Человек-паук: История Питера Паркера.

Глава 1

Стейси на какой-то миллиметр разминулась с плечом парня, чудом избежав столкновения и не рассыпав стопку книг, держащих в руках. Парень же, едва обратив внимание на нее, поспешил скрыться в школьном коридоре, оставляя девушку зло сверкать глазами, позади.

Это уже походило на какую-то очень несмешную шутку. Шесть раз! Шесть проклятых раз, она пыталась врезаться в Паркера, и каждый раз, он умудрялся убраться с ее пути, так и не задев. Даже сейчас, когда был полностью поглощен чтением книги! И как он так только умудряется?! Это что, какой-то секретный навык ботанов?!

А всего лишь нужно было, чтобы он коснулся ее, пусть даже слегка! И тогда, она картинно уронив учебники, слегка вскрикнет, привлекая его внимания. И тем самым вынуждая его помочь собрать их. Собрать и донести до личного шкафчика. А дальше, слово за слово, легкая улыбка и глядишь контакт установлен. Уж что-что, а в своём обаянии Гвен не сомневалась. Правда получалось только тогда, когда очень это хотела.

Это могло показаться не самым умным планом, но Стейси будучи дочерью капитана полиции, как никто знала насколько действенным бывает чувство вины. Даже мнимой и столь незначительно. Если конечно уметь им пользоваться. И не то чтобы самой девушке нравились подобные манипуляции, но… других идей, как пробить броню Паркера, у нее уже не было.

Парень оказался очень закрытым человеком, можно даже сказать асоциальным. Еще в свой первый день перевода в школу Мидтауна, ей “повезло” оказаться с ним на соседних местах в школьном автобусе. Будучи по натуре своей активной, Гвен сразу попыталась познакомиться с неожиданным соседом, но натолкнулась на тотальное игнорирование. И только спустя пару минут ее активной жестикуляции, Паркер соизволил показать пальцем на воткнутые наушники. При этом даже не попытавшись их снять!

В общем, первое впечатление о нем создалось весьма неприятным. Вторая встреча, когда учитель представлял ее классу, в котором учиться и этот хам, оказалось не лучше.

Обладая светлыми волосами со стрижкой под каре, с необычайно насыщенным голубым цветом глаз, и уже сформировавшийся, пусть и не выдающийся, но все же правильной и гибкой фигурой, Гвен очень точно знала какое впечатление производит на незнакомых парней… и некоторых девушек. Некоторые конечно пытались строить из себя крутых ребят, но даже у них, она могла разглядеть искорку интереса, стоило ей смущенно улыбнуться и заправить прядь за ухо.

Кроме Паркера. Местного, как она выяснила потом, гения. Не то чтобы ее это сильно задело, все же самолюбования в девушке было не слишком много, но где-то внутри все же неприятно поскребло от столь явного пренебрежения.

Новые одноклассники, обступившие ее на перемене, ясности картине не добавили. Будучи лёгкой в общении, ее быстро приняли в свое общество, что позволило узнать не только последние школьные новости, но кто что из себя представляет. Ну да Паркер, ну да всегда в наушниках, нет, вроде бы не аутист. Отношение к нему окружающих было… никаким. Его словно не существовало. Его не замечали, не пытались приставать как к другим ботаникам. С ним даже никто не здоровался. Он был просто никому не интересен.

Покрутившись среди сверстников еще, она сделала очевидный вывод, что общаться с ним определенно не стоит. Очередной заучка, который слишком зациклен на науке, чем на окружении вокруг. Не то чтобы это было плохо, но… Он явно не тот человек, с которым интересно общаться. Что-то внутри конечно царапнула своей неестественностью в его поведении, но Гвен с легкой руки махнула на это рукой.

Таким образом первое неприятное впечатление усилилось и превратилось в устоявшиеся. Поэтому Гвен повела себя, как и все вокруг - начала просто игнорировать парня. Тем более, это оказалось на удивление весьма легко. Правда, только до определенного момента.

В средней школе Мидтауна, была уникальная лаборатория профинансированная университетом Эмпайер Стейт. И в первую очередь, весьма дорогостоящим биохимическим оборудованием, доступным не каждому колледжу, не то что обыкновенным средним учебным заведениям, коей была школа Мидтауна.

В статье, на которую наткнулась в свое время Гвен, было написано, что сам доктор Коннорс, весьма известный генетик, был впечатлен талантами школьной команды на какой-то из прошедших олимпиад, и помимо внушительного приза за первое место, решил еще и таким образом простимулировать новое поколение ученых. Оставался правда вопрос, откуда у обыкновенного ученого, чьи изыскания обычно оплачиваются инвесторами, нашлись средства для такого подарка, но его девушка отмела как несущественный. В конце концов, Коннорс мог и не из своего кошелька делать такой подарок, а подобный жест, как и многие другие были пиар ходом для кого-то из его спонсоров.

Честно говоря, именно лаборатория, стала причиной перевода Гвен. Нет, безусловно, и тот факт, что ее отца, капитана полиции перевели на новое место, тоже имело место быть. Но перевели его в довольно оживленный район Нью-Йорка, и школа Мидтауна была не самым оптимальным вариантом среди других школ. Были заведения и поближе, и, честно говоря, посолиднее. С ее оценками не было никаких проблем поступить туда. Но Гвен смогла переубедить отца, что именно здесь она сможет закончить среднее образование наилучшим образом, приведя целую череду логических аргументов. Сыграл тут и тот факт, что со смерти матери и постоянной перегрузкой работы отца, Стейси уже давно была более чем самостоятельной девушкой, и отец привык доверять ее решениям. Ну, большинству из них. К тому же, капитан Стейси, хоть и знал о проблемах взросления подростков - не имел ни малейшего понятия, как вести себя с вбившей себе в голову какой-либо идеей, дочь. Что с ее рок-группой, которой почему-то нужно было репетировать обязательно в их гараже, то с желанием посещать курсы самообороны, основанные при их полицейском департаменте, то хождение на художественную гимнастику, несмотря на “поздний” возраст и сопутствующие этому виду спорта травмы. На этом фоне, желание самой выбрать новую школу был почти незаметно.

Гвен не была заучкой. Да и к любой научной деятельности относилась скептически - предпочитая живое общение скучным трактатам точных наук. Но это не делало ее глупой. У неё всегда были отличные оценки, и любые предметы ей давались значительно легче, чем остальным. Но слишком живой характер, непоседливость и жажда приключений не позволяла ей рассматривать любую будущую профессию чертами которых являлись бы въедливость, усидчивость и терпение.

И все же лаборатория ей была необходима. А если быть точным - биохимический анализатор. Анализатор и еще куча университетских книг по химии. Для начала, во всяком случае. Проблем с книгами не было - купить учебники было довольно просто. А в вот с лабораторией…

Свободный доступ к этой лаборатории имелся только у учителей. У учителей и… Паркера. Как оказалось, доктор Коннорс особенно отметил этого “талантливого юношу”, чьих родителей когда-то знал. Широкий жест, ведущего ученого администрация школы оценила. И намек уловила. Да и поведение парня разительно отличалось от сверстников в лучшую сторону, поэтому директор школы с легким сердцем позволила столь талантливому ученику иметь полный доступ к столь дорогостоящему оборудованию. А заодно, и скинув на него все административные вопросы по работе в лаборатории во внеучебное время.

И вот теперь, Гвен вынуждена увиваться за этим муд… парнем, чтобы получить столь вожделенный для нее анализатор. А если в процессе, она еще и сможет получить умника, который поможет ей расшифровать результаты было бы идеально! И пусть подобное не очень эстетично, и за это ее немного терзала совесть, привыкшая к прямолинейности Гвен успокаивала себя мыслью, что все это на всеобщее благо. В конце концов, от этого никто не пострадает, разве что кроме гордости самого Паркера. Но она же не собирается его соблазнять и давать ложные надежды! Так, пару касаний, легкий флирт - этого хватит. И вообще он сам виноват! Ведь просто подойти к однокласснику и попросить доступ, оказалось неожиданно сложно.

Во первых, он так и не снял наушники. Как только звенел колокол, он доставал их, втыкал в уши, и больше ни на что не реагировал. Когда она жестом попросила его их снять, он просто помотал головой, и уткнулся в книгу. Она даже подумала, что он за что-то на нее обиделся, если столь явно игнорирует девушку (симпатичную, между прочим!), но нет. Оказалось, это его естественно поведение со всеми, кто ему был не интересен. Чертов эгоцентрик!

Во вторых, подкатить через других ботаников, благо на параллели их было несколько, не получилось. С ними самими, она то как раз легко договорилась, благо они как раз таки вполне нормально реагировали на подошедшую к ним знакомиться красивую девушку. Заикались конечно немного и тормозили, но это так - делу не мешало. Но Паркер и с ними не особенно общался. И по их же просьбе, отказался давать доступ к оборудованию, без существенного обоснования. Сами же ботаны не имели реальных проектов, чтобы попытаться перепрыгнуть через голову Паркера, и получить доступ у учителей. Нет, они безусловно попробовали, но… неудачно. Она и сама пыталась закосить под работу над научным проектом по химии, но мистер Браун отправил ее все так же к Паркеру, как к человеку, который может ей помочь. Чего она конечно делать не стала. Все же хватило ума понять, что рассчитывать на лень одноклассника вникать в ее псевдопроект, в отличие от вышеупомянутого учителя, не приходится. А делиться настоящей причиной необходимости в анализаторе, она не хотела. Уж больно личным был секрет. Да к тому же и не ее.

И в третьих… Замки в лабораторию стояли отнюдь не простые. Несколько отчаявшись, Гвен решила просто проникнуть в помещение ночью, благо определенный опыт вскрытия замков уже был (хотя конечно, узнай отец как она использовала полученные от него знания, ей было несдобровать), но оказался бесполезен. Помучившись около часа, девушка была вынуждена признать поражение и здесь. Все же глупо думать о том, что директор не позаботиться о нормальных замках для весьма недешевого оборудования. Даже окна лаборатории и то, были оснащены сигнализацией. В отличии от всех остальных окон школы.

Вот и получалось - что единственный доступный ей способ попасть в лабораторию, лежал через этого социопата. И сейчас, Стейси вынуждена смотреть в сторону вновь ушедшей добычи, раздраженно сжимая осточертевшие ей книги.

***

Спустя месяц, Гвен отказалась от идеи “неожиданного знакомства”. Естественно, из-за непробиваемости парня. Впрочем, сдаваться она не собиралась.Просто из активной фазы действий, перешла к фазе пассивной - ожидания удобного момента.

Удача Стейси улыбнулась неожиданно. Паркер уезжал на очередную конференцию. За прошедшие три месяца, с момента ее поступления в школу, он исчезал довольно часто, но только сейчас она случайно услышала его разговор с учителем о предстоящей долговременной отлучке.

План вспыхнул в голове мгновенно. Ключ от лаборатории, как она уже знала за время своего сталкерства, Паркер носил всегда с собой. Но вот на время отлучки, он скорее всего оставлял ключи в своем школьном шкафчике. Открыть который не было никогда, ни для кого проблемой. И если раньше ее останавливало только хаотичное поведение Паркера, который мог завалиться в лабораторию даже ночью(повезло с ним разминуться, когда она еще надеялась взломать электронный замок в лаборатории), то теперь она могла быть уверена, что его не будет!

С нетерпением дождавшись заветного дня, девушка приступила к реализации плана. Прокрасться ночью в школу - не было особенно трудно, как влезть в заботливо оставленное открытое окно. Пройтись с фонариком, освещая себе путь - школьные коридоры часто были изолированы от окон, и разглядеть что-либо без света было довольно сложно. Уже не говоря о поиске нужного тебе номера шкафчика. И преодолеть легкий мандраж, поддевая металлическую дверцу.

Внутри было… неожиданно скучно. Учебники, сменная обувь, тетради да ручки. Ни тебе фотографий с друзьями, ни брелков, ничего что хоть как-то могло охарактеризовать Паркера. Вот уж действительно - образцовый ботан. Едва заметно вздохнув, девушка потянулась за ключами, аккуратно висящими на внутренней стороне дверцы. Она не ошиблась!

Дверь лаборатории приветливо мигнула зеленым огоньком, открываясь с тихим щелчком. Не решившись включать свет в помещении, чтобы не привлекать ненужного внимания, Гвен чуть ли не на цыпочках вошла в лабораторию. Все же, ее теперешняя выходка мягко говоря выходила за пределы обычного хулиганства. И девушка сильно сомневалась, что даже отец, обычно смиренно переносящий ее выходки, в этот раз будет на ее стороне. Так что лучше лишний раз не рисковать - для работы ей хватит и небольшого фонарика, прихваченного с собой.

В центре кабинета стояли ученические парты - отличавшиеся от обычных только шириной, чтобы удобнее было ставить лабораторное оборудование. У ближайшей стены, справа от двери, - располагались шкафчики для хранения этого самого оборудования - склянки, колбы, газовые горелки и прочее. С другой стороны кабинета, возле стола преподавателя, располагались холодильники для хранения реагентов, и столь вожделенное специализированное оборудование.

Разобраться с оборудованием было не сложно. На практических занятиях, они уже использовали анализаторы, для весьма простых манипуляций. И хотя перед ней стояла куда более значительная задача, начинать надо было с чего-то простого. Например, с определения основных веществ, из которых состоял образец. Ну, тут было все легко - сначала аккуратно разморозить собранный материал и пока он не растворился, засунуть его в машину. Потом подождать минут пятнадцать, пока анализатор проведет стандартные процедуры, и получить распечатанный листок бумаги с результатами.

Пятнадцать минут - это очень немного, но для Гвен, эти минуты показались вечностью. И когда же показался вожделенный листок бумаги, она с радостью ухватилась за него, чуть ли не силком вырывая из оборудования. Подсвечивая себе фонариком, девушка принялась вчитываться в сухие, немногочисленные строчки текста.

Белок, обогащенный глицином, аланином и серином. Ну, это было ожидаемо. А вот причем здесь триптофан и изолейцин, было уже непонятно. Впрочем, последующие за ними знаки вопроса в таблице описаний аминокислот, наводили на совсем уже странные мысли. То ли то, что их просто не было в базе данных анализатора, то ли то, что машина просто не смогла их правильно “разбить” на составляющие.

Не то чтобы Гвен сомневалась, что паутина Человека-Паука будет простой и понятной, но ей и не нужно было понимать досконально каждую молекулу! Только общий принцип! А как его понять, если половина состава даже не определена?!

Может, если настроить анализатор более узконаправленно, она сможет расшифровать хоть какую-то часть? Правда, теперь задача кажется еще более масштабной, чем виделась ранее. В химических анализаторах Гвен не особенно разбиралась.

Да уж, универсальный инструмент дружелюбного соседа всего Нью-Йорка, вызывал восхищение. Гвен своими глазами видела, как паутиной Человек-Паук сдерживал Ящера, который ранее буквально разорвал руками наброшенную на него металлическую сетку как мокрую бумагу! Паутину Ящер правда тоже порвал, но возился он с ней значительно дольше, чем со спецсредством полиции.

Печально взглянув еще раз на результат теста, Гвен вздохнула. Ну что ж, это как минимум объясняет почему полиция так и не взяла на вооружение данную смесь. Перевела взгляд на мигающий индикаторами анализатор. И еще раз вздохнув, подсвечивая фонариком принялась детально изучать машину.

