Чешуйка предпоследнего дракона

Глава 1

Я ехала, надвинув капюшон пониже, и всматривалась в избы по сторонам от дороги. Сверток, подвязанный через шею и плечо шарфом, едва ворочался и уже даже не кряхтел. Я прикрывала его свободной от поводьев рукой и полой плаща от ветра. И все же было не жарко, хоть на дворе и цвела вишнями середина апреля. Босоногая ребятня бежала вдоль заборов вровень с моей лошадью, шедшей так мягко, что можно было подумать, будто мы стоим на месте, если бы мимо не мелькали дома.

- Эй, дуреха, куда ж на лошадь взгромоздилась, токма родивши-то? - попрекнул кто-то из-за забора, на улицу, однако, не выходя.

Я подняла голову, бросив всего один взгляд на болтуна, и даже те нестройные шепотки, что я слышала со дворов, тут же стихли. Увидев татуировки на моем лице, насмехаться и попрекать не рискнул уже никто.

У крайней избы я остановилась и спешилась, осторожно прижимая сверток к груди. Бросив поводья на штакетину, я оглянулась на дорогу. Высыпавший следом за лошадью люд опасливо толпился чуть поодаль. И любопытно, и боязно. Зато пожилая женщина, чистившая картошку на крыльце, тут же поднялась на ноги и выронила нож в ведро, бледнея на глазах.

Я развязала черный шарф, сняла ребенка с шеи, плотнее укутала его в теплую ткань и протянула женщине.

- А где моя Любава? - осипшим от волнения голосом спросила она, скорее спускаясь ко мне.

- Нет ее. Судьба немилосердна к убийцам.

У нее опустились руки. Так и не взяв младенца, женщина смотрела на меня, по ее впалым щекам побежали слезы:

- Как это… к убийцам?

- Твоя дочь ушла в лес не за грибами. Она хотела там родить и оставить ребенка умирать.

- Ты ее убила?

- Не я. Роды были тяжелыми, ее покарала сама Судьба. Слава богине, она хоть успела сказать, где тебя найти, - я снова протянула ребенка бабушке. - Возьми, найди ему кормилицу. Это здоровый, крепкий мальчик. Я заберу его, когда подрастет.

За спиной послышались возгласы и причитания. Еще бы, он теперь неприкосновенен, потому что слово воина клана Веды – закон для простых людей, живущих на наших землях. Женщина забрала у меня ребенка, но руки ее дрожали. Мальчик недовольно закряхтел и проснулся окончательно, тут же подняв такой плач, что я сама не рада была. А бабушка морщинистой, натруженной ладонью утерла слезы и перехватила завернутого внука удобнее.

- Что еще? - уже с раздражением спросила я.

- Да Любка ж моя не виновата… Ее кузнецов сын зажал на речке, а жениться отказался… Она ж с этим позором девять месяцев отмучилась, вся деревня судачила, что она гулящая…

- Это не позор, это ребенок, - отрезала я. - И он будущий воин Веды.

Она покорно замолчала, роняя слезы на теплый шарф, укрывавший малыша.

- Где, говоришь, папаша живет? - сжалилась я. - Иногда можно и помочь Судьбе вершить правосудие, если она кого-то обделила вниманием…

В клан я возвращалась в хмурой задумчивости. Селяне с их представлениями о чести и морали раздражали неимоверно. Позор, почему-то, вечно у них падал на пострадавшего. От своих невеселых мыслей, наверное, я и не сразу заметила огромный размах беспросветно черных крыльев над площадью. А увидев, похолодела.

Драконова дань! Как я могла забыть об этом дне?! Каждые десять лет наш клан платит дань черному дракону, отдавая одну выбранную им же жизнь взамен на его милость. Я видела этого дракона дважды. Впервые, как только меня с сестрой неразумными детьми привезли сюда, забрав из сельской семьи точно так же, как я заберу того мальчика через пару лет. И десять лет назад, когда ему платили предыдущую дань. Дракон тогда наклонил свою чешуйчатую морду низко-низко и так принюхался к моей сестре, что меня лишь наставник удержал от непоправимой ошибки, выбив кинжал из руки и отшвырнув от помоста.

И сейчас меня пробрал точно такой же мороз, как и тогда. Я пустила лошадь в галоп между домами прямо по двору, перемахнув низкий заборчик, боясь не успеть, боясь, что случится что-то непоправимое.

- Задержите ее! - услышала я полный гнева и страха голос Матери клана, как только выскочила в толпу на площади.

Сердце оборвалось. На помосте, с которого обычно старейшины рассказывали детям сказки, да Мать объявляла о новых воинах клана, стоял черный как самая безлунная зимняя ночь дракон. И моя старшая сестра-погодка, связанная, растрепанная, бледная, но не проронившая ни единой слезы. Хоть она и не стала воином, всего лишь швеей, но была стойкой не хуже меня.

- Лана, нет! - я подняла лошадь на дыбы, и Хель, молотя копытами в воздухе, живо расчистила нам путь. Я выхватила лук из-за спины, накинула на тетиву сразу две стрелы.

Люди посторонились. Дракон, как и Мать, где-то там, дальше, а вот тяжелые подковы прямо над головой.

- Да остановите же ее! Велия, не делай этого! - ко мне уже бежала и сама Мать, развернув длинную плеть на ходу. - Ты не ведаешь, что творишь!

Но мне было не до ее окриков, я уже выпустила стрелы и доставала следующие, целясь дракону в глаз и привстав в седле.

Плеть хлестко обвила мою руку и выдернула меня из седла раньше, чем я успела выстрелить в четвертый раз. Я покатилась по земле, подо мной что-то громко треснуло. Подхватившись на ноги, я поняла, что сломала плечо лука, прослужившего мне верой и правдой десять лет.

- Непослушная девчонка! - Мать отвесила мне пощечину, - Как ты посмела! Это огромная честь для твоей сестры!

- Поэтому ты отослала меня охотиться в самый дальний лес? - я сплюнула кровь и отбросила конец ее плети. - Чтобы я не мешала этому жертвоприношению?!

- Ты ничего не понимаешь, - она снова замахнулась, но ее руку совершенно внезапно перехватили, не дав ударить меня второй раз.

- Остановись, Мать. Это та самая дерзкая выскочка, что выхватила кинжал в прошлый раз? - рядом с Матерью стоял подавляющий исходившей от него магической силой мужчина.

Я тут же вскинулась, оглянувшись в поисках дракона, но его на помосте больше не было, там теперь стояла только Лана, так испуганно на меня смотревшая, что мне стало не по себе. До меня начало доходить, что этот мужчина, при появлении которого замолчала даже Мать, и есть дракон. В черном с головы до пят, с ониксово-черными глазами, такими же непроглядно-черными волосами до плеч, резко контрастирующими с абсолютно белой кожей… В общем, просто черный настолько, что сомнений в его истинной сущности больше не возникало.

- Оставь наш клан в покое! - я обнажила все тот же кинжал, готовая сразиться с драконом прямо сейчас.

- Хм. Похоже, я вижу будущую Мать клана, - ухмыльнулся он. - Сегодня твоя сестра стала жертвой? Это даже забавно.

Я не выдержала и бросилась на него. Но дракон увернулся с той же легкостью, что и от моих стрел, позволив мне пролететь мимо, почти до почтительно расступившихся вокруг него людей.

- Давай заключим пари, - вдруг предложил он, обернувшись все так же молниеносно. - У тебя будет месяц, чтобы добраться до моего гнезда и забрать свою сестру. Даю слово, что за этот месяц с ней ничего не случится.

- Верить слову грязной ящерицы? - я сплюнула под ноги.

- Велия! - возмутилась Мать, до этого смиренно молчавшая в присутствии дракона.

- Да, мое слово многого стоит. Успеешь, верну ее тебе. Не успеешь – сама виновата, ты станешь следующей.

- Я успею, не сомневайся, - я сжала рукоять клинка до скрипа.

- Тогда до встречи, дерзкий человеческий отпрыск. Не мешай ей, Мать, такая смелость глупа, но похвальна.

И в одно движение он взмыл в воздух, оборачиваясь огромным черным ящером, схватил когтистой лапой вскрикнувшую от неожиданности сестру и устремился к горам на запад.

- Что же ты натворила, Велия? - устало спросила Мать, проведя дрожащей рукой по седым прядям среди некогда смоляных волос. - Он ведь мог всех нас просто сжечь за неповиновение.

- Не сжег ведь, - я досадливо загнала клинок обратно в ножны. - Дракона тоже можно убить. Первый Отец клана убил.

- И за это мы расплачиваемся второй век. Мой прадед убил отца этого дракона. Но мы не мой прадед, мы не обладаем той же силой и магией, что и он. Ты погибнешь, глупая девчонка.

- А разве я могла просто отдать ему Лану?! - я подняла обломки лука, чертыхнулась и бросила их под ноги Матери.

- Он потребовал именно ее, я ничего не могла сделать, - Мать тяжело вздохнула и опустила голову. - Вы обе мои дочери, и теперь я потеряла сразу обеих.

- Все дети клана твои. И мы никого больше не отдадим. Я сделаю невозможное – убью последнего черного дракона.

- Ты не понимаешь, о чем говоришь! - разозлилась она. - Не ходи туда, не надо!

- Я пойду, - я шагнула к ней ближе, чтобы смотреть прямо в блекло-серые раскосые глаза, под которыми белыми дугами расходился рисунок клановой татуировки, - пойду и верну ее. И мы никем больше не станем жертвовать!

- Ты станешь лучшей Матерью, чем я, - она не выдержала, опустила взгляд и отвернулась, а потом и вовсе пошла в дом совещаний. Старейшины понятливо пошли за ней, а я осталась стоять на медленно пустеющей площади над обломками лука.

Нырнув головой в бочку с водой пару раз, как, бывало, любил делать мой наставник, я немного остудила пыл и задумалась, глядя на свое отражение в воде. Оттуда на меня смотрели весьма решительно и твердо, причем глаза уже значительно потемнели, как бывало, когда я сильно злилась. В остальное же время они были нормального голубого цвета, обычного для этих мест. «Игра света»,- так всегда объясняла эту странную особенность Мать. Пусть хоть света, хоть тьмы. Не о том я задумалась. Я ударила по отражению ладонью, разбив его на сотню осколков на мгновение, собрала рассыпавшиеся русые косички обратно в высокий хвост и надела сброшенный кожаный доспех, укрепленный подвижными стальными пластинками.

- Может, он все наврал? - тихо спросил мнущийся с ноги на ногу за спиной паренек.

- Даже если и так, я все равно пойду, - я обернулась к нему. - А ты подрос, я и не заметила.

Я помнила принесенного наставником Ольсу еще совсем мальчишкой, путавшимся под ногами у конюха. А теперь он уже сам седлает мою серую в яблоки лошадь, тщательно проверяя каждую подпругу.

- Ты нечасто тут задерживаешься, мятежная душа, так что все пропускаешь. Многие из подобранных тобой детей уже и сами скоро станут воинами.

- Да, это точно. Надеюсь, хоть увижу это своими глазами, - я еще с минуту понаблюдала за его работой и ушла в дом.

Собрать оружие в поход было делом пяти минут. Вот только обернувшись к тому месту, где обычно висел на стене мой лук, я разочарованно опустила протянутую в пустоту руку.

- Прости, - донесся голос Матери от двери. - Я знаю, как ты его любила. И помню, как твой наставник вырезал его для тебя.

- Его больше нет, - я не уточняла, о луке это было сказано или о наставнике, не вернувшемся этой зимой с охоты на терроризировавшего соседнюю деревню вепря.

- Да, больше нет. Но есть другой сделанный им лук, - она протянула мне свой, покрытый алыми защитными рунами. - Бери, тебе он подходит гораздо больше.

Я неуверенно взяла лук Матери, повертела его в руках, приноравливаясь, натянула тетиву.

- Спасибо.

- Некоторые хотят пойти с тобой…

- Нет, не надо.

- Веля, ты с того самого дня, как наставник погиб, выходишь за ворота только одна. Хватит, горы далеко, ты туда просто не доберешься, - устало вздохнула Мать.

- Клан Веды ослаб без погибших зимой воинов. А Гарды слишком давно поглядывают на наши земли. Я пойду одна, нечего распылять силы.

- Пусть Судьба тебе благоволит, - она сотворила охранный жест в воздухе.

- И карает несправедливость, - закончила я за нее. - Жди нас обеих до истечения двух месяцев.

Вскочив в седло, я пришпорила верную Хель и направила ее к огромным деревянным воротам, выходящим к западному тракту. На ясном вечернем небе поднимался новорожденный месяц, едва различимой ниточкой сея слабый свет, как и заходящее солнце. Переждать ночь дома я не смогла бы, злость гнала мня вперед, подстегивая, напоминая, что у меня не так много времени, а я понятия не имею, где в обширных горах искать гнездо ползучего гада.

Глава 2

С наступлением полной темноты мне пришлось остановиться и спешиться в пролеске. Дорогу теперь разве что с факелом и пешком можно было рассмотреть.

- Тише, Хель, тише, хорошая, - я распрягла беспокойно всхрапывавшую лошадь и перевесила седло на низкую ветку дикой яблони. - Тут не должно водиться нежити, мы еще близко к клановой деревне.

И все же я на всякий случай вытащила заговоренный клинок и воткнула его в землю у сложенного костра, прежде чем достала огниво. Руны на лезвии безмолвствовали, подтверждая мои слова.

- Далеко не отходи, - предупредила я отлично выученную боевую подругу и достала хлеб из заплечной сумки, завернутый в прокопченную тряпицу, чтобы не портился, отрезала охотничьим ножом ломоть и бросила его в темноту, где угощение тут же на лету поймала смышленая кобылка.

С первыми лучами солнца, едва забрезжившего над горизонтом, я снова тронулась в путь, держась наезженного тракта, пока он тянулся в нужную мне сторону. И в ближайшей же деревеньке стала выспрашивать, известно ли местным что-либо о драконьем гнезде, пока Хель пила из стоявшего рядом с колодцем корыта. Люди отрицательно мотали головами, почтенно склоняясь при виде моих татуировок, что никак не помогало делу.

- Так ведомо что, - наконец ответил мне один смышленый мальчишка, боязливо выглядывающий из-за юбки матери. - Он там яйца свои высиживает, точно как курица.

Я поперхнулась смешком, представив эту картину, а женщина отвесила отпрыску подзатыльник, но тот снова выглянул из-за юбки. Я присела на корточки, чтобы быть с ним на равных, и потрепала по голове.

- А откуда ты это знаешь?

- Так дед рассказывал, что дракон девок волочет в гнездо, чтоб высиживать помогали, а то яиц много, а он один, - малец осмелел и вышел ко мне.

- Не говори ерунды, - шикнула на него мать, краснея.

- Может, не такая это и ерунда, - я достала из мешочка на поясе кусочек засахаренной тыквы, дала его мальчику и встала, задумавшись.

Ведь и вправду, и птицы, и рептилии вьют гнезда для высиживания яиц. В свете этого слова мальчишки кажутся почти верными. Вот зачем дракону именно люди нужны, да еще с такой странной периодичностью, ровно раз в десять лет, остается загадкой. Может, он и вправду яйца откладывает в это время? Я даже головой мотнула, пытаясь вытрясти оттуда такую странную мысль. Он, вроде как, не драконица… Хотя, кто их знает. По сути, у нас было крайне мало информации об этих древних существах.

Напоив лошадь у колодца, я снова тронула ее бока каблуками, пустив быстрой иноходью до следующей деревни. Ближе к закату тракт уперся в небольшой постоялый двор. Я с сомнением рассматривала вывеску, остановившись в на удивление узких воротах и думая, есть ли у меня время на отдых. Горы пока не приблизились ни на йоту, все еще оставаясь невидимыми даже на самом краю горизонта. Долетел ли туда дракон, сомневаться не приходилось, они могут развивать огромную скорость. Тонкий серп месяца, конечно, немного успокаивал, но и медлить не хотелось.

- Эй, деваха, ты так и будешь проход загораживать? - рявкнули на меня сзади.

Не то, что я, даже моя Хель ухом не повела, оставшись стоять в воротах. Пусть я и была в капюшоне, но не увидеть за моей спиной меч в положении для долгой поездки, да и колчан, из которого торчало плечо лука со снятой тетивой, этот недоумок просто не мог, если только он не слепой.

- Я с кем разговариваю? - низкий и уже порядком недовольный голос приближался, оказавшись неожиданно высоко за моей спиной.

- Вот именно, с кем? - я оглянулась, сбросив капюшон плаща.

И, как назло, столкнулась нос к носу с чуть задранной лошадиной мордой. Рыжевато-черная лошадь смотрела на меня довольно умными глазами, но у меня было здоровое сомнение, что голос принадлежал животному. Узда потянула морду чуть в сторону, явив мне за ней и всадника, к огромному моему облегчению. Хоть и ненадолго. Потому что теперь я встретилась взглядом с таким же татуированным кланником, как и я.

Татуировка могла о многом рассказать знающим, поэтому я сразу определила по двум парным косым линиям на обеих щеках скуластого лица степняка, что он мастер парных клинков, а по их синему цвету же можно было не сомневаться, что он из клана Ночи. Я досадливо отвернулась, пряча свои три дуги на правой щеке и вертикальную линию через левый глаз насыщенного белого цвета, свидетельствующие, что я мечник и лучник из клана Веды.

Орк увидел мое озадаченное говорящей лошадью лицо, усмехнулся и продолжил уже заинтересованно:

- Надо же, кого я вижу? - он многозначительно положил широкую ладонь на парные рукоятки, торчавшие из общих ножен на поясе.

- Будешь так внимательно смотреть, рискуешь ослепнуть, - я все же въехала на постоялый двор, раздосадованная таким соседством.

Наши кланы плохо ладили, мягко говоря, так что уезжать в ночь под пристальным вниманием врага было не лучшим решением. А в трактирах и на постоялых дворах было принято придерживаться вежливого нейтралитета. Хотя, это же степной орк, им закон вообще не писан, хоть он и кланник. Это, в свою очередь, наоборот обнадеживало. Орков я в последний раз видела, еще выглядывая у наставника из-за плеча, да и были они обычными степными жителями. Шумными, голосистыми, несдержанными и довольно распущенными. И что берет верх в характере такого неожиданного в наших местах гостя, горячая кровь или воинская выучка, я судить пока не бралась.

Оставив Хель на попечение местного конюха, обзаведшегося звонкой монетой для лучшего старания, я вошла в трактир, традиционно развернувшийся на первом этаже. Довольно печального вида харчевня не улучшила моего и так отсутствующего аппетита, ввергая в уныние своим контингентом. Караванщики, странствующие менестрели, пару городских жителей, один тип сидел вообще в капюшоне в самом темном углу, уже одним этим вызывавший подозрение, да мы с кланником Ночи.

- Ужин и комнату, - я бросила на стойку перед хозяином пару монет, тут же исчезнувших так же быстро, как и появились.

- Госпожа изволит ужинать внизу или подать в комнату? - услужливо поинтересовался лысеющий толстячок в на удивление белом и даже чистом переднике.

Я содрогнулась от мысли, что этой стряпней будет вонять еще и в комнате, так что поспешила заверить, что харчевня меня более чем устраивает.

Развернувшись от стойки, я практически уткнулась носом в грудь подошедшего следом орка. На мгновение в таверне стало очень тихо, все настороженно ждали, не закончится ли это дракой, потому что мы так и стояли, только мне пришлось голову задрать, чтобы видеть воина клана Ночи.

- Проблемы? - вынуждена была спросить я. Ввязываться в неприятности мне совсем не хотелось, сейчас было не до этого, но и вызывающее поведение спустить я не могла, иначе какая же из меня получится Мать. Если выживу.

- Да вот думаю, тебя проще обойти или переступить? - усмехнулся он, но с места не двинулся.

От постояльцев донеслось пару неуверенных смешков.

- Переступить, конечно, можешь, но с серьезными потерями, - я опустила взгляд ниже, ненавязчиво тронув кинжал на поясе. - Давай мы лучше останемся при своем.

- Ишь, нервная какая, - орк чуть повернулся, выпуская меня. - Ладно, иди, а то еще наставник отругает, что нарываешься.

Рука непроизвольно потянулась к стулу, так удачно стоявшему спинкой ко мне у ближайшего стола. Но на нем, к счастью, сидел один из притихших менестрелей, иначе быть бы драке. Пришлось смолчать, потому что справиться в тесной корчме с противником большим, чем я, да еще и с двумя клинками, я не смогу. Полутороручник, оставшийся мне от наставника, был у меня больше для противовеса, чем для ближнего боя, доставала я его нечасто.

Сев за стол у окна, я забросила затекшие ноги на соседний стул и уставилась в темноту на улице. Интересно, как там Лана? Надеюсь, ее хоть развязали и покормили… Хотя, о чем это я, она ведь в гнезде дракона, яйца высиживает… Я даже фыркнула от смеха, что так впечатлилась предположением ребенка. И перевела взгляд на зал, чтобы отвлечься. Ничего не поменялось за те пару минут, что я смотрела в окно. Таверна, не получив зрелищ, вернулась к хлебу. Все так же напивались караванщики, все так же пели то хором, то вразнобой менестрели, все так же ждал чего-то странный постоялец в капюшоне. А еще меня рассматривал степняк. Я хмыкнула и тоже прошлась по нему взглядом, раз уж мы на нейтральной территории.

Обычный орк, ничего примечательного. Они вообще мало чем отличаются друг от друга. Да и от большинства людей тоже, по большому счету. Ну крупный, ну сильный. И не таких видела. Кожа чуть с зеленцой, но не сильно, будто бы он просто отравился. Скорее уж сероватая. Нижняя челюсть выступает, чтобы уместить крупные нижние клыки, а вот глаза наоборот посажены глубоко под низкие брови. Зато болотно-зеленые волосы собраны во множество косичек, как принято у клановых воинов, но совсем не свойственно оркам. Доспехи, что меня удивило, были совсем легкими, так, для виду буквально. Зато наручи массивные, мощные, не пробьешь так просто.

А вот смотрит с любопытством, без того недовольства, с которого мы начали, значит, можно не ждать внезапного урока владения мечом. И то хлеб. Налюбовавшись друг другом вдоволь, мы вновь вернулись к своим делам, сочтя воинский долг оценки потенциального противника исполненным.

Ужин я едва поковыряла, привыкшая обходиться минимумом вне дома. И только я поднялась, чтобы уйти в комнату, как дверь распахнулась, впуская на постоялый двор новую тройку жаждущих крова и пищи. А еще, судя по мгновенно зацепившимся за меня взглядам, неприятностей, причем не для себя, они не жадные. Зеленые татуировки на лицах троих воинов ясно давали понять, что без приключений мне не уйти. Гарды были самым агрессивным кланом, ведшим активный захват чужих земель. И относительный мир у них был разве что с Ночи. Ситуация становилась все интереснее, так как они увидели степняка и внезапно потеряли ко мне всякий интерес, как и к окружающим в целом, теперь интересуясь только фирменным блюдом у бледнеющей подавальщицы. Значит, мне точно конец. Оставалось порадоваться, что поужинала я до того, как они пришли, потому что яд был излюбленным оружием Гарды. Да и молодые совсем, даже младше меня, а значит, еще не остудившие головы.

Я все же вышла из-за стола и подошла к стойке, поманив хозяина двора:

- Комната запирается? - уточнила я.

- Обижаете. Конечно же, запирается, госпожа.

- Пусть воды принесут, - я немного успокоилась и пошла наверх по скрипучей лестнице, присматриваясь к противникам. Все трое мечники, мелкие еще, лет по семнадцать, от силы двадцать, но втроем могут доставить уйму неприятностей. Как и их ядовитые клинки.

Поборов желание вылезти через окно и седлать Хель прямо сейчас, как недостойное воина, я легла поверх покрывала на кровать и прикрыла глаза, обратившись в слух. В окно заглядывал тоненький серп луны, напоминая о том, что у меня не так уж много времени, как хотелось бы. Наконец, половицы скрипнули, у двери послышалось копошение.

- Разрешите, госпожа? - дверь открыла одна из прислуживавших за столами женщин, неся ведро воды, от которой поднимался пар.

- Входи.

- Сейчас конюх бадью принесет, мигом наполним, - она с опаской покосилась на мое оружие и с тяжелым вздохом на сапоги, в которых я лежала.

- Наполняйте, - я убрала руку с клинка и снова закрыла глаза.

Принеся и вылив в водруженную в центре комнаты огромную бадью последнее ведро, женщина положила на край стола полотенце, пожелала мне доброй ночи и прикрыла дверь.

Только тогда я поднялась. Заперев дверь, я оставила на кровати перевязь с мечом и коротким клинком, лук, нож, до этого скрывавшийся под полой плаща на бедре, и ремень с метательными кинжалами. После я сбросила на стул доспехи, пропахшую потом рубашку, кожаные брюки, а сапоги так и вовсе под кровать запихнула, чтобы не споткнуться впотьмах, если сквозняком задует единственную свечу, дававшую нервно пляшущий свет.

Развернув ногой стул к бадье, я бросила на него кинжал, чтобы было спокойнее. Комната небольшая, тут из лука не постреляешь, а меч… Лучше уж рунный клановый кинжал.

- Ого, даже с травами, - я тронула горячую воду и принюхалась. - С мятой переборщили. Ну да ладно, мне ж не пить ее.

Благодаря своей некрупной комплекции, я без труда уместилась в воде по плечи, блаженно зажмурившись и откинув голову на бортик. Подумав, я еще и гудящие от долгой езды верхом ноги достала и положила на так удачно придвинутый стул.

Разбудил меня снова раздавшийся едва слышный скрип половицы в коридоре. Я вскинулась и попыталась встать из остывающей воды, но не смогла. Плеснула водой в лицо, чтобы согнать дремоту, но почувствовала странный горьковатый привкус на губах.

- Дурман-трава, что ли, - удивилась я. Ну конечно, в любой еде или напитке я бы сразу ее почувствовала, воинов этому обязательно учат, но не в воде, да еще и так густо приправленной мятой, перебивавшей запахи…

Привстав с третьей попытки, чему очень мешали непослушные ноги, упорно остававшиеся на стуле, я с огромным трудом выбросила свое ватное тело из бадьи. Быстро, насколько это было возможно в моем положении, я натянула выложенную на кровать чистую рубашку, не вытираясь, и вытащила кинжал из ножен. Взяла бы, пожалуй, и меч, но я сейчас не доверяла своей нетвердой руке. А о луке теперь и речи не шло, я скорее себе в ногу попаду в таком состоянии. Хотя, это наверняка задержало бы противников. Пока они наржутся с меня, уже и действие дурмана прошло бы.

- Она здесь, подождите, - донесся из-за двери тихий голос той самой женщины, что наливала воду, а в замке щелкнул ключ.

- Что, не ждали? - я сидела на кровати с кинжалом, отчаянно делая вид, что меня не штормит.

- Ждали-ждали, - возразил один из Гарды, первым заходя в комнату и оттолкнув опустившую глаза женщину. - А ты иди, пока мы не передумали.

Она тут же исчезла в темноте коридора. Я ее не винила. Воинов Гарды, не знавших чести и правил, боялись все мирные жители, и как день ясно, что они ее здорово перепугали. Хорошо хоть не тронули. Скорее всего. Ну а я… Все знают, что кланники не особо ладят между собой, так что ничего ужасного она не сделала, просто защищая себя и дочерей, тоже прислуживавших внизу. Кроме того, что они будут со мной делать, вообще не ее ума дело, у нас свои разборки, а по ее мнению, так они все равно справились бы и без помощи, ведь я одна.

- Что ж тогда застыли в дверях? - наигранно бодро полюбопытствовала я, поигрывая сверкающим в свете пламени клинком. Дурман не отпускал, но, похоже, не подействовал и в полную силу, как они рассчитывали. Боли я не боялась, насилия тоже. Нас, воинов, еще в шестнадцать, перед нанесением татуировок, избавляют от такого неудобства, как невинность, страх и робость. Так что меня расстраивало лишь то, что они, когда наиграются, могут привезти мою голову домой и насадить ее на кол у ворот, как у них принято.

Когда же самый смелый вошел в комнату, освободив мне обзор на остальных, я с удивлением заметила, как двое других слаженно рухнули на пол. Заметил это и воин Гарды, обернувшись на шум.

- Кодекс чести не для того написан, чтобы его нарушали, - в слабом свете блеснули два окровавленных лезвия, а потом в дверном проеме показался и сам степняк, неторопливо осмотрел оставшегося противника, поднял короткие широкие клинки и вытер их об него. - Вот один на один, в честном бою – на здоровье. А втроем, еще и с дурманом… Передай своему Отцу, что союза не будет. Мы не станем плечом к плечу с трусливыми шакалами. Поди прочь.

Он и вылетел, как пробка из бутылки, резво перепрыгнув через тела товарищей.

Я же кивнула воину Ночи, благодаря за нежданную помощь:

- Буду должна.

- Вернешь долг, если выпьешь со мной, - ответил он.- Сама справишься или помочь?- орк резко растерял всю серьезность и кивнул на мою насквозь мокрую рубашку, плотно облепившую тело.

- Да уж как-нибудь сама разберусь, - я стянула холодную мокрую ткань, как-то резко начавшую мешать, стоило только о ней напомнить, и бросила на пол, потянулась к сумке за другой рубашкой. - Если хочешь только выпить, то вали, дай одеться.

- А толку с тебя сейчас? - он усмехнулся и вышел, закрыв дверь. Снаружи послышался звук волочащихся тел.

Глава 3

Да, долг чести нельзя оставлять не отданным, поэтому я поднялась на все еще нетвердые ноги и принялась одеваться, не забыв навесить обратно и все оружие. Вниз я спускалась медленно и вдумчиво, крепко держась за перила, и все равно споткнулась дважды, хоть и не упала. Степняк уже сидел за ближайшим столом, вертя в руках кружку, и наблюдал за моими мучениями при спуске, явно ожидая, когда же я попрошу о помощи. Ага, а потом догоню и еще раз попрошу, как же. Я подошла, схватившись за спинку стула напротив, и с огромным облегчением плюхнулась на него, вытянув ноги. Орк молча кивнул мне на вторую кружку какого-то слабо опознаваемого пойла. Я не стала возражать, хлебнула и с трудом сдержалась, чтобы не поморщиться.

- Обычно никому не нравится, - усмехнулся он. И протянул мне руку через стол, - Рут.

- Велия,- я пожала его огромную ладонь.

Дальше пили молча, каждый думал о своем. И все же я не удержалась, махнула опустившей взгляд при виде меня подавальщице принести что-нибудь закусить. И кивнула на ножны степняка:

- У тебя редкое оружие.

- Парные тесаки, - Рут водрузил их на стол между нами, заставив всех оставшихся в харчевне вздрогнуть и замолчать.

- Красивые, - я не стала трогать чужое оружие, так провокационно выставленное передо мной, но не отказала себе в удовольствии рассмотреть. Чуть длиннее, чем с локоть, но широкие и устойчивые, с мощной гардой и хорошей защитой для кисти. Удобные даже на вид, а еще удивительно органично подходившие орку.

- У тебя с этими ушлепками личные счеты были? - поинтересовался он.

- Нет, общеклановые, - я отмахнулась. - Это старо, как мир, Гарды ко всем цепляются.

- Не ездила бы одна.

- Это почти оскорбление, - я хмыкнула и допила странное пойло, поставила перевернутую кружку между тесаками, показывая, что выполнила его желание в уплату долга.

Степняк рассмеялся и поднял из-под стола огромный бурдюк, встряхнул его, внутри хмельно заплескалось. Я икнула.

- Решай, зараз или на неделю растянем?

Я нервно глянула на окно и месяц за ним:

- Я очень спешу, уеду с рассветом.

- Значит, на неделю, - кивнул Рут. - Буду ехать с тобой, пока все не выпьем.

Я в ужасе уставилась на едва осиленную кружку, от которой в голове уже здорово шумело:

- Я и за неделю не смогу…

- Значит, за две, я не настаиваю.

- Я еду на запад, - уточнила я, надеясь, что степняк пошутил.

- Меня устраивает любое направление, - беспечно пожал он внушительными плечами. - Я все равно ничем конкретным не занят, а тут хоть какое-то развлечение.

- В гнездо дракона, - сузила я варианты пункта назначения.

- Отлично, давненько я драконов не видел. На рассвете, говоришь?

- Ты ненормальный, что ли?

- Я заскучавший, а это еще хуже, - отмахнулся он. - В клан мне дорога заказана, так что дракон – цель ничем не хуже любой другой.

Я невольно потянулась к кружке после такого заявления, но вовремя спохватилась и отдернула руку, так как Рут уже поднял бурдюк в ответ на мой жест.

С трудом отлепив гудящую голову от подушки, я пожалела, что родилась на свет. И стала медленно подниматься, стараясь не тревожить голову. Эта степная брага похлеще, чем грибной самогон нашего кузнеца. Страшно даже подумать, что ее еще так много. Но слово надо держать, раз уж сама сказала, что выезжаем на рассвете, так что я с мученическими стонами собрала косички в хвост, кое-как намочила лицо, на полноценное умывание меня просто не хватило, и потащилась вниз, костеря про себя проклятых воинов Гарды. Не могли быстрее убивать, что ли, чтобы орк не успел вмешаться?

- Вижу, настроение у тебя отличное, - хохнул тот самый шустрый орк, уже седлавший свою лошадь во дворе у конюшни.

- Ага, - я поплелась до стойла Хели и практически повисла на лошади, пытаясь забросить на нее седло.

- Помочь? - сочувственно и ехидно примерно пополам спросил степняк.

- Нет, - я с пятой попытки водрузила седло на лошадиную спину, но поняла, что задом наперед и без потника. - Ладно, помоги…

Рядом с его лошадью Хель казалась какой-то мелкой, хоть и была очень рослая в табуне. При свете стало ясно, как я могла принять этого скакуна за говорящего, он действительно мог поднять голову на тот уровень, где обычно голова у всадника на нормальной лошади. А я так и вовсе даже не пыталась смотреть на Рута, когда он поднялся в седло, иначе упала бы. Поэтому быстро и молча страдала дальше по тракту на запад.

- За нами кто-то едет, - сообщил Рут, когда мы спешились на короткий привал у дороги.

- Это же тракт, тут всегда кто-то едет, - отмахнулась я, едва начав приходить в себя после попойки.

- Но этот тоже остановился, причем так, чтобы мы его не видели, - Рут кивнул на едва видневшиеся позади кусты на другой обочине.

- Пойду, проверю, - я тяжело вздохнула и закрыла флягу с водой, отложила ее к снятым с Хели чрезседельным сумкам, поднялась и потопала к подозрительному на взгляд орка путнику.

За тем самым кустом никого не оказалось, как и за соседними, да и за всеми последующими. Я чертыхнулась, придя к выводу, что степняк просто подшутил надо мной, заставив идти в такую даль. Вернувшись к небольшому костру, сложенному в мое отсутствие, я поняла, что чего-то не хватает. А именно, моей заплечной сумки.

- Это смешно, по-твоему? - я указала на то место, где оставила сумку. - Верни, где брал.

- Вель, ты нормальная? На кой мне прятать твои вещи? - орк посмотрел на то место, куда я указывала.

- А на кой посылать меня по придорожным кустам? - я уже настороженно обернулась, будто почувствовав чей-то пристальный взгляд в спину.

И на едва различимый шорох в пролеске за спиной я отреагировала однозначно, мигом вскинув лук со стрелой на тетиве. И спустила ее, целясь мелькнувшему силуэту человека на опережение.

Стрела глухо вошла в древесный ствол прямо перед носом у воришки, задержав его на необходимые мне мгновения, так что поднявшийся Рут успел лишь крикнуть мне вслед, а я уже сбивала с ног улепетывавшего с моими вещами вора. Причем сбивала плечом лука, чтоб наверняка. Злость мигом выдула остатки хмеля из головы, отрезвив окончательно. Так что коленом я прижимала незадачливого парня к земле уже трезвой и злой, и от этого особенно не настроенной на разговоры. Но вор удивленно крякнул и безропотно отпустил мою сумку, уставившись на меня во все глаза.

- Богиня, - прохрипел он, даже не пытаясь сопротивляться.

- Наглая лесть, - я нажала сильнее, не питая никаких иллюзий относительно своей внешности. Страшненькой, вроде, и не была, но и красавицей не назовешь, особенно с давно сломанным носом, разрезанной бровью и вечно презрительной ухмылкой, впечатавшейся в меня как профдеформация.

- Богиня, - повторил он еще тише и окончательно потерял сознание.

- Ну и что с ним делать? - я поднялась и самым кончиком лука откинула капюшон с его лица. - Кажется, это тот самый загадочный путник, что сидел на постоялом дворе в темном углу.

- Похоже на то, - подошедший к нам Рут оглянулся и нырнул в ближайшие заросли, выведя оттуда пегую лошадку под уздцы. - Ехал за нами, а теперь драпанул бы обратно, ждать новую жертву.

- Салага совсем, нашел, у кого красть, - я покачала головой, забросила сумку на плечо и пошла обратно к костру.

- Нечасто здесь воины бывают, на что-то же он рассчитывал, раз рискнул, - степняк забросил бессознательное тело на лошадь, убедился, что он не упадет головой вниз, и повел лошадь к костру. - Может, руку ему отрубить, чтоб неповадно было? Или только палец?

- Делай, что хочешь, он твой, - я поморщилась и широким жестом махнула на болтавшегося поперек седла парня.

- Как-то не по-мужски это, наказывать мальчишку, да еще и без сознания...

- Какой мальчишка? Ты же посмотри, ему как минимум двадцать есть. И я тем более не собираюсь заниматься его воспитанием, - усмехнулась я, с удовольствием растянувшись на пушистых ветках. - Хотя, пусть пока остается, можно его расспросить, раз уж попался. Воры на трактах много видят и слышат.

- Как знаешь, - он намотал поводья на куст и тоже сел к огню.

Посидев немного в тишине, нарушаемой лишь треском дров в огне, Рут вдруг жестом настоящего фокусника поднял, будто из ниоткуда, печально знакомый бурдюк. Я позеленела при виде его.

- Пожалуй, я вообще не имею ничего против твоей компании до самого гнезда и обратно, - я отодвинулась на всякий случай. - Но сегодня я просто не переживу этого!

- Один глоток, и сразу легче станет, - заверил он.

Я с сомнением покосилась на объемную тару:

- Может, лучше вора будем им пытать?

- Детей не спаиваю, - фыркнул орк.

Я тяжело вздохнула, прислушалась к медленно возвращавшейся головной боли. И решилась послушаться знающего толк в этой бурде степняка. Все-таки, по кодексу чести, если уж спас кого-то, то берешь на себя ответственность. Значит, и травить меня он не станет. Наверное. Разве что из жалости.

Как ни странно, я снова удержалась и не поморщилась. Орк одобрительно хлопнул меня по спине, так что я едва не поперхнулась, и тоже выпил.

- Ужас, - я сняла мешочек с засахаренной тыквой и поставила его на лапник между нами, хоть заедать и не спешила, стараясь привыкнуть к странному вкусу ради будущих мучений.

Голове действительно становилось легче. И как-то сам напросился вопрос, где Ночи раздобыли орчонка. Так уж сложилось, если кланник находил ребенка, нуждавшегося в его помощи и защите, то такой ребенок считался подаренным самой богиней Судьбы. Как и тот мальчик, которого я приняла у умиравшей в лесу роженицы... Меня с сестрой забрали у бабушки, когда мне было три. И в памяти осталась лишь ласковая бабулина рука на моей голове. А вот Лана умудрилась запомнить название деревни. Это было против правил, никто из кланников не знал своих настоящих родителей. Рожденные и подаренные Судьбой росли вперемешку и все были детьми Матери или Отца клана. Но Лана рассказала мне, и я, разумеется, тут же нашла это место на карте и запомнила навсегда, как самую священную молитву.

- Как ты умудрился попасть в клан Ночи? Я думала, что степняки детей без присмотра никогда не оставляют, - я все же зажевала своеобразный вкус браги и решилась задать такой щекотливый вопрос.

- Недобиток, - нехотя признался Рут.

- Это как?

- Война. Есть среди орков несколько особо жестоких племен, которые вырезают подчистую целые стойбища. И оставляют живыми пару детей, чтобы они своим криком привлекли шакалов, и те быстрее расправились с трупами. Вот такими недобитками меня и еще двоих орчат и подобрали воины Ночи в степи. Что за племя было, я, разумеется, не знаю.

- Ясно, - я замолчала, сосредоточенно жуя. Тема происхождения у кланников вообще запретна, а жуткое пойло слишком хорошо развязывало мне язык. Так что лучше жевать и помалкивать.

Зато быстро пришел в себя воришка, сгладив своим копошением повисшее молчание. Мы дождались, пока он поднимет взъерошенную русую голову, низко свешивавшуюся с лошади, и откроет немного мутные карие глаза, светившиеся таким непониманием и кристальной честностью, что я засомневалась в его виновности.

- А где это я? - осторожно спросил он, привстав.

- Куда любопытнее, кто ты? - усмехнулся Рут.

- Ферин, - он сел, посмотрел вниз и спрыгнул с лошади, поняв, что ее поводья привязаны к ветке. - А вы кланники, да? Меня и самого едва в клан не забрали в детстве, - вор сел к костру, как ни в чем не бывало, - представляете? Ухватил меня огромный коршун прямо со двора, когда я был совсем несмышленышем! И как понес! Вся семья следом бежала, но дурная птица полетела прямо к клановой деревне! Те уже обрадовались, что им Судьба в рыле этого коршуна ребенка принесла, да он покружил – и назад! Эти тоже следом кинулись. В итоге, столкнулись с моими родителями и толпой старших детей, давай спорить, чей теперь детеныш. Коршун уже в гнездо слинять решил, видя такую толпу. Кланники это увидели, разозлились, и как давай эту “судьбу” обстреливать из луков. Сбили! Он когти разжал, а я прямо мамке в подол обратно свалился! Вот так Судьба решила!

- Это все невероятно интересно, но кошель назад положи, - я кивнула обратно на сумку незаметно подвинувшемуся в процессе рассказа к ней вору. И руку так многозначительно на плечо лежащего рядом лука положила.

Глава 4

- Ой, прости, я как-то машинально, - будто даже смутился Ферин. - Не злитесь, я ж не от хорошей жизни это делаю, хотел подмастерьем пойти, но мне семью большую кормить надо, отца-то давно не стало.

Я присмотрелась, парню и вправду было совсем немного, но выглядит вполне смышленым, да и ладони у него широкие, привычные к работе. Ему бы учиться какому-нибудь ремеслу дома, а не воровать на тракте.

- У нас вору, если попался, палец отрубают, - задумчиво поскреб макушку Рут.

- А почему не всю руку? - очень искренне заинтересовался Ферин.

- Воров тоже иногда нанимают. А так сразу по количеству пальцев видно, насколько он хорош и удачлив.

Наш воришка тут же с улыбкой продемонстрировал целехонькие пальцы:

- Я неплохо справляюсь, наймите меня.

- Зачем ты нам нужен? - фыркнула я.

- Провожу вас до храма богини ветра самой короткой дорогой. Всего три дня пути.

- У меня нет времени рассматривать древние руины, - я досадливо отдернула свою сумку, в которую он снова запустил руку.

- А зря, у тебя глаза были точь-в-точь как у статуи богини в этом храме, - Ферин захрустел тыквой, хотя мешочек все еще стоял рядом со мной.

- Ты как это сделал? - возмутилась я.

- Так что, наймете? - улыбнулся парень, жуя и напрочь игнорируя мой вопрос. – Я знаю, где мы после этого остановимся, там дядька мой живет недалеко, только он наукой занимается, скукотища. Драконов изучает по старым летописям.

У меня едва сердце не выскочило от волнения. Я ведь практически ничего не знаю о драконах, а тут целый ученый! Можно и задержаться на денек. И даже на три.

- Знаешь, пожалуй, я тебя найму, - я постаралась никак не показать своей заинтересованности. - Проводишь до дяди, потом свободен.

- Два золотых! - тут же уточнил он.

- Идет, - согласилась я, вызвав у Ферина некоторое недоумение и даже сомнение, не продешевил ли он.

- А дорога становится все интереснее, - хмыкнул Рут.- В гнездо дракона, я так понимаю, все равно полезешь?

- Да.

- Вы хотите убить или, что еще страшнее, ограбить последнего дракона, что ли? - вор даже отодвинулся немного. - Это только за десять золотых, ребята, за меньшее я не полезу в горы, да еще и без чешуи...

- Во-первых, тебя дальше никто и не звал, - степняк отодвинул сумку от оказавшегося слишком близко вора. - А во-вторых, это только легенда, что чешуйка дракона способна защитить от его пламени.

- Вот у ученого и спросим, - вздернул нос Ферин, вновь бросив в рот кусочек тыквы. - А еще я знаю, где можно найти карты гор. Или вы и сами знаете, где его гнездо?

- Идет, ты нанят до гнезда за двенадцать золотых, - вынуждена была признать я.

- Плюс процент за риск! - спохватился предприимчивый парень, - И надбавка за полезность!

- Обычно же за вредность.

- Ну, я-то собираюсь быть вам полезным. Вот за принесенную пользу и доплатите.

- Тебе палец в рот не клади. Слушай, Вель, а он нам вообще нужен? - усомнился орк. - Ну, красивые у тебя глаза, так что с того? Это еще не повод брать какого-то сомнительного пройдоху с собой и лазить по старым храмам.

- К сожалению, мне нужна информация о драконах. Я не знаю, что мне делать, если он не сдержит слово и не отдаст мою сестру, - призналась я нехотя.

- Драконова дань? Так что ж ты сразу не сказала? - возмутился Рут.

- А какая разница? Это мое дело. Мое и проклятого ящера. У нас уговор: приду в гнездо до истечения месяца – он вернет сестру, а не успею – стану следующей.

- Паршиво дело, - присвистнул Ферин. - А много времени осталось?

- До следующего новолуния, пока еще достаточно. И я бы ехала к горам без остановки, но не знаю, где искать само гнездо. Там ведь можно неделями блуждать без толку, горы до самого побережья тянутся на тысячи верст.

- Так чего мы сидим? - подскочил вор. - Быстрее, поехали к дяде, а по дороге и храм посмотрите.

- А ты чего так распереживался? - удивилась я.

- Двенадцать золотых плюс доплата. Добавь столько же, и я даже к дракону схожу, - усмехнулся он. - Поехали, мне свою полезность надо отработать.

Мы с орком переглянулись.

- Ну, допустим, ему есть за что стараться. А ты еще не передумал? Может, я как-нибудь позже долг верну? - осторожно начала я.

- Глянь-ка на седло, - Рут даже указал на свою лошадь, чтобы я не сомневалась, куда смотреть.

К одной из сумок был пристегнут второй такой же бурдюк, наводя на печальные мысли.

- Добавлю и его в твой долг чести, если еще раз спросишь такую глупость. Доведу и до гнезда, и обратно, это не обсуждается.

Я прикусила язык, пить эту дрянь мне совсем не хотелось.

- Раз уж мы все решили, - Ферин хлопнул себя по коленям, - то пора в путь!

С час мы ехали дальше по тракту под непрекращающиеся небылицы воришки. Казалось, что количество их меньше не становилось, наоборот, каждая история порождала еще десяток новых.

Я слушала его вполуха, не запоминая ни слова, пока вдруг не услышала, что речь зашла о драконе.

- Гляжу, садится в лес! Крылья небо заслонили и вдруг исчезли, будто и не было никакого дракона, зато из леса все птицы разом вспорхнули.

- Посмотрим? - обернулся на меня степняк.

- На что? - не поняла я, пропустив суть рассказа.

- На то место, где позавчера дракон твой сел.

- Это далеко? - встрепенулась я.

- Направо отсюда, вон уже и тропа виднеется, я ж потому и вспомнил, - Ферин остановил лошадь. - За лесом, за час доберемся, я так думаю.

- Поехали, - я потянула вожжи, сворачивая в лес. - И побыстрее, вдруг там остались следы, хоть с направлением полета определимся, горы-то большие.

- А чего он садился вообще? - Рут задумчиво обвел взглядом верхушки сосен, - Твоя сестра тяжелая, что ли?

- Как тростинка стройная и как пушинка легкая, - возмутилась я. - Она даже не воин.

- Тогда дракон не мог устать. Зачем же сел?

Я пожала плечами и привстала на стременах, всматриваясь вперед, туда, где были обломаны ветки, будто через них кто-то продирался. Кто-то очень большой. А потом появились следы. Сначала драконьи, с длинными когтями и недоразвитым пятым пальцем, а потом и человечьи, но не Ланы, мужские.

- Чего он тут топтался? - Рут поднялся с корточек и обошел глубокий след. - Будто искал что-то.

- Похоже на то, - я стояла на краю последнего огромного следа, после которого обратно завернули уже человеческие. - И, кажется, нашел это здесь. Что же он мог взять именно в человечьем обличии?

- Поехали дальше, может, там что-то станет ясно, - Ферин даже с лошади не спускался, чтобы не мешать нам, после пятого-то окрика, и ожидал немного в сторонке.

- Да, поехали, - орк тоже поднялся в седло, наклонился и взял мою Хель за узду, подводя ко мне.

- Надеюсь, он не уронил Лану, - пробормотала я, тяжело вздохнув.

- Поплюй, - посоветовал Рут. - Мало ли чего ему тут понадобилось? Крови нет, женских следов тоже.

- Это, конечно, обнадеживает, - я вскочила в седло и привычно поправила лук и длинные косички.

Степняк легко хлопнул меня по спине и тронулся вперед. Следы оборвались на прогалине резкими и глубокими отпечатками трех лап и хвоста, разметавшего кусты в самом конце. Теперь я стояла как раз там, где при посадке оказалось брюхо дракона, и пыталась понять, что же он тут делал. Задрав голову и прикрыв ладонью глаза от полуденного солнца, я всматривалась в подломанные ветви над поляной. Под ногами шуршала иглица, напоминая, что мелкие следы могло замести при взмахе крыльев, когда дракон взлетал. Но хоть что-то же должно было остаться.

- Так, ладно, - я прошла чуть вперед и встала у следа передней лапы. - Он нес Лану в той руке. То есть, лапе. Здесь он еще держал ее, а потом шел на четырех лапах. Значит, должен был отпустить хоть ненадолго.

- Понял, ищем, - понятливо кивнул орк.

Облазив поляну вдоль и поперек, я уже почти отчаялась, но тут меня окликнул Ферин откуда-то из-под совершенно далекого от места посадки куста:

- Посмотри, это ее?

Я подошла и тронула лоскут светлой ткани, несомненно, оторванный от платья сестры. Отвязав его от низкой ветки, скрытой в самой середине куста, я развернула и прочитала “Не едь за мной”. Написанное кровью.

- Да чтоб его, - тихо ругнулся Рут, увидев, как я сжимаю в кулаке тряпицу со следами крови.

- Слово давал, что ей ничего не угрожает до конца месяца,- зачем-то уточнила я.

- Нигде на поляне крови нет, - напомнил Ферин, смущенный своей находкой.

Я взяла себя в руки, отрешилась от злости, клокотавшей внутри, и стала рассуждать:

- Сама ткань чистая, не похоже, чтобы она упала с высоты. И крови больше нигде не было. Лана могла написать это, только пока дракон ходил по лесу. И раз бумагу и чернила она не захватила с собой, то, скорее всего, оцарапала пальцы.

- То есть, дракон не ранил твою сестру? - уточнил вор, - Уверена?

- Нет, не уверена. Просто надеюсь на это.

- Все будет хорошо, мы ее вытащим, - степняк снял сумку с седла и поставил ее на землю. - А сейчас нужно отдохнуть.

- Да, я просто сдохну, если не поем! - Ферин вздохнул с облегчением, - Может, вы, воины, и питаетесь солнечным светом и росой, а я привык к чему-нибудь посерьезнее.

- Ты с дриадами перепутал, - я привязала лоскут платья к застежке доспеха на поясе и пошла в чащу за хворостом. А там с удовольствием встала возле самой высокой сосны и пару раз стукнулась об нее лбом, осознавая, что прямо сейчас я все равно ничем не могу помочь сестре. Как и в ближайшие пару недель.

Вернувшись с дровами, я застала мужчин благополучно спящими под деревом, а лошадь вора беспокойно всхрапывала и перебирала копытами на месте.

- Проклятие! - я бросила хворост и выхватила кинжал из ножен. Руны мягко подсвечивались синим, чувствуя приближение нежити, хоть над нами пока еще сияло солнце.

Лихорадочно вспоминая всю возможную дневную нежить, я скорее вытащила из сумки шарф и повязала его на лицо так, чтобы не вдыхать мелкую золотистую пыльцу, медленно осыпавшуюся сверху. После этого я привязала лошадей к тому же дереву, под которым спали мои такие внезапные попутчики, так, чтобы беспокойная пегая лошадка оказалась между нашими боевыми, и оттого исключительно флегматично настроенными на появление нежити, лошадьми. И тут же принялась на ходу высыпать тонкой струйкой смешанную с тертой полынью соль из мешочка, каких было еще несколько в моей сумке. Обведя солью широкий круг, с запасом оградивший нас от остального леса, я опасливо сбегала и подобрала брошенный хворост, переложив его внутрь защитного круга. И уже после этого взобралась в седло, встала в нем на ноги и полезла на дерево, радуясь, что это раскидистый дуб, а не сосна.

Нужно было срочно найти смертоносный золотой цветок, пока он не спустил свои тонкие побеги к усыпленным жертвам. Я карабкалась все выше, пока не увидела, наконец, невидимый с земли полупрозрачный бутон размером с голову теленка, окруженный крупными овальными листьями, уже готовыми открыть под собой дыхальца, из которых поползут хищные плети побегов. Они довольно бойко спускаются вниз, оплетают жертву, проникают внутрь через любые возможные отверстия, даже через крупные раны, и выделяют яд. От него в течение суток все внутренности превращаются в кашицу, и цветок выпивает ее, оставляя лишь оболочку.

Подрубала короткий стебель я минут пять, потому что цветок активно изворачивался и даже пытался отбиваться листьями, шипя на меня дыхальцами. Наконец отделив его от корня, я размахнулась и забросила бутон как можно дальше в лес. На дереве, конечно, из обезглавленного корня вырастет новый цветок-паразит, но нескоро, пару лет пройдет. Надо бы запомнить это место и вернуться сюда с топорами, чтобы срубить зараженное дерево.

Я села на нижней ветке, свесив ноги, но шарф снимать не спешила. Пусть сначала пыльца осядет.

А через час в тени леса появились они...

Глава 5

Из дневной нежити самыми многочисленными были плакальщицы. Они ходили целыми косяками, по двадцать-тридцать штук, доедая за более медленными хищниками. И слава Судьбе, что соль и полынь они на дух не переносили.

Из тени медленно проступали белесые фигуры, похожие на человеческие, но с длинными руками, свисавшими почти до земли. На безносых лицах самой выступающей частью были веки. Именно веки, а не глаза, напротив, маленькие, красные и глубокие. Набухшие, будто от долгого плача, они приоткрывались тоненькими щелками, защищая слабые глаза от света. Да и тонкие подвывающие звуки, доносящиеся из приоткрытых безгубых ртов с подвижными зубными дугами, очень походили на плач.

Я сняла лук и положила стрелу на тетиву, прицелилась в ближайшую плакальщицу. На бьющееся в конвульсиях тело тут же бросились с десяток других, живо разрывая на куски. К сожалению, стрелы забирать я пока не смогу, поэтому придется экономить, а идти с мечом против таких длинноруких тварей, да еще и в таком количестве, чистое самоубийство.

После пятой подстреленной твари, пускаемой на замену уже съеденным плакальщицам, я поумерила пыл и спустилась вниз. Держать их на расстоянии вечно все равно не выйдет, а конь Ферина беспокоился все сильнее, кося ошалелые глаза на приближавшуюся нежить.

- Что ж ты такой трус? - я вклинилась между лошадьми и завязала своим шарфом глаза беспокойному коню. - Не видно — не страшно.

Успокоив теперь только нервно стригущего ушами скакуна, я села рядом со спящими товарищами и наблюдала за доедавшими плакальщицами. Надолго тел их товарок, конечно, не хватило, и теперь нежить стояла плотным кружком в полуметре от соляного круга, тихо подвывая и щуря глаза, но ближе они не совались.

Я совершенно спокойно развела костер, достала хлеб и вяленое мясо, вызвав искреннее возмущение плакальщиц. Они тоже были не прочь пообедать чем-то существеннее жилистых тел своих соплеменников.

- Обойдетесь, - фыркнула я и легла на плащ. - Еще пару часов поспят, пока действие пыльцы закончится, а потом мы вас на пару с тем орком порубим.

Закрыв глаза, я решила провести время с пользой, раз уж ехать дальше возможности не было.

Через какое-то время я резко подорвалась от болезненного вскрика, села, моментально ощерившись сияющим рунами кинжалом.

Какая-то особенно ретивая плакальщица сунулась ближе, коснувшись длинной рукой соли, и теперь крутилась, истекая кровью, а остальные многозначительно щелкали на нее пастями.

Я потерла глаза, зевнула и посмотрела на медленно темневшее небо. Уже вечерело, пора бы и моим отравленным товарищам просыпаться. Хотя... Глядя на теперь стягивавшихся к раненной товарке плакальщиц, я хмыкнула и полезла в сумку. Оставалось еще четыре таких же мешочка с солью. Не ахти что, но одним пожертвовать придется. Хотелось верить, что от нежити нам больше не придется отбиваться такими радикальными методами. Да и не развелось бы ее так много, если бы нынешний король не был таким тугодумом и все-таки оплатил кланам услуги по ее истреблению. А так мы придерживались принципа невмешательства на не принадлежащих нам землях. Вокруг клановых деревень, разумеется, даже захудалого упыря не найдешь. Зато вдоль трактов, по буреломам и жальникам их развелось столько, что король теперь не отплюется от жалующихся подданных. Пробовал в том году регулярную армию в лес загнать, так половины потом не досчитался, зато золотые пуговицы с их мундиров до сих пор селяне по лесам собирают. Значит, все равно придется договариваться с главами кланов. Вот только цены на наши услуги теперь будут другие, не стоило отказываться от нашей помощи, когда сами предлагали всем Большим советом.

Воодушевившись тем, что плакальщицы и без моего вмешательства сбились в одну кучу, я подбросила мешочек с солью на ладони, а потом зашвырнула его как можно выше прямо над нежитью. Стрела, пробившая его, вызвала небольшой, но очень широко разлетевшийся соляной дождик.

Вой над поляной стоял такой, что и мертвого бы разбудил. Ну, или почти мертвого. Как минимум, спящего.

- Что происходит? - Рут медленно сел, сжимая голову руками, прямо как я давеча после его пойла, и обвел взглядом побоище вокруг.

- Да вот жду, - я с отвращением наблюдала, как еще живые плакальщицы с остервенением рвали друг друга и уже мертвых на части. - Кто последний останется, получит приз — стрелу в глаз.

Степняк понаблюдал за нежитью с минуту, потом хмыкнул и покачал головой:

- А я еще переживал, как ты одна по тракту шляешься, такая маленькая и беззащитная...

- Вот так и шляюсь, - я пожала плечами.

- Плотоядный цветок? - еще через какое-то время уточнил он, рассматривая остатки золотистой пыльцы на наруче.

- Да. Лошадям повезло больше, они стояли далеко, практически ничего не попало.

- Надо бы срубить зараженное дерево, - Рут оглянулся на нехилый ствол.

Я тяжело вздохнула и оперлась на колени, подтянутые к груди:

- Я передам в клан, наши ближе.

- Учти, что до гор еще не одна такая дрянь попадется, - предупредил орк. - Так что в одиночку ездить небезопасно.

- Да я уже поняла. Я слишком долго все делала одна. Вместе оказалось гораздо веселее. Я не против, можешь и дальше ехать со мной, раз уж увязался вместо того, чтобы нормальный долг стребовать.

- И поеду, - насупился Рут.

- Я тоже, - сонно пробормотал Ферин, даже глаз не открыв. - За двенадцать золотых.

- Без надбавки? - поддела я.

- С надбавкой! - вор резко сел, так и не открыв глаза, но почти сразу упал обратно и снова уснул.

Проследив за ним, мы с Рутом вернулись к созерцанию поляны. Тварей осталось всего пару штук.

- Ну и глупость же я сделала! - вдруг осенило меня.- Нужно было подождать, пока вы проснетесь, потом прорваться на лошадях к дороге и вести плакальщиц за собой до столицы! Мне ведь за это теперь никто не заплатит! - я патетически воздела руки, действительно сожалея о растрате такого ценного ресурса, как местная нежить.

- В тебе умер торговец, - фыркнул орк, поднялся и пошел к бурелому, начинавшемуся сразу за поляной. - Собери то, что осталось, если хочешь, найдем лавку зельевара, продашь ему.

Я открыла рот, чтобы возмутиться, и закрыла. Поднялась, пустила обещанную стрелу последней плакальщице в глаз и пошла собирать уцелевшие стрелы. Попутно достала еще с десяток и стала бродить по полю боя, высматривая среди останков то, что могло быть полезным. А именно, желчь. Один из самых сильных ядов, убивающий даже от простой царапины. Осталось, говоря откровенно, не так и много. Приходилось раскидывать останки ногами, чтобы видеть в разъедаемых солью кусках хоть что-то.

Снова проснувшийся Ферин увидел, как я макаю наконечники в развороченную тушу, позеленел и упал обратно. А я еще и крови во флягу набрала. Мало ли, чего добру пропадать. А потом снова села у костра, достала мешочек с красящим порошком и принялась натирать им оперение отравленных стрел, чтобы они отличались от обычных.

- Где же Веды находят таких мастериц на все руки? - вдруг спросил Рут, вернувшийся к костру с охапкой хвороста и кабаньей тушкой и наблюдавший за моими действиями с огромным интересом.

- Где нашли, там больше нет, - я отвлеклась лишь для того, чтобы убрать с лица упавшую косичку, и снова продолжила натирать оперение, вбивая краску.

- Ну-ну, - хмыкнул степняк, сел напротив, теперь глядя на меня поверх огня, и принялся разделывать кабана ножом. - А ты не хочешь вступить в клан Ночи?

- Я Веды по праву Судьбы, мы из клана уходим только в загробный мир, - усмехнулась я, хоть такое предложение и польстило.

- Смотри, - Рут вытер нож и протянул его ко мне плашмя над огнем.

Я бросила взгляд на отполированный металл и снова опустила голову. Но спустя мгновение вскинулась и перехватила ладонь орка, всмотревшись в свое отражение на лезвии. Поперек лба у меня красовались две синие черточки. Я с запозданием вспомнила, что краска у меня была именно этого цвета, и пальцы благополучно перемазаны в ней.

- Это обозначает саи, - он кивнул на мой нечаянный рисунок, - и у нас в Ночи осталось еще два мастера, владеющих этим оружием. Думаю, они оба с удовольствием бы тебя обучили.

- Ни за что, - я с остервенением потерла лоб тылом кисти, а потом и краем черного плаща.

Степняк усмехнулся, а потом и вовсе расхохотался, глядя на мои потуги и крепко взявшуюся краску. И разбудил этим нашего вора, немножко позеленевшего от увиденной картины.

- Пожалуйста, скажи, что это не нежить, - Ферин посмотрел вокруг и с опаской указал на мясо, которое орк бросал на угли.

- А ты попробуй, и сам скажешь, - веселился Рут.

Вор стал зеленее степняка:

- Может, поехали отсюда?

- Да успокойся, нежить быстро разлагается, а они еще и солью посыпаны. Посмотри, уже темнеет, без толку возвращаться на тракт, - я бросила ему флягу с водой.

- О боги, как меня угораздило связаться с двумя ненормальными?

- За двенадцать золотых, - напомнила я с улыбкой.

- С доплатой, - ревностно буркнул он и поднялся. - Я от этого мяса не умру? А то знаю я вас, воинов, вы и желчь василиска переварите, даже не поморщитесь.

- Нет, василиск нам сегодня не попадался, - хмыкнул Рут, посыпая мясо какими-то резко пахнущими специями и листочками. - Но через месяц мы сможем попробовать сердце дракона.

- Это уже без меня, - вор глотнул воды, подумал, выпил еще. - А ничего посерьезнее нет? А то мы, знаете ли, собираемся ужинать на горе вонючих трупов. Для меня это немного... слишком.

Я отчаянно зажестикулировала ему, чтобы заткнулся, но было поздно. Рут тут же вспомнил про мой долг. С другой стороны, на троих жуткая брага уйдет гораздо быстрее, избавив меня от мук.

Заполучив в руки бурдюк, Ферин так обрадовался, что едва не заплясал. Но когда глотнул...

- Там кровь дракона, что ли?! - он закашлялся и скорее сунул в рот кусок мяса практически вместе с углями.

Рут с исключительно паскудной ухмылкой наблюдал за метаниями парня по поляне в поисках воды. Потому что приправа оказалась настолько острой, что дух захватывало, причем очень подленько, так что это становилось ясно только после того, как проглотил кусок. Я даже запила ее оркским пойлом. А вот Ферин далеко не сразу решился на такой подвиг, оббегав с выпученными глазами, кажется, половину леса, но так и не найдя родника.

Лес дышал ночной тьмой, лишь небольшой костерок вырывал из ее лап пятно на прогалине. Плакальщицы окончательно истлели, даже запах быстро унесло легким ветерком. Откуда-то теперь тянуло цветущей вишней, перебивая даже воспоминание о том, что здесь еще днем было побоище.

- Деревня недалеко, - потянул носом Рут. - Жильем пахнет. И пашней.

Я пожала плечами, не споря с ним. У орков чутье все же лучше. Вот вишню мы все унюхали, стоило лишь шаг от костра и пряного мяса сделать, а запах домов я не различу с такого расстояния.

- Хорошо, что ты их перебила, - продолжал степняк, видя, что я молчу. - Местные ведь не виноваты, что король у нас бестолочь.

- Не виноваты, - вынуждена была признать я, уныло глядя в небо после все же выпитого на сегодня долга чести. - Но и сами ведь помощи не просят. Не ходить же мне по деревням и селам с уговорами.

- А ты сама много помощи просишь? - усмехнулся орк и бросил на отрубившегося после двух глотков паренька плащ. - Не просишь, гордая потому что. У них, может, тоже гордость есть. Сами справляются, своими силами. Там, за буреломом, рогатина в синюшной крови лежит, явно сюда в плакальщице перекочевала, научились сами кое-как отбиваться.

- Это когда одна плакальщица на деревню набредет. А если как сегодня? - возмутилась я.

- Тогда не было бы уже деревни. Для того мы и нужны, чтобы обычные люди спали спокойно, пока мы делаем единственное, что умеем, – убиваем.

- М-гм, как красиво у тебя все получается на словах... А самим нам приходится коротать ночи по жальникам, кладбищам и пещерам, чтобы они спали, - я подбросила еще пару веток в костер. - Сколько наших полегло за одну эту зиму. Думаешь, хоть кто-то спасибо сказал за свой крепкий сон? Нет, они, как и раньше, несут своих детей на болото. Они ходят в лес в метель, чтобы нам было кого искать под снегом. Они разоряют берлогу и будят медведя, от которого потом умоляют защитить. Они идут охотиться на территорию другого клана, наплевав, что это нас стравливает.

- Тебя разве заставили выбрать путь воина?

- Нет, я сама этого хотела.

- Вот именно, Вель. Значит, если ты сидишь ночью на кладбище, то именно там ты и должна быть. Воин — это в первую очередь возможность защитить тех, кто сам не может этого сделать, даже если он сам сотню раз в этом виноват. А уже потом татуировки и привилегии, которые они дают.

Глава 6

Я почувствовала, что у меня горят уши. Стыдно было неимоверно, пусть даже обвинения и были совершенно напрасными. Но сам факт того, что меня заподозрили в подобном, вызывал жгучий стыд.

- В последнюю очередь я думала о привилегиях, когда выбирала этот путь. Тогда мне было семь, я хотела стать сильной, чтобы прославить клан и помогать людям. А потом подросла, вышла из-под крыла наставника и столкнулась со всей той грязью, что влечет за собой наш выбор. Первого ребенка я принесла в Веды в девять. Я забрала его у пьяного лесника, пришедшего топить ребенка в проруби. Наутро его самого нашли вмерзшим головой в лед со стрелой в затылке. Все знали, кто это сделал, но никто не попрекнул меня ни единым словом. Потому что вся жизнь воина – сплошная грязь. И Судьбе плевать, сколько тебе лет, она заставляет нырнуть в эту тину сразу и безвозвратно. Хочешь, не хочешь, но быстро приходится зачерстветь.

- Это личный выбор каждого, - тихо ответил Рут. - Черстветь или нет. Так проще, согласен. Но просто – еще не значит, правильно.

Я отвернулась к огню, легла и завернулась в плащ:

- Вот именно, каждый сам выбирает, как жить, каким быть, чем заниматься. Все, кроме нас, выбирающих только один раз.

Орк не ответил, только вздохнул.

Открыв глаза с первыми лучами солнца, я с минуту лежала, не двигаясь, и прислушивалась к лесу вокруг. Птицы щебетали так редко и тихо, что это настораживало. Не было того привычного утреннего гомона, что возникает резко и весь разом, стоит только одному солнечному лучу коснуться верхушек. Зато потрескивал костер, не успевший выгореть за те несколько часов, что я спала. Хотя, скорее всего, Рут подкинул еще дров среди ночи. Даже самые сырые ветки прогорели бы до пепла, а из слабого огня еще выглядывали неопаленные концы.

- Поспи еще, я тебя разбужу, - раздалось сзади.

Я перевернулась на еще не отлежанный бок и увидела, что степняк сидит под деревом и переплетает косички.

- Не ложился, что ли? Чего не разбудил раньше?

- Выспался под пыльцой, - хмыкнул он. - Нашел ручей недалеко, пойду напою лошадей, раз уж ты не спишь.

Золотое правило воинов гласило, что на чужой земле спать всем одновременно нельзя, даже если стоянку десять раз обойти с солью. Да тот же коварный цветок вполне может перебить целый отряд, если никто не будет стоять на стреме и не заметит, что некоторые воины засыпают там же, где стояли.

- Хорошо, я покараулю, - я села, окончательно сгоняя дремоту и зябко кутаясь в теплый плащ. Весна вошла в силу совсем недавно, а по ночам все еще шел холод от земли.

И в утреннем стылом воздухе я почувствовала с очередным дуновением ветра едва различимый, какой-то даже призрачный запах свежего спила, вспаханной земли, хлеба и молока, а еще мокрой шерсти, птичьего пера. Правда, еще и тухлятины, но это тоже бывает в деревнях. Может, у них там как раз скотину забивали.

- Жилье близко, - с удивлением поняла я, о чем вчера говорил орк. - Ферин, вставай, тут и вправду совсем недалеко должна быть деревня, заедем, там и позавтракаем.

Вор недовольно завозился под своим плащом, простонал что-то неразборчивое и снова затих. Я сжалилась и подошла к нему с флягой воды, перевернула на спину, приподняла всклокоченную голову:

- Пей, - я сунула ему воду под нос.

Парень поморщился, глотнул с трудом. А я заменила флягу на лежавший рядом бурдюк. На первом же глотке Ферин поперхнулся, закашлялся, багровея всей видимой кожей, зато проснулся.

- Подъем, - я отпустила его и вернулась на свое место у костра.

И пока я перепроверяла оружие, вор немного пришел в себя и уже с осознанным взглядом подсел к огню:

- Что за дрянь он нам вчера подсунул?

- Какая-то орочья брага, - я пожала плечами и вернула перевязь с мечом на пояс. - Я не спрашивала и, честно говоря, не хочу знать. А то боюсь, что не смогу пить.

- А чего тогда пьешь?

- Долг чести.

- Какие же вы странные. Разве можно отдать долг за спасенную жизнь, распивая эту дрянь?

- Ну, как тебе сказать, - я бросила ветку в огонь, - воин вправе затребовать все, что в голову взбредет, если это не касается клана и не превосходит по своей цене жизнь. А откуда ты знаешь, что он мне жизнь спас?

- Рут сказал по дороге, - как-то вдруг смутился вор. - Давай собираться, быстрее тронемся – быстрее приедем.

Я пожала плечами, не понимая, почему у Ферина так забегали глаза. Я ведь и не делала тайны из своего обязательства, да и не вижу в этом ничего страшного.

Выехав на тракт, мы еще какое-то время оглядывались, высматривая плакальщиц в чаще. Но дорога была спокойной до такой степени, что перестук копыт мы услышали даже раньше, чем увидели самого гонца. Он пронесся мимо, даже взглядом нас не удостоив, будто за ним как минимум дракон гнался. Только пыльный красный плащ королевской службы мелькнул над дорогой, как стяг торопливости.

- Что-то случилось, гонец-то королевский, - привстал на стременах Ферин. - Надо будет расспросить кузину друга моего соседа, если в столице окажемся, она всегда знает самые последние политические сплетни. Буду отрабатывать полезность.

- У тебя странные знакомые, - хмыкнула я.

- Вы самые странные из них, - вор пожал плечами и улыбнулся, а потом указал на небольшую дорогу, уходившую вправо от тракта. - Смотрите. Если деревня и есть, то точно тут. Дальше до самого города развилки только налево.

- Проверим, - Рут первым свернул на укатанную дорогу и подстегнул лошадь.

Лес быстро сменился полями, а там, будто из-под земли, выросли первые домики. Ухоженные, крашеные, с белыми наличниками на окнах, с красивыми палисадниками. И все мертвые.

Я спешилась у самого крайнего дома и некоторое время просто мрачно смотрела на мертвого мужика, практически в обнимку лежавшего у дороги с пробитой рогатиной плакальщицей. Чуть дальше молодая еще девка в расшитом сарафане, сильно подъеденная, но еще вполне опознаваемая. Она явно пыталась убежать по дороге из деревни, но ее быстро окружили.

- Что здесь случилось? - Ферин прикрыл нос рукавом, непривычный к такому.

- Те плакальщицы были здесь до того, как пришли по наши души, - я села на корточки и поддела кинжалом руку нежити в засохших бурых разводах.

- А почему не разложились, как те в лесу?

- Здесь некому было посыпать их солью, - я поднялась и пошла в дом, хоть надежды, что кто-то выжил, и не было. Просто убедиться, что я права.

- Вель, стой, - степняк вошел за мной. - Часть плакальщиц могла остаться здесь, доедать трупы.

- Их что-то согнало с места, ты же сам видел, - я прошла на кухню и первым делом открыла погреб, но никто оттуда со слезами облегчения не вылез.

- Видел, что не всех поели... Слушай, сейчас не лучшее время разживаться завтраком, давай сначала все дома проверим, - буркнул он, увидев меня над открытым люком.

- Одно другому не мешает, - я сделала вид, что именно за завтраком туда и сунулась, спустилась на пару ступеней и сняла с крюка окорок.

Сменив кинжал, видавший не один десяток нежити и потому вызывавший сомнения в своей пригодности для пищи, на нож, я отрезала кусок от своей находки и забросила его в рот.

- Да, ты циничнее, чем я думал, успела зачерстветь, - орк тяжело вздохнул и пошел обратно на улицу, бросил через плечо, - я буду искать выживших по другой стороне дороги. Пройдись по этой, когда закончишь.

- Много ты понимаешь, - ответила я, когда он вышел, положила мясо на стол, села на лавку и бездумно уставилась в окно.

Я не раз уже видела полностью выкошенные деревни. В первый раз это был налет Гарды, во второй — чумовое поветрие, в третий, как и сейчас, нашествие голодной нежити. И так по кругу. Не оставалось никого. Я вытаскивала из-под завалов мертвые тела женщин и детей, я сжигала горы трупов, я добивала тех, кто каким-то чудом не ушел в иной мир до прибытия кланников, но был уже не жилец и только беспрестанно орал от боли. И каждый раз это было, будто в первый. И холодный голос матери, приказывавший сжечь деревню каждый раз.

