Честь Империи

Глава 1

Густой черный дым за окном, как и протяжный гудок паровоза предупреждали о приближении к конечной цели. И правда, через несколько минут показался вокзал Симферополя, где как я надеялся, нам предоставят все необходимое для дальнейшего передвижения. К сожалению, железная дорога до Ялты так и осталась в планах или в чьих-то карманах.

Отличие нашего поезда от остальных направляющихся на юг империи в пассажирах, что были сплошь военными и на каждой станции жандармы совали под нос железнодорожному начальству документы о неразглашении. В это время, бойцы наблюдали картину, как молодые люди с женщинами гуляли по перрону, как будто и нет войны с химическими атаками, артобстрелами и жуткой штыковой. Жизнь никогда не заканчивается.

Как ни странно, у штурмовиков не было злости на картину мирной жизни. Шутки, свист в сторону особо понравившихся дам, но не обида на жуткую несправедливость. Что не скажешь про отношение к встречающей нас делегации, состоящей из большого количества лощеных офицеров с блестящими орденами.

- Ваше императорское высочество, позвольте от лица всех жителей Симферополя приветствовать вас на этой благословенной земле. Горожане приготовили подарки по случаю вашего приезда. Прошу оказать нам честь присутствовать на званном вечере, - едва заметно склонил голову глава делегации.

Генерал-майор Свиты и действующий губернатор Таврической губернии Княжевич Николай Антонович встречал меня при полном параде. Георгиевское оружие на поясе, блестящие на солнце ордена все как полагается. Не дать, не взять герой войны. Так ли это на самом деле у меня нет времени узнавать. Но один из Княжевичей, командующий Лейб-гвардии Уланским Ее Величества полком был вполне достойным сыном Отечества и, можно сказать, спас мне жизнь.

- Благодарю за теплый прием, Николай Антонович, но, к сожалению, война вносит свои коррективы в наши желания, и я не смогу задержаться в Симферополе. Перейдем к делу. Запрошенные машины подготовлены?

- На данный момент смогли изъять два автомобиля Форд. Прошу меня простить, ваше императорское высочество, но на всем полуострове зарегистрировано менее полусотни автомобилей из них грузовых семь единиц, которые переданы в помощь флоту. Предлагаю вам задержаться в Симферополе, и возможно завтра ситуация изменится, - несколько нервно произнес губернатор.

Перспектива пешего марша в такую жару меня не вдохновляет, как и истинная причина нервозности генерала.

- Признайтесь, нас ждут?

Княжевич дернул щекой и, повернув голову, заметил бойцов с оружием в руках. Время уговоров и разговоров закончилось. К тому же человек побывавший на войне правильно оценивает риски и понимает, когда с ним не шутят.

- Есть высокая вероятность подобного исхода. До роты нижних чинов неделю назад направились в горы по дороге в Ялту. Офицеры неместные, не знаю откуда к нам прибыли, но имели при себе внушительные бумаги.

- Чья подпись была на бумагах?

- Ее императорское величество Александра Федоровна в письме указывала оказать полное содействие просителям, - взял себя в руки губернатор.

Ничего не понимаю. Если с Рузским и его взглядами все понятно, то с императрицей еще придется разобраться. Кто в здравом уме, когда у нас отличные позиции на фронте, пойдет против Ставки… Указывать она вздумала.

- Благодарю за сотрудничество. Вам это непременно зачтется, Николай Антонович. В таком случае мы продолжим движение до Севастополя. Распорядитесь, чтобы нас не задерживали.

- Слушаюсь!

Может быть подобный исход и к лучшему. Качество горных дорог сейчас вызывает большие сомнения, как и марш под обстрелом. В этом плане морское путешествие имеет немало плюсов. Особенно если учитывать общий залп линкоров и расстояние от дворца до моря. Заодно прекрасная возможность посетить базу Черноморского флота и познакомиться с адмиралом Эбергардом.

В Севастополе к моему приезду подготовились лучше. И за короткое время смогли организовать образцовую встречу высокого начальства с почетной ротой и оркестром. Мой подвешенный статус в вертикали власти выводит из себя педантов протокола. Остается встречать, как великого князя.

- Сразу направимся в штаб, - остановил я церемониал.

Все, кто окружал меня, со временем привыкали действовать решительно, без долгой раскачки. Разумная инициатива всегда… нет, инициатор мог получить поощрение и продвижение по службе. Патриархальное общество побурчит, но привыкнет. Деваться им с подводной лодки все равно некуда.

После знакомства с руководством штаба Черноморского флота мы остались с командующим наедине. Если не считать капитана Глебова, застывшего у двери и положившего руку на кобуру с револьвером. Что не осталось незамеченным адмиралом Эбергардом.

- Ваше импе… Дмитрий Павлович, - исправился после моего взмаха рукой адмирал. - Вы нам очень помогли своим письмом. И как понимаю, не просто так приехали в Севастополь. В свою очередь, чем я могу быть вам полезен?

Эбергард в отличии от прошлой истории сейчас на коне. Как же потопил Гебен.

- Мне нужен транспорт для перевозки двух батальонов пехоты и поддержка десанта с моря. Двух-трех кораблей будет достаточно.

- Трапезунд или Синоп? – поднял бровь адмирал.

Даже в самых смелых мечтах Эбергард не думал о проливах.

- Нет. Меня интересует территория намного ближе. Если быть точнее, то побережье Ялты.

Адмирал резко побледнел и хотел было возразить, но я его остановил.

- Ситуация критическая. Попытка переворота в военное время. Император болен и, возможно, незаконно удерживается заговорщиками. Противник занял оборону вокруг Ливадийского дворца и при полномасштабном штурме император с цесаревичем могут пострадать. Без вашей помощи мне никак не обойтись.

В принципе, ночной захват объекта вполне осуществим. Снять постовых и забрать императора с семьей можно даже без полноценного штурма. Вот только если есть возможность избежать лишних жертв зачем рисковать.

- Но я не уполномочен, нас не предупредили…

- Приказ Ставки и Верховного Главнокомандующего должен быть для вас высшим приоритетом. Вероятность вооруженного столкновения минимальна, если несколько боевых кораблей наведут свои орудия на заговорщиков. Уверен, желание участвовать в очередном дворцовом перевороте резко прекратится при мысли о прилете снаряда весом в добрые полтонны. От вас требуется лишь побыть пугалом, а в десантной операции будут участвовать мои люди.

К сожалению, мне не повезло с командующим Черноморским флотом. Да, он по-своему хорош, но тот же Колчак был намного уместнее, если бы не его неимоверные амбиции, да и странные отношения с британским королем. В общем, Колчак у меня один из тех, кто сразу получает желтую карточку. Пусть служит, но под присмотром. Так что остается работать с тем, кто есть.

По сути, адмирал мог легко дать заднюю, упереться рогами и не участвовать в событиях, которые можно по-разному охарактеризовать, если бы не был мне должен. Смотреть за его метаниями довольно любопытно. Эбергард то и дело бросал взгляд в окно, где штурмовики расположились вокруг штаба Черноморского флота, ожидая команды. Любой команды.

- Мы будем готовы выступить через сутки! – наконец решился адмирал. - После потери «Трех Святителей» и серьезного повреждения «Синопа» я могу выделить «Императрицу Марию», «Евстафия» и «Память Меркурия». Все остальные корабли находятся в рейде против турецкого судоходства. Думаю, без проблем найдем транспортные суда для перевозки ваших войск.

- Вы сделали правильный выбор, Андрей Августович. Нас с вами ждут великие дела, поэтому нельзя допустить успеха заговорщиков, - пожал руку адмиралу и повернулся к Глебову. - Капитан, запросите сеанс связи со Ставкой. Я хочу узнать последние сводки с фронтов и общую ситуацию.

Капитан Глебов кивнул и направился к связистам. К сожалению, телефонной линии со Ставкой в Севастополе не было. Только с Петроградом, да и той доверия нет. Надо будет исправить эту ситуацию. Телефонизация поможет значительно улучшить управление армией и флотом.

Первый доклад от Каппеля я получил еще в Киеве. Задержавшие Николая Николаевича офицеры во главе с генералом Эвертом при виде численного превосходства третьего штурмового батальона сразу же прекратили сопротивление и сдались. Перехвата управления над военными силами Российской империи не произошло, и мы держали руку на пульсе событий.

Можно было, конечно, самому лично наведаться в Ставку, но потеря времени недопустима, как и нельзя было спугнуть главных заговорщиков раньше времени. Буквально вчера от фон Коттена из Петрограда пришел доклад о полном контроле и отсутствии беспорядков. Медлят господа заговорщики или скорее ждут важных новостей…

Вскоре Глебов доложил о готовности Ставки к разговору, и мы направились к местным связистам. Аппарат Юза непроизвольно вызвал у меня улыбку. «Клавиатура» из черных и белых клавиш больше напоминала пианино. Удивляет, как продвинулась связь за сто лет от огромных аппаратов с массой ограничений до портативных устройств, работающих по всему миру и помещающихся в кармане.

«П/п-к Каппель на связи.»

Получив первое сообщение, Глебов отстранил связиста штаба флота, и за аппарат сел наш специалист в ожидании дальнейших указаний. Крутилась лента, печатались буквы, хоть и выглядело все это дико, но лучше, чем ничего.

От Каппеля поступило сообщение, что пришлось привлечь недавно сформированный четвертый батальон и всех инструкторов из Варшавы для контроля над Ставкой. Великий князь Николай Николаевич ходит смурной и немного сбавил свой знаменитый гонор. Войска ждут указаний, но до того момента пока не прояснится ситуация с императором я не мог начать наступление. И все еще остался вопрос в необходимости подобной операции без особой выгоды для Российской империи.

Отправив сообщение о том, чтобы держали в курсе событий и не делали резких движений без заверенного лично мной приказа, я направился в казарму. Отклонив предложение занять дом для высоких гостей. Поближе к бойцам в последнее время спокойнее засыпать. Меньше шансов помереть.

Мое появление в казарме взбаламутило народ. Проходившие как бы ненароком нижние чины старательно делали вид, что оказались здесь чисто случайно. Пока бурление не достигло критической точки и делегация матросов под руководством кондуктора не застыла напротив меня. Ошалев от собственной наглости.

- Ваше императорское высочество, разрешите обратиться?

- Я вас слушаю, кондуктор.

- Правду говорят, что чарку водки вернут на флот? Или врут, как обычно, - в полной тишине спросил седой моряк.

Стоявшие за кондуктором боцманы и матросы обратились в слух. Ничего не меняется в России. Любая власть, что пытается запретить питие спиртных напитков получает по полной. Репутация Николая серьезно упала на флоте после запрета чарки водки. Двести лет традиции и покусится на святое глупое решение. Одна из важнейших церемоний, обросших множеством суеверий. Надо было мягче уменьшать количество спиртного, а не сразу запрещать или вовсе поменять на какое-то иное довольствие.

Шутка в разговоре с императором о предвыборной программе пошла в народ, и не раз слышал, что я за простых солдат и офицеров. «Злые министры не дают зятю императора улучишь быт военных.» Кто интересно подслушал наш разговор или по привычке Николай сам над кем-то пошутил? История умалчивает.

- Как только я получу всю полноту власти, займусь решением вашего вопроса. Сухой закон - большая ошибка, как и запрет важной морской традиции. Взамен не допускайте влияния различных провокаторов на флоте, и тогда ваша жизнь заметно улучшится. Я обещаю!

- Вашему слову можно верить. Вы только скажите, мы вмиг всем рога пообломаем, кто только против скажет!

Одобрительный гул матросов вызвал улыбки на лицах окруживших меня штурмовиков. Впрочем, по истории знаю, что моряки и не такое могут. Пусть лучше водку пьют по распорядку, чем на наркотики подсаживаются.

- А как же пенсия?

