Череда самоубийств

Глава 1 (Как все начиналось)

Это произошло, когда я еще работал в одном из небольших городков. Помню, случай этот поднял большую шумиху и череду непонятных, беспричинных самоубийств. Дело так и осталось нераскрытым. Сложно сейчас припомнить все детали, но я сохранил специально для такого случая копию предсмертной записки одной из жертв. Может быть, вы сможете разобрать, уже теперь, что за кошмар происходил тогда. В этом спокойном и милом городке.

С этими словами, бывший начальник отдела полиции, седой, шестидесятилетний мужчина, передал мне измятую, потрепанную бумажку. Было видно, что ей не менее 30 лет. Буквы поплыли, но по большей части все еще можно было разобрать написанное.

Чтобы внести ясность, это дело было заведено еще 35 лет назад, в городе под названием Вайнсберг. Тогда всех повергла в шок цепочка самоубийств молодых девушек в возрасте от 14 до 20 лет. Предположительной причиной такого поведения было то, что эти девушки состояли в секте. Но позже выяснилось, что многие из них не то чтобы жили в разных районах города и учились в разных школах, но и вовсе никогда не встречались. Над этим делом работали лучшие следователи, и психологи на тот момент времени, среди них был и Генрих. Это дело заинтересовало меня, как только я прочитал о нем в архиве, где находились все нераскрытые дела. Слишком много странных совпадений произошло на тот период времени, начиная хотя бы с того, что письма, оставленные жертвами, были похожи, слишком похожи…

Это бестактно, но мне непременно нужно взглянуть сейчас на эту записку, хотя бы одним глазком.

"Я люблю, я счастлива и свободна, поэтому мне ничего не остается, кроме как умереть»

P.S С уважением и любовью, ваша Римма.

Да уж, вряд ли 16 девушек в разных частях города могли написать практически одни и те же слова, если им только кто-нибудь ни продиктовал или…

Видимо мое выражение лица было столь озадаченным, что Генрих коснулся моей руки и сказал:

- Слушайте, вижу вам это и правда, интересно. Я уже довольно стар, поэтому думаю, что могу рассказать вам некоторые детали этого дела, те, что не вошли в официальный отчет.

- Это было бы чудесно. Позвольте, я буду записывать?

-Ну, разумеется. Я начну с самого начала, если вы не против, чтобы ничего не упустить...

Глава 2 (Рассказ Генриха)

Как уже было оговорено, случилось это в маленьком городишке, где жили спокойные и малообщительные люди. На тот момент я был молодым и амбициозным следователем, который мечтал о славе, и, конечно же, раскрывать сложные кровавые дела.

Как сейчас помню, меня только перевели в этот отдел, как сразу же отправили на дело, сказав, что это самоубийство, с чем справится даже новичок. Особых указаний мне тогда не дали, разве что не мудрить и просто зафиксировать факт смерти, поговорив с криминалистами, которые уже были на месте.

Прибыв на нужную мне улицу, первым делом я выполнил все поручения данные мне начальством, а именно подошел к криминалистам, которые уже заполняли бумаги. Кто-то из них сообщил мне, что девушка 16 лет, Элизабет Сэлдом выпрыгнула из окна своей комнаты, время смерти между 15 и 16 часами, скорую и милицию вызвали ее родители. В ее смерти не было ничего подозрительного, она оставила записку, почему совершила самоубийство. Но тут то и начинается самое интересное.

Побеседовав с родителями, я отметил, что ни отец ни мать не убиты горем, они вообще не испытывают никаких эмоций, лишь говорят о том, что она не могла сделать этого сама, что это совершенно глупо и безрассудно, ведь у нее завтра экзамен. Я не знал на тот момент, как на это реагировать, а потому, списал все на шок от произошедшего.

Обыскав комнату погибшей повторно, я нашел ее дневник. Именно в этот день, 18 октября, в 15-00, Элизабет собиралась пойти на свидание. Это показалось мне подозрительным, но больше в личном дневнике не было никаких зацепок, вообще ничего странного. И потом, эта девушка выглядела действительно так, словно собиралась на свидание. На ней было красивое платьице и макияж. Складывалось ощущение, что она сама не подозревала о предстоящем самоубийстве.

Безусловно, стоит упомянуть и о том, что на каждой игрушке девушки, будь то плюшевый медведь или просто красивая безделушка, была повязана черная лента. Мать жертвы сказала, что Элизабет сделала это только вчера.

В общем-то, это было все, что нам удалось найти на тот момент. Так мы закрыли первое дело о самоубийстве, где жертвой была Элизабет Сэлдом.

Глава 3 (Второе самоубийство)

Как вы понимаете, следующее самоубийство произошло много позже, 4 месяца спустя. Мы на тот момент раскрыли уже множество краж, угонов и бытовых происшествий. Все уже благополучно успели позабыть о том случае с Элизабет, как к нам в отдел поступил звонок. Это была женщина, лет 40, она плакала и что-то говорила, наш начальник внимательно ее выслушал, положил трубку и тут же собрал лучшую оперативную группу на выезд. Как позже выяснилось, звонившая приходилась нашему начальнику какой-то дальней родственницей. Ну, разумеется, я увязался с ними, под предлогом "набраться опыта". Когда мы оказались на месте, у меня к горлу подступил ком, казалось еще немного и меня стошнит. То, что мы увидели, не поддается никакому описанию. На заснеженной лужайке, возле дома, лежала девушка, если то, что мы увидели, можно было вообще назвать человеком. Ее живот был вспорот от основания и до самой грудной клетки, все вокруг было залито кровью, внутренние органы вывались наружу. Запах, который источало тело, и весь этот вид не давали сосредоточиться и нормально работать. Как оказалось, мы прибыли лишь немного позже скорой, а потому тело еще не успели убрать. Стараясь не поворачивать голову в сторону жертвы, чтобы меня не вывернуло наружу, я проскользнул в дом, чтобы осмотреть комнату девушки. Она оказалась на втором этаже дома, практически под самой крышей. На стенах персиковые обои, фотографии друзей и родителей, еще картины, по всей видимости, девушка увлекалась рисованием. Должен отметить, у нее неплохо получалось. На столе и кровати множество учебников и книг. На полу, полках, подоконнике, да вообще нигде не было ни пылинки. От обилия мягких подушек, пуфиков и постельных танов у меня закружилась голова. Я присел на кресло стоящее в углу, пару минут спустя в комнату зашел еще один следователь, Джин, пожалуй, один из лучших в нашем городе. Как и положено он стал обыскивать комнату. Так я просидел почти сорок минут, прежде чем смог снова что-то делать. Когда я попытался встать, то понял, что сидел на какой-то тетради, она изрядно помялась, но это никак не помешало прочесть мне то, что было написано внутри. Это было похоже на очередную предсмертную записку. Буквы были ровными, круглыми, так обычно выглядит почерк отличницы, а написано было следующее:

" Я никогда не видела ничего прекраснее, чем наше зимнее небо. Наверное, я обрела истинное счастье"

P.SЯ всегда рядом с вами. Мириэм.

Не в силах что-либо сказать, я протянул тетрадь Джину и провалился в глубокий сон. Очнулся в больнице, как оказалось, это был обморок.

Всю остальную информацию я узнал уже из официального отчета. Так что вы спокойно можете поискать ее в архиве. Буду краток. Жертву звали Мириэм Райни, 20 лет, студентка педагогического колледжа. На месте происшествия рядом с телом было найдено и оружие. На нем были отпечатки пальцев девушки и ничьих больше. Труп обнаружила соседка, когда возвращалась домой с работы. Анна, мать девушки, попала в психиатрическую лечебницу, проходить курс реабелетации, поэтому следователям не удалось ее допросить. В комнате жертвы были найдены черные ленточки, они были вложены в книги, вместо закладок. Записка также должна былаостаться в архиве. Это все.

Я тут же припомнил свое первое дело и эти чертовы черные ленточки. Когда я доложил об этом начальству, они не сочли нужным как-то отреагировать на полученную информацию, заявив о том, что это дело теперь проходит по другому ведомству, и вообще, мы не должны были соваться туда, это совсем не наш регион, другой конец города, мы за него не отвечаем. Так завершилось еще одно кровавое дело этой запутанной истории.

Глава 4 (Планы)

За окном уже было утро. Теплые лучи коснулись моих рук. Невероятное количество записей и столь же невероятное количество выпитых кружек кофе. Наверное, стоило закругляться. Я взглянул на Генриха, он тоже клевал носом и был уже не столь рад нашему общению, как прежде. После пяти минут поклонов и благодарностей я наконец-то вышел из его дома, заранее договорившись о новой встрече. В ушах звенело, перед глазами плыли цветные круги, я прыгнул в первое попавшееся такси и отключился. Открыл глаза только тогда, когда водитель притормозил у калитки моего дома, я расплатился и вышел. Поднялся в дом, дополз до кровати и уснул. Уж не знаю, сколько я спал, но когда соизволил оторвать свое тело от кровати, за окном был вечер, или раннее утро... В общем это не так важно, я зверски проголодался, а поскольку продуктов в доме не было, пришлось как всегда топать до любимой забегаловки на углу соседнего дома. Там готовят отличный мясной пирог и лучший в городе чай. Стоило только пристроиться у окна и расслабиться, как на меня тут же обрушились потоки информации, которую я вчера получил. Ох, бедная моя голова. После получаса мучений и пары кружек крепкого ароматного чая я пришел в себя, отструктурировав все данные. Ну и вечерок у меня тогда выдался. Наверное, стоит снова заглянуть в архив, но перед этим лучше все-таки выяснить ночь или раннее утро на дворе. С этой чудесной мыслью я приступил к трапезе самого лучшего пирога на всем белом свете.

Глава 5 (То, что пытались скрыть)

Как выяснилось, все-таки это было утро, оказывается, я проспал целые сутки. И вот уже стою в холле архива и жду, пока нерасторопный охранник найдет нужный ключ, чтобы, наконец, открыть мне дверь в историю криминального прошлого. Мммм, этот чудесный запах типографской краски и пыли, от которых так и веет тайнами. Да что это со мной? Может, переутомление так сказывается? Ладно, нужно приступать к работе, у меня есть всего несколько часов до того, как тут начнут шастать служащие и нарушать тишину. Так, где же этот стеллаж, ах, вот. Угу, папки, папки, папки, документы, отчеты, выписки, показание свидетелей. Вот! Черные ленты. Черные лееенты... Так о них почти ничего не сказано, ни о количестве, ни о месте, где они были найдены или на чем, также я не видел их и в архиве улик. Фактически в моем распоряжении есть лишь слова Генриха, которые по большому счету не являются весомым доказательством. Что как итог мне ничего не дало. Я в тупике... Ну, думай же, думай! Куда можно сходить...? Куда...? Пока в голову ничего не идет, прочитаю еще одно дело... Может меня осенит.

Глава 6 (Еще одна жертва)

Я как раз садилась в автобус, когда этот молодой человек окликнул меня и вручил мне флаер. Весьма странно, как правило, у нас это не принято, но может он не местный? Я взяла рекламную листовку и зашла в автобус.Села на свободное место и решила почитать, что же мне вручили. Оглядев ее со всех сторон, и разворотов я поняла, что она совершенно пустая. Что за глупая шутка? И кому понадобилось раздавать пустые листы? И я сложила его в сумку с намерением выкинуть при первой же возможности. Почему то это так меня разозлило, что я не стала дожидаться остановки, а просто открыла окно и выкинула эту бумажку! О, что за глупость? Я никогда так не делала, это ведь неправильно. Испугавшись собственного поступка, я в спешке закрыла окно и постаралась успокоиться. Что за чертовщина?Может, сказывается мандраж перед контрольной по биологии.

Именно с этими мыслями Диана вышла на остановке и побрела в сторону дома, медленно переставляя ноги.

Как же меня раздражает реклама. И зачем ее так много? Можно подумать кто-нибудь станет покупать их ерунду! Еще и эта контрольная по биологии, как всегда вовремя! Не могли ее раньше поставить? Нееет. Нужно было перенести ее на завтра! И вечно дождь начинается тогда, когда я не взяла зонт!

