Чёрные начала. Том 4.

Глава 98

Вэй Лин.

Многие её знали по второму имени — Чёрная Лисица.

Холодная, как заснеженные пики, жёсткая, как удар кочергой по хребту, и непреклонная, как сами горы. Её знали за скверный характер и удивительно хорошее владение мечом. И последнее нередко становилось фактором, который заставлял многих несколько раз задумываться, прежде чем переступить её дорогу.

Она вошла в помещение, чистое, хорошо освещённое место, что здесь называли лечебницей. И сразу со входа уловила стойкий аромат благовоний, что должны были успокоить разум и душу раненных, тех, для кого переход оказался не по силам.

Здесь было светло и чисто. Всё помещение было заставлено койками, и лишь одна-единственная была занята.

— Её принесли к нам месяца три с половиной или четыре назад, — старый монах вёл её к единственной занятой койке, попутно рассказывая историю её появления в этих дальних краях. — Юноша вместе с демоническим енотом, они пришли во время метели. Он покинул нас вместе с первым караваном, уйдя на ту сторону гор и оставив девушку на наше попечение.

— Что с ней? — холодно, будто её это и не интересовало, спросила Лин.

— Она сломала позвоночник. К сожалению, к тому моменту, как её принесли, мы уже не могли помочь ей.

Стоило им приблизиться к кровати, как Лин уловила едва заметный гнилостный запах. Даже особо удушливому запаху благовоний, что были расставлены вокруг кровати, не удавалось заглушить этот запах смерти.

— К сожалению, когда человек слишком долго лежит, его тело начинает разлагаться. Мы делаем всё, что в наших силах, но природа берёт своё.

Девушка лежала, закрыв глаза и никак не реагировала на окружение.

— Оставите нас, пожалуйста? — попросила Лин.

Монах кивнул и направился к выходу. Лишь дождавшись, когда он покинет помещение, Лин скинула плащ, положив его на соседнюю кровать.

А следом размахнулась и от души ударила спящую девушку тыльной стороной ладони. Шлепок разлетелся на всё помещение.

Голова девушки дёрнулась на кровати. Она заморгала, пытаясь прийти в себя и разглядеть неожиданного визитёра. Первого за эти четыре месяца, на которые её бросили здесь одну наслаждаться собственным беспомощным положением.

Наконец сухой голос сорвался с её губ:

— Ч-чёрная Лисица?

— Здравствуй, Лунная Сова. Давненько мы не виделись, не так ли? — голос Лин был пропитан желчью и неприкрытым злорадством, которое сочилось из каждого сказанного ею слова, несмотря на внешнюю невозмутимость. — Вижу, тебе немножко не здоровится.

— Зачем ты здесь? — простонала Пейжи.

— А разве я не могу навестить подругу? — холодно осведомилась Лин. — Я слышала, ты захворала.

— Пришла позлорадствовать над моим положением, подруга? — без тени красок в голосе осведомилась она. — Посмеяться надо мной? Что ж, теперь ты можешь, да…

— Посмеяться? Я просто пришла навестить тебя. Посмотреть… — Лин окинула взглядом кровать, от которой несло смертью, — как у тебя дела. Ведь так делают подруги, верно? Не хочешь прогуляться?

— Перестань, Лин.

— Что такое? Давай, тебе будет полезно пройтись.

— Хватит.

— Что хватит?

— Прекрати. Ты пришла уничтожить меня морально? Но я уже и так мертва, Лин. Пожалуйста, прекрати. Лучше убей меня…

— Нет, это будет слишком просто. И мне всё же интересно, каково это — быть беспомощной и бессильной, одной перед всем миром, — Лин наклонилась над своей раненой подругой. — Скажи мне, тебе приятно?

— Нет, — совсем тихо ответила та.

— Отчего же? Разве не весь мир открыт перед тобой, когда мои ворота всегда оставались закрытыми благодаря тебе?

— Хватит…

— Я вижу слёзы в твоих глазах, Пейжи? Почему ты плачешь? Вернулись старые привычки?

— Пришла сделать мне больнее? — ответила Пейжи и отвернулась, будто разговор был закончен. — Убирайся прочь.

— Больнее? Сейчас ты чувствуешь то же, что и чувствовала я тогда. Боль, унижение и безысходность. Я была уничтожена внутри, я была сломана, была растоптана, но всё, что я услышала от тебя — зачем ты это сделала. Я заступилась за тебя, Пейжи, и это всё, что получила в ответ, — негромко закончила она.

— Ты толкнула меня на камень, Лин. Я до сих пор мучаюсь от головных болей. До сих пор я чувствую, как меня бросает из жара в холод, и как скачет моё настроение он радости до апатии. Я забываю некоторые вещи и иногда не могу понять, где нахожусь.

— И это ничто по сравнению со мной.

— Я лежала с разбитой головой…

— Так это я виновата во всём? Ты была моей подругой, но что я услышала в ответ? Зачем ты это сделала? И это сказала та, кого я защищала?

Они смотрели друг на друга, и казалось, что Лин серьёзно раздумывает над тем, не придушить ли бывшую подругу подушкой. Она сделала шаг вперёд и выдернула из-под её головы подушку.

В этот момент Пейжи подумала, что такая смерть будет избавлением. Выходом из ситуации, в которой она оказалась, самым безболезненным и быстрым. Она бы сама попросила об этом, но… раз разговор зашёл в это русло…

Но вместо этого Лин отбросила подушку в сторону и сдёрнула одеяло, оголяя тело. Гнилостный запах стал более сильным, и даже благовония теперь не могли перебить его.

— Что ты делаешь? — просипела Пейжи.

— Лежи и помалкивай, Пейжи. Не заставляй мне делать тебе больно.

— Я не чувствую боли.

И Лин схватила её за ухо, выкрутила так, что то покраснело.

— Не зли меня, Пейжи, — сказала она, пробежавшись взглядом по её телу. Никаких ран, никаких шрамов, будто никаких ранений и не было.

Тогда она рывком перевернула её на живот.

Вонь ударила ей в нос, но Лин и взглядом не повела. Она внимательно рассматривала тело подруги. Спина, ягодицы, даже затылок — здесь всё прогнило до мышц и костей, которые поблёскивали влагой в свете факелов. Более известное в мире Инала как пролежни, здесь её знали как постельная гниль. Одного взгляда хватало, чтобы понять, что всё очень плохо.

— Что ты делаешь?

— Издеваюсь над тобой, — холодно ответила Лин.

— Прошу тебя…

— Не проси.

Она коснулась её спины, из которой проглядывались мышцы и даже кости, после чего сделала то, чему её научила тот призрак. Секунда, и Лин почувствовала, как её ладони стали теплее, как начало покалывать кончики пальцев, и поток её Ци направился через руки.

Техника исцеления.

Лин больше ни о чём не думала, она сконцентрировалась на своих ощущениях Ци, направляла потоки энергии на раны, мысленно видя их и заставляя силой воли их стягиваться. Упорно, не останавливаясь ни на мгновение, она бросала все свои силы на то, чтобы контролировать процесс, чувствовать раны, заставляла срастаться, скрывая страшные последствия постельной гнили.

Сколько это заняло часов? Лин не знала, и ей было не интересно, ведь когда ты делаешь дело, важно думать не когда закончится время, а насколько качественно ты сделаешь свою работу. Это её ученик спешил бы поскорее всё сделать и убежать, но она была в этом вопросе неумолима.

Рана за раной затягивались на теле Пейжи, пусть та и не могла даже не то что почувствовать, увидеть этого. Шрамы растворялись в коже, и вскоре было даже нельзя сказать, что когда-то её тело покрывали ужасающие гниющие дыры. К концу дня на спине и затылке подруги не осталось ни следа.

— Лин…

— Заткнись, — неизменно холодно отвечала она ей.

Сейчас было важно найти правильное место.

Она прошлась пальцами по позвоночнику от самого копчика до шеи. За время своей практики она научилась чувствовать раны. Едва уловимые возмущения Ци в теле, где всё идёт не совсем гладко, как должно, будто нарушился ток энергии.

Нет, её этому не обучали. Но когда Лин вернулась после Уню Люнь Тю в секту, она первым делом бросила все силы на изучение удивительных возможностей и сил, что ей открылись. Изучая новую технику, она экспериментировала на себе, чтобы не раскрывать своих возможностей другим.

Теперь её лицо не уродовали шрамы, на её теле не осталось следов ожесточённых схваток, и казалось, что сама Лин стала выглядеть живее и нежнее, чем прежде. Возможно, это было вызвано переходом на новый уровень, а может причина крылась в этой таинственной и удивительной технике исцеления.

И вот лёгкие всполохи Ци показали, где затаилась проблема. Позвоночник в районе шеи, вот где она сломала себе спину.

Лин лишь хмыкнула, после чего приложила ладони и пустила свою Ци в шею подруги. Она чувствовала её тело, её сердцебиение и… то самое место, сломанное, порванное, незаметное, но столь важное, что могло сокрушить даже практика.

Она напряглась, осторожно заставляя всё срастаться обратно, исцеляться под ладонями страшную рану. На её лице выступили капельки пота, и так она просидела… минуту? Десять минут? Это не важно, ведь когда она закончила, то чувствовала, что едва различимый поток Ци в теле восстановился, а значит…

Лин размахнулась и отвесила ладонью звонкий шлепок по попе подруги, который прокатился по всему помещению, оставив на мягкой части отпечаток своей ладони.

Реакция последовала незамедлительной — её подруга вздрогнула.

Она приподняла голову, удивлённо уставившись на подругу, и Лин испытала определённое удовольствие, видя, как её маска невозмутимости разрушилась.

— Ч-что?.. — Пейжи рассеянно заморгала и… неожиданно смогла приподняться над кроватью. Едва не упала, но Лин рывком вернула подругу обратно. — Что ты сделала со мной?

— Я закончила, — ответила та и развернулась к ней спиной.

— Подожди, Лин…

— Прощай, Пейжи. Радуйся своему обману. Тебе досталась отличная ученица.

— Прошу тебя, погоди…

— А у меня есть дела поважнее, чем обставлять своих пусть даже и бывших, но подруг.

Она накинула плащ себе на плечи и направилась к выходу. Уже прошла половину зала, когда услышала грохот за своей спиной и обернулась. Пейжи упала с кровати, но упорно пыталась встать, даже несмотря на то, что тонкие руки и ноги едва её держали.

— Я хочу сказать тебе…

— Что же ты хочешь сказать мне, Пейжи? Спасибо? Не за что.

— Прости…

Лин, которая сделала шаг к выходу, будто налетела на стену. Замерла на несколько секунд, после чего с трудом выдавила из себя.

— Мне не нужно твоё «прости», Пейжи. Не теперь.

— Ты опять не хочешь слушать.

— Потому что мне это не интересно больше.

— Я сказала «зачем ты это сделала», потому что была виновата, ведь это я должна была оказаться на том месте. Но ты всегда была глупой и очень буйной.

— Глупой и буйной, значит?

— И ты ни капельки не изменилась. И тогда ты ведь сама не дала мне договорить — сразу набросилась с кулаками, услышав лишь первые мои слова и поняв их по-своему. Я хотела объясниться, извиниться, хотела поблагодарить тебя, но ты сама не дала мне этого сделать и толкнула на камни.

— То есть я виновата?

— Я ни разу не сказала, что ты виновата. Но тебе было всё равно, ты сначала защитила меня, а потом сорвала на мне злость. И своим поведением ты сама заставила меня ненавидеть тебя. Ты стерва, Лин.

Последнее слово было будто точка в их диалоге.

Пейджи с трудом встала. Её слегка трясло, но это было ничто, ведь она снова могла двигаться. Медленно, неуклюже, но двигаться. Она с трудом накинула на себя простыню.

Чувствовала ли Пейжи сейчас ненависть к Лин? До этого — да, её она злила, заставляла выходить из себя. Но сейчас она вызывала скорее… усталость.

Пока она находилась несколько месяцев в таком состоянии, у Пейжи было много времени для того, чтобы всё обдумать. Она медитировала и даже смогла пробиться на следующий уровень, приняв себя такую, какой стала.

Смирившись и приняв реальность, прошлое и настоящее.

И теперь произошедшее… оно было в прошлом, и, возвращаясь к нему, она чувствовал лишь усталость.

Она хотела попросить прощения, но Лин не хотела ничего слушать. Та лелеяла свою ненависть, как это делала сама Пейжи раньше. И если Лин захочет — Пейжи попросит прощения у неё ещё раз, но вряд ли это случится, пока она продолжит жить рука об руку со своей злостью и глупостью.

Медленно Пейжи проковыляла мимо Лин и едва не упала, но та резко дёрнула её за руку, ставя на ноги.

— Письмо, которое пришло ко мне, было отправлено моим учеником. Где он? Куда он отправился?

— Тебе он не безразличен, да? — спокойно осведомилась Лин.

— Он мой ученик. Где он, Пейжи?

— Он ушёл.

— Я это заметила.

— Да? Удивительно, — покачала та головой. — Он не рассказал, как мы здесь оказались?

Они вышли на улицу.

Пейжи задрала голову, наслаждаясь тем, как снег падает на её лицо и мгновенно тает. Сейчас её тело держалось на одной Ци, и казалось, что даже малейший ветерок может заставить её упасть. Однако она была рада: рада холодному снегу под ногами, который кусал ступни, рада кусающемуся морозу и хлопьям, которые укрывали её волосы с каждой секундой всё плотнее.

Когда ты почти мёртв, начинаешь иначе смотреть на жизнь.

— Спасибо, Лин, — негромко произнесла она.

— Где мой ученик, Пейжи? Не заставляй меня делать тебе больно, чтобы получить информацию, — холодно повторила та.

— Ты не изменилась. Повзрослела, пытаешься скрыть свой характер, но… — она покачала головой.

— Ты изменилась, хочешь сказать?

— Кто знает…

И она рассказала ей всё, что произошло. О девчушке Ки, о том, как та была без ума от Юнксу, и о неизвестном госте, который всё разрушил в одночасье. История не заняла много времени.

— Он ушёл за ней, за Ки, — закончила Пейжи. — Четыре месяца назад он просто ушёл.

— Идиот…

Они вошли в небольшое помещение, и Лин помогла сесть Пейжи на свою кровать, которую ей выделили для ночёвки.

— Куда он отправился, ты знаешь?

— За моей ученицей.

— Ты можешь изъясняться точнее? Куда именно?

— Ты беспокоишься о нём, — слегка прищурилась Пейжи.

— Он мой ученик, — тут же отрезала та. — Ты тоже беспокоишься о своей девчонке.

— Потому что она особенная. И потому её надо вернуть. Я верну её обратно.

— Ты не можешь даже стоять на ногах, — окинула её взглядом Лин.

— Ты хочешь вернуть своего ученика, я хочу вернуть свою ученицу. И если искать Ки, мы найдём и твоего мальчишку, что сейчас ходит по миру и ищет её.

— Предлагаешь объединиться? — хмыкнула Лин.

— Ради ученицы я смогу потерпеть тебя, Лин, не беспокойся, — ответила та.

Лин лишь хмыкнула про себя. А её мысли возвращались к нерадивому ученику, который умудрялся найти беду на свою голову даже там, где это сделать было очень сложно. И ей было интересно, как он там сейчас.

***

— Ачхи… Ай, мля…

Я так чихнул и едва не сорвался с меча. Бао в последний момент успел меня поймать за руку и не дать соскользнуть в тёмный туман. Вот какая позорная мразь меня сейчас вспомнила?! Я едва не упал!

Мы спускались уже минуть десять, осторожно левитируя на мечах вниз.

Это было… жуткое зрелище. Вот прямо очень жуткое, потому что едва мы спустились на десяток метров в туман, как солнечный свет стал отдавать фиолетовыми оттенками, окрашивая всё в какой-то паранормальный цвет.

И здесь, при этом прекрасном освещении, повсюду возвышались высокие, гладкие, как из бетона, башни. Словно титанический лес, каменные джунгли, которые заставляли чувствовать себя крошечной букашкой, которую вот-вот сожрёт что-нибудь из глубин тумана. Я не понимал, почему, но мне было страшно. Страшно от такого огромного пространства, где всё такое большое, а обзор заканчивается буквально через сотню метров, не давая разглядеть нормально, что вокруг творится.

Мы осторожно обруливали колонны, большинство из которых были размерами метров сто в длину. Но я не видел ни окон, ни дверей, ни даже трещин, что обычно сопровождали старение любого здания.

— В них есть вход?

— В некоторые, — негромко отозвался Бао, оглядываясь. — В часть можно войти, но там сплошные коридоры, залы и лестницы, будто никто там и не жил особо. И там как нечего делать можно заблудиться.

— И что здесь находили?

— Артефакты, самые разные, большинство из которых бесполезны для практиков. Но иногда попадаются и интересные вещи.

— Например?

— Трактат о великом пределе.

— Звучит круто.

— Да, звучит очень интересно. Он описывает возможность стать самим богом, объединив в себе все противоположности, став совершенным во всех отношениях. Но трактат никто, к сожалению, не видел с тех пор, как тот увидел свет.

— Продали?

— Украли.

Минут через двадцать такого неспешного спуска внизу наконец показалась земля.

— Теперь главное без лишнего шума, не хотелось бы привлекать внимание.

— Чего именно? — спросил я, оглядываясь.

— Того, что здесь может водиться, — отозвался он и, спрятав меч в сумку, махнул мне рукой. — Идём.

Здесь был фиолетовый полумрак, будто я попал в какой-то сон или видение, где всё было окрашено жуткими цветами. Или вовсе оказался под толщей воды.

Видела бы это Люнь… Но, к сожалению, поговорить я с ней сейчас не мог, а рисковать ею не хотелось — пусть сидит в домике, греется.

Земля под ногами продолжала идти под уклон. Здесь не было ни травы, ни каких-либо других растений. Только голая земля, камень и песок, которые хрустели под ногами. Иногда попадался и разный мусор, похожий… на мебель… я даже не знаю, как это назвать. Но что-то из этого однозначно было мебелью, которая под гнётом времени сказала миру своё последнее «прощай». Возможно, подобное и таскали местные, продавая любителям старины.

А мы продолжали спускаться ещё ниже.

Глава 99

Я поднял с земли какой-то прибор, похожий на миниатюрные часы-весы-перегонный аппарат, и покрутил его в руках. На ощупь он был как камень, но отлично ложился в руку, буквально просясь съездить кому-нибудь по черепу.

— Для чего это?

— Как только узнаю сам, обязательно расскажу.

В принципе, мы тут можем думать, что это за хрень, а древние просто по фану создали так странно выглядящий прибор, но лишь для того, чтобы кого-нибудь забивать им.

— Зачем они это собирают? Если неизвестно, зачем они нужны, то какой смысл? Кто купит эту хрень?

— Металл.

— Металл? Это металл? — немного охренел я. — Камень же.

— Это металл, его используют в создании усиленного оружия и выше вплоть до… духовного, кажется. Или артефактного, не помню точно. Эту руду обычно добывают в шахтах, но если её можно просто набрать здесь, то почему нет?

Ну да, как металлолом на переплавку. А если ещё и что-то ценное попадётся, то вообще двойной куш.

Я огляделся. Не сказать, что хлам валялся прямо на каждом шагу, но найти его было несложно. К тому же, мы уже достаточно спустились вниз, и я заметил, что здесь его побольше.

— Старатели сюда не спускаются?

— Спускаются, но чем глубже, тем опаснее.

— Не заметил опасности.

— Я не думаю, что тебе здесь что-то вообще грозит, с чем сталкиваются другие, — усмехнулся он и проглотил пилюлю. — Ты ведь невосприимчив к этому всему. Но этого нельзя сказать о других людях.

— Это и есть та сила, о который ты говорил, что кружится здесь? Барьеры какие-то?

— Можно и так сказать. Чем глубже, тем сильнее давит, и тем сложнее спуститься. В домах древних она ещё сильнее подавляет, не позволяя мелким уровням даже заглянуть туда. Поэтому сверху всё обобрали, но чем глубже, тем хуже вычищено.

— И они за всё это время не вычистили всё до голой земли?

— Как видишь.

Ну… отчасти это объясняет опасность. Если здесь действительно есть какие-то подавители, то я их буду не чувствовать, а вот те, кто послабее, особенно простые люди, их может нереально плющить. А кто силён и может это игнорировать, то ему не до сбора этого мусора.

А так спустились, набрали хлама для переплавки и поднялись обратно. Набрали и поднялись. Интересно, насколько много здесь вообще хлама, что даже на протяжении всего этого времени они ещё всё полностью не выгребли?

Проходя мимо одной из колонн-домиков, я провёл по стене рукой. На ощупь она был как мрамор, гладкая и холодная. Создавалось ощущение, что это просто монолитный камень. Ни стыков, ни кладки, ничего подобного, будто реально вытесан из монолитного куска. Но… каких тогда размеров должен быть сам камень, чтобы такой отстроить?

Иногда на глаза попадались и проходы, о которых говорил Бао. Тёмные, ровные, какие-то отталкивающие своей идеальностью. С одной стороны, что-то так и просилось подняться по лестнице или войти в коридор, а с другой — темнота, которая там была, отталкивала, будто говоря, что ты там лишний. Я, конечно, мог туда сунуться, но смысл? Хотя интересно, куда они ведут? Выше? Ниже? Или там склад со швабрами?

Но самое удивительное, что если абстрагироваться от жуткой атмосферы, то ничего здесь особенного и не было. Вообще ничего. Просто голая земля, которая шла под уклон, и множество странных столбов — всё. Ни кустов, ни настоящей тьмы, где что-то могло спрятаться.

Хрень по сравнению с замком, где я был.

Хотя один раз мы всё же встретили местного обитателя. Бао резко дёрнулся ко мне и прижал к стене, прильнув к ней сам, после чего осторожно выглянул. Я последовал его примеру.

Над нами бесшумно парило… что-то похожее на птеродактиля. Вот что-то очень похожее. Но меня заинтересовал не он, а то, что держал в своём клюве. Кажется, это… тело человека без руки и головы… И, кажется, сейчас тварь уже возвращалось с охоты. Бесшумно пропарив дальше, оно удивительным образом юркнуло в окно одной из башен, скрывшись во тьме.

— А ты спрашивал, чего здесь опасного, — хмыкнул Бао.

Ну да, такая бесшумная тварь подкрадётся сзади, и кранты. Теперь понятно, кого стоит опасаться старателям.

— И много здесь подобного чуда?

— Достаточно. На нас точно хватит.

А вообще мне прогулка пришлась совсем не по душе. Мы шли, будто муравьи, среди баобабов, окружённые этими огромными бетонными колонами. Почему-то каждый раз я ожидал, что появится кто-нибудь типа титана из одного мультика и попытается нас сожрать.

Если без шуток, то у меня, кажется, действительно мегалофобия развилась с этими вечно огромными местами. Я просто начинаю ловить себя на мысли, что оглядываюсь постоянно, выглядывая каких-нибудь огромных монстров.

Интересно ещё то, что чем ниже мы спускались, тем больше было открыто проходов. Вскоре уже буквально в каждом столбе встречались по пять, шесть и больше проходов внутрь, куда можно было заглянуть. Здесь действительно было, что поисследовать.

И около одной из таких колонн, не доходя до дна, мы и остановились.

— Здесь?

— Да.

— И мы не будем спускаться ниже? — поглядел я туда, где сгущался фиолетовый туман, больше похожий на тьму.

— А ты очень хочешь?

— Нет.

— Тогда идём. Скоро будет смеркаться, и совсем ничего видно не будет.

Он осторожно достал из бездонной сумки лампу, напоминающую масляную, однако фитиль ему зажигать не пришлось, она сама вспыхнула, разгоняя темноту. И мы вошли внутрь. Коридор вызывал странное ощущение нереальности, всё было таким ровным, таким… без стыков, будто не созданное людьми.

Впереди шёл Бао, подсвечивавший дорогу, следом за ним шаг в шаг двигался я, невольно оглядываясь во тьму, которая густела за моей спиной.

Сейчас я понял, что он имел ввиду про карту.

Внутри этих бетонных столбов был целый лабиринт. Коридоров и развилок было просто настолько немерено, что без карты ты хрен на что выйдешь. Несколько раз мы попадали в какие-то залы, некоторые из которых были многоэтажными, с балконами. Спускались по лестницам, петляли, выходили на всевозможные перекрёстки…

Всё это время я не отвлекал Бао, понимая, что он сосредоточен на карте, которую держал в голове. Так собьётся, и мы тут плутать будем до скончания времён.

Теперь понятно, почему здесь не все артефакты успели вынести. Если в каждом доме такие лабиринты и причём во всю высоту этих башен, плюс под постоянным давлением то ли барьеров, то ли неведомых сил, чтобы обследовать всё, потребуется просто дохрена времени. И очень легко что-то да упустить.

Мы шли около часа, наверное, то поднимаясь, то спускаясь вниз, пока наконец не дошли до винтовой лестницы вниз. О том, что здесь давно никого не было, говорила пыль на ступеньках, на которой оставались следы, как на снегу. За это время, что мы здесь были, Бао успел умять уже десяток пилюль.

— А мне пилюли будут? — негромко спросил я.

— Так ты же имеешь иммунитет.

— Да, но у меня есть маленький енот. Вдруг его тоже давит?

Он удивлённо посмотрел на меня, после чего беззвучно рассмеялся.

— А ему-то зачем?

— Вдруг ему будет плохо?

— Так он же животное, пусть и демоническое. На него пилюли не подействуют.

— Ты что, завёл нас в жопу и не подумал о моём еноте?! — ужаснулся я, после чего повернул голову к сумке за спиной. — Зу-Зу, ты как там?

Из сумки высунулся мокрый нос, который тыкнулся мне в щёку, после чего лизнул и спрятался обратно.

Отлично, всё норм.

Лестница вывела нас в огромный коридор, похожий на прямоугольные штольни, которые убегали в непроглядную тьму.

— Это и есть катакомбы? — спросил я у Бао, который весь взмок.

— Не совсем, — шёпотом ответил он, — но эта система ходов соединяет часть домов древних.

— Вот уж точно у людей было слишком много свободного времени и сил…

Он повёл нас вглубь штолен. Как выяснилось, ещё и в них было немало проходов. В один из них мы и вошли, выйдя к ещё одной лестнице, которая убегала вниз.

И по ней мы попали в пещеру. Сталактиты, сталагмиты, сталагнаты и пол, о который можно убиться — здесь всё было как положено. А ещё здесь росли флуоресцентные грибы, которые освещали пещеру мягким зелёным светом.

Я, если честно, испытал облегчение, когда наконец вышел из этих бетонных хором, которые создавали неприятное чувство, что ты как крыса в клетке. Вот реально, если бы не чел, я бы никогда в жизни, даже имей на то желание, не нашёл этого места. Так что не удивительно, что сюда никто не сунулся.

Правда, про никто сюда не сунулся я, конечно, погорячился, но понял это чуть позже.

— Здесь находятся врата? — негромко спросил я.

— Да, — кивнул Бао. — В этой пещере. Она повидала много чего, больше, чем, возможно даже, сама империя Ёхендхай.

— Чёт не выглядит она как пещера, которая повидала больше империи, — с сомнением ответил я.

Она была как овальная нора, которая уходила на сотню метров вперёд. Здесь даже была своеобразная тропинка, которая помогала пройти мимо сталагмитов. Я коснулся одного из них и тут же отдёрнул руку — одно сраное касание рассекло кожу на пальце.

— Осторожно. Это место пропитано силой, и всё здесь куда страшнее, чем на поверхности, — негромко сказал Бао.

Мы вышли в небольшую круглую пещеру, как зал, ещё больше густо усеянную грибами, которые избавляли от нужды держать лампу в руках. А по ту сторону напротив нас виднелись большая, вырезанная из камня арка.

Но мне в глаза бросилась не арка, а количество трупов, которое было перед ней и буквально в десятке метров за ней.

Пара десятков тел, как минимум. Высушенные, будто мумии, уже и не скажешь, какого пола, они лежали на полу пещеры, или облокотившись на стену. На лице практически у всех была то ли агония, то ли ужас, а может и то, и другое вместе. Они будто кричали от боли перед самой смертью, широко раскрыв рты.

— Это и есть… те врата? — негромко спросил я.

— Да.

Ну, вопрос «и мне туда?» можно опустить, так как ответ очевиден. Тут как бы другого выхода и не было.

Мы подошли поближе, после чего я присел и окинул взглядом тела. Да, высохшие, но уже явно старые, пролежавшие не один год здесь. Стоило коснуться одежды или тела пальцем, как она тут же рассыпалась. Но меня интересовали сумки.

— Мародёришь? — хмыкнул Бао, но я не слышал осуждения в его голосе.

— Скорее, занимаюсь поиском исторических ценностей, — хотя здесь от ценностей мало чего осталось. Возможно, здесь уже кто-то побывал до нас и обобрал трупы, а может они просто с собой ничего не взяли. Мечей, и тех не было. — Смотрю, желающих попытаться было много.

— Скорее они не сразу поняли, куда попали. А когда вошли и поняли, было уже поздно. Кто-то успел выскочить, но было поздно, а кто-то остался там.

А вещи могли собрать их товарищи. Как Бао говорил? На глубину спускаются группами? Возможно, как раз они и обирали мёртвых товарищей, чтобы добро не оставлять.

— Интересно, какого они были уровня, что спустились сюда?

— Не маленького. А тебе я бы посоветовал поторопиться, Юнксу. Незачем нам здесь находиться дольше положенного.

Бао выглядел… напряжённо. Ещё бодрый и полный сил, но лишь благодаря своим пилюлям, которые он принимает.

Я думаю, это место было не его уровня. Тогда какой уровень сюда мог попасть? Уровень Адепта Вечных? Мастер? Грандмастер? А если учитывать и тот факт, что допуск сюда имеют только высокого уровня люди, то и плюшки здесь должны быть соответствующими.

— Торопишься?

— Да. И тебе бы стоило, — его рука недвусмысленно легла на сумку. — Думаю, там ты найдёшь много чего интересного.

Выбора, естественно, мне особого не давали. Вряд ли он меня вот так возьмёт и убьёт, ведь я ему нужен, но у меня был Зу-Зу, и тот мог взять его в заложники, что не есть хорошо. Тогда я действительно окажусь в его руках. А сейчас у меня ещё было время для манёвра.

И всё же ради сохранности енота я осторожно поставил его на землю, после чего приблизился к арке.

— Где начинается проклятие? — негромко спросил я.

— Сразу за аркой.

— Говоришь, вскипит Ци? — я осторожно протянул руку перёд, напрягшись, когда она преодолела арку, и…

Ничего. Ничего не произошло, будто та часть не сильно отличалась от этой. А может и не будто, хотя трупы вокруг говорили о другом. Но я простоял так секунд пять, а эффекта не было.

— У тебя вряд ли вскипит. Поспеши, Юнксу, не стоит здесь задерживаться надолго.

— Да, понял уже… — я сделал вздох, шагнул вперёд и… просто прошёл через арку, будто ничего и не было. Огляделся, развёл руки, прислушиваясь к своим ощущениям, и пожал плечами. — Вроде жив.

— Вот и отлично. А теперь иди.

— Да погоди ты… — я присел. — Зу-Зу, засранец, тебе сюда можно?