- И про землю спросите…

Старший лейтенант, зашедший в казарму и увидевший стихийный разговор с представителем царской династии, побледнел и схватился за воротник. Я его понимаю. Если он дежурный или это его подчиненные, то за такой косяк в Российской империи легко можно забыть о карьере. Но я решил не доводить до смертельного случая и успокоил взглядом офицера.

Откровенно ответив на все вопросы матросов, немного поговорил со своими штурмовиками под внимательным взглядом Глебова и фанатичным Унгерна. Честно, иногда даже я его боялся. Неизвестно, что взбредет помешанному на мистике барону в голову. Но нарушать присягу он пока не будет. Пока.

Утром после обильного завтрака, от постаравшихся не ударить лицом моряков, мы направились в Севастопольскую бухту, где гигантские корабли стояли почти вплотную друг к другу. Не дай бог, случится взрыв на одном корабле, достанется и остальным. Опыт совсем другой войны говорит о том, что рядом ничего не должно находится. Цена слишком высока.

А когда я увидел, как хранятся боеприпасы и как организовано охранение, едва сдержался от крепкого слова. Привычная халатность и раздолбайство. Это еще во флоте, где как считается всегда порядок.

- Дмитрий Павлович, мы готовы начать погрузку пехоты. Ждем вашего приказа, - подошел ко мне Эбергард.

- Командуйте, адмирал. Здесь вы царь и бог.

Морское путешествие на боевом корабле нечто новое для меня в обеих жизнях. Побывать на палубе стального гиганта и вблизи посмотреть на мощные орудия, при этом наслаждаясь прекрасными видами Крыма. Мечта, да и только. Настроение резко улучшилось. Главное успеть до того, как Николай сыграет в ящик. Слишком много к нему осталось вопросов.

Глава 2

Южный берег Крыма у моих современников пользовался большой популярностью. В начале двадцатого века курорты Крыма еще не достигли такой массовости, как через сто лет, да и Франция с Германией в большом почете у русской аристократии. Поэтому чуть более сотни тысяч отдыхающих в год для Крыма лишь капля в море.

Лейб-медик царской семьи Евгений Сергеевич Боткин вовсю рекламирует, как полезно отдыхать в Крыму осенью, поэтому одетые в бархат столичные дворяне постепенно меняют свои привычки. Кстати, отсюда и пошло название бархатного сезона.

Несмотря на все проблемы, в конце лета отдыхающих также хватало, и они своими глазами смогли увидеть невероятную картину морского десанта в порту Ялты. Сразу идти на штурм Ливадийского дворца я не хотел даже под дулом корабельных орудий, если есть шанс решить проблему переговорами.

- Возмутительно! Почему нас никто не предупредил, что здесь проводят военные учения? Я буду жаловаться в Петроград! Вас всех лишат званий и отправят в Сибирь. Непременно, так и будет! - заверещала дама бальзаковского возраста, прогуливающаяся по набережной с маленькой собачкой.

- Оцепить периметр, убрать посторонних! И направьте парламентера во дворец. Я хочу поговорить с командующим охраной или кто там сейчас главный.

Вернувшиеся разведчики доложили, что дорога к дворцу перекрыта заслоном из двух сотен казаков Конвоя. Воевать с конвойцами желания не было, да и вряд ли они вовлечены в заговор с участием Александры Федоровны. Что и было позже подтверждено.

На переговоры согласился командующий Собственного конвоя Его Величества генерал-майор Граббе Александр Николаевич. Бегающие глаза на широком лице выдавали в нем того еще хитреца. Впрочем, он мне никогда не нравился. Вечно льстиво хихикающий и вьющийся вокруг Николая, который никогда не умел выбирать людей. Терские и кубанские казаки также бросали на своего предводителя далеко не самые добрые взгляды.

- Александр Николаевич, какая встреча! Не ожидал встретиться с вами в этот прекрасный день. Обычно вас надо искать в борделе или отрывать от чтения молодым барышням очередного непристойного романа. Но не будем вспоминать былое. Не расскажете, что за люди захватили дворец и удерживают императорскую семью?

- Вас ввели в заблуждение, ваше императорское высочество, - тихо проговорил Граббе, что пришлось вслушиваться. - Я не могу подтвердить, что дворец захватили. Усиление охраны, не более.

- Именно поэтому Конвой не в ближней охране императора, а отправлен сторожить дорогу? Все указывает на то, что именно вы меня вводите в заблуждение. Передайте мой ультиматум тому, кто захватил дворец. Пусть сложат оружие, или линкоры тяжелыми снарядами сравняют с землей все укрепления вместе с засевшей там пехотой. А всех заговорщиков в таком случае ждет веревка на шею. У вас час времени. Вам ясно?

- Вы ошибаетесь, но я постараюсь не допустить трагической ошибки.

- Верю в ваше благоразумие. Обычно оно вас не подводит. Можете быть свободны. А вы, есаул, останьтесь!

- Позвольте, но это мой подчиненный…

- Вам непонятны мои слова, Александр Николаевич? Вы свободны!

Бросив многообещающий взгляд на есаула, генерал скривился и направил коня обратно в сторону Ливадийского дворца.

- Представьтесь и расскажите мне, есаул, что происходит на территории дворца. И не советую поступать, как ваш командующий. Уверяю вас, долго на своей должности он не задержится.

В отличие от генерала представший передо мной есаул не выглядел дворцовым хлыщем и по взгляду можно понять, что он успел повоевать. С таким и в атаку не зазорно пойти.

- Командир Лейб-гвардии 4-й Терской сотни есаул Татонов. Две недели назад, как только стало известно о болезни Его Императорского Величества, прибыл запасной полк, сформированный в Петрограде, вместе с генералом Ивановым. И от нашего командующего генерала Граббе нам поступила команда снять внутренние посты и ограничиться внешним охранением. Два дня назад поступило следующая команда - готовится к отражению возможного нападения на дворец. На этом все! – на одном дыхании выпалил есаул.

Николай Иудович не захотел отправляться в Туркестан и с одним из запасных полков решил добиться справедливости другим путем. Верный в первую очередь императрице, Иванов не был в прямом понимании заговорщиком. Для этого надо иметь немного больше ума. Лучше бы он все-таки направился в Туркестанское генерал-губернаторство, чем покрыл себя позором под старость лет.

- Вы помогли мне прояснить ситуацию, есаул Татонов. Благодарю вас за это. Что ж, будем ждать окончания ультиматума и начнем штурм.

- И как же теперь быть нам конвойцам, ваше императорское высочество? – нахмурившись спросил есаул.

- Заговорщики должны быть уничтожены. Нельзя допустить попытки дворцового переворота во время войны, когда наши солдаты доблестно отражают наступление германцев и умирают за свое Отечество.

- Если вы разрешите мне вернуться, я поговорю со своими людьми и другими сотнями. Мы не будем стрелять во фронтовиков и участвовать в заговоре.

- Конечно, вы можете быть свободны.

Не дождавшись ответа в указанное время, полностью экипированные штурмовики направились в сторону Ливадийского дворца через всю Ялту. Жители и отдыхающие не понимали, что происходит, но были рады видеть бравых защитников. Ждать больше нельзя, но и от мысли начать бессмысленное кровопролитие среди своих сжимается сердце.

- Не стрелять первыми! По возможности старайтесь не убивать и предлагайте сложить оружие, - отдал последнее указание после выхода из города.

Знаменитый Ливадийский дворец из белого камня было видно издалека. Впрочем, заговорщики, скорее всего, давно заметили боевые корабли, развернувшиеся орудиями в сторону дворца. И рытье окопов тут не сильно поможет.

Конвойцы по приказу командиров пропустили нас сквозь заграждения, а некоторые даже двинулись следом. В том числе и четвертая сотня. Хотя бы с казаками все решилось миром. Но стоило первым отрядам подойти на дистанцию выстрела к дворцу, как по нам открыли огонь. Жаль, не хотелось доводить ситуация до подобного развития.

- Свяжитесь с «Императрицей Марией» и передайте, пусть выстрелят куда-нибудь, где нет жилых зданий. Или лучше дайте координаты дальней пристройки.

- Слышали, что сказал, командир?! Расчехляйте свой аппарат и передайте на корабли, пусть вдарят из главного орудия по тому складу! – повторил приказ капитан Глебов, указав наводчику цель.

Искровая радиостанция размещалась на двух повозках, но главное могла связать нас с Эбергардом. И результат передачи сообщения не заставил себя долго ждать, хотя я думал, что адмирала в последний момент одолеют сомнения в правильности своего выбора.

Взрыв был, как в кино с бушующим пламенем и разлетающимися во все стороны осколками здания. Похоже, там хранили далеко не садовый инвентарь, потому что взрыв выбил окна даже во дворце. Надеюсь, никто не пострадал.

В общем, знатно грохнуло, зато солдаты, побросав оружие, разбежались кто куда. Штурмовики, воспользовавшись удачным моментом, совершили резкий бросок вперед и наставили оружие на ошарашенных солдат, не отошедших от взрыва. Молодые солдаты, недавно призванные и еще не успевшие «понюхать пороху» не оказывали особого сопротивления. И хотя я просил не убивать всякое может случиться в горячке боя.

- Сложите оружие и на выход по одному!

Полк, конечно, сильно сказано. Максимум батальон и то большей частью не успел окопаться. Один из поручиков, заметив триколоры на рукавах и известные на всю империю черепа, так и не отдал приказ стрелять, добровольно сложив оружие. Оставалось надеяться, что второй батальон, направившийся в Ливадию, также не встретит сопротивления.

Во дворце заговорщики были настроены более решительно. Иванов вместе со своей свитой оказали вооруженное сопротивление при появлении первых штурмовых групп и навсегда остались лежать во внутреннем дворе, смотря в небо открытыми глазами. Генерал Граббе пытался скрыться, но его поймали свои же подчиненные и доставили к нам на разбирательство. Эх, из-за чьей-то глупости столько проблем.

Первым делом я направился проверить наследника. Все остальное подождет. Охрана цесаревича разбежалась или была убита в ходе штурма, поэтому сквозь открытую дверь он наблюдал за тем, как бойцы зачищают помещения, и первым выбежал мне навстречу. Хотя бы увели семью императора в подвальные помещения… идиоты.

- Дмитрий, вы наконец-то прибыли! Я слышал взрывы с выстрелами и немного испугался. Слава Богу вы целы. Представляете, как прибыл генерал Иванов я чувствую себя, как в клетке. Никуда нельзя выходить, запрещены все игры и прогулки.

- Узнали про ваше письмо?

- Моя служанка попалась, когда возвращалась с Ялты, и все рассказала. После чего я больше ее не видел, - опустил голову Алексей.

Взрослеть тебе придется рано.

- Сегодня старайся не покидать свою комнату без необходимости, а завтра ты будешь полностью свободен в перемещениях.

- Спасибо вам. Давайте я проведу вас к папе. Он часто повторял ваше имя, когда ему становилось лучше.

Во дворце штурмовики под руководством капитана Глебова занимали все выходы и коридоры, полностью контролируя обстановку. Унгерн вместе со своими бойцами тащили какого-то гражданского и чудом выжившего полковника за собой. Все при деле.

На входе в личные покои императора нас встретил обеспокоенный Боткин и несколько медсестер. Получив разрешение от лейб-медика, молодые девушки быстрым шагом покинули нас, но в главном холе не смогли сдержаться и громко закричали. Трупы еще не успели убрать. Жандармам слишком много работы привалило.

- Рад вас видеть, ваше императорское высочество. Жаль, что в такое время, но главное все закончилось хорошо. Теперь я смогу вызвать коллег на помощь без опасения за жизнь царской семьи, - пожал мне руку Боткин.

Ничего, жандармы всех расколют.

- Взаимно, Евгений Сергеевич. Что произошло с императором?

- Обширное поражение дыхательных путей вследствие отравления ядом органического происхождения. Сейчас состояние немного стабилизировалось, но ненадолго.

- Какие шансы на выздоровление?

Посмотрев на Алексея, лейб-медик отвел взгляд. Минимальные. Цесаревич это тоже понял и часто заморгал глазами. Теперь мне его надо хранить, как зеницу ока.