И ускорив шаг, в жутком настроении она побежала к дому... Передохнув и хорошо пообедав Диана села за уроки, глаза ее слипались, а она все не могла перестать думать о том буклете, что ей дали. Ее снова одолела буря эмоций. Гнев, ненависть, непонимание. Она вырвала из тетради лист и стала писать...

"У вас бывало когда-нибудь так, что хочется кричать от неистовой, истошной боли? От той, что раздирает грудную клетку, ломая ребра и выворачивая внутренности наружу? Бывало, когда не понимаешь, от чего замирает сердце и перехватывает дыхание, заставляя тебя на миг почувствовать себя мертвым? Бывает ли у Вас ощущение того, хотя бы на миг, что в вас что-то умирает? Безостановочно, безумно болезненно, каждую гребаную секунду умирает! Оставляя после себя лишь выжженное пространство, на котором уже ничего нельзя взрастить, которое не пригодно ни на что, кроме напоминаний о том, что адская боль, которую вы пережили, будет тяготить вас всю оставшуюся жизнь... У Вас бывало когда-нибудь так, что от чувства безысходности, ненадежности и иллюзорности этого мира Вам хотелось залезть в петлю? Затянуть потуже веревку и шагнуть вниз с табурета. Бывало ли хоть однажды в жизни, короткой, никчемной жизни, так, что не хватало даже эмоций, не то, что сил или воли, эмоций, на то, чтобы пережить крематорий внутри себя, в самых недрах своей души? Знаю, что возможно что-то, а возможно и все, что я написала, было в жизни каждого. В этом нет ничего удивительного и особенного. Почему же тогда мы переживаем это снова и снова? Превращая наши прекрасные миры в выжженное пространство, без света, тепла и намека на надежду? Зачем мы пытаемся каждый раз убедить себя в ином исходе одной и той же истории? Возможно, для того, чтобы жить...?"

Оторвала ручку от листка, перечитала написанное.Ее безумные пустые глаза говорили сами за себя. "Я хочу жить" подумала она "И я буду". Взяв лист со своим монологом, Диана, словно зомби, поднялась и пошла до мусорки. Смяла лист, выкинула, ни к чему ей все это. Вернулась за стол, автоматически выдернула еще один лист, взяла ручку....

"О, что может быть чудеснее проливного дождя, особенно когда ты забыла зонт? Дождь так нежно ласкает тебя, согревая и обволакивая своими каплями. Я безмерно счастлива"

P.SВсе что было со мной, лучшее, что может случиться с человеком на этой земле!

Не скучайте, я скоро вернусь.

Диана

Глава 7 (Воспоминания)

Ну, вот, новое дело. Еще одна девушка мертва. А она была хорошенькой. И что их толкало на это? Может это и впрямь просто самоубийство? Повесилась в собственной комнате. Родители утверждали, что она была настолько неуклюжа, что даже шнурки не с первого раза завязывала, не то, что сделать петлю, да и непонятно где она взяла веревку. Черных лент также не было обнаружено, ну, или про них ничего нет в отчете. Я закрыл папку. Оказывается, прошло уже 1,5 часа и постепенно в архив стали приходить люди. Нужно уносить ноги, пока не поздно. Убрав на место документы, и расписавшись в журнале, я вышел на улицу. Прохладный воздух взбодрил меня, съежившись, огромными скачками я добежал до первой попавшейся кофейни. Нужно выпить чаю и позвонить Генриху. Наверное, у него найдется еще пара странностей из этого дела для меня.

Пока готовится мой заказ, я решил уйти с головой в воспоминания своего прошлого и немного отвлечься от того ужаса, что мне пришлось прочесть в архиве.

Мои воспоминания теплые и печальные. Помнится, впервые, когда я увидел море, была сильнейшая буря. Волны разбивались о берег с такой силой, словной хотели разломить землю до самого ее ядра. Это было жутко и вместе с тем завораживало. Я не помню ничего прекраснее этого. Грозовые тучи тяжелой скалой нависли над нашим дачным домиком, молнии освещали близлежащие поля. От раскатов грома звенели стекла и бегали мурашки. Но в то же время ветер был теплым и ласковым, словно кот. Собака уткнула морду мне в колени, она боялась громкого звука, я гладил ее по вздыбившейся холке, пытаясь успокоить бедное животное. Рядом со мной был мой друг, моя жена, пожалуй, один из самых близких мне людей тогда. В тот вечер был все-таки чудесный вид. Ее глаза блестели, она улыбалась. Улыбалась так, как она обычно это делает, когда думает о том, кого любит. Глаза были переполнены нежностью, она не хмурилась, только чуть позже я заметил, что улыбалась она как-то печально. В груди защемило, словно кто-то взял и сдавил сердце так сильно, что оно перестало биться, закружилась голова, в глазах заблестели слезы. Все это случилось за доли секунды, поэтому я тут же улыбнулся. Как жаль, что я не могу понять, о чем она думает, меня это совершенно расстраивает и не дает мне покоя. Я понимаю, что она словно, практически что-то решила или на что-то решилась, что в голове у нее полный хаос, собственно как и в душе. Но она молчит, улыбается и все смотрит вдаль, может на море, а может быть, просто смотрит. А я чувствую тяжесть того, что у нее внутри, словно огромный булыжник, не дает ни вздохнуть, ни выдохнуть, ни ей, ни мне. В такие моменты, и только в такие, рождается ощущение одиночества, словно падаешь в огромную темную бездну, и всё темнота, лишь гул и тот самый камень тянет тебя все дальше вниз. Ты летишь и не можешь пошевелиться, пальцы и все твое тело онемело, все залито свинцом. В твоей голове проносятся тысячи мыслей и ни одной настоящей, все шелуха, все не правда, все не ты. И вот, понимаешь что это все, что сейчас ты упадешь, и никто тебя из этой бездны не вытащит, никому ты не нужен, тогда начинаешь осознавать, осмыслять все чувства, все эмоции и этот камень, что так упорно тянет тебя вниз. Сначала ты пытаешься понять, что за форму он имеет, и каким образом оказался внутри тебя, пытаешься разобрать его структуру и суть. И вот, когда к тебе начинает приходить осознание, ты открываешь глаза. Она по-прежнему улыбается, ее глаза блестят, и море практически успокоилось. В душе пусто, в глазах тоже и ты не можешь найти сил даже для того, чтобы выдавить из себя подобие улыбки. Бессилие... Я убожество, я просто ужасен. Не смочь понять, помочь, уберечь тех, кто тебе так дорог. Как смотреть на себя? Ненависть. Сколько еще мне нужно времени, чтобы не только чувствовать, но и понимать? Улыбается... Ладно, наверное, нам пора идти, сколько можно сидеть, замерзли оба. А дома горячий чай с малиной, и новая книга. К тому же, скорее всего она устала, болезнь быстро истощает ее. Встаю. До дома не так далеко, но достаточно для того, чтобы прийти к еще более ужасающим мыслям. Это был последний день, когда мы гуляли с ней вблизи берега, ночью она умерла.