В третьей такой деревне я оставалась дольше всех, надеясь непонятно на что, облазила каждый куст и каждый дом, спускалась в каждый погреб и поднималась на каждый чердак. И нашла единственного выжившего. Это был еще лопоухий щенок, скулящий в канаве с перебитой лапой. Я вытащила его, поскальзываясь на замерзшей грязи, перевязала и понесла в Веды. Хоть это и была лютая зима, лошадь, тогда еще другая, ушла с остальными воинами, не став ждать ополоумевшую хозяйку, а мне было всего четырнадцать. Я несла щенка за пазухой, часто останавливаясь, чтобы отогревать его хотя бы дыханием и топить для него снег в руках. И мы уже были у самых ворот. Но развернув его, чтобы напоить в последний раз перед тем, как мы окажемся дома, я поняла, что ему совсем плохо. И вышедшая мне навстречу Мать, посмотрев на щенка, сказала: “Убей, чтобы он не мучился. Ты же видишь, что он не проживет и часа”. Я несла его шесть гребаных часов, я боролась за его жизнь, согревая собой, но он все равно не выжил. Я отказалась убить его тогда. И он действительно умер в судорогах через каких-то полчаса. А я держала его в руках и не могла помочь, не могла подарить быструю и безболезненную смерть, потому что не могла смириться с такой несправедливостью. После этого Мать залепила мне пощечину и пообещала, что добивать раненых станет моей почетной обязанностью, раз я такая бесхребетная. С тех пор я и добивала. Молча, безжалостно, ни единым движением не показывая, как тяжело мне это дается.

- Велия, ты долго там сидеть будешь? - в дом сунул голову Ферин, увидел, что я сижу за столом с куском окорока в руке, и позеленел.

- Сейчас, - как можно равнодушнее ответила я, снова жуя, - доем и пойду осматривать.

- Как ты можешь?!

Я пожала плечами. Никогда и не перед кем я больше не показывала своей слабости, боли и слез. Потому что никому не доверяла настолько. И сейчас продолжила неторопливо жевать.

- Да не будь ты такой черствой! Вдруг кто-то выжил, и ему нужна помощь!

- Нет. Никто не выжил, будь реалистом, - я все же отложила облюбованный окорок. – Нежить что-то хорошенько спугнуло, раз они пошли дальше лесом, оставив здесь недоеденные трупы. Деревня большая, если были выжившие, то они собрались вместе и свалили отсюда дальше, чем видят. А еще тишина. Ты слышал? Ни единого звука не было. Хоть бы кони в стойлах ржали, что их никто не выгнал в поле до сих пор. Но даже они не выжили. Нам некому помогать здесь.

- Надо искать, - не сдавался парень.

- Буду счастлива, если ты найдешь хоть крысу, - я неторопливо поднялась и пошла за ним на выход.

К концу улицы отчаялся даже оптимистично настроенный вор. Везде мы находили лишь мертвых. Даже лошадей не обошла эта участь, как я и говорила.

- Конюшня заперта изнутри, как такое возможно? - возмущался Ферин, едва не плача.

- Окно под крышей, - я указала вверх. - Они пролезли в окно и забили перепуганных лошадей прямо в стойлах. Это моя Хель может дать нежити копытом промеж глаз, а необученные кони боятся, как твой… Кстати, как его зовут?

- Трус, - вор сел на край кормушки у входа и уронил голову на руки. - Его зовут Трус.

- Ему подходит. Возьми мешок зерна из хлева для лошадей, и пойдем дальше.

- Я вор, а не мародер, - вскинулся он.

- Полагаешь, здесь зерно кому-то еще нужно? Бери, и пойдем, мне не до сантиментов, - разозлилась я. - Это ж надо, приходится уговаривать вора украсть что-то.

У колодца на центральной площади мы встретились с мрачным Рутом. Он смотрел вниз, бормоча себе под нос что-то явно нецензурное, но при виде нас одернул себя и повернулся:

- Что нашли?

- Зерно, - Ферин посмотрел на меня с осуждением. - Велия решила обокрасть мертвых.

- А ты точно вор? - усомнился и степняк в профпригодности нашего наемного работника. - Мертвецам оно уже ни к чему, а нам лошадей в дороге подкормить.

Парень замолчал, но всем своим видом продолжал показывать, как он с нами не согласен.

- Возьмем из погребов, сколько сможем, и поедем дальше. Здесь делать больше нечего, - я села на лавку у колодезного венка. - Я обязательно передам Матери о разгуле нежити, как только встречу кого-то из своих.

Глава 7

- Да, я тоже сообщу в клан, - Рут снова глянул в колодец и вздохнул. - Уходим, ты права, мы здесь не нужны.

Я не удержалась и из любопытства тоже посмотрела вниз, стоило только орку отвернуться. На дне колодца угадывалось несколько тел, ничком плававших в ледяной воде. Странно было пытаться спастись там от нежити, но люди в панике и не такое вытворяли на моей памяти.

Проезжая мимо опустевших домов, я все же поглядывала украдкой на окна, надеясь, что выжила хоть та же крыса. Но нет, плакальщицы умели влезать в самые невероятные места и обычно никого не оставляли. Уже почти выехав, я все же обернулась. И увидела, что на краю одной из крыш сидела трехцветная кошка, важно осматривая свои владения. А рядом баловались двое котят.

- Чего ты улыбаешься? - Рут тоже оглянулся. - Иди ты. Как эта киса умудрилась выжить?

- Чудом. Настоящим чудом. Значит, действительно кто-то должен был спастись, - я внимательнее всмотрелась в дорогу, ища на ней затертые следы. И нашла их. Кто-то все же выжил и ушел из деревни. В соседнюю или в город, это уже не важно. Главное, что выжили. В том числе угадывались и детские следы. А киса и здесь отлично устроится, в ее распоряжении теперь целая деревня.

На тракте мы снова остановились. Лоскут с кровавой надписью подгонял, но я здраво рассуждала, что если мы свалимся от усталости, то до гнезда точно не доедем. И это гнездо нужно сначала найти.

- Привал, - скомандовала я. – Я-то хоть позавтракала, пока вы по домам бегали.

- Это точно, - недовольно буркнул орк.

- Я и так совершенно безвозмездно спасла следующую деревню на пути миграции нежити, так что нечего на меня так смотреть, - я спрыгнула на землю и отстегнула седло с лошадиной спины, оставив на ней только потник. - Везде не успеешь, всех не спасешь. Что могли, мы сделали.

- Могли хоть похоронить... оставшихся, - Ферин виновато посмотрел на перекинутый через круп Труса мешок зерна.

- Можешь вернуться и порыть землю пару часов, - предложила я. - А потом собирать по всему селу, что от местных осталось. Я этим тоже в свое время занималась, причем довольно часто, так что не горю желанием.

- Там мало что уцелело, само разложится, - согласился и Рут.

Вор заткнул свою совесть и пошел за хворостом, понуро глядя исключительно в землю. И все время, пока мы сидели у костра, он продолжал смотреть перед собой, будто даже не видя нас.

- Давайте поторопимся в город, найдем твоего дядю-драконолога, - я первая поднялась с привала и начала седлать щиплющую травку Хель. - Времени больше не становится, а мы совсем не продвинулись, увязли на этом тракте, как в болоте.

- Храм богини ветра в двух днях пути отсюда, - напомнил Ферин. - Только придется налево свернуть. Но оттуда до города ближе, чем по тракту, он все равно скоро начнет забирать левее. Правда, поедем тогда через лес, но... Знаете, а мы ничего не потеряем по времени в итоге.

Я вздохнула. Мои глаза с их цветом, порой становившимся практически васильковым, меня нисколько не смущали, поэтому и тащиться в сомнительный храм древней и уже почти забытой богини мне не хотелось. С другой стороны, если время мы не потеряем.

- Что думаешь? - глянула я на Рута.

Степняк пожал плечами:

- Мне без разницы.

- Ладно, веди в свой храм, - согласилась я, припомнив карту трактов.

Ехать пришлось сквозь деревню, где на нас смотрели во все глаза, а стоило только нам спешиться у колодца, как дружно спрятались за высокие заборы. И лишь одна девочка со сбитыми коленками, выглядывавшими из-под по-детски короткого сарафанчика, осталась сидеть на лавочке, рыдая так горько, что пронимало до глубины души. Заметив такое упущение, к ней бросилась мать, но я остановила женщину жестом и подошла к малышке сама. Все равно делать нечего, пока лошади пьют и отдыхают.

- Что случилось, кто обидел? - я села рядом.

- Да ничего, госпожа-кланница, - мать все же рискнула подойти, бледнея от страха, что я могу забрать ребенка и увезти, если сочту нужным. - Мы из другой деревни уходили, она там кошку потеряла.

- А из какой? - я подняла на нее взгляд.

- По тракту от города в двух часах... У нас там беда случилась...

- Видела я вашу беду, - оборвала я рассказ. - Плакальщиц больше нет, не беспокойтесь.

- Благодетельница! - женщина рухнула на колени, но я отскочила от нее, как ошпаренная.

- Прекрати! Поднимись сейчас же! - шикнула я.

- У меня ж там и отец, и муж полегли! Теперь упокоятся с миром, отомщенные, - продолжала она. - Заплачу, все, что есть, отдам! Мы ж домой вернуться сможем теперь!

- Оплачено, - буркнула я.

- Кем? - опешила она.

- Мертвыми. Зерном и хлебом, - я отвернулась, собираясь уйти. Но остановилась, - Кошка трехцветная? Третий дом от въезда?

- Да, - девочка встрепенулась, - с котятами.

- Живые. Ждут тебя дома.

Стоило нам только оказаться в седлах, как народ, уже оповещенный женщиной, высыпал на улицу, благодаря нас на все лады и пытаясь насильно вознаградить за доброе дело. Я отчаянно краснела и подгоняла Хель, уворачиваясь от лезущих обнять мне ноги, ну или хоть облобызать копыта лошади. Выживших было гораздо больше, чем мы думали. Как наперебой рассказывали спасшиеся люди, нежить спугнул пролетавший над лесом дракон, позволив выжившим сбежать. Зато выяснилось, что этот дракон был черным, других, собственно, и не осталось, и нес он вполне живую и невредимую девушку. Причем, если верить рассказам особо впечатлительных, девушка эта сидела у него на загривке, понукала и требовала лететь ниже, а еще лучше, сесть и раздавить нежить. И была она в сияющих доспехах, да еще и с огромным копьем… Сказочники, чтоб их, чего только не придумают, раз не рассмотрели. Я потеряла всякую надежду узнать правду, хоть и продолжала слушать.

- Только благодаря им и спаслись, - утирала глаза живенькая старушка, умудрявшаяся невероятным образом идти вровень с протискивающейся через толпу лошадью. - Храни Судьба этого оглоеда чешуйчатого! Хоть и сволок где-то девку себе на пропитание, дык хоть нас ненароком спас!

- А летели-то куда? – уточнила я, особо не надеясь на точность, свесившись к ней, чтобы слышать хоть что-то в гомоне людей.

- Дык в горы же.

- Бабуля, горы почти опоясывают страну, всю западную границу занимают! Куда именно?

- Дай подумать, - она пожевала беззубым ртом, устремив взгляд в небо. - Корин знаешь? Вот туда, на Корин полетел, у меня там свояченица есть, как проезжать будешь, у нее спроси. Все, как есть, расскажет. Любка ткачиха. Скажи ей, что от Агини приехала.

- Если запомню, конечно, - пробормотала я, выпрямившись. - Спасибо, бабуля.

Я пришпорила Хель и вырвалась, наконец, из благодарного окружения.

- Корин в неделе пути на запад, но я знаю короткую дорогу, - поравнялся со мной Ферин, державший в одной руке корзину яблок, а в другой курицу. Рыжую флегматичную курицу, смотревшую на нас как на кару небесную.

- Отпусти несушку, - велела я вору.

- Почему? От благодарности грех отказываться, так ты плодишь кармических должников. К тому же, это очень полезная в хозяйстве тварюшка. Представляешь, каждый день будут свежие яйца.

- У нас будут на обед сегодня свежие яйца, но совсем другие, если ты ее сейчас же не вернешь, - пригрозила я.

Ферин разжал руку. Курица хлопнула крыльями, слетая на землю, посмотрела нам вслед, потом обратно на деревню. Видимо, она сочла, что там было гораздо спокойнее, и пошла обратно.

- Ну что, черствая торгашка? - усмехнулся Рут, беззлобно толкнув меня в плечо. - В среднем кланы за уничтожение стаи плакальщиц берут пять золотых. Стащенный тобой окорок, мешок зерна и две булки хлеба потянут на три серебряных. Ах да, еще корзину яблок разрешила оставить. Четыре медяка. Да, прямо обокрала местное население.

- Чего ты хочешь? - разозлилась я. - Чтобы я содрала плату за то, что спасала свою шкуру? Я просто предупредила их, что опасности больше нет. По-моему, это меньшее, что можно было сделать за то, что я взяла в деревне.

- Я и говорю, черствая, дальше некуда.

- Отстань. Надо было бросить вас обоих под цветком и уезжать, а то теперь еще и выслушивай претензии, - я дотянулась до Ферина, взяла из корзинки вполне заслуженное яблоко и захрустела им, намекая, что разговаривать не настроена.

- У тебя ведь даже мысли такой не возникло тогда, - орк фыркнул.

Я молчала, сосредоточенно жуя. Ну да, не возникло. Но им-то об этом знать не обязательно.

- Веля, ты бы нас не бросила, правда? - так жалостливо уточнил Ферин спустя минуту, что я поперхнулась.

- Дурак, - я откашлялась и бросила в него огрызком. Ну ладно, не в него, а чуть мимо, будто промахнулась. - Любой воин будет сражаться до последнего.

- Это по кодексу, - Рут привстал в седле, хоть и был на порядок выше нас, всматриваясь в пока еще далекий лес, начинавшийся сразу за полем, через которое мы теперь ехали.

- Ну да, в действительности же бывает по-разному, - я тяжело вздохнула. - Воины тоже люди со своими интересами и слабостями.

В лес мы въезжали, когда солнце уже перевалило за полдень. Хорошо хоть с погодой повезло. Если бы и она нас тормозила, то я уже рвала и метала бы. А так лишь изредка одергивала себя, если рука тянулась к лоскуту сестринского платья. О понукании драконом люди явно преувеличивали, но сам факт ее целостности радовал. Как и более-менее четкое направление.

- Не зевай, - окликнул меня Рут, когда я едва не встретилась лбом с низкой веткой, задумавшись.

- Корин на территории Гарды, - я обернулась к орку. - Есть идеи, как будем туда пробираться?

- Не беги вперед лошади, - отмахнулся он. - Подласки сначала проедем, а там посмотрим. Этот-то город нейтральный.

- Вообще-то, нет, - вклинился между нами Ферин с уже почти пустой корзиной. - Его недавно Прери себе отхватили.

- Ну вот, - я раздосадовано хлопнула себя по бедру. - А я-то думаю, почему от них перестали заказы приходить.

- Вот так просто отхватили, без Большого собрания? - не поверил степняк.

- Будто ты там бываешь, - усмехнулась я, хоть и сама еще ни разу не участвовала в Большом собрании, где решали территориальные вопросы Отцы и Матери кланов, а так же готовящиеся им замены, вроде меня.

- Тебя я там тоже не видел, - поддел прозорливый воин Ночи. - И все же не могли они забрать город без ведома других кланов.

- Сами увидите, - не стал спорить Ферин. - А завтра мы уже будем в храме. О, я уверен, вам понравится!

Ближе к полудню назавтра воздух потяжелел, набряк влагой, стал пахнуть грозой. На фоне пока еще безоблачного неба все ниже и ниже сновали птицы, а просто теплый день медленно превращался в удушливо-жаркий. Я давно уже сняла плащ, кожаный доспех, а теперь еще и рукава свободной льняной рубашки подкатала.

- Мне казалось, что в лесу должно быть прохладнее, - Ферин разрывался между желанием снять рубашку и желанием надеть обратно плащ, так как на запах пота слетались оводы.

- А мне казалось, что к храму должна вести дорога, - без энтузиазма попрекнула я, так как день неумолимо клонился к вечеру, а мы все еще ехали. - Мы просто лезем напролом через этот проклятый лес. Ты уверен, что ничего не путаешь?

- Уверен. Он близко. Вот увидите, - вор в очередной раз остановил лошадь и стал высматривать впереди что-то, понятное лишь ему одному. - Уже почти приехали, он совсем близко.

- До дождя хоть успеем? - спросила я, особо и не надеясь на положительный ответ.

- Да! Да, вот он! - Ферин аж подскочил в седле, как ужаленный. А может, так оно и было, оводы не теряли ни одной возможности отомстить ему за прихлопнутых товарищей. - Скорее, поехали!

Мы не успели доехать до какой-то странной пещеры, темневшей впереди, буквально с десяток метров, как с неба на нас будто опрокинули огромное ведро воды. Дождь был такой силы, что вход в храм практически потерялся за потоками воды, а низкий тяжелый гром прокатился прямо по головам.

- Приехали, - буркнула я и спешилась, взяла Хель под уздцы. - Будем искать на ощупь.

Мое плечо тут же нащупала зеленая рука, появившаяся из сплошного потока воды.

- Храм, - уточнила я, отступив и не дав искать дальше.

Глава 8

На великолепные мраморные плиты пола текла вода. И текла она с нас, сея в душе некоторые отголоски стыда. Древний храм давно не попирала нога человека, и тем более копыта лошадей. А мы тут банально от дождя спрятались. Но даже при такой меркантильной причине, огромный темный зал, насколько его было видно, мы рассматривали с неподдельным восхищением. Через несколько метров от входа было уже темно, хоть глаз выколи, сплошная пелена дождя казалась плотной и упругой, не пропуская свет дальше. Мне даже на мгновение показалось, что храм находится в пещере под водопадом.

- Красиво, да? - Ферин осмотрелся так, будто мог разглядеть стены. - Давайте рубить лианы, тут все проросло насквозь, дров нам хватит на год вперед.

- Да, костер нам позарез нужен, чтобы осмотреться, да и надо бы просушиться, - я отжала рубашку прямо на себе, кое-как перекрутив хоть подол. - А еще лучше сначала постираться.

Я бросила заинтересованный взгляд на выход, у которого стояли лошади.

- Знаете, я вас догоню, идите в храм без меня, - я разулась и выскочила обратно под дождь, раз уж все равно мокрая.

Ощущение водопада никуда не пропало. Холодная вода бодрила после вязкой жаркой сырости, заставляя приплясывать на месте. Рубашка полетела на куст прямо за ближайшим выступом стены, туда же и все остальное. Даже под холодным потоком с неба смыть пот и дорожную пыль казалось верхом блаженства. К походным условиям я была привычна, но и возможности лишний раз помыться не упускала. Хотя, на постоялом дворе мне это вылезло боком. Или же нет, это еще как посмотреть. Не сунулись бы ко мне тогда эти задрыги, и ехала бы я сейчас одна. Или уже не ехала бы.

Выполоскав косички, уже доросшие до пояса, я пришла к выводу, что их пора подрезать и переплести. Займусь на большой стоянке или даже после того, как домой с сестрой вернемся. Надеюсь, что вернемся. Она же мне их в последний раз и переплетала две недели назад…

Я зябко потерла плечи, от мыслей о сестре стало холодно. Настроение скатывалось все ниже. Я стянула выбитые дождем до первозданной чистоты вещи с куста и поплелась обратно ко входу. Уже поднявшись на три каменные ступени храма, я увидела, что Рут никуда не ушел. Он стоял, подперев плечом колонну, державшую арку входа, и смотрел в пелену дождя.

- Водичка не холодная? - насмешливо спросил он.

- Самое то, - я прошла мимо, плюхнула мокрые вещи на седло и достала относительно сухую рубашку из сумки, куда дождь почти не попал. - Костер развели?

- Да, иди, грейся, - орк остался стоять у самого выхода.

Я натянула тут же промокшую рубашку, встряхнула уже чистую одежду и пошла вглубь зала, где слабо брезжил теплый свет огня. При виде меня Ферин покраснел по самые уши и отвернулся.

- Что такое? - я оглянулась, потянула рубашку еще ниже, хоть она и так прикрывала все положенное, и села к огню, так и не найдя причины его смущения.

- Ты бы оделась, - ответил вор, не оборачиваясь.

- Я одета, - фыркнула я.

- Но ткань-то мокрая, - парень, кажется, пытался отвернуться еще сильнее.

- Тебе сколько лет-то, если ты там что-то новое увидел? - я усмехнулась и разложила вещи у огня.

- Много, - обиделся он. - Больше, чем тебе.

- Сильно сомневаюсь. Слушай, не оборачивайся, если я тебя так смущаю, но мне нужно одежду просушить.

Немного отогревшись и обсохнув, я начала осматривать храм. Пока все, что я видела, это огромный сводчатый зал, оплетенный изнутри лианами, будто вообще из них и состоявший. Обходя его вдоль стен, я проводила ладонью по переплетению тонких ветвей, но ничего больше не находила. Да и на полу никакого рисунка не было, сколько бы я не разметала босыми ногами сухие листья.

- Ферин, ты же статую обещал показать, - я остановилась в центре и подняла выше слабое подобие факела, а вернее, просто пучок горящих на конце сухих веток.

- Будет, подожди немного, - заверил смирившийся с моим видом вор. Он даже повернулся обратно к огню и украдкой наблюдал за моими исследованиями.

- Ну ладно, - я вернулась к костру и проверила сохнувшую одежду. Разумеется, мокрая, как квач, но занять себя все равно чем-то надо.

- А где Рут? - Ферин только сейчас заметил пропажу, снова отвернувшись, когда я оказалась близко.

- Может, тоже вышел помокнуть. Не знаю, не слежу за ним, - я все же глянула на выход, по-прежнему темный и уходящий в ливень.

- Пойду, зерна лошадям дам, раз уж взяли, - парень поспешил уйти. Видимо, оставаться со мной наедине ему было неудобно. Не похож он на вора, выросшего в деревне и воспитанного улицей, ох не похож.

Вернулся он уже вместе с хохочущим орком. Я понаблюдала за весельем степняка и не выдержала.

- Что? Вам лошади что-то смешное рассказали?

Рут глянул на совсем стушевавшегося парня и заржал еще громче.

- Ничего, - ответил Ферин. - Так, глупость у него спросил.

- Ну так у меня спроси, раз он не делится мудростью. Я, возможно, даже смеяться не буду.

- Не надо, я уже все узнал, - он поспешил сесть на другой стороне костра и закопался в свою сумку, что-то усиленно там выискивая.

- Жаль, что яблок не осталось, кинула бы в тебя, - пожаловалась я и стала одеваться в высохшие вещи.

Снаружи прояснилось так же внезапно, как и задождило, и поняли мы это не столько по внезапной тишине, как по просочившемуся внутрь лунному свету. Месяц, еще пока обнадеживающе молодой, но уже достаточно яркий, отвоевывал у темноты внутреннее пространство зала, обрисовывая четкими тенями переплетения на стенах, колонны, высокий свод и нас. Как свет мог проникнуть в храм, причем, будто из центра, для меня осталось загадкой. Но светло стало практически как днем, только холодным белым светом, сконцентрировавшимся в центре зала.

- Система прозрачных кристаллов, - шепотом пояснил Ферин, словно прочитав мои мысли. - Днем здесь просто божественно красиво.

- Сейчас тоже ничего, - я осторожно подошла ближе к скоплению света, казавшемуся материальным из-за все растущей яркости. Хотелось протянуть руку и коснуться упругих лучей.

- Подожди, не трогай, - снова угадал вор. - Еще пару секунд... Вот теперь!

Уж не знаю, почему я послушалась, но говорил он исключительно уверенно и, что куда страшнее, очень убедительно, так что я сейчас и раскаленную лаву пощупала бы, скажи Ферин, что она холодная. Я тронула свет. Он был неожиданно твердым и холодным, заставив отдернуть руку. А вот сам белый столб вспыхнул еще ярче, почти ослепив, и начал сжиматься, вибрировать, собираясь в сияющую статую женщины в два моих роста.

- А ведь и вправду похожа, - хмыкнул за спиной Рут.

А я потрясенно рассматривала ослепительно белую фигуру, овеянную лишь мелкой белой крошкой, ни на чем не державшейся, будто медленно парившей вокруг тела женщины. Вся фигура ее была устремлена вверх, она стояла на носочках, даже нет, на самых кончиках пальцев, сложив руки, как опустившиеся крылья за спиной. Длинные волосы будто взметнулись от этого мощного взмаха невидимых крыльев, окутав ореолом ее лицо. И лишь взгляд был опущен на стоявших перед ней жалких смертных букашек.

Невероятные, светящиеся, васильково-синие глаза, каких не бывает у людей.

- Что за..?! - я отшатнулась, споткнулась и села с размаху на пол.

- Ну, я же говорил, - Ферин прямо сам светился от радости. - У тебя такие же глаза были, когда ты меня едва не прибила за то, что меня бес попутал взять твою сумку! Ну, не совсем, но очень похожие.

- Не такие, - я помотала головой. - У меня просто темнеют, но не светятся же. Да и вообще, ни капли и цвет не похож.

- Похожа, - Рут обошел статую. - Очень даже похожа.

- Я только глаза имел в виду,- смутился вор, увидев, что орк рассматривает вовсе не лицо. Под белыми кристалликами просматривалось обнаженное тело богини.

- Глаза тоже, - усмехнулся степняк. - Слушай, Вель, а ты с этой дамой в родстве не состоишь?

- Смеешься? - я поднялась на ноги. - Я из деревенской семьи забрана.

- Ну, мало ли, - он пожал плечами, снова пройдясь взглядом с головы до ног и обратно. - Какая-нибудь вода на киселе.

- Это не серьезно, - я тоже обошла статую, похожую на окаменевший свет. - И не вижу ни воды, ни киселя, ничего общего у меня с ней нет.

Я еще несколько раз обходила изваяние богини, касалась рукой висящих в воздухе кристаллов, но они не двигались с места, будто впаянные в воздух или само пространство. Зрелище завораживало, а взгляд синих глаз пробирал до костей.

Вернувшись к костру, такому блеклому и замученному по сравнению со статуей, мы, не сговариваясь, сели лицом к ней. То ли дань уважения, то ли страх повернуться спиной, но что-то вынуждало смотреть на изваяние.

- Так богиня чего она, говоришь? - я чуть повернулась к Ферину.

- Богиня ветра, - даже немного благоговейно ответил он. - Говорят, она породила белых драконов.

- Ну вот, а ты говоришь, родня! - я возмущенно оглянулась на орка. - Она гадов чешуйчатых расплодила!

- Но она еще и дочь Судьбы, - развел руками вор. - Так говорят. Я-то в этом храме никаких записей не нашел, чтобы прояснить ситуацию.

Я презрительно фыркнула и вновь уставилась на статую:

- Вряд ли она летопись вела. Как ты вообще нашел этот храм?

- Прятался от дождя, - виновато улыбнулся Ферин. - Как-то пару лет назад заблудился между деревнями, когда искал короткую дорогу через лес. И набрел в такой же сильный ливень на храм. Вот просто шел, шел, и вдруг оказался на ступенях у входа. Чудеса, да?

- Вот уж точно. Ты полон чудес, как мешок скомороха.

Спать было абсолютно невозможно, поэтому я первая поднялась от костра и пошла к выходу с мешочком соли. Уж лучше караулить местных упырей, чем сидеть под немигающим взглядом богини. Месяц действительно набирал силу, рос, как на дрожжах, отчего в сердце появлялась щемящая тоска. Чтобы Лана понукала дракона, мне не верилось, но и записка кровью наводила на совсем недобрые мысли. Еще и глаза эти... У сестры они не темнели, хоть в остальном мы были очень похожи. Ну, кроме того, что Лана, в отличие от меня, была красивой, тонкой и женственной.

- Иди, поспи, я подменю, - подошел ко мне через пару часов Рут.

- Ага, - я поднялась, хоть спать еще и не хотела. Но остановилась, обернулась, - А что смешного-то было?

- Ферин пришел уточнить у меня важный вопрос: то, что ты ходишь перед ним, по его мнению, голая — это предложение или воины просто стыда не знают?

Я прыснула со смеху:

- И что ты ему сказал?

- Что это станет предложением, только если он сможет победить тебя на выбранном тобой оружии, что таков закон в кланах.

Дальше мы смеялись уже на пару. Нет, такого закона, разумеется, не было, клановые воины были свободных нравов, главное было следить за своим лунным циклом, чтобы не понести, потому что это выводило из строя почти на год. А в остальном мы сами выбирали, где, с кем и чем нам заниматься. Многие заводили семьи, это никак не возбранялось, но большинство вело свободный образ жизни. В конце концов, жизнь слишком коротка, чтобы быть аскетом. А для воина тем более.

- А чего он тогда так перепугался, если думал, что я его специально склоняю к непотребствам? - я прислонилась плечом к колонне.

- Не знал, как тебе отказать, чтобы не обидеть.

Я чуть не свалилась от возмущения:

- А вот это уже обидно, хоть я ничего и не предлагала. Нет, ну не идеал, конечно, но не до такой степени, чтобы отказываться.

- Да кто ж его знает? - степняк пожал плечами и усмехнулся, - Совсем страх потерял, богине отказывать.

- Ай, отстаньте вы от меня с этой богиней, - я нервно оглянулась на статую. - Шутка не становится смешнее, если ее постоянно повторять.

- Но ты и вправду похожа, тут уж ничего не поделаешь. Не злись, это всего лишь статуя. Может, ее лепили с твоей прапрапрабабки?

- Я и родителей-то не знала, а ты так далеко плюнул... Ладно, пойду спать. Вернее, плакать в подушку, что я уже даже последнего вора с тракта не интересую, - усмехнулась я. - Буди пораньше, подменю.

- Договорились, - Рут отстегнул от лежавшего рядом седла мой плащ и бросил его мне.

Глава 9

Утро было просто ослепительным. Рут потряс меня за плечо с первыми лучами солнца и указал на статую древней богини, теперь сыплющую на стены, пол и нас миллиарды солнечных зайчиков, крохотных радуг и бликов.

- Как такое возможно? - я зажмурилась от обилия света. - Еще даже солнце толком не взошло.

- Красота, правда? - пробормотал Ферин, не просыпаясь.

Я фыркнула и отвернулась от статуи, лишь после этого села. Потянулась, зевнула, пытаясь собраться с мыслями. Пора было выдвигаться в город. Храм посетили, на богиню посмотрели, хоть и без толку, потому что никакого сходства я не нашла, можно уходить.

- Поедем дальше лесом, - напомнил вор за завтраком. - К ночи будем в Подласках, там можем на постоялый двор сразу ехать. А потом дядю моего найдем.

- Странно, что дядя обычного вора из деревни – драконолог, - Рут начал утрамбовывать вещи в чрезседельные сумки.

- Куда страннее, что сам вор из деревни женщин боится, причем исключительно немного неодетых, - хмыкнула я, вогнав Ферина в краску.

Вор замялся и очень быстро ушел седлать лошадь, оставив нас у догоревшего костра.

Проходя мимо статуи, я тронула окружавшие ее кристаллики в последний раз. Они так и не шелохнулись, намертво держась за воздух. Невероятно, ничего не скажешь. Зато снаружи храм выглядел просто темным каменным куполом, оплетенным лианами не меньше, чем изнутри, и сливался с окружающим лесом, если не знать, куда смотреть. Еще и терялся своей вершиной в тумане.

- Опять на ощупь поедем, или как? - полюбопытствовала я, осмотревшись в укутанном белой дымкой лесу.

- Может, подождем, пока туман осядет? - Ферин поежился и с надеждой оглянулся на темный вход в храм.

- Долго ждать. Давай продвигаться по солнцу, оно хоть немного видно, - Рут задрал голову, высматривая, с какой стороны стволы деревьев подсвечены сквозь молоко тумана. - Сориентируемся, не страшно. Главное, не разъезжаться далеко. Туман скоро осядет.

Я кивнула и первая взобралась в седло, всем своим видом показывая, что готова двигаться дальше хоть через туман, хоть через кипящую лаву, хоть через толпы нежити. Мокрый тяжелый воздух сдавливал грудь, да и моментально отсыревшая под защитными пластинами рубашка прилипла к коже, холодив и гоняя мурашки. Но ждать несколько часов, пока прояснится, было слишком большой роскошью. Лана где-то там, в драконьем гнезде, ждет меня. Хоть она наверняка запретила себе надеяться на спасение, раз оставила свою кровавую записку. Но она не может не знать, что я все равно приеду.

В детстве я провалилась под лед, когда мы с сестрой сбежали на речку вопреки запрету Матери. Тонкий первый лед, такой пронзительно-голубой, будто в нем застыло осеннее небо, ну как тут было устоять? Я просила Лану оставить меня и бежать за взрослыми. Но она этого не сделала, она не потратила ни одной драгоценной секунды, за которую я могла умереть от переохлаждения. Лана колола тонкий лед от берега, где он был еще хрупким, и шла ко мне, там было неглубоко для нее, а вот я не доставала ногами до дна. К тому времени, как мы выбрались, я перестала чувствовать пальцы на ногах, а пока Лана дотащила меня почти без дыхания до ворот, пальцы уже и посинели, но отрезать их, чтобы спасти ноги от гангрены, не пришлось.

Сейчас же провалилась она, причем в самую бездну. И я буду ломать этот лед, пока не вытащу ее, туман меня не задержит.

- Чего ты так на ноги свои смотришь? - поравнялся со мной Ферин, присоединившись к рассматриванию сапог.

- Да так. Вспомнила, что пальцы отморозила, до сих пор их не чувствую, - я подняла взгляд и похлопала недовольную плохой дорогой Хель по шее.

- Надо бы к целителю, - тут же предложил он.

- И за три золотых ты меня к нему проводишь, а за пять и сам вылечишь, - передразнила я его, усмехнувшись.

- Бесплатно отведу, мы же все равно в городе будем, - отмахнулся вор.

Я фыркнула и рассмеялась от такой щедрости:

- Обойдусь, они уже давно такие, мне это не мешает.

Туман медленно редел, хоть и рваными клочьями. И каждый раз, когда мы спускались в низину, у меня появлялось чувство, что я ныряю в воду, так плотно там сбивались остатки тумана, медленно шевелясь, перекатываясь волнами. И вынырнув в очередной раз, я поняла, что еду одна. Остановив Хель, я спешилась и всмотрелась в белый плотный клок.

- Рут, Ферин, вы там долго копаться будете? Это не смешно! - позвала я, но в ответ мне доносились только обычные звуки утреннего леса. - Да что б вас.

Вскочив в седло, я постаралась запомнить, где я остановилась. Надо мной как раз был старый треснувший вдоль дуб, послужив хорошим ориентиром. И тут я поняла, что солнце освещает его макушку совсем с другой стороны. То есть, я сейчас двигалась не на запад, а на восток.

- Что за бред? - я повернула по солнцу, чтобы вернуться к изначальному маршруту.

В принципе, далеко отъехать я не могла, потому что видела мужчин всего пару минут назад. Так что наверняка услышу их очень скоро. Но через какое-то время в напряженной тишине я уперлась в дуб. Тот самый, треснувший вдоль.

- Какого лешего? - я достала кинжал и сделала зарубку на стволе, уже начав сомневаться в своем зрении. Вдруг это роща расколотых дубов?

Но я оказалась на том же месте и спустя еще пять попыток и пять зарубок.

- Так, ладно, - я спешилась, обошла дерево со всех сторон. - Вот это следы Труса, правая задняя подкова расшаталась, надо к кузнецу в городе заехать, кстати... А это лошадь Рута, след в полтора раза больше. Подождем.

Я села под деревом и скрестила руки на груди. Раз уж леший решил поиграть и водит нас кругами так, чтобы мы не пересеклись, то варианта у меня два. Или вывернуть одежду, чтобы выйти из зоны его влияния, или подождать товарищей здесь, в месте концентрации силы нечистика. И раз следы копыт свежие, значит, они еще не вышли. Либо ищут меня и друг друга, либо не сталкивались раньше с лешуками.

Мой расчет оказался верен. Спустя пять минут я услышала отборную ругань по другую сторону огромного ствола, а потом и треск дерева. Подхватившись, я взяла поводья Хели и пошла на голос, на всякий случай ведя ладонью по стволу, чтобы леший меня не развернул.

- Ты даже не представляешь, как я рада видеть твою зеленую физиономию, - я подошла к орку и остановилась, глядя на то, как он остервенело ломает сучья, старые ветви, кусты вокруг и сваливает все это у основания ствола. - А что ты делаешь?

- Хочу сжечь этого проклятого лешего! - степняк остановился всего на мгновение, оглянулся, убедившись, что Ферин еще не добрался до нас, и продолжил собирать дрова будущего карательного кострища.

- Да ладно тебе, сейчас наш наемный вор подъедет, и будем выбираться, пусть балуется нечистик, он же не в болото нас завел, а просто поводил кругами, - я благоразумно не стала подходить ближе, поскольку до сих пор не видела довольно флегматичного орка таким разъяренным.

- Потому что не было заказа на него и тебе не заплатят? - Рут снова остановился на мгновение.

- Потому что это опасно, - я устало вздохнула и все же рискнула подойти, забрала из рук орка здоровенный сук. - Леший знает все подземные ходы, все тайные тропы леса, все норы и берлоги. Не убьешь с одной попытки — не выйдешь из леса живым. Озлобленный леший изведет всех, кто сейчас на его территории. А судя по тому, как незаметно и быстро он нас развел, он матерый и сильный.

- Предлагаешь оставить? - Рут вырвал у меня многострадальный сук и бросил его в будущий костер.

- Личные счеты? - догадалась я.

- Леший мою названную мать в болото завел. Только через неделю нашли.

По напряженной спине степняка я поняла, что мне пора заткнуться. Поэтому я ободряюще похлопала его по плечу и пошла собирать хворост для карательного костра.

- Мы можем кое-кого не досчитаться, - напомнила я про отсутствие Ферина спустя пару минут.

- Не маленький, выберется, - буркнул Рут и достал огниво.

Мелкие веточки и сухая иглица весело вспыхнули, а я отошла на несколько шагов, чтобы видеть крону, и вскинула лук с ядовитой стрелой, готовясь встретить хозяина треснувшего дуба с солью без хлеба.

По мере того, как пламя расползалось по стволу, туман быстро оседал, растворялся, открывая нам картину леса. А стоило только жару опалить расщелину, как из нее выскочил и сам лешук. Круглое мохнатое тело упруго раскачивалось на четырех паучьих ногах, а короткие недоразвитые руки нервно вцепились в древесный ствол, когда он пополз выше.

- Не уйдешь, - я спустила тетиву.

Нечистик отреагировал на свист оперения мгновенно, метнулся в сторону, так что стрела пробила только многосуставную лапу. Леший развернул к нам такую же лохматую, как и тело, голову и зашипел, раздувая плоские листовидные крылья носа.

- Сейчас свалится, - Рут вытащил тесаки и расставил их так, будто собирался обнять нечистика.

- Не так быстро, как хотелось бы, - я положила вторую стрелу, на этот раз обычную, - на него яд так быстро не подействует. Уходит!

Мы бросились следом за перепрыгнувшим на соседнее дерево лешим, но он перебирал лапами слишком быстро. Стрелы теперь даже не задевали его, а сами мы едва успевали заметить, куда он метнулся.

- Хорошо, что лес сырой, - оглянувшись всего на мгновение, я увидела, что старый дуб уже едва горел, оставшись стоять почти нетронутым.

Наконец, очередная стрела задела-таки лешего в прыжке между ветками, и он полетел вниз, не успев ухватиться. Высота там была приличная, и все же мы поднажали, потому что от нечистика всего можно было ожидать. И не зря. У самой земли его тело сгруппировалось, став практически шаром, а в густом подлеске внезапно открылась огромная нора, готовая укрыть лешего.

- Ну уж нет! - Рут отбросил правый тесак и практически в прыжке поймал лешего за одну из лап, вместе с ним уйдя под землю по локоть. - Стреляй в него!

- Без руки в лучшем случае останешься! - я вернула в колчан оставшиеся там только ядовитые стрелы и достала меч, тут же перехватив его за крестовину и всадив в землю вдоль руки орка. - Да и то, если отрубить ее тут же, пока яд кровью не разнесло.

Снизу донесся душераздирающий визг, и степняка потянуло под землю куда сильнее.

- Держи паразита, - я провернула меч, достала и снова всадила, на этот раз еще глубже. И так раз десять, пока леший не заткнулся, а крестовина не уперлась в землю.

Какое-то время Рут так и лежал, прислушиваясь, а потом приподнялся и потянул вверх нечистика. Он был несколько меньше, чем мне сразу показалось, где-то в две трети моего роста, не считая многосуставные лапы, за одну из которых сейчас орк и поднял его над землей. Тело с хрустом оторвалось от ноги и шмякнулось о землю, вокруг растеклась зеленая кровь.

- Готов, красавчик, - я и сама осела под деревом, тяжело дыша, и стала вытирать меч мхом.

- Готов, - глухо повторил Рут. Он подобрал отброшенный клинок, развернул ногой тушку лешего и одним ударом отрубил ему голову.

- Загоним городским властям? - усмехнулась я.

- Это можно, - повеселел орк. - Раз уж у нас тут есть одна циничная торговка...

- Городские власти оплачивают услуги кланов из казны, - перебила я его. - Я не против ее пощипать, это никого не обездолит.

- Я ж и говорю, циничная до невозможности, - хохнул он и свистнул, подзывая явно обретавшегося где-то совсем рядом коня. Лошади кланников обучены следовать за хозяином, если тот вдруг куда-то побежал сломя голову. - И... спасибо.

- С тебя одолжение, - я фыркнула.- Расспросишь Ферина, почему это он отказаться хотел, а то ж меня любопытство замучает! Не то, чтоб я сама согласилась, если на то пошло, но обидно как-то.

- Дурак потому что, - отмахнулся орк. - От такой женщины не отказываются.

- Чтобы не обидеть и не огрести за это? - я убедилась, что лезвие сияет первозданной чистотой и загнала меч в ножны.

- Чтобы на себя потом не обижаться.

Глава 10

Ферин нашелся у обгоревшего дуба. Он сидел на лошади и крайне задумчиво рассматривал последствия выкуривания лешего, а при виде нас так и вовсе возмущенно всплеснул руками.

- Где вас носило так долго? Я уже пол леса объездил, пока вас искал!

По грустным глазам Труса становилось понятно, что так оно и было.

- Да так, с местным шутником потолковали, - я кивнула на привязанную к седлу орка голову нечистика. - Теперь можно и в город. Далеко еще до него?

- Без понятия, - вор развел руками. - Мы заблудились, я не узнаю лес вокруг. По моим подсчетам, мы уже должны были выехать на лесную дорогу, а уже она прямиком к Подласкам ведет. Проклятый туман.

- Скорее уж проклятый леший, - я задрала голову и со вздохом оценила верхушки ближайших деревьев. - Подожди, сейчас залезу и осмотрюсь.

- Или просто на запад поедем, а потом разберемся, далеко ли мы отклонились, когда из леса выедем? - неуверенно предложил Ферин, тоже посмотрев на дерево.

Но я уже встала в седле и полезла вверх, как белка перебирая всеми четырьмя конечностями.

- Осторожнее там, - донеслось вслед от Рута. - Хрен его знает, кто еще тут водится.

- Во-первых, обижаешь. Во-вторых, рядом с лешим обычно никто из нежити не селится, - ответила я, но стала двигаться осторожнее. Так, на всякий случай.

С верхней ветки, уже тонкой, но еще способной меня держать, я видела не так и много. Но как минимум определила, где западнее нас лес сходит на нет. Да и полоса с верхушками пониже уж больно походила на дорогу. А еще на небе не было ни облачка, это обнадеживало тем, что нам не придется снова искать дорогу под непроглядным ливнем. Не ахти что, но уже что-то.

Спускалась я чуть медленнее, чем карабкалась вверх, но в седле все равно оказалась довольно быстро, тут же указав направление движения.

- Нам туда, поищем дорогу.

- А как вы лешего нашли? - Ферин с любопытством рассматривал голову нечистика.

- Странно, что ты и сам его не заметил, - я пришпорила Хель, выбирая путь посвободнее. - А вообще, это профессиональная тайна.

Пару раз я замечала, как из замшелых стволов показывались крошки-дриады, испуганно перешептываясь и прячась при нашем приближении.

- Боятся, - я указала на робких лесных духов.

- Лешего они боялись больше, - усмехнулся Рут. - Наверняка он много их сожрал за свой век.

- Да, ты прав, - я привстала в седле, всматриваясь в лес впереди. Как-то уж больно активничали там дриады. - Что они делают?

Остановившись, мы с удивлением заметили, что под копытами лошадей была рассыпана брусника, похожая на капли крови во мхе. Где они взяли ягоды в конце апреля, сложно даже представить. Но зрение нас не обманывало, брусничная дорожка петляла между деревьев, забирая немного вправо от нашего маршрута.

- Рискнем? - я оглянулась на товарищей.

- А что мы теряем? И так заблудились, - Ферин вздохнул и свернул на такую провокационную тропинку. - Поехали.

- Знаешь, у меня, кажется, развивается ненависть к словам “я знаю короткую дорогу”, - я тронулась за ним. - Давай поедем дальше самой длинной, но по тракту.

Дорога легла под копыта лошадей совершенно внезапно, будто ее подбросили, как и бруснику до этого.

- Ого, спасибо, - я оглянулась на перешептывающихся дриад и помахала им. - Обменялись, услуга за услугу.

- Да я и сам нашел бы дорогу, - фыркнул вор, но ему в голову тут же прилетела ягодка. - Просто на это ушло бы больше времени.

На обочине мы остановились на привал, на всякий случай, не сходя с нее. Все-таки мы проблуждали до полудня, да еще и за лешим хорошо побегали. Ели в задумчивом молчании, разговаривать не хотелось. Да и настроение было несколько мрачным.

К городу мы выехали из леса уже в темноте. Недовольный стражник на воротах, довольно помятого и сонного вида, смотрел на нас, как на личных врагов, но все же пропустил, только осмотрев оружие.

- Где постоялый двор? - я вернулась в седло.

- Прямо до булочной, потом направо почти до северных ворот, - послал нас стражник, махнув закованной в латы рукой вдоль улицы. Хотел бы послать совсем в другое путешествие за то, что разбудили на посту, но поостерегся двух клановых воинов.

- А ратуша? - Ферин вышел из-за его спины, немыслимым образом там перед этим очутившись.

- На центральной площади, - латник оглянулся, но ничего провокационного не заметил. - Откроется ближе к обеду.

- Вот черт, - я тронула каблуками бока Хели, - опять ждать.

- Ничего, подождем, поспим попозже. Зато дядя все о драконах расскажет, - вор быстро нагнал меня, задумчиво вертя в руках палицу с видимым трудом.

- Ты где ее взял? - опешила я.

- Там, - Ферин рассеянно махнул на ворота. - Только зачем она мне, даже не знаю...

- Вот ведь, - моя рука сама потянулась к поясу и не нашла там рунный кинжал. Я развернулась к вору, - Ферин!

- Прости, я случайно! - он тут же вернул мне клинок. Пытался и палицу всучить заодно, но я едва ею же его и не огрела, так что вор просто спрятал свое новоприобретенное оружие под плащ. А потом и выбросил в первую попавшуюся сточную канаву.

Свет из окон немного рассеивал тьму, так что вывеска, поскрипывавшая высоко над брусчаткой и сделанная в форме кренделя, бросилась в глаза сразу. А там уже и постоялый двор был виден, он сиял, как болото блуждающими огнями. И народу в таверне на первом этаже было соответственно много. Входили мы, не сняв капюшонов, помня, что город теперь принадлежал клану Прери. Никто из нас открыто с ними не конфликтовал, но и дружбу не водил, так что решили не нарываться зря. На всякий случай, если их окажется много.

- Комнаты есть? - я первым делом подошла к хозяину за стойкой.

Дородный румяный детина, которому двор явно достался совсем недавно, поднял лишенный всякого понимания взгляд от учетных книг и вперил его в меня, постепенно осмысливая мои слова.

- Чего?

- Комнаты. Остановиться на ночь. Есть такие? - повторила я свою идею медленнее.

- Есть, - уверено кивнул он, просияв, - только заняты все.

- Ты дурак? - на всякий случай уточнила я.

- Немного, - согласился хозяин таверны. - А что?

- Подавальщица где?

- Там была, - детина махнул на зал и вернулся к смотрению на полупустые желтые листы. Не факт, что он умел читать, но смотрел крайне старательно.

- Так праздник большой, все занято, - подавальщица, не иначе как мать хозяина, развела руками. - Дня через два начнут разъезжаться, тогда приходите. А пока попробуйте спросить Параску, она почти у северных ворот живет, подруга моей свояченицы, она комнаты сдает. Синяя крыша да заборчик белый, не пропустите.

- Спасибо, - я уже почти скрипела зубами, пытаясь выяснить хоть что-то. Еще и Прери, сидевшие за столом у окна в количестве пяти штук, начали слишком внимательно на нас посматривать.

- Ну что? - спросил Ферин, открыто приобщавшийся к местному пиву за неимением татуировок.

- Ничего, поехали к Параске с синей крышей, - буркнула я.

- Ну вот, - вор с сожалением отставил ополовиненную глиняную кружку. - Похоже на организованную преступность, вообще-то. Когда специально отправляют гостей на ночлег в отдельную хату, а потом туда следом с лопатами идут, когда те будут крепко спать от сон-травы. И погоняло подходящее у этой Параски – Синяя Крыша…

- Во-первых, ни хрена не организованная тут преступность. Ты ж посмотри, хозяин не знает, сколько у него комнат свободно, вон те наемники все еще заказ ждут, пиво разбавляют, судя по запаху... А во-вторых, почему с лопатами? - удивился Рут.

- Потому что никто из кланников лопатой не стал бы голову отрубать, - усмехнулся Ферин. - Это оружие, скажем так, неспецифическое. А значит, и не опознаваемое для воина.

- Слушай, тебе самому надо заняться организацией местной преступности с такими идеями, - я толкнула вора локтем и пошла на выход.

- Думаешь? - он серьезно задумался, встрепенувшись лишь в седле. - Нет, я так не могу. Я своих нанимателей не кидаю.

- За двенадцать золотых? - в один голос уточнили мы с Рутом.

- С доплатой, - Ферин многозначительно поднял указательный палец.

Синяя крыша в наличии была, белый заборчик тоже. Параски не было. Вернее, какой-то шорох за дверью после стука был, но нам никто не открывал, да и отвечать не спешил.

- Дай-ка я попробую, - Ферин бросил тщетные попытки заглянуть в высокое окно и поднялся на крыльцо. - Уважаемая Параска! Нам вас на постоялом дворе порекомендовали, как очень ответственного арендодателя жилой площади!

- Чего? - раздалось удивленное из-за двери. - Наговаривают!

- Мы комнату снять хотим, - не сдавался вор.

- Вам не сдам! - она на мгновение мелькнула в ближайшем окне, оценивая нашу разношерстную компанию опытным взглядом.

- Почему это?

- Только пусти воинов в дом, камня на камне не оставите, - воодушевилась женщина, судя по голосу, сама способная разнести не только дом, но и нас. - Да еще и степной орк. Как пить дать снасильничает!

Мы с Ферином обернулись на Рута, крайне заинтересованные таким поворотом. Он непонимающе пожал плечами:

- Я что, ненормальный? Не, я сам побоюсь к ней в дом заходить. Женщина, оставь свои фантазии при себе!

- Что, не будешь? - как-то вроде даже разочарованно уточнила она.

- А что, деньгами не берете? - я задушила смех и решила прояснить вопрос от греха подальше. - А то орк сейчас сбежит, а второй мужчина категорически женщин боится, я тут одна останусь. Уж простите, но меня такой способ оплаты не устроит. Давайте договоримся на золотой за комнату на сутки и завтрак, - внесла я максимально щедрое предложение, чтобы она не отказалась.

- И все? От меня больше ничего не нужно? - женщина отперла дверь и высунула в приоткрывшуюся щелку голову, критически нас осматривая.

- А вы еще что-то хотели? - Ферин на всякий случай попятился.

- Нет. Хочу быть уверена, что мне ничего не грозит.

- Вот просто на корню отрезало всякую угрозу, - буркнул степняк.

- Совершенно ничего, - подтвердил вор.

Параска отмахнулась от него, мол, сама вижу, что от тебя ничего не дождешься. Меня пробрал смех.

Хозяйка дома оказалась вполне приятной женщиной чуть за сорок, немного пышной, что никак не мешало ее подвижности и неиссякаемой энергии. Кокетливо кутаясь в шаль поверх чрезмерно облегающего домашнего платья, она быстро накрывала на стол поздний ужин, хоть мы и заверяли, что нам это не нужно.

- А может, ты дракона видела недавно? Он на запад должен был недалеко пролетать пару дней назад, - спросила я, сидя на кухне с чашкой чая.

- Давно уже не пролетал здесь наш спаситель, - Параска поставила на стол тарелку с мочеными яблоками и села, подперев щеку кулаком. - Уберег нас всех от лютой смерти, и больше не показывался.

- Это как? - я едва не поперхнулась.

- Года три назад это приключилось, - она, будто невзначай, просто поправляя постоянно сползавшую с плеч шаль, подвинулась по лавке ближе к Руту. - Такая гроза разыгралась, что моланьи в землю били, аж поля за стенами гореть начали. Думала уже, что конец городу настал, все ближе и ближе туча наплывала. Вот-вот разорвало бы нас на малюсенькие кусочки, да и спалило бы дотла! И вдруг в небе черные крылья развернулись, все небо заслонили! Ну, все, думала, еще и дракон нас сожрет. Ан нет, он штопором вверх взлетел, да молнии как в него все впились, светло стало, будто днем! И тут же стихла гроза, ни одна молния больше в землю не ударила, а дракон обратно полетел в горы, только дым с него валил коромыслом...

- Можно подумать, он вас спасал, - хмыкнула я. - Вот только зачем ему эти молнии понадобились?

- Что хочешь, думай, а только благодаря дракону город и ныне тут стоит! Я своими глазами все видела, так что пусть болтают другие, что хотят, а я точно знаю, что спас он тогда город! - отрезала она.

- Бред какой-то, - я поставила чашку и поднялась. - Дракон — чудовище, требующее человеческую дань. Не стал бы он спасать город. Либо померещилось, либо ему это для чего-то было нужно. Вдруг он так драконье пламя и получает, из молний-то?

Параска пожала плечами, не споря, и еще немного подвинулась к орку.

Глава 11

Я ворочалась на непривычной кровати. Слишком мягко, не уснуть. Да и лопата, неприкаянно стоявшая в сенях, вызывала одновременно и улыбку, и нехорошие мысли. Впрочем, лучше было думать о лопате, чем о драконе. Если допустить всего на секунду, просто в порядке исключительного бреда, что он действительно спас город, то выходило что-то странное. Жизнь людей была ему небезразлична. Ну, бред же!

В стенку стукнули, отвлекая меня от странных мыслей. У Параски оказались две свободные комнаты, которые она нам и предоставила, отчаянно стараясь спровадить Ферина вместе со мной. Правда, у Рута при этом был такой вид, что я даже не сомневалась, он убьет нас обоих, если мы оставим его одного. Так что я вообще предложила не разделяться, но тут уж запротестовал вор, на что орк послал его спать в отдельной комнате. В результате многократных перестановок, я все же оказалась одна, но в той комнате, что хозяйка дома выделила мужчинам. И когда моя дверь тихо открылась, даже не скрипнув петлями, я ничуть не удивилась.

На цыпочках прокравшись к моей постели, темная фигура склонилась, пытаясь рассмотреть, кто перед ней.

- Я же говорила, что я не по этой части, - я тяжело вздохнула, заставив женщину отшатнуться и испуганно закрыть себе рот рукой. - Но можешь попробовать меня заинтересовать, вдруг я передумаю. Надеюсь, ты без лопаты?

За стеной загоготали в два голоса.

- Я просто хотела проверить, не надо ли чего! - возмущенно воскликнула Параска, пойманная с поличным, но не сломленная.

- Не надо, спасибо. Если прямо так уж сильно надо будет, я схожу в соседнюю комнату. Полагаю, один все же согласится за деньги, а другой за интерес. Так что не стоит утруждаться.

Моя ночная посетительница едва не задохнулась от возмущения, весьма посредственно наигранного, к слову, развернулась и исключительно гневно протопала на выход.

- Нам тут тоже ничего не надо! - на всякий случай крикнул Ферин.

- За интерес? - задумчиво переспросил Рут через тонкую стену.

- Ну ладно, ради справедливости и из воинской солидарности, - поправилась я и попыталась лечь удобнее, но это было сложно. Мягко, белье аж хрустит от свежести и крахмала, я в кои-то веки непривычно чисто отмытая. И сильный запах лаванды, которую Параска хранила в мешочках между стопками постельного белья в сундуке. Мне гораздо привычнее был запах костра, еловые ветки и вечно пропыленный плащ, соленая от пота кожа. Тяжело вздохнув, я села и посмотрела в окно, за которым сейчас полоскались на ветру мои сохнущие после стирки рубашки.

- Что, не спится? Можем продолжить возвращать твой долг чести, - предложил степняк все так же через стену.

Я тут же легла и накрылась по самые брови. А ничего так, вполне удобно, да и запах не сильный. И спать хочется просто ужасно.

Под надрывный ор петуха вставать было не в пример бодрее. Да и возможность разузнать что-то полезное у драконолога подгоняла. А еще пора было сбагрить голову лешего, пока она не начала разлагаться и совсем уж сильно вонять.

- Ну что, не добралась до вас наша добродушная и сердобольная хозяйка, чтобы проверить, не надо ли чего? - я встретила каких-то не выспавшихся, замученных, помятых мужчин на кухне. - Судя по виду, добралась.

- Не трави душу, Вель, - Рут отмахнулся и сел за стол, предварительно оглянувшись и убедившись, что вышеозначенной особы поблизости нет. - Такое чувство, что она вообще не спит. Может, она нежить какая? Разве что зубами не щелкала, пока всю ночь под дверью караулила.

- Ну так удовлетворил бы ее любопытство и спал спокойно, - хмыкнула я.

По взгляду орка стало понятно, что мое любопытство сейчас удовлетворят той самой лопатой из сеней, если я не заткнусь. Поэтому я благоразумно продолжила смеяться в кувшин с молоком, отпивая прямо через край. Кружки для слабаков, как говорил мой наставник.

- Ратуша откроется к обеду, - Ферин поспешно сел между нами, предотвращая возможную драку. - Чем займемся до этого времени?

- Давайте свалим куда-нибудь подальше, - степняк прислушался к шебуршанию за перегородкой, где сейчас хлопотала у печи Параска. - Или я опущусь до того, что ударю женщину. Просто чтобы выспаться, пока она будет без сознания за печкой лежать.

- Ох, ну и утомилась я, - на кухню вплыла помянутая всуе женщина с подносом пирожков, румяная, распаренная, все в том же платье, теперь еще и немного смоченном для лучшего облегания.

Я даже впечатлилась такой подготовке. В принципе, она вполне ничего, не вижу проблем, обычно такие нравятся мужчинам всех возрастов. Кстати, а сколько Руту лет? Как-то не задумывалась, а в глаза не бросается. Вряд ли больше тридцати, но кто ж знает этих орков? Вот Ферин даже с полунедельной щетиной продолжал выглядеть сущим ребенком, причем больше из-за поведения.

- Помочь? - без энтузиазма предложила я, просто ради порядка.

- Нет, - слишком поспешно ответила Параска.

- В город лучше не соваться лишний раз без надобности, - я тут же потеряла к ней всякий интерес. - Если здесь так много Прери, мы можем серьезно нарваться.

- А как же голова лешука? Ее еще предоставить властям надо, - орк неопределенно махнул на дверь.

- С удовольствием. Но ратуша еще закрыта, нужно ждать, - я отставила уже пустой кувшин и задумалась. - Надо еще и припасы пополнить, а без татуировок у нас только Ферин. Придется тебе, воришка, идти на рынок.

- Я не воришка, а полноценный вор, - насупился он. - Что купить?

- Главное, чтоб не украсть, - строго пригрозила я, - ты нанят кланником, не забывай. А для нас честь имеет значение.

- Будто для меня – нет, - фыркнул парень. - Ты видела, чтобы я украл хоть что-то лишнее? Ну, кроме этой булавы…

- Я вообще не видела, как ты это делаешь. И как только умудрился так попасться с сумкой, при твоих-то ловких руках?

- Это был не мой день, - Ферин тяжело вздохнул, аж с надрывом.

Я полезла в кошель на поясе, но не нашла его на положенном месте:

- Ферин!

- Так мне ж на рынок идти, а ты мой наниматель, - вор даже с несколько виноватым видом положил мой кошель на стол.

- Я могу сходить с ним, - предложила Параска, присевшая за стол к нам. И стрельнула глазами в орка, - Только мальчику тяжело будет, такому тощенькому, корзину нести. Помощь не помешала бы, с твоими-то сильными руками…

- Не тяжело, - возмутился оскорбленный до глубины души Ферин.

- Идите вдвоем, ему и вправду не тяжело, - согласилась я, уже и не пытаясь забрать деньги обратно. - Выезжаем до заката, так что сразу берите все, что надо, мы не будем задерживаться.

- Понял, - Ферин поднялся и вопросительно кивнул Параске.

- Я быстро соберусь, - она ушла в свою комнату, исключительно недовольная. И судя по ее взгляду, брошенному на меня, останься я еще на ночь, и с лопатой мне не разминуться.

- Надо было снять комнату у лешего, - буркнул Рут.

- Поздно, - я поднялась, хлопнула его по плечу и собиралась выйти из-за стола. Но передумала, услышав, что скрипнула дверь комнаты хозяйки, цапнула орка за руку и потянула вон из дома.

Только забежав за дровницу, я остановилась, хихикая. Рут прижался к стене рядом, поддавшись моей хулиганской выходке. Дождавшись, когда наши посыльные уйдут, мы заржали уже в голос.

- Так и будем прятаться? - степняк выглянул из-за угла, - Или сбежим и подождем Фера у ратуши?

- Рискованно, - я вышла обратно во двор и оглянулась. - Пойдем, что ли, на конюшне спрячемся?

- За интерес? - усмехнулся Рут.

- За интерес я тебе сейчас Параску обратно свистну. Твое жуткое пойло все еще пристегнуто к седлу? Вот и будем долги возвращать, пока прячемся. Кажется, мне действительно надо выпить.

Первый глоток был традиционно омерзительный, второй терпимый, а третий даже немного понравился. Я с удовольствием любовалась на подвешенную в дверях голову лешего, служившую нам оберегом от настойчиво возжелавшей приобщиться к степным племенам женщины. Наверняка она и близко подойти не сможет, видя это рыло в сетке для сена, болтавшейся теперь на дверном косяке. А нам вполне нормально, да и вид приятный, все-таки боевой трофей.

- Что-то долго их нет, - заметила я, когда тень от головы стала совсем короткой. - Ратуша уже должна открыться.

- Пойдем, что ли, сбудем лешего, потом вернемся за Ферином и к его дяде, - орк поднялся с уже так удобно отсиженной соломы и снял трофей с гвоздика. - Чего зря ждать?

- Отличная идея,- почему-то решила я, но смогла повторить его подвиг с принятием более походного положения только со второй попытки. Голова оставалась относительно светлой, зато ноги взяли на себя весь удар, - Боюсь спросить, но все же любопытно. Что это такое?

Рут вернул бурдюк на место и усмехнулся:

- Оркский чай.

- Чай?! Ты издеваешься? Нет, я уже поняла, что орки любят все крепкое, в том числе специи и выпивку... Но чай?! Чай должен быть без градуса!

- А наш с градусом, - пожал он плечами. - Осталась всего половина долга, не бойся.

Рут шел совершенно твердо, а я не очень. Все-таки, что орку хорошо, то человеку смерть. И стоило только мне споткнуться, а ему поддержать меня практически сразу за калиткой, как между нами в штакетину с глухим треньком врезалась стрела.

Я отреагировала мгновенно, несмотря на выпитое, накинув эту же, выдернутую из калитки, стрелу на тетиву выхваченного со спины неизменного лука и направив ее на источник угрозы.

- Велька, ты в порядке? - вдруг донеслось из тени соседнего дома. И голос до боли знакомый. И стрела приметная, с тонкими насечками и зазубренным наконечником, выточенным из кости, тоже не раз мною в руках держалась.

- Васий? - я опустила лук, прищурившись, чтобы лучше видеть нападавшего. Солнце еще немного слепило после полумрака конюшни.

- Ты его знаешь? - Рут вложил тесаки обратно в ножны, но руку с них не убрал.

- Да, - я и вовсе закинула лук за плечо и с улыбкой бросилась вышедшему из тени воину Веды на шею. - Васий, радость моя, ты что здесь делаешь? - и пояснила, обернувшись к орку, - Мы у одного наставника учились, у нас даже луки-близнецы раньше были...

- А где твой, кстати? - высокий белобрысый парень, чем-то неуловимо напоминавший эльфа, и, как поговаривали, бывший с ними в родстве по матери, провел ладонью по рунному луку, теперь принадлежавшему мне, и тоже улыбнулся. - Это ведь Матери.

- Мой сломался о дракона, - почти не приврала я.

- Все-таки не врут, ты едешь в гнездо? Рискуешь ведь.

- Да, - я выпустила его из объятий и отступила на шаг. - Извини, некогда было тебя искать, чтобы рассказать все, я выехала практически сразу за драконом. Он Лану унес.

- Дерьмово дело, - Васий убрал лук за спину. - Известно уже, где дракон?

- Шутишь? - фыркнула я. - Мы с направлением кое-как определились, и то хлеб.

- А это кто? – мой соклановец неприязненно покосился на точно так же смотревшего на него орка.

- Это Рут, воин Ночи, я его должница, - я отступила еще немного, давая им осмотреть друг друга не через мое плечо. - Мы вместе до гнезда едем. С нами еще Ферин, но он сейчас немного занят и, надеюсь, все еще жив.

- Ночи, значит, - Васий нехотя протянул степняку руку.

- И что лучник из Веды здесь делает? - Рут пожал протянутую ладонь.

- Следит за обстановкой. Прери незаконно присвоили нейтральный город, - мой брат по оружию оглянулся и кивнул нам на все ту же тень у стены. - Лучше нам поговорить там. Веля, рассказывай, что именно случилось с Ланой, а то до меня тут такие слухи долетают, что косы дыбом встают.

- Случилось страшное. Лана стала Драконьей данью, - честно призналась я. - Я немного повздорила с последним драконом… И теперь мне, скорее всего, придется его убить, чтобы забрать сестру.

- Ты сумасшедшая, да? - парень привычно потрепал меня по макушке.

- Будто у меня выбор есть, - я сбросила его руку. - Я будущая Мать, и я больше никого ему не отдам.

- Ну и наломала же ты дров, - Васий вздохнул и сел на лавку у стены. - Сокол сегодня утром принес письмо от Матери. Для тебя.

- Откуда она знает, что я здесь? - я села рядом. - Я никого из наших еще не встречала.

- Вести быстро разлетаются, а впереди тебя так и вовсе несутся как ветер.

Васий вытащил из-за пазухи письмо, свернутое в тугой рулончик, и помахал им у меня перед носом:

- Но у меня и помимо этого интересные новости есть. С глазу на глаз, сама понимаешь, - он выразительно скосил глаза на Рута, остановившегося буквально в шаге от нас, и теперь ненавязчиво рассматривавшего резной наличник на ближайшем окне.

- Слушай, я спешу, у нас тут голова уже завонялась, так что давай коротко и по делу, - я забрала свернутый лист пергамента и вчиталась в убористый, но твердый почерк Матери Веды.

Что ж, Мать расстаралась, разослав соколов по всем городам, где сейчас были наши люди. Всем и каждому было велено оказывать мне любую помощь, в каждом городе теперь был запас стрел для моего лука, сменная лошадь, если нужно, и место, где остановиться на отдых. И, как я и просила, ни слова о том, чтобы ехать со мной, за что ей отдельное спасибо. Одно дело болтавшийся без цели по тракту Рут, с какого-то перепугу решивший, что ехать в драконье гнездо – хорошая идея. И совсем другое – стягивать за собой воинов клана, и без меня занятых полезными делами.

- Не волнуйся, я сдам пост здесь и провожу тебя до следующего города, - Васий бросил недовольный взгляд на орка, все так же стоявшего в шаге от нас. - Впрочем, я и до гнезда с удовольствием с тобой поеду.

- Мать дала приказ только помогать на месте, - я отмахнулась от него и свернула письмо, отдала обратно. - Нечего распылять силы, оставайся следить за Прери.

- Веля, я тебя одну не пущу.

- Я и не одна, вообще-то, если ты не заметил.

- Тем более! Я тебя с кланником Ночи не пущу, уж лучше бы одна! - возмутился мой старый друг.

- Вась, все в порядке, успокойся, - я встала и кивнула на почти пустую улицу. - Пойдем до ратуши, нам надо голову лешука сдать поскорее. По дороге и расскажешь свои новости. - Я обернулась к Руту, - Ты же не против?

- Нет, - ответил степняк, хоть по виду так и не скажешь.

Ну да, отношения между нашими кланами не самые теплые, но мне ведь Рут помог, да еще и поехал со мной дальше, не поленился. Мне казалось, что он в целом нейтрально относится к моему родному клану, но, видимо, я ошиблась. И если бы не Гарды на том постоялом дворе, неприязнь к которым нас несколько сроднила, то ехала бы я сейчас одна, если бы пережила дорогу. Возможно, так оно и лучше было бы, а то совсем расклеюсь, доверяя спину воину Ночи. Но выбор у меня совсем небольшой.

- Может, я отдам долг как-нибудь в другой раз? Ферин отведет меня к дяде, я узнаю все, что мне надо, и уеду одна, - в который уже раз попыталась я образумить упертого орка.

- Ты сейчас договоришься до второго, - хмуро напомнил Рут.

- Второго чего? - не понял Васий.

- До второго бурдюка оркского чая, - я при мысли об этом сама начала зеленеть.

- Ты спаиваешь мою невесту? - лучник остановился и посмотрел на воина Ночи с новой порцией неодобрения во взгляде, мягко говоря.

- Перестань, - я толкнула его локтем. - Моя голова уже висела бы на воротах Гарды, если бы не Рут. Так что пусть спаивает, раз у него с головой не в порядке, имеет на это полное право.

- Вот как, - Васий хмыкнул и пошел дальше. - Я столько раз просил тебя не ездить одной, а уж тем более по их территориям.

- Это было на нашем западном тракте, они далеко забрались... Кстати, а что они делали так далеко от дома? - я притормозила, задумавшись. Хотя, Гарды привыкли к своей безнаказанности, так что их можно встретить едва ли не прямо в других кланах. - Рассказывай свои новости, а потом я через тебя с соколом отправлю Матери сообщение.

Глава 12

- Кланы сильно поредели за эту зиму. Действительно сильно. Я слышал, - воин Веды стал говорить тише и покосился на Рута, - что в Ночи на границе с Гарды и вовсе целый отряд пропал бесследно. В остальных-то хоть тела находили. Погибших очень много. Кроме Гарды, они еще более-менее целые. А еще в Ночи Отец при смерти, он, вроде, уже назвал своего преемника. - Вась понизил голос до шепота и едва заметно кивнул на шедшего следом орка, - Кого, не знаем, но попробуй расспросить, раз уж вы на короткой ноге. А вообще, можно будет попробовать заключить союз, если новый Отец не такой упрямый, как предыдущий.

Я хмыкнула и остановилась, дожидаясь, пока тактично отстающий и заинтересованно рассматривавший птичек на деревьях Рут с нами поравняется:

- Скажи, клан Ночи так и не заключил союз с Гарды? У вас ведь общая граница, вроде, собирались объединяться пару лет назад, - прямо спросила я.

- Нет, нам такие союзники не нужны, - покачал головой степняк.

- А что насчет Веды? Ваш новый Отец настроен на переговоры с нами? - сдала я с потрохами нашу осведомленность.

- Раз уж у Веды будет такая бойкая молодая Мать, - Рут усмехнулся, смерив меня оценивающим взглядом, коль уж слышал мои слова о том, что я преемница нынешней Матери, - то она добьется союза, я уверен. Я передам твое предложение в клан, как только встречу кого-то из своих. Отец рассмотрит такой вариант.

- Отлично, - я снова повернулась к Васию. - Передадим и это Матери.

- Ага, передадим, - несколько удивленно отозвался он. - Быстро же вы без участия глав кланов вопрос решили, ничего не скажешь, вас бы ко власти в кланы... Так, вот что еще. На границе с Пустырем творится что-то странное. Нежить через горы прет просто толпами, говорят, даже демона кто-то видел, а королевская конница их чуть ли не сопровождает, но не трогает.

- Да, это ожидаемо, - я хмыкнула. - Скоро они сдадутся и обратятся к кланам. Мы перебили большую стаю плакальщиц между деревнями чуть восточнее отсюда, там много людей полегло. Напишу Матери об этом, пусть отправит кого-нибудь проверить, вдруг идет вторая волна.

Мой друг недовольно косился на Рута, с моего молчаливого позволения, теперь участвовавшего в обсуждении новостей, но не возражал. Видимо, проникся предстоящим союзом.

- Дракона видели над Корином, тебе туда.

- Знаю, - я поморщилась и тяжело вздохнула. - Надеюсь, успею. Просто обязана успеть.

- Все будет хорошо, - Вась приобнял меня за плечи. - Ты только не погибни, я ж наставнику обещал за тобой присматривать. Не оставляй меня вдовцом.

- Размечтался, не доставлю я тебе такой радости, - я толкнула его локтем в бок. - Надеюсь, в этот раз поедем по тракту, а не через кишащие нежитью леса. Если, конечно, Ферин не знает “короткую дорогу”. Что еще нового?

- Двое наших погибли в мелких стычках позавчера. А так все остальное сущие мелочи по сравнению с тем, во что ты ввязалась.

- Ясно. Жаль. Так, давай пергамент, напишу ответ,- я увидела впереди главную площадь и остановилась.- Оставайся здесь, не стоит нам светиться перед Прери такой толпой.

Я присела на лавочку у ближайшего забора, перевернула письмо Матери и быстро написала услужливо поданным мне Васием угольком о разгуле нежити, о разоренной плакальщицами деревне, о необходимости срубить зараженное плотоядным цветком дерево, о драконе, о возможном союзе с кланом Ночи, да и просто о том, что у меня все хорошо.

- Веля, ну давай я поеду с тобой,- Вась нервно дернул одну из своих белобрысых косичек, нечаянно распустив ее конец.

- Нет, прости, - я сжала его руку, отдав снова свернутое письмо. - Я скоро вернусь. Но уже с Ланой.

- Буду ждать, - он обнял меня. И обратился уже к орку поверх моей головы, - Ты уж присмотри за ней, пожалуйста.

- Не боись. Верну твою невесту к самым воротам в целости и сохранности, - кивнул Рут. - В счет будущего союза.

- Ну вот, а я уж губу раскатала, что это по старой дружбе. Пойдем, у нас мало времени, - я отступила от Васия и пошла к ратуше. - О, а вот и Ферин!

Вор смотрел на нас квадратными глазами, стоя на краю площади с корзиной продуктов в каких-то пяти шагах от нас, к счастью, хоть без Параски.

- Велия, у тебя жених есть? - так потрясенно спросил он, когда я подошла ближе, а Васий уже скрылся в ответвлении узкой улочки.

- Тебя это так удивляет? - я не сдержалась и хихикнула, до того потешно смотрел на меня парень.

- Ну, просто ты такая... Вся такая суровая, сильная, мне казалось, что мужчины боятся даже подступиться к тебе, - Ферин перевесил корзину на другую руку. – Жених, подумать только... И ты еще чуть ли не голая перед другими мужчинами ходишь?!

