества. Эта часть будет распоряжаться и, значит, она будет социально обособленной. Этого достаточно. Социализм не уничтожит этой формы фактической частной собственности. Но и не следует требовать от социализма невозможного. Задача социализма не в том. Его задача - в его названии, извините, в социализме. Справедливо распределить в социуме. И всё. Для этого не требуется ничего изобретать, уничтожать или перестраивать. Это базовая функция, фактический смысл государства, не зависимо от того, на каких принципах оно основуется. Другой вопрос, если государство не функционирует нормально.

Бебель уже не так уверенно:

— Но рабочие имеют свои организации, способные управлять средствами производства, что равно собственности на эти средства.

Наследник:

- Скажите... Только не обижайтесь, пожалуйста. Вы сами себя к кому причисляете? Вы рабочий? Крестьянин? Неужели Вам удаётся обмануть даже самого себя в том, что Вы желаете собственности рабочих, а не своего? Таких, как Вы. "Рабочих лидеров". Говорите об управлении рабочими, но уже всё за них решили. Может вам стоит спросить их самих: желают ли они управлять? Вершиной ваших, так сказать "рабочих" организаций, будет то самое управляющее меньшинство - класс "квазисобственников".

Бебель:

— Они будут избираемыми.

Наследник:

- Вот-вот. Эти "выборные представители" и станут классом "квазисобственников", ибо такой род деятельности как управление требует профессиональной специализации. А специализация создаёт замкнутую группу, практически сразу же становящейся группой социальной - и смотри предыдущее.

Бебель:

— Но эта группа будет сменяемой.

Наследник:

— Формально.

Бебель:

— Но она будет под контролем.

Наследник:

— Контроль не отменяет специализации.

Бебель:

— Вы правы - управление требует специализации. Но Вы настаиваете на неизбежности господства. Разница в том, мы предлагаем запретить этой группе закрепление собственности за собой. Специализация не равна замыканию. Если управление прозрачно, подотчётно, сменяемо — оно не превращается в господство.

Наследник:

- Следите ещё раз за логикой: управление требует профессиональной специализации. Стало быть, управленцы - уже не трудящиеся. Управление больше не избирается из слоя трудящихся. Оно всегда избирается только из слоя управленцев. Чем это не замыкание? Но мало того. Контроль сложной системы управления требует того же уровня специализации, а значит, может осуществляться только теми же управленцами. Рабочий работает - ему просто некогда ни управлять, ни контролировать. Сменяемость управления - да пожалуйста! Но на кого? На тех же управленцев.

О государстве.

Наследник:

— Да, государство должно служить народу. Но, во-первых, не тому, что под народом имеете в виду вы - не работникам только, но всему социуму. И, во-вторых, если не учитывать неустранимость "конатус суи", то всё сведётся к утопии.

Бебель резко поднимает взгляд:

— Но это означает принятие расслоения общества, неравенства.

Наследник:

— Это означает исключительно только неизбежное. В том числе неизбежное, что государство является насильником, — у Бабеля напряжение. — Это не идеал. Это наименьшее зло.

Бебель (самая жёсткая реакция):

— Вы делаете насилие принципом. Мы рассматриваем его как сиюминутный костыль, который должен отмирать, а не закрепляться.

Наследник:

- Возможно, что государство и отомрёт. Но пока что никаких предпосылок к тому не заметно. И ваша беда в том, что вы пытаетесь основать систему на том, чего ещё нет. Если система будет уже выстроена, а предвкушаемое вами основание так и не появится - представляете, что это будет за "Пизанская башня"? Каким-то чудом вы умудряетесь принимать во внимание только засилие в государстве эксплуататоров, но не учитываете, что оно, прежде того, есть объективно востребованной функцией общества, универсальным инструментом управления. Причём, давно уже выборным - опять же, независимо от строя. Методами естественного отбора. Да, методы естественного отбора несколько нецивилизованны. Но достаточно ли цивилизовано само человеческое общество. Вот вы меряете его, общество, по себе, по, скажем так, лучшим его представителям. Но притом законы свои желаете распространить на всех. Что, по меньшей мере, несправедливо. Вы ведь тем самым пренебрегаете интересами многих достойнейших групп - например, тех, кто до сих пор желал бы сожжения ведьм. Социум не состоит из одних только точных шестерёнок. И, вопреки вашим чаяньям - подавляющей своей частью не из точных. Согласен, что функция государства не должна выходить за рамки достаточного. Но она и не должна ограничиваться менее необходимого. И устойчивость — признак функциональности. Государство — не идеал и не зло. Да, инструмент принуждения ради целого. Но разве не в этом смысл и вашего социализма?

О деньгах.

Наследник:

- Деньги - лишь то, что за них можно приобрести - здесь и сейчас.

Бебель:

— Тогда нужно изменить распределение благ.

Наследник:

- О том и речь. Но смотря что вы имеете в виду под этим изменением.

Бебель вынужден конкретизировать — инициатива уходит к Наследнику. Смещение: от лозунга - к механизму

Бебель:

— Вы хотите управлять распределением сверху. А оно должно вытекать из самой структуры производства. Иначе это не социализм, а управление обществом извне.

Наследник:

- Так вы тоже не предоставляете иного способа, нежели делегирование интересов общества в этом процессе. Только вы говорите о делегировании принципиально недостаточно функциональным "рабочим обществам" или их неосуществимым восприемникам, а я - о делегировании реально существующему и худо-бедно отзывчивому государству.

О равенстве.

Бебель:

— Люди равны.

Наследник:

- Равенство невозможно из физиологии.

Бебель:

— Но можно устранить социальное неравенство.

Наследник:

- Согласен. Но сделать это может только отвергаемое Вами государство отвергаемым Вами принуждением.

Подавление отрицает лично Бебель - далеко не весь социализм

Бебель:

— Вы правы: без принуждения не обойтись, — признание. — Но вопрос в том, кто принуждает. Если это государство над обществом — вы создаёте новую форму подчинения. Если это общество через свои институты — это и есть освобождение.

Наследник:

- Так всё же: вы готовы воспринять государство институтом общества? Иллюзия, что государство есть не делегат общества, а некая ему враждебная сущность абстрактного происхождения, может обойтись социализму очень дорого.

О системе.

Наследник:

- Частная собственность неуничтожима в принципе.

Бебель:

— Она исторична.

Наследник:

— Собственность не может быть идеологией. Она - данность. Аксиома. Априорная граница. Условие задачи. Социализм не имеет выбора, кроме как научиться использовать собственность инструментом ответственности и контроля.

Бебель:

— Вы называете собственность функциональной. Мы считаем её исторической формой. Функции могут сохраняться, форма — измениться.

Наследник:

- Таким образом вы и ведёте к тому, что собственность есть историчной именно потому, что функциональна. Если история собственности завершится, это будет означать, что исчезла её функция. Можно будет лишь констатировать это как факт. Но попыткой уничтожения собственности уничтожить функцию, закатить солнце вручную - невозможно.

Напряжение достигает максимума. Бебель:

— Вы отрицаете возможность справедливого общества.

Наследник:

— Я отрицаю возможность сказочного общества. Справедливость не возьмётся ниоткуда. Без насилия над несправедливостью она невозможна.

Бебель:

— Тогда вы оставляете всё как есть.

Наследник:

— Нет. Я меняю. Не собственность. Но условия её действия.

Бебель:

— В чём же разница между вашим строем и капитализмом?

Наследник:

— Разницы нет. Есть сумма. Капитализм — естественная форма создания прибыли. Социализм — форма её цивилизованного распределения.

Бебель собирает всё:

— Вы хотите сохранить производство, централизовать распределение, закрепить государство, узаконить принуждение. Это не социализм. Это новая форма власти.

Наследник:

— Любая устойчивая система есть властью. Вопрос только в том, на что она направлена. Не я желаю непременно централизовать распределение, закрепить государство и узаконить принуждение. Я вполне бы обошёлся, но это неизбежные объективные данности. И я намерен использовать их для цели социализма - для социального удовлетворения общества. И только лишь потому, что всем тем прекрасным альтернативам, которые вы воспеваете в своих взглядах, вы пока что не даёте практического воплощения. Понимаете: социализм - это не противление власти. Это удовлетворение социума. Социуму не станет автоматически лучше оттого только, что власти станет плохо - скорее наоборот. Во всяком случае, здесь нет прямой связи.

Я разделяю вашу идею будущего. Я лишь не согласен ломиться к ней напролом. Посмотрите хотя б на французов: четыре революции - и что? Там торжествует справедливость? Сколько революций понадобится для вашего счастья? Да, француз свободнее немца. Но от революций ли? Французы всегда были свободнее из-за определённого анархизма национального характера. Но разве это та свобода, к которой стремится ваш социализм? Вы надеетесь, что вам удастся учесть все ошибки французов и сделать всё правильно? А что позволяет вам эту уверенность? Думаете, немецкая вышколеность? Германский социалист подаст команду: "Свободны!" - и вся Германия тут же воспрянет? Так это будет столь же ненастоящая свобода, как и французская. Достаточно будет какому-нибудь очередному фельдфебелю от политики дать точно противоположную команду, и ваш казарменный социализм развернётся на сто восемьдесят градусов. Да даже и команда не обязательна: достаточно просто убрать главного натужного социалиста, как казарменный строй рассыплется в прах, потому, что все кинутся к действительной свободе. Неужели так сложно понять в коммунизме главное: свободным не делаются, свободным становятся?

Рядом с Бебелем на перила опирался не монарх-реакционер и не философствующий социалист, а человек, который вместо революции предлагал строить будущее на существующем капитализме методами социализма.

Бебель оказался в сложной позиции: его цель принята, его теория разобрана, его альтернатива понята — но как нереализуемая. Наследник не спорит - он требует практической реализуемости. Бебель мыслит категориями уничтожения собственности, власти масс, равенства, рабочей политики, устранения принуждения, отмирания государства, социализма как идеи и цели.

Бебель:

- Фактически, Вы хотите порядка ценой свободы.

Наследник:

- Как бы вам объяснить, Август. У Вас есть дети?

Бебель улыбнулся.

- Да, Ваше Императорское Высочество. Дочь. Ровно вашего возраста.

- И какой Вы видите её жизнь? Не в далёком прекрасном будущем, не её праправнуков, а её собственную - сейчас, завтра?

- Будущее делается нами, но не для нас...

- Стоит ли ломать дверь, на которой нет замка? Может вместо, чтоб высаживать её плечом вперёд, стоит слегка потянуть на себя? Свобода без порядка не существует. Производство может быть частным, распределение — государственным, справедливость имеет право принуждать тех, кто на неё не согласен. Я имею ту же цель, но реализую её доступным путём. И - не обижайтесь - пока Вы будете сдувать с социализма пылинки моей кажущейся идеологической нечистоты, я достигну его практически. Отстраняя фельдфебелей от социализма - а они обязательно появятся, ибо стоящая идея не останется без эксплуатации. Страшно даже подумать, как она искривится, когда её станут второпях проталкивать сквозь непроходимое ещё или неверное ушко. Разве идти на свет не означает отказываться от поворотов?

Наследник:

- Ну так что, Август? Я вам не враг. Не защищаю капитализм, признаю эксплуатацию и необходимость справедливого распределения, защищаю интересы масс - разве я реакционер? Разве противник социализма?

Бебель:

- Но и не союзник. Вы против уничтожения собственности...

- Но у всего должен быть хозяин. Общее - это ничьё, на выброс.

- ...противник уничтожения государства...

- А Вы попробуйте его ликвидировать, и первый станете его сторонником. Иначе как хотя бы следить за соответствием общества вашей революции?

- ...противник уничтожения принуждения...

- Презабавная позиция - рассчитывать, что перераспределение можно осуществить без принуждения.

- не верите в самоуправление масс...

- Но мы ведь занимаемся наукой социализма, а не религией социализма. Мы не можем допустить "веры" во что-либо - мы обязаны доказывать. Нельзя просто сказать: "когда массы освободятся от власти, они тут же станут самоуправляющимися". Мы обязаны доказать, что они не впадут в анархию.

- ...не согласны, наконец с антагоничностью социализма капитализму. Вы выхолащиваете из социализма его главное — освободительный смысл?

- Но это нонсенс. Если социализм означает освобождение, то с какой стороны к нему не иди, освобождение остаётся освобождением. Если Вы считаете мой социализм неправильным, покажите правильность своего социализма. Пока что вы показываете только набор неоправданных верований. Мечтаний о будущем. А вместо проясняющего препятствия, но усложнённого этими препятствиями пути к тому будущему говорите: мы сделаем революцию и просто перепрыгнем из "сегодня" в "завтра". Того, что ваше представление о "завтра" не годно, и оттого ваш прыжок будет в никуда, вы признать не желаете. А то, что ваше представление о "завтра" не годно, я могу доказать вам в одно движение: вы ведь строите будущее на политической свободе, из которой выводите все остальные свободы. А я говорю, что все свободы выводимы только из свободы экономической. В попытке обогнать самое себя вы готовы попрать свои же принципы: что там о примате базиса перед надстройкой?

- Вы мыслите социализм без революции.

- И в чём тут проблема? Разве вы мыслите её иначе? Революция ведь - насилие, против которого вы выступаете. Моё насилие, притом, гораздо меньшее вашего.

- Вы желаете социализм через государство.

- Да. А вы что ж, не способны представить себе государство без Путткамера? Вам разве не приходило на ум, что социалистическое государство вообще-то обязано отличаться от того, чем оно является ныне?

- У вас социализм порядок, а не борьба.

- Ну, так вы хотите социализм навсегда, не так ли? Или, по меньшей мере - до прихода ещё более справедливого общества. Так социализм навсегда и будет "социалистическим порядком", а не борьбой. С чем будет бороться социализм, когда кроме него ничего больше не останется?

- Ваша форма оппортунистична - дать рабочему часть того, за что он борется — и тем самым лишить его самой борьбы. Реализация сверху уничтожит субъектность рабочего движения: требования будут удовлетворены, но власть остаётся вне масс.

- Почему же вне масс? Социалистическое государство хоть и не станет безвластьем массы, но будет более удовлетворять её интересам, и, стало быть, будет к массе ближе. Что, в конце концов, вам требуется: благосостояние масс или поза?

- Вы хорошо понимаете наши цели. Но хотите социализма без социализма. Вы не противник. Вы опаснее противника. Вы хотите сделать социалистов ненужными.

- Почему же это? Кто, как не вы, обязаны быть в первых рядах осуществителей социализма? Я готов сотрудничать с любой вменяемой силой.

