Чёрному коту повезло

Глава 25

«Опять… опять ты ничего не смог сделать сам.»

«Посмотри на себя, ну и посмешище.»

«Твои руки никогда не отмоются от крови Виктор. Никогда.»

Голоса в голове звучали наперебой. Да так, что Виктор не слышал собственных мыслей.

У него их сейчас и не было. Только пульс отдающийся эхом во всем теле. Красная пелена перед глазами потихоньку рассеивалась. Виктор провел рукавом по окровавленному лицу. Но сколько не пытайся, кровь не стереть, когда руки в ней по самые локти.

Он толкнул дверь перед собой, выходя на улицу. К нему подошли двое мужчин, придерживая за плечи, когда граф чуть не упал.

— Виктор Андреевич!

Но вместо слов он слышал лишь упреки родных. Будто все происходило не здесь, а на глубине под водой. Он мотнул головой, но сонм голосов не стихал, сдавливая череп. Среди этого хаоса прорвался голос, разгоняя кошмары своим теплом:

«Виктор, не слушай их. Ты лучше, чем все они вместе взятые. Помни это. Помни, что я люблю и всегда буду любить тебя»

Пелена рассеялась, галдеж стих, душевную боль словно рукой сняло. Виктор втянул полной грудью воздух, ребра свело болью. Но это лучше, чем могло быть. Он недооценил Чернокотова. И мог за это дорого заплатить.

— Виктор Андреевич! Это ваша кровь? — голос подчиненного звучал обеспокоенно.

— Не только моя, — выдавил Виктор, — Пёс, Вой… поищите в особняке Чернокотова платиновую фишку.

— Как прикажете, господин. Ликвидировать всех на своем пути?

— Нет, — покачал головой Тасманов, прихрамывая к машине, — постарайтесь не привлекать лишнего внимания.

— Будет исполнено!

Двое близнецов в чёрном пальто поклонились и проводили взглядом удаляющийся автомобиль графа.

— Как думаешь, мы успеем заглянуть в бар? — обратился Вой к Псу, — Я бы пропустил стаканчик другой.

— Ты готов слизывать бухло с пола вперемешку с кровью?

— Конечно, — облизнулся Вой, — это ведь самое вкусное.

***

— Я спросил кто ты, Тимофей Чернокотов? Как на самом деле зовут человека, что занял его тело, — широко ухмыльнулся Виктор Тасманов.

Твою мать, как он узнал?!

— Это всё его фамильяр, начальник! — мяукнул Нуар.

— Закрой пасть, — Виктор обрушил свой разгневанный взгляд на кота, а зверёк что сидел у него на плече, вдруг испарился.

Какого хрена?! Даже не уловил момент, как в моё лицо устремились когти магического кастета.

«Начальник, осторожно!» — Нуар нырнул в мою тень.

Я едва ли успел отскочить назад, но когти всё равно задели мою щеку и оставили после себя три глубоких пореза.

— Это уже неспортивное поведение, граф! — сделал я замечание и увернулся от следующей серии ударов.

— Мы похожи с тобой даже сильнее, чем я думал! — вновь замахнулся Виктор кастетом.

Но ударить ещё раз я ему не позволил. Схватил пустую бутылку с барной стойки и запустил психопату прямо в рожу.

— Так себе оправдание, граф! — воскликнул я.

Пока оппонент закрывался от летящей бутылки, я подскочил к нему и сосредоточил ману в кончиках пальцев. В ту же секунду просканировал его чакры. Уязвимостей не увидел, этот засранец здоров как бык. И чертовски силён!

«Тасманов маг высокого уровня, бей осторожно, он может выкинуть всё что угодно!» — подсказал мне Нуар.

Без тебя знаю!

Сперва решил заблокировать чакры в конечностях, первый точечный удар я нанёс в коленную чашечку, второй тут же пришелся в плечо. Очаги энергии потускнели, но тут же воспылали вновь!

— Наивно… и кто тебя только бить учил?! — рявкнул Тасманов и контратаковал.

Удача Черномора сработала на ура. Когти кастета пронеслись вдоль моей глотки и чудом не задели. Но это ещё не всё, Виктор точно хотел закончить то, что начал. Я сгруппировался и отступая назад, блокировал град ударов один за другим.

Твою ж налево, мне не хватает энергии блокировать его чакры?! Его барьер будто из стали сделан. Черт. В таком случае, придётся как-то изворачиваться.

— Кончай танцевать как девчонка и отвечай на вопрос! — Виктор попытался пробить меня в торс.

А я споткнулся об лежащую под ногами табуретку и упал. Повезло, так повезло. Иначе сейчас собирал бы по полу кишки.

— Как я могу отвечать на вопросы, когда вы пытаетесь меня грохнуть. Окститесь, ваша светлость! — я сделал подсечку из положения лёжа, но Виктор вовремя отступил.

— Смешно тебе, парень? — нахмурился он, — я ведь правда хотел по-хорошему.

А вышло как всегда по плохому. Да-да, рассказывай мне тут, маньяк недоделанный.

И вообще, наверху, между прочим, девушка спит! Зараз, такими темпами точно Лизу разбудим. А я в мужские разборки не хочу впутывать женщину.

— Я разве смеюсь? — улыбнулся я.

— Ну, сейчас вместе будем смеяться, — Виктор хрустнул шеей и его родовой перстень неестественно засветился. Красная энергия бурлила вокруг графа, и вскоре, позади проявился дух тотемного зверя.

«Тасманийский, мать его, дьявол. Осторожно, начальник! У него самый мощный укус среди всех млекопитающих! Вонючий сумчатый выродок!» — в кошачьем мяуканье Нуара звучали нотки отчаяния.

Коэффициент силы укуса тасманийского дьявола равен ста восьмидесяти одному ньютону, а сила укуса клыка составляет пятьсот пятьдесят три ньютона.

— Это что ещё за дерьмо? — задал я себе же вопрос.

«Это магический дух первопредка! Одолеешь его — одолеешь владельца» — поведал Нуар, и сам выкинул из тени трость мне в правую руку.

— Воняет кошатиной, — пробасило сумчатое чудовище, что было раз этак в пять больше, чем среднестатистический тасманийский зверь.

Его чудовищная клыкастая пасть выглядывала из-за спины довольного графа. Царапая пол своими когтями, дух тотемного зверя вышел вперёд и встал перед владельцем.

— В этом баре как-то тесновато для тебя будет, дружище, — обратился я к духу.

— Диаволо… Фас! — скомандовал Виктор и махнул рукой в мою сторону.

Тварь в сию же секунду бросилась по мою душу. Один взмах мощной лапы, и меня придётся собирать по частям. Благо швейцарская трость — не чета магии!

Я нажал на кнопку и раскрыл щит. Увесистая однако скотина! С трудом устоял на ногах после удара, а щит не погнулся лишь чудом. Сейчас бы выстрелить сутулой собаке в пасть, да патрона в мушкете нет. Перезарядить не успел после схватки с тем нарисованным тигром!

Зато в арсенале есть крюк-кошка, которой я выстрелил сразу после того, как отразил атаку. Целился в потолок, крюк зацепился за люстру. Я резко потянул трость вниз, и тем самым сорвал её, обрушивая прямиком на дух. Даже часть потолка обвалилась…

«Нихрена ж себе! Круто!» — Нуар оценил, и высунул лапку из тени, показывая мне большой пушистый палец вверх.

И в этом мире мне лайков ещё не хватало…

— У меня уже на тебя аллергия, — встряхнулся зверь, сбрасывая с себя осколки люстры и деревянные щепки, — терпеть не могу кошек.

— Виктор, у вас аллергия на кошек? — взглянул я на стоящего позади графа, который скрестив руки, с интересом наблюдал за нашей баталией.

— Нет, просто собаки практичнее блохастых бездельников. Диаволо, прикончи это отребье, да поскорее!

— Не кричите вы так, мы оба отлично вас слышим, — я извлек из трости скрытый клинок, и попытался отрубить духу лапу.

— Завали мяучело! — рявкнул Диаволо, и заблокировал лезвие своей пастью.

Лезвие в агонии скрипело под давлением мощной челюсти, а я с трудом держался в клинче с первопредком Тасманова.

«Он сильнее тебя, начальник! В спортзал нужно было ходить!» — мрякнул Нуар и выскочил из моей тени.

Кажется, что хвостатый лентяй что-то придумал. Кот ловко запрыгнул на барную стойку, разбежался по ней и прыгнул прямиком на лицо графа Тасманова. Нуар выпустил когти и тут понеслась! Он целил в глаза.

— Виктор? — дух отвлекся на занятное зрелище и выпустил лезвие из зубов.

Мой фамильяр царапал рожу Виктора и агрессивно рычал, а тот безуспешно пытался стряхнуть его.

— Блохастая тварь, я прикончу тебя первой! — взвыл Тасманов, хватая Нуара за шкирку.

— Начальник, нападай! Это! Твой! Шанс! — кричал Нуар, продолжая портить личико графа.

На морде духа тотемного зверя проявлялись небольшие царапинки, он плотно зажмурился. Молодчина, Нуар! Сам бы лучше не придумал!

Я воспользовался моментом, и широким взмахом разрезал зверюгу пополам. Но вопреки моим ожиданиям, он не развалился на две части. Лишь получил неглубокий порез вдоль туловища и морды. На Викторе это отразилось моментально, он громко вскрикнул и с помощью новой порции адреналина, сумел таки сорвать Нуара с лица.

— Тронешь кота и я тебе… — не успел я договорить, как Виктор со всей силы швырнул Нуара об стену.

— Начальник… мне больно, кажется, я что-то сломал… — жалобно пропищал чёрный кот, в попытках подняться на лапки.

— И что мне будет?! — утер с лица кровь Виктор, и кровожадно оскалил безумную ухмылку.

Вместо тысячи слов, я намеревался надрать психопату зад. А дух тотемного зверя никак не хотел меня пропустить. Диаволо зарычал, и кинулся на меня, намереваясь вцепиться в горло.

Я тут же сообразил, что надо всё ставить на «красное». Выставил перед собой клинок и повалился назад.

Теперь у меня две новости. Одна хорошая, другая плохая.

Начну с хорошей: тварь напоролась на острие, и кажется вот-вот сдохнет.

Теперь плохая: мне чертовски больно в правом боку. Когти Диаволо настигли меня и выдрали чуть-ли не половину бочины…

— Ублюдок… — стиснул зубы Тасманов, лицезрея то, как дух распадался на маленькие магические частицы и рассеивался в воздухе, подобно праху. Из его живота хлынула кровь, пропитывая белую рубашку под цвет пиджака.

— Счёт один-один, сукин сын, — ухмыльнулся я.

С трудом поднявшись с пола, я зажал смертельную рану, что так обильно кровоточила.

Не долог час и вытеку нахрен.

— Мечтай, выродок, — сплюнул кровь Виктор и зажал сквозное ранение в животе, — Диаволо! — громко подозвал его граф.

И рассеянная в воздухе энергия собралась воедино, а затем хлынула в тело Тасманова. Небольшая кровоточащая рана на животе вмиг затянулась.

— Да ну нахрен, ты чё, бессмертный? — закатил я глаза.

— Начальник!.. — Нуар на хромающих лапах рванул в мою тень, но не успел.

Как и я не успел увернуться от внезапной атаки, ведь Виктор будто телепортировался ко мне. Хотя, почему будто? Он и впрямь сделал это. Или же стёр пространство между нами? Что за безумная магия у этого психопата?!

— Игра окончена, Чернокотов, — он смотрел мне прямо в глаза, а затем перевел взгляд вниз.

Я опустил голову и обнаружил, как его рука по локоть вошла в мой живот. Вот прям насквозь! Давненько я не видел столько крови. Тем более своей.

— Ох…ре…неть, — это всё что я смог выдавить, прежде чем упасть.

— Должен признать, я недооценил тебя и твоего котяру. Впрочем, я заберу свой трофей с твоего хладного трупа.

Только вот он не знает, что убить меня один раз недостаточно.

— Поздравляю, Виктор. Вы сумели одолеть мага первого уровня, это ж надо, достижение, — я попытался посмеяться, но вместо смеха из горла вырывалась лишь кровь.

Виктор внезапно остановился. О да, я точно ударил по его самолюбию.

— Много болтаешь для трупа. Пора с этим кончать, — он создал кастет с когтями и занёс его над моей головой.

— А ну прекратите! — раздался со стороны лестницы девичий голос, — граф, что вы себе позволяете?! — крикнула девушка.

Я обернулся. Это была Елизавета Сорокина… и она была очень злой. В первую очередь потому, что мы потревожили её сладкий сон. Второй причиной ярости графини было моё состояние. Наверное, точно не знаю!

— Сорокина?! — опешил граф, — что вы здесь делаете?

— Два шага назад, руки держать на виду! — властно скомандовала девушка, в руках у неё был внушительных размеров ствол. А сама графиня предстала пред нами в одном нижнем белье. В ночнушке поверх обнаженного тела. Черные трусики видимо все ещё где-то на полу…

— И как это понимать? — вскинул брови Тасманов, отступая на шаг. Его руки оказались по локоть в крови. В моей крови.

— Как хотите, так и понимайте! — девушка стала медленно сближаться с нашим, теперь уже общим врагом.

— Лиза, пожалуйста, отстрели ты ему уже хер, — с трудом выдавил я, но Лиза должно быть слышала лишь то, как я захлебываюсь кровью.

— Ха-ха, что ж… я вас понял, Елизавета. Вы точно уверены, что выбрали правильную сторону? — сплюнул на пол кровь Виктор. — Предстоящая война не пощадит никого, возможно даже вашу светлость. Насколько мне известно, вы тоже будете участвовать в скачках?

— Выметайтесь, Виктор, — грозно ответила Лиза, — или я буду стрелять.

— Ну к чему эти угрозы. Хотели бы, уже выстрелили. Хм, и между прочим… ваш, э-э, — он взглянул на меня. — Ваш возлюбленный вот-вот отправится в мир иной. Не знаю, куда попадают двоедушники, но… Почему бы вам ему не помочь?!

— Я повторять больше не стану. Проваливай, Виктор. У меня есть все основания чтобы открыть огонь, — она продолжала гнуть свою линию.

У Виктора Андреевича не осталось иного варианта, кроме как покинуть бар «Чёрный кот» с чувством невыполненного долга.

— Как жаль, что с его благородием так получилось, — с его лица не сползала омерзительная, садистская улыбка.

Ублюдок думает, что я откину копыта, а он потом как-нибудь заберёт «Люм». Не-а, не судьба, дурачок. А теперь вали-ка отсюда с позором, ведь тебя выгнала девчонка с большой пушкой! И она у неё явно побольше будет, чем у тебя.

— Всего хорошего, — с сарказмом пожелала ему Лиза, когда граф остановился у двери.

— Увидимся на скачках, Елизавета, — и он скрылся за дверью.

Скатертью дорожка, мудила. Черт. А дыра во мне солидная. Ноги сами подкосились, а кровища хлынула на пол. Рану зажимать бесполезно. Тут уже ничем не поможешь. Даже медики Геона скорее всего всадили бы мне пулю в лоб, чтобы не мучался. Так гуманнее. Боль должна быть адской, но я перекрыл чакры и просто истекал кровью, чувствуя, как пламя жизни угасает.

Интересно, я когда-нибудь привыкну к смерти и её холодному дыханию? — Подумал я и завалился на бок. Картинка перед глазами плыла, чернея по краям, как обожжённая пленка.

— Начальник, ну ёп твою кошку! — недовольно мяукнул хромой кот, — только давай не уми…рай, — Нуар шлёпнулся на пол, возле моей тени, тяжело дыша.

Да ты б хоть до тени дополз, обормотик. Я потянул руку к Нуару, касаясь его шерстки.

— Чернокотов, ты… Ох, — Елизавета присела возле меня.

Она приподняла меня за голову и уложила её на свои коленки. Ну, теперь можно и помереть. Лежал бы на этих ножках хоть целую вечность.

— Не переживай, Лиз, — прошипел я, — ещё семь раз сдохнуть могу.

— Т-так, Чернокотов, ты давай мне тут… не это! Мне нужно что-то делать? Или… — она и впрямь переживала. Я ощутил, как моих щек коснулись её горячие слезы.