Я расхохоталась, не сдержавшись, махнула на него рукой, решив не развенчивать его заблуждения, и взбежала по ступеням ко входу в здание, где обреталась городская власть.

Увидев голову в сетке, мэр города сполз под стол по самый нос и разговаривал с нами уже оттуда. Он неохотно пытался объяснить нам, что город теперь нанимает воинов Прери для устранения таких неприятностей.

- Так что ж они не устранили? - поинтересовалась я, покачивая сеткой. - Вы хоть представляете, сколько людей могло пострадать? Слава Судьбе, что мы там совершенно случайно проходили и убили его!

- Это все верно, но я не хотел бы накладок с Отцом Прери, - мэр поправил напудренный парик, прикрыл свисавшей из него буклей нос и немного выполз, чтобы лучше видеть мотавшуюся перед ним мохнатую голову.

- Не возвращать же нам ее на тело, - возмутилась я. - Нам не сложно и до столицы довезти, но она немного испортится… еще больше, в канцелярии этому совсем не обрадуются. И явно передадут вам привет за такую посылку...

- Ладно, чего уж там, - мужчина густо покраснел, стянул парик и утер им лицо. - Давайте сочтемся на двух золотых, а вы втроем поскорее покинете город. Мне бы очень не хотелось, чтобы на моих улицах проливалась клановая кровь, господа.

- Так и быть, - я, будто нехотя, положила трофей поверх стопки документов, хоть красная цена ему и была как раз полтора золотых. Но не набить цену у конкурентов было самым настоящим кощунством. - Но не сообщить в свой клан об этом...

- Три! Знаете, он такой большой, я просто восхищен вашим мужеством, господа. Три золотых, но давайте не будем хвастаться добрым делом, я запишу его в учетной книге на воинов покровительствующего нам клана.

- Вы правы, уважаемый, хвастовство не красит воина, - я взяла выложенные на стол монеты и едва склонила голову в знак признательности. - Ну, мы пойдем, с вашего позволения, нам некогда задерживаться в этом гостеприимном городе.

- Храни вас Судьба, - мэр проводил нас оберегающим знаком в спину. Такое чувство, что от нас.

- Слушай, ты содрала с него чуть ли не втридорога, - Ферин в коридоре с уважением рассматривал три золотых, неимоверным образом уже оказавшиеся в его ладони. - Я хоть получу свои двенадцать или тоже будешь торговаться?

- Получишь, - я не стала возмущаться и спорить с тем, что монеты исчезли в висевшем на поясе вора моем кошеле. Так даже спокойнее, у него вряд ли кто-то сможет украсть даже выпавший волос.

- Где твой дядя? Или сначала корзину отнесешь? - Рут кивнул на продукты в его руках.

- Я и так едва сбежал от Параски, - Ферин поежился и даже оглянулся, боясь ее появления. - Ну и настырная женщина... Уже и я ей сойду на крайний случай, даже ущипнула, - он потер филей.

- Давай отнесу, - усмехнулся орк. - А то так и будешь таскать по жаре. Веди лучше Вельку к драконологу пока. Потом расскажете.

Мы с вором переглянулись, но все же он отдал многострадальную корзинку степняку и вздохнул с облегчением. И от корзинки, и от Параски.

- Ну ладно, пойдем, - я посмотрела вслед удалявшемуся по коридору воину Ночи, озадаченно хмыкнула и обернулась к Ферину. - Где дядя-то?

- Да здесь же, в ратуше, - он почесал макушку и повернулся к другой массивной резной двери. - Пойдем. Он, меня, наверное, уже и не вспомнит.

Пожилой мужчина с седой бородкой-клинышком действительно не узнал Ферина. Он долго рассматривал парня то через круглые стекла очков, то поверх, спустив их на кончик тонкого носа, но не спешил к родственнику с объятиями.

- Я ваш племянник, дядюшка, - распинался Ферин, улыбаясь от уха до уха. - Ну, вспомните, сестра вашей жены – это двоюродная племянница моей бабушки, вы как-то гостили у нас в деревне, правда, очень давно, я еще маленьким был.

- Не помню, юноша, - он уже явно собирался указать нам на дверь.

- Это, по сути, не важно, - вор отмахнулся, будто это его дядя настаивал на степени родства только что, а не он сам. - Вот у этой девушки черный дракон сестру забрал. Нам очень сильно нужна помощь, остается все меньше времени. Пожалуйста, дядюшка.

- Дракон, говорите? - мужчина встрепенулся, будто даже помолодев, глаза его нездорово заблестели. - Как интересно. Присаживайтесь и рассказывайте как можно подробнее.

Я села в кресло через стол от него, расположенные в библиотеке, и стала рассказывать все, что знала об этом драконе. Совсем немного, по сути, все больше домыслы и предположения.

- Что ж, яйца он точно не несет, - усмехнулся дядя Ферина. - Да и людей драконы, насколько я могу судить, не жалуют. Но дань требуют, это верно, и всегда сами находят жертву.

- Разве? - удивилась я. - Я как-то раньше не задумывалась о том, как выбирают дань. Вроде прилетал и на месте выбирал кого-нибудь, специально не выискивал. И что же мне теперь делать? Как победить его?

- Победить, боюсь, невозможно, - драконолог взял с полки толстую обтрепанную книгу, видавшую еще живых драконов в расцвете сил, и положил ее между нами, открыл и долго листал. - Вот, посмотрите. Дракон может принять человечье обличие только в короткий промежуток времени, когда сбрасывает шкуру раз в десять лет. Выходит, сейчас он наиболее уязвим. Но у вас всего месяц, может, чуть больше, потом новая шкура покроется броней и затвердеет. Он останется неуязвимым ящером еще на десять лет.

- Всего месяц... Но почему тогда он сам предложил мне это пари, если он уязвим? - я непонимающе смотрела на детальный рисунок дракона и его чешуи на развороте книги.

- Вероятно, он абсолютно уверен, что вы не успеете. А когда приедете, будет уже поздно, он сменит шкуру окончательно.

- Вот засада, - Ферин стукнул кулаком по второй ладони. - Нам нужно успеть, во что бы то ни стало.

- Только если на крыльях, - покачал головой дядя. - Драконье гнездо – это крепость, высеченная из цельной скалы, и обычно она располагается в самой высокой точке гор. Но на западе осталось множество пустых гнезд, ума не приложу, как вы отыщете среди них нужное.

- А что насчет чешуйки дракона? Она защищает от пламени? - Ферин аж подался вперед от любопытства, да и желая утереть нос неверующему в это орку.

- Разумеется, для чешуйки пламя дракона не опасно, - кивнул драконолог.

- Отлично, и где нам ее взять? - поинтересовалась я, вполне довольная ответом. - Наверняка ведь должна была остаться чешуя, раз драконов убивали. Или от линьки.

- Нет, юная воительница, вы неправильно поняли. Это не предмет. Это человек. Особый человек.

В дом Параски мы шли окончательно подавленными. В голове никак не укладывалось все то, что сообщил нам дядя Ферина. И это было такими огромными рунами написано на наших лбах, что сидевший за столом на кухне Рут поперхнулся при виде нас.

- Что случилось, кто умер?

- Чешуйки драконов действительно есть, - я села напротив и стала бездумно крутить пустую кружку в ладонях. - И они неуязвимы для драконьего пламени, Ферин был прав.

- Так в чем проблема? Раздобудем их и полезем в горы, - не оценил всего масштаба трагедии орк.

- Ага. Вот только это потомки драконов и людей. Их раньше называли чешуйками дракона.

Рут повторно поперхнулся.

- Да, я тоже подумала, что это просто по размеру невозможно, - я хмыкнула. - Но дракон раз в десять лет может принимать человечье обличие. Вот тогда чешуйки и появляются.

- Так он для этого твою сестру забрал? - опешил Рут.

Кружка в моих руках звонко лопнула, брызнув осколками.

- Я не знаю. Дракон пообещал, что за этот месяц с Ланой ничего не случится. И я очень надеюсь на его слова. Не верится, что все можно решить миром, но я сделаю все, что угодно, чтобы спасти сестру. В том числе найду такую чешуйку, - я сбросила черепок с руки на столешницу, облокотилась на стол и спрятала лицо в ладонях, стараясь взять себя в руки.

- Найдем, из-под земли достанем, - рядом сел Ферин, осторожно тронул меня за плечо. - Мы посмотрели архивы по сбору драконовых даней в библиотеке, кроме Веды за последние сто лет дань платили еще всего в нескольких деревнях. В основном нашему черному дракону. Но был и еще один. Это был предпоследний дракон, синий, забравший дань в одной единственной деревне, причем всего один раз. Потом он пропал, его больше никто не видел, и остался только этот.

- Что за деревня? Нам придется большой крюк делать? - Рут отбросил пару долетевших до него глиняных черепков кружки.

- Небольшой. Затока, моя родная деревня, - я успокоилась, сгребла остатки кружки в кучку и сложила руки на столе. - Заберем дальше на юг после Корина. Оттуда два дня пути всего до Затоки. Поспрашиваем, что им известно про чешуйки, раз уж дань платили, и, возможно... Возможно, моя бабушка еще жива. Если, конечно, она захочет меня видеть. Не просто же так нас с Ланой забрали из такой дали.

- Уверена, что сама захочешь? Воин Судьбы не знает своей семьи, - напомнил орк.

- Наставник был мне отцом, а Мать у нас всех одна. Но я не смогу пройти мимо, если буду знать, что бабушка там. Наверное, я все-таки плохой воин.

- Слушайте, а южнее Корина есть еще храм бога огня, - Ферин вытащил из-за пазухи большую и подробную карту, которую мы совсем недавно смотрели в библиотеке. - Кто бы мог подумать. Давайте заглянем хоть на минуточку, нам же по пути.

- Ты рискуешь остаться без доплаты, - пригрозила я. - Это уже вред, а не польза.

- Оно того стоит, - скрепя сердце ответил вор. - Ты видела богиню ветра? Видела? Вот разве можно такое пропустить?

- Как ты ее еще не спер оттуда? - хмыкнул степняк.

- С места не сдвинуть, - Ферин так горестно вздохнул, что мы прыснули от смеха. - А еще дядя посоветовал, к кому в Корине обратиться по поводу драконов, у него там товарищ в местной библиотеке есть. Говорит, он знает о драконах гораздо больше. Хотя, лучше бы нам как-то попасть в Академию в столице.

- Значит, выдвигаемся? - предположил Рут. - Нам здесь больше нечего делать.

- Как это нечего? Параска расстроится, - усмехнулась я.

- Уже не расстроится, - орк поморщился, как от зубной боли. - Поехали отсюда.

- Нас не было слишком долго, - пробормотал потрясенный Ферин. - Как ты мог?

- Можно подумать, я предал твое доверие, - фыркнул степняк.

- Знаешь, да, - кивнул вор и пошел за сумками в комнату. И добавил уже из-за двери, - Да и не только мое.

- Вот сразу бы так, а то отпирался, только спать всем мешал своей щелкающей зубами под дверью Параской, - я тоже поднялась, хоть вид у товарища и был потешный, самое то подтрунивать, но задерживаться не хотелось. - Ферин! Все равно ты уже все деньги подмылил, так что рассчитайся с хозяйкой! Я пойду седлать лошадей.

Во дворе я успокоилась окончательно, выбросив на время вопрос чешуек из головы и положив на освободившееся там место вопросы насущные:

- Придется тебе снова поджать подпругу, Хель, если до Корина мы поедем короткой дорогой, - я погладила отдохнувшую и отъевшуюся боевую подругу по серому боку. - Там таких разносолов не будет, если на постоялый двор не нарвемся.

Глава 13

Пока застегивала седло, я видела, как на порог вышли мужчины с нашими сумками, и как Параска все вздыхала и порывалась обнять нашего степняка, и он даже не стал особо сопротивляться. Так, для порядка, при этом почему-то настороженно поглядывая на меня. Да, вот сейчас все брошу и пойду подтрунивать, размечтался. Я усмехнулась, глядя на это, хоть какое-то разочарование в душе и поселилось. Меня восхищало упорство Рута, а тут вдруг сдался без боя. Ну да ладно, каждому свое, мог и передумать, воины вообще ведут до невозможного свободный образ жизни. Вспомнив по этому поводу Васия, моего так называемого «жениха», я и вовсе в голос хохотнула.

Вот уж где привязалась к нам эта старая сельская шутка. Так уж вышло, что перед нанесением татуировок на свое шестнадцатилетие, что становилось полноценным посвящением из ученика в воина, я обратилась именно к своему брату по оружию с той самой, тогда еще неловкой просьбой избавить меня от последней слабости и недостатка для воительницы. Пять минут страданий, после которых Васий, только посвященный в воины и сам накануне, тяжело вздохнул и сказал, что теперь, как честный парень, просто обязан на мне жениться. Я ему тогда еще нос разбила за такие дурные шутки, хотя, больше от боли и разочарования, если честно, но эта фраза прицепилась к нам намертво. С тех пор и зовет меня невестой для порядка, хоть наших дружеских отношений это никак не испортило.

- Выезжаем, - я вывела лошадей и первая вскочила в седло. - Спасибо за кров и пищу, хозяйка.

- Береги себя, - проигнорировала она меня, продолжая липнуть к орку.

- Да поцелуй ты ее уже, и поедем, - не выдержала я. С учетом того, что воины, как и женщины под красным фонарем, такими сантиментами, как поцелуи, не промышляют, шутка закономерно разозлила Рута. Зато он поторопился, чего я и добивалась.

Из города мы выехали засветло, до заката оставалось еще прилично, поэтому я особо не волновалась, в отличие от Ферина, крутившего карту, полностью заслонившую ему обзор, и так, и эдак.

- Пять дней до Корина, быстрее никак, и это по самой короткой дороге, - разочарованно цокнул языком он, наконец, сложив карту.

- Итого будет десять дней в пути, - я вздохнула. - Не волнуйся, не так все и плохо, должны успеть. Лошадей ведь тоже загонять нельзя. А не зная, где гнездо, и что делать с драконом, так и вовсе без толку ехать.

- Успеем, - неожиданно мрачно и даже угрожающе пообещал Рут. - Еще и чешуйку раздобудем. Вот увидишь.

- Как-то странно это все выходит. Драконолог подтвердил, что первого черного дракона породил бог огня, а первого белого – богиня ветра. А как они это сделали? Второй родитель-то кто? - я чуть пришпорила Хель, чтобы мы успели к видневшемуся вдалеке лесу до темноты.

- Да кто их знает, этих богов? Может, они так, отделяя от себя, как грибы на грибнице, - Ферин задумчиво поскреб макушку. - В Корине снова в библиотеку влезем, поищем.

- В каком смысле влезем? Нам же твой дядя сам сказал, к кому обратиться.

Вор замялся, нервно теребя застежку на плаще.

- Ферин, - я подъехала ближе. - Мы ведь не влезли, правда?

- Он мне не дядя, - Ферин смутился дальше некуда. - Я просто слышал о нем от одного пьяного городского библиотекаря в таверне.

- Так чего ты заливал про родство? - удивился орк.

- Подумал, так больше шансов, что вы меня наймете. К чужому дядьке и самим наведаться можно, а тут хоть вода на киселе, а все-таки больше шансов, что поможет, если родня, - вор так виновато потупился и надрывно вздохнул, что злиться на него резко расхотелось. Он ведь прав, если хорошо подумать.

- Ну ты и жук, - усмехнулась я. - Ладно, чего уж там, пусть будет дядей.

В лес по тракту мы вступили уже в жидких сумерках, поэтому на ночлег остановились практически сразу, пока еще было что-то видно. Рунные кинжалы привычно заняли свое место по обе стороны от будущего костра, чтобы предупредить нас о приближении нежити вовремя. Обязанности свои тоже все знали, так что молча разошлись, кто за хворостом, кто за лапником, кто за водой.

- Может, зря мы уехали так поспешно? Можно было еще на одну ночь задержаться, а утром просто погнали бы лошадей быстрее, - я подбросила дров в костер и села на лапник рядом с Рутом, толкнула его локтем. - А то не успел толком отдохнуть, практически оторвали тебя от Параски.

- Тебя этот вопрос так сильно волнует из любопытства или по личным причинам? - вроде и с улыбкой спросил он, но напряжение буквально повисло в воздухе.

- Из сочувствия, - я фыркнула.

- Оставь его себе, - степняк отстегнул от лежавшего рядом седла бурдюк. Вот теперь мне действительно захотелось себе посочувствовать.

Засыпая после оплаченного на сегодня долга под треск дров, я еще пыталась найти в себе силы и сесть.

- Да не брыкайся ты, спи уже, - Рут легонько толкнул меня обратно на лапник.

- Нет, надо в дозор, - пыталась я объяснить отчаянно не слушавшимся меня языком. Самое обидное, что голова при всем моем пьяном виде была практически как стеклышко. Сказывалась тренировка, от раза к разу я переносила оркский чай все легче.

- Не надо, мы близко к городу. Тут нежить и при всем желании не найдешь. Я посижу еще немного, спи, - он еще и полу плаща, на котором я лежала, на меня накинул. - Разбужу под утро, так и быть.

Я вздохнула и посмотрела на давно и беспробудно спящего Ферина. Вот уж кто совсем далек от мер безопасности. И дожил же как-то до своих лет.

Я проснулась от тихих голосов. Какое-то время пыталась отрешиться и снова уснуть, даже зажмурилась сильнее, раз уж меня не будили прицельно, но тут Ферин заговорил чуть громче, сбив все мои попытки. Я прислушалась к своему самочувствию, а потом и к голосам, не открывая глаз.

- Нет, ну серьезно, что такого в твоем чае? Голова раскалывается...

- Специи и травы, они варятся определенным образом, студятся, а потом добавляется спирт, - тихо посмеивался Рут, - ничего, что могло бы тебя убить, так что глотни еще и успокойся. Это даже полезно, чтобы не заболеть.

- Из тебя лекарь, как из меня куртизанка... Впрочем, давай. Слушай... Это, конечно, не мое дело, но зачем ты к хозяйке дома пошел?

- Тебе действительно объяснять надо, зачем по бабам ходят?

- Я в том смысле, что ты казался на удивление правильным и принципиальным. Прямо не верилось порой, что ты чистокровный орк. Вот воин – да, до мозга костей. А тут как вольный степной орк, которому все равно, на ком юбка… Без обид. Да она тебе даже не нравилась, и вдруг ты резко передумал. Что изменилось-то?

- Ты прав, это не твое дело, - фыркнул орк.

- Может, тебя еще и невеста дома ждет, как Вельку жених, а ты тут по всяким Параскам… Или дело как раз в этом? Только не говори, что у тебя на Велю планы были, пока не узнал, что она обручена, - опасливо понизил голос вор.

- Не смешите, я и так уже проснулась, - сонно пробормотала я, не двинувшись с места. - Могли и без шуток разбудить.

- Оно и видно, что не спишь, - Рут звонко хлопнул меня по бедру, разбудив окончательно. - Поехали. К ночи, скорее всего, доберемся до постоялого двора, если верить карте.

- Ага, - я села, зевнула и собрала косички в высокий хвост. - Давайте поспешим.

Хель тоже была не в восторге, но все же ехать пришлось. Все еще привязанный к застежке лоскут платья Ланы жег меня огнем, напоминая, что времени остается все меньше. Луна росла как на дрожжах, а до гор все еще было далеко.

- Остановимся? - Ферин кивнул на маленькую деревушку, ютившуюся у самого тракта прямо за пролеском. - Уже полдень.

- Да, становится жарко, нужно напоить лошадей, - я свернула с тракта.

Домики стояли близко друг к другу, а дорога круто заворачивала, поэтому колодец мы увидели далеко не сразу, зато вдоволь налюбовались выглядывавшими на нас из-за заборов с любопытством людьми. А одинокий и малость потрепанный петух на заборе так и вовсе гневно напыжился и собирался на нас наброситься, несмотря на наше численное и оружейное превосходство. Но хозяйка это вовремя заметила и живо сдернула его за куцый хвост с забора.

- Какая-то нервная и особенно неприветливая деревня, - хмыкнула я.

- Какая есть. Глянь, что это там, у колодца? - Рут привстал на стременах, всматриваясь в странную конструкцию практически посреди дороги.

- Какой-то забор, что ли? - я пришпорила Хель, почуяв неладное.

Низким наспех сколоченным заборчиком был огорожен огромный след пятипалой лапы дракона.

- Что за чертовщина? - я спешилась и перегнулась через оградку. - Здесь садился дракон! И, за неимением других, явно черный!

- Да, так и есть, - к колодцу подошел дедок с двумя ведрами, очевидно, необходимость получить воду пересилила опасливость. - Наш избавитель, последний дракон, госпожа воин.

- От чего избавил-то? От парочки людей? - удивилась я. - Он же дань собирает.

- Нет, ну что вы. Дань он с нас лет тридцать назад последний раз брал, сказал, что больше нечего у нас забирать, да и оставил. А давеча от нежити, чтоб ее, спас. Упыри из леса поперли, а он как раз пролетал над нами. Сел, да как рявкнет, аж пузыри на окнах полопались. Упырей как ветром сдуло, окаянных.

- Отогнал нежить? - не поверил Рут. - Ради этого и сел, что ли?

- Отогнал, господин, как пить дать отогнал! Но сел-то он просто к колодцу, это так, заодно, - дедок сотворил охранный знак. - Раньше-то как было? Драконы в горах жили да нежить с Пустыря отпугивали. А как не стало крылатых, так и поперли всякие оттудова.

- Скажи, дракон один был? - перебила я его словоохотливость куда более важным вопросом.

- Нет, девочку нес, аккурат на вас похожую, госпожа кланница. Она еще воды тут набрала, а он ждал, след остался на мокрой земле.

Я бросилась к колодцу, осматривая его со всех сторон, в надежде, что Лана оставила еще одно послание.

- Не тут, госпожа, ежели тряпицу ищете. Она ее к поилке лошадиной привязала, - дедок указал на большое корыто чуть в стороне.

“Оставь меня, я буду в порядке”, - было наскрябано угольком в этот раз.

- Это ведь просто немыслимо, - я так и ехала дальше с лоскутом в руке, вновь и вновь перечитывая незамысловатое послание. - Как это “оставь”? В каком еще порядке?! Он ее точно головой вниз уронил!

- Да успокойся ты, - Ферин нехотя оторвал взгляд от карты. - Она жива, они даже остановки делали, еще и нежить то тут, то там гоняли по случаю. Одно мне не нравится. Если твоя сестра и дальше будет рвать подол на записки, то останется без платья. А если она так на тебя похожа, как ты уверяешь, то по свету точно пойдут новые драконьи чешуйки.

- Я тебе голову откручу, если ты не заткнешься, - пригрозила я, скрипнув зубами.

- Нет, ну серьезно. Давайте поторопимся.

- Он прав, Вель, зря она так рискует. Пусть бы и пообещал месяц ее не трогать, но ведь дракон тоже мужик, - хмыкнул орк.

- Ты по себе всех меряешь? - я повязала лоскут рядом с предыдущим на ремешок застежки доспеха. - Меня это все немного сбило с толку. Послушать простых жителей, так дракон со всех сторон сплошное благословение Судьбы. Но дань ведь собирает! Зачем? На кой ему люди? Все-таки жрет их? Но как же тогда чешуйки появлялись?

- Вот и спросишь перед тем, как убить, - вор пожал плечами и перевернул карту. - Уже начинает темнеть, по моим расчетам, мы должны подъезжать к постоялому двору.

Позади нас небо уже залило чернилами, хоть солнце еще не до конца закатилось за лес, а по сторонам от дороги все еще было абсолютно безлюдно. Справа стройная березовая роща, слева молодые поля. И ни души, чтобы хоть спросить у кого, далеко ли еще ехать до жилья.

- Ничего, можем и в лесу остановиться, как обычно, - предложила я. - Нам не привыкать, в конце концов.

- Вель, я не воин, если ты помнишь, - Ферин слишком резко сложил многострадальную карту, едва ее не порвав. - Мне надоело спать в лесу. Да я и глаз сомкнуть не могу без крыши над головой!

Мы с Рутом переглянулись и самым бессовестным образом заржали.

- Ты всегда самый первый засыпаешь, вообще-то.

- Ты храпишь на спине.

- И бормочешь во сне.

- А еще крутишься без конца.

- И ползешь вверх.

Мы еще долго могли перечислять наперебой явные признаки сна товарища на свежем воздухе, но впереди во все густевших сумерках показался огонек.

- Ну наконец-то! - Ферин пришпорил Труса и рванул к светящимся окнам у обочины, багровея ушами так, что это и в темноте видно было.

Вот только его конь резко остановился, немного не доехав, и отчаянно заплясал на месте, крутясь и нервно храпя.

- Что такое? - я мигом поравнялась с ним, уже с рунным кинжалом в руке. Но руны молчали, нежити в таверне не было, поэтому я поймала выпавшие у Ферина поводья. - Тихо, Трус. Наверное, змею увидел. Поехали.

Оказавшись между нашими боевыми лошадьми, Трус немного присмирел и пошел ко въезду во двор.

Прямо у ворот мне почудился запах сгоревшего дерева, вынудив остановиться. Не дров, этот запах сложно спутать, а именно пожарища. Это было не то, чтобы страшно, но явно ненормально.

- Пожар, что ли, был? - я внимательно осмотрела добротный трехэтажный дом сверху донизу, но никаких черных бревен не заметила.

- Да, горели на той неделе, уважаемые, - окликнула нас девчушка в белом переднике, вышедшая из боковой двери с ведром помоев. - Да вы заходите, не беспокойтесь. К запаху быстро привыкнете.

- Ну ладно, выбирать все равно не приходится, - я спешилась и подвела Хель к коновязи у яслей и кормушки, потянулась к подпруге седла.

Но кобылка отступила от меня, недовольно фыркнув.

- Дай, я седло сниму, отдохнешь, - я снова попыталась его снять, но Хель и вовсе извернулась и клацнула зубами у самой моей руки.

- Не расседлывай, - Рут мгновенно помрачнел и только набросил поводья на перекладину, не привязывая. - Пусть готовые стоят. Что-то чуют ведь, - он похлопал своего громадного степного коня по холке и пошел к крыльцу таверны.

Я подтолкнула насторожившегося вора за ним и погладила лошадь, успокаивая.

- Заходите, госпожа кланница, - окликнула меня подавальщица, уже возвращавшаяся назад и заметившая вблизи клановые татуировки. - Вечереет же. А у нас пиво сегодня хорошее, крепкое, все еще просят.

- Ну, раз пиво, то пойдем, - усмехнулась я, снова невольно принюхиваясь.

Внутри было совершенно обыкновенно, ничего не вызывало сомнений в том, что это такой же постоялый двор, как и десятки других на трактах. В харчевне рекой лилось пиво, стоял въедливый запах жареного лука и немытых тел, дорожной пыли. Все как обычно.

- Комнаты есть? - спросила я все у той же молоденькой подавальщицы, как раз собиравшей посуду с ближайшего стола, уже свободного.

- Да, госпожа, свободных еще четыре, - поклонилась она.

- Мы возьмем три. А пока давай ужин, - я похлопала по пустовавшему месту на поясе и бросила многозначительный взгляд на вора.

Ферин виновато улыбнулся, выдал плату подавальщице и вернул кошель мне:

- Прости, привычка. Я вещи наверх отнесу, - он взял оставленные на столе ключи, появившиеся из бездонного кармана на переднике подавальщицы, и пошел по скрипучей лестнице на второй этаж.

- Вроде бы ничего подозрительного, - Рут осмотрелся и сел, всем своим видом показывая, что я зря нервничаю. - Но держи нос по ветру. Не расслабляемся, уедем на рассвете.

Я кивнула и села, рассматривая постояльцев. Одинокий и уже немолодой воин Прери, мечник и копейщик, кивнул нам из дальнего угла, здороваясь, стоило мне только обратить на него внимание. Несколько орков, куда менее цивилизованных, чем я уже успела привыкнуть на примере своего спутника, презрительно сплюнули на пол при виде Рута. Менестрель надрывался, сидя на стойке, но его никто особо не слушал. Королевский гонец с самым мрачным видом напивался за соседним столом, бездумно глядя в ночь за окном. Остальные же все сливались в один калейдоскоп практически одинаковых лиц из горожан и деревенских, просто остановившихся на ночлег.

Глава 14

- Давайте быстрее, - я даже не притронулась к поставленной передо мной тарелке, совершенно потеряв всякий аппетит от тонкого запаха гари, нет-нет, да и пробивавшегося в общей толчее. Свисавший с балок между окнами прошлогодний чеснок в косах изо всех сил старался его перебить, но выходило плохо.

- Вель, что не так? - Рут тоже отодвинул тарелку.

- Запах. Ты что, не чувствуешь? - я облокотилась на стол.

- Гарь? Немного. Не сказать, чтоб сильно мешает.

- Мне это совсем не нравится. Уголь разгорается гораздо быстрее. Если полыхнет, то постоялый двор просто обрушится в слабых местах, - я посмотрела на немного прокопченные балки и большую люстру со свечами. - Опасно тут.

- Можем уехать, если ты настаиваешь, - пожал плечами орк.

Ферин уронил вилку:

- Вы издеваетесь? Дайте вы мне поспать нормально. Одну ночь, я ж много не прошу!

Я усмехнулась и посмотрела в окно. И похолодела. В стекле отражался сидевший чуть дальше гонец. Обожженный, с лопнувшей кожей и полностью сгоревшими волосами. Он держал кружку обугленной до костей рукой и вливал пиво в уже лишенный одной щеки рот, больше разливая вокруг.

- Вель, чего ты так побледнела? - степняк обернулся, но ничего странного не увидел.

А я подалась вперед, вылавливая в отражении и других постояльцев. Сгоревших, обугленных. Я попыталась сказать об этом, но мне будто горло сдавило невидимой петлей. Руки и те не слушались, я просто приросла к месту и беспомощно смотрела, как гонец обернулся к нам, пьяно икнул, совершенно нормальный на вид, если не смотреть на его отражение, и повернул стул, подсаживаясь за наш стол.

- О, воины, - протянул он. - Заказы берете?

- Смотря какие, - тут же встрял предприимчивый Ферин. - Но мы очень спешим, так что и цены соответствующие...

- До столицы не проведете? - гонец залихватски подкрутил усы, отсутствующие в отражении, и нагнулся ниже к столу, перейдя на шепот. - Боюсь не доехать с такими вестями. Нежить уже доела три деревни и идет дальше, скоро с этими бездарями, недоплачивающими налог в казну, будет покончено.

- В смысле? - вор тоже нагнулся ниже. В отражении это выглядело жутко, вор практически нос к носу разговаривал с разливавшим пиво через прогоревший рот обугленным трупом.

- В смысле, все идет по плану, - гонец подмигнул и пьяно захихикал, - наша нежить работает отменно, никто и не заподозрит власти в гибели самых нерентабельных деревень. А на их месте построим ткацкие фабрики, мануфактуры, туда уже и дороги проложены. Только ехать трактом теперь страшно в одиночку.

- Потому и кланы не нанимают? Чтобы нежити не мешали? - мрачно поинтересовался Рут.

- Кланы позже наймут, когда нежити станет столько, что все воины полягут. Остальных Гарды добьют, что воинов, что упырей, у них уговор с Его Величеством. А вы, красавица, тоже воин? Очень жаль.

Я не выдержала, когда гонец потянулся к моей руке, но так и не смогла выдавить ни слова, поэтому просто скорее пнула орка под столом и кивнула на лестницу.

Рут оглянулся и нахмурился, вопросительно глядя на меня. Я снова пнула его, но уже сильнее, отчаянно закусив губу, и все равно слова застряли в горле. Как в страшном сне, когда замираешь на месте, даже пальцем двинуть не можешь, а ведь нужно бежать, и крик стоит в горле комом, перекрывая дыхание. Пришлось пнуть еще раз.

- Ферин, мы будем наверху, - наконец дошло до него. Кажется. Хоть что-то бы сказать, но я не могла.

Степняк без труда выдернул меня из-за стола, едва ли не за шкирку, и повел к лестнице. Я медленно перебирала непослушными ногами, будто ватой набитыми, мелко дрожа всем телом, но при помощи товарища все же шла. Шаг, еще, ступеньки, перила скрипят так надсадно, что страшно за них даже взяться. Темный коридор, освещенный всего парой свечей в самом конце, и неестественная тишина, тут же резанувшая по ушам после гомона в харчевне. Будто там действительно только мертвые. Вторая дверь, совпадавшая номером с ключом, внутри уже валяются на полу сумки, к счастью, все вместе.

- Что случилось? - Рут запер дверь и обернулся ко мне.

Я схватилась за ворот рубашки, дышать было категорически нечем. Единственное, чего я боялась до дрожи, это призраки. И их там битком целая таверна! А горло все еще сжимает спазмом, не давая ничего сказать.

- Я думал, ты поговорить хочешь с глазу на глаз, - усмехнулся орк. - Ты ж не пугай так, а то белая как мел сидела. Сразу бы сказала, что надо, я ж не против. Только давай быстрее, Ферин же ждет.

От неожиданности меня прорвало, я вцепилась в наплечники степняка и практически повисла на нем:

- Я туда не выйду! Там призраки! Они все мертвы!

- Стоп, Вель, ты о чем? - Рут попытался оторвать меня от себя, но не смог, я держалась намертво. - Кто мертв?

- Все! Ты их в отражении видел? Они все сгорели заживо! Надо отсюда валить, причем сейчас же!

- Тихо, не паникуй. Ты же воин, мать твою! - он все же смог разжать одну мою руку, но как только отпустил, она вернулась обратно на наплечник.

- Я не знаю, что делать с призраками! Я не умею их убивать!

- В детстве испугалась? - обреченно спросил орк, перестав сопротивляться.

- М-гм. В заброшенный дом влезли с Васем, когда нам было по пять.

- Вот дурочка. Призрак не тронет тебя, пока ты его не трогаешь, - Рут неловко погладил меня по спине. - Давай заберем Ферина и уйдем.

Я огромным усилием воли смогла разжать руки и отпустить его. Но тут же схватила сумку, просто чтобы держаться за что-то.

Выйти из комнаты было сложнее, но тут уж Рут помог, просто выставив меня в коридор за шкирку. Как помог и сойти вниз, спуская едва ли не пинком на каждую следующую ступеньку.

- Ферин, мы уезжаем, - позвал он вора.

- Нет, вы как хотите, а я остаюсь, - парень отсалютовал нам кружкой.

- Уезжаем, я сказал. Причем живо.

От такого тона вор поежился и все же встал из-за стола.

- Эй, ну хоть выпейте со мной, раз заказ не берете! - возмутился гонец, а в отражении у него выпал остаток обугленного глаза, причем в ополовиненную кружку.

- Вам что-то не понравилось у нас? - тут же нарисовалась в дверях подавальщица.

- Все отлично, просто мы спешим, - орк хотел пройти мимо нее, но девушка шагнула в сторону, вновь преградив ему путь.

Она, как и все остальные, стала стремительно терять навеянный облик, превращаясь в увешанный обгорелыми ошметками плоти и ткани скелет:

- Задержитесь, пожалуйста, - все так же добродушно продолжила говорить она. - Ну куда же вы среди ночи поедете?

От такого количества призраков просто кровь леденела в жилах, да и Ферин начал понимать, во что мы встряли, побледнев.

- Нам не дадут выйти, - громко прошептал он в наступившей тишине.

Рут проигнорировал это, оставаясь единственным остовом спокойствия в таверне. Хотя нет, воин Прери тоже был на удивление флегматичен. И цел.

Я дернула орка за ремень перевязи и кивнула в дальний угол, тут же снова отвернувшись к глухой стене, чтобы не смотреть на остальных.

- Они действительно никого не выпускают до рассвета, - подтвердил воин. - Я тут третий час, и уже успел убедиться, что выхода нет. Ни в дверь, ни в окна не выйти. А призраков подпитывает страх. В данном случае их собственный был так силен в момент смерти, что удерживает их здесь.

- Значит, подождем до рассвета, - пожал плечами Рут и пошел к столу того самого воина Прери.

- Арзул, - тот протянул руку.

- Рут. Это Велия и Ферин, - степняк пожал протянутую руку.

- Этот постоялый двор сгорел неделю назад, все эти люди погибли в огне, - начал рассказывать Арзул, когда мы сели, а таверна вновь загомонила на все лады, вернув людям приличный облик, будто ничего и не случилось. - Местные видели на днях свет в пустых окнах, испугались, просили посмотреть. Вот и смотрю.

- Ясно. Мы по карте сюда заехали, никто не говорил о пожаре, - Ферин подвинулся ближе ко мне, когда мимо прошла подавальщица с большим подносом, сторонясь ее.

- Главное, не уснуть, - воин Прери кивнул на зал. - Души спящих остаются здесь. Вон те рассказали, как остановились тут на ночь позавчера.

Я с опаской оглянулась. Двое мужчин, не сгоревших, но здорово перемазанных копотью, тоскливо посмотрели на нас и вновь отвернулись, подтверждая слова Арзула.

- Ничего, до рассвета не так и много времени, - неунывающий Ферин хлопнул ладонью по столу. - Чем займемся? Рут, что насчет твоего бодрящего чая?

- Ты засыпаешь после второго глотка, - фыркнул орк.

- Точно, - вор притих. - Тогда хоть в кости сыграем? Не сидеть же просто так.

- Можно как-то избавить их от страха, чтобы они ушли в загробный мир? - с опаской спросила я.

- Разве можно заставить не бояться огня тех, кто от него умер? - ответил мне вопросом воин Прери. - Нам остается только ждать, а потом дожечь таверну, чтобы уничтожить место их обитания. По одному вне дома они не будут так опасны и растворятся, оставшись без места привязки.

- Ты уверен, что это их собственный страх?

- Ну а что еще? Тут и думать нечего, я такое уже видел однажды, - отмахнулся Арзул.

Я прикусила губу от досады. Как бы я ни боялась, мне было жаль оставлять всех этих людей неприкаянными призраками, а тем более уничтожать. Но и помочь ведь ничем не можем.

- Тебя уже трясет, - Рут повернул меня вместе со стулом так, чтобы я смотрела в стену за его спиной и не видела окно.

Я хотела ответить, но не могла, в горле снова стал ком. Я подобрала ноги, упершись пятками в край стула, и обняла колени, положила голову на руки. Было стыдно за свой страх. Просто ужасно стыдно, это недостойно воина.

Мужчины тихо разговаривали ни о чем, а я сидела и судорожно соображала, что можно сделать. По всему выходило, что убедить призраков я не могла. Хотя бы потому, что боялась. Но и не оставлять же так. Что-то внутри настойчиво подталкивало меня попытаться сделать хоть что-то.

- Чего ты мечешься? - заметил это орк.

- Хочу поговорить с ними, - почти шепотом ответила я.

- Поговорить? - Рут оглянулся, - Ну ладно, сейчас попробуем... Вставай. Все равно заняться до рассвета нечем.

- Боюсь, - еще тише призналась я.

- Все в порядке, ты будешь говорить со мной, а не с ними, - степняк поднялся и ждал, пока я решусь.

Я поборола дрожь в коленках и встала, пока не очень понимая, как будет происходить мое общение с неупокоенными духами. Но все оказалось до банального просто. Рут подтянул меня за ремень ближе и прижал мою голову лбом к своему плечу. Теперь я видела только его наплечник, холодный, шершавый и местами здорово поцарапанный, ремень, держащий его поверх узкой ленты темно-рыжей шкуры, крепление, уходящее под край наплечника, и серо-зеленую кожу с узором темных вен на плече. И даже гомон мертвых стерся, стал тише вместе с самими их образами, будто мы снова оказались на втором этаже, где я не слышала призраков, потеряв их из виду.

- Нормально? - спросил орк, когда я перестала дрожать, вместо этого прислушавшись к творившемуся вокруг.

- Да.

- Тогда пойдем. Кого первого допросим? - он осторожно шагнул вперед, я назад.

- Того, кто ближе сидит.

- Спрашивай, что хочешь, я передам.

- Как именно они умерли? - вроде и тихо спросила я, но призраки услышали.

- Так сказали ж вам, госпожа, на пожаре, - четко и близко на фоне общего глухого рокота раздался один голос. - Занялся постоялый двор. Крику было, полыхало все, а народ вокруг пьяный... Кто наверху спал, а кто тут, внизу, сидел. Занавески на окнах от кухни мигом занялись, да по цепочке до самой двери вспыхнули, меж ними ж лампы, вязанки трав да чеснок для украшения висят.

Я проглотила ком в горле и снова спросила:

- Кто-нибудь смог выбраться?

- Да вроде ж все здесь. Ануф, слышишь, ты не видел, живой кто ушел? Не, госпожа, мы не видели.

- Уже неделя прошла. Почему не уходите?

- Так не пускает, уважаемая, - раздался второй голос. - Боязно, мы-то стены все еще пылающими видим, не подступиться. Вот и пьем, ждем дозволения.

- Кто не пускает? - я чуть повернула голову, выглянув из-под руки орка, но увидела только стол и ноги под ним, мелко отбивающие мотив песни менестреля.

- Да леший его знает... Кто-то. Мы к двери, кто похрабрее, стало быть, а оно нас назад длинной косой. Говорит, недосчитался кого-то. Да мы подождем, только уж больно жарко здесь сидеть, того и глядишь, дотла прогорим, некому уходить будет.

- А кто знает, кого недосчитались? - я повернула голову в другую сторону. Там под соседним столом были скрещены ноги в высоких сапогах, - Как обратиться к тому, кто вас здесь держит?

С ногами, да еще и из-под надежной руки, разговаривать было не в пример легче. Хоть страх и пробирал до костей, но мы таким образом прошлись до лестницы, расспрашивая мертвых постояльцев. Но никто не смог сообщить нам чего-то более существенного. Да, огня они боялись, но не до такой степени, чтобы торчать здесь неделю. Что не выпускает, описать никто не смог. А в остальном они, совсем как нормальные люди, жаловались на жизнь, с улыбкой хвастались прошлогодним урожаем или товаром, а от одного из орков я даже огребла шлепок по филею. Правда, у него под плоским носом тут же оказался тесак, несколько охладив интерес. А я с удивлением поняла, что вижу все это. В смысле, давно уже повернула голову и смотрю на неупокоенные души.

Я разжала уже занемевшие пальцы на перевязи Рута и чуть больше повернулась:

- Они, оказывается, не опасны сами по себе, понимаешь? - я посмотрела на товарища. - Здесь есть кто-то гораздо сильнее.

- И что ты предлагаешь? - хмыкнул степняк.

- Мы не можем сжечь остатки таверны утром, тогда они все погибнут. Здесь столько душ, они страдают...

- Да, узнаю нашу циничную торговку, - орк рассмеялся. - Ты просто бездушно жаждешь всех их спасти и дать упокоиться с миром за непомерную плату. Да, кстати, что там можно с призраков стребовать?

- Что ж ты и над моей боязнью не смеялся? - разозлилась я.

- Потому что боишься не ты, - неожиданно очень серьезно ответил он. - Боится маленькая девочка внутри тебя, впервые столкнувшаяся с призраком в заброшенном доме.

Я презрительно фыркнула, хоть и очень смутилась от того, как глубоко смог увидеть Рут. Это было слишком личное, лучше бы он и дальше насмехался над моей непоследовательностью.

- А знаешь, стребую. Услугу можно содрать даже с души, - я сбросила его руку с плеча и отступила, тут же почувствовав себя неуютно без защиты.

- Ну, попробуй, раз больше не боишься, - орк отошел обратно к столу, где за нами с интересом наблюдали Ферин и Арзул. Я бросилась следом, резко передумав.

Спустя два часа, окончательно сойдя с ума от безделья, я сначала с опаской повернулась к залу, потом уже стала рассматривать призраков с интересом, а в итоге осмелела настолько, что встала и прошлась до отхожего места, к счастью, не вынесенного за пределы самой таверны. Иначе терпеть бы до утра.

- Простите, а что вы делаете? - идя обратно, я остановилась, хоть и поодаль, у стола, за которым двое неупокоенных играли в кости, но вместо привычных щелбанов тыкали друг другу вилкой в руку.

- Так надо ж чем-то время скоротать, госпожа, - мужчина пожал плечами. - Боль мы лишь от огня чувствуем, а это так, баловство.

- Да, нам теперь в загробный мир путь заказан, мы снова сгорим, на этот раз окончательно, - с бесконечной грустью попытался выдавить улыбку второй. - Так что развлекаемся хоть так напоследок.

- Нельзя жечь таверну, - заявила я со всей категоричностью, когда села за облюбованный нами стол.

- Так нужно, - Арзул оглянулся на неупокоенных. - Их уже не спасти, мы должны позаботиться о живых.

- Вель, давай так, - перебил его Рут, попутно пнув стул под Ферином, так как вор уже начинал клевать носом. - Оставим предупреждение на дороге, а сами сообщим властям Корина, сюда мигом пришлют шамана и храмовника, они договорятся с душами. Мы-то действительно ничего не можем сделать.

- Хорошо, - я опустила голову. Меня рвали между собой боязнь и сильное желание освободить несчастных. И последнее перевешивало все больше.

Глава 15

Еще через час я поймала себя на мысли, что призраки – это такие же люди. Они вполне живенько играли с заскучавшими мужчинами, метая в нарисованную на стене угольком мишень ножи, смеялись, пили свое призрачное пиво. А один из диких орков снова одобрительно шлепнул меня по заднице, проходя мимо. И я показала ему кулак точно так же, как показала бы живому.

- Помочь хочешь, да? - вроде бы совсем безразлично поинтересовалась подавальщица, поставившая на стол целый поднос пенных кружек.

- Хочу, - не стала отпираться я, внимательно наблюдая за ее движениями. - А есть соображения?

- Пойдем к стойке, - девушка зыркнула по сторонам и кивнула мне идти за ней.

Я с опаской села на высокий стул и приготовилась слушать, стараясь не касаться подавальщицы, взявшейся протирать стойку.

- Присмотрись хорошенько, - сказала она мне, не поднимая глаз от замусоленной столешницы. - Кого не хватает в зале?

Я присмотрелась к постояльцам, мертвым и живым, к горланящему что-то заунывное менестрелю, к единственной на весь зал еще совсем молоденькой подавальщице, выдавшей нам ключи от комнат... И, между прочим, выходившей из таверны с помоями, когда мы еще топтались на пороге, в то время, как ни одна неупокоенная душа, как и живая, не может покинуть эти стены.

- Хозяина таверны. Обычно я у него ключи брала, - осторожно ответила я, приглядевшись к ней уже куда внимательнее.

- Вот потому мы все и здесь, - она тяжело вздохнула и остановилась, глядя на меня усталыми непроглядно-черными глазами. - Он заметил, что от печи на кухне занялся косяк, а там и занавески... И выбежал наружу, спасая выручку. Ничего никому не сказал. А потом лопнула масляная лампа, загорелся первый человек. Разумеется, его пытались потушить, но все уже были пьяными, хозяин долил перегнанный самогон в пиво, чтобы больше заказывали и быстрее напивались, таким можно сколько угодно в счет приписать, они и не вспомнят... Бочка с самогоном тоже хорошо горела.

- Я поняла, - я передернула плечами, разгоняя мурашек от ее прямого взгляда. - И что теперь?

- Теперь Жнец ждет его трусливую душонку. И сегодня подходит последний срок, а он так и не явился на место своего преступления, - подавальщица оперлась на стойку напротив. - К рассвету опять будет пожар, который сожрет все неприкаянные души. Вместе с живыми, уж простите. Или же одну, отданную ему взамен беглеца. Жнец пришел именно за ним.

Жнецы. Сколь ужасны были эти сущности, поглощавшие преступные, темные души. Они были посланцами самой Смерти, неистребимые, неуязвимые, беспощадные. И один из них сейчас здесь, готовый поглотить все эти души, случайно попавшие под раздачу, как и мы. Или же одну.

- А если мы найдем хозяина? - без особой надежды спросила я.

- Жнец больше не будет ждать. Он проведет жатву сегодня.

И ведь не договориться, не отсрочить. Посланцы Смерти непреклонны, если уж что-то решили.

- Кто может стать заменой хозяину? - я сама свой голос не узнала, до того он стал мертвым.

- Тот, кто шагнет в пламя ради других, кто способен отринуть страх. То есть противоположность провинившегося, - пожала плечами подавальщица, будто это было само собой разумеющимся. - Я знаю, о чем ты думаешь. И страх ты уже поборола, протянув руку помощи призракам, наперекор себе. Ты действительно готова пойти на это?

- А разве есть выбор? Я, конечно, та еще бездушная и циничная тварь, но умереть им всем я не дам...

Девушка расхохоталась так громко и звонко, что заглушила даже горластого менестреля.

- Ох, повеселила, - фыркнула подавальщица, утерев навернувшиеся слезы. - У тебя одна из самых мягких и ранимых душ, что я когда-либо видела среди воинов. Ты хорошо ее прячешь за маской, закаляешь болью, но она все равно видна.

- Польщена, госпожа Жнец, - я склонила голову.

Она оборвала смех и мигом приняла истинный облик, который никто другой и не заметил:

- У тебя час до пожара, девочка. Я вижу, тебе нужно уладить кое-какие дела. Поспеши, потом твоя душа будет поглощена огнем. Я буду ждать тебя на кухне.

Она отвернулась, скрыв обтянутый белой кожей череп за такими же кипельно-белыми длинными волосами, и уплыла, касаясь пола только древком черной косы. Проводив ее взглядом до двери кухни, я развернулась к залу. Уже не было даже дрожи, в душе поселилась сосущая пустота. Сожаление я испытывала только потому, что не смогу сама забрать Лану из гнезда дракона. Это действительно было проблемой. В остальном же, мне жалеть не о чем... Впрочем, нам и так умирать сегодня, так что для меня лично ничего не изменится, зато Ферин и Рут смогут ехать дальше. Осталось только стребовать с них это. Вернее, только с одного.

Я побарабанила пальцами по столешнице и поднялась, пошла к метавшим ножи мужчинам.

- Ферин, можно тебя на минуту? - я старалась говорить тихо, чтобы голос не дрожал. Своего решения я все равно не изменю, так что им даже знать об этом не следует.

- Что случилось? - вор подошел ко мне и сел за стол, который мы заняли раньше.

- Хочу поднять твою плату, - я улыбнулась и тоже села. - Помнишь, ты сказал: “Заплати еще столько же, и я в гнездо дракона полезу”?

- Вель, ты меня радуешь, как никогда, - просиял вор. - С чего вдруг такая щедрость?

- Мало ли что может случится? Хочу, чтобы ты забрал мою сестру, если я вдруг буду не в состоянии, - я сняла с крепления защиты два лоскута платья и вложила их в ладонь Ферина. - Мои деньги все равно у тебя, сам возьмешь.

- Все в порядке? - нахмурился он. - Я чего-то не знаю? Ты заболела, что ли?

- Нет, все отлично. Просто страх сегодня как никогда напомнил мне, что я смертная. И еще, - я понизила голос, - опять-таки, на всякий случай. Если я вдруг погибну, ну мало ли, то стребуй с Рута в уплату долга чести помочь тебе.

- Это он и сам сделает, не волнуйся. Вон какой принципиальный, едет за тобой в самое пекло.

Я кивнула, хоть и понимала, что какие-то свои мотивы у нашего степняка все-таки должны быть, одной скукой тут явно не обошлось:

- Хорошо. Но про долг чести не забудь, так, на всякий случай. Я рассчитываю на тебя.

Меня грела надежда, что дракон сдержит слово и в отношении моего поверенного. В любом случае, все, что мне оставалось, это надежда.

Я просидела, глядя на радующихся подобию жизни призраков, до упора. Умом я понимала, что тянуть бесполезно, но сердце замирало. Наверное, к смерти нельзя подготовиться. Шла бы я на плаху за преступление, уже, наверное, стучала бы зубами. А так только руки ледяными стали. Я поднялась, но ноги дрожали сильнее, чем от страха перед призраками. Шаг, еще один, через силу. Медленно и спокойно, чтобы никто не заметил.

- Эй, Вель, - вдруг окликнул меня Рут, когда я уже почти дошла до стойки.

Я обернулась, все так же медленно и, как мне хотелось бы верить, невозмутимо.

- Ты в порядке? - он отвлекся на мгновение, чтобы бросить нож, и снова повернулся ко мне.

- Да, все отлично. Уже почти утро, скоро пора будет ехать дальше, - я собиралась уйти на кухню, но не сдержалась, снова глянула на него. - Спасибо, что помог. И сейчас, и вообще... Действительно спасибо, без шуток.

- Да не за что, - отмахнулся орк. - Далеко не ходи, скоро солнце встанет.

- Я на минутку, - я неопределенно махнула рукой и все же открыла дверь на кухню.

- Готова? - Жнец сидела на краю стола и покачивала полупрозрачной ногой, с любопытством меня рассматривая. - Впрочем, глупый вопрос. Готова, конечно же, раз пришла. Сейчас начнется.

Я прислонилась спиной к двери и ждала. Меня мелко потряхивало, хоть в голове и стало совершенно пусто. Огонь в печи полыхал так жарко, что я его чувствовала даже призрачным. Одно полено выстрелило, затрещало, сыпанув сноп искр. А один уголек скатился с припечка и упал под дверной косяк. Сухое горячее дерево занялось так охотно, будто только того и ждало. А у меня по спине скатилась капля ледяного пота.

Вот он, мой последний бой. Не так я себе его представляла, но с Судьбой не поспоришь, как и со Смертью. Мгновенно подобравшись, как всегда бывало при виде врага, пусть даже он был лишь призрачным огнем, я потянулась к рукоятке меча, но вовремя одернула себя. Страха не осталось, ему не место в бою. Я смотрела на все растущее пламя, ожидая его первой атаки. Огонь хлестнул по бочке на краю стола, подъел дерево круглого бока, выпустив наружу самогон, мигом напитавший пламя, сделавший его синеватым.

- Пора, - усмехнулась Жнец, - пожар вот-вот перекинется на зал и начнет пожирать души. Гори же за них.

Я глубоко вдохнула пару раз и шагнула в пламя.

Оно мгновенно лизнуло мне сапоги, распробовалось, обняло за ноги, поднимаясь выше. На секунду меня пронзило болью, казалось, что кровь вскипела в венах, сжигая меня изнутри даже сильнее, чем огонь снаружи. Я никогда не обжигалась за всю свою жизнь, для меня это было в новинку. Но это ощущение так быстро сменилось просто жаром, что я пошатнулась, но не позволила себе отступить обратно ни на шаг. Я зажмурилась, хоть спасать глаза уже было поздно. Да и что там спасать-то, если я сгорю вместе с душой… За дверью, в зале, послышались крики, но не боли, а удивления, добавив мне уверенности. Ни шагу назад, пока за моей спиной есть, кому жить.

Прошло уже с минуту, когда я перестала прикусывать палец, чтобы не кричать, и поняла, что жжет сильно, но не смертельно. Как в бане после того, как я провалилась под лед. Кожа горит, почти плавится, но глубже жар не проникает. Ошметки почерневшей ткани падали на пол, догорая уже там, а я все стояла на полусогнутых ногах, ожидая смерти либо от боли, либо от удушья.

- Мне в печь, что ли, лезть? - не выдержала я, когда истекла еще минута. - Это не жертва, а издевательство!

- Отличная жертва, - Жнец перехватила свою косу повыше и положила голову на сцепленные на древке тонкие руки. - Была бы. Но, боюсь, ты не в моей власти, любимица Судьбы. Знать бы, что тебя так бережет... Впрочем, свою часть сделки ты выполнила, я заберу хозяина таверны позже, совсем в другом месте. Ты расплатилась за право этих душ на жизнь.

- Спасибо, - я выпрямилась, ноги уже начало сводить судорогой от напряжения, но не знала, можно ли выйти из пламени, продолжавшего меня обнимать.

- Тебе спасибо, повеселила меня. Это становится действительно ценным, когда живешь вечно, - Жнец махнула на дверь, и та тут же распахнулась.

На кухню ворвался гомон неупокоенных душ, крики Ферина, проклинавшего все на свете, особенно меня, Арзул с мечом наголо, и Рут, сориентировавшийся в мгновение ока и выдернувший меня из огня.

Вновь уткнувшись носом в так хорошо изученный наплечник, я ощутила просто невероятное облегчение. И холод. После жаркого пламени, гулявший по обугленному остову постоялого двора ветер казался пронизывающим насквозь. Натужно заскрипела и рухнула вниз балка перекрытия в паре локтей от нас, но мы даже с места не двинулись. Небо над нами, видневшееся за отсутствием крыши и большей части верхних этажей, медленно заливало еще холодными рассветными лучами.

- Испугалась? - спросил орк, потому что я дрожала всем телом и даже зубами стучала.

- Нет, замерзла, - призналась я, хоть сгоревшая в призрачном огне одежда и была на своем месте.

Рут рассмеялся почти истерично, но я буквально кожей чувствовала, что напряжение уходит. Все закончилось.

- Как так вышло-то? - наконец смог заговорить и потрясенный Ферин, опасливо выглядывавший из бывшего зала через прогоревший проем. - Ты знала? Ты ведь знала, потому и попросила меня лезть в гнездо, если вдруг что-то случится! Что за дела, Вель?!

- Здесь был Жнец. Она ждала хозяина таверны, но согласилась принять вместо него добровольную плату за все эти души, - я нехотя отлепилась от такого теплого степняка и зябко обхватила плечи руками. – Только у меня не вышло даже сгореть как следует. Жнец сказала, что что-то меня бережет от нее.

- Ты же могла умереть, твою ж матерь! - вор осмелел от возмущения и вошел на руины кухни. - Кто бы тогда оплатил мой труд?! Ты бессовестная нанимательница, Вель, и бесчестная!

Я многозначительно похлопала по традиционно пустому месту на поясе.

- Это для твоей же безопасности, - Ферин бросил мой кошель мне обратно. - Так оно целее будет, а то у тебя украсть легко, как плюнуть по ветру.

- Пойдем, пока тут все не рухнуло окончательно, - напомнил Рут, вновь вернувшись в свое исключительно флегматичное состояние, будто ничего и не случилось.

- Да, дерево не выдержит второго пожара, хоть и призрачного, сейчас начнет рассыпаться, - подтвердил воин Прери, посторонившись от второй опасно накренившейся балки.

Он первый вышел в зал харчевни, показывая нам пример. Я шагнула следом, высматривая свою сумку среди остатков мебели. Кажется, я оставляла ее под столом, за которым сидела. Но стола-то уже не было. Вокруг было унылое пепелище и обгоревший остов самого дома, просвечивающий всеми стенами насквозь. А вот нашлись наши вещи на не расседланных лошадях.

Я остановилась у своей Хели и прислонилась лбом к седлу, пока меня никто не видел за лошадью. Дрожь еще не ушла до конца, я чувствовала себя отвратительно, просто какой-то выжатой тряпкой. Страх смерти – недостойное воина чувство. Мне снова было чего стыдиться. Видимо, я плохой воин.

- И все-таки я боюсь призраков, - вынуждена была признать я и это, проверяя чудесным образом оказавшиеся снаружи сумки, когда заметила краем глаза, как мне помахал уходивший по тракту уже полупрозрачный мужик с вилкой, торчащей в руке.

Хель фыркнула в ответ.

- Не боишься, раз спасла их, - усмехнулся Арзул. - Жнец ведь никого не отпустил бы?

- Нет.

- А тебе больше всех надо было лезть в петлю, - Рут вздохнул и сел на лошадь.

- Разумеется, я же теперь плату с них всех стребую. И не смей говорить, что я поступила глупо, - я взобралась в седло и с вызовом посмотрела на него, пусть и пришлось задрать для этого голову. И заметила то, что не бросилось в глаза сразу. У него были обожжены руки. От кончиков пальцев и выше локтя все, что не было защищено наручами, теперь пылало свежим ожогом.

- Не глупо, нет. Ты сделала единственное, что могла, даже не пытаясь избежать гибели. Жнецы коварны и любят играть с душами, но не отдают их даром. Я уважаю твой выбор, это выбор воина.

- Это ведь было призрачное пламя, - я кивнула на его руки.

- Оно ничем не хуже настоящего. Поехали, солнце встало.

- Что ж, нам в разные стороны. Но я твой должник, Велия из Веды, ты спасла мою жизнь, - Арзул склонил голову.

- Это не долг, я спасала неупокоенные души, а лично для тебя ничего не сделала, - я отмахнулась. - Да и не для кого, я ведь осталась жива.

Воин Прери снова склонил голову и пришпорил коня, отправляясь в сторону Подласки.

- Вель, а ведь он прав, - хмыкнул Рут. - Но в качестве долга чести даже не заикайся о том, чтобы ехать дальше одной, иначе я сам тебя убью.

- Знаешь, да, прав, - я хлопнула себя по колену, - только если бы ты не сунулся спасать меня из огня и все не испортил. Так что мы квиты, к сожалению.

- А я знаю, почему Веля не сгорела, - между нами живо втиснулся Трус Ферина, все еще нервно выплясывающий около такого призрачного места.

Мы вопросительно посмотрели на вора.

- Потому что она прикоснулась к статуе богини ветра и получила ее благословение. Это же очевидно.

- Большей глупости я в жизни не слышала, - я пришпорила Хель и зевнула. Спать после того, как отпустило нервное напряжение несостоявшейся казни, хотелось просто жутко. Но останавливаться и отсыпаться было бы слишком большой роскошью.

- И все-таки я прав, - не согласился Ферин. - Мы теперь просто обязаны заехать во второй храм и потрогать статую бога огня.

Глава 16

Излучина реки подошла к дороге внезапно, просто сверкнув серебром слева, пахнув свежестью и хоть немного перебив полуденную жару. Весна вообще быстро набирала силу в этом году. Всего конец апреля, а теплые дни уже заставляют снимать кожаный доспех, спасаясь от духоты.

- Вель, ты ведь больше не будешь так делать? - как-то совсем жалобно спросил Ферин, когда мы остановились у воды, и я ничком рухнула на траву, планируя поспать хоть пару минут. Хорошо хоть не прямо из седла, а предварительно спешившись.

- Не буду спать? - уточнила я, не поднимая головы.

- Не будешь пугать нас своими странными выходками, - буркнул вор, тоже сползая на траву.

- Буду. Вот прямо сейчас пеной изойду, как загнанная лошадь, если не посплю хоть час, - я зевнула так сильно, что едва челюсть не вывихнула. В седле подремать не вышло, Хель вредничала и шла очень тряско, мстя мне за то, что я не прислушалась к ней прошлым вечером. Я трижды извинилась перед паршивкой, но она была упрямее мула и паскуднее нежити. Так что шаг ее зависел исключительно от настроения.

- Слушайте, а что тот гонец говорил такое странное про нежить? - вдруг вспомнил Ферин.

Мы с орком переглянулись и, не сговариваясь, вытащили рунные кинжалы, хоть берег и просматривался далеко в обе стороны. Но руны на лезвиях были совершенно спокойны, подтверждая, что помянутой нежити поблизости нет.

- Очевидно, чем ближе к границе, тем больше проблем у нас будет, - Рут сел и воткнул кинжал в землю. - Если гонец не соврал, то дела действительно плохи. Королевская гвардия не пропала в лесу, а осела у подножия гор и направляет поток нежити с Пустыря в нужную им сторону.

- Да, мы в полной заднице, - я привстала на локте, дремоту как рукой сняло. - Если нас схлестнут с такими полчищами нежити, то от кланов ничего не останется. Мы давно у короля, и старого, и нового, как кость в горле, пока кланы большие и с нашей силой приходится считаться.

- Кроме Гарды, они на одной ноте с властью. Слушай, а даже жаль, что драконов перебили, если люди не врут, и чешуйчатые могли отпугивать нежить одним своим присутствием, - хмыкнул Рут.

- Вот уж точно не жаль! Хрен редьки не слаще, - я фыркнула и легла обратно на так приятно холодившую спину травку. - Нежить хоть убить можно. А с драконом нам что делать?

- В Корине в библиотеке покопаемся и узнаем, - напомнил Ферин. - Хоть бы дядин товарищ действительно был там, а то не у кого будет спросить.

- До библиотеки еще дожить надо, - я закрыла глаза. - Нам не везет до невозможного.

- А по мне, так наоборот, - усмехнулся вор, тоже укладываясь и взяв в зубы длинную травинку, тут же переломившуюся пополам и ударившую его по носу пушистой метелкой на конце. - Выжить во всех этих переделках можно только при хорошем везении.

- Ну его, такое везение, - Рут беззлобно бросил в него хворостиной, - лучше бы не вляпывались.

Остаток дня я бессовестно провела просто лежа на шее Хели и изнывая от жары, спускаясь на землю в такое же горизонтальное положение во время коротких остановок. Зато к вечеру начали сгущаться редкие тучи, но они все густели, набрякли влагой, потянуло дождем и прохладой. И показавшаяся впереди деревенька насторожила и обрадовала в равной мере.

- Может, не стоит? - с сомнением смотрел на развилку под указателем Ферин, так и эдак сверяясь с многострадальной картой. - Переночевали бы в лесу, нам не привыкать…

- Надо же, призрачная таверна тебя чему-то научила, - усмехнулась я, но в сторону деревни все же повернула. - Выбор небольшой, сейчас дождь начнется, а уже темнеет. Прости, Ферин, но мне нужно хоть немного нормально поспать.

К жилью подъехали уже под мелко накрапывающим дождиком. С одной стороны, приятная прохлада, но с другой – вещи теперь сушить.

Крайняя изба была без забора, да и в целом выглядела довольно скверно, но свет в окошке горел, поэтому я подъехала к самому окну, довольно высокому, только с лошади и дотянешься, и постучала в раму, опасаясь трогать пузырь. В последнее время все чаще даже в селах я видела толстые стекла, которые вовсю плавили из белого песка в столице и нескольких больших городах. Но в таких захолустьях еще пользовались пузырями, и в дом заглянуть было проблематично.

- Хозяева, переночевать у вас можно? - спросила я, увидев мутную тень изнутри.

- Отчего ж нет? - ответил скрипучий голос, тень стала ближе и четче. – Заходите, ежели не боитесь.

Крыльцо было высоким, зато с широким соломенным козырьком, под которым мы и привязали лошадей. Шаткие ступеньки прогибались даже под моим весом, так что поднимались по одному и осторожно. Потемневшая до черноты, выщербленная дверь едва не осталась в руках, и, открыв ее, я почти пожалела, что вообще это сделала. Прямо за ней стояла сгорбленная старушка, на вид перевалившая за сотню лет, способная потягаться с дверью в скверности своего состояния. Мне стало страшно, что она сейчас просто рассыплется в прах, и нам ее еще и закапывать ночью под дождем.

- Надо же, кого мне Судьба привела на порог, - хозяйка дома на удивление живенько осмотрела нашу разношерстную компанию и посторонилась. - Ну, милости просим, раз пришли. Римка, поди вон с кухни, не мешай воинам.

Из-за стола шустро выскочила встрепанная девчонка, еще по-детски угловатая и нескладная, одетая в серое холщовое платьице не по размеру, болтавшееся на острых плечиках, босоногая. Она перехватила зубами краюху хлеба, которую жевала до этого, закинула две тонкие косички за плечи и по-звериному ловко вскарабкалась по узкой лесенке на чердак.

- Внучка моя, - как-то виновато развела руками старушка.

- Да она не мешала, зря прогнали, - я прошла мимо нее и осмотрелась.

Просто, пусто, но чисто. Не застеленный стол, лавка, печь. Комната была одна, ничем не разделенная, разве что стеганным покрывалом был отгорожен угол с кроватью, зато на чердаке, похоже, было достаточно места для маленькой диковатой девчонки. Пару лучин тускло освещали угол комнаты, отведенный под кухню, оставляя все остальное пространство в полумраке. И в этой тьме едва заметное свечение рун на лезвии было прекрасно видно даже через специальную тонкую прорезь на ножнах.

- Нежить, - едва слышно шепнула я, но Рут услышал, оглянулся на все еще открытую дверь.

- Даже Трус спокоен, - пожал плечами орк, - далеко, наверное. Или мимо лесом идут. Подождем, лошади предупредят.

Я кивнула и села за стол:

- Чем помочь, хозяйка?

- Да чем вы мне помочь-то можете? - как-то совсем уж обреченно отмахнулась она. - Чай голодные с дороги?

- Нет, не беспокойтесь об этом. Мы просто переждем тут ночь, - Рут остался стоять у двери, поглядывая наружу.

- А чем это ты, бабуля, занимаешься? - Ферин от скуки пошел по избе, что-то высматривая в темной ее части. - Тут такие травы висят за печью ароматные.

- Дык травница ж я, - старушка с кряхтением села на второй конец лавки. - Ежели снадобье хотите какое, так я сделаю.

- Ожоги залечить можете? - я проигнорировала весьма неодобрительно глянувшего на меня Рута.

- Брысь! - прикрикнула старушка на тут же любопытно свесившуюся из чердачного люка голову с двумя косичками и вернулась ко мне, - Могу, да глаза слабые, утром только сделаю.

- Утром мы уедем. Давайте посвечу, - предложила я.

Хозяйка пожевала беззубым ртом, глянула на нас всех по очереди, прищурившись, и вздохнула.

- Римка, спускайся, ладно. Поможешь, - кликнула она внучку.

Девочка так шустро съехала по лестнице, только сверкая на нас огромными любопытными глазищами из-под нахмуренных темных бровей, что мне даже показалось, будто она двигалась по воздуху.

- Собери мне травки на мазь от ожогов, - скомандовала старушка.

Римка все так же быстро и беззвучно метнулась к вязанкам трав под потолком у печи, встала на шаткую треногу и стала сноровисто дергать из пучков листики, веточки, цветочки, ничего не спрашивая.

- А где ее родители? Почему за домом не смотрят? - обернулся от двери орк.

- Воины Гарды убили их пять весен тому назад, - старушка с сожалением глянула на внучку. - С тех пор на чердаке и прячется.

- Не похоже, чтобы она боялась, - я хмыкнула, поймав на себе очередной ее заинтересованный взгляд.

- Вы ведете себя спокойно, вот и она осмелела.

- За что убили-то? - Рут в итоге закрыл дверь и сел на табурет с другой стороны стола, облокотившись на довольно низкую столешницу.

- За свое недовольство, - вздохнула хозяйка и махнула рукой, будто отгоняя дурные воспоминания. – Да еще соседи добрые нажаловались, как только Гарды руководить взялись в Корине.

- Гарды далеко протянули свои руки, - я отвернулась от девочки.

Забирать ее было поздно, ей уже лет четырнадцать, прижиться в клане ей будет очень сложно. Да и вряд ли она захочет такую старую бабушку оставить одну. Ей и тут ничего не светит, но хоть стены родные. Но и смолчать как-то невежливо.

- Римка, ты, может, в клан Веды пошла бы? У нас там знахарка всего одна, была бы помощницей, - для порядка предложила я.

Девочка остановилась на мгновение и замотала головой, только косички взметнулись.

- Ты подумай. Я через месяц буду обратно ехать, могу забрать, если захочешь.

- Поезжала бы, - тихо сказала хозяйка. - Целее будешь.

Рима поджала тонкие губы, бросила на стол собранные травы и все такой же беззвучной тенью метнулась обратно на чердак.

- Она вообще разговаривает? - удивился Ферин, внимательно за ней наблюдавший.

- Раньше говорила, а с тех пор, как родителей не стало, молчит. Уже пять весен как.

К тому времени, как хозяйка приготовила мазь, я уже почти выспалась, положив голову на руки на столе. И проснулась от недовольного бурчания над ухом. Выпрямилась, потерла глаза и потянулась.

- Само бы зажило, - Рут пытался отобрать руки у старой травницы, но осторожно, так, чтобы не опрокинуть ее, поэтому пока не преуспел в этом. - Я воин, а не баба, ничего мне от рубцов не сделалось бы.

- А нечего было руки в огонь совать, - фыркнула я, потягиваясь. - Я даже и не горела. Чего только полез?

- Может, просто хотел потрогать тебя, - огрызнулся он. - А то так звала настойчиво наверх, а потом передумала.

- Мне, конечно, далеко до Параски, но если тебе так сильно нужно, пойдем наружу, а то тут, сам видишь, одна комната, - я указала на дверь. - Но руки залечить все равно надо.

- Чай не муж и жена, что так мило ругаетесь? - усмехнулась старушка.

- Не дай Судьба такую глупость в жизни совершить, как замужество, - я отмахнулась и встала, выбираясь из-за стола.

- Ты куда? - дернулся следом Ферин, но увидел, что я пошла на выход, и остановился, залившись краской. - Ой, прости, я думал, ты пошутила.

- Я проверить лошадей, - возмутилась я, открыла дверь и замерла.

По дороге, уходящей от деревни через поля в лес, медленно и уныло шагали умертвия. Пока еще слишком далеко, чтобы на них реагировали лошади, но все же уже видневшиеся в свете месяца на прояснившемся небе. От живых людей они отличались даже с такого расстояния, особенно рваной хромой походкой. А главное, это абсолютная тишина. Не стрекотали кузнечики, не лаяли собаки, спрятавшись под порог, не галдела во дворах молодежь. Штук десять, не больше, но выглядели умертвия отсюда вполне целыми, ничего по дороге не растеряв. А значит, были не одни. И вот это уже было плохо.

- Рут, ты мне очень сильно нужен, и прямо сейчас, - тихо позвала я через плечо.

- Да определись ты уже, женщина, - орк поднялся и подошел, но осекся, увидев то же, что и я. Обернулся к вору, - Запри дверь... какую ни есть. Подопри чем-нибудь, что ли. Наружу даже носа не высовывать до рассвета всем троим. Ясно?

- Что там? - бросился к выходу и Ферин, но дверь у него перед носом была неумолимо закрыта.

- Что будем делать? - я медленно спустилась к Хели и достала из сумки мешочек с солью и полынью.

- Ничего, перебьем, - степняк тоже сошел с крыльца, обтер ладони от мази и вытащил парные тесаки. - Они, вроде, просто мимо идут. Но не пройдут.

- Я такое видела пару лет назад, - я накинула стрелу на тетиву, обмакнув ее наконечник сперва в мокрую траву, а потом и в мешочек с солью, и взяла лук наизготовку. - Тогда умертвия так бодро шли за поднявшим их магом, некромантом.

- Тогда ищи мага, а я разберусь с ними.

Остаться в стороне я не смогла, пустила стрелы в ближайших умертвий. Один покачнулся, а через второго стрела прошла насквозь. Соль, конечно, сделает свое дело, но очень медленно. Это не плакальщицы, поднятые умертвия были гораздо устойчивее, их, к сожалению, нужно убивать именно оружием. Вот почему их так не любили лучники.

- Живучие, - хмыкнула я. - При убитом некроманте они гораздо быстрее разваливаются, когда магия не скрепляет тела.

- Не трать зря стрелы, - Рут перехватил тесаки поудобнее и не спеша пошел им навстречу. - Подожди, пока появится некромант.

- Посмотрим, - я метнулась обратно в дом, постучала в дверь. - Ферин, дай огня!

- Да что вы там делаете такое? - вор приоткрыл дверь, держа лучину в руке.

- Будем жечь нежить, - я забрала лучину и спрыгнула с крыльца вниз, минуя опасные ступеньки, воткнула ее в щель между досками.

Пакли в сумке было немного, но проще потом еще набрать, чем экономить сейчас. Накручивая ее волокна на не ядовитые стрелы за наконечником, я с беспокойством поглядывала на орка, пока вполне успешно рубившего первых умертвий. Они были относительно медленные, но зато в большом количестве, из леса выходили все новые, когда первые уже заканчивались. Да и трогать их нельзя, трупный яд, все же, не полезен.