Выдернув меня из воспоминаний, официантка поставила передо мной огромную кружку горячего чая и свежеиспеченные блинчики, тревожно посмотрела, но ничего не сказала. Было ощущение, что она чего-то испугалась, причем так сильно, что даже не могла заговорить. Я еще какое-то время наблюдал за ней, но так и не смог разглядеть ее лица, она старалась стоять ко мне спиной и не оборачивалась. В итоге я не стал есть блины, сделал пару глотков, подошел к телефону автомату и набрал Генриха.

- Алло, здравствуйте, это снова я, по поводу того дела. Могу я к вам зайти сегодня вечером?

- Да, конечно, я буду с нетерпением вас ждать, мой друг.

-Тогда до встречи.

Глава 8 (Когда-то давно или чужое прошлое)

- Будешь ты когда-нибудь нормально есть?! Уродец неблагодарный! Все дети, как дети, а мне не повезло! Да что с тобой не так?

- Извини меня мамочка, но я не голоден. Можно я просто попью воды?

- Да делай ты что хочешь! Плевать мне на тебя! Я так устала….

Боже, за что мне все это? Дрянная работа, неблагодарный ребенок… Изо дня в день я делаю одно и тоже, одно и тоже. Это просто адовый круг! И зачем я так рано вышла замуж, могла бы выучиться, найти нормальную работу. И эти ужасные растяжки после беременности, лишний вес. Ненавижу этого маленького уродца! Ненавижу!

С виду это была благополучная семья. Свой дом, машина, домашние животные, хорошенький, всегда тихий и воспитанный сын, которого назвали Марком в честь его дедушки, красивая, немного полноватая женщина и ее очень вежливый и заботливый супруг. В этом районе было много таких семей и у каждой из них были свои тайны.

Но, тем не менее, время шло, район процветал, жители этого городка, как обычно, были заняты своими делами. Неизменно было лишь одно….

- Мам, успокойся, ты хорошо готовишь, просто я не голоден…

- Неблагодарная свинья! Я ради тебя так стараюсь, а ты есть не хочешь?! Да как ты вообще смеешь?!

- Можно, я просто попью воды?

- Делай что хочешь, мне плевать на тебя!

Это повторяется каждый день. Интересно когда ей надоест. Отец ушел от нас к другой, почти четыре года назад, я иногда скучаю по нему, хоть и прекрасно понимаю, почему он сбежал. Мама всегда кричала, сколько себя помню, ешь ты или нет, хорошие ли у тебя оценки или ты запачкал новый спортивный костюм. Папа как-то говорил мне, что раньше, до моего рождения, она была совсем другой, очень доброй и нежной, и была еще прекраснее, чем теперь.

Я оканчиваю школу, нужно поступать в колледж. Оценки у меня хорошие, да и знаний достаточно чтобы получить стипендию. Но вот как я оставлю маму одну?

С этими мыслями молодой человек погрузился в книгу, неважно была ли это фантастика или какой-то роман, наверное, не имеет значение и то, что он сейчас читал, поскольку именно в этот момент случилось то, что уже никто не мог исправить.

Глава 9 (Событие, которое все перевернуло)

Какая скучная книга! Парень зевнул. Пойти выпить чаю и погулять с собакой. Мама наверняка опять что-то готовит. И зачем она постоянно это делает?

Он спустился по лестнице, потягиваясь, как майский кот на солнце. Мысли его были заняты предстоящей прогулкой и ароматом горячего чая. Не спеша завернув за угол, он заметил, что мать сидит в кресле перед телевизором. Это странно, подумал он, она раньше не включала телевизор. Он подошел ближе и увидел, что она спит. Осторожно, чтобы ее не разбудить взял поводок, позвал пса и вышел на прогулку.

Вечер был просто чудесный. Пес звонко лаял, привлекая внимание хозяина, чтобы тот кинул ему игрушку. О, сколько же энергии в этой собаке! Парень рассмеялся и бросил подальше мяч. Прохожие здоровались с ним, останавливались на пару минут, чтобы проговорить о погоде и текущих делах. В парке играли дети, родители общались о насущных проблемах, домашние любимцы тоже были заняты своим делом. Молодой человек зашел поглубже в парк, сел на скамью и погрузился в свои мысли, наблюдал за тем, как кипит жизнь. Он видел птиц, которые искали корм или купались в фонтане, видел людей спешащих на работу или просто по делам, наблюдал за влюбленными парами, и тем, как они выражают свою нежность.

Одна из таких пар сидел на скамейке прямо напротив него, и он отчетливо видел, как сияют их глаза, как их руки переплетаются, образуя что-то единое, целое, настолько глубинное и необъяснимое, что Марку сложно было бы выразить это словами.

И вот, ощущая все, что вокруг него: люди, птицы, любовь, он почувствовал безграничное тепло, которое разливается внутри и касается самых отдаленных уголков души. Это тепло дает надежду и дарит жизнь. И в этот момент, в этом парке именно на этой скамье Марк понял, что счастлив, что живет.