- Император должен протянуть еще несколько дней, Евгений Сергеевич. Я очень сильно надеюсь на вас.

Кивнув Боткину, я зашел в императорские покои. Резкий запах лекарств и спирта напомнил не самые лучшие моменты из моей жизни. Солнечный свет, падающий на бледное лицо Николая, позволил детально рассмотреть, как изменился он с последней нашей встречи. Ту и без диагноза понятно, что дела плохи.

- Плохо выглядишь, Ники. Извини, искать мандарины было некогда.

От моего голоса Николай вздрогнул. Неужели я настолько плохой человек в его понимании?

- Дмитрий, это ты? А я все гадал, чьих рук звуки взрывов и стрельба… Надо было сразу догадаться. До тебя жизнь была спокойней, и даже на смертном одре ты не даешь мне умереть без своих шуток, - прохрипел Николай и тут же закашлялся в попытке приподняться. - К сожалению, не могу встать, чтобы как подобает поздравить тебя с громкой победой. Указ о награждении тебя орденом Георгия второй степени уже подписан, как и присвоение очередного звания генерал-майор.

- Служу Империи!

- Ты забыл правильный ответ? – даже в постели возмутился Николай.

- Нет, хочу ввести новый, если ты не против. Что говорят врачи?

Пусть сам скажет это слово.

- Отравление... Не надо! Я знаю, что поездка была ошибкой.

- Как только новость о твоем состоянии дойдет до широкой общественности, в империи начнутся беспорядки. Удержать ситуацию будет трудно, и наша родня первые, кто начнет качать лодку.

- Документы подготовлены, и завтра будет озвучена моя воля, после чего я останусь наедине с Алексеем. Мне надо о многом с ним поговорить. Дальше тебе придется самому разбираться со всеми проблемами в семье и империи, - снова закашлялся император, после чего к нам заглянул обеспокоенный Боткин, но по знаку Николая вновь закрыл дверь.

Кто бы еще меня послушал. Нельзя все время добиваться результата силой. Могу подать плохой пример.

- Справимся. Ответь мне на один важный вопрос, где деньги династии?

Император удивленно поднял бровь. Явно такого вопроса он не ожидал. Вот только менее важным он не становился. Романовы несколько сотен лет копили богатства. Обычно вспоминают Морганов, Рокфеллеров и Ротшильда. На самом деле богатейший человек всего мира Николай II. И это не шутка. Одни только земли в личном владении у императора по размерам превосходят территорию Германии.

Да, император много тратил на содержании госпиталей и помощь раненным, но кое-что точно осталось. Конечно, у Российской империи, несмотря на долги, есть внушительный золотой запас. Но все же запас пусть им и остается.

- Я не могу…

- Можешь! В руках Александры Федоровны или великих князей богатства сразу же перейдут в немецкие и английские банки. После чего можно будет забыть о них навсегда.

- Значительная часть уже находится в иностранных банках, - признался Николай.

- Ты хотел сказать меньшая часть? Пришло время раскрыть кубышку. Мертвецам деньги ни к чему.

- Хорошо, я сделаю, как ты скажешь, и дам указание назначить тебя распорядителем земель и денег на иностранных счетах. Прошу, только не устраивай резню и не трогай Аликс. Мне недолго осталось, и я не хочу рано встречать ее на том свет. Если хочешь, ознакомься, на столе лежит завещание.

Завещание было составлено верно и что не менее важно его содержание. Александре Федоровне перепадет малая часть на содержание, немного дочерям и все остальное Алексею. Парень он неглупый, договоримся. Конечно, выдернуть деньги из Великобритании и Германии будет проблематично, но в США еще можно постараться.

- Выздоравливай. С тобой будет проще победить в войне, чем без тебя.

- Генерал Иванов приходил ко мне вчера и требовал назначить его Верховным Главнокомандующим. Скажи, почему всем, кто меня окружает плевать на меня, как человека и им нужны только чины и деньги? - догнал меня голос императора. – Как отец умру в этом дворце…

- Все будет хорошо. Старайся не думать о плохом.

А что я ему скажу? Плохой лидер, не умеет выбирать людей и тому подобное. Расстроится еще сильнее. Вряд ли ему сейчас нужна горькая правда. Не то время и состояние. Пора наведаться к главной виновнице последних событий.

Глава 3

У покоев императрицы лежали двое молодых офицеров в лужах крови. Виноватые взгляды бойцов я проигнорировал, увидев огромную вмятину на снятом бронежилете и санитара, оказывающего помощь раненому. К сожалению, не всегда можно решить дело миром.

Решительно открыв дверь, первое, что бросилось в глаза это испуганные лица сестер Ольги. Бедные девушки натерпелись за последние дни, и неплохо бы их показать психологу или хотя бы опытному священнику. Тем временем, Александра Федоровна с полным безразличием сидела у зеркала, поправляя прическу. Заторможенная реакция и странная улыбка на лице наводили на некоторые подозрения. Особенно, когда она сначала долго всматривалась в меня, а потом резко пришла в ярость.

- Вы бунтовщик, Дмитрий! Вас ждет самая серьезная кара! Как вы смеете врываться ко мне в покои без высокого на то разрешения! – от волнения перешла на английский язык императрица.

Хотя чего врать она почти всегда на нем говорила. Особенно среди близких людей.

- Татьяна, Мария, Анастасия, прошу вас, оставьте нас одних, а лучше навестите отца ,ему будет приятно. И когда будете выходить, постарайтесь смотреть только прямо.

Дочери императора переглянулись и молча покинули комнату матери, а императрица заметила лужу крови под дверью, что несколько сбило с нее спесь.

- Вот теперь нам никто не помешает говорить и желательно на русском. Горничные уже рассказали, как вы добавляли в еду императора посторонние вещества. За отравление правителя Российской империи вас ждет виселица, Александра Федоровна. Рассказывайте все - от начала и до конца.

Царственных особ не вешают, но кто знает, что творится в ее голове. Может, и поверит.

- Я не травила Ники! – вскочила императрица. - Думала, он охладел ко мне, и хорошие люди посоветовали средство вернуть былые чувства. Всего лишь несколько капель в чай, больше я ничего не делала!

Вроде бы образование получала, а верит в мистику и всяким шарлатанам. Даже не буду спрашивать, кто ей дал «средство». Скорее всего, исполнитель давно кормит рыб на морском дне. Может быть, и не стоило Распутина убирать от императрицы. Он хотя бы контролировал ее порывы… за долю малую.

- Вернули? Или может быть все дело в том, что вас интересует только власть?

- Зачем вы на меня давите, Дмитрий? Мне, итак, очень плохо! – закрыв руками лицо, заревела Александра Федоровна.

Закинься чем-нибудь по привычке. Сейчас во всем мире рекламируют наркотики, как средство от всего, чего только можно. Целые государства работают дилерами. Наплодили наркоманов среди элит и добавили всем проблем.

- Слезы на меня не действуют, как и большинство других манипуляций, которыми вы управляли императором. Вас будут судить и обязательно казнят, если вы не пойдете мне навстречу. Даже не надейтесь, что вам простят убийство императора без моей помощи!

- Вы безжалостный человек, Дмитрий! Что вы от меня хотите?

Не мы такие, а жизнь такая.

- Вы сами вершительница своей судьбы, Александра Федоровна. И в том, что вы погубили свою жизнь винить стоит лишь только себя. Поговорим завтра, когда вы созреете до полноценного разговора. Советую сегодня пить побольше воды.

Оставив плачущую женщину одну со своими мыслями и страхами, я направился к Алексею. Еще немного дожать, добавить мистики, попросить Распутина написать пару писем, и императрица сдаст все счета без какого-любого физического воздействия. И заодно разрешит назначить Ольгу опекуном Алексея. Императрица и великий князь Михаил Александрович не устраивают меня в этой роли от слова совсем.

У цесаревича в комнате был образцовый порядок. Идеально заправленная кровать, военная форма висела на плечиках из проволоки, а сам он читал книгу за столом. Увидев меня, обрадовался. Скучно ему одному без друзей и прогулок.

- Дмитрий, вы поговорили с мамой?

- Да и скажу тебе, это было непросто. Твоя мать довольно специфический человек со своими тараканами в голове.

- Я понимаю, но она такая, какая есть и всегда будет моей матерью, - насупился парень.

Что ж в этом он прав. От родителей не отворачиваются, но и потакать не следует.

- Алексей, могу я говорить откровенно?

Парню неделю назад исполнилось одиннадцать лет. Как вести себя с ним? Буду говорить, как со взрослым.

- Именно этого я и жду от всех, кто меня окружает. Жаль лишь, что только вы готовы разговаривать со мной, как со взрослым. Я это очень ценю, Дмитрий.

- Извини за прямоту, и может это будет звучать немного грубо, но ты никогда не сможешь полноценно исполнять обязанности правителя Российской империи. Тяжелый церемониал с постоянными путешествиями по всей империи, приемы иностранных послов и членов правительства, бессонные ночи и множество других проблем, что ожидают императора. Миллионы подданных не смогут ждать, пока тебе станет легче.

- Я знаю, Дмитрий. Всегда знал. Вы предлагаете отречься от престола в вашу пользу? – тихо спросил Алексей.

- Нет, это невозможно в текущих реалиях. Мое место в престолонаследии далеко не в первых рядах. К тому же, серьезно свяжет мне руки. Я предлагаю, чтобы опекуном до совершеннолетия стала твоя сестра и моя супруга Ольга. Она в тебе души не чает и никогда не навредит. И если тебе станет лучше, мы подумаем, что можно сделать. Договорились?

- Мне трудно говорить об этом при живом отце. Я не могу…

Взяв себя в руки, он поднял на меня глаза.

- Но чем мне тогда заниматься? Меня всю жизнь готовили к тому, чтобы занять трон Российской империи после отца. Я ничего не умею.

- Жизнь покажет. Как минимум, женим тебя на принцессе. Или еще лучше прекрасный повод отменить закон о неравнородном браке для великих князей и царской семьи. Твой случай позволит легко пойти на подобные уступки.

Алексей покраснел. Мда, рано я начал про женитьбу.

- Не унывай. У тебя есть прекрасная возможность заняться любым делом, не сковывая себя многочисленными запретами. Наука, бизнес, искусство… все к чему лежит душа. Главное не опускать руки и идти к своей цели, несмотря ни на что!

Я уже было повернулся к выходу, как меня догнал новый вопрос от цесаревича.

- Дмитрий, я случайно услышал, как вы спрашивали у папы про деньги. Разве они сейчас имеют значение? Разве не важнее достичь победы над врагом?

- Деньги – кровь войны. В мирное время накапливаются денежные запасы, в военное они расходуются на покупки в других странах оружия или быстрый ввод в строй новых оборонных предприятий. Не стоит забывать и про общее положение дел в империи, что ухудшается с каждым днем. Миллионы рабочих рук оторваны от земли и станков. И сейчас настал тот момент, когда деньги должны работать, а не лежать мертвым грузом. В конце концов, какая разница, кто будет наверху власти: диктатор или премьер-министр, если значительная доля в экономике принадлежит императорской семье. Что позволит императору, так или иначе, влиять на решение большинства спорных вопросов.

- Но вдруг станет еще хуже, и нам понадобятся деньги, а их не будет? – задал вопрос Алексей.

Нет, парень. В случае моей смерти на возможную Гражданскую войну я не оставлю ни грамма золота. Пусть лучше мы купим на них станки и построим новые заводы, чем подарим Антанте и родные люди будут стрелять в друг друга.

- Золото нельзя есть, из него не делают снаряды для орудий, и оно не умеет воскрешать мертвых. Это всего лишь золото. Запомни это!

- Я обязательно запомню ваши слова!