Тот медленно подошёл к арке, после чего засунул в неё хвост. Постоял так, постоял, а после и сам прыгнул ко мне. Значит, на демоническое животное проклятие не действовало. Возможно, демонические животные были довольно похожи на людей с тёмным началом, в конце концов, не зря же у них тоже есть демоническое ядро, верно?

— Значит, мне просто надо идти прямо?

— Да. Я не знаю, что там дальше, но думаю, ты разберёшься. И держи, — протянул он мне запасную лампу, не подходя к барьеру. — Она может тебе понадобиться.

— Ага, понял-принял, — кивнул я, забрав её.

И всё же присел около тел, которые лежали по другую сторону барьера, прежде чем двинуться дальше.

И о чудо! У них было чем поживиться! Правда, большая часть пришла уже в негодность, но вот духовные кристаллы или энергетические, как я их называл, были вполне себе в норме. Странно, проклятие действует только на живых, получается?

А, плевать…

Я быстро обобрал трупы и даже взял себе неплохой артефактный меч, который может мне вполне ещё пригодиться. Поискал бы больше, но по ту сторону портала Бао уже нервничал, и я не хотел получить мечом в спину или в енота.

— Ну что, Зу-Зу, пошли? — негромко позвал я.

Трупы лежали буквально в метрах десяти. Видимо, сюда успевали дойти люди, когда проклятие или сигнализация от какой-нибудь Культиватор-Электроникс окончательно доделывала своё дело, добивая их. Казалось, что некоторые, даже рискуя жизнью, пытались дойти как можно дальше, прежде чем умирали.

Зачем?

Вряд ли они настолько хотели посмотреть, как далеко ведёт туннель. Было логично, что, почувствовав неладное, они сразу бросятся обратно. Возможно, сюда приходили люди, которые были вынуждены на своей шкуре проверить её действие. Вынуждены потому, что у них не было другого выбора.

Я сдержался, чтобы не обернуться.

Я не знал, сколько трупам лет, но я и не знал, сколько был заточен Бао и делал ли он попытки сюда пробраться до этого.

Последний труп я обнаружил у ступеней, которые уходили вниз. Те спускались метров на десять, после чего попадали уже не в пещеру, а в нормальный такой коридор, стены которого были отшлифованы, а пол выложен брусчаткой. Коридор уходил далеко вперёд и заканчивался на удивление светом, будто выходил на поверхность.

— Люнь, ты слышишь?

— Ага, — её голос звучал в моей голове.

— Знаешь, о чём я думаю?

— Обо мне? — тут же встрепенулась она внутри.

— Нет. Откуда знает Бао об этом месте? Тут такие дебри, хрен наткнёшься случайно, если только не знаешь точно, куда идёшь.

— И что ты хочешь сказать?

— Он говорил, что это всё создали древние…

— Думаешь, он древний?

— Нет, но… у меня мелькнула мысль, что конкретно это место может и не строение древних?

— Секты? — поняла она мой ход мысли. — Забытой секты, а он из неё?

— Да. Возможно, это было какое-то хранилище или закрытый комплекс, где они держали свои сокровища. Отсюда Бао знает как про расположение этого места, так и про ловушку, и про свиток, который ему так нужен. Да, возможно, он просто выведал это откуда-то, выиграл в карты или нашёл карту на рояле, но есть вероятность, что он изначально всё это знал, потому что сам отсюда. Ты могла бы узнать, что это за секта?

— Ну, вылезти я не могу, однако если опишешь, может смогу вспомнить.

Я шёл вперёд, внимательно оглядываясь, когда Зу-Зу вышагивал рядом, крутя мордочкой. Трупы на пути нам больше не попадались, а меня самого больше всего интересовал конец туннеля.

И через пару минут я стоял на небольшой площадке, с которой открывался удивительный вид на огромный храм в пещере. Здесь, что странно, не было темно, пусть я и не видел источника света. Просто… полумрак, что странно. Я даже мог обойтись без лампы.

— Я вижу огромный храм, пагоду, но вряд ли тебе это о чём-нибудь скажет, — сказал я, внимательно разглядывая перед собой башню. Я не мог чувствовать ничего в плане подавления или чего-то подобного на основе Ци, но от него так и веяло жутью.

— Огромная пагода? А… надпись есть может какая? Или знак?

— Нету надписи, но это должна быть какая-нибудь великая секта. У вас чё, много великих сект могут себе построить склад в форме пагоды под городом древних?

— Эм… это может быть секта Вечной Жизни или секта Погибели. Может секта Бессмертных или секта Южного предела… я не знаю, Юнксу. Я же не могу определить секту просто потому, что они построили пагоду под городом древних, если это вообще сделала секта. Много сект существовало, и ещё больше исчезли. Я не могу так сразу вспомнить. Но я могу вылезти и…

— Ладно, забей, не рискуй, сейчас это не принципиально, — сразу остановил я.

Мне-то было неизвестно, работает ли до сих пор здесь аура или нет, но ещё тут Люнь потерять не хватало. Просто понимание, с чем мы имеем дело, помогло бы и понять, что ждать на свою задницу.

Но выбора особого и не было. Позади этот Бао со своими летающими зубочистками, спереди неизвестность — как бы вариантов не то что мало, их особо-то и нет. Поэтому, вздохнув, я начал спускаться к храму.

Боже, пусть меня там ждут халявные силы с блэк-джеком и шлюхами.

Глава 100

Я понял суть культивации — побольше пафоса, поменьше смысла.

Вот кому пришла в голову идея строить под землёй сраную пагоду? Нет, она красивая, не спорю, но логичнее было построить такое на свежем воздухе, верно? А если вы уж прячете что-то, то спрячьте более… скромно, что ли.

Но нет, мы спрячем, но спрячем так, чтобы место само по себе было произведением искусства. И если ты слепой, то всё равно ослеп от её великолепия.

Я осторожно спустился вниз с площадки и подошёл ко входу в храм.

— Есть что-нибудь? — спросила Люнь.

— Пагода.

— Я это поняла, а ещё?

— Вход в пагоду.

— Да ну тебя… — буркнула она и смолкла.

Блин, ну а чего ты ожидаешь? Я же как только узнаю что, сразу тебе и скажу, блин, первой.

Входить, если честно, мне туда не очень-то и хотелось, но выхода особого, к сожалению, не было. Обратно без какого-то свитка мне дорога была заказана. Поэтому, подняв над головой лампу, я медленно стал подниматься ко входу, который был закрыт двустворчатыми воротами из какого-то… камня… или это снова тот металл?

Ворота легко подались, и я практически сразу попал в большую комнату с лестницей наверх, видимо, к вершине пагоды.

— А заветная принцесса изволит спать на вершине самой высокой башни… — пробормотал я, глядя на винтовую лестницу, которая уходила вверх.

— Откуда ты знаешь?

— В книжке прочитал, только сомневаюсь, что там нас ждут именно принцессы.

— Я могу быть твоей принцессой, — тут же встрепенулась Люнь.

— Не, спасибо.

— Это почему?! — возмутилась она.

— А тебя за жопу не ущипнёшь, — ответил я.

— Дурак!

Подняться не было проблемой с моей силой. Уже через несколько минут я был на самой верхушке в большом круглом зале, где в самом его центре одиноко стояла дверь. Обычная дверь вместе с дверной коробкой.

Нет, серьёзно, обычная дверная створка, которая вела… да никуда она не вела. По крайней мере я обошёл её по кругу, убедившись, что со всех сторон это одна и та же дверь. Ни надписей, ничего, кроме ручки из золота, которая поблескивала в свете моей лампы, приглашая открыть её.

Игры меня научили, что такие двери — это портал. А значит…

— Я нашёл дверь.

— Дверь?

— Да, обычную дверь.

— Ка…

Люнь уже высунула нос, как взвизгнула и спряталась обратно в меня, расплакавшись. В моей голове раздался истошный вой боли, от которого всё похолодело.

— Люнь, ты как?

— Но-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-ос… я обожгла его-о-о-о-о-о-о… — расплакалась она.

— Насколько сильно? – насторожился я.

— Немножко… носик…

Вот дурная… И после этого мне ещё кто-нибудь скажет, что это великая целительница?

— Тебе дать энергетический кристалл? Ну там немножко подпитать себя? — предложил я.

— Нет, всё в порядке… — прохныкала она.

Но теперь я точно знал, что для неё это место тоже опасно.

Итак, перед нами дверь, и так как я не конченный дебил (ну вроде бы), предположу, что это что-то типа прохода в другое место. Типа портала или чего-то подобного. Но на всякий случай…

— Люнь, куда может вести дверь?

— Это скорее всего дверь в измерение… — шмыгая носом, пробормотала она.

Блин, такой голос, что хочется её прямо прижать к себе, погладить по голове и спеть колыбельную. Ах ты моя глупенькая Ути Пути Тян.

— Измерение, это другой мир или…

— Нет, это как… как сумка Бао. Это как отдельная комната в мире, как подпространство. Это измерение, которое существует в этом мире.

Я понял, типа его домика. Снаружи маленький, а внутри большой. Я о таком в фантастических книжках ещё дома читал, да.

— И насколько там может быть опасно?

— Я не знаю. Но вряд ли они бы стали делать так, что любого входящего убивало, — пробормотала она, потирая нос. Я буквально видел этот образ в своей голове. — Скорее всего, оно ведёт в другое измерение, где всё и хранится.

— Окей…

Ну выхода нет, верно?

Я коснулся ручки, намереваясь открыть дверь…

И на весь зал прогремел древний голос, от которого подпрыгнул пол, едва не заставив меня выпустить из рук единственный источник света.

— НАСЛЕДИЕ СЕКТЫ ВЕЧНОГО ЕДИНСТВА ОТКРЫТО. ДА ВЗДРОГНЕТ МИР, КОГДА ИЗБРАННЫЙ ВЕЧНЫМИ ВОЙДЁТ. ОМОЕТСЯ ОН ТРУДНОСТЯМИ И ВЫЙДЕТ ЧИСТЫМ, ЧТОБЫ ВЕРНУТЬ МИРУ ЕДИНСТВО.

Голос гремел так, что у меня едва ушные перепонки не полопались. А енот и вовсе пересрал так, что одним прыжком оказался у меня на голове, словно шапка с хвостом. Я так и застыл на месте, продолжая держать ручку двери, даже не смея её повернуть.

Вокруг вспыхнули факела, мгновенно осветив зал, и на двери засияли золотом какие-то письмена и знаки, которые неведомым образом будто гипнотизировали.

Прошла секунда, другая, и наконец из меня непроизвольно вышел тихий писк.

— А можно не омывать меня трудностями?

Вопрос повис в воздухе, но теперь мне никто не ответил.

Мне потребовалась минутка, чтобы прийти в себя. Голос до сих пор грохотал в моих кишках, гуляя там эхом, а ноги были как из ваты.

— Люнь, знаком клан?

— Это секта Вечного Единства, — ответила она. — А это их или хранилище, или место, где только самый достойный сможет обрести наследие и силу секты.

— То есть, если я правильно понимаю, там или полоса с адскими препятствиями, или турнир с кровавым замесом между мной и другими участниками?

— Ну… да, наверное, так. Но что именно, мы можем выяснить, только войдя туда.

— Жопа. Мне жопа.

Какое нахрен омытие трудностями, я просил блэк-джек и шлюх!

Но с другой стороны, Бао же не стал бы меня посылать туда, откуда выхода нет, верно?

***

Бао прекрасно слышал тот громоподобный голос, как если бы он звучал в этой пещере.

— Ему конец, — пробормотал тот, прислушиваясь к метке.

***

Так что волноваться не о чем.

Наверное…

И я осторожно отворил дверь.

В глаза сразу ударил ослепительный солнечный свет. После лёгкого полумрака глаза не сразу успели привыкнуть к виду, но когда я наконец рассмотрел, что предстало передо мной…

— Вау…

— Что такое? — послушался голос Люнь.

— Жаль, что ты этого не видишь…

— Что там, что там?! — тут же засуетилась Люнь.

— Потрясающий вид, — выдохнул я.

Я вышел на летающую в небе платформу метров десять в диаметре, которая висела высоко над землёй. Внизу простирались поля, реки, озёра и огромная гора с заснеженной вершиной. Небо настолько голубое, что я даже никогда такого и не видел, и солнце в зените, от чего даже не было теней.

А вдалеке висела небольшая гора-остров с красивым зданием на вершине, будто срисованным с Запретного города. Видимо, там и хранились все сокровища, но туда требовалось ещё как-то добраться.

— Попробуй ещё раз высунуться, Люнь. Судя по всему, мы переместились куда-то в другое место, где не должно быть сигнализации.

— Да? Ты уверен?

— Нет, но ты же хочешь увидеть, где мы?

— Ну да, но…

Я почувствовал борьбу внутри себя, после чего показался её любопытный носик из меня. А потом она вся вылезла, окинув взглядом округу.

— Ух ты… Вот это место…

— Ага. Кстати, а где мы? Это явно не империя Ёхендхай.

— Я не думаю, что мы вообще покинули пещеру.

— Как это?

— Мы в закрытом измерении, которое копирует участок нашего мира, но до сих пор под землёй. Ты чувствуешь потоки Ци?

— Эм… не очень, — честно признался я.

— Это потому, что это, — она обвела рукой мир перед нами, — не настоящий мир. Это как большая комната, которую обставили определённым образом. Как сказал тот голос, омоет трудностями? Наверное, это что-то вроде испытаний, которые надо пройти, чтобы добраться до хранилища. Что только настоящий последователь секты преодолеет их.

«Значит, надежда на нормальные плюшки сохраняется», — кивнул я сам себе.

— Ну что ж… Зу-Зу, в сумку, чтобы не потерять тебя, Люнь, домой, — похлопал я себя по груди.

Распрятав своих товарищей по безопасным местам, я пошёл получать пи… проходить испытания.

Здесь же на платформе была тумба с какой-то пилюлей такого чёрного странного цвета. А учитывая тот факт, что другого выхода я отсюда не видел, предположу, что надо её съесть, прежде чем испытание начнётся. По крайней мере я внимательно всё изучил и даже привлёк к этому Люнь и Зу-Зу, но не нашёл другого выхода.

— Я так полагаю, с этой пилюли всё и начнётся, да? — спросил я её.

— Вряд ли они хотели сразу убить того, кто пришёл, — кивнула она.

— Ну тогда… — я осторожно взял пилюлю и вновь едва не обосрался.

— ПЕРВОЕ ИСПЫТАНИЕ! — неожиданно прогремел голос, едва пилюля оказалась на ладони, заставив меня подпрыгнуть. — ТОЛЬКО УЗРЕВШИЙ ИСТИНЫЙ ПУТЬ, ЧТО ОТКРОЕТСЯ В ЕГО ДУШЕ, НАЙДЁТ ДОРОГУ ДАЛЬШЕ…

— А обязательно так кричать? — пробормотал я.

И в это же мгновение я разглядел вдалеке платформу. То ли она появилась со взятой в руки пилюлей, то ли я её банально проглядел, но теперь было ясно, куда лежит мой путь.

Ну здесь понятно, в принципе: я должен заглянуть в свою душу и таким образом открыть дорогу. Как только я это сделаю, сразу появится и дорога, по которой можно будет пройти до следующий платформы, что виднеется вдалеке.

Вопрос лишь в том, что нужно сделать.

Высунулась голова Люнь.

— Ты что-нибудь видишь?

— Возможно, если съесть пилюлю, то что-то тебе должно будет открыться.

— Да? Думаешь? Мама меня учила не засовывать непонятные таблетки в рот.

— Ну не зря же она здесь лежала, верно?

— Ага, но… у меня просто плохое предчувствие. Сейчас съем, а потом кровью всю оставшуюся жизнь срать буду.

— Ты преувеличиваешь, — улыбнулась она.

— Очень на это надеюсь.

Но она права, иного выхода я банально не видел.

Поэтому вдохнув и помолившись богу «Авось», я закинул пилюлю в рот. И едва она растворилась, как глаза неожиданно начало нестерпимо щипать.

— Ай, млять…

Я отшатнулся от тумбы, прикрыв глаза рукой, но было поздно — те начали гореть огнём, как если бы мне стрельнули струёй из газового баллончика.

— Юнксу, что такое? — встревожилась Люнь.

— Глаза… чёрт… мне из-за пилюли глаза жжёт почему-то и… ай-я-яй… твою мать… и их жжёт сейчас… Сука…

Я сбросил рюкзак и начал лихорадочно искать бурдюк, чтобы промыть глаза. С каждой секундой становилось всё хуже и хуже, да так, что терпеть это становилось всё сложнее и сложнее.

— Жжётся, млять… да где этот бурдюк?! Глаза… твою мать, да чё за хрень… твою ма-а-аА-А-А-А-А-А-АТЬ!!! А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! СУКА-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Не успел я опомниться, как боль дошла до такой степени, что глаза и кожу вокруг них начало не просто жечь — их начало будто выедать кислотой.

Я схватился за лицо, словно это могло помочь как-то, забыв напрочь даже о воде. С каждой секундой становилось всё хуже и хуже.

— ТВОЮ МАТЬ!!! СУКА!!! А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Я потерял равновесие и упал на спину, придавив енота, который с визгом отскочил, но даже не заметил этого, потому что в этот момент…

МОИ ГЛАЗА НАЧАЛО ВЫЕДАЛО КАКОЙ-ТО КИСЛОТНОЙ ХРЕНЬЮ!!!

Я орал благим матом, будто это могло как-то облегчить боль. Катался по земле, совсем забыв, что могу так случайно свалиться с платформы, потому что всё сознание было занято только одним.

Боль.

Она заполнила все уголки моего мозга, сведя на нет любую мыслительную деятельность. Она не давала двигаться, заставляя выгибаться дугой. Надо было попробовать промыть их водой, но… от боли я даже не мог оторвать руки от лица, в силах только кричать и кататься.

Я слышал голос Люнь, но даже не понимал, что она говорит и чего хочет. Мои глаза буквально горели, и я хрен что мог с этим сделать. На лице всё было мокрым, и я не мог даже выдохнуть, продолжая кричать и извиваться. И лишь бесконечность спустя боль и жжение начали отступать.

Отступать до такой степени, что через минуту всё и вовсе сошло на нет, будто ничего и не было.

Я лежал на полу, тяжело дыша и продолжая держаться за лицо.

— Юнксу, ты как? — заботлива спросила моя призрачная подруга.

— Когда я найду умника, который всё это придумал, запихну эту пилюлю ему прямиком в жопу, чтоб у него так же очко полыхало. Обещаю.

Я отнял руки от лица… и понял, что нихрена не вижу.

— Люнь?

— Д-да? — слегка заикаясь, ответила она.

— У меня глаза открыты?

— Эм…

— Эм, это то есть да?

— Это то есть… их тебе очень сильно разъело, — негромко ответила она.

Тц… ну вот не говнюки ли они после этого? Уроды… придётся пилюли тратить свои…

Я полез в карман и запихнул в рот сразу тройку ярко-зелёных пилюль (именно такие я хранил в том кармане).

Но прошла минута, а прогресса никакого не было.

— Люнь?

— Да? — тихо пискнула она.

— Там прогресс есть-нет? И говори, я тебя всё равно не вижу.

— Нет.

— Чё, совсем?

— Совсем.

— Да ладно…

А вот здесь у меня холодок прошёлся, и кожа покрылась мурашками. Потому что одно дело получить ожог, а другое – лишиться зрения полностью. В этом мире подобное будет как смертный приговор.

Я коснулся лица, но в месте, где были глаза, нащупал лишь что-то очень мягкое и податливое, при этом даже боли не ощущая.

Так, спокойно, без паники, да, страшно, но без паники, всё в порядке, бывало и похуже. Да, хочется сейчас биться в ужасе, но будем реалистами — они бы не стали калечить своих последователей, так как слепым их дары не понадобятся. А значит, эта хрень временная лишь для того, чтобы пройти это место.

Что там он говорил, узреть путь в душе? То есть…

— Люнь, там путь не появился дальше?

— Он… — она будто задумалась, прежде чем ответить, — почти появился.

— В каком плане, почти?

— Он невидимый.

Ну класс… хотя стоп.

— Но ты же его видишь, да? Пусть он и невидимый, то ты всё равно его видишь, верно?

— Да.

— Каким образом ты его разглядела?

— Ну я же призрак.

— Это не объяснение. Или погодь, ты можешь видеть невидимые предметы?

— Нет, не могу, но я могу видеть Ци при определённой концентрации. Тут дело в том, что… у людей на уровне Мастера чувствительность настолько высока, что они, даже закрыв глаза или вовсе без них, могут видеть мир благодаря Ци. Может вот так и надо дойти до другого конца?

Ну понятно, как слепой Нео в матрице, чётко, ничего не скажешь. Да только я нихрена не вижу, так как мой уровень слишком маленький.

Значит, первым испытанием была проверка на уровень. Ведь видеть очертания из Ци могли люди только на уровне Мастера Вечных, и для них это было бы так же, как если бы они видели саму тропинку, так как иначе здесь не пройти.

У меня не было таких возможностей, но у меня была Люнь, которая могла видеть этот самый путь.

— Так, Люнь, тогда ты и поведёшь меня, потому что я нихрена не чувствую и не вижу.

Когда я кое-как собрал вслепую сумку и посадил туда Зу-Зу, Люнь положила мне руки на плечи и направила в нужную сторону.

— Туда.

— Что туда? Идти?

— Нет-нет, прыгать.

Вот хрень…

— Далеко?

— Метра два, наверное… — пробормотала она.

— Без наверное, как далеко, Люнь.

— Эм… три моих роста, вот.

— Окей…

Теперь забавный план засранцев был ясен и понятен.

Просто так ты эти платформы увидеть не мог, так как они невидимые, а может они и вовсе появлялись только после активации пилюли. После съедания пилюли прощупать дорогу ногой вслепую ты тоже не мог, так как они располагались далеко от площадки и друг друга, и нога не дотянется. Поэтому оставалось только прыгать слепым при условии, что ты видишь, куда прыгаешь.

Но у меня уже родился лайфхак — левитация. Хотя…

Не, навряд ли, я подозреваю, что здесь этот способ как-то контрился. Артефакты скорее всего здесь просто не работали, ведь мои пилюли оказались бесполезны сейчас. Про перепрыгнуть можно было забыть, так как та платформа была слишком далеко, да и не факт, что эта пилюля, кроме ослепления, не подавляла силы. Всё же это место не дураки строили, раз они смогли создать подобное.

В любом случае, я не мог проверить ни один из вариантов в деле, поэтому оставалось лишь довериться словам Люнь.

Значит, три её роста…

Признаться честно, было очково.

Что такое идти слепым? Ну, слепым смысла это объяснять не имеет, однако, когда ты нихрена не видишь… идти сложно. Кажется, что в любое мгновение дорога закончится или наткнёшься на стену. Ты просто не можешь психологически идти по дороге, боясь, что она кончится или ты свалишься куда-нибудь, и это на улице и даже когда тебя придерживают под руку.

А я висел в воздухе на платформе и ничего не видел, и единственным проводником была Люнь, которой я должен был доверить свою жизнь.

Ладно, не ссать…

И я доверился.

Прыгнул, и сердце глухо отбило удар, после чего замерло…

Казалось, что я уже пролетел мимо платформы и летел вниз, летел так быстро, что уже на полпути к земле, и…

Мои ноги коснулись твёрдого пола, от чего я даже вздрогнул.

Млять, не промахнулся…

— Ох, млять… — выдохнул я. — Ох божечки-кошечки…

— Молодец, прямо в точку! — раздался радостный голос Люнь. — Ты бы знал, как это странно выглядит, что ты в воздухе висишь.

— Да я представляю… — пробормотал я. — Блин… моё сердце… стар я для такого…

— Кто бы говорил… Давай, Юнксу, ещё прыжочек.

И таким нехитрым образом я продолжил преодолевать препятствие. Прыжок за прыжком, и каждый раз я ждал, что начнёт дуть ветер, все органы подпрыгнут к горлу, а мой полёт будет существенно дольше, чем обычно.

Пару раз я даже едва не сорвался. Один раз чуть не перелетел, а в другой едва не сорвался, банально не долетев. Ноги соскользнули с края, я больно ударился коленями и сорвался, ударившись уже локтями и повиснув на них. В этот момент у меня сердце едва не остановилось, и я пулей забрался обратно.

Таким образом я через целую вечность и добрался до другого конца.

— Готово! Мы справились, Юнксу, первое испытание преодолено! — я оказался в её призрачных объятиях. — Ты чувствуешь вкус победы?

— Я чувствую, что устал, — выдохнул я и упал на землю коленями, после чего меня затрясло.

Мне потребовалось минут десять или двадцать, прежде чем я наконец смог взять себя в руки и встать на негнущихся ногах. Нервное напряжение начало немного отпускать, и теперь я чувствовал себя гораздо лучше.

Площадка, на которую я приземлился, тоже была не самой простой. С описания Люнь, в центре стоял небольшой столик, в центре которого лежала зелёно-розовая пилюля, притягивающая взгляд. Только не мой — у меня глаз не было. Однако пилюля явно предполагала, что её надо съесть, что я и сделал.

И едва я это сделал, почувствовал, как глаза налились теплом. Буквально через пару минут их резануло вспышкой, и мне пришлось прищуриться, чтобы привыкнуть к яркому свету.

— Как же хорошо, блин, быть зрячим, — выдохнул я, помассировав глаза, после чего огляделся.

Да, скакал я очень далеко. Сейчас та платформа с дверью, откуда я пришёл, казалась очень далёкой, и без двери её разглядеть было невозможно. Зато гора с тем домом уже было поближе.

Что касается платформы, то, не считая всё того же столика, с которого я взял пилюлю, на ней ничего примечательного не было. Правда, на самом столике была такая квадратная кнопка, которая так и просилась быть нажатой.

А меня сто раз просить не надо.

Боже, пусть на этот раз будет без членовредительства…

— ВТОРОЕ ИСПЫТАНИЕ! — вновь прогремел голос, который доносился отовсюду. — ТОЛЬКО МУДРЕЙШИЙ НАЙДЁТ ВЫХОД ТАМ, ГДЕ ОН ЕСТЬ…

Ну мля, с этим у меня будут проблемы…

***

— НАСЛЕДИЕ СЕКТЫ ВЕЧНОГО ЕДИНСТВА ОТКРЫТО. ДА ВЗДРОГНЕТ МИР, КОГДА ИЗБРАННЫЙ ВЕЧНЫМИ ВОЙДЁТ. ОМОЕТСЯ ОН ТРУДНОСТЯМИ И ВЫЙДЕТ ЧИСТЫМ, ЧТОБЫ ВЕРНУТЬ МИРУ ЕДИНСТВО.

Эти громоподобные слова услышал не один Бао, что находился в пещере у арки. Эти слова пронеслись по империи Ёхендхай, заставив землю пойти мелкой дрожью, будто голос пробирал до самых земных глубин.

Птицы поднимались от этого голоса в небо, звери бросались бежать, как обезумевшие. Замолкали насекомые и шла рябью вода. Простые смертные вздрагивали, глядя в небо и не понимая, что происходит, и на их лицах был страх перед неизвестным.

И только последователи, и то не все, понимали, что произошло.

— Секта Вечного Единства…

— Кто-то добрался до её наследия…

— Неужели появился столь сильный последователь…

— Ну вот, рис опять подорожает…

— Легенды не врали…

— В мире скоро объявятся новые силы…

Эта новость сотрясла империю и даже прокатилась за её границы. Некоторые секты и кланы бросили своих людей на поиски места, откуда могла прийти новость, но это было равносильно поиску иголки в стоге сена.

В клане Розового Знамения тоже отреагировали на это событие. Один из величайших кланов империи, он не мог просто проигнорировать произошедшее.

На балконе одной из самых высоких башен одного из крупнейших домов, что можно было назвать дворцом, стоял мужчина, чей возраст на первый взгляд приближался к пятидесяти годам. Он смотрел на горизонт, погружённый в свои раздумья о том, что только что огласилось на всю империю минуты назад.

Даже в спокойном состоянии от него так и исходила мощная аура, если он её не контролировал. Мягкая, но полная сил, готовая будто взорваться в любое мгновение, пожелай он того. Казалось, что даже одним взглядом он мог крошить камень и заставлять землю покрываться трещинами.

Рядом с ним стояла на балконе девушка, изящная и удивительно прекрасная, на его фоне хрупкая и лёгкая. Её красота была подобна рассвету, кожа была нежна и свежа, как лепестки роз по утру, одним своим видом маня к себе, а глаза вскружили головы великому множеству мужчин. Она была будто создана из непорочности и красоты мира. Её длинные волосы подобно водопаду спадали вниз, на затылке скрепленные розовой брошью.

Пань Шан, гордость клана и дочь его главы. Было у неё уже и второе имя, Алая Лилия, лишь подчёркивающее её небесную красоту.

— Отец, — негромко и почтительно обратилась она к мужчине. Ей нравилась его аура. Ещё с детства она вызывала у неё чувство безопасности и умиротворения. — Это…

— Та самая секта, да, — негромко подтвердил он. — Кто-то всё же смог найти её хранилище и открыть его.

— У нас получится оказаться там? — в её глазах блеснул огонёк надежды. — Просто быть может нам бы удалось найти…

— Я знаю, я тоже об этом думал. Но если быть честным, то я сильно сомневаюсь, пусть и послал людей на разведку. Если судьба и боги буду благосклонны, то быть может, они что-то смогут разузнать и выяснить.

— Этот год богат на события.

— С этим я поспорить не могу, — согласился он.

Сначала на секту Великого Изумрудного Ока нападают, вырезая её членов одного за другим. Сейчас кто-то вскрыл старое хранилище богами проклятой и забытой секты. Ему хотелось думать, что эти события никак не связаны, ведь в противном случае они могут стать началом страшной бури.

Глава 101

— ТОЛЬКО МУДРЕЙШИЙ НАЙДЁТ ВЫХОД ТАМ, ГДЕ ОН ЕСТЬ...

— Только мудрейший найдёт выход там, где он есть… — пробормотал я, запоминая.

То есть…

Не успел я договорить, как сама задачка появилась прямо передо мной. На столе, где я до этого взял пилюлю и нажал кнопку, появилось восемь больших бокалов из золота, по которым шли серебряные линии, создающие замысловатые узоры. Выглядело действительно дорого. И в каждом была налита какая-то бесцветная жидкость.

Это мне предлагают показать мудрость и ужраться в щи? Или создать какой-нибудь раствор?

— А вот и загадка… — протянул я. — Только я упустил, что это за загадка? В смысле инструкцию, как в прошлый раз, что надо сделать, чтобы пройти дальше. Выбрать один из них или что?

— Эм… решить что-то? Ну может надо их как-то смешать там?

— Или выпить один из них в надежде, что это не яд, и он откроет путь, как было с пилюлей? — я обошёл столик, разглядывая бокалы. Уже потянулся за одним, но остановился — не дай бог касание активирует какой-нибудь механизм или ещё что. Пока лучше стоять и смотреть. И думать.

— Может и выпить, — согласилась Люнь и сунула нос в один из них.

— Можешь определить, что там?

— Нет, яды, они ведь могут быть и без вкуса, а я не могу умереть, — ответила она.

Я не чувствую от них колебаний Ци, а значит, если там яд — то он самый обычный.

И вот проблема — химия как раз-таки меня и может убить. Не яд, который нарушает или отравляет Ци, не раны, которые могут гноиться, или заражение, не какие-то пагубные воздействия аур, а именно самый обычный яд, самое обычное физическое воздействие химии на организм.

