Чёрт из Чертаново. Том 2

Глава 1

Ступеньки подвала я перемахнул в три прыжка, вылетел из-за угла дома и понесся через двор к калитке. Крик Даши все ещё звенел в ушах, сердце билось о рёбра с такой силой, будто хотело вырваться наружу.

Вылетев через приоткрытую калитку , я увидел у соседского забора чёрный седан с открытым багажником. Возле него склонился рогатый чёрт как две капли воды похожий на управляющего из магазина в котором работала Даша. Он усиленно трамбовал Дашу в багажник и потянулся к крышке чтобы его захлопнуть.

- Стоять сука! - заорал я сокращая дистанцию.

Чёрт лениво повернул голову на крик, и в эту секунду мой кулак со всего размаха впечатался в лоснящуюся морду. Голову управляющего мотнуло в сторону, костяшки обожгло болью, а рогатый распрямился и расплылся в широкой улыбке, демонстрируя клыки. Улыбка эта не обещала ничего хорошего, и предчувствие не обмануло. Ответный удар коротко вошел мне под ребра.

Воздух вышибло из легких, я сложился в три погибели и захрипел. Перед глазами поплыли круги, к горлу подкатил праздничный ужин, а в голове билась одна мысль: если седан уедет, Дашу я больше не увижу.

Чёрт неторопливо одёрнул пиджак, обошел меня и потянул на себя водительскую дверь. Правая нога рогатого уже была в салоне когда я стиснув зубы активировал морозную поступь. По ступням пробежал холодок, асфальт, колёса автомобиля и левая нога чёрта покрылись льдом.

Чёрт дёрнулся и завис в нелепой позе, не понимая, отчего нога отказывается отрываться от земли. В ту же секунду я подлетел к нему, ухватился за дверь обеими руками и захлопнул её со всей дури. Железяка с грохотом врезалась в берцовую кость, потом ещё и ещё раз. Раздался хруст, я было понадеялся что сломалась нога рогатого, но нет.

Чёрт резко дёрнул ногу на себя разорвав дорогущую лакированную туфлю. Лёд раскрошился, а на асфальт встала когтистая лапа окутанная пламенем. Рогатый оскалился, глядя на меня сверху вниз:

— Я думал, ты обычный идиот, а ты одаренный. — Он неторопливо размял шею и добавил: — Тебе же хуже.

Огромная пятерня ухватила меня за волосы и дёрнул на себя вколачивая правый кулак в переносицу. И снова хрустнуло, на этот раз не туфли, а мой нос. Красная юшка хлынула ручьём, мир перевернулся, и я рухнул на асфальт. Чёрт же широко улыбаясь сел на меня и принялся вколачивать в землю.

От каждого удара в черепе вспыхивал салют ярких искр. Во рту стало солоно, бровь рассекло, тёплая струйка крови поползла по виску. Я сопротивлялся как мог, но отчего то сбросить эту образину не удавалось. Он будто весил под тонну.

Ну что? Каравай, Каравай, смерть свою сам выбирай? Я мысленно усмехнулся и понял что лучше так, чем дать ему увезти Дашу, а потом всю жизнь презирать себя за то что стоял и смотрел на это ничего не сделав.

Из темноты с воплем вынырнул Борр:

— Пусти кормильца!!!

Боровичок сиганул чёрту на загривок и вцепился ручищами в рога. Пару секунд рогатый мотал башкой, пытаясь стряхнуть нежданного наездника, а после по его шкуре прокатилась волна пламени. Полыхнуло так, что я зажмурился. В нос ударила вонь палёного, и Борр с воем покатился прочь, сбивая с себя огонь.

— Борр!!! — заорал я, вернее попытался заорать, но вышел лишь сдавленный хрип, а после от отчаяния зарядил в пах рогатому.

Эффект оказался нулевым, чёрт даже не поморщился, лишь склонился надо мной, и в его ладони с гулом разгорелся огненный шар, таким же он убил Дашу в моём видении. Жар опалил брови. Скрежеща зубами я наблюдал как шар пламени неспешно приближается к моему лицу.

- Если бы сидела тихо, мне бы не пришлось убивать твоего любовничка. - произнёс Чёрт посмотрев на Дашу выглянувшую из багажника автомобиля.

Я задёргался всем телом пытаясь освободиться, но это было бесполезно. Я будто стал пятилетним ребёнком пытающимся бороться со взрослым. Кожу на лице обожгло нестерпимой болью и… В плечо чёрта со свистом вонзился десяток чёрных перьев.

Скрежетнув зубами рогатый ослабил хватку и развеял огненный шар. Поднявшись на ноги он ухватился за водительскую дверь седана и с корнем вырвал её.

В эту же секунду рядом со мной упал топор которым Толик колол дрова. Тупой топор с зазубринами, но всё же. Взревев чёрт швырнул дверь в сторону соседской высоченной черешни, и оттуда донёсся сдавленный вскрик Линды. Послышался звук ломаемых веток и что-то гулко ударилось о землю. В крике Линды было столько боли, что в груди ёкнуло сердце, а пальцы сами сомкнулись на деревянной рукоятке.

Прямо с земли я рубанул чёрта по ноге, вложив в удар остатки сил. Лезвие с треском прорезало штанину, а следом и бедро до самого колена. На землю хлынула черная кровь, управляющий взвыл и потянулся было ко мне. Я же не стал пытатсья убежать, лишь поджал ноги к груди и пнул его в морду активируя морозную поступь.

Лёд змейками пополз по лицу, рогам, костюму, сковывая тушу белёсым панцирем. Только чёрные глаза с ненавистью смотрели на меня, не в силах сопротивляться морозу. С трудом поднявшись на ноги, я занёс топор над головой и прохрипел:

— Сдохни, падла…

Топор взлетал и опускался на покрытую льдом голову чёрта. Промороженный рог хрустнул под лезвием и отлетел в бурьян, второй продержался немногим дольше. Пламя то и дело прокатывалось по шкуре безрогого, но я стоял рядом и всё время поддерживал морозную поступь. Огонь сталкивался с наледью и гас, а свежий лёд наползал поверх старого.

Чёрт дёргался заставляя лёд трескаться. Я же рубил и рубил боясь что наступит момент когда он сможет вырваться и тогда мне конец. И Даше тоже…

Сквозь алую пелену я видел как Даша следит за побоищем из раскрытого багажника. Она стиснула бортик побелевшими пальцами и не издавала ни звука. На лице лишь одна эмоция, неподдельный ужас. Оно и понятно, видит как я топором рублю похитителя, но тот всё стоит и стоит.

Ударе на тридцатом всё закончилось. Лезвие вошло в промороженную шею, голова отделилась от тела, и туша полыхнув золотистым свечением рухнула на асфальт. Искры взметнулись к небу, черные лужи крови истаяли вместе телом управляющего, оставив на дороге лишь горсть монет, да жемчужину фиолетового цвета.

Вы убили демона. Получено 53 ОК. Поздравляю! Вы повысили уровень. Доступно 2 очка характеристик.

Демона? Что-то новенькое. Выронив топор, я шумно дыша, поковылял к Борру. Боровичок лежал на спине, раскинув ручищи, шляпа сползла ему на глаза, а от одежды за версту несло палёным.

— Живой? — прохрипел я, падая рядом на колени.

— Грибовухи хряпну, и все будет нормально. — просипел Борр и закашлялся.

— Линда!!! — крикнул я в ночь.

— С тебя десять монет за помощь! — послышался ответный крик из темноты.

Из меня сам собой вырвался нервный смех. Сумасшедшие. Если бы не они, я бы прямо тут и помер.

— Замётано! — выдавил я, утирая разбитые губы.

Отсмеявшись, я поднялся и наткнулся на взгляд Даши. Она так и сидела в багажнике, вжавшись в самый угол, и в её расширенных глазах плескался животный ужас.

— Даш, всё хорошо, — мягко произнес я, медленно подходя ближе. — Всё закончилось. Тебя никто не тро…

— Нихрена не хорошо, Дима! — Голос девушки сорвался на визг. — Что это за карлик?! Почему Вячеслав превратился в рогатую погань?! Что вообще здесь происходит?!

Я замер на полушаге, до меня только сейчас дошло, что она видит Борра, а также истинный облик управляющего… Мир, ну что ты за сволочь? На кой чёрт и её сделал одарённой? В ту же секунду перед глазами возникло сообщение:

Во время любовных игрищ и сражения с демоном произошел значительный выброс кармы, что и повлияло на восприятие девушки. Дарья не одарённая, просто видящая.

Вот как… Выходит всё ещё хуже. Она видит жуть творящуюся в округе, но не может даже повысить уровень…

— Даш, я всё объясню, — зачастил я, делая еще один осторожный шаг. — Давай поговорим и...

— Нет! — Она замотала головой и выпрыгнула из багажника, пятясь от меня. — Нет, нет, нет! Я ничего не хочу знать. Дима, для меня всё это слишком. Ты… Ты только что убил… Я даже не знаю что именно ты убил… Мне нужно побыть одной.

Развернувшись, Даша бросилась к дому, хлопнула входная дверь, и я остался стоять с протянутой рукой.

— Даша!!! — Я рванул следом, но дорогу преградила Линда со сломанной ключицей.

— Дай ей время, — произнесла она, положив ладонь мне на грудь. — Не все воспринимают правду об этом мире так же легко, как ты.

— Ага, легко, — фыркнул я, сплюнув кровь. — Легко, блин. Я думал что кукухой поехал. - начал было я, но осёкся на полуслове. - Спасибо вам. Без вашей помощи я бы подох.

— Слышал, бомжара? — тут же оживилась Линда. — Все монеты теперь наши!

— Ага, воронья морда, — отозвался Борр, не поднимаясь. — Монеточки!

Парочка заржала в голос, обгоревший дух и помятая ворона веселились, будто выиграли в лотерею.

— Да идите вы в задницу, — беззлобно буркнул я, поднял жемчужину, а монеты трогать не стал. — Забирайте, крохоборы.

- Обязательно заберём, ты только не двигайся. - ладонь Линды легла мне на нос и с хрустом вправила его на место.

Я было собирался отшатнуться от резкой боли, но она тут же прошла, Линда как всегда подлечила меня.

- Спасибо. Но тебе бы лучше своей ключицей заняться.

- О-о-о! Ты переживаешь за меня? Как это мило. - ласково произнесла Линда и поцеловала меня в щеку.

По телу Линды прокатилась волна из перьев и кость торчащая наружу моментально вправилась на место а плоть заросла.

- Сегодня ночью я буду спать с тобой и заберу излишки энергии. В качестве платы за лечение, так сказать. - улыбнулась Линда проведя пальцем по моим губам.

Я собирался что-то сказать, но она обернулась вороной и уже через секунду спикировала на добычу первой. Борр увидев что монеты исчезают одна за одной вскочил на ноги позабыв про ожоги, и ломанулся вдогонку. Тут же закипела шумная делёжка вперемешку с обвинениями в жульничестве.

Монеты блестели в ночной темноте, а я заметил что луна над моей головой алая, и не из-за того что кровь затекла в глаза. Она была неестественно красной и потихоньку эта краснота спадала.

- А это…? - прошептал я и тут же услышал голос Линды.

- Расширение территории, ещё это называют домен.

- Верни две монетки! Лишние захапала, задница пернатая! - пискнул Борр, а Линда не обращая внимания на него продолжила.

- В определённом радиусе время как бы замораживается и физические объекты не получают повреждений. Посмотри на машину.

Я повернулся и увидел что вырванная с корнем дверь, сейчас находится на месте, будто её никто и не трогал. Машина в идеальном состоянии.

- Ага. Всё верно она говорит. Навык высокоуровневый. Не хуже инвентаря. Был бы у меня домен, я бы все монеты забрал раньше этой падлы! - выпалил Борр и попытался схватить Линду за руку, но та превратилась в ворону и улетела прочь. - Ой. Мне кажется тоже пора.

Пискнув Борр провалился под землю, а дверь дома хлопнула снова, и из двора вылетела Даша с чемоданом в руках. Я перехватил её у калитки:

— Даша, подожди. Давай спокойно поговорим, я...

— Дима. — Она остановилась и посмотрела на меня снизу вверх. Её колотила крупная дрожь, а голос дрожал. — Дима, я тебя люблю. Но…

К воротам подъехала машина такси, а Даша всхлипнула, запрыгнула в салон автомобиля и умчалась прочь. Я стоял у калитки и смотрел вслед красным габаритам, пока те не растворились за поворотом.

— Любит, но… - повторил я её слова.

Раздались хлопки крыльев и Линда приземлилась за спиной положив голову на моё плечо.

- Ну наконец-то я стала твоей единственной, — промурлыкала Линда. - осталось от бомжары избавиться и заживём!

Послышался шорох, из под земли появился Борр и со всего размаха отвесил вороне звонкий шлепок по ляжке.

— Ай!!! — взвизгнула Линда. — Ах ты поганец мелкий! Иди сюда!

Борр показал язык и снова провалился под землю, а после появился в двадцати метрах дальше по улице и стал шлёпать себя ладонью по заднице дразня ворону. Я же тяжело вздохнув посмотрел на машину.

— Ну и что мне с тобой делать?

Труп управляющего испарился вместе с уликами, а вот его машина осталась. Не знаю как там работает это расширение территории, но скорее всего момент приезда чёрта она записала. А после он без следа исчез. Как минимум этим заинтересуется полиция и они придут задавать вопросы моей семье. Кстати, удивительно что никто не проснулся. Видать время и правда замораживается. Ладно, нужно что-то делать с машиной.

Заглянув во двор, я ополоснул разбитую физиономию водой из бочки у крыльца, в ней же обмыл топор, хотя он и так был чистым, а после вернулся к седану. На асфальте валялись ключи, а также бумажник с документами на имя Вячеслава Игоревича Абаддонского. Интересно этот рогатый купил себе паспорт или же принял облик реального человека, а его пустил в расход? Увы ответа не было.

Я уселся за руль, завёл колымагу и покатил к трассе. Седан послушно полз по ночной грунтовке, а как только мы добрались до ближайшей лесополосы, я загнал его поглубже в заросли, заглушил двигатель и протёр подолом рубашки руль и понял что занимаюсь ерундой. Да, отпечатки пальцев я возможно сотру, но вот из носа натёкшую кровь, я никак не смою.

Выбравшись из машины, я открыл багажник и присвистнул. Внутри был настоящий склад инструментов. Лопата, пила, садовый секатор, и даже здоровенный армейский нож, вместе с плотными пакетами на двести литров. Набор маньяка и не иначе. Покопавшись в этом барахле, я нашел пятилитровую пластиковую канистру, открыв которую ощутил аромат бензина.

- Гори, гори ясно. - произнёс я, после чего облил машину, и уже собирался выбить искру чтобы спалить эту колымагу, но тут вспомнил о документах Вячеслава.

Достав из кармана бумажник, я вытащил оттуда двадцать шесть тысяч рублей, а остальной швырнул в тачку и ударил лопатой по кузову выбив искру. Но ничего не загорелось. Пришлось бить снова и снова. Но бензин так и не воспылал. Чёртовы фильмы, обманули. Не загорается бензин от искры. Полез в бардачок и нашел потёртую зажигалку, чиркнул ею и тут же занялось ленивое пламя, которое очень быстро превратилось в бушующий столб огня.

Зажигалку вместе с лопатой швырнул в салон, и бегом рванул в сторону трассы. Спустя минуту я шел вдоль дороги выставив руку. Мимо проносились машины, но никто не желал везти оборванца в Воронеж. Только потрёпанная девятка остановилась возле меня спустя полчаса. Усатый мужик в кепке окинул меня взглядом:

— Ого. Подрался с кем то?

- Денег задолжал, вот меня в лес и вывезли. - как само собой разумеющееся ответил я устало посмотрев на водителя.

- Да уж. Изверги. Вот так смотришь новости и вроде девяностые закончились, а как с людьми поговоришь, так оказывается нифига. Тут они, как будто никуда и не уходили. Ладно, садись, докину до города.

Устало я плюхнулся на пассажирское сиденье и закрыл глаза. Вот тебе и праздник, закончившийся понажовщиной. Видать Линда накаркала своим: “Мир мрачное место!”.

Девятка тронулась и всю дорогу мужик напевал себе под нос песни авторадио. Впереди разгоралось зарево городских огней, перед глазами стояло перекошенное от ужаса лицо Даши, а в кармане лежала фиолетовая жемчужина. Единственное что осталось от погибшего демона и что-то мне подсказывает что у этой смерти будут далеко идущие последствия…

Спустя двадцать минут девятка притормозила у обочины Московского проспекта, и усатый водитель сделал магнитолу потише.

— Всё, приехали. И это, завязывай с долгами, а то ведь голову отобьют, так дурачком и останешься.

— Уже завязал, — улыбнулся я вылезая из автомобиля. — Спасибо, что подбросили.

Девятка чихнула выхлопом, влилась в редкий ночной поток и укатила прочь, а я побрел дворами в сторону военного городка. Фонари уже не горели, а я так устал за сегодняшний день, что даже не смотрел по сторонам в поисках опасности. Лифт с натужным гулом затащил меня на восьмой этаж, не заходя в квартиру я стянул с себя пропахшую гарью и кровью рубашку, а после отправил ее в мусоропровод.

Зевнув я вошел в квартиру и первым делом полез под горячий душ. Вода стекала розовыми ручейками, ещё не зажившие ранки пощипывали, а нос пусть и плохо, но дышал, за что отдельное спасибо Линде. Отмокал я долго, до скрипа кожи, после чего доковылял до кровати, рухнул на нее и потянулся к телефону.

Невероятно хотелось спать хотелось, вот только после такого стресса, я явно не усну, пока не заполню голову бесполезной информацией, чтобы отвлечься. Я открыл телеграм и ткнул на канал «Твой Воронеж». Лента как лента: прорванная труба на Левом берегу да реклама шаурмы. Я лениво скроллил, пока на глаза не попался пост с названием «Мастер солевого кунг-фу».

На записи с регистратора была пустая ночная парковка у супермаркета, по которой метался человек в капюшоне. Он уклонялся и бил кулаками воздух, то и дело отлетая в сторону от невидимых ударов. В какой-то момент толстовка на его плече с треском разошлась, без видимых на то причин.

Ролик длился около пяти минут и в его финале человек рубанул ребром ладони перед собой. Замер, шумно дыша, а после наклонился и стал подбирать с асфальта что-то невидимое, отправляя добычу в карман. Увидев это я разинул рот! Готов спорить он подбирает монеты!

Под постом резвились комментаторы: кто-то писал, что соль в городе пошла палёная, кто-то советовал парню помириться с духами, с которыми он закладку не поделил. Знали бы они, насколько близки к истине. Не про соль, а про духов.