— Просто… подожди… Лиза… просто… ты ведь помнишь, что я... — в глазах темнело, последняя светлое пятно, это входная дверь в бар и разбитый стакан на полу, к которому крадётся струя моей крови.

В непроглядной черноте я увидел лишь лик Ноктуса Черномора. Первопредок как всегда жутко лыбился и сверкал белоснежными клыками. А я растворялся в этом чёрном море, как сахар в горячем чае.

***

— На ковёр, мистер Вейн! На ковёр! — весело зазывал меня Черномор.

Ну вот, я опять блуждаю во тьме. В конечном итоге вышел на луч света, к знакомому зелёному дубу с цепью. Ноктус Черномор встретил меня привычной улыбкой.

— Я вас внимательно слушаю, дядюшка Черномор, — поприветствовал я первопредка.

— Знаешь, ты превосходишь все мои ожидания! Надо же, я действительно не зря доверился Нуару и его выбору, — Черномор спрыгнул с цепи и зависая в воздухе, по-барски разлегся.

— В каком ещё выборе? — он сумел меня заинтересовать.

— В момент кончины, прежде чем занять тело Тимофея, ты видел чёрного кота. Думаю, дальше догадаешься сам, — широко заулыбался первопредок.

Так, погодите! Чёрный кот, что смотрел мне в глаза, когда я истекал кровью в цитадели корпорации Инуяси. Кот Такеши Инуяси, как там его звали… Мурасаки?! Я мигом всё вспомнил.

— А теперь, будь добр, объясни нормально! — я свел брови и сложил руки.

— Ха-ха! Ну и лицо, видел бы ты себя в зеркале, хо-хо, ох… Ладно, мистер Вейн. История долгая, так что буду краток. Нуар — мой особый агент. Был им, по крайней мере. Пока он не нашёл тебя, умирающим в луже собственной крови. Он блуждал по мирам в поисках запасного плана, пока Тимофей активно прокрастинировал. Понимаешь, о чём я? — Черномор подлетел ко мне ближе.

Как и в момент первой встречи, я легонько ткнул его в нос. А удача всё продолжала мне улыбаться.

— Запасной план — это я? — это был скорее риторический вопрос.

Потому отвечать на него Черномор не стал. Он молча кивнул, а затем облетел меня несколько раз.

— Ход выполнения твоей миссии устраивает меня целиком. Я бы даже сказал, что это пятилетка за месяц. Но нет, слишком преувеличу. Хватит тебе похвалы, а то расслабишься и всё пойдёт коту под известное место! — рассмеялся он.

— Это всё? — я снова зевнул, — могу идти? Не прими это за грубость, просто дел невпроворот. Мне ещё Горелово возвращать, и скачки на носу. И Лиза очень волнуется…

— А-а? Ну да, точно! Иди-иди, и больше не отвлекай меня по всяким пустякам! — махнул лапой Ноктус Черномор.

Это я то его отвлекаю?! Погодь, слыш, котяра! Ты сам меня вызвал к себе на ковёр!

Меня куда-то уносит. Что за…

Глава 26

Я разлепил глаза. Передо мной все тот же пол бара «Черный кот». Боли не чувствую, лишь дикую усталость. Под щекой так мягко, словно я на подушке. И зачем открывал глаза, спрашивается? Мог же спать дальше.

И запах такой приятный. Духи Лизы. Их я ни с чем не спутаю.

Лиза гладила меня по голове, перебирая волосы и тихо себе что-то напевала под нос.

— На тонком льду… на тонком льду…

— Красиво поёшь, — улыбнулся я.

— У тебя действительно девять жизней. Тогда, на Изнанке после крушения Авроры, я тебе не поверила, — она потёрла влажные глазки, — и как я рада, что ошибалась…

— К сожалению, уже не девять, а шесть, — лежать на коленках Лизы, дело конечно хорошее, но надо и меру знать.

Я приподнялся и размял шею.

— С ума сойти, девять жизней… — тихо пробормотала девушка, — первопредок тебя очень любит.

— Вроде того, — усмехнулся я, встал на ноги и протянул Лизе руку, — я у него любимчик.

— На тебе всё как на… коте зажило. За пару минут до того как ты очнулся.

— Здорово, правда? Только вот, ещё шесть раз и… Впрочем, не важно, — я окинул взглядом фигуру Елизаветы. — Ваше сиятельство, а папенька случаем искать вас не будет?

Елизавета должно быть вспомнила, что находится сейчас в одном нижнем белье и полупрозрачной ночнушке. Она раскраснелась и нахмурилась.

— А вот это не твоё дело, Чернокотов, — скрестила девушка руки под грудью, — я сказала ему, что ушла на важный приём.

— И обещала вернуться не позже полуночи? — ухмыльнулся я.

Судя по реакции Лизы, я попал в точку.

— Это всё из-за тебя, — надулась она, — ты плохо на меня влияешь.

— Я ужасный пример для подражания, — подмигнул я.

— Я пошла одеваться. А ты… можешь дальше здесь находится и пить. Или что ты делал до того, как сюда заявился Тасманов, — Лиза развернулась и вильнув попкой, скрылась на втором этаже.

Да, это у девушек типаж есть такой. Они как леденцы. Сперва кислые, а потом сладкие-сладкие. Нужно лишь знать правильный подход. Как прошедшей ночью.

Что ж, подожду пока Лизу. Провожу её до ближайшего экипажа, а потом домой. Санура небось заждалась, Альберт волнуется. Интересно, влетит ли Ежову за тачку? Нехорошо вышло.

За барной стойкой в углу я нашёл метлу и железный совочек. Приберусь слегка, пока жду. Ну и бардак мы с Тасмановом устроили. Хотя, когда дрался с Ярославом Котовым… там дело похлеще было.

Входные двери распахнулись. Опять кого-то нелегкая принесла!

Двое мужчин в длинном чёрном пальто. Практически одинаковы. Оба стройного телосложения. Один с чёрными как смоль волосами, второй с седыми, но не из-за возраста. На вид обоим не более тридцати лет.

Седой взглянул на меня. Жуткий у мужика взгляд. Холодный такой, пронизывающий, будто отражает весь мрак его души.

— Доброе утро, — приветствовал второй мужчина. Он не спеша оценил обстановку, и прошёл чуть вперёд. Туфли приклеивались к крови и выпивке.

Его брат, тем временем, продолжал смотреть на меня.

— У меня что-то на лице? — указал я пальцем на свою физиономию.

— Нет… прошу прощения, — седой отвёл взгляд.

— Чего встал в проходе? — окликнул его брат, а затем тот обратился ко мне, — мы слышали шум, вот и решили проверить. Что здесь произошло? — поднял брови брюнет.

Блин, кровь, точно. Жаль, что после смерти моя кровь волшебным образом не исчезает с пола…, а тут кстати не только моя. Как я странно сейчас выгляжу. Как преступник, который пытается избавиться от улик на месте преступления. Эти ребята выглядят как детективы, вот честно. В Геоне они были такими же мрачными. Носили плащи, смотрели глубоко тебе в душу, говорили тихо, уверенно. И дня не могли прожить без бутылки и двух пачек сигарет. Эти, кажется, тоже

А сейчас мне будут задавать вопросы. Отвечать на которые мне совсем не хочется.

— Да какой-то алкаш поутру завалился. Говорю ему — мы закрыты! А придурку пузырь подавай. Совсем уже обнаглел. Ни стыда ни совести, — быстренько сообразил я, — вот и пришлось угомонить. Но не волнуйтесь, живой он.

К сожалению.

— Вы бармен? — заозирался седой.

— Нет, э-э, владелец, — улыбнулся я.

— И часто к вам заходят, как вы выразились, такие вот «алкаши»? — улыбнулся брюнет.

— Время от времени.

— А куда алкоголь весь подевался? — он взглянул на пустующие полки.

— Выпили. Тут вчера свадьбу справляли, — пожал я плечами.

Хватит. Меня. Допрашивать.

— Понятненько. Так вы, значит, нам не нальёте? — расстроился седой.

— Нальём, когда бармен придёт.

— Так вы не бармен? — спросил седой мужчина…

— Вы видите на мне чёрный жилет с галстуком бабочкой, как у бармена? Я трясу в руках шейкер? — нахмурился я. — Сказал же, что я хозяин этого заведения. Не бармен.

— Так значит, не нальёте? — насупились его брови.

— Нальёт бармен. А я не бармен, — я с трудом не закричал на него.

— Одна рюмка, и вы отправитесь на ебеса, — прочитал вывеску брюнет и засмеялся.

— На небеса, — поправил я. — Опять кто-то оторвал клятую букву. Не обращайте внимания.

— Позвольте представиться. Меня зовут Павел, а это мой брат, Виталий, — кивнул брюнет в сторону седого, — мы не местные, прошу простить, если покажемся чудаками, — дружелюбно улыбнулся Павел.

— Тимофей, — выдохнул я, — бармен придёт после девяти. Располагайтесь пока.

— Очень приятно, Тимофей, — Виталий уселся за барную стойку, и благо что опять не спросил, когда нальют.

— Раз вы не против, то мы подождём. Просто ужасно устали с дороги, хотелось бы выпить и перекусить, — рядом с Виталиком устроился Павел, и принялся отстукивать пальцами незнакомую мне мелодию.

— А вы какими судьбами в Горелово? — рискнул спросить я.

— Работу ищем. В Питере с ней совсем плохо стало. Когда Клещев к власти пришел на улицах.

— Хм, — потер подбородок я, — могу предложить вариант с ремонтом. У меня как раз затевается большая стройка. Если умеете работать руками, то можете спросить Кузьму или Альберта в особняке Чернокотовых.

— Спасибо! — улыбнулся Павел, — во век добра не забудем.

Надеюсь.

Братья молча сидели, пока я подметал. Только успел закончить, как вниз спустилась Королева нищих. Но я знаю, что под маской скрывается прекрасная графиня, Елизавета Сорокина.

Мужчины проводили её взглядом, проходя мимо меня, девушка шепнула:

— Увидимся на регистрации. Адрес в брошюре, — и вышла из бара.

Даже нормально не попрощались, мэх. А всё, должно быть, из-за этих двух.

Я взглянул на Павла и Виталия.

Мои молитвы были услышали, явился бармен. Прям разминулись таки с Лизой.

Теперь можно рвать когти отсюда, только вот, сперва придётся немного объясниться, да ущерб оплатить.

И пусть в конце концов букву на вывеске гвоздями прибьют!

***

Утром того же дня

Поместье Чернокотовых

— Тимофей! — старый слуга кинулся ко мне обниматься, — я так рад. Так рад! Мы все очень переживали, когда услышали, что этот ирод Булгаков супротив вас устроил! Ох, будь я помоложе, я б ему задал жару! И на благородство его не посмотрел бы!

— Охотно верю, — я с улыбкой отлепил от себя деда, — слушай, а где можно купить лошадь?

— Лошадь? — Альберт поскреб затылок, — дык это, на ипподроме или коневодствах. А что, ваше благородие желает скакуна? Похвально! Вот Николай Васильевич их не жаловал. Говорил, мол — дурные животные! Как-то его глазах лошадь мальчонку зубами прихватила за волосы. Так вместе со скальпом и сняла.

Что-то я уже не уверен, насчет лошади. Безопаснее прикупить авто. Ведь в условиях гонок нигде не сказано, что лошадь это единственный транспорт.

— М-м-м. Я вроде как вписался в гонку по Империи. Сулят солидный приз. Решил это неплохая возможность поправить наше положение.

— Вы имеете в виду «Гонку по следам царей»?! — У старика аж дыхание участилось. Может инсульт? Я мигом просканировал его чакры. Не, слава наномашинам, просто перевозбудился.

— Наверно, — я сунул ему листовку, — Вот, мне Лиза… то есть, госпожа Сорокина вручила. Что скажешь?

— Её сиятельство, Елизавета Павловна? Скажу, что для меня честь подготовить вас к соревнованию!

— Спасибо, только вот я на лошади ни разу не ездил верхом. Это не проблема?

Глядя на выражение лица дворецкого, проблема. И ещё какая.

— Подберу вам скакуна и обучу держаться в седле. Вы талантливый юноша. Думаю с кобылой быстро совладаете.

Что-то я не слышу в голосе уверенности, от этого мне как-то не по себе.

— Ладно, как найм новых сотрудников идёт? — решил сменить тему.

— Превосходно! Буквально утром пришло два десятка. Все побитые, в синяках. Но их горящие глаза и энтузиазм куда ярче синяков! Пройдёмте, ваше благородие, я все покажу!

Буквально за день они умудрились облагородить весь первый этаж и сейчас занимались меблировкой.

— Я приятно удивлен, что во время моего отсутствия дом не расколошматили.

А могли бы, я их знаю.

— Хозяин! — Санура сбежала вниз по ступенькам, — Вы вернулись!

— Вернулся, куда ж я денусь.

От вас вообще никуда не деться. Вы как коллекторы. Из-под земли достанете.

— Хозяин, когда закончите, зайдите к Сануре, — девушка прикусила нижнюю губу, — она очень проголодалась.

— Обязательно. Но сначала мне нужно в Питер.

— Зачем? — девушка склонила голову набок.

— Купить лошадь. Заодно подать заявку на скачки и восстановить документы. А то я до сих пор без паспорта шарахаюсь.

Думаю, с этим мне поможет Ефим из ИрФе. Он всяко знает город лучше меня. Но сначала за лошадью, это уже по части Альберта.

— Санура с вами поедет! Санура хорошо знает лошадей и подберет самую лучшую!

Надеюсь под лучшей, она не подразумевает самую вкусную.

— Хорошо, но сначала надо позавтракать, — я поймал на себе озабоченный взгляд Сануры, — мне. Сначала мне надо поесть.

— О! — Воскликнул Альберт, — у нас как раз появился новый повар! По рекомендации его светлости, Максима Ежова. Итальянец, родом из Сардинии. Бруно Буччелати. Позвольте вас с ним познакомить!

Повар из-за границы? Звучит любопытно. Я едва ли малую долю русской кухни распробовал, а тут предлагают зарубежное.

Мы расселись в столовой. Как раз у работяг был перерыв и мы остались в доме одни. С кухни донёсся очаровательный запах выпечки. Аж слюнки потекли.

— Buon appetitо! — повар с пышными усами и в поварском колпаке влетел в столовую. Итальянец нёс в руках какое-то неадекватное количество подносов.

— Спасибо! — отозвалась Санура, когда перед ней оказалась тарелка пасты. Лапша, сыр, томатный соус с базиликом.

— Болоньезе! Сеньорита.

— А на русском он говорит? — тихо спросил я Альберта.

— Говорит! — усмехнулся повар, ставя передо мной тарелку горячих макарон с сыром, грибами и базиликом, — Фетучини!

Далее он подал лазанью и пиццу. Конечно же украшенных базиликом. Я так понимаю, вся суть итальянской кухни это базилик. И стоило везти мужика в другую страну ради этого? Или он сам приехал сюда? Не понятно.

А по деньгам мы такую прелесть потянем?

Ладно, я придираюсь. На самом деле всё безумно вкусно, пальчики оближешь.

Налупендились так, что из-за стола встать было тяжело. Казалось, даже Санура удовлетворила свой аппетит и не будет сосать с меня соки… отовсюду.

— Барон Ежов обещал сегодня заехать за вами в обед, — Альберт достал карманные часы и сверился со временем.

— Чудно, уж лучше поедем на машине, чем ждать вечно опаздывающий поезд.

Мне с ними вообще не везет. Один разбился, второй вовсе напоминал Геонский гадюшник. Чем бы удивил меня третий и знать не хочу.

Как и сказал дворецкий, Макс приехал как раз через пару часов. Я за это время успел отдохнуть и попить чай с зефирками. Санура тоже успела отдохнуть и попить меня с зефирками, со всех мест.

Макс выглядел помятым, но счастливым. Похоже парнишка проникся эстетикой мордобоя. Да, такого в размеренной дворянской жизни почти не сыщешь.

Мы обменялись рукопожатиями. Макс сел вперёд к водителю. Мы с Санурой и Альбертом позади.

— Вижу новой тачкой обзавелся, — заметил я.

— Тачкой? А-а-а. Машиной. Это отца, моя в ремонте. Если он ей вообще поможет.

