Черновик для Эффы - 4

Пролог

Мало что ломает человека так надежно, как он сам – нервами, переживаниями, попытками выбрать из грядущего будущего самый худший вариант. И как ни унимай разошедшееся подсознание, но седые волосы будут множится, а Император в приватной беседе спросит, не нужен ли верному Канцлеру отдых?..

По счастью, контроль над лицом и телом при нем, поэтому он улыбнется и отшутится, вызывая облегченную улыбку у человека, которого с радостью бы убил.

Канцлер необходим стране, без него никак – так говорят на телевидении, так повторяют друг за другом министры, и государь тоже верит. Но раз с ним все хорошо, то с Империей будет отлично.

Разведка доносит неприятные данные о движении дипломатов и перемещении вражеских войск – государю некогда заниматься еще и внутренними проблемами.

А проблемы только множатся.

«Институт металлов и сплавов» – ведомственный институт минобороны забрал с госхрана пять килограмм таллиума. И накатал претензию, что в переданном материале этого таллиума – ноль целых ноль десятых. С приложением актов приемки, химического и инструментального контроля. Значит, кто-то украл и подменил – прямо на складе государственного хранилища. Значит, ревизия будет не осенью, а прямо вот-вот, внеплановая, с привлечением десятка ведомств. Значит, времени у Канцлера просто нет.

Не старый, по собственному мнению, мужчина смотрел в зеркало трюмо собственного кабинета. Он и в самом деле осунулся – сон сбегал от него под утро, а к семи часам референт уже приносил суточную сводку.

В руках лежал тяжелый стакан с коньяком на донышке – слишком частый спутник последних дней. Алкоголь давил мысли, но не делал это избирательно – и Канцлер чувствовал, что тупеет: теряет варианты событий, ходы и решения, которые наверняка есть, но ускользают.

Переложив стакан в другую руку, Канцлер поднял ладонь правой – кончики пальцев слегка дрожат. Так он себя доведет еще раньше виселицы.

Подойдя к массивному столу, он оставил коньяк и грузно уселся за столешницу. Сложив руки в замок, опер о них лоб.

В эти дни было слишком много мыслей о том, как бы вывернуться – и все передуманы так часто, что в голове царила пустота.

«Значит, надо, чтобы кто-то подумал за меня».

Щелкнув селектором, Канцлер обязал референта назначить ему встречу с мэтром Ханли Вариушем.

У пропавшего – и, скорее всего, покойного мэтра Сатра Нарема было много последователей. Сами они, правда, не называли Нарема своим лидером – слишком много апломба в каждом. Просто Нарем что-то делал, а не сидел в своих лабораториях, пространно рассуждая о правильном устройстве общества и государства. При этом, все они были согласны, что одаренные – новый вид человечества, который должен править. Но сделать что-то, кроме слов – для лабораторных крыс, не имеющих проблем с деньгами, было слишком рисково. Каждый желал, чтобы новый мир создал кто-то другой, а сами они просто сняли сливки, благодаря своему положению в иерархии. Хитрые, скользкие, мерзкие – сидящие на знаниях и не готовые делиться ими ни с кем. Но – необходимые стране ровно за счет этих самых знаний.

Разведка даже знала о их разговорах – но Император отмахивался, прекрасно зная о гнилой сущности самых говорливых болтунов. Они же, впрочем, и стучали родной разведке на тех, кто слушал и поддакивал… Кубло слизней – даже не пауков. На их фоне Нарем был тем, кого хотелось убить – но остальных Канцлер бы просто раздавил.

Нарема больше нет. Но в любом обществе вольнодумцев неизбежно появляются те, кто искренне верит в идею – настолько, что методы ее достижения уже слабо их волнуют.

Мэтр Вариуш – был из числа тех, кто неоднократно предлагал Сатре Нарему просто убить государя. Верил, что во вспышке взрыва уйдут все пороки старого строя, и люди охотно поприветствуют новых правителей.

То, что за переменами должна стоять идея, замысел – им не воспринималось вовсе. Вариуша приходилось придерживать – он был полезен, он давал деньги, он со своими учениками заряжал порошок таллиума, предназначенного для акции в летнем дворце.

Когда все рухнуло, Вариуш просто поджал губы и удалился в свое поместье. Вера в то, что он-то все сделал бы правильно, в нем только окрепла.

И такого человека Канцлер звал к себе. И такому человеку пожмет руку, нальет лично коньяка и шепнет то самое сладкое, что желает услышать любой фанатик. Что время пришло.

Взять власть – как мэтр Вариуш и хотел. Через кровь, на костях - через массовые казни недовольных и комендантский час.

«Армия», - скажет Канцлер, – «вас поддержит, грандмэтр».

И в этом обращении будет столько же уважения и почитания, что замени его на «император» - не заметишь разницы. Но Вариуш не желал, чтобы страной правили Императоры. При этом, он понятия не имел, как можно править еще – поэтому полета мысли у фанатика хватило только на название высшей должности.

Естественно, как только Вариуш совершит государственную измену и устроит резню, он перестанет быть нужным.

А нового Императора – Канцлер еще не решил, кто из детей старого Императора выживет – уже не будут интересовать такие мелочи, как какие-то проверки.

Да, Канцлер готов убить тут всех. Любой был бы готов – лишь бы не повиснуть на веревке.

Коньяк влетел в организм как вода.

Это просто вопрос выживания – он или они. Все бы так сделали.

Оставалась головная боль – как убедить соседние страны повременить с войной. Доли, которые Канцлер готов был им отдать, оставались прежними – но если они начнут сразу, то высок шанс, что молодой Император приблизит к себе кого-то из друзей или случайных людей.

Война все сломает – военные рядом с императором, закрытая для постоянного доступа ставка, целый сонм аналитиков – военных, не гражданских. Канцлера просто оттеснят в сторону, и он утратит способность влиять.

Поэтому нужен мир – хотя бы на полгода. Возможно, чем-то еще придется пожертвовать. Возможно, передать технологии – лишь бы ненасытные пасти пожевали какое-то время перед тем, как наброситься.

«Портал», - толкнулась мысль, показавшаяся одурманенному Канцлеру чуть ли не гениальной. – «Ну конечно, портал».

Мобильные грузовые порталы – это мечта любой армии. Мгновенная переброска войск, продовольствия и техники по портальной сети государства.

Ни у кого нет – но Империя и тут всех превзошла. Пока стационарные порталы намертво привязаны к городам и электростанциям в них, Империя – пока что штучно, по одной в два года – создает мобильные порталы. Некоторые уже есть и готовы к установке.

Поставить его. Подвезти техспециалистов. Сделать широкий жест харритскому королю – пусть берет. Все равно не разберется, осел.

Но главное – Канцлер знал, что один из порталов в самом скором времени будут монтировать на южной границе. Там, куда его заказали себе мисс Сойер и мистер Савой.

Не сдержавшись, Канцлер легонько впечатал кулак в столешницу – для человека его уровня чуть ли не истерика в полный голос.

Канцлер, в общем-то, мог признаться себе, что идея родилась не от слова «портал». А именно от этих двух – раз дело решено, и таллиум возвращать больше не нужно, то этих людей надо уничтожить. Вычеркнуть из памяти навсегда. Все началось с них, они во всем виноваты!

Да, вместе с ними погибнет гарнизон и небольшой городок рядом. Будет утерян таллиум в сумасшедшем объеме и грузовой портал. Погибнет мисс вон Альтазар, и ее отец затаит на него зло – значит, и его придется ликвидировать. Многие умрут.

Да даже если полмира сгорит – ну и что?!

Разве это важно, если он останется жив?