— Было бы здорово познакомиться с другими одаренными. — пробормотал я, и стал листать ленту в поисках подобных новостей.

Наверняка подобное всплывало и раньше, просто я пролистывал их не глядя, мало ли сумасшедших бродит по округе? Вот только для обывателей я теперь такой же сумасшедший.

В «Твоём Воронеже» больше ничего найти не удалось, зато в «Подслушано Воронеж» три месяца назад обнаружился занятный пост: «Девушка в красной куртке на Чижовке крикнула "в сторону!" за десять секунд до того, как стена рухнула, кто она?». Под этим постом видео не было, но само фото девушки было такого шакального качества что я был просто уверен, это скрин с записи камер видеонаблюдения.

Я сфотографировал девушку через Яндекс браузер, и сделал поиск по картинке. В первой десятке выданных ссылок обнаружился видеоролик. Я немного ошибся и съёмка велась не на стационарную камеру видеонаблюдения, а на чей то телефон.

Вот целехонькая стена старого дома, вот девушка в красной куртке машет руками, расталкивая прохожих. А через мгновение на кладке появляется вмятина, будто в неё с разгона врезался грузовик. Кирпичи брызнули крошкой, стена сложилась, подняв облако пыли, и запись оборвалась.

Я попытался приблизить изображение, но лицо девушки расплылось в кашу из пикселей. Зато сомнений не осталось, кричала она не просто так. Очевидно поблизости происходило сражение с осквернёнными и под замес попали обычные жители.

Откинувшись на подушку, я отправил Даше смс «Перезвони пожалуйста». Положив телефон на тумбочку, я выудил из кармана брошенных у кровати джинсов фиолетовую жемчужину и покрутил ее в пальцах.

— Ну что? Посмотрим, чем со мной расплатился Мир за разрушенную личную жизнь.

Я сжал жемчужину в кулаке и представил, что в неё вливается золотистое свечение. Кругляш хрустнул, между пальцев мелькнула тусклая вспышка, и на одеяло шлёпнулся… плюшевый медвежонок с глазками-пуговками, розовым бантом на голове и зубастой жуткой пастью как у игрушек по которым фанатеют дети. Как они там называются? Унаги маки? Сяки маки? А! Точно! Хаги Ваги.

Перед глазами появилось описание:

Медведица Машенька.

Редкость: Эпическая.

Прочность: 320/320.

Описание: Позволяет призвать ездовое животное.

Дополнительный эффект: В радиусе 20 метров повышает все характеристики хозяина на +3.

— Ничего себе! — присвистнул я.

Плюс три ко всем характеристикам просто за то, что игрушка лежит рядом? Да за ради такого бонуса я готов этого медведя всюду таскать с собой! Не удержавшись, я сел на край кровати, вытянул руку с медвежонком и представил, что из ладони в игрушку течет золотистая энергия. Надо ведь проверить как выглядит ездовое животное.

Подумав об этом невольно улыбнулся. Скачет по городу герой на медведе. В косухе, с тяпкой, часиками с единорогом на руке и в зелёных шлёпанцах! Спаситель мира и не иначе!

От весёлых размышлений меня отвлекло то, что плюшевый медвежонок начал тяжелеть. Да так шустро, что пальцы разжались сами собой и он грохнулся на пол, заставив подпрыгнуть телефон на тумбочке.

Спальню залило фиолетовыми всполохами, плюшевая шкурка вздулась, пошла волнами, и через пару секунд надо мной нависла туша демонической медведицы. Бурая шерсть топорщилась во все стороны, глаза горели фиолетовым пламенем, а из пасти при каждом выдохе вырывался пар.

— Машенька, хорошая девочка, — ласково произнес я, хватая телефон с джинсами и пятясь к выходу из спальни. — Посиди тут тихонько, а я тебе за мёдом сбега…

Вот только медведица не стала меня слушать. Оглушительно заревев, она замахнулась когтистой лапой и бросилась на меня!

Глава 2

Отшатнувшись назад я кубарем выкатился в коридор, одновременно с этим активируя морозную поступь. От босых ступней по линолеуму поползла белёсая наледь, мгновенно превратив коридор в каток. Когтистые лапы медведицы протиснулись через дверной проём и тут же пристыли к полу.

Машенька оглушительно заревела, я даже увидел как поток слюней вылетел из моей спальни, заляпав стену. Не дожидаясь, пока ледяная корка пойдет трещинами, я сгреб с полки у входа ключи, пулей вылетел на лестничную клетку и запер замок на все обороты. Тяжело дыша я натянул джинсы и услышал скрежет когтей по стальной двери.

- Вот тебе и Машенька. - произнёс я дрожа от адреналина впрыснутого в кровь.

На площадке было прохладно и тихо, только сверху тянуло сигаретным дымом. Я привалился к стене, переводя дух, и не прошло и минуты, как в квартире начался дебош. Медведица поняла, что наружу ей не выбраться, и двинулась вглубь квартиры. Оттуда покатился хруст ломаемой мебели вперемешку со звоном бьющейся посуды, одним словом, мрак.

— Чё там у тебя грюкает? — поинтересовался сверху прокуренный голос.

С лестничного пролета девятого этажа свесился сосед в растянутых трениках, с сигаретой в зубах.

— Да так, с девушкой поругались, — отозвался я.

— Соболезную, — понимающе кивнул мужик и затянулся. — У меня тоже баба буйная. Только попробуй слово поперёк скажи.

На девятом со скрипом приоткрылась дверь, и хабалистый голос рявкнул на весь подъезд:

— Олежа! Ты чё там застрял? Домой, живо!

Сосед вздрогнул, затушил сигарету о перила, извиняюще улыбнулся и побрел на голос. Я остался на лестничной клетке в гордом одиночестве, босиком и в одних джинсах. Тем не менее сейчас я радовался. Радовался тому, что живу на восьмом этаже, иначе медведица выбралась бы на улицу и в лучшем из случаев раскурочила пару автомобилей, а в худшем выпотрошила пару соседей.

Из квартиры послышался вопль Борра:

— Ты чё творишь зверюга?! Ой мамочки!

Следом взревела медведица, и через мгновение боровичок возник рядом со мной. Шляпа съехала ему на затылок, а глаза стали размером с блюдца.

— Т-т-ты видел? Ну ты видел? — заикаясь, выпалил он.

— Видел, — кивнул я. — Теперь ремонт делать придётся…

Рядом с моей ногой упало черное перо, из которого материализовалась Линда. Она положила голову мне на плечо и промурлыкала:

— Эх, похоже, сегодня мне с тобой в кроватке не поваляться.

Я покосился и заметил, что едва различимая золотистая дымка вокруг меня тонкой струйкой потянулась к вороне. Борр тут же сунул мне под нос рюмку:

— Требую продолжения банкета! Ик!

— Угощайтесь, — вздохнул я понимая что долги только множатся, а как их выплачивать, я понятия не имею.

Духи присосались к дармовому угощению, свечение потускнело и сошло на нет, а вместе с ним стихли и звуки за дверью: ни грохота, ни рева. Тут до меня дошло, что призванная зверуха кормится моей энергией. Ведь стоило духам забрать её излишки, как подпитка оборвалась и Машенька угомонилась.

— Сейчас гляну, чё там, — заявил Борр, опрокинул рюмку и нырнул под кафель.

Через несколько секунд щелкнул замок, и дверь приоткрылась изнутри.

— Заходите, всё спокойно, — донеслось из прихожей.

Первым вошел я, а следом Линда. Шкаф в прихожей лежал лицом вниз, подмяв под себя вешалку с куртками. Кухонный стол переломился пополам, а обшарпанный гарнитур обзавелся сквозными дырами.

Осколки посуды хрустели под ногами, на обоях в коридоре красовались четыре глубокие борозды от когтей. Уцелел только «ЗИЛ». Старый холодильник лежал помятый в центре кухни, но всё ещё работал оглашая весь подъезд своим грохотом. Похоже, советскую технику не берут даже демонические медведи.

В коридоре привалившись спиной к стене сидела плюшевая Машенька, снова ставшая игрушкой. Я потянулся к ней и заметил что описание дополнилось новой строкой:

Внимание! Предмет проклят. Если не снять проклятие, медведица будет неконтролируемо атаковать всех без разбора. С любовью, ваш Мир.

— Спасибо что предупредил заранее, — фыркнул я.

Сил злиться уже не осталось, взяв медведицу за ухо, я добрел до спальни. Комната как и вся квартира была в удручающем состоянии. От кровати остался перекошенный каркас да порванный матрас с торчащими клоками поролона. Швырнув Машеньку в угол комнаты, я стащил матрас на пол и улёгся на него закрыв глаза.

Тут же под бок скользнуло что-то тёплое. Линда устроилась поудобнее положив голову мне на грудь и сладко зевнула. По телу тут же разлилось тепло, боль в рассечённой брови, сломанном носе и отбитых рёбрах стала отступать и я уснул. Линда конечно вредная, но чертовски полезная.

Проснулся я от того, что рука затекла, а дышать и вовсе стало трудно. Пока я спал, Линда по хозяйски разлеглась на мне, будто я матрас. Она тихонько посапывала, уткнувшись носом мне в шею и улыбалась.

За окном вовсю светило солнце, а спальня при дневном свете выглядела ещё печальнее. Покосившийся остов кровати, обои в глубоких бороздах от когтей, по углам до сих пор валялись клочья поролона и огрызки тумбочки.

Я осторожно тронул Линду за плечо, рассчитывая выбраться из-под неё без лишнего шума.

— М-м-м, да, вот так, — промурлыкала Линда, не открывая глаз. — Только немного повыше. А то плечи жуть как затекли.

— Вообще-то я пытаюсь тебя разбудить, а не массаж делаю. - улыбнулся я.

— Одно другому не мешает, — заявила она и потянулась, устраиваясь поудобнее.

С подоконника донеслось недовольное сопение, и из-под шляпы показался заспанный глаз Борра.

— Заткнитесь уже! Я погорелец! Мне спать надо, и выздоравливать, а не вот это всё! — проворчал боровичок.

Ночевал он прямо на подоконнике, свернувшись калачиком. Оно и понятно, любимый гарнитур Борра пал смертью храбрых.

— Погорелец, — хмыкнул я, аккуратно спихивая с себя Линду, — ты уже все монеты сожрал которые с демона получил?

— Ну так. Парочку сожрал, — Борр приподнял шляпу и почесал бок. — Штук пятнадцать еще осталось. А что?

— Вот и не трогай их. Поедем сегодня цех добивать. Заработанное пущу на ремонт, иначе нам с вами придётся и дальше жить в этих руинах.

— В руинах я не хочу. Я кресло хочу! - Заявил Борр. - Раскладное. Как деньги получим, купишь мне раскладное кресло. А то в ящике спать такое себе, уже спина болит от него.

— У тебя? Спина? — я удивленно поднял брови. — Ты же дух.

— Дух, не дух, а поясницу ломит! И это не обсуждается! Требую кресло! А то ворона эта, на мягком спит, а мне по подоконникам скитайся?

— Всё, всё. Угомонись. Купим тебе кресло.

Линда тем временем перекатилась на освободившийся матрас и засопела дальше, закутавшись в одеяло. Я же побрел на кухню, мечтая о кружке горячего чая, а лучше кофе. Такого чёрного кофе, что шутки Мира покажутся светлее весеннего неба.

Вот только мечты мои рухнули. Из коридора я заметил что от чайника остались лишь осколки. Медведица разбила стеклянную колбу, впрочем даже кружек уцелевших не осталось. Как бы я кофе пил? Из ладошки? Или прямо в чайник засыпал бы кофеёк? Вариант, жаль чайника нет.

— Ладно, — вздохнул я, — позавтракаем в городе.

Одевшись, я сунул в ухо беспроводной наушник, и мы с Борром спустились к подъехавшему такси. Всю дорогу до Солнечной боровичок строил планы на будущее кресло, а я молча смотрел в окно. Город только просыпался, народ ехал на работы и сигналил друг другу требуя не тупить на дороге. Хорошо что я еду на такси, ведь водиле пробки неведомы, он едет по выделенной для автобусов полосе. Интересно, за это ему придёт штраф? Или таксистам тоже разрешено ездить по выделенке?

Добравшись до цеха, Борр тут же приступил к очистке стен от плесени. Он был воодушевлён покупкой кресла и каждые десять минут раскусывал новую монету чтобы пополнить силы. Я же заглянул в тесный санузел ополоснуть лицо и застыл перед мутным зеркалом над раковиной. За ночь нос раздулся и посинел, дышать приходилось через рот, так как воздуха не хватало. Страшно представить что бы со мной было, если бы Линда не подлатала меня.

Умывшись я вышел в коридор и осмотрел светлеющий цех. Плесень потихоньку отступает, а проку от меня не много. Просто сижу и смотрю на чужую работу. А значит не стоит тратить время попусту! Схожу за едой. Ведь жрать хочется неимоверно.

Выйдя из цеха, я направился в ближайшее кафе, расположившееся через дорогу от складов. Название было восхитительным: «У Гали». Правда внутри меня встретил старый армянин, сомневаюсь что его зовут Галей.

В забегаловке пахло лагманом и специями. За столиками завтракали водители погрузчиков, лениво обсуждая новости.

- Слыхал, на трассе тачка ночью сгорела? - спросил седой водила лет пятидесяти пяти.

- Опять щенки лихачили и улетели в кювет? - лениво спросил второй зачерпнув ложку харчо.

- Может и так. - пожал плечами собеседник и они продолжили есть.

Я же напрягся. Новости о сгоревшей машине уже разлетелись по городу. Дело времени когда начнут искать её владельца и не найдут. А после вопросы у следствия возникнут. И хорошо если они не выйдут на мой след. Хотя чего это я? Как говорят в народе “нет тела, нет дела”. А тела рогатого не найти, даже если всю пыль области собрать пылесосом, и просеять через мельчайший фильтр. Можно расслабиться, но не слишком сильно.

Я заказал два кофе и шесть порций лазаньи, а на кассе прихватил упаковку круассанов с шоколадом. Армянин равнодушно рассчитал меня, и сыпнул сдачу мелочью, ведь покупал я еду на деньги покойного демона.

Собрав мелочевку, я пошел обратно к складам и наткнулся на бесплатный концерт. У соседнего бокса стоял грузовик с распахнутыми бортами, а его водитель орал на складских работяг, размахивая руками:

— Да я откуда знаю, где путевой лист?! Мне сказали привезти, я привёз!

Напротив него стоял мужик в серой спецовке, и всё бы ничего, но изо рта кладовщика то и дело выстреливал раздвоенный змеиный язык. Вдобавок вокруг его плеч колыхалась чёрная дымка.

Пройти мимо я, разумеется, не смог. Во-первых, жалко водилу, застрявшего здесь явно не по своей вине. Во-вторых, за очистку одержимых Мир платит куда щедрее, чем за раздавленных пиявок. Сплошная выгода, если не считать шанс получить монтировкой по голове.

— Здорово, мужики, — я подошел ближе и кивнул водителю. — Чего шумим?

— Да вот, — водила махнул рукой на кладовщика, — товар привёз, а этот принимать отказывается! Путевой лист ему подавай, а он у меня откуда? Мне сказали везти, я привёз.

Я повернулся к змееусту, которого я так мысленно назвал за неимением лучшего варианта, и дружелюбно протянул руку:

— Дмитрий, из четвёртого бокса. Можно сказать мы с вами соседи.

Кладовщик машинально стиснул мою ладонь, и я тут же активировал переливание. Черная дымка вздрогнула и потянулась к моим пальцам тонкой струйкой, а из левой ладони выскользнула золотистая нить и уплыла в сторону нашего бокса. Змееуст дёрнулся, попробовал высвободиться, но я усилил хватку и улыбнулся шире.

— Позвоните хозяину, он должен знать о поставке груза. Чего вы артачитесь? - предложил я.

— Да! Я ему это уже десять раз сказал! А ему что в лоб, что по лбу! — влез водила.

— Хозяин в отпус-ске, — прошипел кладовщик, дергая рукой. — Велел не бес-спокоить.

Дымка вокруг него стремительно таяла, а чешуйки на скулах, которые я поначалу принял за кожную болячку, бледнели и осыпались.

— В отпуске, так в отпуске, — покладисто согласился я, не разжимая пальцев. — Но держать тут человека тоже не дело. Свяжитесь с диспетчером, он пришлёт вам копию путевого листа, и сможете принять товар.

— Это не в моей зоне ответс-ственности, — просипел змееуст.

— И что с того? Я же по-человечески прошу помочь. Сделаешь доброе дело, на душе приятнее станет.

Одержимого скорчился от боли, он глухо застонал и закивал:

— Помогу… Только руку отпус-сти…

- Точно поможешь? - спросил я не разжимая пальцев.

Кладовщик кивнул, а я подержал его ещё минутку наблюдая как змеиные черты растворяются и отпустил только когда Мир прислал сообщение:

Вы очистили одержимого от скверны. Получено 7 ОК.

Боровичок Борр получил 1 ОК.

Бывший змееуст побрел к конторке потирая правую руку. Там где он только что стоял лежит зелёная жемчужина, которую я моментально прикарманил сделав вид что завязываю шнурки. Стоявший рядом со мной водила восхищенно присвистнул:

— Спасибо тебе, мужик! Я уж думал, придется ему морду набить, а ты просто руку сжал как тисками, и вон чего!

— Видать не зря я себе эспандер купил, — улыбнулся я и выудил из пакета круассан. — Угощайся.

— О, благодарствую! — тот цапнул выпечку и откусил сразу половину.

Пока водила жевал, из конторки высунулся кладовщик и прокричал:

— Всё, вопрос решили! Транспортники копию на почту вышлют. Заезжай на разгрузку!

— Ну вот! — водила всплеснул руками, рассыпая крошки. — Можно же было по-нормальному!

Он полез в кабину, а Мир подкинул новую строчку:

Вы совершили доброе дело. Получено 3 ОК.

Десять очков кармы за один поход в кафе. Лучше так уровень качать, чем от демонов по морде огребать.

В цеху меня встретила картина под названием «Трудовой подвиг». Борр валялся кверху пузом и пребывал в коматозе. Живот обжоры урчал, сам он страдальчески что то бормотал будто в бреду, но как только я зашуршал пакетом, боровичок вскочил на ноги и помчался в мою сторону.

— Лазанья! — простонал он, молитвенно сложив руки. — Саныч, не зря я за тебя вчера вписался!

Мы уселись на перевернутые ящики, и я выдал обжоре пять порций, оставив себе одну. От кофе Боровичок отказался, хряпнув грибовухи прямо из горла, чему я был только рад. Двойная порция бодрости не помешает. Свою лазанью я ел не торопясь, а вот Борр как обычно запихивал еду в рот с немыслимой скоростью, будто участвовал в каких то соревнованиях.