Проблема ещё в том, что задания не дано. То есть он сказал, и понимай, как хочешь. Первое задание было каким — только узревший истинный путь найдёт дорогу дальше, как-то так. То есть надо было увидеть путь, и в том было послание. А ещё там была пилюля, что как бы намекало на порядок действий.

Здесь же загадка на мудрость.

Только мудрейший найдёт выход там, где он есть.

То есть это и есть задание, по идее. Надо быть мудрым и найти выход. Может бокалы лишь отвлекающий манёвр, а мудрый будет искать в другом месте?

И мы начали обыскивать платформу. Подключили даже Зу-Зу, который вынюхивал всё. Люнь буквально пролетала платформу насквозь и облетала округу на поиск невидимых проходов и плит настолько далеко, насколько могла. Я же простукивал всё, пытался найти какой-нибудь стык или что-то в этом роде.

Потратили полчаса, но так ничего и не нашли.

— А вообще это по твоей специальности, Люнь, — заметил я.

— Почему? — склонила она голову.

— Ну ты же у нас мудрая, верно? Мудрая Уню Люнь Тю.

— Моя мудрость в том, что я могу признать, что мне многое неведомо, — подняла она палец вверх.

— Загнула так загнула, — хмыкнул я, после чего вздохнул. — Значит, дело всё же именно в бокалах.

— Видимо, да.

— Надо вернуться к изначальному. Восемь бокалов. В них жидкость. Ты должен быть мудрым, чтобы пройти это. Определить состав и найти нужный, чтобы выпить? Или смешать и выпить? Это первый вопрос — надо смешивать или выбирать. Второй — нужно ли пить? Или надо плеснуть куда-то?

Я специально проговорил, чтобы понять, что мы имеем. Инструкции нет именно к тому, что нужно с ними делать. Значит, мудрый должен сам до этого допереть. Допереть…

Блин, я никогда не любил задачки на логику, так как был слишком дебилом для такого. Так что это был удар по самой слабой моей части. И Люнь бесполезна, так как у неё явные проблемы с этим.

Восемь бокалов… в каждом жидкость. Мудрый найдёт выход там, где он есть…

Хрень какая-то.

Я бродил примерно час вокруг них, ломая голову, но решения не находилось. Уже пар из жопы и ушей шёл от напряжения. И ведь проблема в том, что уже не вернуться, так как дороги назад нет — мы проверили. То есть надо как минимум дойти до конца.

Не, сдаюсь, я тупой.

— Как они появились просто из ниоткуда? — вздохнул я, сев на пол.

— Так это же замкнутое измерение, комната, искусственный карман, который подчиняется закону и воле создателя, — ответила Люнь.

— И?

— Ну, здесь можно настраивать всё так, как ты захочешь, и здесь возможно то, что невозможно в реальном мире.

— Как компьютерная реальность с прописанными правилами… — пробормотал я.

— Ась?

— Ничего, ничего… Ты что-нибудь придумала?

— Не-а.

— И я не-а.

А вообще забавно, чувак такой создал свой мир и придумал загадку чисто как он её понимает. Типа угадай, о чём он думал.

— Мудрость… — протянул я. — Что понимают под мудростью?

— Ну это когда человек умный и может использовать жизненный опыт и знания для решения проблем.

— Значит, нужны опыт и знания. Опыт распивать стекломойку мы откидываем, так как вряд ли здесь об этом. Знания. Знания… о жидкостях? Нет, тут нихрена не понятно, что за жидкость в каком бокале. Значит…

Значит, я тупой и всё равно не понимаю.

Надо быть умным и много знать, чтобы пройти испытание. То есть здесь нужны именно знания, которые ты получаешь по жизни. С проверкой содержимого бокалов они не канают, так как задание, скорее всего, подразумевает тот факт, что решишь ты это чисто мозгами.

А если чисто мозгами, тогда может решать надо не бокалы, а…

— Люнь, что тебе приходит в голову, когда ты слышишь: только мудрейший найдёт выход там, где он есть?

— Поговорку, — ответила она после минутных раздумий.

— Какую? — тут же выпрямился я.

— Только мудрейший найдёт выход там, где он есть, набравшись мужества.

— И ты всё это время молчала? — покосился я на неё.

— Ну… эм… — она аж взгляд отвела. — Она просто редко используется, и я как-то не сразу подумала о ней…

Ладно, плевать, главное, что это был сдвиг в нужную сторону. Я аж встал и начал вновь бродить вокруг бокалов.

Задание прозвучало как часть поговорки. Совпадение? Не думаю. Это лишь показывает, что часть специально не сказали, чтобы было сложнее пройти, эдакая проверка эрудиции. А значит, решение или часть решения в мужестве.

Мужество… мужество сделать шаг?

Ага, в пропасть сделать шаг, нет, хрень полная.

Помимо мудрости, нужно и мужество. Это всё нужно вместе. И… всё равно не знаю, не понимаю. Я просто не знаю, что нужно здесь делать и чего добиться.

Хотя…

Я вновь покосился на бокалы.

Может условия загадки и есть эти бокалы? Ну само задание сразу давало умным один из ответов. Возможно, и бокалы дают такой же ответ, просто мы не видим? Каким образом? Положение? Нет, в ряд стоят. Форма? Может… но форма обычная. Жидкость отпадает сразу. Количество? Восемь и восемь.

Хотя стоп…

— Люнь?

— Да-да?

— Что значит восемь?

— Эм… в каком смысле?

— В каком понимаешь, в таком и отвечай, — махнул я рукой, поторапливая её.

— Ну… количество.

— Ещё.

— Символ.

— Символ чего? — тут же схватился я за соломинку.

— Ну… символ счастья, символ… бесконечности, процветания, богатства.

Богатство. Восемь бокалов, но и все они удивительным образом выглядят откровенно очень и очень богато, это я сразу заметил. Если отталкиваться от такой логики, то…

— А какой номер является символом мужества и мудрости? Какая цифра мужество и мудрость обозначает?

— Ну, мудрость никакая цифра не обозначает, а мужество — один.

— Один… Только мудрейший найдёт выход там, где он есть, набравшись мужества.

И получается следующее.

Именно мужество было вычеркнуто из задания, так что это часть решения. То есть набраться мужества что-то сделать. Мудрый сразу поймёт, о чём речь, про цифры и поговорку, и решит загадку. Ему останется набраться мужества… выпить? Больше ничего здесь не остаётся, да и бокалы не зря стоят. Набраться мужества и выпить.

Вопрос — откуда? Из какого бокала?

Стоят очень дорогие бокалы, и их удивительным образом восемь — число богатства. Слишком удачное совпадение. Это как указание, намёк на то, от чего надо отталкиваться. Именно мужество является решением, так как было скрыто, и его цифра — это один. Игра цифр и их значений.

Но получается… один бокал из золота? То есть должен быть один, и получается, включает в себя всё остальное? Или должен быть первый?

Если первый, то тогда может быть недопонимание — первый слева или справа? Или сверху или снизу. Ведь ты можешь стоять с любой стороны стола, и с каждой будешь считать каждый раз иначе — здесь нет отметки, где надо стоять.

То есть логично предположить, что речь идёт обо всех в одном…

Если это правда, то тот, кто это придумал — больной обмудок, поэтому что это не решение, а гадание на кофейной гуще в надежде, что твои выводы совпадут с выводами создателя загадки. Хотя это относится ко многим логическим загадкам.

И тем не менее…

Я подошёл к бокалам. Если смотреть на глаз, то вся жидкость из всех восьми бокалов как раз поместится в одном, что как бы намекает на разгадку.

— Ну что ж…

Я начал переливать всё в один бокал.

— Ты… ты решил всё выпить за раз?

— Ну, судя по решению, так и получается. Мудрейший найдёт выход, поняв, что надо всё смешать в один бокал, так как мужество обозначается цифрой один. И набравшись мужества, он всё это выпьет.

— А если ты ошибся?

— Ты видишь другое решение?

— Ну мы можем посидеть, подумать…

— И начать сомневаться или выдвинуть совсем сумасшедшую теорию. Если в этом мире можно всё действительно так настроить, как ты говоришь, то стоит мне выпить его, как откроется проход, и дело с концом.

— А если нет?

— Тогда мне жопа, — пожал я плечами.

Сказать честно, я не испытывал прямо вот такого страха, как, например, перед боем или прыганьем по платформам. Здесь скорее было просто волнение. И, наверное, потому что это не выглядело настолько опасно. Да, понимать, что ты можешь сдохнуть, пугает, но выглядит это не настолько страхово, как какой-то противник, да и многое сходится.

Вот, я слил всё в один бокал, и чудо! Всё идеально поместилось!

Совпадение? Ну все поняли, я думаю.

Осторожно взяв бокал в руки, я вздохнул.

— Юнксу, а если надо в определённый бокал налить?

— Но они все одинаковые.

— И всё же?

Вот поэтому я и не хотел долго раздумывать, когда многое по причудливой логике сошлось. Чем больше думаешь, тем больше изъянов в загадке, которые ты можешь решить по-своему. И тем больше разброс ошибок. А так самое очевидное в подобных и самое правильное.

— Тогда будем вместе летать, как два призрака, — выдавил я улыбку. — Твоё здоровье, Люнь.

И с этими словами я залпом всё и выпил. Разом опорожнил бокал и…

Признаться честно, по вкусу это была солоноватая вода, типа минералки, но без газов. Точно не кислота, так как уже бы прожгла мне пасть. Может быть ядом, но узнаю я это, только когда выпью. Хотя хватит и пары глотков.

Люнь и Зу-Зу с широко открытыми глазами смотрели на то, как я пью, хотя пушистый, скорее всего, просто сам хотел всё выпить, так как любил жрать. Кстати, Люнь тоже любила жрать. Вот точно две души голодные.

— Готово, — выдохнул я, вытерев рот и поставив бокал на место. Я даже капли не пролил, чтобы не запороть задание. Или это правильно называть кубком? А, плевать…

И едва тот коснулся стола, как…

— А вот и наша дорога.

От платформы до летающего острова протянулся длинный мост.

Люнь взглянула на него, после чего так лучезарно улыбнулась, что её беленькие зубки сверкнули в свете солнца.

— Мы победили! — пискнула она и на мгновение приняла физическую форму. — Мы молодцы!

Я знаю, что ей требуется на это силы и концентрация, но всё равно приятно, что она напряглась, чтобы вот так прыгнуть на шею и обнять, а не обойтись призрачными едва ощутимыми касаниями, как обычно она это делает.

— Ага.

— Я мудрая!

— Так я же всё отгадал.

— Ну а кто помог! — улыбнулась она, после чего вновь стала призрачной, воспарив над полом. — Если бы я не знала поговорки и значения чисел, кто бы тебе подсказал, а? Вот она, мудрость! Знания всего и вся!

— А я думал, ещё и умение это применять в жизни.

— Ладно, ладно, как скажешь… — отмахнулась она. — Давай, посмотрим, что будет дальше.

— А для тебя это увеселительная прогулка, смотрю, — я помог Зу-Зу забраться обратно в рюкзак и двинулся за Люнь через мост над удивительно красивым миром. — Ничё, что мы можем сдохнуть?

— Ну пока же не умерли, верно?

— Ага, каждый раз по краю. То слепой, то пью отраву.

— И каждый раз…

— Прохожу по краю, — перебил я её.

Чёт она какая-то слишком весёлая, будто не понимает, что это игры на жизнь. На мою, кстати говоря, жизнь и жизнь Зу-Зу с Ки. Ошибка в догадках, и жопа. Я, конечно, удивлён, что смог допереть до такого бреда, но в школе меня к тугодумам никогда не приписывали, называя сообразительным. И мама называла меня сообразительным, вот! Это главный аргумент.

Но в следующий раз я могу и не догадаться.

Идти через мост пришлось долго, так как расстояние между платформой и летающей горой было немаленьким. И едва я ступил на землю, как мост позади нас просто испарился. Вот он был, а вот превратился в золотую пыль и улетел, словно подхваченный ветром, как если бы его здесь и не было.

Отсюда к Запретному городу, как я называл это здание, шла лестница, по бокам которой стояли фонарики. Скорее всего будет ещё одно задание, и будет оно или перед воротами, или уже там, во дворе того большого красного дворца.

Если учитывать, что у нас была проверка уровня, потом была проверка ума и смекалки, последним должна была быть проверка силы, как ключевой позиции в этом мире. Наверное, какое-то сражение с врагами или что-то типа этого.

Короче, я ожидал замес, уже заранее вытащив меч.

И едва я дошёл до запертых ворот, как те начали медленно бесшумно открываться, гостеприимно пропуская меня на площадь. Достаточно большую площадь, надо заметить, где можно было развернуться. Так что если начнётся драка, будет где развернуться.

Едва я оказался внутри, как ворота поспешили закрыться за моей спиной, намекая, что выход отсюда только один — двери в дворец напротив.

— ТРЕТЬЕ ИСПЫТАНИЕ! — здесь голос хозяев места казался чуть громче, чем у входа. — СИЛЬНЕЙШИЕ ПОЛАГАЮТСЯ ЛИШЬ НА СВОИ СИЛЫ, ПРОКЛАДЫВАЯ СВОЙ ПУТЬ СРЕДИ ДРУГИХ…

— Как я и думал… — пробормотал я.

— Что такое? — встрепенулась Люнь.

— Сейчас будет замес.

Босс-файт.

И напротив меня из тени здания вышел человек в чёрном плаще и в капюшоне, который косплеил назгула.

Самое хреновое было в том, что я не мог определить его уровень от слова совсем, будто его и не было. Но если это босс, причём один, то должно быть настоящий монстр. А в этом случае меня размажут, и я даже моргнуть не успею.

Окей… не ссать, я смогу.

Противник в плаще молча обнажил меч, спокойным шагом двигаясь ко мне.

Окей, небольшая проверка его сил. Я взмахнул клинком, посылая в него удар, но…

Нихрена не произошло.

Оп-па…

Плохое предчувствие появилось у меня в груди, и я взмахнул ещё раз, уже послав технику, но это выглядело так, будто я тупо махал мечом. А гад тем временем приближался.

— Люнь?

— У тебя… пропала Ци, Юнксу, — заметила она, только… я не видел Люнь. Её голос звучал в моей голове, и то тихо.

— Люнь, ты где?!

— Я здесь, но… здесь что-то подавляет твою культивацию и Ци в целом.

— Как это вообще возможно? — я наблюдал за тем, как противник неспеша двигался в мою сторону.

— Это измерение, созданное ими, они устанавливают здесь правила, — ответила она негромко.

— То есть…

— Ты не сильнее человека, у которого нет даже уровня.

Иначе говоря, я стал тем, кем был до попадания сюда.

Сильнейшие полагаются лишь на свои силы…

Так вот в чём фишка…

Понятное дело, что все, кто сюда дойдёт, имеют уровень как минимум Мастера Вечных, а может и выше. Смысл проверять их силу, если ясно, что все они будут плюс-минус на одном уровне?

А потом сложность. Ставить слишком сильного? Могут не пройти достойные Мастера Вечных. Ставить слишком слабого? Тогда для тех, кто выше Мастера Вечных, это и не будет испытанием — пройдут и не заметят.

К тому же, никто не отменял того факта, что перекаченный чел ещё не значит сильный. Я сам видел, как качкам рожи били дрыщи, просто потому что драться умеют. То есть опять же, может пройти настоящий слабак, но просто уровнем выше Мастера Вечных.

Поэтому здесь проверяли исключительно твоё умение сражаться именно своими силам. Твою технику, твои навыки, опыт и умения. Сильный не тот, кто быстрее всех размахивает мечом, а тот, кто этим мечом убивает.

А значит, шансы какие-никакие у меня всё же были. Я тренировался с мечом после того, как коснулся тени, пока шёл по полю, и не сказать, что прямо успехов никаких не было, так что с одним-то справиться должен, верно?

— Люнь, вернись в моё тело, не хватало, чтобы я тебя ещё потерял, — приказал я и почувствовал, как внутри всё пробрало холодом.

Многие, с кем я сражался и кто не был высокого уровня, уже показали то, что плохо фехтуют. Да, они сильные и упор делали на медитацию, но не на навыки сражения. При большой силе их способности были очень слабыми, что уже не раз играло мне на руку.

Тогда…

Я двинулся спокойным шагом навстречу противнику, и когда мы сошлись на расстоянии удара, я попытался нанести первый удар, и едва не лишился головы.

Оказалось, что вернуться к обычной человеческой скорости довольно тяжело. Предполагая, что отклониться не составит проблем, я пошёл на сближение, и реакции заметить удар мне хватило — не хватило скорости. Кончик меча вспорол мне щёку так, что кровь хлынула в рот, видимо, прорезав её насквозь.

— Твою же… — отскочил я, сплюнув кровь. А тот даже не пытался меня догнать, продолжая спокойно идти. — Так…

Я сделал пару взмахов, чтобы привыкнуть к новой сверхмедленной скорости, пару раз отклонился (надо было сделать это сразу, но увы, не подумал), после чего вновь пошёл в атаку.

На этот раз ход первым сделал он. Косплеер назгула попытался нанести рубящий сверху, но я поставил блок, лезвием соскользнул по его клинку к самой гарде, сократив между нами дистанцию, после чего свободной рукой схватил руку с мечом. Подсечка, и он падает на землю, а я тычком в грудь добиваю его.

И всё! Как нехрен-нахрен!

— И кто здесь молодец?! — поднял я руки вверх, приветствуя, словно в Колизее, невидимых зрителей.

Хотя это было ну слишком легко, как по мне. Он даже и не старался ведь. Какое-то… испытание слишком уж простое для этих засранцев. Ну и ладно, дело сделано, не мне жаловаться.

Я бросил взгляд на труп, но тело как испарилось. Вместо него остался лишь плащ на земле, как если бы тело превратилось в пыль. Только… понимание, что не всё так просто, пришло через несколько секунд.

Неожиданно плащ зашевелился и начал медленно подниматься… разделяясь уже на два плаща. И я понять ничего не успел, как передо мной уже стояли двое засранцев в плащах.

Вот хрень…

Я сорвался с места, оббегая противников. Я не собирался давать им зажать меня к стене, хотя они и не пытались особо. Они не пытались меня и догнать, будто понимая, то я сам к ним приду, но двигались заметно быстрее, чем первый.

— Зу-Зу, на выход, будешь помогать!

Тот выскочил из сумки и пушистым комком меха побежал в другую часть площади, отвлекая на себя внимание одного из стражей.

Ну уже лучше. Двое против одного? Я думаю, что смогу вполне потянуть их.

А я вновь атакую, но на этот раз прекрасно осознавая свои силы.

Противник делает мне тычок в грудь, но я всем корпусом резко отклоняюсь, выкинув вперёд руку с мечом, и попадаю уроду прямо в горло. Назгул схватился за шею и упал на колени, после чего его плащ просто осел на землю, будто там никого и не было.

Я же побежал на выручку к еноту, который бегал от второго, и схлестнулся уже с ним. Наши кликни скрестились, и я со всей силы пнул того в живот, заставив согнуться. Быстрый тычок, и ещё минус один.

Не сложно, пусть они и были побыстрее собрата. Однако теперь я внимательно следил за плащами, понимая, что…

Ох чёрт…

Плащи начали подниматься, и через несколько секунд передо мной стояло уже четверо противников. И, в отличие от первых, эти двигались куда резвее. Они и фехтовали заметно быстрее, чем прошлые двое, будто с каждой их смертью уровень повышался.

Я едва уклонился от одного, как парировал другого, пинок, и отпрыгиваю, взмахом срезая одного из назгулов.

Мы вновь сходимся, и мне даже удаётся фехтовать сразу против двоих, пока Зу-Зу вцепился зубами в заднюю часть шеи третьему. Я замечал каждый их выпад, но вот поспеть за ними оказалось задачкой не из лёгких — мышцы напряглись, и мне даже удавалось их двоих чуть-чуть потеснить.

Парирование, парирование, парирование, взмах, и минус один. Удар, удар, парирование, я делаю пируэт, и меч срубает ублюдку голову. Последний всё пытался достать енота со своей спины, и ему хватило быстрого тычка, чтобы успокоиться.

Но едва я успеваю что-либо сделать, как передо мной вырастает уже восемь противников, и у меня возникает стойкое ощущение, что я борюсь против сраной гидры.

— Зу-Зу, назад!

И я побежал, разрывая между нами дистанцию и внимательно наблюдая за тварями, что почковались после смерти. Теперь фишка была понятна — меня возьмут не умением, а количеством.

А это жопа.

Надо было что-то решать, и единственным выходом я видел сжечь эти плащи. Только вот… сначала мне надо было укокошить восьмерых, мать его, ублюдков.

В этот момент они весёлой гурьбой бросились за мной.

Глава 102

Ох, мама… ох, маман… как же мне херово…

У меня, казалось, даже нет сил подняться. Я просто облокотился на стену вокруг площади, на которой дрался, и медленно сполз по ней, пытаясь отдышаться и оставляя за собой кровавый след. Не настолько пафосный, как оставляют за собой настоящие культиваторы, но для меня вполне сойдёт. Ноги болели, руки болели, раны болели, так ещё и кровоточили. Бой закончился, а я себя чувствовал таким же мёртвым, какими были все мои противники.

И да, я идиот и поэтому облажался, за что и поплатился — плащи надо было сжигать сразу после убийства каждого, а не когда всех убьёшь. Поэтому, когда я закончил и бросился поджигать… передо мной стояло уже шестнадцать человек.

В тот момент я неслабо так пересрал, так как своей тупостью усложнил себе задачу ровно в два раза.

Почему я выжил?

Интеллект противников был как у компьютерных ботов — они видели противника, они шли за противником. Да, они обладали навыками фехтования, и не сказать, что плохими, но в остальном были как компьютерные боты. Никаких попыток окружить или действовать вместе, набрасываться кучей или рассредоточиться по полю — они просто стягивались ко мне, а когда встречали препятствие в виде товарищей, начинали обходить.

Поэтому я воспользовался тактикой, что применил против сектантов, единственной возможной в этой ситуации. Бегал так, чтобы они вытянулись в линию и мешались друг другу, после чего сближался и атаковал, делал пару ударов первому в колонне и убегал. Успевал достать — отлично. Не успевал — ну и хрен с ним, убегаю.

И в одну из таких атак меня нехило так успели озвездюлить. А потом ещё раз и ещё. Нет, я хорошо дрался, однако одно дело один на один, против двоих или максимум троих, но против большего количества — это уже разряд фантастики. Тебя затыкают как нефиг делать.

Это в фильмах люди сражаются против армии один на один, и плевать, а в жизни на тебя навалятся, и всё. Будь у меня силы культиватора, то окей, там и количество не всегда проблема, а здесь…

Я не знаю, на какого мастера меча это, млять, рассчитано, но как бы ты хорошо ни махал клинком, у тебя ну физически не получится справиться с шестнадцатью ублюдками сразу. Только хитростью, хотя может на это и был расчёт.

В непростом деле мне помогал и Зу-Зу, который отвлекал их на себя, нападал со спины, зубами цеплялся за ноги и в шею, после чего давал дёру. Иногда этого хватало, чтобы нанести удар. Иногда звиздец проходил слишком близко, и мне приходилось перебинтовывать руку прямо на бегу, чтобы остановить кровь, благо что левая, ведь я правша. Или пытаться зажать рану на животе. Или просто едва ли не прыгать на одной ноге, пока Зу-Зу цеплялся зубами за противников, вис на их руках, бросался на лицо и визжал, пытаясь прикрыть меня.

— Ты молодец… — погладил я его по шерсти. Кажется, пушистому тоже досталось, но вроде не критично. — Ты хорошо справился, а вот меня чёт немного подрезали…

Тот встал на задние лапки, облокотившись передними на меня, и лизнул в нос, типа чувак, всё окей, всё норм.

— Да знаю, знаю… мне только отдохнуть надо…

Как же херово мне, а ведь и пилюли не помогали.

— Юнксу, иди дальше, — тихий приглушённый голос раздался в моей голове.

— Погоди…

— Нет, у тебя кровотечение, поэтому слабость, тебе надо выйти из зоны.

— Но… боль…

Живот, который скручивался от боли каждый раз, когда я двигался, неожиданно наполнился холодом.

— Давай, иди, Юнксу!

Вообще, это легко сказать, встань и иди. Я всегда, когда фильмы смотрел, думал, почему раненый не борется за свою жизнь, почему он сидит, хотя вот, допустим, выход совсем рядом? Но когда ты валяешься и истекаешь кровью, всё становится неожиданно на свои места. Ты неожиданно понимаешь, что усталость настолько большая, что ты не можешь даже банально веки удержать открытыми.

Почему-то я сразу вспомнил момент с Ки, когда меня очень сильно искусал волк. Ведь тогда было точно так же: мир утекал прямо из сознания, и я медленно засыпал, под конец даже ничего не чувствуя…

А, чёрт, ну вот, теперь я расстроен и мотивирован двигаться, хотя мог поваляться…

Поэтому, скрипя сердцем и зубами, я медленно встал, и практически сразу от головы отлила кровь. Из-за этого я покачнулся и едва не упал лицом в землю, успев отклониться назад и упереться на стену. Пара секунд, и всё вернулось в более-менее норму, если таковой можно было назвать моё состояние.

— Знаешь, загадка с ядом мне понравилась однозначно больше… — вздохнул я и поплёлся к воротам в замок.

Не знаю, было ли это так задумано, или же надо было отбиваться до тех пор, пока они не закончатся, но гидра была уничтожена, и испытание мне зачли.

Дойдя до входа, я поудобнее перехватил меч, который выскальзывал из окровавленных рук.

— Люнь, можешь вылететь и глянуть, что там внутри?

— Но тогда тебя скрутит болью, — напомнила она.

А, ну да, она как лёд действует. Холодно и больно, но не настолько, как без неё. Поэтому пока было целесообразнее оставить её внутри, чтобы иметь возможность двигаться нормально, а не раком. Жаль, что она не может так за сосуды хвататься, чтобы кровь останавливать.

Я осторожно толкнул дверь, заглядывая внутрь.

Передо мной открылся огромный зал из красного дерева (я не эксперт, но дерево просто красного цвета). Его своды поддерживалась колоннами, вокруг которых обвивались золотые драконы-змеи, пол был выложен отполированным до зеркального блеска кровавым камнем, между стыками которого проходили золотые линии.

Я бросил взгляд влево и вправо — пусто. Ни стражи, ни каких-либо статуй, которые могут неожиданно ожить и устроить Иналу Анал, всё чисто. Только от входа дальше, по ступеням куда-то вверх вёл красный ковёр, который буквально предлагал пройтись за ним.

Едва я вошёл в храм, как двери за моей спиной с хлопком закрылись, заставив вздрогнуть.

— Вот же… суки… — выдохнул я. Тут даже Зу-Зу распушил хвост от испуга, фунькнув довольно специфичным запахом.

Зато в это же мгновение из меня вылетела Люнь.

— Готово!

Но едва она это сделал, как меня скрутило в три погибели — я тут же калачиком и упал на пол.

— Млять, Люнь, вернись обратно, я сейчас кончу от боли, мать твою за ногу.

Я, конечно, пустил Ци, чтобы попытаться хоть как-то притупить боль, но в таком состоянии что пускал, что не пускал, разницы не чувствовал. Люнь справлялась с болью гораздо лучше.

— Не надо мою маму за ногу, — испуганно ответила она и тут же вернулась обратно. — И вообще, плохо упоминать чужих мам.

— Будто она у тебя была… — буркнул я, вставая.

— Конечно, у каждого есть мама, ведь мы откуда-то появляемся. Вот ты, например, у тебя тоже есть мама.

— Только не сейчас вспоминай, когда я рискую встретиться с ней, пожалуйста, — простонал я, вставая. — Лучше о своей расскажи.

Люнь задумчиво посмотрела на меня. Будто решая, стоит рассказывать или нет, после чего всё же ответила.

— Ну… моя мама была женщиной.

Гениально, а я думал, ты из жопы мужика вылезла!

Я медленно встал и ещё раз огляделся для профилактики, после чего медленно побрёл по лестнице вверх, продолжая гонять Ци по организму, чтобы хоть как-то облегчить свою участь. Исцеление от такого мизерное, но всё же оно есть, а это лучше, чем ничего, когда не работают пилюли.

— А поподробнее? Кем была, с кем сосалась?

— Ой, тьфу на тебя! Моя мама была приличной! Она была знахаркой, травки собирала, людям отвары делала. Она вообще была очень доброй женщиной, которую все любили.

— И вы жили в деревне?

— Ага, в обычной деревне на берегу реки.

Ну это типичная история легенды. Все они обычно такие незаметные обычные людишки, которые родились в непримечательной деревне от непримечательных родителей с непримечательными перспективами. Они настолько обычны, что так и просятся стать исключением из правил. Живут в жопе мира, ведут себя как все, а потом хоп! Что-то происходит, и они ступают на путь настоящих героев.

Ну, короче, типичная сказка о том, как никто стал всем — кто об этом не мечтает?

А я тем временем поднялся по лестнице. Зал уходил дальше к ещё одной лестнице, которая поднималась наверх, а там ещё выше и выше. Мне напомнило такой… королевский коридор, который ведёт в тронный зал. Вдоль него обычно стража ещё стоит. Думаю, здесь было что-то подобное — это не зал, а огромный коридор, который ведёт к наследию.

— Ты же говорила, что не помнишь, где твой дом, — напомнил я.

— Ну что-то я вспомнила, а что-то до сих пор не помню, — кивнула Люнь. ­— Я помню, что это была деревушка у реки, но не помню, где моя деревня располагалась или какие города были рядом.

— Значит, ты обычная деревенская девушка?

— Получается, — улыбнулась она, я это увидел в своей голове. — Никакого особого рода у меня не было, я не была из клана, избранной и вовсе не думала, что стану однажды такой. Я была обычным ребёнком из небольшой деревни, коих тысячи, и должна была жениться на местном пареньке, но…

— Не пошло.

— Да, верно, не пошло, — хихикнула она. — Для меня ведь последователи Вечных были раньше как… как сказка, понимаешь?

— Да их и сейчас некоторые считают чем-то нереальных, — просипел я.

— Это да. Так что живя в деревне, ты ничего не знаешь о мире вокруг, и он заканчивается ближайшей рекой, полем и лесом. Может ещё и городом. Ты живёшь работой, веришь в духов и хранителей леса, но не видишь никаких чудес, будто их и нет.

— А ты рассказывала, что ты одна из пяти великих, помнишь? Там… кто там? Мастер меча, мастер печати, мастер исцеления…

— Мастер единоборств и мастер заклинатель демонов, — подсказала она.

— Они тоже из твоей деревни?

— Нет, у каждого из нас своя история, — покачала она головой.

— И что вас объединило? — я остановился у одной из колонн, облокотившись, чтобы передохнуть. За мной тянулся след из капель крови, не сильный, но как бы ничего хорошего. Если кровь не остановится, будет совсем туго, но Ци вроде как должно будет решить эту проблему полностью. — Решили захватить мир?

— Стать сильнее. Вернее, раньше мы просто хотели посмотреть на мир, каждый был по-своему заперт и хотел узреть, каков он. Мы просто познакомились и стали вместе путешествовать. Ну и каждый выбрал свой путь в развитии.