Глава 1

Сотни военных гравилетов не торопясь пересекали небо над столицей – серо-стальными перелетными птицами на юго-запад. Вскоре они покинут линию городской застройки и рванут на сверхзвуке по совершенно разным точкам назначения – каждая воинская часть выслала за своими практикантами отдельный борт, а везти их предстоит от северных широт до островов в океане на востоке. Но мельтешение было бы не столь величественным, поэтому идут солидно, примерно с одной скоростью – движение в городе блокировано полностью.

Для меня это зрелище означает, что в назначенное время отправки мы точно не успели – это уже не минутный циферблат, который едва-едва зашел за нулевую отметку. И не «пятнадцать минут – не опоздание». И даже не «экзамен начинается в восемь, поэтому приду к десяти – ведь вряд ли профессор примет всех раньше». Это прямо провал – вроде разведенных мостов, закрытого метро и тусклых огней автобуса, уже отъехавшего достаточно далеко, чтобы не заметить бегущего за ним человека.

Вернее, был бы провал – но сорок миллионов взятки выданы полковнику Дамину вон Хемли, поэтому десантный борт воинской части номер девяносто семь два ноля четыре, где он имеет честь служить командиром, прилетит за нами с мисс Эффой Сойер в частном порядке.

Возмутительное нарушение, но в небе пять тысяч бортов, часть из них вообще скоро сделает круг почета и уйдет к западным границам, а несколько так и вовсе привезут практикантов на службу обратно в столицу. Так что маневр не заметят.

Главное, чтобы им еще и здесь не пришлось ждать лишний час. Мы же не просто так торчим тут, слушая перелаивания Чалыча и представителей Минобороны. Честное слово, давно бы сбежали – но в итоговом акте должно быть две подписи.

Только перед тем, как ставить свою, надо дождаться закорючки от приехавших два часа назад офицеров. И вот с этим не клеилось.

Хотя начать стоило с того, что на бетонированном пространстве перед депо стоял разбитый синий «Кинжал» - вот как его притаранили на буксире со сломанными гравиопорами, сплющенным обтекателем, расцарапанным фюзеляжем и сломанным трапом, в этом же виде. К слову, когда я его разбивал буквально вчера, он выглядел целее – но, когда его вытаскивали из подземной парковки, явно планировали списать в утиль.

Еще там же, перед депо, стоял желтый «Рансат». Уже не золотой – всей бригадой ночь не спали, снимая позолоту. Утром прошлись баллончиками с быстросохнущей желтой краской – и вуаля, готово.

А дело все в том, что вчера поступило крайне заманчивое предложение. И предложение это было принято.

Хотя начиналось все крайне нервно. Для начала до нас донесли, что мы сорвали крайне важное мероприятие, и его организаторы, сидящие на вершинах аж двух министерств – Просвещения и Обороны, крайне злы.

И вот этот милый штраф в четыре миллиарда на моем счету – далеко не окончательная цифра взысканий и потерь, которую активно ищут, на кого бы повесить. И нашли бы наверняка – тут особо других кандидатур нет. Но гонки изначально делались для повышения лояльности общества, а то самое общество, мягко говоря, недоумевало происходящим. Голоса трех тысяч участников и двух миллионов зрителей «Мастера путей» звучали достаточно громко, чтобы дать заднюю и начать диалог.

Основная претензия была сформулирована сразу - нельзя в гонке, где могут быть уничтожены гравилеты участников, наказывать за уничтожение гравилетов организаторов. В конце концов, это нормальная самооборона – не стреляйте в нас ракетами, и мы тоже будем вести себя хорошо. Иначе же – сами платите два миллиарда и двести миллионов за каждый уничтоженный «Кинжал».

Организаторы пытались оправдаться, что они просто пытались замедлить гонку – мол, мисс Сойер это профессиональный пилот, у мисс вон Альтазар гравилет последнего поколения, а этот третий вообще непонятно как получил ПТС на «Рансат», который по идее – спортивный инвентарь. Ну нельзя сертифицировать в Империи машины с такими характеристиками!

А что стреляли – так они (мы) люди умные, опытные – должны понимать, что когда в вас летят ракеты, то просто уклоняйтесь и ждите, когда они закончатся. А там и остальная масса участников подтянется - игра планировалась не на скорость, а на командные действия.

На что им возразили, что надо было сразу говорить правила. И раз умолчали – то огребайте.

В общем, штраф с меня сняли – под всеобщее ликование и добродушные комментарии девчонок с радио, что за такие спецэффекты вообще премировать надо. А на будущее – учредить дополнительные награды за самое зрелищное выбивание «беглецов». Выпустить цели подешевле и побольше, а догоняющим разрешить быть позлее – все равно имперская техника самая надежная, и никто не пострадает. Организаторы обещали подумать и, утирая пот со лба, пропали из эфира.

Мой банковский счет ожил. Часа полтора все было хорошо – а потом жутковатая десятизначная цифра с минусом вновь навестила приложение.

Почти сразу же мне позвонили – деликатный мужчина, назвавший себя чиновником минобороны, попросил не делать скоропалительных выводов и все обсудить при личной встрече, к обоюдному удовольствию сторон. Мол, да – вы можете снова поднять народ, который уже празднует справедливость. Но не лучше ли выслушать условия сделки? Можно отказаться – это не повестка. Но тогда повестка последует.

Оставлять проблемы за спиной не хотелось – я согласился выслушать. Выбрал знакомое кафе на вокзале, назначил вечернее время и прогуливался там за час до встречи. Не то чтобы было какое-то подозрение или предчувствие – обычные меры предосторожности.

Две небоевые потери новейших истребителей – понятия не имею, как извернется ум министерских, чтобы прикрыть свои тылы.

Чиновник прибыл на черном «Серваере» в одиночестве – в меру пухлый невысокий мужчина в светло-сером костюме, на погоны которого намекала разве что осанка. Но кабинетная работа явно была долгой – и рукопожатие его оказалось мягким, и сам он давно привык разговаривать с людьми гражданскими – судя по оборотам речи и умению выслушивать предложение до конца, не хмурясь.

Сели за пластиковый столик – тот пошатнулся в сторону гостя, и решили ничего не заказывать – мистер Свонс лечил язву, а тут ее обострение мог вызвать даже близкий запах.

Я, признаюсь, думал, что сейчас подсунут контракт с армией лет на двести – с вычетом части денег в компенсацию за все сломанное. Только вот предложение и в самом деле оказалось заманчивым.

Одно из конструкторских бюро Минобороны весьма заинтересовалось «Рансатом» - до этого машина в руки им не попадалась, а ввиду исключительных скоростных характеристик, специалистам очень хотелось разобрать там все до болтика, посмотреть, как все работает, и интересные разработки позаимствовать. Предлагалось отдать «Рансат» и жить дальше, как жил. Мол, вы все равно выиграли «Спектра», а ваш долг патриота… А мы вам за ваш долг – другой долг спишем.

На это я ему объяснил, что из-за избытка чувств куда-то запарковал «Рансат» и забыл, куда. Так что Империю люблю, «Рансат» отдать не могу – состояние аффекта, в меня же из пулемета стреляли. Сюда, вон, на общественном транспорте приехал.

Но можем поискать «Рансат» вместе со всей аудиторией «Мастера путей». Короче, намекнул, что верну этот скандал обратно в медиаполе – а они, кое-как вынырнув из волны недовольства, снова утонут там с головой.

Мистер Свонс покивал, словно и ожидая что-то такого, и сразу предложил другой вариант. Первая часть – такая же, очень уж «Рансат» хотят изучить.

А вот вторая… Ввиду высокого уровня лояльности, государственных наград, офицерской должности (пусть и в запасе) и погашенных взысканий Империя видит возможным передать списанный «Кинжал» в мои руки. Обмен – ключ в ключ, состояние «как есть».

Никто чинить «Кинжал» не будет – кроме того, выдернут все блоки свой-чужой и вооружение. Но это все еще будет «Кинжал» - в эксклюзивном личном владении. И никаких страшных минусов на счету.