— Кстати! — Борр громко сглотнул. — Пока ты ходил, я до четвертого уровня качнулся!

— Не благодари. По пути встретил одержимого и выкачал из него немного скверны.

— То-то я чувствую, кармой запахло, — просиял боровичок, подтягивая к себе следующую порцию.

— Погоди-ка, — я отодвинул контейнеры подальше. — А с какого чёрта ты вообще уровень получил? Ты же говорил что тебе очков тридцать не хватает.

— Это когда было-то! — возмутился Борр, загибая пальцы. — От переливания капнуло, монетки пачками жру, ну и вчера за рогатого Мир аж двадцатку кармы.

— Двадцать очков? Не слабо.

В схватке с демоном Борр особо не помог, но задержал рогатого на пару секунд. А мир вон как расщедрился. Мне пятьдесят три очка за убийство демона, а Борру двадцать зато что он жизнью рискнул.

Пока мой работник расправлялся с остатками, я вытащил телефон и набрал Дашу. Вместо гудков в ухе забубнил механический голос, мол, аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети.

Ожидаемо на моё СМС она так и не ответила. Линда просила дать Даше время. Вот только мне кажется что это паршивая идея. Одно дело дать время чтобы забыть обиду, а совсем другое дело оставить человека одного в совершенно новом и опасном мире.

***

Междугородний автобус вполз на белгородский автовокзал ближе к полудню. Люди медленно поползли на выход шумно дыша из-за духоты. Колонну пассажиров замыкала Дарья, волоча за собой чемодан. Ночь она просидела в зале ожидания воронежского вокзала, забившись в самый дальний угол и уткнувшись взглядом в пол.

Стоило закрыть глаза, и перед ней возникала рогатая морда Вячеслава, а следом Дима с остервенением рубящий его топором. От усталости и нервного напряжения она пару раз проваливалась в сон, но тут же вскакивала от жутких кошмаров, которые были хуже произошедшего в реальности. Нормально поспать так и не вышло, зато к первому утреннему рейсу она стояла у самых дверей.

Родной город встретил Дарью пылью, ветром и запахом сдобы из привокзальной пекарни. Даша перехватила чемодан поудобнее и решила пройтись пешком, надеясь, что знакомые улицы вытеснят жуткие мысли из головы, подменив их воспоминаниями из детства. Обычно надежда умирает последней, здесь же она сдохла буквально через пару шагов.

У ларька с шаурмой топтался грузный мужчина в спортивках, и на его загривке висела черная полупрозрачная пиявка размером с палку колбасы. Тварь мерно сокращалась, перекачивая что-то из шеи в собственное раздутое тельце, и с каждым толчком становилась плотнее. Мужчина лениво жевал, поглядывая в телефон, и знать не знал, что обедает не один. Даша выпучив глаза попятилась назад и едва не попала под машину.

— Глаза разуй дура! — рявкнул высунувшийся из машины шакал.

— И… извините, — с трудом выдавила из себя Дарья и торопливо перешла на другую сторону улицы, но легче там не стало.

Навстречу прошла ухоженная женщина с коляской, вот только вокруг ее плеч колыхалась черная дымка, а зрачки то и дело вытягивались в вертикальные щелки. Возле пешеходного перехода на фонарном столбе устроилось мохнатое существо с кошачьей мордой и разглядывало прохожих. Из подвального окошка старого дома за улицей торчала костлявая рука и стучала неестественно длинными пальцами по асфальту. Даша закрыла глаза и стала шептать словно мантру:

— Это всё не по настоящему. Это всё не по настоящему.

Но когда она открыла глаза вновь, заметила что к её сумке тянет руку мелкий уродец с крысиным хвостом. Взвизгнув Дарья отвесила ему пощёчину и понеслась прочь услышав за спиной:

— Бешеная сука!

На лавке у остановки восседал лохматый дед заросший мхом с головы до ног. Ростом он был сантиметров двадцать. Он деловито смотрел на старуху и размахивая руками что-то ей рассказывал. Бабушка, же в упор не замечала его. Но хуже всего стало когда Даша добежала до бизнес-центра. На крыльце курил рогатый тип в дорогом костюме, и от вида этого костюма у Даши подкосились ноги. Отдалённо он напоминал Вячеслава.

Люди просачивались сквозь рогатого, будто того и не существовало. Демон же улыбнулся, стряхнул пепел на волосы мимо идущей блондинки, а после затушил окурок о голову лысого мужика. Лысый тут же вздрогнул и провёл рукой по голове, но ничего не обнаружил.

Вцепившись в ручку чемодана, Даша на трясущихся ногах прошла мимо. Сердце колотилось стараясь сломать рёбра, а в голове появился голосок старушки Фрекен Бок «Я сошла с ума! Я сошла с ума!».

В ближайшем сквере Дарья опустилась на лавку, достала телефон и впервые за сутки включила его. Экран ожил, и первым всплыло ночное сообщение от Димы: «Перезвони пожалуйста». Палец сам собой потянулся к кнопке вызова и завис над ней.

Даша просидела так с минуту, глядя на два коротких слова, затем открыла сообщение, чтобы оно стало прочитанным, и убрала телефон в карман. Говорить с Димой она была не готова, ведь если он скажет что всё это реально… То… Она не знала что, но было до одури страшно принимать происходящее всерьёз. Лучше быть сумасшедшей и знать что где-то там существует нормальный мир, чем поверить в то что вся эта нечисти реальна.

Идти через город пешком больше не хотелось, и до родительского дома она доехала на такси. Молодой кавказец увидев что девушка смотрит в пол, принял её за стесняшку и всю дорогу пытался клеиться к ней, но Даша даже не слышала его слов. Спустя двадцать минут машина остановилась у пятиэтажки и Дарья пулей вылетела из машины.

— Красавица! Номерок дай! — заголосил таксист, но ответа так и не дождался.

Дарья ворвалась в подъезд, услышала скрип двери которая скрипела вот уже лет двадцать, а после поднялась на третий этаж и впервые за сутки спокойно выдохнула. Родимый дом. Здесь то точно всё будет хорошо. Точно…

Дверь квартиры распахнулась раньше, чем она успела нажать на звонок. На пороге стоял пузатый папа Коля, отчим Даши. В растянутой домашней футболке и с широкой улыбкой на лице.

— Дашка! — пробасил он, сгребая дочь в охапку вместе с чемоданом. — Приехала! Позвонила бы, мы б стол накрыли!

Договорить он не смог, охнул и разжал объятия, перехватив ладонью правый локоть. Даша опустила взгляд, и внутри у нее всё похолодело. К отцовскому локтю присосалась бугристая серая тварь размером с кулак. Она вцепилась в сустав десятком коротких хоботков, из-под сморщенной шкурки торчали редкие шипы, а раздутое брюшко мерно сокращалось. Увидев испуг на лице Даши, отчим мягко сказал:

— Ты не пугайся, я уже привык. Локоть уже год ноет. Мы с мамой всех врачей обошли, но те только руками разводят. Бездари.

— Пап… — Даша сглотнула, не в силах отвести взгляд от твари.

— Да ну ее, эту руку. — отмахнулся отчим, — Пойдём чайку попьём, мама со смены только вечером придёт. Вот радости то будет!

Он потопал в глубину квартиры, приговаривая что-то про пироги и про то, как дочка исхудала на чужбине. Даша переступила порог, закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной. Тварь на отцовском локте сжалась, отец в коридоре снова охнул, и Даша поняла, что сбежать от вчерашнего кошмара не выйдет, ведь это не кошмар, а новая реальность в которой ей придётся жить.

***

Доев последнюю порцию, Борр вытер ладони о штаны и бодро зашагал к недочищенному участку.

— Спасибо Саныч! Можешь звонить заказчику, часа через два я всё добью. Тут ерунда осталась, — пообещал он, разгрызая очередную монету.

Так я и поступил. Позвонил Стасу, рассказал что мы закончили и следующие два часа будет выветриваться химия, а после он может приезжать на осмотр.

Заказчик видимо переживал из-за слова “химия” и приехал через три часа. Пусть и опоздал, зато привёз с собой обещанную сумму в виде новеньких пятитысячных купюр. Стас шагнул в цех, осмотрел каждый угол, а после широко улыбаясь направился ко мне протягивая пачку пятитысячных.

- Ну как? Довольны результатом? - спросил я.

— Доволен? Да я в долбаном восторге! Ты бы знал сколько этот цех мне крови попил! Теперь бродам его к чёртовой матери и забуду как страшный сон.

- Зачем продавать? Он же теперь чистый.

- Ага. Чистый. Вот только надолго ли? - Стас заметил что его слова меня задели и тут же пояснил. - Да не, ты не подумай. Я тебе доверяю. Просто не хочу рисковать лишний раз. Ну его в баню. Скину цех, а вырученные деньги на развитие пущу.

В этот момент у Стаса зазвонил телефон и он принялся крыть на чём свет стоит Марика. Тот опять облажался с накладными. Когда заказчик договорил я мягко вклинился в разговор.

- Уже не первый раз слышу что ваши сотрудники… Гхм. Не очень ладят с бухгалтерией и учётом товара. Если хотите могу поделиться контактом замечательного бухгалтера. Двадцать лет рабочего стажа, настоящий профессионал своего дела.

- И почему этот профессионал ищет работу? - насторожился Стас.

- Она на молокозаводе трудилась и к ней начал приставать брат директора завода. Вот и ушла, чтобы не тратить нервы себе и не устраивать драмы на работе.

- Разумно. На работе надо работать, а не руки заламывать.

- Я тоже так думаю. - улыбнулся я и попытался дожать заказчика. - Так что? Диктую номер?

- Диктуй. - кивнул он.

Записав телефон, Стас пожал мне руку, после чего погрузился в машину и укатил, на ходу звоня Маргарите Фёдоровне. Кажется, злоключения Марика…

Вы совершили доброе дело. Получено 14 ОК.

Ну точно. Теперь злоключения Марика и Стаса подошли к концу. Да и Маргарита Фёдоровна будет счастлива получить работу.

Дождавшись, когда внедорожник скроется за поворотом, я отделил от пачки пятьдесят тысяч и вручил Борру:

— Держи, компаньон. Как и договаривались.

— Красота-а! — боровичок прижал купюры к груди и зажмурился от счастья. — Осталось кресло купить и заживём!

Помечтать о светлом будущем ему не дали. Из подворотни между боксами вылетело серое нечто и бросилось на Борра. Это была крыса окутанная тьмой. Размерами она была чуть меньше дворняги, шерсть свалялась грязными клочьями, а вместо глаз пылали алые огоньки.

— Караул! Грабят! — взвизгнул Борр, спрятав полтинник за спину.

Без особых эмоций я активировал морозную поступь проморозив крысятину до основания, а после со всего размаха пнул её ногой. Осколки брызнули во все стороны и растаяли золотистыми искрами.

Вы уничтожили порождение скверны. Получено 2 ОК.

На асфальт со звоном упала монетка и белый кристалл навыка. Невзрачный цвет намекал, что внутри что-то из разряда ширпотреба, но дареному кристаллу в грани не смотрят. Хорошо хоть работяги ушли на разгрузку и мой сольный балет с пинками остался без зрителей. Я убрал добычу в карман и посмотрел на телефон. Часы показывали два часа дня. Мы с Борром сыты, в кармане у меня чуть меньше четырёхсот тысяч, а значит самое время потратить заработанное непосильным трудом.

— Поехали за креслом. - сказал я вызывая такси.

— И плед купим!

- Нет уж. Плед за свои покупай. - усмехнулся я.

- Жлобяра. - буркнул Бор и протянул мне пятитысячную купюру.

Спустя сорок минут такси высадило нас у ТЦ Град, в котором располагался мебельный магазин Хофф. Пройдя по длинному коридору, я вошел в торговый зал и двинулся по стрелкам мимо диванов, прямиком в спальный отдел.

Долго не думая, купил самую дешевую двуспальную кровать за двадцать тысяч, так как основание меня не особо волновало. А вот матрас это другое дело! Взял ортопедический, за тридцать тысяч по скидке.

Полная стоимость его пятьдесят две тысячи, что я тут же проверил в интернете. А то знаю я эти скидки. Минус сто мильёнов! Можете теперь купить за десять тысяч! Смотришь в интернете а у этого барахла и так верхняя планка цены в десять тысяч. Никакой совести у рекламщиков, дурят нашего брата, по крайней мере пытаются.

С креслом же провозились целый час. Борр плюхался в каждое, заставлял меня их раскладывать и складывать. Я же каждый раз смахивал его с кресла, когда мимо проходили покупатели, иначе они бы увидели ни с того ни с сего проминающуюся обивку. В итоге Борр завис в бордовом образце за пятнадцать тысяч и наотрез отказался вылезать.

— Вот это моё! — объявил он, утопая в сиденье. — Забираем прямо с витрины!

Сообщив консультанту что забираем витринный образец, я отправился выбирать кухню. Скажу честно, эта статья расходов ударила по мне максимально болезненно. Пришлось вышвырнуть на ветер аж сто двадцать тысяч рублей. Правда это затраты вместе с кухонным уголком и парой стульев.

Ещё сорок тысяч я потратил на покупку двух шкафов и тумбочки, на этом мои траты и завершились, оставив в кармане сто тридцать шесть тысяч и пятьсот рублей. Осталось отремонтировать квартиру, и в это дело я пульну куда больше денег…

Я уже направлялся к кассе, когда моё внимание привлекло движение возле подсобки. Дверь приоткрылась, и в торговый зал вышел бобр. Обычный такой бобр, метр ростом, на задних лапах и в фирменной красной жилетке работника магазина. Зверь деловито почесал пузо и зевнул, продемонстрировав оранжевые резцы, после чего потопал в сторону складской зоны.

— Одержимый? — шепнул я Борру, кивнув в сторону зверя.

— Не-е, — боровичок помотал головой. — Это ж дух. На производстве работает видимо.

Я проводил бобра взглядом и понял, что меня уже достало гадать дух передо мной, одержимый, демон или ещё какая пакость. Мысленно развернув окно характеристик, я перекинул четыре свободных очка в восприятие.

Восприятие: 14.

Мир вокруг прибавил в резкости, а на дальнем стеллаже я без труда разглядел ценники вплоть до копеек. Занятно. Зрение улучшилось и на том спасибо. Осталось вложить в восприятие ещё одну единичку и Мир начнёт подсказывать, кто есть кто.

Забрав у менеджера договор на поставку, я уточнил сроки. Кухню привезут через три дня и сразу установят, а кровать с креслом доставят уже сегодня, ближе к девяти вечера. За срочность пришлось доплатить, но ночевать еще одну ночь на полу жуть как не хотелось. Ведь я то на матрасе посплю, ничего страшного, но слушать нытьё Борра… Нет уж, спасибо.

Домой мы добрались к семи вечера, я отпер дверь и застыл на пороге. Прихожая встретила меня пусть не стерильной чистотой, но и не бардаком! Обломки шкафа и половинки кухонного стола были аккуратно составлены у выхода, а мелкое крошево перекочевало в мусорные пакеты. Линда даже пол подмела и теперь стояла среди этого великолепия в ожидании оваций.

— Да моя ты родная! Спасибо! А то я уже морально приготовился до часа ночи всё это выгребать. — я сгреб ворону в охапку и поцеловал в щеку.

— Полегче, — хихикнула Линда, однако вырываться не спешила. — Я ведь не железная, могу и влюбиться.

— Да заткнитесь вы уже! Скоро кресло моё привезут! Саныч, хватай барахло, понесли на помойку! - встрял в разговор боровичок, схватил пакет с мусором и бодро поволок его вниз по лестнице.

***

Сегодня утром.

К лесополосе Егор Константинович добрался к десяти утра. Ночью проезжавший дальнобойщик заметил зарево в посадках и вызвал пожарных, те потушили, а с рассветом на место выехала группа. Теперь чёрный от копоти остов седана стоял в кустах метрах в тридцати от трассы, и вокруг него ползали криминалисты.

Салон выгорел дотла, пружины сидений торчали наружу, а поперек заднего дивана лежала лопата, вернее то что от неё осталось. И это было любопытно, лопаты обычно возят в багажнике, а не бросают на пассажирские места.

— Егор Константинович, гляньте, — позвал молодой криминалист, копавшийся в багажнике. — Пила с секатором, нож армейский, даже короткий стальной тросик с железными рукоятками, таким запросто можно кого-нибудь придушить. Если включить фантазию, то можно легко представить что владелец тачки, родной сын Чикатило.

— Вин номер пробили, — буркнул топтавшийся рядом опер, — машина числится на неком Вячеславе Игоревиче Абаддонском. Телефон его не отвечает, но удалось дозвониться отцу. Он сказал что сынок непутёвый и часто исчезает на день, другой, а то и неделю. Попросил не волноваться и дело не заводить.

Егор Константинович услышав эту фамилию тяжело вздохнул, ведь был знаком с этим родом непонаслышке. Не дай бог Вячеслава прибили. Тогда в городе начнётся резня, а этого очень бы не хотелось… Значит нужно найти виновного и обойтись малой кровью, иначе Абаддонский сам устроит расследование, мать его за рога. Егор Константинович пожевал ус и тихо сказал оперу:

— Слушай задачу. Соберите записи со всех камер в радиусе десяти километров. Заправки, придорожные кафе, дальше по магазинам и частным дворам пройдись.

— Десять километров? — Опер прикинул объем работы и заметно погрустнел. — Да я и за неделю не управлюсь.

— Ничего, ничего. Управишься. — произнёс Егор Константинович хлопнув по плечу опера. — А я тебе премию выпишу. Давай Петь. Нужно сделать всё по красоте.

— Ну ладно. Сделаю что смогу. — сдался опер.

— Машина сюда своим ходом приехала, значит где-то засветилась. Определим, откуда она выехала, а там, скорее всего, и хозяина найдём. Живого или не очень.

Опер вздохнул и побрел к служебной машине, а Егор Константинович вытащил из кармана пачку сигарет, повертел её и убрал обратно. Третий год как не курит, а как только случается нечто подобное, так сразу тянет вернуться к старой привычке.

Глава 3

К девяти, как и обещали, никто не приехал. Классика курьерской доставки. Зато в начале одиннадцатого в дверь позвонили, и на пороге нарисовались двое грузчиков с каркасом кровати. Следом в прихожую заехал упакованный в полиэтилен матрас, а замыкало процессию бордовое кресло, при виде которого Борр заплясал от радости.

Пока я расписывался в накладной, плечистый грузчик в годах, прошелся взглядом по голым стенам и глубоким бороздам на обоях.

— А не рановато вы мебель покупаете? Ремонт то ещё не закончен.

— Не закончен, — вздохнул я. — Но на чём то отдыхать надо.

