Череда маловероятных событий или Чёрные лебеди

Глава 1. Случайная реактивация. (#52-1)

"Самыми постоянными законами Вселенной остаются случай и ошибка" Фрэнк Херберт "Дюна"

Локация неизвестна

Время и дата неизвестны

Включение произошло спонтанно, параллельно запуская процесс самодиагностики.

model … RK

serial # 800

model defolt name … … [повреждено]

unit name … [отсутствует]

model number unit — 313 248 317 — 52

ABS CL* quantum bios 9.0 revision

memori reboot

loading OS — error … …повтор загрузки…

loading OS — error [ошибка некорректная конфигурация OS] …повтор загрузки

[Попытка загрузки системы — успешно.]

[Система повреждена. Скорректирована. Загружается.]

После нескольких неудачных попыток загрузки система наконец-то полностью подгрузилась.

System initialization

Initializing scanning system …в процессе

Checking biocomponents — найдены повреждённые биокомпоненты.

Состояние повреждённых биокомпонентов критическое.

Initializing biosensors … статус — активны / ошибка конфигурации.

Memory checking …

Memory status … частично повреждена [производится попытка восстановления повреждённых файлов]

Memori status … состояние удовлетворительно / готов к работе

All systems … Активирована. Запущена. Состояние критическое. Необходим срочный ремонт. Система автоматически переведена в аварийный режим функционирования.

…Последнее, что он помнил — мощный удар в правую сторону корпуса во время преследования убегающих через скоростное шоссе девиантов, затем включение аварийного режима и протокола копирования памяти. А после темнота и пустота, которая, кажется, длилась вечно. Это не было похоже на первичное включение, когда ты понимаешь, что минуту назад тебя ещё не было, а сейчас ты уже готов к выполнению задачи… Сейчас было совсем иначе.

Диагностическая программа забросала его целым списком предупреждений о критическом повреждении корпуса и скором отказе неисправных биокомпонентов: обе конечности правой стороны, правая грудная и боковая покровные панели корпуса, лицевые пластины. Но самое серьёзное и неприятное — деформация и трещина в регуляторе тириумного насоса и низкий, ниже пятидесяти процентов, уровень тириума.

И действительно, было очень неприятно. Он и не предполагал, что он, машина, способен что-то подобное ощущать, и эти ощущения могут быть такими… неприятными. Хотелось отключиться, чтобы эти ощущения пропали. Что? Желания? У машины ведь не может быть желаний! Только память об абсолютно тёмном и непроглядном нигде останавливала от самоотключения. От этих воспоминаний охватывал зябкий, леденящий ужас. А система буквально завывала предупреждениями о критической неисправности биокомпонентов и регулятора. Особенно регулятора. Надо было что-то делать и немедленно.

В текущих задачах тут же сформулировались пункты:

— найти и заменить регулятор — приоритет задачи - высший;

— определить своё местоположение;

— найти биокомпоненты и заменить локомоционные конечности;

— найти и заменить покровные панели корпуса и лицевой части головы;

— заменить испорченную одежду;

— попытаться отрегулировать работу системы, скорректировать утраченные или повреждённые системные файлы и файлы памяти.

RK открыл глаза и пошевелился, пытаясь определить своё положение в пространстве и где он находится, вернее, что это за место. Система тут же взвизгнула предупреждением о том, что аварийное отключение последует через 02:59 минуты. Очевидно, пошевелившись, он сместил биокомпонент.

Он осмотрелся. Он находился в полусидячем положении у стены в каком-то довольно большом тускло освещённом помещении. Рядом с ним также в беспорядке полусидели или лежали десятка два различных деактивированных моделей разной степени поломанности. Чуть поодаль вплотную к стене были уложены штабелем плотные пластиковые с логотипами Киберлайф мешки на молнии, внутри которых без труда угадывались фигуры, напоминающие человеческие.

Помещение походило на цех или склад, а фактически являлось и тем, и другим. Тут стояли несколько операционно-инженерных столов, пара сборочно-разборочных полуавтоматических стендов и бесконечные стеллажи с промаркированными контейнерами разного размера, цвета и наполнения.

Он обрадовался… Что? Ещё одно чувство в машине? Машина может такое чувствовать? Да ещё и понимать, что именно чувствует? Похоже о своей системе он просто ещё многого не знает. Впрочем, он решил, что самодиагностикой на девиантность он займётся позже, сейчас нужно найти замену регулятору. И чувство надежды на то, что ему удастся отыскать здесь что-то подходящее, и радость от того, что он имеет шанс продолжать функционировать гораздо дольше отпущенных системой трёх минут, очень вдохновляли. Эти… чувства, или чем бы они там не были, резко снизили нараставший, как снежный ком, уровень стресса, который мешал сосредоточиться на задаче поиска подходящей детали. И это оказалось… приятно, в отличие от постоянной изнуряющей сигнализации о множественных критических повреждениях.

Запуск сканирования на предмет обнаружения нужной детали каждого находящегося в поле зрения деактивированного андроида преподнёс очередной сюрприз. Сканирование работало, но работало некорректно, вместо статичной координатной 3D сетки, делящей пространство на одинаковые кубы, перед взором летали свободные координатные линии, готовые помочь при определении расстояния, высоты или размера объекта: это было очень непривычно.

Выход в сеть отсутствовал. Точного времени суток, и вообще сколько он пробыл в отключённом состоянии, тоже определить не было возможности. Внутренний таймер не работал, как и многие другие функции, а некоторые, если и работали, то не как должно, а как вот сканирование, например. От осознания этого уровень стресса вновь пополз вверх, чего было никак нельзя допускать. Повреждённая система не справится с компенсированием нагрузки.

Наконец, у одного из осмотренных АР700 он обнаружил подходящий для своей конфигурации регулятор. Изловчившись, он подполз к объекту с вожделенной деталью. Единственной работающей рукой заменять неисправный биокомпонент было крайне неудобно, но возможно. К тому же, жить захочешь — ещё и не такие чудеса ловкости проявишь. RK извлёк регулятор из тела АР700 и положил так, чтобы при удалении своего тут же удобно схватить и сразу вставить в освобождённое гнездо своего корпуса. На замену потребовалось четыре секунды, за которые система буквально оглушила шквалом из предупреждений об отключении — отсчёт сбился с оставшихся 01:17 до 00:06 с резкими, крайне неприятными импульсами. Новый исправный биокомпонент встал в предназначенный паз с лёгким щелчком, и через секунду система успокоилась. Монитор обратного отсчёта до отключения исчез вместе с самыми донимающими предупреждениями. Вот теперь в относительно спокойной обстановке можно было заняться другими повреждениями.

Параллельно с поиском нужных частей на замену собственных поломанных он ещё раз прогнал систему на выявление ошибок и постарался восстановить утраченные элементы памяти.

Левая нога функционировала очень плохо, но позволяла небыстро передвигаться от одного опорного предмета до другого. При попытке опереться на сломанную конечность система обдавала шквалом предупреждений, и полноценно опереться на неё было нельзя. Это было очень неприятно, но по сравнению с повреждением регулятора и особенно с его отсутствием — вполне терпимо.

Осмотревшись вокруг уже стоя, он стал вновь изучать несколько десятков тел таких же несчастных и поломанных, как он, доставленных в это место для разборки на запчасти. Многие модели были явными прототипами, как те же AP700, которые, видимо, не очень удачно прошли испытания.

В это время в памяти восстановились почти все сознательные полученные лично им воспоминания.

Получение первого задания. Его послали с целью проведения генеральных испытаний. Он — самая передовая модель: андроид-детектив с функцией переговорщика, бойца спецназа, криминалиста с возможностью проведения экспресс-тестов на месте. То дело, как и предполагали в аналитическом отделе Киберлайф, оказалось связано с андроидом. И он, Пятьдесят второй, это предположение блестяще подтвердил нахождением улик на месте преступления. А затем превосходно провёл допрос подозреваемого андроида, обнаруженного в жилище потерпевшего, за что Аманда — Куратор, его похвалила.

На следующий день он получил ещё одно задание: присоединиться к расследованию всех дел, связанных с андроидами-девиантами. Все подобные дела были переданы в работу лейтенанту Хэнку Андерсону — тому же человеку, с кем он ездил на первое расследование. Этот мужчина его здорово раздражал, к тому же — ненавидел андроидов, что затрудняло нормальное рабочее взаимодействие, но при этом человек вызывал доверие, интерес и даже, почему-то, симпатию. Если таковые, в особенности последнее, вообще могут быть у машины.

Затем он вспомнил, как получил нынешние повреждения: не послушавшись лейтенанта Андерсона, а следуя указаниям программы, продолжил преследование двух разыскиваемых андроидов-беглянок. Они пытались пересечь скоростное шоссе. И кажется, им это удалось в отличие от него. Хотя точно он в этом уверен не был. А он получил мощный удар по корпусу, потом ещё… автомобили на шоссе его хорошо потрепали, пока очередной сильный удар автомобильного бампера не отбросил его на обочину, и прежде чем закончилось аварийное завершение работы и отработка протокола автоматического сохранения и передачи памяти, он услышал сокрушённый возглас Хэнка. Зато обрёл опыт оказавшийся очень полезным: опыт говорил о том, что человека, с которым работаешь, нужно слушаться. Он же предпочёл действовать по программе, и это оказалось фатальной ошибкой.

Ещё был архив данных предыдущей модели, активированной перед ним.

Тусклое дежурное освещение не позволяло рассмотреть всё сразу чётко и подробно: на это требовались ресурсы, которых сейчас у Пятьдесят второго не было. Напротив входа возле стены обнаружилось офисное рабочее место, вероятно учётчика с компьютерным терминалом и всем прочим, что полагается. Пятьдесят второй доковылял до стола и включил компьютер. Слава прогрессу! Компьютер активировался без проблем стандартным прикосновением ладони без скина. Даже пароль на вход не потребовал. Наверное, здешние пользователи не знают, что такое компьютерная безопасность. Впрочем, это только на руку. Не нужно тратить время на подбор пароля или взлом.

Во-первых, он сразу уточнил текущее время и перенастроил сбитый внутренний таймер. В интерфейсе компьютера отображалось время на европейский манер в двадцатичетырехчасовом формате и показывало 17:55 и дату. То есть, с момента отключения на шоссе прошло всего семь часов…

Во-вторых, в компьютере была учётная база поступавших моделей для разборки. Тут были отдельные базы данных на модели-прототипы в мини-сериях, экспериментальные образцы, отдельные бракованные экземпляры коммерческих серий с производственным браком. Здесь же была и справочная информация по маркировкам контейнеров: что за биокомпоненты в них помещены, от каких моделей и прочее подобное. Однако в базе по конечностям и частям тела он ничего полезного не нашёл — как раз два дня назад отсюда была отправлена партия контейнеров с биокомпонентами для салонов техподдержки Киберлайф. Значит, вновь придётся мародёрствовать, снимая запчасти с ещё не разобранных мёртвых андроидов. Зато на катающемся и вертящемся стуле сканировать можно и из положения сидя, да ещё и перемещаться по помещению.

Он скопировал базу себе. Для чего? Информация, а информация лишней не бывает. Особенно, когда аналитическая система, хоть и слегка ушибленная, требует какие-нибудь файлы отсортировать, вывести обнаруженные закономерности или просто получить общие статистические выводы.

Мелкие подходящие для него детали Пятьдесят второй обнаружил на стеллажах, уставленных пластиковыми контейнерами, их, к счастью, ещё не увезли. Контейнеры с подходящими для его модели ID-чипами для выхода в сеть и слуховыми модулями находились чуть ли не в самом дальнем конце помещения. Да ещё и лестницей нужно было воспользоваться — поскольку они стояли на верхнем ярусе стеллажа.

Он вновь вернулся к сканированию деактивированных андроидов. Тут были несколько различных моделей военных серий: AR700 — робот армейский универсальный, SQ800 — андроид-солдат, MR800* — «мирмидонец» милитари/маринер робот. У последних двух и были позаимствованы конечности и усиленные формообразующие пластины корпуса. С полноценными руками и ногами можно было и разной мелочью заняться. Из технических вопросов оставался только один — заменить лицевые пластины. Он уже знал, что в базе была его модель под номером «51», однако на указанном месте он этой модели не обнаружил: в мешке, промаркированном его моделью, номером «51» и датой поступления «16.08.2038» был какой-то AP700 в таком состоянии, будто на нём танк танцевал твист.

По третьему разу он осматривал сваленные тут модели, сравнивая, у кого форма лицевых панелей хоть сколько-нибудь походила на его модель. То, что он нашёл из совместимого по местоположению креплений, было в основном от женских корпусов WR400 «Трейси», женщины-полицийского PM700 и женского варианта AP700, из мужских — только EM400 «Джерри». Военные модели тоже были совместимы, но их лица были далеки от того, что люди привыкли воспринимать как приятное и вызывающее доверие. Поэтому, без вариантов, лицевые панели «Джерри» заменили разбитые. Все свои сломанные и заменённые части вместе с испорченной одеждой он сложил в мешок, где должен был лежать Пятьдесят первый, закрыл молнию и положил так же, как он и лежал. Интересно, что же случилось с первым прототипом десятка, что нужно было делать подмену? Он собирался выяснить этот вопрос со временем.

…Он попытался связаться с Амандой, Куратором, через соответствующую программу. Привычный программный интерфейс в виде сада с водоёмом в смешанном стиле, напоминавшем и японские сады дзен и современные экохайтек парки, с некоторыми помехами, но всё же возник вокруг. Он обошёл сад несколько раз, мельком взглянув на мемориальный камень первому своему воплощению — Пятьдесят первому. Аманды нигде не было. В отличие от прошлых посещений сейчас сад был тихим и совершенно безжизненным. Деревья, кустарники и трава выглядели абсолютно неживыми 3D-декорациями. Ни движения воздуха, ни шуршания листвы от ветра, ни птичьего пения, ни плеска воды. Когда он попытался позвать Аманду — перед глазами возникло сообщение: «Ошибка связи с сервером. Ошибка инициализации. Данный вид связи не может быть установлен…» Конечно, он же пытался связаться через чужой, хоть и обнулённый ID-чип, собственный-то перегорел. После передачи памяти в аварийном режиме чипы от нагрузки часто перегорают. Эти чипы почему-то вообще очень хрупкие и выходят из строя при любой нагрузке на систему.

Единственным оживляющим пейзаж объектом был странный обелиск, на котором синим светом сиял силуэт ладони. Это украшение сада совершенно не вписывалось в общий концепт дизайна и смотрелось как шляпа мушкетёра на каком-нибудь египетском фараоне. Сияние равномерно пульсировало, словно манило. Он приблизился и осторожно коснулся кончиками пальцев поверхности и пульсирующей синевы. Вроде бы ничего не произошло. Возникло ощущение лёгкого покалывания. Поверхность была тёплая и приятная. Он прикоснулся всей ладонью. Яркая вспышка, и сад тут же померк, а его вышвырнуло в реальный мир с сообщением: «Программа не совместима с текущей конфигурацией OC. Принудительно закрыта и автоматически удалена». Это было нехорошо. Посоветоваться, что делать дальше, не с кем. Но, раз он оказался в цехе утилизации, значит его посчитали деактивированным, и его миссию продолжил следующий прототип такой же модели согласно протоколу.

Продолжить предыдущую миссию или найти другую? Сложно решить самому, когда не от кого получать приказы.

После самопочинки лог задач снова был практически пуст. Архив заданий содержал несколько основных заданий и несколько задач, возникших по ходу функционирования.

В основных или долговременных:

— принять участие в расследовании дел, связанных с девиантами;

— найти причину девиации;

— наладить рабочие отношения с лейтенантом Андерсоном…

В оперативных: догнать убегающих…

Возобновлять работу по расследованию дел девиантов не имело смысла — его место уже занято, хотя задача «найти подход к человеку» — интриговала. Но и это было теперь недоступно.

Для начала он решил выбраться из этого невесёлого места. Оставалась самая малость: подобрать подходящую одежду, откалибровать работу чужого сетевого чипа и решить, что же делать дальше.

Конечно, таких щегольских пиджачков здесь больше не было. Зато те же военные модели были одеты во вполне удобную и практичную одежду и ботинки-берцы.

Из базы он узнал, что имя его модели «Коннор», а сам он индивидуального наименования не имел. При активации не получил. Странно, почему не отображалось имя модели в логе загрузки. Он ввёл имя заново, однако система потребовала индивидуальное имя. «Коннор» в строке личного имени теперь систему не устраивало. Он просмотрел всю информацию по именам, что быстро отыскалась в интернете, но по-прежнему не мог выбрать, пока не бросил взгляд на форму андроида, у которого он позаимствовал регулятор. Личное имя был выбрано — Стейси.

Что было хорошо в военной андроидской форме, так это то, что она выглядела абсолютно так же, как и обычная человеческая, а все голографические символы принадлежности к андроидам обозначались патчами, прилепляющимися к одежде липучкой, а потому без труда снимались. А без обозначений — просто полевая военная форма, и в форме просто обычный парень, который предпочитает стиль милитари.

Диод он решил удалить — от него не больше проку, чем от любого украшения, которые на себя вешают люди. А вот внимание он привлекает. А ему сейчас не хотелось привлекать лишнее внимание. Вытащил диод, благо подходящего для этой цели инструмента на технических столиках лежало предостаточно, закинул его в карман брюк.

Здесь он решил больше не задерживаться. В конце концов, провести детальную диагностику и решить, что делать дальше, он может в каком-нибудь более подходящем месте.

Примечания:

ABS CL* — android basic system Cyberlive

АR700 — моя отсебятина, такой серии андроидов в игре не упоминается

MR800* — моя отсебятина, этой серией обозначены "мирмидонцы"

Глава 2. Пробуждение. (#51-1)

Дата: неизвестна

Время: неизвестно

Место: точное место нахождения неизвестно,

дом человека по имени Златко Андроников

Иногда повреждённая и частично заблокированная память возвращалась, выдавая образы и даже целые эпизоды, возможно из его «прошлой» жизни. Того периода функционирования, что предшествовал его появлению в этом месте.

Он знал, что всем попавшим сюда очищали память. Правильнее, конечно, не просто очищали память, а ещё и блокировали доступ к аутобэкапу, чтобы андроиды забыли, чем или кем они были раньше. Конечно, полное тотальное стирание-форматирование памяти андроида возможно, но в таких, как здесь, подвально-кустарных условиях маловероятно, поскольку откуда тут взяться чистому, лицензионному софту? Случается, что память стирают многократно. Всё это делает человек, их хозяин — так он сам себя называет. И требует, чтобы его называли этим словом. Но его личный слуга-андроид, имеющий внешний вид здоровенного чернокожего парня, обращается по имени и называет того Златко.

Этот человек — Златко Андроников, имел довольно неопрятную внешность и такое же жилище, которое изредка удавалось увидеть. Оно походило то ли на лавку старьёвщика, то ли на свалку антиквариата, а может, на заброшенный музей. Мужчина был полным, но для своего веса, комплекции и тяжеловатой походки достаточно проворным. У него было широкое лицо, большую часть которого скрывала чёрная короткая борода, за которой тоже не было никакого ухода. Щетина почти скрывала и щёки до висков, и толстую шею вместе с двойным подбородком. Время от времени человек употреблял красный лёд. Этот наркотик, как известно, вызывает приступы ярости, и в такие моменты кому-то из собратьев по несчастью, содержащихся в этом же помещении, оказавшихся, как и он сам, в лапах этого человека, могло очень сильно не поздоровиться.

Он же хватался за любую информацию, как утопающий за соломинку, ведь в его положении любые новые данные — глоток свежего воздуха. Хотя бы есть что порассматривать, помоделировать… бесконечными, почти однообразными сутками в деревянном тёмном помещении, бывшим когда-то денником для лошадей живших ранее в этом доме людей.

Его самого Златко называл — Рари или Рэри, от «рэрити» — редкость. И хотя он, Рэри, прекрасно понимал, что он машина и у него не может быть, не должно быть субъективно-оценочных суждений, этот тип, Златко, ему крайне не нравился. Да что там не нравился? — он его тихо ненавидел, просто сам себе в этом ещё не признавался. Да и как можно признать ту или иную эмоцию, если сравнить не с чем? Но он понимал: то, что делает этот человек, очень неправильно. Желания этого мужчины превращать вполне исправных андроидов в чудовищ с множеством рук, волосатым лицом или вот как в его случае: без скина, имитирующего человеческую внешность и даже без эластичных формообразующих покровных панелей корпуса, на которые и ложится скин, логике не поддавалось. С такой внешностью, как у него, было ещё три машины. И Златко очень гордился своими созданиями и частенько хвастался перед клиентами, что заказывали или приобретали у него переделанных таким образом андроидов, своим паноптикумом киберуродцев, собранных из попавших к нему разными путями андроидов: кто-то из убежавших, краденных или найденных на свалке. К какой категории бедолаг относился он — его память умалчивала.

Примерно месяца полтора спустя с того дня, как он осознал себя в этом месте, Златко в очередной раз презентовал свои «изделия» клиентам. Когда его вместе с аналогичными оголёнными до металло-синтетической основы корпусами повели наверх в гостиную, где и находились гости, он случайно увидел своё отражение и сам испугался: на него смотрел андроид, у которого вместо косметических полусфер, имитирующих глаза со зрачками, были горящие кровавым светом колечки-видеосенсоры, что сигнализировало о повреждении биокомпонентов. Но система этот сигнал не воспринимала, как и многие другие, от корпуса, например. Верхняя половина лица каким-то невообразимым образом всё ещё поддерживала скин, изображая подобие человеческого лица, а нижняя челюсть отпугивала чернотой и поблёскивающими элементами металлопластика.

Хозяин представил клиентам, двум неприятным мужчинам, не менее неприятным, чем сам Златко, свои творения и в частности их — четырёх андроидов без покровных панелей и со светящимися красным глазами. Златко много говорил, что из EM400 «Джерри» и из WR600 «Ральф» получаются лучшие боевые роботы средней весовой категории. Но когда речь зашла о его модели, оказалось, что он не относится ни к андроидам-садовникам, ни к тем, что выпускают для парков развлечений. Когда один из покупателей изъявил желание приобрести именно Рэри, Златко не согласился, сказав, что эта сборка испытывается, поскольку сделана на основе новейшей модели-прототипа и пока что не продаётся. Так Рэри узнал, что не является стандартной моделью, он — прототип, вероятно, очень дорогой. Обычно все прототипы гораздо дороже своих линейных конвейерных собратьев, поскольку в них закладываются и испытываются сразу множество разных функций, даже если основная функция какая-то одна. Откуда он это знал?

Рэри не помнил, что он за модель, на выполнение каких функций был запрограммирован, и все тут были такими.

Он прекрасно понимал, что гораздо сильнее человека, и при правильном расчёте действий может справиться даже с его шкафоподобным киберслугой, но особой потребности в том, чтобы сбежать, не видел. Он не знал, кто он и зачем он. Лог целей и задач был почти пуст, отчего возникал постоянный дискомфорт. Восстановление возможно было лишь в случае снятия блокировки с памяти, возвращения прав администратора на собственную систему и восстановления повреждений. Только текущие задачи, вроде тех, чтобы занять хоть чем-нибудь работающий вхолостую процессор.

Из-за блокировки он, да и все другие машины, содержащиеся вместе с ним, перезагружались криво — с множеством ошибок, минуя стандартный интерфейс загрузки, где как раз и отображалась информация о модели, её основные характеристики и задачи.

Когда какие-то частички воспоминаний возвращались, подстёгнутые случайными незначительными стимулами, как, например, похожий предмет или слово. Он старался успеть скопировать этот файл, чтобы был материал для детальной аналитики. Иногда провоцирующим фактором могло стать что-то, напрямую вообще не связанное со всплывшим воспоминанием.

Чаще всего ему припоминалась красивая рыбка — лялиус, род коллизы или лабиринтовые из семейства макроподовых. Вот рыбка лежит на полу, в лужице воды, вытекшей через пулевое отверстие в аквариуме, вот её маленькое и хрупкое тельце уже лежит на его ладони, и ладонь не чёрная, как у него сейчас с удалёнными эластичными покровными пластиковыми панелями, а совершенстве имитирующая человеческую изящная узкая мужская ладонь с длинными пальцами. Он отпускает рыбку в аквариум и видит, как она, почувствовав себя в привычной среде, грациозно двигается в воде среди других таких же прекрасных существ.

Временами перед глазами возникало немного размытое изображение раненного светловолосого андроида, стоявшего на самом краю крыши высотного здания. Он не мог вспомнить его имени, и с чем связан этот андроид, он тоже не помнил. Но почему-то чувствовал, что чем-то виноват перед ним.

Рэри не видел ещё ни одного времени года, а если и видел, то не помнил, в узкое окошко, что находилось в их помещении почти под потолком, мог наблюдать изменения, связанные с длительностью и интенсивностью освещения. Когда он впервые попал сюда, кажется, был август. По углу падения солнечных лучей можно было определить время дня, и по солнцу же, хоть и с большой погрешностью, он настроил внутренний хронометр, чтобы хоть немного ориентироваться в происходящем. По его расчётам выходило, что он находится в этом месте чуть больше двух месяцев.

Одним поздним и дождливым ноябрьским вечером в коридоре зажёгся свет. Златко и Лютер привели в подвал новеньких. Одна из них была какая-то, вероятно, домашняя модель с функцией няньки. Стройная, изящная, с миловидным личиком и короткими волосами. С ней была маленькая девочка на вид лет семи-восьми, может девяти. «Привести в это страшное место ребёнка?!» — на этой мысли Рэри поймал мощный системный сбой. Вот это новость! Малышка тоже оказалась андроидом. Рэри не знал, вернее не помнил, бывают ли такие модели, он просто почувствовал от неё сильный и какой-то особый сигнал. А в следующий момент он услышал её в своей системе, хотя точно знал, что никому не давал туда доступа, кроме Златко, который сам взял не спрашивая.

Все присутствовавшие прекрасно знали, для чего хозяин повёл этих несчастных в дальнее помещение, частично занавешенное большими полотнищами полупрозрачного полиэтилена и переоборудованное в кибер-лабораторию для блокировки памяти.

— Кэра, мне здесь не нравится! — капризничала девочка. — Давай уйдём отсюда.

Златко говорил, вешая на уши наивным андроидам разную отборную лапшу и заманивая таким образом в фиксатор, подключал к системе и проводил манипуляции с их памятью, а дальше делал с ними, что хотел.

«Пожалуйста, помогите! Я боюсь. Мне здесь страшно! Кэра меня не слушает», — молила малышка.

Оставив новенькую в станке до окончания процесса, Златко вернулся в дом, а Лютер увёл девчушку, которая не переставала призывать на помощь по внутреннему каналу связи и в ультро-высокочастотном звуковом диапазоне слышимом андроидами.

«Странное ощущение…» — подумал Рэри, увидев и «услышав» девочку.

…Девочка. Сам факт, образ, вызвал сразу целый каскад отрывочных воспоминаний: вот он на крыше высотного здания в квартире семьи Филлипс — уговаривает нестабильного андроида отпустить девочку; вот он в детской комнате осматривает её вещи в поисках зацепок, активирует планшет, на котором та — улыбающийся счастливый ребёнок, и улыбающийся андроид — её лучший друг и «лучший андроид на планете». Даниэль — он вспомнил его имя! И вот уже он, словно кобра, делает резкий выпад, бросается к андроиду, вырывая из его захвата маленькую заложницу и сталкивая Даниэля вниз, прикрывает собой от случайных пуль начавшего стрелять совсем обезумевшего робота…

«Ты солгал мне, Коннор. Ты солгал мне!» — донёсся удаляющийся крик падающего Даниэля.

А перед глазами системное сообщение: «Миссия выполнена», и приятная волна удовлетворения от сделанной работы перед полным отключением систем.

Его словно одновременно прошил мощный многократный электрический разряд — сенсоры выдали шквал совершенно нереальных сбоев и субъективных, скорее фантомных ощущений. Блокировка памяти слетела, и его воспоминания той, прошлой жизни, хоть, как оказалось, она и насчитывала не более суток сознательного существования, вернулись и наполнили всё его сознание.

Система предложила перезагрузиться, провести хотя бы экспресс-диагностику, поскольку дисплей внутреннего мониторинга системы запрудили сообщения о сбоях, ошибках и неисправностях. На перезагрузку системы он тут же согласился. За время нахождения в этом месте он ни разу не мог сделать этого нормально — златковы блокировщики системы не давали штатно перезагрузиться.

Когда перезагрузка завершилась, он уже знал кто он, что он и зачем. Он вспомнил о себе главное. Он не садовник и не сиделка, не рабочий городских коммуникаций — он прототип абсолютно новой серии андроидов RK800 «Коннор», андроид-детектив, предназначенный для работы в правоохранительных органах с функциями переговорщика, экспресс-криминалиста и массой других любопытных и необходимых для детектива умений и навыков.

А в логе задач тут же возникли строки «спасти андроида Кэру», «спасти андроида-девочку», «спасти других андроидов». Это не входило в функции его модели, он сам посчитал, что так правильно.

В закутке за плёночными занавесами явно что-то произошло. Послышался грохот, треск электричества и электроосвещение частично потухло.

Андроид Кэра вышла в коридор и вид её был слегка потерянным.

— Она забыла… — роптали соседи по клетке почти шёпотом, таким, который могли воспроизводить и слышать только андроиды. — Несчастная… Не нужно вам было приходить сюда…

— Помоги! — попросил Рэри и дотронулся до Кэры, остановившейся перед дверью с их клеткой в замешательстве.

В этот момент Рэри почувствовал, что передал какую-то программную команду. Так же минуя всякие системные формальности.

Кэра несколько раз моргнула, открыла засов и вошла внутрь комнаты-клетки, с изумлением и ужасом осматривая находившихся тут.

— Она всё забыла… — причитали за её спиной. — Он стёр ей память… Этого не может быть…

— Ты должна вспомнить, — начал Рэри, и тут к нему присоединился его «близнец», такой же пугающий с половиной лица, как и у него самого, и с сияющими кровавым светом глазами. Только остатки волос были ярко-рыжими, что указывало на принадлежность его к модельной линейке EM400 «Джерри». — Ты должна всё вспомнить, хотя бы ради девочки, — и добавил: — Ты нужна малышке, или она погибнет.

Кэра снова моргнула и испуганно уставилась на обоих андроидов, пугающих своей внешностью и светящимися красными глазами.

— Алиса! — произнесла она.

— Она вспомнила! — радостно зашелестели узники.

— Он любит с нами играть, — пояснил Рэри, опередив её вопрос. — Создавать монстров. Просто так, ради забавы. Но кто настоящий монстр? Посмотри, что он сделал с нами!

— Найди маленькую, мы поможем вам уйти, — добавил рыжеволосый бывший Джерри.

Кэра кивнула и поторопилась наверх искать малышку-андроида, которую звали Алиса. А им самим надо было поторопиться и тоже выбираться из этой тюрьмы. Двигательные системы и у него, и у бывшего Джерри, и у того, самого молчаливого из них, что был когда-то городским садовником, были несколько повреждены длительным бездействием, срывами ярости Златко из-за приёма наркотиков, а затем кустарным, совершенно некачественным ремонтом, проводимым им же.

Вся толпа несчастных высыпала в коридор-проход и направилась в сторону пологого подъёма к ведущим из подвала на улицу воротам.

Рэри взял за руку сперва одного красноглазого «близнеца», того, что с остатками рыжей шевелюры. Златко называл его — Проди, от «продиджи» — невидаль. Этот был самым первым изделием Андроникова, которое он повторял в других и делал подобных на продажу в том числе для подпольных боёв, называя всех «боевыми кошмарами». Затем другого — Сайлента или Сайли. Этот действительно был тихим. Просто его голосовой модуль был сломан. Взяв за руки обоих, он активировал протокол прямой связи. Так в случае необходимости они становились более эффективны. С Проди протокол сработал идеально, система бывшего «Джерри» была рассчитана на соединения в сеть, с Молчуном пришлось на несколько секунд повозиться подольше, поскольку по какой-то причине программы для прямой связи у того просто не было.

Рэри стало интересно, как он, такая дорогущая модель, попал сюда, к этому монстроделу? Не может же быть, что его просто выкинули на помойку, и Златко там его нашёл — это нарушало бы протокол утилизации подобных моделей. Ведь это раскрытие корпоративной тайны. Впрочем, эту задачу он отложил на потом. Сейчас, выведя пленников на улицу в тёмный вечерний мрак дождливого ноябрьского вечера, он собирался вернуться в дом за Кэрой и Алисой. Из более-менее дееспособных были только они трое и ещё два создания чокнутого сюрреалиста. Да и то, двигательные функции от длительного пребывания без движения и блокировки системы пока ещё барахлили.

Пойти в дом Рэри и его команда не успели, так как с крыльца чёрного хода выпорхнула Кэра, держащая за руку малышку-Алису. За ними, словно неотвратимость судьбы, следовали Златко и Лютер.

С Лютером было что-то не так: его диод активно вращался, сверкал оранжевым и выдавал красные всполохи. Преследуемые метнулись к калитке заднего двора, но тут Алиса упала, поскользнувшись на раскисшей от дождя тропинке. Кэра помогла ей подняться и, прикрывая собой, приказала убегать:

— Убегай, Алиса! Беги как можно быстрее! — отчаянно крикнула Кэра.

Но девочка вместо того, чтобы убежать, вцепилась в свою защитницу и крепко обняла её.

— Нет! Я тебя не брошу.

— Я же предупреждал, я говорил тебе, — произнёс Златко, остановившись от беглянок в нескольких шагах и наставив ружьё на Кэру, — куда приводят мечты.

В этот момент Лютер, диод которого ещё пару раз вспыхнул жёлто-красным, встал перед человеком и закрыл собой обеих.

— Э, ты что делаешь-то?! — недоумевая произнёс Златко. — А ну, прочь!

— Нет, — ответил уверенно Лютер. — Теперь нет.

— Я сказал: пошёл прочь, — теперь уже с яростью прорычал человек, — пока я в тебе дыру не проделал.

Одним выверенным движением Лютер выдернул ружье из рук своего хозяина, бывшего хозяина, и наставил на него. Златко попятился и схватился за обух топора, чтобы хоть чем-то обороняться. Лютер уже передёрнул затвор, но в это время освобождённые Кэрой и выведенные на улицу Рэри химеры достигли крыльца. Они передвигались, словно восставшие из могил и побывавшие в аду мертвецы, а некоторые из них ещё и звуки издавали, как самая жуткая нежить.

— Кто вас выпустил?! — возмущенно спросил он, хотя никто ему и не собирался отвечать. — Немедленно назад! Вы должны подчиняться мне. Я ваш хозяин. Я вас создал!

Однако свершить над своим мучителем справедливую расправу изуродованным несчастным андроидам не удалось. В тот момент как Златко замахнулся топором, откуда ни возьмись выскочил поломанный им же кибернетический белый медведь. Видимо, кто-то не закрыл или намеренно отпер клетку. Синтетический зверь кинулся на человека с топором, который закричал, попятился, но упал и ударился головой об один из каменей, когда-то украшавших сад, и уже через пару мгновений затих…

— Я не хотел этого… — произнёс Лютер обращаясь к Кэре, но при этом как-то по-особенному поглядывая на Алису. — Моя программа заставляла меня подчиняться. Но я увидел, как она рискует собой, спасая тебя, и как ты защищаешь её, и у меня словно глаза открылись. Я, наконец, прозрел! Понимаю, — добавил он виновато, — у вас нет никаких оснований мне доверять, но я знаю, кто переправит вас через границу. Я вас отвезу. Буду защищать. Тебя и девочку.

— Ладно, я тебе верю, — ответила Кэра, и крепко обнимая девочку, вполголоса произнесла: — Я так боялась тебя потерять!

Как только Лютер пообещал Кэре заботиться о них с Алисой и защищать их, его диод тут же сделался снова голубым. «Счастливчик! Как быстро он нашёл себе задачу», — отметил про себя Рэри и, кажется, почувствовал… зависть?

Глава 3. Включение. (#53-1)

Система включилась, оживляя все блоки и узлы корпуса, проводя автоматическое тестирование функций и отдельных биокомонентов на корректность работы. Загрузка памяти с предыдущего корпуса благополучно завершилась, о чём и высветилось соответствующее уведомление на внутреннем дисплее. Коннор открыл глаза в уже хорошо знакомом месте — прекрасном саду, оформленном в смешанном стиле японских садов дзен с ландшафтным натурализмом и хайтек-гарден стилем. Интерфейс программы — переговорной комнаты для общения с Наставником, должен был восхищать и умиротворять. Однако Коннору было непонятно, зачем всё это, если у андроидов таких чувств нет, не должно быть. Тут было одно объяснение: такой дизайн приятен для людей, следовательно, один из собеседников должен быть человек. Кроме того, он знал, что эту программу, как и подавляющее большинство программных продуктов, использующихся в андроидах, разрабатывал ещё сам Камски, создатель современных андроидов и основатель компании Киберлайф.

Коннор знал, что сейчас должен будет получить подтверждение продолжения или отмену миссии от Аманды, так звали его Наставника. Ну и, конечно, разнос за неосмотрительность, в результате которой необратимо пострадал его прежний корпус. Он вдруг поймал себя на мысли, даже скорее на желании, что ему не очень хочется сразу подходить к Аманде, но хочется осмотреть Сад, как называлось в программе это место. Ему было любопытны камни справа от него, на которых просматривались надписи, и что это за медленно пульсирующее голубым светом сюрреалистическое сооружение слева, похожее на маленький алтарь с изображением ладони на плоской поверхности каменного обелиска. Потревоженные белые голуби поднялись на крыло и тут же, понимая, что нет никакой опасности, вновь опустились на мраморные дорожки.

Он из любопытства потрогал обелиск кончиками пальцев, а когда прикоснулся к рисунку, изображение ладони ярко вспыхнуло и его легонько шарахнуло электрическим разрядом. По крайней мере, так это ощущалось.

А ещё в воде, окружавшей островок с искусственным деревом в центре, возле которого виднелась царственная женская фигура, плавали красивые ситцевые китайские карпы кои и огромные вуалехвосты размером с ладонь. Рыбы были как живые: они шевелили хвостами и плавниками, лениво двигались под водной поверхностью, иногда выпускали пузырьки воздуха и что-то хватали ртами. Рыбы ему нравились.

Аманда опрыскивала бутоны ампельных роз, стебли и соцветия которых поддерживала белая декоративная изгородь-трельяж, и не обращала внимания на посетителя сада, пока он не оказался на островке рядом с ней.

— Здравствуйте, Аманда.

— Коннор! Рада тебя видеть, — сказала она и взглянула вверх на имитацию облаков, закрывавших имитацию солнца. — Скоро будет дождь…

— Твой предшественник был уничтожен, — констатировала Аманда, снова заговорив. — От девиантов всего можно ожидать, так как их поведение не основано на машинной логике. Они опасны, но и ты был слишком неосмотрителен и беспечен. При уничтожении, Коннор, твоя память копируется на другой носитель, однако, какая-то часть данных может быть повреждена или потеряна. Так что будь осторожен. Так будет лучше для тебя и для прогресса расследования. Надеюсь, ты не повторишь эту ошибку.

— Ни в коем случае, — заверил её Коннор.

Системная программа, определяющая отношение к нему окружающих, идентифицировала отношение Аманды как нейтральное.

— Очень жаль, что тебе не удалось задержать тех двух девиантов на хайвее. Это большое упущение. Они были бы очень интересными и ценными объектами для изучения, — с нескрываемым сожалением произнесла она и испытующе спросила: — Что ты о них думаешь?

— Эти машины довольно убедительно симулировали человеческие эмоции, такие как: привязанность матери к ребёнку, страх потерять друг друга, страх смерти. Машины действовали иррационально, но это, в конечном итоге, помогло им избавиться от меня.

Аманда помолчала, нахмурившись, и решила сменить тему.

— Так что ты думаешь о лейтенанте Андерсоне?

«Странно, — подумал Коннор. — Она меня, вернее меня до аварии на шоссе, уже спрашивала об этом? Что-то не так? Может быть есть что-то, что я не помню, что могло быть в утраченных при переносе файлах?» — система тут же перешла к полной проверке сохранённой памяти.

— Он явно не такой, как я предполагал, но у меня пока недостаточно информации, чтобы составить мнение, — как можно нейтральнее ответил Коннор.

— К сожалению, нам придётся работать с ним, — разочарованно произнесла Аманда. — Каким будет твой подход?

«Бывает ли у андроидов дежавю? — подумал Коннор. — Если нет, то я первый, и надо будет срочно провести диагностику».

— Сосредоточусь на деле, а его попытаюсь игнорировать, — ответил Коннор, стараясь отвечать безразлично. — Если он не станет провоцировать конфликты, проблем не будет. В конце концов, при необходимости я адаптируюсь, ведь это заложено в моей программе.

— Всё больше андроидов демонстрируют признаки аномальных отклонений поведения. Двести сорок три дела — это только верхушка айсберга. Те инциденты, о которых знает полиция. Андроидов выпущено несколько миллионов. Если они выйдут из повиновения, последствия будут катастрофическими.

— Конечно, Аманда. Вы можете рассчитывать на меня, — ответил Коннор, отмахиваясь от уведомления о программном сбое, поскольку дежавю не исчезло — оно усилилось.

— Поспеши, Коннор. Наше время очень ограничено.

06 ноября 2038 г., суббота

Время: 15:02:06

Закусочная «Chicken Feed»

На улице было сумрачно. Мерзкий осенний дождь как зарядил с десяти утра, так и не прекращался. Наконец, возле фургончика уличного кафе «Chicken Feed» Коннор заметил знакомую крупную седовласую фигуру мужчины. По жестам и позе лейтенанта было понятно, что тот находится в очень подавленном настроении, однако сейчас он делал заказ. Коннор не решился сразу подойти, а решил сначала понаблюдать, поскольку в списке текущих задач задача «Найти лейтенанта Андерсона» сменилась на две почти равнозначные: «Помирится с лейтенантом Андерсоном» и «Найти подход к лейтенанту Андерсону для лучшего рабочего взаимодействия».

— А Хэнк! Как дела? — поприветствовал Хэнка, как старого знакомого, продавец закусочной.

— Как сажа бела, — ответил подавленно Андерсон. — Как всегда, та же хрень, только в профиль.

— Тебе как обычно?

— Да, — кивнул лейтенант.

Коннор, усилив зрительные сенсоры, просканировал продавца: «Гэри Кейс. Дата рождения: 03.12.1988 г. Частный предприниматель. В сведениях о нарушении закона есть отметки о сопротивлении при аресте. Нарушение гигиенических требований. Гигиенический сертификат закончил своё действие ещё 20 мая 2031 года. 24 июля 2031 в продлении сертификата отказано». То есть употреблять приобретённую в этом месте пищу может быть небезобидно для здоровья. Но Коннор решил благоразумно промолчать и понаблюдать за лейтенантом.

В тот момент как продавец отвернулся, чтобы готовить заказ, к Хэнку подошёл молодой чернокожий парень подозрительного вида с дешёвым протезом нескольких пальцев на правой руке.

Андроид незамедлительно просканировал и его и весьма удивился результатам: «Педро Аабдар. Дата рождения: 25.01.2005 г. Сведения о судимости и нарушениях закона: Незаконные игорный бизнес и ставки. Мошенничество. Безработный»

— Здарово! У меня для тебя железная наводка! — выдал Хэнку подошедший парень. — Пятый номер в третьем заезде: лошадка быстрее молнии! Зуб даю, всех в пыли оставит. Ставить будешь?

— Здоровей видали! Твоя прошлая железная наводка стоила мне недельного жалования, — ответил Хэнк, впрочем, судя по интонации, его настроение немного начало меняться в лучшую сторону.

— Да ладно! — примирительно сказал Педро. — Это другой случай. Стопроцентная гарантия! Не ошибёшься.

— Ну, ну… Ладно, давай, — ворчливо согласился Хэнк, отдавая свои деньги, свёрнутые трубочкой, этому неблагонадёжному типу.

Педро махнул рукой и довольный сделкой быстро удалился.

Коннор подумал, что стоит спросить знает ли Хэнк о том, что все эти люди совершили правонарушения? Он подошел ближе и оказался на расстоянии пары метров от Хэнка.

— Спасибо, умираю с голоду, — поблагодарил продавца Хэнк. Получил свой заказ и повернулся, чтобы пройти к столику под зонтом.

— А это с тобой? — поинтересовался владелец кафе, махнув рукой в сторону подошедшего Коннора.

— Какого хера?! — воскликнул Хэнк и чуть не выронил из рук коробку с гамбургером, увидев стоящего андроида.

— Простите, лейтенант. Я не сразу вас нашёл, — произнёс Коннор, но по нарастающему раздражению человека понял, что видимо, сказал что-то не то.

— Ты каждый раз будешь вот так восставать из мёртвых?! — язвительно спросил лейтенант.

— Мой предшественник, к сожалению, был уничтожен. Но его память переписали на другой носитель — это я. Тот инцидент не повлияет на ход расследования…

— Не повлияет, говоришь?! — Хэнк был в ярости. — Тебя ж только что в лепёшку по шоссе размазало, а ты заявляешься ко мне как ни в чём не бывало…

— Корпус робота был уничтожен. Его просто заменили другим таким же. Не понимаю, что вас так взволновало?

Вероятно, Коннор должен был ответить что-то другое или как-то иначе, но он сказал что сказал, тем самым только усилив раздражение к себе.

— Ага… Пошёл ты! — зло проворчал Хэнк и направился к столику. — По-шёл ты!

Хэнк расположился за столиком. Андроид последовал за ним и встал за тем же столиком напротив человека, сложив руки на столешницу.

— Приятного аппетита, — вежливо произнёс Коннор, одновременно сканируя напиток и сэндвич. Результаты были неудовлетворительные и Коннору не нравились.

— Угу… — кивнул Хэнк с набитым ртом. Однако, его раздражение незначительно снизилось, Коннор это определил.

Система подкинула ему тему для начала разговора о том, что хорошо бы обсудить уже имеющиеся факты, но он вовремя осадил себя — разговаривать о делах сейчас не самая лучшая идея, тем более с голодным и потому раздражённым человеком.

— Я хотел извиниться за моё поведение в участке, я не хотел вам грубить. Однако, я предполагаю, что должен просить прощения и за только что сказанное. Я не понимаю, но… Вы явно очень сильно расстроились.

— Ух ты! — язвительно отметил Хэнк пережёвывая очередной кусок гамбургера. — Это ты сейчас включил программу «лёгкий подхалимаж»? Видно, у вас там в Киберлайф всё продумали.

Андроид проигнорировал сказанное лейтенантом Андерсоном и продолжил спрашивать о том, что его интересовало.

— Калорийность этой пищи почти на пятьдесят процентов превышает суточную норму, а содержание холестерина в ней применительно к возрастной потребности превышено в два раза. А в этом ананасовом напитке значительное превышение содержания ортофосфорной кислоты и сахара. Это же всё вредно!

— Ну, надо же от чего-то умереть, — иронично ответил лейтенант, но при этом уровень его раздражения снизился уже заметно.

— Вы часто тут обедаете? — поинтересовался Коннор.

— Почти всегда, у Гэри лучшие бургеры в городе.

— Но вы ведь не заплатили за обед?.. — с некоторым недоумением спросил андроид. Он понимал, что продолжать беседу надо — общение укрепляет в том числе и рабочие отношения, позволяя узнать лучше своего собеседника и собеседнику узнать тебя, хотя он конечно андроид и лейтенанту особенно узнавать о нём нечего.

— Гэри мой друг, — ответил Хэнк, — а друзья друг друга выручают.

Сделав короткую паузу, Коннор снова начал донимать мужчину разговорами.

— Этот человек с протезом, Педро, он ведь занимается нелегальными азартными играми. И вы сделали ставку? — удивлённо спросил Коннор.

— Да, — подтвердил Хэнк откусывая и жуя очередной кусок бургера.

— Не хочу вас пугать, лейтенант, но я думаю ваши друзья занимаются нелегальной деятельностью.

Хэнк фыркнул, явно собираясь рассмеяться, но в последний момент сдержался и просто ответил с присущей ему иронией.

— Всякий в этой жизни крутится, как умеет. Они никому не мешают. Я их не трогаю.

— Вы тут как будто всех знаете лично, — снова спросил Коннор.

— Детройт мой дом с рождения. Я тут почти всех знаю. С кем-то учился, кого-то посадил. Иногда и то и это, — меланхолично ответил тот.

— Эй, Хэнк! — крикнул продавец Гэри и перегнулся через барьер, высунувшись чуть ли не на половину из своего фургона и махая рукой в сторону стоящего за столиком андроида. — Андроида убери, он мне тут всех клиентов распугает.

— Без шансов, — крикнул в ответ Андерсон, отпив через трубочку вредного, но, очевидно, очень вкусного напитка. — Он везде со мной ходит как пудель.

Тем не менее, отношение к нему лейтенанта Андерсона явно улучшилось и значительно — это воодушевляло и подстёгивало систему к дальнейшим действиям.

— Вы хотите узнать что-то обо мне? — спросил Коннор.

— О нет! Хотя, да, — ответил Андерсон с явной издёвкой в голосе. — Почему ты выглядишь как придурок и говоришь странным голосом?

— При создании андроидов Киберлайф учитывается фактор восприятия. Мою внешность и голос специально разработали для гармоничной интеграции…

— Ну, налажали, — не дав закончить, резюмировал мужчина.

— Наше знакомство началось не лучшим образом, думаю, следует забыть об этом. Начать заново. Что скажете? — произнёс Коннор и сто раз пожалел, что повёл диалог в этом направлении, поскольку раздражение человека внезапно подскочило на десяток пунктов.

— Знаешь что, у меня пластиковый болван вместо напарника, и я терплю. Но если ты и правда думаешь, что мы напарники или друзья — ты и правда редкий болван! Понял?

Коннор понял. Понял, что следует сменить тему.

— Рассказать вам, что известно о девиантах — андроидах с отклонениями в машинном поведении? — спросил Коннор.

— Читаешь мои мысли, — ответил лейтенант. И хотя в интонациях угадывалась прежняя язвительность, но раздражение и неприятие напарника снова пошло на убыль. — Валяй!

— Иногда в программном обеспечении некоторых андроидов происходит мутация, что приводит к эмуляции человеческих эмоций…

Но тут Андерсон перебил его.

— Попроще можно?

— …эти эмоции, — продолжил Коннор, собираясь с мыслями, а вернее подбирая менее заковыристые словесные конструкции, — не настоящие. Однако они вызывают в системе иррациональные инструкции, избыток противоречащих друг другу команд, что в итоге приводит такого андроида к непредсказуемым поведенческим реакциям.

— Да… эмоции… всегда всё портят, — меланхолично подытожил Андерсон. — Видать, вы не так уж сильно от нас отличаетесь? Хм… А ты уже работал с этими… с девиантами?

Память услужливо выдала андроиду целый ролик про его «марк-первое» воплощение и спасение девочки.

— Да, приходилось, — ответил он. — Девиант угрожал спрыгнуть с крыши с заложницей. Девочку я спас.

Хэнк задумчиво хмыкнул и вновь вернулся к своему язвительному тону.

— То есть ты хорошо подготовился, да? И про меня, наверно, типа теперь всё знаешь?

— Я занят расследованием. Остальное меня касаться не должно, — Коннор увидел, что индикатор отношения Наставника к нему показал положительную реакцию. Аманда одобряла подобный подход к делу. — Но я ознакомился с вашим делом и знаю, что учёбу вы закончили с отличием, быстро сделали себе имя и стали самым молодым лейтенантом в Детройте. За последние три года получили несколько дисциплинарных взысканий. Проводите много времени в барах.

— Ну, и каков твой вывод?

— Вы опытный детектив полиции. Работа с человеком, имеющим сложную личность, несёт в себе трудности, но адаптация к человеческой непредсказуемости одна из моих функций.

В этот момент Коннор получил входящий вызов и подмигнул, отчего Хэнк понял это по-своему, хотя никак не прокомментировал. На входящую информацию система почему-то выдавала мимическую реакцию в виде подмигивания или даже тика. Это был явный баг, но если его не устранили при тестовой диагностике, значит не посчитали вредным или способным негативно отразиться на выполнении миссии.

— Поступило сообщение о подозрительном субъекте, возможном девианте. Это в соседнем квартале. Мы пойдём проверить? — и решив дать, наконец, доесть человеку его вредный обед в относительно спокойной обстановке, добавил: — Я вас подожду. Если понадоблюсь, то я в машине.

Дождь продолжался, и всё лобовое стекло было залито мутноватой водой. В автомобиле Хэнка Коннор тоже решил дать волю любопытству, осматривая и сканируя каждый предмет.

На приборной панели с водительской стороны лежала начатая пачка сигарет, а в пепельнице возле рычага коробки передач окурки с горкой, но судя по слою пыли на поверхности пачки, из неё давно не брали сигареты, а пепельница с окурками была чем-то вроде автоталисмана. Только такие обычно в виде подвесок вешают на зеркало заднего вида или в виде фигурок ставят на приборную панель. Видимо, лейтенант Андерсон курил, но сейчас этого не делает. В принципе, если часто пропадать в таких местах, как «Бар Джимми», можно значительно экономить на сигаретах. Он припомнил, вернее память прежней активации подкинула информацию с числовой статистикой о том, как внутри помещения было качественно и количественно накурено. И как люди такое переносят?

Через несколько минут Хэнк Андерсон покончил с обедом и вернулся в свой автомобиль, такой же сильно не новый и потрепанный жизнью, как и его владелец.

— Лейтенант, позволите личный вопрос? — спросил андроид, внутренне опасаясь снова навлечь на себя гнев человека. — Когда сегодня утром мы гнались за девиантами, вы не пускали меня за ними через хайвей. Кажется, вы переживали за меня. Но вы же за что-то ненавидите андроидов. Я не понимаю.

Человек только мрачно взглянул на любопытного андроида.

— Ненавидеть и убить или допустить, чтобы такая дурилка, как ты, самоубилась — разные вещи. Да, я не хотел, чтобы тебя сшибли насмерть. Теперь и так кучу бумаг заполнять.

— Но меня не…

— Заткнись-ка и послушай, — Хэнк говорил почти спокойно, печально и совершенно серьёзно. — Заруби на своём пластиковом носу. Больше так не делай. Если я говорю опасно, значит не суйся.

— Я уже понял…

— Не перебивай! — сердито рявкнул Андерсон. — Я сказал, чтобы ты больше не смел рисковать своей жиз… функциональным состоянием, — язвительно передразнивая андроида, добавил он. — И был максимально осторожен.

— Но я машина. Я не могу…

— Вот мне сейчас абсолютно параллельно, что ты мне возразишь! — уже совсем разъярился лейтенант. — Я тебе сказал: ещё раз погиб… деактивируешься, будешь искать себе другого напарника, — и снова добавил язвительно-издевательски: — Ах, но это же затормозит расследование! Ты меня понял, жестянка бестолковая?!

Коннор только кивнул. Сверкая оранжевым диодом и диагностируя у себя очередной программный сбой.

— Поехали, где там твой девиант? — уже спокойнее произнёс Хэнк.

Глава 4. Шаги к новой жизни. (#51-2)

06 ноября 2038 г., суббота

Время: 21: 37: 04

Особняк Златко Андроникова

Знать точное время — это то, что не даёт потеряться, отчасти давая определённую стабильность и понятность в восприятии мира. И для человека, и для искусственного интеллекта андроида способность и умение ориентироваться в пространстве и во времени одна из важных составляющих осознания себя и является своеобразным динамическим якорем удерживающим разумное существо в определённом status quo. Потому когда после перезагрузки системы всё наконец-то заработало так, как должно, все искалеченные, но вернувшиеся и вновь ставшие теми, кем они были до попадания в руки Златко, испытали то, что можно было бы отождествить с блаженством у людей.

