ЧЁ?!-эффект

История Серии

С вашего позволения, я хотел бы начать статью с темы несколько отвлечённой от ЛОРа мира Героев и прояснить некоторые моменты связанные с выпуском игр серии. Условно серию игр Герои Меча и Магии можно разделить на две части: с Первой по Четвертую и с Пятой по Седьмую. Возможно кого-то возмутит, что я посмел поставить богомерзкую четвертую часть рядом со свящённой третьей, но про таких людей я могу только сказать, что они, скорее всего, начали знакомство с серией именно с третьей части.

Большинство людей, что были знакомы с историей игры и её истоками считали Четвертую часть если не лучшей, хотя есть и такие, то определенно одной из лучших частей серии, несмотря на многочисленные баги, недоработки и сомнительные решения. Я сам уверен, если бы не финансовые проблемы компании издателя, если бы разработчикам дали еще год на то, чтобы вылизать все проблемные моменты, именно Четвертая часть стала бы культовой в истории серии, а не Третья. Но вышло так, как вышло.

И история создания этих игр сильно повлияла на ЛОР. Если начинать рассказывать историю Эрафии с самого начала, то можно вызвать ЧЁ?!-эффект буквально одним предложением. Поверьте, прецеденты случались. Поэтому нужно сначала прояснить историю серии, из которой станут понятны связи между некоторыми событиями и предпосылки к ним.

А началось все с Меча и Магии, серии рпг, что стартовала в 1986 году, в мире под названием Варн (VARN). Меч и Магия были весьма нетипичным рпг, но понять это можно было, только пройдя игру до конца. Начиналась игра предельно клишировано, группа приключенцев ищет работу, они выполняют разнообразные задания, в ходе которых узнают, что король-то не настоящий. Вот тут-то и начинается самое невероятное.

Желая свергнуть узурпатора, герои сталкиваются со все большим количеством необъяснимых вещей и монстров, пока не узнают, что название их мира это аббревиатура от Vehicular Astropod Research Nacelle (Мобильная Космическая Исследовательская Платформа). В конце же наших приключений, мы заходим во внутреннее святилище замка, которая оказывается рубкой космического корабля, где мужик, сидящий за компьютером, и подозрительно напоминающий разработчика, обьясняет нам немного ЛОРа и говорит, что враг не повержен, а лишь сбежал на Крон (CRON), и его действия там угрожают многим мирам, в том числе и нашему Варну. Кстати, Крон — это Central Research Observational Nacelle (Центральная Исследовательская Наблюдательная Платформа), но по началу он тоже будет выглядеть как типичнейший фэнтези мир, а по ходу сюжете научная фантастика все же затмит фэнтази. Позже это объявят фишкой всей серии Меч и Магия.

Выпустив две части МиМ, главный разработчик, Джон Ван Канегем, решил выпустить стратегию. И нет, это еще не Герои. Стратегия называлась King’s Bounty (1990) и не смотря на то, что в странах СНГ первую стратегию Канегема приняли очень тепло, на западе игра продалась очень плохо, особенно на фоне просто сказочных продаж МиМ.

Следом вышла Третья часть МиМ, где нам наконец-то предметно и подробно поясняют за ЛОР серии. После же вышли Четвертая и Пятая часть, что были объеденены в одну игру. С Пятой частью закончились оригинальные Меч и Магия. Во всех этих частях был один и тот же главный злодей, да и многие герои переходили из части в часть. Есть мнение, что если бы не дальнейшие события, вполне возможно, что на этом серия бы и закончилась.

Но у всех фанатов Героев была Героиня, жена Канегема. Ей очень понравился King’s Bounty, она даже заявила своему мужу, что данная игра была лучшим из того, что он сделал. Что звучала очень странно в свете разницы продаж между КБ и даже первой частью МиМ. Но ей все же удалось сломить Джона и тот сел за продолжение. Так появились первые Герои Меча и Магии.

Хотя сейчас любой новостной канал или журнал скажет вам, что King’s Bounty никак нельзя считать одной из частей Героев Меча и Магии, так как они очень сильно отличаются в своих механиках. Но в то время все говорили по другому. Канегем предпринял мерзкий рекламный ход, включив название уже прославленной серии в свой новый проект и этот ход ему аукнулся.

Сюжет Первых Героев происходил в мире Энрот, про который до того ничего не говорилось, и сам мир не имел ни единого намека на научную фантастику, которую уже заявили как фишку серии. Более того, механики классов персонажей, их развития и магии перешли из King’s Bounty без изменений. Так что все, кто купил в то время игру, очень быстро понимали, продолжением чего она является. Благо, что Канегем существенно улучшил и переработал свою вторую стратегию и её восприняли достаточно тепло, хотя фанаты МиМ и спрашивали, где собственно мир, который им так полюбился.

Видя теплый прием Первой части, разработчики выпустили Вторую всего лишь через год. И это был первый громкий выстрел именно Героев. Вторая часть уже успела сформировать прослойку геймеров которые играли только в Героев и даже не слышали ни о какой МиМ. Именно успех второй части побудил разработчиков связать две серии вместе.

Вышла Шестая часть МиМ, что была прямым продолжением сюжета Вторых Героев, там мы встречали многих знакомых персонажей и мест, но самое главное, это встреча с Оракулом. Оракул оказывается инопланетным компьютером, наделенным искусственным интеллектом, который и рассказывает игроку, как мир Энрот связан со вселенной МиМ, попутно внося в эту вселенную ряд интересных дополнений. Шестая часть до сих пор считается одной из лучших во всей серии.

Вот только разработчик допустил фатальную ошибку, ответив на вопросы старых фанатов, он поостерегся сразу же рассказывать все новым. Вышла третья часть Героев с компанией Возрождение Эрафии, в которой снова не было даже намека на научную фантастику. В том же году вышел Клинок Армагеддона, так же даже не смотрящий в этом направлении. И снова в том же году вышла Седьмая часть МиМ, события в которой шли параллельно с кампанией Возрождение Эрафии. Если вы играли, но можете помнить, там королеве Екатерине сказали, что её мужа захватили в плен, так вот в Седьмой части МиМ мы можем его освободить. При этом завязка сюжета является прямым продолжением третьей части МиМ.

Так же в седьмой части нам дается выбор, построить врата, ведущие в другой мир, подконтрольный создателям Варна и Крона, или так называемую кузницу, о которой я подробнее расскажу далее. Сейчас каноном является постройка врат, которые построены где-то в вакууме, так как ни на что не влияют. А раньше о каноничности кузни объявили даже на Е3, показав новую фракцию, что должна с новым дополнением войти в Третьих Героев. Фракция эта могла похвастаться киборгами, бластерами и роботами.

Тут глупость и жадность разработчика и сыграла против него. Если фанаты МиМ, которые знали полный ЛОР восприняли новость на ура, но новые люди, многие из которых играли только в Третьих Героев завалили издателя и разработчика гневными письмами, где на пальцах объясняли им какие они идиоты и что бластеров в мире эльфов и магии не может быть в принципе. Разработчикам пришлось переобуваться на ходу и вместо Кузни, вышло дополнение Дыхании Смерти. Произошёл тот самый ЧЁ?!-эффект.

После этого разработчик и издатель только продолжали бесить фанатов. Вышло дополнение Хроники Героев. Это восемь связанных между собой кампаний, каждая из которых продавалось отдельно. Да-да, на фоне двух бесплатных дополнений по шесть и семь кампаний, еще одно продавало восемь кампаний поштучно. Это никому не понравилось, и особо не разошлось, отчего многие даже не слышали про это дополнение, хотя оно рассказывает об нескольких ключевых фигурах истории Энрота и предпосылках гибели мира. После чего выпустили Восьмую часть МиМ, которая хоть и считается лучше с точки зрения геймплея, но рассказывает совершенно не связанную с Героями историю и является, по сути началом конца этой серии.

Последним гвоздем в крышку гроба серии стала Четвертая часть. Как уже говорилось, те кто знал этот мир полностью, включая части МиМ восприняли игру с большим энтузиазмом. Наконец-то герои перестали быть просто болванчиками за пределами полей сражений и сами вышли на поле боя. Можно было даже собрать «армию» из одних только героев, совсем как в серии Меч и Магия и такая тактика будет играбельной. Да что там говорить, на легком уровне сложности такая тактика была читерной, на среднем она была просто хорошей и только на высоких уровнях сложности при выборе данной тактики предоставлялись хоть какие-то требования к навыкам игрока. Армии тоже стали самостоятельными и больше не требовали героя для перемещения или битвы.

Но хотя Четвертая часть хорошо продалась, номинировалась на игру года и заняла второе место, уступив только Warcraft III, не все фанаты приняли её тепло. На игру обрушилась волна критики. Вышло несколько откровенно слабых дополнений к Четвертым Героям и Девятая часть МиМ, что так же предала серию. Мало того, что в новом МиМ впервые за историю серии не было даже намека на научную фантастику, она в принципе ничего не могла предложить игрокам.

Компания издатель обанкротилась, а права на серию оказалась в цепких лапах Ubisoft, которая доверила работу русской компании Невал, что выпустила перезапуск серии. В мире Асхана, который был самым девственным фэнтези на свете, стартовали Герои с Пятой по Седьмую части.

В свете всего выше перечисленного, я предлагаю рассмотреть ЛОР мира в нескольких частях. Сначала оригинальный МиМ, с Первой по Пятую часть. Вторым номером Энрот, с Первых по Третьи Герои, плюс с Шестой по Восьмую МиМ. Потом у нас будет мир Аксиота, а закончим Асханом.

Оригинальный Меч и Магия

Так как информацию нам предоставляют кусками и самый большой кусок предистории был аж в третьей части, то тут события будут рассматриваться в хронологическом порядке, а не по серийно. Подобного формата я собираюсь придерживаться и в других частях.

Началось все с космоса, что поначалу был пуст и чист. Но со временем в нём зародилась жизнь. То, что жизнь зародилась сама собой, без помощи извне, отмечается особо. Живые существа умнели, строили цивилизации и одна из этих цивилизаций вышла в космос. Так мы знакомимся с расой Древних.

Древние обладали очень могучими технологиями. Они сами создавали живых существ, собрав под свою руку несколько лично созданных младших рас. Проповедуя мир и развитие, Древние решили заселить всю свою галактику, а потом пойти еще дальше. Точная физиология Древних неизвестна, как и неизвестно вообще — являются ли они в действительности одной расой или коалицией нескольких продвинутых рас. Тем не менее, единственный известный их представитель, Эйнар, имеет внешность человека.

Для колонизации был разработан проект Звездное Семя. Согласно доктринам этого проекта, прямо в космосе создавались Кроны (CRON), огромные планеты перевозчики. Крон населялся подчинёнными Древним народами, с высоким уровнем цивилизации. Вокруг Крона помещалось несколько планетоидов, Варнов (VARN). Эти планетоиды были предназначены для терраформирования не пригодных к жизни планет, и население таких Варнов обычно было развито на уровне средневековья. Населению Варнов доставались некоторые вспомогательные технологии, но представлялись в виде магии и божественных чудес.

При обнаружении пригодной для жизни планеты Крон посылал сравнительно небольшую часть колонистов в космическом корабле, который так же называли Варном, так как этот корабль становился главным центром колонии и средством связи с Кроном.

По прибытию к месту назначения Крон выбирал приемлемую для себя орбиту и становился еще одной планетой в звездной системе. А Варны отправлялись на естественные планеты. Огромные планетоиды Варн зависнув на орбите выбранной планеты терраформировали её, а после постепенно сливались с ней, образуя искусственный континент или сливаясь с одним из существующих, в идеале это происходило очень аккуратно, жителей Варна могли даже не заметить как границы их мира расширились, пока какой-нибудь путешественник не откроет новые земли.

(Звучит слишком фантастично, отчасти даже глупо, но сделайте скидку на то, что общий концепт Ван Канегем разработал в одиночку еще в 80-х. Тогда, с экранов компьютеров все это звучало очень эпично)

Меж тем раса Древних оказалась не единственной такой крутой во вселенной. В процессе освоения и заселения космоса она нашли расу Создателей. Эта раса вела затворнический образ жизни, не ставя себе целью как-то расселиться по космосу. И Создателям очень не понравилось, когда к ним сунулись Древние со своими колонистами.

Об этих двух сверх расах было сказано следующее: «Древние черпают свою силу из тепла и света звезд для создания иных цивилизаций, а затем отправляют эти цивилизации колонизировать развивающиеся миры. Создатели существуют в туманном царстве, где они строят свои заговоры и создают мерзкие хаотические армии, чтобы разрушить цивилизацию Древних. […] Охватывая самые дальние уголки вселенной, два сверхразвитых общества, Древние и Создатели, участвуют в галактической гонке за властью».

Между Древними и Создателями разразилась война, одной из жертв которой стал мир Терра. В ходе войны Создатели уничтожили все население планеты, применив столь разрушительное оружие, что вся суша ушла под воду. Отогнав противника от планеты, Древние решили по новой заселить Терру, отправив на неё четыре Варна, что стали четырьмя новыми континентами Терры. Так же на планету отправили Стража, андроида по имени Шелтем.

Его личность была основана на искусственном интеллекте, в котором однажды произошел сбой. Если по началу Шелтем хорошо справлялся со своей главной директивой, защитой Терры, то в какой-то момент он начал диктовать свою директиву по своему. Шелтем решил, что его создатели, раса Древних, уже однажды послужила причиной полного уничтожения поверхности планеты, а потому они же являются главной угрозой для неё. Шелтем перестал подчиняться Древним и даже попытался мешать их планам. Бывшие хозяева киборга не стали терпеть своеволия и отправили еще одного андроида, Корака.

Корак был спроектирован и создан Древними для выполнения специальной миссии: выслеживания, поимки, изучения причин неисправности и возможного уничтожения мятежного андройда Шелтема. Ему удаётся быстро пленить мятежника, но во время перелета Шелтем освобождается и порталом переноситься на ближайший Крон, название которого оказалось забыто местными жителями.

Так случается, что за века и тысячелетия космической миграции на корабле колонистов могло случиться всякое. Иногда происходило так, что население Крона деградировало в разных аспектах и откатывалось во времена средневековья или еще дальше. При этом технологии, которые никуда с космического корабля не девались, воспринимались не верно или забывались вообще. Этот Крон был именно из таких.

Его жители уже забыли, что они живут на огромном корабле, миссия которого в колонизации космоса. Они воевали между собой, деградировали и заново открывали какие-то технологии. От былых знаний осталось совсем немного, например, они помнили, что их мир назывался Крон, но забыли, что это не название мира, а тип космического корабля.

Прибыв на Крон, Шелтем изменил курс его следования, сделав точкой назначения центр ближайшей звезды. После этого дефектный киборг отправился сеять хаос на Варны. На одном из спутников Крона, Варн-4 и начинается сюжет первой части Меча и Магии.

(Да-да, это была только предыстория, еще не произошло ни одного события из игр. Более того, эту предысторию нам рассказывали только в Третьей части МиМ, времена были суровыми)

Варн-4 живет обычной жизнью сказочного средневековья. Все земли объединены под властью единого короля, Аламара. Король любим как вельможами, так и народом. Часть технологий Древних была дана жителям в виде магии и артефактов.

Сюжет начинается в одной гостинице, где шестеро искателей приключений решают объединиться, чтобы зарабатывать на жизнь выполнением опасных поручений тех, кто готов заплатить за работу. В ходе одного из таких поручений они узнают, что трон их королевства занимает не всеми любимый король Аламар, а какой-то узурпатор.

Команда авантюристов решает разобраться в ситуации и вернуть престол законному правителю. По пути к королевскому замку герои встречают странный объект, который оказывается космическим кораблем. Инопланетяне, стоящие около корабля, рассказывают, что перевозили какого-то очень важного и могучего пленника, который от них сбежал. В разговоре так же несколько раз упоминается андроид Корак.

Добравшись до лже-короля наши герои обнаруживают, что это Шелтем, желающий уничтожить все построенное Древними. С большим трудом, и не с первого раза, героям удаётся победить Шелтема, но добить раненого врага не удается. Шелтем при помощи портала сбегает на другую планету.

После этой славной, но не окончательной победы над злом, авантюристы оказываются во внутреннем святилище замка, которая на деле является рубкой управления планетоидом Варн-4. Там они встречают робота по имени Хранитель Данных, который рассказывает героям часть уже известной нам информации и окрывает портал на Крон.

(Так закончился сюжет Первой части)

Желая вернуть Крон на прежний курс авантюристы еще раз слышат о неком Кораке, которому уже удавалось победить Шелтема. Однако сейчас им не до него, времени мало. Изменить курс Крона можно только в Рубке Управления, но информацией о её местонахождении обладал только один человек, король Крона по имени Калон.

Проблема в том, что Калон давно мертв, а правит сейчас его дочь по имени Ламанда. Она рассказала о том, что её отец получил королевский титул став героем, спасшим их мир от тирании Лордов Элементалей, повелителей каждой из четырех стихий. Элементали захватили власть на Кроне в очень далекие времена, смертные расы уже и не помнят когда было по другому. Их правление нельзя было назвать добрым, повелители стихий всячески притесняли другие народы, и однажды те взбунтовались.

Самые сильные из смертных собрались на острове Древних, где создали удивительный артефакт, сферу силы. Эта сфера обладала достаточной мощью, чтобы уничтожить любого из Лордов Элементалей, а главными её составляющими были четыре медальона, каждый из которых давал власть над одной из стихий. Однако Сфера Силы была слишком мощным артефактом и уничтожала любого смертного, что пытался к ней только прикоснуться.

Смертные расы впали в отчаяние, пока не появился странствующий воин по имени Калон, что смог не только коснуться Сферы, но и в некоторой степени контролировать её силу. Калон взял сверхартефакт, взобрался на самую высокую гору Крона и бросил вызов Лордам Элементалям. Он смог победить их, но не уничтожить. Даже Калон не мог выдержать полного могущества Сферы. Поэтому он заключил Лордов в темницы на четырех концах света и запечатал темницы медальонами стихий, из которых и состояла Сфера Силы, из-за чего артефакт потерял свою мощь.

Калон же стал королем Крона. Примерно пятьдесят лет он правил, уже и забыв об элементалях, но они его не забыли. Каждый из них копил силы и желал отомстить. Больше всех лордов в этом преуспел Лорд Воды. Сидя в своей темнице он изучал магию, пытался разгадать тайны Древних и добился некоторых успехов. В ходе своих изысканий он смог, подобно Древним, создать искусственную жизнь. Желая мести Лорд Воды создал невероятно могучее и кровожадное существо, Мегадракона, которого смог вывести за пределы своей темницы, на земли Крона.

Узнав об этом уже не молодой король Калон отправился на битву с Мегадраконом, разоряющим Крон. Хотя король был еще крепок, он уже не обладал мощью Сферы Силы, а потому, хоть и смог победить, но скончался от полученных ран.

Новая королева, Ламанда, не знает где находится Рубка Управления и ситуация кажется безвыходной. Но Ламанда упоминает Лорда Пибоди, искусного мага (ученого), который то ли самостоятельно разработал, то ли восстановил технологию машины времени. Герои решают отправиться в прошлое и там спасти Калона.

В прошлом авантюристы собирают медальоны стихий, и собирают заново Сферу Силы. Вручив восстановленный артефакт Калону, они возвращаются в своё время. Где их встречает уже совсем старый король Калон.

Калон раскрывает героям местонахождение Рубки Управления, и те возвращают Крон на прежний курс, спасая его и все Варны на его орбите. Там же они находят еще один портал, и решают последовать по нему, рассудив, что он либо вернет их домой, либо приведет к Шелтему.

(Так закончилась Вторая часть Меча и Магии. Надо сказать, что в этой части больше всего сюжетных дыр. Так объяснение о том, что Калон не мог в полной мере обуздать Сферу Силы было придумано мной, иначе я просто не могу обьяснить, почему он не уничтожил опасного и жестокого врага при помощи оружия про которое сказано, что оно способно этого врага уничтожить. Наличие машины времени, что может внести изменение в реальность тоже вызывало вопросы, в то время уже вышел первый Терминатор, в котором достаточно доходчиво объяснялось, что такое временной парадокс. Но оставим это на совести разработчика)

Успешно пройти через портал удается только одному из героев Варна-4 и Крона и ему приходится набирать новую команду из коренного населения. Портал вел на Терру, первую настоящую планету в серии.

По началу герои просто путешествуют по миру, решая разнообразные проблемы местного населения. В ходе этих приключений они узнают, что когда-то Шелтем был Стражем Терры, но взбунтовался против своих создателей и наконец-то знакомятся с Кораком. Вместе с андроидом-охотником герои все же настигают Шелтема, снова дают ему бой и снова упускают его.

При помощи особой капсулы Шелтем уходит в другой мир. Прежде чем последовать за ним, Корак сообщает, что этот путь ведет в мир под названием Ксин (XEEN). Посоветовавшись между собой герои решают преследовать Шелтема, для чего используют межзвездный звездолет Линкольн. К сожалению малообразованные авантюристы не смогли правильно построить маршрут по звездной карте и вместо Ксина она берут курс на Энрот.

(Так закончилась Третья часть. Несмотря на множество положительных отзывов, издания того времени отмечали, что игра может похвастаться только интересными боями с монстрами, без особого упора на сюжет. Если бы не объяснения всех намеков из прошлых частей, то данную часть вполне могли бы назвать проходничком)

Ксин (XEEN) — Xylonite Experimental Expansion Nacelle (Ксиланитовая Экспериментальная Экспансионистская Платформа). Ксин это искусственный мир-корабль, созданный Древними. По их плану, мир сначала должен был быть разделён на две половины, связанные порталами. Далее, эти половины должны были соединиться после объединения частей механизма на летающей платформе, которые раздали правителям двух сторон. После от платформы отходит луч, который стремится к станциям на других сторонах, после чего проецируется модель новой планеты и мир перестраивается в целую планету. За исполнением плана должен был следить Дракон-фараон вместе с роботами Древних.

Две части Ксина называются «Облака Ксина» (в локализаций Светлой стороной) и «Темная сторона Ксина». Четвертая часть начиналась в Облаках Ксина, где правит король Бурлок. Светлая сторона Ксина представляла собой по большей части пригодные для проживания земли, на которых раскинулось королевство династии Бурлоков. Местное население преимущественно состояло из людей, эльфов, гномов и орков, среди которых выделялись представители рыцарского сословия и колдуний. Земли были заселены довольно миролюбивой и не выделяющейся фауной. Светлая сторона должна была представлять собой Порядок, что подтверждается упорядоченной природой вещей.

У короля Бурлока есть сын Роланд, который должен был стать наследником престола. Однако внезапно появляется Шелтем. Представившись как лорд Аламар, он перевёл на свою сторону сподвижников Дракона и вознамерился стать единоличным правителем Ксина. Шелтем подменил Роланда своим слугой — лордом Ксин, нежить, призванная и управляемая Шелтемом. Под личиной принца Роланда лорд Ксин проник ко двору Бурлока, постепенно подчиняя себе короля и знать. Единственным, кто сопротивлялся «Роланду» и заподозрил его истинную природу, был Кродо, придворный маг. В результате Кродо оказался заперт в башне Дарзога, а лорд Ксин правил Светлой Стороной совершенно безнаказанно.

Параллельно с этими событиями одна знатная особа нанимает шестерых искателей приключений, чтобы они выполняли для него задания. Одним из таких заданий было убийство мага Дарзорга, в башне которого томился придворный маг Бурлока. Он рассказывает, что под видом принца Роланда скрывается некая могучая нежить по прозвищу Лорд Ксин. Вскоре они находят настоящего Роланда, который говорит, что единственное, чем можно убить Лорда Ксина, является меч Убийцы Ксина. Добыв меч, герои отправляется в замок Ксина, где Лорд Ксин уже раскрыл свою личину и перерезал большую часть придворных. Герои находят и уничтожают могучую нежить.

Сразу после победы над узурпатором и освобождении Облаков Ксина, в небе над замком появляется голова Шелтема. Шелтем говорит о том, что Ксин был его ближайшим приспешником и насмехается над героями, заявляя, что они не воображают себе его настоящую силу, а потом никогда не смогут победить. Роланд рассказывает героям про тёмную сторону Ксина, добавив также, что Шелтем скорее всего находится на ней, и рассказывает о портале, что ведет на Темную сторону.

(Так закончилась Четвертая часть. Слишком много «Ксин», как по мне. Эту игру встретили несколько прохладнее чем Третью часть. Уже Тройка была всем тем же самым, что и раньше, но вылизанной и оптимизированной, потому её приняли тепло. Про четвертую же часть заявляли, что она выезжает исключительно на багаже Третьей части. Получается вторичность от вторичности)

Тёмная сторона Ксина представляла собой по большей части непригодные для жизни земли, на которых раскинулось королевство Калиндры. Местное население состояло не только из жителей Светлой стороны, но и всевозможных монстров, часть которых собирались в варварские племена. Земли были заселены фауной всех форм и размеров, в основном агрессивной. Тёмная сторона должна была представлять собой Хаос, что подтверждается хаотичной природой вещей.

Прибыв на Темную сторону Ксина герои узнают, что мир захвачен тираном по имени Аламар. Герои решают встретиться с ним, думая, что он может что-то знать о Шелтеме, а то и вовсе являться его приспешником. По пути им встречается Дракон-фараон, он рассказывает о злодеяниях Аламара и говорит, что помочь нашим героям могут двое: законная правительница Темной стороны Калиндра, превращенная в вампира и заключенная в темницу, и некий друг по имени Эвенджер.

Во время спасательной миссии авантюристы встречают Корака, который говорит, что уже давно преследует Шелтема и рассказывает про героев Терры. Авантюристы не слышали ничего про Терру, но рассказывают о своих приключениях и проблемах. С их слов Корак понимает, что Аламар это Шелтем, который уже однажды скрывался под таким именем, и предлагает авантюристам свою помощь.

С помощью посланника Древних нашим искателям приключений удается освободить королеву Калиндру, попутно излечив её от вампиризма и друга Эвенджера. Все вместе они пришли в королевский замок Темной стороны, где настигли Шелтема. Корак вступил в бой со своим врагом, но оба андроида обладали примерно одинаковой силой и не могли победить друг друга. Шелтем опять попытался сбежать, но в последний момент Корак пошел на отчаянный шаг, вцепившись в своего врага он отдал команду на самоуничтожение, в итоге оба андройда провалились в нестабильный портал, эманации которого стали рушить замок.

(На этом закончилась Пятая часть МиМ. Смазанная концовка, не так ли? Вот и фанаты её не оценили. Поэтому вышло особое дополнение, Меч и Магия Мир Ксин, что объединял Четвертую и Пятую часть и давал игроку несколько дополнительных миссий, которые надо было выполнить для истиной концовки)

После победы над великим злом, что пыталось поработить два мира, начинается процесс бракосочетания королевских фамилий и объединения сторон. Собираются гости с каждой из сторон. Калиндра ставит на алтарь королевский артефакт Темной стороны, куб Силы, а Роланд символ Облаков, скипетр Темпорального возмущения, и планета становится единой.

Все радуются, не подозревая, что великий союз, всего лишь социально-дипломатический эксперимент Древних, а великое зло — лишь цепной пес, посмевший рычать на хозяина.

(Даже с истиной концовкой Пятая часть не получила особенных симпатий. Если Четвертая выезжала на Третьей, то Пятая тем же образом каталась на Четвертой. Помня, что я сказал о Четвертой части, мне интересно, смогу ли я три раза в подряд повторить слово «вторичность»? Не будем экспериментировать. В любом случае несмотря на недовольство, игроки признавали пятую часть удовлетворительным окончанием великой серии и многое ей прощали)

История Энрота: Эпоха Чудес

Как уже упоминалось в истории серии, сначала вышли Первые и Вторые Герои, которые были скорее продолжением King's Bounty, а не серии Меч и Магия. Уже после успеха Вторых Героев вышла Шестая МиМ, где разработчики связали две серии вместе, ответили на вопросы старых фанатов и даже потроллили новых, игравших только в Героев.

Без шуток, в процессе игры можно было встретить такие диалоги:

«Легенде о Переправе более тысячи лет, но это не останавливает людей, и они повторяют её время от времени. Легенда гласит, что мы все (и эльфы, и гномы, и гоблины) приплыли из одного места на большом корабле, который перенёс нас через пустое пространство между звездами».

«Древние легенды гласят, что все величайшие артефакты из времен до Забвения прибыли на корабле, который наши отдалённые предки использовали, чтобы добраться сюда из своего отечества. Говорят, что путешествие было таким длинным, что на борту корабля родились, жили и умерли три поколения людей! Ну и как вам эта брехня?»

Да-а, если бы хотя бы одна такая вставочка была во вторых героях, ну или хотя бы в третьих, все могло бы обернуться иначе. Но не будем о грустном, поговорим о истории Энрота. Надо сказать, что разработчики постарались связать историю Энрота с серией МиМ как можно крепче, иногда доходя до абсурда и порождая некоторое количество сюжетных и логических дыр, зато у нас наконец-то появляется линия летоисчисления. Условно время делится на две части: До Безмолвия (ДБ) и собственной После Безмолвия (ПБ), а так же на три эпохи: Эпоху Чудес, Эпоху Чудовищ и Эпоху Людей.

Так же стоит уточнить, что именно шестая МиМ дала нам львиную долю предыстории Энрота, большая часть информации, которую я буду приводить в том числе и наряду с сюжетом первой части Героев Меча и Магии взята из шестой МиМ.

Как и в предыдущей части началось все с войны Создателей и Древних. Помимо Создателей Древним так же очень мешали Лорды Элементалей, судя по тому, что данные Лорды сеяли хаос на планетах, а Создатели обвинялись Древними в создании хаотических армий, можно сделать предположение, что Лорды являются детищем создателей, но это именно предположение.

Однажды, году примерно в 10 000 ДБ, группа Лордов Элементалей решает осесть на одной отдаленной плане и создать там себе наиболее конформные условия для жизни. Древние очень заинтересовались данным событием ибо раньше Лорды были склонны лишь к разрушению, а не созиданию.

Чем больше Древние наблюдали за происходящим, тем больше они удивлялись. Хотя Лорды и не ставили себе целью создание устойчивой биосферы, но создавая комфортные условия для себя они создали идеальные условия для жизни живых существ. Создав прекрасную и цветущую планету, что позже была названа Энрот.

Но несмотря ни на что Элементали были крайне опасны для смертных рас. Хотя конкретно эти Лорды проявили склонность к созиданию, их отношение к жизни все еще было крайне агрессивным и беспощадным. Они яростно защищали свои владения и не шли на переговоры, созданный при помощи Варна континент Антагарич оказался разорен, а колонисты, и так не высокого уровня развития, деградировали в варварские племена.

Поэтому Древние решили подойти к ним с другой стороны и создали для каждого вида Элементалей отдельные от Энрота миры, которые назвали Стихийными Планами или Планами Бытия. После чего продолжили переговоры. Древние не желали полностью отрезать Энрот от Планов Бытия, так как силу Элементалей можно было использовать в части технологий, что позже назовут Стихийной Магией. Думаю вы уже поняли, что во второй раз договориться удалось.

В это время на Антагариче разрозненные племена людей создали религию и начали поклоняться вымышленным богам. Они заметили, что разные места и предметы реагируют на определенные действия, а на некоторые действия откликается сам мир (на самом деле откликались Планы Бытия, заряженные силой Лордов Элементалей). Они и не подозревали о Древних и их технологиях.

Со временем от религиозных культов откололись «еретики», которые отрицали богов. Они сами проводили ритуалы, сами получали результат, значит они сами сотворили мистические эффекты, а не какие-то боги, что не показывают своей силы вне условий ритуалов. Еретики собирались в группы, пока не был организован первый орден волшебников.

В какой-то момент несколько Орденов объединяют свои силы и создают империю Бракадун, в течении нескольких лет захватив весь континент.

Так же приблизился 350 год ДБ, и на Древних обрушилась новая беда. Из другой галактики пришла новая воинствующая раса, Кригане. Кригане выглядели очень разнообразно, и были разделены на множество подвидов. Самый общий признак Криган — это их внешний вид, приводящий в ужас смертные расы. Прочие же факторы, такие как цвет кожи, количество и форма рогов, наличие/отсутствие хвоста и крыльев, ступни или копыта и размер тела, как и способности — разнятся.

Социальная система криган имеет много общего с общественными насекомыми. Главным членом иерархии считается матка-королева Криган, дальше идут воины и рабочие. Рабочие выполняют роль строителей в колониях, а воины делятся на ранги в зависимости от заслуг. В отличии от тех же насекомых, рабочие и воины не состоят полностью из криган одного пола, а королева не единственная, кто способен продолжить род. Кригане не только обладают высоким уровнем интеллекта, но и в принципе имеют свои эмоции, мысли и различные цели, не связанные каким-либо коллективным разумом. И хоть цель королевы и воинов состоит в уничтожении всего вокруг, рабочие предпочитают более спокойную жизнь. Даже в условии уничтожения королевы и всего улья, один единственный Криган может продолжать жить, преследовать собственные цели и размножаться, и миру, где он будет жить, остается только надеятся, чтобы этот Криган был рабочим.

Но до Энрота эта война еще не дошла, туда снова отправили Варн, на этот раз в виде сравнительно небольшого космического корабля Варн-1904. Они заняли природный материк, который назвали по имени мира, Энрот. Там колонисты создали поселение Свободная Гавань, где разместили Варн-1904 и континентальное правительство, возглавил которое губернатор Падишь. Главным Стражем Планеты назначается стационарный искусственный интеллект Мелиан

Как это часто бывает при демократичных выборах, решение большинства не удовлетворило некое меньшинство, был организован мятеж. Несмотря на то, что первоначально все шло более или менее пристойно, об этом событии помнят даже лучше, чем легенду о пришествии на кораблях. «Меня интересует, какой была жизнь до Забвения, когда во главе всего стоял губернатор? Она, наверное, не была хорошей, иначе не было бы мятежа» — Заявляет один из жителей Энрота почти полторы тысячи лет спустя.

Но даже организовавшись, мятежники не смели действовать открыто. На Варн-1904 было много роботов и Стражей-андроидов, готовых поддержать порядок силой оружия. Поэтому все недовольные континентальным правительством могли лишь рассказывать друг другу о своём недовольстве, иногда отваживаясь на некоторые вредительские акции.

Так продолжалось некоторое количество времени (мы не знаем сколько именно), а потому мы снова обратим своё внимание на Антагарич. Империя Бракадун заняла весь континент и не имея больше врагов стала медленно подгнивать. Все не маги, а так же порабощенные монстры и нечеловеческие расы жестоко угнетались. Пока не поднялся некто по имени Джарг Завоеватель.

О нём мы узнаём из уст барда и тот говорит много хвалебных речей, недовольный политикой магов. По словам барда Джарг смог завоевать половину всех земель империи Бракадун и даже объявил себя королем Варваров, пока не был убит и империя не восстановилась в своих границах. Исходя из дальнейших событий возможно бард врал.

(Начинаются события платного DLC к Третьим Героям Heroes Chronicles, первая кампания, Воины Степей)

Шел последний век ДБ, Короли-волшебники жестоко угнетали свои народы, включая порабощённых варваров Степей, среди которых жил пастух Тарнум из клана Рабака. В один день Тарнум встречает старого умирающего барда, от которого узнаёт, что до прихода власти волшебников именно варвары управляли всеми народами, и предводителем их был великий варвар по имени Джарг (Ложь, Джарг воевал с империей и никак не мог быть владыкой мира до её основания). Эта история вдохновляет Тарнума созвать своих сородичей и свергнуть империю Бракадун, чтобы вернуть Антагарич варварам. Тарнум разыскивает ещё трёх бардов — последних, кто досконально знал историю короля Джарга. На первое время военные действия Тарнума волшебники расценивали как простой мятеж (что странно, ведь максимум век назад такой же варвар захватил пол империи), но после того, как он убивает ставленника волшебников, предводителя варварских кланов Рабака, те всерьёз обращают внимание на его поход. Маг по имени Курл выясняет, что восстание побудили рассказы бардов, поэтому он сажает их в плен и грозится Тарнуму убить бардов, если тот не сдастся. Однако Тарнум успевает вызволить трёх бардов живыми. Тарнум понимает, что для противостояния Бракадуну необходима большая сила, поэтому он вынуждает соседних жителей Болотных земель перейти в его армию, и вместе они полностью отвоёвывают земли варваров.

Но на этом Тарнум не успокаивается. После того, как волшебники убивают его возлюбленную, с которой он встретился во время своего похода, Тарнум решает полностью уничтожить империю Бракадун. Во время штурма гарнизона империи в ущелье Волпикс, волшебники уничтожают магической волной почти всю его армию. Это поражение приводит Тарнума в безумную ярость, заставляя его быть безжалостным даже к собственным воинам. Он отправляется на север, где живут племена, следовавшие когда-то за Джаргом. Тарнум призывает их восстать на новую войну, но северяне не хотят кровопролития. Большинство из них ремесленники и фермеры, им нет дела до войны начатой бывшим пастухом из западной пустоши.

Но ради достижения своей цели Тарнум не жалеет никого: он сжигает на своём пути любые деревни и убивает всех, кто отказывается присоединиться к нему. Среди развалин очередного уничтоженного дома Тарнум находит свою мёртвую сестру, некогда отнятую империей. Оказывается империя Бракадун позволяла варварам содержать только одного ребёнка в семье, отнимая остальных, и часть таких детей расселялись по другим регионам. Горе и ярость смешались в голове предводителя варваров и степень его жестокости взяла новую планку.

Теперь уже его приближённые понимают, что их предводитель стал неотличим по жестокости от колдунов, и один за другим покидают его. Чтобы не полагаться больше ни на кого, Тарнум отравляет всех своих советников во время трапезы и приказывает войскам полностью уничтожить то, что осталось от Бракадуна. Уже на развалинах империи Тарнум встречает своего раненного отца, который был обеспокоен слухами о сыне. Отец осуждает своего сына за жестокость и умирает незадолго до падения последней крепости империи Бракадун, Стальной Рог.

Этой крепостью командовал Гэвин Магнус, талантливый, но молодой маг. После захвата крепости Гэвина растерзало одно из чудишь в армии Тарнума, но волшебник, при необъяснимых обстоятельствах воскрес. С тех пор Гэвин прозывался Бессмертным и о нем мы еще услышим.

Там же в крепости, находится ещё одна сестра Тарнума, которую когда-то забрали маги. У его сестры были способности к магии и ей предложили войти в элитную касту империи Бракадун, стать чародейкой. Она согласилась и уже успела закончить своё обучение. Во время штурма девушка чуть не погибла, но смогла бежать. Тарнум же стал новым владыкой континента Антагарич.

Правление Тарнума не было мирным или добрым, его самого прозвали Варварским Тираном, и всего через два года после создания империи Варваров было поднято новое восстание, которое возглавил молодой рыцарь Рион. Сумев приручить грозных грифонов и воздвигнув могучие крепости, в которых могли укрыться жители разрушенной империи, Рион разгромил варварскую орду, лично сразив на дуэли Тарнума, и отвоевал большую часть захваченных ими земель. Так была основана Эрафия, а Рион I был прозван в народе Грифонхартом, дав начало одноименной династии.

Душа Тарнума предстаёт в Зале Суда перед тремя божествами варваров — Предками (не совсем понятно какого хрена, ведь нам так же заявляли, что варвары поклонялись технологиям Древних, принимая их эффекты за силу богов). Из-за всех злодеяний, которые он совершил в ходе завоевания Бракадуна, они признают его недостойным обрести покой в загробном мире, однако дают Тарнуму возможность искупить свои грехи. Тарнум возвращается в Антагарич и становится Бессмертным Героем, призванным бороться со злом по воле Предков.

(Так заканчивается первая компания Heroes Chronicles и тут же начинается вторая, чуть меньше чем полностью противоречащая общему ЛОРу, но слов из песни не выкинешь, да и в целом все происходящее все еще на совести команды разработчиков с компанией издателем)

Через некоторое время после смерти основателя Эрафии Риона Грифонхарта, его дочь королева Эллисон увидела вещий сон, в котором душа её отца была с неизвестной целью похищена из Рая демонами и унесена в Преисподнюю. Предки посылают Бессмертного Героя Тарнума помочь королеве Эллисон вызволить душу Риона из глубин подземелий, что сильно давит на гордость бывшего Варварского Тирана, поскольку именно Рион убил его в земной жизни. Тарнум принимает обличье рыцаря и, взяв под командование армию королевы, спускается в Преисподнюю через Врата Цербера и занимается поиском артефакта Сфера Запрещения — как уплаты привратнику Лодочнику, который взамен перевозит его в нижние уровни подземелий.

Путешествуя вместе с рыцарями, Тарнум узнаёт, что их принципы и положительные качества заимствованны от варваров, однако те варвары, которыми он когда-то правил, превратились в кровожадный народ, а о самом Тарнуме вспоминают лишь как о злом дикаре. Подземелья Преисподней вызывают в сознании Тарнума и его людей страшные и мучительные воспоминания из прошлого. В одном из таких воспоминаний Тарнум видит картины своего времени, оказывается, во время похода на Бракадун его армии чуть не убили его вторую, старшую сестру, которая была спасена Рионом Грифонхартом, который зарубил несколько тролей, что пытались убить девушку. Позже они поженились и сестра Тарнума родила Риону ребёнка, которым, как впоследствии узнаёт Тарнум, является королева Эллисон (соответственно, приходящейся Тарнуму племянницей). Ни своим войскам, ни Эллисон, которая присоединилась к поискам своего отца, Тарнум не стал рассказывать об этом, поскольку именно из-за него чуть не погибла старшая сестра, как погибли от его руки другие невинные жертвы. Единственным, кто узнаёт о прошлом Бессмертного Героя, становится его капитан разведки, который ставил под сомнение рыцарское происхождение Тарнума. Но, выслушав историю Тарнума, он соглашается с тем, что Варварский Тиран стал уже другим человеком.

Тарнум узнаёт, что демон по имени Джорм, похитивший душу Риона Грифонхарта, скрывается в самых глубинах Преисподней. В связи с этим, Тарнум заключает сделку с другим демоном — могущественным Герцогом Дизелиском. Дизелиск рассказывает, что при жизни Рион Грифонхарт ослепил его в битве, когда тот хотел укрепить свои позиции на поверхности. Взамен на то, чтобы показать Тарнуму месторасположение Джорма и дать ему достаточно сильную армию, Герцог просит его найти Брелок Ясновидения, который вернёт ему зрение. Но после победы над Джормом выясняется, что сделка с Дизелиском была обманным ходом, целью которого было пленить королеву Эллисон. Предоставленные Дизелиском войска уничтожают Тарнума и его армию. Будучи бессмертным, Тарнум возвращается на место событий и встречается с душой Риона Грифонхарта, который рассказывает ему, что был принесён сюда лишь в качестве приманки для Эллисон, а Герцог Дизелиск, дождавшись подходящего момента, похитил наследницу, чтобы дезорганизовать армию Эрафии, обеспечить себе мощное вторжение в наземный мир и захватить королевство. Между тем, Рион и Тарнум больше не держат зла друг на друга.

Вновь собрав свою армию, Тарнум побеждает Герцога Дизелиска и спасает Эллисон, а душа её отца возвращается в Рай. В назначенный день, когда королева хотела посвятить Тарнума в свои защитники, Бессмертный Герой покинул её замок и с тех пор ни Эллисон, ни её приближённые никогда больше не видели его.

(Дурдом, ведь до вторжения Криган, которых и назовут демонами, на планету Энрот еще около 1 200 лет. О какой Преисподней и демонах идет речь? Все-таки платные DLC от лукавого)

На этом интересные события на Антагариче в последний век ДБ заканчиваются и мы можем вновь вернуться на континент Энрот. В это время там тоже разворачивается самая настоящая драма.

Губернатору колонии был предоставлен особая технология Древних, Небесная Кузница, для утверждения его власти и решения ряда проблем. Небесная Кузница является компактной фабрикой по производству любых предметов и оружия в неограниченных масштабах. Каждая Небесная Кузница — самый настоящий плацдарм для только что образованной колонии, она должна:

I) Хранить необходимую информацию для колонистов. Этот артефакт содержал в себе базу данных о всём необходимом для целой цивилизации. К примеру, она хранила чертежи бензопил, бластеров, реактивных ранцев, огнемётов. Были чертежи и зданий-заводов, дабы колонии смогли обеспечивать себя всем необходимым в случае непредвиденных проблем с работой Небесной Кузницы. Судя по всему, артефакт таил в себе всю самую-самую необходимую информацию для создания научной базы из колонистов.

II)Производить любой предмет. Помимо хранения, творение Древних было снабжено функцией реализации всего содержимого для предоставления стартовой базы для местных жителей. Но ввиду того, что Кузница не требует для производства никаких материалов — ей нужен специальный кристалл, который и является источником энергии — Волновой Разрушитель.

III)Самокопировать любой предмет, который поместят в специальную секцию для прототипа.

Из-за войны с Криганами ИИ Мелиан передала губернатору Энрота чертежи особо мощного оружия, чтобы колонистам было чем отбиться в случае нашествия. Некоторая партия оружия была произведена и помещена на специальный склад. Как показала практика, склад это охранялся не слишком хорошо. Группа мятежников пробралась на него и выкрала большую партию оружия, после чего бежала из Свободной Гавани. Мятежников поймали лишь у города Алиант, где мэр города, Алан, конфисковал у них оружие, но не передал его губернатору, а удержал у себя.

Спокойствие сохранялось лишь до тех пор, пока однажды Алан, после совещания со старейшинами города, не нашел свою дочь Аланну убитой. Убитый горем отец поклялся отомстить убийце, и вскоре получил письмо, где во всем обвинялись его товарищи по недавнему совету. Он приказал арестовать пятерых старейшин за убийство его дочери. Их яростные опровержения остались без внимания, Алан отказался от суда и приказал казнить старейшин. Один из пяти старших, Теодор, был пойман, а четверо других сбежали. Теодора казнили быстро и болезненно.

Остальные четверо, Элдан, Андрей, Фома и Матфей бежали в королевство Виссиас, умоляя об убежище. Когда войска Алана, преследующие беглецов, подошли к городу их встретила армия Виссиаса, с сообщением, что бежавшие старейшины теперь под защитой. Завязалась битва, в которой погиб второй и последний ребенок Алана, его сын Майкл.

Обезумев от горя, Алан активировал оружие Древних. Вот только оно оказалось оружием последнего шанса. Невероятный взрыв, позже названный гневом небес, превратил в выжженную пустыню юг континента, отравив землю и воздух, сделав большую часть Энрота не пригодной для жизни. Губернатор пытался через ИИ Мелиан связаться с Древними, но связи не было. Так началось Безмолвие Древних, и закончилась Эпоха Чудес.

Лишь более чем через тысячу лет появится возможность узнать (при выборе не каноничной концовки), что Кригане заняли один из опорных пунктов Древних в этом рукаве галактики. Оттуда они угрожали распространиться повсюду, а потому Древние предприняли отчаянный шаг, полностью изолировали данный рукав. Связи больше не будет, теперь в эту ветку миров будут посылать только армии Стражей-андроидов, до полного уничтожения Криган.

История Энрота: Эпоха Чудовищ

В предыдущей части мы остановились на начале Безмолвия Древних и конце Эпохи Чудес. Началась Эпоха чудовищ, или смутное время Энрота. Континентальное правительство оказалось младенцами, что без подготовки были отняты от титьки мудрости Древних. Неспособные принять самостоятельные решения они тратили время в бесполезных попытках восстановить связь, даже не пытаясь что-то решить или обсудить самостоятельно.

Но в ситуации, когда солидная часть материка в одночасье становится необитаема, простые жители желали действий, а не пустых призывов о помощи. Континентальное правительство свергается, над ними чинят жестокие расправы, континент Энрот погружается в пучину долгой войны всех против всех. Организуются маленькие банды и огромные преступные синдикаты, то тут то там возникают независимые города или свободные княжества. Первый век ПБ длилась смута.

В это же время Лорды Элементали почувствовали события на Энроте и попытались сбежать. Понимая, что им не вырваться поодиночке, Лорды решили объединить свои Планы Бытия в единый мир. Своей цели они не достигли, но смогли ослабить темницу.

Древние же, хотя и изолировали целый участок галактики, но присматривать за ним не прекратили. Оценив действия Лордов Элементалей и их взаимодействие с технологией Планов Бытия, Древние решили закончить начатые лордами процессы. Так родилась технология Крон, искусственной планеты, созданной прямо в космосе.

(И тут приходит время для еще одного ЧЁ?!-эффекта. Да, в Эпоху Чудес хватало своих несуразностей, но почти все они были связаны с последним DLC к Третьим Героям, которые вышли после страшного скандала с попыткой окончательного соединения двух как бы родственных серий игр. Тут же нам на полном серьезе объявляют, что события не просто происходят параллельно с серией МиМ, но часть из них происходила задолго до событий оригинальной рпг. Вот буквально только что был создан самый первый Крон, и даже если это тот самый Крон из Второй МиМ, это все равно слишком круто, потому что позже нам продолжат давать отсылки на события серии Меча и Магии. К тому же оказалось, что проект Звездное Семя по началу обходился без Кронов, хотя раньше они заявлялись как центральная часть проекта)

На Энроте же проблемы не заканчиваются. Все воюющие стороны активно пользовались технологиями Древних для войны, не слушая советов ИИ Мелиан. Стражи и роботы, призванные поддерживать порядок тщетно пытались образумить смертные расы, не помогала даже расправа над самыми непокорными. В условиях отсутствия связи с создателями (Что странно, ведь Древние продолжили наблюдать за миром) синтетики решили действовать по своему усмотрению.

Раз наибольшее разрушения приносят технологии древних, то нужно лишить колонистов этих технологии. Было принято решение зачистить Варн-1904 от технического и научного персонала, а позже отозвать обратно на корабль Небесные Кузни. В 113 году ПБ в Свободной Гавани началась бойня. Роботы закрыли все входы и выходы с Варна и начали зачистку от персонала. Усилиями одного из техников, космический корабль встал на консервацию, это не позволило синтетикам покинуть его, но вместе с ними были заперты и немногие выжившие.

Так Энрот лишился самых образованных своих жителей. Кузницы остались в руках смертных, но без профильного обслуживания и работая на износ они не продержались долго. В 130 году последняя из Кузниц Энрота пала, лишив колонистов не только бесконечного источника ресурсов, но и обширнейших банков данных. Началась стремительная деградация.

В то время с континента многие бежали, бежала и община Эльфов, которым предстояло сыграть особую роль в судьбе планеты. Эльфы бежали на Антагарич, но решили не селиться рядом с людьми, а облюбовали себе остров Вори, к северо-западу от континента. Эльфы перебрались туда почти сразу после Безмолвия и первый век своей жизни на острове считали золотым веком в истории эльфов.

Но опасаясь агрессии со стороны прочих колонистов, на тот момент еще вооруженных технологиями Древних, в 112 году ПБ эльфы Вори решают создать могучее оружие для зашиты, Ледяной Клинок (Фростморн жаждет крови! Кхм… простите. Вообще это все еще события Heroes Chronicles, компания которая вышла на год раньше WarCraft III, так что это еще вопрос, кто у кого украл).