Я пожал плечами. Там помогла бы только молитва.

— А Елизавета Павловна не с вами? — спросил через плечо Макс, прежде чем мы поехали.

— Нет, у Королевы Нищих свои дела. Но она обещала встретиться с нами на регистрации.

Вчера она болтала, что хочет обустроить в Горелово агентурную сеть. Черный рынок тоже будет кружиться тут. С Питера её все-таки вышиб Клещёв. Паскуда.

— Подумать только, она и Королева Нищих! Ох ты, так её сиятельство ещё и в гонке будет участвовать?

— Ага, это был приятный сюрприз, — хмыкнул я, отворачиваясь в окно. — Только никому ни слова. Понятно? — я обратился как к Максиму, так и к его личному водителю.

Сколько нас таких в итоге, живущих за чужими масками? Я, Тасманов, Лиза. Да и Санура оказалась не абы кем, а святой. Жрицей храма Солнца. Не удивлюсь, если и Макс окажется каким-нибудь тайным агентом. Или таким же как и я — двоедушником.

— Могила, — поклялся Ежов. — я, кстати, тоже участвую в «Гонке по следам царей».

Это тоже был приятный сюрприз.

В размышлениях и короткой беседе мы быстро домчали до окраины Питера. Прямиком до ипподрома.

— Приехали, вашбродь, — сообщил шофёр.

— Брать лошадь с ипподрома, дело конечно неблагодарное… Однако, смысла не лишено. Лошади тут сильные, натренированные, стоят недёшево. Но могут и клячу подсунуть, которая сдохнет через неделю.

— В машине подождёшь или ты с нами? — обратился я к Максу.

— Подожду, ипподромы воняют, — поморщился он.

Я, Санура и Альберт отправились на ипподром. Внутри действительно пахло не очень.

Судя по шуму, скачки сейчас в самом разгаре. Множество болельщиков как один что-то кричат, каждый болеет за свой номер. С главного входа так просто нас не пустили, потребовали билеты.

Альберт всё разрулил, сказал что люди мы важные, прибыли не ради ставок и нам нужна лошадь. Меня попросили немного подождать.

— Ах! Чувствуете запах, хозяин? — Восторженно закружила Санура.

— Мертвечины и говна? — уточнил я, — Определено. Мне не нравится.

Наконец, к нам навстречу выскочил мужчина. Худенький, в очках с восторженно-прихлопнутым взглядом. Как у фанатов настольной игры «Варсворд 40к» в Геоне.

— Добрый день, ваше благородие, — мужчина поправил очки, — Фёдор Артемьевич Нечаев. Директор ипподрома Нечаевых, — представил он. — Прошу, следуйте за мной

Мы молча пошли за ним. А чтобы идти было не скучно, Фёдор поведал нам небольшую историю.

— Наши первые ипподромы и конные заводы, были построены более ста лет назад. Идею заложил ещё мой дедушка, Роман Даниилович Нечаев. За всё время нашей работы, было разведено более двух тысяч породистых скакунов. За некоторыми экземплярами выстроилась настоящая очередь из князей и графов! Так что, боюсь, я не смогу вам их сегодня продать. И завтра. Да и в этом году, честно говоря тоже. Но вы не отчаивайтесь, у нас богатый выбор. А самое главное, у всех богатая родословная. Наши кони едят самые лучшие корма произведенные в Германии. Их тренируют лучшие учителя из Италии. А за здоровьем следят лучшие умы Франции!

А продает, стало быть, лучший продавец Российской Империи.

Ровно под конец рассказа, Фёдор Нечаев вывел нас к конюшням, что располагались аккурат за ипподромом. Мы вошли в первую и принялись рассматривать доступный ассортимент.

— Гнедой мерин! Прекрасно держит марафоны! А родословная…

— Не думаю, что он подходит, — сходу оценил Альберт, — больно крупный.

Санура тоже покачала головой.

— Тогда оцените вот этого Итальянца! Породистый жеребец родом из провинции Салерно! Салернитано! Вид находится под угрозой исчезновения, — не унимался Нечаев, — лучше во всей империи не сыщете! Сила, мощь и харизма в одном флаконе.

Он махнул руками в сторону чёрного жеребца с белыми пятнами. На первый взгляд выглядит здоровым и крепким.

— Мне нравится, — кивнул Альберт, тщательно осматривая скакуна, — надёжный вариант.

— Его надо будет кормить базиликом?

— Что? — не понял Фёдор Нечаев.

— Мысли вслух. Ну, берём, наверное.

— Не надо, хозяин! — вмешалась Санура, дергая меня за рукав, — сильный конь, но слаб духом. Поверьте, Сануре. Она знает!

— Ещё варианты? — спросил я у Нечаева.

— Есть арабский, — затянул Фёдор, — но я не уверен, что он вам подойдёт. Строптивый. Бойкий. К сожалению довольно старый. Хорошо подойдет для развода новых особей, но как ездовой, увы. Даже деток поучить верховой не сгодится из-за пылкого нрава.

Звучит, как идеальный засранец для моей авантюры.

Нас подвели к загону с арабским скакуном. Черный. Темная грива. Белая полоса посередине морды. И пронзительный взгляд.

— Ну привет, — я потянулся к нему рукой. Конь не отпрянул, а напротив, подался вперед, — Хэ-э-эй. Я, кажись, ему нравлюсь!

Обернулся я к Сануре с Альбертом, как в этот же момент лошадь схватила зубами меня за рукав и потянула к себе. Чудом я не втаранился зубами в перегородку, уперевшись туфлей.

— Вот же сволота! — я вырвал пожеванный рукав пиджака.

— Я предупреждал вас, — Нечаев поправил свои окуляры, — строптивый.

— Берём! — чуть ли не взвизгнула Санура, — хозяин, он идеален!

«Мне тоже он нравится, мряу» — проснулся Нуар, его глаза сверкнули из тени.

Это потому что он такой же балбес, как ты? — мысленно спросил я Нуара.

«Потому что такой же как ты, начальник» — усмехнулся он.

— Вот ты на нем и будешь кататься! — прошипел я, обращаясь одновременно к Сануре и Нуару. — А меня это парнокопытное прикончит при первой же возможности.

Или я его. У меня попыток будет явно побольше.

— Тимофей, я согласен с девушкой. Это определенно идеальный кандидат для гонок. Там важна агрессия. Важна дисциплина. Важна…

— Да, да, — смирился с судьбой я. Тут походу у всей моей команды любовь с первого взгляда, — так как его звать?

Нечаев улыбнулся во все тридцать два:

— Тенегрив!

Глава 27

Я решил не рисковать и отослал коня вместе с Санурой и Альбертом назад в поместье. Питер место неспокойное, вдруг подойдут какие-нибудь люди, станцуют вокруг меня хоровод. Хоп и нет ни коня, ни денег в карманах.

— Ты взял коня, даже не прокатившись? — усмехнулся Макс, — ну ты тип, конечно, Тимофей. Себе не изменяешь.

— Ой, тихо там. Ты вообще видел размеры этой скотины? Весит полтонны. Копыта ещё железные, башку проломит и не заметит.

— Тим, это подковы.

— Да какая разница? — отмахнулся я, — сдохнешь и так и так.

— Ох, ладно. Куда дальше?

— М-м-м, — я призадумался, — А куда можно податься за документами?

— Чего? Какими ещё документами?

— Ну, я вроде как, без паспорта. Совсем.

Макс выпучил глаза, а затем рассмеялся в голос. Аж до слез.

— Хах… ух. Отличная шутка! Насмешил, Чернокотов. Насмешил! Без документов говорит, как бомж, хах! Валер, — Ежов ткнул локтем своего водителя, — ну ты представь, а?

— Ага, — посмурнел я, — Я же юморист известный. Видишь, плакаты висят повсюду на концерт.

— Правда?

— Макс, ты меня уже бесишь. Без негатива. У меня серьезно нет паспорта. Я не знаю где он, возможно его отобрал Клещев, когда я под ним ходил.

— Прости, я думал ты правда решил пошутить, — Макс вытер слезы с уголков глаз и в момент посерьезнел, — Блин, ну нам в паспортный стол. Благо перстень у тебя есть. Да и я могу поручиться, в случае чего.

— Отлично. Поехали!

Есть ощущение, что без документов фиг меня к каким скачкам допустят.

Прокатились таки до местного филиала АДА. Я по другому не могу назвать бюрократические помойки. Я в них работал. Я их знаю. Изнутри они ещё хуже, чем вам кажется.

Мы вошли в просторный зал. Мраморные полы, высокий потолок. Столбы подпирающие резную фреску. Красота.

И как же без очереди. Длинная цепочка людей из которых высосали всю радость жизни. Стоят, шаркают по полу и роняют слюни.

— Пее-е-е-енсия! — дед внешностью напоминающий зомби проковылял мимо меня, и занял очередь к окну номер пять.

Таких окон было восемь. Но учитывая, что само здание в семь гребанных этажей, побегать мне придется ещё как.

Макс посмотрел на меня, пожелал удачи и сказал, что подождёт на скамейке, если вдруг он понадобится. Ну спасибо, «друг».

Что ж, время включать харизму на максимум и сделать все побыстрее. Стоять в километровой очереди в неправильное окно мне не улыбалось, потому я подошёл к информационной стойке. За ней сидела плотная тётенька неопределенного возраста… лет ста пятидесяти, с залихватскими кудрями молоденькой оторвы.

— Здрасьте, — я натянул улыбку самого дружелюбного человека на свете, — мне нужно восстановить паспорт. Подскажите, куда обратиться?

— Ась? Зарегистрировать спорт? Вас не туда послали. Вам нужно спросить кого-нибудь на манеже!

— Па-спорт! Женщина, красавица. Паспорт!

— Манеж находится на другом конце города, вы не туда пришли!

— Удостоверение личности!

— Удовлетворяют неприличности в другом месте, вам в бордель! Молодой человек, вы не туда обратились.

Если я её сейчас придушу, много ли душ обретут покой?

— Пресвятые наномашины… — я чуть лицо себе не содрал, когда провел по нему ладонями, — Девушка! Документы и паспорт!!!

Крикнул я так, что все обернулись в нашу сторону.

— Не надо кричать! Я не глухая! Идите на седьмой этаж, коридор в левом крыле, дверь направо, там окно 12!

— Спасибо!

Я быстрыми шагами пошел к лестнице с кучей ступенек. Никакого тебе лифта, ни эскалатора. Нет, будь добр на своих двоих. Ну я пошел. Пошел, проклиная всё на свете.

Поднявшись на седьмой этаж я повернул налево и… там нет двери справа! Там один сраный фикус и портрет Императора Кречета. И все, коридор абсолютно пуст. Есть пара дверей слева. Ладно, постучусь, загляну. Может старая маразматичка напутала.

— Здравствуйте, а я… эээ…

Молодая девушка в расстегнутом халатике массировала плечи крупному мужику лежащему на столе.

— Эй! Массажный кабинет занят, не видишь что ли? — возмутился мужик, — дождись своей очереди.

— Не в ту дверь вошёл. Простите. А, вы не знаете, где можно найти двенадцатое окно?

— В противоположной стороне, — улыбнулась девушка, подливая ещё масла на волосатую спину мужика, — не пропустите.

— Ага, спасибо.

Я захлопнул дверь и задался вполне логичным вопросом. Чё это, блин, было? Надпись на двери дала ответ: кабинет ожидания очереди, но с массажем. Один сеанс — сто рублей. Прихватова М.Ю.

Мне после всей этой беготни точно массаж не повредит! Я пошел в конец коридора, легко нашел нужную дверь и подошёл к тётке, увлеченно пишущей что-то пером. Надо же, кто-то приходит на работу работать! А, нет, я заглянул сверху. Пишет любовный роман. Я сумел зацепить взглядом только заголовок: «Беременная от Императора. Я не твоя игрушка».

Пресвятые наномашины…

— Кх-кх, — откашлялся я, привлекая её внимания.

— Вы что-то хотели? — даже не посмотрела на меня.

— Мне бы паспорт восстановить.

— Вы принесли форму БИ-2?

— Какую ещё форму?

— Ясно, обратитесь за ней в тринадцатое окно.

Я повернул голову в сторону соседнего окна:

— Это оно рядом?

— Нет, мужчина, читайте! Сверху всё написано. Это двадцать девятое окно. А вам нужно тринадцатое.

— М-м-м, и где оно? — у меня начал дёргаться глаз.

— Третий этаж. Правое крыло. Кабинет четыре.

Помогите…

Спуск вниз, чертыхание и маты, но я добрался до клятого кабинета. Вошёл без стука. Пусть скажут спасибо, что не с ноги.

— Мне нужен формуляр БИ-2! — с порога объявил я

— А у вас есть квитанция? — женщина сидела за столом и равнодушно пилила ноготочки.

— Какая ещё… мать вашу, квитанция?!

— Об оплате штрафов. У вас должна быть. Бумага, которая подтверждает, что вы ничего не должны государству.

— Пока это государство должно мне нервные клетки!

— Мужчина! Идите за квитанцией.

— Куда?

— Я что вам, справочная? Сходите вниз к информационной стойке! Все, мужчина, не задерживайте очередь.

— Но её даже нет здесь!

В ответ меня вытолкали за порог и захлопнули перед носом дверь.

А-а-аргх! Я забарабанил в дверь. Но без толку. Я на себе чуть волосы не начал драть. Да какого хрена тут творится? Они меня в дурку сослать хотят? Или в тюрьму за массовое убийство?

— Т-ш-ш! — я услышал позади себя голос. Человек, немного одичавшей наружности сидел под подоконником и покачивался, прижав к себе коленки, — не шуми! Иначе придется начинать сначала…сначала…сначала.

— И давно ты здесь?

— А какой сегодня день? — начал он грызть ногти на пальцах.

— Воскресенье.

Мужчина посчитал что-то на пальцах и поднял на меня безумные глаза:

— С четверга… я оформлял налоговые льготы… это, а ты не видел в округе голубей?

— Чего? — удивился я, — Зачем тебе голуби?

— Просто… Я проголодался. А мыши кончились на этаже.

Понятно! Я, сохраняя максимально дружелюбное выражение лица, бочком, вдоль стеночки ретировался и бегом рванул вниз.

Это дурдом! Люди жрут голубей, мышей, и может тараканов! Я лучше поеду бомжом на скачках или… не знаю, по паспорту Макса или Альберта.

Я спустился вниз, порядком запыхавшись. Очереди в округе и не думали редеть. Чую, что это все те, кто ухитрился пройти бюрократический ад. И теперь стоят перед вратами в загробный мир. Или за льготами в психдиспансер. Я не знаю.

Есть конечно способ пойти ва-банк. Абсолютно идиотский, но… почему бы и да?

— Извините, прошу прощения, мне только спросить, — я распихал очередь и пробился к первому окну, — добрый день!

— Мужчина, — залепетала девушка с золотистыми волосами, родинкой над красными губками, и большими, выразительными… эм, глазами. Ох, не там она свой талант просиживает, не там, — вернитесь в очередь!

— Выходи за меня! — выпалил я.

— Ч…что?

— Выходи за меня, красотка.

— Вы что себе позволяете, — застеснялась она и резко покраснела.

— Я позволяю отдать свое сердце в ваши прелестные руки! Будьте моей, навсегда!

Я встал на одно колено. Вокруг все захлопали. Ну, не каждый день такое представление.

— Я… я вас даже не знаю!

— Что здесь происходит? — на всеобщий шум пришел мужчина в бежевом костюме, — к порядку, пожалуйста к порядку!

— Егор Палыч! Тут… он, в общем… это, — растерялась она.

Но я перехватил инициативу.

— Ничего особенного, Егор Палыч, хочу жениться, на… — я украдкой бросил взгляд на табличку с именем девушки, — Алине. Но не могу. Паспорт потерял. Досада такая, представляете?

— Ох, Алина, что ж ты своему кавалеру помочь то не можешь! — мужчина посмотрел на мой родовой перстень, которым я светил, как звездой на новогодней елке, — пройдёмте, я вам оформлю ваши документы, господин…

— Чернокотов! Тимофей Николаевич.

— Что же вы, ваше благородие, в очереди стареете с простым людом?! Сразу бы ко мне, раз такое важное дело!