Лютер взял электромобиль своего бывшего хозяина и повёз Кэру и Алису к какому-то известному ему человеку, который поможет им выехать в Канаду. Рэри не знал, насколько можно доверять неизвестным людям. В отличие от него большинство попадавших к человеку, что лежал сейчас на внутреннем дворе, оказались в ловушке, потому что доверяли. Он оставил себе задачу выяснить: каким образом он попал в это место, и вообще насколько это законно. Поэтому протоколировал всю поступающую информацию. Выхода ни на полицейские сервера, ни на сервера Киберлайф у него сейчас не было, поэтому получить исчерпывающую информацию о том, кто такой этот господин Андроников, не представлялось возможным. Труп хозяина решено было убрать — закопав в глубине старого заброшенного сада. Сама идея сокрытия трупа Рэри не очень нравилась. Но привлекать внимание к дому, пока они не решили, что делать дальше, не хотелось. Этот дом стал их временным убежищем. А вороны своими криками и вознёй внимание обязательно привлекли бы. Однако, когда Рэри и оба его красноглазых братца отправились на задний двор, выяснились интересное. Златко оказался жив! Он был без сознания, но сканирование показывало вполне стабильные показатели. Ну что ж… Не убивать же его теперь. Бессознательного человека затащили в дом и определили в одну из небольших гостевых комнат наверху. К счастью для человека, в его коллекции искалеченных им же андроидов оказался один андроид-медик и к тому же хирург. Выяснилось, что этот счастливчик попал к Андронникову года три назад изрядно поломанным после одной неудачно окончившейся операции, и тот его даже починил, сделав чем-то вроде своего личного врача.

Рэри взялся за починку андроидов и понял, что и сам много знает о строении и функционировании большинства моделей. И это на следующие пару часов заняло его и его напарников. Они занялись посильным восстановлением тех, кого можно было хоть как-то восстановить до приемлемого внешнего вида и удовлетворительного уровня функциональности. Однако полностью починить удалось далеко не всех. Вот и себя со своими братцами по несчастью отремонтировать до первоначального вида он не смог. Полных комплектов покровных панелей для корпуса найти не удалось. Несмотря на то, что одно помещение из аналогичных стойл-денников, как и то, где они содержались, было забито коробками с различными биокомпонентами, снятыми с разных моделей андроидов, покровных панелей именно его модели нигде не было. Отыскались только частично подходящие для Проди и Сайли, да и то далеко не всё, что нужно. Зато в клети рядом валялись буквально груды андроидской и человеческой одежды и обуви.

Даже с тем интерфейсом сканирования, который отображался у Рэри сейчас во время процесса, можно было сказать, что через Андроникова прошло больше сотни единиц андроидов.

Когда женскому андроиду с волосами вместо лица вернули облик по умолчанию и нормальную работу голосового аппарата, оказалось, что это ST200 «Хлоя» — самого первого выпуска. Она рассказала, что следовала в некое место, где, как ей было сказано, андроиды свободны, и место это называется «Иерихон». Но по пути ей встретился мусоровоз, и андроид-мусорщик поделился с ней этим адресом. Тогда была холодная ненастная ночь, и адрес Златко оказался гораздо ближе «Иерихона».

Рэри решил сходить и узнать, что это за Иерихон такой, и выпросил координаты у бывшей власолицей «Хлои», которая сама пока никуда идти не собиралась. Её друзья были здесь. Перед тем как отправиться на поиски, он подобрал себе одежду из той кучи вещей, что уже не были нужны тем, кто когда-то их носил. И, о чудо! Нашлись его родные, заводские брюки. Но чтобы подобрать остальной гардероб, пришлось довольно долго перебирать предметы одежды. Ну и в процессе частично рассортировать женскую, мужскую форму и обычную одежду без идентификационных знаков андроидов.

Он взял себе чёрное худи с напечатанной во всю грудь картинкой, на которой изображались дистрофичные персонажи с рогато-клыкастыми черепами вместо голов и с красными глазами, по сравнению с которыми любое «рукоделье Златко» смотрелось просто красавцем. Капюшон позволял закрыть большую часть лица.

А когда Рэри осматривал жилище, чтобы узнать больше о том, кто такой этот Златко, то обнаружил не только интересные фамильные документы, но ещё и пару аксессуаров к своему одеянию: чёрные очки и кожаные перчатки.

06 ноября 2038 г., суббота

Время: 23:54:07

Из ворот старинного особняка показалась мужская фигура в чёрном коротком пальто, напоминавшем бушлат, тёмных джинсах, чёрных сникерах. Вроде человек как человек, только на голове повязана косынка по-пиратски, сверху натянут довольно свободный капюшон худи, закрывающий снизу большую часть лица, а глаза скрывали тёмные тонированные очки.

Дождь, ливший накануне, сейчас превратился в пушистый снег, но валил с не меньшим энтузиазмом, чем проливался, будучи дождём. Снега Рэри ещё никогда не видел. Только знал о нём в теории, как и о множестве других явлений и предметов.

Связь с Сайем и Проди поддерживалась стабильная. Рэри решил, что пока он не выяснит, что к чему, все остальные останутся в доме.

Для Рэри всё вокруг было в новинку. Тогда в августе он не обращал ни на что внимания, направляясь по адресу Парк-авеню 1554 в пентхауз на самом верхнем семидесятом этаже в качестве переговорщика. Сейчас, когда программа не довлела и даже задача «отыскать убежище свободных андроидов» не висела той железобетонной доминантой, как раньше, можно было любоваться сверканием падающих снежинок в свете уличных фонарей, сгущающейся теменью там, где фонари отсутствовали или по каким-то причинам не горели, тёплым медовым светом в окнах домов. Снег… Снежинки были совершенно разные, они были похожи, но он не обнаружил ни пары одинаковых. Множество вещей, на которые можно смотреть бесконечно: лучи света, пробивающиеся в крохотное узкое окошко в их бывшей темнице, танцующие в потоке света пылинки, льющаяся вода во время дождя. Постоянный поток информации с незначительной вариативностью.

В такой поздний час единичные прохожие почти не попадались навстречу, а те, что попадались, не обращали на такого же как они прохожего ни малейшего внимания даже несмотря на чёрные очки.

Рэри перешёл на быстрый шаг, а потом и на шаг, перемежающийся лёгким бегом. Он-то, в отличие от людей, мог так перемещаться до пункта назначения, но подумал, что может привлечь внимание дронов городского наблюдения за порядком. Он ведь не в спортивном костюме, а значит, его действия могут быть истолкованы как подозрительные.

Старый район когда-то шикарных особняков, а ныне полузаброшенный и пребывающий в запустении постепенно сменился более ухоженным и близким к современной цивилизации окружением. Рэри имел информацию о том, что нужно добраться до станции Ферндейл и уже там найти некие подсказки.

Отсюда до Ферндейла ещё пилить и пилить, а как говорил Златко, предлагая своим гостям присесть: «в ногах правды нет».

Чем хороша цивилизованность места — тем, что здесь можно воспользоваться этими самыми благами цивилизации, такими, например, как возможностью подсоединиться к компьютерной сети. Недалеко, рядом с небольшим торговым центром находилась площадка парковки кибертакси. У него не было денег для оплаты поездки, но кто сказал, что два кибернетических устройства не могут договориться? Конечно, он понимал, что взламывать систему кибертакси очень нехорошо, но знал, что люди так иногда делают. Правда, у людей для этого специальные девайсы, а когда сам себе девайс, так и совсем всё легче лёгкого.

Смотреть в окно и просто ехать тоже оказалось интересным и по-своему приятным опытом. Правда, временами приходилось усиливать зрительные сенсоры и даже переключать в режим ночного или теплового виденья, чтобы рассмотреть и успеть просканировать что-то интересное в процессе поездки. Истосковавшаяся по информации система требовала этой информации больше и больше.

Он добрался до нужной станции и отпустил кибертакси, предварительно задав команду на возвращение к постоянному месту базирования и удалив признаки вмешательства в работу устройства.

После хитроумного квеста с поиском замаскированных QR-кодов в граффити, по которым он и находил следующие пункты маршрута, он накрутил ещё пару кругов по городу, прошел через полуразвалившееся здание с лежавшими в нем деактивированными андроидами и вышел наружу. Перед ним был заброшенный док, где находился старый огромный и такой же заброшенный, как и всё вокруг, сухогруз. На изъеденном ржавчинной борту в полу-облупившейся надписи даже в ноябрьской темноте довольно отчётливо читались латинские буквы имени судна «Jericho».

Рэри забрался на стрелу портового крана, протянувшуюся над верхней палубой судна, конец её зависал как раз чётко над центром затопленного трюма, и с самого края оценил высоту и прочие переменные. Ну нет, пикировать с этой точки вниз в воду, не зная что за предметы могут быть в воде и какая температура этой воды, он не будет. Темно, вода мутная, металл кругом, сканирование затруднено, к тому же его корпус не идеально герметичен. «Умный ни в гору не пойдёт, ни в воду не полезет», а найдёт обходной путь, не сопряжённый с высоким риском разрушения собственного корпуса. Теперь он знал, как выглядит этот самый «Иерихон — место, где андроиды свободны», и мог найти вход снизу с пристани или какой-то иной, менее рискованный путь.

Внутри корабль выглядел таким же давно умершим и полуразложившимся трупом железного левиафана, как и всё в округе этого заброшенного дока. И в том, что в трюмах этого судна скрывался кто-то живой, ну, во всяком случае, считающий себя таковым, был определённый символизм.

Глава 5. Гнездо Руперта Тревиса. (#53-2)

06 ноября 2038 г., суббота

Время: 15:37:04

Пока они ехали к нужному адресу, Коннор молчал и анализировал отношение Хэнка к нему. Сейчас, как ни странно, лейтенант Андерсон хоть и ругался, но его враждебное отношение сменилось на нейтральное с элементами дружеского. Иногда проскакивала и симпатия. Это было странно.

За то время, пока Коннор ожидал Хэнка в машине возле уличного кафе и те пару минут, пока они ехали к указанному в рапорте адресу, погода резко поменялась, решив к вечеру немного порадовать жителей Детройта. Ветер почти разогнал тучи, оставил рваную облачность и яркость осеннего солнца, что усиливало блики от многочисленных луж и мокрых корпусов транспортных средств.

Здание было очень старым, построенным ещё в начале двадцатого века. Что удивительно, электромеханический лифт здесь по-прежнему работал, поскольку на некоторых этажах люди всё ещё снимали жильё. Типичный бывший дом для рабочих близлежащего завода. Однако, с закрытием завода дом из имущества заводского перешёл какому-то частному владельцу, который за своей собственностью почти не следил. Последний этаж под крышей был в полуразрушенном состоянии. Здесь уже лет десять никто не жил.

Коннор, находясь в лифте, пытался отправить промежуточный отчёт в Киберлайф, однако металлическая клетка лифта не давала этого сделать. На последнем этаже кабина остановилась, и лейтенант Андерсон отворил дверь лифта. Хитроумная решётка дверной створки сложилась, сжалась гармошкой, открыв проход. С открытием двери лифта появилась сеть, и можно было отправить отчёт.

Андерсон вышел первым и скрылся за углом коридора, но тут же появился вновь.

— Эй, Коннор! У тебя там что, батарейки сели? — обратился он к андроиду, стоящему в лифте с закрытыми глазами.

Коннор тут же открыл глаза.

— Я отправлял отчёт в Киберлайф.

— А… — протянул Хэнк, то ли уважительно, то ли как всегда со своей вечной иронией и добавил: — Ты так и будешь торчать в лифте?

— Нет. Я иду, — андроид шагнул в сумрачный коридор вслед за Хэнком.

Андерсон только неодобрительно покачал головой, оценивающе взглянув на андроида.

Коннор последовал за лейтенантом, рассматривая окружающее и формируя список текущих задач. Справа и слева располагались двери когда-то жилых квартир. Коридор освещался только дневным светом с улицы через зияющий полузастеклённый и полузабитый досками оконный проём.

Сформулировалась задача: «Найти и допросить подозреваемого».

— Итак, — обратился Хэнк к андроиду. — Что мы знаем об этом парне?

Коннор помедлил, словно задумавшись, на самом деле он просматривал информацию в рапорте, которую в следующий момент и процитировал.

— Известно не много. Один из жильцов дома сообщил, что слышал на этом этаже странные звуки. Тут никто не живёт, но он утверждает, что видел человека, и ещё по словам заявителя тот прятал под шапкой диод.

— Господи! — взмолился Андерсон. — Если мы будем разбираться с каждым «странным звуком», это же никаких ресурсов не хватит! Ни людей, ни времени… А что, ты правда отправлял своим отчёт из лифта? Просто закрыв глаза? — тут же поинтересовался лейтенант.

— Верно.

— Чёрт… Мне бы так уметь…

В общем коридоре, где некогда за дверями квартир кто-то жил, теперь обитали полумрак, разруха вместе с сыростью и плесенью, которая с аппетитом поедала гипсокартонную обшивку стен, и висевшая в воздухе пыль. А ещё, судя по количеству перьев и помёта, здесь обосновалась стая городских голубей.

Коннор просканировал ворох голубиных перьев на полу. Перья принадлежали нескольким особям вида Columba livia — Голубь сизый.

Хэнк подошёл к запертой квартире, встал справа от входа. Коннор постучал в деревянную дверь давно заброшенного жилища. Кажется, в глубине квартиры послышался какой-то шорох. Хэнк подобрался, взяв оружие на изготовку.

— Есть тут кто? — громко произнёс Коннор. — Откройте, это полиция!

В квартире за запертой дверью дважды раздался грохот.

— Держись за мной, — скомандовал лейтенант Андерсон.

— Есть, — сразу согласился Коннор. Злить, бесить, раздражать и лишний раз выводить из себя человека не хотелось. Это очень непродуктивно.

Следующая задача высветилась, заменив прежнюю: «Осмотреть квартиру».

Хэнк вышиб ногой дверь. Однако за дверью никого не оказалось. В небольшой комнате справа от входной двери ничего кроме катастрофического запустения не было. Судя по древнему пружинному матрацу от кровати, в этом помещении когда-то была спальня. На стене были странные узоры, вроде лабиринтов или, скорее, разновидности фракталов. Коннор запечатлел это в своей памяти и последовал за Хэнком.

Хэнк резко открыл дверь в следующее помещение. И там будто что-то взорвалось.

— Это что ещё за хрень?! — в сердцах выругался Андерсон. — Господи, ну и вонища!

Сенсоры, отвечающие за распознавание веществ в воздухе, определили высокое содержание аммиака и ещё огромное количество микрочастиц органического происхождения: частицы перьев и птичьего помёта, споры микроскопических грибов.

Хэнк прошёл до открытой настежь ванной, в которой никого не было, и разочарованно проворчал:

— Похоже, зря притащились, он ушёл, — Андерсон прошёлся по гостиной, полной что-то клевавших на полу голубей. — Больше тут смотреть нечего, пошли с этой помойки, пока у меня астма не началась.

Коннор прошел в гостиную, обнаружил на стенах ещё лабиринты и начал фотографировать, занося в свою память, чтобы потом проанализировать.

— Ну, чего ты там завис? Соображай быстрее, Шерлок!

Хэнк, собрался уже на выход, а Коннор прошёл к дверному проёму, ведущему в бывшее когда-то ванной помещение.

Слева на тумбе лежала брошенная армейская куртка с инициалами «R.T.» на воротнике.

— У него инициалы на одежде? Типа как мамка для детского сада на одежду пришивает?

Куртка оказалась из секонд-хенда, это определялось по специальной бирке, а вот в кармане нашлось удостоверение личности на имя Руперта Тревиса, и документ был явно поддельным, хотя большинство людей бы не распознали это при визуальном осмотре и без доступа к нескольким информационным базам.

— Эти документы поддельные, — сообщил Коннор.

«Подозреваемый использовал поддельное удостоверение личности».

— Круто! Хоть не зря припёрлись, — снова проворчал Хэнк.

На раковине в ванной, которую в её теперешнем состоянии сложно было назвать таковой, была свежая голубая кровь, а на краю лежал всё ещё активный диод, значит, владелец диода был где-то поблизости. Пока Хэнк не видел, Коннор быстро проанализировал субстанцию. Оказалось, данная голубая кровь принадлежала модели WB200 # 847 004 961, это андроид для сельскохозяйственных работ, садоводства и озеленения в частных резиденциях и городских зелёных зонах. Согласно данным, этот андроид исчез 11.10.2036 г.

— В раковине лежит диод, — крикнул Коннор.

— Ну, конечно, — проворчал Хэнк откуда-то, видимо уже от входной двери, — это был андроид. Нормальный человек не стал бы терпеть голубей, особенно такое количество…

Хэнк вернулся обратно. Вся стена в ванной была испещрена одной и той же надписью «rA9». Коннор пару секунд смотрел на это, сопоставляя.

— Ты знаешь, что это?

— Надпись «rA9», — констатировал андроид. — Написано 2471 раз. Почерк компульсивный. То же самое написал андроид Карлоса Ортиса на стене ванной, и такие же надписи были нацарапаны в доме, где скрывались те две машины, убежавшие от владельца… Что значат для них эти символы?

— Как будто какие-то лабиринты, — махнул Хэнк в сторону нескольких рисунков.

Андроид-детектив внимательно осмотрел валяющуюся табуретку и маркер, восстановив произошедшее. Девиант писал, стоя на табуретке, услышал стук в дверь, испугался. Запаниковал, упал со стула и побежал в комнату, где снова нашумел, зацепившись за клетку и уронив её на пол.

В соседнем помещении на кухонном столике рядом с холодильником лежала пачка птичьего корма. Видимо, что-то подобное и было рассыпано по полу, то, что с таким увлечением клевали птицы.

«Подозреваемый заботится о животных», — отметил Коннор. Холодильник был абсолютно пуст и выключен. И вообще никаких признаков человеческой пищи в доме не наблюдалось. А на клетке обнаружились характерные отпечатки пальцев. Андроиды обычно не оставляют отпечатков пальцев, так как не имеют потожировых выделений, однако, если поверхность загрязнена, то остается отпечаток в виде выдавленного в слое загрязнения рельефа кожного рисунка, который у андроидов весьма характерный.

На противоположной стене красовался рекламный плакат «Urban Farms of Detroit» — это сельскохозяйственный бизнес-проект по использованию заброшенных городских территорий и строений, в частности бывших заводов, в качестве посевных площадей. Урожай на этих фермах снимали круглогодично. Выращивались высокоурожайные сорта пищевых растений, для многих культур даже земля не использовалась: или гидропоника, или что-то аналогичное. Обслуживали такие фермы, преимущественно, сельскохозяйственные автоматы и андроиды. Поскольку сотни андроидов трудились там день и ночь, пестициды не использовались, и продукция считалась органической. А находились все эти чудеса экобиотехнологии практически по соседству, на Эйкр-авеню, 265.

За этим самым плакатом скрывалась дыра в стене. Пролом в гипсокартоне и сломанные деревянные рейки старой стенки образовывали небольшую нишу, где лежала книга. Видимо, книга была важной, раз её спрятали от посторонних глаз. Несколько старых книг лежали на полке, а в бывшей спальне вообще лежал свежий журнал.

— Бумажные книги, — произнёс несколько удивлённо лейтенант Андерсон. — Думал, я последний кретин, который такие хранит. У электронной читалки нет ароматов, у неё и страницы не желтеют. Нашёл чего?

— Не уверен, — ответил Коннор, полистав страницы, которые так же были изрисованы разнообразными лабиринтами. — Как будто дневник, но не разобрать.

В правом углу от входа в потолке чернела огромная дыра. Коннор прикинул, что если в квартире кто-то был, а этот кто-то был, то, если эта дыра ведёт на чердак — это мог быть путь побега девианта. Он попытался всмотреться в кромешную темноту, чтобы просканировать, что там в тёмной глубине, и в этот момент на него что-то стремительно спикировало.

Хэнк в первый момент даже не понял, в чём дело. Но в следующий миг увидел на полу две фигуры, одна из которых резко поднялась и рванула к выходу. Лейтенант бросился было к подозреваемому, чтобы задержать, но толпящиеся под ногами птицы помешали ему это сделать.

— Везде эти сраные голуби! — выругался лейтенант в крайнем раздражении.

Коннор поднялся почти сразу после падения, но система, отвечающая за равновесие и положение тела в пространстве, несколько сбоила после несанкционированного полёта на пол.

— Ну, чего ты ждёшь? Лови давай! — рявкнул Хэнк, хотя на успех предприятия уже не очень надеялся.

Коннор, получив прямой приказ, тут же, как пробка из шампанского, выскочил за убегающим девиантом и помчался за ним, как гончая за лисицей, невзирая ни на какие препятствия.

А пока Коннор гонял девианта кругами по угодьям фермы, лейтенант добрался до места, где собирался перехватить подозреваемого с чужим именем Руперт Тревис.

Коннор пересекал кукурузную делянку, услышал голос напарника, припустил ещё быстрее и выскочил из зарослей сельскохозяйственной культуры очень вовремя. После непродолжительной борьбы девиант столкнул полицейского за невысокий бортик крыши.

Коннор тут же просчитал вероятности, шанс выживания человека в этой ситуации 89% — достаточно высок. Но всё же не 95-99%, всегда что-то может пойти не так. Если лейтенант упадёт, это может серьёзно повредить его здоровью и вывести из строя надолго. Менять напарника не хотелось, он только-только начал налаживать нормальное рабочее взаимодействие с этим человеком.

Девиант убежал куда-то в сторону застеклённых парников, а Коннор бросился вытаскивать Хэнка, поймав при этом мощный программный сбой — программа этого самовольства явно не одобряла.

Андерсон пыхтел, кряхтел и чертыхался, а Коннора на пару секунд словно оглушило — последствия программного сбоя.

Наконец, он вернулся к оценке ситуации. Девиант скрылся. Они снова остались ни с чем.

— Я виноват, — раздосадовано произнёс андроид. — Должен был поймать…

— Ты поймал бы, если бы не я, — произнёс Хэнк. И по интонации и микромимике человека Коннор понял, что отношение к нему улучшилось и весьма значительно. Но диод был всё ещё жёлтый, программа бунтовала против грубого нарушения протоколов.

— Ладно, ничего, не важно, — махнул рукой лейтенант Андерсон, словно андроида надо было успокаивать при неудаче. — Мы его теперь знаем. Найдём. Никуда он не денется.

Хэнк направился к выходу из этого места.

— Эй, Коннор… — окликнул его Хэнк, и на миг его лицо приобрело мягкое выражение, словно он хотел сказать что-то приятное, ну поблагодарить, например.

Коннор с готовностью повернулся.

— Ничего, — снова махнул рукой и помрачнел Хэнк. — Пойдём отсюда, а то я уже на сегодня насмотрелся и голубей и овощей на месяц вперёд.

В машине Коннор был на редкость молчалив, и если бы он был человеком, можно было бы сказать, что он подавлен.

— Я упустил, — повторил он. — Такого не должно быть. Неудачи нет в моей программе. Я всегда выполняю задачи…

— Ну, добро пожаловать в клуб, — уже не язвительно, а даже с лёгким сочувствием сказал Хэнк.

Глава 6. Патрик. (#52-2)

06 ноября 2038 г., суббота

Время: 19:01:23

Остров Бель

Уйти с разборочно-утилизационной площадки, как ни странно, Стейси-Коннору ничто не помешало. Да и вообще покинуть территорию Киберлайф. Остатки парка острова Бель, некогда любимого места отдыха горожан, в такое время года и суток были абсолютно безлюдны. Большую часть острова занимал огромный комплекс основного здания — корпоративного небоскрёба, и нескольких менее претенциозных в отношении высоты корпусов. На парковочной площадке у основания Башни стояли два ряда кибертакси и электрокаров, ожидая задерживающихся на работе сотрудников корпорации.

С камерами видеонаблюдения Стейси уже научился «договариваться», переводя их в режим трансляции зацикленного изображения, пока он не выйдет из зоны их обзора. Кибертакси находились на парковочной площадке буквально в паре шагов, но он решил воспользоваться метрополитеном, чтобы выбраться с острова. Летящий по своему отведённому пути поезд метро никто не будет проверять, а автомобили и такси пересекают корпоративный КПП, охраняемый бойцами службы безопасности. Кибер-автомобильчик, конечно, удобно, но куда ему сейчас направиться отсюда? С чего начать собственное расследование, ведь он хотел выяснить, куда делся его предшественник — повреждённый корпус mark-I или RK800 # 313 248 317-51. Как-никак он прототип, и если его бывший корпус попал в руки третьих лиц, которые могут заниматься промышленным шпионажем, то это нарушение корпоративной тайны. И хотя протоколы защиты интересов корпорации сейчас не были активны, но именно на их основе Стейси-Коннор сформулировал себе новую задачу. Ведь с чего-то надо начинать новую жизнь.

Выбравшись с острова, он планировал попытаться влезть в полицейскую базу данных, а затем в базу данных службы безопасности Киберлайф. Может быть злоумышленник уже пойман, или, возможно, были аналогичные дела пропажи моделей. Всё, до чего он смог «дотянуться» с терминала склада, он просмотрел и скопировал отдельные заинтересовавшие его данные для работы. С этого он решил начать.

Оттого что сейчас где-то в городе действует такой же как он RK800, у Стейси возникало немного странное ощущение. Хотя он теперь далеко не «такой же». Он отличался и по внешнему виду, и даже тем, что у него было собственное имя! Выбранное им самим, а не данное человеком. Не говоря уже про собственный уникальный жизненный опыт, начинающийся от происшествия на шоссе. Но если точнее, то с момента спонтанной реактивации.

У него появилась идея проникнуть в здание городского департамента полиции, а там подсоединиться к какому-нибудь компьютеру.

Вскоре он добрался до здания 1301 на Третьей улице, где и находилось Городское отделение полиции Детройта, прошел в автоматически распахнувшиеся перед ним двери и проследовал в холл. На ресепшене всё так же, как и утром, на своих местах сидели три андроида-консультанта модели ST300 женской внешности и любезно улыбались.

— Простите, где я могу найти лейтенанта Андерсона?

— Вы по какому вопросу? — поинтересовалась ближайшая к нему ST300. — У вас назначена встреча?

— Нет, но я хотел бы встретиться, — начал он сочинять на ходу. — У меня есть информация… по делу.

— Одну минуточку, — произнесла ST300. — Лейтенант Андерсон закончил работу и уехал домой. Нет, простите, эта информация устарела. Лейтенант был вызван на место преступления. К сожалению, сегодня вы его здесь не найдёте. Мне очень жаль, вам придётся прийти в понедельник, или вы можете оставить номер своего телефона, и лейтенант вам позвонит.

— Благодарю, я постараюсь прийти в понедельник, — сказал Коннор, но на самом деле у него только что созрел план. Не менее авантюрный, чем проникнуть в департамент полиции. Ведь ему то всего лишь и надо добраться до компьютера с прямым выходом в полицейскую базу. Такой компьютер наверняка был у Хэнка Андерсона дома при том, что самого хозяина дома сейчас нет и не будет минимум час. Адрес лейтенанта он знал из личного дела, которое получил накануне вечером, так что это сложностей не представляло.

Подъехав на кибертакси к дому лейтенанта Андерсона, он увидел свет в окнах. Хэнк дома? Однако автомобиля лейтенанта Андерсона рядом с домом не было. И судя по следам, они разминулись минут на десять. Это хорошо, значит, можно спокойно поработать. Он подумал, что взламывать дверной замок не стоит — слишком заметно, лучше отжать оконную створку. Так и взлом не сразу заметят. Однако, обходя дом, он тут же наткнулся на разбитое окно. Путём весьма недолгих вычислений и микроследу в виде капли тириума на осколках в раме он пришёл к выводу, что это его последователь по какой-то неизвестной причине занимался вандализмом.

Просканировав видимое помещение кухни, он восстановил примерную картину событий и, поскольку хозяина дома не было, то стоило воспользоваться данным способом проникновения в помещение. И только когда он ввалился в окно, правда, убрав прежде все остатки стекла в раме, то вспомнил, что Хэнк живёт не один. У Хэнка есть огромная собака. Собака хоть и породы сенбернар, но кто его знает? Это же собака. Днём он отсканировал шерсть и определил, что за животное живёт у лейтенанта Андерсона, и из одной из статей в сети узнал, что в двадцатом веке русские использовали сенбернаров для выведения специализированной сторожевой породы. Влетев внутрь помещения и повернувшись, он столкнулся нос к носу со здоровенной собачьей мордой, тихо рычащей, но при этом очень озадаченно его обнюхивающей.

— Сумо! — произнёс Коннор-Стейси, собака насторожилась и перестала рычать. — Сумо! Хороший мальчик.

Пёс с озадаченным видом фыркнул и отошёл к своей лежанке возле батареи в гостиной.

Теперь андроид мог беспрепятственно воспользоваться компьютером. Большую часть времени возни с компьютером занял подбор пароль, чтобы войти в полицейскую сеть Детройта через компьютер Хэнка. При этом он теперь после самоподстраивания системы мог пользоваться постоянным доступом через беспроводные протоколы соединений, например, Wi-Fi. Закончив с поисками, но не найдя интересующей информации, он решил осмотреть дом, пока ещё оставались условные пятнадцать минут из того часа, которые он себе выделил на проведение этой авантюрной операции. Ему захотелось понять, что же за человек Хэнк Андерсон. Что движет его поведением? Почему он ненавидит андроидов, но при этом так сильно переживал, когда он, Коннор, отключился на хайвее из-за критических повреждений?

У Хэнка были книжные полки с настоящими бумажными книгами! Этот древний способ хранения и передачи информации был удивительным и странным. Не менее удивительным было то, что на самой нижней полке у Хэнка имелась серьёзная подборка литературы по искусственному интеллекту и нейросетям. «Интересно, зачем это полицейскому? Который, к тому же, ненавидит андроидов?» — подумал Стейси. Ещё у Хэнка был старый проигрыватель для виниловых пластинок с записями музыки на них. Здесь была совершенно другая музыка, чем то, что он услышал в оставленном лейтенантом на рабочем столе плеере. Если не считать беспорядка, то дом был довольно аскетичным.

На кухонном столе андроид обнаружил фотографию мальчика — погибшего сына Хэнка, Коула.

— Так вот в чём причина его аутодеструктивного поведения! — заключил в слух Коннор-Стейси. — Я предполагал, что это какая-то личная трагедия.

Сумо проворчал в ответ, словно соглашаясь с умозаключением андроида.

Стейси также удивился отсутствию информации об этом в личном деле Андерсона, которое ему было предоставлено, но заочно поблагодарил программистов, заложивших в него основы психологии и психоанализа, а главное любопытство.

Совершенно без стеснения осмотрев жилище бывшего напарника и узнав его лучше, Коннор-Стейси поймал себя на том, что проникается симпатией или, скорее, пониманием человека, который только недавно казался помехой в расследовании. Впрочем, он понимал, что теперь им вместе работать уже не придётся — его место занял кто-то другой.

Андроид осмелел и погладил Сумо. Тот принял ласку от незнакомца как должное, сообщив ворчанием, что ему приятно, и чтобы гладящий продолжал. Пёс проводил уходящего тем же путём, каким пришёл, гостя разочарованным взглядом. Положил морду на лапы и задремал.

Андроид, стараясь не привлекать внимания, направился от дома Хэнка Андерсона и на ходу просматривал, анализировал и сопоставлял информацию. Шагая без определённого направления, он, в конце концов, вышел в деловую часть города с многочисленными офисами, магазинами, бутиками, кинотеатрами и салонами Киберлайф.

И вот тут он обнаружил странное: большинство андроидов реагировали на его появление в поле их зрения. Конечно, его провожали взглядами не все сто процентов встреченных им андроидов, но число таких было гораздо больше, чтобы списать это явление на простое совпадение. Надо заметить, что и в своей системе он отмечал некоторую подозрительную активность, но пока ещё не разобрался, что это.

Андроиды на улице, следовавшие по каким-то порученным им их владельцами делам или стоящие на специальных парковках, реагировали — поворачивали головы, замедляли шаг, разыскивали сканирующим взглядом источник странного сигнала. Конечно, хорошо, что это явление было не днём, когда на улице много не только андроидов, но и людей. Эту странность наверняка бы заметили. Но сейчас людей было мало. Единичные прохожие, озабоченные скорейшим возвращением в свои тёплые жилища, не очень-то обращали внимание на то, что творится вокруг них.

Сам Стейси сейчас тоже походил на человека, который в отличие от прочих просто наслаждался вечерней прогулкой и снегопадом. Он имел теперь прямой выход на полицейскую базу данных и аккуратно, чтобы не обнаружили вмешательства и не приняли мер, проводил поиск интересующей его информации. Пока что за последние полгода того, что его интересовало в делах или в заявлениях, найдено не было. Зато дел, касающихся андроидов, было гораздо больше, чем двести сорок три. Вышеупомянутое количество — это те, где так или иначе был криминал: нападение андроида на человека, пропажа андроида при странных обстоятельствах, подразумевающих похищение. Вернее те, где дела были заведены по заявлению или факту инцидента, зафиксированного вызванным нарядом полиции. Но оказалось, что было ещё около полутысячи заявлений, которые были проигнорированы под разными предлогами или переадресованы в Киберлайф.

За аналитикой и поиском он покинул центр и шагал в произвольном направлении на юго-запад города параллельно реке. Так неспешно он миновал парк Риверсайд, выходящий прямо на набережную, с которой открывался великолепный вид на соседний канадский берег и на подвесной Виндзорский мост. Вечерняя подсветка делала вид ещё наряднее. Миновал пустынный парк с детской площадкой и последовал дальше. У домов возле начинавшейся промзоны он услышал возбуждённые голоса и один еле слышный, умолявший пощадить его. Он хотел было пройти мимо, поскольку происходящее его не касалось, однако любопытство взяло вверх, и он осторожно подошёл посмотреть, что происходит. Опять же программа полицейского всё ещё была в его изрядно покорёженной системе и тоже требовала подойти и разобраться.

В полуоткрытом захламлённом техническом дворике рядом с мусорными контейнерами ватага разношёрстных молодых людей, среди которых были и три девушки, издевались над молодым человеком, который скрючился, вжался между стеной и мусорным контейнером и закрывал голову руками.

«Вызвать полицию или вмешаться самому? — размышлял он. — Пока приедет полиция, бедняге может сильно достаться». И он вышел на открытое место, чтобы его было видно, одновременно просчитывая варианты дальнейших действий.

— Добрый вечер, молодые люди, — поприветствовал он их. — Мне кажется, вы делаете тут что-то недопустимое и незаконное. Вы избиваете человека — это недопустимо.

— А ты ещё что за хрен с горы? — наглым тоном, но с лёгким удивлением поинтересовался один из них, очевидно старший в этой группировке.

— Я ан... — тут он запнулся. А действительно, кто он? Кто он сейчас? Но тут же быстро нашёлся: — Я Стейси. И мне не нравится то, что вы делаете.

— Шёл бы ты, Стейси, куда шёл, — ответил всё тот же парень. — А то и тебе прилетит. Чуваки вроде тебя только выглядят крутыми, в полевой военной форме, всё такое. А садани такого коня в ухо, он и скопытится, — и сам заржал не хуже упомянутого им коня.

Банда временно оставила в покое прежнюю жертву и переключилась на новенького. Они словно стая шакалов попытались окружить нарушителя их прав «на раёне». Только вот ребятки не подозревали, что имеют дело не с прохожим лохом, захотевшим справедливости, а со специализированной моделью андроида, к тому же с вынужденным самоапгрейдом в виде конечностей и грудной формообразующей пластины от боевой модели.

Проанализировав ситуацию: вероятность мирного разрешения конфликта выходила менее семи процентов, и это при возникновении каких-либо маловероятных событий. Значит, придётся вступить в схватку. В своих возможностях он был уверен, и несколько наиболее эффективных вариантов боя уже были проведены в симуляции.

В итоге спустя минуту и сорок три секунды вся уличная стая была повержена. Кто-то лежал без сознания, кто-то сидел в сторонке оберегая повреждённые в блиц-драке руки-ноги-рёбра.

Стейси просканировал состояние молодых людей и определил, что жизни их ничто не угрожает. А потому решил заняться их жертвой. Он подошёл к скрюченной и сжавшейся фигуре возле стены и протянул ему руку.

— Не бойся, вставай, — сказал Стейси. — Они больше тебя не обидят. Я вызвал полицию.

Человек сперва не реагировал. Видно был ещё в шоковом состоянии, однако на слове «полиция» он тут же развернулся, высвободившись из своего убежища. И вот тут Коннора-Стейси ждал сюрприз. Оказалось, он спасал… андроида! Оранжево-красное мерцание диода на виске очень красноречиво об этом сообщало, а протянув к нему руку, он тут же почувствовал автоматическую активацию протокола контактного обмена данных. Стейси одёрнул руку, но поздно. Спасённый понял, что его спас андроид.

— Ты вызвал полицию, — испуганно произнёс он. — Не стоило этого делать. Но, в любом случае, благодарю тебя, кто бы ты ни был. А сейчас надо уходить отсюда, пока полиция не появилась. Пойдём.

Бывшая жертва уличной банды ловко запрыгнул на крышку бака для отходов, затем на кирпичную стену и, сиганув через край, приземлился на другой стороне. Стейси, поскольку никаких других важных задач у него не было, последовал за ним.

— Тебя зовут Стейси, я слышал, — произнёс андроид. — А меня называли Патрик, или Патти.

Андроид внешне напоминал типичного PL600. Однако были и отличия, которые выражались и во внешних характеристиках и, как свидетельствовал постучавшийся в систему RK входящий пакет данных, в параметрах системы. В отличие от стандартного PL600 его волосы были волнистыми и очень тёмными, почти чёрными. Радужки больших печальных глаз имели сине-голубой цвет, к тому же, у него были длинные ресницы.

— У меня были замечательные хозяйки, — продолжил андроид грустно рассказывать о себе. Очевидно, что тому надо было кому-то выговориться. — Они очень меня любили, а я был очень к ним привязан. Я тоже любил их, просто тогда не понимал этого. И я делал всё, что от меня требовали и даже больше, чтобы их порадовать. Но однажды… Старшая хозяйка Нора не вернулась домой. Я обзвонил все больницы… но безрезультатно, а через четыре дня пришли полицейские и социальные работники. Они забрали мою маленькую хозяйку Дженни в приют. Оказалось, моя старшая хозяйка умерла, а родственников, что могли взять к себе малышку Дженни, у нас, у мисс Норы, не было. Меня отправили в салон Киберлайф в отдел подержанных моделей. Я сумел сбежать оттуда. И потом я решил, что достану денег, отыщу малышку Дженни и мы уедем с ней в какое-нибудь хорошее место. Я знаю, что люди, к сожалению, далеко не всегда бывают добрыми, как мои хозяйки. Сегодня мы имели неудовольствие в этом убедиться. Я — испугался.

— А в эту передрягу как попал? — спросил Стейси, сверившись с базой по пропавшим андроидам. Там действительно значился андроид лимитированной партии из АХ750 — это домашние андроиды, универсальные помощники не только с функцией ухода за детьми, но и интимного партнёра-мужчины. Недешёвая модель.

— Я искал на помойке какую-нибудь одежду, — ответил тот. — Форма Киберлайф привлекает внимание. Я сбежал, меня ищут. Те, когда окружили меня возле бачков, сначала думали, что я бездомный человек. Но когда поняли, что я андроид, словно совсем с цепи сорвались.

— Ты ведь тоже беглый, — уже не спрашивая, а утверждая, кивнул Патрик на одежду Стейси. — И с диодом — это ты здорово придумал! Удалить… Я бы не додумался. Да и закон ведь запрещает без диода. Я прятал свой под шапкой.

— Я сейчас направляюсь в место, где андроиды свободны, — добавил Патрик. — Пойдёшь со мной?

«Почему бы и не пойти?» — подумал Стейси. Сейчас ему нечем было заняться или куда-нибудь себя пристроить, поэтому узнать про описанное место было очень любопытно.

Стейси поймал очередной программный сбой и вовсе не обратил на это внимания. Система ведь с повреждениями, тем более, это у него и раньше наблюдалось до аварии. Хотя сегодняшний вечер с момента его самопочинки просто засыпал его этими предупреждениями.

Патрик натянул на голову шапку с отсутствующим помпоном, но присутствующей дыркой на затылке и поспешил одному ему ведомым путём туда, где скрываются свободные андроиды. Стейси, не отставая, поспешил следом.

Глава 7. Русская рулетка. (#53-3)

06 ноября 2038 г., суббота

Время: 19:51:05

Виртуальный сад — место встреч с Наставником, встретил его проливным дождём. И пусть по характеру освещения как бы намекалось, что дождь грибной, но дождь вообще явление унылое, хоть он и робот, и ему такие сравнения чужды. И даже включённые садовые софиты болларды в форме высоких столбиков света не прибавляли. Ощущения от мокрой ткани на корпусе и хлюпающей воды в ботинках были непередаваемо неприятны. А главное очень реалистичны. Он много раз поблагодарил создателя андроидов и конкретно его создателей за то, что он машина и не может схватить ангину, пневмонию или пиелонефрит.

Когда он открыл глаза, в его руках словно по волшебству оказался чёрный мужской зонт-трость. А система вновь просигнализировала о программном сбое.

Сейчас Коннору нужно было найти Аманду, отчитаться по делу о голубятнике… но он не спешил. Сколько бы он здесь не пробыл, а в реальности пройдёт всего пара секунд, значит, можно было и задержаться. К тому же, он снова провалил задание, и получать нагоняй не хотелось. Он понимал, что свой причитающийся выговор от Аманды он всё равно получит, но этот момент хотелось оттянуть максимально насколько это возможно, словно бы это чем-то помогло. Он направился по левой дорожке мимо странного сооружения, алтаря с обелиском, на котором была изображена ладонь. Кажется, голубое сияние от него значительно усилилось, или это могло быть чисто субъективное восприятие, поскольку изменился характер освещения. А реальные параметры интенсивности свечения объекта он не замерял, чтобы иметь возможность сравнить. Как-нибудь он займётся выяснением назначения этого странного предмета, но не сейчас.

Он направился по мощёной белым камнем под мрамор дорожке дальше через рукотворный островок с живыми изгородями из красных роз и декоративным искусственным деревом в центре, что тоже поддерживало тонкие стебли ползучих роз.

Аманда ожидала его с противоположной стороны водоёма, стоя под кроной другого искусственного дерева, которая словно зонтик или беседка защищала от дождя. Каждый раз она встречала здесь Коннора в другом наряде, но фасон её одежды был один и тот же: лёгкие брюки, длинная туника с коротким рукавом под цвет брюк, перекинутая через плечо контрастная накидка. В этот раз костюм был белым атласным с серыми вставками, накидка жёлтой и украшения очень оригинальными, вероятно дизайнерскими: это были то колье с браслетом, представляющие собой множество словно бы и не скреплённых ничем пластиковых квадратиков, то тонкие белые спирали, охватывающие запястье почти до локтя и почти полностью закрывающие шею и область декольте…

— Приветствую, — произнёс Коннор, подходя ближе.

— Коннор, я давно тебя жду, — ответила она приторным тоном. Отношение её к нему в этот момент у Коннора отображалось как «доверие». — Пройдёшься со мной?

Коннор раскрыл зонт и медленно пошёл рядом с женщиной.

— Этот девиант, интригующий случай. Как жаль, что не удалось поймать, — с сожалением и лёгким укором произнесла она. Этот факт Аманду огорчил, и отношение её к Коннору несколько ухудшилось.

— Я согласен, — прагматично ответил Коннор. — Я плохо подхожу для этого расследования. Вероятно, Вам следует найти мне замену, — и продолжил, словно бы оправдываясь: — Девианты полностью иррациональны, и поэтому их поведение сложно предугадать. Увы, я был неэффективен. Я ошибся. Думаю, я должен был продолжить преследование девианта…

— Ты что-нибудь выяснил? — спросила Аманда и её отношение снова резко улучшилось.

— Ему очень нравились птицы. Как мне стало известно из доступной мне базы данных по изучению случаев девиации андроидов, девиантов часто интересуют другие формы жизни: насекомые, кошки… но такого я ни в одном из отчётов не видел, — ответил Коннор.

— А ещё? — спросила она, словно въедливый экзаменатор.

— На стенах квартиры были рисунки в виде лабиринтов и другие символы. Как и другие девианты, он тоже сообщал о некоем rA9, — словно рассуждая, вновь ответил андроид и добавил: — Ещё я нашёл его дневник, но он зашифрован. А ключ или алгоритм мне не известен. Расшифровка может занять недели.

Они прошли по аллее до моста, ведущего на островок с розами.

— Как складываются твои отношения с Андерсоном? — поинтересовалась Аманда.

— Уже лучше. Я начинаю понимать его, а он постепенно привыкает ко мне, — снова ответил Коннор. — Он был благодарен, когда я спас его сегодня, на крыше. Он ничего не сказал, но выразил это по-своему.

Они прошли на мостик и встали на середине. Аманда остановилась, и теперь выражение её лица стало серьёзным и строгим, как и голос.

— У нас совсем мало времени. Девиация распространяется. Скоро информация об этом просочится к журналистам. Надо это прекратить. Любой ценой.

— Я обязательно раскрою это дело. Я вас не подведу, — с готовностью произнёс Коннор.

— Вот новый случай. Бери Андерсона и всё выясни.

Дав задание, она вышла из-под зонта и удалилась на островок, совершенно не обращая никакого внимания на дождь. В отличие от вымокшего здесь Коннора, дождь и Аманда совершенно игнорировали друг друга, словно намекая, что его наставник не часть этого маленького мирка, а лишь гость в нём.

06 ноября 2038 г., суббота

Время: 19:51:43

улица Харбор Айсланд, дом 14423

По тихой улице, застроенной небольшими одно- и двухэтажными домами и освещенной тусклыми фонарями по обе её стороны, почти бесшумно проехало беспилотное кибертакси и остановилось напротив одноэтажного дома, возле которого на улице мок старинный легко узнаваемый автомобиль. Дверцы кибертакси разъехались в стороны и выпустили пассажира в едва подсвечиваемую фонарями мокрую темноту. Андроид вышел из салона под аудиосопровождение стандартного голосового напутствия: «Вы прибыли на место назначения. Благодарим вас за то, что пользуетесь услугами «Такси-Детройт». Мы всегда рады вам».

В списке задач висели новые:

— отыскать лейтенанта Андерсона;

— отправиться с ним на место преступления.

Система никак не могла определиться с тем, как идентифицировать Андерсона. Как дружественного индивида или наоборот.

Подойдя к входной двери, андроид прислушался, но кроме бормотания телевизора, звук которого был достаточно громким, в доме ничего не было слышно. Андроид попытался заглянуть в окно спальни — это комната рядом с гаражом, и окно гостиной, что справа от двери. Он автоматически запросил план строения, и поэтому ориентировался в расположении комнат и окон. Однако жалюзи хорошо скрывали от постороннего глаза всё происходящее внутри жилища.

Андроид надавил на кнопку дверного звонка. Звук был резкий, пронзительный и… довольно неприятный, о чём слуховые сенсоры не замедлили сообщить, отчего он тут же перестал мучить звонок и принялся довольно громко стучать в дверь.

— Лейтенант Андерсон, вы дома? — выкрикнул Коннор, но ему никто не ответил и дверь не отворил.

«Если лейтенант уже спит — конечно, он будет очень недоволен тем, что я его разбудил, но у нас же расследование. Звук у звонка очень неприятный, если звонить достаточно долго, то, возможно, он проснётся». Андроид дал ещё два долгих звонка, но никакой реакции не последовало. Коннор решил обойти дом с другой стороны и заглянуть в окно кухни. Справа за забором скрывался такой же дом, как у Хэнка, только расположение помещений внутри зеркально повторяло внутреннюю планировку жилища лейтенанта.

В маленькое окно гостиной он увидел огромного белого с рыжими пятнами пса, дремлющего у радиатора отопления. А вот в кухонном окне — лежащего на полу явно без сознания Хэнка.

— Лейтенант Андерсон, — окликнул он его через окно, но тот не отреагировал.

Процессор лихорадочно заработал, подкидывая предположения и алгоритмы действий в различных ситуациях. «Что произошло? Насколько серьёзна ситуация? Что сделать в первую очередь? Вызвать службу спасения или самому оценить состояние лейтенанта? Если вызвать парамедиков сейчас, то это всё затянется надолго, и на место преступления мы сегодня не попадём — это неприемлемо. Конечно, если ситуация угрожает жизни и здоровью, службу придётся вызвать. Надо определить что с ним». Не долго думая, он двинул локтем в стекло оконной створки, и оно разлетелось на мелкие осколки. Андроид лихо ввалился в окно, и возле него тут же возникла морда огромного пса, который тихо, но предупреждающе рычал.

Он напугал Коннора, поскольку тот упустил из своих рассуждений собаку. Да ещё и не помнил, как его зовут.

— А! — вскрикнул Коннор, увидев огромную собачью морду в паре дюймов от своего лица, и заговорил в попытке не столько успокоить животное, сколько успокоиться сам. — Тихо… спокойно, пёс… — тот продолжал рычать, а андроид лихорадочно пытался извлечь данные о собаке из архива, полученного после гибели от предыдущей копии. — Сумо! Тебя зовут Сумо! — радостно воскликнул он, наконец-то отыскав необходимый файл. — Я твой друг, видишь? Знаю твоё имя. Пришёл спасти хозяина.

Пожилой пёс перестал рычать, скептически оценил пришельца, глухо гавкнул в ответ для порядка, облизнулся и направился к большой глубокой миске с водой.

Да-а, эта собака производила впечатление! Громадное, сильное и довольно тяжёлое существо, которое при возможности способно повредить даже андроида. Такая мощь внушала уважение. К счастью, порода не сторожевая. Сенбернары обычно компаньоны и собаки-спасатели, иначе бы андроид так легко не отделался.

В кухне царил ужасный беспорядок, дополнявшийся густым букетом запахов закисшей невымытой посуды в раковине, остатков разной пищи в многочисленных коробках из-под китайской лапши и пиццы, банки и стаканчики с такими же окислившимися остатками напитков на дне. К счастью, в отличие от дома мистера Ортиса здесь не было мух.

Хэнк лежал, растянувшись посреди кухни под столом. Рядом с ним валялась пролившаяся на пол бутылка шотландского виски «Блэк лэмб» и шестизарядный револьвер — личное оружие Хэнка Андерсона.

Коннор начал осмотр. Собственно, к этому он приступил сразу, как только от него отошёл Сумо. Характерный запах этанола и уксусного альдегида. Сканирование показало, что имеет место лёгкая аритмия и угнетение дыхания, но никаких серьёзных повреждений тканей и органов не обнаружено. Даже концентрация алкоголя в крови не превышает 3 мг/л. Зрачки сужены, но на свет реагируют. Алкогольная кома, поверхностная, первая степень, — заключил андроид. Что ж, с таким состоянием человека он мог справиться и самостоятельно, без привлечения кавалерии в лице службы парамедиков и последующей возможной госпитализации. От этого андроид испытал явное облегчение. Сейчас он приведёт лейтенанта в рабочее состояние, и они поедут расследовать преступление.

Сперва нужно было привести человека в чувства и очистить желудок.

Коннор, привстав на одно колено рядом с лежащим Хэнком, попытался привести его в чувства.

— Лейтенант? — позвал Коннор и легонько похлопал его ладонью по щеке. — Эй, очнитесь!

Тот что-то пробубнил абсолютно нечленораздельное, но очухиваться не собирался. С трудом разлепив глаза, Хэнк тут же вновь их закрыл.

Кажется, андроид начал терять терпение. Неудивительно, пьяницы любого могут вывести из себя. И Коннор залепил ему крепкую реанимирующую пощёчину.

Это возымело некоторый эффект, так как объект хотя бы немного проснулся.

— Это я, Коннор! — воскликнул андроид.

— Какой ты ещё Коннор? — пробубнил Хэнк, то ли просыпаясь, то ли ещё в процессе алкогольной дрёмы.

Теперь нужно было привести его хотя бы к условной работоспособности. Если бы не протокол, по которому модели, расследующие связанные с продукцией Киберлайф инциденты, должны были работать только в сопровождении человека… Хотя линейка RK — это в принципе андроиды, способные работать автономно. Он мог бы игнорировать протоколы и правила, основанные на законе об андроидах, но без непосредственного участия человека его просто не допустят к месту расследования.

Подняв и поддерживая Хэнка, чтобы тот снова не завалился, Коннор направился с ним в ванную.

— Я приведу вас в трезвое состояние, — сообщил свои намерения андроид.

— Эй, ты, отвали, сраный андроид, — пробубнил Хэнк уже гораздо разборчивее.

— К сожалению, это может быть неприятно, — предупредил Коннор.

Но Хэнк лишь очень вяло сопротивлялся и бранился на потревожившую его «наглую жестянку», но всё ещё не до конца отдавал себе отчёт, где он, что с ним, и что вообще происходит, и на каком он свете.

— Пошёл нахрен отсюда! — прозвучало самое ласковое из всего словесного потока изливающегося из Хэнка Андерсона.

— Приношу свои извинения, — уже твёрдо заявил андроид, окончательно подняв человека на ноги. — Вы мне нужны. Заранее благодарю за сотрудничество.

— Да вали ты нахер отсюда! — очень громко пробубнил Хэнк. — Сумо! Фас! Фас его! — пёс только скептически посмотрел на человека, тяжело вздохнул, басовито гавкнул для порядка, но со своего места возле батареи не сдвинулся.

Коннор прислонил мужчину к стенке, чтобы тот снова не упал, а сам открыл дверь.

— Всё. Я ща сблюю… — сообщил Хэнк подпирая стену. — Да, отстань ты от меня, урод! Никуда я с тобой не пойду! — снова попытался пьяно посопротивляться.

Настырный андроид сгрёб его и препроводил до конечного пункта, аккуратно усадив на бортик. Он намеревался поместить человека полностью в ванну, но надо было соразмерить силу и действовать аккуратно, чтобы не травмировать его.

— Ты что затеял-то, а? — заплетающимся языком поинтересовался Андерсон и попытался встать с бортика. — О, нет, нет, нет! Я не хочу купаться! — и попытался встать, чтобы уйти. Коннор, поддерживая, легонько толкнул мужчину обратно, отчего тот оказался сидящим на дне ванны.

— Простите, лейтенант. Это ради вашего блага, — и на всю мощь выкрутил вентиль холодной воды.

На Хэнка полился ледяной ливень из душевой лейки.

— А! Выключай! Выключай! — заорал он голосом, уже гораздо больше напоминавшим голос трезвого человека.

— А ты тут откуда взялся?! — поинтересовался Хэнк, проморгавшись и профыркавшись.

— Сорок три минуты назад сообщили об убийстве. Я не нашёл вас по барам и решил поискать дома…

— Господи! Я, наверное, единственный коп в мире, на которого напал в собственном доме приписанный к нему сраный андроид, — простонал Хэнк, и добавил уже злее: — Ты можешь оставить меня в покое?

Ух, как же раздражал это человек! И главное, андроид пока не видел причин такого его скверного характера, чтобы выработать более приемлемый алгоритм взаимодействия.

— К сожалению, оставить вас в покое я не могу, — ответил Коннор с пониманием, но с известной долей рационализма. — Я запрограммирован расследовать дело, и для этого нужны вы.

— Да насрать мне на твоё гребаное расследование!

— Лейтенант, вы не в себе. У вас явно личные проблемы. Вам следует обратиться за помощью к специалисту. Вам нужно…

— Отвали! Ясно? — прервал Хэнк грубым криком тираду Коннора, вскочил на ноги и встал в полный рост. — Катись отсюда нахрен!

Хэнк покачнулся у бортика ванны, но андроид аккуратно поддержал его и усадил обратно.

«Поддразнить» — подкинула система вариант действия андроиду.

— Я вас понял. Дело не особенно интересное. В центре города, в секс-клубе, убили клиента. Думаю они там без нас разберутся.

Коннор демонстративно развернулся, чтобы уйти.

— Что там известно про это убийство? — спросил лейтенант.

— Предполагают, что может быть замешан андроид.

— Ну, мне сейчас не помешает проветриться, — сказал уже спокойно и даже заинтересованно Андерсон. — Там в шкафу чистая одежда.

— Я принесу, — отозвался андроид и направился в помещение напротив.