Половину стрел, не меченных синей краской, я воткнула в крыльцо прямо над лучиной, и стала брать по одной, быстро загоравшейся. Вспыхивали умертвия просто отлично, хоть и были под дождем до этого. Орк быстро приноровился и стал замирать на мгновение через пару секунд после того, как вспыхивало очередное умертвие, чтобы я могла прицелиться как можно ближе к нему самому, не боясь зацепить. Талантливый мечник, ничего не скажешь, одно удовольствие работать с ним в паре. Так что противники быстро заканчивались. Пора бы уже и их погонщику выходить.

Некромант появился всего на мгновение, выйдя из леса следом за последними своими мертвыми бойцами. Но увидел пылающее порубленное войско и так ломанул обратно, что только пятки сверкнули. Довольно тощий мужичонка, иссушенный магией до такой степени, что прицелиться не во что, он мог бы спрятаться за самым тонким деревом.

И все же вторая стрела с синим оперением чиркнула его по плечу, ранив, но не остановив. Этого было бы достаточно, но с магами ни в чем нельзя быть уверенной. Вдруг ему желчь плакальщиц на завтрак за приправу сходит?

- Я догоню! - вскочив в седло, я пришпорила Хель, все понявшую и без моих понуканий.

Рут тут же посторонился, давая моей лошади перепрыгнуть остатки умертвий и припустить к лесу.

Под тенью деревьев видно было совсем плохо, но мелькнувший в стороне от дороги плащ я все же заметила, привыкшая работать и не в таких условиях. Синяя стрела сделала свое дело, некромант упал, как подкошенный, спустя каких-то метров пятьдесят. И то еще долго бежал с таким-то ядом.

- Еще и в самую яму, сволочь, - я чертыхнулась и остановила Хель. - Будто специально, чтобы я там сейчас все ноги переломала. Ну гад же.

Спешившись, я вытащила кинжал и медленно, с опаской, подошла к лежавшему телу. Сначала осторожно пнула носком сапога. Не дождавшись никакой реакции, я присела рядом на корточки. Потрогала шею, жилка не пульсировала, несколько меня успокоив. Я уже смелее перевернула его на спину и присмотрелась. Ничего примечательного, мужчина был мне совершенно незнаком. Лишь красный плащ королевской службы был в нем подозрительным. Удостоверившись, что он уже точно не поднимется, я вернулась к Хели и поехала обратно, присматриваясь к лесу по сторонам от колейки. А ну как отстало пару умертвий.

Глава 17

Оказалось, что одно таки ж отстало, потеряв со смертью некроманта ногу, оставшуюся лежать чуть поодаль. Умертвие выползло на единственном колене на дорогу передо мной, подтягиваясь вперед руками. Я потянулась, было, к стреле, но глянула на гневно всхрапнувшую Хель и позволила ей закончить дело.

Мощные подковы вымесили из одинокого умертвия тесто, тот и руки поднять не успел, зато вошедшая в азарт кобылка отбила мне весь крестец, зачем-то подкидывая при этом и зад.

- Нежить ты, а не лошадь, - буркнула я, снимая веревку с седельной сумки. - Вот жди теперь, пока я соберу остатки.

Я, в отличие от Хели, делала это не из вредности. То, что осталось от умертвия, действительно нужно было собрать и сжечь, иначе эти кости могли растащить собаки, а то и волки. И появились бы новые умертвия вокруг деревни, отравленные его трупным ядом. Допинав отвалившуюся под кустом ногу до остального «теста», я накинула на останки петлю из веревки, не дотрагиваясь, и затянула ее. Убедившись, что ничего не останется на лесной дороге, я закрепила конец веревки на седле и не торопясь поехала обратно.

Зато в деревне меня ждал сюрприз. Толпа людей с вилами и факелами у дома нашей травницы. И не было бы уже дома, судя по решительному виду местных жителей, если бы не стоявший на крыльце воин Ночи. Я прикинула количество недовольных людей, не так и много, Рут сам пока что прекрасно их отпугивает одним только своим видом. Так что я объехала уже догоравших благодаря моим стрелам умертвий, заволокла на эту кучу последнего, отцепила веревку и бросила ее конец в огонь. И только тогда повернулась к дому.

- Что за собрание? - как можно более угрожающе поинтересовалась я, когда подъехала близко, и меня, наконец, заметили.

Народ обернулся, но разочарованно забухтел, увидев белые татуировки, а не зеленые, как им хотелось бы.

- Поезжайте дальше, госпожа воительница, мы уже отправили посыльного за воинами Гарды, не мешайте, - кивнул мне на дорогу здоровенный детина, многозначительно поигрывая колуном.

- Ну, вы же понимаете, что воинов Гарды вы можете и не дождаться, - я точно так же многозначительно положила ладонь на рукоять меча, хоть доставать его и не собиралась. Но деревенские-то понятия не имеют, что клановый воин может возить с собой меч и не пользоваться им. - Что у вас за претензии к травнице?

- Она ведьма! Это за ней умертвия идут! - нестройно загудела толпа. - Убить! Сжечь! Отдать им, пусть уходят! Ведьма!

- Начнем с того, что умертвия идут за некромантом, - я спешилась, оставив Хель за спинами людей, чтобы она могла отбежать на безопасное расстояние, случись тут заварушка, прошла сквозь расступавшееся скопление людей к крыльцу и встала рядом с орком. - Этим и закончим, пожалуй. С вас хватит.

- С каких это пор Ночи с Веды спелись? - возмутился кто-то из задних рядов.

- Да вот с неделю уже, - усмехнулся степняк, до этого молча отпугивающий толпу одним только решительным видом. - И планируем продолжать сотрудничать куда теснее. Вот прямо сейчас на вашем примере и покажем, как мы работаем вместе.

Народ попятился. Так, на всякий случай. Потому что Гарды вряд ли пришлют больше двух воинов ради такой ерунды, как жалоба на травницу, и при нашем союзе шансов у них не так и много.

- Расходитесь, мы будем разговаривать с воинами Гарды, а не с вами, - скомандовал Рут, и люди послушались. Даже если они действительно считают старушку ведьмой, это еще не повод связываться с нами. Своя шкура все равно дороже. Топоры, вилы, факелы – это, конечно, добавляет уверенности, но селяне не настолько тупые, чтобы переть с этим против воинов.

И тут же в дверь высунулась традиционно взъерошенная голова Ферина и громко шикнула на нас.

- Чего тебе? - глянула я на него через плечо.

- Травнице плохо стало, - шепотом сказал вор и скрылся обратно.

- Да что за день такой? - возмутилась я. - Только этого нам еще не хватало до полного счастья.

- Иди, я тут покараулю, - кивнул мне Рут.

Я вошла в единственную комнату, уже почти не освещенную, и осмотрелась. Ферин и Рима стояли в самом дальнем углу у завешенной пестрым стеганым покрывалом кровати. Вор тут же махнул мне подойти.

Девочка нервно кусала губы, отчаянно сдерживая слезы, но руки, сжимавшие выщербленную кружку с отваром, мелко дрожали. Всем своим видом Рима старалась показать, что она взрослая, но ей было больно и страшно.

- Поплачь, - я легонько похлопала ее по плечу. - В голос, не сдерживайся. Станет легче, вот увидишь. Что тут случилось?

- Сердце прихватило, - тихо ответила старушка, положив сухую ладонь на грудь. - Мало мне осталось. Всеми богами молю, увезите Римку хоть в другое село, иначе сожгут ее тут живьем, только одна останется...

- Заберу, не беспокойтесь, - успокоила ее я. - Берегите силы.

- Нечего беречь, деточка, изошел мой век. Только внучку не бросьте, прошу вас.

- Почему местные так агрессивно настроены? - спросила я, подвинув треногу и сев рядом с кроватью. - Ведьмой называют.

Хозяйка упрямо поджала губы и отвела взгляд:

- Я не ведьма.

- Тогда кто?

Молчание в ответ.

- Я не смогу помочь, если не знаю этого. Скоро здесь будут Гарды, мне нужно знать, о чем пойдет речь, чтобы защитить вас обеих.

- Она еще ребенок, будьте милосердны, просто заберите ее и уезжайте, пусть поджигают хату вместе со мной, они давно ждали повода, да все не решались.

- Кто вы такие? - не сдавалась я. - Даю слово, что не убью Риму, даже если она волколак или мавка.

- Я дочь красного дракона, - совсем тихо ответила старушка. - Матушка моя данью была от деревни, а тяжелая домой убежала от змея, да ее там едва саму не сожгли живьем. Староста тогда заступился, он всегда матушку мою любил, с самого детства. И всем говорил, что я его ребенок, да все равно не верили. - Женщина перевела дух, потерла ладонью грудь над сердцем, - А как матушка умерла, так меня и начали травить.

- И все равно осталась тут жить? - хмыкнула я.

- Нет, ты что. Это уже пятая деревня, где я поселилась. И даже сюда слух дошел, языки злые меры не знают, а у всех найдется свояк, что-то про кого-то знающий. Сына моего с невесткой живо порешили, сдали Гарды, а меня трогать не стали, травница в ту пору шибко нужна была, хворь сильная ходила. Римку ж я божилась, что подобрали сиротой, а как подросла, вылитый отец стала. Так и просидела бы на чердаке до самой смерти, боясь выйти. Нигде нет нам жизни с ней. Меня убей, ежели хочешь, а ее не трогай, не осталось в ней поганой крови.

- Я слово дала, не трону. Да и не стала бы, это же не ваша вина, будьте спокойны, - я оглянулась на лавку, где уже тихонько рыдала девочка. - Заберу, пристрою в клан, если нигде по дороге ей хорошее место не найдется. Воином, конечно, никогда не станет, а вот к знахарке нашей в помощь отведу.

- Спасибо. Храни вас Судьба, - старуха вздохнула с облегчением и затихла. Совсем.

Ферин потрогал жилку на ее шее и отрицательно покачал головой:

- Ну, хоть умерла с легкой душой.

Рима завыла в голос.

И в тот же момент с улицы раздался крик, треск, а потом и лошадиное ржание. Я вышла, оставив девочку переживать свое горе, все равно слова ей не помогут. Зато снаружи было чем помогать. В ярком свете половинки луны красивым заревом занималась соломенная крыша с одной стороны дома.

- Тихо подкрался, ублюдок, - вышел из-за дома Рут, отряхивая окровавленный тесак. - Сможем потушить?

- Уже без надобности, - я покачала головой. - Травница умерла, сердце не выдержало. Скоро утро, мы можем уходить.

- Тогда быстрее, крыша, даже мокрая, очень быстро прогорит. Я уже начинаю думать, что ты предвестница пожаров. Я столько их за всю жизнь не видел, как за неделю с тобой.

- Всего-то два. Или три? - я отмахнулась и пошла обратно, в горящую избу. Видимо, мне и вправду не привыкать.

- Уходим, - крикнула я, чтобы наверняка услышала и рыдающая Рима. - Дом горит. Ваши односельчане решили не дожидаться Гарды.

- А она? - Ферин растерянно указал на кровать в углу. - Нужно ведь похоронить...

- Огонь похоронит лучше нас, - я повернулась к девочке. – А еще так ее могилу никто не осквернит. Мы павших воинов всегда сжигаем, это почетное погребение. Пойдем, пока тут все не полыхнуло, быстрее.

Она, размазывая слезы по побагровевшему лицу, все же бросилась к лестнице на чердак, а не к выходу.

- Куда, дура?! Там крыша горит! - я побежала за ней, но куда мне до щупленькой отрочки, взлетевшей наверх в одно мгновение.

Сунув голову в чердачный люк, я закашлялась от дыма, но девочку все же рассмотрела. Она сноровисто металась между падающей внутрь горящей соломой, прикрыв рот и нос воротом платья, и хватала свои вещи, остановившись лишь на сумке с длинной лямкой, с которой и побежала к лестнице. Спрыгнув, я посторонилась, больше ей не мешая. Рима все так же молниеносно нарвала трав из пучков, висевших за печью, набила ими сумку, а пару взятых вещей просто связала в узел в одну рубашку. Было видно, что быстро собираться ей не впервой.

- Готова? - уточнила я, когда она подбежала к бабушке, поцеловала ее сложенные на груди уже холодные руки и прижалась к ним лбом.

Девочка выпрямилась и кивнула, опустив глаза.

- Пойдем, - я открыла дверь и пропустила вперед Риму и Ферина, оглянулась. - Прощай, травница.

Рут хотел посадить девочку за собой на лошади, но она прибилась ко мне, с опаской поглядывая на орка.

- Залезай, - я подала ей руку и подтянула на Хель. - И ты зря боишься, наш орк воспитанный, а еще любит женщин значительно старше и крупнее, так что тебе ничего не грозит.

Рут наградил меня недобрым взглядом, а Ферин прыснул от смеха. Зато это немножко отвлекло Риму, но она все равно долго еще не отрывала взгляда от разгоравшегося дома на отшибе, пока мы ехали по дороге под проклятия местных за спиной. Правда, тихие и осторожные, жить-то им хотелось, а воины Гарды на помощь явно не спешили.

- Все будет хорошо, - заверила я девочку. - Мы за тобой присмотрим.

Она кивнула, уткнувшись лбом мне в спину.

- Чешуйка дракона, - задумчиво сказал Ферин, глядя в начавшее светлеть небо. - Но не можем же мы ее в гнездо за собой тащить. Не потащим ведь?

- Нет, она еще ребенок, - отрезал Рут.

- Я в четырнадцать завалила медведя-шатуна в одиночку, причем у меня был только лук, высокое дерево и желание жить, - хмыкнула я. - Но ты прав, сельские дети не так быстро взрослеют. Придется тебе подождать где-то нашего возвращения, Римка.

Девочка крепче обхватила меня своими тощими ручонками и отрицательно помотала головой.

- А еще нужно ее откормить хоть немного, - я даже поморщилась, глядя на выступающие косточки державшихся за меня рук.

- Заедем в следующую деревню, купим там нормальной еды, а не как обычно, - Ферин бросил осуждающий взгляд на Рута, довольно ухмыльнувшегося при этих словах. - И остановимся отоспаться, наконец, а то у Вельки уже синяки под глазами.

- Ничего, на погребальном костре отосплюсь, - фыркнула я и осеклась. - Извини.

Рима снова плакала, совсем беззвучно, но от этого не менее горько.

Светало. Небо медленно заливало розовое молоко рассвета, и Рима дремала за мной на лошади, устав плакать. Когда она в очередной раз едва не свалилась, к нам подъехал Рут и все же пересадил спящую девочку к себе, на куда более устойчивую спину его степного коня.

- Боится, - тихо сказала я, кивнув на Риму, даже не шелохнувшуюся в седле перед Рутом во сне.

- Наверное, видела раньше степных орков, - пожал плечами он. - Они умеют нагонять страху на простой люд.

Я хмыкнула. Мне они такими не казались. Несдержанные и шумные, это да, распущенные, пожалуй, но не злые, если не тронуть самое дорогое для них, семью. Впрочем, Рут, пожалуй, и сам не так уж от них отличался в этом смысле, разве что выучка воина оказалась сильнее зеленой крови, сделав его слишком флегматичным. Но это его никоим образом не портило.

- Я заберу ее обратно, когда проснется, - я накинула на девочку свой плащ, оставшийся на крупе Хели, и отъехала на шаг, чтобы не разбудить.

- Я что-то пропустил? - нагнал нас Ферин, останавливавшийся на минутку у обочины.

- Тихо, не разбуди ребенка, - шикнула я на него. - Где там твоя карта? Скоро деревня?

- Так, - вор вытащил из-за пазухи помятый пергамент, развернул его и почесал вечно лохматую макушку. - Еще немного, судя по всему. Вон за той дальней просекой должен быть поворот на нее.

- Отлично, - я немного расслабилась, потому что и сама уже практически падала из седла.

- Может, я лучше тебя повезу? - покосился на меня орк. - Риму и Ферин удержит без проблем, а ты сейчас свалишься одна.

- Как я и говорила, - фыркнула я, мигом проснувшись, - тебе нравятся старше и крупнее, и, по сравнению с ней, даже я сгожусь.

- Вель, я серьезно, - возмутился орк. - И перестань ты уже мне это припоминать. А то я решу, что ты ревнуешь.

- При живом-то женихе ты ведешь себя очень вольно, - пробубнил и вор.

Я рассмеялась, не сдержавшись, но Рима спала крепко, даже не шелохнувшись от этого.

- Да никакой он не жених, это старая глупая шутка, - отмахнулась я. - И я не ревную, нечего мне больше делать. Просто, Рут, ты меня разочаровал, я рассчитывала на долгую упорную борьбу, а ты сдался без боя.

Степняк помрачнел, но ничего не ответил.

- Да ладно, не дуйся, мне скоро надоест, - отмахнулась я. - Или нет.

- Вы только не поругайтесь, нам далеко еще до гнезда, - привычно вклинился между нами вор.

- Ну а чем еще себя в дороге развлечь, если не переругиваться? - я усмехнулась.

- Ты и вправду слишком много работала одна, - покачал головой степняк.

- А ты?

- У меня отряд… был, - отрезал Рут.

- Чего ж тогда выперли? - заинтересовалась я.

- Не выперли, - снова помрачнел он.

- Дай-ка вспомнить… М, «в клан дорога заказана», так ты, кажется, сказал еще в той таверне, где мы познакомились.

Рут смерил меня недовольным взглядом, но промолчал.

- Вель, ну выперли и выперли, что ты пристала, - одернул меня Ферин. - Тебе же от этого не хуже?

- Мне только лучше, - я пожала плечами. - А еще в клан звал, когда сам туда не спешишь.

- Вернусь же когда-нибудь, - буркнул орк.

- Вот тогда и зови.

- А ты пойдешь?

- Нет. Но звать-то никто не запрещает, - усмехнулась я.

В село за просекой мы въехали только после третьих петухов, когда люди уже начали неторопливо вытаскиваться во дворы, выпускать скот на выпас, закапываться в огороды. Римка проснулась и долго хлопала опухшими от слез глазами, прежде чем поняла, что едет не со мной. А потом все так же молча, но очень шустро соскочила на землю и прижалась к Хели поближе.

- Ну и верткая, - хмыкнул Рут, даже не поняв, как она так ловко выскользнула у него из-под руки.

- Чего ж ты такая трусиха? - я подала ей руку и посадила за собой. - Сейчас завернем к какому-нибудь дому, сможешь лечь нормально. Поспишь, поешь, умоешься, а то в копоти, чумазая.

Люди выглядывали на нас через заборы с любопытством и вроде даже радостно, но выходить без нужды опасались, только переговаривались вполголоса, кивая на нас. Лишь один мужик вполне себе смело сидел на лавке у ворот и стругал ложку из дерева. Ложка была под стать ему самому, больше похожая на половник. Каждым движением руки он снимал такую стружку, что мог бы без труда выточить и табурет из цельного дуба.

- Ну и силища, - присвистнул Ферин. - Может, не поедем туда? Еще зашибет этой ложкой ненароком.

- Главное, что не боится нас, - покачал головой Рут, - значит, можно будет нормально поговорить.

- Добрый человек, на постой пустишь? Нам пару часов отдохнуть только, - остановилась я напротив, уже с некоторой опаской, смешанной с любопытством, глядя на его работу.

- Заходите, господа кланники, - мужик, рослый русый детина еще без бороды, отряхнул опилки и посмотрел на нас внимательнее из-под ладони, прикрывшись от поднимавшегося солнца. - Милости просим, отчего ж не помочь добрым людям.

Глава 18

- Благодарствуй, - я завернула лошадь в ворота, как раз открытые для запряженной во дворе телеги.

- Здоровы будьте, - поклонился нам второй такой же мужик во дворе, но чуть постарше и, пожалуй, мельче. Не отец, это точно, так что, скорее всего, брат. - Да вы проходите в дом, я за лошадками присмотрю.

Я оглянулась и успела заметить, как женщина, стоявшая на крыльце дома напротив, сотворила защитный знак рукой и даже сплюнула под ноги, едва ли не с благоговением глядя, как мы спешиваемся.

- Здесь клановых воинов не особо боятся, как я посмотрю? - поинтересовалась я у перехватившего мои вожжи мужчины.

- Нет, госпожа, ну что вы, - махнул он широкой грубой ладонью и огладил короткую бороду. - Только на кланы и уповаем, а то нежить расшалилась в этот год не на шутку. Уже несколько девок молодых в лес сволокло только за весну. Мы так ждали воинов, вы даже себе не представляете.

- А почему только девок? - удивился Рут, спешившись. - А куры, овцы, дети, в конце концов? Они же меньше и легче. Их первыми нежить тащит, если уж на то пошло.

- Да вот только девок волочет. Пару кур тоже пропало, да, но то лисицу видели на окраине леса да подле курятника. Тут уж на нежить не спишешь.

- А вам кто покровительствует? - уточнила я, снимая сумки с седла.

- Никто, госпожа. Ближе всех Гарды, да они только посмеялись, а дальше через город Ночи, дык далековато, никто у нас в ту сторону не ездит. Порешили девок молодых по вечеру да утром ранним без присмотра не выпускать, да и все на том.

- Странно, - я хмыкнула, удивляясь такому решению проблемы. - И что, перестали пропадать?

- Уже две недели, как тихо. Но боязно все равно.

- А пропавших где нашли? - уже взялся за дело степняк.

- Да не нашли. Мы с братом искали по лесу, да где ж нам и девок этих несчастных, и того нечистого сыскать без умений-то. Мы плотники, охоту плохо знаем, а брат и вовсе у меня дурак, за компанию ходил. Да и другие не нашли ничего. Ежели б вы согласились задержаться да глянуть...

- Мы спешим, пошлите гонца в Корин, там тоже есть наши воины, они не откажут, - я ну очень многозначительно посмотрела на Рута, забросила сумки через плечо и пошла к дому. - Раз проблему смогли решить, то это уже не срочно.

- Хоть до обеда побудьте, одним глазком гляньте, мы так обрадовались, что к нам кого-то, наконец, прислали...

- Вель, остаемся до обеда, - окликнул меня Рут. - Я сам посмотрю, что к чему, а ты отдыхай и щепкой этой займись, - орк кивнул на жавшуюся ко мне Римку.

- Хорошо, - я кивнула и тяжело вздохнула. - Пойдем, Щепка, накормим тебя и отмоем.

В доме нас встретила шумная женщина, представившаяся Кариной, женой старшего брата, оставшегося с лошадьми. С длинной темной косой, румяная и статная, она явно была одной из первых деревенских красавиц, хоть и была лет двадцати от роду. Но и домашние дела в ее руках спорились быстро, так что она вызывала у меня некоторое уважение. Карина долго причитала над щуплой Римкой, остерегаясь говорить что-либо в мой адрес, хоть неодобрительные взгляды, адресованные моему виду, были куда красноречивее слов. В итоге женщина отправила своего деверя топить баню. Я была только за, все еще чувствуя запах пожара, совсем тонкий, но очень навязчивый.

- А ты что знаешь о пропаже женщин? - я присела на край стола, за которым уже вовсю наворачивала завтрак девочка.

- Пропадали, да, - вздохнула хозяйка и погладила Римку по голове. - Молоденькие совсем в основном, но первой погибла старшая дочь нашей соседки, она уже и не особо молодая была, аж двадцать лет, да еще и гулящая, как поговаривали, - из ее слов я сделала вывод, что сама Карина все-таки моложе, чем я думала. - А потом, через какое-то время, видать, распробовался упырь этот проклятущий, одну за одной потащил, за неделю аж три девочки пропали. Потом опять затих немножко, а через месяц снова, уже двух... Беда одна. Село-то большое, да мы все по дереву, в основном, работаем, охотников толком и нет у нас, чтоб выследить эту мерзопакость, избави Судьба.

- Ясно. Посмотрим, что можно сделать за такое короткое время. А постричь ее ты можешь? - я кивнула на Римку, раз уж хозяйка все наглаживала ее по волосам. - А то нам ехать далеко, не заплетать же ей косички, как у воина. А так хоть удобно будет.

- Постригу, госпожа, и помою, попарю. Вы не волнуйтесь, у меня три сестры младшие, я все умею.

- Присмотри за ней, я скоро вернусь, - попросила я Карину и вышла из дома на крыльцо.

Осмотрев двор из-под ладони, я нашла глазами своих товарищей.

Ферин дремал прямо на телеге, закопавшись в сено. Я усмехнулась и не стала его будить. На свежем воздухе даже лучше спится, пусть отдыхает. А вот Рут нашелся в конюшне, расспрашивающий хозяина. Я подошла к массивным дверям, села на стоявшую там бочку и послушала, о чем они говорят. Хозяин рассказывал примерно то же самое, что и жена.

- Волот говорит, что никто эту нежить в глаза не видел, да и девушки не кричали, исчезали очень тихо, - орк вышел ко мне на порог и прислонился плечом к откосу.

- А первая и вовсе не девушкой была, - я хмыкнула и сняла пару опилок, зацепившихся за шкуру под ремнями наплечников степняка. Не то, чтоб они мне мешали, но отвлекали своей неуместностью. - Я не знаю, что и думать. Из таких тихих убийц у нас обитают только болотни, гарцини и люты, но они едят всех подряд. Такого разборчивого в женщинах хищника я встречаю впервые.

- Согласен, надо бы посмотреть на него, - Рут задумчиво наблюдал, как я продолжала щипать край шкуры, давно уже оставшейся без опилок. - Если бы на ночь остаться, можно было бы прошерстить лес.

Я опустила руку:

- У меня нет лишнего дня, и так неделю почти впустую потратила.

- Завтра Волот выезжает в Корин на рассвете, повезет товар. Можем привязать лошадей к обрешетке и отоспаться в дороге. Не придется останавливаться до самого города.

Я закусила губу. Предложение было слишком соблазнительным. Да и помочь хотелось, чего уж кривить душой.

- Давай, не упрямься, - орк усмехнулся. - Я же вижу, что ты хочешь остаться. Рима, опять-таки, отдохнет после всего этого.

- Нужно лошадь ей купить в Корине, - сменила я тему, чтобы не спорить зря. - Пусть учится ездить верхом, раз уж в клан поедет.

- А как клан назовем, кстати?

- Какой? - опешила я.

- Объединенный.

- Это еще вилами по воде писано, а тебе уже название подавай. Пусть Мать с вашим Отцом договариваются.

- Ты будущая Мать, как я понял.

- И снова бабка надвое сказала. Это только если я выживу. Да и нынешняя молодая еще, я никуда не спешу, - я отмахнулась. - Мне вот так, по трактам, больше нравится.

- Госпожа кланница, - окликнула меня Карина с крыльца, - баня уже готова, ежели хотите.

- Хотим, хотим. Сейчас, - отозвалась я. И снова повернулась к орку, - Утром уедем, это не обсуждается, никаких больше задержек. Если не найдем ничего, я передам воинам в городе, пусть отправят кого-нибудь сюда.

- Ты даже представить не можешь, как мне нравится с тобой работать, - Рут усмехнулся и пошел обратно в конюшню, где на вторую телегу хозяин неторопливо складывал товар для утреннего вывоза.

- Могу, мне тоже, - я вздохнула, спрыгнула с бочки и пошла к дому.

Дойдя со сменной одеждой до бани, я сто раз пожалела, что не легла сначала поспать. Потому что от жары разморило просто страшно. И сидя на деревянной лавке, я вполглаза следила, как Карина, закатав рукава длинной сорочки, терла жавшуюся к стенке в большой бадье уже стриженную под мальчика Римку, а та отфыркивалась и краснела, как маков цвет, но все равно молчала. Мокрая сорочка плотно облепила тело Карины, так что я не могла постичь глубинный смысл женской стеснительности, ведь толку в такой одежде не было никакого. А вот неодобрительные взгляды женщины, бросаемые на мое голое и лишенное всякого стыда тело, меня веселили.

- У нас даже мужчины нагими не моются, - буркнула она совсем тихо.

- Грязными, что ли, ходят? - фыркнула я, веселясь все больше. - Мне и так удобно, постираю я отдельно от себя.

- А если заглянет кто? - возмутилась она уже громче.

- То извинится и выйдет, - я дотянулась до бочки с холодной водой и плеснула себе в лицо, чтобы не уснуть.

- Мужчины ваши ведь могут прийти, - не сдавалась хозяйка. - А воины же стыда не знают, извиняться и выходить не станут.

Я рассмеялась и провела пальцем по дугам татуировок на лице, намекая, что я того же мнения.

- Кроме того, в деревнях все равно других развлечений нет, как в баню подсматривать, - я указала на узкое окошко, пропускавшее немного света с улицы. - Там уже минут пять кто-то стоит. Тень подвижная не в такт ветру.

Карина покраснела и аж взвизгнула, мигом спрятавшись за бадью.

- А давно ты замужем? - еще больше развеселилась я.

- С начала весны, - растеряно ответила она, пытаясь рассмотреть, кто же стоит за маленьким окошком.

- Не любит тебя муж, что ли?

- Любит, - покраснела Карина не меньше, чем Римка до этого.

- И ты все еще моешься в сорочке, как девочка, - я осеклась. - Только девушек, говоришь, нежить волочет?

- Да, девушек. Прогоните ж вы, ради всех богов, этого охальника! - возмутилась она, спохватившись.

- Прогоню, причем ножом в глаз! - громко пригрозила я.

Послышались удаляющиеся шаги, и очень быстрые.

- Что-то я начинаю сомневаться, что виновата нежить, - я закрыла глаза и прислонила голову к гладко отесанным бревнам за спиной.

- А кто же? - Карина с опаской выпрямилась.

- Без доказательств никого обвинять не возьмусь, нужно сначала проверить всех и каждого.

Выходя вслед за Кариной и Римой, я серьезно задумалась о том, успею ли я поймать виновного за один день. Даже если это все же нежить, а не человек, как мне подумалось, то до сумерек он не покажется. Остается только спрашивать и смотреть. И я даже знала, с кого начну. И кто мне теперь поможет, как миленький.

- Куда брат хозяина побежал? - спросила я шедшего по двору Рута.

- В сад. Зачем он тебе? - удивился орк.

- Сильно хотел попариться, да было занято. А ты куда?

- Поищу останки, вдруг что попадется полезное. Мне Волот покажет все тропы в лесу. Было занято... Вель, ты его только не покалечь.

- За то, что Карину напугал, разве что, - отмахнулась я. - Да и то только припугну.

Степняк хохнул и пошел в сторону леса с хозяином дома. А я неторопливо развесила постиранные вещи на натянутую за домом веревку, убедилась, что Карина не так уж и напугалась, а Римка и вовсе только злится, и отправилась искать любопытного члена приютившей нас семьи в саду. До сумерек, когда можно будет действительно как-то выследить или поймать преступника на живца, у меня достаточно времени.

Нашелся мой будущий помощник практически моментально, рубящим старую яблоню в саду за домом, отчего уже весь покрылся потом.

- Ты по что столько красных девиц убил? - спросила я как можно более грозно, не показываясь на глаза.

Брат хозяина дома вздрогнул и заозирался:

- Я никого не убивал! Это упырь их сволок, а я ж не упырь!

- Ладно, верю, - усмехнулась я, встав на лавку и облокотившись на высокий забор. - Все посмотрел или чего не видно было?

- Вы это о чем, госпожа кланница? - детина утер пот со лба и посмотрел на меня с опаской и недоверием.

- Говорю, показать могу, раз так сильно интересуешься, - я едва не расхохоталась от того, как вытянулось его лицо. - Тебе сколько лет-то, что еще подсматриваешь?

- Девятнадцать, - он опустил глаза, хоть раскаяния я не заметила ни единой капли. Вот досаду, что попался, это да.

- Жениться тебе пора, - заключила я.

- А откуда знаете, что это я был? - он смущенно покрутил топор в руке, не поднимая глаз.

- Ну а кто еще знал, что в бане были женщины? Ты и брат твой. Ему незачем, хоть это и спорный вопрос, учитывая стеснительность Карины... Остаешься ты, да и поступь у тебя тяжелая, приметная, - я пожала плечами, не видя смысла скрывать такие простые вещи.

- А честно... покажете? - так несмело и с такой надеждой спросил он, что я не сдержалась, рассмеявшись.

- Если заслужишь, бестолочь, - я поманила его пальцем. - Покажи, где девушки пропадали, из каких домов, я поспрашивать их родителей хочу.

- Да съели их, что там спрашивать, - отмахнулся детина. - Ни единой косточки не нашли, вам так и сказали уже.

- И все же покажи, - я потянула шнуровку на вороте рубашки, чуть распуская ее. Всего на палец, но парень нервно сглотнул и снова покрылся холодным потом. - Как тебя звать-то?

- Владиром, - благоговейным шепотом ответил он. - А вы, как хотите, так и зовите, лишь бы вам самой нравилось, госпожа кланница.

- Какой шустрый. Сначала веди, потом звать буду, - я спустилась с лавки и подождала, пока Владир поспешно выйдет из сада, все еще с топором в руке.

- Топор-то оставь, он тебе не понадобится, - усмехнулась я его рассеянности.

- А вдруг на вас тоже этот упырь нападет? - Владир нерешительно остановился, крутанул топор в руке.

- Ну вот и поймаем его заодно. Оставь, живым ловить будем, а то еще спугнешь.

Детина не стал возвращаться в сад, просто метнул топор в недорубленную яблоню. Лезвие вошло в ствол по самый обух, хоть и бросал он без видимых усилий. Я даже невольно поежилась. Вот уж точно в народе говорят, что сила есть – ума не надо. Значит, точно дурак, каких поискать.

Владир шел, пожалуй, даже слишком быстро, но я не одергивала его. Чем быстрее разберусь, тем быстрее поедем дальше, если я окажусь права, и девушек убивал кто-то из местных. Или хотя бы поспим, раз уж решили выехать утром с Волотом.

- Вот здесь первая жила, Стаська, - парень подвел меня к дому напротив. - Славная была, да только по сеновалам все с парнями гуляла.

- За ней тоже подсматривал? - усмехнулась я, входя во двор.

- Дык красивая была, глаз не отвесть, - он снова опустил очи долу. - И окон не закрывала, когда переодевалась. Все смотрели, отчего ж нет, если дозволяла?

- Согласна. Жди здесь, - я поднялась на крыльцо.

Я постучала в дверь, дождалась ответа и вошла в дом.

Мать Стаськи рыдала и причитала, рассказывая, что какой-то упырь ее дочь изничтожил, но ничего внятного рассказать не смогла, убитая горем, пришлось идти дальше.

В другом доме народу было побольше, да и родители оказались гораздо спокойнее, рассказав все по порядку. Мол, пошла утром на речку, хотела постирать, да не вернулась, только корзину с бельем и нашли.

Зато младшая сестра ее, провожая меня до двери, зло шикнула:

- Небось, и перед упырем хвостом крутила, вот и схарчил! Так ей и надо!

- И что это значит? - я перехватила дверь, не дав закрыть ее.

Девушка покраснела до самых кончиков ушей и нервно растеребила кончик темной косы:

- Да Салька ко мне свататься хотел еще зимой, а она увела. И не только его, она много парней перепортила, вертихвостка. Погуляет, да кинет, - нехотя призналась она, с опаской оглядываясь в сени, чтобы не услышали родители.

- Ясно. Удачи с этим Салькой, или как его там, - пробормотала я, отпуская дверь. - Итак, две гулящие. Это уже интересно.

Спустившись по ступеням, я вопросительно глянула на Владира, послушно ждавшего у калитки.

- Дальше, госпожа кланница...

- Велия, - я поморщилась. В ушах уже зудело от этой госпожи кланницы.

- Госпожа Велия, - поправился Владир, - дальше дом Анюры, я про нее и так могу рассказать. Пошла в лес, орешины нарезать для корзины, да так и не вернулась.

- А выглядела как? Тоже погуливала? - уточнила я, выйдя на дорогу.

- Еще как гуляла, ее отец только и успевал гонять хворостиной домой. Красивая была, коса до пояса. Потому и гуляла, что парни за ней увивались.

- Может, ты про всех знаешь? - я остановилась.

- Про всех, - обрадовался своей полезности парень. - Рассказать?

- Рассказывай, - я села на лавку у колодца, мы как раз дошли до центральной улицы, и похлопала рядом.

Глава 19

Информации о каждой девушке большого села на меня вылилось столько, что я уже не рада была, что не пошла расспрашивать родителей, от них и то меньше узнала бы, наверное. Но Владир все говорил и говорил, придвигаясь ближе. Он подробно описывал каждую, рассказывал об их жизни и привычках, когда они пропадали и что перед этим делали, куда ходили.

- Все, хватит, я поняла, - я выставила перед собой руку, останавливая его. И словесный поток, и движение в мою сторону.

- Вы такая умная, госпожа Велия, все понимаете с полуслова, - искренне восхитился он.

- Скажи лучше, откуда знаешь так много?

- Так все ж судачат. Брат-то мой староста, к нему все и ходят, просят помочь. А я все слышу да запоминаю.

- Ну, если не приврал, то выходит, что наш упырь не просто разборчивый, а прямо-таки гурман. Подавай ему только темноволосых да фигуристых, - я тяжело вздохнула, глядя в небо на уже стоявшее в зените солнце. - Ладно, найдем упыря и подвесим за… Подвесим, в общем.

- За что подвесите? - искренне заинтересовался детина.

- За что поймаю, за то и подвешу, - уклончиво ответила я. - Пойдем-ка домой, проверю, как там мои спутники. Потом продолжим. Будешь теперь рассказывать мне про мужчин в деревне.

- Зачем это вам мужчины? - как-то разом напрягся Владир. - Я уже не мил больше, другого в помощь позовете? Я много чего еще рассказать могу.

- Мил, мил, - фыркнула я. - Мне их тоже поспрашивать надо, вдруг видели что, или кто-то вести себя будет странно, подозрительно.

- А, - протянул он, кивнув, - тогда понятно.

Подойдя ко все еще открытым воротам, я увидела, что Римка, уже высохшая, так что ее короткие волосы торчали во все стороны, как у Ферина, сидела на краю телеги в новом темном платьице до щиколоток и болтала ногами, жуя булку. Заметив меня, она помахала свободной рукой. Пройдет еще пару лет, и она вырастет в настоящую красавицу, но сейчас она была похожа на воробышка. А увидев детину за моим плечом, испугалась и шмыгнула за Ферина, сидевшего рядом с большим бутербродом и, похоже, тоже вышедшего из бани.

- Идите к столу, госпожа кланница, - позвала меня из открытого окна Карина. - Ты тоже иди, Владир, с самого утра ж голодный ходишь, дурень.

Садясь за стол, парень долго не решался ничего сказать, но к концу обеда не выдержал:

- Упырь их всех загрыз. Потому что шастали, где хотели. Им замуж надо было идти да дома сидеть, а не гулять, где вздумается.

- Что ты мелешь? - шикнула на него Карина. - Вы простите, госпожа, он у нас очень недалекий, зато старательный.

- А чего ж тогда сам не женишься? - я остановила хозяйку жестом, чтобы не мешала. От таких недалеких обычно гораздо больше информации, чем от умных. Особенно если сам заговорит, как сейчас, а не выспрашивать специально. - Пора уже, вон какой видный парень вымахал, косая сажень в плечах. Поди, все друзья твои уже женились. Или не все?

Владир аж зарделся, не поднимая взгляда от тарелки:

- Кто ж пойдет, если я такой дурак? Девки покрутятся, посмеются, да и получше кого сыщут, кого не боятся. Да и не все еще женились, вон Фаська все в драку лезет, чуть что, так от него бегут все. Он даже Стаську как-то ударил в том году…

- Да не ударил, дубина ты, а просто повернулся с граблями, когда она следом шла, - шикнула на него Карина. - Вот ведь пустозвон. Не слушайте вы его, а то наплетет с три короба так, что выйдет, будто у нас тут просто деревня драчунов и убийц.

- А я верю. Вот ты со стороны об этом Фаське знаешь, а он, судя по всему, был там и сам видел.

- Был, - приободрился Владир. - Своими глазами видел, специально ударил.

- Вот дурень, будешь болтать, так и останешься один, - фыркнула женщина. - Как боялись тебя девки, так и будут дальше сторониться, дурака такого.

- Не наговаривай, - я отложила ложку. - Дурак в хозяйстве очень полезен. Зря они так.

- Зря, - согласился он.

- Пробовали уже свататься зимой, - вздохнула Карина. - Да никто не пошел. Я ж и говорю, молчал бы больше, так и не боялись бы.

- Ничего, еще рассмотрят, - махнула я рукой. - Пойдем, Владир, дальше расспрашивать.

- А вы, госпожа Велия, пошли бы? - спросил парень, как только мы вышли из дома. - Вы ж такая смелая, совсем меня не боитесь.

- А я ни за кого не пошла бы, - усмехнулась я. - Я воин, мне это не нужно.

Он нахмурился, никак не осознавая эту мысль.

Еще несколько часов Владир показывал мне, где кто живет и чем занимается. К некоторым я даже заходила и расспрашивала. В итоге, из людей под подозрением оказался диковатый бобыль, живший на краю деревни, один ровесник самого Владира, постоянно лезший в драку по любому поводу, и один редкостный бабник, похоронивший уже двух жен за полтора года.

- Негусто, - хмыкнула я, остановившись у того самого сада, где и подобрала парня утром. - Надеюсь, Рут что-нибудь нашел.

- Да не найдут они ничего, - махнул рукой Владир. - Никто не нашел, вот и они не найдут.

- Если уж какой упырь и есть в лесу, то Рут его уж точно из-под земли достанет, - фыркнула я, вспомнив, как он поймал лешего.

- Я как погляжу, вы и орка не боитесь, - поджал губы детина. - Неужто ж нравится он вам?

Я поперхнулась смешком:

- Вот как-то не присматривалась к нему. Вроде, нет.

Пару минут мы молчали, а парень бросал на меня красноречивые взгляды.

- Пойдемте на реку, госпожа Велия, там красиво сейчас, уже цветет все, - замялся Владир, поглядывая на медленно катившееся к горизонту солнце. - Заодно покажу, куда одна из девок ходила белье стирать, там и пропала.

- Пойдем, - согласилась я, усмехнувшись его бесхитростности. - Покажешь.

До берега реки мы просто прогуливались, чего я вообще так давно не делала, что уже и забыла, как это хорошо. С одной стороны пастбище, с другой – пахота. Дорога переваливала через взгорок, так что реки от деревни видно не было. А на спуске, в лучах вечернего солнца глядя на лес на противоположном берегу, я лишь пожалела, что из всего оружия у меня с собой только кинжал и нож, потому что до леса было рукой подать, а там и вправду может водиться нежить. Не стоило оставлять лук и меч даже ради того, чтобы вызывать меньше неприязни у семей пропавших девушек.

- И часто сюда молодежь гулять ходит? - спросила я.

- Раньше часто, а теперь вон боятся вечером выходить далеко, - Владир пожал плечами.

Я полюбовалась немного лесом, вернее, присмотрелась к особо подозрительным кустам, и села на травянистый берег подальше от воды.

Сев рядом со мной на траву, парень тяжело вздохнул:

- Вот тут Алюту и порешили. Я ее замуж звал, люба она мне была, да она все посмеивалась только. Поманит за собой, а потом смеется, говорит, боится меня, не подпустит... А вы, госпожа Велия, честно слово сдержите? Не побоитесь?

- Слово воина Веды тебе не шутка, - я хмыкнула и потянула шнуровку на вороте рубашки, расстегнула кожаный доспех. - Думаю, хватит с тебя и этого, раз опыта никакого.

Владир как-то нерешительно, неловко положил грубую, мозолистую ладонь на мою грудь, даже дыхание задержав от волнения.

- Я ваше сердце рукой слышу, - шепотом сказал он.

- Я твое отсюда и ушами слышу, - усмехнулась я, уже собираясь отвести его руку и застегнуть ремешки доспеха, хорошего понемножку, я свое слово сдержала, он и увидел и даже потрогал. Неприятно, конечно, но чего не сделаешь ради толковой помощи. Беспокоило меня только одно. Чтобы дурень этот во вкус не вошел и не начал девок тискать, а то ж силы не мерено, покалечит еще.

- Такое спокойное у вас сердце, медленное. У других перепелкой трепетало.

Я среагировала быстрее, чем поняла, что он сказал, но кинжал из моей руки был выбит мгновенно и с такой силой, что у меня руку отняло.

- Что, тоже поманишь, а потом сбежишь? - едва не зарычал парень, так сдавив мое запястье, что оно отчетливо захрустело.

- Я свое слово сдержала, - как можно спокойнее ответила я, не двигаясь с места. Нож, как назло, был именно под правой рукой, теперь сдавленной с медвежьей силой. И ведь столько раз порывалась перестегнуть его на левое бедро, раз уж я больше левша в плане владения мечом, но все руки не доходили. Теперь рискуют и вовсе не до чего не дойти, если вообще на теле останутся.

- Сдержала, - мгновенно успокоился он, но руку не отпустил, прижал к своей щеке, - сдержала слово, не ругалась даже, не обозвала ни разу, - зато второй ладонью он так резко схватил меня за щиколотку и потянул, опрокидывая, что я не успела даже коленом ему в бокатину ударить, проехавшись по траве на спине.

- Отпусти меня, ты делаешь мне больно, - потребовала я спокойно и настойчиво, понимая, что до ножа мне пока не достать, так что из оружия у меня теперь только слова.

- Я не буду больно, любая моя, я не буду больно делать, ты только не кричи, - Владир уткнулся мне в грудь и глубоко вдохнул, перехватил обе мои руки в одну свою, так легко в ней уместившиеся, что мне стало не по себе. - Я тебя никогда не обижу, я тебя любить буду, как никто другой, только оставайся, будь моей.

- Останусь, не переживай, - я опустила голову на траву и нашла взглядом отлетевший кинжал. И почему только идиоты всегда такие сильные? Я завалила медведя в четырнадцать, правда, всадив три стрелы ему в глаз, а с деревенским парнем сладить не могу, он меня как соломинку смял. - Я останусь, только успокойся, мне больно, когда ты так руки сжимаешь, - снова попыталась я его уговорить.

- Прости, моя хорошая, я тебя не отпущу, никогда-никогда не отпущу, - он без сопротивления вклинил бедро между моих колен. - Не дело это, бабе по тракту шляться, будешь дома сидеть.

- Не отпускай, правильно, - поддакнула я, - только руки ломать не надо, иначе я ничего по дому делать не смогу. Огород, опять же. Зачем тебе такая жена нужна будет, безрукая?

- А ты хочешь замуж за меня, правда? - Владир поднял голову и теперь неверяще смотрел на меня.

- Конечно. Как же не хотеть, если ты мне тоже нравишься? - я пока безрезультатно потянула свои запястья из его ладони. - Они не хотели, потому что счастья своего не понимали.

- Не хотели, любая моя, - парень прислонился лбом к моему плечу. - Дразнились только, звали с собой гулять, не прятались, если я их на речке заставал случайно, а потом только смеялись, отворачивались. А я все равно звал замуж.

- И первая тоже? Она ведь со всеми гуляла, могла бы уже и о семье задуматься, раз всех перепробовала.

- Со всеми, но не со мной, - он сдавил мои руки еще сильнее.

- Не будем о них, забудь, - я снова услышала хруст и поняла, что зря затронула эту тему.

- Все скоро забудут, они, наверное, давно под корягой в реке, больше не посмеются. Они так быстро затихали, вот прямо сразу, как я обниму, хрипеть начинали.

- Задушил в объятиях? Ну ты и силен. А в реке они как оказались?

Владир замолчал, даже отвернулся к воде.

- Расскажи. Я ведь тебе не врала, будь и ты честным.

- Сперва испугался, за Стаську-то, когда она совсем затихла. Думал, воды в лицо полить, чтобы она пришла в себя. А там течение такое, за излучиной, ее просто из рук вырвало и поминай, как звали.

- А остальные как же?

- Туда же относил, там не найдут.

Я поняла, что уже не чувствую своих рук, и такими темпами действительно останусь без них.

- Пусти меня, чтобы я могла тебя обнять, - снова попыталась я. И даже прибегнула к последнему средству, - Ты ведь меня любишь, правда? Не обидишь, как их?

- Люблю, хорошая моя, так сильно люблю. Ты только не вырывайся, чтоб я не держал крепко. Оно б ничего, перетерпелось, жил бы один, но как брат жену привел в дом, совсем никак не стерпеть стало. Они ж, ироды, почитай каждую ночь скрипят кроватью. А как Карину в бане застал случайно, так и вовсе спать не могу, - он тут же отпустил мои руки, пустив свои куда дальше расстегнутого доспеха.

Нож оказался в руке в то же мгновение, но онемевшие руки слушались плохо, лезвие вошло неглубоко, скользнув по краю лопатки, так и не дойдя до сердца.

Владир отскочил от меня, как ошпаренный, завел руку за спину, выдернул нож:

- Зачем ты так?! Я ж с тобой по-хорошему, а ты соврала!

- Потому что ты не спрашивал, - я резко откатилась, схватив по пути кинжал, и поднялась на ноги. - Как и их. То, что ты сильнее, не дает тебе права на насилие.

- Я не хотел им больно делать, любая моя, - парень опустил руки. - Я жениться хотел, семью, детишек. Я бы берег тебя, как зеницу ока. Только не злись, не надо, убери оружие.

- Их не уберег. Сила есть, ума не надо. Зато понятно, чего они все на Карину были похожи, маньяк… Хоть бы совесть имел признаться, - я дернула за шнурок, стягивая ворот рубашки. - Шестерых убил. А еще на упыря ни в чем не повинного все спихивал.

- Убил, - эхом повторил он. - Я думал, их там действительно какой-нибудь упырь в реке схарчил… Я не хотел, я бы пылинки сдувал... Зачем они так вырывались? Я только держал.

- А зачем ты так хватал? Пугались, вырывались, это ж нормальная реакция, - я опустила кинжал и вздохнула с облегчением. - Да и бегал за самыми гулящими, а они всем глазки строят, а потом кидают. Тебе нужна была тихая и спокойная, скромная девочка, и лучше бы постарше, как я хотя бы, а то раздавишь от избытка чувств. И, к твоему сведению, упыри в реке не водятся!

Парень молчал, опустив голову.

- Что, нечего больше сказать? Нож верни, пойдем обратно, пусть люди сами судят, не мне с тобой разбираться.

- Брата позови, - глухо сказал он. - Я с ним говорить буду. Не пойду никуда.

- Ну уж нет, раньше нужно было с ним говорить. Я тебя без присмотра не оставлю.

С минуту мы так и стояли друг напротив друга в тишине. Пока сама Судьба не повела над нами рукой.

- Что тут случилось? - окликнул нас Рут, шедший по дороге от леса вместе с Волотом. - Нашли что-то?

- Нашли, еще как нашли! - ответила я. - Волот, ты здесь нужен!

Мужчина ускорился, будто почуяв неладное:

- Владир, что ты опять натворил?! Я же просил тебя яблоню срубить, а ты опять что-то сломал?

- Я тех девок сломал, - тихо ответил он.

Волот остановился, как вкопанный.

- Задушил. Нечаянно. Прости, я не хотел, - Владир резко вскинул нож и полоснул себя по шее, грузно свалился на землю.

- Твою ж мать! - я бросилась к нему и зажала хлеставшую кровью рану ладонью. - Зачем?

- Все равно убьют, - булькнул кровью он. - Прости, любая, что больно сделал.

- Не больно, я же воин, - я убрала руку, позволив крови снова бить фонтаном. Он прав, его казнят за изнасилование и убийство шестерых девушек. И будут правы. Хотя, что с него взять, идиота? Он даже не понимал толком, что убивает их.

- Владир, как же так?! - Волот мигом бросился к нам, тоже попытался зажать рану, но я перехватила его руку, оттолкнула.

- Не надо, оставь,- я кивнула Руту, и орк оттащил завывшего в голос старосту прочь. - Дай ему умереть спокойно. А то ж на вилы поднимут.

Выехали на закате. Хоть виновного и нашли, на душе остался противный осадок, и ночевать под одной крышей с рвущим на себе волосы Волотом было неудобно.

- Заночуем в лесу, как обычно, - я зевнула и потерла глаза рукавом чистой рубашки. Ту, окровавленную, бросила в печь, придя за вещами.

- Хорошо, - Рут, особенно угрюмый после случившегося, кивнул и снова отвернулся.

- Он тебя хоть... не обидел? - тактично спросил Ферин с заминкой.

- Меня хрен обидишь, - отмахнулась я. - Просто неправильно все это. Я его нисколько не оправдываю, нет, но... Он просто был очень одинок, - я вздохнула, поняв, что только запутываюсь еще больше.

- Так рассуждать, то дракону тоже, наверное, очень одиноко, вот и тащит дань к себе в гнездо, - буркнул Ферин. - Нет, что ни говори, а насилие должно быть наказуемо.

- Я ж и не спорю. В который раз убеждаюсь, что люди бывают куда страшнее нежити, - я пожала плечами и снова зевнула. - Все, привал, я больше не могу.

Глава 20

Я ссадила Риму с лошади и спешилась сама, сошла с дороги и села прямо на сырую траву там же, где стояла.

- Да подожди ты минуту, я сейчас лапника наломаю, - укоризненно покачал головой Рут. - Не спи.

- Да, хорошо, спасибо, - я легла и мгновенно отключилась.

- Вот ведь, - услышала я над собой спустя какое-то время, после чего меня подняли и куда-то понесли. Я и не подумала просыпаться или сопротивляться. Пусть хоть в пекло волокут, но я глаз не открою.

- У нее запястья черные, надо чем-то помазать, а то еще отсохнут... Рима, можешь сделать снадобье? - шепнул Ферин, но как-то слишком громко.

- Тише, не буди, она ж почти три ночи не спала, - одернул его Рут, тоже раздражающе громко.

- И простудится еще, полежала на холодной земле.

- И сейчас просто сдохну, заткнитесь, - пробормотала я сквозь сон.

Стало тихо, только огонь затрещал, но так умиротворяюще, что на него шикать мне не захотелось. В этой прекрасной тишине все улеглись, я даже услышала привычный тихий храп Ферина. Из-за слишком сильной усталости у меня не получалось уснуть крепче, так что вместо снов я слушала окружающий нас с одной стороны лес, а с другой — дорогу и поле. Потом появилось еще одно окружение, ко мне под бок подползла Римка, уткнулась личиком в мой доспех, так и не снятый перед сном. Ну вот, за ночь пластины и ремни отпечатаются на теле, завтра все будет болеть.

Еще через пару минут, когда дыхание девочки выровнялось, нас осторожно и тихо накрыли сбившимся в ноги плащом. А потом и еще одним, в довершение ко всему подперев меня со второй стороны. Я уже думала проснуться и немного повозмущаться, но передумала, только повернулась на бок, чтобы Римка точно так же, не просыпаясь, переложила голову мне на локоть. Стало удобнее, но теперь я не чувствовала такого приятного тепла с другой стороны. Пошарив рукой за собою, я нащупала жесткий наруч, и поняла, что это не вариант, воины вообще не склонны спать в обнимку. Но меня с тяжелым вздохом обняли, ввергая в окончательное умиротворение и крепкий сон.

Проснувшись от ощущения падения, я вздрогнула и села. Было уже светло, солнце висело низко над лесом, немного разгоняя слабый утренний туман. Но все равно было зябко. Я поежилась и потерла плечи, обнаружив, что я без доспеха. А ведь была уверена, что ложилась в нем. Но нет, он лежал на моей чрезседельной сумке, как я обычно его и складывала.

- Приснилось, наверное, - пробормотала я, смутно припомнив и тяжелую руку с нагревшимся наручем, обнимавшую меня под плащом. - Точно, и приснился же бред какой-то.

У костра сидел только Рут, сонно ковыряя веткой горящее полено, остальных видно не было.

- С добрым утром, - я подвинулась ближе к огню. - Или хотя бы с терпимым. Где все?

- Рима и Ферин пошли какую-то траву в лес искать для твоих рук, - орк глянул на меня через плечо и продолжил свое увлекательное занятие. - Двигать пальцами хоть можешь? Или помочь?

- Чем это ты мне помочь собрался? - удивилась я.

- Расстегнуть, - усмехнулся орк, кивнув на мои довольно тесные кожаные штаны.

Я фыркнула и отмахнулась:

- Да все нормально, уже проходит, - я потерла почти черные с зеленцой запястья, немного онемевшие, но не больше. - Уж в кусты-то я точно смогу сама сходить. Зря они подорвались так рано, само заживет.

Сидя у огня, я снова немножко задремала, наверстывая бессонные ночи до этого.

- Вель, просыпайся, будем тебя лечить, - из леса вышел и плюхнулся рядом со мной раздражающе бодрый Ферин.

- Я не сплю, - пробормотала я, подняв голову.

Все так же, практически не глядя, я засунула в рот нарезанный Ферином бутерброд и протянула руки настойчиво дергавшей меня за рукав Риме. Она долго и обильно смазывала мои запястья каким-то месивом из тертых трав, еще и обернув поверх этого листья подорожника.

- Спасибо, - я кивнула ей.

Рима как-то недобро переглянулась с орком и отсела подальше, когда закончила бинтовать мои запястья. Я глянула на одного, на другую, потом на Ферина.

- Что случилось? - поинтересовалась я у вора, как у единственного незаинтересованного лица.

Ферин замялся, пряча улыбку:

- Римка тут Руту угрожала, пока ты спала. Жестами, но очень выразительно, обещала, что голову ему отрежет, если он еще раз до тебя дотронется, - под конец Ферина таки пробило на хихиканье.

Я едва не поперхнулась дожеванным бутербродом и посмотрела на девочку уже с любопытством:

- И как ты себе это представляешь? Даже чисто теоретически. Рут же больше тебя раза в три, а то и во все четыре.

Рима изобразила спящего человека, а потом чиркнула пальцем по горлу.

- Это недостойно воина, да и просто члена клана Веды, - отрезала я как можно строже. - Хочешь выяснять отношения, делай это открыто. В спину, да еще и с ядом, бьют только Гарды, у них любую крысу в клан берут.

Девочка смутилась, заалела до самых кончиков ушей, но взгляд не опустила, указала на мой доспех, лежавший на сумке, потом на орка и похлопала себя руками по бокам.

- Ну, допустим, снял. И что? - фыркнула я, поняв, наконец-то, что мне все это не приснилось. - Ты за мою честь так переживаешь или у тебя личная неприязнь к мужчинам?

Рима резко отвернулась, прикусив губу.

- Личная. Дай-ка угадаю. Деревенские пацаны тискали? Те, что постарше на пару лет, от них трудно отбиться. Потому и сидела на чердаке безвылазно?

Девочка втянула голову в плечи, но ничего не ответила.

- Открою тебе маленькую страшную тайну: в клане такого нет, за это и руки переломать могут. И тайну еще страшнее: пройдет несколько лет, и ты сама уже будешь смеяться над этим. А еще поменяешь свое мнение о такого рода отношениях. Так что не дуйся, давай собираться, поборница морали.

- Ну точно будущая Мать, - впечатлился Рут. - У нас так иногда Отец с помоста заливался, только я раньше не слушал, а тут даже интересно стало. Оставь ты ее в покое, подрастет – тогда и наберется ума.

- Нет, любую подлость надо пресекать на корню, как и детские обиды. Мир простирается гораздо дальше твоего или моего мнения, Рима, и с этим надо считаться.

Она нехотя кивнула и похлопала себя по губам.

- Вель, ну не надо, - орк тронул меня за плечо. - Ребенок еще. Проснулась, увидела, что я тебя раздеваю, ты ж спала как убитая, испугалась... Хватит ругаться, я сам с ней поговорю.

Теперь Рима смотрела на орка насторожено, а я хмуро.

- Ладно, сами разбирайтесь, я разнимать не буду, если что. Поехали дальше, время не ждет.

Стоило нам только седлать лошадей, как на тракте показалась целая вереница повозок. Обоз шел довольно быстро, но размеренно и величаво, груженый всем на свете. Мы проводили взглядом несколько телег, прежде чем от шествия отделился один всадник.

- Здравы будьте, господа воины, - поприветствовал он нас, с любопытством рассматривая татуировки и оружие.

- И тебе не хворать, - ответил Рут, не спеша протягивать руку.

Мужчина средних лет, явно купец, если судить по полосатому халату поверх дорожного костюма, подкрутил усы и разулыбался:

- А это от вас будет зависеть, господа кланники. Можно ли вас нанять для охраны обоза? Мы до Корина едем, там большой базар целую неделю будет стоять. Потом дальше двинем. Говорят, нежить разгулялась совсем, боязно как-то в глуши ехать без надлежащей защиты.

- Что ж раньше никого не наняли? - усмехнулась я. – Нежить-то не сегодня на дорогу вышла.

- Согласен. Нанял, уважаемые, да тот воин остался два дня тому в селе, что севернее, за трактом, откуда мы и ехали. Там в ночь целое полчище умертвий почти всех жителей перебило, пока те спросонья не сообразили, что случилось, - развел руками торговец. - Там он нужнее был, ничего не поделать, да еще и рану серьезную получил. Дальше ехать не смог.

- Мы все равно в Корин едем, могли бы и взяться. Опять-таки, не бросать же людей в беде, - тихо напомнил Ферин, поглядывая на обоз с не меньшим интересом, чем торговец на нас. - Давайте согласимся, а?

Я тяжело вздохнула, поняв, что сегодня мы в город не попадем, и с немым вопросом посмотрела на орка.

- Надо и вправду помочь, - пожал плечами он.

- Делайте, как хотите, - я сдалась и махнула рукой.

- Вель, ну до самих гор недели полторы пути, у нас еще есть время, - успокоил меня вор. - Нам так и так нужна информация, так почему бы не порасспрашивать этих людей? Да и в город попасть как-то надо, он под Гарды, вообще-то, если ты не забыла.

- Хорошо, ладно, уговорили, - я подняла руки, показывая, что сдаюсь.

Римка сидела на первой телеге, загруженной только сеном, свесив ноги через обрешетку и болтая ими в такт мерному шагу лошади, Рут ехал рядом, что-то тихо ей втолковывая, а Ферин успел пять раз объехать весь обоз с разных сторон, хоть мы всего минут десять, как тронулись. Я же ехала рядом с нанявшим нас главой гильдии купцов из столицы. И слушала его вежливую беседу ни о чем, только кивая иногда в ответ на особо вопросительную интонацию.

- Мы вот боялись, что города закроют с этим нашествием нежити, ан нет, пустили обозы, ничего люди не боятся. А как налоги нынче подняли, просто страх, - вздыхал он. - Да вы и сами, наверное, знаете, тоже ведь свои услуги продаете, как-никак.

- Кланы не платят налоги, - впервые ответила я ему, и осеклась, зацепившись за эту мысль.

- Скажите, любезнейшая, а купить можно только охранные услуги? - каким-то уже воркующим тоном уточнил купец. - А то говаривал мой знакомый недавно, как провожала его наимилейшая воительница через полстраны. Так, говорит, эта очаровательная особа его не только из лап нежити спасала, но и от холода по ночам... А после просто включила это в оплату.

- Значит, ей не понравилось, - фыркнула я и пришпорила Хель. - Иначе было бы даром.

Поравнявшись с орком и жестом подозвав Ферина с другой стороны обоза, я потребовала у вора выдать мне карту.

- Что ты уже придумала? - Ферин тоже заглянул в мятый пергамент, опасно наклонившись в седле.

- Про налоги... Королевский гонец говорил про неуплату налогов. И смотрите, что получается, - я поочередно ткнула в так или иначе пострадавшие от нежити деревни, о которых мы знали. - Через одну. Даже, скорее, в шахматном порядке. Если верить ему, то тут какие-то фабрики будут стоять.

- Выглядит неплохо для экономики, согласен, - кивнул Рут. - Большой тракт от столицы, вдоль него производство налажено, там дальше степь, никто и внимания не обратит на такой произвол. За степью горы, что тоже не мешает.

- Но почему тогда через одну? - нахмурилась я, зачем-то повернув карту, точно как наш наемный вор обычно это делал, будто так станет понятнее.

- Потому что нужны люди вокруг расчищенной территории. Чтобы было кому работать на построенных мануфактурах, - Ферин ударил ребром кулака по ладони. - Целая производственная область получится. И это только начало, если дело выгорит. Так ведь вдоль каждого большого тракта можно сделать.

- Вот ведь, - я хотела уже ругнуться, как наставник обычно, но бросила взгляд на развесившую уши Риму и прикусила язык. - Гады и бесчестные люди…

- Надо вынести это на большое собрание, пусть главы кланов решают, как быть, - орк помрачнел. - Большая часть этих земель принадлежит клану Гарды.

- А еще цепляет краем Ночи и Асмы, - я повернула карту обратно. - И нейтральных деревень вдоль тракта еще много.

- Слушайте, ну нельзя же это так оставлять! - Ферин едва не подскочил в седле. - Когда еще это ваше собрание будет, а люди гибнут уже сейчас.

- Я передала Матери весточку, она уже, наверняка, отправила отряд по тракту следом за мной.

- А мы? Мы ведь тоже отряд, - парень осмотрел нашу странную компанию, вздохнул, остановившись взглядом на Римке, - ну ладно, почти. Два воина – это уже отряд или нет?

- Нет, Ферин, это просто два воина, - я сложила и отдала ему карту. - Мы и так встреваем в каждые неприятности, что попадаются нам на пути. И знаешь что? Мне начинает казаться, что это ты каждый раз нас в них заводишь…

- Я?! - так искренне удивился и возмутился вор, что я сдалась.

- Ладно, погорячилась. Не заводишь, а просто несешься туда, сломя голову, а мы следом.

- Но ведь в сгоревший постоялый двор ты нас тянул, - напомнил ему Рут. - На поляну с хищным цветком тоже ты завел. И про деревню, разоренную плакальщицами, ты первый вспомнил. И в следующую нас ты завел. И…

- Да я, вас послушать, вообще на нежить работаю и извести вас пытаюсь всеми силами, - насупился парень.

- Нет, просто ты притягиваешь неприятности, - усмехнулась я. - Так что будь осторожнее. И если тебя вдруг куда-то потянет – не ходи туда.

- А в кусты хоть можно? - буркнул он.

- Можно. Только подумай, какие кусты тебе больше нравятся, и иди в другие, - посоветовал степняк. - И нас обязательно предупреди, какие тебе приглянулись.

Первым в ночное дежурство вызвался Ферин, едва не подпрыгивая на лошади от нетерпения. После короткого привала в обед он вообще на редкость воодушевился и проникся миссией защиты обоза. Хотя, мне показалось, что он просто хочет украсть побольше без присмотра. В телегах и крытых повозках везли практически все, от фарфора до мебели. Благодать для вора. Я, конечно, пригрозила ему, а он, в свою очередь, побожился, что и пальцем ничего не тронет. Но мы оба знали, как оно будет на самом деле.

Расседлав и отпустив Хель свободно бродить рядом с отдыхавшими стреноженными сменными лошадьми около последней телеги, заваленной только сеном для тех же лошадей, я тяжело вздохнула и легла. Сено почти не кололось, в отличие от елового лапника, но и запах был малость непривычным, мешая уснуть. Я накрыла плащом давно уже видевшую десятый сон Риму, расстегнула свою кожаную защиту, поерзала, проминая удобную ямку в сене, и закинула руки за голову, всматриваясь в чернильное небо.

Обоз остановился на ночлег у мелкого притока реки, подходившего совсем близко к дороге, и от воды шла прохлада. То тут, то там горели костры, купцы с помощниками переговаривались, пили и пели, вполне довольные жизнью. И во всем этом спокойствии простых человеческих радостей я чувствовала себя чужой. Воины тоже едят, пьют, сидят у костра в приятной компании, но не так. Мы никогда не расслабляемся до конца, мы всегда настороже, а рука всегда на оружии. И беспечность купцов меня раздражала. Они не знали, что такое торчать в безлунную ночь на болоте на единственной кочке в окружении болотней, мечтающих тобой перекусить. Или в соляном круге среди стаи плакальщиц. Да хоть бы в деревне, полной умертвий.

- Чего ты так зубами скрипишь? - через обрешетку перемахнул Рут, лег рядом на солому. - От костра слышно было.

- Да вот думаю, что, пожалуй, завидую их жизни. Сидят, радуются прожитому дню, торговлю обсуждают. А ведь только благодаря кланам их всех еще не сожрали. Они даже десятой доли того, чем занимаются воины, не знают, нанимая нас, - возмутилась я шепотом.

- А ты смогла бы так беспечно сидеть теперь, когда знаешь? - усмехнулся он.

- Нет, - вынуждена была признать я, в который уже раз удивляясь какой-то странной житейской мудрости орка.

- Ну так чего злишься, раз иначе быть не может? Спи, я тебя под утро разбужу.

Я вздохнула и закрыла глаза. Все равно в ушах стоял гомон, смех и далекие от музыки и таланта песни. Уснешь тут. А от степняка пахло костром и пряностями, как обычно. Стало даже интересно, с кем это он открывал свой оркский чай без меня. Да и из чего он его варит, тоже интересно стало. И почему я до сих пор не заметила у него щетины, хоть и чтобы он брился, я тоже не видела. И почему именно парные тесаки, а не оружие подлиннее.

- Рут, - тихо позвала я спустя пару минут бесполезных попыток уснуть. - Не спишь?

- Нет, - мне на грудь тут же легла здоровая и горячая зеленая ладонь.

- Да нет, я спросить хотела.

- Тогда сплю, завтра спросишь, - ладонь исчезла.

Глава 21

Я проснулась от того, что рядом заворочалась Римка. Небо уже светлело с востока, но обоз спал мирным сном, как известно, самым крепким под утро.

- Чего не разбудил? - я села и потерла лицо, вытрясла солому из косичек.

- Не хотелось тебя трясти, - Рут сидел на краю телеги и начищал тесаки. - К тому же, Ферин только часа три, как меня самого разбудил. Почти всю ночь от избытка энергии караулил. Все спокойно, спи дальше.

Я пересела ближе к решетке и орку, чтобы не разбудить девочку. От него тянуло холодом и сыростью, с волос капала вода.

- Как водичка? - я не удержалась, развернулась наружу, собрала его косички в охапку и отжала.

- Отличная, полезай, - фыркнул степняк, тряхнув головой, чтобы скрученные косички снова рассыпались по плечам.

- Да ну тебя, холодно, - я отряхнула мокрые руки, застегнула доспех на узкие ремни и прикрепила на свои места оружие. Нож, правда, все-таки перевесила на левое бедро, а меч и кинжал оставила справа.

- Редко мне попадались мечники-левши, - проследил за моими манипуляциями орк.

- Редко мне попадались мечники с парными клинками, - передразнила я.- А орки и того реже. Где Ферин? Надо потрясти его, чтобы вернул все, что стащил за ночь.

- Спит еще, - он кивнул на один из костров, у которого лежал наш вор, завернувшись в плащ и нежно обнимая большую бутылку с мутным содержимым. - А что ты спросить-то ночью хотела? Опять что-то философское, вроде, зачем воину быть воином?

- Забыла уже, - я сунула в зубы соломинку. - Но что-то хотела. А, точно!

Вместо того, чтобы спрашивать, я развернулась лицом к степняку и потрогала его щеки. Не кололись, но и не похоже, чтобы только что побрил. Я потерла сильнее.

- Вель, ты делаешь что-то странное, ты в курсе? - он попытался увернуться от моих рук. - Перестань,- Рут не выдержал и рассмеялся.

- Ничего нет, - вынуждена была заключить я, к своей досаде.

- Зависит от того, что ты искала, - орк все же отложил оружие и убрал мои руки. Правда, осторожно, не касаясь потемневших запястий.

- У тебя совсем, что ли, борода не растет?

- А ты хоть раз видела бородатого орка? - в свою очередь удивился Рут.

- Нет, но я вообще мало орков видела, - я спохватилась, что мои руки все еще были в его ладонях, и поспешно выдернула их, села на место.

Выезжали только через два часа. Пока все проснулись, пока расшевелились. И ведь подгонять, стращая купцов косяками упырей, было бесполезно, наличие сразу двух клановых воинов делало их удивительно беспечными. Собирать отставших по кустам и берегу тоже было тем еще удовольствием, но пришлось, раз уж взялись охранять.

- Одиннадцатый день я в пути, - я вздохнула, глядя на закатывавшуюся за горизонт луну, уже перевалившую за свою половинку, хоть до полнолуния еще и было предостаточно времени. - Надо бы постараться больше нигде не задерживаться.

- Ты сама-то в это веришь, Велька? - усмехнулся заспанный и взъерошенный еще больше обычного Ферин.

- Не особо, - я завернула Хель и стала объезжать обоз. Смех смехом, а обязанности свои надо выполнять.

- Все спокойно, - кивнул мне Рут, когда мы пересеклись на обочине. - Так и не скажешь, что тут нежить толпами бродит.

- Я вообще сомневаюсь, что ее пускают так близко к большим городам, - я остановила Хель. - Слушай, далеко не факт, что нас пустят в Корин даже с обозом, как и ту нежить, если на воротах будет кто-то из воинов Гарды.

- Подъедем ближе, там и посмотрим, как дела обстоят. На крайний случай спрячемся.

- Хм, надо бы проверить пару подходящих телег, кстати говоря, - я оглянулась на вереницу повозок. - Есть у меня одна мысль.

К обеду мы увидели городскую стену. Корин был большим, действительно большим, я-то поездила еще с наставником по городам и видела их достаточно. Массивные серые стены возвышались над нами, щерясь редкими башенками. Не столица, конечно, но к ней я и не подъезжала так близко никогда.

От ворот, пока еще далеких, действительно при нас завернули нескольких воинов из других кланов, одного даже с боем. Так что мы остановились поодаль, прикрывшись от бдительных стражников самыми высокими телегами.

- Спасибо вам, господа воины, - глава гильдии пожал руку Руту, неуверенно протянул ее и мне.

- Мы ничего особенного не сделали, дорога была спокойной, - отмахнулась я. - Но у нас к вам просьба... В оплату услуг, если вы не против.

Ферин вел под узду двух лишних расседланных лошадей, травя байки купцам, Рима болтала ногами, свешенными через обрешетку последней телеги с сеном. И они ничем не вызывали нареканий у стражников на воротах, как и у стоявшего над ними воина Гарды. Сначала подошли стражники, привычно осмотрев пологи повозок, днища и облучки, и только потом вальяжно вышел из сторожки воин Гарды. Он самолично для вида потыкал мечом в сено, приподнял пару пологов, укрывавших повозки с не слишком хрупким товаром, а хрупкий приказал при нем развернуть и показать, да и махнул обозу проезжать, получив пошлину за ввоз.

- А ты говорил, что попасть внутрь будет сложно, - шепнула я, чуть сдвинув седло, которое лежало поверх оружия. Так, на всякий случай, а то от тряски телеги кинжал уезжал все дальше от меня.

- Не копошись, мы еще второй пост не проехали, - Рут легонько толкнул меня локтем в бок.

Купцы – народ хитрый и предприимчивый, но мало кто знал, что во многих их телегах есть двойное дно, куда прячут неучтенный товар или чрезмерную выручку, а также запрещенные к вывозу ценные предметы. Да и людей иногда. И мы бы не знали, не положено нам, если бы меня год назад один купец не нанял найти его сбежавшего таким макаром малолетнего сына, жаждавшего посмотреть на большой базар без отцовского надзора.

- Путь свободен, - постучал по боку телеги Ферин, когда она остановилась уже под рыночным пологом. - Вылезайте.

Крышку второго дна чуть приподняли вместе с сеном, дав нам выползти из небольшой ниши.

- Могло быть и хуже, - я отряхнулась и забросила седло на вполне довольную даже временной свободой Хель. - Было бы очень неудобно, если бы воин Гарды проткнул мечом дно...

- Поплюй, - одернул меня Ферин. - Поехали быстрее в таверну, а то вас тут мигом за татуировки прижмут. Здесь кланников Гарды, как блох у собаки.

Я выглянула из-за соседней телеги и попятилась обратно:

- Слишком много. Это даже странно. Надо что-то придумать, - я осмотрелась, обратив внимание на раскладываемые на прилавки товары. Сами рыночные ворота были пока закрыты, впуская только торговцев и купцов, но снаружи уже было людно. - Что это такое?