- Вменяемой, означает - подвластной вам?

- Да нет, - пожал плечами Александр. - Вменяемой - разобравшейся со своими тараканами.

Вильгельм Либкнехт?

11е. Королевская Прусская академия наук.

12е. Генеральный штаб. Беседовал с генералами-фельдмаршалами Хельмутом фон Мольтке и Карлом фон Блюменталем, генералом от инфантерии Юлием фон Верди дю Вернуа, генералами Альфредом фон Вальдерзее и Альфредом фон Шлиффеном. Присутствовал тут и генерал кавалерии Отто фон Бисмарк. Характер вопросов Младшего был таков, что когда он распрощался, канцлер спросил собравшихся:

- Ну что, господа генералы? Кто-нибудь что-нибудь понял? - и на чей-то ответ про мальчишку: - Пока жив этот "мальчишка", Германия должна будет молить господа, чтобы не дай бог не оказаться противником России. Во всяком случае, приложить все к тому усилия.

- Или, что лучше - прямо сей час, не откладывая, дабы предупредить сие неудобство, сделать с Россией то же, что уже сделано с Францией, - произнёс решительно Вандерзее.

Бисмарк гадливо глянул на генерал-квартирмейстера.

- Гер фельдмаршал. Можно сколько угодно не верить в способности его и русской армии, но, надеюсь, Вы достаточный материалист, чтобы верить в глобус. Ещё раз призываю Вас: изучите его внимательно. Желательно - с портняжным метром.

Мысли Наследника: "Основанием для действия может быть план или инстинкт. План, это основание того, к чему ты не подготовлен. Если требуется план, значит, решение сомнительно. Инстинкт исполняется быстрее. Действовать по плану нежелательно. Желательно действовать по плану, превращённому в инстинкт".

"Офицеры думают одинаково. Поэтому оперативники не должны быть "офицерами". Как отстранить "офицеров" от управления армией? В академию нужно принимать не по "офицерским" признакам. Нужно, чтоб туда рвались не за материальным достатком, а за принципом. За атмосферой цели".

Разговор с Отто фон Бисмарком. Он есть воплощением Германии как организованной силы. Может преподнести своё виденье государства, армии, промышленности - как единой машины.

Но Александру от с Бисмарка не нужны детали того, что он видит устроенным иначе. У Наследника и без того полно планов. Александр ведёт разговор к уровню "как составить в устойчивую конструкцию". Проверка себя. Ему нужны только механизмы и границы допустимого. Беседа движется от конкретного к принципам: государство, промышленность, общество. Александр понимает, что такому как Бисмарк понравится тон ментора. Ну и пусть ему. Главное - суть.

Управление.

Наследник:

— Как Вам удалось заставить армию мыслить единообразно?

Бисмарк:

— Я не заставлял. Я создал условия, при которых иначе мыслить нельзя. Приказ - это опускание до мышей. Действенное средство - система отбора и подготовки.

Наследник:

— Можно ли перенести это в Россию?

Бисмарк (жёстко):

— Можно. Но будьте готовы потерять тех, не пройдёт отбора - это безисключительная жертва.

Наследник:

- И что делать со старой элитой?

Бисмарк:

- Использовать. Несложно найти новое применение старым навыкам. Старая элита — тяговая лошадь. Новая — веянье будущего. Уничтожение первой разрушает производительную силу. Отсутствие второй делает невозможным развитие. Следовательно, новая элита должна управлять, старая — служить.

Наследник:

— Зачем вам парламент, если вы можете управлять без него?

Бисмарк:

— Чтобы знать, мысли до того, как они станут опасными. Лакмусовая бумажка.

Наследник:

— Он не помеха?

Бисмарк:

— Он помеха. Но иллюзия всенародной любви - вообще смерть.

Наследник:

— Но чего в нём всё же больше — инструмента или угрозы?

Бисмарк:

— Инструмента, пока вы задаёте вопросы. Угрозы — когда он начинает задавать их вам.

Наследник:

— Как удержать границу?

Бисмарк:

— Позволять галдеть, но не позволять решать.

Наследник:

— Может ли достаточно сильное и прямое государство сломать всё?

Бисмарк:

— Самый опасный момент — не слабость. Самый опасный момент — успех. Без системы. Потому что в этот момент теряется осторожность. Вы поверите в то, будто сделали всё. А государство нельзя по-строить. Его можно только строить. Главный риск — успокоение.

Наследник:

— Как удержать управление массами?

Бисмарк:

— Дать такие условия, чтобы им не требовалось другого управления.

Наследник:

— Как?

Бисмарк:

— Через зависимость. Страх вызывает стремление к избавлению от него. К зависимости относятся терпимее, но она раскрыляет. Зависимость следует маскировать под её отсутствие.

Наследник: "Страх вообще-то просто непродуктивен. Маскировка с зависимости рано или поздно спадает. Столько усилий из-за упрямого нежелания действовать прямо. Пусть себе во вред, но извернуться. Государству выгоднее быть тем, чем оно себя называет".

Промышленность и государство.

Наследник:

— Крупп — это частное предприятие или часть государства?

Бисмарк:

— Это частное предприятие, понимающее пользу встроенности в государство.

Наследник:

— А если не понимает?

Бисмарк:

— Тогда государство объясняет. Промышленность должна быть не просто развита, а управляема.

Наследник:

— Крупная промышленность усиливает государство или ослабляет?

Бисмарк:

— Сначала усиливает. Потом начинает требовать власти себе.

Наследник:

— Как не допустить второго?

Бисмарк:

— Корень промышленности обязан принадлежать власти. Промышленников нужно не только поддерживать, но и придерживать. Нельзя допускать консолидации промышленников в силу, давать говорить одним голосом. Практика держать промышленность на коротком поводке это конкуренция, плюс разделение, плюс государственный арбитраж.

Наследник: "Но разве может быть целью бессилие? Может быть правильнее: не давать им говорить чужим, не твоим голосом?"

Рабочая и социальная политика.

Наследник:

— Вы вводите страхование рабочих. Это уступка?

Бисмарк:

— Это инструмент. Лучше, чтобы рабочий зависел от государства, чем от революционеров.

Реформы и опасность.

Наследник:

— С чего начинать преобразования?

Бисмарк:

— С того, что даёт силу.

Наследник:

— Это армия?

Бисмарк:

— Это управление.

Наследник:

— Не опасно ли ускорение развития общества?

Бисмарк:

— Только когда вы перестаёте успевать за последствиями. Нужно не только ускорять, но и предусмотреть тормоза. Опасна не скорость, но потеря контроля. Нужно знать, где притормозить.

Наследник:

— Где предел реформ?

Бисмарк:

— Там, где они начинают управлять вами. Реформы — инструмент, не цель. Не вопрос "реформы или контроль?" - сохранение контроля и есть целью реформ. Реформа — не нарушение равновесия. Наоборот, реформа нужна, когда равновесие теряется. Это восстановление равновесия в изменившемся складе обстоятельств.

О России.

Наследник:

— Что вы считаете нашей главной проблемой?

Бисмарк:

— Расстояние.

Наследник:

— А главным преимуществом?

Бисмарк:

— То же самое.

...

- Европа управляет людьми. Россия — пространствами. Но пространство не управляемо напрямую. Его можно только привязать. Для вас дорога — не путь, а связанность государства.

О железных дорогах.

Наследник:

— Дороги должны строить частные компании или государство?

Бисмарк:

— Кто выгоднее. С точки зрения государства, естественно.

Наследник, расставшись с Бисмарком: "Это во многом противоположно тому, что мне станут говорить в Англии и во Франции. И уж тем более - в Штатах. Не существует отдельных реформ - но система управления изменениями".

Гельмут фон Мольтке - полная противоположность Бисмарку: вместо контроля обсуждается неопределённость и война как система. Если Бисмарк говорил "удержать под контролем", то Мольтке: "ничто не контролируемо полностью". Это не только про армию.

Тон разговора тот же, но Мольтке интересен Александру более конкретикой.

О планировании и неопределённости.

Наследник:

— Можно ли построить идеальный план?

Мольтке:

— Нет. Но можно построить план, который выдержит изменение.

Наследник: "Вот и хорошо. Выстоит, но не приспособится. Ты не думаешь, что можно спланировать изменчивость, способность расширения везде, где возможен рост".

Наследник:

— Как приблизить план к идеалу?

Мольтке:

— Исключить уверенность.

Наследник: "Перекличка с Бисмарком, только с точностью до наоборот. И как же прикажете начинать действие без уверенности-то?"

Наследник:

— Если всё непредсказуемо, зачем тогда система?

Мольтке:

— Чтобы было что изменять.

Наследник: "Казуистика".

О системе.

Наследник:

— Насколько полной может быть система?

Мольтке:

— Чем полнее система, тем она хрупче.

Наследник: "Вот и хорошо. Значит, про оптимизацию ты ничего не знаешь. Для тебя "полная система" непременно - "сложная система. Жаль только, что Бисмарк с тобой не согласиться".

— Значит, упрощать?

Мольтке:

— Значит, оставлять возможность для решения на месте.

Наследник: "Вот и хорошо. Значит, под полнотой системой он согласен считать всё что угодно, даже сложность, но интуицию в систему включить не способен".

О людях.

Наследник:

— Что важнее: дисциплина или инициатива?

Мольтке:

— Дисциплина, позволяющая инициативу.

Наследник: "Ну да, формула Мольтке. Вот и отлично. Значит, обратное - инициатива, самостоятельно дошедшая до дисциплины, ему не ведома".

— Значит, инициатива исходит из дсциплины?

Мольтке:

— Если понимают цель, а не только приказ.

Наследник: "Вот и хорошо. Стало быть, побудитель для тебя - либо приказ, либо указанная цель; как то, так и другое - извне".

О пространстве России.

Наследник:

— Как управлять огромным?

Мольтке:

— Размер размывает контроль. Чем дальше от вас части, тем меньше вы управляете и больше надеетесь.

Наследник: это ключ к Сибири

— И как быть?

Мольтке:

— Научить самостоятельности.

Наследник: "Но самостоятельность - это и есть надежда. На то, что самостоятельно сделают как следует. Во всём мире действуют без меня. Но что это даёт мне? Самостоятельность - это не управление, а отказ от управления. А вопрос-то был "Как управлять?" Децентрализация возможно и исполнительна, но отвязана идейно".

О скорости.

Наследник:

— Быстрое действие — преимущество?

Мольтке:

— Быстрое действие — риск.

Наследник: "Скорость и риск - разные категории. Можно тупить и медленно".

— Медленное — безопаснее?

Мольтке:

— Медленное — поражение. Нужно действовать быстрее противника, но медленнее собственной ошибки.

Наследник: "Если в твоём беспрепятственном (коли ты уж действуешь быстрее противника) движении есть ошибки, то для поражения тебе и противник не нужен".

После двух разговоров:

Бисмарк: контролируй систему, удерживай власть, планируй последствия. Мольтке: система выходит из-под контроля, делегируй действие, последствия непредсказуемы. Итого: жёсткая система + свободное действие при неучтённом случае - ничего нового.

Ночь после встреч.

О системе.

"Государство не может быть ни полностью управляемым, ни полностью свободным. Управляемое — ломается. Свободное — распадается. Система должна существовать, но иметь простор для действия. Централизацию даёт система управления, свободу - универсальность, многофункциональность низовых элементов".

О власти.

"Власть не есть способность приказывать. Власть проявляется, когда приказы не действуют. Власть = запас устойчивости".

О контроле.

"Нельзя контролировать всё. Но и не нужно. Достаточно контролировать главное".

О России.

"Россия не может копировать Европу. В Европе всё на расстоянии вытянутой руки. Наше же снование - связь пространств, дорога. И связь людей, общее дело. Беда России как державы в том, что у нас есть центр и огромная невероятно отдалённая окраина. Мы, говоря "Россия", имеем в виду практически только европейскую часть. Мы в обывательстве почти готовы потерять остальное. Если так трудно объединить всё в один центр, не правильно ли сделать два полноценных центра? И связать их дорогой. Москва - один центр. На востоке - другой. Самая толстая часть магистрали - между ними".

Вильгельм II. Разговор не ради содержания, а ради распознания будущего "коллеги". Наследник слушает внимательно, и не внемлет почти ничему напрямую, а извлекает структуру мышления.

Характер разговора внешне родственный, даже дружеский, а по сути — демонстрация темперамента. Вильгельм говорит быстро, уверенно, пафосно, театрально. Несуразности бросаются в глаза.

Об армии.

Вильгельм:

— Будущее принадлежит решительности. Медлить — значит проигрывать.

Наследник (спокойно):

— А если решительность ошибочна?

Вильгельм (с улыбкой):

— Тогда нужно быть ещё решительнее.

Наследник: "Решительность у него заменяет всё. Даже разум".

О промышленности.

Вильгельм:

— Германия станет промышленной державой номер один.

Наследник:

— За счёт чего?

Вильгельм:

— За счёт энергии и воли.

"Он не видит системы за поспехом; он воспринимает результат как следствие напора, а не содержания деятельности".

О железных дорогах.

Вильгельм:

— Железные дороги — это новые негласные линии наступления Германии.

Наследник:

— Хорошая, кстати аналогия. Ты готов согласится, что результат твоего "железнодорожного" наступления покажет и перспективы наступления военного? Ведь оба они - производное от экономической силы.

Вильгельм смеётся:

- Это словоблудие, - но не отвечает на вопрос.

"Он очарован эффективностью нового инструмента и воспринимает само им обладание уже победой. Как и я, собственно. Только он уже припозднился в сравнении с англичанами. А у меня конкурентов нет".

Об электричестве (с намёком на Siemens & Halske)

Вильгельм:

— Электричество изменит всё.

Наследник:

— В какую сторону?

Вильгельм:

— В нашу.

"Вот-вот. Технологии для тебя - оружие сами по себе. Без приложеия".

О политике.

Вильгельм:

— Государство должно быть сильным - остальное приложимо.

Наследник:

— Сильным в чём?

В ответ общие фразы.

"В рассуждениях у дяди цель - свести к категории силы. На этом его заклинивает".

О Бисмарке.

Вильгельм (чуть резко):

— Государство не должно зависеть от одного человека.

Наследник:

— Даже если этот человек обеспечивает его устойчивость?

Вильгельм:

— Тем более.

"А дядя-то тщится управиться сам и не потерпит умнее себя".

Под конец Вильгельм совсем разошёлся.

— Власть должна быть решительной. Тогда её будут уважать.

Наследник:

— Или боятся?