Внезапно свет в помещении неожиданно включился, на мгновение ослепив Гвен. Рефлекторно испуганно отскочив от машины, девушка врезаясь копчиком в позади стоявшую парту.

- Мисс Стейси? - ровно произнес Паркер, с едва заметной насмешкой глядя на запаниковавшую девушку.

- Эм… Привет? - смущенно запустила девушка руку в волосы, второй скрытно потирая пострадавшее место - ты же должен быть на конференции?

Паркер вопросительно поднял бровь, заставив Гвен мысленно застонать - то же надо так глупо подставиться!

- А я тут, проект делаю… - сделав непричастное лицо, произнесла Гвен.

- В два часа ночи? - ровно прозвучал голос парня.

- Ну да, - как можно более очаровательно улыбнулась блондинка, но получилось скорее неловко, - ночью никто не мешает. Ни учителя, ни… одноклассники - бросила на парня острый взгляд Гвен.

- В лаборатории, в которой у тебя не должно быть доступа? - с едва заметной иронией продолжил Паркер.

- Дверь была открыта, вот и решила заглянуть кто тут - старательно удерживая лицо, выдала девушка.

- Поэтому использовала фонарик, а не включила свет?

- Хотела застать злоумышленника врасплох!

- Но застали врасплох тебя? - иронично улыбнулся уголками губ парень, проходя внутрь кабинета.

- Ага… но раз все решилось, может, ты просто забудешь что увидел меня здесь? - обреченно предложила блондинка, уже мысленно прикидывая как ей придется выкручиваться перед учителями за проникновение со взломом, мысленно продолжив - в конце концов, если бы кто-то был нормальным человеком, а не законченным социопатом, всего это было бы не случилось!

Пронзительный взгляд карих глаз задержался на ней, как бы оценивая правдоподобность абсурдного аргумента, заставляя Гвен задержать дыхание.

- Хорошо - простой ответ Паркера застал девушку врасплох.

Неверяще смотря на отвернувшегося от нее парня, что скинув сумку на одной из парт, направился к лабораторному столу.

- …Так просто?! - ошеломленный крик души Гвен, вышел неожиданно громким, даже для нее самой.

Глава 2

- С учетом того, сколько ты прилагала усилий, чтобы сюда попасть… - пожал плечами Паркер, - я бы удивился, если сегодня тебя не застал.

- Ты... ты меня специально игнорировал?! - взвилась девушка, мгновенно забыв о любой неловкости.

Ответный и неожиданно жёсткий взгляд парня сбил, поднявшийся было воинский настрой девушки.

- Ээээ, забудь - смешалась Гвен, не зная куда себя деть, от столь пристального внимания. Впрочем, Паркер и не думал продолжать ее смущать, и уже через мгновение отвернулся к столу.

В этой неловкой тишине, прошло несколько минут. Паркер доставал какие-то приборы, обыденно щелкал кнопки на оборудовании, подготавливая для своей работы, пока Гвен стоя позади откровенно мялась. Уходить совсем с пустыми руками ей не хотелось. А оттереть в сторону от оборудования парня, ей явно не удастся. Да и вероятность наэксперементировать что-то вслепую, теперь оценивалась ею как невероятно низкая…

- Может, ты мне поможешь? - с нехарактерной робостью задала вопрос Стейси, скрещивая пальцы за спиной на удачу.

- Нет - прозвучал равнодушный ответ Паркера, даже не удосужившись развернуться. Тьфу, ботан.

- Ну и ладно - разочарованно протянула Стейси, - ну я могу хоть приходить сюда?

- Нет - так же ровно прозвучал ответ, - думаю одного раза уже более чем достаточно.

- Эй, не будь таким засранцем! - вскинулась Гвен, - мне действительно нужна лаборатория!

- Зачем?

- Для университетского проекта! - с апломбом выдала заготовленную отмазку девушка.

- Я могу взглянуть? - чуть развернул голову в ее сторону парень.

- Н-нет! - слишком поспешно открестилась девушка, - тем более там все очень сложно, ты вряд ли поймешь!

- Ты секунду назад просила о помощи, - напомнил ей Паркер.

- Д-да, но… не с совсем проектом, а только конкретной его частью! Вот, смотри! - поспешно впихивая листок выданный прибором этому очкарику. Тот на удивление не стал противиться.

- И что ты собираешься с этой субстанцией делать? - поднял глаза от листка бумаги Паркер, краем глаза замечая как Гвен прячет колбу с образцом за спиной.

- Пока еще не знаю, - наигранно запустила руку в волосы девушка, - для начала я хотела бы его просто воспроизвести.

- У тебя не получится - равнодушно отвернулся обратно к своему столу Паркер, - не со здешним оборудованием. Не зная основных составляющих этой субстанции, все что ты можешь сделать, это пытаться найти их брутфорсом.

- Брутфорсом? И разве анализатор не должен как раз таки показать мне отсутствующие элементы? - удивленно повторила Гвен.

- Нет, их слишком много в этом мире, чтобы даже какой-нибудь суперкомпьютер смог просчитать все возможные варианты. Поэтому в твоем случае ты можешь воспользоваться простым перебором всех возможных соединений - с едва различимым вздохом отозвался парень.

- Это же займет вечность! - всплеснула руками девушка, - а как-нибудь побыстрее нельзя?!

- Если было бы можно, то паутиной человека паука сейчас бы пользовались все, а не только он - равнодушно обронил Паркер, заставив Гвен замереть.

- П-паутина? - ненатурально удивилась Гвен, резко занервничав, - а я и не зна…

- Не ты первая, кто смог сохранить образец и попытаться его воспроизвести - пожал плечами парень, прервав ее - правда никогда бы не подумал что распад этой субстанции предотвратит обычное мороженное.

- Это случайно получилось - сдавшись, буркнула девушка, - я не виновата, что он стреляет свой паутиной куда не попадя!

Парень усмехнулся, будто смешной шутке.

- И что, никаких шансов? - разочарованно протянула Гвен.

- Как я и сказал ранее - скучающе произнес Паркер, отдавая ей листок, - теперь если твой “университетский проект” закончен, ты можешь быть свободна.

- А может… - начала была девушка.

- Нет.

- Но вдруг…

- Нет.

- Но все-таки…

- Нет.

- Ты даже не слушаешь меня! - топнула ногой Гвен, - что мешает нам попытаться?

- Нам? - иронии в голосе не заметил бы только глухой.

- А тебе что не интересно? - даже не подумала тушеваться девушка, - представь себе что мы можем сделать сумев создать столь тонкую и прочную вещь! Она прочнее стальных тросов, и легче их же в разы!!!

- И что же? - чуть развернувшись искоса посмотрел на ее Паркер.

- Ээээ… - внезапно сбилась и замялась Гвен, - ну помочь миру там… разбогатеть может быть..?

- Ваши мечты не реализуемы, мисс Стейси - почти равнодушно с какой-то ноткой разочарованности прозвучал ответ Паркера.

- И все же я попробую! - вызывающе ответила девушка, - не в моих правилах сдаваться, даже не попробовав!

- Дело ваше - пожал плечами парень, - но не в этой лаборатории.

Гвен на мгновение лишилась дара речи.

- Это мы еще посмотрим! - сжав губы зло прозвучал ее голос, - чтобы ты себе не навоображал, это лаборатория принадлежит школе, а не тебе!

Парень развернулся к столу, начав включать какие-то приборы, игнорируя прожигающий взгляд блондинки. Громко фыркнув, Гвен направилась к двери.

- Вы забыли кое-что - остановил ее голос Паркер заставляя Гвен раздраженно обернуться.

- Ключи - устало выдохнул парень, глядя в гневное лицо девушки.

Чуть покраснев, Гвен со всей силой швырнула их на учебную парту.

***

Гвен понадобился добрый час, чтобы хоть немного успокоиться. Все же этот надутый засранец сумел разозлить. Не хочет помогать - не надо! Но зачем быть засранцем и не давать доступ в лабораторию то?! Можно подумать, она может эти приборы сломать! Нет, технически конечно может, тут же поправилась Гвен, вспомнив устроенный ею небольшой пожар в прошлой школе, но это точно будет не специально!

А это “мисс Стейси”? Бррр… он что, учителем себя возомнил? Индюк надутый. Блин, учителя… То, что он не стал устраивать истерику сейчас, конечно говорит ему в плюс, но это же не значит, что он не пожалуется на то, что она взломала его шкафчик!

Гвен поёжилась, получать выговор ей не хотелось. Особенно после того как обещала отцу вести себя прилично, если он согласится отправить ее в школу Мидтауна. Не то чтобы отец ей прямо поверил, или стал бы как особенно ее наказывать, но и простого осуждающего взгляда ей бы хватило. Ненадолго правда, пока хулиганистая натура вновь не проявит себя, и тем не менее - приятного мало.

Стоп. Хватит себя накручивать - в этой ситуации она ничего сделать уже не может, да и, честно говоря, знала на что она шла. А получит выговор - ну значит получит. Чай, уже не ребенок, и вполне себе принимает ответственность за свои поступки. И раз так, то стоит сосредоточиться на том, что действительно важно.

Паутина. Да, сейчас, после слов Паркера, она действительно осознала свою некоторую наивность - глупо было думать, что у нее получится враз повторить столь чудный инструмент, да еще и на школьном оборудовании. Но сдаваться, как и сказала этому ботану, она не собиралась. Во первых, она все таки продолжит пытаться расшифровать ее состав. В конце концов, даже дуракам везет - должно повезти и ей. А упертым и красивым блондинкам, везет вдвойне! Там где не помог один ботан, помогут другие! А во вторых… есть другой, более надежный способ получить Паутину.

***

Отвернувшись от двери, Паркер вернулся к оборудованию. И пусть он ошибся в причинах интереса одноклассницы к лаборатории, нельзя сказать что истинная причина его порадовала. Впрочем, не она первая и вряд ли последняя. Хотя, наверное, это была самая несуразная попытка своровать его разработку. И хотя парень не верил, что ей удастся таким способом добиться хоть чего-нибудь - уж больно непрофессиональный подход, давать даже столь маловероятную возможность он не собирался. Правда, была и основная причина, по которой он не хотел, чтобы лабораторией пользовался кто-нибудь еще во внеучебное время.

Жаль, что Коннорс пока еще не сумел выбить ему место в университете. Тамошнее оборудование не чета текущему, и его исследования пошли бы в разы быстрее. Изначально план был именно таким, но жизнь внесла свои коррективы, показывая всю неторопливость и откровенную прозаичность бюрократического механизма в отдельно взятом университете, где всемирно известный ученый, не может просто так взять понравившемся ему стажера. Особенно, если это неизвестный никому школьник. Университет Эмпайер-Стейт очень щепетильно относился к подобному фаворитизму, вполне справедливо опасаясь за свою репутацию открытого и равного отношения ко всем своим сотрудникам и студентам.

Профессор обещал с этим разобраться, но так как дело не выглядело простым, был найден компромиссный вариант с этим “подарком” для школы. А Питеру, помимо доступа к оборудованию, досталось и головная боль в виде создания себе репутации “юного дарования”, в определенном кругу. Так что помимо своих собственных проектов и расследований, Питеру приходилось тратить теперь время еще и на научные изыскания. И не то чтобы ему это не нравилось, видимо любовь к науке передалась ему от погибших родителей, чьи имена были довольно громкими в узком кругу, но сам факт траты и так своего небольшого количества времени изрядно раздражал.

Несмотря на свою “карьеру”, сегодняшний вечер, как и множество последующих, Питер намеревался потратить отнюдь на не науку, а на нечто более приземленное -на его основное призвание. Маленький флакончик, яркого желтого цвета на улицах стали называть “шанхайское такси”. Столь странное название, он получил из-за ассоциации с цветом и непредсказуемыми последствиями. Очередной синтетический наркотик, один из обилия новых, что заполнили рынок в последнее время, не должен был привлекать внимание, и, тем не менее, был слишком непохож на все остальные.

Во первых, найти его было крайне сложно и стоил он относительно дешево. Его отдавали едва ли не за спасибо! Очень нетипичное поведение для нового товара на рынке. Чаще всего новый вид наркотиков действительно распространялся бесплатно, но массово - чтобы привлечь новых покупателей.

Во вторых, его отдавали только “постоянным покупателям”, что тоже шло вразрез с общепринятой практикой. Новый наркотик легко продавать именно новым людям, так как уже состоявшиеся наркоманы имеют свои предпочтения, и не так уж часто их меняют по вполне очевидным причинам.

В третьих тот самый непредсказуемый эффект. Кайф может быть разным - от повышение чувствительность всех органов чувств, ощущения экстаза, до галлюцинаций и состояния ужаса. Вот чего наркотик точно не должен делать, так это вызывать неукротимую ярость вместе с кратным повышением физической силы.

О самом наркотике Паук узнал прослушивая полицейскую частоту. Дело это было конечно неблагодарным, уж больно много лишней информации и откровенной бытовухи проскакивало там - от обычных семейных драм, до информации по угонам и кражам. Эти преступления Паук пресечь никак не мог. Тем не менее попадались и вот такие жемчужины - информация с улиц. Жаль только, что слушать частоту приходилось почти постоянно, из-за чего парень вечно ходил в наушниках.

А вот о способах распространения пришлось узнавать лично - достать тестовый образец оказалось весьма непросто. На нарика похож он не был, и просто купить с рук, у него не получилось.Пришлось долго и нудно отслеживать все это в ночных клубах, благо с их потолков открывался замечательный вид. А яркий свет лазерных проекторов обеспечивали почти стопроцентную невидимость.

Сейчас, имея на руках образец и смутное представление об его эффектах, Паркеру предстояла непростая задача - разобраться в составе этого вещества, его активных компонентов, и понять какую же роль по задумке создателя, этот наркотик должен был сыграть. Ибо как подсказывал его опыт, именно подобные вещи могли иметь самые паршивые последствия для города, и не только его самой темной части.

Глава 3

Старый мотель, расположенный в пригороде Нью-Йорка, с незапоминающимся названием, был классическим пристанищем для опустившихся на самое дно людей. Наркоманы, что еще не до конца потеряли свой человеческий облик, проститутки, потерявшие былую свежесть и красоту, сутенёры-неудачники, не имеющие ни мозгов, ни связей, чтобы устроиться получше, и столь же недалекие дилеры, упорно пытающиеся добить живущую здесь публику.

- …Акции корпорации Оскорп взлетели на пять пунктов, после утечки успешных результатов одного из фармакологических отделов компании. Утечка промежуточных результатов позволила нам узнать о клинически успешных экспериментах нового нейромодулятора, призванного… - голос диктора тихо доносился из старого, мерцающего телевизора. Включать звук громче было чревато - с такими тонкими стенами, даже обычная речь в комнате, привлекала к себе внимание всех соседей. А никто из здесь живущих, не хотел привлекать к себе никакого внимания.

- Ааах… - раздался равнодушный голос женщины за стеной, призванный симулировать страсть. Ночные бабочки и их гости были единственными кто был исключением, - ааааах…

Слегка сморщившись от столь резких звуков, мужчина вновь перевел свой взгляд в телевизор. Он сидел на кровати, ибо в таких дешевых номерах не предусматривались не то что кресла, но даже каких-нибудь табуреток. В номере пахло чей-то, так и не выветрившийся рвотой и едва заметным, специфическим медицинским запахом.