- Если восстановите альтернативными гражданскими системами – сможете летать.

Есть еще и кнут – где-то через месяц или два, когда все уляжется, комиссия вновь поднимет дело о немотивированном нападении, и тогда штрафом уже не обойдется.

Признаюсь, я даже переспросил.

- Какое-какое нападение?..

Оказалось, что синий «Кинжал» не пытался мне навредить. Вовсе нет - он мирно летел по подвалу, чтобы принести искренние извинения за случайно выпущенную рядом со мной пулеметную очередь. В знак безусловного миролюбия даже не поднял гравищиты.

И на такого беднягу из угла накинулся Тан Савой, схватил за двигатель на хвостовом оперении и, используя уязвимость конструкции, серьезно повредил дорогостоящую военную технику об столб и далее об потолок. Затем не оказал помощь пилоту, что тоже - нехорошо.

- Он меня чуть не убил. Есть записи, есть трансляция.

- Есть интерпретация записи, - мягко поправил мистер Свонс. – Очередь прошла сверху. Пилот у «Кинжала» высшей категории. Он скажет – хотел пугнуть. Хотел бы попасть – попал бы.

Я сдержался и не стал говорить про переговоры мисс Сойер, которые тоже у нас остались. Дойдет до суда – пригодится.

- «Рансат» снимает показатели ускорения. Приложим к видео, сверху – бумагу от эксперта, что мне просто очень повезло выжить, - отметил я другой сценарий.

- Да, у вас есть юристы и неплохие, но, - тут чиновник грустно развел руками, – техника чужая, не нашего стандарта. Боюсь, вашей бумаге не поверят. Свидетелей нет. Только ваши показания и показания пилота, а он из кожи вывернется, чтобы на него не повесили покушение на убийство. Так что давайте договариваться, прошу вас, - извиняясь, улыбнулся он. – У нас там, - указал он глазами на подкопченный за годы желтоватый потолок, - тоже не хотят доводить все до суда. Но вы ведь понимаете, что и вычеркнуть два «Кинжала» из боевого расписания – они тоже не могут? Должна быть веская причина. Скажу откровенно – на бумаге мы первый, уничтоженный «Кинжал» меняем на «Рансат» по запросу КБ. А второй, поврежденный, но не уничтоженный, - он поднял палец, подчеркивая важность. - Уводим в ремонт со списанием в частные руки и возможностью дооснащения при необходимости. Таким образом, потери на гонке – ноль единиц техники. КБ довольно. Минобороны довольно. Мистер Савой, решение только за вами.

В целом, вариант выходил действительно привлекательным. Эксклюзив гражданский на эксклюзив военный.

Да и Ноэль обещал мне два «Рансата», а отдал один. Надо будет напомнить ему.

- Только у меня – целый «Рансат», а у вас – битый «Кинжал», - с улыбкой приступил я к торгу.

Разумеется, у мистера Свонса были серьезные аргументы вроде штрафа и уголовного преследования… Но если два «Кинжала» всерьез уйдут в утиль – сколько людей потеряет нагретые места и золотые погоны?..

Пара намеков в одну сторону, пара намеков в другую – и вышли на понимание, что «Кинжал» демилитаризируют в моем присутствии – и присутствии моих механиков. Чтобы совсем уж машину не искалечили – а при быстрых работах это легче легкого. Вытащил кабели, не подписал – все, вычитай от трех суток до бесконечности на прозвон всех цепей. Вместо аккуратного демонтажа – дернул, срывая крепеж. И вот уже ищешь подходящий материал, чтобы наплавить штатное место.

Да и любят армейские разводить секреты на пустом месте – узлы могут быть сто лет как гражданские, и зачем тогда убирать?

Мистер Свонс сказал, что организует комиссию и нас на нее пригласит. Только вот мне завтра улетать – а значит, все отложится на месяц. Это мистеру Свонсу не понравилось – инструкции он имел совсем другие.

Поэтому – вот. Семь утра, понедельник, «Кинжал» под офигевшими взглядами Мастера и Чалыча выгружается военным буксиром на бетон парковки перед гаражными боксами депо. И я ведь им честно вчера сказал – снимаем позолоту с «Рансата», так как завтра его менять на «Кинжал». Не поверили, оба. Зато поутру мне досталась минута для довольной ухмылки.

Ну и вместе с «Кинжалом», понятно, из того же буксира выгрузились и военные – не такие, как мистер Свонс, а офицеры с полковничьими погонами и армейской хваткой. Они же – срочно сформированная комиссия по конверсии.

Полковники попытались тут же всем руководить – гражданским доверять нельзя, это общеизвестно - но после перелаивания с Чалычем, обозначением кто где служил, и кто тут салажонок, диалог нормализовался. Да и Мастер обозначился – номер части, годы службы, десантура, комиссован по контузии. В общем, полковники его тоже слушали внимательно и периодически вычеркивали из длиннющего списка, взятого с собой, узлы, которые «я вот сейчас на рынке десять штук куплю!».

Надо сказать, после каждого вычеркнутого пункта – и Чалыч и Мастер вздыхали с облегчением. Им чинить – не потому что я попрошу и заплачу за это, а потому что самим интересно.

Все-таки «Рансат» - это чужое, а чужое, даже очень быстрое, по умолчанию хорошим быть не может. Такая вот философия.

А «Кинжал» - это технологический шедевр. Изучить его, попытаться восстановить и (тайная мечта) улучшить – это просто счастливый день механика.

Да, «Рансат» - вроде ордена в королевстве Сават. Но «Кинжал» тоже выдается только кавалерам соответствующего ордена. У меня вот их три, а не было бы ни одного – даже разговор об обмене бы не поднимался.

Само собой: «наши ордена – выдаются за дело, а вот за что там в Савате – это еще посмотреть надо».

В общем, мой обмен решительно одобрили. И над каждым узлом, который все-таки приходилось демонтировать – чуть ли не рыдали. А таких все-таки набралось изрядно – их просто сваливали на бетон, буднично сообщив, что уничтожат в составе уже другой комиссии.

Одно успокаивало – ни на силовую установку, ни на двигатель, ни на аккумуляторы, крылья, гравионику военные не покушались – все это противник может добыть при определенном везении, сбив гравилет. А вот изымаемые узлы безусловно уничтожались при инициировании системы катапультирования, и добыть их можно только с живой машины. Что, понятное дело, недопустимо.

Летать после изъятия всего секретного «Кинжал» не мог. Но – техника Империи эволюционна. Подумаешь, сняли систему автоматической интеллектуальной навигации «Саин-17». Можно поставить «Саин-14» - такое же количество портов. Не все так просто, разумеется – софт и «мозги» другие, но если под «Саин-14» поставить радар четырнадцатой же серии и экраны под них – как будто бы заведется. Это мне Чалыч, скуривавший уже вторую пачку, подошел и объяснил. В общем, энтузиазм у них такой, что и самому даже верилось.

Позиция моя была наблюдательной, стоял там больше для баланса – их трое, нас трое. Иногда помогал, иногда фотографировал расположение проводки, когда не хватало свободных рук. И искренне надеялся, что к обеду завершим.

Надежда сбылась наполовину – «Кинжал» и в самом деле завершили разбирать к одиннадцати. Тут бы вздохнуть спокойно, но началась приемка «Рансата».

Порядок есть порядок – мы «Кинжал» осмотрели, теперь пришел их черед фиксировать все в документах и на фото.

- У меня написано – «Рансат», золотого цвета.

- А в ПТС написано – «Рансат», цвет – желтый. – Указывал Чалыч на документ.

На этом глобально и запнулись.