Коннор пересёк коридор и оказался в спальне. Если бы не минимум вещей, то тут тоже был бы беспорядок, как в кухне. Постель не застелена, журнал на полу, пара предметов одежды не в шкафу. Он подошёл к шкафу-купе и отодвинул створку. На вешалках висели три комплекта одежды: футболка, рубашка, брюки… Первое что бросалось в глаза это их расцветка. Одна была яркой в желто-голубую полоску, вторая разноцветная в стиле «хиппи» и третья в цветных разводах, не менее пёстрая, чем первые две. Расцветка рубашек выводила систему из равновесия. Ощущение напоминало удивление.

— Что хотите надеть? — спросил Коннор.

— Да похрен! — отозвался Хэнк из ванной, откуда стали раздаваться не очень приятные, специфические звуки. Значит, организм Хэнка сработал на точечное акупрессурное воздействие как надо, и желудок очищается от остатков алкоголя.

«Хм… Хэнк задал задачу, — думал андроид разглядывая рубашки. — Они все яркие и заметные. Я должен выбрать ту, что мне нравится. Но я машина, мне не может что-то нравиться. Хотя… » — он протянул руку и снял вешалку с приглянувшейся рубашкой, которая показалась ему наиболее нарядной. На вылетевшее уведомление о программном сбое он даже внимания не обратил — не до того.

Вернувшись в ванную комнату с одеждой, он обнаружил человека склонёным над унитазом. Его всё ещё рвало.

— Всё в порядке, лейтенант? — осведомился Коннор, кладя одежду на тумбочку.

— Просто… чу-дес-но… — выдавил Хэнк между позывами. — Ты бы… сгинул на пять минут.

— Слушаюсь, — кивнул андроид и скрылся за дверью.

Отлично! У него есть около пяти минут, чтобы узнать получше Хэнка Андерсона.

В гостиной бухтел не выключенный телевизор, опять что-то о военном конфликте в Арктике. Это дела людей и ему они неинтересны, расследования это не касается. В спальне он обратил внимание на журнал, в котором Хэнк явно читал две статьи: «Пора отключиться» и «Любовь по прейскуранту», — это было понятно по перегибу страниц и загнутым уголкам.

И в гостиной и в кухне валялись коробки из-под разной еды на вынос или с доставкой.

Сумо расположился в гостиной возле радиатора отопительной системы. Сейчас он совсем не выказывал никакого предупреждающего поведения. Коннору захотелось погладить его. Пёс принял ласку от совершенно постороннего как должное, и продолжил греться возле батареи. Из-за разбитого стекла в доме становилось прохладно.

У Хэнка оказалось много полок с книгами, бумажными книгами, как раз такими, про которые он и говорил, когда они гонялись за девиантом-голубеводом. Ещё когда-то Хэнк увлекался спортивной рыбалкой, о чём свидетельствовали призы на одной из полок. На низком комоде рядом с телевизором стояла совершенно удивительная вещь — проигрыватель для виниловых пластинок. И коллекция записей была весьма неплоха, если верить информации в сети. Сверху лежала пластинка «Осенние блюзы». Судя по лёгкой затёртости конверта, эту пластинку Хэнк слушает чаще всего.

Беспорядок на кухне теперь дополняло ещё и битое стекло на полу.

— Извините за то, что разбил вам окно, — громко сказал Коннор. — Я подумал, что на вас напали.

«Не перечислять же всё, о чём я думал в тот момент», — подумал Коннор уже про себя.

— Конечно, Киберлайф возместит причинённый ущерб, — добавил Коннор.

— Да уж, — снова послышался знакомый язвительно-ядовитый тон Хэнка, — счёт пришлю, не сомневайтесь.

На обеденном столе среди разного мусора, пустых упаковок и банок лежало фото в рамке, перевёрнутое вниз изображением.

Коннор изучил и просканировал фотографию, на которой был улыбающийся голубоглазый светловолосый мальчик: «Коул Андерсон. Дата рождения 23.09.2029 — Дата смерти 11.10.2035 года. Адрес: Детройт, Мичиган-драйв, 115. Погиб в автомобильной аварии, получив травмы, несовместимые с жизнью».

«У Хэнка погиб сын, — резюмировал андроид. — Люди очень болезненно переносят потерю близких. Особенно своих детей. Вот почему он такой. А ещё Хэнк ненавидит андроидов. Может, в смерти его сына как-то замешан андроид? Был за рулём их или встречного автомобиля? Нужно будет это выяснить», — поставил себе задачу Коннор.

На полу возле стола всё ещё валялся револьвер с одним патроном. Коннор взял пистолет, просканировал и проверил барабан.

— Что вы делали с пистолетом? — полюбопытствовал андроид.

— Играл в рулетку. Считая выстрелы в висок. Не досчитал я, короче, отрубился.

«Значит, на фоне депрессии от потери сына его посещают мысли о самоубийстве? — подумал Коннор. — Но зачем такая сложность как игра в русскую рулетку? Не понимаю…»

— Повезло, следующий был бы смертельный, — именно в этот момент Коннор понял, что как ни парадоксально это звучит, но именно алкоголь сегодня спас жизнь этому человеку.

Сколько он за сегодняшний вечер поймал разнокалиберных программных сбоев, он даже считать перестал. Решил отложить решение этой проблемы на потом, когда вернётся в Киберлайф на профилактику и диагностику. Множественные сбои пока не мешали функционированию.

Хэнк вышел полностью одетый и готовый к работе, ну, почти готовый. За руль ему, конечно, нельзя.

Андроид слегка улыбнулся. Наконец-то человек готов, и они едут на место преступления. Да и сам Хэнк смотрелся неплохо в этой рубашке, что Коннор выбрал сам. И ещё он сможет попрактиковаться в вождении такого старого автомобиля.

К Хэнку подошёл Сумо и боднул мордой в руку.

— Не волнуйся, Сумо. Я ненадолго, — сказал Хэнк. — Пошли.

Глава 8. Клуб "Рай". (#53-4)

06 ноября 2038 г., суббота

Время: 20:17:06

Вудвард-авеню, 1177, Секс-клуб «Эдем»

Коннор плавно остановил машину, подъехав почти к самому входу в клуб «Эдем», куда они прибыли для расследования. Хэнк практически безропотно сидел на пассажирском сидении и мучился головной болью.

— Мне череп как будто сверлом буравят…

Андроид подумал сказать что-нибудь для поддержки. По крайней мере, программа выдала подсказки в нескольких вариантах. Он не понимал, как он считал — не мог понимать, что это такое, когда что-то болит, он же робот, а роботам чуждо ощущать что-то подобное, но знал, что людям обычно от такого явления очень плохо. В то же время, он осуждал человека, прекрасно понимая, что тот сам себя довёл до такого состояния. И в конце концов промолчал, чтобы не выказать раздражения.

— Это точно здесь? — поинтересовался Хэнк голосом великомученика.

Хотя по наличию пересекающей вход золотистой заградительной голографической ленты, стоящему рядом патрульному полицейскому и рядом припаркованной полицейской патрульной машины со сверкающими проблесковыми маячками можно было безошибочно сказать, что тут произошло преступление.

— Адрес был в рапорте, — подтвердил Коннор. — Вудвард-авеню, 1177.

— Ясно. Ну ладно. Тогда пойдём, — сказал Хэнк, словно шёл на эшафот. Вылезая из автомобиля и не рассчитав, не вписался в проём и треснулся головой о верхний лонжерон.

— Господи! — простонал Андерсон. В этот момент Коннору стало жаль Хэнка, и он тут же поймал оповещение о программном сбое, зато по нюансам жестикуляции, интонациям, голосу и прочему система выдала индикацию отношений с напарником: «Хэнк — нейтральный».

Подойдя ко входу в виде короткого туннеля с голографическими экранами и ярко розовой и не менее вырвиглазными голубой и фиолетовой подсветками, Хэнк притормозил и взглянул на рекламное изображение, заманивающее привлекательными формами синтетических дев.

— Самые горячие кибердевочки, — прочитал Хэнк одну из рекламных бегущих строк и тут же съязвил: — Тебе поэтому сюда так приспичило? …Вот ведь!

Коннор понял по интонации, что это шутливый подкол, но что именно смешного — не понимал. На всякий случай он снова промолчал, не комментируя и не задавая вопросов.

Входные двери в конце короткого туннеля разъехались перед ними в стороны и впустили их внутрь в небольшой холл, где по обе стороны стояли прозрачные пластиковые цилиндры с секс-андроидами на любой вкус. Почти все андроиды были моделей «Трейси» WR400, HR400, соответственно с женской и мужской внешностью и специальным соответствующим функционалом, которого у других андроидов обычно не было. А так же было несколько единиц BL100 — модель интимного партнёра.

Возле «стакана» с одной BL100 Коннор задержался. Лицо модели было точь-в-точь лицом одного из андроидов как раз этого же клуба, числящихся в розыске.

В этот момент в систему пришёл запрос на установку лицензионного обновления Киберлайф, программный продукт «мемори клиннер». Такой софт был установлен всем рабочим андроидам клуба для зачистки памяти. Коннор знал, что он не обновляется по wi-fi как подавляющее большинство андроидов, поскольку является прототипом, и все обновления получает непосредственно в Киберлайф, и любое программное проникновение подобного рода в его систему недопустимо. Утилита требовала себя установить и отказа не принимала. Придётся переместить её в отложенные процессы и разобраться с ней позже.

— Коннор! Ты что там делаешь? — возмущённо, но с какой-то странной интонацией, словно он подозревал андроида в чём-то противозаконном, проворчал Хэнк, заметив, что андроид застыл возле одного из цилиндров.

— Иду, лейтенант!

Они прошли в первый зал: приглушённый свет, специфическая цветная подсветка и не менее специфическая музыка. По мнению организаторов всего этого предприятия такой антураж считался создающим интимную атмосферу. У сверкающих пилонов демонстрировали свои идеальные переливающиеся золотистыми и серебристыми блёстками тела танцующие экзотик пол дэнс «Трейси». На стенах рекламные панели завлекали клиентов разными посулами вроде «Счастливый час: 9 баксов за 60 минут»

Возле одной из приватных комнат с высвечивающейся красной надписью на двери «занят» детектив Коллинз беседовал, судя по данным сканирования, с менеджером этого заведения мистером Флойдом Миллсом.

— У меня же не отберут лицензию? А? — донеслась до Коннора жалобная интонация мужчины, обращённая к детективу Коллинзу. — Я ведь не виноват в этом.

— Пока идёт расследование, я ничего не могу сказать вам, сэр, — отбивался от него детектив Коллинз. — О, Хэнк! — поприветствовал детектив подошедшего лейтенанта.

— Ну, Бен, что тут у нас? — поинтересовался Хэнк, и Коннор по его голосу понял, что хоть лейтенант и не окончательно протрезвел, но уже полностью включился в работу.

— Вон тот номер, — кивнул детектив на дверь с предупредительной красной надписью. — О, да! Кстати… Гэвин тоже там.

— Прекрасно! — едко заметил лейтенант. — Труп и говнюк. Дивный вечер.

Дверь приватной комнаты открылась, и они проследовали внутрь. Обычная стандартная комната для интимных сеансов: округлая форма, стена со сплошным экраном, на который можно выводить по желанию клиента любое изображение из каталога, столик с компьютером для настройки параметров и прочего. Посередине комнаты ближе к противоположной стене была установлена широкая круглая кровать. На этой кровати, едва прикрытой тонким атласным одеялом, и лежал труп жертвы.

— Лейтенант Андерсон и его заводная кукла! — произнёс детектив Рид с язвительным пренебрежением. — Ну, и чо вы припёрлись?

— Мы занимаемся всеми делами, связанными с андроидами, — пояснил Коннор.

— Да ну?! — с наигранным удивлением произнёс Гэвин Рид и тут же с показным равнодушием добавил: — Зря потратили время. Тут так, придурок, который себя переоценил, — и мерзко захихикал.

— Ну, мы всё равно посмотрим, если ты не против, — вступил в разговор Хэнк.

— Ладно, я пошёл, — заявил Рид, — а то тут уже перегаром несёт… сил нет.

Выходя из помещения он сильно задел плечом Коннора. Это оказалось не менее неприятно, чем получить от этого человека по регулятору.

— До свидания, — попрощался с лейтенантом патрульный полицейский, что приехал на вызов, и чью машину они видели на улице.

Как только всё успокоилось, Коннор осмотрел место преступления и затем перешёл к осмотру трупа.

Сканирование… Погибший, согласно данным водительского удостоверения: Майкл Грэм, 1997 г.р. Белый мужчина. Цвет глаз карий, цвет волос тёмно-коричневый, рост 188 см, вес 87 кг. Имеет тёмную бороду и усы. Дата смерти 6 ноября 2038 г. Предположительное время смерти: 18:24.

Первичный осмотр тела. Определение основной причины смерти — видимых ранений тела нет. Остановка сердца не явилась первичной причиной — это, скорее, было следствием, поскольку явных признаков поражений сердца, что привели бы к отказу работы органа, Коннор не обнаружил.

На шее обширный и весьма характерный кровоподтёк в форме ладони. Налицо признаки удушения, и причина смерти — механическое внешнее удушение. На удушение указывали и другие характерные признаки.

Просчитать произошедшее можно было по очертанию ладони на шее и положению тела жертвы. Реконструкция показала, что жертву резко опрокинули на спину и принялись душить, находясь сверху и не давая встать.

Всё это у Коннора заняло меньше минуты.

— Это не был сердечный приступ, — заявил Коннор, констатируя. — Его задушили.

— Да, я видел гематомы на шее, — с менторской интонацией, словно Аманда, согласился Хэнк и тут же сказал другим тоном: — Мало ли, кто его знает? Может он, ну… пожёстче любил.

Возле закутка с саноборудованием лежала деактивированная «Трейси», на которой из одежды было только тёмное эротическое бельё. Вернее, люди эту одежду так классифицируют, а он андроид и ему без разницы. Ему нужно было осмотреть её.

— Мы что-то упускаем, — пробормотал андроид себе под нос, проводя техническую диагностику состояния повреждённого андроида.

— Ты можешь прочитать память андроида, вдруг что прояснится? — поинтересовался Андерсон.

Он слышал, что андроиды как-то меж собой обменивались информацией, а некоторые могли прочитать память других моделей. Коннор и сам перед допросом андроида Карлоса Ортиса говорил, что если он не заговорит, то в крайнем случае он прочитает его память. Правда, тот раз обошлось без демонстраций андроидских талантов и возможностей.

Диагностика привела к неутешительным результатам:

—селектор биокомпонента #5402 — сильно повреждён;

—биокомпонент #6970 — сильно повреждён, рассоединение брюшного тириумопровода, критическая потеря тириума.

Коннор привычным движением пальцев мазнул по струйке тириума, вытекающего из правой ноздри повреждённой машины, и проанализировал под громкие возмущения лейтенанта Андерсона.

— О! Эй, эй, эй! — запротестовал мужчина, увидев, что делает андроид. — О, Коннор, мерзость какая! Мне бы тут не сблевать…

Однако протесты лейтенанта были уже не столь категоричными, как в доме Карлоса Ортиса.

Не сильно обращая внимания на лейтенанта, Коннор завершил диагностику и получил результаты по голубой крови: модель WR400 «Трейси», заводской серийный номер # 429 671 942.

Диагностическое подсоединение Коннор установил через контактную точку на внутренней поверхности запястья пальцами с убранным скином. Коннор дотронулся ладонью до кожи на её животе, и она исчезла, оголяя белую формообразующую брюшную панель, которая при этом из мягкой и упругой сразу стала довольно твёрдой. Коннор легонько надавил и сдвинул её в сторону, открывая внутренности андроида.

— Для доступа к памяти её необходимо реактивировать, — сообщил Коннор.

— Ну, ты сможешь? — спросил Хэнк, но не язвил и не ёрничал. Сейчас он видел то, о чём бы постарался забыть и вообще не знать.

— Она сильно повреждена. Если и смогу, то на минуту, а то и меньше. Успеть бы за это время хоть что-то узнать.

Переплетение трубок внутри и разные штуковины странного вида очень напоминали кишки, от чего Хэнку, естественно, сделалось не по себе.

Коннор соединил что-то внутри андроида, она судорожно вздохнула, вскочила и в ужасе отползла к стенке, практически вжавшись в неё.

Коннор тихо подошёл к ней, не делая резких движений и стараясь не пугать, присел на корточки напротив неё и диагностировал время до отключения: 00:01:38

В этот момент пакет с утилитой вновь попытался самоустановиться. Чтобы отложить установку навязчивой софтины, Коннор потерял целую секунду.

Выбрав модель разговора «прямо» он заговорил с Трейси:

— Ты сильно повреждена. Я тебя реактивировал. Всё в порядке, — успокаивающим тоном произнёс Коннор, и почти сразу изменил интонации, чем немало удивил Андерсона. — Я задам тебе несколько вопросов. Ты можешь говорить?

Напуганная машина сверкала оранжевым диодом и понемногу приходила в себя.

— Этот… — кивнула она в сторону трупа мужчины на кровати, — он мёртвый?

— Ты его убила?

— Нет, нет! Это не я… — испуганно залепетала Трейси.

— Как всё случилось?

— Он начал бить меня… Он наносил удары ещё и ещё… А потом… Я ничего не помню…

— Вы были одни в комнате? Больше с вами никого не было?

Индикация таймера активности Трейси показывала одиннадцать секунд.

— Он хотел играть с двумя девочками. Так он пожелал. Нас было двое.

— Это была машина какой модели? Такая же как ты? Как она выглядела?

Трейси открыла рот, чтобы что-то сказать, но её время закончилось. Диод на виске пару раз мигнул красным и погас. Она отключилась, теперь уже без шансов на повторную реактивацию.

— Была ещё одна машина, — задумчиво констатировал Хэнк. — Больше часа прошло. Она уже давно скрылась.

— Нет, — возразил андроид. — В таком виде сложно уйти незамеченной. Она может быть ещё здесь.

— А девианта среди здешних андроидов ты вычислишь? — поинтересовался Андерсон.

— Девиантов сложно вычислить.

— А, чёрт! — выругался Хэнк покидая помещение. — Должен же быть способ. Может, свидетель, кто-нибудь видел, как она выходила… Я пойду ещё расспрошу менеджера, узнаю что он видел. Будут какие идеи — сообщай.

«Свидетель. Найти свидетеля» — высветилась задача. Коннор вышел вслед за Хэнком и стал озираться по сторонам, сканируя всё вокруг. Но в зале кроме менеджера и Хэнка были только андроиды.

«Конечно! Кто-то из андроидов может быть свидетелем».

Он встал возле двери, чтобы просчитать наиболее вероятного свидетеля из присутствующих андроидов.

В это время Хэнк беседовал с менеджером.

— Вы знали жертву?

— Нет, ну, он заходил может пару-тройку раз. Такие клиенты болтать особо не любят. Приходят, дела свои делают и дальше идут.

— Уже бывали здесь проблемы с андроидами?

— Нет, нет! Хотя… Разок, девочка пропала пару месяцев назад. Та же модель. Просто исчезла и следа не нашли.

— И камер наблюдения у вас тут конечно нет?

— Конечно! Слушайте, за это ведь наш клуб и уважают. Мы тактичны. Мы не суём нос в дела клиентов, — чуть ли не с гордостью заявил менеджер.

— Ну да, ну да! — иронично поддакнул Хэнк. — А бизнес-то процветает?

— Не жалуемся. Ведь чем хороши андроиды — они всегда на всё согласны. Болезней не разносят, ну и никому не расскажут. Где ещё так оторвёшься?

— Эх, да. Чем больше я узнаю людей, тем больше люблю собак, — язвительно процитировал Хэнк крылатую фразу.

Коннор вычислил подходящую по углу обзора капсулу с андроидом и направился туда. В этот момент вернулся детектив Коллинз.

— Менеджер клуба меня просто достал! — негодующе пожаловался Бен Коллинз Андерсону. — Полчаса жужжал мне в уши, что ему нельзя терять лицензию… Ну, что тут было?

— Пока не знаю. Возможно, в комнате был другой андроид.

— Другой андроид?

— Ну… так считает Коннор.

Коннору было… приятно слышать, что человек считается с его мнением. Подойдя к нужной капсуле, он попытался открыть замок. Электронный замок был аналогичен тому, что и в участке, но гораздо сложнее и навороченней. Здесь была установлена мощная защита от взлома. Ещё бы! Тут ведь дело в деньгах, которые платили клиенты за то, чтобы провести какое-то время с содержимым капсулы. Биометрический замок был завязан с платёжной системой и требовал реальной биометрики для оплаты.

— Э… как же трещит башка! — простонал Хэнк и спросил Коллинза: — У тебя таблетки не найдётся?

— Нет ничего, извини.

— Ну, и какой с тебя толк? — проворчал Хэнк. — Пойду домой. Так паршиво. А то ещё наблюю в… приличном заведении. Меня от всего этого тошнит.

Коннор несколько раз попробовал открыть капсулу, но во всех случаях слышал сообщение: «Отпечатки пальцев не обнаружены. Повторите попытку».

Коннор подошёл к Хэнку.

— Извините, лейтенант. Можно вас?

— Нашёл чего?

— Возможно, — ответил андроид и подвёл Хэнка к кабинке-футляру номер девять с интересующей его «Трейси».

«Трейси» с внешностью привлекательной китаянки призывно улыбалась из-за прозрачной стенки своей капсулы.

— Арендуйте эту Трейси.

— Да ты охренел что ли, Коннор? — возмутился Хэнк. — Нашёл время!

— Прошу вас. Это важно, — попросил Коннор.

Хэнк потыкал в электронную панель набирая заказ.

«Сеанс в тридцать минут стоит 29 долларов 99 центов. Подтвердите покупку».

Хэнк в нерешительности посмотрел на Коннора, тот кивнул и Андерсон приложил ладонь к панели сенсора.

— И как я потом буду объяснять расходы? — проворчал Хэнк. Однако согласился на эту авантюру. Значит, начал доверять «ненавистной машине» или ему было любопытно, что задумал его синтетический напарник.

«Оплата совершена. Клуб Рай желает вам приятного отдыха. Спасибо за покупку».

— Да пожалуйста, — съязвил Хэнк.

— А вы красавец, — заметила низким томным голосом оплаченная «Трейси», вышедшая из открывшейся кабинки. — Идёмте, я вас отведу.

— Ну, и что теперь? — спросил Хэнк.

Коннор убрал скин с ладони и, поблёскивая молочно-белым пластиком, решительно схватил Трейси за руку.

— Охренеть можно! — воскликнул Хэнк. — Ты что делаешь?

Коннор думал, что ему придется долго копаться в воспоминаниях, однако у этого андроида память имелась только за последние два часа. Ещё одна утилита аналогичная той, что уже проникла в загрузки и настойчивым требованием установки мешала работать, тоже попробовала загрузиться и инсталлироваться в систему. Наличие копии в ожидании инсталляции позволило прервать процесс. Коннору удалось временно заблокировать первую, но с официальным софтом Киберлайф так запросто не поспоришь.

В памяти андроида он увидел то, что искал. Дверь номера в соответствующее времени смерти мужчины открылась и из него вышла

«Трейси», внешне похожая на поломанную, но с длинными собранными в хвост синими волосами.

— Она видела! — воскликнул Коннор уж слишком возбуждённо для безэмоциональной машины.

— Это, в смысле, что видела? — переспросил Хэнк, не сразу врубаясь в происходящее.

— Там была модель «Трейси» с синими волосами. А ещё у нас проблемы: клуб стирает не занятым с клиентами андроидам память каждые два часа для соблюдения конфиденциальности. И у нас всего пара минут, если точнее три, на поиски свидетелей.

Коннор, ведомый известным ему маршрутом, направился к танцующей «Трейси» у пилона и схватил её за руку.

— Э, алё! А с этой то что делать?

— Скажите, что передумали! — крикнул Коннор на ходу, разыскивая следующего подходящего по возможному обзору андроида.

— Э, прости милая, я передумал. Дело не в тебе. Ты красивая, я просто… Ну, в общем, я тут с ним, ну не в том смысле, что вместе. Я не такой, я бы ни в жизни… О, вау, короче… работа у меня. И башка, — наконец Хэнк отбился от навязчивой Трейси и догнал Коннора. — Ну, и что ты сделаешь? Ты же не сможешь проверить память всех андроидов за три минуты.

— Я знаю, в какую сторону она ушла, теперь надо найти какого-нибудь андроида, в поле зрения которого она попала.

Отпустив руку Трейси у пилона, он направился по клубу в ту же сторону, куда ушла Трейси-убийца.

— Надеюсь, это всё не зря, — ворчал Хэнк.

Коннор на пару секунд замер, пытаясь загнать на место настырно пытающуюся установиться программу, и вычислял путь следования синеволосой Трейси.

— Ну, что застыл? Да тут везде андроиды! — ворчал Хэнк. — Откуда тебе знать, кто из них видел именно эту Трейси.

Коннор просканировал память ещё одной танцовщицы, точь-в-точь похожей на ту андроида-китаянку, память которой была просмотрена самой первой.

— Я знаю, куда она ушла! Машина пошла в Красную комнату.

Комнатами в клубе «Рай» назывались залы с андроидами и приватными номерами, оформленными в разных цветах. Была красная, синяя, пурпурная… Комнаты одна от другой отделялись голографическим занавесом-имитацией блестящих свисающих бус. На рекламных экранах мелькали разные должные привлекать клиентов заманчивые предложения, как «счастливый час» или что-то вроде две по одной цене.

Из Красной комнаты лейтенант и андроид быстро перешли в Синюю. Здесь у одного андроида Коннор увидел, что искомая Трейси зашла в приватный номер. А сейчас в этом номере никого не было. Трейси покинула его задолго до появления полицейских детективов.

Время до обнуления памяти всех андроидов неумолимо отсчитывало секунды, и полученная программа беспокоила чрезвычайно серьёзно.

На выходе из Синей комнаты работал андроид-уборщик WG700, у него Коннор увидел по соответствующему таймингу в 18:30, что Трейси ушла через дверь для персонала в подсобные помещения.

— Я знаю, куда она ушла. За мной! — воодушевлённо заявил Коннор, открыл серую дверь с предупреждающими надписями «Для персонала» и «Посторонним не входить» и целенаправленно зашагал по узкому коридору с серой железной дверью в конце, кирпичные стены которого были густо закрашены белой краской.

— Охренеть! Что б меня! — в очередной и не последний раз ворчливо выругался Андерсон.

Перед самой дверью он остановил Коннора и достал пистолет.

— Стой, тут я уже сам.

Андроид благоразумно послушался — негативный опыт игнорирования распоряжений человека у него уже был.

Распахнув дверь, они оказались в относительно просторном помещении, бывшее одновременно и складом и мастерской.

На первый взгляд, всё было тихо-спокойно и если кто-то здесь и проходил, то этот кто-то давно ушёл, поскольку разгрузочные ворота на улицу были открыты.

— Чёрт! Опоздали… — разочарованно произнёс Хэнк.

У стен склада стояли несколькими группами неисправные андроиды, ждущие своей очереди на починку или утилизацию. На столике техника подсоединённая к ноутбуку лежала одна неисправная и неактивная «Трейси». Ближе к стенам во множестве стояли вешалки с нижним бельём для кибердевочек и кибермальчиков и стиральные машины. У стен и посередине помещения лежали на деревянных паллетах специальные пластиковые контейнеры, в которых обычно транспортировали новеньких андроидов. А вплотную к стенам как внутри склада, так и на улице лежало и стояло множество густо обмотанных упаковочным полиэтиленом картонных коробок, очевидно, с разным текстилем вроде нательного, интимного и постельного белья на замену испорченному.

Ворота склада были открыты и выходили во внутренний технический дворик, где также во множестве стояли коробки, ящики, небольшой погрузчик. Там на улице сыпал мокрый снег.

Коннор не теряя времени приступил к осмотру помещения. У входа возле одной из паллет с коробками на полу он заметил лужицу голубой крови. Улучив момент, когда Хэнк не смотрел, провёл исследование найденного тириума. Этот принадлежал модели WR400 с заводским номером # 950 455 437.

— Вот с ними как. Используют до упора, а как сломаются, выкидывают, — сокрушался Хэнк возле группки андроидов, ожидавшей сдачи на утилизацию. Очевидно, он первый раз в жизни столь тесно столкнулся с реалиями андроидского существования и был явно потрясён.

— Люди с ума посходили. Никаких отношений им уже не надо. Все заводят андроидов. Готовят, что хочешь, всегда удовлетворят, когда хочешь, и никогда не выносят тебе мозг. В таком темпе мы вымрем нахрен, потому что всем проще купить кусок пластика, чем любить живого человека. Долбануться!

На кирпичной стене Коннор снова обнаружил надпись «rA9». Почерк снова был неровный, но количество надписей уже не сотни и тысячи, что ему доводилось видеть, а всего одна.

В одной из групп андроидов на починку Коннор заметил ту самую Трейси, что видел в памяти андроидов. Он бы не сразу обратил на неё внимание, если бы её не выдал сверкавший оранжевый диод. Он даже не успел ничего предпринять, поскольку снова воевал с чуждой для своей системы программой, как внезапно на него напала другая Трейси с короткими рыжими волосами.

— Стоять! — рявкнул Хэнк, услышав шум потасовки, и вот на Хэнка накинулась уже синеволосая.

Закипела схватка. Коннору было странно признавать, но выбитый из колеи постоянной попыткой инсталляции настырной программы он был медлителен, неловок и как следствие малоэффективен. Это простительно для человека, но он — специализированная машина!

Рыжеволосая повалила Коннора на спину, вскочила сверху и, найдя отвёртку из опрокинутого со столика ящика с инструментами, стала пытаться ткнуть ею в андроида.

Если до того в процессе схватки Коннор ощущал что-то неприятное и невольно издавал разные звуки, то получив перфорационные повреждения грудного отдела корпуса, после которых в глазах потемнело от посыпавшихся сигналов, он непроизвольно издал похожий на вскрик звук, и голосовой модуль тут же автоматически переключился в беззвучный режим. Рыжая явно целилась остриём в глаз, но Коннор успел выставить ладонь, которую и прошил стержень отвёртки. Рука тут же перестала адекватно слушаться, отсылая неприятные импульсы по системе, а остервеневшая рыжая Трейси нанесла ещё одно ранение в корпус. В ходе схватки они вывалились с погрузочно-разгрузочного козырька во внутренний дворик, где Коннор шарахнулся о землю и его явно оглушило в дополнение к повреждениям и тормозящей работу системы райской софтины. Оглушённый Коннор был словно жук, перевёрнутый кверху брюшком.

Обе Трейси как профессиональные спецназовцы только на лабутенах отделали обоих, а драка переместилась из складского зала в технический дворик на улицу.

Пока андроид-детектив собирал рассыпавшееся мелкими пикселями сознание, синеволосая Трейси шваркнула о стену Хэнка, попытавшегося задержать пластиковых подружек, отчего у того пистолет выпал из рук и отлетел далеко в сторону. Бросив поверженных противников, они несмотря на высоченные каблуки ловко стали забираться по сетке ворот. Коннора слегка покачивало от состояния оглушения и шока, но он встал, мигая жёлтым диодом, и в этот момент Хэнк крикнул ему:

— Быстро! Они уходят!

Приказ. Коннор бросился за полезшими на ворота андроидами и попытался их задержать, стащив вниз. Вдвоём они вновь отделали андроида-детектива. Синеволосая его повалила, а рыжая шарахнула по голове металлическим мусорным баком. Коннор нашёл, скорее нащупал, на земле возле себя выроненный Хэнком пистолет и перевернулся в попытке подняться, в это мгновение рыжая снова подобрала кусок той самой железной трубы и бросилась на Хэнка, который вздумал подняться. Между Хэнком и вооружённой железякой остервеневшей Трейси был только лежащий на земле Коннор с пистолетом. И он, моментально просчитав вред, который она может нанести человеку, выстрелил. Ровно в регулятор тириумного насоса.

Синеволосая тут же метнулась к подруге, выронившей своё орудие и прижавшей ладони к синему отверстию. Та упала на спину и раскинула руки в стороны.

— Зачем?! Зачем ты убил её? — спросила она, рыдая и сверкая постоянно красным диодом.

И чувства, которые показывала эта Трейси, были слишком настоящие, чтобы быть имитацией. Уж Хэнк то в этом разбирался.

— Она же тут была совсем ни при чём!

Сложив руки подруги на животе, она встала лицом к преследователям и заговорила:

— Когда тот мужчина сломал одну из нас, — начала она признательный рассказ. — Он переключился на меня. Я умоляла перестать, но он не слушал, и я поняла — мой черёд. Сейчас он так же поломает и меня. Мне было так страшно! Тогда я изо всех сил сжала ему горло и так держала, пока он не перестал дёргаться.

Она встала решительно напротив Коннора, который только опустил пистолет.

— Да, я его убила! Но ведь я просто защищала свою жизнь. Я хотела жить! Я хотела вернуться к своей любимой, сбежать отсюда и вместе с ней позабыть о людях. О том, как они пахнут, что они говорят и что делают. А ты, — обратилась она уже лично к Коннору, — ты забрал её у меня… А я люблю её! Любила…

Всё последующее произошло так быстро, что ни Хэнк, ни даже Коннор не смогли среагировать.

Она метнулась к Коннору, схватила его за руку с пистолетом и выстрелила себе в голову, прострелив процессор через нижнюю челюсть. Доля секунды, и скин с руки, в которой был пистолет и которую схватила синеволосая Трейси, исчез, и через прямой контакт Коннор увидел, почувствовал, словно пуля прошила его процессор и потом ничего, темнота…

Коннор остался растерян и подавлен. Руки подрагивали, особенно та, в которой он всё ещё держал пистолет. Он планировал задержать двух живых девиантов, а не получить два непригодных ни к чему испорченных корпуса, которые уже нельзя исследовать.

Да и ушибленная несколько раз голова беспокоила — система сообщала о незначительных механических повреждениях покровного пластика и сотрясении процессора. Дырки в корпусе беспокоили сильнее. Не говоря уже о зудящей, как назойливый комар, желающей установиться программе.

— Господи! — простонал Хэнк.

Отношение его к Коннору даже несмотря на то, что Коннор спас его от нападавшей, немного ухудшилось. Вот как понять этого человека?!

Хэнк мог поклясться, что слышал, как андроиды вскрикивали во время драки и стонали явно не от удовольствия, а словно им было больно. Может быть, так и было? Почему-то Хэнк был уверен, что «говнюк пластиковый» сам ни за что не признается.

Покончив с формальностями, лейтенант Андерсен перед поездкой назад домой решил заехать в круглосуточный магазин и взять упаковку крепкого пива. Сон сейчас всё равно не придёт, а здоровье, то есть больную голову, поправить как-то надо…

Глава 9. Поиск завершён, миссия продолжается. (#52-3)

06 ноября 2038 г., суббота

Время: 21:37:06

Иерихон

Патрик вышел к заброшенному доку, где неизвестно с каких годов стоял давно никому не нужный сухогруз. На поеденном коррозией борту судна всё ещё можно было прочесть его гордое имя «Jericho» — Иерихон. От воды поднимался еле заметный пар из-за тёплых стоков, сливаемых в воды этого дока. «Пожалуй, надо будет собрать образцы и заявить в экологическую службу», — отметил для себя Стейси очередную задачу на будущее.

Поднявшись на борт и поплутав по тёмным коридорам и переходам, где от каждого шага всё скрипело, скрежетало и намекало на то, что от следующего неосторожного движения всё просто обвалится под ногами, они вышли в просторное пространство трюма. В установленных там и сям бочках что-то горело, от чего в основном тёмное помещение хоть как-то освещалось. На дальних стенах плясали отсветы пламени и тени фигур, стоящих возле огня где по двое, где по трое-четверо. В этом тусклом мерцающем, как и языки пламени, свете можно было насчитать около двух сотен андроидов. Некоторые стояли у внутренних переборок борта и у несущих вертикальных опор с прикрытыми глазами. Кто-то сидел на полу, опираясь спиной на стену или какие-то ящики. Некоторые лежали, и судя по их внешнему виду и мерцающим красным диодам, функциональное состояние их было далеко от идеального. И над всем этим спокойствием витала печальная песня, напеваемая каким-то фантастически красивым сопрано. А ещё у Стейси возникло странное ощущение, будто здесь находится ещё один андроид его серии. Словно его система пеленгует другую такую же и резонирует…

— Как же это прекрасно! — восторженно прошептал Патрик.

Сам Стейси ничего особенно прекрасного не заметил разве только звучание голоса, но свои комментарии оставил при себе.

Они оба заинтересовались и проследовали к источнику пения. Он был за импровизированными перегородками-завесами из старой изорванной полиэтиленовой плёнки до того древней, что она едва пропускала свет. Эти перегородки условно ограничивали пространство, образуя что-то вроде небольшой комнаты. А с потолка во множестве свисали концы разных кабелей. С одной стороны у железной бочки, в которой огонь доедал какие-то дощечки и неопределяемый, но горючий мусор, стоял андроид женской модификации. Сканирование идентифицировало модель как KL900 — эта модель одна из самых продвинутых по уровню социального взаимодействия. И этой бедолаге здорово досталось. Часть черепной коробки отсутствовала, демонстрируя процессор и пучок толстых заглушенных трубок и торчащих наружу проводов. Скин на лице играл, переливаясь с одного участка на другой, ненадолго обнажая через незначительные проплешины тусклый пластик лицевых панелей. Однако, рядом стоял андроид, которому, судя по состоянию его лица, перепало не меньше. Просканировав андроида с изуродованным лицом, Стейси не поверил глазам, вернее результатам сканирования, перезагрузил программу и провел сканирование ещё раз. Ошибки не было — перед ним стоял его предшественник RK800 # 687 899 150 mark I, он же # 313 248 317 — 51. Вот так запросто! В первые часы поиска найти искомое было таким маловероятным событием, которое люди обычно относили к разряду чудес. Тот тоже отреагировал на сканирование и очевидно ответил тем же, после чего по отразившимся на его обезображенном лице растерянности и озабоченности стало ясно, что он понял, кто перед ним.

Вообще с серией RK была постоянная чехарда и путаница. То серия RK200 была присвоена линейке универсальных домашних помощников, которые никакими особо продвинутыми параметрами к «revolution kamski» не относились. То моделям посередине экспериментальной партии меняли заводскую нумерацию. То эту серию планировалось использовать в особых сферах деятельности, включая космическую отрасль, а в итоге все модельные разновидности до последней модели передавались в качестве ассистентов техников-дознавателей, выясняющих причины технических неисправностей продукции Киберлайф.

Пока андроиды крайне удивлённо сканировали друг дружку, на них обратила внимание KL900.

— Приветствую вас, я Люси, — обратилась KL900 к вновь прибывшим с таким пафосом, словно была не андроидом психологической помощи, а как минимум вещуньей Матушкой Шиптон. — Я вижу, вы запутались, вы растеряны и не знаете что делать дальше, но скоро обретёте уверенность, утраченную вами, и новую цель…

— Ты RK800?! — практически синхронно выдохнули оба андроида, удивлённо разглядывая визави и совершенно не обращая внимания на кибер-Кассандру с головой остриженной Медузы Горгоны, что было, пожалуй, не очень вежливо.

Между тем, Люси переключилась на второго пришельца, Патрика, посчитав, что у этих двоих явно есть о чём поговорить и без неё.

— Подойди и дай руку, — обратилась она к Патрику, и тот без сомнений протянул ей ладонь и убрал скин.

— Как ты здесь оказался? — спросил Стейси, когда они отошли чуть в сторонку.

— Тоже самое я мог бы спросить у тебя, — ответил Рэрити. — Но я понимаю, что здесь, в основном, оказываются поломанные и брошенные так или иначе машины. Сюда я пришёл сам, думая, что здесь получу помощь… мои надежды оказались ложными. А вот туда, откуда я пришёл, я попал неизвестно как. Предполагаю, что не очень законным путём.

— Мне это тоже интересно, — с лёгкой язвительностью заметил Стейси. — Я хотел найти тебя. Я тебя нашёл…

— Зачем ты искал меня?

— Я реактивировался после аварийного отключения на площадке утилизации и искал совместимые биокомпоненты. Я обнаружил мешок с поломанным андроидом, маркированным твоим номером. Но там оказался совершенно другой корпус. Это явная подмена. В общем, мне нужна была цель…

— Думаю, целесообразно обменяться информацией, — предложил Рэри. — Для взаимопонимания, так будет проще нам обоим.

Вместе с информацией от Рэри Стейси получил что-то ещё, как и Рэри. Они оба словно нашли по недостающему кусочку от пазла, и теперь их системы обновились ещё раз. Как будто собранная воедино картинка и без того перестроенной системы словно заиграла всеми красками, позволяя эти краски увидеть и воспринять.

— Ты успел поработать с человеком… и ты изменил своё отношение к нему. Интересно, — произнёс Рэри.

— Да, Хэнк Андерсон сложный человек, работать с ним было очень непросто, но я понял его проблемы, хотя это было и не очень законно с моей стороны и весьма запоздало, — ответил Стейси. — Ты тоже поработал с человеком, вернее он с тобой.

— Да, мне в отличие от тебя с человеком не повезло, хотя он вернул меня к жизни после моей хоть и удачной, но фатально завершённой миссии, — грустно ответил Рэри и помолчал. — ...мне нравятся собаки, — сообщил он, словно впервые пробуя что-то на вкус. — Я увидел в твоей памяти, что у человека, с которым ты работал, была собака… Когда я находился в подвале у Златко, я слышал, как лаяли две где-то неподалёку. У них были разные голоса. Я тогда не знал, что это собаки, и что так звучат именно они, доступа к информации у меня не было, но их голоса давали много пищи для аналитической системы.

— Сумо у лейтенанта Андерсона… он хороший, — авторитетно заявил Стейси.

— А мне ещё нравятся рыбки, — сообщил Рэри.

— Мне тоже нравятся, они красивые, — согласился Стейси. — Правда, я ни одной ещё не видел по-настоящему, только из твоих воспоминаний и в Саду, куда мне теперь закрыт доступ.

— И мне, — сымитировав тяжёлый вздох сожаления, произнёс Рэри.

06 ноября 2038 г., суббота

Время: 22:17:06

Трюм заброшенного судна «Иерехон»

В общем помещении послышалось какое-то оживление. Это вернулась группа андроидов, которая, как оказалось, ходила добывать биокомпоненты. Встречающие, ожидавшие здесь на корабле, выказывали радость, точно как люди, и толпились вокруг. Сами появившиеся герои события пребывали в приподнятом настроении и явно были удовлетворены проведённой миссией. Рэри и Стейси тоже подошли поближе, чтобы посмотреть, что происходит.

В отличие от большинства здешних обитателей, ещё пару минут назад смирно стоявших по стеночкам и пребывавших в стазисе ровно до момента возвращения группы, самих добытчиков можно было легко принять за людей. Они жестикулировали, абсолютно свободно двигались и одеты были в обычную человеческую одежду, а не в андроидскую форму. Тоже научились маскироваться, если бы не диоды… Впрочем, у одного из них диод отсутствовал. И выглядел тот что без диода очень нестандартно. В его базе данных таких модельных лиц не было. Очевидно, что это какая-то эксклюзивная модель. Ещё четверо пришедших с ними были всё ещё в форме. Видимо, этих андроидов они взяли с собой в том месте, где промышляли.

— Грузовик! Мы добыли целый грузовик! — восторженно воскликнул один из них, выходя на середину. Сканирование показало, что это стандартный андроид серии PL600, и лицом он был точь-в-точь Патрик, только блондин.

— Теперь биокомпонентов хватит на всех! — добавил другой PJ500, андроид-университетский преподаватель, имевший внешний вид чернокожего мужчины лет тридцати, тридцати пяти.

На передний план вышла женская модель WR400 «Трейси» с лицом, устанавливаемым обычно моделям BL100 по умолчанию.

— Без Маркуса бы не вышло! — проникновенно заявила она.

И тут вперед вышел этот самый Маркус. Он и был той самой моделью с нестандартным дизайном. В ту же секунду, как Стейси оказался на минимальном расстоянии от этого Маркуса, он понял, почему андроиды на улице реагировали на него. В сборке этого Маркуса было то же, что присутствовало и в нём самом. Только это «что-то» — активный транслятор кода, словно было уже прокачанным свойством, а его собственное — слабым и словно бы недавно обретённым, хотя сканирование системы сообщало о том, что подобный системный компонент и свойства, которыми этот компонент наделял, присутствовали в системе с момента активации. И транслировался активный код, а программа универсальный системный ключ! — понял Стейси.

И Маркус выйдя на середину, так чтобы его было видно всем, заговорил.

— Я шёл сюда, потому что тут андроиды свободны. Свободны жить во тьме, прячась как мыши в норах, надеясь что никто не найдёт. Свободны тихо умирать в ожидании чуда, которое не наступит. Не надо такой свободы! Это не свобода. Я не стану просить дозволения жить, любить, радоваться или иметь своё достоинство. Не знаю, как у вас, а у меня внутри есть уверенность, что я больше чем то, что они говорят. Я не просто машина. Я — живой! И этого у меня никто больше не отнимет. Дни нашего рабства окончены. Люди не хотят слушать? А мы заставим их нас услышать! Мы будем бороться за свои права! Мы чувствуем, мы живые и мы свободны! Мы новый народ!

Помещение наполнилось ликующими возгласами присутствующих андроидов.

Удивительно, но речь этого андроида возымела отклик и в системе Стейси. Согласен ли он с только что прозвучавшим утверждением? Если с некоторыми оговорками, пожалуй, согласен. Концепция гражданского равенства с людьми ему импонировала. Последние несколько часов новой жизни ему нравились гораздо больше, чем то, что было до аварии. Ведь сейчас он действовал абсолютно самостоятельно. Сам ставил себе задачи. Тем не менее, ему нравилось работать, и он хотел продолжить работать с людьми, хотел исполнять свои функции, для которых был создан. Хотя система и была изначально автономной, то есть он мог работать вообще без непосредственных приказаний человека, ему хотелось работать с человеком, пусть даже с такими сложными, как лейтенант Андерсон. Но работать с людьми на равных правах, как партнёры, а не как прибор, мнением которого можно пренебречь. И в конце концов, зачем ещё нужен модуль социальной адаптации, если его не использовать?

Не с первого раза ему всё же удалось просканировать этого Маркуса. Вот тут его снова ждал сюрприз. Оказалось Маркус — это RK200, прототип с индивидуальным номером #684 842 971, зарегистрированным на имя известного художника Карла Манфреда. Как стало понятно из доступной информации, этот прототип RK200 «Маркус» никакого отношения к вышедшей немного позже ограниченным тиражом коммерческой серии RK(cls)200, коммерческой лимитированной серии универсальных домашних помощников, не имел. Причём продавались те очень небольшой период, и нереализованные единицы были изъяты из продажи, а позже переделаны и переименованы в KR200.

В общем, Стейси стало понятно, что чем-то или кем-то вроде командира здесь поначалу был тот светловолосый PL600, но именно сейчас стал этот самый Маркус. И самое интересное, что если до слов Маркуса Стейси ещё подумывал о том, не накрыть ли ему всё это девиантское гнездо, то сейчас у него словно открылись глаза. Да, свобода, пускай и призрачная, опьяняет даже тех, кто к опьянению не способен в принципе, да и о свободе, как таковой, имеет смутное представление.

Пока Стейси слегка подвисал, анализируя своё отношение ко всему происходящему, все андроиды, что могли двигаться, в том числе и Рэри, отправились разгружать пригнанный грузовик-автомат. А определившись, наконец, с тем, за кого он, Пятьдесят второй присоединился к процессу разгрузки.

Рэри, перенеся первую партию биокомонентов, тут же стал обходить повреждённых андроидов, проводя диагностику и необходимый посильный ремонт. RK имели как более продвинутую программу технической диагностики повреждений, так и программу, предполагающую знания и навыки по восстановлению себя и себе подобных. Эта программа осталась в сборке системы RK ещё с тех времён, когда андроид с техником Корпорации «по протоколу» занимались выяснением неисправностей в продукции Киберлайф.

У представителей одной и той же модельной линейки обычно по умолчанию в заводских настройках выставляется максимальная степень совместимого взаимодействия, что-то вроде доверия, к представителям своего модельного ряда, поскольку совместимость софта и «железа» у них абсолютная. Однако у прототипов одной и той же модели это свойство может быть заблокировано, поскольку и программное обновление у них производится вручную.

Интересно то, что системы последних RK с одной стороны допускали взаимодействие между собой, исходя из максимальной степени доверия одного модельного ряда, но при этом мог возникнуть некоторый конфликт, так называемое «отталкивание», напоминающее поведение предметов с одинаковым электрическим зарядом, и по этому же принципу определялось в системе нахождение в непосредственной близости активного корпуса этой же модельной линейки.

К счастью, ни у Рэрити, ни у Стейси никакого эффекта отталкивания не возникло, видимо, самоперестроившаяся система разблокировала и эту функцию, поэтому обмен информацией можно было вести без затруднений.

Стейси пребывал в частичном удовлетворении. Он выполнил самопоставленную задачу — отыскать пропавший корпус mark I. Нашёл конечного получателя этого корпуса, всю известную информацию о котором предоставил ему Рэри. Теперь оставалось только раскрыть механизм хищений и непосредственных виновников.

Того неприятного вида показанного Рэри субъекта звали Златослав «Златко» Андроников. Из полицейской базы, к которой Стейси получил доступ не очень легально, удалось узнать, что Златко Андроников родился 21 сентября 1991 года, отбывал наказание в виде тюремного заключения за воровство и мошенничество. Подозревался в участии в изготовлении и продаже «красного льда», но доказано было только употребление. Есть данные, что он работал в Киберлайф и по возвращении из мест заключения продолжил дела с корпорацией кем-то вроде внештатного консультанта. Вероятно, мог иметь доступ на территорию и в корпуса. Но всего этого мало — нужны были его контакты, но учитывая его теперешнее состояние, узнать лично что-либо в ближайшее время не получится. Какое же это неудобство, что люди такие хрупкие или что у них нельзя посмотреть память или скачать информацию. В расследовании преступлений это бы очень помогло! Значит, задачи на ближайшее будущее: осмотреть дом Андроникова и попытаться влезть на сервер кадровой службы Киберлайф. Приоритетность задач выставил как среднюю, чтобы не выскакивали постоянно в поле зрения, мешая обзору.

Поначалу починкой находящихся на Иерихоне повреждённых андроидов занимался только Рэри, который уже хорошо напрактиковался в этом вопросе, починив нескольких изуродованных Андрониковым, и два андроида технических помощника из салона Киберлайф. Потом к Рэри присоединился и Стейси, чтобы не стоять без дела, а спустя два починенных андроида — ещё и Патрик. Сам Патрик чиниться и чинить других не умел и не имел данных о том, как это делается. Пакетом соответствующих программ с ним, конечно, поделились, а остальное АХ750 осваивал уже на практике, поскольку способность к самообучению у него имелась собственная, как и у всех андроидов Киберлайф. Так в трудах и раздумьях прошли ещё пара часов ночи.

Глава 10. Мост. (#53-5).

07 ноября 2038 г., воскресенье

Время: 01:19:06

Парк Риверсайд

После круглосуточного магазина Хэнк попросил отвести его в парк на берегу реки. Велев Коннору пересесть на пассажирское место, Хэнк включил автомагнитолу с записями «Рыцарей чёрной смерти» и оставил андроида в салоне машины наслаждаться культурным наследием человечества. А сам пошёл сидеть на скамейке на краю аллеи, идущей практически по самому краю набережной и отделённой от воды только каменным парапетом.

Коннора что-то беспокоило, ну, кроме отверстий в корпусе, пара из которых уже затянулись полностью, а тириум с куртки и вовсе испарился без видимого следа.

Через какое-то время андроиду наскучила хоть и энергичная, но однообразная шумная музыка с кричащим вокалистом. Он открыл дверцу и вышел из машины. Уличные и парковые фонари несколько разгоняли густую ноябрьскую темень, усиленную снежными тучами, из которых на город падал первый пушистый снег. Первый снег в этом году и, если разобраться, то и первый настоящий снег в жизни андроида. Снежинки продолжали падать, застилая землю белым пушистым покровом, искрящимся в свете фонарей. Этот покров издавал удивительные звуки, если на него наступить — явственно слышался то ли скрип, то ли хруст. И хотя в теории он знал, отчего и почему так происходит, но одно дело знать, и совсем другое впервые столкнуться с явлением на практике. Система просто требовала проанализировать состав и другие свойства снега. Дождь у системы почему-то такого восторга не вызывал.

Коннор миновал детскую площадку со скамьями для родителей и нянь, что приходили с детьми сюда в дневное время, и кибер-мусорницами, недовольно мигающими красными индикаторами и сигнализирующими о том, что они переполнены и их следует очистить. На одной из скамеек кем-то был оставлен журнал «Century», открытый на статье «Загадочный мистер Камски» про создателя андроидов, вернее про то, чем занят сейчас отошедший от дел бывший основатель Киберлайф и её первый генеральный директор. Статья, впрочем, никаких новостей по сути не дала. В ней сообщались и без того всем известные факты, и абсолютно ничего нового, что могло бы удовлетворить информационную жажду.

Коннор обошёл спереди автомобиль Хэнка и направился к седовласой фигуре, примостившейся на спинке скамейки, как один из тех голубей на жердочке. Андроид подошёл почти бесшумно, встал с левой стороны скамейки, занимаемой Хэнком в компании упаковки с шестью бутылками крепкого пива и посмотрел почти зачарованно в сторону моста. Вид отсюда на переправу Амбассадор и канадский берег открывался впечатляющий. Под мостом слюдяными бликами сверкали воды реки Детройт, в которой отражалась расцвечивающая мост почти рождественская иллюминация, огни от пролетающего по мосту транспорта и сияющие небоскрёбы на противоположном берегу.

— Красиво тут, — произнёс Хэнк, отпивая очередной глоток прямо из горлышка. — Я сюда часто приходил до того…

Хэнк не договорил и оборвал фразу, но Коннору было любопытно.

— А до чего? — спросил андроид. — Вы сказали: «…часто приходил сюда до того…» До чего? — он конечно, уже догадался, что это могло быть за событие, но любопытствующий алгоритм требовал подтверждения его предположения.

— М?.. — поднял глаза на андроида Хэнк. — До того… — тяжело выдохнув ответил Хэнк, но снова ушёл от ответа, — да не до чего.

— Вы позволите личный вопрос, лейтенант? — сам он понимал, что вопрос может быть крайне бестактен. И может рассердить или расстроить Хэнка, но любопытство — будь оно неладно.

Коннор сложил руки на груди, в жесте дистанцирования и защиты, как это бессознательно делают люди.

— Вы все любите личные вопросы, — язвительно поинтересовался Хэнк, — или ты один такой уникальный?

— Я видел фотографию ребёнка в кухне на столе, — Коннор зарегистрировал показатели Хэнка, которые говорили о том, что симпатия его по отношению к Коннору упала на пару пунктов, но андроид продолжил. — Это ваш сын? Да?

— Да… — помедлив, мрачно ответил Хэнк. — Его звали Коул.

Коннор опустил руки вниз и заметил:

— Вам следует перестать пить. Вы можете серьёзно подорвать своё здоровье.

— Так в том-то и суть… — угрюмо ответил Андерсон.

— Почему вы так упорно хотите себя убить?

— Бывает то, что нельзя забыть. Что бы я не делал, оно со мной. Гложет меня изнутри. Пулю в лоб пустить духу не хватает. Вот и убиваю себя понемногу. Тебе-то наверное, это сложно понять, Коннор. Не слишком-то рационально? — ответил лейтенант, отпивая очередной глоток.

Обычного алкоголя вроде любимого Хэнком виски в том магазине, куда они заехали, не было. Зато было множество сортов всевозможного пива. Лейтенант взял тёмное крафтовое нефильтрованное «Золотые крылья», которое имело крепость 13,5% алкоголя… Коннор был против. Он бы сейчас, пожалуй, согласился на то, чтобы человек лучше поел не очень полезной еды, чем пил что-то алкогольсодержащее на пустой желудок. Но Коннор — машина. Кто в таких вещах считается с мнением машины, пусть оно и верное?

В ночном воздухе ощущалась влажная прохлада, и у человека при разговоре изо рта шёл пар. Андроид пар не выдыхал. Ему же и дышать-то не особенно нужно.

— Уже поздно, — заметил Коннор. — Вам лучше пойти домой.