Минут пятнадцать мне делали сведение и документы. Попросили роспись и отпечаток перстня. Заодно вымутил документы на Сануру. Её присутствие для этого не понадобилось. Предупредили, что могут прийти с проверкой. Мало ли, вдруг она ест кого попало по ночам. Ест, скрывать не буду. Только меня. А про рацион её питания я тактично умолчал.

— Ну, всего доброго! Спасибо, Егор Палыч.

— На свадьбу позовете?

— А то. Но не раньше следующего года. Сами понимаете, куча государственных дел.

— Да, да, разумеется.

Мы обменялись рукопожатиями и я довольный покинул эту психбольницу… со справкой.

***

До старта осталось всего две недели. За это время я должен освоить верховую езду и стать как можно сильнее. Работать пришлось не покладая рук. Днём Альберт обучал меня взаимодействовать с «придурком» (это я Тенегрива так иногда называю, ему подходит), а ночью с помощью транспоратора гонял развивать магический дар на Изнанке. Выбрал для этого четвёртый уровень Изнанки, магический фон там что надо, и достаточно много сильных монстров, с которых можно поиметь много дорогих макров.

Благодаря магическому фону Изнанки, мои резервы маны восполнялись очень быстро. А мясо тамошних тварей положительно влияло как на расширение резервов, так и на развитие каналов и чакр.

И про физуху не забыл, прямо там, на Изнанке качался.

— Ещё два раза, хозяин! — поддерживала Санура, сидя на моей спине.

— Почему… ты такая… тяжёлая… — процедил я сквозь зубы, пока отжимался.

— Это потому что Санура очень сильная. У неё есть мышцы! — согнула девушка руку в локте и напрягла бицепс.

Может это всё из-за её пышной груди? Размера так четвертого.

Хотя, вспоминая как она разогнула прутья в Асфоделе… Спорить с тем что Санура чертовски сильная — глупо. Но, думаю дело тут вовсе не в мышцах. Дело в дарах бога Ночи, чью кровь ей насильно споили.

— Хозяин-хозяин, Санура хочет ещё покушать эти вкусных летающих курочек, — она про грифона.

Мы тут между делом подбили одного недалеко от гнезда. И съели… В гнезде было три яйца, так что на завтрак будет омлет размером с огромный мраморный стейк. А после, вернёмся на Лицо.

— Ты не наелась? — от грифона, к слову, одни кости остались.

На вкус грифон как курочка, но с примесью… собачатины? Или это кошатина, я не пойму, у них задняя часть тела собачья или кошачья, хрен разберешь этих мутантов.

«На вкус как кошатина, отвратительно. Это был так называемый акт каннибализма.» — вылизывался в моей тени Нуар.

— Откуда ты знаешь, какова кошатина на вкус?! — скривился я.

«Жизнь помотала меня куда сильнее, чем ты думаешь, Тимофей» — он вынырнул из тени.

— Котя! — обрадовалась Санура и попыталась заключить Нуара в объятия.

— Брысь, женщина! — взвигнул кот, зашипел на Сануру и прыгнул мне на колени.

— Хозяин, почему он шипит на меня? — расстроилась она.

— Потому что боится. Я тоже боюсь, когда ты на меня так кидаешься, — усмехнулся я, поглаживая Нуара. Тот замурчал.

— Ну бли-и-ин, — ныла девушка, — Санура хочет потискать его!

— Потискаешь, когда он сам разрешит, — нахмурился я, подбросил веток в костёр и опустил взгляд на Нуара. — Ты там говорил, что тебя жизнь помотала. Было бы интересно послушать.

— Долгая история, начальник. Я полагаю, батька Черномор тебе всё рассказал, — прикрыл кот глаза.

— Очень кратко.

— Санура не понимает, что Нуар говорит! — сжала кулаки девушки, — бесит, он просто мяукает! Почему хозяин понимает, а Санура не понимает. Несправедливо!

— Санура, сходи пожалуйста на разведку. У хозяина дурное предчувствие. Возможно неподалёку летает ещё один грифон, и хочет вернуть яйца, — заозирался я.

— Курица? Санура найдет её и убьет! А потом хозяин приготовит вкусный шашлык, — повеселела вампирша и рванула в лес.

Теперь я могу в спокойной обстановке поговорить со своим покорным слугой, который во всю тащился, развалившись на моих коленях.

— Начальник, ну ты прям, не знаю. Гений, что-ли. Знаешь, как вести себя с идиотами, — потянулся кошак.

— Ещё бы! От того я и начальник! Так что, расскажешь историю?

— Слушай, раз тебе так интересно, — зевнул Нуар и начал рассказ:

Жил на свете чёрный кот по имени Нокс. С самого рождения ему не везло: его прогнали из дома, где он появился на свет, бросив в холодный лес. Он скитался по дикой местности, пробирался сквозь тернии и колючки, и будучи котёнком, сам искал себе пропитание. Голодные дни и холодные ночи сделали его сердцем мрачным, а шерсть — бесконечно грязной.

Каждый раз, когда Нокс надеялся найти тепло и заботу, его преследовала неудача. Он прятался от сильных дождей под мостами, где выяснялось, что там уже живут другие коты, которые прогоняли его. Он натыкался на людей, пытающихся его накормить, но каждый раз, когда они тянулись к нему, и их тень касалась его шерстки он исчезал. Взгляд людей тут же менялся, становился равнодушным, а затем они уходили, будто никакого котенка и не было вовсе.

Однажды тёмной ночью, когда луна пряталась за тучами, Нокс наткнулся на заброшенный дом. Он почувствовал, что внутри него нет никого, кроме мышей. Но из-за усталости, он согласился остаться хотя бы на эту ночь.

Мрачно бредя по тёмным комнатам, котёнок заметил в углу что-то блестящее — это был старый медальон с изображением кота на нём. Когда Нокс прикоснулся к нему лапой, в комнате раздался треск, и медальон начал светиться.

В ту же секунду, Нокс увидел, как из медальона возникло мутное, но величественное существо. Это был очень большой и очень-очень пушистый чёрный кот — могущественный, со странной, таинственной, белоснежной улыбкой… Он смотрел на Нокса с интересом, а в его больших глазах можно было прочесть сострадание.

— Ты много натерпелся, мой малыш, — произнесла таинственная фигура. — Жизнь твоя полна испытаний, но ты не сломался. Многим было бы… Кхм, проще сдаться на твоём месте. Просто лечь лапками вверх и погаснуть. А ты продолжал бороться. Вцепился когтями в свою, прости, никчемную жизнь.

Нокс замер от удивления. Он никогда не думал, что его кто-то заметит и даже оценит.

Мудрый взгляд странного кота наполнил его надеждой. Он почувствовал, что несмотря на все беды, он имеет в себе что-то большее.

— Я, Ноктус Черномор, дам тебе шанс, — продолжил большой кот. — Ты станешь моим слугой и поможешь мне в этом, и многих других мирах. Я научу тебя ловить не только мышей, но и удачу. Ты принесешь тепло тем, кто нуждается в нём, подаришь им свою преданность и… удачу, которой я тебя наделю.

Словно в ответ на волшебные слова, Нокс ощутил, как прежние невзгоды словно сдули с него лёгким ветерком. Нокс почувствовал небывалую уверенность в себе, а мёртвая хватка судьбы злодейки, наконец отпустила его.

Теперь у него была миссия, и свет в его сердце расцвел. Вместе с новообретенной удачей и силой, он получил новое имя: Нуар.

Со временем Нуар обрёл не только силу связанную с удачей, но и духовное бессмертие. С тех пор он путешествовал по мирам, помогая другим котам и людям находить своё счастье.

Наконец-то, спустя множество перерождений, он обрел свою семью, и его мрачная жизнь осталась в далёком прошлом. А тот медальон, который стал его путеводителем, всегда сиял в его сердце, напоминая о том, как важно не сдаваться и продолжать искать свет даже в самой кромешной тьме!

Одно путешествие длиною в девять жизней подошло к концу, когда Нуар прожил девятую жизнь в облике чёрного кота по имени Мурасаки. За пять лет до своей смерти, Нуар «Мурасаки» встретил необычного, сильного духом человека. Хоть тот и был при смерти, но Нуар сумел разглядеть яркое пламя в его душе. И тогда он понял, что его миссия подходит к концу. А душа в угасающем теле заслуживает второй шанс.

И он — великий революционер (или же террорист…) Стил Вейн, его получил. Ведь батюшке Ноктусу Черномору позарез пригодился запасной план. Новый наследник для одного дворянского рода, которому он покровительствовал.

— Ну, как-то так, начальник, — снова зевнул Нуар. — Нудная, никому не интересная история. А ещё там много воды, так что большую часть я всё-таки вырезал.

Зевком рассказа начал, им и окончил…

— Почему именно я? Ты столько жизней прожил, а выбор пал на меня, — прищурился я.

— Наверное, потому что ты как и я, совершенно не умеешь проигрывать. Ты знаешь, что делаешь и чего хочешь. Делаешь до конца, невзирая ни на что. Тебе вообще всё равно, упёрся как баран, и до победного! Именно потому, если ты вдруг не выиграешь гонку, я сильно обижусь. Ибо я не терплю поражений!

Хм-м-м, да, в его словах что-то есть. Я действительно не терплю поражений. Драка с Тасмановым была не проиграна, просто ублюдок смухлевал. Но даже мошенника можно легко обыграть, и у меня получилось. Просто нужно сделать это два раза подряд.

— Спасибо, что рассказал, Нуар, — я улыбнулся и почесал фамильяра за ушком.

— Да незачтомяу, начальник. Ох, не останавливайся, мр-р-р.

Из кустов вынырнуло нечто ужасающее! Рогатый монстр, весь в грязи, с жуткими светящимися глазами и длинными клыками.

— Не нашла-а-а-а! — жутко прохрипела тварь, срывая со своих рогов зацепившиеся за них лианы, — Санура голодная! Очень! Сануре срочно нужно выплеснуть энергию охоты… и насладиться хозяином.

— Прости, Нуар, — улыбнулся я, — только не подглядывай, ладно?

— Ох, начальник. Осторожнее, не заведите случайно котяток. Уж я знаю. У меня их было много.

Почему-то в этом я не сомневаюсь.

Глава 28

Мандраж атаковал с самого утра. И даже Санура с её успокаивающей губной методикой не сильно помогла.

Сама мысль, что мне придется волочиться в седле через треть Российской Империи выбивала из колеи.

Ладно бы на поезде, как турист. А так…, а так придется изрядно попотеть, чтобы получить заветный миллион. Чувствую, врагов у меня на этом испытании будет больше, чем психопатов в администрации.

Тенегрив вел себя спокойно. За время тренировок мы с ним немного притерлись друг к другу. Ну как притерлись, как минимум он перестал меня скидывать с себя.

Сегодня день регистрации. Проходит она ровно за день до старта. Мы приехали пораньше, но народу столько, что яблоку негде упасть.

— Ваше благородие, — плёлся Альберт позади и вёл за собой Тенегрива, на котором сидела довольная Санура. — Что-то мы припозднились, эх надо было раньше. С вечера.

— Да куда раньше, Альберт? Восемь утра только, — ответил я не оборачиваясь.

— Хороший мальчик, хороший, — Санура поглаживала коня по гриве, а я задавался вопросом. Почему он не скидывает её? Когда она впервые забралась на него, Тенегрив не взбесился, как было со мной…

Может Санура его гипнотизирует? А что, вполне возможно. Украдкой покусала, а теперь хороводит им, как хочет.

— Хочешь сахарок? Хочешь? — улюлюкала девушка.

— Хватит ему сахарка! Сколько кубиков ты скормила ему за утро? Двадцать? — я остановился, развернулся и нахмурился.

— Ну хозяин, Тенегрив хочет ещё! — возразила Санура.

— Обойдётся. Правда, Альберт? — я искал поддержки у старого дворецкого.

— Так точно, ваше благородие. Вредно ему будет, — кивнул Альберт.

— Видишь, дед фигни не скажет, — хмыкнул я, — он в лошадях знаток.

— Санура видит… Ой, смотрите, хозяин, смотрите! — ткнула она пальцем в небо. — Какая штука!

Это был… неопознанный летающий объект. Только шар, продолговатый, как футбольный мяч для регби, с имперским гербом. Чёрт, память реципиента окончательно выветрилась. Понятия не имею как называется эта штука.

— Дирижабль, — с восторгом сообщил Альберт, — личный дирижабль Петра Алексеевича Кречета!

Дирижабль, значит. Запомнил, усвоил.

— Император будет лично следить за гонкой?

— В прошлом году Император лично присутствовал на церемонии открытия, — раздался со стороны знакомый мне голос. — дирижабля тогда не было.

— Максим, рад тебя видеть, — я пожал ему руку.

— Доброе утро, — улыбнулся Ежов.

— Вы уже прошли регистрацию, господин? — спросил у него Альберт.

— Да, вот мой номер, — продемонстрировал он жетончик с цифрой 13.

Тринадцать? Чего? Везучий сукин сын, счастливое число между прочим!

— А вы? — подмигнул мне Максим.

— Только пришли. Пойду регистрироваться.

— Желаю удачи. И вам, Санура, — барон из всех сил старался не заглядывать в ее декольте. Но проиграл эту неравную борьбу.

Максим, я ж тебя когда-нибудь убью за такое.

На точке сбора было не продохнуть от народу. Целые караваны разгружались за городской чертой. Тут и сотни палаток, и корзины воздушных шаров — для зрителей. И вокзал неподалеку, чтобы зрители могли ехать на поезде параллельно маршруту гонки и наблюдать с биноклей.

Что сказать, подготовка к мероприятию конечно, моё почтение.

Но когда я увидел очередь к регистрации, то сильно пожалел, что не взял с собой ружье. Я бы мог закончить свои мучения здесь и сейчас. Ибо если здесь такой же дурдом, как в администрации, то нет. Всего доброго. Раздобуду миллион другим способом. Например уйду на Изнанку, месяца так на два.

— Чернокотов! — донеслось со спины, — очередь для благородных в другой стороне!

Лиза… в более строгой одежде, в брюках и мотоциклетных очках поверх лба. Неожиданно видеть её в таком амплуа. Но менее горячей она от этого не стала. Напротив, её наряд очень даже, кхм, возбуждающий.

У меня пробудились новые фетиши?

— Я всё никак не могу привыкнуть к этому, — усмехнулся я, трогая родовой перстень, — а ты тоже будешь участвовать? Отец не против?

— Он не в восторге, — уклончиво ответила Лиза, — Но я не папина дочка, чтобы ему всегда потакать.

Моя ж ты бунтарка. Я украдкой приобнял её за талию и встал в очередь для благородных.

— Расскажешь про гонку чуть подробнее?

А ты совсем-совсем ничего не знаешь? — вздохнула она, — ну ты даёшь.

— Я две недели учился верховой езде, мне некогда было!

— Две недели? — вскинула брови Лиза, — ты хотя бы в седле держишься?

— Да! — гордо ответил я, — но на этом по большей части мои навыки всё. Держусь и ладно.

— Хорошо. Это самое главное. А что касается гонки то…

Далее, Лиза обозначила следующее:

Гонка проходит в три этапа:

Первый называется — Невский дилижанс. Берет начало в Санкт-Петербурге, а конец в Великом Новгороде.

Второй этап — Волховская ветвь. Вояж от Новгорода до Ярославля.

Третий этап — Кировская петля. Из Ярославля в Киров.

И заключительный — Уральская тропа. Из Кирова в Пермь.

Говорят, что раньше был ещё пятый этап, до Екатеринбурга. В этом году, по неизвестной причине, участников решили пощадить.

В целом звучит просто, но как всегда скрывается ряд нюансов. В середине каждого этапа нужно будет промчаться через специальную зону на Изнанке. Забрать там метку и с ней явиться на контрольную точку. То бишь в город, где кончается этап и стартует новый. Это исключает любые попытки жульничать.

Не то, чтобы я планировал подобное. Но вот за других не ручаюсь.

— Вроде понятно, — кивнул я, — старт завтра утром?

— Угу, — подтвердила она и взяла жетончик. Номер 776.