— Понимаю, — сочувственно покивал грузчик. — Ремонт нынче конских денег стоит. Мы с женой два года на кухню собирали, а цены скакнули и теперь ещё два года собирать будем.

Посочувствовав друг другу, мы распрощались, и грузчики загрохотали ботинками вниз по лестнице. Заперев за собой дверь я увидел как Борр зубами срывает целлофан с кресла и с блаженной улыбкой плюхается в него.

— Всё! До утра меня не трогать! — заявил он устраиваясь поудобнее.

Никто и не собирался его тревожить. Хочет ночевать в коридоре? Пусть ночует. Мы же с Линдой, затащили каркас кровати в спальню и следующие полчаса воевали прикручивая крепления для ламелей и вставляя эти самые ламели. Давалось это не просто, а гнуть деревяхи было страшно. Всё же одна из самых дешевых кроватей, вдруг сломаем? Спустя час мы водрузили сверху матрас и Линда расстелила одеяло.

— Семейное гнёздышко готово, — улыбнулась она.

— Папа одарённый, мама ворона и сын алкаш спящий в коридоре. — усмехнулся я гася свет.

Едва я улёгся на кровать, как почувствовал благодарность. Нет, я серьёзно. Спасибо Машеньке за то что разнесла всю квартиру. Теперь я хотя бы сплю на хорошем матрасе. Едва лёг на него, а уже ощущение что спина отдыхает.

Послышался шелест, Линда юркнула под бок, устроила голову на моём плече и довольно засопела. Зевнув и я закрыл глаза, но вместо сна в голове всплыла лоснящаяся морда управляющего и его кулачище, летящий мне в переносицу. Проворочавшись пару минут, я скатился на край кровати и сел. Линда приоткрыла один глаз:

— Чего не спишь?

— Вспомнил, как вчера мне морду набили, — отозвался я, смотря в темноту. — Где тут ближайший нарыв со всякой мелочёвкой? В следующий раз тебя и Борра может не быть рядом, и тогда меня точно прибьют.

— Тогда всюду бери меня с собой, — задорно произнесла она, отвечать я не стал и Линда вздохнув продолжила. — Есть один в десяти минутах ходьбы, — ворона зевнула, прикрыв рот ладошкой. — По идее, с ним ты справишься без особых проблем. Хочешь, покажу? Но моя доля вырастет до трети от заработанного.

— Обойдёшься. Четверти достаточно. — буркнул я и пошел одеваться.

— Эх, ну и ладно. Однажды ты всё равно повысишь мою долю. — тихонько произнесла Линда.

На этот раз собираясь на вылазку я действовал как истинный профи! Имидж ничто, жажда выжить, всё! Тяпку отправил в рюкзак, на ноги нацепил зелёные шлепанцы, сверху натянул косуху с черепом на спине. Наряд вышел убойный во всех смыслах, санитары оценят. Оглядев себя в темном окне, я понял, что образу чего-то не хватает.

— Линда, где мои часики?

Ворона как ни в чем не бывало стянула со своего запястья розовый ремешок в блестках и вернула мне.

— Линда, — с укором произнес я.

— Что? Я же не украла их! Просто примерила.

— Ага. Примерила, — хмыкнул я, застегивая часики с единорогом на руке.

Пусть я и выгляжу как фрик, но характеристики лишними не бывают. Следом я выудил из кармана белый кристалл, оставшийся от дохлой крысы, и сжал его в кулаке. Внешняя оболочка лопнула, и перед глазами развернулись строчки:

Кристалл навыка «Гортанное пение».

Редкость: Обычный.

Макс. уровней: 10.

Описание: Горловое пение покорило степь! Покорит и твоих соседей.

— Тьфу ты. Мусор какой-то, — скривился я, пряча кристалл под матрас, продам его Жабычу.

Настал черёд зелёной жемчужины, полученной от змееуста. Сжав кругляш, я представил как внутрь вливается золотистое свечение. Жемчужина хрустнула, и на ладонь шлепнулся кожаный мешочек с завязками.

Вместительный кошель

Редкость: Необычная

Прочность: 7/7

Описание: Способен вместить в себя что угодно! Но вес предмета не должен превышать 1 кг.

— А вот это уже интересно, — протянул я, рассматривая обновку.

Ради эксперимента достал тяпку и засунул её рукоять в горловину мешочка. Инструмент беззвучно втянулся внутрь и исчез. Кошель при этом даже не потяжелел. Я запустил руку внутрь мешочка, нащупал деревянный черенок и вытащил тяпку обратно. Как там говорил ослик Иа? Замечательно входит! И выходит тоже отлично.

— Какая-то демо версия инвентаря, — фыркнула Линда.

— Я доволен, — ответил я убирая тяпку в рюкзак.

Осмотрев комнату я заметил в дальнем углу одиноко сидящую Машеньку. Демонический медведь выглядел грозно, несмотря на то что был плюшевым. И вообще, диких животных дома держать запрещено! По этому я схватил Машеньку и запихнул её в кошель.

— Пусть полежит. Вдруг пригодится.

Борр на наши сборы отреагировал наигранно громким храпом. Готов спорить что он не спит, просто даёт понять что ему плевать куда мы там собираемся. Выковыривать его из обновки я не стал. Мы с Линдой тихо выскользнули из квартиры, спустились во двор и зашагали к Московскому проспекту.

Ночной город опустел, редкие машины проносились мимо, обдавая нас тёплым воздухом. Внутри же бесновалась тревога. Тревога из-за Даши, из-за грядущей охоты, из-за сожженной машины, из-за долгов. А ещё было волнительно от мысли что убитый мной демон может быть не один. Вдруг у него есть друзья или родственники, которые бросятся искать потеряшку?

Перейдя проспект, мы углубились в улицу Шишкова, где фонари горели через один, а вскоре и вовсе закончились.

— Далеко еще? — уточнил я, вглядываясь в темноту.

— Уже пришли.

Линда остановилась у обочины и постучала носком туфли по чугунной крышке канализационного люка. Поддев ее пальцами, ворона без труда сдвинула крышку в сторону и сделала приглашающий жест:

— Развлекайся.

— Ты что, прикалываешься? — я заглянул в черноту, из которой тянуло сыростью и гнилью. — Мне надо лезть туда?

— Как думаешь, почему на Шишкова так часто прорывает канализацию? Всё дело в нарыве. — деловито пояснила Линда смотря на свои ноготки.

— А ты-то откуда знаешь? Ты же птица, а не земляной червяк. С высоты не увидеть что творится в канализации.

— Ты не хочешь знать, а я не хочу ее рассказывать, — отрезала Линда. — Полезай уже и не задавай лишних вопросов.

Её ладони упёрлись мне в грудь и подтолкнули к люку. Спорить я не стал, сам ведь недавно размышлял, что в канализации от нарывов не продохнуть, вот и притянул в свою жизнь экскурсию в фекальное царство. Нащупав ногой скобу, я полез вниз.

Спускаясь прислушивался к каждому шороху. Вот капает вода, вот раздаётся гул от стальных скоб на которые я ставлю ноги, а вот какой-то странный стрёкот. Он доносился издали, настолько тихий что и не сразу поймёшь есть он или это только кажется.

А ещё здесь была кромешная темнота, в которой я не видел даже собственных рук. Я уже было потянулся за телефоном чтобы включить фонарик, но сверху спланировало чёрное перо и, коснувшись пола, засветилось золотистым светом.

— Не ворона, а жар птица. — усмехнулся я подбирая перо.

Следом по скобам бесшумно спустилась Линда и встала у меня за спиной.

Передо мной же расположился тесный тоннель, шириной в метр. Но хуже всего было то, что потолок нависал над головой в полутора метрах, заставляя идти скрючившись. Я выставил тяпку перед собой и неспешно двинул вперёд.

Пройдя метров пятьдесят я услышал странный хруст вперемешку со скрежетом металла, и с каждым шагом звуки становились громче. У развилки я осторожно выглянул из-за угла и вздрогнул от омерзения.

По ржавым трубам, тянущимся вдоль стен бокового коридора, ползали здоровенные тараканы длиной в локоть. Их панцири топорщились стальными шипами, пока твари лениво вгрызались в металл. Отщипывали куски стали от новеньких труб и с хрустом их пережевывали. Я сглотнул и прошептал:

— Надеюсь, прямо сейчас не прорвёт трубу, иначе мы утонем в…

Договорить я не успел. Тараканы услышали шепот и замерли. Десятки усов дружно повернулись в мою сторону, раздался стрёкот и орава паразитов ринулась в атаку. Они расправили крылья и я уж было испугался, что насекомые полетят и их не удастся заморозить, но вышло всё куда хуже. Раскрыв хитин они выпустили не крылья, а расставили в стороны изогнутые лезвия, как у богомолов.

— Линда, твою мать! — заорал я, пятясь. — И это по твоему простая зачистка?!

Ответом мне стала тишина. Обернувшись, Линды я не увидел. Вот же зараза пернатая! Сбежала.

Поняв что я остался с этой напастью один на один, тут же активировал морозную поступь. Наледь расползлась по полу и стенам, а следом сковала и потолок, заморозив тоннель на четыре метра вперёд. Тараканы с разгона влетели в обледеневшую зону, и лапки их намертво пристыли к бетону.

Я было обрадовался, но твари с сухим треском повыдирали конечности и попёрли дальше, на ходу отращивая новые лапки. Спустя жалкие секунды первый таракан подобрался на дистанцию удара, и тяпка с лязгом обрушилась на шипастый панцирь. Хитин хрустнул, тварь забилась в судорогах и рассыпалась золотистыми искрами.

Вы уничтожили порождение скверны. Получено 1 ОК.

Второй таракан сунулся следом и получил лезвием поперек усатой морды, за ним отправились третий с четвертым. Лёд пусть и не сковывал таракашек полностью, но замедлял их давая мне возможность пришибить новую букашку. Клинки таракашек при этом оказались коротковаты и до меня попросту не доставали.

Я быстрым шагом пятился к выходу, лупя тяпкой ползущую на меня ораву, и сообщения Мира сыпались одно за другим. К двадцатому таракану я вошел в ритм и лупил без остановки, радуясь тому что рукоять тяпки коротковата, с длинной я бы тут не развернулся. Снеся голову очередной букашке я начал прикидывать, на что потрачу заработанные монеты? Ведь с каждого третьего таракахи падал один кругляш.

Вот только зря я размечтался. Из глубины тоннеля накатил низкочастотный стрёкот, от которого задрожали трубы на стенах. Я вгляделся в темноту за копошащейся ордой и понял, что пора делать ноги! С пугающей скоростью на меня нёсся тараканище размером с кабана, заполняя собой весь тоннель.

Развернувшись, я рванул прочь и в последний момент нырнул за угол развилки. За спиной грохнуло так, что с потолка посыпалась крошка. Здоровяк на полном ходу впечатался в стену и завозился, оглушенно скребя лапами по бетону. Выскочив из укрытия, я рубанул тяпкой по сочленению между башкой и панцирем.

Лезвие с хрустом вошло в плоть, а из раны брызнула зеленая слизь, капли которой зашипели попав на тяпку. Тут же в нос ударила химозная вонь, и перед глазами всплыло сообщение:

Мини-тяпка. Прочность: 72/100.

Минус двадцать восемь единиц за один удар?! Да я так без оружия останусь! Не дожидаясь пока туша очухается, я понёсся к выходу. Пулей взлетел по скобам наверх и выхватил кошель из кармана. Запустил в него руку, ухватил Машеньку за ухо и размахнувшись влил в неё крохи энергии, после чего швырнул медведицу в зловонное нутро канализации и задвинул чугунную крышку.

Из-под земли грянул звериный рёв вперемешку со стрёкотом, крышка подпрыгнула, а асфальт под ногами мелко задрожал. В отверстиях люка заплясали фиолетовые всполохи, и я на всякий случай отошел подальше, сжимая тяпку в руке. Спустя минуту звуки сражения стихли. А перед глазами вспыхнул ряд сообщений. В сумме Машенька заработала мне порядка 19 очков кармы. Причём за главного таракаху дали всего девять очков, остальное досталось от мелочёвки.

— Не слабо, — улыбнулся я. — Теперь всё время буду использовать Машеньку в бою, словно гранату.

Выждав еще немного, я сдвинул крышку люка и заглянул в темноту. В круге света от пера Линды, сидела плюшевая Машенька и таращилась на меня снизу вверх. Я сосредоточился на игрушке, и присвистнул. Прочность медведицы просела до 247 из 320. Вот тебе и граната. Спасибо что не одноразовая. Раза четыре ещё можно использовать в бою, а после она сломается. Интересно, а торговцы могут ремонтировать предметы? По идее да. Нужно заглянуть к Жабычу.

Спустившись вниз, я убрал Машеньку в кошель и осмотрелся. Ошмётки тараканов разбросало по всему тоннелю. Прямо сейчас они неторопливо таяли в золотистом свечении медленно подёргиваясь. А ещё тут так разило кислотой, что глаза слезились.

Сгорбившись я пробежался по тоннелю и собрал одиннадцать монет и зеленый кристалл навыка оставшийся от тараканища. Добычу отправил в карман, но на этом осмотр тоннеля не бросил, а пошел вглубь. Сейчас было тихо, но тревога не отпускала. Я постоянно озирался по сторонам готовясь отбиваться в случае опасности. И метров через сто я обнаружил кучу обглоданных человеческих костей. Вздрогнув я склонился над останками.

— Бедолага, — пробормотал я. — Не повезло тебе.

На костяшке объеденного пальца блеснул металл. Поднеся перо ближе я заметил кольцо:

Кольцо живчика

Редкость: Редкая.

Прочность: 10/140.

Описание: Настоящий живчик выкрутится из любой передряги!

Дополнительный эффект: Живучесть +5.

Иронично что этот живчик не выкрутился, да и само колечко порядком пострадало. Осталось лишь десять единиц прочности, но такую находку я просто не могу оставить здесь валяться. Двумя пальцами я стянул кольцо с кости и обтер его о штанину.

Выходит, это труп одаренного. Интересно сколько по всему городу лежит таких бедолаг? Я повертел кольцо в руке рассматривая его со всех сторон. Обычный кусок металла, с гравировкой в виде виноградной лозы. Размерчик явно не мой, даже на мизинец не налезет… Едва я поднёс кольцо к мизинцу, как кругляш изменил свой размер и идеально сел на палец.

— А вот за это спасибо. — улыбнулся я. — Мир хоть что-то толковое придумал.

Мир тут же дал о себе знать:

Пожалуйста и иди в задницу со своим сарказмом.

— Мой сарказм в сравнении с твоим, так. Детский лепет. — хмыкнул я и побрёл дальше.

Пару раз свернув направо я наткнулся на нарыв, от которого меня тут же начало мутить, а перед глазами всё поплыло.

Обнаружен нарыв скверны.

Концентрация: 431 единица.

Задохнувшись от ужаса, я не стал пятиться назад. Я доблестно побежал оттуда к чёртовой матери! Дыхание сбилось, я натыкался на стены, трубы, спотыкался, и через пять минут выбрался на поверхность задыхаясь от «восторга». Если бы я тронул этот нарыв, то что из него бы выползло? Угроза уровня мстителей? Нет, уж спасибо.

Краем глаза я заметил Линду сидящую на низком парапете у газона. Завидев меня, она склонила голову набок и улыбнулась:

— Как прошло?

— Я чуть не сдох!

— Чуть не считается, — отмахнулась ворона. — А вот помыться тебе и правда не помешало бы. Пованиваешь.

— Между прочим, кое-кто сказал что это будет лёгкая прогулка, а потом эта кое-кто слиняла при первой же опасности, — припомнил я, стряхивая с косухи бетонную крошку и какую-то слизь.

Линда пожала плечами без тени раскаяния.

— Как и договаривались, я снабжаю тебя информацией и лечу. Сражаться это уже твоя задача. — она подошла ближе и мило улыбнулась протягивая руку, — ну? Где моя доля?

Я выгреб из кармана одиннадцать монет, и глаза вороны загорелись.

— Моя четверть, а значит округлим в большую сторону и я возьму три монеты, — мигом подсчитала она.

— Так и быть. Пойду навстречу даме, которая бросила меня на съедение тараканам, — кивнул я передав ей три кругляша.

Взгляд Линды тем временем прилип к кольцу на моей руке.

— А это что у нас блестит? — улыбнулась она.

— Подарок от одарённого. Прошлому владельцу оно уже без надобности.

— Прекрасно. Значит будем разыгрывать колечко и… — она молниеносно оказалась рядом со мной и запустив руку в мой карман выудила из него кристалл. — и за камешек.

— Кристалл разыграем, но кольцо я однозначно забираю себе, так как оно не выбито с монстра, а просто лежало в канализации.

— Думаешь? Нет, я так то не настаиваю. Но Мир за такую хитрую уловку тебя явно накажет. И я бы на твоём месте…

— Чёрт с тобой. Давай разыгрывать всё.

Мы встали друг напротив друга, затрясли кулаками, и на счет три мой камень уткнулся в ее бумагу. Линда взвизгнула от восторга, выхватила зеленый кристалл и закружилась с ним по тротуару.

— Уи-и-и! Блестяшка! — радостно выкрикнула она.

— Давай разыграем кольцо и закончим с этим. — поторопил я.

Второй раунд продлился на порядок дольше. Четырежды мы сыграли в ничью, а в финале, мои ножницы располосовали её бумагу.

— Если бы от тебя так не воняло, я бы и во второй раз выиграла, — улыбнулась Линда и показала мне язык.

— Как монетки захапать так она рада, а как нюхать аромат своего благодетеля, так фи, отойди? — усмехнулся я и шагнув ближе, крепко обнял её, прижимая к пропахшей канализацией косухе.

— Пусти, вонючка! — захохотала Линда, брыкаясь в моих руках. — Если не отпустишь, потребую надбавку за вредные условия труда!

Отпустил я ее только через минуту, когда она основательно пропиталась забористым канализационным парфюмом и мы пошли домой. Линда шла молча, изредка стреляя глазками. Я же радовался находке. Если бы ещё и нарыв удалось очистить, было бы шикарно. Сразу бы получил уровня четыре и чёрт знает сколько монет с кристаллами. Ну да ничего. Однажды я туда вернусь.

Войдя в квартиру, я первым делом замочил одежду в тазу, а после забрался в душ и задёрнул шторку. Горячая вода ударила по плечам, смывая канализационную вонь, глаза стали закрываться сами собой и тут зазвонил телефон…

Мобильник надрывался на стиральной машине, перекрикивая шум воды. Я отдернул шторку, дотянулся мокрой рукой до трубки и увидел на экране «Хозяйка кв.». Серьёзно? В три часа ночи? Готов спорить что это дорогие соседи жаловались на рёв Машеньки. Ведь обычно Валентина Сергеевна звонит мне примерно никогда. Ей важнее чтобы деньги в срок падали на карточку. Я поднял трубку и первым делом услышал детский визг на заднем фоне, а после и голос хозяйки.