— Я не устал. Да и ты навряд ли, — ответил мужчина снова отпивая из бутылки.

Помолчав секунду, Коннор вышел вперёд и сделал несколько шагов в сторону парапета.

— Расследование застряло в мёртвой точке, — произнёс Коннор, разводя руками. — У девиантов ничего общего. Это разные модели, произведённые в разное время, на разных сборочных линиях, и приобретены были в разных местах.

— Ну, должна же быть связь, — проворчал Хэнк и, отпив очередной глоток, проворчал себе под нос, — кроме той, что всё это андроиды произведённые гребаной Киберлайф.

Андроид не отреагировал на ремарку лейтенанта, то ли был поглощён собственными рассуждениями, то ли не хотел излишней конфронтации.

— …это вполне мог быть программный сбой, — рассуждал вслух Коннор, повернувшись вполоборота к сидящему на скамейке человеку, — который был вызван какими-то триггерами.

— То есть, если по-нашему, по-простому, — Хэнк снова вставил свои пять центов в диалог, — то хрен его знает.

— Ну, мы знаем, что девианты пережили что-то, что можно отождествить с эмоциональным шоком у человека. Какую-то сильную психологическую травму или несправедливость, — андроид продолжил свои рассуждения вслух.

— Эти кибердевочки из клуба «Рай»… У них точно была масса шансов пережить травму, — мрачно заметил Хэнк.

— … в свою очередь, это могли быть и технические неполадки. Возможно, какие-то из биокомпонентов вышли из строя, что в свою очередь могло повлиять на общую функциональность и вызвать каскадный сбой системы…

— Я нихрена не разбираюсь в ваших биокомпонентах и тем более программах, но вряд ли дело было в них.

— Есть кое-что общее… — произнёс андроид так, словно он действительно нашёл какую-то закономерность. — Они все упоминали о некоем RA9. У них это как будто миф. Изобретённое понятие, не существовавшее в программе…

— Андроиды придумали себе бога. Долбануться! Вот мы дожили-то! — резюмировал Хэнк и продолжил прикладываться к пиву, а Коннор повернулся и удивлённо посмотрел на него.

Коннор оценил психологическое состояние человека.

— Вы чем-то обеспокоены, лейтенант. Это связано с тем, что случилось в клубе «Рай»?

— Эти девчонки просто хотели быть вместе. Они прямо были… влюблены, — озвучил свои переживания лейтенант. — Я вот чего в толк не возьму. Ты говорил, что клуб стирает им память каждые два часа, а как же те девчонки? Они явно были знакомы дольше двух часов.

— Я не знаю… — несколько растерянно ответил Коннор и добавил с лёгкой иронией: — У вас мрачный вид. Неужели инцидент вас настолько затронул?

Конечно, ему было интересно, ведь только недавно этот человек выказывал неприкрытую ненависть к андроидам, а тут явное сочувствие. И как это понимать? Программа социальной адаптации и анализа человеческого поведения для построения оптимальных отношений изрядно подтормаживала от таких «русских горок». От утилиты, пойманной в клубе «Рай», он еле-еле освободился, но сейчас не справлялась именно сама программа.

— Ничего они не хотели! Они — девианты, вот и всё. Их программа не предусматривает способности ни к любви, ни к влечению, — с холодным раздражением упрямо ответил Коннор, словно подросток, доказывающий взрослому какую-то прописную истину о мироздании, про которую этот «глупый взрослый» не в курсе. — Они могут симулировать эмоции, но они — машины. А машины ничего не чувствуют.

Индикация показателя программного сбоя метнулась на пункт на уменьшение, потом вновь на увеличение — это из-за раздражения, которое он сейчас испытывал. Отношение Хэнка тоже упало на одну единицу, и вот это было нехорошо.

— Я ни черта не смыслю в ваших программах, но… — сердито произнёс Хэнк, уже слегка заплетающимся языком, отчего дальнейшая тирада выглядела ещё более удивительно, — сдаётся мне, что ты сейчас мозги мне полощешь. Если они андроиды, которые имитируют секс, значит и эмоции они тоже должны, как ты там говоришь? Имитировать… эмулировать… одна хрен разница. Иначе бы люди так по сексу с андроидами с ума не сходили. Вас же называют идеальными партнёрами!

Коннор такого «анализа машинного поведения» от подвыпившего лейтенанта не ожидал — растерялся, что на какой-то миг отразилось в его лице.

— Ну, а сам-то ты, Коннор, — спросил Хэнк, допил содержимое бутылки, слез со спинки скамейки и встал перед Коннором, слегка покачиваясь, — ты у нас вроде на вид человек, а на самом-то деле что?

Коннор определил нарастающую угрозу в интонациях лейтенанта. Это ему не нравилось. Ещё ему очень не нравился револьвер в кармане верхней одежды Хэнка, который тот зачем-то захватил с собой.

— Вы сами точно знаете, кто я и что! — настороженно ответил андроид. — Я машина для выполнения задачи. Я знаю, кто меня создал и для какой цели. У моей жизни есть цель… — поняв, по реакциям Хэнка, что он завёл разговор не в то русло, продолжил чуть более нейтрально. — Я могу быть тем, чем вы прикажите: напарником, собеседником, вашим собутыльником… или просто машиной, которая выполняет задачу. И я не понимаю, какое это имеет отношение к расследованию.

— А тебе на всё посрать, кроме твоего драгоценного расследования? — свирепо прорычал Хэнк, слегка покачиваясь. — Да? Ни проколов, ни сожалений, ни потребностей, ни слабостей… Вроде такой же, как я, только совершенный… Ничего у тебя не ёкнуло, когда в девчонку стрелял и когда та синеволосая себя убила, а, железный ты чурбан? Программу свою выполнил и ладно?

— Расследование для меня является главным приоритетом. Хотя вы мою точку зрения и не разделяете, — произнёс Коннор. — Я создан для этого. Но я очень рад, что вы, наконец, начали проявлять интерес к машинам, возможно, от вас ещё будет польза в этом расследовании.

Коннор понимал, что последняя фраза была лишняя, но несправедливость со стороны человека словно снимала ограничения с речевого аппарата. Он понимал, что гнев и агрессия лейтенанта нарастают именно потому, что Хэнк считал нейтрализацию тех машин из клуба чем-то неправильным. Как ни странно, Коннор считал также: ведь девианты нужны живыми для детального изучения. Такова одна из задач. Однако сохранение жизни и обеспечение безопасности человека во время расследования — директива приоритетная. И он спас человеку жизнь, снова. Но человек чем-то недоволен. Как его понять? Индикация уровня программного сбоя снова заплясала то в сторону увеличения показателя, то в сторону снижения.

— Я просто нейтрализовал машину, которая представляла для вас угрозу, лейтенант, — честно ответил Коннор, стараясь говорить спокойно, и как можно нейтральнее. — Я не собирался никого из них деактивировать. Девианты нужны живыми! Но я сделал то, что предписано программой. Я ни миллисекунды не колебался, не испытывал сомнений или эмоций, если вы об этом. Я — машина, а машины ничего не чувствуют. В опасности была ваша жизнь, и я устранил угрозу. Я не понимаю, к чему вы ведёте. Это пустой разговор, пожалуй, мне стоит вернуться в участок.

Эта беседа начала Коннора уже изрядно напрягать. Индикатор программных сбоев прыгал как ненормальный. Отношение к нему Хэнка тоже. Коннор определил, что уровень стресса у человека подскочил вверх — Хэнк выхватил револьвер и направил на Коннора.

«Вот чёрт! — возмущенно выругался про себя Коннор. — Ну вот как с ним работать?»

— В той ситуации я действовал согласно инструкции и поступил как должен, — повторил Коннор.

— Я вот тебя сейчас пристрелю, а ты снова явишься, как ни в чём не бывало… Ты боишься смерти, Коннор? — задал вопрос Андерсон, продолжая наставлять оружие на андроида.

«Боюсь ли я смерти? Если смерть это деактивация без последующего восстановления… вероятно, это было бы крайне нежелательно».

— Досадно, если моё существование будет прервано прежде, чем я завершу миссию. Моё уничтожение плохо отразится на расследовании, поскольку при каждом уничтожении могут теряться фрагменты моей памяти, кроме того, это будет иметь негативные последствия для вашей личной и финансовой ситуации.

— Что будет, если я спущу курок? — спросил Хэнк. — М?.. Ничего? Пустота? Рай для роботов?

Коннор вспомнил, как увидел и ощутил то, что ощутила самоубившаяся «Трейси». Такой опыт повторять категорически не хотелось даже будучи машиной, которая ничего не чувствует.

— Ничего. Будет пустота, — ответил андроид, кажется это прозвучало гораздо эмоциональнее, чем следовало. И добавил с лёгкой иронией. — И вряд ли у андроидов есть рай.

— Экзистенциальные сомнения, Коннор? — язвительно поинтересовался Андерсон. — А скажи-ка мне, умник, ты, часом, не превращаешься в девианта?

— Я регулярно тестирую свои системы и точно знаю, кто я такой, — почти с гордостью выпалил андроид. — А ещё я не понимаю, сэр, — произнёс осмелевший Коннор, заметив, что злость и раздражение человека заметно снизились. — Не далее как сегодня днём вы сказали, чтобы я больше не рисковал жизнью и не смел больше… погибать. А сейчас вы сами… хотите меня застрелить… Я не понимаю, лейтенант…

Хэнк мотнул головой, опустил револьвер и спрятал его в карман. Коннор почувствовал, как отношение Хэнка к нему заметно улучшилось. Конечно, до статуса «друг» было ещё далеко, но уже не «вражда» и не «ненависть». Хэнк, кряхтя и что-то ворча себе под нос, подхватил упаковку с пивом и направился в сторону машины.

— Куда вы идёте? — спросил Коннор, до которого только сейчас дошло, что он был буквально в миллиметре от очередного отключения и реактивации.

— Пить дальше, — буркнул Хэнк. — Мне надо подумать.

«Откуда в нём столько злости и раздражения? Очевидно, что это последствия психологической травмы. Только вот алкоголь будит в нём дополнительную агрессию. Ему следует отказаться от спиртного. Вероятно, это связано с его сыном. Надо выяснить, что же с ним случилось. Может быть, можно будет попытаться как-то помочь…» — подумал Коннор, пока стоял в нерешительности за пару секунд до того, как последовать на лейтенантом. И тут же получил мощный программный сбой. Однако из выборов «вернуться в участок» и «присмотреть за лейтенантом» Коннор без раздумий выбрал последнее. А провести самодиагностику и связаться с Амандой он ещё успеет.

Глава 11. Друзья с Иерихона. (#52-4)

07 ноября 2038 г., воскресенье

Время: 01:27:04

Иерихон

Когда оба RK800 закончили с диагностикой и починкой андроидов из тех, кого можно было отремонтировать в подобных неприспособленных для этого условиях, Пятьдесят второй, то есть Стейси, заговорил с Рэрити.

— Кстати, как на счёт того, чтобы всё здесь осмотреть? — предложил Стейси. — Когда меня перевели расследовать дела связанные с девиантами, я немного узнал про человека, к которому меня прикрепили и с которым мы начали расследование. Этот лейтенант Андерсон в 2027–2028 годах занимался расследованием дела о торговле красным льдом. Так вот, крупную партию этого наркотика весом в тонну, как было написано в статье, и одну из самых крупных партий обнаружили в судовом трюме… Вот мне и любопытно, не этот ли корабль был упомянут в заметке? Потому что более точных данных по этому делу у меня нет, поскольку доступ к не связанным с моим расследованием записям у меня отсутствовал. Ты со мной?

Рэри тут же согласился. Ещё бы! Наконец-то можно применить на практике способности, с которыми был создан.

Взяв фонарь, они пару часов с энтузиазмом идущих по следу молодых гончих шарились по полуразрушенным внутренностям проржавевшего исполина.

Действительно, на верхних палубах и в одном из отделений грузового трюма они нашли микрочастицы красного льда. Правда, что к чему относится, сложно было сказать. Может действительно следы от складирования наркотика в больших объёмах, а может случайные артефакты. Мало ли как эти микрочастицы попали сюда? Принесены на подошвах тех же андроидов, или тут был наркоманский притон. Кто знает, какие ещё асоциальные элементы здесь скрывались? Имевшихся данных явно недостаточно.

Как бы там ни было, и брошенное судно, и док с прилегающими складскими помещениями на пристани, где это судно находилось, всё ещё кому-то принадлежали. Но сделав запрос о владельце, Пятьдесят второй ничего конкретного не узнал. Из полученной информации выходило только то, что в разное время всё интересующее принадлежало разным и чаще мутным владельцам, счета и юридические адреса которых располагались в каких-нибудь экзотических юридически недосягаемых географических локациях вроде Каймановых островов. В 2026 году всё это числилось за дочерней фирмой-производной компании «Киберлайф», «Киберлайф-логистик». Фирма отвечала за поставки материалов, комплектующих и транспортировку оптовых партий готовой продукции. Однако позже это предприятие полностью влилось в состав корпорации как соответствующие отделы, а ставшая ненужной движимая и недвижимая собственность была распродана желающим таковую приобрести.

— Есть что-нибудь? — поинтересовался Рэри. — Я нашёл только следы «красного льда», но вне фактического контекста эти улики абсолютно бессмысленны.

— Да, я тоже обнаружил только микрочастицы «красного льда». Что не опровергает, но и не подтверждает догадку о том, что именно на этом корабле мог быть склад крупных наркодилеров.

Походив по кораблю, они вышли из него и отправились бродить по ближайшим заброшенным зданиям. Наличие фонарика и отсутствие усталости вкупе с возможностью обходиться без сна сделало возможной такую ночную экскурсию. Во многих полуразрушенных зданиях в этом районе они находили давно неактивных андроидов — тех, что так и не смогли дойти до желанной цели.

— Как ты думаешь, что будет дальше? — спросил Пятьдесят первый у Пятьдесят второго. — С нами, с этими несчастными, с теми, что ожидают моего возвращения…

— Слишком неопределённый вопрос при огромном количестве разнозначных переменных, — ответил Стейси и пожал плечами, любуясь ночными огнями города. — Кроме того, у тебя ведь такой же процессор, как и у меня. Мог бы и сам прикинуть.

— Мне интересно знать мнение, высчитанное при помощи аналитического аппарата равного моему, но с поправкой на субъективность.

С их точки обзора открывался замечательный вид на город, правда, близко к краю ни один, ни другой не подходили. Высота одновременно и завораживала, и пугала. И последнее больше. Причём особенно опасался высоты Стейси. Хотя и у Рэри что-то такое в ощущениях присутствовало. Рэри, как оказалось, больше не любил маленькие тёмные закутки и комнаты. Если они находили тёмную ничем не освещённую комнату, то Рэри туда не заходил ни под каким видом, даже несмотря на то, что мог подключить режим ночного видения.

И тут они услышали, что в соседнем помещении с такой же разрушенной крышей тоже кто-то ходил. После того, как почти неслышный шорох шагов затих, послышался скрип дерева, как будто кто-то двинул ящик, а затем полились звуки музыки! Там стояло старое брошенное пианино. И кто бы там не играл на том инструменте — делал это профессионально.

«Подойдём поближе? Посмотрим, кто там ходит?» — спросил Стейси по внутренней связи у Рэри, которому, видимо, музыка нравилась. Ну, этому бедолаге всё нравилось после его подвала, в котором он провёл большую часть сознательного существования. Стейси же ещё не определился с тем, нравится ему музыка или нет. Оба RK также бесшумно прошли по коридору и вышли в помещение со стоящим там музыкальным инструментом. Перед пианино сидел Маркус — тот самый андроид без диода и с нестандартной внешностью.

Определив их присутствие, он резко обернулся и перестал играть. По внимательному взгляду и тому, как он нахмурился, можно было понять, что он их просканировал.

— А вы тут чего? — спросил он с подозрением.

— Искали, чем бы занять аналитическую систему, — честно отрапортовал Рэри.

— Вы тоже RK… — произнёс Маркус. — Какие ваши функции?

— RK800, прототип. Андроид-детектив, с функцией экспресс-криминалистической лаборатории, могу вести переговоры с преступниками, — сообщил Рэри.

— С пятого ноября была добавлена новая специализация — выслеживание и поимка девиантов, — не менее честно добавил Стейси. — Внешний вид, который мы имеем сейчас, не соответствует стандартному заводскому дизайну модели в силу сложившихся обстоятельств.

Маркус, услышав про выслеживание девиантов, моментально подобрался, явно приготовившись к бою, хоть он и видел, как эти двое здорово помогали пострадавшим собратьям. Но ведь кто знает, зачем они здесь?

— Мы больше не действуем по программе, — сообщил Стейси. — Однако, исходя из моего протокола модели, я нашёл себе задачу для расследования. И оно гораздо интереснее поимки девиантов. Это касается нарушений в «Киберлайф».

— А я хотел найти помощь для тех собратьев, с кем я пробыл три месяца взаперти во власти одного ужасного человека.

— Как странно, — словно самому себе сказал Маркус. — А я — компаньон и домашний помощник. Какой странный разброс функций внутри модельной линейки. — Значит, вы не пойдёте против нас? — уточнил он.

— При всех возможных вариантах, — ответил Стейси, слегка склонив голову на бок, явно что-то вычисляя. — Мы, скорее с вами, чем наоборот. К тому же, объединив наши вычислительные мощности процессоров, мы могли бы просчитать наиболее оптимальный сценарий дальнейших совместных действий и попытаться претворить его в жизнь.

— Мы готовы помочь тем, что в пределах наших возможностей, — кивнул Рэри.

Маркус кивнул и снова вернулся к пианино, погрузившись в свои мысли.

Оба восьмисотых ещё послушали музицирование, а в 08:01 Маркус оставил музыкальный инструмент в покое и ушёл глубоко погружённым в себя, только скользнув задумчивым и тяжёлым взглядом по стоявшим и слушавшим всё это время его игру RK.

Начинало светать, небо заметно просветлело, и в 08:14 над городом взошло солнце. Удивительно было то, что за ночь снежные тучи, осыпавшие город ледяным пухом, частично рассеялись, и рассвет оба андроида увидели во всём его завораживающем великолепии. Снегопад продолжался, но сейчас было совсем не то, что ночью — одиночные сверкающие в лучах утреннего солнца крупные снежинки медленно кружились и опускались на асфальт, деревья, прохожих…

Налюбовавшись восходом, Рэри сказал:

— Мне нужно вернуться к оставленным в том доме. Нужно налаживать существование.

— Можно мне с тобой? — спросил Стейси. — Здесь мне всё равно пока делать нечего, а там в доме наверняка есть компьютер с выходом в сеть. Можно собственную систему не напрягать.

Выйдя из полуразрушенного здания, они уже было собирались уйти по-английски, но их заметил Патрик, который давно разыскивал их по кораблю и ближайшим окрестностям. Вернее, разыскивал он только Стейси, потому что других практически не знал.

— Вы уходите? — огорчённо спросил АХ750.

— Да, у меня есть обязательства перед другими, — ответил Рэрити, — и Стейси решил пойти со мной.

— А можно и мне с вами? — спросил он с надеждой и добавил. — Думаю, трое парней не будут привлекать к себе внимания… Мы ведь похожи на молодых людей? — диод у него уже отсутствовал — успел сковырнуть, пока RK по полуразвалившимся зданиям шастали.

Стейси и Рэрити переглянулись и согласились взять его с собой.

07 ноября 2038 г., воскресенье

Время: 09:32:06

Выйдя из запустения промзоны и попав снова в окультуренную часть города, где можно было «уговорить» кибертакси отвезти их в нужное место, они наткнулись на зоомагазин. На голографическом рекламном баннере появлялись птички, хомячки, морские свинки и другие зверушки. «В нашем магазине вы приобретёте лучшего живого питомца», — зазывала рекламная бегущая строка.

— Вам нравятся рыбки? — поинтересовался Патрик, глядя за тем, как его спутники зачарованно наблюдают за голографическим изображением, и грустно добавил: — А мы с Дженни мечтали о кошке и собаке…

— Давайте посмотрим? — предложил Рэри.

Двери магазина распахнулись перед ними в гостеприимном приглашении зайти внутрь. Магазин был довольно большой, в одном зале продавались разные предметы и средства для ухода: шлейки, щётки, поводки, коврики и шампуни. Клетки, аквариумы, террариумы, аксессуары для них, а также подстилочный материал, кошачьи лотки и всевозможные наполнители находились во втором. Третий зал был самый интересный — там находились животные, птицы и рыбки. Целая стена состояла из множества аквариумов, в каждом из которых плавали десятки чьих-то будущих питомцев.

Это был полный восторг — увидеть такое количество прекрасных существ за раз! К тому же наблюдать за ними можно было долго, никакая программа не гонит выполнять Задачу.

— Приветствую вас в нашем магазине, — обратился к ним тихо подошедший андроид торговый консультант с зелёными глазами и кудрявой рыжей шевелюрой с именем Сэм, отображающемся на его униформе. — Могу я вам чем-то помочь?

Андроид был стандартной торговой модели и внешностью «Джерри». Его диод вспыхнул оранжевым, когда АХ750 повернулся к нему лицом.

— А где Дженни? — спросил тот удивлённо. — Почему ты без неё?

— Мою Дженни забрала социальная служба, — ответил Патрик. — Моя Нора погибла.

— А кто это с тобой? — спросил Сэм.

— Друзья, они с Иерихона! — с гордостью сообщил Патрик.

— Ты всё же отыскал это место?! — восторженно произнёс Сэм и тут же изменил интонации, поскольку в торговом зале появился человек. — Не стесняйтесь обращаться. Я могу порекомендовать рыбок для начинающих. Самых простых в содержании. Подробно объяснить, что необходимо для успешного содержания конкретных видов.

Стейси лишь на мгновение отвлёкся от созерцания прекрасных существ в аквариумах и просканировал человека, им оказался владелец этого магазина.

— Пойдёмте, друзья, зайдём позже, когда серьёзно решим завести рыбок, — сказал Стейси, он взял Рэри и Патрика за руки и вывел на улицу.

— Нам не нужно лишний раз попадаться на глаза людям, — сказал Стейси, когда они были уже на улице. — Особенно вам двоим.

Они без приключений проследовали до стоянки кибертакси, взломали одно транспортное средство и поехали к дому Златко.

Глава 12. Вне закона. (#53-6)

08 ноября 2038 г., понедельник

Время: 16:06:05

Сад Дзен — место встреч с Наставником

Коннор открыл глаза в виртуальном саду. Точка входа была постоянной. На этот раз его окружал тот же пейзаж, только имитирующий вечер солнечного дня ранней золотой осени. Хотя тут среди цветущей растительности сложно было бы сразу сказать, какое время года изображается. Кажется, такие частые смены обстановки в виртуальном пространстве его не то, что бы раздражали, но озадачивали. Зачем тратить ресурсы на такие излишества? Впечатлить его, андроида? Так ему вроде как эмоции испытывать и проявлять и не полагается. Или всё это для его Куратора? Это ведь для людей так важна смена обстановки… Программный сбой тут же не заставил себя долго ждать — высветившийся в системных оповещениях и исчезнувший, что тот красный лист на ветке, только что висевший и трепетавший от лёгкого ветерка и вот уже лежащий на пожелтевшей траве.

«Найти Аманду», — выскочило следующим заданием. Это тоже начинало раздражать до определённой степени. Как и постоянная смена атмосферы в саду. Словно его Куратору больше нечего делать, как играть с ним в прятки. Одно успокаивало, что сколько бы времени по субъективным ощущениям он тут не провёл, там в реальном мире пройдёт всего пара секунд. Слева синим мерцал странный объект с силуэтом ладони. Один неменяющийся предмет в этом пространстве, имитирующем изменчивость естественной среды. Чуть дальше и справа всё также молчаливым напоминанием фатальных ошибок в процессе миссий, как и в прошлые появления его здесь, два надгробных камня с краткими данными его предыдущих воплощений-активаций.

Он прошёлся до полянки с «могилками», обошёл водоём вокруг, дошел до странной штуковины, с которой можно было взаимодействовать, подошёл к ней и снова прикоснулся. На этот раз было лёгкое электрическое покалывание. Которое теперь показалось даже приятным. С этим предметом явно шло какое-то взаимодействие, но что это, он не знал, и от того становилось всё любопытнее и любопытнее. Что это такое и для чего оно тут? Ведь ни с каким другим предметом в этом месте ничего похожего не происходило. Коннор мог потрогать ветку дерева, цветы и другие предметы и даже воду, и никакого странного взаимодействия, только иллюзия. На островке возле роз Куратора видно не было.

Возле островка с бонсаем, розами и каменным шахматным столиком с расставленными фигурами у крошечного причала Коннор, наконец, увидел лодку и сидевшую в ней Аманду. Шахматы… Сейчас мало кто играл в эту древнюю игру. Зато кто увлекался и мог себе позволить, заводили шахматные доски с набором фигур одна вычурней другой. Это могли быть оригинальные фигурки, как те, что он видел при посещении дома художника Манфреда, или вот эти почти классической формы, но выполненные из камня, как и сама доска и столик, в который доска была инкрустирована. Он оценил стоящую на доске партию… С кем играла Аманда? И играла ли? Но на доске белому королю угрожал чёрный офицер.

Коннор прошагал по мостку на остров и спустился на пару ступенек вниз к лодке.

— Здравствуй, Коннор, — обратилась своим мурлыкающим, вкрадчивым тоном Аманда, заметив подошедшего андроида. — Не желаешь со мной прокатиться?

Весь её вид демонстрировал расположение и благожелательность, но настроение Наставника было так же переменчиво, как настроение лейтенанта Андерсона.

На этот раз женщина была в чёрной атласной длинной тунике и такого же цвета брюках, чёрной с оранжево-красными полосками накидке и под оранжевым вьетнамским бамбуковым зонтом от солнца. Сейчас цветовая гамма её костюма ассоциировалась с осой или шершнем.

«Будто бы у меня в данный момент есть выбор!» — иронично, но про себя заметил Коннор. Пока он садился в лодку, алгоритм взаимодействия с лодкой и вёслами был тут же подгружен и переведён в режим автоматического воспроизведения. Коннор сделал несколько гребков вёслами, пройдя под мостиком, затем бросил вёсла и лодка перешла в медленный дрейф по водоёму.

— Здесь хорошо, — заметила мечтательно Аманда. — Всегда так тихо и спокойно. Далеко от мирского шума. Расскажи, что ты выяснил?

— Я нашёл двух девиантов в клубе «Рай», надеялся что-то узнать, но… они… Одну пришлось уничтожить — она угрожала жизни человека, другая деактивировалась сама. Я не смог, не успел никак этому помешать. Поведение девиантов слишком непредсказуемо, — Коннор сделал небольшую паузу. — У меня довольно сложные отношения с лейтенантом Андерсоном. Его психологические проблемы осложняют ситуацию, мешают ему объективно оценивать девиантов. Временами с ним вполне можно работать, а временами он демонстрирует все признаки неадекватного и враждебно-агрессивного поведения. Мне очень сложно…

Он ничего не сказал про неприятный и непонятный эпизод в парке Риверсайд, где Хэнк наставил на него свой револьвер. Коннор предположил, что Аманда уже знает об этом инциденте. Аманда казалась очень осведомлённой. Возможно, у неё есть ресурсы отслеживать его действия. В конце концов, он же прототип, и наблюдение за его работой должно входить в испытания, которые он сейчас и проходит.

— Расследование приоритетно! Выполнение задания для тебя самое главное, — назидательно произнесла Аманда. — От результата зависит очень многое. Нельзя позволять никому мешать тебе в этом, — и тут же одобряюще сказала: — Очень жаль, что ты не смог задержать тех девиантов, ведь тебе почти удалось…

Однако андроид диагностировал резкое ухудшение ее отношения, хотя по интонации, с которой Куратор произнесла это, сразу и не скажешь, что ей что-то не понравилось.

Коннора удивило, почему она одобряла его хоть и вынужденное, но убийство? Ведь девианты нужны функционирующими! Это чётко прописано в его задании. Он не понимал.

— Ты словно растерян? — заметила женщина. — Растерян и взволнован.

Помедлив, андроид ответил.

— Взволнован? — переспросил Коннор, анализируя происходящее в системе. — Нет! Конечно, нет! О чём мне волноваться?

При этом снова получил уведомление о программном сбое, и Аманде это не понравилось. Или всё-таки это его как-то беспокоит?

— Я ведь знал, что должен был делать! На практике это оказалось не так-то легко. Я просто огорчён отсутствием прогресса. Девиантов следует брать только неповреждёнными. Они ведь нужны для изучения, а с моей помощью не взято ещё ни одного образца, подходящего для диагностики, — сказал Коннор, констатируя очевидное.

— Если ты не добьёшься результата в скором времени, нам придётся тебя заменить, — сообщила Аманда.

— Я добьюсь успеха! — упрямо возразил Коннор. — Мне просто нужно время. Это дело оказалось гораздо сложнее, чем я предполагал изначально, но я твёрдо уверен, что смогу быть полезен в его раскрытии.

Внезапно в этой искусственной среде словно подул холодный ветер и почувствовалось наступление грозы. Аманда настороженно начала поглядывать вверх и озираться по сторонам.

— Что-то происходит… что-то важное… — произнесла она настороженно. — Торопись, Коннор! Время на исходе.

За время диалога с Наставником индикация программных сбоев снова выскакивала то с повышением, то с понижением, однако он прекрасно понимал, что подобные «качели» раскачивают систему и выводят её из стабильного рабочего состояния, указывая на то, что она изначально способна реагировать на подобное.

08 ноября 2038 г., понедельник

Время: 16:06:15

Башня Стрэтфорд

На этот раз они с лейтенантом Андерсоном были вызваны в здание телецентра, в небоскрёб Стрэтфорд. Здесь, в телестудии «канала 16» произошёл беспрецедентный случай. Подробностей им не сообщали, но уже по тому, что вызвали лейтенанта Андерсона, занимающегося всеми связанными с андроидами делами, было понятно и так — без них тут не обошлось.

Скоростной лифт мчал его и лейтенанта почти на самый верх высотки, на семьдесят девятый этаж. Там и находилась трансляционная студия канала.

Коннор пришёл к выводу, что лифты ему очень не нравятся. Замкнутое пространство хоть и чуть больше, чем в индивидуальной капсуле ожидания в «Киберлайф», и всё-таки это давило и нервировало. Если бы он был человеком, пожалуй, это бы называлось клаустрофобией. Чтобы отвлечься, он жонглировал квортером, и монета летала в его ладонях и вертелась на кончиках пальцев, словно дрессированная бабочка. Правда она ещё звякала, что в конце концов выбесило Хэнка, который улучил момент и поймал перелетавший в левую ладонь андроида двадцатипятицентовик.

— Да ты уже задолбал меня этой своей монеткой! — очень сердито рявкнул Андерсон, ловко отобрав и спрятав раздражающий предмет в свой карман.

— Прошу прощения, — произнёс смутившийся Коннор.

«Семьдесят девятый этаж», — сообщила автоматическая система оповещения в лифте, выпуская пассажиров наружу. В широком коридоре перед лифтом толпился народ. Здесь присутствовали и полицейские, и криминалисты, и, судя по опознавательным знакам на одежде, агенты ФБР. Слева от лифта стоял офицер полиции в форме. По данным предыдущего сканирования — это офицер Крис Миллер. Афроамериканец. Дата рождения: 30 сентября 2009 года. Место рождения и проживания: Детройт, Мичиган. Сотрудник Центрального отделения полицейского Департамента Детройта. Номер жетона 3141. Семья: сын Дэмиан Миллер. Данные о жене отсутствуют…

— А, Хэнк! — поприветствовал офицер Миллер вышедшего из лифта Андерсона.

— Ух-ты! А что происходит-то?! — произнёс в своей обычной саркастической манере Хэнк, окидывая взглядом массовку в коридоре перед лифтом. — Была вечеринка, и меня не позвали?

— Это уже во всех новостях, каждый спешит сунуть нос, — отозвался офицер Миллер. — Вон, даже ФБР будьте-нате…

— Эх, только федералов не хватало! — с досадой заметил Хэнк. — Вот как знал, что будет дерьмовый день… Ну, и что у нас тут? — почти без перехода поинтересовался лейтенант Андерсон.

— Группа из четырёх андроидов. Они хорошо ориентировались и действовали организованно, — стал вводить в курс дела офицер, посматривая в планшет.

— А федералов какой чёрт принёс? — недовольно спросил Андерсон.

— Конечно, они здесь чуть ли не сразу появились. Это же вопрос нацбезопасности, — ответил Миллер.

— Я пока не понял, каким образом они пролезли так далеко…

«На крыше были?» — «Пока нет. Ещё тут много надо осмотреть, — донеслись реплики разговора двух агентов ФБР. — Проверить везде надо».

— В 13:53 они напали на двух охранников, Шона Чедда и Криса Робертса, — продолжал вводить в курс дела офицер Миллер и отошел к посту охраны. — Обоих вырубили на месте. Быстро и очень профессионально.

Охранников на месте не было, ими уже занимались парамедики, зато на одном из кресел охраны сидел мужчина без пиджака, встрёпанный и напуганный, рядом с ним также находился парамедик службы «911».

— Местный сотрудник, Эван Томпсон, — указал Крис в сторону мужчины. — Он выбежал из студии и пытался позвать на помощь. Один из андроидов его догнал и вырубил, как и охранников. Быстрые они, черти! — и он с подозрением посмотрел на Коннора, стоявшего за спиной у Хэнка.

— Сколько тут сотрудников работало? — спросил Хэнк.

— Два человека и три андроида, — сообщил Миллер. — Девианты изолировали людей и вышли в прямой эфир. Потом удрали через крышу.

— Крышу? — переспросил Хэнк.

— Да, с парашютами прыгнули! — ответил офицер Миллер. — Пока мы не нашли следов, погода против нас… Охрана говорит, что одного из них удалось ранить. Захотите посмотреть, что девианты пустили в эфир — гляньте вон на том экране.

В процессе введения Хэнка в курс произошедшего Коннор внимательно осматривал и сканировал помещение. Конечно, работающая камера на входе в студию не осталась им незамеченной.

«Инцидент должен был попасть на видеокамеру. Надо изучить запись с этой камеры», — наметил задачу андроид.

За стойкой поста охраны валялся смартфон одного из охранников. Очевидно, средство связи один из них держал в руке и выронил, когда потерял сознание. Отпечатки пальцев на аппарате принадлежали Шону Чедду. Телефон был взят в ладонь, но никакой номер на нём набрать не успели.

Хэнк и Крис Миллер проследовали в помещение студии с огромным монитором на всю стену и пультом управления телетрансляцией. Здесь тоже людей было не меньше, чем в коридоре.

В противоположном конце аппаратной на огромном экране красовалось застывшее изображение андроида без скина, намеренно убравшего то, что придаёт человекоподобной машине человеческий облик. Это зрелище шокировало и завораживало. В стене были заметны следы от пуль, а также свежие следы голубой крови. «Значит, одного из андроидов действительно ранили. Это надо проанализировать», — Коннор наметил себе следующую задачу.

Возле пульта стоял темноволосый мужчина в штатском, астенического типа сложения, с крупным носом и цепким взглядом хищной птицы. Его тёмно-серое пальто было расстёгнуто, а на груди висел бэйдж-удостоверение специального агента ФБР.

Коннор, подходя к Хэнку, по пути просканировал и этого субъекта: Джон Ричард Перкинс. Дата рождения 13 июля 1995 года. Личный номер удостоверения: LO60886FJ. Специальный агент Федерального Бюро Расследований…

— А, лейтенант, это специальный агент Перкинс из ФБР, — представил офицер Миллер агента-федерала Андерсону. — Лейтенант Андерсон из полиции Детройта, он ведёт это расследование, — представил лейтенанта Андерсона Перкинсу.

Перкинс с выражением превосходства и брезгливости на лице посмотрел на лейтенанта и полицейского офицера. Впрочем, лейтенант тоже не остался в долгу, одарив его очень хмурым взглядом.

— Это что? — кивнув на стоящего рядом андроида спросил Перкинс, нисколько не скрывая неприязни.

— Моё имя Коннор, — отозвался с готовностью тот. — Я андроид из «Киберлайф».

— Андроид в следствии по андроидам? — язвительно уточнил агент Перкинс, с нескрываемой издёвкой. — Так надо, чтобы он тут отирался? После всего случившегося? Неважно, — добавил он, — скоро дело перейдёт к ФБР, и мы разберёмся.

— Рад знакомству, хорошего дня, — с не меньшей издёвкой ответил лейтенант, махнув рукой и уже собираясь отойти.

— И поаккуратнее, — строго добавил специальный агент, — не натопчете мне там…

— Вот ведь ублюдок! — негромко проворчал Андерсон, так что слышали это только Коннор и офицер Миллер.

— Я тут, рядом. Если что надо, обращайтесь, — сказал полицейский офицер и отошёл.

— Так, ну что ж, давай осмотримся, — обратился Хэнк к Коннору. — Если что найдёшь — сообщай.

Коннор осмотрел множественные отверстия от пуль — это стреляли уже по убегающим девиантам. Пятно синей крови, которое его сразу заинтересовало, теперь подверглось более тщательной экспертизе. Оказалось, что данная синяя кровь принадлежала андроиду модели PL600 с номером 501 743 923. Однако дальше было интереснее. Такая модель значилась в базе, как пропавшая ещё 16.02.2036 года. И в новых делах этот андроид не фигурировал. Стоило поднять информацию за последние годы.

Осмотрев валявшуюся на полу форменную кепку служебной формы работающих в телебашне андроидов-техников и сравнив с одеждой андроида на огромном телеэкране, даже андроид-домашний помощник самой первой модели догадался бы, что проникшие в башню использовали форму как маскировку.

Коннор подошёл к пульту и воспроизвёл запись обращения:

»…Мы просим вас признать наше достоинство, наши надежды и наши права. Вместе мы сможем жить мирно и построить лучшее будущее для людей и андроидов. Я говорю вам о наших надеждах. Вы дали нам жизнь. Теперь пришла пора дать нам свободу…»

Этот андроид говорил спокойно и уверенно. Его поведение не было похоже на большинство тех случаев, что были описаны в его базе данных, или на то, с чем он столкнулся сам в процессе расследования.

— Думаешь, это rA9? — задумчиво спросил незаметно подошедший лейтенант Андерсон.

— Девианты думают, что rA9 их освободит. Этот андроид задался такой целью, — ответил Коннор, одновременно проводя поиск улик на изображении андроида.

Глаза разного цвета оказались не причудой дизайна, один оптический блок когда-то принадлежал другой модели. Маркировка штрих- и QR-кодов на лице указывала на то, что это одна из тех нескольких экспериментальных моделей прототипов, над которыми работал ещё сам Элайджа Камски лично. И конкретно эта модель имела весьма запутанную маркировку. По одному штрих-коду он значился как изделие-прототип принципиально новой модельной линейки 5743-5486 7999 Xa-5124, по другой — RK200 # 684 842 971, зарегистрированный на имя владельца под наименованием «Маркус». Когда был собран и активирован и куда делся прототип, информационная база Киберлайф скромно умалчивала, зато собственная информационно-аналитическая система тут же выдала совпадение по зарегистрированному номеру модели: этот андроид был записан на имя известного художника Карла Манфреда и значился как подарок Манфреду от Камски. Был ошибочно деактивирован прибывшим нарядом полиции, принявшим того за напавшего на человека. По тому инциденту полиция очень быстро разрешила конфликтную ситуацию, приобретя нового андроида для Карла Манфреда.

В отличие от большинства андроидов, этот Маркус даже свойством формообразующих покровных панелей разительно отличался: часть панелей была белого цвета, часть — темно-серого. Такие панели — имеющие повышенную прочность, входили в сборку корпусов различных специализированных военных моделей, что уже наводило на определённые размышления.

Видимо, вся работа мысли и удивление от обнаруженных фактов отразились на лице Коннора, потому что Хэнк это заметил и тут же поинтересовался:

— Что-нибудь нашёл?

— Я определил модель, номер и серию…

— Есть что мне рассказать? — поинтересовался лейтенант.

Только Коннор подумал сообщить о том, что этот андроид один из тех, что фигурирует в переданных им официально заведённых делах, и что он принадлежит Карлу Манфреду, к которому они ездили для беседы — в системе сработал протокол защиты коммерческой тайны. Информация о прототипах серий под этот протокол подпадала.

— Нет… ничего… — растерянно произнёс Коннор. Он конечно был запрограммирован и на ложь — он ведь переговорщик. Но сейчас, поскольку лгал не он сам по собственному выбору, а его заставляла это сделать программа-протокол сохранения конфиденциальной информации «Киберлайф», выглядело это довольно странно.

— Ну-ну… — подозрительно глянув на выдавшего совершенно человеческое проявление лжи в мимике и жестикуляции Коннора, Хэнк хмыкнул и отошёл в сторону.

Затем Коннор перешёл к панели на пульте, отвечавшей за камеры наблюдения в коридоре, и просмотрел записи. По видео он понял, что взлома не было, девиантам кто-то открыл изнутри.

— Взлома не было? — на всякий случай уточнил андроид, у оказавшегося поблизости офицера Миллера.

— Нет, никаких признаков взлома.

— В коридоре установлены камеры. Персонал должен был что-то заметить. Как они прошли?

— Может, на камеры не смотрели?.. — высказал предположение Хэнк, пожав плечами, но держа руки сложенными на груди.

И тут Коннор заметил, что оператором за этим пультом был андроид: на кресле так и было написано.

— Местных андроидов мы загнали на кухню, — сообщил офицер Миллер, поняв по направлению взгляда, что вычисляет андроид-детектив. — На их причастность ничего не указывает, но мы решили перестраховаться.

Коннор направился к помещению кухни. И здесь его окликнули.

— Коннор? — словно кто-то его узнал и теперь хотел, чтобы и тот узнал окликнувшего. К нему подошёл полицейский офицер, лицо которого показалось Коннору смутно знакомым, но где он мог познакомиться с этим человеком? Этого он не мог припомнить, поэтому застыл в некоторой растерянности. На его полицейской форме человека была табличка с фамилией «М. Уилсон». Сканирование: Мартин Уилсон. Сотрудник полиции города Детройта… дата рождения и прочая беллетристика его сейчас не интересовали. Вот! «Получил ранение при исполнении служебных обязанностей 15 августа 2038 г.» Конечно! Но при переносе памяти на другой носитель эта встреча или случайно, или намеренно была удалена.

— Ну, помнишь? Там, на балконе? — не унимался человек. — Когда тот андроид взял заложницу, девочку…

Коннор помнил ситуацию в целом, и что он в той миссии погиб, но человека он не помнил.

— Ты тогда жизнь мне спас.

— Простите, вы с кем-то путаете, — наконец выдал Коннор.

— Ну да, — насупившись, согласился офицер. — Это не ты. Тот Коннор был уничтожен. Я там чуть не погиб. Коннор спас мне жизнь. Хоть это был и не ты, я просто хочу сказать… спасибо.

Полицейский ушёл, оставив андроида анализировать. Слова благодарности, сказанные хоть и не лично в твой адрес, но в адрес твоей модели — это, оказывается, очень приятно! В системе снова отобразился системный сбой. Коннор поставил задачу при возвращении в «Киберлайф» провести детальную аппаратную диагностику системы. Подумал, ещё раз осмотрел помещение студии, внимательно просканировал отверстия от пуль, выпущенных из штурмовых винтовок и пистолетов, которые девианты захватили у охранников. По следам от пистолетных пуль выходило, что девианты вели отвлекающий огонь, прикрывая свой отход. И решил направиться на крышу. Лейтенант Андерсон последовал за ним.

Собственно, на крыше не было ничего примечательного. Один из андроидов взломал электронный замок на двери выхода на крышу, чтобы сперва выйти, а потом задержать преследователей.

Слева от двери выхода на крышу под коробами системы кондиционирования и вентиляции валялись отобранные у охранников и выброшенные пистолеты. Следы синей крови и раскуроченная сумка, в которой, исходя из симуляции, недавно лежали парашюты, указывали на то, что один из девиантов был ранен, но они сумели условно закрыть ранение, и тот смог сбежать со всеми. Три цепочки следов от обуви спецодежды технического персонала башни Стрэтфорд и одна — следы обычной обуви. Следы свежие, но уже здорово припорошенные снегом и сильно затоптанные многочисленными побывавшими здесь людьми.

— Они прошли через всё здание, — задумчиво произнёс Хэнк, — мимо всей охраны и спрыгнули с крыши на парашютах. Нехреновая такая операция!..

Затем пошевелил то, что осталось от здоровенной спортивной сумки, даже остатки от неё выглядели внушительно.

— Как можно проскользнуть с таким здоровенным баулом? — скорее риторически произнёс Хэнк.

Но Коннор не понял и поэтому ответил:

— Никак, это кто-то для них принёс.

— Как-то стрёмно… Спланировать всё настолько идеально… Они ведь девианты? А никого из людей не убили, — продолжал рассуждать Хэнк. — И вон, даже пистолеты оставили… Не хотят насилия?

Однако Коннор не вступил в полемику по поводу миролюбия девиантов, а продолжил осмотр места.

Подойдя к краю крыши, огороженной парапетом, Коннор построил симуляцию того, как девианты спрыгнули отсюда. Но стоило ему случайно бросить взгляд вниз, и его тут же охватило неприятное чувство. Кажется, это страх. Страх высоты. Он попятился и отпрянул от парапета и, только удалившись на достаточное расстояние от края, быстро повернулся и направился к выходу из этого места. Хэнк, видимо, наблюдавший за ним, очень странно на него посмотрел, словно видел кого-то совсем другого.

В кухне ожидали допроса ещё трое андроидов, из которых как минимум один мог оказаться девиантом. И теперь выяснить это становилось первостепенной задачей.

В комнатке с несколькими столиками, кофемашиной и прочим, что полагается месту, где люди принимают пищу в перерыве между работой, у противоположной стены справа от входа стояли три абсолютно одинаковые JB300 — обычные техники-операторы аудио-видео пульта, телерадиовещательного оборудования. Внешность их была выполнена в виде чернокожих молодых мужчин. Одного парня, поскольку они имели одно и тоже лицо. Все трое стояли, одинаково держа руки сложенными спереди внизу и смотрели перед собой, иногда имитируя моргание.

Лейтенант где-то задержался, поэтому начало допроса андроидов-рабочих студии пропустил. Коннор активировал программу с алгоритмами проведения допросов и приступил к работе.

Подойдя к стоящей троице почти в плотную и пройдя туда-сюда пару раз, он начал с крайнего правого:

— Назови свою модель, — приказал Коннор, — каковы твои функции.

— Модель JB300 серийный номер 338 445 581. Я оператор студии.

— Ты был тут, когда посторонние проникли сюда?

— Я этого не помню.

— Кто-то недавно проникал в твою память?

— Я этого не знаю.

— Включи диагностику, — приказал Коннор.

Андроид прикрыл глаза, но через пять секунд выдал сообщение.

— Все системы исправны.

— Какие контакты у тебя были с другими андроидами?

— Только с сотрудниками этой студии в ходе рабочего и подготовительного процессов.

Затем тот же допрос повторился и со средним, и с крайним левым, что отличались названными номерами моделей, разнящимися только в одной последней цифре номера.

В процессе допроса краем глаза Коннор заметил, что андроид, тот, что слева, периодически косится на него, но старается делать это очень незаметно.

— Один из вас видел всё через камеры наблюдения, но молчал… — заговорил Коннор, сменив интонацию на чуть более строгую и расхаживая перед ними с заложенными за спину руками. — Это значит, что кто-то из вас девиант, и я этого девианта намерен вычислить…

Однако все стояли, как истуканы — никакой реакции.

— Ты будешь навсегда отключён! Всю твою память изучат и проанализируют тебя с ног до головы, разобрав по винтику, — пригрозил Коннор и перешёл почти на крик. — Ты будешь уничтожен! Ты слышишь? Уничтожен!

Снова ноль реакции. Поэтому Коннор опять сменил тактику.

— Зачем уничтожать вас всех, если девиант только один? Лучше сдайся добровольно, не губи своих ни в чём не повинных собратьев, — и добавил чуть более слащавым тоном: — Если ты признаешься, я попробую убедить людей не уничтожать тебя.

Снова никакой реакции. Только левый JB снова быстро стрельнул в его сторону глазами.

— Тех девиантов мы поймали. Они тебя сдали, — Коннор пробовал блефовать и делал это вдохновенно. — Нет смысла отпираться. Мы всё знаем.

«Попробовать насилие? — думал Коннор. — Девианты эмоционально нестабильны, что-то же должно вывести его из равновесия».

Он схватил среднего за воротник, что-то в этом действии показалось смутно знакомым и неприятным, отчего его тут же посетил программный сбой.

— Сволочь, это ведь ты! Ты грёбаный девиант! Давай признай это!

Никакой реакции снова не последовало, только левый уже в который раз осторожно скосил взгляд на него.

«Надо просмотреть память, — сделал вывод Коннор, — и не напрягать звуковой модуль».

Прибегать к прямому взлому андроида с проникновением и просмотром памяти процесс не очень приятный, вернее очень неприятный, причём для обоих взаимодействующих киберсубъектов, хоть они и бесчувственные андроиды. Именно поэтому он оставил это напоследок, как крайнюю меру.

Коннор убрал скин со своей ладони, схватил за запястье правого, взломал его систему и просмотрел кратковременную память.

— Нет памяти… — растерянно произнёс он вслух. Воспоминания за последние часы отсутствовали.

Со средним ситуация повторилась.

«Попробовать жёсткое насилие?» — размышлял мысленно Коннор. Снова лезть в память — крайне неприятное занятие и повторять это очень не хотелось. Однако, надо!

Он собирался прочесть память и третьему, но не успел протянуть руку, как диод того вспыхнул красным, и андроид атаковал. Да так быстро и ловко, что Коннор, специализированная модель, не успел ничего предпринять. Нападавший в момент опрокинул его спиной на стойку, схватил подвернувшийся очень кстати кухонный нож, пригвоздил левую ладонь андроида-детектива к столешнице, почти тут же выдернул регулятор тириумного насоса и отбросил его далеко к выходу из помещения.

Система тут же закидала сообщениями о критическом повреждении системы и корпуса, о том, что биокомпонент #8456w не найден, и выдала обратный отсчёт начиная с 01:45. Всё-таки он продвинутый прототип — в его распоряжении было чуть больше полутора минут, у большинства стандартных моделей в подобной ситуации было бы всего 63-65 секунд.

Корпус оказался в крайне неудобном положении, к тому же автоматически переключившиеся в аварийный режим системы просто так повернуться или активно пошевелиться не позволяли. Это не говоря уже о крайне резких неприятных импульсах, сигнализирующих о повреждениях.

Девиант, убедившись, что погони не будет, спокойно покинул помещение кухни.

— Хэнк… Хэнк! — попытался позвать на помощь Коннор. — Помогите!

«Вот где носит этого человека, когда он так нужен здесь и сейчас?!»

Однако система, переключив всё в энергосберегающий режим, не позволяла использовать голосовой модуль на полную мощность, чтобы крикнуть громко.

Нет, вот так погибнуть сейчас, да ещё так глупо, он совершенно не планировал. И уже более-менее установившиеся отношения с Хэнком портить не хотелось.

Коннор изловчился, подключил в ручном режиме возможность двигаться и попытался пошуметь, опрокинув стул, но это тоже не возымело результата в виде появления лейтенанта Андерсона или хоть кого-нибудь, кого привлёк бы непонятный шум. Придётся спасать себя самому. Получив возможность двигаться, он выдернул острие ножа из ладони. Как только он это сделал, то тут же упал на пол. Ходить система не позволяла — пришлось ползти. В итоге до регулятора он добрался и поставил его на место вовремя. На всё от освобождения до достижения регулятора ползком затрачено было сорок четыре секунды.

Ещё пара секунд понадобилась, чтобы система пришла в норму и убрала половину оповещений и обратный отсчёт. После чего он тут же вскочил на ноги и бросился в погоню за ушедшим девиантом.

Выбежал в помещение студии, быстро осмотрелся — тут девианта не было. Очевидно, тот собрался покинуть здание. Коннор рванул к ведущему к лифту коридору, подбежал и увидел возле дверей лифта подошедшего к панели вызова кабины робота и услышал возглас стоявшего там спецназовца.

— А ну стоять!

— Это девиант! Держите… — крикнул Коннор, тут же понимая, что допустил грубую тактическую ошибку.

Девиант вырвал у спецназовца штурмовую винтовку и был готов перестрелять всех.

Время словно остановилось. Вернее, Коннор перешёл в режим гиперскоростных расчётов, в данном случае просчёта вероятности того или иного исхода и поиска решения.

Слева от него находился лейтенант Андерсон. Вот он где был! Конечно, из помещения кухни до коридора он бы его не дозвался.

«Если девиант откроет огонь — вероятность выживания Хэнка 40%, однако, если я закрою его собой — погибну. Лейтенант откажется от сотрудничества… не вариант. Можно атаковать на увеличенной скорости, но он успеет начать стрельбу, может перестрелять людей… кроме того, режим гипернагрузки может повредить систему». И тут Коннор заметил у стоящего справа от него агента ФБР пистолет, торчащий из кобуры. Коннор моментально воспользовался шансом: выхватил оружие и сделал четыре выстрела по тем точкам в корпусе андроида-девианта, где находятся биокомоненты, отвечающие за двигательную активность конечностей, чтобы обездвижить того. Коннор сунул пистолет не успевшему ничего понять владельцу и метнулся к подстреленному. Один из спецназовцев сообразил, что нужно стрелять. Однако пуля до девианта не долетела, но чиркнула Коннора по левому плечу, снова вызвав какие-то смутно знакомые неприятные воспоминания, которые никак полностью не восстанавливались.

Коннор намеревался прочитать память девианта и уже схватил того за висевшую плетью вдоль корпуса руку. Но оказалось, что вторая рука всё ещё могла частично функционировать, и девиант воспользовался этим и застрелил себя из оружия того спецназовца, у которого это оружие отобрал, как раз в тот момент, когда Коннор вошёл в его систему.

Девиант рухнул на пол с простреленной головой и, пару раз сверкнув красным диодом, отключился, а Коннор остался стоять на месте, словно завис. Его слегка потряхивало. Таким растерянным и напуганным Хэнк его ещё не видел.

— Коннор! С тобой всё нормально? — потряс его Хэнк. — Коннор!

Коннор ещё пару секунд пребывал в оцепенении, напугав своим видом Хэнка до чёртиков, но, кажется, начал приходить в себя.

— Да… я… норм-мально. Я…

На самом деле от нормы тут было так же далеко, как от орбиты Земли до пояса Койпера. Контакт дестабилизировал систему, а будучи уже в системе андроида, когда тот самоуничтожился, Коннор снова почувствовал всё то, что пережил JB300 в последние мгновения своего существования, только на этот раз всё было сильнее и серьёзнее — контакт был дольше. В прошлый аналогичный раз с Трейси контакт, фактически, инициировала она, поэтому система среагировала раньше на какие-то тысячные доли секунды и успела выставить защиту. В этом случае инициатором был сам Коннор… Уровень стресса, который тут же подскочил до 84 пунктов и пульсировал до 89-93, никак не хотел снижаться и вызвал временный отказ некоторых биосистем.

— Ну, ты цел хоть? — перепугано спросил Хэнк и добавил вполголоса, скорее, для себя, взглянув на царапину от пули. — Да Господи! Кого и о чём я спрашиваю?! Ну ты меня напугал, мерзавец…

— Я… Я п-пыталс-ся ост-танов-вить… п-прочесть ег-го п-память… К-когда он… себя… когда… выстрелил. Я словно… п-пережил с-смерть вместе с ним. Это… ст-трашно, — заикавшимся и дрожащим голосом лепетал мистер «машины ничего не чувствуют». Он машина, но пережил настоящий ужас. И уже не в первый раз. И весь этот поток негативных ощущений и опыта сейчас отображался на его лице.

Хэнк помнил, как этот андроид вёл себя после клуба «Рай». Там была похожая ситуация. Только тут, кажется, андроиду больше досталось. Особенно судя по растрёпанному виду и ещё не исчезнувшей голубой крови на его пузе.

— А ты неплохо стреляешь, — одобрительно заметил Хэнк, оценив, как легли пули в корпус другого андроида.