Закрыв дверь, я прислонил голову к стене. Обработка Алексея, как наследника больших состояний началась, и неизвестно, когда она закончится. Чем приходиться заниматься ради победы…

Мало захватить важный объект надо еще это объяснить, так чтобы по всей империи не полетели головы раньше времени. Следственные мероприятия, прочесывание гор, допросы и снова допросы. Мы раскручивали цепочку заговора от начала и до конца. Впрочем, сразу было понятно, что все концы ведут в Петроград к команде Сухомлинова в Военном министерстве, депутатским фракциям и некоторым великим князьям, без которых здесь точно не обошлось.

Долго задерживаться в Крыму, ожидая развязки непозволительная роскошь. Император может и выкарабкается, в чем у меня большие сомнения, а вот столица империи не готова ждать в подвешенном состоянии. Поэтому на следующий день додавив императрицу, я забрал с собой большую часть войск и Алексея.

- Куда мы направимся? – спросил довольный цесаревич, вдыхая воздух свободы.

- В Петроград. Кто раньше перехватит инициативу, тот и победил. Каждая минута промедления может обернуться непредсказуемыми последствиями.

В ближайшие дни во всех газетах выйдет статья о наделении меня полномочиями диктатора на время войны. И надо ковать железо пока горячо.

- У нас что еще и внутри страны война?

- Пули над головой летают редко, но ситуация не менее сложная, чем на фронте. А победа здесь складывается из многих факторов. И один из них власть должна знать, когда идти на уступки, а когда беспощадно карать заговорщиков.

- До разговоров с вами я думал, что жизнь проста. Есть император, который правит, и есть дворяне с крестьянами, что служат ему на благо всей империи. Оказывается, все совершено не так, - посмотрел в окно на проплывающие мимо нас пейзажи Алексей.

Хотелось сказать, что твой отец думал, как ты, поэтому и приходится спасать корабль по имени Российская империя, полным ходом, несущийся на рифы. Но я пожалел цесаревича. Не стоит его расстраивать.

- Все сложнее и одновременно проще. Дай людям возможность жить, зарабатывать себе на хлеб и покажи перспективы роста. Добавь к этому здоровый патриотизм с помощью пропаганды и немного оппозиции, чтобы спустить пар. Результат не заставит себя ждать. А теперь тебе пора к врачам, Алексей. Обещаю, вечером мы продолжим наш разговор.

Несколько медиков, предоставленных Боткиным, постоянно следили за здоровьем цесаревича. Каждый день докладывая мне о его состоянии. Разговор с лейб-медиком перед отъездом о проблемах крови вызвал у него невероятный энтузиазм, и, возможно, лично Боткин займется исследованиями, которые облегчат жизнь Алексея.

Последние новости дарили осторожное чувство оптимизма. В мире по-разному отреагировали на нашу победу над войсками Германии. Радость союзников по Антанте постепенно сходила на нет из-за нашей оборонительной тактики, и все идет к тому, что они, наконец, попробуют прорвать оборону германцев на одном из участков фронта. И тогда можно будет немного выдохнуть.

В Германской империи ожидается скорая смена командования. Потеря такого количества войск не проходит бесследно, и немцы начали усерднее окучивать Болгарию на предмет присоединения к союзу Центральных держав. Желание болгар закрепить свое влияние велико, но и потеря Гебена серьезно сказалась на раскладах в Черном море. И все же я склонен считать, что они согласятся.

В Австро-Венгрии стали заметно лучше относиться к военнопленным и подданным других национальностей. Еще одной такой компании по дискредитации власти и армии они не выдержат, да и славяне заволновались, так что эту странную империю точно ничто уже не спасет. В Турецкой империи все печально. Наши давят на Кавказе, и, если ничего не изменится, именно на этот театр боевых действий я переключу свое внимание.

Добровольческий корпус, как одно из моих детищ вылилось в нечто совершенно невероятное. Пустые «Кресты» в Петрограде и «Бутырка» в Москве считаю отличным результатом. Вместе с бывшими арестантами место занимали и настоящие добровольцы. Хорошая пиар-компания среди всех слоев общества и множество патриотичных плакатов сделали свое дело. И, казалось, вот он просвет, но…

- На великую княжну Ольгу Николаевну было совершено покушение. Жива, - подошел ко мне нахмуренный капитан Глебов.

В этот момент во мне что-то пресеклось. Разговоры о том, что не надо рубить сплеча и больше договариваться хороши, когда не касаются лично тебя. Я, наверное, стал полностью частью этой эпохи. На минуту жажда крови, ненависть к тем, кто не разделяет твои идеи и пытается разрушить страну, захватила меня, но усилием воли пелена ярости спала.

- Кто?

- Пока никто не взял на себя ответственность. Часть напавших выходцы из Царства Польского и Великого Княжества Финляндского. Из доклада Демьяна можно сделать вывод, что оружие им предоставили социалисты. Москва на данный момент перекрыта. Ждут ваших приказов!

- Действуем по жесткому варианту. Без переговоров. Передай приказ ликвидировать все известные нам ячейки антиправительственных организаций в Москве. Двадцатый корпус согласились на мое предложение?

Позже через послов надо будет довести до руководства революционных организаций за рубежом, что если последует еще одно покушение, мы уничтожим их в любой точке мира. И за ценой не постоим! Конечно, они пешки, а может их и вовсе подставили, но сейчас требуется жесткий ответ. Здесь точно торчат уши шведов, немцев или англичан, раскачивающих национальный вопрос, и нам остается только гасить пламя. Бунтующая Финляндия и Польша во время войны нам ни к чему, но вопрос с каждым днем становится все острее.

- Согласились со всеми пунктами вашего предложения. По докладу Демьяна отказавшихся не было. Со стороны Военного министерства также нет никаких вопросов, - позволил себе легкую улыбку капитан.

- Отправь сообщение фон Коттону, чтобы начали активно привлекать корпус к выполнению задач в Москве.

- Слушаюсь!

Поезд вместе с цесаревичем не останавливался надолго на станциях. Иначе, если везде будут организовывать торжественную встречу, мы только через месяц приедем. Но теперь вместо Петрограда нас ждет Москва, поэтому мы пролетали станции одну за другой. Я не мог не проверить Ольгу.

В патриархальном, купеческом городе мне было спокойней всего. Может быть, сказывается детство Дмитрия и более благоприятное отношение местного общества. Факт в том, что в этот раз все изменится. Именно в день нашего приезда жандармы начали операцию по зачистке города от деструктивных элементов.

Переброска двадцатого корпуса осталась незамеченной, и ранним утром будущие внутренние войска вошли в город. Такого Москва давно не видела. Штурмовики с металлическими щитами в руках врывались в квартиры, громили незаконные печатные издания и задерживали всех, кто ранее был замечен в антиправительственных действиях. Любые попытки сопротивления карались самым строгим образом.

Еврейская молодежь пыталась поиграть в погромы и революцию, но утерев кровь из носа, передумала и дала заднюю, что не сильно им помогло. Жители Хитровки, наученные прошлыми рейдами, оказывали полное содействие и доставили меньше всех проблем. Бывает и такое.

Бутырка вновь заполнилась арестантами, а оппозиционные газеты в этот же день выдали срочный номер, где пытались перещеголять друг друга в потоках желчи. Лондон с Берном, где находилось большинство политических врагов, выли на все голоса. Тем не менее, Москва для революционеров надолго потеряна. Если не навсегда.

В водовороте дел Ольгу я смог навестить только поздним вечером. Вид жены с книгой в руках настроил на мирный лад, и неожиданно даже для самого себя я бросился к ней и поднял на руки. И правда, соскучился. Хорошо, когда есть место, куда можно вернуться и где тебя всегда ждут.

- Как ты?

- Сейчас уже лучше. Первые дни я боялась выйти из комнаты, - честно призналась Ольга. – Эти ужасные взрывы, стрельба и, если бы не Демьян… что с ним?

- Легко отделался. Полежит пару дней в госпитале и будет, как новенький. Главное, что с тобой все в порядке.

- Как папа? Прошу только об одном, скажи правду! - подняла на меня глаза Ольга.

- Плохо.

Все, что я мог ей ответить.

- Пожалуйста, отпусти меня к папе. Я хочу увидеть его до того, как…

Ольга не смогла сдержать слез, и в отличие от своей матери они не были притворными. Конечно, ошибка отпускать ее в такое время, но я не мог отказать.

- Хорошо. Но ты пообещаешь мне выполнять все условия охраны и незамедлительно вернутся не позже, чем через месяц.

- Обещаю, обещаю и еще раз обещаю слушаться… тебя во всем.

Игривое поведение супруги, следствие перенесенного стресса. Долгая разлука с Ольгой тяжело дается нам обоим. И скоро мы снова отправимся в разные стороны. Она направится на юг к умирающему отцу, а я в Петроград, где меня ждет встреча с «родней». И ничего хорошего от Романовых я не ждал.

Глава 4

Анализируя текущую внутриполитическую ситуацию, я понимал, что смерть императора спутает мне все карты. Живой он куда полезнее. И словно кто-то наверху решил мне помочь следующее сообщение от Боткина пришло с радостной новостью. Состояние Николая удалось стабилизировать, и он впервые встал с постели. Правда, лейб-медик предупреждал, что климат Петрограда убьет императора быстрее любых «чудотворных» капель.

Ирония судьбы никак иначе. Интересно, как Николай будет смотреть в глаза Аликс. В любом случае, заядлый курильщик не сможет слезть с никотиновой зависимости и рано или поздно болезнь его добьет. Дожил бы до конца войны…, но в такие подарки судьбы я не верю.

Оторванность от столицы и общее состояние не позволит ему выполнять свои обязанности. Значит скоро часть дворцовых лизоблюдов заинтересуется покупкой недвижимости в Крыму, что благотворно скажется на развитии полуострова. Везде надо искать плюсы.

Сегодня на первых полосах газет вышла обширная статья о наделении меня полномочиями диктатора. Давно ожидаемое событие. Торжественное мероприятие состоится через неделю, где я должен буду выступить с речью перед Государственной Думой. Так как конституции нет, придется давать клятву на библии. Окончательный вариант клятвы на данный момент еще прорабатывается.

Шаткое равновесие нарушено, и все политические силы готовятся к решительному броску. Приглашения встретиться и обсудить важные назначения поступило практически от всех министров и глав фракций. Суетятся. Хорошо, что я успел вернуться в Петроград до того, как у некоторых лиц могло появиться желание половить рыбку в мутной воде. И первый человек, с которым у меня состоялась встреча, стал глава ОКЖ.

- Ваше императорское высочество, с прибытием вас в столицу. Ждали с нетерпением! - встретил меня непривычно бодрый фон Коттен.

- И не вы одни… Михаил Фридрихович, в последних событиях ваши люди показали себя очень достойно. Предоставьте список отличившихся. Никто не останется без награды или повышения по службе.

- Непременно предоставлю список в ближайшее время. Пользуясь случаем хотелось бы уточнить один важный момент. Как нам реагировать на события в Крыму? Погиб известный генерал и офицеры необходима какая-то реакция. Мы не сможем долго замалчивать попытку заговора.

Слухи скоро начнут просачиваться в прессу. Но сейчас именно тот случай, когда надо подержать новость, чтобы позже она выстрелила и похоронила всех врагов государства.

- Продолжайте следствие, как только мы найдем всех виновников заговора, обязательно предадим огласке. Как поживает наш невольный агент в Швейцарии, есть успехи?

- Продолжаем работу по его выдвижению на первые роли. В среде социалистов назрел новый раскол, и «пораженцы» стремительно теряют авторитет. Даже если покушение на великую княжну Ольгу Николаевну не их рук дело Ленину и его клике уже не отвертеться. В связи с этим прорабатываем разного рода провокации внедренными агентами.

- Похвально. Начинайте активнее работать со ссыльными. Они пользуются большим авторитетом в среде радикальных социалистов. Пора принимать решение по самым известным персонам. Привлекать к работе в новой партии или кардинально решать вопрос.

- Выделенный министерством финансов официальный бюджет ОКЖ подходит к концу, - намекнул фон Коттен. – Мы стараемся снизить расходы, но количество решаемых задач растет с каждым днем.