При этом, приемка салона прошла за каких-то полчаса – и там полковники не были столь принципиальны. Даже не стали возмущаться, что отсутствует холодильник и кальян – просто отметили, что штатные места стоят пустые. Поморщились из-за коньячного духа и еще сильнее – из-за пустой бутылки, оказавшейся на месте. Я уж думал – проскочим быстро, успеем к вылету…

А вот цвет – подавай им позолоту.

Как всякие военные, полковники были упрямы и стояли на своем. Как всякий приемщик в автосервисе, Чалыч знал тысячу приемов как объяснить, что так и было.

В общем, за час он их переупрямил – и фото с видео просто сняты в яркий солнечный день, и комментаторы просто приукрасили. И вообще – в ПТС явно сказано…

Полагаю, дело было не в цвете как таковом – а в сорока килограммах золота, которое трем полковникам было прихапать очень даже по погонам. Не вагон же – это уже для генералов. А баллончики с желтой краской они бы и сами купили, уже самостоятельно потом доказывая в закрытом КБ, какой там «цвет по ПТС».

- Ладно, давай подписывай, - оформили они документы о передаче и сунули Чалычу.

- А владелец – вон стоит, - указал он на меня.

- Так что ты раньше не сказал! – Чуть ли не сплюнул он. – Молодой человек, цвет должен быть золотистый!

- Цвет по ПТС – желтый, - даже тон голоса я повторил, всем видом показывая, что никуда не тороплюсь.

- Родственники? – Нахмурился полковник.

- Родственник. Сын родной. – За его спиной подтвердил Чалыч.

- Поня-ятно, - протянули мне документы, но тут же отдернули. – Стоп. Откуда у тебя орден «Верный кинжал»? – Осмотрели меня с подозрением.

Выгляжу молодо – потому и спрашивает. Но биоэнергету стыдно выглядеть старым. А уж в тридцать два года – тем более…

- Какой из трех? – Поднял я бровь.

- Подписывайте, где галочка, - подали бумаги с уважением.

Подписанные документы сфотографировали – я и полковник, внесли снимок каждый сам в свой телефон. И «Рансат» исчез из приложения. Зато появился «Кинжал-17МГ». По ПТС – черный.

Видимо, синим он был только на время гонки.

- Счастливо, - пожали мы друг другу руки и, наконец, разошлись.

Вернее, гости сели в буксир, ухватили «Рансат» гравизацепом и улетели на север города. Видимо, где-то там у ихнего КБ логово…

Ну а к «Кинжалу» начали стягиваться все наши работники – обходя его сначала по широкому кругу, а потом постепенно приближаясь.

- М-да, приобретение, - улыбался я, тоже обводя его взглядом.

Словно и не смотрел на него уже пять часов. Но до этого – он был чужим, а теперь – мой.

- Минут через десять прилетят, - подошла мисс Сойер.

К «Кинжалу» она относилась с понятным любопытством, но близко не подходила. Еще вчера насмотрелись, пока копились баллы. Да и потом, когда извлекли матерящегося пилота, была возможность осмотреть салон изнутри.

Связь-то в подвале не работала – не дотягивался пилот до своих со сломанными антеннами. Вот и перелаивался с нами от бессилия – записи тоже остались. Так что, дойди дело до суда, нашлись бы доводы…

- Как спящая царевна?

- Спит, - пожала Эффа плечами. – Бурная ночка, а? – Непонятным тоном уточнила она.

- Я ей ночной сон продлил. Чтобы не вышагивала перед министерскими.

Постелено Аллите было тут же – не мог я бросить своих во время ночной смены, но и оставить ее высочество одну в гостинице тоже никак. Вот и пришлось идти на компромисс – очередная пачка денег была отдана Аллите с предложением потратить на подготовку к месячному отъезду и истрачена с нездоровой сноровкой – быстро и до конца. Приобретенное вместилось в три спортивных сумки – лично несла их, не доверяя мне.

Я понимаю – белье. Эти куски ткани мне еще с Ренни нервы помотали. Но белье может стоить дорого, это как оправа под драгоценность – если есть бриллиант, не жмоться на золото…

Но полмиллиона! В обычном супермаркете!

За это принцесса согласилась спать на моем матрасе.

- Да у тебя тут условия как в тюрьме. – Оценила она вчерашним вечером. - Привыкать не придется. – Ободрительно похлопала она меня по плечу, ложась как есть – в одежде.

И уснула с моей рукой на лбу.

В углу стояли три тяжелых баула с «приготовлениями» - и хитрыми «бирками» из завязочек ниткой на каждом. Чтобы не лез внутрь – хотя я вроде обещал…

- Самое время разбудить, - посоветовала Эффа. – Но лучше не поцелуем, затянется. А мы опаздываем.

Покосился на нее – вся раздраженная, дерганная. Впрочем, вчера всем пришлось понервничать – но обошлось же?

- Ты с Хенни говорила? Она приедет? А то трубки не берет.

- Не приедет.

- Может, и к лучшему. – Пожал плечами. – Не люблю проводы.

- Ага. Ты, кстати, ей не звони – все равно не дозвонишься. – Выдохнула Эффа, словно перед прыжком в воду.

- Не понял. – Нахмурился я, изучая бесстрастное выражение мисс Сойер.

- У человека теперь нормальная жизнь. Человек осознанно принял решение. Давай будем уважать это решение. – Выдала она явно заготовленную фразу.

- Эффа, давай-ка чуть подробнее. Что случилось? – Уточнил, наполняясь недобрыми предчувствиями.

- Случилось многое.

- Дальше.

- А вон. Синий. – Указала она подбородком на «Кинжал».

- У тебя слова отняли? Эффа, давай как-нибудь на местном, я зря его учил, что ли? – Оставался я внешне спокоен.

- Ты только не ругайся. Не дергайся. Уважай чужое решение.

- Что-то такое уже слышал. Но, допустим. Уважаю, стою на месте.

- Ты же знаешь, что чудес не бывает? Ни добрых волшебников? Ни выигрышей в лотерею?

- Дальше, Эффа. Я тут с сердцем не слягу, не переживай. – Начали приходить первые догадки.

- Тогда прими как есть. Хенни ты больше не увидишь, это ее решение. – Накрутила себя Эффа так, что даже край губы чуть подергивался.

- А взамен?..

- Карим вон Альтазар пробивает очередь двум пилотам, и они снимают свои претензии. Государство отказывается от суда. Штрафы снимают, изъятия имущества не будет. Ты получаешь «Кинжал». И…

- Ну?

- Хенни не узнает о разорванном на жопе костюме бобра, найденном в парке. Вы другого места не могли найти? – Поджала губы мисс Сойер.

- Миленько. Но мимо, разумеется, как обычно.

- Поэтому она спит на твоем матрасе?

- Где ей спать, если мы работали всю ночь? – Устало поморгал я. – Насчет бобра – это выяснила супер-сыщик или напечатали в газетах?

Могли и напечатать – таинственный аниматор с запахом коньяка улетает, матерясь, на лестнице золотого гравилета, а потом его костюм находят в парке… «Остерегайтесь лосей!»...

Хотя нет, желтой прессы в Империи серьезно так меньше. Дома, на Аликсе – точно бы вышел материал на разворот.

- Выяснил ее отец. Еще у него записи с гравилета в первую вашу встречу, когда Аллита была в стельку пьяной, а ты ее держал за жопу.

- Я придерживал, чтобы она не упала. А жопа у нее начинается непонятно где.

- В общем, видео, фото – он держит на тот случай, если ты не уймешься.

- Значит, Хенни меня спасает?

- Ты тоже иногда спасаешь так, что очень больно на сердце. Спроси Ренни.

- Выдумала кучу небылиц, поверила в них, жертвует собой… - Проговаривал я задумчиво.