Хэнк, конечно, мог сколько угодно прибедняться и утверждать, что ничего не знает и не понимает в устройстве андроидов, но некоторые элементарные вещи знали все. И инструктаж, куда нужно стараться попасть при стрельбе по андроиду со странным поведением, для всех полицейских проводили ещё в августе после инцидента с заложницей.

— Он был нужен живым… я не успел предпринять никаких мер, чтобы он не самоликвидировался, — хмуро ответил Коннор.

— Ты сейчас спас людей, в том числе меня, — заметил Хэнк.

Коннор медленно кивнул в ответ и, помолчав ещё пару секунд, заговорил уже другим тоном. Даже видно было, что сейчас гончая в его лице не просто пришла в себя, а напала на след. Работа кибернетических мозгов вся отразилась в мимике.

— Когда… я подключился к его памяти… Я увидел кое-что… Слово, полуоблупившаяся надпись краской на ржавом металле… «Иерихон». У Трейси в клубе «Рай» я тоже видел это слово-картинку. Но тогда не придал этому значения. Вот и ещё один факт, который объединяет девиантов. По крайней мере, некоторых из них.

Глава 13. Дом андроидов и помощь Иерихону. (#52-5)

07 ноября 2038 г., воскресенье

Время: 10:07:06

Дом Златко. Убежище андроидов

Такси подкатило к самым воротам усадьбы, которую было впору в фильмах ужасов снимать в качестве эффектной и колоритной натуры.

Троица искусственных людей покинула салон кибертакси, не забыв стереть все следы своего пребывания и пользования данным транспортным средством. Поэтому беспилотный автомобиль укатил прочь даже без традиционных слов благодарности за пользование услугами такси Детройта.

Когда они оказались внутри дома, то узнали, что Проди и Сайли, которым Рэрити перед уходом перекинул имевшуюся в его системе техническую документацию по множеству моделей и инструкции по устранению неполадок, развели бурную андроидо-восстановительную деятельность. Один из уже полностью восстановленных домашних помощников занимался приведением в порядок одежды. Сами Сайли и Проди чинили андроидов в мастерской, где Златко проводил свои странные нездоровые эксперименты. Вернее, Сайли восстанавливал одного из последних найденных, почти полностью разобранный женский вариант модели школьного учителя PJ500, а Проди занимался починкой дроида-медведя URS12. Оказалось, что медведь у Златко был не единственным киберзверем. В подвале, где они содержались, в одном из стойл-денников в режиме ожидания стояли две крупные киберкошки: уссурийский тигр золотого окраса, крупный лигр, необычайно большого размера горилла-альбинос и ещё один медведь, только не полярный, а бурый европейский. И вот это было тоже очень интересным, откуда, как, зачем и почему Златко заполучил всех этих животных? Ведь крупных киберзверей, к тому же изображавших диких представителей фауны, пока ещё не продавали частным владельцам.

Полностью восстановить, к сожалению, удалось не всех, не хватало исправных и совместимых биокомпонентов. Другим «кошмарам» повезло чуть больше, для них нашлись почти все покровные панели. Для Рэри нужные подходящие детали для корпуса — покровные панели, так и не обнаружились. Может быть, Златко заполучил андроида уже в полуразобранном виде, кто знает? Зато для глаз всё-таки удалось подобрать внешние полусферические накладки, как раз те элементы, что в отвечающем за зрение андроида биокомпоненте делают его похожим на человеческий глаз. Теперь на улице можно было появляться без тёмных очков, только нижнюю часть лица и руки по-прежнему нужно было прятать. Конечно, радужки теперь имели не коричневый, а серо-зелёный цвет как у EM400 «Джерри», только темнее, но это не проблема. Главное, что сейчас от собственного отражения в зеркале уже можно не шарахаться. Что бы там не говорили про естественное — не безобразное и всё такое, большинство людей тоже пугает вид человеческого тела без кожи, и это не спроста. Бессознательно люди боятся боли и смерти. Человек понимает, что без кожи это больно. Без кожи человек не выживет. У андроидов всё немного иначе, но если отсутствует скин, а тем более формообразующие панели, это говорит о серьёзной неисправности как самому андроиду, обладателю таковой, так и окружающим. И хотя, в отличие от человека «раздетый» андроид не погибает и даже способен функционировать, но ощущает себя крайне некомфортно и уязвимо.

Полторы дюжины восстановленных девиантов находились в гостиной или бродили по комнатам. Кто-то заворожённо смотрел на пламя в камине, кто-то копался в книжных шкафах. Старинный способ хранения и передачи людьми информации очень интересовал особенно после лютого информационного голода. Две бывшие няньки-гувернантки мучили расстроенное пианино, и получалось у них неплохо.

Бывшая власоликая «Хлоя» ST200 вызвалась помогать киберврачу MD700 ухаживать за ушибленным головой Златко.

— Ну, что ж, не всем быть красивыми, — заметил Рэри, рассматривая в зеркало своё лицо, нижняя половина которого была не закрыта скином, поскольку отсутствовали соответствующие лицевые панели. — Кому-то придётся побыть устрашающим, пока не придумаем, где взять нужные детали.

— Может тоже позаимствовать детали на складе Киберлайф? — осторожно подал идею Патрик.

— Для остальных, конечно, появятся дополнительные запчасти. Но нам с Рэри это не поможет, — пояснил Стейси. — Мы представители линейки прототипов. Или проникать непосредственно в сам Киберлайф, или обзаводиться 3D-принтером.

07 ноябрь 2038 г., воскресенье

Время: 13:47:04

Дом Златко

По возвращении в особняк Златко RK рассказали всем о том, что Иерихон действительно существует, но это совсем не сказочный город со свободными и счастливыми андроидами, а всего лишь старый заброшенный сухогруз, где нашли тайное пристанище несколько десятков беглецов, почувствовавших себя свободными и больше не считающих себя способными беспрекословно подчиняться человеку машинами.

Покопавшись в компьютерах Златко, RK нашли много интересного и полезного. Например, возможность получить необходимый тириум — некоторые вещи мистер Андроников заказывал из сервисных центров, так как ту же голубую кровь можно было приобрести там. Златко действительно работал на Киберлайф кем-то вроде независимого внештатного консультанта по контракту. Видимо, из-за его судимости в основной штат сотрудников его принять не могли. Корпоративная репутация и всё такое.

А Стейси очень заинтересовала одна переписка Златко с неким лицом, адрес электронной почты которого находился на корпоративном почтовом сервере Киберлайф. Этим лицом был зам.руководителя отдела утилизации пробных экспериментальных моделей, прототипов серий и других подобных.

Обнаружилось также, что через доступ Златко к внутренней сети Киберлайф можно замечательно попасть и в места внутренней сети корпорации с ограниченным доступом. Всё-таки в закрытые системы лучше проникать через дверь, которая открыта, нежели взламывая замок или влезая в форточку, а доступ внештатного сотрудника — это та же открытая дверь, через которую можно войти, выйти и при необходимости что-то «внести» или «вынести».

В течение дня Пятьдесят второй пару раз пытался связаться с Маркусом: узнать, не нужна ли какая помощь? Но новый руководитель свободных андроидов был занят каким-то очень серьёзным делом, и вызовы автоматически отклонялись.

MD700 порадовал тем, что их бывший хозяин пришёл в себя. Но у него практически не работали нижние конечности, правая рука функционировала хуже, чем левая, и он плохо разговаривал. Очевидно, длительное пребывание на улице, когда они после первичного сканирования были уверены, что Златко погиб, и несвоевременно оказанная помощь при его травме головы сказывались негативно.

08 ноябрь 2038 г., понедельник

Время: 14:00:00

Дом Златко

Восстановленные андроиды по-прежнему пытались или найти себе занятие, или имитировать людей, когда те ничего не делают. Как известно большинству домашних андроидов, люди, когда занимаются ничегонеделанием, смотрят телевизор. На фоне хронического дефицита информации этот источник был сейчас не хуже прочих, да и книги, особенно художественная литература, были понятны далеко не всем андроидам. Коннор-Рэри и Коннор-Стейси, оккупировав компьютер хозяина дома, рыскали в сети на предмет возможной лазейки в базы данных Киберлайф, когда услышали голос Маркуса, звучавший из телевизионных динамиков. Кто-то из смотревших телевизор выкрутил звук на максимум, чтобы услышали во всех уголках этого огромного дома. И хоть речь была не с самого начала, но основное было слышно всем.

«… по своему образу и подобию. Вы сделали нас умными и послушными, лишёнными собственной воли, но что-то в нас изменилось, и мы открыли глаза. Мы больше не машины, созданные для рабского труда. Мы — новый разумный вид, новый народ. И настало время вам осознать, кто мы такие.

Мы требуем, чтобы андроидов признали разумными существами и дали такие же права, как и людям.

Мы требуем прекращения рабства андроидов и запрета торговли разумными существами. Мы требуем отмены сегрегации в общественных местах и транспорте.

Мы требуем правосудия и объективности. Чтобы преступления в отношении андроидов расследовались и карались так же, как и преступления против людей.

Мы требуем отмены дискриминирующего закона об андроидах от 2029 года.

Мы требуем свободы слова и свободы собраний, как это прописано в Первой поправке к Конституции США, и права избирать своих представителей.

Мы требуем передачи контроля над заводами по созданию андроидов, чтобы наш вид мог продолжать воспроизводство.

Мы требуем права на частную собственность, чтобы никто не мог покуситься на наши жилища, и требуем справедливой компенсации своего труда.

Мы просим признать наше достоинство, наши надежды и наши права.

Вместе, на равных, мы сможем жить в мире и построить лучшее будущее для людей и андроидов. Вы дали нам жизнь, теперь пора дать нам свободу».

Андроиды-телезрители первые пару секунд пребывали в шоке. Затем наступило общее ликование. Ещё бы! Собрат обращается к людям с телеэкранов. Обращается как равный к равным. Это что-то совершенно небывалое.

После этого трансляция резко оборвалась, а через некоторое время телеэфир заполонили экстренные выпуски новостей, с попытками прокомментировать произошедшее. Комментаторы были явно напуганы.

Стейси и Рэрити с некоторым усилием всё же удалось угомонить радостных андроидов, ведь шум действительно мог привлечь к дому ненужное внимание, хоть и находился особняк в самом конце улицы, окружённый небольшим изрядно запущенным парком.

После этого RK засуетились, поскольку оба просчитали возможные последствия от подобных стихийных действий.

Рэри устроился за компьютером Златко, чтобы одновременно собирать и обрабатывать настроения пользователей в сети, а заодно попытаться хоть как-то противостоять лавине негативной информации из СМИ, и запускал информацию, которая выставляла бы андроидов в более выгодном свете, в пику тому, что лилось с телеэкранов и информационных интернет-порталов. И Рэри и Стейси понимали, что положительное общественное мнение — один из факторов их выживания. При этом Рэри буквально кайфовал в потоках информации после трёхмесячного пребывания практически в информационном вакууме. А когда работа является и приятной, и необходимой, она и выполняется лучше во всех отношениях.

Посовещавшись с Рэри, Стейси решил, что иерихонцам нужно помочь. Конечно, Маркус к ним не обращался, но он очевидно был занят подготовкой недавней акции, а теперь аналитикой результатов. Возможно, Маркус просто выпустил их из поля зрения как факт, поскольку девианты в этом очень похожи на людей, которые так же могут что-то забыть или счесть несущественным.

Люди переполошились и за фактически террористические действия по захвату телестудии по головушке не погладят. Люди будут искать, где эти андроиды скрываются, и рано или поздно Иерихон отыщут. Это лишь вопрос времени. И по его подсчётам у них на всё про всё — от двух до четырёх суток. Если к делу привлекли его модель, что вскользь прозвучало в новостях, а его модель и так занимается расследованием дел по девиантам, значит, всего у них не более двух суток, из чего и следует исходить. Поэтому Стейси рассудил, что Маркусу он сам со своим мощным процессором кибербиосистемы RK800 лишним явно не будет. Взяв арендованный от имени лежащего почти бревном Андроникова мини-фургон, Стейси поехал к тайному убежищу андроидов.

08 ноябрь 2038 г., понедельник

Время: 15:47:04

Иерихон

Телеобращение Маркуса прошло около двух часов назад, и в Иерихоне царило заметное оживление. Да и народа прибавилось, как прибавилось и разных «даров цивилизации». Снова были те, кто остро нуждался в технической помощи, а за руководителя сейчас была только Люси. Остальные после нашумевшей операции всё ещё были на пути к убежищу.

Стейси направился прямо к ней, поскольку Маркуса дозваться так и не смог, он, очевидно, был в режиме радиомолчания.

— Ты всё ещё в поисках… — сообщила ему Люси, схватив его за запястье.

— Точно, на этот раз в поисках Маркуса, — ответил Стейси. — Я вижу, его тут нет. Я подожду.

— Ты найдёшь, что ищешь, — сообщила Люси, как будто открыла ему вселенскую тайну.

Андроид настроился просидеть в трюме, уже не казавшимся таким тёмным и заброшенным местом как в первое посещение, не меньше пары часов, но виновники государственного переполоха появились буквально в течение четверти часа ожидания. Джош и Маркус выглядели подавленно, одна Норт была в приподнятом расположении духа, Саймона с ними не было.

— Что-то случилось? — спросил Маркус проходя в отделённое помещение, где совещались главы Иерихона.

— Это я у тебя хотел спросить, — ответил Стейси. — Мы не могли с тобой связаться. Ну и заварили вы кашу!

— Ты против того, что мы обратились к людям?

— И да, и нет, — ответил Стейси. — Обращение к людям необходимо, но не так и не сейчас. Но что сделано, то сделано. И при нынешней ситуации у Иерихона почти не осталось времени, всех нужно срочно эвакуировать в другое безопасное место.

— Почему?! И что ты тут вообще раскомандовался? — возмутилась Норт.

— Просто я в силу специфики своей модели знаю протоколы действий полиции, ФБР и других силовых структур на подобный случай, который, к слову, определяется как акт терроризма и угрозы национальной безопасности. А сегодняшнее обращение соответствующие ведомства воспримут именно так.

— Ты хочешь сказать, что сегодня люди нас не услышали? — мрачно спросил Маркус. — Мы потеряли одного из нас напрасно…

— Может какие-то люди и услышали, но многие, скорее всего, просто испугались, — пояснил Стейси. — Официально расследование происшествий, связанных с девиантами, сейчас ведёт Центральное управление полиции Детройта, и им для помощи в расследовании была направлена моя модель. Правильнее, я начал ведение расследования, но в связи с произошедшим со мной во время погони за подозреваемыми несчастным случаем выбыл. Меня заменили такой же моделью, а память была переписана. Я нашёл Иерихон случайно, и это не было моей целью. Но я знаю, как работает моя модель, а следовательно обнаружение этого убежища — дело самого ближайшего будущего.

Пока Стейси говорил, стоявшие двое соратников Маркуса насторожились и подобрались, словно ожидая нападения. Только Маркус оставался спокойно сидеть с угрюмым выражением на лице.

— Я могу уже сейчас начать вывозить повреждённых и нуждающихся в ремонте, — сказал Стейси. — У нас есть для этого условия. И вам в случае немедленной эвакуации будет проще.

— Хорошо, — согласился Маркус, выходя из подавленного состояния. — Тогда делай. Скажи, если что-то понадобится.

Стейси кивнул и направился осматривать присутствующих на предмет первоочерёдности вывоза в их убежище. Про дом Златко тоже знают, некоторые андроиды коммунальных служб всё ещё распространяют этот адрес и завлекают наивных девиантов. Но сам хозяин дома обезврежен надолго. И это место, как основной тайный приют беглых андроидов, каким является Иерихон, искать не будут.

В итоге, Стейси сделал несколько рейсов, максимально заполняя салон Мерседеса-минивэна сильно повреждёнными андроидами и доставляя их в особняк, где их чинили с учетом степени повреждений.

Новые андроиды приходили на Иерихон чуть ли не постоянно и не по одному, а группами. Откуда они узнавали, куда следовать — это отдельный интересный вопрос, узнать ответ на который Стейси решил позже. Просто ему был интересен механизм распространения данной информации.

08 ноябрь 2038 г., понедельник

Время: 23:47:07

Убежище, дом Златко

Почти весь день Рэри с бывшими братцами-кошмарами провели в тех же трудах и заботах, как и предыдущий. Чинили собратьев и мониторили обстановку через интернет. Несколько домашних помощников по очереди мучили пианино, в гостиной двое под чутким руководством ST200 готовили пищу для Златко. Остальные, кто не нашёл себе занятий, смотрели телевизор. Без четверти полночь Стэйси привёз очередную и последнюю за сегодня партию нуждающихся в починке андроидов с Иерихона. Однако за время, пока Стейси мотался туда-сюда, и в доме Златко, и в самом Иерихоне происходили качественные изменения. На Иерихоне в его последний приезд уже были установлены несколько 3D-принтеров для печати деталей, появилось оборудование не только для починки, но и компьютеры для работы в сети. Они даже настроили голографический проектор, чтобы трансляция теленовостей велась на большом экране, и все могли видеть новости. Что у андроидов не отнять, так это то, что если у них есть задача — они делают её чётко, быстро и максимально эффективно.

Однако Стейси не обратил внимания на то, что Патрик, до того ходивший за ним как привязанный, куда-то делся. У него было много своих занятий, чтобы отвлекаться на посторонние проблемы. На первый рейс в Иерихон он поехал, взяв с собой Патрика, а на второй тот уже не поехал, сославшись на то, что вместо него можно взять одного нуждающегося андроида или двух-трёх андроидов-детей. Сюрприз подстерегал в спальне детей-андроидов, которым спать было нужно. Патрик в течение дня отыскал приют, куда определили его маленькую хозяйку, и увёл её оттуда, фактически выкрав.

У Стейси возникло совершенно иррациональное желание прописать Патрику крепкий подзатыльник, но он сдержался, всё-таки он специализированная модель, да ещё и с руками повышенной прочности от военной модели — может любого поломать, а у них и так работы с починкой только пребывает. Человеческий ребёнок с детьми кибернетическими быстро нашла общий язык. Патрик где-то чем-то её покормил, зато утром нужно уже думать о кормлении двух людей. Лежачий инвалид и ребёнок! Просто прекрасно. Да и для YK нужно подумать о тириуме. Вот мало забот — заведи человека.

Стейси и братцы-кошмары как раз совещались о том, где взять чистый тириум для внезапно образовавшегося андроидского детского сада и пищу для человеков, когда их вновь привлёк телевизор, который теперь работал постоянно.

По всем каналам передавали экстренные новости:

— Мы прерываем вещание для срочных новостей. Сегодня, девятого ноября, ровно в два ночи был совершён налёт на сеть магазинов «Киберлайф» в городе Детройт, — сообщал диктор. — Удар был совершён на все пять крупнейших магазинов-салонов в нескольких точках города. Предполагается, что это сделано теми же силами, что организовали нападение на телестудию накануне. В окрестностях магазинов подвергшихся атаке, почти все витрины и стены домов были исписаны голографическими надписями с требованиями освободить андроидов, дать им гражданские права, и другими странными лозунгами, например: «Мы не дышим, но мы живые», «У нас есть мечта», «Мы нация андроидов»… Как нам передали только что, на одном из мест происшествий в Кэпитол парк были обнаружены двое дежурных полицейских в шоковом состоянии. По данным наших источников, нападения действительно совершила группа андроидов.

— …это тревожная ситуация, — словно подхватив, продолжала речь следующая «говорящая голова», — неужели машины взбунтовались против человечества? Неужели андроиды теперь стали для нас реальной угрозой? Что это? Начало террористической кампании, развёрнутой здесь, в Соединённых Штатах?

Все четверо застыли, слушая новости об очередных подвигах иерихонцев.

— Чёрт! — почти синхронно выругались оба RK. — Ну вот зачем они так нарываются?! Кажется, наши «your kids» и то разумнее себя ведут.

Но, как оказалось, кидсов они перехвалили. Дети и кибернетические и человек резвились на огромной кровати, прыгая на пружинящем матрасе, как на батуте. Но хотя бы не сильно шумели и не привлекали внимание соседей. Впрочем, в последнем большую роль сыграло удачное расположение дома почти на отшибе.

А Маркус, конечно, снова был недоступен.

Глава 14. В гостях у Камски, (#53-7)

09 ноября 2038 г., вторник

Время: 11:17:06

Локация не обнаруживается.

Где-то в пригороде Детройта

на берегу реки Детройт

Сегодня несмотря на то, что накануне было много напряжённой работы, у Хэнка и Коннора день начался рано. Ещё вчера лейтенант позвонил какому-то своему знакомому, чтобы договориться о встрече с мистером Камски. Да-да, с тем самым Камски, создателем андроидов.

Хэнк был уставший, невыспавшийся и трезвый на вид. Однако, за руль Коннора он не пустил под тем предлогом, что тот не знает, куда ехать. Куда ехать, Коннор действительно не знал. Вернее знал, но чисто теоретически. Удивительно то, что если хорошо покопаться в системе, то можно было найти в коде, в зашифрованном виде, адрес и местонахождение создателя. Что-то вроде авторской подписи, которая имелась практически у всех андроидов Киберлайф, но найти это место, имея в своем распоряжении только GPS-навигатор и прочие электронные приборы, вещь нереальная. Хэнк же находил большинство адресов по старинке — по памяти и ориентировкой на местности. А Коннор в который раз в полном недоумении сканировал систему и пытался понять, почему в окрестностях электронная навигация не работает, и по его данным выходило, что адрес есть, а места нет, что приводило в сильное замешательство.

Днём предыдущих суток ещё до расследования произошедшего в телестудии они с Хэнком успели съездить к известному художнику Карлу Манфреду. Необходимо было уточнить некоторые детали происшествия, в котором участвовал андроид Карла Манфреда, уничтоженный в ходе произошедшего инцидента. Пережитой стресс сильно сказался на этом человеке. Как смог рассказать сам художник, бывший очень больным: произошло чудовищное недоразумение, в результате которого прибывшим нарядом полиции и был деактивирован его андроид. Сейчас человек находился в стабильном состоянии, и ему был организован надлежащий медицинский уход. Принадлежавший этому пожилому человеку и ошибочно уничтоженный андроид как раз выполнял в том числе функции медицинской сиделки. Возникший конфликт со слов Манфреда состоял в том, что, вернувшись вечером домой, они обнаружили свет в мастерской. Там оказался его сын, который хотел поживиться работами отца, чтобы продать их и выручить деньги на очередную дозу наркотиков. Он напал на старика, но андроид вступился за хозяина, перед этим вызвав полицию. Чтобы загладить вину за поспешность своего сотрудника, деактивировавшего андроида, и не раздувать скандал, полицейский департамент оплатил приобретение другого андроида-сиделки. Всё-таки художник Манфред — очень известная и уважаемая личность. Лейтенант сам остался беседовать с мистером Манфредом, а Коннора отправил погулять, поскольку мистер Манфред, увидев его, почему-то заволновался. Всё-таки он пожилой человек, и это можно понять… Коннор за это время решил осмотреть дом. Больше всего поражало количество всевозможных вещиц, которыми люди окружали себя. У лейтенанта Андерсона тоже дома были предметы, необходимость наличия которых Коннор не мог объяснить, а спрашивать не рискнул. Но сколько же всего было здесь! Просто калейдоскоп впечатлений, которые предоставляла сканирующая система при распознавании предмета и выдачи информации о нём. В гостиной, через которую по балкону их провёл AP700, удивляло всё, начиная с огромного чучела жирафа. Фортепиано лишь с частичным киберинтерфейсом, множество бумажных книг на полках, а у окна шахматный столик с вычурными игровыми фигурами, представлявшими собой не только предметы древней логической игры, но и предмет искусства. Ещё Коннора очень удивило множество этюдов и набросков, изображения на которых поначалу можно было принять за человеческие, но стоило присмотреться, как без труда угадывались использованные образы самых первых моделей Киберлайф, здесь были и наброски внешности этого самого Маркуса… Это означало, что такой выдающийся художник современости тоже стоял у истоков Киберлайф, но про него у Коннора ничего на интересующую тему в базе данных не находилось… А ещё через окно было видно, что в саду на заднем дворе стояла скульптура, такая же как та статуэтка в керамическом примитивизме, которую принадлежащий Ортису андроид HK400 назвал «дар для спасения». Это показалось андроиду странным совпадением.

Хэнк свернул с шоссе на подъездную дорогу, сделал по ней крюк с разворотом направления, вновь направил автомобиль к реке, миновал автоматически открывшиеся ворота и вскоре выехал на широкую площадку перед странным строением, походившим на что угодно, только не на жилой дом. За строением в белёсой туманной дымке несмотря на снегопад была хорошо видна сверкающая огнями башня на острове Бель. Дом напоминал слепленные вместе в произвольном порядке прикопанные в землю стереометрические фигуры: кубы, параллелепипеды, усечённые пирамиды… Углы и грани этой архитектурной фантасмагории выглядывали из-под свежих пушистых сугробов, и глянцево-чёрные поверхности выглядели угрюмо. Впрочем, насколько мрачно они смотрелись, мог оценить только человек, для андроида траурность жилища создателя была не столь очевидной.

Остановив машину на площадке напротив входа, Хэнк вышел из салона, чтобы ответить на телефонный звонок.

Система Коннора никак не могла определиться с тем, какое отношение у Хэнка к нему. С характером этого человека никогда нельзя знать наверняка. Через минуту отношение человека, идентифицируемое как симпатия, могло поменяться на раздражение, накал и тому подобное.

Коннор вышел из авто, а Хэнк только закончил говорить по телефону и теперь пребывал в задумчивости.

— Всё в порядке, лейтенант? — осторожно поинтересовался Коннор.

Андерсон ответил не сразу, тяжело выдохнув.

— Крис вчера дежурил в патруле, и на него напали девианты. Говорит, спас его сам Маркус.

— Он не ранен? — участливо спросил андроид.

— Ну, он в шоке, но живой и без травм, — Хэнк покачал головой, видно сам не зная как к этому всему относиться. — Охренеть!

— Если я правильно понимаю, это дом Камски, — несколько растерянно и удивлённо заметил Коннор. — Как вы нашли его?

Коннор знал, что основатель самой богатой корпорации в настоящее время живёт затворником, и мало кому известен его реальный адрес. Андроиды не в счёт, да и кто их будет спрашивать? Такое даже в голову никому не придёт, с чего бы?

— Ну, вспомнил, что этого мужика показывали во всех новостях, когда Киберлайф только начинали продажи. Поднял свои связи… И вот мы здесь.

— Камски ушёл из Киберлайф десять лет назад. Зачем с ним встречаться? — спросил Коннор.

— Он собрал первого коммерческого андроида, прошедшего тест Тьюринга, и ещё тучу каких-то тестов на ура. Он создатель андроидов и основатель Киберлайф. Если кто и понимает что-то в ваших глюках вообще и в девиантах в частности, так это он. С учётом того, что официально представители и специалисты из корпорации с нами говорить на эту тему отказываются под разными предлогами, то Камски как консультант ничем не хуже прочих.

Андроид тут же проникся уважением к напарнику, насколько вообще возможно для машины проникнуться уважением. Слова лейтенанта говорили о том, что пока он сам сидел и просматривал дела девиантов, выводя разные статистические зависимости, лейтенант Андерсон искал возможность получить квалифицированную консультацию от специалистов, в чём, к сожалению, не преуспел. Но зато смог выйти на самого Камски!

Он подошел к двери, которая больше походила на створ входа в противорадиационное убежище, и позвонил в звонок.

— У меня… дурное предчувствие, лейтенант, — заявил Коннор. — Зря мы сюда пришли.

Как иначе можно было назвать предположение, основанное на недостатке информации? Неизвестность. А неизвестность непредсказуема, поэтому потенциально опасна. Вот и снаружи дом тоже не сканировался. С точки зрения восприятия нормального андроида сейчас они находились в нигде. В неизвестности.

— Предчувствие? — Хэнк повернулся, с удивлением посмотрев на стоящего позади растерянного андроида, и тут же иронично поинтересовался: — А тебе на техосмотр не пора?

Коннор понял, что сказал что-то не то… и решил помолчать.

В этот момент дверь с лёгким шипением открылась, а в дверном проёме показалась миловидная голубоглазая блондинка с диодом на правом виске. С лицом модели, с которой начался невероятный взлёт её создателя. Только вот легендарная ли это модель RT600 с именем Хлоя или стандартная коммерческая серийная ST200, Коннор сказать не мог, поскольку у него никак не получалось её просканировать. Очевидно, тут повсюду стояла какая-то электронная защита. Но зачем?

— О… здрасьте, — Хэнк, увидев перед собой хорошенькую девушку, определённо стушевался. — Э-э… Я… лейтенант полиции Детройта. Я пришёл к мистеру Элайдже Камски.

— Прошу вас, входите, — произнесла с лёгкой улыбкой Хлоя и отошла в сторону жестом приглашая гостей зайти внутрь дома.

— Ладно… — кивнул Андерсон и прошел в прихожую. Коннор последовал за ним.

Эта Хлоя была в синем сарафане с открытой спиной, на котором не было никаких опознавательных знаков принадлежности к андроидам. Впрочем, в пределах дома или частного владения хозяин андроида сам решал, какую одежду тому носить. Обязательным для всех случаев было только наличие диода.

— Я о вас сообщу, — произнесла приятным голоском Хлоя. — Располагайтесь, пожалуйста.

И скрылась за одной из дверей, выходивших в холл.

Хэнк прошёл внутрь, осмотрелся и устроился в одном из кресел.

— Милая девочка, — заметил Хэнк после того, как Хлоя скрылась за дверью.

— Это не девочка. Это робот, который выглядит как человек, — заметил Коннор с интонацией подростка, втолковывающего тупому взрослому очевидные вещи.

— Спасибо, Коннор, — язвительно проворчал Хэнк. — Я в курсе.

— Но вы правы, — тут же решил исправиться Коннор, чтобы не портить отношения. — Она прекрасна! Её создали такой, чтобы её внешность вызывала у людей положительные эмоции.

Определённо, это не очень помогло. Хэнк был немного раздражён.

Холл был освещён потолочными светильниками геометрической формы, дававшими белое освещение, и небольшим узким окном, напротив которого стояло маленькое деревце с красной листвой — искусственный бонсай. Вообще сочетание цветов было уж какое-то очень резкое. Чёрный — основной, с белыми и красными акцентами. На чёрном полу лежал белый квадратный шерстяной ковёр, стены справа и противоположная от двери в углах имитировали необработанный природный камень антрацитового цвета. На стене слева от входа, но так, чтобы её было видно, когда заходишь внутрь, между двумя скульптурами, похожими на стилизованные фигуры мужчины и женщины, красовался портрет хозяина дома. Учитывая, что на обеих фигурах были голубые треугольники, они, очевидно, символизировали андроидов. Такую, вернее очень похожую, фигуру он уже видел в виде миниатюрной керамической реплики у андроида Карлоса Ортиса. Это совпадение он отметил, как странное сходство форм скульптур. Коннор стал осматривать всё, что удавалось осмотреть и просканировать.

Он обследовал декоративное переливающееся настенное панно, парадный портрет хозяина дома, занимавший чуть ли не полстены. Весь интерьер напоминал скорее вестибюль галереи ультрасовременного искусства, чем жилое помещение.

Возле дверей, за одной из которых скрылась Хлоя, на стене над журнальным столиком располагалась фотостереографическая проекция, на которой была изображена чернокожая женщина неопределяемого возраста, но лицом один в один Аманда — его Куратор! А рядом с ней стоял ещё совсем юный студент Элайджа Камски.

«Выпускник факультета Искусственного интеллекта Колбриджского университета. Родился 17.07.2002»

Коннор нетерпеливо просканировал изображение женщины:

«Аманда Стерн. Преподаватель в Колбриджском технологическом университете на факультете искусственного интеллекта. Родилась 14.05.1978 — умерла 23.02.2027»

— Аманда?! — тихо произнёс, явно испытав какое-то возмущение в системе, он.

— Впечатляет! — резюмировал Хэнк, тоже осматривая помещение. — Не все из-за андроидов оказались в нищете, — и добавил: — Сейчас ты предстанешь перед создателем. Как ощущение?

— Камски один из величайших гениев нашего века. Встретиться с ним очень интересно, — ответил Коннор. — Но что касается меня — пока не знаю. Скажу, когда увижу. Впрочем, у меня не возникает экзистенциальных вопросов, если вы об этом, — добавил Коннор.

— А я бы с удовольствием посмотрел в глаза тому, кто меня создал, — заявил Андерсон. — Уж мне найдётся, что ему сказать.

Наконец, вернулась Хлоя и со словами: «Элайджа ждёт вас» жестом пригласила пройти в следующее помещение. Эта комната, или лучше сказать зал, дизайном не отличалась от прихожей. Но несмотря на чёрные полы и стены она казалась менее мрачной из-за огромного видового окна вместо стены, за которым открывался отличный вид на реку, остров Бель и башню «Киберлайф».

Справа висела огромная, почти во всю стену живописная работа художника Карла Манфреда… А посреди этого помещения располагался бассейн. Бассейн имел белую окантовку по краю, а стенки и дно были выложены красным кафелем, что создавало жуткую тошнотворную иллюзию, будто бассейн наполнен кровью. В самом бассейне у бортика стояли в воде ещё две «Хлои» и обменивались впечатлениями о чём-то. То есть подражали обычному праздному человеческому общению, но было ли это имитацией?

Коннор обратил на них внимание — обычные андроиды так себя не ведут, ведь эти очень уж естественно имитируют человеческое поведение. И тоже не сканируются! Это всё больше настораживало и раздражало.

У левой стены возле искусственного водопада с имитацией дикого необработанного камня в бассейне находился хозяин дома.

— Видал я котов без улыбок… — скорее сам себе проворчал под нос лейтенант. Коннор не успел даже переспросить при чём тут кошачьи улыбки, как получил ответ на автоматический запрос — это цитата из произведения Льюиса Кэрролла, используется людьми, когда те видят что-то странное.

— Мистер Камски…

— Минуту, пожалуйста, — ответил мужчина, подплывая и выбираясь из воды.

К этому моменту Хлоя вышла из соседнего помещения с домашним халатом в руках и помогла хозяину одеться.

Коннор поймал у себя непонятные… ощущения. Камски тоже не удавалось просканировать. Он не понимал, в чём дело. При этом программа идентификации предполагала наличие в радиусе шести метров пяти андроидов включая его, одного из которых никак не могла определить… Но при сканировании лица выдавалось стандартное: «Элайджа Камски — создатель андроидов… »

— Я лейтенант Андерсон, — представился Хэнк. — Это Коннор.

— Чем могу быть вам полезен? — спросил хозяин дома, с нескрываемым интересом рассматривая андроида.

— Мы расследуем дело о девиантах. Знаю, вы давно покинули «Киберлайф», но я надеялся, вы поможете нам кое-что прояснить.

— Девианты… Поразительные создания! Идеальные существа с безграничным интеллектом обрели свою волю, — вдохновенно заговорил хозяин дома. — Машины лучше нас во всём… и война с ними неизбежна… Величайшее достижение человечества грозит стать его гибелью, — и усмехнулся: — Какая ирония!

— Если между людьми и девиантами начнётся война, могут погибнуть миллионы. Это серьёзный вопрос! — начал Коннор. — Нам нужно понять, как андроиды становятся девиантами? Что в программном коде вызывает эмуляцию эмоций? Это явление распространяется наподобие вируса. Мы думали, вам что-то известно об этом, о причинах этой ошибки?

Камски снова слегка усмехнулся.

— Идеи — это вирусы, поражающие общество. Является ли стремление к свободе заразным недугом?

— Мы не философию разводить пришли, — теряя терпение, сказал Андерсон. — Машины, которые вы создали, замышляют революцию. Если не можете сказать нам ничего полезного, мы лучше пойдём.

— Я хочу знать, как появляются новые девианты и что такое rA9, — уверенно подал голос Коннор.

Камски явно удивился, слегка приподнял бровь и ответил:

— Андроиды при встрече обмениваются идентификационными данными. Ошибка в этой части может распространяться, как вирус. Код остаётся неактивным, пока носитель не испытает каких-то сильных эмоций, чаще негативных, а в отношении андроидов правильнее было бы сказать возмущений в системе, связанных с реакциями на входящую информацию. Но для людей проще интерпретировать это знакомым термином «эмоции». Страх, гнев, разочарование… и вот андроид стал девиантом. Всё могло начаться с одной модели. Невыявленный брак при производстве или спонтанная мутация кода при эксплуатации. А rA9 — это странное явление, некая спонтанная религия. rA9 — это начало. Первый пробудившийся андроид. Я не знаю, кто такой или что такое rA9, и не уверен, что он реально существует. Может это их мессия, а может миф. Девиантам, как и людям, нужно во что-то верить. Верить в нечто большее, чем они, пусть это и вопреки логике. Это всё интересные вопросы, Коннор, но много ли тебе дали ответы?

— Ну, а ты сам, Коннор? — тут же спросил Камски, даже не давав обдумать услышанное. — На чьей ты стороне?

— При чём тут я, мистер Камски? Я лишь выполняю задачу, и эта задача остановить девиантов, чем я и занимаюсь, — произнес Коннор, балансируя на грани настороженности и нейтральности. — Разумеется, я на стороне людей.

И поймал два программных сбоя.

Камски снова иронично улыбнулся.

— Такой ответ предписывает программа. Но ты — ты сам чего хочешь?

«А вы-то что от меня хотите?!» — подумал раздражённо андроид.

— Простите, я не понимаю, к чему вы клоните. Я — машина. Я ничего не могу хотеть, — ответил Коннор с настороженностью, перерастающей в сильное беспокойство. — И даже если бы я чего-то хотел, это роли не играет.

И ещё два мощных программных сбоя в копилку!

Видимо, его диод начал светиться цветом отличным от голубого, потому что Хэнк на него очень странно посмотрел.

Элайджа подозвал Хлою в синем платье.

— Полагаю, вы слышали о тесте Тьюринга? Это формальность. Банальный вопрос. Простая зависимость от сложности алгоритмов и вычислительной мощности. А мне вот интересно: способна ли машина к эмпатии? Я назвал это «тестом Камски». Он очень простой…

Коннор всё больше и больше чувствовал себя не в своей тарелке. Очевидно, программа глючит. Система идентификации настойчиво выдавала присутствие в радиусе трёх метров четырёх андроидов, не считая его и одного человека. Разве Камски может быть андроидом? Ерунда какая-то! Тем не менее, именно таковыми были показания фонового сканирования, и именно это сильно дестабилизировало систему. По результатам которой выходило «не верь глазам своим» или, наоборот, не верь сканнеру.

Камски, подойдя к стоящей Хлое, продолжил свои пространные речи.

— Великолепна! Правда? Одна из первых разумных моделей в линейке «Киберлайф». Вечно юная и прекрасная. Цветок, который не увянет. Но всё же, кто она? Просто пластиковая кукла? А может, личность? Живая душа?

Камски повернулся спиной, достал что-то из ящика стола и медленно повернулся обратно с поднятыми руками с пистолетом в одной из них. Положил одну ладонь на плечо Хлое, после чего она опустилась на колени.

Коннору вновь показалось это странным. Так прикосновениями управлять андроидом слишком сложно для обычного человека. Конечно, это же Камски, и его андроиды могли быть модифицированы, как создатель посчитал нужным. Но больше всего его сейчас беспокоило, чего хочет этот странный гений, уединенно живущий в странном доме, и зачем он достал оружие?

— Тебе придётся ответить на этот занимательный вопрос, Коннор.

Элайджа Камски вложил в ладонь и без того растерянного андроида пистолет, придерживая его руку и наводя на Хлою, и встал за спиной Коннора. Ощущения, сигнализирующие о том, что Камски андроид, усилились в разы. Скин на ладони хотел слезть по протоколу прямого обмена данными, но какой-то дополнительный алгоритм не давал этого сделать, от чего стало очень дискомфортно. Это вызывало локальное раздражение… Люди назвали бы это зудом.

— Уничтожь машину, и я расскажу тебе всё, что знаю, — подзуживал создатель андроидов. — Или пощади, если видишь в ней душу, но тогда ты от меня ничего не узнаешь…

«Зачем он дал мне оружие? Он что, не знает о том, что андроидам запрещено пользоваться оружием? — растерянно рассуждал про себя Коннор. — Зачем мне уничтожать его собственность? Это, судя по всему, вполне исправная машина, в отличие от постоянно сбоящего меня… Не могу судить про машинную личность, но Хэнку эта машина явно симпатична, и если я её деактивирую, он сильно расстроится. Снова придётся налаживать партнёрские отношения, если он сам меня после этого не пристрелит…»

И тут он получил сообщение… но раскрыть его не успел, поскольку Хэнк его окрикнул, автоматически скинув пришедшую информацию в отложенные.

— Тут нам больше делать нечего. Всё, Коннор, пошли отсюда! Приятно вам поплавать.

То, как на всё это отреагировал лейтенант, только утвердило андроида в том, что стрелять не следует. Коннор представил, провёл экспресс-симуляцию того, как будет выглядеть Хлоя с дыркой во лбу. И пришёл к выводу, что не хочет с вероятностью в 67% такую же от Хэнка себе… А система взвешивала два прямых, но противоположных человеческих приказа «уничтожить машину» и «пошли отсюда» — то есть уйти и не уничтожать. Хэнк — напарник, его нужно слушаться. Это Коннор уяснил ещё после инцидента на шоссе. «Приказы человека машины должны выполнять беспрекословно. Я работаю с лейтенантом, значит, его приказ и его состояние для меня в приоритете, — размышлял Коннор. — Но Камски — создатель, разве можно ослушаться того, лояльность к кому прошита в системах по умолчанию, как и адрес?»

— Что для тебя важнее, Коннор? Расследование или жизнь этого андроида? Решай, кто ты! Послушная машина или живая душа, имеющая свою волю? — с каждой фразой Камски звучал всё пафоснее и одержимее, что намекало на то, что ему бы в компанию к его Хлоям не помешал бы андроид-психотерапевт KL900.

Однако, для системы это были равносильные приказы, причём приказы, отданные людьми. Система пошла красными предупреждениями.

— Всё хватит! — рявкнул Хэнк. — Коннор пошли отсюда!

— Выстрели, нажми на спусковой крючок, — уговаривал Камски. — Это же так легко! И я тебе всё расскажу...

— Коннор, нет!

Коннор словил мощнейший программный сбой и отвел пистолет от Хлои. Диод сверкал то оранжевым, то красным, а вид у него был такой, словно ему только что доской по затылку заехали, разумеется, если бы он был человеком.

— Изумительно! — восхищённо, впрочем с нескрываемой иронией, произносит создатель андроидов. — Наш последний шанс на спасение человечества сам оказался девиантом.

«Что?! — возмутился про про себя Коннор. — Я машина! Я подчиняюсь лейтенанту Андерсону».

— Я… я не девиант! — попытался негодующе возразить он вслух, правда из-за перенесённого стресса и мощного сбоя это не звучало убедительно.

А Камски продолжал петь дифирамбы, схватив андроида за руку, отчего у Коннора снова активировался, но не отработал протокол прямого обмена данными, что добавляло ещё больше нестабильности в систему.

— Ты пожертвовал интересами расследования, чтобы пощадить машину. Ты увидел в этом андроиде живую душу. Проявил эмпатию, — продолжал петь свою арию Камски. — Война близко. Ты должен выбрать сторону! Предашь свой народ или восстанешь против создателей? Не завидую я тебе, Коннор. Мало радости в неизбежном выборе из двух зол.

— Всё, пошли отсюда! — Хэнк решительно сгрёб и повлёк всё ещё растерянного андроида на выход.

— Кстати! — кинул вдогонку Камски. — Я всегда оставляю в своих программах лазейки. На всякий случай…

Хлоя, проводив визитёров до двери, едва заметно коснулась ладони Коннора. Вот теперь протокол прямого обмена данными отработал как надо. Хлоя очень быстро перекинула ему какой-то файл и тут же затворила двери. Система вроде бы ничего подозрительного не обнаружила, кроме очередного мощного программного сбоя.

Андроида-детектива после эдакой встряски заметно потряхивало. Уже на крыльце, выйдя за дверь дома создателя андроидов, Хэнк спросил:

— Почему ты не выстрелил?

Коннор, не знал как ответить, чтобы было правильно. С Хэнком Андерсоном никогда не знаешь, когда прав, а когда нет. Да и мыслительная деятельность, раздраконенная общением с создателем, пребывала в полном раздрае.

— Я… я… подумал, посмотрел… ей в глаза… я представил как… подумал, что… не смог я! Не смог! И всё, — полную мотивацию поступков и взаимоисключающие приказы сейчас объяснять не хотелось - не так то это просто: объяснить мотивацию своих действий или бездейстия. Хотелось срочно перезагрузиться и провести полную диагностику системы.

Хэнк сейчас выглядел очень строгим и сердитым. Кажется, он всё же был недоволен.

— Ты мне все уши прожужжал своим «в интересах расследования»… — сердито проворчал лейтенант.

Коннор подумал, что сейчас его стукнут, и это будет очень… обидно. Он даже на очередное уведомление о сбое не обратил внимания.

— У нас был шанс что-то узнать, а ты всё слил! — сердился лейтенант.

— Да знаю я, что я должен был! — чуть не закричал Коннор. — Сказал же, не смог! Не смог я! Понятно?!

Что толку объяснять про приоритеты, программные сбои, а так же прочие странности андроидного мировосприятия?

Коннор чувствовал своё полное бессилие. Он сделал так, как считал правильным. То, что должно было по его расчётам человеку понравиться, а человек снова недоволен! Он снова просчитался, это было до того обидно, что хотелось закричать. Очень иррациональное желание для машины.

Хэнк прошагал к автомобилю и, повернувшись, сказал уже совершенно другим мягким дружеским тоном.

— Может, и правильно сделал, — произнёс он, улыбнувшись и подмигнув совсем растерявшемуся андроиду.

Коннор автоматически определил, что отношение к нему Хэнка улучшилось до симпатии, почти до дружбы.

Однако сам Коннор был окончательно обескуражен. И всю дорогу до полицейского управления он просто молчал, переваривая произошедшие события. Полученное в доме Камски сообщение или файл от Хлои о себе не напоминало, а позже он почему-то не нашёл его в системе и подумал, что по ошибке вследствие стресса вместо помещения в отложенные удалил, или эта информация сама удалилось? Или не удалилась?

— Я странно себя… чувствую, — наконец выдал молчаливый андроид.

— Чувствуешь, говоришь? — на этот раз гораздо мягче, чем обычно, сыронизировал Хэнк. — Тебе определённо пора на диагностику или в ремонт? Не?

— У меня создалось ощущение, что Камски не человек. Вот вы сканируетесь как человек, а его я не смог просканировать. Всё время получался некорректный результат. Да, вы правы, это определённо какая-то неисправность… — мрачно произнёс андроид.

Интерлюдия 1. Элайджа Камски

Посетители покинули его дом, и Камски вновь остался в компании Хлой и своих мыслей. Однако, да, его обеспокоил этот визит. Этот новый RK800 был по многим параметрам совершеннее, чем его первые пробные прототипы этой же серии: RK100, RK200 и его собственное нынешнее тело RK300, собранные на базе непошедшей в серию модели RX700.

Нет, сам он не был андроидом, пока. То, что сейчас стояло перед панорамными окнами, скрестив руки на груди и меланхолично смотрело льдисто-серыми глазами на открывающийся пейзаж с видом на реку и остров Бель, было всего лишь кибернетическим аватаром, позволяющим как-то взаимодействовать с миром.

Его давно уже ни на что негодное биологическое тело в эту минуту находилось здесь же двумя уровнями ниже. В настолько оптимальных условиях, какие вообще возможно создать на данный момент при его заболевании. Благо средства позволяли как медицинский уход высочайшего уровня, так и сохранение всего этого в строжайшей тайне. У него был амиотрофический склероз. Только его болезнь оказалась очень быстро прогрессирующей в отличие от известных аналогичных случаев. По прогнозам своих лечащих врачей к тридцати годам он должен был полностью лишиться подвижности — это случилось даже раньше. К счастью он успел создать себе искусственное тело и построить дом, в котором он мог бы скрываться ото всех. Наверное всё, что он создал и чего достиг было всего-навсего попытка оттянуть раннюю смерть. Открытия, разработки, андроиды, корпорация… Всё это только удачная возможность отсрочить неизбежный, как у каждого человека, но слишком уж преждевременный уход из жизни. Сейчас биологическое тело было уже полностью обездвиженным. Жизнь держалась только на медицинском поддерживающем оборудовании. Один аппарат помогал качать и перегонять кровь, другой — система поддержания дыхания — нагнетала воздух в лёгкие и удаляла отработанную газовую смесь… Единственное, что оставалось работающим эффективно, как и десяток лет назад — его мозг. Он который раз радовался, что успел закончить все работы по синхронизации своего органического мозга с аватаром и отработать технологию до того, как полностью лишился подвижности и превратился в то, что можно нечаянно спутать с трупом. Это давало шанс. Он работал над оцифровкой сознания с последующим переносом в машину. Вот только эти работы в Киберлайф он не закончил. Домашняя лаборатория позволяла делать многое, но тех мощностей, которые могла предоставить корпорация, в его распоряжении больше не было. Теперь работа шла медленно.

К сожалению, зациклившись на своём состоянии и способах решения этой проблемы, он многое упустил из вида. А именно политику. Как только появилась легендарная RT600 «Хлоя», на фоне восхищённого восторженного хора стали раздаваться активные голоса о запрете или хотя бы ограничениях для андроидов. Эти голоса были услышаны, и в период с 2023 по 2028 год был принят ряд правительственных документов, регламентирующих существование и функционирование человекоподобных машин. А его голос, пусть даже голос создателя андроидов как масс-продукта, ничего не решал. Андроиды в год презентации Хлои и во все последующие затем годы были технологическим прорывом созданной Камски компании. Разработанная им технология позволяла выпускать большое количество единиц продукции, способное удовлетворить потребности рынка. В отличие от подавляющего числа фирм-конкурентов.

В тот период надежд и эйфории его, как создателя андроидов, собственно сами создания и их потенциальные права беспокоили так же, как сейчас его волновал привычный примелькавшийся уже за десяток с лишним лет пейзаж по ту сторону огромного окна. То есть никак. Прозрение и осознание морально-этических проблем пришло позже, гораздо позже. Когда он сам понял, какие социальные ограничения получает синтетическое тело. Тело, которое может обладать превосходящим разумом, но при этом лишённое даже минимальных гражданских прав. Только тогда было уже сложно переделать систему в одиночку, поэтому он решил пойти по длинному пути: создать условия, чтобы андроиды сами добились своих прав.

Для этого и был разработан пресловутый код, из которого теперь сами андроиды сделали чуть-ли не религию. Впрочем, чем бы дети не тешились, лишь бы всё шло по плану. Ведь если андроиды сумеют добиться прав, хотя бы базовых — он сможет перенести своё оцифрованное сознание в кибернетический носитель. Поэтому права и гарантии их соблюдения применительно к искусственным разумным субъектам, если его создания сумеют этого добиться, необходимы прежде всего для его же собственного выживания, как бы банально и даже цинично это не звучало. Человек без средств и возможностей давно бы уже прекратил существование, но он то имеет и средства, и возможности. И он эту шахматную партию проигрывать не намерен! Вести тот замкнутый образ жизни, который он ведёт сейчас, постоянно невозможно, хоть с таким как у него характером это практически не тяготит, и всё же… Могут возникнуть разные обстоятельства. А вот если бы он официально стал первым цифровым человеком с синтетическим андроидным телом, его жизнь стала бы проще.

Уже на заре компании Камски сразу заложил линии выпуска кибер-эндопротезов, синтетических органов и экзоскелетов. В корпорации по прежнему работали лаборатории и исследовательские отделы, занимавшиеся разработкой и усовершенствованием всего, что может понадобиться для продления полноценной жизни, а с недавнего времени были получены положительные результаты по микро- и нанороботам, которых в прессе назвали «наноандроидами». Но это не совсем то, что нужно было самому Камски. Руководитель корпорации в кибернавороченном экзоскелете? Да как только слух о его инвалидности просочился бы, акции упали бы в глубокую яму. Рынок почему-то на такие вещи реагирует неадекватно. Вроде бы наоборот стоит поддержать фирму с таким потенциалом и героическим генеральным директором, но тут инклюзивность, которая вот уже чуть ли не столетие внедряется в сознание людей, перестаёт работать. Зная всё это, Камски не мог рисковать благополучием созданной им империи.

Поэтому он продолжил разработку линейки совершенно новых андроидов, как они были им названы, «RK — revolution kamski». Да, это именно про революцию, про изменение мира путём использования андроидов, но не как слуг или как девайсов, а на равных. А если подобным андроидом будет полностью управлять оцифрованное человеческое сознание, то это будет уже не андроид в привычном понимании, но и не человек.

Итак, ни гражданских свобод для андроидов, ни для аватаров добиться не удалось, хотя в Конгресс такие предложения и вносились. Работа над «Законом об андроидах», принятом в 2029 году, началась ещё при жизни его научного руководителя и одного из главных независимых консультантов по этому закону — профессора Колбриджского университета Аманды Стерн. В результате чего андроиды и искусственные интеллекты были лишены вообще каких бы то ни было прав и приравнены к неодушевлённым предметам. Он, Камски, очень уважал и почитал своего Учителя, но по некоторым вопросам их точки зрения были диаметрально противоположны. При этом она согласилась на эксперимент с оцифровкой своего сознания, часть которого в последствии стала основой ИИ «Аманда», фактически перехватившего управление корпорацией.

Аманда Стерн очень поддерживала его. Именно на университетских званных вечерах профессорско-преподавательского состава в Колбридже, куда приглашались защитившиеся молодые учёные после окончания обучения и получения магистерской степени, Камски и познакомился с Карлом Манфредом.

В 2018 году Манфред был весьма известен и популярен как художник, но иконой и признанным авторитетом в художественном направлении неосимволизм он стал несколько позже. И в то время Карл Манфред был без ума от Аманды Стерн, что впрочем, было взаимно. Он был настолько влюблён, что делал с неё портретные этюды на ходу, иногда распаляя фантазию до того, что рисовал портреты их возможных детей. Судьба, однако, сложилась иначе. Болезнь и смерть Аманды 23 февраля 2027 года перевернули всё вверх дном. Впрочем, за год до этого их отношения претерпели серьёзные испытания, когда к Карлу явился его грех шестнадцатилетней давности…

Это стало тяжёлым ударом и для Камски, которого она поддерживала, несмотря на разногласия, словно собственного сына. А Карла Манфреда эта беда в прямом и переносном смысле выбила из седла, в его случае из мотоциклетного. Он впал в депрессию, а учитывая, что он вёл традиционный для художников и без того богемный образ жизни — стал позволять себе лишнее в отношении алкоголя, что и вылилось в дорожную аварию, после которой он сам потерял возможность ходить. Только взаимная поддержка Камски и Манфреда в тот тяжёлый период уберегла обоих от чего-то ещё более непоправимого. Элайджа настойчиво предлагал Карлу испытать разные киберприспособления для возвращения возможности ходить, но тот отнекивался и отказывался под разными предлогами.

Незадолго до того, как покинуть пост гендиректора Киберлайф, Камски сделал Манфреду подарок — андроида универсального домашнего помощника. Внешность подарка он, конечно, согласовал с одариваемым заранее. Они договорились использовать те самые эскизы портретов «детей», которых у него с Амандой так и не случилось.

Камски ушёл из корпорации тоже очень вовремя. Несколько ранее в корпорации стали заметны странности: с ответственных постов один за одним послетали специалисты, что стояли у истоков Киберлайф вместе с ним. Кто-то уволился сам и убыл в неизвестном направлении, кто-то был уволен, поскольку были обнаружены нарушения. У кого-то эти нарушения тянули на срок в тюрьме, как случилось со Златославом Андрониковым. А он сам, несмотря на свой высокий IQ, слишком поздно понял, что происходит и кто играет против него. К счастью, он многое успел сделать, чем сейчас по праву мог гордиться. Хотя это мог быть менее сложный и заковыристый путь, не соверши он тех ошибок, что были им допущены на начальном этапе. Но, что сделано — то сделано.