- Лучше тебе даже не знать, - заверил меня Ферин, поддев с прилавка полупрозрачную хламиду вместе с шароварами и головным платком с вуалью. - Видел я такое на востоке, там, за железным плато. Ты скорее умрешь, чем пойдешь в этом, как восточная танцовщица.

- Конечно, тут же оружие некуда спрятать, все прозрачное! - возмутилась я. - Не вариант.

Рима дернула меня за руку и указала дальше, вдоль ряда.

- Ты что-то здесь хочешь? - не поняла я.

Девочка мотнула головой, снова указала вдаль, потом на Рута и изобразила пальцами рисунок на лице.

- Там степные орки, точно, - хмыкнул он, завидев братьев по крови.

- А что у них на лицах? - Ферин прищурился, силясь рассмотреть замысловатый узор.

- Боевая раскраска, - Рут как-то недобро ухмыльнулся. – И я, похоже, знаю, что нам поможет.

Выходя с крытого рынка, я чувствовала себя абсолютной дурой, раз позволила уговорить себя на такое. И прозрачный наряд казался мне теперь вполне приемлемым по сравнению с тем, что меня уговорили надеть.

- Где ты видел белокожих орчанок? - шипела я, постоянно одергивая себя, чтобы не потереть лицо и не испортить с зубовным скрежетом нанесенный поверх татуировок рисунок. Позорище какое, закрашивать честь и гордость воина – клановые знаки отличия!

- Орчанка и женщина орка – это разные вещи, - напомнил Рут, чувствовавший себя вполне удобно и даже хорошо, соответственно своей крови, в традиционной для степи одежде и с боевой раскраской.

- Это вообще не вещи, - снова зашипела я, опуская лицо, чтобы никто не присматривался. Намотанный наподобие чалмы платок успешно скрыл воинские косички, но лицо все равно выдавало меня с потрохами. Даже с теми разводами, что его сейчас украшали.

- Да ладно вам, отличное прикрытие, - потешался Ферин, теперь щеголявший с моим мечом и кинжалом. Клановым достоянием лучшего кузнеца, владевшего рунами, между прочим. Мне общими усилиями позволили оставить только лук, который у степных женщин был в ходу наравне с мужчинами. Но руны на нем пришлось замотать, слишком уж они были приметные.

- Как я докатилась до такого? - я нервно одернула не то юбку, не то полы слишком длинной темно-серой рубашки, хоть и с разрезами по бокам почти до пояса, и покосилась на спрятанную в сумку мою нормальную одежду. Ну хоть мои кожаные штаны и сапоги практически с боем удалось отвоевать. И то хлеб. Но без доспеха в такой толпе я чувствовала себя практически голой.

Зато Рима была почти счастлива в таком же подобии платья, только ярком и узорчатом, то и дело глядя вниз с улыбкой и расправляя складки от широкого пояса.

- Хоть кому-то хорошо, - фыркнула я и прибавила ходу. - Давайте быстрее, у нас еще дел невпроворот. А я дико хочу скорее содрать это с себя.

- Нужно разделиться, - предложил орк, остановившись на краю площади. - Иначе до ночи не справимся, солнце уже в зените. Вель, бери Ферина в охапку и ищите библиотеку, а мы с Римкой пока за лошадью сходим.

- Хорошо, - я кивнула. - Вот только на постоялый двор определимся. А то базар этот, явно же город будет гудеть, как улей, людей понаедет.

- Верно, сначала лошадей поставим, в городе не по всем улицам можно верхом передвигаться, - кивнул Ферин, уже державший наших боевых лошадей под узду. Они, привыкшие к воровскому произволу, и не сопротивлялись.

- Я сам, идите, а то еще закроется библиотека, придется ждать до завтра, - Рут забрал у него поводья и подтолкнул меня в сторону площади. - И еще, Ферин, не отходи далеко с оружием, всегда будь под рукой у Вели.

- Я ж не дурак, сам понимаю, что я теперь оруженосец, - обиделся вор.

Я через пару шагов оглянулась. Рут снова что-то рассказывал Римке, а она слушала, открыв рот. Похоже, что они и вправду поладили, так что разнимать их не придется. Как и бояться отрезанных во сне голов, к счастью.

- Чего ты так смотришь? - дернул меня за руку Ферин.

- Да вот смотрю, что мою будущую знахарку, похоже, переманивают в клан Ночи, - усмехнулась я.

- Так вы ж объединяетесь, - вор поскреб лохматую макушку.

- А территории все равно разные, даже если и заключим союз, - я пожала плечами. - Работать на два клана Римка все равно не сможет. Вот я и говорю, кое-кто сманивает мою знахарку.

- Рут и тебя звал,- напомнил Ферин. - Так что обе идите, тогда не придется ее отдавать.

- Вот еще, - я беззлобно ткнула его локтем в бок. - Пойдем. А то и тебя переманит кто-нибудь.

- Нет уж, я с тобой до конца.

- За двенадцать золотых?

- За двадцать четыре! - ревниво поправил вор.

По пути на центральную площадь на меня косились практически все, но больше с удивлением, чем с подозрением. Я и сама смотрела бы во все глаза на такое чудо, наверное.

- Эй, постой, а почему женщина орка должна быть разрисована, как орчанка? - вдруг дошло до меня. - Если уж это разные вещи.

- Потому что незамужние орчанки не красят лица. А так сразу издали видно, что ты женщина орка, пусть и человек, - пояснил Ферин.- И вообще, не жалуйся, так хотя бы татуировки спрятаны.

- Да ладно, уже и поныть нельзя, - буркнула я.

- Ну что, вот это похоже на библиотеку, - вор остановился напротив здания с огромной вывеской в виде раскрытой книги. - Пойдем.

На ступенях сидел воин Гарды, пока не обращавший на нас внимания, и как нам идти мимо него, то ли мне прятаться за Ферином, то ли прятать его с клановым оружием за собой, пока было не ясно. В итоге я просто взяла вора под руку, когда воин повернул к нам голову, чтобы прикрыть локтем приметную рукоять кинжала. Вот вроде и не стоило его вообще с собой брать, но не бросать же оружие, гордость и честь воина, на чрезседельной сумке в конюшне, или вообще в таверне в снятой комнате, куда могут в любой момент вломиться Гарды, потому что рожа твоя им не понравилась. Если спрятать татуировки я еще могла, скрепя сердце, то поступить так с мечом и кинжалом – никак.

- Вроде, пронесло, - вздохнул Ферин, когда воин вражеского клана остался в стороне.

- Кого это тут пронесло? - усмехнулся второй воин, подошедший сзади.

- Да брата моего меньшего, - обернулась я, продолжая прикрывать оружие, еще и ткнула незаметно Ферина в живот, чтобы тот охнул и согнулся. - Холера у нас в деревне приключилась, господа кланники. Да вы не волнуйтесь, его уже неделю как проносит, небось, вся зараза уже и вышла давно.

Гарды шарахнулись в стороны от нас, сотворив обережный знак рукой.

- Идите, куда шли, чего встали? - прикрикнул один из них. - Припераются тут всякие, а потом город болезни косят.

Я поклонилась и потащила вора дальше по широкой каменной лестнице.

- Ты зачем так била-то? Больно же, - фыркнул он, разогнувшись.

- Они бы обоим куда больнее сделали, если бы опознали воина Веды, - шикнула на него я.

- А за это сделают, как думаешь? - Ферин украдкой показал мне рукоятку кланового кинжала Гарды из рукава.

- Сделают, и очень сильно и много раз, шагай быстрее, - я сделала последний рывок, перепрыгивая через две ступени, и затолкнула его внутрь, быстро захлопнув за нами дверь. - Выбрось эту дрянь... Хотя, нет, спрячь. Над воротами Веды воткну, как они наши головы вешают.

- Давай погуляем потом по площади, я еще много натаскать могу, - воодушевился вор своей неожиданной полезностью. - Сделаешь из них пики на воротах, вот потеха будет.

Я усмехнулась, идея действительно была отличная:

- Идея хороша, но если нас за этим поймают, то ни пальцами, ни даже руками не отделаемся, тут уж точно полетят головы.

- Ничего, рискнем!

- Пойдем, поищем драконолога, потом обчистим этих свиней, - согласилась я, заразившись его энтузиазмом.

Библиотека включала в себя несколько залов, соединенных узкими коридорами, и в каждом зале на нас шикали, едва увидев, хоть мы и ни единого слова не сказали. Видимо, даже наш вид внушал нехилые опасения.

- Скажите, где мы можем найти Альмора, знатока драконов? - Ферин перегнулся через стойку к библиотекарше в последнем зале, так и не найдя описанного ему “дядей” драконолога.

- Он уволился вчера, - женщина подняла глаза от пыльной книги и поправила большие круглые очки. - Можете оставить ему записку, все равно он долго без книг не сможет, скоро сам придет. Это уже случалось раньше.

- А где был его отдел, не подскажете? - уточнил вор.

- Читательскую карточку нужно оформить, - она открыла толстый пыльный журнал учета.

- Мы же на одну минутку, красавица, только глянуть, чем он увлекался, хотим подарок купить подходящий на базаре, - Ферин изобразил самую обворожительную, по его мнению, улыбку. - Он мой дядя двоюродный. Я его пятнадцать лет не видел, хочу порадовать чем-нибудь, но не знаю, что ему понравится.

Библиотекарша снова поправила очки, присмотревшись к вору куда внимательнее:

- Ладно, но недолго.

- Туда и обратно, спасибо! Я только книги его гляну.

- Орчанка с вами пойдет в книжный зал, что ли? - возмутилась женщина, увидев, что я иду следом за парнем.

- Орчанка и женщина орка – это разные вещи, - припечатала я, сама себе удивившись. - Я человек, читать умею, не сомневайся.

- Ты бы еще стрелой ей по уху чиркнула для устрашения, как настоящая орчанка, - рассмеялся Ферин, но очень тихо, когда мы вошли в зал. - Ищи книги о драконах, посмотрим, что тут пишут.

Глава 22

Книги-то мы нашли быстро, но толку от этого не было. Все они, украшенные золотым тиснением, изображавшим дракона в полете, были собраны на самом дальнем стеллаже. Но они были на незнакомом древнем языке. Я знала всего два, Мать расстаралась, обучив нескольких еще маленьких воинов не только рунам, но и западному языку, заранее позаботившись о возможных будущих преемниках. Но вот древним, пожалуй, владели лишь единицы.

- Ну и что нам теперь с этим делать? - я взвесила на руке приличного объема талмуд. - Приведем драконолога, чтобы он прочитал ее нам вслух?

- Давай его, для начала, найдем, - пожал плечами Ферин, заглядывая мне через плечо. - Сейчас адрес узнаем, наведаемся к нему в гости.

- Жаль, что книгу взять с собой не дадут, - я положила ее обратно на специальную подставку и вздохнула. - Пойдем.

- Ничего, мы вернемся, если будет нужно, - он тоже вздохнул над книгой, пожалуй, слишком большой даже для него.

На площади было очень людно. Город и так немаленький, а тут еще и торги, так что толпа пестрела не только разряженными людьми, но и представителями других рас. Так что шли медленно, часто оглядываясь, чтобы не терять из виду воинов Гарды, кажется, стекшихся сюда всем своим кланом.

- Слишком их много, - нахмурилась я. - Или что-то затевается, или кого-то ищут, ради кого бросили остальные заказы.

- Но ведь не нас? - осторожно спросил вор. - Сколько там Рут их воинов перебил, когда тебя спасал?

- Да ну, не стали бы они стягивать за нами весь клан из-за двух только что татуированных воинов. Явно не нас ищут. Ну или готовят переносить сюда клановую деревню…

- Даже не знаю, чего больше бояться. - Вор сверился с кусочком пергамента, на котором библиотекарша написала адрес и схематично нарисовала карту, как его найти, - Нам туда.

- Управиться бы до ночи, - я пошла в указанном направлении сквозь толпу, потянув и продолжавшего изучать схему Ферина.

Чем дальше от площади, тем свободнее становились улицы, давая нам хоть какой-то простор для маневра. Каменная мостовая гулко разносила наши шаги, звуки постоянно отражались от стен, дезориентируя. Да и все какое-то яркое, но грязное, запахи непривычные, слишком много окон, отражавших солнце.

- Не люблю большие города, - призналась я, когда Ферин глянул на меня со все нараставшим беспокойством в десятый раз. - Нервируют. Здесь все искажается, даже свет и звук становятся изломанными, ложными.

- К этому быстро привыкаешь, - беспечно пожал плечами вор. - Так, сразу за поворотом на этой улице должно быть два дома, нам в дальний.

Еще от того самого поворота мы увидели немолодого мужчину, упоенно копавшегося в клумбах во дворе за низким заборчиком. Он не обращал внимания на сбившуюся набок соломенную шляпу, на не слишком жаркую погоду, на нас, в конце концов. Просто копался в земле, окучивая еще не распустившиеся кусты роз.

- Здравствуйте, господин Альмор, - обратилась я к нему, облокотившись на заборчик. – Нам тут кое-кто сказал, что вы увлекаетесь драконами.

- Ах ты ж леший! - драконолог вздрогнул и оцарапался о шипы, на землю капнула кровь. - Простите. Что вам нужно?

Он обернулся, глядя на нас с подозрением и настороженностью.

- Ничего особенного. Мы хотим поговорить с вами с глазу на глаз.

Мужчина побледнел, в мгновение ока постарев лет на десять, осунувшись, и с кряхтением поднялся с колен:

- Что ж, это все равно неизбежно… Пройдемте в дом.

Мы с Ферином переглянулись. Вор пожал плечами, но все же пошел вслед за драконологом по утоптанной дорожке.

Альмор открыл скрипучую дверь, явив нам темную прихожую, немного захламленную и пыльную:

- Заходите. Ну и кто же вас послал?

- Мой дядя из Подласки, Бодир, - Ферин вытер ноги о сомнительной чистоты коврик, хоть сам хозяин небольшого двухэтажного дома пошел внутрь в перемазанных землей ботинках.

- Так вас не мэр нанял? - Альмор остановился и посмотрел на нас с куда большим интересом.

- С чего вы это взяли? - удивилась я.

- Он давно грозился казнить меня за ересь, - как-то нервно улыбнулся драконолог. - И как там мой старый друг Бодир поживает?

- Жив и здоров, - ответила я, не дав Ферину и рта раскрыть, а то сейчас нальет ему в уши ведро бесполезного трепа. - Так вы ответите на наши вопросы о драконах?

- Да-да, конечно, проходите, - ученый засуетился, вошел в небольшую гостиную, посбрасывал на пол книги и свитки из кресел, смахнул вазу с засохшими весенними цветами с низкого столика. - Быть может, хотите чаю?

- Нет, мы спешим, - я остановилась посреди комнаты.

- Что ж, тогда присаживайтесь и спрашивайте.

- Начну с главного, - я села в одно из освободившихся кресел. - Дракон забрал мою сестру в качестве дани. Мне нужно знать, что он из себя представляет. И как мне его убить.

- Убить? - мужчина уронил только поднятую вазу. - Простите, зачем убить? Как убить? Этого категорически нельзя делать!

- Слушайте, я все понимаю, вы исследуете драконов, они вам, должно быть, симпатичны, но...

- Да при чем тут я?! Нам всем конец, если не станет последнего дракона! - Альмор нервно поправил круглые очки дрожащей рукой. - Никак нельзя, он – единственное, что отделяет нас от нежити Пустыря. А ведь там, дальше, спуск в земли демонов... Послушайте, прошу вас, не делайте глупостей. Последнего черного дракона нельзя убивать!

- Догадываюсь, за какую ересь вас хотят казнить, - пробормотала я, огорошенная такими новостями. И продолжила уже громко, - Хорошо, если даже и не убью. У меня с ним уговор: успею в гнездо до новолуния, и он вернет мне сестру. Но ведь все равно явится за данью в клан через десять лет. Я не могу этого допустить.

- Уговор с драконом? - мужчина в восхищении прикрыл рот ладонью. - Потрясающе! А из какого вы, простите, клана?

- Веды.

Драконолог бросился к книжному шкафу, занимавшему почти всю стену в комнате. Долго там копался, отбрасывая не угодившие книги, в итоге остановившись на одной, большой и толстенной, почти как та в библиотеке.

- Вот, дайте-ка подумать, - он грохнул книгу на столик, подняв облачко пыли. - Клан Веды...

Мужчина пролистал пол книги вперед, потом назад, потом снова вперед, и делал он это так быстро, что я усомнилась, успевает ли он вообще заметить, что там написано.

В итоге перед нами открылась карта на развороте двух обветшалых страниц. Там были изображены земли нашего королевства, поделенные выцветшими красками на неровные зоны, будто лоскутное покрывало.

- Покажите-ка, где сейчас правит ваш клан?

Я обвела пальцем несколько городов и с десяток деревень практически в центре одной из голубых зон:

- Лет десять назад мы были чуть западнее, потом сместили влияние на восток, отказавшись от одного города.

- Прекрасно, просто великолепно! - Альмор снял очки, потер глаза и снова надел их. - На этих землях обитал синий дракон всего каких-то шестьдесят лет назад. Потом бесследно исчез, к сожалению.

- И как это мне поможет? - я кивнула на открытую книгу.

- Вам? Никак, простите. Просто не могу сдержать свое любопытство, - драконолог смущенно улыбнулся и вернулся к изучению карты. - Ах, если бы мне вновь получить доступ к большой летописи крылатых... Я уделял ей слишком мало времени, к моему огромному сожалению.

- И что тогда было бы? - поинтересовался Ферин, так как мужчина замолчал.

- Я бы попытался выяснить, где гнездо последнего дракона, исходя из его генеалогии. Я всей душой хочу вам помочь в поисках девушки, но без моих книг я как без рук. Память-то уже не та.

Парень воровато оглянулся, будто за нами мог кто-то следить, и жестом ярмарочного фокусника вытащил на свет божий огромную книгу с золотым тиснением в виде дракона из-под куртки.

- Ферин! - как всегда, совершенно бесполезно возмутилась я, но потом осознала, что именно он только что достал, и мое негодование нашло новую цель, - Ферин! И ты молчал, что смог стянуть ее?!

- А вдруг не пригодилась бы? - пожал плечами вор. - Вернул бы обратно…

Драконолог нас уже не слушал, он с восторгом и благоговением погрузился в перелистывание древнего фолианта. Страницы шуршали все громче и быстрее, Альмор склонялся все ниже над ними.

- Придите завтра, - вдруг взглянул он на нас, резко оторвавшись от книги. - Я попытаюсь составить генеалогическое древо последнего дракона, тогда мы сможем хотя бы отмести часть наверняка не принадлежащих ему гнезд. Пока это все, что я могу.

- Я думала, вы и так драконов изучаете, должны бы знать такие вещи, - не удержалась я.

- Нет, ну что вы, госпожа воин, я изучаю их как вид, как древнейшую расу, а не каждого в отдельности. Дракон ведь всего один, и чем меньше о нем знают, тем целее он будет, - пожал плечами Альмор.

- Он прав, если все в действительности так и обстоит с нежитью, - согласился Ферин.

- Вазу поставь, - одернула я его по привычке, сама же задумалась над словами ученого. - Мы зайдем завтра утром. Надеюсь, вам хватит этого времени, потому что у меня его совсем немного.

- Я понимаю, - драконолог кивнул.

По пути к таверне мы с Ферином несколько раз протискивались через сбивавшихся в пары и тройки воинов Гарды. Слишком много их тут было. С другой стороны, раз не ходят по одному в собственном городе, значит, кого-то боятся.

- А точно он здесь?- донеслось до меня от оставшейся за спиной парочки с зелеными татуировками.

- Хрен бы его знал. Сказали, что сюда едет.

- Скорее бы найти этого хмыря… Как он хоть выглядит?

- Хватаем всех Ночи, что найдем, нечего тут думать.

До постоялого двора мы с Ферином дошли, натаскав уже с десяток трофейных кинжалов. Это невообразимым образом поднимало мое испорченное вынужденной задержкой настроение. Еще больше меня порадовал потрясенный взгляд Рута, когда мы с вором начали вытаскивать это добро из всевозможных мест, включая сапоги и пояс платья.

- Вы понимаете, что они нас из-под земли теперь достанут? - степняк запер дверь комнаты изнутри.

- Они и так чего-то всполошились, - беспечно отмахнулся Ферин. - Урывками слышал, что ищут кого-то.

- А я слышала даже больше, - я села за стол в снятой комнате и стала неторопливо выкладывать спертые рунные кинжалы в ряд. - Например, что им нужен Отец Ночи…

Я бросила взгляд на вмиг посмурневшего Рута. Было бесконечно любопытно, что он станет делать сейчас. По-хорошему, он должен броситься на поиски Отца, чтобы защитить его, но тогда орку придется оставить так неосмотрительно взятую надо мной опеку.

- Ну что, принципиальный? - угадал ход моих мыслей Ферин. - Свидимся позже?

- Нет, я поеду с вами, - степняк одернул себя и снова принял такой привычный для нас флегматичный вид. - А они сами-то знают, кого именно ищут?

- Судя по всему, нет. Будут брать всех Ночи, что попадутся им в городе. Но ты ведь знаешь, кто стал новым Отцом?

- Он и не Отец еще вовсе.

- В каком смысле? - я опешила.

- Отца выбрали, но у нас старая традиция, о которой мы не распространяемся. Новый Отец клана, прежде чем вступить в свои права, должен сначала набраться опыта, совершить все самые страшные ошибки в своей жизни, чтобы потом к этому не возвращаться. Для этого он несколько месяцев проводит вдали от клана, осматривает свои и соседние земли, а когда выгуляется, возвращается и занимает свой пост.

- Отличная традиция, - фыркнула я. - Так ты ему не поможешь, раз уж его ищут в Корине?

- Нет, пусть сам решает свои проблемы. Вот только как Гарды могли узнать, что он здесь? Хотя…

- Что? - не выдержала я, потому что Рут, судя по всему, не собирался продолжать.

- Я встретил одного из воинов Ночи, когда мы были в Подласках. Он знал, что Отец в Корине.

- Думаешь, его могли прижать? - я поежилась.

- Думаю, раз они смогли узнать хотя бы город, то этого воина уже нет в живых.

- Вдруг просто подслушали? - Ферин нервно сглотнул. - Не хочется думать, что его пытали…

- Гарды далеко заходят на чужие земли, много видят и слышат, - я выровняла последний в ряду кинжал и подперла щеку кулаком.- Могли и вправду подслушать где-то. Вот что, например, они делали в той таверне на территории Веды? Да и ты тоже, если хорошо подумать.

- У меня были на то причины.

- Постой, а уж не ты ли... - я многозначительно замолчала, дав присутствующим самим додумать.

- Вель, ты сказочница, каких поискать. Или это твой хитрый план выведать имя нового Отца Ночи? Так вот, даже не надейся. Я лично его тебе назову, если хочешь, но не раньше, чем он примет на себя обязанности Отца, - отрезал Рут.

- Значит, тебя все-таки выперли за что-то? - усмехнулась я. - Чем провинился?

- Потерял половину отряда и довел старого Отца с больным сердцем, - буркнул он нехотя. - Да ничего, скоро вернусь, только тебя в гнездо и обратно провожу. - Орк бросил очередной взгляд на рунные кинжалы Гарды. - Спрячьте их, пока никто не увидел. И что насчет дракона? Узнали что-то новое?

- К сожалению, да, - я сгребла трофеи в сумку. - Если драконолог прав, то мы попали в целый государственный заговор. И мне все больше начинает казаться, что он действительно прав... Тогда убить дракона я не смогу.

- Ничего, убьешь в другой раз. Сейчас главное успеть вовремя и забрать твою сестру, - степняк стянул через голову тканую рубашку и стал оттирать ею рисунок с лица.

Римка, до этого равнодушно болтавшая ногами под столом, тут же подхватилась и выскочила из комнаты едва ли не сквозь запертую дверь.

- Ну вот, зря лошадь выбирали, она и сама быстро бегает, - хмыкнул орк.

- Не подшучивай над ней, а то и вовсе сбежит, - одернула я его.

- Да разве ж я обижу ребенка?

- Вот и не обижай,- я вылезла из-за стола и пошла за девочкой, чтобы открыть ей соседнюю комнату.

Но Римка только взяла шетку из сумки и побежала вниз, на конюшню, оставив меня одну умываться и сидеть у окна.

К счастью, свободных комнат на постоялом дворе было две, причем на угол друг от друга, как раз на повороте, потому что сам дом изгибался дважды, строясь вокруг большого колодца. Поэтому я могла одновременно наблюдать через окно и за наглаживавшей свою черную лошадку Римкой во дворе, и за спорящими о чем-то в соседней комнате Ферином и Рутом. При свете пламени от одинокой свечи они выглядели немного зловеще, и будь я мнительной, уже заподозрила бы сговор. Но я в них, почему-то, не сомневалась. Уже было столько возможностей сделать что угодно, от вечно обретавшегося у Ферина моего кошелька и до возможности тихо придушить меня, пока я спала без задних ног, но мои случайные спутники оставались рядом и продолжали помогать мне в безнадежном деле.

- За двенадцать золотых с доплатой, - напомнила я себе с улыбкой.

- За двадцать четыре, - вдруг высунулся в соседнее окно Ферин, услышав меня.

- Уже давно мог забрать куда больше.

- С чего бы?

- Мой кошель постоянно у тебя.

- У нанимателей не ворую, - вор разулыбался и облокотился на подоконник.

- А как насчет скинуть за мою доброту и заботу? - усмехнулась я.

- Ты обещала не торговаться! - так искренне возмутился Ферин, что я не удержалась от смеха.

Который резко оборвался, стоило мне снова опустить взгляд во двор. Около Римки с ее новоиспеченной любимицей стоял человек в пыльном сером плаще с низко надвинутым капюшоном. Он, вроде, ничего и не делал, просто любовался породистой лошадью, но я узнала в свете из окон и характерно выступающие под плащом на спине ножны, и чуть перенесенный на правую ногу вес, и по-особому скрещенные на груди руки.

- Эй, уважаемый, - я перегнулась наружу, хоть он и так наверняка услышал бы, да и давно заметил меня, я уверена. - Не составите мне компанию?

- Вель, ты что? - шикнул на меня опешивший вор.

- С радостью, - мужчина едва бросил вверх взгляд из-под капюшона.

Римка заметила его и обернулась, посмотрела на меня с беспокойством, готовая бежать наверх по малейшему сигналу.

- Все хорошо, погуляй часик, я позову, - махнула я ей.

- Вель, ты с ума сошла? Да как ты можешь? - снова попытался вразумить меня Ферин, но я просто закрыла окно и задернула штору, потому что он продолжал упрекать меня взглядом.

- Здравствуй, Веля, - тем временем уже вошел в комнату мой старый знакомый. - Я надеялся тебя здесь увидеть.

Глава 23

Он расстегнул плащ, бросил его на спинку стула и сел, вытянув левую ногу, давно сросшуюся после перелома, но все еще дававшую о себе знать.

- Торий, я тебя уже два года не видела, - я обняла брата моего наставника, неизменно надиравшего мне задницу не меньше самого учителя на протяжении многих лет. - Будто в детство попала.

- И вправду, Веля, ты как ребенок кинулась за этим проклятым драконом с голыми руками, - упрекнул он, сдавив меня в объятьях. - Какая же ты еще маленькая.

- Он Лану забрал. Разве я могла отступить?

- Никогда, - Торий отпустил меня и выудил из-за спины охапку стрел с приметным белым оперением. - Держи. И давай меч наточу, а то у тебя руки из... Впрочем, в последнее время ты как-то сама справляешься.

Он смотрел на меня с лукавым прищуром, давая понять, что все-то обо мне знает, но оставив мне право промолчать.

- Не сама, со мной воин Ночи, - покаялась я, отчего-то почувствовав себя виноватой за это.

- Поговаривают, что и союз не за горами.

- Он обещал замолвить словечко, - я села на второй стул и тяжело вздохнула. - Ты сам как? По делу в Корине или просто Гарды дразнишь?

- За тобой приехал, как только Мать разослала указания тебе помогать. Васий подсказал, куда ты припустила.

- Спасибо, - я пожала его руку на связке стрел и взяла их, забросила в свой колчан. - Надолго здесь?

- На часик, как и позвала, - усмехнулся он. - Передать что-нибудь Матери?

Я тут же выудила из сумки кусок пергамента и уголь:

- Ей это совсем не понравится...

Через обещанный час, только когда осмотрел все мое оружие и отвесил подзатыльников за выщербленное лезвие ножа, Торий забрал письмо и вышел с постоялого двора. Я распахнула окно и свистнула Римке, чтобы шла в комнату, а сама долго еще смотрела с тоской вслед старому другу, уехавшему в ночь.

- И ведь даже татуировки не скрывает, - фыркнула я.

За ужином Ферин и Рима игнорировали меня с самым оскорбленным видом, даже отворачиваясь, если я к ним обращалась.

- Хорошая лошадь. Что за порода? - я оставила попытки разговорить вора с девочкой и повернулась к Руту.

- Степная ездовая, - орк, в отличие от них, вел себя, как и раньше. - Выносливая, да и низкорослая, в самый раз на первое время.

- Твоя тоже степная, а в холке, как моя Хель с ушами, - возмутилась я.

- Тоже, - не стал спорить он, - но боевая, а не ездовая. Ты бы видела, каких ломовых лошадей выводят орки.

- Хм, - я вернулась к еде, но надолго меня не хватило. - Да что с вами такое?

- Ты падшая женщина! - выпалил Ферин, видимо, тоже с трудом сдерживавший себя от беседы со мной.

Я поперхнулась.

- Вот так запросто позвала к себе первого встречного, незнакомого мужчину, - продолжал вор, воодушевленный тем, что я покраснела как маков цвет, хоть и от застрявшего в горле куска, а не от лишней скромности и стыда.

Я предупреждающе подняла указательный палец, вынудив этого поборника морали заткнуться, и откашлялась.

- Во-первых, далеко не первого встречного, я уже почти две недели в пути,- наконец ответила я, глотнув воды. - Во-вторых, я его с детства знаю. Есть еще претензии?

Мне уже просто из принципа захотелось утереть нос, который Ферин совал не в свои дела.

- Но... Как же так? Даже если у тебя и нет жениха, ты все равно не можешь вести себя как матрос в порту, - вор не желал сдаваться так легко.

- Почему нет? - я отодвинула тарелку и облокотилась на стол. - Давай, убеди меня, что я не права.

- Просто нельзя так.

- А матросам, значит, можно? Чем я хуже?

- Ты ведь лучше, в том-то и дело.

И сказал он это так печально и уже неуверенно, что мне стало совестно.

- О Судьба милостивая, меня поучает вор, - я поднялась из-за стола и пошла наверх, а то еще убедит ненароком.

Но стоило мне ступить на второй этаж, как меня обогнала Римка. Девочка встала передо мной, загородив дорогу, и с упреком смотрела исподлобья.

- Что, и ты туда же? - я устало вздохнула, потрепала ее по взъерошенным коротким волосам и прижала к своей груди, шепнула, - Успокойся, это был мой старый друг из клана, он просто привез мне стрелы. Никто на мою бесценную честь не посягает, спи спокойно.

Рима вынырнула из-под моей руки и уже не так обиженно, но все еще недовольно кивнула на оставшихся внизу мужчин.

- А этим я и даром, и с доплатой не нужна, - я махнула рукой и пошла в комнату.

Наутро сложнее всего оказалось восстановить оркский рисунок на лице. Как бы я ни старалась, размазывая краску из маленькой баночки, получалось не то. Римка, живо одевшаяся в полюбившееся ей платье раньше меня, да и расчесавшаяся гребнем за секунду, теперь сидела напротив и наблюдала за мной едва ли не с завистью.

- Нет, это не рисунок, а пытка. Что думаешь?

Девочка помотала головой, почесала кончик носа и указала на открытое окно, за которым виднелась соседняя комната.

- Точно. Рут! - я пересела на подоконник и постучала в стекло. - Выручай, ты мне срочно нужен!

Степняк открыл окно, столкнулся со мной нос к носу и пару секунд пытался сообразить, что это явилось перед ним в рассветном слабом свете. А потом заржал самым бессовестным образом.

- Помоги лучше сделать это правильно, пока всех постояльцев не перебудил, - шикнула я на него и протянула злополучную краску.

- И где ж сейчас твои умения? - орк тоже сел на подоконник, снял с шеи мокрое полотенце и стал оттирать с меня особо выдающиеся загогулины. - А то стрелы ядовитые тебе сделать, как раз плюнуть, а красоту навести сама не можешь.

Рука у моего лица замерла на мгновение, и вдруг Рут схватил меня за щеки и потер их, причем довольно ощутимо.

- Эй! Ты что делаешь? - возмутилась я.

- Это была месть. Бессовестная, грязная месть, - снова рассмеялся он. - Не бойся, под краской не будет видно следов.

- Меня сложно испортить еще больше, - я ударила его по руке и зажмурилась от греха подальше. - Рисуй уже, и пойдем.

- Ну, твоему вчерашнему старому знакомому все нравится, так что не прибедняйся. - Вместо мокрой ткани по коже мазнула уже краска.

- Я за чужой плохой вкус не ручаюсь, - я усмехнулась, поняв, что поборников морали у меня оказалось аж трое, так что дразнить мне их и дразнить еще, и собрала свободной рукой косички в охапку, чтобы и им не досталось странной бледно-серой краски за компанию. - И вообще, давай попроще и побыстрее, нам к драконологу скоро идти.

- Так не пойдет, халтура сразу бросится в глаза.

- Почему? Хотя, то, что я сама нарисовала...

- За это над тобой каждый встречный орк ухохатывался бы. Не знаю, как это вышло, но ты нарисовала бранное слово, - Рут снова фыркнул от смеха. - Не вертись.

Я замерла, нетерпеливо постукивая пальцами по оконной раме, за которую держалась:

- А что за слово?

- Помолчи, мешаешь же.

Закрутив косички под платок, я вышла из комнаты уже совсем непохожей на воина, как и Рут, без проблем подражавший своим диким сородичам. Он даже демонстративно хлопнул меня по филею, когда мы проходили через таверну. Меч и кинжал пришлось оставить Ферину, поклявшемуся глаз с них не спускать и даже не выходить из комнаты. И все равно мне было неуютно без них, как без... как без оружия вовсе! Ничто другое в сравнение не шло, без любой другой вещи я могла обойтись.

- Не дергайся, ты привлекаешь много внимания, - одернул меня степняк, когда мы с ним проходили мимо торговой площади.

Я поняла, что постоянно шарю рукой по поясу в том месте, где обычно у меня пристегнут кинжал, и опустила ее:

- Тебе легко говорить, а я чувствую себя беззащитной. Это хуже, чем голой, - я с завистью посмотрела на его тесаки.

- Хуже, согласен, - усмехнулся Рут. - Я же рядом, не переживай. И у тебя еще есть лук, если мне ты не доверяешь.

Я покрепче вцепилась в локоть орка, проклиная снующих в толпе воинов Гарды последними словами. И сама не заметила, как начала злорадно улыбаться при виде пустых ножен на ремнях некоторых из них.

Дорогу до дома Альмора я помнила неплохо, так что нашли мы его быстро. А вот самого драконолога не было ни видно, ни слышно. Я стучала трижды, и даже громко представилась, помня его опасения насчет наемников мэра, но дом продолжал отвечать нам абсолютной тишиной.

- Что-то не так, - Рут толкнул дверь посильнее, и она открылась. - Пойдем.

Я взяла стрелу наизготовку и бесшумно шмыгнула в полумрак коридора первой. Степняк тихо прикрыл за нами дверь и проверил кинжал, спрятанный за пазухой, но руны молчали. Да и откуда взяться нежити посреди города? Это уж скорее просто привычка.

Войдя в уже знакомую гостиную, я замерла и прислушалась. Что-то было на самом краю слышимости, но я не могла понять, откуда доносится шуршание.

- Ну и где твой ученый? - степняк бегло осмотрелся в зале с книжными полками и немного успокоился.

- Тсс, - я чуть присела и махнула Руту остановиться, услышав едва различимое копошение откуда-то сверху, на ведущей на второй этаж лестнице. Она почти не была видна из комнаты, только самый конец.

- Лекарствами сильно тянет. И гарью, - орк живо толкнул меня к стене и встал рядом. - Он один тут живет?

Меня аж передернуло от знакомого по пепелищу мерзкого запаха:

- Не знаю. Давай наверх, - я выглянула из-за угла вместе с натянутым луком, - я прикрою и следом.

- Лучше снаружи подожди, - так же шепотом ответил он.

- Ага, сейчас, - фыркнула я. - Оставлю тебя одного тут, размечтался.

Донесшийся треск пламени заставил нас оборвать бесполезные препирательства и опрометью броситься наверх, откуда уже потек едкий дым.

- Это же Альмор! - я сразу за поворотом лестницы едва не споткнулась о лежавшего на ступенях мужчину. Причем лежал он головой вниз, будто пытался ползти, но не смог осилить спуск.

- Он еще жив? - Рут тут же подхватил драконолога.

- Не знаю, не трогала, - я метнулась обратно в зал, ища глазами ценную книгу с золотым тиснением в виде дракона. - Ее здесь нет, той книги! Она, наверное, наверху!

- Куда, дура?! - успел окрикнуть меня степняк, уже стоя в дверях с Альмором, закинутым на плечо, но я только рукой махнула, забросила лук за спину и взбежала по устланной темным дымом лестнице.

Горела вязкая черная лужа посреди спальни, занавеска, угол кровати, дым от них стоял коромыслом. А рядом валялись с пяток пузырьков от лекарства, уже пустых. Я прикрыла локтем нос и рот и стала шарить по ближайшим полкам. Книги, такой большой и заметной, как назло, нигде не было, зато уже начало резать глаза, да и кашель душил все сильнее.

- А ну выметайся отсюда! - меня за локоть схватил Рут, приближения которого я даже не услышала за треском пламени.

- Альмор? - я замерла на секунду.

- На улице, жив, - степняк потянул меня к выходу.

- Я не уйду без книги, - я вырвала руку из его захвата и метнулась к следующей полке, сбрасывая с нее на пол все, что не подходило под размер драконьих книг.

- Вель, прекрати, - Рут поймал меня и развернул к себе. - Сгоришь ведь, дура! Этот огонь не призрачный!

Я оглянулась. Уже вовсю горело не только пятно и угол кровати, но и часть ковра, столик в углу, две полки.

- Я не могу, я не найду дракона без этой чертовой книги, - я снова рванула руку на себя. - Уходи, не мешай мне...

Договорить я даже не успела, потому что Рут просто схватил меня и забросил к себе на плечо. Я мотнулась головой вниз, едва успела подхватить и зажать подмышкой посыпавшиеся из колчана стрелы и ухватилась свободной рукой за спинку кровати, мимо которой меня несли. А почуяв слабину, так как, видимо, разорвать меня пополам орк не планировал, и потому остановился, я крутанула колчан поудобнее и потянулась освободившейся рукой ниже. В этот же момент Рут понял мой маневр и сделал шаг, так что в руке у меня оказалась только подушка.

- Да стой же ты! - крикнула я, увидев, что лежит под стянутой подушкой, - Вот та самая книга!

- Бери, - степняк присел, дав мне возможность забрать фолиант, после чего сбежал вниз по лестнице так быстро, что я все ребра пересчитала о его наплечник.

- У меня Хель, когда обидится, так трясет, - зачем-то ляпнула я.

- Значит, тебе не привыкать, - Рут вышел во двор и просто сбросил меня на землю, как мешок, рядом с Альмором.

Я ойкнула от неожиданности, но книгу не выпустила из рук.

- Пойдем, мы здесь как суслики торчим посреди двора, прямо на виду из всех окон, - он водрузил на мое место драконолога и пошел прочь со двора. - Скоро все Гарды будут здесь.

Я без лишних слов поднялась и пошла за орком, оглядываясь и не выпуская конец лука из руки.

- Та хоть книга? Или зря жизнью рисковала? - оглянулся на меня Рут спустя минуту.

- Не сказать, чтоб рисковала, - я чуть отстранила книгу, рассмотрев, наконец-то, как следует. - Нет, это сборник народных песен драконов…

Орк остановился и развернулся так резко, что Альмор мотнулся на его плече, как тряпка, а я едва не врезалась ему в грудь.

- Вель, я тебя сейчас убью.

- Это она, - я развернула фолиант обложкой к нему. - Я просто пошутила, а то ты так злишься, будто действительно меня сейчас этой книгой отлупишь.

Рут выхватил книгу из моих рук и замахнулся. Я не тронулась с места.

- Вот ведь… клановый воин, мать твою, - он выдохнул и легонько стукнул меня драконьей летописью по голове.

- Пожалуй, заслужила, - я забрала книгу обратно и пошла вперед. - Но тебя там никто не держал, я бы нашла ее и спустилась.

Орк снова отобрал книгу и стукнул меня по голове:

- Ты этой частью тела все равно не пользуешься, так что не жалко.

На краю площади мы остановились. Дальше было слишком много людей, чтобы незаметно пронести бессознательное тело.

- Ну и что мы будем делать? - я осмотрелась и вернулась в тень у стены.

- Можно пройти по окраине, - Рут посмотрел на столб дыма, от которого уже доносились крики и звон пожарного колокола. - Вот и скажи, что ты не предвестница пожара...

Мне нечего было на это ответить, поэтому я просто пожала плечами.

- Ладно, давай назад, здесь у нас нет шансов, - признала я спустя пару минут, так и не сумев привести Альмора в себя. - До таверны еще четыре улицы.

- Пять, если быть точнее, - раздалось сверху. - И вами уже заинтересовались Гарды.

Я задрала голову на знакомый голос и вздохнула с облегчением. Над нами из окна торчал Торий, всматриваясь в пеструю толпу на базарной площади.

- Двое идут сюда, - продолжал он, ненавязчиво натянув капюшон чуть ниже. - Заходите, пока не попались, вам незачем устраивать здесь разборки.

- Быстрее, - я прижала к груди бесценный фолиант и открыла дверь трехэтажного каменного дома, под стеной которого мы и сидели.

Рут на этот раз понес драконолога перед собой, чтобы не посшибать его головой углы, и все равно зацепил пару раз перила узковатой винтовой лестницы.

- Так вот он какой, твой воин Ночи, - Торий ждал нас у открытой двери, подперев плечом откос.

- Позже познакомитесь, - я проскочила мимо него и открыла дверь шире.

- Так вот он какой, твой старый знакомый, - не промолчал и орк, - а я уж думал, что у меня конкурент появился. Ошибся.

Альмора мы уложили на широкую кровать в самом дальнем углу комнаты. Мужчина тяжело дышал и весь уже покрылся холодным липким потом.

- Так, брысь, не мешайте,- Торий потеснил нас и сел на край кровати. Он пощупал пульс, проверил дыхание, заглянул под веки и в рот пострадавшему, и пришел к неутешительному выводу. - Отравление, причем сильное. Скорее всего, снотворными каплями, если верить запаху.

- Да, там валялись темные склянки, - кивнул Рут.

- Нужно промыть желудок. Веля, неси воду и таз с первого этажа. Найдешь на кухне, - скомандовал Торий.

Я сунула книгу в руки орку:

- Иди на постоялый двор, я дам знать, когда драконолог придет в себя. Уедем, как только сможем.

Степняк хмыкнул и остался стоять на месте, с недоверием глядя на моего соклановца.

- Нужно поторопить Ферина и Римку, - напомнила я об оставленных в таверне друзьях, видя его заминку. - Книга у тебя, значит, я не сбегу одна, если ты об этом думаешь.

Рут усмехнулся, но как-то совсем невесело, и вышел из дома, спрятав драконью летопись за пазухой. А я бросилась выполнять команды Тория.

Глава 24

Альмор открыл глаза лишь после того, как мы влили в него с полведра воды, а я сунула пальцы в его глотку и надавила на корень языка. Сначала его долго и упорно рвало с короткими перерывами на беспамятство, потом он стал тихо, но очень убедительно просить убить его, чтобы не мучился, и лишь после пятого вынесенного мною таза драконолог смог сесть и посмотрел на меня уже вполне осмысленным взглядом.

- Что произошло? - я села на стул напротив него. - Мы нашли тебя на лестнице уже без сознания.

- Точно не помню. Зашли трое, скрутили меня и вливали какое-то снадобье в горло, прямо как вы только что воду, - на этих словах его снова скрутил рвотный позыв. - Потом они бросили меня в комнате наверху, вылили кровь земли и подожгли ее.

- Кровь земли? - на мой стул сзади оперся Торий.

- Да, это такая маслянистая черная вода с дурным запахом, ее из земных жил получают, - пояснил Альмор. - На меня всегда лекарства слабо действовали, так что я смог еще скатиться с кровати и пополз к лестнице, но там окончательно обессилел.

- Мэр их прислал, верно? Что ж он публично казнить боится? Пожар вон организовал, - я похлопала мужчину по щеке, чтобы он снова не потерял сознание.

- Ереси о драконах в наших законах не прописано, поэтому и официально вынести мне приговор мэр не может. Трижды увольняли из библиотеки, но потом назад звали, потому что этот отдел никто, кроме меня, не знает и прочесть не может.

- Вот и решил подстроить несчастный случай?

- Боюсь, что книга о драконах сгорела, - он меня даже не услышал, продолжая смотреть перед собой. - Утеряно столько бесценных знаний…

- Мы забрали книгу, она уцелела, - я поднялась и взяла свой лук со стола. - Но прочитать ее сможешь только ты. Проводим тебя до следующего города, здесь оставаться опасно. Надеюсь, в доме не было ничего слишком ценного? Вряд ли его смогли потушить вовремя.

- Нет, не осталось, у меня все равно не было ничего, о чем бы я мог жалеть. Госпожа воин, - Альмор поднял на меня взгляд, - а можно я с вами к дракону поеду?

Я замялась, не зная, как помягче ему намекнуть, что он не в том состоянии, чтобы ехать.

- Я не доставлю хлопот, честно, - мужчина будто прочитал мои мысли. - Мне уже намного лучше. А в пути я смогу переводить для вас книгу…

- Ты так обрастешь спутниками, как репьем, - усмехнулся Торий.

- Сама себе удивляюсь. Ладно, посмотрим, что можно сделать. Только лошадь еще одну надо взять, - я тяжело вздохнула и вышла на лестницу.

Поднявшись на крышу, я осмотрелась. Все-таки, город был для меня слишком большим. Много людей, много звуков и запахов, сбивающих с толку. И все дома похожи друг на друга. Хотя, улочки с небольшими домами, крытыми черепичными крышами, перемежались с такими вот высокими каменными строениями, где люди жили практически как на постоялом дворе, имея лишь комнату.

Я вылезла через чердачное окошко на скат крыши и присела в тени дымохода, одного из многих. Постоялый двор был далеко, но все же виден. Да и окна снятых нами комнат как раз выходили на эту сторону.

Из своего лука я попадала точно в яблочко с двухсот пятидесяти локтей. В ближний к центру круг – с трехсот. Вообще по мишени – с четырехсот. Окно примерно, если на глазок, а он у меня довольно точный, почти в пятистах локтях от крыши. Чуть меньше. Ветер дует ровно мне в спину, это хорошо. Плюс руны на плечах лука, увеличивающие упругость дерева, силу выстрела и точность.

- Надеюсь, никого не прибью случайно, - пробормотала я себе под нос и достала из-за пояса кусочек пергамента и уголек, взятый со стола у Тория.

Нацарапав пару слов, я обмотала записку под наконечником стрелы и положила ее на тетиву. Натягивать пришлось до жалобного скрипа дерева, зато стрела воткнулась аккурат в подоконник нашей комнаты. Из окна спустя мгновение высунулась встрепанная голова вора.

Довольная собой, я вернулась к страдающему драконологу и вновь села напротив.

- Надеюсь, ты умеешь ездить верхом. Мы выезжаем через час. Хочешь до драконьего гнезда – отговаривать не стану, твое право. Но напоминаю, что мы очень спешим.

- Не смотрите на мои годы, - горько усмехнулся Альмор. - Я неплохо держусь в седле и не буду вас обременять.

- Отлично, - я хлопнула себя по коленям. - Тогда час на сборы. Если, конечно, нужно что-то собирать…

- Я приведу лошадь, - Торий потрепал меня по плечу, накинул плащ и вышел.

Я тяжело вздохнула, прямо с надрывом. Принципиальный степной орк, высокоморальный вор, немая девочка-травница, а теперь еще и пожилой ученый. Отличная у меня подобралась компания для спасения сестры, а возможно, что и страны заодно.

- Простите, госпожа воин…

- Велия. Просто Велия, на «ты», - перебила я Альмора.

- Гм. Полагаю, в моем доме искать уже нечего, но часть моих вещей осталась в коморке в библиотеке, я был бы счастлив их забрать…

Ферин лил слезы в три ручья и заламывал руки так правдоподобно, что даже меня проняло, а уж библиотекаршу и подавно.

- Как же так? - причитал вор, утирая мокрое лицо пыльным плащом, - Только встретил дядюшку, а его уж и нет в живых!

- Быстрее, прошу вас, а то меня выгонят с работы, - переминалась с ноги на ногу на пороге сердобольная женщина.

- Хоть будет, что похоронить, - продолжал надрывно всхлипывать Ферин, складывая вещи драконолога в мешок. - А то ж и тела-то не осталось, подчистую все сгорело! Ох, горе мне, горе! Дядюшка мой родимый!

- Поторопись, - я легонько пнула его. - А то опоздаем… на похороны твоего драгоценного дядюшки. Нам еще коня… гроб забрать.

- Гроб? - удивилась библиотекарша. - Так тело же все сгорело…

- Вещи в нем похороним, - скрипнула я зубами. - Не видите, что ли, горе у человека. А вы напоминаете. Быстрее, Ферин.

- Уже, сестрица, почти собрал, - вор в последний раз шумно высморкался, по-моему, в рубашку Альмора, и захлопнул шкаф. - Пойдем, отдадим ему дань памяти.

- Сапоги, - шепнула я, кивнув на коврик под вешалкой.

- Сапоги моего дорогого дядюшки! - Ферин картинно рухнул на колени, - Сколько ж великих дел он в них натворил! Сколько он в них по большой дороге отходил! Пусть и в последний путь в них едет!

- Идет, дурень, - шикнула я.

- Поедет в гробу, - огрызнулся вор, на мгновение выйдя из образа.

Я не выдержала, подхватила обувь, пока Ферин ее не облобызал для доставерности, и вытолкнула его за дверь, обернулась к работнице библиотеки:

- Спасибо, мы вам очень обязаны. Мы любили дядюшку.

- Мы все его тут любили, - замялась она, поправляя толстые очки, - и если бы только не его ересь, работал бы с нами еще очень долго… Мне жаль, что он погиб.

- Я ему передам, - кивнула я, но спохватилась под испуганным взглядом, - если встречу на том свете когда-нибудь.

- Ну ты и дала маху, - хихикнул вор уже снаружи.

- До твоего спектакля мне далеко, - я ухватила его под руку, почти привычно прижав боком свое оружие, да и кошель, мирно висевшие на поясе Ферина. - Идем быстрее, пора убираться из этого гадюшника.

- Может, еще пару кинжалов у воинов Гарды сопрем? - деловито предложил он, увидев вышеозначенных людей впереди.

- Не вздумай, они и так уже злые, как тысяча бесов, трясут всех подозрительных. К тому же, мы их вчера обчистили, ножны-то пустые, - хихикнула я.

До дома Тория пришлось идти самыми дальними дворами, чтобы отделаться от увязавшегося следом слишком внимательного воина Гарды, зато теперь голенище сапога все-таки грел еще один вражеский кинжал, заставляя улыбаться все шире. Кинжал, между прочим, мы не украли, а получили самым честным образом.

- Чего такая радостная? - удивился Торий, открыв нам дверь.

- На одного Гарды меньше стало. Поедешь с нами до следующего города?

- Нет, я спешу к столице, если в клан не затребуют. Мать собирает отряды для прочесывания трактов. Или тебе нужна помощь нормального воина? - он кивнул на разбиравших принесенные вещи Ферина и Альмора.

- Все нормально, у меня же есть Рут, - усмехнулась я.

- Осторожнее с этим, Веля, он все-таки Ночи, - Торий покачал головой и потрепал меня по макушке.

- Я помню. Все равно не могу от него отделаться, так что держу поближе, - почти соврала я.

- Умница, - Торий одобрительно похлопал меня по плечу. - Всегда держи врага на виду.

Я махнула рукой, не начиная спор. Мы с Рутом столько прошли вместе за две недели. И то родство, что между нами появилось в сражении плечом к плечу, сложно объяснить тому, кто ничего не знает об этом более чем странном степняке.

Практически перебежками я в который уже раз за день добралась до постоялого двора и помогла Руту седлать оставленных лошадей, пока Римка быстро распихивала свои вещи по непривычным ей седельным сумкам.

- Готова? - я дождалась ее кивка и подсадила на лошадь, пока еще слишком высокую для девочки.

- Сама-то готова, все трофейные кинжалы попрятала? - Рут точно так же подбросил меня на Хель, стоило только мне отвернуться, хоть я и брыкнула его от избытка чувств за это.

- Я сама отлично справляюсь, - я наклонилась и хотела еще и оплеуху ему отвесить, но орк легко увернулся.

- Как ты такая мелкая вообще сама до стремени достаешь? - поддел он с улыбкой.

- Для человека я довольно рослая, - не согласилась я.- И вообще, ты меня уже несколько дней дразнишь по любому поводу. По Параске соскучился, что ли?

- Ну, Вель, блин, я только забыл, а ты опять напоминаешь, - возмутился Рут.

Выезжали мы своей странной компанией в сопровождении Тория только в сумерках, держась поближе к городской стене, по самым окраинным улочкам. И все равно было как-то тревожно. Слишком активно Гарды искали Отца Ночи в Корине. Слишком много их тут собралось.

- Может, останешься и поможешь своему новому Отцу? - я поравнялась с Рутом, хоть особо и не рассчитывала его уговорить.

- Еще раз спросишь, заставлю выпить это залпом, - он с самым решительным видом продемонстрировал мне бурдюк оркского чая.

- Молчу, - я примирительно подняла руки перед собой. - Ты кого-нибудь из своих видел здесь?

- Да, обменялись новостями.

- Слушай, а как ты умудряешься найти своих соклановцев в каждом городе так, что я никого из них ни разу не видела? - поразилась я.

- Может, клан Ночи просто чуть скрытнее, чем Веды? Это твои товарищи выскакивают из-за каждого угла и бросаются со всеми обниматься, - фыркнул степняк.

- Неправда, - буркнула я. - Ладно, что узнал?

- Нежить прошла двумя большими волнами, как мы и просчитали, выкашивая западный тракт. Некромантов сейчас днем с огнем не сыщешь, всех созвали ко двору. Сама понимаешь, чем они там занимаются...

- Слушайте, мне одному кажется, что нам тут надо было к ткачихе заехать? - вклинился между нами Ферин, задумчиво вертя в руке яблоко. - Вон и лавка как раз...

- Да нет, кто-то нам говорил, что в Корине есть ткачиха, которая все сплетни с королевского двора знает, - я тут же отвлеклась от разговора и тоже припомнила что-то такое.

- Эй, уважаемая! - вор подъехал и постучался в закрытые ставни, через которые робко пробивался тусклый свет.

- Чегой это вам так поздно надо? - распахнула окно ворчливая даже на вид женщина.

- Звать вас как, уважаемая? - полюбопытствовал Ферин.

- Любка я, ткачиха местная.

- Любка ткачиха, - пробормотал он эхом. - Точно! Вспомнил! Мы от Агини! Это такая милейшая старушка, чей дом пострадал от нашествия плакальщиц за Подласками.

- Свояченица моя, ага, - заулыбалась ткачиха. - А чего от меня надо-то, милок?

- Сплетни надо, бабуля, - вор оперся о ее подоконник и протянул женщине яблочко, прошлогоднее, конечно, но все равно аппетитное. - Что это там во дворце так нечисто, что нежить разгулялась, будто у себя на Пустыре?

Ух, как она рассказала, всему двору икалось, наверное! Если верить словоохотливой старушке, чья племянница дружит с троюродной сестрой внучки старшей кухарки во дворце, то творилось при дворе такое, что волосы на голове шевелились от ужаса.

Но если отсеять половину явных и наглых домыслов, то по всему выходило, что западный тракт собирались отселять уже давно, потому как земля быстро беднела от трупного яда, которым нежить с Пустыря щедро сдабривала всю округу. Но министр торговли и главный советник короля предложили решение куда интереснее, позволявшее не только не раздавать земли переселяемым гражданам, но и избавиться от влияния кланов. А под ткацкие фабрики и отравленная земля пойдет, не страшно. Разумеется, такая инициатива пришлась всем по вкусу, а мелочи, вроде сопутствующих потерь среди населения, сочли несущественными.

- Так что езжайте вы обратно на восток, нечего там делать дальше, - она махнула в сторону зашедшего солнца. - Только столица, разруха, нежить, степь да горы.

- Мне в горы и надо, - я решительно повернула Хель. – Так что придется ехать через столицу, разруху, нежить и степь. Может, вы и дракона видели?

- Видела, отчего ж нет, - Любка подперла щеку кулаком. - Ровнехонько на столицу полетел, милая. А в лапе его еще девица верещала, что это нечестно, да и полное свинство с его стороны, след сбивать. И чтоб забыл про туфли какие-то проклятые, что она в гнездо скорее хочет.

Я решительно приписала это в ее домыслы, а вот направление стоило проверить.

- У кого-нибудь дальше по тракту еще спросим, куда дракон летел, - угадал мои мысли Рут. - Поехали.

- Да вам все коринцы подтвердят, что я не вру, - заверила ткачиха.

- Спасибо, уважаемая! - Ферин махнул ткачихе и подцепил лошадку Римки под узду, потому что девочка все время ее роняла с непривычки, отвлекаясь.

На воротах воинов Гарды было столько, что из их кинжалов можно было частокол поставить, они ходили с факелами туда-сюда, то проверяя городскую стражу, то цепляясь к редким прохожим.

- Проскочим? - неуверенно глянул на меня Ферин.

- Проскочите, не сомневайся, - усмехнулся Торий. Он подъехал ко мне вплотную и чуть наклонился, чтобы никто больше его не услышал, - На подходах к столице есть маленький городок Лира, мимо не проедете, он прямо на тракте стоит. Там сейчас четверо наших, я кину им весточку, что ты едешь, они тебя встретят.

- Спасибо.

- Береги себя, тебе еще кланом править.

- Да поцелуй ты уже его, и поехали! - буркнул ждавший в двух шагах от нас Рут.

- Ты тоже не пропадай, - я привстала в стременах и действительно чмокнула в щеку старого друга. Хотя, с учетом низкого капюшона, вполне сошло за то, что я последовала совету орка, если судить по наступившей гробовой тишине за спиной.

- А зависть – порок, - отсалютовал Торий степняку и пришпорил лошадь, пуская ее напролом через пост стражи на воротах.

- Самоубийца, - то ли восхитился, то ли возмутился Ферин, глядя ему вслед.

- Скорее уж мой герой, - фыркнула я, прекрасно зная, что он не только прорвется, но и уведет как минимум половину воинов Гарды в ночь за воротами. В том, что его племенного жеребца Грома не сможет догнать никто, я была уверена, ему не было равных по скорости, он и Хель обходил, как стоячую.

- Пробились бы и так, - хмыкнул Рут, но спорить не стал, просто прижал немного боком лошадей Римки и Альмора ко мне так, чтобы они оказались прикрыты, - Не отставайте.

- Зависть – действительно порок, - поддела я.

Торий красиво вклинился в заграждение, раскидав растерявшихся стражников, как тряпичных. Гром встал на дыбы, подсвеченный факелами, будто адский конь самой богини Смерти, и рванул в ворота темным росчерком, тут же пропав из виду.

- Хорошо пошел, - присвистнул Ферин.

Воины Гарды, всполошенные, застигнутые врасплох, орали на нерасторопных стражников и скорее выводили лошадей.

- Не то слово, как хорошо, - вздохнула я, жалея, что Хель и Гром не поладили в табуне, иначе я вполне могла бы получить на будущее такого же быстрого жеребенка.

Глава 25

Через всполошенные и отвлеченные ворота мы вылетели как пробка, только добавив суматохи, и мгновенно растворились во тьме. Все-таки, выехать – не въехать, снаружи уйти от погони куда проще.

- Жаль только не спросили про дракона еще и у стражи, уж они-то наверняка проследили со смотровой башни, куда он летел, - вздохнул Ферин.

- Хочешь вернуться и поговорить? - я кивнула на гнавшихся за нами стражников под предводительством воина Гарды.

- Не особо, если честно, - смутился парень.

- Тогда посторонись немного, - я подождала, когда вор чуть отъедет, дав мне пространство, хлопнула Хель по шее, чтобы она перешла на гладь, и шустро развернулась назад в седле.

- Что ты делаешь? - Ферин хотел уже подъехать и подхватить брошенные поводья Хели, но я показала ему кулак, вполне отчетливо видимый в сгущавшихся сумерках.

- Не мешай ей, - одернул вора и Рут, понимавший, что я делаю.

Я сняла лук, накинула две стрелы с чуть разным оперением, свою и одну из тех, что принес Торий. Первая всегда летит прямо, как по струне, а у той, что короче на палец, я отщипнула часть пера с одной стороны, так она сойдет с прямой траектории.

Как я и планировала, упали сразу двое: воин Гарды и стражник, что ехал прямо за ним, чуть выступая вправо. Другие остановились сами, решив не связываться.

Привал устроили только под утро, свернув в лес к ручью. Я, наконец, содрала с себя дурацкое оркское платье, натянутое поверх доспеха, и смыла краску с лица, вернув себе приличный вид воина Веды. А Римка категорически отказалась расставаться с орочьим нарядом, да и мое платье свернула и спрятала в сумку, чтобы я его не сожгла, от греха подальше. Ферин вертел в руках вновь неизвестно как спертую на посту палицу, а ведь мы даже не останавливались, Альмор просто лежал плашмя на земле, пытаясь не умереть от непривычной усталости, а Рут ковырял палкой в костре с самым мрачным видом.

- Мы оторвались, все в порядке, - напомнила я, тоже сев к огню.

- Передадут дальше по тракту с почтовыми соколами, нас теперь будут куда внимательнее досматривать на въезде. Стоит сделать крюк окольными дорогами.

- Дальше нейтральные города. Искать будут трех людей и двух диких степных орков, если ты забыл, - я снова потерла лицо, хоть оно уже и было чистым. - Разделимся, войдем в два присеста.

- Тебе шел рисунок, - покосился на меня степняк.

- Ага, особенно тот, что я сама нарисовала, - прыснула я. - Не смеши, из меня орчанка, как из тебя доярка…

- Орчанка и женщина орка – это разные вещи, - напомнил Ферин с другой стороны костра, отложив чужую палицу.

Видимо, посмотрели мы на него совсем одинаково, потому что вор стушевался, смущенно поскреб лохматую макушку и поднялся:

- Схожу-ка я за хворостом, что ли…

- Сходи, - я бросила на него еще один полный обещаний медленной смерти взгляд и тоже поднялась, чтобы накрыть плащом уснувшего Альмора.

Римка, сидевшая рядом с ученым, клевала носом, но упорно делала вид, что она в дозоре, видимо, чтобы оберегать меня от любых посягательств.

- Спи уже, страж порядка, - я легонько толкнула ее на лапник.

Девочка мотнула головой и снова попыталась сесть.

- Спи. Я первая посижу, а тебя следующей подниму, ладно? - предложила я.

Римка подумала и кивнула, тут же провалившись в сон.

- Не стыдно ребенку врать? - хмыкнул орк.

- Это для ее же пользы. Мне наставник тоже всегда так говорил, но никогда не будил.

- И ты каждый раз верила…

- Конечно, - я вернулась на свое место у огня. - Он мне как отец был, я чему угодно поверила бы, если это он говорил.

- А, так тебе отцовской любви не хватало, вот почему тебя сейчас тянет на мужчин постарше, - усмехнулся он.

Я едва не поперхнулась, скорее убирая флягу:

- Ты сейчас на драку нарываешься? И вообще, чья б корова мычала…

- А давай, - Рут резко поднялся. - Выбирай оружие.

Я неторопливо поднялась и подкинула ногой чуть обугленную палку из костра, перехватила ее за чистый край и крутанула в руке:

- Сойдет, а то еще покалечу тебя настоящим оружием, возись потом с твоими ранами.

- Отлично, - орк поднял вторую такую же палку, - тоже не хотелось бы везти тебя завтра поперек седла.

Застав нас за дракой на палках, Ферин выронил собранный хворост и схватился за голову:

- Вы что творите? Я-то думал, Рут пошутил про вашу традицию…

- Какую? - степняк отвлекся и пропустил тычок под ребра.

- Ферин, твою ж мать, не мешай! - шикнула я на вора, - Мне не доставит никакого удовольствия, если я побью его только из-за того, что ты отвлекаешь!

- Ну, - смутился вор, - я про ту традицию, что женщину-воина сначала победить нужно, если она предлагает…

Я бросила палку в костер, плюнула под ноги и пошла в лес, злая на них обоих. Все настроение испортили, а ведь так азартно дрались. Причем оружие для нас обоих было новым, поэтому и тренировка была неплохая, можно сказать, с пользой время проводили помимо того, что просто спускали пар.

Солнце уже показалось между кронами деревьев, когда мы вернулись на тракт. Альмор держался молодцом, ни словом не обмолвившись, что ему тяжело в пути. Зато за двоих болтал Ферин, даже за троих, учитывая то, что Римка тоже молчит. Вор снова травил байки, которые я благополучно пропускала мимо ушей. Зато трескотню птиц игнорировать было сложнее.

- Как птицы надрываются, - хмыкнула я. - Зато сразу понятно, что нежити тут и близко не водится.

- Столица близко, некроманты свое дело знают, - кивнул Рут, тоже неразговорчивый сегодня. - Разогнали всех своих умертвий на периферию, защищают столицу и большие города.

- Согласно карте, скоро будет постоялый двор у тракта, - Ферин развернул многострадальную карту.

- Надеюсь, не как в прошлый раз, - поежилась я, вспомнив Жнеца. - У нас осталось всего две недели, нужно поспешить.

- Все равно нам нужно попасть сначала в столицу, - пожал плечами вор. - А там, как я слышал, в королевской сокровищнице есть старинная карта гор, на которой, возможно, будут отмечены и драконьи гнезда… Но это только слухи.

- Такая карта действительно существует, - Альмор протер очки и вернул их на тонкий нос. - Правда, доступа к ней нет ни у кого. Кроме короля, разумеется.

- И что же, нам короля теперь обокрасть, что ли? - опешила я, но поймала на себе такой заинтересованный взгляд нашего вора, что почти пожалела о своих словах. - Это невозможно. Даже для Ферина!

- А как, скажите, Ферин украл палицу у стражи, даже не притормозив? - улыбнулся драконолог.

- Пора мне отработать свою доплату, - вор размял пальцы.

- Да вы все с ума сошли, - я обернулась к Руту, искренне веря в его благоразумие. - Скажи хоть ты им. Если мы попадемся, то лучшее, что нас будет ждать – это виселица. И как я тогда сестру спасу?

- Ферин попался всего один раз за все это время. Тебе. Да и то, у меня складывается такое впечатление, что он очень хотел попасться в тот раз, - тихо ответил степняк. - Верь ему, он тебя не подведет ни за что на свете.

- За двадцать четыре золотых, - фыркнула я.

- Он тебе предан. А это не продается. Когда ж ты уже поймешь, что не все враги, у кого нет белых татуировок?

Я лежала на траве и кусала стебелек ранней ромашки. До таверны оставалось буквально несколько верст, но Альмор взмолился остановиться хоть на пару минут. Все же отравление лекарством давало о себе знать и звало его время от времени на лоно природы. Проезжавшая мимо нас телега натужно заскрипела и остановилась, возница перегнулся через обрешетку, приподняв широкополую соломенную шляпу.

- Никак кланница? - обрадовался он чему-то. - На постоялый двор, небось, едете?

- Допустим, - я села, несколько заинтригованная такой реакцией.

- Тоже на кашляка?

- Он прямо на дворе, что ли?

- Ну что вы, госпожа кланница, - отмахнулся возница, - шутки у вас…

- Нет, мы на ночлег, - я невольно оглянулась на лес. - А что, некому разобраться?

- Да вроде есть, съехались со всей округи охочие, вот вино везу по хозяйской указке, а то выхлестали все за два дня... А кашляк и ныне там.

- Большой? - я убедилась, что Рут и Ферин достаточно далеко, возятся с лошадьми, а Римка собирает травы для ученого, не обращая внимания на наш разговор.

- Немаленький. Кто утек, рассказывали. Однако ж тот среди леса как запрячется... Все обозы завернули, дороги через лес на юг нынче нет.

- На юг, значит. Это кратчайшая дорога до столицы? - поморщилась я.

- А как же, госпожа кланница. Извели б вы эту тварь, а то житья не дает, меня по два раза в день за припасами хозяин гоняет до ближайших деревень. Двор-то доверху набит, ждут все.

- Странно, что его дракон не спугнул, - хмыкнула я.

- Дык спугнул, чтоб у него яйцы стухли! С болота и спугнул под деревней одной, - возница сплюнул на дорогу от досады. - Теперь у дороги сидит, как тать...

- Дракон?

- Кашляк.

- А много дают? - поинтересовалась я, взвесив все “за” и “против”. Дорога в объезд займет день, как и уничтожение нежити, так что мы ничего не теряем.

- У нас есть работа, причем срочная, - обрадовала я мужчин, подойдя к ним. - Чем быстрее справимся, тем быстрее сможем ехать дальше.

- Ты серьезно? - обернулся Рут.

- Кашляк засел на дороге к столице.

- Сколько платят? - деловито поинтересовался Ферин.

- Десять золотых.

- Тогда возьмемся, - вор потер руки.

- Ты будешь сидеть в таверне с Римкой и Альмором, - отрезала я, - а возьмемся за это мы с Рутом.

- Уверена? - степняк подтянул подпругу и выпрямился, глядя на меня с явным сомнением. - Можем вдвоем не потянуть, если он большой. Они слишком быстрые.

- Придется, - я поправила сбившийся ремень его наплечника. - Пожалуйста. Нам нужно скорее попасть в столицу, нет времени объезжать.

- Значит, придется справиться. Ладно, - он убрал мою руку с ремня. - Поехали. Альмора, вроде, больше не тошнит.

Я поднялась в седло и посмотрела вслед степняку. Чего это он опять набычился?

- Ты из-за тех палок? - не удержалась я. - Не расстраивайся, еще подеремся, когда все это закончится.

- Обязательно, - он тоже оседлал лошадь. - Вот только не рассчитывай победить.

- Ой ли? - я демонстративно поправила перевязь с мечом, хоть как раз таки он и был моим слабым местом. - Спорим? На долг чести?

- Не пожалей потом, - хмыкнул он, - ты еще тот не допила.

Я протянула руку в требовательном жесте. Рут вложил в нее ополовиненный бурдюк. Я пила, сколько смогла, и все равно этого было слишком мало, а в голове уже начало шуметь.

- Так, отдай, нам еще работать, - оркский чай был бесцеремонно у меня отобран. - О боги, до чего я скатился, спаиваю напарника перед охотой на опасную нечисть… Вель, ты мне вконец уже голову задурила.

- А это для храбрости, - я ухватилась за луку седла. И призналась, смутившись от своего состояния, - Я раньше кашляка не видела ни разу, но Торий много рассказывал, и даже коготь привез...

- Он у тебя вообще герой, я уже понял, - фыркнул Рут и пришпорил коня.

- Герой, - вздохнула я, хоть степняк уже и не слышал. - Все детство мечтала, что такой же буду, когда вырасту. А стала, почему-то, не пойми кем…

Постоялый двор гудел как растревоженный улей, наполняя воздух запахом медовухи и людей, битком в него набитых. Еще издали мы увидели и свет в окнах, и толпу пьяных в дрова горожан, сельчан и даже воинов разных кланов.

- И никто еще не прибил этого кашляка при таком богатом выборе? - удивился Ферин.

- И не прибьют, пока в таверне сидят. Для корчмаря эта нежить теперь как мать родная, просто золотая жила, так что они не просохнут до самого лета, пока кашляк в спячку не впадет, - я поморщилась от запаха не первой свежести, подтверждавшего мои слова. - Представь, сколько он теперь зарабатывает на желающих посмотреть на нежить, да и на жаждущих сразиться с ней.

Вор аж сглотнул набежавшую слюну, видимо, представив.

- Так что главное правило, если идешь на нежить около злачных мест, в эти самые места не заходить.

- А мы? - Ферин кивнул на Римку и Альмора.

- А вы все равно не успеете набраться до плавания в луже за одну ночь, - я поддала ему ускорения, хлопнув Труса по крупу. - Так что марш внутрь и не вылезать до рассвета.

На проветренную голову я понимала, что оставлять их без присмотра – не лучшая идея. Но и брать с собой тоже нельзя.

- А на рассвете где нам искать вас? - обернулся вор.

- Либо сами за вами приедем обратно, либо нечего будет искать, - как можно беспечнее отмахнулась я.

- Зачем ты их пугаешь заранее? - буркнул Рут, когда мы отъехали немного по тракту.

- Потому что я никогда не обещаю вернуться, - я отвернулась и рассматривала лес, простиравшийся теперь с обеих сторон от дороги. - Нельзя давать обещания, которые не можешь сдержать.

- Да ты еще и пессимист.

- Я злой реалист. Меня жизнь научила, что обещания – всего лишь пустой звук.

- То есть, если я тебе что-нибудь пообещаю, ты не поверишь?

- Слушай, - я остановила Хель и подождала, пока орк тоже притормозит и развернется ко мне. - Я и так слишком хорошо к тебе отношусь. Зачем ты все время испытываешь мое терпение? У меня никогда не будет твоего взгляда на жизнь, прекрати свои попытки сделать меня лучше, чем уже есть. Я циничная и бессовестная, презираю людей, никому не доверяю и никого не люблю.

- Ты не такая, как сама о себе думаешь, - Рут пожал плечами и поехал дальше. - Со стороны виднее.

- И что там тебе видно? - фыркнула я.

- Что цинизм напускной, ненависть к людям на самом деле лишь страх боли, что они причиняют друг другу, а значит, могут причинить и тебе. И что за твоим пренебрежение к окружающим всегда стоит забота о них, но ты не хочешь, чтобы твоей привязанностью пользовались, вот и делаешь вид, что тебе плевать…

- Да заткнись ты уже, - я снова отвернулась к лесу. - Сам-то веришь в этот бред?

Он, может, и ответил бы что-нибудь, но раздавшийся впереди у дороги хриплый кашель мигом заставил нас оказаться на земле с оружием в руках, а лошади отправились обратно по дороге галопом, направленные командой.

- Это он? - я невольно пригнулась.

- Да. Не трать стрелы, он слишком хорошо прячется, - Рут отвел мой лук в сторону.

- Точно, вспомнила, его можно достать только в тот момент, когда он сам нападает, - я вернула стрелу в колчан и вытащила меч.

Кашель повторился с другой стороны.

- Быстрый, зараза, - степняк повернулся так, чтобы мы стояли спиной к спине. - Будь внимательна, он выглядит как тень, сложно заметить, если не знаешь, куда смотреть.

- А сколько тебе лет? - вдруг огорошила я напарника.

- Это сейчас так важно? - нервно усмехнулся он.

- Просто ты всегда поучаешь меня, будто ты старше, - я перехватила рукоять удобнее.

- Не настолько, чтобы тебя это привлекало, - огрызнулся Рут. - Соберись, если не жаждешь братской могилы в чреве нежити!

- Извини, - я повернулась вслед едва мелькнувшей в чаще тени.