- Скоро все изменится и с финансированием проблем не будет. Готовьтесь к глобальному переустройству государства согласно предоставленным ранее документам. Также у меня к вам есть несколько важных задач. Передайте приказ бывшему двадцатому корпусу вернуться в Петроград, но так, чтобы не мозолили глаза на фоне остальных войск столичного гарнизона. Можно создать легенду о формировании новых запасных полков. Секретность потребуется держать максимум в течение месяца. И значительно увеличьте количество агентов среди запасных полков. Мы должны знать, какие настроения в среде недавно мобилизованных солдат.

- Сделаем в лучшем виде. После мероприятий в Москве значительная часть агентов освободилась и готова к новым задачам, - заверил меня фон Коттен и открыв мощный сейф и достал оттуда пухлую папку. – Здесь вся запрошенная вами информация. Копий нет. Исполнители не из болтливых.

Командующий ОКЖ передал мне папку словно гремучую змею. Представляю, как его бросало в дрожь при прочтении компромата на «небожителей».

- Благодарю вас, Михаил Фридрихович. Ваша служба, как всегда, без нареканий. После вступления в должность жду вас в обновленном составе Совета Министров.

Жандармский корпус надо активнее насыщать ветеранами, а значит, и средствами. С моими планами нас будут раскачивать все кому не лень. Благо экономика Российской империи на начало войны была в хорошем состоянии и сохранение Польши не так сильно ударит по бюджету, как в нашей истории.

По пути к Зимнему дворцу ознакомился с документами, переданными командующим ОКЖ. Пролистав ворох грязного белья на великих князей, отложил его в сторону. А вот следующая папочка была более интересной. Последние отчеты от министерства императорского двора и уделов, учреждения под руководством графа Фредерикса, которое занималось управлением имуществом императора.

Земли, плантации, шахты, торговые заведения, фабрики и заводы… список довольно обширный. Богат император, но смысла продавать активы нет, пусть и дальше приносят прибыль. Ежегодного дохода от них хватит максимум на неделю войны. Зарубежные счета и неучтенные финансы - вот моя основная цель.

В статье расходы значительная часть денег уходила на обеспечение великих князей и царской семьи. Стоит поговорить с Николаем, чтобы значительно урезал осетра в том числе и нам с Ольгой.

В Зимнем дворце меня ждали с нетерпением. О состоянии Николая докладывали не только мне одному и ждали ясности о дальнейшей судьбе Дома Романовых. Шагая по дворцу в сопровождении одетых в одинаковую форму штурмовиков, я видел страх в глазах придворных. Вообще, ожидалась другая реакция, но и такая сойдет.

В малом тронном зале собрались почти все, кто имел на то право. Все еще бодренькая вдовствующая императрица Мария Федоровна возглавляла собрание в окружении четырнадцати великих князей. Из собравшихся представителей Дома Романовых ко мне более и менее хорошо относился «отец», Николай Николаевич, прибывший ради такого дела из Ставки, и Сандро с Михаилом.

Последние двое для меня загадка. Александр Михайлович - человек авторитарный, но бесспорно любит Россию. И пару раз у нас были с ним разговоры о развитии военно-воздушного флота. А у брата императора от одной мысли, что ему придется надеть корону несварение и любой, кто готов сберечь его от такой ноши достойный уважения человек.

По взглядам, направленным на меня большинство великих князей резко против моего возвышения и все дело в конфликте с Бориской. Фракция Владимировичей довольно авторитетна и по старшинству следующие после брата императора. Но даже на фоне обиженного Бориса выделялся его брат Андрей.

Какая-то Санта Барбара. Сергей Михайлович - хороший специалист и шэф ГАУ проживает с Матильдой Кшесинской, в которую также влюблен Андрей Владимирович. Как они там все вместе уживаются, не понимаю. А я в свое время не слабо оттоптал этому любовному треугольнику ноги посадками чиновников Военного министерства.

- Дмитрий, расскажите нам, что произошло в Ливадии, - не выдержала затянувшейся паузы вдовствующая императрица.

Короткий рассказ о событиях в Крыму вызвал бурную реакцию у представителей Дома Романовых от едва сдерживаемой ярости до с трудом скрываемого сожаления.

- Я так и знала, что она сведет его в могилу… Почему мой милый Николай вечно такой упертый?! Никогда не слушал не меня, не отца.

- В связи с состоянием здоровья императора и назначением вас на пост диктатора нам интересно знать, что вы планируете делать? – не выдержал Кирилл Владимирович.

Какой ты нетерпеливый. Вечно торопишься.

- Программа на следующие пять лет подготовлена и будет зачитана в Государственной Думе при непосредственном участии журналистов ведущих изданий Российской империи. Так что вскоре вы все узнаете.

Неприятно, когда макают лицом в грязь? Ничего, привыкай. Дальнейшее молчание становилось зловещим, и в любой момент зависшее в воздухе напряжение могло вылиться в какую-нибудь глупость.

- Где Алексей? – встрепенулась Мария Федоровна.

- В Москве. Лучшие профессора по экономике, праву и естественным наукам читают ему лекции. Каждый день он посещает пропитанные многовековой историей памятные места. Кремль полностью отвечает всем условиям безопасности и ему ничего не угрожает. Цесаревич полностью доволен проживанием в древней столице нашего государства.

- Я хочу увидеться с внуком!

- Не вижу никаких препятствий для этого. Всего лишь сесть на поезд, и уже завтра вы его увидите.

- Неслыханно! Вы забываетесь! – выскочил вперед Андрей Владимирович. – России не нужны диктаторы. Пусть Михаил станет регентом при Алексее. Верно я говорю?

На крики великого князя распахнулась дверь и к нам на огонек заглянули двое моих бойцов из охраны.

- Командир, все в порядке?

- В полном. Иногда бывает так, что люди не умеют сдерживать свои эмоции. Спасибо за бдительность, продолжайте следить за порядком и не пропускайте к нам посторонних.

Появление Гриши с Павлом стало шоком для великих князей. Даже отец посмотрел осуждающе.

- И что вы сделаете против меня? Выскажите мне свое недовольство и закончим на этом?

На простой вопрос не было ответа. Значит, продолжим.

- Император до сих пор жив, как и наследник. Вся власть на время войны переходит к диктатору. Совет министров, как и Государственный Совет распускается и назначается новый. Права Государственной Думы будут расширены. Великие князья должны подчиняться власти, а не считать себя ее рукой. Вам это понятно, Андрей Владимирович?

- Вы заранее покупаете рассадник смутьянов и революционеров, которые вас первыми и предадут. Гвардия поддержит Михаила, если вы будете идти наперекор семье и, поверьте, все резко изменится, – снова первым пошел на амбразуру Андрей.

Ну-ну. Гвардию за добрую сотню лет отучили играть в дворцовые перевороты. Кстати, моя уверенная позиция вызвала интерес у Михайловичей, а значит, не все так гладко в семье, чем я обязательно воспользуюсь.

- А меня вы не хотите спросить, Андрей Владимирович? – удивился брат императора. – Прошу вас, продолжайте, Дмитрий Павлович.

- Я и не скрываю свои планы в отношении правительства. Не прочь поделиться властью, а позже взять на горячем так называемых вами «смутьянов и революционеров». Кстати, о последнем, - великие князья обратили внимание на папку в моих руках. - У большинства из вас рыльце в пушку. Были даже разговоры о занятии престола, записанные со слов…

- Думаю, на этом мы закончим! Дмитрий, спасибо за вашу помощь Николаю и девочкам. Я сейчас же выезжаю к нему, - перебила меня вдовствующая императрица и обратилась к великим князьям. – А вы помогайте, Дмитрию, навести порядок. Хоть у кого-то из вас хватило ума начать справлять катастрофическое положение нашего Дома.

Не завидую я Александре Федоровне. Свекровь ей покажет, где раки зимуют. Но по поводу помощи есть большие. Откровенно враждебные взгляды от некоторых представителей Дома Романовых заранее обещали немало проблем. Зато карты раскрыты, и теперь держись, начнется самое интересное. Забеги в посольство союзников, разговоры среди гвардии и появление новых закрытых «обществ». Успевай только записывать.

Не дождавшись новых вопросов, решил, что на этом я свою миссию выполнил и можно заняться более важными делами, но великий князь Николай Николаевич остановил меня у самого выхода и предложил поговорить наедине.

- Стоит признать, я вас сильно недооценил, Дмитрий. Из корнета гвардии до главы государства за один год. Такой карьеры в нашей истории я не припоминаю. Надеюсь, наши договоренности в силе?

Изменения и правда заметны. Николай Николаевич больше не пытается давить меня взглядом и немного смирился со своим подчиненным положением. Из всесильного гиганта, что шепчет в ухо племяннику, до почти сгорбленного старца.

- Двойное управление в войсках неприемлемо. Вы должны и сами это понимать по печальному опыту, когда ваше слово зачастую не имело силы.

- Хочешь убрать меня с поста Верховного Главнокомандующего, - подался вперед Верховный Главнокомандующий. - А как же наши договоренности?

- Свои обещания я стараюсь выполнять. Главное управление коннозаводства вас устроит?

Непонятное дублирование в армии, если честно, за год надоело. Куча начальников и никто ни за что не отвечает. У меня как раз есть несколько кандидатур на должность начальника Генштаба. Один из них генерал Алексеев, чтобы про него не говорили башковитый офицер. Но под вопросом.

- Что ж я понял. Всегда любил коней, и место в Совете министров меня полностью устроит, - неожиданно улыбнулся великий князь. – Был не прав. Ты держишь свои обещания.

- Стараюсь, чтобы мое слово имело вес, и жду этого от других. Подготовьтесь к передаче дел. Сделаем все красиво, и вы уйдете на фоне успеха, а не провала.

Окрыленный перспективами действующий Верховный Главнокомандующий покинул меня. Непыльная работа без захвата заговорщиками и постоянного игнорирования его интересов, что еще надо для достойной старости.

Наконец, покинув Зимний дворец, я сел в машину, и в составе внушительного кортежа мы направились на следующий адрес. Меня ожидали представители недавно сформированного блока прогрессистов и другие известные в будущем фигуры. Снова переговоры. Ничего не поделаешь.

В доме князя Львова кроме самого хозяина за столом сидели Гучков, Милюков, Родзянко и каким-то боком оказавшийся здесь Керенский. Рано тебя вытащили на свет масоны.

Если поподробнее по персоналиям, то князь Львов возглавлял Земгор. Всероссийский земский союз помощи больным и раненым военным. Довольно внушительный капитал для недавно созданной организации и просто мечта коррупционеров.

Гучков - председатель Центрального военно-промышленного комитета и деньги там крутятся тоже немаленькие. Имеет обширные связи среди промышленников. С этим персонажем мы не раз сталкивались, и вроде бы он готов занять мою сторону.

Родзянко - председатель Государственной Думы и явный англофил, если не сказать больше. С ним разговор будет коротким. И последний Керенский. Темная лошадка. Странным образом ему все сходит с рук, и без вмешательства масонов здесь не обошлось.

Вот к таким людям я приехал на встречу перед торжественной церемонией вступления в должность диктатора. И без их одобрения она может не состояться, так как они имеют довольно внушительные связи и возможности. Пока еще имеют.

- Ваше императорское высочество, благодарю вас за то, что согласились на встречу. Это большая честь принимать у себя героя войны! – поприветствовал меня хозяин дома.

- Особенно в связи с грядущими изменениями, - скривился Керенский.

Но быстро присмирел под взглядом князя Львова.

- Господа, я согласился на встречу, потому что к вам прислушиваются люди. Вы лидеры общественного мнения и голос финансово-промышленных кругов империи. Готовы говорить откровенно?

Переглянувшись, они молча кивнули.

