Чёрная роза

Глава 1.«Синхронизация судьбы»

«Судьба — это не то, что с нами происходит, а то, как мы реагируем на происходящее», — Эпикур.

Хотя, судя по тому, как Снежана влетает в мою комнату, судьба — это просто отсутствие замка на межкомнатной двери.

— Привет, Катюш! — в мою комнату, словно рыжий вихрь с россыпью конопушек, влетела Снежана — моя лучшая подруга и начинающий IT‑гений. Короткая стрижка встрепенулась от её стремительного появления, а зелёные глаза уже азартно блестели. Несмотря на первый курс, она уже творила настоящие чудеса с кодом… или, по крайней мере, так считала сама.

— Привет, Снежка! Тебя мама впустила? — спросила я, растирая уставшие пальцы после двух часов Баха.

— Да, тётя Маша как раз на смену собиралась, — ответила подруга, теребя в руках очередную фэнтези‑книгу. Обложка кричала алым: «Поцелуй во Тьме, или Мой Демон — Бухгалтер».

— Опять твоя любимая история о любви до гроба? И почему они вечно влюбляются в бухгалтеров? У них же квартальные отчёты, Снеж. Там нет места романтике, там есть только НДС.

Снежана хитро прищурилась, и я не смогла сдержать улыбку.

— Знаешь, — протянула она, театрально падая в моё кресло, — я к тебе не за этим пришла.

— Опять начнёшь рассказывать про свои романы? — вздохнула я, откладывая ноты. Музыка была моей страстью, а её романтические истории — вечным источником раздражения. Точнее, источником вечных споров: я утверждала, что любовь не обязана быть трагичной, а она доказывала, что без трагедии это вообще не любовь. — Только давай без этого: «А потом граф поцеловал её так, что у него хрустнул позвоночник».

— Кать, ты не поняла! — глаза подруги загорелись, как у кота из «Шрека» в его лучшие моменты. — Я не роман читать пришла.

Снежана достала из кармана джинсовки флешку, и я напряглась. Эта флешка выглядела так, будто пережила падение с девятого этажа и три стирки. Что‑то в этой ситуации казалось неправильным.

— Катюша, — начала она, воровато оглядываясь на дверь и включая какую‑то игру на моём компьютере, — представляешь, мы с ребятами из универа создали симулятор свиданий!

— Симулятор свиданий? — переспросила я, приподняв бровь. — Серьёзно? Вы решили потягаться с гигантами индустрии? Как называется? «Теодор: пятьдесят оттенков бухгалтерии»?

— Почти! — подруга пританцовывала от восторга, едва не снося стопку нот. — Там четыре жениха: император, его советник, могущественный маг и принц другой страны. А главная героиня — просто сказка: белые волосы, голубые глаза, дочь герцога Белой Розы.

— Розы? — перебила я, закатывая глаза. — Серьёзно? Почему не «Дочь барона Укропа» или «Графиня Брюссельская Капуста»? «Виконтесса Цветной Капусты»? «Маркиза Консервированного Горошка»? Ну конечно же, в фэнтези без роз никак, это я запомнила. Без них магия не работает, а драконы отказываются платить ипотеку. И что же ты хочешь от меня?

— Нам нужен был персонаж особенный, — призналась Снежана, краснея так, что её уши стали похожи на два спелых помидора. — Красивее тебя просто нет. И характер подходящий.

— У меня подходящий характер? — я с трудом выдохнула. — Снеж, я женщина, которая полирует туфли под увертюры. Мой уровень анархии — это уйти с репетиции, оставив пюпитр в такси.

— Именно! — воскликнула она. — Ты — герцогиня Чёрной Розы, Кэтрин Блэк.

— Стоп! — прервала я её. — Почему именно я? В мире семь миллиардов людей, выбери кого‑нибудь другого.

