Человечьего сердца цветок

Глава 1. Пролог.

Цвет не виден его,

Но как быстро он блекнет,

Меняет свой лик!

Он один такой в этом мире –

Человечьего сердца цветок.

Оно-но Комати

Тысячи островов, огромных скал, летали в небесах. Они были неподвижны, острия их вершин касались бесконечного темно-синего неба, на нем уже светились звезды. Какие-то островки были малы, на них помещался маленький городок, другие были настолько огромны, что располагали на себе целые страны. Миллионы людей считали их своим домом и были настоящими патриотами этих кусков земли. Непроглядная пелена стелилась под островами волнистой гладью до самого горизонта.

Между островами мелькали огоньки – это корабли, единственный способ перемещения. Огромные лучезарные парусники и маленькие шхуны летели по звездному небу и оставляли за собой почти невидимую полоску дыма от сгораемого топлива. С земли их движение казалось столь медленным, как будто эти огоньки тоже были звездами.

В эту печальную ночь за небесами наблюдали двое, мужчина и женщина. Они стояли на открытой террасе своего белоснежного особняка, умиротворенно подняв головы к звездам. Оба в белых тогах, от них почти изливается свет, у обоих смуглая кожа и темно-фиолетовые волосы – отличительный признак их расы. Оба улыбались, наслаждаясь видом.

Вот, из комнаты раздался младенческий плач, и женщина оставляет мужчину, чтобы успокоить ребенка. Стоило ей уйти, как тут же по мощеным улицам небольшого городка, сплошняком состоящего из белокаменных построек, пронесся ветер. Захлопали ставни, поднялась пыль, одинокая собака лаяла где-то вдали. Многие люди тоже выглянули на улицу посмотреть, что происходит.

На одинокий остров с единственным городом шли черные тучи, их гнал ледяной ветер. Все больше и больше людей видели, как эта тьма сгущается над островом, как переливался в ней оранжевым оттенком огонь и сверкали редкие молнии. Вскоре и звезд больше не было видно.

Мужчина, что стоял на террасе, наконец, понял. Его глаза наполнились страхом.

Он выбежал из особняка и направился к городскому центру. Здесь на большой площади уже собралась толпа, и все, как один, с ужасом наблюдали черные тучи, в недрах которых будто разверзся ад, огонь было видно сквозь тьму. Среди множества людей стояли и старейшины острова, они спустились с широких лестниц своего дворца. Мужчина подбежал к ним.

– Приветствую тебя, Элай – сказал один из них, и каждый поклонился мужчине.

Тот поклонился в ответ и, сжав кулаки, посмотрел на старейшин в надежде, что его поймут.

– Это он…

Старейшины переглянулись, пот проступил на их лицах.

– Ты уверен?

Элай склонился еще больше.

– Ошибки быть не может.

Старейшины продолжали смотреть на огненные тучи. Отголоски грохота разносились по всей площади, толпа становилась все тише.

– Значит, он прознал о наших планах… – сказал один из старейшин и щелкнул пальцем – нужно спрятать абсолютный клинок.

Вскоре двое вынесли маленький сундук. Старейшине вручили шелковые перчатки, такие же вручили и Элаю. В сундуке среди красного бархата находился небольшой серебряный шар. Старейшина осторожно взял его и передал Элаю.

– Спрячь его. Настанет время, когда он послужит человечеству. Великий Колдун не должен завладеть им.

Один из старейшин возразил.

– Но почему мы не можем воспользоваться им сейчас!?

Остальные сразу огрызнулись на него.

– Потому что среди нас никто не достоин владеть абсолютным клинком. И никому из нас не по силам тягаться с Великим. Его время не пришло.

Элай накрыл шар тканью и убежал прочь.

Тем временем на площади становилось все больше и больше народу. Над головами людей тучи начали медленно закручиваться в воронку, а из самого ее основания на землю пролился свет. Всех ненадолго ослепило, люди вскрикнули, прикрыв глаза руками и белыми тогами, отступая от того места, куда падал луч света. Все стихло.

Когда свет начал меркнуть на площади уже стоял он. Юноша в белых одеждах невозмутимо и грозно смотрел на людей. С виду обычный человек, за исключением глаз – они были черные, а вместо зрачков голубые светящиеся кольца. Длинные светлые волосы в хвосте покачивались на ветру.

Все тут же забыли о грозной стихии. Увидев кто перед ними стоит, люди преклонили колено, даже дети. Никто не отважился напрямую смотреть на чужака.

Юноша обвел взглядом толпу и остановился на старейшинах, которые так же стояли на одном колене, выказывая мнимое почтение. Один из старейшин обратился к нему.

– Отец наш, Великий Колдун, минула не одна сотня лет с тех пор, как ты навестил наш народ. Зачем ты явился вновь?

Но ответа не последовало. Юноша молчал, продолжая вести взглядом по толпе. Каждый человек чувствовал тот миг, когда Колдун видел его. Так продолжилось еще какое-то время. Затем юноша начал говорить, но делал он это не с кем-то, а словно сам с собой.

– Страх открыл вашу личину. Вы прекрасно знаете, зачем я здесь – в кромешной тишине его голос был слышен каждому, с неба начали падать огненные сгустки, подобно снегу. Город быстро принялся огнем – Я верил, что ваш род, получив часть моей силы, отдаст себя служению, станет великим творцом, подобно мне.

Толпа начала разбегаться, но никто не кричал. Даже когда огонь полился с неба, никто не смел перебивать речь этого юноши. Склонив голову в смирении, один из старейшин воззвал к колдуну, протянув к нему руки, как к солнцу.

– Прошу тебя, отец, умерь же свой гнев!..

Юноша продолжал, не отвлекаясь ни на что.

– Вы не стали уподобляться мне, но, научившись говорить на моем языке, задумали мятеж. Воистину, человек глуп. И это не исправить. Так сгиньте же в огне.

В миг последнего слова юноши с неба градом высыпали сотни раскаленных прутьев. Каждого, кто стоял на площади, пробило насквозь прямо в сердце. Воздух гудел от новых и новых стрел, падающих с небес. От огня стало светло как днем. Волна предсмертного ужаса и крика, наконец, пролилась по городу, но быстро угасла.

Юноша сделал первые шаги, босые ноги ступили в кровь. Теперь он стоял среди пронзенных тел старейшин и видел на земле открытый сундучок.

Элай бежал из последних сил. Он слышал крики и агонию тех, кто остался позади. Прутья продолжали гвоздить людей к земле. Из окон домов вырывались языки пламени, ветер разносил огонь по окрестностям. Бежать с островка было уже некому. Великий Колдун шел по одной из улиц оставляя за собой лишь смерть, не щадя никого.

Элай ворвался в собственный особняк. Здесь его встретила супруга с неспокойным ребенком на руках. Она хотела спросить, что происходит, но взгляд Элая убрал лишние вопросы. Мужчина положил серебряный шар в неприметный короб.

– Рэм, нам нужно как-то выбраться с острова.

– Но как? Это табу, нам запрещено покидать остров. Просто не на чем!

Элай сложил некоторые вещи в сумку и положил туда короб. Попутно он смотрел в окно. Огонь подступал к их особняку. Мужчина посмотрел на женщину с ребенком.

– Есть одна идея.

Взяв Рэм за руку, он выбежал из дома.

На улицах почти полностью опустело. Великий Колдун шел в одиночестве, переступая через тела. Его внимание привлек мальчик. Он лежал на животе, как и остальные, пронзенный прутом. Металл уже почти остыл и не светился. Но ребенок был жив, он тянулся ослабшей рукой вперед, скребя пальцами по земле. Великий Колдун подошел к нему и долго смотрел на гаснущую жизнь. Он достал из-под белых одежд маленький кулон в форме шестиконечной звезды на цепочке и протянул его над мальчиком. Звезда засветилась голубым.

– Как жаль. Ты был достойным человеком.

Сказав это, Великий Колдун убрал звезду, а в тело мальчика с неба прилетели еще пять прутьев, превратив его плоть в ничто.

Колдун повернул голову, он увидел, как из города вверх по холму бежит пара с ребенком на руках. Медленным шагом он направился в их сторону.

Элай и Рэм добрались до стойл на самой окраине острова.

– Грифоны?.. – отдышавшись, произнесла женщина.

Элай не ответил. Он увидел, что стойла крылатых животных, единственный шанс на спасение, объяты огнем. Они подходят ближе и видят пару тел с прутьями в груди. Рэм в ужасе отвернулась, прижимая ребенка к себе. Элай выбил дверь стойл, изнутри повалил дым, пока что горела только крыша. Они проникли внутрь и увидели, что несущая деревянная балка рухнула и убила собой двух грифонов.

– О нет…

Элай оставил сумку и в отчаянии начал пробиваться дальше, Рэм шла за ним. Вскоре они нашли привязанного грифона-жеребенка. Слишком маленький чтобы увезти на себе даже одного взрослого человека. Элай понял это, но все равно начал его седлать. Привязав к седлу корзину, он посмотрел на Рэм. Женщина со слезами на глазах прижала к себе ребенка, поцеловав смуглое личико, затем передала Элаю. Тот уложил малыша в корзину и крепко пристегнул. Когда Элай начал отвязывать грифона, он увидел позади Рэм Великого Колдуна. Юноша стоял босыми ногами на огне и смотрел на них, пламя отражалось в его черных глазах. Элай хлопнул грифона, и зверь расправил крылья, спикировав вниз, прочь с острова.

Мужчина ринулся к женщине. Лишь бы успеть… сквозь тростниковую крышу ворвалась стрела, оставив дыру.

Через мгновение Элай и Рэм лежали в объятиях, убитые общим прутом. Великий Колдун смотрел, как грифон с ребенком удаляются прочь. Несколько стрел с неба полетели в сторону зверя, но грифон, движимый неведомой силой инстинкта смог увернуться от всех, кроме последнего. С раненым крылом он продолжил свой путь, унося дитя подальше от острова.

– Значит такова твоя судьба.

Великий Колдун развернулся и ушел прочь.

Горящий остров становился все меньше и меньше, он удалялся.

Силы покидали юного грифона и тот начал снижаться. В конце концов, не желая сваливаться в неведомую пелену, он дотянул до ближайшего острова и рухнул в пшеничное поле.

Последние звезды терялись в голубом небе. Солнце всходило.

Мужчина и женщина прогуливались по сельской дорожке, когда услышали детский плач. Они пошли на него сквозь пшеницу и нашли мертвого зверя с привязанной к седлу корзинке. Ребенок не унимался. Мужчина и женщина переглянулись, но им ничего не оставалось – они были добрые душой и не могли оставить дитя здесь.

Стук в дверь. Раннее утро не приносит добрых вестей. Старик, живший в доме на окраине, пробудился ото сна. Он был единственным врачом на острове, поэтому давно привык к внезапным гостям. Тем более что этих двоих он знал давно. Открыв дверь, старик увидел на руках своих подмастерьев ребенка.

– Мольке!.. Там в поле, там мертвый грифон!Мы… мы не знали что делать.

Старик открыл дверь еще шире.

– Успокойтесь и пройдемте внутрь.

На столе три деревянных кружки с остывшим отваром. Ребенок, наконец, уснул в старой люльке. Старик и двое его гостей молча сидели во врачебной комнате и смотрели на чудаковатого пришельца, на его цвет кожи, цвет волос.

– Он ведь… он богоязыкий? – тихо спросила женщина у старика.

– Да, мальчик явно их племени – Мольке осторожно подошел к люльке, чтобы не разбудить малыша – только что он делает так далеко от своего острова?

– Они же заперлись там, никогда не уходили со своей священной земли. Так почему он здесь?.. Мне это не нравиться.

– Что нам теперь делать, Мольке?

Старик посмотрел на гостей.

– Вам сейчас о своем ребенке печься надо, а еще думать о практике. Ребенок пока побудет у меня.

Женщина подошла к ребенку, она кротко улыбнулась, увидев, как дитя сосет палец во сне.

– Знать бы его имя.

Посидев еще немного, старик проводил гостей.

Он снова подошел к люльке и долго смотрел на малыша.

– За тобой ведь никто не явится, верно, богоязыкий? Уж если ты здесь совсем один, то наверняка случилось что-то страшное. Что ж… раз уж я не знаю твоего имени, то придется дать тебе новое, – он задумался, приподняв голову, а затем на его лице появилась легкая улыбка – да… будь у меня сын, я бы так его и назвал. Кайн.

Глава 2.

Несколько лет прошло с той ночи, когда младенец очутился на чужом для себя острове.

Одним холодным утром старик Мольке шел с небольшой коробочкой в руках в свой крохотный дом. У него было приподнятое настроение, сегодня важный день и для него, и для мальчика. По этому случаю он и приготовил подарок.

Солнце стояло высоко, на веранде легонько звенел одинокий ветряной колокольчик.

Мольке открыл дверь и тихо вошел в дом. Кайн, как и всегда, сидел за столом, пытаясь читать сложные книги по медицине – единственная литература, которая была в лачуге врача. Длинные фиолетовые волосы собраны в аккуратный хвост, он покачивал ногами, поскольку еще не доставал до пола. Заметив старика, мальчик вскочил с места и ринулся к нему, крепко обняв.

– Ну что, вот и настал твой одиннадцатый день рождения – улыбнулся Мольке, протягивая коробочку Кайну.

Мальчик тут же открыл ее.

Внутри лежал черный китель с золотыми пуговицами и брюки – школьная форма.

Кайн посмотрел на старика глазами полными счастья.

– Ну, пойди, примерь, к обеду мы уже должны быть в городе.

Вскоре Кайн вышел к Мольке в обновках. Старик помог застегнуть тугие пуговицы. Они вдвоем стояли перед высоким зеркалом в человеческий рост. Мальчик не мог насмотреться на себя. Но Мольке заметил, что сияние в глазах Кайна поумерилось.

– Что с тобой?

Кайн отводит взгляд. Он смотрит на свою небольшую комнату как в последний раз. Небольшая кроватка, столик и стеллажи с книгами по биологии и медицине. Единственная его мечта когда-нибудь прочитать их все и понять. Мальчик сжимал и разжимал пальцы.

Мольке снова спросил.

– Ты боишься идти в город? Ты же столько раз там был.

Кайн обернулся и посмотрел старику в глаза.

– Нет, Мольке, все хорошо. Я готов… я ждал этого дня, правда.

Старик улыбнулся и приобнял мальчика.

– Не бойся, малыш, я буду рядом, на сей раз никто не посмеет тебя тронуть.

Он помог собрать Кайну листы бумаги для письма и сложил их в свою старую сумку. Теперь мальчик готов.

Вдвоем они направились прочь из дома.

Входная дверь медленно закрывается, скрипя. Она понемногу пресекает свет, который падал на фотографию в рамочке на столе. На ней мужчина и женщина, те самые, которые когда-то вызволили Кайна с пшеничного поля.

Рамочка повязана черной лентой.

Мольке и Кайн шли по окраине поля в сторону города. Холодное майское утро заставляло мальчика потирать плечи. Тень от острова, что парил намного выше, закрыла солнце, заметно потемнело. Кайн давно представлял в мыслях этот день. Момент, когда он станет частью города, частью остальных людей. Пусть цвет кожи у остальных был другой, он все еще надеялся, что его примут.

Ветер покачивал кроны деревьев. Шелест молодых листьев.

У опушки леса рытвины и ухабы от снарядов, подбитые танки. Краска на них еще не слезла, хотя некоторые места уже начала брать ржавчина. Кайн видел, как на их зеленых корпусах белым написаны большие цифры – порядковые номера. Именно танки познакомили его с цифрами, а не цветная книжечка по арифметике, которую когда-то давно подарил ему Мольке.

Трава была влажной от росы, металл блестел на вновь вышедшем солнце.

Спустя пару часов они были в городе. Здесь ничего не поменялось – люди все также бросали на Кайна косые взгляды, смотрели с неодобрением на смуглую кожу и темно-фиолетовые волосы. Мальчик делал вид, что не слышит шепота, летящего со всех сторон.

– Смотри, там богоязыкий.

– Снова приперся, хочет и на нас навлечь кару небесную.

Он не знал о чем они. Но он давно привык к такому отношению. Толпа расступалась, освобождая уважаемому врачу и его названому сыну дорогу.

Кайн прекрасно знал город. Он часто гулял здесь, окутавшись накидкой с капюшоном. Он словно превращался в невидимку, и все ради того, чтобы посмотреть на торговые корабли в порту. Они регулярно прилетали на остров с товарами и новыми людьми. И каждый раз мальчик надеялся увидеть хоть кого-то, похожего на себя. Хоть кого-то, кто сможет ему рассказать, что же случилось в тот день, который он совершенно не помнит, но который так сильно изменил его жизнь. Ведь старик Мольке ничего не говорил ему. Но каждый раз Кайн возвращался домой ни с чем.

Сегодня мальчик старался не отвлекаться на это. Первый день в школе был для него очень долгожданным. День, когда он начнет постигать науки, чтобы однажды стать таким как Мольке – способным уйти на поле боя и спасти там жизнь под громом артиллерии.

Они добрались до здания школы. Часть этого здания была разрушена, когда-то сюда угодил снаряд. Кайн не был удивлен, в конце концов, многие здания в городе были разрушены во время прошедшей войны, сирены которой навсегда врезались мальчику в память.

Во дворе перед школой уже находилось множество детей и взрослых. Учитель поприветствовал Мольке, многие взрослые поклонились ему.

– Почти все в сборе – сказал учитель – осталось дождаться пастыря.

Кайн заметил, как остальные дети с удивлением смотрят в его сторону. В голове промелькнула мысль.

«Почему я не родился таким же, как все?»

Находиться в центре внимания было невыносимо, хотелось провалиться под землю, оказаться сейчас в своей пустой комнате. Или хотя бы накинуть капюшон. Лишь только черный китель с золотыми пуговицами равнял Кайна с остальными детьми, и мальчик это понимал.

Вскоре появился и пастырь. Он привел довольно большую группу детей. Рядом с ними не было взрослых, и все понимали, кого он привел. Это дети, которых война оставила сиротами.

Кайн сразу обратил внимание на рыжеволосую девочку с холодными синими глазами. Она держалась отдельно от остальных. Как и у всех сирот, лицо ее было невыносимо грустным, забывшим улыбку.

Мольке подвел Кайна к себе и присел на уровень его глаз.

– Ничего не бойся, здесь о тебе позаботятся – Кайн уверенно кивнул – ну, ступай.

Мальчик ушел к остальным детям, которые во главе с учителем и пастырем отправились в школу. Ухоженные кабинеты с потрепанными деревянными партами были переполнены солнечным светом, лившимся из огромных окон. Детей начали рассаживать.

– Кайн, твоя парта последняя, возле окна – мальчик поспешил занять свое место – Рика, ты сядешь с ним.

Наконец, Кайн узнал, как звали ту рыжеволосую девочку, которую привел пастырь вместе с остальными сиротами. Рика села рядом. Кажется, она боялась любого лишнего движения. Другие дети зашебуршились, стараясь хоть чуть-чуть отодвинуть свои парты от них. Кайн даже улыбнулся – конечно же, это из-за него.

Рика чуть ли не тряслась, она сжала кулачки и держала их у ног, глаза ее были закрыты, она боялась их открывать. Кайн случайно задел ее локтем. Рика встрепенулась и тихо начала осыпать его извинениями. Тонкий и нежный голосок.

Когда рассадка была окончена, слово взял пастырь. Мужчина в белом одеянии с золотой епитрахилью широко раскинул руки, приветствуя детей.

– Знайте, дорогие мои, сегодняшнее мирное небо и то, что вы делаете первые шаги к знаниям, возможно только благодаря Святой церкви Первозданного камня. Она объединяет тысячи островов и миллионы людей. Вы должны гордиться тем, что являетесь частью ее паствы. Кто знает, может когда-нибудь шестиконечная звезда покажет, что вы достойны отправиться в паломничество за Пелену.

Один из ребят поднял руку.

– А правда что по ту сторону Пелены живет Великий Колдун?

Другие дети прыснули смехом, но тут же успокоились, когда пастырь посмотрел на них недовольно.

– Существует легенда, что когда-то один человек обрел такое могущество, что стал считаться другими людьми богом. Он стал отшельником и покинул человечество, скрыв свой мир Пеленой. Никто не знает, существует ли он на самом деле, но что мы знаем точно, то, во что мы верим, это Первозданный камень, дающий силу всем нам, заставляющий появляться новой жизни, течь рекам, летать островам. Все происходит по его воле. И те, кто без разрешения церкви посмеет пересечь Пелену, будут жестоко наказаны им. Вы все знаете, из-за чего случилась страшная война. Жадные люди с некоторых богатых островов решили, что воля Первозданного камня ничто! Они сплотились против церкви и выступили за то, чтобы люди свободно могли пересекать Пелену. Мне тошно от одной мысли, что в обитель святого Первозданного камня могли бы попасть недостойные грешники. Но по воле камня войска церкви смогли одолеть грешников и вернуть острова к миру. Вы должны помнить уроки истории, если хотите вырасти полноценными членами общества, и тогда камень обязательно пригласит вас в свою обитель.

Пока пастырь продолжал свою речь, Кайн тихо обратился к Рике.

– Мой дедушка рассказывал, что из этих паломничеств никто не возвращался.

Девочка посмотрела на него, Кайн снова увидел ее синие глаза.

– М… Может это из-за того, что там намного лучше, чем на островах?..

Кайну нечего было ответить.

После окончания урока дети начали собираться по группкам. Изгоями остались только Кайн и Рика. Мальчик обратил внимание, что Рика особо не переживала по этому поводу, она просто складывала листы в свой портфель.

В другой части класса группа мальчишек с неодобрением посматривала в их сторону. Они шептались, ехидно переглядываясь.

– Привет, тебя Рика зовут?

Кайн не сразу заметил маленькую девочку, которая подошла к их парте и поздоровалась с Рикой.

– Да…

– Я Марта, давай дружить? – улыбнулась она, но Рика боялась что-то сказать в ответ. Она нерешительно продолжила собирать листы.

– Эй, ты чего?..

– Х-хорошо… давай…

Марта обрадовалась.

– Отлично! Пойдем со школы вместе, я хочу кое-что тебе показать за городом. Только это секрет.

Кайн не придал значения дальнейшему их разговору. В городе прогремел бас трубы. Это был знак того, что в порт прибывает очередной торговый корабль. Кайн воодушевился. Он быстро сложил свои вещи и побежал прочь из школы.

В порту как всегда многолюдно, сотни рабочих бегали туда-сюда с тележками для грузов. Только что прибывший корабль действительно впечатлял. Черное дерево и позолоченные паруса, в корме судна находились огромные сопла двигателей, от которых раздавалось шипение и легкий гул, они остывали. Огромные краны вытягивали с палубы все больше и больше контейнеров. Помимо рабочих порт собрал множество зевак. Кайн был среди них, он уже успел надеть свою накидку с капюшоном и смотрел из тени на людей, выходящих с корабля на берег. Дамы в шляпках, господа во фраках, были даже дети в синих матросках. Кайн искал глазами, но никого с таким же цветом кожи, как у него он не видел. Сегодня так же, как и всегда.

Настала пора уходить, прикрыв лицо капюшоном, Кайн побрел по улицам города. Совершенно случайно он заметил Рику и Марту вдалеке. Они о чем-то говорили, и было видно, что Рика хоть и с боязнью, но не без интереса слушает новую подругу. Но вовсе не это привлекло внимание Кайна. Он заметил, что Марта улыбается. Но это была фальшивая улыбка. И это ему не понравилось.

Тихим шагом мальчик решил последовать за ними. Так они вышли из города и вскоре очутились на проселочной дороге, которая вела к амбару на холме. Кайн не отступал ни на шаг, хоть и держался достаточно далеко от них. Рика сбавляла ход, когда они подошли к амбару, Марта снова криво улыбнулась и показала на приоткрытую дверь. Рика покачала головой, она явно не хотела туда заходить. Марта подтолкнула ее ближе.

Из темноты амбарного входа показалась рука, она схватила Рику и резко затянула ее внутрь. Марта перестала улыбаться. Она огляделась по сторонам и зашла внутрь следом.

Кайн видел все это. Он недолго думал, сразу ринулся к амбару. Еще не зайдя внутрь, он уже услышал мальчишечьи голоса.

– Отродье! Ты посмела явиться в школу, пользуешься защитой пастыря, хотя твои родители воевали против церкви!

Удар за ударом, Кайн слышал, как Рика вскрикивает. Он продолжал бежать изо всех сил.

Ворвавшись внутрь, Кайн увидел Марту и троих мальчишек, тех самых, которые недобро смотрели на них в классе. Так значит у них были счеты с Рикой… Один из них держал девочку, двое других били ее. Рика держалась из последних сил, все тело в ссадинах, а изо рта текла тоненькая струйка крови.

«Почему человек может быть таким?»

Все посмотрели на Кайна, один из мальчишек спросил.

– Ты чего здесь забыл, урод.

Гнев охватил Кайна от вида избитой девочки. Его кулак крепко сжался. Кайн ударил первым. Он попал по лицу близстоящего, и на него тут же набросились остальные, кинув Рику на пол. Кайн увернулся от пары ударов, но потом один из парней взял трубу и огрел Кайна по спине. Мальчик упал, его начали забивать ногами.

Громкий звук свистка прокатился по округе. Мальчишки дрогнули и переглянулись.

– Валим!

Кайн тоже слышал свисток. Это были стражники. Еще никогда он не был так рад этому звуку.

Как только мальчишки вместе с Мартой убежали, Рика подошла к Кайну. Она помогла ему сесть. В глазах девочки страх, зрачки суетливо виляли туда-сюда, она смотрела на Кайна, на каждую его ссадину.

– Прости… – прошептала она сипло.

– Ты в порядке? – спросил Кайн, хватаясь за голову. В ушах сильно гудело.

Двое стражников вбежали в амбар. Все было кончено.

Спустя час Рика и Кайн уже находились у Мольке. Тот обрабатывал раны детей. Старик делал это бережно, в его глазах совершенно точно нельзя было прочитать беспокойства, которое ожидал Кайн.

Каждое прикосновение проспиртованной ватки к ноге Рики заставляло девочку сжимать зубы, но она не подавала виду.

– Здорово они вас…

Рика сказала на удивление спокойным и ровным голосом.

– Я уже привыкла.

Кайн почувствовал, как в сердце заиграл холодок. Он лишь только знал, что все сироты живут в церковном приюте. Она сказала так немного, но мальчик все понял.

Из открытого окна дул ветерок, белая занавесь покачивалась на ветру. С улицы доносился голос жаворонка.

Мольке посмотрел на Рику.

– Ты очень похожа на маму. У тебя ее глаза, такие же синие-синие.

Рика отвела взгляд.

– Вы знали моих родителей, дедушка Мольке?

Старик отошел от детей к столу и стал укладывать пробирки в саквояж. Взгляд его коснулся рамки на столе с фотографией мужчины и женщины.

– Да. Они учились у меня, пока нас не разлучила война. – Далее он посмотрел на Кайна – пригляди за ней, я должен идти в город на вызов.

Мальчик кивнул. Мольке отправился в путь, дети остались наедине в пустом доме.

Тишина длилась целый час. Они просто смотрели, как за окном садилось солнце, окрашивая округу в оранжевый.

Наконец, Рика произнесла.

– Спасибо.

Кайна почему-то укололи эти слова. Он отвел взгляд в сторону.

Прошло еще несколько минут.

– Когда говорят спасибо, нужно отвечать пожалуйста… – улыбнулась Рика.

***

Когда солнце зашло, и небо начало темнеть Кайн и Рика отправились в сторону церковного приюта. Они шли молча, никто ничего не осмеливался произнести. Тропа шла мимо окраины острова – места, где земля резко обрывалась, открывая бесконечную глубину мира. Там внизу все застлано Пеленой. Она как дымка, как туман, белым одеялом скрывала от людей какую-то тайну. Кайн остановился посмотреть. Следом за ним встала и Рика.

Десятки огоньков, корабли летали с острова на остров. Закат перекрасил белую Пелену в пурпурный. На небе первые звезды.

Волосы детей покачивались на теплом ветру.

– Ничего не случилось бы, если бы не мама с папой – сказала вдруг Рика.

Девочка сошла с тропы и села в траву у самого края, можно даже было свесить ноги. Она уткнулась лицом в колени, и Кайн услышал, что она тихо плачет.

Он стоял позади.

На небе загоралось все больше и больше звезд.

– Ты совсем одна. Другие люди в лучшем случае не смотрят в твою сторону… Мне знакомо это, Рика.

Со стороны леса подул сильный ветер, он унес тысячи вишневых лепестков вдаль с острова. Они летят к Пелене.

Все же, это был май…

Кайн завершает.

– Давай спасем друг друга от одиночества.

Рика повернулась к нему. В глазах еще слезы, но она уверенно смотрит на мальчика.

Глава 3.

С того вечера, когда Кайн предложил Рике то, от чего она не в силах была отказаться, прошло два года. Теперь все в городе знали, что если где-то идет рыжеволосая девочка, то рядом с ней всегда можно найти мальчика с темно-фиолетовыми волосами.

Изо дня в день, Кайн все так же приходил в порт, смотреть на новые корабли и искать людей. Но все так же безуспешно. Торговые суда уходили в небесную даль, Кайн смотрел им в след, поникши. Люди все так же не замечали его, поскольку юноша был в своей накидке с капюшоном. Толпа безучастно шла мимо ряда калек, вернувшихся с войны, тех, кому более ничего не оставалось, кроме как сидеть с протянутой рукой.

Кайн случайно услышал разговоры двух купцов.

– Теперь это станет слишком дорого…

Другой угукал.

– Да, да. Мало того, что снаряжать корабли на дальний рубеж итак было дорого, так теперь придется и конвой нанимать.

– Но пока Сириус слишком большая угроза.

Сириус? Кайн слышал это имя раньше. Купцы часто про него говорили. Это пират, грабивший торговые суда и остающийся не по зубам военным флотилиям островов. Все-таки война сильно растрясла старые порядки, раньше о пиратстве и мародерстве никто и подумать не смел. Сейчас это стало порядком вещей.

– Ка-айн! – послышался голос. Каждый, кто был на улице, мельком обернулся. И хватало же этой рыжеволосой девочке смелости радостно кричать во весь голос, широко улыбаясь и огненными синими глазами смотреть на богоязыкого. Люди лишь фыркали на это и шли дальше.

Кайна же как током ударило, он начал вертеть головой по сторонам. Вдалеке, в самом конце улицы он увидел Рику. Та активно махала ему рукой, приветствуя.

Он направился в ее сторону, она помчалась к нему, словно молния. Через минуту мальчик уже сгорал под ее взглядом. В ее глазах и забота, и укор.

– Все прохлаждаешься? – спросила Рика, уперев руки в бока и ехидно улыбнувшись – ты наверно забыл, что сегодня день обязательного посещения церкви.

Кайн встрепенулся.

– Точно…

Он действительно забыл, а между тем такие дни как сегодня случаются не часто. Именно сегодня Святая церковь собиралась отправить очередную группу паломников за Пелену. На это соберется посмотреть чуть ли не весь остров, а для обучающихся под церковным крылом школьников это и вовсе было обязательным делом. Страшно подумать, что скажет пастырь, если Рика с Кайном пропустят церемонию.

Рика схватила его за руку, и они помчались по улочкам к церкви.

Здесь все было как на празднике, цветные флажки на ленточках между фонарными столбами, кругом цветы. Люди выстроились вдоль домов, освобождая центр улицы для виновников торжества. Десять паломников в белоснежных платьях уже заходили в церковь, когда Кайн и Рика прибыли на место.

– Пойдем наверх, на балкон. Не хочу стоять в толпе – сказала Рика.

Поднявшись на балкон, они с радостью обнаружили, что тут и в самом деле никого нет. Церемония началась. Островной Епископ прочитал целую речь о величии Первозданного камня и о великой миссии паломников. Они слушали его на коленях, склонив головы в молитве. Молился вместе с ними почти весь зал.

– Как думаешь, что все-таки на той стороне Пелены? – тихо спросил Кайн.

Рика смотрела на паломников, в ее глазах отражались огоньки тысяч свечей.

– Я не знаю. Но если Первозданный камень существует, то я хотела бы посмотреть на него хоть одним глазком. И на его хозяина, Великого Колдуна.

– Говорят, он всесилен…

– То есть он может накормить всех голодающих?

– Не знаю.

Паломники скрылись за алтарем. Больше их никто не достоин видеть. Там они сядут на крылатую лодку и отправятся на бреющем полете вниз, пока Пелена не поглотит их.

Церемония была окончена.

Вечером этого же дня Кайн и Рика шли по лесу в сторону своего секретного места. Они давно приметили себе опушку, здесь лес врезался в поле подсолнухов. Три близко растущих дерева, между ними самодельная лачуга из досок и металлических листов. Здесь и открытый очаг, и шкафчики с книгами, и даже самодельный столик для работы. Территория была огорожена заборчиком из тех же досок и листов. Секретное место было далеко от города, от всяких людских глаз, и Кайн с Рикой были уверены, что их никто не потревожит.

Кайн весь в поту нес огромный рюкзак за спиной, в нем куча новых книг, которые он надеялся успеть проштудировать сегодня. Рика весело несла на вытянутых руках небольшой холст. Они прошли мимо заросшего кустарником ржавого танка. Дети бросили на него молчаливый взгляд, не останавливаясь.

Наконец, они дошли.

– Ух… давно мы здесь не были – сказал Кайн, скидывая с себя тяжелый рюкзак. Он плюхнулся в старое кресло без ножек и открыл банку газировки. Сделав пару глотков, мальчик передал ее Рике.

– Да, сначала приберемся.

Сложив мусор с прошлого раза в отдельный мешок, подметя внутри лачуги, они принялись за свои дела. Кайн открыл книгу и начал читать, Рика поставила холст на мольберт и установила его напротив поля.

– Снова будешь рисовать подсолнухи? – улыбнулся Кайн.

– Ага, они прекрасны.

Кайну на ум пришла одна идея. Он взял старый цветочный горшок, положил в него землю и семечко подсолнуха.

Его ладонь висела над горшком, взгляд сосредоточен.

– Эль витабо! – громко сказал Кайн, и в этот же миг горшок задрожал, а из земли прорезался росток, который за считанные секунды обратился молодым подсолнухом.

– Ого-о! – Рика не поверила своим глазам, Кайн ухмыльнулся, почесав затылок.

– Пока мне даются слова низкой разрядности, но магия интересная вещь.

– Ты поэтому набрал столько книг по разрядным словам? Это же здорово, Кайн! Никто в нашем возрасте не использует магию… да даже взрослые только самые низкие разрядные слова, типа «Эль» или «Ан». А потом я видела, как у них кровь носом шла и они падали в обмороки.

Кайн не стал говорить, что после того, как он заставил подсолнух вырасти, его голова тоже немного закружилось. Но Рика была права, он давно заметил, что магические слова, оставленные человечеству в далекие времена, давались ему куда проще, чем большинству остальных людей. Он читал в книгах, что их использование опасно, поскольку они черпают энергию жизненной силы и если произнести слово с высокой разрядностью, не обладая должной подготовкой, то можно даже погибнуть. Но отчего-то это не пугало мальчика, ему нравилось тайком ото всех чудить в свободное время.

– Когда ты расскажешь остальным?

Кайн пожал плечами.

– Мне кажется, не надо. Никому нет дела до меня, и мне до них тоже нет дела… Может только Мольке расскажу когда-нибудь. Ну а ты? Когда покажешь остальным свои рисунки?

Рика немного покраснела.

– Вообще, завтра мы идем в поход со школьной группой в горы. Я согласилась пойти только из-за того, что хочу нарисовать их.

– Ах, черт… я совсем забыл про поход.

– Я так и думала.

Рика просто сияла, и Кайн не мог насмотреться на ее лучезарность. Горящие глаза и широкая улыбка, мальчик замирал, когда видел их.

Это был первый день, когда совершенно случайно на шее Рики Кайн заметил следы, чем-то напоминавшие черные молнии.

Но рыжие волосы тут же скрыли их.

***

На следующий день, едва солнце взошло, осветив вершины гор острова, группка детей во главе с учителем уже собиралась возле здания школы. Дети проверяли свои огромные рюкзаки, этим же занимался и Кайн. Мальчик иногда поглядывал в сторону Рики, которая то и дело потирала плечи от утреннего холода. Он знал, что так будет, поэтому прихватил с собой небольшое покрывало.

– Укутайся, так будет теплее – сказал Кайн, передав его Рике.

Свисток учителя. Все тут же подбежали к нему, выстроившись по двое. Кайн и Рика замыкали строй.

Поход начался. Прошло полдня, и дети уже шли в дикой местности, стараясь не отставать от учителя. Он огромным тесаком разрубал листву на их пути. Кто-то еле плелся, но большинство еще были полны сил. Все, даже извечные хулиганы и задиры были восхищены видами гор. Прекрасная долина, заросшая деревьями, открывалась отсюда, в центре озерцо, вода блестит на солнце бликами. Кайн видел, как горят глаза Рики, несмотря на усталость, ей не терпелось достать альбом, чтобы сделать зарисовки.

Наконец-то привал. Дети ставили лагерь. Когда работа была сделана, все как один уселись на поляне, с которой горы было видно лучше всего.

Кайн, видя горящие глаза, подумал тогда.

«Что же такое человек? Это одновременно и зверь, и бог».

Когда солнце начало садиться, учитель дал команду готовиться ко сну. Дети весело проводили время за играми, пили чай, кто-то читал. Рика в одиночестве рисовала закат, Кайн дремал, прислонившись к ее спине. Как ни крути, но они вдвоем все еще были отдельно от остальных. Это было в порядке вещей, и все давно к этому привыкли. Так было до этой ночи.

Кайн не ждал приключений, но они нашли его сами.

Ночью в палатке мальчиков он проснулся от шепота.

– Ты точно уверен?..

– Да, да. Я видел его. Папа рассказывал, что ему лет десять уже. Он упал в горах, но его не стали искать.

– Эх… я бы посмотрел… но идти туда ночью, совсем одним.

– Другого шанса не будет, утром отряд пойдет дальше, и мы упустим такую возможность. Давай! Не дрейфь.

Кайн повернулся на другой бок. Он увидел как четверо мальчишек, его одноклассников, сидели вокруг газовой лампы в одних майках и что-то обсуждали.

– Я бы и рад, правда. Но сейчас ночь, вдруг мы заблудимся… или еще что похуже…

– Согласен. Идти туда нашей компанией тупо. Потому что если там будет какой-нибудь маньяк или зверь, то все. Вот если бы с нами пошел кто-то сильный…

В этот момент все четверо посмотрели на Кайна, обнаружив, что он как раз не спит.

Мальчишки переглянулись, все для себя решив. Они ринулись к Кайну.

– Слушай, пойдешь с нами за сокровищами?

– Что?..

Кайн нехотя подсел к ним.

– Когда мы шли сюда, я заметил в лесу часть крыла. Что-то огромное повисло на дубе. Отец рассказывал, что лет десять назад видел, как небольшой корабль шмякнулся у нас в горах. Про него никто не знает. Но я уверен, что это он.

Кайн навострил уши.

– Корабль?

– Ага, корабль. Наверное, контрабандисты, раз его никто не стал искать.

Другой мальчик призадумался.

– А что если это один из бригов церкви или альянса? Может его подбили во время войны? У нас же в округе полно разбитой техники.

– Ну и что, думаешь, если это корабль церкви или альянса, там нечем будет поживиться?

– Да я бы не прочь и просто походить по настоящему кораблю.

Кайн слушал ребят и думал про себя, впервые его сверстники обращались с ним как с равным. Он так не ожидал этого, что теперь даже чувствовал небольшое волнение.

– И… что вы хотите от меня?

– Понимаешь, мы одни боимся туда идти. А с тобой нам бы было спокойней.

«Ага, в случае чего все на меня свалите» – подумал Кайн.

– К тому же я слышал, ты как-то дрался с грозным Бо один на один, когда он обидел Рику.

– Да, а я видел, как ты тайком читаешь магические книги. Давай соглашайся, когда еще представиться возможность побывать на настоящем корабле.

Кайн недолго думал. Мальчик азартно улыбнулся, ведь на самом деле в нем давно томилась мечта хоть раз побывать на корабле. Последнее время он посещал порт не только в поисках сородичей, но и чтобы просто полюбоваться летающими крепостями.

– Хорошо, я с вами.

Ребята обрадовались такому решению. Они освободили свои рюкзаки, оставив только еду и воду. Каждый взял по фонарику. Выходили из палатки по одному, стараясь никого не разбудить. Далее нужно было обойти лагерь и миновать палатку учителя. В ней все еще горел свет. Когда лагерь остался позади, у ребят отлегло на сердце.

Ночной лес был очень страшным, даже освещая себе путь, ребята дергались от каждого шороха. Здесь не было дорожек или хотя бы тропок, приходилось идти сквозь траву, которая была выше детей. Но ничто не заставило повернуть их назад.

Спустя час они были на месте.

Огромный корабль висел на могучих ветвях дуба. Он действительно был подбит, на весь борт зияла пробоина. Время сильно потрепало судно, взбухшее черное дерево, металлический остов взят коррозией.

– На него точно безопасно залазить? – спросил один из ребят.

Никто не стал отвечать. Кайн полез по дубу и первым ступил на палубу.

Неповторимое ощущение. Доски тихо скрипят под его тяжестью. Мачта была сломана, снасти свалились на палубу. Ни малейшего следа человека.

Ребята робкими шагами начали расходиться по кораблю кто куда.

– Я знаю эту модель. Она стара как мир.

– Значит точно контрабандисты.

В конечном итоге все забрели в каюту капитана. Здесь был беспорядок, разбитый стол, множество ящиков и коробок. Большинство принялись копошиться в них. Кайн же подошел к блоку управления. Здесь была небольшая книжка. Кайн взял ее в руки.

Это бортовые заметки. Кайн быстро пролистал их, подсвечивая фонариком, и остановился на последней.

– Идея залететь на Веридас была заманчива. Легендарный остров Богоязыких. Тут было чем поживиться, и мы не упустили свой шанс…

Кайн прочитал вслух последнюю строчку, которой обрывались заметки.

Рядом с книжкой лежала потрепанная сыростью коробочка. Кайн взял ее в руки.

Один из мальчишек подошел к нему.

– Что нашел?

Кайн протянул коробочку ему.

Внутри лежал серебряный шар. Мальчик взял его в руки и стал разглядывать.

– Обычная безделушка, мы нашли там в ящиках золотую посуду, идем, глянешь.

Он передал шар Кайну, и стоило ему коснуться серебристой поверхности, как все тело сковала неистовая боль. Кайн закричал во все горло.

Ребята с ужасом обернулись.

На шаре забегали красные строчки, словно огонь. Это были слова на непонятном для них языке.

Боль продолжала жечь мальчика, он свалился на колени.

– Кайн, брось его! Брось!

Но он не мог сделать это. Шар словно прилип к его руке.

Письмена стали переходить с шара на тело Кайна, и мальчик заорал еще пуще. Другие ничего не могли сделать, не знали что. Они просто смотрели, как дитя в слезах и конвульсиях кричало, пока строки огненных слов растекались по его коже. Кайн тяжело дышал, почему-то сквозь боль он подумал о Рике. Как же сильно он захотел сейчас увидеть ее. Захотел не оставлять ее одну в этом мире. Не нарушать обещания.

В глазах темнело. Кайн почувствовал, что силы покидают его. Последнее, что он запомнил, то, как его тело упало на пол. Шар, наконец, выпал из рук и укатился.

– Он умер? – слышалось сквозь чернеющую пелену.

– Нет, просто отключился. Бросай все, надо его вытащить!

***

Колокольчик молчал.

Ночь была безветренной и спокойной. Тем не менее, старику Мольке не спалось. Он уже выпил успокаивающий отвар и сидел на веранде своего дома, разглядывая силуэты соседних островов в ночи.

Но как водится, у врачей не бывает спокойных ночей.

Так и в этот раз он заметил, что к его дому несется целая толпа. Все с фонарями и явно спешат. Они несли на себе чье-то тело.

Когда они приблизились, старик обомлел.

Спустя мгновение Кайн уже лежал на операционном столе. Мольке смотрел на его тело и не верил глазам. Он не знал, что с таким делать.

Дети, почти весь класс, стояли молча позади в той же комнатке. Они протирали пот после скорого возвращения. Пришлось нести Кайна по очереди, чтобы не потерять драгоценное время. Впереди остальных стояла рыжеволосая девочка. На ней не было лица. Кулачки прижаты ко рту, только так она могла держать себя. Синие глаза переполнены ужасом.

Кайн не приходил в себя. Но сквозь веки было понятно, как быстро бегают сейчас его зрачки.

Старик Мольке прогнал всех. Он попытается сделать хоть что-то.

***

Кайн шел по городу совсем один. Этот город был не знаком ему. Совсем другие здания, из белого камня. Людей здесь не было, улицы пусты, и лишь только ветер сопровождал мальчика. Была ночь, на небе все усыпано звездами. Но сама земля и белые дома словно излучали свет. Кайн скоро понял, что это не просто свет. Город объят красным огнем. Шум пламени давит на уши. Мальчик закрыл их.

Он идет дальше.

Вот на его пути стали попадаться тела. Все как один лежат на животе, все со странными прутьями-крестами в груди. По их коже Кайн понял – это его сородичи.

Мальчик поднимает взгляд. Вдали он видит светловолосого юношу в белой тоге. Он стоит к нему спиной. Юноша берет кусочек звездного неба и превращает его в накидку. Теперь поверх тоги сияют звезды в ночи на черной ткани.

Юноша начинает поворачиваться, Кайн успевает заметить лишь краешек его лица.

Голубое кольцо в черной глазнице обращено прямо на мальчика.

Кайн очнулся. Он начал делать глубокие вдохи, словно не дышал целую вечность. Во рту все горело. Взгляд его остановился на стакане с водой. Кайн тут же осушил его. Поставил на стол, и взмахнул ладонью.

– Аль аква диз… – прохрипел он.