Вильгельм:

— Это одно и то же, мой мальчик.

"Кто б сомневался".

После разговора.

"Он будет действовать быстро. Он будет действовать силой. Но он будет плевать на устойчивость. Он опасен уверенностью".

13е. Университет Фридриха Вильгельма (университет Гумбольдта) — тип учебно-исследовательского университета, прикладная физика. дворец принца Генриха

Наследник замышляет сеть технических университетов. В 1888 университеты еще не имели четкой структуры "факультетов" (Schools). Они чаще делились на школы, колледжи (в Англии) и кафедры/институты. Для Наследника и его группы важны прикладные научные направления, целевые подразделения: инженерия, химия и прикладная физика (электротехника, металлургия).

Берлин, физический институт университета. Кабинет Гельмгольца. Герман фон Гельмгольц. Разговор Гельмгольца с Менделеевым в присутствии Наследника. Наследник здесь почти не говорит. Он слушает.

Менделеев — как раз тот редкий случай, когда у Наследника почти полноценное совпадение, если не по форме, то по широте и глубине. Менделеев, как и Наследник, мыслит связями между областями, не снижаясь масштабом.

13е. Siemens & Halske. электротехника, телеграфия.

"Наука здесь работает на завод. А надо, чтоб и завод работал на науку. Чтоб оба они работали на результат".

14е. AEG, встретился с Доливо-Добровольским.

- Михаил Осипович. Не могу не спросить: не желали ли Вы бы вернуться в Россию. Я понимаю, что Вам, вероятно, удобнее здесь, и можете считать мой вопрос данью приличия или опасением, чтоб в своих мемуарах Вы не написали: "Вернуться даже не предложил", - сказал Наследник с улыбкой.

15е. Смерть императора Фридриха III. Отдал почести при смертном одре. Телеграммой извещено, что проводить императора в последний путь приедет великий князь Владимир Александрович.

Эта смерть всё решила. Всех родственников, которых обязан был посетить, он увидел на похоронах. Письмо Мама: "Родственников видел. Принцесс видел. Был чрезвычайно любезен. Вечером отъезжаю в Эссен к Круппу". В ответном письме Мама поукоряла его за столь небрежные смотрины: "Ну, разумеется. А чего ещё можно было ожидать? Беседа с военным или с каким-нибудь учёным заставляет тебя забыть приличия, забыть о долге". Его ответ по этому поводу: "Мне по-прежнему не нравится ни одна, и я не желаю давать девушкам напрасные надежды. Не нравятся, значит, не станут добрыми спутницами. Я ищу чувства, как у вас с Папа". "Такой он уж есть. Ничего, - думала Дагмар. - Всё придёт".

16е. Посещены войска.

Присутствовал при присвоении своего "Großfürst Alexander von Russland" имени 1му Вестфальскому гусарскому полку №6, коего был шефом.

Вечером выехал в Эссен, Рур (Берлин – Эссен 303 км 5,1 ч).

17е. Friedrich Krupp AG.

Вечером выехали в Кёльн (через Дюссельдорф 83 км, 1,4 ч).

В поезде после посещения предприятия. Витте:

— Они сильны не заводами. Системой. Завод — следствие.

Салов (сдержанно):

— Система стоит денег. У нас нет столько.

Хилков:

— Деньги — вторично. Они строят участками и сразу используют. Мы строим — и не используем.

Чернов:

— У них металл нормальный. У нас — как выйдет.

Менделеев:

— Потому что у них мера, а у нас — обыкновенье.

Наследник:

— Значит, начинать не с дороги.

Менделеев:

— Начать следует с того, чтобы понятия точных отраслей сделать именно точными, неинтерпретируемыми. Называющееся одинаково должно быть одинаковым не лишь названием. Начать следует с установления нормы. С метрологической базы.

18е. Gasmotorenfabrik Otto & Langen (Deutz AG).

Вечером выехали Кёльн – Mannheim

19е. Benz & Cie. Rheinische Gasmotorenfabrik in. С 1883 за первые 4 месяца 800 двигателей.

Вечером выехали Маннгейм - Гейдельберг.

Гейдельбергский университет имени Рупрехта и Карла. Тут беседа с Вебером. Государство как некоторый институт, обладающий монополией на легитимное насилие.

- Сколько можно раздёргивать картину на частные определения? Почему никто не намерен рассматривать её в полноте? Начать с того, что государство вообще-то - не частная лавочка, а делегат общества. Как бы оно ни выглядело.

20е. Карлсруэ, Высшая техническая школа, "Фридерициана". Один из ведущих политехникумов, где активно развивались электротехника и машиностроение. Генрих Герц как раз в это время открывает электромагнитные волны, фотоэффект и остальное.

21е. Каннштатт, Штутгарт - Даймлер со своим мотоциклом 1885 и мотокаретой 1886. Штутгартский политехнический институт.

Вечером отъехали Шутгарт - Париж.

Франция

Через 94 км, 1,6 ч – в 13:05 в Базеле пересёк французскую границу под эффектною большою аркою (с надписью "Франция Цесаревичу") и вступил в, где был встречен официальными лицами. На первых порах заглушал восторженные возгласы "vive la Russie!" "vive le Czarewitch!".

– Одно отличие республики от монархии уже вижу – республика любезно встречает прямо у границы, тогда как монархия надменно ожидала в столице.

26е. В статском светло-сером костюме.

Одетые в белое с национальными цветами ученицы местной школы поднесли Августейшему Путешественнику букет. Им немедленно подали экипаж, высланный сюда по распоряжению. Великого Князя сопровождали все и посол (во Франции) Моренгейм Артур Павлович. Кортеж замыкался отрядом кавалерии разных родов оружия.

Недалеко от известной гостиницы возвышалась светло-сиреневая Агс de l’Etoile. С одной стороны на ней приветствие было начертано по-русски. С другой имелась простая французская надпись: "Французы Цесаревичу". От вокзала кортеж направился через мост, у которого была воздвигнута триумфальная арка от русской колонии с надписью "Добро пожаловать". Улицы оказались настолько переполненными народом, что быстрое движение было немыслимо. Бесчисленные возгласы сливались с звуками музыки, игравший "Боже, царя храни". Следующая триумфальная арка воздвигнута и на ней написано "Les Françias au Tzessarevitch". Кроме этих трех арок над улицами перекидывались своды из флагов, сооруженные частными лицами по собственному желанию и вкусу, что придавало городу феерический вид.

Во всем чувствовалось ожидание союза России и Франции. Всё заполнял народ, и в воздухе гудело: "Vive la Russia! Vive Carevich!" Возгласы оглашали всё кругом. Среди ликования дружелюбно настроенной колонии играл оркестр. Положительно казалось, что не менее сотни тысяч городского населения высыпало в торжественный момент на улицы для неслыханного, неподдающегося описанию приема. Смятение действовало положительно опьяняющим образом, особенно при сознании: "я - русский". Разубранные коврами балконы и окна переполняли улыбающиеся зрительницы. Дождь розовых лепестков сыпался на путь. Неумолкающая музыка по временам почти заглушалась возгласами народа. Веселый беспорядок быстро усиливался.

Удивительно, насколько радушнее, нежели в германской монархии, принимали монаршего Наследника республиканцы! По всему виделось что, несмотря на любовь к воле, для полного разгула им весёлого монарха как раз и недоставало. Срубить бы, веселясь, ещё кому-нибудь голову - то-то радости бы прибавилось!

Везде виднелись фотографы с аппаратами. Тысячи флагов всевозможной величины тихо развевались вдоль заволакиваемых ими улиц, где проезжал Его Императорское Высочество.

Когда Государь Наследник, прибыв в , стал незримыми для толпящегося у садовой решетки народа и принимал там завтрак, массы зрителей по-прежнему наводняли дорогу. Стоило только Августейшей Особе приблизиться к окнам, и неистовое ликование оглашало окрест.

Так прошёл час, другой. На улицах царило то же оживление.

Потом опять взорвались приветственные крики. Его Императорское Высочество со свитой среди конвоирующих всадников направились к дворцу Бурбонов, где Его должна была принять Национальная Ассамблея. При этом французы не спускали глаз с казака Собственного Его Величества конвоя, поместившегося на сидении за экипажем Августейшего Путешественника. Мощная фигура в одежде кавказца видимо производила впечатление на горожан. Рельефнее выделялся в ярких рамках торжествующего Парижа по-восточному принаряженный телохранитель Сына Царя.

15:00. Обширную площадь занимал войска. Простой по внешности Люксембургский дворец с двумя бежевыми фасадами и их высокими крышами. Шпиль с национальным флагом – единственное, что придавало важность. Огромный луг и водоём с фонтаном, однако, превращал всё в игру. Эти французы...

Военные почести отдавал батальон национальной гвардии. Высокого Посетителя встретили русский и французский гимны. Причём салюты из орудий по 21 выстрелу произвели как при приезде, так и при отъезде Августейшего Гостя. Через час посетил Августейшего Гостя в его временном апартаменте.

Вечером Париж блистательно иллюминовался, и Его Высочество катался по городу в коляске. Поравнявшись с парадным крыльцом, конная почетная стража Выстроилась вдоль пути следования наших экипажей.

Наследник Цесаревич посадил рядом с собою . Ландо Его Высочества запряжено было четырьмя великолепными лошадьми. Следом ехали вместе контр-адмирал Макаров, посол, военный атташе и президент национальной ассамблеи. Остальная русская свита и парижские власти замыкали кортеж.

Начался фейерверк, довести который до высшей степени изящества и изобретательности в состоянии лишь Париж. Море огня бушевало, переливалось всевозможными цветами, еле зыблелось в светлой мгле или же ярче прежнего вспыхивало, разгоралось и снова меркло. Среди застилающей зрелище темноты одиноко пламенели иные столбы крутящегося пламени и беспомощно вертелись погасающие огненные колеса. Из богатого разнообразием фейерверка наиболее врезались в память чрезвычайно искусно и как нельзя более кстати сделанные пароход и локомотив, долго пламеневшие и двигавшиеся перед взором Августейшего Путешественника.

Башня инженера Эйффеля оказалась доведена до второго яруса. Действительно не понять, зачем она понадобилась. Прогресс не столь кичлив, как то стремился показать этот Эйффель. Его поделие показалось профанацией прогресса, словно в подтверждение клириков, что прогресс действует через сумеречные струны души.

27е. Сенат - устройство представительной власти и взаимодействие исполнительной и законодательной ветвей, законодательное регулирование.

"специалисты — инструмент власти". От "прусской дисциплины" - к "государству специалистов". Модернизация возможна и вне прусской целенаправленности - государство может быть разным по форме, но оставаться когерентным.

Инженерная школа и государственные технократы.

Corps des Ponts et Chaussées - Корпус государственных инженеров (мосты, дороги) - чиновники и преподаватели инженерных корпусов.

"Как отбирать государственную элиту?"

"Как соединить в специалисте инженера и чиновника?"

"Как планируются государственные проекты?"

Не собрать ли и нам корпус инженеров-государственников? Или как-то иначе, но объединить...

На второй день приезда Великого Князя во дворце состоялся большой обед. Залы пламенели огнями по случаю бала в честь гостей, на котором насчитывалось несколько сот человек приглашенных. Наследник имел на фраке звезду Почетного Легиона при ленте.

Вечером, наконец, торжества увенчались балом в доме нашего посланника. Изящно декорировали для этого события балкон, обратив его в очаровательный шатер, откуда упоительно неслась музыка оркестра.

Жорж Клемансо (Georges Clemenceau) – не просто политик, а жёсткий рационалист. Соединяет республиканизм, скепсис, волю к действию. Воплощает Францию как страну разума, критики и политической воли. Он - пример того, как француз мыслит: через спор, через разрушение авторитета, через рационализацию - почти как Наследник.

Крайне левый, сторонник реабилитации коммунаров. В 1880 основал газету La Justice - главный орган парижского радикализма. Возглавлял крайне левых в Палате депутатов. Выступал против колониализма. В 1885 его критика китайско-французской войны способствовала падению кабинета Ферри. В 1885м отказался сформировать министерство взамен свергнутого им. Поддержал правых в сохранении премьер-министра Шарля де Фрейсине у власти в 1886 и был ответственен за включение Жоржа Эрнеста Буланже в кабинет Фрейсине в качестве военного министра. Когда генерал Буланже проявил амбиции, Клемансо отказался от поддержки и стал решительным противником буланжистского движения, хотя радикальная пресса продолжала покровительствовать генералу. Он нападал на господствующую партию и за недостаточно решительную политику по отношению к клерикализму, и за увлечение колониальной политикой. Отличаясь, как оратор, логичностью, энергией и нервностью, Клемансо завоевал репутацию "сокрушителя министерств". Особенно выдающуюся роль он играл при падении кабинетов Гамбетты (в январе 1882) и Ферри (в марте 1885), а также при избрании Карно президентом республики (в декабре 1887) и в эпоху борьбы с буланжизмом, который нашёл в Клемансо энергичного врага, как только выяснилось, что это движение к цезаризму и против республики. Клемансо оставался ведущим выразителем французского радикализма, но его враждебность к франко-российскому альянсу усилила его непопулярность

С ним даже не разговор о политике как таковой, а столкновение двух типов мышления: французского — критического, разоблачающего, республиканского, мышления Наследника — не менее критического, но конструктивного, государственно-инженерного. Он будет жёсткий, конкретный и взаимоинтересный.

О государстве как инструменте.

Клемансо (типично):

— Государство склонно к злоупотреблению властью. Его нужно ограничивать.

Наследник:

— Ограничивать, значит ослаблять. А если задача — заставить работать? Тогда надо быть сторонником усиления своего рабочего органа?

О политике и управлении.

Наследник:

— Скажите, вы управляете государством или мнением о нём?

Клемансо (резко):

— В республике это одно и то же.

Наследник:

— Тогда вы управляете не системой, а её иллюзией. И 1870й для вас естественен. И ваш 1793й - тоже заслуженный результат борьбы за иллюзию. Франция вообще падка на иллюзии. Пока единая Германия тоже была иллюзией, это было допустимо. Но теперь Германия - свершившийся факт. Союз же Франции с кем бы то ни было, сейчас представляется призывом поддержать её иллюзию.

О промышленности.

Наследник:

— Франция умеет мыслить. Но почему Германия обгоняет вас в производстве?

Клемансо:

— Потому что Германия подчиняет человека системе.

Наследник:

— Так может это правильно, раз лидерство за ней.

Клемансо:

- Возможно, Вам удастся сделать из русского немца, Но из француза немца не сделать никогда.