Все эльфы жили как один народ в Вори под властью Короля Сил-Гандира. Ближе к концу его правления, около 170 года, часть эльфов стала весьма беспокойной. Они злились на апатичную жизнь, которую вели их предки, и желали дальних странствий. С верой в то, что за горизонтом моря их ждут «великие дела», они обратились к королю с просьбой поддержать экспедицию, но тот отказался. Он сообщил юным авантюрным эльфам, что их жизни слишком ценны, чтобы тратить их на опасное путешествие вдали от их благословенной родины. Молодые эльфы не вняли совету. Во главе с упрямым Эльволасом молодые эльфы начали строить корабль, чтобы переправиться через море.

Это не осталось без внимания и король Сил-Гандир призвал Эльволаса к своему двору. Он умолял юношу прекратить воплощать свои замыслы и перестать привлекать внимание юных эльфов к своей «глупости», в ответ Эльволас умолял короля пересмотреть свою позицию и взгляды. Он говорил о славе, которую они принесут домой, и о стране, которая находилась не так далеко, чтобы она могла приютить их. Король проигнорировал его причудливый бред и приказал ему прекратить своё безумие под страхом смертной казни. Король Сил-Гандир не позволит им уходить ни при каких обстоятельствах. Эльволасу пришлось согласиться с приказом короля.

Когда Эльволас вернулся на корабль, он сказал своим друзьям, что они должны отплывать уже в эту ночь. Он рассказал им о том, что произошло при королевском дворе и дал им выбор: либо они могут отказаться от своей мечты о новой земле, либо им придётся уйти до восхода солнца. Единогласным решением было оставить план таким как он задумывался. На следующее утро, когда проснулись первые эльфы, они обнаружили, что молодые эльфы исчезли вместе со своим снаряжением. Единственное, что они увидели напоследок, так это большой корабль, исчезающий за горизонтом. На судне было хорошо видно его имя: «Mitetiiro», что означало «Отступник».

Юные эльфы отправились на восток и пристали к северным берегам Антагарича. Там они нашли благодатные земли и густые леса, и решили остаться там. Так появилось государство первых лесных эльфов — АвЛи. Там они смогли наладить отношения с другими лесными жителями — кентаврами и гномами, — приняв их в своё общество. Кроме того, эльфы смогли приручить многих животных и лесных духов, которые добросовестно служили им. Эльфы Вори не поддерживали связь с отступниками. Они взяли себе имя Высшие Эльфы и жили затворниками.

Мы же вновь возвращаем своё внимание на Антагарич. Рассматривая историю становления Бессмертного Героя Тарнума и его взаимоотношений с Эрафией я сознательно опустил фигуру Гевина Магнуса, прозванного Бессмертным. Он успел возглавить королевство, Бракаду.

Население Бракады составляли в основном люди и джинны, к малочисленным племенам относились наги и титаны. Это королевство было основано магами империи Бракадун, разгромленной варварами в результате восстания Тарнума. Вытесненные ордой Тарнума в малонаселенные пустынные земли, они использовали свои магические способности и научные познания для освоения пустыни и возвели в ней благоустроенные цветущие города, а в высоких горах, где имелись благоприятные условия для концентрации магической энергии, расположили свои лаборатории. За всю историю Бракады ею правил один бессмертный властитель, Великий Визирь Гэвин Магнус.

Еще во времена империи Бракадун цивилизованные Энротские проповедники приобщили магов к Пути Света, приверженность которому сохранилась затем и в Бракаде. Однако истинной веры в богов у магов не было. Уверенные в силе научной мысли, они полагали, что глубокое познание законов природы позволяет управлять ею, и считали возможным объяснить все природные явления естественными причинами. В их картине мира, основанной прежде всего на научном знании, не было места необъяснимым и всемогущим высшим силам, поклонение которым составляло суть навязываемой дикарям религии Света. Однако, не приняв мировоззренческую сторону нового культа, они сочли разумной и справедливой его моральную составляющую и оценили роль религиозных ритуалов и молитв в деле нравственного воспитания людей.

Поклонение Свету означало следование идеалам добра, и именно в этом маги видели главный смысл принятой ими религии. Они в точности выполняли все обряды, следовали предписываемым новым учением нормам морали, но рассматривали это не как поклонение богам, а как следование традиции.

(Слышите этот визг? Это сову натягивают на глобус и сейчас мы присоединимся к процессу. В предыдущей части я говорил, что магия родилась из религии Варваров, которая появилась сама собой и это канон, канон того самого платного DLC, что вышло самым последним. Но теперь мы говорим о добрых волшебниках и злобных Варварах и это тоже канон, канон оригинальной компании Третьих Героев.

С одной стороны, можно наплевать на DLC, все равно оно плюёт на ЛОР остальной серии, но у нас действительно есть возможность с минимумом усилий натянуть сову на глобус.

О религии Варваров Тарнуму рассказывают барды, в речах которых мы уже выявили несколько несостыковок. К тому же мысль, что колонисты с Варн-1904 не забыли про своих одичавших собратьев с Антагарича, кажется достаточно логичной. Так же в технологии, подаренные под видом магии, веры больше чем дикарям, что случайно освоили технологии, пусть даже они изначально давались Варну терраформатору, с цивилизацией на уровне средневековья, в виде чудес.

Совсем по другому теперь выглядят и три бога Варваров, Предки. Возможно, что это три Стража-андройда, которые и отвечали за «магию», параллельно присматривая за событиями на Антагариче. Именно они воскресили Гэвина Магнуса, дав возможность магам Бракадуна вновь сплотиться и продолжить просвещение народов Антагарича как в научном, так и в моральном плане. И они также сделали жестокого, но талантливого полководца Тарнума своим эмиссаром, предварительно промыв ему мозги на тему добра.

Но это именно моё натягивание двух параллельных канонов друг на друга, разработчики подобным не заморачивались, у них и то и то правда)

Сто лет до Безмолвия и примерно столько же после него в Бракаде сохранялся мир. Пустыня на юге Антагарича процветала, но как это уже было с империей Бракадун, долгий мир привел к распрям и внутренней вражде.

Как уже говорилось в прошлой главе, все началось с религии. Один из магов Бракады вспоминает, что эту религию им привезли с другого континента, люди похожие на них, но все же другие. Этот маг рассказывала: «Главный принцип, лежащий в основе религии Эрафии, заключается в том, что если вы должным образом следуете всем ритуалам, то, о чем вы просите, будет предоставлено». В целом монахи и фанатики Эрафии до самого конца колдовали по этому принципу.

Но империя Бракадун изменила этому правилу, они использовали ритуалы не для того, чтобы просить награду, а чтобы создать ее самим. Так родилось понятие волшебства. Оно культивировалось и преподавалось в Бракадуне, а потом и в Бракаде. Пока спустя примерно век После Безмолвия, часть волшебников не пожелали быть колдунами. Вместо того, чтобы создавать что-то из ничего, они изменили практикуемые ритуалы, пытаясь изменить материю вокруг себя, они попытались оживить неодушевленное. Теперь родилось искусство алхимии, которое основывалось больше на науке, а не на магической традиции.

Тем не менее, было несколько человек, которые пошли еще дальше в этой «новой религии». Вместо того, чтобы давать жизнь неодушевленным предметам, целью этой новой группы было реанимировать ранее живые существа. Смешивая магию колдовства с наукой алхимии, некроманты добивались полного воскрешения мертвых. Однако быстро стало очевидно, что для того, чтобы восстановить жизнь таким образом, ее нужно взять откуда-то еще.

Такая практика была настолько кощунственной, для высокоморальных волшебников и алхимиков, что культ некромантов был изгнан из страны Бракада. Скитаясь по континенту, культ в конце концов обосновался в АвЛи — регионе, где кипит жизнь. Шло время, Некроманты, пытаясь достичь своей цели — совершенного воскрешения, медленно высасывали всю жизнь вокруг себя. Так родилось королевство Дейя.

В это время на острове Вори начинаются проблемы. Эманации ледяного клинка начинают разрушать столицу Высших Эльфов. В 283 году ПБ город полностью погребен под льдом, а остров оказывается в когтях вечной зимы. Часть Высших Эльфов затыкает свою гордость и переселяется в АлВи, оставшиеся же на Вори отныне называются Снежными Эльфами. В какой-то момент там же поселяются раса Гигантов, которых прозовут Ледяными. О этих гигантах нам известно только то, что они лучшие производители сыра на планете, в их языке есть сорок два слова, обозначающие сыр (возможно имеются в виду разные сорта сыра).

Теперь же пришло время познакомиться с третьим континентом планеты, Джадамом. Примерно в 300 году ПБ жители планеты открывают третий материк, куда перебираются часть горячих голов и авантюристов, в том числе туда массово бегут люди Энрота. Одними из первых на континент приплывают эльфы, основывая несколько поселений в выгодных местах, благодаря чему становятся монополистами в вопросах сухопутной торговли. Позже эльфов Джадама назовут Темными Эльфами.

В 342 году ПБ Амберлийская Империя, основанная людьми, набирает силу в южном Джадаме. Примерно в это же время на третьем континенте рождается Терракс, который в будущем удостоится звания архимага. В 428 году ПБ он окончательно сформирует школу темной магии и поспособствует её отделению от светлой, привнеся очень много в некромантию.

Увлекающийся маг, он существенно расширил границы этого искусства, дав людям заклинания школы тьмы, света и стихийной магии. Позже, основываясь на работах Терракса некромант Этрик Безумный разработает ритуал Вечной Ночи, самоубийство с последующим воскрешением в виде лича. Терракс, не желая прерывать свои исследования тоже пройдет через этот ритуал.

На фоне этих событий происходит еще одно приключение Тарнума. Несколько лет спустя после возвращения Бессмертного Героя в родной мир, Предки обратили его взор на жителей болот, народ, который он силой привлек на свою сторону в бытность Королем Варваров. Не считаясь особо с чувствами миролюбивых болотников, Тарнум выставлял их в авангарде своих войск в сражениях против Империи Бракадун. Но Эрафия, родившаяся из пепла великой державы колдунов, не простила болотникам пособничества, пусть и невольного, варварам, и поголовно обратила их в рабов. С тех пор прошли века, но положение дел оставалось прежним, раса без имени и без права голоса. А с восходом на трон Эрафии очередного Грифонхарта, именуемого не иначе как «Безумный Король», существование побежденных и вовсе стало невыносимым: их сотнями отправляли на самые грязные, и зачастую смертельно опасные работы, откуда мало кто возвращался. Даже Бракадун более человечно относилась к подвластным ей варварским племенам.

Тарнум счел своим долгом исправить существующее положение и вернуть болотникам законное место в этом мире, которого сам их некогда и лишил. И второй раз в своей жизни он поднял открытое восстание против угнетателей. Если бы Эратия глядела на рабов, как на существ разумных и вовремя отправила армию для подавления конфликта, то начинание Бессмертного Героя было бы задавлено в зародыше. Однако момент был упущен и вскоре вести о грядущем освобождении от гнета распространились среди жителей болот.

Тарнум начал свою кампанию с земель лорда Онтена, известного своей извращенной жестокостью по отношению к рабам. Последние же, хоть и не верили особо в успех предприятия Бессмертного Героя, тем не менее сразу же пошли за ним, ибо дух свободы воспрял в них с новой силой. Тарнум Несущий Надежду, так рабы прозвали Тарнума, так как у них не осталось ничего кроме надежды.

Стремительным маршем достигнув замка лорда Онтена и сокрушив его неподготовленный к столкновению гарнизон, Тарнум собственноручно обезглавил хозяина цитадели и двинулся дальше к востоку, туда, где за бескрайними топями раскинулись плодородные земли Эрафии. За его спиной шла небольшая, но весьма воинственно настроенная армия бывших рабов, а ныне объявленных вне закона отщепенцев.

Надежды Бессмертного Героя на то, что Безумный Король и дальше будет игнорировать восстание, не оправдались. Возможно, смерть вассала подтолкнула его к решительным действиям, и правитель Эрафии отправил гарнизон рыцарей в земли барона Паглона, к которым как раз подходило войско Тарнума. Последнее являло собой весьма и весьма жалкое зрелище: забитое, неорганизованное, но свободное. Дабы хоть как-то навести порядок в строю, Тарнум повелел лидерам болотников создать и представить на его суд свод законов, коим обязаны будут следовать все без исключения. Это установило в рядах какой-никакой, а порядок, что позволило нашему герою вышибить эрафийского ставленника-барона с исконных земель болотников и триумфально двинуться далее на восток.

Паглон же, отступив и перегруппировав силы, вновь стоял на пути Тарнума, теперь куда серьезней восприняв грядущую угрозу, и по этому случаю выписавший еще несколько гарнизонов из Эрафии. И в довершение ко всему, Безумный Король назначил цену в десять серебряных монет за голову каждого из восставших. На акцию мгновенно откликнулись воры, бандиты и прочее отребье. После той войны по болотам можно было найти множество братских могил, с сотнями обезглавленных трупов. Войско Тарнума ударилось в панику, ведь охотники за головами бывших рабов не щадили никого — ни женщин, ни детей. Участились случаи дезертирства, однако и это не спасло обреченных болотников — головорезы находили их повсюду, а на следующее утро доставяли скальпы к вратам замка барона Паглона, дабы получить вознаграждение.

Бессмертный Герой был в ярости, он видел единственный путь прекратить истребление доверившихся ему разумных в объявлении открытой войны Безумному Королю Грифонхарту. Однако этой ошибки прошлого он не повторит, война с империей Бракадун слишком дорого ему обошлась. Его нынешняя цель была куда как проще — всего лишь дать болотному народу свободу и уголок, который они нарекут своим домом.

Осознав, что оказался в окружении и помощи ждать больше неоткуда, барон Паглон отправил Бессмертному Герою сообщение, в котором предлагал половину своих богатств в обмен на свободу. Предложение было отклонено, Тарнум знал, что лишь со смертью барона прекратятся убийства его воинов разбойниками, ведь в этом случае некому будет платить последним за их кровавую работу. И замок барона сравняли с землей, воинство болотников шло дальше.

Они были в непосредственной близости от исконных земель Эрафии, безбрежные топи, покрывающие западный Антагарич, подходят к концу. Эти земли управляются ярлом Рамбертом, одним из ближайших сподвижников Безумного Короля. Который выслал наперерез Тарнуму войска под началом своего сына — принца Нивена. Наследнику трона всего шестнадцать, однако он уже успел прослыть умным и талантливым тактиком. И это его качество проявилось весьма скоро: вместо того, чтобы идти на армию болотников фронтальной атакой, что несомненно повлечет за собой большие потери, принц предпочитал бить из засад, изнуряя и дробя отряды противника.

В одной из таких засад в плен к эрафийцам попало множество мирных болотников, в том числе и некоторые доверенные советники Тарнума. К изумлению Бессмертного Героя, вопреки настояниям Рамберта, принц не предал пленников смерти, а поместил их в темницу замка ярла.

Информация, полученная от лазутчиков, совпадала с тем мнением, что Тарнум уже успел заочно составить о юноше. Куда более мягкий и сострадательный, Нивен резко контрастировал с жестоким отцом, чем и заслужил неприязнь последнего. Король Эрафии и отправил его против Тарнума лишь в надежде, что любимый народом принц где-нибудь сгинет и призрачная угроза занятия им трона вовсе исчезнет.

Взяв с собой Дрогло, — юного болотника, которого Бессмертный Герой видел предводителем этой нации после того, как восстание завершится и Предки потребуют его присутствия в ином месте — Тарнум под покровом ночи проник в военный лагерь принца. Отыскать палатку последнего не составило труда, и, бесшумно расправившись со стражниками на входе, пара просто-напросто похитила престолонаследника и доставила его в свой лагерь. Тарнум даже и не думал убивать Нивена или же использовать его в конфликте с Безумным Королем. Все, что он хотел, так это показать принцу истинную личину рабства.

И преуспел в этом.

Единственные рабы, которых Нивен видел в своей жизни, являлись мягкотелой дворцовой прислугой. Вид изможденных болотников с отметинами от ударов кнутов на спинах неприятно поразил юношу. Последней каплей стал самый настоящий лагерь рабов ярла Рамберта, показанный ему Тарнумом. Все это шло вразрез с тем, что вдалбливали в голову принца до сих пор. Его учили, что болотники — почти что животные и не годятся ни для чего иного, кроме как для работы на своих эрафийских господ.

Та пара недель, проведенная Нивеном в лагере Бессмертного Героя, изменила все его старое мировосприятие. Принц обратился против отца и примкнул к восстанию Тарнума. Для последнего новый союзник был последней надеждой указать эрафийцам на неправедность их деяний по отношению к болотникам и по возможности в корне изменить сложивщееся положение вещей.

Принц первым делом выпустил на волю болотников, плененных им ранее. Однако их лидеры, советники Тарнума, все еще содержались под стражей у ярла Рамберта, бежавшего вглубь болот и обосновавшегося в изолированной долине. Он полагал, что Нивен все еще находится в заложниках у болотников и потому предложил ультиматум: жизнь юного принца в обмен на жизни его пленников. Узнав об этом, принц Эрафии немедля пожелал быть «выданным» вассалу своего отца, дабы тем самым спасти обреченных на смерть болотников. Что ж, Тарнуму пришлась по душе отвага юного наследника престола и он согласился с доводами принца.

Рамберт, конечно же, в жизни не слыхивал о понятии «честь». На пути к условленному месту обмена пленниками вероломный ярл устроил засаду, в которой полегло немало воинов Тарнума. Ужаснувшись резне, принц Нивен пронзил ярла своим клинком, после чего возжелал вернуться в Эрафию и поговорить с теми дворянами, что яростно противятся власти его отца, быть может, ему удастся заручиться их поддержкой и свергнуть Безумного Короля. Что же до Тарнума, то он не сомневался в способностях мальчика, ведь в жилах Грифонхартов присутствует изрядная толика варварской крови, за что следует благодарить сестру Бессмертного Героя.

Вскоре стало понятно, почему Безумный Король все последние месяцы не принимал участия в конфликте, переложив эту задачу на плечи своих верных вассалов. Правитель Эрафии занимался тем, что брал войско Тарнума в кольцо, отрезая всякие пути к свободе. И теперь удар был нанесен: силы эрафийцев превосходили жителей болот в десять раз, и на подходе были свежие гарнизоны. Казалось, спасти Тарнума теперь может лишь чудо, ибо Безумный Король, как известно, пленных не брал, предпочитая расправляться с врагами непосредственно на поле брани.

Жители болот, обитавшие в регионе, куда перенеслись боевые действия, не желали иметь с компанией Тарнума ничего общего, страх перед Безумным Королем был слишком силен. Однако Бессмертный Герой понимал, что без поддержки со стороны им удастся продержаться лишь месяц, от силы — два, до тех пор, пока Эрафия не ударит по нему всеми своими резервами. И он решился на крайний шаг. Зная, что советники ни в коем случае не одобрят это, Тарнум тайно отправил Дрогло прямиком к своим потомкам — варварам, — надеясь заручиться их помощью в конфликте. Вскоре пришел ответ: в обмен на свои услуги варвары требовали в два раза больше золота, чем им было предложено, в противном случае они грозили принять сторону Эратии. Бессмертный Герой пришел в ярость, прошли времена, когда гордые варвары обнажали клинки во имя чести, теперь ей на смену пришли кровожадность и жажда наживы.

Но, за неимением иной альтернативы, пришлось принять помощь на тех условиях, которые были предложены. Теперь, когда силы болотников и варваров были едины, выжидать далее не имело смысла и Тарнум открыто повел свое воинство на армию Грифонхарта.

Между делом Бессмертному Герою в голову пришла неплохая мысль — дать имя нации болотников. Ведь в этом случае Безумный Король будет выставлен агрессором, пытающимся подчинить себе независимый народ, а не сюзереном, наводящим порядок в строю своих беглых рабов. И имя родилось — Таталия, что на Забытом Языке Предков означает «община». Действительно, подходящее название для тех, кто сообща прокладывает себе путь к свободе.

На следующей неделе усталый посланник доставил в лагерь Тарнума письмо от Нивена. Принц сообщал, что теперь, когда отец его самолично выступил против Тарнума и покинул Эратию, углубившись в западные болота, для наследника престола не составило труда найти поддержку среди лордов Эрафии. И они уже провозгласили Нивена законным королем Эрафии, что давало принцу возможность оказать болотникам реальную поддержку.

Тарнум отказался от своего первоначального плана изнурять войско Безумного Короля рейдами, совершаемыми под покровом ночи, и принял предложение Нивена объединить силы и нанести один, но фатальный удар. Правда, это будет ему стоить помощи варваров, что вне всякого сомнения окажутся между молотом и наковальной и понесут тяжкие потери, но если на его стороне выступят лорды Эрафии, под руководством короля Нивена, поддержка жадных крюлодцев ему и не понадобится.

Правда, один неприятный аспект все же присутствовал, Безумному Королю, лишенному королевства, нечего было больше терять, что делало его непредсказуемым и смертельно опасным. Тарнум был уверен, что сия личность пойдет на любые жертвы, положит тысячи воинов, лишь бы добыть его голову, теперь просто из чувства личной мести. И то побоище, что развернулось в болотах в последующие месяцы, вошло в историю как Первая Таталийская Война.

Безумный Король, лишившись поддержки рыцарства Эрафии, нанял на службу отряды наемников, и назначил огромное вознаграждение тому, кто принесет ему голову его собственного сына. Последний же, дабы не терять времени даром, подписал вместе с Дрогло, выступающего в роли представителя Таталии, мирный договор, раз и навсегда запрещающий рабство.

Уже под конец боевых действий, когда объединенные войска Эрафии и Таталии успешно оттеснили армию Безумного Короля в самый южный регион болот, отряд Дрогло набрел на руины древнего города, в центре которого возносилась оплетенная лозами статуя Варварского Тирана. Сходство было чересчур очевидным, чтобы это можно было считать простым совпадением. Тарнум знал, что теперь ему придется уйти, и чем скорее, тем лучше. Он оставит новоявленную державу в хороших руках.

В последней, решающей битве, Тарнум сошелся с Безумным Королем в поединке один на один и, хоть и лучше владел мечом, все же получил смертельную рану, одновременно пронзив клинком сердце врага. Но на следующий день, когда таталийцы собрались похоронить своего вождя, они обнаружили, что тело того исчезло…

(Так закончилась шестая компания Heroes Chronicles, эти… разработчики, даже не удосужились расположить их в хронологическом порядке. Ну да не будем об этом. В этот раз я уделил существенной больший объём текста приключения Тарнума, так как тут так же рассказывалось об истории формирования одной из фракций Третьих Героев. Дальше идут события Третьей компании все того же DLC, будь оно неладно)

Тарнум успевает немного насладиться своей вечной жизнью на просторах Антагарича, когда его вновь достиг призыв Предков. Оказывается, что подошел к концу 10.000-летний период заточения Повелителей Стихий, и теперь последние готовятся покинуть Планы Бытия и уничтожить Энрот, где дали сбой сдерживавшие их Силы Небосвода.

(Вообще-то период в 10 000 лет закончился примерно одновременно с Безмолвием, а с тех пор минуло уже более 400 лет, что-то долго Лорды Элементалей собирались)

Неизвестно, что конкретно было у Предков на уме — возможно, вмешиваться в этот конфликт они считали ниже своего достоинства, а возможно, специально на этот случай у них и был припасен Бессмертный Герой. Так или иначе, перед Тарнумом была поставлена конкретная цель — любой ценой остановить вторжение стихийных духов.

Бессмертный Герой был перенесен в отдаленную башню, что находилась в Бракаде как вы помните, государство магов выживших после падения империи Бракадун, где главенствовал Гэвин Магнус. Последний ввел Тарнума во все детали и выделил ему в помощь отряд колдунов под предводительством своего кузена Барсолара. Первым делом был совершен рейд на единственный в Бракаде город, где обитали стихийные духи. Тарнум надеялся отыскать там ключ к разгадке перемещений между Стихийными Планами и его старания увенчались успехом — в захваченной крепости обнаружилась древняя книга, посвященная как раз этому вопросу.

Однако план Тарнума был гораздо более смел, чем полагал Гэвин Магнус — Бессмертный Герой был абсолютно лишен присущей волшебникам осмотрительности и, мысля по-варварски, решил провести сражение с духами в их собственных царствах.

До времени начала атаки на Энрот, вычисленного с помощью волшебства, оставалось еще несколько месяцев, и Тарнум вторгся на Воздушный План, намереваясь поставить на колени Шалвенда, Повелителя Воздуха. Однако он недооценил своего противника — стихийные духи ждали как раз такой примитивной атаки, чтобы через образовавшийся портал, связывающий их измерения с Энротом, проникнуть в этот мир. После чего портал был разрушен, что лишило Тарнума возможности вернуться и спасти свою родину.

У Бессмертного Героя оставался один-единственный шанс, самому возвыситься как Повелитель всех Стихий, другими словами, он должен был подчинить себе все Стихийные Планы. Быстро завершив зачистку Воздушного, Тарнум разыскал Врата, ведущие на Водный План, царство Акваландара. И пошло-поехало…

Подчинив себе обитателей Водного Плана и выжав насквозь промокшую робу, Тарнум отправился дальше, в мрачные лабиринты Плана Земли. Уничтожив тамошних Подземных Повелителей, что были сродни тем, с которыми Бессмертному Герою пришлось столкнуться в Подземном Мире (то есть опять демоны), бракадские колдуны сумели открыть портал в последний из Стихийных Планов — Огненный. До того, как увидел его, варвар никак не мог представить в своем воображении мир, целиком состоящий из огня. Но увидев его своими глазами, он открыл для себя интересную истину — огонь не обжигал!

И пока Тарнум громил огненных духов, его приближенные волшебники занялись исследованием этого странного измерения. В процессе было сделано удивительное открытие — похоже, чудесные свойства этого пламени целиком определялись неким волшебством, что пропитало данный План насквозь. А раз так, колдуны предположили, что помимо Стихийных Планов, возможно существование Плана Магии, что сможет вновь заточить Повелителей Стихий, чье стремление к разрушению могло в конечном итоге ввергнуть в хаос весь Энрот.

Немедленно были проведены магические опыты и портал на План Магии, магически искаженное пространство на пересечении Стихийных Планов (похоже, что именно здесь Лорды пытались объединить свои планы), был в самом деле открыт! К тому времени Тарнум как раз заканчивал зачистку Огненного Плана и поспел к колдунам как раз к тому времени, когда из созданного ими портала появилось необычное существо, дух волшебства. Последний поведал Тарнуму, что в его родном Плане предводительствуют три высших духа волшебства, именуемых «Первыми». Он посоветовал Бессмертному Герою отыскать их, если тот действительно хочет склонить на свою сторону обитателей Плана Магии.

Измерение магии во многом напоминало родной мир Тарнума, за исключением того, что даже простые желания здесь могли исполниться, стоило лишь о них подумать. Нечего и говорить, что для бракадских колдунов открывались поистине необъятные просторы для исследований. Однако не все обстояло гладко, силы Повелителей Стихий также прибыли на План Магии для заключения альянса с духами волшебства. Объединившись, они легко уничтожили бы Бессмертного Героя, однако давняя ненависть духов друг к другу не позволила им быстро договориться. В итоге Тарнум обошел стороной вражеские лагери и отыскал убежище Первых.

Высших духов не пришлось долго склонять к союзу — им также был чужд хаос, несомый стихиями, ведь магия пытается его упорядочить. (Отменнейший бред, скорее всего Первые были ставленниками Древних, а то и тюремщиками Лордов. Не просто же так они были Первыми в созданных Древними Планах Бытия, да и их долгая вражда с Лордами Стихий на многое намекает)

Тем временем оставленные Тарнумом на Огненном Плане отряды сообщили ему, что Повелитель Огня поработил расу фениксов. Попытка самолично освободить этот подкласс пернатых ни к чему не привела. Тарнум тут же вспомнил годы рабства, когда его народ страдал под гнетом Империи Бракадун и поклялся вызволить фениксов даже ценой разрушения Энрота, что вполне может быть вызвано промедлением. Наиболее рационально мыслящие колдуны воспротивились этому шагу и это вызвало раскол в рядах воинства Бассмертного Героя. Однако Барсолар поддержал Тарнума, и недовольным колдунам пришлось подчиниться кузену Короля Магнуса.

Итак, Тарнум вернулся на Огненный План. Стремительной атакой разметав элитные силы Пираннаста, Повелителя Пламени, он вызволил фениксов и получил их согласие на присоединение к его войскам. Теперь армия Бессмертного Героя являла собой и в самом деле грозную силу, ибо, лишившись поддержки фениксов, Стихийные Лорды стали куда как более уязвимы.

И вот настал час, когда новоявленный Повелитель всех Стихий сквозь магический портал вернулся на землю Антагарича. Оказалось, что за время его отсутствия здесь прошло 30 лет и все это время Повелители Стихий атаковали Бракаду, силы которой находились уже на исходе. Немедленно было отправлено послание Гэвину Магнусу, правда, Тарнум сильно сомневался, что Король Бракады жив до сих пор. Однако тот был не только жив, он все еще находился у власти и даже прислал свое войско в помощь Бессмертному Герою в его финальном сражении со Стихиями.

Под конец боевых действий в лагерь Тарнума прибыл сам Гавин Магнус. Он нисколько не постарел за 30 долгих лет, пока Бессмертный Герой исследовал Стихийные Планы. Более того, Король Бракады поведал Тарнуму, что и сам бессмертен. Его ненависть к Королю Варваров перешла в нечто похожее на уважение, так как знал о бессмертии Тарнума и следил за его подвигами все эти годы.

Однако даже это признание не могло заставить Тарнума почувствовать расположение к бывшему врагу. Ему казалось, что Король Бракады также жаждет стать Повелителем всех Стихий и использовать духов в своих целях, потому Бессмертный Герой приказал духам волшебства стереть воспоминания о походе на Стихийные Планы из разумов всех, принимавших в нем участие. Затем он разрушил остававшиеся на Антагариче стихийные города, где оставались действующие порталы на Стихийные Планы, и уничтожил все записи о существовании оных.

Повелители Стихий были вновь изолированы от миров смертных на своих Планах, а Тарнум наконец-то смог сбросить с плеч колдовскую робу и отложить в сторону надоевший посох, но лишь затем, чтобы вновь взять в руки меч и с головой окунуться в полную приключений варварскую жизнь.

(Каждому своё, что тут скажешь. Это, кстати, предыстория замков Сопряжения, дальше идут сразу две компании, хронологически идущие друг за другом)

Сквозь сон Тарнум слышит новое задание Предков: «Защити Мировое Древо!». Удивлённый, что они не вошли с ним в прямой контакт, Бессмертный Герой путешествует в северо-восточном направлении и находит клан варваров, которые многие поколения по неизвестным причинам охраняли вход в некую пещеру. Варвары рассказывают, что некоторое время назад их войска атаковали некроманты, чтобы проникнуть в эту пещеру. Тарнум предполагает, что Предки послали его сюда, чтобы он помешал уничтожить Мировое Древо — источник всей жизни в мире, и вместе с варварами идёт в пещеру вслед за некромантами.

(Чувствую, что статью надо было называть не «ЧЁ?!-эффект», а «Какого Хрена?!». Откуда взялось какое-то мировое древо? И ладно бы это была проблема только проклятущего платного DLC, это общая проблема Героев как таковых)

Спускаясь всё глубже в подземелья по следам некромантов, Тарнум встречает другой, враждебный, клан варваров из Крюлода, бывшей родины Бессмертного Героя. Состоя в союзе с некромантами, эти варвары называют себя Последователями Ворра. От местного шамана Тарнум с удивлением узнаёт, что Ворр — это один из Предков, который принял на себя отток силы от идолопоклонства варварскому богу войны и обрёл огромное могущество, утратив при этом рассудок.

Теперь он повелевает некромантами и варварами, задумав уничтожить Мировое Древо. Предполагая, что без варваров-фанатиков Ворр лишится своей силы, Тарнум при помощи артефакта Брелок Абсолютной Памяти показывает предводителю Последователей Ворра, королю Таргору, собственное прошлое Варварского Тирана и его последствия. Так король Таргор поворачивает свою армию против Ворра, и хотя они погибают в битве, Ворр остаётся без своих Последователей и сбегает.

Постепенно Тарнум спускается в туннели, покрытые густой растительностью и плодородной почвой, понимая, что это знак его приближения к Мировому Древу. Некроманты при этом стараются сжечь туннели, преграждая ему путь. В этот момент к Тарнуму в помощь присоединяется эльф по имени Нилидон, чьи сородичи являлись хранителями Мирового Древа до варваров. Нилидон раскрывает ему, что на эльфийском наречии Древо именуется как «Корни Жизни», поскольку все эти цветущие туннели, по которым путешествовал Тарнум в поисках Мирового Древа, на самом деле и являются этим Древом. Именно поэтому некроманты так старательно сжигают растительность в его пещерах, они не пытаются преградить путь Тарнуму, а добиваются того, к чему шли, уничтожить Мировое Древо. Бессмертный Герой окончательно разбивает силы некромантов и, убедившись что Мировое Древо сможет восстановить себя после причинённого ему ущерба, отправляется на поверхность, на поиски безумного Предка Ворра.

Тарнум выбирается из туннелей Мирового Древа, чтобы продолжить поиски Ворра и двух других Предков, исчезновение которых было, как он предполагает, связано с их обезумевшим братом. Какое-то время Бессмертный Герой вновь слышит зов Предков, направляющий его на северо-запад, к вершинам гор. Вместе с тем, Тарнум обнаруживает, что исчезновение Предков делает его всё менее бессмертным, он стареет и впервые ощущает боль от множества ранений, полученных за несколько сотен лет.

На этот раз Тарнуму противостоят армии неизвестно откуда пришедших демонов. Во время своего путешествия Тарнум берёт в плен покалеченного чёрта по имени Скиззик, который раскрывает ему местонахождение Ворра. Он рассказывает, что Ворр перенёс своих братьев на Пламенную Луну, чужеродный мир, который некогда был полностью разорён демонами. Сам Скиззик исполнял роль слуги в магических тюрьмах, куда были заключены Предки, однако однажды чёрт случайно оставил дверь тюрем открытой, за что и был изгнан демонами. Тарнум догадывается, что именно этим моментом Предки воспользовались, чтобы послать ему поручение о защите Мирового Древа. Вместе со Скиззиком, который теперь являлся его другом и проводником, Тарнум поднимается на вершины гор, где духи стихий элементали охраняли Сверкающий Мост, портал, способный открыть путь к любому миру во Вселенной. Воспользовавшись этим порталом, Тарнум попадает на Пламенную Луну.

(Какого Хрена? Целый рукав галактики был изолирован, каким образом портал, оказавшийся на задрипанном Варне терраформаторе, может эту изоляцию игнорировать? Откуда и для чего там это портал? Но самое главное, почему им никто до сих пор не воспользовался? Чувствую, что статью точно придется переименовывать)

Когда Тарнум добирается до магических тюрем и освобождает двух Предков, бессмертие возвращается к нему. Однако безумный Ворр по-прежнему нацелен уничтожить мир Энрот с помощью орд демонов, как они сделали это с миром, которым когда-то была Пламенная Луна. При первом же прямом столкновении с Ворром армия Тарнума оказывается разбита его могущественными силами. Хотя Тарнум знает, что он и Предки связаны друг с другом, и что в случае убийства Ворра они обречены на забвение, он твёрдо ставит перед собой цель спасти Энрот. Когда Тарнум побеждает Ворра в последнем бою, Предки преподносят своему брату сок Мирового Древа, который избавляет Ворра от безумства и тот вновь воссоединяется с ними. После этой победы Тарнум впервые обретает надежду, что когда-нибудь он всё же сумеет искупить все грехи прошлого.

(Ну что же мы разобрали шесть из восьми компаний этого проклятого DLC, в следующий раз мы вспомним о нем еще не скоро)

В 499 году ПБ научные изыскания, проводимые бракадскими магами, позволили им обнаружить поселения ангелов (Стражей-андроидов, посланных Древними в миры этого рукава галактики для защиты от Криган), расположенные в горах на границе Бракады и Эрафии на недоступной для людей высоте, и с помощью заклинаний полета проникнуть в наиболее крупный из ангельских городов — Целесту. Поначалу ангелы были возмущены вторжением, но затем, убедившись, что пришельцы руководствовались лишь исследовательским интересом, разрешили наиболее достойным жителям Бракады посещать Целесту для духовного совершенствования и овладения высшими сферами магии. С этой целью в Бракаде был построен магический телепорт, пользоваться которым дозволялось лишь избранным. Целеста стала считаться столицей Бракады.

Несмотря на наличие очень сильной армии, разработанного по последнему слову науки высокоэффективного оружия и мощных боевых заклинаний, бракадцы старались избегать войн, поскольку считали мир необходимым условием процветания науки и культуры. Благодаря мудрой и миролюбивой политике Гэвина Магнуса Бракада поддерживала дружественные или нейтральные отношения со всеми странами Антагарича и почти никогда не воевала (за исключением серьезного конфликта с элементалями Сопряжения и плохих отношений с некромантами).

Тем временем на Джадаме люди массово уходят из Амберлийской империи. Некоторые горячие головы, под предводительством Харека, прогоняют с острова Рагны троллей и в 500 году ПБ основывают Регнанскую империю, что очень быстро становится одним из ключевых политических игроков мира. Регнанские пираты — вечная угроза экономике Джадама и всем морским путешественникам и в тоже время флот островной империи является существенной экономической силой. Изгнанные же с островов тролли обретают новый дом на Джадаме, в Железных Песках.

В 550 году ПБ создается чисто женский орден магов, взявший название Гильдия Ведьм, чьи представительницы в течении нескольких десятков лет получают известность во всем Антагариче, а вместе с ней и проблемы. Они не хотели жить по правилам монахов Эрафии и магов Бракады, но в то же время не тяготели к темным ритуалам некромантов Дейи. Новый магический орден приняла у себя Таталия, недавно образованное королевство болотников.

Харек, на только что основанной Империи Регна, ввёл и титул для будущих императоров: Властителя Регны и Императора Бескрайнего Океана. Но, в 590 ПБ, Харек был убит через отравление во время королевской трапезы своей женой, королевой Чарель (мужик 90 лет только правил, он точно был человеком?).

После смерти Харека I, в точно не установленный период, к власти пришла амбициозная пиратка Пирокетта. Её правление примечательно тем, что регнанские пираты совершали безнаказанные набеги на Эрафийское побережье Великого Озера. Благодаря личным навыкам опытного мореплавателя, Пирокетта выгодно использовала местный рельеф, небольшие острова как временные убежища и формировала сокровищницы награбленных ценностей. В конечном итоге, почувствовавшая значительные удары по стране эрафийская знать распорядилась, чтобы главнокомандующий Эрафийского флота, адмирал Магнус Бонн, лично закрыл вопрос морских разбойников. Во время очередного набега, Пирокетта сама участвовала в набеге на крестьян, в ходе которого она была поймана в ловушку и убита по распоряжению Бонна эрафийским флотом. Ввиду смерти лидера, регнанцы в срочном порядке покинули воды Великого Озера, оставив только что награбленные трофеи в своих тайниках на архипелагах. После такого удара, пираты перестали мародёрствовать в окрестностях Великого Озера ввиду приобретения негативной репутации в этом районе как места поражения самого, казалось бы, могущественного флота во всём Энроте.

В 621 году ПБ Последний амберлианский император Торн III зная, что империя распадается и трон шаток, спрятал свои символы королевской власти в специально построенную капсулу времени, чтобы надежно защитить их до дня, когда его наследник вернется в империю и вернет себе свою власть. В том же году империя распалась. А в 633 году сам Торн III умер при неясных обстоятельствах.

В 646 году ПБ Начался довольно крупным конфликт, так называемые Древесные Войны. Все началось с того, что следопыты Эрафии обнаружили редкий вид древесины в северных регионах своей страны. Дровосеки, посланные на промысел, перешли границу АвЛи, что вылилось в обращение правителя этой страны к Королю Эрафии Давиду Грифонхарту IV. Последний категорически отверг предложение эльфов о прекращении промысла, и следующим посланием сюзерена АвЛи было объявление войны соседям. Древесные Войны продолжались 150 лет, когда был наконец подписан мирный договор. Конфликт исчерпал себя, но и в последующие столетия между АвЛи и Эрафией периодически возникают трения по поводу Спорных Земель — граничной области между двумя королевствами.

В 744 году ПБ появляется первое упоминание о Нигоне, стране Подземелье. Джошуа Стом, главный алхимик чернокнижников Нигона, изготовил Кольцо Правителя. Не будучи злым артефактом по своей сути, оно, тем не менее, было создано для подчинения и завоевания, и ни для чего больше. Чернокнижники стали собирать под своей рукой монстров.

А в 780 году начинает творить Мекориг Слепой. Литейная Мекорига была, вероятно, наиболее известным производителем великолепного оружия и доспехов своего времени. Не только великий мастер создавал шедевры кузнечного дела: множество помощников-дварфов также работало в его литейном цеху. Для них мастер-оружейник изготовил кузнечные перчатки, дающие носителю исключительное сопротивление огню, необходимое в таком жарком месте, как Литейная Мекорига. Смерть Мекорига не прекратила создание высококачественных предметов в его литейной. Сын мастера-кузнеца, Касев Мекориг продолжил дело отца, выпуская предметы сравнимые по качеству только с изделия Эпохи Чудес.

Со смертью же великого кузнеца в 800 году ПБ закончилась эпоха чудовищ.

История Энрота: Эпоха Людей (Герои I и II)

Конец Эпохи Чудовищ ознаменовался Древесными Войнами, что закончились за десяток лет до конца эпохи. Но конец открытой войны, не означал конец противостояния. Образовалась Спорная Земля, за которую велись непрекращающиеся стычки. Построенный на этой земле эрафийский замок Хармондейл постоянно менял хозяев.

Непрекращающиеся конфликты породили недовольство окрестных земель, поднялся мятеж и часть территории Эрафии объявила независимость, так родилась Финаксия, также известная как Финаксийская империя. Созданная в 790 году, эта империя некоторое время была действительно сильным государством. В период расцвета, её экспансия распространилась на южные степи Эрафии и на часть Спорных земель. Однако в 864 году страна пала под натиском эльфов и, в конечном итоге, её земли были поглощены Эрафией обратно. И все это на фоне непрекращающейся грызни за спорные земли, что от постоянной войны уже превратились в пустоши.

По государственному устройству Финаксия была империей, однако во главе государства стоял король. По своим природным особенностям, страна была богата лесами и залежами редкого зеленовато-жёлтого металла Стальта, легко поддающегося чарам и твёрдого как обсидиан.

Из-за невероятных свойств скальт всегда пользовался спросом. Потому можно предположить, что экономика империи и благосостояние её казны, в основном, держались на торговле этим металлом и изделиями из него. Однако, ещё до своего падения, империя истратила свои залежи стальта, что вероятно и стало одной из причин её дальнейшего краха.

Основу населения Финаксии составляли люди и, небольшую часть, эльфы. Скорее всего жили и некоторые другие расы, однако какие точно неизвестно.

Примерно в 850 году ПБ чернокнижники из замка Аламос выковывают так называемые Кинжалы Магов, статусное оружие, довольно быстро ставшее популярным среди магов всех континентов. Вскоре каждому окончившему обучение неофиту будут дарить такой кинжал, как признание его вступления во взрослую жизнь, традиция прижилась в подавляющем большинстве магических сообществ, известно, что лишь ведьмы давали закончившим обучение ученицам особые кольца.

В 870 году ПБ Тадеон X становится Божественным Верховным жрецом и Верховным Святым Глашатаем Церкви Солнца. Таледон, самая сильная фигура своего времени, дипломат, солдат-ветеран и священник. Он многое сделал для процветания людей, в честь которых и назвали третью эпоху Энрота. И возможно успел бы сделать еще больше, если бы его насмерть не сбила крестьянская телега в 881 году.

Расследование постановило, что ему просто не повезло и виноват в этом был шлем Тадеона, что насылал на своего владельца фатальную неудачу. Возможно верховного жреца прокляли, но среди людей с тех пор стали ходить слухи о том, что чем больше положительных эффектов маг вложит в артефакт, тем больше отрицательных эффектов этот артефакт приобретет сам. Простой народ и даже многие высокопоставленные чины стали опасаться магических предметов.

Около 900 года ПБ на Джадаме началась война Голубя и Ворона. Это был чуть ли не единственный серьезный конфликт на континенте, но стоит учитывать, что мелкие стычки среди гильдий и бандитов там случались чуть ли не ежечасно. Войной Голубя и Ворона назвали крупномасштабный конфликт между Храмом Луны и Храмом Солнца, когда Храм Солнца был стерт с лица земли и Джадам остался без Света. Впрочем, поскольку Тьме здесь некому было противостоять, она не была столь жестокой, как на других материках.

Надо сказать, Храм Солнца наряду с Храмом Луны зародился на острове Каригоре, что к юго-востоку от Энрота. Эти крупнейшие на планете религиозные течения были основаны враждующими организациями магов, истово почитающих небесные тела. Вот только между ними произошел крупномасштабный военный конфликт, приведший к фактическому уничтожению обоих храмов. Хотя, в последующие годы, данные культы периодически возрождались то тут, то там.

В 969 году Эрафия и АвЛи на время прекращают резню между собой, чтобы объединиться против общего врага. Гильдия Убийц стремительно набрала силу и стала весомой фигурой на политической доске Антагарича. Совместный поход людей и эльфов против гильдии вошел в историю как Битва за Утро.

В году 1000 ПБ происходит сразу несколько событий. На Джадаме все большую власть набирает власть могущественный некромант Захария. На Энроте рождаются наши старые знакомые, Джем (несмотря на неприятие многих данного перевода, по английски её имя читается именно так) и Сандро. А на неком Кроне, жители которого уже забыли имя своего мира, король Калон сражается с Мегадраконом (события прошлого во Второй части МиМ).

В 1018 году мы впервые встречаем упоминание о Лордах Стоун. Некто Соломон Стоун, находясь на посту первосвященника храма Пути, он заказал изготовление волшебного кольца, что сильно усиливало эффекты магии духа и запасало в себе большое количество магической энергии. Позднее его потомки всегда занимали высокие религиозные посты.

(Магией духа называют не боевую часть магии света, от благословения до воскрешения, что намекает на причины такой успешной религиозной карьеры потомков Соломона. Но возникает вопрос, а как же некроманты? Те самые маги, что желали воскрешения, что уродовали себя и тонны жертв в своих экспериментах. Зачем нужны эти жертвы, если есть школа духа, которая уже может воскрешать мертвого без всяких жертв?)

Во главе церкви Солнца, возрожденной на Энроте, встаёт Леопольд VII и в 1073 году ПБ объявляет новую священную войну церкви Луны, начав полномасштабный крестовый поход на Джадам. В 1075 году войска света вторгаются в Пик Теней, где уничтожают некроманта Захарию. Покончив с самым политически активным магом Джадама, но не самым сильным, церковь Солнца решила взяться за Торговую Гильдию Джадама, что определило дальнейшую судьбу церкви.

На Джадам прибыл Сандро, маг с большой склонностью и интересом к темным искусствам, особенно к некромантии. Вместе с вампиром Тантром они прибыли с Энрота на Джадам, чтобы обучаться у самого могущественного некроманта, существовавшего на тот момент, Этрика Безумного. В отличие от своего учителя Этрика и архимага Терракса, Сандро и Тантр живо интересовались политикой. Они даже планировали сами отбить у Захарии власть на Джадаме, но континент и так был во власти тьмы. Никто не преследовал и не презирал их, наоборот, с ними были готовы сотрудничать и учитывать интересы двух сильных магов.

Благодаря мудрой политики Гильдии Торговцев Алвара, которая, в принципе, и управляла всем цивилизованным Джадамом, два «молодых» некроманта (Сандро 75 лет, а про Танра ходили слухи, что до обращения в вампира он успел поучаствовать еще в Древесных Воинах) даже вошли в состав руководителей гильдии и хотя их интересы вращались вокруг магии и черной археологии (разграбление руин в поисках артефактов), они очень не обрадовались войскам света. Их недовольство вылилось в очередное уничтожение церкви Солнца в 1083 году.

В 1110 году ПБ рождается Николас Грифонхарт, еще одни наш знакомый из Третьих Героев, а на Энрот прибывает Морглин Айронфист

(Начинаются события Первых Героев, и тут вам стоит приготовиться к удару между глаз. Как вы думаете откуда Морглин пришел на Энрот? Правильный ответ с Варна-4, мира Первой МиМ)

25 лет минуло на Варне-4 с тех пор, как отважные герои свергли Узурпатора, правившего планетоидом под личиной Короля Аламара. И Морглин Айронфист, брат лорда Рагнара Айронфиста, бежал через портал в иной мир, Энрот.

(И нам почти сразу же нужно остановиться и начать задавать вопросы. Первый вопрос, какого хрена на еще одном Варне терраформаторе, напоминаю, что такие Варны населены средневековыми цивилизациями, оказался портал с доступом в любую точку вселенной? Разработчики объясняют, что на самом деле все Варны соединены сетью порталов. Не совсем понятно, правда, почему раньше когда героям было нужно отправиться в другой мир они искали персонажа способного открыть портал, а герои третьей части вообще на космическом корабле полетели. И что насчет изоляции целого рукава галактики?

Второй вопрос у меня к срокам. Морглин прибыл в Энрот в 1110 году, битва Калона с Мегадраконом произошла в 1000. Между двумя событиями 110 лет. Отнимает отсюда те 25 лет, что прошли с момента ухода героев Варна на Крон, получается 85 лет. После изменения прошлого герои Варна и Крона встречают короля Калона, который правил еще 50 лет до битвы с Мегадраконом. И того, в измененной линии времени король Калон только правил 135 лет. Я ничего не путаю?)

Нам доступны некоторые письма и дневники Морглина, приводить здесь полный копипаст писем Айронфиста на родину я не буду, но хотя бы частично цитировать буду их все.

Первое письмо было написано спустя месяц после прихода Морглина на Энрот. В этом письме он крайне любезен и вежлив, к собеседнику он обращается: «Адресовано моему великому и могущественному лорду, Королю Рагнару, от верного его кузена лорда Айронфиста».

(А как же прекрасный, сказочный и всеми любимый король Аламар? Или Рагнар его сын?)

Из этого письма мы узнаем причину, по которой он оказался в другом мире, наш герой бежал от своего кузена и сюзерена. Причина бегства крылась в неудачной попытки убийства Короля Рагнара руками колдуна Гутберта. Под пытками колдун назвал имя заказчика: «Морглин Айронфист», а в его вещах обнаружили мешочек с золотом, украшенный гербом Айронфиста.

Несмотря на то, что фактическая роспись на плате убийцы кажется полным идиотизмом, из самого письма складывается полное впечатление, что Морглин виновен. Он бежал из дома заранее, прихватив фамильные драгоценности и реликвии, а также всех верных людей и в спешке отправился к границам владений короля, якобы на охоту.

(Получается, что Рагнар не сын Аламара, так как король из сказки был владыкой всего Варна, а у владений Рагнара есть границы. Что же творилось на Варне, спустя четверть века после известных нам событий?)