Стакан вновь наполнился водой. Кайн продолжил пить. Жжение внутри чуть отступило.

Мальчик стал осматриваться. Он знал эту комнату как свои пять пальцев, ведь это была его собственная комната. На сердце немного потеплело.

Наконец, он заметил Рику. Она спала у его кровати на коленях, ее рука держалась за одеяло Кайна.

За открытым окном слышалось стрекотание птиц, во мрак комнаты лился солнечный свет.

Внезапно знакомый крик. Кайн узнал голос. Это Мольке.

– Если вы заберете его, то оставите город без врача! Это я вам гарантирую.

Рика проснулась от этого крика, сначала посмотрев в окно, а потом на Кайна. Глаза ее тут же наполнились слезами, она прильнула к мальчику и крепко обняла его.

– Я… я…

Рика уткнулась лицом в рубаху Кайна, мальчик почувствовал, как намокает его плечо.

– Тише, Рика… – он погладил девочку по голове – что происходит?

– Ты проспал так уже три дня. Они… они хотели забрать тебя… они думают, что ты опасен.

– Что… кто они?

Кайн обратил внимание на свои руки, на остальное тело. Все было в странных письменах и узорах кроваво-красного цвета, чем-то похоже на татуировки.

– Городской совет… не бойся… Мольке каждый раз выпроваживает их, они не посмеют.

Рика посмотрела на него, затем снова обняла.

– Я так боялась, что ты больше не проснешься…

Шум снаружи утих.

Глава 4.

Минуло еще четыре года.

Все та же комнатка во врачебном доме, все тот же ветряный колокольчик за окном монотонно разбавляет тишину.

В комнате двое, седой старик Мольке и Рика. Девушка сидела к нему спиной на деревянной кушетке, тот как раз заканчивал с осмотром. Рика слышала, как старик то и дело беспокойно кряхтел, попутно скрипя перьевой ручкой во врачебном журнале.

Девушка безучастно слушала все, что он делает, поглаживая свои волосы. Они заметно потускнели за последние годы. С каждым днем все тусклее становился и ее взгляд.

– Да… – выдохнул Мольке – и даже настойка лучезара бессильна.

Вся спина девушки изрезана вдоль черными молниями, они набухли, словно вены, ломано шли от самого копчика к шее, где резко утончались и обрывались. Когда Рика надевала кофту, боль давала о себе знать. Девушка покорежилась, стиснув зубы.

– Сильно болит?

– Да… еще иногда голова кружится.

Мольке складывал склянки с лекарствами в саквояж.

– Прости меня, Рика, я ничего не могу…

Девушка посмотрела на него, старика пробрало от ее спокойного взгляда.

– Сколько?

С полминуты они молча смотрели друг на друга. Затем Мольке нашел в себе силы.

– В лучшем случае год.

Рика отвернулась. На ее лице появилась кроткая улыбка. Взгляд спрятан за прядями челки.

– Я пойду.

Тихо сложив свои вещи в портфель, девушка ушла из дома, не проронив больше ни слова.

На улице цвела весна. Невыносимый зной, в зелени летали стрекозы. Солнце пробивалось лучами сквозь кроны деревьев.

Рика шла к окраине острова. Там, где когда-то давно они с Кайном дали друг другу обещание. Она шла, заливаясь слезами, вся красная. Скорый шаг, словно она уходила от мыслей. А ведь еще как-то нужно сказать ему.

Кайн, как и всегда, сидел здесь один. Он смотрел на бесконечную даль, на Пелену под ногами. Стоит ли ему вообще говорить? Юноше итак приходится нелегко. После того случая с шаром, Кайн стал настоящим изгоем – он больше не посещал школу, город, и даже порт, теперь накидка была бесполезна. Люди считали его проклятым, лишь благодаря Мольке совет смирился с тем, что Кайн останется на острове. Всему остальному старик принялся учить его сам. И прежде всего, любви к человеку. Кайн искренне старался, но не всегда понимал, чему его учат. Зато у него гораздо лучше стало получаться использовать разрядные магические слова, и не те, что раньше, но более высокого уровня. С тех пор, как все его тело стало изрисовано красными узорами, он перестал чувствовать побочные эффекты от произношения слов. Будто этот неведомый язык магии был его родным.

Рядом с юношей на траве лежала книга по медицине.

Он услышал, как Рика подошла к нему сзади.

– Здравствуй – прошептала она.

Кайн тихо кивнул и отвернулся.

– Ну, что сказал старик?

Рика не ответила. Она села рядом с ним. Кайн и не ждал ответа. Он понял, что девушка только что плакала.

– Я говорил тебе, что не допущу этого. Даже если потребуется пересечь Пелену, если потребуется сила Великого Колдуна, я найду его. Я все равно это сделаю – он посмотрел на нее – я найду лекарство.

Рика снова ничего не ответила. Они вместе слушали шелест травы. Кайн взял в руки книгу, и начал читать. Когда он переворачивал очередную страницу, из книги выпала листовка. Кайн подобрал ее.

– Что это? – спросила Рика.

– Это объявление, Мольке вчера взял в городе.

На листовке был изображен огромный корабль. Надпись крупными буквами вверху гласила: «Впервые на нашем острове, легенда семи великих капитанов! Не пропустите!»

– Семь великих капитанов?

– Да, лучшие из лучших. Сегодня корабль одного из них посетит порт. Кажется, его Макстер зовут.

– Корабль?

Кайн посмеялся.

– Нет же. Макстер этот капитан, его корабль называется «Сальватор».

– Хм, какое необычное название.

Кайн смял листовку и вернулся к книге.

– Ты не пойдешь посмотреть? – спросила Рика.

Юноша посмотрел на нее.

– Пойти в город? Смеешься что ли? Я не был там уже почти год. В последний раз это плохо кончилось…

– Ладно тебе, ради такого можно сходить. Все равно все будут заняты этим кораблем, никто на тебя и не взглянет.

Кайн покачал головой.

– Нет, не хочу. Тем более что ты останешься одна. Пойдем лучше в наш лагерь.

Рика не стала спорить. В город вместе с ним она и вправду не могла пойти. Отношение к ней там было не лучше чем к Кайну. Когда люди узнали про ее болезнь, то стали считать девочку прокаженной. Быть вместе с людьми для них обоих было опасно.

Вместе они направились в лагерь, но стоило Рике пройти пару шагов, как в голову что-то ударило, ее ноги подкосились. Кайн, который шел позади, успел поймать ее.

– Все хорошо?

– Да… просто резко встала, наверное…

– Давай, залезай на спину, я донесу тебя.

Рика покраснела.

– Ты чего, я не могу.

– Давай, давай. Не спорь.

Он посадил Рику себе на спину, и они отправились в их лесной лагерь.

***

Рика рисовала подсолнухи. Казалось, это единственное занятие, которое она могла делать вечно, и которое приносило ей покой. Кайн же продолжал читать. Вернее он пытался читать, в голову лезли дурные мысли, а его взгляд перечитывал одну и ту же строчку уже сотый раз. Слова Рики не отпускали его. Он видел ее глаза, он понимал по ним, что Рика уже смирилась. Ее картины – прощальное слово этому миру.

Сердце юноши сильно болело каждый раз, когда он видел ее. И ничего не мог сделать. Но он не собирался опускать руки.

Солнце клонилось к горизонту.

Внезапно тишину нарушил гул двигателей. Огромная крепость пронеслась над их головами, ветер тормошил верхушки деревьев. Кайн поднял голову и увидел его. Ошибки быть не может – это «Сальватор». Таких больших кораблей юноша не видел никогда в жизни. Где-то с полминуты судно только шло над их головами, настолько большой был это парусник. И Рика, и Кайн не могли отвести взгляд. «Сальватор» направлялся в сторону города. Время пришло.

Как только корабль улетел, Кайн тут же сделал безучастный вид. Рика лишь ухмыльнулась.

– Иди.

Кайн посмотрел на нее, и девушка заметила, как в нем борются две стихии.

– Сказал же, что не пойду.

Рика все бросила и подошла к Кайну, взяв его за руки.

– Иди. У нас с тобой еще столько времени, а такие корабли залетят к нам еще не скоро. Потом сам будешь жалеть. Давай. Я все равно пока лягу спать, когда проснусь, ты уже будешь рядом.

Она улыбнулась, Кайн был побежден.

– Ладно. Я ненадолго. Но пообещай мне, что никуда не уйдешь, пока меня не будет.

– Хорошо.

***

Город ничуть не изменился за тот год, что Кайн его не посещал. Казалось, что никто и не думал заниматься его восстановлением. Но вот народу будто бы стало больше. Или просто все высыпали на улицы по такому случаю. Насколько могли, горожане приукрасили свой город. Флажки, искусственные цветы, даже цветные фонари, которые не зажигали уже несколько десятков лет. Но повод есть повод.

Кайн шел по темным переулкам, стараясь избегать многолюдных улиц. И хотя старый плащик полностью скрывал его лицо, сердце юноши вздрагивало каждый раз, когда перед ним кто-то появлялся. Еще не хватало добавить Мольке новых проблем, если его здесь заметят.

Однако Рика оказалась права, сегодня внимание всех было приковано к «Сальватору». Никто и не смотрел на юношу в рванье.

Чем ближе к порту, тем больше людей, больше шума. Где-то вдали уже слышался оркестр. Праздничные фанфары. С неба летели ленточки и пластинки конфетти. Кайну так хотелось поднять капюшон, посмотреть вверх, увидеть побольше. Но тогда он рисковал раскрыть себя. Стоило хоть кому-то увидеть смуглую кожу с алыми татуировками, поднялось бы столько шума, что, может быть, и про «Сальватор» все бы забыли. Идя мимо небольшого рынка, Кайн заметил, сколько разных сувениров связанных с легендарным капитаном здесь продавалось – и магниты, и резные фигурки, и даже комиксы. Он также заметил, что всю нищету, всех калек и попрошаек, что были завсегдатаями у стен рынка и порта, теперь прогнали. Будто их никогда и не было.

«Человек лишь играет в добряка. Только когда ему это нужно».

Кайн вздохнул и прогнал лишние мысли.

Наконец, он в порту.

«Сальватор» уже был пришвартован. Ради него пришлось убрать остальные корабли, он занимал почти весь причал. Люди ликовали, сверху продолжали сыпаться ленточки и золотые лепестки. Ликование сливалось с басом оркестра.

Вот с корабля спускают трап. Начинают идти первые матросы.

Кайн пригляделся. Не может быть!

На удивление первые несколько человек были совсем детьми. Но это точно были матросы, на них белая форма с голубым воротом. Следом шли члены команды постарше, но как ни крути, этих людей тоже нельзя было назвать взрослыми.

Толпа продолжала приветствовать гостей. Было так громко, что хотелось закрыть уши. Все с восхищением смотрели на действо.

С корабля на берег вышло уже около ста человек, все как один в белой форме. Они шли аккуратной шеренгой и выстроились в два ряда, образуя что-то вроде коридора. Следом за матросами с «Сальватора» начали спускаться офицеры. Это были взрослые, даже один старик. У них такая же белая форма, только вороты черные, ну и еще золотые аксельбанты. Последним вышел капитан.

Стало еще громче. Кайн, наконец, закрыл уши. Когда он увидел капитана, радость вдруг переполнила его ни с того ни с сего.

Капитан Макстер задержался на краю палубы, с теплой улыбкой, помахивая рукой, он приветствовал горожан. Высокий мужчина с длинными темными волосами. Черный китель, клинок в ножнах с золотым эфесом на поясе.

Кайн знал, почему ликуют люди. Вовсе не потому, что капитан Макстер был одним из легендарной Черной семерки. Толпа ликовала потому, что наконец-то и до их острова добралась гуманитарная миссия, которую семь капитанов задумали сразу по окончанию войны. «Сальватор» был доверху забит едой и чистой водой. Все это будет роздано жителям острова.

Как только Макстер вышел на берег, главы городского совета подошли к нему, чтобы поприветствовать лично. Толпа также стала напирать. Все хотели рассмотреть капитана поближе. Кайн был не исключением. Он протискивался сквозь тела все ближе и ближе. Кто-то случайно снял с него капюшон.

Кайна как молнией поразило, он поспешил надеть капюшон обратно. Тут же осмотрелся. Никто даже не смотрел в его сторону.

Так вначале ему показалось. Но на самом же деле, на короткий миг лицо Кайна увидела группка парней. Его давние «знакомые», та самая троица, которая давным-давно решила напомнить Рике ее место. Они поняли, что Кайн здесь, а значит его извечная спутница совсем одна. Ребята переглянулись и тихо отправились прочь из порта.

Кайн продолжал идти вперед, на сей раз, держа капюшон обоими руками. Он уже видит Макстера. Тот, улыбаясь, беседовал с одним из глав. Кайн услышал его голос. Он хотел подойти еще ближе, но людей было уже столько, что идти дальше было невозможно. Услышать о чем говорит капитан с советом, не получилось из-за шума. Но Кайн был искренне рад. Он смог так близко подойти к одному из семи.

Вскоре Макстер уходит в компании глав совета в город. Большинство людей проследовали за ними. Кайн же остался в числе тех, кто с горящими глазами смотрел на пришвартованную крепость «Сальватор», он закрывал своей тенью весь город.

Когда солнце село и начало смеркаться, Кайн решил вернуться в лагерь к Рике.

***

В лагере все было вверх дном. Кайн в растерянности, широкими глазами он озирал разруху. Мольберт опрокинут, книги валялись чуть ли не по всей территории лагеря. Даже лачуга сломана. Металлические листы, служившие стенами, были выбиты. Юноша принялся разбирать завал. Может она там, под грудой обломков?

Но нет. Кайн вскоре заметил множество следов. Рику кто-то схватил.

Кайн принялся бегать по округе рядом с лагерем – никого. Следы вели все дальше и дальше, вдоль леса на окраину острова.

Наконец, он услышал девичий крик. Все тело пробрало, Кайн устремился на голос со всех ног.

Тем временем Рика держалась из последних сил. Двое парней волокли ее под руки к обрыву, с которого открывался вид на Пелену. Каждый раз, когда Рика пыталась закричать, парни били ее в живот, заставляя умолкнуть. Никто из них не обращал внимания на слезы и кровь. Главный из этой троицы шел впереди, в его сердце уверенность, что он творит справедливый суд.

Вот, они уже на краю обрыва.

– Заткнись и слушай, мразь – сказал главарь.

Рика с трудом подняла голову, ее тело все еще держали под руки.

– Отпустите… меня… я не сделала вам ничего плохого…

– Заткнись, говорю. Прокаженная, думаешь, мы не знаем? Целыми днями таскаешься с этим уродцем Кайном.

– Хах, правильно говорят, яблоко от яблони недалеко падает – сказал другой парень – мамка с папкой воевали против церкви, а сама связалась с чужаком. Так еще и больная. Хочешь, чтобы на острове все твою чуму подхватили?

Он поднял ее голову за волосы и харкнул в лицо.

– Ну, довольно слов. Если городской совет ничего не делает, мы сами сделаем… но сначала развлечемся.

Все трое начали кряхтеть уродским смехом. Рика побелела.

– Снимай с нее одежду.

Но не успел он схватиться за ее платье, как фигура, стоявшая позади парней, дала о себе знать.

– Явился… – сказал главарь, увидев Кайна, но тут же в его голосе мелькнула дрожь.

Кайн стоял перед ними без оружия. Все его тело тряслось, юноша чувствовал, как гнев переполняет его. Парни кинули Рику на землю и отступили шаг. Они отчетливо видели, как в темноте у Кайна светились глаза. Светились ярко-красным, звериным тоном.

– Отец прав, ты не человек… ты чертов монстр – сказал главарь.

Кайн сжимал и разжимал руку. Мысли путались. Каждый раз, когда взгляд его касался окровавленного тела Рики, юноша хотел ринуться на ребят и разорвать их. Он заметил, что его татуировки тоже начали светиться. А потом в своей ладони он внезапно ощутил что-то холодное. Кайн опустил глаза. В его правой руке нож. Черный металл клинка покрыт такими же узорами, как и его тело. Он не знал, откуда взялось это оружие, но понял, что последние несколько минут только и повторял у себя в голове, что ему нужен нож.

И вот, он в его руке.

– Эй, что ты делаешь?!

– Постой… нет!

Кайн больше не контролировал себя. Он ринулся на того, что был ближе всех, того, что стоял рядом с телом Рики с расстегнутыми штанами.

Взмах руки.

Свет луны освещал траву. На нее брызнула черная кровь.

Двое ребят упали на землю и попятились назад. Они не могли произнести ни слова, только мычали.

Третий стоял без головы. Вскоре его тело упало рядом с Рикой.

Кайн тяжело дышал. Что-то теплое внутри. Он услышал пронзительный крик Рики. Тут же красный свет в его глазах погас.

«Как? Как я смог это сделать? Отрубить голову одним ножом…»

Кайн, видя тело парня, в ужасе отбросил нож в сторону. К горлу подступило.

Двое других парней воспользовались этим и убежали, не оглядываясь. Рика продолжала кричать, не веря своим глазам. Она взялась за голову, слезы смешались с кровью.

– Что… что ты наделал…

Глава 5.

Утро того же дня. Толпа собралась возле здания горсовета. В его главном зале тоже было многолюдно. Это был амфитеатр, где главы города сидели за трибунами и взирали свысока на человека в центре. Мольке был изнеможен, глаза его бегали от одного судьи к другому, но у всех лишь один ответ на то, что нужно делать.

Старик чуть ли не плакал.

– Послушайте… но мы же не знаем всех обстоятельств…

Его тут же перебивают.

– Они лишние в данном случае, Мольке. Достаточно того факта, что он убил человека. Он понесет наказание по всей строгости.

Старик видел, как во мраке трибун на лицах многих глав нарисовалась улыбочка. Для них все произошедшее лишь долгожданный повод.

Мольке долго молчал. Он не знал, что еще можно сказать.

– Если тебе больше нечего предоставить, то…

– Вы не посмеете… – голос старика надрывался – иначе я…

– Мольке, нас сей раз Ваш шантаж бессмыслен. Кайн будет казнен как угроза обществу. Он больше никого не посмеет убить. Мы не можем держать зверя среди нас. На этом суд окончен.

Тем временем Кайн находился в темнице за городом. Юношу одолел страх, он сидел на койке, подогнув ноги. Взгляд в никуда, в мыслях все еще отдельные кадры. Тело без головы, слезы Рики, нож, с лезвия которого стекает кровь. Свет из маленького решетчатого окна у потолка лился прямо на его длинные до пояса фиолетовые волосы.

Мольке всегда говорил, нет ничего ценнее человеческой жизни. Поэтому он и решил стать врачом, чтобы спасать их.

«Где же тогда мое чувство вины?»

Кайн словно чувствовал, что поступил правильно. Но откуда? Откуда взялось всего на миг это сладкое чувство, когда клинок появился в его руке, когда он понял, что отнял жизнь? Кайн перебирал кадры раз за разом, и отчетливо помнил это чувство. Он точно не ошибся.

Юноша не спал уже сутки. Он понимал, что теперь не сможет сдержать обещание, данное Рике. Он оставит ее, не сможет спасти от болезни.

Солнце давно зашло, теперь в камере лишь лунный свет. Юноша потихоньку закрывал глаза, усталость брала свое. Но вот, шорох у окна разбудил его, Кайн всполошился, посмотрев наверх. За решетками он увидел Рику.

Какое-то время они смотрели друг на друга в ночной тиши.

Кайн хотел улыбнуться, но в голове все еще звенел крик Рики. Он убил на ее глазах человека, считает ли она его своим другом после всего? Он не знал, что делать.

– Рика… я…

– Все в порядке, Кайн, я пришла помочь.

Сердце юноши немного отпустило.

– Что ты здесь делаешь?

– Тебя спасаю, давай скорее, у нас мало времени.

– Спасаешь?

– Да, тебя приговорили к казни, если мы не выберемся, то сегодня утром тебя повесят.

Юноша пошатнулся и упал на койку.

– Казнят? Но…

– Помолчи и слушай. Выбора у нас с тобой больше нет. Давай убежим с острова. Сбежим вместе и навсегда.

Кайн посмотрел на девушку. В ее глазах твердая решимость. Она ждет его ответа.

– Но Мольке…

– Кайн, старик будет только рад узнать, что на рассвете твое тело не будет качаться на веревке.

Действительно, Кайн сразу представил это. Ему стало до боли жалко старика. Но другого выхода не оставалось. Он подошел ближе к окну и вновь посмотрел на Рику.

– Но как мы сбежим с острова?

Рика улыбнулась.

– На «Сальваторе».

– Что?

– Мы проберемся в порт, затем на корабль. Когда Макстер прилетит на другой остров, мы просто сойдем.

Кайн сделал пару шагов по камере, задумавшись. Даже сейчас, в трудную минуту для себя, в его голове промелькнула мысль, что на других островах, быть может, найдется лекарство для Рики.

– Хорошо. Отойди от решетки.

Рика поднялась на ноги и отбежала.

Заклинание средней разрядности, слово «Эш». У простых людей при его использовании может пойти кровь носом, у некоторых даже было кровоизлияние в мозг из-за нагрузки. Но Кайн не чувствовал ничего вот уже четыре года, с тех пор как начал произносить их, тех пор, как коснулся странного серебристого шарика.

– Эш эрумпер.

Взрыв и тяжелый гул от упавшей на землю решетки вместе с грудами кирпичей. Кайн не рассчитывал, что вместе с ней обрушится и часть стены.

– Скорей! – Рика махала рукой, торопя Кайна – наверняка, твой взрыв слышал весь город.

При Рике уже было два рюкзачка, она подготовилась заранее. Кайн узнал один из них. Это была сумка Мольке – значит, все происходящее шло с его подачи. Это лишь прибавило уверенности юноше. Рика взяла его ладонь, и они вместе помчались к порту. На заре они пробегали мимо поля подсолнухов. Кайн краем глаза увидел вдалеке силуэт мужчины. Он стоял на холме и глядел на них.

Кайн остановился. Это был Мольке.

– Что такое? – спросила Рика, когда он выпустил ее ладонь.

Кайн молчал, он продолжал смотреть на старика вдали. Силуэт поднял руку и качнул ей один раз.

Горечь прошибла сердце юноши. Он с трудом смог сдержать слезы, но Рика вновь взяла его ладонь, и они побежали дальше.

Совсем скоро они уже стояли напротив «Сальватора». Портовая охрана находилась в сторожке, Рике и Кайну не составило труда обойти ее. Девушка впервые видела этот корабль. Кайн заметил, как она сбавила ход, смотря на махину все выше и выше.

– Давай, не мешкай! – теперь уже Кайн тянул Рику вперед.

Трап был поднят, поэтому они сразу же направились к швартовочным канатам. Кайн на секунду засомневался. Он бы с легкостью взобрался здесь, но справится ли Рика с ее болезнью. А что если она сорвется? Кайн посмотрел на Рику.

– Все в порядке, мы сможем – она словно читала его мысли по глазам.

Кайн полез первым, Рика следом за ним. Считанные минуты потребовались им для того, чтобы взобраться на палубу. Кайн не думал переводить дух, ничего еще не было кончено.

На широченной палубе было пусто. Кайн резко схватил Рику и метнулся к трюмному люку. Спускаясь по отсекам все ниже они, наконец, вышли в огромное темное помещение. Это и был трюм.

Сотни ящиков и бочек аккуратно были расставлены друг на друге. Их было тут так много, что получался целый лабиринт, причем стеллажи были выше, чем многие здания их родного города.

Кайн и Рика нашли укромный уголок между бортом и ящиками, здесь было достаточно места. Один из ящиков был накрыт тканью. Рика села, опершись на борт, и сжалась в комок.

– Тебе холодно? – Рика кивнула – потерпи, на кораблях всегда холодно, пока они стоят. Как только мы полетим, пар пойдет по трубам, и станет теплее.

Кайн сел рядом, и они прислонились друг к другу. Делать больше ничего не оставалось, только ждать. Вскоре Рика уснула.

Кайн вслушивался в каждый шорох. Кажется, наверху кто-то уже проснулся, наверняка дежурные шли готовить завтрак. От холода постукивали зубы, Кайна то и дело пробирало. Он держал в пальцах прядь рыжих волос Рики и думал о том, что если бы не она, то сегодня он бы встретил свой последний рассвет.

– Я найду способ спасти тебя – тихо сказал он спящей девочке.

Так прошло несколько часов, в конце концов, Кайн тоже задремал, положив голову на плечо Рики.

Их обоих разбудил тонкий свист, доносящийся с растворов, ведущих на палубу. Через минуту со стороны кормы послышался скрежет поршней, весь «Сальватор» охватила дрожь.

– Что это? – спросила Рика.

– Мы покидаем остров.

Рика потянулась, потерла плечи.

– Наконец-то.

Кайн больше не мог смотреть на мучения Рики. Он обратил внимание на то, что один из ящиков был покрыт тканью. Этим можно укутаться. Встав на ноги, он подошел и сорвал ткань. Под ней оказался вовсе не ящик, а клетка, подобная тем, в которых держат птиц, только гораздо больше. В клетке сидела девочка.

Кайн замер.

Девочка с белыми, как снег, волосами и красными глазами смотрела прямо на него. На ней был надет собачий намордник, шея с ошейником, красный поводок. Тело связанно кожаными ремнями. На ее лице оскалилась улыбка, на пол потекли слюнки.

Кайн выронил покрывало и вскрикнул. Рика подошла ближе. Девочка перевела свой красный взгляд на нее.

– Вы новенькие? – спросила она нежным голоском.

Рика и Кайн переглянулись. Они не успели ответить, попятившись в страхе назад, вдруг уперлись в чье-то тело. Это была женщина в белом кителе. Она смотрела на них свысока.

– Не новенькие, Алекс, два этих зайчика всего лишь безбилетники – женщина хихикнула и обошла стороной Рику и Кайна. Она подошла к девочке в клетке и провела ладонью по ее щеке, взгляд полный любви и заботы. Алекс была вне себя от такой ласки.

Кайн с Рикой продолжали молчать. Кажется, для них все было кончено, они лишь взялись за руки.

– Что же мы сделаем с ними, Молли? – спросила девочка.

Женщина посмотрела на них.

– Пойдемте со мной.

Рика и Кайн перекинулись взглядом, лишь только страх читался в их глазах.

Они проследовали на палубу, те матросы, которые попадались им по пути, с удивлением смотрели на незнакомцев.

«Сальватор» набирал ход, как только Кайн и Рика вышли наверх, в лицо ударил холодный ветер. Облака были так близко. Они оба забыли обо всем и смотрели, как плывут огромные скалы за бортом. На палубе никто не стоял без дела, множество детей уже не в парадной форме, но все еще в матросках возились со снастями, ребята постарше тянули канаты, вдалеке на камбузе трудились девочки. Все это выглядело как единый организм, за которым, словно дирижер, наблюдал Макстер, стоявший на шканцах.

Женщина, что вела Кайна и Рику, что-то шепнула одному из матросов. Тот прислонил два пальца к виску и ударил каблуками друг о друга со словами:

– Хорошо, старпом.

Следом за этим он достал из кармана свисток и дал громкий сигнал. Большая часть команды сразу же оторвалась от дел и сбежалась к старпому. Кайну и Рике стало еще больше не по себе, на них смотрели десятки глаз, тут были все – дети, взрослые и старики. Команда шушукалась меж собой и продолжала смотреть на незнакомцев.

Но вот к собравшейся толпе пришел капитан. Матросы расступились, пропуская его. Он сразу посмотрел на Рику с Кайном. Те замерли, когда его фигура заслонила солнце.

– Кто тут у нас?

– Два зайчонка – ответила Молли.

Кайн сделал робкий шаг вперед.

– Мы…

Блеск клинка, острие оказалось прямо у глотки юноши. Макстер держал его жизнь в своих руках, Рика встала ближе к Кайну, капитан теснил их к краю.

– Я знаю тебя. Ты Кайн, верно? Я присутствовал на твоём суде. Тебя приговорили к казни, и ты решил сбежать на моем корабле?

Кайн сглотнул. Он не знал, что ответить.

Рика встала прямо перед ним, Макстер даже опустил клинок, чтобы не задеть девочку.

– Пожалуйста, послушайте! Кайн не убийца… он был вынужден… он спас меня.

Матросы молчали, молчал и Макстер. Его взгляд вдруг остановился на татуировках Кайна. Рукой он легонько отвел Рику в сторону и подошел ближе.

– Как все было?

Кайн рассказал ему, не утаивая ничего. Он говорил, склонив голову. Ему было страшно смотреть в глаза капитана. Поэтому он смотрел на доски палубы, думая при этом как же так получилось, ведь еще вчера утром он и представить не мог, что сбежит с острова, да и еще проберется на корабль одного из семерки.

Макстер убрал оружие.

– Мне все ясно. Значит, выбора у вас не оставалось? – он обернулся и провел взглядом по собравшейся команде – Здесь у каждого свои причины, однако безбилетников я не потерплю. Ну что, легенды, как поступим с этими бездельниками?

Команда сразу занялась обсуждением, мигом посыпались предложения.

– Да за борт их! – тут же смех.

– Вернуть назад, у нас здесь итак места нет! – крикнул еще кто-то.

– А если бы тебя тогда вернули – ответили ему.

– Предлагаю оставить!

– Да, да, пусть остаются!

– Сработаемся, согласен.

Это предложение постепенно подхватывалось командой. Кайн и Рика таяли словно лед, видя как одобрение, словно волна, идет по толпе. Наконец, оно достигло и капитана.

– Чудно, спасибо команда. Тогда выношу на голосование. Кто за то, чтобы включить этих бездельников в состав команды?

Каждый поднял руку как по свистку. Настолько резко, что Кайн и Рика немного дернулись. Макстер улыбнулся и посмотрел на них.

– Здесь найдет свою семью тот, кому некуда возвращаться. Добро пожаловать на «Сальватор».

Глава 6.

– Здесь у нас каюты для матросов, корабль большой, места хоть отбавляй, поэтому выбирайте любую.

Одному из матросов поручили показать «Сальватор» Кайну и Рике. Этот парень был немного старше их, он со всей ответственностью решил подойти к поручению. Они обошли почти весь корабль сверху донизу. И каждый раз Кайн и Рика видели насколько здесь много детей. Все они радостно приветствовали новеньких, стоило только их заметить. Кайн с Рикой никак не могли прийти в себя. Всю свою жизнь они сторонились людей, и впервые люди сами к ним потянулись.

В коридорах, по которым они шли, было полно народу. Кайн совершенно случайно налетел на высокого человека в церковном облачении.

– Простите, я случайно – Кайн залился извинениями и поклонами.

Мужчина посмотрел на него свысока. Его соколиные глаза сверкали. Погладив кончик острой седой бороды, он лишь хмыкнул и направился дальше. Кайн и Рика смотрели ему вслед.

– Фух… пронесло – шепнул матрос, сопровождавший их – это отец Штормхейм, он представляет церковь на «Сальваторе».

– Представляет церковь? Зачем?

– Известно дело, после войны за открытие Пелены церковь постановила, что на всех крупных судах должен быть такой представитель, они следят, чтобы капитаны даже думать не смели о пересечении Пелены. Чуть что и он доложит архиепископу. Как ни крути, а у церкви самый сильный флот, даже семерке с ними не тягаться.

Кайна сжала обида, и даже какая-то злость. Но он не стал ничего говорить.

– Ладно, настало время определить вам работу, раз уж теперь вы тоже матросы.

Вскоре они стояли у старшего матроса. Тот долго думал, оценивая новеньких.

– Ну – пробухтел он – у нас маловато палубных, так что ты, пацан, идешь к ним. Ну а ты, дорогуша, направляйся на камбуз. Тебя там примут и все объяснят.

Им выдали по комплекту формы.

Кайн не мог налюбоваться белоснежной тканью, голубым воротом. Еще недавно он смотрел на ребят в такой форме, скрываясь за старым плащом, а теперь он стал частью этого огромного живого механизма, который приводит легендарный корабль в действие.

Рика стояла с формой в руках и смотрела на Кайна. В ее глазах он увидел волнение.

– Не бойся – Кайн обнял ее – думаю, им можно доверять. Увидимся вечером.

Рика кивнула и убежала с другим матросом на камбуз.

– Ладно, пошли. Отведу тебя к палубникам.

***

Вскоре Кайн знакомился со своими новыми товарищами. Их было семеро.

– Так ребята, оставляю новенького на вас. Старпом сказал, что как выйдем из облаков, вы должны направиться на чистку бортов.

– Эй! Но мы же…

– В прошлый раз вы не все очистили, к тому же потом снова шторм был. Давайте, давайте, «Сальватор» должен сверкать со всех сторон!

Старший матрос похлопал в ладоши, подтолкнул Кайна к палубным и удалился.

Ребята оценивающе смотрели на новенького, Кайн вжался в форму и не знал, что сказать. Матросы переглянулись.

– Ну, че стоишь-то? Иди, переодевайся, щас пойдем драить.

Кайн надел форму. Теперь он был один в один как они.

Матрос с короткой стрижкой указал на себя большим пальцем.

– Я Гаюль, старший по отряду, вон тот рыжий Лом, справа от него, тот жирный тюлень, Марат, вон тот высокий Рик, это Максим, там спит Ден, ну а рядом с ним Смайл, но его можешь не запоминать, он у нас всегда молчит.

Кайн робко поднял руку, приветствуя остальных.

– Меня зовут Кайн, рад знакомству.

Гаюль похлопал в ладоши, собирая отряд.

– Ну что, пора поработать. Идем Кайн, еще наболтаемся.

Кайн был уверен, что вот-вот его кто-то да спросит про цвет кожи или волос. Но нет. На это никто даже не смотрел. Говоря с Кайном, здесь все смотрели ему только в глаза. От непривычки юноше приходилось прятать взгляд куда-то, ведь раньше напрямую он видел только синие глаза Рики и темную грусть во взгляде Мольке.

Ребята направились вверх, поднимаясь к палубе ярус за ярусом. Все кипело работой, никто не сидел на месте. Казалось, где-то вдали играл веселый марш, который Кайн слышал в порту, когда команда спускалась на берег. Потом Кайн понял, музыка лилась из их сердец.

На палубе было как на городском базаре в праздничные дни. Только люди носились с канатами, ведрами да инструментами, словно муравьи. Отряд Гаюля шел вперед к носу корабля. Здесь у бушприта собирались и другие отряды палубников.

– Так, у нас сегодня оба борта. Садимся на доску и вниз – скомандовал один из матросов.

Кайн понял, что нужно делать. У борта были длинные доски, подвешенные к палубам. Матросы уже начали перелезать через борт и садиться на них. В руках каждого по стамеске. Кайну тоже вручили такую. Он посмотрел за борт, дыхание перехватило – большинство островов не было видно из-за облаков, над которыми возвышался «Сальватор». Корабль шел в одиночестве синего неба. Вскоре несколько десятков матросов, сидя на одной доске колупали борт от грязи.

Кайн смотрел на остальных. Он не мог поверить, что совершенно никто не боялся этого делать, ведь малейший толчок, и можно было угодить вниз. Но ребята спокойно делали свою работу, говоря о том и о сем. Стоило кому-то пошутить, и вся доска заливалась хохотом. Кайн тоже потихоньку начал улыбаться, словно забыв вчерашний день напрочь.

Вскоре с одним бортом было покончено, настало время переходить к другому. К этому моменту руки Кайна уже подрагивали от усталости, и когда он увидел, что второй борт был забит грязью еще больше, то не выдержал.

– Можно я кое-что попробую? – спросил он как раз, когда ребята начали перекидывать доску. Все посмотрели на него.

– Что?

– Думаю, я смогу облегчить нашу работу. Спустите меня вниз одного.

Ребята переглянулись.

– Че это ты удумал?

– Увидишь – Кайн даже улыбнулся.

Гаюль разрешил, качнув головой, и спустя миг Кайн уже потихоньку спускался вниз на доске. Остальные облепили борт, гадая, что задумал этот новенький.

Кайн размял пальцы, он прекрасно знал, что делать. Чем быстрее он управиться здесь, тем скорее увидится с Рикой. Доска остановилась, юноша прислонил ладони к борту. Кожа ощущала склизкую грязь, весь нос корабля был в ней, и совершенно не хотелось думать о ее происхождении.

– Эш патет!

От рук полился свет, яркой волной он помчался по борту, кроша грязь. В один миг левый борт стал как новый. Сверху послышалось ликование, Кайн был доволен собой. С широкой улыбкой он поднял голову, посмотреть на ребят и тут же замер. Среди радующейся команды стоял капитан Макстер, смотревший прямо на Кайна с края борта.

– Поднимите доску – сказал он – Кайн, идем со мной.

Доска стала подниматься, Кайн молча смотрел в глаза капитану, остальные ребята немного стихли, однако все равно были рады тому, что работа была сделана так быстро, и теперь можно было прикорнуть.

Кайн начал гадать, зачем он вдруг понадобился Макстеру. Сжимая и разжимая кулаки, он смиренно последовал за ним в каюту капитана.

Тяжелая дверь закрылась со скрипом, весь гул с палубы мгновенно стих. Свет здесь лился из широкого ряда витражных окон. Макстер прошел за большой стол и сел, закинув ногу на ногу.

– Так значит ты у нас маг? Почему не сказал сразу? – он сложил пальцы и не отрывался своими черными глазами от юноши.

– Я… просто не успел… да и знаю всего несколько разрядных слов.

Макстер посмеялся.

– Может и так, но я только что слышал, как ты произнес «Эш». Если мне не изменяет память, это непростое слово. Люди и отключиться от него могут. А ты даже не шелохнулся.

– Просто… – Кайн хотел было вставить слово, но капитан перебил его.

– И еще я заметил, что у тебя на теле какие-то письмена. Не потрудишься объяснить?

– Я не знаю почему, но мне удается избегать нагрузки после использования разрядных слов. Мой опекун говорил мне, что это из-за того, что я богоязыкий, а разрядные слова это часть их языка. То, что мы зовем магией, изобрел мой народ.

– Ты имеешь в виду богоязыкий народ с острова Веридас?

– Я не знаю, с какого он острова, я ничего про него не знаю, кроме того, что я, возможно, последний богоязыкий.

Макстер потер лоб.

– Понятно. А на счет татуировок?

– Про это я тоже знаю немного. В детстве я залез на корабль контрабандистов и дотронулся до… серебряного шара. Понимаю, звучит странно.

– Шар? На нем появились письмена?

– Д-да…

Макстер встал и быстрым шагом направился к Кайну.

– Ну-ка, покажи мне их.

Кайн снял с себя китель, Макстер начал пристально разглядывать каждое слово на его коже. Юноше стало не по себе.

– Не может быть… – капитан мгновенно изменился в лице. Он быстро подошел к двери, приоткрыл ее, чтобы посмотреть есть ли кто снаружи, и тут же закрыл на засов.

– Капитан?

Макстер снова вернулся к письменам на теле Кайна.

– Ты представить не можешь, как я долго тебя искал. Значит, слушай, будешь приходить ко мне каждый раз после обеда и перед отбоем, как только дадут свисток. Следи, чтобы наш церковник, отец Штормхейм, не видел тебя. И вообще никому не говори о том, что мы тут делаем. Понял?

– Понял… а что делать-то?

Макстер подошел к столу и достал стопку бумаг и карандашей.

– Мне нужно перенести все твои письмена. Я потом объясню. Ты понял? Никому ни слова.

***

Время обеда, весь экипаж сплошной рекой двигался в широкие створки кают-компании. Кайн устал отбиваться от вопросов ребят, зачем его вызвал капитан. Он даже не успел придумать, что им отвечать, поэтому повторял:

– Да ничего особого. Так, мелкие поручения.

В кают-компании было не протолкнуться. Кругом одни дети. Ребята вместе с Кайном быстро нашли, где пристроиться, столовые приборы, тарелки уже разложены. Кайн заметил, как вдалеке суетились поварята, большинство из них девочки. Рику он узнал сразу, она усердно, держа двумя руками ковш, размешивала суп в огромном чане. Девочка улыбалась, и Кайн, сам того не ведая, тоже улыбнулся, не отрывая от нее взгляд.

Его ударили локтем в бок.

– Чего лыбишься, новенький? – съехидничал Гаюль – засмотрелся на камбуз, а?

Кайн тут же отвернулся, уставившись в ноги.

Вскоре им подали похлебку. Овощи с мясом, от них так приятно пахло, что Кайн, до этого не сильно голодный, утер слюни. Остальные принялись есть.

«Вкусная и горячая еда – вот бы это было единственным, что нужно человеку»

– Слушай, Гаюль, а почему у вас на «Сальваторе» так много детей? Я раньше видел разные корабли, но такое впервые.

Гаюль посмеялся с вопроса Кайна.

– Я тоже первое время не мог привыкнуть. Это все наш капитан.

– У него что, бзик на детей?

– Нет. Вся эта история началась сразу по окончанию войны альянса и церкви. Сам знаешь, сколько островов в это втянули. От большинства не осталось камня на камне. Вашему еще повезло, почти не тронули. А вот мне повезло меньше… У меня не то что родной город взорвали, не осталось даже самого острова. Его стерли в порошок.

– Целый остров? Но…

– Возможно как оказалось… Ну собственно, я не один такой. Сам, наверное, знаешь, сколько беспризорников повсюду. Наш капитан доброй души человек. Он не мог смотреть на наше отнятое детство и как великий капитан семерки взял на себя эту гуманитарную миссию. Я слышал, ты кого-то убил, перед тем как сбежать сюда.

Кайн покорежился. Его взгляд остановился на пустой тарелке, и юноша даже задумался, а заслуживает ли он этой похлебки.

– Да.

– Круто. Пойми меня правильно, я не одобряю убийства, но времена сейчас не простые. И поверь, на этом корабле есть дети с куда более страшным прошлым, чем твое. Большинство сирот, которых подбирает Макстер, остаются потом в команде, я тоже думаю остаться.

– И мы.

– Да, я тоже – начали подхватывать другие, кто слушал Гаюля.

– Потому что теперь это наша новая семья. Да и больше некуда пойти. С тех пор как война закончилась, лучше не стало. Многие острова воюют между собой, мародеры и пираты… короче, все больше и больше людей нуждаются в помощи. Семерка капитанов видимо единственные в этом мире, кому не плевать.

– А как он умудряется всех содержать? Сколько вас на корабле?

– Точно никто не знает, ну, где-то тысяча наберется, думаю – Гаюль сразу посмеялся – но ты прав, кушаем мы - будь здоров. Поэтому «Сальватор» частый гость у клиентов с большим кошельком.

– Вот как. Кстати, я был в трюме и видел там девочку в клетке.

– А-а. Ты видел Алекс. Поверь, лучше тебе не…

Их разговор был прерван. Раздался крик, все развернулись на него. Кричали с камбуза, в мгновенье там собралась толпа.

– Новенькой плохо! – послышалось вдалеке. Кайн тут же вскочил с места и побежал к камбузу. Протиснувшись вперед, он увидел Рику, она лежала с закрытыми глазами в окружении людей, и никто не знал, что делать.

– Рика… – Кайн упал к ней на колени и переложил на себя, он начал хлопать ее по щекам и все звал, тихо нашептывая. Девушка была в поту, молнии на шее набухли сильнее, чем обычно, и казалось, стали темнее черного. Рика не просыпалась, Кайн чувствовал сквозь оцепенение, как по щеке его течет слеза, он чувствовал, насколько беспомощен.

Толпа стояла вокруг. Сколько прошло времени, Кайн не знал. Он смотрел на Рику, на ее веки. Потом он почувствовал на своем плече руку. Голова с трудом повернулась, это был капитан Макстер, позади него стояла старпом.

– Живо в лазарет ее.

Кайна тут же отодвинули от Рики другие матросы, они же схватили девочку и унесли ее прочь.

Гаюль сел перед юношей и начал трясти.

– Эй, очнись… Кайн! – тот, наконец, посмотрел на Гаюля – ты как?

Кайн ничего не ответил. Он поднялся на ноги и пошел следом за капитаном.

***

В лазарете собралась добрая половина команды. Матросы стояли в стороне и смотрели, как врач обрабатывал молнии Рики, попутно поя ее каким-то раствором. Среди них стоял и Кайн. Макстер был ближе остальных.

– Не повезло бедолаге… – сказал, наконец, врач – у нее довольно редкая болезнь, и это тяжелая стадия. Ее не вылечить.

– Болезнь заразная? – спросил Макстер.

Все посмотрели на него.

Врач почему-то молчал, но потом будто очнулся.

– Нет. Не заразная.

Кайн не мог больше стоять в стороне. Он подошел к капитану.

– Она не заразная. Я сын врача, он опекал меня… он говорил, что она не заразна. И что… – Кайн вдруг почувствовал, что кряхтит – что у нее еще есть год.

Врач снял очки и подошел к нему. Под густыми бровями взгляд, обладатель которого просто не мог лгать.

– Это в самом лучшем случае. Сейчас ее болезнь в той стадии, когда каждый миг может быть последним.

– П-последним?.. – прошептал Кайн и отшатнулся к стене.

Все молча смотрели только на него.

Макстер обратился к врачу.

– Можно ли что-то сделать?

Мужчина покачал головой.

– Нет.

Гул пара по трубам. Всеобщая тишина.

Кайн мял кулаки, смотря в пол. Наконец он решился.

– Я спасу ее. Я знаю как – он посмотрел в глаза капитану, и Макстер увидел в них решимость – мне нужно попасть за Пелену…

Едва он успел произнести последнее слово, как вся команда с опешившими глазами ринулась к нему. Один из ребят заткнул Кайну рот ладонью, другие посмотрели за двери лазарета, не стоит ли там кто.

Макстер подошел к Кайну, взял его под руку и увел. Тот, совершенно ничего не понимая, смотрел на матросов.

Вскоре Кайн стоял в каюте капитана, один на один с ним.

– Тебе что, не сказали про отца Штормхейма?

– Сказали, но я не…

Макстер прильнул к его лицу, выставив указательный палец.