- Я искренне надеюсь, что все здесь находящиеся люди патриоты России и желают ей только процветания. Если вы думаете, что я рвался во власть, то вы глубоко ошибаетесь. И вместе с тем все политические силы должны объединиться на время войны, чтобы после победы страна получила Конституцию и продолжила свое развитие. Без вашей всесторонней помощи сделать это будет довольно трудно.

- Правительство во главе с Горемыкиным так и останется у власти? – подал голос Милюков.

- Нет. Почти все члены Совета министров будут заменены, как и сам председатель.

- Если можно поподробнее про изменения в составе правительства. Это очень важный вопрос и давно ожидаем всем прогрессивным обществом, - воодушевился Гучков.

Но ответить я не успел. За окном послышались выкрики, и мы своими глазами наблюдали, как по улице прошла огромная толпа народа в сторону дворца. После чего прибыл обеспокоенный Демьян.

- Кто буянит?

- Жителей столицы кто-то подбил на беспорядки. Говорят, царя скрывают от народа и хотят заменить поддельным. Что планируют увеличить налоги и усилить мобилизация. Так много всего говорят, и количество слухов только увеличивается.

Вот и первая ласточка после нашего разговора с Романовыми, правда состряпана на скорую руку. Что ж, ожидаемо.

- Передай Михаилу Фридриховичу, пусть отправляют смутьянов в Крым и сколько хотят на императора любуются, а если не успокоятся, пакуйте всех и в Кресты. Добровольческий корпус с удовольствием примет в свои ряды новых рекрутов.

Побледневшие господа депутаты и общественные деятели посмотрели на меня новым взглядом. Поздно пить Боржоми, когда почки отказали. Все вы сыграете свою роль в спектакле под названием Революция до конца. В нужное мне время.

- Господа, как вы смотрите на то, чтобы количество великих князей в Российской империи значительно сократилось, а вы получили свои кабинеты в будущем правительстве?

По глазам вижу, что не против. Да кто только вам даст. Вы пляшете под чужую дудку, а значит, если не вернетесь на правильный путь вашей песенке конец. Скоро, совсем скоро придет время собирать камни.

Глава 5

Торжественный зал в Мариинском дворце не смог вместить всех желающих побывать на историческом событии. Больше сотни приглашенных людей под блеск драгоценностей и орденов не знали, чего ожидать от столь резких изменений в привычной жизни.

Молчание императора, засилье жандармов и в целом доброжелательное отношение представителей Государственной Думы к грядущим изменениям вызывали в представителях элиты страх. С трудом приходило понимание, так как раньше уже не будет никогда.

Парадная форма с генеральскими погонами и звезда Святого Георгия блестела на груди вместе с крестом на шейной ленте. Стук каблуков блестящих сапог по паркету и вот я поднимаюсь на трибуну к древней библии в золотом окладе. Положив правую руку на священную книгу, смотрю в глаза собравшихся людей и заряжаюсь чужой энергией.

- Клянусь при осуществлении полномочий диктатора Российской империи уважать и охранять права и свободы граждан. Защищать границы и суверенитет государства, верно служить всем народам империи. И да поможет мне в этом Бог.

Ни слова о сроках, ни об императоре. Для окружающих довольно непривычные слова, для человека двадцать первого века вполне обычная клятва, которую произносят примерно все лидеры стран. Вот только мне уже не по себе от масштаба предстоящей работы. И правда, все, кто рвется к власти, не понимают сколько проблем их ожидает.

Вступление в должность диктатора прошло скромно и без привычной для Российской империи роскоши. Война требовала экономить на всем, к чему я постоянно приучал жителей столицы. Свадьба в кругу семьи, вступление в должность без пышного торжества и частые проверки затрат чиновников постепенно меняют приоритеты общества.

Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Владимир благословил меня и осенил крестным знаменем, после чего зазвучала унылая: «Боже, Царя Храни». С трудом, дождавшись окончания гимна, встрепенулся и выслушал слова благодарности от подходивших ко мне людей. Затем мы двинулись в сторону Государственной Думы, где ожидалась моя речь перед депутатами, министрами, духовенством и журналистами.

- Великий князь Дмитрий Павлович Романов, диктатор Российской империи, выступит к депутатам с речью по случаю вступления в должность, - поднялся с кресла председателя Госдумы Родзянко.

Вставший зал громко поприветствовал мое появление.

- Господа, с этого дня начинается новая эра в истории Российской империи! В течение месяца будет действовать переходный период, после чего состав Совета Министров как и, Госсовет ждут кадровые изменения. Председателю Государственной Думы направлены предложения по формированию правительства из достойных депутатов. Призываю действовать совместно к общему благу всего народа.

Мои слова были встречены бурными аплодисментами. Давно ожидаемое обществом падение правительства Горемыкина, наконец, свершилось. Кстати, его самого среди министров не было.

- Будут отменены любые сословные ограничения, если они где-то еще остались. Как и сами сословия. Нет. Вы можете быть бароном или князем, но кроме фамилии и состояние предков других преимуществ у вас не будет. Кроме одного. Поступление в военные учебные заведения. Служить Отечеству - единственный достойный путь для потомка древних фамилий.

Что тут началось. Крики возмущения от центристов, радость правых и левых. Социалисты, демократы, монархисты, анархисты, пацифисты, зеленые и другие движения. Мне плевать, как они себя называют. Главное, чтобы не мешали жить гражданам империи. Нельзя запретить идею, если она нашла свой отклик в сердцах людей. Государство должно давать право на саморазвитие и самовыражение, но в четких границах дозволенного и, несмотря на, все проблемы продолжать идти вперед, продавливая свою линию.

- Господа, попрошу всех успокоиться! – поднялся встревоженный Родзянко.

- Благодарю вас, Михаил Владимирович. Также в ближайшее время будет подготовлен законопроект об упразднение всех военно-придворных званий. Всем, кто захочет остаться на действующей службе, потребуется перейти в прямое подчинение Верховного Главнокомандующего, чьи обязанности в скором времени будут переданы мне. За этим последует отмена обязательного титулования и положения табели о рангах для всех, кроме представителей царской семьи и их супругов. Отмена понятия - нижние чины. Исключительно солдаты и матросы или военнослужащие Российской империи. Любые попытки унижения наших боевых братьев с запрещением посещения общественных мест будут преследоваться строжайшим образом.

Молчание и взрыв овации. Я тоже умею больно бить. Теперь всем, кто грелся при штабе, придется найти себе другое место. Великие князья, да и сам император вряд ли обрадуются этому. Вот только Николай в Ливадии ничего уже не сможет сделать. Только слать грозные послания.

- Правительство в ближайшее время начнет прорабатывать вопрос о высшем церковном управлении и назначит дату избрания Патриарха. В то же время надо не забывать в Российской империи проживает множество представителей иных религиозных конфессий, кроме православных и мы не можем дальше продолжать практику, чтобы они получали образование и указания из других стран. Религиозные дела будут отданы на откуп Синоду, состоящему из представителей всех конфессий, без вмешательства государства. Обязательство посещать Церковь также будет отменено.

Поднялся митрополит Владимир с другими священниками и низко поклонились. Два века ожидания собственного Патриарха долгий срок. Вот только я нисколько не переживаю за контроль над Церковью. Сами придут за деньгами и сделают все, чтобы финансирование не уменьшалось. Обеспечивать они себя самостоятельно не смогут.

Снова стуки молотком по столу, чтобы успокоить разбушевавшийся зал. И последняя бомба.

- Начинается проработка изменений в трудовом законодательстве и отмене Сухого закона. Предлагаю вернуть продажу алкоголя, взамен снизив акцизы на другие группы товаров. Вместо этого проработать запрет продажи алкогольной продукции в ночное время и уменьшения потребления среди населения менее радикальным способом. Также пришло время принять закон о национализации всех предприятий тяжелой промышленности и оборонного сектора, которые систематически не выполняют заказы или есть нарушения по оплате и организации труда. С правом выплаты после окончания войны или возвращения владельцам, если прегрешения не столь велики.

Если слова про возобновление продажи алкоголя с уменьшением акцизов депутаты встретили благосклонно, то национализация вызвала вал возмущения среди блока прогрессистов. Правильно, вас промышленники на ближайшем суку вздернут, если вы на такое согласитесь. Впрочем, деваться вам все равно некуда.

- И последнее. Как говорил вам на прошлой нашей встрече в первую очередь мы должны заботиться о правах военнослужащих, что сейчас не щадят живота за всех нас. Я верю в то, что вместе мы сможем побороть главные пороки государства и уверенно встать на путь развития! На этом все, господа, прошу журналистов и депутатов довести до населения ожидающие нас изменения.

- Поблагодарим, великого князя Дмитрия Павловича за оказанную честь! – первым встал Родзянко, а за ним и все остальные присутствующие в зале.

У вставших депутатов на лицах недоверие, совмещенное со страхом. Хорошо кричать о переменах до того момента, как они настали… правда, позже начинается осознание того, что случилось. Присутствующие на выступлении министры и представители ведомств и вовсе сохраняли мрачное выражение лица. Большинство скоро покинет свои теплые места и им сильно повезет, если без громкого дела в суде.

Я влез на самую вершину, как слон, раскидывая все, что помешает в разные стороны, и это только начало пути. Если бы я рассказал про все свои планы, меня бы тут же растерзали. И так ожидается серьезное противодействие реформам. Но мы готовы ко всем вариантам развития событий.

А сейчас пора на Путиловский завод! Рабочие будут первыми после депутатов, с кем у меня пройдет встреча, тем самым показывая устремление новой власти, что не забудут указать в газетах. Никаких балов и торжественных обедов только деловые встречи, пресс-конференции и выезд к работникам промышленности.

Выбор цели неслучаен. Первый национализированный завод вместе с владельцем Русско-Азиатским банком. Операция прошла успешно, мы смогли сохранить деньги на счетах и пустили их на развитие завода, выплату заработной платы и привлечению новых инженеров. Что не могло не сказаться на его привлекательности среди рабочих Петрограда. Правда, национализация вызвала очередной вопль недовольства из Франции.

На входе меня встретили развевающиеся государственные флаги и более или менее ровный строй работников. В этот раз хотя бы обошлись без гимна, который давно пора поменять на что-то более бодрое.

Улыбающийся Зубатов с недавно сформированным профсоюзом стоял в первых рядах рабочих. По случаю вступления в должность всем работникам завода предоставили оплачиваемый выходной. Поэтому народ доволен. Работать не надо, а деньги платят, так почему бы не постоять послушать, что скажут. А мне как раз есть, что сказать.

- На Путиловском заводе заканчивается процесс переоборудования станочного парка и можно с уверенностью заявить, что ваш завод самый современный в империи по всем показателям. Профсоюзы, новые условия труда и достойная заработная плата. В ответ от вас требуется приложить максимум усилий для выполнения и перевыполнения плана выпуска военной продукции. Идет война, и в том числе от вас зависит, сколько жизней наших солдат мы сможем сохранить. Борис Григорьевич, предоставляю вам слово, чтобы показать долгожданную новинку.

До войны на Путиловском заводе производили широкий спектр товаров от насосов до станков. Впрочем, так было по всей империи. После модернизации завод сосредоточился только на выполнении военных заказов и начал массовое производство минометов и как я, надеюсь, в скором времени освоит производство броневиков.

Барон Луцкий, закончив дела с Второвым по запуску завода по производству двигателей внутреннего сгорания, приступил к следующему заданию выпуску двухосного, а затем трехосного шасси. Я рисовал различных монстров, он вдохновлялся и скупо вздыхал. Мне повезло с энтузиастом-изобретателем, но с патентным правом у нас, скорее всего, будут проблемы. Что поделаешь, война.

С машинами в империи сложилась довольно странная ситуация. Отсутствие нормальных дорог, мелкий рынок и развитие коннозаводства так и не смогли сподвигнуть наших промышленников на крупные вложения. «Отверточная» сборка из иностранных компонентов не позволяла серьезно нарастить производство, и только война принесла серьезные изменения. Сегодня, надеюсь, все изменится.