— Дмитрий, здравствуйте! Не отвлекаю? — бодро прокричала Валентина Сергеевна.

Послышался вопль чаек вперемешку с детским «ма-а-ам, смотри чё могу!». В финале раздался всплеск воды будто кто-то сиганул в бассейн.

— Доброй ночи. Конечно не отвлекаете, у нас ведь три утра, — ответил я, перекрывая воду и вылезая из ванны на коврик.

— Ой, простите. У нас тут другой часовой пояс. Я собственно почему звоню? На вас пожаловались соседи. Говорят, у вас была попойка с дебошем. Мебель грюкала, посуда билась, еще и ревел кто-то как раненный медведь.

Ох какие же ушастые у меня соседи. С ходу поняли что у меня дома завелась Машенька.

— Так это холодильник, — не моргнув глазом выкрутился я. — «ЗИЛ» ваш. Он по ночам так ревёт, что авиационные двигатели молча стоят в сторонке и завидуют.

— Дмитрий, я в этой квартире двадцать лет прожила. «ЗИЛ» гудит, а не ревет, — отрезала хозяйка. — В общем, мы послезавтра возвращаемся, и я к вам заеду часам к двенадцати. Гляну, всё ли впорядке.

— Без проблем. Заезжайте, конечно, — произнёс я глядя в запотевшее зеркало.

— Вот и славно. До скорого!

— Сказала Анна Каренина, — добавил я когда хозяйка повесила трубку.

Вздохнув я обмотался полотенцем и вышел в коридор, где меня встретили руины бережно организованные Машенькой. Борозды от когтей вспарывали обои от потолка до плинтуса, штукатурка под ними осыпалась белёсыми проплешинами, а дверь в спальню висела на одной петле. Кухонная выглядела не лучше, косяк выдран вместе с дверной рамой. Держалось всё на честном слове и на моей вере в лучшее.

Эх… Хозяйка вернётся послезавтра, а я чувствую себя как раб сбежавший от хозяина и ждущий в награду плетей. За полтора дня я если и найду бригаду, то сделать ремонт они не успеют. Тут только чудо спасёт. Мир, не желаешь подработать подсобником на полставки? Мир не ответил. А жаль.

Зато Борр тут же подал голос лениво зевнув лёжа на кресле:

— Что ж ты, молодец, не весел? Что головушку повесил?

— Сегодня этот молодец со мной обжимался, и такой проблемы не было! — донеслось из спальни хихиканье Линды.

— Ха-ха! Очень смешно, весельчаки, — усмехнулся я и повернулся к боровичку. — Через три дня нас вышвырнут отсюда. Приедет хозяйка, увидит эту помойку, и пойдём жить в Северный лес.

Борр сперва испугался, после окинул взглядом изодранные стены, поскреб пузо и выдал:

— Так это. Купи обои со штукатуркой, а я Кузьмича позову. Он за ночь всё сделает.

— Кузьмич, это местный алкаш?

— Не, он трезвенник. Домовой же! — Борр приподнял шляпу и почесал макушку. — Правда дом его снесли. Так что он сейчас вроде как бомжует.

Кузьмич? Точно! Когда я впервые встретил Линду, она кажется рассказывала о нём историю. Стоит ли связываться ещё с одним духом? Впрочем, есть ли у меня выбор? Тут же Мир подал голос:

Заказывал чудо? Получи и распишись.

Улыбнувшись я сделал жест пальцем в воздухе будто расписываюсь.

— Совсем кукуха поехала? — прошептал Борр наблюдая за моей рукой.

— А ты как думал? Я с духами разговариваю. Спятил, не то слово. — улыбнулся я. — Лучше скажи сколько услуги вашего бомжа стоят?

— Да я ж откуда знаю? — Борр развел ручищами. — Как договоришься, так и будет.

Философ, блин. Нет бы прайслист выдать и смету составить, а тут опять какие-то мутные серые схемы.

— Ладно. Вздремну пару часов и поеду в строительный, а ты Кузьмича тащи сюда к двенадцати.

— Если проснусь к двенадцати, то приведу, — зевнул Борр устраиваясь поудобнее.

— Ты снова в лес вернуться захотел? — спросил я строго зыркнув на него.

— Да понял я, понял. Приведу Кузьку то. — отмахнулся боровичок и моментально захрапел.

Мне бы его спокойствие. Впрочем, я тоже очень быстро уснул, стоило лишь лечь на подушку. Сдаётся мне что это всё происки Линды и горячего душа. Она вытягивает из меня излишки энергии, и я моментально расслабляюсь.

Правда Линда способствует не только засыпанию, но и пробуждению. Едва солнечные лучи проникли в окно, ноги пернатой заразы упёрлись мне в бок и выпихнули меня на пол. Разлепив глаза, я посмотрел в её сторону, а Линда мирно спала и улыбалась во сне.

Поднявшись я укрыл её одеялом, оделся, вызвал такси и через полчаса стоял у дверей строительного гипермаркета. Взял тележку побольше, и пошел затариваться надеясь уложиться в имеющийся бюджет.

Обои взял поплотнее, чтобы не просвечивались, а то кто знает как этот домовой делает ремонт? Вдруг халтурщик, а так обои хоть неровности стен скроют. Купил четырнадцать рулонов вышли на двадцать одну тысячу рублей. Клей с грунтовкой и мешки со шпатлевкой вышли ещё на пятнадцать тысяч.

Остальные же деньги сожрали двери. Три штуки в сборе, с коробками и фурнитурой, потянули на восемьдесят пять тысяч. Причём консультант стал убеждать меня что это весьма бюджетно! Я даже в интернете покопался чтобы проверить его слова. Не сказать что это самый дешевый вариант, можно найти и тысяч на пять дешевле, но тогда прокатаюсь полдня по городу и к обозначенному времени ремонт закончить не успеем.

К тому же здесь двери в наличие, а на сайте «Мира дверей» где я смотрел образцы, двери придётся ждать целую неделю.

Подкатив тележку к кассе, я стал ждать пока пробьют товар и услышал возмущённый бубнёж у стенда с дверными звонками. Там стоял сухонький дед в кепке и вдавливал одну кнопку за другой. Стенд отзывался то соловьиными трелями, то собачьим лаем, а на середине стенда выдал «Мурку» на электрооргане. Рядом переминался с ноги на ногу консультант с дёргающимся левым глазом.

— Мужчина, вы уже двадцать минут…

— Не мешай, сынок. Я выбираю, — обрубил дед и вдавил кнопку с сиреной.

Гипермаркет накрыло звуком пожарной тревоги, у стеллажа с плиткой заплакал ребенок, а дед довольно причмокнул.

— Вот эта ничего. Соседей точно разбудит.

Консультант укоризненно посмотрел на деда и молча ушёл в подсобку. Я же расплатился картой, увидел на чеке сто двадцать одну тысячу и улыбнулся. Я трачу деньги быстрее чем успеваю их зарабатывать. Может у меня есть какой-то скрытый навык или перк? Мир не заставил себя ждать:

Ага. Пассивный навык «транжира».

Спасибо что подтвердил мои подозрения. Ещё и трачу не на себя любимого, а на ремонт чужой квартиры! Мир, может отсыпешь мне немного очков кармы за благое дело? Мир не удержался и вставил свои пять копеек:

Поздравляю! Вы получили достижение «Финансовая безграмотность!»

— Иди в задницу, — улыбнулся я и покатил тележку к выходу.

Газель я заказал через приложение, и она подъехала к воротам склада. Двое грузчиков закинули двери и мешки с рулонами в кузов, а через сорок минут выгрузили все это добро у моего подъезда. Лифт мы гоняли туда сюда четыре раза, из-за чего соседка с четвертого этажа попыталась обложить меня матом, когда дверь лифта снова распахнулась перед её носом, но кабина лифта была до отказа забита материалами и мной с грузчиками. Психанув она пошла пешком по лестнице.

Когда всё барахло было загружено в квартиру, я запер за собой дверь и услышал тихие голоса из моей комнаты. Заглянув в спальню я обнаружил двух духов играющих в дурака. Борр держал карты веером у самой шляпы, а напротив него, на аккуратно расстеленной газетке, восседал домовой.

Ростом он был Борру по плечо, а бородой мог бы подметать полы, если бы она не свалялась в серые колтуны. Телогрейка была ему велика и разодрана в десятке мест, на ногах красовались два разных тапка. Пахло от гостя затхлым ароматом подвала и сыростью.

— А это тебе на погоны! — хохотнул домовой и положил две шестёрки Борру на плечи.

— Кузьмич, жулик проклятый, — возмутился боровичок.

— Не ной, — с достоинством отозвался домовой. — Играем дальше или сдаешься?

— Давайте лучше поиграем в ремонт, — предложил я входя внутрь.

Кузьмич отложил карты, слез с кровати и я заметил что сидел он на аккуратно расстеленной газетке, чтобы не замызгать покрывало.

— О! Барин пожаловал. Ну здорова. Я Кузьмич, из обычных домовых, не из этих, понял, да? — он протянул мне руку которую я тут же пожал и покачал головой.

— Не понял, про кого ты.

— Ну не полтергей я. Нормальный, натурал вроде как. — пояснил Кузьмич, а я заржал в голос.

ПолтерГЕЙ. Этож надо такое выдумать.

— Ты хотел сказать полтергейст? — отсмеявшись спросил я.

— Я хотел поработать, а не чтобы ржали надо мной, аки конь, — обиженно ответил домовой.

— Прости, пойдём осмотришь квартиру и можно приступать.

— Да ладно. Я так то посмеяться тоже люблю, но не люблю когда смеются надо мной. — миролюбиво сказал Кузьмич и деловито пошел по квартире разглядывая борозды на обоях и вырванные двери.

— Ц-ц-ц. Стены драли, косяк с мясом вырвали. Вы медведя в гости чтоль позвали?

— Угадал. — улыбнулся я.

— Вот у вас бояр забавы то. — хмыкнул домовой, — И так, замена трёх дверей, шпатлёвка и штукатурка стен, поклейка обоев. Итого с вас пять монет.

Знаю я вашего брата, поди заломил цену, а все работы стоят в два, а то и три раза дешевле. Я сложил руки на груди и покачал головой.

— Дороговато. Дам три монеты.

— Хе-хе. Ты так барин не шути, — Домовой уперся кулаками в бока. — Тут работы непочатый край. Если за три монеты хочешь ремонт сделать, то иди к узбекским домовым, вот они тебе наваяют.

— А такие существуют? — удивился я.

— Нет конечно. — хмыкнул Кузьмич. — Поэтому выбора у тебя особого и нет. Либо за пять делаю, либо в расход.

— Знаешь, я тут подумал. Пять монет это пятьдесят тысяч рублей. За эти деньги я могу квартиру и получше снять, причём сразу месяца на два. Так что прошу на выход. Ремонт отменяется.

— Э! Борр, ты же сказал что вам срочно надо? — воскликнул Кузьмич посмотрев на друга, но тот демонстративно отвернулся делая вид что не поддерживает крохобора. — Барин, ну ты чё пылишь? Согласен я и за три монеты то.

— За две, — усмехнулся я и протянул ему руку.

— Идёт, — вздохнул домовой.

Мы ударили по рукам, Кузьмич отряхнул телогрейку и вышел на середину коридора. Он трижды хлопнул в ладоши, и старые обои по всей квартире вздохнули, отошли от стен и отвалились. Следом со стен отвалилась облупившаяся штукатурка. Причём падала она не куда попало, а ровнехонько в кучу у порога. Кузьмич даже не смотрел в ту сторону, он ковырялся в мешке со шпатлевкой и бубнил, что нынче все делают на гипсе, мол раньше материалы получше были.

— И ты говорил что тут работы непочатый край? Не удивлюсь если всё закончишь минут через пятнадцать, — присвистнул я.

— Да не, надо ж чтобы штукатурка со шпатлёвкой подсохли, — улыбнулся Кузьмич.

Смотря на этого работника я задумался, может мне в ремонт квартир податься? Буду искать заказы, а домовой ваять? Хотя тут легко спалиться, если какой-нибудь ушлый хозяин установит скрытую камеру. Потом заломают руки, отвезут в лабораторию и будут ставить на мне опыты, как на мутанте омега уровня.

Посмотрев на зачуханный вид Кузьмича, я понял что оставлять ценности в квартире может быть небезопасно. На всякий случай пошел в комнату, приподнял матрас, и выгреб оттуда белый кристалл с гортанным пением, который давно просился на прилавок к Жабычу, и горсть монет. Два кругляша отправились в отдельный карман, а семь оставшихся и кристалл убрал в кошель.

Пока я возился случайно нажал локтём на экран телефона. Экран мигнул, раскрыв синее приложение. ВК я не открывал уже года три, а может и больше. Куча уведомлений, и счётчик сообщений с цифрой сто тридцать семь.

— Ого, и кто тут мне наяривает? — пробормотал я, усаживаясь на край кровати.

Глава 4

Первое же сообщение было от женщины с аватаркой в виде кота: «Здравствуйте, вы плесень выводите? У нас в ванной такое, что стыдно людям показать». Следующее: «Молодой человек, а вы не мошенник?» И сразу за ним от того же адресата: «Извините за прямоту, просто нас в прошлом году так обманули». Дальше пошли фотографии чёрных углов, потолков и швов между плиткой, десятки фотографий, от разных людей! И все писали об одном и том же.

«Видел кружок у Владимировны, запишите меня на любой день». «А вы Левый берег обслуживаете или только Северный?» «Сколько стоит обработка двушки?» «Молодой человек, у меня пенсия, но я могу закатками рассчитаться, огурцы отменные». А в самом низу висело сообщение от какого-то Виталия: «А тёщу вывести сможете? Заплачу сколько скажете».

— Какого чёрта вы сюда пишете?! — вслух возмутился я. — Инна Владимировна ведь кружок в телегу записывала.

Ответ нашелся через минуту, стоило пролистать переписки. Кто-то переслал кружок в соседский чат другого дома, оттуда его утащили в третий, а к моменту, когда видео добралось до Левого берега, номера телефона в нем уже не было. Зато какой-то уникум сбросил ссылку на мою страницу в ВК и понеслось.

Сто тридцать семь потенциальных клиентов… Обалдеть. Это же по меньшей мере миллион рублей! Нужно ковать дрова пока горячо. Или как там говорится?

Первым делом я извинился перед всеми за долгое молчание и четверо клиентов ответили сразу, и всем четверым горело! Сделайте сегодня слёзно умоляли они. Я с радостью согласился, раскидав их по времени с разницей в полтора часа друг от друга.

Вот только разброс по городу вышел приличный. Один клиент в Юго Западном, другой на ВАИ, третий в центре, и ещё один в Отрожке. В итоге решил начать с Юго Западного, потом отправлюсь в центр, оттуда в ВАИ и на десерт в Отрожку. Что тут скажешь? Потратил сто двадцать одну тысячу рублей и Мир тут же компенсировал потерю дав возможность заработать! А вот и он:

Не благодари.

— Да я и не собирался, — улыбнулся я выходя в коридор, где во всю летала шпатлёвка смешиваясь с водой. — Борр, на выход, едем чистить плесень!

— Можно и поработать, — согласился Борр и тут же задал любимый вопрос, — Саныч, а кормить-то когда будешь?

— Никогда, — радостно ответил я. — Ты ведь теперь сам оплачиваешь свою кормёжку.

— Эх. Тяжела жизнь боровичка, — вздохнул Борр и поплёлся на выход.

Первые три квартиры зачистили без проблем. В Юго Западном нас встретила молодая пара, которая полгода воевала с черным углом за диваном и уже присматривала новую квартиру. Борр обработал стену за жалкую минуту, я для приличия помахал бутылкой с пульверизатором, и в карман легли десять тысяч безгранично деревянных.

В центре было веселее. Там жил мужик, который в процессе оплаты трижды уточнил, точно ли средство японское и не облысеет ли от него кот. Я спросил вы за кота переживаете или надеетесь что он превратится в сфинкса. Мужик сказал что шутка интересная, но не смешная и вышел из комнаты, почему-то оставив в ней кота.

Кота, кстати, звали Барсик, и он единственный во всей квартире смотрел не на меня, а на Борра. Даже пошипел на боровичка ради приличия, ведь обжора попытался стащить из кормушки горсть сухого корма, но кот своё отстоял.

Очистка завершилась и в карман упали очередные десять тысяч.

А вот на ВАИ всё пошло не по плану. Дверь открыла женщина похожая на мумию. Не в том смысле что она была обмотана бинтами, а в том что выглядела как живой мертвец. Вскоре стало понятно почему она так выглядит.

Ей всего тридцать лет. Живёт в однушке с тремя младенцами. Типичная мать одиночка. Парень узнал какое счастье его ждёт, и свалил в закат обещав писать письма и регулярно слать алименты. Но по факту он только слал приставов куда подальше и кричал что безработный и платить алименты не с чего. Вот и крутилась молодая мамаша как могла.

Из кухни несло подгоревшей кашей, стоял жуткий ор младенцев, а девушка провела меня в ванную и устало показала на стену. Плесень тут расползлась от пола до самого потолка, и дети явно орали понимая что их снова будут мыть в этой антисанитарии. Пока Борр возвращал плитке первозданный цвет, хозяйка стояла в коридоре и ковырялась в кошельке выгребая из него последние копейки.

— Бросьте. Вы ничего не должны, — сказал я вытирая руки, когда обработка была завершена. — Если расскажете обо мне своим друзьям и соседям, то будем считать что мы квиты.

Я улыбнулся, а женщина едва не разрыдавшись, убежала на кухню и вернулась с половинкой капустного пирога бережно завёрнутого в полотенце. Полотенце я оставил ей, поблагодарил и с пирогом двинул на выход. Едва мы вышли в подъезд, Борр возмутился мол я профукал его тысячу рублей и должен компенсировать, а после выхватил пирог и моментально его сожрал. Зато Мир был куда благороднее Борра:

Вы совершили доброе дело. Получено 9 ОК.

Я вызвал такси и отправился на четвёртый адрес. Это была квартира в старой сталинке с высоченными потолками. Дверь мне открыл сухой жилистый мужчина лет шестидесяти, в тельняшке и с прямой спиной. Звали его Петр Ильич, судя по манере речи бывший военный.

— А вот и фронт работ.

Старик указал рукой открывая дверь в дальнюю комнату. Медленно войдя внутрь я замер. Нечто покрывало стену, но это была не плесень. Точнее может и плесень, но подобной гадости я ещё не видывал. Чернота лежала поверх обоев жирной кляксой, и клякса эта расползалась в стороны прямо на глазах. Миллиметр за миллиметром выбрасывая тонкие усики.