– Послушай, просто запомни. Никогда не произноси свои мысли вслух на моем корабле. Тут у всего есть уши. Особенно это касается пересечения Пелены. Если бы отец Штормхейм был в лазарете вместе с остальными, то у тебя бы уже начались серьезные проблемы, как минимум, арестовали бы точно.

Кайн сжал пальцы в кулак до хруста.

– Но капитан, Рика же… она!

– Не собираешься отступать?

– Я знаю, что лекарство нельзя найти ни на одном острове. Но я слышал, что там внизу живет Великий Колдун. Если он и правда всесилен, то наверняка он спасет Рику.

Макстер выдохнул, подошел к двери и открыл ее.

– Разговор закрыт, свободен.

***

Кайн вернулся в лазарет. Большинство матросов все еще были здесь. Рика сидела на кровати и пила что-то теплое. На ее лице был легкий румянец. Кайн замер прямо в дверях, от сердца отлегло.

Потихоньку матросы стали расходиться, пока в лазарете не остались только Кайн с Рикой, да врач. Юноша сидел на ее кровати и не мог скрыть улыбку. Рика казалась совсем здоровой, черные молнии отступили. Врач передал ей еще одну кружку с теплым напитком, это оказалось какао.

– Оказывается, твоя подруга просто перетрудилась – заключил он.

Рика склонила голову.

– Это не так… я просто хотела помочь вам хоть чем-то. Отблагодарить за вашу помощь.

Врач прервал ее.

– В любом случае, теперь не перегружай себя. Твоя болезнь будет прогрессировать быстрее, если ты будешь так работать. Попрошу старпома взять тебя в адъютанты.

– Адъютанты?

– С бумагами будешь работать. Ты же умеешь читать?

Рика кивнула.

Врач удалился. Кайн попросил Рику лечь обратно на кровать, и вскоре она уснула. Кайн не отходил на нее ни на шаг, держа в руке прядь рыжих волос. Он не понимал, что с ним происходит, откуда взялась тревога внутри.

«Это все равно случится, это все равно случится, это все равно случиться»

– Нет… – шептал Кайн, не отрываясь от спящей Рики.

«Ты ничего не сможешь исправить, это все равно случиться, ты слишком слаб, чтобы что-то менять»

Раздался свисток. Кайн должен был идти. Он оставил Рику одну.

***

Ночью корабль сбавил ход. Дневная смена расходилась по каютам. Дежурные зажигали огни на палубе. Становилось все тише и тише, угасал и гул двигателей, вслед за этим стало холодать.

Кайн укутался в толстое одеяло. Он сидел вместе с остальными матросами, слушая их истории. Но думать о чем-то другом, кроме Рики, не получалось. Наконец, Гаюль посмотрел на него.

– Ну что, капитан тебе все объяснил?

Кайн кивнул.

– А ты вообще не из робкого десятка, раз заявляешь про пересечение Пелены перед высшим офицером. Макстер ведь и арестовать тебя мог.

– Что? – тут же Кайна словно ударило по голове. А ведь точно. Сам Макстер не стал ничего предпринимать. Он лишь попросил не распространяться про пелену. Значит ли это?..

Видя, как зрачки юноши забегали из стороны в сторону в рассуждениях, остальные матросы заулыбались.

– Догадался, небось?

Кайн посмотрел на остальных не верящими глазами.

– Да ладно…

– Именно, именно. «Сальватор» готовится к этой миссии уже не первый год. Но все идет медленно, чтобы церковь не прознала.

– А вы откуда знаете?

Ребята восприняли этот вопрос чуть ли не как личное оскорбление.

– Самые доверенные посвящены. Но на самом деле отец Штормхейм, пожалуй, единственный, кто ничего не знает. Но это и не мудрено, он ведь сидит в своей каюте целыми днями и что-то читает. Капитан говорит, что этот пост для него вообще ненавистен, и он бы с радостью передал его кому-то еще. Но видимо старик что-то натворил, раз церковники направили его к нам в вечную ссылку.

– То есть «Сальватор» и правда готовится пересечь Пелену? Но зачем это капитану?

Ребята переглянулись.

– Ладно, все равно узнаешь когда-нибудь. Наш капитан самый добрый на свете человек, ты, наверное, уже заметил. Мы все хотим ему помочь справиться с утратой. Он потерял свою пассию. Лора, так ее звали. Давным-давно церковь избрала ее одной из паломников за Пелену. Они сопротивлялись, но слово церкви закон, поэтому Лоре пришлось повиноваться. Ты знаешь, наверное, что ни один паломник не возвращался оттуда. Пелена только забирает избранных в лучший мир, как говорит церковь. Ну а зачем возвращаться из лучшего мира к нам на небеса? Но капитан не смирился. Он добрался до уровня семерки и снарядил один из лучших кораблей. Так что он всерьез намерен спуститься туда за ней.

– Так что раз уж и тебе надо за Пелену, можешь считать, тебе повезло, нам по пути.

***

«Сальватор» держал курс на север. Он облетал один остров за другим вот уже в течение месяца. За это время Кайн и Рика успели обвыкнуться, стать полноценной частью команды. Однако до сих пор в их головах не укладывалось, насколько большой она была, и как много здесь детей.

Кайн поступал в точности, как просил Макстер. Он каждодневно посещал его каюту, чтобы капитан мог перенести письмена с тела на бумагу. Никто не знал, зачем он туда ходит, но и лишние вопросы не задавали. Главное что Штормхейм ничего не прознал.

И вот, в один день, Макстер, наконец, заявил юноше.

– Дело сделано. Карта готова.

Кайн посмотрел на капитана, тот необычно взволнован, его лицо буквально сияло.

– Можно спросить вас? Что вы сделали?

Макстер начал раскладывать десятки листов с рисунками в правильном порядке. Кайн не спускал с него глаз и ждал ответа.

– Поверь, тебе лучше не впутываться в это.

– Я знаю, к чему вы готовите «Сальватор».

Макстер посмотрел на него острым взглядом.

– Что ж… вижу ребята тебя уже за своего считают. Тем лучше…

– Капитан, эта карта нужна вам для экспедиции «туда»?

Макстер кивнул.

– Однако этого мало. Хотя уже сам факт, что она у нас есть - просто замечательно. Благодаря ей мы не налетим на рифы в этом тумане. Но чтобы не блуждать там вечность, нам нужен еще один артефакт.

– А откуда вам все это известно?

– Я договорился с одним влиятельным герцогом, в прошлом одним из спонсоров альянса. Он передал мне все необходимые сведения. В том числе вот это – Макстер достал из сейфа листок, на котором был рисунок шестиконечной звезды.

– Это и есть тот артефакт?

– Именно. Люди говорят, что это вымысел, древняя легенда о том, что Великий Колдун оставил человечеству несколько таких звезд, и что они должны были нести его волю. Я не знаю… возможно это не более чем легенда, и на самом деле этих звезд не существует, по крайней мере, я не встретил ни одну, сколько островов не посетил. Но без нее мы не сможем пересечь… ну, в общем, ты понял.

Кайн покачал головой.

– Спасибо вам.

– Тебе не зачем меня благодарить. Наоборот, это я должен сказать «спасибо». Ну, ступай. Если ты мне будешь нужен, я пришлю за тобой.

Кайн встал из-за стола, надел китель, кротко поклонился и вышел, оставив Макстера в одиночестве разбирать рисунки.

Он спустился на палубу. Рика стояла у борта в одиночестве и смотрела, как мимо плывут облака.

– Заждалась?

– Угу. Вечно ты у него так долго сидишь. Чем вы там занимаетесь?

– Кое-чем важным. Скоро узнаешь.

Он обнял ее рукой, и они вместе стали ловить взглядом точки далеких островов.

***

Прошел еще один месяц с тех пор, как Кайн и Рика покинули родной остров, оставив прошлую жизнь. Им стало казаться, что они успели отвыкнуть от твердой земли под ногами. Жизнь на летающем корабле имела свои причуды. Кайн заметил, что даже обычная ходьба отнимала много сил. С Рикой они всегда виделись в конце дня, когда вся дневная смена собиралась в кают-компании за настольными играми. С того случая на камбузе Рика больше не падала в обмороки, но Кайн постоянно смотрел на нее краем глаза, пытался уловить мельчайшее изменение выражения лица. Он научился читать все ее эмоции за это время.

Спокойные сны больше не снились ему.

Одним вечером, когда ребята отдыхали после отладки двигателя, вдруг раздался оглушительный звон.

– Тревога! Всем матросам подняться на палубу! Дежурным занять свои места!

Это сообщение раздалось по общему рупору еще несколько раз.

Кайн почувствовал мороз по коже. Он схватил Рику за ладонь и повел наверх, вместе с ними помчались и остальные матросы.

В темных коридорах мигали лампочки, металлические звонки не умолкали. Их было слышно даже сквозь гулкий топот.

– Что это? – Рика прижалась к Кайну, и тот услышал дрожь в ее голосе.

Он не знал, что ответить, но сжал ее ладонь еще крепче.

– Я не знаю. Держись рядом.

Через несколько минут почти вся команда стояла на палубе. Скорым шагом на шканцы вышел Макстер. Он обратился к матросам.

– Мы получили сигнал бедствия. На Лероксис напали пираты, мы ближе всех к этому острову, поэтому берем курс на юго-восток. К месту мы прибудем через семь часов, всем палубным, кому старше шестнадцати, взять в трюме винтовки, остальные готовят бортовые орудия.

Пока Макстер говорил, среди матросов царила тишина, все они стояли смирно и не упускали ни единого слова своего капитана. Как только команда была отдана, все принялись за дело. К Кайну и Рике подошел Гаюль.

– Этого еще не хватало. Мы уже год ни с кем не бились, у нас половина не стрелянная. Отведи Рику вниз, пусть побудет в безопасности. Ты умеешь стрелять?

Кайн покачал головой.

– Винтовка мне ни к чему.

Корабль заметно ускорился, на палубе был такой ветер, что даже тяжелые снасти начали биться друг о друга, матросы продолжали суетиться. Спустя час в каютах и коридорах было так жарко от труб с паром, что многие разделись до трусов.

– Давно такую баню не топили. Щас сожжем тысячу галлонов, а чего ради?.. – не унимался Гаюль, ведя своих ребят к арсеналу – раньше утра все равно не успеем, к этому времени их и след простынет.

Кайн заметил, что Рика хотела помочь, но не знала как. Она боялась даже гула в трубах, они сейчас гремели от давления, пугая всех детей. Все это время Кайн так и не отпустил ее руки.

– Побудь здесь, хорошо? – он привел Рику в лазарет, врач молчаливо кивнул, согласившись побыть с ней – поможешь тут, если нужно будет. Не переживай, я не пропаду.

Он улыбнулся ей напоследок. Рика не отрывала от него взгляда.

Команда продолжала снаряжаться. У каждого мальчишки оружие в руках. К пушкам несли ящики на тележках с криками на весь коридор «Расступись!». Всю ночь суета не утихала. Кайн лишь надеялся, что Рика хоть чуть-чуть поспит.

С первыми лучами солнца почти все вновь стояли на палубе. Холодные черные дула винтовок на спинах направлены вверх. Ребята выстроились в десятки групп и были готовы к погрузке на шлюпы. Вскоре показался и остров Лероксис с одноименным городом. Издалека были видны струйки дыма, скалы словно окутала черная пелена. «Сальватор» приближался к цели, Макстер смотрел в подзорную трубу. Он мочал.

По плану, из-за того что «Сальватор» не мог поместиться в порту Лероксиса, высадить команду можно было только с помощью шлюпов. Триста человек, включая Кайна, ждали команды.

Матросы краем глаза пытались посмотреть в сторону острова. Никаких кораблей.

– Ну… – шепнул Гаюль – как я и говорил, пиратов уже нет.

Кайн смотрел по сторонам и не мог понять одного. В городе же наверняка была резня. Там столько истерзанных тел, что ноге негде будет ступить. Так почему же Макстер посылает туда совсем юных ребят. Неужели ему все равно, что им потом будет сниться. Но потом юноша вгляделся в лица матросов. Они были совершенно спокойны, словно для них это не впервой. Хоть Гаюль и сказал, что среди них полно не стрелянных, все эти дети прошли через ад. Каждый через свой, прежде чем очутиться здесь, на «Сальваторе». Он подумал и про себя.

«Ты ведь тоже был в аду одной ногой. Только не жалей себя… и не заблуждайся».

Макстер резко сложил трубу, спустился с шканцев и буквально запрыгнул в ближайший шлюп. Это был сигнал, для остальных матросов. Не прошло и полминуты, как первые шлюпы оторвались от борта и устремились к Лероксису.

Резкий запах чего-то жженого ударил в нос. Кайну стало не по себе от него, хоть он и старался не подавать виду. Другие ребята тоже бледнели на глазах.

– Пахнет какой-то резиной, деревом… и еще чем-то – сказал один из них.

– Еще плотью – ответил другой.

Старшие ехали первыми, вместе с Макстером они ступили на землю. Кайн смотрел на город в огне. Он чем-то напоминал его родной, но только полностью состоял из деревянных построек.

– Это первый раз, когда я буду на другом острове.

Гаюль, стоявший рядом, посмеялся.

– Да уж, не повезло тебе с обстоятельствами.

Их шлюп также остановился у порта. Один за другим, ребята начали спрыгивать на берег. Кайн всегда смотрел на Макстера, тот отдавал короткие приказы, рассылая отряды матросов в разные уголки города. Он ждал только одного, что где-то раздадутся выстрелы. В таком случае, пираты оставили здесь гарнизон. Когда очередь дошла до отряда, в котором были Кайн и Гаюль, капитан указал им на дом неподалеку.

– Осмотрите его, и займите позицию. С него должно быть видно осевые улицы.

Ребята сняли винтовки с ремней и побежали друг за другом к дому.

По округе слышались свистки. Это старшие матросы давали сигнал всем выжившим. Они все отдалялись и отдалялись вглубь города, пока не стали противным эхом.

Когда Кайн увидел первое тело, его схватила дрожь. Он чуть не упал.

– Ты в порядке?

Юноша покачал головой.

– Странно… я думал… ладно, не важно.

Он думал о том, что вид мертвого тела его больше не впечатлит. Но когда он увидел женщину с распоротым животом, обнимающую тело своего ребенка, сердце все равно рухнуло вниз. Еще долго эта картина стояла у него перед глазами. Кайн даже не успел опомниться, как они очутились в одной из комнат здания, которое им приказал занять Макстер. Несколько матросов заняли окна и начали высматривать улицы. Кайн подошел к одному из них. На широкой авеню беспорядочно лежали черные точки. Все это были людские тела. Казалось, их тут были тысячи, ребята замерли от цвета мостовой. Все, начиная от тротуара, заканчивая стенами домов, было в следах красных брызг. Между сливными каналами недавно текли ручьи того же цвета.

– Как говоришь, звали того пирата?

– Кажется Сириус.

Матросы шептались между собой. Кайн услышал знакомое имя.

– Сириус? Этот случайно не тот Сириус, который в одиночку форт Кибик разбомбил? – спросил Гаюль.

– Да.

Кайн подошел ближе и спросил.

– А вы что, думаете, что это он? – ему кивнули – почему?

– Потому что только он так любит подписываться. Всему миру известно, что Сириус немного сумасшедший. Он считает свои атаки на города произведением искусства. И чем больше будет жертв, чем красивее их тела будут украшать улицы, тем больше он будет чувствовать себя великим художником.

– Да, Кайн, взгляни, тела лежат не просто так. Они чередуются. Мужчина-женщина-мужчина-женщина. А самые молоденькие у кромки. Здесь и в самом деле дирижировал Сириус. Скорее всего, они выгнали людей из домов, а потом начали резню.

Кайн больше не мог смотреть, он отвернулся.

– Хватит… можно я посижу в тишине.

Ребята видели, как Кайн побледнел. Даже его татуировки будто бы слились с кожей в оттенке и почти исчезли. Никто не стал его тревожить лишний раз. Один из матросов показал кивком на кресло, что одиноко стояло в углу темной комнаты. Кайн поплелся к нему. Его глаза пусты и широки.

Он упал в кресло. Тут же все услышали чей-то писк.

Половина команды вскинула ружья в сторону этого кресла.

Кайн понял, что под ним что-то шевелиться. Звук был из самого кресла. Юноша вскочил. Ребята медленно начали окружать странную мебель. Гаюль потыкал дулом в сидушку, она тут же зашевелилась.

– Выходи, мы тебя не обидим. Кто бы ты ни был. Слышишь?

Когда Гаюль ткнул еще несколько раз в кресло, вновь послышался звук. Теперь это было мычание, или что-то похожее на плач. Вскоре из-под кресла выползла девочка, примерно ровесница ребят. Они тут же убрали винтовки. Все подошли к ней, а та, полными страха глазами, смотрела на матросов.

– Кто ты? Ты здесь жила?

– Ты одна, есть кто еще?

На нее высыпали кучу вопросов.

Кайн единственный, кто не спросил ничего, он подошел к ней, расталкивая остальных. Сняв с себя китель, он укутал ее.

– Все позади, не бойся. Мы пришли помочь.

Девочка поправила темно-синие волосы, и посмотрела на него. Глаза необычного цвета, будто бы иней.

Она не могла произнести ни слова. Тело дрожало

– Так, давайте выведем ее.

***

Спустя три часа вся команда без потерь вернулась на «Сальватор». Те, кто не участвовал на высадке, стояли у борта и приковали свой взгляд к приближающимся шлюпам. Вскоре радость прокатилась по кораблю, матросы увидели, что все целы. Кайн заметил Рику, та все же вышла из лазарета и стояла с остальными. Она искала взглядом Кайна. И наконец, нашла, Рика увидела его целым, от сердца отлегло. Рядом с ним Макстер, а еще ребенок, которого она раньше не видела.

– Смотрите – зашептали вокруг – рядом с капитаном кто-то стоит.

– Кто-то выжил… какое счастье.

Шлюпы причаливали к борту, их цепляли на магнитные рельсы и спускали на палубу. Макстер вышел первый, остальные матросы следом за ним.

– Расступитесь, расступитесь – просил он, но дети продолжали окружать его, все хотели посмотреть, кого он привел – Молли, скомандуй… дай свисток.

Старпом дала сигнал, и матросы отступили, давая дорогу капитану. Он прошел в свою каюту вместе с Кайном, матросами из дома и спасенной девочкой.

– Марк, сходи в кают-компанию, пусть заварят чай из отвара с Салистерна.

– Но он же кончился…

– Это для вас он кончился. Скажи, я распорядился.

Один из матросов умчался выполнять указание Макстера.

Девочка сидела в кресле. Ей дали теплое одеяло, но она продолжала трястись. Конечно не от холода.

– Что нам делать, господин капитан?

– Не мешайте, просто стойте рядом.

Макстер засуетился, он быстро подошел к столу и стал рыться в ящиках. Найдя несколько пробирок, он начал доставать оттуда разные странности. Какая-то трава, камешки, которые он тут же перетер в порошок, маслянистая жидкость. Через минуту в каюте стоял дикий смрад, ребята закрыли лица от слез. Макстер продолжал кудесничать, как ни в чем не бывало.

Через десять минут Марк вернулся с отваром. Макстер подошел к нему и открыл чайник.

– Это точно с Салистера?

Марк кивнул.

– Так точно.

– Смотри, если ее вырвет, сам допивать будешь.

Он вылил содержимое нескольких пробирок в чайник и тут же ужасный запах исчез. Вместо него запахло чем-то цветочным. Ребята заулыбались. Кайн тоже внезапно ощутил теплоту на душе. Будто бы перед его глазами показалось утреннее солнце сквозь шторки родной комнатки.

– Марк, вернись на камбуз и скажи, чтобы отвар дали всем, кто был сейчас на Лероксисе.

Матрос убежал.

Капитан подошел к девочке, преклонил перед ней колено и поднес чашечку чая к губам. Кажется, девочка отпила машинально. Но как только она сделала первые глотки, ее глаза будто ожили. Она словно только сейчас заметила людей вокруг нее. Странную узорчатую комнату.

– Г-где я?

– Ты на «Сальваторе», я его капитан Макстер Браун. Как тебя зовут, ты помнишь?

– Да… да я помню. Я Мей.

Макстер представил всех остальных и рассказал, как ее спасли. Она действительно словно и не была на этом свете последние несколько часов.

– Значит, ты просидела в том кресле полдня? – Гаюль не мог поверить.

Макстер прервал его, снова дав ей отвар. С каждым глотком девочка розовела.

– Это случилось вчера вечером. Мы с мамой… с мамой и папой легли спать, а дальше шум. Что-то взорвалось. Я увидела только… маленькие лодочки, как ваши, они летели с огромного черного корабля. Да-а… это с него летели огненные сгустки… а с маленьких лодочек потом вышли… мне страшно…

Макстер приобнял ее, снова дал отвар.

– Кто? Кого ты там увидела?

– Я не знаю… черные существа. Они похожи на людей, но огромные и грязные, и… я видела их зубы, – она показала пальцем – каждый вот такой длины, как ножи.

– Ты видела хоть одного человека?

Мей задумалась.

– Да. Я видела одного. Он был высокий, и эти черные существа слушались его. Они схватили всех… почти всех горожан и выстроили в линию. Я видела издалека… там была моя мама с папой. Он забрал их с собой. Он забирал всех, когда над ними светился его медальон.

– Медальон?

Мей покачала головой и начала рисовать в воздухе.

– Да… я точно видела. Он похож на два треугольника… один вверх, другой вниз.

Макстер чуть дернулся. Кайн тоже сглотнул.

– Шестиконечная звезда? – капитан подошел к столу и взял рисунок звезды, который раньше показывал Кайну – такой медальон?

Девочка всматривалась в рисунок.

– Да… кажется да.

– Что он им делал, повтори?

– Он подносил его к каждому человеку. Если треугольнички загорались, то черные сущности уносили людей на его корабль, если нет, то… убивали.

Макстер вновь дал ей отвар.

– Все достаточно, дорогуша. Успокойся, теперь ты в безопасности. И добро пожаловать на «Сальватор» – он посмотрел на матросов – сообщите остальным, что это был Сириус… он вернулся с дальнего рубежа.

Капитан подошел к связному аппарату и взял трубку.

– Старпом, ты слышишь? Берем курс на юг, к центральному острову, самый полный ход. И разбудите радиста, он мне нужен.

Повесив трубку, Макстер приказал матросам следовать за ним. Он еще раз посмотрел на Мей.

– Я найду твоих родителей. Даю тебе слово. Кайн, – он передал юноше чашку с отваром – побудь с ней.

Все матросы, кроме Кайна вскоре ушли следом за своим капитаном.

Вновь послышался грохот труб, вновь начало теплеть. Мей дернулась от металлического грохота.

Рика незаметно зашла в каюту к Кайну.

Они сели рядом с Мей.

Глава 7.

Через два дня «Сальватор» добрался до центрального острова. Новоляпис – так он назывался. Огромные буквы одноименного города красовались на скалах по центру острова, все остальное было застроено подчистую. «Сальватор» дрейфовал поблизости, и команда собралась на краю палубы, чтобы полюбоваться столицей.

– Я слышала раньше, что он большой… но чтобы так… – Рика не отрывала взгляда от Новоляписа. Она стояла в матросской форме и придерживала пилотку, чтобы ее не сдуло с головы ветром. Все были при параде, перед приездом в столицу Макстер распорядился одеться как подобает. Жители города приветствовали матросов «Сальватора», махали руками, а они отвечали тем же.

Кайн тоже был удивлен. Один остров – один город. Тут было мало лесов и полей, только лишь одинокая скала с названием города по центру. Но зато сам город не был похож ни на один другой. Огромные небоскребы, отдельные особняки, множество машин неслись по улицам. Гул жизни Новоляписа было слышно даже вдалеке, на «Сальваторе». Ребята перешептывались о том, куда бы хотели сходить в первую очередь, когда Макстер их наконец-то отпустит.

Но вместе с островом матросы смотрели и за другой борт. Рядом с «Сальватором» прямо сейчас находилось еще шесть летающих крепостей. Каждый велик по-своему, какие-то напрочь закованы в железо, какие-то разукрашены разными красками, сотни лент на флагштоках и канатах, каждый корабль в отдельности уже мог стоить как целый остров. Но сегодня все семь великих капитанов собрались вместе. Собрались из-за призыва Макстера. Команда как раз ожидала его возвращения с «Обвинителя» самого могучего корабля семерки.

Рика толкнула Кайна в плечо, он посмотрел на нее, а она кивнула в сторону Мей. Та сидела отрешенно от остальных, ей были не интересны ни огромные острова, ни великие корабли. Вот уже второй день она ничего не ела и почти ни с кем не разговаривала. Кайн и Рика подошли к ней. Рика сразу обняла девочку.

– Как ты, Мей, держишься? Наш капитан собрал целую армию. Так что мы вернем твоих маму и папу.

Мей не выдержала и уткнулась в плечо Рики, тихо заплакав.

Макстера не было уже три часа. Молли смотрела на «Обвинитель» не отрывая взгляда. Кажется, она так и простояла там все это время, не шелохнувшись. Кайн видел, как матросы на других кораблях тоже ждут своих капитанов. И вот, наконец-то свершилось. С «Обвинителя» полетели шесть лодок, каждый к своему кораблю.

Макстер ступил на борт, все матросы сразу заметили его выражение лица. Почему-то все стихли.

– Не часто его таким увидишь – шепнул один из матросов Кайну и Рике.

Кайн и в самом деле ни разу не видел Макстера таким. Тяжелые брови, сверкающие глаза, казалось, он вот-вот взорвется. Вместе со старпомом он удалился в свою каюту, не произнеся ни слова.

Тем временем другие корабли семерки начали набирать высоту и улетать. Все они расходились в разные стороны.

– Что-то не так. Почему они разлетаются? – спросила Рика.

Кайн не стал отвечать, он снова взглянул на Мей, которая так и сидела, упершись пустым взглядом в пол. Юноша решил спросить лично. Он протиснулся через толпу матросов к каюте капитана. Ближе чем на метр к этой двери без разрешения никто не осмеливался подходить. Никто не знал, чего ждать от Макстера в таком настроении. Поэтому когда Кайн вознес руку, чтобы постучать, остальные отшагнули назад.

Дверь открылась, Молли увидела перед собой Кайна.

– О, кексик, а я как раз хотела послать за тобой. Ты не видел моего адъютанта? – Рика тут же вышла вперед из толпы, старпом увидела ее – о, вот и ты. Сходи на камбуз, узнай, что нам нужно закупить.

– Мы идем в город? – перебил ее Кайн.

Молли улыбнулась.

– Зайди к капитану. Он хотел тебя видеть.

Кайн зашел внутрь, и Молли закрыла за ним дверь. Потом он услышал радостный гул матросов, видимо старпом что-то им передала.

Макстер все еще был смурной, он указал ему на место, и Кайн без лишних слов сел.

– Ты снова мне нужен, Кайн. Мы с тобой отправимся к одному моему знакомому. Помнишь, я рассказывал об одном влиятельном герцоге, который снабжал меня информацией по Пелене? – Кайн кивнул – нужно наведаться туда, представлю тебя и расскажу о карте. Возможно, он подскажет, как быть дальше.

– Капитан, а что с Сириусом?

Макстер посмотрел в сторону, Кайн заметил, как капитан сжал кулак.

– Совет семи отклонил мое предложение. Сказали, что это не целесообразно… а я еще верил в их благоразумие. Сириуса поручили капитану «Обвинителя» Салазару.

– Вы просто так оставите это?! А как же обещание Мей?

Макстер откинулся на спинку кресла.

– Я не бросаю слов на ветер. Тем более, как ты, наверное, догадался, то, что мы ищем как раз у него. Так что нам любой ценой нужно найти Сириуса раньше Салазара.

В этот момент в каюту зашел матрос. Он быстро подошел к капитану и передал ему что-то, Кайн не успел разглядеть, что именно.

Макстер улыбнулся и поблагодарил матроса, тот ушел.

– Отлично, теперь отец Штормхейм будет искать свою печать и не потащится за нами в город. Одной проблемой меньше. Кайн, собирайся, через час вылетаем в город.

***

Команда Макстера ехала по центральной улице Новоляписа. Поскольку встреча семерики была незапланированной, город не был подготовлен, большинство людей даже не знали о таком крупном событии, однако для матросов с «Сальватора» нашелся кортеж из нескольких машин с открытым верхом. И вот ребята неслись по проспекту, размахивая руками в разные стороны, приветствуя случайных прохожих, а люди с удивлением смотрели им вслед. Макстер ехал в первой машине, вместе со старпомом и Кайном, их путь лежал в особняк герцога Морта, остальные матросы объединялись в группки и разъезжались кто куда, многие были в столице впервые и хотели посмотреть как можно больше.

– Ну, как тебе этот остров? – спросил Макстер Кайна, тот смотрел на мелькающие высокие здания.

– Тут все так богато… наверное здесь живут самые счастливые люди.

Макстер ухмыльнулся.

– Вовсе нет. Новоляпис это столица республики. Вглядись повнимательней, посмотри на прохожих, – Кайн присмотрелся, люди как люди, идут по своим делам.

– Я не понимаю, обычные люди.

– Нет, посмотри, улица разделена на две части. По одной идут люди в хорошей одежде, по другой нищета. И те и другие пусты по своей сути, у них на уме только добыча вещей. Знаешь, тут есть одна местная забава. Каждый месяц по этой самой улице гонит грузовик, его кузов открыт и люди выбрасывают охапки купюр, а народ бежит за ними, забыв себя. И правят ими подобные пустышки, дорвавшиеся до власти, закон тебе не писан, когда есть толстый кошель.

– Но капитан, они же живут в мире, что плохого в том, что они хотят больше денег. Чем их больше, тем лучше, разве нет?

– Да. Только по сути это никак не отличается от рабства. С самого рождения они становятся частью этой республиканской системы. В школах из них не делают ничего стоящего, там они учатся только потреблять. И весь смысл их жизни будет сводиться к тому, чем набить свой живот, какие обои поклеить дома, и каких зрелищ посмотреть на досуге. Когда шла война, для Новоляписа это было настоящее шоу, видел бы ты эти ставочные конторы. Я даже слышал, что некоторые меценаты снабжали то альянс, то церковь, лишь бы шоу затянулось.

– А как же уважение к себе?

– Уважение к себе может быть только тогда, когда ты никому не принадлежишь, а здесь каждый принадлежит кому-то, и все принадлежат их величеству деньгам. Если бы я мог, я бы спас всех детей отсюда.

Кайн продолжал смотреть на прохожих.

«Человек – всего лишь мерзкое тесто»

Теперь ухмыльнулась Молли.

– Да вы у нас аскет, капитан.

Машина продолжала нестись по улицам, и вскоре выехала на окраину города. Здесь располагались поместья богатых людей, это было видно сразу. У каждого дома своя огромная территория, где-то размещались охотничьи угодья, где-то луга и лески, цветочные поля. Каждый особняк словно замок или дворец. Но Кайн понял, что они едут к самому богатому человеку среди всех. Его владения начались, как только машина проехала каменную арку ворот, и вот уже прошло полчаса, а они все ехали и ехали, дома даже не было видно. Машина мчалась мимо деревень, их жители мертво смотрели на гостей хозяина.

– Вижу, его светлость расширил хозяйство – сказала Молли – в прошлый раз на месте этой деревни был пустырь.

– Еще бы не расширил с такими доходами.

Кайн смотрел на все это и не верил глазам.

– Это в самом деле принадлежит одному человеку?

– Да.

– Но зачем ему столько?

– Такова власть денег, человеку никогда не будет достаточно, сколько бы он не имел.

Вдалеке показался особняк. На удивление, невысокий дом, стены сияли белым, фасадная колоннада скрывала массивные дубовые двери, у которых стояла пара слуг. Машина завернула перед зданием и остановилась.

– Ну, вперед – сказал Макстер.

Слуги подошли к ним и поклонились.

– Мы получили вашу радиограмму. Его святейшество, герцог Новолапиский Морт ожидает вас в зале для аудиенций. Пройдемте, я провожу вас. Второй слуга позаботится о багаже.

– В этом нет нужды – Молли приподняла руку – мы с коротким визитом.

Втроем они проследовали за слугой, который повел их в особняк. Зайдя внутрь, Кайн только и успевал крутить головой, он вдруг почувствовал себя настолько незначительным на фоне этих высоких потолков, злотого орнамента, бархатной мебели. Ни один человек с его острова в жизни не обладал таким богатством.

Длинный коридор вел к залу, вдалеке стоял человек в кремовом костюме. Старый человек, все лицо было в рытвинах, пушистые усы, острый звериный взгляд и густые брови – лицо его напоминало маску древнего демона, которую Кайн когда-то видел в учебниках по истории.

Макстер поклонился, Кайн сделал это следом.

Герцог не ответил никак. Он лишь холодно произнес.

– Что привело тебя ко мне? Кажется, я упомянул в прошлый раз, что не люблю личные встречи.

– Дело важное, ваше святейшество. Касательно финансирования – сказал Макстер и поднял глаза на него.

Герцог все понял и качнул головой слугам, в ту же секунду они удалились, закрыв за собой дверь.

– Говори, – он прошел к небольшому столику и сел возле него. Макстер и Кайн так и остались стоять у входа.

– Я почти закончил приготовления. Скоро «Сальватор» будет готов отправиться за Пелену.

Кайн заметил, как изменилось выражение лица Морта, старик выдал странное подобие улыбки.

– Ты нашел артефакты?

Макстер взял Кайна за плечи и подвел его ближе к герцогу. Морт смотрел на него так пристально, что Кайну стало не по себе. Он вдруг почувствовал себя каким-то товаром.

– Да. Вот карта. Также я выяснил, где сейчас шестиконечная звезда.

– И звезду нашел? Ну надо же – герцог рассмеялся.

– Она в руках Сириуса.

– Сириус... Это пират Сириус? Значит, все-таки подтвердилась догадка, что он как-то связан с Пеленой. Теперь понятно как ему удавалось всякий раз исчезать после своих атак.

– Выходит, что так, ваше святейшество.

Герцог поднялся со стула и подошел ближе к Кайну, не отрывая от него взгляда.

– Твой цвет кожи, твои волосы. Ты богоязыкий.

– Вы знаете о моем народе?

Морт недовольно выпрямился.

– Не перебивай меня. Да, я знаю о твоем народе. Но только в общих чертах, можно сказать, что то же, что и все. Богоязыкие, народ, который жил на отдельном острове, закрывшись от остального мира. Они имели предрасположенность к магии, именно они и создали магические слова, которые вы зовете разрядными. Существует легенда, что эти слова им даровал сам Бог. В одну ночь, шестнадцать лет назад что-то уничтожило весь остров, и с тех пор он безлюден. А ты, выходит, последний из богоязыких. Чудно… чудно. Скажи, эти письмена на твоем теле, они у тебя с рождения?

Кайн замялся.

– Да, они у меня столько, сколько я себя помню.

Герцог посмотрел на капитана.

– Отлично, Макстер, теперь тебе осталось добыть звезду. Не волнуйся, я выполню свою часть сделки, можешь не переживать по поводу церкви. Все идет по плану.

– Благодарю вас.

Макстер поклонился и уже собирался уходить, как вдруг Морт остановил его.

– Кстати, у меня есть работа для тебя.

– Слушаю.

– Нужно доставить груз в империю, распорядитель подготовит для тебя накладные. И еще кое-что, – он посмотрел на Кайна – вы, молодой человек. Как вам предложение поработать на меня?

Кайн был удивлен, что герцог вдруг перешел с ним на «вы». Он не знал что ответить.

– Поработать?..

– Именно, мне очень интересна ваша раса, и ваша способность к магии, если вы действительно богоязыкий. Оставайтесь в особняке, мы пристроим вас, дадим все, что пожелаете.

Кайн дал ответ сразу.

– Нет. Я не могу остаться у вас, есть дело, которое мне нужно закончить.

Морт осекся. Кайн заметил, каких усилий стоило старику, чтобы скрыть всю злобу, которая рвалась сейчас сквозь лицо.

– Нет?.. Но – Морт странно засмеялся, от такого смеха холод по спине – но мне нельзя отка… послушай, я знаю, вижу по тебе, что ты никогда не жил нормальной жизнью. Я дам тебе все, что пожелаешь. Мой дом станет твоим домом.

Герцог открыл руки, как будто Кайн должен был уже прыгнуть в его объятия.

Макстер посмотрел на юношу.

– Нет, ваше святейшество. У меня уже есть дом.

Руки старика сжались, и он убрал их за спину, встав ровно.

– Что ж. Будь по-твоему, богоязыкий. Позаботься о нем, капитан.

Макстер и Кайн покинули зал аудиенций.

Герцог сел обратно за столик. Он долго смотрел за огромное семиметровое окно, из которого изливался свет. Машина с гостями отдалялась от дома, поднимая за собой пыль.

Палец жмет на кнопку под столом.

Спустя секунду вошел слуга.

Глава 8

– Тебе не стоило так отказывать. Лучше бы сказал, как есть. А вообще это моя вина, зря я тебя потащил с собой. Надо было показать ему чертежи.

Кайн пил чай в каюте Макстера. Вот уже второй день они летели в Империю – второму по силе островному государству. Кайн видел, как капитан терзается виной, но не понимал, неужели на самом деле его отказ герцогу так плох? Вместе с ним чай в каюте пили старпом и ее адъютант Рика. Макстер был занят с кипой бумаг. Это были списки матросов, капитан выписывал на отдельный листок некоторые имена, их было уже свыше сотни. Когда он закончил, то сразу передал листок Молли, а та Рике.

– Этих пока нужно спрятать.

– Спрятать? Зачем нам прятать матросов, капитан? – спросила Рика.

Макстер откинулся на спинку кресла с кружкой в руке. Сделав пару глотков, он ответил.

– Империя это очень нескучная страна. Ее правители давным-давно взяли курс на построение идеального общества. И чем идеальнее оно становилось, тем больше людей старались оттуда сбежать. Тут узаконено рабство, а у нас на борту есть те, кого разыскивает имперская «СБ», в том числе беглые рабы, революционеры, дезертиры и прочая нечисть, которая мешает им строить рай на земле. К утру мы прибудем, будьте готовы, мы не задержимся там, просто доставим груз и все.

Макстера оставили наедине. Молли отпустила Рику, и та вместе с Кайном отправилась по списку, предоставленному капитаном. Они обходили каюту за каютой, велели всем матросам прятаться в трюмном отсеке. Кайн посмотрел в список, почти половина из него была детьми. Неужели даже в таком возрасте можно стать врагом?

Вскоре на пути им попалась Мей. Она была в матросской форме, глаза заспанные, но как только девочка увидела Кайна и Рику, то немного воодушевилась. Рика тоже обрадовалась ей.

– Мей – протянула она – ты чего? заблудилась?

Та кивнула.

– Я искала тебя и потерялась…

– Какой ужас, я же говорила, что буду у капитана, – Рика подошла к ней, Мей немного улыбнулась, было видно, как порозовели ее щечки – пойдем, я отведу тебя в нашу каюту и попрошу ребят поставить чайник. Кайн, справишься без меня?

– Да, идите.

***

Вдалеке виднелась островная линия. Центр Империи ­– целая группа островов, они были так близко друг к другу, что издали казались одним большим материком. Здесь не было высоких небоскребов, все было монументально величественно, каждый дом похож на дворец. Ровные и чистые улицы, на них ни листочка, утренний свет заставлял брусчатку блестеть от недавнего дождя.

Вся команда собралась на носу корабля, чтобы посмотреть на приближающийся имперский остров. Над ним алые облака, все было красным-красно. Кайн, Рика и Мей стояли вместе с остальными и не могли оторваться от великолепия природы. Все ощутили, что «Сальватор» сбавил ход, вскоре корабль и вовсе остановился. Макстер вышел на палубу, матросы приветствовали его, тем временем к «Сальватору» по правый борт пристроился имперский бриг. Матросы всполошились, и начали застегивать пуговицы на кителях, затем они аккуратно построились на палубе позади капитана. Макстер стоял неподвижно и ждал.

С имперского брига на «Сальватор» опустился трап, несколько человек в строгих плащах с погонами вошли на борт и встали перед Макстером.

– Администрация имперского порта приветствует вас, капитан Макстер. Мы получили ваш запрос, – начал один из имперцев и протянул папку с документами – это ваше разрешение. Мы даем вам три часа.

У Макстера глаза на лоб полезли.

– Три часа?.. Почему так мало?

– Больше не можем. Порт скоро будет закрыт, мы ожидаем у себя имперский флот. Пираты вернулись с дальнего рубежа, мы должны позаботиться о безопасности имперских граждан. Постарайтесь не задерживаться, наши рабочие помогут вам разгрузить «Сальватор». Честь имею.

Имперский офицер поклонился и ушел обратно на бриг вместе с остальными.

Как только бриг отошел, Макстер кивнул старпому, матросы ринулись по местам.

– Действовать придется очень быстро. Кайн, пока Гаюль прячется в трюме, ты будешь за него, собери команду. «Сальватор» разгрузят, но мы еще должны запастись водой. Так что вы отправитесь в город, все понял?

– Да! – Кайн кивнул и побежал собирать ребят.

Тем временем «Сальватор» вошел в порт. Имперский город потихоньку просыпался, но все равно был слишком тихим, по сравнению с Новоляписом. Зато его порт мог принять не только такую крепость, как их корабль, но, пожалуй, и всю флотилию семерки. Широкий причал с сотнями кранов, здесь наверняка работали не менее тысячи рабочих. В порту стояли клетки, практически у каждого крана, их было много, поставленных друг на друга то тут, то там. В клетках сидели люди. «Сальватор» был достаточно близко, чтобы матросы могли разглядеть их лица.

– Это рабы – шепнул кто-то из ребят.

Рабы сидели в каком-то рванье, мужчины отдельно, женщины отдельно, дети в клетках поменьше, также отдельно. Не издавая не единого звука, с виду вообще могло показаться, что это куклы.

Рика закрыла рот рукой. Кайн видел, как глаза ее изливали отвращение на этот мир, на эти клетки. Мей прижалась к ней и уткнулась лицом в ее китель.

– Они сидят там, потому что они плохие? – просипела она еле слышимым голоском.

– Нет – Макстер подошел к ним сзади, дав ответ – они сидят там, потому что кто-то должен делать работу, от которой откажется любой свободный человек.

Капитан посмотрел на Кайна. Вся команда была поникшей, но только не он. Единственное, что читалось сейчас на лице юноши – любопытство.

***

«Сальватор» начали разгружать. Кайн, выполняя приказ капитана, отправился со своей командой в город.

Десять матросов в белой форме сильно выделялись среди остальных жителей. Самой формой. Сколько ребята не смотрели, они так и не встретили хоть одного человека, который был одет как-то по особенному. На каждом серое пальтишко, или плащик такого же цвета, строгие брюки и туфельки, все женщины в юбках ниже колен.

– Такое ощущение, что мы на каком-то корабле, все как будто в форме ходят.

– Да, забавно.

Но это было не единственным. Кайн заметил, что даже походка у людей схожая, все идут одинаково размеренным шагом, ни быстрее, ни медленнее. Даже взмах руки одинаковый у всех. Если прислушаться, можно услышать, как в унисон гремят наручные часы.

Ребята двигались в сторону насосной станции за водой, благо из порта вели сотни указателей, где что находится и куда идти.

Мимо них прошел очередной строй людей. Они все здесь ходили в парах, полумаршевым шагом. Но вот что-то случилось. Все они разом остановились. Замерли и ребята. Люди подошли к краю тротуаров, многие выбежали из домов и встали одной ровной линией. Ребята протиснулись вперед, чтобы посмотреть. По улице издалека ехало семь автомобилей. Они блестели чернотой. Машины проехали по улице мимо, а все прохожие, стоявшие тонкой линией, склонились, и держали так спины где-то с минуту.

– Подонки… – Кайн услышал, как кто-то из прохожих тихо выругался.

Ребята пошли дальше, все же нужно было спешить.

– Да уж, ну и жизнь – сказал один из них – а я ведь даже мечтал сюда переехать когда-то.

– Дурачок – посмеялись над ним – Кайн, а ты что думаешь?

– Вам не понравиться мое мнение.

Ребята нагнали его и начали тыкать в плечи.

– Да ладно, расскажи.

Кайн замялся, но врать себе и команде он не хотел.

– Тут не плохо. Порядок и спокойствие, вот мы идем уже полчаса, а я так и не встретил ни полицию, ни стражу. Я просто помню свой остров, где одна шпана была. А тут везде дисциплина… единственно мне только не понравилось то, что мы только что видели, с машинами.

Остальные стихли.

– Только это? А как же рабы?

– Эй-эй, потише… – ребята закрыли рот одному из матросов, но тот отбился и продолжил, сбавив тон – ладно, ты что, не видел людей в клетках в порту?

– Ну, наверное, так надо… им просто повезло меньше.

Кайн улыбнулся.

– Чт… да ты что, Кайн?! Ты серьезно считаешь, что это нормально. Тебе не кажется, что рабы в клетке более свободны, чем люди на улицах, которые вон строем ходят? У рабов свобода осталось в головах, они не выглядят как исполнительные машины.

– Свобода, говоришь? – Кайн отмахнулся рукой – что толку человеку от свободы, если даже вне клетки он остается человеком. Тупым, самонадеянным и жадным… а здесь хотя бы люди уважают порядок. Знал бы ты, что это такое…

Ребята сжали зубы, один из них предложил пойти дальше молча. Так и поступили.

Вскоре ребята добрались до насосной станции. Здесь все также аккуратно строго. Очередь из людей выстроена как по линейке, смиренная тишина над их головами. Шепот матросов с «Сальватора» казался непозволительным криком, ребята быстро поняли это и снова стихли.

Тишину нарушил звонкий голос одного из местных мальчишек. Он подбежал к Кайну и легонько пнул его по ноге.

– Эй!..

– Ты ведь богоязыкий? – спросил мальчик. Кайн осекся, мигом забыв обо всем.

– Откуда ты знаешь?..

– Ты случайно не родственник нашего Шу?

– Шу? Нет…

– Ой… тогда извините… – мальчик изменился в лице, и тут же в страхе ринулся прочь.