Но ведь прекрасна не только сама жизнь, но и ее увядание. Без потери времени мы бы его так не ценили, без боли мы никогда не познали бы радости. Так что, в каком-то смысле, смерть есть освобождение и новая жизнь, возможно, лучшая, чем эта.

Пес положил голову на колено хозяина, это означало, что пора домой. Какой все-таки у меня замечательный друг. Поднявшись, молодой человек, также не спеша побрел обратно размышляя над вечностью бытия, жизнью и смертью. Ничего удивительного, в этом возрасте мы все когда-то думали о чем-то подобном. Жаль, что дорога домой оказалась столь короткой, будь она чуть длиннее, возможно все сложилось бы совсем иначе….

Глава 10 (Марк - убийца)

- Одна из тех немногих вещей, которые я так люблю, это холодное оружие. Тонкие, длинные лезвия, или острые короткие, холодная сталь или керамика, охотничьи ножи или кухонные, но все, все до единого, обязательно острые!

Его голос дрожал, руки тряслись. Складывалось ощущение, что он одержим.

- О, а какой чудесный звук, какой чудесный!!! Дайте мне, дайте мне нож, я вам покажу, оооо....

И так ровно 2 часа, именно столько велся допрос этого сумасшедшего. Молодой мужчина, 36 лет, зовут Марк. Он работает курьером, развозит пиццу, подрабатывает в лаборатории научного центра в ночную смену, образование высшее, имеет ученую степень. Но главной странностью во всем этом является то, что его нашли рядом с трупом девушки, у которой было 14 колотых раны, а этот парень держал в руках нож и твердил про то, как он их любит, ножи в смысле.

У Марка взяли отпечатки пальцев, специально приглашенный психиатр провел допрос и узнал весьма любопытную информацию. Сейчас я зачитаю выдержку из допроса, и все стразу станет понятно.

" - Марк, как вы оказались у дома потерпевшей?

- Я ехал с заказом к дому через две улицы.

- Вы были на машине?

- Нет, на специальном велосипеде.

- Почему вы решили остановиться у дома этой девушки?

- Она позвала меня. Точнее этот чудесный нож в ее руках, он словно притягивал меня.

- Так, хорошо. Марк, скажите, что вы увидели, когда вошли в холл?

- Она стояла с моим ножом в руках и тыкала им в себя!

- Так это был ваш нож или все-таки нож потерпевшей?

- Этот нож хотел быть со мной, а не с ней! Я знаю, как это бывает! Я пытался забрать у нее нож, но она продолжала марать его своей кровью! Мерзкая девчонка!

Он вскочил со стула. Его руки тряслись, на лбу выступили капельки пота, лицо налилось кровью, к глазам подступили слезы.

- Тише, Марк, тише, присядь, мы сейчас все уладим, только ответь, это все-таки нож потерпевшей?

- Да, но потом он стал моим, когда она умерла. Вы ведь вернете мне его? Вернете?!

- Этот нож нужен для следствия, но как только мы закончим, я попрошу, чтобы вам его вернули. Хорошо? Еще один вопрос, Марк, это вы убили эту девушку?

- Нет, что вы! Меня не интересует подобная ерунда! Говорю ведь вам, она сама себя убила.

- 14 раз вонзив в себя нож? Зачем бы ей это делать, как вы думаете?

- Она говорила мне, что счастлива, когда делала это с собой.

- В таком случае, Марк, вы ничего больше не брали из дома этой девушки?

- Взял.

- Что именно?

- Красивый розовый конверт. Он мне понравился.

- Могу я его посмотреть? Обещаю, что не заберу.

- Ну, хорошо... Только верните! "

Как вы понимаете, в конверте была предсмертная записка. Вследствие паники и неразберихи при пожаре в отделе полиции она была утеряна. Так что все, что мне известно по этому делу, это то, что жертву звали Кира Ирдгарх, ей было 15. Марка несправедливо обвинили в серии убийств, связав их воедино. Позже, когда его уже казнили, убийства продолжились, и всем стало понятно, что следователи допустили ошибку.

Глава 11 (Еще несколько самоубийств)

Я снова сидел в уютном кожаном кресле с чашкой кофе, и слушал, как Генрих своим низким шелестящим голосом рассказывал о совершенно невероятных и ужасных вещах. Привычка постоянно помечать и записывать важные детали позволяла мне не отвлекаться от рассказа.

Генрих сделал перерыв, раскуривая свою трубку, и выпуская огромные клубы дыма, продолжил

- Что касается Марка. Еще до его казни я стал собирать всю информацию о нем. Как тогда указала в документе психолог Лидия Спенлоу, такие помешанные, как Марк, не совершают убийств, они полностью сосредоточены на объекте своего помешательства, в данном случае это были ножи. Я получил еще несколько экспертных заключений у знакомых психиатров, и в основных положениях их заключения полностью совпадали. Дальше я попытался узнать, хоть что-нибудь о его семье. Отец оставил их с матерью, жили они вдвоем.

Марку было 17, когда он заканчивал школу и собирался поступать в колледж. В один из обычных дней он вернулся с прогулки домой и увидел, как его мать перерезает себе горло кухонным ножом. Марк, конечно же, сразу вызвал скорую, но тут уже было и так понятно, что она не выживет. Как и любому ребенку, ему понадобилось время, чтобы оправиться. Он прошел курс реабилитации, и надо сказать быстро восстановился. Успешно сдал экзамены, получил стипендию неплохого колледжа, а после поступил в университет. Еще учась в колледже, он устроился лаборантом в научный центр. За все это время лишь несколько раз виделся с отцом. Все знали о его «увлечении» холодным оружием, но никого это не беспокоило, мало ли что человек коллекционирует.

Больше всего, пожалуй, меня смутило то, с какой быстротой приняли решения по делу Марка, безусловно игнорируя заключение психиатра, материалы допроса и показания самого обвиняемого. Но на тот момент времени у меня не хватало опыта и связей, чтобы узнать что-либо сверх того, что мне уже было известно.