- Это поступок, Тан. То, что делает нас взрослее. Или ты считаешь себя единственным? Считаешь, что она никого не полюбит? – Горячилась мисс Сойер.

- Эффа. – Улыбнулся я слабо. – Этот мир – вообще не мой.

- Я не это хотела сказать.

- Пойду будить принцессу. – Прищурился я на приближающуюся десантную машину.

- Тан, я просто хочу сказать – не обесценивай то, что сделали ради тебя. – Догнала Эффа, принявшись вышагивать рядом. – Не отказывайся. Не ломай. Не возвращай.

- Мисс Сойер. – Притормозил я. – Вы же в курсе, что вас просто кинули?

- Это ты так сейчас говоришь. А там были очень серьезные обвинения!

- А я династию вон Харрит спас. – Вновь улыбнулся ей устало. – Вот так, - щелкнул пальцами. – И все живы, представляешь?

- Это другое.

- Мисс Сойер, знаешь, что самое страшное ты сделала?

- Ну? – Насупилась она.

- Ты обманула себя. И до конца жизни ты будешь об этом молчать. Ничего не изменишь, никому не расскажешь. Потому что это обесценит поступок Хенни.

- Я уверена, что Хенни поступила правильно.

- По твоему совету?

- Это некрасиво, мистер Савой! – Стукнула она подошвой о бетон. – Некрасиво! Получить все и говорить, что это бы дали тебе просто так! Что какие-то КБ заинтересовались бы «Рансатом»! Что ради этого сняли бы обвинения! Подарили бы тебе эту игрушку и не стали бы отнимать все это! – Повела она рукой вокруг.

- Это не мой мир, - покачал я головой вновь. – Когда я уйду, то ничего не смогу взять с собой.

Кроме людей и котов. Но людей – отчего-то все меньше.

- Но ты же рад, как все вышло! Будешь мутить с этой принцессой! Будешь летать на самом крутом гравилете! – Злилась она.

- А вчера – не мог?

- Вчера было сделано много ошибок.

На нас уже начали обращать внимание – люди поворачивались, прислушивались.

И можно было много говорить о том, ради чего все это было сделано. И вспоминать, что я очень просил вообще не лететь на юг – а значит, не лезть в соревнования. И что есть записи разговоров с пилотами, лояльно настроенная аудитория, юристы и дорогие адвокаты.

И что, в конце концов, Минобороны просто искало повод, как выйти из ситуации, сохранив лицо. Поэтому вцепились в предложение, поданное с подачи вон Альтазара. Но если бы этого предложения не было – появилось бы иное.

Но зачем?

- Ты права. – Ограничился я главной фразой в жизни любой девушки.

Но мисс Сойер отчего-то села и расплакалась.

Пришлось присаживаться рядом, слегка приобнять и успокаивать.

- Говорить Хенни нельзя. Она отца возненавидит. – Вздохнул я. – А так – светлая печаль, личная жертва, высокая цель. Все лучше, чем таблетки.

Ножницы ей теперь даром не нужны – задеть ее будет невозможно.

- Но это ведь ради тебя…

- Угу. – Поддакивал успокаивающе.

- И ты ее не любишь…

- Не люблю, - тоже согласился.

- А принцессу эту?..

- Ничего не было.

- А костюм бобра?..

- Молния заела.

- Она сверху открывается.

- Ей под кустиками особо вариантов не было.

- И что делать?..

- Лететь на практику. – Сообщил ей очевидное. – Что еще делать-то? Вон, даже принцесса очнулась.

На крыльце административного здания сочно тянулась руками вверх Аллита. Прямо самому захотелось повторить.

Затем ее высочество почесала пятую точку и зевнула, замерев с широкой улыбкой.

- Какой час?

- Пол первого. Собирайтесь, через пять минут вылет.

- Ой. – Забеспокоившись, скрылась она за дверью.

- И все-таки, Хенни тебя спасла, - упрямилась Эффа. – Потому что думала, что тебя спасает.

- Спасла-спасла, - кивнул я, приводя мысли мисс Сойер в рабочее состояние. – Да еще такую ценную вещь подарила.

- Никто тебе такие подарки не делал.

- Еще бы. Я бы, признаюсь, на такое никогда бы не пошел. Но раз тут так принято…

- А? – Встрепенулась Эффа. – Ты про что?

- Да вот… Есть Карим вон Альтазар. Он меня спасает, так? Вернее, он так думает.

Все же – надо быть честным. Отец Хенни и в самом деле мог так считать. Он не имеет всей картины.

- Так.

- Но требует за спасение плату. Серьезную. Такую, что меняет жизнь человека – многих людей. И считает себя вправе.

- Разве нет?

- Во-от, - протянул я наставительно. – Это понимание Хенни мне и подарила. А я тут, понимаешь, два раза мир спас.

- Мир тебя за это любит.

- Нет, Эффа. Этот мир мне очень сильно задолжал. – Поднялся я на ноги. – И я с него возьму плату.

Глава 2

Когда со штурм-трапа, спущенного в уровень с землей, вышла мощная женщина с комплекцией танкиста и выражением лица почетной тещи Империи, я, признаюсь, вежливо посторонился – как делают в метро, чтобы дать людям выйти, а потом пройти самому.

Но под ее тяжелым взглядом замер и вроде даже встал по стойке смирно. За спиной у дамы котятками жались три парня и девчонка в светло-песочной форме, как у меня, и с любопытством оглядывали территорию депо.

Десантный корабль серии «Ацог» приземлился рядом с поверженным «Кинжалом» - за воротами для солидной боевой машины, собранной из бронеплит, не было места.

Рядом стояла по стойке смирно Эффа, чуть дальше за спиной – уверен, держали равнение на знамя Чалыч с Мастером – потому как женщина медленно обводила все взглядом, и он два раза на секунду замер.

Глаза женщины были карими, волосы – с красноватым отливом, пышной, но короткой прической. Лет под пятьдесят на вид – с этого возраста женщины в военной форме стареть перестают, чтобы и дальше соответствовать фотографии в удостоверении.

Косметика – торжественная, алые губы, румяна и черные накладные ресницы. Звание, судя по лычкам на форме – капитан, внутренние войска. На натянутой грудью форме - несколько медалей, орден. Ни колец, ни сережек.

- Мое имя – капитан Табба Навин. А вы опоздали на построение, - смотрела она на нас, как на нечто подгорелое.

Явно в сомнениях – выкинуть или все-таки употребить по назначению. Но точно – без малейшего удовольствия.

- Имперская приемка, капитан Навин, сэр. – Бодро отрапортовал я. – Приказ министра обороны! Только-только улетели. – Невольно покосился я на горизонт, но буксир давно уже скрылся.

- М-да?.. – Был полон сомнением ее голос.

- Есть приказ, капитан Навин, сэр! Разрешите показать?

Приказа не было, но в таких делах – честные глаза и решимость его заменяют.

- Отставить. Причина уважительная – это будет учтено. – Недовольно отметила капитан, заложив руки за спину и глядя сверху вниз, чему способствовал шторм-трап. – Почему опоздали остальные двое? Тоже участвовали в приемке? – Цепко смотрела капитан на Эффу, а затем, с изрядным подозрением, на совершенно ошибочно улыбавшуюся Аллиту.

- Я проспала, - бухнула последняя.

- Имя, рядовой!

- Аллита вон Харрит, - заносчиво ответила та.

- Шутки шутим, - прищурилась капитан и обратила внимание на три баула у ее ног. – Вещи к досмотру.

- Вот еще! – И не подумала та тянуться.

- Рядовой, вы направлены государством на территорию воинской части «Сарги-2». На территории части установлены требования к провозу и проносу вещей и продуктов питания, обязательных для всех без исключения граждан Империи! И я, как куратор вашей группы, приданный министерством обороны, не вижу причин, почему ваш хлам надо тащить на гравилете за семь тысяч километров, чтобы выкинуть там! Если можно выкинуть прямо здесь. – С удовлетворением завершила она свою тираду.