- Перед вами будущее завода БА-1 «Путиловец», - под дружные аплодисменты во двор завода въехал монстр.

По-другому это чудо инженерной мысли не назвать. Двигатель сорок лошадиных сил, 8-миллиметровая броня и две башни под пулеметы выглядели дико, но сейчас такая мода, да и даже такое чудо инженерной мысли неплохо поможет в наступлении. Надо с чего-то начинать. Второй вариант с пушкой Гочкиса еще только дорабатывается. И именно на него у меня большие надежды.

Создать танк, конечно, нам пока не суждено, но освоить выпуск броневиков и грузовых автомобилей вполне по силам. Строящееся АМО получило грант от государства и мое заверение Второву, что мы не будем его национализировать. Если не будет проблем. Моему слову он верит, все-таки компаньоны. Так что собственные грузовые автомобили мы увидим еще до конца войны.

- Позвольте вас поздравить, Борис Григорьевич, с первым образцом отечественной бронетехники, что пойдет в серию. Не побоюсь этого слова, мы присутствуем при историческом событии.

- Разрешите вопрос, - поднял руку молодой инженер. - Разве не лучше будет купить иностранные машины, которые прошли проверку в боевых условиях? И на основе готовых образцов попытаться сделать что-то свое. Мы можем модернизировать иностранную технику под запрос нашей армии и набраться необходимого опыта.

- Хороший вопрос, если не знать некоторые нюансы. Английский Остин, поставляемый для нашей армии, стоит почти одиннадцать тысяч рублей. Как вы считаете, нам выгоднее поддерживать своего или чужого производителя? Я думаю, ответ очевиден. Кстати, во сколько оценивается стоимость БА-1?

- В серии, думаю, сможем опустить стоимость до шести тысяч рублей, - после небольшого раздумья ответил барон Луцкий.

- Вот вам еще один ответ. Каждый сэкономленный рубль мы сможем пустить на развитие нашей промышленности, а не отдать в чужие руки. Причем есть масса косвенных показателей. Развитие собственной школы бронетехники, налоги в казну и общее экономическое состояние с новыми рабочими местами.

Ответив еще на несколько вопросов, касающихся условий труда и социальных гарантий, мы с бароном направились в администрацию завода, где я смог задать ему самый важный вопрос.

- Когда мы сможем пустить в серию БА-1?

- В ближайшие месяцы только штучное производство, которое зависит от поставок иностранных комплектующих. Не все можно купить или произвести на территории империи. На данный момент, - прямо ответил Борис Григорьевич.

Понятно, снова отверточная сборка. В империи выпускают машины, но из чужих комплектующих. Присобачил свой кузов и готово. Радует, что пока для завода будет хотя бы такая работа. Закупленное в США оборудование и комплектующие в достаточном количестве на складах и пока поставки имеют тенденцию к увеличению. Но все в один момент может резко измениться.

- Надо уменьшить зависимость от иностранных поставок и перейти полностью на свои комплектующие.

- Обещаю, в следующем году мы перейдем на полное самообеспечение. На выделенные средства от министерства финансов и вашего компаньона произведена закупка всех необходимых станков, - уверенно заявил Луцкий. – Я лично контролирую все процессы.

- Верю в вас, Борис Григорьевич!

- Я не могу подвести вас после всего, что вы для меня сделали, ваше императорское высочество.

Пожав напоследок руку инженеру, я направился к машине, погрузившись в собственные мысли. Только сейчас по-настоящему осознав, что от меня зависит будущее страны и то по какому пути она пойдет. Наобещал я, конечно, много всего. Резонный вопрос, где на это взять денег? Найдем. Главное успевай записывать мысли.

В следующем году отправить партию геологов в Якутию на поиск золота и алмазов. Узнать у американцев, сколько будет стоить усовершенствование добычи и можно ли будет потратить на это деньги царской семьи на зарубежных счетах. Осуществить полный контроль за движением и ценообразованием хлеба и сахара. Отмена Сухого закона поможет снизить акцизы на другие товары, что немного снизит накал в обществе и дополнительно наполнит казну.

Опираясь на штыки, можно будет не только удержать страну, но и усилить влияние России в бушующих по всему миру конфликтах. В двадцать первом веке да, впрочем, и в другие времена самый дорогой товар - безопасность, и раз наш народ невольно не вылазит из боевых действий, стоит это использовать с умом. Концепция народ войны обезопасит наши границы, а частные военные компании из отставников направятся в Азию, Африку, Ближний Восток и Южную Америку. А разрастание военно-промышленного комплекса потянет за собой и все остальные сферы жизни общества.

Мозг работал как компьютер, анализируя все возможные варианты развития событий. И я сделаю все для того, чтобы Российская империя пережила тяжелое время и навсегда закрепила за собой одни из лидирующих позиций. Все, чего бы это мне не стоило.

Интерлюдия 1

- Это захват власти, революция на самом верху, дворцовый переворот! Называйте, как хотите, но факт остается фактом – мы проиграли! Развесили уши про дележку власти и успокоились. А все силовые министерства будут под ним, как и промышленность с госконтролем, которые получат новые функции, - ходил по комнате взад-вперед возмущенный Милюков, недавно вернувшийся из английского посольства.

В доме князя Львова собралась все та же компания, как и на встрече с великим князем Дмитрием Павловичем. И хотя они были союзниками, это не значит, что были близкими друзьями. Родзянко ревниво относился к походам Милюкова к послам иностранных держав и смотрел на него змеиным взглядом. Борьба за благосклонность англичан не прекращалась ни на минуту.

- Финансы, здравоохранение, образование и землеустройство, как по мне, так вполне неслабый кусок. Вам так не кажется, господа? – возразил Гучков.

- В условиях войны они будут самыми ненавидимыми народом министерствами. Диктатор, в свою очередь, будет кивать на Думу и говорить, что это не его вина и, поверьте, результат не заставит себя ждать. Мы сами загнали себя в ловушку!

- Я один не понимаю, что происходит? – спросил Родзянко. - Мы поменяли самодержца на диктатора. В чем смысл? Император - старое и понятное зло, чего ожидать от нового непонятно. После захвата всего силового блока и министерства иностранных дел мы не сможем влиять на политику государства!

- Молодой волк жаждет крови, - впервые высказался хозяин дома. - Его любят в армии, на флоте, а жандармов стало заметно больше. Еще это ИСБ в составе Совета Министров мне не нравится…

- Как так получилось, что мы сами дали ему всю полноту власти в руки? Мы как будто добровольно отдались в рабство. Император и мечтать не мог о подобном. Какое-то всеобщее помутнение разума. Мистика!

Разговор был прерван миловидной служанкой, что неторопливо расставила на столе чайные принадлежности. Занятые разглядыванием прелестей девушки общественные деятели не заметили, как она переглянулась с Гучковым.

- Предлагаю не паниковать, а дождаться начала работы правительства. Мы можем заранее обговорить, кого назначить в Совет Министров и Госсовет. Разделить по партиям или назначить голосование, как вы считаете, господа? – перевел тему Гучков.

- Хорошее предложение разделить министерства по партиям, - согласился князь Львов. – Так, мы сможем выбрать менее проблемные кабинеты.

Вопрос земли слишком болезненный для Российской империи, и никто не хотел стать главным врагом крестьян и рабочих. Одно дело критиковать других, а не быть объектом всеобщего недовольства.

- Господа, а как же наша борьба за свободу? – встал со своего места Керенский. – За вступление в дружную семью цивилизованных держав, в конце концов! Построение нового общества без старых оков! Разве не ради этого был создан прогрессивный блок?

- Диктатор четко дал понять, что придерживается интересов России даже в ущерб Англии и Франции. Мне дали понять, что это не устраивает союзников по Антанте и возможны резкие уменьшения поставок под предлогом германских атак на конвои, - самодовольно произнес Милюков, бросив взгляд победителя на Родзянко.

- Не удивлюсь, если именно такой реакции ожидал наш «правитель», - усмехнулся князь Львов.

- Но разве без Европы мы сможем достичь процветаний? Как же они ведь… именно там рай! Мы должны продолжать наступление по всему фронту, как того требуют союзники. А не сидеть в обороне, словно нам нет никакого дела на проблемы Западного фронта!

Покивав головами, все вспомнили последние новости о том, что последнее наступление французов и англичан захлебнулось в крови. Уязвленные поражением на Восточном фронте германские генералы сражались словно от этого зависит успех всей войны.

Гучков во время выступления Керенского хотел напомнить ему про «европейский рай», на который он насмотрелся благодаря многочисленным путешествиям по всему миру и участию в военных конфликтах. Везде одно и тоже. Кровь и смерть.

- Ко мне недавно обратились весьма уважаемые в нашем обществе люди, - начал издалека Родзянко. - Они готовы помочь в установлении более справедливого Правительства, если мы согласимся поддержать их выступление. Считаю, нам стоит принять предложение пока мы не стали карманными собачками диктатора.

- Хотелось бы узнать поподробнее про предложение…

Во множестве домов этим вечером проходили похожие обсуждения, и они не остались без внимания компетентных органов. Российская империя застыла в шатком равновесии, которое скоро будет нарушено одной из сторон. И тогда на долгое время победитель будет диктовать свои условия побежденным.

Глава 6

Многое поменялось после принятия новой должности. Николай все также находился в Крыму, и я фактически стал главой государства, а не только правительства. Все чаще публиковались осторожные статьи в газетах с вопросом, где император. Пока не вышла официальная статья в «Имперских ведомостях» о том, что Его Императорское Величество Николай II проходит лечение в Крыму и вся полнота власти переходит к диктатору.

Плотину прорвало. Оппозиционные газеты и часть иностранных резко сменила риторику, а Ленин написал большую статью о диктаторском режиме и великорусском шовинизме. «Под стопой великороссов стонут народы, а с диктатором и вовсе пришел конец свободе…»

Как под ним закачалось кресло среди революционеров, статьи становились все более желчными и все чаще звучали призывы к вооруженному восстанию. Впрочем, по докладам наших агентов это не мешало Ленину ездить на отдых к теплым морям и посещать кофейни в Цюрихе.

Мне было не до великого революционера. Разговоры с министрами, формирование нового правительства, сотни докладов и отчетов каждый день. Постоянные звонки в Ставку о необходимости усиливать оборону и смешные отписки английскому и французскому послу о невозможности их принять в ближайшее время из-за плотного графика. Никто не говорил, что будет легко.

Первый и что уж говорить долгожданный приказ о роспуске Совета Министров и Государственного Совета - ожидаемое событие, но не в плане назначения. Большинство людей ранее были малоизвестны в обществе или занимали не самые значимые места в иерархии Российской империи.

- Господа, прошу вас занять свои места.

Первым сел по правую руку военный министр. Николай Николаевич без всяких возражений согласился с назначением Маниковского военным министром, мечтая о том, как будет развивать конное дело. Еще бы он не согласился. Кстати, вот и он занимает свое место.

Морское министерство - адмирал Григорович, единственный из старой команды к кому не было никаких вопросов. И кому будет возращено управление всем флотом. Кошко Аркадий Францевич занял кресло министра Внутренних Дел, фон Коттен стал директором Имперской Службы Безопасности.

Министром путей сообщения назначен Кригер-Войновский. Крепкий профессионал своего дела. Именно на таких обычно и держатся министерства. Госконтроль отдан под руководство графа Игнатьева, вернувшегося из Франции. По его словам, отношение союзников к нам резко изменилось и большинство его запросов игнорировали. В принципе, к этому все и шло.

Министерство иностранных дел возглавил бывший посол в США - Бахметев Георгий Петрович, вернувшийся пару дней назад на родину. Вряд ли его жена была этому рада, но факт в том, что этим мы показывали дальнейший путь развития внешней политики. К тому же, Георгий Петрович немало помогал моим агентам с США, и, можно сказать, это награда за его работу. В отличии от правительства он понимал промышленную мощь страны нахождения.