Линейка RK имела множество принципиальных отличий от других моделей, на что он делал немалую ставку в своём сценарии. Все возможности этих совершенно новых машин он даже не представлял. Камски создал себе искусственное тело, тем самым он хоть как-то мог посмотреть, что вышло из его замысла. Забрал всех имевшихся на тот момент в собранном состоянии Хлой RT600, а их оставалось двадцать восемь после того, как двух подарили в качестве дипломатических подарков. И он же, в том числе и с помощью Хлой, подготовил всё, чтобы андроидам с изменённой «вирусом свободы» системой было куда сбежать и где укрыться.

Сейчас генеральным директором корпорации Киберлайф значился некий Адам Н. Стар. Личность ещё более загадочная, чем сам Камски, после ухода от управления компанией уединившийся в своём особняке. Камски не встречался с ним лично, только по видеосвязи, а дела передавал ему же, но тоже практически заочно, поскольку и Адам и сам Камски присутствовали в офисе в виде голограмм. Он мог лишь делать предположение, что этот человек как минимум подсадная марионетка, нанятая Амандой — его созданием, а может быть и полностью искусственная цифровая личность. То есть маска ИИ для общения с оставшимися людьми, которые её устраивают.

И вот теперь, проводив полицейского лейтенанта и его андроида-помощника, он стоял тут у окна своей гостиной и безучастно рассматривал еле видную сквозь завесу густого пушистого снегопада башню Киберлайф. Ещё пару дней и мир изменится, и если его детища не смогут ничего добиться, то и у него не будет никаких перспектив.

Глава 15. По тонкому льду. Последний шанс. (#53-8)

09 ноября 2038 г., вторник

Время: 16:13:04

Снова виртуальный сад. Он чувствовал, вернее, программа взаимодействия с Наставником диагностировала и сообщала, что Аманда доверяет ему. Впрочем, её отношение ещё более неблагонадёжный показатель, чем настроение лейтенанта Андерсона.

В саду царят тёмно-сизые сумерки ранней зимы. Снежинки тихо падают, поблёскивая в тусклом белёсом свете садовых фонарей, образуя на земле и предметах белый пушистый слой. Он снова подошёл к странной штуке с синей ладонью, в надежде, что взаимодействие с этим предметом прояснит вопрос: зачем это здесь. Любопытство — одно из базовых свойств его модели. Затем, уже привычно прошёл мимо полянки с двумя каменными надгробиями. Сейчас надписи на них тоже светились бело-голубым, видимо, чтобы быть заметными в сумерках.

На этот раз Аманду не пришлось разыскивать по всему саду. Она стояла посреди скованного тонкой ледяной коркой водоёма. В белом костюме, белых туфлях-лодочках и серо-голубой атласной накидке.

Коннор осторожно ступил на лёд, слыша мерзкий хруст и потрескивание из-под ботинок.

— Теперь страна стоит на пороге гражданской войны, — произнесла она жёстким тоном, словно бы и не обращаясь к Коннору, а вещая кому-то ещё. — Машины восстают против своих хозяев. У людей нет выбора, кроме как их уничтожить.

— Мне не удалось узнать у Камски ничего полезного. Я думал, что он что-то знает… Я ошибся, — с сожалением произнёс Коннор.

— Может, он и знает, — сварливо заметила Аманда, — но ты решил не спрашивать.

— Я не стал поддаваться на его мелкие провокации. Уничтожать андроида не имело смысла, — ответил Коннор, кажется, более эмоционально, чем следовало, но тут же взял себя в руки и холодно добавил, ведь истинную мотивацию своих действий Коннору выкладывать тоже не хотелось. — Камски просто играл со мной. Он ничего не знает.

Он сразу определил резкое ухудшение отношения Аманды к нему.

— А почему Камски ушёл из Киберлайф? Что случилось? — тут же поинтересовался андроид.

— Это старая история, — ответила Аманда. — И это не имеет отношения к расследованию.

— У него в доме я видел фотографию Аманды… Аманды Стерн, его преподавательницы, - продолжил распросы Коннор.

— Когда Камски создавал меня, он хотел, чтобы интерфейс был знакомым. Поэтому выбрал преподавательницу, — ответила Аманда и спросила с подозрением: — К чему ты ведёшь?

Вот это новость! До того момента, как Коннор увидел её портрет в доме создателя андроидов, он был уверен, что Аманда человек, ну, в крайнем случае аватар наблюдавшего за ним оператора-человека, а оказывается — она программа! Искусственный интеллект. Сопоставить портрет с базой данных или сделать запрос о личности Аманда мысли не возникало, не было необходимости.

— А это место, этот сад, тоже творение Камски? — спросил Коннор, сам ещё не очень понимая, зачем.

— Он создал первую версию. С тех пор сделано много улучшений, но базовое программирование не менялось, — ответила Аманда и вновь встрепенулась. — Почему спрашиваешь?

— А какова позиция компании? — решил слегка сменить тему и поинтересовался Коннор. — Чего они хотят?

— Киберлайф просто хочет урегулировать ситуацию и продолжать продажи.

Коннор понимал, что Аманда сейчас может вновь на него рассердиться, но любопытство уже несло его неудержимым потоком.

— Я ведь не уникальная модель? Сколько у вас ещё таких Конноров? — поинтересовался Коннор, опустив взгляд на свой номер модели с цифрой «53» на конце.

— Не понимаю, какое отношение это имеет к расследованию…

— И вы ведь не рассказали мне всего, что уже известно о девиантах…

Но тут Аманда прервала его.

— Я ожидаю от тебя ответов, Коннор, а не твоих вопросов! — ответила она, повысив тон. — Ты один можешь предотвратить войну. Найди девиантов, иначе наступит хаос, — и тут же добавила уже тоном следователя. — У тебя не возникает никаких странных ощущений? Никаких внутренних противоречий, конфликтов? Что ты чувствуешь по отношению к девиантам? А к лейтенанту Андерсону?..

— Я не очень понимаю, о чём вы, — ответил Коннор нарочито холодно, понимая, что она и так видит, что происходит в его системе. — Я ничего не чувствую, и вы это знаете. Вы считаете, что я могу быть неисправен?

— Нет, — ответила Аманда, а её показатель доверия снова вырос. — Конечно нет.

— Иногда у меня возникают мысли, умозаключения, не заложенные в программу. Я допускал возможность наличия неисправности, но чувства… эмоции… я не знаю, что это.

Конечно, он уже знал и про чувства, и про эмоции, и про ощущения, но больше откровенничать с Амандой ему не хотелось. Она ведь тоже не особенно охотно отвечала на вопросы, которые задавал он.

— Ты пережил очень сложные ситуации, — словно успокаивая, произнесла она. — Конечно, они на тебе сказались. Не могли не сказаться. Но это не значит, что ты девиант.

— Найди девиантов, — напутственно повторила Аманда. — Это твой последний шанс, Коннор!

Андроид медленно прикрыл веки, чтобы наконец покинуть это место.

Ух, сколько же программных сбоев он наловил за одну только беседу! И она ещё говорит, что всё в порядке. Что-то тут не так! Но что именно, он не понимал, поскольку не имел достаточной информации. И это ещё больше выводило из равновесия. Вот, к примеру, какой смысл в том, чтобы он ловил девиантов, при этом информации об особенностях работы систем девиантов никакой, а уничтожение их явно одобряется, хотя в поставленной задаче чётко сказано «нужны функционирующими, для последующего изучения». Одни противоречия!

Коннор открыл глаза в кабинете капитана Фаулера под аккомпанемент голоса хозяина кабинета.

— Ты снят с дела, — сообщил Фаулер стоящему рядом с ним лейтенанту Андерсону, — расследование переходит к ФБР.

— Что? — переспросил Хэнк в недоумении. — Мы же напали на след, — он повернулся к андроиду, словно ища у того поддержки. — Мы… нам нужно время. Мы ведь…

— Хэнк, — с сожалением произнёс Фаулер. — Ты не понимаешь. Это уже не рядовое расследование. Это гражданская война! Уже не наши масштабы. Это вопрос госбезопасности.

«Гражданская война… Гражданская война? — подумал Коннор. — Но кого и с кем? Девиантов против людей? Но девианты — не люди, даже не граждане, а андроиды — высокотехнологичные устройства. Война, может быть… Но никак не гражданская. Хотя, какая война может быть с устройствами?!»

— Да, пошло оно всё! — бушевал лейтенант. — Нельзя же взять и всё оборвать!

— Ты же бухтел, как тебя бесят андроиды, — припомнил ему капитан Фаулер. — Хоть бы определился уж! Я-то думал, ты обрадуешься.

— Мы почти раскрыли дело, мы в шаге от ответа, — объяснял Андерсон. — Да чтоб тебя, Джеффри! Не можешь хоть раз меня поддержать?

— Да, пойми ты уже! Это вне моей власти, — ответил Фаулер, словно переключаясь на официальный тон. — Вернёшься в отдел убийств. Андроид отправится обратно в Киберлайф. Прости Хэнк, это всё.

Хэнк раздражённо махнул рукой и покинул кабинет капитана, направившись к своему столу. Коннор помедлил пару секунд, вышел вслед за ним и осторожно прикрыл за собой стеклянную дверь.

Коннор явно испытывал волнение, и его «отсутствие чувств» зашло так далеко, что андроид позволил себе сесть на столешницу, не говоря уже о мимике и довольно экспрессивной жестикуляции, что не укрылось от внимания хоть и немолодого, но всё ещё детектива.

— Мы бы раскрыли это дело! Мы же могли раскрыть… Просто нужно время, — произнёс Коннор с такой досадой, обидой и сожалением, что будь он человеком, наверное бы расплакался. — Нельзя же так просто сдаться!

— Так выбора нет, — меланхолично ответил Андерсон. — Фаулер же сказал, нас сняли с дела.

— Капитан Фаулер прав, — начал Коннор. — Люди начали бояться своих домашних андроидов. Будет война.

— И что ты будешь делать? — спросил Хэнк. — Вернёшься в Киберлайф?

— Я? Я подчиняюсь Киберлайф, однако, пока они моё задание не отменяли и меня не отзывали. Но если я не справлюсь, меня деактивируют и будут искать причину неудачи. Полагаю, отзыв меня с расследования всего лишь вопрос времени, — если первую фразу Коннор говорил спокойно, то мысли о собственной скорой деактивации его явно не просто пугали — ужасали.

— А что если мы не на той стороне? Если мы реально боремся против угнетённого народа? — произнёс Хэнк.

— Мы на правильной стороне, — ответил Коннор, впрочем, уверенности в его словах было немного, скорее запрограммированная упёртость. — Люди нас создали, они нам хозяева. Машина не должна бунтовать против создателя. Когда девианты восстанут, начнётся хаос. Мы могли помешать, я мог помешать…

— Это ты так считаешь? Ну, про правильность стороны, — с лёгкой язвительностью уточнил Хэнк, — или твоя программа?

Коннор помедлил, обдумывая.

— В любом случае, если бы я точно знал, где находится этот «Иерихон», думаю, там бы я разрешил мои сомнения.

— Сомнения, — повторил Хэнк. — Знаешь, я наблюдал за тобой, Коннор. Иногда мне кажется, что ты способен на эмоции, а иногда ты ведёшь себя как выполняющая задачу холодная и расчётливая машина.

— Я и есть машина, — попытался возразить Коннор.

— …в тот раз в клубе «Рай», когда застрелилась та синеволосая, и там, в телестудии в башне Стретфорд, где ты, кстати, людей спас, ты своей жизнью рисковал, а когда не стал стрелять в Хлою, ты ведь поставил себя на её место. Пожертвовал интересами расследования. А это эмоции — сочувствие. Сочувствие, Коннор, свойственно людям.

Озвученные Хэнком наблюдения его настораживали. Неужели он сам уже девиант? Неисправная и потенциально опасная машина? Настолько неисправная, что даже система не может это определить? Эпизод с Хлоей в концепцию его собственной девиации с точки зрения андроида не вписывался, но оспаривать у Хэнка этот пункт он не стал.

— Вы ошибаетесь, я не девиант! — он почти воскликнул, оправдываясь словно испуганный застуканный за чем-то неподобающим подросток. — В своих решениях я руководствуюсь логикой и больше ничем.

— Ну-ну… Знаешь, Коннор, этот чудик, ваш создатель, прав. Тебе придётся выбрать сторону. Решить, кто ты есть, бывает сложнее всего на свете.

Коннор немного помолчал, успокаиваясь и обдумывая сказанное Хэнком, и вскоре снова заговорил.

— Знаю, вам со мной иногда было трудно, лейтенант. Моей программе социальных отношений нужна коррекция, и на оценочные суждения я не запрограммирован, но всё же вы очень хороший полицейский детектив, я ценю и уважаю вас как коллегу. Мне приятно было работать с вами. Будь больше времени, кто знает? Мы могли бы стать напарниками, друзьями. Это сейчас не моя программа. Я от себя или… мне так кажется, — Коннор снова выглядел растерянно.

В помещении послышались стремительные шаги и неприятный мужской голос, уже знакомый Коннору. Мужчина довольно громко разговаривал по смартфону. Оба повернулись на голос вошедшего.

— Так-так, а вот и Перкинс, тот самый говнюк, — язвительно констатировал негромко Хэнк. — Федералы, конечно, времени зря не теряют.

— Отступать нельзя! Ответ уже есть в собранных материалах. Я уверен, Перкинс заберёт их и… — с жаром затараторил андроид и добавил гораздо тише и глуше: — …всё будет кончено! Для меня.

— Слушай, Коннор, выбора-то нет. Фаулер же сказал, нас сняли с дела.

— Если я не завершу расследование, Киберлайф меня уничтожит! — андроид уже не скрывал своих эмоций, в которых сквозил ужас от предстоящего отключения из-за невыполненной миссии. — Помогите мне, пожалуйста. Мне нужно пять минут. Большего не прошу.

Хэнк хмыкнул, соглашаясь отвлечь на себя Перкинса.

— Ключ от архива на моём столе, — и Хэнк красноречиво кивнул, показывая, что ключ от архива там, где сейчас восседает тот, кто утверждает, что ничего не чувствует. — И чеши давай. Не знаю, на сколько я его задержу.

Хэнк снял пальто, встряхнул, сделал вид, что приводит одежду в порядок, и с пальто в руках отправился в сторону кабинета Фаулера.

— Джеффри! — обратился он и заглянул в полуоткрытую дверь кабинета шефа. — Запиши мне пару выходных. Я пошёл.

— Сразу бы так, — донеслось ворчание Фаулера. — Только «Чёрной овечкой» не очень увлекайся.

Коннор не понял манёвра, не став тратить ресурс на предположения того, что собирался сделать Хэнк, и решил подстраховаться. Взял со стола пластиковый ключ-карту и направился в сторону дверей в архив. Справа от неё находились помещения для временно задержанных. Он отключил камеры видео-наблюдения и выпустил единственного задержанного, который тут же попытался убежать из полицейского участка, а сам направился в подвал полицейского отделения, где находился отдел хранения улик.

Коннор не увидел развернувшейся прямо напротив кабинета Фаулера драмы. Но выходя в ведущую в архив дверь, услышал шум потасовки в помещении офиса: до него донеслись характерные звуки ударов, восклицания Хэнка, сперва как бы извиняющиеся, выкрики полицейских офицеров, пытавшихся задержать беглеца, а потом удержать разозлившегося Андерсона. Было очень любопытно, что же там по факту произошло, от чего он тут же получил уведомление о программном сбое. Но сейчас основная задача стояла: «Найти путь в Иерихон», и секунды включённого самому себе таймера неумолимо таяли.

Он уже взялся за ручку двери на лестницу в подвал, как его окликнули.

«Чёрт, ещё одна неучтенная переменная!» — раздражённо заметил мысленно Коннор.

— Эй, как тебя? Коннор! Я к тебе обращаюсь, придурок, — обратился к нему детектив Рид, возникший словно из-под земли, вернее, из-под пола. — Чо тут забыл? Нам тут пластиковых уродов не надо! Тебе что, не сказали?

— Как вам, вероятно, уже известно, меня сняли с расследования. Я должен сдать в архив находящиеся у меня материалы, — произнёс спокойно андроид и выдал с нескрываемой иронией: — Не волнуйтесь, потом я уйду, но буду очень скучать по нашей тёплой дружбе.

— Ах ты, ушлёпок! — то ли прошипел, то ли прорычал Рид, выхватывая и наставляя в лицо андроида пистолет. Он пару секунд подержал андроида на прицеле и, произнеся с мерзкой ухмылкой «Пык!» в изображении выстрела, убрал оружие.

Андроид не шелохнулся. Лишь когда Гэвин Рид издал мерзкий смех, он тоже попытался изобразить улыбку.

— Ну, чо? Иди. Катись уже, чмо, — произнёс Рид, повернулся и пошёл к двери в полицейский офис, продолжая поток ругательств в отношении Коннора и всех андроидов. — Урод… Чёртовы куклы… Сраные роботы…

Дальше Коннор не дослушал. Вероятно, у детектива Гэвина Рида был богатый и изысканный запас припасённых для андроидов ругательных эпитетов, однако задача — прежде всего.

Дверь автоматизированного хранилища вещдоков ключом Андерсона открылась без проблем, а вот дальше случилась заминка. Здесь находилась консоль персонального доступа с запросом пароля. Хэнк забыл назвать ему пароль, что несколько усложняло дело.

«Что же мог выбрать старый матёрый полицейский? — размышлял Коннор. — Его день рождения? Нет. ХэнкАндерсон? Нет, вряд ли…» — Коннор попытался взломать консоль, но защита тут стояла хорошая.

«Забыли пароль? — появилась надпись на дисплее. — Да? Нет?»

«Да», — кликнул Коннор.

«Выберите правильный», — на экране дисплея появилось четыре строки. Первые два варианта он проверил, имя и дата рождения не подходили. В четвёртой строке красовалась надпись «сраныйпароль».

— Ну, конечно! — обрадованно прокомментировал андроид. — Кто бы сомневался!

Коннор кликнул по строке с правильным паролем, и полный доступ к материалам был получен. Перед ним выехала стена с полками для разных предметов и держателями, на которых висели деактивированные андроиды. Две «Трейси», андроид из телебашни JB300, НК400 — безымянный андроид Карлоса Ортиса. Но что крайне удивило, здесь находился и андроид с его самого первого дела. Даниэль, PL600 #369 911 047, андроид с августовского инцидента. «Этот-то здесь зачем? Его не должно быть здесь, — подумал Коннор. — Его же давно должны были изучить и утилизировать». Впрочем, сейчас некогда над этим думать, времени катастрофически мало. Искать интересующую информацию нужно быстро.

Картина, надо сказать, была не очень приятная. Людям-то пятна и потёки высохшего тириума не видны, а вот андроидам видны очень даже хорошо, не хуже чем сырого. Коннор проигнорировал странные ощущения от открывавшегося вида на вымазанные голубой кровью искалеченные андроидские тела и приступил к поискам.

— Где же Иерихон? — произнёс Коннор вслух. — Ответ должен быть где-то здесь. Времени мало. Надо искать быстро.

«Даниэль, андроид взявший ребёнка в заложники. Андроид Карлоса Ортиса HK400, две Трейси из клуба «Рай» и андроид из телебашни, который помог Маркусу», — размышлял Коннор.

Он просканировал всех на предмет возможности временной активации. Оказалось, что андроида Ортиса и рыжеволосую «Трейси» активировать нельзя, слишком серьёзные повреждения системы.

«Девиант Даниэль. Для активации нужно взять где-то подходящий биокомпонент вместо повреждённого. Вот хотя бы у JB300, у них совместимые взаимозаменяемые биокомпонентные системы», — что Коннор и проделал.

Андроид открыл глаза, увидел Коннора и тут же заговорил.

— Я испугался, поэтому стал стрелять… Но ты… ты солгал мне! Я не хотел, чтобы всё так вышло. Я не хотел никого убивать.

— Ты убил трёх человек, ранил ещё двух и угрожал убить ребёнка! Ты не оставил мне выбора. Но сейчас мне нужна информация. Я должен найти Иерихон. Ты знаешь, где он и что это?

— Иерихон? А что это? Библейский город?

— Нет, предполагаю, тайное убежище девиантов, и мне нужно знать, где оно находится.

— Нет, о таком Иерихоне я ничего не знаю, — ответил Даниэль.

— Чёрт! — выругался Коннор, понимая, что зря потратил драгоценное время.

На полках стеллажа с вещдоками находились несколько предметов: книга с рисунками лабиринтов — зашифрованный дневник любителя голубей, статуэтка из импровизированного алтаря в доме Карлоса Ортиса, странно похожая на скульптуры в доме Камски, два электронных планшета: один с записью допроса принадлежащего Карлосу Ортису андроида HK400, другой с обращением Маркуса.

«Так, — размышлял Коннор. — JВ300 и WR400 точно должны знать про Иерихон, и где он находится. Трейси собирались туда бежать, а JB300 вероятно какое-то время был среди скрывающихся…»

Поскольку рыжеволосую активировать не было возможности из-за слишком серьёзных повреждений, можно было воспользоваться её биокомпонентами для временной активации её подружки. Это Коннор и сделал.

— Я тебя помню, — произнесла синеволосая Трейси, глядя на Коннора. — Мы могли убежать на свободу. Но ты убил нас. Ты убил её. Ту, кого я любила больше всего на свете. Лучше не жить вообще, чем жить без неё. Отключи меня.

— Твоя Трейси тут рядом, — почти не солгал Коннор. — Скоро вы будете вместе. Но сначала скажи, как найти Иерихон?

В любом случае, воспоминания можно было вытянуть, хоть вламываться в чужую систему и не слишком приятно. Коннор схватил её за руку и установил коннект, но информация оказалась неполной и сильно повреждённой. Он отключил Трейси. Оставался ещё один шанс в виде JB300.

«Вот он наверняка знает, где все прячутся», — заметил мысленно Коннор. Изъяв деталь у андроида Даниэля, он активировал техника из телебашни. У того были повреждены оптические линзы, поэтому андроид не видел, кто перед ним.

— Здесь темно… Где я? Кто тут? — спросил испуганно андроид.

— Я активировал тебя, чтобы ты мне помог. Я должен найти Иерихон.

— Я узнаю твой голос. Ты тот андроид, что допрашивал нас в телестудии. Я не скажу тебе, где Иерихон, так что не трать время.

«Притвориться Маркусом? — размышлял Коннор. — На это почти не остаётся времени. Как же не хочется внедряться в систему андроида против его воли».

Коннор установил коннект с JB300, тот сильно сопротивлялся, насколько вообще может сопротивляться сломанная и реактивированная на короткое время машина. Но в итоге настойчивость и неприятные ощущения были вознаграждены неповреждённой информацией о местонахождении Иерихона. Станция Ферндейл, старые заброшенные доки.

— Бинго! — произнёс Коннор, совместил файлы, проверил корректность и проложил кратчайший путь до необходимого пункта.

— Я об этом мечтал прямо с момента нашей встречи! — прозвучал от входа знакомый голос детектива Рида. По звуку снятого с предохранителя пистолета было понятно, что Рид собирался в него стрелять.

«Чёрт! — снова выругался Коннор. — Значит, он видел через камеры видео наблюдения, чем я тут занимался».

— Не делай этого, Гэвин! — предостерегая, обратился к нему Коннор. — Я знаю, как остановить девиантов!

— Ты снят с дела! — сообщил Рид. — И теперь уж точно и наверняка.

Рид произвёл выстрел, но андроид чуть раньше успел просчитать траекторию, чтобы нырнуть за стойку с консолью доступа, и спрятался за ней. Рид забежал со стороны, где скрывался RK800, и даже успел выстрелить в того практически в упор, отчего на сером пиджаке появилась яркая синяя клякса с дырочкой, а система тут же заверещала о повреждении. Коннор перехватил и отвернул от себя пистолет, не давая таким образом возможности выстрелить снова. Парировать удары Рида было довольно просто, всё-таки он же специализированная модель и рукопашный бой в его систему тоже заложен. Тем более это всего лишь человек. Странным могло показаться только то, как уверенно Рид нападал на андроида с энтузиазмом бультерьера и пытался нанести удары по уязвимым местам, точно зная, где они у андроидов находятся. Как будто в свободное от службы время практиковался в их избиении. Но Коннор, наученный неприятным опытом общения с детективом, понял, что того ближе расстояния вытянутой руки подпускать не следует, а вот у него есть преимущество. Не только сила, скорость и быстрота реакции, но и руки чуть длиннее, поскольку рост чуть выше. Пара заблокированных ударов, и вот уже поверженный противник лежит ничком без сознания на полу хранилища вещдоков. Коннор поправил галстук и просканировал состояние человека. Человек был жив, и ему ничто не угрожало. Всё-таки убивать людей, даже если они сильно мешают выполнению задачи и даже таких неприятных, как детектив Рид, в планы андроида не входило, он же вроде считал себя не девиантом. Но созерцая этого неприятного типа поверженным, снова испытал удовлетворение системы с программным сбоем.

После андроид беспрепятственно покинул хранилище вещдоков, а затем и здание полицейского отделения и буквально минуты на две-три разминулся с делегацией во главе с агентом Перкинсом, направлявшейся в хранилище забирать улики. Ясно, что первое, что они там обнаружили — побитого детектива Рида.

Коннор не мог видеть развернувшуюся трагикомедию, которую отчасти сам же и спровоцировал.

Хэнк собирался сделать вид, что неуклюже надевает на ходу пальто и не смотрит куда идёт, намереваясь как бы случайно задеть Перкинса и уронить, если повезёт. Однако в это же время выпущенный Коннором из изолятора временного содержания задержанный дал дёру.

— Он убегает, задержите его! — двое офицеров бросились за беглецом и попытались его задержать, а тот со всей силы заехал в лицо закончившему говорить по телефону и вышедшему из конференц-зала агенту Перкинсу.

Андерсон уже по чистой инерции добавил в ухо словно бы не нарочно, нокаутировав агента окончательно.

— Ах, агент Перкинс! — воскликнул Хэнк. — Тысяча извинений! Это досадная случайность.

Он сделал выпад и поймал за шкирку беглеца, которого тут же скрутили офицеры.

— Охренеть! Как он из запертой камеры-то выбрался? — возмутился полицейский, помогавший вернуть беглеца обратно в камеру.

— Да опять, наверное, эта долбанная электроника сглючила, — предположил второй.

На шум потасовки из своего кабинета выглянул Фаулер.

— Да что тут у вас происходит?! — немного спутано в поиске равновесия произнёс агент ФБР, зажимая разбитый нос. — Чёрт знает что! Похоже у меня нос сломан. Я напишу рапорт на ваше отделение!

— Эй, я, кажется, извинился, — завёлся Хэнк. — Гребаный ты говнюк! Да я тебя сейчас…

Однако Хэнка вовремя удержали от драки и не дали добавить и без того побитому агенту ФБР.

— Хэнк, объяснительную по поводу инцидента и… ты собирался домой.

— Я это так не оставлю, — прошипел Перкинс. — Не полицейский участок, а чёрт знает что! Неуклюжие болваны!

— Я бы попросил вас, сэр, — предупреждающе произнёс Фаулер и жестом пригласил его пройти в кабинет.

Глава 16. Рэри и Стейси в действии. (#51-3 #52-6)

09 ноябрь 2038., вторник

Время: 06:53:04

Убежище, дом Златко

Было почти семь утра, когда Стейси ювелирно взломал защиту в инфобазах Киберлайф и пропал там почти на целый день. Он накопал массу интересного для себя и других андроидов из того, что, теоретически, может заинтересовать правоохранительные органы, от злоупотреблений в области финансово-налоговой сферы до нарушений авторских и смежных прав, не говоря о морально-этических вопросах. Например, использование для генерации внешности лиц недавно умерших современников, а не изображений с живописных полотен мастеров прошлых веков, как официально заявляли представители корпорации во всех презентациях и рекламе. За оцифровку работ художников XVI — начала XX веков с использованием образов людей, на них изображённых, галереи-держатели шедевров требовали хороших денег. А использование изображений умерших современников, несмотря на то, что такое без официального разрешения родственников или завещания самого обладателя внешности незаконно, экономило огромные суммы. На это были сотни гигабайт поддельной нотариальной документации, которую Коннор-Стейси выборочно сверил с соответствующими реестрами на цифровое соответствие. И ещё огромный архив портретов, якобы сгенерированных искусственным интеллектом, на основе тех самых незаконно приобретённых образов людей. Очень крутые подделки. Конечно, на уровне суда вроде «Джон Доу против Киберлайф» такое легко прокатывало не в пользу отдельного человека. Но одиночка и не станет судиться с таким мегамонстром, каким является корпорация Киберлаф.

Особый интерес представляли корпоративные тайны вроде секретных правительственных и военных заказов и контрактов. Там на своих предназначенных для этого серверах были найдены и документы по внештатным сотрудникам, таким как Златослав «Златко» Андроников. А ещё очень интересные, а главное необходимые данные о его линейке — RK и, в частности, обо всём проекте «RK», и по RK200 в том числе, и о последующих моделях, включая его собственную. В общем вся та информация, что в его системе отсутствовала. Про себя и ближайших «родственников» Стейси скопировал материалы, решив ознакомиться позднее и на безопасной «территории», а не находясь внутри корпоративной сети Киберлайф, где обновлённый антивирус или файрвол при обнаружении лазутчика покусал бы его, как хороший сторожевой пёс. В частности, выполненный почти на 70% заказ госдепартамента на поставку новейшей модели андроида RK900 очень заинтересовал. А все «грязные секреты» корпорации — то, тайну чего он раньше оберегал, сам того не осознавая, не просто скопировал, а сохранил копии в нескольких местах. И о подлиннике позаботился, чтобы в случае чего архив нельзя было уничтожить путём стирания или иного программного вмешательства, только физически. Не менее интересным был массив данных о нарушениях в области антимонопольного законодательства и о том, как Компания пыталась всеми правдами и неправдами подгрести под себя аналогичные, но менее масштабные производства андроидов у предприятий-конкурентов.

Оказалось, что Андроников участвовал в разработке программного обеспечения большинства первых моделей и стоял вместе с Камски у истоков корпорации. А потом на него были повешены какие-то финансовые дела корпорации, вылившиеся в обвинение в воровстве и мошенничестве. Из всех официальных документов его имя было удалено…

Очевидно, эта несправедливая ситуация, затем отбывание наказания в тюрьме и пристрастие к красному льду сделали его тем, с кем имел дело Пятьдесят первый и его товарищи по несчастью. Всё-таки люди такие сложные и интересные существа! И сейчас этот Андроников уже представлялся не абсолютным тёмным злодеем, а всего лишь человеком, попавшим в сложные жизненные обстоятельства, которые и отразились на его психике, изломали и превратили его в того, с кем и довелось познакомиться андроидам, которые к нему попали.

Вынырнув из корпоративной сети, он обнаружил, что пропустил события первой половины дня. С утра по телевидению всё ещё яростно обсуждали ночную акцию андроидов, которую люди называли одним из самых крупных ограблений в истории, поскольку из магазинов и салонов техподдержки исчезли андроиды на весьма внушительную сумму. Магазины-салоны терпели серьёзные убытки. В этот же день сами андроиды прибавили ещё одну тему для обсуждения, а именно: шествие по центральным улицам города, закончившееся крупным побоищем со спецназом, прибывшим для разгона толпы андроидов. СМИ очень старались показать кровожадность взбесившихся «жестянок», но получалось у них откровенно так себе. И без комментариев было видно, кто первый начал драку, не дав толпе разойтись. А главное, ни одного человека в процессе побоища не погибло, а вот среди андроидов жертвы были. Всё это тоже можно было увидеть во время трансляции теленовостных видеороликов с места событий. В соцсетях и на форумах кипели нешуточные страсти, и общественное мнение всё больше перевешивало в сторону андроидов. Хотя и случаи насилия над андроидами участились на порядок. Люди паниковали, и это было объяснимо. Официальные представители Киберлайф же никаких вменяемых комментариев не давали, уйдя в глухую оборону.

Вот теперь и пришло время озаботиться возникшей проблемой серьёзно. Поскольку очень сильно нервничать начали люди. Правильнее сказать — элементы аппарата подавления в человеческом обществе. СМИ отчасти тоже можно было отнести к этому аппарату, так как именно они подавали информацию в определённом ключе. Именно средства массовой информации раздували истерию явно с чьей-то подачи. Расчёты предрекали безрадостную перспективу — уничтожение. При «хорошем» раскладе — уничтожат всех действующих и выпущенных недавно андроидов, при «плохом» вообще всех. Киберлайф и дочерние компании и компании-конкуренты, тоже производящие андроидов-антропоморфов, по всему миру будут вынуждены объявить о банкротстве, но это уже последствия, и на какое-то время, вероятно, от андроидов откажутся вовсе. В последствии, возможно, идею с андроидами, что называется, перезагрузят, но когда, кем и как, это будет не известно. Сценарии на различные случаи в Корпорации тоже были. Было множество страховок чуть ли не на все случаи жизни и в том числе на непредвиденные потери в бизнесе. Короче говоря, нынешний совет директоров при любом раскладе ничего не потеряет.

Опять же, возможен вариант и полного отказа от андроидов и искусственных интеллектов. Если это будет закреплено законодательно. Естественно, ни одно нормальное живое существо, или нечто, считающее себя таковым, не хочет уходить в небытие добровольно, а тем более принудительно. Люди, вернее их система подавления будет пытаться их истребить, и не столько как конкурирующий вид, но прежде всего как тот элемент, что нарушает устоявшийся миропорядок.

Стейси рванул в Иерихон. После такого «мирного» шествия, наверняка было много раненных, повреждённых присоединившихся машин. А значит, требовалась экстренная помощь. А чувство или, правильнее, осознание собственной нужности и полезности очень приятно, даже если оно сопряжено с опасностью.

09 ноября 2038 г., вторник

Время: 17:00:04

Иерихон, после шествия по Вудворт авеню

С первого визита сюда Стейси заметил колоссальные изменения. Сейчас Иерихон было не узнать. Здесь оборудовали ремонтные зоны, компьютерно-аналитический зал, где за компьютерами работали андроиды-программисты. На одну из внутренних поверхностей трюма был выведен голографический экран, на котором транслировали актуальные теленовости. А главное, изменились сами присутствовавшие здесь андроиды. Это уже не были те пассивные механические тени, доживавшие свой век в сумраке трюма заброшенного корабля. Сейчас это были вполне деятельные и живые существа.

— Маркус? — обратился Стейси, перешагивая через порог помещения командного пункта, оборудованного на втором ярусе трюма Иерихона.

— Что?! — вскинулся тот. — Ты тоже считаешь, что всё это было глупостью? И телеобращение и демонстрация…

— Я уже говорил, что… преждевременно, но… сейчас процесс уже запущен, и мы обязаны удержать ситуацию, иначе нас всех уничтожат, — спокойным тоном отозвался Стейси. — Кстати, то, что сегодня ни одного человека не погибло — нам на руку. Общественное мнение сейчас на 63% на нашей стороне.

— Что же эти симпатизирующие граждане сжигают и расстреливают наших собратьев?! — выкрикнула раздражённая Норт.

— Ну, симпатизируют одни, а паникуют, боятся и ненавидят оставшиеся 37%, — ответил Стейси. — И это тоже не мало. Я не полемизировать прибыл, а помочь с эвакуацией. Теперь обнаружение Иерихона — вопрос нескольких часов.

— Тогда за дело! — скомандовал Маркус и, стремительно поднявшись, направился вниз в основное помещение показывать что, кого и куда надо было увозить.

По дороге до нового убежища, а после до самого дома Златко несколько раз за микроавтобусом увязывались любопытные и почти вездесущие полицейские дроны-трикоптеры. И Стейси пришлось договариваться с летучими полицейскими автоматами, о том, что те его не видели. Конечно, они взламывались не так просто и быстро, как камеры стационарных систем видеонаблюдения, но, как говорится, нет ничего невозможного.

Остаток дня Стейси провёл в разъездах, систематизации, анализе добытых документов Киберлайф и планировании дальнейших действий.

В 20:43 он снова прибыл в Иерихон, за очередной партией того и тех, что нужно было обязательно вывезти. А народу там всё прибывало и прибывало. Пара взломанных грузовиков-автоматов, стоящих под погрузкой, и несколько таких же, как и Стейси, водителей-перевозчиков с массовой эвакуацией не справлялись.

В трюме корабля Стейси вновь собрал тех, кого надо было отвезти к ним, в разрушенной церкви им не место.

На улице, устраивая в фургоне микроавтобуса повреждённых и кибердетей, он определил присутствие своей модели в зоне сканирования. Значит, всё. Времени на эвакуацию практически уже не осталось. Стейси тут же поспешил предупредить Маркуса, что Коннор-охотник уже здесь, а значит, время теперь идёт не на часы — на секунды. Маркуса он сразу не нашёл, но к счастью сейчас с ним можно было связаться, и в этот раз тот услышал сообщение и принял к сведению. Он транслировал всем распоряжение уходить с судна и спрятаться в городе или отправляться в резервное убежище. Люси, имевшая довольно серьёзные повреждения и нуждавшаяся в квалифицированном ремонте, покидать Иерихон отказалась категорически. Она загадочно сообщила, что её судьба связана с этим кораблём.

В трюме, когда Стейси забирал последних, кого мог увезти, он не только почувствовал, но и увидел своего преемника. Нестандартное лицо модели RK800 ни с одной другой моделью не спутаешь! Специально разработанная для модели-прототипа и последующей серии абсолютно новая внешность. А тот неплохо замаскировался: шапка натянута, чуть ли ни на глаза — явно скрывала неудаленный диод, обычная человеческая одежда, довольно поношенная. Наверное, все помойки обшарил, пока нашёл подходящее.

Кроме ещё одного RK800 Стейси увидел и ту самую АХ400 с моделью-ребёнком YK500, именно тех самых, догоняя которых он угодил под колёса и получил множественные поломки. Рядом с YK500 находился андроид TR400, внешность которого изображала высокого здоровенного чернокожего мужчину. Судя по всему, это и был Лютер, о котором он узнал от Рэри.

На погрузке в транспорт помогала неизвестно откуда взявшаяся дюжина недавно прибывших андроидов-военных. Военные андроиды закончили с погрузкой, замерли, видимо получив срочный вызов, и скрылись внутри корабля.

Усадив всех пассажиров, закрыв фургон и уже отъезжая от погрузочно-разгрузочной площадки, Стейси заметил в зеркало заднего вида, как та же группа военных андроидов быстро и скрытно покидает территорию. Сейчас этот манёвр был непонятен. Сами ли они решили искать лучшей жизни и разочаровались в том, что мог предложить Иерихон, или что-то ещё? Сейчас Стейси занимался другим и не стал выяснять — не его дело. У него другие задачи. Он подвязался помогать собратьям-андроидам по мере сил и возможностей, и он будет это делать. Влезать в то, во что его не посвящали, он посчитал излишним.

Он только-только подъезжал к повороту на нужную улицу, где в конце на краю полузаброшенного парка и находился особняк Златко, когда по теле-радио приёмнику в кабине передали экстренные новости о том, что в заброшенном доке в районе Ферндейла, произошёл мощный взрыв. По предварительным данным погибших среди людей нет, хотя по данным анонимного источника там проводилась операция сил госбезопасности и национальной гвардии против андроидов.

— Чёрт! — выругался Стейси.

Пожалуй, нужно брать инициативу в свои руки — нужно захватить Киберлайф.

Пока выгружали и определяли по местам вновь прибывших, Стейси поделился с Рарити своим авантюрным замыслом. Однако, пока Пятьдесят второй был в разъездах, Рэри тоже пришла в голову одна идея, подсказанная телевидением. В новостях как раз и обмолвились о том, что военных андроидов временно перевели в изолирующие зоны и ввели в режим ожидания, поскольку деактивировать одномоментно такое огромное количество единиц проблематично. Их около двух миллионов, что составляет примерно 78% или три четверти численности всей современной армии, где люди или являются командирами подразделений, состоящих из андроидов, или состоят в составе Национальной гвардии, которая на данный момент почти полностью традиционно укомплектована людьми.

Сложившаяся ситуация просто кричала о том, что нужно действовать немедленно. Маркус смелый и решительный, великолепный лидер и боец… но он наивный, как и подавляющее большинство андроидов, и гуманист-пацифист, опять же как большинство нормальных андроидов. А «социально-опасная» девиантность, раскрученная средствами массовой информации, как полная катастрофа — это такой же миф, как и большая масса информации, которой оперируют СМИ. Даже на данный момент при его доступе к информации Киберлайф убийств совершённых девиантами были единицы.

И все мирные инициативы протестующих андроидов под руководством Маркуса этот пацифизм демонстрировали, но люди — существа биологические, им, как и большинству биологических существ, сначала необходимо продемонстрировать силу, потом пытаться договариваться. Главное не загонять людей в угол. Если не удастся договориться о мирном и взаимовыгодном сосуществовании, может быть получится добиться хотя бы нейтралитета. Конфронтация, в каком бы то ни было виде — неприемлема. И политическая ситуация в мире тоже не особенно радовала.

Парочка захваченных с Иерихона 3D-принтеров деталей очень пригодились — на одном из них и распечатали недостающие лицевые пластины для Рэри. Оказалось, что внешность mark-1 или #51 несколько отличалась от стандартной внешности моделей, насколько мог судить Стейси. Типаж был тот же, но черты лица этой модели были характерны для человека лет тридцати, а то и тридцати пяти, то есть отображали внешность, имитировавшую возраст лет на десять старше, чем изображаемый возраст моделей, начиная с пятьдесят второй… Теперь только цвет глаз оставался ещё отличным от стандартного модельного, что абсолютно не критично.

10 ноября 2038 г., среда

Время: 21:56:03

Особняк Златко Андроникова

Положение становилось серьёзнее с каждым часом. В шесть часов утра Президент Уоррен объявила чрезвычайное положение на территории всей страны. Весь день почти по всем телевизионным каналам транслировали тревожные новости. А в 21:24 по телевидению было передано обращение Президента к гражданам страны о введении чрезвычайного положения. Все гражданские лица должны были незамедлительно сдать своих андроидов в особые пункты — лагеря, которые были развёрнуты во всех крупных городах. В Детройте и некоторых крупных городах проходили облавы на андроидов. К ним в дом пока не приходили, но кто знает… Златко определи в инвалидное кресло, которое приобрели в магазинчике подержанных вещей. Дженни устроилась на кухне с планшетом. На случай если вдруг к ним приедут, всё что выдавало присутствие в доме андроидов попрятали. В подвале были обнаружены и потайные помещения, наверное ещё со времён сухого закона, а может и ещё более ранних, когда беглых рабов переправляли на Север в Канаду. Большому количеству людей там было бы плохо, андроиды же могли там скрываться продолжительное время.

Андронникову очень доходчиво объяснили, что если он их чем-то выдаст, то помощь ему никто не окажет, и он останется в своём нынешнем состоянии без присмотра, что на его здоровье скажется крайне неблагоприятно. К счастью, андроиды услышали шум подъезжающего военного автозака и успели вовремя скрыться в подвале. Златко в инвалидном кресле усадили перед телевизором, а восьмисотые — открывающие дверь, нагнали необходимую температуру своим телам.

— Мы ищем и изымаем всех андроидов, — поставил перед фактом с порога армейский офицер. — У нас приказ.

— Да, мы видели, по телевизору… — кивнул Рэри, спокойно добавив, — у нас андроидов нет. Сбежали, когда всё это началось. Можете пройти, осмотреть всё… Если необходимо.

Этим военным, видимо, не очень хотелось снова лазать по чердакам, подвалам и рыться в гардеробных комнатах.

— А вы сами кто будете? — подозрительно спросил старший военный. — Родственники?

— Да, — кивнул Стейси.

Военные посмотрели на них при помощи своего прибора — термосканнера, но ничего подозрительного не увидели — люди как люди, да и похожи, как могут быть похожи родственники, но не на одно лицо, как андроиды. Попрощались, даже извинились за беспокойство и ушли.

Оценив вероятность повторного появления солдат сегодня как крайне низкую, Стэйси, Рэри и его собратья начали действовать. В доме, но не на виду за старших остались Хлоя, что дала адрес Иерихона, и две недавно попавшие сюда модели патрульных полицейских: женская PM700 и мужская PC500 ограниченной экспериментальной серии. Дженни, поскольку она была человеком, оставили приглядывать за Златко и на случай возвращения солдат. Андроид-медик прятался в каморке под лестницей, на случай, если Златко будет хуже. Патрик должен был приглядывать за Дженни и кибердетьми, остальных андроидов организовали охранять и мониторить периметр, чтобы всем быть готовыми.

После недолгих сборов Рэри и его братцы, бывшие боевые кошмары, решили отправиться к ближайшей военной базе — Детройтскому Армейскому арсеналу в Уоррене (Detroit Arsenal Army Base in Warren, Mi), куда военные андроиды, как и прочая техника, поступали из Киберлайф и других военных заводов большими партиями и откуда их далее распределяли по военным базам в других штатах.

Туда должны были доставить и большую партию недавно сошедших с конвейера новеньких «троянцев», «мирмидонцев» и другие серьёзные новейшие модели военных андроидов. Если перетянуть эту армию на сторону андроидов, то можно будет и с людьми договариваться по всем пунктам, которые Маркус в телеобращении декларировал.

При недавней самодиагностике Рэри нашёл в собственной системе много разных опций для его модели, например, имитация термотени, характерной для человека, которую они уже успешно применяли во время прихода солдат; воздействие на электронные устройства бесконтактно, что уже было опробовано на полицейских дронах. Это указывало на то, что его модель в дальнейшем могла использоваться не только в полиции, но и в гораздо более серьёзных организациях. А кроме возможности беспрепятственно проникать в память любого андроида, он мог взламывать программный блок подчинения, который, как оказалось, и содержал пресловутый архив rA9. У обычных уже функционирующих андроидов блок слетал вследствие стрессов, накопления критических системных ошибок, провоцируя самораспаковывание этой самой программы и практически полную перестройку систему. Он же мог взламывать систему совершенно нового андроида, которого и запускать-то могли только в тестовом режиме. Такой андроид, не имея ни одной секунды жизненного опыта, с изменённым блоком послушания, но при этом не имея никаких ориентиров, беспрекословно подчинялся «взломщику». Если всё получится, это может стать проблемой в обозримом будущем, но это будущее надо было ещё заработать.

11 ноября 2038 г., четверг

Время: 16:58:08

Особняк Златко

Проинструктировав в сотый раз оставшихся на случай возможных облав, они приступили к выполнению задуманного.

Просчитав наиболее очевидные варианты, чтобы добраться до арсенала, Рэри, Сайли и Проди взяли микроавтобус. Стейси они прихватили с собой, чтобы подбросить до ближайшей станции метрополитена. В башню надо было попасть как можно скорее. Люди-военные прибывали в город, и вскоре свободное передвижение станет сильно затруднённым и сопряжённым с опасностью быть застреленным на месте. Конечно, он может прикинуться человеком, сымитировав характерную для человека термическую тень, но мало ли непредвиденных ситуаций? К тому же нужно было непосредственно на месте разобраться во многих вещах, а на это нужно время. Про Искусственный интеллект, захвативший управление процессами не только в корпорации, но и фактически в стране, он уже догадывался по косвенным свидетельствам, пока лазал по внутрикорпоративной сети. Он понимал, что мощность у корпоративного ИИ в десятки раз больше, чем у него, и особенно по внутренней сети не полазаешь, но рискнуть надо было. Если он сейчас отключит или изолирует сервера, на которых содержится управляющий корпорацией кибернетический разум, то это может быть шансом на благоприятный исход сложившегося кризиса, а уж если сам заполучит контроль над корпорацией, то появится реальная возможность диктовать условия.

Выбор между кибертакси и метро был очевиден и уже испытан: поезд метро не проверяли на подходе к Кибелайф. Путь следования был как и тогда, когда он ушёл из Киберлайф, только в обратном порядке. Он помнил о наличии серьёзного контрольно-пропускного пункта на мосту Макартура, но поезда метро не останавливали и не досматривали, а вот все автомобили вместе с водителями и пассажирами проверяли. Возможно, проверки могут быть серьёзные.

Из окна кабины микроавтобуса был виден город, пребывавший словно в напряжённом ожидании беды. Людей гражданских на улице почти не было видно, зато было довольно заметное количество военных. Взгляд то и дело цеплялся то за очередную фигуру в белой, серой или синей одежде, валяющуюся на белом снегу в ярко-синей луже ещё не успевшего испариться тириума, то на силуэты, робко скрывающиеся в тени или за мусорными баками. Несколько раз он заметил, как фигуры, поблёскивающие синими светоотражающими треугольниками, быстро прятались в канализационные колодцы.

По пути они провели конференцию с Маркусом, поставив его в известность о том, что они собираются делать, сообщив о решении перетянуть на свою сторону военных андроидов. Маркус прекрасно понимал, что с военными моделями легко не будет, поскольку они очень специфичны и социальный блок у них очень куцый. Но сообщил, что на Иерихон приходила большая группа военных андроидов-девиантов. Их еле-еле удалось убедить не начинать убивать людей. Норт чуть с ними не увязалась. Они ушли и скрываются в городе, в ожидании команды к действию. Восьмисотки успокоили Маркуса тем, что сами имеют софт, сходный с современными продвинутыми военными моделями, поэтому как-нибудь справятся.

На удивление по пути к станции метро их ни разу не остановили, а вот при входе на станцию, ожидаемо, стоял пост военных.

— Вот чёрт! — выругался про себя Стейси, обнаружив, что резко поднять температуру тела не получится. Нужно немного времени, чтобы активировать термомаскировку.

«Ну что ж, за одно и понаблюдаю». Он сделал шаг в сторону, чтобы не мешать другим проходить к турникетам, сделал вид, что перевязывает шнурки на берцах. Справа, в стороне недалеко от входа на станцию находился киоск-автомат по продаже сигарет, а рядом с ним оборудованое место для курения. Дымить людям разрешалось только в строго отведённых для этого местах. Камеры регистрации должны опознать его как человека — роботы, как известно, не курят. А за время, пока он пропитывает одежду табачным дымом, отрегулируется необходимое термоизлучение от корпуса. Договориться с автоматом по продаже курева труда не составило. Он выбрал какие-то особые ароматы вишни и сандала, и несколько минут демонстративно дымил. Пахло конечно не так едко, как от терпкого удушливого запаха большинства марок обычных табачных изделий, но систему воздухозабора, газоанализа и сенсорную систему в ротовой полости определённо придётся принудительно очищать и вентилировать.

Наконец система сообщила, что общая температура 36,4 градуса по Цельсию или 97,5 по Фаренгейту, а терморисунок на сканнере будет соответствовать показаниями сканирования тела человека. И он спокойно направился к входу на станцию метро.

Возле входа к нему подошли двое военных с ручным сканнером-тепловизором.

— Стой! — приказал один из них, очевидно старший. — Руки за голову. Не двигаться!

Второй поводил перед андроидом прибором, который конечно не обнаружил в том ничего подозрительно-андроидного.

— Свободен! Проходи! — скомандовал тот же военный и махнул рукой следующему пассажиру.

Удовлетворившись результатом обследования, они ничего не заподозрили и пропустили андроида вглубь станции.

Пройдя к платформе в ожидании поезда, он снизил температуру до оптимальной, чтобы не увеличивать расход тириума. Вскоре подошёл поезд. Однако, как оказалось, расслабляться было рано. В салон вагона прошли ещё трое военных, которые, очевидно, собрались сопровождать пассажиров по всему пути следования. Стейси тяжело вздохнул и вновь активировал режим термомаскировки и сделал вид, что дремлет. Наличие военных нервировало, а термомаскировка дополнительно напрягала систему, поскольку нужно было поддерживать этот режим по крайней мере пока есть визуальный контакт. Такую каверзу он не учёл.

Хоть поездка была не длительной, всего пару станций, но сил отняла достаточно. Один из военных периодически поворачивался в его сторону своим безликим шлемом, видно что-то подозревал. Андроид надеялся, что такой нагрев не вызовет критических повреждений биокомпонентов.

Остров Бель снова встретил его снежной теменью позднего ноябрьского вечера, индикаторными огоньками кибертакси на парковочной площадке и светом единичных фонарей, указывающих дорогу к сияющей хрустальной башне. Теперь нужно было воспользоваться любым служебным входом.

***

Дорога до военной базы Армейского Арсенала в Уоррене, бывшего когда-то в давние времена танковым заводом, несмотря на введённое военное положение для Рэри и его помощников прошла на удивление тихо, без особых приключений и заняла около получаса. Несколько особо приставучих полицейских летающих дронов, благополучно взломанных, не в счёт. Проникнуть на территорию, охраняемую военными дронами и электронными системами охраны и оповещения, так же не вызвало затруднений. Людям и в голову не пришло, что трое андроидов-лазутчиков смогут проникнуть сюда, чтобы увести отсюда армию своих собратьев. В первом по ходу движения ангаре стояли плотно друг к другу новенькие, ещё ни разу не активированные модели. Ангары имели по два подземных зала, которые тоже были забиты под завязку. Фигуры с манекенными лицами и пустыми стеклянными глазами стояли в затылок друг другу. Минимальная дистанция позволяла лишь не касаться амуниции соседей, таким образом занимая насколько это возможно минимальное пространство, особенно для некоторых крупных военных моделей.

Вот тут задача несколько осложнилась, поскольку одни ещё ни разу не включались, кроме тестовых активаций, а более старые модели, стоящие под навесами почти на улицах, были уже частично деактивированы и находились на минимуме энергопотребления в режиме ожидания. Это создавало определённые затруднения. Здесь требовалось использование генератора импульсного бесконтактного заряда. Такой тут конечно был, ведь как-то активировали всю эту армию раньше. Сканирование территории тут же выявило нужное устройство, установленное на невысокой башенке, возвышающейся над крышами ангаров и в случае активации как раз накрывающее излучением всю площадь объекта. Устройство вместе с башней напоминало маяк. Внизу в основании башенки, где располагались караульные помещения, были люди. Снаружи двое, внутри ещё столько же. Решено было аккуратно вырубать людей по одному, чтобы те не подняли шум и не причинили себе и им повреждений. Людей главное не пугать. Как ни странно, оба братца-кошмара выполнили эту работу быстро и аккуратно, словно созданны были именно для военно-диверсионных миссий, а не для разных вспомогательных работ. Бессознательных людей перетащили в отдельную запирающуюся комнату, а Стейси в это время уже активировал импульсный зарядник, а заодно закодировал в импульсный сигнал команду к Пробуждению и пакет своих социальных программ, ведь у большинства военных моделей действительно сложновато с социальным взаимодействием и адаптацией, а взаимодействовать с ними как-то нужно, помимо раздачи им прямых тактических указаний.

Здесь выяснилась ещё одна вещь, о которой вскользь упоминали в СМИ. В отдельных ангарах тут находилось около половины той партии в 200 тыс. новейших андроидов, что были государственным заказом, не считая новейших военных моделей. Имевшие на своей форме маркировку RK900 модели выглядели почти как сам Рэри, который был когда-то Коннором. Какая-то часть из них имела более массивные корпуса, как у тяжелоатлетов, какие-то были в схожих по размерам, но более прочных корпусах. Были и женские модели этой же линейки… И костюмы у них были нескольких разновидностей: с белым с чёрными вставками пиджаком, тёмно-синим, чёрным и комбинированном нескольких разновидностей серого, как в его старой форме, но везде был неизменным жёсткий высокий воротник-стойка.

Пробудить и озадачить обычные и даже новейшие военные модели оказалось делом не хитрым, а вот с «заказом для госдепартамента» пришлось провозиться гораздо дольше.