Кайн ни о чем не думая помчался за ним. В голове одна мысль, и он надеялся, что не ошибся.

– Постой! Откуда ты знаешь про богоязыких!?

– Кайн! Куда ты!? – другие матросы кричали ему в след, но Кайн не слушал, он мчался за юрким пацаном, который нырнул в соседний переулок. Кайн не думал отпускать его, если он знает про богоязыких и спутал его с родственником, значит ли это, что на этом острове есть кто-то из его народа. Неужели, он не последний?

Матросы смотрели, как Кайн тоже скрылся в переулке.

– Ух.. ну и что будем делать? – почесал голову один из них.

– Пока что разберемся с водой, вернемся и скажем капитану.

***

Рика и Мей стояли возле фальшборта. Мей поникла, склонив голову, она смотрела куда-то под корабль, на Пелену. Рика же не отрывала взгляда от клеток с рабами. Она обратила внимание, что один из старших офицеров с «Сальватора» заходил к управляющим порта, оттуда вскоре вышли несколько рабочих. Загремели портовые краны, их стропы потянулись к клеткам. Одна за другой клетки начали поднимать, а когда они направились в сторону «Сальватора» Рика побелела. Она обернулась и увидела Макстера, который смотрел за действом со шканцев. Девочка увидела улыбку на его лице. Она также увидела, что палубный люк на трюм был открыт. Клетки с людьми проплыли над ее головой.

Мей тоже подняла голову от их тени.

– Что они делают? – спросила она.

Рика оскалилась, сжав кулаки и посмотрев на Макстера.

– Не знаю…

Другие члены команды смотрели за действом с такой же улыбкой, как и у капитана, некоторые еле сдерживали себя, лишь бы не захлопать в ладоши.

Рика направилась к капитану, Мей побежала за ней. По выражению пылающих глаз, девочка все поняла и хотела хоть как-то ее остановить. Но Рика была непреклонна. Взобравшись на шканцы, она подбежала к Макстеру.

– Капитан, вы что, купили этих людей?

Макстер повернулся, посмотрев на нее свысока. Под тенью козырька сверкал острый взгляд.

– Да, купил, всех, кто был в порту.

Рика отшагнула, перед ней словно стоял другой человек. Она до последнего не хотела верить.

– Но… но как же, Макстер… капитан, я… думала.

– Мне не важно, всем нужна рабочая сила, я же говорил, что у меня есть пивоварни, на них кто-то должен работать.

Рика сжала зубы, от каменного голоса капитана по ее щеке устремилась слеза, но девочка мигом ее стерла, развернулась, мотнув рыжим пламенем хвоста, и побежала прочь. Мей растерялась, она кротко поклонилась капитану на всякий случай, и помчалась вдогонку.

Рика бежала, не оглядываясь, сбивая с ног всех, кто попадался ей на пути. Перед глазами плыло, матросы глядели ей в след, проглатывая вопрос, почему она плачет. В конце концов, она налетела на Молли. Старпом остановила ее твердой рукой. Рика посмотрела в черные глаза, на неизменную легкую улыбочку. Как же ей было отвратительно видеть сейчас всех этих людей. Как горестно в них разочаровываться.

– Что случилось, моя дорогая Рика, отчего ты вся в слезах?

Рика качала головой, не желая никого слушать и отвечать. Сзади подбежала Мей, она ударилась в Рику, обхватив ее руками и крепко прижав к себе.

– Там… там… – всхлипывала она, смотря в теплое лицо Молли – там людей в клетках грузят в трюм.

Молли вдруг рассмеялась, девочки утихли, посмотрев на нее красными, заплаканными глазами. Старпом присела, чтобы быть на уровне их лиц. Она коснулась указательным пальцем по краешкам их носиков.

– Глупышки, вы, наверное, подумали, что капитан купил этих рабов для себя. Неужели вы и в самом деле так плохо думаете о нашем капитане. Нет, нет и еще раз нет – она снова посмеялась – он всегда так делает, когда посещает Империю. Он выкупил их, чтобы потом освободить за пределами Империи. Никто ни о чем не узнает, так что т-с-с-с.

В один миг лица Рики и Мей засияли, словно настоящее золото.

– Так значит он… – Рика тоже посмеялась, склонив голову. Она сжала кулаки и поблагодарила старпома, затем пулей устремилась обратно на мостик.

Макстер все еще стоял здесь, наблюдая, как последние клетки погружались в трюм. Он заметил, что к нему снова бежит Рика, на сей раз сияющая от радости. Девочка не нашла слов, она просто прыгнула на капитана и обняла его. Капитан отцепил ее от себя. Рика утерла слезы и поклонилась.

– Простите меня… и спасибо… – единственное, что вымолвила она, затем развернулась и ушла.

Как раз в этот момент на корабль вернулась команда Кайна. Несколько огромных бочек с водой вскоре были погружены на «Сальватор». Макстер посмотрел на карманные часы, время, отведенное им, походило к концу. Он подал сигнал, и корабль стал готовиться к отбытию. Один из матросов подошел к капитану.

– Тут такое дело, капитан. Кайн не вернулся.

Макстер чуть не выронил свисток из губ, медленно повернулся на слова матроса.

– Что?

– Ну… так вышло, мы сами ни чего не поняли. К нам у станции подбежал какой-то парень, пнул его, что-то сказал про богоязыких и какого-то Шу, а потом Кайн как угорелый побежал за ним. Мы его потом искали, искали, но не нашли. Нужно было возвращаться.

Макстер мельком окинул взглядом команду.

– То есть, хочешь сказать, что Кайн остался где-то в городе… черт и это когда нам уже нужно отходить.

Рика тем временем услышала от других матросов, что Кайн остался, она снова вернулась к капитану, Мей была рядом.

– Оставлять его тут нельзя, но и нам самим уже никак не остаться – он думал где-то с минуту – так… вот как мы поступим. Собери пятую палубную, вас там как раз человек десять, и отправляйтесь его искать. Мы оставим вам шлюп, облетите остров, и тайком сядете там где-нибудь, только осторожно, чтобы вас никто не заметил, а то мы вас потом не вытащим. Найдете Кайна и сразу на Новоляпис, мы будем ждать вас там.

Рика и Мей тут же вмешались.

– Мы пойдем с ребятами.

Макстер посмотрел на них и не стал спорить.

Спустя несколько минут маленький шлюп вылетел с «Сальватора» и отправился огибать остров. Сам «Сальватор» дал полный ход обратно, в сторону Республики.

Глава 9.

Неистовая боль заставила Кайна открыть глаза. Голова гудела, вокруг сплошная темнота. Юноша попытался схватиться за лоб, но понял, что его руки скованны. Тяжелые цепи зазвенели металлом по камню. Он лежал на каком-то гранитном столе. Боль не утихала, она волнами катилась по всему телу с ног до головы. Кайн тяжело дышал, голосом выдавая агонию. Крик все же вырвался.

– Тише, тише… – послышался хриплый мужской голос где-то совсем близко – очнулся, наконец.

Глаза Кайна понемногу начали привыкать к темноте, и он разглядел этого человека прямо над своим телом. Омерзительная фигура в белом халате, пепельными выпадающими волосами, зализанными назад и золотым зубом. Он смотрел на юношу свысока маниакальным, но как будто мертвым взглядом.

В нос бил запах плесени и сырости.

– Где я?..

Вновь боль схватила все его тело, Кайн не выдержал и заорал. Теперь он увидел, что мужчина в халате орудовал странным черным прибором, надетым на обе его руки. Тысяча игл то и дело легонько касались кожи юноши и проникали внутрь, достигая каждым кончиком нервов. Мужчина бормотал под нос какую-то несуразицу, но вскоре Кайн прислушался. Это были разрядные слова богоязыких. Какие-то очень сложные слова, Кайн слышал их впервые и никогда раньше не натыкался на них ни в одной книге. Но речь эта точно принадлежала его сгинувшему народу.

Кайн вновь пошевелил рукой. Лязг цепи.

– Все, хватит… довольно… – вымолвил он слабо – мне больно, прекрати… молю…

Сухой смех окатил помещение, по его отголоску Кайн понял, что они в небольшой комнатке.

– Успокойся, друг. Я врач и знаю что делаю. Ты не умрешь, так что просто потерпи. Мы почти закончили.

Из пасти мужчины сквозь смех и речь донеслось табачно-пепельное зловоние. Кайн почувствовал ком в горле. Он не понимал, откуда такая слабость, казалось, силы покинули его полностью, будто бы он не ел и не пил целую вечность.

– Остановись, пожалуйста, прошу, – иглы продолжали впиваться в плоть.

– Я же сказал, терпи! – мужчина вдруг истерично вскрикнул – что не понятно?! Если будешь мешать, то я не смогу ручаться за твою жизнь. Ты уже в лучшем случае останешься инвалидом! Так что не мешай!

Кайн собрал последние силы и схватился за цепи.

– Ал рубиго…

В один миг металл осыпался, и Кайн высвободил руки. Тут же он вцепился в горло мужчины, который совершенно не ожидал от своего узника ничего подобного.

Кайн чувствовал онемение в ладонях, чувствовал покалывание по всему телу. Это был гнев. Казалось, сил совсем не было, но видя как в его ладонях чахнет душегуб, что-то внутри переполнялось истинным удовольствием.

– Как ты смеешь называть себя врачом – шипел юноша, глядя прямо в его перепуганные глаза. Ему было противно видеть их, Кайн двумя пальцами по очереди лишил мужчину зрения. Только после этого гнев в груди утих. Его место занял страх, страх от истошных воплей корчившегося от боли и вцепившегося в свои кровавые глазницы врача.

Кайн пополз назад, он услышал, как в комнату вбежали двое. Юноша лишь мельком увидел винтовку в руках одного из них. Он вскочил на ноги и метнулся к гранитному столу. Все вокруг оглушил выстрел. Секундный свист пули прервался звуком разрываемого мяса. Кайн ощутил острую боль в плече, его откинуло за стол.

– Вот черт, господин Хайлес, что с вами?

– Убейте его! Убейте этого ублюдка! Мои глаза, господи!

Кайн судорожно дышал, спрятавшись в темноте за столом. Благо этот стол не имел ножек, а был похож на плоский валун. Юноша прислонился ладонью к ране, похоже, что пуля прошла навылет. Шепнув сквозь зубы очередное разрядное слово, он вспомнил Рику, все эти слова он когда-то выучил для нее, чтобы помочь справиться с болезнью. Но Кайну и в голову никогда не приходило, что когда-нибудь ему придется использовать их на себе. Плечо в момент перестало ныть, рана быстро затянулась.

Однако ни в одной книге не было разрядных слов, пригодных для убийства человека. Да и если бы были, Кайн все равно побоялся бы их запоминать. Мольке всегда говорил, нет ничего ценнее человеческой жизни. Кайн верил, его дар должен служить людям, но не отбирать у них жизнь. Он слышал, как в его сторону медленно подходили. Делать ничего не оставалось, он загнанный кролик. Развернувшись к столу, Кайн прислонился обеими ладонями к граниту.

– Эш эрумпер!

Стол разлетелся от взрыва на сотни осколков, они, словно картечь, устремились к его преследователям. Всю комнату мгновенно захватило пылью, стало трудно дышать. Кайн поднялся на ноги и увидел, что охранники лежали рядом с врачом, оглушенные взрывом. На них, на удивление, было ни царапины. Кайн переступил через тела. В голове лишь на секунду мелькнула мысль.

«Их стоит убить»

Но Кайн встряхнул головой и пошел дальше.

Здесь в комнате был еще один стол, деревянный на сей раз. На нем несколько раскрытых свитков. Кайн знал эту диковинку – свитки были не простыми. В школе про них рассказывали. Это особая бумага. Теперь до юноши дошло, что делал с ним этот «врач». Он переносил специальными иглами все рисунки с его тала на этот пергамен. Иглы лишь касались кожи, и этого было достаточно, чтобы странные узоры древнего языка сами собой появлялись на свитке.

Кому-то еще потребовалась знать, что скрывал тот серебряный шарик.

Кайн вышел наружу.

Бесконечный коридор. Десятки поворотов, тонувших во тьме. Свет лишь от слабеньких лампочек, спрятанных за толстыми грязными стеклами. Кайн шел, выставив перед собой руку, потому что почти ничего не было видно, и он боялся расшибить лоб о стену или какую-нибудь трубу.

Некоторые из ответвлений вели к дальним комнатам, Кайн увидел на них решетки, он прошел с десяток таких. На полу пятна крови, войлок человеческих волос, затхлый воздух, здесь практически нечем было дышать. И вот, Кайн наткнулся на очередную решетчатую дверь, за ней он увидел множество людей.

Здесь было так же темно, однако люди увидели мальчишку у решетки. Они посмотрели на него отрешенно, всего лишь бросили понурый взгляд, а потом дальше безучастно уставились в пол.

– Теперь в надзиратели берут совсем уж юнцов – сказал кто-то из толпы.

Кайн покачал головой.

– Нет! Я не из них! Я… я даже не знаю где я сейчас. Кто вы?

Люди переглянулись, некоторые из них, подползли к решетке поближе, выйдя за линию темноты.

– Ты что… сбежал?..

Кайн неуверенно кивнул. Неуверенно потому, что лица людей вдруг сделались морщинистыми и зябкими, словно они увидели самый страшный ужас в своей жизни.

– Ты проклятие на нашу голову! Что ты натворил!

Кайн не знал что ответить, он осмотрел решетку – обычная дверь на замке. Ее будет легко снять.

– Успокойтесь… я помогу вам. Только скажите мне, для начала, где я нахожусь.

– Странный вопрос, парень, ты на Новоляписе, во владениях нашего владыки, герцога Морта.

– На Новоляписе?.. Но как, я же только что был в Имперской столице…

Один из людей лишь махнул рукой.

– Агентура нашего владыки и правда не знает границ. Сегодня ты там, а завтра уже тут, и никто никогда тебя здесь уже не найдет. Тебя больше не существует. Те, кто обладает таким количеством денег, чтобы заставлять называть себя владыкой, могут вычеркивать людей из истории одним щелчком пальца. Если ты знал кого-то раньше, просто забудь… тебя уже забыли, потому что тебя никогда и не было. Теперь у тебя другая жизнь, так что вернись в свою клетку и жди очередного пайка. А потом тебя освободят… и ты должен быть рад, что послужишь владыке в его экспериментах. Он освободитель наших бренных тел.

Гул раздался по всей комнате, сливаясь в один протяжный низкий звук.

– Освободит. Освободит. Освободит. Освободит…

Кайн отшатнулся.

Эти люди уже не были людьми. Они уже не считали себя людьми. Теперь они вещи одного человека и принимают это за благо. Они давно мертвы. Вот отчего здесь так пахло гнилью.

«Человек создан чтобы кому-то принадлежать».

Вдалеке послышались шаги, Кайн резко обернулся, когда услышал их. Свет от фонарей гулял из стороны в сторону по коридору. Кайн понял, что его взрыв наверняка услышали, и теперь нужно придумать, как выбираться. Схватившись за решетку, он произнес разрядное слово, и она тут же осыпалась.

– Пойдемте со мной! – скомандовал он.

Но люди сидели на своих местах, смотря на юношу из темноты желтым взглядом.

– Все тщетно парень, просто вернись и сдайся.

– Пойдемте же, ну! Живо! Я вас тут не оставлю – Кайн увидел, что среди заключенных были женщины и дети. Шаги тем временем становились все громче, надзиратели уже совсем близко.

Люди продолжали сидеть на полу, никто даже не прислушался к Кайну.

Свет пролился в сторону камеры. Целая рота солдат увидела юношу у открытой клетки, несколько их них вскинули свое оружие. Кайн метнулся за стену и побежал по коридору вперед, теперь темнота играла ему на руку.

– Вы что, задумали побег?!

Кайн услышал выстрелы, но пули не свистели над его головой. Он сбил шаг, осекся, и посмотрел назад. Солдаты расстреливали заключенных.

Сердце выпрыгивало из грудной клетки, он слышал их предсмертный вопль. Это он их убил, ведь это он открыл клетку.

Было так темно, что Кайн начал думать – мрак это часть меня.

Внутри все кипело, перед глазами страшная картина, сплошная кровь. И вновь, как в прошлый раз лишь одно желание, и вновь он ощутил в правой руке клинок. Один из охранников заметил, как в темноте коридора светится два красных огонька. Солдаты не сразу поняли, что это были чьи-то глаза.

На миг все стихло.

***

Широкий светлый зал. Большие окна распахнуты, ветер покачивал занавески из тонкого шелка. У одного из окон стоял герцог Морт, он держал в руках чашечку с чаем на блюдце и понемногу делал глотки. Взгляд его устремлен в небо, там, над Новоляписом, виднелась громадина «Сальватор». С небольшой задержкой, они все-таки явились обратно. Морт был доволен, его поручение выполнено, и он с нетерпением ждал доклада капитана. Вот, к слову, и он, направлялся к особняку на черной машине с открытым верхом.

Слуги без лишних формальностей впустили капитана Макстера к герцогу. Тот тепло его принял, посадив на сей раз в кресло рядом со своим креслом у позолоченного столика прямо по центру огромного зала. Вскоре подали чай с печеньем.

Они долго сидели друг напротив друга, обсуждая детали сделки в Империи. И хотя Макстер терпеть не мог светские встречи, сейчас ему было очень непросто сконцентрироваться и без того. Морт то и дело щелкал пальцами, чтобы вернуть Макстера к разговору, а в голове у капитана все мысли о Кайне и о ребятах, которых он оставил в Империи для его поисков. Вот уже три дня они не выходили на связь. Нашли ли они его, может с ними самими что-то случилось? В любом случае, после нужно было лететь обратно. Но «Сальватор» требовал дозаправки и пока что застрял на несколько часов в Новоляписе.

– К слову, я ждал тебя еще вчера – продолжал спокойно Морт.

– Да… прошу прощения за задержку, мы снова залетели на Ибрисель, пришлось потратить на это весь день и три тысячи галлонов газа. А также всю еду и воду.

Герцог тихо посмеялся.

– Снова рабов высвобождал? Как благородно. Смотри, если Империя прознает, даже я не смогу помочь.

– Кто-то должен это делать, тем более вы отлично знаете, я умею заметать следы.

Герцог снова посмеялся.

– Да уж. О твоих маневрах наслышаны во всей Республике. Наверное, никто не потребляет столько газа, сколько…

В этот момент одна из дверей зала громко раскрылась, хлопнув о стены. Удар был такой силы, что даже хрусталь на громадной люстре под потолком зазвенел.

Капитан и герцог резко обернулись. К ним шел Кайн.

Глаза Морта выразили лишь сожаление, будто бы в комнату влетела очередная назойливая муха. Макстер же вскочил с кресла и сделал пару шагов к юноше. Но потом замер, он увидел, все тело Кайна в крови, хотя ран на нем не было. Его босые ноги шлепали по зеркальному мраморному полу, оставляя красные следы пяток. Глаза больше не горели алым, они были безжизненны, пусты.

– Чт… Кайн? Как ты тут оказался? – но Макстер тут же все понял и обернулся к герцогу с вопросом.

Морт лишь сложил пальцы рук друг к другу, немного улыбнувшись.

– Какой славный малый, не зря я его приметил… но нужно было все таки поставить кого-то рядом. Скажи, Кайн, там внизу кто-то остался в живых?

Кайн безмолвно покачал головой, его глаза смотрели куда-то отрешенно.

– Нет? Ты всех убил?

Морт посмеялся.

– Что все это значит, герцог? – спросил Макстер.

Тот лишь развел руками.

– Не самое лучшее стечение обстоятельств, но… так наверное даже лучше. Я давно думал, как замести следы старых увлечений. Эти проклятые народные комиссии и церковники замучили меня с расследованиями. А теперь все будет выглядеть как обычное убийство психопата. Жаль… я надеялся, что Кайн послужит мне.

Макстер достал пистолет и направил его на герцога.

– Вы похитили ребенка! Что вы сделали с ним?!

Морт цыкнул, в зал вбежало несколько десятков солдат. Личная стража герцога.

– Успокойтесь капитан, садитесь за стол, пистолет положите рядом со мной. Мы ведь еще можем договориться.

Солдаты окружили Макстера и Кайна. Юноша словно пришел в себя, когда увидел людей с оружием, он прильнул к капитану.

Макстер повиновался, однако когда пистолет был положен на стол, капитан успел нажать на кнопку, спрятанную в рукаве его кителя. Морт ничего не заметил. Кнопка эта подала сигнал, и прямо сейчас на мостике «Сальватора» старпом Молли видела, как мигает красным маячок. Маленькая круглая лампочка не загоралась уже несколько лет.

Один из матросов подошел к Молли.

– Старпом?

– Т-с-с. Видишь? – она легонько показала на мигающую лампочку матросу, у того глаза округлились – капитан наш похоже влип. Ты знаешь что делать?

Матрос без лишних слов поклонился и убежал. Снаружи палубы послышались крики «Поднимай палубную мортиру! Красный маячок! Красный маячок!» И тут же крики были подхвачены общим гулом, даже каким-то ликованием.

Тем временем Макстер подвел к себе Кайна и осмотрел его. Ран действительно не было, лишь небольшой рубец в плече. Но все тело в крови с ног до головы, даже узоров на коже почти не видно.

– Кайн, что случилось?

– У него там… там в подвале пыточная, он убил столиких… и женщин с детьми – к горлу подкатило, Кайн заплакал, словно ребенок, уткнувшись в капитана, пачкая красным его китель.

Морт спокойно продолжал пить чай, с явным удовольствием наблюдая за Кайном.

– Зачем вам это все? – спросил Макстер – мы же были хорошими партнерами.

– О, да. Ключевое слово были. Однако мы все еще должны договориться, я бы не хотел терять своего человека среди великих семи.

Макстер цыкнул.

– Тяжело договариваться, когда на тебя наставлены столько ружей.

– Ну-ну, я все-таки прекрасно помню, что ты горазд на фокусы. Так что для перестраховки мои мальчики побудут здесь. А ты выслушай меня. Карта теперь есть не только у тебя, так что не думай, что ты сможешь кинуть меня со сделкой. Я оставлю Кайна у себя, а ты отправишься искать звезду. Потом мы просто поменяемся. Я тебе мальчишку, а ты звезду. Но не переживай, слава первооткрывателей Пелены достанется нам обоим. Я не забываю своих…

Герцог прервался, все услышали грохот с «Сальватора», стрела дыма устремилась с корабля вверх и направлялась прямиком во дворец.

Макстер схватил в обхват Кайна, опрокинул ногой стол и нырнул за него. Спустя миг крыша зала была пробита снарядом, все повалились с ног. Что-то тяжелое рухнуло почти в центр помещения, переломив пол на две части, потолок возле стены обвалился вместе с ней, похоронив под собой несколько солдат. Герцог тяжело дышал, он ничего не успел сделать, оглушенный грохотом упавшего снаряда он лежал на полу, пытаясь прийти в себя. Макстер держал судорожно трясущегося Кайна, глаза мальчика были переполнены ужасом.

Выжившие солдаты стали пробираться через обломки в центр комнаты, пытаясь найти герцога. Они увидели снаряд. Это была капсула довольно больших размеров. Специальная створка этой капсулы была выбита, оттуда шипел пар.

Макстер встал во весь рост, Кайн с любопытством смотрел из-за него. Капитан сделал несколько шагов вперед, но тут же его схватили подоспевшие солдаты. Где-то вдалеке кричала герцог, приказывал взять их живьем.

Капсула, однако, уже была открыта и Макстер, стоявший прямо перед ней, заметил это. Он улыбнулся.

– Капитан, я к вашим услугам. Только не забудьте потом похвалить меня перед Молли.

– Конечно, Алекс.

Из капсулы вышла девочка. Кайн увидел ее лицо, его окатило мурашками. Он видел ее раньше. В тот самый первый день, когда они с Рикой пробрались на «Сальватор», эта девочка сидела в наморднике и оковах в клетке.

Теперь на ней не было оков, но в руках по длинному прямому мечу. Кайн не верил глазам, каждый меч, казалось, весил как сама девочка, однако она держала их спокойно, словно они были игрушечными.

Белые волосы, белые ресницы, и глаза вишневого цвета. Она перепрыгивала взглядом с одного солдата на другого.

– Восемнадцать. Что ж, капитан, могли бы и сами справиться… о-о-о, безбилетничек, приветик! – девочка вдруг заметила Кайна, и по-детски улыбаясь, начала махать ему.

– Убейте ее, олухи, чего стоите! – закричал Морт.

Солдаты почти разом выстрелили по Алекс, но та будто бы испарилась со своего места, пули зазвенели о металл капсулы.

– Куда она делась?!

– Гляди вон там!

Но тот, кто кричал вскоре лежал на земле, сраженный мечами. Алекс была быстрее молнии, блеск ее мечей не успевал за клинками, искажаясь оставлял странную линию. Солдаты падали один за другим, то тут, то там на стенах, на полу, брызгала кровь.

Кайн и Макстер смогли освободиться самостоятельно.

– Капитан, кто это? Как она так быстро двигается?

– Это Алекс, одна из сторожил «Сальватора», несмотря на то, что ей всего двенадцать, она обладает необъяснимой силой. Наш старпом ее старшая сестра, они вдвоем со мной еще с основания команды. Молли говорила, что в детстве с их семьей случилось что-то ужасное, и эта сила как-то связана с Пеленой. Но большего она не знает.

Алекс подошла к капитану.

– Я закончила, – сказав это, она снова посмотрела на Кайна и улыбнулась ему, – да, кстати, там какой-то старик к выходу ползет, я не стала его трогать.

Макстер без лишних слов направился к Морту. Кайн хотел было проследовать за ним, но капитан махнул рукой.

– Нет, стой здесь.

Фигура Макстера удалялась за груду больших глыб обрушившегося потолка, где, по словам Алекс, прятался Морт. Сердце мальчика билось так сильно, что этот проклятый стук отдавался уже во всех частях тела. Кайн схватил себя за руку и выдохнул. Макстер скрылся за глыбами, вскоре оттуда послышалось старческое кряхтение, слабый вскрик. Все.

Кайн смотрел на Алекс, та убрав руки за спину, перекатывалась с пятки на носок, смотря на дыру в потолке, которую оставила ее капсула. Девочка насвистывала какую-то сладкую мелодию. Потом ее вишневый взгляд легонько перевелся на Кайна.

– Что? – спросила она, хлопнув пару раз белоснежными ресницами.

Кайн отвернулся.

– Мне не до твоего кокетства.

Макстер вернулся, стирая кровь с капитанского кортика.

– Скорее, нужно убираться. Еще не хватало, чтобы у нас начались проблемы с Республикой.

Кайн видел, как подавлен капитан, на нем буквально не было лица. Он еще не понимал, как сильно их дело затруднилось из-за этой истории с герцогом. Он лишь слышал, как Макстер то и дело бубнил всю дорогу на «Сальватор» про церковь и ее представителя на борту.

Только лишь ступив на борт корабля, Кайн по-настоящему успокоился. Возвращение прошло тихо. Если не принимать во внимание, что несколько крупных матросов приманили к себе Алекс какими-то цветными конфетками, а затем схватили девочку, отобрали мечи и повели в трюм.

Кайн чувствовал на себе взоры сотен глаз, вся команда смотрела на него. Он только сейчас, казалось, обнаружил, что весь в крови. Как на него смотрят? Он боялся поднять глаза и узнать.

Наверняка, в нем видят животное.

Не поднимая глаз, он спрятался за капитаном.

К Макстеру подошла Молли. Тот улыбнулся ей фальшиво, но быстро понял по ее лицу, что беды только начинаются. Она протянула ему шифровку.

Макстер принял ее и быстро прочел.

Клочок бумаги сжат с хрустом в его кулаке. Теперь вся команда смотрела только на него. Макстер тяжело выдохнул.

– Что?

– Что там, капитан?

Кайн тоже посмотрел на Макстера.

– Заправляйте газ, нужно торопиться. На Имперскую столицу напал Сириус.

Глава 10.

Все два дня, что «Сальватор» направлялся к Имперскому городу, Кайн просидел в радиорубке вместе с радистом. Он не давал покоя бедному пареньку, заставляя вызывать город без конца. Однако никто не отвечал «Сальватору».

Под вечер второго дня Имперский город виднелся на горизонте. С него валил дым. Макстер приказал команде вооружиться, и теперь почти каждый стоял на палубе с винтовкой в руках и всматривался вперед. Холодный ветер раскачивал корабль, он нес с собой запах гари, матросы морщили нос. Но вскоре к этому привыкли. Было не до мелочей, когда перед ними предстала такая картина. От Имперского города ничего не осталось, ребята не могли поверить глазам, всего неделю назад, они были здесь и видели, как его жители строем ходили по своим делам. Кайн молча стоял возле борта и глазами искал хоть кого-то. Это было похоже на то, что он видел раньше на Лероксисе, родном острове Мей. Тела лежат в ряд у кромки тротуаров, вырезаны аккуратно, словно кто-то творил дьявольское искусство. Отсюда он не сможет никого найти, Кайн то и дело поглядывал на Макстера, он лишь ждал, когда капитан даст команду высадиться на острове. Но Макстер, как и все остальные, казалось, выпали из реальности, не отрываясь от руин города. То, что ждало их за скалами, у окраины города, повергло в истинный ужас.

Огромный корабль, примерно в два раза больше чем сам «Сальватор», догорал, рухнувший на борт на целый квартал. Он был переломлен на две части, практически посередине. Корма изрешечена черными отверстиями, верный знак палубной артиллерии. Тела с «Сальватора» походили на хлебные ржаные крошки, что-то красное, бесформенное, они были повсюду. Кайн узнал корабль, его многие узнали.

– «Обвинитель». Это корабль капитана Салазара – сказал Макстер – именно ему совет поручил охоту на Сириуса.

Он ударил кулаком по рулевой балке, многие дрогнули, Молли подошла к нему сзади и положила руку на плечо.

– Не берите это на себя, капитан.

– Я ведь говорил им…

Макстер проглотил слова, вновь взглянув на дым из трещины в корпусе «Обвинителя».

Все смолкли, только лишь снасти гремели от ветра.

«Сальватор» сделал еще пару кругов над островом, но никого не нашел. Город молчал. Пожар здесь быстро все уничтожил, виднелись и имперские военные корабли, маленькие, наверняка Сириус разобрался с ними, как с назойливыми мухами. Теперь они догорали на улицах города.

– Опоздали… – выдохнул Гаюль.

– Да если бы и успели, что тогда. Вон, горели бы сейчас на пару с «Обвинителем».

Матросы потихоньку разбавляли тишину робким шепотом.

– Как такое возможно… Салазар же самый сильный из семерки.

– Какие-то пираты…

– Проклятье.

Кайн не слушал. Он то и дело высовывался с палубы и смотрел вниз, на город. Но там совсем никого, только аккуратные ряды тел на дорогах, были видны линии кровавого потока вдоль ливневок. Но даже кровь на брусчатке уже успела застыть. Кайн обернулся, он видел, как Макстер о чем-то беседует с церковником Штормхеймом, в конце они кивнули друг другу, потом капитан позвал радиста и начал надиктовывать ему текст, паренек судорожно записывал. Далее он позвал к себе старпома, а спустя минуту до команды спустился приказ разделиться на группы и занять боевые места на шлюпах.

Кайн только и ждал этого. Он уверенным шагом пошел к своим, те уже начали раскреплять канаты одного из шлюпов. Спустя несколько минут бортовые люки «Сальватора» начали распахиваться один за другим, несколько десятков шлюпов с матросами устремились вниз, к Имперскому городу.

Следующие несколько часов они прочесывали улицу за улицей. Снизу шли самые старшие, ребята помладше плыли на шлюпах над крупными авеню, навострив взгляд и винтовки в разные стороны. Сначала шло медленно, каждый боялся любого шороха, но спустя пару-тройку часов всем стало очевидно, на острове кроме них больше ни живой души.

Кайн искал только одного человека. Он знал, что Рика вместе с ребятами вызвалась помочь найти его. Значит, первым делом они направились к водной станции. Кайн быстро отделился от основной группы, он несся туда забыв усталость. Но на станции было пусто, ни тел, ни живых. В голове сквозь ворох мыслей стал закрадываться страх.

«Ты больше ее никогда не увидишь».

Кайн схватился за голову, остальные матросы понемногу стали разбираться с телами погибших. Их накрывали белыми тканями.

– Кайн, там… сходи посмотри, ты должен видеть – сказал один из матросов.

Кайна схватил холодный пот, но он сжал кулаки, поднялся на ноги и пошел уверенным шагом. Каждый обратил на него внимание, он так разгоряченно дышал, что казалось, из ноздрей выходил пар. Вдалеке, на краю улицы собрались почти все члены команды, они стояли, уткнувшись взором на землю.

Каждый молчал, матросы стали расступаться, пропуская Кайна вперед. Здесь, возле кромки шоссе, лежало несколько ребят, все с перерезанными глотками. Каждый из присутствующих знали их, ведь это члены команды «Сальватора». Кайн тоже видел их несколько раз на палубе, помнил их улыбку. А теперь они лежали тут, шесть человек, мертвые глаза смотрели в серое небо.

Среди них не было ни Рики, ни Мей. И может быть именно это позволило Кайну удержаться на ногах. Он боялся, что сейчас остальные прикончат его здесь. Это из-за него, его необдуманной выходки, погибли их товарищи.

Но вот, Кайн ощутил, как по его плечу похлопали. Он обернулся. Один из матросов смотрел прямо ему в глаза, слезы тихо стекали вниз, но горькая улыбка говорила за себя.

Никто не винил его.

Матросы подняли тела ребят на «Сальватор». Капитан вместе с командой должны подобающе проститься с ними.

Больше оставаться в Имперском городе не желал никто. Корабль ушел прочь.

***

«Сальватор» держал курс на Новоляпис. Эти два дня, должно быть, стали самыми тихими за все время существования корабля. Старая атмосфера братства улетучилась, будто и не было ее никогда, ребята молча делали свою работу, стараясь не смотреть друг другу в глаза. Никто не хотел ничего видеть, все до сих пор помнили общий рев, когда прощались с погибшими в Империи. Кайн на время стал помогать Молли вместо Рики, хотя помощи от него было не много, юноша не о чем не мог думать. Он всегда выбирал самый темный угол и, забившись в нем, стирал себя от других глаз. Молли видела это и тяжело вздыхала, с какой-то взрослой грустью. Как не пыталась она вернуть Кайна к остальным, ничего не выходило. Лишь один раз он поинтересовался у нее, зачем они возвращаются в Республику.

– Капитан вновь собирает совет Семи. Теперь, очевидно, мы должны объединить силы, чтобы найти и одолеть Сириуса.

– А шести оставшимся капитанам хватил сил на это?..

Молли со всей серьезностью посмотрела на него.

– Не стоит недооценивать нас, – затем она улыбнулась – к тому же у Республики тоже есть чем ответить. Все обойдется, мы спасем малышку Мей и Рику, хватит сидеть здесь таким понурым.

– Это я виноват… – шепотом проговорил Кайн, как будто самому себе.

Молли подсела ближе и погладила его по щеке.

– Ну, ну. Кроме тебя, так никто не считает, заканчивай с этим.

Но Кайн остался сидеть один.

Вскоре «Сальватор» прибыл к Новоляпису, вместе с ним к назначенному дню явились и другие капитаны на своих кораблях. При иных обстоятельствах, Кайн, как и большинство матросов, сейчас бы не отрывались от этих летающих гигантов. Но теперь всем было плевать. Никто не любовался ни флотом Семи, ни видами города.

Команда вышла и неровно построилась, чтобы проводить капитана на остров. Макстер остановился возле Кайна, тот смотрел куда-то чуть ниже уровня глаз, словно взор слепого, юноша даже не сразу понял, что Макстер стоит прямо перед ним. Капитан звал его с собой, но Кайн ничего не ответил, он не слышал. Макстер не стал повторять, он ушел на шлюп один.

***

Город был пустым, Макстер никогда не видел Новоляпис таким, но сейчас все мысли были только о Сириусе.

Он ехал в черном автомобиле в здание правительства, ситуация была настолько непростой, что главы Республики позволили заседать капитанам в своем дворце. Тени домов сменялись одна за другой на дороге, глаза Макстера успели устать от их мельтешения.

Как поймать тень? Сириус все время исчезает, каждая его атака совершенно внезапна, а после он растворяется в воздухе, и больше никто и нигде не может найти его. Значит ли это, что он ныряет в Пелену?..

– Если это так, то было бы неплохо взять тебя живьем, гаденыш… – проговорил Макстер свои мысли вслух.

Знакомая тишина начинала резать слух. Машина прибыла в правительственный дворец. Другие капитаны не заставили себя долго ждать. Шестеро собрались в большой круглой зале за круглым столом. Начали с почтения памяти капитана Салазара.

– Я даю слово вам, господа, моя команда расправится с негодяем, как только мы его найдем – тут же заявил один из капитанов, высокий и статный Бормонд – уверяю вас, как только я узнал о Салазаре, то решил выделить особое место для головы Сириуса на моей стене головорезов.

– Почему мы должны доверить эту почетную миссию именно тебе, Бомонд? – перебила его женщина с противоположной стороны стола – твой корабль самый маленький в семерке. Если уж «Обвинитель» Салазара не справился, то нужен корабль, который не уступал ему по боевой мощи как минимум. Моя «Алая Лилия» идеальный вариант, поэтому прошу совет поддержать мою кандидатуру.

Макстер только лишь сжимал кулаки.

– Чтобы уже завтра мы потеряли еще одного капитана? – начал третий капитан – Если «Обвинитель» проиграл, то только из-за своей неповоротливости, а может, есть и другая причина. Я считаю, что нужно составить комиссию, чтобы расследовать обстоятельства гибели «Обвинителя», мы должны знать, с чем имеем дело.

– Ты хоть представляешь, сколько на этой уйдет времени? Нельзя нам медлить… однако кое в чем ты прав – сказал другой капитан – «Обвинитель» проиграл из-за своих размеров, известно, что фрегат Сириуса не очень большой, так что моя «Молния» ему не уступит ни в скорости, ни в маневренности.

Макстер, наконец, вставил и свое слово.

– Похоже, вы так и не усвоили урок, за который заплатил Салазар. Все вы. Еще в прошлый раз я сказал, что Сириуса мы сможем победить только объединив силы. А вы что?.. Снова грызетесь за престиж и честь, мы же с вами разумные взрослые люди, а послушать вас… так у меня и на корабле, среди детей, поумнее найдутся.

Капитаны вскочили со своих мест как ужаленные.

– Да как ты смеешь! Подвергать сомнению нашу силу! Да еще в такой момент. Что с твоим духом, Макстер? Неужели ты не веришь в очевидное, каждый из нас сам способен расправиться с Сириусом, нужно просто выбрать самого подходящего, кто справиться с ним меньшей кровью.

Откуда-то сверху послышался смех. Молодой и звонкий, он заставил всех капитанов замолчать и оглянуться.

Темная фигура стояла возле окна. Черный длинный плащ окутывал худощавое тело, капюшон скрывал лицо, видна была лишь только широкая оскаленная улыбка. На груди фигуры красовалась шестиконечная звезда на серебряной цепи. Как только Макстер увидел ее, то тут же вскочил с места. Такая звезда, дубликат которой есть у каждого епископа на всех островах, могла быть только у него. Перед ними стоял Сириус. Другие капитаны не сразу поняли, что происходит.

Сириус продолжал тихо посмеиваться.

– Кто ты такой? – спросил Бомонд.

– Дурачье. Вы так пылко тут рассуждаете о том, кто поймает меня, но при этом даже не знаете, кого собираетесь ловить. Я ожидал большего от знаменитой семерки.

Теперь уже все капитаны вскочили со своих мест и взялись за оружие.

– Как ты здесь оказался! Сириус!

Снова разрывающийся смех во все горло.

– Удивительно, да? Вы так сильно ослеплены своей гордыней, самолюбством, что даже не заметили что прибыли в уже захваченный мною остров.

В этот момент прислуга, что стояла в тени, водители, которые доставляли капитанов на машинах во дворец, упали наземь как один. Тела их начали гипертрофироваться, чернеть, кожа рваться, и через миг позади капитанов стояло уже с десяток двухметровых сущностей, настоящих монстров, один их вид сделал лица капитанов белыми.

По правую руку от Сириуса из ниоткуда появилась девочка в маске, почти в такой же черной одежде, как и ее хозяин. Она преклонила колено.

– Салли, скажи Регуле, что план удался. Пусть «Черный предвестник» поднимется к Новоляпису.

Девочка кивнула головой и в тот же миг исчезла.

***

Многие на «Сальваторе» и других кораблях успели приметить, что больно уж тихий сегодня остров Новоляпис – столица Республики. Здесь всегда кипела жизнь, настоящее царство суеты. Но теперь по улицам не мчались машины, людей не было видно на тротуарах.

– Может они все попрятались после новостей из Империи? – спросил Гаюль у Кайна, когда они вместе стояли у борта и разглядывали далекий остров. Кайн лишь пожал плечами в ответ. Он в этот момент приглядывался к черной точке, что приближалась со стороны Пелены к острову.

– Эй, Гаюль… – Кайн толкнул его в плечо – гляди, что там, я никак не пойму.

– Сейчас посмотрим – Гаюль разложил маленькую подзорную трубу и стал всматриваться – это… похоже на корабль… вот черт! Да это и правда корабль! Черный, впервые вижу, чтобы солнечные паруса были черными…

Это и в самом деле был корабль с черными парусами. Кайн знал с детства, что межостровные суда используют паруса для накопления солнечной энергии, на всех верфях их всегда делали золотыми. Мольке как-то рассказывал ему сказку о великом пирате, чей корабль носил черные паруса. Он нырял в Пелену, и та как-то влияла на них, окрашивала золото во тьму.

Черный корабль вскоре заметили все. Он становился все больше и больше, приближаясь к Новоляпису.

Кайн посмотрел на Молли, та выглядела взволнованно. Казалось, она знала, что это за корабль.

Спустя несколько минут черный корабль навис прямо над республиканским дворцом.

На всю палубу раздался голос радиста.

– Старпом! Срочно в радиорубку, нам передают с Новоляписа!

Матросы встрепенулись, напряжение в воздухе накалялось. Молли прошла в рубку, не закрывая за собой дверь. Кто смог, столпились рядом, чтобы тоже послушать, среди них был и Кайн.

– Передача зациклена… наверное, это запись – сказал радист, Молли кивнула, и он нажал на кнопку.

Из динамика полился резвый мужской голос.

– Все кто меня слышит на кораблях, с вами говорит Сириус. Думаю, вы все прекрасно знаете меня, поэтому не буду тратить слова. Ваши капитаны у меня в заложниках – Сириус рассмеялся – не ожидали?! Это вам первый щелчок по носу, теперь дальше, остров и все люди на нем также у меня в заложниках.

Матросы переглянулись, не поверив ушам. Кайн сжал кулаки.

– Разумеется, выход из ситуации есть. Мои требования: Я освобождаю всех, и капитанов, и жителей, если Республика уничтожит весь свой флот. Все пятнадцать фрегатов, «Гром Свободы» тоже, конечно. Я знаю, что он сейчас базируется неподалеку. Если этого не будет сделано в течение трех часов, то я начну убивать по одному капитану в час, а вместе с каждым капитаном буду сбрасывать с острова по тысяче жителей. Как только увижу громадный фейерверк из республиканских кораблей, я уйду, и никто не пострадает. Слово капитана.

Сириус снова рассмеялся, на этом передача была закончена.

Молли молчала, все смотрели на нее в тишине. Так прошло несколько минут. Старпом терла переносицу, ребята боялись даже представить, о чем она сейчас думала.

– Старпом, другие корабли отходят от острова! – послышалось с палубы.

Молли кивнула и повелительно взмахнула рукой вбок.

– Сделайте тот же маневр. Отойдем подальше и будем ждать флот.

Кайн сам не заметил, как шагнул вперед остальных.

– Мы что, будем играть в его игру? А как же капитан?!

Молли посмотрела на него со всей строгостью.

– Капитан сделал бы то же самое. Республика не будет уничтожать свой флот ради шести кораблей, которые ей даже не принадлежат. А что касается жителей острова, то это не единственный остров Республики. Флот, за который они отдали миллиарды цехинов, куда ценней тысяч жизней. Сириус дал нам невыполнимый ультиматум. Это поймет даже глупец!

– Ну и что же нам тогда делать?!

Молли указала на дверь.

– Для начала выйдете и за работу, пока что нужно отвести корабли. Киккер, – обратилась она к радисту – свяжи меня с другими. Нужно действовать сообща.

Кайн вышел на палубу. Он не знал, за что ему взяться, однако каждый что-то делал, и он не мог стоять в стороне. «Сальватор» набирал ход, Новоляпис становился меньше и меньше. Чувство времени будто бы исчезло, а тем временем уже подходил срок, отведенный Сириусом. Матросы ждали старпома, но тот все еще сидел в рубке. Кайн, как и большинство остальных ребят, приковались к борту и старались разглядеть остров, все, что на нем происходит. Но даже через подзорные трубы и бинокли ничего не разглядеть. Тихий город под стражей черного корабля – флагмана Сириуса.

– Кстати, а ты знаешь его название? – спросил кто-то в толпе.

– «Черный предвестник», – ответил ему другой матрос – я представлял его куда больше.

– Да уж, не чета «Сальватору».

Кайн видел, как матросы с других кораблей тоже с волнением разглядывали остров. Все ждали только одно, когда прибудет республиканский флот, и что будет делать Сириус.

Через корабельный рупор раздался голос старпома.

– Курс двести двадцать, угол подъема пятнадцать.

Все ребята мигом повернули головы. Наконец-то новая команда. Кайн побежал к корме. Такое направление предполагало разворот, а значит «Сальватор» собирался отойти от Новоляписа еще дальше. По заданному курсу, немного выше шести кораблей парил соседний остров – по сути одна большая гора, на которой никто не жил. Местные звали ее «Закатная», потому что перед тем как скрыться в Пелене, солнце сначала пряталось за этот остров. Другие корабли последовали за «Сальватором».