Следующий был я. Мужик за канцелярским столом потребовал документы, печать родового перстня. Спросил на каком транспорте я буду передвигаться. И менять по ходу заезда его нельзя. Это важно. Так что если конь сдохнет — иди на своих двоих до контрольной точки и уже там, да. Можно сменить.

Я повертел в руках заветный номерок. 777. Надеюсь он принесет мне удачу.

— Надо бы выспаться, как следует, — подумал вслух я, — не знаешь, где можно остановиться заночевать? А то своего шатра не прихватил.

Да и нет его у меня.

— Я забронировала гостиницу неподалеку, — Лиза повернулась ко мне и смерила взглядом, — Но все номера там уже сняты.

— Значит заночую под звёздами. Мне не впервой.

— Не говори ерунды, — Лиза немного покраснела, — так уж вышло, что у меня двухместный номер… — а затем, резко и чуть громче, чем она бы хотела, выпалила, — можешь поспать на диване!

Да, конечно, на диване. Улыбнулся я в ответ и наигранно поклонился:

— Благодарю за приглашение, моя королева.

— Бесишь! — она показушно развернулась на сапожках и виляя упругой, обтянутой в брюки попкой, ушла.

Эх, сейчас бы лежать щекой на этих «подушечках», а не вот это вот все.

Как только графиня Сорокина ушла, ко мне тихонько подкрались товарищи. Альберт и Санура. Тенегрива они видимо потеряли, или продали. Круто.

— Тимо… — начал Альберт.

— Вы куда коня моего дели? — перебил я и уткнул руки в бока.

— Хозяин, простите. Санура так сильно проголодалась, что… — покраснела она.

— Съела его?! — я побледнел.

— Его увели, ваше…

— Как увели? Кто? — грозно нахмурился я, — цыгане?

— Д-да нет же! — замахал руками Альберт, — в стойло его увели! Не цыгане, а конюх. Не потеряли мы Тенегрива, и Санура его не ела…

— Ну так сразу бы и сказали. Не пугайте так больше. Вы места для ночлега нашли?

— Нужно было купить палатку. Об этом я не подумал, ваше благородие. Моя вина, — погрустнел Альберт.

— Здесь есть гостиница, но все номера уже заняли. Я буду ночевать там, по приглашению влиятельного человека, так сказать, — ухмыльнулся я.

— А как же Санура? — с ноткой грусти в голосе, спросила девушка.

Ну не смотри на меня так! Эти голубые глазки просто с ума сводят. Уф-ф, так, ладно. Как начальник, я должен заботиться о своих подчинённых. Первая мысль которая мне пришла в голову, это кого-нибудь выселить из гостиницы. Нет, не путём насилия, а взяткой. Однако, я подумал о практичности. Палатка в любом случае пригодится. Сомневаюсь, что за день мы будем преодолевать целый этап или, хотя бы, добираться до ближайшего населенного пункта. А ночевать где-то нужно!

— Так, значит вот как поступим. Альберт, время ещё есть. Поезжайте с Санурой, купите палатку и всё необходимое, — я достал из кошелька несколько купюр номиналом в десять рублей. — Поужинайте и заночуйте на постоялом дворе поближе к вокзалу. Встретимся утром, на этом же месте. Я понятно выражаюсь?

— Вас понял, — кивнул Альберт и взял деньги.

— Но Санура хочет остаться с хозяином! Ей по ночам одной холодно… — отвела взгляд вампирша.

— В гостинице будет тепло. Теплее чем у нас дома. Если будешь себя хорошо вести, пока мы в разлуке, я куплю тебе сахарной ваты. Идёт? — я с ней прям как с ребёнком, пресвятые наномашины.

— Хорошо, хозяин. Санура это запомнит, ага, — она вмиг обрадовалась.

— До завтра, ваше благородие, — он с улыбкой взглянул на Сануру, легонько коснулся её плеча и они вместе ушли.

Я же остался в гордом одиночестве. Отчего мне даже как-то похорошело, что-ли. Давно не оставался наедине со своими мыслями. Можно ещё погулять. Оценить ярмарку в честь гонки.

— Извините, ваше благородие, — внезапно рядом со мной оказался мужичок, лет пятидесяти с седой бородой. В опрятной, но изрядно поношенной крестьянской рубахе, — вы не поможете?

— М-м-м? — я инстинктивно потянулся к кошельку, — сколько?

— Ой, что вы, — улыбнулся он, демонстрируя кривые пеньки зубов, — прочитайте пожалуйста, что здесь написано? — он сунул мне брошурку про гонки, — А то я безграмотный. Едва ли все буквы знаю.

— Ну, смотри…

***

— … Потом идёшь на регистратору, расписываешься и получаешь номер, — аристократ был предельно любезен, — а там уже разберёшься. Гонка утром.

— Спасибо, ваше благородие! — ответил Антон Босяков. Он всегда был вежлив и любил людей.

Он много всего любил. Свою жену Машу. Своих детей Женю и Сашу. Но самой большой страстью Антона Босякова всегда был бег.

— Да не за что, — усмехнулся юный аристократ в бежевом пиджаке, и посмотрел на его ноги, босые, грязные ноги, — может всё-таки деньжат подкинуть?

— Нет, нет, — разулыбался он, — спасибо вам.

— Ладно, удачи.

Далее Антон Босяков занял очередь.

Очереди ему не нравились. В них нельзя было двигаться. Бегать, скакать и прыгать. Любой бы со стороны сказал, что Антон Босяков дурной человек с мозгами ребенка. И оказался бы прав. Ведь Антон очень любил бегать.

И в очереди Антон Босяков понял. Что день у него как-то сразу не задался. С утра, он как обычно пошел собирать подболотники. Это как подберёзовики, но на дне болота. А там их не оказалось — выдры поели. Пришлось вертать домой и есть кашу без грибов.

Затем кончился квас и пришлось выпить крынку молока. А это весьма жирновато перед утренней пробежкой. Слишком жирновато.

Когда пришел черед Антона получить номерок, то он, как ни странно… его получил! 1037 — красовалась цифра на жетоне. Клерк скептически посмотрел на него и сказал:

— Отец, ты ж поди на рабочей кобыле ехать собрался? Бросай это дело, зима скоро, а лошадь, она лучше в хозяйстве пригодится.

— Нет, у меня нет лошади, сударь. Только две коровы, да выводок кур.

— Тогда на чем вы планируете ехать? — недоумевал клерк.

Антон Босяков гордо пристегнул номерок к своей груди:

— Ни на чем сударь! На своих двоих!

Антон не мог дождаться начала. Он очень любил бегать.

***

Илья Злобин слышал, что на скачках можно заработать. Но по итогу он заработал себе только геморрой и натёр мозоль под задницей. Илья знал это лучше всех, ведь он был жокеем.

Как позже выяснилось, на скачках и впрямь можно заработать. Но не ездоку и не тому, кто ставит. На скачках зарабатывает только тот, кто их устраивает. И тот, кто их обслуживает.

Илья поздно это понял. А когда понял, Афанасий Клещев взял его за тощую мозолистую жопу и вытряхнул все деньги. Илья Злобин, к огорчению Клещёва, оказался не свиньей-копилкой. А просто свиньёй, помешанной на азартных играх и выпивке.

И вариант вылезти из этой кабалы у Ильи был по сути один — это хорошая такая, прочная пеньковая веревка. Крепкая балка под потолком и табуретка.

Второй вариант замаячил на горизонте, когда веревка была уже куплена, а Илья Злобин учился вязать надежные узлы.

Гонка! Императорская! И его пригласили. Пригласил лично Клещёв. Обещал всячески поддержать и способствовать его успеху. Его победе. Да, основная часть выигрыша перейдет криминальному воротиле. Но что поделать?

Илья тешил надежду, что если клещ напьется его крови вдоволь то наконец отвалится.

Илья готов пойти на все, лишь бы стать свободным. И он не остановится ни перед чем. Ни перед аристократами, ни перед каким-то босоногим бомжом. Ни перед кем, даже… вот этими двумя стремными типами в фетровых шляпах. Но по ощущениям, Злобину от этих ребят стоило ждать беды и дорогу им лучше не переезжать.

***

— Виктор Андреевич нашел нам отличного жеребца. Итальянца. Нечаев его так расхваливал. Мне не терпится посмотреть, что там за конь такой чудесный.

— Не люблю лошадей, — угрюмо вздохнул Пёс, — меня на них укачивает.

— Это потому что ты ужратый на них садишься.

Вой покрутил в руках номерок 414. Брату достался 415.

— Я поеду на машине, — заключил Пёс, — там и багажник есть.

— Ящик водки влезет.

— Мне главное, чтобы труп Чернокотова влез.

Пёс и Вой синхронно повернулись к Чернокотову, который любезничал с каким-то бомжарой. А после растворился в толпе.

Думается, такому подарку граф очень обрадуется.

— Подвинься, челядь! — толкнув плечом Воя, мимо них прошел чопорный аристократ с пышными усами, одетый в офицерский мундир. По лицу можно было сказать две вещи — он мудак. И он француз. Обычно это синонимы.

— Надеюсь в багажнике хватит места для двоих… — процедил Вой.

***

Жорж Шарль Дантес — мудак и француз. Хотя, это одно и то же. А также член ордена Люмпен. Любит носить офицерский мундир и ухлестывать за русскими дворянками. Не любит когда игристое вино называют шампанским и дуэли.

Ищет украденный у ордена артефакт. По подтвержденный данным он находится у наглого, зарвавшегося засранца Кусто! Который оказался даже не гребанным макаронником, а нищим бароном из Горелово по имени…

— Чернокотов, — стиснул Жорж зубы, наблюдая за диалогом двух аристократов.

Один мужчина в красном костюме. Клятый ворюга, который втерся в доверие ордена и украл священную реликвию. Второй, молодой человек в бежевом. Драный кот, которого стоило утопить в пруду, как это делают с кошками. А затем вытряхнуть с его облезлой шкуры драгоценную фишку.

Так, что это получается, воришек двое? Или они таким образом передают эстафету друг другу? В любом случае, оба должны умереть. Желательно в муках. Желательно в «несчастном случае».

— Ну, мы вам устроим, — потёр он ладони, а позади в ряд выстроились другие члены ордена. Дюжина элитных бойцов и каждый вырядился во что горазд, дабы не привлекать лишнего внимания. Каждый — обученный боец. Маг не ниже третьего уровня.

— Ваша сиятельство, — обратился к Дантесу один из подчинённых, предположительно правая рука, — мы закончили приготовления, лошади в надёжных руках. Ожидаем приказов.

— Вольно. Отдохните как следует, — Жорж никак не мог свести жадный до крови взгляд.

Стоило прикрыть глаза, как он тут же представлял, как потрошит Чернокотова и четвертует Тасманова.

Как же он хотел, чтобы его фантазии воплотились в жизнь.

***

Виктор Андреевич Тасманов был в хорошем настроении и бодром расположении духа.

Ключевое «был».

Сначала он не поверил своим глазам, видя Чернокотова как ни в чем, нахрен, не бывало. Он полагал. Нет, он даже надеялся, что ублюдок заявится на гонку. Но как минимум на инвалидном кресле, а тут…

Молодой брюнет в бежевом костюме, с вечной ухмылкой на лице. Самоуверенный и вечно довольный. Удивительное настроение, для человека, который сидит на дне финансовой ямы.

Тимофей Чернокотов — человек, который обошёл Виктора Тасманова уже несколько раз.

Похоже сукин сын не намерен останавливаться. Но ничего, рано или поздно и от черного кота отвернется удача. Всегда отворачивалась.

И тогда он заполучит «Люм». Вернёт его князю Мышкину. В таком случае его многолетней миссии придет конец и он станет свободен. От имперской власти. От голосов в голове.

«Тебя бы обставил даже отсталый ребенок» — тяжело вздохнула сестра.

«Почему выжил ты, а не Евгений… почему?» — крикнула с надрывом мать.

Потому что жизнь несправедливая штука.

— Почему ты ещё жив? — спросил Виктор, — Я тебе кишки выпустил… Ты должен лежать в гробу, а не стоять здесь, — тихо добавил граф.

— Какая встреча, ваше сиятельство. Тоже в гонке участвуете? — в голосе барона Виктор услышал насмешку.

— Ты должен был сдохнуть, — процедил он сквозь зубы, а глаза налились кровью.

— Кому должен — всем прощаю, — отмахнулся барон Чернокотов, — позвольте поинтересоваться, вы будете на машине? Верхом? Или пешком? — снова смеётся над ним, как над убогим.

Но Виктор взял себя в руки и не поддался на провокацию. Он сделал глубокий вдох, затем выдох. Голоса в голове стихли.

— Верхом, — скривился Тасманов, сделал шаг в сторону Чернокотова и тихо добавил: — Ты думаешь, что я тебя не обгоню? Что я тебя не уничтожу? Я тебя уничтожу, сопляк. И станцую на твоих костях.

Глава 29

Поздним вечером того же дня

Гостиница, номер в которой забронировала Елизавета, вполне можно было назвать достойной. Вовсе не из-за велюровых ковров или позолоченных канделябров. Отнюдь.

Здесь все вели себя прилично. Никто не орал, не громил ресторан на первом этаже. Все культурно ужинали и пили вино. Вот это я понимаю, высшее общество.

Просто никак к этому не привыкну. Мне привычнее лицезреть Геонских бандитов, психов из пустыни за городом, каннибалов, головорезов, бывших корпоративных вояк…

Мы с Лизой решили особо не светиться, и потому заказали еду в номер. Вино и фрукты прилагались.

— Представляешь, с Тасмановым встретился, — я откупорил бутылку вина и разлил его по бокалам.

— Да-а-а, — протянула Лиза, — видела его утром. Он был… в удивительно хорошем расположении духа.

— Пока не встретил меня, — усмехнулся я и протянул графине бокал, — видела бы ты его рожу.

— Теперь у него много вопросов… Подожди, ты же не рассказал ему про свою «особенность»? — Лиза широко распахнула свои глазки.

— Что? Нет конечно, я что, идиот? Лиза, я, конечно, всё понимаю…

Если Виктор не идиот, догадается сам. Вообще, меня всё еще волнует вопрос. Как он излечил рану, что я нанёс ему через дух тотемного зверя? Надеюсь у него нет сверхбыстрой регенерации по умолчанию? Иначе будут проблемы. Много проблем.

Меня вот с первого раза не убить, но жизни не бесконечны. В отличии от бессмертия, коим обладает этот ублюдок. Если это конечно можно назвать бессмертием.

— Ой, нет, вовсе нет. Я ничего такого не имела в виду, — она раскраснелась и засмеялась.

А её смех согревал моё сердце. Ведь, кажется, она впервые искренне посмеялась при мне.

— Да ладно тебе, — подмигнул я, — не буду скрывать, во мне играет слабоумие и отвага. Ну что, ваше сиятельство. Может быть выпьем?

— Выпьем, Чернокотов, — игриво улыбнулась она.

Мы чокнулись бокалами и выпили вино залпом. Вкусное, сухое, с вяжущим послевкусием. За первым бокалом последовал и второй, по просьбе Елизаветы, само собой. Надеюсь она не пытается меня споить, чтоб я завтра гонял с похмельем. М-м-м…, а она может.

— Может… ещё по одному бокальчику? — её милое личико покраснело.

Алкоголь и так хорошенько дал в голову.

— Трудный денёк выдался? — спросил я с улыбкой, наполняя бокалы.

— Волнуюсь перед гонкой, — отвела она взгляд.

— Боишься?

— Немного. Почти две тысячи километров, как никак, — Лиза вращала в руке бокал, глядя в вино. Пусть и с порталами.

— Ну, по правде говоря, у меня тоже небольшой мандраж. Надеюсь Тенегрив не скинет меня на самом старте, ха-ха, — я выпил вино и поставил бокал на кофейный столик.

— Черно… М-м-мх, Тимофей. Я уверена, что у тебя всё получится. Теперь, когда первопредок вернулся к твоему роду, у тебя всё будет хорошо, — девушка старалась не смотреть мне в глаза, она выпила вино, поморщилась и внезапно… пересела с кресла мне на колени.

— Уф-ф, — это было неожиданно! — Решила попрактиковаться держаться в седле?

Я обхватил обеими руками её талию и прижал к себе. А она обхватила меня за шею.

— Заткнись, дурак, — девушка раскраснелась пуще прежнего.