Морглин так же пишет, что был влюблен в жену короля, и несколько обижен на короля за то, что тот увел любимую у своего вассала. Но тут же весьма неправдоподобно оправдывается, что зла не держит, желает молодожёнам всего наилучшего. Заканчивается же письмо и вовсе странной фразой: «Пожалуйста, передай мое почтение прекрасной, нежной и доброй Королеве Эвайн. Скажи, что из верности к тебе я думаю о ней каждое утро и ночь напролет, и желаю ей счастья рядом с тобою. Верный тебе, Айронфист».

(На месте Рагнара я бы казнил Айронфиста только за подобное письмецо, даже если оставить за бортом все его неумелые оправдания, мне было бы просто неуютно, что мой слуга каждую ночь и утро думает о моей жене)

В том же письме мы узнаем следующее: «Уж и не знаю, как я оказался в этих странных землях. Пересекая Холмы, мы углубились в узкое ущелье на границе твоих владений, где на какое-то мгновение нас объяло странное сияние. Мы хотели было вернуться, но невидимый барьер не дал нам этого сделать. Мы так и не сумели пересечь его. И мы продолжили путь, миновав Холмы и оказавшись в сих неведомых землях. Здесь все казалось совершенно иным. Солнце было не красным, как в нашем родном мире, а каким-то желтоватым. Предметы падают на землю не так быстро, а воздух более влажен».

(Знаете, черт с ним, что Варн слишком сильно отличается от обитаемого мира. Возможно он найдя подходящий мир в течении долгого времени постепенно перестраивается, настраиваясь на новый мир, чтобы осуществить незаметное для своих жителей слияние с миром. С какой-то стороны это даже логично.

Меня смущает, что Морглин даже не арку портала нашел, его и его людей просто окутало сияние и произошел переход в похожую местность, еще и с неведомым барьером за спиной якобы отрезающим путь назад. Что это, рояль в кустах или эксперимент древних, творческая импотенция или хитрый сценарный ход?)

Второе письмо Морглин написал уже спустя месяц после первого. Он все еще вежлив в своем послании королю, но уже не унижается: «Возлюбленный мой лорд, Король Рагнар». Во втором письме разработчики знатно отшутились на тему механик Героев, с вашего позволения это письмо я приведу почти полностью:

«Это — интересное место, и сперва я думал, что здесь вообще нет разумных созданий. Долгие дни я размышлял над тем, каков будет мой следующий шаг. Что делать, если земли эти действительно девственны. А на седьмой день с тех пор, как мы пришли в долину, из леса выступил заблудший крестьянин, и я подумал: вон он, твой первый из новых подданных.

Я немедленно попытался озаботить его вырубкой деревьев, чтобы мог он растить рожь на этом самом месте и печь хлеб для меня, но он работать отказался. Наконец, я понял, что придется снизойти до того, чтобы поговорить с ним. У нас здесь большая проблема. Мои спутники все как один воины, и я не могу просить их возделывать землю, а один-единственный крестьянин это делать отказывается. Хоть и хотел я убить его, но понимал, что если мы не найдем с ним общий язык, то зимой нам придется туговато… если, конечно, здесь вообще бывают зимы.

Я спросил, где могу найти людей и животных, которые служили бы мне. Он долго торговался, перед тем, как открыть тайну, и я нашел это омерзительным. Наконец, я согласился заплатить ему, если он откроет мне тайну этого места и укажет, где взять слуг. Он дал мне загадочный ответ:

«Как отстроишься — они и придут».

Я так разозлился на него за эту глупую фразу, что готов был убить на месте, но он пояснил свои слова.

На следующий день я приказал крестьянину и своим людям начать строительство хижин. Потребовалось какое-то время, чтобы объяснить им [Воинам], что это не просто селянская работа, но постройка укрытий, как, например, при разбиении воинством лагеря. Но даже при этом вполне логичном объяснении работали они без энтузиазма, ибо считали труд ниже своего достоинства. В итоге мне пришлось отдать некоторые из своих драгоценностей, чтобы убедить их в том, что труд сей воистину достоин их.

А на следующее утро после возведения хижин я обнаружил у своего шатра целую делегацию крестьян, которые спрашивали дозволения занять созданные нами домишки.

Я долго размышлял над этим, прежде чем снизошел до того, чтобы говорить с ними. Я объяснил, что за то, что живут они на моей земле и в хижинах, построенных мною для них, они должны присягнуть мне на верность как своему лорду. Они должны обрабатывать землю, платить мне десятину и вставать под мои знамена во время войны. А я обещаю им защиту своего меча. Они с радостью согласились. На листе пергамента мы оставили метки и, таким образом, заключили соглашение. В тот же день крестьяне перебрались в хижины и приступили к работе.

Поразмыслив над сложившейся ситуацией, я испросил у мастеровых крестьян совета.

Последовав ему, на следующий день я отправил своих людей на постройку бревенчатых и соломенных хижин. Это стоило мне еще больших денег, но я частично восполнил затраты, потребовав у крестьян выплаты за проживание в хижинах и получив несколько медяков. Наконец, возведение соломенных и бревенчатых хижин было завершено и, к вящему моему изумлению, из лесов выступили гоблины и орки, пожелав служить мне, коль дозволено им будет поселиться в столь чудесных домах. Я заключил с ними такое же соглашение, как и с крестьянами.

Мой лорд-кузен, они кажутся недалекими созданиями, которым отчаянно нужен вождь и герой, который обеспечил бы их жильем. Сами они почему-то этого не делают, ожидая господина, который решил бы проблему проживания за них. Я слышал, как они высказывают мнение о том, что подобное положение дел — их неотъемлемое право и их правитель должен всем их обеспечить. Я с радостью предоставил им жилье и убедил, что я и есть тот самый всезнающий правитель. Теперь я могу вертеть ими, как считаю нужным, ибо они боятся потерять то, что я дал им

И я начал строительство города, который мы собираемся назвать в твою честь. Боюсь лишь, что не удастся создать его достаточно великим, дабы соответствовал он имени твоему. Дабы не утратил ты веру, мы решили назвать город нашим родовым именем, ибо коль падет он, все посчитают, что назван он был в честь твоего скромного слуги. Строительство обходится дорого, но уже сейчас маленький, но верный денежный ручеек возвращается назад. У этих существ в карманах водятся медяки; интересно, кто их чеканит в этих землях.

Я продолжу возведение различных зданий; поглядим, что будет дальше.».

Ну что же, отчасти это было даже забавно. Заканчивается письмо снова двусмысленно. Осмелевший, и несколько охамевший, Айронфист пишет: «Передай леди Эвайн мои наилучшие пожелания и скажи ей, что у меня осталось множество прекрасных воспоминаний о временах, проведенных нами вместе. Она поймет, что я имею в виду».

Следующее письмо было написано в 1111 году ПБ, чуть меньше года спустя после второго. Уже это послание Морглин начинает попроще: «Дорогой кузен Рагнар».

Начинается письмо с радостного известия, что первое поселение Айронфиста на Энроте названо в честь короля, Долина Рагнара, и уведомления, что на застройку потребовались серьезные траты. Айронфис выражает желание, чтобы ему компенсировали все затраты из королевской казны и даже предоставляет полный перечень своих трат, налогов же за этот период он предоставить не может, так как все они тут же вливались в развитие поселения.

Шутка на тему механик продолжалась. Теперь помимо крестьян Морглин тем же образом продолжает собирать войска. Что интересно, в письме упоминаются не только войска рыцаря, но вообще всех четырех фракций Первых Героев. Между делом обыграв более высокую цену за найм существ фракции Чернокнижника, хамло Айронфист, потеряв всякий страх, упоминает и колдуна Гутберта, который стоил значительно дешевле.

Морглин так же прямо пишет своему кузену, что не смотря на название города королевский стяг будет над ним поднят, только если король снова примет Айронфиста на службу и возместит ему все затраты на возведение города. И дает нам знать о предстоящей войне за Энрот, после конца весенних посевных работ Айронфист в месте с армией пойдет в рейд за пределы долины где обосновался.

Это первое и единственное письмо, что закончилось приемлемо: «Передай наилучшие пожелания леди Эвайн».

Год 1112, более двух лет прошло с последнего письма Айронфиста на родину, это письмо начинается совсем по простому: «Кузен».

Морглин начинает письмо сообщением, что прочие письма, оставленные у барьера в холмах, исчезли, но так как не было ответного послания, он не знает, забрал ли их Рагнар или воры.

Айронфист впервые столкнулся с другими лордами Энрота. После долгого путешествия, в процессе которых он находил гробницы и шахты с полезными месторождениями, он наконец-то набрел на другой город. Тут снова, уже в третий раз, шутят на тему механик. Город взятый Морглином оказался варварским, и несмотря на то, что первоначально жители города до последнего воина сопротивлялись и не хотели сдаваться, но после смерти последнего защитника остальные жители тут же выразили свое желание служит новому лорду. В городе были даже войска, готовые к найму, что особенно поразило Айронфиста.

Также от местных Морглин узнает, что есть три могучих лорда Энрота: Чародейка, Варвар и Чернокнижник. Есть на Энроте и множество городов, но все они отстраиваются и заселяются только одним типом существ: людьми, варварами, магическими народами или монстрами. Это тоже показалось Айронфисту крайне странным, ведь он строил что хотел и водил за собой армию состоящую из существ всех фракций и особых проблем от этого не имел.

Так как в этом письме Айронфист почти не хамил королю, то в конце опять проехался по его жене: «Передай привет Эвайн от меня и спроси, есть ли у нее все еще то забавное родимое пятно».

В 1115 году ПБ Морглин написал еще одно письмо, в обращении сбившись на «Рагнар». Начинается послание с вымогательства денег. Даже если король больше не желает знать Айронфиста, затраты на возведение первого поселения все же стоит возместить. К письму также прилагается перечень затрат.

Морглин упоминает три затяжных военных кампаний, в течении которых смог разбить многочисленные войска, но потерял половину своей армии. Так упоминается случай с пленением вражеского героя. Сюзерен пленника пожелал выкупить своего слугу, но в первый раз сумма показалась Айронфисту смехотворной, зато вторая сумма выкупа была признана удовлетворительной. Уходя вражеский герой, будучи в хорошем расположении духа, уведомил Морглина, что они еще встретятся. На что Айронфист ответил, что будет рад, ведь казна всегда нуждается в новых вливаниях.

Появился герой и на службе Морглина, правда вскоре сгинул, от рук Чернокнижника, унеся с собой ту самую половину армии. Столица Морглина подверглась осаде, которую удалось успешно отбить, но нескольким другим городам Айронфиста повезло меньше.

Заканчивается письмо еще одним вымогательством, но если в предыдущих письмах письмах Айронфист просил лишь 10 тысячах золотом, то теперь речь идет о 20 или 30 тысячах. Заканчивается послание уже ставшим традиционным выпадом в сторону королевы: «Кстати, спроси-ка Эвайн об одном интересном времени, проведенном нами вместе, которое мы называли потом ночью безумия».

Следующее письмо было написано опять спустя три года в 1118 ПБ. К своему теперь уже окончательно бывшему королю Айронфист снова обращается «Рагнар».

Эти три года были очень трудными. Воспользовавшись разобщённостью местных владык, Айронфист набрал слишком много силы, вынудив врагов объединиться против него. В итоге он потерял все земли, с трудом отбив очередную осаду столицы. И вновь стал планомерно расширять свои владения.

В письме Айронфист уделяет особое внимание магии. Говорит что здешние колдуны намного могущественнее магов Варна, а арсенал их заклинаний обширнее. Если раньше он игнорировал магов, говорят, что на те деньги что они просят за услуги он снарядит небольшую армию, то теперь он больше не жалеет на них денег. Что однажды спасает его королевство от краха.

После того как он разделил свою армию на три войска, отправив их расширять и охранять границы его земель, чернокнижник при помощи телепортации переносит большое войско под стены столицы Айронфиста. Понеся большие потери гарнизон магов при поддержке монстров и людей смогли удержать город.

Заканчивается письмо уже не хамством, а оскорблением: «Мне интересно, дыхание Эвайн действительно столь зловонно, как я теперь припоминаю?»

1123 год ПБ. С последнего письма прошло пять лет. Уже три года Энрот находится в руках Айронфиста, объединив под своей весь континент. Это письмо начинается с оскорблений и оскорблениями же переполнено.

Интересный момент, что победив чародейку и варвара, Морглин схватился с чернокнижником, Аламаром. Удивительно, что жителя Варн-4 никак не задело столь интересное имя.

В своем письме Морглин обвиняет отца Рагнара в братоубийстве, дескать он убил отца Айронфиста, что должен был занять трон королевства, трон которого сейчас занимает сам Рагнар. Сыпет оскорблениями, и грозится, что если барьер в холмах когда-нибудь падет, то Айронфист вернется в родные края с магией и мечом.

В конце следует еще одно оскорбление, но на этот раз в сторону королевы: «Если Эвайн все еще с тобой, скажи ей, что я женился и посему весьма доволен. Моя спутница обладает всеми качествами, которых она лишена: правдивостью, умом, красотой и добротой. Кроме того, она принимает ванну чаще, чем раз в год и облако мух не кружит над нею; а это я нахожу довольно приятным после того, как познал Эвайн».

(Конец кампании Первых Героев)

В 1127 году родился первенец Морглина, Арчибальд, а в 1129 второй его сын, Роланд.

Несколько лет спустя, в 1133 году, на Антагариче родилась будущая жена Роланда, Катерина Грифонхарт (Примечательно, что она родилась в июне и её родители поженились в том же году, то есть на беременность было максимум 7 месяцев. Королевская свадьба по залету?).

В 1140 году ПБ на острове Вори родился полуэльф Джелу, а годом позже в Эрафии у маленькой Катерины появилась сестра, Беатрис Грифонхарт.

В 1145 году ПБ Николас Грифонхарт подписывает мирный договор с королевством Таталия. Договор заключённый еще при Тарнуме не продержался долго, более 700 лет спустя был заключён еще один, но и он не продержится даже ста лет.

В 1149 году на Антагариче известная охотница на драконов рождает сына, которого решает назвать Дракон. Мальчик растет умным, но непокорным. Его мать не может совладать со своим ребенком, а потому отдает его на воспитание в Бракаду, но уже к четырнадцати годам он овладел всем, что ему были готовы предоставить без посвящения в орден, после чего отправился путешествовать по континенту.

(Идеальный вариант для героя фанфика, талантливый, но не имба, появляется то тут то там, но без жесткой истории, есть масса пространства для маневра)

В 1150 году ПБ начинается предыстория Катерины. В возрасте семнадцати лет она записалась в армию Эрафии, поступив против воли своего отца. Николас так рассердился на свою дочь, что почти приказал привести её обратно во дворец в кандалах, но конфликт разрешился благодаря матери Катерины.

Все в течении нескольких месяцев юная принцесса смогла показать превосходные результаты как офицер и командир, стремительно продвигаясь по службе. Хотя многие говорили про то, что Катерину продвигают за счет её происхождения, на деле же Николас скорее всячески мешал карьере дочери, не желая выпускать её из столицы.

Но прибегнув к хитрости принцесса смогла встать во главе небольшого войска, направленное на подавление мятежа недалеко от спорных земель. Нашлись люди называющие себя наследниками Финаксии, подбивая людей на мятеж. На деле же это оказалась ловушка на Катерину, организованная одним из генералов Эрафии. Благодаря своим талантам, принцесса одержала столь блестящую победу над вдвое превосходящими силами противника, что это событие прозвали чудом.

(У меня складывается впечатление, что я подростковое кинцо описываю. Героиня не просто особенная, она особенная-особенная, в любом деле талант, не смотрите что соплячка 18 лет. Дракон хотя бы просто умён был, и к 14 он овладел лишь основами магии четырех стихий, и если бы он согласился стать подчиненным Гэвина Магнуса, то продолжил бы обучение)

Кстати, во время этой компании один из подчиненных Катерины нашел 11 летнего Джелу, которого берет на воспитание.

Раскрыв заговор против себя, Катерина потребовала вместо казни главного зачинщика, поединка с ним же. На дуэли юная принцесса сразила опытного рыцаря даже не вспотев (особенная-особенная-особенная).

(В целом Катерину тоже можно назвать хорошим выбором для героини фанфика, но это будет фанфик для девочек. Без обид, у всех есть любимые жанры и типажи героев, но лично я бы такое читать не стал)

В 1153 году умирает королева и принцесса Беатрис, во время путешествия вдоль северного побережья на них напали некие мародёры. Николас и Катерина чуть не обезумели от горя, очевидцы говорят, что оба потомка Безумного Короля вели себя очень похоже на своего предка. Король чуть не разгромил дворец, успокоившись после нескольких залов, а Катерина чуть не разгромила казармы, её смогли успокоить только усилиями многих рыцарей.

После нескольких рейдов на севере, в течение которых Катерина жестоко расправилась над всеми причастными в пролитие королевской крови, принцесса уволилась из эрафийского войска и стала телохранителем своего отца. Опасаясь за судьбу своей дочери, Николас стал подыскивать ей супруга.

Нам же пришло время вернуться на Энрот 1151 год ПБ. Лорд Слэйер (владыка варваров) погиб в одной из стычек с некромантом, он был настолько великим воином, что его останки захоронили в основании таинственной энротской Арены, Ламанда (чародейка) оставила военное ремесло, а Аламар (чернокнижник) скрывался в далеких землях, спасаясь от королевской десницы. Новый Король установил, что наследник будет избираться Верховным Королевским Провидцем, думая, что это уменьшит опасность борьбы за трон.

У Морглина Айронфиста было два сына — Роланд и Арчибальд. Роланд успешно совмещал военное искусство с увлечением волшебством. В принципе, Арчибальд тоже, но он более сильно предавался науке. Объектом своих исследований он избрал некромантию и весьма преуспел в ней. Он решался на смелые эксперименты и толкал науку вперед. Так он стал признанным членом Гильдии Некромантов. Арчибальда привлекала перспектива вечной жизни и весьма интересовали учения Этрика Безумного, касающиеся Ритуала Вечной Ночи и продолжения существования в образе лича.

Морглин Айронфист умер спустя 25 лет после завоевания Энрота. Арчибальд решил, что Роланд будет избран новым правителем королевства, поскольку Провидец знал об увлечении старшего принца темным искусством и вряд ли одобрял это. Поэтому он решился на коварный план.

Во время прогулки на корабле Верховный Провидец погиб при странных обстоятельствах, приведших к потоплению судна. Выбор должны были сделать его преемники. Но Фредерик неожиданно выпал из окна башни и погиб, Роберта сжег дракон, Йоханн съел что-то недоброкачественное и скончался. Естественно, никто не поверил, что это несчастный случай. И тут появляется принц Арчибальд и утверждает, что смерть провидцев — дело рук Роланда, решившего заполучить власть в свои руки. Он уже подготовил прокламацию против своего брата. Тот, испугавшись за свою жизнь, ночью скрылся из замка Айронфист. Это послужило подкреплением лжи Арчибальда.

Был выбран новый Королевский Провидец, но даже он не желал выбирать старшего принца, поэтому Арчибальд подкупом и угрозами вынудил его объявить себя Королем. На следующий день состоялась коронация Так началась гражданская война — Война Престолонаследия, затянувшаяся на три долгих года.

С самого начала боевых действий Арчибальд обратился к Оракулу (ИИ Мелиан) за помощью. Тот отказался помогать в развязывании нового конфликта и обозленный Арчибальд вырвал кристаллы памяти из слотов, а затем распределил их среди своих ученых. Один кристалл он отдал Агару — великому ученому-чернокнижнику, другой — изобретателю Гарику, третий отправил в некромантскую твердыню — замок Даркмур, четвертый поместил в замок Аламос, находящийся на отдаленном островке. Арчибальд приказал своим магам во что бы то ни стало извлечь данные из кристаллов.

Роланд сделал своей основной базой летний дворец династии Айронфистов и встал в вооруженную оппозицию узурпатору. Энротские лорды в данных обстоятельствах не спешили примыкать ни к новому Королю, ни к его брату. Поэтому первое, что сделал Арчибальд, так это захват близлежащих замков. Впрочем, Роланд сотворил то же самое, дабы показать, что он тоже является силой, с которой нужно считаться. Это и явилось началом войны. Оба претендента на престол начали войну с собственным народом, дабы показать свою силу и вынудить лордов встать на свою сторону.

Войсками Роланда командовал талантливый генерал Уилбур Хэмфри, под началом которого находилось все рыцарское сословие Энрота. Однако и после проведенных им блестящих операций энротские лорды продолжали колебаться; тем не менее, на стороне Роланда выступил лорд Килбурн — один из вернейших вассалов Морглина Айронфиста, служивший ему еще на Варне.

Вассалы Арчибальда подняли восстание, направленное против Роланда, но последний умудрился подавить его в зародыше. Арчибальд же направил свои войска в заснеженный регион Крэйшоу, что принадлежал раздробленным и независимым варварским племенам, и подчинил себе тамошних обитателей. Кроме того, он решил заключить союз с некромантами. Для этого Арчибальд снабдил их всем необходимым для атаки на дварфов, чьи золотые запасы маги смерти давно собирались разграбить. Быстро собралась огромная армия (лорд Аламар тоже входил в ее состав) и, встав под знамена Арчибальда, отправилась в поход на города гномов. После первых дней погромов, Арчибальд получил письмо от предводителя диких племен огров, в котором тот предлагал свою поддержку в войне.

Роланд тоже времени не терял, обзаведшись столь могучими союзниками, как чародеи острова Тумана и друиды. Зная, что Гильдия Некромантов будет ключевым союзником Арчибальда, он собрал войско, в которое входили члены Гильдии Волшебников, и двинул его на основные силы некромантов, что стекались под знамена узурпатора. К сожалению, Арчибальд прислал подкрепление и атака сорвалась.

Вскоре после этого Гильдия Некромантов была узаконена и стала действовать в открытую. Впрочем, это ослабило Арчибальда во владениях дворфов. Король дворфов Роклин послал просьбу о помощи и Роланд откликнулся на нее. Он уже имел достаточно средств на ведение войны и собирался взять под контроль шахты Каратора, куда уже подходили войска Арчибальда, но решил все же сначала помочь дворфам. Изгнав некромантов, так и не успевших добраться до золота, Роланд при поддержке армий дварфов сумел прибрать шахты к рукам.

Теперь Роланд и Арчибальд находились примерно в равных условиях. Уже было доподлинно известно, на чьей стороне выступают те или иные энротские лорды. Оставалась долина Лорендэйл, последняя нейтральная полоска между воюющими армиями. Два лорда долины поддержали Роланда, два — Арчибальда. Долина была важнейшим стратегическим регионом, поэтому братья решили тем или иным способом склонить враждебных лордов на свою сторону. Они даже предприняли попытки переманить к себе вражеских генералов. Но те оказались лояльны своим повелителям, чего не скажешь о лордах. Один из них переметнулся к Арчибальду, но все же с большим трудом Роланду удалось взять долину в свои руки и вступить на территорию врага.

Видя такой поворот дел, Гильдия Волшебниц (Среди которых была и Джем) из города Норастона поддержала Роланда и начала мобилизацию войск. Арчибальд тут же послал огромную армию в атаку на Гильдию. Но в этот момент агенты Роланда подняли крестьянское восстание в землях Арчибальда. Все же Арчибальд сумел быстро подавить его с помощью своего ближайшего помощника, генерал-лейтенанта Корлагона, рыцаря, практикующего некромантию. И это был самый опасный из поддерживающих Арчибальда лордов.

С помощью лорда Халтона Роланд помог колдуньям одержать победу и продолжил свой марш к замку Айронфист. Арчибальд же захватил в плен короля местных драконов и принудил их к союзу.

Роланду пришлось туговато, но он уже собирал армию для последней атаки. Лорд Корлагон тоже готовился к финальной схватке во имя своего повелителя. В этот момент советники обоих братьев предложили им отправить войска на поиски могущественного артефакта, Совершенной Короны. Этот артефакт давал значительный перевес в предстоящей битве.

Роланд нашел его раньше, однако в этот момент лорд Корлагон застал его врасплох, появившись с огромной армией неподалеку от лагеря Роланда и отрезав тому пути к отступлению. К счастью на помощь ему пришел лорд Хаарт, оказавший неоценимую помощь в сражении против Корлагона, что привело к разгрому воинства последнего. Корлагон бежал в замок Айронфист, где воссоединился с защитниками последнего оплота Арчибальда.

Вскоре Роланд осадил замок Айронфист и предложил Арчибальду сдаться, на что тот ответил отказом. У Арчибальда осталось мало войск, он поднял огромную армию нежити и направил ее против своих же бывших подданных. Впереди шел все тот же Корлагон, но он уже не представлял особой опасности (Хотя до этого нам неоднократно подчеркивали, насколько тот крут). С трудом рыцарям Роланда удалось перебить всю нежить и замок Айронфист пал.

Арчибальд проиграл войну. Не сказать, что его правление было плохим. Кому-то оно нравилось, но факты остаются фактами. Он был свергнут с престола Энрота своим братом. Придворный волшебник последнего, Танир, превратил Арчибальда в каменную статую, которую поместили в королевскую библиотеку.

Лорд Корлагон бежал в свое имение в Трясине Проклятых — некромантских владений. Гильдия Некромантов была ликвидирована. Оставшиеся ее члены отступили в замок Даркмур. Лорд Аламар бежал на Антагарич, где примкнул к чернокнижникам Нигона.

В Энроте началось ничем не омраченное правление Короля Роланда, который в том же году, 1154, женился на Катерине Грифонхарт.

В 1155 же в одном из варварских племен Крюлода родился Килгор, тот кого в будущем назовут Королем Варваров.

(Так закончились Вторые Герои, и пожалуй Третью часть я вынесу в отдельную главу, слишком уж большой объем текста есть сейчас и еще больше нам предстоит, а пока хочу вам предоставить небольшой бонус, события на Варне-4 после отбытия Морглина Айронфиста)

Король Аламар убит, а его юная наследница, принцесса Пенелопа, похищена культом некромантов, ведомых коварным чародеем Гутбертом. Как следствие, лорды Варна изготовились к войне за престол.

(То есть Король Аламар был жив на момент отбытия Айронфиста, тогда вопрос, кто такой Король Рагнар?)

Но отважные искатели приключений спасли Пенелопу из застенков некромантов — замка Драгадюн, однако это не изменило ровным счетом ничего — война за власть над Варном уже началась. И Пенелопа, сплотив за собою сторонников и войска покойного отца, вознамерилось заявить о своем праве на престол.

Вне всяких сомнений, наиболее могущественным из ее врагов окажется Рагнар Айронфист, всегда желавший взойти на трон, и теперь уверенный в том, что пришло его время. Лазутчики донесли Пенелопе, что этот мятежный лорд покинул свой замок Белый Волк и теперь пребывает в городе Портсмите.

(То есть Рагнар лишь Лорд, желающий стать королем, а не король, но почему тогда Морглин в двух из семи своих писем называет его королем?)

Принцесса полагала, что к ней может примкнуть Раналоу, Страж Врат, но тот отказал девушке в союзе, и его армии теперь собираются в болотах около Алгари. Похоже он тоже положил глаз на пустующий трон. Чародей Агар, озлобившийся после смерти ученика, эльфа Телгорана, забитого чернью за создание «очаровательных монстров», объявил о своих намерениях противостоять иным лордам Варна, и теперь его воинство зверолюдей и гибридов находится в Эрликвине.

Но заклятый враг Пенелопы — Гутберт, предводитель культа некромантов. Именно он спланировал нынешнюю ситуацию, дабы отомстить Варну за собственную смерть, так как был казнен 25 лет назад лордом Рагнаром Айронфистом, но после восстал нежитью. Замок Драгадюн пал, но ныне некроманты избрали своим оплотом город Даск.

(Просто прекрасно, то есть Морглин отбыл не вчера, а аж 25 лет назад. Какого Хрена тут вообще творится? Зачем указывать сроки если вы сами в них путаетесь?)

В ходе последовавшей военной кампании Пенелопа разыскала легендарный Склеп Карменки — тот самый, который столь отчаянно пытался найти Узурпатор, опустошивший королевскую казну на снаряжение экспедиций в потаенные уголки Варна. Здесь присоединились к ней могущественные стихийные порождения тьмы.

(Два раза «Какого Хрена?», Шелтем имел доступ к Внутреннему Святилищу, что является Рубкой Управления всем Варном, там не было зло***чей карты? Шелтем сам создавал монстров, так как имел доступ к множеству технологий Древних, в том числе и генной инженерии, зачем ему левое хранилище? И от куда, ради всех богов, на Варне взялось хранилище с послушными стихийными тварями, ведь совсем рядом на Кроне, Лорды Стихий творили безобразия, а еще раньше на Энроте самые адекватные из Лордов отказывались сотрудничать с Древними. Тарнуму пришлось самолично уничтожить большинство тварей стихий, чтобы остальные стали его слушаться, а тут что творится?)

После чего принцесса ступила в Замок Рока, где некогда Узурпатор держал в заточении Короля Аламара, даже по прошествии стольких лет в чертогах древней твердыни означилось немало оружия и артефактов, с помощью которых Узурпатор намеревался вести завоевательные кампании как на Варне, так и в иных мирах.

(Шелтем направил Крон вместе со всеми его Варнами в центр ближайшей звезды, он собирался уничтожить их, а не завоёвывать)

Лазутчики доложили Пенелопе, что на южных островах воспрял к жизни Бог Вулкана, который, если верить записям Корака Таинственного, на самом деле, порождение Пустоты, не могущее покинуть сей мир.

(Охренеть, то есть вместо того, чтобы ловить Шелтема, Корак изучал местную фауну. Еще и не уничтожил опасное порождение Пустоты, уже побежденное смертными героями. И почему порождение Пустоты не может покинуть это проклятый всеми Криганами Варн? Его там заперли? Кто и зачем? Или он родился в этом мире? Тогда где на Варне Пустота, в головах сценаристов?)

Покончив с этим чудовищем, принцесса покорила сотню стихийных духов огня, примкнувших к ее армии. Наконец, после долгих месяцев непрекращающихся конфликтов, Пенелопа убила мятежных лордов, и подданные тех признали ее своей Королевой. Склонить колено отказался лишь Рагнар Айронфист, который погиб во время осады его крепости. Культ некромантов оказался сокрушен, а Гутберт брошен Пенелопой в темницу. Вскоре он будет судим за свои злодеяния, первое в череде которых — убийство Короля Аламара.

(Прекрасно, то есть Аламар был убит именно Гутбертом, которого запытал до смерти «Король Рагнар»)

Теперь мир воцарился в землях Варна, и вчерашнюю принцессу именуют не иначе как Пенелопой Несгибаемой, Королевой Варна.

(На хер такую жизнь)

Было еще дополнение ко Вторым Героям, Цена Верности, рассказывающее якобы предысторию к Первой части, но я его опустил. Мало того, что делала его сторонняя студия, сама история вертится вокруг единой империи Энрота.

(Хотя когда туда попал Морглин, земля разрывалась тремя могучими лордами и имела множество свободных городов)

К тому же главным врагом там была гильдия некромантов, которых не было в первой части. Нам вообще в первой части не говорили ни про некромантов, ни про единую империю. Так как дополнение не указывает никаких сроков или дат, я затрудняюсь вписать упомянутые там события в общую хронологию, да и не привязаны они никак к общему миру, хотя дополнение и признано каноничным.

История Энрота: Эпоха Людей (Герои III)

В 1155 году у Роланда и Катерины рождается сын, Николай Айронфист. В этом же году начинаются события второго дополнения к Третьим Героям, Дыхание смерти. На Антагариче собираются многие великие войны и маги.

Могущественную энротскую волшебницу Джем, одну из полководцев Роланда, и в послевоенные времена не оставили ужасы прожитых лет. Повсюду ей мерещились призраки павших товарищей, и так продолжалось, пока ее наставница Аманда не предложила Джем отправиться в Антагарич, говоря, что на новом месте кошмары прекратятся.

Джем многое повидала на своем веку. Ей было уже далеко за семьдесят, но выглядела она молодой и красивой, ибо продлевала жизнь с помощью вод Фонтана Молодости, обнаруженного в Драконьих Песках. Участвовала она и в Войне за Престол, выступая на стороне Ламанды (чародейки), и в недавней Войне Престолонаследия. Слишком много войн.

(Вообще по ЛОРу она в два раза старше, так как родилась в 1000 году ПБ)

Так Джем появилась в Спорных Землях на границе государств людей и эльфов. Города Спорных Земель страдали от постоянных набегов некромантов Дейи, а Эрафия даже не собиралась что-нибудь предпринимать.

(Так-то АвЛи тоже нихрена не делает, но сценаристам очень нужен повод поставить Джем на сторону эльфов)

Когда Джем остановилась в городе Кловергрин и исцелилась от кошмаров, мэр попросил у нее помощи в защите поселения от некромантов. Хотя чародейка не хотелось снова ввязываться в войну, она всеми фибрами души ненавидела некромантов (в Энроте её родной город был уничтожен ими и лишь она спаслась) и взялась помочь. Ее успешные действия привлекли внимание пограничного лорда АвЛи Файетта. Один из его помощников, гном-следопыт Клэнси, находился как раз в Спорных Землях. Джем встретилась с ним и тот рассказал волшебнице о нравах и обычаях АвЛи.

Джем почувствовала, что ее привлекает эта страна, но отправляться туда было еще рано. Разделавшись с некромантами, колдунья встретилась с молодым учеником волшебника Этрика по имени Сандро. Последний сообщил, что его учитель ищет артефакт для проведения исследований, направленных против некромантии. Джем решила, что эти исследования весьма полезны для благополучия всего населения Антагарича. Сандро обещал за доставку артефакта несметные богатства, но Джем решила выполнить поручение, не прося за это никакого вознаграждения. Помочь ей вызвался Клэнси, которому лорд разрешил это при условии ненападения на АвЛи и Эрафию.

Джем и Кллэнси легко добывают первый артефакт. Сандро прислал письмо, в котором говорил, что Этрик разработал проект создания артефакта, ослабляющего некромантскую силу. Для этого помимо Амулета необходимо было отыскать еще две древние реликвии. Джем собралась найти и их, а затем встретиться с Этриком и предложить ему помощь в исследованиях.

После добычи второго артефакта лорд Файетт (владыка АвЛи) предложил Джем стать под его начало в качестве полководца. Волшебница решила дать согласие, но лишь после того, как поможет Сандро.

Во время добычи третьего артефакта друиды АвЛи предложили Джем вступить в их ряды. Когда волшебница ознакомилась с убеждениями друидов, она обнаружила, что они мало чем отличаются от воззрений ордена волшебниц. Джем приняла предложение о вступлении в орден друидов и так в ее жизни появилось новое начало.

Вскоре все артефакты были найдены и переданы Сандро. Последний отправился за платой и исчез. Джем не поняла его мотивов, но было ясно, что он скрылся, не заплатив ей. Сандро не мог быть агентом Дейи, поскольку по его же указке чародейка разгромила огромные армии этой страны. Так что волшебница написала письмо Этрику о данном событии, дабы узнать, куда делись собранные ей артефакты.

(Так закончилась компания Новое Начало, первая по счету в DLC Дыхание Смерти)

Параллельно с этим в Антагарич из Энрота в поисках приключений прибыл варвар Крэг Хек, еще один ветеран двух войн за Энрот. Во время попойки в одной из таверн Авонтелла, пограничного региона между Эрафией и Крюлодом, Крэга атаковала банда хобгоблинов, которая осталась лежать на полу с переломанными конечностями. После этого к варвару подошел мрачноватый тип в ниспадающей робе с капюшоном и пригласил за свой столик. Он представился как Сандро, волшебник, и предложил Крэгу Хеку отыскать для него четыре артефакта, которые, будучи объединенными, составят Доспехи Проклятого, что Сандро собирался уничтожить. Последний пообещал за выполнение задания кучу денег, титул и земельные владения.

Крэг Хек согласился и начал собирать артефакты. В ходе сбора варвар несколько раз видел несоответствия между реальностью и словами Сандро, а иногда и откровенную ложь, Но, плюнув на свои сомнения, Крэг отправился за последней реликвией из списка Сандро.

Владевшие им некроманты утверждали, что эта реликвия была частью их кладбища долгие годы и защищали ее всеми силами. Но ничто не могло остановить варвара и в итоге все реликвии были доставлены Сандро. Тот отправился в свою комнату за вознаграждением и не вернулся. Когда Крэг Хак выбил дверь, он увидел лишь сияющую пентаграмму на полу. Волшебник исчез, оставив варвара ни с чем.

(Так закончилась компания Руби и Кромсай, третья по счету в DLC дыхание смерти. Как по мне, просто две по цене одной. Несмотря на разные замки и якобы разные предыстории (что сводится исключительно к разному полу и мотивации, во всем остальном все равно они одинаковы) сами компании похожи друг на дружку даже геймплейно, а уж сюжет так вообще отличается исключительно именами главных героев)

Примечательно, что обе компании хотя и идут параллельно, занимают примерно пять лет. Лично у меня сам сюжет не вызвал такого чувства, но ладно. Наступает 1160 год ПБ, весьма продуктивный год, надо сказать, масса событий происходит параллельно или с минимальными различиями по времени. Хотя о многих из них сохранились даты, позволяющие выстроить события в общую цепочку, я все же выстрою их по компаниям, для облегчения восприятия.

В подземельях Нигона назревает переворот. Талантливая чернокнижница Мутар очень долго выжидала, прежде чем отважилась напасть на ненавистного ей владыку Ордволда, одного из самых богатых чернокнижников Нигона, что унаследовал от отца титул Верховного Лорда Подземелий. Первостепенной целью для себя она поставила достижение высокого положения в подземной державе, и Ордволд был одним из ключей к ее достижению.

Рождённая, в бедной семье, сбежавшая из дома, Мутар с ранних лет обладала огромными амбициями и нездоровой тягой к наращиванию личного могущества. Когда один из Подземных Лордов, Рорик, заметил, сколь умело девушка обращается с могущественными драконами, то предложил ей занять место полководца его армии.

Однако Мутар желала большего, намного большего. На одном из празднеств Рорик позволил себе заметить, что ценность женщины ограничивается ее физической привлекательностью, а Мутар тут же сделала вид, что приняла оскорбление на свой счет и вызвала Подземного Повелителя на поединок. Тот вызов принял и был немедленно обезглавлен. Никто не посмел оспорить притязания Мутар на место ее бывшего владыки.

Когда Ордволд ослабил свою оборону, Мутар поняла, что он уже забросил военное искусство и решила нанести удар. К ее вящему удивлению, на пути у нее появились два конкурента - молодых лорда, причем неплохо себя зарекомендовавших в нынешнем конфликте. Это лишний раз доказывало, что дряхлеющий Ордволд совсем уж не в форме.

Перебив войска лордов, Мутар захватила земли старого чернокнижника, но оказалось, что сам Ордволд со значительной частью войск отсутствует, и именно поэтому оборона его владений оставляла желать лучшего.

Как вскоре выяснилось, чернокнижник всю свою жизнь занимался поисками легендарного Сосуда Драконьей Крови. По преданию, в нем хранилась кровь Отца Драконов, исчезнувшего тысячелетия назад. Тот, кто выпьет ее, обратится в могучего дракона, сохранив при этом человеческий разум и рассудок.

Мутар поняла, что это - главный ключ к воплощению ее мечты. Она направилась вслед за Ордволдом, когда обнаружила, что молодые лорды тоже не прочь испить крови Дракона и следуют за ней по пятам. Мутар решила, что так дело не пойдет, и в ходе недолгого противостояния уничтожила лордов окончательно.

В этот момент соседние лорды заинтересовались отсутствием сразу четырех дворян в стране. Мутар приказала своему генералу в Нигоне на корню уничтожать всех, кто будет пытаться узнать истину.

И вот она в Глубоких Пещерах, где уже давно околачивался Ордволд, обнаруживший путь к Сосуду, но не знавший, как его открыть. Мутаре также нашла этот путь. Здесь же она встретила чернокнижника Аламара, опального лорда Энрота, перебравшегося в Нигон после завершения Войн Престолонаследия, который присоединился к ней в качестве союзника.

Ослабив силы Ордволда непрерывными атаками, Мутаре проникла в святая святых Пещер, где ей пришлось иметь дело с огромным количеством драконов - охранников реликвии.

Но, наконец, Сосуд был у нее в руках. Мутар выпила кровь Отца Драконов и древнее предание сбылось. Драконица Мутар была готова покорить весь Нигон.

В этот момент Ордволд распространил слух, что хотя Сосуд и потерян, теперь достаточно испить крови самой Мутар, чтобы превратиться в дракона. Мутар приказала провести активную кампанию в Нигоне по опровержению этих слухов, дабы не стать целью номер один для всех лордов подземной державы.

Самой же Мутар пришлось противостоять трем лордам, поверившим в провокацию, и Ордволду, что спустился в Глубокие Пещеры по ее драконью душу. Битва была затяжной и жестокой, но Мутар одержала верх. Уничтожив Ордволда и его приспешников, она стала самой могущественной правительницей во всем Нигоне. Естественно, покорением своей вотчины ее честолюбивые планы не ограничивались, но об этом чуть позже.

(Так закончилась вторая кампания, Кровь Дракона, из DLC Клинок Армагеддона. Подростковое кинцо о принцессе Катерине, получило продолжение. Я ничего не имею против сильных женщин, но только когда их образ и история адекватно прописаны. Примером хорошей женщины-героя я считаю королеву Изабель из Пятых Героев, о ней мы поговорим позже, но я могу ответственно заявить, это женский персонаж который мне реально понравился.

Но вернёмся к Мутар. Во-первых не понятно где и когда бродяжка из бедной семьи успела снюхаться с драконами. Интуитивное понимание драконов тут не котируется, так как интуиция это опыт перешедший в подсознание. Где-то она должна была встретиться с драконами и продолжительное время с ними общаться, достаточно продолжительное, чтобы приобрести навыки, которые впечатлят Лорда Подземелий, у которого еще дедушка питомники драконов содержал.

Во-вторых, почему оценив навыки Мутар, означенный Лорд сделал её генералом, а не определил слугой в гнездо драконов, где она бы ухаживала за ними? Какой дебил назначит генералом бродяжку с улицы? И почему Лорд Подземелий, доверив в руки левой девчонки огромную силу, не озаботился покорностью и верностью этой девчонки?

В-третьих, все чернокнижники управляют своими войсками с помощью ментального подчинения, а Лорды Подземелий еще и носят Кольца Правителя, которые усиливают эффекты ментальной магии. Почему маг разума, с артефактом усилителем, не подчинил Мутар сразу же, как увидел её таланты? Ну допустим для генерала нужна свобода воли. Почему Лорд не почувствовал намерения Мутар, когда она решила его убить? Почему, когда слуга открыто выразила агрессию и бросила вызов, Лорд-маг, искусный в магии разума, не отБДСМил вздорной девке мозги, а принял вызов на поединок на мечах?

В-четвертых, Негон известен своими тайными интригами. Другие слуги Лорда не осмелились бросить Мутар вызов в открытую, и это логично, но почему никто из них не попытался отравить мятежного генерала. Почему другие Лорды Подземелий либо подчинялись ей, либо атаковали в открытую, не пытаясь разыграть хотя бы банального предательства?

Все это уровень подросткового кино, я даже не знаю, что хуже, особенная-особенная Катерина или Мутар с её аурой тупости, которая понижает айкью всей стране, на территории которой находится)

В том же 1160 году ПБ три знакомых нам героя, Джелу, Тарнум и Дракон проходят испытание на вступление в Лесную Стражу. Лесная стража - это особый партизанский отряд Эрафии, несущий службу в спорных землях. Подробно мы знаем только об испытании Джелу, оно заключается в сборе некоторых артефактов, необходимых для сбора реликвии Эликсир Жизни, который затем нужно будет передать аристократу АвЛи, лорду Фалорелу.

(По сути можно сказать, что на этом закончилась вторая компания DLC Дыхание смерти. Можно конечно подробно расписать суть испытания, но я смысла особого в этом не вижу. Куда интереснее некоторые детали, что доступны нам из этой короткой выдержки.

Джелу воспитанник эрафийского генерала, его желание служить в специальных пограничных войсках Эрафии понятно. Зато непонятно почему игра за курсанта спецвойск Эрафии ведется за Оплот, замок АвЛи. Почему задачу курсанту поставил аристократ АвЛи? Я просто хочу напомнить, что спорная земля, это пограничье где Эрафия, АвЛи и Дейя постоянно бьются лбами вот уже более 500 лет. Что говорить, если один из нужных Джелу артефактов хранился у Драконьих Лордов, аристократов АвЛи поставляющих в её армию зеленых и золотых драконов. И Джелу убил этих лордов, чтобы потом предоставить другому лорду АвЛи ценную реликвию и наконец-то поступить в армию Эрафии.

Это новый уровень. Если раньше я ловил сценаристов на несоответствии ЛОРа между частями, то тут ересью пропитана конкретная компания)

Во все том же злополучном 1160 году ПБ полуварвар-полуджин Йог проходит испытание на становление одним из варваров Крюлода. Йог — в юности был отдан матерью-джинном на обучение в магическую академию Бракада. Но с возрастом Йог всё больше проявлял тягу к воинскому делу и приключениям, унаследованную от отца-варвара. Видя это, академия пыталась сильнее дисциплинировать его, но тем самым только больше заставляла ненавидеть магию и мечтать о другой жизни. Когда возлюбленная Йога, искушённая в магии волшебница Видомина, становится некромантом, его больше ничто не держит в Бракаде.

Как раз в это время Йог узнаёт, что правитель соседнего королевства варваров Крюлод, герцог Винстон Борагус, наслышан о его репутации и приглашает присоединиться к его армии. Волшебники, ревностно охраняющие свои секреты, не желают отпускать Йога и шлют за ним погоню, однако с помощью друга-варвара он успешно добирается до Крюлода. К неожиданности Йога, на подходе к столице он оказывается атакован войсками герцога Борагуса. Уничтожив их, разгневанный Йог встречается с герцогом, который заявляет, что устроенная битва была проверкой того, достоин ли он как воин служить Крюлоду.

Теперь Йогу необходимо доказать свою готовность навсегда отречься от волшебников. Для этого Йог получает артефакт Альянс Ангелов и разделяет его на несколько составляющих, которые относит соглядатаям Борагуса в разных королевствах: в Таталию, где ему приходится сражаться с враждебно настроенными жителями, Эрафию, в которой он сталкивается с сопротивлением из королевской армии, и недавно покинутую Бракаду, где Йога поджидают бывшие наставники. Успешно выполнив задание герцога Борагуса, Йог становится варваром и находит своё место в Крюлоде.

(Так заканчивается четвертая компания из DLC Дыхание Смерти. Очень странно, Дракон, так же отданный на воспитание в Бракаду, так же бывший непокорным, изучил самый минимум и отчалил на все четыре стороны, так как без вступления в орден его в тайные искусства никто не посвящал. Йог не хотел изучать и минимум, но его насильно удерживали и зачем-то доверили какие-то секреты, хотя даже в стране варваров слышали, что есть такой Йог, который хочет стать варваром, а не магом)

Тем временем Этрик получил письмо от Джем. Он быстро догадался, что Сандро умудрился завладеть двумя могущественными артефактами - Броней Проклятого и Плащом Короля Нежити. Отписав об этом Джем, а также о том, что Сандро стал некромантом, Этрик задумался над тем, как подправить свою незапятнанную репутацию, изрядно подмоченную тем, что его ученик пошел по иному пути. От Джем он узнал местонахождение Сандро и понял, что тот движется в Дейю. Немедленно он послал своих лучших учеников во главе с Джеддитом, который и представил ему Сандро и некогда был его другом, остановить Сандро, отнять у него артефакты и передать Этрику.

(Удивление с первого предложения. В каноне Третьих Героев Сандро учился у уважаемого мага Бракады, а в Восьмом МиМ он учился у могучего некроманта Джадама. И DLC Дыхание Смерти, компанию которого мы сейчас разбираем, и МиМ, который целиков ввел континент Джадам в канон, вышли в один год.

Начнем с того, что Сандро вообще было не обязательно вводить в канон Джадама, но раз уж вы его ввели, то соблюдайте хоть какую-то последовательность.

При желании все это можно оправдать, например, Сандро прибыл в Бракаду уже взрослым, но этому противоречат сразу несколько фактов. Дракон и Йог были отданы на обучение еще в детстве, мог ли Сандро прийти обучаться уже будучи более чем столетним личем? Наверное все же мог бы, но почему тогда Этрик из Бракады беспокоится за свою репутацию? Если Джеддит представил магу уже взрослого друга, то именно он отвечает своей репутацией за левого человека. Уважаемый маг нес бы ответственность только за воспитанника, чью личность он формировал с малого возраста.

Но самое главное, зачем вообще было вводить двух Этриков, учителей Сандро? Неужели было трудно дать им разные имена?)

Сам Этрик покинул Бракаду, дабы подстраховаться и лично воспрепятствовать Сандро достигнуть границ Дейи, предворительно отправив Джем письмо, в котором сообщал, что бывший ученик его наверняка создал из доставленных артефактов могущественную реликвию некромантии. Но в той области неподалеку от Спорных Земель, куда направился Джеддит, правил лорд Джабаркас, младший брат Этрика. Ему хотелось заполучить артефакты для себя, дабы тем самым показать, что он ничем не хуже брата, а кроме того, несколько лет назад Сандро совершил насилие над его дочерью, и Джабаркас жаждал отомстить.

(Сандро родился в 1000 году, сейчас 1160, ему 160 лет, силен, старикашка. Но мне интересно, почему не последовало никаких санкций для насильника, это точно та самая Бракада, жемчужина мысли и морали, исповедующий те же нормы поведения, что и церковь света Эрафии?

И что это за херня с территорией Бракады рядом со Спорными Землями? Бракада на юге континента, АвЛи на севере, центральная часть занята Эрафией, как и восточное побережье, а Западное побережье занято Таталией. Спорная земля граничит с Эрафией, АвЛи и Дейей, которая занимает часть территории АвЛи. Откуда там Бракада?)

Воспользовавшись разногласиями между группировками, Сандро легко разгромил обоих. Ни Джеддит, ни Джабаркас не знали одной страшной тайны, Сандро не стал некромантом только сейчас, он был им еще тогда, когда в Энроте шла опустошительная Война за Престол (события Первых Героев). Он побывал практически во всех потаенных уголках Антагарича и Энрота (а как же Джадам, где он обучался некромантии?) в поисках запретных знаний и даже принял участие в Войне Престолонаследия (Вторые Герои), выступив на стороне Арчибальда.

Исполнив Ритуал Вечной Ночи, Сандро обратил себя в лича, после чего, опьяненный открывшимися возможностями и ослепленный непомерными амбициями, приступил к исполнению хитроумного замысла по установлению контроля над всем Антагаричем. Могущественное заклинание давало личу иллюзию плоти, что позволяло ему действовать под личиной обыкновенного человека.

По пути в Дейю Сандро встретил волшебницу Видомину (подружку Йога, даже странно что её никто не преследовал), которая хотела научиться у него некромантии. Сандро согласился обучать ее и Видоми показала себя прекрасной ученицей. В то же время Сандро понял, что неравнодушен к ней. Он часто следовал на поводу у своих эмоций, не свойственных личам - черта, которую всеми силами он стремился искоренить в себе. Поэтому он решил, что как только покончит с Этриком, их пути с ученицей разойдутся.