Молли наконец-то вышла из рубки. Команда, все как один, смотрели только на нее. Она нашла взглядом Кайна и подозвала к себе, затем шепнула что-то на ухо двум ребятам, те ошеломленно переспросили, но старпом твердо заявила.

– Делайте, как я сказала. Кайн, ты со мной в каюту капитана.

Кайн повиновался, не прошло и минуты как они уже были здесь наедине.

– Что вы задумали, старпом? Зачем мы прячемся за эту гору?

Молли улыбнулась.

– А, так ты понял, что мы прячемся… что ж, умничка. Главное чтобы Сириус ничего не предпринял. Мы прячемся, потому что собираемся атаковать.

– Что?!

– У нас есть кое-какие козыри в рукаве. Но для начала я хочу тебя сразу предупредить. Наша атака будет держаться на вас двоих.

Кайн непонимающе покачал головой.

– Двоих?

Как раз в этот момент в каюту кто-то открыл дверь. Несколько ребят расступились, держа цепи, их грохот слышался повсюду. Потом матросы ввели девочку, с которой Кайн уже был знаком. Это была Алекс, и сейчас на ней снова надет намордник. Остальные смотрели на нее с опаской, как на дикого льва. Алекс чувствовала на себе эти взгляды и улыбалась, облизывая губы.

– Как вы просили, старпом, она здесь…

– Вы молодцы, а теперь идите и будьте готовы резко набрать ход кораблю.

Услышав это, многие обрадовались, будто это могло означать только одно.

Теперь в каюте были трое. Молли сняла с Алекс намордник, девочка тут же прижалась к ней и долго не отпускала.

Кайн понял, что когда старпом говорила про «двоих», она имела ввиду его и Алекс.

– Понимаешь, Кайн, то, что случилось в Империи, было тяжелым ударом для капитана и всей команды. Я не хочу допустить, чтобы кто-то снова погиб. Поэтому пойдете вы. Больше некому.

У Кайна что-то екнуло внутри.

– Хотите сказать, что нас не жалко?..

Молли ухмыльнулась.

– Понимаю, как это выглядит. Но сейчас кроме вас, это больше некому сделать. Ты можешь использовать слова разрядности без последствий, а Алекс нет равных в рукопашной схватке.

– Получается, мы и есть ваш козырь?

Молли покачала головой, она играла с мордочкой Алекс, попутно снимая с нее цепи, девочка же таяла в ласке.

– Нет, это не так. Но ты все увидишь.

Кайн выдохнул. Свет из окон скрылся тенью горы. «Сальватор» окончательно спрятался за «Закатным» островом, вместе с остальными кораблями семерки.

– Кстати, старпом, есть еще вопрос. Допустим мы с Алекс проберемся через пиратов к Сириусу, допустим, вытащим капитанов. Но ведь нам же как-то надо попасть на остров. Если Сириус увидит, что мы атакуем, разве он не казнит всех заложников?

Молли прислонила указательный палец к его губам, заставив умолкнуть.

– Я же сказала тебе, ты все увидишь – улыбнулась она.

Времени терять было нельзя, вслед за Молли, Кайн и Алекс пошли к штурвалу. Старпом встала у руля, ребята видели, как она собирается с мыслями. Ладони уверенно схватились за дерево рукояти.

– У вас будет около часа, на большее меня не хватит – сказала Молли, повернувшись к Кайну и Алекс, и громко произнесла слова разрядности — Эш прокул окулус сигма!

Старпом исчезла, и волна «невидимости» разлилась от нее на весь корабль. У Кайна перехватило дыхание, он поднял руки, но не увидел их. Но разум понимал, они все еще с ним, как и все тело, он чувствовал. Под ногами бесконечность в облаках, но при этом он не падал. Кайн ощущал палубу под ногами – он все еще на «Сальваторе», и корабль стремительно выходил из-за острова «Закатный», взяв прямой курс на Новоляпис.

– Старпом, вы здесь?.. – неуверенно спросил Кайн.

– Да… – неподалеку в пространстве послышался голос Молли.

– Вы сказали «Эш»? Вы способны произносить такие сложные слова?

Молли рассмеялась тихо. Было слышно, как она слабеет.

– За меня не беспокойся, отлежусь потом. Только не забудьте, у вас всего лишь час, даже меньше.

– Конечно, мы постараемся – послышался рядом голос Алекс, и Кайн почувствовал, как кто-то нащупал его руку. – Это ты, Безбилетничек? Двигай, нам нужно к кромке борта.

Передвигаться по невидимому кораблю было той еще задачкой, Кайн боялся сделать шаг, ему все чудилось что вот-вот, и под ногами не окажется опоры. Пелена внизу вдруг оказалась настолько огромной, словно безграничная вселенная. Новоляпис приближался.

Алекс продолжала тянуть Кайна за руку.

– ЭЙ! Ну ты чего копошишься?! – визжала девочка.

– Как ты идешь, не зная куда наступать?

Алекс еще раз дернула его за руку, ведя за собой.

– Просто иду и все! Тут все равно перила, за борт не свалимся. Быстрей давай!

«Сальватор» подлетел к низу Новоляписа, здесь у обрыва острова торчали сточные трубы. На некоторых их них были решетки, другие же были пусты, только немного серой жижи стекало вниз. Кайн видел пустые дороги города, которые еще недавно дышал жизнью. Теперь же только тень «Черного предвестника» хозяйничала здесь.

С трудом команде удалось переложить трап к одной из труб. Удивительно, насколько хорошо Молли чувствовала корабль, аккуратно подведя его так близко под огромную скалу. Теперь, даже если «Сальватор» станет снова видимым, пираты его не заметят за островом.

Деревянный трап оперся на трубу, доска тут же стала видимой.

– Идем, все в порядке, она просто слишком далеко от Молли – сказала Алекс – они все равно не заметят… надеюсь.

Стоило Кайну ступить в зловонную жидкость трубы по колено и пройти несколько шагов, он снова увидел свое тело, как по щелчку перед ним возникла и Алекс. Она держала нос зажатым двумя пальцами, спасаясь от смрада. Они пошли вперед, и вскоре труба вывела их в подземные канализационные коридоры. Тут совсем не было света, Кайну пришлось зажечь его в руке, используя разрядное слово, теперь уже Алекс шла за ним. Они вслушивались в каждый шорох, но пока что был слышен лишь их собственный мокрый шаг. Спустя четверть часа они добрались до круглого зала, места, где переплетались с десяток коридоров, словно лучи солнца, ведущий в разные концы Новоляписа. Здесь же был путь наверх, к дворцу.

– Надеюсь, с капитаном все в порядке – тихо сказал Кайн.

Алекс кивнула.

– Да по любому… смотри, там кто-то стоит…

Они остановились, чтобы приглядеться. Около выхода, закрытого решеткой стояли двое. Издалека было сложно понять, что это было такое. Но точно не люди. Высоченные существа, в два человеческих роста. Черная склизкая кожа блестела и пузырилась, словно льющийся мазут. То, что было подобием лица, имело лишь два красных глаза, смотреть в которые не хотелось из-за их тошнотворного вида, а ниже белая саблезубая пасть.

– Черт… что это… – Кайн почувствовал, как у него дрожат коленки, и он ничего не может с этим поделать.

Алекс же выглядела предельно спокойной.

– Я беру левого, а ты правого. Кайн? Слышишь? – она посмотрела на него, – эй, ты чего застыл. Давай, иначе не пройти.

Кайн выдохнул и встал во весь рост. Алекс вдруг увидела, как что-то блеснуло в его глазах.

– Нет, я разберусь, а ты сиди здесь.

– Чт..

Но девочка даже не успела возразить, Кайн молнией устремился к черным великанам. Он кое-что придумал и не хотел рисковать Алекс сейчас.

– Эй, уроды! – крикнул юноша, когда был уже в паре метров от них, сущности извернулись, чтобы посмотреть назад. Кайн дотронулся на бегу до стены, во все горло выкрикнув – Эш руина!

От места соприкосновения его руки пошла трещина, из-под нее лился свет. Разлом устремился по стене, обогнав Кайна, прямо в сущностей, и, под конец, пошел потолку. Несколько огромных глыб с потолка упали прямо на черных сущностей, те странно заскулили и оказались погребены под грудой камней.

Кайн остановился, от сердца отлегло, у него получилось. Он обернулся, чтобы посмотреть на реакцию Алекс, но тут же почувствовал, как что-то тяжелое схватило его за торс сзади и сильно сжало.

– Нет! – крикнула девочка

Кайн брызнул кровью изо рта, он подумал о сломанных ребрах. Огромный кулак держал его прямо за тело и продолжал сдавливать. Это рука из груды камней.

– Вот гады… – шипел Кайн, чувствуя, как его ноги отрываются от земли – вам что, мало! Эш… эш Эрумпер!

Обеими руками он взялся за схвативший его кулак. Раздался взрыв, но чернота, словно жидкость, лишь взбаламутилась и быстро собралась обратно в кулак. Из-под камней донесся морозящий рев. Кайн понял, что лишь разозлил монстра. Рука отшвырнула его к решетке, Кайн ударился о прутья и упал на пол. Тем временем великан восстал из груды камней, явившись над Кайном во весь рост. Юноша заорал, он впервые так кричал. Но видя такое перед собой, закричит любой. Ноги и руки судорожно дергались, пытаясь отодвинуть тело Кайна подальше от великана, тот приближался и уже занес кулак.

Кайн уперся спиной в решетку, его ладонь машинально дотянулась до прутьев.

– Ан ликуес, Эль цирис ферум…

Один из прутьев растекся на пол, но в следующий же миг обратился копьем в руке Кайна. Его острие пронзило ладонь черного монстра, но вышло насквозь, тот даже не замедлился.

Откуда-то сзади послышался рев Алекс, она разбегалась, чтобы нанести удар. Лезвие света пронеслось по голове великана, отсекло ее и ударилось в решетку, та рухнула. Великан беззвучно упал к ногам Кайна. Алекс стояла прямо за ним, она тяжело дышала, держа в руках огромный меч, в этот раз он был еще больше. Неожиданно, ее ноги подкосились, и она упала на колено, меч исчез из ее рук, обратившись сотнями светящихся лепестков.

– Проклятье… – выдохнула Алекс, посмотрев на Кайна исподлобья – этот клинок мне дорого обходится.

Кайн понемногу приходил в себя, хоть грудь сильно болела, он подполз к ослабевшей Алекс.

– Эй… ты в порядке?

– Да… сейчас отойду. Идиот… – она ударила его кулачком по плечу – куда ты полез один?.. Видно же, что противник непростой – они оба посмотрели на лежащую тушу без головы – надеюсь, второго ты все-таки похоронил…

– Кто они? Тоже пираты?

Алекс покачала головой.

– Понятия не имею.

Сидеть на месте совершенно не было времени, но Кайн решил дать Алекс пару минут, уж слишком слабой она выглядела. Он не хотел ее спрашивать, хотя чуточку было интересно, кто она такая и что это за мечи. Ни в одной книге про такое не писали. Дыхание девочки становилось ровнее, и вот, когда они встали, чтобы пойти дальше, тело черного великана вдруг начало шипеть, словно мясо на раскаленном металле. Они обернулись на тушу, Кайн встал чуть вперед, закрывая собой Алекс.

Черная плоть растворялась и растекалась, уходя в сточные воды, запахло гнилью, спустя минуту, на месте великана лежал лишь обугленный скелет, а внутри…

– Погодите ка… – Кайн присмотрелся, сделав шаг вперед – какого черта…

Перед ним лежал человек, которого он совершенно не знал. Но его привлекло не само тело, а одежда, в которой оно было. Вся белая с золотыми поясами. Ошибки быть не может.

– Ты чего? – спросила Алекс.

– Он в одежде паломников…

Алекс прищурилась, явно не понимая о чем речь.

– Паломников?

– Да… ты что, с луны свалилась? Это такие люди, которых Святая церковь отправляет за Пелену.

Алекс лишь пожала плечами и потянула Кайна за собой дальше. Времени почти не оставалось, скоро «Сальватор» снова станет видимым. Лестница привела их в подвал под дворцом.

– Разделимся? – предложил Кайн.

– Нет, идем за мной, я знаю, где их держат.

Алекс побежала по запутанным коридорам катакомб. Им встретилось всего пара людей, но девочка без труда расправилась с ними. Она уверенно поворачивала в совершенно непредсказуемые проходы, так они и добежали до темниц.

– Откуда ты знаешь здесь все?

Алекс хихикнула.

– Ну, поначалу меня пытались удержать здесь, но я сбегала, дай ка припомнить… да раз двадцать, наверное. Потом капитан решил держать меня при себе.

В одной из клеток вдалеке горел свет. Всего лишь один надзиратель не стал помехой для Кайна и Алекс. Юноша подошел к заключенным.

– Вы с Новоляписа?

Когда люди увидели, что Кайн и Алекс расправились с надзирателем, они поняли, что к чему.

– Нет! Нет, мы с имперского города. Сириус вывез половину из нас сюда, он… он усыпил всех в этом Новоляписе, вы должны предупредить Республику! Они хотят захватить город.

– Да они это уже сделали – сказал Кайн, – получается, что обычные горожане усыплены… вот почему так тихо. Но как?

– Может откроешь? Тогда и поговорим.

Кайн попросил отойти узников подальше, после чего взорвал решетку. Люди столпились вокруг Алекс и Кайна.

– Сириус прибыл еще вчера, нас перевезли с их корабля сюда, он смог кого-то подкупить. Потом его люди тайком распылили на шлюпах какой-то газ, мы тоже уснули, дальше я не знаю.

– Зачем он перевез вас с корабля?..

Вдалеке Кайн увидел знакомое лицо.

– Кайн!

Это была Мей, когда она увидела юношу, то тут же ринулась к нему на шею. Она долго не могла унять слезы.

Кайн тоже был рад ей.

– Хорошо, что ты жива, ты цела?

Мей качнула головой.

– Я думала, нам конец, они убили… наших…

Кайн прижал ее к себе.

– Тихо, тихо. Я знаю. Скажи, Мей, где сейчас Рика. Она здесь?

– Нет – девочка опустила взгляд – нас перевезли сюда, потому что на его корабле… на корабле Сириуса больше нет свободного места… поэтому часть он отправил сюда… сказал что потом все равно заберет. Рика осталась там, на корабле.

Кайн сжал кулак. Алекс оглянула толпу людей с имперского острова.

– Что будем делать? – спросила она – возвращаться?

Кайн покачал головой.

– Нет. Оставим их здесь, пиратом будет не до них. А провожать их до «Сальватора» тоже нет времени. Надо найти капитана.

Мей услышала, что Кайн собрался идти дальше, и вышла вперед.

– Можно… можно я пойду с тобой?..

Кайн погладил ее по голове и улыбнулся.

– Боюсь, что нет… Мы видели такое… Тебе там будет не место. Обещаю, я вернусь. А ты пока что спустись вниз, по катакомбам выйди к сточным трубам. «Сальватор» будет ждать тебя. Там и увидимся.

– Но… – хотела было возразить Мей, но Кайн уже пошел вместе с Алекс дальше, оставив ее позади вместе с десятком освобожденных узников.

***

Широкая круглая лестница вела наверх. Алекс и Кайн не сбавляли шаг. Главный зал заседаний непременно должен был быть там – самый высокий и самый величественный зал Республики. В другом зале великая Семерка попросту бы отказалась заседать. Из широких окон виднелись улицы Новоляписа, по ним ходили отряды темных сущностей. Кайн подумал про себя, хоть бы с Мей ничего не произошло, пока она ищет путь на корабль.

Добравшись до зала, Алекс остановила Кайна.

– Ты чего?

– Постой. Здесь что-то слишком тихо. Вообще никого нет. Может Сириус ждет что-то подобное?

– Да плевать! Пусть покажется, я из него душу выбью, за Рику и за ребят.

С этими словами он распахнул дверь в зал. Темное помещенье, огромный круглый стол по центру разломан, здесь явно велась схватка. У окна во всю стену сидели шесть капитанов, среди них и Макстер. Они были привязаны к стульям. Кайн и Алекс подбежали к ним.

– Как вы?.. – Макстер не верил глазам.

Развязать капитанов они не успели, из глубины зала, там, куда не падал свет, послышались хлопки.

Это аплодировал Сириус, он медленно вышел к ним, следом две девочки в масках.

– Браво! – Сириус начал хлопать еще сильнее, теперь это был единственный звук в зале, остальные замерли, уставившись на него – Ума не приложу, как вы это провернули, но браво! Только теперь вы должны знать, что я уничтожу весь город, когда убью вас. И все погибнут по вашей вине! – он рассмеялся – как вам? а?! Республика на веки проклянет имена капитанов и вас двоих, за свой эгоизм.

– Закрой свой рот, ублюдок – Кайн с трудом сдерживал себя, от гнева становилось тяжело дышать – живо верни всех, кто у тебя на корабле, и тогда я, может быть, подумаю, как погуманнее тебя убить.

Крошечная улыбка вылезла на лице Сириуса. Он приподнял руку и щелкнул пальцем.

– Салли, Регула, – сказал он совершенно другим, томным голосом – пусть этот богоязыкий больше не посмеет произнести ни слова. Он нужен живым.

Две девочки медленно вышли вперед. Кайн приготовился встретить их, подобрав с пола попавшуюся на глаза балку. Произнеся разрядные слова, он превратил ее в подобие клинка. Но не успел сделать и пары шагов, как девочки уже мелькнули перед его носом. Одна из них била огромным молотом, другая рапирой. Рапира свистнула перед лицом Кайна, он почувствовал рассеченный воздух и тут же отскочил назад. Вторая занесла свой молот и уже почти ударила, но в последний момент Алекс толкнула ее собой и отразила удар рапиры. Она бросила молнию взглядом в Кайна.

– Я займусь ими!..

Кайн качнул головой и побежал на Сириуса. Сириус просто смотрел, как юноша стремительно приближался. Пират был безоружен, его руки за спиной, взгляд выдает насмешку над юнцом.

– Ну давай потанцуем – шепнул он.

Кайн замахнулся и ударил клинком, Сириус легонько шагнул влево, и лезвие ушло мимо. Кайн снова ударил, но Сириус шаг за шагом стал отпрыгивать от него, не убирая руки из-за спины. Кайн продолжал заносить один удар за другим, еще с десяток, но также мимо, в итоге Сириус схватил его за руку и ударил по шее. Юноша упал на пол, но мигом встал обратно. Он почувствовал сильную боль в груди, что-то все-таки сдавил тот черный монстр.

– Это смешно… – выдохнул Сириус – может дождемся пока твоя подружка доберется до меня? С тобой уж больно скучно.

– Заткнись – Кайн вытер кровь с губы и снова побежал на Сириуса.

– Кайн! – послышался голос Макстера – не дерись с ним!.. развяжи меня!

Но Кайн не слушал, ударами от заманивал Сириуса в свою ловушку. Тот продолжал уклоняться, пока не уперся в стену. Кайн улыбнулся и прильнул к полу ладонями. Разрядные слова сделали свое дело, из стены вылезли каменные ремни, которые обвили Сириуса и прижали к себе, намертво застыв.

– О! – восхитился тот – наконец-то, что-то новое! Ну и что теперь.

Кайн уже не слушал, со всей силы он занес руку и проткнул Сириуса в сердце.

Пират закричал, его девочки оглянулись, и это позволило Алекс добить их. Одну она пнула в живот, и та отлетела в сторону, больше не шевелясь. Вторую она ударила кулаком, потому что ее меч снова исчез из рук. Но этого хватило, Алекс всем телом повалилась на девочку, зажав ее ногами.

– Все, конец! – Алекс сняла с нее маску.

Под ней лицо ребенка, белые волосы, белые ресницы, вишневые зрачки. Она выглядела один в один как Алекс.

Макстер тем временем смог высвободиться и освободить остальных. Он увидел, что Сириус с пронзенной грудью прикован Кайном к стене, а Алекс остолбеневши смотрит на девочку. Она поднялась на ноги и подошла к второй девочке, сняв маску и с нее. Вторая прислужница Сириуса тоже была зеркальным отражением Алекс.

– Какого черта…

Кайн схватился за бок, перед глазами темнело, он упал на колено. Сириус перестал шевелиться, его руки опустились.

– Тварь… – прошипел Кайн, поднимаясь на ноги.

Но в этот самый момент Сириус резко схватился за клинок. Его глаза раскрылись, а лицо расплылось кровавой улыбкой. Кайн вскрикнул от неожиданности. Отверстие в груди заискрилось искрами пурпурного цвета, рана начала стремительно заживать. Кайн попятился назад. Сириус рукой сбил камни из стены, которые удерживали его.

– Нет, парень, не думал же ты, что я пират без фокусов в рукаве. Тебе не удастся убить меня, сколько не пробуй, ведь Пелена даровала мне бессмертие.

Глава 11.

Тяжелой поступью Сириус подходил все ближе.

– Бессмертие?.. – прошептал Кайн. Он вдруг понял, что не может пошевелиться. То, что произнес Сириус, выбило его из реальности. Пират не останавливался, его кровавая пасть приковала на себя взгляд юноши. Кайн не сразу понял, что его ноги оторвались от пола, кто-то схватил его и понес на себе. Рана Сириуса не позволила ему преследовать, Кайн поднял голову, его нес один из Семерки, могучий Бомонд. Алекс пришла в себя, и вела остальных беглецов по тому пути, которым они до этого шли.

У Кайна все плыло перед глазами. Капитаны не останавливались, попутно обсуждая, что делать дальше. Кайн и опомниться не успел, как уже был на «Сальваторе». Макстер встал перед ним, похлопав по щекам. Юноша потихоньку пришел в себя, он увидел позади капитана Мей. Девочка была сильно взволнована, как и остальные ребята, окружившие героев. Кайн собрался силами и твердо встал на ноги.

– Рика еще там, нужно вернуться – произнес он.

Макстер похлопал его по плечу.

– Всему свое время. Думаю, мы не на шутку его разозлили. Но теперь у нас нет права на ошибку, так что нужно отступить.

Кайн сжал кулаки.

– Но!..

– Тихо, я все понимаю. Мы спасем ее, обещаю тебе.

Вскоре другие капитаны отправились на шлюпах «Сальватора» к своим кораблям.

Молли тем временем подошла к ребятам.

– Ну, как вы? Вижу все прошло замечательно.

Кайн и Алекс почти синхронно качнули головой, но Молли по их глазам поняла, что вылазка оказалась не простой.

– А вы сами-то как, старпом? – спросил Кайн, обратив внимание на то, что Молли выглядела вполне бодрой после использования разрядного слова, чтобы скрыть целый корабль.

Она посмеялась.

– Поначалу немного кружилась голова, но теперь я в норме. Главное, что с вами все хорошо.

Она обняла их.

Макстер скомандовал набрать полный ход и отойти от острова. Он постоянно поглядывал в сторону Новоляписа, «Черный предвестник» медленно поворачивал в их сторону.

– Молли… там – Алекс вдруг подала голосок, и Кайн ее не узнал. Девочка была напугана.

– Что?

– Я увидела двух… девочек. Они почему-то выглядят как я.

Молли снова улыбнулась. Но на этот раз она не сумела скрыть фальшь.

– Молли – тихо произнес Макстер – думаю, теперь ей можно сказать. Она имеет право знать.

Старпом склонила голову. Что-то изменилось в ней – она словно окаменела.

– Что ж… если этого просит капитан. Алекс, послушай меня, – она взяла девочку за личико и поднесла к себе – на самом деле я не единственная твоя сестра.

Кайну показалось, что он неправильно услышал.

– Что… сестра?

– Не единственная? То есть, те две… они тоже.

Плечи Алекс задрожали, она тяжело дышала.

– Да. Те две девочки, это Салли и Регула. Они твои сестры-близнецы.

Алекс отшатнулась.

– Как?.. Но почему? Почему я про них ничего не знаю?

Молли снова замялась.

– Потому что… я поработала над твоей памятью разрядными словами. Прости, иначе бы ты сошла с ума, вы были так близки.

Алекс взялась за голову, с минуту она молчала, потом снова обратилась к Молли.

– А почему они с Сириусом?

Молли вздохнула, удрученно посмотрев на Макстера. Тот лишь кивнул. Она отвела Алекс к ящику, это было единственным, на что было можно сесть.

– Ты помнишь, наши родители погибли еще до начала войны. Мы угодили в приют, нам больше некуда было деваться. Но жизнь там была совсем не сладкой. И тогда он решил сбежать. Он звал и меня, но я отказалась, тогда он попытался украсть вас троих. В тот день ты сильно болела, и я оставила тебя в своей комнате, а вот Салли и Регуле повезло меньше.

– Кто «он»? О ком ты говоришь? – взмолилась Алекс.

– О Сириусе. Он наш старший брат.

– Б-Брат?..

Молли вновь тяжело вздохнула.

– Я думала рассказать тебе позже… хотя бы тогда, когда мы с ним разобрались. Но раз уж ты сама все увидела. Я не знаю, что с ним было, когда он сбежал. Спустя год нас с тобой выкупил наш добрый капитан.

Алекс не выдержала и прильнула к сестре. Сквозь слезы она спросила.

– Но почему?.. почему он так поступает?

– Должно быть, он просто возненавидел этот мир.

***

«Сальватор» набирал ход, другие корабли Семерки также разворачивались и стремились прочь от острова. В воздухе то и дело свистели снаряды, «Черный предвестник» стрелял из носовых орудий. Ни один снаряд пока что не достиг «Сальватора».

– Их орудия пока не достают – сказал Макстер – но у них более быстроходный корабль.

Кайн лишь махнул рукой. Он начинал злиться на капитана. Почему мы уходим? Разве мы не должны дать бой сейчас? Юноша увидел Мей среди остальных матросов. Она поникши сидела у борта. У Кайна сжалось сердце, он подошел к ней и присел рядом, легонько приобняв. Мей попыталась выдавить улыбку в благодарность.

– Не переживай, мы справимся – сказал Кайн.

Мей покачала головой.

– Простите меня… – девочку почти не слышно – я слабая и никчемная, вы снова меня спасаете.

– Все в порядке, слышишь. Ты большая молодец, ты стараешься помочь, чем можешь. Не задавайся глупыми мыслями... – Кайн умолк ненадолго – если кто и виноват… это я. Это из-за меня погибли ребята и Рика теперь в руках Сириуса – он сел напротив Мей и взял ее за ладони, у девочки выступил легкий румянец, она отвела взгляд.

– Кайн…

– Расскажи мне, что произошло, Мей, прошу тебя.

Девочка собралась с мыслями и кивнула головой.

– Во многом было то же самое, что тогда на моем родном острове. В этот раз им пришлось тяжелее, потому что во время атаки на имперский город на пиратов напал огромный корабль. Но Сириус смог одолеть их. После город был взят, всех его жителей поставили в ряд. Сириус снова начал отбирать людей, он использовал медальон в форме звезды. Когда он подносил ее к человеку, звезда начинала светиться. А дальше… – голос ее надломился, и она продолжила тихонько – а дальше зависело от того, какой цвет покажет звезда. Если она загоралась красным, то человека убивали прямо на месте. Если белым, то оставляли. Но когда он поднес звезду к Рике, она вдруг загорелась голубым. Сириус обрадовался, он просто орал от счастья. Пираты увели ее на корабль… я помню, мои родители были похищены также. Может, его звезда указала и на них голубым светом?..

– Я надеюсь, что они живы, Мей, верь в это – Кайн хотел обнять ее, но девочка его опередила. Она не плакала, но долго его не отпускала.

– Кайн… я…

– Найди укромное место, здесь не безопасно, мне нужно идти.

Сказав это, Кайн покинул Мей и направился к капитану. За бортом летели снаряды. Один из них со свистом угодил в солнечный парус, сделав в нем дыру, затем еще один, и еще. Кайн слышал волнение матросов.

– Они уже ударили по корме пару раз…

– Если попадут в двигатели, будет худо.

Кайн без стука вломился к капитану. Здесь была Молли и еще несколько матросов. Все они не отрывались от радиоприемника.

– Капитан, что вы делаете! – Кайн подошел к нему, забыв о всякой субординации – почему мы уходим от них.

Макстер не обратил на него никакого внимания. Кайн почувствовал злость внутри себя. В руке снова твердость рукоятки клинка. Он отшатнулся и встряхнул головой.

– Нет… – он посмотрел на свои руки, они были чисты.

Не проронив более ни слова, он вышел из каюты. Если капитан и имеет свой план, то Кайну он был явно не по душе. Макстер хочет спасти как можно больше людей, Кайн же думал только об одном. Ноги сами повели его вниз, к трюму. Здесь располагались десантные отсеки. Всю дорогу он убеждал себя, что прав. Вокруг сплошной туман.

Вдруг, он почувствовал, как кто-то схватил его за руку. Холодный пот выступил по всему телу. Кайн обернулся. Это была Алекс. Она смотрела прямо в его глаза с необычайной решимостью, и Кайну даже показалось, что она добавила ему того, что не хватало.

– Я знаю, куда ты собрался. Я пойду с тобой.

Кайну оставалось лишь кивнуть головой. Однако по пути в трюм он все же спросил ее.

– Уверена? Назад дороги не будет. Либо все получится, либо мы трупы.

– Уверена. Я не смогу теперь сидеть, сложа руки, когда узнала правду. И убегать от пиратов я не собираюсь… Хочу покончить с этим здесь и сейчас.

Когда они спустились в десантный отсек, то обнаружили, что осталось лишь пара десантных шлюпов. На остальных улетели капитаны Семерки к своим кораблям. Но им достаточно и одного.

Несколько матросов хлопотали с одним из шлюпов.

– Ребят, капитан велел нам с Алекс… – начал было Кайн, но Алекс вышла вперед и тут же ударила одного из матросов в живот, пока тот съежился, она вломила второму и третьему. Все они повалились без памяти на пол.

– Они бы тебе все равно не поверили, безбилетничек. Не переживай, я не сильно. Давай залезай, время дорого.

Через миг они были в шлюпе. Кайн понял, что если бы не Алекс он бы в жизни отсюда не улетел, ведь даже у простой шлюпки была целая панель управления с сотней кнопок и тумблеров. Алекс и сама разбиралась в этом скорее на интуиции.

– Справишься?

– Верь мне. Но лучше пристегнись.

Огромные рельсы вышли из шлюза, после чего шлюп стрелой устремился в небо. Гул «Сальватора» остался позади. Алекс повернула руль влево, и теперь они увидели «Черного предвестника». Он был уже совсем близко.

– Ну… а каков дальнейший план? – спросил Кайн

Алекс усмехнулась.

– Я думала, планирование по твоей части.

– Я предпочитаю импровизацию… можешь протаранить их борт?

Девочка посмотрела на него так, что Кайн сразу понял, что сказал глупость.

– Могу, но на этом наша вылазка закончится.

– Тогда давай на палубу. Врежься по касательной, а там видно будет.

Алекс качнула головой и направила руль ниже. Шлюп стал набирать ход. «Черный предвестник» становился все ближе. Огромный черный фрегат не переставал палить по «Сальватору». На палубе была суета, вместе с матросами здесь носились и черные сущности, Кайн и Алекс увидели их еще издали, но решимости не убавилось ни на толику.

Пираты не сразу заметили, что на них летит метеор. Когда один из них закричал, было уже поздно. Шлюп на полной скорости упал на палубе, и прошелся по десятку черных монстров, оставляя от них лишь мокрый след. Первую мачту они снесли, но она развернула их, и шлюп чуть не вылетел за борт, остановившись в последний момент.

– Ты как? – отдышавшись, спросила Алекс

Кайн все еще машинально вжимался в кресло одной рукой, другой в ремень.

– Жестко… но вроде цел.

– Вперед, нужно выбираться, пока нас не окружили.

Они встали с мест и направились к люку шлюпа. Кайн попытался повернуть его, но тот не поддался.

– Кажется, от удара его заклинило.

Снаружи были слышны возгласы и шорох. Пираты были не готовы к такому повороту, но теперь вооружившись, подходили ближе.

– Есть еще один снизу – сказала Алекс, и отвела Кайна ко второму люку в полу.

Тот тоже не поддался, и тогда Кайн выбил его взрывом разрядных слов. Вместе с люком снизу открылся пролом на нижнюю палубу.

– Отлично… слиняем незамеченными, пока они тут возятся.

***

Макстер, наконец, дождался сигнала по радиостанции.

– Все в соответствии с планом. Вам осталось задержать их – послышалось на другом конце.

– Отлично – капитан выдохнул, прервав связь – теперь дело за малым…

В этот момент в каюту вбежал один матрос.

– Капитан, из десантного вышел шлюп!

Все, кто был в каюте, повернулись на матроса.

– Из нашего десантного? – уточнила Молли.

– Так точно. Шлюп пошел против нашего хода, мы видели, как он врезался в «предвестника»

Макстер стиснул зубы.

– Кайн…

Молли подошла к нему.

– Мы должны что-то сделать, иначе ему там придется сражаться один на один против всей команды Сириуса.

Макстер недолго думал.

– Лево на борт, готовьте орудия.

На «Сальваторе» заревел звонок. Его основные двигатели остановились, боковые же выплюнули из сопл пламя. Махина начала кренится влево, да так сильно, что во многих каютах все вещи попадали с шкафов и столиков. Не прошло и минуты, как корабль был готов встретить залпом бортовых орудий пиратов.

***

– Вот черт!.. здесь даже ходить мерзко – обронил Кайн, когда бежал следом за Алекс по бесконечным черным коридорам. Зловонье стояло здесь всюду, стены и пол покрыты какой-то вязкой жижей – словно в каких-то кишках.

Алекс бежала дальше.

– Не отставай!

– Ты знаешь куда нам нужно?

– Чем ниже, тем лучше. На всех кораблях клетки находятся в трюмах.

И вот дорогу им закрыло черное существо, такое же, которое им встретилось на острове. И снова то же чувство оцепенения вспыхнуло в груди юноши, он остановился. Алекс же как будто только этого и ждала. Она нырнула под чудовище, полоснув его снизу клинком. Быстро поднявшись на ноги, девочка призвала второй меч и, словно ножницами, отсекла черному существу голову. Туша свалилась на пол, почти мгновенно обратившись изуродованным человеческим трупом.

Кайн подошел ближе.

– И этот такой же… в одежде избранных паломников. Да что это, черт возьми… кто они такие?

– Спросишь у Сириуса, когда встретишь его, давай, не стой на месте.

Алекс убрала мечи и уже собиралась взять Кайна за руку, чтобы потянуть за собой, но в этот момент корабль содрогнулся. Свист снарядов послышался вдалеке. Кайн и Алекс подняли головы.

– Похоже, Макстер соизволил вступить в бой – улыбнулся Кайн.

– Будет очень обидно, если нас подстрелят свои же.

Вдалеке, из коридора, по которому они бежали, появилось еще три темных сущности. Завидев Кайна и Алекс, они ринулись на них.

– Давай скорее, на них нет времени!

Чем ниже они спускались, тем более темно становилось. Идти приходилось уже чуть ли не на ощупь. Вдали послышался крик. Кайн сразу узнал голос.

– Это Рика!

Он обошел Алекс и устремился вперед. Перед ними была отвесная лестница, перебитая снарядом, на всю стену зияла огромная дыра. Дальше оставалось только прыгать. Кайн недолго думал и, разбежавшись, перелетел на другую сторону, попав, наконец, в трюм. Он обернулся, Алекс тоже прыгнула следом.

В момент прыжка темная, молниеносная тень перехватила ее и сбила прямо в трюм, вдалеке от Кайна. Алекс с трудом поднялась, утерев кровь. Рядом с ней стояла одна из сестер-близнецов.

– О… славно… ты то мне и нужна… – прошипела Алекс и тут же получила в живот ногой от сестры.

Кайн ринулся на помощь, но вторая тень промелькнула перед его глазами. Юноша не успел понять, как уже был сбит с ног и валялся на полу. Он ощутил сапог на своей груди. Вторая сестра приставила ему клинок к глотке, дав понять, что хотя бы одно лишнее движение, и ему конец.

Алекс сопротивлялась, отбиваясь от атак мечем и отходя назад. В конце концов, она пропустила еще один удар, и ее меч был выбит из рук. Теперь девочка была в том же положении, что и Кайн.

Как только их обезвредили, из темноты послышались хлопки в ладони.

Кайн оскалился, он уже знал, кто это.

– Вы не перестаете меня удивлять своей дерзостью – послышался голос Сириуса. Вскоре он сам вышел к ним. На черном капитане ни царапины, словно Кайн и не дрался с ним парой часов назад.

Сириус, казалось, не обращал никакого внимания на обстрел с «Сальватора». Сначала он подошел к Алекс.

– Бедный ребенок, я понимаю, прошло много лет и ты не узнаешь меня. Молли не рассказала тебе, не так ли?

Алекс отвела взгляд в сторону.

– Рассказала.

Сириус удивленно поднял брови.

– И? Узнав правду, ты все равно пошла против меня?

– Ты чертов пират!.. И я не признаю в тебе брата.

Черный капитан ехидно улыбнулся, погладив Алекс по щеке.

– Ну, ну, не говори таких паршивых слов. Пойдем со мной, мы не враги тебе.

– Алекс! Не слушай его! – выкрикнул Кайн, но тут же умолк, потому что тяжесть сапога на его груди стала невыносимой.

Сириус повернул голову, его лицо переполнилось неистовой злостью. Быстрым шагом он подошел к Кайну и достал саблю.

– Ты только мешаешь нам, чертов ублюдок! Замолкни навек.

Он замахнулся над Кайном, но в ту же секунду остановился. Из-под его одежды пробилось слабое голубое свечение.

Сириус выронил клинок и полез вовнутрь. В его ладонях шестиконечная звезда, она мерцала голубым. Пират держал ее в руке и не мог насмотреться, словно это было самое дорогое сокровище, которое он добыл за всю жизнь. Его губы дрожали, по щекам побежали слезы.

Он поднес медальон ближе к Кайну, звезда засветилась пуще прежнего.

– Ты последний!..

– Даже если ты убьешь нас… тебе все равно не скрыться – сказал Кайн – Макстер изрешетит твой корабль, он достанет тебя из-под земли.

В этот момент один из матросов спустился к Сириусу.

– Капитан, там республиканский флот.

Кайн был несказанно рад, что попал в точку.

– Тебе не скрыться… и ты ответишь за всех.

Сириус продолжал смотреть на звезду и бормотать себе под нос что-то про «последнего». Затем он убрал ее под одежду, немного успокоившись.

– Салли, Регула, проводите наших гостей к остальным. Мы возвращаемся домой.

***

Макстер наблюдал, стоя у борта «Сальватора», как сотни снарядов устремлялись в сторону «Черного предвестника». Корабли Семерки тоже подошли на расстояние залпа, окружив его, и теперь флагман Сириуса был в огненном кольце.

– Капитан, с севера приближаются корабли Республики – доложил Макстеру один из смотровых.

Макстер кивнул, не отрывая взгляд от «Черного предвестника». Странно, как только шлюп с Кайном и Алекс ударил по кораблю, пираты перестали преследовать Сальватор и просто остановились. Даже не дают ответный залп.

– Капитан… – к нему подошла Молли, но тот прервал ее, подняв ладонь.

– Что-то не так. Почему они не отстреливаются?

Крохотные точки республиканских кораблей на горизонте становились все четче, еще несколько минут, и они тоже вступят в бой. Макстер сжал кулак и машинально бил по борту, пытаясь разобраться в происходящем.

– Давайте попробуем подойти и взять их, дайте малый ход, старпом.

– А если это ловушка?

– Дайте малый ход, нам в любом случае нужно понять, что происходит.

Но не успела Молли взять свисток, как смотровой вовсю закричал, показав пальцем на «Черного предвестника»

– Он маневрирует!

Вся команда оторвалась от работы, чтобы посмотреть.

Действительно, черный корабль довольно быстро менял свое положение, поворачиваясь носом почти вертикально вниз. С их палубы что-то начало падать прямиком к Пелене. Спустя миг у кормовых двигателей мелькнула вспышка, и «Черный предвестник» полным ходом начал пикировать вниз.

– Вот черт… – Макстер обомлел. Все молча смотрели, как пираты уходят вниз к Пелене, набирая ход.

– Неужели они… – хотела было сказать что-то Молли, но капитан выхватил свисток из ее рук и дал сигнал что есть мочи. Его голос разразился по всему «Сальватору».

– Дать полный ход! Прямо за ними!

Люди с испугу чуть не стали врезаться друг в друга. Снова заревел звонок.

– Руль на девяноста! Крепи тросы на пояс, живо! – подхватили некоторые матросы.

Макстер удалился в свою каюту. Матросы быстро ретировались с палубы, закрыв все двери и люки, кто успел, обмотал вокруг себя веревку, привязав концы к мачтам. «Сальватор» дрожал, трубы гремели от давления пара, спустя минуту стало невыносимо жарко. Корабль начал крениться вниз, довольно резко, в каютах все попадало и перевернулось окончательно. Матросы схватились, за что могли, корабль продолжал крениться. Мей, которая держалась за поручень лестницы, почувствовала, как ее ноги отрываются от пола, и вот она уже свисает в бездну коридора, внизу также свисают сотни других ребят, стараясь держать друг друга. Девочка чувствовала, как темнеет в глазах

– Наш капитан, что, с ума сошел? – кряхтел Гаюль, держа свой отряд за руку. Вдалеке у кормы слышался гул орудий, они не стреляли, просто бились о борт из-за крена.

– На такие аттракционы корабль не рассчитан, капитан! – сказала Молли, держась за штурвал.

– Выдержит!.. Это наш шанс!

Макстер посмотрел за борт. Корабли Семерки остались наверху. Никто кроме него не решился приблизиться к Пелене. Сверху все смотрели, как два корабля, словно метеоры, друг за другом летели в бездну.

Макстер глянул вниз, только что «Черный предвестник» окутался облаками Пелены, скрывшись там. Еще миг и «Сальватор» повторит его участь. Сердце капитана выпрыгивало из груди.

– Вы не имеете права! – послышалось сквозь невообразимый гул откуда-то. Макстер посмотрел по сторонам, недалеко от рубки радиста он увидел отца Штормхейма, который был вне себя от страха и ужаса, и готов был отдать все что угодно, лишь бы сменить курс «Сальватора» – вы не имеете права! Специальная конвенция Святой церкви Первозданного камня запрещает…

– Помолчи, Штормхейм… сейчас не до твоих конвенций! – ответил Макстер и представитель церкви понял, что его слово больше тут ничего не решает.

– Мы все поплатимся за это перед Всевышним. Он этого так не оставит – заключил Штормхейм, закрыл глаза и вжался в дверной проем покрепче.

Пелена была уже в шаге от корабля. Здесь внизу она выглядела совсем по-другому. Словно огромная неровная бетонная стена без края и конца. И вот, на полной скорости «Сальватор» пересек ее.

Капитаны Семерки молча закрыли глаза, словно на похоронах. Все, кто были сверху и видели это, в оцепенении, не могли пошевелиться.

– Вот и все – произнес могучий Бомонд – теперь им назад дороги нет.

Глава 12.

Металлическая дверь клетки со скрипом отворилась. Кайна толкнули внутрь и заперли. Здесь было совсем немного людей, Кайн не ожидал такого. Всего лишь шесть человек. Они комочком лежали у стены и дрожали, боясь сделать ненужное движение. У клеток стояли черные сущности, надежные охранники узников Сириуса.

Кайн нашел то, что искал.

– Рика, это я!

Девочка, лежавшая между тел, приподнялась. Он сразу понял, сил у нее почти нет. Кайн ринулся к ней.

– Кайн… Кайн!

Наконец они обнялись. В сердце юноши загорелся огонек. Он не знал, куда и зачем их везут, но по крайней мере, теперь они снова вместе. Держа Рику, Кайн почувствовал, насколько она легкая, дрожащая, словно цветок на ветру.

– Ты так ослабла… с тобой все в порядке?..

– Бывало и лучше… я не знаю, я часто отключалась, уже потеряла счет времени… Как ты попал сюда?..

Ее глаза были красными, по бледно-белому лицу текли слезы, но она не отрывала взгляда от него. Наконец она легонько улыбнулась, насколько смогла.

– Тише, тише, не плач, я пришел за тобой.

– Я… я думала, что больше никогда… больше никогда…

– Тише…

Он обнял ее и начал гладить по голове, Рика не могла унять слезы.

– А Мей, ты нашел ее?

– Да, она на «Сальваторе», с ней все хорошо, мы спасли всех с Новоляписа. Я, правда, не знаю, что стало с самим городом… но сейчас это не важно.

Кайн посмотрел на остальных пленников. Все они были словно в прострации, глядели в одну точку, что-то бормотали, закрыв уши руками.

Так прошло несколько часов. Находиться здесь было тяжело, все тело онемело от боли, разум заплывал шумом корабля. Рика уснула у Кайна на руках, тот не переставал думать, что делать дальше.

Вдалеке послышались шаги, Черные сущности повернулись. К ним вошла одна из сестер. Она открыла клетку и показала пальцем на Рику и Кайна.

– Вы двое, следуйте за мной. Сириус хочет видеть вас.

У Кайна мелькнула мысль, что бы такого сделать, чтобы не идти на поводу у пирата, но пара черных монстров рушила все его планы. Им пришлось повиноваться. Вдвоем они отправились вслед за сестрой-близнецом по запутанным коридорам «Черного предвестника». Корабль и вправду был огромен, но внутри все однообразно, заросшие черные каюты, света почти не было. И везде невыносимый запах гнилой плоти и крови.

Они вышли на палубу. Она словно широкая площадь, где так же суетились десятки матросов, наряду с черными сущностями. Но не это приковало взгляд Кайна и Рики. Они оцепенели от того, что было за бортом. Бесконечный туман лился мимо корабля.

– Мы спустились в Пелену… – прошептал Кайн.

– Шевелитесь, он ждет – толкнула их в спину сестра.