— А как так получилось, что тебя заточили? Как же твои друзья? Чего не спасли?

— Я… мы разделились, кажется, и… — она забуксовала, будто не могла вспомнить. — Мы разделились, и меня поймали.

— Понятно… — протянул я, поняв чуть больше, чем она сказала. — Не хочешь увидеться с ними?

— Да столько ж времени прошло, — отмахнулась она. — Они уже умерли, наверное.

— А если нет? Кстати, а какого ты была уровня?

— Я была на уровне Повелителя Духов, стадии Прислушивающийся к реальности, уже брала восьмую ступень, когда всё произошло. Мы все были на этом уровне, он считался практически финальным, что был доступен людям.

— Практически?

— Я лично знала человека на уровне Повелителя Мира.

— Это какой уровень?

— Уже одиннадцатый уровень. Остальное было слухами, не более.

— И он не был бессмертным?

— Не-а, но он мог жить очень и очень долго. Он мог даже менять реальность вокруг себя по желанию. Ну, то есть он не мог изменить всем память или создать из деревни город. Но ему была доступна возможность создать вот такие измерения, он мог создать бездонную сумку по принципу карманного измерения, как у Бао. Хотя это доступно раньше Повелителя Мира, но он мог создавать огромные масштабные измерения, как это, или бездонные сумки, в которые могут вместиться даже моря.

Так вот чё так редко встречаются сумки, как у Бао. Уровень создателей должен быть очень высоким, чтобы создать хотя бы маленький вариант такого.

А тем временем я подошёл к огромным двустворчатым дверям, которые были сделаны в форме дракона с раскрытой пастью. Когда я приблизился к нему, двери медленно и торжественно раскрылись в куда более скромный по размерам зал.

И первое, что бросилось в глаза — пузыри у входа.

Большие, как мыльные пузыри, которые висели то тут, то там. Ещё более жутко было то, что в этих пузырях были люди. Они плавали внутри, как погружённые в анабиоз, и это мне напомнило почему-то насекомых в янтаре. А ещё то, что соваться сюда опасно. Правда…

По всему залу стояли всевозможные столики, тумбочки и шкафы. Не сказать, что там было что-то интересное, но не просто же так это всё прятали, верно?

А в конце зала на троне сидел труп, одетый в дорогие одеяния. Отсюда, по крайней мере, он казался мне именно трупом. Ещё одна ловушка? Хотя обычно здесь предупреждают о них. Скорее всего какое-то испытание, однако рисковать всё равно не хотелось.

— Люнь, твой выход, — кивнул я на дверь.

— А ты?

— Потерплю.

Правда, я немного охерел от боли, когда она вылетела. Охерел, но на ногах устоял, наблюдая за тем, как она летает по залу. Люнь даже в один из шаров залетела, но спокойно вылетела. Видимо, те были препятствием исключительно для людей.

— Ну как? — прохрипел я.

— Я не вижу никаких ловушек, Юнксу, но… эти люди… Видимо, это все те, кто прошёл испытание.

— Или не прошёл. Можешь что-нибудь сказать о них?

— Ну это явно не члены секты Вечного Единства, у тех форма была в золотых и серебряных звёздах. Это, видимо, все, кто попытался пройти до нас.

— Сколько их?

— Я вижу одиннадцать человек.

— Живы?

— А… вот этого я сказать не могу, Юнксу. Я пытаюсь понять, но они будто мертвы, но при этом нет.

Анабиоз по версии культиваторов, скорее всего. Куда интереснее, как это активируется.

— Там есть какие-то колебания Ци или что-то в этом духе?

— Ну… немного есть, да.

Значит, высок шанс, что я избегу этой участи.

Или нет…

— Люнь, возвращайся, — позвал я её, и когда она нырнула обратно, подавив своим холодом немного боль, я начал готовиться.

Снял пояс с ханьфу, снял с сумки ремень, достал небольшую верёвку, после чего всё это привязал к Зу-Зу.

— Проверь. Если что, я тебя обратно сразу и вытащу, — сказал я пушистому, и тот, кивнув, засеменил в зал.

Войдя, он огляделся, после чего подошёл к одному из пузырей и принюхался. Подошёл к другому и тоже принюхался. Так он обошёл несколько, после чего прошёлся по залу докуда достал на поводке. И никакой ловушки не сработало.

Лишь после него я осторожно вошёл внутрь, оглядываясь.

— ЧЕТВРЁТОЕ ИСПЫТАНИЕ! — прогремел голос, заставив меня вздрогнуть. Я как-то не ожидал его услышать прямо сейчас. Значит, на Зу-Зу он не среагировал? — СИЛА ВНУТРИ КАЖДОГО ИЗ НАС ЛЕЖИТ КАК НА ЛАДОНИ…

А это, я так понимаю, означает поиск сокровищ…

— Люнь, ты слышала?

— Сила внутри каждого из нас лежит как на ладони, — повторила она.

— Ага, это, получается, инструкция отыскать источник силы, ещё одна загадка.

Я окинул взглядом помещение.

Впереди было дохрена артефактов, от которых исходила сила, что просто валялись на столах как какие-то безделушки. Шкафы были забиты книгами, тумбочки завалены барахлом — всё было выставлено напоказ, будто вещами хвастались, и предположу, что не просто так.

А ещё здесь было несколько горочек энергетических кристаллов, которые в моих глазах выглядели как горочки золота, ведь в мире последователей они ими и являлись. Они стояли у стен и в углах, притягивая взгляды своим мягким светом, так и просясь в карман, но меня останавливала мысль, что это всё — огромная ловушка, как в пещере Алладина.

Горы золота и драгоценностей, когда самым дорогим была лампа.

Ну или сила, если конкретно этот случай брать. А Абу у нас, значит…

— Зу-Зу, нельзя! Зу-Зу! А ну не трожь! Быстро слез! Ещё не дай бог что активируешь! — а то тот уже забрался на стол, готовый пошерудить там своими шаловливыми лапками интересные вещички. — Мы ищем сначала свиток, а там уже как пойдёт.

Тот грустно посмотрел на меня, после чего в буквальном смысле вздохнул, типа ну ладно, и спрыгнул на пол.

Я медленно прошёл мимо пузырей, что висели у входа по обе стороны, будто виновники на всеобщем обозрении. В пузырях застряли как мужчины, так и женщины разных лет. Трое уже были стариками, шестеро средних лет и двое выглядели довольно молодо. Все в разных халатах, видимо, показывая принадлежность к секте, и у двух был даже изумрудный.

Оп-па, старые гости. Ну вас я спасать не собираюсь, сорян, если чё.

Все прошедшие испытания с пустыми руками сюда не приходили. Была там бабулька с удивительным колье, которое висело на шее и как бы парило перед ней, как в невесомости. Выглядело оно довольно дорого, и я даже чувствовал от него силу, но прикоснуться к пузырю не решался. Да и не влекло оно меня особо. Люнь тоже сказать, что это, не могла, хотя вроде как артефакт.

Нашёл ещё пузырь с молодым парнем, у которого висел на поясе меч. Как минимум, он был не хуже меча Снежной Королевы, и мне пришлось бороться с соблазном, чтобы не попробовать его забрать. Великий Хочуха требовал получить его, но…

Нет, если я и буду рисковать, то только ради нужного, а то хрен знает, что случится, попробуй я вытащить из пузыря меч.

Первым делом я подошёл, естественно, к трупу на троне. Как я и полагал, он высох до состояния мумии. Его лицо было спокойным, не искажённым болью или ужасом, что говорило о естественной смерти. По крайней мере не видно, чтобы он страдал перед ней. Он сидел вальяжно на своём троне, как хозяин положения.

Но что меня привлекло сразу, так это небольшой медальон на ладони одной из рук на подлокотнике. Труп будто бы предлагал взять его, забрать с собой, как награду. Но это могло быть как отвлекающим манёвром, чтобы загнать в ловушку, так и охренительной ценностью, которая даст суперсилу достойным.

Правда…

Я взглянул на шары, которые висели у входа.

Ловушка? Или нет? С одной стороны, выглядит как приманка. С другой это может быть как хитрый план — оно выглядит специально как ловушка, чтобы ты засомневался и не взял, когда в действительности это и есть ключ ко всему. Ладно, пока не рискуем…

— Вроде… вроде он мёртв, — наконец произнёс я, не рискнув коснуться медальона на его руке. — Ладно, не будем его беспокоить, пройдёмся и посмотрим, что здесь есть. Нам надо найти сначала свиток, а там уже будет видно, что делать дальше. Зу-Зу, ты слышал? Свиток!

И мы начали планомерно обыскивать зал. Ничего не трогали, только смотрели. Так взглядом я наткнулся на одну из книг на столе.

— История взаимодействия тесных связей. Это что?

— Это довольно древний трактат, — будто немного смущаясь, ответила Люнь.

— О чём?

— Ну… как девушка и парень должны вести себя в постели, чтобы доставить друг другу удовольствие… — смущённо объяснила она.

Лол, понятненько, местная версия Камасутры. А им, смотрю, передёргивать их величественный статус сильнейших последователей не мешает. Так и представляю, как сидит такой культиватор этот, весь такой пафосный и передёргивает в одиночестве на книгу, как школьник, пытаясь не перестараться и не сделать себя евнухом.

И в это мгновение я представил Люнь, которая сидит и тихонечко себе там натирает. У меня даже привстало от такой картины, хотя я тут страдал от потери крови.

Другие книги особо внимания моего не привлекли, хотя были тут и по алхимии, и по рукопашному бою. Бьюсь об заклад, там написано совсем не для начинающих. Но книги, это для лохов — наша цель всё же вещи.

— Он сказал, что этот его свиток сразу видно будет, но чёт… я тупой или слепой. Зу-Зу, прогресс есть?

Тот покачал мордочкой, лазя по полкам шкафов. Пушистый до сих пор был на привязи, чтобы я имел возможность вытащить его в случае необходимости.

— Так-с… ладно, Люнь, твой выход, я не могу найти свиток. Попробуй ты поискать, может здесь есть какой-то сейф или потайная комната.

— Ладно…

Она вылетела из меня, оставив ахать и охать, быстро оглядывая помещение. Я же тем временем тоже пытался что-нибудь найти, глуша боль всё той же Ци, но как-то не очень и успешно — Люнь делала это лучше. Кажется, мне кишки намотали на меч. Ладно, выберусь и тут же нажрусь пилюль, а инфекция мне не страшна.

Люнь, к сожалению, свитка не нашла, однако обнаружила другую интересную вещь.

— Ты видишь ту женщину? — указала она пальцем на один из пузырей.

— Эм… та, что в розоватом ханьфу и с веером на поясе?

— Да, видишь сумку?

Мне не надо было объяснять, что это за сумка. Мои глаза, наверное, засветились, и я даже забыл о боли. Хочу! Хочу-хочу-хочу!

— Это та самая бездомная сумка, да?

— Ага.

— Думаешь, мы сможем её вытащить, не активировав ловушку?

Вот такая мне бы пригодилась, конечно.

Мой взгляд сам по себе перекочевал на горочки энергетических кристаллов, которые бы отлично в ней смотрелись. Вот прямо идеально. Да чего греха таить, здесь бы всё отлично смотрелось в этой сумке.

Правда, учитывая тот факт, что тётка висит с сумкой в пузыре, а всё вроде как лежит на месте и не видно последствий разграбления, трогать что-либо здесь было опасно. Наверное, какая-то скрытая система безопасности от таких, как мы. И, возможно, она отключается, когда ты находишь спрятанную этими сектантами фигню.

Так, что они там говорил? Сила в каждом из нас как на ладони?

Ну ладонь здесь только одна — я посмотрел на мумию.

Сила в каждом из нас как на ладони. То есть как на ладони сила в каждом из нас. Как на ладони лежит, сила в каждом…

После прошлой логической загадки мой мозг как-то сам начал ухватывать суть.

— Люнь, не знаю, чего там свиток, но ключ или силу, которую прячут, я, кажется, нашёл.

— Нашёл? Где? — подлетела она.

— Кажется, в нём, — кивнул я на труп.

— В нём?

— Да, в нём, внутри мумии. Иди, загляни.

Её аж перекривило.

— Фу! Я не буду! — запротестовала Люнь, замотав головой и отлетев. Меня аж зло взяло.

— Люнь, я тут от боли помираю, думаешь, мне легко или чё? Иди заглядывай, блин, не крути мозги!

Она заворчала, но сделала то, что я попросил — заглянула внутрь мумии.

— Там внутри что-то есть… — кисло сказала она. — И меня сейчас вырвет…

— Тебя не может вырвать — ты призрак. Внутри, это во рту или в жопе?

— Почему сразу в жопе? — поморщилась Люнь.

— Да кто вас, культиваторов-онанистов, знает? Вы же от природы одарённые, глядишь, драгоценный предмет и в жопе собственной спрячете, лишь бы не делиться.

— Ой-ой-ой, кто бы говорил, — фыркнула она. — Во рту, какой-то амулет или что-то в этом духе.

Отлично…

Я просто был уверен, что это та самая сила, которую они тут охраняют. А на вопрос, как достать амулет, ответ был довольно прост. Не желая касаться трупа на всякий случай, я вытащил артефактный меч и протянул его вперёд, намереваясь просунуть трупу в рот и таким образом раскрыть ему челюсти.

Только вот стоило лезвию приблизиться ко губам трупа, как высохшая рука просто поднялась и поймала клинок. Поймала клинок так, что мне даже не удалось вырвать его из рук.

У меня в этот момент всё ёкнуло.

Я молча глядел на тело, которое неожиданно ожило. Голова мумии медленно со скрипом повернулась, и на меня уставились две пустых дыры вместо глаз. Казалось, что они меня сейчас затянут, как чёрные дыры, где в темноте меня будет ждать та самая тварь из дворца Снежной Королевы.

Я почувствовал, как у меня сердце дёрнулось и остановилось от такой картины.

Однако, где останавливается сердце, делают работу руки.

Пока мои мыслительные процессы были в состоянии ступора, вторая рука неожиданно выхватила меч Снежной Королевы и срубила одним ударом руку покойника, которая повисла на клинке, после чего шаг вперёд, и мечи, словно ножницы, срезали мумии голову. Та отлетела и укатилась в сторону, со звоном выронив амулет (предположительно, я не видел) на пол.

Я минуту, наверное, стоял, не смея пошевелиться, прежде чем мысли начали вновь вертеться в голове.

— Матерь божья… — пробормотал я. — Это он был жив или…

— Наверное… нет, — негромко сказала Люнь. — Наверное, так же его…

— Запрограммировали, — сказал я вместо неё. — Охренеть, конечно. Я такими темпами седой выйду из этой пещеры Алладина. Ладно… — я сделал глубокий вздох, беря себя в руки. — Дело осталось за малым, теперь надо…

И в этот момент зал огласил громоподобный голос ведущего, заставив меня вновь вздрогнуть. Только вот новость, которую он огласил…

— НАСЛЕДИЕ СЕКТЫ ВЕЧНОГО ЕДИНСТВА ОБРЕЛО СВОЕГО ХОЗЯИНА. СИЛЬНЕЙШИЙ И ДОСТОЙНЕШИЙ ИЗ ВСЕХ… ЕНОТ ЗУ-ЗУ, ХРАНИТЕЛЬ НАСЛЕДИЯ СЕКТЫ ВЕЧНОГО ЕДИНСТВА, ИБО ТАКОВ ЕГО ПУТЬ.

Сука, даже голос забуксовал в какой-то момент.

Но больше голоса забуксовал я, так как, услышав сказанное… не мог поверить своим ушам. Это… что сейчас, мать вашу, было?

Я медленно повернул голову к Зу-Зу, который держал в лапках амулет.

Тот ещё стоит, смотрит на меня испуганно, как пойманный на грязном деле, держа амулет в передних лапках, после чего такой положил его обратно на пол и задней лапкой в сторону отодвинул, сделав пару шагов назад, типа он здесь ни при чём.

— Пушистый… — пробормотал я, — я всегда думал, что ты пушистый енот, а ты оказался самой настоящей пушистой крысой…

Глава 103

— НАСЛЕДИЕ СЕКТЫ ВЕЧНОГО ЕДИНСТВА ОБРЕЛО СВОЕГО ХОЗЯИНА. СИЛЬНЕЙШИЙ И ДОСТОЙНЕШИЙ ИЗ ВСЕХ… ЕНОТ ЗУ-ЗУ, ХРАНИТЕЛЬ НАСЛЕДИЯ СЕКТЫ ВЕЧНОГО ЕДИНСТВА, ИБО ТАКОВ ЕГО ПУТЬ.

Голос сотряс пещеру, в которой ожидал их возвращения Бао.

Едва он услышал громогласный голос, с недоверием покосился на арку, пытаясь понять, что это вообще услышал. Нет, ему было не очень интересно наследие секты Вечного Единства, и тем не менее…

— Что у вас там происходит?..

Енот… истинный наследник секты? Это вообще как?

Но не только он задался вопросом над происходящим.

Громогласный голос, как и в прошлый раз, разнёсся равнинами империи Ёхендхай, будто спеша разнести новость, что секта ещё жива, и мир в будущем ещё будут ждать великие изменения, которые коснуться всех: от смертных до великих последователей. Что ещё придёт последователь секты и даст о себе знать.

Да только вот сам последователь…

— Это… что он имел ввиду?

— Это какой уровень енота должен быть? Зверь Вечности?

— Это шутка? Они хотят всех сбить с толку?

— Какой-то енот стал наследником величайшей секты?

— Насколько должен быть сильным и мудрым он, что стал хозяином наследия?

— Я же говорил, что еноты захватят мир и будут на повелевать…

Секты и кланы империи Ёхендхай наперебой обсуждали произошедшее.

Первые новости взбудоражили их. Пусть никто вслух не говорил, но все надеялись в глубине души добраться до величайшего наследия или, если вопрос встанет ребром, попробовать его отобрать. Но сейчас…

Енот?

Как это было возможно? А если это не шутка, что за небесное существо должно было прийти, чтобы пройти величайшие испытания, которые проваливали другие?

Никто не знал, что за испытания ждут тех, кто найдёт наследие секты Вечного Единства, но слухи ходили самые фантастические. И теперь они будут становиться всё причудливее и причудливее.

Некоторые даже поговаривали, что мог спуститься сам Бессмертный дух, который мог поспорить даже с уровнем Грандмастера Вечных. Все, естественно, посмеивались над слухом, но украдкой всё равно да подумывали, насколько это может быть правдой. И как можно подготовиться к миру, который может прийти вслед с новой силой.

Потому что слухи слухами, а выживает тот, кто готов к большинству исходов.

***

Я не ждал, что пушистый что-то скажет мне в своё оправдание, и он, собственно, ничего не сказал. Но закончились ли на этом мои моральные страдания?

Да хреном по лбу.

Я смотрел на пушистого, даже не зная, что чувствовать, как вдруг вокруг поднялся небольшой золотой торнадо, центром которого был сам Зу-Зу. Ветер трепал его шерсть, кружил, и я почувствовал прямо конкретный поток энергии, который теперь был сконцентрирован на нём.

— Это же… — выдохнула Люнь, завороженно глядя на Зу-Зу в центре торнадо.

— Это?.. — я уже предвкушал чувство обиды, что просрал всё на ровном месте.

— Что-то…

— Отличное объяснение, Люнь. Я вижу, что это что-то, но что конкретно?

— Я не знаю, но какие-то силы. Видимо, истинное наследие — это не всё это, — махнула Люнь рукой, — а сила, которая была заключена в амулете.

— И что это за сила?

— Я… не знаю. Но думаю, это скоро выяснится.

— Какого хера, млять, происходит… — выдохнул я и огляделся.

Я не буду спрашивать, почему он, а не я, так как боюсь, меня сейчас вообще на говно тогда разведёт. Нет-нет, я не обижен, что этот пушистый кусок говна схватил то, что должно было достаться мне, и меня совсем не тревожит, что эти силы помогли помочь стать мне гораздо сильнее и позволить кошмарить других. Ну и Ки спасти, конечно.

Сука, как так-то…

А тем временем торнадо из золотой Ци вокруг Зу-Зу пошёл на убыль, пока через минуту окончательно не потух.

— Ну чё, скажешь чё-нибудь или так и остался хитрожопым животным? — буркнул я.

Тот посмотрел на меня, посмотрел на амулет, после чего взял его в передние лапки и на задних такой топ-топ-топ, как акробат ко мне, после чего протянул, типа держи.

Я долго смотрел на этого… говнюка, мягко скажем, после чего взял амулет и злобно окинул кусок уже бесполезного металл взглядом.

— Скажи мне, Зу-Зу, после того, как ты его активировал… НА КОЙ ЧЁРТ ОН МНЕ?! — рявкнул я и швырнул его в кучу кристаллов. — ПОШЁЛ ИСКАТЬ ЭТОТ СРАНЫЙ СВИТОК!!!

Пушистый испуганно сжался в небольшой клубок, после чего устремился к столам от греха подальше. Вернее, от меня. Я хотел придать ему ускорения пинком и едва сдержался, чтобы не сделать этого.

— Млять…

— Юнксу, он же не…

— Завались, Люнь, — рявкнул я. — Не тебе кишки наматывали.

— Но ведь…

— Просто. Закрой. Рот. Ищи этот сраный свиток, — прорычал я.

Люнь понурила голову и полетела искать сокровище. А я…

Блин, мне просто хочется кого-нибудь спросить, КАКОГО ХЕРА?! Вот просто КАКОГО МАТЬ ЕГО ХЕРА так произошло? Я чё, вообще не заслужил ничего, кроме порции звиздюлей? Меня аж пробирало всего, как разрядами, от одной мысли, что мне нихрена не досталось.

Сука, как же мне… обидно… Нет, хрен там, если бы мы сюда зашли между делом, и он его активировал. Я бы… блин, тоже было бы обидно, но немного. А здесь мне выжгли глаза, здесь мне пришлось играться с ядами, меня озвиздюлили мечами, мне больно, мне хреново, и под конец… вот это вот всё.

Аж выть хочется…

И ладно бы Зу-Зу просто стал наследником всего этого добра, окей, тогда какая разница, мы в команде, и я смог бы пользоваться ими тоже. Ну стал избранным и ладно, всё равно всё пополам. Но здесь… ты же обратно силу забрать не сможешь, верно?

Ладно, плевать, сам прокачаюсь, пусть подавятся своим амулетом.

Пришлось проглотить обидку. Потом полегчает, я знаю, отпустит, и будет восприниматься, как… досадная оплошность, но сейчас меня прямо бомбило, разрывало изнутри от желания сорваться и прокричаться на енота. Только вряд ли это что-либо изменит, это же енот, они вечно всё трогают и тащат.

Поэтому я молча разглядывал добро в поисках нужного свитка. Мы искали его около получаса, и за это время я не притрагивался к вещам, боясь, что могу ненароком активировать ловушку, так как пока ещё известно не было, отключилась она или нет. Безопасность превыше всего.

Правда, что делать со свитком, когда его найдём? Его-то взять придётся в любом случае, верно? Разве что схватить и бежать?

Но об этом волноваться не пришлось, так как в тот момент, когда я думал, что делать в этой ситуации, меня подёргали за штанину.

За спиной стоял Зу-Зу, держа в передних лапках небольшой позолоченный тубус размером примерно от кисти до локтя и с такими шариками по краям. У меня не возникло ни единого сомнения, что это именно то, зачем мы здесь. Пушистый виновато поблёскивал глазами, протягивая его мне.

— Чё, ходить на задних лапах научился? — буркнул я и забрал тубус, после чего подумал немного и взъерошил ему волосы на холке.

Придётся проглотить обиду, чтобы не разжигать срач внутри группы. Хотя желание отвесить пендаля было огромным. Ладно, плевать…

Я покрутил тубус в руке, и, как обычно, на нём были изображены драконы и прочая муть из мифов и легенд. Другое дело, что на одном из его концов виднелось место как для ключа, которое мне напоминало…

— Вот чёрт… — вздохнул я.

— Что такое, нашли? — подлетела Люнь. — Это оно?

— Да вроде как да, только я выбросил ключ от этого тубуса в кучу кристаллов, — вздохнул я.

— То есть тот амулет ещё…

— И есть ключ от свитка.

— Так это не проблема! — улыбнулась ободряюще Люнь. — Мы его быстро найдём и всё! К тому же, смотри на жизнь положительнее, Юнксу. Ну да, ну упустил ты силу, досталась она Зу-Зу, но ты же сам хотел сделать его сильным. Верно? Вдруг он вырастет и будет тебя катать?

Люнь была чересчур радостной, сразу видно, пытается успокоить и приободрить меня.

— Поверь, мне это было нужнее.

— Ну… — она огляделась. — Зато теперь все сокровища в твоём распоряжении. С ними ты-то точно станешь сильнее. Глянь, сколько здесь всего!

Ну… да, в принципе. Это хотя бы какой-то утешительный приз. Те же кристаллы — уверен, что на них можно накупить множество пилюль для подъёма по ступеням и преодоления барьеров. К тому же, учитывая тот факт, что Зу-Зу взял тубус, и ничего не произошло…

— Ладно… — вздохнул я и окинул взглядом комнату. В принципе, здесь было чем поживиться, например…

Я взял в руки небольшие весы, от которых шла очень мягкая аура Ци. Явно не простые и…

— ТЫ, — неожиданно прогремел голос. Да как же ты, сука, достал уже… — ПОСМЕВШИЙ КОСНУТЬСЯ НАСЛЕДИЯ ИЗБРАННОГО, БУДЕШЬ НАКАЗАН, И НЕ ВИДАТЬ ТЕБЕ СОЛНЕЧНОГО СВЕТА…

Не успел я даже пикнуть, как оказался в воздухе. Весь мир в одночасье стал неразборчивым и неотчётливым, как будто я смотрел на него через грязное плохо отлитое стекло или как если бы…

Я был в пузыре.

— Юнксу! Юнксу! — тут же влетела ко мне Люнь. — Это ловушка!

— Да я уже понял… — вздохнул я.

Ну теперь понятно, как они оказались в пузыре. Пытались найти нужный предмет и, тронув не то, оказывались в вечной тюрьме. Видимо, это распространяется на всех, кого не признали наследником секты Вечного Единства, а трогать предметы мог лишь Зу-Зу. Ну, это не проблема, учитывая, что мы в одной команде.

А что касается ловушки, я не чувствовал ни сонливости, ни какого-нибудь странного желания закрыть глаза и отрубиться. А значит, с моим чёрным началом мне участь остальных неудачников не грозила.

Выкусите, засранцы!

Я выхватил меч и одним взмахом просто разрезал стенку пузыря, от чего тот лопнул, позволив мне оказаться на полу.

Ох, мать… как же больно…

Стоило мне приземлиться, как раны прострелили болью.

— Тоже мне, проблема… — хмыкнул я, вставая, как в этот момент…

— ПРЕЗРЕННЫЕ!!! — на этот раз голос грохотал так, что трясся даже пол. — НАСЛЕДИЕ ПРИНАДЛЕЖИТ СЕКТЕ ВЕЧНОГО ЕДИНСТВА. ЕСЛИ ОНО НЕ ДОСТАНЕТСЯ ИЗБРАННОМУ, ТО НЕ ДОСТАНЕТСЯ ОНО НИКОМУ…

Э-э-э… чё?

И стоило словам прогреметь на весь зал, как в это же мгновение всё помещение вздрогнуло, да так, что я едва устоял на ногах.

Всё тряслось, по стенам побежали трещины, расползаясь в разные стороны, как паутина. Вещи со столов и шкафов начали падать на пол, на голову посыпался песок и отделка.

Всё выглядело так, будто началось землетрясение, и весь мир будто начал разваливаться на части. А учитывая, где мы сейчас находимся…

— Юнксу, пространство! Оно разрушается! — взвизгнула Люнь.

Ну, собственно, я отгадал.

Вот оно, значит, как всё работало. А я ещё подумал, что было бы, если кто-нибудь смог бы выбраться наружу из пузыря? Он ведь смог бы дальше грабить и не париться. Но и этот вариант оказался предусмотрен — чтобы не дать завладеть сокровищами недругам, которых не мог сдержать даже культиваторский стазис, система защиты шла на крайние меры — она просто уничтожала весь мир с нарушителями.

Вот же…

Быстро (насколько это было возможно раненым) вскочив, я бросился к кристаллам и, уже не сильно парясь, начал их раскидывать в разные стороны, роясь в горке. Сука, что же так не везёт…

— Юнксу, надо убегать!

— Ключ!

— Какой ключ?! Нас похоронит здесь! — взвизгнула она.

В этот момент кусок потолка обвалился, погребя под собой половину пленённых последователей, напомнив мне об одной важной вещи.

С пустыми руками отсюда я уходить не собирался.

— Люнь! Надо найти ключ, ты слышишь?! Быстрее! Помоги Зу-Зу!

— Нам надо убегать!

— Сначала ключ! — рявкнул я. — Иначе мы не уйдём далеко!

Пока Люнь на пару с енотом искали ключ, я проковылял к пузырю с той бабой и сумкой. Взмах меча, и пузырь тут же лопнул, от чего тело мешком упало на пол. Я сдёрнул сумку с женщины, и в этот момент раздался жуткий грохот. Настолько громкий, что он банально оглушил, как если бы сами скалы начали обрушаться.

Я резко обернулся, и на моих глаза вся задняя часть здания вместе с троном и доброй кучей всех энергетических камней просто обрушилась вниз. От образовавшегося края поползли огромные трещины, из-за которых начали обваливаться другие части.

Там, снаружи, я видел ещё недавно прекрасный яркий мир, но сейчас по небу ползли огромные трещины, и на моих глазах небо отваливалось кусками, превращаясь в пыль, будто отлупливалась краска со стены.

— Юнксу! Мы нашли его, мы нашли ключ!

Ко мне навстречу уже бежал Зу-Зу с амулетом-ключом в зубах. И прямо по его стопам обваливался пол, а следом все сокровища, что хранились здесь веками.

М-да… как говорится, как пришло, так и ушло.

— Люнь, в меня, Зу-Зу, вперёд! — рявкнул я, и тот бросился бежать со всех лап.

— Сумка? — юркнула она в тело, заглушив холодом боль.

— Да, забрал! Теперь можно уходить!

Бездонная сумка была хоть каким-то утешением в этой ситуации. Учитывая тот факт, что мы всё просрали, это было лучше, чем ничего. Да и, в конце концов, фиг ли тут страдать, если это даже не успело стать нашим, верно? Хотя, сука, обидно, столько богатств…

Мы быстро покидали замок, и я даже смог выдавить из себя бег. Боль до слёз, но жить хочется больше, и тут не так ещё побежишь.

Коридор в тронный зал выглядел не лучше. Здесь уже валялись обрушившееся колонны и куски потолка поперёк прохода. Одной стены и вовсе не было. Пробегая мимо, я бросил мимолётный взгляд вниз. Там, где раньше были огромные луга, теперь была чернота, бездонная бездна.

Пока я бежал по коридору, скрипя зубами и едва не плача, мне пришлось перепрыгивать огромные трещины. И здесь я с удивлением заметил, что могу достаточно свободно прыгать, не так, как тогда на платформах.

А что если…

Я сунул руку в карман и закинул сразу две пилюли в рот. И едва я это сделал, как почувствовал облегчение в тех местах, где болело. Значит, как только стал рушиться мир, начали рушиться и все сдерживающие барьеры, которые не позволяли мухлевать. Ну, тем лучше нам.