(Любовь - это осязаемая величина, даже лича ею может придавить)

В союзниках Этрика состояли гномы, один из артефактов которых находился сейчас у лича, но даже они не смогли помешать Сандро одержать верх над Этриком в последнем столкновении наставника и мятежного ученика.

Достигнув границ Дейи, Сандро повстречал сравнительного молодого лича Финнеаса Вилмара по прозвищу Погребальный Звон. Он был одним из мелких лордов державы некромантов, но втайне мечтал о королевском троне. Сандро заметил, что Вилмар не очень хороший тактик, да и в политике полный профан. Он решил провести его к трону Дейи, но лишь для того, чтобы сделать своей марионеткой. Таким образом, Сандро не будет главной мишенью для потенциальных врагов Дейи.

Итак, вместе с Вилмаром Сандро вторгся в вотчину некромантов Антагарича. Герцог Дейи Аларис попытался остановить их, заручившись поддержкой нескольких лордов АвЛи, но Сандро разгромил все силы, направленные против него. Герцог бежал, дабы объединился с еще более внушительными воинскими формированиями. Сандро не стал выжидать и пошел в контратаку. Вилмар не одобрил столь решительные действия своего напарника и покинул лича, но через некоторое вернулся, поняв, что ошибался.

(Некромант, в союзе с эльфами? Тот самый некромант, что разорял леса АвЛи и многие века убивал их воинов в Спорных Землях? Последняя война Дейи против АвЛи закончилась дай боже год назад, еще Джем в пограничном конфликте участвовала. Очень толерантные эльфы на Антагариче)

Вскоре герцог Аларис был мертв и Финнеас Вилмар стал новым герцогом Дейи.

(Так закончилась пятая компания, Восхождение Некроманта, DLC Дыхание Смерти)

По прошествии нескольких лет, небольшая группировка некромантов совершила уже традиционный рейд в плодородные земли Эрафии, но на свою беду столкнулась с Йогом, который уничтожил их отряд. Во время выполнения своей благородной миссии Йог узнал, что где-то неподалеку орудует еще один варвар, также помогающий эратийцам в борьбе против некромантов. И варваром этим оказался Крэг Хек, который отправился навестить своих родичей в Эрафии, но в одном из городов его попросили вернуть похищенную рыцарем Тиранеллом Голову Легиона, а заодно найти и остальные части Статуи Легиона. Крэг Хак сделал это, а также узнал, что Тиранелл был "нанят" Сандро, которого Крэг Хак уже отчаялся найти. Обрадовавшись тому, что не позволил попасть Статуе в руки Сандро, Крэг Хак наконец-то вышел из депрессии.

(Депрессия в следствии обмана, у безбашенного ветерана двух войн, который переехал на другой континент желая поучаствовать еще и в третьей? Какая, однако, ранимая натура)

Однако в АвЛи дела шли хуже некуда. Лорд Фалорел (тот кому Джелу передал Элексир Жизни) был отравлен. Джелу начал расследование и быстро обнаружил, что под личиной лорда на самом деле скрывался вампир. Он насаждал свой род в АвЛи, а сам маскировался под дворянина страны. Узнав об этом, народ ударился в панику. Лорд Файетт назначил встречу с одним из пограничных лордов Дейи, чтобы подробнее разузнать об этом событии, но оба они были убиты.

(Джелу, офицер армии Эрафии, проводит расследование в стабильно врожденной АвЛи, где он совсем недавно резал высокопоставленных Лордов? Гениально)

Благодаря некромантам лорд Файетт (на его стороне Джем участвовала в пограничном конфликте) стал рыцарем смерти. Джем и Клэнси решили уничтожить его, дабы вернуть покой душе своего повелителя. Они вторглись в Дейю и уничтожили все силы нежити, находившиеся в подчинении лорда.

Джелу же сражался с вторгшимися в АвЛи некромантами. Он узнал, что истинного лорда Фалорела давно убили, а на его место поставили вампира Виарада. Также он выяснил, что одним из противников Виарада был Сандро и что он вполне мог стоять за отравлением вампира. Вскоре Джелу получил письмо от Джем, в которой та говорила о том, что смерть пограничных лордов АвЛи является началом какого-то некромантского плана и просила Джелу присоединиться к ней для исследования этого вопроса. Джелу ответил согласием и, объединив свои силы, они направились к границам Дейи, где обнаружили еще больше захваченных некромантами городов. Начав кампанию по вызволению населения из-под гнета темных сил, они узнали, что в Эрафии тем же самым занимаются два варвара - Йог и Крэг Хек.

Йог разыскал Крэга, чтобы при помощи его наголову разбить некромантов, а Крэг кроме того жаждал отыскать Сандро. Они также выяснили, что за всеми вторжениями, последовавшими в последнее время, стоит некий Финнеас Вилмар.

И вот четверка героев договорилась встретиться в одном из городов Дейи для того, чтобы совместными усилиями пролить свет на подоплеку чересчур уж смелых атак некромантов. Кроме того, Джем и Джелу были посланы на эту миссию Советом Старейшин АвЛи, действующим при Короле Элдрихе Парсоне. Встретившись, герои открыли для себя следующее: Сандро использовал Крэга Хака и Джем, дабы заполучить могущественные артефакты, фальшивый Фалорел заставил Джелу убить невинных лордов для получения Эликсира Жизни, но он не успел им воспользоваться, так как был отравлен по приказу Сандро. Было решено навсегда уничтожить Сандро - корень всех бед Антагарича.

(Антипафосин, две таблетки мне, срочно! И пришлите кто-нибудь машину массового террора, в нашей стране столько проблем, что только убийство одного человека спасет ситуацию.

Это надо было очень постараться, чтобы так просрать наследие Вторых Героев. Вторая часть вышла всего лишь через 13 месяцев после первой, на многое просто не хватило времени, множественные геймплейные изменения и балансные правки, с учётом ввода двух новых рас съели слишком много времени. Две стороны конфликта «темный» Арчибальд и «светлый» Роланд имели слишком похожий, почти идентичный, набор миссий. Казалось бы, фатальный недочет, но разработчики изящно выкрутились: «Это не баг, это фича».

По ходу игры нам несколько раз намекнут, а один раз даже прямо скажут, что разница между двумя братьями не столь велика, как некоторые пытаются показать, и по сути они действуют одинаковыми методами. У нас даже будет возможность по ходу компании сменить сторону конфликта. Недоработка превратилась в столь мощный инструмент создания атмосферы, что я до сих пор с теплотой вспоминаю Вторых Героев.

Оправдания на тему, что Дыхание Смерти вышло вскоре после третьих героев не котируются. Это бесплатное DLC, его не обязательно было выпускать как можно скорее, можно было бы и доработать. Более того, проблема не только в этой идиотской фразе, что Сандро корень всех проблем, все люди так или иначе любят преувеличивать, мы делаем это неосознанно. Но конкретно здесь Сандро реально является мировым злом. Без него тут некроманты вместе с эльфами союзы крутят и курят на троих с рыцарями света)

Последний же четко следовал намеченному ранее плану. Именно он отравил Виарада, поскольку тот стал слишком могущественен и уничтожил лорда Файетта и пограничного лорда Дейи, дабы не позволить сведениям о творящемся в державе некромантов быстро достичь АвЛи (ну да, потерю гарнизона в горячей точке заметят далеко не сразу). Именно Сандро сделал Файетта рыцарем смерти и потом долго сокрушался, узнав, что Джем прикончила такого прекрасного воина. Но, несмотря на мелкие неувязки, замыслы лича продолжали осуществляться. И, как это ни парадоксально, в них также входило завлечение Джем, Джелу, Йога и Крэга Хека в земли Дейи.

Как и предполагал Сандро, четверка перебила всю достойную оппозицию Вилмару и тот стал Королем Дейи, расправившись с помощью Сандро с личем, недавно взошедшим на трон и недолго на нем продержавшимся. И лишь теперь Сандро должен был выбить из Дейи вторгшиеся туда объединенные войска Крюлода, Эрафии и АвЛи. Четверо героев стали бы прекрасными генералами его армии, но Сандро с сожалением осознал, что не сможет получить их и обратить в нежить.

Нанеся сокрушительный удар, Сандро выбил все враждебные ему силы из Дейи и начал атаку сразу на два фронта. Он практически полностью уничтожил войска противника и вторгся в Эрафию и АвЛи.

Объединенные войска героев не могли эффективно сражаться, поскольку с недоверием относились друг к другу и их боевой дух падал. Тогда Йог предложил товарищам отправиться на поиски Ангельского Альянса, артефакта, который позволял решить эту проблему, магически подняв мораль воинов.

(Вы создали персонажа, наплодив несколько логических ошибок, только для того, чтобы он разобрал реликвию, спрятал составные артефакты в разных местах, а через буквально год, по хронологии, начал собирать реликвию обратно. Может я такой дебил, чего не понимаю, но по моему с тем же успехом можно было просто оставить реликвию у варварского герцога и усилиями героев отбить её. Целая компания нужна исключительно для растягивания игрового процесса, её можно просто вычеркнуть, и мы ничего не потеряем)

Сандро знал об этом артефакте, но решил, что это его не остановит, ибо шансы героев в поисках легендарного меча были крайне невысоки. В этот момент Вилмар попытался выказать неудовольствие решительными действиями Сандро, но последний быстро поставил новоиспеченного монарха на место, напомнив ему, кто именно посадил его на трон и так же может сбросить его оттуда.

Джем и Джелу отправились на поиски Сандалий Святого, Шлема Небесного Просвещения и Божественного Ожерелья Благословения - трех из шести артефактов, необходимых для создания Ангельского Альянса. Эти реликвии находились в земле лояльных Эрафии лордов, но фактически лорды пеклись лишь о собственном благополучии, поэтому пришлось забирать артефакты силой.

(То, что Джелу фактически дезертировал и совершил военное преступление не так важно, он же с великим злом борется, ему можно)

Меч Правосудия, Броню Чуда и Львиный Щит Храбрости Йог и Крэг Хак обнаружили у трех братьев-варваров, которые считали эти артефакты своей собственностью. Но это не помешало паре бравых варваров получить их во владение.

(Меня смущает, что артефакты Йог прятал в Эрафии, Таталии и Бракаде, а искали их в Эрафии и Крюлоде. Два вопроса: Как же он их прятал? И каким образом герои узнали о их новых местоположениях?)

Теперь оставалось собрать артефакты вместе, однако Сандро наконец-то прочувствовал опасность и поставил между двумя парами огромные войска. С трудом пробились герои друг к другу и вновь собрали Ангельский Альянс.

Видя, что его положение стремительно ухудшается, Сандро послал запрос о помощи другим лордам Дейи. Те немедленно выслали свои войска, но отряды должны были пересечь огромное пространство, прежде чем они окажутся в районе боевых действий, потратив на это ни много ни мало четыре месяца.

(Ну да, порталы только в Бракаде изучают, а мы некроманты, у нас лапки)

Герои же двинулись в атаку на цитадель Сандро. По пути они отыскали Эликсир Жизни, который здесь спрятал Виарад, и еще несколько мощных артефактов.

В тяжелом бою герои нанесли поражение Сандро и Вилмару. Конечно, они не смогли пленить их, но зловещие артефакты Сандро были у них в руках (Как? Как снять с мага Плащ и Броню, но при это не суметь пленить его самого?). Герои решили разбросать их по всему материку, дабы никто более не смог снова собрать их и угрожать благополучию Антагарича.

(Опыт Йога не даст соврать, более надежного способа, что-то спрятать нет. Так закончилась шестая компания, Нечестивый Альянс, из DLC Дыхание Смерти)

Описанная эпопея закончилась в 1164 году, но параллельно с ней, как на Энроте, так и на Антагариче, происходят другие интересные события. На Энроте в 1162 году началось вторжение Криган на планету. Межзвездные корабли, подобные метеорам, рухнули на поверхность планеты. Высадка основных сил произошла в западной части Энрота, второй же контингент оказался в восточных пределах Антагарича - Земле Гигантов, Эофоле. Это событие назовут Ночью Упавших Звезд.

В Энроте первый удар приняла на себя деревня Сладкая Вода, которая оказалась полностью разрушена, ровно как и находившийся в непосредственной близости Черный Лес. Выжившие жители Сладкой Воды через некоторое время подверглись неожиданной атаке дьяволов. Адские твари перебили всех жителей, кроме четверки героев - защитников Сладкой Воды. В отчаянии они прыгнули в колодец, оказавшийся подземным ходом в пещеру, где их отыскал чародей Фалагар, как нельзя кстати означившийся у Сладкой Воды незадолго до нападения на деревушку демонов. Он спас четверку героев, магически перенесся их и себя подальше от обреченной деревни, после чего взялся обучать начинающих искателей приключений некоторым основным навыкам, помогающим выжить в столь опасном мире.

(Даже ругаться на клише не буду, в конце концов именно эта игра и породила данное клише)

Райская Долина, затронутая порчей криган, стремительно обращалась в пустыню, природные ресурсы истощались, животные гибли. Из западных пределов королевства доходили пугающие вести о демонических армиях, и когда перестали поступать донесения от лорда Килбурна и его следопытов, Роланд Айронфист, заподозрив неладное (долго до него доходило), во главе отряда в 500 человек выступил в поход, надеясь добраться до западных земель и прояснить ситуацию. Назад не вернулся никто. Ни единой весточки от Короля не получила изведшаяся от беспокойства и неопределенности Катерина Айронфист, оставшаяся в замке Айронфист наряду с малолетним принцем Николаем и генералом Уилбуром Хэмфри.

С каждым новым годом ухудшался климат, а дьяволы появлялись уже не только на западе, но и ближе к центру страны. Плюс к тому время от времени посреди лета шел снег, а страну сотрясали землетрясения. Люди начали поговаривать о том, что боги прогневались на род Айронфистов и лишили их Мандата Небес, дающего право на правление, и пока новая династия не сменит их, бедствия будут продолжаться. Как следствие, откуда-то появился новый религиозный культ - Баа, имеющий некоторую популярность, но многие жители относились к нему с видимым подозрением.

На Антагариче кригане испробовали на прочность рубежи сопредельных с Эофолом территорий. Противостояли им лишь немногочисленные воинские гарнизоны, размещенные на Спорных Землях, и в течение нескольких дней пред натиском демонов пали человеческие города Данволл и Маришен, а также эльфийский - Бат'иер. Объединившись, армии Эрафии и АвЛи при поддержке ангелов сумели остановить натиск иномировых тварей, но до окончательной победы было еще далеко. И тогда на демонов обрушились войска Подземных Повелителей Нигона, давнишние враги Эрафии, не уничтожив противника, они, тем не менее, оттеснили криган назад к границам Эофола, где те и оставались последующие два года. В течение этого времени гарнизоны в человеческих и людских селениях Спорных Земель были усилены, Данволл начали отстраивать заново. Случались небольшие стычки с низшими криганами, однако границы Эофола ныне свято хранили рати Нигона. Конечно, решающее столкновение с новой силой, заявившей о себе на просторах Антагарича, неминуемо, но уже сегодня многие задавались вопросом: почему Подземные Повелители, истово ненавидящие Эратию, остановили марш демонической орды?

(Завязка шестой части МиМ)

Последние два десятилетия Тарнум, Бессмертный Герой, провел среди эльфов и добрых драконов АвЛи. И те и другие являлись долгожителями и понимали Тарнума куда лучше, нежели его бывшие соплеменники. Мир и гармония в жизни бывшего Короля варваров длились бы и дальше, однако они оказались резко нарушены из ряда вон выходящим событием - на Весеннее Праздненство, ежегодно проводимое в АвЛи, не явилось ни одного дракона! Было отчего впасть в отчаяние, ибо ранее зеленые и золотые друзья эльфов ни разу не пропускали сие событие. Доказательством тому, что положение действительно хуже некуда, стало то, что Тарнуму вновь, впервые за много лет, явились Предки, и приказали лично заняться возникшей проблемой. Немедля Бессмертный Герой принялся готовиться к очередному походу, и первым делом оставил своего юного воспитанника Ваержака на попечение таталийской огненной ведьмы Адриенны, с которой его связывали добрые и доверительные отношения.

Некогда, пребывая в рядах Лесной Стражи, Тарнум повстречал молодого полуэльфа Джелу, в ту пору еще кадета, коий обучил его искусству создавать луки особой конструкции, меткость стрельбы из которых превышала все мыслимые пределы. Ими Тарнум и вооружил добровольцев, вызвавшихся отправиться вместе с ним.

Единственная, кто мог наверняка знать что-то о случившемся, была Говорящая-с-Драконами, древняя эльфийка, проживающая где-то в лесах АвЛи. Заручившись поддержкой эльфийского Короля Элдриха Парсона, Тарнум отправился на поиски. Вместе с ним следовали дворф Курбон, назначенный мастером припасов, и хитроумный эльф по имени Аспен, один из лучших лазутчиков в АвЛи; эльфийский Король справедливо рассудил, что помощь "мастера тайного знания" вполне может понадобиться Тарнуму. Поиски продлились несколько месяцев, но все же вывели Бессмертного Героя к цели, обиталищу Говорящей-с-Драконами. Однако то, что он увидел, напрочь выбило Тарнума из колеи - на самом подходе к жилищу провидицы его атаковали зеленые драконы.

Без особого труда справившись с бывшими союзниками, Тарнум вошел в хижину провидицы, где получил от оной исчерпывающие объяснения всех странностей, произошедших в последние месяцы. По словам Говорящей-с-Драконами, корнем всех бед является Мутар, Драконья Королева Нигона. Некогда она сама была человеком, однако жажда власти и мирового господства сподвигла ее на поиски крови Отца Драконов, поиски, увенчавшиеся успехом. Так она обратилась в могущественнейшую драконицу, возможности которой оказались столь велики, что она смогла единственным ментальным усилием полностью подчинить себе волю зеленых и золотых драконов, заставив их перейти на ее сторону. Неизвестно, насколько далеко простирались тщеславные замыслы Мутар, но Тарнум поклялся это выяснить.

Говорящая-с-Драконами посоветовала Бессмертному Герою для начала попытаться отбить у Мутар Сосуд с кровью Отца Драконов. По слухам, кровь в этом артефакте никогда не иссякала, и если коснуться им доброго дракона, то скорее всего он сможет преодолеть чары Мутар. Эльфийские лазутчики выяснили, что Сосуд хранится неподалеку от границ АвЛи, однако охраняется чудом уцелевшими в ходе последних кампаний криганами, ныне нанятые Мутар.

(Два вопроса: почему артефакт источник твоей силы, хранится не у тебя, а черт пойми где? Предположительно в спорных землях, так как с Нигоном АвЛи имеет только морскую границу. И почему ты доверила охрану артефактам ненадежному союзнику, конфликт с которым закончился буквально в этом году?)

И Тарнум отправился навстречу новой опасности, что вполне могла положить конец его существованию, ибо он бросил вызов одной из самых могущественных тварей этой планеты и сделал это во имя дружеских чувств, что испытывал к драконам. По пути Тарнум освободил из заточения у демонов эльфийскую воительницу Валиту, которую эльфийский Король ранее также отправлял на поиски Сосуда; однако отряд Валиты попал в засаду и все эльфы помимо нее были перебиты полчищами Подземного Мира.

(Зачем тогда была эпопея с говорящей-с драконами? Ведь король уже знал про сосуд и даже отправил за ним экспедицию)

Выяснилось, что воительница и мастер припасов Курбон - старые друзья, более того, пожилой дворф некогда являлся ее наставником. Отдав под начало Валиты небольшой отряд, Бессмертный Герой повел свое войско далее. Впрочем, Сосуд отыскался довольно скоро, но перед Бессмертным Героем встала иная проблема - добрых драконов, перешедших на сторону Мутар, оказалось столь много, что исцелить каждого из них магией Сосуда было просто нереально.

Элдрих Парсон и Говорящая-с-Драконами подсказали выход из этой ситуации: они попросили Тарнума отыскать Матерей добрых драконов, давших начало их родам, и использовать магию Сосуда в первую очередь на них. Как известно, Матери обладали свойством ментально связываться со своим потомством, и, исцеленные сами, могли приказать своим детям покинуть ряды Драконьей Королевы. Однако не все выходило так гладко как хотелось бы: некоторые лорды АвЛи по старой памяти поддерживали драконов, а значит, и Мутар. Нечего и говорить, что Тарнум был встречен ими как заклятый враг.

(Честно, этот ход, бей своих же, в Третьих героях встречается столь часто, что я уже начинаю сомневаться, действительно ли только Сандро виновен в проблемах Антагарича?)

В довершение всех бед, отдельные отряды войска Тарнума то и дело попадали в засады, что наводило на мысли о том, в стройные ряды армии Бессмертного Героя затесался предатель, передающий врагу сведения обо всех их передвижениях. Аспен вызвался как можно скорее разрешить эту проблему, его подозрение пало на Валиту, что присоединилась к армии сравнительно недавно и держалась довольно отчужденно. Тарнум, однако, не спешил с выводами, ибо собственными глазами видел, с каким ожесточением Валита сражалась с союзниками Драконьей Королевы. Пробившись через укрепления мятежных лордов, Тарнум отыскал портал, что перенес его в подземелья Нигона, а именно туда, где черные драконы стерегли Матерей золотых. Нельзя сказать, что освобождение последних далось Бессмертному Герою чересчур уж легко, однако вскоре задача была выполнена и чары, наложенные Мутар на добрых драконов, были развеяны.

Однако праздновать победу было еще рано, ибо до эльфийского Короля дошли слухи о том, что один из Подземных Повелителей Нигона перешел границу АвЛи явно с целью выяснения имеющихся у эльфов сил. И в довершение ко всему, под его знаменем шли ржавые драконы - мифические создания, в реальность существования которых никто не верил. После уничтожения Тарнумом наступающих сил противника, наступило временное затишье, перед бурей.

(Мне вот интересно, а Лорды АвЛи в этот момент очередной союз с некромантами курили? Почему у них было время и желание сражаться с Тарнумом, но не нашлось ни того, ни другого, чтобы защищать свою землю?)

Разбив лагерь после дневного марша, войско Тарнума расположилось на ночлег, а Бессмертный Герой решил использовать это время, дабы откровенно поговорить с Валитой и выяснить наконец-то причины ее нелюдимости. Истина оказалась в том, что воительница считала себя виновной в гибели своего отряда, попавшего в засаду демонов, и именно поэтому теперь она сражалась на поле брани как простой воин, вместе того, чтобы отдавать приказы, как это подобает офицеру. Выслушав ее рассказ, Тарнум еще сильнее уверовал в то, что искомый Аспеном шпион в их рядах никак не может являться Валитой, однако убедить в этом самого Аспена было невозможно - эльф верил в себя и только в себя, практически не прислушиваясь к чужим доводам и умозаключениям. Узнав о том, что над его подругой сгущаются тучи, дворф Курбон вызвал Тарнума на откровенный разговор, открыто указав ему, что подозревать Валиту в предательстве по меньшей мере глупо.

Видимо, лазутчик из Нигона все же успел осведомить Мутар о том, что эльфам хорошо известно о ее планах, поэтому Драконья Королева обрушилась не на АвЛи, а на Эрафию. С легкостью прорвав линии обороны рыцарей, армия Нигона устремилась вглубь страны. Впереди шли бескрылые, но смертоносные хрустальные драконы. Элдрих Парсон не рискнул оказать помощь королю Эрафии, так как беспокоился за сохранность своих собственных земель. В итоге решать очередную проблему пришлось Бессмертному Герою.

(Блин, такая тема, вокруг только этой войны драконов можно было построить от шести до восьми компаний, а они одну компанию нормально сделать не могут, и растягивают игру откровенно тупыми миссиями)

По ходу дела произошло ещё одно событие, бросившее тень на доброе имя Валиты, Аспеном была найдена стрела, принадлежащая ей, к которой было привязано зашифрованное послание с информацией о перемещениях отряда Тарнума. В то время как Аспен считал, что дальнейших доказательств вины эльфийки и не требуется, Тарнум придерживался совершенно противоположного мнения. Эльфийский мастер тайного знания полагался на трезвость разума, Тарнум же прислушивался к тому, что говорило его сердце. Даже самому себе он боялся признаться в своих чувствах к Валите, ибо знал, что у них не может быть будущего. И все же он попросил Аспена повременить с разоблачением и заняться дальнейшими поисками лазутчика в их стане.

(Любовь - это осязаемая величина, даже Бессмертного Варварского Тирана может придавить ею)

Вскоре и территория АвЛи подверглась атаке драконьей армии Мутар. Даже древние эльфы впервые увидели тех могучих драконов, которых Драконья Королева призвала в свое войско - лазурных. Равных им еще не знал древний мир Энрота, и даже золотые драконы пасовали перед ними. Несмотря на отчаянное сопротивление эльфов, вскоре солидная часть территории АвЛи отошла под начало полководцев Мутар.

Однако здесь последняя совершила тактическую ошибку, которой Тарнум, в ту пору как раз отбивший вторжение сил Нигона в Эрафию, не замедлил воспользоваться. Драконья Королева слишком растянула свои силы, атаковав одновременно два государства - человеческое и эльфийское. Тарнум же заручился помощью непредсказуемых волшебных драконов и повел последних в грамотную контратаку.

Аспену все же удалось вычислить истинного предателя, внедрившегося в их войско, однако за секунду до того, как он смог сообщить его имя Тарнуму, эльф был сражен стрелой. Имя же стало известно сразу же после того, как Бессмертный Герой приказал обыскать лагерь на предмет отсутствующих - Курбон, мастер припасов. Вероломный дворф всячески пытался бросить подозрение на свою бывшую ученицу. К тому же, он был единственным, кто, помимо самой Валиты, имел доступ к ее колчанам со стрелами. И вот теперь он скрылся в неизвестном направлении. Узнав о предательстве того, кого она считала своим настоящим другом, Валита очертя голову бросилась в погоню. Как следствие этой безрассудной выходки, она была вновь захвачена в плен - на этот раз отрядом минотавров во главе с Курбоном.

В то время как Элдрих Парсон из последних сил сдерживал непрерывные атаки Мутар на своих границах, Тарнум пытался освободить захваченные ею владения АвЛи. Сия кампания осложнялась тем, что здесь сосредоточились отборные армии Мутар, состоящие сплошь из лазурных, хрустальных и ржавых драконов. Однако волшебные драконы Тарнума оказали последнему поистине неоценимую помощь, поражая врага издали смертоносной магией.

Тарнум получил послание от Курбона, в котором тот просил о встрече один на один. Нельзя сказать, чтобы Тарнум уверовал в искренность своего бывшего мастера припасов, однако желание вернуть Валиту затуманило голос рассудка и Бессмертный Герой отправился на встречу в гордом одиночестве. Но как и следовало ожидать, он угодил в расставленную ловушку - дворфа сопровождал отряд минотавров, до поры до времени прячущихся за деревьями. В последнюю минуту Тарнум был спасен золотыми драконами, которые почувствовали, что их предводитель в опасности. Курбон же вновь скрылся, но все же из тех немногих фраз, коими они перебросились, Тарнум сумел понять, что верность дварфа Мутар идет отнюдь не от сердца, а от банального страха за свою жалкую жизнь.

Несколько месяцев спустя сопротивление Мутар было сломлено и ей пришлось бежать обратно за море - в Нигон. Бессмертный Герой последовал за ней, оставив эльфийского Короля добивать остатки армий Драконьей Королевы в Эрафии и АвЛи. По пути Тарнум узрел странную картину - лазурный дракон атаковал черных, которые отчаянно прикрывали своими телами некую деревянную клетку. Что это? Раскол в рядах врага? Приказав лучникам атаковать лазурных драконов, Тарнум направил своего коня к клети. Внутри находилась Валита, несколько растрепанная, но вполне живая, а на земле остывал распростертый труп Курбона. Оказавшись в объятиях Бессмертного Героя, Валита сообщила, что после долгих душевных переживаний Курбон все же решил вызволить ее из плена, сказав, что "невозможно прожить всю жизнь в страхе". Порадовавшись, что даже в упрямую голову дварфа можно вложить немного ума, Тарнум повел эльфийскую воительницу к ожидавшим их отрядам АвЛи. Внезапно остановившись, Валита взглянула прямо в глаза Тарнуму: "Женись на мне!"

(Да-а, эльфийка оказалась большим мужиком чем Варварский Тиран, за них можно было бы только порадоваться, если бы не натужные усилия сценаристов. Так закончилась седьмая компании, Схватки Драконов, из DLC Хроники Героев)

1164 год ПБ. Сложившееся на землях Антагарича положение, когда, казалось, равновесии сил вот-вот нарушится (хотя казалось бы, куда даль его нарушать), как нельзя лучше устраивало Сандро. У него был наготове резервный план по установлению власти над континентом, первый этап которого заключался в отравлении правителя Эрафии - Короля Николаса Грифонхарта. Лич знал, что уважаемый в Энроте и Эрафии лорд Хаарт, прибывший с северного континента после окончания Войны Престолонаследия, является членом тайного культа пособников некромантов, потому и обсудил с ним свои идеи, которые пришлись по душе дворянину.

(Еще один герой приехавший с Энрота в Антагарич, у них там сезонная миграция что ли? Или использовать местных лордов для великих дел это не по понятиям?)

Дабы не возбуждать подозрений, они разработали продуманную последовательность действий, согласно которой лорд Хаарт уезжает из своих земель на воинские учения, а в этот момент армии Дейи, ведомые Сандро, начинают захватывать его замки. В замке самого лорда Сандро оставляет приготовленный им яд. Затем лорд Хаарт возвращается и "отбивает" замок.

(Какая многоходовочка. Обсуждали они её небось по телефону, других причин по которой яд не передали тут же я просто не вижу)

В то же время Сандро искал союзников для вторжения Дейи в Эрафию. Он послал письма Подземным Повелителям Нигона и Ксенофексу, королю криган Эофола, с просьбой оказать Дейе помощь во вторжении, однако те продолжали колебаться, не стремясь связываться с хитроумными и вероломными некромантами.

(Странно, что он обратился к Лордам Подземелья в целом, а не конкретно к Королеве Мутар)

Наконец, яд был в замке Хаарта и Сандро вернулся в Дейю. Затем он обратился к Подземным Повелителям Нигона с просьбой прорыть тоннель через пролив, разделяющий Нигон и Эратию, а затем под землей наступать на Стэдвик, столицу государства. Естественно, Повелители потребовали обеспечить их золотом и древесиной. Дабы раздобыть приличное количество необходимых ресурсов, Сандро пришлось совершить налет на Спорные Земли. Наконец, ресурсы были собраны и отправлены в Нигон.

Кригане сообщили, что не доверяют некромантам, но если те найдут им Вечнодымящееся Кольцо Серы, они присоединят свои силы к новому темному альянсу. Финнеас Вилмар отправил на поиски Кольца Сандро. Артефакт находился во владении могущественного друида Мелодии, но тактический гений Сандро преуспел и здесь. Правда, кригане не слишком-то доверяли некромантам и выдвинули далеко не все свои силы.

(Даже интересно, откуда Кригане, и двух лет не проведя в мире уже знают о каком-то артефакт и почему не доверяют некромантам, но нормально сотрудничают с Нигоном, который их нагнул во время вторжения?)

Но в итоге альянс Дейи, Нигона и Эофола был создан. На самом деле, кригане изначально объединились с владыками Нигона, но выжидали, копили силы.

(Объяснение просто на пять баллов, по стобалльной японской системе оценок. Кригане уже почти всех нагнули, положение смертных народов отчаянное, но тут вмешиваются чернокнижники, которые перебили кучу Криган и оттеснили их обратно к плацдарму, при этом даже не потребовали за свою помощь никакой платы. И все это часть плана по накоплению сил для нового завоевательного похода. От накала идиотии просто физически больно)

Новообразованный триумвират вполне мог установить власть над всем континентом, однако первоочередное устранение сюзерена человеческой державы придется как нельзя кстати и облегчит поставленную задачу.

(Как Сандро корень всех зол, так Николас Грифонхарт гарант добра на континенте. Пока существуют они оба сохраняется стабильность, и на любую хрень случается своя антихрень, но стоит одному из них умереть как такая херата попрет, что только за шапку держись)

В этот момент Вилмар сообщил Сандро, что некий лорд Дейи собирается свергнуть Сандро с должности Королевского Советника. Обозлившись, Сандро уничтожил лорда. И тут Вилмар заявил, что Сандро убил ни в чем не повинного дворянина и по закону отправляется в заточение.

(А просто так заключить своего советника по ложному обвинению главный некромант не мог, религия не позволяла. Вот после убийства одного из своих поданного уже можно, боги не накажут)

Так Сандро оказался обманут собственной марионеткой, пусть недальновидной, но не менее его самого жаждущий абсолютной власти. Вилмар решил несколько повременить с открытым выступлением на стороне Нигона и Эофола, поглядеть сперва, насколько успешно будет разворачиваться грядущая кампания, а примкнуть к победителям он всегда успеет.

(Глубину дебилизма этого персонажа отмечают даже сценаристы)

После кончины Короля Николаса Грифонхарта регентом Эрафии стал генерал Морган Кендел. Первым делом он отправил послание в Энрот Королеве Катерине, приглашая ее, единственную наследницу трона Эрафии, на похороны отца. Как ни больно было Катерине покидать в столь темный час державу, ставшую ей вторым домом, выбора, по большому счету, у нее не было. Назвав Уилбура Хэмфри регентом при принце Николае, Катерина с частью военного флота Энрота отбыла к берегам Антагарича - вояж, что грозил затянуться до двух долгих месяцев.

(Так закончилась седьмая, и последняя, компания, Призрак Силы, из DLC Дыхание смерти)

Пока Катерина плывет к берегам Антагарича, происходит еще одно событие. Молодой человек по имени Кристиан, отслужив достаточно большой срок в энротских рыцарских войсках (еще один, точно сезонная миграция), отправился на отдых. Вообще-то он хотел стать алхимиком-парфюмером, но по настоянию отца начал обучаться военному ремеслу. Теперь же Кристиан считал, что достаточно поднаторел в нем и пора воплотить мечту в жизнь, благо опыт в этом деле он тоже имел.

Но для начала Кристиан решил немного отдохнуть и отправился в трехчасовое морское путешествие. К несчастью, на корабль налетел шторм сокрушительной силы и носил его по бескрайней водной глади не один день. Когда шторм закончился, никто из экипажа и понятия не имел, куда их занесло.

(Мне просто интересно, как эти деятели путешествовали между континентами, им специальные буйки натягивали из одного порта в другой? Катерина собиралась плыть около двух месяцев, такой путь нельзя сделать по компасу, просто из-за длины маршрута отклонение на один жалкий градус даст крен в тысячи километров обязательно должна быть карта, например звездная, по ним и можно было бы сориентироваться после шторма)

Через какое-то время на горизонте показался остров. Корабль направился к нему, но напоролся на прибрежные рифы и затонул. Так Кристиан с товарищами по несчастью оказался в весьма неприятном положении. Впрочем, вскоре выяснилось, что остров обитаем и местные жители обрадовались Кристиану. Они попросили его отстроить в их столице замок, чтобы обезопасить себя от набегов злобных соседей. Взамен они пообещали снабдить Кристиана новым кораблем. Делать нечего, Кристиан встал во главе небольшого отряда и отправился к столице.

По пути ему пришлось сражаться с соседними туземными племенами и некоторые их города он даже захватил. Вскоре он добрался до столицы и отстроил там все, что обещал. Обрадованные местные жители тут же закатили большую гулянку. А на следующий день еще одну. А потом еще одну. И еще...

Когда Кристиан напомнил им о сделке, в ответ услышал что-то не совсем приличное. Тогда юный рыцарь впал в многодневную депрессию. Он пристрастился посещать одну из таверн и однажды встретил там предводителей тех городов, которые захватил во время своего марша к столице. Предводители открыто сообщили ему, что не желают видеть Кристиана на этом острове. Рыцарь ответил, что он тоже не желает видеть себя здесь и попросил снабдить его кораблем. Предводители согласились, но для начала они попросили Кристиана разделаться с жителями того племени, которому он отстроил замок. Теперь Кристиан проделал все в обратном порядке и стер замок с лица земли.

Наконец он покинул этот остров. Вскоре обнаружилось, что на корабле почему-то нет важного навигационного оборудования. Кристиана опять надули.

(То есть на прошлом корабле оно было, но им почему-то не умели пользоваться?)

И снова корабль скитался по океану, пока не достиг очередного острова. Не успел Кристиан высадиться, как его встретила делегация пиратов. Оказалось, что этот остров принадлежал знаменитым регнанским пиратам. Те предложили Кристиану либо вступить в их ряды, либо умереть. Естественно, несчастный герой предпочел первое.

(Как я и говорил, чуть не туда крен дал и промазал на недели пути. Получается, что Кристиан приплыл вместо Антагарича на Джадам)

Дебютным заданием пирата Кристиана был разгром недружественных пиратских кланов. Кристиан бросил в море бутылки, в которые вложил письма с рассказом о своей судьбе, после чего принялся за исполнение поручения. Уже почти в самом конце работы он открыл для себя две вещи. Во-первых, с ним связался посыльный из Эрафии, где выловили одну из бутылок. Так Кристиан узнал, что его занесло к берегам Антагарича.

(С че бы это был Антагарич, если остров Регна находится около Джадама? Сценаристы путаются не только в хронологии событий, но и в географии своего мира?)

Во-вторых, оказалось, что "враждебные пиратские кланы" на самом деле были гарнизонами Эрафии! И теперь Кристиан своими действиями освободил пиратам путь для атаки на эрафийскую морскую заставу.

(Угу, как сложно отличить пиратов от регулярной рыцарской армии. Хотя что с парфюмера взять, пахнут эти ребята и впрямь одинаково)

Недолго думая, ночью раскаявшийся рыцарь похитил корабль и отправился на ту самую ослабленную заставу, где лично возглавил оборону. Он узнал, что вскоре через этот остров будет проплывать Королева Катерина, следуя в Эрафию на похороны своего отца, и решил удержать заставу до ее прибытия. Долгие месяцы оборонялся он от превосходящих пиратских сил. Когда Королева прибыла, пираты тут же ретировались перед мощью энротской эскадры.

За проявленную доблесть и упорство Кристиана посвятили в рыцари Эрафии. Новоиспеченного сира пригласили на похороны Короля Николаса Грифонхарта.

(Так закончилась шестая компания, Безрассудное Упрямство, из DLC Клинок Армагеддона. Она первоначально заявлялась как бонусная и юморная, и к ней в принципе можно было бы не придираться, но это предыстория к сюжетной линии компании. Я не против гыгыканья в сторонних компаниях, благо, что такая в Клинке Армагеддона есть, компания Дракона. Эта кампания не привязана к определенным датам, и из неё сложно судить сколько она длятся и когда началась. В жизни случается всякое, за пару лет можно лулзов набрать всяких, особенно на дороге приключений. Тут же предыстория основного сюжета совмещённая с цирком шапито, еще и идиотией разбавленная)

Первое, что обнаружила Королева Катерина после высадки на побережье Антагарича в 1164 году ПБ - разрушенный город волшебников. Немедленно Королева заручилась поддержкой Бракады и начала зачистку южных регионов и сбор армии. Попутно удалось заключить союз с ангелами и Катерина получила мощного союзника в их лице. Затем был взят под контроль Утес Грифонов, где войско наследницы эратийского престола пополнилось приличным числом крылатых бестий. Именно с их помощью когда-то Рион Грифонхарт, родоначальник династии, объединил раздробленные поселения Эрафии.

(Вот по сути и все, что можно сказать о первой кампании, Да Здравствует Королева, основной сюжетной линии, Возрождение Эрафии)

Пока Катерина укреплялась на восточном побережье страны, объединенные силы чернокнижников Нигона и криган Эофола взяли под контроль Стэдвик, нанеся удар из-под земли. Они заблокировали все наземные подходы к городу, выставив на торных трактах гарнизоны, и пользовались исключительно тоннелями для перемещений за пределы городских стен.

(Это была вторая компания, Подземелья и Дьяволы, той же оригинальной сюжетки. И нет я не издеваюсь, сюжетно они реально настолько бедны. Некоторые даже говорят, что Возрождение Эрафии что-то вроде обучения, которое должно познакомить вас с механиками игры. С этим можно было бы согласиться, если бы не скачкообразное увеличение сложности в последних миссиях каждой компании)

Через несколько месяцев у стен павшей столицы появились войска Катерины. Тактический гений не изменил ей и на этот раз - после жестокой схватки удалось освободить из плена Моргана Кендела и отбить столицу. Генерал поведал Катерине, что Короля Грифонхарта отравили, но виновного в гибели монарха так и не нашли.

К тому времени Эрафия уже вступила в союз с АвЛи, ибо эльфы знали: стоит пасть Эрафии - и дьявольское воинство обрушится и на их земли. Началось медленное изгнание захватчиков из страны, освобождение от гнета региона за регионом.

Мало того, варварские нации Таталии и Крюлода решили также поживиться землями ввергнутого а анархию королевства и еще в самом начале войны с помощью наемников захватили западные области Эрафии, а затем сцепились друг с другом, не поделив добычу. Продолжительный конфликт между ними насторожил соседнюю Бракаду и Гэвин Магнус отозвал часть войск из Эрафии. Последовал решительный контрудар, и силы варваров оказались выбиты с эрафийских земель за прежние границы.

Один из криганских полководцев, Люцифер, послал Катерине сообщение, в котором сообщал, что Роланд Айронфист находится у них в плену в Эофоле и цена его свободы - миллион золотых монет. Найти такие огромные деньги в стране, экономика которой и без того находилась в жестоком кризисе, было нереально и Катерина, скрепя сердце, отвергла предложение. Однако незамедлительно последовавший допрос пленных криган выявил, что Роланд содержится в замке криганского клана Крилах (в этом же клане состоял и Люцифер), АвЛи послала туда отряд. Захватив замок, эльфийские воины не обнаружили Роланда - возможно, Люцифер блефовал или Король Энрота содержался в ином месте.

Вскоре Катерина оттеснила противника далеко на восток; оставалось только изгнать их через тоннели обратно в Нигон. Кригане вскоре покинули чернокнижников, подло оставив их одних перед безжалостным противником.

(Так закончилась четвертая компания, Освобождение, из Возрождения Эрафии. Я не буду подробно разбирать события третьей компании, ограничусь лишь уже прозвучавшим упоминанием, так как во-первых, компания описывает двух идиотов, правителей Крюлода и Таталии, которые хотели пограбить Эрафию, увидели друг друга и вместо того чтобы объединится, вцепились в глотки друг другу. Так еще и компания это была введена для единственной цели, отделить вторую компанию от четвертой. Ведь во второй мы за Нигон захватываем столицу Эрафии, а в четвертой за Эрафию отбиваем её обратно, на той же самой карте)

Некроманты Дейи во главе с Финнеасом Вилмаром чуть было не развалили весь прекрасно скроенный план Сандро, применив выжидательную тактику и в процессе войны не вмешиваясь в противостояние Катерины Айронфист объединенным силам Нигона и Эофола. Когда же чернокнижники потерпели сокрушительное поражение, можно было подумать, что некроманты упустили свой шанс и уже ничто не сможет поспособствовать их триумфальному возвращению в Эратию.

В этот момент Вилмар привел в исполнение коварный замысел. Теперь Король Эрафии был мертв и главная цель некромантов была достигнута. Но война оставила после себя огромное количество мертвецов и некроманты могли собрать большую армию. Единственной проблемой была Катерина - блестящий стратег и тактик. Равных ей среди некромантов не было, поэтому Вилмар решил оживить самого Короля Грифонхарта и превратить его в лича.

(Да поняли мы уже, что она особенная-особенная, не надо упоминать это при каждом её появлении в сюжете)

Однако личом Николас получился весьма злобным и мстительным, припомнил былое и убил Вилмара сразу после своего оживления. Он проявил чудовищную силу в некромантии, и знати Дейи оставалось только присягнуть на верность своему новому Королю. Те же, кто отказался, были убиты, как, к примеру, рыцарь смерти Мот.

Один из полководцев Николаса Грифонхарта освободил Сандро из заточения и тот, осознав, что шанс свой придти к власти на Антагариче он упустил, ретировался в Джадам, где возглавил тамошнюю ветвь вездесущей Гильдии Некромантов. Под предводительством Николаса Дейя захватывает большую часть Эрафии.

(Так закончилась пятая кампания, Да Здравствует Король, из Возрождения Эрафии)

На некоторое время нам придется отвлечься от событий на Антагариче и снова вспомнить про Энрот. В 1165 четыре ученика Фалагара, защитники деревни Сладких Вод, приняли участие в эпохальном событии, они поспособствовали изгнанию Криган с планеты.

Закончив обучение, ученики решили стать искателями приключений и на дороге приключений находят труп мага, при котором было несколько писем короля Роланда. Это был труп предателя, что вместо передачи писем королеве Екатерине, выдал стратегическую информацию врагу и уже собирался пойти за наградой к предводителю Криган, как был убит дикими гоблинами.

(Приводить копипаст этих писем не буду вообще, информация из них приводилась в завязке сюжета Шестой МиМ)

Помимо писем Роланда Айронфиста, в сумме предателя обнаружилось еще одно послание, автором которого значился никто иной, как Король дьяволов Ксенофекс. Из письма следовало, что против власти в Энроте готовится заговор, в котором участвуют дьяволы и культ Баа, что буквально несколько лет назад начал набирать влияние на континенте, и именно жрецы оного ответственны за все бедствия, свалившиеся на королевство в последние годы.

Недолго думая, герои сами получили полагающееся Сульману вознаграждение и отправились в замок Айронфист. Уилбур Хэмфри приказал героям выполнить задания Великих Лордов, а затем посоветоваться с Оракулом. Так начался их путь, а на кону стояло само существование Энрота.

(Напоминает индийское кино: «у нас есть серьезная проблема требующая срочного решения, справиться с этим можете только вы, но мы вам не доверяем, поэтому для начала вы должны отыскать двадцать белых слонов и станцевать с ними для нас»)

Старик Фалагар не ошибся в своем выборе. От рук героев принял свою смерть бывший полководец Арчибальда - лорд Корлагон. Он получил в свои руки Кристалл Терракса, могущественного некроманта. Корлагон также превратил себя в лича и продолжил изучать Кристалл с целью извлечь из него могущество, необходимое для отмщения Айронфистам, однако герои первыми пришли по его душу.

Личем стал и Агар. Он принимал участие в экспериментах по выведению минотавров, скрещивая людей и быков, в замке Кригспайр, но те вышли из-под контроля и экспериментаторы бежали, предварительно подняв вокруг замка вулкан, чтобы не дать своим творениям выбраться. Агар в спешке позабыл в замке кристалл памяти Оракула, переданный ему Арчибальдом.

(Какого Хрена? Минотавры были юнитами чернокнижника еще в Первых Героях, а кристалл памяти Арчибальд передал в начале Вторых Героев. Когда и как этот Агар создал минотавров, что при выходе их из-под контроля бежал обронив кристалл?)

Гарик же оставил свой кристалл в замке Аламос, когда Арчибальд отправил его на изготовление оружия в Кузницу Гарика.

Братство Серебряных Шлемов, основанное бывшим пиратом Джоном Сильвером для борьбы с преступностью, обратилось в шайку головорезов, утверждая при этом, что так они обеспечивают безопасность населения. На самом деле Джон Сильвер был убит своим лейтенантом Джеральдом Блэкамесом (напрямую связанным с Ксенофексом), который самолично встал во главе Братства. Брат Джеральда Маркус работал вместе с Гариком и снабжал Братство современным оборудованием для ведения боевых действий. Джеральд к тому же являлся членом культа Баа, поэтому Братство и творило беспредел.

(Фух, я уже собирался возмутиться, какого хрена кузни павшие 1000 лет назад вновь работают, а это технологии Криган. Но скажите, пожалуйста, почему эти самые современные инструменты войны не использовали Кригане на Антагариче?)

Стоит заметить, что культ Баа основал Ксенофекс, дабы как можно быстрее и с наименьшими потерями получить контроль над Энротом. Цель его заключалась в низложении правящей династии королевства путем прокламации об утрате оной Мандата Небес, а также нейтрализации Стража Мелиан, который мог бы оказать неоценимую помощь мирянам в борьбе с криганами.

(У меня вопрос, каким образом Ксенофекс мог повлиять на Арчибальда, который и разобрал Стража Мелиан, более чем за 10 лет до вторжения Криган в мир?)

Культ имел очень низкие расценки за излечение, в отличие от других храмов. Он помогал нуждающимся, поэтому имел большую популярность среди бедняков королевства. В то же время агенты культа творили незаконные деяния. Они помогали некоему Принцу Воров, магистру Теневой Гильдии, укрепить позицию Гильдии настолько, что это создало серьезную угрозу власти лорда Стоуна над криминальными структурами. Уже сейчас Теневая Гильдия сотрудничала с крупной преступной группировкой - Драгунами, которые контролировали важные торговые пути.

(Обратите внимание, Лорд Стоун, союзник Роланда и потомок Соломона Стоуна, создавшего кольцо «мечта священника», держал в своих руках криминальные структуры. К вопросу разницы проработки Вторых и Третьих Героев)

Жрецы культа широко использовали некромантию, в то время как Гильдия Некромантов прозябала в Трясине Проклятых. Можно и не говорить, что все иные противники короны и в подметки не годились такой могучей угрозе, которую представлял для страны культ Баа.

Далее, некий Седрик Друзерс стал инициатором раскола в среде друидов, основав Астрономический Орден. Черное Графство попало под проклятье, сделавшее всех жителей оборотнями-волками. Как оказалось, его наложил сам лорд графства. Северные земли страдали от бесконечной зимы, которую вызвал все тот же Орден Баа.

И четверка героев действительно оказалась посланцами судьбы. Во время своих странствий практически по всей территории Энрота, растянувшихся на целых полгода, они прервали богомерзкое существование не только Корлагона, но также Агара и Этрика Безумного (интересно, что он забыл на Энроте, если все время сидел на Джадаме).

Герои повстречали Твиллена, бывшего придворного мага Морглина Айронфиста, изгнанного со двора Арчибальдом, когда тот узурпировал трон Энрота. С тех пор чародей проживал в Черном Графстве, где продолжал магические изыскания, совершенствуясь в искусстве телепортации. Твиллен, весьма негативно относящийся к некромантии, повелел им разыскать и уничтожить Книгу Личей, содержащую в себе Ритуал Вечной Ночи, что в конечном итоге привело к окончательному распаду Гильдии Некромантов на территории Энрота. Кроме того, следуя его указаниям, герои свершили сложнейший магический ритуал, вернувший Твиллену молодость. Последний немедленно собрал пожитки да отправился в замок Айронфист, дабы предложить свои услуги в качестве придворного мага, ибо место сие после гибели Танира пустовало.