Высокая тень, значит, кашляк матерый. Это существо, если верить описаниям, представляло собой четвероногую тушку без хвоста, зато с непропорционально большой головой практически без шеи. Равновесие она держала благодаря передним лапам, более массивным, чем задние, но косолапым, широко раскляченым. Ну и рот до ушей, коротких и тонких, как лист пергамента. Бурая плотная шкура прекрасно прятала тварь в лесной тени. А кашляющий звук они издавали, когда срыгивали не переваренные кости проглоченных слишком большими кусками жертв. И после этого звука, как правило, готовы были перекусить снова.

- Срыгнул дважды, теперь желудок наверняка пустой, - подтвердил мои собственные мысли и воин Ночи.

- Значит, сейчас будет нападать.

И тут же совсем рядом в легких вечерних сумерках мелькнула тень. И мгновенно обратно, будто даже не коснувшись земли. Кашляк присматривался к нам, проверял нервы на прочность и рефлексы на скорость, мелькая то справа, то слева, то перепрыгивая дорогу совсем близко. Пару раз мне казалось, что я вязла самым кончиком лезвия в упругой шкуре, но металл оставался неизменно чистым, не выпив ни капли крови.

Глава 26

- Слишком быстрый, - вынуждена была признать я, когда огромная пасть клацнула зубами у самой моей ляжки, пролетая мимо.

- Скоро устанет, желание пожрать станет сильнее осторожности, тогда и выйдет на дорогу, - Рут тоже, судя по звуку, скользнул тесаком по боку твари, но тщетно. - Не режется. На брюхе и шее шкура чуть тоньше, целься туда.

- Ты еще и прицелиться успеваешь?! - возмутилась я. - Я даже повернуться следом не могу!

- Ложись! - орк внезапно толкнул меня в спину, вынудив припасть на колено.

И в то же мгновение надо мной со свистом пронеслось короткое лезвие и темная тень, шмякнувшись на дорогу в шаге от меня.

Кашляк бился в конвульсиях, но все равно перебирал лапами, силясь подняться, вываливая от этого потроха еще дальше на дорогу.

- Ох, Судьба справедливая, какой же он огромный, - запоздало ужаснулась я, глядя на тушу размером с теленка. - Все, он мертв? Или они встают повторно, как насыти?

- Нет, с ним покончено, - Рут обошел меня и присел на корточки около затихшего противника.

Самое ценное в кашляке – это его сердце и язык. Но и когти с передних лап тоже очень востребованный товар в лавках знахарей. И пока степняк расчленял нежить, я зябко ежилась у него за спиной, поглядывая на лес вокруг. Он, отчего-то, все еще казался опасным и неуютным. И тени резкие, и ветер поднялся, поскрипывая стволами деревьев.

- Давай-ка быстрее, мы еще успеем на постоялый двор до полуночи, - не выдержала я, когда Рут взялся за глазные яблоки.

- Думаю, нам там будут не рады, кормильца их убили, как-никак.

Я хмыкнула и повернулась к нему спиной, пока не торопясь свистеть лошадям, и ни на шаг не отходя от орка.

И вдруг замерла под немигающим взглядом уже собиравшегося прыгнуть из кустов кашляка...

Чуть мельче первого, он двигался настолько тихо, что, казалось, сливался с шумом ветра, шелестом листьев. Не повернись я всего на мгновение к этому кусту, и были бы мы уже трупами.

Самым логичным сейчас было отскочить в сторону и полоснуть кашляка по горлу, но... Но слишком легкие доспехи у сидевшего на корточках за моей спиной орка. Тело среагировало быстрее, чем я успела подумать о бредовости своих действий. Я выхватила кинжал вместо меча и упала спиной на спину Рута, упершись второй ладонью в торец рукоятки для лучшей устойчивости. И когда мои руки исчезли в разявленой пасти летевшей на нас нечисти, я уже мысленно с ними попрощалась.

Но лезвие с чавканьем вошло в небо твари и с хрустом вышло из ее затылка, а остекленевшие глаза замерли в каких-то паре сантиметров от моих.

- У кашляка есть еще одно слабое место, - тихо, чтобы голос не дрожал, сказала я удержавшему наш общий вес орку, - пасть. Как оказалось.

- А ведь десять только за одного обещали, - тоже очень тихо ответил он. - Пожалуй, с нас хватит на сегодня.

Увидев на пороге две перемазанные кровью хари, половина постоялого двора протрезвела. А увидев за этими харями еще и нас, не намного-то чище, протрезвели и остальные. Одного кашляка решили везти целиком, раз уж шкура не пострадала, а из второго забрали только ценные органы и голову, которую какой-нибудь ненормальный ценитель вполне может набить опилками и повесить над камином. Собственно, таким ненормальным оказался наш корчмарь, которого эта тварь обеспечила за пару дней на год вперед.

- Эх, переименую таверну в “У кашляка”. Или “Кашлякова глотка”, - он с таким сожалением погладил отрубленную с огромным трудом голову, водруженную на стол.

- “У кашляка в глотке”, - передразнила я, остервенело оттирая руки, именно там и побывавшие, от слюны и крови нежити. - Ничего, в лесу вполне может и третий поселиться, не расстраивайтесь.

- Ну да, - он вздохнул так тяжко, будто мы его единственную корову обезглавили, а не чудовище. - Спасибо, что ли, господа кланники.

- Обойдемся без любезностей, - на стол облокотился малость захмелевший без нас Ферин, подпираемый недовольной Римкой под бок, чтобы не шатался. - Голова на чучело обойдется вам в четыре золотых, плюс ночлег. Может, хотите целого приобрести? Если красиво поставить у входа, то он будет заманивать к вам постояльцев одним только взглядом, - Вор повернул к потенциальному покупателю голову второго кашляка, разложенного на сдвинутых по соседству столах. Мы вообще сидели крайне удачно, вокруг нас было сейчас свободно, как никогда. - Вы же посмотрите в эти глаза!

- Нет, боюсь, дороговато целого ставить, - щелкнул языком хозяин двора.

- Ладно! Ладно, - Фер поднял руки, будто сдается. - Найдете потом его шкуру в столице втридорога, но что это я... Рут, скажи, сколько стоит целый кашляк у скупщиков?

- Со всеми органами около пятнадцати, - прикинул орк. - Может, больше.

- Вот! - вор потрепал здоровую башку за листовидное ухо. - А мы можем предложить всего за девять золотых без органов. И без посредников, накручивающих цены! Итого пятнадцать за все: голову над тем прекрасным камином, и целое чучело у входа.

Я нахмурилась, пытаясь понять, как из четырех и девяти у него получилось пятнадцать. Видимо, эта же мысль посетила всех, кроме самого корчмаря, взиравшего на будущее чучело с искренней нежностью.

- Заметьте, воины старались не испортить шкуру. Единственное крохотное отверстие в затылке, куда прикрепится пружина, что будет держать эту великолепную пасть разявленой до самых ушей. Ювелир, а не воин! Это, в любом случае, самая низкая цена, что вам предложат во всей стране, и самое высокое качество товара. Вот честное слово, от сердца отрываю. Еще немного, и решу не продавать.

- Беру, - спохватился хозяин двора. - Беру, уважаемые.

- Отличный выбор, вы не пожалеете. Только не забудьте вспомнить нас добрым словом, когда слава о вашей таверне облетит всю страну.

- Вообще-то, - тихо напомнила я Ферину, когда корчмарь ушел, счастливый от удачной сделки. - За кашляка десять платят в столице. То есть, двадцать за двух.

- Разумеется, - не моргнул и глазом вор. - Туда мы отвезем и сдадим два сердца. Не везти же их целиком, честное слово. Итого: двадцать в столице за два сердца, пятнадцать тут за чучело – всего тридцать пять за сам факт убиения. Плюс прочие составляющие, что сейчас перебирает Рут, в лекарскую лавку. Что это, кстати? Язык? Фу…

После минутного молчания, за время которого я успела взглянуть на вора по-новому, я не сдержалась:

- Пойдем в наш клан. Нам позарез нужны такие дельцы, как ты.

- Ты мне льстишь, - зарделся парень.

- Я никогда никому не льщу, - я облокотилась на стол. - Я, как будущая Мать клана Веды, совершенно серьезно предлагаю тебе место казначея в клане.

- А если кланы все-таки объединятся? - Ферин бросил заинтересованный взгляд на степняка. - Тогда двойная оплата?

- Размечтался, - Рут отложил коготь и повернулся к нам. - Если кланы объединятся, а мне бы этого, не смотря ни на что, хотелось, то...

- Не смотря ни на что? - перебила я. - Что это значит? Ты сам, между прочим, прицепился с этим общим названием, да и с самой идеей объединения. Я только спросила, что ваш новый Отец думает о союзе, а ты уже чуть ли не планы на будущую монополию составил. А теперь вдруг это “не смотря ни на что”. Что Веды тебе уже успели сделать?

- Не знаю, как остальные, но один знакомый мне воин Веды может прикрыть спину, как никто другой. Для меня этого достаточно, чтобы уважать весь клан. Но я не могу ручаться, как поведут себя при встрече старейшины, ваша Мать и наш Отец... И будет ли союз когда-нибудь, если сами воины будут против. И все равно я хотел бы этого, даже если ничего не сложится. Хотя бы не терять тебя из виду. В конце концов, что нам мешает иногда ездить одними трактами?

Я смутилась окончательно, и от своего обвинения, и от его слов:

- Ничего не мешает. Ну, кроме того, что я лет через десять возглавлю клан, тогда уж, не обессудь, придется тебе самому в гости заезжать. А пока, знаешь, стоит следовать вашей прекрасной традиции и наворотить дел от души, чтобы потом уже не хотелось.

- Да, это, действительно, самая лучшая традиция. Для любого воина.

Облившись из ведра прямо во дворе, я немного смыла кровь кашляка, да и пропитавший меня насквозь запах нежити, и только после этого потопала к готовой в комнате бадье с горячей водой. Опыт показывал, что лезть совсем уж грязной в воду глупо. До утра еще было несколько часов, так что я проводила их со всей возможной пользой, отправив Римку спать. Девочка держалась молодцом, и из нее вышел бы отличный воин, если бы кто-нибудь забрал ее в клан совсем маленькой. А так, учить уже поздно, мы не готовим слабых воинов, которые гибли бы при первой же встрече с нежитью. Или с другими воинами.

И стоило мне только вылезти из теплой бадьи и взяться за стирку, как в дверь настойчиво забарабанили.

- Кого там нелегкая несет? - пробормотала я, дотянувшись до лежащего рядом на стуле кинжала мокрой рукой, - Войдите!

- Прости, Велия, что так рано, но, полагаю, я все равно тебя не разбудил, - дверь открыл Альмор, трепетно прижимая огромный фолиант к груди. Но увидев меня по локоть в бадье, одетую только в рубашку, он подскочил на месте, как ужаленный, поспешно снял очки и заметался в поисках выхода, не зная, куда глаза деть.

- Что-то случилось? - я проигнорировала его странные ужимки, продолжая стирать.

- Да, прости, что помешал, - он в итоге так и остановился спиной ко мне. - Я всю ночь переводил книгу и нашел крайне любопытную информацию, которой совершенно не интересовался ранее. Заметив, как меняется иногда цвет глаз у Римы, когда она особенно встревожена, я стал искать упоминания чешуек драконов. И по всему выходит, что это обязательный признак...

- Кто еще это знает? - я почувствовала, что сердце ухнуло куда-то в пятки.

- Я лишь пришел спросить, подтверждаются ли мои догадки, - пожал плечами драконолог. - Уж простите, не усидел до утра, когда на пороге такое чудесное открытие. Ты отмечала, как часто у нее меняются глаза? Я видел всего трижды.

- Я этого совсем не замечала, Римка обычно глаза не поднимает высоко, - я опустила взгляд на воду, где сейчас отражались ярко-васильковые глаза. - Но теперь присмотрюсь. И, пожалуйста, давай не будем говорить об этом остальным. Чтобы не смущать ее.

- Да, конечно, я понимаю, - Альмор кивнул через плечо. - Я напишу об этом научный труд позже, когда вернусь. А сейчас... Прости за назойливость, я уже ухожу.

- Альмор, - окликнула я его, когда ученый уже нашарил без очков дверную ручку. - Спасибо за помощь.

- Вы спасли мне жизнь. И самую ценную книгу, которую я когда-либо читал в своей жизни. И даже не высмеяли мои выводы насчет драконов. Это меньшее, чем я могу вам всем отплатить.

Я обернулась к Римке, как только дверь за драконологом закрылась. Девочка уже не спала, она настороженно на меня смотрела. Глаза как глаза, черные угольки. Только алый отблеск свечи в них тлеет. Я дунула на пламя, погасив его. А отблеск в ее глазах никуда не пропал.

- Странно, и как только никто из нас не заметил этого? - хмыкнула я.

Она опустила ресницы, тут же спрятав взгляд.

- Ты права, оно и к лучшему.

Римка бросила на меня быстрый взгляд, полный неуверенности, но все же указала на меня и провела по своим глазам.

- Да, выходит, что тоже... Вставай, пора собираться.

За завтраком внизу я иногда поглядывала на Римку, но цвет ее глаз оставался просто черным. Интересно, как много успел рассказать ученому Ферин, если тот уже знает, что девочка чешуйка дракона? Ведь никто другой не проболтался бы, это вор у нас трепло и сказочник.

- Итак, - Ферин как раз развернул на столе любимую карту. - Чуть южнее есть храм бога огня, если вы не забыли. И я просто не позволю вам это не увидеть, я и сам там еще не был. Теряем всего полдня, все равно нам к столице нужно.

- Чуть больше, - я с неохотой указала на маленькую деревню еще немного южнее от тракта.

Затока, моя родная деревня, где когда-то тоже была собрана драконова дань. И теперь у меня были не просто сантименты, а вполне конкретные вопросы, которые могли бы подтвердить или опровергнуть то, что я тоже чешуйка дракона.

- Значит, еще и в Затоку, отлично, - Ферин провел по линиям дорог. - Да, если бы объезжали кашляков, то потеряли бы очень много, пришлось бы к храму по южному столичному тракту петлю делать, а это три дня, как минимум. И тридцать пять золотых, между прочим.

- О Судьба терпеливая, да забери ты их и прекрати напоминать, - не выдержала я, слишком поглощенная своими мыслями.

- Поднимаешь мне оплату? - воодушевился вор.

- Пытаюсь откупиться, - огрызнулась я. - У тебя уже давно все возможные и невозможные деньги всей нашей ненормальной шайки. Так чего ж ты с ними не уходишь, если тебя интересует исключительно оплата?

- Вель, ну ты чего? - опешил Ферин.

- Ничего. Ты сам мне еще недавно сказал “ты ведь лучше”. Так что ж вы все меня носом тычете в мой паршивый характер, а сами поступаете точно так же? Давайте тогда уж начистоту, вы тоже не те, кем хотите казаться. И ты уж либо будь вором и воруй, не читая мне морали, либо будь высокоморальным другом и прекрати строить из себя меркантильного наемника.

- Чего это она разошлась? - Ферин отодвинулся от меня к Руту. - Грядут тяжелые дни, что ли?

- Она просто пытается разобраться в себе, - пожал плечами степняк. - И да, явно грядут тяжелые дни.

- Господа, прошу вас! - взмолился драконолог. - Мужчина не должен о таком знать! Это ведь неудобно для женщины!

- Но ты и сам знаешь, - возмутился вор.

- Но, как положено воспитанному, благородному человеку, я делаю вид, что не знаю!

- Может, мы не будем обсуждать мое здоровье? - я скрипнула зубами. - Поехали уже, у нас много дел.

Красная как рак Римка выскочила из-за стола первой. Следом с кряхтением поднялся Альмор.

- Додержишься до гор? - с сомнением уточнила я у него.

- Оно того стоит, - улыбнулся драконолог. - Не волнуйся, я вас больше не задержу.

- Я за тебя волнуюсь, а не за дорогу, - уточнила я на всякий случай. - Не молчи, если мы погоним лошадей слишком быстро.

- Спасибо.

- А много Ферин рассказал о нас? - обернулась я уже почти в дверях.

- На удивление много, - ученый отвел глаза, видимо, узнав от него даже то, о чем и спрашивать не хотел.

- Смело забудь как минимум половину, он все врет, - поспешила заверить я.

Дорога буквально кипела, поднимая пену из пыли, укрытых светлой тканью повозок, и бурлила несмолкаемым гомоном. Весть о том, что кашляк уничтожен, разлетелась быстрее, чем можно было подумать.

- Могли бы и сами кого-нибудь нанять, а не просто выставлять цену, - хмыкнула я.

- Нет, так дела не делаются, - Ферин с любопытством заглянул в повозку, мимо которой мы проезжали, обгоняя груженые подводы. - Это было их любимое развлечение. Ждали, ставки делали, да и можно было списать на нежить любую задержку и пропажу товара.

- Да я поняла уже, что мы злое дело сделали.

- Доброе. Просто “добро” – понятие относительное, не для всех оно полезно, - вор бросил мне яблоко, невесть откуда взявшееся у него в руках.

Я откусила по инерции, и лишь после этого оглянулась, ища, у кого он мог его украсть.

- Купил, между прочим, - обиделся он. - Блюду честь нанявшего меня воина.

- Ты же тащишь все, что плохо лежит, - усомнилась я.

- То у врага. А тут другое дело, - подбоченился Ферин. - Да и порадовать тебя хотел. А то все злишься уже второй день.

- Да не злюсь я, - я еще раз с сомнением оглянулась. - Скорее, нервничаю. Времени все меньше остается, а нас постоянно что-то задерживает.

- Да брось, мы ведь здорово продвинулись, - вор поравнялся со мной. - Мы точно знаем, где побывал дракон, знаем, что с твоей сестрой все в порядке, она даже платье перестала на себе рвать. Знаем, что такое гнездо, и где карта, которая поможет его найти. А еще про чешуйки узнали. И у нас даже есть одна.

- Кстати, надо решить, где оставим Римку. Я ее к дракону не потащу, - заявила я со всей возможной категоричностью.

- И как мы без чешуйки к нему заявимся?

- Так все равно же убивать, оказывается, нельзя. Хотя, это еще проверить надо, - я посмотрела на ехавшего чуть впереди драконолога. - И вообще, я лучше одна к нему пойду.

- Рут, она опять начинает от нас отделываться! - окликнул он орка.

Степняк, не оборачиваясь, похлопал по пристегнутому к седлу бурдюку.

- Да чтоб вас, сговорились, - вздохнула я.

Глава 27

Дорога к храму бога огня была примерно такая же, как и к предыдущему. То есть, ее не было в принципе.

- Нет, все-таки свернуть надо здесь, - Ферин поворачивал карту и так, и эдак. - Вон уже и указатель на самый ближний к Корину город.

- Значит, съедем с дороги тут, - я уверенно завернула Хель, отходя все дальше от редкого потока людей. - Главное, опять не заблудиться. И чтобы дождь не начался.

- Будем ехать по солнцу, - Рут отобрал у вора карту и сверился с направлением. - Должно быть около пяти верст, не больше. А там прочешем лес. Раз этот храм отмечен на старой карте, значит, раньше к нему вела дорога, поищем ее следы.

- Обязательно прикоснитесь к статуе бога огня, - напомнил нам Ферин, уже складывая вновь обретенную карту. И глянул на меня, - Особенно ты. Пусть тебя Судьба и там благословит. А то вдруг это одноразовое благословение богини.

- Не верю я в это все, - я пригнулась, пропуская низкую ветку над головой. - Мы все трогали ту статую из света, но Рут все равно обжег руки. А на мне и следа не осталось от призрачного огня, хоть я полыхала как факел.

- Я не трогал ее, только рассматривал, - признался степняк.

- А я трогал, но в огонь не совался, не проверял, - пожал плечами вор. - Так что все дружно обнимаем статую в храме.

- Древние боги принимали жертвы за свое покровительство, - подал голос Альмор, отвлекаясь на мгновение от своей книги. - Вы что-то оставляли для богини ветра?

- Нет, эти боги мзды не берут, - мотнул головой Ферин, нацепив на нее огромную паутину, и стал остервенело отплевываться. - Они же дети Судьбы, она сама решает, кто заслужил их милость. Но за спрос ведь не бьют, можно и потрогать.

- Действительно, - хмыкнул ученый, вновь погрузившись в перевод драконьей летописи.

Храм на том месте, где он должен был стоять по карте, нам пришлось искать едва ли не на четвереньках. Исходив зигзагами и восьмерками, если верить ощущениям, пол леса, я уже практически сдалась, поднялась на небольшой холмик и села на его лысой верхушке, стянув с себя кожаный доспех.

- Все, пошел он к лешему, этот бог огня, я устала. Я не спала ночью, я побывала в пасти у кашляка, я еще и стирать была вынуждена после его слюней, - я легла на сухой мох и закрыла глаза. - Позовете, если он вдруг объявится и покажет пальцем, где стоит его дурацкий храм.

- Не гневи бога, Вель, - погрозил мне пальцем Ферин, что-то вытаптывавший в траве под ногами. - Лучше ищи ступени. Даже если храм и был разрушен, то фундамент должен был остаться.

- В задницу его фундамент, он нам все равно без толку.

- Вель, ну не говори так о боге и его храме, он ведь покарает, - снова возмутился вор. - Вот утянет тебя в огненную бездну.

- Пусть утягивает, так мы его хотя бы найдем, - я фыркнула, но все же села. И тут же почувствовала, что моя пятая точка куда-то медленно, но верно проваливается. - Что ты там про бездну говорил?

- Утянет, - буркнул он и отвернулся, - если опять в задницу пошлешь.

- Уже тянет, - я попыталась встать, но увязла и ногами. - Ферин, он действительно утягивает!

- Тебе бы все шутить, - парень меня проигнорировал, продолжая ковырять землю под ногами. - Вот помянешь мои слова.

- Да я уже помянула, твою ж налево! - я оглянулась, но никого больше в поле видимости не было, - Ферин!

Понял ли он, что я не шучу, я так и не узнала, потому что ухнула под землю с такой скоростью, будто бог огня действительно меня туда за ноги дернул. Вернее, за пятую точку.

- Я обещаю больше не поминать богов без уважения, и даже стать добрее к людям, - пробормотала я, повиснув в кромешной темноте на чем-то упругом и хрустком, но удобно ложившемся в руки.

Огненной бездны подо мной не оказалось, что уже обнадеживало. А когда глаза привыкли к кажущейся непроглядной темноте, я смогла различить и слабый свет, лившийся из прикрытой мхом дыры над головой.

- Велька! Веля, ты где?! - кричал оттуда же, сверху, Ферин. - Это не смешно, выходи.

- Мне тоже не смешно, заходи, - буркнула я в ответ и поудобнее перехватила лианы, на сплетении которых сейчас и висела. - Осторожно, там земля провалилась. Я в какой-то пещере.

- Тут твой доспех остался, - отозвался вор.

- Рядом с ним дыра, не подходи, - я села и даже вполне удобно, как на качелях в детстве. - Я попытаюсь вылезти обратно.

- А это точно пещера, а не храм? - вопреки моим словам, в дыре тут же показались руки, разворошив мох, а следом и взъерошенная голова.

- Хрен его знает, не видно ничего ниже, - я потянулась вверх, но плеть подо мной опасно захрустела. - Так, ладно, зови Рута.

- Я и сам могу тебя вытащить, - надулся Ферин.

- Да я больше тебя вешу. Зови Рута.

То, как орк смотрел на меня с земной тверди, не передать словами.

- Говоришь, сидела прямо на крыше храма, и не заметила? - он даже не пытался помочь, задумчиво рассматривая мое затейливое положение, сидя на корточках на самом краю.

- Не заметила, - я скрипнула зубами. - Устала, села. Кочка как кочка. Это вообще ничем на крышу храма не было похоже. Так ты собираешься меня вытаскивать или нет?

- Нет, - совершенно невозмутимо ответил он.

Я посмотрела на него со всем возможным возмущением, не нарушавшим мое обещание стать добрее, но сулившим орку все самые страшные земные кары.

- Все равно сейчас мы все спустимся, - усмехнулся степняк. - Так что никуда не уходи.

- И почему я только не дала кашляку сожрать тебя этой ночью? - буркнула я. - Факел дай, раз уж я здесь. Хоть осмотрюсь, вдруг это вовсе не храм.

- Должен быть храмом, по карте все совпадает, - Рут исчез из виду на пару минут, а после появился уже с импровизированным факелом из палки и намотанного на нее мха, еще и политого оркским чаем для крепости, судя по запаху.

К счастью, он еще не горел, иначе нам обоим было бы очень больно, потому что Судьба нас вниманием не обделила, как и бог огня, стоявший у дыры на стреме. Часть крыши с треском провалилась в тот момент, когда степняк протянул мне факел. А уж как трещали лианы, получив в свои объятия еще одного постояльца.

- Есть все же в жизни справедливость, - ухмыльнулась я, когда пыль немного осела, любуясь повисшим рядом товарищем.

- Знаешь, - Рут осторожно повернулся, лианы опасно затрещали, - а ты права. Бог огня хочет поиздеваться над тобой единолично, мне не стоило посягать на святое.

Я посмотрела вниз, где теперь различался устланный все теми же растениями пол в пятачке света из значительно расширившейся дыры. И вытащила нож.

- Вель, даже не вздумай, - насторожился орк.

- Тут не так высоко, как казалось, - я начала подрезать одну из своих опор.

- Ноги переломаешь.

- Повезешь поперек седла, - фыркнула я, но резать не прекратила.

- Вель...

- Веревки нет, насколько я помню, наверху пожилой ученый, девочка четырнадцати лет и Ферин...

- Эй! - возмутился вор сверху.

- Извини, но это правда, мы обречены, нужно спускаться, - подытожила я и рубанула по истончившейся плети.

- Не надо, я съезжу за веревкой в город! - показался в проломе Ферин.

- Съезди, а я внизу подожду, - я немного опустилась на оставшихся путах. - И отойди от края, один тут уже додразнился. Если мы втроем внизу окажемся, то это уж точно будет концом.

- Извини, - вдруг сказал орк.

Я от удивления даже перестала резать вторую лиану, еще довольно зеленую:

- За что именно?

- За то, что дразнил. Там земля мягкая, без веревки и страховки все равно не вытащить. А когда ты злишься, у тебя такой взгляд... Как у той богини. Сложно удержаться и не поддразнить.

- Нашел время шутить, - я отвернулась и продолжила резать, смутившись от его серьезного тона.

- Ну не плакать же, - фыркнул Рут. - Но серьезно, не переломай ноги.

- Знаешь, ради того, чтобы ты вез меня и мучился, можно и сломать что-нибудь, - я благополучно лишилась второй опоры.

- Временами ты просто невозможная, - степняк вынул кинжал и одним ударом перерубил парочку стеблей, остальные лопнули сами, - и упрямая.

Те несколько лиан, за которые он держался, стали отрываться от потолка, удлиняясь. Пролетая мимо, Рут перехватил меня поперек живота, и дальше мы спускались уже вместе.

- Но работать с тобой в паре просто непередаваемое удовольствие, так что я готов все это терпеть, - закончил он, оказавшись на земле.

- Так я лучше воинов Ночи? - хмыкнула я.

- Разве я так сказал?

- Но ведь именно это ты и имел в виду, - я вздохнула с облегчением, оказавшись ногами на твердых плитах пола. - Или все еще дразнишь?

Рут усмехнулся и отпустил меня:

- Давай осмотримся, тут где-то факел должен валяться. Все равно веревку ждем.

- Кстати, - я задрала голову, высматривая всклокоченную голову на фоне неба в провале. - Ферин, а почему у нас веревки не оказалось? Я же помню, что до вчерашнего она висела свернутая на твоем седле! А сегодня я ее уже не видела.

- Ну, как тебе сказать, - замялся вор. - Она осталась висеть на окне таверны.

- Что?!

- Я на крышу вылезал, - Ферин почесал макушку.

- Что ты там украл? - прямо спросил Рут.

- Статуэтку любопытную. Я вам потом покажу.

- То есть, деньги ты воруешь только у меня...

Зажечь факел было не проблемой, как и развести костер, но смотреть все равно было не на что. Купол и пол, увитый все теми же проклятыми лианами, да заваленный камнями выход, теперь уходящий под землю.

- Интересно, а статуя появится? - я встала ровно в центре и задрала голову.

- Может, тоже ночью? - пожал плечами Рут.

Отсюда, снизу, казалось, что снаружи смеркается, мне даже звезды чудились, но Альмор заверял, что солнце едва коснулось верхушек деревьев. Оставался он при этом предусмотрительно далеко, в отличие от Римки, беспокойно крутившейся у самого провала.

- Сбрось мой доспех, пожалуйста, - в итоге попросила я ее, чтобы она могла с чувством выполненного долга посидеть в стороне.

Но если бы так. Она чуть сама к нам не спрыгнула вместе с ним, свесившись вниз так сильно, будто этот аршин мог сделать полет самого жилета короче. Свод был локтей пятнадцать в высоту.

К тому времени, как вернулся Ферин из ближайшего города, мы с орком от скуки заготовили дров на сутки вперед, на этих самых дровах подрались, забавы ради, потом половину сожгли, чтобы осветить стены храма, и принялись рубить заново.

- А я так надеялась, что огромный костер заставит появиться статую. Это же бог огня, в конце-то концов, - я счистила с лезвия меча мелкий сор, оттерла от сока еще не высохших лиан и убрала в ножны.

- В принципе, здесь тоже должны быть кристаллы, которые реагировали бы на освещение снаружи, - вор сбросил конец веревки вниз, - но храм ушел под землю, так что вопрос спорный. Принимайте Альмора.

Рядом с веревкой показались ноги, а потом и все оставшиеся части ученого, обвязанные вокруг пояса второй веревкой. Было видно, что Альмор изо всех сил старается держаться сам, и все же большую часть его веса держал Ферин. Внизу я рассмотрела, что все это время драконолог так и не выпускал из рук книгу...

Следом съехала по веревке Римка, причем так лихо перебирая руками, что я и уследить за ними не могла. Последним неторопливо и как-то даже задумчиво спускался Ферин.

- Я вот думаю, а ну как не выберемся отсюда? - выдал он, подсев к костру. - Уже вечереет, нам все равно нужно где-то остановиться на ночь, но здесь, внизу, как-то опасно. И веревка может оборваться, и крыша осыпаться, да и лошади уйдут. А то и украдет кто.

- У тебя еще попробуй укради. Небось, так привязал, что мы и сами не распутаем, - я, тем не менее, подошла к веревке и подергала ее, убеждаясь, что лошади сверху не отвязали ее в отместку. - Все равно мы ночью будем подниматься и дежурить наверху. И я, пожалуй, пойду первая.

- Мы позовем, если что-нибудь интересное случится, - пообещал Ферин.

- Это вряд ли, - я подтянулась на веревке и поползла вверх. - Зря приехали, тут разруха.

Наверху было посвежее, да и ветерок немного разгонял унылое настроение. Я вытащила кинжал, убедилась, что руны молчат, не предвидя рядом живой нежити, как бы странно это ни звучало, и воткнула его в дерево недалеко от пролома. Сама же села под ним и осмотрелась.

Стреноженные обычные лошади мирно щипали травку, а наши боевые ходили вокруг свободно, в жидких сумерках перепархивали с ветки на ветку припозднившиеся птицы, шуршали насекомые и мелкие животные в лесной подстилке. Тишь да благодать. И я сидела совершенно одна, как раньше, до всех этих безумных происшествий, переворачивающих мою жизнь с каждым днем все сильнее.

- Наверное, я уже не буду прежней, - я погладила сунувшую ко мне морду Хель. - Или вернемся в клан, заживем, как раньше, только ты и я. И всех забудем. Снова поедем по окрестным деревням, будем гонять упырей и делать вид, что счастливы. А Мать будет отвешивать люлей и гнать на большие собрания…

Хель фыркнула и помотала головой.

- Вот и я думаю, что нам теперь будет скучно. Нужно взять напарника. Кого позовем?

Лошадь постригла ушами, подняла голову и оглянулась.

- Не этих, я имела в виду своих. Может, Васия? Будем вместе с ним разведкой заниматься в чужих городах. Или Ельгу? Нет, точно не ее, мы не поладим.

Наступившее вокруг затишье насторожило меня и мою боевую подругу одновременно. Я тоже встала и прошлась вокруг холмика, но ничего подозрительного не заметила, так и оставшись стоять чуть на возвышенности и напряженно всматриваясь в темноту. Руны на кинжале не подавали признаков нежити, немного успокаивая. И все же было тревожно. Привыкшая верить своему чутью, я отвела лошадей чуть дальше и кучнее, а сама пошла обратно к провалу, чтобы предупредить остальных и позвать Рута.

И, не дойдя до него, припала на колено, выхватив лук и стрелу. Впереди мелькнула тень. Потом вторая, уже правее. И левее. Меня окружали.

Костер я не разводила, чтобы глаза привыкли к темноте, потому и отвлекающего пятна света сейчас не было, позволив мне рассмотреть хоть что-то. Фигуры были скорее человеческими. Двигались быстро и тихо, значит, воины. А судя по количеству и намерению зайти с тыла, это Гарды.

- Вот паскудство, - я присела ниже, теперь передвигаясь практически на коленях, и стала быстро уходить по дуге, отводя их от лошадей и храма.

Крикнуть Руту, чтобы выдать себя и товарищей заодно, подставив под возможный обстрел сверху? А Гарды это любят. Да и не видела я, чем они вооружены. Придется на свой страх и риск уводить их дальше. Уже стали слышны их тихие переговоры между собой, значит, и они меня прекрасно услышат.

- Это точно она? Их же больше было.

- Вроде, похожа, тоже с луком. Только морда не размалевана, как у орчанки. Возьмем живьем, тогда и узнаем, где другие.

Я чуть сдвинулась, чтобы видеть их из-за куста. Резкие тени от полной луны путали, сбивали след, но я четко различила два силуэта в паре локтей друг от друга. И медленно-медленно, в такт движению ветвей на слабом ветру, натянула тетиву. И одновременно с выпущенной стрелой метнулась в другую сторону, уже накинув вторую. Эта стрела предназначалась уже для врагов, а первая полетела к неприметному лысому холмику, нацеленная в дыру в крыше храма. Надеюсь, они все правильно поймут...

Меня, наконец, увидели, и даже короткий болезненный хрип воина Гарды с пронзенным моей стрелой горлом меня не особо обнадеживал. Я насчитала их как минимум шестеро. Луков или арбалетов у них я пока не заметила, и это немного радовало, давая хоть какое-то преимущество, пока я смогу держать их на расстоянии выстрела. Как долго мне это удастся, я не представляла, потому что стрелы могли закончиться быстрее, чем противники.

Глава 28

Петлять приходилось как зайцу, но это пока себя оправдывало, потому что вслед мне летели только проклятия и обещания одно другого заковыристее. А я извернулась и подстрелила второго противника. Стрела едва зацепила его плечо, но я восхвалила плакальщиц за их ядовитую желчь и припустила с удвоенным энтузиазмом.

- Да чтоб тебя подкинуло да и опустило с размаху! - напутствовал меня сосед упавшего на полушаге воина.

Я как раз в этот момент перепрыгивала упавшее дерево в три моих обхвата, а за ним оказалась яма от вывороченных корней, так что мое исчезновение могли счесть за исполнение пожеланий. Что не помешало мне пробежать, пригнувшись, вдоль ствола и выстрелить в преследователей уже сбоку.

- Осталось трое, - хмыкнула я, но осеклась. За стволами деревьев скрылись две тени, защищаясь от моих стрел. Третьего не было видно. Значит, он охотник, а это очень плохо для меня. Такой не станет преследовать по пятам, он, как я и сама сделала бы, пойдет параллельным курсом и ударит со стороны. Тратить стрелы, да еще и стоя на месте, в такой ситуации было равным самоубийству. Далеко не факт, что противник не опытнее меня и прямо сейчас не целится мне в затылок.

Назад, к храму, я бросилась, казалось, еще быстрее, открыв в себе второе дыхание. Если бы не лук да отравленные стрелы, а еще, похоже, желание взять меня живьем, то меня давно ждал бы беспросветный и страшный конец. Если то, что я мельче, легче и быстрее большинства воинов, давало мне преимущество в борьбе с нежитью, то в сражении с другим воином становилось недостатком. Это ж не на палках с Рутом драться… Двое сзади и один, которого я пока не видела, где-то сбоку, плохой расклад.

Приторможу, чтобы подстрелить преследователей, получу от охотника. И ведь ближний бой тоже не завяжешь.

- Ненавижу Гарды,- буркнула я, отчаянно виляя из стороны в сторону, потому что не видела, чем вооружен охотник.

Сдернув с пояса пару метательных ножей, я бросила их назад, крутанувшись, практически не сбавляя скорости. Сработало это ровно на несколько секунд, вынудив Гарды броситься в разные стороны и вновь спрятаться за деревьями. Их тактика гнать меня, пока не закончатся стрелы или дыхание, вполне могла бы увенчаться успехом, будь я на открытом пространстве, а так они рисковали закончиться первыми при излишнем старании.

И стоило мне только набраться духу и набросить стрелу на тетиву, рискуя спиной, как один из противников упал. Я немного опешила и остановилась. Я в него даже не попала ножом, молчу уже о том, чтобы убить.

Одновременно с падением из-за ствола и второго воина Гарды, моя спина между лопатками взорвалась болью. Дыхание перехватило, а ноги подкосились.

Сквозь звон в ушах я услышала голоса, ругань и чей-то предсмертный хрип, хотелось бы верить, что не свой собственный, потому что в груди булькнуло, мешая сделать вдох.

- Вель, Велька, ты жива? - меня живо повернул на бок Ферин, склонился ниже, заглядывая в лицо.

В его руке был окровавленный кинжал, тот самый, выкованный лучшим кузнецом Веды, который я воткнула в дерево, чтобы видеть руны. И он теперь пугал меня гораздо больше, чем боль в спине, ставшая тупой и какой-то далекой. Ферин ведь не убивал раньше, точно знаю, что не убивал. Слишком добрый для этого.

- Я Гарды убил, представляешь, - Ферин проследил за моим взглядом и сам будто впервые увидел оружие в крови, отбросил его, брезгливо встряхнув рукой. - Он в тебя нож бросил. Потерпи, я сейчас его вытащу…

- Не трогай, ей легкое пробило, - донеслось сзади еще тише и дальше. - Эти тоже мертвы, больше никого не осталось.

В поле моего зрения появился и Рут, мрачно вытирая тесаки о наруч.

- Она ведь не умрет, правда? - с паникой, граничащей с отчаянием, спросил вор.

- У Гарды оружие ядовитое, - смогла выдавить я, но изо рта хлынула кровь, заставив меня заткнуться.

- Помолчи, - орк присел сзади, тронул мою спину, вновь отозвавшуюся острой болью, - Просто помолчи.

- Спаси Лану. Ты ведь обещал мне, - я с трудом, непослушными пальцами сжала холодную руку Ферина. - Ты обещал.

Он побледнел почище Жнеца, который сейчас тихой тенью шел по лесу, опираясь на длинное древко косы. Полы серого, будто выцветшего, балахона мерно покачивались над землей от ходьбы, не повинуясь ветру, а капюшон приоткрывал белый обтянутый кожей череп, мрачно скалящийся в лунном свете. Жнец подошел к лежавшему недалеко мертвому воину Гарды и чуть тронул его невидимой мне ногой, оперся на косу, сцепив руки повыше.

- Вель, пожалуйста, не говори так, ты сама придешь к дракону за своей сестрой, - снова донесся до меня голос Ферина. - И куда ты так смотришь? Не пугай меня.

Я закрыла глаза. Не пугай, так не пугай. Мне и самой не хочется видеть, как бессмертная тварь пожинает свой страшный урожай.

- Хель любит свежий хлеб, балуй ее иногда, - шепнула я, хоть язык уже заплетался.

- Сама побалуешь, - отрезал Рут, и мою спину будто наизнанку вывернуло, хрустнуло ребро.

Я хотела ответить, но вышел только хрип, разразившийся новым потоком крови. Какой же он наивный, если думает, что я выживу после яда. Я уже исчерпала все свое везение на эту жизнь. Мне бесконечно повезло с такими верными друзьями, на большее рассчитывать уже нельзя.

Звуки разом стали тише, луна больше не светила, а боль как-то затихла, отвлеклась, может, даже забыла обо мне.

***

В центре зала стояла огромная статуя, сотканная из клубящейся тьмы, на мгновение затвердевшей, но будто живой, дышащей, пульсирующей. Бог огня был точно так же, как и богиня ветра до этого, устремлен вверх, касаясь пола лишь кончиками пальцев, а вокруг него застыло черное как самая безлунная ночь пламя. И лишь глаза тлели нестерпимо яркими, жаркими алыми угольками, пронзая душу тяжелым, нечеловеческим взглядом. И вновь это было пугающе и невероятно прекрасно.

Альмор быстро зарисовывал этот образ угольком на пергаменте, периодически снимая очки и протирая быстро устававшие глаза. Римка же изо всех сил старалась не смотреть на традиционно обнаженную фигуру бога, но взгляд ее все же раз за разом возвращался в центр зала. Еще бы, совершенство сложно игнорировать.

Но Ферин в кои-то веки не восхищался искусством, он даже не смотрел в ту сторону. Он сидел у огня, держа в своих руках мертвенно-бледную ладонь, а взгляд его был отстраненным и пустым, если даже не сказать, подернутым белесым туманом. Он медленно водил глазами, будто по строкам несуществующей книги, находившейся за пределами храма бога огня.

- Иди, проветрись, я посижу здесь, - подошел и тронул его за плечо Рут, непривычно мрачный и усталый.

- Солнце встает, - вор поднял потухшие глаза к пролому в крыше. – Прошло целых пять часов.

- Да. Уже прошло, - орк сел рядом и тяжело вздохнул.

- Надо бы поднять ее наверх, - Ферин чуть сжал пальцы на холодной руке.

- Может, лучше оставить тут? - Рут с сомнением осмотрел подвешенные на веревке импровизированные носилки.

- Под землей? Будто она... - вор осекся и замолчал. - Она открыла глаза.

Я медленно и мучительно осознавала себя живой. Я видела происходящее вокруг из-под ресниц, но при этом не слышала своего дыхания, до того оно было медленное и тихое. А уж на то, чтобы понять, что та самая белая и холодная рука, которую держит наш вор, растет из меня, мне и вовсе потребовались титанические усилия.

- Вель? - Рут чуть подался вперед. - Не прикидывайся мертвой, ты в порядке. Нож не был отравлен, королева драмы.

Я сморгнула и осмотрелась уже внимательнее. Действительно, мы все еще были в храме, статуя все же появилась, а я лежала у костра, причем даже на спине, хоть и туго перебинтованная.

- Так что прекрати умирать, вставай и поедем дальше, - подытожил степняк.

Я представила, как душу его и... и улыбнулась. Все-таки приятно вернуться, когда тебя так ценят и ждут. Что бы он ни говорил, я видела, по глазам видела, что переживал. Но никогда не скажет об этом.

- Помоги подняться, и я тебе еще и палкой наподдам, чтобы знал, какая я мертвая, - с трудом ответила я.

- Велька, не пугай нас так больше, ладно? - Ферин сжал мои пальцы, хоть его рука сейчас и показалась мне даже еще холоднее моей. - Ты еще после той сгоревшей таверны обещала не выкидывать такое.

- Спасибо, - я тоже чуть двинула занемевшими пальцами. - Всю ночь так сидел, да?

- Нет, - парень смущенно поскреб вечно лохматую макушку.

Знаю, что сидел, у меня его ладонь уже пропечаталась на коже. Обо мне так только сестра раньше заботилась. А еще наставник, но только раз, когда я слегла после того, как провалилась под лед. Он тогда еще носил меня на руках, как совсем маленькую, и точно так же сидел со мной всю ночь, пока жар не спал.

Привлеченная тихим разговором, к нам тут же подошла и Римка, сунула мне под нос флягу с каким-то до тошноты горьким отваром. А у самой глаза красные, натертые. Плакала, глупенькая, нашла о ком.

- О, Велия! - даже Альмор отвлекся от рисования, - Ну наконец-то, а то мы уже распереживались, что ты потеряла слишком много крови.

- Знаете, - я подавила в себе желание отплеваться после лекарства Римки и только поморщилась, - я вас всех не заслужила. Мне придется серьезно расплачиваться с Судьбой за такой подарок.

- Ее что, еще и по голове ударили? - хмыкнул Рут.

Я бросила в него тем, что оказалось под свободной рукой. Всего лишь комок мха, но и тот душу отвел.

- Я стараюсь быть к вам добрее. Я богу огня обещала, между прочим. А ты все рубишь на корню своими подначками. Причем это недавно началось, - припомнила я. - Раньше это было только моим развлечением.

- У тебя будет время поразвлекаться, пока я буду тебя поперек седла везти, как ты и хотела.

- Буквально мечтала, - буркнула я.

Спустя час Римка меня перебинтовала, сдавив грудь еще сильнее, и кое-как жестами объяснила, что крови в легком больше нет, я скоро поправлюсь. Это обнадеживало, к тому же, после ее отвара стала уходить и боль, так что еще через час я уже с горем пополам взобралась в седло, хоть и с пенька, да и Рут подсадил, чтоб уж наверняка.

- Давай я тебя повезу, - в который уже раз за последний час предложил орк.

- Нет, я могу сама, - столько же раз неуклонно отвечала я.

- Ну что, теперь в Затоку? - Ферин развернул карту, убедившись, что я действительно сижу ровно и в состоянии ехать сама. - До нее часа три, если без привала. Так что четыре. А потом свернем уже к самой столице.

- Поехали, - я оглянулась на провал в земле в последний раз.

Мы оставили одну веревку привязанной к ближайшему дереву на тот случай, если еще кто-то провалится в коварный храм. Все-таки поблизости нет жилья, так что и помочь тут некому. Разве что сам бог огня подсадит. Статую мы все по настоянию Ферина потрогали, и даже не раз. Она была на удивление теплой, но такой же непоколебимой, как и в храме богини ветра. Порой казалось, что языки пламени медленно двигались, но при этом они все тем же невероятным, если не сказать, божественным образом висели прямо в воздухе, будто вмурованные в него.

- А где тот нож? - спохватилась я, когда проверила все свое оружие, прилежно собранное моими товарищами и выданное мне уже на лошади.

- На память сохранишь? - Рут вытащил его из-за голенища и протянул мне рукоятью вперед.

- Хоть посмотрю на него для начала.

Я повертела его в руках, подбросила пару раз. Нож как нож. Обычный, метательный, с короткой ручкой, хорошо сбалансированный.

- Надо же, без яда, - я снова подбросила его. - Это точно были Гарды?

- Да, я осмотрел каждого, - кивнул орк.

- Они искали именно нас, судя по всему. По крайней мере, меня они узнали. Видимо, прорыв через ворота даром нам не прошел, рассмотрели.

- А я ведь предупреждал насчет их кинжалов. После истории с кашляком наш путь отследить было совсем несложно, целый караван свидетелей.

- Да, виновата, - вынуждена была признать я. - Но те, что сперли, не верну.

Рут глянул на меня и рассмеялся:

- Могла бы развесить в столице объявления: “Возвращаю таинственным образом утерянные на пути из Веды в столицу кинжалы Гарды за вознаграждение”.

- А что, так можно? - спохватился Ферин. - Велька, сколько у нас вражеского добра?

- Не отдам, - отрезала я, и даже чрезседельную сумку пощупала, чтобы убедиться, что Ферин сам их еще не забрал.

Ко времени привала я уже вся покрылась холодным потом и давно держалась за луку седла, оставив поводья Хели, но не проронила ни слова о том, что устала и с трудом могу сидеть.

- Остановимся, - вдруг скомандовал Рут гораздо раньше, чем мы собирались, хоть даже не оборачивался ни разу, а значит, не мог заметить моего состояния. Ну а для того, кто сам не был ранен, я была просто бледной и слабой, без особых различий. И только другой воин мог заметить те мелочи, что выдают боль и усталость у привыкшего держать все это в себе человека.

- Еще рано, - напомнила я, хоть и была рада остановке.

- Хочешь ехать поперек седла? Нет? Тогда отдохни сейчас, - орк спешился сам и подошел ко мне, не терпящим возражения жестом протянув руки, чтобы снять меня с лошади.

Мне ничего другого не оставалось, кроме как принять его помощь снова. Сама бы я просто мешком свалилась в траву. Да и после короткого привала, в который Римка снова напоила меня тошнотворным отваром до отказа, я повисла на седле Хели, не смогла даже ногу в стремя забросить. Спина ныла и забирала все мои силы без остатка, а в итоге еще и появился соленый привкус крови во рту.

- Слушайте, просто бросьте меня здесь, - скрипнула я зубами, когда поняла, что мои тщетные попытки быть самостоятельной не остались незамеченными.

- Вот прямо сейчас и брошу вон под то дерево, чтобы ты отлежалась, отоспалась, подлечилась и не мучила себя, - ко мне подошел орк и сунул в руки почти пустой бурдюк. - Пей.

- Ты с ума сошел? - я отшатнулась от него, - У меня и так Римкино зелье вместо крови…

- Пей. Это восстановит силы гораздо быстрее. Выше головы ты все равно не прыгнешь, как бы ни старалась казаться всесильной.

Я с сомнением взболтнула оркский чай, тяжело вздохнула и отпила. Рут при этом взял да и поднял дно повыше, так что глотнула я раз в пять больше, чем собиралась. В голове тут же поплыло, но зато по телу разлилось приятное тепло.

Проснулась я довольно резко, от того, что лошадь сбилась с шага, что-то переступая. Я попыталась понять, как Хель едет боком, но потом до меня дошло, что боком сижу как раз таки я. Пришлось открыть глаза. Дремать в седле мне и раньше нередко доводилось, но в этот раз ощущения меня подвели, я была не на своей лошади.

- Это тоже поперек, так что ты почти ничего не потеряла, - усмехнулся орк, заметив, что я открыла глаза и непонимающе осматриваюсь. - Ну как ты?

- Уже лучше, - вынуждена была признать я, оторвав уже не такую тяжелую голову от плеча степняка. Без наплечника, что особенно удивило. При мне он снимал их всего несколько раз, и уж точно не ради меня, чтобы мне не так жестко было лежать. - Давай я на Хель пересяду, я могу ехать одна.

- Сиди уже, почти приехали, не трать силы. А то насильно в горло волью все, что осталось, раз помогло так быстро.

Впереди действительно виднелась деревня. Небольшая, домов на тридцать-сорок, но растекшаяся далеко по полям, перемежаясь садами. Она была похожа отсюда, с пригорка, на уютное лоскутное одеяло и напоминала про детство.

- Наверное, Лана бы ее узнала, - я вздохнула, искренне жалея, что сестра сейчас этого не видит. - Она старше на год, больше помнит.

- Нужно найти твою бабушку, если она еще… В общем, давайте быстрее, Веле надо нормально лечь, - поторопил нас Ферин.

Глава 29

Околица встретила нас удивленными взглядами сельчан, любопытной ребятней, рассевшейся на заборах, редким лаем собак и запахом свежего молока.

- Эй, детишки, - вор махнул самым смелым мальчикам, подошедшим к самой дороге. - Помогите-ка нам кое-кого найти…

- Убивать будете? - с надеждой спросил один из них, утерев сопли кулаком.

- Убивать? - удивился Ферин, - Почему сразу убивать?

- Дык с вами воины клановые едут, значит, убивать будут, - уверенно заявил малец.

- Они добрые, почем зря людей не режут, - возмутился вор.

- Не будут? - явно расстроился другой пацан.

- А есть кого? - поинтересовалась я, сев перед Рутом ровнее.

- Ага, - воодушевился ребенок. - Староста житья не дает, на коровнике навоз воруют напропалую, ведьма местная проклятьями сыплет, - начал перечислять он, явно подражая рассуждениям родителей.

- Нежить есть? - перебила я его.

- Нету, - с сожалением шмыгнул он носом. - Ну ведьму хоть давайте.

- Скажи лучше, остался в деревне кто-нибудь из семьи, с которой драконову дань брали? - усмехнулась я.

- Дык ведьма и осталась. Показать?

Как-то уж сложилось, что нужная нам хата всегда оказывалась с краю. Этот раз не стал исключением. Мальчик со счастливой улыбкой бежал перед нами до самого последнего дома в деревне, остановившись только у калитки.

- Заходить не буду, и не просите, - уточнил он, ковыряя босыми пальцами ног камушки на дороге.

- Никто и не просил, - согласился Ферин, спрыгнув на землю, и бросил мальчику мелкую монетку. - А теперь марш к родителям, хулиган.

- А когда ведьму убивать будете, позовете всех посмотреть? - он отбежал на пару шагов и обернулся, глядя на нас с надеждой.

- Брысь отсюда! - я в четыре руки оказалась на земле и шикнула на мальчика. - А то позову всех посмотреть, как хворостиной тебя лупить буду за неуважение к старшим!

Пацан припустил так, что только пятки грязные сверкали над дорогой.

- Ну и чего ты ребенка пугаешь? - возмутился Ферин и отпустил меня, убедившись, что я твердо стою на ногах.

- Я не пугаю, а даю ценный жизненный урок, что свое мнение лучше держать при себе, если не можешь отстоять его силой, потому что более сильным окружающим оно может не понравится.

- Тебя в детстве сильно муштровали, да?

- Меня растили клановым воином, - поправила я.

- Это одно и то же, - Рут набросил поводья на штакетину и открыл калитку. - Пойдем.

Двор был довольно большим и свободным, из-за дома опасливо выглядывали еще практически пустые грядки, а на крыльце лежал старый и умудренный жизнью, а потому и не брехливый пес. Он внимательно наблюдал за нами, но еще не решил, представляем ли мы интерес для его хозяйки. Но стоило Руту ступить во двор, как он всего один раз, но весьма красноречиво гавкнул.

- Оксанка, ты? - выглянула из окна старушка в черном платке, повязанном вокруг головы.

Увидев нашу компанию, она малость растерялась, скрылась внутри, чтобы через минуту появиться на пороге, настороженно комкая в руках край серого передника.

- Здравствуйте, хозяйка, - Ферин отвесил шутливый поклон. - Пустите на постой с раненой?

Она присмотрелась ко мне, сощурив ярко-синие, совсем не выцветшие от старости глаза, и побледнела, поднесла вмиг задрожавшую руку ко рту:

- Веленька, - прошептала она. - Это ты, девонька моя!

- Я Велия из клана Веды. А вы, должно быть, моя бабушка, - я виновато улыбнулась, не зная, нужно ли подойти. Как-то не представляла я себе раньше встречи с родственницей. И как себя вести, тоже не знала. Поэтому осталась стоять, опираясь на локоть Рута.

- Да, родная, - она сама подошла ближе, но остановилась в шаге, продолжая комкать передник. - А Лана где? Не смогла приехать?

- Не смогла,- я отвела взгляд. - Мне нужно о многом вас расспросить.

- Конечно, проходите в дом, - бабушка спохватилась, указала нам на открытую дверь и сама первой поднялась на крыльцо.

- Бестолочь, - беззлобно ругнул меня орк, - обняла бы хоть.

- Не раньше, чем тебя. Я ее совсем не помню, - призналась я. - Только руки, наверное…

- Зато она тебя помнит. Ишь, узнала через столько лет.

В доме она первым же делом уложила меня на завешенную в углу кровать и стала выяснять, куда и чем я ранена. А узнав, разразилась слезами.

- Да бросьте вы плакать, это обычное дело для воина, - я села и стянула рубашку через голову, оставшись перебинтованной почти от подбородка до пояса, Римка расстаралась.

- Ох, Судьба милосердная! - бабушка утерла глаза и принялась разматывать повязку. - А я просила, я умоляла отца вашего не забирать вас такими детьми малыми, дать подрасти. Да куда там, он хотел вас обеих воинами вырастить…

- То есть, отца? - опешила я, даже не заметив, что она отрывает бинт от кровавой корки вокруг раны.

- Отца родного вашего, чтоб ему, окаянному, икалось, - подтвердила она. - А то что, он не сказал вам?

Я покачала головой:

- Расскажите о моей семье. Пожалуйста.

Бабушка смочила чистую тряпицу в миске с водой, тяжело вздохнула и взялась вытирать мою спину от засохшей крови и Римкиных трав.

- Тут с самого начала надобно говорить, - наконец сказала она. - С прабабки твоей, моей матери.

- Давайте с нее, - согласилась я.

- Она жила тут, в Затоке, с самого рождения. Деревенька тогда была еще маленькая, - бабушка взяла склянку с резко пахнущей мазью и зачерпнула из нее, - однако ж, недалеко от нас жил дракон. Ну, как жил, гнезда-то не было, оно в горах. А вот в человечьей шкуре бывал тут. И как-то увидел ее на речке. Мама всегда была красавицей, глаз не отвесть. Дракон и не отводил, все ходил следом. А потом потребовал ее данью от деревни за защиту. Кто ж с драконами спорит? Отдали.

- За какую еще защиту? - я поморщилась, мазь щипала, но от рассказа отвлечь не смогла бы.

- Дык от нечестивых земель, - ответила она, как само собой разумеющееся. - Оттуда мертвяки всякие шли. А от них и чума.

- Ладно. Дальше-то что?

- А дальше понесла мама мною, да только дракон через неделю обернулся ящером, и назад в человека уже никак.

- Да, есть у них такая неприятность, - хмыкнула я.

- Мама с месяц так походила по гнезду, да и не выдержала, ушла. Ну какой разговор может быть со змеем? А в Затоке ее уже и не ждали даже родители. Отвернулись все, она ж уже порченная была.

- Нашли мне ценность, - фыркнула я. - Но как-то же она осталась.

- Осталась, родила, да сама меня и вырастила, без помощи. Но кто ж среди людей примет полукровку? Я без подружек росла, только с мамой и была, с травами ей помогала. Вся деревня приходила лечиться, да только молча, отворачиваясь, будто мы грязные какие, прокаженные.

- Это везде так происходит, - я глянула на тихонько сидевшую за краем занавески Римку. - Чешуйку дракона никогда не примут за человека.

- Так и есть. Люди не терпят тех, кто от них отличается, - вздохнула бабушка. - Потом, как подросла я, а все ровесницы мои замуж повыходили, мама объяснила мне, что семьи у меня никогда не будет, как и у нее. И что если я дите родить хочу, так это надо к заезжему кому идти, кто про дракона не знает.

- И ты пошла, - я посмотрела на нее куда внимательнее. Было даже через все ее годы видно, какой красивой она была в молодости. Да и всей живости и статности она не потеряла. И вынуждена была лечь под случайного встречного, чтобы познать радость материнства. - Оно ведь того стоит.

- Кирилу родила чуть раньше срока, но она так быстро окрепла, что я даже испугалась, а ну как в драконову кровь пошла. Но нет, обошлось, в змея она не обернулась, росла синеглазой красавицей всем на черную зависть. Мужики-то заглядывались, а все одно помнили, чьих она грязных кровей. И когда ей уже семнадцать весен было, заехал в Затоку воин из Веды, искал какую-то зверушку диковинную. Да так тут и остался на полгода. И плевать ему было, что Кирилка драконова внучка. Все забрать ее в клан хотел, да она не пошла, боялась.

- Почему? - удивилась я, прекрасно зная, что в клане Веды ее бы никогда не обидели, не те у нас варварские сельские порядки.

- Дык от меня боялась отходить. Уж сколько мы зла от односельчан натерпелись, что веры людям уже не было. Потом уехал этот воин, ему в клане пора было показаться. А как приехал через еще полгода, уже Лана в подоле была. А потом и ты вскорости.

- А где мама сейчас?

- От горячки умерла, когда тебе годик был, - бабушка утерла глаза тыльной стороной ладони, чистой от мази. - Уж как я билась за нее, а не спасла. И как приехал отец ваш снова, а ее нет в живых, так сразу вас двоих и забрал.

- Кто это был? - я проглотила ком, вставший в горле.

- Янир. Рыжий такой, косы в хвост не собирал, как другие, да все с луком за спиной ходил, а через щеку такие ж, как у тебя, рисочки были дугою, только две.

Я закрыла глаза, сдерживая слезы из последних сил. Мой наставник, который воспитал меня и научил всему, что я умею, что помогало мне выживать. Наставник, который растил меня, как родную дочь, названный отец, единственный, кто знал, как я потеряла каждый молочный зуб, как получила каждый шрам. Наставник, который и оказался моим отцом. И которого я потеряла этой зимой.

- Он умер, - я, наконец, протолкнула ком в горле и тяжело вздохнула. - Вепрь. А он тогда еще не оправился после раны.

- Так ты совсем одна осталась, - бабушка отложила склянку и просто погладила меня по спине.

- Не одна, - я снова бросила взгляд на прислушивавшихся к нам из горницы товарищей. - Уже не одна. А как ты тут справляешься?

- Помогает соседская дочка, Оксанка, - отмахнулась бабушка. - А я ее травам учу. Она бойкая, не из боязливых.

- Это хорошо. Потому что я сейчас никак не могу ни остаться, ни забрать тебя с собой.

- А и не надо. Я тут всю жизнь прожила, тут и помру. Ты только себя береги, Веленька.

- А как ты меня узнала-то так быстро? - встрепенулась я.

- Ты вылитая Кирила, даже глаза меняются так же, - улыбнулась бабушка. - У Ланы не менялись, всегда голубые были. А ты меня в окне как увидела, так мигом глазки-то васильковыми стали, как в детстве. У отца моего, мама говаривала, такие же синие всегда были.

- А что тот дракон, кстати? - вспомнила я.

- Пропал сразу, как мама ушла. Никто его больше не видел после этого, - пожала плечами бабушка и погладила меня по голове, разбудив такое давнее, почти забытое ощущение, которое я унесла из родной деревни. Ощущение ее ласковой руки на моих волосах.

- Мы потом с Ланой вместе приедем, когда все это закончится, - пообещала я скорее самой себе, чем бабушке.

- Обязательно, - улыбнулась она. - Я буду вас ждать.

Выйдя к остальным из-за занавески, уже заново перебинтованной и одетой, я молча села за стол, объявив этим негласное собрание.

- Что будем делать, чешуйка? - толкнул меня локтем Ферин. - Римку можно и вправду с собой в горы не брать, раз уж ты, оказывается, и сама сгодишься.

Девочка тут же отрицательно замотала головой.

- В гнездо ты не полезешь, - отрезала я. - Это опасно, если ты еще не поняла.

- Но и ты одна туда не пойдешь, - точно так же категорично напомнил мне Рут. - Будь ты хоть сто раз чешуйкой, дракон тебя по полу размажет тонким слоем, если захочет.

- Уж лучше меня одну, чем всех нас, - возмутилась я.

- Зачем тебе к дракону? - замерла у меня за спиной бабушка.

- Последний черный дракон забрал Лану в качестве дани, - нехотя призналась я. - У меня с ним уговор: если успею до новолуния придти к нему, он ее отпустит.

- Не отпустит, пока не обернется, - бабушка обессилено опустилась на соседний стул. - Не отпустит, Веленька. Все, пропала Ланушка, как мама моя когда-то…

- Не пропала. Я ее заберу.

- И что за жизнь ей будет с таким клеймом?

- Нормальная, - я повернулась к ней. - В клане никого не поливают грязью за то, в чем он не виноват. И я, как будущая Мать Веды, не допущу такой несправедливости.

- И ты пропала, моя девонька, - вздохнула бабушка.

Полная луна уныло лила свой холодный свет на землю. И скажи мне кто-нибудь в самом начале пути, что я буду в полнолуние спокойно сидеть на ступеньках крыльца и пить чай, накинув вязаную шаль на плечи, вместо того чтобы гнать Хель во весь опор к горам, то я ударила бы за такой наглый поклеп. А сейчас я уже сама не знала, что и думать. Если словам Альмора о полезности драконов я верила с серединки на половинку, потому что он лично не знаком с драконами и их данью, то в рассказе бабушки не сомневалась. По всему выходило, что дракон, оказавшийся моим прадедом, действительно гонял нежить, людей не ел, да и прабабушку по вполне понятным причинам уволок. Тот деревенский мальчик почти угадал с высиживанием яиц.

И только одно вызывало у меня беспокойство. Последний черный дракон собирал дань каждые десять лет, но от него никто не возвращался, иначе мы в клане об этом бы знали. Что-то во всем этом было не так.

- Все же есть в тебе божественный кисель, - внезапно раздалось от открытого окна.

Я поперхнулась.

- Нельзя же так подкрадываться! - возмутилась я, откашлявшись.

- Если глубоко копнуть, - продолжил Ферин, облокотившись на подоконник, - ты правнучка дракона, а первых драконов породили боги. Так что ты дальний потомок богов. Вода на киселе, но кисель-то этот божественный.

- Нашел достоинство, - я поставила чашку на ступеньку. - Это ничего не значит, я не вижу никакой пользы от этого странного родства.

- Люди напрочь забыли о том, что в задумке богов всем было отведено свое место, вот и довели драконов до вымирания, - вздохнул вор. - Так какое же твое место в мире с этим родством?

- Мое место в клане Веды, я воин, и моя жизнь принадлежит моему клану, - ответила я настолько привычную, вбитую с детства мне в голову мысль, что сама задумалась, так ли это.

- Вель, посмотри на Рута. Он ведь клановый воин, это сомнений не вызывает, так?

- Да, - согласилась я.

- Как часто он вспоминал о клане Ночи за все это время?

- Ну, пару раз, наверное. Я не помню, если честно.

- А то, что для тебя и спасения твоей сестры он жизнью рискует, это как называется? Принадлежность жизни клану?

- Нет, это его личный выбор, - я снова взяла чашку в руки. - Не сравнивай нас, он степной орк, кровь можно погасить, но не изменить. Он всегда будет свободолюбивым. А мне и чихнуть нельзя было без дозволения наставника или Матери.

- А сейчас кто тебе приказывает? Ты поехала в гнездо дракона по чьему указанию? - не отставал Ферин.

- По своему собственному, поругавшись с Матерью, - сдалась я. - Это было неправильно для воина, но Лана ведь моя сестра.

- Мне кажется, Велька, что ты всегда была непослушной, - усмехнулся он. - Часто сбегала, лезла, куда не просили...

- Ну, допустим, - я тяжело вздохнула, отчего между лопатками кольнуло.

- Вот видишь, правнучка дракона, праправнучка богов. Такие, как ты, рождены менять этот мир, перекраивать его. Потому боги тебя и благословляют.

- Пока больше похоже, что проклинают. Я влезла во все неприятности по дороге, в какие только могла.

- Но ведь вышла из каждой из них победителем. Вель, ты умирала там, в лесу. Действительно умирала. Ты потеряла слишком много крови, ты почти не дышала, когда мы спустили тебя в храм. И тут же появилась статуя бога огня. Каких-то пять часов, и ты пришла в себя, а потом и на лошадь полезла.

- Значит, не так уж я была и ранена.

- Нож был отравлен, - добил меня вор. - Рима его долго теребила, чем-то натирала, в итоге проявился яд. Она только мне показала, испугалась, что Рут, как воин, может добить тебя, чтоб не мучилась.

- На меня всегда зелья слабо действовали, в том числе и яды, так что, могло и не пронять, я ведь много крови из раны потеряла вместе с ядом… Не говори больше никому, - я почувствовала, что по спине табуном пробежались мурашки.

- Не скажу, не бойся. Ты сама лучше об этом подумай, - Ферин скрылся в недрах дома.

А я так и сидела с остывшим чаем, глядя на луну.

Глава 30

Как бабушка ни отговаривала, спать я полезла на второй этаж вместе с Ферином и Рутом, оставив ей вместо себя в горнице на лавках Римку и Альмора. Хотя, вторым этажом это можно было назвать только из жалости. Скорее просто обжитый чердак с низкой крышей. Заползали мы туда с узкой лестницы, пригнувшись, и сразу ложились на расстеленных одеялах, потому что стоя там все равно делать нечего.

- Ты как? - первым делом спросил орк, когда я осторожно легла на живот между ним и Ферином.

- Терпимо, еще поживу, - прокряхтела я, вытягиваясь. - Но чувствую себя столетней старушкой.

- Что ж ты лет через пятьдесят скажешь? - усмехнулся Ферин.

- Я столько не проживу, - пробормотала я, практически сразу уснув.

Проснувшись среди ночи, лежа все так же на животе, от тяжести в груди, я открыла глаза и какое-то время просто медленно глубоко дышала, прислушиваясь к себе, пока не проснулась окончательно. В легких не булькало, не хрипело, боли, вроде, тоже особо и не было. Но дышать было жутко тяжело, будто мне камень на спину положили. Большой камень. Я посмотрела на как всегда уползшего куда-то вверх во сне Ферина, голова которого оказалась в тени под окном, а все остальное в лунном свете. Получилось немного жутко, будто рядом с обезглавленным телом лежу. Я осторожно вытянула одну руку вверх и проверила. Голова была там, где ей и положено, недовольно засопев в ответ.

Вздохнув с облегчением, я чуть повернулась в другую сторону. И обнаружила, что за камень придавил меня к полу, мешая дышать. Через меня была перекинута зеленая рука с тяжелым наручем.

Я уже собиралась толкнуть орка, чтобы забрал свое добро с меня, но вдруг передумала. Не так уж и тяжело дышать, не могильная ж плита на мне. А вот будить Рута стало жалко, он и так полдня меня вез, пока я отсыпалась, да и прошлую ночь после нападения Гарды явно уже не спал. Изо дня в день он казался все более уставшим, как и все мы. И что бы со мной было, не встреть я тогда его у таверны, я теперь даже представить не могла. Да, одна я всегда перемещаюсь быстрее, мы с Хелью уже были бы у подножия гор, но… Но что дальше-то?

Предположим, я не влезла бы по пути ни в какие неприятности, обходя их стороной, как и собиралась с самого начала, уезжая одна в ночь из клана. И не знала бы я теперь ровным счетом ничего о драконах. А возможно, и не доехала бы даже до Затоки. Скорее всего, ко мне по пути присоединился бы кто-то из Веды, тот же Васий, например. Такой же самонадеянный и порой безголовый, как и я сама. Пропали бы оба. Отличным спутником был бы Торий, серьезный и рассудительный, опытный воин, но до него еще добраться надо было. Впрочем, в этом Рут ему ничем не уступает.

Возраст воина – понятие относительное. Можно в двадцать быть на порядок опытнее тридцатилетних, а можно и в шестьдесят ни разу упыря не видеть. В этом смысле я всегда считала себя достаточно самостоятельной и повидавшей мир. Но на фоне орка с его странным философским отношением к жизни, теперь казалась самой себе каким-то обиженным на всех и все ребенком. А ведь он и вправду совсем немного старше меня. Хотя, как по степняку определить возраст, я не знала, все-таки они отличаются от людей, пусть и не сильно. Даже щетина так и не появилась за все это время.

Я тихонько и медленно повернулась на бок под тяжелой рукой, чтобы лучше его видеть. А он ничего, кстати. Для орка, конечно. Тихо усмехнувшись своим мыслям, я снова уснула, притерпевшись к тяжести.

Петушиный крик подорвал нас еще до рассвета. Такой непривычный в пути, что разом вышибал сон из головы. Один за другим, а иногда и хором, прогорланили с десяток петухов, добив всякую надежду на дальнейший сон.

- Вот теперь можно и бабушку обнять, - фыркнул Рут, обнаружив меня у себя под рукой.

Я сморгнула и непонимающе на него уставилась, не видя связи.

- Ты грозилась, что обнимешь ее только после меня, - напомнил он. - Иди, обнимай теперь.

- Ну, раз ты больше не хочешь, придется сползать вниз, чтобы пообниматься, - я повернулась на живот, прислушиваясь к ране на спине. Вроде, затихла, боли больше не было. И вправду, слишком быстро я иду на поправку. Хотя, я всегда выздоравливала раньше остальных.

- Иди, а то за ноги стащу по лестнице и заставлю. Семья – это святое, - напомнил мне Рут главный и непреклонный принцип степных орков.

- Иду-иду, - я села и зевнула, собрала косички в хвост. - Начинаю это понимать. Жаль, что так поздно, когда близких остается все меньше.

- Так оно всегда и получается, - он тяжело вздохнул, так что я даже и не решилась спросить, кого он потерял, чтобы понять это. Хотя, я, кажется, знаю. Леший же увел его названную мать. А нашли только через неделю. Вряд ли она была еще жива…

Бабушка внизу уже хлопотала у стола, когда я, наконец, спустилась. Я без понуканий и подталкиваний в спину сама подошла к ней и обняла, вызвав улыбку и слезы умиления у старушки.

- Садитесь завтракать, - бабушка выпустила меня из рук, утерла глаза рожком платка и указала на стол.

- Сейчас, только умоюсь.

Я вышла во двор, чтобы набрать воды из колодца, и тут же наткнулась на любопытные взгляды через забор.

- Вам чего? - спросила я у толпившихся снаружи детей.

- А когда ведьму убивать уже будете? - напомнил вчерашний провожатый. - А то все не зовете.

Я подошла к невысокому забору, дети отшатнулись.

- Пойди сюда, расскажу что-то, - я поманила пальцем самого бойкого мальца и облокотилась на забор.

Мальчик оглянулся на товарищей, подтянул сползавшие шаровары, утер сопли, и с видом героя подошел ко мне, выпятив тощую грудь и явно красуясь перед выглядывавшими из-за соседнего угла девчонками.

Я перегнулась чуть ниже, сцапала его за ухо и подтащила вплотную к самому частоколу, на котором они так кучно висели до этого:

- Я – внучка этой ведьмы. И тоже ведьма, если тебе интересно. И ем таких, как вы, на завтрак, - совершенно буднично сказала я, будто о погоде рассуждала. - Еще раз вас всех здесь увижу, вместе или по одному, мало не покажется. Лучше бы старшим помогали. Я в твои годы уже охотилась вместе с наставником, а по утрам бегала в поле с женщинами. Очень советую тебе последовать моему примеру, если не хочешь профукать жизнь бездарем и лентяем.

Стоило мне разжать пальцы, как всю их компанию будто ветром сдуло. Надеюсь, что мои слова они все же услышали.

Умывшись холодной водой, я сразу взбодрилась и даже пришла в доброе расположение духа, так что возвращалась к дому вполне довольной жизнью, помахивая мокрыми косичками, чтобы стряхнуть с них воду и не капать на чистый пол.

- Так, у нас совсем немного времени, - напомнила я, сев за стол, - так что как можно быстрее едем в столицу. По дороге будет город на тракте, Лира, кажется, меня там уже ждут с припасами.

- Гребки, - сверился Ферин с картой, развернутой поверх сковороды. - Переименовали недавно в Лиру, когда их перестало затапливать, но местные все еще Гребками зовут. К вечеру будем там даже не торопясь. А завтра в Центруме.

- Что будем делать с картой гор? - обратилась я сразу к Альмору, потому что Ферин свое мнение высказал давно и менять его явно не собирался.

- Я попробую переговорить со столичной академией, - неуверенно начал он. - Возможно, у них найдутся фрагменты или копии…

- А я в это время достану нам оригинал, - напомнил вор.

- И будешь болтаться на виселице, - подвела итог я. - Давай оставим это на самый крайний случай.

Ферин надулся как мышь на крупу, сложил карту и сунул ее за пазуху.

- Ехать долго сможешь? - кивнул Рут на мою спину.

- Да, мне уже намного лучше.

- Я соберу вам в дорогу, - бабушка поднялась и пошла к печи.

- Спасибо. Извини, что я так ненадолго, - обернулась я ей вслед. - Но сейчас мне действительно нужно поспешить.

- Да ничего, милая. Я вас с Ланой буду в гости ждать. Когда-нибудь, наверное ж, еще свидимся.

- Обязательно, - я кивнула и уставилась в тарелку, совсем в этом не уверенная.

Уезжала я в растерянных чувствах. С одной стороны, я эту женщину совсем не знала, но с другой, бабушка все-таки. Она долго стояла на пороге и смотрела нам вслед. И, готова поклясться, плакала.