- … наш эксперт, Дэвис Лерийски. Дэвис, насколько правдоподобны данная информация? И не окажется ли это все очередным громким и пустым заявлением, призванным удержать на плаву не самый надежный корабль?

- Привет, Фрэнк. Безусловно, такая новость слишком ошеломительная, чтобы в нее можно была так легко поверить. Ведь несмотря на то, что мы живем в эпоху нового Ренессанса, человеческий мозг слишком хрупкая и сложная структура, чтобы кто бы то ни было делал столь смелые заявления, как себе позволили сотрудники Оскорп…

Бывший сержант военно морских сил США, Даррен Карриген, остекленевшим взглядом уставился в раздолбанный телевизор, как будто не слыша о чем говорит диктор. Сжимая в руках небольшую украденную бутылку какого-то дешевого пойла, он уже ничем не напоминал себя прежнего. Ни крепким телосложением, которое теперь скорее было худощавым, ни военной выправкой, что казалось бы должна остаться с ним навсегда, ни густой шевелюрой каштановых волос, что теперь заменяли редкие пряди седых волос. Мужчине было едва за сорок, но внешне никто бы не дал ему меньше семидесяти.

Дар был неплохим человеком. Так думал он сам, так думали его сослуживцы, так думали его родные. Тогда. В прошлом. Когда они у него были… А сейчас… сейчас он делал все, чтобы забыть то, кем он стал. И это у него получалось с переменным успехом.

Алкоголь помогал только первые годы. Первые годы, когда его уволили из армии. Будучи ярым патриотом с юношеским запалом, Дар первым вызвался и записался на службу на Ближнем Востоке, искренне желая помочь своей стране. И он не был одинок, после 11 сентября 2001 года, многие молодые люди записывались в армию, в своем стремлении отомстить врагу.

Его отправили в Афганистан, где их целью стало свержение правящего режима, что финансировал и укрывал боевиков Аль-Каиды. И хотя условия службы были весьма суровыми, а климат непривычным для выходца из Миннесоты, Даррен с честью выполнял свой долг. Он успел даже отличиться, и получить благодарность от командования за своевременные и активные действия в бою. Но чем дольше шло это вторжение, тем больше Дар замечал как он, и его сослуживцы дичали. И если в начале кампании, операции планировались с учетом сохранения жизни гражданских, то уже через год, их гибель проходило по статье - побочный ущерб.

Безусловно, часть вины лежала на самих жителей, что принимали участие в партизанской войне. Подростки, которые прятали взрывные заряды под одежду, и бегущие прямо в солдат. Их матери, угощавшие военных отравленной водой, и отцы “сотрудничающие” с американцами, заводя их в засады. Очень быстро Дар и его сослуживцы начали воспринимать местное население как живую силу врага. И хоть это было ужасно, это все еще вписывалось в его картину войны. А вот то, что его командиры начнут проводить ответные акции устрашения - вырезая целые аулы… было дикостью. Это считалось военным преступлением по всем писанным и неписанным законам, но его отказ от участия в подобных акциях, почему-то вызвал не поддержку сослуживцев, а их осуждение и неприятие. Но в таких акциях, он действительно больше не участвовал.

Ему этого не забыли. И отныне, в каждом патрульном рейде, ему отводилась роль ведущего - самая опасная. Пару раз ему повезло, он отделался легкими ранениями, но каждое такое везение еще больше настраивало его сослуживцев против него самого. Ведь рядом с его “удачей”, погибал кто-то менее удачливый. И весьма быстро, из своего Дар превратился в парию - с ним не хотели общаться, а за спиной распускали слухи о его трусости. И все же, Дар не сдавался. Он пришел сюда защитить свою страну, и ради этого готов был отдать свою жизнь.

Но неприятие своих коллег на войне, не то же самое что в жизни. В одном из выходов, столкнувшись с противником, Дар с удивлением почувствовал боль ниже спины. “Дружеский огонь”, криво пронеслась мысль в его голове. Он очнулся спустя десяток часов, один. По протоколу, американцы не должны оставлять своих на поле боя - не только из-за гуманных соображений, но и банально чтобы не оставлять врагу ни вооружения, ни живого языка. Но это было не первый раз, когда ситуация на поле боя диктовала свои условия.

Через боль и ненависть, Дар сумел сориентироваться на местности и таки дойти до базы. И уже там, попав в госпиталь, узнал что вся его группа успешно отступила, бросив его на произвол судьбы. Что-то внутри мужчины сломалось. Обида, разочарование, боль от предательства сплелись в тугой комок, а глаза застилала кровавая пелена. В тот день, несмотря на серьезное ранение и истощенность, он впал в боевую ярость, чуть не убив нескольких врачей, тщетно пытавшихся его успокоить. Лишь общими усилиями его смогли скрутить, и обоколоть успокоительными.

А спустя неделю, он получил свое предписание об увольнении.

С этого момента его жизнь пошла под откос. Эмоции не прошли со временем, но лишь утихли, оставляя неприятный зуд. Зуд, который нужно было как-то заглушить. Алкоголь помогал только первые годы. Но даже так, ему приходилось пить все больше и больше, чтобы добраться до столь желанного забытья. Джес, его супруга, старалась поддержать его, водя по психологам и врачам, тщетно пытаясь вернуть его. Но и она, сдалась спустя пару лет, когда во время очередного загула, он в пьяном угаре поднял на нее руку. На следующий день, он нашел только краткую записку о прощании, но даже тогда в его душе ничего не шевельнулось.

Продолжая проводить время в барах, благо пенсия военного позволяла жить если не хорошо, то весьма сносно, Даррен продолжал катиться по дороге саморазрушения. Пьяные драки и ночевки в полицейском отделе стали его новой нормой жизни, но после каждой из них ему приходилось искать новые места - в прошлые заведения его больше не пускали.

Нью-Йорк большой город, но даже в нем слухи о проблемных посетителях расходятся быстро. Поэтому довольно скоро Дар стал посещать места с сомнительной, а где-то и откровенной скверной репутацией. В одним из таких мест, его, уже прилично принявшего на грудь, даже попытались ограбить. Но морпехи, это вам не гражданские - они дают отпор даже в меньшинстве. Впрочем, как таковой драки не случилось - первым же ударом в кадык, Дар убил незадачливого грабителя, а его подельники увидев это - разбежались. Несколько протрезвев от увиденного и сам Дар поспешил убраться с места преступления. И лишь отдышавшись вдали, он неожиданно осознал, что только в этот краткий миг опасности он осознал себя живым. Тем самым Дарреном, кем он был столь давно. Выводы для себя мужчина сделал верные.

Дальше последовала череда подпольных боев, где Даррен выступал с переменным успехом. Все же морпехов не столь учат красивому, сколько эффективному бою, что не особенно нравилось жаждущих зрелищ публике. Его животная, первобытная ярость подкупала неискушенных посетителей, своей красотой жесткости. Он даже перестал пить по черному, полностью отдавшись новому увлечению. Очередной поворот произошел после неудачного прямого в голову, который Даррен, пытаясь красоваться, пропустил. Удар был достаточной силы не только отправить мужчину в нокаут, но и заставить его ослепнуть. Зрение вернулось через несколько недель, но страховая компания отказалась компенсировать явно не бытовую травму, поэтому Даррен неплохо так поиздержался. Но хуже было, что даже после больнички, здоровье долгое время убиваемое алкоголем, и нещадно потраченное в боях, не вернулось. Руки подрагивали, не позволяя нанести достаточно точные удары, зрение ушло в глубокий минус, и без очков видны были только силуэты, начала появляться одышка, уже после первой минуты боя. Ломота в теле, слабость и старая ноющая рана не улучшали настроения. И все же Даррен пытался как-то вернуться на ринг, но даже вчерашние слабосилки, которых он мог валить одной рукой, так же одной рукой валили его.

Этого уже не выдержала его гордость. И знакомой дорожкой, он вернулся в злачные места, вновь открывая для себя глубины бутылок.Тогда-то и появился его новый знакомый - Сэм.

Раздавшийся стук в дверь заставил мужчина встрепенуться и поспешить открыть дверь.

- Принес? - прохрипел Даррен с жадностью глядя на вычурного франта - того самого Сэма.

- Конечно - спокойно ответил молодой человек, как будто не замечая состояния своего знакомого, - впустишь меня?

Даррен нехотя подвинулся, пропуская мимо себя Сэма, и замер в нервном предвкушении.

- Сначала мне нужно взять твою кровь - заметил франт, блеснув очками.

- Конечно-конечно - облизнул сухие губы Дар, - я уже наполнил пару шприцов, пока ждал тебя…

- Нет, нет, нет - усмехнулся Сэм, кладя на кровать небольшой серебряный чемоданчик, - в таком деле нужны только проверенные и надежные инструменты, а не эти ваши… - парень брезгливо окинул взглядом комнату.

- Плевать - попытался рыкнуть Дар, и дёрнулся вперед, в тщетной попытке отобрать.

- Дар, - укоризненно взглянул на бывшего морпеха очкарик, не напрягаясь останавливая его одной рукой - держи себя в руках. Мы договаривались на вполне определенных условиях. Не стоит их… нарушать.

Даррен зло поджал губы… и неожиданно выдохнув, сдулся как воздушный шарик. Сделав пару шагов до кровати, он рухнул на нее, откладывая руку в сторону. Сэм, насмешливо наблюдавший эту пантомиму, улыбнулся, одновременно с этим закатывая Дару рукав. В полумраке комнаты блеснул пустой шприц, через мгновение вонзившийся в едва заметную на серой коже, вену.

Следующие 15 минут прошли в тишине. Сэм методично наполнял пробирки кровью, совсем не обращая внимание на все более и более бледное лицо своего знакомца. И лишь когда все пробирки закончились, мужчина в очках, предварительно аккуратно закрыв чемоданчик, достал из кармана небольшой футлярчик.

- Держи, - весело крикнул он, кидая его в Даррена.

Мужчина на кровати дернулся, но не смог предотвратить попадания футляра по его носу. Поморщившись от неожиданной боли, что вывела его из неприятного состояния оцепенения, грозящее перейти в обморок, Даррен дрожащими руками открыл его. Как и всегда, на голубом бархате, лежал шприц с темно-зеленым содержимым. Даррен не знал что это, да и честно говоря, не хотел знать. Главное, что это был его шанс. Шанс вернуть все!

Вколоть его себе не получилось. Накатила столь сильная слабость, что даже держать руки на весу, было чертовски трудной задачей. На глазах невольно навернулись слезы - его спасение было столь близко и столь же недоступно!

- … наблюдается повышенная эмоциональность… - послышалось чье-то бормотание, на которое Дар не обратил никакого внимания, все также же тщетно продолжая пытаться вогнать это себе в руку. Еще две минуты прошли в столь мучительных попытках, пока в поле зрения вдруг не возникла чья-то молодая рука, и не выхватив шприц, уверенным движением вонзило ему в плечо.

Даррен задергался в судорогах, ощущая как жидкий лед растекается по его вене, охватывая руку, перебираясь в грудь, и растекаясь по всему телу. Мгновение и лед превращается в обжигающую лаву, заставляя его закричать.

Еще мгновение и облегченный выдох, полный блаженства и старик, что еще мгновение назад стоять то мог с трудом, преобразился. Нет, не исчезли ни его дряблая кожа, ни высушенные мышцы, а серый цвет лица стал еще совсем бледным, с выступившими на нем капельками пота. Но сами движения человека стали более четкими, уверенными. А взгляд приобрел остроту.

- Да… да!!! Наконец-то!!! - раздался безумной радости крик, в пустой комнате. Молодой человек с серебряным чемоданчиком исчез.

***

“Шанхайское такси” не было наркотиком. Во всяком случае, получение эйфории не было основным эффектом, а скорее являлось побочкой. Более того, этот препарат активно развивался - менялась структура, и цель взаимодействия.

Как будто его создатель пытался оценить эффект, нащупать струнки мозга, понять что за что отвечает. Но реализовано это было довольно топорно - активно воздействуя на одну область, препарат зачастую разрушал другую. Да и эффект был не очень то надежным - на разных людей, судя по всему он мог реагировать по разному.

Питер устало выдохнул, массируя себе переносицу. Эти три недели вышли совсем не простыми. И пусть его обновленный организм мог обходиться куда меньшим количеством сна, обходиться совсем без него он не мог. Да и ментальная усталость тоже никуда не девалась. А тут еще эта…

Питер не запомнил имени этой блондинки, он вообще довольно редко запоминал их, только достаточно значимые для него, но если бы знал, то обязательно упомянул бы с использованием нецензурной лексики. Как и обещала, она действительно не сдалась, а продолжала с упорством носорога штурмовать учителей своим псевдо-проектом. А те, в свою очередь, не желая разбираться продолжали спихивать это на него. Стабильно раз в день, приходилось получать кипу бумаг, описывающие разработку какой-то биологической херни, из которой могла получится либо биооружие, либо сразу сыворотка суперсолдата. И чтобы хоть как-то оправдывать свое нежелание делить свободное время лаборатории с кем-то, приходилось писать объяснительные записки, с указанием почему вот это херня… Херня, и что для нее нужна не лаборатория, а учебник по химии и биологии. Причем, желательно для начальных классов.

Записка кочевала от него к учителю, от учителя к блондинке, после чего наспех делалась работа над ошибками, и учителю вручался исправленный проект, который в свою очередь возвращался к Питеру. Чистый подход школьника! Ну что за детский сад, нельзя написать научную работу исправляя слабые места, с мыслями “авось, пронесет!”. Но блондинка об этом явно не догадывалась. Либо просто стремилась досадить ему.

Впрочем, страдал не он один. Мистеру Брауну, их пожилому учителю по химии, совершенно не нравилась его новая роль курьера. Вначале он попытался было решить вопрос полюбовно, пригласив на общую встречу его и блондинку, где Питер в пух и прах разнес ее проект. Погасив разгорающийся конфликт, Браун попытался зайти с другой стороны и просто выдать доступ блондинке в обход придирчивого одноклассника. Но тут уже сам Питер уперся рогом, заявив что в этом случае он не несет никакой ответственности за рабочее состояние оборудования.

Сколько стоит такое оборудование, мистер Браун не знал, но смутно догадывался что явно больше его нескольких годовых зарплат. И бесконтрольно доверять их недавно переведенному ученику - желанием не горел. Тем более, что приняв такое решение единолично, он же останется крайним, в случае чего. Его же коллеги, посмеиваясь, отказались влезать в этом дело, и даже сама директор, когда он попытался скинуть этот вопрос ей, попросту сбежала! Так что сделав правильные выводы, мужчине ничего не оставалось как выбрать меньшее из двух зол.

Со стороны может конечно показаться что проблема выеденного яйца не стоит. Казалось бы, пусти блондинку в лабораторию, что она со своими более чем скромными познаниями и дилетантским подходом может там сделать? Не сломает же она в самом деле это оборудование - тут Питер несколько кривил душой перед учителем. Случайно его не сломать, только целенаправленно. Да и не было это жутко специфическими инструментами, а потому производитель даже предусмотрел некоторую “защиту от дурака”.