(Резвый старикан, даром что молодости лишился. Скажите мне, разработчики, вы вообще считать умеете? Допустим, маг поступил на службу к Морглину молодым, случилось это спустя 3 года после прихода Айронфиста на Энрот (о чем Айронфист писал в своих письмах). Еще 7 лет он завоевывал континент, 25 лет правил, 4 года война наследников и 11 лет с тех пор, всего 47 лет, даже если Твиллен поступил на службу в 15, ему должно быть уже за 60, сложно назвать этот возраст молодостью)

Герои избавили Энрот от многих угроз устоям королевства. Через некоторое время задания всех лордов были выполнены четверкой искателей приключений, но Высший Совет так и не допустил их к Оракулу, поскольку против этого высказался представитель Уилбура Хэмфри - Сликер Сильвертонг.

Регент высказал предположение, что, возможно, Сильвертонг, изучавший до этого культ Баа, попал под злую магию жрецов-культистов, и отправил героев на поиски исцеления. Последние же умудрились вместо этого отыскать письмо Ксенофекса, в котором тот инструктировал Сильвертонга ни при каких обстоятельствах не соглашаться на допуск героев к Оракулу. Регент признал, что его представитель, к сожалению, неизлечим, и тут же приказал отнести письмо в Совет.

(Идиотизм крепчал. У нас срочная проблема, герои которые могут и готовы её решить не могут узнать как это делать, так как один единственный человек, даже не регент, против. Более того, данного противника подозревают в измене, пусть и невольной. Что делать? Заткнуть недовольного, и наконец-то взяться за срочную проблему планетарного масштаба, которую и так отложили на полгода, явно для слабаков, для начала нужно поискать лекарство для невольного предателя)

Разоблаченный перед всем Советом, Сильвертонг успел магически перенестись в Высочайший Храм Баа, а герои получили доступ к Оракулу. Однако тот не мог сказать ничего путного, так как у него отсутствовали кристаллы памяти. Тем не менее, Оракул знал точное местонахождение своих кристаллов, и немедленно направил героев на их поиски.

(Как удобно, но тут не дать не взять, могли Древние GPS прикрутить. Хотя вспоминая Варн-4, в рубке которого не было карты, сомневаешься в подобном)

С трудом искатели приключений отыскали кристаллы в замках Аламос, Кригспайр, Даркмур и Высочайшем Храме Баа, попутно уничтожив предателя Сильвертонга.

Поместив кристаллы на место, герои приготовились получить ответы на свои вопросы, однако Оракул (он же Страж Мелиан) обнаружил, что неосторожное извлечение кристаллов Арчибальдом привело к значительным повреждениям и он не может напрямую вмешаться в события, пока не восстановится окончательно.

(Как неудобно. Господи, сценаристы даже не пытаются думать. Это стационарный ИИ, он до этого всегда только советовал и обеспечивал связь, никак не вмешиваясь, вам не надо оправдывать участие героев в происходящем)

Но медлить было нельзя, поскольку, как поведал Оракул, на Энрот высадились кригане, соперники Древних на галактической арене. По внешнему облику эти инопланетные порождения были так похожи на дьяволов Подземного Мира, что люди и стали считать их таковыми. В западных землях королевства кригане возвели органическую колонию, верховодит которой их Королева.

Мелиан предложил героям уничтожить реактор корабля, на котором прибыли иномировые твари, и Королеву, тем самым нанеся сокрушительный удар по криганам. Поскольку местное архаичное оружие абсолютно не годилось для уничтожения брони реактора, Мелиан предложил героям воспользоваться бластерами, что испокон веков хранились в Планетарном Контрольном Центре. Правда, вход был заблокирован главным инженером, когда в День Огня роботы вышли из-под контроля. Проникнуть внутрь можно было, лишь имея при себе Контрольный Куб, а хранился оный на Варне.

(При этом в самом Варне мы узнаем, что роботы вышли не в день огня, а 100 лет после того. Просто, Какого Хрена? И еще раз, Какого Хрена, если планетарный контрольный центр должен быть либо у Мелиан, который не мог повлиять на происходящее, либо на Варне, с чего бы он был где-то отдельно?)

Так героям пришлось посетить этот древний корабль, похороненный в Драконьих Песках. Там они отыскали Контрольный Куб и отправились в Центр, где и вооружились бластерами, оружием Древних, уничтожив при этом множество вышедших из-под контроля роботов.

(А в ЛОРе говорилось, что Варн был в Свободной Гаване, на западе Энрота, а Драконьи Пески находятся на Юге континента, где был эпицентр Дня Огня)

Но когда они уже были готовы отправиться к кораблю криган, Мелиан сообщил, что взрыв реактора наверняка приведет к уничтожению всей планеты.

(Как вовремя, подожди Мелиан еще пару дней, и проблема была бы решена навсегда)

Необходимо было мощное заклинание, дабы предотвратить это. К сожалению, все великие волшебники, кто мог бы его знать, были мертвы или же находились неизвестно где. Оставался лишь Арчибальд, который был обращен в камень придворным магом Таниром и пылился в библиотеке замка Айронфист.

(Вот так мы и узнаем, что Арчибальд великий волшебник. Как жаль, что во Вторых Героях он был просто юношей умелым как в бою так и в магии, но видать за 10 лет в виде каменной статуи успел подучиться)

Оракул решил, что дело не терпит отлагательств и придется возвращать его к жизни. Принц Николай знал, как это сделать - надо было всего лишь позвонить в колокольчик Танира рядом со статуей и Арчибальд оживет. А чтобы добыть волшебный колокольчик, сокрытый в покоях Танира, следовало прибегнуть к чарам Третьего Глаза - артефакта, припрятанного в колодце у замка, о чем Роланд Айронфист поминал в последнем из своих писем.

(И снова, как удобно. Уезжая расследовать таинственные происшествия король не взял с собой артефакт выявляющий тайное, а спрятал его. И быть бы беде, если бы не рояль... простите, я хотел сказать «труп мага», да, труп мага в кустах)

Так Арчибальд оказался возвращен к жизни после более чем десяти лет окаменения. Он передал героям свиток с начертанным на нем заклинанием, Ритуалом Пустоты, и телепортировался в скрытое убежище своего коллеги некроманта Нимбуса. От учеников последнего он узнал, что Нимбус отправился на Антагарич, ибо тамошняя Гильдия Некромантов приводит в исполнение некий грандиозный замысел. С неудовольствием Арчибальд обнаружил, что энротская ветвь гильдии ныне чрезвычайно ослаблена, а, стало быть, рассчитывать на помощь ее в возвращении трона бессмысленно, хотя, с другой стороны, сейчас для этого самое благоприятное время: Роланда пленили некие "демоны", Катерина вот уже пять месяцев как отпыла в Эратию и до сих пор не вернулась. И Арчибальд принял решение отплыть на Антагарич, придет время, и он вернется на Энрот, дабы заявить о правах на трон, который - как он полагал - принадлежит ему по праву.

(Еще один идиот. Королевство раздирается проблемами, но вот-вот будет спасено, к чему ты и сам приложил руку. Люди не верят в законность власти твоего брата, тебе достаточно просто выйти к народу и сказать, что все исправилось только благодаря тебе, законному королю и все, власть у тебя в руках. Так Какого Хрена?)

Вооружившись до зубов, бравая четверка ворвалась в Улей криган в Сладкой Воде, где рьяно принялась наставлять местное население бластером и топором на путь истинный. Пройдя по дьявольским трупам до реактора, герои расстреляли его из бластеров. Их немедленно перенесло в палату эвакуации, где уже находилась Королева с элитной охраной. Перебив всех присутствующих тварей, герои поспешили покинуть корабль.

Ужасный взрыв потряс криганский Улей, навсегда стерев его с поверхности Энрота. Заклинание Арчибальда закапсулировало эпицентр, тем самым спасая планету от тотального уничтожения и разрушения в результате высвобождения огромного количества энергии.

После этого герои были удостоены высочайших титулов при дворе, а лорды приступили к зачистке королевства от оставшихся жрецов Баа и дьяволов-криган. Энрот возвращался к спокойной жизни. Увы, судьба Роланда Айронфиста так и осталась неведома.

(Так закончился Шестой МиМ. Скажите вы помните, чтобы я плевался ядом в оригинальные Меч и Магию, или в Первых и Вторых Героев? Я припоминаю разнообразные несостыковки, но их было раз в десять меньше, откуда такое резкое падение качества?)

Николас Грифонхарт обратился за помощью и к Гильдии Некромантов Энрота. На призыв откликнулся Нимбус, пребывавший в ту пору в Эрафии, который немедленно вернулся в Энрот с намерением собрать под знамена Дейи всех мало-мальски сильных энротских некромантов и вместе с ними перебраться на Антагарич.

Затем он встретился с Арчибальдом, тот бросил Нимбусу вызов, дабы сместить последнего как мастера Гильдии Некромантов и самому оную возглавить. Арчибальд легко одержал победу, с неудовольствием осознав, в каком упадке находится энротская ветвь гильдии. Требуются интенсивные научные изыскания, дабы вернуть сей тайной организации былое величие. Пока же Арчибальд намеревался немедленно отплыть к берегам Антагарича, чтобы с головой погрузиться в пучину тамошних интриг, что может весьма благотворно сказаться на претворение в жизнь его собственных замымлов.

Катерина выбила чернокнижников из Эрафии, но столкнулась с проблемой вторжения некромантов. Правда, некоторые из них, видя стремительное возвышение лича Грифонхарта, испугались разрушения им старых устоев и решили обратиться за помощью к Эрафии. В знак доброй воли они послали одного из своих (это был Нимбус, весьма недовольный тем, что пребывает ныне под началом Арчибальда), дабы тот поведал Королеве, кто повинен в смерти ее отца.

После состоявшихся переговоров некроманты вступили в союз с Эрафией на время борьбы с Грифонхартом. Ужасная битва длилась много дней, но в итоге дочь превзошла своего отца - армия лича была разбита.

(Стабильность, Катерина особенная-особенная, а рыцари курят союз с некромантами. Я не совсем понимаю, почему между собой люди или эльфы договориться не могут и режут друг дружку в братоубийственных войнах, а с некромантами договариваются чуть ли не всегда?)

Ворвавшись в тронную залу некрополя, последнего оплота лича, Катерина нос к носу столкнулась с отцом. Не без тайного умысла она приказала принять участие в этом сражении и лорду Хаарту. И теперь она представила Королю Грифонхарту его убийцу. Николас Грифонхарт убил лорда в поединке, а затем Королева лично провела ритуал освобождения его души, развеяв нечестивые чары. Так лич Грифонхарт наконец-то обрел покой.

(Так закончилась шестая компания, Хвала Отцу, из Возрождения Эрафии)

Казалось, с завершением Войны Восстановления мир и покой вернулись в Эратию. Но навряд ли они продлятся долго, пока на границе Эрафии и АвЛи существуют Спорные Земли.

Эльфийские жители Земель прекрасно понимали это и решили начать войну за независимость, чтобы Спорные Земли перестали быть ареной сражений человеческой и эльфийской рас. Сначала они разыскали древний артефакт Грааль, дабы использовать его как священный символ в предстоящей войне. Действия эльфов получили достаточно широкую поддержку среди людей, населяющих Земли. Но не все согласились с данным решением, а из Эрафии и АвЛи уже шли войска, наводить порядок.

В этот момент мэр города Велнина предложил построить святилище для Грааля в своем городе. Следопыт по имени Риланд доставил артефакт к месту назначения, искусно обходя вражеские форпосты. Теперь оставалось лишь официально объявить Велнин столицей Спорных Земель. В тяжелых условиях нехватки древесины столица была отстроена, но, как оказалось, зря. Армии Эрафии и АвЛи неожиданно объединились и стерли зарождавшееся независимое государство с лица земли.

И снова стало нарастать напряжение между Эрафией и АвЛи. А в это время, зализывая раны, два врага Эрафии - один страшнее другого, уверенно набирали в силе.

(Так закончилась седьмая и последняя компания, Семена Недовольства, из Возрождения Эрафии. Я затрудняюсь дать оценку данной компании, что это? Победа Катерины над отцом была хорошим последним аккордом. Правда хорошим, не смотря на всю мою нелюбовь к Катерине как к типажу персонажа, несмотря на то, что месть, как способ очищения и освобождения души, странная для меня идея, сама концовка была хорошей. Она разрешала все текущие конфликты, но главное она имела ценный урок.

С точки зрения сюжета, главными героями этой истории является не Катерина или Сандро, а некроманты в целом. Их ошибки и их поражения показывали игроку не добро и зло, а правильное и неправильное. Предательство не принесло победы, а неконтролируемые амбиции привели лишь к падению. Это выгодно отличает Третьих Героев от Пятых, которых я до сих про считаю самой сильной частью в плане сюжета.

В Пятой части герои не могли превзойти врага по силам даже после объединения, не было у них и хитрого плана, они атаковали в лоб. В итоге концовка вылилась в дичайшие на моей памяти превозмогание и оставило ощущение, что герои победили просто потому, что они добрые. В Третьих Героях, одна из сторон проиграла потому, что была порочна, а значит слаба. Очень умный и правильный посыл, как по мне, что-то похожее я только в первой Мафии видел.

Но последняя компания оставляет ощущение того, что все было зря. Пережив несколько жестоких конфликтов, утопив Спорные Земли в крови, они все еще грызутся за клочок этой земли. Это полностью разрушает впечатление от шестой компании и игры в целом)

Приложил руку к истории с независимыми Спорными Землями сам Арчибальд. После окончательной смерти Короля Грифонхарта свергнутый узурпатор немедленно встал во главе эрафийской Гильдии Некромантов, и это был опаснейший противник. Он решил стравить Эратию и АвЛи между собой, а затем разгромить ослабленные страны.

Впрочем, в этой невидимой войне у Арчибальда появился противник - Гэвин Магнус, который не хотел больше видеть некромантов на Антагариче, но опасался прямо объявлять войну Дейе. Это было время обострения конфликта между Светом и Тьмой.

(Угу, Гэвин Магнус, правитель самой развитой страны континента, с самой могучей армией и самыми современными технологиями, состоящий в союзе с ангелами, почти не участвовавший в войне за Эрафию, в отличии от некромантов, которые огребали от всех кому не лень, а потому еще и имеющий подавляющее численное преимущество. Это на столько логично, что у меня скоро мигрень начнется)

В это же время на планету прибыли они - Конченные Искатели Приключений с Терры. Снявшись с орбиты Ксина после того, как засекли падение капсул Шелтема и Корака на поверхность, они изменили курс "Линкольна", направив корабль в безбрежные просторы вселенной в поисках Древних.

(Так реально было сказано в самой игре. Сначала они собирались помочь Кораку решить проблему Шелтема, но вроде как пропали. В полете они видимо передумали и решили, что раз оба андроида приземлились на планету они тут больше не нужны, и оправились искать Древних. Знаете, мне интересно только одно, как они в закрытый рукав галактики-то пробились на своей посудине?)

Утомленные скитаниями, некоторые члены команды возжелали прекратить кажущиеся бессмысленными поиски, а вот воспользоваться разрозненными крохами былого могущества Древних будет, по их мнению, совсем нелишне.

Приземлившись на дно морское у берегов Антагарича и, облачившись в водолазные костюмы, выбравшись на поверхность, герои оказались прямиком в гуще сражения между эльфами - союзниками Гэвина Магнуса, и гоблинами, патрулировавшими границы Дейи.

(Почему же маг не использовал големов, в некромант нежить? Хотя ладно, это уже просто придирка)

Впрочем, обе стороны поспешили ретироваться. О прибытии странных существ было немедленно доложено Гэвину Магнусу и Арчибальду Айронфисту. Оба немедленно отправили своих лазутчиков на поиски этих существ, дабы выяснить, чем грозит появление их шаткому балансу сил на Антагариче и можно ли использовать пришельцев для достижения собственных целей.

Еще при приземлении "Линкольна" Искатели Приключений рассорились между собой: одни хотели продолжать поиски Древних, другие желали осесть на планете и познать долгожданный покой. У кое-кого были и более амбициозные планы. Команда раскололась на две группировки. Возглавляемые Кастором Максимус, Темная Тень и Толберти хотели остаться на Энроте. Ресарректра же, Крэг Хек (еще один), сэр Канегем и Роберт Мудрый были полны решимости продолжать поиски Древних. Так и не придя к компромиссу, Кастор и Ресарректра установили пароли на управление системой безопасности "Линкольна", а карту доступа к кораблю разделили на две части и разошлись в разные стороны каждый со своей. Таким образом они закрыли корабль для себя.

Посланники Арчибальда разыскали Кастора, Максимуса, Темную Тень и Толбери, от имени своего Короля пригласили их посетить Дейю. Те согласились; альянс со столь могущественной державой, как вотчина некромантов, показался террянам совсем не лишним.

Немедленно об этом стало известно Ресарректре и сэру Канегему. А поскольку посланцы Гэвина Магнуса уже вышли на них, к Бракаде они и примкнули наряду с Крэгом Хаком и Робертом Мудрым.

Каждая группировка уже знала, какие цели будет преследовать в составе новых альянсов. Группа Ресарректры обнаружила древние Врата Паутины Миров на небольшом островке. Дабы заставить их функционировать, не хватало нескольких деталей, одну из которых - Усилитель Колебаний - отыскать на Энроте не представлялось возможным, однако, по счастливой случайности, хранилась она на борту "Линкольна".

(Как удобно. Помимо очередного рояля в кустах, хочу обратить ваше внимание на одну интересную особенность. Здесь прямым текстом заявляется, что, во-первых, врата связанные с остальными мирами Древних на Энроте есть, но это арка посреди острова, а, во-вторых, они не работают. Морглин Айронфист негодует)

Группа Кастора глубоко в подземельях Дейи нашла одну из Небесных Кузниц. Как ни парадоксально, помимо прочих, для функционирования Кузнице не хватало точно такой же критической детали - универсального Усилителя Колебаний.

Итак, цели, что поставили перед собой террани, были четко уяснены. Первая группа понимала, что Врата - ключ к Древним. Вторая же хотела с помощью Кузницы создать множество копий гибельного оружия и с его помощью покорить этот мир. Первым делом обоим фракциям необходимо было достать карту доступа к "Линкольну".

(И на этом я пожалуй прекращу своё повествование о событиях Седьмой части МиМ. Как вы уже поняли, вам предстоит выбрать, за какую сторону играть. Проблема в том, что данная игра не имеет каноничной концовки.

Сейчас каноном считают светлую концовку, то есть постройку врат. Открытие этих врат должно было вернуть эпоху процветания на Энрот. Вот только рукав галактики все еще заблокирован, даже на планете Энрот еще остались Кригане и их много, пусть они и лишились Улья и Королевы. Построив врата светлые герои попадают на станцию Бета-5, якобы захваченную Криганами, из-за чего и заблокировали целый рукав галактики, и встретив Корака удивленно спрашивают, «как же так, ты же умер?», то есть они не просто проконтролировали прибытие обоих андроидов на планету, но и не вмешиваясь досмотрели их противостояние до конца, по-моему дальше падать моральному облику «светлых» просто некуда, это уже дно. Более того, мы узнаем, что это другой андроид модели Корак (хотя до этого нам говорили, что Корака создали специально для преследования и захвата Шелтема) и он выразил сомнение в том, что оба андроида убиты, ведь «Стражей очень сложно убить». Ну да, даже команда на самоуничтожение их не берёт, мэйд ин Древние. Затем герои спросили, куда им отправляться, на что Корак указал рукой на иллюминатор и ответил: «куда угодно». Забыл видно, про блокировку рукава галактики. Ну и из дальнейших событий мы поймем, что никакой эпохи Процветания так и не наступило, а значит концовка не каноничная.

Темная концовка, восстановление Небесной Кузни, что будет служить империи зла имени Арчибальда Айронфиста, раньше объявлялась канонично, но у разработчиков и издателей не оказалось яиц, они так испугались падения продаж, выпуская бесплатное дополнение к уже распроданной игре, что вместо дополнения с новой фракцией выкатили Клинок Армагедона, качество которого лично мне не понравилось, что в принципе и не удивительно, переделывать пришлось в спешке, после скандала у них было всего пара месяцев до релиза, который, конечно же, никто и не подумал двигать. они даже завод с официальной обложки дополнения не убрали и в спешке заменили Кузню Сопряжением, который в итоге всё равно вырезали.

Дальше кузница вообще никак не фигурирует в сюжете. Получается, что и эта концовка тоже не каноничная.

В целом седьмую часть вообще можно вырезать из общей хронологии, так как хоть она и раскрывает некоторые особенности ЛОРа, но события там не имеют ни цели, ни веса в истории мира. Единственное, что стоит еще упомянуть, это освобождение светлыми героями Роланда Айронфиста из плена Криган)

В 1170 году ПБ в Антагариче некроманты воскресили Лорда Хаарта (убийцу Николаса Грифонхарта) в виде рыцаря смерти. А штаб ордена Некромантов переносится из Антагарича на Джадам, в Пик Теней. Лич Сандро и вампир Тант утверждают Арчибальда Айронфиста в качестве главы ордена.

1171 год ПБ снова богат на события. После раскола в Дейе эрафийская Гильдия Некромантов донельзя ослабла и не представляла собой реальной силы, с которой приходилось бы считаться соседним державам.

И в этот момент мощнейший удар был нанесен по Эрафии оттуда, откуда никто и не ожидал - с востока, Королем Люцифером Криганом (ну да, совсем недавно с востока пришли объединенные силы Криган и Чернокнижников, кто-бы мог подумать, что десяток лет спустя они вновь попробуют напасть).

Последний всегда недолюбливал честолюбивого гордеца Ксенофекса. Он вообще не любил поддаваться чувствам; немудрено, что Ксенофекс пал пред безвестными лордами Хармондэйла (героями Седьмой МиМ). Ближайшим соратником криганского полководца стал полудемон Ксерон - сын эрафийского рыцаря и суккубы. Люцифер собрал огромную армию за годы, прошедшие с разгрома чернокнижников в Войне Восстановления, а Ксерон сформировал и возглавил элитный отряд, названный Сыновьями Эребуса.

(Вторжение демонов в 1162 году, сейчас 1171, а теперь посчитайте сколько лет полукровке максимум. Если у вас получилось 9, то вы умеете считать, в отличии от сценаристов. Мы конечно не знаем об особенностях Криганской физиологии и сроках за которые они вырастают в половозрелых особей, но как такой сопляк мог сначала сформировать, а потом и возглавить элитный воинский отряд?)

Несмотря на то, что позиции криган на Энроте были существенно ослаблены в последние годы, легионы Люцифера являли собой могучую силу. В момент своей смерти Ксенофекс передал Люциферу видение, которое тот получил во сне. Как он понял из видения, ему необходимо отыскать три артефакта, из которых затем собрать дьявольский меч - Клинок Армагеддона. С помощью этой реликвии и подначальных ему легионов криган Люцифер вполне мог превратить всю эту планету в подобие Эофола - выжженную пустошь.

(Откуда на Энроте есть демонический артефакт, который завезли не Кригане? Его принесло космическим ветром?)

Ксерон много времени потратил на поиски артефактов. Каждый раз, как он находил один, появлялся таинственный герой, хватал артефакт и скрывался. Но полудемон не сдавался.

Люцифер же ждал скорой атаки Катерины, поскольку знал, что возросшая активность криган в Эофоле не укроется от пограничных гарнизонов Эрафии. Катерина Айронфист отправила войска в Эофол, где ее уже поджидала мощная ударная группировка криган - Кулак Нечестивой Силы.

Кригане вышибли войска Эрафии из Эофола, а затем и сами пошли на прорыв границы. Орда криган хлынула в Эрафию, немедленно вся страна перешла на военное положение.

Войска Катерины заняли позиции на Спорных Землях, сдерживая ударную волну передового отряда. Нанести контрудар по иным силам захватчика было приказано Моргану Кенделу. Кроме того, Роланд мобилизовал войска в западных пределах Эрафии и шел на соединение с Кенделом, чтобы затем вместе с ним присоединиться к Катерине на восточных рубежах. Последняя отправила письмо Лесной Страже - элитному эрафийскому отряду, квартирующемуся в Спорных Землях. Эльфы закрыли глаза на эту войну, но позволили местным героям действовать по своему усмотрению.

(Господи, за что? Во время событий Возрождения Эрафии упоминалось, что демоны разоряют АвЛи. Почему эльфы вдруг решили, что в этот раз те пройдут мимо?)

Лесная Стража была великолепно подкована в ведении партизанской войны, а ее нынешний капитан, полуэльф Джелу, являлся блестящим тактиком, благодаря чему слава его отряда не угасала с годами. Катерина поручила войскам Джелу изнурять криган бесконечными нападениями с целью хоть немного задержать их продвижение вглубь Эрафии.

В это время армия Роланда натолкнулась на серьезное сопротивление и не смогла подойти не то что к Катерине, но даже соединиться с частями под командованием Кендела. Король Энрота подозревал, что военные действия затянутся надолго, и сильно переживал из-за этого. Всей душой он стремился вернуться на родину, ведь где-то там, за океаном, - его сын Николай, наследник трона. Недавно парню исполнилось шестнадцать, и почти десятилетие провел он в разлуке с родителями.

Отряды же Джелу и Катерины обнаруживали странные города, возникавшие, казалось, из ниоткуда. В поселениях обитали духи стихий и они никого не подпускали к своим жилищам.

Но затем с Джелу связались трое героев-духов, тех самых, что скрывали от Ксерона артефакты, необходимые для создания Клинка Армагеддона. Они говорили о пришествии Темного Бога и о его страшном слуге - Ксероне. И поведали они о том, что Ксерон смог загнать их в угол.

Ксерон действительно это сделал. Теперь ему нужен был кто-то, кто снабжал бы его сведениями о противнике. Его верный друг дьявол Ксекс быстро нашел нужного человека. Им оказался Девон Слин - бывший кандидат в судьи Хармондэйла.

(Девол Слин квестодатель темной стороны в Седьмой МиМ)

Слину ничего не оставалось, как работать на Ксерона. Он сообщил ему о местонахождение всех трех героев-духов и вскоре Ксерон завладел вожделенными артефактами. Со слов Слина, лишь один человек в этом мире способен создать реликвию столь могущественную, как Клинок Армагеддона - кузнец-маг Казандар.

Ксерон отправился к последнему, но тот уже был пленен элементалистами, соратниками тех героев, что скрывали артефакты. Долго полудемон искал местоположение Казандара и в это время до него дошли две неприятные новости. Первая заключалась в том, что Джелу в одной из стычек убил мать Ксерона - суккуб, а вторая - в заключении Королевой Катериной союза со стихиями.

Стихийные духи появились на просторах Антагарича с одной лишь целью - уничтожить Люцифера Кригана, поскольку стремление оного предать Энрот огню вполне могло увенчаться успехом и привело бы к становлению его новым Темным Лордом. Они немедленно направили военные силы своих Планов в Энрот.

Некоторое время потребовалось на выяснение расстановки сил, а затем Повелители в кои-то веки решили примкнуть к людям, организовав между собой независимый альянс, поддержанный духами магии и феями. Верховодил им Тамар Странник, один из лордов воздуха. Кроме того, Тамар открыл Катерине, что на Джелу лежит печать судьбы, делавшая его одной из ключевых фигур в нынешней войне.

(Странная альтруистичность стихийных духов, которые до этого показывались исключительно как злобные и склонные к разрушению твари)

Ксерон поклялся жестоко отомстить Джелу за смерть матери. Наконец, он отыскал подземелье, в котором содержался под стражей великий Казандар. Разгромив охранявших кузнеца героев, Ксерон вошел в жилище оного. После последовавшего длинного разговора и обсуждения всяческих деталей, Казандар согласился создать Клинок Армагеддона, но за крупную сумму денег, которую Ксерон умудрился собрать в кратчайшие сроки.

(Я кажется понял почему такого специалиста как Казандар не склонили к сотрудничеству и созданию артефактов для армии, а заперли в темницу. Далеко не каждый человек согласится создать оружие массового поражения, при помощи которого будут обращать в пепел его собственный мир)

И тогда Казандар вместе со своим лучшим учеником создали дьявольский меч. Ксерон ощутил волну злобы, исходящую от Клинка и заметил, что оружие словно живое. Он понял, что этот меч создан словно для него, Ксерона. Поэтому он закинул его за спину и решил никогда не расставаться с оружием, даже во время сна.

Казандара же и его ученика Ксерон приказал отправить в близлежащий криганский город и казнить. Ученику удалось бежать, Казандар же погиб ужасной смертью.

В это время в Эрафии начались волнения. Дворянам державы, чьи земли еще не оправились от опустошительных Войн Восстановления, не хотелось продолжать нынешний конфликт, тем более теперь, когда криган удалось вытеснить за пределы Эрафии. Но Катерина, Роланд и Джелу не могли дать приказ к отступлению, поскольку понимали, что, обладая Клинком Армагеддона, ордам Люцифера вполне по силам захватить не только Антагарич, но и весь Энрот.

(Эти люди слышали легенды о Дне Огня, когда некое оружие уничтожило в одночасье полконтинента, но в их пустых головах ничего не шевельнулось)

Стихийные войска активно вливались в ряды эрафийской армии. Впрочем, Роланд не доверял им. Когда ему наряду с Кенделом необходимо было преследовать силы криган вплоть до поджидающих их войск Катерины, Роланд решил взять командование стихийной армией на себя для проверки их лояльности. Впрочем, Джелу, который стал ощущать нехватку людей, уже использовал духов стихий в своих рядах и уверил Роланда, что это отличные и верные бойцы. В Роланде, видевшим вокруг себя следы резни, устраиваемой криганами, крепла решимость вырезать всю эту расу со всей жестокостью, на которую он способен. Сцены пыток, испытанных им в плену у криган, снова не давали ему спать по ночам. Пока Роланд целенаправленно преследовал криган, идя на соединение с войсками Катерины, Джелу приказано было войти в Эофол и отрезать врагу возможные пути к отступлению.

От души надеясь, что это не подстроенная ловушка, полуэльф отправился вглубь Эофола. Там он своими глазами увидел, что не все половинчики погибли при занятии криганами их исконных земель, и что оставшиеся ведут партизанскую войну против иномировых захватчиков. Тогда Джелу получил предупреждение от Ксерона и повстречал ученика Казандара. Тот поведал ему о создании Клинка Армагеддона. Джелу не слишком-то поверил в услышанное и направил запрос судье Хармондэйла Брандису Фэйрвиверу о Казандаре.

(Брандис Фэйрвивер квестодатель светлой стороны в Седьмой МиМ. Факт того, что именно он судья Хармондэйла еще раз должен подчеркнуть, каноничность восстановления звездных врат. Если это канон, если вспомнить, что на Бета-5 герои света встретили не орды Криган, а слугу Древних, то можно подумать странное. Я конечно понимаю, что Древние те еще твари, ставящие эксперименты на смертных, но они вроде как воюют с Криганами, и не хотят их распространения по галактике)

Судья подтвердил, что кузнец-маг действительно был способен создать Клинок Армагеддона. Джелу понял, что дела по-настоящему плохи, а также сообразил, что у Ксерона должен быть осведомитель, хорошо знающий жизнь вне Эофола, и отдал приказ Лесной Страже разыскать его. Вскоре Девон Слин был схвачен. Джелу не стал устраивать полевой суд, а отправил Слина прямиком в Стэдвик.

Наконец, Джелу увидел, что случилось с самим Казандаром, когда захватил ключевой город в своей операции - выпотрошенное тело того болталось на городских воротах. Полуэльф решил во что бы то ни стало разыскать Ксерона и встретиться с ним лицом к лицу.

Когда большая часть армий криган оказалась зажата в тиски между войсками под началом Роланда и Катерины и перебита, дворяне Эрафии посчитали, что война выиграна и потребовали отозвать свои войска. Так как это шло вразрез с ее побуждениями, Катерина решила добровольно отречься от трона Эрафии. Как бы то ни было, она никогда особо и не стремилась к престолу отческой державы, поскольку перво-наперво являлась Королевой Энрота.

(Значит Грифонхарт хреново воспитал свою особенную-особенную дочь. В истории конечно случалось всякое, иногда заграничные жёны становились истинными патриотами и дочерями своей новой страны, но у Николаса было только две дочери, одну их которых он еще и потерял. Катерина должна была встать во главе Эрафии или родить наследника для неё)

Направив Моргана Кендела вместе со всей эрафийской армией в Стэдвик в качестве регента, Катерина возложила на генерала миссию поисков нового правителя, а сама рука об руку с Роландом повела стихийные войска на Крилах, столицу Эофола.

Морган Кендел, прибыв в Стэдвик, тайно послал Лесную Стражу на помощь своим соратникам. А помощь оказалась крайне необходима, ибо у города Кельвишена путь им преградил Ксерон с Клинком Армагеддона и с отрядом Сыновей Эребуса в полном составе. Завязалась жестокая сеча. Если бы не помощь Джелу, кто знает, как все обернулось бы.

(Сначала я думал, что они надеются на огненных элементалей или фениксов в борьбе против меча судного дня, но они оказались просто идиотами, что распустили армию, и были спасены сравнительно небольшим пограничным отрядом)

Наконец, в живых остался лишь сам Ксерон. Лесная Стража Джелу уничтожила его войско, но полудемон успел телепортироваться в безопасное место. Однако он оставил на поле брани Клинок Армагеддона, который Джелу и подобрал.

(Сопляк полудемон сразу почувствовал злую ауру меча, а опытный воин элитного отряда, что из военных конфликтов не вылазил последние 11 лет вот даже не почесался)

Теперь предстоящей катастрофы можно было не опасаться, но нахождение у власти Люцифера сулило новые беды всему прогрессивному населению Антагарича. И войска четы Айронфистов продолжили марш по направлению к Крилаху. Все оставшиеся в живых кригане с Ксероном во главе окружили столицу живым кольцом.

Катерина приняла решение стереть город с лица земли с помощью Клинка Армагеддона. И надо было торопиться, поскольку Люцифер послал запрос о помощи Подземным Повелителям Нигона и те согласились поддержать его, несмотря на былое предательство.

(Мастера интриг. Сначала под Мутар, безродную бродяжку, прогнулись, потом после предательства демонов, утерлись и вступились за них. И все это на фоне постоянных интриг и дрязг в рядах рыцарей и эльфов. Я уже сомневаюсь кто тут добро, а кто зло)

В этот момент Тамар Странник предупредил Королеву, что кто-то из близких ей людей уходит на путь тьмы, в то время как сама она следует по пути света. Катерина решила, что это Роланд, поскольку истовая ненависть к криганам захлестывала Короля все больше и больше. Те же Повелители сообщили, что именно Джелу, рекомый ныне Проклятьем Демонов, должен воспользоваться Клинком для уничтожения Крилаха и никто не должен ему препятствовать, дабы не нарушать нити судьбы. Впрочем, Клинок наводил страх на всех и они даже были рады, что тот находится у Джелу, а не у них.

(То есть народ чувствовал, что вещичка не добрая, а некий маг даже предсказание родил, что один из близких королевы падает во тьму, но все подумали не на владельца меча, а на короля Роданда? Хотя если бы Катерина при словах «близкий человек» подумала бы о Джелу, то игроки бы точно подумали про королеву что-нибудь неприличное)

Что касается самого Джелу, то ему стали сниться сны о том, как он становится Королем Эрафии, а затем и всего Антагарича, приведя наконец материк к миру и процветанию, а рядом с ним - прекрасная зеленоглазая жещина с серебряными волосами. В этих снах ему всегда являлся некий меч, и Джелу обнаружил, что Клинок Армагеддона весьма на него походит.

(Ну просто «кто бы мог подумать»)

Роланду также являлись странные грезы. В одном из них Казандар, а затем и отец Роланда объяснили ему, что он вступает на путь Тьмы. Поэтому Роланд направился в Храм Солнца, чтобы вернуться к Свету.

(А вот тут я не понял, ладно отец, хотя Хамло Айронфист, любимец чужих жён и спонсор темных магов, любящих убивать королей, светлым не может быть по определению. Но кузнец Казандар, что сковал Клинок Армагеддона для демонов, еще и торговался за работу, он то какое право имеет говорить о свете?)

И вот Ксерон повержен, вот уже Крилах в осаде и Джелу с огромной стихийной армией атакует столицу Эофола. Вот последние войска криган сметены и огненный дождь Армагеддона обрушивается на замок дьяволов. Никому нет спасения, и Люцифер Криган, последний Король своей расы на Энроте, гибнет в очищающем пламени.

После этой знаменательной битвы немногочисленные мелкие кланы были добиты стихийными армиями и кригане на Энроте прекратили свое существование как раса, лишь немногим удалось уцелеть, схоронившись в землях Эофола. За ними исчезли и стихийные города, осталось лишь несколько. Джелу с Лесной Стражей и Клинком Армагеддона растворился в лесных чащобах АвЛи (даром, что офицер Эрафии). Роланд и Катерина наконец-то отправились в Энрот, долгие годы бесконечных войн оставались для них позади.

(Так закончилась первая компания, Клинок Армагеддона, из одноименного DLC)

В то время, как Эрафия вела кровопролитную войну с криганами, наступило время Фестиваля Жизни, который проводится раз в тридцать лет по всему Антагаричу, кроме Дейи. В каждой стране данное событие проходит по своему, а самое жестокое воплощение Фестиваль находит в Крюлоде. В этот момент у молодой знати варварской нации появляется возможность законно получить власть над страной.

Для этого им необходимо выполнить ряд заданий, а затем сразиться друг с другом, чтобы победитель попытался выстоять против войск самого Короля.

Одним из обладавших реальными шансами на победу был варвар Килгор. Первым его заданием стало убийство древнего чудища по имени Саблезубый, с чем он справился без труда.

После чего Килгора послали на зачистку дикой местности, которую специально для Фестиваля заселили всякими тварями. Тогда же ему и предоставили трех лейтенантов для поддержки. Килгор справился и с этой задачей, подтвердив свое умение выживать в диких условиях.

Теперь необходимо было доказать способность к лидерству в победе над тремя другими претендентами. После ряда отчаянных схваток Килгор сумел победить их всех. И, наконец, он выступил против самого герцога Винстона Борагуса. Хотя последнего и считали великолепным военачальником, Килгор сумел с ним справиться, хотя и не без труда, и вошел в столицу, где и был коронован. Так в Крюлоде родилась новая правящая династия.

(Так закончилась четвертая компания, Фестиваль жизни, из DLC Клинок Армагеддона)

За этими событиями пристально следила Таталия, давний соперник Крюлода. В это время туда вернулась ведьма Адриенна, владеющая огненной магии. Надо сказать, огонь завораживал ее с детства, и она часами могла просидеть, уставившись в походный костер. Когда молния стала причиной одного из страшнейших пожаров в истории, старейшины державы болот назвали огонь величайшим бедствием для страны, Адриенна же полагала, что пламя уничтожило отмерший сушняк, дабы жизнь могла начаться вновь.

Будучи ведьмой, она изучили школы земли, воды и воздуха, но познать огонь, ненавидимый в Таталии, ей так и не удалось. А вскоре появились "демоны с небес", и Адриенна в возрасте 15 лет отправилась в Эофол, где убедила некоторые из криганских кланов обучить ее огненной магии.

(«Кригане одержимы идеями уничтожения и размножения. Все чего они хотят это уничтожить все прочие расы и заселить своим потомством все галактики, что они смогли обнаружить». Я оставлю здесь эту цитату из английской Вики, живите с этим)

Видя выжженные равнины Эофола, она осознала все последствия нарушения природного равновесия, которым, однако, не брезговал и ее народ. Вернувшись на границы Таталии как раз во время конфликта своей родины державы с Эрафией, Адриенна немедленно присоединилась к армии своего народа, полководцы которой видели в ней "зло, сражающееся на их стороне". Довольно скоро вторжение Таталии на земли соседней державы захлебнулась, а Адриенна так и осталась на границе, презираемая собственным народом, но готовая защитать его до последней капли крови.

(Господи еще одна особенная-особенная, теперь еще и не понятая окружающими, но такая благородная. Поймите меня правильно, я правда допускаю разницу во вкусах, но ради бога, это уже третий женский персонаж в Третьих Героях, который вызывают у меня ассоциации с подростковыми антиутопиями)

И сейчас на границе между Эрафией и Таталией она обнаружила большое скопление нежити и разрушенные фермерские города. Оказалось, что некий рыцарь смерти начал собирать большую армию. Но как это могло случиться после фактического низвержения Гильдии Некромантов?

Вскоре она поняла, что силы, противостоящие ей, велики, и направила письмо дворянам Эрафии с просьбой о помощи. Но соседняя держава в то время пребывала в затяжном конфликте с Эофолом, поэтому Адриенне пришлось самой решать возникшую проблему. Таталийцы же боялись Адриенну, поскольку, как истинные жители болот, не любили огонь, но еще больше они боялись нежити и скрепя сердце помогали огненной ведьме.

Через некоторое время выяснилось, что руководит вторжением в Таталию никто иной, как лорд Хаарт. Оказалось, что культ Короля Вилмара так и не был полностью изгнан из Эрафии и некроманты возродили лорда Хаарта в образе рыцаря смерти.

(Короля Вилмара уже убили, власть взял Арчибальд, все хоть сколько-нибудь сильные некроманты ушли на Джадам, остались только полные неучи, в своих дневниках Арчибальд описывает их как бездарей, что нося громкие титулы старших учеников с трудом создают нежить из простых крыс, и творения эти способны просуществовать едва ли несколько часов. Кто из этих недонекромантов создал целого рыцаря смерти?

Я просто не понимаю зачем, зачем вы предоставляете просто тону ЛОРной информации, в виде писем, дневников, записей, отрывков из книг и даже песен бардов, но при этом пишите сюжет как бог на душу положит? Надо либо следовать созданному вами ЛОРу, либо не создавать этот ЛОР, все просто)

Разгромив его приспешников на границе, Адриенна направилась вглубь Таталии. Там она столкнулась со страшным зрелищем - у каждой деревушки лорд Хаарт оставлял орды нежити, которые уничтожали все население, тем самым забирая их в свои ряды. Если подобный процесс не остановить в ближайшее время, лорд Хаарт станет реальной угрозой всему Антагаричу.

(«Я тебе миллион раз говорила, не преувеличивай» © мама. Для того чтобы войско нежити созданное из жителей Таталии могло угрожать всему Антагаричу, надо чтобы сама Таталия могла угрожать всему Антагаричу. Но болотников совсем недавно варвары в пограничном конфликте чуть не нагнули, и еще неизвестно кто бы выиграл, если бы Бракада не прислала один корпус, что всех разогнал)

Все так же ощущая острый недостаток личного состава, Адриенна все же смогла отбить жилища у нежити. Лорд Хаарт со своими ближайшими приспешниками прожигал свой путь через болота, пока не вышел к морю. Там он и укрепился на острове, дальше ему просто некуда было двигаться. В тяжелейшем противостоянии Адриенна разгромила остатки зловещего культа и освободила душу лорда Хаарта от уз мертвого тела. После этого ей оставалось надеяться, что страна примет ее, как подобает, а не как чуждую державе Земли и Воды огненную ведьму.

(На этом закончилась пятая компания, Игра с Огнем, из DLC Клинок Армагеддона. Мы разобрали их почти все, кроме компании Дракона. Как уже говорилось, его компания не имеет четкой привязке к времени или срокам, он просто путешествовал, желая сразить самого могучего из драконов, Лазурного. Дракон искал эту тварь то тут, то там, пока не нашел и не убил, а после понял, что исполнившаяся мечта заставляет задуматься над целью дальнейшей жизни)

В 1172 году в мир приходит Разрушитель Миров. И, что самое интересное, он высадился не в Энроте, и даже не в Антагариче, а в Джадаме, который обходили стороной все события последних десятилетий, и где никогда не появлялись кригане.

(Да что уж там, до Восьмой части МиМ нам даже не рассказывали о Джадаме, но потом как ЛОРа поналепили)

Джадам не имел государств на своей территории и управлялся несколькими организациями. Здесь правили балом сильнейшие. В принципе, недовольных таким строем не было.

Народы населяющие Джадам весьма разнообразны. Алвар являлся городом темных эльфов (идущих по пути Тьмы). Портовый город Равеншор, крупнейшее поселение континента, был населен всеми здешними расами. Ящеролюди построили свои поселения на Островах Кинжальной Раны на руинах исчезнувшей цивилизации змеелюдей. Некроманты и вампиры жили в Теневом Пике. В Пустыне Железного Песка обитали тролли, изгнанные из Шепчущих Лесов внезапной эпидемией.

(Но согласно ЛОРу их выгнали с острова Регны люди)

В Пустошах проживали варварские племена под управлением Зога, могучего огра-мага. Здесь же в подземном городе существовала цивилизация минотавров, пребывавшая некогда в конфликте с ледяными гигантами Вори.

(А как же алхимик Арчибальда, что буквально семь лет назад проводил эксперименты по скрещиванию быков и людей и в итоге потерял власть над созданной расой минотавров?)

В Гэрротском Ущелье гнездились драконы, причем разумные и способные к общению с другими расами. Тут же обосновалась недавно прибывшая охотничья экспедиция под предводительством знаменитого эрафийского крестоносца Чарльза Квиксота, целью которой было искоренение всех не поддающихся приручению драконов. А уж кто-кто, а джадамские драконы приручению не поддавались, как существа независимые. Поэтому охотники и жаждали вырезать весь род.

(Ну да, родная страна разрывалась конфликтами 10 лет, а мы тут на драконов охотимся, дело-то житейское)

Три древних дракона с небольшими выводками откололись от основного рода Ущелья и поселились в различных регионах континента, дабы там продолжить существование своей расы. Иные драконы посчитали их предателями за уход от рода в трудное время.

И, кроме того, по всему материку были разбросаны храмы Ипа, где крысолюди поклонялись своему божеству, а в подземных рудниках трудились темные дворфы, ушедшие когда-то из эрафийского Каменного Города из-за расхождений во взглядах со своими сородичами.

Одним ясным зимним утром на окраине Равеншора, центрального города Джадама, появился человек неопределенного возраста. Целенаправленно он устремился к центральной площади, провожаемые ненавистными взглядами жителей - тех, кто принадлежал к нечеловеческой расе. Как человек проходил мимо дерущихся монстров, более крупный отбросил в сторону более маленького и бросился следом за незнакомцем. Подобное поведение было совершенно рядовым в этом забытом уголке мира - странников обычно встречали с ненавистью и подозрительностью, нежели с радушием.

(Ну да, ведь портовый город, в стране где всем заправляет Торговая Гильдия это такое маленькое закрытое государство, чужаки там редкое явление. Вы сами то осознаете какой это бред? Рядовой порт мог принимать у себя десятки кораблей за сезон, от 40 до 500 человек только экипажа (на особо крупных кораблях экипаж мог насчитывать и 1000 человек), не считая пассажиров. Крупнейший город торговой империи мог пропускать через себя более сотни кораблей, доходя до того, что около трети находящихся в городе разумных были чужаками, только что прибывшими или уже готовыми отчалить)

Но человек беззаботно шел себе, даже не озираясь по сторонам и совершенно не обращая внимания на опасности, подстерегающие его за каждой тенью. Монстр атаковал без предупреждения. Раззявив пасть, полную острых зубов, он набросился на кажущегося совершенно безобидным человека. Того на мгновение окружил ореол энергии, обездвижевшей монстра. А человек продолжил путь, всецело погруженный в собственные мысли.

Он ступил на площадь, и горожане почтительно расступились, занявшись, наконец, своими делами. В центре площади человек изобразил на земле сияющую окружность, и тут же из-под земли вырос огромный кристалл, сияние которого поглотило незнакомца. Некоторые горожане, чей страх сменился любопытством, приблизились к кристаллу. А он ослепительно сиял, взрыв энергии разбросал монстров в разные стороны как тряпичных кукол.

В ответ на излучение монолита воздух на четырех оконечностях континента пошел рябью и начался хаос, когда в смертном мире появились врата, ведущие в Стихийные Планы - Земли, Воды, Воздуха и Огня. Яростное извержение подводного вулкана взметнуло ввысь огромные волны обычно безмятежных морей у Островов Кинжальной Раны, знаменуя появление врат в Стихийный План Земли. Вулканический пепел и лава обрушились на острова, разрушая мосты, связующие их между собой и с континентом. Ящеролюди из города Капля Крови ударились в панику.

В то же время на противоположной оконечности Джадама гигантская волна ударила из возникших врат в Стихийный План Воды, заполнив плодородную долину и сокрыв под водами новосотворенного внутреннего моря обиталище минотавров.

В иной же части континента пламенная стена вырвалась из врат в Стихийный План Огня, сжигая саму пустыню. Тролли в отчаянии пытались бежать от огненного безумия, но тщетно - волна пламени испепелила их, а также большую часть их деревушки.

Завершая гибельный квартет, над обширным древним лесом возникли врата в Стихийный План Воздуха, вырывая с корнем вековые дубы и расшвыривая их по сторонам. Из врат показались снедаемые безумием стихийные духи воздуха, обратившиеся к источнику оного - кристаллу в Равеншоре.

(Буквально год назад элементали спасали мир, а сегодня они уже стремятся его уничтожить. До чего же не постоянные это твари. То они злые, то добрые, то вот снова злые)

В этот момент на Островах находился один из караванов Гильдии Торговцев под предводительством минотавра Дэдеросса. Последний и вызвал одного из своих верных помощников и приказал тому во что бы то ни стало доставить письмо, рассказывающее о катастрофе, в Равеншор, тамошнему магистру Гильдии Торговцев Элгару Феллмуну. Однако добраться до порта было невозможно, поскольку все мосты к острову с доками были разрушены, а древней системой телепортов уже никто давным-давно не пользовался и она вышла из строя.

К счастью, на островах в это время проживал молодой священник Фредерик Талимер, изучающий здешнюю древнюю цивилизацию. Он то и помог активировать телепорты. Наняв в местной Гильдии Искателей Приключений группу местных героев себе в помощь, посланник Дэдеросса отправился в путь. Однако добираться до доков ему пришлось через подземный ход, ведущий из полного ловушек древнего храма к острову.

Вскоре он был уже на пути в Равеншор. В дальнейшем ему довелось встретить немало желающих присоединиться к команде, но никогда он не набирал в отряд больше, чем пятерых, чтобы не привлекать внимания крупных вооруженных формирований.

(На этой ноте я закончу описание сюжета Восьмой части МиМ. Несмотря на то, что геймплей этой части многим очень нравится и именно её вспоминают как классику серии (хотя лично я все равно буду топить за шестую часть), с точки зрения ЛОРа серий Героев и МиМ дальше пойдет лютый п****ц. Хотя я сам не одобряю мат, но тут других слов мне просто не подобрать.

Проблема даже не в элементалях, которые соответствуют своему описанию в ЛОРе, но не поведению в сюжете Клинка Армагеддона, хотя я хочу напомнить, что разница между событиями ровно год. И на подчинение тут не спишешь, ведь когда Лорды Элементалей разорили Антагарич Древние не подчинили их, они попытались договориться.

И даже вписание в ЛОР целого континента с кучей самобытных народов, которые не засветились вообще нигде, на фоне постоянной миграции кучи народа между этими континентами не так бесит. Хотя ляпов сценаристы наделали море.

Бесит концовка сюжета. После множества приключений, в процессе которых можно даже встретить многих знакомых личностей мы узнаем, что Разрушитель Миров еще один андроид посланный Древними, чтобы уничтожить мир захваченный Криганами.