— Потому что ты идеальна для этой роли! — воскликнула Снежана. — Ты станешь антагонистом, но таким красивым, умным и язвительным антагонистом! Ты будешь мешать главной героине, строить козни, носить готические корсеты и соблазнять всех женихов!

— Соблазнять? — я поперхнулась. — Снеж, я в последний раз соблазняла курьера, чтобы он согласился поднять холодильник на пятый этаж без лифта.

— Это будет шедевр! — её глаза горели нездоровым огнём. — Поверь мне.

После долгих уговоров, шантажа моими детскими фотографиями и взаимных обещаний (она прослушала мою сонату от начала до конца, ни разу не зевнув, а я согласилась «попозировать» для захвата движений), подруга осталась у меня до вечера.

— Кать, — сказала она, устраиваясь с ноутбуком в углу комнаты, — мне нужно понаблюдать за тобой. Твоя мимика, жесты, то, как ты морщишь нос, когда фальшивишь, — всё это сделает персонажа живым.

Я вздохнула, но согласилась, погрузившись в музыку. Пальцы привычно скользили по клавишам старого пианино, а мысли уносились далеко‑далеко, в сторону консерватории. За спиной периодически щёлкала камера ноутбука.

— Так, Кать, сделай лицо «я только что поняла, что соль‑диез — это не до‑бемоль».

— Снеж, это соната Моцарта, а не экзамен по сольфеджио, от которого зависит моя стипендия.

Когда вечер подошёл к концу, Снежана засобиралась домой, пытаясь запихнуть в рюкзак ноутбук, три энергетика и недоеденный круассан.

— Можно оставить ноутбук здесь? — попросила она, уже стоя в коридоре. — Ему нужно синхронизироваться с твоей… атмосферой.

— С моей атмосферой? — усмехнулась я. — Звучит как заклинание из разряда «Чёрной магии для чайников». Надеюсь, он не начнёт призывать демонов из‑под стола?

— Обязательно начнёт, если не сдашь мне триста рублей на новую клавиатуру, — подмигнула подруга и выскользнула за дверь, оставив после себя запах дешёвого энергетика и грядущих проблем.

Она ушла, а я ещё долго стояла у двери и смотрела, как мигает лампочка на оставленном ноутбуке. Он стоял на моём письменном столе рядом с учебником по сольфеджио, стопкой нот и кружкой, на которой было написано: «Я не злая, я просто в тональности минор».

После её ухода я погрузилась в свои мысли. Одиночество окутывало меня мягким, но слегка колючим одеялом: мама на работе в больнице, папа в командировке в Тюмени. Только музыка и Снежана были моими верными спутниками. И теперь этот синий кусок пластика.

Перед сном я думала о будущем: прослушивания, поступление в консерваторию, как объяснить маме, что чёрная водолазка — это не признак депрессии, а базовый гардероб… Мысли плавно перетекали одна в другую, веки тяжелели.

Я уже почти провалилась в сон, когда периферийное зрение выцепило странное свечение. Я разлепила глаза.

Прямо посреди моей стены, над плакатом с Чайковским, висел полупрозрачный синий интерфейс.

[СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ] Синхронизация: Екатерина Стрельцова и персонаж Кэтрин Блэк:

[===....] 30 % — совпадение по осанке подтверждено. (Примечание: осанка улучшилась, когда Катя заметила, что за ней наблюдают.)[======..] 60 % — обнаружена склонность к драматичным взглядам. (Вероятность использования в диалогах: 98 %.)[=========] 90 % — аристократическая холодность: в процессе калибровки. (Требуется ещё три эпизода с остывшим чаем.)Сбой в системе! Критическая ошибка! Баг обнаружен!

Текст мигнул красным.

«Баг? — успела подумать я. — Какой ещё баг? Я же просто лежу и пытаюсь выспаться перед зачётом по сольфеджио!»

А потом мир вокруг меня, моя комната, пианино и плакат Чайковского просто взяли и выключились. Как старый монитор.