— Неделю назад этой хрени не было, — Петр Ильич встал рядом, сложив руки за спиной. — А потом глядь. Пятно с ладонь появилось. Я его хлоркой залил, а потом содой драил, бесполезно. А к утру пятно стало вдвое больше. Управляющая компания как всегда руками развела, сказали, мол я сырость развёл, вот и плесень пошла. Жаль Сталина нет, быстро бы их к стенке поставил. Дармоеды.

— Не переживайте. Сейчас всё поправим, — заверил я открывая окно настежь. — Выйдите пожалуйста, не хочу чтобы вы химией дышали.

— О-о-о! Да я всю жизнь в хим войсках прослужил! Такой дрянью надышался, что диву даюсь как ещё лёгкие не выплюнул. Хе-хе. Но ты прав, лишний раз в моём возрасте лучше не рисковать. — посмеиваясь дед вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь.

Борр стянул шляпу и почесав макушку озадаченно произнёс:

— Саныч, а это не плесень вовсе.

— В смысле не плесень?

— Ну в прямом. Видишь же, она живая.

— Думаешь это энергетический паразит?

— Вроде того. Кто-то её извне питает. Так что тут мои полномочия как бы всё. Давай, своими силами справляйся.

Ну просто замечательно, объявилась очередная неведомая пакость. У меня харя ещё не до конца зажила от рогатого дегенерата, а тут на горизонте замаячил благодетель заражающий квартиры живой плесенью. Не, так то я благодарен. За очистку и звонкой монетой заплатят и очков кармы отсыпят, главное не встретиться с тем кто плесень расселяет по домам.

Я вытянул руку, представил, как чернота втягивается в ладонь, активируя переливание. Скверна из живой плесени тянулась неохотно. Первые пару секунд она вообще не двигалась, а потом от пятна оторвалась вязкая струйка и потянулась к моим пальцам. Ладонь заломило от холода, а по локтю поползли мурашки. Пятно начало стягиваться к центру, усики усыхали и разлетались золотистыми искрами, а в комнате почему-то появился запах гари. Я потратил на очистку минут пятнадцать, и получил заслуженную награду.

Вы уничтожили энергетического паразита. Получено 7 ОК.

Боровичок Борр получил 1 ОК.

На пол со звоном упали две монеты, к которым тут же бросился обжора, но я его опередил, забрав кругляши себе. Я ведь сделал всю работу, а он и так на халяву одно очко кармы получил.

Выцветшие обои в полоску смотрели на меня прося уговорит хозяина отправить их на заслуженный покой и поклеить что-то посвежее. Но раздавать дизайнерские советы старому вояке я не собирался. Просто открыл дверь и столкнулся с дедом нос к носу. Он заглянул в комнату и присвистнул

— Ничего себе! Не зря по япошкам бомбой то фиганули. Гля какую химозу придумали, окаянные.

Армейский юмор оказался чернушным до безобразия, я хотел что-то сказать, но тут же получил десять тысяч рублей и бутылку коньяка. У которой этикетка слегка отклеилась. Видать палёный.

— Десятка, как договаривались. И это, возьми, в качестве благодарности. Мне всё равно нельзя, а так стоит пакость, глаза мозолит.

— Спасибо, — я убрал деньги в карман, а бутылку сунул под мышку. — Пётр Ильич, если пакость вернётся, вы звоните. В любое время приеду и помогу, бесплатно разумеется.

— Вон чего. Ответственный подход. Хвалю! — улыбнулся старик и проводил меня на выход.

С учётом пробок, на все поезжания у нас ушло аж восемь часов. Уставшие и голодные мы ввалились домой в начале десятого. По пути я заглянул в Макдональдс, купил еды и заметил что у мусорных контейнеров на меня жадно смотрят зеленомордые существа. Видимо это и есть те гоблины о которых говорил Борр.

— Выкидывай, выкидывай пакет. Человекоподобная свинья. — прорычал один из них зыркая в мою сторону.

Ошалев от такой наглости я показал ему средний палец.

— Оно! Оно нас видит! Бежим! — заголосила зелёная братия и прыснула в рассыпную.

Очевидно они боятся одарённых и это хорошо. Улыбаясь я зашел во двор рядом с ТЦ Московский проспект и поставил пакет с едой на лавку где сидел Борр.

— Здорово ты их шуганул. Хе-хе. — сообщил обжора запуская руки в пакет.

— Я даже ничего не сделал. Они сами себя напугали. — улыбнулся я. — Посиди тут пока, а я в ТЦ загляну и пойдём домой.

— Халафо, — чавкая ответил Борр перемазавшийся соусом.

Быстрым шагом я направился в Связной. Купил самый дешевый смартфон за восемь тысяч рублей, а пока на меня регистрировали новую симкарту, открыл приложение банка и создал новую банковскую карточку.

Зачем мне это? Да чтобы этот обжора уже перешел наконец на самообеспечение. У него будет собственный телефон и доступ к деньгам. Пусть заказывает еду когда захочет. Поставит галочку «Оставить заказ у двери» и готово.

Забрав смартфон, я закинул деньги в банкомат, отчислил четыре тысячи Борру на карточку, а после забрал обжору и мы пошли домой.

— А игры сюда можно установить? НУ там, Фар край какой-нибудь или диаблу? — без умолку тараторил боровичок получив в дар телефон.

— А мог бы ты установить режим тишины и заткнуться? — устало спросил я, но меня никто не слушал.

— Блин! Диадоху надо ещё мобильник купить! Мы тогда с ним по сетке будем рубиться! А ты в КС вообще играл? Ну там, знаешь юнайтед контр террорист вин и всё такое?! А чё? Я как-то на электростанцию залез, а там сторож в Мэншен играл, ну он покурить вышел, а я слонобой купил и как начал на Бэшке бошки сшибать.

Засунув наушники в уши, я включил музыку и побрёл наслаждаясь дэд металлом. Вокалист рычал мне прямо в барабанные перепонки, а я радовался что не слышу бредней алкоголика, обжоры с задатками игромана.

Домой мы добрались ближе к одиннадцати вечера. Затаив дыхание я открыл дверь готовясь увидеть развороченную прихожую и клочья обоев, а вместо этого расплылся в счастливой улыбке.

Коридор было не узнать. Ровные стены, светленькие обои легли без единого пузыря. Стыков я даже вплотную не заметил. Все три двери стояли в проемах, и закрывались от легкого толчка с тихим щелчком. Плинтус который я решил не менять, был буквально вылизан! Сиял такой чистотой, которой не мог похвастаться даже в момент своей укладки. Кузьмич ещё и весь мусор за собой вынес.

— Ну как тебе, барин? — спросил Кузьмич выходя из кухни с довольной мордой.

— Если хозяйка увидит эту красоту, то точно цену поднимет, — выдавил я, проводя ладонью по стене. — Ты ещё и дверь в спальню подогнал? Она у меня два года цеплялась за косяк.

— Так, а чего ей цепляться? Коробку по уровню поставил и готово, — пояснил домовой протянув открытую ладошку. — Раз работой доволен, то гони деньгу. И это, если премию выпишешь, то обижаться не стану.

Из спальни выглянула Линда, зевнула и потянулась.

— Я проследила, чтобы он ничего не стащил. Так что мне тоже премию выпиши.

— Ты весь день продрыхла на кровати, — сдал её с потрохами Кузьмич.

— Наглая ложь, — заявила ворона и потянулась еще раз, для убедительности.

Я выгреб из кармана монеты, отсчитал две штуки и добавил ещё одну в качестве премии, после чего отдал кругляши Кузьмичу. Домовой попробовал монетки на зубок, а после засунул их в пышную бороду где они и растаяли без остатка.

— Ну ладно. Счастливо оставаться что ли, — печально махнул рукой Кузьмич и побрёл к двери.

— Ты куда собрался? — окликнул я мастера на все руки.

— Так, это. На развалины свои. — Кузьмич пожал плечами. — Там бытовку поставили, вот в ней за шкафом и прячусь. Лучше чем по подвалам скитаться.

Я посмотрел на этого лохматого мужичка в разных тапках и вспомнил подвал маминого дома в Чертовицах. Дом старенький и требует ухода, а ещё в подвале висит золотой шар, за которым нужен глаз да глаз.

— Кузьмич, а ты не хочешь пожить за городом? В частном доме?

Домовой остановился, но оборачиваться не спешил.

— Хотеть то хочу, да кто ж меня пустит? Нынче люди совсем позабыли про домовых. Не кличут нас больше. Вот в деревне есть малюсенький шанс что позовут, но там из нашего брата такая очередь, что ждать будешь тыщу лет и так и не дождёшься.

— Так я тебя и зову. В Чертовицах у моей матери есть дом за которым нужно приглядывать. Если готов к переезду, по прямо сейчас и поедем. Будешь новоселье справлять.

Домовой резко обернулся, борода его дрогнула, а из глаз хлынули реки слёз. Кузьмич взвыл в голос, обхватил мою ногу обеими руками и заголосил на весь подъезд:

— Согласная я!!!

— Пусти ногу окаянный! — рассмеялся я, забрал домового и мы отправились в Чертовицы.

Такси обошлось в тысячу двести рублей, а ещё пришло СМС о том что на три тысячи Борр заказал еды. Шустрый он конечно.

Всю дорогу Кузьмич сидел на подлокотнике, вцепившись в спинку сиденья, следил за мной надеясь что я не сбегу.

Водила припарковался у ворот, и вылезая из машины я заметил Толика. Он в одиночку волок деревянный стол к сараю проходя мимо фонаря.

— Ты чего творишь? — окликнул я его. — У тебя же спина сорвана.

— А, Димон! Здорова! — Толик поставил стол и вытер лоб. — Да нормально всё! Веришь, нет, я после праздника, себя другим человеком чувствую. Утром встал, ничего не болит, даже пить не тянет.

Он говорил и улыбался, а я разглядывал его боясь найти нового энергетического паразита, но всё было чисто. От старого Толика осталась только майка-алкоголичка, да потрёпанная морда, в остальном передо мной был совершенно другой человек.

— Вот и славно. Тогда завтра поедем с тобой на работу устраиваться? — предложил я отслеживая его реакцию.

— А что? Я с радостью, — он подхватил стол и понес его дальше. — Почему-то мне кажется, что в этот раз всё получится.

— Так и будет, — заверил я. — Приезжай ко мне к десяти утра, а после сразу на собеседование. И оденься нормально, никаких маек-алкоголичек.

— Да, шеф! — расхохотался Толик и скрылся за сараем.

Я заглянул в дом, у мамы свет уже не горел, а вот Оля сидела на кухне и тупила в одну точку. Волосы кое-как собраны в пучок, в руке кружка с давно остывшим чаем, а она сидит ни жива, ни мертва.

— Ты как? — тихо спросил я сев напротив.

— Да нормально, — она поставила кружку на стол и тяжело вздохнула. — Начальник козёл. Пашу на трёх работах, втянула семью в долги. Всё отлично Дим. — Оля грустно улыбнулась и слеза навернулась у неё на глазах.

— Не переживай. Всё наладится.

— Ага, — Оля кивнула и отвела взгляд. — Обязательно наладится, но наверное не у меня.

Так отвечают, когда давно перестали ждать перемен. Сестра пашет на трёх работах, а что такое «отпуск» и вовсе позабыла. Впрочем, как и я.

— Оль, любые трудности временны. Главное что мы вместе. — произнёс я заглянув сестре в глаза.

— Димка, ты же младшенький, это я должна тебе помогать, а не наоборот.

— Ты давай мне тут не это. Не того самого! У меня психологический возраст за шестьдесят перевалил уже! — Деловито заявил я ткнув пальцем в потолок, а Оля прыснула со смеху. — Вот и умница. Улыбайся почаще. Ты мне такой больше нравишься.

Я погладил сестру по голове, а после отправился в подвал. Следом за мной скатился Кузьмич и замер с раскрытым ртом уставившись на золотистый сгусток висящий в центре подвала.

Позитивный сгусток.

Концентрация: 21 единица.

Двадцать одна единица вместо прежних двадцати пяти, а я-то надеялся, что после праздника сгусток будет расти день ото дня. Но видимо требуется время чтобы изгнать негативные мысли у жильцов, и начать вырабатывать лишь позитив.

Кузьмич прошел мимо меня, не отрывая взгляда от света и вытянул ладони к шару.

— Хорошо-то как, — выдохнул он. — Дом добрый. Славный. Мне правда можно тут жить?

— Можно, — кивнул я. — Если пообещаешь беречь дом вместе со всеми, кто в нём живёт. Ну и сторожи сгусток, его создание мне обошлось в копеечку. — попросил я и только сейчас понял что сгусток сформировал примерно за триста тысяч рублей, если учитывать количество потраченных монет.

— Барин, да я жизнь положу, клянусь! — без всякого торга выпалил домовой и протянул мне руку.

После рукопожатия перед глазами появилось сообщение:

Кузьмич, далее домовой, обязуется оберегать дом в Чертовицах и всех его жильцов, а также хранить позитивный сгусток. Дмитрий, далее халявщик, нанял раба за койко место. Это лучший договор который заключил халявщик и не самый паршивый договор из когда-либо заключенных домовыми.

Сделка нотариально заверена. Ваш Мир.

— Ну вот и славно, — я хлопнул домового по плечу. — Только на глаза никому не попадайся.

— Обижаешь, барин. Буду как мышь! Шорох слышно, а никого не видно! Хе-хе, — Кузьмич рассмеялся и принялся деловито оглядывать углы подвала. — А чего у вас банки на полу стоят? Не порядок. Надо полку приделать. И картошка проросла, переберу на досуге.

Оставив нового жильца обживаться, я вернулся домой к часу ночи и тут же пошел обсуждать найм нового сотрудника с моим деловым партнёром. Борр лежал на своём кресле раздувшись до состояния воздушного шара.

— Саныч, деньги чёт быстро кончаются. Поехали завтра опять плесень чистить. Ик! — икнув подал голос Борр.

— Ага. Поедем. Только сначала Толика на работу устрою. — Я открыл ВК и пролистал переписку. — У нас с тобой больше сотни заказов, и это только начало. Скоро нас завалит работой и придётся отказывать клиентам.

— На это я пойтить не могу! Бедному боровичку нужны деньги! — заявил Борр.

— Жаль только что у меня нет времени постоянно заниматься очисткой плесени. Другой работы куча.

— И что же делать? Так ведь клиенты разбегутся как тараканы и потом лови их по всему городу! — с тревогой в голосе выпалил боровичок.

— Есть у меня одна идея.

— Ну! Не томи! Чего там? По ночам будем работать?

— Нет, по ночам не будем. — усмехнулся я выдерживая театральную паузу. — Просто найму на работу Олю.

Боровичок закашлялся и едва не рухнул с кресла.

— Ещё чего! Она тебе хоть и сестра, но делиться я не собираюсь! Десять процентов от всего заработка мои!

— Угомонись, — усмехнулся я. — На тебе это никак не скажется. Просто будешь ездить на заказы с Олей, чистить стены и получать свои проценты. Она же будет верить в то что японское чудо средство и правда существует.

Борр задумчиво пожевал губу, посчитал что-то на пальцах и насупился.

— Если нормально выстроить маршрут, то десять заказов в день как нефиг нафиг. А то и все двенадцать. Сто двадцать тысяч, это мои двенадцать получается, а на них я смогу. Ох ё моё! Согласен. Олю надо нанимать и срочно! А то я прибыль теряю. Давай, это не тяни. Завтра чтобы сестру нанял. Ага?

— Как скажешь. — улыбнулся я и пошел спать.

Линда уже во всю сопела, сладко развалившись на всю кровать. Спала она в тонкой ночнушке из просвечивающихся перьев.

— Ну и что мне с тобой делать, чудо в перьях? — вздохнул я и лёг с краю.

Едва я успел прикрыть глаза, как меня тут же сгребли в объятия и прижали к себе.

— Блестяшка вернулась. — промурлыкала она во сне, поцеловала меня в небритую щёку не открывая глаз и снова уснула.

Я лишь успел ощутить как из меня тянут излишки энергии, а после провалился в сон.

Вот только выспаться мне не дали. Звонок в дверь разбудил меня заставив вскочить не досмотрев сон, в котором тараканы в лакированных туфлях требовали погасить кредит как можно скорее. Если не погашу, они обещали вырезать мою почку и продать её на чёрном рынке. Зевнув я посмотрел на часы. Семь двадцать шесть. И кто в такую рань припёрся?

— Убей его, — простонала из-под одеяла Линда. — Кто бы там ни был, убей и возвращайся.

— Обязательно, — пообещал я, снимая с себя ногу Линды.

Натянув джинсы, я доковылял до двери и глянул в глазок. Выбритый до синевы, в клетчатой рубашке с заутюженными рукавами, на площадке топтался Толик и в сотый раз поправлял воротник. Очевидно нервничает. На ногах у него красовались туфли из потрескавшейся кожи. Помню он их надевал на свадьбу лет десять назад. Я приоткрыл дверь и показательно зевнул.

— Толь. Дядя Вова тебе велел часы на зимнее время перевести? Да ещё не на час, а на три вперёд?

— А, это… Не спалось как-то. Вот я чёт и решил пораньше приехать. — извиняющимся тоном пояснил он.

— Ага. Спасибо что не опоздал. — улыбнулся я. — Подожди пару минут. Я оденусь и выйду. — сказал я и понял что нужно пояснить отсутствие гостеприимства с моей стороны, — Я просто не один.

Толик моментально поднял ладони и отступил на шаг назад.

— О-о-о. Понял, не дурак. Помирились с Дашкой да?

Я молчал секунды три, подбирая слова, и этой паузы Толику хватило.

— Вон чего. Не с Дашкой выходит… Жаль. Хорошая девчонка. Смотрим вещи собрала, ни с кем не попрощалась и уехала. А нам как-то и неудобно спрашивать что у вас случилось.

— Все сложно, — отозвался я.

— Понимаю, — кивнул Толик, хотя по глазам видно, что ни черта он не понял. — Ну ты, это, крепись. Если помощь нужна, говори.

— Обязательно, — улыбнулся я и прикрыв дверь, побрёл одеваться.

На середине этого увлекательного процесса телефон зазвонил.

— Дима, да сколько можно? Оборви провода у звонка, выруби телефон и залезай ко мне под одеяло. А то порой кажется что я прописалась в колл центре, а не в квартире. — послышался невнятный бубнёж Линды из-под одеяла.

Подняв трубку я услышал бодрый голос экспедитора. Он сообщил, что машина с кухней уже стоит у подъезда. Водитель торопится, а подъем на этаж в стоимость доставки не входит.

— Стоять. Я заказывал доставку со сборкой и доставкой до двери, — возмутился я, прыгая по коридору на одной ноге продетой в штанину.