Они увидели вдали, у носа корабля, фигуру Сириуса, он стоял вместе с Алекс и Салли, невозмутимо и даже с какой-то гордостью смотря вдаль, хотя там совершенно ничего не было видно. Рика и Кайн продолжили путь, но взор их ни на секунду не оторвался от серого молока Пелены, проносившемся мимо корабля. Но вот, совершенно внезапно, настолько, что у детей выступил холодный пот, над «предвестником» пролетела огромная черная скала. Она была размером с небольшой остров, и этот черный камень накрыл своей тенью всю палубу.

– Так значит… под Пеленой тоже есть острова – сказала Рика.

– Да, – ответила ей сестра – только они совершенно безлюдны. И нужно быть очень хорошим капитаном, чтобы не налететь на один из таких сквозь туман.

Наконец, они подошли к Сириусу. Капитан кротко улыбнулся им, но Кайн и Рика смотрели на него исподлобья, не стали отвечать взаимностью. Он заставил их встать перед собой, у самого носа корабля. Кайн мимоходом глянул на Алекс, ее глаза были переполнены пустотой, словно даже не она сама стояла сейчас здесь.

– Вы, конечно, первый раз видите такое. Пелена не с расстояния небес, а в самой ее сути. Наслаждайтесь. Привыкнуть вам не суждено.

Легкий бриз ударил в лицо Кайну и Рике, волосы их растрепались на ветру. Теплый, этот поток словно сбивал всю тревогу, расслаблял тело, и Кайн неожиданно для себя понял, что готов простоять так здесь целую вечность.

Мимо одна за другой проплывали черные скалы, туман лишь легонько окутывал их. Корабль не менял курс, он плыл мимо этих «айсбергов» прямиком вперед. Совсем скоро, их взору престала еще одна огромная гора. Пелена вокруг нее была слабее, словно стала развеиваться, раскрывая всю высоту махины. В центре горы виднелся вырезанный в камне белый дворец исполинских размеров, под стать горе-матери.

Дворец был все ближе и ближе, «Черный предвестник» направлялся к нему.

– Куда мы летим? – прервала тишину Алекс.

– Мы летим к нашей матери, милая Алекс, скоро ты все увидишь своими глазами. Скоро ты сможешь с ней поговорить.

Кайн осекся, посмотрев на Алекс. Она так и не ответила, словно отключилась, замерла на месте после слов Сириуса. Он взял ладонь Рики и крепко сжал. Та сильно дрожала от страха, но сейчас Кайн никак не мог ей помочь.

«Мы за Пеленой, где-то здесь живет Великий Колдун. Я спасу тебя… но если Бог существует… зачем же он придумал страх?»

Дворец был все ближе. Такого огромного здания дети не видели никогда в жизни. Казалось, что если заплатить всеми богатствами всех островов, то едва ли хватит на постройку чего-то подобного. Краешек шпиля обрывался и тонул в скале, а дальше беспроглядный туман Пелены.

– Регула, – сказал Сириус – распорядись готовить наших дорогих гостей на прием.

Одна из сестер удалилась.

***

«Черный предвестник» остановился у огромного поля, с него вела тропа прямиком к белокаменному дворцу. Здесь прибывших с корабля встречала целая делегация – прислужники Сириуса. Они поклонились ему и сообщили, что все готово. Кайна, Рику и остальных пленников повели внутрь. Каменные двери дворца, высотой с целый дом медленно отворились. Ветер с низким гулом выбился навстречу. Сириус пошел первым, его сестры, включая Алекс сразу за ним. Темные сущности толкнули пленников, и те тоже двинулись вперед, не опуская взгляда от величины помещения, в котором оказались. Человек здесь словно песчинка, свет в просторных залах происходил от больших кристаллов, вбитых в стены, они походили на окна. Они шли вперед довольно долго, Кайну показалось, что прошел целый час. И вот, наконец, их привели в самый большой зал дворца. Он был колоссальных размеров, круглой площади. У дальней стены на небольшом возвышении находился мраморный гроб. Гроб был открыт, и там посреди белых и синих цветов лежала женщина, сложив руки на груди.

Гроб словно излучал свет, хотя позже Кайн понял, что он исходил от этих самых цветков. Свет лился видимыми линиями и окутывал тело женщины. Вслед за Кайном и Рикой в зал из других помещений со всего дворца стали запускать сотни людей. В какой-то момент их стало настолько много, что казалось, в огромном зале собралось население небольшого городка.

Кайна и Рику поставили рядом друг с другом, и велели упасть на колени. Руки их тут же были связаны путами. В аккуратные ряды, словно лучи от гроба, были поставлены на колени все эти люди. Никто не сопротивлялся, в зале был только топот сапог. Кайн посмотрел на Рику, она все еще дрожала, закрыла глаза, чтобы ничего не видеть. Он посмотрел на пол, в мраморе были вырезаны какие-то слова, они вились вокруг людей по всему залу, создавая общий узор. Некоторые слова Кайн мог разобрать.

– Разрядные слова богоязыких?.. Что вы задумали?.. – прошептал он, бегая глазами от одного слова к другому.

Двери в зал закрыли, люди Сириуса встали аккуратно возле стен. Сам Сириус вместе со своими сестрами поднялся на возвышение к гробу. Пират подвел Алекс поближе, держа ее за плечи. Он наклонился и начал нашептывать ей на ухо. Девочка не отрывалась от женщины в гробу.

– Гляди, Алекс. Эта женщина – твоя мать. Я знаю, ты видишь ее впервые. Она умерла сразу после ваших родов. Ваши имена мы дали вам сами, в приюте. Вы росли без материнского тепла всю жизнь. Это несправедливо, конечно.

Алекс подошла ближе, Сириус уже не держал ее. Девочка долго смотрела в лицо женщины. Казалось, она просто спала, кожа такая же румяная, словно у живого человека. На лице чуть различимая блаженная улыбка.

Алекс посмотрела на Сириуса.

– Что ты хочешь сделать?

– Когда она умерла, я места себе не находил… Это было слишком тяжело. Тебе не понять, ты не пережила и толики той боли, что испытал я – он стал обходить ее со спины, тоже смотря на лицо матери – и я поклялся вернуть ее. Нарушить законы бытия, я был готов на все, даже отдать собственную жизнь. Но сделать это из приюта было не возможно. Я сбежал… а после отправился к единственному существу, который мог мне помочь. Богу.

Кайн поднял взгляд, он отчетливо слышал речь Сириуса.

– Ты украл моих сестер…

– Ты не понимаешь, я спас их. Во время войны я смог раздобыть маленький корабль и спуститься за Пелену. Я долго блуждал здесь с Салли и Регулой. Но потом он снизошел до меня…

– О ком ты говоришь, что за «бог»?

Сириус улыбнулся, встав с противоположной стороны гроба, прямо перед Алекс.

– О Великом Колдуне, конечно. Пелена его обитель. В обмен на службу ему, он согласился помочь мне. Раскрыть секрет вечной жизни… и даже способность воскрешения – Сириус наклонился к матери и ласково провел по ее щеке.

Алекс отступила шаг.

– Я не верю…

Сириус рассмеялся.

– О, конечно ты не веришь. Я тоже не поверил этому существу. Но потом я понял, что силы не покидают меня никогда. Мне не нужен сон, еда, вода. Я могу существовать во всех средах, меня ничем не убить. Когда я убедился в этом, я поверил ему, я согласился служить. И он открыл мне секрет. Конечно… вернуть человека с того света просто так невозможно. Для этого нужна «Великая Жертва». Так он сказал. Эта жертва тысячи человек.

Он обернулся, чтобы посмотреть на закованных в зале людей. Потом снова обратился к Алекс.

– Но простые люди не подойдут, нет. Подойдут только «добрые души». Великий Колдун дал мне эту звезду – он достал из-под одежды медальон с шестиконечной звездой – ее свет показывает «качество» души человека. Мне понадобилось долгих пятнадцать лет, чтобы собрать тысячу человек. Знаешь, добрая душа, как выяснилось, большая редкость. Приходилось вырезать целые острова, чтобы забрать всего лишь одного подходящего. Но теперь все готово. Сегодня мне несказанно повезло, потому что я собрал последнего. Вернее он сам пришел ко мне… вот уж правда, божественное провидение.

– Ты заигрался, братец – сказала Алекс – кто ты такой, чтобы распоряжаться чужими судьбами. Так нельзя, менять одну душу за тысячу других.

Сириус лишь улыбнулся, сверкнув на нее взглядом, его острота заставила Алекс умолкнуть.

– Неужели. Тебе ли мне это говорить. Я наслышан о твоих зверствах, по ним я пытался тебя выследить, чтобы воссоединить сестер. Но потом я узнал, что ты на «Сальваторе» под капитаном Макстером. Скажи ка, они давали тебе волю? Или может ты жила в клетке? Тебя использовали только тогда, когда им было выгодно.

– Нет…

– Ты всего лишь игрушка в их руках, Алекс. Это правда. Прости меня, если бы я смог спасти тебя, я бы все отдал. Но в ту ночь, ты заболела, и тебя не было в комнате. Увы...

– Замолчи

– Так устроена сама жизнь, дорогая сестра. Так устроен этот мир – люди жертвуют другими людьми, чтобы добиться чего-то, чтобы просто выжить. В конечном итоге, слабые – это всего лишь расходный материал в руках сильных. А теперь отойди, уже пора начинать.

Сириус прикоснулся руками к гробу и что-то тихо произнес. В тот же миг голубое свечение разлилось от них и по полу устремилось в прорези во мраморе. Письмена стали заполняться светом. Кайн почувствовал, как силы резко начали покидать его, в глазах потемнело. Многие люди в толпе начали падать на пол.

В этот самый момент, когда Кайн решил последний раз взглянуть на Рику, дверь в зал резко распахнулась.

– Остановись! Брат.

Послышался знакомый голос. Сириус замер, убрав руки с гроба. Он медленно повернулся.

В дверях стояла Молли. Кайн тоже посмотрел на нее. Девушка была совсем одна. Уверенным шагом она пошла вперед.

– Ты… – Сириус чуть ли не шипел – как ты сюда попала?.. Это… это невозможно!

Молли улыбнулась.

– Возможно, если ты служишь под началом великого капитана. Кончай играть в бога, дорогой брат. Это конец.

Кайн услышал топот и поначалу не поверил ушам. Шаги были по всему залу, но никто не передвигался. Пленники так и оставались рядами стоять на коленях у гроба.

– Ты тоже слышишь? – спросила Рика.

Кайн кивнул, а потом почувствовал, как какая-то сила приподняла его руки. Один миг и веревки на его кистях обрезались сами собой.

– Какого?..

– Тише, Кайн, – послышался голос из пустоты прямо перед ним – это я, Гаюль. Кажется мы вовремя, а?

Кайн крутил головой, но никого не видел. Тем временем от пут избавлялось все больше и больше людей. Они в недоумении смотрели на павшие веревки и потирали запястья. У кого были силы, смогли встать на ноги.

Молли подошла к Сириусу и сестрам. Алекс тихонько перебежала к ней, за ее спину. И только теперь до Кайна дошло. Руки Молли немного светились, она использовала разрядное слово, как в тот раз с кораблем. Только теперь она скрыла матросов с «Сальватора».

Сириус словно не замечал этого. Он не отрывал взгляда от Молли.

– Остановись, – сказала она – мама бы сильно расстроилась, если бы узнала, на что ты пошел. Она никогда бы не одобрила этого.

Практически весь зал стоял на ногах, Сириус окинул взглядом толпу. Молли щелкнула пальцем и в этот же миг все матросы-невидимки явились на свет. Позади Молли стоял Макстер, в его руке револьвер.

– Все кончено, Сириус – сказал он и сделал два шага вперед – твоя команда уже обезоружена, отпусти этих людей и сдайся.

Кайну показалось, что Сириус испугался. Глаза пирата забегали из стороны в сторону. Он отступил и уперся ногой в гроб.

– Сириус… – Молли протянула ему руку.

Он медленно повернулся и посмотрел на тело спящей матери в цветах. Что-то в нем переменилось. Взгляд сверкнул, брови потяжелели.

– Сдаться?.. В момент моего триумфа… да вы верно спятили, господин Капитан – последние слова он проорал – пятнадцать лет! Вы что, думаете, что какая-то кучка юнг меня остановит?!

Оскал пасти, Сириус выхватил клинок и молнией устремился вперед.

Звук рассеченной плоти, резкий вздох. Брызги крови окропили лицо Алекс.

Все стихло.

Сириус тяжело дышал, не выпуская клинок из рук. Он смотрел прямо в лицо Молли. Свет в ее глазах мерк. По лицу пирата поползла улыбка, он тихо засмеялся, вынув лезвие из груди Молли. Девушка сразу упала.

– Нет!.. – Алекс в беспамятстве ринулась к сестре. Ее зрачки сузились до точек, зал наполнился криком девочки. Сириус продолжал смеяться.

– Вот и все, дорогая сестра. Твоя душа будет первой жертвой.

Макстер замер с револьвером в руке, он смотрел только на упавшего старпома, но Сириус не обращал на него никакого внимания. Он уже собирался вернуться к гробу, чтобы завершить ритуал, как вдруг услышал, как какой-то рев летит на него. Он был громче Алекс.

Сириус обернулся, Кайн бежал на него с красными глазами, своей яркостью они затмевали все вокруг. Он расталкивал людей на своем пути, в его руках длинный нож с светящимися письменами.

Кайн замахнулся и ударил. Сириус надеялся отбиться, выставив свой меч. Он не ожидал, что удар какого-то мальчика будет настолько сильным, что выбьет его оружие из руки. С громким звоном лезвие упало на мрамор. Следующий удар прямиком в сердце Сириуса. Кайн повалился на него и продолжал всаживать нож прямо в грудь, на полу не осталось ни единого места, не запачканного кровью. Сириус видел взгляд дикого зверя, он становился все ярче.

– Только не это… – проронила Рика, смотря вместе с Мей на Кайна.

Письмена на теле Кайна тоже начали мерцать, волосы блестели чернотой.

Очередной замах, Кайн готов делать это вечность. В голове не было ни одной мысли, сплошной гнев, он дышал им. Его руку схватил за запястье Макстер. С трудом, он смог удержать ее.

– Остановись, Кайн. Он уже…

Сириус засмеялся, кашляя кровью.

– Нет! Нет же, глупцы! Я еще не все. До вас что… долго доходит? – он никак не мог перестать кашлять – все это бесполезно… вам не убить меня, ведь Он даровал мне бессмертие…

На последних словах Сириус попытался приподняться, но вдруг понял, что кровь не останавливается. Фиолетовые искры не принялись за его раны, как это было прежде. Он схватился руками за грудь, пытаясь остановить кровь, но рана оставалась на месте.

Дрожащими глазами он посмотрел на Кайна. Длинный нож в письменах словно растворился в его руках, зрачки юноши потеряли кроваво-красный оттенок.

– Так вот оно что… – Сириус вдруг снова засмеялся и упал, кровь не прекращала идти, рана так и не затянулась – вот оно что… так ты и есть… абсолютный клинок.

Сириус попытался поднять указательный палец на Кайна, но сил на это уже не хватило, и рука плашмя упала на пол. Пират испустил дух.

Глава 13.

Пустоту зала, наполненного светом синих кристаллов, разрывал плач. Алекс тряслась у тела Молли, она уткнулась ей в грудь и вся была в крови. Никто из ребят команды не находил в себе сил подойти к ней, каждый только молча смотрел. Кто не находил в себе сил смотреть, смиренно слушал. Больше им ничего не оставалось.

Рядом с телом Сириуса тоже были двое. Салли и Регула. На коленях они сидели возле брата. Их лица – сплошной лед. Звук, который издавали девочки, сильно смахивал на скуление, словно два верных пса лишились хозяина. Но слез не было, видимо, Сириус разучил их плакать.

Тяжелая поступь шагов.

Девочек накрыла тень капитана «Сальватора», они медленно повернулись на его мрачную фигуру и закрыли глаза, готовые отправиться вслед за своим братом.

Однако оружия в его руках не было. На сегодня достаточно смертей.

– Знаю, вам сейчас тяжело. На нашем корабле всегда найдется место для таких, как вы – он присел, чтобы быть на уровне их глаз – прошу вас… не оставляйте Алекс одну.

Салли и Регула повернулись к ней. Алекс все еще не утихала. Ползком на коленях сестры поплелись к несчастной. Регула взяла Алекс за плечо и подняла. Когда их взгляды соединились, они обнялись. Только после этого девочка затихла.

Макстер долго смотрел на тело Сириуса, на его ножевые раны. Мысленно он что-то проговаривал сам себе. Затем, наконец, он нагнулся к нему и сорвал с его шеи медальон с шестиконечной звездой. Капитан не отрывал взгляда от ее свечения, звезда мерцала легким голубоватым светом. Тонкие металлические грани переливались так завораживающе, что оторваться от этого было очень сложно, достаточно было забыть, что твориться вокруг.

Он сжал звезду в кулаке. Еще один шаг сделан.

Толпа понемногу приходила в себя, гул заполнял дворец. К Макстеру подошел человек в церковном одеянии. Отец Штормхейм выглядел подавлено, как и все вокруг. Его горе было, конечно, в другом.

– Макстер, ты же понимаешь, что натворил?..

– Спас мир от проклятого пирата – ответил сухо капитан.

– Я не про это… как нам теперь возвращаться? Инквизиторий не станет закрывать глаза на то, что мы пересекли Пелену.

Макстер смотрел на кулак со звездой.

– Назад я уже не вернусь – Капитан повернулся ко всему залу и начал так, чтобы его все слышали – я принял решение и продолжу свой путь здесь. Многие из вас знают, что я стремился к этому с самого начала. Однако я не имею права распоряжаться вашей судьбой. Если вы хотите вернуться, то представитель Церкви сопроводит вас. Я думаю, что люди наверху простят все ваши грехи, когда узнают о Сириусе. Берите его корабль и возвращайтесь – далее он сделал паузу, но все безмолвно продолжали смотреть на него – те же из вас, кто желает остаться со мной, знайте, нам предстоит пойти неизведанным путем. И я не знаю, что ждет нас в конце.

Макстер повернулся к Штормхейму и пожал ему руку.

– Вверяю их Вам, отец. Надеюсь, что вы найдете общий язык с Инквизиторием.

Штормхейм лишь вздохнул в ответ. Макстер понимал, что поступает с ним не совсем порядочно, но иного выхода нет, поэтому он был благодарен отцу, что тот не стал поднимать истерик.

Матросы тем временем сбились в кучки и стали шушукаться между собой. Всех волновал лишь один вопрос.

Штормхейм направился к выходу, за ним последовали все заложники Сириуса, некоторые матросы, которых, впрочем, было совсем немного.

Рика нашла в себе смелость подойти к Кайну. Он все еще сидел отрешенно от остальных. Взъерошенные волосы, спутанные мысли, мальчик совсем боялся думать. Он лишь смотрел на свои ладони. Они в засохшей крови Сириуса. Руки дрожат, Кайн покачивает телом взад-вперед.

«Что я такое?»

Рика села прямо перед ним. Она не знала, что нужно делать. Кайн не заметил ее присутствия, он словно упал куда-то в свой мир. Но девочка поняла, что он плачет. Его застывший взгляд не отрывается от крови на ладонях, слезы ползут по щекам.

Она подняла руку, дрожь было невозможно унять. Медленно она потянула ее вперед, к нему. Один миг, и вот ее ладонь коснулась его головы.

Кайн одернулся. Взгляд его резко переменился, зрачки сбились в одну точку, он чуть не заорал.

Рика и сама отшатнулась от ужаса в его глазах.

– Обними меня… – прохрипел Кайн.

Услышав это, Рика обхватила его обеими руками. Она ощутила его холод, легкую зябь. Странно, его тело было так слабо сейчас, он словно исхудал, превратился в хрупкую куклу.

Рика почувствовала горечь у глаз, она закрыла их и начала всхлипывать. Она не хотела плакать, решила, что не имеет права сейчас.

– Тише… тише…

Они произнесли это почти вместе.

– Я обещаю тебе, что не оставлю тебя, Рика. Мы за Пеленой… осталось совсем чуть-чуть… я обязательно спасу тебя.

В зале становилось все меньше и меньше людей, почти все узники Сириуса покинули дворец и собирались сейчас у шлюпов. Те понемногу перевозили их на «Черного предвестника». Мей стояла возле двух человек, мужчины и женщины. Она, наконец, улыбнулась.

Родители обняли ее и долго не отпускали, никто не скрывал слез.

– Я думала, ты погибла – не могла уняться мама Мей, та лишь качала головой.

Они могли бы простоять тут до скончания времен, больше ничего не нужно было. Но Мей собралась с мыслями, чтобы сказать кое-что важное родителям. Она отшагнула от них.

– Мама… папа… я нашла вас только благодаря своим друзьям… благодаря капитану Макстеру – она обернулась взглянуть на проходящих мимо матросов, направляющихся на «Сальватор», который парил чуть выше «Черного предвестника» – но теперь я часть их команды, часть их большой Семьи. Я должна…

Она не смогла удержаться, фигуры родителей расплылись в глазах, слезы градом пошли по щекам. Ее мама и папа лишь улыбнулись.

– Мы не виделись совсем чуть-чуть, но ты так быстро повзрослела, зайка. Милая, любимая наша Мей, мы слышали, что сказал капитан… если это твое решение, то мы поддержим его.

Без лишних слов девочка упала на колени, родители подошли к ней и обняли.

– Я знаю… я люблю вас, но я хочу остаться… хочу помочь им также, как они помогли мне… я вернусь, обещаю.

Родители по очереди поцеловали свою дочь.

– Мы будем ждать. И мы гордимся тобой.

***

Команда «Сальватора» наблюдала с палубы своего корабля, как «Черный предвестник» набирал высоту. Вскоре его тяжелый, уродливый корпус скрылся в густоте Пелены.

Матросы молчали, все как один, с поднятыми головами. Почему-то у каждого колотилось сердце, каждому казалось, что они упускают какой-то последний шанс. Кайн видел эту тревогу, чувствовал ее. Люди переглядывались на миг, но потом их взгляды вновь устремлялись вверх к Пелене. «Черного предвестника» уже давно не было видно.

Лишь только Рика стояла рядом с Кайном, сникнув окончательно. Ей было тяжело даже стоять на ногах, она держалась за плечо юноши и старалась не подавать виду.

– Пойдем в каюту, тебе нужен покой – Кайн обхватил ее одной рукой, и они направились вниз.

Поразительная тишина – лишь только шипение пара в трубах, пустые коридоры будто потускнели, хотя вроде бы все было по-прежнему, почти все матросы остались с Макстером. Так почему же они все так подозрительно безмолвствуют? Кайн старался не думать о лишнем, ему нужно вниз, как и капитану, а значит, их цели совпадали, все остальное было неважно.

– Кайн… мне больно – еле слышимо сказала Рика, и Кайн понял, что слишком сильно сжимал ее тело. Он ослабил хватку.

«Сальватор» тронулся с места как раз в тот момент, когда Кайн уложил девочку в кровать. Он с большим трепетом накрыл ее теплым одеялом, и проследил, чтобы нигде не осталось зазоров.

Рика улыбалась, смотря на него уставшими глазами.

– Зачем же ты?.. От труб сейчас будет так жарко, я сварюсь под этим одеялом.

Кайн ничего не отвечал, словно заколдованный, продолжал тискать одеяло. После он на коленях остался сидеть возле ее кровати. В итоге Рика уснула.

К концу вечера к ним в каюту тихо шагнул капитан. Кайн резко повернулся на него. Макстер жестом подозвал к себе. Кайн взглянул на Рику, и нехотя отправился за Макстером из каюты.

Они поднялись на палубу, здесь кипела работа. Матросы молча делали свое дело. Кайн заметил, они все прячут взгляд друг от друга. Он также увидел вдалеке Мей, она сматывала канаты. Казалось, только лишь на ее лице была улыбка.

Тьма ночи, сплошной туман Пелены. «Сальватор» просто шел вперед. Мимо продолжали лететь глыбы безлюдных островов.

Макстер довел Кайна до своей каюты и запер дверь.

– Ну, располагайся, – капитан указал на кресло напротив стола с развернутой картой и сам сел на свое место.

– Вы уже построили маршрут? – спросил Кайн, заметив тоненькие линии карандаша на карте, рядом лежала звезда Сириуса.

Макстер кивнул.

– И карту, и звезду я бы не добыл без твоей помощи. Я решил назначить тебя своим старпомом. Возражения не принимаются. Потом расскажу тебе о твоих новых обязанностях. Здесь в Пелене до нас еще никто не был…

– Откуда вы знаете? Ведь до войны были люди, пересекшие ее… да и паломники, в конце концов.

Макстер махнул рукой.

– Да, да, паломники и авантюристы. Я имею в виду, что такое судно, как «Сальватор», впервые пересекло Пелену. Нужно хорошее чутье. Ты, наверное, заметил, мы идем самым малым ходом. Дело в том, что карта не учитывает маленькие острова, которые мы то и дело пролетаем. Я боюсь, что если мы столкнемся с одним таким, то наше путешествие закончится быстро. Но с общим принципом действия я вроде бы разобрался.

– Общим принципом действия?

Макстер подозвал юношу к карте и начал пальцем вести по их маршруту.

– Смотри, мы будем спускаться на несколько миль в день и достигать вот этих «уровней». Судя по карте, Пелена имеет слои, как пирог, но просто так их не преодолеть, переходы между слоями существуют только в специальных точках. Назовем их «порталы». Нам придется пересечь дюжину таких порталов, прежде чем мы достигнем самого низа.

Кайн тихо разглядывал карту, затем все же спросил.

– А что там? Вы знаете?

– Нет. Но я надеюсь, что все это не зря – он похлопал Кайна по плечу – выбора у нас все равно нет.

***

«Сальватор» продолжал спускаться вниз, огибая один остров за другим. Пейзаж за бортом ни на толику не изменился. Так прошло уже несколько дней. Сколько точно, никто на корабле бы не сказал. Для кого-то день, для кого-то три, для кого-то неделя, кто-то был уверен, что пробыл здесь уже с месяц точно.

Кайн все эти дни общался с Макстером и пытался привыкнуть к доброй сотне своих новых обязанностей. Кайн не хотел никого подводить, но все чаще он замечал, что на него стали смотреть так же, как когда-то смотрели в родном городе. Он больше ни с кем не говорил. Остаток свободного времени юноша неизменно проводил с Рикой. Она делала все, чтобы Кайн мог отвлечься, но тот видел, как чернеют молнии на ее шее, душат ее, словно плети, обвивают горло.

Иногда к ним заходила Мей. И всегда с чем-нибудь вкусненьким. Странно, думал Кайн, откуда у нее фрукты и шоколад? Он давно закончился, и всю команду уже несколько дней бесперебойно пичкают овсом да гречей.

Мей кормила Рику с ложки, делая в тарелке фруктовое пюре. Что-то доставалось и Кайну. Правда, ему было все равно, что жевать. Но вот румяное лицо Рики – которая просто сияла от угощений – заставляло ненадолго улыбнуться и его.

«Сальватор» все спускался вниз, не меняя направление.

И вот, в один день. Кажется, это было утро. Впередсмотрящий забил в колокол. Дежурные матросы не всполошились, в конце концов, колокол этот звонил бесперебойно – кораблю то и дело приходилось огибать черные скалы. Но на этот раз смотровой закричал на весь корабль.

– Свет! СВЕТ! Я ВИЖУ СВЕТ!!!

Свет – это что-то новенькое. Весь корабль словно ожил. По бесцветным коридорам, скрипучим полам побежали вереницы исхудавших ребятишек. Форма болталась на них мешком. Все устремились к носу корабля, поглядеть вперед, чуть не переваливаясь за борт.

Действительно, впереди был свет. Словно маленькое белое солнце, огромный шар с каждой секундой становился все ближе к «Сальватору». У матросов перехватило дыхание. Неужели?.. Наконец-то?.. Спустя столько дней, они, наконец, дошли до первого портала?

Кайн и Макстер смотрели со шканцев вперед. Свет слепил их. Сощурившись и почесав щетину, капитан согласился.

– Да, должно быть, это и есть портал. Наконец-то. Командуйте, старпом.

Кайн дал сигнал в свисток и громко начал издавать команды. Макстер удалился в каюту.

«Сальватор» медленно нацелился бушпритом прямо на белое свечение. Никто не знал, что будет дальше. Сердце каждого выпрыгивало из груди. Корабль медленно подался вперед. Свет был довольно далеко. Целый час «Сальватор» добирался до него и, наконец, пересек.

Смех сотен людей. Мороз прошелся по коже, смешавшись с ужасом.

***

Каждый из них забыл, что увидел там, пока они летели. Но когда выбрались, половина команды лежала в беспамятстве. У некоторых поседели волосы.

Кайн стоял там же, лишь только его рука вжалась в деревянные перила и подрагивала, ногти царапали высохший лак на них.

Туман все еще окутывал корабль. Стало немного темнее, но никто этого не заметил. «Сальватор» остановился. Кайн велел смотровым явиться к капитану.

Люди молчат. Они не могут унять тревогу в груди, пытаясь вспомнить что-то очень важное. Некоторых начало рвать, они свисали через борт и издавали отвратительные звуки.

Прыгнув в портал, «Сальватор» очутился в непонятном месте. Однако это все еще была Пелена.

Какая-то девушка не сдержала слез. Она закрыла рот ладонью и не могла остановиться. Она рыдала и сама не могла понять из-за чего, поэтому всем, кто подошел ей помочь, она лишь беспомощно смотрела в глаза.

Стало невыносимо холодно. Пар пошел изо рта. Ветряной колокольчик вдали продолжал звенеть.

Команда не заметила, как треть из них уже отсутствовала на корабле.

Макстер кинул карандаш на карту.

– Бесполезно, я не знаю где мы…

Он сверил все уже несколько раз, рядом было несколько островов, о них сказали смотрящие, но не один из них по описанию не подходил под данные карты.

Кайн тоже вошел внутрь.

– Капитан. С матросами что-то не так, они…

– Не мешай, Кайн. У нас тут проблемка посерьезнее. Вот как мы поступим… да, иного выхода нет. Давайте дадим малый ход, вдруг наткнемся на что-то знакомое, может, сориентируемся.

Дверь распахнулась.

– У нас газа в резервуарах маловато, капитан. Если не повернем, нам не хватит на обратную дорогу.

В каюту вбежал один матрос из двигательного отсека. Кайн старательно его не пускал сюда последние несколько дней. Но в итоге матрос сумел пробиться в суматохе.

– Газ?

– Да, капитан, газ. Осталось только семнадцать тысяч литров. Если подберем верную скорость, то выйдем обратно. Нужно будет только сбросить весь груз.

Макстер закачал головой. Он словно не слушал матроса, чему Кайн был несказанно рад.

– Нет… нет... Возвращаться не будем. Нужно вниз. Дайте малый ход… старпом, распорядитесь.

***

Новость о проблемах с топливом разлетелась по кораблю в тот же день. Раньше на «Сальваторе» такого не было никогда – чтобы матросы перешептывались о чем-то друг с другом, таясь в закромах. Это было не единственное, о чем они говорили.

Кайн находился в трюме, глазами пересчитывал оставшийся провиант. Три десятка ящиков, он все отметил в своем списке.

– Но ведь этого едва ли хватит на обратную дорогу… даже если мы будем есть по стограммовой плашке риса или гречки.

Матросы тихо шипели, смотря на старпома.

– Хватит.

Кайн поставил точку, убрал бумаги и направился к выходу. Здесь его поджидала Мей.

Девочка улыбнулась ему, но Кайн прошел мимо. Мей вприпрыжку поплелась за ним.

– Проблемы с грузами? – спросила она

Кайн покачал головой.

– Нет, проблема с теми, кто не может понять важность нашей миссии.

Мей посмеялась, Кайн не сбавил шаг.

– Ну, может я смогу помочь. Я видела, что воды у нас полным полно. Можем просто делать похлебки вместо того чтобы варить крупу. Будет та же каша, только менее густая… скажем пятьдесят грамм на человека за раз.

– Отлично – Кайн даже не посмотрел в ее сторону, его взгляд устремлен вперед, он целый день не был в каюте Рики – займись этим.

Мей кротко улыбнулась и кивнула головой. Ее шаг замедлился, пока она вовсе не остановилась.

– Кайн!

Юноша обернулся и посмотрел на нее.

– Да, Мей?

– Можешь на меня рассчитывать!

Кайн кивнул, развернулся и пошел дальше.

Мей стояла на месте, прижав руки к груди, голова клонилась вниз.

– Даже не улыбнулся… – прошептала она свои мысли.

***

Целых два дня «Сальватор» медленно плыл сквозь неизведанную область Пелены. Все обратили внимание, что островов тут почти нет. Макстер не находил себе места, стоя у окон своей каюты и разглядывая туман. На карте было отмечено множество линий, весь лист был изрисован. Но он так и не понял, на каком именно уровне они находятся. Карта говорила о сотнях островов, а «Сальватор» миновал лишь два за последний день.

Тишина не покидала корабль. Рика лежала в своей каюте. Ее тяжелое дыхание разрывало глухоту корабля. Она смотрит в стальной потолок, на тусклый оранжевый свет электрической лампы в решетке, который то и дело почти затухал. Было очень холодно – из-за того что корабль шел малым ходом, в каютах у каждого шел пар изо рта, люди сбивались кучками, укрывшись несколькими пуховыми одеялами. Но даже это не помогало. Хотя их участь была куда более приятной, нежели дежурным отрядам, которые в толстых куртках волочили по грязному борту канаты, то и дело спотыкаясь о какой-то брошенный мусор.

Кайн вошел в каюту Рики с тазом кипятка в руках. Он поставил его рядом и тряпкой начал протирать лицо девочки. Его глаза тряслись, Кайн просил судьбу подарить ей еще немного времени. Но черные молнии неумолимо расползались по телу с каждым днем. Их кончики уже охватывали скулы и подбородок. Кайн видел след от слезы на щеке. Он остался здесь, Мей приносила ему все, что он просил. Кайн больше не желал отпускать ладонь Рики.

Спустя пять дней «Сальватор» вновь вышел к порталу. Ликования не было, все и без команды знали, что нужно делать.

Корабль направился прямиком к белому пятну света.

***

На другой стороне их ждал настоящий шторм. Оглушающий своим свистом ветер чуть разом не сорвал все паруса. Кормовой колокол разразился на все палубу, его звон тонул в буре, но того, что кричал впередсмотрящий, не было слышно.

Пелена окрасилась странным ядовито зеленым светом, всюду здесь пахло металлом. Матросы с трудом вереницей плелись друг за другом, держась за канат, ветер срывал их с ног. Их одежда стала окропляться красным.

– Что за черт?.. И чего этот колокол трезвонит?..

Несколько матросов добрались до носа корабля и перелезли на бушприт. Теперь они поняли, что за сигналы подавал смотровой.

«Мы разобьёмся?», «Поворачивай!», «Надо было уйти с Штормхеймом», «Будь проклята эта Пелена», «Вот теперь точно конец», «Сил… нет…»

Каждый на палубе вдруг стал слышать голоса своих друзей в голове. Никто ничего не говорил, но все отчетливо слышали.

Один из матросов показал рулевому специальный знак руками – впереди препятствие. «Сальватор» в этот момент сближался с черный скалой, переливающейся металлическим блеском.

«Дай сюда!» – услышал в голове рулевой, и в этот момент Макстер оттолкнул его от штурвала, приняв руль налево. Корабль понемногу начал уходить в сторону. Столкновения удалось избежать.

«Ну и громадина!», «Проклятье, еще бы чуть-чуть», «Чертов корабль!..», «Нам конец…»

Матросы оглядывались на знакомые голоса, но потом понимали, что их хозяева молчат.

«Мы что, слышим мысли друг друга?», «Что за чертовщина?!», «Ат, черт, теперь не думать о чем-то не получается…»

Вновь зазвонил колокол.

Сильный порыв ветра сорвал несколько канатов на грот-мачте и огромная рея, не выдержав веса золотого паруса, оборвалась прямо на палубу. Матросы успели разбежаться кто куда. От реи торчали оголенные провода, электрические разряды хорошо были слышны всем на палубе. В каютах тут же погас свет. Через минуту он вернулся обратно, но куда более тусклый, чем прежде.

– Похоже, мачту сорвало – всполошились матросы – нужно выйти на палубу!

«Сам иди», «Сейчас не наша смена», «Ни за что не выйду туда», «Катись к черту, Борк»

Матросы начали оглядываться друг на друга.

– Не понял… ты это мне сейчас сказал?!

– Да я ничего не говорил!

Тем временем на палубе добрый десяток матросов пытались скорее сложить рухнувший парус, пока его ветром не унесло за борт в Пелену. Многие из них начали пользоваться голосами в голове, ведь сквозь шум ветра было совершенно не докричаться. Золотая ткань тоже потихоньку окрашивалась красным, будто на ней выпала красная роса. Ребята утирали лица, на коже оставались кровавые следы.

Колокол не унимался. Макстер продолжал крутить штурвал то на один борт, то на другой. Мимо «Сальватора» неслись на огромной скорости черные металлические груды. Столкнись хотя бы одна с кораблем, от него ничего не останется.

– Ну, ну, что вы нервничаете, ребята. Зато согреетесь. Я выведу вас отсюда. Мы не для того проделали весь этот путь, чтобы сейчас погибнуть – Макстер орал во все горло, он хотел, чтобы каждый его услышал.

Капитана не слышал никто.

Некоторые из матросов лишь видели, как он с трудом справляется со штурвалом, казалось, еще немного, и рукоять выбьется, вращаясь на невероятной скорости, и тогда «Сальватор» снова спикирует вниз, пока не столкнется со скалой.

«Вот и все», «Вот и приплыли», «Печальный конец».

***

Кайн не обращал ровно никакого внимания на тряску и скрежет металла. Он только лишь ненадолго взглянул на лампу, когда та погасла. Вода в тазике остыла и почти вся расплескалась по полу. Рика не шевелилась. Все эти страшные звуки снаружи она словно не слышала. Все ее лицо напряглось, брови тяжело сгрузились над закрытыми веками. Она словно видела кошмар в своем сне и лишь крепче сжимала руку Кайна. Тот стоял на коленях и молился.

– Мольке… помоги мне, дедушка… что я должен сделать?.. Прошу, пожалуйста…

«Кайн говорит со своим дедушкой… бедный Кайн, он так отчаялся»

Кайн замер. Он совершенно точно только что услышал в своей голове голос Рики. Хотя девочка продолжала лежать прямо перед ним с закрытыми глазами.

– Рика? Очнись, Рика – он потряс ее, но девочка не открыла глаза.

«Мне очень жаль уходить, дорогой Кайн, я так и не сказала тебе спасибо… Спасибо за то, что ты спас меня от одиночества… но теперь я обрекаю тебя на него…»

Снова ее голос, она молчала.

– Нет… Рика, РИКА! Слышишь меня?! Очнись!

Рика открыла глаза и посмотрела на Кайна. Он плакал, положив лицо на ее одеяло.

«Я не упущу тебя, я буду бороться до конца»

– Конец уже близок, Кайн. Нет никакого смысла… – сказала девочка, проведя рукой по его волосам.

– Просто помолчи – Кайн не поднимал головы, он не хотел отрываться от тепла ее одеяла – помолчи и береги силы.

Рика улыбнулась, снова уткнувшись в потолок. Она ничего не ответила.

«Вот бы она умерла… может тогда он…»

Кайн резко поднял голову. Он знал этот голос. Юноша повернулся.

В дверях стояла Мей, она как раз принесла поесть и в очередной раз застала Кайна с Рикой.

– Что… – Кайн не верил своим ушам – что ты сейчас сказала?..

Мей вздрогнула. Тарелка с кашей упала на пол и зазвенела металлом. Девочка в ужасе закрыла свой рот.

Кайн отвернулся от нее, вернувшись к Рике.

Мей сделала робкий шаг к нему.

– Кайн, я…

– Уходи. И чтобы я больше тебя не видел в этой каюте.

Он сказал тихо, но голос его слегка надломился.

Мей крепко стиснула зубы. Холодный пот выступил по всему телу, а в сердце заиграли странные горькие искорки.

Она выбежала прочь.

***

«Сальватор» продолжал бороться со штормом. Макстер из последних сил держался за штурвал – десяток металлических скал уже позади. Команда, наконец, справилась с парусом. Другие матросы выбегали из кают и тут же принимались за дело. Нужно было еще убрать остальные паруса, отключить питание с грот-мачты.

Но все это было в тишине. Словно незнакомые люди, они бились друг от друга, ругались, надеясь, что это вот-вот закончится. Ветер продолжал распылять кровь по палубе. Ее уже было не узнать, блеск дерева окрасился буро-красным. Матросы терпели этот вкус металла, главное сейчас было тянуть канат. Тянуть, не смотря ни на что.

Мей вышла на палубу из нижних отсеков. По пути сюда ей встретились несколько матросов. Они не стали спрашивать что случилось, в конце концов, такие блеклые глаза были у половины на корабле сейчас. Не плачет и ладно, можно заняться своими делами.

Девочка посмотрела на Макстера. Ему было не до нее. Взгляд капитана устремлен вдаль в Пелену. Он лишь изредка протирал лицо от капель крови, а затем рывок, и вот, штурвал уже несется в противоположную сторону. Мей опустила взгляд.

Она пошла на корму. Ветер тормошил ее накидку, взъерошивал волосы, но ей было все равно.

На корме никого.

Вот и отлично.

Глава 14.

К концу дня «Сальватор» выбрался из бури. Рулевой вновь принял штурвал, расслабляться было рано, десятки небольших островов все еще появлялись из тумана и проносились мимо.

Кайн спал возле кровати Рики на коленях.

Издали послышался гулкий шум, девочка проснулась из-за него.

– Что это?.. – тихо спросила она, приподняв голову и посмотрев на Кайна.

Тот спал, его веки изредка подрагивали, под глазами видны круги. Рика сжала его ладонь и юноша проснулся.

– Рика?.. Ты чего? Спи, не трать силы.

– Ты слышишь?

Звуки снаружи не прекращались, казалось, даже стали сильнее. Кайн приподнял голову и прислушался.

– Да, это с палубы. Кто-то говорит.

– Не просто говорит, там кричат… может, что-то случилось?

Кайн тяжело вздохнул.

– Не бери в голову, кричат и кричат, нас это не касается.

Рика посмотрела на него с укором.

– Как это не касается? Дела «Сальватора» - наши дела. Может, там что-то серьезное…

– Ты хочешь, чтобы я сходил, посмотрел?

Рика кивнула.

– Если тебе не сложно. Пожалуйста, сделай это ради меня.

Кайн нехотя поднялся на ноги. Ему было совершенно не важно, что происходит там, наверху. Но если Рика будет об этом постоянно думать… что если от этого ей станет хуже? Лишние тревоги были ни к чему.

Он направился наверх. Свежий воздух ударил ему в лицо, за бортом все та же серая непроглядная Пелена. Ботинки зачавкали в какой-то бурой жиже, Кайн не обратил внимания. Палуба запачкана кровью, ее ручейки лились меж досок, капали с рей. Корабль было не узнать.

Наверху собралось множество матросов, большинство из них также перепачканы красным – те, кто работал на палубе во время шторма.

Кайн стал проталкиваться вперед, убирая со своего пути людей, совершенно не церемонясь. Матросы образовали полукруг у небольшого участка палубы. В его центре были сестры-тройняшки – Алекс, Регула и Салли. Кайн вышел прямо к ним.

– Что здесь происходит?

Девочки всхлипывали, глядя в пустоту. У ног лежал кинжал. Их уже связали по торс. Несколько ребят крепко держали веревки, хотя никто из тройняшек не пытался вырваться.

Кайн посмотрел на матросов. Все дрожали, не спуская с сестер взгляда. На лице каждого читался только шок.

– Что случилось? – Кайн повторил вопрос.

В этот момент подошел капитан. Кайн не сразу его узнал. Он так же, как и большинство матросов, был в крови. Взгляд дергался, щетина клочками торчала сквозь корки грязи на подбородке. От его былого величия ничего не осталось.

Макстер с вопросом посмотрел на Кайна. Тот лишь пожал плечами. Сестры смотрели на остальных без сожаления.

– Они пытались выброситься за борт… наш отряд заметил, мы их схватили… но потом Алекс откуда-то достала этот нож и попыталась вскрыться. Мы ее обезоружили.

Матросы вокруг начали переглядываться.

Кайн обвел взглядом каждую сестру, остановившись на Алекс. Они столько пережили вместе.

Она смотрела прямо на него своими вишневыми глазами.

«Почему?.. почему мне настолько все равно?»

Кайн сжал кулак, он долго ждал, искал чего-то в ее взгляде. Ему действительно было все равно, юноша ничего не ощущал.

Кайн посмотрел на Макстера и увидел там то же самое.

Капитан лишь махнул рукой и тихо, хриплым голосом скомандовал.

– Свяжите их накрепко, намордники наденьте и в трюм, в клетку. Там же, где им и место…

Сказав это, Макстер повернулся и медленно побрел тяжелым шагом в сторону своей каюты. Матросы расступились перед ним и смотрели вслед, как он хромал по лестнице.

Матросы не переставали переглядываться. Потом они тихо спрашивали друг у друга.

– Ты слышал? Он что-то бормотал…

– Да… он без конца нашептывал «конец».

Люди начали расходиться, спотыкаясь о стоявшего на месте Кайна. Сестер увели в трюм. Кайн смотрел на кинжал, который забыли убрать. Где-то с минуту он стоял и смотрел на его блестящее лезвие, струйки крови по палубе начинали заливать его, словно поглощая, пока клинок не утонул.

Кайн вдруг ощутил, как к его горлу что-то подступило. Тошнота.

Он схватился за рот и ринулся к краю борта. Его вырвало.

«Ты бы мог задаться вопросом, от чего это? Однако тебе все равно, не так ли?»

– Рика…

Кайн побрел назад в каюту девочки.

Палуба вмиг опустела. Тишина, царившая здесь до этого, начинала давить. От нее кружилась голова, двоилось в глазах. Кайн старался все быстрее дойти до двери и спуститься в каюту. Вот уже и дверь.