И, тем не менее, ответ был - многое. Очень многое может сделать непоседливая блондинка, как успел оценить ее характер парень. Как только она поймет что он был прав, наверняка начнет приставать к нему. а не добившись от него помощи - начнет таскать всех местных и не только гениев, как это уже было ранее. А терпеть целую толпу в своей вотчине, среди которых наверняка кто-то таки заметит чем занимается он сам, Питер не был готов. Более того, если все же ему не удастся отстоять этот форпост, он вполне серьезно вынужден был бы сам уйти, и начать пробираться в университетскую лабораторию, как это было еще год назад. И хоть в тот раз, история получилась очень даже удачной, рисковать так еще раз - он не хотел.

Так что волей-неволей, Питер стал участником школьной войны, объявленной ему одной излишне настырной девчонкой. И вот на эту, подростковую драму, он должен тратить свое время.

Потянувшись, Питер бросил взгляд на настенные часы. Всего два часа ночи, а он уже чувствует себя уставшим. Может, небольшая прогулка позволит ему взбодриться?

Глава 4

Под прогулкой разумеется, подразумевался полёт. Люди ведущие двойную жизнь, понятие свободного времени могли посмотреть только в словаре. Поэтому Питер совмещал полезное с необходимым - желание почистить голову и взбодриться, и напомнить городу о своем соседстве. Не особенно дружелюбном конечно, но с этим ничего не поделаешь.

Свистящий ветер в ушах, привычная легкость тела, стремительно проносящегося между зданиями Квинса, уже не наполняла мозг восторгом, как это было пару лет назад. Но все также расслабляло и успокаивало.

Несмотря на подобное патрулирование, Питер считал это небольшим отдыхом. Вопреки расхожему мнению, не так уж и часто он это делал - теперь. И этому служила не только заработанная слава, заставившая мелких уголовников вести себя куда осторожнее и осмотрительнее, но и банальное осознание Питера, о тщетности подобной работы.

В Нью-Йорке почти восемь десятков полицейский участков. Десятки тысяч полицейских. И это не считая детективов, спецназа и прочих особых подразделений. Но даже они не могли справиться с растущей преступностью. В этом уравнении - один человек, пусть даже наделенный чуть большими силами, мало что решал. Поэтому вместо регулярной “уборки”, Питер предпочел сосредоточиться на поиске корня проблем.

- Отдавай бабки! - неопрятного вида высокий мужчина прижал какого-то тщедушного прохожего в подворотне, - живо!

Неслышимый выстрел паутиной, и незадачливого грабителя буквально отбрасывает от жертвы. Еще мгновение, и закутанный в кокон, мужчина приклеен к стене, а его рот закрыт паутиной. Бумажник и раскладной нож, лежат на земле.

- Позвоните в полицию, - бросает фразу Паук ошеломленному скоростью расправы прохожему, устремляясь вновь в тёмную высоту.

Но если подумать - уборка дома тоже тщетное занятие. Что впрочем, не отменяет необходимость заниматься этим. И все же, теперь большую часть времени Питер проводил в лаборатории, ища зацепки, распутывая нити к более серьезным преступным организациям. А полеты в городе теперь были отдушиной от этой скрупулезной работы.

Но вернемся назад, к корням проблем, точнее одному из них. Это самое “такси”. Найти место изготовления подобного препарата не так-то просто. Правда, будь это какой-нибудь амфетамин, тут даже и пытаться бы не стоило - слишком уж известная формула, и возможность варить в любом подвале. Качество тоже хромало, но наркоманы - не та публика, что сильно жалуется на несоблюдение стандартов производства. В случае же “такси”, все было несколько иначе - ряд составных компонентов были достаточно сложны в изготовлении, и требовали весьма специфического и объемного оборудования. Такое в гараже не спрячешь и по Амазону не закажешь. Помимо этого, если его предположения верны, это больше исследовательский проект, нежели попытка заработать денег. А любой исследовательский проект требует не только испытуемых, но и возможность за ними наблюдать. Но уже тут была загвоздка - Питер не видел чтобы за нариками было организовано хоть какое-то наблюдение. Да и судя по внешнему виду, покупателями были в основном люди на самом дне - без жилья, родных, знакомых. Такого отыскать потом слишком сложно, в отличие от какого-нибудь менеджера средней руки. Такие тоже попадались, но как правило они приходили за более “легкими” вариантами наркотиков.

Женский вскрик боли потонул в шуме, давшего по газам мотора. Пара неизвестных, вырвали сумочку из рук девушки, пытаясь стремительно уйти. Они выбрали не самый удачную тактику, предпочтя петлять между улицами, вместо того чтобы оторваться от возможной погони благодаря скорости. Пять минут крутых виражей, два точных выстрела выдергивающих этих горе грабителей, и еще минута чтобы надежно подвесить их на фонарном столбе. Сумочку, он заботливо повесил на шею одному из них.

Что-то в деле “такси” не сходилось. Внутреннее ощущение говорило, что он пропустил какую-то небольшую, но важную деталь, которая могла бы объяснить столь противоречивые моменты. Если они хотели бы заработать денег, то с таким оборудованием проще и эффективнее было бы варить высококлассный мет. Если же проводили испытания - то почему просто бы не похищать этих людей, чтобы в лабораторных условиях выявить все изъяны и дефекты? Безусловно самым лучшим вариантом было бы набрать добровольцев, но опыт доктора Коннорса подсказывал, что в американском бюрократическом аде, шансов сделать это легально было почти нереально. Слишком много бумажек, разрешений, уверений, гарантий и денег. А ведь там уже была практически готовая формула, прошедшая кучу предварительных испытаний, не то что у этих горе-исследователей.

– Семь Адам-19, пожар на пересечении 31 и 21 улицы. Что-то там знатно громыхнуло! - четко прозвучало в ухе сообщение на полицейской частоте, заставляя Питера резко изменить свой маршрут.

Иногда он просто ненавидел этот город. Город, который никогда не спит.

***

Солнце еще не встало, но дальние лучи света уже подкрашивали небо в светлый оттенок на востоке. Питер сидел на углу крыши небольшого здания, с некоторой меланхоличностью наблюдая за суетившимися внизу парамедиками. Его сегодняшний патруль закончился на не самой удачной ноте - очередная перестрелка между какой-то бандой и полицией, произошли не в пользу последней. Обезвредить он их обезвредил, а вот разбившегося офицера, тщетно пытавшегося их остановить в одиночку, спасти не удалось.

Красно-белые маячки внизу мерцали, подсвечивая и разбитые машины, и оцепленный участок, и черные полосы от шин. Люди внизу суетились, выполняя свою работу, пока голову Питера опять штурмовали мрачные мысли о собственном бессилии. Это был далеко не первый человек, погибший буквально на его руках, и вряд ли последний… но каждый раз ощущать как чья-то жизнь утекает сквозь твои пальцы и ты не в силе это предотвратить было мучительно больно. Док бы сказал, что это хороший знак, если он все еще так близко переживает смерть чужих ему людей. Но он всегда был моралистом, даже участвуя в войне.

- И-извините? - чей-то запыхавшийся голос раздался на крыше, заставляя Паука чуть повернуть голову в сторону нового участника. Невысокая, женская фигурка, в черно-белом облегающем костюме, с бордовым капюшоном и узором белой паутины. Маска, схожая с моей собственной, разве что отверстия для глаз шире. И балетки. Бирюзовые балетки поверх костюма. Это может показаться странным, но вместе смотрелось это очень неплохо. Весьма неплохо. У кого-то определенно было чувство вкуса. Смущал только очевидный образ, с которого девушка готовила свой костюм.

- Автографы не раздаю - автоматически ответил Питер, невольно вынырнувший из своих мрачных дум, чьи мысли перескочили на тему актуальности балеток в современной культуре.

- А… а мне и не надо - растерялась девушка, чей голос звучал несколько искаженно.

- Жаль, всегда хотел встретить своего фаната - индифференциально прозвучал голос Паука, отводящий взгляд от неожиданной гостьи, обратно на улицу.

- Я и есть ваша… - смущенно начала девушка, но тут же сама себя перебила - я хотела сказать, что восхищаюсь вашей отвагой и вашими поступками! Вы являетесь примером для всех нас!

- Для всех вас? - скосил взгляд Паук, - и много вас там за дверью стоит, ждет свой очереди?

- Я имела в виду нью-йоркцев! Тут я… одна. - спешно поправилась девушка, - мы очень благодарны вам за все что вы делаете, и рады что… ну… что вы есть!

С толикой удивления Питер заметил, что ему понравились эти слова. Он уже давно перестал следить за сообщениями о себе в прессе в частности, и в сети в целом. Уж больно непродуктивным и неблагодарным это было дело, способным убить и так вечно не очень хорошее настроение совсем в ноль.

- Для этого было совсем не обязательно одеваться… так - не нашел слова описать ее костюм, Паук.

- Это… ну… - коротко выдохнув, девушка взяла себя в руки, и выпалила - яхочувампомочь! Возьмите меня себе в напарники!

Едва появившееся веселое настроение все же рухнуло в бездну.

- И? - заметно нервничая, задала вопрос девушка, - ты позволишь мне присоединиться к тебе?

- Нет - спокойно прозвучал голос Питера, отводя взгляд от непрошенной гостьи.

- Почему? - слышится голос позади.

- У тебя есть какие-то сверхспособности?

- Нет?… - несколько сконфуженно прозвучал ответ человека, не совсем понимающего что его спросили, - но я могу помочь!

- Одного желания мало - Паук пожал плечами, мол ничего не поделаешь.

- Я могу постоять за себя! - сделала шаг вперед эта подражательница, - отец научил меня. И не каким-нибудь разрекламированным каратэ, а настоящему бою! И кстати, тебе бы не помешало пару уроков! Я видела как ты дрался с Ящером, и было это мягко говоря слишком непрофессионально!

- Полицейский или военный? - безэмоционально спросил я.

- Полицейский! Капитан... - запальчиво начала девушка, и тут же себя одернула, поняв что чуть не выдала себя.

- Я не знаю всех капитанов в городе, - как-то невесело усмехнулся Питер, - но как понимаешь теперь тебя не сложно найти. Он то знает о новом хобби своей дочери?

- Не знает, - насупленно поджав губы ответила девушка, - и… и это все равно ничего не меняет! Я стану таким же героем как и ты!

- Я делаю это не для того, чтобы быть героем - заметно похолодел его голос.

- Я знаю, - ответила девушка, почувствовав что сказала что-то не то, - но это не делает тебя НЕ героем. И я хочу помогать людям как и ты!

- Так помогай - пожал он плечами, - старушку через дорогу переведи, денежку нищему подай, хулигана отлупи. Для этого совсем не надо - скашиваю взгляд на нее - такой костюм.

Девушка подбоченилась.

- Знаешь, восхищаясь тобой, никогда не думала что ты можешь быть таким засранцем! - ого, а у нее оказывается есть зубки - хватит уже острить, и скажи что мне нужно сделать чтобы ты признал меня своим напарником!

- Стань мутантом - равнодушно ответил я.

Целая минута тишины. Продолжая смотреть на ночные улицы города, Питер буквально чувствовал спиной ошарашенность девушки.

- С-стать кем? - переспросила она.

- Мутантом - терпеливо повторил Паук оборачиваясь. - или ты думала, то что я ползаю по стенам или обладаю реакцией заметно превосходящую человеческую - достигается обычными тренировками? Это не так.

- И п-паутина... - чуть дрогнувшим голосом начала девушка.

- Нет, - Паук чуть сморщился, - паутина это… моя разработка. Пришлось правда повозиться, привыкнуть использовать ее, но это того стоило.

- Тогда я тоже могу… - воспряла духом эта… паучиха! Вот же приставучая.

- Не можешь - равнодушно звучит голос, - я не намерен делиться этим секретом… - Паук несколько демонстративно осматривает девушку - со своей фанаткой.

- Да ты, ты… - вспыхнула девушка, - да я…

- Знаешь, никто никогда не слушает чужих советов - перебивая, вновь оборачиваюсь к ней спиной, - впрочем, это никогда не мешает их давать. Так вот - забудь про это. Ты даже не представляешь, чем тебе придется расплачиваться за подобную жизнь.

Не слушая больше никаких возражений, Паук делает шаг вперед - оставляя фигуру на крыше в одиночестве.

***

Полчаса до начала занятий, школьный класс был почти пустой. Почти - так как одна очень злая, с синяками под глазами блондинка, уже обустраивалась за своей партой.

Очередная бессонная ночь в поисках Паука таки увенчалась успехом. Слушать полицейскую частоту оказалось хорошей идеей, чтобы найти точки его интереса. А вот пытаться добраться до них на велосипеде, было откровенно глупой идеей. Но что поделать?! Заказывать каждый раз такси? У нее на это никаких карманных денег не хватит! Как собственно и купить мотоцикл. Впрочем, даже будь у нее богатенький папа, вряд ли это получилось осуществить - будучи капитаном полиции, Джордж Стейси весьма однозначно отзывался об этих двухколесных гробах, каждый раз когда получал статистику о дорожных происшествиях. Впрочем, когда-нибудь она все же купит себе Харли-Дэвидсон, и полюбуется на его выражение лица, когда она с ревом закатит его во двор.

А так, бешено крутя педали, она спешно ехала на очередной срочный вызов, искренне надеясь успеть застать героя на месте. И только спустя который день, когда она почти отчаялась, ей повезло! Она бы наверняка получила какой-нибудь высокий дан, по скоростному переодеванию в подъезде дома - ведь колесить в таком костюме по городу было бы слишком, стараясь не думать, что может не успеть. И ей повезло!

Относительно, конечно же. Честно говоря, она слабо представляла как пройдет эта встреча, и тем не менее точно не ожидала такого! Она то думала, что он с удовольствием примет ее помощь, тем более она столько времени к этому готовилась! Тут и гимнастика, и уроки самообороны, и куча навыков которые она могла бы применить и кто знает, может даже научить чему-то своего будущего партнера! И да решение приняла не вчера, а чуть ли не в первый же день его дебюта!

А он… просто отмахнулся! Просто втоптал все ее усилия за эти годы! Ну да, она не мутант, ну и что? Будет чуть осторожнее, значит! Это еще не аргумент, отбрасывать ее как “фанатку”!

- Центр вызывает Гвен! - шатенка, с уже весьма округлыми формами, махнула рукой перед лицом Стейси.

- Чего еще?! - несколько более агрессивно выдала Стейси, не сразу узнав вернувшись мыслями на землю - а это ты, Лиз…

- Чего такая хмурая? Обидел кто? - кинула на соседнюю парту свой рюкзак Лиза, и чуть лукаво улыбнувшись добавила - снова думаешь о своем Паркере?

- Паркере? - переспросила Мэри Джейн, еще одна их одноклассница с огненно-рыжими волосами вошла в аудиторию - А что с ним не так?

- О, ты что еще не знаешь? - восхищенно-фальшиво закричала Лиз, - наша Гвен так запала на него, так запала - а он возьми и отвергни ее!

- Действительно? - чуть натянуто улыбнулась Джейн, переводя взгляд на блондинку - я и не знала что тебе нравятся такие ботаники…

- Нет - устало выдохнула Гвен, уже привыкшая к выкрутасам своей новой подруги, - совсем нет. Это Лиз развлекается, распуская слухи о нас двоих.