Сверкая пятками, я выскочил на площадь, где до этого дрался с назгулами. Здесь дела обстояли ещё хуже. Гора просто рассыпалась на части. Мне пришлось прыгать, чтобы преодолеть огромную расщелину, которая была теперь заместо площади. Приземлился на ступени, едва не подвернув лодыжку, и бросился вниз.

И всё происходящее не шло ни в какие сравнение с тем, что… ОБРАТНОЙ ДОРОГИ НЕТ!!!

— Ох же сука… — выдохнул я.

— Что такое? — выглянула Люнь и… — Юнксу! Моста обратно нет!

— Да я вижу! Вот хрень…

И чё делать?!

Мир продолжал разрушаться. Земли уже давно не было, а с неба отваливались куски, из-за чего создавалось необъяснимое жуткое ощущение. Такими темпами здесь всё через несколько минут будет просто разрушено.

— Юнксу!

— Да что?! Я не умею летать, у меня уровень…

Уровень! Нужен достаточный уровень! Те люди в пузырях, точно!!! Если та часть ещё не обвалилась…

Я бросился обратно, буквально перепрыгивая по десятку метров, выдавливая из себя всё, что есть. Прямо подо мной уходила лестница, и мне пришлось прыгать по отваливающимся кускам, подхватив Зу-Зу, который просто не поспевал за мной. Прыг-скок и до самой вершины, от которой не осталось толком ничего. Но замок вроде как частично стоял, что давало мне надежду.

— Сколько у нас времени?! — крикнул я в пустоту, перепрыгивая расщелину.

— Я не знаю, это измерение разваливается медленно, так что ещё пара минут есть! Но ты куда? Выход в другой стороне!

— Надо разбудить последователя! Они все выше уровня Мастера Вечных, а значит, должны уметь летать просто так!

От коридора, через который я бежал, осталось одно название. Иной раз приходилось просто прыгать с куска на кусок. А один раз и вовсе бежать по оставшемуся куску стены, которая служила как мост между островками.

Когда я по нему пробежал, она затрещала, и та часть, где находились площадь и лестница, начала просто уходить вниз во тьму.

Задержись мы там на секунду…

Но мне было не до таких философских вопросов, когда моя собственная жизнь висит на волоске до сих пор. Небо уже почти на четыре пятых было чёрным, и не было даже солнца, однако здесь было всё равно светло. Мне это напомнило игры, где небо с солнцем не прогрузились.

От зала, где хранились все сокровища, остался лишь небольшой островок у входа. Часть пузырей, как и последователей, уже исчезли. Осталось всего два пузыря и одна тётка, у которой я стащил сумку.

Именно к ней я и бросился — она раньше всех вышла из стазиса, а значит, раньше всех придёт в себя.

Я упал перед ней на колени и тут же отвесил мощную оплеуху. А потом ещё одну и ещё. Судя по звукам, за моей спиной только что обрушилась стена с дверьми в виде морды дракона, но на это я даже не обратил внимания. Как старался не обращать внимания на треск, как от стекла, от всего мира вокруг.

Да какого хера ты не очухиваешься?!

И словно в ответ на мои молитвы женщина наконец распахнула глаза.

— Летать умеешь?! — я схватил её за грудки и подтащил к самому лицу.

— Ч-что?.. — она рассеянно посмотрела на меня, будто была со сна, что было близко к истине.

— Летать! Летать умеешь?! Давай быстрее соображай! — и отвесил ей ещё одну пощёчину. — Быстрее, сука! Отвечай на вопрос!

— Л-летать? — доходило до неё с трудом.

— Лететь, да!

— Я… я умею левитировать…

— ДА БЕЗ РАЗНИЦЫ!!!

И в этот момент оставшийся кусок скалы, на котором мы находились, начал проваливаться в бездну. Ну теперь точно жопа…

В этот момент я почувствовал, как все органы подпрыгнули внутри, как если бы я был на качелях. Земля неожиданно начала просто уходить из-под ног, и Зу-Зу мёртвой хваткой вцепился в меня. Всё стало лёгким, практически невесомым.

Мир вокруг начал погружаться во тьму…

Сука…

— ПОЛЕТЕЛА!!! — заорал я, выхватив меч и приставив его к горлу женщины. — ДАВАЙ!!!

Иногда человек лучше всего понимает страх. Страх за собственную жизнь, потому что человек, каким бы он ни пытался казаться, оставался животным с инстинктами. А инстинкт — самое сильное, что было в нашем арсенале. Даже не понимая, что происходит, мы будем следовать инстинктам.

И женщина не была исключением.

Я видел, что она не понимает, что происходит, но, испугавшись, тут же взмыла со мной вверх, обхватив рукой за талию.

— ТУДА!!! — задал я направление мечом. — БЫСТРЕЕ!!!

И она помчалась вперёд.

А мир окончательно испускал дух. Я это чувствовал на себе, чувствовал, как он сжимается, как он становится меньше, будто кто-то его сдавливает. Я чувствовал это на самом себе, так как мне становилось всё сложнее и сложнее дышать. Зу-Зу так и вовсе вжался в меня, пища, но его писки, они были глухими, будто даже звук переставал здесь работать. А ещё становилось темнее…

— Вон! Вон дверь! Быстрее!!! — прокричал я женщине на ухо, и она устремилась к ней.

Дверь — единственный выход, она продолжала висеть в воздухе как ни в чём не бывало, когда платформы, на которой она стояла, не стало. Очень скоро дверь стала единственным, что было видно. Небо, и того последний кусок отвалился, рассыпавшись в пыль. Вокруг осталась бесконечная тьма. Тьма, которая душила.

Я неожиданно понял, что не могу дышать. Что воздуха нет, и оттого пропал голос. Понял, что меркнут цвета, всё становится серым, как в чёрно-белом кино, а тело… я его просто не чувствую.

Было бесполезно кричать женщине, что надо быстрее, было вообще сейчас бесполезно что-либо делать. Только надеяться, что моя временная спутница сделает всё, что в её силах.

А дверь… она была перед нами, но серая, потрескавшаяся, которая вот-вот сама рассыплется. Мы приближались к ней, и вопрос был лишь в том, успеем ли мы к ней раньше смерти этого карманного измерения.

Моей последней мыслью в этот момент было: «Зу-Зу, а вот если бы ты ничего нет трогал, ничего этого бы не произошло!».

Глава 104

Эти мгновения показались мне одними из самых долгих в моей жизни. Или время здесь тоже нарушило свой ход, как это смог сделать тогда Вьисендо. Я смотрел на эту трескающуюся дверь, которая приближалась к нам мучительно медленно, вечность…

А потом мы на полном ходу влетели в неё. Дверь распахнулась без каких-либо трудностей, будто готовая выпустить любого, кто захочет выйти, и мы кубарем вылетели из неё, прокатившись на полу несколько метров. Следом за нами дверь с негромким щелчком закрылась.

Казалось, что я вернулся с того света, если честно. И если бы меня спросили, что видит человек, когда у него клиническая смерть, то я бы сказал, именно так она и выглядит.

Дверь простояла ещё минуту или две, прежде чем окончательно разрушилась: с треском рассыпалась, превратившись в не более чем груду щепок, которые отлично подходили для растопки. Но до неё мне уже не было дела. Голову занимали другие проблемы.

— Мы выбрались? — спросила Люнь.

— Ага, только не высовывайся, мы до сих пор под аурой, а то ещё раз спалишь себя.

— А… если это так, то той девушке ничего не будет?

— Не знаю. Они же пришли сюда как-то, верно? Возможно, вопрос в уровне — с какого-то момента это подавление перестаёт работать.

Здесь вообще много чего на уровнях завязано, я так погляжу.

После такой прогулки по тому свету я бы полежал минутку-другую, глядя в потолок, чтобы немного привести сознание и сердцебиение в порядок, но…

Женщина.

Сильная женщина.

Её развитие было на уровне Мастера Вечных… какой-то там стадии — я не помню, если честно, все стадии там. А значит, она может меня размазать просто одним сраным желанием или если ей не понравится банально мой причесон на голове.

Я быстро встал, не отпуская меча и глядя на незваную гостью. Вернее, званую, если уж на то пошло. Только теперь, когда мы выбрались, я не совсем понимал, что с ней делать, а решать всё надо было быстро, пока она тут не оклемалась и не намотала меня.

А ещё женщина может требовать сумку обратно, и если содержимое отдать я могу ещё, так и быть, то саму сумку нифига.

Вариантов было немного.

С одной стороны, да, самым простым было её сейчас завалить от греха подальше. Я не знал, что у неё на уме, а так получу с неё Ци. Но… валить человека, который тебя спас — это вообще что-то за краем, если честно. Пока ещё мне было куда падать, и на дно я не стремился, ещё успеется.

Можно было отравить её до первого уровня, и это самый верный способ. Так и обезопашу себя, и ей вреда особого не причиню.

Но здесь есть небольшой важный момент, с которым она могла пригодиться. Вот прямо, сука, очень важный — Бао.

Этот засранец ждёт меня у входа, и она может стать хорошим подспорьем, если вопрос дойдёт до драки, а я оцениваю шансы подобного исхода где-то на семьдесят пять процентов. В конце концов, я свидетель, который может случайно сболтнуть чего не того, а последователи, они такие — хранят свои тайны очень ревностно, стараясь уничтожать всех, кто прознает о них.

И у меня был вариант использовать её в случае проблем с Бао. Да даже заплатить ей тем же свитком, чтобы помогла.

Но! Есть такое небольшое «но».

Когда она проснётся, не получится ли так, что сама меня оберёт и свалит, оставив разбираться с Бао. Поэтому тут ещё вопрос, какое из двух зол страшнее: непонятная тётка или циничный засранец?

А то получается следующее: отравляю, но тогда я встречусь с Бао, и в случае неразруливания конфликта меня будут бить. Оставляю ей силы, но тогда угроза уже будет исходить от неё, так как дамочка может как помочь, так и проломить башку и не посмотреть, что я спас её.

Блин…

Так-с… думай, Инал, думай, ты же смог пройти испытания, верно?

Хотя… можно её травануть, но не полностью же, уровня так до… шестого. Хотя мне до шестого как до луны, но с ним у меня будут хотя бы микроскопические шансы с ней справиться, если всё выйдет из-под контроля…

Так… стопэ, тут же до сих пор убийственная аура, верно? А если я ей опущу уровень отравлением, её тут не разорвёт случайно?

Блин, тоже, вот, момент…

Короче, подумав хорошенько, я решил сначала дождаться момента, когда женщина очнётся, и там уже будет ясно, что она за человек, имеет смысл рассчитывать на её помощь или лучше сразу обнулить.

Кстати, она ведь так и лежит, не двигаясь. Отключилась?

Так, чтобы не получить в её лице врага, надо обходиться с ней максимально мягко и дружелюбно. Типа я прямо няшка, глядишь, тогда всё и решится миром.

— Ты… — начала медленно Люнь.

— Что?

— С девушкой что делать будешь?

— Ничего. Незачем плодить врагов на ровном месте, — отозвался я. — Подожду и гляну, что за человек. Адекватный — договоримся. Нет — ну тогда ей не повезло, а я жертвой становиться не собираюсь.

Поэтому я подложил ей под голову сумку и вытащил бурдюк. И в этот момент заметил на её поясе веер…

А что это у нас такое?

Я осторожно снял его. Веер был вроде как обычным, кроме одного — его спицы уж больно походили на ножи. Типа как в одной игре, мортал комбат, там у одной девчонки тоже были веера, а в них вместо спиц были ножи. Нечто похожее я видел и сейчас.

Попробовал открыть — хрен там. Но как только подал Ци, он тут же распустился так, что им можно было обмахиваться. Как оружие так себе, но… я ведь ещё не знаю, на что он способен, верно?

Эм… ничего, если я это тоже заберу, да ведь? В оплату долга? К тому же, она могла его потерять, когда летела, верно?

Так, уже неплохо: сумка-бездонка и явно непростой веер с лезвиями между спиц. Глядишь, ещё чё будет внутри.

Так, с этим решили вопрос, теперь надо перестраховаться. Чего я так рылся с этим амулетом-то…

Я осторожно вытащил его из кармана…

О, весы! Я весы утащил! Хрен тебе, сигнализация! Я всё же стыбзил что-то! На душе стало чуть теплее от того, что она не смогла мне помешать хоть что-нибудь да урвать. Будет как утешительный приз. А что касается амулета и тубуса…

Я осторожно приложил ключ к разъёму, и тот с лёгким щелчком раскрылся. Надеюсь, что это действительно что-то… важное…

Правда…

Я, наверное, сейчас был как панда с тем свитком — ожидал увидеть охренеть что, а увидел хрен что. В прямом смысле. Свиток был пуст.

— Эм… — я покрутил его и так, и так, раскрыл, скрутил, опять раскрыл.

— Что такое?

— Свиток. Он пустой.

— Пустой?

— Ага. Бао говорил, что для других он бесполезен, но чтобы прям настолько…

— Возможно, на нём какая-нибудь сдерживающая печать, что не даёт его прочесть, — предположила Люнь.

Я попробовал приложить амулет к свитку, но эффект был нулевым.

— Не, не работает.

— Я имела виду, что всё может проявиться при определённом стечении обстоятельств. Или же он нужен, чтобы писать на нём.

— Не слишком ли круто, чтобы просто писать?

— Писать со знанием дела. Написать какое-нибудь слово, и оно что-нибудь активирует. Или само активируется. По крайней мере, мне такое встречалось, — пояснила Люнь.

— Окей… ладно… — я вытащил свиток, вместо него сунул несколько щепок по крупнее от двери, чтобы, когда трясёшь, создавалось ощущение, что там что-то есть, и запечатал тубус обратно. — Я надеюсь, что до этого не дойдёт, но если что-то пойдёт не так, чтобы ему свиток не достался. Пусть тогда давится тубусом.

— А если он его откроет прямо на месте и увидит, что его нет?

— Вряд ли он сможет его прямо здесь и сейчас распечатать, иначе нахрен ключ, если его можно так просто вскрыть? Да и тут нет никаких пломб, чтобы спалить, что его вскрывали. А если даже откроет и поймёт, что тот пуст, поставлю условие, что отдам, как только буду в безопасности. Это лучше, чем ничего.

— А что ему мешает его тут же отобрать, ведь свиток всё равно у тебя будет, верно? Ладно, пусть не откроет, но если он тебя убьёт, то скорее всего обыщет, и тогда всё равно получит свиток. Даже если убьёт и не обыщет, он просто вернётся потом и всё равно заберёт.

— У нас есть она, — кивнул я на женщину.

— А если она сейчас взбунтуется, и тебе придётся её убить? Тогда ты останешься один на один с Бао. И тогда что?

— Тогда… — я бросил взгляд на енота. — Тогда я постараюсь максимально его отвлечь, а Зу-Зу просто убежит вместе со свитком. И хером ему по губам, а не свиток от меня напоследок.

Я бросил взгляд на женщину. Она до сих пор была в отрубе.

И её розовый халат… где-то я видел этот цвет. Просто, когда ты дохрена чего видишь на протяжении нескольких месяцев, легко забыть что-то. Ладно, сейчас надо заняться делом.

Идея была проста. Зу-Зу точно не тупой, поэтому он и будет моей надеждой.

Я взял несколько кусочков ткани, после чего сделал некое подобие сумки для него и вложил туда свиток.

— Будешь всегда рядом, но если начнётся заварушка, то рванёшь нахрен отсюда, понял? Спрячешься и будешь ждать, пока ублюдок не уйдёт. Вот, держи свиток, он у тебя в сумке будет.

Если всё пойдёт через жопу, ему нужен буду я. А потому и свиток будет не у меня.

Был ещё вопрос, как ему вернуть свиток, если он не будет меня убивать. Но здесь просто — я попрошу помочь его проводить нас на поверхность. Если смерти он мне не желает, то проводит, а там я уже распрощаюсь с ним и в последний момент отдам.

Прежде чем разбудить женщину, я всё же заглянул в её сумку. Открывалась она довольно необычно — надо было запитать её Ци, после чего можно было уже открыть.

Рука сразу проваливалась… в пустоту. Я будто просунул руку в окно. Но стоило мне просто захотеть найти что-нибудь, как в руку попалась небольшая коробочка. Вот просто я захотел и тут же нащупал её. И так было со всеми предметами, стоило мне захотеть, как в руки сразу что-нибудь попадало, но, если засунуть руку и ни о чём не думать, нащупать что-либо было нереально.

В коробке нашлись пилюли цвета бирюзы, но это были вроде как всё те же пилюли лечения. Здесь их была целая пригоршня, можно было лечиться и лечиться.

Помимо этого, я нашёл в бездонной сумке дохрена так энергетических кристаллов. Не те горы, конечно, но вот так оценить их количество мне было сложно. Я просто «чувствовал», что их много, будто мог сознанием заглянуть и окинуть мысленным взглядом их количество.

Дальше шла фляга с удивительным узором и какой-то жидкостью внутри (я не рискнул её открывать), какой-то амулет с локоном волос, травы, железная рогатка, но без резинки. А дальше сменная одежда, коврик, разные пилюли, назначение которых ни мне, ни Люнь было неизвестно, лампа как у меня и остальные принадлежности для жизни.

Нашёл несколько небольших деревянных табличек, которые, со слов Люнь, были активаторами — выпускали заключённую силу. Это было бы очень круто, если бы не одно «но» — пользоваться ими, не зная, что внутри, было опасно. Можно было взорвать самого себя в пещере, а выглянуть и подсказать, что в них заключено, Люнь не могла.

Ещё одним интересным предметом была карта, нарисованная от руки. Я без труда узнал как империю, так и место, где мы находились. Здесь же была инструкция, как пройти к арке: прямо, налево, прямо, вниз, зал-налево и так далее. То есть, если что, мы сможем отсюда выбраться.

Ещё я нашёл лампу, как у Алладина, но её назначение тоже было для меня загадкой, как и для Люнь. Что, зачем, как — хрен знает. Тут нужен был или справочник, или человек, знающий хорошо артефакты.

Женщина очнулась где-то через минут десять, и то мне пришлось её приводить в сознание, поливая водой.

Она начала морщиться, жмуриться, после чего медленно открыла глаза, с явным трудом навела резкость на меня. Пару секунд смотрела, будто силясь узнать, после чего с трудом села, приложив руку к голове.

Всё это время я молча наблюдал за ней. Главное — вежливость и дружелюбие, а там уже можно будет договориться.

— Воды? — поинтересовался я и протянул ей бурдюк.

Она слегка отсутствующим взглядом посмотрела на меня, потом на бурдюк, после чего кивнула и взяла его. Отпила, откашлялась, после чего прильнула к нему, опустошив наполовину, и протянула мне обратно.

— Где я? — хрипловато спросила женщина.

— В пещере. Около портала в зону наследия секты Вечного Единства.

— Вечного что? — не поняла она.

— Единства.

— Это… что?

Эм… я немного озадачено переглянулся с енотом.

— Это секта. Древняя. Вы помните такую?

Женщина посмотрела на меня и… покачала головой.

— А… вы помните, как вы здесь оказались? — сделал я другую попытку, но она вновь покачала головой.

И в этот момент мне в голову заползли кое-какие подозрения.

— А вы помните, кто вы?

Она секунду-другую смотрела на меня, после чего покачала головой.

Опля…

Сейчас мне требовался совет от Люнь, что делать. Не то чтобы она могла что-нибудь предложить, но, разговаривая с кем-либо, мне легче думалось. Обсуждение планов вслух давало возможность как-то легче соображать, что ли…

— Вы что-нибудь помните? — решил я зайти с другой стороны.

— Я… — она смотрела на меня и будто не могла подобрать слова. — Ребёнок.

— Что, простите?

— Мой ребёнок… — произнесла она медленно.

— Ваш ребёнок что?

— Я… не помню… — выдохнула она, после чего очень медленно встала.

Я был готов в любую секунду броситься ей на помощь, но этого не понадобилось — женщина пусть и покачивалась, но вполне себе держалась на ногах. Женщина рассеянно оглядывалась, явно пытаясь понять, где находится, и я решил, что лучше ковать, пока горячо.

Может попробовать иначе?

Я начал показывать ей вещи из её сумки, но женщина лишь качала головой. Я видел по взгляду — она смотрела и не узнавала их. Я даже решился показать ей веер, но и его она не узнала от слова совсем.

То есть большая часть содержимого для нас оставалось загадкой. Я надеялся использовать что-нибудь при встрече с Бао, но, боюсь, могу банально убить самого себя. Так что придётся положиться на женщину.

— Я могу помочь вам, — наконец произнёс я.

— Мне? — повернула она ко мне медленно голову.

— Да, но сначала мне нужна помощь. Вы можете драться?

— Драться?

Я вздохнул и вытащил артефактный меч, после чего протянул ей. Женщина медленно его взяла… и в этот момент я подумал, что вот будет прикол, если она специально выманила у меня меч, чтобы сейчас убить. Хотя… она бы и так забрала его, пожелай этого.

Женщина взяла его в руку, покрутила перед глазами, после чего… сделала резкий взмах, да такой, что я аж отшатнулся в сторону от неожиданности. Она ещё раз посмотрела на меч, после чего сделала несколько быстрых взмахов, которые я не мог разглядеть. Но, судя по движениям, в них явно прослеживалась определённая последовательность.

— Кажется… я помню, как управляться с мечом, — наконец кивнула она. — Они… движения, они будто всплывают в голове. Так и должно быть?

— В вашем состоянии — да. А теперь надо идти. На входе нас будет ждать человек, и мне очень надо, чтобы вы мне помогли.

— Как? — спросила женщина рассеяно.

— Если что-то произойдёт, если он нападёт на нас, то нам придётся сражаться с ним, чтобы уйти живыми. Это очень важно, понимаете?

— Сражаться?

— Да, если он нападёт, — кивнул я. — Сможете?

— Сражаться… думаю, что смогу, — кивнула она.

— Отлично, — кивнул я. — А теперь идёмте, и держитесь рядом, если что.

Я не сильно надеялся на её боевые навыки, но делал ставку на то, что Бао, увидев её, побоится что-либо делать и предпочтёт решить всё миром. Если же начнётся заварушка… буду надеяться, что нам удастся прорваться, потому что мастер мастером, а она так выглядит, что угрозу представляет разве что своему лицу, если споткнётся и разобьёт его.

Я возвращался той же дорогой, что и пришёл сюда, подсвечивая себе путь лампой от Бао. Мы спокойно спустились с пагоды, после чего вышли в большую пещеру и поднялись к коридору. По пути я успел скормить ей хорошую пилюлю, но женщине это не помогло. По коридору мы дошли до лестницы, где поднялись и встретили первый труп на своём пути. Женщина аж охнула, увидев его, отшатнувшись.

М-да… будет проблемно.

— Держитесь, — шёпотом произнёс я и двинулся дальше.

К арке.

К Бао, с которым надо было решить вопрос.

Я не имел к нему претензий. Так или иначе у меня была теперь бездонная сумка и веер, а ещё Зу-Зу получил какую-то силу, и я очень надеялся, что она проявит себя потом. Может наконец из этого пожирателя провизии вырастет ездовой или боевой енот?

Вопрос лишь в том, имел ли он претензии ко мне.

Вскоре я уже видел арку. А сразу за ней и Бао, который сидел в позе лотоса. Но он знал, что мы подходим, я это прекрасно знал, потому что метка до сих пор была на мне. Когда мы подошли поближе, он спокойно смотрел на нас, не показывая удивления.

— Вижу, ты кого-то спас, — он даже не был удивлён. — Как тебе хранилище?

— Пойдёт, — кивнул я. — Но я ожидал большего.

Близко подходить к Бао мне совсем не хотелось — чем ближе к нему, тем меньше шансов увернуться или отбиться. Я боялся, что пырнёт он меня мечом, и хрен там что спасёт. Даже женщина не поможет, так как у неё явно был ещё отходняк после стазиса.

Поэтому я остановился на удалении от него, метрах так в двадцати, рядом с небольшим выступом, за который можно было спрятаться.

Бао медленно встал, не показывая никакого волнения.

— Ты принёс то, о чём мы говорили?

Я вытащил тубус, и он протянул руку.

— Что там конкретно, Бао? — спросил я, не спеша его отдавать.

— Боишься?

— Просто интересно, ради чего я рисковал жопой.

— Ничего, что тебе было бы нужно, — ответил он спокойно. — А теперь отдай его.

— А если ты попытаешься меня убить после этого? — прищурился я, прижав его к себе

— Но этого ты проверить не можешь. Так или иначе тебе придётся его отдать, ведь ты не рассчитываешь, что та покачивающаяся особа, что смотрит на меня рассеянным взглядом, сможет тебя защитить, верно?

Я не цыкнул вслух.

Но в голове послал его куда подальше. Женщине действительно явно было не очень, пусть даже по пути я дал ей пилюлю лечения. Не ту из коробки, так как ещё не был до конца уверен, что это именно те самые пилюли, но всё же.

— Мне бы какие-нибудь гарантии, Бао.

— Нет гарантий. Но вот тот факт, что даже оттуда я смогу достать свиток — это точно, — мечами — тут и дураку понятно. — Поэтому не усложняй всё.

Я для вида задумался, прищурился и даже сделал пару шагов назад.

— Мы убьём тебя, если что.

— Ты — вряд ли. А вот та женщина… — он хохотнул, — как бы она первее меня не умерла, так как ей точно нехорошо.

Чё?

Я отошёл назад, так, чтобы не терять его из виду, но посмотреть на женщину, и та… просто лежала на полу. Какого… хрена… Вот срань… Нет, я её не обвиняю, но как-то не вовремя.

— Давай, Юнксу, отдай свиток. У тебя нет выхода, а я не хочу усложнять себе и тебе жизнь. Я его в любом случае получу, с кровью или без, но просто потом не хочется доставать его из зоны.

Бао прав, что так, что так он может убить меня, в принципе. Даже если свиток окажется по эту сторону, он сможет его теми же мечами подтащить. Или найти способ добраться до него.

Проблема была в том, что я до сих пор не мог понять, хочет ли он меня убить или нет. Захочет сохранить секрет или не принципиально. Обычно по людям сразу видно намерения, но этот…

— Ладно, Бао, но имей ввиду…

— Конечно, — кивнул он, и я кинул ему свиток. Тот поймал его одной рукой, после чего осмотрел. — Открывал?

— Пробовал, а что?

Он встряхнул его, прислушавшись, после чего сам попытался открыть. Причём попытался открыть не только руками, но даже мечом и какой-то печатью на бумажке, но лишь опалил себе руки и одежду. Попробовал какую-то хрень сделать с ним, но не получилось, а раскат Ци докатился аж до меня. При этом его мечи плавно вылетели и не двусмысленно начали вокруг него кружить.

— Ключ?

— Уговор был на свиток. Я из-за него в ловушку попал так-то, еле ноги унёс. Поэтому мы квиты — ты спас тогда меня, я помог тебе сейчас.

— Да, в принципе, ты прав, — пожал он плечами, после чего спрятал тубус в сумку.

И между нами повисла тишина. Мы стояли, словно двое стрелков на диком западе, каждый будто решая, что делать с другим.

Много ли я знал? Предостаточно. Ему было бы не так уж и сложно меня убить, но не менее сложно и отпустить. С одной стороны, он мог и не бояться меня, но с другой, как говорили в одном фильме, мальчики становятся мужчинами, а те могут захотеть отомстить.

Это к тому, что, с его точки зрения, я мог позже подняться по уровням, и не факт, что не попытаюсь его потом найти, чтобы завладеть потенциальным источником силы. Так что с моей стороны, на его взгляд, опасность была. Да и разболтать могу.

— Так что, Бао, как поступаем? — негромко спросил я.

Пан или решим всё, как привыкли решать в этом мире вопросы — кровью?

Глава 105

— Как поступаем? — спросил Бао будто сам себя. — Знаешь, Юнксу, а ты ведь хороший парень, деловой, скажем так. Сказал — сделал. Почти такой же, как и я.

— Я бы не сказал, что такой же, как и ты. В любом случае, я выполнил свою часть сделки.

— Ты так говоришь, будто я имею к тебе какие-то претензии, — хмыкнул он.

— Да, но тебе явно есть ещё что-то сказать, — заметил я.

По нему видно, что ему есть, что сказать, так как реши Бао на этом закончить, он бы спокойно положил тубус в сумку и сказал бы что-нибудь наподобие: «ладно, пошли» или «было приятно иметь с тобой дело», просто показав, что мы с ним закончили.

Но Бао ничего подобного не сказал и даже понять не дал, что мы квиты. Нет, он стоит на выходе из зоны, спрятав тубус, не спеша никуда уходить, и смотрит на меня своим хитрожопым взглядом, явно давая понять, что разговор не закончен. Ему что-то надо от меня, и не факт, что это не моя смерть.

Моя рука легла на меч.

Смерть смертью, а превращаться в скот на убой я не собирался.

— Ты прав, я хотел тебе предложить продолжить сотрудничество, — неожиданно произнёс он.

— Сотрудничество? — переспросил я, не веря своим ушам. Я чуток другого ожидал.

— Да, — кивнул Бао. — Я хочу, чтобы ты кое в чём мне помог ещё раз.

— Я же помог тебе, — нахмурился я.

— Но теперь мне нужна помощь иного рода.

Не нравится мне это.

— Бао, прости, но у меня свои дела. Ты реально спас меня тогда в ситуации с сектой, и я вернул должок, едва там не оставшись, мы квиты. На этом наше сотрудничество закончено.

— Квиты-то квиты, но мы можем работать вместе. Вдвоём.

— Прости, но нет, у меня свои планы и цели, к которым я стремлюсь, поэтому нам не по пути, — покачал я головой.

Он мне не нравился. Не доверял я Бао, и это было первой главной причиной, по которой я не хотел добровольно с ним работать. Что бы он мне ни обещал, я чувствовал, что с таким человеком плохо кончу, едва пропадёт во мне нужда. Вторая причина уже была озвучена — у меня свои цели, к которым я стремлюсь, и бегать с ним ради чего-то… нет, спасибо.

— Подумай, Юнксу, хорошенько, прежде чем отказываться, — это прозвучало как предостережение. — Ты мог бы стать сильнее.

— Я уже подумал, Бао.

— Вдвоём мы бы смогли добиться многого.

Я не совсем правильно оценил ситуацию изначально. Бао не собирался убирать меня как свидетеля или как того, кто может позже покуситься на его сокровища, совсем нет — он хочет меня использовать в своих целях. Ведь удобно иметь под рукой человека с иммунитетом, которого можно отправлять на самые опасные задания, не пачкая руки.

Надо что-то сделать? Отправь Инала. Нужно пробраться в смертельно опасное место? Отправь Инала. Лень сходить за продуктами? Отправь Инала. А работать с человеком, которого посадили на хрен знает сколько лет, который убивает, не моргнув глазом, и ты не знаешь, нужен ли ты ему завтра или он решит тебя просто смахнуть ладонью ради собственной цели, мне почему-то не очень хотелось. Такие, как Бао, идут на уступки, лишь когда без этого не обойтись, а так для них люди лишь способ добиться цели.

Если даже он меня и отпустит потом, то сколько мне придётся побегать ради него? Ведь он меня не отпустит, пока не получит всё, что ему нужно. За одной просьбой будет другая.