О социальном вопросе.

Клемансо:

— Государство должно защищать гражданина.

Наследник:

— От чего? От бедности? От труда? От ответственности? Или от последствий своих же действий?

О революции.

Клемансо:

— Франция стала тем, чем она есть, благодаря революции.

Наследник:

— Скорее, благодаря революциям. Раз за разом разрушавшим, не глядя, готов ли кто-то предложить что-то взамен.

О нации.

Наследник:

— Что делает Францию Францией?

Клемансо:

— Свобода.

Наследник:

— Слишком шаткая, видимо, основа, если французам беспрестанно приходится за неё бороться.

О задаче Наследника

Клемансо:

— Вы хотите сильное государство. Это всегда заканчивается подавлением.

Наследник поддразнивает:

— Это всегда заканчивается порядком. Суть в том, для чего использовать порядок.

"Франция сильна умом, но не умеет его направить".

Клемансо о Наследнике: "Он прав в деталях и ошибочен в принципах".

Наследник о Клемансо: "Он прав в критике и бесполезен в создании".

Эта беседа показывает пределы демократии, свободы и критики. И усиливает убеждение: будущее — не в споре, а в действии.

Ernest Renan - более глубинная Франция. Франция как цивилизация и историческое сознание. понимание нации, культуры, интеллектуальной традиции.

В 1888 ещё здоров и не столь тучен. Историк, философ, религиевед, политик, глава (должность называлась "администратор") Колледж де Франс. Позитивист, сторонник научного подхода. Разговор с ним (нация: память vs конструкция) — это не спор, как с Клемансо. Это встреча двух уровней. Ренан: нация - историко-культурное явление; Наследник: нация - объект конструирования. И потому беседа спокойна, глубока и покахательна.

Что такое нация.

Наследник:

— Что делает Францию Францией?

Ренан:

— Память. Согласие помнить вместе. Ежедневный плебисцит. Акт общей воли.

Наследник (сразу фиксирует):

— Значит, она неустойчива. Без направления она - случайное обстоятельство.

О памяти.

Наследник:

— Память — это выбор. Значит, она может быть изменена.

Ренан:

— Именно поэтому она и создаёт нацию.

Наследник:

— Тогда нация создаётся. А не существует.

О государстве.

Ренан:

— Государство не должно подменять нацию.

Наследник:

— Разве общество не для того выдвигает государство, чтоб оно подменяло это общество?

Ренан:

— Нация не конструируется - она растёт.

Наследник:

— За счёт чего?

Ренан:

- За счёт истории, за счёт деятельности массы.

Наследник:

- А потом приходит Наполеон. И направляет, и подменяет.

Ренан:

- "Наполеоны", "цезари", "петры" временны. Полвека со смерти Наполеона - и вот уже во Франции ничего от него не осталось.

- Прям так уж и не осталось. А в России от Петра как раз всё только началось.

О принуждении.

Ренан:

— Нация не может быть создана насилием.

Наследник:

— Нации не создавались ничем, кроме силы. Слабые нации канули в Лету.

О многонациональном государстве.

Наследник:

— Может ли нация включать разные народы?

Ренан:

— Да, если они согласны быть вместе.

Наследник:

— А если нет?

Ренан:

— Тогда это уже не нация.

Наследник (спокойно):

— В Штатах - не нация? Это всего лишь задача для конструктора нации.

О будущем.

Ренан:

— Нации — временные образования.

Наследник:

— Всё временно. Главное - что работает сейчас. Не признавайте историю как ограничение.

Ренан:

— Вы хотите управлять тем, что должно жить само.

Наследник:

— И пусть живёт. Чем моё вмешательство плохо как фактор?

Ренан о Наследнике: "Он хочет выводить нации искусственно, как цветы в галерее - перекрёстным опылением. Но понимает нацию. И потому у него может получиться".

Наследник о Ренане: "Он строит всё на нации. Но не знает, что это такое. По его мнению нация - это память. Но нация - это современность. Он строит всё не на той нации, которая существует, а на той, которая преданья, ностальгия. Очередная иллюзия Франции".

"Нация подлежит работе как исходная данность. И выходит из-под работы как продукт".

Подруга Клемансо Луиза Мишель.

Писатели Виктор Гюго, Эдмон Гонкур, Эдмон Ростан, Анатоль Франс, Марсель Пруст, Жюль Верн, Морис Баррес, Леон Доде, актриса Сара Бернар.

28е. Палата депутатов.

Вечером опять бал в русской миссии у посла.

29е. Académie des Sciences – ведущие учёные:

Анри Пуанкаре (Henri Poincaré) — математика и механика.

Вечером приём.

30е. Depôt centrale.

Вечером ещё приём. Русские гости сгрудились и обсуждали недавнее посещение главного французского храма науки.

- Наипервейшей реформой науки следует поставить окончательное утверждение в России метрической системы, - назидал Менделеев. - Измерения - основа всех наук. И они должны быть едиными и упорядоченными в исчислении.

- Метрической? - скривился Наследник. - Отчего ж? Десятичной - непременно. Но разве метрической?

- Что ж так-то? - удивлённо и даже как-то разочарованно зыркнул Менделеев. - Думается, внедолге весь мир примет метрическую. А нам что ж - всё с фунтами да дюймами бодаться?

- Экий вы, учёные, странный народ - падки на всё международное. То вам "рес публика литерария", то метр, теперь вот ещё эсперанто. Оглядитесь: в каком предмете окружения Вы находите необходимость соответствия не размеру человеческого тела, а доле меридиана, причём вот непременно как раз сорокамиллионной? И притом - меридиана именно парижского. Слыхали, господа: едва не главной причиной метра объявлена его международная "нейтральность". А к нему приставка "парижский" - ну не нейтральность ли, в самом деле?

- Эко Государь нас, учёных! - подмигнул Менделеев спутникам.

Александр усмехнулся вместе со всеми.

- А что ж, Дмитрий Иваныч - разве не так? Посмотрите сами на своих коллег: пока одни тужатся напялить на естество схематичность научной частности со своим метром, другие - начиная Поликлетом и Витрувием, заканчивая Фехнером - уже который век тщатся ровно противоположным: найти частное от естества. И плевать что одним, что другим на вековую всеобъемлющую мудрость обыденности - что эта самая заветная антропоцентрическая система мер испокон веков уже дадена - в имперских футах и в старорусских двуфутиях, аршином называемых. Самый утилитарный антропоцентрический размер - это не какая-то там абстракция, производная от приложения золотого сечения к строению человеческого тела, а само это тело, место, занимаемое им в пространстве, свободная ширина его. Тут вам и проход между узостями - наименьшая дверь, тут вам и ширина коридора и лестницы - чтоб двоим разминуться, тут вам и мебель - ширина сиденья, кровати, стола...

- Ступень - ровно фут. От неё и произошёл, - вставил Валя.

- Фут - вроде стопа, - усомнился Менделеев.

- "Сказки", как сказал бы его высочество Пётр Саныч. Я мерил. У меня нумер обуви - из средних. Десять с половиной дюймов, никак не двенадцать. Фут следует переводить не как "стопа", а как "поступь".

- Дверная ручка даже, - сказал Вани. - Помните, когда делали пистоль? Рукоятка в пять дюймов не уложилась, чуть короче была. А четыре десятых фута было бы тютелька в тютельку.

- Тпру, тпру, ребята. Ступеньки, ручки - это всё производное. Базовая размерность - место, ширина человека, "двуфутие"...

- Позвольте, Государь, но лучше избрать меньший модуль, поскольку он объемлет собою большие.

- Ну, дак... - начал было Вани.

- Но не след и... - покосясь на него Менделеев стал подбирать фразу.

- ... до мышей опускаться, - подсказал Младший.

- Вот именно.

Помолчали задумавшись.

- Всё-таки невозможно закрыть глаза на международное использование единиц измерения.

- Дмитрий Иванович. Могу только обещать, что если мне будет дано, то Вам не придётся переводить какие бы то ни было иные единицы в русские.

Июль

1е. École Centrale.

1е. École Polytechnique - Директора и профессора инженерного корпуса. подготовка инженеров, система профессионального образования для индустриального государства.

после École Polytechnique

Забудский:

— Они готовят не офицеров и не инженеров. Они готовят управляющих.

Енакиев:

— У нас инженер — это подчинённый.

Витте:

— Поэтому у нас и заводы подчинённые.

Менделеев:

— У них государство думает через инженеров. У нас — через бумаги.

Наследник:

— Значит, надо менять чиновников на инженеров.

Менделеев:

— Не состав. Принцип отбора. По способности, а не по происхождению.

- Так что, Всё-таки корпус государственных инженеров?

"Инженеров ставят чиновниками. Все заняты не своим делом. Результат - говорильня. Итог 1870 года очевиден".

2е. Laboratoire Central des Poudres et Salpêtres – химические технологии производства взрывчатых веществ и артиллерийских материалов. Соединение науки и производства в военной промышленности.

"Наука прямо решает военные задачи. Прикладная наука важнее теоретической? Не скажите. Не следует только упираться в стенку лбом и исследовать неисследуемое. Практическая наука - на стыке теории и практики. Теоретическая на стыке известного и неизвестного. А не в отвлечённых материях за этими границами. Следует исследовать с определённой целью".

Пироцкий с Чиколевым по заранней договорённости встретили Лодыгина - тот собирался к Вестнгаузу в Питтсбург. Электрики едва не силком привели Лодыгина перед очи Его Императорского Высочества.

Крупный своевольный Лодыгин стоял сейчас перед юношей, и эта картина довольно удачно олицетворяла отношение между известным электротехником и Империей.

- Александр Николаевич. Вы вернулись бы сейчас в Россию, если б причины, заставившие Вас покинуть её, исчезли?

- Ваше Императорское Высочество. Я есть противник... монархического строя и российских порядков. Причём противник убеждённый и вооружённый радикальными по отношению к империи идеями. Такая причина не исчезает по мановению волшебной палочки. Позвольте мне усомниться...

- Но если я Вам гарантирую... При определённых гарантиях и с вашей стороны, естественно...

- Это сложный вопрос, Ваше Императорское Высочество.

- Хорошо. Зайду с другой стороны: мы вскоре будем у Вестингауза. Не желаете ли присоединиться к нам на это время? Наше посещение будет Вам лучшим способом ему представиться. Если к тому времени мы Вас не сагитируем, конечно.

Таким образом Лодыгин вошёл в состав делегации.

3е. Hotchkiss et Cie, Сен Дени – механические орудия, кооперация с Уитвортом; встреча с Бенджамином Хотчкиссом.

Вечером отъехал в Гавр. Гаврская комиссия.

Оттуда поездом в Кале. Оттуда паромом в Дувр.

4е. Прибыл. Встречи.

11:00. Прилегающая к вокзалу площадь и улицы переполнялись народом, а на дебаркадере собрались члены правительства, духовенство, министры, дипломатический корпус, представители армии и флота, а также русский адмирал С. О. Макаров и командиры судов.

11:45. Послышался свисток локомотива, и все взоры направились на приближающийся поезд. Возбуждение возрастало, приветные клики народа сливались с громом музыки, игравшей национальный гимн. Когда поезд остановился, энтузиазм достиг своего апогея.

14:00. Вскоре отряду следовало сниматься с якоря. Пока грузился багаж, понемногу старались освоиться с непривычною обстановкой, в которой предстоит прожить вскоре полмесяца; знакомились с обществом офицеров, осматривали каюты, проникались сознанием, что фрегат отныне становился центром их симпатий и привычек, что вне его - суровая хотя и гостеприимная чужбина.

Поздно вечером 4го же июня отбыл в Британию.

Наш посол и вице-консул, провожавшие до Кале, только что откланялись. Отряд снялся с якоря. Фрегаты покидали Кале. По мере того как они скрывались за горизонтом, всё суровее становился Канал.

В кают-компании "Адмирала Нахимова" долго ещё не умолкали разговоры, веселье и тосты.

Государь Наследник пригласил капитана и старшего офицера на следующий день, т.е. 5го, к обеду в, где они будут иметь честь быть представлены Её Величеству Королеве.

1888.08.15 Америка

В начале весны 1888 Твену пришло письмо. Из России. Что уже само по себе составило интригу.

[В августе 1867 в составе делегации американских туристов Марк Твен посетил Одессу, Ялту и Севастополь. Таких разрушений, какие претерпел Севастополь, Твену еще не приходилось видеть. "Америка многим обязана России", – писал он тогда. "Здесь мы чувствовали, что достаточно быть американцем, никаких других виз нам уже не требовалось". "По виду Одесса – точь-в-точь американский город". Император Александр II, отдыхавший тогда в Ливадии, обставил аудиенцию пожелавших представиться ему американцев. По этому случаю Твен взялся сочинить приветственный адрес. Он, прежде всего, воздавал должное Царю как освободителю крепостных крестьян. "Америка, - гласил адрес, - взяла пример у России". В Александре американцы нашли аналог Линкольна. Как раз годом ранее было покушение на жизнь Александра II. Оно произвело в Америке сильное впечатление, и американский Конгресс послал телеграмму Александру II, в которой сравнивал его с Линкольном. Твен увидел этого "русского Линкольна" и отнесся к нему с величайшим уважением и почтением. Он с явной симпатией описывал встречу с царской семьей, их внешность, манеру держаться, костюмы. Конечно он не был бы Твеном, если бы не ввёл в рассказ долю своего сарказма. И самоиронии, кстати, тоже.

Но с тех пор Твен (55) успел стать ярым противником царизма из-за тех сведений, которые несли эмигранты о режиме Александра III. Тем не менее, "пылающий праведным гневом к монархиям" Твен и гораздо позже вполне спокойно встречался с Вильгельмом и с принцем Уэльским, будущим Эдуардом VII, даже развлекал их и составил о себе у них приятное впечатление.]

Письмо было за подписью некоего Менделеева.

Твен вскрыл конверт.

Письмо было написано по-английски. Но, боже: от руки, печатными буквами! Твен нашёл это презабавным и едва не кинулся демонстрировать сей образчик супруге. Но тут же поймал себя на мелкой рефлексии. Он плохо относился к русской монархии особенно, и к официозу в целом, но неразумно было выводить из того предвзятость к конкретному Менделееву. И тут же осозналось, что почерк-то не просто печатный, а каллиграфический. И, в общем, довольно эстетичный.

Размышляя таким образом, Твен прочёл текст, собранный подобно крепостной стене - из рубленых фраз:

Dear Mr. Clemens, I request you, if it be possible, to accompany me on an educational journey through the United States, upon your own terms, somewhere about August or September of this year.