- Аааа - уже чуть более живо протянула Джейн, осуждающе смотря на обсуждаемую девушку - это она любит.

- Нууу - обиженно надулась Лиз, - так не интересно! Вы только представьте себе - школьная красавица и ботан! Она бегает за ним по всей школе, пытаясь растопить его холодное сердце, а он всячески стремится отгородиться от нее, считая себя недостойным! - с придыханием закончала она.

- Звучит как третьесортный школьный роман - сложила руки на груди Джейн.

- Слишком приторно - согласилась Гвен, - да и тебе все равно никто не поверит. Только не с этим асоциальным типом.

- Но ты же действительно бегаешь за ним! - обвинительно ткнула пальцем Лиз, - это-то правда!

- Нет! Я тебе уже сто раз рассказывала про свой университетский проект, и то как он его саботирует! - вскинулась Гвен, обжигая подругу раздраженным взглядом, - как будто он реально боится что я съем его дурацкие приборы!

- Ладно, извини-извини - примиряюще подняла руки Лиз, переставая дурачится - я только хотела тебя растормошить, а то ты совсем какая-то невеселая в последнее время.

- У тебя не получилось - буркнула недовольная Гвен.

- Но у меня есть для тебя и хорошая новость! - жизнерадостно продолжила Лиз, - я попросила Флеша вместо тебя поговорить с Паркером!

- Зачем? - несколько затупила Гвен.

- Чтоб он дал тебе доступ в лабораторию - простодушно пояснила ее подруга.

- Ты… ты попросила нашего звездного футболиста… пообщаться с очкариком? - обманчиво мягко переспросила Стейси, искренне надеясь что она что-то не так поняла.

- Ну да - чуть удивленно ответила Лиз, - а что такого? Утром встретила Флеша и сразу же…

Обреченно зарычав, Гвен бросилась вон из класса.

- Ну вот, а ты говоришь, третьесортный роман - повернулась Лиз к ошеломленно стоящей рядом Джейн.

***

Дорогу, на подходе к школе, Питеру преградил Флеш Томпсон, со своими парочкой своих друзей. Это была не самый удобный и популярный путь, и судя по всему, его встречающие специально подобрали момент так, когда рядом никого еще не было.

Известный школьный футболист, под метр девяносто, с короткой стрижкой темных волос, старался выглядеть угрожающе, но как молодой человек, который не знает как это делать старался говорить громко и нависать над своим оппонентом. Как будто дешевый кинозлодей из старых фильмов. Его друзья были ему под стать - такие же высокие, накаченные и с короткими прическами, впечатления тоже не производили. В отличие от Флеша, они откровенно скучали, и были здесь скорее всего просто за компанию.

Жаркую речь спортсмена Питер остановил, указав на свои неизменные наушники, заглушавшие любые другие звуки. А вот ответная реакция футболиста, оказалась несколько нестандартной - парень просто и незатейливо размахнулся целя ему в голову.

Имея рефлексы паука, да и опыт противостояния настоящим преступникам, а не школьным хулиганам, Питер успел продумать минимум пять вариантов действий, пока огромный кулак Флеша летел к нему. От банального уклонения, до жесткого блока с последующим ломанием руки. Но пришлось остановиться на самом глупом - бездействии. В конце концов, ботаники вроде как не должны сопротивляться, да и его ответные действия могут покалечить самого парня. А он, в отличие от футболиста, не может позволить себе такую роскошь.

Полноценно исполнить свой замысел Питеру не удалось, буквально в последний момент, его рука рефлекторно поднялась, пытаясь прикрыть голову, раз уж мозг отказался спасать свою тушку. Мерзкий, противный хруст прозвучал довольно-таки громко.

Питер обнаружил себя на земле, со слетевшими наушниками. Придерживая повисшей плетью свою руку, он привычно отрешился от резкой, режущей боли. Не до конца зажившая рука, пострадавшая в ночной стычке, не выдержала даже такого, относительно слабого удара. Пусть, и весьма неплохо поставленного.

- … И даже попробуй ее не пускать! - рявкнул Томпсон, пытаясь храбриться, но изрядно струхнув от столь неожиданной и зрелищней эффективности. - Пойдем, думаю он понял урок! - кивнул он своим таким же побелевшим товарищам.

Быстрым шагом, спортсмены поспешили покинуть это место. Разве что Флеш, обернулся назад не понимая, что же царапало его своей некоторой странностью. Нет, Паркера было абсолютно не жалко, он свое заслужил, хотя конечно он и не ожидал что так получится. Так, думал поставить пару синяков, чтоб понял свое место. И все же, что-то было не то. Замерев на миг, по спине Флеша неожиданно пробежались мурашки. Сам Паркер был странным в этой картине! Ни криков, ни слез, а всего лишь холодный, оценивающий взгляд провожающий его.

Глава 5

Вывихнутая рука послужила неожиданно отличным поводом, чтобы пропустить первую половину занятий. Вправлять ее сам себе Питер не стал, хотя и умел это делать, но решил что медсестре понадобится более аргументированное доказательство, чем просто ощущения. Ведь рентген аппарата в школе не было.

Пришлось правда лгать медсестре, что он упал с лестницы, но пожилая миссис Помфри была опытной медсестрой, и поняв, что сдавать своих обидчиков он не станет, довольно быстро отстала от него. И дело тут было не в каком-то благородстве или боязни ответной расправы, просто Питер давно уже не думал что какие-то там мифические “взрослые”, смогут решить эту проблему. Да и хоть бы какую-то ни было проблему, если уж на то пошло дело. Жизнь Человека-Паука быстро заставила Питера повзрослеть, и деление на “взрослых” и “подростков”, как это еще оставалось у его сверстников, было давно выбито суровой прозой жизни.

А ведь если подумать то и ту ситуацию с кражей ключей, он как то рассматривал как досадное недоразумение. И если бы он тогда пожаловался кому-нибудь из учителей, вполне возможно сейчас ему бы не пришлось возиться с той блондинкой. Жаль, что он не вспомнил о своем возрасте и подобных возможностях еще тогда. А теперь что? Сказать что почти месяц назад кто-то вломился в лабораторию, а вспомнил об этом он только сейчас? Бред. Но мысль конечно была заманчивой.

Школьный мед. кабинет был достаточно вместительным, чтобы помимо процедурной части кабинета, содержать еще и несколько кроватей в другом конце, каждая из которых была окружена занавеской.

С некоторым наслаждением растянувшись на одной из них, Паркер отключился. Бессонная ночь, утреннее происшествие, и накопившаяся усталость, дали о себе знать. Миссис Помфри предлагала отправить его домой, но Питер не хотел волновать тетю Мэй. Благо благодаря регенерации, уже к вечеру он сможет аккуратно снять повязку, главное только не давать нагрузки в ближайшие сутки. Да к тому же, он и так довольно часто пропускал занятия, оговариваясь всякими конференциями, семинарами и олимпиадами. Еще немного, и он совсем перестанет появляться в школе, и тогда его решение не выделяться среди своих сверстников, совсем перестанет работать.

Будильник в телефоне сработал через несколько часов, как раз к середине обеденного перерыва. Приглушенные голоса в мед. кабинете дали знать, что тут он не один. Осторожно отодвинув занавеску, огораживающее его спальное место, Питер с удивлением увидел знакомое лицо.

Флеш Томпсон, что-то невнятно бормоча о лестнице, зажимал рукой окровавленный нос.

***

Яркие, светодиодные лампы освещали просторное, замкнутое помещение. Никаких окон, а дверь всего одна - с кодовым замком, отпечатком пальцев и даже сканером сетчатки глаза.

Пара массивных холодильных камер занимали один из углов. Рядом с ними находился оперативный стол из нержавеющей стали - для более простой очистки и дезинфекции.

В противоположном углу разместился биореактор. Им еще толком не пользовались, но так как исследования в чем-то были похожи на гадание по кофейной гуще, никогда нельзя было быть уверенным, что он не понадобится прямо в тот же момент.

Рядом с ним несколько столов для записей, которые велись исключительно на бумаге, ибо часть вынужденной компьютерной безопасности подразумевала что только такие данные украсть наиболее проблематично, как и расшифровать их - так как мало стремился совершенствовать свой почерк, предпочитая быстроту сохранения мыслей, изящности красоты написания. И рядом же столы с компьютерами - для проведения расчетов, построения теоретических моделей и прочих рутинных вещей с которыми компьютер справлялся лучше человека.

Чуть дальше, располагалось несколько масс-спектрометров, приборов для определения компонентов и их концентрацию в веществах. Как порой шутил Квентин Тейт, доктор биохимии Массачусетского Технологического института - один из них всегда ломается, второй показывает неправильные результаты, третий сливает данные в Поднебесную, так как собран в Китае, и только четвёртый работает сносно. И никогда не угадаешь, какой из них который.

Сам Квентин, тоже находился в этом месте. Высокого роста, худощавого телосложения, одетый в белый халат и маску, он внимательно изучал принесенные его ассистентом образцы. Поглядывая в окуляр микроскопа, он периодически поджимал губы, недовольно хмурясь. Периодически, он брал рядом лежащий старый диктофон, еще на кассетах, и дисциплинированно привычно тихо бормотал в него полученные результаты.

Так продолжалось до тех пор, пока принесенные образцы не закончились. Последняя мензурка отправилась в специальную подставку, чтобы через мгновение быть снесенной вместе со всем оборудованием со стола.

Молодой человек, одетый в такой же лабораторный халат, по обыкновению стоял рядом. Стильная прическа, холеные руки, и обаятельная улыбка создавали самое благоприятное впечатление, которым не раз пользовался доктор Тейт, отправляя его вместо себя на разного рода презентации. Дэвис не возражал. Будучи же ассистентом доктора, он привык к некоторым особенностям его характера, а потому просто вздохнул.

- Что мы делаем не так? Что?! - схватил себя за голову Квентин, - мы ведь были так близки! Шанс отторжения менее десяти процентов, интенсивность нервной системы выросла на девяноста процентов, еще бы чуть-чуть и …

- Подопытный XR-12 не был “чистым”, - равнодушно отметил Дэвис, и чуть подумав добавил - впрочем, они все не являлись в достаточной мере “чистыми”. Возможно, все дело именно в индивидуальных особенностях организма…

- Этого не должно было быть! - заорал доктор, - это был морпех!!! Он был здоров как бык!!! Наш лучший образец!!!

- У него были длительные проблемы с алкоголем - спокойно заметил ассистент, раскрываю папку, - и судя по всему немного баловался кокаином.

- Нет, нет, нет - доктор вскочил на ноги и нервно зашагал по комнате - привычные анализы были в норме, отклонения незначительны… Нет… все дело в препарате. Что я упустил, что-то не учёл…

Резко остановившись, с залитыми кровью глазами доктор Тейт обернулся в сторону помощника.

- Мне нужен новый образец - неожиданно спокойным голосом обратился он, что несколько контрастировало с его взъерошенным видом - такой же солдат. Он должен быть в превосходной физической форме, и никаких, повторяю - никаких генетических заболеваний!

- Доктор, на это уйдет много времени - спокойно констатировал Дэвис.

- Я подожду! - рявкнул Квентин, - но чтоб такой же!!!

- Мы должны представить хоть какие-то результаты уже к концу квартала… - несколько обреченно напомнил ассистент, - у нас просто нет достаточного количества времени…

Помещение вновь сотряс вопль и поток отборной брани, которую не ожидаешь услышать от столь маститого ученого.

Дэвис Холл вполне спокойно отнесся к очередному приступу ярости своего руководителя. В последнее время их становилось все больше и больше, и тому были вполне очевидные причины - они не успевали. Комиссия по оценке качества уже посещала их, вынося отнюдь не радужные перспективы.

Точнее, это доктор Тейт, не успевал. Дэвис был умным молодым человеком, но недостаточно увлеченным для настоящего ученого. И куда более меркантильным. Куда больше его привлекали более низменные удовольствия, удовольствия для которых были нужны деньги.

Именно прагматизм заставил его сражаться из-за всех сил стремясь занять место доверенного и единственного ассистента у такого мастодонта науки, как доктор Тейт. И на пути к этой цели, он не гнушался ничем - ни клеветой, ни провокацией, ни даже подлогом, с последующим обличением. Карьеру в науке делают отнюдь на самые умные или талантливые, но самые наглые и амбициозные, не боящихся замарать руки.

Его “усердие” заметили. А с его умением вести себя обходительно, не задавать лишних вопросов и четко выполнять поставленные задачи, даже те, что выходили за рамки обычного помощника были по достоинству оценены.

И этот же прагматизм подсказал, что сейчас его руководитель в тупике. В тупике, который он не хочет признавать. С его упрямством, Дэвис вполне видел куда заведет это затея, и его результат совсем не радовал. Такие провалы плохо сказываются на карьере, пусть даже если он только в самом ее начале.

Он предпринял некоторые определенного рода шаги, после чего дождавшись весьма незаурядного предложения - ни секунды не колеблясь, принял его. В конце концов, корабль идет на дно с капитаном, а не с его первым помощником.

***

- Извини! - зажмурившись, резко выпалила Гвен, крепко держа в руках наушники.- Я не хотела чтобы так получилось!

- Ладно - покладисто согласился Паркер, протягивая здоровую руку вперед.

- Лиз хотела только помочь, - продолжила Гвен, - и попросила своего парня…

- Хорошо - терпеливо ответил Питер, продолжая держать руку.

- А Флеш… ну ты знаешь, это же Флеш! - всплеснула руками Гвен, - спортсмен на всю голову!

- Угу - мучительно выдохнул парень.

- Я с ним уже поговорила - не замечая состояние собеседника, продолжила Гвен, - ни он, ни его друзья не будут тебя доставать…

- Понятно…

- А если все таки попробую, скажи мне - сжав кулак, глаза Гвен начали метать молнии, - я им покажу как…

- Отдай наушники - не выдержал Паркер.

- Что? - несколько сбилась с мысли девушка.

- Наушники - ткнув пальцем в ее руку, сжимающие провода наушников-капелек, повторил Питер, - отдай.

- Хм… - задумчиво протянула Гвен, - а ты меня простишь?

- Да - подтвердил Питер.

- Точно или точно-точно? - облегченно переспросила Стейси, ощущая как неприятное ощущение где-то в районе живота отступает.

- Точно.

- И в лабораторию пустишь? - невинно поинтересовалась Гвен, улыбаясь.

Питер молча развернулся, принялся спускаться с лестницы.

Стой! - девушка мгновенно обогнала парня, всучивая ему в руку гарнитуру, - я пошутила…

Парень молча принялся распутывать провода.

- Как мне общаться с тобой, если ты постоянно в них? - обреченно спросила Гвен, - я конечно понимаю что ты не самый социальный человек, но…

- Не надо со мной общаться, мисс Стейси - проворчал парень, воткнув один из них в ухо, и собираясь воткнуть второй.

- У меня есть вопросы - Гвен остановила руку Питера, - по моему проекту.

- Задай их мистеру Брауну - безразлично ответил Паркер.

- Он не понимает сути проекта - пожаловалась Гвен, продолжая удерживать его руку - каждый раз когда я задаю вопрос хоть немного выходящий за школьную программу он советует обратиться к тебе!