— Нет, Бао, прости.

Мечи над его головой закружились.

— Мы можем стать хорошей командой, — продолжал он давить.

— Вряд ли, Бао. Мы во многом похожи, но в некоторых моментах всё же очень разные.

— Но ты ведь всё хорошо понимаешь, не так ли? — спросил Бао спокойно, но теперь угроза, исходящая от него, чувствовалась воздухе. — Я предлагаю один раз, поэтому тебе лучше согласиться идти со мной.

— Разговор закрыт, — отрезал я.

Если я всё же ошибся в нём, то сейчас он меня отпустит. Иначе исходов будет немного: я не собирался бегать по миру ради его хотелок.

— Знаешь, без тебя мне будет слишком неудобно.

— Прости, но это не мои проблемы.

— Как раз-таки твои, Юнксу, — ответил он. — Потому что или ты поможешь мне, или останешься здесь и вряд ли сможешь помочь даже той же женщине. Третьего варианта не будет.

Я понимал, что его не будет. Бао надо было меня заставить помочь ему, надо было прижать меня. Единственный способ — поставить вопрос ребром: или поможешь, или сдохнешь. Скорее всего, он рассчитывал, что я соглашусь, но хрен тебе, говнюк. И так как я помогать отказался… ну не отпускать же ему теперь меня, верно? Типа, блин, жаль, ну ладно, раз так, убивать я тебя не буду, иди своей дорогой. Он будет мудаком тогда полным выглядеть.

Оставалось только завалить меня.

— Я всё же рискну, — вытащил я меч.

Бао молча смотрел на меня, будто обрабатывал сказанное мной и надеялся, что я сейчас передумаю. Но вот он всплеснул руками и вздохнул.

— Знаешь, я вообще надеялся, что до этого не дойдёт, и ты окажешься менее упёртым, но нет смысла заставлять того, кто упирается. Ведь рано или поздно он воткнёт тебе нож в спину, верно? Твой отказ, он усложняет моё дело, и это неприятно, но я это переживу. Однако я не бросаю слов на ветер…

И один из мечей над его головой сорвался в мою сторону.

Я был готов к подобному, да и примерно представлял максимальную скорость мечей, так как уже видел их в действии. Но даже с этим едва сумел отбить снаряд ещё на подлёте, поспев за ним в последний момент, и летающий меч упал на землю с металлическим звоном.

Бао даже не удивился, и в это же мгновение в меня как из пулемёта полетели другие мечи.

Ох, мать…

Я сразу выпустил свой меч, после чего создал печать, и все выпущенные мечи зависли передо мной, будто наткнулись на невидимую стену, после чего со звоном упали на пол. Но едва они коснулись земли, как неожиданно тот, что первым я отбил, дёрнулся вперёд прямо на меня, и, сука, прямо в тот момент, когда щит спал…

Я отшатнулся за уступ, едва увернувшись, чтобы тот не пробил мне грудь, но меч всё же вспорол правое плечо почти до самой кости, промахнувшись совсем на чуть-чуть. Пролетел пару метров, резко остановился и…

Не успел метнуться обратно на меня — в этот самый момент подпрыгнул Зу-Зу, вцепившись в него зубами. Я и моргнуть не успел, как тот резко сжал челюсти, и меч просто лопнул на куски, не выдержав давления.

Хрена се укусик… однако!

— Зу-Зу, ко мне! — рявкнул я, и тот стремглав устремился в мою сторону, едва избежав попадания пары мечей, которые ударились о землю, отрикошетив в сторону. Один упал прямо рядом со мной, и я сделал то, что пришло мне в голову — схватил его рукой и пустил на него свою Ци, как травил ею других.

Он работает на Ци, светлой Ци, а значит, моя просто перебьёт её, разрушит связь.

И… собственно, так и получилось: когда один меч улетел обратно к Бао, другой так и остался лежать.

— Если ты думаешь, что сможешь там спрятаться… — спокойно произнёс он, пока я заглатывал пилюли.

— Иди нахрен, Бао, я знал, что ты чмошник, и потому отказался.

— Да, возможно, но такие, как я, и добиваются успеха, увы. Жизнь такая.

Здесь у меня было определённое преимущество. Бао не видел меня, пусть и знал точно, где я сижу, а значит, и управлять мечами, наводя на меня, ему было проблематично. То есть их надо довести за уступ, после развернуть и метнуть в меня наугад, так как меня он вживую не видел.

Но… ни один меч ко мне не полетел, что и заставило меня выглянуть…

Чтобы тут же создать щит, так как коридор наполнило огромное огненное облако с разрядами. Этот засранец попытался нас выкурить, и надо сказать, применил что-то сильное, так как я прямо почувствовал, как меня слегка опустошило.

Я мог держать щит определённое время, но оно не было долгим. Однако этого хватило, чтобы переждать атаку огнём. Когда пламя спало, просто исчезло, будто его и не было, Бао всё ещё был на том месте, где стоял.

— Неплохо, Юнксу, неплохо. Но я уверен, что зайди я туда, ты бы не продержался и секунды.

— Но ты не можешь, — ответил я.

— Да, а жаль… Но я могу сделать так.

Он вытащил небольшую деревянную дощечку, после чего бросил её в пол, от чего та сразу же разлетелась на кусочки. И в это же мгновение вся пещера затряслась.

— Кто не со мной, тот против меня, ничего личного, Юнксу, — произнёс он, и его последние слова заглушил рокот земли над головой.

Пол затрясся, и я даже оглянуться не успел, как потолок пещеры начал обрушаться. Вот сучёнок…

Времени думать не было, я просто развернулся и побежал, обгоняя начавшийся обвал. Камни и песок сыпались на землю, несколько раз мне по спине ударило булыжником, от чего хотелось взвыть. На бегу я едва смог подхватить тело женщины и бросился вперёд, вниз по ступеням, как можно дальше от обрушающегося потолка.

Коридор, что шёл за лестницей, тоже обрушался, будто вся пещера перестала неожиданно держаться. За какие-то мгновения я добрался до огромной пещеры, но здесь уже вовсю обрушался потолок. Единственным спасением был храм…

***

Бао молча наблюдал, как пещера обваливается перед ним. Он не чувствовал раскаяния, не чувствовал жалости или каких-то сомнений в том, что сделал. Это была лишь ещё одна ступень к его цели, ещё одна из сотен позади и, возможно, ещё сотен впереди.

— Зря, Юнксу, — выдохнул он, развернулся и, не оборачиваясь, двинулся в обратный путь. — Надо было соглашаться.

Да, этот парень был ценным кадром, именно поэтому он ему был нужен. И Бао дал ему выбор. У каждого свой путь, и он не мог парня винить за его. Каждый идёт своим путём, правда, чей-то путь может оборваться слишком внезапно и быстро, когда ты выбираешь неправильную дорогу.

Он вернулся обратно в лабиринты древних и ещё нескоро вышел на поверхность. Уже поднимаясь наверх, он прислушался к метке, но та молчала. Вернее, Бао её не чувствовал, а это могло значить только две вещи — либо её стёрли, либо носитель метки погиб.

Бао склонялся всё же ко второй версии, пусть и не отрицал первую. Даже если тот выжил, сможет он выбраться обратно? А если сможет… что ж, значит, судьба такая. Но это было слишком маловероятно.

Поднимаясь обратно, Бао достал свиток, покрутил его в руках, ещё раз потряс, после чего положил обратно в сумку.

Наконец-то он у него.

Теперь оставалось её открыть, но этот вопрос решаемый, и Бао не сомневался, что сможет и с этим справиться. И тогда… и тогда практически всё будет в его руках.

***

Как же я хотел бы видеть хлебало Бао, когда он откроет тот тубус.

Это нелепая мысль появилась у меня в голове, когда я буквально запрыгнул в храм, в то время как за моей спиной обвалился потолок, наполнив помещение пылью. Где-то я слышал, что можно подхватить рак таким образом, но блин, сейчас это было наименьшей из проблем.

— Мы смогли… — выдохнул я, пряча рот и нос под одеждой. — Мы…

Я огляделся.

— Мы в жопе…

Да, храм устоял, пусть стены и пошли трещинами, а сверху что-то угрожающе скрежетало. Но я теперь не мог отсюда выбраться, так как… так как выхода нет!

Ладно, без паники, выхода нет, но мы пока живы, а значит, у нас есть шансы отсюда выбраться. Пока сердце бьётся, шансы всегда есть, пусть и в разных пропорциях. Вопрос «Как?», естественно, открыт, но сейчас надо было немного успокоиться.

Я осторожно уложил женщину на пол, подложив ей под голову свою сумку, после чего обошёл храм. Мало ли, я в прошлый раз не сильно приглядывался, но вдруг тут запасной выход?

Я обошёл первый этаж, внимательно осмотревшись, после чего поднялся по лестнице в комнату с дверью, которую обошёл, внимательно осматривая стены. Но нет, запасного не было.

Зато я успел переговорить с Люнь, описав, в какую жопу мы попали.

— Ты мог согласиться, — упрекнула она меня. — Согласиться на сделку.

— Люнь, он бы меня использовал.

— Это лучше, чем сейчас?

— Как знать, ведь мы живы и относительно свободны, верно? — окинул взглядом я верхний этаж, где была когда-то дверь. Сейчас здесь был мрак, и даже факела потухли. — А там… он послал бы нас на ещё один чемпионат по выживанию, а Зу-Зу вновь бы всё скрысил. И так пока я не сдохну или пока я ему стану без надобности.

— Ну да, — вздохнула она. — И всё же…

— Люнь, я ему был нужен, и он поставил условие — или помогай, или сдохнешь. Так дела не делаются. Сразу было понятно, что я там буду как гарсон ради него бегать и рисковать нами. Самим вопросом он уже поставил точку — он не мог меня отпустить. И вообще, ты лучше вместо того, чтобы меня отчитывать, скажи, что делать?

— Эх ты, Юнксу-Юнксу, — вздохнула Люнь. — Куда же ты без меня… Сейчас тебе надо дождаться, пока придёт в себя та женщина. Она уже на уровне Мастер Вечных, так что должна знать, что нужно делать.

— А если не знает? — сразу уточнил я.

— Она настолько сильна, что способна резать мечом камень, как глину или даже бумагу. Для неё будет не проблема вырезать проход в скале. Только, скорее всего, потребуется твой меч. Я имею ввиду, меч Снежной Королевы.

— Ну, это не проблема, главное — выбраться нахрен отсюда.

— Он может скоро узнать, что ты обманул, — напомнила она.

— Бао не смог вскрыть её при мне, чтобы проверить, а значит, он не вскроет её ещё очень долго, — успокоил я её. — Ему как минимум надо отсюда выйти, после чего ещё подняться повыше и взлететь, чтобы убраться подальше. И там уже шаманить, чтобы открыть пустой тубус. У нас ещё есть время. И да, мне надо снять метку. Ты не в курсе, как это делается?

— Я предположу, что твоя Ци может разрушить её. Они все построены на Ци, и метка, она как… резонирует. Это часть Ци того, кто наложил её, и он может её чувствовать. А значит, твоя Ци должна её разрушить.

— И… как? Выделить из себя Ци?

— Юнксу, ты можешь стереть её своими же руками. Как… как в реке помыться, только вместо воды твоя выделяющаяся из ладоней Ци.

— Я понял, о чём ты, — вздохнул я.

Наверное, это выглядело странно. Я такой разделся до гола, после чего начал по всему себе водить ладонями, будто намывать тело мылом. Если бы сейчас очнулась та женщина и увидела меня таким, было бы неловко. Представлю, как она заходит, а перед ней парень по себе ладонями водит, будто пытается обнять.

После процесса обмывания собственной Ци я вернулся к женщине.

За это время она уже успела встать и теперь… гладила пушистого засранца по пузику!

Зу-Зу, да ты вообще берега попутал!

— Сдрыснул, Зу-Зу, — шикнул я на него, и тот быстро-быстро поковылял от греха подальше.

А я занял его место.

Нет, в смысле я не лёг около неё, подставив пузо, со словами: «давай, теперь моя очередь». Просто сел рядом.

— Как вы?

Женщина рассеянным взглядом посмотрела на меня, с трудом наводя резкость.

— Мне… лучше, спасибо, — кивнула она.

Ну… я бы не сказал, что ей лучше.

Я с интересом окинул её взглядом.

Женщина… была молодой, теперь понятно, почему Люнь её называла девушкой. Лет тридцать пять, не больше. При этом очень красивая, с неуловимым оттенком знати, который придавал её внешности какой-то возвышенности, чего не было в других. У неё даже грудь была такая, неплохая, что редкость в этих местах.

— Это хорошо, — кивнул я. — Вы вспомнили своё имя?

Она задумалась на мгновение, после чего покачала головой.

— Что ж… как я могу вас тогда звать?

— Я… не знаю…

— Меня зовут Юнксу. Это, — кивнул я на енота, — Зу-Зу.

— Вы мастер заклинатель демонов? — тут же спросила она. Значит, что-то она да помнит.

— Нет, я мечник. А вы?

— Я… — она вновь подвисла на несколько секунд. — Я мать ребёнка.

— Какого?

— Я не помню, — покачала женщина головой. — Но я здесь… я здесь из-за ребёнка.

— Здесь, это… в хранилище?

— Какое хранилище? — захлопала она глазами, всем видом говоря, что не понимает, о чём речь.

Что ж… одно я могу сказать точно. Если она из секты или клана, то должна занимать там не последнее место — это сразу чувствуется по её манере говорить, голосу, внешности и всей ауре, которую она излучает. Ты сразу чувствуешь людей, которые умеют хорошо держаться, будто находятся на приёме.

— Так, ладно… я хотел бы поговорить с вами вот о чём. Мы попали в затруднительное положение. Дело в том, что нас засыпало.

— Засыпало?

— Мы в пещере, и вход завалило. Вся пещера обвалилась, и мы заперты в небольшом зале, откуда теперь нет выхода.

— Это плохо, — кивнула она, но её это, кажется, ни капельки не смутило.

— Я бы хотел попросить вас о помощи. Помочь нам выбраться отсюда и желательно сделать это как можно скорее.

— Но… вы же сказали, что нас завалило. Как я помогу вам?

Так, видимо, женщину так неслабо раскрутило в том стазисе, раз она даже такого вспомнить не может.

— Вы можете вырезать в скальной породе проход. Вы ведь можете это сделать?

— Я…

А вот здесь она конкретно так зависла, наверное, на минуту, после чего неожиданно встала. Её покачнуло, но я поспешил её придержать, после чего она огляделась.

— Я… я неожиданно поняла, что могу помочь вам, — произнесла она медленно. — Странно… я неожиданно это просто вспомнила, будто и не забывала…

Она удивлённо посмотрела на свои руки, разглядывая их, после чего взглянула наверх.

— Но боюсь, что мне потребуется меч, чтобы помочь вам выбраться.

— Я дам вам меч, — сразу кивнул я.

Глядя на неё, у меня мелькнула мысль, что я сделал правильный выбор.

Глава 106

Женщина медленно, как будто на параде, поднялась наверх по винтовой лестнице, после чего неожиданно посмотрела вниз, прежде чем войти в комнату, где была дверь.

— Я умею летать… — выдохнула она.

— Да, вы же спасли нас тогда, вытащив из другого мира.

— Эм-м-м… да. Да-да, я вспомнила, — кивнула она. — Я пришла сюда ради ребёнка. Вы не видели здесь ребёнка?

Я такой «чё?». У неё нарушены причинно-следственные связи, и она не понимает, где мы находимся? Ладно, плевать, главное — отсюда выбраться, а там уже видно будет.

Сейчас я рассматривал два варианта будущих развитий событий с ней.

Первый: баба ничего не помнит, но достаточно сильна, чтобы просыпать звиздюлей всем тем, кто может встретиться на пути нашем нелёгком. Очень хорошее подспорье в любой ситуации, где надо подраться.

Второй: она явно не в себе и из-за этого может стать реальной обузой, с которой придётся возиться. А ещё женщина то ли из клана, то ли из секты, что может принести определённые проблемы.

То есть с одной стороны сила, которая может помочь, но с другой — большие проблемы, которые она может принести. Тут… выгода сомнительна, если честно. Но, возможно, будет неплохо немного воспользоваться её услугами, после чего отправить восвояси.

А женщина тем временем осторожно взяла мой клинок, осмотрела его, коснулась лезвия пальцем, кивнула и подошла к стене. Сделала глубокий вдох, после чего очень быстрым движением вывела круг. Один раз, второй, третий, после чего начала молниеносно махать мечом, будто что-то вырезая на стене.

Отошла назад и очень быстро взмахнула рукой, отправив меч глубоко в стену, на которой что-то чертила, как копье. Я и остановить её не успел, как тот тут же скрылся в стене, после чего женщина повела рукой, и меч выскочил обратно прямо ей в руку. А следом стена… просто рассыпалась на маленькие камни, как гравий, вывалившись на пол перед нами. Она взмахнула рукой, и оттуда посыпался потоком камень, освобождая проход.

Очень скоро перед нами был достаточно глубокий туннель. Он шёл под таким крутым уклоном, что я был не уверен, что по нему можно как-нибудь подняться, кроме как взлетев. И его она сделала за какие-то секунды.

— Мне нужен свет, — попросила женщина. — Я…

Она вновь замерла, глядя на свою руку, после чего взмахнула ею, и с ладони сорвался шарик, как маленькое солнце, который устремился вверх. И ведь она даже не произнесла никакого слова, как я, например. Просто взмахнула рукой.

— Мне он не нужен… — тихо, будто для самой себя, произнесла она. — Я… я могу сама всё сделать.

Если женщина так быстро вспоминает всё, вот ещё один момент, который против того, чтобы держать её рядом — если она всё вспомнит, я могу лишиться всех принадлежностей, что получил. Чем больше она будет ничего не помнить, тем лучше для моей везучей жопы.

А тем временем, оценив глубину пещеры, она вновь отправила меч в дыру, и вновь посыпался щебень. Женщина повторяла процедуру раз за разом, пробивая нам проход на поверхность, пока наконец не кивнула.

Заняло это не так уж и много времени. Если честно, я был даже немного поражён, как быстро она с этим управилась. Я бы даже сказал, что очень быстро, будто ей не составляло подобное труда. Смотришь на неё и понимаешь, что пропадает такой отличный бур…

— Я думаю, мы можем попробовать выбраться теперь, — произнесла она негромко.

Выбраться — это лететь, как я понимаю. Пришлось очень плотно уложить Зу-Зу, чтобы сумка с ним случайно не зацепилась, после чего я подошёл к женщине, которая послушно ждала меня.

— Полетели?

— Хорошо, — невозмутимо кивнула она и…

Прижала меня к себе так плотно, что я головой утонул в её сиськах, но даже и не заметила этого, слегка оттолкнувшись от пола и полетев верх. Её хрупкая рука при всём при том так плотно меня держала, что шансов выскользнуть не было совсем. Блин, с комфортом летим, кайф…

Но не кайф стало, когда мы после достаточно глубоко туннеля вылетели на улицу, потому что она не остановилась, а продолжила подниматься. Я сразу вспомнил слова Бао о том, что здесь не безопасно, и тот факт, что он сам не полетел к центру, а предпочёл спуститься пешком, говорил о многом.

— Стой, надо спуститься на землю.

— На землю? — удивлённо посмотрела она на меня.

— Да. Или ты знаешь, куда лететь?

— Нет, но…

— Стой! Стой, тебе говорю!

— Я просто думала, что надо подняться повыше над этим туманом и…

Договорить она не успела.

Нечто тёмное метнулось к нам от одной из башен, ни издав и звука. Вот же…

— Справа! — вскрикнул я. — Осторожно!!!

— Что? — и женщина посмотрела налево…

— Да осторо…

Чёрное пятно наконец стало различимым. Уже знакомый мне птеродактиль приближался в нашу сторону, не сильно теряя в скорости, даже на взлёте. И наша скорость нам не сильно помогла — птаха врезалась в нас, сразу разлучив на сраной высоте.

Как же я ненавижу падать…

Потому что прямо сейчас я именно что падаю, глядя на то, как женщина отлетела в другую сторону, а хищная птица, зависнув на мгновение в воздухе, выбрала целью… Ну да, давайте сожрём Инала, хули уж тут…

Она камнем ринулась вниз, раскрыв пасть, да только я не был тем, кого ей стоило пытаться сожрать. Выхватив меч, я напрягся и одним взмахом отправил в неё луч счастья, который вошёл птахе прямо на стыке верхнего и нижнего клювов, располовинив тварь почти ровно пополам от пасти до середины.

Но едва я распарился с одной, как столкнулся с другой. Тварь, взявшаяся хрен знает откуда, врезалась в меня, поймав буквально на лету лапами, которые сжались так, что захрустели кости, а когти, как добротные кинжалы, воткнулись глубоко в мою тушку в нескольких местах.

Её крик разрывал барабанные перепонки, заставляя голову кружиться. Но едва она повернула ко мне свой сраный клюв, чтобы сделать кусь-кусь (хера там клювище, как ножницы для резки металла), как я сделал взмах-взмах, срубив её чёртову голову.

Хорошо иметь отличную реакцию.

Херово лететь вниз.

Летя вниз спиной, я наблюдал за тем, как растут бетонные столбы, уходящие вверх. И как над нашими головами буквально поднимается водоворот из летающих тварей.

Млять… что мы тут разбудили…

Я так и не долетел до земли — розоватая точка метнулась вниз за мной, поймав у самой земли, резко сменив направление с вертикального на горизонтальное, из-за чего я испытал жуткие перегрузки. Мы мчались буквально в метре над землёй, когда за нами устремилась целая стая тварей.

Теперь я понимаю, почему Бао не спустился на самое дно на мечах. Встретиться с таким… да ещё и когда они летают удивительно быстро…

— В здание! В проход в здании! — крикнул я в ухо женщине, и мы резко сменили траекторию, после чего резко остановились. Я едва не обделался от таких разгонов-остановок.

Она остановилась ровно у прохода, после чего мы юркнули в него в тот момент, когда небо заслонила целая туча. Коридор, в который мы запрыгнули, начинался практически сразу с лестницы и вёл наверх.

— Быстрее! — рявкнул я.

— Меч? — протянула она руку, убегая наверх.

— Беги давай! — рявкнул я, подталкивая её наверх, после чего обернулся, когда первая тварь заглянула в коридор, и взмахом срезал ей башку.

Они убивались легко. Их сила была в неожиданных атаках со спины мощным клювом или когтями, но уж точно не вот такими атаками. Однако у них так давно не было соперников, что они явно страх потеряли. Ещё один удар, а твари уже толпой пытаются к нам залезть.

Лестница вела в небольшой зал, куда сразу же следом за нами прыгнула тварь, но я даже поднять меч не успел, как из моего мешка выскочил Зу-Зу, одним прыжком оказался на ней и сомкнул челюсти на шее. Его вес не позволял ему сбить птеродактиля с ног, но зато его острые зубы в два укуса, кажется, перекусили тому позвоночник, и тварь упала, подёргиваясь.

— Эй! Силы обрёл и думаешь, что теперь всё можно?! — возмутился я.

Но тот уже набросился на другую тварь, куснув её за лапу-крыло, которое было у птеродактилей. Та запнулась прямо к моим ногами, поэтому было достаточно одного движения мечом, и голова отлетела в сторону.

А вообще, я смотрю, от него появилась какая-то польза. Думаю, можно будет потом неплохо херачить дуэтом, так что…

Твари не пытались нас взять штурмом. Ещё три херодактеля заскочили в комнату, но на этом их бесконечный поток был закончен. Почему? Потому что их место заняла другая тварь.

Она была похожа на… хрен знает что. Голова как череп какого-то быка с торчащими острыми зубами, кожа лысая, как плешью поетая, местами в струпьях и язвах, рёбра в буквальном смысле слова торчат в стороны. И четыре когтистых лапы.

Испугала ли она меня?

Немного, но блин, подержите мои тапочки, я встречался с тем, что этой твари даже не снилось, поэтому…

Поэтому она меня чуть не озвездюлила. Для меня, кто может разрезать кусок камня с человека ростом или несколько деревьев, она оказалась достаточно прочной, так как мне потребовалось два удара. А ещё она оказалась дико быстрой, что было слегка неожиданно. Оставив мне напоследок на ноге рваную рану, её голова отлетела в сторону с костяным звуком.

И таких тварей оказалось целых три, что выползли на шум.

Глядя на упавшую третью тварь, я негромко выдохнул.

— Надеюсь, на этом всё. Не то чтобы я задолбался, но меньше всего хочется сейчас, чтобы их уровень сложности шёл по возрастающей…

— Уровень сложности? — спросила женщина.

— Это ты мне? — спросила Люнь.

— Нет-нет, мысли вслух, — отозвался я, покачав головой. — Надо переждать, пока снаружи всё не успокоится, а то не хочется прорываться.

— Да, — кивнула женщина и послушно села на колени, сложив руки на ногах и опустив голову.

— Вы не вспомнили, как вас зовут? — спросил я негромко.

— К сожалению, Юнксу. Я… мои воспоминания обрывочны и подобны ветру, который приносит лишь обрывки, и те, настоящие иль фантомы, мне даже этого неизвестно, — вздохнула она. — Но спасибо за ваше беспокойство, я ценю его.

— Да не за что, — отозвался я.

Из комнаты, куда мы попали, было ещё две лестницы: одна наверх и другая вниз. Та, что вниз, попадала в самые настоящие коридоры. Здесь же я нашёл труп, облокотившийся на стену. Вернее, скелет, который был одет слишком просто, с мечом, который был усиленным. Я предположил, что это был один из старателей, который заблудился и помер здесь.

Что касается верхней лестницы, то она попадала в большой такой зал, где были даже мосты. Его потолка и вовсе не было видно, тот скрывался в темноте где-то далеко наверху.

— Чё думаешь? Здесь жили раньше люди? — спросил я Зу-Зу.

Тот что-то прощебетал на своём, енотском.

— Да, я тоже думаю, что они должны были тогда сильно отличаться от нас. Люнь, а ты что скажешь?

— Я не знаю, я не вижу, а выглядывать ты мне не велел из-за аур, — какая послушная девочка.

— Ты же была здесь, разве нет?

— Да, но как давно это было, Юнксу? В любом случае, это должны были быть люди.

— Странные люди, — вздохнул я. — Кстати, я, как получил уровень, не испытывал своих сил.

— Что ты имеешь ввиду под «испытывал силу».

— Ну… с того момента, как взял уровень Расцвета, как-то именно сражаться мне не приходилось просто. От изумрудных сектантов я убегал, здесь тоже как-то не пришлось. А ведь, насколько я знаю, мой удар должен срубать взмахом по несколько деревьев, рубить скалы, в земле воронки оставлять и так далее.

Просто одно дело сражаться с человеком, когда твои удары приходятся ровно на противника, и как бы ничего особенного. А другое дело, когда ты бьёшь по земле и воочию видишь, насколько силён, что способен разносить всё на куски, оставляя землю перепаханной. Я сразу же вспомнил бой Лисички и этого как там его Феникса — они там дома сносили.

Хочу тоже посносить дома и поперекапывать землю ударами. А то чёт скучно сражаюсь, без пафоса или масштабных разрушений. Не по-культиваторски, когда местность после небольшой пьяной драки в баре должна быть похожа на Дрезден.

Скучно живём…

Выглянуть я рискнул лишь часов через шесть, готовый срубить башку любой твари, которая здесь появится, но, к своему удивлению, на трупах убитых тварей увидел кошек.

Мёртвых кошек, если так можно выразиться, потому что именно так они и выглядели. Лысые, худые до такой степени, что похожи были на скелет, обтянутый кожей. Когти, как и у всех представителей этого места, были длинными, как крючки. Ну и частокол зубов, куда же без него.

И казалось бы, подумаешь, похожи на сраных кошек, но нихрена блин. Это была какая-то жуткая версия мёртвых кошек.

Когда они нас увидели, то зарычали, выгнув спины, и сразу же начали приближаться, будто привыкли, что от них все убегают. Но едва они успели сделать парочку шажочков, как вперёд выскочил Зу-Зу и тут же вцепился в одну из них, повалив на пол и мгновенно перекусив той горло. Другие было уже бросились на него, но пара взмахов мечом, и ещё трое упали мёртвыми.

— Зу-Зу, утихомирься, — сказал я, глядя на то, как они разбегаются. — Что-то ты разошёлся.

А то реально прямо, получил силы и начал тут кошмарить других.

Что же касается этой странной живности, то я предположу, что они охотятся большими стаями и на обычных старателей, которые не могут дать нормального отпора. Нападают гурьбой, после чего съедают или просто ведут себя как падальщики.

В любом случае, все твари здесь выглядели какими-то болезненными, гнилыми, будто само место отравляло нормальных существ этими барьерами и грязной энергией. Как радиация или что-то типа того. А значит, чем быстрее мы свалим, тем лучше.

Уходил я по той же методике, по какой пришёл с Бао. Мы сначала добрались до крутых склонов, поднявшись выше, и уже потом начали лететь.

Женщина, которая так и не вспомнила своего имени, вела себя сдержанно, спокойно, послушно. Я, конечно, не позорный сексист (потому что считаю женщин равными себе и бью их без зазрения совести в этом мире), но вела она себя как покорная жена, которая не говорит без спросу, всё подмечает, всё слушает и не мешается.

Поэтому, когда мы подошли к краю, она безропотно обняла меня, и мы взмыли вверх, чтобы через несколько секунд наконец покинуть это сраное место, от которого у меня уже голова болела. Чуть не сдох несколько раз, блин…

И как раз в воздухе мы и встретили закат.

— Красиво… — выдохнул я.

— Мне нравятся закаты, — тихо произнесла женщина. — Они дают надежду на новую жизнь.

— Вы что-то вспомнили? — сразу же оживился я.

— Боюсь, что нет, — покачала она головой.

— А… может вы помните, где находитесь? В какой империи? Где её столица?

Она задумалась где-то на секунду, прежде чем покачать головой.

— Тогда нам надо спуститься на землю. Я посмотрю карту.

Теперь-то дело у нас пойдёт быстрее. Мне нужно было в столице узнать об этом Вьисендо, и пешком это бы заняло очень много времени, а теперь можно было спокойно преодолевать большие расстояния без каких-либо проблем.

Мы спустились где-то за километр от дыры, расположившись под небольшим, но высоким холмом на берегу очень маленького прудика.

— Держите, — протянул я наши запасы провизии.

— Это… — с сомнением взяла женщина в руки мясо. По лицу было сразу видно, что к подобному она не привыкла.

— Вяленое мясо, — пояснил я и отдал кусок в лапки пушистому. Который уже тут как тут был, встав на задние и весь такой уже вытянувшись. — Больше ничего нет.

— Мне еда без надобности, но я благодарю вас, Юнксу.

— Без надобности? — удивился я.

— Я могу обходиться без еды, — кивнула она. — Но всё равно спасибо вам.

Получается, на уровне мастера еда уже не нужна? С этим вопросом я обратился к Люнь, когда отошёл подальше от женщины, чтобы она меня не слышала.

— Без еды ты можешь обходиться с уровня Послушника Вечных.

— Блин, ещё так нескоро… — протянул я и со вдохом сел на землю, расстелив перед собой небольшую карту из бездонной сумки, попутно прожёвывая мясо. — Хотелось бы, конечно, поскорее подняться.