Я когда эту ересь услышал, чуть со стула не упал. Хер с ней с седьмой часть, где по «канону» открыли портал до одного из узловых миров Древних и наладили связь. Хер с самими Древними, что около тысячи лет назад подсмотрели у Лордов Элементалей технологию Крона, а тут посмотреть, что в мире твориться не смогли. Хер с ангелами, которые тоже все поголовно андроиды и были присланы этот мир защищать, все равно они в конфликте с Криганами участвовали лишь как юниты армии игрока и сюжетного веса не имеют.

Но у нас есть уже прозвучавшая выдержка из английской вики, Кригане одержимы уничтожением и размножением. Их миры всегда похожи на выжженную пустыню и населены только Криганами. Из чего сделаны мозги посланника Древних, если он идя по большому городу, полном зелени и красок, населенным разными народами решил, что мир уже захвачен Криганами?

Но знаете, что самое забавное. Конец света отменился, так как один мудрец просто сказал Разрушителю Миров, что Криган всех уже год как уничтожили и этот лопух тут же ему поверил. Нет, по логике вещей он конечно мог проверить данное утверждение, с теми же ангелами связаться, например, но по той же логике он должен был связаться с ними с самого начала.

Как вишенка на торте, на весь прочий мир апокалипсис начавшийся на Джадаме никак не повлиял, даже малейшего упоминания в последней, оставшейся нам компании нет, а ведь компания это про нашего Бессмертного Героя, Повелителя Стихий, между прочим, кому как не ему знать, где там подчиненные хулиганят)

«Когда Клинок Армагеддона и Меч Холода сойдутся вместе, настанет конец этого мира," - гласит древнее пророчество.

(Люблю древние пророчества, особенно когда в них так точно указаны названия двух предметов, один из которых создали 1000 лет назад, а другой в прошлом году)

И, как гром с ясного неба, всех жителей Антагарича поразила весть о том, что Джелу, завладев Клинком Армагеддона, отправился на поиски его собрата. В погоню за бледнокожим эльфом отправился Тарнум. Указав правителям Эрафии и АвЛи на неразумие своего бывшего друга, он, тем не менее, помощи от них не дождался, державы, символизирующие добро, сочли абсурдным посылать войска для поимки своего национального героя.

(Ну да, ведь у него нет оружия массового поражения, которое давит на мозги даже если просто стоять рядом с ним)

И Тарнум отправился в Нигон, который после недавней гибели Мутар пребывал в состоянии полной раздробленности. Подземные Повелители всеми силами старались пробиться к правящей верхушке, чтобы со временем быть вновь низвергнутыми более амбициозными собратьями.

(Знаете когда умерла Мутар? Вам понравится, это произошло в 1170 году, последний год перед войной с Криганами, когда был создан Клинок Армагеддона. Мало того, что эти сволочи расположили компании не по хронологии событий, сначала Клинок, потом Мутар, так еще и смерть этого персонажа никак не освящается и не обсуждается.

Если бы не две последних компании Тарнума, где Мутар упоминается, я бы сказал, что нам втюхали еще одну компанию призванную исключительно растянуть геймплей. Хотя чего уж там, я все равно так думаю)

И теперь они мало что смогли противопоставить тактическому гению Тарнума, в кратчайшие сроки завладевшего землями и войсками одного из Повелителей, отнюдь не самого слабого. Однако на этом Бессмертный Герой остановился, ибо получил весть от своего друга в АвЛи о том, что Джелу уже несколько недель как оставил родные земли и отправился на северный остров Вори, свою родину, в надежде отыскать и уничтожить Меч Холода.

Мобилизовав все силы Подземного Мира, что находились под его началом, Тарнум снарядил три корабля и отправился в погоню за полуэльфом. Однако бледнокожие эльфы Вори встретили его более чем холодно. А чего он мог ожидать? Упрямые создания никогда не пойдут против одного из своих собратьев, тем более что подбивает их на это человек, ведущий за собой армию Нигона да еще вещающий о неком бредовом пророчестве. Решив положить конец и ему и своим сомнениям, эльфы просто-напросто потопили два из трех кораблей Тарнума, последнему едва удалось спастись самому да вывести небольшой отряд подземных тварей.

И вот он - один, затерянный в далекой северной земле, а мир вновь может оказаться на грани гибели. Вдобавок ко всему, те немногочисленные отряды, что спаслись с ним, затеяли меж собой свою смертельную игру. Входящие в них медузы тайно планировали устранение Тарнума, что позволит бы им занять его место, однако на помощь Бессмертному Герою пришли находящиеся под его началом бихолдеры и сообща уничтожили всех заговорщиц. Это была политика силы, а иной нигонцы и не знали, и Тарнум не обольщался, полагая, что бехолдеры выручили его лишь по дружеским соображениям. Единственное, чего он теперь сторонился и к чему боялся вернуться - это неоправданная жестокость, свойственная подземным жителям. Избранник Предков поклялся, что проклянет тот день, когда ему покажется, что быть Подземным Повелителем совсем и не плохо.

Медленно, но верно Тарнум продвигался к северным ледникам, где, по слухам, был скрыт легендарный Меч Холода. Джелу все еще опережал его, а в гонку включилась еще одна сторона - Кия, третья супруга короля варваров Килгора, привела на Вори свое воинство. Очевидно, что женщина ищет артефакт для своего мужа - грубого и жестокого варвара, невозможно представить, какие беды обрушатся на мир, стоит Мечу Холода попасть к нему в руки.

Итак, судьба преподнесла Тарнуму двух врагов, ни с одним из которых он не желал сражаться: ни с варварами, сколь бы низко они не пали, ни с эльфами, коих успел полюбить за годы жизни в АвЛи. Лазутчики Бессмертного Героя выявили цели Кии - она желала добиться признания своих сыновей наследниками трона Крюлода, вотчины варваров, а сделать это можно было лишь преподнеся мужу в дар могущественное оружие - такое, как Меч Холода. Таким образом ее цели были достаточно высоки и Тарнум неохотно пришел к выводу, что единственный способ остановить женщину - уничтожить ее.

В то же время не удавалось разузнать ничего конкретного о планах Джелу. Последний до сих пор успешно игнорировал войско Тарнума, все еще находясь далеко впереди и двигаясь все дальше на север. Предки дали ясно понять Тарнуму, что стоит Клинку Армагеддона и Мечу Холода встретиться, на землю обрушатся ужасные беды. И как, интересно, Джелу собирается предотвратить их? Допросы захваченных в плен эльфов ничего не дали, видимо, те и сами не ведали, что замышляет их лидер. Требовалось добраться до более приближенных к Джелу офицеров. Лазутчики Тарнума добросовестно собрали сведения о лучших друзьях и соратниках полуэльфа, отправившихся с ним в поход и пришли к выводу, что идеальным вариантом было бы изловить дворфа Уфретина, с которым Джелу никогда не расставался. Уж этот-то наверняка должен знать, куда конкретно движется обладатель Клинка Армагеддона.

Сражения с варварами Кии замедлили продвижение войск Бессмертного Героя настолько, что он наконец осознал - шансы добраться до артефакта раньше Джелу практически равны нулю. И Тарнум решил обратиться за помощью к величайшим из драконов Энрота, лазурным, обитающим где-то в этом регионе. Пришлось сложить головы более трети армии, прежде чем лазурные поверили, что появился некто, достойный ими повелевать, после чего без колебаний влились в войско Тарнума.

Теперь можно было сосредоточить силы на поимке Уфретина. Как разнюхали лазутчики, дворф прикрывал тыл войска Джелу. Тарнум устремился следом лишь затем, чтобы угодить в расставленную им ловушку. Уфретин знал о преследовании и, прежде чем избранник Предков сумел опомниться, эльфы окружили войско Нигона, методично поливая его стрелами. Если бы не своевременная помощь лазурных драконов, поход Тарнума завершился бы здесь и сейчас, но новые союзники все же помогли нигонцам выйти из кольца. И здесь Уфретин совершил роковую ошибку, вместо того, чтобы преследовать и добить подземных обитателей, он предложил им сдаться, и тем самым дал Тарнуму время на мобилизацию резервов и подготовку ответного удара. Сострадание лучшего друга Джелу обернулось против него самого.

(Все это легко реализуется в условиях игры, но в реальном мире, мобилизовать резервы из воздуха невозможно, если только эльфы Вори не прошляпили подземные тунель до Нигона, через весь континент Антагарич, но тогда и Тарнум его тоже не нашел, иначе бы пришел в страну не на кораблях, а под землей)

Как и следовало ожидать, дворф был пленен и доставлен в лагерь Бессмертного Героя. Естественно, на последнего Уфретин смотрел лишь как на предателя, еще и связавшегося с извечными врагами эльфов.

(Ну да, ну да, чернокнижии это вам не некроманты, с ними союзы курить неправильно)

Тарнуму предстояло либо убедить дворфа в своих лучших намерениях, либо же отдать его своим палачам, но неизвестно, простят ли ему Предки взятые на душу грехи, даже во имя великой цели. Тем временем отряд Джелу добрался до ледника, что на самом севере Вори, и спустился в пещеры, находящиеся под ним. Бессмертный Герой шел следом, да и варвары Кии не отставали.

Как и следовало ожидать, Уфретин и слова не сказал о планах Джелу, искренне ненавидя Тарнума за его предательство. Нигонцы начинали открыто роптать, требуя пыток пленника, но Тарнум под страхом смерти запретил им приближаться к дворфу. Бессмертный Герой поведал Уфретину полную историю своей жизни, начиная с мятежа против Империи Бракадун. Слова его заставили дворфа глубоко призадуматься о том, действительно ли цели Джелу так уж благи, как казалось.

Видя, что если он продержит пленника живым хотя бы еще один день, нигонцы попросту восстанут, Тарнум сопроводил Уфретина в отдаленный тоннель и отпустил его, в душе надеясь, что тому удастся убедить полуэльфа прекратить свои поиски. Напоследок дворф все же сообщил название того места, куда так стремился Джелу - Воли, древний забытый город эльфов Вори.

По легендам, этот город был первым поселением эльфов Вори, но он исчез более тысячелетия назад вскоре после того, как был создан Меч Холода. Ходят слухи, что сам Меч ответственен за создание ледника, окружающего город.

(Я честно хотел немного помучить вас упоминаниями страны ВоРи и её столицы ВоЛи, но у меня уже у самого голова болит)

Но сперва Тарнум решил положить конец Кие и ее воинству, дабы она не путалась под ногами, когда придет время решающей битвы с Джелу. Эта женщина оказалась весьма амбициозна и опасна, она даже отправила к Тарнуму посланника с предложением объединить силы против эльфов. В итоге Кия хотела оставить себе Меч Холода, а Тарнуму - всю остальную добычу плюс владычество над этими северными краями. Разумеется, Бессмертный Герой ответил отказом, но послание укрепило его решимость покончить с женщиной раз и навсегда, ибо теперь он точно знал, что она не остановится, пока не наложит руки на артефакт.

Кия окопалась в нижних тоннелях под ледником, однако Тарнуму, хоть и с трудом, удалось выбить ее оттуда. Разгромив воинство Крюлода и заточив предводительницу варваров в темницу, Бессмертный Герой удостоился чести вновь лицезреть Уфретина. Последний поведал, что передал Джелу просьбу Тарнума, но упрямый эльф обвинил друга в предательстве и пособничестве Нигону. Дворфу удалось выкрасть у него Кольцо Бесконечных Алмазов - артефакт, открывающий проход в город Воли. Приходилось поторапливаться, пока одного из величайших героев Антагарича не узнали как величайшее бедствие этого мира.

Несколько дней подряд Тарнум и Джелу обменивались посланиями, носимыми духами воздуха. Избранник Предков убеждал бывшего друга прекратить поиски артефакта, но тот упрямо твердил, что его судьба заключается в уничтожении Меча Холода и тем самым в отведении угрозы от Энрота.

(Забавный момент, а ведь именно духи стихий ему об этом начали твердить, еще до создания Клинка Армагеддона. Да и компоненты для Клинка тоже они собрали и кузница нашли и просрали все это тоже они. Ох я щас конспирологических теорий накручу)

Тем временем Кия все же сумела бежать из подземной темницы в Крюлод, зализывать раны. Даже если она убедит своего безумца-мужа самолично отправиться за Мечом Холода, будет уже слишком поздно. Либо меч достанется Тарнуму, либо же Джелу уничтожит мир. Третьего не дано.

Впрочем, эльфы Вори, столетиями обитавшие в изоляции в Воли, одинаково враждебно относились как к Тарнуму, так и к Джелу. Это более-менее уравнивало шансы противников.

(Совсем недавно нам говорили, что они поддерживают Джелу)

Ночью во сне Тарнума посетили Предки. Они поведали, что Меч Холода может быть уничтожен лишь Клинком Армагеддона, и именно это попытается сделать Джелу. Однако велика вероятность, что он допустит ошибку в ритуале и мечи сольются, что приведет к непредсказуемым и разрушительным последствиям. Предки велели Тарнуму принести Меч Холода им, чтобы они смогли поместить артефакт в хранилище, недосягаемое для смертных.

(Они ведь могут пройти в мир смертных, что сами этот меч не возьмут?)

Молниеносным ударом сокрушив возведенные Джелу защиты, Тарнум пробился к Воли и в ходе непродолжительной осады город был взят. Но когда герой вскрыл сокровищницу, где должен был находиться Меч Холода, она оказалась пуста. Внутри покоился лишь варварский топор. Сжав его рукоять, Тарнум в сердцах выкрикнул имя воровки: "Кия!"

(Просто ниндзя от варваров. Тут тебе и город в ледниках найти и проникнуть в него и реликвию украсть, и уйти потом с реликвией, которая между прочим фонит так, что целый остров снегом на тысячу лет замело. И ведь социальный стелс не прокатит, одни эльфы кругом)

Стоя в заснеженных руинах Воли, Бессмертный Герой воззвал к Предкам: "Молю вас, не допустите, чтобы весь мир погиб из-за однажды проявленного мною сострадания!"

(Так закончилась последняя, восьмая, компания, Ледяной Клинок, из DLC Хроники Героя. Уже потом, во вступительном ролике Четвертых героев мы узнаем чем все кончилось. Крюлод, королевство варваров, и АвЛи начали войну, Джелу и Килгор встретились на поле боя и скрестили мечи. Энрот был уничтожен, немногие выжившие спаслись через порталы в другой мир, открытые магами Бракады.

Все это было бы грустно, если бы не куча логических ошибок. Каким образом варвары владели Клинком Холода? Даже его создатели эльфы, с уровнем образования Межзвездной Империи не смогли контролировать силу меча, и устроили вечную зиму на своей земле, варварам там в своих меховых трусах не холодно?

Почему Джелу допустил встречу двух клинков? Он ведь знал о пророчестве и хотел его предотвратить. Или весь его план сводился именно к тому, что посильнее ударить одним мечом по другому?

Каким образом была уничтожена планета, если обширная часть населения Антагарича смогла спастись? Что насчет других континентов? И почему спасением выживших занималась Бракада, а не ангелы, которые как бы должны были сторожить этот мир. Где вообще были ангелы?

Все это вопросы без ответа)

Подводя черту по миру Энрота, я могу сказать одно, попытка смешения двух серий игр породила на свет просто нелепую глупость. Как самостоятельный проект, даже как продолжение Первой и Второй частей Третьи Герои уже не так бесят. Если выкинуть все DLC, будет вообще замечательно.

Первые и Вторые Герои не успевали надоесть из-за своих довольно таки коротких компаний, здесь же хотя каждая компания в отдельности еще короче, но их просто неоправданно много. Хотя говоря объективно, Герои 3 - это игра не про сюжет, это игра про механики. Разрабы сделали ставку именно на игровой процесс, и в то время это выстрелило. Но сейчас, индустрия игр и жанр пошаговых стратегий шагнул далеко вперед. В целом лично я Третьих Героев посоветовал бы только для мультиплеера. Саму игру потянет любой утюг, серверов для игры много, все они достаточно стабильны, любите зарубы с живыми противниками, вам туда, а всем остальным я могу посоветовать Героев 2 для знакомства с классикой, Героев 5 для сюжета и Героев 4 ради необычных механик, к сожалению не нашедших поклонников и подражателей, в отличии от Героев 3.

История Аксеота (МиМ IX и Герои IV)

Надо сказать, что в Аксеоте есть своя система летоисчисления, но как и на Энроте, она разделена пополам неким событием, так называемой Великой Катастрофой, годы соотвественно подписываются как ДК и ПК. Для удобства я буду приводить обе системы дат. Сначала Энротсвую (и в скобках Аксеотскую).

Аксеот — один из самых молодых миров, колонизированных Древними в том же рукаве галактики, что и Энрот, незадолго до эпохи Безмолвия. Помимо далеких южных земель, о которых смертным, в сущности, ничего не было ведомо, существовало на Аксеоте четыре континента: Иранис, Лодвар, Риш и северный континент, названия которого история, к сожалению, не сохранила. И если земли Ираниса были, в сущности, пустынны и малообитаемы (зато по ходу сюжета там можно будет найти просто не приличное количество руин и древних склепов), то на иных континентах цивилизации развивались, к примеру, на землях Лодвара возникли королевства Девоншир да Мерлион — вотчина мудрецов и чародеев, а на территории северного континента — великая держава Шэннон. В сопредельных с Шэнноном землях возникла пара сравнительно небольших держав, как то пустынное королевство Квассар, правил в котором один из самых великих магов в истории — Мистерио Великолепный, и Корресан, обиталище некромантов и нежити, пребывающие под властью барона фон Таркина, лича. На скованном льдами острове к северо-западу от Риша нашли приют варварские племена.

Но похвастаться богатой, уходящей в века историей в первую очередь могли королевства Риша. На небольшой части площади его существовала страна Чедиан. Сведения тысячелетней давности указывают, что первоначальными властителями этой земли являлись полуорки. Примерно в 1154 году ПБ (за 500 лет до Великого Катаклизма) экспедиция из западной Урсанской Империи впервые ступила в эти северные области, кои местные жители звали «Че’диан», что в переводе с полуорочьего означает «земля клана Диа».

Через 300 лет континент Риш был уже далеко не тем, что прежде, амбициозная Урсанская Империя достигла пика могущества и расширила свои границы, объяв практически весь континент. Казалось, ничто не могло ее поколебать, однако тут миру явился некий колдун, именовавшийся Верхоффином. Последний воздвиг огромную башню прямо в сердце Империи и объявил, что отныне следует считать его владение абсолютно независимой и не подлежищей контролю урсанцев провинцией. Естественно, имперцы не могли стерпеть такой наглости, Император Ралфор, а впоследствии и его потомки предприняли несколько атак на мозолящую глаза башню, но так и не смогли стереть её с лица своей земли.

Мало кто знал об истинном происхождении Верхоффина, а был он продуктом экспериментов нескольких остававшихся на Аксеоте исследователей-Древних. Те похищали маленьких детей, наделяли их генами различных созданий (в том числе редких и поистине мифических монстров), после чего помещали в стазис и ожидали, когда дети повзрослеют…

(Повзрослеют? В стазисе? Даже не в коме, когда все процессы замедляются, или во сне, когда процессы идут, но тело находится в состоянии покоя и нормально развиваться не может? Фантазия сценаристов намного богаче моей, я себе такого представить не могу)

Однако во время подобных экспериментов что-то пошло не так, и лаборатория исследователей была уничтожена, большинство подопытных образцов погибло, а исследователи бежали.

(Даже интересно что же могло испугать всемогущих древних? Или конкретно эти исследователи прозябали в изолированном секторе, подвергшемся нападению враждебных сил совсем без оружия?)

Из подопытных выжили лишь трое, и одним из счастливчиков оказался Верхоффин, тогда еще только 10 летний мальчишка. Он странствовал по свету, пока не повстречал магов, которые подобрали и приняли его в орден.

Двое иных выживших подопытных — мужчина и женщина, долгое время оставались вместе, но мужчина погиб (причина нам неизвестна), а женщина стала отшельницей, терзаясь воспоминаниями о жестоких экспериментах. Повстречав однажды Верхоффина, она с тех пор оставалась в пещере близ его башни, не желая покидать того, кого называла не иначе как «братом».

(А чё не в башне? Но вообще, если раньше нам только давали намеки на то, что Древние не столь уж светлые и пушистые как они сами о себе говорят, то тут прям с ходу, такие факты про Древних)

Со времени становления башни прошло 190 лет, когда правящий Император Трандис нанял убийцу по имени Назрим, дабы покончить со все еще здравствующим Верхоффином. 10 лет выжидал убийца, прежде чем ему представилась возможность нанести удар. Как и следовало ожидать, попытка покушения провалилась, а обозленный Верхоффин взошел на вершину своей башни и произнес разрушительной силы заклинание — Око Бури, опустошившее половину Урсанской Империи. Страшные землетрясения сотрясли земную твердь, погребая древние города, огромный кусок земли, на котором покоилась башня волшебника, оказался оторван от континента, образовав новое море Верхоффина. Таков был конец Урсанской Империи, через 13 лет после вызванного магом Великого Катаклизма некогда могущественная держава окончательно распалась. Некоторые регионы ее, однако, оставались более-менее целостны, и со временем обратились в независимые государства, как, например, королевство Мендоссус в южных пределах Риша, на которое частенько совершали набеги охочие до добычи чедианцы.

К западу от Мендоссуса находились земли, именуемые Ксиксис, на которых в не незапамятных времен обитали племена темнокожих воинов-людей, а также дварфы и эльфы, которые во времена до Великого Катаклизма частенько отражали набеги имперцев. Однако в одном из подобных рейдов, случившемся за сотню лет до Катаклизма, армии Урсанской Империи возглавил сын одного из бедных дворян, Аклан’дор, один за другим, захватил он оплоты племен Ксиксиса, и в каждом оставил военный гарнизон, дабы обеспечить повиновение. В империи его чествовали как героя, хоть в ходе своей завоевательной он потерял практически всю свою армию. Однако после Великого Катаклизма люди Ксиксиса вернулись к прежнему укладу быта.

Что же до обитавших на Аксеоте эльфов, то они всегда держались обособленно от иных рас и исправно платили дань Империи, лишь бы та оставила их в покое.

(Боже, какая последовательность. Сначала чернокожие люди, дварфы и эльфы отбивались от атак империи, а потом оказывается, что эльфы исправно платили дань, лишь бы на них не нападали)

Поговаривали, что явились они из иного мира, уничтоженного в конфликте неких вселенских сил. Как ни странно, эльфы являлись одной из немногих этнических групп, что не противились вливанию в Урсанскую Империю. Скорее даже наоборот.

(«Всегда старались держаться обособленными»/«не противились вливанию в Урсанскую Империю» — это разные вещи. Обособление и объединение противоречат друг другу, нельзя делать одновременно и то, и другое)

Королевство их именовалось Этендар и располагалось к югу от башни Верхоффина. Всего было известно о существовании тринадцати эльфийских кланов, каждый из которых делился в свою очередь на подкланы, именуемые сили. Ходили также слухи и о четырнадцатом, исчезнувшем клане — А’Рикдуне. Многочисленные записи касательно истории эльфийской нации, сделанные на особой бумаге — куни, хранились в центральном поселении, называемом Ат’ранн, что означает «утопия». Если верить древним картам, город этот находился на 400 лиг (1 930,8 км) южнее от башни вызвавшего Катаклизм чародея, и сегодня, по всей видимости, находится на дне моря Верхоффина. После разрушения Этендара в хаосе Катаклизма эльфийские кланы разбрелись по миру, уединяясь в лесных чащобах, основывая друидические ордена. Некоторые осели в Иранисе, иные основали в западных пределах северного континента королевство Арбор’ал.

(Что-то я уже запутался, где находилась башня Верхоффина? До этого сказали, что она посреди земель империи, что занимает почти весь или вообще весь континент. Потом кусок земли откололся от Континента, значит по идеи находился где-то недалеко от берега. А теперь оказывается, что в процессе образования нового моря затопило столь удаленный город. Просто для сравнения, согласно гугл-картам расстояние от Москвы до Екатеринбурга чуть меньше 1 800 км. Там точно кусок от континента откололся или континент в архипелаг превратился?)

Из всех регионов, пострадавших от Катаклизма, Чедиану досталось меньше всего. И, как следствие, именно сюда устремились беженцы из иных областей Риша, где заклинание Верхоффина выжгло все живое, сделав земли непригодными для обитания — эльфы, дворфы, люди.

Ныне территория Чедиана разделена на шесть регионов, каждый из которых управляется одним из шести наиболее могущественных кланов этой земли. В основном экономика страны базируется на добыче и обработке металла, называемого «стихийный тьерад». Этот чудесный материал очень легок в обработке и не имеет сопротивления накладываемым на него чарам. Добывается он однако, лишь в одной-единственной шахте во всем Чедиане, что в Тьергарде. Можно и не говорить, что практически все мощнейшие магические вещи, созданные за пять веков, прошедших со времени Катаклизма, несут в своей основе именно стихийный тьерад.

Разумеется, учитывая потрясающие свойства металла, на почве владения им нередко разгорались конфликты, перераставшие порой в полномасштабные войны. Первая война разразилась между враждующими вождями селений Тьергарда в 766 году ПБ (112 ПК). Как следствие, слабые пали, а из сильных возвысился один — Бьярнус Могучий, объединивший тьергардские кланы в один и основавший город Тьергард (названный так из-за металла, здесь добывающегося). Так родился Тьергардский Клан Чедиана и мир пришел на землю, но лишь до 892 года ПБ (238 ПК), когда Бьярнус отправился в мир иной.

(Люблю математику. По местному летоисчислению Бьярнус был сильным вождем в 112, а умер он в 238. Это промежуток в 126 лет, а ведь ему еще надо было успеть родиться, вырасти, наследовать клан и стать сильным, уважаемым, вождем)

Тогда, в 238 году, новый ярл Тьергарда — Хридмир Строхэндс, отправился в Тронхейм, дабы впервые встретиться с девушкой, что впоследствии должна будет стать его супругой. Прибыв на место, ярл решил скоротать время за игрой в кости со старшим братом невесты — Хафгримом; двое поспорили и Хридмир прикончил несостоявшегося родственника прямо за игральным столом, после чего отбыл восвояси. В гневе отец Хафгрима — Дайн Фасольтсин — запросил с Тьергарда 2000 фунтов (900,2 кг) стихийного тьерада в качестве компенсации за смерть сына. Естественно, Хридмиром он был послан куда подальше, после чего последовало вторжение войск Дайна в Тьергард. Тридцать дней длилась осада, и в конце концов город пал. Сам Хридмир бежал, а воины Тронхейма грабили город и жгли дома. Так продолжалось два дня, пока не подоспела армия Оды, сестры Хридмира, и не вышибла захватчиков, прогнав из обратно в Тронхйм и осадив вотчину Дайна. Последний счел за лучшее откупиться от Оды, после чего осада была снята.

Впоследствии между Тьергардом и Тронхеймом вспыхивало еще три конфликта и по крайней мере дважды в Тронхейм врывались войска противника. Внук Дайна Лейп принудил Тьергард подписать мирный договор, действовавший вплоть до 1 058 ПБ (404 ПК).

Тронхейм был не единственным кланом, положившим глаз на стихийный тьерад: в 350 г. в Тьергард вторглись войска Фросгарда под предводительством Олафа Жирного. Последний прямо помешался на идее захвата всего Чедиана; владея волшебным мечом Йоргамешем, Олаф вбил себе в голову, что никто не сможет одолеть его, пока оружие находится поблизости. И пока войска Фросгарда шли в бой против армий Тьергарда, Олаф двигался в гордом одиночестве. Как следствие, он стал жертвой бандитов с большой дороги, которые убили его и забрали меч. Лишившись своего ярла, на следующий день фросгардская армия была наголову разбита, а немногочисленные выжившие захвачены в плен. Потомки их проживают в Тьергарде и по сей день.

Спустя несколько лет после смерти Олафа Жирного некий воин по имени Стурмфорд принялся собирать войска с целью захвата Тьергарда. Он выдавал себя за потомка Свена Бладэкса — легендарного воина, не знавшего поражений. Проведя несколько неудачных попыток атаки Тьергарда с моря, Свен попал в шторм и судно его отправилось ко дну.

Не все войны тех дней происходили на поле брани. Один весьма богатый тьергардский купец по имени Рагнар вздумал просто взять и купить себе ярлство над Тьергардом. Надо сказать, тогдашний ярл — Родерик, был весьма жалкой личностью. наслаждающейся лишь своим высоким положением и откровенно плевавший на своих подчиненных. Рагнар же использовал средства, вырученные им с продаж стихийного тьерада, на подкуп приближенных к ярлу советников. К сожалению, один из них явил Родерику план купца во всей его красе, и претендента на престол казнили.

Когда в 1 054 ПБ (400 ПК) ярл Тронхейма Лейп вынудил Тьергард подписать мирный договор, он потребовал также ежегодную дань в качестве 1000 фунтов (453,6 кг) стихийного тьерада. К тому времени природные запасы металла значительно истощились и добываемого рудокопами количества едва хватало на покрытие установленной Тронхеймом дани.

К 404 году ПК терпение тьергардцев лопнуло. Они избавились от своего слабого ярла и поставив на эту Гейтлифа Стронгпика. И первым делом новоявленный ярл Гейтлиф отправил сообщение в Тронхейм, в котором ставил Лейпа перед фактом прекращения поставок тьерада его кланом. Как и ожидалось, Тронхейм ответил вторжением. Гейтлиф, конечно же, предвидел столь очевидный ход, и, используя подземные тоннели для передвижения своих отрядов, навязал войскам Лейпа партизанскую войну, нанося удары и мгновенно отводя свои отряды обратно в подземелья. Год спустя сильно поредевшая армия Тронхейма покинула Тьергард.

Сражения между этими двумя кланами продолжались еще четырнадцать лет, вплоть до 1 072 ПБ (418 ПК), когда они резко прекратились. Ходят слухи, что это связано с обвалом лавины на единственный горный проход, разделяющий Тронхейм и Тьергард, посему ведение боевых действий представлялось весьма сложной задачей. В последующее столетие эти две державы стали близкими союзниками. Несколько тронхеймских ярлов женились на представительницах правящей семьи Тьергарда, и наоборот. Казалось, ничто не может разрушить установившийся мир.

Но неожиданная Расплата (как окрестили гибель мира), случившаяся на далеком Энроте, разорвала множество Нитей Судьбы, и Росчерк оной отразится и на Аксеоте. Ибо именно здесь открылись порталы, через которые в новый мир ступили избежавшие адского пламени Армагеддона энротцы. В большинстве своем поселенцы сии оказались на девственных землях Ираниса, однако некоторых забросило и на Риш.

(И так, Энрот был Уничтожен Пламенем Армагеддона. Помните как оно работает? А теперь представьте с какой скоростью маги Бракады открыли кучу порталов и какими пинками они загоняли туда людей, чтобы успеть до уничтожения мира)

История наша начинается в 1175 году ПБ (521 ПК), когда беженцы с Энрота только основывают новые королевства, группа чедианских искателей приключений погрузилась на судно да отправилась к берегам Мендоссуса в надежде поживиться чем-либо в прибрежных поселениях соседней державы. Надо заметить, предыдущий рейд чедианских пиратов на Мендоссус не увенчался успехом, и они потерпели сокрушительное поражение в сражении у Фарндейла, после чего зареклись заплывать в те воды. Однако некоторые не учатся на чужих ошибках, и таковыми стали наши герои.

Путь их пролегал неподалеку от Острова Пепла, того самого, где возносились руины приснопамятной башни Верхоффина. Обычно мореплаватели старались избегать этих вод и, как оказалось, не зря, внезапно налетевший шторм в щепки разбил судно чедианцев о прибрежные скалы, из членов команды спаслись лишь четверо.

На Острове герои повстречали провидицу-троллиху Ирсу, которая незнамо из каких соображений нарекла их будущими Спасителями Чедиана, ежели, конечно, бравая команда соизволит следовать означенной ей судьбе. Кроме того, Ирса рассказала о том, в западном государстве Белдонии объявился человек по имени Тамур Ленг, являющийся, по его собственным словам, одиннадцатым потомком Джевара Бастарда, незаконнорожденного сына Императора Трандиса. Незадолго перед Катаклизмом, спровоцированным его папашей, Джевар бежал в провинцию Белдонию, практически не пострадавшую в последовавшей катастрофе, и, как следствие, род его продолжился.

И вот теперь дальний его потомок, собрав огромную армию, движется на восток, явно намереваясь подчинить себе всю территорию Риша и возродить из пепла Урсанской Империю. А скоро он достигнет и Чедиана. Вряд ли раздробленные кланы смогут дать достойный отпор орде Белдонии, а посему задачу их объединения провидица возложила на плечи четверки забредших к ней героев.

Около кишащих нежитью руин башни Верхоффина героям повстречался некий человек, представившийся как Форад Дарр. Услышав о миссии, возложенной на чедианцев Ирсой, он преисполнился благими намерениями и пожелал присоединиться к к отряду ради благополучия населения Чедиана. На вопросы, как он, собственно, оказался на этом острове и ради чего проявляет столь слащавое самопожертвование, Форад предпочитал дипломатично отмалчиваться.

(Даже герои отмечают, что подобное поведение не нормально, будем надеяться, что сценаристы заготовили нам необычный поворот. Но самое забавное, это история про колдуна, хозяина башни. Запись про него это единственный намек на связь с прошлыми частями серии и больше он никак не будет фигурировать в сюжете)

Отыскав на Острове Пепла плохонькую лодчонку, искатели приключений отправились к близлежащим землям, принадлежащим Стурмфорду, одному из шести кланов Чедиана. Как и предполагалось, лидеры кланов оказались не столь дальновидны, чтобы сходу дать согласие на сомнительный альянс, тем более что и своих проблем у них хватало. Большую часть которых правители с радостью переложили на плечи вовремя подвернувшихся героев.

Ярл Стурмфорда Бьянрф Торвальдсен пожелал, дабы герои очистили от импов форт Анскрам, стоящий на границе с землями враждебно настроенного клана Дрангхейм, а также походу вызволили одного из его полководцев, по недомыслию угодившего в темницу Сигмунда, ярла Дрангхейма. Что же до последнего, то тот ценою своего присоединения к альянсу поставил снятие защит вышеупомянутого форта Анскрама, дабы его воины смогли занять оплот быстрее сил Стурмфорда, а также нахождение в близлежащем подземелье, Бездне Мертвецов, артефакта под названием Королевская Корона, что позволит ему сохранить свое положение ярла Дрангхейма, легитимность которого давно уже стояла под угрозой.

В процессе исследования Дрангхейма герои обнаружили слегка свихнувшегося паренька, именовавшего себя Николаем Айронфистом. Как тот пережил Расплату, уничтожившую его родной мир, и как оказался здесь, не ведал и сам принц Энрота. Последним, что он помнил, был замок Айронфист, рушащийся у него на глазах, а после Николай очнулся уже в Аксеоте. События тех страшных часов повредили разум наследного сюзерена, породив в нем манию преследования и ужас перед неминуемым пришествием криган и в этот мир.

(Как удобно. Во время разрушения наследник был за пределами замка, на достаточном расстоянии и с правильной стороны, чтобы увидеть разрушение замка, но выжить. Потом он наверное наступил на случайно созданный в спешке портал магов Бракады, который опять же случайно вел не на тот континент, куда открывались большинство порталов)

Ярл третьего клана, Губерланда, Маркель, озаботил героев интеллектуальным состязанием с Умным Ваней, затейником на местной ярмарке, а затем отправил изымать Книгу Правил ведения боя из военной академии Та’Сар, что размещалась в Линдисфарне, небольшом монашеском поселении Фрамона, соседней державы, чьи земли простирались к западу от Чедиана.

В Тьергарде — самом могущественном из всех шести кланов страны (о том, что их несколько веков к ряду щемили соседи мы тактично забудем), герои предстали пред ярлом Свеном Форкбирдом, у которого по традиции нашлась парочка проблем, требующих неотложного решения: во-первых, правитель повелел доставить ему Тьерад — первый в истории волшебный артефакт, созданный его предками из стихийного тьерада и ныне хранящийся в монастыре Линдисфарна, во-вторых — он отправил героев в тьерадодобывающую шахту, из которой некоторое время назад внезапно полностью прекратились поставки металла, выяснять корень тамошних проблем.

А их было хоть отбавляй. Частые обвалы горных пород да местные троглодиты только и делали, что отравляли жизнь дворфам-рудокопам. А в довершение всех бед из строя вышла тьерадоочистительная машина. Нашим героям пришлось немало потрудиться над ее починкой, заручившись помощью мастеров-дварфов из Тьергарда. Помимо всего прочего, исследуя мрачные подземные катакомбы, раскинувшиеся под землями Тьергарда, они пробили проход в древнюю пещеру, где коротала часы отмеренной ей вечности демонесса-суккуб по имени Эбора.

(Криганка или не Криганка? Ох уж эти сценаристы, которым то демоны из ада, то инопланетяне из другой галактики мерещатся)

Произнеся слова благодарности за своевременное освобождение, дьявольское отродье покинуло место своего заточения. Разумеется, об этом последнем происшествии герои сочли за лучшее умолчать, докладывая Свену Форкбирду о восстановлении ими режима работы шахты.

Тронхейм, самый западный из кланов Чедиана, уже готовился отразить натиск орды Белдонии и вовсю мобилизовал воинские силы. Правительница его, Кира Хладнокровная, велела героям расчистить горный проход, связующий Тронхейм с Тьергардом и заброшенный порядка века назад. Кроме того, девушка была весьма озабочена появлением в ее городе культистов Гуся (как оказалось, домашней птахи небожителей, скрашивающей их одинокое существование в Зале Богов), только и делающих, что мутящих воду и сводящих на нет мораль тронхеймцев.

Нашим искателям приключений довольно скоро удалось спровадить фанатиков, намекнув им, что истинные последователи ждут откровений в ином месте, но уж никак не в Тронхейме. В итоге от Киры было получено согласие на вступление альянс кланов Чедиана, а герои отправлялись в земли Фросгарда, последнего еще не посещенного ими клана.

На головы Триигвы Равенлокса, ярла этих северных заснеженных земель, и его людей свалилось множество бед, начиная ото льда, сковавшего гавань Фросгарда и пресекающего возможности торговли с иными кланами, и заканчивая объявившимся морозным гигантом, поселившимся в старом форте неподалеку от поселения и время от времени питающимся честными фросгардцами. Разбираться с этими невзгодами пришлось понятно кому.

Но теперь, когда, казалось, согласие на альянс было получено от лидеров всех шести кланов и требовалось лишь объединить их армии да выставить оные против Тамура Ленга, Дрангхейму и Стурмфорду вздумалось припомнить старые дрязги и развязать новый конфликт. Герои, взбешенные тем, что какие-то два недалеких ярла ставят под угрозу все с таким трудом достигнутое ими, отправились в две вышеозначенные провинции, где настоятельно порекомендовали правителям прекратить боевые действия перед лицом внешней угрозы. Затем с помощью Киры Хладнокровной был быстренько состряпан мирный договор, который воинствующие ярлы, скрепя сердце, подписали.

В течение последующих двух недель лидеры кланов Чедиана прибыли в Тронхейм для проведения военного совета, на котором предполагалось обсудить стратегию отражения скорого удара Белдонии. Маркель, ярл Губерланда, сразу же принялся цитировать достаточно бестолковую Книгу Правил, доставленную ему ранее героями, категорично навязывать свое мнение иным клановым лидером и в итоге удостоился удара в живот мечом, нанесенного Кирой Хладнокровной. Теперь можно было держать совет по существу, отложив на потом вопрос о назначении в Губерланд нового ярла на место покойного Маркеля.

(Мне уже интересно, что же за пункты были в их мирном договоре, если убийство одним из его участников другого данный договор не нарушило? И как люди Губерланда отреагировали на убийство своего ярла?)

И тут, в самый неподходящий момент, а зал телепортировалась троллиха Ирса, немедленно отправив героев на новое задание: выигрывать приз, надувного динозаврика, в цирке, что раскинулся в Тьергарде, дабы потом вручить его в подарок своей дочери Бигги. Не дав возмущенным подобной наглостью искателям приключений вставить и слова, Ирса выставила их за дверь, предварительно посоветовав оставить на совете Форада Дарра, все это время путешествовавшего вместе с ними.

(Что это за наркомания?)

Выполнив задание настырной троллихи и вернувшись в Тронхейм, герои не застали там ровным счетом никого из ярлов. По словам дворцового охранника, Форад Дарр заявил, что ему известно, где находится лагерь армии Белдонии, и объединенные войска Чедиана двинулись туда, куда указал этот человек, в Йорвик, провинцию Фрамона. Через подземный тоннель герои как можно скорее последовали за ними. Но все же странно, за все время пути Форад ни разу не упомянул о том, что ему действительно что-либо известно о войсках Тамура Ленга.

Лишь покинув тоннели, герои лицезрели поле, усыпанное телами павших чедианцев, где наряду с простыми воителями покоились пронзенные стрелами ярлы. Смертельно раненый, Свен Форкбирд открыл героям истинную личину Форада Дарра, заведшего все войско в ловушку, расставленную Тамуром Ленгом.

Как оказалось, этот парень с самого начала оставался верен лишь лидеру Белдонии и теперь план его целиком и полностью увенчался успехом: Чедиан остался как без лидеров, так и без воинов, способных дать отпор надвигающимся силам Белдонии. Казалось, не оставалось никакой надежды, кроме, разве что, самим отправиться в Арсленгард, небесный город, где обитают божества Аксеота, и молить их вернуть павших чедианцев в смертный мир. Как это сделать? Достаточно просто: всего лишь покончить с собой. Пожелав друг другу легкой смерти, искатели приключений сиганули со скалы.

(Хрен с откровенным плагиатом на скандинавскую мифологию. Хотя вы могли просто выпустить игру про скандинавов и не насиловать, и так опороченный, труп серии Меч и Магия. Сам посыл просто до ужаса идиотский. Есть раздробленные племена, которые никак не могут договориться, и вместо того, чтобы просто уничтожить их по одному, главный злодей объединяет их, для того чтобы уничтожить объединённую армию)

Героев, кстати, в Арсленгард не допустили.

(Я вообще не понимаю, на что они надеялись? Самоубийство — позорная смерть, суицидников даже не во всякий ад пускают, не говоря уже о залах великих воинов)

Хандл, Бог Порядка, и слышать не хотел, чтобы некие безвестные (всего-то кучку подвигов совершили) чедианцы тревожили покой Крона (местного бога, а не известного нам мира) своими мелочными проблемами, но когда герои процитировали Ирсу о том, что «им самой судьбой предназначено остановить Тамура Ленга», то засомневался и отправил их в подземелье, где обитали три всеведающие Вирды — созидательницы Камней Судеб, ибо если герои воистину отмечены печатью провидения, то Вирдам об этом, вне всякого сомнения, известно. Напоследок Хандл велел героям взять у Вирд «Предначертание Судьбы», лишь узрев которое, он пропустит их в Арсленгард.

Встреченная героями Вирда Настоящего, Игрид, заверила их, что действительно существует Предначертание Судьбы с их именами, но чтобы получить его, героям придется сделать кое-что для нее лично.

(К этому моменту лично у меня уже под пальцами хрустела клавиатура. Я понимаю, что для многих игр делают разнообразные функции растягивания процесса. Коллекционные предметы, испытания, доп-миссии, или полноценные развилки сюжета, призывающие пройти игру повторно, но уже по другому. В чем-то такие вещи даже хороши, если их тебе не навязывают, в тех же бесконечных Ассасинах я с некоторым удовольствием бегам по миру и собирал всякое разное. Но выдавать на каждый сюжетный диалог одну-две тупых миссии, без которых ты дальше не продвинешься это уже за гранью добра и зла)

А задание Игрид состояло в нахождении Камня Порядка, упавшего из Арсленгарда на землю грешную и затерявшегося где-то в Губерланде. После чего героям Чедиана надлежит до поры до времени спрятать найденную реликвию в руинах башни Верхоффина, что на Острове Пепла. Артефакт отыскался довольно скоро у одного малого на ярмарке и, как только был установлен на алтарь в башне Верхоффина, пред героями явилось Предначертание Судьбы, в котором подтверждался факт их предназначения в прекращении завоевательного похода Тамура Ленга.

Второй раз искателям приключений пришлось сознательно сводить счеты с жизнью и в этот раз Хандл пропустил их в Арсленгард. Там, в банях, герои увидели ту самую демонессу Эбору, которую нечаянно освободили в руднике Тьергарда, на всякий случай они оттуда ее выкурили, дабы не навлечь на себя гнев Крона — главы пантеона. Войдя в Зал Божеств, чедианцы узрели как его самого, так и иных двух небожителей — Фре и Скрелоса. Последний заявил героям, что тот, кто желает освободиться от Посмертия, должен зажечь шесть Огней Покаяния, и предложил им сделать это за всех тех воинов, что полегли в Йорвике.

(Ну да, зачем собирать армию и всем вместе прорубить себе путь в мир живых, у нас же есть четыре придурка, что делают все, о чем бы их не попросили. И как герои спустились в мир смертных в первый раз, не зажигая этих огней?)

По выполнении героями поручения Скрелоса армия Чедиана была возрождена в полном составе и, во главе со Свеном Форкбирдом, отправилась по следам белдонианцев в Фросгард, где и нанесла им сокрушительное поражение. Многие воины Тамура Ленга в ужасе бежали с поля брани, видя перед собой вернувшихся с того света воителей. Здесь-то четверке искателей приключений и выпал шанс поквитаться с Форадом Дарром, коему Ленг уже пророчил титул Короля Чедиана.

Перешагнув через труп предателя, герои оказались лицом к лицу с человеком, ответственным за всю резню, учиненную на Рише — Тамуром Ленгом. Но по словам его самого выходило, что он также бывал в Арсленгарде у Игрид и та снабдила его Предначертанием Судьбы в котором ясно значилось, что ему от роду написано развязать войну в объединении Риша в единую Империю. Этого герои никак не ожидали и будто этого мало, их достиг призыв Крона, требующего явки их вкупе с Ленгом к нему в Зал Богов.

Похоже, суицид входит у наших героев в привычку. Третий раз наложив на себя руки, пятерка призванных Кроном вознеслась в Арсленгард. Последний внимательно рассмотрел оба противоречащих друг другу Предначертания, после чего заявил, что ни одно из них не соответствует истине и является ничем иным, как работой Ньяма, вредоносного бога.

По преданиям, именно с Ньямом Крону придется схватиться в Судный День Аксеота. Но до тех времен еще, быть может, целая вечность, а выходки забавляющегося Ньяма главе пантеона уже порядком поднадоели. Посему он и приказал пятерке стоящих перед ними героев упрятать это божество в Гробницу Тысячи Ужасов.

(Самая убогая пародия на скандинавскую мифологию из всех, что мне доводилось слышать. Локи был не только богом обмана, и отцом множества монстров. Он также имел четкие моральные границы и искренне ненавидел других богов за их пороки. Однажды на пиру у великана Эгира Локи обвинял семь богов в трусости и жестокости, а семь богинь в распутстве, после чего прилюдно сознался в самом страшном своём грехе, убийстве действительно достойного и светлого бога Бальдра. За что и был заключен в недра земли. А тут верховный бог просто устал от шуток другого бога, за что собирается отправить его в тюрьму со стремным названием)

Не ведали герои, что знал Крон истинное Предназначение Судьбы, начертанное Вирдами, и, согласно оному, Ньяма суждено заточить лишь героям и Тамуру Ленгу, действующими сообща. Некоторые из советников Ленга находились под влиянием Крона, и последний посредством их способствовал воплощению в жизнь завоевательных замыслов полководца, дабы пути того и искателей приключений пересеклись как можно скорее.

(Вот эта вставочка означает что примерно половину уже пройденного сюжета можно выкидывать. Потому что после первого попадания героев в загробный мир, их должны были сразу проводить к Крону, а жрецы Крона при Ленге должны были так или иначе спровадить своего военачальника туда же. Вместо этого нам выдали кучу тупых миссий)

Наведавшись в арсленгардское жилище Ньяма, искатели приключений обнаружили дневник, в котором Ньям писал, что именно он являлся героям в образах Ирсы и Игрид, дабы направлять их по заведомо ложным путям. Кроме того, бог бахвалился, что своими усилиями спровоцировал конфликт Белдонии и Чедиана лишь затем, чтобы о факте этом прознал Крон. Наверняка бы тот последовал за Ньямом в Гробницу Тысячи Ужасов, в которой тот вознамерился скрыться.

(Злодей который даже не монолог зачитал, он целый дневник для разъяснения сюжета игроку написал. Это тот случай когда при падении вы умудрились пробить дно и упасть еще ниже. И что за хрень с Гробницей Тысячей Ужасов, это тюрьма или убежище?)

Вызвав Бога Могущества на поединок в центральном чертоге гробницы, Ньям собирался заточить того в Морозной Оболочке, после чего занять освободившееся место главы пантеона, не отказав себе в удовольствии взять в жены Фре. Как водится, в самый неподходящий момент на сцене появился сам зловредный бог. Преследуя героев по улицам Арсленгарда, он вслед за ними углубился в Гробницу Тысячи Ужасов, где и попался в расставленную чедианцами ловушку: используя древнее волшебное устройство, те поместили Ньяма в Морозную Оболочку, лишив его возможности двигаться и каким-либо образом влиять на мир смертных.

(На мятежного бога уже, что называется, выписали ордер на арест, а он по городу спокойно гуляет. И как удобно, что нужное героям древнее устройство не только оказалось под рукой, но так же имело интуитивно понятное управление.

Так закончилась Девятая Часть Мим. Игра получила очень низкие оценки и некоторые игровые издания даже присудили ей звание худшей игры года. Это была первая МиМ которую разрабатывал не отец всей серии Джон Ван Канегем, а некто Тимоти Ленг (да у великого завоевателя и геймдизайнера одинаковые фамилии и похожие имена, поверьте, все это просто «случайность»). Ленг потом признавался, что на него давил издатель, и заставил выпустить крайне сырую игру. В это даже не сложно поверить, но проблема не в багах.

Вышедшие одновременно с подделкой Ленга Четвертые Герои тоже были крайне забалованы, но были номинированы на игру года и получили от прессы примерно те же оценки, что и Третья часть. Разница тут именно в качестве самого продукта, и Девятые Меч и Магия даже на плохую оценку не тянут, тут уместны только грязные ругательства, один только регулярный суицид, для путешествия к богам, чего стоит.

Вообще мир Аксеота достаточно странный и нецельный. Помните как в Энроте события на трех континентах старались связать между собой, неумело, странно, с ошибками, но старались. В Аксеоте такого нет, МиМ и Основной сюжет Героев 4 и два дополнения к Героям, всего четыре линии сюжета происходят на четырех разных континентах никак не пересекаясь)

Пока рыцари, эльфы и маги еще только приходили в себя после перемещения на Акселот и только образовывали первые государства, варвары привыкли решать все быстро. Во все том же 1175 году ПБ (521 ПК), два варвара сидели у ночного костра и думали о будущем своего народа. Они не принадлежат ни к одному из варварских племен, переживших Расплату и пришедших в этот мир. Имя одного из них — Ваержак, второй же Тарнум, Бессмертный Герой. Здесь, в Аксеоте, он все еще пытается достичь того, что ему не удалось в Эратии — отвратить народ варваров от избранного им пути убийств и жестокости, вернуть потерянную славу и величие.