- Ты тоже не понимаешь сути проекта - пожал плечами Питер, - но это не мешает продолжать писать эту ахинею.

- Что, простите?! - возмутилась Гвен, от избытка эмоций отпуская его руку - да ты хоть представляешь сколько времени я угробила на этот проект?! Да он уже мне по ночам сниться! Еще чуть-чуть и я сойду с ума, и стану такой же как ты!!!

- Количество усилий не гарантируют результат - равнодушно ответил Питер, - а с твоим подходом, это даже не вызывает удивлений. Скорее наоборот - я бы удивился если бы у вас что-нибудь получилось.

- А что не так с моим подходом? - агрессивно отреагировала Гвен, складывая руки на груди, - я между прочим твои собственные замечания исправляла!

- И игнорировала все остальное - пробормотал парень, и уже нормальным голосом продолжил - для начала тебе не хватает фундаментальных основ биохимии, таких как понимание молекулярной структуры белков, функционирование ферментов и их роль в клеточных процессах, метаболизм основных органических соединений, а также механизмы передачи генетической информации и молекулярные основы генетических процессов…

- Это я и так знаю! - огрызнулась девушка, - ты думаешь я не пробовала это выучить? У меня дома целая гора литературы, но черт возьми, если в этом можно разобраться!

- Ну, я же разобрался - безучастно отметил Паркер, - хотя теперь вынужден тратить кучу времени впустую, проверяя ваши… “работы”.

- Вот не надо нас сравнивать! - возмущенно набычилась Стейси - Я в отличие от тебя нормальный человек, а не асоциальная личность, без друзей и с кучей свободного времени!

Питер вздохнул. И все же вставил второй наушник, привычно отрешившись от всего произошедшего. Чтобы через секунду почувствовать как кто-то бесцеремонно вытаскивает его из уха. Опять.

- Прости! - покаянно сложила руки Гвен, удерживая аксессуар - я не это имела в виду!

- Ага - насмешливо буркнул парень, пытаясь вновь завладеть наушником.

- А что… а что если я буду учиться с тобой? - закусив губу, выпалила Гвен, не отдавая ему гарнитуру, опытным путем выяснив лучший способ заставить его себя слушать.

- У меня нет желания быть репетитором - категорично отказался Питер. Не хватало еще тратить время на такую ерунду!

- Нет, постой! Я имею ввиду я буду учиться С тобой, а не У тебя! В лаборатории - чтоб тебя не отвлекать, понимаешь? - замахала руками Гвен, - в смысле буду сидеть с учебниками, а если что-то не понятно, ты мне коротко объяснишь?

- Это все еще входит в понятие репетиторство - блеснул очками Паркер, - да и не уверен, что вы сможете понять “краткое” объяснение, мисс Стейси.

- Я очень постараюсь! Обещаю, я не буду тебя часто отвлекать! - поспешила перебить его Гвен, мысленно скрещивая пальцы - Или я могу по прежнему отправлять свои работу мистеру Брауну, чтобы он перенаправлял их тебе…

Удар попал точно в цель - Питер заколебался. Проверка “работы” занимала не в пример больше времени и сил, чем гипотетическое “учиться с тобой”. Да и не хотелось заниматься откровенной халтурой - а никак иначе это просто не назовешь. За прошедший почти месяц, он успел оценить все прелести этого времяпрепровождения. И ведь от проверок не отмажешься - мистер Браун хоть и колеблется, но же встанет на ее сторону, и выдаст ключи, раз уж никаких замечаний от него нет. Ему этот цирк осточертел не меньше Питера, и любая возможность прекратить это наверняка сразу же найдет отклик в его душе.

- Это… приемлемо, мисс Стейси - осторожно высказался Питер, ощущая где-то подвох.

- Точно-точно? - неверяще переспросила Гвен, и тут же вскинула кулак вверх - Йесс!!!

- Но никаких посторонних! Нужна чья-то помощь еще - встречайтесь за пределами лаборатории! - поспешил вставить Паркер, лихорадочно соображая нужно ли как то поспешить замаскировать его текущие проекты.

- Хочешь запереться в одиночестве со своей красивой одноклассницей, чтобы никто не мешал? - чуть лукаво спросила Гвен, и тут же увидев его выражение лица замахала руками - стой, я пошутила!

Глава 6

Джордж Стейси, молодой мужчина сорока лет, с военной выправкой, оглядел кипу документов лежащих у него на столе. Бумаги по новым кандидатам, документы по текущим расследованиям, отчеты о случившихся инцидентах. Все это нужно было ему прочитать, вникнуть, подписать и отправить.

Казалось бы, на улице двадцать первый век, цифровые технологии уже прочно вошли в повседневную жизнь, облегчая и ускоряя рабочие процессы. Но нет - их полицейский участок как будто бы застрял в прошлом. У них были и компьютеры, и какой-никакой софт, но предыдущий руководитель был мягко говоря консервативен, и не особенно доверял этим “новомодным штучкам”. Вследствии чего, вся работа участка имела уклон в бумажный, а не цифровой формат работы. Впрочем, Джордж был твердо намерен это изменить. Проблема заключалась только в том, что переучить сотрудников мгновенно было невозможно. И даже спустя полтора месяца с его назначения, он все еще вынужден читать распечатанные отчеты.

Когда ему предложили место капитана полиции, Джордж был горд. Его усилия и результаты были оценены по достоинству. А вот сколько скрывается бумажной волокиты, за этой должностью, тогда еще будущий капитан не подозревал. Горестно вздохнув, капитан Стейси, пододвинул к себе эту гору макулатуры.

Дверь в кабинет отворилась, впуская представительного мужчину, одетого в деловой костюм. Его бледно-зеленого цвета глаза цепко окинули окружающую обстановку - пара деревянных стульев для посетителей, которые кажется застали еще времена Рузвельта, широкий рабочий стол, несколько шкафов для бумаг. На стене традиционно висели немногочисленные награды владельца кабинета - за примерную службу. Сам же офис был хорошо освещен, но не имел окон. Скромная, если не сказать скудная обстановка даже для менеджера среднего звена, но вполне ожидаемая для капитана полиции не самого простого участка.

- Мистер Хэнсон, - Джордж Стейси поднялся из-за своего рабочего стола, чтобы поприветствовать гостя - не ожидал вас увидеть.

- Ну что вы - располагающе улыбнулся гость, - это одна из моих прямых обязанностей мэра - знакомиться со столь перспективными новыми капитанами нашего великолепного города.

- Польщен - несколько недоуменно ответил Джордж, гадая почему его секретарь, расположившаяся сразу за дверью, не предупредила его - чем могу быть полезен?

- О, не волнуйтесь - правильно понял настроение своего собеседника Хэнсон, - я здесь только для нескольких формальностей. Но может вы мне предложите сначала присесть? И могу я вас звать Джордж?

- Конечно. Присаживайтесь - махнул рукой на стул перед собой, капитан, присаживаясь обратно и благоразумно не став требовать ответной любезности называть гостя по имени.

- Итак, для начала я хотел бы еще раз поздравить вас с назначением - удобно устроившись, начал мистер Хэнсон, - боро* Квинс относительное спокойное в нашем городе, пусть и не является образцовым на данный момент…

Капитан Стейси молчаливо кивнул, принимая это как очевидный факт. А вот мэр едва заметно сморщился, когда в специально сделанную им паузу не услышал привычные заверения о скором изменении ситуации.

- Тем не менее, есть один общий… я бы сказал элемент - продолжил мистер Хэнсон, - для всех районов Нью-Йорка…

Снова небольшая пауза и косой взгляд мэра на капитана, предлагающий угадать мысль. Но капитан, сложив руки перед собой, промолчал.

- Человек-Паук - как ни в чем не бывало продолжил Хэнсон, - наш герой… и головная боль. Я слышал, не так давно он спас ваших людей?

- Только троих, еще двоих не удалось. - спокойно подтвердил капитан, в чьих глазах застыл лед.

- А вы знаете, что в ту ночь, он также вытащил пару людей из горящего здания?

- Нет, - чуть удивленно ответил Стейси, - мои контакты со службой спасения сильно ограничены.

- А еще, судя по отчетам патрульных других участков - он задержал как минимум пятерых потенциальных преступников, предотвращая ограбления, попытку воровства и даже неудавшегося насильника.

- У него была… продуктивная ночь. - окаменев лицом, выдал Джордж.

- И далеко не единственная - заметил Хэнсон, - некоторые горячие головы из городского совета начинают задаваться вопросом, так ли нам нужны полицейские, если одиночка справляется с вашей работой куда как лучше.

- Маловероятно что вам повезет найти еще хотя бы сотню таких же - приподнял уголки губ, на столь очевидную провокацию Джордж.

- Вы правы. Но и оставить этот вопрос без внимания, мы не можем - обезоруживающе улыбнулся в ответ мэр, и тут же требовательно продолжил - Что вы будете делать, когда Человек-Паук появится перед вами?

- По протоколу, я обязан его арестовать - невозмутимо парировал Стейси.

- Меня не интересует протокол - сморщился Хэнсон, - меня интересует что конкретно вы прикажете делать своим людям!

- Зависит от обстоятельств - обтекаемо ответил капитан, догадываясь куда клонит мэр.

- Хм, действительно, все зависит от обстоятельств - с некоторым едва заметным удивлением гость посмотрел на капитана, как будто тот его приятно удивил - Один из капитанов уже попытался арестовать его, и закончилось это несколько… неудобно.

- Паук напал на полицейского? - нахмурился Стейси, - я не слышал ни о чем подобном.

- Нет, нет… - поднял руки Хэнсом, - капитану всего лишь пришлось повисеть на фонарном столбе, пока прибыли спасатели. Это сложно считать нападением… В любом случае, он не станет выдвигать никаких обвинений. Нам удалось замять это дело, и оно не попало на широкую публику, иначе репутация полиции пострадала бы…

- Паук неприкосновенен? - хладнокровно уточнил капитан, которому резко разонравилось куда все идет.

- Ни в коем случае - отрицательно покачал головой Хэнсон, - перед американским законами все равны. Но… пока он любимец города… его попытки ареста будут мягко говоря… нежелательными. И с далеко идущими последствиями. Вы меня понимаете?

- Боюсь, что не до конца - сложил руки домиком Джордж, исподлобья глядя на незваного гостя.

- Пока Паук не переходит черту - он может творить все что угодно. Относитесь к этому, как… к волонтеру. Да, волонтер, хорошее слово. - пояснил Хэнсон, - но при этом… - поднял палец вверх, гость - неплохо бы узнать кто он такой. Исключительно из-за вопросов безопасности, разумеется. И хотя я точно знаю, что он плохо идет на контакт, если у вас все же будет такая возможность - не игнорируйте ее.

- Я вас услышал - медленно произнес капитан, - но почему вы просто не передадите тогда запрос в ФБР? Уверен, они смогли бы достаточно быстро решить этот вопрос. С их возможностями и ресурсами…

- Ну что вы! - театрально ужаснулся Хэнсон, - с их “тактичностью” и способностью идти на компромиссы, мы рискуем влететь в скандал в первый же день, как будет оформлено подобное заявление! Нет, такое решительно нельзя допускать!

- Есть и другие службы - намекнул Стейси, - более тихие. Для подобных щекотливых ситуаций…

Мистер Хэнсон поджал губы, явно будучи не совсем готовым к такому повороту беседы. Окинув своего собеседника задумчивым взглядом, он взял небольшую паузу, что-то обдумывая и даже начав постукивать пальцами по столешнице. Коротко кивнув, словно приняв какое-то решение, мистер Хэнсон наклонился к капитану.

- Мне намекнули, - негромким голосом, что разительно контрастировало с его речью ранее, начал мэр, - что данные службы… заняты. Паук… в их глазах не является проблемой стоящего ни их внимания, ни сил. Сейчас, за кулисами идет куда более серьезные вещи, и отвлекать даже самых вшивых сотрудников на дела, что должны закрываться полицейским департаментом, они не станут. Тем более, из-за такого незначительного… ущерба.

- Более серьезные вещи? - чуть удивленно переспросил капитан, - они хотя бы в курсе, что у нас тут ящерицы-мутанты по городу бегают, а какие-то подпольные банды крадут прототипы военных костюмов?

- В курсе - кисло ответил собеседник, - и все это у них тоже входит в понятие незначительный. Нет, Джордж, на этом поле битвы мы будем одни. И рассчитывать нам не на кого.

- Армия, флот? - не смог не спросить Стейси.

- Только, как в случае с доктором Беннером, - поморщился мэр, - но как понимаете в той ситуации помощь их не то чтобы очень… актуальна.

Джордж автоматически кивнул, вспоминая свой патруль. Не очень актуальна, да. Разнесли целый перекресток, а Халка, так и не остановили. А ведь они даже прикатили тяжелые танки на улицы города!

- В общем, Паука не трогайте, но кто он и откуда - выясните. - прервал воцарившиеся было молчание своим обычным голосом Хэнсон, вставая и протягивая руку, - неофициально. И если справитесь, капитан, ваша дальнейшая карьера будет весьма блистательной, это я вам гарантирую.

- Спасибо, сэр - подчеркнуто официально ответил Стейси, также поднявшись и пожимая руку, - сделаю все, что в моих силах.

- Очень на это надеюсь, - хмыкнул Хэнсон, прощаясь.

Джордж Стейси смотрел на закрывшуюся дверь, испытывая противоречивые эмоции. Он давно осознал, что люди облеченные властью имею свою точку зрения, и редко когда меняют ее. И оценивают окружающих людей по совпадению этих самых мнений. Или готовностью менять свои принципы в пользу их - “правильной”.

Капитан не был готов. Его принципы были просты, надежны и омыты кровью. Таким не место на высоких постах в государственных структурах. Слишком твердолобы, слишком не гибкие, не могущие правильно оценить “политический момент”. Если даже по чьему-то недосмотру, они все же выбивались наверх, то очень быстро скатывались обратно - на предыдущие должности. Само окружение там оказывалось чересчур токсичным для людей с твердыми принципами.

Если конечно, они недостаточно опытны, чтобы сохранять молчание, позволяя их собеседниками самим придумывать их мнения. Почему-то, среди этих высоких начальников, каждый мнил себя знатоком человеческих душ, вполне искренне заблуждаясь что они-то понимают кому можно доверять, а кому нет. Но не Джорджу разрушать их иллюзии. Его дело простое - добросовестно служить городу, а свое мнение о том что правильно, а что нет - он придержит.

Сам Джордж отрицательно относился к Человеку-Пауку. Не к нему, как к личности, а как к элементу, что вносит хаос в систему. Есть преступники, есть полицейские. Первые нарушают закон, вторые предотвращают и наказывают. Простая, понятная схема, работающая веками. Но Паук не вписывается в нее. Формально, он - преступник. Ни один человек не может ограничивать свободу другого, если только он не стоит на страже закона. Но при этом, Паук именно что предотвращает преступления, с чем сама полиция к сожалению чаще всего не справляется. К тому же, доказать несовершенное преступление в суде, куда сложнее. Практические невозможно. Не раз, не два, потенциальные преступники уходили от ответственности, из-за недостаточной вескости улик.