Он открыл ее, далее ступеньки. Одна, вторая, третья…

Клац!

Одна из деревянных ступенек вдруг не выдержала Кайна и треснула, разломившись пополам. Мальчик упал на пол, кровь расплескалась по стенам. Весь пол на два пальца погрузился в красную жижу, она натекла с палубы.

Кайн посмотрел назад, ступеньки были в трухе, казалось им сотня лет. С каких пор они в таком состоянии? Кажется, еще совсем недавно они даже не скрипели. Он оглянул весь коридор – пол, стены, потолок, все словно отсырело, покосилось. Кругом одна паутина и грязь. Рука человека не прикасалась к кораблю уже вечность.

– Сколько мы уже здесь?..

Сказав это вслух, Кайн тут же оставил это вопрос. Нужно было идти дальше, в каюту.

Он добрался сюда только спустя час, с трудом открыв дверь. Здесь все было как прежде – тусклый свет, ржавый пол, белоснежная кровать. Рика спала. Кайн упал на колени перед ней и тоже уснул.

***

Минута за минутой, час за часом шли нескончаемо долго.

Кайн лишился слуха. На голову что-то больно давило, это заставило его отползти от кровати. Он оперся на стену и съехал по ней. Дрожащие ладони закрыли уши. Он не слышал ничего кроме дыхания Рики. Даже собственные мысли утихли.

Час сменял час, в этой пустой комнате он просидел уже сутки, никто не приходил, никто не приносил поесть. Только тишина и дыхание Рики. Кайн тихо выл, закрыв уши руками, он перекачивался взад-вперед. Стеклянные глаза уткнулись в пол. Почему так тихо? Почему никого нет?

Кайн поднял голову, трубы на стенах молчали, это могло означать только одно – «Сальватор» остановился. Вот и причина тишины.

Он больше не мог так сидеть, Рика дышала, этого было достаточно. Он не стал ее будить, ни к чему ей лишние беспокойства. Кайн поднялся на ноги и вышел из каюты. Пелена по-прежнему окружала корабль. На палубе никого. Кайн уже не был удивлен этому, как и ее состоянию. Черные паруса, обросшие какими-то черно-зелеными растениями, свисающими вниз словно лоза, треснутые доски палубы, в них сложно было не провалиться. Кайн ощутил рябь по спине, ему на миг стало страшно, но потом это чувство куда-то улетучилось, будто бы очередное дуновение ветра унесло все заботы. По отсыревшим бурым доскам он побрел к капитану. Дверь в его каюту была открыта, оттуда доносился зяблый голос мужчины, все, что он повторял было: «Мы заблудились…» и так по кругу. Кайну на какой-то момент показалось, что его слова будто бы сливались в единый звук. И звук этот более всего напоминал мушиный рой.

Кайну что-то ударило в голову, он закрыл уши и вскрикнул, упав на колени.

Заходить к Макстеру не было смысла. Кайн бесцельно стал бродить по кораблю. Может, удастся встретить хоть кого-то. Хоть кто-нибудь поможет ему запустить «Сальватор»? Мей… где же она?

Вначале он обошел всю палубу, но так никого и не встретил. Ходить по ней было почти невозможно из-за гнилых досок.

– Эй… – попытался крикнуть Кайн – есть тут кто?..

От бессилия юноша чуть ли не плакал, смотря по сторонам и наблюдая лишь Пелену.

«Хоть кто-нибудь. Пожалуйста, помогите»

Смех послышался откуда-то сверху, из-за тумана. Он был еле различим, словно смеялся сам ветер. Кайн приподнял голову, но кроме Пелены там ничего не было.

И снова на уши начало давить, Кайн зажал их что было сил.

«Сальватор» резко дернулся, это сбило мальчика с ног. Он упал и тут же ощутил, что корабль начал набирать ход. Но тишина была прежней. Двигатели не работали.

Кайн подбежал к краю, посмотрел за борт. Все так, корабль шел малым ходом сам по себе…

– Нас что-то толкнуло? – послышался голос откуда-то снизу.

Ему отвечали.

– Да, и что-то продолжает толкать.

Кайн сжал кулак.

– Если такова воля Пелены, пусть она сама ведет нас. Мы лишь пойдем «по течению»

Это были слова Макстера. Он внезапно очутился прямо за спиной Кайна. Нельзя сказать, что эти слова были обращены юноше. Капитан сказал их куда-то вдаль, взгляд его был устремлен туда же. Кайн смотрел на капитана, тот его, казалось, не замечал. Кайн обошел Макстера и отправился вниз, туда, где услышал первые голоса.

Здесь было темно. Кайну пришлось использовать разрядные слова, чтобы создать хоть какой то свет. Комочек лучей появился в его ладони. Он осветил ему путь.

Темный коридор. Он шел словно по затонувшему кораблю, только воды не было. Кругом обломки мебели, странный мох, паутина, бурая жижа. Лучи света падали на поверхность коридора, но давали видеть разве что в пару метров вперед. Кайн шел только на голос. Чья-то речь, мужская. Кто-то что-то обсуждал, и обсуждал очень тихо. Кайн знал этот тон. Так обсуждают заговор.

Он ускорил шаг, уже спотыкаясь обо все подряд, перепрыгивая, но продолжая идти вперед.

Он знал эти голоса, они явно принадлежали матросам. Молодые голоса, в них еще теплится огонек.

– Ты знаешь, чем это закончится…

– Еду мы уже почти не получаем, дальше что? Он заведет нас в самый Ад?

– Мы идем в этой чертовой Пелене уже два месяца и что? Куда-нибудь пришли?

– Но это же наш капитан, мы не можем.

– Можем, мы не просто можем, мы должны, во имя всех, кто остался.

– Мы просто хотим спасти себя.

– Да, что плохого в желании выжить?

– Я не могу…

– Брось, ты же видел капитана. Макстер выжил из ума. Мы должны действовать, чтобы спасти «Сальватор». Низложим его, и выйдем наверх. Так будет лучше… для всех.

Кайн стоял неподалеку от прохода в ту каюту, где развернулся диалог. Из проема лился желтый свет, он тонул во внешнем мраке, откуда их слушал Кайн.

Юноша впитывал каждое слово. И с каждым словом его сердце тяжелело. Его сковал страх.

В этот момент корабль как-то странно заскрипел. Скрежет, словно рвется металл, оглушающий, казалось еще немного и «Сальватор» развалится.

«Ты поклялся».

Кайн сделал твердый шаг вперед. Он вышел на свет, и четверо матросов, что обсуждали капитана, сразу заметили его.

– Что здесь происходит?

Кайн спросил резко, пройдясь взглядом по ним. Это были совсем молодые ребята, подростки. Напуганные внезапным появлением, когда они узнали в этом юноше Кайна, то будто бы немного выдохнули.

– А, это ты, Кайн. Хорошо, что ты пришел. Нам нужна твоя помощь.

– Помощь?

Ребята улыбнулись, все, кроме одного. Все были уверены, Кайн поможет, он поймет, но лишь один матрос успел прочувствовать на себе нового старпома. Он вжался в стену и побелел.

– Да, помощь. Ты же видишь, с нашим капитаном что-то не так.

– Да-да – покачивали остальные головой – сколько он еще будет вести нас черт знает куда? И зачем все это? Ради чего? Нам нужно вернуться пока не поздно.

– Да, Кайн, помоги нам. Мы уже смогли остановить двигатели, чтобы не тратить попусту топливо. Нужно выйти наверх и сдаться церкви. Может быть, нас простят, если узнают, что Макстер вел нас.

Кайн сжал кулак. Он больше не мог смотреть матросам в глаза.

Он тихо начал.

– Вы понимаете, что это измена? Мы столько выстрадали, прошли через три уровня и ради чего?.. Чтобы сейчас вернуться?

Ребята переглянулись, будто бы не поверив ушам.

Один из них вышел вперед, схватив Кайна за плечи.

– Очнись, Кайн! Он убьет нас всех, нужно действовать пока не поздно!

– Мы не можем отступиться сейчас, когда мы так близко к Великому Колдуну!!

Матрос обомлел.

– Великому Колдуну?.. Кайн, послушай, мне очень жаль Рику. Но поверь, она обречена, нам нет смысла погибать за нее… ровно как и за мечту Макстера.

– Вы давали клятву…

Четвертый матрос продолжал вжиматься в стену. Теперь он уже не верил в благой исход. Он заметил, как глаза Кайна налились красным, сверкнули огнем гнева. Из них текли слезы. Кайн оскалился и сжал кулаки.

Ни в одной книге не было таких разрядных слов, но Кайн почему-то знал его.

– Эш мортос…

Стены комнаты прыснули красным. Три окровавленных тела упали к ногам Кайна. Четвертый матрос закрыл глаза от страха и съехал спиной по стене. Кайн не утолил свой голод. Он набросился на бедолагу и стал избивать. Слов больше не хотелось произносить, они дарили людям слишком простой уход.

Стоны разносились по всему кораблю. Кайн наносил удар за ударом, костяшки кулаков приятно болели. И вот, человек перестал сопротивляться. Кайн взял его за волосы и поволок прочь из каюты.

Через заваленные хламом черные коридоры он протащил его на палубу, матрос хватался за стены, но ничего не спасало его от рывков Кайна. Следы кровавых пальцев оставались на проемах и трубах.

Смех все громче, разливался по всему кораблю, уходил эхом в Пелену. Кайн так и не понял – это был его смех.

И вот, они на палубе. Кайн швырнул матроса к бизань-мачте и подошел к веревке сигнального колокола. Несколько раз он потянул за нее, колокол пробил. Спустя некоторое время матросы стали сходиться из разных углов и щелей к Кайну. Почти вся команда окружила его и ждала остальных. Вышел сюда и капитан. Он подошел к Кайну и просмотрел на него.

Кайн, обессиливши, вымолвил.

– Постройте их…

– Стройся! – тут же прорычал Макстер, не отрывая взгляда от Кайна.

Матросы сбежались в ровную по струнке линию, встав в два ряда возле мачты. Избитый Кайном человек был лишь в состоянии смотреть на остальных, он утирал кровь, льющуюся из носа и рта. Капитан наклонился к нему и осмотрел.

– Что случилось, Кайн? Зачем ты избил Китингса?

– Он изменник… вместе с другими тремя матросами они затевали заговор против Вас. Они хотели вернуть нас с Пелены и загубить все, за что мы боремся.

Макстер задрожал, его глаза чуть не вылезли из орбит, пока он смотрел на избитого матроса. Так прошло несколько секунд. Потом капитан поднялся в полный рост и посмотрел на шеренги матросов. Те дрожали перед ним, не зная что делать, за кого теперь прятаться.

– Молодец, Кайн – Макстер подошел к нему и похлопал, Кайн не отрывал гордый взгляд от толпы – я не прогадал, выбрав тебя старпомом. В назидание остальным, и чтобы все знали. Мы закончим путь! Любой ценой.

«Сальватор» снова остановился.

– А как быть с этим? – спросил Кайн.

Макстер бросил последний взгляд на матроса.

– Повесить. И каждого десятого тоже. Децимация – вот что вас убедит.

Капитан пошел по рядам и тыкал пальцем в некоторых ребят и девочек.

– Этого, этого, этого, эту, этого.

Остальные матросы, выпустив тяжкое дыхание, тут же набрасывались на названных капитаном. Их вели к мачте, через которую уже перекидывали веревки. Самый первый матрос оказался на рее также в первых рядах. Кайн лично, вместе с другими матросами натягивал веревку.

Возгласы, улюлюканье, все громче и громче ликовали те, кто не попал на рею, смотря, как тела их товарищей поднимались все выше и выше. Кайн улыбался, скалил пасть, глаза переливаются огненно-красным, он натягивал веревку все выше и выше.

– И всех, кто впредь заикнется про возвращение, ждет такая же участь. Пелена – ваш новый дом!

День за днем, на реях появлялось все больше людей.

Глава 15.

Полумрак. Тишину разбавлял только мертвый скрип прогнившей древесины, как в старом заколдованном лесу. Скрип этот въедался в кости, и словно становился частью души. Кайн уже не закрывал уши. Слышать этот уродливый скрип было хоть чем-то, хоть какой-то звук – все лучше, чем давящая тишина.

«Сальватор» покачивало, это было понятно по другому звуку – разные предметы, которые могли катиться, медленно путешествовали по коридорам корабля, туда-обратно. В каюте, где лежали на одной кровати Кайн и Рика, это была пустая бутылка. Тяжелым гулом, она перекатывалась от одной стены к другой. Было совершенно не ясно, стоит корабль или куда-то идет. Ни холода, ни тепла – трубы тоже молчали.

Кайн лежал с открытыми глазами. Он не помнил, когда последний раз спал. Юноша уже привык к темноте, электричества давно не было, единственное, что давало свет – маленькая свеча в чашке на столе, растаявший воск намертво удерживал ее на поверхности.

Они держались за руки. Кайн что-то шептал ей, уткнувшись в монотонный потолок. Со стороны его бормотания было не разобрать, мальчику же казалось, что еще никогда ему не удавалось складывать мысли так удачно. Он говорил об их будущем, об их прекрасном будущем, в котором они не будут себе ни в чем отказывать, в котором он станет врачом, а она художником. О том прекрасном времени, когда все острова вычеркнут слово «война» из всех книг.

Пока он все это говорил, треск гнилого дерева продолжал резать тишину. Впрочем, Кайн его все равно уже не замечал, как не замечал ядовитый запах разлагающейся плоти, который всюду царил на корабле.

Кайн почувствовал, как девочка сжала его ладонь. Одно мгновение, и хватка сразу ослабла. Кайн повернул голову и посмотрел на Рику.

Черные молнии были уже на лице, словно терн, оплетали шею.

Рика лежала с открытыми глазами. Они смотрели в пустоту. Они словно выцвели, потеряли прежний блеск.

– Рика… что с тобой?

Девочка судорожно вдохнула воздух.

– Это конец… я знаю

Кайн почувствовал, как его сердце сжалось в комок. Он резко повернулся на бок. Рика с трудом подняла на него взгляд. Это были не ее глаза, Кайн не мог их узнать. Впервые он увидел в ее взгляде неописуемый страх.

– Рика, держись… держись, ты не умрешь. Я же сказал, что спасу тебя, слышишь?

Кайн чувствовал, как по его щекам что-то льется. Рика смотрела на него с прежним ужасом.

– Кайн, я не хочу… не хочу умирать…

Кайн сжал зубы, он был готов закричать, сделать хоть что-то. Руки сами обняли девочку, он прижался к ней, приблизился к ее лицу.

– Ты не умрешь. Слышишь? Я не дам тебе… эй!

Кайн начал трясти Рику, ему показалось, что она уже не воспринимает его. Но девочка слушала. Она собрала все силы, чтобы поднять руку.

– Кайн… по… помоги мне.

– Да, да… что ты хочешь?

Она протянула ему ладонь.

– Я хочу коснуться тебя.

Кайн кивнул. Он взял ее ладонь в руки и поднес к своей щеке. Глаза девочки потеплели. Только что в них застыл ужас, но теперь она кротко улыбнулась.

– Ты такой теплый – Рика сама повела ладонью по щеке, медленно, она стерла его слезы.

Сердце Кайна бешено колотилось, в его взгляде страх никуда не делся. Мурашки по всему телу – пальцы девочки медленно погрузились в его волосы, теперь она держала его за затылок.

– Рика…

Он почувствовал, как она потянула его лицо к своему. Глаза такие большие, он чувствовал ее тепло, сердце стучит все сильнее. Кайн не знал, что нужно делать.

Он вдруг ощутил, что коснулся ее губ. Она поцеловала его.

И тут же что-то изменилось.

Ветряной колокольчик ударил где-то вдали последний раз.

Кайн замер, он увидел, как крохотная слезинка медленно стекает по щеке девочки. Ее безжизненные глаза застыли. В них больше никогда не зажжется этот огонь, синева океана тускнела. Рыжие волосы стали словно лен, Кайн почему-то заметил это только сейчас.

Он понял, Рики не стало – его дорогой друг ушел. Он не сумел ее спасти.

Крик было слышно по всему кораблю. Его пустые, мертвые коридоры наполнились болью и отчаянием, которое изливал юноша. Кайн тряс девочку, орал, брызгал слюной, был просто в бешенстве, но ее взгляд отвечал все тем же – застывшая кроткая улыбка, блеклые глаза. Молнии на коже начали медленно светлеть.

Кайн обнял Рику, он тряс головой, не желая поверить в то, что случилось. Он не успел, хотя был так близко. И теперь он остался совсем один.

Нет.

Кайн сжал кулаки.

Он схватил тело Рики и поднял его с кровати.

Кто-то должен ему помочь. Он уверен, что это не может так закончится.

В непроглядной темноте Кайн начал бегать из одной каюты в другую. Кругом пустота и разруха, он постоянно перепрыгивал через обломки мебели, куски досок с пола. В конце концов, коридоры вывели его к лунному свету, который лился из палубного люка.

– Ты только не пугайся, – прошептал Кайн заботливым тоном Рике, он надеялся, что она не узнает об этом – там всего лишь изменники. Я уверен, они помешали бы нам.

Быстрым шагом он направился к люку. Ступеньки с трудом выдержали его. Вот, он уже на безлюдной захламленной палубе.

Как странно. Пелена словно превратилась в грозовые тучи.

И действительно, вдали что-то сверкало.

Капля за каплей, на «Сальватор» в этот самый миг обрушился настоящий ливень, за бортом шторм. И каждая вспышка молнии освещала повешенные тела. Кайн вздрагивал от их черных силуэтов.

– Эй! Есть тут кто?! – мальчик кричал во все горло. Однако ему никто не отвечал. Только свист ветра и скрип дерева. Кайн тяжело дышал, руки немели от боли, он очень устал.

Нагнувшись, он положил тело Рики на палубу. Ему нужно было найти хоть кого-то. Нужно было время, сила.

Кайн бормотал что-то под нос, глядя на лежащую Рику.

Очередная вспышка молнии.

Ее свет на миг осветил всю палубу, и Кайн увидел, что положил Рику рядом с десятками других тел матросов. Ноги подкосились от ужаса, он упал и завопил, начав ползти вперед. Льняные волосы девочки стали окрашиваться вишневым оттенком. Медленно она, как и все вокруг, погружалось в чью-то кровь.

Кайн продолжал ползти, он не мог унять стон. Ногти шкрябали бурую гнилую древесину. Тела вокруг лежали неподвижно. Тонкое жужжание мух немного резало слух. Кайн с трудом поднялся на ноги. Он побрел в сторону каюты Макстера.

Дверь не была заперта. Капитана здесь не было. Кайн обнаружил лишь изорванную в клочья карту, которую Макстер с таким трудом добыл.

Кайн обернулся, его отвлек сильный скрежет и гул. Он увидел, как огромная мачта рухнула прямо на палубу, проломив вниз дыру. Корабль рушился на глазах.

Эта мачта утащила за собой тела почти всех матросов, которые висели на реях и которые лежали внизу. Наверное, и Рику постигла та же участь.

Кайн выпрямился, поправив на себе одежду. С разбитой палубы послышался крик. Медленным шагом юноша отправился к разлому.

Действительно, снизу кто-то кричал. Мачта ушла почти до трюма, перебив несколько уровней корабля. Всюду свисали веревки.

В полном спокойствии Кайн осмотрел несколько из них. Потом взял одну и крепко дернул. Все было в порядке.

По веревке он спустился вниз, крик все четче. Кричали из трюма.

Наверняка это они – подумал Кайн.

Веревка уводила все ниже и ниже. Свет Пелены уже не проникал сюда.

И вот он ступил на ровную поверхность. Одинокая свеча у клетки почти догорела. А в клетке сидели тройняшки, сестры Сириуса – Алекс, Регула и Салли. Именно про них и подумал Кайн.

На девочках были намордники, они смотрели на юношу, и во взгляде каждой читалось только одно. Самая простая просьба.

– Я знаю, чего вы хотите, – нет, это был уже не голос Кайна, тем не менее, говорил он – я дам вам вашу свободу.

Он произнес самое простое разрядное слово. Замки с клеток тут же слетели, следом за ними на пол упали и цепи.

Девочки молча смотрели на него. Но Кайну уже было все равно.

Он знал, что будет дальше.

И он знал, что нужно делать ему самому. Теперь все было не важно.

Последним, что увидел Кайн, перед тем как свеча догорела, то, как девочки обнялись. Они сняли с себя намордники и оскалили зубы.

Он обернулся и пошел обратно к разлому. Позади него рвалась плоть, никто из сестер не кричал.

По полу полилась струйка свежей крови.

Спустя некоторое время блужданий по коридорам, Кайн нашел тело Рики и смог выбраться обратно на палубу. Он так больше никого и не встретил.

– Выходит, я последний.

С девочкой на руках, он встал у края борта, в последний раз глянув на корабль, что приютил их с родного острова. Прощай, «Сальватор»!

Поднявшись на перила, Кайн посмотрел вперед.

Пелена, ветер гнал облака через серый туман с невероятной скоростью. Казалось, это и был поток жизни.

Кайн делает шаг.

И вот, Сальватор уже далеко позади. Он исчез в Пелене буквально сразу. Кайн начал свободное падение, прижав Рику к себе.

Даже сквозь одежду он ощущал порыв ветра. Становилось тяжело дышать. Но Кайн вдруг понял, что он наконец-то получил покой.

Кайн улыбается.

Что-то внутри него, голос, который последнее время говорил с ним, снова дал о себе знать.

«Я так рад, что перестал быть человеком».

Глава 16.

После долгого сна наступает пробуждение.

Карие глаза юноши открылись, Кайн увидел бесконечное небо прямо перед собой. Его лицо чистое ­– ни грязи, ни ран. Он лежал на чем-то мягком. Проведя ладонью рядом с собой, мальчик понял, что это трава. Она словно шелк. Ладонь продолжала гладить ее – услада для кожи.

Теплый ветер ласкал Кайна, стоило ему немного усилиться, как шелест травы доводил до мурашек.

И даже пахнет чем-то необычным. Чем-то, чего нельзя почувствовать ни на каком острове. Столь свежо и приятно. Это ощущение абсолютного покоя.

Кайн не отрывал взор от неба. Оно было серым, сверху была Пелена. Как странно, он впервые в жизни видел ее над собой. Выше нее только солнце, оно светит так ярко, несмотря на то, что скрыто за Пеленой.

Юноша поднял кисть руки, чтобы закрыть лицо от яркого света. Он увидел на себе белые одежды, от их чистоты лился белый свет.

Ветер гулял по равнине и холмам.

Кайн несколько раз сжал и разжал пальцы. Боли не было, все его тело будто бы заново появилось на свет.

Он все смотрел на ладонь, на лучи, проходящие сквозь пальцы.

Рики здесь не было. Но там, в Пелене, виднелись очертания борта «Сальватора». Словно маленькая лодочка, пятнышко, можно было разглядеть все три мачты.

Вдалеке слышался непонятный звук. Кайн никогда не слышал такого раньше. Но он был уверен – это вода. Шум прибоя, где-то там волны медленно одна за другой находили на берег. Океан до горизонта.

Словно молнии, в памяти стали бить кадры последних дней. Тело Рики, гнилой корабль, мертвые люди, кровь повсюду. Но лицо Кайна оставалось спокойным, он все смотрел на кисть руки, дающую ему тень.

– Вот ты и очнулся.

Совсем рядом послышался незнакомый мужской голос.

Кайн тут же поднялся и стал оглядываться. Кругом холмистая равнина, трава волнами гуляет от ветра. Позади него стоял юноша. Он был в таких же длинных свободных одеждах, словно паруса, или великие занавеси, они трепетали на ветру. Ткань светилась белым.

Черноволосый юноша был коротко стрижен, руки сложены в рукавах, его уставший взгляд обращен на Кайна.

Кайн попытался что-то сказать, но понял, что горло его напрочь пересохло. Незнакомец, стоявший в нескольких шагах на холме, спустился к нему. После чего из рукава он достал флягу.

– Держи, это вода.

От него приятно пахнет – подумал Кайн, пока пил воду – цветами… и яблочным вином.

Лицо незнакомца было умиротворенным. Кайн вернул флягу.

– Кто ты?.. Ты Великий Колдун?

Услышав это имя, юноша улыбнулся и покачал головой.

– Нет, куда мне до него. Я всего лишь его страж – он протянул ему руку – Мое имя Ник. Рад знакомству.

Кайн пожал руку и поднялся на ноги.

– Страж?

Ник похлопал Кайна по плечу и обошел немного вперед, после чего уставился на равнину, явно наслаждаясь ее видом.

– Ты задаешься не теми вопросами. Для начала, я должен тебя поздравить – он снова повернулся к Кайну – Поздравляю, ты смог пересечь Пелену.

Кайн начал осматриваться, вокруг только холмы, заросшие невысокой травой. Кайн понял, о чем говорит Ник.

– Где я?

– Ты в Его резиденции. Остров посреди бесконечного океана.

– Океан? Что такое океан?

Ник улыбнулся, и показал следовать за ним.

Они направились вперед. Здесь не было тропинок, они просто шли, преодолевая один холм за другим, пока перед Кайном не открылась картина темно-синего пространства, уходящего вдаль.

– Вот, это и есть океан.

Сильный ветер с необычным вкусом ударил Кайна в лицо. Было так свежо, мальчик никак не мог надышаться. Берег уходил полумесяцем далеко вперед. Там у горизонта виднелся белокаменный дворец.

– Прошу за мной – сказал Ник, и направился вперед.

Кайн сделал пару шагов и вдруг остановился.

– Я умер?

Позади с острова шли темные грозовые тучи. Глухой раскат грома отдаленно пробил где-то у горизонта.

Кайн стоял неподвижно, ожидая ответа. Но Ник продолжал идти вперед, так ничего ему и не сказав.

Кайн пошел следом, чтобы не отстать. Сначала он смотрел на свою одежду, необычайно легкая, она, как и у Ника, развевалась на ветру. После Кайн стал смотреть на все, что его окружало. Холмистые равнины вскоре немного разбавились лесами, деревья не только зеленые, но и желтые, фиолетовые, красные. Поля одуванчиков, их семена то и дело уносило ветром. В таком месте не могло родиться плохих мыслей.

Белокаменный дворец становился все ближе. Время здесь тоже как будто текло по-своему. Кайну казалось, что они будут добираться сюда полдня, однако прошло не более часа. Дворец вблизи поражал своими размерами. Его шпили чуть ли не достигали Пелены, множество башен с флагами, кирпичная кладка блестела от солнечного света.

– Великий Колдун возвел это место, создал этот остров, этот океан. Он создал все – Ник, молчавший всю дорогу, вдруг снова заговорил – правда, он не любит это имя. Так его прозвали люди с островов, небожители. Его настоящее имя Митт. Зови его так.

Кайн встрепенулся.

– Я увижу Великого Колдуна?..

Ник кивнул, позволив Кайну нагнать себя. Теперь они шли по мощеной дорожке вдоль персиковых деревьев. Аккуратно стриженая трава в полях говорила о том, что за ней непременно кто-то ухаживал.

– Разумеется. Все, кто попадает на этот остров, встречаются с ним. Не важно, с какими помыслами они пересекли Пелену.

Кайн начал вращать мысли в голове, пытаться вспомнить. Но в голове была одна каша, последние дни окутаны туманом, а в памяти лишь обрывки.

– Я ничего не понимаю… мы же заблудились в Пелене. Я точно помню, карта, которую мы с капитаном сделали, не сработала… так как вышло, что я очутился здесь?

– Так устроена Пелена. Его великое детище. Это своего рода барьер, защищающий нас от людей-небожителей. Митт не хочет их видеть. Чем глубже человек спускается, тем сильнее Пелена усыпляет его. Сон обострит самые потаенные желания человека, но у каждого он будет свой. Чтобы освободится от сна и преодолеть Пелену, нужно своими действиями довести сон к логическому завершению. Ты, к слову, проснулся последним.

– Последним?..

Пока шел разговор, Кайн и не заметил, как они вошли через огромные ворота по мосту. Двери дворца распахнулись, и двое зашли внутрь.

Пустые коридоры, высотой в десятки метров, чем-то напоминали дворец, в котором Сириус чуть не провел свой ритуал. Главным отличием же было то, что это место было переполнено светом. Вместо дверей в различные комнаты обычные арочные проемы, Ник вел Кайна вперед, к самому большому залу.

И вот, они на месте. Свет из громадных окон вливался в вытянутое помещение, потолок которого напоминал звездное небо. Сотни огоньков мерцали и путешествовали там. В самом конце зала стоял пустующий трон. Чем-то это походило на церковь, только без алтаря. Бесконечные ряды скамеек. Кайн заметил, что на них сидят люди в таких же белых одеждах. Он знал их.

Это его команда. Сотни матросов весело разговаривали друг с другом, наполняя зал гулом жизни. Кайн сразу заметил Макстера.

Сердце юноши больно сжалось, тело охватила дрожь. Многих этих ребят он повесил самолично, он видел их окровавленные тела на гнилом борту «Сальватора». А они мирно смеялись и разговаривали друг с другом прямо здесь.

– Кайн! – послышалось из толпы, и каждый обернулся на вошедшего мальчика. Лица ребят засияли пуще прежнего, а Кайн попятился, сделав два робких шага назад. Он уткнулся в Ника, стоявшего за ним.

– Что-то не так? – спросил страж.

Кайн покачал головой, не отрывая взгляда от живых товарищей.

– Кайн! Кайн! Это ты! – громче всех кричала Мей, она выбежала из толпы и устремилась навстречу мальчику. Следом за ней побежали и другие ребята. Кайн заметил, как широко улыбался Макстер. Ему не верилось, в глазах появился туман. Крики слились в единый гул, холод прошелся по коже, по всему телу. Кайн схватился за голову, он почувствовал, что сознание покидает его. Сквозь гул радости в голову прорывались крики «Ты спятил! Как ты можешь! Мы же товарищи! Капитан сошел с ума! Нужно повернуть!»

Мальчика вывернуло, по чистейшему мрамору полилась серо-коричневая жидкость. Кайн упал на колени и пытался откашляться.

А ребята все ближе и ближе. Они почти обняли его.

Первой добралась Мей. Стоило ей коснуться Кайна, тот вскочил, изогнувшись в конвульсии, словно кошка, отпрыгнул назад.

– Нет… нет! Нет! Нет! НЕТ! Этого не может быть!

Ребята разом затихли. Они увидели, что с Кайном что-то не то. Спустя минуту почти вся команда окружила его. Кайну некуда было спрятать взгляд. Он вертел головой, но куда бы ни посмотрел, видел мертвого человека. Их лица сливались в одно.

Никто не знал, что делать. Матросы переглядывались друг с другом.

– Расступитесь… дайте пройти! – Кайн услышал знакомый голос. Это был голос капитана.

Могучие руки взяли лицо мальчика и навели на себя. Теперь Кайн видел только спокойные глаза Макстера. Его теплый взгляд заботливого отца и измученный взгляд Кайна, переполненный только одним чувством – страхом. Они смотрели друг на друга. Тяжелое дыхание Кайна, бывшее на грани истерики, понемногу выравнивалось. Минута, другая, мальчик понемногу вернулся в реальность, утерев слюну с подбородка.

– Ты живой, слышишь? – мягко, словно бархат, слова Макстера убаюкивали – мы тоже все живы. Все хорошо? Что бы ты там не видел. Это всего лишь сон.

Да… это всего лишь сон. Кайн выдохнул, но с трудом посмотрел на остальных. Ребята были в таких же белых облачениях, что и он. Все с испугом смотрели на Кайна.

И вот, через толпу протиснулась она.

– Рика...

Кайн сказал это на издыхании. Он закрыл глаза и бросился к ней. Она успела поймать его и прижать к себе. Кайн зарыдал. Он прижался к груди Рики и не отпускал ее, сжимая все крепче.

Черные молнии все еще окутывали ее шею. Рика с трудом держалась на ногах, поэтому ей пришлось опуститься на колени. Она гладила мальчика по его темно-фиолетовым волосам. А тот все не мог остановиться. Он вновь почувствовал ее тепло. Эти синие глаза нельзя было подделать. Он сразу бы понял. Перед ним настоящая Рика, не мираж, не видение.

Он готов был стоять так целую вечность.

Ник подошел к Макстеру и поздоровался с ним.

– Что-ж, вижу, что теперь вся Ваша команда в сборе. Я сообщу Ему.

Макстер поблагодарил его, и Ник удалился.

Матросы стали сбиваться в кучки. К Кайну подходили многие, в том числе и Гаюль со своей командой. Все были рады его видеть, Кайн чувствовал, как ребята переживают за него. Краем уха он слышал, как люди только и обсуждают произошедшее в Пелене.

– А тебе что снилось?

– О-о! Такая прекрасная история, я бы хотел пережить это вновь.

Пересказывая друг другу сны, матросы не скрывали улыбок. Кто-то так активно описывал, махая руками, что возле них собирались десятки других. Они знали, никто не приукрашивает. Оттого их рассказы и будоражили разум.

Рика отвела Кайна на одну из скамей и села рядом с ним. Мей пристроилась рядом с другой стороны.

Юноша глядел вперед себя, сознание пыталось переварить, где он сейчас находится, взаправду ли это с ним?

– Кайн, ты чего? – Рика легонько перевела его лицо на себя – на тебе лица нет. Что-то случилось?

Он не знал, что ответить. Не сказать же ей, да и всем остальным, что он увидел в своем сне. Если конечно это вообще был сон.

– Все же хорошо, мы снова вместе… – сказала робко Мей.

Кайн еле заметно качнул головой. Да… все действительно хорошо. Теперь они здесь. Они добрались до цели, а все, что было до этого… все не важно.

– Вы… – Кайн поправил голос, он охрип – вы давно тут?

Рика и Мей кивнули почти одновременно.

– Я проснулась одной из первых, Мей тоже. Кажется, это было два дня назад. Вчера вот проснулся наш капитан. А к вечеру почти вся команда.

– Да. Мы все просыпались вдалеке от этого поместья. Кто в лесу, кто на равнине, кто у берега… о ты уже видел океан?

– Видел… он… я и представить не мог, что бывает столько воды.

– Толку от нее немного. Она соленая.

Кайн вопросительно посмотрел на Мей.

– Соленая? Вся?

Мей кивнула.

– Да. Мой страж сказала, что пить ее нельзя.

– Твой страж?

– Да, – Рика продолжила – тот человек, что привел тебя. Ник, он тоже страж. Он привел меня с равнин. Но другие ребята видели других. Они все разного возраста, и все называют себя Его стражами.

Кайн подумал про себя, зачем такому могущественному существу стражи?

– А вы видели здесь других людей? –спросил Кайн.

Девочки призадумались, посмотрев друг на друга.

– Пока не видели. Но Ник сказал, что они есть, много паломников с островов остаются здесь и живут.

– О, и я надеюсь, что и вы останетесь.

Их диалог прервал знакомый голос. Прямо за их спинами появился Ник. Кайн и девочки вздрогнули.

– Ник… не делай так! – Рика ударила его по рукаву, юноша посмеялся.

– Простите, не хотел вас напугать, ну что, уже успели поделиться сновидениям?

Кайн опустил взгляд.

– Пока что еще нет – сказала Рика – Ник, когда мы увидим Великого Колдуна?

Ник улыбнулся.

– Он давно здесь – сказав это, он качнул головой в сторону трона.

Кайн замер и медленно повернулся.

Трон, который был пуст с момента, как юноша зашел в зал, приковал на себя внимание всех людей.

Молодой человек со светлыми длинными волосами сидел на нем, подперев голову рукой. Его одеяние чем-то походило на мантию. Она также излучала свет.

Гул разговоров мигом исчез, зал словно оглох, все смотрели в одну точку.

Даже отсюда, издалека, Кайн видел, как светятся голубые кольца Его глаз.

Его лицо нельзя было назвать добрым или хоть сколько-нибудь мягким. Напротив, оно было очень серьезным, почти насупившимся. Тяжелые светлые брови, уголки губ немного обращены вниз.

Никто не знал, что делать.

– Подойдите ближе.

Его строгий голос наполнил весь зал, хотя он не кричал, сказал лишь в полголоса.

Матросы переглянулись и медленным шагом направились к трону с человеком. Макстер вышел вперед, рядом с ним Кайн, Рика и Мей.

Никто не смел даже шептаться меж собой, никто не смел оторвать взор от Него.

Кайн смотрел на его необычные глаза, черные-черные, вместо зрачков кольца. Своим взглядом он прошелся по каждому гостю. И каждый чувствовал тот миг, когда Он смотрел на него.

– Я желаю вам процветания, путники. И надеюсь, вы пришли с миром. Преодолеть Пелену дано не каждому. И я буду рад, если вы найдете то, что искали в моей обители.

Великий Колдун поднялся с трона и по мраморным ступенькам медленно спустился к своим гостям. На его стопах не было никакой обуви. Первым делом он подошел к Макстеру.

– Митт, нам сказали, что так стоит обращаться к Вам. У нас есть вопросы. Мы прибыли в Твою обитель не просто так.

Митт положил руку на плечо капитана, и тот сразу умолк.

– Не сомневаюсь. Но сперва, позвольте, я покажу вам свои сады. Ваша стойкость должна быть вознаграждена. Прошу за мной.

Не произнеся больше не слова, Великий Колдун последовал к арке справа от трона. В полной тишине матросы, как околдованные, даже не переглядываясь, направились за ним. Кайн шел в первых рядах, не отставая от капитана.

Митт шел не спеша. Они направились во внутренний двор дворца. Здесь было столько места, что с легкостью мог вместиться небольшой городок. И все это было покрыто разными цветами. Необычайно приятный запах радовал гостей, они смотрели кто-куда. Вдалеке работали люди. Они также в белых тогах ухаживали за посадками, поливали деревья. Некоторые из них замечали толпу гостей и приветствовали их, помахав рукой.

Матросы шли за Великим Колдуном по крытой галерее. Рика увидела, как вдалеке стояли люди у холстов. Они рисовали сливы, которые как раз цвели.

– Результат моих кропотливых трудов – произнес Митт, показывая рукой на сад. Он остановился и выставил палец, в тот же миг к нему подлетела синица и села на перст – каждый, кто спустился сюда с неба, вознагражден самым главным.

Откуда-то издалека, из-за стен дворца, донеслись звуки скрипки. Сладкая мелодия, которую хотелось слушать не отрываясь.

Митт повел их дальше. Они шли и шли мимо прекрасного сада. Вскоре, миновав ворота, они вышли к вольерам. Разные животные, которых никто из гостей раньше никогда не видел, паслись на своих огромных участках. Вдалеке на скамейках ими любовались другие люди. Кто-то читал книгу, кто-то вел какие-то записи. Мужчины в белом, некоторые в кремовых пиджачках, женщины в лазурных платьях и белоснежных шляпках смотрели на фонтан, стоявший по центру скверика.

Дети с «Сальватора» не могли сдержать эмоций, когда видели пушистые комочки, носившиеся друг за другом по траве. Необычные зверьки с ушами-кисточками, напоминавшие крохотных собачек.

Ребята постарше не могли оторвать взгляд от огромных ящеров, с длинной шеей, позволявшей им срывать персики с кустов повыше.

– Все они мои творения – сказал Митт, остановившись в оградки, за которой гордо ходили друг за другом птицы с радужными хвостами – отдохните здесь пока что.

Матросы начали расходиться по саду, перебираясь группками от одного вольера к другому, кто-то ушел к фонтану в сквер.

Рика посмотрела на Кайна. У того на щеке блестел след от слезы. Она улыбнулась, глаза ее тоже заблестели. Она дернула его за белый рукав и прижалась, когда он обернулся.

– Знаешь, – тихо, почти шепотом сказала она – я бы хотела прожить здесь вечность вместе с тобой.

Кайн почувствовал, как загорелись его щеки. Он отвел взгляд в сторону.

Время шло здесь своим чередом, никто не заметил, как прошло уже несколько часов. Лишь только когда начало темнеть, люди понемногу стали собираться в общую кучу назад. Кайн не мог долго смотреть на животных и цветы. Пока тело Рики душили черные молнии, он не мог ни на что отвлекаться.

Но как подойти к Митту? Он хотел, но ноги отказывались подчиняться.

Прямо сейчас он видел, как Великий Колдун о чем-то в полголоса разговаривал с Макстером наедине. Он не спускал с них глаз.

В какой-то момент произошло то, что словно пробило зарядом мальчика – и капитан и Великий Колдун одновременно посмотрели на него.

Ноги задрожали, начали коситься, Кайн схватился за балюстраду, чтобы не упасть.

– Да что это… – юноша встряхнул головой и снова посмотрел в их сторону.

Макстер показал рукой подойти.

Кайн, ничего не сказав Рике, направился в их сторону. Великий Колдун все ближе и ближе. Кайн вдруг осознал, что Митт выглядит довольно молодо, ненамного старше его самого. Его голубые светящиеся кольца во мраке смотрят прямо в сердце, они все видят и от них ничего невозможно скрыть. Холодный пот потек по спине. Кайн остановился прямо перед Великим Колдуном, тот смотрел на него сверху вниз.

– Тебя зовут Кайн?

– Да…

– Твой капитан сказал мне сейчас, что без твоего рвения вы бы никогда не прошли через Пелену ко мне.

Кайн смущенно отвел взгляд, но лишь на миг. Потом его глаза сами собой приковались к голубым кольцам Колдуна, как будто не слушаясь хозяина.

– Можно твою руку?

Митт сделал к нему шаг и взял руку, поводив пальцем по коже и черным письменам на ней. Он долго разглядывал их, Кайн заметил, как тот немного прищурил глаза.

– Я хочу поговорить с тобой, Кайн. Подойди в тронный зал немного позже, когда мы закончим. Хорошо?

– К-конечно…

– Вот и славно.

Митт отошел от него, и Кайн поклонился.

«Что это? Почему я поклонился?»

Великий Колдун обратился к Макстеру.

– Я распоряжусь, стражи покажут вам ваши комнаты. Не переживайте, мы пристроим всех вас.

***

Пока матросы располагались в своих новых комнатах с огромными окнами, из которых открывался вид на заходящее солнце, Кайн не находил себе места. Он ходил туда-сюда по комнате и уже успел утомить Рику. Девочка лежала в кровати – для нее было достаточно прогулок.

– Почему ты так нервничаешь?

Кайн резко повернулся к ней, его глаза вспыхнули.

– Ты серьезно?! Почему я нервничаю? Великий Колдун, которого мы так давно искали, дает мне аудиенцию. А я даже не знаю что делать, как себя вести с ним…

Рика улыбнулась.

– Не переживай, все будет хорошо. Ты же видел его сады. Он прекрасный человек, я уверена. Веди себя как обычно, вот и все.

Кайн сел рядом с ней, тяжело выдохнув.

– Прекрасный человек… – пробубнил он себе под нос, думая о том, можно ли вообще называть его человеком.

В коридоре послышались шаги. Вскоре к ним в комнату вошел Ник.

– Ну что, ты готов?

Кайн кивнул и направился за стражем в тронный зал.

Когда они зашли внутрь, Кайн обнаружил, что сотни скамей, стоявших здесь, когда он пришел к команде, уже отсутствовали. Только трон стоял неизменно во главе зала, возвышаясь над всем остальным. Митт расположился на нем, как и в прошлый раз, подперев одной рукой голову.

Ник подвел Кайна ближе. Мальчик легонько поклонился.

– Рад, что ты пришел, дорогой друг.

«Как будто у меня был выбор…»

Митт спустился с трона по ступенькам к Кайну.

– Это большая честь…

– Нет, нет, не нужно никаких формальностей. Я не король, не архиепископ, не потестас и не капитан.

– Х-хорошо. Простите…

Митт улыбнулся и посмотрел на Ника.

– Можешь идти.

Ник, тихонько качнув головой, удалился.

Великий колдун снова заинтересовался письменами на теле Кайна. Без спроса он засучил его рукава и начал рассматривать. Голубые кольца его взгляда бежали по строчкам, словно читали какой-то текст.

Кайн сильно смущался, не зная, что делать. Митт тем временем попросил его снять верх, и продолжил изучать письмена теперь уже на спине.

– Любопытно, – сказал он, когда закончил.

Кайн поправил одежду обратно и перевел дух.

– Можно… – начал было он, но Великий Колдун тут же прервал.

– Подожди, Кайн. Я знаю, зачем ты здесь. Но перед этим, позволь, я спрошу тебя – Митт встал прямо перед ним, взирая свысока. Голубые кольца словно испепеляли, пронзали насквозь.

– Гм… – Кайн проглотил свой вопрос и опустил глаза, не в силах больше терпеть Его взор.

Митт, наконец, задал свой вопрос.

– Что ты думаешь о людях?

Слова захлебнулись тишиной зала, лишь только гулкое эхо.

Услышав это, Кайн вдруг понял, что всю свою жизнь он только и думал над этим.

Его ответ был готов заранее, оставалось лишь его произнести.

Произнести с толикой сожаления, но и со скрытой гордостью.

– Они отвратительны.

На лице Митта что-то блеснуло. Кайн не сразу узнал улыбку.

Он показал мальчику рукой, предлагая пройтись. Они направились на террасу, с которой открывался вид на сад, его Колдун показывал остальным. С этой крытой террасы открывался замечательный вид на равнины и леса, окружавшие дворец на этом одиноком острове. Они шли рядом, нога в ногу. Кайн смотрел куда-то вниз, Митт вдаль, за горизонт.

Их прогулка длилась час, прежде чем Митт все же начал.

– Позволь рассказать тебе одну историю. Тот, кого вы звали Великим Колдуном, когда-то был обычным человеком и жил наверху, вместе со всеми, с людьми островов. Он посетил сотни племен, но везде и всегда видел только одно – жестокость и невежество. Люди оказались обычными лгунами и лицемерами. Они, словно пожар, способны только разрушать и воспроизводить себе подобных. Лишь единицы познали подлинный смысл созидания. Их сердца были сердцами творцов. Но даже силы Великого Колдуна было недостаточно, чтобы исправить текущий порядок вещей. И тогда Он решил уйти в добровольное изгнание. Он создал свой новый мир… идеальный мир, скрыв его от людских пороков Пеленой.