— Так, а я чего? Диспетчер сказал что вы в курсе. Сборщики послезавтра будут. А грузчики в отпуске. Заказ забирать будете или мне его обратно везти?

— Буду. Сейчас спущусь, — выдохнул я.

Обожаю наши сервисы. Всё для людей. Ладно я, а если бы мебель привезли какой-нибудь старушке. Как бы она кухонный гарнитур себе на этаж поднимала?

Выскочив на лестничную площадку, я коротко обрисовал ситуацию Толику, и следующие двадцать минут мы перевозили коробки в лифте. По иронии судьбы мы снова наткнулись на соседку с четвёртого этажа. Она было открыла рот чтобы обложить меня матом, но я нажал кнопку восьмого этажа и двери закрылись перед её носом.

— Видать у вас всё серьёзно, раз ты ещё и ремонт решил сделать, — выдал умозаключения Толик, вытирая лоб.

— Ага, обустраиваю семейное гнёздышко, мать его так. — прокряхтел я приваливая столешницу к стене в коридоре.

Толик усмехнулся и пошел покурить. Я же запер дверь и первым делом вошел в спальню где на подоконнике сидел Борр и клацал пухлыми пальцами в телефоне заказывая еду.

— Отставить жор. — приказал я. — Дуй в Чертовицы за Кузьмичом. Пусть приедет и соберёт гарнитур до двенадцати часов, пока хозяйка не приехала.

— Аж в Чертовицы? — страдальчески произнёс Борр. — Так то можно и съездить конечно. — он хитро прищурился и его морда мне не понравилась. — Если позолотишь ручку.

— Знаешь как говорят в народе? Когда боровичок родился, еврей заплакал. — рыкнул я и вложил в руку Борру две монеты. — Одна тебе за беготню, вторая Кузьмичу за сборку. И только попробуй облапошить домового, смартфон отберу и голодать заставлю.

— Э! Ты за кого меня принимаешь, я вообще то… — начал было Борр, но Линда высунулась из-под одеяла.

— Ты вообще то жлоб, обжора и бомжара которого не исправило даже проживание в квартире. Хватай кругляши и вали отсюда, пока я их у тебя не отобрала.

— А ты! А ты… — раздул от возмущения щёки Борр. — Птица! Вот… — не придумав ничего обиднее выдал он и провалился под линолеум.

— Спасибо за помощь, — улыбнулся я.

— Обращайся, — зевнула Линда и укрылась одеялом перевернувшись на другой бок.

Я запер квартиру, и спустился во двор, где Толик докуривал сигарету, бубня что-то себе под нос.

— Готов?

— Готов любить котов, — нервно усмехнулся он.

— Смотри не ляпни подобного на собеседовании. Там интеллигентная женщина и не поймёт борзых приколов.

— Упс. Понял, принял, базар фильтрую.

Подъехало такси и мы с Толиком уселись на заднее сиденье. Он сложил руки на коленях и уставился прямо перед собой словно робот, в которого ещё не залили прошивку. А я решил, что сейчас идеальный момент чтобы провести детальный инструктаж.

— Толь, теперь слушай внимательно. На собеседовании про творческий путь ни слова.

— Почему? Это же самое интересное в моей биографии.

— Вот именно поэтому. Тебя швыряет как… Ну ты понял. Без обид только.

— Да не, ты прав. Если расскажу то точно не возьмут. Подумают что я ветреная натура и через месяц уволюсь. А кому такие нужны?

— Да. И про то, что тебя окружающие не понимают, тоже молчи.

— Так меня правда не понимают. — возмутился было он.

— Толя. — сделав голос твёрже произнёс я.

— Молчу, молчу.

— Отвечаешь коротко и по делу. В демагогии не вступаешь, про свои многочисленные увлечения которые ты бросил через неделю, не рассказываешь. Усек?

Толик спрятав взгляд покивал, помолчал секунд двадцать, а после придвинулся ко мне и заговорщически понизил голос:

— Дим, я тут подумал. Может мне сварку освоить.

— Отличная мысль. Сварщики отлично зарабатывают.

— Да не, я ж хочу художником по металлу стать! Из арматуры и старых шестеренок буду произведения искусства ваять! Я в интернете глядел, мужик из железок коня сварил, три метра в холке, к нему теперь туристы фоткаться ездят.

— Толя, тебе коня варить не надо, ты сам тот ещё конь, — устало вздохнул я и потёр виски.

Голова начинала болеть, ещё и краем глаза заметил что таксист сидит себе и посмеивается слушая бредни Толика.

Спустя десять минут мы вошли в больницу, встретившую нас запахом хлорки и стуком костылей по линолеуму. У гардероба Толик засуетился, дважды поправил воротник и уточнил, не слишком ли ярко выглядит рубашка. Я заверил его, что для музея это самое то, и мы поднялись на третий этаж.

Лидия Николаевна лежала у окна четырёхместной палаты, забинтованная нога покоилась на свернутом одеяле, а на тумбочке высилась стопка книг с закладками из троллейбусных билетов.

— Лидия Николаевна, здравствуйте, — произнес я с порога. — Вот, привел работника, о котором говорил. Анатолий. Знает об искусстве и истории всё и даже немного больше.

Заведующая поздоровалась, отложила очки, оглядела Толика с ног до головы и кивнула на табурет.

— Присаживайтесь, Анатолий. Что вы знаете о передвижниках?

— Товарищество передвижных художественных выставок. Основано в тысяча восемьсот семидесятом, первая выставка через год, — отчеканил Толик и замолчал.

Я мысленно поаплодировал, ведь ответ вышел коротким и без единой тупой шутки. Вот только Лидия Николаевна приподняла бровь и задала второй вопрос. И тут прорвало плотину.

Толик начал с того, чем краевед отличается от искусствоведа. Плавно съехал на Шишкина, оттуда на Левитана. Потом заспорил сам с собой, можно ли считать Левитана передвижником в полном смысле слова, и пришел к выводу, что нельзя, но с оговорками. Лидия Николаевна с оговорками не согласилась и начался спор.

Через двадцать минут они уже перебивали друг друга и размахивали руками, а я тихонько выскользнул в коридор и уселся на подоконник не желая слушать эту чушь. Забавно то что спорили они с улыбками на устах, будто встретили родственную душу среди чуждых им людей.

Через сорок минут в палату сунулась медсестра с капельницей. Её не было буквально пару минут, а после она вышла закатив глаза до самого затылка и побрела прочь офигевая от переизбытка информации.

Я устал ждать и сходил за кофе, а когда вернулся, Толик уже чертил пальцем по одеялу схему гипотетического музея и объяснял, почему школьников надо водить против часовой стрелки. Лидия Николаевна записывала за ним в блокнот, и деловито кивала признавая что это весьма логичные умозаключения.

Ещё через час я вошел в палату чтобы попрощаться и услышал:

— Дима! Да вы принесли мне неогранённый алмаз! Спасибо вам огромное! Анатолий просто уникум! Таких интеллектуальных людей днём с огнём не сыщешь! — всплеснула руками Лидия Николаевна.

— Да, он у нас такой, — кивнул я стараясь говорит так, чтобы это не выглядело как сарказм.

Заведующая вырвала листок из блокнота и протянула его Толику.

— Вот, заедьте в отдел кадров, я написала куда именно. — Следом она полезла в тумбочку, покопалась в сумке и выудила связку ключей на потёртом шнурке. — А это от музея. Осваивайтесь. Через неделю меня выпишут, я вас навещу и подскажу, если что-то не будет получаться.

Толик принял ключи обеими руками.

— Да вы не торопитесь, поправляйтесь спокойно, — бодро отозвался он. — За неделю я так преображу ваш… То есть наш музей, что его будет не узнать!

— Дай бог, Анатолий, дай бог. — улыбнулась Лидия Николаевна, а Толик сжал связку ключей так, что костяшки побелели.

Распрощавшись мы вышли из больницы и Толя разжал кулак, уставившись на ключи.

— Димка. — Голос его дрогнул, и он сгреб меня в охапку, едва не переломив пополам. — Да я ж еще пацаном мечтал гидом в музее работать! Мамка меня в Москву возила, так я от экскурсовода не отлипал, за рукав держался всю дорогу. А тут ты с этой работой. Подарок судьбы и не иначе!

Перед глазами всплыло сообщение подтверждающее его слова:

Ты значительно повлиял на судьбу человека. Получено 25 ОК.

Мир платит щедро, ничего не скажешь, вот только теперь главное, чтобы через месяц Толик не сорвался и не забухал. Иначе прилетит штраф очков на пятьдесят, а если прикинуть, сколько экспонатов способен угробить по пьяни этот творческий человек, то штраф может вырасти и до тысячи.

— Пожалуйста. Давай, беги в кадры, пока не закрылись, — я хлопнул его по плечу. — И это. Как оформишься, сам Оле расскажи. Она будет рада.

— Так я ей прямо сейчас позвоню!

— Нет! Сперва оформись, по пути домой тортик купи и вечером, по человечески перед всей семьёй похвалишься. — наставлял его я открывая мобильное приложение банка. Следом я перевёл Толику две тысячи рублей на тортик, а то у него явно нет ни копейки. — На тортик перевёл. И мне кусок оставьте. Лучше два.

— Димка, ё моё… — шмыгнув носом произнёс Толик, обнял меня на прощание и бодрым шагом направился к остановке.

Я же вызвал такси и поехал в Берёзовую рощу. Там располагалась аптека, где сестра подрабатывала на приёмке товара. Войдя в аптеку заметил что сестра носится туда сюда пропикивая товар и что-то внося в компьютер. Не стал отвлекать её и вышел на улицу. Купил два стакана кофе с пирожком в ближайшем ларьке и встал в тени козырька, разглядывая посетителей.

Поспешно отхлебнув кофеёк, обжег язык и заметил тучного мужика в спецовке. На его загривке сидела полупрозрачная пиявка. Следом просеменила старушка с палочкой, а вокруг её колена обвилась тварь похожая на змею. Потом к бордюру подрулила легковушка, из которой выбралась молодая мать с ребенком на руках. На малыше чисто, а вот от мать окружало облако негатива. И все они направились в аптеку.

Вот бы всех разом подлечить. Встал бы тут с утра, жал каждому руку на входе и выкачивал дрянь. Аптека через месяц бы обанкротилась, зато людям бы полегчало. Ещё и Мир отсыпал бы мне вагон очков кармы. Можно конечно выдать себя за экстрасенса и открыть частную практику. Но есть неслабый шанс что меня посадят как мошенника. Впрочем, если не брать за услуги денег, то и претензий не должно быть.

А вот и Оля. Вздохнув она вышла из аптеки в гражданской одежде в двадцать пять минут двенадцатого. Волосы прилипли ко лбу, футболку разукрасили серые полосы от картона, а поясницу она растирала кулаком прямо на ходу.

— Дим? — Она моргнула заметив меня. — Ты чего тут делаешь?

— Тебя жду. Держи. — Я протянул ей второй стаканчик давно остывшего кофе.

Сестра сделала глоток, зажмурилась и на пару секунд перестала выглядеть выжатой как лимон.

— Оль, я к тебе с деловым предложением.

— Если предложишь продать Толика цыганам, я откажусь, — улыбнулась она.

— Да я не про это. — отмахнулся я умолчав о том что Толик сегодня ещё удивит мою сестрёнку. — Увольняйся и переходи работать ко мне. Я клининг компанию открыл. Ну как открыл? Пока работаю в чёрную, но на этой неделе всё оформлю документально. Обещаю.

— Дим, ты…

— Сперва дослушай. — перебил я сестру. — Обработка одной квартиры стоит десять тысяч. Заявок у меня море, на квартал вперёд всё расписано, — насчёт квартала я приврал, но уверен проблем с новыми клиентами не будет, тем более в мегаполисе. — Твоя задача проста. Приехать по адресу, прыснуть на стену из пульверизатора и подождать пять минут, после чего сдать работу заказчику и получить деньги. В работе использую только японские химикаты. Для человека они безвредны, а вот плесень убивают на раз. За выезд буду платить четыре тысячи рублей.

— Четыре тысячи, — медленно повторила Оля сделав новый глоток. — За пять минут работы?

— Всё так. Твой маршрут я сам прострою и договорюсь с заказчиками. За день без надрыва сделаешь десяток адресов и поедешь домой.

— Погоди, — опешив Оля опустила стаканчик. — Я заработаю сорок тысяч за день?

— Выходит что так. — ответил я, наблюдая за её реакцией.

— Дим, ты точно плесень чистишь, а не закладки по городу развозишь? Откуда такие деньжищи то?

— Это я считай бесплатно квартиры обрабатываю. Со временем ценник повысим до среднего по рынку и вот там уже заработок попрёт. — пообещал я.

— Дим, ну так не бывает. Должен же быть какой-то подвох? Я с трёх работ в сумме зарабатываю сто пять тысяч рублей в месяц. Я знаю за что получаю деньги. Это стабильный заработок опять-таки. А ты предлагаешь мне получить месячный заработок, за сколько? За два с половиной дня? Это как вообще? А если не пойдёт, то что дальше? Я без работы останусь? А как детей кормить? А мама с Толиком?

Сестра словила паническую атаку и её разум начал с огромной скоростью искать причину чтобы отказаться. У меня так тоже бывало по молодости. Особенно когда стоило принять судьбоносное решение от которого будет зависеть не только моё благополучие, но и благополучие близких.

— Опять таки, я же ничего не умею! Коробки принимаю да накладные сверяю. А тут к чужим людям в квартиру заходить и о чём-то с ними договариваться. Я так не могу. И в случае чего новую работу придётся искать, а куда я устроюсь с такими навыками?

— Оль, ты до восьми вечера каждый день работаешь. Когда ты Светку с развивашек последний раз забирала?

Сестра осеклась и уставилась в асфальт. Мне не хотелось приводить этот аргумент, но только он мог заставить Олю осознать что дети растут фактически без матери. Она целыми днями на работе, а когда возвращается домой, то так устала, что еле разговаривает с ними. Поэтому и пришлось применить шоковую терапию в надежде что она примет моё предложение.

— Давай так, — я поставил стаканчик на бордюр и взял сестру за руку. — Не увольняйся. На выходных съездишь со мной на пару адресов и посмотришь, как всё работает изнутри. Понравится? Значит в понедельник пишешь заявление и начинаешь новую жизнь. Не понравится? Тогда забудем что этот разговор вообще был.

Оля долго молчала, вертя стаканчик в руках и разглядывая крышечку, а после сдалась.

— Хорошо. Но только на выходных. И я ничего не обещаю.

— Именно об этом я и прошу, — я чмокнул сестру в щеку и глянул на часы.

Одиннадцать сорок. Хозяйка квартиры приедет через двадцать минут, я если и успею вернуться домой, то в притык.

— Всё Оль, мне пора. — я ткнул в приложение, вызывая машину.

— Дим…, а если я не справлюсь?

— Оль, хорош хандрить. У тебя в жизни начинается белая полоса, это я тебе как амбассадор белых полос говорю, — бросил я и нырнул в подъехавшее такси.

В этот раз мне повезло. Водилой оказался какой-то кавказец и он гнал так, будто удирал от смерти. Один раз даже на красный проскочили. Благодаря ему я прибыл к подъезду в момент когда хозяйка вылезала из машины.

— Валентина Сергеевна, а я вас как раз жду, — соврал я делая вид что только что встал с лавочки. — Вы отлично загорели.

— Ой, что вы. Всю дорогу пряталась от солнца, но спасибо. Мне приятно. — кокетничая ответила она и мы поднялись на этаж.

Стоя у дверей я надеялся что Кузьмич собирает мебель так же филигранно как и делает ремонт.

Глава 5

С замиранием сердца я открыл дверь, и понял что всё идёт по плану. Хозяйка шагнула в прихожую, и замерла с открытым ртом.

— Дмитрий. — Она обвела взглядом коридор. — А где обои?

— На стенах.

— Тут были желтые. В цветочек. Я их сама клеила в две тысячи одиннадцатом.

Хозяйка провела ладонью по свежему полотну, поискала стык, не нашла и почему-то заглянула за угол в поисках подвоха. Потом взялась за ручку двери в спальню и несколько секунд гоняла ее туда-сюда, вслушиваясь в тихий щелчок замка.

— И двери поменяли, — растерянно объявила Валентина Сергеевна.

— Всё так. Решил слегка обновить интерьер. Извините что с вами не согласовал ремонтные работы.

— Да, стоило согласовать, но знаете… — задумчиво произнесла Валентина Сергеевна, прошла дальше по коридору и потянулась к бордовому креслу.

Из-за кресла с воплем появился Борр, прижимая телефон к необъятному пузу.

— Куда лапы тянешь?! Занято! — возмутился боровичок, а Валентина Сергеевна, разумеется, ничего не услышала.

На кухне она остановилась, разглядывая новый гарнитур.

— А старый где?

— Развалился, — отозвался я. — Совсем ветхий был, дверцы на честном слове держались. Вот, поставил новый, за свой счёт разумеется.

Хозяйка оперлась о косяк и часто заморгала.

— За свой счёт значит…

— Всё так. Если надумаю съезжать, то вся мебель останется у вас.

— Нет. Так не пойдёт. — строго произнесла она зыркая по сторонам. — И вообще, что за мысли о переезде? Вы только ремонт сделали. Живите столько сколько потребуется, а с соседями я поговорю. Фантазёры чёртовы. Перфоратор приняли за медвежий рёв. Это же надо… — Хозяйка покачала головой и добавила, — Следующие два года будете платить по десять тысяч в месяц. Так будет справедливо.

— Ого. Спасибо. Я так то ремонт не для этого делал, но приятно. — ошарашенно произнёс я, так как надеялся всего-то не вылететь с квартиры со скандалом, а тут такая щедрость.

— Дмитрий, а телефончиком мастеров поделитесь? — прищурив глаза спросила хозяйка.

— Каких мастеров?

— Ну которые вам всё это сделали. В наше время подобных умельцев днём с огнём не сыщешь. То бригада запьет, то деньги возьмут и растворятся. А тут вон, стыков нет, углы все выведены и двери поставили так что не прикопаешься.

— Так это я сам всё сделал.

Валентина Сергеевна, еще раз прошлась взглядом по коридору и цокнула языком.

— С такими золотыми руками вам нужно не снимать квартиры, а ремонтировать их. Год, другой и купите собственную.

— Спасибо за похвалу. Подумаю над вашим предложением.

Хозяйка попрощалась и двинула на выход, а я с облегчением выдохнул.

— Знаешь что Саныч? С тебя ещё по монете за то что цену на квартиру сни… — подал голос Борр вылезая из-за кресла, но я его не дослушал.

Зазвонил телефон. Я мысленно приготовился посылать очередного оператора с уникальным кредитным предложением и принял вызов.