Паук же этим не заморачивался. Его в целом не очень интересовало, что происходило с его “мухами” - так внутри полиции стали называть пойманных в паутину людей. И это, честно говоря, было отлично - так, он хотя бы не разрушал выстроенную систему. Да и все лучше, чем какой-нибудь безрассудный линчеватель, поехавший на почве личной трагедии и решивший, что он то достоин быть судьей и палачом в одном лице.

И тем не менее - Паук не подотчетен. Он не несет никакой ответственности ни перед кем, и никто не сможет его остановить, когда его “понятие справедливости” исказится. А в том, что это рано или поздно произойдет, капитан не сомневался. Даже опытные полицейские с возрастом подвержены больше к уличному самосуду, нежели к соблюдению регламента. Но на них, в отличии от Паука, есть контрольный орган, и управа. А вот что делать со свихнувшимся мутантом в мегаполисе, несмотря на опыт последних лет, капитан Стейси не знал.

Хорошо хоть, его подражателей стало меньше. В тот день, когда его имя прогремело на весь город, многие сознательные, но недалекие граждане вдохновились его поступками, и решили повторить сей славный подвиг. Одетые в косплейные костюмы, эти ребята не придумали ничего лучше, чем ходить с оружием по злачным местам. В общем, часть из них были сразу арестованы за незаконное ношение оружия. А другая часть… в общем-то глупо было предполагать что вооруженные идеалисты смогут противостоять закаленным уголовникам. Хотя конечно, менее всего повезло тем отбитым, кто рискнул влезть в Адскую Кухню. Часть из них, к тому же, до сих пор не найдена.

На этом фоне, опасения мэра вполне оправданы. Оправданы и понятны. Но вот методы… Не в привычках Стейси предавать людей. И чувство неприязни к подобному роду мстителям, никогда не могло служить оправданием. В отличии от чувства благодарности, за тех трех спасенных офицеров. Если бы не он - их бы всех там положили, а эти ублюдки бы скрылись.

Да и забылся мэр. Не в праве он приказывать что-либо, кому-либо из полицейского участка. Хотя, конечно, возражать ему никто в здравом уме не станет - если не хочет перечеркнуть себе карьеру. Все же мэр - это такая должность, где вы вынуждены знать всех нужных людей в городе. Там слово, там намек - и вот слухи о чересчур неподатливом капитане попадут в нужные уши. Но и бежать исполнять волю каждого зазнавшегося чинуши, забывая свой долг перед страной и народом, было неверно.

Так что, несмотря на понятные желания Хэнсона, именно он - капитан Стейси, выполнять их не будет. И своих подчиненных, если кто неожиданно проявит излишнее служебное рвение - одернет. Какую-то благодарность от города Паук все же заслужил, даже если это всего лишь сохранение его анонимности. Разумеется, как заметил мэр, пока он не переходит черту. В конце концов, презумпция невиновности - главный принцип американского правосудия.

***

- Мерзавец в маске вновь наносит удар! - массивный мужчина, с сигарой во рту, размашисто провел перед собой рукой, представляя перед глазами новый заголовок в газете.

- Он не мерзавец, Джон - привычно устало возмутился его собеседник - высокий, немного полноватый, что не столько скрывало сколько подчеркивал его телесного цвета пиджак, темнокожий мужчина. - он вытянул из пожара как минимум троих человек! Командир отряда уже успел заявить, что его люди скорее всего не успели бы до них добраться!

- Который сам же и устроил! - громогласно ответил Джон, раздраженно вынимая сигару изо рта - всего его геройства, не более чем театр одного актера, который он сам и устраивает! Случись какая напасть - он тут как тут! А стоит к нему приблизиться - он руки в ноги и бежать!

- Не бежать, Джон…Такому как он, просто нет необходимости от кого-то там бежать или скрываться…

- Тогда почему он в маске, Робби? - плюхнулся мужчина на свое кресло, - зачем весь этот маскарад?

- Чтобы избежать лишнего внимания! - устало выдохнул Робби, - которые ты постоянно ему обеспечиваешь!

- Как только он снимет свое цирковое трико - сразу же перестану - бескомпромиссно рубанул Джон, - но пока он его носит, он вызывает интерес публики, и наш долг утолять его!

- Публикуя очередную “разоблачительную” статью? - поднял бровь Робби.

- До тех пор пока он не согласится на интервью! Я даже сам готов его взять, чтобы послушать его оправдания! - бескомпромиссно заявил Джон, нажимая кнопку интеркома - где Брок?! Я вызывал его еще десять минут назад!

- Ждет вас в приемной - раздался спокойный женский голос из устройства.

- Так впускай его - гаркнул Джон, выпуская небольшое облачко дыма.

В кабинет буквально влетел молодой парень.

- Сэр, вы оценили мою последнюю статью? - несколько возбужденно начал было он, - я мог бы сделать из этого целый цикл! У меня есть уже заметки для следующей части и общий план для всего…

- Отменно омерзительно! - рявкнул в ответ Джон, - если бы я хотел почитать от чего загибаются нарики в Нью-Йорке, я бы купил какой-нибудь желтый таблоид с Пэрис Хилтон!

- Но я подумал что это перспективная тема… - сбился Эд, резко потеряв в напористости - разнообразие представленных веществ растет, и многие из них уже не столь безобидны. Если мы не будет освещать этот вопрос…

- Мы не пишем перспективные новости! - грубо перебил его Джеймсон, - интересные, шокирующие, продающие в конце концов! Но никак не “перспективные”! Читатель не помнит что он ел вчера на завтрак, а ты хочешь чтобы читал не одну, а целый цикл твоих унылых статей?!

- А как же долг перед обществом? - возмутился парень - разве наша цель не указывать обществу его проблемы…

Джон вынув сигару изо рта, бесцеремонно заржал, игнорируя укоряющий взгляд Робби.

- Человек-Паук сам заинтересовался этим! - нехотя, выдал свой последний аргумент Эд, - наверняка он нашел что-то особенное, и если вы поддержали бы меня…

- Нет! - повысил голос Джон, - это бессмысленная трата ресурсов! Впрочем, если ты так обожаешь своего Паука, то достань мне его фотографии. Твой прошлый сет уже подходит к концу!

- Но я журналист, а не фотограф! - возмутился Эд, - пошлите за ними Фрэнка!

- Твоя сестра была журналистом, - отрезал Джон, вновь проигнорировав осуждающий взгляд Робби, - а ты пока даже на личинку журналиста не тянешь! Так что жду фотографий к следующей пятнице! А нет - уволю к чертовой матери! Свободен!

- Ты слишком строг к нему, Джон - Робби покачал головой, глядя как еще совсем молодой парень, сущий мальчишка, сжав зубы покидает офис.

- Ничего, целее будет - недовольно буркнул главный редактор Дейли, отворачиваясь к окну.

- И поэтому ты отправил его за фотографиями Паука?

- Фрэнк - болван. За три месяца только размытые, и то случайные снимки издалека. - хмуро заметил Джон, - а Эд в прошлый раз справился весьма неплохо. Да и пока он занят будет, может и забудет о своих дурных идеях.

- Он также же упрям как и его сестра… - заметил Робби.

- Но не настолько безрассуден, чтобы лишаться ради этого работы - парировал Джон.

***

Гвен со стоном опустила свою голову на парту - ощущая себя настоящей дурой. Когда ее черная полоса закончится?

Предотвратить избиение у нее не получилась. Она просто не нашла место рандеву. Как собственно кого-то из парней - будь то Флеша, или Паркера. Начавшийся урок расставил все по своим местам, когда место очкарика оказалось пустым. Кое-как дождавшись конца занятия, Гвен уже не сдерживаясь вытащила ошарашенного таким напором Флеша в коридор, где весьма недвусмысленно донесла до него свою точку зрения. Правда, когда выяснилось чем именно закончилась его встреча с Паркером, Гвен чуть-чуть не сдержалась, но ее можно было понять. Меньше образа тщательно скрываемой хулиганки, она хотела только предстать в свете избалованной школьной принцесски, за которой решают все проблемы ее “дружки”.

А уж когда стало известно кто сломал Флешу нос… В общем, Лиз была счастлива. Ни капли не стесняясь она создавала все новые и новые несуществующие подробности их несуществующих отношений. На каждой перемене от нее было решительно невозможно избавиться - и своим страстным энтузиазмом она заражала всех вокруг! Паркер в ее фантазиях из всем известного ботаника вдруг превратился в какого-то готичного принца, непонятым обществом. Ей же отводилась роль толи современной феминистки, берущей в свои руки все амурные дела, то ли расчетливой стервы, разглядевшей алмаз среди плевел.

На требование остановиться и перестать доставлять ей неприятности, Лиз всего лишь надула губы: “Скучно!”, и продолжила сплетничать с удвоенным рвением. Ей только дай повод, и эту местную катастрофу уже было не оставить. И честно говоря, на все это было можно забить, если бы ее так не раздражали постоянные шепотки за ее спиной. Не школа, а детский сад какой-то!

И как назло, появившемуся Паркеру было абсолютно плевать на все эти сплетни! И ведь она видела, что он совсем не притворяется! В эти моменты Стейси даже не понимала что испытывает больше - восхищения его толстокожестью или все-таки негодования.

- Ты в порядке? - раздался участливый голос над ее головой.

- Нееет - простонала Гвен, отказываясь поднимать голову, - просто пристрелите меня, чтоб я не мучилась!

- У меня нет с собой пистолета, - рассмеялась девушка, - но могу взять ложку в столовой, и попытаться тебя зарезать.

- Не надо - несколько вымученно улыбнулась Гвен, все же открывая глаза, - привет Джейн.

- Лиз? - понимающе улыбнулась одноклассница, присаживаясь рядом.

- Лиз… - согласно кивнула Гвен, и тут же помрачнела - и не только…

Мысли невольно перескочили на Паркера. Он действительно пустил ее в лабораторию! Правда, радость девушки не была долгой. Ринувшуюся было к приборам Гвен, Паркер быстро осадил, заметив что пока она не будет достаточно теоретически подкована, смотреть на них она может только издалека. И возмутиться толком не получилось - сама напросилась.

Пришлось надежно оккупировать заднюю парту лаборатории, и вернуться к уже ненавистному ее “университетскому проекту”. Единственным светлым моментом было, что парень не стал обманывать, и вполне серьезно отвечал на возникающие вопросы. Правда, если ответ занимал больше трех минут, он прерывался, и просто кидал ссылку на источник, более подробно освещающий неочевидный момент. Для этого им правда пришлось обменяться контактами в мессенджере, и чуть помявшись, Гвен записала его как “Репетитор Паркер”.

Правда, Гвен внутреннее поклялась ни в коем случае не давать телефон подруге - просто потому что если Лиз увидит контакт Паркера, то ее просто разорвет от переполняющих эмоций! Хватит и того что сейчас она верещит не затыкаясь! И если бы Гвен искренне считала что это поможет, уже давно пролилась бы чья-то кровь. В конце концов, ломать носы девушкам было даже проще, чем парням. Хотя эффект оказывался строго противоположным.

Кстати, Паркер в лаборатории был без наушников! Впрочем, их отсутствие не сделало его сколько-то бы ни было более социальным. Он все так же обращался к ней “мисс Стейси”, а попытки завязать хоть какой-нибудь сторонний разговор просто игнорировались. И Гвен просто смирилась. Тем более, что первый же подобный вечер, раскрыл очередную пропасть в ее знаниях, вгоняя ее в неподдельное уныние.

- Не волнуйся, ей это скоро надоест - сочувствующе похлопала по плечу Джейн, и чуть улыбнувшись добавила - ей все быстро надоедает.

- Скорее бы - смирившись буркнула Гвен, - а то еще немного и я сойду с ума!

- Не надо! Что я буду с вами двумя делать в одном классе?! - наигранно испуганно вскрикнула Джейн. Девушки рассмеялись.

- Зови меня Эм-Джей, - попросила рыжая, - все друзья зовут меня так.

- Без проблем, Эм-Джей - улыбнулась Гвен, - а меня просто… ну Гвен. Главное только не мисс Стейси! - неожиданно вздрогнула от накатившего воспоминания блондинка.

- Питер? - проницательно заметила рыжая.

- Паркер. - выдохнула Гвен.

- А вы действительно не встречаетесь? - чуть помявшись, рискнула спросила Джейн.

- У меня университетский проект - заученно повторила Гвен, - а он единственный кто в этом разбирается.

- Просто Питер ни с кем не общается, - попыталась оправдаться Джейн, - а тут ты…

- А ты что, знаешь Паркера? - зацепилась Гвен, - впервые слышу что кто-то зовет его по имени.

- Мы… соседи - чуть смутилась Джейн, - наши тети были очень дружны, вот и мы… довеском и… знакомы.

- Аа… - понятливо протянула Гвен, и неожиданно испытав легкий укол любопытства, уточнила - он всегда был таким?

- Необщительным? - уточнила резко посмурневшая рыжая, - нет. Раньше он был несколько… живее.

- Дай угадаю, кто-то из близких умер и он замкнулся на своем внутреннем мирке? - бесцеремонно предположила Стейси, и получив хмурый, но утвердительный кивок, неодобрительно хмыкнула. У нее между прочим матери тоже нет! Это еще не повод тонуть в своем прошлом. Впрочем, эту тему она решила благоразумно не продолжать.

Эм-Джей, почувствовав ее отношение, открыла было рот, намереваясь что-то сказать в его защиту… и промолчала.

Неловкое молчание разбила открывающаяся дверь класса - время большой перемены подходило к концу.

*Бо́ро (англ. borough [ˈbʌrə]брит., [ˈbɜroʊ, ˈbʌroʊ]амер.) — название административно-территориальных единиц в некоторых, в основном англоязычных, странах.

Глава 7

- Я вернулся! - громко проговорил Питер, закрывая входную дверь.

Классический, двухэтажный домик с гаражом для средней семьи - было воплощением столь популярной, естественно ее более прагматичной части, американской мечты. Его опекунам повезло - они успели застать золотые годы расцвета Америки, и получить свой клочок земли за сущие копейки. И хотя, технологический и экономический потенциал за последние десятилетия страны только рос - доступность покупки дома, становилась все меньше и меньше.

Скинув куртку в прихожей, Питер не разуваясь прошел в гостиную, где горел свет. Старомодно обставленная комната, с висящими на стенах фотографиями его улыбающихся родителей, им самим в младенчестве, целующимися дядей и тетей, была не очень большая. Справа стоял небольшой обеденный стол, рядом со шкафами, а по другую сторону мягкий, старый диван - занятый тетей Мэй.

Размеренно поднимающаяся грудь подсказывала что женщина спала. Ее морщины на лбу разгладились, а привычная мягкая улыбка сейчас сменилась ровным положением губ. И только глубокие синяки под глазами, выдавали ее состояние крайней утомленности.

Питер вздохнул, глядя на ставшую уже привычную картину. Достав плед и подушку из шкафа, Питер аккуратно помог спящей женщине устроиться удобнее. А заодно, избавиться от верхней одежды, которая женщина рухнувшая на диван не стала снимать.

Глядя на единственного оставшегося родного человека, Питер наклонился и нежно поцеловал ее в лоб.

- Бен… - чуть улыбнулась во сне женщина.