— У тебя и так очень быстрый рост, Юнксу. За сколько ты поднялся на четвёртую ступень? Когда мы встретились, ты едва-едва брал вторую. А прошло всего полтора года.

Или два с половиной с того момента, как я попал в этот мир.

— И всё равно как-то долго, ты не находишь?

— Нет, не нахожу, — ответила она и вылетела из меня. — Фух.. наконец свобода… не поделишься со своей верной спутницей?

Я протянул ей кусок мяса с хлебом, продолжая разглядывать карту. Так-с…

— Думаю, мы сможем добраться до столицы меньше чем за неделю, если будем лететь. Знать бы её скорость, конечно…

— Честно говоря, я бы волновалась о другом, — покачала она головой.

— О чём же? О женщине?

— Думаю, про это ты и так волнуешься, Юнксу, так как стоит ей всё вспомнить, она спросит с тебя всё обратно, — ответила Люнь. — Но я говорю про Бао.

— Да чего там этот Бао? Для начала этот ублюдок должен сначала открыть тубус, а там уже пусть ищет меня. Мир-то большой. К тому же, он наверняка думает, что я сдох.

— Да, но… когда он не обнаружит свиток, то ему не составит труда откопать тебя и обнаружить, что ты сбежал. Ты ведь видел, как легко выбралась та женщина из-под завалов, верно?

— И? Всё равно не найдёт.

— Он знает, как ты выглядишь, и мне кажется, он может попытаться найти тебя с помощью других людей, — она внимательно взглянула на меня.

— Секта Великого Изумрудного Ока, — понял я, к чему она клонит.

— Он может всем разболтать, что именно ты виноват в той бойне в городе. Описать, кто ты, как выглядишь и так далее, а там уже будет просто следить, где она тебя обнаружит.

М-да… тогда будет слегка неудобно. Просто скажет — широкоглазая рожа, и всё, меня смогут найти даже в самом густом городе, возникни у них такое желание. Хреновенько, скажем так.

— Чёрт, Люнь, ты меня пугаешь… — произнёс я задумчиво.

— Я не пугаю, я просто…

— Я имею ввиду то, что иногда ты такая тупка, что зубы сводит. А иногда становишься чрезмерно умной, как бывалая сучка.

— Я даже не знаю, обижаться или наоборот, сказать спасибо, — хмыкнула она.

— Да я же любя, — подмигнул я. — Ты же душка у нас, я прямо бы заобнимал тебя до твоего милого писка.

— Ой, да ну тебя, — отмахнулась она, покраснев и смутившись. — Тоже вот скажешь…

Так, ладно, Бао даже если и вскроет тубус, ему потребуется время, чтобы сначала вернуться сюда и откопать меня, а потом добраться до столицы и растрезвонить всем о том, как я выгляжу. За это время я, надеюсь, успею со всем разобраться и свалить в закат.

Только в закат — это куда, интересно?

Ки, детка, куда тебя утащил тот говнюк?

Когда я вернулся к женщине, то с удивлением обнаружил, что она уже разожгла небольшой костёр.

— Я… — она посмотрела на меня, будто оправдываясь. — Я неожиданно вспомнила, что могу зажигать огонь знаком на пальце.

— Печатью, — подсказал я.

— М-м-м… да, вы правы… — её будто осенило. — Это называется печать… точно… — она кивнула сама себе. — Мне показалось, что раз мы встали на привал, стоит приготовить что-нибудь?

— Что же? — поинтересовался я.

— У вас есть ёмкость?

— Котелок, имеете ввиду?

— Котелок, да.

— Хотите сделать суп? Я думал, вам не обязательно кушать.

— Да, но мне показалось, что кушать хотите вы, Юнксу. И я подумала… — она задумчиво посмотрела на костёр. — Когда-то мне нравилось готовить.

— Когда-то? Вы что-то вспомнили?

— Нет, но… мне просто захотелось приготовить кому-нибудь что-нибудь и… для кого-то…

— Мне кажется, она скучает, — сказала Люнь, облетев её. — Она не может вспомнить человека и может даже этого не понимать, что скучает по нему, но чувствует это. И может просто хочет заглушить это чувство. Сделать что-то для другого, как для них.

Подмена. Подмена одного другим. Я знаю, я умный, я книжку по психологии читал. Вот.

— Ну… давайте тогда, — согласился я, достав небольшой котелок из сумки. — Тогда вы здесь сидите, а я сбегаю, поймаю что-нибудь, чтобы не одной водой радовать желудок.

Что-что, а я был не против, когда мне кто-нибудь готовил с душой.

Глава 107

Мы сидели перед костром, на котором стоял котелок. В это время вечер потихоньку брал права в свои руки, потому становилось свежо, ночные насекомые начинали свои трели, и атмосфера становилась какой-то умиротворённой.

Я не знаю, хорошо ли женщина готовила, но чего не отнять, так это её умения раскладывать еду. Её навыки явно были отточены, чтобы эффектно подавать еду гостям или своему мужу. Вроде просто наливает в миску суп, но… блин, всё равно делает это как-то изящно, что ли.

— Спасибо, — кивнул я. — Приятного аппетита.

— Благодарю, — кивнула она. — Странно, но я будто делала это не раз и не два, готовила. Руки сами тянутся ко всему, будто лучше меня знают, что делать.

— Это называется набить руку. Навыки. Делаете всё, даже не задумываясь об этом.

— Это хорошо, — кивнула она и взглянула на свою ладонь. — И всё же я ничего не помню.

Скорее всего, последствия стазиса. Меня больше другое интересует. Она вспоминает в данный момент исключительно свои навыки, но не личность. Ни имени, ни возраста, ни того, что она вообще здесь делает. Разве что помнит что-то там про ребёнка.

Будет забавно, если она пошла его спасать в то хранилище, а я его там и похоронил.

Но не мне.

Чёт я аж заволновался…

А суп она, кстати, нормально так приготовила, хочу заметить. Даже Люнь летает тут, слюни пускает, понимая, что сейчас ей не светит.

Зато светит Зу-Зу.

— Держи, пушистый, — поставил я перед ним миску.

Тот подошёл к ней, посмотрел на меня, типа спасибо, брат, и начал лакать, попутно не забывая ополоснуть там свои лапки, куда же без этого.

— У вас тесная связь, — кивнула со странной улыбкой женщина. — Вы будто действительно понимаете друг друга, как если бы были мастером заклинателем демонов.

— Я не совсем понимаю, мастер заклинатель демонов — это как друид?

— А… кто такой друид?

То есть мастер заклинатель демонов она знает, а друида нет? Окей… хотя стоит ли удивляться с человека с амнезией?

— Приручатель животных?

— Он не приручает животных, он ими овладевает, — пояснила она. — Впитывает его силу. Принимает её, делая частью себя, после чего может призывать его к себе на помощь в его истинном облике либо использовать его силы.

Нихрена не понял, но очень интересно. И по описанию слегка так похоже на Люнь, только ту никто не видит.

— В тех землях, откуда я, это не сильно развито, — покачал я головой. — Вернее, этим не пользуются. У нас больше распространены мечники и мастера печатей.

— Да, как и у нас, — кивнула женщина. — Заклинатели демонов живут в густых лесах Шаммо, опасных и труднопроходимых. И…

Взгляд женщины устремился куда-то вдаль, будто она пыталась что-то вспомнить, но не могла. И так она зависла на минуту или две, пока её не отпустило.

— Простите… воспоминания обрывочны и… я помню одно, но не могу вспомнить другого.

— Не извиняйтесь, — покачал я головой и окинул взглядом округу. На небе уже вспыхивали звёзды, хотя закат ещё горел оранжевым светом. — Всё в порядке. Лучше давайте отлетим от этого места на ночлег подальше, пока ещё окончательно не стемнело.

Она послушно кивнула и помогла мне собраться, после чего обхватила, прижав к себе, и устремилась в небо. Блин, от такого тесного контакта у меня даже встало так неслабо. Не знаю, почувствовала ли она это или нет, но мне выпал первый класс.

Путешествие к столице, наверное, было самым приятным моментом за последнее время. Почему?

Ну, во-первых, сиськи.

Ты летишь в комфорте и мягкости, поддерживаемый сильными хрупкими руками женщины, которая приятно пахла. Не шанель, но именно женский, такой мягкий и нежный. Женщина была явно ухоженной, следящей за собой, так что можно было просто откинуть голову и расслабиться.

Во-вторых, она сама, как личность. Спокойная, кроткая, воспитанная, мягкая и чуткая.

Бывает, ты общаешься с человеком и чувствуешь, что с ним… ну, вот тяжело говорить. Он вроде бы нормальный, но стиль общения у него такой, что вы будто не подходите друг к другу, из-за чего чувствуешь дискомфорт.

Здесь такого не было. Она будто сама старалась избегать подобных ситуаций, молча, когда надо было молчать, и говоря, когда нужно было услышать её слово. Короче, проводить с ней время было приятно, как и путешествовать.

А одной ночью и вовсе неловко как-то вышло, и нет, я с ней не переспал.

Суть была в том, что женщина ворочалась всю ночь, металась, что-то пыталась говорить, но все звуки были бессвязными. Она уже так металась, что успела перекатиться тот метр, что был между нами. Мне даже пришлось самому встать и слегка потрясти её за плечо.

— Эй, э-эй, вы как? Слышите? Э-эй?

Женщина не проснулась, нет, вместо этого она резко крутанулась, выбросив вперёд руку, и через мгновение я уже был к ней прижат, да так, что кости затрещали.

— Ох млять…

— Кажется, она тебя спутала с плюшевой игрушкой, — хихикнула Люнь.

— Ага, видимо… — пробормотал я.

Не сказать, что мне было неудобно. Нет, меня прижали к себе, обхватив руками, пригрели, и в этом даже был какой-то уют. Просто чёт я смутился с лёгонька так. Но по крайней мере остаток ночи она спала спокойно и больше не металась, как будто почувствовала успокоение, найдя кого-то рядом и поняв, что не одна.

Это из-за стазиса так её немного подколбашивает?

А на утро она, краснея, отодвинулась от меня, после чего села и поправила волосы.

— Я прошу прощения, я… видимо… во сне.

— Да я уже понял, — кивнул я.

— Простите меня, меня мучают кошмары и, возможно… во сне я двигаюсь.

— Да, но ничего страшного, — слабо улыбнулся я. — Надеюсь, вы выспались. Хотя я думал, что на этом уровне последователи могут и не спать.

— Я…

И тут у неё широко раскрылись глаза, как от осознания.

— Я вспомнила своё имя…

От этих слов у меня аж похолодело, а Хочуха взвыл диким визгом «НАШЕ-НАШЕ-НАШЕ». Я пытался оценить ситуацию и понять, хватит ли мне сил сейчас наброситься на женщину и затравить её своей Ци, или меня нашинкуют раньше, но…

— Моё имя, — её губы тронула мягкая добрая улыбка. — Я… я Сянцзян.

— Эм… а фамилия? — уточнил я.

— Я не помню, но это моё имя. Я Сянцзян.

— Мне приятно с вами познакомиться, — слегка кивнул я головой. — Я Юнксу, будем ещё раз знакомы.

Она улыбнулась на мою шутку, и напряжение как-то спало.

С огнём играю — если она всё вспомнит, — а она всё рано или поздно вспомнит, — мне влетит, и вопрос, насколько моё поведение целесообразно?

Оставить её ночью и идти своей дорогой — всё. Уж со своим-то уровнем она как-нибудь точно выживет, а там, глядишь, и подберут её добрые люди.

А с другой стороны, всё же так гораздо быстрее, верно?

Или дело не только в том, что это быстрее?

— Вас что-то тревожит? — вот проницательная зараза.

— Нет, не тревожит, — махнул я головой настолько палевно, что даже енот сделал фейспалм. Ну а Сянцзян лишь кивнула, будто соглашаясь со мной, и больше не поднимала этот разговор.

Благодаря относительно спокойной поездке, где не надо было топать хрен знает сколько с лишним километров, я мог заняться тем, чем должен был заниматься уважающий себя культиватор — качаться.

Не знаешь, что делать? Качайся.

Тебе грустно? Качайся.

Ты подозреваешь, что твой лучший друг видит в тебя подружку? Качайся. И желательно с жопы.

Вот и я то и делал, что качался, а то со всей этой беготнёй нормально не позанимаешься.

Например, меч, фехтование — это было моим коньком и хорошее подспорье в любой драке. А значит, надо было вложить в него свои силы.

Поэтому я взял за привычку тренироваться с мечом, когда выпадала свободная минута, стараясь уйти подальше от глаз Сянцзян. Не знаю, как-то стыдно было показывать, как я неуклюже владею клинком.

Сейчас то, что я умел, оно было как… как рисование, вот!

Ты видишь холст перед собой.

Ты видишь картинку в голове.

У тебя есть карандаш.

Ты рисуешь ху… не очень красиво и ровно.

Такая же суть была и с мечом. Ты видишь противника и каждое движение, подмечаешь каждый момент. Ты ловишь мгновение, когда надо нанести удар, видишь его. У тебя есть меч. Ты бьёшь вкривь и вкось, не так, как нужно.

Ты не можешь нарисовать красиво — ты не можешь нанести удар правильно. Хотя в обоих случаях точно знаешь, как надо, и видишь это.

Я пытался бить быстро и чётко, тычками, быстрыми с минимумом движений и взмахов, чтобы не давать возможности противнику опомниться и успеть перейти в контратаку. Танец морозного огня был стилем атаки. Быстрый, как жалящая пчела.

Раньше он мне казался совершенным, и будто я владею им как минимум на охренительном уровне. А теперь я вижу, как вздрагивает меч, как он неточно идёт, вкривь и вкось, не в силах попасть в тот самый нанометр, который нужно, совершая никому не нужные движение, опаздывая на мгновения. Эти мгновения собираются в секунду.

А этой секунды будет достаточно, чтобы решить исход боя.

И я старался свести всё к минимуму.

И всё равно, как я нихрена не мог провести ровную линию на бумаге и правильно нарисовать пропорции тела, даже видя их перед собой, даже зная, как должно быть, так же и здесь я не мог ударить ровно.

Казалось, мешает всё — от лёгкого ветра до самого воздуха, будто меч каждый раз наталкивался на препятствия или воздушные ямы.

Я пытался бить сильнее, бить так, что ныли мышцы, готовые лопнуть, а меч едва не вырывался из рук. Я делал такие взмахи, что слышался громкий свист, но ни скорость, ни концентрация не давали результатов.

— Да какого хера! — рыкнул я и ударил по земле.

Эффект был красноречивым.

Меч будто взорвал землю, образовав под собой неплохую такую воронку и разметав землю вокруг. Ещё один удар наотмашь, и дёрн вместе с травой раскидало в стороны, оставив землю будто перекопанной.

Но меня это как-то не впечатлило. Зачем силы, если ты их не можешь направить в нужное русло, если не можешь нанести хороший, быстрый и точный удар?

Я вновь начал повторять упражнения, борясь с невидимым противником. Я атаковал, колол, бил так быстро, как мне только позволяло тело, но хрен там. Я не мог преодолеть этот невидимый барьер и просто не всасывал, где косячу. Меня точно нельзя было назвать гением с моей тяжёлой формой культивационного кретинизма, и потому я не мог уловить суть, что, сука, не так.

— Может ты просто неправильно что-то делаешь? — предположила Люнь, наблюдая за мной.

— Да ты что, — фыркнул я. — Может подскажешь, в чём?

— Я целитель, не мечница. Я могу тебя исцелению обучить, я могу объяснить, как лучше подниматься по ступеням, чтобы правильно расти, или печати какой-либо обучить, которые сама знаю, но не более.

— Да знаю я, знаю… просто у меня ничего не получается, — вздохнул я и воткнул перед собой меч.

— Знаешь, Юнксу, мне кажется, тебе стоит немного передохнуть и помедитировать.

— Типа смена деятельности? Ага, это как разгружать телегу с углём, а потом идти отдыхать, ремонтируя свой дом, — хмыкнул я, но тем не менее последовал её совету.

С потоками у меня прогресс был чуть лучше, но тоже не солнце. Всё, что я накопил за убийства, было подкреплено пилюлей Бао, но даже с этим мне не удалось взять первую ступень. Хотя чего я ожидал? Люди тратят на это недели беспрерывной медитации, а я занимаюсь от силы пару дней, и то по несколько часов в каждом.

Это вообще было непросто. Протягивать их мысленно через тело сложно и очень трудно, будто нести пакеты, которые режут руки. Нет, это не больно, но здесь напрягались сознание и внутренние силы, от чего становилось как-то нестерпимо и хотелось очень остановиться.

Я закрывал глаза в спокойном состоянии, но открывал их весь мокрый, будто грузил вагон мешками.

И даже с пилюлями Бао, который сильно облегчали задачу, я двигался сверх медленно. Да, они будто направляли потоки внутри тела, улучшая циркуляцию, что влияло на возможности меня самого, но было одно большое «но». Я впитывал Ци куда слабее, а мои запасы после убийств утекли как нефиг делать за мгновения.

А ведь мне надо было качаться, и чем сильнее, тем лучше. Нет, серьёзно, мне действительно надо было как можно быстрее прокачаться, так как каковы мои реальные силы? Кого я могу убить с началом четвёртого уровня?

Ладно, одного я убил, но лишь потому, что смог его отравить. Окей, тех восьмерых я угрохал, но лишь из-за того, что они А: тупые; Б: не умеют сражаться; В: не умеют работать в команде; Г: у меня был талант, а у них нет. Но едва один из них сменил тактику, перейдя на рукопашку, и меня озвездюлили как нехрен-нахрен.

А туда, куда я иду, тех, кто хорошо сражается будет овер-дохрена, а учитывая, что коснуться таланта можно с уровня Священного Роста, то даже мои удивительные способности уже как бы и не катят особо, так как они есть там у всех. А я, ко всему прочему, ещё и мечом владею через жопу.

Чувствую себя полнейшим ничтожеством, если честно.

Но тем не менее я продолжал тренировки с упорством идиота, пытающегося проломить головой стену. Если часто биться о стену, можно будет её сломать. Или сломать себе голову, здесь как повезёт.

Наверное, моё лицо красноречиво передавало мои чувства, так как Сянцзян на одном из привалов отложила тарелку в сторону, внимательно взглянув на меня. При этом она даже не доела.

— Юнксу, я вижу беспокойство на твоём лице. Тебя что-то тревожит?

Ты чё, психологом заделалась? Не пугай меня, я не переношу психологов ещё со школьной скамьи. У нас там был один психолог. Он так помогал детям, что одна девчонка аж сдохла от счастья. Пришла к нему поплакаться, а он сообщил, что его рабочий день закончен, и она сиганула с десятого этажа этим же днём.

Иными словами, они нихрена не помогают.

И тем не менее…

— С чего вы взяли, Сянцзян?

— Я вижу, что вы в последнее время напряжены. Вы помогаете мне, я бы даже хотела сказать, заботитесь, и мне бы хотелось отплатить добром на добро, — мягко произнесла она.

Ну, кто о ком ещё заботится, если уж так говорить. Она меня переносит, она готовит еду, она даже иногда меня обнимает в порывах кошмаров, грея собой. Тут скорее я нахлебник. И тем не менее…

— Нет, всё в порядке, — ответил я.

Думал, сейчас будет допытываться, но Сянцзян лишь кивнула и вернулась к еде, при этом бросив на меня взгляд, типа я знаю, что ты соврал.

— А мог бы попросить помощи, — сказала Люнь на одной из тренировок.

— Да она же ничего не помнит, — отозвался я, повторяя один и тот же удар до автоматизма.

— Но быть может и вспомнила.

— Вот именно. Вспомнила, и нам неизвестно, что конкретно она может вспомнить. Как правильно фехтовать? Или кто она и кому по-настоящему принадлежат вещи, что со мной?

— Так вот чего ты боишься…

— Понятное дело, что именно этого. Чем меньше она помнит — тем сохраннее моя жопа. Люнь, ты действительно веришь, что она в реальности такая добрая? — приподнял я бровь, слегка удивлённый наивностью призрачной девчонки.

— Ну… она вроде искренняя.

— Люнь, тебе сколько?

— Неприлично спрашивать девушку о её возрасте, — буркнула она.

— Чуть больше, чем дохрена лет, если я не ошибаюсь, верно?

— Хочешь намекнуть, что я глупая?

— Ты? Нет, ты просто тупка. Задумайся над тем, чего она такая добрая?

— Обычно…

— Вся аристократия, все эти сильные последователи практически всегда надменны, чувствуя силу над всеми, кто ниже их. Они считают их недостойными себя, жалкими, слабыми, и она явно одна из них. Для них никто не ровня, если слабее.

— Да с чего…

— По поведению, Люнь, посмотри на её манеры, — вздохнул я. — Это не то быдло с нижней деревни или даже верхней, и не те, кого мы встречали. Да даже меня сравни с ней по разговору, движению, манерам, даже сам тон и интонации. Это кто-то из знати. Но сейчас, когда она потеряла память, скорее всего, ведёт себя как та, кем была до обретения силы. Но стоит этой женщине всё вспомнить, и перед нами может оказаться совершенно другой человек. И мне хотелось бы не способствовать этому. Мне по душе милая добрая женщина, а не стерва, которая не даст никому спуску.

Да, именно этого я и боялся. Что вспомнит она себя настоящую, и у меня в лучшем случае всё отберут. Память — штука такая, может возвращаться. И лучше это произойдёт после того, как я с ней распрощаюсь.

А что касается моего кретинизма… таков путь, чё ещё скажешь?

Так что если мой рост со скрипом, но продвигался, потоки с трудом, но пробивали русло в теле, протягивались, то вот с мечом был полный затуп. Ну не понимал я, почему у меня не получается.

Я вкладывал столько сил, я делал движения на грани возможностей, готовый обогнать солнечный свет, но всё равно меч не чертил те линии, которые были нужны. Всё равно он шёл вкривь и вкось, не попадал туда, куда нужно, хотя казалось бы, куда проще. Будто я играл в бадминтон и не мог попасть по воланчику, хотя видел его.

Чё я такой кривожоп, блин…

Да, я что-то делал неправильно, но с тем же успехом можно было советовать лучше стараться.

А тем временем время шло, и мы приближались к столице. Оставалось надеяться, что мы не встретим на своём пути никаких проблем. И доберёмся до того, как Бао вскроет тубус и со сгоревшей жопой на пердальной тяге понесётся за нами.

***

Сказать, что сердце ёкнуло — это не сказать ничего.

Бао молча смотрел на раскрытый тубус и то, что вытащил из него.

Две деревянных больших щепки, предположительно, от той самой двери, что вела в хранилище. Кто-то положил их внутрь, и было несложно представить, кто это сделал и куда подевался сам свиток.

Бао сидел молча минут пять, будто эти кусочки гипнотизировали его. В голове пролетали тысячи мыслей, от досады, что цель была так близко, до укоров в сторону самого себя, что так просто поверил хитрому мальчишке. Но ни одна из них не была пропитана ненавистью или злобой — ему было плевать на других, но тем не менее, он всегда признавал достойного противника.

Бао неожиданно хохотнул, потерев затылок.

— Вот хитрая блоха… Ну ладно, Юнксу, признаю, ты действительно молодец, напакостил под конец, а я, старый дурак, и повёлся на уловку, старую, как мир. Признайся, ты изначально знал, что я так с тобой поступлю, и даже не питал надежд…

Привычку разговаривать с самим собой он получил, сидя в заточении многие десятки лет. Будто при проговаривании вслух слов ему лучше думалось.

Бао огляделся, будто это могло помочь ему определить, где находится свиток.

— Ну что ж, считай, что вызов принят. Думаешь, одержал верх и сможешь выйти сухим из воды? Тогда давай посмотрим, кто кого…

Он встал, гордо выпрямившись, будто принимая вызов. Впереди была нелёгкая задача — найти мальчишку и свиток, если только он не умер в той пещере. Но Бао сомневался, что судьба будет столь щедра, похоронив мальчишку под грудой камней.

Глава 108

— Юнксу, прошу тебя, — протянула Сянцзян мне плошку с супом.

— Спасибо.

Для меня не стало секретом, что она ещё несколько секунд смотрела на меня, будто пытаясь считать с лица мои эмоции, после чего наложила плошку Зу-Зу и уже после нас обоих себе. Взяла её осторожно в ладони, но есть не начала, глядя на содержимое.

— Юнксу, тебя что-то тревожит в последнее время? — наконец мягко спросила она, посмотрев на меня. Настолько мягко, что у меня даже возник порыв всё ей выложить как на духу, но я промолчал.

— Нет, просто… чёт задумался…

— Это связано со мной, верно? — столь же мягко продолжила Сянцзян. — Я вижу, как ты смотришь на меня искоса, будто остерегаешься. Спишь как на иголках, вскакиваешь иногда, будто боишься, что кто-то подкрадывается. Ты хочешь о чём-то поговорить?

— Нет, дело не в этом, — покачал я головой.

— Волнуешься из-за моей памяти?

Я прищурился, бросив на неё взгляд, но Сянцзян выглядела невозмутимо. Мягко и приветливо, как человек, который готов выслушать все твои проблемы, понять и простить. Именно так выглядела следователь, которая пыталась упечь меня за решётку. Это научило меня самому важному правилу — держи все свои мысли при себе, а язык за зубами.

— Нет, — ответил я спокойно, после чего принялся есть, показывая, что разговор окончен.

Сянцзян больше не поднимала эту тему. Она вообще, как женщина, была достаточно… хорошей. Некоторые назвали бы её идеалом женщины, которую бы хотели видеть своим партнёром. Она не была тупой и точно не относилась к тем, кто считает, что их мнение на последнем месте. Другое дело, что она умела располагать к себе людей, а такое иногда пугало.

Того глядишь, и расскажешь ей всё как на духу.

А если она благодаря этому вспомнит всё, то не станет ли жуткой стервой, которая порвёт меня банально за то, что посмел просто оказаться рядом?

Да, именно этого я и боялся. Люди меняются, добрые становятся злыми, мягкие непробиваемыми, готовые впустить в себя мир циничными и жестокими. И Сянцзян могла оказаться как Бао, которая убьёт просто потому, что захотела и посчитала себя оскорблённой.

Я доковырял свою тарелку, после чего отложил её в сторону и пошёл заниматься фехтованием. Я подходил к вопросу так: если долго и упёрто повторять одно и то же действие, ко мне придёт понимание, где я допускаю ошибку и из-за чего контроль меча такой топорный.

А ещё культивация, стоило постараться пробиться хотя бы на первую ступень. Люнь повторяла, что после первой ступени, когда я пробью русло для потоков, дальше наращивать их будет гораздо легче.

Однако стоило мне начать, как Люнь негромко произнесла.

— Сянцзян наблюдает за тобой.

Так…

Я остановился, но, даже не повернув голову, спросил:

— Сянцзян, вы хотели что-то спросить?

— У вас острое восприятие мира, Юнксу. Мне казалось, вы не должны заметить меня, — ответила она. — Мне было интересно посмотреть на вашу тренировку, признаться честно. Вы каждый день в свободное время уходите, и простите моё женское любопытство, мне было интересно взглянуть.

— Да ничего, — обернулся я к ней. — Сказать по правде, мои способности довольно посредственны.

— Мальчики выглядят мило, но вырастают и выглядят мужественно. На то это и рост, чтобы прийти от начала к концу, если таковой существует.

— Понятно…

Я не знал, что ей сказать, а тренироваться под взглядом кого-то было как-то… неуютно, что ли. Я только с Лисичкой мог тренироваться. Она видела мой позор с самого начала и в принципе научила выживать в этом мире, благодаря чему я до сих пор топчу эту землю.

Блин, интересно, как она там?

***

— Пси! — тихо чихнула Лин тоненьким голоском, совершенно не соответствующим её строгой и холодной внешности, и едва не упала, схватившись за Пейжи. Они двигались по высокому заснеженному склону, и стоило здесь сорваться, как тут же полетишь вниз. Но едва Лин выпрямилась, как… — Пси! Пси-пси-пси-пси-пси…

Она чихала и чихала, вздрагивая каждый раз, не в силах остановиться, аж слёзы на глазах выступили, пока Пейжи поддерживала её, чтобы подруга не скатилась с откоса.

— Что же такое… — пробормотала Лин и… — Пси! Пси-пси-пси…

Как сказал бы Инал: «ля, милота-то какая».

***

Смог бы я её сейчас победить? Ведь она тоже была уровня Расцвета на стадии очищения. Вообще, у меня должны были быть шансы, ведь я коснулся таланта, а она нет (знаю потому, что это самоубийство, а мне подфартило).

— Вы хотели что-то спросить? — поинтересовался я.

— Простите, если отвлекла, просто… — Сянцзян медленно спускалась с холма ко мне… — хотела посмотреть, как вы занимаетесь. У меня такое чувство, будто я сама умею фехтовать, когда гляжу на вас, хотя ничего не помню. Вы позволите мне?

Я осторожно передал в её протянутую руку меч, рукоятью вперёд.

— Вы знаете, кто я? — негромко спросила Сянцзян.

— Без понятия, хотя есть догадки. Думаю, в столице вы найдёте ответ на этот вопрос.

— Спасибо, — кивнула она.

— За что?

— Что поможете мне вспомнить, ведь… — выдохнула и улыбнулась. — Я чувствую, много чего чувствую, но не могу объяснить этих чувств, так как не знаю, чем они вызваны. Тоска, непреодолимое желание, тревожность… это беспокоит меня.

Она покрутила в руке меч, после чего сделала взмах. Хлёсткий, отличающийся от моих ударов. Он был быстрым, поистине быстрым и точным, будто Сянцзян била кнутом, а не мечом. Кивнув, она сделала шаг вперёд и сделала пару ударов, при этом будучи полностью расслабленной.

— Да, я помню, как управляться мечом… — сказала Сянцзян самой себе, после чего повернулась ко мне. Сделала пару шагов и неожиданно обняла.

Честно говоря. это застало меня врасплох, но я не стал отталкивать её. По крайней мере, сейчас, когда она не пытается меня убить.

У меня пусть и встало, но какого-то прямо-таки возбуждения я не чувствовал. Так обнимали только люди, которые скучали по кому-то. С теплом и добротой, будто пытаясь заключить человека в своих объятьях так крепко, чтобы отпечатать у себя на душе человека.

— Я чувствую пустоту в сердце, — негромко произнесла она. — И мне становится легче, если я вас обнимаю, будто… заполняю эту самую пустоту хотя бы отчасти.

— Вы удивительно откровенны, — заметил я.

— Какой смысл что-либо скрывать, когда это будет вредить лишь мне и только мне? — задала Сянцзян встречный вопрос. — Я скучаю.

— По кому?

— По своему ребёнку. Не знаю, что меня сподвигло его оставить или отпустить, но я хочу вернуть его.

— Понятно… — протянул я. — А вы ещё что-нибудь вспомнили?

— Обрывки, — негромко ответила она. — Я вспоминаю, лишь когда чего-то касаюсь или вижу. Будто это ключи к моим воспоминаниям.

Значит, не зря я спрятал веер и сумку от её глаз подальше. Я не чувствовал угрызений совести — меня уже достаточно поимели, чтобы не чувствовать подобного. Вот какую-то озлобленность на мир — это да, есть такое. Я вроде как ничем не заслужил, чтобы меня судьба крутила на всех выступающих частях тела. И чем больше меня озвиздюливают, тем сильнее хочется озвездюлить всю округу в ответ.