To learn America without the aid of your knowledge of her national character is the same as to comprehend human nature without the support of a man to whom the depths of greed, bigotry, and spiritual poverty are so utterly open.

Allow me to inform you of the exact dates upon the confirmation of your consent.

Respectfully yours, Tsarevich Alexander Alexandrovich Jr., Heir to the Throne.

P.S. I request you, even in the event of a refusal, to keep the fact of my visit a secret, at least until the moment I leave the territory of the States. After that, you are free to dispose of this information as you see fit. Even if it means writing another lampoon — on the stay of an uncouth Russian prince in America.

"Уважаемый мистер Клеменс.

Прошу Вас, если возможно, сопровождать меня в образовательном путешествии по Соединенным Штатам на ваших условиях, что-то около августа-сентября этого года.

Узнавать Америку без посредства вашего знания её национального характера - то же самое, что постигать людскую природу без поддержки человека, для которого столь открыта природа алчности, мракобесия и духовной нищеты.

Позвольте сообщить Вам точные даты после подтверждения вашего согласия.

С уважением, Наследник Цесаревич Александр Александрович Мл.

П.С. Прошу Вас даже в случае отказа сохранять факт моего посещения в тайне по меньшей мере до момента, пока я не оставлю территорию Штатов. После чего Вы вольны распорядиться этой информацией по вашему усмотрению. Хотя бы даже написать очередной памфлет - о пребывании в Америке неотёсанного русского принца".

Текст не содержал ошибок, ожидаемых от человека, способного писать лишь печатными буквами. И вообще, похоже было, что при дворе имеется каллиграф, и это, вероятно, англичанин. Что довольно естественно. Не русский же мужик будет выводить столь занятную, похожую на китайские иероглифы, буковь. Понятно стало и почему письмо так похоже на боевую диспозицию. Диктовавший его наследник слыл законченным солдафоном.

Однако. Вот тебе и Менделеев.

К этому времени Твен был уверен, что российская монархия являлась наиболее варварским режимом в цивилизованном мире. И даже сомневался, стоит ли относить её к цивилизованному миру. А русская императорская фамилия была в его глазах собранием личностей крайне недалёких. Он когда-то уважал прежнего императора, почитал его русским Линкольном. Встречался с ним, писал приветственный адрес в его честь. А обернулось всё тысячами, десятками, если не сотнями тысяч в Сибири. Призраком Свободы. Поэтому первым порывом его было скомкать эту бумагу и попасть комком прям с места в корзину. Но он не сдвинулся. Стоял посреди комнаты с письмом в руках. В нём было кое-что непонятно-интересное, чтобы вот так просто отбросить его.

Твен уселся в кресло, и стал зачем-то разглядывать в лупу букву "е". Край чернильной линии и его сглаженность. Пытался рассчитать нажим. Будто это было тем же самым, что разглядывать в лупу самого наследника.

Во-первых. Почему Менделеев? Твен представил послание от августейшей особы... нет, не так - от русской Августейшей Особы. По его представлению оно обязано было являть собой (именно являть - никак иначе!) пухлый пакет с сургучами на каждом срезе, и с огромным по центру - при орластом гербе. А по краям обязаны были идти позолоченные вензеляя. И по пути от Петербурга до Хатфорда этому пакету должны были оказывать почести не меньшие, чем самому его отправителю. А тут всего лишь синяя Special Delivery - 10 центов делов. Неужели настолько инкогнито августейшего отпрыска, что заставило поступиться напыщенностью монаршей почты?

Да и что это за инкогнито? Разве это настоящая секретность? Это какая-то кустарщина. Настоящая монархическая секретность, это когда тот пакет... Да нет - куда там! Даже не пакет, а нота. Да, официальная правительственная нота приходит в посольство, оттуда - в госсекретариат, поднимается вся королевская рать, полно агентов, к нему на Фармингтон авеню заявляются вежливые типы... А тут: "Прошу сохранить в тайне". Менделеев. И всё. Это довольно ловко. Сам факт федеральной активности тут же всполошит весь улей американской прессы до самого жёлтейшего его нутра. А здесь сработано гораздо тоньше.

Твену тут же представилось. Соглашается это он, и ему приходит указание: темной ночью, где-то, примерно, Кэп Энн, рыбацкая шхуна, человек с наклеенной бородой... Или, если это русский, то, наоборот - с отклеенной. Сиречь, со сбритой до неестественно белеющего в сумерках подбородка. Забавно же.

А ещё более забавной казалась манера письма. Твену достаточно было лишь слегка пошутить над представившейся надменностью царского пакета и двумя крайностями секретности, как его маятник качнулся в обратную сторону. Посмотри, а ведь написано не чиновником - нет этих "покорнейше", "не затруднит ли". Да, письмо сухое. Но нет и напыщенных "повелеваю". Так мог написать только истинно свободный человек. Не задавленный комплексом неполноценности европеец, нет - американец. Он сам при надобности написал бы, скорей всего, точно так же. Это словно и написано им самим - не другим человеком. Настолько всё по-его.

И на мгновение он увидел написавшего. Несомненно, что это сам наследник - слишком частным и слишком щекотливым с точки зрения положения автора было послание. И тогда бросилось в сознание вот то. Что его в глаза назвали человеком, для которого открыта истинная природа. Алчности, понимаете ли. Мракобесия, понимаете ли. И ещё духовной нищеты в придачу. А как вам разрешение написать памфлет? Про русского неотёсанного принца. Позвольте! Это точно всё от монархического отпрыска? От сына "коронованного бульдога"? Это серьёзно? Или лишь стремление понравиться? Во что бы то ни стало заполучить эксклюзивного гида? Тогда я, Ваше Высочество, стану для Вас ооочень дорогим гидом. Самым на всём земном шаре.

А ведь ещё какой-то пункт цеплял. Что там? "Прошу Вас... Узнавать Америку..." Не то. "Прошу Вас... постигать людскую природу... поддержки..." Вот оно! "Прошу... поддержки". Вот главный шифр письма! Твен на мгновенье представил себе человека, который нуждается в поддержке. В его поддержке. Свободный, каким может быть автор таких строк. Который изнывает от предстоящей роли будущего деспота... Изнывает от роли деспота? Что ж так коряво-то? Если это коряво словесно, значит, не может быть истиной. Роль деспота или принимают, или не принимают. А принять роль деспота, а потом изнывать от неё - чушь. Ложь. Либо письмо - ложь, либо его, Твеново, от письма впечатление. Как бы там ни было - ложно, прежде всего, впечатление. Внешняя воспитанность. Игра. Ты, парень, всё, как обычно, напридумывал. Страдающий принц - это только в твоей сказке. А в реальности принцы - достойные дети своих родителей. Не заигрывайся с собственной фантазией.

Твен вложил листок обратно в конверт, отбросил его на стол и стал размышлять об искусственном и естественном в наследнике. О том, что это, собственно, несложно проверить. Пусть приедет. Обе эти стороны естества молодого аристократа могут быть представлены... Обыграны... Наверняка ведь, если его взгляд на российскую монархию верен - а он верен, ибо порождён валом фактов - то искусственность великокняжеской любезности и естественность великокняжеского варварства рано или поздно проявят себя. В письме ведь так и приписано. Может, письмо это вообще составил мудрый гофсекретарь-демократ, желающий, чтоб Твен высмеял ненавистного ему сюзерена перед всем миром. Так и говорится: "написать памфлет о пребывании в Америке неотёсанного русского принца". Если это вправду сделать, то получится эдакий "анти принц и нищий". Про то, что, сколько волка не корми...

И тут воображение явственно вырисовалао сюжет. Внешне благоприятно выдержанный принц долго держится, но мало-помалу влезает в трясину своего естества. Держится перед чем? Влезает из-за чего? Естественно, перед формально менее статусной личностью. Перед министром-либералом? Хорошо. Но скучновато. Какой-то политический скетч. А ну что-то пожизненней. Перед своим учителем? "Антифауст?" Еще нет. Ещё мал разрыв. Максимум разрыва будет - перед русским мужиком. Но тут, пожалуй, не дождёшься конфликта - банальная покорность. Не то с американцем. Вот американец ему задал бы! Уже лучше. Какой американец? Наиболее отверженный из американцев. Какой-нибудь бродяга... Индеец! Вот уж где нашла бы гордость на гордость. Причём истинная, природная гордость на деланную. А самое скрежещущее трение между людьми - любовь. Индейская девушка! Надо обсудить с Коди. "Принц и нищая". Точнее, "принц и варварка". Прелестно. Великолепный материал для сатиры. Устроить маленький спектакль с участием эдакого матёрого принцища.

Твен представил молодого человека, испорченного происхождением. Перед ним молодая индианка. Как он станет на неё смотреть? Чем она будет для него? Прежде всего, она покажется ему нечистой физически. Телом и одеждой. Сомнительна, недостойна даже прикосновения.

Тут Твенов мозг стал неуправляемо выводить целую теорию. "Нет, действительно. Мы, американцы, равны гигиенически. Мы вышли почти из одного слоя, и взгляд на гигиену мистера президента мало отличается от такового у пенсильванского угольщика. Это и устанавливает между нами демократию, поскольку и президент, и угольщик считают контакт между собой одинаково приемлемым. А в российской монархии между гигиеной царя и вшивостью мужика - огромная пропасть. И эта пропасть оформлена физическим отстранением высшей власти от народа. Этот барьер с гигиенической точки зрения осудить труднее, чем с социальной. Самый подвох в том, что тот, кто оценил значение гигиены, действительно ведь имеет право на барьер с теми, кто гигиеной пренебрегает. Это совершенно цивилизованно. Разве у нас в Америке не так? У нас индейцы отличаются от приличного общества прежде именно гигиенически. Поэтому естественен и обусловленный тем социальный барьер. Вот ведь как. И получается, что, при всей своей мерзости, в этом конкретном отношении монархия, по крайней мере, честнее. Её закон прямо говорит: "Мы не равны", - и гражданин не обманут в своих возможностях. А нашему закону американец вторит: "Мы равны", - но затем указывает негру или индейцу: "Только не садись рядом со мной".

Чёрт... Что-то не туда меня потянуло... - подумал Твен. - Отвращение наследника будет тем заметнее среднеамериканского, что оно взлелеяно и оправдано его средой. И требуется поставить его на грань между отвращением и притяжением. А значит, нужна такая, чтобы избалованный европейский аристократ клюнул на неё с вероятностью что-то около пары миллиардов процентов. И, во-вторых, индианка ниже нравственно и умственно. В его глазах. Потому он будет высокомерен. В лучшем случае - снисходителен. Максимально благоприятный взгляд на неё - жажда экзотики. Даже если будет иметь место какой-то контакт, то в покровительственном тоне. То есть типичное поведение отъявленного аристократа. И в итоге наследник сотворит какую-нибудь неуместность, показав себя большим дикарём, чем она".

Варварства Твен ожидал более от наследника. Это очень отвечало духу американской интеллектуальной среды, в которой с чтением того же Льюиса Генри Моргана распространилась идея, что "дикость" и "цивилизация" — не столь однозначные категории, как то виделось колонистам. Твена, во всяком случае, независимо от теории Моргана, такой поворот приводил в восторг.

Приложение. Артиллерия

1882

август, конец

- Я тут прикинул, что невращающийся снаряд позволяет удлинение, дающее мощь гораздо большего калибра. d = D*(N/n)^(1/3), где D и N - калибр и удлинение в калибрах современного снаряда, а d и n - соответственно для гладкого. То есть, если наша 6тидюймовая граната имеет длину 3,125 клб, то при длине 10 клб то же самое будет нести 4хдюймовка, а при 12 клб - 97миллиметровка. Притом, учитывая отсутствие в гладких снарядах львиной доли нагрузок и оттого тонкие стенки, то есть большее наполнение, калибр потребуется ещё меньший.

- Но 10икалибров... Полный заряд должен иметь объём хотя бы полтора снаряда. Итого, выстрел - 25 клб. Пусть разгонная часть ствола 24 клб. Итого, орудие будет в 50 клб. Не длинновато?

- Подожди. Это ещё не всё. Чтоб ещё радикальнее облегчить ствол, надо устранить продольные напряжения между цапфами и казной. Для этого следует вообще отказаться от цапф и снимать нагрузку отдачи непосредственно от задней стенки каморы, через вингард. Его же использовать подъёмным шарниром. Понимаешь? А чтоб редуцировать и лафет, следует передавать нагрузку отдачи, упирая вингард прямо в землю.

- А заряжать-то как?

- С дула.

- То есть, если 50икалиберный ствол у нас получается на высоте 5ти метров, то мы должны переть туда 50икилограмовый снаряд?..

- Опускать ствол при заряжании.

- И сколько времени займёт опускание ствола? С казны затвор открыл, всунул, закрыл - всё. Занимает времени столько же, сколько и словесное описание сей операции. А с дула: о-опусти-и, вложи, до-ошли-и через весь ствол, по-одни-ими-и - да не просто подними, а считай, что по новой установи наводку...

- Хорошо. Можно опускать только камору. И стыковать её со стволом хоть клинообразно, хоть поршнеобразно. Другого способа введения выстрела при большом угле и упоре в землю я не вижу.

- А не проще ли обычный затвор, а с заряжанием уж помудрить?.. На высоком станке, как у всех.

- Нет. У всех монстры. Это огромные тяжеленные коломбины - просто ужас. На роль полевых они не годны.

- А 50тикалиберная пушка, у которой к тому же выстрел занимает половину ствола - не монстр?

- В том и дело, что не монстр. За счёт редуцированных нагрузок гладкий ствол легче, за счёт упора в землю почти нет лафета.

- Как бы встретится с Маевским?

- И, желательно, с Гадолиным.

- Николай Владимирович. Как случилось, что давно известный и пользуемый способ стабилизации снаряда размещением центра воздушного давления позади центра приложения движущей силы был замёнен столь вычурным способом, как вращение?