Кажется, кто-то там говорил, что я могу поспать на диване… И этот кто-то вроде как передумал. Какая неожиданность. И до чего приятная. М-р-р…

«Ты не умеешь мурчать!» — заворчал Нуар из тени.

Так, а ну брысь! Не порть мне момент! Вали нахрен, прогуляйся где-нибудь, — мысленно отшугнул кота.

— Знаешь, с тобой мне как-то… спокойнее, что-ли, — она всё-таки осмелилась посмотреть мне в глаза.

Вот бы она всегда была такой искренней и нежной. Хотя, эта её дерзкая нотка меня очень заводит, время от времени! Люблю строптивых. А Лиза как раз такая.

— Так я само спокойствие во плоти, разве не видно? — я убрал локон волос ей за ушко и нежно погладил по горящей щёчке.

— Видно… — с придыханием ответила она, а затем «случайно» плеснула вином на себя и немного на меня, — Ой! Я, кажется, напилась.

Блузка в миг стала в облипку, просвечивая грудь без лифчика. Её сосочки затвердели, оттопыривая налипшую ткань.

— Вино дорогое, не пропадать же добру, — я ухмыльнулся и припал к ее шее поцелуем.

Елизавета расстегнула верхние пуговицы мокрой от вина блузки. Я помог ей расстегнуть остальные. Когда блузка полетела на пол, я прижался губами к её сочным и влажным округлостям, слизывая просочившиеся капли вина.

— Ам-м-х, Т-Тим… — прикусила нижнюю губу девушка, и слегка откинулась назад.

Я придерживал её за спинку и наслаждался вином… Да, в таком виде оно было куда вкуснее. А сладкие девичьи стоны поднимали, кхм, настроение внизу. И Лиза, кажется, ощутила это своими ягодицами.

Когда я насладился сладкими грудями, пошёл тропой поцелуев повыше. От груди до шейки, от шейки до ключиц, от ключиц до пунцевых губок, который я был готов целовать вечность.

Наши языки переплетались, в груди горело жаркое пламя. Не прекращая целовать Лизу, я потянулся снимать с неё брюки. О да, женщины в брюках… не хуже, чем в юбках.

Тут я был несколько шокирован. Девушка, да с таким типажом, решила проявить инициативу. Её шаловливая ручка расстегнула ширинку, нырнула ко мне в брюки и крепко схватила. Так, что с моих губ чуть стон не сорвался.

Лиза сама разорвала поцелуй, высунула язычок и тяжело задышала.

— Да я погляжу, сегодня вы на коне, Елизавета Павловна, — когда брюки слетели с неё, я крепко вцепился в упругие ягодицы, и потянул трусики на себя, стягивая их с ее изящных ножек.

— Н-не говори так, дурак!

Она закусила нижнюю губу и всем видом говорила мне, что ночь будет долгой. И очень горячей.

***

На следующий день

Утро

Альберт и Санура поедут на поезде вместе со зрителями, я купил им билеты. Вышло дороговато, девяносто девять рублей на человека. Точно удовольствие не для простого люда. Зато купе, бинокли в придачу. Полюбуются хоть!

Заодно они прихватили для меня палатку с припасами. Мы договорились встретиться на первой же контрольной точке, там и отдадут.

Ведь лучше стартовать налегке.

Солнце едва выползло из-за горизонта. А зрителей уже такая орава. По ощущению их было в раз десять больше, чем участников. Мало того, что толпились позади, так ещё по бокам, и с воздуха на воздушных шарах пялились. А пялиться было на что! Кречету с его то воздушного шара, должно видно всё и вся. Трехкилометровая шеренга участников выстроилась по номерам! Да, настолько большая стартовая линия. Все в равных условиях. Правда далеко не все на лошадях…

— Там что за тип на собачьей упряжке? — спросил я Лизу.

Девушка прижала ладонь козырьком и вгляделась в линию шеренги.

— Барон Хаскин, — поморщила она носик, — большой любитель собак, водки с селедкой и теплой одежды.

— Ага, вижу. В полушубке, валенках и меховой шапке. Ему как, нормально вообще?

— Надеюсь, его хватит солнечный удар.

— Ты жестока, — умилился я.

— Он тянул ко мне свои пропахшие рыбой лапы на весеннем балу! Я неделю отмыться не могла! Ещё и клялся-божился, что сделает мне предложение, как только выиграет гонку.

— Я почти ревную.

Лиза пихнула меня в плечо:

— Дурак…

Как там говорилось в русских сказках? Полцарства и принцессу в придачу? Мне хватит миллиона и одной восхитительной графини. Потому приз будет мой, во чтобы то ни стало.

— Слушай, я тут подумал, — хотя я и раньше об этом задумывался, но спросить никак не мог. — У машины ведь преимущество перед конём. Да вообще перед всеми, тем более уж собаками, — я вновь окинул взглядом барона Хаскина.

— Ты думаешь, что трасса без сюрпризов? — ухмыльнулась она, — вскоре поймешь, почему лошадь, и даже собаки, будут практичнее автомобиля.

— Хах! Ни слова больше, я понял.

— Господа и дамы! — разнёсся из динамиков знакомый голос. Это же Берестнев! Он, что, везде главный заводила? — Старт начнется через пару минут. А пока позвольте напомнить вам правила. Первый сегмент протяженностью двадцать километров, остановка в селе Егоровка, оттуда прыжок на Изнанку. Там находите ключ и возвращаетесь в гонку через ДРУГОЙ выход. Повторяю. Другой. Так вы сильно сократите дистанцию до Великого Новгорода. Всем все ясно? Глухих на старте нет? Вот и отлично. Запомните, главное — честная борьба и красивая игра! Учтите, мы за вами пристально наблюдаем. А теперь. На старт! Внимание! Пошли!

Гонка по следам Царей началась.

Давай Тенегрив, покажем, на что мы способны.

Лошади рванули как единый механизм, сходу включаясь в азарт гонки. Копыта сотрясали землю, вырывая почву. Эхом звучал гул моторов и клаксонов. Некоторые животные испугались и стали панически носиться туда-сюда, пытаясь сбросить всадников. Кто-то навернулся так, что перелетел через капот машины и распластался внутри открытого салона.

Да уж, на первой секунде старта, а честной борьбой уже и не пахнет.

Я подстегнул Тенегрива, срываясь в карьер.

Мне повезло, что я вырвался в первые ряды. Вихрь пыли поднялся и накрыл большую часть гонщиков.

Отлично!

Лиза шла по левую сторону от меня, лавируя между чуть менее быстрыми ездоками. Я решил с ней не бодаться и взял вправо.

«Посмотрите, что творится прямо на старте! Барон Леднев упал в машину графа Селезнева! Какая досада, а такая перспектива была дойти до финиша в числе пятерки лидеров!»

С дирижабля и со столбов вдоль трассы раздавалось эхо голоса Берестнева. Хах, похоже, без информации я не останусь! Это радует.

«Начальник! Впереди ухабы!» — послышался голос моего личного пушистого штурмана.

Давай Тенегрив, покажи что можешь, как на тренировках!

Мы с ним учились лавировать между конусами, а ещё при помощи тени делать дорогу идеально ровной. Да, этот хитрый трюк подсказал Нуар. Накануне мы засунули в тень трёхметровую платформу. Отполированную, гладкую. Осталась при ремонте особняка.

Когда я вижу опасный и ухабистый участок, а сейчас, как раз он. Я просто достал её из теневого кармана, но не полностью. Так, чтобы высунулась только поверхность. И лошадь, вместо неприятного участка трассы скачет по ровной поверхности ипподрома!

Мы легко обошли троих всадников. Впереди виднелась крупа следующего скакуна. Лошадь быстрая, выносливая. Сразу видно, в седле опытный ездок. Но побеждает не опыт, побеждает хитрость.

«Не могу поверить, что после фиаско на прошлогодней гонке, граф Филимонов вернётся! И посмотрите, как филигранно он обходит оппонентов на своем мотоцикле! Это просто невероятно!» — Берестнев комментировал самые сочные моменты на трассе.

Я заозирался по сторонам. К счастью под ноги смотреть пока не было нужды.

Черт, у меня глаза чуть из орбит не выскочили, когда я увидел этого Филимонова. Мужик ехал на байке (а-ля чоппер) с коляской. Из глушителей вырывалось пламя, а сам он весь в копоти и защитных очках, стремительно вырывался вперёд.

Спринтер, ясно. Но хватит ли у него горючки? Макры не бесконечные. Как и терпение ублюдков, которых он обставил.

Что-то Лиза пропала из виду.

«Начальник, я устал держать! Долго там ещё?» — пыхтел Нуар.

— Отпускай! — крикнул я, выруливая на проселочную дорогу.

Она ровная, удобная, но петляет зараза, огибая редкий лесок.

«А вот и первая дилемма для участников, — надрывался граф в мегафон, — „Ехать по вытоптанной тропе или срезать напрямик через болота? Сколько отчаянных сорвиголов дерзнут на сокращение маршрута? А главное, всех беспокоит вопрос, сколько из них вылетят из гонки! Поживём —увидим!“

Зараза, вот сейчас бы наша платформа и пригодилась. Ладно, была ни была. Я дёрнул вожжи и повел лошадь в сторону лесочка с болотом. Пара десятков отчаянных устремились вместе со мной.

— Йии-ха! — я услышал звон колокольчиков и лай собак.

Психованный вонючий барон Хаскин промчался мимо меня на своей собачьей упряжке, ныряя на полном ходу в болото.

Стоп! Эта сволочь замораживает воду перед собой! Чёртовы сани просто проскальзывают по поверхности, а обученные собаки без проблем тянут повозку по ледяной тропе!

Я едва успел отвести Тенегрива в сторону, уж его копыта на такой дорожке точно разъедутся в стороны и все. Пиши пропало.

Конь пошел вброд. Скакал по мере сил. Неглубоко, мне едва ли по колено, но скорость все равно значительно снизилась.

Я краем глаза увидел, как тот седой тугодум, который приходил в «Черного кота», вместе с братом, выбивая застойную воду из-под колес, мчался в мою сторону на полном ходу!

Какого хрена! Лишь чудом, машина не задела коня, но обрызгала с головы до пят. И этот ублюдок не думал сдаваться, развернулся и пошел на таран!

«Очень жаль, что мы не видим борьбу на болоте! Но посмотрите, какая ожесточенная битва идёт на трассе. Кажется, госпожа Сорокина в большой беде, её с левой стороны зажимает граф Тасманов, а справа Филимонов! Ещё чуть-чуть и она утратит лидирующие позиции! Да уж, на нашем веку тягаться с машинами тяжело. Граф Филимонов наседает на неё. Святые первопредки! Только взгляните на это! Трос! Он воспользовался тросом, выстрелив им из люльки, резко развернулся и… ДА! Идеальный занос! Он не только не потерял в скорости, но наоборот, лишь прибавил! Кажется, те, кто поставил на графа, сейчас ликуют!» — Берестнев выдал спич на одном дыхании.

Ещё и Лиза в беде. Да что ж такое. Но у меня сейчас тут тоже беда, меня явно хотят похоронить на дне этого болота.

Автомобиль дал по газам. Педаль в пол. Я не видел его глаза. Но видел его ауру. Он не нацелен на победу в гонке. Он нацелен прикончить как можно больше народу. Но в первую очередь — меня!

Вот как знал, что эти братья какие стрёмные! Хотя, они предупреждали меня, что не местные и… с некоторыми причудами. Ладно, допустим.

Я поскакал в другую сторону, где большое скопление деревьев, надеясь, что там он не пройдет.

Свист шин, глухой удар. Какой-то благородный самоубийца выскочил на коне прямо под колеса седого. Его лошадь поскользнулась на льду. А сам всадник выскочив из седла, полетел точнехонько в меня.

— Твою мяяять! — рыкнул я и пригнулся. Но сукин сын, скинул меня с лошади своей тушей. Я едва не грохнулся головой в топь, повиснув одной ногой в стременах. Руками же я зацепился за подпруги, что держали седло.

«Начальник, ты живой?»

— Да, — процедил я сквозь зубы, безуспешно пытаясь вернуться в нормальное положение, — а ты по Черномору соскучился?! Хочешь к батьке на ковёр?!

Тенегрив умница, не встал столбом, а продолжал меня тащить за собой. Хотя если бы он остановился, я бы смог забраться обратно. Черт, вот бы за что-нибудь подтянуться! Пальцы уже еле держат, а убийца на машине все еще пытается меня размазать.

Думай, Стил, думай! Как вернуться на седло, да на полном скаку!

И тут в голове понеслись слова комментатора. Точно, использовать трос! У меня как раз есть.

По мановению руки, Нуар выбросил трость из тени, а я прицелившись в толстую ветвь дерева, выстрелил крюком-кошкой.

Пускай мне повезёт!

Трос обмотался вокруг ветки и подтянул меня влево-вверх. Так что я не сел обратно в седло, а вылетел из него нафиг. Нога выскочила из стремян, и я на полной скорости, крича благим матом, сделал сальто вверх. На мгновение зависнув в воздухе, я оказался прямиком над авто.

Я разжал руку и всем весом плюхнулся на крышу машины. Она каркасная, откидная, потому моя тушка её просто поломала, зажимая водителя в салоне. Бух. Машина втаранилась в срубленное дерево. Капот получил вмятину в виде буквы П. А я по инерции перемахнул через здоровый пень и плюхнулся в воду.

— А-а-а, какая мерзость, — я отплевывался, снимая с волос тину.

Недавно же мылся, черт побери.

Тенегрив остановился рядом и громко заржал. И что-то мне подсказывает, что это он так надо мной смеётся.

Санура с Альбертом знали, кого взять.

Я взобрался на лошадь и отряхнул мокрую голову. Машина дымилась, а вот поврежденную крышу уже отбросили. Проклятье, подонок скрылся так быстро, что я даже заметить не успел.

Ладно. Я пришпорил коня. Впереди ещё километров десять. Я точно справлюсь.

Хоть с дюжину убийц за мной пошлите!

Глава 30

Я благополучно покинул болото и выехал на тропу. Кругом ни души, а галопом скакал уже минут пять. Мне начинало казаться, что я заблудился… Хотя, если верить карте, то прямо по курсу должна быть развилка. Однако, уже не уверен, что двигаюсь в правильном направлении.

«Начальник, мы заблудились?» — сверкнули кошачьи глаза из моей тени.

— Пока не уверен, — тихо ответил я вслух и сверился с картой. — Этой тропы нет на маршрутной карте, но она вроде как пролегает вдоль главной дороги. Я же никуда не сворачивал.

«Понял, мы заблудились»

— Будешь мявкать под руку, точно заблудимся.

Если не уже! Я потянул за вожжи и Тенегрив перешёл с галопа на рысь.

«Теперь мы останемся в этом лесу навсегда. Будем жрать белок, пить чай из мха, купаться в болотах и спать на деревьях. Не жизнь, а сказка!»

— Можешь остаться. У меня несколько другие планы на жизнь.

«Хочешь обзавестись котятами, осесть в Горелово, и провести остаток жизни в кругу любящей тебя семьи? Как же банально, начальник. Скука смертная!» — усмехнулся Нуар.

— Вообще то, я такого не говорил! Однако, отрицать что ты прав, пожалуй не стану, — я украдкой улыбнулся.

От такой жизни с Елизаветой я бы не отказался. Перспектива вернуться в Эндерал уже не выглядит такой радужной. Там я потерял все. И единственное, что там осталось это месть. Но это путь вникуда.

Там спокойно пожить не удалось, так может быть, я заслужу это право в этом мире? Ну, в смысле, почему бы и не попробовать.

«Начальник, остановись! Стоп!» — мрякнул Нуар в моей голове.

Я потянул за вожжи сильнее.

— Стой, — Тенегрив услышал мою команду и медленно остановился.

«Слышишь?» — Нуар выпрыгнул из моей тени, аккурат ко мне на колено. Его ушки вздрогнули.

Я прислушался. Стук колёс, по левое ухо. Северо-Запад, это должно быть поезд.

Вероятнее всего поезд для зрителей.

— Слышишь куда он едет? — Нуар стал точить об мои брюки когти.

— Да, слышу… так! Ты совсем охренел?! — я схватил его за шкирку и бросил в свою тень.