- А почему кланникам нельзя знать своих родных? - поинтересовался Альмор, отвлекшись от книги, которую продолжал читать и в седле.

- Потому что клан превыше всего, - ответила я незыблемую истину. - Вот я, например, бросила все и помчалась спасать сестру, ослабив клан на одного воина. Непростительное поведение. Меня оправдывало только то, что Лана тоже из Веды.

- Вот почему с тобой нет никого из ваших воинов, - ученый поправил очки и даже закрыл фолиант.

- Чтобы не распылять силы, - я кивнула. - На спасение одного члена клана нельзя положить десять других. Да и одна я быстрее, чем с отрядом. Это уж в дороге как-то вы все насобирались, - я оглянулась на остальных товарищей. - Рут меня спас, Ферин обокрал, после чего нанялся ко мне, а Римку мы спасли от односельчан.

- Меня от наемников мэра, - грустно усмехнулся Альмор.

- Ну да. Кстати, - я снова оглянулась, - Ферин, а что за статуэтку ты стащил, посеяв нашу веревку?

- Точно, чуть не забыл, - вор пошерудил рукой в сумке, чем-то гремя в ней, и вытащил на свет граненый хрустальный шар, вокруг которого по спирали обвивался филигранный дракон. - У королевского гонца в комнате лежал в сумке под подушкой.

- Даже знать не хочу, что ты там делал, - открестилась я.

- Дракона увидел, подумал, вдруг пригодится, вот и полез, - пожал плечами вор.

- Покажи-ка, - Альмор взял статуэтку, совсем небольшую, с кулак, и погрузился в изучение.

Ближе к вечеру я уже порядком устала в седле, а спину неумолимо начинало ломить, поэтому показавшемуся впереди городу я обрадовалась, как родному.

- Где твоих искать будем? - полюбопытствовал Ферин, подозрительно присматриваясь к страже на воротах.

Стража, стоявшая под огромной шильдой над воротами, тоже подозрительно присмотрелась к нам. На вывеске, кстати, было замазано старое название «Гребки», прекрасно просвечивающее и через жидкую краску, а поверх было коряво, но крупно, наскрябано «Лира». В итоге получилось «гЛИРАки».

- Они сами меня найдут, - отмахнулась я, задумчиво изучая вывеску и страстно желая поскорее оказаться где-нибудь на постоялом дворе, и желательно в постели.

- Здесь Гарды, - оглянулся Рут.

- Город нейтральный, им нечего нам предъявить,- я проследила за его взглядом и увидела двух лучников с зелеными татуировками. - Кроме своей неприязни. Если они только не хотят уже сегодня присвоить себе эти Глираки… Тьфу, Лиру.

- Начнем раздавать кинжалы за вознаграждение? - вставил свои предпринимательские пять медяшек Ферин.

Я показала ему кулак.

Постоялый двор нашелся быстро, главная дорога ровнехонько в него и упиралась, так что я сползла со спины Хели и, собрав волю в кулак, дотащилась до комнаты, чтобы скорее растянуть свои бренные кости на жесткой постели. Долго отдыхать не пришлось, спустя какой-то час в дверь постучали.

- Кто бы там ни пришел, - крикнула я, не двинувшись с места, - можете меня убить, но не заставляйте подниматься!

За дверью хрюкнули. Я озадачилась.

- Убивать не буду, но войду, - весело ответил мне женский голос снаружи, и дверь открылась.

На пороге стояла Ельга, уперев руки в бока, а заодно и в весьма многозначительно висевший на поясе топор. Мы пару раз работали вместе раньше, неплохо ладили, но подругами, увы, не стали. Слишком уж шумной, слишком веселой и жизнерадостной была эта девушка, стригшая светлые косички невероятно коротко, запросто ходившая в юбке до середины бедра под кольчугой и часто пропадавшая из клана на месяц-другой без всякой причины.

- Здравствуй, - я нехотя повернулась на бок. - Есть новости?

- Главная новость в клане – ты, - усмехнулась она и без всякого стеснения моим помятым состоянием уселась на узкую кровать рядом, подпихнув меня своей пятой точкой подвинуться. - Рассказывай!

- Что именно? - я потеряла последнюю надежду на отдых и покой, но все равно упорно продолжала лежать.

- Как дракона будешь убивать?

- Встану у него поперек горла, - отшутилась я.

- Эх, как бы я с тобой хотела, а не купцов этих малохольных сопровождать… Ну, хоть платят хорошо, и то утешение.

- Стрелы кто-нибудь подготовил? - перебила я ее, совершенно не интересуясь купцами.

- Да, стрелы, запасной лук, ножи, полынь с солью, зелья, - перечислила она, - все готово, скоро принесут. А пока пойдем вниз, познакомь меня со своей компанией.

- Это плохая идея, - я, вопреки своим словам, села и даже спустила ноги на пол. - Нам бы не привлекать внимания.

- Да брось, Велия, город нейтральный!

- Нож у меня в спине оказался в самом, что ни на есть, нейтральном лесу, - буркнула я. - Я немного сглупила, и этим заслужила еще большую, чем обычно, нелюбовь Гарды. У меня целая сумка их клановых рунных кинжалов.

Ельга восхищенно присвистнула:

- Как тебе удалось?

- Я наняла хорошего вора.

О боги, как же она хохотала, просто до слез:

- Выдай тайну, какая гильдия воров нынче готова так рисковать, потому что я лично согласна платить каждому из них втридорога, только бы посадить Гарды в лужу!

- Кажется, я не имею ни малейшего представления, к какой гильдии он принадлежит, - вынуждена была признать я. - Ладно, пойдем вниз, познакомлю, сама спросишь.

- Заодно и с остальными познакомь, - подмигнула она, скорее подталкивая меня к выходу.

Пришлось спускаться. Немного напрягло меня то, как плотоядно Ельга смотрела на Рута, потому как лишних задержек в пути совсем не хотелось. И так уже мое ранение почти на сутки нас затормозило. Правда, спустя полчаса к нам подошли трое других воинов Веды, находившихся сейчас в городе, и я забыла про все на свете.

Среди них был Аким, моя первая любовь, один из лучших воинов клана из моих сверстников. Сколько крови он мне попортил в свое время, учитывая, что любовью он был безответной. Зато впоследствии мы стали отличными друзьями. А еще мы без конца состязались между собой в стрельбе из лука, так до конца и не определившись, кто же из нас искуснее.

- А помнишь то несчастное яблоко? - смеялся он, приобняв меня за плечи.

- Еще бы, ты у меня его из зубов стрелой выбил, идиот, - я толкнула Акима локтем, чтобы не давил на мою многострадальную спину. - Я чуть без языка не осталась.

- Немой ты была бы вообще золотом, - фыркнул он, и тут же одернул себя, глянув на недовольную Римку. - Прости, малышка, не подумал.

Недовольными оказались вообще все, кроме меня. Веселость Акима была напускной, он, то и дело, следил взглядом за проходившими мимо постояльцами, за подавальщицей, за моими новыми товарищами. Альмор просто хотел скорее вернуться к изучению книги, его такая большая компания тяготила. Римке не нравилось количество мужчин, а поведение Ельги и вовсе вызывало ярое негодование. Рут сидел с самым мрачным видом и напрочь игнорировал откровенные приставания Ельги, что и ей настроение не поднимало. Ну а Ферин просто ушел в себя, сидя в самом углу и ни с кем не заводя беседы, глядя в одну точку перед собой. Одна я была рада видеть своих соклановцев.

- Ну что, повезло тебе, что ранена, - в очередной раз надавил мне на спину Аким.

- С чего бы это? - я не выдержала и вовсе сбросила его руку с плеч.

- Теперь у тебя есть оправдание, почему ты стреляешь из лука хуже меня, - усмехнулся он.

- Выйдем? - я решительно поднялась, тут же забыв о слабости, усталости и боли.

- А давай, - Аким тоже поднялся и оперся ладонями о стол. - Неси свой лук.

- Ой, будто вы пострелять идете, обошлись бы и без лука, - фыркнула Ельга.

Я даже не оглянулась на ее подначку, живо поднявшись в комнату за луком и колчаном.

- Не спешите, а то когда еще потом увидитесь, - снова напутствовала она, когда мы с Акимом уже бежали наперегонки к выходу, виляя между столами и посетителями.

Глава 31

Луками мы, конечно, ограничиться не смогли, ведь ничья никого из нас не устроила бы. Поэтому дальше в ход пошли ножи, а за ними стрельба по подбрасываемым предметам, потом кто дальше забросит камень... Одни боги знают, как счастлива и беззаботна я была в тот вечер, хоть ненадолго забыв обо всех проблемах и просто развлекаясь, как раньше, будто я все еще дома.

- Мне тут один любопытный слух попался, - Аким бросил камушек, тот пробарабанил по высокой крыше и скатился с противоположной стороны. - Что королевские послы драконов собирают.

- Собирают? По частям, что ли? - мой камушек отскочил от дымохода.

- Нет, фигурки, - он остановился и убрал руки в карманы, продолжая смотреть куда-то вверх. - Сделанные из горного хрусталя. Вот только кем, когда и где, неизвестно. Уже много их свезли во дворец. Не знаю, зачем это, но вдруг тебе пригодится, - Аким достал из кармана шар с кулак, обвитый очень искусным драконом, и перебросил его мне в руки.

Я поймала статуэтку и с изумлением ее рассматривала, понимая, что она очень похожа на ту, что стащил Ферин.

- Где ты ее взял? - не удержалась я.

- Ну, пришлось кое-кого спросить, кое-кого убить, - усмехнулся Аким. - Чего только ради тебя и Ланы не сделаешь.

- Спасибо, - я тронула его за локоть.

- Может, мне стоит поехать с тобой? - он развернулся и медленно пошел обратно по направлению к таверне. - Что-то нет у меня веры к этому степному орку.

- Нет, ну что ты, не бросай клановые дела. Знаешь, я и сама не понимаю, зачем Рут встрял во все это, наверное, ему действительно заняться больше нечем. Но он очень надежный, я в нем не сомневаюсь. Во всяком случае, за свою спину я спокойна. Да и просто с ним как-то веселее, что ли.

- Ты что, влюбилась, Веля? - фыркнул Аким.

- Что ты несешь?! - возмутилась я.

- Ты улыбаешься, когда о нем говоришь, - уже серьезно пояснил он. - Такого за тобой раньше не было.

- Тебе показалось. Я улыбаюсь, потому что ты меня смешишь, неумеха. Это ж надо было метательный нож в траве потерять.

Вернувшись в таверну только под утро, помятая и грязная после очередного спора, кто из нас дальше проедет по траве с разбегу, будто дети малые, я держалась на последнем упрямстве, молча с самой блаженной улыбкой прошла мимо товарищей и просто свалилась в комнате без задних ног.

- Хорошо провела время? - первым делом совершенно буднично спросил Рут, когда я спустилась утром на первый этаж, зевая и протирая глаза.

- Замечательно, - совершенно честно ответила я, плюхнувшись на стул напротив и тут же пристроив голову на сложенных на столе руках.

- И что, не маловат он для тебя?

Я фыркнула, но головы не подняла:

- Да что тебе это все покоя не дает? Для дружбы нет неподходящего возраста.

- Тебя почти всю ночь не было, - якобы издали начал и вор. - Мы же беспокоились.

- Еще раз назовешь меня падшей, и я тебя ударю, - пообещала я. - Я взрослая женщина, я клановый воин, в конце-то концов, и могу сама о себе позаботиться. Как-то же я дожила до своих лет, чтобы не бояться ночью ходить по городу. Тем более с другом детства.

- Ельга рассказала, что ты его без памяти любила, - немного умерил пыл Ферин. - Так какой же он друг…

- Врет. С памятью, вполне доброй и светлой, так что мы стали хорошими друзьями, когда моя блажь прошла. И нет, ни с Торием, ни с Акимом я не сплю, если тебя это так сильно интересует, но очень сильно их обоих люблю, - возразила я. - А еще он прекрасный лучник, стрелы для меня с зазубренными наконечниками сделал. И вот это раздобыл.

Я выставила на стол статуэтку дракона на граненом шаре.

Альмор аж очки приподнял, глядя на нее. И скорее поставил рядом первую.

Драконы смотрели в разные стороны, да и обвивали шары немного под разными углами, а в остальном было видно, что они созданы одним мастером.

- И их еще много, - огорошила я. - Такие статуэтки со всей страны свозят во дворец.

- Может, король решил коллекцию собрать? - пожал плечами Ферин, тут же забыв о моем аморальном поведении.

Альмор же поднял нового дракончика и рассматривал на просвет, повернувшись к окну.

- Когда разберетесь, в чем дело, дайте знать, - я снова положила голову на руки.

- Ночью спать надо было, - пнул мой стул Рут, правда, легонько. - Пойдем лошадей седлать.

- А я знаю, в чем дело, - я даже с места не двинулась, - Твоя-то Параска в Подласках осталась, приходится спать по ночам. Вот ты и завидуешь не спящим.

- Вель, тебе кто-нибудь говорил, что тебя прибить хочется?

Я тяжело вздохнула и все же поднялась:

- Ты далеко не первый. Ладно, пойдем.

Хель смотрела на меня, как на последнего изверга, когда я подошла к ней с седлом.

- Не делай вид, что устала больше остальных, мы часто останавливаемся, - я затянула подпругу. - Мы и больше с тобой проезжали. Кстати, - я обернулась к Руту, - я ни разу не слышала, как твоего коня зовут.

- Никак не зовут, - орк застегнул узду.

- У Ферина Трус, Римка назвала свою Гладь за ровный ход, у Альмора Рыбка, - перечислила я. - Я Хель еще жеребенком выбрала, табунщик разрешил самой имя дать. Всех как-то зовут. Сколько ему, четыре? Пять лет? Не мог же ты пять лет коня никак не называть.

- Мог, - отрезал он.

Я погладила Хель и сделала себе мысленную зарубку выяснить это, во что бы то ни стало. Уж очень любопытно.

Первые несколько часов мы ехали молча, пока Альмор не захлопнул книгу.

- Кажется, я кое в чем разобрался, - он убрал фолиант в сумку. - Возможно, драконов осталось гораздо больше. Тут помимо того, что мы уже знаем о линьке и гнездах, потомках, говорится еще и о спячке. После «утраты смысла жизни», дракон может впасть в анабиоз, то есть в спячку, и пробыть в ней несколько сотен лет.

- Хочешь сказать, драконы спят себе в гнездах и ждут, чтобы всем разом проснуться? - я прикинула масштаб бедствия и похолодела.

- Возможно. Я только предполагаю, что далеко не все драконы мертвы, некоторые могут спать.

- А что значит, утратив смысл жизни? - обернулся Рут.

- Пока что это никак не объяснялось, просто указано как данность, - вздохнул ученый.

Римка указала на сердце и показала два пальца.

- Может, и так, - хмыкнул Альмор. - Почему бы и не свою пару. Я как-то раньше этими вопросами не интересовался.

-А ты вообще драконов изучал? - серьезно усомнилась я. - Меня просто поражает тот факт, что о чем тебя не спроси, ты не знаешь.

- Я изучал их анатомию, физиологию, образ жизни и питание, - смутился он. - А социальный уклад и генеалогия меня не интересовали.

- Мы нашли немного не того ученого, - вздохнул Ферин.

- Я работаю над этим, - Альмор снова достал книгу и погрузился в чтение.

Столицу мы увидели еще издали. Центрум не походил на другие города, он жужжал, как улей, он был огромен, как гора. Он и находился на взгорке, вырастая к центру пиком королевского замка, пусть не заснеженного, но позолоченного.

- И почему я только не одумалась раньше? - я остановила лошадь и нервно сглотнула. - Я не хочу туда ехать.

- Да брось, дикарка, в большом городе хорошо, - подбодрил меня Ферин. - Всегда можно затеряться или, наоборот, найти что-то. Или кого-то. Больше людей – больше шансов нарваться на кого-то полезного.

- Так, узнаем про дракона, пробуем расспросить что-нибудь о карте в академии, и уходим отсюда как можно скорее. Лучше бы нам и на ночь тут не оставаться, - я тронула бока Хели, неуверенно направляя ее ко въезду.

- Ночь – это лучшее время для вора, - напомнил Ферин. - Только за воинами Гарды нужен глаз да глаз, если их сговор с властями не выдумка.

- Они способны и не на такое, - согласился Рут. - Видимо, придется снова разделиться, чтобы успеть везде.

- Рискованно. Мы не в Подласках, не в Корине и даже не в Глираках… в Лире, вернее. Это столица, - возразила я, но тихо, так как мы уже подъезжали к воротам. - Нас по одному перещелкают, как орешки. Ты только представь, сколько здесь будет воинов Гарды. Не все же они бросились на поиски нового Отца Ночи.

- Вель, не паникуй. У нас неделя уйдет на все, если мы будем строем маршировать от места к месту. В академии безопаснее всего, туда можно отправить Альмора и Риму. Ты с Ферином порасспрашиваешь о драконе, а я попробую узнать о карте, которая в сокровищнице.

- Не выйдет, уж больно приметная у тебя зеленая физиономия, - вмешался в разговор кто-то со стороны. - Я тут уже осмотрелся за пару часов.

- Торий! - я была действительно удивлена, увидев его рядом. - А ты что здесь делаешь? Я думала, ты в клан поехал.

- Ты мой клан, Велька. Разве я бы тебя кому-то другому доверил в таком опасном месте? Отправил Матери весточку и сразу сюда, малыми тропами, чтобы хвост не привести.

- Спасибо, - я пустила поводья уже спокойнее, позволив Хели идти в общем потоке снующих туда-сюда людей и всадников.

- Да уж справились бы и без посторонних, - буркнул Рут.

- Вот и я так думаю, - в тон ему ответил Торий.

Я уже готова была облаять обоих, но перед нами встал стражник:

- Стоять. Куда это вы такой разношерстной компанией?

- Заказ на кашляка выполняли, - Рут похлопал по притороченному к седлу мешку, где были завернуты в просоленные тряпицы два сердца и прочие ценные составляющие, которые доказывали, что чудовища убиты.

- Ученого с семьей сопровождаю, - Торий кивнул на ничего не подозревавшего Альмора, даже растерявшегося немного и глянувшего на Ферина и Римку за собой, будто и вправду заподозрил в них своих родственников.

- Проезжайте, - нехотя посторонился стражник.

- Давай-ка направо, я там снял дом у одной хозяйки, - скомандовал Торий.

- Сколько же раз ты проезжал эти ворота? - усмехнулась я.

- Недостаточно, чтобы стража меня запомнила.

Домик оказался на самой окраине, небольшой и аккуратный, ничем не привлекавший к себе внимания, да и хозяйка в нем была на удивление немногословная, да и вообще незаметная. Именно то, что нам надо.

- Тебе повезло, - толкнула я локтем орка, глядя вслед выходившей из кухни при нашем появлении женщине, - как раз в твоем вкусе. Лет тридцать пять, одинока. Вот только тощая, да?

- С тобой пообщаешься, так уже любая нормальной покажется, лишь бы не язвила, - он, даже не взглянув на ужин, прошел дальше и скрылся в комнате.

- Что это с ним? - удивилась я такой резкой перемене и взяла со стола кувшин с молоком.

- Довела ты, Вель, мужика своими подколками, - вздохнул Ферин.

- Его еще попробуй доведи, - я хмыкнула и отпила через край.

- Веля, возьми кружку, - одернул меня Торий. - Прямо как Янир, нахваталась вредных привычек.

- А ты... Ты знал, что он мой отец? - я замерла в дверях, так и не выйдя после упоминания наставника.

- Ох, как уже поздно, - спохватился Ферин, поняв, что лишние уши мне не нужны, и подтолкнул Альмора и Риму к выходу из кухни. - Пойдемте спать, посмотрим, что тут за комнаты.

- Да, знал, - Торий сел за стол, когда мы остались на кухне одни. - Он же любил вас с Ланой без памяти, это всем было видно.

- Гонял меня, как лошадь на выездке, - горько усмехнулась я. - Со стороны и не скажешь, что это любовь.

- Чтобы ты выжила. Посмотри, какой сильной ты выросла, - он усмехнулся, - будущая Мать Веды, а ведь тебе всего двадцать три года. Разве мог он дать слабину, когда ты выбрала путь воина?

- Знаешь, зря он не сказал, - я обернулась, так и оставшись стоять с початым кувшином в руках.

- Разве Янир не был тебе отцом все это время?

- Был, конечно же. И мне, и Лане.

- А ты слушалась его, как наставника. Знай ты, что он твой отец, вила бы из Янира веревки, он и так ни в чем не мог тебе отказать, - фыркнул Торий. - Так что хорошо, что он смолчал.

- Но я ведь… Не слушалась, убегала с Васем с тренировок, обижалась, когда он меня наказывал. И ни разу не сказала, как сильно я его люблю.

- Он знал это и сам, - мужчина вздохнул, поднялся и хлопнул меня по плечу. - Иди-ка ты спать, раз есть не хочешь. Завтра рано вставать.

- Да, только у меня, пожалуй, еще есть важное дело, - я посмотрела на закрытую дверь комнаты, за которой скрылся Рут.

- Неужели извиниться хочешь? - удивился Торий.

- Я богу огня обещала, что стану добрее к людям, - отмахнулась я и пошла за степняком.

Рут снимал наплечники, за чем я его и застала, разумеется, не постучав.

- Давай помогу, - я вошла и поставила кувшин на подоконник.

- Чего хотела-то? - он, особо не препираясь, протянул мне руку кверху шнуровкой от наруча. - Есть идеи, как попасть во дворец?

- Да. Нет, я не за этим, - я спохватилась, что едва не отвлеклась.

- Думаешь, я поведусь на твою субтильную альтернативу, когда тут есть такая хозяйка? - хмыкнул орк.

- Прости, - я стерпела его насмешку, отложила наруч и взялась расшнуровывать второй. - Сама не знаю, чего я так прицепилась к тебе с этой Параской. Это не мое дело, я больше не буду шутить.

- Да шути, сколько влезет, - смутился он. - На кой ляд я пошел тогда, сам понять не могу. Потому и злюсь.

- Не буду, не злись, - я повертела полукруглую пластину в руках, примеряясь. У меня бы, пожалуй, обе руки поместились в ней. Я даже продела их внутрь, не удержавшись.

- Попалась, - рассмеялся Рут, резко затянув шнуровку.

- Эй! - я дернула стянутыми руками, - Так не честно! Я же тебе доверяла!

С учетом того, что сидя Рут был ненамного-то ниже меня стоящей, никакого преимущества в силе мне это не дало.

- Извини, - орк резко посерьезнел, отпустил шнурок и снял свой наруч с моих рук. - Мне с того самого момента, как прирезал Гарды на пороге твоей комнаты, так и хочется тебе не только руки связать, но еще и кляп в рот заткнуть, перекинуть через седло и везти дальше так, чтобы ты молчала и не влезала в неприятности. Под дурман-травой, с одним только кинжалом… Ты ведь даже меч удержать не смогла бы, а вид при этом у тебя был такой, будто это они втроем нарвались на крупные проблемы.

- Судьба милосердная, ты это еще помнишь?! - возмутилась я. - Я бы как минимум двоих забрала с собой на тот свет!

- Ну да, конечно, - фыркнул он. - Сидела там маленькая, мокрая, практически голая и беззащитная, они разве что от того, что кровь от мозга отлила, умерли бы.

- Давай-ка без оскорблений, - я взяла свой початый кувшин с подоконника, мысленно примеряясь, не разбить ли его о наглую зеленую макушку. - Я бы справилась сама.

- Что у тебя за план появился? - не стал спорить Рут, резко сменив тему.

- Хрустальные драконы, - я села рядом, обняв кувшин, чтобы меньше был соблазн расстаться с молоком в воспитательных целях. - Их же собирают во дворец. Вот и отнесем.

- Мы?

- Нет, купцы, гости столицы. А воины наняты к ним в сопровождение.

- Где мы сейчас надежных купцов найдем за такое короткое время?

- Купец Альмор с дочерью и купец Ферин, - нарочито важно представила я.

- Ты шутишь, да? Кто нам поверит?

- Придется быть очень убедительными. Иначе Ферин полезет один, его казнят…

- Он знает свое дело, - возразил орк.

- Ну, так давай хоть проведем его внутрь, а дальше пусть знает на здоровье. У нас только одна проблема. Ты и вправду слишком заметный, так что пойдем я и Торий.

- Нет.

- Да.

- Вель.

- Я-то тебе доверяла, - я кивнула на валявшийся рядом на кровати наруч. - Поверь, я справлюсь сама.

Рут отобрал у меня кувшин, отставил его на окно, взял наруч и снова запихнул в него мои руки, затянув шнуровку до скрипа. Я не сопротивлялась, прекрасно зная, что он сейчас успокоится и отпустит. Но не угадала, потому что орк взял второй наруч и стукнул им меня по голове, как драконьим фолиантом после моего забега в горевший дом.

- Ты вообще никуда теперь не пойдешь, - Рут оглянулся, но ничего подходящего на роль кляпа, к счастью, не нашел.

- Не смешно, - буркнула я. - У нас две статуэтки, значит, мы можем попасть во дворец дважды…

Степняк просто дернул за край покрывала, на котором я сидела, опрокинув меня, собрал его концы вместе и завязал на узел. Из получившегося мешка я услышала, как хлопнула дверь комнаты, а потом и тяжелые удаляющиеся шаги за ней.

- Эй, а ну вернись! - возмутилась я. - Я еще не договорила!

Глава 32

Когда я выползла утром из нашей с Римкой комнаты, заспанная и зевающая до ушей после полуночи споров со степняком, и рассказала свой отстоянный практически силой план, как проникнуть во дворец в виде двух делегаций купцов с фигурками драконов, Ферин был в восторге. Он готов был бежать хоть прямо сейчас с надкушенным ломтем хлеба в руке.

- Мне такой вариант тоже нравится, - согласился и Торий. - Рискованный, даже чересчур дерзкий, но вполне рабочий план. Тогда пойдем сейчас и осмотримся.

- Альмор в это время вполне может сходить в академию, - я кивнула. - И всем насущный вопрос: что это за фигурки, если они так понадобились королю?

- Надеюсь, в академии нам это смогут разъяснить, - предположил драконолог. - Рима?

Девочка кивнула, с готовностью поднявшись из-за стола.

Мы разошлись в разные стороны, я с Ферином и Торием ко дворцу, а Альмор с Римкой и Рутом к Центрумской академии.

Гулять вокруг дворцового парка нам пришлось до посинения, чтобы увидеть за кованым забором в четыре моих роста хоть что-то. О том, чтобы подойти к воротам под зоркими взглядами стражи, не было даже и речи.

Зато Ферин несколько раз исчезал из поля моего зрения, появляясь снова лишь на следующем круге. При этом он до того паскудно ухмылялся каждый раз, но молчал, как на допросе.

- Есть соображения? - тихо спросила я спустя три часа.

- Внутрь с таким надзором попасть будет трудно, - констатировал Торий, остановившись и будто любуясь одной из башенок, почесывая короткую рыжеватую бороду. - Статуэтку вполне могут забрать поверенные прямо на воротах, не впустив нас дальше.

- Значит, Альмора запустим первым и посмотрим, что будет. Только если его пропустят, пойдем с Ферином... Где он опять? - я оглянулась.

- Здесь, - отозвался вор уже с другой стороны от меня. - Пойдем домой, надо поговорить, есть идея.

К снятому дому мы шли не торопясь, присматриваясь к редким клановым воинам на улице. В основном это были Гарды, разумеется. Но попалось и одно знакомое лицо.

- Велия из Веды, - улыбнулся мне воин Прери. - Рад видеть тебя живой и здоровой.

- Арзул, - я пожала протянутую руку. - Это Торий. Торий, это Арзул из Прери, мы не так давно в одной сгоревшей таверне призраков караулили.

- И сильно она верещала? - усмехнулся Торий, прекрасно зная, как сильно я боюсь призраков.

- Первые две минуты. А потом спасла и нас, и мертвых, - сдержано похвалил меня мужчина. - Какими судьбами здесь? Тоже на Драконов день приехали?

- Драконов день? - я нахмурилась, пытаясь припомнить, есть ли такой вообще.

- Каждые десять лет короли отмечают тот день, когда Пир Великий убил дракона. С тех пор их немало уничтожили, но король Пир был первым, - пояснил Арзул.

- Никогда не интересовалась историей правящей династии, - я пожала плечами. - Когда этот праздник?

- Завтра. Король каждый раз собирает всех, причастных к уничтожению драконов.

- Как интересно, - я оглянулась на товарищей. - Ферин, кому на этот раз ты будешь родственником?

- Ты не поверишь, - вор с самым кристально-честным взглядом положил руку на сердце.

- Ты прав, не поверю, - согласилась я. - Вот и повод войти во дворец.

- А хрустальных драконов понесем, как повод попасть поближе к сокровищнице.

В снятом доме мы оказались первыми, теперь дожидаясь остальных за столом и скрупулезно зарисовывая план окружавшего дворец парка, насколько только смогли его рассмотреть.

- Это место выглядит слабым, - я ткнула угольком в дорожку у самого забора. - Если что, вот здесь можно будет перелезть наружу.

- Надеюсь, не пригодится, - Торий потер подбородок. - Хотя, как бы и вправду не пришлось тебе убегать, я слышал странные слухи о нашем короле.

- Помимо того, что он тупица? - хмыкнула я.

- Да. Поговаривают, что он неравнодушен к женщинам-воинам. И что именно так Гарды и нагрели себе место, подкладывая под него всех, кто был от тринадцати и до смертного одра. Так что у нас есть еще один способ попасть поближе к сокровищнице…

- Не смотри на меня так, - я решительно отодвинула самодельную карту.

- Вель, как давно ты надевала платье? - усмехнулся Торий.

- Дай-ка подумать. Никогда? - я бросила уголек на стол и поднялась. - Нет! И это мое последнее слово!

Когда я вышла из комнаты в платье, тишина стояла гробовая. К сожалению, вторая половина нашего отряда уже вернулась, так что двумя свидетелями я не обошлась.

- Да брось, во дворец все равно с оружием не пропустят, - развел руками Торий. - Воин в сопровождении на приеме – это предмет престижа, а не реальная охрана. Так что платье подойдет как нельзя лучше. И внимание будешь отвлекать.

- От чего? - Ферин с подозрением ко мне присматривался, будто меня могли подменить.

- От тебя, бестолочь, пока ты будешь карту красть, - я потянула юбку вверх, явив всем свои привычные высокие сапоги, а там и кожаные штаны, но вор, как обычно, успел отвернуться, вспыхнув по самые уши. Сев конно на стул, я облокотилась на спинку и тяжело вздохнула, - Рассказывайте, что удалось выяснить.

- Кое-что о статуэтках, - Альмор поставил на стол хрустальных драконов. - Всего у нас в стране известно о тридцати двух таких шарах. И каждый из них отождествляется с жившим тут ранее драконом. Вот только как, не известно. По крайней мере, тем, кого я смог спросить. Далее, - он глянул на наскрябанный нами план, - карта действительно существует, и она в королевской сокровищнице. На обозрение ее выставляют лишь раз в десять лет, и то в самом конце приема, причем король выносит ее лично...

- На день Дракона, - закончил за него Торий. - Он завтра. Если не попадем во дворец, то профукаем единственный шанс.

- Попадем, - отрезала я. - Все в платья влезем, если нужно, но попадем.

- Кстати, верни хозяйке эту тряпку, нужно что-то приличное, - Торий неопределенно махнул рукой. - Мы уже убедились, что за женщину ты сойдешь.

Я стянула платье прямо там, оставшись в тонкой рубашке, и швырнула его другу в лицо.

- Мне не идет голубой в цветочек, - невозмутимо ответил Торий, положив сей наряд поверх статуэток. - Значит так. Сегодня нужно достать платье, придумать, куда деть оружие, составить план отступления, если провалимся, и выспаться. Есть вопросы?

Я промолчала, что главным его никто не назначал. Все-таки по старшинству он вполне заслуженно взялся руководить нами.

- Так кем ты будешь, Ферин? - оглянулась я на вора.

- Я еще подумаю, но, поверь, нас пропустят, - подмигнул он, убедившись, что я одета.

Выбирать дурацкое платье напросилась со мной Римка, вконец заскучавшая сегодня в академии. Я и не отговаривала, со стороны будет виднее. Ну и Торий, куда ж без его чуткого руководства.

- Ты знакома со столичной модой? - обвел он меня скептичным взглядом, когда я предложила ему оставить меня в покое.

- А ты? - не удержалась я.

- Я знаком со столичными женщинами, - хмыкнул он.

- И часто?

- Достаточно, чтобы точно знать, что они сейчас носят, - совершенно серьезно кивнул воин Веды.

- Ладно, идем, - сдалась я.

Подходя вечером к дворцовым воротам, самой главной задачей для меня было не ругаться вслух. И дело было не столько в платье, мешавшем мне во всех местах, сколько в одном бессовестном степном орке, идущем с нами. Наши доводы о том, что вместе мы слишком узнаваемы для воинов Гарды, как оказалось, его нисколько не убедили, так что он совершенно невозмутимо шел за плечом у Ферина. Я же держалась за локоть Тория, стараясь сохранять доброжелательный вид и выдавать оскал за улыбку.

- Я буду около Альмора и Римы, чтобы создавать видимость ближнего охранения, - наставлял Торий меня напоследок. - А ты постоянно перемещайся по залу, якобы ищешь кого-то, и следи за стражей. Если удастся привлечь внимание монарха, отвлекай, сколько сможешь. Чем больше времени мы выиграем для Ферина с Рутом, тем лучше.

Как мы с самого начала и решили, первым дракона должен был вручить наш ученый для проверки, насколько близко нас могут подпустить к сокровищнице.

- Как вас представить? - спросил камердинер на входе, пока меня в четыре руки обыскивали стражники, особое внимание уделив не слишком пышной юбке.

- Вы б еще в рот мне заглянули, - процедила я сквозь зубы.

- Откройте рот, пожалуйста, госпожа кланница, - тут же с самой наглой ухмылкой попросил меня стражник.

- Я Альмор Трегия из Корина, ученый-драконолог, - представился тем временем Альмор. - И моя дочь Рима. А это мои наемные клановые воины.

- Велия из Веды, - представилась я камердинеру, вздохнув с облегчением, так как перебивать меня для дальнейшего досмотра никто не стал.

- Торий из Веды, - следом вошел и мой дядя, которого проверяли далеко не так тщательно.

- Проходите, уважаемые.

Камердинер пометил в своем свитке наши имена и чуть склонил голову.

- Как вас представить? - услышала я за спиной, обращенное уже к Ферину, и притормозила, снедаемая любопытством.

- Ферианир де Кобальт, троюродный племянник снохи кузины Его Величества, по прабабушкиной линии, разумеется. Прибыл как косвенный потомок Пира Великого...

Я едва не споткнулась, услышав его. Вот это загнул, так высоко он еще не замахивался. С другой стороны, пусть попробуют проверить такие дальние ветви их генеалогического древа... Кстати, племянник снохи кузины?

- Ферин, ты дубина, не бывает такого! - едва слышно шикнула я, когда вор со мной поравнялся.

- До этого мне все верили, успокойся, - не разжимая зубов, прямо через улыбку ответил он. - Он все это мимо ушей пропустил.

- Не стой, - едва коснулся моей спины Рут, - иди за Альмором.

- Я в дальнем охранении, - я свернула налево и пошла вдоль стены огромного зала, шурша непривычно длинным платьем.

Горели сотни свечей в огромных лампах, над головами сновали магические шары света, в глазах рябило от такого блеска и пестроты шелка, бархата, парчи. Просто ад для воина, не иначе. Я краем глаза видела рыжевато-русый хвост из косичек, ориентируясь на него, потому что Альмор был ниже, а Римка так и подавно. И шла вровень с ними, но за колоннами, где было совершенно безлюдно, хотя голоса слышались и здесь.

- Осторожнее, барышня, - внезапно раздалось передо мной. - Дальше балкон. Куда это вы так засмотрелись?

- Я слежу за охраняемым, - я остановилась и посмотрела вперед, на огромные стеклянные двери, ведущие на балкон. И стоявшего в тени около них мужчину.

- Так вы кланница... Простите, не приметил сразу белых татуировок на такой сияющей коже, - он поставил уже, видимо, давно пустой бокал на перила и подошел ко мне, встал рядом, теперь тоже рассматривая зал, медленно наполняющийся пестрой толпой. - Ненавижу Драконов день...

- Жалеете об истреблении древней расы? - предположила я.

- Жалею, что остался еще один.

- У вас тоже кого-то забрали данью? - я убедилась, что ученый далеко не отошел и что Торий следует за ним по пятам, и немного успокоилась, решив остаться пока здесь.

- Тоже? Так у вас... Кого?

- Сестру, - я сложила руки в тонких длинных перчатках за спиной, не зная, куда их девают нормальные женщины, когда нет оружия, на которое их можно положить для душевного спокойствия.

- Соболезную. Страна вообще в полной разрухе в последнее время, дракон творит, что хочет, - незнакомец неопределенно махнул рукой на сумерки за окном.

- Страна в разрухе не из-за дракона, - усмехнулась я, - а из-за бездарного и слабого короля.

- Он только взошел на трон, и пяти лет не прошло, - возразил мужчина.

- Мозги растут только по прошествии пяти лет? - я оглянулась на портрет в полный рост, висевший за нашими спинами между колонн. - А на вид, вроде, не такой дурак...

Я осеклась и перевела взгляд на случайного собеседника. Снова на портрет. На него.

- Ой...

- Не волнуйся, я не стану тебя казнить. Если ты, конечно, дашь мне шанс доказать, что я не настолько плох, как ты думаешь, - усмехнулся Миран Третий Добросердечный, если верить табличке под портретом.

Из-под кисти художника, к слову, наш король выглядел старше, серьезнее, даже как-то умнее, что ли. Не особо высокий, худощавый, светловолосый и сероглазый. Незаметный, одним словом. То-то он так легко спрятался.

- Разумеется, - я вымученно улыбнулась. - Простите, я иногда говорю лишнее.

- Пойдем, а то тут задохнуться можно, столько людей обычно набивается, - король, как ни прискорбно было это осознавать, махнул мне идти за ним и завернул за следующую колонну.

- Постойте, Ваше Величество, - спохватилась я, вспомнив о цели нашего визита. - У моего нанимателя есть для Вас кое-что, и это, как поговаривают, может Вас заинтересовать.

- Сам вижу, - ухмыльнулся он, глядя при этом на меня.

- Хрустальный дракон, - я вспыхнула от его наглости, но привычно сжать конец лука не могла, поэтому только хрустнула сцепленными за спиной пальцами.

- Да? Надо же, а я думал, их больше не осталось... Неси, поставим к остальным.

Я опешила от такого удачного поворота:

- В сокровищницу, что ли?

- В покои мои, глупая, - покачал головой монарх. - Какой с них толк, если свет не попадает?

- И вправду, - пробормотала я, ничего не поняв, и пошла сквозь толпу к Альмору.

Торий встретил меня вопросительным взглядом. Я стрельнула глазами на тень за колоннами и будто невзначай зацепила при этом плечом стоявшего вполоборота к нему Ферина, шепнула:

- Не знаю, как долго я смогу тянуть время, но задержу короля, насколько возможно. Делай свое черное дело. - И уже громко продолжила, - Господин Альмор, могу я передать ваш подарок Его Величеству?

- Ну вот, король опять застрянет на приватной аудиенции до конца приема, можешь убирать свои документы, - пробурчал кто-то рядом в толпе.

- Молодец, - похвалил меня Торий, - только не убей его ненароком, нам в клане проблемы не нужны.

- Сам тогда с ним иди, - огрызнулась я, забирая статуэтку у драконолога.

- Я ему не понравлюсь, - Торий отвесил мне шутливый полупоклон. - Зря, что ли, платье тебе искали?

Я сдержала желание подтянуть глубокое декольте повыше и пошла обратно к колоннам, кляня столицу, короля, план Тория и всех остальных последними словами, хоть и про себя.

- Вот он, Ваше Величество, - я протянула подпиравшему плечом стену королю хрустальный шар.

- Точно, надо же, еще один драконий пик, - он взял статуэтку, небрежно подбросил ее на ладони. - Передай мою благодарность своему нанимателю. Только позже. А пока пойдем, покажу остальные, - он поднял статуэтку на просвет. - Хочешь посмотреть?

- Еще бы, - я приклеила на лицо улыбку и положила ладонь на подставленный локоть. - С огромным удовольствием. А для чего эти статуэтки нужны?

- Это карта драконьих гор. Ну, не сама карта, в нашем понимании. Но для драконов это раньше служило именно так, - охотно начал объяснять Миран Третий.

- Да неужели? - я навострила уши и похлопала ресницами, стараясь сделать максимально глупый вид.

- Да, их просто надо уметь правильно поставить на нашей карте.

- И Вы умеете это делать? Невероятно!

- Я много чего умею, хоть некоторые и считают меня бездарностью, - он ненавязчиво сжал мою руку. - Как ты, например.

- Мне очень жаль, что я так сказала, простите. Все дело в платье.

- В платье? - Его Величество заглянул в вырез обозначенного предмета.

- Да, я чувствую себя в нем ужасно. Без доспеха, без оружия, я будто и вовсе голая.

- Ну что ж, тогда я вынужден казнить это платье за принуждение столь милой особы к крамольным мыслям о своем государе.

- А какие мысли у меня должны быть? Скажите, и они будут правильными, - я старательно несла чушь и запоминала дорогу по широким и светлым коридорам, усеянным охраной. К счастью, волокущий в свою спальню кланового воина монарх никого удивить этим не мог, так что меня даже не обыскивали повторно.

Глава 33

- Выпьешь что-нибудь? - предложил Миран Третий, открыв дверь, в которую с легкостью и на лошади вприпрыжку можно было проехать впятером.

- Оркский чай, пожалуйста, - я бегло осмотрела комнату, мысленно примеряясь, чем можно наименее травматично оглушить правящую особу, если что. И пока для этих целей лучше и надежнее оркского чая ничего не нашлось.

- А это...? Это что? - король замер у столика с бокалами.

- Спиртное. Заглушить боль, я совсем недавно была тяжело ранена, - призналась я.

- Покажешь где? - ухмыльнулся он.

- Давайте карту, покажу, - не поддалась я на провокацию.

Мужчина оценил мое упрямство, улыбка стала куда искреннее:

- Чай так чай, попробуем, что это такое. А пока смотри, - он поманил меня пальцем к камину.

Я подошла и увидела, что на каминной полке напротив кровати стоит целая вереница хрустальных шаров. На некоторых оставались только части драконов, а кое-где драконы были не только целыми, но еще и цветными.

- Какая красота, - я, не дожидаясь разрешения, взяла с полки винно-красного дракона и повернулась с ним к свету.

- Согласен, - монарх тоже спрашивать не стал, прижал меня спиной к себе, обхватив за талию.

Я подавила желание гвоздануть ему статуэткой в глаз и расслабилась, не препятствуя наслюнявливанию моего плеча.

- А чай принесут или он у Вас под подушкой спрятан? Спина болит просто невыносимо, - я с самым виноватым видом отстранилась и снова подняла статуэтку. - И что же с ней нужно делать?

- Сейчас принесут, моя красавица. Смотри сверху, - он, все так же, не отпуская меня, взял мою руку и развернул шар так, чтобы я смотрела на огонь сквозь дракона сверху. - Видишь гору?

Я сощурилась. В шаре были крохотные пузырьки, сразу и не заметные, но в таком свете они складывались в тончайший рисунок. Вид горной вершины сверху, будто с высоты драконьего полета.

- Невероятно! Если наложить это изображение на карту гор...

- Именно, причем все драконы должны смотреть на восток, - Его Величество не двинулся с места, когда дверь открылась, и в комнату тенью вошел слуга, поставил на столик поднос с графином и крохотными пиалами, буквально с наперсток.

- А у Вас, должно быть, и карта есть? - я дождалась, пока слуга все так же неслышно исчезнет, и прислушалась к звукам в коридоре. Раз команды монаршая особа не отдавала, значит, снаружи стоят и прислушиваются, чего он пожелает. Нужно быть вдвойне осторожной и тихой. - Да Вы счастливчик, можете рассмотреть на ней все гнезда.

- Да, дорогая, есть, только смысла в этом никакого. Статуэтки последнего дракона у меня нет. И найти его гнездо и убить гада я не смогу.

- Так Вы хотите убить его, - дошло, наконец, до меня. - Ради подвига или…

- Индустриализация, что тут скажешь, - пожал плечами мужчина. - Дракон мешает расчищать малонаселенные территории для строительства мануфактур. Да и подданных моих обижает, дань собирает, причем с таких очаровательных воительниц…

- И польза, и слава, - я поставила шар обратно на полку. - Жаль, что нужной статуэтки нет. А где карта? Я хочу попробовать найти хоть одно гнездо. Из любопытства, конечно же, - поспешно добавила я.

- Ключи от моего ларца с картой еще нужно заслужить, - он развернул меня к себе.

- Так она не в сокровищнице, что ли? Как дальновидно, - я скрипнула зубами.

- Тебе больно? - по-своему расценил этот звук король.

- Да, простите, очень больно, прямо до глубины души, - я скинула его руки, подошла к графину, презрительно проигнорировала крохотные пиалочки и налила оркский чай в самые большие бокалы, что нашла. - За Вашу дальновидность и предусмотрительность нужно выпить.

- Лучше за прекрасную компанию, - видя, что я пью совершенно спокойно, даже не поморщившись, монарх смело сделал большой глоток.

Судьба справедливая, как же отрадно было смотреть, как он минут пять пытался снова научиться дышать! Но, к сожалению, ему это удалось.

- А Вы крепче, чем кажетесь, - нагло и бессовестно польстила я ему, пряча ехидную улыбку за чаем. - Залпом половину бокала... Вы могли бы стать клановым воином, если бы только захотели.

- Думаешь? - несмотря на наворачивавшиеся слезы, от своих планов он отказываться не собирался, так что забрал из моих рук почти допитый бокал, поставил его на поднос и шаг за шагом стал оттеснять меня к кровати.

- Да, уверена, - я под вполне понятным предлогом стала искать на нем ключ от жизненно необходимого мне ларца.

Нашелся он на удивление быстро, но, к сожалению, в связке других ключей в кармане.

- А если я вдруг заслужу ключик от карты, то каким он будет? - уточнила я.

Мужчина явно озадачился то ли странным вопросом, то ли тем, что обнаружил на ощупь под стянутой вверх юбкой кожаные штаны и высокие сапоги.

- Серебряный, на цепочке, - пробормотал он, бросив вниз задумчивый взгляд.

- Я же воин, - даже как-то обиделась я на такую реакцию, будто могла пойти в том, что предлагал надеть под платье Торий, будь он хоть тысячу раз знатоком столичных модниц. - Кто знает, с кем и чем придется драться, спасая нанимателя даже на балу.

- Вот это преданность работе, - все же восхитился после недолгих раздумий монарх и продолжил искать на мне неожиданности, но уже в горизонтальном положении.

И пока он слюнявил мое проклятое декольте, я вытащила ключи и стала их беззвучно перебирать у него за головой, не забывая при этом вздыхать и томным голосом умолять его не останавливаться, но дурацкий ключ никак не находился. Я проверила остальные карманы. Где-то на третьем мужчина громко захрапел.

Я полежала еще с минуту, глядя в потолок. Миран Третий спал беспробудным сном и просыпаться не собирался.

- Убить мало того, кто делает такой слабый чай, - пробормотала я совсем тихо, чтобы меня и рядом не услышали, не то что за дверью, и привстала на локтях. - Долго же этот задохлик продержался.

Я спихнула его на бок и села, крутя в голове описание ключа. И хлопнула себя по лбу.

- На цепочке! Твою ж мать-королеву, на цепочке!

Расстегнув монарший ворот, я нашла-таки нужный ключ, сняла его через голову вместе с цепочкой и заметалась по комнате, ища подходящий ларчик. Наконец, он обнаружился под кроватью, окованный железом, с мудреным замком.

Открыв его со второй попытки, не сразу разобравшись с дополнительной пружиной, я быстро перебрала ценные бумаги, выудила несколько карт, заперла, как было, и надела цепочку обратно на правящую шею. Карты отправились под платье, равномерно распределившись под чуть распущенным ради этого дела корсетом.

Подойдя к двери, я прислушалась. Снаружи доносились тихие голоса и смешки.

Я приоткрыла дверь и выглянула наружу, одновременно демонстративно подтягивая платье:

- Простите, Его Величество чуть перебрал и уснул. Можно мне идти к нанимателю?

Один из карауливших снаружи слуг вошел, оставив меня на четверых стражников, и проверил спящего короля, даже пульс пощупал.

- Пропустите, - вынужден был признать он, - Его Величество спит.

- Спасибо, - я прошмыгнула мимо и по памяти практически пробежала до бальной залы, боясь, как бы они не решили меня обыскать для порядка.

Вылетев все в ту же тень за колонной, я быстро поправила платье, стянула рассыпавшиеся косички в хвост и выглянула на свет. В центре зала танцевали, у стен стояли столики и кресла, в одном из которых я довольно быстро нашла явно нервничавшего Ферина, а за его спиной и Рута, не менее напряженного. Пока я шла к ним вдоль стенки за спинами отдыхавших, я услышала какое-то нехорошее шуршание по юбке и едва не чертыхнулась в голос, ускорив шаг.

- Обними меня, - шепнула я, подойдя к орку, так как на нашу колоритную компанию уже начали косо поглядывать.

- Что? - растерялся он.

- Руки на что, - передразнила я. - Соскучилась, мать твою… Сейчас же обними и незаметно затяни корсет туже, карты начали выползать.

- Ну ты даешь, - степняк приобнял меня одной рукой и потянул за шнуровку, накручивая ее на пальцы, а я следила, чтобы этого никто не видел.

- Где ты их нашла? - практически не двигая губами, спросил Ферин, оглянувшись на нас. - В сокровищнице нет никаких бумаг.

- В другой сокровищнице, под кроватью короля, - точно так же ответила я. – Хрустального дракона не доставай ни в коем случае, вдруг это нужный нам. Где Альмор? Пора уходить, пока никто не спохватился.

Я, давно уже без ненавистного платья, с остервенением умывалась над тазиком, стараясь смыть с себя противное ощущение липких прикосновений монаршей особы. Воды оставалось все меньше, а легче не становилось. Я схватила таз и просто выплеснула оставшуюся воду на себя, не снимая рубашку, поставила и оперлась на него.

- Что? - спросила я у замершего за моей спиной Ферина, не оборачиваясь. – Пришел опять мораль прочитать? Тогда огорчу тебя, я и с ним не спала, просто напоила. Прибереги ее на будущее, когда я все-таки обрадую тебя своим аморальным поведением.

- Прости, Вель, - вор вдруг неловко обнял меня, мокрую, холодную. - Я как-то не думал раньше, что воину не до любви, что вам чего только не приходится делать. И с кем. Мне казалось, что это все от твоего цинизма, что ты просто любить не умеешь, а тебе вон самой противно, что тебя обжимали.

- Просто у него руки липкие. Как от крови. Столько человек положил одним своим словом, противно даже думать, - я осталась стоять, не мешая товарищу изливать свою вину на меня. И такое чувство, что еще и заражать меня желанием жить нормальной жизнью, плюнуть на порядки клана, послать всех в дальнее путешествие вместе с должностью Матери Веды и уехать в закат…

- И про липкие руки в крови говорит мне воин, не выпускающий из рук оружие, - горько усмехнулся Ферин.

- Я просто так никогда не убью, только за дело. А этот… Сопляк коронованный… Мануфактуры у него ждут, видите ли. Нет уж, мы теперь не только спасем дракона, но и других разбудим, если есть выжившие. Теперь я не просто не люблю людей, теперь я уверена, что люди хуже драконов. Пусть живут, гады чешуйчатые, и гоняют нежить от наших земель.

- Велька, ты что, серьезно? - вор разжал руки.

- Да. Лану я заберу, пусть дракон губу-то закатает, но и убивать его мне пока не за что. А нежить с Пустыря… Судьба милосердная, какими же мы все были слепыми, когда смеялись с короля вместо того, чтобы выйти всем вместе с оружием, пока еще не было поздно, пока столько людей не погибло, - я схватила полотенце с крючка и утерлась, повесила его на шею.

- Вель, знаешь, - Ферин тяжело вздохнул, - если бы не ты, то об этом всем так никто бы и не узнал. А теперь уже целых два клана готовы вмешаться. Это ведь большое дело.

- Возможно. Пойдем, уже темнеет, пора собираться. Уедем ночью.

Мужчины сидели за столом и крутили хрустального дракона то так, то эдак, но гора внутри шара не появлялась, оставаясь разрозненными пузырьками.

- Нужен правильный свет. На фоне яркого огня хорошо было видно, на солнце, наверняка, еще лучше будет, - я остановилась в дверях и наблюдала за ними, подперев плечом откос.

- Расскажи хоть, как тебе удалось карты стащить? - обернулся ко мне Торий.

- Попросила. Очень вежливо, - скривилась я. - Оглушила и разворотила все тайники, конечно же. И именно поэтому нам нужно уехать до рассвета. Если король проснется утром и поймет, ЧТО я у него умыкнула, помимо планов на ночь и самоуважения, то живыми мы уже не уйдем.

- Я останусь и прослежу, будут ли вас искать, подкину им ложную информацию, если нужно, - кивнул Торий.

- Спасибо, - я перевела взгляд на остальных своих спутников. - Еще кто-нибудь остается? Альмор, тебе сложно будет лезть в горы.

- К моему огромному сожалению, это так, - вздохнул ученый.

- А еще ему предложили место в Центрумской академии, но он отказался, чтобы ехать с нами дальше, - сдал его с потрохами Рут.

- Не нужно жертвовать такой возможностью, - я подошла и положила руку на плечо драконолога, как-то резко осунувшегося и поникшего. - Ты принесешь нам и всей стране гораздо больше пользы, если изучишь драконов досконально. Мы возьмем парочку голубей и будем отправлять тебе ценные сведения, которые сможем раздобыть.

- Спасибо, Велия, ты буквально подарила мне вторую жизнь, - он похлопал меня по руке и неуверенно, как-то виновато улыбнулся.

- Римка, а ты? - я повернулась к девочке.

Она гневно сверкнула на меня глазами-угольками и замотала головой.

- Там опасно, - напомнила я. - Вот покусится на тебя дракон, и как мы тебя будем спасать от его любви, раз уж убивать нельзя? - пошутила я, но Римка, вспыхнув по самую макушку, топнула ногой под столом.

- Ферин, - я положила вторую руку на плечо нашего вора, - ты уже давно не только отработал свою полезность, но и перевыполнил план на жизнь вперед. Я готова расплатиться с тобой и отпустить.

- Велька, ты меня обижаешь, - надулся он. - Я отказываюсь от твоей оплаты, все, ты больше не мой наемщик. И не можешь уволить меня, так что я пойду с тобой дальше сам, даже если веником отгонять будешь!

- Бестолочь, - я улыбнулась и потрепала его по вечно лохматой макушке. - Рут? Рискну своим здоровьем и трезвостью, но все же спрошу. Останешься здесь?

- Ты не просто рискуешь, ты уже напросилась, - мрачно погрозил мне кулаком орк, после чего поднялся, обошел стол, сорвал с моей шеи полотенце и так быстро и умело меня им обмотал и завязал, что я даже пикнуть не успела, растерявшись. - Ферин, дай-ка мне яблоко.

- Зачем? - удивился вор, но все же бросил фрукт из вазы орку.

- Вот зачем, - степняк использовал его по давно обещанному мне назначению, попросту заткнув мне им рот, как кляпом. - Давай, поговори теперь, как тебе помощь не нужна.

И с этими словами он забросил меня на плечо и понес на улицу, к оседланным лошадям. А я смеялась, просто до слез, до икоты, выплюнув яблоко и костеря Рута, на чем свет стоит. Но понимала, что, по большому счету, я уже согласна и так.

Клетку с голубями Римка везла перед собой, трепетно прижимая ее к груди. Три белоснежных почтовых голубя смотрели на нее в ответ с присущей курам придурковатостью, но девочку это не смущало. Ферин предлагал ей имена для новых питомцев, но она пока что все отклоняла, считая недостойными. А Хель шла между ними с моими сумками и притороченными к ним луком, мечом и кинжалом.

Болтаясь головой вниз поперек седла орка, я пыталась понять, как докатилась до жизни такой. Нет, еще дома он меня развязал, дал собраться, попрощаться с Торием и Альмором, перепроверить оружие, и даже выехать за ворота. Но стоило только нам остановиться на привал, как меня повторно связали уже обычной веревкой, той самой, что осталась после храма бога огня, и перебросили через седло. Хоть рот затыкать не стали, поэтому за первые полчаса узнали о себе много нового.

- Мне уже голова кружится, отпусти, - без особой надежды пожаловалась я, устав наблюдать только дорогу под косматыми копытами лошади. - Ну, или хоть скажи, как твоего коня зовут.

- Нет, - Рут, тем не менее, остановился и повернул меня, посадив перед собой боком, но хоть головой вверх.

- Ладно, я все поняла, была неправа, отпусти меня, - снова попыталась я, все так же без особого энтузиазма и надежды.

- Нет, - неумолимо отвечал степняк, как и пятьдесят пять раз до этого.

- Да перестань, ему просто нравится тебя везти, - не выдержал Ферин. - Ты бы видела, как он тебя рассматривал, пока ты головой вниз болталась.

- Хочешь тоже путешествовать с удобством? - обернулся к нему Рут.

Вор быстро зашуршал стопкой карт, якобы рассматривая окружавшие тракт деревеньки, да и вообще ничего не говорил и не смотрел в нашу сторону.

Глава 34

- Я, кажется, нашел пятнышко краски, - задумчиво сказал Ферин спустя минут пять, когда от скуки сменил карту на хрустальную фигурку.

- Покажи, - я извернулась и выглянула через плечо степняка.

- Вот не хочешь ты просто отдохнуть, хоть тресни, - буркнул он и свистнул, подзывая Хель.

- Так это был отдых?! - возмутилась я. - Да чтоб тебе самому так отдохнуть!

- Степные орки и спят в седле превосходно, - пожал плечами Рут.

- А я слышал, что и не только спят, когда вдвоем, - тихонько хихикнул Ферин, получив полный негодования взгляд от Римки.

- При тебе не буду демонстрировать, как именно они это делают, а то ты мораль читать начнешь, - я стала ногами в седло Хели, поднялась и села, благо загадочно безымянный конь орка был выше. - Развязывай.

На мои протянутые руки Рут смотрел с сожалением, так как узлы вязал до этого старательно, от души.

- Я уже почти проникся мужской солидарностью к нашему королю, - буркнул он и принялся за первый узел.

- С чего бы?

- Вечно ты только дразнишься, а потом оглушишь, еще и карты ценные стащишь.

- Когда это я у тебя хоть что-нибудь стащила? - обиделась я. - И не дразнюсь, я честно предлагала, но там то нежить поперла, то некроманты, то пожар начался... То Параска.

- Ну, Вель, чтоб тебя! - возмутился орк, и даже узел бросил развязывать.

- Ты сам сказал, что я могу шутить над этим и дальше. Было такое? - ехидно напомнила я.

- Было, - нехотя согласился он.

- Это туча, что ли? - перебил нас Ферин, оглядываясь на давно пропавший из виду город.

- Не похоже, - я присмотрелась внимательнее. - Птицы, что ли...

- Сворачиваем в лес, - Рут, едва глянув на небо, выхватил кинжал, полоснул по веревке, стягивавшей мои руки, и резко завернул лошадь в сторону.

- Не думаю, что прямо так сильно загадили бы, - усмехнулась я, но следом свернула. Тем более что лес сосновый, чистый, ехать по нему одно удовольствие.

- Это почтовые соколы Гарды, - пояснил степняк. - Пропажу обнаружили, тебя теперь ищут живой или мертвой, причем второе будет предпочтительнее.

- Да, не стоило представляться настоящим именем, - я с запозданием дала себе мысленного тычка за такую честность. Но ведь и красть ничего не собиралась лично. - Теперь в города не заезжаем, там всюду будут воины Гарды. А женщин из Веды не так и много, уж тем более здесь, под самыми территориями Ночи.

- А если тебя переодеть в мужчину? - предложил Ферин.

Мы все дружно посмотрели на резко выступающую часть моего тела.

- Так сильно ужать не получится, - с сожалением покачала я головой.

- Тогда сворачиваем еще южнее, - Рут тронул бока лошади пятками.

- Там только степь до самых западных гор, - Ферин тут же сверился с картой.

- Вот именно.

- Давай лучше на север, там в сутках пути начинаются земли Ночи, - я оглянулась на дорогу.

- Там станут искать в первую очередь, - Рут снова остановился. - Нас слишком часто видели вместе, а условный мир клана Ночи и Гарды был расторгнут сразу, как я сообщил в клан о встреченных мною воинах. Так что, сама посуди, дадут ли нам туда добраться.

- Но горы на юге... Если бы только знать, в каком направлении гнездо, чтобы не делать крюк.

- Солнца нет, сегодня пасмурно, - развел руками Ферин. - Как мы посмотрим статуэтку?

- Постой. Камин, - я припомнила, как смотрела хрустальные шары в комнате короля. - Нужен огонь. Ферин, что там за пятно краски?

Вор отдал мне статуэтку и стал показывать:

- Смотри, под лапой крохотное черное пятнышко, прямо в бороздке.

- Может, просто грязь?

- Край пятна поцарапанный, будто облупившаяся краска,- возразил он.

- Вель, у нас все равно других вариантов нет, - Рут спешился и быстро развел небольшой костерок. - Давай хоть эту проверим. Если очень повезет, то это окажется нужная гора. А если нет, то мы хоть попытаемся.

- Да, ты прав.

Мы разложили на земле старую, но все еще удивительно крепкую карту гор, края которой выглядели так, будто ее вырезали из чего-то большего. Да и сами горы были настолько подробными, причем вид их был сверху, что с трудом верилось, что карта была создана людьми.

- Должен смотреть на восток, - я повернула шар так, чтобы морда дракона совпала с восточным краем карты. - Ну, молитесь Судьбе.

Поднеся к статуэтке сверху горящее на конце полено, я затаила дыхание. Внутри неуверенно и как-то робко сложился образ горного пика, а тень от его граней упала на карту.

- Совмещай с разными горами, контур которой совпадет, та и наша, - обрадовался Ферин.

- Знаешь, - я медленно провела шаром над картой, всматриваясь в чуть пляшущий рисунок, - я вот пытаюсь вспомнить, сколько таких драконов было на той полке. Много, очень много. А всего их тридцать два, как сказали Альмору в академии. Шансы-то велики, а?

- Хочешь вернуться и перепроверить их все? - вскинул бровь Рут. - Думаю, Его Величество все еще ждет тебя с распростертыми объятиями.

- Он был уверен, что статуэтки именно этого дракона у него нет. Уж явно не из своих собственных соображений, на это у него мозгов не хватило бы, - фыркнула я. - Их ровно на объятия и хватало. Больной придурок, чего его только на воинов тянет?

- Каждому нравится то, чего у него самого нет, - предположил вор.

- Яиц, что ли?

Гора никак не находилась. Карта, конечно, была немаленькая, четыре локтя наискось, но не до такой же степени, чтобы потеряться на ней. Мы сменили уже второе полено, пробовали и вдоль, и поперек, и в шахматном порядке, но подходящей горы нигде не было.

- Слушай, это странно, - Ферин потряс хрустальный шар, будто мог взболтнуть этим несговорчивые пузырьки внутри. - А если восток не тот?

- А ты знаешь их несколько? - я указала на значок солнца на самом краю карты.

- Не этот. Вдруг нужен настоящий восток? - вор задрал голову, сориентировался по тускло видневшемуся среди облаков солнцу и развернул дракона практически наоборот.

- Тогда уж и карту давай на восток сориентируем, - хмыкнула я и повернула листок под ним.

- Да иди ты, - Рут едва не выронил горящее полено. - То есть мы битый час искали то, что было прямо под носом?!

Тень от граней в шаре ровнехонько совпадала с первой же горой с юго-запада, над которой по чистой случайности и оказался шар при наших перемещениях.

- Вот почему его до сих пор не нашли, - я постучала ногтем по коварной горе на карте. - Он у самой границы степи и королевства.

- Эх, жаль, что в столице никто дракона не видел, - Ферин поскреб макушку. - Мы бы сразу выехали через южные ворота, было бы быстрее.

- Нет, это хорошо, - я покачала головой и усмехнулась. - Пусть ищут нас на западе хоть до посинения.

- А и то верно, - Ферин сложил карту гор, сверился с нашей, обычной. - К ночи будем на южном тракте, если так и поедем через лес. Или к утру, если сместимся еще чуть западнее, там есть дорога через две деревни.

- Нет, давай лесом. - Я глянула на указывавшую на клетку с голубями Римку, - И нет, письмо Альмору мы сейчас не будем отправлять. Во-первых, чем меньше он пока знает, тем в большей он безопасности. И, во-вторых, вдруг всю почту будут перехватывать? Так уж лучше сразу посреди тракта станем и подождем, пока нас стрелами нашпигуют.

Девочка поникла и тяжело вздохнула.

- А ведь я просила тебя остаться с Альмором, - напомнила я.

Она помотала головой и скорее взобралась на лошадь, будто я могла бросить ее посреди леса.

- Ты даже не представляешь, на что способны воины Гарды. А если мы попадемся, то рискуешь узнать на собственной шкуре, - припугнула я. - На обратном пути я бы тебя забрала.

Римка тронулась на юг первая, опасаясь, что столица еще близко, я вполне еще могу развернуть ее обратно.

В сумерках мы и вправду увидели южный тракт. Вокруг столицы дороги никогда не пустовали, а вдоль них вечной вереницей тянулись костры с остановившимися на ночь путниками, либо не успевшими к воротам до темноты, либо слишком спешившими покинуть негостеприимный город.

Вот и сейчас мы выехали на дорогу, немного освещенную не только луной, но и многочисленными кострами.

- Многовато людей, - я оглянулась. - Надеюсь, воинов Гарды здесь нет.

Со всех сторон на нас смотрели, кто с любопытством, кто с усталым равнодушием, а кто и с улыбкой. Подсвеченные огнем лица сидящих вокруг костров людей выглядели немного жутко, напоминая чертей в пекле, самозабвенно жарящих грешников себе на ужин. А один так и вовсе оскалился, еще и помахал нам. А за ним и его сосед. И так радостно, главное, улыбаются, будто мы их персональные грешники на ужин...

- Рут, не делай так усиленно вид, что не узнал нас, - сказал один из них, когда мы были уже близко. - Или мне придется напомнить.

- Мар, чтоб тебя, - вздохнул степняк и остановил лошадь, - еще не сдох. Ну, здравствуй.

Я остановилась за ним, чтобы меня не видели, на всякий случай, но сама выглянула. Любопытно же. От костра поднялся и шел к нам... Степной орк. Высокий, широкоплечий, даже крупнее Рута, с синей полосой татуировки через нижнюю губу и подбородок, означавшей топор. А у огня остался сидеть мальчик лет шестнадцати, так как был уже с татуировкой через правый глаз, но свежей, сразу видно, потому что он иногда забывался и трогал ее с непривычки.

- Кого это ты везешь? - Мар заглянул за спину Рута. - Неужто украл себе жену из чужого клана? Одобряю, красавица.

- Это Велия из Веды, они наши будущие союзники, - поправил он.

- Ну да, союзники, раз ты уже передал новому Отцу такую хорошую новость, - усмехнулся Мар и махнул нам в сторону костра. - Присоединяйтесь, не поедете же вы ночью.

- А стоило бы, - буркнул Рут, но спешился. - Это Мар, мой названный брат. А может, и просто брат, кто ж знает... И его ученик, Сандр. А это Ферин и Рима.

- Добро пожаловать, - хмыкнул орк, рассматривая нас.

- Так ваш Отец уже дал добро на союз? - уточнила я, сев к огню и закрыв собой прижавшуюся к моему боку Римку.

- Не знаю, дал? Как думаешь? - Мар глянул на Рута и рассмеялся. - Посоветуй Отцу надежных союзников лично, когда сможешь вернуться домой.

Тот показал ему кулак:

- Издеваешься? Я тебе прямо сейчас как посоветую…

- Дал, конечно же, - Мар примирительно поднял руки. - Теперь рассказывайте, что случилось и чем я могу вам помочь.

Я молча наблюдала, как Рут рассказывал, видимо, новому Отцу Ночи о планах короны на западный тракт, о драконах и Гарды, а тот слушал и мрачнел все больше с каждым словом. В принципе, если в этом орке есть хоть половина того благоразумия, что я знала в Руте, то союз нам обеспечен, мы поладим. А потом я заметила, как поглядывает на Римку его ученик.

Я достала клановый клинок и многозначительно крутанула его в пальцах так, чтобы он оказался между девочкой и свежеиспеченным воином Ночи:

- Уже успел распробоваться, да? Забудь. Ей всего четырнадцать. И она под моей защитой.

Мар тут же, не отвлекаясь от важных тем, не глядя, отвесил ученику подзатыльник.

- Да я ж ничего такого и не думал, - смутился Сандр. - Просто смотрю, красивая очень.

Римка окончательно спряталась за меня и обиженно там засопела.

- Ну, с этим понятно, - подвел итог Мар, когда рассказ дошел до нашей встречи с ним. - Плохо, конечно, но не смертельно. Проводим вас до степи, а туда Гарды уже не сунутся.

- Да мы сами, не отвлекайтесь от своих дел, - отмахнулась я.

- Мы просто ездим по трактам в поисках приключений на свои задницы, - развел руками орк. - Надо же хоть чему-то этого пацана научить. Так что считайте, что это Судьба нас свела.

- А может, она нас свела для того, чтоб ты своего воина в клан позвал, а то таскается тут, не пойми с кем, - усмехнулась я.

Рут многозначительно поправил веревку, свернутую в петлю и теперь висевшую у него на поясе:

- Опять через седло перекинуть?

Я положила руку на крестовину меча, намекая, что без боя не сдамся:

- Спасибо, я уже отлично отдохнула.

- Они всегда так? - спросил Мар у Ферина.

- Да, когда не дерутся и не спят в обнимку, - развел руками вор.

- Как зовут его лошадь? - огорошила я Отца Ночи, надеясь на честный ответ хотя бы от неожиданности.

- Пушинка, - не задумываясь, ответил Мар и спохватился, - но мы его так не зовем.

Чего только мне стоило промолчать. А как теперь жить с этим?

- Мар, - Рут посмотрел на брата со всем возможным неодобрением.

- Мы демона видели на окраине, - скорее перевел тему орк. – Низко летел, гад, так и просился на стену над камином.

- Так чего не сбил?

- Топор не долетел, а арбалета с собой не оказалось, - так горестно вздохнул Мар, что у меня это вызвало улыбку. - Здоровый, зараза. И летел в сторону земель Гарды. Надеюсь, он их всех там сожрет…

Уснуть никак не получалось. Я смотрела на огонь и думала, как мне повезло встретить нового Отца Ночи вот так просто, на тракте, без всяких официальностей. Как будущая Мать, я просто обязана была наладить дружеские отношения, пусть даже повод для этого и мрачный. Думать же о том, как сейчас Лана в гнезде дракона, как жители разоренных нежитью деревень, как погибающие из-за прихоти короля подданные, как мои воины, сражающиеся с насланной нежитью каждый день, было совсем невыносимо. Я села, не в силах больше лежать. Под деревом чуть в стороне сидел Мар, наблюдая за всем одновременно, и за нами, и за соседними стоянками, и за лесом и трактом.

- Давай сменю, - я встала и подошла к нему, - все равно не сплю.

- Тогда можешь посидеть со мной, - он похлопал по траве рядом.

Я завернулась в плащ плотнее и села, переложив лук на колени.

- Ты, должно быть, самая лучшая сестра в мире, раз впуталась во все это ради мизерного шанса забрать ее из гнезда.

- Нет, - я усмехнулась и тут же тяжело вздохнула. - Не я. Лана лучшая. Поэтому я и здесь.

- Если она еще лучше тебя, то, как минимум, богиня, - фыркнул орк.

- Есть немного, - смутилась я. - Так, вода на киселе, как Ферин говорит.

Пару минут мы молчали, глядя на спящие стоянки по соседству.

- Ты ведь что-то хотела, - Мар легонько толкнул меня локтем. - Выкладывай.

- Нам нужен этот союз, - я сжала плечо лука. - И Веды, и Ночи. Нас просто истребят по одному, как и собирались.

- Между нами еще Прери и Гарды, без общих границ это будет сложно, - пожал плечами Мар. - Но я уверен, что союз будет. Ты ведь не сдашься, будущая Мать, верно?

- Прери тоже надо брать в оборот, - я прикусила губу, вспоминая нынешнюю карту земель после всех клановых перемещений. - Гарды слишком крепко засели у власти, они уже наверняка теснят их, так что договориться будет несложно.

- Дождись большого собрания, - хохнул орк. - Передо мной распинаться не надо, не слепой. Да все мы видим, что Гарды зарвались, но по одному с ними не повоюешь. Мы и сами давно подумывали о союзе. Вот только ваша Мать упрямая, как мой конь…

- Вот именно, и не только она. Думаю, смена власти пойдет нам всем на пользу, - я прислонилась к стволу дерева за спиной и по привычке пересчитала спящих у костра. Недосчиталась. - Двоих нет.

- Знаю, они на той стороне дороги, у реки, - Мар кивнул на темноту чуть дальше.

- Римка! - я подхватилась и готова уже была бежать хоть на противоположный берег реки.

- Сама пошла, не бойся, - орк дернул меня за край плаща. - Сандр ее и пальцем не тронет. Он знает, чем это чревато по законам клана. Да и просто хороший парень, толковый. Пусть поговорят, не мешай.

- Она не разговаривает.

- Он за двоих трепаться будет.

- Я за нее отвечаю, - я перевела взгляд на орка, наверное, слишком красноречивый, потому что он отпустил.

- Ну, сходи, сама посмотри.

Я беззвучной тенью метнулась через дорогу, высматривая в свете половинки диска луны ночных гуляк.

На фоне чуть подсвеченной реки они были видны чернильными тенями, сидевшими рядышком на траве. Мальчик что-то показывал на небе, тихо поясняя, а Римка, кажется, даже улыбалась, глядя на него. Надо же, оттаяла, стоило только подходящему теплу появиться. Я хмыкнула и села, оставшись в тени мелкого пролеска, отделявшего реку от дороги. За детей я теперь боялась исключительно с точки зрения опасной близости других людей, в том числе и воинов. И погнать бы их спать, но жалко было портить такую идиллию. Вот примерно так, мягко, осторожно, исподволь, он вполне мог бы добиться взаимности. Даже жаль, что Сандр воин. Тем более воин Ночи. Разве может между ними быть хоть что-то? Я невольно оглянулась на наш костер, где спали мои спутники. Не может, само собой, только не с воином чужого клана.

Глава 35

Римка глянула в мою сторону, заметила и смутилась, тут же отодвинулась от парня. Я уже и не рада была, что полезла проверять, но уходить не собиралась, пусть лучше будут обиженные, но под присмотром. Вот только девочка смотрела куда-то за мою спину, нахмурившись. Я закрыла глаза и прислушалась, но тишина вокруг была разбавлена обычными звуками стоянок.

- Веля! - вдруг раздался женский крик от воды.

Голос был мне не знаком, но я почему-то была уверена, что знаю его. И резко вскочила от этого окрика.

Стрела зацепила только кожаный доспех на моем боку и воткнулась в дерево рядом со мной.

Я моментально и сама накинула стрелу на тетиву, отступая назад, ближе к детям.

- Риму прикрывай, я не вижу, где враг, могу не успеть, - шикнула я на выхватившего меч и дернувшегося вперед Сандра. - Это стрела Гарды, оперение зеленое.