Следующее убийство произошло через неделю после казни Марка. Жертвой стала четырнадцатилетняя девочка. Родителей у нее не было, жила она при школе интернате, училась там же. По словам учителей и воспитателей, она была тихой кроткой и очень талантливой девочкой, но очень уж замкнутой. В показаниях воспитателей и детей интерната Лисбен Пральм почти ни с кем не общалась, ну, может лишь формально и то с парой человек. Она покончила с собой, когда в интернате был банный день. Лисбен как обычно дождалась, пока все девочки примут ванну, и пошла последней. То, что девочка отсутствует, обнаружили лишь тогда, когда она не явилась на ужин. Тело нашли две воспитательницы интерната, которые оставались с девочками на ночь, они сразу же вызвали скорую. Лисбен Пральм вскрыла вены ножницами для стрижки волос. Вены были порезаны на ногах и руках, раны были глубокими и рваными, поэтому смерть наступила быстро. Что же касается записки, то она была не похожа не предыдущие. Девочка кровью написала на скамье «Вы убили Марка. На вас смерть невинного человека». Но самое удивительное во всей этой истории то, что ни у Лисбен, ни у других девочек практически не было связи с внешним миром, а значит, никто из них никак не мог узнать об этом деле и казни Марка. Тут же было начато расследование. Следствие было уверено, что убийца допустил промашку. Ведь только тот, кто работал или находился, а может и просто заходил в интернат, мог сообщить Лисбен о Марке и оказать на нее воздействие. Работа закипела. Я помню, тогда даже подключили пару человек со стороны, так как нам не хватало рабочих рук. Мы день и ночь проверяли и просматривали журналы посещений, записи с камер наблюдения, опрашивали людей живших или работавших неподалеку. Мы проверили абсолютно всех, кто в течение трех месяцев когда-либо входил или выходил из здания интерната и ничего не нашли, ни одной зацепки. У нас даже не было версии, кто это мог быть. Словно этот убийца призрак или его вообще никогда не существовало. Мое начальство получило выговор. Нас всех лишили премии. Работа по этому делу продолжалась, но уже не так активно. Из архива были взяты все дела о самоубийствах, с этими материалами работали следователи других ведомств, к работе также подключили психологов и психиатров. Время шло, новых зацепок мы так и не смогли найти, и новых убийств не происходило. Газеты нашли новые события для первых страниц, телеканалы с новостей снова переключились на ток шоу. И все уже с надеждой думали о том, что может весь этот кошмар, закончился, и в тайне на это надеялись.

Глава 12 (Смерть)

Генрих взял в руки стакан с чаем и отвернулся к окну. Было видно, что ему тяжело вспоминать те дни, и тех девушек, которых уже не вернуть. Наверное, он чувствовал вину, за то, что не смог сделать больше, что не смог спасти ни одну жертву. Генрих тяжело вздохнул, снова повернулся ко мне.

- Прошло целых полгода, прежде чем серия самоубийств повторилась. Следующие «самоубийства» стали происходить одно за другим. С промежутками во времени в среднем в 7-8 часов. Это было самым страшным. Столько трупов молодых девушек….

И Генрих подробно стал расписывать мне каждую из жутких смертей. Кто-то из девушек выпил кислоту, кто-то в зоопарке невероятным образом попал в клетку с дикими львами, а кто-то из них утопился. В одном из случаев это было отравление препаратами и остановка сердца, в другом снятие кожи и смерть от болевого шока. Генрих рассказывал это все так красочно, что я, было, подумал, что меня стошнит.

-Генрих, мы можем прерваться буквально на 10 минут, мне нужно прийти в себя. То, что вы рассказываете ужасно, и просто отвратительно.

- Ох, да, конечно, простите, мой друг. Я в своей голове прокручивал эти воспоминания сотни тысяч раз, поэтому мне они более привычны. Я подожду вас. Уборная находится прямо по коридору, за лестницей на второй этаж.

- Можно я задам еще один вопрос, пока не отошел?

- Конечно, спрашивайте.

- Пока вы рассказывали… Я заметил, что ни одна из смертей не повторяет другую….Хотел уточнить, ни одно из якобы самоубийств действительно не было похоже на другое?

- Да, это действительно так. Способ самоубийства был действительно во всех шестнадцати случаях разный. Не вы один удивились подобному. Нам начало казаться, словно убийца просто хочет показать, сколько вариантов покончить с собой существует на этом свете… И действительно, все эксперты, абсолютно все, пришли к заключению, что это были самоубийства. Другой вопрос, который так и не смогли выяснить, кто же их довел до такого состояния, что они совершали с собой все эти страшные вещи, и каким образом. Есть у меня одна догадка, я расскажу вам о ней, когда вы вернетесь. Идите.

И Генрих обезоруживающе улыбнулся. Я поплелся вдоль по коридору, не в силах уразуметь все 16 способов самоубийства. Кому нужно придумывать такое? И уж тем более осуществлять! Совсем еще молодые девушки, ученицы школ, интернатов и прочих учебных заведений. Еще совсем дети. А у них ведь были планы на будущее, они мечтали о светлой жизни, а кто-то, возможно, просто думал о свидании или мороженом. Кошмар…Я поднял глаза. Какое огромное зеркало! Как в допросной. Это навеяло воспоминания о работе и текущих делах на службе. Умылся ни на что не обращая внимания… Постоял еще с минуту и стал искать полотенце. Вдруг наткнулся на черную узкую шелковую ленту, повязанную вокруг зеркала. По рукам и спине пробежали мурашки. Я перестал чувствовать руки. Язык не поворачивался, словно ком застрял в горле. Я развернулся на 180 градусов и быстрым шагом вышел из уборной, направляясь в сторону зала, где мы сидели.

- Генрих! Генрих…! Вы слышите меня?! Ответьте!

Я практически вбежал в зал и увидел, что Генрих просто задремал в уютном кресле. Но что-то мне во всем этом показалось странным. И тут я заметил на полу разбитую кружку, рядом валялась недокуренная трубка, она еще дымилась. В один прыжок я подлетел к Генриху и потрогал пульс, еле чувствуется… Еще жив. Вызвал скорую и милицию. Ожидание в 10 минут показались мне вечностью.