- Там личные вещи!

- Сейчас я вижу закрытые сумки, в которых может быть, все что угодно. Если вы отказываетесь сотрудничать, багаж на борт допущен не будет! – Рявкнула она.

Аллита посмотрела на меня, нашла мою ладонь и подергала, взглядом требуя вмешаться.

- Покажи содержимое, - вздохнул я.

По такому поводу я звонить полковнику не буду. Да и не поможет – тетенька представилась приданным куратором, то есть руководство ее в столице, а начальство воинской части ей вообще не указ.

Как-то упустил я этот момент – думал, к нам приставят офицера из самой части. Ан нет, расстаралось министерство. В целом, правильно – за студентами нужен пригляд, чтобы сами не начудили, да и их не обидели. Опять же, пол – по статистике, биоэнергетов поровну между мальчиками и девочками. А у девочек бывают такие проблемы, что штатный офицер их не решит, зато женщина-куратор может помочь.

Аллита, одарив меня разочарованным взглядом, расстегнула замки на баулах, чуть их приоткрыв.

- Шире. – Указала капитан, поджав губы. – Или вы сотрудничаете, или я просто вывалю это все на бетон.

Принцесса присела и с явным недовольством показала вещи.

- Вот. Тут второй комплект формы, обувь, белье, средства личной гигиены, расческа.

- Назад. Что там? – Хмыкнула капитан. – Красное кружевное белье? Милочка, вы точно знаете, куда летите? Может быть, вы и платье взяли – на дискотеку ходить?..

- Мне говорили, что будут выходные. – Поджав губы, держала Аллита ее взгляд.

- Их еще надо заслужить! Открывайте вторую сумку.

Взгляд принцессы вильнул, а сама она замерла над – вроде бы, черным и тканевым – содержанием второго баула.

- Открывайте-открывайте. – Подбадривала капитан.

Позади чуть приблизились котята, а с нашей стороны придвинулся Чалыч, заходя сбоку.

- Вот, - чуть подавленно сообщила Аллита, показывая пузатую бутылку, обернутую черным шарфом.

Видимо, чтобы не звенела при движении.

- Так-так. – Хищно улыбнулась капитан. – Контрабанда спиртного?

- Н-нет, антисептик… Ой, это не мое! – Удивилась принцесса в голос, убрав шарф и увидев там коньяк «Звезда Империи», пять звезд, двадцать пять тысяч за бутылку.

- Будет внесено в личное дело!

- Ой, внучка, ты же мою сумку взяла! – Подошел Чалыч. – Капитан Навин, сэр. Девочка просто перепутала сумки. Тут у меня на юбилей заготовлено – восемьдесят лет в этом году, - улыбался старик идеальными зубами. – Вместе в магазин ездили, сумки одинаковые. Это моя оплошность – сам не заметил, как переставил. Я сейчас принесу!

- М-да? – Была в сомнениях капитан.

- А ей мы антисептик брали и всякое разное. Сейчас сами все увидите!

- Дедушка, - шикнула Аллита тихонько. – Я третью сумку тоже перепутала, наверное.

- Ну-ка давайте посмотрим, - заинтересовалась мисс Навин.

- Нет-нет, точно перепутала, - застегнула молнию принцесса и вручила в руки Чалычу. – Ты уж, дедушка, мою принеси. - Виновато улыбнулась она ему.

- А в ней что было?.. – Задумался тот.

- Да поделки разные, время скоротать, - по-доброму сообщила Аллита. – Хотела тебе подарок на юбилей сделать.

- Хорошо, принесу, - не стал тот спорить.

- Острое и режущее нельзя! – Предупредила капитан.

Еще бы – в воинскую часть едем, можем и порезаться. Только крупный калибр, чтобы если что – сразу башку отрывало…

- Тогда и не неси ничего, - легко отпустила Аллита, тихонько выдыхая. – Потом сделаю.

- Хорошо, внученька, - пожал тот плечами, удаляясь.

- Так. Теперь вы двое. – Сузились глаза мисс Навин, смотревшей на нас. – Где ваши вещи?

- Направлены самой лучшей имперской почтой прямо в часть, сэр! – Отозвался я.

Мой багаж взялся перевезти лично полковник вон Хемли – слишком в нем много было вещей деликатных, чтобы и в самом деле доверять их почте. Эффа тоже воспользовалась этой возможностью и сегодня была налегке.

- Имя, рядовой!

- Тан Савой, но я не рядовой, сэр.

- Все вы на время службы рядовые! – Рявкнула капитан.

- Тогда нужен какой-то приказ, сэр. – Достал я удостоверение и с уважением протянул ей.

Взяла, раскрыла, вчиталась.

- Капитан в отставке, надо же, - протянула мисс Навин совсем другим голосом, возвращая мне документ.

Тут же свою корочку протянула Эффа.

- Генерал-майор в отставке? – Округлились ее глаза. – А вы? – Чуть настороженно посмотрела Навин на Аллиту.

- Я – принцесса Аллита вон Харрит!

Взгляд капитана вновь скользнул на меня.

- Она документы и телефон потеряла, - чуть повел я руками.

- А тебя мы перевоспитаем. – С удовлетворением поведала ей женщина. – Отряд, стройся! – Рявкнула она, повернувшись к котятам.

Те неуверенно подошли ближе и вчетвером заняли позицию слева от Эффы – я встал первым, затем по росту шла принцесса.

Строй вышел кривоватым и вновь испортил настроение капитану – та пару раз прошла перед нами, потом не выдержала и стала перетасовывать нас местами.

В итоге первым встал светловолосый долговязый парень, потом мы с принцессой, два брюнета – один явный спортсмен, второй с животиком и тоскливым видом, затем Эффа и девчонка с кудряшками на рыжих волосах.

- Запомнить, как стоим! По команде – «строиться» занимать именно такое положение! – Чуть удовлетворилась капитан увиденным.

Хотя, конечно, жалость к гражданским все равно в ней сквозила.

- На все мои команды отвечать: «Да, сэр!». Всем понятно?

- Да, сэр! – Чуть не впопад ответили мы.

- Стадо обезъян отвечало бы лучше! Еще раз, всем понятно?

- Да, сэр!

- На первый-второй рассчитайся!

Это мы умели, а так как еще и получали высшее образование, даже справились со счетом до семи – Аллита вспомнила, что знает цифру «три», и дальше остальных понесло.

Капитан смотрела на нас как на безнадежно больных. Впрочем, мы явно были не первые в ее личном лепрозории, поэтому даже поправлять нас не стала.

- Отряд – вольно! Теперь каждый выходит перед строем, представляется и говорит пару слов о себе. Первый – пошел!

Долговязый блондин вышел перед строем, опасливо покосился на капитана и произнес на удивление басовитым голосом.

- Ластер Данеш, второй курс, техникум биоэнергетики. Вот, - надеялся он на отмашку завершать и переминался с ноги на ногу.

- Чем увлекаешься, рядовой Данеш? Кем планируешь стать?

- Компьютерными играми, сэр. Пока не знаю.

- Плохо, что не знаешь! Встать в строй. Второй – пошел!

- Тан Савой, третий курс, университет Биоэнерготех. Увлекаюсь мировыми заговорами. В будущем буду заниматься медициной катастроф.

- Похвально, Савой! Встать в строй. Следующий!

- Аллита вон Харрит, третий курс, университет Бизнеса и права. Люблю собак. Увлекаюсь зарубежной мультипликацией. В будущем открою свой ресторан.

- А как же биоэнергетика, рядовой? Помогать людям и стране? – С осуждением произнесла капитан.

- Ну, некоторые блюда можно биостабилизировать. – Смутилась Аллита. - Получается очень вкусно.