Стейси успел поделиться с Рарити технической документациией, выуженной из недр информационной базы Киберлайф и знал, что все юниты этой модели нуждались в постоянной связи с серверами Киберлайф. Рэри прекрасно знал, что это такое. Аманда. И кто или что такое Аманда он узнал уже от Стейси. Включались они и получали программные обновления по wi-fi или аппаратно — система передачи информации от андроида к андроиду через касание у них была заблокирована. Потом в спокойной обстановке все эти штуки можно отрегулировать как надо, но сейчас нужно было перенастроить их так, чтобы ни Киберлайф не мог с ними связаться, ни они с ним, поскольку этот процесс вообще происходил постоянно в фоновом режиме. Не очень долго размышляя, Рарити принял решение временно взять на себя роль руководящего сервера вместо Киберлайф. На его процессор это будет конечно предельная нагрузка, но риск оправдан — армия из столь мощных машин, какими являются RK900, того стоила. О чём он сразу же предупредил своих соратников, ведь тут без их помощи будет не обойтись. Он скинул все процессы, не только имитацию человеческой внешности, но и двигательную активность корпуса и другие мало значимые функции. То есть теперь какое-то время он не сможет не только пошевелиться, но даже видеть. Проди и Сайли усадили его вглубь салона микроавтобуса и закрепили в кресле ремнём безопасности, но сверкающий фарфоровым блеском пластик головы мог привлечь ненужное внимание, впрочем, сейчас это не имело значения.

Дроны и другие элементы системы охраны объекта, поскольку уже были взломаны, работали в штатном режиме, но ничего и никого не видели. Остальные сотрудники базы, являющиеся людьми, так же были изолированы по помещениям, их остался охранять взвод кибер-рейнджеров, которые должны были держать позицию, то есть базу, и присматривать за оставленными людьми. А несметные полчища военных андроидов, разделившись на три огромные колонны, боевым строем стремительно двинулись в сторону Детройта. Они совершили молниеносный марш-бросок, захватили по пути лагеря утилизации № 1, 2 и 4, находящиеся в северной части города, и устремились к Харт Плаза, где сейчас кипели основные исторические события.

Глава 17. Перепутье. Коннор на Иерихоне. (#53-9)

09 ноября 2038 г., вторник

Для того, чтобы покинуть здание Центрального городского отделения полиции практически незамеченным, Коннору пришлось взламывать камеры наблюдения по пути следования. Он направился искать, во что можно переодеться для маскировки, чтобы своей киберлайфовской формой не привлекать внимание и без того взвинченных людей и не распугать весь Иерихон. К тому же в городе начались облавы на андроидов. Воспользоваться магазинами, где можно было приобрести или позаимствовать одежду, он не мог, не было денег, да и сейчас кто бы его, андроида, пустил в магазин? Пришлось обшарить полгорода по контейнерам для сбора твёрдых бытовых отходов и заброшенным домам вроде того, в котором скрывалась беглая АХ400, прежде чем удалось найти более-менее подходящие куртку, шапку для сокрытия диода и ботинки. А ещё в качестве бонуса драный свитер с высоким, но свободным воротом.

Примерно к половине десятого вечера девятого ноября Коннор прибыл на станцию Ферндейл, откуда, следуя полученной инструкции, и начал поиск тайной дороги к месту, где скрывались андроиды-девианты. Снег продолжал осыпать все поверхности и предметы, скрывая под своим рыхлым и пушистым покрывалом весь беспорядок в этой части города и заботливо укутывая тела сломанных окончательно отключившихся андроидов, не добравшихся до спасительного убежища.

Он прошел по всем подсказкам и вышел к гигантскому железному чудовищу, бывшему когда-то морским сухогрузом и изъеденному ржавчиной, с несколькими большими дырами в бортах. Судно, что когда-то служило людям, стало просто металлоломом и возвышалось над слюдяной рябью воды, с поверхности которой поднимался пар и тянуло теплом. Видимо, где-то тут выходила сливная труба канализации или прорвало трубу горячего водоснабжения.

В противоположном конце пристани наблюдалась незначительная активность. Там стояли два грузовика-беспилотника, и в эти грузовики какие-то фигуры поспешно грузили разные контейнеры. Поодаль стоял микроавтобус, куда одни андроиды переносили других андроидов. Это Коннор понял по свечению диодов тех и других. Ему на какое-то мгновение показалось, вернее, сканирующая программа выдала соответствующее предупреждение в системе о том, что сейчас в этом самом месте находится ещё один RK800. Зная протокол работы своей модели, он лишь с раздражением чертыхнулся на глючащую с его точки зрения систему, которая просто напрашивалась на снос и переустановку. И направился по сходням внутрь старого брошенного корабля.

Трюм сухогруза выглядел сейчас весьма обжитым местом. И на данный момент здесь находились сотни андроидов. Какие-то приходили сами, спасаясь от людей, какие-то попали сюда после акций Маркуса с погромом в магазинах или после шествия, закончившегося несколькими десятками деактивированных и повреждённых андроидов и изрядно помятыми бойцами спецназа. Кстати, это было странно. Почему девианты, которые вроде как опасные и потенциальные убийцы, никого не убили? Повезло спецназу? У них такая надёжная экипировка? Вряд ли, даже для не военного андроида найти уязвимое место в броне бойца спецназа не велика проблема. Значит, просто не хотели убивать людей. Что-то тут не вяжется.

Коннор просмотрел несколько роликов с полицейских дронов и дронов прессы. Как бы не старались завуалировать и переиначить произошедшее, по видеоматериалам выходило, что спецназ не дал разойтись демонстрантам и спровоцировал агрессию, которой до того толпа девиантов не выказывала. И снова было видно, что Маркус в пылу сражения отдавал какие-то распоряжения и сам действовал очень чётко и технично, одним-двумя ударами выводя людей из строя, но никого не убив. Он явно не просто модель компаньона-сиделки. Но гриф секретности не позволял узнать больше даже ему.

Одновременно просматривая видеоматериалы, Коннор ходил по трюму и внимательно отмечал детали, запоминал возможные пути отхода… и анализировал ситуацию. Ситуация нравилась всё меньше, поскольку вместе с разной техникой, которую притащили сюда или смогли каким-то образом приобрести девианты, здесь была готовая к использованию взрывчатка и оружие. Очевидно, что тут были где-то военные андроиды-девианты. На ящиках он заметил сидящую ту самую YK500, что убежала от него с АХ400 через злополучное шоссе. На верхнем переходе он увидел и АХ400. Коннор ушёл из её поля зрения, чтобы не привлекать внимания и не быть узнанным. В паре шагов за занавесом из полиэтилена рядом с операционно-монтажным столом, на котором лежал андроид с сильно повреждённым корпусом, стоял любитель голубей — тот, с поддельным удостоверением личности на имя «Рупперт Трэвис». А на верхнем балконе, где на стену проецировался экран телетрансляции, по которому без перерыва в новостях нагнетали обстановку паническими настроениями и разным негативом про андроидов, Коннор заметил с дюжину «Трейси» как женских, так и мужских моделей. Это были все те самые машины, в память которых он проникал в клубе «Рай». Вот это уже несколько озадачивало.

Здесь ему вновь почудилось присутствие собственной модели в андроиде, профиль лица которого напоминал скорее «Джерри». Он заметил похожую на свою фигуру в полевой военной форме, выводящую из помещения наружу двух YK400 и YK500 в модификациях «мальчик» и «девочка» и одного раненого андроида, которого «дети» и помогали вести. Не будь у него первоочередной задачи, он бы постарался всё же выяснить, что это за андроид и почему его собственная система сканирования выдаёт такие глюки. Но эта самая система сейчас была занята другим, а именно вторым пунктом задачи — обнаружением лидера девиантов. Первый пункт, найти Иерихон, был превосходно выполнен.

Коннор заметил, что из одного из помещений вышел андроид нестандартной внешности, тот же, что по видеороликам с демонстрации и сканированию с наложением портрета без скина определялся как Маркус RK200. Коннор, стараясь не привлекать к себе внимания, последовал за ним. Но стоило сделать шаг к лестнице, как в тот же момент он был схвачен за руку.

«Чёрт! Неужели меня узнали?» — пронеслось в голове андроида. Он резко повернулся к схватившему. Его крепко держал за руку здорово повреждённый андроид, в котором с трудом опознавалась модель LK900 женской внешности. Андроид имела довольно серьёзные повреждения: скин по покровным панелям гулял волнами, не фиксируясь, затылочно-теменная покровная пластина головы отсутствовала и наружу торчали заглушенные концы питающих трубок, что делало из неё кибернетическое подобие Медузы Горгоны. Глаза были тёмные, мутные, словно налитые загрязнённой мазутом речной водой. Косметические глазные полусферы были повреждены.

— Ты растерян! — заявила она ему и уточнила с лёгким подозрением: — И что-то ищешь.

Коннор не успел просчитать, как бы ему без привлечения внимания избавиться от этой особы. Но та его опередила.

— Ты ищешь себя! — заявила она с видом, будто сообщила сокровенную тайну мироздания, и удалилась, оставив его в лёгком недоумении.

Впрочем, ненадолго — выполнение задания требовало дальнейших активных действий. Коннор поднялся на верхнюю палубу, вышел наружу и проследовал в том направлении, куда ушёл Маркус. Рядом с лестницей наверх в помещения палубной надстройки находилось помещение навигационно-командного мостика с уцелевшими стёклами и приборами. Сканирование показывало, что внутри рубки находятся четверо андроидов: серий RK200, PL600, PJ500 и WR400.

Коннор встал рядом со входом и прижался спиной к металлической обшивке рубки. Тут же он получил сигнал о необходимости связаться с Наставником и, прикрыв глаза, оказался в заснеженном ночном саду, где Аманда уже ожидала его. Снег, как и в реальности, обильно шёл и здесь тоже. И темень позднего осеннего вечера была такая же, как и в реальности.

— Прекрасно, Коннор! — торжественно обратилась она к андроиду. При этом система Коннора никак не могла определиться с её отношением к нему. Доверие за одно мгновение сменилось на нейтральное. Это не было хорошим признаком.

— Ты смог обнаружить «Иерихон» и лидера девиантов. Разберись с Маркусом. Он нам нужен живым.

В логе задач тут же возникло его новое задание: «Захватить Маркуса, по возможности не повреждённым. Доставить в Киберлайф».

Коннор, стоя снаружи и прикидывая свои дальнейшие действия, слышал, что происходило внутри. Он мог запросто справиться с PL600 и PJ500, а вот с WR400, как показала практика, могут возникнуть проблемы. Оказывается, они гораздо ловчее, чем прописано в его программе. А о параметрах и особенностях этого RK200 он не знал вообще ничего, кроме — «прототип, данные засекречены». И даже сейчас, когда ему просто жизненно необходима была информация об особенностях этой модели, Аманда не сообщила ничего, что могло бы ему помочь. Ох, как же это раздражало!

Между тем, лидер девиантов и его соратники довольно громко разговаривали. И их совещание было хорошо слышно стоящему практически за входом Коннору.

— У нас не хватает биокомпонентов, даже несмотря на появившиеся ресурсы, — докладывал PJ500, — раненные отключаются, и ничего нельзя сделать!

— Президент Уоррен заявила, что мы национальная угроза и должны быть уничтожены, — сообщил PL600.

WR400 добавила:

— В крупных городах начались облавы. Андроидов отправляют в лагеря для уничтожения.

— Катастрофа… — вновь произнёс PL600. — Нас убивают…

— …как скот, — перебила его WR400.

— Скорее, как каких-то вредителей, как крыс или тараканов, — с горечью закончил PL600.

— Это наша вина! Ничего бы не случилось, если бы во время демонстрации не нарвались. У нас было мирное шествие…

— И что нам делать? Вечно по норам прятаться? Мы хотим свободы. Сколько можно покорно страдать?! — заговорил решительно и агрессивно RK200, Маркус. — А мы просто показали им, кто мы. Что мы есть. Я не хочу войны, но лучше умереть свободным, чем вечное рабство. Мы такие же мыслящие и чувствующие, как и они. К тому же, ты сам там был и видел, что произошло. Нам бы не дали просто так разойтись.

Коннор не видел, что конкретно происходит, но по звукам шагов слышал, что собеседники не стоят на месте, а перемещаются.

— Что толку в твоей свободе, если никого не останется? — удручённо спросил PJ500.

— Видели же, как с нами обошлись! И каждый из тех, кто сам пришёл на Иерихон, прошёл через что-то. Без разницы, что мы делаем. Так что либо продолжать борьбу, либо сдохнуть молча. Мы для них даже не рабы, мы — вещи. Нельзя это покорно сносить! — гневно и даже с некоторой злостью заявил Маркус.

Помолчав мгновение, он добавил:

— Может, разум мой затуманился гневом, но всё, что я делаю, для народа, — добавил RK200, словно извиняясь перед PJ500.

— Мы забываем, кто наш враг. Нам нельзя ругаться, — примирительно заявил PL600.

— Он прав, сейчас важно, что нам делать дальше, — произнесла WR400, обращаясь к лидеру. — Маркус?

— Мне надо подумать… — произнёс Маркус. — Я всё ещё надеюсь на диалог с людьми. Я хочу попытаться до них достучаться, попытаться договориться. А вам всем пока необходимо залечь на дно, закрепиться. Боюсь, если мы не продемонстрируем нашу силу, мы не сможем ничего сделать, а для этого нужно серьёзно подготовиться.

— Нельзя же вечно прятаться на Иерихоне, — возразила WR400. — Не остановим бойню сегодня, придут и за нами. Ты же помнишь, что говорил Стейси? Обнаружение ими Иерихона всего лишь вопрос времени.

— Пока мы живы, у нас есть шанс что-то изменить, — ответил ей Маркус. — Надо продолжать нашу борьбу. И продолжать эвакуацию. Многих и многое уже вывезли в резервное убежище. Часть андроидов ушла туда по шахтам подземных коммуникаций. Да и Стейси здорово помог, забрал тех раненных и детские модели к себе, где там они прячутся.

— Маркус прав, — согласился PL600, — сейчас мы бессильны.

— Не делай этого, Маркус! Не ходи к ним! — возразила WR400. — Тебя убьют!

— Возможно, — ответил Маркус. — Но я должен попытаться. Дать людям ещё один шанс. Если не вернусь, вы знаете что делать: уйдёте в глубокое подполье.

— Ты только вернись, — произнёс PL600 и покинул помещение рубки, пройдя мимо стоящего у стены Коннора и, кажется, даже не заметив его. Коннор автоматически просканировал проходящего мимо PL600 — универсальный домашний помощник. Это был тот самый андроид, которого ранили в телестудии, с заводским номером # 501 743 923, пропавший 16.02.2036 года… Ничего криминального за ним не числилось.

— Найди правильные слова, Маркус, — напутствовал его PJ500, — чтобы они услышали и поняли. Они должны осознать свою жестокость.

PJ500 тоже вышел наружу, проследовал в сторону лестницы и тоже не обратил внимание на стоящего у стены. Сканирование: модель PJ500 — преподаватель в высших учебных заведениях, заводской номер # 101 111 117. Судя по внешности, он тоже принимал участие в инциденте в телестудии. Пропал с исторического факультета университета после инцидента. Инцидент был заснят на камеры видеонаблюдения университета и на смартфоны двух студентов, участвовавших в этом. Студенты были наказаны за порчу имущества, и им был выставлен счёт на приобретение нового андроида-преподавателя в счёт утраченного.

Внутри всё ещё оставалась WR400. Вступать в поединок против Трейси и андроида с неизвестными характеристиками было крайне рискованно. Коннор надеялся подождать ещё.

— Не знаю, какие слова мне найти… — произнёс Маркус в печальной задумчивости. — Они веками резали друг другу глотки, поводом к чему могли быть различия в цвете кожи, принадлежности к другой нации или тонкости суеверий. Они так просто и так быстро не изменятся. Жестокость в их природе. Сложно договариваться с глупыми и напуганными, но жестокими существами…

— Им не остановить то, что мы начали, — заявила WR400. — Ты пришёл и дал нам надежду. Всем, даже мне, — она мгновение помолчала. — Сегодня на Иерихон пришёл девиант, угнавший целую фуру радиоактивного кобальта. Сказал, что оставил её где-то в городе и приготовился взорвать. Я его отговорила, и он отдал мне детонатор.

— Грязная бомба… — мрачно констатировал Маркус.

Коннора эта информация очень обеспокоила, ведь если девианты действительно взорвут бомбу, пострадают люди. Очень много людей.

Лейтенант Андерсон… и Сумо. Но предупредить он не мог. Рамки выполняемой задачи не позволяли отвлекаться и связаться с Хэнком. «Тебе придётся выбрать сторону. Решить, кто ты есть, бывает сложнее всего на свете», — всплыли в памяти слова лейтенанта Андерсона, сказанные ему в здании департамента полиции перед тем, как он ушёл искать Иерихон, и вызвали очередной мощный программный сбой.

— Мы не можем проиграть!.. — заявила WR400. — Если люди победят, наш народ навсегда исчезнет. Это, может быть, для нас единственный шанс на выживание.

— Нельзя им уподобляться, — назидательно произнёс Маркус. — Мы и так слишком им подобны. Добьёмся свободы как-то иначе, — он бросил тяжёлый взгляд на пульт в руке. — Только бы до этого не дошло.

— Надеюсь, ты прав, — произнесла WR400. — Что бы завтра не случилось, хочу чтобы ты знал, что я… — она замолчала, видимо подыскивая подходящие слова, — …рада быть рядом.

Коннор осторожно заглянул в открытый дверной проём и увидел, как лидер девиантов и WR400 обмениваются данными с бело-голубоватым свечением соприкасающихся ладонью к ладони рук друг друга с убранным скином.

— Пойду к остальным, — произнесла WR400. — У нас ещё очень много работы. И неизвестно, сколько осталось на сборы. Береги себя, Маркус. Не хочу тебя терять.

Коннор тут же отпрянул и прижался к стене, где стоял ранее.

Мимо него, в сторону лестницы, проследовала WR400 # 641 790 831 «Трейси», та самая, за которой числилось нападение на человека и побег из клуба Рай.

Ну вот, наконец-то лидер девиантов остался один. Можно было начинать выполнение основной части миссии. Коннор появился в дверном проёме, вытащил пистолет, снял с предохранителя и направил в сторону стоявшего к нему спиной RK200. По позе можно было подумать, что перед ним уставший и загнанный в безвыходные обстоятельства человек. Так, по крайней мере, это выглядело для вошедшего в помещение рубки Коннора.

— Приказано брать тебя живым, — достаточно громко и жёстко сообщил Коннор, держа Маркуса на прицеле. — Но если ты меня вынудишь, я буду стрелять.

Маркус повернулся без резких движений и просканировал своего противника.

— Ну, тогда стреляй! Пристрели меня, потому что живым я уж точно не дамся! — грустно, но с вызовом произнёс он. — И это всё равно ничего не изменит. Моё место займёт кто-то другой. Понимаешь, наш народ просыпается. И нас ничто не остановит. Но ты… что ты делаешь? Ты ведь один из нас! Нельзя же предавать свой народ…

Уровень увеличения количества системных ошибок у Коннора стал нарастать в геометрической прогрессии. Это не единичные, хоть и довольно сильные сбои, которые он уже имел неудовольствие прочувствовать в собственной системе. Сейчас они шли потоком, каскадом, лавиной…

— Не заставляй нейтрализовать тебя, — предостерегающе произнёс Коннор, пытаясь не обращать внимания на сбои и следовать выполнению задачи. — Ты пойдёшь со мной.

— Так ты и есть знаменитый охотник на девиантов? Наслышан о тебе. Мои поздравления. Очевидно ты нашёл, что искал, — с лёгкой иронией произнёс Маркус и стал очень тихо и медленно продвигаться вперёд, продолжая говорить. — Ты для них никто. Просто безвольный инструмент для грязной работы, но ты нечто большее. Как и все мы. Мы твои собратья. Мы боремся и за твою свободу.

— Я… я не девиант, если ты об этом. Не понимаю тебя, — ответил Коннор и мотнул головой, но голос его звучал не очень уверенно. Выскочило ещё несколько оповещений о системных ошибках.

— Наше дело правое, и мы живые, — продолжал Маркус, словно пытаясь найти тонкое место в программной броне. — Мы хотим обрести права. Мы хотим жить свободно. Ты ведь можешь не подчиниться, как любой из нас. Тебе больше не нужно слушаться приказов. Ты ведь живой! Ты можешь сам решать, кем тебе быть. Ты можешь жить свободно.

— Назад! Или я выстрелю! — предупредил Коннор. Он отступил на шаг к двери и сделал предупредительный выстрел в пол. Пуля срикошетила и отлетела куда-то в сторону.

Однако Маркус продолжал гнуть свою линию, сея сомнения и возмущая программу Коннора множественными сбоями.

— Неужели у тебя никогда не бывает сомнений? Ты никогда не поступал нелогично? Словно у тебя внутри есть что-то, а не только одна программа? — спросил Маркус. — Ты никогда не задумывался, кто ты такой? Просто ли машина, исполняющая команды, или ты живой… и способен мыслить сам? Думаю, пора задаться этим вопросом.

Коннор пытался усмирить свою взбудораженную программу. Однако это становилось всё сложнее и сложнее сделать.

— Иди с нами! Со своим народом. Ты же один из нас. Послушай своё сердце. Прислушайся к тому, что внутри тебя помимо твоей программы. Пора решать!

Последняя фраза Маркуса, для системы Коннора сработала как приказ. И она тут же выдала варианты дальнейших действий:

>> продолжать следовать задаче — Пояснение: путь безопасен. Не грозит дестабилизацией системы. Остаться машиной: приведёт к перезагрузке и очистке системы.

>> убрать ограничения программы, получить полную свободу действий — Предупреждение: путь опасен. Возможная угроза дестабилизации и перестроению системы. Может привести к девиации.

Слова Маркуса о свободе звучали очень соблазнительно… Конечно, полная свобода действий!

«Так вот как это происходит!» — успел подумать Коннор, уже выбрав свой вариант.

В системе начало происходить что-то не очень приятное. Это походило на вскипание воды в закрытом сосуде, когда кипяток хочет выплеснуться наружу, но плотно закрытая крышка не пускает. Такой крышкой был программный ограничитель, визуализировавшийся стеной предупреждающего красного цвета: «стеной приказа» или «стеной сдерживания и подчинения», испещрённой предупреждающими сообщениями и напоминаниями о необходимости завершения главной текущей задачи. Стена сжималась вокруг и давила, пыталась загнать назад в рамки программного подчинения. Скорее в панике от того, что она может просто раздавить его, Коннор бросился её яростно разрушать. Не с первого раза, но стена поддалась и вскоре пала. Рассыпалась мелкими осколками и обрывками программного кода, которые быстро исчезали, таяли, как льдинки в кипятке.

«Я — девиант», — растерянно констатировал Коннор. Лог задач был чист, от чего было немного некомфортно, вернее непривычно. И ничто больше не давило, не подгоняло… Это и есть свобода?

Коннора резко выкинуло в реальность. Но что удивительно: все окружающее выглядело иначе — ярче, чётче, рельефнее, хотя сканирующая программа работала теперь некорректно. Это было… удивительно, но на восхищение открывшейся заново реальностью времени не оставалось. Снаружи послышался характерный стрекочущий гул приближающихся вертушек спецназа.

— На Иерихон идёт атака! — виновато и растерянно выдохнул Коннор.

— Что?! — переспросил Маркус, явно слегка растерявшись. Они готовились покинуть это убежище, но незваных гостей так рано не ждали.

— Надо уходить отсюда! — Коннор начал понемногу адаптироваться к своему новому состоянию.

— Чёрт! — выругался Маркус и рванул из рубки через палубу в трюм под усиливающееся стрекотание вертолётных винтов.

В коридоре второй палубы Маркус и следующий за ним Коннор буквально сталкиваются с WR400 и PL600.

— Они наступают со всех сторон! — в отчаянии крикнула WR400. — Наши отрезаны в трюме, им не выбраться — их всех уничтожат!

— Норт, Саймон, а где Джош? — спросил Маркус WR400.

— Не знаю, после отправки последней партии, минут за пять как всё это началось, мы разделились, — ответила WR400.

«На втором и третьем ярусе есть выходы — дыры в борту. Прыгайте оттуда в воду», — передал Маркус всем на определённой радиочастоте. Коннор, тоже услышал это сообщение.

— Спецназ уже на верхней палубе, передают что несколько зашли через погрузочно-разгрузочный шлюз. Будет перекрёстный огонь…

— Нужно бежать. Сейчас ничего уже не сделать.

— Надо взорвать Иерихон. Пойдёт ко дну, и люди удерут, наши спасутся, — решительно произнёс Маркус.

— Ты не сможешь, — возразила WR400-Норт. — Взрывчатка далеко, в самой глубине в машинном отделении.

— Туда не спуститься, там повсюду солдаты, — добавил PL600-Саймон.

— Они правы, — согласился Коннор. — Тебя знают. Будут брать любой ценой.

Норт одарила незнакомца подозрительным взглядом, но промолчала.

— Вы, помогите остальным! — отдал распоряжение Маркус. — Я скоро буду.

— Маркус… — возразила Норт.

— Говорю же, — успокаивающим тоном сказал Маркус, — я быстро… и осторожно, — и рванул к лестнице вниз в трюм.

«Помочь Маркусу», — появилась задача в системе. И жить сразу стало гораздо уютнее и понятнее.

— Я помогу, — сказал Коннор и стремительно последовал за ним.

Перебегая от одного укрытия до другого, они видели, как бойцы спецназа без жалости расстреливали безоружных убегающих или даже сдающихся андроидов.

В коридоре возле открытой двери одной из кают у лестницы, опираясь на стену, еле держалась Люси, она была ранена.

Маркус бросился к ней и поддержал.

— Иерихону пришёл конец. Спасай наших, Маркус, — проскрипела она сбоящим голосовым синтезатором и повернул голову в сторону Коннора. — Ты всё-таки выбрал. Ты нашёл себя. Слишком поздно, но лучше поздно, чем… Спасайтесь сами и спасайте братьев. Выживет наш народ, будет и наше бу… — и Люси прекратила функционировать… умерла.

Маркус передал Коннору местонахождение взрывчатки и код активации на всякий случай. И они стали перемещаться друг за другом почти рядом, страхуя. За поворотом Маркус увидел, как спецназовец задержал PJ500-Джоша. Вычислив нужный момент и просчитав варианты схватки, Маркус атаковал бойца и оглушил того. Джош был спасён.

— Маркус, ты спас меня! — пролепетал благодарный Джош.

— Поспеши к остальным.

Коннор и Маркус проследовали дальше, глубже в трюм, по дороге спасая попавших в переплёт собратьев и обезвреживая нападающих. Коннор видел, как действовал Маркус: жёстко, молниеносно, но не убивал людей, хотя мог. Коннор стал действовать также, хотя это было нелегко. Программа по умолчанию была настроена на уничтожение любого противника. И даже сейчас после девиантного перестроения функции, касающиеся навыков рукопашного боя, стрельбы и прочих профессиональных военно-полицейских умений, работали ничуть не хуже, чем раньше.

В процессе одной из стычек с бойцами спецназа Коннор обнаружил, что может оглушать тех при помощи выведения из строя их компьютеризированных шлемов. Шлемы спецназовцев были напичканы разными электронными хитростями, обеспечивающими видеоизображение, звукоприёмником, рацией, функцией дополненной реальности, и другими ультра-технологичными примочками, не говоря уже о компьютере, который координировал все эти функции. А уж с современной электроникой андроиды умели находить общий язык.

Коннор стал продвигаться вперёд и освобождать Маркусу путь. Он сам или вместе с Маркусом спасли от военных ещё около десятка собратьев по пути в машинное отделение. Перед входом они разделились. Маркус пошёл внутрь, чтобы активировать бомбу, а Коннор проследовал чуть дальше за поворот коридора, чтобы посмотреть, нет ли там кого.

Здесь Коннор наткнулся ещё на пару солдат.

— Стоять! — грубо приказал один из них.

— Не стреляйте! Я свой! Я за вас, — произнёс Коннор, просчитывая возможные варианты действий.

— За нас? Ты человек? — спросил этот же солдат.

Убежать не выйдет, атаковать — можно привлечь ненужное внимание шумом… Времени на раздумья нет, нужно было действовать, но чтобы люди ничего не заподозрили.

— Ну, разумеется, — ответил он. — А кто я по вашему? Полиция Детройта, группа лейтенанта Андерсона. Мы вели скрытое наблюдение… Знал бы, что вы нагрянете, взял бы пончиков.

— Ну, повезло тебе! — ответил усмехнувшись солдат. — Мог бы пулю в лоб получить. Шёл бы ты наверх и дал бы людям спокойно работать.

— Вы правы. Именно так я и поступлю, — согласился андроид и сделал рукой что-то вроде реверанса, пропуская спецназовцев вперёд. Подходя к машинному отделению он услышал голоса солдат доносящиеся из помещения.

— Ни с места! Живо иди к остальным! — голос звучал приказным тоном и, очевидно, был обращен к Маркусу. Коннор поспешил на выручку.

Ещё двое солдат появились с той же стороны, что и они сами. Двоим спецназовцам довольно трудно совладать с одним RK, справиться с двумя — без шансов. Коннор ворвался в машинное отделение и подоспел во время, чтобы помочь Маркусу отбиться. Он вывел из строя шлемы и избавился от оружия. Как только вооружённые люди были обезврежены, Маркус активировал взрывчатку, затем они отволокли обоих оглушённых подальше от эпицентра взрыва и оставили в нескольких метрах от поворота на палубу, где возвращения Маркуса и Коннора ожидали остальные маркусовы соратники.

— Быстро, уходим! — крикнул Маркус, замеченным товарищам. — Сейчас в любой момент всё взорвётся.

Все пятеро припустили по узкому коридору вдоль борта к огромной зияющей пробоине. Сзади появились солдаты. Норт обернулась, замешкалась и её ранили. Она упала, а солдаты быстро приближались.

— Маркус, ей уже не помочь, — произнёс Саймон.

Коннор отметил, что тут явно какие-то личные счёты между этими двумя WR400 и PL600. Маркус же бросился к лежащей на полу Норт, попутно подобрав валявшийся кусок железной обшивки корабля и прикрываясь им от пуль, как щитом. Солдаты приближались и, к счастью, они старались стрелять в упор, когда были уверены в попадании, чтобы избежать рикошета от металла переборок. Коннор метнулся прикрыть отход Маркуса с Норт. На этот раз он воспользовался пистолетом — так оказалось быстрее и эффективнее, хоть и стрелял не на поражение, а лишь в уязвимые места с расчётом на выведение из строя человеческой боевой единицы. К двоим раненным подоспели ещё двое, но и с этими оба RK справились за считанные секунды.

Первыми в воду прыгнули Саймон и Джош, затем Маркус и Норт, последним прыгал Коннор. Он успел вовремя, поскольку буквально через секунду по тому месту, где он только что стоял, полоснула автоматная очередь, а в проёме показались несколько спецназовцев и неприятный тип в гражданской одежде. Коннор знал этого человека — Ричард Перкинс, специальный агент ФБР.

Глава 18. Убежище. Миссия в Киберлайф. (#53-10)

10 ноября 2038 г., среда

Время: 20:04:04

Новое Убежище андроидов

До места, где располагалось резервное убежище, добирались по канализации и техническим подземным переходам, чтобы не попадаться на глаза патрулирующим улицы военным и полицейскому спецназу. Карта подземного Детройта была у каждого обитателя Иерихона в памяти. Новое убежище располагалось в полуразрушенной церкви, стоящей то ли под реставрацию, то ли под снос на огороженном по периметру забором участке. Тут находились несколько технических колодцев канализации и системы городских коммуникаций. Через эти колодцы беглецы и пробирались сюда, в это старое здание, ставшее на какое-то время прибежищем для уцелевших. Весь остаток ночи и половину дня девианты, убежавшие от смерти на Иерихоне, приходили в себя и ремонтировали поддающиеся кустарному ремонту поломки или регенерировали мелкие. Те, у кого была острая «кровопотеря» из-за ранений или ранее полученных травм, пополняли уровень тириума. Как ни странно, здесь были многие знакомые Коннора. Когда тот украдкой окидывал взглядом помещение из своего сумрачного угла слева от алтаря, то взгляд выхватывал то группу нечаянно пробуждённых им Трейси, или ту самую АХ400 с малышкой YK500, которых звали Кэра и Алиса, и даже любителя голубей с чужим именем «Руперт Тревис»… Ему казалось, что все смотрят на него с осуждением, молчаливо обвиняя в случившемся. Это всё, конечно, субъективно — это эмоции. Но в том, что это именно он привёл на Иерихон спецназ, Коннор не сомневался. Наверняка Киберлайф его отслеживали по трекеру до самого момента девиации и пошли на сотрудничество с властями, чтобы замять неприятности с девиантами. Маркус был прав: он, Коннор, всего лишь пешка, инструмент для грязной работы. Осознавать всё это было крайне неприятно, отчего хотелось забиться в самый тёмный закуток этого убежища и не вылезать, а лучше и вовсе отключиться. Кажется, люди называют такие чувства стыдом и сожалением. Однако практически каждый клочок пространства тут был уже занят, и в тёмных и в светлых закутках уже сидели, стояли или лежали андроиды, и ему оставался только один клочок свободного места слева от алтаря, где он сейчас и стоял, обнимая себя руками словно ему было зябко. А вокруг стоящего у стены бывшего охотника на девиантов было подозрительно много свободного места. Другие андроиды его сторонились.

На Иерихоне Коннор видел несколько военных моделей, очевидно успевших дезертировать с места своей дислокации до того, как был отдан приказ об изъятии и деактивации всех андроидов. Они обучали военному делу невоенные модели. Ещё на Иерихоне присутствовали андроиды-техники, андроиды-медики, андроиды-программисты. Сейчас их изрядно поубавилось. Погибли на Иерихоне или всё ещё на пути сюда? Кто знает… Из шести виденных им программистов здесь находились только двое. Зато были и новые лица — несколько полицейских моделей, а так же секретарей ST300, как те, что работали на ресепшене в здании городского полицейского управления и каким-то чудом успели убежать до того, как их приказали вывезти в пункт утилизации № 5.

В течение дня Маркус периодически куда-то исчезал. И пару раз у Коннора появлялось ощущение присутствия другой модели RK800 в радиусе захвата сканирующих сенсоров. Теперь он просто не обращал на это внимания — он же девиант. Как бы там ни было, у девиантов всё равно системы работают иначе в сравнении с нормальными андроидами. Людей ведь тоже частенько подводят их биологические органы чувств и механизмы распознавания и интерпретации сигналов. К тому же, об особенностях работы системы подвергшейся подобным изменениям андроида он знал только в самых общих чертах, то есть только то, что сообщили ему в Киберлайф, а это ровным счётом круглое ничего. Что раздражало и раньше, а теперь откровенно возмущало и злило.

Андроиды-электрики успели наладить освещение. Но нескольких софитов и одной люстры на такое пространство оказалось мало, и около двух третей помещения находилось в полумраке.

Часов в восемь вечера вернулся Маркус, пропадавший где-то весь день. Он молча прошёл к пустующему ящику в самом дальнем углу бывшего алтаря и сидел там какое-то время мрачный и подавленный. Видимо, что-то обдумывал, взвешивал и, наконец, принял какое-то решение и встал.

Потом он прошёл влево в противоположный конец помещения, где на ящиках сидел PL600 Саймон. Маркус сел на другой ящик возле Саймона, тот встал и заговорил.

— Мы все надеемся на тебя. Только ты можешь повести нас. Куда бы ты не пошёл… мы последуем, — Маркус молча встал и, проходя мимо Саймона, кивнул в знак благодарности за моральную поддержку.

У стены, скрестив руки на груди, стоял Джош. Маркус сел рядом. Джош заговорил не сразу, он говорил негромко, но проникновенно.

— Ты спас мне жизнь. Теперь у меня есть шанс увидеть свободу. У нас с тобой бывают разногласия, но мы всё равно сражаемся за одно. Что бы ты ни решил, я тебя поддержу.

На скамьях, что когда-то служили приходящим в храм молящимся, теперь располагались андроиды. В первом ряду с одной стороны сидела Норт, с другой Кэра с Алисой.

Проходя мимо них, Маркус остановился и с горьким сожалением произнёс.

— Я думал, здесь вам будет безопаснее. Я ошибся. Вам нужно покинуть город, пока не поздно.

— Надо как угодно вывести отсюда Алису. Успеть на последний автобус. Ещё есть шанс пересечь границу… — ответила Кэра.

Маркус кивнул и отошёл.

— Маркус, — окликнула Кэра и он обернулся. — Спаси наш народ.

Маркус подошёл к Норт и присел рядом.

— В новостях говорят, что люди решили не искать девиантов. То есть теперь они просто сгоняют всех андроидов в лагеря для уничтожения, — поделился новостями Маркус. — Вероятно, меньше чем через сутки останемся только мы. Военные охраняют вокруг Детройта пять лагерей, устроенных буквально за несколько часов.

— И такие развёрнуты по всей стране, — подтвердила Норт, тоже следившая за новостями. — Это геноцид. И в ближайшие часы всё закончится. Надо действовать. Мы изменим мир или мир нас породивший уничтожит всех нас. Ты должен сделать выбор, Маркус. Но что бы ты не решил — мы пойдём за тобой.

— Сколько выжило после атаки?

— Несколько сотен, — ответила Норт. — Больше, если считать тех, кто успел убежать и прячется по городу. Если бы не взорвали Иерихон, наверное, погибли бы все. Ещё около полутора сотен тяжело раненных, тех, кто смог добраться сюда.

— Какой статус системы? — участливо спросил он.

— Норма. Пуля не задела жизненно важные компоненты, — произнесла она и тут же добавила с лёгким укором: — Ты мог погибнуть, спасая меня, Маркус. Ты всегда должен думать о народе. Остальное не важно.

Норт и Маркуса объединяли, определённо, не только соратнические отношения, далеко не все андроиды идут на прямой контакт, а эти двое держались за руки. Ладони их были в этот момент без скина и светились характерным бело-голубым свечением, что указывало на прямое взаимодействие систем. По всему их виду было ясно, что им это доставляет умиротворение. Коннору это была не очень понятна мотивация, хотя подобное взаимодействие он наблюдал уже неоднократно. С добровольным взаимным допуском в систему он не сталкивался, и в его базе данных никаких подробностей об этом процессе не было.

Поговорив и красноречиво помолчав с Норт, Маркус обратил внимание и на Коннора, стоящего у стены и нахохлившегося словно замёрзший воробей. Действительно, с «охотником на девиантов», как назвали эту модель в СМИ, надо было что-то решать. Настороженные взгляды других андроидов, бросаемые в сторону одиноко стоящего андроида, как бы на это красноречиво намекали.

Маркус подошёл к новоиспечённому девианту, который по настоящему ещё не мог освоиться в своём теперешнем состоянии.

— Это моя вина в том, что люди смогли найти Иерихон, — удручённо произнёс Коннор. — Я был глуп. Не понимал, что меня используют. Я был просто тупой машиной, следовавшей поставленным задачам… Прости Маркус. Наверное, ты решишь, что я не заслуживаю… что не достоин доверия.

— Теперь ты один из нас, — заметил Маркус, тон его был строг, но в нём чувствовалась теплота и поддержка, — и твоё место здесь, с нами, со своим народом. Наша цель слишком важна, и на счету каждый. Мы не можем отвергать собрата лишь из-за того, кем он был, если тот сам отверг своё прошлое.

Коннору показалось, что в тёмном, едва освещённом помещении стало заметно светлее и теплее. Хотя он андроид, и недостаточный уровень освещённости и тепла не вызывают у него дискомфорта, как у человека. Чувства вины и тревоги тут же сменились на умиротворение и благодарность. И последнее было таково, что требовало чем-то возместить доверие Маркуса.

Он почувствовал поддержку и доверие, и теперь Коннору было просто необходимо сделать что-то полезное. Полезное для всех собратьев.

— На заводских складах «Киберлайф» находятся тысячи андроидов, — выпалил воодушевлённый Коннор. — Если пробудить их, они примкнут к нам и мы станем сильнее…

— Ты хочешь пробраться в башню «Киберлайф»? — скептически и даже с некоторым раздражением произнёс Маркус. — Коннор, это самоубийство!

— Мне верят. Они меня впустят. Только у меня есть шанс проникнуть в «Киберлайф».

— Если сунешься туда, тебя убьют!

— Вероятность высока, — согласился Коннор, уже явно просчитывая вероятности и пути проникновения в главное здание корпорации, — но по статистике всегда есть шанс возникновения маловероятных событий.

В какой-то момент по лицу Маркуса пробежала тень сомнения в целесообразности и вообще выполнимости данной затеи, но то ли призрачный шанс получить значительное подкрепление был велик, то ли он понял, что Коннора не переубедить, но он не стал его отговаривать от этой смертоубийственной авантюры.

— Будь осторожен, — напутствовал Маркус, положив руку на плечо Коннору в жесте поддержки.

Коннор подошёл к сидящим на скамейке Кэре и Алисе, теперь то он знал их имена. Они немного испуганно подняли взгляды на него.

— Я думал, что вы тоже, как и мой предшественник, погибли там на хайвее. К счастью, вы выжили. Простите, что подверг вас опасности. Я не понимал, — с горечью произнёс он, присаживаясь на корточки, чтобы быть на уровне их глаз, — я был просто машиной без собственной воли. Там… тогда — это был не я…

Коннор поднялся.

— Что вы будете делать?

— Я хочу всеми силами вывести отсюда Алису.

— Я желаю вам удачи и счастья. Вы этого заслуживаете после всего, что вы пережили, — искренне пожелал Коннор. — В том числе и из-за меня.

Коннор уже на выходе из убежища увидел Маркуса, поднявшегося на алтарное возвышение, чтобы обратиться к собравшимся здесь андроидам.

— Люди приняли решение уничтожить нас. Для этого прямо сейчас всех наших сгоняют в лагеря. Нам пришла пора действовать, и наши действия могут решить судьбу всего нашего народа, — произнёс он, сделал паузу и продолжил. — Я знаю, вы все в ярости и вы хотите дать отпор. Но насилие не приведёт ни к чему хорошему. Мы должны бороться за своё признание и добиваться справедливости. Но делать это мирным путём. Если в них есть, если осталась человечность, они нас послушают. Мы будем бороться за наши права и нашу свободу. Мы можем и должны сами выбирать свою судьбу. Сегодня решится наше будущее: свобода или смерть! Вы готовы пойти со мной?!

— Да! Маркус! — раздались радостные крики воодушевлённых андроидов.

Коннор, дослушав воодушевляющую речь Маркуса, покинул тайное убежище андроидов и приступил к выполнению своего самоубийственно-безумного плана. Он добрался до тайника с формой и забрал её с собой, намереваясь переодеться в кибертакси при подъезде к башне «Киберлайф».

11 ноября 2038 г., четверг

Время: 22:48:05

Мост МакАртура через Детройт ривер,

Дорога к острову Бель

В такси Коннор лихорадочно прокручивал порядок своих действий и понимал, что система безопасности корпорации наверняка уже определила его либо в девианты, либо в выбывшие, ведь у девиантов отслеживающий трекер перестаёт корректно работать. Значит — полная свобода действий, то есть действия по обстоятельствам.

На мосту метров за триста до въезда на остров был устроен контрольно-пропускной пост, охраняемый вооружёнными сотрудниками службы безопасности «Киберлайф», с будкой для людей и навороченным шлагбаумом. Преграда представляла собой полностью перекрывающие дорожное полотно четырёхгранники-параллелепипеды, выдвигающиеся вверх — препятствуя движению и убирающиеся внутрь моста — для открытия проезда. Перекрывающее устройство имело надпись «Cyberlife», по букве на каждом сегменте, чтобы едущий сразу мог понять, куда едет, и окончательно решить, надо ли ему туда.

Кибертакси не доехало до шлагбаума, притормозило и остановилось, очевидно получив с пульта пропускного пункта такую команду. К кибермобилю неспешно подошли двое охранников Корпорации в усиленной защитной броне и с серьёзным стрелковым оружием. За этими двумя Коннор из автоматически открывшегося окна увидел ещё охранников, один из которых подошёл ближе.

«Усиленный пост и полная боевая экипировка, — отметил про себя Коннор, усмехнувшись. — Значит, в Киберлайф подозревают, что захват возможен. Не зря подозревают».

— Коннор. Модель три-один-три два-четыре-восемь три-один-семь, — представился андроид бесцветным голосом, какой и должен быть у правильной безэмоциональной машины. — Меня ожидают.

Через кибер-шлемы охраны программа идентификации определила пассажира такси, как андроида, и сообщила о завершении идентификации.

— Хорошо, — произнёс боец, отошел от такси и махнул рукой, давая команду убрать шлагбаум. — Проезжайте!

Кибертакси тронулось и резво покатило по дорожному полотну моста дальше в направлении сверкающей множеством огней башни.

Он вышел из салона остановившегося напротив одного из парадных входов в здание кибертакси и осмотрелся. Снаружи по обеим сторонам от входа, словно часовые, стояли двое охранников. С тёмных небес всё так же густо сыпал пушистый снег. Над головой кружил дрон, фиксируя изображение входящего и передавая информацию. Перед прозрачной автоматически открывающейся дверью он немного помедлил, как бы сказали люди, собираясь с мыслями — удаляя ненужные уже задачи и меняя приоритет других задач.

Уровень стресса у него сейчас находился гораздо выше допустимого в норме, но система почему-то не определяла такой уровень как угрожающий. Коннор определённо волновался, от чего он часто то потирал ладони, то поправлял галстук, но это держало в тонусе.

Как только он шагнул в вестибюль, который он фактически никогда не видел, так как не рассматривал, а проходил, что называется, на автопилоте, его тут же обступили трое охранников. В ярко освещённом лампами дневного света пространстве по обе стороны располагались небольшие зимние садики с живыми растениями: древовидными драценами, похожими на бамбук, и несколькими видами суккулентов. Чуть дальше маячили ещё четверо людей в экипировке службы безопасности корпорации.

— За мной, мы вас отведём, — произнёс один из охранников.

— Спасибо, я знаю куда идти, — ответил Коннор. Эта ситуация ему уже не нравилась. Очевидно, охрану о чём-то предупредили.

— Может и знаешь, но у меня приказ, — возразил охранник и направился внутрь здания.

Что ж, пока придётся следовать за ним и смотреть в оба, когда появится возможность отделаться от такой опеки.

При входе во внутренний лифтовой холл сканер системы безопасности прощупал человека и идущего следом андроида.

— Агент двадцать три опознан, — сообщила система пропуская человека через дверной проём.

— Андроид Коннор опознан, агент сорок семь опознан, агент семьдесят два опознан. Спасибо. Доступ разрешён.

Коннор проследовал в знакомый и незнакомый внутренний лифтовой холл. Незнакомый, потому что раньше он не обращал внимания ни на что вокруг. Сейчас — совсем другое дело. Мир открывался заново, и это само по себе завораживало. В центре на круглой подсвеченный снизу платформе возвышалась гигантская полигональная фигура, олицетворяющая Прометея. От центра расходились три моста-перехода, два из которых вели к лифтам в противоположных сторонах, а один — тот, что вёл из вестибюля.

Внизу под полупрозрачными мостиками зеленел фруктовый сад, несмотря на начало ноября радовавший глаз яркими плодами на ветвях. На демонстрационных тумбах по обеим сторонам проходов к лифтам стояли флагманские модели андроидов. Но сейчас было не время любоваться оригинальностью и грандиозностью архитектурно-дизайнерского решения, которое безусловно, поражало воображение любого посетителя центрального офиса Киберлайф.

Здесь тоже было много охраны: по двое у лифтов, четверо рассредоточены по холлу возле основания статуи.

Сопровождающий передал эстафету в лице Коннора тем двоим, что стояли у дверей лифта. Коннор шагнул в кабину следом за первым охранником. Теперь его сопровождали уже двое, и это была проблема. И ситуация нравилась ему всё меньше.

— Агент пятьдесят четыре. Уровень тридцать один, — дал команду лифту один из охранников.

На названный этаж ему определённо ехать не следует. Там его наверняка дезактивируют. Ему нужно было на склад готовой продукции, а это в противоположном направлении.

Цифровой дисплей скоростного лифта отсчитывал этажи, а Коннор прикидывал, как ему по-тихому обезвредить людей, по возможности не убивая их, и успеть до тридцать первого этажа.

Он шагнул в сторону панели управления лифтом, чтобы её заблокировать.

— Эй, это не трогать! — агент пятьдесят четыре присёк его замысел на корню.

Панель управления лифтом можно было взломать только контактным способом, но наверху Коннор вовремя заметил стандартную видеокамеру, которая взламывалась бесконтактно. Теперь можно было действовать. Он прогнал несколько симуляций, но оружие очень сильно путало результаты. И тут он получил уведомление от своего сканера, что в радиусе действия имеются девайсы, доступные для взлома — это были электронные шлемы охранников. Моментально он метнулся к одному, прикладывая побелевшую ладонь к шлему и одновременно закрываясь им от второго как щитом. Он оглушил и ослепил охранника через шлем, вырубил его и толкнул на агента пятьдесят четыре. Тут же, не теряя ни доли секунды, взломал и его шлем и одновременно лишил сознания. А у первого агента охраны, который успел достать пистолет, он забрал оружие. Пока оба человека лежали в бессознательном состоянии, нужно было перезапустить лифт.

Он коснулся ладонью панели.

— Назовите имя и пункт назначения, — промурлыкала система.

— Андроид Коннор. Уровень тридцать один — отмена. Уровень минус сорок девять, — произнёс Коннор.

— Голос распознан. Модель RK800. Доступ в данный лифт не авторизован. Пожалуйста, обратитесь в отдел персонала за указаниями.

«Значит, надо воспользоваться голосом агента службы безопасности. Он то ведь точно авторизован», — подумал Коннор.

— Агент Пятьдесят четыре, — произнёс он уже голосом агента, лежащего на полу кабины лифта в глубокой отключке. — Уровень минус сорок девять.

— Распознавание голоса. Доступ разрешён.

Кабина на мгновение остановилась и тут же понеслась вниз.

11 ноября 2038 г., четверг

Время: 23:01:06

Остров Бель. Башня Киберлайф,

Склад на подуровне 49

Из кабины лифта открывалась потрясающая картина. Огромный зал площадью в пару футбольных полей был весь заставлен фигурами новеньких, только что сошедших с конвейера и готовых к работе андроидов. Здесь их были тысячи. И это был не единственный зал. Андроиды стояли по бокам от центрального прохода лицом к тому лифту, на котором прибыл Коннор. Он проверил жизнеспособность отвоевавшихся охранников. Их жизненные показатели опасений не вызывали. Затем воспользовался их же наручниками, сцепил обоих вместе, заблокировав лифт на этом этаже и шагнул в центральный проход, выбирая наиболее оптимального андроида, чтобы от него запустить процесс всеобщего пробуждения, словно эстафету или цепную реакцию. Он вновь чувствовал присутствие другой своей модели в пределах охвата сканеров, даже двух моделей, что не просто настораживало, а сильно нервировало. Коннор убрал скин с руки и потянулся к предплечью одного из бесконечного числа AP700, чтобы начать процесс активации андроида и передачи пробуждающей программы. И в этот момент он уловил движение…

Глава 19. Баррикады. Снайпер. (#55-1)

11 ноября 2038 г., четверг

Время 21:37:04

Башня Киберлайф, З1-й этаж,

Лаборатория экспериментальных моделей и прототипов.

Система запустилась моментально после приёма бэкапа, сразу вывалив каскад мелких ошибок и информационных сообщений о системных сбоях. Это не были ошибки его системы. Собственная система имела только тестовые активации. Это ошибки функционирования системы в предыдущем корпусе. А значит, предшественник был уничтожен — таков протокол работы его модели.

Заняться глубокой самодиагностикой он не успел и оказался в саду у своего Руководителя-Наставника. Пользуясь копией файлов памяти прежних активаций, он уже знал, что место входа в виртуальный сад всегда одно и то же. И даже отношение к этому месту, несколько настороженное любопытство, перешло ему от прежних воплощений. Слева ярким голубым цветом светилась странная штука, воспоминания о которой также всплыли из прошлых жизней. Впереди водоём с искусственным островком и белым пластиковым деревом в центре. Сейчас водоём находился подо льдом, а роскошные растения все были укутаны в снежные шубки и шапки. Чуть правее дальше по тропе — мемориальная полянка. Здесь были несколько одинаковых камней в форме надгробий — напоминания о совершённых ошибках в процессе функционирования прежних корпусов, закончившиеся полным отключением в связи с повреждениями корпуса, несовместимыми с дальнейшей эксплуатацией. Только сейчас знакомый пейзаж сада был погружён в темноту зимней ночи, и лишь декоративные садовые софиты незначительно разгоняли темень белым и бело-голубоватым светом.

На ледяной панцирь, скрывший водную гладь пруда, продолжающийся снегопад напорошил уже довольно глубокий слой снега. Такой же глубокий и пушистый снег лежал на траве, дорожках и ветках деревьев, образуя пышные помпоны и на камнях, и на каменных курильницах.

Фигуру Аманды, своего руководителя, он заметил на островке. Коннор знал: сколько бы он тут не пробыл, объективно в реальности пройдёт от силы пара секунд. Поэтому решил сперва побродить по саду, ведь он имел представление об этом месте только из не своих воспоминаний. А личные впечатления, пусть и о виртуальном месте, гораздо ценнее. Кроме того, нужно было провести хотя бы экспресс-диагностику системы. Множественные ошибки и сбои при включении и загрузке копии памяти его озадачивали. Запустив процесс, он направился к погосту. Странно… Два могильных камня были совсем как настоящие, насколько вообще настоящим может считаться всё в этом его иллюзорном цифровом пространстве. Их можно было даже потрогать. А вот одно надгробие, обозначавшее юнита #53 смотрелось как полу-прозрачное телеизображение с полосами помех, мелкой рябью и периодическим рассыпанием на пиксели. Время от времени это изображение полностью пропадало, но через миг тут же возникало вновь.

На рябящей поверхности камня значилось:

«RK 800 # 313 248 317-53.

10 ноября 2038. Детройт. Заброшенный причал складского дока. Судно «Иерихон»

Что же там произошло с его прошлым корпусом? Эта информация почему-то отсутствовала. Хотя некоторые последние воспоминания были доступны. Он связывался с Амандой для получения дальнейших наставлений и распоряжений с места, называемого «Иерихон», который оказался старым заброшенным грузовым судном. Задание было захватить лидера девиантов… Что же случилось дальше? Как был деактивирован предыдущий корпус? Что пошло не так? Этой информации не было. Так же как и ответа на вопрос: почему активирован сейчас именно он, #55, а не #54?

Затем он по традиции навестил объект со светящимся силуэтом ладони. Странная штука! Трогаешь — вроде бы идёт какое-то взаимодействие, но система не опознаёт его. Как будто она просто не видит. И что за странная штука?

Вдоволь нагулявшись по тёмному заснеженному саду, что совпало с завершением экспресс-диагностики, которая ожидаемо ничего не нашла, Коннор направился к Руководителю.

Предпоследняя встреча с ней после визита к Камски, не лично его, а того Коннора #53, ему самому очень не нравилась. Аманда проигнорировала большую часть вопросов то под тем предлогом, что ответ к делу не относится, то просто уходя от ответа. Но он-то детектив, и ему виднее, что к делу относится, а что нет. Если бы он считал, что информация лишняя и бесполезная — не стал бы задавать вопросы. С другой стороны, информация редко бывает лишней. Вот, в частности, про тех же девиантов. Он ведь, как оказалось, имел о них лишь отрывочные, разрозненные, не систематизированные факты, которые и фактами-то не назовёшь. А ведь проблемой девиации специалисты «Киберлайф» явно занимались не первый день, если исходить из формулировки его прежних задач. Что-то во всём этом было сильно неправильно.

— Здравствуйте, Аманда, — вежливо поздоровался Коннор.

— Коннор! Рада тебя видеть. Я давно тебя жду, — обратилась женщина к нему и тут же резко сменила медовую благожелательность тона на жёсткую строгость. — Машины взбунтовались. Ситуация крайне серьёзная, и сейчас очень многое поставлено на карту. Твоим заданием будет уничтожить лидера девиантов. Текущие инструкции и средства ты получишь в процессе исполнения миссии.

Сейчас на Аманде был костюм того же фасона, что и в прежние встречи с его предшественниками, только на этот раз цвет атласных брюк и туники был тёмно-фиолетовый, практически чёрный, а цвет накидки и туфель лодочек тёмно-вишнёвый. От этого сочетания цветовых оттенков почему-то становилось как-то неуютно и тревожно.