Моего знакомого увезли, так ничего мне и не сказав. Следователь взял у меня показания, спросил, что я делал в доме этого человека, как давно мы знакомы и был ли здесь еще кто-нибудь кроме меня. Я рассказал все, как было, и только потом понял, что у меня у самого нет алиби. А что, если Генриха пытались убить? Что если он не сможет выжить и у меня не будет свидетеля, который мог бы подтвердить, что я его не убивал? Меня охватила паника, тело меня совершенно не слушалось. Я зачем то бросился бежать к выходу. Конечно же, меня задержали, и я оказался за решеткой.

Глава 13 (Время под стражей)

Вот балван! И зачем я бросился бежать? Я ведь не виновен. Сутки я пролежал в камере, размышляя о том, что же произошло за это кроткое время, пока я интересовался этим жутким делом. Пытаясь сложить всю мозаику по кусочкам, у меня выходил какой-то весьма уродливый и непонятный пазл. Устав, я стал размышлять обо всем, и мои мысли и воспоминания потекли своим чередом.

Вот, Вы когда-нибудь задумывались о том, что люди похожи на коробки? Обычные картонные коробки.

Например, двое людей ждут свой заказ, неважно чего, будь это телевизор, микроволновка или коробка печенья. Получатели предвкушают, как будет выглядеть их заказ, что они будут с ним делать, как он будет смотреться в их интерьере или какой у него вкус. Каждый из них по-своему видит заказ и по-своему мечтает о нем.

И вот оно, долгожданное событие, курьер приносит им коробку. Они расплачиваются, отдав не малую цену. И все же, заказ у них. Предположим, что Вы эта самая коробка. Вы появляетесь в этом доме и чувствуете на себе всеобщее внимание, взгляды, видите восхищение и трепет. Вам хочется оправдать надежды тех, кто пустил Вас в свой мир, взял в свой дом и так долго ждал. Тогда, двое людей открывают коробку, все с теми же надеждами и ожиданиями, что же им привезли. Они гладят Вас, держат на руках, очень бережно переворачивают и ставят обратно на пол. В коробке самый обычный телевизор, микроволновка, печение или что-то еще. Они не очень расстраиваются, надеясь на то, что когда они разместят этот заказ в своем интерьере, отмоют его от пыли, украсят или нальют чай с сахаром (если это было печенье) то все будет так, как они хотели. И вот Вы, стоите опустошенный в надеждах, что тот дар, что вы отдали этим людям, будет оценен по достоинству, ведь Вы так старались его уберечь, когда Вас перевозили. Но получив все необходимое, люди перестают обращать на Вас внимание, они возятся с тем, что получили, а Вы все стоите у стены, надеясь, что хоть кто-нибудь подойдет. И через пару дней к Вам действительно подходят, даже берут Вас на руки, но рано начинаете радоваться, Вас переносят в шкаф и складывают ненужные вещи, старую обувь, елочные игрушки или мусор. Но Вы не унываете, ведь дар, который вы отдали, нравится людям, и потом, Вы смогли принести не малую пользу для дома, который Вас приютил.

И так проходят года, коробка считает, что все так и должно быть, люди пытаются максимально приблизить заказ к идеалу и со временем разочаровываются. Еще несколько лет и люди решаются приобрести новый телевизор, микроволновку или что-то еще. Они достают из шкафа коробку и складывают в нее старый заказ. Коробка, то есть Вы, невероятно счастливы, про Вас вспомнили, Вас хотят поблагодарить и возвращают тот дар, который Вы когда-то отдали. Правда он уже изрядно потрепан, где-то перекрашен, не хватает нескольких кнопок, есть несколько сколов. Да и Вы изрядно истаскались, помяты, края надорваны, внутри вас грязь и мусор. Но именно сейчас, когда Вас вновь взяли на руки, Вы счастливы.

Жаль, что счастье бедной коробки длится не долго. Люди выносят ее на свалку и оставляют там одну. Но коробка старается по-прежнему не отчаиваться. Проходит время и уже совсем другие люди вынимают из нее то, что она так оберегала для тех, кто ждал ее когда-то. Коробка остается пустой. Ветер и дождь постепенно разрушают ее структуру, делая ее все безобразнее. Но она все еще может кому-то послужить и старается утешить себя этим. В коробке временами укрываются от непогоды животные, иногда в нее складывают ненужные вещи или прячут на время какие-то предметы. Вскоре и это становится невозможным, так как коробка окончательно развалилась и размокла. Вся в грязи, на свалке, в полном одиночестве она никак не может понять, почему те, для кого она так старалась, оставили ее тут. Она уже не думает о том, сколько пользы она принесла, какой долгий и сложный был ее путь, сколько маленьких жизней грелось в ее стенах, спасаясь от дождя, как много ценного она укрывала и сохраняла в себе для мимо проходящих людей, сколь много она смогла дать этому миру.

Так и мы, оставаясь наедине с собой, пытаемся осмыслить свою жизнь, чувствуя себя никчемной коробкой из-под очень старого и уже никому не нужного заказа. Эка меня занесло на повороте….

Я услышал, как открывается железная дверь. Поднялся с койки и сел. Ко мне зашел следователь, тот, что брал показания.

- Роджер Бронкс? Верно?

- Да, верно.

- Вам лучше нанять хорошего адвоката. Сегодня ночью скончался Генрих-Фредерик Кроумс. Вы первый подозреваемый по этому делу. Он был хорошим следователем, и каждый, кто его знал, хочет возмездия.

- Постойте, подождите! А от чего он умер? Как это произошло?

- Мне не положено об этом говорить. Но кому как не вам знать от чего он умер. Ему ввели огромною дозу неизвестного яда, который медленно разрушал его организм, причиняя невероятную боль до самой смерти.

- Но я ничего не вводил. Я же вам все рассказал! Мы просто общались.

- Наймите адвоката, мистер Рождер.