- Ладно, тут все ясно. Следующий!

- Вен Сарел, - вышел перед нами крепыш. – Четвертый курс, Биоэнерготех. Люблю девчонок, увлекаюсь девчонками, - улыбался он, подмигнув кому-то в конце строя. - В будущем стану богатым и знаменитым.

- Это каким же образом, рядовой Сарел, вы станете богатым и знаменитым?

- У отца клиника на Цветочной. Заезжайте, сделаем скидку, - был тот доволен жизнью.

- Встать в строй. Следующий!

- Мар Дайни, - стоял паренек, пытаясь втянуть живот и чуть сутулясь. – Первый Имперский университет, третий курс. Люблю компьютеры, увлекаюсь программированием. В будущем хочу сочетать программы и биоэнергетику. Рассчитывать влияние. – Чуть приподнял он подбородок. – Прогнозировать воздействия.

- Похвально. Встаньте в строй, рядовой Дайни.

- Эффа Сойер, Биоэнерготех. Увлекаюсь детективами. Люблю свою кошку. Хочу увидеть, каким мир станет в будущем.

- Следующий, - скупо отозвалась капитан.

- Келли Шоун, техникум Первой помощи, второй курс, - настороженно смотрела на нас рыжая девчонка. – Люблю кататься на роликах и лето. В будущем буду медиком. Сначала медсестрой, потом выучусь на врача.

- Отлично, рядовой Шоун! Встаньте в строй. Итого – семеро из десяти. Трое отсутствуют – травмированы, но наша медицина быстро поставит их в строй! Они приедут через неделю или две, как позволит здоровье, - удовлетворенно кивнула капитан, стоя перед нами. – И задержатся в части на такой же срок. Никто не избежит практики! Но для кого-то это будет почетная служба. А кто-то потеряет не только здоровье, пытаясь уклониться, но и остаток лета.

Наверное, сойдет за мотивирующую речь – хотя я сильно сомневался, что сложные переломы лечатся за пару недель. Скорее, просто байка – объяснение, почему нас не десять, а семь. Иначе вопросы, почему кто-то дома, а мы на болотах, получат демотивирующие ответы.

Со спины капитана шел Чалыч с баулом – с видом бодрым и довольным. Замер поодаль, дожидаясь нужного момента – который почти сразу представился.

- Отряд, смирно! Приступить к погрузке на борт!

Мы повернулись через левое плечо и зашагали наверх по трапу.

- Рядовой Харрит или как тебя – подойдите. – Окликнули Аллиту.

Вслед за ней пристроился и я.

Рядом с капитаном стоял Чалыч, показывая содержимое баула – и в самом деле, антисептик в бутылке, пластыри, бинты.

В общем, всю аптечку мастерской выгреб.

- Вот, мисс Навин, - улыбался тот. – Верная сумка у входа стояла! Не то внучка утащила.

- Это допускаю, можно застегивать. - Кивнула капитан. – Впредь убирайте алкоголь подальше от детей.

«Дитё», которое явно имело планы на пятизвездочный коньяк, печально смотрело на куцее содержимое сумки – как птица на разоренное гнездо.

- Учту, мисс. – Кивнул Чалыч.

- У вас все?

- Да, сэр. Уже ухожу, - отошел он обратно.

- Так. Теперь ты, рядовой. – Уставилась капитан на Аллиту. – У меня в списке отсутствуют две девчонки: Мелли Лаус из «Второго техникума» и Хенни вон Альтазар из «Первого Имперского». Еще нет двух парней из техникума Первой помощи. – По памяти сообщила мисс Навин. – Я поняла, что документы ты потеряла, а значит, не очень умная. Еще у парня вряд ли будет такая грудь. Как вывод, мисс Лаус, перестаньте действовать мне на нервы. А еще лучше – постарайтесь поменьше попадаться на глаза. На борт, рядовой Лаус! Ресторан она хочет открыть…

Принцесса явно хотела сказать что-то дерзкое, но наткнулась на мой предупреждающий взгляд и молча пошла к гравилету – выпрямив спину и сжав кулаки.

Называть ее вон Альтазар нельзя – там паренек из Первого имперского, который мог знать ее в лицо. Да и после вчерашней гонки Хенни стала весьма популярна – а ее страничка есть в доступе. С Аллитой они вообще не похожи.

Ну а некая девчонка из «Второго» - может и дальше тратить свое лето. Будет ей потом сюрприз.

Впрочем, если бы все запнулось об имя – звонок полковнику был предусмотрен. Просто состряпали бы документ о переводе в его часть Аллиты Харрит. Без приставки «вон», конечно же – а людей с такой фамилией в Империи немало.

- А вы что тут стоите? – Недовольно посмотрела на меня капитан.

- Виноват, сэр! Забыл отдать ключи, - махнул я Чалычу и, сделав пару шагов в его сторону, перекинул связку, которая открывала теперь пустующий бокс, где раньше стоял «Рансат». Еще там был ключ от бокса с «Сагирой», но он находился в другом гаражном комплексе, и ключ от съемной квартиры, которая уже даром была не нужна. В общем, нормальный повод – и в карманах теперь не бренчит.

Тот связку принял и отчего-то заговорчески подмигнул, тронув уголок сотового телефона, торчавшего из кармана.

Надо будет посмотреть сообщения – звук был выключен с самого утра. Все-таки, имперская комиссия – и раздражать ее ответом на левые звонки не хотелось. Хотя, в общем-то, и не звонил никто – у сокурсников сегодня тоже отбытие, не до посторонних.

- Все, сэр!

- Грузитесь на борт, капитан, - хмыкнула мисс Навин. – Помолодел нынче офицер…

- Особые условия несения службы, сэр. Голову два раза отрывало – еле успевали пришивать, - специально для Чалыча не понижал я голос.

- М-да? А где шрам? – Покосилась она на застегнутый воротничок.

- Под псевдокожей, сэр. Это все косметическое, - тронул я себя под подбородком. – Во второй раз шею совсем размотало, вшили бионический протез с боевым лазером.

- Да? – Прищурилась та, явно недоверчиво.

- А вот – указал я на «Кинжал» - недавно проверяли. Минус боевой гравилет, - вздохнул я. – Теперь чинить за свой счет.

- Почему не отдали в наши мастерские? – Словно только сейчас заметила она покореженный истребитель.

- Секретность. В мастерских стали бы допытываться до причин повреждения, а это новейший прототип. «Кинжал» пришлось якобы списать и перевести на мою учетку, - открыл я перед ней приложение и указал на присутствующий там «Кинжал-17МГ».

- Мне никто про секретность не говорил. – Забеспокоилась та.

- Значит, уровня допуска достаточно, - посмотрел я на ее погоны. – С вашим званием, выслугой и наградами. – Добавил я с уважением.

Дама горделиво приосанилась.

- Полагаю, отдельного приказа не будет. – Подытожил я. - Но вам надо знать, сэр. Некоторые работы мне выполнять будет просто опасно. Кроме того, необходимо будет отлучаться для проведения сервисного обслуживания, - серьезно выговаривал я.

- Я учту, капитан. – Кивнула мисс Навин. – Условия будут предоставлены. Только скажите… А это не опасно – вот так ходить?.. – С опаской смотрела она на шею.

- Только для врагов Империи, капитан! И при должном обслуживании, разумеется. В этом мне будет помогать мисс Сойер.

- Генерал-майор?

- А как вы хотели, такая технология.

- Теперь я понимаю... А вторая, эта мисс Лаус?

- Внучка нашего механика, - вздохнул я. – Иногда чудит. Прошу простить ее, сэр. Дед – заслуженный человек, генерал и секретоноситель, способен «Кинжал» собрать из трех машин такси и троллейбуса.