- Если вполне придерживаться истины, то следует утвердить, что это сложилось исторически. Теперь невозможно сказать, кто и из какого соображения начал делать нарезные стволы. Позже им давали разные оправдания. Кто считал, что пули "ввинчиваются" между частицами среды. Кто говорил, что тугой ход по нарезам позволяет "накапливать силу" газов, а пуля получает полную энергию, только освобождаясь на дульном срезе. Одно знали вполне - из нарезного ствола пуля летит дальше и точнее. Никто не связывал это со стабилизацией. Указанный же Вашим Императорским Высочеством и давно известный способ стабилизации стрелы в огнестрельном оружии не задержался. То есть были разные системы подобного типа, но они не возымели значения. Взять тот же шпигель - им вполне пользовались, чтоб заставить бомбу двигаться фитилём вперёд. Но применить шпигелированный, по сути уже вполне продолговатый снаряд, да ещё и с облегчённым деревянным хвостом, как природно стабилизированный - именно осознано до того не дошло, ибо, как уже сказано, никто не связывал перфекции огнестрельного оружия со стабильностью полёта снаряда. И только в середине прошлого века великий английский артиллерист Бенджамин Робинс эту связь установил. Но в то же время со всей научной авторитетностью он указал способ стабилизации именно вращением. Потому с того момента нарезной ствол интересовал всё больше и через столетие вошёл в практику. Другой же способ стабилизации внимания попросту не удостоился. А ведь именно в 1840х, когда вопрос стабилизации назрел и в виде нарезного ствола готов был уже устанавливаться практически, небезызвестный английский учёный сэр Джорж Кейли занялся снарядами с природной стабилизацией и даже отчитался в положительных результатах. Но подробности сего так и остались покрыты мраком, в том числе и для вашего слуги. Вот так обстоит дело с вопросом к настоящему времени.

- Ну а Вы лично можете что-либо сказать о возможности природной стабилизации?

- Хм... Вопрос интересный. Честно говоря, никогда о природной стабилизации не мыслил. Теоретически размышления Вашего Императорского Высочества выглядят вполне резонно. Но почти всегда осуществление самой, казалось бы, гладкой идеи раскрывает обстоятельства, которых изначально не предвидели. Пока не попробуешь - не узнаешь.

- Вот как бы попробовать?.. Не хотите ли основать новую отрасль баллистики?

- На старости лет?

- Какие наши годы, Николай Владимирович!

ноябрь - Тут есть идея. Что, если разместить зарядную камору не вдоль снарядной и последовательно, а рядом и параллельно, соединив их каналом? Тогда длина нашего монстра будет уже только 35 клб. И заряжать его можно будет одним движением, сразу вводя и снаряд в одну трубу, и заряд в другую. А затвор должен запирать обе камеры: снарядную - в ствол, зарядную - наглухо.

- ?.. Какое-то оно однобокое. И в корабле это сильно усложняет - там же у нас одна подающая труба...

- Хорошо. Есть другой вариант. Камора Пенна, разделённая на отдельные трубки. Можно по этому типу расположить вокруг снарядной каморы много тонких зарядных.

- Ну, во-первых, как ты себе мыслишь такой маленький заряд диаметром - сколько там?

- Ну, для 4х дюймов - пусть дюйм-два.

- ...заряд диаметром дюйм-два и длиной полтора метра? Это что - такой мешочек?

- Значит, не мешочки, а сгораемые футляры.

- Ладно, пусть футляры. Пусть они даже жёстко закреплены относительно снаряда. Но как при механическом заряжании обеспечить совмещение футляров с этими миникаморами?

декабрь - А не сделать ли артиллерийский выстрел подобным патрону? Заряд представляет собой трубу, в которую вставлен снаряд. Только одно отличие от патрона: между зарядом и снарядом должен быть просвет - зарядная камора должна располагаться второй трубой вокруг тонкостенной казённой части. Тонкостенной - потому, что давление должно почти сразу распространяться на обе каморы.

- Что-то как-то оно громоздко.

- Ну, давай посчитаем. Пусть на просвет идёт 0,1 клб. Пусть в донной пустоте снаряда содержится часть заряда 1х1 клб. Тогда, если объём заряда составляет полтора объема снаряда, то это

d = D*(N/n)^(1/3),

r = d/2,

p = d/6 - толщина просвета,

k = n+1,

1,5*П*R^3*N = k*d*П*х^2 - k*d*П*(1,2*r)^2 + d*k*r^2,

1,5*N*D*R^2 = k*d*х^2 - k*d*(1,2*r)^2 + d*r^2

х = ((1,5*N*D*R^2 + k*d*(1,2*r)^2 - d*r^2)/(k*d))^0,5

b=2*x

l=n*d

s=x-(r+p)

где х - внешний радиус нашего выстрела, то есть предлагаемый выстрел должен иметь:

при общем удлинении 12,5:

для соответствия 3ОФ68 5,4 кг: калибр 88,4, просвет 14,7, толщина гильзы 18,8, внешний диаметр 155,5, длина 1105,2;

для соответствия 240 10,8 кг: калибр 181,8, просвет 30,3, толщина гильзы 38,3, внешний диаметр 319, длина 2091;

при общем удлинении 13,5:

для соответствия 3ОФ68 5,4 кг: калибр 86.2, просвет 14,4, толщина гильзы 18,5, внешний диаметр 151,9, длина 1163,4;

для соответствия 240 10,8 кг: калибр 176,8, просвет 29,4, толщина гильзы 37,6, внешний диаметр 311, длина 2210,4;

без просвета при k = n+0,5:

при общем удлинении 10,5:

для соответствия 3ОФ68 5,4 кг: калибр 95,2, толщина гильзы 25,1, внешний диаметр 145,5, длина 1000,1;

для соответствия 240 10,8 кг: калибр 190,5, толщина гильзы 50,2, внешний диаметр 291, длина 2000,1;

при общем удлинении 13:

для соответствия 3ОФ68 5,4 кг: калибр 88.4, толщина гильзы 23,7, внешний диаметр 136, длина 1149,4;

для соответствия 240 10,8 кг: калибр 176,8, толщина гильзы 47,6, внешний диаметр 272, длина 2299;

- А почему бы не обойтись без просвета? Почему не сделать заряд вплотную к снаряду, как у патрона?

- Стадия страгивания снаряда более затяжная и помощнее. Боюсь, без трубы заряд при страгивании сразу начнёт разрушаться, и не сможет послужить направляющей для снаряда. Да и донный стакан может повредиться. А газы попросту обгонят обтюратор.

- Ну, может, попробовать трубу потоньше?

- А это попробуем.

1883

июнь, 7 - Наследнику 14. В.к. Михаил Николаевич "одарил" его Лабораторией порохов при ГАУ с базой на Охтинском пороховом заводе. Однако Наследник задумал нечто большее, чем лабораторию одних только порохов. В Лаборатории выделяется баллистическая часть, быстро ставшая Баллистической лабораторией ГАУ с базой на Ржевском полигоне.

июнь - также:

Антон Францевич Бринк - в 1878 успешно окончил Михайловскую артиллерийскую академию. В 1878—1886 служил конструктором на Обуховском заводе, где спроектировал большую часть морских орудий флота. 1 января 1880 произведен в поручики корпуса морской артиллерии. 1 января 1885 произведен в штабс-капитаны со старшинством 1 января 1884.

Михаил Фёдорович Розенберг - в службу вступил в 1880. Окончил Михайловское артиллерийское училище в 1881. Подпоручик — 08.08.1881. Окончил Михайловскую артиллерийскую академию в 1882 по 1му разряду. Разрабатывал миномётное вооружение.

Роберт Августович Дурляхер - в 1878 поступил в Михайловскую артиллерийскую академию, которую окончил в 1880 по 1му разряду. Полтора года работает на Петербургском орудийном заводе, в 1881 продолжил службу в Санкт-Петербургском арсенале, перейдя в 1885 в чине штабс-капитана в артиллерийский комитет делопроизводителем. Разрабатывает лафеты.

конец 1883 - начало 84 (14 полных)

Крупп в Эссене взял патент на новый снаряд, который может сделаться особенно опасным для мониторов, а также для крепостных башен. Он имеет форму сахарной головы; остриё, помогающее ему разрезать воздух, делается из жести или из папки и разлетается в куски в самый момент удара, вся же суть — в плоской головке снаряда, которая бьет очень сильно. Снаряд может действовать под водой

1888

май, 20 - Менделеев приглашён в Лабораторию порохов.

декабрь, 27 - Менделеев официально назначен консультантом Лаборатории порохов в создании порохов особых свойств для артиллерийского снаряда. Также работал тут по вискозе и других продуктах переработки целлюлозы.

1889

декабрь - первый порох Менделеева. Записка "Об экономических условиях приготовления принятого для перевооружения армии бездымным порохом".

1890

июнь, 5 - успешное испытание "менделеевских" снарядов. Начало производства "нормальных" артиллерийских зарядов.

----------------

Превосходство вполне предоставляется именно "сбалансированным" путём развития мировой артиллерии. Поскольку вслед за Круппом (а если уж придерживаться истины, то за Вавассером) мировая артиллерия двинулась в компрессионную систему, то есть в ведущие пояски. И совершенно проигнорировала преимущества в дальности и меткости пушек Уитворта, точнее - проигнорировала твёрдые выступы. А ведь если отбросить "трудности производства", муссируемые сэром Уильямом среди тех, кто не мог производить вообще никакие современные пушки, и потому не мог уличить сэра Уильяма в "неточности", то система выступов превосходит пояски на порядок. По причине необходимости сочетать в поясках мягкость, потребную для нарезания, с жёсткостью, потребной для несрывания с нарезов, каковое сочетание ведёт к титаническим радиальным напряжениям в стенках ствола и к износу, от которых система с выступами свободна абсолютно.

Корректуру в эти стройные представления внёс Михайлович - Серж. Точнее, корректура эта внесена с его подачи. А ещё точнее - с его мальчишечьего упрямства. Сие случилось, когда Сержа допустили до игры в "Го" - до бесед о "своих" государствах (и не только бесед, но записей, чертежей, карт, схем). А конкретно - когда Сержу стали втолковывать преимущества нарезной артиллерии. При этом упомянули, что гладкий ствол, однако, при том же заряде превосходит начальной скоростью. Серж заявил тогда, что раз так, то его артиллерия будет гладкоствольной и оттого более дальнобойной. Пришлось объяснить, что сопротивление шарообразного ядра уничтожает преимущество начальной скорости напрочь. На что Серж упёрся: значит, снаряд будет продолговатый. С него стали смеяться: экий ты упрямый; тебе ж сказали уже, что продолговатый снаряд без вращения будет кувыркаться. На что он спросил: а почему не кувыркается продолговатое, ну оч-чень продолговатое копьё? Арбалетные стрелы тоже бывают без перьев. Стали что-то галдеть, но Младший подумал: а ведь в этом что-то есть.

В 1841 sir George Cayley провёл эксперименты с шестифунтовым пушечным снарядом. Естественно, по той поре гладким. "В то время моей целью было выяснить, можно ли, максимально устранив сопротивление воздуха, настолько увеличить дальность стрельбы из пушек, чтобы... оставаться вне досягаемости..." Да-да, тот самый Кейли, зачинатель научного подхода к крылатым летательным аппаратам. Эксперименты эти описаны в "Mechanics' Magazine" как имевшие успешный результат. А в "Scientific American" эта статья упомянута даже с какими-то подальшими измышлениями при апелляции к неким "всем профессорам механических наук". Небезпочвенными, кстати, измышлениями.

Особо кольнуло, что гладкий ствол ведь обладает теми же преимуществами по отношению к пояскам, что и выступы, даже ещё в большей мере. А уж о простоте производства гладкого ствола и говорить нечего. Гладкий ствол заинтересовал, и к выступам как-то враз охладели.

Доклад "Гладкая артиллерия" Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича Александра Александровича Младшего на расширенном заседании Его Императорского Величества Николая I Военной Академии и Его Императорского Высочества Великого Князя Михаила Павловича Артиллерийской Академии.

Главный научный оппонент Его Императорского Высочества - Пафнутий Львович Чебышев, в 1856 по заданию АртКома работавший над гладкоствольной системой и сделавший вывод, что обеспечить продолговатому снаряду устойчивость в полёте без вращения невозможно.

Особенности гладкой системы артиллерии

Дальность действия есть ключевой характеристикой артиллерии, ибо именно в отнесении точки поражения от бойца, делающего его самого недосягаемым для противника, и состоит суть метательного оружия.

При заданной массе орудия, как условии полевого применения, единственной возможностью повышения дальности действия есть те из методов приращения дульной скорости, которые, соответственно, не ведут к росту массы. Высокая же скорость, в свою очередь, требует способности выдерживать при выстреле более высокие напряжения в стенках ствола и снаряда, особенно в случае полой разрывной гранаты. В принятой ныне нарезной системе артиллерии наибольшие напряжения возникают от давления пояска, вызываемого процессом нарезания, а также от давления газов позади пояска. Первые, обычно имеющие наибольшую интенсивность в короткий период, дают более высокое напряжение, чем последние, и локализованы на кольцевых участках шириной несколько меньше ширины самого пояска, соприкасающихся с внешней его поверхностью - для ствола, и с внутренней - для снаряда. Притом нельзя не отметить, что для полой гранаты речь идёт о напряжениях в канавке пояска, то есть толщина стенки обязана быть ещё большей, чем необходимо для противостояния этим напряжениям. Таким образом нарезная система артиллерии обуславливает наиболее существенный свой недостаток.

Кроме того, часто нарезные системы описываются как способные положением оси снаряда отслеживать траекторию в сопротивляющейся среде. Для крутых траекторий, каковыми являются интересующие нас траектории максимальных дальностей, это не так - на сходящих ветвях высоких траекторий снаряды, достаточно стабилизированные для пологих траекторий, имеют тенденцию к перестабилизации. То есть нарезная система неуниверсальна в отношении траекторий.

Почему артиллерийская система стала нарезной? Во-первых, из-за стремления к удлинению снаряда, позволявшему больший его вес по отношению к калибру, что вызывало вопрос устойчивости полёта с одной стороны. Кроме того, имелся ещё недостаток непредсказуемого вращения и оттого непредсказуемой деривации шарообразного снаряда в гладком стволе. И нарезная система стала решением этих вопросов. Конечно, регулярная, предсказуемая деривация лучше. Но как таковая она, как и другие факторы вращения, делает нарезную систему неоптимальной. Деривация, поскольку точная её величина зависима от некоторых факторов, является одним из нежелательных вероятностных элементов баллистики, коих и без того множество. Деривация приводит к тому, что дальность системы меньше фактически пройденного снарядом расстояния.

Откуда у ядра это непредсказуемое вращение, заставившее смириться с ним, сделав его лишь относительно предсказуемым? Причина непредсказуемости вращения ядра состояла, как известно, в значительном зазоре между снарядом и стенками канала. Но сам по себе зазор был причиной непредсказуемости, но не причиной вращения как такового. Причиной вращения была форма ядра. То есть, уже отказ от ядра в пользу удлинённого снаряда уничтожил вращение в стволе. Искусственное вращение понадобилось для стабилизации в полёте, но, ввиду неоптимальности баллистики вращающегося снаряда, имеются и другие способы стабилизации.