«Ох! Прости, начальник! Не удержался, привычка!» — оправдался Нуар из тени.

Когда вернёмся домой, куплю тебе когтеточку.

Я снова сверился с картой, благо железная дорогая на ней была. Если она действительно с Северо-Запада, значит мне нужно двигаться на Северо-Восток, вскоре смогу выйти на трассу.

— Ну вот, а ты переживал, что мы заблудились. Брал бы с Тенегрива пример. Вот он спокоен, как удав. Да, Тенегрив? — я подался вперед и заглянул коню в глаза.

Ему вообще похрен. Его волнует только корыто водицы, яблочки и сахарок.

О, кажется у меня с собой было печенье. Я порылся в карманах и нашёл замотанные в салфетки печенюшки. Скормил Тенегриву парочку штучек и мы поскакали дальше.

Всего десять минут, и я уже слышал других участников гонки. До трассы рукой подать, но меня внезапно окликнули:

— Эй-эй! Синьор, не проходите мимо, por favor!

Вот ещё, останавливаться. Я на гонке, а не пешей прогулке. Но вдруг остановился и сдал назад. Просто не смог пройти мимо забавного зрелища.

С ветки дерева вниз головой висел молодой человек. Он был подвешен за ногу, а под ним лежала чёрная шляпа, перевязанная красной ленточкой, из-под ленточки торчало длинное белое пёрышко.

— Зависаешь, мушкетёр? — я просто не мог сдержать улыбку, с губ сорвался смешок.

Негладкие, вьющиеся светлые волосы врассыпную, а на губах играет шутливая улыбка, словно он не понимает всей абсурдности ситуации.

— Hola, amigo! — весело восклицает он, махая мне рукой. — Вроде того! Кажется, мне повезло. Высота, небольшая, но ты не поверишь. Она позволяет взглянуть на жизнь с совершенно другой стороны!

Чудак говорит с ярким акцентом, да и странная у него манера. Чувствую, этот парень тот ещё остряк. Или клоун! Не суть. Главное, что он выглядит так, будто только что сошел со страниц приключенческого романа.

Его образ дополняют слегка потрёпанные кожаные сапоги, но при этом неподражаемо стильные, и жилетка с декоративными элементами, явно указывающее на принадлежность к некой группировке, клану либо же ордену.

— Тут, в лесу, у меня было время хорошенько подумать, — он потрепал свою козлиную бородку.

— Та-а-ак, и о чем ты подумал? — прищурился я.

— Придумал, чем займусь параллельно гонке! Слушай, амиго, давай ты снимешь меня отсюда? А потом, мы попробуем завоевать сердце какой-нибудь прекрасной дамы? Или хотя бы доберемся до завтрашнего завтрака! По слухам, он будет с корицей. Из нас выйдет отличный дуэт! Ты разве так не считаешь? — продолжает он так, как будто не висит вверх ногами, а болтает со мной за чашкой кофе.

Буду предельно честен. Этот тип стрёмный. И я недоумеваю, как он здесь оказался и что с ним делать. Может, пускай висит? Кто-нибудь да снимет. Одним конкурентом на гонке меньше. Вдруг он воткнет мне в башку нож, когда я сниму его с дерева?

Ну нафиг.

Испанец, словно прочитав мои мысли, с надеждой смотрит на меня и добавляет:

— Ты вкурсе, что деревья и горы — это доминирующая высота. Идеальные места, чтобы осмотреться и найти дорогу, к скажем так… новым подвигам?

— Ты… чё несешь? — скривился я.

— На дерево лезь, сам всё увидишь, — подмигнул он.

«Давай, начальник. Это не составит труда!» — настоял Нуар.

— Хрен с тобой, — я слез с коня и стал взбираться по дереву. Так же легко, как взбирался по статуе стража, который охранял Сануру заточённую в янтаре.

Я поднялся на самую вершину и окинул взглядом округу. Дерево было достаточно высоким, чтобы с него открывался отличный вид на трассу.

— Видишь?! — донесся до меня крик Испанца.

— Вижу.

С десяток автомобилей не поделили дорогу. В результате чего случилась авария. Как назло прямо поперёк трассы. Короче, дорога перекрыта. Отстающие участники сворачивали в лес. Это мне что, опять гнать лесами? Святые наномашины.

Вот вам и главный минус автомобиля на столь масштабной гонке.

— Ну, что скажешь, амиго? — обратился ко мне чудак, когда я спрыгнул на ветку, за которую он был подвешен.

— Приземление будет жестким, — я вытянул руку, в которую из тени выскочила трость.

— А? Стой, погодь!

Я выхватил из неё скрытый клинок и одним взмахом перерезал веревку.

Мужчина закричал. И кричал он недолго. Через секунду он лежал на земле, почесывая затылок.

— Cagada… — а потом он потёр ушибленную поясницу.

— Не благодари, — спрыгнул я с ветки, вернул швейцарскую трость обратно в тень и протянул незнакомцу руку помощи.

— Диего Торрес, — представился он, принимая мою помощь.

— Тимофей Чернокотов, — мы обменялись рукопожатием.

— Благодарю, амиго, — Диего поднял свою шляпу, отряхнул её и надел. — Тимофей, ты коня моего случайно не видел?

— Не видел, — пожал я плечами.

— Точно-точно? Худенький такой, бурый. Та ещё кляча.

— Если бы увидел, то обратил бы внимание, — я вернулся к Тенегриву, легонько похлопал его по спине и вернулся в седло.

— А теперь, я предпочёл бы вернуться в гонку. Без того потерял уже позиций так пятьдесят.

Если не больше.

— Твою ж мать, — Диего набрал побольше воздуха в грудь, а затем что есть мочи крикнул. — РОСИНА-А-АНТ!

Мой Тенегрив аж с перепугу встал на дыбы и чуть ли не скинул меня.

— Да не ори же ты так!

— Прошу прощения, амиго. Или может, синьор? — он с ухмылкой смерил меня взглядом. — не сразу обратил внимание на ваш перстень.

— Давай без этого, — вздохнул я.

— Благородие или сиятельство? Может быть, светлость?

— Благородие. Пресвятые наномашины, — закатил я глаза, — тебе что-то нужно?

— Помоги мне найти Росинанта, я в долгу не останусь, — ударил себя в грудь Диего.

— У меня нет на это времени.

— Ну пожалуйста! Я чую, он где-то неподалёку!

«Давай поможем ему, начальник. Не то донимать будет ещё целую вечность.»

Нуар, ты сможешь помочь? — я взглянул на свою тень.

«Если кляча неподалёку, то без проблем. Заговорю на удачу. Но не ручаюсь, что результат будет исключительно положительным. Коня по крайней мере найдём.»

Делай!

— Ладно, — я со вздохом согласился, — полезай, — благо что седло было двухместным. Как знал, что пригодится.

— Gracias amigo! — Диего залез на коня. Я сжал Тенегрива ногами, тем самым отдавая команду двигаться вперёд.

— Может расскажешь, как ты повесился на дереве? Повезло хоть не шеей.

— Хотел закинуть веревку на ствол повыше. Закинуть то закинул! А когда забирался по ней, то он не выдержал тяжести моего мужества. В общем, упал я. И если бы верёвка не зацепилась за другой ствол, и мою ногу, мы бы с тобой сейчас не разговаривали, — поведал историю Диего, озираясь по сторонами.

В таком случае да, он бы сейчас не тратил моё время. Почему я ему помогаю, до сих пор понять не могу.

— А конь куда подевался? — атаковал я очередным вопросом.

— Росинанту по морде стволом прилетело, поражаюсь, как не убило. У него стальные Cojones, хоть и кляча!

— Понял, — я легонько пришпорил Тенегрива, дабы тот ускорился.

«Начальник, Росинант прямо по курсу. Только ты это, не смеяйся.»

Простите, как тут не смеяться? Впереди, в метрах двадцати, я заметил худого бурого коня. Смех в том, что Росинант был в абсолютно идентичном положении, как и его хозяин минутой ранее.

Да, конь был подвешен за копыто. На дереве, веревка обматывалась вокруг ствола.

Я едва сдерживал смех.

— Росинант! Святые cojones, — Диего выпрыгнул из седла и бросился к коню.

Какой хозяин, такой и конь. Он что, тоже пытался на дерево залезть, чтобы осмотреться?

«Нет, начальник. Кони не лазают по деревьям.» — посмеялся котяра.

Спасибо, капитан очевидность. Я просто пытаюсь взять в толк, как он там оказался.

«Просто удача, начальник. Твоя, между прочим. Я обещал, что ты найдешь Росинанта. Но заранее предупредил, что результат может мягко говоря удивить. Мряу, ха-ха.»

И то верно, спасибо, Нуар.

— Тимофей, не поможешь мне тут немного? — обратился ко мне Диего с нелепой улыбкой. — И мы вместе отправимся покорять Невский Дилижанс!

Нет, Диего, первый этап гонки мы уже точно не покорим. Если поторопимся, то прибудем в Егоровку хотя бы не последними. По крайней мере я на это надеюсь.

***

Десять минут спустя

Какая муха меня укусила двигаться дальше с Диего, спросите вы.

Ответ: не знаю, он просто предложил держаться вместе, пока мы не доберемся до контрольной точки.

Мы скакали по равнине окутанной туманом. Откуда здесь черт побери туман?!

Зато все сразу стало понятно, когда в воздух ударила горячая струя пара, рассеивая вокруг брызги кипятка!

Какая-то сволочь использует свою силу и взрывает подземные гейзеры? Это же жульничество!

Но Берестнев не обращал на это внимания. Его заботила другая часть гонки. Та, что впереди.

«Не верю своим глазам! Посмотрите на барона Ветрова! Он приделал к лошади парус и теперь мчит, как корабль в шквальный ветер! Ох, друзья мои, эта гонка точно войдёт в историю.»

Ты на гейзеры внимание обрати!

«Начальник, я чувствую слева вибрации под землёй!»

Понял. Я взял вправо и буквально в следующее мгновение из-под земли ударил фонтан, окутывая все паром.

— Синьор, вы в порядке? — Диего скакал параллельно мне.

— Пока да, но если мы не прижучим ублюдка, который взрывает гейзеры, нам точно конец.

Видимости ноль, так что, едва ли мы могли понять, где конец этого минного поля.

Бах. Взрыв гейзера и всадника вместе с лошадью впереди, подбросило в воздух метров на десять.

Мы проскакали мимо, лишь услышав глухой удар позади.

Гонка становится опаснее с каждым пройденный километром. Из-за проклятого пара не вижу одаренного, который строит нам козни.

Вот бы был способ на время разогнать пар…

— Нуар! Теневой карман может забрать что угодно?

«В теории да, но если ты хочешь засосать пар, то глупая затея. Его слишком много.

— Мне надо весь, просто будь готов достать платформу и по моей команде начни забирать пар. Мы вернем его тому ублюдку сполна. Только скажи мне где жахнет следующий гейзер!

«Начальник, мне не нравится, что ты задумал…»

Мне тоже не особо вкатило. Но что поделать.

Нуар подсказал, где произойдет следующий взрыв, я соскочил с коня. Только бы получилось. Лишь бы повезло.

Тугая струя воды ударила о платформу появившаяся у меня под ногами. Меня толкнуло вверх, я балансировал на доске, как на серфе.

Вспомнил юные годы на пляже Геона!

— Вакуум, Нуар! — крикнул я.

Пар с шумом втянулся в тень. И я смог с высоты разглядеть сволочь, что вызывает эти взрывы! Вокруг него то не было пара. Левее от меня метров на сто. Зараза, не достать тросом. И на что я блин надеялся?

И тут происходит следующее. Я… я не знаю, как это комментировать. Возможно у меня начались галлюцинации, после болота и вот этих вот подземных извержений.

Тот простолюдин, что подходил ко мне на регистрации. Бежал! Босиком! Да с такой скоростью, что Тенегрив бы нервно икнул. И с лихого прыжка сбил ногой всадника из седла. Того так перекрутило в воздухе, что стремена оторвались от седла и он улетел в туман.

Гейзер ослаб и я полетел вниз. О приземлении я тоже не подумал. Вот же черт!

Мне тут трос не поможет, цепляться не за что! Я заорал, махая руками в воздухе и молясь Первопредку, чтобы не размазаться в лепешку.

Я упал. Точнее приземлился на все четыре конечности, как кот. Воу. Я и забыл, что так могу!

«Неплохо- неплохо, начальник! Но над грацией стоит поработать»

— Обязательно, а теперь срочно дай мне трость!

Потому что из рассеивающегося тумана я видел круп Тенегрива. Ему было пофиг, что наездник покинул его спину, он беззаботно бежал вперед, как ни в чем не бывало.

«Хэ-хэ. Держи!»

Чего смеш… Вместе с тростью меня обдало волной пара, так, что я опять промок до нитки!

— Я тебе это припомню, — процедил я сквозь зубы.

— Амиго! — Диего оказался рядом, подавая мне руку, — подбросить?

Я усмехнулся и запрыгнул на коня сзади.

Осталось нагнать Тенегрива.

«До чего непредсказуемая гонка. Граф Тасманов будто взбесился, посмотрите с какой невероятной скоростью его конь обходит соперников одного за другим. Просто немыслимо. Это конь не бежит, а будто плывет по просёлочной дороге. Ну а оппонентам остаётся лишь глотать пыль из-под копыт! Тем временем, граф Филимонов лидирует в этой гонке на пятьдесят корпусов вперед. Кажется, у соперников нет ни единого шанса догнать изобретателя! Прошлогодний призер гонки, князь Соколов отказался участвовать и сейчас вместе с нами, на борту „Гелиоса“ наблюдает за ожесточенной борьбой! Он по секрету сказал мне на кого поставил. Но вам я не скажу, друзья. Следую профессиональному этикету!» — Берестнев выдал базу по обстановке на трассе.

Меня больше волновало, что там с Лизой, но комментатор молчал, переключив свое внимание на зачитывание спонсорской паузы.

Огурцы там какие-то, таблетки от кашля, носовые платки, которые хорошо впитывают сопли. Начало октября. Сезон простуды, чтоб её.

Диего подбросил меня до Тенегрива. Раньше мне не доводилось прыгать с лошади на лошадь. И если б не удача и некоторые особенности кошки, вместо хребта жеребца, я бы пропахал мордой камни.

— Спасибо, Диего! Увидимся на контрольной точке!

— Удачи, амиго! — Диего поскакал от меня в сторону, надеясь выйти к более спокойному участку трассы. Это я отчаянный, продолжал переть на пролом.

«До финиша остался один километр! Кто же придет первым?! Граф Тасманов нагоняет Филимонова. Похоже живая сила все же способна одолеть машины! Но что это… со стороны среза бежит человек! Все верно, друзья, он бежит с умопомрачительной скоростью! Отталкиваясь от камней, он одним прыжком преодолевает немыслимые расстояния! Кто он? Что это за гений, что ногами обгоняет породистых скакунов? Кто же этот бегун? Срочно скажите мне! Так, вибрация со значка передает информацию. Секунду. Это… это номер 1037 — Антон Босяков! Простолюдин из Поволжья. Друзья, до чего захватывающее дух зрелище! А за ним на полном скаку идёт барон Чернокотов. Если вы, также, как и я, думали, что этот род сгинул, то нет! Не только фениксы способны воспрять из пепла!»

Верно сказано, Берестнев! Это я!

Ветер свистит в ушах. Я пытаюсь обогнать бегуна, который будто забыл, что на земле есть гравитация. Скачет, прыгает и бежит, будто за ним гонятся твари с Изнанки.

Пятьсот метров. Четыреста. Триста.

Лошадь начинала храпеть от безумного темпа. Давай родной, продержись еще немного!

Перед финишной чертой Егоровки толпятся люди. Я слышу стук рельс поезда, прибывающего на станцию.

Двести метров. Я поравнялся с босяком! Здесь были только луга и чернозем. У него не получалось отталкиваться как следует.

В поле зрения я заметил Тасманова, который почти нагнал мотоциклиста. Конь Виктора выглядел жутко. Я даже отсюда видел его энергию и чакры. Пульсировали, как бешеные, точно лошадь врубила форсаж. Такими темпами, она просто сдохнет, едва ее копыто пересечёт финишную черту.