Хотя в её объятиях мне даже как-то спокойно было, что ли.

— Когда мы придём туда, куда вы направляетесь, вы меня оставите, верно? — негромко спросила Сянцзян.

— Скорее всего.

— Одну? Просто… без памяти я не знаю, куда мне идти, и вы пока единственная моя связь с внешним миром. Я бы не хотела остаться напротив него всего одна.

Так вот чего ты остерегаешься — боишься банально потеряться без меня? Что без памяти тебе просто останется бродить, надеясь на чудо, а так со мной у тебя есть хоть какие-то шансы найти дорогу обратно, откуда пришла?

— Я бы не волновался на этот счёт, — ответил я. — У меня есть определённые подозрения, что там вы, Сянцзян, найдёте ответы на свои вопросы и сможете частично вернуть память, если не вовсе найти дорогу домой.

— Думаете?

— Уверен.

— Это хорошо, — негромко ответила она. — Спасибо вам.

Когда Сянцзян ушла, я ещё некоторое время смотрел ей вслед, не совсем понимая её порыв. Пообниматься-то ясно, обнимашки — это как исцеление, спасает от большинства психологической хвори. А вот её попытки помахать мечом… пытается вспомнить что-то с помощью того, что умеет?

Помашет и вспомнит?

Не знаю, но кое-что я всё же неожиданно осознал, глядя на то, как она наносила удары.

Это не стиль «Танец морозного огня» или «Атака северного ястреба» и уж точно не «Как умею, так машу», но сами её движения, они будто были ответом на то, как было правильно работать клинком.

Я смотрел перед собой, пытаясь вспомнить все те движения, которым меня учила Чёрная Лисица. Каждое из этих движений, каждый тычок и взмах, то, в какой последовательности я их буду наносить. Я всё это знал, но сейчас повторял в голове, после чего…

Шаг вперёд и взмах, быстрый и точный, но теперь я не пытался напрягаться так, что мышцы трещали, и не действовал по принципу быстрее-сильнее. Я не пытался бороться с сопротивлением воздуха и теми потоками, которые мешали мне наносить точные удары.

Я расслабился и принял это как неизменную данность.

Это было как озарение, как понимание, что не всё решается силой, и не везде надо напрягаться до такой степени, что рвутся жилы. Быстрые и точные удары не значили, что не надо теперь прилагать силы — нет, их надо прилагать, но не бороться с тем, что тебя окружает и с чем ты бороться не можешь.

Обрести гармонию с миром вокруг — кажется, так подобное называли. Расслабиться и принять реальность, позволив миру быть таким, какой он есть. Лишнее напряжение лишь сковывало, достаточно просто делать своё дело, прислушавшись к самому себе и к миру, ощутить ту самую грань, где заканчивается твой предел.

Я больше не пытался протолкнуть меч — я просто вёл его, и он сам будто находил свой путь, словно воздух перестал быть препятствием. Теперь мне не требовалась прорезать воздух, чтобы ускориться, достаточно было его почувствовать и понять, чтобы тот будто бы расступился на пути клинка.

Мои движения стали легче, и пусть не быстрее, но от того заметно точнее. Будто спало окаменелое напряжение, и мышцы начали работать лучше и чище. Умный в лужу не пойдёт — умный лужу обойдёт. Так же и я теперь чувствовал, будто сам воздух помогает, поддерживает удар, давая ему пройти ровно в цель.

Мне было куда стремиться, это точно, но сейчас вышло гораздо лучше, чем в прошлый раз. На душе сразу стало как-то радостнее, что я поднялся на ступеньку выше к силе, причём без чужих подсказок.

— Уже что-то… — пробормотал я.

— У тебя получилось? — спросила Люнь.

— А ты не заметила?

— Ну для меня что ты так машешь, что так — одно и то же.

— А зря, — хмыкнул я и кольнул мечом в невидимую цель.

Лезвие прорезало воздух, но не нашло сопротивления, наоборот, будто поддерживаемое и обтекаемое со всех сторон, устремилось вперёд. Избавившись от чрезмерных стараний и просто приняв всё как есть, не пытаясь перепрыгнуть голову и законы мира, управлять мечом стало проще.

***

Столица была огромной.

Ещё задолго до подлёта к ней я заметил первые признаки цивилизации, а именно — огромные золотые засеянные поля, за которыми виднелись дома. А на горизонте белело бесконечное море из зданий, уходящее за него.

Выглядел город… огромным.

У меня появилось смутное чувство, что город может вполне себе оказаться миллионником. Да, здесь не сильно продвинут мир, но блин, вон сколько полей, а зиму за всё это время я как таковую и не видел, что значит, расти здесь всё могло круглый год. Так что почему нет? Хотя, судя по размерам, там и два ляма может вполне оказаться, но это не точно.

— Здесь нам лучше идти пешком, — предупредил я, и мы спустились на землю.

Незачем привлекать внимание других, так как полёт был доступен с уровня Адепта Вечных, а сильные всегда привлекают взгляды других. Ещё больше привлекают взгляды две обнявшиеся фигуры.

В этом часу дороги ещё были пусты.

— Вам надо переодеться… — я достал из её же сумки одежду, более скромную, но как раз под неё.

Дождался, пока Сянцзян переоденется, после чего обернулся. Даже скромный наряд с трудом скрывал её красоту, а розовый так и вовсе будет собирать взгляды. Я подозревал, что раз это столица, то мы так или иначе да встретим кого-нибудь из представителей её секты. И будет хорошо, если в этот момент я буду подальше от этой встречи.

— Надо будет надеть вам шляпу.

— Одежда легла идеально, — заметила она, оглядывая себя, — хотя у вас рост чуть ниже моего.

— Ага, вам повезло, — кивнул я. — Скажете, как что-то вспомните или узнаете. Возможно, сможем вернуть вас обратно.

А я успею смотаться, пока вы всё не поймёте.

Золотые поля ещё не скоро сменились деревенскими домами, которые чем ближе к городу, тем плотнее становились. Иной раз они даже создавали дворы, будто мини-фортификации. Там я и стащил одну из шляп. Свою, тканевую, отдал женщине, а себе забрал соломенную, так как она мне больше всех и нравилась.

Скоро дорога заполнилась людьми, и преимущественно это были крестьяне, которые двигались в сторону полей. Практически никто не обращал на нас внимания, так как немало людей шли и в город, благодаря чему мы просто терялись среди них.

Чем ближе мы подходили, тем больше становились постройки, ещё не городские, но близко к ним. Около одной из таких построек я увидел и рабовладельческий рынок. Причём достаточно большой. Странно, обычно их располагают в городе, а тут…

— Их не пускают в город, так как это портит его вид… — задумчиво пробормотала Сянцзян, после чего подошла поближе.

— Хотите раба?

Она ответила далеко не сразу, оглядывая невольных людей, большинство из которых были в ошейниках и с кандалами.

— Я… не знаю, я чувствую смешанные чувства, — призналась она. — С одной стороны, мне ужасно их жаль, и хочется… сделать что-то для них хорошее, но…

Она слегка наклонилась перед детьми лет шести, которых посадили на поводок, и взъерошила какому-то мальчишке волосы. Дети, будто почувствовав от неё эту самую ауру, тут же потянулись. Как перепуганные лисята, с опаской, готовые прохватить леща, они друг за другом подходили к ней, будто даже просто ради того, чтобы почувствовать её… тёплую ауру.

— Но, с другой стороны, я чувствую какое-то отвращение и… жестокость к ним. Желание ударить и разогнать по грязным углам, откуда они выползли, и даже не почувствовать раскаяния, — Сянцзян осторожно убрала руку. — И меня пугает это.

Меня тоже пугает, если честно. Я примерно об этом и говорил: что будет, если она вспомнит себя до потери памяти?

Сянцзян ещё раз окинула взглядом рабовладельческий рынок. Здесь, судя по всему, дети ценились меньше всего: их держали на отшибе, подальше от остальных, все грязные, худые, на вид больные. Я как бы… да, я как бы в этом мире уже не первый год, но смотреть больно. Только…

— А ну брысь, — шикнул я на мальчишку, который пытался подойти ко мне. Тот испуганно отпрыгнул, звякнув цепями, поближе к своим.

Просто я знаю тему лавины — прояви доброту к одному, и потянутся все, а на всех жалости не хватит. Так что лучше вовсе пресекать это, чтобы самому легче было.

Здесь я видел самых разных граждан от обычных, но цивильно одетых, до людей в дорогих одеждах, некоторые были и при слугах, которые ходили рядом со своими господами.

— Идёмте, незачем здесь задерживаться, — легонько потянул я её за собой. А то не дай бог ещё кто-нибудь каким-то макаром её узнает.

Чем ближе мы подходили, тем загромождённее становились улицы, но сам город начинался со стен. Дошли мы до них только к полудню, при том, что больше нигде не задерживались. Дома шли до самых городских стен, подходя к ним вплотную, но ни одна из построек, насколько я мог судить, даже не касалась её.

Что касается самой стены, то это было гигантское сооружение метров сто, что высотой возвышалось над головами, заставляя чувствовать себя маленьким. Не горы, конечно, но всё равно было внушительно. Когда ты подходил ближе, они начинали закрывать собой солнце, бросая тень, и будто нависали над тобой.

Сам вход в ворота представлял из себя огромную золотую морду дракона с разинутой пастью, который будто проглатывал всех входящих людей и повозки.

Стражи не было, я не видел и представителей сект, хотя изумрудные засранцы наверняка должны быть здесь — город, как-никак, крупный. А когда мы подошли поближе, меня неожиданно осенило, где я видел розовый цвет.

Ещё тогда, когда я двигался по полям до встречи с Бао, мы с Люнь заметили большой корабль. В тот момент я ещё прятался в кустах и буквально почувствовал на себе давление, что скользнуло по сопке, на которой мы были, будто нечто могущественное посмотрело на нас.

Так вот, тот корабль был розового цвета, по крайней мере покрывала на его бортах, и Люнь тогда сказала, что походу это был клан. Клан розового цвета. Не думаю, что кланов с таким цветом много, так что найти дом Сянцзян будет не так уж и сложно.

Но это потом, а сначала надо было разобраться с моими проблемами. Я так подумал, что пока Сянцзян ничего не может вспомнить, её сила будет хорошим подспорьем в любом вопросе. Ведь как она сама сказала, вроде всё так знакомо, а память всё равно да ускользает мимо неё. Так что думаю рискнуть, ведь хрен знает, какие тут могут неприятности возникнуть, верно? А потом прямо к дверям клана её да сопровожу, чтобы уж наверняка.

Как по мне, это было отличной платой за её вещи, если где-то я да перебрал больше, чем положено. Всё же жизнь с вещью не сравнить, верно?

Когда я проходил через пасть дракона, у меня возникло жутковатое ощущение, будто меня проглатывают. Вроде бы ничего, а всё равно неприятно, учитывая, что у меня уже был подобный опыт.

Что касается города за огромными воротами, тот будто даже выглядел более светлым, чем снаружи — такой эффект придавала тень. Дома были в разы величественнее и богаче, показывая, насколько хорошо живёт столица. По несколько этажей, крыши из черепицы красных, зелёных, синих цветов, белые, иногда бежевые стены.

Белый город — ни дать, ни взять. И он был не просто большим, а огромным даже по меркам современных городов.

— Куда мы направимся? — негромко спросила Сянцзян.

— Думаю… надо, короче, сначала найти место, где ты сможешь переночевать, так как я хочу заглянуть тут на рынок, поискать что-нибудь.

Да, я хотел купить пилюль, чтобы ускорить свой рост. У меня были пилюли, которые помогают расти, а теперь надо было найти те, что смогут обеспечить мне достаточно Ци для этого. Ну, как это было в секте.

Второе, что было просто обязательно — библиотека. Надо понять, что лежит в сумке Сянцзян и как это можно использовать.

Ну и третье, самое главное, ради чего я вообще попёрся в такую сраную даль — Вьисендо, пепельный ублюдок.

Я уже иду по твою душу, сука…

Глаза невольно скользнули по фенечке, которую я исправно носил на руке.

Глава 109

Что можно сказать о мегаполисе? Он что в средние века, что в современности большой и шумный. Всё те же гремящие транспортные средства, толпы людей, шум и гам неунывающей толпы.

Первое время, как и всегда после длительных переходов, когда я слишком долго был один, голова слегка гудела и шла кругом. Всё буквально плясало перед глазами, сбивало с толку шумом и пестрило яркими красками. Куда ни бросишь взгляд, не можешь за что-нибудь уцепиться, сразу сбивается резкость.

— Где мы остановимся? — спросила Сянцзян, оглядываясь.

— Там, где попроще, — ответил я, оглядываясь.

— Я могу быть не права, но вряд ли в таком городе есть скромные места.

— Ну я имел ввиду скромные по меркам этого города.

Хотя цены здесь полюбас конские, иначе в столице быть не может.

Пока мы шли по улице, на глаза пару раз попались сектанты.

Вообще, когда ты вот так просто идёшь, сразу этих засранцев и не заметишь. Жители города не то чтобы прямо ходили в разноцветных нарядах, как клоуны, но вот у одной одно ханьфу, у другого другое и так далее. И на фоне такого разнообразия нарядов те просто терялись в толпе, так как их ханьфу, по сути, не сильно-то и выделялись. Они были будто неприметными, не сильно привлекающими взгляд, если ты не знал, что и кого искать.

Первых, по закону подлости, я встретил изумрудных засранцев, но спокойно и невозмутимо прошёл мимо. Если ты убегаешь от ментов — значит есть почему, поэтому я всегда шёл навстречу патрулям. Здесь принцип был тот же, так как люди не сильно отличались от тех, кто был в моём мире.

Помимо изумрудных я видел и других: желтоватые, какие-то серебристые или серые, зеленовато-золотые — короче, пять или шесть видов сектантов я точно встретил. Они пусть и встречались редко на улицах большого города, но тем не менее встречались.

А потом я встретил розовых.

Не знаю, что именно, но это заставило меня сразу свернуть на другую улицу. Какой-то холодок, пробежавшийся по спине, будто предупредил меня об опасности. А вот Сянцзян даже обернулась, бросив на них взгляд, но промолчала.

Она не была дурой, прекрасно понимала всё, и, думаю, в её голове уже сложилась определённая цепочка, так как Сянцзян не могла не заметить, что ходит в розовом ханьфу, причём достаточно хорошего покроя. Но она не лезла ко мне, не расспрашивала и не капала на мозги.

И почему-то это пугало ещё больше.

Немного побродив и едва не попав под копыта и колёса одной из повозок, мы вышли к району, где гостей типа нас было не счесть — это было видно по их походной одежде. Да и не только по ним, раз уж на то пошло: на первых этажах домов вдоль улицы расположилось множество забегаловок, а выше комнаты для сдачи. Некоторые дома и вовсе были полностью для заселения.

Вообще, я ожидал немного другое. Ну типа классический криминальный район средневековья: узкие улочки, грязь, непонятные мутные личности, которые косятся на тебя, пьяные драки и аромат вечного криминала. Мол, заходишь в такой район, а там на тебя как на добычу смотрят. Плюс таких мест — очень легко затеряться.

А здесь даже в простом районе всё было цивильно и аккуратно, да и сами люди, пусть и простые, но нормально выглядящие. Всё выглядело цивильно и приятно, но возникало неприятное ощущение, что здесь даже и не спрятаться.

— Что мы конкретно ищем, Юнксу? — полюбопытствовала Сянцзян. — Ведь множество мест, где можно остановиться, мы уже прошли.

— Да, но я ищу какое-нибудь особенное место.

— Какое именно?

— Неприметное.

— Мы прячемся?

— Да.

— От кого? — ты посмотри, какая любопытная…

— От врагов, — отозвался я. — Мы прячемся от врагов, которые могут идти по нашим следам.

— По твоим следам, ты хотел сказать?

Я аж обернулся, дёрнувшись за мечом, но едва сдержался, чтобы не коснуться рукояти. Сянцзян не выглядела агрессивно, не пыталась смотреть на меня пронзительно — само спокойствие, учтивость, внимание и мягкость.

— Я не хочу тебя пугать или принести тебе вред, Юнксу, — продолжила она мягко. — И быть может, я смогу тебе даже помочь, если ты расскажешь мне, что же происходит.

— Ничем вы не поможете, — покачал я головой.

— Я…

— Сянцзян, вы хотите выжить? — спросил я.

— Мне кажется, любой хотел бы выжить, даже если само небо восстанет против него, — поэтично заметила она.

— И я хочу выжить. За мной охотятся некоторые недоброжелательные лица, которым зла я и не делал, вот и всё. Но мне надо кое-что узнать в этом городе, а потом я просто верну вас, возможно, к своим.

— Хорошо, пусть так, — согласилась она, после чего посмотрела в сторону. — Быть может тебе подойдёт то место?

Место, которое предложила Сянцзян, было не дырой, совсем нет, но находилось как бы в стороне от основной улицы, будучи несильно приметной, что даже я не сразу заметил его, и если бы не она, вовсе прошёл мимо.

— Ну… может и подойти, кстати.

Я, честно говоря, даже раньше и не задумывался, как выглядели отели или как их там называли. Но как оказалось, ничего прямо-таки особенного в них не было. Комната, стол, пара стульев, сдвоенная кровать, шкаф.

Мне так и хотелось броситься на кровать с криками «чур я на кровати», но я же в конце концов джентльмен.

— Будем делить кровать на двоих.

Не, ну спать на полу я тоже не собирался как бы. Кто хочет, тот пусть и спит, а я буду на кровати при любом раскладе.

— Конечно, — кивнула она. — Мы насколько задержимся здесь?

— Я не знаю, дня… два может, ну или три, — я выглядел в окно, из которого открывался прекрасный вид на стену в метре от него. — Я закончу дела, после чего провожу вас. Вам, скорее всего, придётся посидеть здесь.

— Хорошо, — кивнула она.

— Вам заказать еду или ещё что-нибудь?

— Нет, ведь недавно я поняла благодаря вам, что мне нет необходимости есть, — улыбнулась Сянцзян. — Достаточно медитировать.

— Понятно… Тогда ждите меня. И никуда не уходить, хорошо?

— Да, Юнксу, — кивнула она.

— Отлично, — я выпустил Зу-Зу на пол. — Сторожи её, пушистый.

Тот кивнул, и я вышел, закрыв за собой дверь на ключ и не забыв захватить сумку Сянцзян. Её я прятал в наплечном мешке, чтобы не вертеть перед её глазами, а то чего доброго ещё вспомнит что-нибудь.

Первым в моём списке дел всё же было узнать, что находится в сумке, которую я приватизировал у Сянцзян.

Что там вообще было: пилюли цвета бирюзы, фляга с узорами и какой-то жидкостью внутри, амулет с локоном волос, травы, железная рогатка без резинки, неизвестные мне пилюли, несколько небольших деревянных табличек и лампа, как у Алладина.

Это по крайней мере всё то, что мне было неизвестно и о чём следовало сразу узнать. А где можно раздобыть знания о вещах и артефактах?

Верно, в библиотеке.

И я потопал искать библиотеку.

С первого раз, к сожалению, мне это не удалось, так как, поспрашивав людей, я припёрся в самую обычную библиотеку, куда ещё и вход был платным.

Библиотека мне почему-то напомнила библиотеку в Хогвартсе: огромные деревянные стеллажи, которые уходили рядами в продолговатом зале, и много-много столиков в проходе между ними. Но, побродив по залу, я с сожалением обнаружил, что всё же это была библиотека для обычных людей, а не для последователей.

Нет я, конечно был не против узнать, как правильно варить конский хвост, или историю Ёхендхай, и будь у меня побольше времени, я бы обязательно почитал, но время поджимало. Нет, за мной пока никто не гнался, да и Бао вряд ли выследит меня в этом городе, однако незачем было искушать судьбу.

— М-м-м… извините, прошу прощения…

Я остановил какую-то приятную девушку, которая слегка удивлённо посмотрела на мой прикид. Ну да, чувак в походном немного потрёпанном ханьфу, ещё и с соломенной шляпой на голове бродит по залу.

И тем не менее приветственная улыбка и вопрос:

— Чем бы я могла помочь вам?

— Я ищу книги по… вещам.

— Если вы хотите узнать историю вещей… — начала было она, но я перебил.

— Я ищу книги по артефактам, ищу книги по пилюлям и всему тому, что связано с последователями.

На её лице скользнуло удивление, которое она поспешила спрятать.

— А… я… я понимаю, да. Я не могу подсказать, но вам следует обратиться к смотрителю библиотеки. Она подскажет вам, что делать.

— Благодарю вас, — кивнул я, а сам подумал, если зажать её между полок, она бы мне отдалась? А то я прямо в голове нарисовал картину, как зажимаю её здесь, всю такую умную и правильную, и деру. А может кто-то так и делает.

Ладно-ладно, просто тяжело постоянно находиться с сексапильной женщиной. Я неожиданно открыл в себе любовь к тем, кто постарше. Правда, была проблема: я не мог определиться в своих чувствах к ней. С одной стороны, Сянцзян была просто идеальной женщиной для… развратных действий. А с другой, я чувствовал к ней какие-то приятные мягкие чувства, которые не сильно сочетались с тем, чтобы затащить её в постель.

Вот меня и мучало это.

Да ещё и Люнь над головой висит, не давая уединиться. Жизнь боль…

Смотритель библиотеки внимательно окинула меня взглядом, после чего кивнула.

— Да, есть вторая библиотека, молодой последователь Вечных. Но доступ к знаниям будет стоить дорого, я сразу хотела бы вас предупредить.

— Сколько примерно?

— Думается мне, тысяча духовных кристаллов, минимум.

— Ясно…

Хотя внутри я отреагировал не так невозмутимо.

Сколько?! Тысяча?! Я прошу посетить библиотеку, а не купить её полностью! Ладно, если там я найду ответы на все интересующие меня вопросы, то пусть будет так.

— Тогда, пожалуйста, как мне туда попасть?

К сожалению, находилась библиотека на другом краю города, что ну совсем не близко. Пришлось на своих двоих идти топать, попутно высматривая засранцев да местные достопримечательности. Так я обнаружил, что здесь очень любят есть жареных летучих мышей. Я как ни встречу какой-нибудь уличный фаст-фуд, там обязательно или крылья на палочке, или тушка на вертеле. И люди едят, не жалуются.

Не, я бы тоже поел, будь такая необходимость, но как бы когда есть выбор, желания кушать подобное как-то не было. Хотя Люнь на слюни изошлась, глядя на них.

А вот с напитками здесь было получше. Так как местные ещё не познали прелести пластмасс, пользовались здесь такими небольшими тыквами в форме бутылки, которые назывались тыквы-горлянки. И в этих тыквах-горлянках продавались всевозможные напитки от обычной воды до всяких отваров.

Я даже позволил себя купить одну. По вкусу это была мята с какой-то сладкой травой и яблоком. Необычно настолько, что мне понравилось. Но в остальном это был самый обычный, пусть и очень большой город. Я, наверное, полдня добирался до нужного мне места.

Библиотека для последователей практически никак не была отмечена или выделена, если не считать того, что находилась она на территории, огороженной невысоким забором. Люди проходили мимо, будто не замечая её, никак не обращали внимание на здание, а через ворота то и дело входили и выходили как-то неприметно люди, которых я сразу распознал как последователей.

Когда я сам проходил через ворота, на мгновение всё внутри сжалось. Почему-то я подумал, что сейчас взвоет сигнализация, типа смотрите, убийца, убийца! Но… нет, ничего, я просто прошёл через ворота.

От них через зелёную поляну шла каменная дорожка к большому красивому в несколько этажей зданию, которое было соединено мостом через озеро с точно таким же. Здесь росли деревья, а на глаза попадались последователи, которые сидели в тени листвы, медитируя.

Я прислушался, но потока Ци здесь было не больше, чем в любом другом месте, но здесь они, скорее всего, пытались словить гармонию и умиротворение, так как шум с улицы удивительным образом глушился.

Здесь всё казалось каким-то спокойным, неспешным, будто время слегка замедлилось. Будто спешка и проблемы мира обтекали это место стороной.

Умиротворение…

Внутри библиотека значительно отличалась о той, в которую я пришёл в первый раз.

Во-первых, тем, что прямо на входе стояла стойка администратора или, как их здесь называли, смотрителя, который вежливо поклонился, несмотря на мой непритязательный внешний вид.

— Приветствую вас в великой библиотеке последователей Ёхендхай. Единственная в своём роде, она с радостью откроет вам свои двери, стоит вам лишь оплатить небольшую сумму за вход.

О как, прямо с порога деньги трясут.

— Окей, а сколько?

— Три тысячи духовных камней, — поклонился он. — Для новых посетителей нашей библиотеки у нас всегда скидка.

Ох спасибо, а сколько же там без скидки-то?

Я просунул руку в бездонную сумку и стоило просто подумать о камнях, как те тут же оказались под рукой. Пришлось чуть ли не обеими руками вытаскивать их. Смотритель, глядя на это, лишь улыбнулся, уважительно кивнув, и… тут же подставил свою сумку, и насколько я понял, тоже бездонную.

А я смотрю, это не такая уж и редкость здесь. Хотя если эта библиотека единственная в своём роде, то, думаю, проблем раздобыть подобное у них не возникло. И не удивлюсь, если им такую сумку бесплатно отдали.

Вскоре с горем пополам я переложил необходимое количество кристаллов в подставленную сумку.

— Так… а теперь… мне просто пройти можно или как? Я просто в первый раз и не знаю, какие здесь правила.

— Нет-нет, вы можете спросить у меня, и я помогу вам найти то, что вас интересует.

— А… хорошо. Я ищу книгу по артефактам, по самым разным, редким и часто встречающимся, какой-нибудь…

— Справочник, — кивнул он, после чего вытащил деревянную маленькую табличку и что-то на ней начертил. Протянул мне, и едва я потянулся взять её, как… — Три тысячи духовных кристаллов.

Да ты чё, сука?! Грабите меня, да?!

Блин, а нахрен я в первый раз заплатил? Или мне бы дали табличку эту, но не дали бы войти, или как? Это что, подразделение Электроникс Артс или у вас директор Тодд Говард?

Я постарался скрыть своё лёгкое офигевание от такой наглости, молча вытащив ещё кристаллов и отсыпав их в открытую сумку. А вообще у меня было чувство, что меня просто разводят как лоха. Нет, реально, два раза платишь! А за воздух тут платить не надо? За количество переворачиваемых страниц?

Я прекрасно понимал, что их библиотека, им и устанавливать правила, но для меня это выглядело как обдираловка, причём достаточно наглая.

Когда вся сумма была внесена, смотритель передал мне с вежливой улыбкой табличку.

— Так как вы в первый раз у нас, позвольте мне вас проконсультировать по поводу использования этой таблички. Пустите на неё немного Ци, и она сама укажет вам путь к нужным книгам.

— Пустить Ци?

Я слегка засомневался, боясь, что взорву её нахрен своей тёмной Ци и меня заставят покупать новую. Просто я вспомнил, что случилось с амулетом левитации. Но с другой стороны, та же лампа вроде не взорвалась в пещере, которую дал мне Бао, верно? Или она специальная была?

— Да, последователь пути Вечных, — но, видя моё лёгкое замешательство, смотритель сам взял и пустил немного Ци в неё, заставив надписи немного засиять, после чего табличка взлетела в воздух и медленно поплыла дальше. — Прошу, следуйте за ней, и она укажет вам путь к знаниям, которые вы хотите обрести.

— Спасибо, — кивнул я и поспешил за летящей деревянной дощечкой.

Признаться честно, если бы не этот проводник, то я бы вряд ли сам нашёл книгу. Мне приходилось подниматься по лестницам и спускаться вниз, даже преодолеть мост над озером в другое здание, где опять пришлось немного пошататься по балконам и залам, пока она не легла на одну из полок, указав на толстенную книгу.

— Большая библиотека, — уважительно кивнула Люнь, разглядывая книги. — Они действительно смогли много чего собрать у себя, и могу представить, сколько сил на это ушло.

— Ага.

— Но всё равно меньше, чем библиотека вечности, — заметила она как-то слегка надменно.

— Библиотека вечности? — переспросил я.

— Да, это огромная библиотека, где собраны все книги и трактаты мира за все времена. Поистине бесконечная, где можно найти всё — от сказок до чертежей диковинных механизмов. А это… они хорошо постарались, — кивнула Люнь.

— Боже, какая же ты надменная… — пробормотал я.

— Да я же просто сказала, — возмутилась она.

— Ага, совсем просто…

Я осторожно положил табличку, по размерам как номерок, в карман и вытащил внушительный томик, что мог быть использован как тяжёлое оружие.

Запылившийся и старый, на его корешке золотой краской было написано: «Величайшие артефакты мира». Звучало достаточно пафосно, чтобы убедить меня, что хотя бы часть вещей, что были со мной, я смогу найти в этой книге.

Пришлось немного прогуляться по библиотеке, прежде чем я нашёл место, где можно было сесть и почитать. Несколько одиноких рядов столов, часть из которых были уже заняты. За один из них я и присел, после чего раскрыл книгу.

И первым делом я, естественно, пошёл искать что-нибудь по поводу оружия, которое было у Сянцзян.

Веер.

По мне, это была самой важной находкой, так как любое оружие автоматически было способно продлить мою жизнь, а оно не выглядело простым. Возможно, научись я им работать, и смогу даже дать отпор Бао, так как кто знает, какие силы в нём заключены, верно? А в том, что в него заключены какие-то силы, я был практически уверен, так как сражаться обычным веером с лезвиями было самоубийством.

Пришлось немного повозиться, прежде чем я наткнулся на нечто похожее на тот самый веер, что был у Сянцзян. Правда…

— Это он? Или нет? — пробормотал я тихо, будто разговаривал сам с собой.

Просто веер, который я видел перед собой сейчас на картинке, он будто и тот самый, что у меня, но вроде и немного отличался. Я не мог сказать точно, чем именно — это надо было его доставать и внимательно сравнивать.

— Я не знаю, — так же тихо ответила Люнь. — Я не могу заглянуть, так как веер находится в бездонной сумке.

Просто я сейчас прочитаю про один веер, а потом в пылу сражения окажется, что веер-то другой, и буду я такой «Ой!». Поэтому надо было сразу понять, что у меня на руках и о том ли я читаю или нет.

Осторожно вытянув веер из сумки, я дал на него немного Ци, и тот с мягким щелчком раскрылся. Да только…

— Не тот… — пробормотал я.

Ладно, ищем нужный.

Но едва я перелистнул пару страниц, как за моей спиной раздался голос.

— Красивый веер.

Я аж чуть душу богу не отдал от неожиданности, резко обернувшись назад.

За моей спиной стояла хрупкая девушка удивительной красоты в розовом свободном одеянии, которая заставила меня не в тему покраснеть и задержать дыхание. Одни её глаза чего стоили — смотришь в них, и кажется, что тебя гипнотизируют, хотя я, по идее, должен быть иммунен к этому. Я ещё не говорил об очень мягком аромате, исходящем от неё, который вызывал нереальное возбуждение.

— У моей матери был такой же…

И, глядя на цвет её одежды, я даже мог сказать, какой именно.

Вот теперь точно «Ой!».