В министерство юстиции протолкнули Керенского, но чую ему недолго мозолить мне глаза. Возьмут на горячем и прощай политическая карьера. За остальные министерства до сих пор шла борьба, и бывшие министры сохранили свои места. Признаюсь, хотелось спихнуть не самые популярные направления на временщиков, чтобы позже без проблем везде поставить своих людей.

Министром промышленности был назначен Гучков, и это вызвало эффект взорвавшейся бомбы. Начались препирательства и взаимные упреки. Идеальный вариант для раскачки лагеря либералов, где уже вовсю кипят страсти и интриги. Как пауки в банке готовы друг друга сожрать. За своеволие известного критика правительства я не переживал. Без моего разрешения Гучков не будет делать резких движений, о чем у нас с ним была отдельная договоренность.

В другой истории после Февральской революции либералы наруководили государством… дай им власть и все повторится. Нет господа, каждый будет делать то, что ему велят, и на публике выражать свое восхищение новым правительством.

- В ближайшие дни я отдельно приму каждого министра с докладом о состоянии дел. В стране должна быть стабильность, верховенство закона и неуклонный рост важных для нас показателей, а не раскачка общества и пустые обещания, - смотрю в этот момент на Керенского. – Перед крупными промышленниками и предпринимателями стоит задача выполнения плановых показателей, намеченных правительством и требуемых Ставкой Верховного Главнокомандующего. При несоблюдении планов и выявлении серьезных нарушений предприятия будут национализированы.

- Вы сами сказали, что мы должны соблюдать закон! В таком случае, ваши слова расходятся. Национализация предприятий нарушит права наших промышленников и предпринимателей, - высказался Керенский.

- У нас военное положение, если вы забыли, Александр Федорович, и оно диктует свои правила. Насколько я знаю, вы часто упоминаете Францию и свободу ее граждан. Напомню, сейчас там полностью национализировали частную промышленность и фактически мобилизовали рабочих, введя жесткие нормы выработки. Еще какие-то вопросы? – подавив взглядом Керенского, посмотрел на графа Игнатьева. - Госконтроль возьмет на себя проверку выполнения оборонных заказов, движения денежных средств и соблюдение нового трудового законодательства среди рабочих.

- Можете полностью на меня положиться, - встал граф Игнатьев.

Госконтроль получил множество полномочий и увеличенное финансирование в следующем году. МВД, ИСБ и Госконтроль будут держать руку на пульсе всех моих решений. Резко реагируя при любых попытках помешать важным реформам.

- Жду от всех вас в течение недели отчета по каждому министерству. Идет война и надо учиться много работать, быстро и главное своевременно реагировать на угрозы национальной безопасности. На этом можете быть свободны, господа.

- Ваше императорское высочество, разрешите задержать вас на приватный разговор? – остался в кабинете Бахметев.

- Если это не займет много времени. Внизу меня ждут журналисты.

- Постараюсь уложиться в несколько минут. Мое назначение вызывает много вопросов. И как я понимаю, главная причина в том, что я был послом в США?

- Все верно, Георгий Петрович. Складывается ситуация, когда мы сильно зависим от поставок союзников, которые выкручивают нам руки. Менять жизни солдат на оружие не в моих планах, поэтому нам нужен более вменяемый поставщик. На высоком посту вам будет легче работать с американскими политическими и деловыми кругами.

- Мы готовимся к сепаратным переговорам с Германской империей? – неожиданно спросил новый министр.

- Ни в коем случае. Германцы примут это за слабость и выкрутят нам руки, похлеще англичан с французами. В текущем и следующем году мы направим основные усилия на Кавказском фронте, где сложились для этого идеальные условия. А перед этим проведем несколько показательных наступлений на Юго-Западном фронте для отвлечения внимания противника. Надеюсь, вы понимаете, что это конфиденциальная информация?

- Полностью осознаю свою ответственность перед Российской империей и имп… и ее правителем. Сей же час подниму все свои контакты и подготовлю делегацию для отправки вместе с новым послом. Но потребуется значительное увеличение финансирования на представительские расходы. В США вопросы решаются деньгами, иногда очень большими…

Радует, что министр знает, как обстоят дела на другом континенте. На США в ближайшие годы у меня большие планы, пока они не начнут зарываться.

- Ваше императорское высочество, время, - напомнил заглянувший к нам Демьян.

- Не вижу проблем, Георгий Петрович. У нас есть определенная подушка безопасности, так что в этом плане у вас будут большие полномочия, если они принесут результат. Мы еще поговорим с вами более подробно, как вы будете готовы отчитаться за свое министерство.

После встречи с обновленным составом Совета Министров меня ожидала большая пресс-конференция с журналистами. Для этого надо было всего лишь спуститься на этаж ниже, где толпа журналистов готова была засыпать подготовленными вопросами.

- Ваше императорское высочество, что вы можете сказать о ситуации на фронте? – первым задал вопрос журналист «Армейского Вестника».

- Благодаря мужеству и стойкости военнослужащих империи основная цель сдержать удар противника нами выполняется в полной мере. Войска накапливают вооружение, запасные полки проходят дополнительное обучение в связи со спецификой новой войны. Ситуация оценивается на данный момент, как стабильная.

- А как же наступление?

- Победа любой ценой не в наших планах. Жизнь каждого солдата священна. С этого дня бездумные штыковые наступления без должной поддержки артиллерий или достаточного запаса боеприпасов запрещены. Как только наша армия будет готова, мы обязательно проведем наступление.

На самом деле запрет начал действовать еще со времен, когда я был назначен представителем императора в Ставке.

- Как отреагируют на ваши слова в Париже и Лондоне? Как же извечная мечта России о захвате Проливов? – задал свой вопрос иностранный журналист.

- Это проблемы союзников, которые с момента начала Дарданелльской операции до последнего отклонялись от обсуждения статуса проливов. Интересно, не так ли? И что мы видим, после поражения под Галлиполи все резко изменилось. Так что не верьте чужим обещаниям. Российскую империю даже не удосужились предупредить про вступление Италии в войну на стороне Антанты. О чем здесь может быть речь?

Испуг в глазах иностранного журналиста. Русские мужики не хотят умирать за французов, как же так, что делать, куда бежать?

- Но как же… такое количество войн ради освобождения братьев славян и теперь бросить их? – недоуменно задал вопрос один из журналистов очередной «желтой газеты».

- Все эти войны шли за счет русского солдата. Болгария на чьей стороне? А прошло не так много времени с того момента, как наши солдаты умирали на перевалах Шипки. Тысячи наших солдат пало смертью храбрых на чужой земле ради освобождения болгар, а теперь они на одной стороне со своими угнетателями и палачами. Болгарии никогда не отмыться от позора и не побоюсь этого слова, предательства. Что касается славян. Из-за выстрела сербского националиста началась мировая бойня... Подождите, я никого не обвиняю. Войны никто не хотел, но избежать ее нельзя. Парадокс.

В зале раздались осторожные смешки. Все верно. Болгария все же приняла решение вступить в войну на стороне Центральных держав. И наши дипломаты не смогли изменить реваншистские взгляды болгарского народа.

- Нам не нужен Царьград ценой жизни наших солдат. Если Турецкая империя перестанет вырезать армянское население, передаст нам кое-какие территории и готово будет выйти из войны, нас это полностью устроит. Я не вижу причин, из-за которых мы должны воевать с турками. Насколько я знаю, количество внутренних проблем там не меньше, чем у нас. А именно решение внутренних проблем я считаю важным фактором для победы в войне. Солдаты и офицеры должны знать, за что они воюют. Один вопрос, что вы сделаете с миллионом жителей города, настроенных враждебно к России?

Так я и сказал, что сейчас готовится ударный кулак против Турецкой империи. Что касается территорий, то в голове я рисовал интересную карту, если удастся воплотить мой план в жизнь, Российская империя надолго утвердит свое доминирующее положение во многих регионах мира. Да и про Царьград не стоит забывать, если будут удачный момент.

- Принудительная депортация или расселение в других регионах Российской империи, - ответил либеральный журналист.

- Будет гуманитарная катастрофа и невероятное количество жертв среди гражданских. Постоянные бунты и недовольство. Поэтому Ставка прорабатывает разные варианты развития событий, и наши усилия направлены на другие фронты войны.

Дальше звучали однотипные вопросы про союзников и наступление русской армии. Ни одного вопроса про мирные планы или реформы. Словно чей-то заказ. Подконтрольные мне и государству газеты пока молчали. Всему свое время.

Закончив разговор почти с официальным обвинением союзников в предательстве интересов Российской империи, я направился к фон Коттену. На улице можно было увидеть результат заработавшей на полную мощность пропаганды. Плакаты висели буквально на каждом шагу, побуждая жителей столицы вступать в ряды защитников Отечества или помогать фронту другим способом.

- Забегали, ваше императорское высочество, - встретил меня Михаил Фридрихович. - После пресс-конференции количество ходоков в английское посольство значительно увеличилось. Бегунки от дома к дому ходят.

- Что ж, мы добились желаемого эффекта. Все крысы собрались в одном месте. Осталось провести операцию по дератизации империи.

- Мы готовы к любому вашему приказу! – заверил директор ИСБ.

- У меня есть для вас одно важное поручение после подавления мятежа. Передайте германцам по неофициальным каналам, что на Северо-Западном фронте мы не будем концентрировать усилия в этом году. От сепаратных переговоров уклоняйтесь. Лучше договоритесь об обмене военнопленными. Кормить чужих дармоедов нет никакого желания.

- Есть у меня один агент, которого не жалко раскрыть, да и язык у него хорошо подвешен, - задумался фон Коттен. – Не обещаю успеха, но сделаю все возможное для выполнения поставленной задачи.

- Не сомневался в вас, Михаил Фридрихович. Нам надо, чтобы они сконцентрировали силы на Юго-Западном фронте и не мешали нашим планам на Кавказском.

- Они воспользуются этим знанием и ударят в удобный для себя момент! – вставил свое слово Демьян, которому многое позволялось.

- Нет, теперь у них есть страх, что дикая русская конница вклинится между оборонительными линиями и как река разольется во все стороны. Первая Конная Армия показала, что она грозная сила, поэтому германцы будут укреплять оборону также как и мы. Так что силам ландвера копать и еще раз копать от рассвета до заката. Страх у полководцев порой необъяснимое явление.

- Может быть, так и сделать? Ударим всеми силами! Глядишь, войну пораньше закончим.

- Нам невыгодно, чтобы немцы перекинули войска с Западного фронта, таская каштаны из огня для англичан и французов. Пусть все идет своим чередом. Мы значительно усилили оборону. Появился определенный запас снарядов, что неуклонно растет с каждым днем. Через полгода мы сами будем готовы наступать, но пока нет смысла ради нескольких десятков километров усеивать землю трупами своих солдат. Пусть нас начнут упрашивать, как мы пытались просить союзников помочь несколько месяцев назад.

- Можно будет выторговать хорошие условия? – догадался Демьян.

- Верно. Может, назначить тебя министром Иностранных Дел?

- Нет, мне и здесь хорошо, - улыбнулся Демьян. - Ходить по приемам, пустые разговоры… не мое!

Ответ на пресс-конференцию не заставил себя долго ждать. Зачастившие к Бьюкенену лидеры общественного мнения и некоторые великие князья даже не скрывались. После начались хождения по заводам, но мы никак на это не реагировали. Большого ажиотажа не удалось добиться среди рабочих, с которыми работал Зубатов, что не скажешь о некоторых запасных полках, напуганных отправкой на фронт.

Все-таки в отличие от событий Февральской революции мы на подъеме и у нас нет проблем с обеспечением столицы хлебом. Поэтому бунтовщики напирали на то, что я незаконно захватил власть и удерживаю царя. У меня перед глазами предстала картина, как я прячу Николая где-то в подвале… Мда, и ведь верили некоторые люди.

- Командир, началось. Что будем делать? – вбежал в комнату раскрасневшийся Демьян.

- Ждать! Держите войска в местах дислокации, пусть каждый покажет свое истинное лицо…