В обоих этих смыслах выгоднее система артиллерии с удлинённым снарядом и гладким каналом. Стабилизация снаряда в полёте при этом осуществима за счёт размещения центра воздушного давления позади центра тяжести. Достигать этого следует снижением веса и повышением воздушного давления для части снаряда позади центра тяжести, а также повышением веса и снижением воздушного давления для части снаряда впереди центра тяжести. В задней части снаряда предполагается для этого утончение металла корпуса, а также наличие пустотелой и тормозящей юбки, в передней части - утолщение металла корпуса.

Итак, современный удлинённый снаряд не может непредсказуемо вращаться при движении по стволу, а зазор в современных артсистемах весьма мал. Однако мягкие пояски общепринятой компрессионной нарезной системы, обеспечивающие тройственную задачу ведения-обтюрации-центрирования, из-за противоречивости требований столь комплексной роли не вполне хорошо выполняют центрирующую её часть. Основной причиной начального отклонения снаряда является неравномерное врезание нарезов вследствие таких факторов, как начальный перекос снаряда, неравномерность нагрузок и сопротивления пояска, мягкость пояска при остаточности его деформации, перекос снаряда относительно опоры пояска при движении по стволу. В то же время гладкая система требует только обтюрации-центрирования и свободна от необходимости ведения. Это устраняет значительную часть противоречий в требованиях к материалу. Ввиду отсутствия необходимости нарезания неведущее обтюрирующе-центрирующее устройство гладкой системы для лучшей центровки может быть более жёстким. Его деформация может быть, даже желательна упругой прогрессивной жёсткости, поскольку та её величина, которой требует уплотнение в целях обтюрации, значительно меньше остаточной деформации при формировании нарезов. Большой интерес в этом смысле имеет использование в качестве упруго-жёсткого обтюрирующе-центрирующего элемента донной юбки, расширяемой под действием метательных газов - как то было распространено в системах артиллерии американской Гражданской войны, а особо - изготовление её зацело со стальным или полустальным корпусом снаряда, как в системе Делафильда.

Юбка может выполняться так, чтобы получать и создавать в стенках ствола ничтожные радиальные напряжения, оказывать минимальное сопротивление радиальному сжатию и незначительное поверхностное трение о стенки канала ствола. Очевидно, что донная юбка отсекает газы от боковых стенок снаряда. Конструирование гладкой артиллерийской системы, таким образом, сводится только к противостоянию стенок ствола и донца гранаты напряжению, возникающему от давления газа, что влечёт значительные и крайне выгодные отличия внутренней баллистики гладкой системы.

Внутренняя баллистика гладкой системы характеризуется отсутствием сопротивления нарезания и ничтожной величиной сопротивления поверхностного трения. То есть движение снаряда в стволе гладкой системы совершенно свободно. Таким образом внутренняя баллистика сводится к простому равноускоренному движению массы снаряда. Практическое отсутствие сопротивления определяет для гладкой системы плавность роста давления и скорости. Скорость нарастает быстро, и более высокое значение её соответствует более низкому значению давления, нежели в нарезной системе равных параметров. При том же метательном заряде снаряд гладкой системы проходит ствол быстрее, скорость его на тех же отметках длины ствола больше. Полное давление, какое дала бы при этом заряде нарезная система, до покидания снарядом ствола развиться не успевает. Отсюда, для полного использования давления гладкой системе требуется либо более длинный ствол, либо быстрее горящий метательный заряд, либо - при заданной дульной скорости - меньшие заряд и длина ствола.

Притом, даже в случае быстрогорящего метательного заряда, эксплуатационная нагрузка гладкой системы низка. К тому же, повышение скорости ведёт к сокращению времени действия соплового эффекта на единичном участке. Поэтому эрозия при выстреле перестаёт быть фактором износа стального ствола в рамках срока службы орудия. Отсутствие нарезов означает ликвидацию последних концентраторов напряжений. Износ крайне мало изменяет простейшую геометрию гладкого канала. Наконец, если прочность ствола определяется наиболее тонким участком его стенки, то гладкий ствол не содержит лишнего металла полей нарезов. Позволяется специальная обработка поверхности канала (например, хромирование), невозможная при трении процесса нарезания, а также более простое, а значит более надёжное устройство обтюраторов, что вместе с пониженным давлением приближает прорыв газов к нулю.

Все перечисленные выше факторы позволяют утончение как стенок гранаты, что позволяет больший коэффициент наполнения, так и стенок ствола, что при заданной массе снаряда позволяет меньшую массу орудия. Или - при заданной массе орудия - возможна большая энергия выстрела, а стало быть, большие либо дульная скорость, либо масса снаряда.

Внешняя баллистика гладкого снаряда исходит из способа стабилизации его в полёте подобно стреле, заключающегося в размещении центра давления, к которому прикладывается действующая против движения результирующая сила давления воздуха на поверхность движущегося снаряда, позади центра тяжести, к которому прикладывается движущая сила, являющаяся результирующей инерции снаряда от выстрела и силы тяжести. Эти две противно, а в данном случае - друг от друга, направленные результирующие словно бы растягивают снаряд за концы, постоянно ориентируя его ось в положение касательной к траектории. Это кардинально отличается от внешней баллистики нарезного снаряда, стабилизируемого по принципу гироскопического эффекта.

Наиболее характерным отличием внешней баллистики гладкой системы есть совершенное отсутствие у неё деривации, то есть отклонения, происходящего даже в абсолютно спокойной атмосфере, вызываемого в нарезной системе эффектом Магнуса.

Другой момент различия внешней баллистики гладкой и нарезной систем, также касающийся способов стабилизации, состоит в отношении их к удлинению снаряда. Удлинение позволяет при заданной массе снаряда использовать меньший калибр системы, и, стало быть, меньшую массу орудия, либо при заданной массе орудия иметь большую массу снаряда, его действенность. Природа удлинённого снаряда исходит из того, что образование его формы ищет выгоды в заострении головной части ради уменьшения сопротивления воздуха, что, вкупе с необходимостью толстого донца, выдерживающего давление газов, обуславливает для него, как правило, расположение центра тяжести позади центра давления. Таким образом, нарезной снаряд, как правило, природно неустойчив, поскольку для него связанные с этими центрами результирующие направлены друг к другу, и любое отклонение снаряда от положения вдоль траектории приводит к тому, что действие их становится несоосным и стремиться развернуть снаряд тяжёлым концом вперёд. Именно поэтому для придания нарезному снаряду искусственной устойчивости и используется гироскопический эффект. Таким образом, удлинение снаряда является фактором, способным обусловить длину плеча между указанными силами, создающими разворачивающий момент. Только для гладкого снаряда этот момент ведёт к стабилизации, а для нарезного - к дестабилизации. То есть для гладкого снаряда удлинение есть положительным фактором, а для нарезного - отрицательным. При этом гироскопическая стабилизирующая сила нарезного снаряда зависит от частоты вращения: чем больше частота, тем больше стабилизирующая сила. Обычная нарезная система наиболее применимого типа - с мягкими нарезаемыми при выстреле поясками (компрессионная) - не позволяет удлинения снаряда более 5ти, поскольку мягкость пояска не позволяет придавать снаряду значительную частоту вращения. Лучшая нарезная система - с жёсткими ведущими предварительно изготовленными выступами - за счёт способности придавать снаряду большую частоту вращения позволяет удлинение снаряда до 10ти. Для гладкой же системы удлинение снаряда, сопряженное с удлинением плеча стабилизации, означает только улучшение последней, поэтому она теоретически не ограничивает удлинение снаряда.

Различные способы стабилизации определяют различие в реакции на возмущение, прежде всего на "дульный скачок". Природно стабилизированный гладкий снаряд при любом возмущении претерпевает лишь плоское быстро угасающее колебание относительно центра тяжести - рыскание. Гироскопическая же стабилизация обуславливает самоподдержание и даже самовозбуждение прецессии и нутации, вызываемое действием набегающего потока на плечо дестабилизации, и поэтому его ось никогда не является касательной к траектории. Таким образом, положение нарезного снаряда никогда не позволяет правильного обтекания, и его лобовая проекция всегда больше миделя. Несмотря на это знание, форма снаряда до сих пор проектируется исходя из положения, что он летит строго параллельно потоку. Не говоря уже о том, что положение снаряда относительно потока при этом постоянно изменяется. Эти факторы делают любую предположительную при проектировании форму снаряда не соответствующей реальным условиям его полёта.

Кроме уже указанных преимуществ гладкая система также проще в производстве, особенно с отсутствием необходимости выполнять наиболее трудоёмкие процессы: нарезку ствола и формирование пояска на снаряде. Многие преимущества гладкой системы не оттенены ни единым недостатком. Необходимость ради стабилизации соблюдать соответствующее взаиморасположение центра тяжести и центра давления является не недостатком, а только особенностью данной системы.

Проблему точности несколько сужает требование её прежде всего при прямом огне, то есть преимущественно до 3 км и не более 10 км при применении оптических средств. Огонь на более дальних дистанциях, на которых в основном снижение точности проявляется, не может вестись прямо в цель вследствие особенности опосредованного нацеливания, а ведётся по площадям и потому прицельности "в точку" не подразумевает. Также, отсутствие практического износа делает точность гладкого ствола постоянной на протяжении всей его службы, что для нарезного ствола невозможно.

Форма гладкого снаряда

Итак, некоторые аспекты формообразования снаряда указаны природой гладкой системы. И даже более общим соображением: вновьопределённым местом батарейной артиллерии среди вооружений армии - тем, что относительно тяжёлая батарейная артиллерия не может быть настолько подвижной как то требуется для прямого огня. Исходя из последнего, в качестве ориентира для проектируемой артиллерийской системы следует принять существующие калибром порядка 6ти дюймов - наименьшего из достаточно эффективных для дальнего непрямого огня, наиболее массовых для этой цели.

Стремясь к орудию для полевого использования и достаточно массовому, мы вынуждены искать способов его облегчения ещё на стадии выбора ориентира. В этом отношении принято в учёт, что существующие 5,5-дюймовые системы, такие как Hontoria de 14 cm mod. 1883, canon de 138 mm Mle. 1884 и подобные, по эффективности снаряда практически не уступают 6идюймовым. Кроме того, основным показателем эффективности снаряда принята не общая его масса, а масса взрывчатого наполнения. Это, с учётом упомянутых выше факторов превосходства гладкой системы, позволяет предположить для неё более высокий коэффициент наполнения.

Таким образом, получение исходных данных для проектирования гладкой системы заключалось в определении калибра гладкой системы, по эффективности снаряда соответствующей принятым нарезным 5,5-дюймовым системам.

Приняв для исходного снаряда длину в 4,5 калибров и коэффициент наполнения 0,13, а для проектируемого - длину в 10 калибров и коэффициент наполнения 0,2, получаем:

п*r^2*10*r*k = п*R^2*4.5*R*K

r = (R^3*4.5*K/10*k)^(1/3) = 47,6 или калибр 95,2 мм.

Калибр модели принят 95 мм, удлинение общее 10 клб, глубина юбки 1 клб, материал корпуса - ковкое железо, взрывчатое наполнение - пироксилин, толщина стенок равномерная в 5 мм, толщина донца 20 мм.

п*r^2*10*r*k = п*R^2*4.5*R*K

Исследование формы гладкого снаряда исходило из необходимости обеспечить:

- расположение центра тяжести впереди центра давления, чему наиболее соответствует концентрация массы в передней части, Модель Nо 1;

- максимально меньшее сопротивление - чему наиболее соответствует плавное утончение от донца к носу, Модель Nо 2;

- как можно больший объём снаряда в целом.

Таким образом, основные требования к форме снаряда противоречат друг другу.

Рассмотрение возможностей преодоления противоречий начато с обсуждения возможностей придания снаряду формы максимального объёма. Очевидно, что это форма приближается к цилиндру. Тогда требование меньшего сопротивления может быть достигнуто не более чем допустимым заострением носовой части, а требование стабилизации - хвостовым оперением, раскрывающимся по выходу из канала ствола, например, как в патенте Варбартона. Данный способ стабилизации весьма практичен, однако усложняет конструкцию снаряда, а ведь простота производства рассматривается как одно из преимуществ гладкой системы. С этой точки зрения стабилизирующая юбка, формируемая зацело с корпусом снаряда, представляется предпочтительным решением. Таким образом, попытка основать форму проектируемого снаряда на цилиндрической модели максимального объёма перспективы не имеет.

Далее оценены возможности увеличения объёма и уменьшения сопротивления модели Nо 1. Очевидно, что заострение носа при принятом для модели Nо 1 способе обеспечения передней центровки послужит потере передней центровки, а также приведёт к уменьшению объёма. Таким образом, попытка основать форму проектируемого снаряда на модели Nо 1 перспективы не имеет.

Следующим этапом стало рассмотрение возможностей сдвижения вперёд центра тяжести модели Nо 2. Поставлен вопрос: если форма модели Nо 2 образована как фигура вращения некоего сечения, то будет ли рост сопротивления фигуры, образованной не вращением, а поперечным протягиванием того же сечения (Модель Nо 3), опережать степень смещения центра тяжести? Как показала модель Nо 3, увеличение передней части привело к заметному смещению центра тяжести вперёд. В то же время, вопреки умозрительному представлению, что сопротивление модели Nо 3 должно увеличиться относительно такового для модели Nо 2, взвешивание сопротивления на струйной установке Артиллерийской Академии, проведенное лабораторией гвардии полковника Пашкевича, показало, что сопротивление не только не возросло, но даже снизилось. Учитывая изменение формы только передней части снаряда, можно предположить, что и снижение сопротивления произошло только в передней части, а значит, баланс сопротивления задней и передней частей снаряда изменился в сторону относительного роста сопротивления задней части, что обязано сдвинуть назад центр давления и тем самым ещё более послужить улучшению стабилизации.

Далее сделано предположение, что объединение нескольких осесимметрично повёрнутых клинообразных фигур, подобных модели Nо 3 (Модель Nо 4), в случае полой гранаты ведёт к росту веса передней части за счёт того, что при сложной её форме увеличится общая площадь, а значит и общая масса металла стенок. Количество взрывчатого вещества при этом незначительно уменьшится, и будет по-прежнему достаточно для правильной фрагментации передней части. Взвешивание сопротивления модели Nо 4 показало дальнейшее его снижение.