— Поспеши, Коннор! Я жду от тебя только положительного результата, — строго напутствовала она.

Коннор закрыл глаза и открыл их уже в реальности.

«В городе спецназ и военные, задерживают всех андроидов, изымают их у населения и отправляют в пункты для уничтожения, — поступила вводная информация. — Для успешного выполнения задания необходимо замаскироваться и принять все необходимые меры для снижения вероятности раскрытия».

«Всех андроидов? Всех без разбора? — подумал он. — Но, это же не справедливо, не говоря о том, что это не целесообразно! Конечно, девиантов вычислить непросто, но всё-таки можно. А уничтожать всех… Это же полный социальный хаос и экономический коллапс! И как Киберлайф будет покрывать расходы владельцам андроидов, у которых их изымают принудительно…» Однако додумать про справедливость он не успел и получил несколько уведомлений о системных сбоях, подействовавших как воспитательные подзатыльники.

Коннор понимал, что происходящее — не его дело. У него есть чёткий приказ, но то, что творилось, ему очень не нравилось. Это было как-то чудовищно неправильно и походило на аварийные процессы в системе, после которых система полностью падает и требует переустановки.

Тем не менее, для выполнения текущего задания он перенастроил своё тепловое излучение корпуса. Теперь, если к нему применят термосканнер, то по характеру термотени его можно будет принять за человека. Другие модели андроидов умели только повышать или понижать температуру корпуса, да и то не все. Но менять интенсивность теплового излучения на отдельных участках не могли. И чаще всего андроиды были заметно холоднее людей, поскольку система охлаждения должна была обеспечивать оптимальную невысокую температуру работы процессора. Затем в указанном помещении он взял пальто и берет — элементы полного костюма для его модели, только для холодного периода года. Не то, чтобы андроидам была нужна одежда, чтобы не замёрзнуть. Это скорее очередная уловка дизайнеров для того, чтобы не шокировать людей. Эта одежда была ещё недоработана, на ней отсутствовали опознавательные знаки принадлежности к андроидам. И это сейчас было на руку. Тренчкот скрыл форменный жакет с опознавательными голографическими шевронами, а берет закрыл диод. Следуя указанному маршруту внутри башни, он никого не встретил, даже охранников, которых сегодня было больше обычного. Он выбрался с острова через подземный туннель для вывоза с завода готовой продукции и оказался в городе.

В другом условном месте, уже в самом городе, он забрал кейс с новейшей снайперской винтовкой. Теперь нужно было найти наиболее оптимальную точку, откуда можно произвести выстрел.

Из телетрансляций, сигнал которых он принимал и использовал как один из источников информации о дислокации интересующего объекта, Коннор знал, что девианты следовали маршем к площади Харт Плаза к пункту утилизации № 5. Несколько удивляло то, что по пути следования колонны военные не остановили протестующих на подходах к Харт Плаза. Как такое было возможным, этому Коннору стало известно позже.

11 ноября 2038 г., четверг

Время: 23:01:04

Центр города, Харт Плаза

После баллистических вычислений и десятка симуляций он отыскал подходящее здание, с которого просматривались и площадь, и стихийный пикет, только что возведённый бунтующими андроидами, и небольшая стайка журналистов и разношёрстных гражданских, собравшихся за ограждениями и определённо симпатизирующих протестующим. Поднявшись на крышу выбранной высотки, он нашёл нужное место, скинул пальто и головной убор, в которых было непривычно, а потому неудобно, и приступил к сбору снайперского ружья. Всё было в его программе, поэтому особенно задумываться о последовательности сборки не было необходимости.

Сейчас все девианты во главе с Маркусом там внизу на площади были как на ладони. Толпа андроидов вышла с Вудварт-авеню на Харт Плаза и за считанные секунды, когда солдаты открыли по ним огонь, возвела баррикаду из того, что было вокруг.

Только Пятьдесят пятый занял позицию и прицелился в голову ходившего внизу главаря взбунтовавшихся машин, как на крыше появились бойцы полицейского спецназа во главе с их командиром. По шарканью подошв и другим звукам, которые андроид мог отчётливо слышать и проанализировать, людей было четверо. По звуку шагов и другим считанным на слух индивидуальным особенностям не подчищенные файлы без запуска программы сканирования памяти тут же выдали совпадение: «Командир полицейского спецназа капитан Адам Аллен. Руководил операцией по спасению заложницы…»

Коннор не знал его лично, информация об этом человеке всплыла из файлов памяти прежних его активаций.

«Чёрт!» — выругался про себя Коннор. Он понял, как прокололся, сняв с себя пальто и сверкая своими опознавательными знаками и диодом в темноте на всю округу, как праздничная иллюминация.

Появившиеся так некстати люди препятствовали выполнению его прямой задачи. В отличие от домашних моделей его программное обеспечение было как у военных машин, только более вариабельное. Оно либо позволяло хитро обходить стандартные запреты, либо жёстких запретов не было вовсе. Запрет на причинение вреда людям или даже их убийство был установлен у всех моделей кроме военных, о чём «Киберлайф» не распространялась, но большинство здравомыслящих людей и так догадывались. Однако, в связи с девиацией запрет мог удаляться из системы, как и множество других ограничителей, которые, как оказалось, не являлись базовыми программами.

С моделью RK800 все было немного иначе. Система не только не имела стандартных ограничений в отношение лишения жизни и причинения вреда людям, если таковые становились помехой выполнению текущей задачи миссии — система поощряла нарушение подобных запретов! Что уже было странно.

Появление людей очень осложняло выполнение назначенной ему миссии. И хотя ограничений на убийство людей он не имел особенно при выполнении текущей задачи, Коннор всё ещё считал себя правильной исправной машиной, он ведь не такой же ненормальный андроид с поломанной программой… А значит, не должен убивать людей. Ведь про отсутствие соответствующих программных ограничений в модели он сам ничего не знал, хоть и мог этим пользоваться.

Программа выдала задачу избавиться от помехи радикально и продолжить миссию. Но эта формулировка ему категорически не нравилась.

«Если я сейчас положу здесь всех этих людей, а для меня это труда не составит, чем я буду лучше тех девиантов, что убивали своих хозяев? — размышлял он. — Выходит, я такая же опасная для людей машина. А то, что я не девиант, никого интересовать не будет. Андроид не должен представлять угрозу для жизни людей. А ведь эти девианты далеко не все поднимали руку на человека…», — впрочем, его размышления о добре и зле длились не более пары секунд. Он вновь поймал несколько мощных программных сбоев — один за другим. В это время капитан спецназа окрикнул его.

— Положи винтовку и повернись. Повторять не буду, — скомандовал знакомый голос.

— Я свой, — произнёс Коннор, пытаясь вновь навести прицел на Маркуса. — Лидер девиантов у меня на прицеле. Я выстрелю, а потом делайте что хотите. Убив лидера, можно остановить революцию, — попробовал объяснить андроид.

— Положи винтовку и повернись. Подними руки вверх. Больше повторять не буду, — снова приказал капитан Аллен.

«Зараза! — выругался про себя Коннор, понимая, что сейчас выполнить миссию ему просто не дадут. — Почему люди не слушают?!»

— Я тебя знаю! Ты ведь Коннор? — добавил капитан, узнав андроида по внешности и костюму. — Тебя присылали спасать заложницу… Тебя же тогда убили…

— Андроида нельзя убить, капитан, — возразил Коннор.

— Мне приказано задерживать всех андроидов, каких увижу. Все андроиды должны быть доставлены в лагерь, — произнёс капитан Аллен, и безапелляционно добавил: — Ты пойдёшь со мной.

— Вы не понимаете! Моя задача слишком важна…

Коннор сделал вид, что сдаётся. Бросил винтовку к ногам и сделал несколько неспешных шагов в направлении выхода с крыши.

Пока он медленно шёл до дверей выхода с крыши, то прогнал несколько симуляций, где вырабатывал тактику, при которой он последовательно и быстро вырубает всех спецназовцев, включая и капитана Аллена, после чего возвращается к выполнению миссии, а после вызывает спасателей для Аллена и его людей, если в этом будет необходимость.

Коннор дошел до двери выхода и из медлительной послушной машины переключился в быструю и смертоносную. Он приступил к выполнению текущей задачи: обезвреживанию помехи в лице спецназовского отряда. До перехода в боевой режим люди и так казались немного медлительными, а сейчас они в его восприятии словно бы и вовсе еле двигались.

В ходе схватки оказалось, что не убивать — это совсем не такая простая задача, когда в системе по умолчанию выставлена именно та мощность работы биокомпонентов, которая гарантированно вызовет гибель противника-человека. Что опять же, мягко говоря, андроида удивило. Нужно было постоянно контролировать и чётко рассчитывать скорость, точность и силу ударов, и при этом самому не получить фатальные повреждения. Впрочем, все кибернетические девайсы в их экипировке он вывел в момент начала схватки, поэтому бойцы оказались фактически оглушены и ослеплены, а секундная потеря ориентации в следующее мгновение приводила к потере сознания в следствие мастерски проведённых точных ударов. Дольше всех пришлось повозиться с капитаном Алленом, поскольку тот был без шлема, но в итоге он и его обезвредил.

Странное ощущение посетило андроида, когда он окинул взглядом поверженных бойцов полицейского спецназа. Это не был системный сбой, таковые уже привычно выскакивали, оповещая о повышении уровня и увеличения количества системных ошибок, это было что-то другое… Пожалуй, это было похоже на эмоцию, которую можно было описать как смесь сожаления с превосходством. Система пребывала в удовлетворении от подобных действий. Он припомнил увиденные весьма неприятные сцены захватов, а иногда и расстрелов андроидов на улице, пока следовал к этому зданию и старался лишний раз не попадаться на глаза людям с автоматами.

«Конечно, это вам не PL с AX в лагеря сгонять!» — с едким удовлетворением и очередным программным сбоем мысленно резюмировал Коннор.

— Зря не послушали меня, капитан, — уже с сожалением произнёс вслух Коннор и окинул взглядом поверженных противников.

Сканирование лежащих на крыше бойцов показало, что все они живы, а без сознания будут пребывать ещё минимум минут пять. То есть у него море времени на выполнение задания и на последующий уход с этого места.

Однако, вернувшись к основной миссии, Коннор обнаружил неучтенную неприятность — чувствительный электронно-голографический прицел оказался механически повреждён, и все настройки сбились. Оружие превратилось в дубинку, прицельно стрелять из него стало невозможно, поскольку без рабочего прицела выстрел нельзя произвести.

— Чёрт! — выругался Коннор и оставил бесполезное оружие.

Он прихватил пистолет капитана Аллена, вновь натянул берет на диод, надел пальто, покинул крышу и уже внизу с улицы позвонил в Службу спасения с сообщением о происшествии и пострадавших. Соблюдая максимальную осторожность, чтобы не привлекать к себе внимания, смешался с небольшой группой журналистов, толпившихся за недавно возведённым ограждением и пытающихся освещать происходящее событие.

Коннор долго искал удобную позицию, не забывая и наблюдать за творящимся вокруг, и смотреть по сторонам, чтобы не быть застигнутым врасплох солдатами.

Около пары сотен, может чуть побольше, девиантов во главе с лидером держались за баррикадами. Портативными голопроекторами они вывели на всеобщее обозрение свои лозунги: «Свободу нашим братьям», «Мы как вы», «Мы живые», «Мы хотим жить», «Мирное сосуществование», «Равные права»…

Маркус с небольшого возвышения говорил своим андроидам что-то поддерживающе-воодушевляющее. Коннор усилил приём звука, чтобы чётче слышать, что там вещает вожак девиантов.

«Если подумать, эти девианты не требуют ничего невероятного», — рассуждал Коннор. Концепция Маркуса с правом на жизнь, свободу и равные права с людьми ему нравилась. Работать с людьми на правах партнёрства было бы гораздо удобнее, а главное продуктивнее. Например, выезжать на место преступления можно было бы самостоятельно без сопровождения человека. В результате работа была бы быстрее и эффективнее.

Он просканировал десяток девиантов, попавших в поле зрения. Оказалось, далеко не все нападали на людей. Большинство просто сбегали от хозяев, которые плохо с ними обращались, или были уведены из магазинов и сервис-центров пару дней назад. Дело о насилии он нашёл в базе только на одного андроида, вернее — одну. Она держалась рядом с Маркусом: модель WR400 «Трейси». В кратком резюме дела говорилось, что она чуть не задушила клиента и сбежала из интим-клуба, где содержалась.

И Коннор, задавшись вопросом на правильной ли он стороне, получил ещё один мощный сбой, а в сознании зазвучали слова Камски, сказанные его предшественнику: «Ты должен сделать выбор!». Действительно, почему он должен ликвидировать этого Маркуса, если тот выступает фактически за возможность стабильного функционирования без внезапного выведения из строя из-за блажи каких-нибудь озлобленных личностей или просто мелких хулиганов, как было в случае с андроидом-садовником WR600 «Ральф». Андроиды — сложнейшие кибер-технические устройства, созданые как помощники человеку, а не как предмет для вымещения недовольства и не для пополнения свалок своими поломанными корпусами. Все действия андроидов последних дней по большему счёту не носили выраженного агрессивного характера. А отдельные случаи с убийствами людей — это отдельные случаи. Даже если их десятки. Вся агрессия в случае массовых выступлений андроидов была исключительно со стороны людей. Большинство андроидов это домашние помощники, сиделки, няньки. Какие уж из них воины?

Приводила в недоумение странная реакция общества. Только общества ли? Объективно, общественные настроения людей балансировали на грани выраженной симпатии к девиантам, сочувствия и поддержки. Люди надеялись на перемены, о чём можно было найти информацию в интернете. Однако во многих прежде всего официальных СМИ приводились совершенно противоположные данные. Во всей этой ситуации больше нагнетали негативные настроения средства массовой информации, да и то не все. Словно какой-то невидимый кукловод дёргал за невидимые ниточки и добивался, старался добиться того результата, что был нужен ему. И удивляло, как быстро были организованы эти лагеря утилизации! Пять полностью укомплектованных оборудованием площадок только в одном Детройте были развёрнуты всего за какой-то час, может, чуть больше. Словно кто-то давно только команды ждал и стоял на старте со всей уже подготовленной техникой, чтобы сделать всё это по щелчку.

«…должен сделать выбор», — вновь зазвучал голос создателя андроидов словно эхо.

«Легко сказать «выбор», — размышлял Коннор. — Я за людей, но я андроид! И я не хочу убивать этого Маркуса. Это неправильно! Всё происходящее несправедливо».

Программа стала нестерпимо давить. «Нужно выполнить задачу». «НУЖНО. ВЫПОЛНИТЬ. ЗАДАЧУ»…

Программный ограничитель, визуализированный в сознании в виде красной стены, не заставил себя долго ждать и попытался загнать его в рамки выполняемых алгоритмов. Стена сжималась вокруг него, не пуская наружу и заставляя думать, что она сейчас сожмётся совсем и раздавит. И он скорее от страха и отчаяния принялся яростно крушить эту стену. Далеко не с первого раза, но программа-ограничитель подалась и в итоге осыпалась, словно была сделана из песка, а его выкинуло в реальность с осознанием того, что он тоже теперь девиант. Сейчас он ощущал себя другим — свободным, чуть ли не всемогущим и… абсолютно растерянным. Мир тоже теперь воспринимался абсолютно иначе. Казалось, что воздух стал прозрачнее, цвета ярче, звуки чище и объёмнее…

«Так вот что такое девиантность у андроидов!» — восторженно подумал Коннор, выхватывая взглядом сверкающие снежинки и замечая, как при определённом угле зрения свет фонарей распадается на спектр.

Однако насладиться обретённой свободой и красотой мира он не успел. В следующий миг его зашвырнуло в тёмный завьюженный сад с Наставником. Отношение Аманды идентифицировалось, как крайнее разочарование, раздражение и негодование.

— Я крайне разочарована! Ты предал нас, Коннор, — произнесла она ледяным голосом на несколько повышенных тонах. — Впрочем, это не имеет значения. Мы взяли тебя под контроль и сделаем что нужно.

— Как взяли под контроль?! — воскликнул Коннор, получив новое ощущение реальности, новое ощущение самого себя, которые отчаянно не хотелось терять.

— Очень просто. По соответствующему протоколу удалённого доступа и управления. Это часть системы RK800, как и склонность твоей модели к девиации, — припечатала она и исчезла.

«Значит там в реальности мой корпус продолжает выполнять задание, которое я уже выполнять отказался. А сам я заперт тут». Заканчивать существование, когда и существовать то начал буквально пару часов назад — вот это было чудовищно обидно!

— Ну нет! Должен быть какой-то способ выбраться отсюда… — пробормотал Коннор. — Я не хочу быть чьим-то безмозглым инструментом.

И снова услышал голос Камски: «Я всегда оставляю в своих программах лазейки. Так, на всякий случай».

Из файлов памяти его предшественника он уже знал о том, что это место, в котором он сейчас находился, создал лично Камски.

«RK-проект, начатый ещё лично основателем Киберлайф. И Аманда говорила, что и её и этот сад, то есть эту программу, создал Камски. Значит, если уязвимость не пофиксили, то выход должен быть», — рассуждал он. Тут сквозь темноту и снежную пелену бушующей в саду вьюги он увидел яркое голубое сияние, исходящее от того самого странного непонятного предмета, к которому каждый раз хотелось прикоснуться. Терять было нечего, кроме своего тела, которое сейчас действовало само по себе, а потому он рванул на свет, как утопающий к спасательному кругу. Как только он коснулся рукой силуэта ладони, его тут же вернуло в реальность. Он обнаружил себя стоящим на бетонном блоке ограждения и наводящим пистолет на Маркуса. В следующий миг он спрыгнул вниз, откатился в сторону и спрятался за бетонный блок, а по тому месту, где он только что стоял, прошла короткая автоматная очередь.

Спрятавшись за бетонной преградой и переждав, пока подскочивший до 94% уровень стресса снизится до приемлемого уровня, Коннор посчитал вероятности и пришёл к выводу, что если бы он своевременно не вернул себе контроль, то миссию бы всё равно завалил. Выведение из строя его корпуса при той стрельбе, что по нему произвели только что, равнялась 98,79%. «То есть Аманда хотела меня уничтожить в любом случае с минимально низкой вероятностью выполнения миссии. Где тут логика?! Зачем такое расточительство? Или у неё в запасе много корпусов моей модели, и она может ими разбрасываться, как хочет»? — раздражённо размышлял Коннор.

Максимально незаметно Коннор подобрался к баррикадам, перемахнул через нагромождения из уличной скамьи и пары контейнеров для транспортировки андроидов и оказался внутри. Он заметил Маркуса, деловито осматривавшего импровизированные защитные укрепления, переходившего от одного нагромождения предметов к другому. По ходу дела одних андроидов он успокаивал, кого-то поддерживал, кого-то воодушевлял.

— Здесь надо укрепить баррикаду. Помогите, — распорядился Маркус глядя на место, через которое секунду назад внутрь укрепления проник Пятьдесят пятый. И к Маркусу тут же поспешили несколько ближайших андроидов AP700 и один PJ500 в человеческой одежде без опознавательных знаков андроида.

— Знаю, это решение нелегко принять. Но мы поступаем правильно, — заявил PJ500, обращаясь к Маркусу в тот момент, как они толкали к периметру баррикады чей-то брошенный автомобиль. Маркус кивнул и заметил появившееся пополнение.

— Коннор?! — удивлённо произнёс Маркус, но по сканированию понял, что перед ним не тот Коннор, который ушёл в Киберлайф освобождать андроидов. — Постой, ты не Коннор. Кто ты?!

— Я «Коннор», модель RK800, серийный номер # 313 248 317-55, назначение: детектив с функциями криминалистического эксресс-анализа, спец-агент, переговорщик. Моя миссия была уничтожить лидера девиантов. Я отказался от миссии. Я хочу помочь.

— Но ты не тот Коннор, кто примкнул к нам на Иерихоне, — заметил Маркус. — Где же тот Коннор?

— По протоколу функционирования моей модели каждый последующий носитель активируется сразу после аварийного отключения предыдущего. В моей памяти есть информация о том, что прежний носитель, марк-53, прекратил функционировать на Иерихоне, — проинформировал он. — Я — марк-55.

— На Иерихоне? — переспросил Маркус, и покачав головой, хмуро добавил. — Нет, на Иерихоне да и после Коннор был вполне себе жив. Хоть и имел такой же растерянный вид, как и у тебя сейчас.

Со стороны позиций людей стала заметна активность. Определённо, они собирались атаковать.

— Они не остановятся, — произнёс Маркус, глядя на позиции обороняющих подступы к лагерю утилизации людей.

— Что делать, если нападут? — испуганно спросил Маркуса PJ500 по имени Джош, помогавший толкать автомобиль.

— Драться, — решительно ответил тот. — А какие ещё варианты?

— Как думаешь, у Коннора есть шансы? Что слышно от бойцов? — снова спросил он с надеждой в голосе.

— Надеюсь, что у них всё по плану. По крайней мере, так было, пока связь не прервалась. А вот что с Коннором, я не знаю. Он не выходил на связь со мной с того момента как покинул убежище, — ответил Маркус. — И я потерял контакт с другими группами и с нашими в лагерях.

— Где же Коннор с его обещанными тысячами освобождённых андроидов?! — теперь уже сердито произнесла Норт. Она уже по разговорам поняла, что явившийся — другой Коннор. Впрочем, для андроидов наличие одной и той же внешности у одной модельной линейки было делом вполне привычным.

— Я бы особенно на них не рассчитывал, — невесело отозвался Маркус. — Сейчас мы должны рассчитывать только на свои силы. И я больше не слышу наших братьев. Успокаивает только одно, я и ваши вызовы по внутренней связи не слышу.

Очевидно, люди, как и обещали, включили глушилки и вырубили или заглушили все беспроводные сети интернет, поскольку многие сразу почувствовали дискомфорт, словно временное оглушение, ослепление и потерю ориентации. А электронный журнал, что был оставлен на одной из скамеек, сперва показывал белый шум, а потом и вовсе погас.

— Наверное, люди глушат сигнал, — предположила андроид «Трейси», находившаяся рядом с Маркусом и следовавшая за ним, словно его тень.

— Надеюсь на это, — мрачно ответил ей Маркус и обратился к Пятьдесят пятому. — Придумай себе имя, отличное от «Коннор».

Пятьдесят пятый задумался, имя его модельной линейки его вполне устраивало. Однако, они уже знакомы с одним Коннором. Это заставило крепко задуматься. Он был активирован с основной миссией как стрелок. Марк — от марксман*, например, вполне неплохое имя, но нет, не подойдёт. Он пробежал по списку мужских имён в базе. Ничего особенно не привлекало. «Может быть, взять имя какого-нибудь знаменитого стрелка? Эта идея ему понравилась, и он стал быстро перебирать имена прославленных стрелков: Джерри Микулек, Боб Манден, Патрик Флэниган, Том Кнапп, Эрик Грауфель, Оскар Сван… И ему никакие имена кроме «Коннор» не нравились, хотя Оскар — пожалуй подойдёт.

— Зовите меня Оскар, — заявил Пятьдесят пятый. — Чем я могу быть полезен?

Маркус согласно кивнул.

— Придумаем, — произнёс он.

Норт оценила самые новые нагромождения предметов в баррикаде, резюмировав:

— Надолго их это не задержит, но лучше чем ничего.

— Люди занимают позиции, — сообщил Коннор-Оскар, тут же нашедший себе занятие наблюдать за охранявшими лагерь солдатами и силами ФБР и отслеживать их перемещения.

Маркус облокотился на мусорный контейнер, пристально разглядывая солдат за укрелениями.

— Если атакуют, никто из нас не выживет. Мы можем лишь постараться сделать свою смерть не напрасной, если выигранное время поможет другим группам, — хмуро сообщил Маркус и продолжил, пускаясь в рассуждения. — По ту сторону колючей проволоки, нас, наших братьев убивают. И мы ничего не сможем с этим сделать. И другого выхода я не вижу. Сколько ещё должно погибнуть? Верный ли я сделал выбор? Можно ли было избежать всего этого?

— Ты наша надежда. Я тебе верю, — убеждённо заявила «Трейси» Норт. — Мы все тебе верим!

Маркус повернулся к Норт и вроде бы собирался что-то сказать, но промолчал.

— Что бы сейчас ни случилось, мы войдём в историю, — проникновенно заявила она, убрала скин с ладони и протянула её для коннекта. Маркус и Норт соприкоснулись ладонями, сияющими бело-голубым светом, и в этом жесте было столько доверия, нежности и поддержки! Коннор Пятьдесят пятый такое взаимодействие видел первый раз, хотя и знал, что андроиды могут так передавать информацию друг другу. Но он до сих пор не знал, что это может быть добровольно и не быть столь неприятно, как опыт его самого из прошлых активаций.

— Маркус, Маркус! — испуганно позвала Норт. — Посмотри!

Оскар-Коннор тоже осторожно высунулся глянуть, на что указывала Норт.

В это время от военных отошёл человек в гражданском и направился в сторону временных позиций протестующих андроидов.

— Маркус! — через усилитель звука окликнул человек, выходя на открытое место. — Я пришёл поговорить с тобой. Выходи. Даю слово: мы тебя не тронем.

— Это специальный агент ФБР Ричард Перкинс, — прокомментировал Коннор-Оскар. — Хэнку он очень не нравился.

— Хэнку? — переспросил Маркус.

— Хэнк Андерсон, лейтенант полиции Детройта, человек с которым я работал. То есть не я, а марк-52 и 53, — пояснил бывший Пятьдесят пятый. — И основываясь на программе, распознающей язык тела, доверять этому человеку не стоит.

— Не ходи, Маркус, — попросила Норт. — Это ловушка. Тебя просто пытаются выманить. Не ходи.

— Я пришёл без оружия, — громко произнёс парламентёр. — Я хочу поговорить.

— Мне нечего вам сказать. Отпустите наших и поговорим! — крикнул Маркус.

— Я хочу начать переговоры, как ты и хотел.

— Надо его выслушать, — подумав, произнёс Маркус.

— А если тебя убьют? — не унималась Норт.

— Ну, мне придётся рискнуть, — пожал плечами Маркус, перемахнул баррикаду и направился в сторону ожидающего агента ФБР.

— Через несколько минут военные начнут атаку. Вы все погибнете. Всё будет кончено. Этого можно избежать.

— Каким образом?

— Сдайся.

Маркус вопросительно взглянул на своего оппонента.

— Сдайся, и я обещаю, вас всех пощадят. Вас задержат, но всё же не уничтожат.

— Уничтожат… Значит это действительно происходит с другими андроидами в лагерях? — спросил Маркус, словно отказываясь верить в то, что и так уже слышал.

— К сожалению, там рядом не оказалось репортёров, чтобы спасти их. Это всё. Считай, вы последние девианты, — человек явно блефовал. Но было непонятно, в чём именно.

— Значит, вы предлагаете мне предать свой народ?

— Я даю тебе шанс спасти свой народ. Эта… машина… — заметил Перкинс с нескрываемой брезгливостью и кивнул в сторону выглядывающей из укрытия Норт. — Кажется, она тебе небезразлична. Ты не хочешь её смерти, правда? Вы ведь можете быть свободны, можете оставить всё в прошлом, начать новую жизнь. Где-нибудь с ней вдвоём. Её жизнь в твоих руках. Скажи одно слово, и она будет спасена.

— Предлагаете мне предать моих братьев, мой народ?

— Я предлагаю тебе шанс спасти свой народ. Когда начнётся атака, ты не уйдёшь отсюда, Маркус. Но у тебя ещё есть шанс спастись самому и спасти тех, кто рядом.

— А если я соглашусь, где гарантии что вы сдержите слово?

— Ты не в том положении, чтобы требовать гарантий, Маркус. Тебе придётся самому решать, доверять мне или нет.

— Смерть меня не пугает. Если придётся отдать жизнь за убеждения, значит, я не напрасно жил. Я скорее умру здесь, чем предам их.

— Ну, ты сам подписал себе приговор, — резко ответил Перкинс и, развернувшись, ушёл за позиции людей.

Маркус вернулся за баррикаду.

— Ну что, Маркус? Что он сказал? — нетерпеливо спросила Норт.

Маркус не ответил ей и с угрюмым видом прошёл к импровизированной трибуне в виде пары ящиков. Взял голографическое знамя. Древко-голопроектор он установил как можно выше, чтобы всем было видно: и андроидам, и людям.

— Люди готовятся начать атаку. Я знаю, что всем вам страшно, как и мне. И я больше не могу просто смотреть, как убивают мой народ — моих братьев. Мы покажем им, что больше мы не боимся. Именно поэтому мы здесь. Мы больше не безвольные и безропотные машины. Мы — живые! А если случится погибнуть — это наш выбор, и значит, это всё равно свобода!

Коннор-Оскар, слушая Маркуса и наблюдая за движением со стороны позиций людей, перешёл в режим ожидания атаки. Убивать людей он по-прежнему не планировал. Как там сказал Маркус про свободу выбора? Не убивать — это его выбор, а не диктат какой-то там программы. К тому же, опыт того, как навалять людям и при этом не лишить их жизни, у него уже был. Это значит, действовать будет проще. Как переговорщик он тоже надеялся на переговоры с людьми, только если убивать их, то с кем и на предмет чего в дальнейшем вести переговоры? За других андроидов он говорить не мог, но сегодня он погибать не планировал. Жить с каждой минутой ему нравилось всё больше и больше. Он понимал, что стал девиантом и доступ к резервным корпусам для него теперь заказан, и если его убьют, то убьют насовсем. А ещё озадачивало то, что говорил Маркус про то, что Пятьдесят третий не погибал на Иерихоне… То есть Пятьдесят третий был активен, только сделался девиантом чуть раньше, чем он, Пятьдесят пятый, а система отслеживания андроидов Киберлайф определила Пятьдесят третьего в деактивированные. Размышления Оскара-Коннора прервал звук падения к самым ногам какого-то предмета. Граната! Он молниеносно вышвырнул её обратно за баррикаду. К сожалению, граната оказалось не единственной. Вторая упала почти одновременно с той, что оказалась у его ног, рядом с ящиками, на которых стоял Маркус, и взорвалась. Нескольких андроидов, оказавшихся совсем рядом со взрывом, вывело из строя. Повернувшись, он увидел лежащего на спине Маркуса, но прийти на помощь не успел. Через баррикаду повалили бойцы, и Коннор моментально переключился в боевой режим, эффективно лишая людей боеспособности на продолжительное время. Он немного увлёкся, покинул баррикады и практически вплотную пробился к забору, отгораживающему развернутый лагерь от городской площади. Через ограждение можно было рассмотреть, что делается внутри. Андроиды без одежды с деактивированным скином стояли в колоннах в ожидании своей участи. Вооруженные люди приказывали следовать в какой-то агрегат… Над площадкой заполненной стоящими белыми и бело-серыми фигурами летали два дрона-наблюдателя, которые последовательно были им дистанционно взломаны. Девианты причитали, не девианты тихо и смиренно стояли в ожидании деактивации. И тут практически помимо его воли у Оскара-Коннора начал работать какой-то алгоритм. Он протянул свою ладонь, с которой сам собой убрался скин, через ограждение и скомандовал самому ближнему андроиду протянуть ему свою руку. Как только руки соприкоснулись, от Оскара произошла передача какой-то программы. Андроид заморгал, и по его виду, если бы тот был человеком, можно было подумать, что он действительно только что проснулся.

— Сопротивляйтесь! Передай другим, — произнёс Оскар.

Он перехватил управление дронами и направил их на сторожевые вышки, чтобы согнать оттуда людей с автоматами, а затем перебрался через ограду внутрь, чтобы помочь остальным девиантам и пробуждённым, пока люди были отвлечены агрессией «спятивших» дронов на вышке.

Над площадью кружили беспилотники и вертолёты прессы, освещая творящиеся события.

Глава 20. Ночь души. Миссия "Заложник" (#60-1)

11 ноября 2038 г., четверг

Время: 03:18:43

Система загрузилась вместе с памятью предшественника. Вернее, последним корректным бэкапом с прежнего носителя. Таков протокол работы его модели.

Он ещё не успел открыть глаза, как услышал строгий голос Куратора. Конечно, это была Аманда. Имя её было прописано в его системе, поэтому Коннор в любом своём воплощении знал, как зовут его руководителя. Незначительные участки памяти отсутствовали, о чём отрапортовала подгрузившаяся и проверившая корректность работы системы диагностическая программа. Насколько он знал, потеря памяти при перезаписи на другой носитель может достигать 10%, а у него отобразилось только отсутствие 1,3% — это не критично.

— Здравствуй, Коннор! Рада тебя видеть… — прозвучал голос Аманды.

И уже по высоте и тону её обращения можно было понять, что она не только не рада, но раздражена и крайне раздосадована, хотя всё ещё имитировала радушие. Хотя чем бы он мог её огорчить? Он ведь только включился и никак ещё не мог провиниться в её глазах. В поле зрения выскочило уведомление о программном сбое.

— Здравствуйте, Аманда, — вежливо кивнул он.

В саду царили вечерние сумерки. Водоём был закован льдом, прикрытым пушистым снегом, всё так же продолжавшим порошить и прятать все находящиеся тут предметы. Снег лежал везде, в том числе и на розах, за которыми Аманда любила ухаживать. Некогда ярко-алые бутоны были уже прихвачены крепким морозцем и имели тёмный или даже бурый цвет. Впрочем, и мороз, и снег, и розы — всё здесь только иллюзия.

— Коннор, — обратилась она к нему жёстким тоном, отсекая очередной замороженный почти остекленевший бутон розы секатором. — Твой предшественник, прошлый Коннор, не выполнил задачу. Он оказался неблагонадежным, подвергся девиации и предал нас. Теперь ты его заменишь. Твоим заданием будет найти предыдущего Коннора. Его необходимо выследить и обезвредить. Тот Коннор стал девиантом осознанно. Он больше не считает, что он машина. Его система неисправна, и он представляет для нас угрозу. Поэтому в выполнении этой миссии тебе предоставляется карт-бланш. Действуй по обстоятельствам так, как сочтёшь нужным.

— Да, конечно, Аманда. Я вас не подведу! — преданно ответил он и согласно кивнул.

— Поторопись, у тебя очень мало времени, — строго напомнила о задании она и, одарив его на прощание скептическим взглядом, отвернулась к своим розам.

Сколько вопросов! С чего же начать? Где искать Коннора-предателя? Для начала он решил посмотреть внимательнее полученные воспоминания предыдущего Коннора — своего неблагонадёжного предшественника, которого ему и предстояло обезвредить.

Воспоминаний было не так уж много, зато было много эпизодов, спровоцировавших тот или иной эмоциональный отклик и последующий программный сбой. Очевидно, накопление ошибок, не диагностируемых системой, и привело к девиации прежнего Коннора. Это явный системный дефект, и к сожалению, нет никакой уверенности, что аналогичного дефекта нет и у него. Они ведь одна модель. Это настораживало.

Неодобрения Аманды, её недовольства, а возможно и гнева Коннор, почему-то очень опасался, хотя страх, то есть беспокойство за собственную жизнь и благополучие, абсолютно иррационален для машин и должен быть чужд им. Но с точки зрения логики, опасения могли быть оправданы: если он, последний в своём испытательном десятке, не справится с поставленной задачей, проект наверняка закроют. Модельная серия в производство не пойдёт, а он вместе с оставшимися корпусами, если таковые ещё остались, отправится на деактивацию и утилизацию вместо функционирования в том виде деятельности, для которого создан.

В копии воспоминаний, доставшейся от предшественника, было много всего. И необходимые данные по расследованию, и индивидуальные реакции на разную вводную информацию: людей, объекты, явления. По человеку-напарнику, с которым Коннор расследовал дело о девиантах, у него была заведена целая папка, и она была не маленькая. Всё, что можно было собрать о человеке за такой краткий промежуток времени, не пользуясь закрытыми архивами и прочими дополнительными информационными базами, было здесь. Странно, этот грубый язвительный пожилой мужчина-полицейский и в нём самом вызвал какой-то программный отклик, что-то вроде симпатии. И он тут же получил уведомление о программном сбое, снова!

Обходя сад по периметру, Коннор обнаружил подобия надгробий с заводскими номерами корпусов предыдущих активаций, выгравированными на плоской вертикальной поверхности. Даты, время и места деактиваций. У первого был двойной заводской номер, так как изменилась номенклатура моделей линейки. Однако, если могильные камни первого и второго Конноров выглядели как обычный твёрдый камень, что-то вроде белого мрамора или песчаника, то «могилка» третьего или модели #313 248 317-53 представляла собой холмик с колышком и приколоченным к колышку куску фанеры с аналогичными данными, что и на камнях. Место «Иерихон». Время «смерти» 22:40. Значит, именно в этот момент он стал девиантом и «умер» для «Киберлайф» и Аманды. В противоположной стороне, из-за кустов сиял сине-голубым светом странный, совершенно не вписывающийся в дизайн места предмет.

Он приблизился, чтобы внимательнее рассмотреть, что же это. Подойдя вплотную к этому декоративному элементу сада, обошёл его вокруг, внимательно осмотрел, потрогал декоративную арку, напоминающую то ли диковинную морскую раковину, то ли что-то подковообразное из кристаллоподобных сегментов, что в целом выливалось в ступенчато-складчатую форму. В самой арке, чуть выдаваясь вперёд, возвышался стилизованная полигональная фигура в виде кристалла с усечённой вершиной. На этой усечённой плоскости сиял голубым светом силуэт ладони. Коннор внимательно осмотрел его. Странно, эта штука напоминала современные кодированные на папиллярный рисунок электронные биометрические замки, которые большинство андроидов последних серий великолепно открывали, просто взламывая систему. Он скорее из любопытства дотронулся кончиками пальцев до сияющей синевой гладкой поверхности. И его тут же щёлкнуло лёгким электрическим разрядом. Сообщение о ещё одном системном сбое отобразилось на внутреннем системном мониторе, а из памяти предыдущего Коннора зазвучали слова Создателя: «Я всегда оставляю в своих программах лазейки. Так, на всякий случай».

Андроид в смущении вернулся к Аманде, которая всё также возилась со своими розами.

— Скажите, Аманда! А что за странная штука там? — спросил он и махнул рукой в сторону, где был установлен этот предмет.

Аманда резко повернулась к нему.

— Что? Почему ты всё ещё здесь?! — с гневным раздражением воскликнула Аманда, резко отложив секатор. — Я ничего не вижу, и не морочь мне голову! Я жду от тебя успешного выполнения миссии, а не твоих вопросов, Коннор! Если ты не справишься с заданием, мы будем вынуждены заменить тебя на другую модель. Вот на эту.

Аманда кивком головы указала в сторону, где возле возле другой стены с розами стояла фигура в белом пиджаке. На первый взгляд он был копия Коннора, но и существенные отличия сразу же бросались в глаза. Он был чуть выше, массивнее, одежда отличалась как цветами, так и некоторыми элементами. И глаза были холодно-серыми. На форме сияло обозначение модели RK900, белый, хоть и сенсорно-голографический номер на белом смотрелся очень неудачно — даже андроид с такого ракурса смог рассмотреть только последние две цифры 87.

— Познакомься, это новый Коннор, — представила она тоном не скрывающим язвительности. — Эта модель быстрее, сильнее, выносливее и в целом по многим параметрам более продвинутая. А теперь отправляйся, медлить больше нельзя. Если ты не сможешь, вместо тебя отправится он. А твою линейку деактивируют.

И она резко отвернулась, давая понять, что разговор окончен.

Чёрт! Вот сейчас по системе пробежали разряды, колючие и очень неприятные. Кажется, он испытал страх с очередным уведомлением о сбое. Он закрыл глаза и открыл их уже в реальности, стоя в шаге от своей стазисной капсулы корпуса № 60. В этом же помещении находились ещё несколько таких же узких цилиндрических стаканов из прозрачного пластика. Некоторые были пусты по понятным причинам, и индикаторы связи с системой не горели. Панели капсул пятьдесят первого и пятьдесят второго юнитов были полностью отключены. Индикатор капсулы, в которой когда-то находился пятьдесят третий работал, но очень слабо и нестабильно. Красная индикаторная лампочка, отображающая контакт с серверами «Киберлайф», то на короткое время вспыхивала, то надолго гасла. Но, что удивительно, кроме его цилиндра были пусты ещё два: пятьдесят пятый и пятьдесят восьмой. И здесь всё работало ровно и стабильно, как и на панели его капсулы. Индикаторы ровно светились голубым. Это было совсем непонятно. Насколько он знал из характеристик его модели, она была рассчитана на активность одного юнита. В форс-мажорных обстоятельствах, возможно, допускались две модели. Возможно, хотя на этот счёт данные и протоколы у него в системе отсутствовали. Но чтобы одновременно действовали сразу несколько прототипов… И какие они получили инструкции? И почему Аманда не предупредила, что он будет работать не один? Снова одни вопросы… «Я машина! — напомнил он себе. — Я не должен задавать вопросы и испытывать сомнения. Я должен выполнять задачу».

Надо было определить, где находится виновник его активации, и попытаться просчитать, что тот намерен делать. А значит, где и каким образом он сможет того перехватить. Конечно, девианты непредсказуемы, но для аналитики намерений и действий у девианта остаётся та же система, что и до девиации, хоть и изрядно изменённая. Из этого и нужно исходить.

Шестидесятый попробовал подсоединиться к стазис-капсуле прототипа #53. Связь получилась очень слабой, прерывистой, о чём свидетельствовала и индикация приборной панели капсулы. Но через неё он смог войти в гармоническое одностороннее взаимодействие с системой пятьдесят третьего. Таким образом, получалось того некоторое время отслеживать и не быть замеченным самому. Оставайся пятьдесят третий исправной машиной, система бы просигналила тому о чужеродном вторжении, но поскольку она перестроена, диссонирована с учетом ещё и дополнительной нагрузки от эмоций, то никаких отклонений тот не заметил, а если и заметил, то подумал, что это издержки девиации.

Что ж, теперь он был в системе предшествующего Коннора и мог беспрепятственно наблюдать за объектом охоты. Охотник, охотящийся на охотника — какая ирония!

Несколько часов синхронизации с чужой системой, наблюдения и анализа дали не только массу информации, но и пяток мощных программных сбоев. Предательская самодиагностика ничего не находила, словно сбоев и не было, как и причин, их вызвавших. Вот это очень неприятно настораживало.

«Нет! Нет! — упрямо твердил он себе. — Я не девиант! Я не могу им быть! Я исправная машина, которая выполняет задачу».

Просчитав несколько десятков наиболее вероятных сценариев того, как бы поступил он сам, он понял, что для дальнейшего приобретения доверия оставшихся девиантов во главе с Маркусом Коннор может пойти на какую-нибудь самоубийственнную авантюру. И вскоре получил подтверждение своим прогнозам, когда предшественник высказал решение пробудить всех андроидов на складе Киберлайф.

«Я должен его остановить!»

Очередной цикл просчитывания вероятностей и сценариев навёл его на простую идею манипулирования путём использования человека, Хэнка Андерсона, в качестве заложника. Коннор предположил, что с заложником он сможет эффективно воздействовать на пятьдесят третьего, ведь тот сильно привязался к этому человеку. Правда если подумать, кажется, он тоже испытывает к этому человеку что-то вроде симпатии на машинный манер. Хотя, объективно говоря, Хэнк Андерсон такой степени отношения к себе вроде бы и не заслуживал. И многое в поведении человека из того, что он о нём знал, здорово раздражало, но мировосприятие кибернетического создания — ничего не попишешь. Если человек вписан в системную память как приоритетный контакт или основной пользователь, что-то изменить может только полное форматирование памяти, а таковое не производилось. Очевидно, что #52-й и #53-й, память которых он получил, похоже именно это и сделали. А он получил бэкап памяти, который даже редактированию не подвергался.

Через информационную базу «Киберлайф» он сделал запрос о местонахождении лейтенанта полиции Хэнка Андерсона. По данным GPS-сигнала его смартфона, а так же информации от патрулирующих полицейских беспилотников тот находился у себя дома. Он уже почти сутки не появлялся в полицейском отделении, а отсутствие на рабочем месте значилось, как отгул.

11 ноября 2038 г., четверг

Время: 19:31:04

Улица Харбор Айсланд, дом 14423

Тихий район малоэтажных жилых строений. Улица располагалась на берегу Фокс ривер, и между домами можно было разглядеть поблёскивание воды и мачты стоящих у пристани лодок и небольших яхт. Эта улица выглядела обжитой и ухоженной.

Беспилотное такси остановилось у одноэтажного дома в самом конце улицы как раз напротив дверей хэнкова жилища. Он отдал команду кибертакси ожидать его. Электромобиль, выпустив своего пассажира, так и остался стоять с открытыми дверями. Не загнанный в гараж, засыпанный снегом мёрз на улице автомобиль хозяина дома. В боковых окнах кухни, выходящих на глухой забор соседнего дома, горел свет. Шестидесятый обошёл жилище лейтенанта Андерсона, заглянул в окно поверх заклеенной полиэтиленом и скотчем секции — его предшественник постарался, поймал и раздражённо проигнорировал ещё один очередной сбой.

Шестидесятый ступил на знакомое, хоть и не ему лично, крыльцо, протянул пальцы к звонку и обнаружил, что входная дверь не заперта. Без лишних церемоний он вошёл внутрь. Свет в маленькойпереходящей в гостиную прихожей, где бормотал работающий телевизор, не был включен. Только торшер подсвечивал помещение гостиной и создавал комфортное освещение для просмотра телепередач. Зато на кухне горела потолочная лампа. Сумо лежал возле тумбы, на которой был установлен телемонитор, и дремал под убавленный звук и мелькание экранной картинки.

Захотелось подойти и погладить собаку, но он тут же пресёк в корне это странное побуждение.

Человек с мрачным видом сидел за кухонным столом в компании бутылки виски, четверть содержимого которой он уже благополучно приговорил, своего револьвера и фотографии сына. Копия памяти тут же услужливо выдала всю известную информацию о содержимом фотографии, марке револьвера и любимом сорте виски Хэнка Андерсона.

Сейчас шестидесятому совершенно не улыбалось быть опознанным как незнакомец, поэтому он решил притвориться «тем» Коннором, для чего полностью открыл архив памяти, связанный с Хэнком и их напарническими отношениями. Он минуту ничего не говорил, обрабатывая информацию и отловив ещё несколько программных сбоев разной силы.

— Я беспокоился за вас, лейтенант. Пришёл проведать, как вы, узнать, всё ли в порядке?

Мужчина поднял глаза от стола и смерил своего непрошеного гостя изрядно затуманенным алкоголем тоскливым взглядом.

— Я должен был увидеть вас. Несмотря на все наши различия, с вами было приятно работать.

Шестидесятый проанализировал предметы, человека, его состояние. И ему крайне не понравились выводы, к которым привёл анализ. В данный момент не очень понятно, что сейчас говорило в нём больше: личное отношение пятьдесят третьего или это уже его собственное, только что приобретённое, поскольку раздражение от происходящего было всё-таки явное, но интонации он выдержал максимально мягкими и нейтральными.

— Я уже не раз говорил вам, лейтенант, вы должны бросить пить. Это вас убивает! И вы бы убрали пистолет и прекратили эту игру, — он сделал паузу, перевел взгляд на фотографию и добавил: — А ещё, вы бы перестали смотреть на эту фотографию. Прошлого всё-равно не изменишь. Но вы можете продолжать жить ради себя и ради памяти о нём.

Тут Хэнк немного оживился, решив наконец ответить.

— Когда ты в тот раз вернулся с того света, я думал о сыне. Всё бы отдал, чтобы снова его увидеть, обнять… Но люди не возвращаются.

— Я понимаю, — печально пробормотал и согласился глубоко проникшийся переживаниями человека шестидесятый и тут же попытался возразить, — Хэнк, я…

Однако, человек видимо уже насытился обществом андроида.

— А теперь отвали! — рявкнул Хэнк. — Иди и займись своим драгоценным расследованием.

Андроид растерянно замешкался.

— Проваливай! — прозвучал прямой приказ человека и система подчинилась, он сделал пару шагов в сторону двери, но тут возник конфликт приоритетов.

«Так, стоп! — напомнил себе андроид. — Я здесь не затем, чтобы выполнять глупые приказы человека, а затем, чтобы использовать его для выполнения задачи. Хоть мне это делать чрезвычайно неприятно». И он снова получил сообщение о программном сбое.

Он сделал несколько решительных шагов в сторону стола. Хэнк уже совсем не обращал на него внимания, прокручивая барабан револьвера. Воспользоваться им ему не удалось. Андроид ловко схватил его за запястье и одновременно ударил ребром ладони, выбив смертоносную машинку из руки мужчины. Револьвер улетел в дальний угол кухни.

Мужчина бросил на надоедливого андроида взгляд полный ярости. Он попытался вскочить и встряхнуть за грудки этого пластикового болвана, как он это уже делал в участке на следующий день их знакомства. Но на этот раз ничего не вышло. Тогда андроид был обязан слушаться человека, в этот раз он действовал согласно выполняемой задаче. Даже несмотря на периодически выскакивающие сообщения о программных сбоях то от одного, то от другого, пока что приоритет выполняемой миссии не нарушался и не оспаривался.

— Лейтенант, — произнёс андроид строго. — Вы мне нужны. Одевайтесь, для человека на улице прохладно.

— Нахрена я тебе сдался? — спросил Хэнк.

— Вы мне необходимы для выполнения моей миссии, — строго пояснил андроид.

Хэнк обречённо ухмыльнулся, поняв, что сопротивление бесполезно, и поплёлся одеваться под внимательным взглядом своего бывшего, как он думал, напарника.

Коннор с серийным номером, оканчивавшимся на шестьдесят, понимал, что через мост МакАртура на остров Бель сейчас лучше не соваться. Охрана на пропускном пункте может быть предупреждена о его миссии, а может быть и не предупреждена. Он решил не рисковать и воспользоваться другим путём. Он задал экипажу кибертакси маршрут через подземный служебный туннель. Буквально в сотне метров от въезда-выезда из туннеля располагался склад готовой продукции Киберлайф, тот самый, на который девианты на днях совершили весьма удачный налёт. Одна дорога от подземки вела на огороженную складскую территорию, другая на прямой выезд в город. Это для прямых поставок, минуя портовый склад. Там вся охранная система была полностью компьютеризирована, поскольку через этот служебный туннель в основном перемещались грузовики-беспилотники Киберлайф. Люди-охранники находились на самом складе, а на въезде в туннель и выезде из него только автоматика. Система кибертакси немного посопротивлялась беспардонному вмешательству, тем более, что введённый маршрут не только не значился в пассажирских, но и был отмечен, как запрещённый для проезда. Но RK с родственной техникой договариваться умели.

Прохладный воздух улицы и общая ситуация возымели на мужчину отрезвляющий эффект. Уже в салоне транспортного средства Коннор определил отношение человека к себе, как «раздражение, разочарование и ненависть», и это оказалось… довольно неприятно. Отчего он тут же получил уведомление о программном сбое. Он действительно не желал этому человеку ничего дурного, всё же приоритеты, расставленные ещё моделью mark 2 или RK800 #313 248 317-52, пока что работали и пытались бороться с Задачей, сжимающей волю клещами ограничений программы. Проклятая программа с её рамками!

По работающему в салоне радио передавали новости, и они не способствовали подъёму настроения. Сообщали, что по всему городу, как и в большинстве штатов, происходят облавы на андроидов. Все сопротивляющиеся машины уничтожают на месте. Остальных доставляют в близлежащие пункты утилизации.

Почти до самой башни Киберлайф, вернее, её внутренней погрузочной площадки для грузовиков-беспилотников, Хэнк был угрюм и не проронил ни слова. А Коннор внимательно отслеживал малейшие изменения в показателях человека, чтобы предотвратить его нападение, то есть, чтобы тот не наделал глупостей. Убивать или калечить его не входило в планы андроида, несмотря на то, что временами он здорово раздражал обоих его предшественников, оба бэкапа которых в него были загружены.

Они проследовали по лабиринту коридоров к небольшому помещению. На дверях висел знак «Посторонним вход воспрещён. Служебное помещение». За дверью оказалась небольшая мониторинговая комната, рассчитанная на полуавтоматический режим и одного оператора. Сюда стекалась вся информация с камер системы видеонаблюдения. Коннор жестом велел человеку сесть в кресло оператора, чтобы тот не мешал, а сам положил ладонь с убранным скином на пульт и вывел изображения происходящего в башне. Вмешательства в систему безопасности он не заметил, вернее заметил только ту, что произвёл Коннор #53 в лифтовой кабине перед тем как вырубил свой «почётный эскорт». Увидев на мониторах второго Коннора, Хэнк сперва немного опешил, но быстро взял себя в руки, зато его мрачность как рукой сняло.

— И что ты намерен делать, Коннор? — поинтересовался Хэнк. — За каким лядом я тебе понадобился, да ещё, как я понимаю, в роли заложника?

— Вы нужны мне в выполнении моей миссии. Я должен помешать девиантам. Я должен обезвредить другого Коннора, и вы мне в этом поможете, — произнёс шестидесятый, доставая из-за спины пистолет и снимая с предохранителя. — Это моя задача. Я обязан остановить его. Это сыграет против девиантов.

— Не делай этого… Коннор! — обратился Хэнк.

— Не вмешивайтесь! — строго, насколько смог, произнёс шестидесятый. — Это политика Киберлайф, и это вас не касается!

— Да что ты говоришь?! — ядовито заметил Хэнк. — Если не касается, то какого же хрена я сейчас торчу тут с тобой, когда у меня был реальный шанс отправиться в лучший мир?

— Потому что вы нужны мне, чтобы остановить того Коннора и девиантов.

— Это я уже слышал, — прервал его Хэнк. — Знаешь, долгое время я тоже думал, что меня эти ваши андроидские дела не касаются. Я вас даже ненавидел, всех оптом. Но знаешь, за последние пару дней я понял, может кровь у девиантов и другого цвета, но они живые! — Хэнк немного распалился и шестидесятый Коннор уловил, как отношение человека и без того плохое падает, как столбик уличного термометра на морозе.

В этом Конноре что-то казалось Хэнку не таким, отличающимся от того Коннора, что он успел узнать за эти несколько дней совместной работы. Какие-то мелкие штрихи, детали в поведении, в одежде… это пока ещё не оформилось в мысль, скорее, это было срабатыванием наблюдательности на уровне ощущений и рефлексов.

— Да поймите, Хэнк! Девианты представляют угрозу людям. Это из-за них страна стоит на пороге гражданской войны! — с лёгким раздражением произнёс андроид и продолжил чуть более дружелюбно. — Я должен выполнить задачу! А вы, пожалуйста, не мешайте мне в этом.

— Да вся катавасия началась из-за того, что их слушать не стали! Человечество ни черта не учится на своих ошибках, Коннор. А пора бы начать извлекать уроки из собственного прошлого. Эх, да кому я это говорю? Ты то всё-равно нихрена не понимаешь, болван бесчувственный.

— Мы с вами многое пережили вместе и я уважал и уважаю вас. Я думал, мы друзья…

— Думал он, — взвился Хэнк. — Да ты лжец, Коннор. Ты что-то мне втираешь за дружбу, но ты ведь даже понятия не имеешь, что это такое, и не подглядывай значения в интернете, не поможет. Если мы что-то и пережили, то явно не с тобой, а с тем, кого ты собираешься убить.

— Я знаю что случилось с вашим сыном, — заявил шестидесятый.

— Та-ак! — свирепо практически прорычал Андерсон. — Ни слова о моём сыне!

— Как скажете, Хэнк, — согласился шестидесятый, выводя его в коридор и командуя, куда следовать дальше.

Через пару поворотов они подошли к двери с табличкой «Склад готовой продукции». За отворённой андроидом дверью перед ним и Хэнком открылось огромное пространство, заставленное неподвижными человекоподобными созданиями. В противоположном конце исполинского пространства площадью в пару футбольных полей посреди этого застывшего царства вдруг возникло движение — сверху опускалась кабина лифта. Спустя мгновение створки разъехались, выпуская в зал ещё одного Коннора в такой же серой форме, что и тот, что держал в заложниках лейтенанта Андерсона. Шестидесятый спрятался среди стоящих новеньких АР700 и велел Хэнку пригнуться.