Кайн посмотрел на Митта.

– Почему?..

– Почему? Наверное, Он просто устал пытаться. Некоторые тайны невозможно постичь, сколько бы высокой силой ты не обладал. В этом числе и людской мир. Но знаешь… каждый раз, кода я думаю об этом, мое сердце разрывается. Сколько достойных людей, честных, прекрасных, сколько… все они вынуждены терпеть тиранию невежества.

Они вдруг остановились. Великий Колдун посмотрел на Кайна. Тот тяжело дышал. Его раздирал гнев, в глазах пробивался алый. Митт взял его за руку, мальчик ощутил ее родное тепло. Словно сейчас он на своем родном острове, в пшеничном поле, Мольке ведет его домой, ему так мало лет.

Митт тихо сказал.

– Знаешь, Кайн, у меня есть мечта. Я мечтаю однажды спасти всех людей.

Кайн хрипло ответил, это был не его голос.

– У Вас очень хорошая мечта… я бы тоже этого хотел… но сначала мне нужно спасти всего одну девочку.

Митт улыбнулся и утер большим пальцем слезу со щеки Кайна.

– Спасти одного человека мне, пожалуй, под силу. Приходи завтра на остров Голубого цветка.

Глава 17.

Было глубоко за полночь, однако Кайн и Рика не спали. Слабенький свет лампы разгонял полумрак в их комнатке. Они сидели рядом друг с другом, подогнув ноги и устремив взор в темное небо. Удивительно, Пелена над их головами почти не была видна, огоньки тысяч звезд пробивались сквозь нее. Мальчик и девочка смотрели на их мерцание.

Кайн не мог выбросить из головы рассуждения Митта о людях. Что-то внутри него противилось, не соглашалось. Но он не мог возразить ему там, глядя в кольца-глаза. Сейчас мальчик предвкушал завтрашний день – тот миг, когда все закончится, когда он, наконец, спасет Рику.

Рика же просто смотрела на звезды околдованным взглядом. Кайн видел, ей нравится здесь. И он заметил то, что давно уже не находил в Рике – ее бесконечную волю к жизни.

В противоположном крыле дворца у такого же большого окна сидела Мей. Она видела, как вдалеке в одном из окон горел свет. Она знала – Кайн и Рика не спят. Но ей ничего не оставалось, кроме как просто смотреть. Позади нее на большой кровати тихо сопели три девочки – Алекс, Регула и Салли.

Даже если бы Мей захотела, она не смогла бы уснуть. Девочка постоянно слышала странные звуки откуда-то снизу. Тяжелые и металлические, словно с фабрики, что-то тяжело молотило. Звуки становились все громче, у Мей уже начало отдавать в висках. Тяжело выдохнув, она подлетела к кровати тройняшек и растрясла их.

– Эй, проснитесь… – девочки с трудом открыли сонные глаза – вы слышите это?

Алекс ударила ее.

– Вот балда! Нам наконец-то довелось поспать на кровати, а ты…

Регула остановила сестру, прислушавшись.

– Да, я слышу.

– Может, сходим, посмотрим, что это?

И хотя сестры долго отпирались, Мей все равно стояла на своем, в итоге, они вышли из комнаты и побрели по темным коридорам. Маленькая лампа единственное, что давало им свет. Прислонившись к стене, они спускались все ниже и ниже, словно призраки в своих белых ночнушках. Никто из них не знал, куда именно нужно идти, поэтому девочки двигались на звук. А тот все громче.

– А другие что, не слышат? – спросила Алекс, уже закрывая уши от шума.

Но проходя мимо тех комнат, где были открыты двери, они видели, что все матросы спят, как ни в чем не бывало.

Звук шел из подземелья, витая каменная лестница уходила все ниже, девочки шли осторожно, если здесь оступиться, то неизвестно, сколько кубарем придется лететь вниз.

Дорогу им перегородила высокая массивная дверь. Тяжелые звуки доносились из-за нее.

Мей подошла ближе и попыталась открыть, но дверь не поддавалась ни в ту, ни в другую сторону.

– Смотрите – Алекс провела ладонью по поверхности двери. В ее центре была прорезь. Другие девочки тоже присмотрелись.

– Это похоже на… место, куда нужно что-то положить.

По форме эта прорезь была точь-в-точь как звезда Сириуса.

– Та звезда, с которой постоянно таскался брат – сказала Регула – кажется, ваш капитан теперь держит ее при себе.

Девочки отошли от двери, не спуская с нее глаз.

– Давайте расскажем остальным – предложила Мей.

***

С первыми лучами нового дня вся команда «Сальватора» собралась на небольшом клочке земли, который местные почему-то называли островом. «Остров» этот был скалой посреди океана, находившийся через небольшой пролив от того места, где стоял дворец Великого Колдуна.

Рика не знала, куда деть взгляд, вся красная, она брела вперед. Девочка никак не ожидала, что вся команда вместе с капитаном придет ее поддержать. Хотя, Митт звал только Кайна, он совершенно не был против увидеть здесь матросов. Кайн шел рядом с ней, не отрывая взгляда от Великого Колдуна, который со всей своей свитой стражей, ждал мальчика вдалеке. Все в белых одеждах, сияющих солнечным светом.

Когда они подошли к Митту, тот первым делом приблизился к Рике. Он посмотрел на ее шею, проведя пальцем по черным молниям. Девочка легонько вздрогнула, ей было больно, но она стиснула зубы, не подавая виду.

– Бедное дитя, – заключил Великий Колдун и убрал руки. Матросы не сводили с него глаз в полной тишине.

Кайн сделал робкий шаг к Митту.

– Вы поможете?

Тот посмотрел на него. Все такой же пронзительный взгляд, суровое лицо. Митт смотрел на Кайна, словно оценивая его. Мальчику стало немного не по себе.

– Да. Но для этого мне кое-что нужно. Лекарство от этой болезни сложно сделать. Мне понадобится один редкий ингредиент. Я не просто так просил тебя прийти на этот остров сегодня. Видишь ту пещеру? – Великий Колдун развернулся и указал пальцем на небольшую расщелину в скале. Тьма среди оранжевого камня – в этой пещере растет голубой цветок. Именно из его эссенции я смогу сделать лекарство.

Кайн смотрел на пещеру, не отрываясь. Черная трещина в пространстве. Все нутро юноши говорило, что добра там не найти. Воздух словно подрагивал у ее входа.

Митт подошел за спину Кайна и тихо произнес.

– Это очень опасно. Мало кто способен войти в нее, еще меньше людей способно выйти.

Кайн поднял голову, посмотрел на Великого Колдуна.

– Это единственный способ?

– Да.

Кайн сжал кулак. Он уже собрался сделать первый шаг в сторону пещеры, но вдруг почувствовал, как его кто-то взял за руку.

Это была Рика.

Девочка обняла его. Он понял, чего она хочет и попытался вырваться, но Рика уже крепко прижала к себе.

Она шептала на ухо так, чтобы было слышно только ему.

– Не нужно… Кайн. Хоть ты дал слово… я все понимаю, я тоже не хочу. Но я не могу… не могу тебе позволить...

– О чем ты говоришь? Рика, оглянись, мы преодолели Пелену, столько пережили ради этого момента. Эта черная пещера страшна, я не стану тебе лгать. У меня дрожь в коленях только от одного ее вида. Но я не отступлюсь. Я уже потерял тебя один раз. Я не…

Рика посмотрела на него. Из ее глаз текли слезы. Кайн умолк.

– Пообещай мне, – твердо сказала она – пообещай, что вернешься.

Кайн прислонился к ее лбу своим.

– Я уже дал тебе это обещание давным-давно.

С этими словами он отпустил девочку и направился в сторону пещеры. Рика не спускала с него глаз до того самого мига, пока тьма не проглотила Кайна.

***

Шли дни с того момента как Кайн отправился внутрь пещеры, у ее входа оставалось все меньше и меньше людей. Первоначальная толпа с «Сальватора» поредела. Спустя неделю у входа осталось только двое. Рика и Мей. Они сидели на земле, прислонившись друг к другу, и тихо беседовали, разбавляя мучительную тоску ожидания.

Они обе верили, он вернется.

– Ха-ха-ха, правда? – Мей смеялась, слушая очередной рассказ Рики.

– Да, а потом он выменял все, что собрал, на краски, хотел сделать подарок на день рождения. И знаешь, наверное, я бы никогда не начала рисовать, если бы не эти краски…

Рика кротко улыбалась, рассказывая все это. Купаться в воспоминаниях старых деньков было для нее чем-то отрадным.

Она посмотрела на Мей.

– Спасибо тебе.

Мей встрепенулась.

– Что ты, что ты! Все хорошо, мы же друзья.

– Нет, все равно спасибо. Кайн не любит говорить со мной о том, что было тогда, в детстве. Для него оно так и осталось временем испытаний и преодолений.

Мей ухмыльнулась, посмотрев под ноги.

– Наверно, вся его жизнь – это испытание и преодоление. Если бы не твоя болезнь, я бы сказала, что рада этому. Рада, что вы отправились на «Сальваторе» искать Великого Колдуна. Преодолели все это. Иначе… иначе мы никогда бы не встретились. Кто знает, что бы со мной стало тогда.

Рика обняла девочку.

– Я тоже рада, Мей, что судьба свела нас. Я рада нашей дружбе.

Дуновение ветра, темная пещера молчит. Ненадолго затихли и девочки.

Но затем Мей вдруг сказала.

– Ты знаешь, я должна сказать тебе… я… – она отвела взгляд, голос ее немного надломился – я… хочу рассказать про свой сон. Через который я прошла, чтобы пройти Пелену. Там было так холодно, наш корабль бродил в какой-то ледяной пустыне. И… Кайн… он согревал меня. Он приносил горячий шоколад, одеяла. А проснулась я только после… танца. Я попросила его станцевать со мной… – она посмотрела на Рику, взгляд девочки устремлен к входу в пещеру – Рика… я… прости меня.

– Кайн дорог тебе? – она вдруг посмотрела на Мей, улыбнувшись, и эта теплая улыбка обернулась мурашками по коже.

Мей кивнула.

– Рика, прости, зря я все это…

Рика взяла ее ладонь, нежно провела по запястью.

– Мей, я знала. Я же вижу, как ты на него смотришь. Все в порядке. Давай пока оставим это.

Она кивнула в ответ. Рика прижала ее к себе. Между ними воцарилась тишина.

Солнце тянулось к линии горизонта. Все окрашивалось оранжевым.

***

С террасы своего дворца Великий Колдун наблюдал за островом Голубого цветка. И хотя тот был далеко, Митт видел каждую его песчинку. Морской бриз бил в лицо, светлые волосы Колдуна покачивались на ветру, как и его одежда.

Ник подошел к нему и кротко поклонился, ничего не сказав.

– Ты пришел с вестями? – произнес Митт, не отворачиваясь от прежнего взора.

Ник сделал шаг вперед, чтобы быть наравне с Великим Колдуном.

– Этот Кайн… у Вас необычный интерес к нему.

Митт ничего не ответил, было видно лишь, как он тяжело выдохнул.

Ник продолжил, тоже посмотрев в сторону острова.

– Однако же, долго его нет.

– Да, ты прав. Но, к сожалению, он еще жив.

– К сожалению?

Митт пригласил Ника прогуляться по террасе. Пока они неспешно шли вдоль балюстрады, Великий Колдун то и дело смотрел на остров.

– Для мальчика будет лучше – сказал Митт – если он вообще не выйдет из пещеры.

– Но почему?

Митт остановился, немного помолчал, но затем ответил.

– Мы с ним похожи. Направив его в эту пещеру, я его спас, навсегда избавив от злой участи идеалиста – быть раздавленным обществом, превратиться в демона. Да. Как когда-то я сам, если выйдет, повторит он мой путь. Человечьего сердца цветок окрасится алым, и сгорит под конец.

– Если он выживет, он станет прекрасным стражем.

– Да, было бы интересно посмотреть, что из этого выйдет. Но ты ведь пришел не за этим?

Ник снова поклонился.

– Не за этим. К нам прибыли архиепископы. Они ожидают Вас в круглом зале.

Митт сжал кулак. Его лицо как будто изменилось, брови потяжелели. Он резко развернулся и направился в зал, Ник проследовал за ним.

Несколько десятков архиепископов церкви Первозданного камня действительно собрались в круглом зале, рассевшись на скамьях. Они молчали, но переглядывались друг с другом. И все видели страх. Каждый был взволнован, на каждом нет лица.

Дверь зала резко открылась. Стражи в два ряда быстро вошли внутрь, выстроившись кругом и обернувшись лицом к залу с архиепископами. Митт не заставил себя долго ждать. Вместе с Ником он вошел так же быстро, двери сами собой закрылись за ним.

Остановившись в центре зала, Великий Колдун не произнес ни слова. Минута, другая, он все молчал, даже не озирая своих гостей. Архиепископы вросли в скамьи, вжавшись в них всем, чем только можно. Они не смели переглядываться, никто не смел издать даже звука. Минута за минутой.

Наконец, один из архиепископов, не выдержав этой тишины, робко встал, поправив свою робу дрожащей рукой, и произнес. Его сиплый голос тонул в огромном зале.

– Владыка, что произошло? Почему Вы собрали нас так внезапно?

Митт повернулся к нему. Каждый заметил, как его голубые кольца ярко светились.

– Вам была поручена элементарная работа. Не пропускать ненужных людей за Пелену. Я рассчитывал, что наделив вас властью, ресурсами для победы в вашей войне, вы сможете справиться с этой задачей – он начал смотреть в глаза каждому, оставаясь при этом на своем месте – однако вместо этого, вместо служения мне, вы занялись личным обогащением. Не так ли, Силоран?

Один из архиепископов, но которого посмотрел весь зал, чуть ли не упал в обморок от страха, он схватился за свою длинную седую бороду и подпрыгивал на месте, что-то кряхтя. Но ответить ему было нечего.

– Да, за каждым из вас есть грех. Но я прекрасно понимаю, вы обычные люди. То, что вы надели на себя эти позолоченные одеяния, не сделало вас хоть на толику ближе ко мне. От вас я не ждал чего-то большего, это правда. Но вы не справились, подвели меня. То, что случилось, ставит под угрозу все начинания. Уже сам факт нахождения здесь недостойных требует от меня покарать вас.

Зал онемел.

Митт продолжил лишь после паузы.

– Однако я оставлю вам ваши… жизни. Мой план подходит к концу, последние приготовления завершены. Скоро новый мир озарит своим величием все человечество.

***

Макстер наблюдал со стороны, как его команда мирно общается в садах прекрасного дворца. Дети правда полюбили это место, полюбили все Его творения. Сердце капитана грелось необычным теплом, он давно такого не ощущал. Наконец все те, кого он когда-то взял под опеку, обрели счастье.

Одно лишь не давало покоя капитану.

Он направился во внутренний двор. Отсюда через огромные ворота можно было выйти за территорию дворца. Пройдя по каменному мосту, Макстер оказался в другом саду. Дикие яблони рядами стояли тут, уводя вдаль. То тут, то там, он видел местных людей, все они в белом. Макстер понимал, откуда они. Откуда же им еще взяться? Церковь Первозданного камня постоянно отправляла паломников за Пелену. Это должны быть тысячи людей, ежегодно прибывающих сюда. Но Макстер не видел их. Если обойти все сады, все скверики и парки, то, быть может, наберется сотня. Где же тогда все остальные?

Пока он шел и думал об этом, прямо перед ним возникла пожилая женщина. Она держала лукошко, в нем свежие травы. Женщина посмотрела на него.

– Здравствуйте, молодой человек – протянула она – не каждый день здесь увидишь новые лица.

Макстер рассмеялся, почесав затылок.

– Да, я прибыл сюда не так давно, вместе со своей командой.

Женщина направилась по дороге вдоль деревьев, капитан последовал за ней.

– Это замечательно, молодой человек. Надеюсь, вам тут у нас нравится.

– Да, замечательное место.

– Ну еще бы. Я прибыла паломником, когда мне было шестнадцать лет. Теперь мне уже шестой десяток, а чувствую себя, словно я все та же девчушка. И каких только ужасов не творилось у вас там наверху. Война, голод… как жаль, что люди творят такое.

Макстер немного задумался, но потом решил спросить.

– Послушайте, а вы не знаете одну девушку, она должна быть моего возраста. Ее имя Лора. Она стала паломником против своей воли.

Женщина улыбнулась.

– Против воли? Этого не может быть. Это великое благо – покинуть острова и отринуть людские грехи в царствие божьем. Сюда невозможно попасть против своей воли, потому что только достойные…

– Да, я знаю. Медальон церкви показал, что она достойна. Но она не хотела, мы были женаты.

Пожилая женщина остановилась и подняла глаза на него. Ее взгляд немного изменился, как будто стал более глубоким, темным, как океаническая вода.

– Мне все ясно, молодой человек – она снова улыбнулась, погладив капитана по руке – как ее звали? Лора?

– Да, Лора Браун.

Женщина отвела взгляд в раздумьях, но потом снова посмотрела на него.

– Нет, я не знаю никого по имени Лора…

Макстер не хотел отступать, хотя по его спине прошелся мороз.

– Но этого не может быть, она точно стала паломником. Все паломники добираются до вас без этого «сна», так сказал мне Он.

– Да, это правда. Но не все они живут здесь. Самым сильным, тем, у кого стойкая воля, Он уготовил иную участь, чем нам. Он даровал им честь вступить в Его Святое Войско.

– Святое Войско?

– Он не сказал вам? Да… Войско праведников, которое Он поведет, чтобы спасти остальных людей.

Макстер отшатнулся.

– Митт поведет войско ради спасения людей?.. Но от чего Он собрался их спасать?

Женщина вздохнула, и направилась дальше, Макстер стоял на месте, он ждал ответ.

– От своих грехов конечно, молодой человек. Вы должны гордиться. Если вашей Лоры здесь нет, то она стала праведником, стала частью Его Войска.

Женщина ушла, оставив капитана в ошеломлении. Он так и стоял на месте, солнечные лучи пробивались сквозь листву яблонь. Голубое-голубое небо, словно и нет никакой Пелены.

***

Будь осторожен, Кайн! Время в этом месте идет совсем иначе, чем обычно. Тебе может показаться, что прошло несколько лет, когда снаружи пройдет всего день.

Кайн прекрасно помнил слова Ника, которые тот сказал ему сразу после прощания с Рикой.

Так в итоге и случилось. Кайн вел счет, это единственное, что ему оставалось здесь, чтобы не сойти с ума. Он считал секунды, минуты, часы, дни. Прошло уже десять лет, как он бродил тут. Но ни чувства усталости, ни голода, ни жажды. Его организм не обмануть, ведь по времени мира, он здесь лишь третий день. Поначалу он шел, выставив перед собой руки. Все-таки это пещера, можно было напороться на что-то и удариться, и времени на лежание тут без сознания совершенно нет.

Однако теперь он шел совершенно спокойно, потому что знал – в месте, где он очутился, нет ни стен, ни потолка. Можно бы было сказать, что он идет по ночному небу, были бы звезды.

Он говорил сам с собой, думая, что слушает свои мысли. Пещера не отвечала ему.

Но какие-то эмоции… все улетучилось. Здесь он обрел истинный покой, ничего не тревожило его. Даже болезнь Рики.

Кайн прекрасно помнил свою цель. Голубой цветок, он должен светиться, он должен быть где-то там, впереди.

Мысли так и лезли в голову, но он не слушал, старался не пускать их. Все они были об одном – он не выберется, потерпит неудачу. Кайн сжимал глаза, он научился отличать тьму своего сознания и темноту пещеры. В голове образ цветка, он держал его мысленно и шел вперед. Медленные короткие шажки, звук от них уходил в бесконечную пустоту вокруг.

«Открой глаза, ну же»

Голос, до боли знакомый, звучал откуда-то сверху. Кайн не подчинялся, он шел вперед.

«Если не откроешь, как поймешь, что нашел цветок?»

– Сколько, по-твоему, я уже здесь брожу? Я знаю, что никакого цветка нет. И я не смогу достать его, если не представлю.

«Что ж, ну тогда давай будем играть по твоим правилам»

В лицо Кайна ударил сильный поток ветра, волосы растрепались, юноша отступил два шага, но затем с новой силой продолжил идти. Глаза все еще закрыты. Но теперь он видит кое-что.

Кайн точно знал, он все еще бродит по пещере. Но что это? Откуда такой яркий образ? Он видит знакомый холм, пшеничное поле, домик. Это его дом. Мольке вдалеке.

– Старик?

«Посмотри на него»

– Мольке! Мольке! Это я! – Кайн хотел побежать, но ноги не слушались, ему оставалось только надрываться.

«Посмотри, хороший человек, врач, скольких он спас, скольким подарил надежду, скольких вдохновил, тебя в том числе»

– Что ты хочешь? Кто ты?

Кайн сжимал глаза все сильнее, но развидеть это не получалось.

«Успокойся, мальчик мой, мы с тобой знакомы давно»

– Это бред… я тебя не знаю.

«Знаешь, посмотри на Мольке, на твоего старика. Чем ему ответили люди?»

Один миг и кадр изменился. Вместо пшеничного поля выжженная земля, обветшалый дом с рухнувшей крышей. Старика больше нет»

– Мольке! Мольке!

«Так они отблагодарили его. Этого он заслужил? Этого он добивался, спасая людей? Жить в нищете, бояться тех, кто глупее него. Это ли жизнь человеческая?»

Кайн тяжело дышал, он все еще не мог побежать. Сколько бы он не шел, дом перед ним не приближался ни на метр.

– Что они с ним сделали?

«Ты прекрасно знаешь»

Тучи на горизонте краснели и наполнялись какой-то чернотой, словно небо вспыхнуло огнем. Вдалеке гром.

«Справедлив ли человек?»

Внезапно все снова переменилось. Прежний вид исчез, и дом, и поле, они буквально испарились. На их место встала другая картина. Кайн знал и это место.

Это их тайное место, сюда они уходили с Рикой. Окраина леса у поля подсолнухов.

Рика совсем одна, четверо приближаются к ней. Их тени накрывают девочку. Рика отползает, она не видит Кайна, который стоял в шаге от нее.

Из закрытых глаз мальчика текут слезы. Он знает, что будет дальше.

Один из ребят пинает Рику, ботинок попал прямо в челюсть, губы в крови. Кайн не мог вынести ее крики. Но руки не слушались, они не подчинялись и не могли закрыть уши. Кайн не мог даже отвернуться. Удар за ударом, Рику буквально втаптывали в грязь, рвали за волосы. Казалось, ее тело не выдержит. А Кайн продолжал смотреть.

– Хватит, пожалуйста… – его губы тряслись. Он повторял каждое слово Рики, которое она кричала нападавшим – нет… нет… НЕТ!

«Разумен ли человек?»

И снова все испарилось. Чернота вокруг. Ржавые цепи посыпались с оглушительным лязгом откуда-то сверху. Следом за ними падали огромные клетки. Они падали на группки людей. Вид бедолаг говорил только об одном – они рабы. Им только и оставалось, что прижаться друг к другу и смотреть, как цепи окутывают их. Другие люди, смотрели за этим вместе с Кайном, они держали плети, цепи и ключи. Они одинаковы, люди в клетках и вне их. Та же плоть и кровь. Но одни смотрят на других как на свое имущество.

«Есть ли в их сердцах доброта?»

– Есть ли вообще у них сердца?..

Кайн поднял голову.

Он открыл глаза. Все картины исчезли. Вокруг сплошная темень. Но эта темень пещеры была куда светлее, чем то, что он видел.

«Тебе ведь неспроста приснился именно такой сон, когда ты был в Пелене»

Неожиданно для себя, Кайн понял, что голос теперь звучал не в его голове, не откуда-то сверху. Его источник был совсем рядом. Кайн опустил взгляд.

Он увидел перед собой юношу. Тот стоял к нему спиной.

Никакой одежды, кроме какой-то рваной тряпки на поясе. Темные волосы с фиолетовым оттенком, темная кожа, вся она в линиях татуировок. Крепкая спина, добрый десяток шрамов. Кайн знал происхождение каждого. Знакомый нож лежит в ногах.

– Кто ты?

Юноша повернулся. Кайн увидел свое отражение.

«Я – это ты»

Кайн медленно подошел, не спуская глаз с юноши. Это действительно было так, все, вплоть до волосинки, это был он сам.

Сердце бешено колотилось. Кайн увидел позади своей копии голубое свечение. Его отражение поманило рукой и отшагнуло в сторону, показав на цветок.

«Вот он»

– Вот он.

Кайн подошел ближе. Листья изливали свет, они были словно шелк, полупрозрачны. Цветок мерцал, он так и манил людской взгляд. Кайн наклонился, приблизил к цветку руку. От него изливается тепло. Он вот-вот сорвет его.

Его отражение схватило Кайна за руку. Они посмотрели друг другу в глаза.

«Ты хочешь убить сие прекрасное творение? Этот цветок – сама жизнь»

Кайн сжал кулак той руки, которая была схвачена ее копией. Сила стала скапливаться в нем.

– Он мне нужен, чтобы спасти друга.

«Ни одна жизнь не может стоить больше другой. Вы, люди, растоптали напрочь этот принцип»

Кайн сжимал все сильнее, глаза его наливались красным.

– Это… всего лишь… растение.

«Он такая же часть бесконечного круга, как и мы с тобой, как и все то, что создал Он в этой реальности. И это Он задумывал как принцип равенства. Но, к сожалению, все пошло не так, как он задумал. Разделив себя на семь ипостасей, Он предоставил им полную свободу в своих мирах. И вот, одна из его проявлений сошла с ума, после чего мы очутились в его мире».

Кайн покачал головой.

– Что ты несешь? О ком ты?

«О Митте конечно».

Кайн отступил, поднявшись на ноги.

– Не понимаю… ты говоришь, что Митт сумасшедший?

«Да. Это не удивительно, потому что именно этой ипостаси Он поручил сделать всех людей одинаково счастливыми. Но наш Митт не справился с человеческой природой и стал таким, какой он сейчас. Но другие круги не в силах что-то изменить, таков порядок вещей»

Кайн молчал с минуту.

– Я все равно не понимаю, о чем ты говоришь…

Отражение посмотрело на Кайна с презрением.

«Ах, прости. Я ведь совсем забыл, что ты тоже обычный человек. Но в этом бесконечном круге тебе отведена особая роль. Ты сыграешь ее много позже, закончив Его мучения. Но перед этим тебе нужно понять Его. Понять, почему Он так относится к людям»

В этот момент чернота стала исчезать, вместо нее из ниоткуда стали появляться здания, горы, поля и леса. Засветило солнце.

Теперь они вдвоем шли через заросшее поле травы. Отражение продолжило свой рассказ, пока Кайн вертел головой, поражаясь насколько все реально.

«Изначально Он поручил назидание творца – весь смысл его существования – это творение. И, разумеется, Он создал людей, но те никак не вписывались в его идеальный мир».

В этот момент картина вокруг начала искажаться, Кайн вздрогнул от страха. Они очутились в небе, словно стали птицами. Пролетая мимо десятка различных островов, Кайн видел поселения людей на них, разные дома, разные стили, разные языки. Все было не похожим, кроме одного – люди оставались людьми. Он видел насилие, видел убийство, видел алчность.

«Вместе с людьми проявилась и их натура. Ты все видишь… да даже если не видишь… ты ведь сам испытал их натуру на себе, не так ли?».

Внизу в своих городах они как насекомые, движимые непонятным инстинктом. Они предают и разрушают. Зловоние стояло над городами островов.

«Сильный всегда притесняет слабого, вешает на него цепи, дает ему цену».

– Но ведь так поступают не все люди!

Отражение улыбнулось, сверкнув дикими глазами.

«Разве? Если ты про вас с Рикой, то вы обычная программная ошибка. И остальные люди запрограммированы показать вам, что вы ошибка, что вы выбиваетесь из изначальной задумки, а значит, вас нужно исправить или устранить. Так устроен человек, он признает только власть силы, все остальное для него лишь средство»

Мимо Кайна понеслись страшные кадры. Один за другим и на всех была кровь, смерть, огонь. На одном из них, вдалеке он узнал себя с Рикой, их избивали другие люди, ее перекрыла другая, картина явно с прошедшей войны, где огромные танки гусеницами едут по живым людям, превращая их в мясо, выдавливая из них жизнь, руша их светящиеся миры, их мечты, их воспоминания. А те кричат. И крики сотен таких картин сливалась в единый рой. Кайн уже слышал его однажды, будучи в своем сне. Это рой мух.

«Когда свершается что-то плохое, вы говорите – это бесчеловечно. Но на самом деле все подобные поступки, что ты сейчас видишь, это и есть самое человечные поступки. И Митт не смог справиться с этим, не смог подстроить свой мир под людей. Даже бог сошел с ума, в итоге приняв правила вашей же игры».

Кайн больше не мог слушать крики, не мог смотреть на эти кадры, эту кровь. Он вдруг понял, что на его руках она тоже есть. Кадры слепили его, сменяясь один за другим с такой скоростью, что превратились в белые ленты. Он упал на колени. Весь в поту, он увидел перед собой голубой цветок. Рука сама потянулась. Он сорвал его и побежал прочь.

«Ты такой же, как они! Такой же, Кайн!»

Голос отражения снова гремел откуда-то сверху, или в самой голове. Кайн больше не мог это различить. Он бежал из последних сил. Бежал в темноту из темноты.

Из глаз текли слезы. Вопрос, что так долго его мучал, наконец, получил свой ответ.

***

Рика очнулась от странного звука. Что-то шуршало вдалеке. Она поднялась на ноги, отряхнувшись от земли и песка. Мей дремала рядом.

Шорох шел от входа в пещеру. Так волочились чьи-то подошвы – очень усталый шаг. Звук все громче, все ближе. В черноте пещеры, наконец, стал прорисовываться силуэт. Рика улыбнулась, и помчалась в его сторону.

Кайн вышел на яркий свет из последних сил. Он закрыл глаза ладонью, чтобы не ослепнуть. Голова сильно кружилась. Он видел темные очертания девочки прямо перед собой.

– Рика?..

Рика остановилась, она сделала шаг назад.

Это был не Кайн.

Она вздрогнула, когда ее обошел высокий человек в белых одеждах. Великий Колдун подбежал к мальчику, что вышел из пещеры.

В изодранных, грязных руках, окровавленный цветок. Из груди мальчика так же сочилась кровь. Его глаза, словно рубины, переливались красным.

Ноги Кайна подкосились, он обессилил окончательно. Мальчик начал падать, но могучие руки поймали его. Кайн поднял голову. Его держал Митт. Мальчик смотрел в его глаза-кольца. В них был ответ.

«Он знал… знал все это…»

– Ты справился, юный Кайн, ты смог добыть лекарство.

Совсем скоро у входа в пещеру собралась почти вся команда «Сальватора», много людей в белых одеждах из местных, все стражи. Все смотрели, как Великий Колдун держит на руках Кайна, тот передает ему голубой цветок.

Все стихло.

Митт принял цветок и долго смотрел на него. С голубых лепестков стекали последние капли крови. После этого Великий Колдун смял цветок в ладони. Из рукава он достал небольшую склянку, светящаяся эссенция полилась из ладони в нее. Митт подошел к Рике. Девочка все еще не отрывалась от вида Кайна. Ее глаза перепуганы, она не знает, что делать.

Митт вернул ее в реальность.

– Пей, дитя. Это твоя новая жизнь.

Рика приняла склянку со светящейся жидкостью. Медленно она поднесла ее к губам. Кайн смотрел на это, тяжело дыша.

Глоток за глотком, Рика опустошила содержимое склянки. В тот же миг она закашлялась и упала на колени. Руки схватились за горло.

Кайн сгреб горсть земли в руках.

Но вот, кашель прошел, дыхание девочки выровнялось. Черные молнии стали терять свой цвет, уходить.

Никто не ликовал. Матросы, стражи, паломники, все смотрели не на Рику. Их взгляд устремлен на Кайна. Тот лежал, облокотившись на землю.

Каждый видел его взгляд. Красный и дикий, словно свирепый зверь. Лицо Кайна изменилось. Это заметили все.

Зло – единственное слово, которое каждый мог подобрать, глядя на мальчика. Его лицо источало нечеловеческое зло.

Глава 18. Эпилог

Прошло несколько дней.

Рика шла по саду. Уверенный шаг, но она не спешит. Девочка больше не рассматривает деревья, не любуется цветами. Она отрешена.

Макстер шел за ней следом.

— Как твое самочувствие?

– Я в порядке.

Ледяные слова, она сказала это, даже не посмотрев на капитана, который за нее беспокоился.

– Уверена?..

– Да.

– Рика, слушай…

– Капитан, я не хочу говорить, неужели не ясно.

Она повысила голос, но так и не посмотрела на Макстера. Ускорив шаг, она быстро удалилась.

Капитан остался стоять, он посмотрел в сторону одного из деревьев сада, там пряталась Мей.

– Можешь выходить.

Девочка встрепенулась и тут же вынырнула на дорожку.

– Капитан… я…

– Ты сама все видела.

Мей умолкла и кивнула головой.

– Я переживаю за них, капитан. За нее и за Кайна. Он не сказал ей ни слова, с тех пор как вышел из той пещеры.

– А ты сама говорила с ним?

Мей замялась, опустив взгляд.

– Нет… я боюсь.

Макстер вздохнул, Рика скрылась в саду.

– Что ж. Думаю, и она боится.

В этот самый момент Кайн наблюдал за Рикой, Макстером и Мей с длинной террасы дворца. Отсюда весь сад был как на ладони, он видел каждого человека, гуляющего в нем. Митт неизменно был рядом, с того самого момента, как мальчик выполз из пещеры. Великий Колдун стоял по правую руку от него и с таким же надменным выражением лица смотрел вниз.

– Я вижу, юный Кайн, ты в смятении.

– Да, это так.

– Поведай мне, что ты видел в пещере Голубого цветка?

Кайн ответил не сразу.

– Я встретил… странную сущность. Она говорила со мной, но я совершенно ничего не понял. Мне в голову лились образы прошлого, они были похожи на кадры, их было так много… сотни… И он настойчиво пытался вселить в меня мысль, что человек – это зло.

Митт посмотрел на мальчика, на его рубиновые глаза под тяжелыми бровями.

– А что думаешь ты? Что говорит тебе сердце?

– Мне бы очень хотелось верить, что это не так.

– Я вижу по тебе, дитя, что ты сам уверен в обратном. Ведь это бы объяснило тебе столь многое.

– Дедушка говорил мне все время, что нужно помогать людям. Он был хорошим человеком. Мне кажется, что в этом мире много хороших людей. Но проблема не в человеке, а в обществе, в котором он существует.

Митт вдруг рассмеялся, и Кайн даже вздрогнул.

– Смелые речи для такого юного человека. Ты прав лишь отчасти. Я знаю, хоть ты и молод, но уже многое повидал, раз делаешь такие выводы. Но вот что я тебе скажу, я застал рождение человечества, его рассвет. Я видел тысячи этих вьючных животных, варящихся в одном котле, видел, как они лезли по головам друг друга. Так и появились острова, так появилась цивилизация. Но человек всегда останется человеком. Он убивает, грабит и насилует. Однако за всем этим с тихим несогласием всегда наблюдала группка людей, в чьих сердцах томилось желание созидать. Но эта непреодолимая сила разбивается о стены людской натуры. В конце концов, сильный всегда притесняет слабого. И стоит человеку получить хоть толику власти, как он начинает презирать всех, кто стоит ниже него. Они всегда нам мешали, и получилось так, что «сырье управляет мастером». Управляет вами, такими как ты и Рика.

***

– Капитан, я совсем забыла вам сообщить.

Мей продолжила, заметив, что Макстер собрался уходить по своим делам.

– Что такое?

– На днях мы с Алекс и ее сестрами спустились вниз, там… что-то типа подвала во дворце. Мы нашли там дверь, которую не получилось открыть. Каждую ночь мы слышим странный грохот оттуда.

– Что ты хочешь от меня?

– Там на двери есть прорезь. Она по форме ну точь-в-точь как ваша звезда.

Макстер задумался, но потом кивнул девочке.

– Хорошо, тогда давай сходим туда.

Мей улыбнулась.

– Да! Я только сбегаю за Алекс.

Спустя час они уже были во дворце. Топот разносился звонким эхом вдоль стен. Тишина немного пугала. Раньше во дворце было полно людей, сейчас же ни единой души.

Внизу никого. Девочки указали капитану на дверь. Тот достал из под одежды звезду. Действительно, по форме и размеру, звезда была словно ключом к этой двери. Макстер вставил ее внутрь. Дверь щелкнула и отворилась.

Затхлый воздух ударил в нос. Металлический шум, словно сотня молотов била в унисон по сотне наковален, и все это на фоне тяжелого шипящего гула. Девочки закрыли уши, Макстер сделал первые шаги.

Тут было темно, совершенно ничего не видно. Пройдя немного вперед, они заметили корабли вдалеке.

– Что это? – спросила Алекс.

Корабли были довольно большие. Теперь Макстер понял – они находились в огромных ангарах. Подобные здания были разве что на самых богатых островах, в них всегда неизменно чинили военные корабли. Так и здесь, корабли были военными, Салли и Регула хорошо знали их класс.

– Такой же был у Сириуса…

Макстер тем временем глазами считал их количество.

– Проклятие… слишком темно, я не вижу дальше тех ворот. Но тут их десятки.

– Прячьтесь… – шепнула Мей, и все приникли.

Мимо прошло черное существо. Алекс узнала монстра.

– Это же… они… Кайн назвал их черными сущностями. Салли, Регула, ваш корабль кишел ими. Кто они такие?

Регула покачала головой.

– Мы не знаем, знал только брат. Но нам дал их Он. Великий Колдун дал нам корабль и людей, вместе с этими существами. Они слушались приказов брата.

– Митт дал Сириусу людей и корабль? – Макстер остолбенел, тихо повернувшись к сестрам.

– Д-да…

– Но зачем? Он же сам сказал, что Митт лишь подсказал секрет воскрешения вашей матери. Так что он хотел от вас на самом деле?

Салли и Регула посмотрели друг на друга со страхом.

– Он дал корабль, чтобы мы нанесли удар по самым сильным островам на поверхности за Пеленой. Чтобы у них не было сильных кораблей, мы должны были ослабить их флоты. Республики и Империи, вас с Семеркой тоже, если получится.

Они пошли дальше. Чтобы обойти бесконечные линии кораблей, им пришлось залезть по железной лестнице наверх к мосткам. С высоты открывался вид и на палубы. Темные сущности грузили ящики, точили клинки, чистили ружья, словно к чему-то готовясь.

И вот, наконец, Макстер заметил обычных людей вдалеке. Они стояли у стены ангаров и молились. Их было несколько десятков, и все в одежде паломников. Удивительно, даже здесь, во тьме, она сияла как на солнце. Перед паломниками стоял столик с множеством маленьких хрустальных стаканов, а по центру графин с красной жидкостью.

Капитан остановился и показал остальным, что хочет посмотреть. Девочки тоже уставились вниз.

Когда паломники закончили молитву, они по очереди стали подходить к столику с графином. Каждый из них брал стакан и наполнял графин наполовину. Первый из паломников, наконец, сделал глоток. В следующее мгновенье его кожа словно окаменела, вены надулись и почернели, а потом тело словно окутало панцирем. Спустя минуту перед людьми уже стояла новоиспеченная темная сущность.

Алекс задумалась.

– Так вот почему тогда…

Но она замолчала, увидев взгляд капитана. Застывший, он ненавидел сейчас весь мир.

– Не справедливо…

***

Кайн посмотрел на Митта. Он хотел знать лишь одно – лишь только это не давало ему покоя.

– Как вы собираетесь изменить мир?

Митт опустил на него свои глаза-кольца. Уголки губ поползли вверх.

– Следуй за мной.

Он повел мальчика вглубь дворца, не произнеся не слова. Кайн шел за ним с твердой уверенностью, что сейчас каждый его вопрос получит свой ответ. И вот, они очутились в огромной зале, на балконе, с которого простиралась целая армия темных существ. Кайн вышел из-за спины Великого Колдуна. Осознание пришло в его голову.

– Мы устроим великий освободительный поход, мы построим новое общество, где каждый достойный сможет жить без оглядки на страх перед невежеством. Пустые люди наконец-то будут служить, а не повелевать. И все зло мы искореним этой армадой. Пойдешь ли ты со мной, мой дорогой, мой юный друг?

Кайн почувствовал, как по его щеке потекла слеза. Он тяжело дышал, в голове появился образ, как они с Рикой, наконец, живут свободно.

– Я готов отдать все, чтобы вы построили такое общество.

– Вот и хорошо, Кайн. Пойдем, я представлю тебя твоей новой семье. Отныне я объявляю тебя своим стражем.

***

Макстер бежал по коридорам дворца, забегая в каждую комнату.

– Вставайте! – кричал он своим матросам – вставайте и собирайте вещи.

Нельзя было терять ни минуты. В ангарах корабли уже загружали оружием. Не нужно было гадать, для чего Митту нужна такая армада. Незадолго до этого Макстер попросил Алекс и ее сестер найти лодку, на которой они смогут добраться до «Сальватора». Их родной корабль все это время парил силуэтом в Пелене прямо над головами.

Вереница ребят мчалась за капитаном, постоянно пополняясь. Спустя час уже все матросы были в сборе. Лишь только Рику никак не удавалось найти. Макстер обошел весь дворец, но следов девочки нигде не было.

Рика в этот самый момент вышла в сады. Шелест листвы, приятный запах цветов. Но ее сейчас это мало волновало. Глаза были красные от слез. Кайн подарил ей цветок, Великий Колдун вылечил ее, так отчего же на душе так горько?

Она должна знать, куда делся Кайн. Она должна уговорить его пойти вместе с ней из этого места.

– Рика! Вот ты где! – Мей схватила ее за руки и повела за собой. Из ниоткуда возникла вереница матросов. Все шли в одном направлении, к ангарам.

– Нет… нет! – Рика вырвалась – я должна найти его! А вы куда все?

– Мы должны уйти, пока не поздно. Макстер решил покинуть дворец и вернуться на острова, чтобы предупредить людей.

– Предупредить? О чем?

– Митт, он хочет… хочет пойти войной на острова.

Рика замерла, но спустя секунду ее кулаки сжались, и она вырвалась из хватки Мей.

– Рика, стой!

– Отправляйтесь без меня! Я должна найти его!

Рика побежала во дворец.

Ей недолго пришлось искать Кайна. Вернее, он нашел ее сам. Стоя на террасе в окружении других стражей, он смотрел на нее своими ярко красными глазами. Дикий разрез зрачков, и вновь Рика не увидела в нем своего давнего друга. Сердце больно сжалось. Девочка увидела фигуру Великого Колдуна позади Кайна, он держал мальчика за плечи, словно уже владел им. И Кайн был в их одежде. В одежде слуги Митта, в ней ходили все стражи. Белые одежды, словно сорванные паруса, развевались ветром.

И Рика протянула ему руку. И Кайн протянул свою. Оба сказали друг другу.

– Идем со мной.

И оба ужаснулись, поняв, что здесь им придется расстаться навсегда.

– Он лжет тебе, Кайн. Это он виноват во всех бедах, и он замышляет еще большее зло!

– Рика, как ты не понимаешь? Мы единственное, что может спасти человечество от многовековых страданий. Великий Колдун всех спасет, для нас должно быть честью строить Его Идеальный мир!..

Это говорил Кайн. Рика слышала его голос. Голос человека, что с малых лет был рядом с ней, защищал ее, спас от одиночества. Этот человек теперь стоял по ту сторону пропасти.

Девочка опустила Руку. Кайн все еще держал ее.

– Ну же, Рика. Мы же так этого хотели…

Рика качнула головой.

– Я не узнаю тебя, Кайн…

Митт наклонился к уху Кайна и что-то начал нашептывать. Глаза мальчика заблестели, налились алым, а протянутая рука медленно стала опускаться.

Рика услышала гул двигателей со стороны сада. Кроны деревьев под террасой начали волноваться. Все стражи молча смотрели на девочку. Кайн сделал робкий шаг.

– Рика… пожалуйста…

Девочка посмотрела на него последний раз, затем с разбегу, она выпрыгнула с террасы. Стражи метнулись к краю. Кайн вскрикнул от ужаса.

– Нет… – сорвался шепот с его губ.

Снизу взлетела лодка. Рика сидела в ней среди других матросов. Капитан направлял ее вверх, к Пелене, туда, где их ждал «Сальватор».

Митт снова положил свою руку на плече Кайну. Мальчик непонимающе смотрел вслед уходящей лодке.

– Не печалься о ней, Кайн. Когда-нибудь и она поймет.

Ник подошел к Митту.

– Отец, нам остановить их?

Великий Колдун покачал головой.

– В этом нет необходимости. Пусть уходят, наш план все равно уже начался.

***

Сальватор загудел. Корабль немного покрылся пылью, но сотни матросов быстро вернули его к жизни. Паруса распрямились на мачтах, пар нагревал трубы. Медленно, махина поворачивала кверху. Нужно было успеть.

Рика стояла на палубе и смотрела на уходящий белокаменный дворец. Где-то там, точно так же на нее смотрел Кайн.

Но вот, со стороны дворца сверкнуло что-то золотое. Словно тоненькие нити, переливаясь на солнце, цепи от дворца направились вверх. Они со звонким гулом обогнали «Сальватор», походя на стрелы. Их были сотни, и каждая цепь пронзала Пелену.

– Что это? – перешептывались матросы.

Сальватор пробрел через Пелену в следующий час. Он выпорхнул из облаков навстречу чистому небу и островам.

Туман рассеялся.

Макстер кричал рулевому. На корабль неслись целые глыбы. «Сальватор» начал их обходить один за другим. Это были острова. Золотые цепи воткнулись в них и тянули за собой вниз, за пелену, в обитель Митта. Крики людей угасали в пучине. И лишь «Сальватор» со своей командой уходил все выше и выше.

Вскоре небеса опустели.

30.09.2023