Сто метров. Тенегрив обходит на пол корпуса босоногого крестьянина.

Но мне не успеть…

«И-и-и! Филимонов приходит первым в сегменте! Это невероятно. Осторожнее, всем осторожнее. Тормоза могли и стереться. Это значит, что остальные получают штрафное время и начнут следующий сегмент позже победителя.»

Я заскочил на финиш аж пятым. Босяков каким-то образом оттолкнулся от маленького полена и буквально перемахнул через меня, оставляя на месте приземления глубокие борозды. Что за дикий мужик…

Я остался на финише и спешившись, стал высматривать Лизу. Вон она, скачет. Немного припозднилась, но всё равно в лидерах, моя умничка.

Но улыбка моя быстро померкла, когда Лиза едва не свалилась с лошади прямо ко мне в руки без сознания.

Из её бока обильно сочилась кровь…

Глава 31

Я вовремя поймал Лизу и аккуратно уложил её на землю, придерживая за голову.

Мимо нас проносились лошади, автомобили, мотоциклы, и даже тот барон Хаскин на своей собачьей упряжке. Но дела до происходящего никому не было.

Черт… Лиза, кто же тебя так. Нужно немедленно перекрыть ближайшие к ранению каналы, так я замедлю кровотечение. Я сосредоточился и просканировал ауру.

— Вот же дерьмо, — сорвалось с моих губ, когда я увидел поврежденные чакры.

Они были окутаны чёрными шипастыми лозами, и горели таким противным, тёмно-зелёным цветом. Я… я не могу их исцелить.

Сосредоточил ману в пальцах и точечными нажатиями заблокировал ближайшие к ране каналы. Это должно ослабить кровотечение, но больше потери крови меня волновали эти лозы. Магия, яд или проклятье?

— Хэй, амиго! — финишную черту пересек Диего и резко остановился аккурат возле нас.

Парень тут же спрыгнул с коня и бросился ко мне.

— Диего, зови лекарей, сейчас же!

— Не кричи на меня, открой ей рот и запрокинь голову, — Диего сорвал с пояса небольшой бутылёк и откупорил пробку зубами.

— Что это? — выбора не было, я сделал как он сказал.

— Настойка из олеандра. Лечит все, кроме разума. Для него у меня другая фляжка.

Понятия не имею что это, однако, все равно позволил споить эту дрянь Елизавете.

Я приподнял её блузку, дабы осмотреть рану. Однозначно ножевое, благо не слишком глубокое. Органы не задеты.

— Все по рецептам моей покойной madre, должно помочь, — добавил Диего.

— Не уверен, что поможет, — я проглотил сухой ком в горле, — посмотри, как бегают зрачки. Похоже на Яд. Настойка может его вывести?

— К сожалению нет, — покачал головой Диего, — останавливает кровь, ускоряет естественную регенерацию. Не более. Амиго, с чего ты взял, что сеньориту отравили?

— Я могу видеть… не важно! Твою, сука, мать, почему всем насрать?! — я вскочил и заозирался по сторонам.

«Кажется, один из участников получил травму в ходе умопомрачительной борьбы! Какие страсти, что за гонка, друзья! Кажется, барон Чернокотов не равнодушен к графине Сорокиной и всеми силами пытается помочь ей! А это что за джентльмен с ними? Неужели наш гость из Гранады! Не переживайте, группа лекарей уже спешит на помощь!»

Берестнев, собака, ты там совсем охренел? Тут девушка кровью истекает будучи без сознания, а ты на этом публику разогреть хочешь?!

— А вот и cabrones! Явились, не запылились, — Диего нахмурился, и явно желал выяснить отношения.

— Хочется верить, среди них есть специалист по магическим ядам.

Очень хочется…

Медики явились с носилками. Мы с Диего сопроводили их до санитарного пункта, но дальше нас не пустили. Сказали подождать за дверью, и сколько ждать — неизвестно. Из-за одного участника гонку на паузу никто не поставит. Даже ради графини. Плюс на носилках доставили не только её. Травм по ходу гонки хватало.

Дальше дорога лежала на Изнанку, нужно двигаться дальше. А я не могу, черт. От бессилия, я пнул забор. Не могу продолжать, пока не узнаю, что состояние Елизаветы стабильно.

Это не просто яд, как минимум сильный магический яд. Я сталкивался с чем-то подобным в Геоне. Правда то были нейровирусы, которыми хакеры заражали дистанционно. Они полностью поражали нервную систему, нарушали работу имплантов и также блокировали очаги энергии вместе с каналами. Не смотря на всю разницу. Их кое-что объединяло.

Я не умею их лечить.

Прислонившись спиной к забору, я сполз вниз.

— Амиго, ты в порядке?

— Нет, — честно ответил я, — не в порядке. Лиза при смерти, а я не могу ничего сделать. Пока что…

— Дама сердца, понимаю тебя, амиго, понимаю, — кивал Диего, вращая в руке свою шляпу, — Уверен врачи толковые, быстро её на ноги поставят! Не успеешь и глазом моргнуть, как вместе будете танцевать сальсу!

— А ты чего со мной время теряешь? Я конечно безмерно благодарен тебе за помощь, но гонка так-то в самом разгаре, — сцепил я руки, пряча в них лицо.

— Сейчас отдых! Да и может я тоже волнуюсь за прекрасную сеньориту? Не могу продолжать гонку, пока красота умирает. К тому же, я обещал что отплачу тебе за помощь сполна! Вот, долг возвращаю. Диего Торрес, — указал он на себя большим пальцем, — всегда возвращает долги.

— Спасибо, — улыбнулся я, — амиго.

— Как только узнаем, что с сеньоритой всё хорошо, сразу рванём на Изнанку! И всех-всех обгоним, вот увидишь, hermano!

— Хм, оптимизма у тебя не отнять. Вот бы и мне капельку.

— Так у меня есть, — Диего лукаво улыбнулся, доставая фляжку из-за пояса, — угощаю!

***

Час спустя Палаточный городок для участников и зрителей гонки Вечер

Оптимизма не то чтобы прибавилось, но хорошая порция алкоголя мне и в самом деле была нужна. Как иначе нервы успокоить?

Продолжение этапа ожидалось к ночи. Наших лошадей увезли на поезде. Получается на Изнанку все пойдут пешком, а транспорт будет ожидать на выходе с неё, недалеко от Великого Новгорода. Что ж, это явно быстрее, чем скакать сотни километров дорог.

— Судари, — к нам подошёл человек в медицинской униформе, — у меня для вас две новости.

Я подскочил с места, отдавая фляжку Диего.

— Что с ней?

— Магическое отравление. Я бы даже сказал проклятье.

— Это… плохая новость, да? — я выдавил из себя улыбку, — Тогда хорошая, вы быстро поставите её на ноги.

— Две новости, это две новости молодой человек. Они не делятся на хорошие, плохие или ужасные. Они… просто есть и вам придется их принять, — доктор был беспристрастен, — боюсь у нас нет противоядия. Мы пытаемся стабилизировать её состояние. Купировать распространение яда, но… это все, что в наших силах.

— Погодите, вы хотите сказать, что Лиза… — мне тяжело дались эти слова, — умрёт?

— Я ничего не хочу сказать, — нахмурился он, — вы не родственник, вам даже эту информацию знать не положено. А теперь прошу меня простить. Меня ждут пациенты, — доктор направился обратно к медпункт, бурча себе под нос, — долбанные гонки, каждый год одно и тоже.

— Диего, — я старался сохранить присутствие духа, — ты поможешь мне поискать лекарство?

— Конечно, Амиго!

— Но сначала… сначала нужно выпить и все хорошенько обдумать. У тебя ещё остался заряд «оптимизма»?

— Спрашиваешь! Я вожу с собой месячный запас.

Значит на вечер нам сегодня хватит.

***

Санура с Альбертом, как и сотни других провожатых прибыли на простенький перрон. Дирижабль же сел где-то в стороне.

И мои комрадс, или как там Диего их называл, нашли меня быстро. Вот только их радость мгновенно сменилась обеспокоенностью.

Неужели я настолько погано выгляжу?

— Хозяин! — Санура начала меня осматривать и даже обнюхивать со всех сторон, — На вас лица нет! Что-то случилось?

— Небольшая загвоздка, Санура. Не переживай за меня. Как добрались, понравилось на поезде? — я отбросил негативные мысли и улыбнулся.

«Оптимизм» в крови работал на все сто.

— Очень! Такая классная штука, Санура в восторге, спасибо! Но с хозяином Сануре было бы лучше, — сверкнули её глазки. — А ещё она хочет кушать.

— Попозже покушаешь, — затем я взглянул на обеспокоенного Альберта. — Что-то случилось?

Дворецкий побледнел, опустил сумку с палаткой на землю и подошёл ко мне ближе, затем тихо прошептал:

— Займитесь как-нибудь её воспитанием, ваше благородие… Санура совершенно не приспособлена к обществу… нормальных людей, — Альберт точно испытал испанский стыд за неё.

Я отлично тебя понимаю, старик. Правда, воспитательные беседы на Сануру не действуют. Хорошо хоть рабом тебя называть перестала.

— Можешь не продолжать, я понял, — понимающе кивнул я ему.

— О чём вы там без Сануры шепчетесь? — нахмурилась Санура. Но как только девушка заметила моего нового знакомого, Диего, то тут же отвлеклась. — Кто это такой красивый, хозяин? — теперь она ухмылялась.

— Добрый вечер, молодой человек, — Альберт также взглянул на Диего.

— Добрый, — парень быстро закупорил флягу и спрятал её в сумке. — Диего Торрес, родом из Гранады. Очень приятно, — изящно поклонился он, сняв шляпу.

Ой, а мы тут немного подшофе. Херес, интересный напиток. Белое креплёное вино, довольно сухое и крепкое, двадцать два градуса.

— Так вы испанец? — проявил неподдельный интерес Альберт, — такой путь проделали, чтобы принять участие в гонке. Я Альберт, приятно познакомиться.

— Верно, это большая честь для меня. Спасибо и взаимно, — они пожали друг другу руки. — Вас Санура зовут, правильно? — обратился Диего к девушке.

— Сануру зовут Санура, всё так, — сделала она шаг вперёд.

— Родом с Изнанки? — оценивающе рассматривал её Диего.

— Как вы догадались? — заинтригованно спросила девушка.

— Да, Диего, как ты догадался?! — усмехнулся я. Хотя здесь всё было очевидно. Рога, хвост, клыки… ни капельку не подозрительно.

— Я очень проницательный человек, сеньорита, — самодовольно заявил Диего. — Ну что, может помочь вам палатку разбить?

И Диего помог. Палатка оказалось очень просторной, даже для четверых, если не считать нашего гостя из Гранады. У него к слову была своя палатка, однако вечер мы решили провести вместе. Немного выпить, пообщаться и отдохнуть. Ведь утром нас ждёт новый рывок. Тем не менее, меня не отпускали мысли о Лизе.

Я обязан ей помочь, во что бы то ни стало. Уверен, она бы сделала ради меня тоже самое.

— Диего, Санура, Альберт, — окинул я взглядом друзей, — мне нужно на воздух, обдумать свой следующий шаг.

— Bueno, амиго! — одобряюще кивнул Диего, — я с тобой, тоже косточки размять хочется.

— Хозяин вы обещали Сануре сахарную вату, — напомнила Санура и надула щёчки.

— Будьте осторожны, ваше благородие, — настороженно сказал Альберт мне вслед.

Я покинул палатку вместе с Диего, в лицо тут же ударил прохладный ветерок. Однозначно холодает, осень, мать её. Да и до зимы недолго уже осталось. В этой части Империи зимы достаточно холодные, но с Сибирскими зимами ни в какое сравнение, — это было последнее, что осталось от памяти реципиента. Зимы он не любил. И лето не любил.

Зимой холодно, летом жарко. Осенью мокро и холодно, весной грязь по колено, холодно, мокро и одновременно жарко. Климатический отстой! Есть ли баланс во вселенной?

Медленным шагом прогуливались по палаточному городку. Свежий воздух быстро заставил меня протрезветь. Либо алкоголь слишком хороший, такой можно пить хоть всю ночь, а на утро даже малейшего похмелья не будет

— Чернокотов! — окликнули меня.

Это граф Тасманов, раскинул руки так, словно мы давнишние приятели.

Ожидаемо было встретиться с ним здесь, но крайне нежелательно.

— Твой друг? — тихо спросил Диего.

— Таких друзей за хер да в музей, — процедил я сквозь зубы.

— Мы можем поговорить наедине? — Виктор Тасманов по-дружески хлопнул меня по плечу. Он буквально светился от счастья. И как же хотелось стереть эту ухмылку. Например, выстрелом в лицо. — Да расслабься ты, чего такой напряженный? Я же не кусаюсь. Почти.

Я кивнул Диего, что он может нас оставить. Тасманов не рискнёт на меня напасть при стольких свидетелях. Впрочем, от этого ублюдка можно ждать любого фокуса.

— К делу, Виктор. Время — деньги.

— Знаешь, мы не с того начали. Ты меня облапошил, я погорячился. Давай-ка забудем обиды и зароем топор войны. Что скажешь?

— Вот так просто? — хмыкнул я, сложив руки на груди, — отличная шутка. В тебе пропадает талант комика. Не думал выступать с концертной программой?

Давай, Виктор. Покажи свое звериное нутро и переходи к делу.

— Я подумаю над твоим предложением, — улыбнулся Тасманов, — во-первых, я хотел выразить соболезнования. Такая трагедия с юной Сорокиной. Боюсь представить, какую боль ты ощущаешь. Хорошо, что её отец пока не знает.

Я схватил его за ворот пиджака и ударил лоб в лоб.

— Если это твоих рук дело, ублюдок, клянусь, я…

Граф сощурился, в чертогах его глаз мелькнул красный огонек.

— Клянись, сколько влезет, двоедушник. Да-да. В этом мире не принято занимать тело другого человека. Это как взять чужую вещь без спроса. Ах… ну да, чуть не забыл, тебе же это не в новинку. Как впрочем и прежнему хозяину тела. Он тоже любил брать то, что ему не принадлежит. И тем не менее, я человек чести и не стану болтать о твоём маленьком грязном секрете. Цени мою щедрость.

— Да плевать мне на твою щедрость! — оскалился я, освобождая Виктора из хватки.

— Очень зря. Ты даже не представляешь, насколько она безгранична, — он отряхнул пиджак, — Я хочу предложить тебе прекрасную сделку.

— Можешь в жопу себе свои сделки засунуть. С тобой дел иметь не желаю.

Я развернулся, порываясь уйти. Но Тасманов схватил меня за рукав и буквально, как змей, склонился над ухом и прошептал.

— Люм, в обмен на жизнь твоей девки.

— Что?!

— У меня есть противоядие, — по ауре я понял, что он не блефует, — В противном случае Сорокина умрет через семьдесят два часа. Ну, в лучшем случае. Каменные лозы страшная болезнь с Изнанки, от неё нет спасения. Это я тебе как фармацевт говорю.

— Сукин сын! Это ты её…

— Не я, — покачал головой Тасманов, но паскудная ухмылка твердила обратное, — но я знаю кто и могу рассказать. Понимаешь о чем я говорю? Щедрость! И я жду её от тебя. Или ты правда готов ради своей клептомании поставить на кон жизнь близкого? Не-е-е. Я в это не верю. Ты не такой человек, Тимофей. В тебе тоже есть честь. Пусть и… своеобразная. Подумай хорошенько над моим предложением. После испытания на Изнанке, я хочу знать ответ. Люм или Елизавета? Выбор за тобой, Чернокотов. А теперь позволь откланяться, время уже позднее. Приятных снов.

Тасманов подмигнул и махнув рукой ушел в сторону своей палатки.

Ни о каком приятном сне теперь и речи не шло.

«Начальник, мы же не отдадим ему артефакт? Будучи не в тех руках, он может поставить под угрозу всю Империю!»

— Дай мне фишку, Нуар.

«Начальник, не торопись! Подумай.»

— Нуар, — я устало прикрыл глаза, — раз в жизни, просто сделай как я тебе сказал. Пожалуйста.

Из тени выскочил платиновая фишка и мягко упала мне в открытую ладонь. В свете фонарей на меня смотрел Король.

Возможно, есть и другой выход.