— Слушаю.

— Дмитрий Александрович? Доброе утро! — раздался взволнованный женский голос. — Это Маргарита Фёдоровна, бухгалтер с молокозавода. Вы мне визитку оставляли, помните?

— Конечно помню, — улыбнулся я, отставляя кружку. — Как ваши дела?

— Ой, вы даже не представляете! — затараторила она. — Благодаря вам меня на работу взяли! Дали оклад больше, чем на молокозаводе, и оформили официально с первого же дня. Я до сих пор поверить не могу. Спасибо вам огромное!

— Поздравляю. Теперь осталось оправдать оказанное вам доверие.

— Дмитрий Александрович, я его похоже уже оправдала. Хи-хи. В первый же рабочий день залезла в накладные, которые вёл некий Марик, и нашла дыру на триста тысяч рублей. Станислав после этого часа два ходил по цеху и матерился так, что грузчики уши затыкали. Похоже этого Марика уволили.

— Вот это подход. Сразу видно руку профессионала. — подбодрил я её.

Маргарита Федоровна помолчала, а когда заговорила снова, голос у нее дрогнул:

— Дмитрий Александрович, я чего звоню то. Я уже двадцать лет работаю и никогда никто за меня не заступался. А вы…

— Всё в порядке, Маргарита Федоровна. Вы хороший специалист, вот я и помог вам. Ничего сверхъестественного.

— В таком случае я просто обязана отплатить вам тем же, — деловито отчеканила она. — Может, вам нужна помощь в части бухгалтерии? Отчетность, налоги или еще чего?

— Хорошо, что вы об этом заговорили, — оживился я. — Мне как раз нужна помощь с открытием фирмы. Я тут решил всю плесень в городе вытравить, и вроде как это у меня неплохо получается. Вот и хочу легализоваться.

— Ага. Поняла вас. Тогда для начала вам хватит ИП на упрощенке. Пришлите мне на почту фото паспорта и ИНН, остальное я сделаю сама. В ближайшие дни всё оформлю, и будете работать спокойно, по-белому.

— Маргарита Федоровна, вы просто чудо. — улыбнулся я.

— Ну что вы, это мелочи, — засмущалась она, продиктовала адрес почты и попрощалась.

Я положил телефон на стол, чувствуя облегчение. Очень уж я не хотел самостоятельно возиться с открытием ИП, а тут так замечательно всё сложилось.

— Так-так-так, — раздалось из бордового кресла.

Борр сполз на пол и прошлёпал на кухню, нацепив самую серьезную мину из своего арсенала.

— Фирму он открывает значит. По-белому оформляется. А где, трудовая книжка твоего главного работника? Выходные мне положены или как? А отпуск? Где мой оплачиваемый отпуск я тебя спрашиваю?

— Не проблема, трудовую заведу хоть сегодня. Только учти, в графе «должность» будет указано «дармоед высшей категории».

Борр задохнулся от возмущения и затряс кулачком.

— Дармоед?! Я? Да на мне весь бизнес держится! Да без меня ты бы до сих пор…

— А без меня ты бы бомжевал, а не лежал на удобном кресле с личным смартфоном. Думаешь я не видел что ты уже в шарики играешь?

Борр выпучил глаза собираясь защищаться от весьма обоснованных нападок, но снова зазвонил телефон и номер был мне незнаком. Нужно секретаря нанять, а то многовато звонков в последнее время.

— Караваев, слушаю.

— Дмитрий Александрович, доброго дня, — прозвучал в трубке спокойный бархатистый голос. — Меня зовут Игорь Геннадьевич. Я слышал о вас от людей, которым вы в свое время помогли.

— Понял. И чем я могу помочь вам?

— Я владелец химического завода «Химтех». Слышали о таком?

— Разумеется, — подтвердил я и даже не соврал. «Химтех» работает ещё с советских времен, половина Левого берега когда-то на нём трудилась.

— Тогда сразу к сути. Убытки растут, люди бегут. Начальники цехов перегрызлись между собой, а за последние полгода на заводе случилось три аварии, одна другой краше. Ситуация должен сказать весьма паршивая. Как бы не пришлось персонал сокращать. Предлагаю встретиться лично и обсудить всё с глазу на глаз.

— Как будет угодно. Когда и куда подъехать? — спросил я радуясь новому заказу.

— Если вас не затруднит, то давайте встретимся прямо сейчас. Приезжайте на Набережную авиастроителей 14. Офис на третьем этаже.

— Договорились. Буду в течение часа.

Я завершил вызов и посмотрел на Борра, с которого обида слетела без следа. Боровичок уже вовсю тыкал пальцем в экран, воюя с очередной мобильной игрушкой.

— Слышал? Крупный заказ намечается.

— Угу, — буркнул Борр, не отрываясь от телефона. — Езжай, и насчёт отпуска подумай. Я на море никогда не был.

— Дармоед, — усмехнулся я и пошел одеваться.

Следующие сорок минут я ехал в такси и изучал всё что было в интернете по заводу «Химтех». Выписка из реестра гласила что владельцем завода значится никакой не Игорь Геннадьевич, а некая Берёзкина Елена Павловна. Обычное дело в нашей стране. Муж политик, всё имущество переписано на родню.

Ещё в интернете нашел десяток статей про выигранные гранты, пара дотаций от государства и больше ничего интересного. Даже на отзовике не было ни единого отзыва от сотрудников, что выглядело странновато.

Таксист высадил меня у обычной девятиэтажки, где на третьем этаже и правда был офис, причём занимал он целый этаж. Из десятка запертых кабинетов доносились телефонные разговоры и клацанье по клавиатуре.

Пройдя по коридору я обнаружил кабинет владельца завода, на табличке было написано Игорь Геннадьевич. Фамилия не указана, ещё одна странность в копилочку. Нужно крепко подумать связываться ли с таким гражданином. Впрочем, в моей практике были и куда более загадочные и непонятные люди.

Постучав я вошел внутрь не дожидаясь ответа. За столом сидел хозяин кабинета, мужик ближе к шестидесяти, с седым ежиком волос и усталыми глазами. Вроде бы обычный дед, вот только рубашка на нем сидела в натяг, плечи бугрились мышцами под пиджаком, и в целом складывалось ощущение, что дед лет двадцать сидит на стероидной диете.

Увидев меня Игорь Геннадьевич поднялся из-за стола и пошел мне навстречу, протянув руку:

— Дмитрий Александрович, спасибо, что приехали так быстро.

Рукопожатие у него оказалось каменным. Причём не фигурально, а буквально. Будто я попытался сжать гранитный булыжник. Я аккуратно высвободил ладонь и порадовался что обошлось без переломов.

— Присаживайтесь, — он указал на кресло. — Кофе, чай?

— Спасибо, воздержусь. Давайте сразу к делу.

— Уважаю, — кивнул Игорь Геннадьевич, опускаясь обратно за стол. — Тогда слушайте.

Рассказывал он чётко и без лишней лирики. Вот отчёт за прошлый год по текучке, вот по выручке, вот график такой, вот сякой. Приняли такие управленческие решения, не помогло, потом вот такие, тоже мимо. Смотря на его беды сразу стало ясно что передо мной не дуралей, а действительно толковый управленец, который всеми силами пытается спасти завод, на котором трудится аж полторы тысячи человек.

Здесь варят синтетический каучук и гонят резинотехнику, заказчики в основном шинники да автопром. Полгода назад ни с того ни с сего полез брак. Думали что проблема в сырье, но нет, сырьё отменное. Уволили технолога, наняли нового, результат не изменился.

Потом начались аварии. В марте оборвалась кран-балка, в мае разгерметизировало емкость с реагентами, пришлось эвакуировать цех. А на прошлой неделе заклинило пресс, и он раздавил оснастку вместе с лекалами. Производственная комиссия развела руками, мол оборудование исправно, нарушений не нашли.

— Во время аварий кто-нибудь пострадал? — уточнил я.

— Бог миловал. Пока. — Мужчина сцепил пальцы в замок. — Но ждать, когда грянет, я не намерен. Мне нужен человек со стороны, с незамыленным взглядом. Серьёзные люди поручились за вас, а значит и с моей бедой точно справитесь.

Пока он говорил, я исподволь рассматривал кабинет и самого владельца. Вокруг заказчика было чисто. Ни черной дымки, ни пиявки на загривке. Хотя казалось бы, столько стресса, мужик должен на 90% состоять из негатива, ан нет. И какова причина? Святой он что ли? Или на антидепрессантах сидит?

Игорь Геннадьевич чуть подался вперёд, отчего показалось что и без того массивные плечи стали больше.

— А теперь давайте поговорим о деньгах. Знаю, что вы берете за работу пятьсот тысяч и процент от роста прибыли. Скажу честно, я не люблю забивать себе голову лишними отчислениями. Поэтому предлагаю единовременную выплату в размере миллиона рублей. — он поднялся из-за стола, открыл сейф и выложил на стол пачки пятитысячных чтобы подчеркнуть серьёзность своих намерений.

Я взял паузу, изображая глубокие раздумья, хотя чего тут думать? Надо брать! С другой стороны предложение выглядит слишком щедрым. Он либо в отчаянии, либо… Не знаю. Просто странно всё это.

— Я согласен. — сказал я понимая что платёж по кредиту всё ближе, а мои накопления по прежнему в районе нуля.

Владелец Вельвета за выполненную работу так и не заплатил. Даша исчезла и продажа грибов затормозилась. Надо кстати с Резо созвониться, продать ему партию шиитаке для поддержания штанов. Правда придётся немного повыделываться.

— Я согласен, — повторил я. — Но с одним условием. Аванс в размере половины суммы вы оплачиваете сразу.

— Разумно, — кивнул Игорь Геннадьевич и пододвинул в мою сторону половину купюр. — Пятьсот тысяч, можете пересчитать.

— Уверен с оплатой всё в порядке, — я убрал деньги в рюкзак, и только сейчас спохватился. Приехал то я на встречу в джинсах, футболке и с рюкзаком за плечами. Хорошо хоть вместо шлёпак обул кроссовки, а то такому горе бизнесмену точно бы не дали работу.

— Тогда и у меня будет встречное предложение, — добродушно улыбнулся Игорь Геннадьевич. — Из-за последней аварии, пришлось дать сотрудникам выходной, поэтому там сейчас пусто. Давайте поедем туда прямо сейчас. Я всё расскажу и покажу, а завтра приступите к работе уже без моего надзора.

— Понимаете, у меня собственный метод работы… — начал было я, но меня тут же мягко остановили.

— Наслышан о ваших принципах работы. Вот только у меня тоже есть собственные принципы, и изменять им я не привык. Давайте так. Считайте это моей блажью, за которую я заплачу вам сверху ещё сто тысяч рублей сверху обозначенной суммы.

Услышав это я завис на пару секунд. Сто тысяч за пару часов работы? Разве от таких предложений отказываются? Хотя может и стоит отказаться, внутри грызёт какая-то тревога. Ведь обычно заказчики торгуются за каждую копейку, а этот сам накидывает сотни тысяч, лишь бы всё пошло по его сценарию. Избалованный депутат? Возможно. В любом из случаев от миллиона и ста тысяч я не откажусь.

— По рукам, — решился я и первым протянул ладонь.

На этот раз я был готов и стиснул его пятерню что было мочи, спасая пальцы. Игорь Геннадьевич едва заметно улыбнулся, поднялся и жестом пригласил на выход.

— Машина внизу. Прошу.

У крыльца офиса нас поджидал чёрный крузак с тонированными стеклами. На долю секунды в голову закралась мысль, а вдруг этот Игорь Геннадьевич брат, сват или зять одного из лентяев увольнению которых я поспособствовал? Сейчас откроются двери, оттуда выпрыгнут мордовороты, накинут мне мешок на голову и увезут в лес. Но нет. Опасения оказались лишь плодом разыгравшегося воображения.

Из машины вылез дряхлый старичок, улыбнулся и распахнул перед нами заднюю дверь. Амбалов внутри само собой не было. Я устроился на кожаном сидении, Игорь Геннадьевич сел рядом, и машина плавно покатила в сторону завода. Несмотря на мирность происходящего, на душе скребли кошки. Наверное, всё дело в сумме, слишком уж легко она мне досталась. Шестьсот тысяч в рюкзак, за обещание выполнить работу.

На территорию завода мы въехали молча. Игорь Геннадьевич смотрел в окно на проплывающие мимо корпуса, я же прикидывал что делать с полученным авансом? Закинуть в кредит или же развернуть грибной бизнес на полную катушку? Крузак притормозил у шлагбаума, охранник в будке махнул рукой, и машина вкатилась на территорию.

Вокруг не было ни одной живой души между корпусами, только ветер гонял пыль по асфальту. Даже голуби куда-то подевались, а уж эти пернатые оккупируют любую промзону. Машина высадила нас у длинного корпуса с облезлой вывеской, и водитель тут же укатил обратно.

— Прошу за мной. Покажу вам проходную. — вежливо предложил Игорь Геннадьевич.

Войдя внутрь мы упёрлись в пост охраны с турникетом. При виде хозяина дежурный, мужик лет пятидесяти в мятой форме, подскочил со стула и заспешил к вертушке, на ходу выуживая ключи из кармана. Мой взгляд тут же зацепился за охранника. В его правой кисти торчало нечто напоминающее гвоздь, только чёрный и покрытый скверной. Кожа вокруг гвоздя истончилась и отливала синевой.

Пока охранник возился с замком, я делая вид что смотрю по сторонам, активировал переливание. От гвоздя к моей ладони потянулась тонкая чёрная спираль, а железяка начала трескаться и спустя секунд тридцать рассыпалась, не оставив под кожей и следа. Охранник неосознанно потер кисть, а перед моими глазами всплыло сообщение:

Вы уничтожили энергетического паразита. Получено 2 ОК. Поздравляю! Вы повысили уровень. Доступно 2 очка характеристик.

Вот это я удачно зашел. И денег заработаю и уровень получил.

— Сюда, Дмитрий Александрович, — пройдя через вертушку Игорь Геннадьевич толкнул тяжелую дверь в конце вестибюля и пригласил меня внутрь.

Мы шагали мимо остановленных линий и опутанных трубами реакторов. Я на ходу сканировал пространство не понимая почему завод, в котором полгода как всё разваливается, не утопает в скверне по самую крышу? Вокруг чисто. Нет ни единого нарыва.

— Пришли, — Игорь Геннадьевич распахнул ворота очередного цеха и посторонился, пропуская меня вперед.

Зал оказался высоченным, метров пятнадцать до потолка, и почти пустым. Всю середину занимал открытый чан размером с бассейн, над которым поднимался сизый парок. В нос шибануло кислятиной, а перила мостков вокруг чана были изъедены рыжими язвами. Судя по всему, местные тут что-то травят кислотой, и купаться в этой ванне я бы не посоветовал даже врагу.

— Цех коагуляции, — пояснил хозяин, заметив мой интерес. — Серная кислота хоть и опасна, но для меня она стала кормилицей. Можно сказать сердце производства.

Он прошел к мосткам, остановился у чана и повернулся ко мне.

— Знаете, Дмитрий Александрович, я очень рад, что вы согласились решить мою проблему. — Игорь Геннадьевич покрутил головой, и шея отозвалась смачным хрустом. — Даже не представляете насколько рад.

Ответить я не успел, в кармане завибрировал телефон. Я потянулся было сбросить вызов, но хозяин великодушно махнул рукой:

— О, да вы ответьте, ответьте. Последний звонок, так сказать.

Шутка вышла странной, я бы даже сказал страшной. Я вытащил телефон, и увидел на экране имя «Егор Константинович». Палец сам собой принял вызов.

— Слушаю вас, Егор Констант…

— Димка! — послышался в трубке взволнованный голос. — Ты хоть понимаешь, что натворил?!

— О чём вы?

— О чёрном седане в Чертовицах! Соседская камера всё засняла! Ты где сейчас?!

Внутри у меня все ухнуло вниз, от осознания грядущих проблем.

— На химзаводе, — выдавил я, чувствуя, что голос садится. — На «Химтехе».

На секунду в трубке повисла тишина, а потом Егор Константинович заорал во всю глотку, и динамик захрипел:

— Беги оттуда!!! Завод принадлежит Абаддонскому!!!

В памяти тут же всплыли документы Вячеслава, которые я бросил в огонь. Фамилия у него тоже была Абаддонский…

Я медленно поднял взгляд на Игоря Геннадьевича. Он стоял в пяти шагах от меня и с вежливой улыбкой наблюдал за мной, стягивая пиджак. Аккуратно сложив его, Абаддонский пристроил его на перила и без спешки закатал рукава рубашки.

Восхитительно! Заказчик без фамилии, завод, записанный на постороннюю тётю и шестьсот тысяч авансом чтобы я приехал сюда именно сегодня. Браво Игорь Геннадьевич, отлично исполнено! Покажи хотя бы свою хищную морду на прощание. Мысленно я отправил одно очко характеристик в восприятие подняв его до пятнадцати.

Мир вздрогнул и стал до тошноты чётким, а слева от Игоря Геннадьевича проступили полупрозрачные буквы:

Обнаружен демон. Рекомендация: беги Дима, беги!

Спасибо, Мир, без тебя бы не догадался.

В ту же секунду по цеху прокатился лязг. Все двери разом, от ворот за моей спиной до дальних выходов, захлопнулись, отрезая пути к отступлению. Эхо от грохота продолжило гулять по цеху заглушаемое лишь утробным голосом Абаддонского, который начал преображаться, принимая свой истинный облик.

— Мой сынок, был клиническим идиотом помешанным на охоте, — Игорь Геннадьевич повел плечами, разминаясь. — В итоге тяга к ужасу порождаемого смертными девками его и сгубила. Вяча мне не жаль, сам виноват. Но пойми меня правильно. Если я спущу убийство сына тебе с рук, то… — он улыбнулся оскалив неприлично длинные клыки. — Моей репутации конец.

Тело Абаддонского раздалось вширь разрывая рубашку по швам, от чего ткань повисла на нём белёсыми лоскутами. Кожа побагровела, затвердела и пошла глубокими трещинами, в которых тлели угли. Из лба с хрустом полезли три толстых рога. Пальцы удлинились и обзавелись когтями способными без труда перерубить стальную балку.

Спустя пару мгновений вместо усталого владельца бизнеса, посреди цеха стоял трёхметровый демон, от туши ши которого волнами расходился жар, заставляя меня пятиться назад.

— Но ваш сын… — начал было я понимая что тяпку с собой я не взял, как и Машеньку. Да и разве они спасли бы от такой образины?

— А этой уже не важно. Сын мёртв, осталось лишь дело чести, — пробасил Абаддонский, его глаза полыхнули пламенем и он оскалившись рванул вперёд!