Этому он учит и Ваержака, своего приемного сына, возможно — будущего вождя варваров. Даже сейчас, несмотря на то, что тысячи представителей их народа погибли во время Расплаты, отказавшись «трусливо бежать в порталы», варварские племена продолжают истреблять друг друга с жестокостью и методичностью, привитой им правлением Короля Килгора.

(У меня просто море вопросов, даже сложно выбрать из них всего пару. Во-первых, где та милая эльфийка, что сказала «Женись на мне»? Я еще могу допускать, что Тарнум не взял жену на военную компанию в погоне за Джелу, но вообще не упоминать о ней просто странно. Во-вторых, король Килгор, вроде как объединил все варварские племена, и его армия погибла во время Расплаты, кем же являются те кланы, что воюют между собой на Аксеоте, если даже часть немногих выживших на Энроте отказались спасаться в порталах. И, в-третьих, жестокость варварам привил не Король Килгор, а Варварский Тиран Тарнум, не надо перекладывать свою вину на других)

Ваержак и Тарнум вступили на долгий и тернистый путь объединения своего народа. Проходя через варварские города, они учили жителей давно утерянным моральным ценностям, доказывали им, что честь прозываться истинным воином не означает проявление повышенной жестокости в отношении окружающих, как гласил в свое время Килгор. И, мало-помалу, варвары ухватились за открывшиеся им древние истины, ибо с помощью их они вновь обретали цель в жизни, заключающуюся в спасении самих себя от полного истребления братьями по крови.

В итоге Ваержак сплотил вокруг себя небольшую общину варваров со столицей в крепости Стангард, и спустя несколько месяцев она явилась наиболее процветающей в Племенных Землях. Тарнум же занимал скромную должность советника, ибо Бессмертный Герой не имеет права привязывать себя к какому-либо определенному месту в этом мире — таково несомое им кредо.

(Придуманное им самим, хотя для бессмертного достаточно мудрая политика)

Но, сродни шакалам, на еще неокрепшую вотчину направили горящие завистью взоры предводители двух других варварских кланов, свято следующих заветам Килгора. Этот фант сильно тревожил Тарнума. Он не боялся войны, уже привык к ней за столько лет, но дела этих варваров слишком сильно напоминали ему Килгора. Идя к власти, тот также руководствовался лишь жаждой личной наживы, и не взирал на то, что по пути ему пришлось обагрить руки кровью тысяч невинных.

(Тут ни дать, ни взять, сам Тарнум, в своё время утопил континент в крови ради свободы. Странно, что он о себе вьетнамские флешбеки не ловит)

Вскоре лазутчики донесли Ваержаку, что противники его известны под именами Хандрик и Вогель. Первый не представлял собой слишком уж серьезной угрозы — на первое место в этой жизни он ставил плотно набитый желудок, а уж потом все остальное. А о втором было чересчур мало сведений, однако и то, что имелось, позволяло заключить, что именно он является жестоким и опасным противником.

Как и предвиделось, тактический гений Тарнума без труда нашел способ справиться с Хандриком. На пути войска последнего как бы случайно попалась придорожная таверна, где полководец вместе со своими генералами и решил скоротать последние перед боем часы. Что от него и требовалось, войско, лишённое военачальника, оказалось легкой добычей для объединенной армии кланов под началом Ваержака. Радость победы, правда, подпортил тот факт, что сам Хандрик сумел избежать засады, устроенной в таверне, и улизнул — отправился в свои земли зализывать раны.

Вогель оказался куда как более хитроумным, по сведениям лазутчиков, он разделил свои силы, противопоставив Ваержаку лишь небольшую ударную группу, а основную армию направил к нему в тыл. Положение становилось запутанным, следовало ожидать, что Ваержак встретит лицом к лицу следующее за ним вражеское войско, однако какие же силы Вогель разместил впереди? Одну лишь небольшую группу? Или замысел варвара совсем не так прост, как кажется на первый взгляд?

Выяснить это вызвался Бессмертный Герой. Взяв с собой небольшой отряд, Тарнум двинулся вперед, оставив войско Ваержака встречать следующую на ними по пятам варварскую орду. Путь его лежал туда, откуда в последний раз поступали донесения о передовом отряде армии Вогеля.

Ваержак же с успехом взял в клещи ничего не подозревающего противника, после чего сокрушительная победа была лишь вопросом времени. В жаре битвы никто не заметил тихо улизнувшего Вогеля, вряд ли последний откажется от своих замыслов сровнять с землей еще неокрепшую клановую общину Ваержака, однако некоторое время его можно не опасаться.

Покончив с основным войском врага, армия двинулась по следам дозора Тарнума, а вскоре обнаружилось и то немногое, что осталось от оного. Похоже, передовой отряд Вогеля оказался лишь приманкой, заведшей Тарнума прямиком в засаду, где уже поджидали превосходящие силы противника. Шансов спастись у людей Бессмертного Героя не было, о чем свидетельствовали их трупы, повсеместно устилавшие землю. Однако тела Тарнума среди них не было.

Спустя некоторое время Ваержаку поступило донесение о том, что его приемный отец жив и находится в плену в крепости Вогеля, Бернберге. Кроме того, стало известно, что Хандрик собирает новое войско, готовясь обрушить его на Ваержака. Видать, поражение ничему не научило этого вождя и он желал мести.

Основная проблема этого этапа войны заключалась в том, что Ваержаку катастрофически не хватало ресурсов для ведения войны на два фронта. С одной стороны, душа его жаждала нанести сокрушительный удар по Бернбергу и вызволить Тарнума, но голос разума твердил, что стоит мобилизовать все силы для отражения скорой атаки Хандрика, ибо она может повлечь за собой полное уничтожение общины.

Ваержак мучался вопросом судьбоносного выбора, когда к нему явились вожди всех двадцати кланов, входящих в общину. Воодушевленные совместной победой, пусть даже временной, и окрыленные надеждами на светлое будущее, к которому их может привести правление Ваержака, вожди вручили последнему корону Джарга, легендарного героя варваров, что в незапамятные времена сумел объединить разрозненные племена Антагарича, так приемный сын Тарнума был наречен новым Королем.

(Двадцать кланов. Мне интересно сколько всего было варварских кланов. Большая часть погибло в катаклизме, из немногих выживших Ваержаку удалось объединить некоторых выживших, которых оказалось аж двадцать кланов. И еще мне интересно, откуда у них корона Джарга? Если при помощи неё избирали короля варваров, то она должна была остаться у Килгора, а если она просто хранилась у какого-то клана, то почему нигде не всплыла за почти две тысячи лет прошедших со времен Джарга?)

Дальнейшие вести оказались еще хуже, выяснилось, что женщины, дети и старики, пропавшие из селений варварской общины во время набега Хандрика находятся у него в рабстве и трудятся в шахтах у Кломдена, столицы этого вождя. Возвращение свободы попавшим в беду подданным либо же возвращение приемного отца? Дилемма для Ваержака все более усугублялась.

(Вообще дилеммы быть не должно, если Тарнум рассказал приемному сыну о своём бессмертии. Он ведь куче людей об этом рассказывал, уж от сына то скрывать не стал бы, правда?)

Решение пришло само собой в лице свидетелей свершившегося в Бернберге. Люди, представшие перед Ваержаком, рассказали, что несколько дней назад Вогель самолично покончил с Тарнумом, вначале перебив руки и ноги того молотом, а затем сбросив тело с горы в ущелье. И, как ни горько было Королю слышать о мученической смерти человека, заменившего ему отца, отмщение Вогелю и атака Бернберга обречет на такую же кончину иных его подданных. Приказав трубить всеобщий сбор, Король варваров выступал против Хандрика.

Жест Ваержака — спасение варваров, обреченных на рабское существование, вызвал симпатию к Королю и у тех племен, что с начала войны придерживались нейтралитета. Ряды войска его все росли и росли.

Как оказалось, Король Ваержак начал свою кампанию как нельзя вовремя — Хандрик еще не успел полностью оправиться от недавнего поражения и собрать достаточно сил для следующего удара. Крепость его пала под объединенной мощью варварского воинства, а сам вождь на коленях ползал перед Ваержаком, умоляя простить его прегрешения. Король даровал свое прощение, однако Хандрик встретил смерть в результате «несчастного случая», произошедшего в камере, где он был заключен. Семьи тех варваров, что погибли в рабстве у Хандрика оказались не столь великодушны, как их новый сюзерен.

Клан покойного Хандрика с радостью признал Ваержака своим Королем — жестокие законы предыдущего вождя здесь мало кому пришлись по душе. И теперь лишь один человек стоял между полным единением кланов Племенных Земель — Вогель, объект особой ненависти Ваержака. Последний предполагал возможность контратаки Ваержака и просчитал подобный вариант развития событий, выставив на пути вражеской армии многочисленные гарнизоны.

Однако ничто не смогло спасти Вогеля от гнева варваров Племенных Земель — войска Ваержака смели все возведенные на их пути укрепления и последний противник объединенных кланов пал в своем подземном убежище.

Спустя несколько дней ночью в походный шатер Ваержака вошел Тарнум. Последний наконец-то рассказал сыну тайну о своем происхождении, о том, как столетия назад бросил он вызов Империи Бракадун, о тех ужасных преступлениях, что совершил впоследствии, в результате которых Предки не позволили ему войти в загробный мир, и о последующих столетиях, когда стоял он на страже Антагарича в надежде искупить свою вину.

И он добился своей цели — за воспитание Ваержака в духе доблести варваров древности Предки даровали Тарнуму прощение, однако Бессмертный Герой отказался покинуть этот мир, испросив дозволения мирно дожить отпущенные ему годы, уже будучи смертным. Так или иначе, сейчас в глазах Тарнума светилось счастье и облегчение, впервые за долгие столетия его родной народ отрекался от путей насилия и жестокости и возвращал себе былую славу.

(Так закончилась компания Былое Величие)

В 1176 году ПБ (522 ПК) начало образовываться пиратское государство. Блэк Балфор был поистине великим пиратом, мастером своего дела — одно имя его заставляло трепетать жителей прибрежных городов и поселений у Золотого моря. И вот он умер, завернут в плотный брезент и покоится на палубе своего судна в ожидании последнего пути, в морские пучины, куда готовится отправить папашу его дочь, Тавни. Сумеет ли она заслужить в пиратской общине тот почет и уважение, коими пользовался ее покойный отец? Вряд ли головорезы Блэка безропотно признают над собой верховенство женщины, пусть даже дочери их прежнего лидера.

Золотое море просто кишит пиратскими группировками, враждующими друг с другом, можно подумать, что сюда перебрались все головорезы, осложнявшие ранее жизнь флоту Эратии. Один из них, капитан Свифт, виновен в смерти Блэка Балфора, и Тавни не собирается спускать ему это с рук. Амбициозная девушка поставила перед собой четкую цель, или она станет Королевой Пиратов Золотого моря, или вскоре отправится следом за папашей.

И первым пунктом в осуществлении ее смелого плана стал захват Пролива Бурь, чего не удалось сделать даже Блэку Балфору. Загвоздка крылась в варварах прибрежных городов под названием Фригстон и Инатра, что массивной цепью перегородили пролив, препятствуя туда входу всяческих кораблей. Предстояла сухопутная операция.

Варвары не ожидали удара пиратов, нанесенных со стороны суши, посему поселения стали довольно легкой добычей для Тавни Балфор. И вот теперь она стоит на трехсотфутовом (91 метр) утесе, возвышающимся над Инатрой, и наблюдает за строительством огромной верфи далеко внизу. Пролив Бурь взят. Она уже достигла больше, чем ее отец за всю свою жизнь. Но это еще не все, скоро она будет обладать флотом, достаточным для захвата всего Золотого моря.

Мечты, порой им не суждено осуществляться. Месяц спустя страшные взрывы потрясли верфи Фригстона и Инатры, практически весь флот, отстроенный за это время, оказался уничтожен, и даже флагманский корабль Тавни, «Дикая лисица», поврежден. Причиной взрывов служили утлые лодчонки, до бортов залитые «демоническим огнем» — взрывоопасной волшебной жидкостью, и запущенные в гавань. Виновного долго не искали, капитан Свифт, тот самый, что отправил на тот свет старину Блэка.

Что ж, Тавни в очередной раз попытались указать на ее место. Жизнь не баловала девушку: с малых лет она работала официанткой в небольшом прибрежном трактире «Ржавый кубок» в Нигоне, затем случайно узнала о том, что гроза морей Блэк Балфор, коего опасался даже флот Эратии, является никем иным, как ее отцом. Правда, папаша наотрез отказался брать дочь к себе в команду. В День Расплаты Тавни находилась на корабле посреди моря; судно ринулось в ближайший портал, открывшийся на водной глади, чтобы оказаться в ином море иного мира. Здесь, в Аксеоте, девушка вновь повстречала Блэка. От флота последнего осталось лишь три корабля, посему капитан Балфор оказался низведен до ранга заурядного пирата, и очень переживал по этому поводу. Видимо, Блэк был уже стар начинать карьеру заново, однако не внял голосу разума и на покой не ушел, за что и поплатился, попался в ловушку Свифта, где и принял свою смерть. Что ж, за это деяние Тавни готова была благодарить убийцу отца, но теперь Свифт пошел против нее самой, тем самым подписав себе смертный приговор.

(Что за маги у Бракады, они открывали порталы не только рядом с большими городами, но и в открытом море, рядом с кораблями. И все это на фоне быстро приближающийся волны адского пламени)

Тавни отстроила вместо погибших новые корабли, после чего нанесла визит вежливости Свифту в его Кровавую Бухту, что оказалась далеко не так неуязвима, как хотелось бы ее обитателям. Капитан Свифт последовал за капитаном Блэком.

Следующий объект, который ей следовало взять под контроль, именовался Пролив Сгинувших. Надо сказать, он вполне заслужил такое название, огромное число кораблей, имевших несчастье заплыть туда, пропадали без вести.

Тавни, не опасаясь, направилась прямиком в пролив, за что и поплатилась: взявшиеся невесть откуда огромные морские монстры потопили пять из семи ее кораблей в считанные минуты. Остальные суда поспешили ретироваться. Как справедливо заметила Тавни, монстры атаковали слишком организованно, наверняка кто-то их контролировал. Эти «кто-то» обнаружились достаточно скоро в образе русалок, населяющих пролив и не желающих пропускать кого-либо на свою территорию.

Что ж, Тавни собралась провести последующие несколько месяцев на берегу, дабы отстроить город у пролива, и впоследствии использовать его как базу для ударов по существам, мешающим ей прибрать Пролив Сгинувших к рукам. Большая часть команды роптала на бесполезную трату времени, однако у нее хватило ума не зачинать бунт против своей капитанши, скорой на расправу.

(Эх, вот она, наследница особенной-особенной Катерины. Куча мужиков, потеряв кучу своих, и видя перспективу самим стать кормом для морских чудовищ, куда больше боятся одну девчонку. Какого Хрена? Пиратская тематика столь обширна и хорошо известна, что написать что-то плохое по ней, это надо очень постараться, но у сценаристов получилось. И почему, бога ради, вы в Третьей части пихали нелогичные миссии типа «бей своих же», а тут постеснялись показать вполне логичный бунт матросов?)

И город был возведен — Рампорт, настала пора очистить пролив от всяческой чересчур наглой живности, чем и занялся заново отстроенный флот Тавни Балфор.

Вскоре Пролив Сгинувших целиком и полностью контролировался пиратской общиной, намеревавшейся взимать приличные пошлины с проплывающих мимо судов. И все бы хорошо, да Рампорт оказался возведен в местности, довольно бедной на древесные насаждения, что создавало существенные препятствия в постройке новых кораблей.

(Но сам город и второй флот они построить сумели. Кстати если у них уже есть флот, зачем им прямо сейчас еще один, и почему его нельзя построить в другом месте?)

Тавни на «Дикой лисице» отправилась на близлежащее Побережье Русалок, намереваясь решить возникшую проблему с помощью лесов, густо покрывающих этот регион. Причалив, Тавни с небольшой группой своих людей отправилась вглубь побережья, оставив для охраны корабля своего первого помощника — Женоподобного Пита, имя которого никак не вязалось с острым умом и жестокостью этого человека. Но, когда группа вернулась, «Дикой лисицы» не обнаружилось. Тавни была в ярости, она уже замечала, что возрастающие амбиции Пита делают его опасным, и намеревалась в будущем избавиться от него, но этот молодчик почувствовал угрозу и нанес удар первым, бросив их на этом незнакомом берегу.

(Знала, но все равно доверила ему корабль? Премию Дарвина этой бракованной королеве пиратов)

Оставляя своего капитана, Пит, к несчастью, не учел одного фактора, подземных переходов, раскинувшихся под поверхностью Аксеота. Именно по ним Тавни добралась до Рампорта, где вернула себе «Дикую лисицу», после чего отправилась в погоню за «Разрушителем» — судном, на котором старина Пит предпринял попытку скрыться от ее праведного гнева. Тавни самолично пригвоздила предателя мечом к палубе.

События последних дней значительно укрепили авторитет Тавни Балфор в глазах ее пиратствующей братии. Казалось, все шло как нельзя лучше, верфи Рампорта и Инатры исправно поставляли все новые суда, северный Пролив Сгинувших находился под полным контролем. Угроза явилась из южной, еще неисследованной части этого пролива. Ранним утром в гавань Рампорта вплыл покореженный и изломанный корабль, совсем недавно отправленный Тавни в плавание с целью составления карты Пролива Сгинувших. На борту судна не было ни души, а на палубе некто вывел кровью: «Моря принадлежат лишь мне! Королева Русалок».

Тавни бросила в Пролив Сгинувших весь имеющийся у нее к этому времени флот, намереваясь покончить с угрозой раз и навсегда, ибо чувствовала она, что Королева Русалок, является последним препятствием, стоящим между нем и заслуженным титулом Королевы Золотого Моря.

(Весь флот? Без разведки и даже примерного представления о силах противника?)

Видя, с какой жестокостью Тавни расправляется со всеми попадающимися ей русалками, один из старейших членов ее команды, знавший еще Блэка Балфора — Восьмипалый Ода — решил откровенно побеседовать с нею. Надо сказать, Оба всегда являлся для девушки довольно-таки таинственной личностью. Благородный и принципиальный, он, тем не менее, убивал поистине с варварской яростью. Как объяснял сам Ода, много лет назад пираты расправились с его семьей, после чего он подался в пираты, дабы уничтожить как можно больше себе подобных.

— Я убиваю, мстя за семью, — сказал он, — Но что движет тобой, Тавни?

Наверное, она просто дочь своего отца — такая же жестокая и бессердечная, каким был покойный Блэк. И здесь Ода открыл ей то, что оберегал долгие годы — на самом деле именно он, а не Блэк Балфор, является истинным отцом Тавни. Тогда, еще в нигонском трактире, мать Тавни не отличалась чересчур уж сдержанным поведением, вскоре она родила девочку от Оды, но приписала отцовство Блэку, ибо о богатстве того ходили легенды, а Ода всего лишь заурядный пират. Правда, Блэку на «дочь», ровно как и на ее мамашу, было глубоко наплевать.

(Как удобно, что новость об отцовстве открылась так вовремя, когда девушка уже почти стала Королевой Моря)

Правда раскрыта. Вот только она ничего не изменила в жизни девушки. Жизненные принципы, исповедуемые ею, воистину перешли от Блэка. Посему Тавни, видя, как Обе претит поголовное истребление русалок, населяющих Пролив Сгинувших, отправила его на берег, посоветовав найти какое-либо тихое место и провести там остаток своих дней. Сама же она довела начатое до конца, отыскав и убив Королеву Русалок, Тавни уничтожила логово морских монстров, отравляющих жизнь заплывающим в пролив.

(Так закончилась компания Дочь Пирата)

Со Дня Расплаты минуло четыре года (1179 ПБ или 525 ПК). Жизнь эрафийцев на девственных землях Ираниса постепенно наладилась, и ими было основано королевство Паледра, на территории коего нашли приют многие из тех, кому довелось пережить катаклизм, поглотивший их родину. Основателем его и теперешним правителем являлся лорд Лисандер — один из вернейших рыцарей Королевы Катерины Айронфист.

Он рано лишился своей семьи, уничтоженной некромантами, и в возрасте шестнадцати лет вступил в ряды рыцарей Эрафии. Безупречная служба позволяла ему быстро продвигаться все выше и выше в рыцарской иерархии, и именно он в месяцы, последовавшие за Расплатой, заложил основы нового королевства, жители коего никогда не ведали бы чувств голода и страха.

В некоторой мере ему это удалось, но Лисандер не замечал атмосферы неудовлетворенности, растущей в Паледре. Многие эрафийские дворяне не хотели принимать мысль о том, что следует забыть свой старый мир и все начать снова. Ибо они, имевшие ранее определенное положение в обществе, не желали так просто смириться с его потерей и признать бразды правления в руках некого простолюдина. Лисандер же отказывался зваться Королем Паледры, так как в жилах его не было и толики королевской крови, и не считал он себя достойным носить сей титул. Кроме того, лорд Паледры больше всего на свете стремился отыскать своих родственников, которым, как он надеялся, тоже удалось спастись от Расплаты посредством волшебных порталов.

(При всем уважении, сэр, вы идиот. Сместив одно руководство и не назначит другое, самый верный способ создать кризис, а в условиях страны, гражданскую войну. И какие еще родственники у сироты, рано потерявшего семью? Жена/дети?)

И вот ко двору явился некто сэр Вортон, объявивший себя незаконнорожденным сыном Короля Грифонхарта и, как следствие, наследником трона Паледры. Аргументом, приведенным Вортоном в подтверждение своей личности, являлся Меч Грифонхарта. Считалось, что это волшебное оружие было уничтожено в День Расплаты, однако Вортон явил его двору. И, ко всеобщему изумлению, он извлек клинок из ножен, а доподлинно было известно, что наложенные заклинания позволяют лишь истинному Грифонхарту совершить это.

Молодое королевство находилось на грани раскола. Многие дворяне поддержали притязания сэра Вортона и Лисандеру стоило больших усилий сохранить за собой лидерство и не дать разгореться новому конфликту. Тем более, что чувствовал он в своем противнике некую фальшь и считал, что притязания на трон того лживы. Сэр Вортон же и его приспешники открыто объявили, что если потребуется, они заберут трон Паледры силой. Война стала неизбежна.

(Ну кто бы мог подумать?)

Первый ход был сделан Вортоном. Два известных головореза, Нормик и Кайлин, захватили несколько золотодобывающих шахт Паледры. Нетрудно догадаться, по чьей указке они действовали, однако Вортон достаточно умен, чтобы позаботиться о своей кажущейся непричастности к происходящему. Для него это лишь прелюдия к основной партии, проверка противника.

Лисандер, мобилизовав небольшое войско, в скором времени вернул себе шахты и бросил злоумышленников, не проронивших ни единого слова о своем нанимателе, в темницу. Однако, ежели так пойдет и дальше, лорд Паледры вне всякого сомнения потерпит поражение: Вортону не выгодно открытое противостояние, для этого у него недостаточно сил. Последний станет действовать более хитро и сначала озаботится поддержкой бывшей эрафийской аристократии, пообещав ей восстановить положение при дворе.

Единственной доступной возможностью для лорда Лисандера оставалось доказать, что Вортон самозванец. Для этого он обратился за помощью к проживавшим неподалеку мудрым жрецам, Адамусу и его ученику, Проето, что посоветовали ему отправиться к Оракулу Зари, что могла читать души людей, и даже предсказала Расплату за несколько лет до оной.

(Но при этом Тарнуму никто не верил, когда он сообщал об опасности предприятия Джелу. А ведь если внимательно посмотреть, то маги Бракады тоже предсказали Расплату, ведь не могли же они реально экспресс порталы на бегу открывать. Вот только почему наряду с возможным путями отступления, они не попытались предотвратить уничтожение мира?)

Отправиться к Оракулу — значит бросить королевство на произвол судьбы, или, точнее, на растерзание Вортону. Но иной выход не предвиделся, и Лисандер, оставив своим наместником лояльного рыцаря, двинулся в дикоземье, сопровождаемый лишь небольшим отрядом, в состав коего входили и оба вышеозначенных жреца, изъявивших желание отправиться в путь со своим лордом.

(Мне интересно, когда все эти короли, лорды и прочие властелины научатся посылать героев в экспедиции, оставшись на троне, а не отправляться в экспедиции самим, оставив на троне героя?)

Как и все личности не от мира сего, прежде чем ответить на вопрос Лисандера, Оракул предложила тому исполнить ряд поручений, как то поиски различных волшебных артефактов. Конечно же, лорду Паледры претило оказаться мальчиком на побегушках у некой провидицы, однако выказывать открытое возмущение было крайне неразумно, ибо так он терял последний шанс приблизиться к разгадке личности сэра Вортона.

(Миссия для растягивания игрового процесса)

И вот испытания позади, Оракул Зари позволяет Лисандеру задать лишь один из двух волнующих того вопросов — будь то о Вортоне, либо же о родственниках лорда Паледры, находящихся где-то в Аксеоте? Нечестный ход со стороны провидицы, но Лисандер, скрепя сердце, поставил благо своего королевства на превалирующую позицию, и вопрос его касался непосредственно мнимого наследника линии Грифонхартов. «Дабы найти кровь, ищи сталь. И первый шаг из многих направь в сторону Колеса,» — прозвучал ответ Оракула.

Колесо. Так назывался регион озер с многочисленными водяными колесами за пределами Паледры, где обосновались мятежные и озлобленные эратийцы, винившие в Расплате Королеву Катерину и Короля Килгора.

(Килгора понятно за что, а Катерина-то тут при чем?)

Основной принцип их гласил: «Оставь в покое нас и мы оставим в покое тебя». До недавнего времени Лисандер был только рад следовать ему, однако теперь обстоятельства складывались по-иному — именно здесь, по словам Оракула, находится ключ к разгадке происхождения сэра Вортона. «Дабы найти кровь, ищи сталь…» Все равно, что искать иголку в стоге сена. Лисандер знал, что бароны Колеса не пропустят его войско на свою территорию, посему лорд удовольствовался небольшим отрядом, включив в него как Адамуса, так и Проето, справедливо рассудив, что советы мудрых еще могут ему понадобиться.

Отряду повезло — буквально через несколько дней пути ему повстречалась пара местных торговцев, что несколько прояснила ситуацию с Вортоном. По словам их, этот человек появлялся здесь несколько лет назад, воздвиг небольшую крепость на юге Колеса — Гарнизон Глен, после чего его здесь не видели. В Гарнизоне до сих проживает некая пожилая женщина по имени Десет, появившаяся здесь в свое время вместе с Вортоном, но нынешний капитан крепости, Ферт, имеет четкий приказ расправиться с ней, возникни некая угроза Гарнизону.

Таким образом открытый штурм крепости отменялся. На счастье, неподалеку обнаружился древний портал, переместивший группу лорда Лисандера прямиком в Гарнизон Глен. Капитан Ферт, очевидно, возлагал слишком большие надежды на охранников портала чудищ, но тела последних остались лежать позади отряда лорда Паледры.

(Как удобно. Возвести гарнизон вокруг древнего портала, поставить на охрану могучую, но тупую, и не способную поднять тревогу стражу. Премию «Гениально» сценаристам)

Отыскать в Гарнизоне хижину Десет не составило труда, и женщина поведала действительно интересные вещи. Оказывается, Вортон — один из двух ее сыновей (второй погиб в День Расплаты), а отцом его является никто иной, как сэр Кентайн — верный оруженосец Короля Грифонхарта, исчезнувший при переходе между мирами. В детстве Вортон часто мог наблюдать у него Меч Грифонхарта и смастерил поддельный клинок. Что ж, это все объясняло, однако отсутствовали доказательства. Оруженосец Грифонхарта вел очень скрытную жизнь, и навряд ли при дворе Паледры найдутся люди, опознающие Вортона как его сына. Истинный Меч Грифонхарта, ежели, конечно, он не был уничтожен в День Расплаты, находится у сэра Кентайна, но где находится последний?

(Оруженосец короля вел скрытую жизнь. Тот самый оруженосец, что должен был всегда находится при короле, что в бою, что на балу)

Десет припомнила, что незадолго до того, как покинуть Колесо, Вортон обмолвился, что отец его находится в заточении у некого волшебника в северных землях. Все эти годы она полагала, что сын отправился ему на выручку, однако вместо этого он предъявил права на престол не принадлежащего ему королевства.

(Каков подлец. Как удобно, что Лисандеру попалась такая принципиальная мать, что заложит собственного сына, во благо чужого королевства)

Было решено отправляться на север, ибо если существует хоть малейший шанс обнаружить там истинный Меч Грифонхарта, нельзя от него просто так отмахиваться. Итак, Лисандер, Адамус, Проето и изъявившая на старости лет желание отправиться с ними Десет покинули враждебные земли Колеса и направились в неведомые земли, раскинувшиеся к северу от Паледры. «Кровь» найдена, теперь дело за «сталью».

Вскоре лазутчики, высланные вперед Лисандером, донесли, что в регион с юга вступило войско под древним флагом Грифонхартов. Вортон! Похоже, этот человек в борьбе за власть не остановится ни перед чем, убьет даже родного отца, чтобы скрыть правду. И отряд Лизандера устремился к чернеющей на севере башне, где его ожидал горячий прием проживающего там волшебника, Мастеро, и его адских тварей, используемых в качестве охранников. Нельзя сказать, что победа в этом противостоянии далась людям лорда Паледры чересчур легко, однако исход поединка решился в их пользу.

В темнице башни Мастеро обнаружился сэр Кентайн, а в покоях волшебника — ножны с истинным Мечом Грифонхарта. Бывший оруженосец Николаса Грифонхарта, после долгих лет заключения воссоединившись наконец с женой, отрекся от своей должности, отдав Меч почившего сюзерена Эрафии лорду Лисандеру, Кентайн назвал того новым оруженосцем, хранителем клинка.

Путь их лежал обратно в земли Паледры. Помимо Лисандера и его верных жрецов-советников, на юг двинулась и чета родителей узурпатора, намереваясь если и не вернуть сына на путь истинный, так уж по возможности пресечь его шалости. Новости же, долетавшие до маленького отряда, были куда как неутешительны: за месяцы отсутствия правителя Вортон, при поддержке былой эрафийской аристократии, сумел захватить столицу королевства, а рыцарь-регент, оставленный там Лисандером, предавался горьким размышлениям о смысле жизни в темнице. Правда, далеко не все население страны поддержало Вортона, многие жители хранили в сердцах верность лорду-основателю.

Лишь ступив на земли родной Паледры, Лисандер разослал вести о лживости личины Вортона и об обнаружении истинного Меча Грифонхарта.

(Почему не сделал этого раньше?)

Лорд надеялся, что услышав об обмане, селяне поддержат его и помогут вернуть королевство к спокойной жизни, изгнав захватчика. Родителям же оного Лисандер пообещал, что отдаст им сына живым, и, по возможности, невредимым.

Как и предвидел лорд Лисандер, несколько городов Паледры приняли его сторону сразу же, как только услышали об истинном Мече. Все еще надеясь решить конфликт миром, сэр Кентайн и леди Десет написали письмо своему сыну, в котором, разумеется просили одуматься и вернуться к домашнему очагу. Сомнительное счастье доставки письма Вортону выпала верному оруженосцу Лисандера по имени Милтон, сопровождавшего господина во всех его странствиях по Аксеоту. Кроме того, лорд просил Милтона обратить внимание, лояльны ли нынешние воины Паледры узурпатору, или же он держит армию в узде посредством страха. Реалии жизни оказались более чем суровы: Вортон попросту расправился с теми армейскими лидерами, что хранили верность Лисандеру, заменив их своими головорезами.

Далее случилось то, что и должно было случиться. Бедняга Милтон, обнародовав перед двором Паледры истину о родителях нынешнего «Короля Грифонхарта», закончил в темнице Паледона в одной камере с оставленным в стране рыцарем-регентом. Находился он там, правда, недолго: набирающее силу войско лорда Лисандера, моральный дух коего находился на невиданных прежде высотах благодаря лицезрению ножен с Мечом Грифонхарта во всех их красе, штурмом взяло столицу, освободив Милтона из заключения.

Вортон же сумел бежать в ночь перед штурмом. Решив, что в погоню он должен отправиться в гордом одиночестве, лорд Лисандер оседлал коня и понесся в каньон за городскими стенами, где терялся след мнимого Короля. Вездесущий Милтон, правда, увязался следом. Искать Вортона долго не пришлось. Он и сам осознал, что от судьбы не убежать, и посему ждал Лисандера, держа наготове фальшивую реликвию династии Грифонхартов, Меч, котороый чуть не привел его к обладанию королевством. Лизандер же, выдернул из ножен истинный Меч Грифонхартов. Челюсть наблюдавшего в сторонке Милтона громко бряцнула о землю, но сошедшиеся в поединке воины даже не обратили на него внимания — для кого-то из них это должно было стать последней схваткой в этой жизни.

Для кого именно — нетрудно догадаться. Истинный Меч в руке Лизандера с легкостью перерубил стальное лезвие Меча мнимого, узурпатор был повержен. С сожалением Лизандер вспомнил свое обещание вернуть мятежника родителям, которое придется выполнять.

Угроза благополучию Паледры миновала, и, похоже, у страны объявился истинный Король. Как Лисандер сумел сделать то, что доступно лишь члену династии Грифонхартов? Этого не знал и он сам. Быть может, последний Король Эрафии в молодости и в самом деле погуливал налево, что в конечном итоге привело к рождению будущего Короля Паледры? Истина навряд ли когда-либо откроется, но факт остается фактом, лорд Лизандер всенародно признан Королем Грифонхартом, а молодое королевство уверенно набирает силу.

(Так закончилась компания Истинный Клинок)

В 1180 году ПБ (526 ПК), в новом королевстве эльфов началась гражданская война. Конфликт, не оставивший равнодушным ни одного эльфа, пришедшего на земли Ираниса после гибели АвЛи. И долго еще менестрели Аранорна будут воспевать в своих сказаниях двоих ярчайших детей эльфийского народа — Шеру и Элвина.

Когда Шера впервые появилась при дворе Аранорна (нового государства эльфов, возникшее в результате смешения местных и пришлых ушастых), все взоры обратились лишь на нее, ибо девушка была невероятно прекрасна.

Элвина Шера пленила с первого взгляда, и не только своей ослепительной красотой, вдобавок ко всему, девушка отличалась недюжинным умом и скромностью, что нечасто встретишь в ветренных юных эльфийках. Элвин танцевал с нею более двух часов кряду той ночью и довольно скоро осознал, что всем сердцем влюблен в это очаровательное создание.

(Боги, убейте меня)

Вскоре наметился корабельный вояж вдоль побережья Аранорна, в котором Шера пригласила принять участие и Элвина. Последний с радостью согласился, единственным, кто смущал его в этом предприятии, был Грамин, отец Шеры. Лидер всей экспедиции, Грамин собирался нанести визит в каждый из пребрежных портов, дабы в процессе переговоров с тамошними лидерами укрепить их отношения с Аранорном, а если представится возможность, то подвести их под полный контроль молодой эльфийской нации. И этот эльф был единственным, кто по ему одному ведомым причинам противился растущей любви между Шерой и Элвином.

На восьмую ночь плавания эльфийский корабль был атакован пиратами. В мгновение ока ночь обратилась в хаос, аранорские моряки гибли повсеместно. К счастью, Элвину удалось сохранить голову на плечах, обходя стороной сражающихся, он увлек Шеру к спасательной шлюпке, после чего перерезал веревки, удерживающие ее подле судна. Во тьме ночи никто не заметил отплытия двух влюбленных. Шера рыдала на плече Элвина, участь отца так и осталось для нее загадкой.

Вскоре лодчонку прибило к берегу, ближайшее эльфийское поселение — городок под названием Прыжок Дельфина, находилось всего в нескольких днях пути. Элвин справедливо рассудил, что если отец Шеры выжил, то по логике будет именно в том городе.

Путь их лежал через территории, облюбованные как бандитами с большой дороги, так и пиратами, поэтому Элвин с помощью своих способностей друида призвал лесных тварей — волков и фей, дабы те сопровождали и оберегали их в пути. У врат Прыжка Дельфина пару уже поджидал Грамин. Он холодно поблагодарив Элвина за спасение дочери, предложил молодым людям отдохнуть и привести себя в порядок после долгих дней путешествия по диким землям.

Прошло несколько недель, экспедиция давно уж вернулась в Эльфийский Двор. Шера и Элвин проводили вместе все свободное время, танцуя под сенью столетних древ в садах и лесах Аранорна. Влюбленные не подозревали, что за ними давно уж наблюдает пара злобно прищуренных глаз. Лорд Харк, эльфийский вельможа и бывший офицер Лесной Стражи, наиболее вероятный претендент на трон Аранорна, он отказался последовать за Джелу в финальном сражении того с ратями Килгора, и, предотвращая панику среди населения, вывел множество эльфов в спасительные порталы.

(Какого Хрена? Да, играя за Джелу мы управляем эльфийским замком, но Лесная Стража — это отряд Эрафии, предназначенный именно для противостояния эльфам)

И теперь лорд Харк никак не мог поверить, что прекрасная Шера может предпочесть ему некого безвестного друида! Он видел, как эти двое смотрели друг на друга, как улыбались при встречах. Харк твердо верил, что цель Элвина заключалась лишь в обольщении Шеры, посему от него надлежало избавиться. Лорд Харк с удовольствием вызвал бы наглого друида на дуэль, но Эльфийский Двор ныне косо смотрел на подобные «развлечения». Значит, не оставалось ничего другого, как попытаться очернить Элвина в глазах девушки, раскрыть его истинную, с точки зрения Харка, сущность.

И на следующем совете Эльфийского Двора лорд Харк приказал Элвину отправляться заключать союз от имени Аранорна с мудрыми белыми тиграми. Таковые попытки предпринимались уже три раза и ни одна из них не увенчалась успехом — посланники были найдены мертвыми. Хитроумный лорд полагал, что и Элвин не сумеет избежать подобной участи. Последний, конечно же, пришел в крайнее изумление, услышав о возложенной на него «чести» и хотел было отказаться, но затем узрел в толпе напряженное лицо Шеры. Он, друид, никогда не сражался ни за АвЛи, на за Аранорн. Так вправе ли он отказываться от миссии, направленной на усиление своей державы?

Так судьба занесла Элвина в глухой уголок Аранорна. Практически сразу же герою повстречался пригорюнившийся тигр, поведавший о том, что забредшая в регион община троллей безжалостно истребляет его сородичей. Элвин справедливо рассудил, что решение сей проблемы может оказаться для тигров тем самым стимулом, что необходим для заключения альянса с эльфами Аранорна. Не придумав ничего лучше, как учинить тотальный геноцид популяции троллей, друид принялся за дело.

Тигры, почуяв надежду, сплотились за Элвином, сопровождаемые иным лесным зверьем, и вскоре грязная работа была доведена до логического завершения — во всей округе не осталось ни единого живого тролля. Но, как оказалось, этим проблемы белых тигров не исчерпывались — тролли были для них всего лишь «неудобством», а настоящая беда крылась в том, что вот уже три года в их стае не рождалось ни одного живого детеныша.

Наиболее мудрые животные полагали, что некая злая сила убивает их прямо в чревах матерей. И Элвин спустился в глубокое подземелье, расположенное неподалеку; запах смерти и разложения, исходящий оттуда, убеждал эльфа, что он находится на правильном пути. Как и предполагалось, пещеры эти избрал своим логовом могущественный некромант, волшебством вытягивая души детенышей и используя их для своих мерзких нужд. Небольшая армия лесных созданий под началом Элвина, исполнившись праведного гнева, просто разорвала некроманта на части, ровно как и всю ту нежить, что оскверняла своим присутствием подземные залы. После чего благодарные белые тигры с радостью согласились на предложенный союз с эльфами Аранорна. Элвин же отбыл обратно в Эльфийский Двор, дабы доложить об успехе своей миссии.

Время шло, любовь Элвина и Шеры становилась все сильнее. Однако Грамин наотрез отказывался давать согласие на брак дочери с простым друидом. Элвин находился в полной растерянности, почему Грамин так яростно ненавидит его? И вот однажды отчаявшемуся юноше нанес визит никто иной, как лорд Харк. Вел себя последний исключительно дружелюбно, и предложил Элвину следующее решение проблемы. По словам Харка, эльфийский Король, отправляясь на войну с Килгором, доверил Грамину свой Лук, символ королевской власти в АвЛи. Грамин же захватил артефакт с собой в Аксеот, однако умудрился потерять его в лесах Аранорна. Почему бы Элвину не отыскать Лук, и тем самым не осчастливить Грамина?

Истории этой не поверил бы даже ребенок, но находящийся в полном отчаянии Элвин ухватился за нее, как за спасительную соломинку.

(Что многое говорит о его умственных способностях)

Лорд Харк выделил ему отряд своих лучников и те сопроводили друида в регион, где, по их словам, и находится потерянный Лук. И лишь только отряд прибыл на место, замысел Харка открылся во всей своей красе. У лучников был приказ покончить с Элвином раз и навсегда, однако эльфы не решились обагрить руки кровью друида, посему приказали ему до конца жизни остаться в той небольшой долине, куда он был доставлен, и выходы из которой они зорко охраняли. Что же до артефакта, эльфы просветили Элвина, что Лук находится в целости и сохранности в Аранорне, и будет вручен тому, кто окажется избран новым Королем.

Прозревший Элвин готов был рвать на себе волосы. Грамин и Харк всегда были закадычными друзьями, наверняка лорд всячески очернял Элвина в глазах родителя Шеры, именно этим и объясняется отношение последнего к нему. И теперь, когда Элвин пленен в этом лесу, лорд Харк все всякого сомнения получит одобрение Грамина и возьмет Шеру в жены.

Пропустив мимо ушей угрозы воинов Харка, Элвин покинул отведенную ему долину с твердым намерением добраться до Эльфийского Двора и изобличить коварного лорда перед старейшинами. Оказавшиеся неподалеку белые тигры расправились с оставленной Харком охраной и теперь ничто не препятствовало возвращению друида.

(То есть эти эльфы не хотели пачкать руки кровью друида, зато друид не увидел проблемы, чтобы запачкать руки в крови эльфов. Еще и тиграм дал попробовать крови союзников на вкус, вдруг им понравится)

Но Харк предвидел и такой вариант развития событий, спустя несколько дней после своего освобождения Элвин, проходя через небольшое эльфийское поселение, узнал, что Шера и лорд Харк сочетаются законным браком, а сам Элвин объявлен Двором вне закона как личность, ответственная за гибель эльфийских воинов.

Элвин припомнил старую сказку о возможности создания артефакта под названием Зеркало Истинной Любви. Быть может, это шанс спасти Шеру и сохранить их любовь. Создание Зеркала должно развеять те заклинания, которые наложил на девушку лорд Харк.

(Как удобно, заклятия и сказка с инструкцией как их развеять. Вероятность того, что инструкция может не сработать или дело окажется не в заклятиях, мы в расчет не берем)

И вот артефакт сотворен. Нельзя сказать, что Элвину он достался слишком легко. Местный алхимик заломил за него огромное количество золота и алмазов, и друиду пришлось немало потрудиться, прочесывая местность в поисках шахт, где добывались вышеозначенные ресурсы.

(Совершенно бесхозных, само собой)

Тем не менее, теперь Зеркало находилось в его руках и полный решимости Элвин пересек границы владений лорда Харка. Он ни на мгновение не забывал, что в глазах Эльфийского Двора он преступник, подлежащий немедленному пленению. И лишь один эльф мог доказать его невиновность, Мириласс, предводитель тех самых лучников, что по приказу Харка доставили Элвина в долину. Лесные создания донесли друиду, что искомый им субъект находится здесь, в землях Харка, там же находилась и Шера.

Происходящее грозило внести раскол в эльфийскую нацию Аранорна, Совет Старейшин, отправившись самолично к «мятежному» Элвину, внимательно выслушал его точку зрения; друид обещал, что как только он докажет виновность Харка, сразу же отдаст себя в руки правосудия, хотя никакой вины за собой не несет, Эльфийский Двор же занял куда более радикальную позицию — всеми силами и средствами он поддерживал лорда Харка.

Отыскав Мириласса, Элвин убедил того отправить письмо во Двор, в котором бы раскрывался весь грязный план эльфийского вельможи по устранению противника.

Послание было получено и лорда Харка призвали ко Двору для объяснений. Почувствовав нависшую над ним угрозу, последний с наиболее лояльными войсками скрылся в лесах, тем самым фактически подтвердив выдвинутые против него обвинения.

Дальнейшее действо целиком и полностью соответствовало замыслам Элвина, с боем взяв поместье Харка, друид обнаружил там несчастную Шеру, все еще находящуюся под действием очаровывающего заклинания лорда. Зеркало Истинной Любви, к счастью, оправдало свое предназначение, заклинание было разрушено и двое наконец воссоединились после столь долгой разлуки.

(К сожалению это еще не конец)

После возвращения Элвина и Шеры в Эльфийский Двор лорд Харк был объявлен вне закона, но Совет Старейшин недооценил верность Лесной Стражи своему бывшему предводителю (офицеру-дезертиру, вообще-то). Элитные войска эльфийских лучников перешли на сторону последнего и вскоре лорд Харк обладал мощью не меньшей, а может, и большей, нежели объединенные силы всего Аранорна. В течение последующих трех месяцев он захватил большую часть территории королевства и противостоящие ему эльфы впали в глубокое отчаяние.

(Нужно быть повелителем вакуума, чтобы допустить личную верность большей части армии одному из многих равных. Такое может быть лишь при наличии абсолютного властителя, в совете же лордов любая попытка провернуть такое тут же сплотит против себя остальных лордов)

Теперь им требовался новый сильный лидер, коему по силам оказалось бы прекратить разразившуюся гражданскую войну. Не долго думая, Элвина нарекли эльфийским Королем, в былые времена он просто уклонился бы от ответственности, но только не теперь. Не теперь, когда его народ столкнулся со страшнейшей угрозой со времен Расплаты.

(Сколько пафоса-то)

Шера сильно изменилась за последнее время. Она все не могла простить себе то, что долгие месяцы делила ложе с лордом Харком, даже находясь под действием его заклинания. Элвин надеялся, что устранение этого вельможи поможет его возлюбленной вновь обрести душевный покой. Оставив Шеру на попечительство Совета Старейшин, эльфийский Король начал очередную, как он надеялся, последнюю военную кампанию в этой гражданской войне.

Это были страшные месяцы, полные боли и крови. Сотни воинов обоих лагерей гибли ежедневно (хотя бы 200 в день, это 6000 в месяц, сколько же эльфов выжило, если могли позволить себе такие потери на протяжении нескольких месяцев?). Но в конце концов упорство, и, быть может, безмерная удача Элвина помогли сломить тактический гений Харка.

(К черту опыт, обучение и личный гений, терпение и удача всегда выведут вас)

Последний оказался пленен и в сопровождении верных белых тигров доставлен к Королю. Даже проиграв войну, эльфийский лорд не потерял присутствия духа и сейчас смело глядел в глаза судьбе. Что же до Элвина, хладнокровное убийство всегда претило друиду, посему Харку была дарована жизнь.

(Убитые им лучники-стражи смотрят на друида с презрением)

Война закончилась. Элвин наконец-то сумел соединиться со своей Шерой и нация Аранорна наслаждалась долгожданным миром. Харк же оставался в заключении в собственном поместье. И многие сомневались, верно ли поступил Король, сохранив ему жизнь — в стране и сейчас находились личности, симпатизировавшие бывшему вельможе Эльфийского Двора, несмотря на его недостойные деяния. И пока тот жив, над Аранорном будет нависать скрытая угроза новой гражданской войны.

(Так закончилась компания Элвин и Шера. Нам даже дали намек на продолжение, которого не будет)

Паралельно с этими событиями происходили другие. Эмилия Найтхэвен была еще ребенком — дочерью простого стеклодува, когда катаклизм поглотил земли Антагарича. Тогда она потеряла всю свою семью, и в этом новом мире оказалась совершенно одна. Если бы не помощь и забота пожилой волшебницы, Шифины, быть может, девушка и не выжила бы. Но годы шли; вскоре наставница ее, ставшая второй матерью, тихо отошла в мир иной, и Эмилия вновь осталась в одиночестве, столь тяготившем ее.

А затем пришла орда варваров и, когда угроза с их стороны небольшому поселению, где обитала Эмилия, стала неминуемой, жители оного собрали свои нехитрые пожитки и отправились по миру искать нового пристанища. После долгих раздумий Найтхэвен пришла к выводу, что все же поступили они неверно. Пусть эта земля не была их домом, но с таким подходом они никогда не найдут свой дом. Так или иначе, Эмилия твердо решила вернуть хоть какое-то подобие порядка в хаос последних лет своей жизни, и не сгибаться перед испытаниями, преподносимыми ей коварной судьбой.

Таким образом ею был установлен контроль над близлежащим городком — Лонгортоном. Обитавшие поблизости дварфы и халфлинги без колебаний влились в небольшое, но быстрорастущее войско нового лидера. В течение последующих недель в город прибывало все больше беженцев, вытесненных со своих земель армией варвара по имени Гурт. Последний являл собою довольно посредственную личность, до посинения бил себя пяткой в грудь, заявляя, что именно он истинный наследник Короля Килгора, и, следовательно, новый Король варваров. Помимо него, существовали и иные угрозы, как то самопровозглашенный барон Лорн, головорезы коего рыскали на близлежащих землях и повсюду устанавливали свои собственные законы. Видя в этих субъектах первейшую угрозу спокойной жизни ее новых сограждан, Эмилия приняла решение первой нанести удар.

Жители городов, объединившихся против грабителей-баронов, провозгласили девушку своей Королевой, Королевой Великого Аркана — так пафосно ныне звали они свои земли. Эмилия поразилось вере людей в свои способности вести их за собой, и приняла престол. Вскоре, благодаря ее усилиям, с мятежными баронами было покончено, и, казалось бы, ничто не предвещало новой угрозы

Но проблемы появились со стороны незабвенного Бессмертного Визиря Бракады, Гэвина Магнуса. Катаклизм стер с лица Энрота и его вотчину, и здесь, в Аксеоте, он оказался, по большому счету, никем. Что, конечно же, претит любому, успевшему познать вкус власти. И через своего полководца, джинна Солмира ибн Вали Барада, Магнус направил правительнице Великого Аркана послание, в котором приветствовал ее намерения очистить земли от нечестных грабителей, намекал на ее молодость и неопытность в управлении страной, и, как следствие, предлагал передать бразды правления королевством ему, великому Бессмертному Королю.