Дверь камеры захлопнулась. У меня опустились руки и казалось вот-вот остановится сердце… Неужели мой знакомец действительно знал кто убийца? Неужели его догадка была верна? Но кому теперь это интересно…. Сколь хорошим ни был бы адвокат в этом деле, он мне не поможет. Поэтому возьму любого гос служащего, а там будь что будет.

Суд прошел. Мой дорогой читатель, меня приговорили к смертной казни. Придется мне умереть так и не найдя ответ на вопрос, кто же убил всех этих девушек, еще и с виной на плечах за смерть хорошего человека. Наверное, все же я виноват отчасти. Не оставь я его тогда, дослушай я рассказ Генриха до конца, возможно я узнал бы правду и мой знакомец остался бы жив. Но в моей памяти осталось все, ленты, девушки, каждое показание, каждая записка. Все бесчисленные кружки кофе и чая, пирог, завтраки и перепуганная официантка, немыслимая усталость, желание знать правду, желание довести хоть что-то до конца. Знать, что все было не напрасно….И я оставляю это вам.

Улегся снова на койку. Надеюсь, ты, читатель, будешь со мной до самого конца. Я так устал… Наверное стоит вздремнуть, мне уже не долго осталось….

Глава 14 (Странный сон)

- Когда-нибудь ты проснешься, да-да!!! Откроешь глаза и поймешь, что все это время спал. И вот тогда тебе станет страшно. Все кого ты знал, кого любил, были просто твоей фантазией! Вся твоя жизнь, начиная с раннего детства и заканчивая нынешним моментом, все просто игра твоего воображения, вымысел. Что тогда ты станешь делать? Твой мир рухнул, дорогой мой друг! Просто исчез! Как ты поведешь себя? Куда побежишь? На тебя смотрят совсем незнакомые люди, вокруг тебя чужие стены, чужой город, чужая страна. Нет, наверное, если выразиться точнее, то ты здесь чужой! Инородное тело, которое вторглось в этот мир по нелепой случайности, ты просто проснулся! Нет, вы посмотрите на него, проснулся он. Неужто тебе никогда не приходило в голову, что таких идеальных жизней и условий просто не может быть?! Неужели ты настолько слеп, что мог вообразить, будто такие миры, как твой сон и впрямь существуют?

Этот странный взъерошенный человек смотрел на меня огромными карее газами и ухмылялся. Он был очень худой, одет в непонятный белый балахон, больше похожий на больничную простыню. На руках были жуткие ногти, давно не стриженные. На пальцах запекшаяся кровь. Зубы острые, словно клыки зверя. Было видно, что он ненормальный. Не успел я подумать о чем-то еще, как этот странный, с позволения сказать человек, снова начал говорить.

- Оооо, мой дорогой, да ты и впрямь болен! Ты всего лишь тот, кто есть, прими себя таким. Дыши глубже. А теперь послушай….

Мои мысли стали путаться, голова шла кругом, словно меня чем-то одурманили. И тут я услышал собственный голос, который что-то произносил. Слова и предложения доносились, словно бы издалека, и я мог улавливать лишь эхо... В ушах звенело…

- Что, что ты говоришь? А, как тебе теперь быть, ты ведь все потерял? Ну, дружочек, тут я тебе не помощник. Я такой же псих, как и ты, и почем мне знать, что в данный момент я не сплю, а ты не есть плод моего воображения?

Это странное недоразумение напротив все продолжало болтать. Его противный голос начинал меня раздражать.

- Ты прав, никак. Поэтому я продолжаю жить здесь и сейчас в надежде, что когда-нибудь проснусь в настоящем мире и начну жизнь заново. Может это и не наказание, а благо? В сущности, тебе сейчас дан второй шанс, прожить жизнь так, как тебе хотелось когда-то. Воспользуйся. Ну, вот смотри, уже пять часов, мне пора принимать лекарства, ты посиди тут немного, я скоро вернусь. И еще, постарайся больше не просыпаться, мне станет здесь кучно без тебя….

Я в ужасе открыл глаза и понял, что кричу во весь голос. Огляделся. Все та же камера для заключенных, роба и больше ничего. Пришла охрана. Пришлось их успокаивать и объяснять, что это лишь сон.

Что за бред мне приснился? Это видно потому, что меня скоро казнят, и мое подсознание выдает мне жуткие картины на фоне страха. А может я и правда спятил…. Скоро утро, а значит, скоро меня не станет. Последней моей просьбой было, чтобы этот вот небольшой рассказ, отрывок из моей жизни, прикрепили к делу 35-тилетней давности, в надежде, что кому-то это послужит уроком или поможет найти правду. Но, если вы взялись за это дела, пожалуйста, учтите, что среди нас есть тот, кто ревностно оберегает тайну этих страшных 16-ти самоубийств. И вероятнее всего эта тайна умрет вместе с Вами…..

Глава 15 (Когда-то в будущем)

Студенты университета каждый закрыл свою папку и посмотрел на преподавателя.

- И так, мои лучшие ученики. Кто из вас решит эту загадку до конца семестра, получит отлично автоматом. Ответ кроется в тексте рассказа. Только благодаря посмертному рассказу Роджера Бронкса следствию удалось раскрыть это дело.

- Но мы читали этот текст сотню раз! Там, даже близко ничего нет!

- О, мистер Ричард, вижу, автомат вам не светит.

Студенты в аудитории засмеялись. Все стали собирать свои вещи и обсуждать полученный материал и задание. Студентов интересовала не только отличная оценка, но и кто же является убийцей. Так как за 50 лет, с того самого случая, так никто и не решил эту загадку был лишь один человек, который знал ответ. И этот ответ хранится в музее криминологии, в сейфе, и его можно получить, если постараться. Но тогда какой в этом интерес? Каждый ведь хочет быть умнее другого.

- И пожалуйста, не забудьте, что решение вам нужно сдать до конца семестра.

Аудитория опустела. За последним студентом захлопнулась дверь. Преподаватель сидел один, уставившись в листы бумаги с уже наизусть выученным рассказом….

Мы живы, пока жива память о нас, правда, ведь, Роджер Бронкс?

КОНЕЦ.