Поскольку изменение формы моделей от Nо 2 до Nо 4 демонстрирует приближение к цилиндрическому идеалу максимального объёма,изготовлена модель Nо 5, ещё более приближающаяся к цилиндру за счёт расширения рёбер, что увеличивает количество взрывчатого вещества в них. Сопротивление ниже, чем у модели Nо 2.

Наконец, в последнем опыте взято в расчёт, что фигура модели Nо 4 образована профилями более узкими, чем таковой у моделей Nо 2 и Nо 3. Фигура модели Nо 6 образована тем же профилем, что и у моделей Nо 2 и Nо 3. Линии схождения профилей сдвинулись далеко вперёд, и значительная часть тела снаряда остаётся цилиндрической. Таким образом, наблюдается ещё большее приближение к цилиндрическому идеалу объёма. Центровка лучше, или, по крайней мере, не хуже чем у моделей с рёбрами. Сопротивление ниже, чем у модели Nо 2.

Внутренняя баллистика гладкого снаряда новой формы

Среди факторов дестабилизации, действующих при движении снаряда в канале ствола, наибольшее влияние оказывают:

- рысканье и болтанка;

- радиальные газовые толчки;

- условия выстрела.

Рысканье и болтанка. Обычно снаряд имеет две точки опоры о стенки канала - заднюю, коей является поясок, и переднюю - бурлет. Любой снаряд для движения своего в стволе должен иметь тот или иной, хотя бы чрезвычайно малый, зазор со стенками канала ствола даже самыми широкими своими частями, такими как бурлеты, а элементы его, плотно пригоняемые к стенкам канала, такие как пояски, должны быть достаточно мягкими. Эти факторы допускают определённое смещение снаряда в канале ствола - как угловое, так и параллельно-поперечное. Эти смещения, происходящие или сохраняющиеся на момент покидания снарядом канала ствола, наносят ущерб точности. Важным фактором, влияющим на угол внутреннего рыскания, и в результате - на стабильность полёта снаряда, есть длина плеча опоры, то есть расстояние между передней и задней точками опоры. Если наличной на данный момент технологией позволен некий минимальный зазор σ для поясков и бурлетов, то очевидно, что чем больше плечо опоры, тем меньше угловое смещение. Удлинение нового снаряда гладкой системы, а также особая его форма, требуемая, с одной стороны, для перемещения центра тяжести вперёд, а с другой стороны - для обтюрации, дают плечо опоры, значительно превосходящее таковое у существующего нарезного снаряда, а значит и обуславливают меньшее угловое смещение.

Переднюю точку может представлять бурелет-система из жёстких опор, расположенных на передних концах рёбер, притом только на трёх из них. Этим снижается трение между опорными поверхностями снаряда и стенками канала ствола.

Опорные элементы гладкого снаряда следует выполнять из материала с наименьшим показателем поверхностного трения и с упругостью, прогрессивно уменьшающейся по мере сжатия. Представляется на данный момент наилучшим материалом особый для этого случая род прокладочного картона. Для донной юбки предлагается вкладываемый стакан, завёрнутыми краями своими покрывающий края юбки снаружи, а для бурлетов - накладки; при этом следует особенно обратить внимание на надёжность закрепления накладок. Представляется, что калибр по картону, должен быть незначительно больше истинного калибра ствола, а калибр камеры - чуть менее калибра по картону, с тем, чтоб при ручном заряжании с допустимым усилием происходило уже некоторое сжатие картона. Вход же из камеры в стволе должен иметь то плавное и незначительное сужение, которое выработает основную упругость материала опорных элементов и приведёт их к достаточной жёсткости, при которой эффект свободного зазора в отношении внутреннего рыскания будет нейтрализован до максимально возможного показателя. Расширение юбки при выстреле должно создать дополнительное уплотнение материала задней опоры для лучшего отсечения газов.

Газовые толчки. В обычном снаряде имеет место несбалансированное радиальное усилие от давления метательных газов, толкающее донную часть или даже весь снаряд в бок. Из-за большой площади давления на части позади пояска обычного снаряда газовые удары приводят тут к значительному рысканью. Отсечение газов на самом заднем сечении и улучшенная обтюрация расширяющейся юбкой значительно уменьшают для гладкого снаряда воздействие газовых толчков.

Условия выстрела. В момент покидания канала ствола обычным снарядом вокруг него образуются чрезмерные возмущения (ещё один фактор дульного скачка) из-за большого падения давления метательных газов, что приводит к появлению высокоскоростных струй, создающих действующие на снаряд несбалансированные силы. Таким образом снаряд получает большое внешнее рыскание. Отсутствие пояска на пути струй уменьшает их действие на гладкий снаряд. Также из-за меньшего давления в гладкой системе уменьшается его перепад при покидании снарядом канала ствола.

Внешняя баллистика гладкого снаряда новой формы

Радиус оживальной части. Снаряд с 19икалиберным радиусом оживальной части показывает коэффициент сопротивления почти в два раза меньше, чем у снаряда с радиусом 5 калибров. Однако обе эти формы показывают опасно низкий коэффициент устойчивости, в то время как снаряд с умеренным радиусом показывает хорошую устойчивость, хотя и более высокое сопротивление. Это указывает важность баланса между сопротивлением и устойчивостью. Умеренно острый снаряд достаточно устойчив даже с плоским донцем. В значительной мере решению баланса между сопротивлением и устойчивостью способствует звёздчатое сечение передней части снаряда.

Функции звёздчатого сечения:

- рост внутреннего объёма снаряда, приближение к идеалу цилиндрического объёма;

- рост массы передней части для компенсации тенденции к задней центровке при увеличении радиуса оживальной части (повышение устойчивости и снижение сопротивления);

- снижение сопротивления передней части - для отнесения назад центра давления (повышение устойчивости);

- увеличение длины плеча опоры.

Донная юбка. Известен эффект уменьшения сопротивления и улучшения стабильности от придания снаряду донного сужения. Как предполагается, при обтекании снаряда сразу за его донцем образуется область разрежения, которая как бы тянет снаряд назад за донце. Очевидно, что уменьшение площади донца снижает величину и силу действия разреженной области. А плавность донного окончания снаряда, вероятно, уменьшает образующиеся при срыве с него вихри, что благоприятно влияет на стабильность.

Взвешивания сопротивления показали, что донная юбка даёт в этом отношении эффект не меньший или даже больший, нежели сужение. Несомненно, что область разрежения и вихри имеют место здесь так же, как и у снаряда без донного сужения, однако, поскольку при юбке донце отнесено далеко от места их образования, они не могут на него воздействовать и не оказывают своего эффекта.

Гладкость. Снижение сопротивления может быть достигнуто путем устранения неровностей любого вида, которые нарушают плавность потока вокруг снаряда. Очевидно поэтому, что поясковый тип имеет большее сопротивление, чем гладкий. Неравномерное же смазывание нарезов пояска приводит к дисбалансу снаряда в полете, что обуславливает большое рассеивание.

Интересно отметить, что уменьшение всех неровностей и препятствий снизило относительное сопротивление с O,136 до 0,129, тогда как изменение радиуса оживальной части с 5 до 19 калибров - с 0,132 до 0,065. Это указывает, что пояски мало влияют на сопротивление по сравнению с формой оживальной части.

-------------------------------------

Для лучшей балансировки гладкого снаряда принципиально размещение центра тяжести как можно далее вперед от центра давления. Однако то же самое ведёт к снижению дальности. Поэтому следует стремиться к как можно более близкому расположению ЦТ и ЦД при достаточной лишь устойчивости снаряда, то есть к балансу. Но баланс осложнён здесь тем, что скорость снаряда вдоль траектории изменяется - особенно для высокоскоростного дальнобойного снаряда она изменяется в широких пределах - и оттого изменяется положение ЦД.

Несомненно, что наибольшее сопротивление достигается в момент наибольшей скорости - процент потери скорости тут будет наибольшим, поэтому форма снаряда должна бы соответствовать обтеканию при начальной скорости. Однако в начальном этапе свободного полёта снаряд ещё не имеет значительного отклонения, и поэтому здесь можно пренебречь мерами стабилизации. Допустимо, чтоб на некотором начальном участке траектории ЦД находился впереди ЦТ, естественно, при условии действия сил движущей и сопротивления строго по одной прямой. На как можно большем участке траектории положение ЦД и ЦТ должно практически совпадать с небольшим смещением вперёд ЦТ, что должно увеличить дальность полёта. Возможна стабилизирующая крылатая (оперённая) форма, создающая также и подъёмную силу.

Через всю длину снаряда проходит штырь, передающий физическое воздействие столкновения механически, без малейшего замедления на взрыватель, расположенный в любом месте, и на любое количество взрывателей совершенно синхронно. Или этот штырь окружен запальным зарядом по всей длине. Задержка: штырь неподвижен, срабатывает по времени обычный запал, взрыв которого толкает штырь.

-------------------------------------

Маиевский Николай Владимирович (1823—1892) создал теорию движения в воздухе продолговатых вращающихся снарядов. Ученик Пафнутия Львовича Чебышева.

Гадолин Аксель Вильгельмович (1828—1892) сопротивление стен, скрепление обручами, сопротивление открыванию казны.

Пашкевич Владимир Андреевич (1844-1930) Ученик и помощник Маиевского. Опыты по измерению сопротивления снарядов – экспериментальная аэродинамика: 1873 первая струйная установка, декабрь 1882 - третья. Академия. Установка состоит из старого орудийного ствола со сточенными нарезами. Выстрел толкает плотно пригнанный поршень, стопорящийся у выхода в камеру, где осуществляется сброс газов. Выход в камеру имеет сменное сопло разных форм. При выстреле в воздухе ствола возникает ударная волна, скорость которой значительно больше скорости движения поршня. Проходя по воздуху ствола, ударная волна сообщает ему свою скорость. Преимущество опытной установки перед обычными стрельбовыми испытаниями в том, что снаряд в ней остаётся неподвижным, и с помощью различных средств можно фиксировать параметры воздушного сопротивления. Как минимум в 1887м (Мах) это позволило делать теневые фотографии обтекания объектов.

Забудский Николай Александрович (1853—1917). Ученик и помощник Маиевского. 1880 - диссертация "О канонических уравнениях движения и дифференциальных уравнениях движения продолговатого снаряда, принимая воздух как возмущающую причину".

Кирпичёв Лев Львович (1840—1890).

Чернов Дмитрий Константинович (1839-1921).

-------------------------------------

1883–1884 - Концептуальный дизайн.

Баллистика: Маиевский и Гадолин определяют геометрию снаряда и оптимальную длину ствола. Забудский разрабатывает теорию горения для телескопического выстрела.

Химия: Чельцов проектирует первые заряды из чёрного пороха в твердой оболочке (селитрированный и нитрированный картон). Чельцов и Панпушко начали работы над пироксилином, используя опыт нитрирования картона.

Механика: Пашкевич и Дурляхер разрабатывают принципы конструкции. Чернов совершенствует сталь.

1885–1886 - Конструирование.

Механика: Под руководством Пашкевича и Кирпичёва изготавливают опытные эквиваленты 6и и 12идюймов с откидной каморой, системы цапф и самоуплотняющей обтюрации по принципу Де Банжа. Успешные статические тесты на герметичность затвора с использованием гидравлики. Тестирование прочности цапфенного узла.

1887–1888 - Полигонные испытания c чёрным порохом.

Механика: Испытания опытных образцов с экспериментальными зарядами чёрного пороха для проверки устойчивости снаряда и работоспособности устройств запирания/обтюрации.

Химия: Менделеев синтезирует пироколлодий.

1889-1890 - Переход на бездымный порох.

Химия: Чельцов и Панпушко разрабатывают технологию формования трубообразного заряда с упрочнёнными стенками и замедляющими перегородками для контроля горения заряда (коллксилин, вискозное волокно, нитролаки).

Менделеев разрабатывает быстрогорящий порох для стартового заряда.

Испытания с бездымными зарядами. Выявление быстрого износа уплотнителя при длительной интенсивной стрельбе. Применение обтюрации сгорающими прокладками.

1890-1891 - Финальные испытания 6дюймового эквивалента.

Успешные армейские испытания предсерийных образцов.

70мм гладкоствольное дальнобойное полевое орудие принимается на вооружение.

140мм гладкоствольное морское орудие принимается на вооружение.

----------------------------

Большинство заводов по производству орудий принадлежало Военному (Петербургский орудийный, арсеналы первого разряда в столице, Брянске, Киеве), Морскому (Обуховский сталелитейный) и Горному ведомствам (Пермский пушечный). Остальные предприятия по производству артиллерии являлись частными, среди которых были крупные — Путиловский, Брянский, Балтийский, Гельсингфорсский и др. Однако из них орудия изготовлял только столичный Путиловский завод (в 1900 году — 12440 рабочих), все остальные занимались ремонтом пушек, изготовлением лафетов и проч. Существовала известная кооперация. Так, литье Пермского пушечного завода отправлялось для последующей обработки на Петербургский орудийный завод.

Производство артиллерийских боеприпасов. Военное ведомство не имело таких заводов. Поэтому правительство размещало заказы на производство снарядов на частных и горных предприятиях. Государственный совет не разрешал размещение снарядных заказов за границей в интересах государственной безопасности. В начале века снаряды изготовлялись на семи казенных и десяти частных заводах: Олонецком, Баранчихинском, Саткинском, Кусинском, Верхне-Туринском, Пермском, Златоустовском, Сормовском, Лиль Поп-Рау, Радзском, Русского общества для изготовления снарядов, Петербургском механическом, Брянском, Лесснера, Николаевском, Путиловском.

К концу XIX века олонецкая казённая металлургия переживала тяжёлый кризис, приведший к её окончательному упадку. Единственным действующим остался головной — Александровский завод, переименованный в Онежский машиностроительный, стал снарядолитейным, прекратив выделку орудий.

Пермский сталепушечный завод, Мотовилиха. В 1876 на заводе пущена первая на Урале мартеновская печь и первая на Урале электростанция. В 1888 Горным начальником завода Славяновым Н. Г. изобретена и опробована первая в мире электросварка расплавляемыми электродами. В конце XIX — начале XX веков, в условиях подготовки Российской империи к мировой войне, на заводе развернулось производство новых артиллерийских систем, в том числе 9-дюймовой береговой мортиры системы Н. В. Маиевского. В Первую мировую Пермские "Мотовилихинские заводы" поставили Русской армии пятую часть артиллерийского вооружения.