Чалыч делал вид, что тугоух и разговаривает с кем-то по телефону спиной к нам. Но я же видел, как плечи расправились.

- Понятно. Учтем. Но ей придется сложно, - цокнула капитан. – Такой ветер в голове.

- Мы не выбираем детей. Внуков – тем более, - печально пожал я плечами.

- Ладно, присмотрю за девочкой. Еще что-нибудь, что я должна знать?

- Пока нет, сэр. В дальнейшем информацию может доводить полковник вон Хемли. Он, разумеется, знает, кто направлен в его часть.

- Принято, капитан Савой.

- Для вас – просто Савой. И просто Эффа Сойер. Разрешите проследовать на борт, сэр?

- Разрешаю, - задумчиво кивнула мисс Навин.

Отряд уже загрузился, но подсказывать, куда идти дальше после подъема по штурм-трапу, было ненужно. Все они строятся одинаково – чтобы линия у десанта была прямо-прямо и только прямо, без возможности запутаться в лабиринте переходов.

Через второй открытый шлюз отметил ребят – все сидели в штурм-креслах, довольно просторных для людей без спецснаряжения. Пухлый паренек – Мар Дайни, отчего-то пристегнулся на все ремешки и сидел с отрешенным видом. Высокий паренек – Ластер Данеш – активно болтал с Веном Сарелом, вернее – слушал последнего. Эффа сидела рядом с рыженькой Келли Шоун, непринужденно с ней болтая.

Кресла стояли с двух сторон – по два десятка, лицом друг к другу. Свободных полным-полно, подсесть можно к каждому. Вон, приветственно махнул рукой Сарел, указывая на место слушателя рядом с Ластером. Эффа отметила меня взглядом – тоже есть свободное кресло.

По два свободных места у Дайни и опечаленной принцессы – ныне и на некоторое время вперед – Мелли Лаус, а никакой не Аллиты вон Харрит. К ней и подсел.

- Все еще можешь отказаться, - негромко сообщил ей.

Та вроде даже задумалась – не ответила сразу.

- Нет. – Покачала головой. – Нормально. Изучу ваши военные базы. Будет, что рассказать дома. – Со сдержанным оптимизмом шепнула она.

- Как хочешь, - взялся я, наконец, за свой сотовый.

Полистал сообщения – отчего-то все сервисы решили меня поздравить с отбытием на практику и обещали скидки по возвращению. Ренни снова отметилась с «Хорошей службы!» - опять обычной смс. Написал ей душевное «и тебе».

Открыл сообщения от Чалыча – отметив два со сгруппированными в превью фото, слишком мелкими, чтобы сразу что-то разглядеть. И третье сообщение в конце - с паузой на наш разговор с капитаном: «Моя школа!» и смайлик «большой палец вверх». Значит, понравилось.

Да и для меня польза – чувствую я, что «боевой лазер в шее» точно нельзя будет совмещать с хозработами и другими бессмысленными делами, которых в армии придумать несложно. От некоторых, впрочем, уклоняться не буду – иначе от тоски можно будет взвыть.

Интернета в воинской части нет – это меня еще раньше предупредили. Звонки только из штаба, под запись – либо в увольнительных. На этот случай, правда, я подготовился – небольшой приборчик родом с Аликса вчера прилепился к спутнику какого-то коммерческого телеканала. Еще один такой прибор уйдет в небо у южной границы, и связь у меня появится. Не на телефоне – на сходном с ним устройстве, которое перевозит вон Хемли. Они, в общем-то, похожи на обычные, только язык другой. Второй телефон лежит у Мастера – незнакомый язык его не смутил. И, если что произойдет важное, он сообщит – запишет и отправит видео. Перечень моих интересов ему известен. С юристами мы договорились, что докладывать они также будут Мастеру - вроде все уладили с властями, но мало ли что…

Ладно, теперь фото – открыл я первую группу изображений. Судя по всему, содержание первого баула – на постеленных шарфах лежали бутылки коньяка, вина, водки. Все дорогущее, за десятки тысяч – с полок для богатых людей или хмельных владельцев кредитных карт.

Двенадцать литровых бутылок - либо банкет устраивай, либо месяц ходи хмельным. Кроме напитков, во множестве – шоколад, сыры в вакуумных упаковках, сухофрукты, орехи в пачках, чипсы. Одним словом – закуска. Не просто так же пить, да еще из горла… Хотя нет – пластиковые стаканчики тоже имелись – под сотню штук. Мыть фужер – можно спалиться.

«Угощайтесь», - выделив фото, отписал Чалычу, пока связь есть.

«Точно?»

Заверил, что точно. Принцессе все это точно не понадобится.

Посмотрел вторую группу фотографий. Хмыкнул задумчиво, полистав, и оставив одну – самую интересную – показал сидящей рядом Аллите.

- Понятия не имею, что это.

- А это? – Перелистнул я на фото с коробкой презервативов различных вкусов.

- Вы бесстыдник - показывать такое незамужней девушке. – Зарделась она. – Впрочем, что взять с кучера.

- Как интересно, - открыл я фото с длинными хромированными ножницами. – Что на это скажете?

– Зачем вы мне все это показываете?

- И это – не ваше? – Показывал я множество прихотливых и затейливых изделий из силикона и пластика.

- Чье это? Я не понимаю. – Шепнула та бесстрастно.

Но щеки ее выдавали.

Интересно, как она представляет себе службу в воинской части? Как отдельные комнаты, которые можно закрыть на ключ? Она будет несколько разочарована…

На фото, впрочем, я смотрел с улыбкой – все, что там содержалось, особенно на последней показанной – уверен, предназначались просто, чтобы подразнить.

Отличное и безопасное развлечение – девушки охотно льнут к тем, кто в ответ на легкий флирт не утащит их сразу в койку. Все эти подчиненные отца, которые будут изнывать и капать слюной, но не посмеют. Нетрадиционные мальчики – с которыми можно даже обниматься, ведь ничего не будет. Ну и похититель, которому совсем нельзя. Который, даже перед почти полностью обнаженной девушкой, будет внимательно выискивать клещей на ее коже, а не пытаться заглянуть в удачно повернутое зеркало у стены.

Так что подразнить сумкой со средним ассортиментом секс-шопа внутри – как будто бы ничего страшного. Для себя же будет друг на батарейках – его и показывал Аллите первым.

«Эту сумку отложите», - выделил я фото.

Какой же туризм без сувениров? Раз купила – пусть забирает.

«Само собой. Я там в подкладку первой сумки кое-что переложил. Самое важное» - И подмигивающий смайлик.

Показал Аллите экран.

Та покраснела совсем уж сильно и покосилась на сумку.

- Это возмутительно, это не мои вещи.

- Хочешь, выкину?

- Но и не твои, - хмуро покосилась она на меня. – Верну владельцу сама. Потом.

- Ладно. – Кивнул ей и, закрыв глаза, прилег на кресло.

Лететь нам предстояло еще четыре часа – и я не видел ничего плохого, чтобы наверстать упущенные часы сна.

Правда, через какое-то время чуть приподнял веки, разбуженный близким шорохом – Аллита что-то активно искала в сумке. А как все нашла, тихонько принялась инспектировать найденное.

Благо, все остальные уткнулись в телефоны – только экраны подсвечивали наклоненные над ними лица. Свет в корабле давали две тусклые линии плафонов, встроенных в потолок. Полное молчание – в присутствии капитана Навин, устроившейся возле выхода. Она, впрочем, тоже дремала. Судя по гулу систем, десантный корабль шел по воздуху в пункт назначения.

- У меня вообще такого не было! – Еле слышно прошипела принцесса, вчитываясь в описание какого-то крема в небольшом тюбике. – Или было?.. Чертов старик! – Шепотом выругалась она.

Зря она, про дедушку так нельзя.