- Веля, - уже очень тихо и испуганно повторила Римка, указывая на неторопливо двигавшихся по дороге от столицы всадников. - Стреляли оттуда.

Сумятица в разбуженных бивуаках сильно мешала, метавшиеся по дороге люди не давали прицелиться. Да и само то, что в темноте да с такого расстояния меня, идущую к реке, не только узнали, но и почти смогли подстрелить, внушал невольное уважение к их лучнику. Хотя, такой уровень мастерства мог объясняться и наличием у них мага. И ни то, ни другое меня не воодушевляло, понижая шансы выжить с каждым локтем, на который сокращалось расстояние между нами.

- На ту сторону, живо! - рявкнула я на детей за мной. - Я прикрою, быстрее!

Под обстрелом несколькими стрелами разом враг остановился и поредел на одного своего бойца, а за это время Римка и Сандр перебежали к костру, под защиту Мара, разменявшись с Рутом, теперь стоявшим рядом со мной.

- Гарды, - выплюнула я, пригнувшись, и перебежками, от куста до куста, стала обходить их сбоку. Далеко не запустят, в тыл зайти сложно, но хоть кого-то успею подстрелить, пока они выжмут меня обратно.

- Как нашли, сволочи? - не отставал степняк.

- Возможно, с ними маг, - я припала на колено и выстрелила трижды, прежде чем на меня обрушился ответный дожди из стрел. Лучников в их строю оказалось двое.

Воины Гарды быстро спешились и рассредоточились по обочинам, точно так же теряя нас из вида, как и мы их, из-за мечущихся спросонья людей.

- Нужно увести их дальше, иначе пострадают случайные свидетели, - я выпустила стрелу и снова залегла.

- Вель, пока еще нас не окружили, можно попробовать уйти лесом, Ферину и Риме опасно тут оставаться, - Рут поймал меня за локоть, не дав выпрямиться, над головой тренькнули чужие стрелы, выбивая щепу из ствола сосны.

- Но тут ведь остаются люди…

- Гарды еще не настолько страх потеряли, чтобы устроить резню прямо под столицей, им этого не простят. К тому же, мы тут не единственные воины на тракте, на Гарды давно много кто зубы точит, вон и двое из Асмы уже вступили в бой, - орк отпустил меня и кивнул на противоположную сторону дороги. - Давай к лошадям.

- Ладно, - я глубоко вдохнула, положила две стрелы и привстала, - как только подстрелю их лучника, бежим.

Вопрос, кто кого раньше подстрелит, был спорным, но я просто не имела права промахиваться. Зашедшего с тыла мечника принял на себя степняк, оставив меня заниматься их стрелками. К сожалению, как это часто бывает, пока живы лучники, в ближний бой сложно перейти, уж кому, как не мне, это знать. Тем более что отравлены у них все стрелы, в отличие от меня. Но, насколько я могла судить, в лесу на другой стороне тоже кипела битва, и нешуточная, пока я отвлекала на себя лучников.

- Да сколько же их тут?! - возмутилась я, сбив одного особенно ретивого всадника с лошади и тут же увернувшись от вражеской стрелы.

- Видимо, немало. Я пока насчитал двадцать, и это только те, кого я вижу. Бросили всех, кого успели собрать так быстро. Нас могли найти тут, только если кто-то из ближайших компаний опознал и заложил страже в городе, - Рут отстегнул вторые ремни от наплечников и состегнул ими наручи с тесаками. - Долго ты еще будешь копаться с их стрелками?

- Видишь вон того, в синем плаще? Прямо за лучником сидит, - я выпустила стрелу и залегла. - Все-таки маг. Создает невидимый щит вокруг них. Посмотри, где лежат все мои стрелы ровным полукругом. Зря растратила.

- Я уберу его, будь готова, - орк моментально исчез в тени.

- Рут! - шикнула я вслед, но его уже не было слышно, - Твою ж налево! Не подставляйся!

Чуть в стороне от лучников, сидевших верхом совершенно невредимыми, появилось какое-то движение, несколько мечников бросились туда. И вдруг из темноты вылетел тесак на ремне, крутанулся, почти оттяпав руку магу, и вернулся в тень. Воины Гарды оттуда не вернулись.

Я тут же вскочила и обстреляла оставшихся без защиты лучников с такой скоростью, с какой только была способна, пока пальцы не свело судорогой. Да и стрелы закончились. Огрев плечом лука подошедшего сзади воина с двумя кинжалами, я быстро убрала ставший бесполезным лук за спину и вытащила меч, продолжив уже с ним, как ни прискорбно.

Без обстрела с обеих сторон дело пошло куда живее, вражеские мечники ринулись за нами с такой прытью, будто их пинками выкидывали из укрытий.

- Живее, чего встала, - рядом снова появился Рут, вытолкнул плечом на дорогу, заставив бежать.

- Не уйдем, - вынуждена была признать я, когда чудом из неудобного положения подсекла одного воина, но на его место уже спешили двое других. - Слишком много, они нас не отпустят.

- Смотри, Мар уже расчистил дорогу в лес.

Я оглянулась. Он и вправду переступал трупы, сверкая алым от крови топором, но вокруг него не осталось ни одного живого воина Гарды, только Сандр с тяжело опустившимся в землю мечом. Там же убирали мечи в ножны и воины Асмы, не желая оставаться на дальнейшие разборки. Из леса, уже сидя на лошади, махнул Ферин, показал оттопыренный большой палец, готовый драпать как можно дальше.

- Едут еще, - я снова глянула на дорогу, по которой надвигались с десяток воинов, пока еще достаточно далеко.

- Ничего, прорвемся, давай-ка на лошадь, - Рут удобнее перехватил рукоятки своих парных клинков. - Вот только спать тебе опять придется в седле.

- Знаешь, буду рада, - огрызнулась я. - Это лучше, чем мертвой на травке.

Добив последнего из ближайших врагов, я действительно свистнула Хель, пока несколько оставшихся отступили и ждали подкрепление. Сбегать, так сбегать. Все равно стрел нет, руки уже не слушаются, все-таки мечом мне не так часто приходилось раньше орудовать, тем более так долго.

- Ну что? - рядом с нами остановился Мар, довольно скалясь. - Веселая выдалась ночка.

- И не говори, - я поймала болтавшиеся поводья Хели. - Поехали.

Орки переглянулись, Мар весьма многозначительно хмыкнул.

- Вель, - как-то уж больно подозрительно начал Рут. - Народ уже разбежался. Гарды не так уж и много осталось. Раз быстро свалить не удалось, надо бы закончить работу, а то могут и выследить до самого гнезда, тогда дракону конец.

- Ничего, в лесу перебьем, передохнуть бы только немного, - я отпустила поводья, заподозрив, что мы уже никуда не драпаем. - Решайте быстрее, остаемся или едем?

- Поезжайте вперед. Мы догоним. Присмотри за нашими новыми друзьями, - Мар кивнул Сандру, тот послушно убрал меч и припустил к стоявшей под деревьями лошади.

- Вы ненормальные, - я тяжело вздохнула и бросилась собирать уцелевшие стрелы, пока Гарды были еще далеко. - Он хоть знает, куда их везти?

- Вель, - окликнул меня Рут. - Ты не останешься.

- Некогда, - я насчитала с пятнадцать целых стрел и забросила их в колчан. - Давайте уже добьем их и уедем… Что?! - дошло до меня, наконец, что он сказал.

- Вель, ты устала.

- Ни хрена подобного, - я сняла лук и стала рядом с орками. - Не больше тебя.

- Вель, - Рут не дал мне поднять лук, перехватив руки. - Дрожат. Не попадешь.

- Хоть попытаюсь. Не убью, так насмешу.

- Уезжай.

- Черта с два! - я вывернулась и все же подняла лук.

- Он прав, ты уже выжата, - поддержал брата Мар. - Мы тут справимся сами.

- У них могут быть лучники, - я положила стрелу на тетиву, но ее кончик сильно дрожал.

- Клянусь тебе, догоним, - Рут просто вырвал лук из моих рук и повесил его на чрезседельную сумку.

- Не обещай того, что не можешь выполнить, - тихо ответила я, боясь, что голос будет дрожать не меньше, чем руки. - Их ведь много.

- Я выполню любое обещание, которое дам тебе, просто поверь.

- Они близко, - напомнил Мар, подняв топор наизготовку.

- Встретимся на границе со степью, хорошо? - Рут, как ни в чем не бывало, просто подхватил меня и забросил на лошадь, шустро обхватив моими руками шею Хели и связав их одним из своих ремней, до этого державшим клинок.

- Твою ж мать, Рут! Не смей! Я не уеду! - я дернула руки, но только заставила Хель нервно заплясать на месте. - Я убью тебя, если выживешь!

- Ты просто невыносимо очаровательно злишься, - усмехнулся он и поднял тесак, чтобы хлопнуть им плашмя лошадь по крупу.

- Сделай это, и, клянусь, ты пожалеешь! Я тебя из-под земли достану! - я действительно запаниковала, потому что понимала, что это все, это конец, с ними всеми просто невозможно справиться вдвоем. Да мы и втроем были обречены, но хоть остальных прикрыли бы. - Не смей!

Рут вдруг схватил меня за косички на затылке, наклонил к себе и поцеловал. И тут же хлопнул Хель, отправив ее в галоп, пока я не опомнилась.

- Не дай ей вернуться! - крикнул он Ферину, будто прочитав мои матерные мысли по поводу случившегося.

Вор на ходу схватил мои поводья и пришпорил Труса, потянув и Хель за собой.

- Стой! - скомандовала я ей, но своенравная кобылка только глаз на меня скосила, ничуть не притормаживая.

Ремень оказался слишком крепким, чтобы разорвать его, и слишком умело завязанным, чтобы распутать, так что мне оставалось только злиться. Злиться на себя за то, что позволила себя так одурачить, что не догадалась раньше, что даже не успела выстрелить ни разу…

- Ферин, отпусти меня, я могу им помочь, - взмолилась я, отчаявшись выбраться самой.

- Я обещал Руту, что уберегу тебя от этого, - ответил вор слишком серьезно, обернувшись, так что сразу стало понятно – не отпустит. - Велька, тебе ведь сестру спасать.

- А его не надо, что ли?! Судьба милосердная, он ведь не выживет там, они оба не выживут!

- Вель, да поверь ты ему уже! - Ферин подгонял коня все быстрее, несясь через лес практически напролом. - Сколько ж можно рассчитывать только на себя? Просто поверь, Рут знает, что делает.

- Наставник и не из такого дерьма выбирался живым, - кивнул Сандр по другую сторону от меня. - Так что они нас догонят, как и обещали.

Я промолчала. Даже не знаю, можно ли позволять себе надежду. Слишком часто она приносила лишь разочарование. И все же.

- Ферин, пожалуйста, - я выпрямилась в седле, насколько позволяли связанные руки, - давай вернемся, вдруг еще не поздно.

- Верь ему, - упрямо повторил вор.

Два дня прошло с тех пор, как мы разделились. Римка развязала меня на первом же привале, но я тогда и с места не двинулась, понимая, как воин, что либо их уже нет, либо мы встретимся на границе со степью. Ехать назад уже не было никакого смысла.

- Никого, - отчиталась я, спустившись с дерева, на котором осматривалась. - Похоже, Гарды действительно отстали.

- Я же говорил, - усмехнулся Сандр. - Все будет хорошо, вот увидишь.

- Знаешь, в твоем возрасте я тоже еще умела верить в лучшее, - я села к огню и потрепала Римку по голове.

Девочка совсем затосковала, отказывалась от еды и снова молчала. Она не проронила больше ни слова с тех пор, как мы уехали с поля боя.

- Поешь, - я сунула ей в руку прутик с жареной на костре рыбой.

Девочка помотала головой.

- Надо есть. Я тоже переживаю, но это не повод оставаться совсем без сил.

Римка глянула на меня и вздохнула. А потом протянула руку и коснулась того места, где у меня билось сердце в груди.

- Наверное… Я не знаю.

- Поехали дальше, - Ферин посмотрел на облака, на карту, и поднялся. - Мы немного отстали, осталось меньше недели. И это если с горой мы не облажались.

- Надеюсь, что нет, - я пожала плечами.

- Слушай, в начале пути ты бы уже рубила от злости деревья вокруг, а сейчас тебе будто все равно, - возмутился он. - Уже не хочешь спасать сестру?

- Да нет же, я все еще переживаю за Лану. Просто устала. Похоже, ей ничего страшного в гнезде не грозит, так что если опоздаем… То просто приедем позже. Мне с этим гадом чешуйчатым нужно серьезно поговорить в любом случае.

- Он нагонит нас, не волнуйся, - Ферин похлопал меня по плечу.

- Дракон? - удивилась я.

- Рут, - фыркнул он. -Велька, я же знаю, что ты не о драконе думаешь. Я видел, как ты плакала прошлой ночью. Не надо. Он нагонит, вот увидишь, он же обещал тебе.

- Воины не плачут, - я отвернулась, до боли прикусив губу.

- Ага, и не целуются, слышал я эту байку…

- Поехали, - я резко поднялась, разозлившись на себя за слабость.

Спустя несколько часов мы выехали к деревне, если верить карте, последней перед степью.

Деревенька была совсем маленькая, глухая, и люди тут с трудом понимали, о каких таких Гарды мы спрашиваем.

- Нет, милок, не видели. К нам Асмы иногда заезжают, ежели позвать на упыря какого, - бабулька пожевала почти беззубым ртом, задумавшись. - Нет, точно не видела. А вы кто?

- Веды, клан на востоке, - я показала на карте принадлежащие нам территории.

Бабулька моргнула медленно-медленно, даже показалось, что она сейчас уснет, и на карту, разумеется, даже не взглянула.

- Кто? - так резко при этом переспросила она, что я отшатнулась.

- Веды… Ай, все, забудьте.

Сандр фыркнул от смеха, даже и не пытаясь представляться, а Ферин настойчиво тянул меня за руку прочь, чтобы я оставила старушку в покое.

- Похоже, что сюда они действительно не забираются, - сдалась я. - Это хорошо. Значит, можно остановиться тут на ночь.

- А завтра будем уже в степи, - осторожно напомнил Сандр.

- Да, ты прав, - как можно беззаботнее ответила я, хоть сердце и замирало от волнения.

- Комната, чай, нужна? - каким-то образом снова оказалась рядом с нами старушка.

Мы дружно вздрогнули, обернувшись.

- Да, пожалуй, - попятился Ферин. - Знаете кого-то, кто может сдать?

- Ага. Я.

- Ну кто бы сомневался, - пробормотала я, тяжело вздохнув. - Давайте, чего уж там. Хуже уже не будет.

- Уверена? - тихо спросил Ферин.

Римка отрицательно замотала головой.

- Да, все в порядке, - проигнорировала я их. - Где ваш дом, говорите?

- А пойдем, милая, покажу.

- Крайний, небось?

- Ага.

Сельчане смотрели на нас через заборы, как на смертников, но молчали. Это не то, чтобы остановило, но заставило насторожиться и присмотреться к пожилой хозяйке внимательнее. Обычная, ничем особым не отличающаяся. Ну, разве что вся в черном. И былая рыжина пробивается через седину.

- Ведьма, что ли? - шепнул мне Ферин.

- И что это меняет? - пожала я плечами. - Римка сможет свои зелья пополнить у нее.

- Ну ладно, если ты так уверена, - неохотно согласился Сандр, ведя лошадей под узду. - Переночуем у нее.

- Что вы там лопочете? - обернулась на нас бабулька.

- С утра уедем, говорю, - сказала я громче.

- То будет утром, а сегодня подумайте, чего вам хочется, - усмехнулась она.

- Отдохнуть, - буркнула я.

- А точно? Или увидеть кого хочешь? - бабулька расплылась в щербатой улыбке.

Я замерла, и если бы не подтолкнувший меня Ферин, то так и осталась бы стоять посреди дороги.

За ужином мы подозрительно принюхивались к еде, уж больно она была похожа на зелье. Все было слишком пряным, слишком перченым, слишком соленым. И невольно напоминало мне то, как готовил Рут. Степные орки вообще, кажется, не едят ничего пресного, а тут явно близость степи сказывается.

- Спасибо. Доброй ночи, - я резко отодвинула тарелку, поняв, что не могу это есть без привычных подначек орка, поднялась и вышла на улицу.

Глава 36

Нырнув головой в бочку с водой, я провела там по ощущениям минуты полторы, а когда вынырнула, уже была способна сдерживать слезы. Два дня прошло, целых два проклятых дня. Больше нет никакого смысла ждать чуда. Так же было и с наставником, когда я готова была поверить в любую самую невероятную причину его долгой задержки, но только не в самую очевидную. Надежда убивает, надежда ведет только к разочарованию. Все-таки он не сдержал обещание.

- Не стой на ветру, милая, еще захвораешь, - вышла на порог хозяйка.

- Ничего со мной не будет, я всегда выживаю, даже если все очень плохо, - я разбила упавшими в бочку косичками отражение, глядевшее на меня из воды ярко-синими глазами.

- Пойдем, попьешь чаю. Душевные раны обмельчают.

- Эти не обмельчают, - я выпрямилась и собрала косички в узел.

- А ты попробуй. Пойдем. Пить чай и спать, - не терпящим возражения тоном велела она.

Проснулась я с чувством покоя и умиротворения. Не знаю, что было в ее чае, но оно мне помогло прояснить в голове. До степи оставалось часов пять езды, а там Гарды уж точно не догадаются нас искать, они бросятся сразу к подножию гор. Значит, все еще есть реальный шанс успеть вовремя. «Не едь за мной», «оставь меня, я буду в порядке». Лана уже тогда знала, что дракон не опасен, и я только сейчас вдруг это поняла. Она ведь чешуйка, плоть и кровь дракона, значит, и этот действительно не причинит ей вреда.

- Вель, не спишь? - стукнул в дверь Ферин, разбудив и Римку у меня под боком. - Поехали, нам совсем чуть-чуть осталось!

- Да, уже собираюсь, - соврала я, не двинувшись с места.

Рима села и потерла глаза, красные, заплаканные.

- Не надо, не плачь, - я погладила ее по спине. - Это недостойно воина.

- Я не воин, - еле слышно шепнула она, впервые заговорив после той ночи.

- Ты почти воин. Подопечная воина. Даже двух.

- А ты? Ты ведь плакала.

- Я вела себя отвратительно, - согласилась я. - А теперь мы встанем, умоемся, соберемся и поедем дальше.

Римка поднялась, натянула расшитое цветами платье, которое мы взяли для нее у степняков, и вытащила из сумки мое, о котором я успела давно и благополучно забыть.

- Судьба справедливая, ты его так и возила с собой? - возмутилась я.

Девочка пожала плечами и протянула мне этот бесчеловечный наряд.

- Ладно, - я развернула то ли длинную рубашку, то ли все-таки платье, и вздохнула. - В степь, как-никак, едем. Вдруг за орчанку сойду, не пристрелят.

- Орчанка и женщина орка – это разные вещи, - напомнила она.

Я отвесила Римке слабый подзатыльник и оделась, оставив доспех на сумке, как и кожаные штаны, в которых терпеть все теплевшую погоду становилось сложно. Но сапоги натянула по самое колено, не отворачивая, чтобы голых ног под юбкой не было видно. Это Ельга любит показывать все, что не надо, а я так не привыкла. Сразу слабые места видны, где защиты нет, любой лучник это подтвердит.

- Ого, что с тобой случилось? - присвистнул Ферин, когда я села на Хель боком, как в женское седло.

- Хочу затеряться среди местных.

- Орчанки ездят в седле прямо, - поправил Сандр.

- В юбке? - я с сомнением посмотрела вниз. - С разрезами, конечно, но узковата.

- Задирают выше колена, - смутился пацан. - Мар рассказывал, он часто в степь ездил раньше, пока бывший Отец не начал их с Рутом на большие собрания за собой таскать.

Я вздохнула и пересела. А что, удобно.

- Постой, милая, - вышла за нами хозяйка. - Возьми вот это, пригодится.

- Что это? - я взяла склянку с каким-то мутным розовым киселем.

- Кисель, - огорошила меня ведьма, подтвердив мое предположение.

- И зачем он мне?

- А он яд выводит из крови, - ответила она, как само собой разумеющееся. - А в руках богини, так и подавно. Пригодится, милая, не выкидывай.

Я выразительно глянула на Ферина, он понятливо вернул мне кошель.

- Спасибо, - я расплатилась с хозяйкой, накинув золотой сверху трех серебряных, названных ею. - За все спасибо, мне действительно легче.

- Берегите себя, на краю степи скорпионы водятся, - напутствовала она, помахав нам вслед.

- Так вот зачем нам этот кисель, - я посмотрела на склянку с зельем с куда большим уважением.

- Я думаю, она имела в виду тех скорпионов, которые по десять локтей в длину, - задумчиво пробормотал Сандр, почесав светлую макушку и растрепав свежеперевязанные косички.

Солнце припекало, напоминая, что лето уже не за горами. Под копытами лошадей дорога давно стала пыльной, над ней впереди висело горячее марево.

- Тише, Хель, тише, - я похлопала лошадь по шее, когда она в очередной раз нервно всхрапнула. - Это просто жара.

Но моя боевая подруга так не думала. Она стала крутить головой и ушами, приплясывая на месте. Лес по сторонам от дороги давно сменился частыми кустарниками, а потом и вовсе облысел с одной стороны, так что обзор у нас был хороший. И ничего подозрительного я не замечала. Но конь Сандра тоже остановился, заржал.

- Стойте, - я спешилась и обвела Хель вперед так, чтобы Римка и Ферин оказались между мной и Сандром. - Что-то тут есть. Возможно, змеиное гнездо. Если что-то вдруг выскочит на дорогу, разворачивайте назад.

- Вель, не пугай меня, - напрягся Ферин.

- Слушайте, - я отпустила поводья и сняла со спины лук, нащупала пополненный в деревне колчан, - я охотник, одиночка. Я редко занималась сопровождением, разве что с наставником. Вернее, отцом. И теперь, без Рута, я боюсь, что не смогу вас всех одновременно защитить.

- Велька, мы тебя не оставим, ты что, - Ферин тоже спрыгнул в дорожную пыль и вытащил один из кинжалов Гарды.

- Я тоже всегда так говорила своим, и посмотри, сколько нас осталось, - огрызнулась я. - Вы развернетесь и уедете, если тут станет опасно. Пообещай мне.

- Велия, меня учили в сопровождение людям, я буду их защищать, - рядом встал Сандр. - А ты не оглядывайся, не волнуйся за нас.

Руны молчали, вселяя некоторую надежду. Я шла впереди, ведя стригущую ушами Хель под узду, за мной Рима с Ферином, замыкал наш строй Сандр с мечом наизготовку. Вокруг было тихо настолько, что в ушах звенело, не доносился ни гомон птиц, ни стрекот кузнечиков, ни даже свист ветра. И вдруг шорох в кустах у дороги.

Я подняла руку, жестом веля остановиться, и медленно пошла вперед одна. Шорох повторился, проследовал за мной.

- Да чтоб тебя, - шепнула я и положила стрелу на тетиву.

Буквально из-под стрелы выскочил мальчик лет пяти, перепугав меня до чертиков. Да огромный скорпион навел бы меньше паники в наших рядах, чем этот ребенок!

- Какого лешего ты тут ползаешь?! - я изловчилась схватить его за ухо.

- Ай! - мальчик пнул меня под колено и вырвался, отбежал на пару шагов. - Я на скорпионов охочусь, дурная баба! А ты стреляешь без разбору!

Он был зеленоватым, клыкастым и довольно крупным для своего возраста, а еще с ножом в руке, чего я сразу не заметила, испугавшись, что могла его и пристрелить.

- Видел же, что воин едет, нечего было в кустах сидеть, - я для порядка замахнулась на него луком, заставив отбежать еще на пару шагов, и убрала оружие за спину.

- Где на тебе написано, что ты воин? Баба как баба, в платье да с косами, - буркнул он, тоже убирая нож за широкий пояс.

- На лице написано белой краской, гневная ты сопелька. Родители где?

- В стойбище, - мальчик утер сопли и махнул на пустынное пространство влево. - Мамка с малыми возится и с раненым, папка охотится.

- Ты, вижу, тоже охотишься, раз большой уже, - хмыкнула я.

- А то ж, - выпятил грудь орчонок.

- Звать-то как?

- Зан, - он глянул на моих спутников, хихикающих в кулак. - Эти с тобой или их тоже обстреляешь?

- Со мной. Поехали-ка к твоим родителям, мне с ними потолковать надо, - я поманила его к лошади.

- Скажешь им, что я тут охотился – и я скажу, что ты в меня стреляла, - деловито пригрозил мне Зан.

- Договорились, - я посадила его на Хель и села в седло сама. - Показывай, где живешь.

- Едь осторожно, тут скорпионы здоровенные, еще кони понесутся.

- Тебя только спросить забыла, как мне ездить. А кто у вас там ранен? Может, помочь сможем, у нас травница есть.

- Да папкин знакомый орк не из стойбища с самого утра сегодня раненого брата привез, но тот совсем плох, может, уже и не понадобится ваша травница.

Я пустила Хель в галоп прямо поперек степи.

- Дурная ты баба, можно же было по дороге объехать! - крикнул Зан, схватившись за луку седла.

Стойбище выросло посреди степи внезапно, как гриб на камне, просто резко появившись на взгорке. Чем ближе мы были, тем отчетливее общее яркое пятно разбивалось на отдельные шатры, стадо волов, лошадей и одинокую истошно блеявшую козу.

- Вон туда, в синий шатер, - указал Зан на свой дом.

Я оглянулась, не сильно ли отстали мои товарищи, но они вполне еще виднелись за предыдущим взгорком. Меня это не остановило, ведь с ними был Сандр, он сам грозился мне, что сможет за ними присмотреть.

От стада волов поднялся и вскочил на лошадь орк, поехал наперерез нам. Но, увидев передо мной орчонка, сменил курс, теперь просто идя на сближение в сторону стойбища.

- Хэй, кого это ты к нам ведешь, обормот? - обратился он к Зану, игнорируя меня.

- А это воин из клана, она хочет мамке с раненым помочь, - крикнул мальчик.

- Велия из Веды, - представилась я, не притормаживая.

- Вар, - кивнул орк, отсалютовав кнутовищем. - Поспеши, если живым его застать хочешь. Знакомый твой?

- Пока не уверена, Зан их имен не знает, - мотнула я головой. - Но помочь-то надо в любом случае.

- Что ж, удачи, - орк отстал, а потом и вовсе завернул обратно.

Я спрыгнула на землю раньше, чем Хель остановилась, а там и Зан сполз следом так шустро, что я даже поймать не успела.

- Идем, сюда, - он указал на вход в крытый шкурами и синей тканью шатер, сам вбежал туда первым.

- Куда это ты? Я же просила не мешать! - возмутилась орчанка, вставшая у него на пути.

- Простите, это очень срочно, - я откинула полог и вошла. - Покажите мне раненого.

- Батюшки святы, еще кланник, - всплеснула она руками. - Что у вас там, война, что ли? Не дам добить, он наших, зеленых кровей!

- Да какое еще добить?! - разозлилась я.

- Она помочь хочет, а не добить. Ты не смотри, что рисунок цвета другого, - дернул ее за яркую юбку Зан.

Орчанка посмотрела на меня куда пристальнее. Высокая, скуластая и раскосая, она была еще молодой и вполне красивой даже для человека. Но в ее движениях и взгляде читалась усталость, было видно, что от помощи она бы не отказалась.

- Я помогу. Пропусти, пожалуйста, - попросила я уже тихо.

- Пойдем, - махнула она после секундных колебаний.

Внутри было несколько отделенных друг от друга комнат, довольно светло, в центре каждой горел огонь под специальной дырой в крыше. Она завела меня в самую последнюю.

У стены дремал Мар, опершись на топор. А рядом на шкуре лежал Рут, обложенный тряпками, смоченными в чем-то едко пахнувшем. Кажется, он все-таки, хоть и тяжело, но дышал, и был без сознания.

- Мар, - я подошла и села на колени между ними, тронула дремавшего орка за плечо.

Мар вздрогнул и открыл глаза, потер их, убрал топор:

- Веля? Как ты нас нашла тут?

- Случайно. Рассказывай, что случилось.

- Его отравленным мечом задело по бедру, - Мар пересел ближе, пока я наклонилась, прижалась ухом к тяжело вздымавшейся груди и слушала, как неровно бьется сердце. - Рут сразу рубанул по ране, чтобы кровь хлынула и вытолкнула яд, но весь все равно не получилось убрать. Первый день держался, прижег даже рану, а вчера упал с лошади.

- Да чудом же выжил, - я выпрямилась и сжала кулаки, борясь с желанием треснуть ему. Все равно без толку. - Яд на оружии Гарды всегда смертельный.

- Да, кровь отравлена, - Мар виновато опустил глаза. - Но ведь он сдержал обещание, хоть и так…

- Нет, еще не сдержал, пусть даже не рассчитывает так легко отделаться, - я поднялась и вышла из шатра, переступила толкущихся под ногами маленьких орчат, подошла к Хели и открыла сумку.

Ведьминский кисель лежал там, где я его и оставила, завернув в снятый доспех от греха подальше. Она была права, он мне пригодится, хоть скорпионы были тут совсем не при чем.

- Надо как-то влить это в него, - я бухнула склянку перед Маром на шкуру.

- Это…

- Кисель, да. И только попробуй засмеяться. Давай быстрее, пока еще не поздно, - я открыла притертую крышку.

- Нужно с лошадиной кровью, - сунул внутрь голову Зан. - Мамка так обычно лечит тех, кто много крови потерял. Помогает, да о-го-го как.

- Тогда уж лучше с моей, - хмыкнула я.

- Ты с ума сошла? - орк на всякий случай отставил от меня банку подальше. - Думаешь, сейчас подходящее время для таких глупостей?

- Я чешуйка дракона. Меня недавно ранили отравленным кинжалом, легкое пробило. Через пять часов я поднялась, через семь – села на лошадь, - призналась я.

Мар молча вернул кисель наместо.

Я вытащила нож из пристегнутых к бедру под юбкой ножен и порезала себе запястье, неглубоко, но достаточно, чтобы потекла темная кровь.

Как только розовый кисель стал насыщенно красным, я зажала рану и дала позванной Заном матери перевязать мне руку тряпицей все с тем же резким запахом.

- Это чтобы зажило быстрее, - пояснила она, - травы. И заразу всякую вытягивают.

- Спасибо, - я опустила рукав и взялась за банку. - Ну, теперь держите его.

- Думаешь, отбиваться будет от такого счастья? - хмыкнул Мар.

- Не говори ерунды, - отмахнулась от него орчанка. - Она делает все, что может. И если кровь поможет ему остаться здесь, то почему бы и не попробовать?

Сменив повязку на бедре Рута, все еще пропитывавшуюся кровью, хоть и очень медленно, уже в четвертый раз, я легла рядом и уставилась в дыру в потолке. По небу медленно плыли низкие облака, готовя землю к дождю. Мне даже на мгновение показалось, что эти облака собираются из дыма многочисленных костров, выходящего в такие вот отверстия. Но нет, послышался далекий раскат грома.

Остальные сидели в другой отгороженной части шатра, тактично оставив меня одну с Рутом. Я была благодарна им за это, потому что не смогла бы сейчас сохранять положенное для воина хладнокровие. Лучше я буду менять повязку, смотреть в потолок и тихо кусать губы, чем разговаривать сейчас с ними о погоде.

О том, чтобы оставить его сейчас здесь и ехать дальше, у меня даже мысли не появилось. Вот придет в себя, настучу ему по голове за глупость, тогда и поеду.

- А ведь я столько раз просила тебя не ехать со мной дальше, - тихо сказала я, не в силах больше держать это в себе. - Идиот, убить тебя мало.

- Так убила бы, - еле слышно вдруг ответил он.

- И убью, - я моментально оказалась на коленях. - Жизнью клянусь, я тебя убью, если снова так сделаешь!

Он улыбался, будто ничего ужасного и не сделал вовсе, и так хотелось клыки ему переломать, что только необходимость лечить потом остановила меня.

- Ничего смешного! - шикнула я.

- Ты прямо как настоящая орчанка, - Рут с трудом подвинул руку и тронул мою юбку.

- Так в стойбище же, - я глубоко вздохнула, успокоилась и встала. - Я позову Риту, она приготовит свежий лечебный травяной отвар, мы сменим повязки.

Он чуть приподнял голову, только сейчас заметив, что обложен мокрой тканью.

- Это вытягивает яд, я уже спрашивала. И не копошись, полежи спокойно.

- Только не уезжай, ладно? - вдруг совершенно серьезно попросил Рут.

- Я не даю обещаний, которые не могу сдержать, - фыркнула я.

- Я тоже. Пожалуйста, скажи, что не уедешь сегодня.

- Я не уеду сегодня, - легко сдалась я, обнадеженная формулировкой. После полуночи будет уже завтра, а сегодня свое слово я сдержу, так и быть.

Рут кивнул и расслабился, не заподозрив подвоха.

- До гор совсем немного осталось, по самому краю степи можно ехать, - я села обратно. - Только тут большие скорпионы. Очень большие.

- Знаю, видел. На таких мелких обычно дети охотятся, учатся, - огорошил меня орк.

- Зачем тогда меня ведьма ими стращала?

- Ты не местная, могла и испугаться, - усмехнулся Рут, но тут же скривился.

- Я за травами, подожди, - я все-таки поднялась и вышла.

Глава 37

- Быстро встанет на ноги, - уверенно заявила Рита, когда осмотрела Рута и переставшую, наконец, кровоточить рану. - Зашить бы.

- Так зашей, - согласилась я. - Все равно дальше он не поедет.

- Не зарекайся, - понизила голос она, хоть мы и были в другой части шатра, где она занималась своими отварами. - И не уходи, догонит.

- Я должна поторопиться. Мне в горы нужно. Прошу тебя, задержи его. Всех их задержи. Я уеду ночью, а ты скажи, если кто заметит, что я за травами в поле пошла… Да не знаю, наплети чего-нибудь.

- Веля из Веды, ты сама не ведаешь, что творишь, - покачала она головой. - Подожди день. Завтра к вечеру Рут сможет сидеть на лошади, это точно, твоя кровь творит чудеса.

- Чтобы он опять где-нибудь подставился? Ну уж нет, спасибо, я сама закончу начатое. Одна, как и собиралась. Все они уже сделали для меня гораздо больше, чем я могла даже надеяться.

- Помянешь мое слово, - Рита отвлеклась от котелка и погрозила мне пальцем. - Догонит и за косы обратно притащит.

- Хорошо, помяну, - не стала я спорить, лишь бы она их задержала. - Так что? Ты поможешь?

- Помогу, - нехотя согласилась она.

- Тогда отдай вот это Ферину завтра, - я передала ей клочок пергамента, где было написано, куда надо привезти Римку, чтобы я забрала ее на обратном пути, не заезжая в стойбище.

- Хорошо. Доброго тебе пути.

Я поднялась, почувствовав облегчение от этих слов, и вышла наружу, под дождь. Платья не было жалко, все равно спустя пару часов я сменю его на доспех, когда все уснут. В вечерних, ранних из-за дождя сумерках я запрокинула голову и долго стояла так, закрыв глаза, пока не промокла до нитки и не замерзла. Холод отрезвлял, вымывал дурь из головы. Я прекрасно знала, что дальше должна ехать одна, но предстоящее расставание с друзьями жгло сердце.

- Это недостойно воина, - повторила я то, что так часто говорил мне мой отец, мой наставник, когда я делала какую-нибудь очередную глупость. - Недостойно подвергать своих друзей и близких опасности.

Я седлала явно недовольную этим Хель, проверила все сумки и пристегнула к ним оружие. Убедившись, что все готово к моему отъезду, я вздохнула с облегчением и вернулась в шатер.

Все сидели полукругом у огня, даже вернувшийся с охоты муж Риты и облепившие его орчата. Только Зан, как самый старший из них, сидел рядом с отцом с важным видом, старательно изображая из себя взрослого. Я прошла мимо, потрепав малыша по всклокоченной даже сильнее, чем у Ферина, макушке, и села рядом с Рутом. Он уже сидел прямо, не казался таким серым, да и вообще удивительно быстро шел на поправку. Это и радовало, и пугало одновременно. А ну как и вправду бросится догонять.

- Выпей с нами, - хозяин шатра протянул мне пиалу, довольно внушительную, - а то мокрая вся. Чтоб не простудилась.

Я взяла ее и совершенно невозмутимо отпила почти половину, не дрогнув и мускулом.

Орки уважительно присвистнули.

- Чтоб человек, да еще и женщина, так спокойно оркский чай пила, - хмыкнул Мар.

- Меня было кому тренировать, - усмехнулась я. - В счет долга чести. Кстати, я снова тебе должна…

- Так, все, нам уже спать пора, - резко подорвалась Рита, стала собирать детей, мигом от нее разбегавшихся во все стороны.

- Действительно, пойдемте, - засобирался и хозяин.

Все как-то вдруг разбежались, даже Ферин с Римкой, оставив меня сидеть одну с Рутом.

- Чего это они? - растерялась я такому повороту.

- Все знают, что долг чести – это очень личное для воина, - Рут спустился чуть ниже и теперь полулежал, опершись на локти. - Только ты разбрасываешься этим, как угрозами. Вот все и вышли, чтобы не быть свидетелями, а то убьешь еще.

- Ну вот, кто бы знал, - я хмыкнула и подвинулась к огню, свесив косички вперед, чтобы подсохли. - Так вот, о долге…

- Ты все равно не сможешь сделать то, о чем я попросил бы, так что оставь это, - отмахнулся орк.

Я оглянулась, заинтересованная таким выводом.

- Ты ведь не перейдешь в клан Ночи, - признался он под моим вопросительным взглядом.

- Нет. Это ценнее моей жизни.

- Значит, просто забудь.

- Ничего, как-нибудь потом сочтемся. Никто не мешает нам ездить одними трактами, как ты сказал, - я отвернулась, встряхнула мокрыми косичками, подняв пар от угольков догоравшего костра. - Подбросить дров?

- Не надо, здесь и так жарко, - Рут лег окончательно.

- Как ты? - я снова обернулась. - Болит еще?

- Нет, завтра поедем дальше.

- Хорошо, - я тяжело вздохнула.

Когда огонь погас окончательно, я, наконец, стянула мокрое платье, бросила его рядом с ожидавшими меня в углу доспехами и замерла, так и не взяв их в руки.

Скоро уезжать и, скорее всего, мы больше не увидимся, разве что действительно столкнемся где-нибудь на тракте. Случайно.

- Рут, - позвала я тихо, - не спишь?

- Нет. Но если ты опять только спросить, то сплю, - отозвался он нехотя. - Завтра спросишь.

- Нет, у меня нет вопросов.

В наступившей тишине повисло легкое недоумение. Пришлось самой искать в темноте руку степняка, чтобы положить его огромную ладонь к себе на грудь.

Рут был, как и его оркский чай, пряный и крепкий, так что дух захватывало, и оставлял непередаваемое послевкусие чего-то невероятного, до этого незнакомого. Я ни на секунду не забывала, что воины не спят в обнимку, не целуют и не знают сантиментов. Но сегодня ни одной секунды я не была примерным воином. И, к своему стыду, быть им и не хотела. Наверное, что-то в моей душе все же изменилось за эту странную, иначе не назовешь, поездку до гор.

Собиралась я быстро и тихо, чтобы, не приведи Судьба, не разбудить Рута. Но на самом выходе остановилась, оглянулась.

- Прощай, - шепнула я и вышла.

Хель уже ждала, чувствуя мое настроение, приплясывала на месте.

- Да, подруга, опять мы с тобой одни. Вперед, - я вскочила в седло и пришпорила лошадь, направляя ее в темноту за пределами стойбища.

На прояснившемся небе глумливо скалился тонкий месяц. Хель шла быстро и тихо, летя над степью серой тенью. Я смотрела на контур заснеженных гор впереди с замиранием сердца. Еще немного, от силы день, и я буду там, в гнезде. Наверняка Лана уже давно не ждет меня, но я успею. Хрена с два этому дракону, хоть мы уже давно и не враги, оказывается. Но при всем нынешнем желании помочь драконам, чтобы выкурить нежить с родных земель, сестры моей ему не видать, как своих ушей.

Резкий стрекот практически под копытами заставил Хель взбрыкнуть, едва не выбив меня из седла. Меч оказался в руке моментально, потому что с луком в такой темени я мало что смогу сделать, а кинжал коротковат, чтобы сражаться на таких просторах.

Спрыгнув на землю, я осмотрелась и прислушалась. То, что выползло и клацнуло у моих ног клешней, явно было гораздо больше десяти локтей в длину, а те скорпионы, которыми меня пугали, могли быть разве что детенышами этой бестии. Я отмахнулась мечом от задрожавшего над тварью хвоста и отступила к лошади. Хель пританцовывала и беспокойно всхрапывала, скрежетала зубами по удилам, намекая, что нас окружают. В правую руку лег кинжал, безмолвствовавший рунами. Значит, это не нежить, а вполне себе нормальные обитатели степи.

Отрубив хвост одной твари, особо ретиво бросавшейся на нас, я тут же развернулась к другой, заслоняя собой Хель. Если приноровиться, то убивать огромных скорпионов было не так и сложно, главное, под ядовитое жало на хвосте не подставиться. Но их было многовато для меня. И будь они нежитью, можно было бы спрятаться в соляном круге, но живым тварям он будет, что в лоб, что по лбу.

- Не волнуйся, прорвемся, - пообещала я скорее себе самой, чем Хели, и рубанула вторую тварь.

На пятой я начала уставать. Прав был Рут, без лука я так себе боец. Надо бы уделять мечу больше времени потом, когда вернусь в клан. Вернусь... Куда ж я денусь, конечно же, вернусь. Не уеду же я в закат, как мне вдруг захотелось, потому что я обязана всем, что есть в моей жизни, клану Веды, а это неоплатный долг.

Последний скорпион был пригвожден мечом к земле в основание той части, что должна была зваться головой, противно хрустя панцирем. Он еще мотнул пару раз обрубком хвоста, забрызгав меня кровью, и затих. Теперь было слышно только мое тяжелое дыхание да тихий храп успокоившейся лошади. А над горизонтом медленно проступали первые лучи солнца, озаряя горные пики впереди, а потом они перетекли и на землю, сделав колышущуюся траву похожей на зеленое море. Я его никогда не видела, но наставник часто рассказывал, так что я представляла его как-то так. Увидеть бы настоящее...

- Поехали. Мы и так столько времени тут потеряли, - я вытерла меч травой, убрала его в ножны и взобралась в седло.

Думать о том, что в это время я вполне могла еще спать, причем под тяжелой зеленой рукой, мне совсем не хотелось. Я выбрала свой путь сама, значит, именно здесь мне самое место.

Теперь Хель шла гораздо медленнее, насторожено стригла ушами, опасаясь подкрадывающуюся из травы местную живность. Я не подгоняла ее, нужно было беречь силы, если я собиралась ехать без остановок. «Не уходи, догонит»,- брошенное Ритой настораживало, но не до такой степени, чтобы оглядываться. Не догонит. Я далеко, и он должен это прекрасно понимать. А Ферин уже, наверное, читает мою записку и отвезет Римку к ближайшему городу. Осталось только мне смой закончить свое дело.

- Кто бы мог подумать еще месяц назад, что мы с тобой будем так спешить, чтобы предложить последнему дракону помощь… Засмеяла бы, если бы кто сказал такое, - я потрогала шею Хели, уже мокрую, лоснящуюся. - Ладно, хватит, стой. Передохнем немного, вон и прудик какой-то виден.

Я спешилась у воды, опустилась на колени рядом с пьющей лошадью и зачерпнула воды в пригоршни. Смыв вязкую, больше похожую на слизь кровь с лица и рук, оттерев с доспеха, я почувствовала себя намного лучше. Да и заявись я к Лане в таком виде, она в обморок упадет. Главное, не показывать ей спину со свежим рубцом от ножа. Распереживается, плакать будет о моей разбитой воинской судьбе…

Через почти полчаса, когда я уже готова была подняться и ехать дальше, я вдруг почувствовала странный рокот под землей.

- Что, опять?! - я мигом подхватилась на ноги и схватилась за меч.

Но никто не из каких нор не полез на нас с боевой подругой. Просто к нам приближались всадники, и гул шел из-под копыт, пока еще далекий.

- Да чтоб вас всех! - я насчитала пятерых и припала к земле, по-особому свистнув Хели, чтобы и она легла.

Вдруг не заметят в высокой траве, проедут мимо. А еще лучше развернутся и обратно, в стойбище…

Гул пронесся мимо, но резко оборвался. Я затаила дыхание и стала медленно поворачиваться в противоположную от них сторону. Сейчас обползем прудик, он небольшой, и осмотримся оттуда.

Но стоило только мне поменять направление, как я практически уткнулась носом в покачивающиеся по сторонам от жуткой хари клешни. Беззвучно открылись жвала, будто ощупывая воздух между нами. Я замерла, не сводя взгляда с поднявшегося над нами хвоста с крючком жала на конце. Один шанс из ста, что я успею отрубить его из положения лежа, хоть меч и был в моей руке. И уж точно сразу попаду в клешни. Убить не убьет, но оторвет что-нибудь. Вероятно, руку, но ведь может и за голову ухватить. Но руку тоже жалко. Хоть бы не левую, а то придется переучиваться с мечом, а о луке и вовсе даже думать нечего.

Меч с хрустом вошел в щиток на загривке, убив тварь одним ударом, хвост взвился вверх в судорогах и бессильно опал.

- Идиотка, убить тебя мало, - тихо, но очень угрожающе сказал Рут и выдернул меч, оттолкнул ногой скорпиона.

- Ну так убил бы, - я вздохнула с облегчением и уткнулась лбом в руки перед собой. - Тебе еще рано подниматься.

- А ты разве дашь спокойно полежать? Вставай.

- Вель, совести у тебя нет! - уже бежал к нам Ферин. - Как ты могла?!

- Да легко, - я поднялась на ноги и отряхнулась, свистнула Хели, чтобы вставала. - Какого хрена вы опять за мной увязались?

- Да тебя же и на пять минут нельзя одну оставить, тут же вляпаешься, - Рут указал на весьма красноречиво валявшуюся рядом лапками вверх тушу.

- Не вляпалась бы, если бы вас не увидела, - огрызнулась я.

- А на полпути сюда кто был виноват в том, что ты въехала в гнездо скорпионов?

- Ты! Мать твою, ты! - я ткнула его пальцем в грудь. - Я так спешила в темноте, чтобы ты следом не потащился!

- Я слово дал, что доведу тебя до гнезда и обратно, - он убрал мою руку от себя. - И не думай, что от меня можно откупиться телом.

- Да пошел ты, откупаться я еще от тебя буду, много чести! - я отошла к Хели, перевесила оружие на седло и стала выпутываться из жаркого доспеха.

- Веля, ну зачем ты так? - нагнал меня Ферин. - Мы же за тебя беспокоимся.

- Я просила тебя отвезти Римку в безопасное место. А ты вместо этого притащил ее следом за мной, - я глянула на него с упреком. - Хорошая помощь, спасибо тебе огромное!

- Вот ты специально, что ли, пытаешься сейчас всех от себя оттолкнуть? Не выйдет, Веля, мы знаем, какая ты на самом деле.

Нашу перебранку прервал Мар, пройдя между нами и указав на горы:

- Дальше придется лезть в гору, нужно размять ноги, - со знанием дела посоветовал он. - Сейчас едем, потом у подножия пройдемся пешком.

Я взяла лошадь под узду и тяжело вздохнула, подвела ее к воде, чтобы еще раз напоить в дорогу.

- Что ты вытворяешь, Вель?! - подошел ко мне Рут, уже почти не прихрамывая. - Нам вместе туда лезть, а ты сбегаешь, не сказав ни слова.

- Я не хочу, чтобы еще кто-то пострадал, что здесь может быть непонятного? - огрызнулась я.

- Вель, я не пущу тебя туда одну. Когда ты уже это поймешь? - Рут поймал меня за локоть, не дав отступить, притянул ближе и обнял. - Вот ведь дурочка, тут негде пострадать.

- Ты ранен, если помнишь, - я замерла, уткнувшись в его наплечник, такой родной и знакомый уже до последней царапины.

- Не серьезнее, чем ты. Пойдем, - он развернул меня в сторону гор.

Я свистнула Хели, тут же ко мне потрусившей, нацепила обратно все свое оружие уже без доспеха.

- Останься, пожалуйста, - попросила я, застегнув последний ремень. - Отпусти меня одну.

- Вель. Заткнись, а. Все самое паршивое мы уже прошли, осталось всего лишь залезть в гнездо и поговорить с этим твоим драконом. Заберем твою сестру, доведу вас до Веды, а потом злись дальше, сколько хочешь, за что ты там на меня так злишься…

- Я злюсь за то, что ты меня связал и просто вышвырнул с тракта. Ты же погибнуть там мог.

- И поэтому решила отомстить тем же? - усмехнулся он. - Не выйдет.

Я взялась за луку седла, готовая подняться на лошадь:

- Ты просто любишь меня позлить.

- Я просто люблю тебя.

Я промазала мимо стремени:

- Нашел время шутить. Поехали уже, раз увязался.

Сев в седло, я краем глаза наблюдала, как он довольно легко взобрался на рослого коня. Но стоило мне только открыть рот, как он перебил меня:

- Только спроси еще раз, не останусь ли я, и поедешь поперек седла.

- Не спрошу, - сдалась я.

До гор ехали практически молча. Только Ферин распинался, рассказывая Мару и Сандру о драконах. Уж не знаю, как именно, но он успел убедить их в пути, что последнему дракону всенепременно нужна и их помощь тоже. Такими темпами он и к дракону наймется в помощники… Тогда последний дракон попал на большие деньги.

- А вот и его гора, - торжественно закончил он, остановившись у валунов, окаймлявших подошву.

- Доехали, - я спешилась и пошла вдоль камней, чтобы размять ноги. - Лошадей придется оставить здесь.

- Главное, чтобы Гарды их тут не нашли, а то пропала вся драконья конспирация, - вор оглянулся. - Давайте вон там, в тени горы спрячем, за камнями. Я посмотрю, есть ли там место.

И стоило Ферину зайти за валун, как он просто исчез из поля зрения, ухнув куда-то вниз с коротким вскриком.

- Ферин! - я тут же бросилась туда за ним.

- Я в порядке, - простонал вор из-под камня. - На ступеньках навернулся…

Глава 38

- На ступеньках? Ты головой ударился, что ли? - я обошла камень и увидела, наконец, ведущую вниз каменную лестницу в глубине дыры.

- Это как минимум странно, - я присела на корточки и заглянула вниз. - Как думаешь, она как-то связана с гнездом?

- Я подумаю, если мне сюда хоть какой-то факел спустят. А пока мне ничего не видно.

- Что там? - рядом присел Рут.

- Лестница.

- Неглубоко, кстати, - крикнул Ферин, по ощущениям, уже чуть дальше и ниже. - Я уже на какой-то площадке.

- Сейчас спущусь, - орк без раздумий сунулся в провал.

- Стой, - я дернулась следом, но Рут, уже почти скрывшись под камнем, просто схватил меня за косички на затылке, потянул ниже и поцеловал.

- Прекрати так делать! - я вырвалась и стукнула кулаком по земле от злости.

- Ты же сама не догадаешься, приходится подлавливать, - усмехнулся он.

- Тебе мало было, что ли? - я окончательно смутилась от упоминания о своем недостойном воина поведении ночью.

- А ты сама ни разу меня не поцеловала, - огорошил он и скрылся во тьме. - Да, тут не глубоко. Ждите там.

- Вот еще! - я тут же сползла вниз следом.

- Держи, - мне сверху подали факел, а потом спустился и Сандр, поймал на руки съехавшую за ним Римку.

- Ну да, давайте все залезем в непонятно куда ведущий проход, - буркнула я.

- Там дальше лестница идет вверх, - окликнул нас Ферин. - Так что вариантов не много. Либо это вход в гнездо, либо гномьи угодья.

- Гномы остались только на севере, и они заваливали все входы в свои пещеры, уходя, - отмел этот вариант Мар. - Идем. От того, что мы тут стоим, цель ближе не становится.

- А так мы идем непонятно куда, - не согласилась я.

- Мы идем хоть куда-то, - поправил Мар и подтолкнул меня в спину.

Лестница оказалась довольно широкой, а спустя всего шагов двадцать потолок резко взмыл вверх, теперь больше напоминая пещеру. Правда, через минут пять подъема пришлось остановиться.

- Ну и куда нам? - Ферин задумчиво поскреб макушку, глядя то направо, то налево.

Лестница разделилась на две абсолютно одинаковые половины. Нигде не брезжил свет, нигде не слышались голоса, чтобы хоть как-то подсказать, куда нам идти.

- Разделимся? - неуверенно предложила я. - Я бы сказала вам подождать здесь, пока я проверю, но не думаю, что вам это понравится.

- Вот именно, - Ферин забрал у меня факел, повернулся к левой ветке лестницы и тут же споткнулся, припав на колено. - О, а тут следы есть!

Облазив ступеней по десять с каждой стороны, мы пришли к выводу, что следы действительно были только слева.

- Что бы мы без тебя делали? - вздохнула я, хлопнув вора по плечу.

- Мне ж положено полезность отрабатывать, - хмыкнул он.

- Стоп, ты же отказался на меня работать, - обернулась я.

- Веля, ну ты же понимаешь, что я не серьезно отказывался! - возмутился Ферин. - И твой кошелек все еще у меня. Ты без него уехала, - совсем тихо закончил вор.

- А это я с тобой расплатилась за работу, - усмехнулась я.

- Это ты так убегала быстро, все побросав, чтобы не признаваться себе в своих чувствах, - неожиданно подала голос Римка.

Мы все оглянулись на нее, кто удивленно, а кто и с обещанием всех кар во взгляде.

Лестница казалась бесконечной, даже разветвлялась еще несколько раз. Снова нас спасали едва различимые следы. А мы все шли и шли уже второй час, проклиная все на свете.

- Вы же за Ланой, да? - вдруг раздался незнакомый женский голос позади.

Я подскочила на месте, развернувшись в воздухе. Все воины оказались с оружием в руках как по мановению руки.

За нами на лестнице стояла женщина лет двадцати, ничем не примечательная, в темном платье и чепце. Вот только глаза у нее сияли алыми отблесками в темноте, выдавая в ней чешуйку.

- Я провожу вас, пойдемте.

- Откуда ты тут взялась? - заглянул ей за спину Мар.

- Из боковой двери. Я была в теплице, проверяла лечебные травы. Пойдемте.

Мы озадаченно переглянулись, убирая оружие. Никаких дверей нам пока не попадалось даже близко.

- Ты кто вообще такая? - я подождала, пока она со мной поравняется, и пошла рядом с ней.

- Тейра, наследница красного дракона, - представилась она.

- И что, вас тут несколько таких? - догадалась я.

- Нас много, - она вдруг открыла совершенно неприметную дверь в стене, которую мы ни за что на свете не заметили бы сами, она полностью сливалась с камнем, и вошла в ответвлявшийся от лестницы коридор. - Последний дракон собрал тут все чешуйки, что смог отыскать еще живыми.

Я невольно глянула на Римку. Да, ее бы уже не было в живых, если бы она осталась в деревне, так что уточнение резонно.

Коридор оказался широким и достаточно светлым благодаря прорубленным наружу бойницам. Дракон в истинном обличии тут, конечно, не протиснется, а вот для людей это самое то. Да и лестница внутри горы явно предназначалась не для драконов.

- Давно тут люди живут? - полюбопытствовала я, осматриваясь вокруг.

- Очень. Дракон собирал нас многие десятки лет, как только остался совсем один.

- А вы этого дракона никак не называете? - хмыкнул Рут.

- Слишком сложное для человеческого языка имя. Так что нет. Просто обозначаем драконов по цвету, их же совсем мало, цвета редко повторяются, - пояснила Тейра.

- Зачем он вообще начал собирать чешуйки? Вот Лану, например, забрал в качестве дани...

- Он беспокоится о благополучии своих собратьев, а здесь мы в безопасности. Здесь люди нас не достанут, не будут травить, забивать камнями, сжигать и четвертовать, - голос ее дрогнул. - Здесь нам хорошо, мы живем среди таких же, как мы.

- Лане не было плохо в клане. Там никто даже не знал, что мы с ней чешуйки.

- Ты уверена? - Тейра оглянулась, глаза ее полыхнули. - Тогда чего ж она в свои двадцать четыре года была так одинока? Чего ж у нее не было подруг, кроме тебя? Чего не было семьи и детей?

- Я… - я растерялась, впервые подумав, что так оно и было на самом деле, - Я не знаю... Она не жаловалась.

- Ты воин. Разве же ты поняла бы ее печаль? Не забирай ее, не причиняй боль.

- Я не наврежу сестре. Но это я буду обсуждать только с ней самой, - отрезала я.

Тейра промолчала, открыла высокие резные двери в конце, явив нам огромный сад на открытой площадке.

Первым, что бросилось мне в глаза, было многообразие деревьев, выращенных в таких непростых условиях. А вторым – количество людей, работавших в саду. Ну и самым странным и невероятным было то, что среди них был тот самый дракон в человечьем обличии, вполне по-человечески копавшийся в земле.

- Какого лешего тут происходит? - опешила я, единственная из пришедших узнавшая чешуйчатого гада в лицо.

- Веля! - с радостным криком от группы людей отделилась знакомая стройная фигурка с русой косой до пояса. - Велька, ты приехала!

- Разумеется, - я поймала сестру в объятия и вздохнула с облегчением, впервые за этот безумный месяц почувствовав себя счастливой. - Разве я могла не приехать, родная?

- Велька, я так волновалась, что ты во что-нибудь встрянешь по дороге, - Лана утерла набежавшие слезы, обхватила мое лицо руками и всматривалась в глаза, будто искала в них признаки того самого встревания в неприятности. - Обошлось? Спокойно доехала?

За спиной весьма многозначительно хмыкнул Рут. Я украдкой показала ему кулак.

- Не встряла, дорога была до того спокойной, что я даже заскучала.

Сзади послышались уже откровенные смешки на пять голосов. Была бы тут Хель, даже она заржала бы.

- Ну да, - вздохнула я, - раскрыли, правда, государственный заговор, уничтожили полчища нежити, охотились на призраков…

- Не шути так, это не смешно, - нахмурилась сестра.

- Ладно, ладно. Все было тихо и спокойно.

- Рад, что ты добралась целой, дерзкий человеческий отпрыск, - подошел к нам и дракон собственной персоной, отряхивая руки от земли.

- Еще и драконий, как ты, наверняка, знаешь, - я глянула на него поверх плеча сестры и как-то машинально задвинула ее к себе за спину.

Глядя на последнего дракона сейчас, я уже не чувствовала того трепета, что он внушал ранее. Не было в нем сейчас той силы, придавливавшей к земле, но заставлявшей хвататься за оружие. Сейчас это был просто уставший мужчина, с явными следами недосыпа, тяжелой работы и нечеловеческой тоски.

- Знакомьтесь, это наш последний дракон, - оглянулась я на товарищей. - Которого нам еще спасать от королевских планов и, пожалуй, одиночества.

То, как вытянулось бледное лицо чешуйчатого, стало мне бальзамом на душу.

- Велька, о чем ты? - настороженно спросила Лана из-за моей спины.

- О том, что мы слишком много узнали в пути. Итак, гад чешуйчатый, я успела до новолуния. Ты сдержишь слово?

Дракон помрачнел, бросил взгляд на небо, тяжело вздохнул, но вынужден был кивнуть:

- Да, Велия из Веды, ты выполнила мое условие… как ни странно.

- А на что ты рассчитывал? - хмыкнула я, оглянувшись.

Вокруг нас помалу начали собираться люди, вернее, чешуйки, обитавшие в этом гнезде. Они перешептывались, сверкали на нас любопытными цветными глазами, но вмешиваться не решались.

- Рассчитывал, что ты не успеешь, - так просто пожал плечами дракон, что я даже растерялась. - Дорога дальняя, мы даже попетляли над городами, чтобы сбить след. Да и найти мое гнездо было практически нереально. Я думал, что сам спущусь к тебе куда-нибудь севернее, когда ты будешь стоять у подножия гор и костерить всех моих предков последними словами… А ты вдруг заявляешься прямо в мой сад, чтобы забрать Лану.

- Я не заберу ее силой, - уже куда миролюбивее ответила я. - Хоть со мной и непобедимое войско.

За спиной самым паскудным образом заржали.

- Да, войско у тебя что надо, - усмехнулся дракон. - Что ж, забирай сестру, как и договаривались, если она хочет уйти. И уходите сейчас же, в вашей помощи, как ты выразилась, я точно не нуждаюсь.

- Ну здрасьте! - возмутился Ферин, выглянув из-за меня. - Я ему по всей стране собираю тех, кто может повлиять на ход истории и не дать драконам вымереть окончательно, убеждаю их помочь, привожу в гнездо, а он мне тут морду воротит! Прими помощь, чешуйчатый, пока Судьба тебе благоволит!

Я не сразу осознала смысл услышанного. А когда до меня дошло, обернулась к Ферину в немом негодовании.

- Кто ты? - прямо высказал дракон то, что явно сейчас засело у всех в головах.

- Проводник, - смутился от нашего внимания вор. - Жрец богини Судьбы.

- А, так ты из тех бессмертных, кто помогает угодным Судьбе героям по трактам, - кивнул дракон. - И что же богиня хочет ЭТИМ мне сказать?

Он при этом так пренебрежительно обвел нас рукой, что мне снова захотелось вытащить оружие.

- Что сдохнешь ты без Ланы. Вернее, уснешь. И сородичи твои останутся в спячке. Что страну после этого окончательно разорит нежить с Пустыря, за ними подтянутся и демоны, мир падет, - перечислил Ферин. - Не выеживайся, дай им тебе помочь! Не ради себя, ради мира.

- Что еще за проводник? – шепотом спросил у меня Рут, не спеша перебивать Ферина, разошедшегося ни на шутку и готового уже огреть дракона чем-нибудь.

- Я вам как-нибудь потом расскажу, - отмахнулся вор, услышав.

- Ладно, допустим, я готов сотрудничать с этими… Героями, - дракон примирительно поднял руки перед собой. - И как вы мне поможете?

- А что нужно, чтобы разбудить дракона в спячке? - я отошла и в наглую села на травку под деревом, просто устав от абсурдности ситуации.

- Прямой потомок и много терпения, - хмыкнул дракон, развернувшись ко мне. - Или же дракон из правящего рода.

- А кто у нас правящий род?

- Золотые драконы. Но они исчезли первыми, так что это невозможно, - пожал он плечами. - А тут собраны все чешуйки, что я нашел. И все выжившие драконы в спячке. Есть хоть какая-то надежда.

- И как же вы впадаете в спячку? Почему ты уснешь без Ланы? - вспомнила я слова Ферина.

- Дракон засыпает, если умирает или уходит его вторая половинка, его сердце, - пояснил Ферин, так как дракон упрямо молчал.

- Ах ты сволочь бесчестная! - я подскочила на ноги, как ужаленная. - Ты ведь слово дал, что ей ничего не угрожает!

- Так и не угрожало, - смущенно призналась Лана. - Велька, ты только не злись… Но я не могу уйти.

- Лана, окстись, он скоро закончит линьку, перекинется и следующие десять лет пробудет ящерицей, - шикнула я на нее.

- Ничего, я подожду. Мы подождем, - она прикрыла живот руками и скорее спряталась за дракона.

Я снова села, где стояла, пораженная до глубины души.

Обсуждение спасения драконов временно отложилось, потому что Лана поняла, что я ее сейчас придушу, и бросилась убегать. Я буравила ее негодующим взглядом весь день, в том числе и за обедом, когда дракон собрал нас в большом зале, все так же высеченном прямо в скале. Сама я к еде даже не притронулась, а Лане кусок в горло не лез под моим тяжелым взглядом.

- Я не могу официально вести переговоры с человеческими правителями, - дракон заметил, что моя сестра отодвинула тарелку, и настойчиво придвинул ее обратно. Еще и облокотился на стол так, чтобы Лана меня не видела. - Потому что через неделю я перекинусь, так что в меня скорее полетят копья и стрелы, чем предложения о союзе. И так сколько уже лет приходится прикрываться правом на сбор дани, чтобы забирать чешуек. Право силы люди хотя бы уважают, в отличие от разумных доводов.

- А наш король и вовсе убрать тебя хочет, - напомнил Ферин. - Его, похоже, устраивает не только нежить, но и демоны с дальних земель. Во всяком случае, он полагается на то, что оставшиеся Гарды смогут защитить его земли, когда нежить и другие кланы истребят друг друга. Теперь главное – не дать им найти гнездо.

- Мы укрепим подступы к горам, займем все возможные территории у подножия, чтобы ни Гарды, ни королевские войска не смогли подойти к горам вообще и к гнезду в частности, - предложил Рут, кивнув Мару.

- Это вполне выполнимо, - согласился тот. - Придется бросить два города на востоке, чтобы стянуть силы… Вернее, не бросить, а передать союзникам, - усмехнулся он.- Веды готовы взять на себя два лишних города?

- А пока ты будешь будить драконов так, как можешь, Веля поищет золотых драконов правящего рода, - снова встрял Ферин. - Когда отдохнет, конечно. Через месяц-другой. Не смотри ты на меня так, это Судьбе угодно, - он сник и попятился под моим немигающим и явно давно уже васильковым взглядом, тоже отодвинув тарелку. - Вель, ну пожалуйста. Я же тебе жизнь спас… И Руту. Долг чести ведь нельзя не отдать, правда?

- Тогда в храме, от яда на ноже Гарды? - догадалась я, почти смирившись, что жизнь моя легкой отныне никогда не будет.

- Да, пришлось кое-что подправить в книге твоей судьбы, - Ферин потер на своей спине то самое место, где у меня остался свежий шрам.

- И Руту не моя кровь помогла?

- Точно. Я, как приехал, сразу за лечение принялся, пока ты с Ритой занята была… Вель, ну пожалуйста.

- Так она действительно давала мне свою кровь? Вы не шутили? - удивился Рут, причем едва ли не больше, чем я от новостей Ланы.

- Да, Ферин, это долг чести, - вынуждена была признать я. - Я поищу золотых драконов.

- Давала свою кровь, Вель? Честно?

- Давала, Судьба великодушная, давала! - рыкнула я, разозлившись, - Не драматизируй, вампиром ты от этого не станешь, они появляются только живорождением.

Мар хохотал, скорее выйдя в коридор, по которому мы пришли, но пояснять это свое странное поведение отказался категорически.

Почти сутки мы провели в гнезде дракона. Лана показывала мне, как она теперь живет, а я рассказывала ей о бабушке, о отце и о делах в мире и клане. Она так сокрушалась, что не увиделась с бабушкой, что дракон тут же предложил отнести ее в Затоку хоть прямо сейчас. А вот матери она тоже не помнила, как и ее смерти. Слишком маленькими мы тогда были.

Утром следующего дня еще до рассвета я собрала оружие, надела доспех и стояла у спуска на лестницу вместе с Римкой.

- Точно не хочешь остаться? - спросила девочку Лана уже в двадцатый раз за то время, что провожала нас.

Римка помотала головой и обняла меня за руку.

- Ну а ты? Вы ведь чешуйки, вам тут было бы гораздо лучше.

- Нет, родная, мы поедем, - я сжала ладонь сестры и тяжело вздохнула. - Ты только остальным не говори, что мы уже уехали.

- Погостила бы еще хоть пару дней, - сестра порывисто меня обняла. - А то вдруг больше не приедешь.

- Мы еще увидимся, ты что. Я обязательно приеду посмотреть на племянников, а потом мы с тобой бабушку навестим. Не грусти, ты же знаешь, что я всегда с тобой.

- Спасибо, - просияла она.

- Ну, бывай. И береги себя, тебе нельзя волноваться.

Оседлав Хель, я дождалась, пока Римка взберется с валуна на свою Гладь, и тронула пятками бока лошади.

- Домой, Хель. Едем домой…

- Ну наконец-то, - донеслось со стороны степи по другую сторону гряды из камней. - Я уж думал, не дождусь.

- Чтоб тебя, - ругнулась я, глядя на уже сидевшего верхом Рута. - Уж домой мы и сами сможем без приключений добраться!

- Сильно сомневаюсь, - усмехнулся он. - Не забывай, что у тебя появился новый долг передо мной, так что заткнись и поехали. Считай, что это мое требование.

Я глянула на улыбавшуюся Римку и махнула рукой. Ладно, потерплю его еще неделю, если ни во что не встрянем опять… Полторы от силы. Максимум две.

- Что с золотыми драконами будем делать? - как ни в чем не бывало, деловито поинтересовался орк.

- Это мой долг чести Ферину, - напомнила я.

- Я ему тоже должен, - пожал плечами степняк.

- Вот сам ему и возвращай, не лезь больше в мои дела, - я пришпорила Хель. - И даже если меня Гарды свежевать живьем будут где-нибудь на постоялом дворе, не смей вмешиваться!

***

Стоя у ворот клана Веды, я одергивала рвущуюся в родное стойло Хель. Римка давно пустилась ездить вдоль стены, рассматривая такой непривычный ей высокий частокол и воинов на сторожевых башнях.

- Еще увидимся, я так думаю, - Рут похлопал коня по шее. - По крайней мере… Пушинка теперь знает дорогу к тебе.

- С таким именем ему лучше ее забыть, - фыркнула я. - Прощай, невыносимый Рут из Ночи.

- До свидания, Велия из Веды.

Я уже собиралась спустить Хель, приплясывавшую на месте, но задержалась еще на мгновение, повернула ее боком к огромному черному с рыжецой коню, схватила орка за косы и потянула вниз, действительно впервые поцеловав сама.

На сторожевой башне послышались удивленные и негодующие возгласы, на которые мне, как воину, было плевать, как и на свое недостойное поведение.

Эпилог

Жара стояла невыносимая, солнце припекало так, будто пыталось зажарить меня живьем. Хель неохотно переставляла копыта, понимая, что дома мы все равно не задержимся надолго. Как обычно. За прошедшую с моего возвращения неделю я находила любой предлог, чтобы только не оставаться на месте. Было просто невыносимо тоскливо. В уныние вгоняла и размеренная жизнь в деревне, и виноватый взгляд Матери, и камень, на котором среди прочих было высечено имя моего отца и наставника, и пустая комната сестры.

Но иногда приходилось заезжать к клану в гости, чтобы взять очередной заказ, узнать последние новости и убедиться, что Римка в порядке и ничего не изменилось. Она, наконец-то, написала с помощью знахарки письмо Альмору, в котором расписала гнездо дракона на все лады, не указывя, разумеетя, где оно расположено, и отправила его с голубем. После чего охотно стала учиться читать и писать сама. Особенно когда получила письмо от Сандра…

- Не переживай, моя хорошая, - я похлопала Хель по шее. - Мы сегодня даже на ночь дома останемся, отдохнешь.

На воротах меня с улыбкой встретил Васий, шутливо поздравил с очередным успешным налетом на нежить и пустил свою лошадь быстрой рысью на восток, махнув мне на прощание. Я постояла немного в тени мощной створки ворот, теперь увенчанной вереницей клановых кинжалов Гарды, вздохнула и поехала к дому. Опять все разъехались, собранные в отряды, или же поодиночке, как я. Работы на тракте было еще много.

- Велия! Вель, скорее, иди сюда, - окликнула меня Мать, стоя на крыльце дома совещаний. - Поедем на большой совет!

Я хмыкнула, остановившись напротив:

- Лошадь устала, да и я тоже, а ехать четыре дня. Лучше без меня, как обычно.

- Не выйдет. Во-первых, ты будущая Мать, так что хватит отлынивать от обязанностей. И во-вторых, от Ночи приехал гонец, требует именно тебя.

- Орк? - встрепенулась я.

- Орк. Откуда знаешь? - удивилась она.

- Да так... Догадалась, - я развернула Хель к дому уже с улыбкой. - А в честь чего большое собрание? Прери отгребать будут за Подласки? Или Гарды уже войну объявляем?

- И это тоже, - Мать усмехнулась. - Ночи хотят объединиться, два города нам передают.

Я снова остановилась, обернулась:

- Так быстро? Не может быть!

- Вот и мне так кажется. И судя по всему, не просто хотят, а практически требуют. Интересно, что же они взамен хотят, с таким-то предложением? Только их новый Отец меня не жалует, придется тебе договариваться. Нам нужен этот союз, Велия, постарайся. Что бы они ни запросили.

- Разумеется.

Я спрыгнула на землю и побежала в дом совещаний, улыбаясь непонятно чему. Взбежав по ступеням, я замерла, как вкопанная. На лавке у стены сидел и начищал топор Мар.

- А что ты здесь делаешь? - я даже оглянулась, не совсем уверенная, что туда попала.

- За тобой приехал, а то пропустишь собрание, как всегда. Могу и поперек седла, если упираться будешь.

- А ты разве не новый Отец Ночи?

- Я его правая рука, как и раньше, - пожал плечами Мар. - Я всегда был при Отце, так что ничего удивительного. Ничего, ты с Отцом еще познакомишься, не переживай.

- Что ж Рут тогда не приехал? - надеюсь, что разочарование в моем голосе не прозвучало.

- Занят, у нас там с Гарды была серьезная стычка у гор. Он опять со своим отрядом.

- Ладно, чего уж там. Поехали.

В зале Больших собраний было шумно, душно и яблоку негде было упасть из-за снующих туда-сюда кланников. Здесь были Отцы и Матери всех кланов, их наследники, помощники, старейшины.

- Тихо! Внимание! Да угомонитесь вы! - пытался призвать к порядку присутствующих один из старейшин.

- Начинаю вспоминать, почему я здесь не бывала с самого детства, - я собиралась попятиться к выходу, но меня кто-то не пустил, встав сзади и взяв за плечи.

- Куда это ты? - я услышала голос Рута, и от этого сердце екнуло. - А союз кто заключать будет, будущая Мать Веды?

- Придется мне, - я развернулась в кольце его рук и не смогла сдержать улыбку. - Ты тоже будешь здесь?

- Обязательно, не беспокойся, - он обнял меня на мгновение, прижал к себе, и тут же развернул и подтолкнул к противоположному концу комнаты, где было больше всего кланников Ночи.

- Говори, Отец Ночи, - сказал старейшина, как только вокруг с большего смолкли разговоры.

Я немного нервничала, присматриваясь к воинам клана, с которыми мы заключим союз, и ждала, кто из них окажется Отцом, чтобы не обратиться не к тому. Уже ошиблась один раз.

- Мы хотим союза с кланом Веды, нам нечего делить, - внезапно заговорил Рут за моей спиной. - У них есть только одно сокровище, которое я хочу взять.

Я потрясенно обернулась. Нет, ну вот это уже ни в какие ворота не лезет! Это ж надо было мне в глаза врать!

- Ты новый Отец Ночи? - уточнила я, прежде чем ударить его. - Я ведь спрашивала у тебя, сволоч ты лживая! И поверила твоему слову!

Орк едва в голос не хохотал, наблюдая за мной, но даже не подумал ответить.

- И что тебе нужно от Веды за два ваших города? Не думай, что я по старой дружбе стану заключать союз в ущерб клану! Вам самим срочно нужно эти города кому-то спихнуть, так что еще попробуй уговорить меня их взять.

- Мне нужна только добровольно отданная моя невеста, остальное пусть оставляют себе.

- Кто? - опешила я.

- Ты ведь сама, без принуждения дала мне свою кровь в стойбище орков? Так? - уточнил Рут.

- Ну… Да.

- По законам степей ты моя невеста после этого. Теперь не сбежишь.

Я развернулась и припустила к двери. Это мы еще посмотрим!

Дальше - здесь: второй том