Питер поспешил отвернулся. Тетя, так и не отошла от смерти дяди, даже спустя пару лет. И предпочитала топить свое горе в работе. Нагрузка на медсестер и в обычное время была достаточно существенной, но его тетя начала буквально жить на работе беря по несколько смен и демонстрируя удивительный предел выносливости и по истине стальной внутренний стержень. И даже возраст - а ей было уже за пятьдесят, не был помехой. Руководство больницы часто ставило ее в пример другим медсестрам, но удивительная мягкость в купе с терпением, и твердым характером, вызывали уважение, а не зависть и обиду на более трудолюбивую коллегу. Тетя Мэй, была одним из тех редких людей, которых уважают все.

Приглушив свет, Питер вышел на кухню. Кухня, как и все в доме, выглядело… неживым. Кухонные шкафчики хоть и были полны утварью, но пыль на них подсказывала что уже очень давно в этом доме никто не готовил. Да и не убирался, если уж на то пошло дело. Плита, тостер, посудомойка, кофеварка - хоть и наличествовали, но выглядели нетронутыми.

Да и холодильник, хоть и не показывал дно - имел все же очень ограниченный набор продуктов. Колбаса, сыр, кофе, чай, арахисовое масло, светлый хлеб, и что-то еще незначительное - все то, из чего можно было сделать быстрый перекус и не бояться что это быстро испортиться.

Поставив чайник, Питер как раз и занялся этим самым перекусом. Впереди очередная бессонная ночь, и подкрепить силы не помешает. Пока воцарившуюся тишину не прервал дверной звонок.

- Привет! - чуть сконфуженно произнесла, оказавшаяся за дверью, Эм-Джей, - тетя Джулиан испекла пирог, и вот… - протянула девушка вперед руки, показывая подарок.

Парень молча посторонился, пропуская рыжеволосую в дом. Держать соседку на пороге было невежливо, но и что делать дальше Питер не знал - не брать же подарок и выпроваживать гостью обратно? Впрочем, ситуацию спасала сама девушка - чуть помявшись у двери, Эм-Джей глубоко вздохнула и решительно направилась на кухню, оставляя чуть растерявшегося парня позади.

- Он м-морковный, - немного запнулась рыжая, решительно хозяйничала на кухне, как будто и не отсутствовала здесь столь долго - я помню тебе он больше всего нравился.

Питер сложив руки на груди, согласно кивнул. Что впрочем осталось незамеченным - Эм-Джей орудуя ножом, старательно избегала смотреть в его сторону, оставляя взору парня лишь едва покрасневшие уши.

Еще не так давно их семьи были достаточно близки, и в первую очередь из-за некоторой схожести. Мэри Джейн Уотсон тоже была сиротой, на попечении у своей тети. Правда, ее тетя воспитывала в одиночку - разведясь со своим мужем достаточно давно, она не стремилась обзаводиться новыми отношениями.

Начавшиеся знакомство из вежливости соседей быстро переросло в полноценную дружбу - дядя Бен и тетя Мэй были удивительно добрыми людьми, и старались всячески поддерживать Джулиан. Ведь несмотря на то, что в деньгах миссис Уотсон не нуждалась, следить за гиперактивным рыжим чертенком, которым и была Эм-Джей было достаточно утомительно.

Когда же чету Паркеров разбавил племянник, их общение стало еще более близким. Живая и активная по своей натуре Джейн, резко взяла в оборот Питера, буквально растормашивая мальчишку от свалившегося на его голову несчастья. Организованная ею в средней школе “банда” принесла немало хлопот школьной администрации, и столько же теплых воспоминаний Питера о том беззаботном периоде. Периоде, когда он мог хоть кого-то назвать своими друзьями.

С поступлением в старшую школу все закончилось. Из их банды, в школу Мидтауна поступил только Питер и сама Джейн. Безусловно, он пытался сначала поддерживать связь с ребятами, но… не имея больше общих интересов и точек соприкосновений, контакты быстро скатились на нет. Эм-Джей же, неожиданно осознав себя достаточно привлекательной девушкой, открыла для себя все прелести подростковых отношений, в которых друг детства был откровенно лишним. Некрасиво тогда вышло… но они были подростками, которые даже не задумываются о чувствах других людей, полностью сконцентрировавшись на своем собственном я.

Будучи чуть более закрытым человеком, которому сложно давалось построение социальных связей, Питер нашел отдушину в науке, решив пойти по стопам родителей. Правда, это дало ему ярлык “ботаника”, и еще больше отдалило от подруги, которая как и многие в ее возрасте, была больше озабочена своей растущей популярностью, чем старой дружбой.

И все же, это было неплохое время - относительно мирные годы, когда жизнь Питера была полна самыми обычными подростковыми проблемами, трагедиями и курьезами. О которых теперь, даже смешно вспоминать.

А дальше… укус паука, смерть дяди, его сила столь быстро обернувшись долгом. И его выбор. Последний раз они общались на похоронах дяди Бена. Одетая в траурное платье, ее изумрудного цвета глаза были полны слез. И тем не менее, ничего помимо стандартных фраз о соболезновании, он тогда не услышал. Так, подруга детства превратилась в старого знакомого. А сейчас, спустя пару лет и множества событий - и вовсе в чужого человека.

- Держи - протянула ему тарелку с нарезанным тортом Эм-Джей, наконец-то повернувшись к нему лицом, тем самым прервав неожиданный поток нахлынувших воспоминаний, - а тетя Мэй..?

- Спит - односложно ответил Питер, принимая предложенную тарелку и ставя ее на стол. Мягко обогнув девушку, он подошел к чайнику - чай? Кофе?

- Я ненавижу чай… - поникла Джейн, присаживаясь за стол и тут же постаралась это скрыть, нацепив смущенную улыбку - кофе. Обязательно со сливками!

Хм, а ведь действительно, она всегда пила кофе - пришла мысль в голову Паркера. И что-то еще о том, в каком гробу она видела людей которые предпочитают заваривать себе траву, вместо нормального напитка. Кажется, она тогда еще заставила его купить три порции сверхбольшого латте, чтобы он осознал глубину своего промаха, когда решил впервые угостить ее напитком. И выпить их вместе с ней. Странно, что они тогда не получили диабет, с тем количеством сиропа, карамели и прочих сладких добавок, которые шли в комплекте. Питер ощутил едва заметное тепло, от неожиданно нахлынувшего воспоминания. Которое исчезло уже через мгновение.

Поколдовав с кофемашиной, спустя пару минут он с двумя дымящимися чашками присел за стол.

- Как рука? - Вяло ковыряясь вилкой в своем куске торта, Эм-Джей попробовало прервать воцарившееся неловкое молчание. Для нее неловкое. В то, что Питер в принципе может испытывать подобные эмоции, она сильно сомневалась. Спонтанно возникшее решение, тут же воплощенное в жизнь, теперь казалось не столь удачным.

- Зажила - не стал облегчать ей задачу, своим односложным ответом, Питер.

- Как в школе?... - начала было Джейн, но тут же оборвала себя. Ну да, они же в одном классе. Как легко это оказывается можно забыть.

- Что… нового? - попыталась еще раз начать беседу Эм-Джей, неожиданно осознав что совершенно не знает чем занимается ее сосед вне школы.

- Ничего - пожал плечами Питер. А что еще он мог сказать? Про проводимые им опыты? Или про отслеживания сети наркодилеров? Для обычного человека, ему буквально не было о чем рассказывать.

- Как тебе новенькая? - плюнув на попытки зайти издалека, задала она интересующий ее вопрос в лоб.

- Кто? - чуть нахмурился парень.

- Гвен - внимательно следя за его лицом, ответила рыжая, и не увидев проблеска понимания, с неожиданным для себя облегчением, добавила - Стейси.

- Нормально - пожал плечами Питер, - а она разве новенькая?

Джейн едва удержалась от хлопка ладонью себя по лицу. Абсолютно не замечать людей вокруг, да и помнить их только фамилии - типичный Паркер!

- Вы проводите много времени вместе… - осторожно продолжила девушка, с определенным намеком.

Питер взяв в руки кружку, сделал глоток - начисто проигнорировав всякие там намеки.

- Вы… встречаетесь? - смирившись с неизбежным, Джейн чуть задержала дыхание.

- Нет - прозвучал равнодушный ответ - и я не понимаю, почему тебя это интересует.

- Эээ… - смутилась девушка, и чуть смущенно улыбнулась - просто любопытство твоей старой подруги?

Непроизвольно вскинутая бровь в немом вопросе Питера, больно резанула. Ей захотелось вскочить и… сделать хоть что-то. Извиниться. Заорать. Дать пощечину в конце концов! Хоть что-то, чтобы только больше не видеть этот спокойный взгляд! Взгляд человека, спрашивающего, действительно ли она считает себя подругой!

- Я… я заскочила на минутку, - тускло прозвучал голос Эм-Джей, встав из-за стола, - я… пойду.

***

Вечер опустился на землю. Заходящие лучи солнца пробивались сквозь шторы, рассекая тусклую пыльную атмосферу. Питер сидел за тем же столом, уткнувшись взглядом в чашку кофе, которую он так и не допил. В другой комнате послышались шаги – тётя Мэй проснулась.

– Питер? – позвала она немного охрипшим голосом.

– Я на кухне, – откликнулся он и попытался придать голосу бодрости.

Она появилась в дверях, всё ещё в домашнем халате, с чуть растрепанными волосами. Несмотря на усталость, в её глазах светилась мягкость.

– Ты вчера поздно вернулся, – заметила она, подходя ближе.

– Да, пришлось немного задержаться, – неопределённо ответил он.

– Мэри Джейн заходила, – вдруг сказала Питер поднял на тетю взгляд, - принесла пирог.

– Вы поговорили?

Он кивнул, но ничего не добавил. Мэй мягко коснулась его плеча.

– Знаешь, Питер… иногда люди возвращаются не потому, что всё поняли, а потому что не могут иначе. И это тоже что-то значит.

Он не знал, что ответить. Просто снова уткнулся взглядом в чашку, где кофе уже остыл.

– Спасибо за плед, – вдруг сказала она. – Я проснулась ночью и подумала что это Бен.

– Он бы так и сделал, – тихо произнес Питер, не поднимая глаз.

Мэй чуть улыбнулась, но ничего не ответила.

***

В темной подворотне, сразу за мусорными контейнерами двое ребят бандитской наружности пинали третьего. Их жертва не кричала, а всего лишь глухо стонала, получая очередной тычок под ребра. Еще один скучающе затягивал сигарету, стоя у самого выхода на улицу, огораживания подельников от ненужных гостей.

Кинуть камушек в мусорный ящик, заставляя тот издать металлический звон - отвлекая охранника, рефлекторно заставляя его повернуться на шум. Пара решительных шагов вперед, резкий замах ногой - и Гвен просто и без затей бьет бандита в пах.

Громкий вопль полный боли, сотряс небольшой переулок, привлекая внимание других участников банды.

- Паук? - севшим голосом спросил один из них, разглядев в полумраке трико.

Очень хотелось что-то сказать остроумное, как Паук делал это на заре своей карьеры, но голос от волнения и прилива адреналина дрожал, и казалось вот-вот даст петуха. И она не была совсем уж уверена что ее новенький декодер сможет это скрыть. Поэтому Гвен просто отвела ногу назад, занимая оборонительную стойку.

- Да нет же - дал легкий подзатыльник товарищу другой, приводя его в чувства - не видишь, это баба! Кто-то решил поиграть в героев!

Первый из них ринулся на неё с глухим рыком, но девушка ловко увернувшись, нанесла удар локтем в челюсть. Тот, пошатнувшись, потерял равновесие, и Гвен воспользовалась моментом, провела подсечку, отправив его на землю.

Второй бандит попытался схватить её за плечо, но она извернулась, ухватила его за запястье и, используя его собственную силу против него, как и показывал ей инструктор, провела бросок через бедро, развернувшись к их жертве спиной. Идеально!

Первый, очутившись на земле, с трудом поднялся на ноги, но Гвен не дала ему времени опомниться. Шаг вперед и она наносит серию быстрых ударов в грудь и живот, заставив его вновь согнуться.

Нарочито медленно, успокаивая бешено стучащее сердце, девушка обвела взглядом три лежащих, стонущих тела. Ха! Она справилась! Даже без паутииииии…. уиии!

Земля ушла из под ног, сменившись почему-то небом. Еще мгновение понадобилось девушке, чтобы осознать что она висит вниз головой. И смотрит в маску своего кум… вдохновителя, да!

- Что ты тут делаешь? - за голосом искаженного вокодером, было сложно услышать эмоции, но девушке на мгновение показалось что это было произнесено с тихой яростью.

- Выполняю твою работу! - с достоинством и некоторой гордостью, насколько это было возможно в ее подвешенном состоянии, ответила Гвен.

- Мою работу? - голос Паука понизился почти до шепота.

- Да! Если бы не я, этого человека… - Гвен попыталась извернуться, и показать пальцем на жертву, но не нашла его. - а где…

Ее взгляд упал на висящего рядом соседа. Почему то целиком обмотанного паутиной.

- Эй! Он жертва! - взволнованно вскинулась девушка, - я сама видела как его…

- У кого из них был нож? - перебил ее ровный голос Паука.

- Не у кого… - сбилась Гвен, - причем здесь вообще это?!

Ее взгляд упал на тускло освещенный кусочек металла, лежащий на земле. Но ведь никто из ее противников не стал доставать оружие…

- Это его нож. Тот, кого ты пыталась защитить - был их подельником - холодно прозвучал голос, - и пока ты махалась с ними, он подбирался к тебе.

- Но они же избивали его! - переполошилась Гвен, - я сама видела!

- Может он попытался их кинуть - пожал плечами Паук, - а может, зашел на территорию чужой банды.

- И что?! Мне нужно было спросить их, прежде чем вмешиваться? - задергалась в паутине девушка, - простите великодушно, почему вы избиваете человека и заслужил ли он это?!

- Ты должна была знать что не каждая жертва нуждается в помощи - мрачно прервал ее Паук, - и что как минимум часть из них, попытается тебя же и убить.

- Ты лжешь! - в запале задергалась в паутине девушка, - это просто нелепая случайность! Он мог достать его для самообороны!

Паук просто развернул ее к соседнему висящему кокону. Сквозь пелену боли, несостоявшаяся жертва сжав зубы с ненавистью уставилась на нее - выбивая весь боевой запал девушки.

- Зачем? - неверяще прошептала Гвен, - я же хотела тебе помочь…

Кляп из паутины не помешал ему что-то промычать какое-то оскорбление в ответ.

- Синдикаты не хотят чтобы кто-то ломал их налаженный бизнес и потому неплохо платят за любых “народных героев”. Особенно, если это новопроснувшиеся мутанты - раздался тихий голос Паука - Твой труп вполне мог решить все его проблемы.

Гвен промолчала. Чувство неправильности и какой-то нереальности тисками сдавила ее голову. Все это было совсем не так, как должно было быть!

- Ты ничего не знаешь об этой стороне мира, но лезешь в его самое пекло. В следующий раз, меня может рядом не оказаться и…

- Тогда расскажи мне о нем - запальчиво выдала Гвен, заставляя Паука поморщиться, прерываясь на полуслове.

- Нет - тихо, но твердо прозвучал ответ. - Это не место для молодых идеалистов.