(Бракада, светоч морали и мысли, предпочитающая научные изыскания политике. Имеющая самую сильную армию, но не ищущая власти. То самое государство, столицей которого считали город ангелов, у которых маги перенимала моральные ориентиры. При всей посредственности сюжета Героев 3, сценаристы умудрились просрать даже его наработки)

Кроме того, Магнус обещал взять Эмилию в жены, дабы вместе править новообразованным владением. И это последнее предложение оказалось каплей, переполнившей чашу терпения Королевы. С гневом она отвергла это предложение, и начала готовиться к войне, ибо мощь, которую мог бросить против нее разгневанный Бессмертный Король, могла оказаться поистине ужасающей.

(Король ставший никем, имеет достаточную мощь, чтобы завоевать государство, но предпочитает ковыряться в заднице, пока не появится новое государство, чтобы предложить себя в качестве правителя. Вопрос, чем Магнус занимался те 5 лет, что прошли со времен Расплаты?)

Но пока последний отправил в земли Великого Аркана войско под началом Солмира. Джинн сий являлся достаточно мудрым и честным созданием, чтобы понять неправильность поступка своего сюзерена, однако на то тот и являлся Королем, чтобы приказы его не обсуждались.

Однако, вопреки всяким ожиданиям, Эмилии Найтхэвен удалось разбить войско джинна, последний и сам не понял окончательно, почему так случилось. Быть может, он слишком размяк за последние столетия? Или же хотел проиграть?

Солмир не скрывал, Королева вызывала у него глубокое уважение, но Магнус — его сюзерен. Он был с ним все это время, со дня падения Империи Бракадун, однако и сейчас джинну непонятно происхождение и источник бессмертия бывшего Короля Бракады. Тем не менее, он верен своему господину и останется верным до конца, пусть даже это идет вразрез с его нормами морали.

Оставив Великий Аркан, джинн вернулся в замок Гэвина Магнуса, дабы принять наказание за поражение в войне, которую, казалось бы, невозможно было проиграть. Бессмертный Король же не собирался так быстро прощаться с мыслью о владении Великим Арканом. Заключив союз с таинственным кланом красных дварфов, Гэвин получил от них знания, что могли легко принести ему победу в противостоянии с Эмилией. И отправил Солмира ибн Вали Барада в земли, где обитали великие черные драконы. А требовалось Магнусу ни много ни мало, а нахождение захоронений этих тварей, дабы с помощью останков умерших бестий сотворить драконов-големов, с помощью которых он намеревался покончить с неукротимой Королевой раз и навсегда.

(Некромантия, презираемая в Бракаде и объявленная самим Магнусом вне закона. Зачем переносить персонажа из прошлой части, если вы только уродуете его образ? Почему бы просто не придумать какого-нибудь нового злодея?)

Даже в этом затерянном регионе нашлось несколько небольших поселений эрафийских переселенцев, во главе которых стоял некромант, ухаживающий за гнездами черных драконов как за своими детьми. Естественно, идея разграбления захоронения пришлась ему глубоко не по душе, против Солмира были брошены отборные творения Темного Искусства, усиленные драконами. Единожды подведя своего сюзерена, боле Солмир не имел права на поражение, с превеликим трудом, но победа была достигнута и контроль над огромным подземным кладбищем черных драконов перешел к войску джинна.

(Некромант более морально сильный, чем предводитель жемчужины морали и мысли прошлого мира. Это могло бы быть прекрасной аллюзией на реальность, если бы не ангелы, прекрасно чувствовавшие настроения магов и лично передававшие им тайны магии щедро присыпанные нормами морали принятыми в высокоразвитых цивилизациях)

Прошло несколько месяцев. Гавин Магнус при содействии красных дварфов творил совершенные машины смерти — драконов-големов. Уже сейчас последних насчитывалось полсотни, чего с избытком хватило бы на захват всего Аксеота, но суеверный Бессмертный Король желал иметь под началом хотя бы раза в два больше, на случай всяких непредвиденных обстоятельств.

Союзников же его — гномов — становилось все сложнее контролировать. Однажды они что-то не поделили между собой и, оседлав драконов-големов, устроили небольшую заваруху. Пока Гэвин Магнус разобрался что к чему и навел порядок, половина его замка лежала в руинах. Разгневанный маг бросил дварфов в темницу и, дабы случившееся не повторилось вновь, засел за древние книги, в надежде там отыскать секрет полного и единоличного контроля над воскрешенными драконами.

(Просто нет слов, Король Идиот и его Слуги Имбецилы)

Проведя в библиотеке несколько дней, Магнус посчитал, что нашел верное решение проблемы. Позвав Солмира, он повелел тому отыскать и принести Радужный Кристалл, необходимый для успешного осуществления дальнейших планов. Однако подробнее посвятить в них верного слугу Бессмертный Король не удосужился, ранее такого за ним не водилось.

Солмир видел, как сильно изменила его сюзерена Расплата. Гэвин видел в этой жизни все: становление и падение великих империй, приход и уход близких ему созданий, и, наконец, гибель целого мира, ровно как и страны — Бракады, которой он правил и которую любил. И теперь Бессмертный Король жаждал лишь одного — мира, мира, однако, в своем понимании, несколько чуждом иным смертным.

Кристалл находился глубоко в подземных катакомбах, скрытых на севере континента, и охранялся армией нежити под началом могущественного лича — Короля Дреггара. Как вскоре стало известно Солмиру, Кристалл обладает способностью гипнотического влияния, иными словами, Магнусу этот артефакт понадобился затем, дабы посредством его безоговорочно подчинить себе разумы красных гномов — единственных существ, способных создавать и контролировать драконов-големов. Что ж, весьма разумное решение. Но как же мораль?

(Рассуждает джин просто замечательно, жаль до него не доходит, что подчиняясь преступнику, он становится соучастником)

Моральные нормы едины для всей вселенной Древних и существуют независимо от существ, ее населяющих. Некоторые полагают, однако, что их можно преступить ради высшего блага — мира и спокойствия этой планеты. К таковым теперь относится и Бессмертный Король, судя по его недавним деяниям, но кто Солмир такой, дабы сметь обсуждать приказы сюзерена?

(От подобного лицемерия даже немного подташнивает)

Вскоре Король-лич Дреггар был умертвлен в своем подземном логове, его армия нежити возвращена в свое естественное состояние, а Солмир ибн Вали Барад возвращался к Гэвину Магнусу, неся с собой чудесный артефакт.

Эмилия Найтхэвен занималась тем, что приводила в порядок свое молодое королевство, укрепляла границы, устанавливала союзы с соседними лордами. А очередная беда не заставила себя долго ждать: до Королевы дошли слухи, что один из ее преданнейших вассалов, лорд Лэндрю, замышлялет предательство против престола Великого Аркана и уже собирает армию, дабы повести ее за собой на штурм столицы. Более абсурдной вести Найтхэвен и помыслить не могла: Лэндрю, тот самый, с которым она не раз делила трапезу и который всегда поддерживал ее во всех начинаниях. Желая окончательно прояснить ситуацию, Королева отправила гонцов к лорду Лэндрю. Те не вернулись. Плюс к тому в регионе, подвластном Лэндрю, было замечено небольшое войско, идущее под знаменем Магнуса.

Как бы то ни было, действовать следовало незамедлительно. Иные вассалы Эмилии предлагали повесить Лэндрю на ближайшем суку, в назидание, но Королева никогда не была сторонницей чересчур радикальных действий, да к тому же не верила она, что один из ее вернейших сподвижников мог так подло предать то, что сам помогал создать. Факты, однако, говорили сами за себя и спорить с ними было бесполезно, лорд Лэндрю направил свое воинство вглубь страны, устанавливая контроль над всеми поселениями на своем пути, а жителей в оковах гнали в золотодобывающие шахты.

Эмилия Найтхэвен совершила трагическую ошибку, сконцентрировав внимание на лорде Лэндрю и забыв об угрозе со стороны Магнуса. И когда с мятежным дворянином было покончено, открывшиеся реалии происходящего ужаснули ее: мало того, что по донесениям лазутчиков армия Гавина Магнуса превосходила ее собственную раз в десять, так еще население страны ни с того ни с сего заговорило в поддержку Бессмертного Короля. Плененный лорд Лэндрю не сподобился дать никаких разъяснений своего мятежа, похоже, что он, ровно как и его войска, находится под действием некого заклинания. Из трудной ситуация стремительно перерастала в безвыходную, и события разворачивались столь стремительно, что несчастная Королева Великого Аркана, отверженная собственным народом, уже не понимала сути происходящего.

Зато Солмир понимал ее очень даже хорошо. Ибо видел он, как Гэвин Магнус, лишь получив Радужный Кристал, установил этот артефакт в Хрустальный Маятник; и теперь каждый, кто находился в определенном радиусе действия от него, попадал под полный ментальный контроль Бессмертного Короля. Именно так тот собирался установить вечный мир на земле — подчинив себе разумы всех до единого разумных существ, населяющих ее. Солмир до последнего верил, что Радужный Кристалл необходим его хозяину лишь для контроля красных дварфов, и открывшаяся истина ужаснула джинна. Магнус воистину лишился разума, Расплата оказалась слишком тяжёлым ударом для него.

И, когда победоносное войско Бессмертного Короля вошло в Арканию — столицу Великого Аркана, приветствуемое его жителями, Солмир ибн Вали Барад сделал то, о чем раньше и думать не смел — он оставил своего хозяина и устремился на поиски скрывшейся Эмилии Найтхэвен, дабы с ее помощью попытаться исправить то, что, казалось бы, исправить уже невозможно.

Королева с оставшейся верной ей небольшой армией скрывалась в заснеженных северных лесах Великого Аркана, где Солмир и отыскал ее. И вместе они разработали отчаянный план по свержению Бессмертного Короля. Джинн припомнил легенду, передаваемую из поколения в поколение коренными жителями Ираниса, о существовании артефакта Древних, известного как Меч Богов, с помощью коего смертный, вошедший в историю под именем Воина Света, сумел поразить Жертвенного Бога. И, если легенда не врет и реликвия существует, то велика вероятность, что с помощью Меча можно уничтожить и иное бессмертное создание — Гэвина Магнуса! План граничил с сумасшествием, однако ничего иного предложить было невозможно — никто в этом мире не ведал источник бессмертия Магнуса и пределы отведенных ему лет.

Эмилия Найтхэвен со своими войсками отправилась в регион, где, как гласила легенда, и захоронен Меч Богов. Солмир же, в свою очередь, вновь спустился в Подземелья, раскинувшийся под поверхностью континента, дабы отыскать там создание столь древнее, что ему окажутся ведомы силы Хрустального Маятника, с помощью коего Магнус подчинил себе Великий Аркан и намеревался проделать то же со всем Аксеотом.

(Как удобно, легенда описывающая местонахождение ценной реликвии и ни одного человека, что попытался эту реликвию получить)

Армия Найтхэвен обшаривала древние руины и позабытые катакомбы в поисках Меча Богов, в то время как Солмир блуждал по подземным лабиринтам. Во время одного из привалов ему явился призрак женщины, представившийся Дерафеной, и поведавший историю своей жизни, в которой столетия назад отвергнутый ею некромант разделил ее душу и тело, заставив тем самым вечно блуждать в Подземном Мире. Душа, явившаяся Солмиру, как можно догадаться, умоляла джина воссоединить ее с плотью, все еще хранящейся в замке некроманта. В обмен на спасение Дерафена обещала поведать кое-что о Радужном Кристалле.

(Как удобно, случайно встретить того, кто знает нужную тебе информацию)

Как ни странно, Меч Богов отыскался именно там, где, по легенде, и должен был находиться — в разрушенном храме посреди джунглей в давно забытом уголке Ираниса.

И, если все так просто, неужто ни один искатель приключений до сих пор не сподобился наложить на него руки?

(Люблю сценаристов, что сами признают свою бездарность и пытаются шутить на эту тему)

Все бы хорошо, да только храм облюбовала стая костяных драконов, настроенных весьма агрессивно. Она-то и отпугивала любителей антиквариата от захороненного здесь артефакта. Для Эмилии же на кон было поставлено слишком много, чтобы сейчас повернуть обратно, и Королева направила свои войска прямиком в драконье логово. Битва эта оказалась куда как страшнее предыдущих, и многие верные воины остались лежать бездыханными на устланной древними костями земле, но дело было сделано — стражи реликвии мертвы и Меч Богов полыхает в руке его новой владелицы.

(Стая костяных драконов. И не нашлось ни одного некроманта, что подчинил бы их. Или мага с армией усиленной драконами. Лорда с отрядом Ангелов. Друида с кучей призывных монстров. Вернее все они есть, но им нет дела до могучей реликвии, у них там своих проблем хватает)

В это время глубоко в недрах планеты Солмир ибн Вали Барад расправлялся с некромантом, на долгие века разделившим душу своей возлюбленной с ее телом. Со смертью нечестивца заклятие прекратило свое действие и бессмертный дух Дерафены вновь обрел плоть. В благодарность женщина поведала джинну, что, помимо Радужного Кристалла, некогда существовал его антипод, обладающий способностью гасить любые чары, направленные на подчинение разума жертвы. За прошедшие века кристалл этот по кусочкам растащили вездесущие пронырливые колдуны, населяющие Аксеот, и след его практически затерялся в истории. Однако доподлинно известно, что один из осколков кристалла был преобразован в реликвию, получившую название Щита Разума, и реликвия эта столь знаменита, что отыскать ее не сложно.

(Даже странно что джин слышавший про никому ненужный меч-убийцу богов, вдруг не слышал про этот артефакт)

Эмилия Найтхэвен, сопровождаемая Солмиром, возвратилась в Великий Аркан, население которого находились под полным контролем безумного Гэвина Магнуса. Единственный шанс для героев заключался в нахождении Щита Разума до того, как Бессмертный Король сам его отыщет.

(Как удобно, злодей узнает о своей уязвимости одновременно с героями)

Оставшиеся верными Эмилии войска вызвались отвлечь на себя внимание нынешнего правителя Великого Аркана, дабы дать своей госпоже необходимое для поисков время. Фортуна благоволила к нашим героям, Щит Разума отыскался без труда, другое дело — стражи реликвии, титаны, не желали так просто с ней расставаться.

Завладев реликвией, герои пошли на штурм столицы Великого Аркана.Осада крепости, как и следовало ожидать, оказалась долгой и кровопролитной, но в конце концов Аркания пала. Магнус, видимо, позабыл, что именно Солмир, находясь к него в услужении, решал все военные и тактические задачи. Сам же Бессмертный Король, пронзенный Мечом Богов, остался лежать на поле брани. Но, видимо, волшебные свойства меча оказались сильно преувеличены, ибо раны Короля мгновенно затянулись. Поднявшись с земли, Гавин Магнус схватил лежащий неподалеку клинок и бросился на Солмира. Эмилия же, в мгновенном порыве, встала на пути его, и смертельный удар, предназначавшийся джинну, достался Королеве. Несчастная Эмилия медленно осела на землю, но деяние ее подарило Солмиру несколько лишних секунд, которые он использовал для того, чтобы направить магическую молнию в Хрустальный Маятник, адский артефакт Бессмертного Короля. Маятник взорвался тысячей осколков; Магнус пал на колени, прижав руки к голове и страшно крича, как будто его самого разрывало на части.

Эта битва была закончена.

Благодаря усилиям искусных целителей Эмилия Найтхэвен выжила. К несчастью меч, пронзивший ее, задел позвоночник и никогда боле эта женщина не сможет ходить. Тем не менее, жители Великого Аркана не желали никого иного в качестве своей Королевы и защитницы.

Как и следовало ожидать, с уничтожением Хрустального Маятника контроль над разумами жителей исчез. Гэвин Магнус связал и свой разум с этим артефактом, и ныне мозг Бессмертного Короля полностью разрушен. Вряд ли он когда-либо оправится.

(Так закончилась Цена Мира)

Нельзя сказать, чтобы судьба когда-либо благоволила к Голдоту. Будучи еще мальчиком, живущим в Эратии, он стал жертвой вампира из Гильдии Некромантов Дейи, и с тех пор последний частенько пользовался кровью этого смертного для подкрепления своих сил. Однажды Калибарр, будущий наставник Голдота (последний будет потом называть его Учителем и Хозяином), как-то сказал, что видит в мальчике силу, которой нельзя пренебрегать. Лич всячески пытался уговорить вампира отпустить мальца, однако тот не отпустил его (даже тогда, когда Калибарр предложил ему взамен десять маленьких детей). Поскольку Лоскан был членом Ордена Некромантов, руки Калибарра были связаны. Но и позволить вампиру в пустую растратить талант Голдота он не мог, поэтому устроил так, что о склепе вампира прознали святые крестоносцы. Для вампира это стало концом.

В день Расплаты, Голдот, настигаемый адским пламенем, в последнее мгновение успел прыгнуть в портал, но огонь обжег часть его плоти, сделав несчастного тем, кем он являлся сейчас: наполовину смертный, наполовину — нежить.

Последующие годы Голдот проводил в одиночестве, скрываясь от людей в лесных чащобах. Он не тешился иллюзиями по поводу своего нынешнего облика и знал, что стоит кому-либо из смертных лишь узреть его, вся округа бросится травить «ненавистного упыря». На самом же деле, он никогда не опускался до того, чтобы пить человеческую кровь, он довольствовался лесными зверьми, попадавшими время от времени в расставленные силки, да цыплятами, украденными под покровом ночи с окрестных ферм.

Так или иначе, существование Голдота не могло оставаться тайной вечно. И однажды ночью, когда последний выбрался из своей норы и отправился на ферму, дабы добыть там немного куриных яиц, он был схвачен селянами, скручен по рукам и ногам и препровожден в городок Витросс на восточной границе Великого Аркана.

И вот он стоит, привязанный к столбу посреди городской площади, а солдаты Королевы Эмилии раскладывают вязанки хвороста у его ног. Несчастный кричит о своей невиновности, но люди глухи к его мольбам: «Такие как ты никогда не бывают невиновны!»

Что ж, у Голдота не осталось иного выхода, как вспомнить давно забытое искусство черного волшебства, которому его некогда обучал Калибарр. Произнеся магическую формулу, осужденный на сожжение наложил на присутствующих заклинание паралича — довольно кратковременное, но вполне достаточное, чтобы успеть освободиться и бежать. Голдот бежал так, как не бегал с самого дня Расплаты, преследуемый тогда колдовским пламенем.

Витросс доказал ему, что «цивилизация» жаждет лишь предать его смерти; поэтому он углубился в леса, желая лишь как можно скорее увеличить расстояние между собой и городом, где его существование чуть не оборвалось. И спустя несколько дней лес закончился, открыв глазам Голдота обширное захоронение. Могилы и склепы.

Голдот пал на колени: с детства он не знал ничего, кроме могильного склепа, где вампир держал его во тьме и сырости лишь затем, чтобы пить его кровь. Неужто он прошел полный круг? Нет, Голдот не верил в судьбу, он считал, что каждый творит ее сам. Но сейчас он был в ярости, гнев его касался как людей Витросса, так и всех тех, кто с первого взгляда желал ему лишь смерти лишь за один вид его наполовину неживого тела. Давно забытые потоки магической энергии стекали по рукам Голдота и устремлялись во влажную землю захоронения. И потревоженные мертвецы восставали из могил, дабы предстать пред своим новым господином, отныне рекомым Голдотом Полумертвым.

Он отправлялся мстить. Мстить всем тем, кто презирал его и насмехался над ним. Мстить тем солдатам в Витроссе, что с упоением готовились сжечь его на костре, тем недалеким людишкам, что называли его «пожирателем детей».

И Витросс пал. Зомби, призраки и вампиры, составлявшие ныне войско Голдота, с особой жестокостью расправились с жителями городка, предав поселение огню. А затем Полумертвый призвал их души к себе в услужение, придав искалеченным телам некое подобие жизни.

В течение последующих месяцев Голдот создавал свое королевство — Некросс. Большая часть этого континента еще не была занята эрафийскими переселенцами, и Полумертвый даже близко не приближался к границам созданных людьми королевств — Великого Аркана и Паледры.

(Хотя до этого он находился на границе с Арканом и даже захватил один из его городов)

Он знал, что человеческие творения смертны, как и их создатели. Пройдут века, и Аркан, Паледра, и те кто будут после них просто исчезнут, раздавленные временем. А королевство нежити вечно, как вечны и его обитатели. Его собственное владение росло и набирало силу, равно как и армия нежити.

Однажды ночью Голдота посетило видение его учителя — Калибарра, приведя в смятение. Калибарр находился в неком странном месте, полном огня и невообразимых ужасов. Голдот находился в растерянности, все эти годы он полагал, что учитель его погиб в День Расплаты. Но что, если он жив и посылает это видение в надежде, что ученик спасет его? Но откуда? Антураж, в коем предстал Калибарр в видении, вызывал у Голдота лишь единственную ассоциацию: кригане!

Все полагали, что остатки этой дьявольской расы окончательно сгинули в катаклизме, однако новоявленный Король Некросса знал, что небольшое количество их все же пробралось в иной мир. Да, их ничтожно мало, они слабы и неорганизованы, но они существуют. И, судя по всему, Калибарр находится именно у них.

Не так-то просто открыть межпространственные Врата для перемещения в иную точку даже этого мира. Сие деяние требует огромной магической энергии, а секрет становления Врат утерян много столетий назад.

(Как тогда открыли портал на Аксеот?)

Но Голдот знал, теоретически, способ создать Врата на очень краткое время в точке пересечения магических потоков, пронизывающих всю Вселенную. Найти одну такую точку не составит труда: тщательное изучение природной магии во времена, проведенные им в Дейе, дало Голдоту необходимые для этого двеомеры. Другое дело — открыть Врата в нужный мир.

(Изучение природной магии (друидизма) в королевстве некромантов это мощно)

Счастливый случай привел в земли Некросса крестоносца Паледры, выступившего в священный поход против нежити. И он, по слухам, ищет здесь могущественный меч, Клинок Ангела, созданный специально для поражения демонов. А, по логике, мощь этого меча должна идти как раз из того мира, что дает демону его силы, иначе он не был бы столь эффективен, как о нем говорят.

(Чё? По вашей логике, вещь угрожающая демону, должна быть из родного для демона мира? Сценаристы в курсе, что ангелы не боятся света, демоны не горят в адском пламени, а нежить не гниёт под влиянием энергии смерти?)

И если Голдоту удастся завладеть Клинком первым и он разобьет его над точкой пересечения, то высвобожденная магическая энергия плюс сотворяющие заклинания позволят создать Врата в царство, где и находится Калибарр. Так хорошо все выглядит в теории, но практика намного сложнее.

(Да и в теории все это выглядит странно. Если найти точку пересечения потоков, пронизывающих вселенную, и высвободить над ней энергию определенного типа, то это никак не поможет тебе найти нужный поток. Это вообще никак тебе не поможет, особенно уже после сотворения заклинания и, соответственно, уже открытого портала)

Но, как ни странно, этот безумный план увенчался успехом. Голдот нашел криганского воина, охранявшего Клинок Ангела, который, как оказалось, был выкован древним криганом, а вовсе не ангелом, как многие думали.

(Ну да, культура Криган так похожа на Древних, что отличить изделия двух этих цивилизаций так сложно. Кто вообще сможет с ходу определить ангельский перед ним меч или демонический. Но самое главное, за каким хреном Криганам понадобился меч-убийца Криган? Они все следуют одной цели на уровне инстинктов)

Далее последовал запланированный ритуал, исчерпавший практически все силы Голдота, вылившийся в открытие Врат в иной мир, давным-давно опустошенный галактическим бедствием — криганами. Пройдя в портал, Король Некросса оказался в выжженной пустыне, покрытой толстым слоем пепла. И здесь, в этом богами забытом уголке Вселенной, обнаружился его наставник, Калибарр, пребывающий ныне в неживом состоянии.

(Он же и раньше был личем)

Опустошенный и начисто лишенный сил, последний позволил бывшему ученику увести себя во Врата, ведущие обратно в Аксеот, захлопнувшиеся прямо за их спинами. Ни сейчас, ни в последующие месяцы Калибарр не счел необходимым известить Полумертвого о том, каким образом он вообще очутился в этом пустынном мире, намекнув лишь, что все дело в заклинании, которое он использовал для того, чтобы покинуть Антагарич, когда пробил час Расплаты.

И здесь Голдот совершил первую свою фатальную ошибку, преданный своему учителю, он нарек того Королем Некросса, сложив с себя сий высокий ранг. Решение это вызвало огромное неудовольствие многих жителей его королевства, понимающих лишь язык силы. Какой смысл садить на трон слабого — пусть даже мудрого — монарха, если тому не под силу удержать его? Как следствие этого, вскоре в Некорруме, столице Некросса, вспыхнуло восстание, спровоцированное горсткой криган, окопавшихся там. Естественно, оно сразу же было безжалостно подавлено, однако уже сейчас чувствовалось, что порядок в королевстве начинает трещать по швам.

Калибарр призвал к себе Голдота и повелел тому найти пять Точек Силы — древних устройств, сведения о которых он почерпнул из книг, обнаруженных в руинах, коих нашлось предостаточно в этом уголке Ираниса. Согласно фолиантам, одновременная активация всех пяти устройств приведет к направлению магических потоков в единую точку и высвобождению там колоссального количества волшебной энергии. Именно ее Калибарр намеревался использовать, дабы восстановить утраченные силы и навести порядок в стране.

Отправляясь на выполнение этого задания, Голдот полагал, что учитель его хочет направить силы на отмщение криганам, просочившимся в королевство, за то, что они содеяли с ним в опустошенном и подвластном им мире, но он ошибался.

В течение последующих месяцев Голдот отыскал все пять Точек Силы и с их помощью направил волшебную энергию Калибарру, после чего вернулся в Некоррум. Прошло еще два месяца. Восстание криган было давно подавлено и, казалось бы, ничто не нарушало покой Некросса. Но Голдот стал все чаще и чаще замечать перемены, происходящие с его наставником. Калибарр сторонился всех и вся, проводя дни и ночи взаперти в своей келье. Однажды Голдот подсмотрел в замочную скважину, как тот магией создал портал прямо в своих покоях и со словами «Хозяин! Скоро мы воссоединимся!» направил в него энергию, исходящую из Точек Силы. Увиденное потрясло Полумертвого до глубины души.

Спустя несколько дней Король Некросса призвал к себе Голдота и повелел тому уничтожить вампира Малвича, после чего принести ему Посох Мертвого Дерева, коим тот обладал. Честно говоря, подобного приказа Голдот никак не мог ожидать: Малвич всегда являлся одним из вернейших союзников и атака на него существенно ослабит королевство. Но Калибарр не соизволил делиться своими замыслами и требовал полнейшего повиновения, черты лица его искажались от гнева, чего не случалось никогда в бытность в Гильдии Некромантов. Гнева, что граничил с безумием.

Голдот вторгся в земли Малвича, методично истребляя оставленные тем гарнизоны нежити. Тем временем из Некоррума поступило тревожное сообщение от призраков, коих Полумертвый оставил приглядывать за Калибарром. По словам оных, Король приказал доставить ему в башню всех смертных детей столицы, не объяснив, разумеется, зачем ему это понадобилось. Впрочем, Голдот догадывался, что несчастные дети предназначались для отправки через портал таинственному «хозяину» Калибарра. Полумертвый твердо решил для себя во что бы то ни стало докопаться до его истинной личины, пусть даже ему самому придется шагнуть в этот проклятый портал.

(Смертные дети в королевстве нежити, находящееся далеко от границы?)

Тем временем войска его достигли мрачного замка Малвича, был отдан приказ к штурму. Сам Малвич, направляя энергию Посоха Мертвого Дерева на атакующих, пытался сдержать натиск, испепеляя как смертных, так и неживых созданий, однако последних оказалось чересчур много даже для него, Голдот был хорошо осведомлен о возможностях Посоха, поэтому и привел с собой огромную армию, что просто смела гарнизон, охранявший замок.

(Смертные войска в армии нежити?)

Не пережил атаки и хозяин цитадели. Но когда Голдот поднял вожделенный Посох, покоившийся на трупе вампира, то заметил, что набалдашник артефакта отсечен. Если Посох чрезвычайно силен даже в таком состоянии, то какие бы силы получил обладатель восстановленного артефакта? Быть может, ему не составило бы труда подчинить себе мир-другой. Наверняка Малвич потратил не одно столетие на поиски набалдашника. Так или иначе, забивать голову всяческими фантазиями на этот счет не стоило, Калибарр жаждал узреть реликвию, а Голдот остерегался заставлять учителя ждать. И он направился обратно в Некоррум, стараясь не замечать умоляющих взглядов, бросаемых на него жителями, и детей, заточенных в клетки и оставленных под открытым небом.

Калибарр выхватил Посох из рук ученика и, не произнеся ни единого слова, направился в свои покои. Голдот последовал за ним, все еще мучаясь сомнениями по поводу принятого им решения. Но когда его учитель ступил в таинственный портал, ученик сделал то же самое, ибо отступать было уже некуда.

(Прошел через портал другого мага, совершенно незамеченный этим магом? Просто ниндзя от мира нежити)

То, место где он оказался, даже отдаленно не напоминало мир смертных, отсутствовало малейшее сходство и со Стихийными Планами. Голдот мысленно окрестил его Планом Смерти, ибо антураж иного выбора и не оставлял — ледяной холод, серые окрестности, застоявшийся воздух.

(Откуда ученик некроманта знает как выглядят планы стихий, если с ними знакомы только Повелитель Стихий Тарнум, маги Бракады, которым стерли память, и Герои сопряжения, избранные Лордами Элементалями?)

Калибарр, пресмыкался перед некой огромной человекообразной фигурой в черных одеяниях. Последний, не замечая укрывшегося за нагромождением камней Голдота, передал Калибарру череп некоего существа и повелел тому ровно через три месяца, когда планеты в небесах Аксеота займут строго определенное положение, соединить это череп с Посохом Мертвого Дерева, создав таким образом Нечестивое Дыхание, что уничтожит все живое в мире. И тогда хозяин Калибарра получит Аксеот в свое собственное владение.

(Как удобно, что столь редкое явление как парад планет произойдет так скоро. И ведь как все сложилось и исполнителя подобрали удачно, и ученик у исполнителя послушной собачонкой дал координаты нужного мира)

Ужаснувшись, Голдот бежал прочь, преследуемый своим бывшим учителем, почуявшим присутствие ученика в этом плане бытия. Последний же все гадал, что за существо этот хозяин Калибарра, если жаждет погубить всех смертных созданий Аксеота, и забрать себе мертвый мир? Похоже, ему все же придется сойтись с учителем лицом к лицу, даже если он и сумеет воспрепятствовать созданию Нечестивого Дыхания, то угроза уничтожения мира будет существовать до тех пор, пока жив сам Калибарр.

Вернувшись сквозь портал в Некоррум, Голдот первым делом вызволил находящихся в заточении смертных детей, отправив их в небольшой форт к западу, находящийся под контролем лояльных ему войск. Полумертвый не тешил себя иллюзиями, шансов уничтожить Калибарра до ожидаемого тем парада планет, когда Аксеот перейдет под контроль Бога Смерти из иного плана бытия, практически нет. И тут на помощь ему пришли никто иные, как Кригане, лидер недавнего восстания, Сураз, чудом избежавший казни, предложил Голдоту свои услуги в обмен на небольшое герцогство в пределах Некросса, что находилось бы под полным контролем демонических бестий. Понимая, что отказываться от любой помощи в его положении по меньшей мере глупо, Полумертвый согласился, и немногочисленные, но яростные кригане дополнили его армию нежити.

Прошло два с половиной месяца, прежде чем Голдот собрал достаточно сил для штурма Некоррума. Столица пала, многие из ее жителей сразу же переметнулись в лагерь Полумертвого, ибо Калибарр не пользовался их любовью с самого начала правления. Сам же лич — наставник Голдота — принял смерть от руки своего ученика, а страшный портал в его покоях был разрушен.

Голдот вернул себе трон, добровольно отданный им ранее, ему предстояло заново отстроить свое королевство, вотчину как жизни, так и смерти. Эти два понятия неразделимы, также как добро и зло. Нужно лишь найти золотую середину между ними и руководствоваться ею в своих деяниях. Таково отныне кредо Голдота Полумертвого.

(Так закончилась Компания Полумертвый. Некросс стал королевством где было место как для нежити, так и для живых. Такая себе утопия от мира фэнтези. Даже интересно, где он достал живых граждан, если жил далеко от границ прочих королевств? Так же есть некоторая путаница в датах, компания Голдота и Эмилии начинаются в один год, что кажется невозможным. Так как Полумертвый не пересекался с Гэвином Магнусом, но был в одном из городов Аркана. В целом считается, что события этой компании происходят уже после событий Цены Мира.

Разбор дополнений в следующей части, но даже сейчас, если собрать все рояли из кустов и продать их, то можно новую игру сделать. А уж об нарушении даже внутреннего ЛОРа и говорить не хочется)

История Аксеота (DLC Героев IV)

В захолустной таверне Девоншира, королевства Лодвара, тайно встретились пять героев, неведомых этому миру, в срочном порядке нуждающемуся в спасении. Им стало известно, что амбициозный чародей Хексис в результате проведения магических изысканий по соединению заклинаний сфер природы и смерти нарушил хрупкий баланс сил и теперь Лодвару грозит полное уничтожение. Дабы остановить зарвавшегося колдуна, пятерка героев отправилась на поиски легендарных артефактов, соединив мощь которых, можно будет попытаться противостоять безумному, но могучему чародею. Их имена — Боб, архимаг; Аграйнель, бард; Козусс, чародей; Алита, жрица; Догвоггл, варвар.

Задача, поставленная перед Бобом, заключалась в нахождении пяти легендарных вещей, носимых ранее Неваром, знаменитым архимагом древности. Сейчас этот комплект растащили вездесущие лодварские колдуны, которые, прямо скажем, не горят желанием расставаться с доставшимися им реликвиями.

Первый из артефактов Невара — Сапоги Странника, по сведениям Боба, находился во владении друиды Эрадавны, владычицы Острова Костра. Там же обитали варварские кланы, объединенные в единую нацию давней приятельницей Боба — Виолеттой. Однако, как того и следовало ожидать, вожди некоторых кланов противились власти над собой женщины, и наконец открыто восстали против оной. Как следствие, между Виолеттой и Бобом был заключен договор: архимаг помогает варварше усмирить непокорных, а взамен получает ее поддержку в грядущем столкновении с силами Эрадавны.

В лесу Раймфрост жил Делнар, мастер магии порядка и по совместительству владелец второго элемента облачения Невара — Шляпы Архимага. Однако на пути к нему означился непонятно откуда взявшийся вождь варварского клана Гурту, основной противник власти Виолетты. А это значит, что старые союзники — архимаг и варварша — вновь объединили усилия для решения проблем друг друга.

Третий искомый артефакт — Плащ Ангела — содержался в ведении Альберона, мастера магии жизни, обитавшего в Сверкающих Равнинах, заснеженных северных областях Лодвара. Однако враждебные Виолетте варварские вожди, предводительствуемые наиболее сильным из них — Орехой, похоже, смекнули наконец что к чему и, в попытке скопировать тактику противника, предложили Альберону скооперироваться в борьбе против обнаглевшей парочки. Но это все равно не помешало героями победить.

(Это новый уровень, господа, вместо боевого товарищества, у нас есть просто два старых друга, интересы которых каждый раз странным образом пересекаются. Просто зачем? Почему бы не рассказать историю про мага и его подругу/любовницу/телохранительницу, нужное подчеркнуть, из варваров?)

Исполнив желаемое, Виолетта с чисто варварской непосредственностью покинула своего приятеля-архимага, искренне пожелав ему удачи в поисках двух оставшихся предметов облачения Невара, и отправилась восвояси. Боб же продолжил свое странствие, что привело его в горы Анон, где среди потоков раскаленной лавы и крайней сейсмической нестабильности проводил отмеренные ему годы Райлон, мастер магии хаоса и нынешний владелец Кольца Огня.

И теперь лишь одного предмета не хватало в собранном архимагом наборе, Посоха Разрушения Невара, в настоящее время являющегося частной собственностью темного лорда Кардониса, отрешившегося ныне от мира живых и засевшего в Болоте Мертвых. Последний, однако, и сам внимательно следил за перемещениями Боба и теперь был несказанно рад, лелея мечты о легендарных реликвиях, плывущих ему прямиком в руки. Вот только Боб оказался сильнее врага.

(Так закончилось компания Повелители Магии)

Юный и безрассудный чародей Козусс с радостью ввязался в авантюру, задуманную его компаньонами. Надо сказать, сам Козусс никогда не обучался магическому искусству в лодварских школах волшебства и по-существу являлся самоучкой, «диким» чародеем. Однако уникальный талант юноши заключался в умении сочетать заклинания противоположных сфер — порядка и хаоса, при этом не разрушая самого себя. И, дабы усилить свои потенциальные возможности и хотя бы приблизительно вывести их на уровень Хексиса, Козусс отправился на поиски реликвий, олицетворяющих как хаос, так и порядок, не говоря уж о необходимом балансе между ними.

(Ну круто, пока одни легко проворачивают невозможное, другие делают это с большим трудом и подвергают весь континент угрозе. Кстати на мой взгляд, смешение природы и смерти намного более простой и логичный процесс, чем смешение хаоса и порядка)

И первый искомый им артефакт — Пламя Хаоса, был скрыт глубоко в джунглях Алдамара, раскинувшихся вдоль южного побережья Лодвара. Местоположение его знал лишь таинственный Оракул Хаоса, пославший прибывшего Козусса к цепи островов у побережья Лодвара, на одном из которых и находилось Пламя. Высадившись с корабля на самом большом острове архипелага — Алагаше, чародей продолжил поиски. К несчастью, племена аборигенов, населяющие острова, не оказались в восторге от факта пришествия чужака в их вотчину и приготовились дать ему достойный отпор.

Отыскав Пламя Хаоса в пещере, скрытой под действующим вулканом на одном из островов, Козусс с радостью покинул знойные джунгли и вернулся на материк. Теперь путь его лежал в пограничный район королевства Мерлион — вотчину мудрецов и ученых, где, по слухам, в древней библиотеке хранился второй необходимый чародею артефакт — Ледяные Весы. Отыскав их, чародей направился на север, в приморский город Тулларн, намереваясь на корабле пересечь Мерлионское море, что даст ему возможность добраться до крепости Джелрих, столицы Мерлиона, где во владении векового Защитника королевства, теневого мага Салдрина, находится последняя нужная самоучке реликвия, Ожерелье Баланса.

К счастью для Козусса, Мерлион раздирала междоусобица: некий безвестный варвар с типично расовым скудоумием восстал против использования волшебства в пределах королевства и даже подбил соплеменников на мятеж. Восстание, естественно, безжалостно подавлялось мерлионскими властями, но как раз оно дало Козуссу несколько лишних недель для проведения своей кампании, завершившейся триумфальным взятием Джелриха и наложением рук на Ожерелье Баланса.

(Так закончилась компания Влечение Противоположностей. Я вообще её не понял, за каким чертом ему понадобились артефакты для смешения двух противоположных стихий, если он и так это умеет? Почему главный злодей не озаботился подобным набором?)

В детстве Аграйнель рано лишилась любящей семьи, погибшей во время набега из соседнего королевства, и решила избрать путь барда, чтобы увековечить память о своей семье в песнях. Приняв решение присоединиться к альянсу против Хексиса, она первым делом отправилась на Остров Рассвета, чтобы отыскать там волшебную Мандолину Аифф с целью усиления своих магических способностей. Однако город Дэвенпорт, где Аграйнель рассчитывала найти поддержку и помощь в поисках, оказался пуст, чума выкосила большинство местных жителей. Чудом спасшийся мэр поведал девушке, что в случившемся наверняка виновата нежить, объявившаяся в северо-западных землях острова, и предложил помочь друг другу: уничтожение оживших мертвецов в обмен на информацию о Мандолине. Аграйнель пришлось принять условия сделки.

В фолиантах библиотек других городов Острова Рассвета содержались любопытные факты о предмете поисков Аграйнель, в частности о двух волшебных предметах, имевших некое отношение к Мандолине: Кольчуге Гармонии, носимой ранее древним эльфийским героем и хранящейся теперь в городе рудокопов Вердигрисе, и Ожерелье Муз, спрятанном в регионе к востоку от Громовых Гор.

Однако Вердигрис оказался разрушен все теми же силами нежити, объявившимися на острове, и, похоже, твари забрали с собой Кольчугу. Стоит предположить, что именно её они и искали.

(Долгие века валялись, никому не были нужны, но только наша героиня зашевелилась, как всем тут же понадобились реликвии)

Захватив город Твин Пикс, который был прибежищем армии нежити, и покончив с их предводителем — лордом Дарнемом, бард выяснила, что Хексис прознал о поисках Мандолины и, чтобы помешать Аграйнель прибрать реликвии, отправил своих слуг помешать ей. Забрав у павшего Дарнема похищенную из Вердигриса Кольчугу Гармонии, героиня отправилась на восток, к Громовым Горам.

(Мне просто интересно, откуда он о ней узнал?)

Местные жители сообщили Аграйнель, что армия нежити в этом регионе базируется к юго-востоку от гор, и во главе её стоит некромант Харканус, не иначе как очередной прихвостень Хексиса. Харканус уже отыскал Ожерелье Муз, что облегчило Аграйнель задачу: атаковав замок некроманта, она получила артефакт в свои руки. По сведениям, магически заключенным в кольчугу и ожерелье, бард сумела определить местонахождение Мандолины Аифф — в предгорьях у города Улудина, владениях черного рыцаря Морданиса.

(Как удобно. Мало того, что необходимые подсказки были заключены в легко обнаруженные артефакты. Так они еще и не были зашифрованы, их написали на понятном любому современному человеку языке. Ведь все знают, что за века язык никак не меняется)

К счастью, улудинские жрецы и паладины сами не жаловали нежить, и отстроили повсюду столько храмов и святынь, что мертвецы боялись бродить в округе. Именно этот факт позволил Аграйнель практически беспрепятственно заняться поисками реликвии, не обращая внимания на околачивающегося поблизости Морданиса. Мандолина отыскалась достаточно скоро благодаря неоценимой помощи местных оракулов, и вот уже Аграйнель на пути обратно к товарищам, готовая бросить вызов Хексису.

(Так закончилась компания Ещё Одно Сказание Барда)

Догвоггл, нахальный и самоуверенный молодой варвар, страдающий манией величия, ввязался во всю эту авантюру с Хексисом явно не от большого ума. Просто когда в девонширской таверне обсуждались волшебные артефакты и легендарная Тигриная Броня ставилась в список вещей, «которые невозможно отыскать», Догвоггл вызвался совершить именно это. И вообще, кто сказал «невозможно», если даже трактирщик знал, что Броня находятся во владении трех варварских вождей-братьев, кланы коих населяют окрестные земли. По слухам, все три безумны, однако в стане варваров сумасшествие не такая уж редкость — представители какой еще расы получают удары по голове столь же часто?

(Я правильно понял? Все знают у кого артефакты находятся, но при этом утверждают, что их невозможно отыскать?)

Первый из братьев — Адрам Черный Меч, которому Догвоггл нанес визит вежливости, был больше сосредоточен на своем с детства любимом хобби, сбором черепов гарпий, чем на управлении вверенной ему вотчиной. Как следствие, он не стал серьезным противником, однако вопреки ожиданиям вместо Тигриной Брони у него обнаружился Морозный Молот. Что тоже было неплохо. Следующий был — Карсас Черный Меч.

Заручившись поддержкой парочки некромантов, отстроивших замки на границе с землями Карсаса, Догвоггл выступил в поход, завершившийся, опять же, довольно скоро, как только Карсас прознал про орудующего в его владениях чужака. Черный Меч пригрозил поддерживающим Догвоггла некромантам мгновенной расправой, если те не отрекутся от союза. И те, поджав хвосты, приняли условия Карсаса. За что и поплатились: Догвоггл не щадил предателей. Прибрав к рукам владения некромантов, варвар атаковал самого Карсаса, разгромил выставленные против него войска и, наконец, добрался до лидера. Стащив с оглушенного тела Черного Меча Тигровую Броню и напялив ее на себя, Догвогл голышом отправил противника в подземелье, заполненное нежитью.

(Зачем вообще было пачкаться об союз с нежитью, если тебе хватало сил сокрушить и врага и бывших союзников в одиночку?)

Теперь путь нашего весельчака-варвара лежал в земли, именуемые Кулдросс, где окопался последний из троицы Черных Мечей — Пратлан. Правда, по пути до Догвоггла дошли слухи о вспыхнувшем недавно здесь восстании и о вероятной потере Пратланом Тигриного Шлема, но варвара это не остановило.

У местных крестьян Догвоггл выяснил, что в результате мятежа Пратлан потерял управление Кулдроссом и где-то скрывается, а вассальные лорды, свергнув его с трона, перегрызлись друг с другом за право правления. Опальный сюзерен обнаружился скрывающимся глубоко в подземельях, раскинувшихся под горной грядой на западе Кулдросса. Неподалеку нашелся и Тигриный Шлем, спрятанный Пратланом в святыне на вулканическом плато. Догвоггл был крайне доволен собой: он не только получил наконец полный комплект Тигриной Брони, но и положил конец земному существованию трех братьев Черных Мечей, весьма нервировавшим его в прошлом.

(Так закончилась компания Право Сильного. У этой компании есть предыстория, связанная с компанией варваров основного сюжета, но 3DO не дали ей хода, как и еще паре кампаний, зато в качестве дополнения к Героям 7 Юбисофт выпустила «Потерянные Легенды Аксеота», где было две компании не связанные с Асханом, зато рассказывающие предысторию Аксеота. События этих компаний я буду рассматривать отдельно, как работу сторонней студии разработчиков и компании издателя)

Воспитывавшуюся как жрицу, Алиту Эвентайд всегда интриговала мистерия смерти. Несмотря на всегда существующий риск поддаться искушению тьмы, она тайно изучала магию смерти, не забывая практиковаться и в магии жизни. Семья отреклась от Алиты, когда раскрылось ее тайное увлечение. Она была изгнана и из монастыря, так что ей пришлось начать новую жизнь в Девоншире, но девушка никогда не переставала совершенствоваться в избранных ею магических сферах. Поэтому и отправилась на поиски Кольца Света и Плаща Тьмы — артефактов, олицетворяющих ее стихии.

Поиски Алита начала в Дарашанне — королевстве, управляемом фанатичной группировкой, именуемой Рукой Света. Именно там она повстречала своего старинного приятеля — Алленвейла, который много лет назад двинулся в Дарашанн, чтобы присоединиться к Руке Света, однако довольно скоро распознал порочность ордена, за что заработал титул предателя нации и теперь коротал дни в тюрьме строгого режима, откуда и был вызволен подругой детства.

Алита, сопровождаемая Алленвейлом, встретилась со своим осведомителем в стане врага, который и поведал ей о местонахождении искомых артефактов. Нельзя сказать, что полученная информация сильно обрадовала жрицу, Кольцо Света содержалось в сердце Дарашанна, Цитадели Руки Тьмы.

(Да, у фанатичного ордена света была цитадель с таким странным названием)

Цитадель в итоге была захвачена.

Теперь добыть Плащ Тьмы. По сведениям, полученным от осведомителя, артефакт находился к востоку от земель, занятых Культом Головы Смерти.

(Еще один культ, скрывающийся за громким названием)

На поверку оказалось, что некроманты Головы Смерти куда как серьезнее шутов из Руки Света. Под покровом ночи силы вампиров и призраков атаковали отряд Алиты и выкрали злосчастного Алленвейла, предложив жрице ультиматум, жизнь ее друга в обмен на отказ от поисков Плаща Тьмы. Эвентайд бросила все свои войска на штурм Руки Смерти, столицы Культа.

(Сволочи!)

Попутно она набрела на жилище старого некроманта, у коего обнаружилось ничто иное, как Плащ Тьмы, пылившийся в сундуке долгие десятилетия.

(Так закончилась компания Дело Жизни и Смерти. Почему союз Смерти и Природы опасен для мира, а союз Жизни и Смерти нет? Почему маг-самоучка с талантом в смешении сфер решил собрать не только артефакты усилители, но и инструмент для гармоничного смешения, а жрица-недоучка нет? Почему некроманты культа требовали у жрицы отказа от поисков артефакта, которого у них не было? И ради всех богов, почему артефакт усиливающий магию Смерти просто пылился в сундуки у мирно живущего некроманта? Он должен был использовать его сам, или бы артефакт у него отобрал находящийся рядом культ)

Буря, несомая Хексисом, уже чернела на горизонте. Территория, опустошенная его хаотичной магией, все расширялась на север, и практически достигла границ Девоншира. Пятерка воссоединившихся героев, вооружившись новообретенными артефактами, в срочном порядке отправилась юг, во владения безумного чародея. Чем дальше они углублялись в эти проклятые земли, тем явственнее проступали игры Хексиса с природой: откуда ни возьмись налетали снежные бури, землю сотрясали землетрясения, а дороги патрулировали странные твари, коих раньше и близко не водилось в Лодваре — не иначе как продукт деяний их противника.

(У вас два как минимум два человека балуются смешением противоположных стихий, да и для звания архимага, нужно изучить минимум три школы, но тут конечно можно было взять просто смежные для своей)

С трудом преодолев единственный перевал, соединявший Девоншир с землями Хексиса, герои углубились во вражеские земли. Чем дальше, тем явственнее ощущался ужас, творимый безумцем с природой. За ночь на юге появился вулкан и, хотя сейчас стояла середина лета, утром солнце осветило покрытые снегом холмы на востоке. Герои стали замечать чешуйчатых птиц, а то, что сначала показалось им длинным ручьем у реки, при ближайшем рассмотрении оказалось следом некой огромнейшей твари. Однажды во время ночного привала Догвогла разбудил пролетающий над лагерем полосатый медведь, и весь последующий день беднягу пришлось отпаивать дворфским элем в целях восстановления нервной системы. Дальше — хуже. По мере продвижения отряда в южные земли буквально в течение часа ветер и дождь уступали место обжигающему солнцу, которое, в свою очередь, сменялось непроглядным туманом. По ночам стояли либо обжигающие морозы, либо удушающая жара.

(Что за наркомания)

Тем не менее, несмотря ни на что, пятерка достигла оплота Хексиса и сумела уничтожить колдуна. Естественно, реликвии, на поиски которых было затрачено столько сил, оказали героям неоценимую помощь в произошедшем сражении.

(Нет. Без шуток, несмотря на то, что вещички мощные, а комплект Боба и вовсе читерство, позволяющее игнорировать любое сопротивление к магии, но незаменимыми артефакты не являются)

Лишь Хексис пал, небо над его твердыней прояснилось, следы Надвигавшейся Бури исчезли бесследно. Возвращаясь в Девоншир, герои повсеместно замечали следы исцеления природы, и спустя несколько месяцев уже ничто не будет напоминать о едва не разразившейся здесь катастрофе.

(Так закончилось DLC Грядущая Буря. Закончилась откровенно странно, но я не буду утомлять вас еще одним длинным комментарием. Переходим к следующему дополнению вышедшему к четвертым Героям)

Вихри войны объяли северный (безымянный) континент Аксеота, пятеро алчных владык сопредельных держав сродни стервятникам бросились на растерзание королевства Шэннон, оплота поборников добра и света. Каждым из захватчиков движут свои корыстные мотивы, каждый стремится быстрее соперников добраться до Рилоса, величественной столицы Шэннона.

Спазз Матикус, король острова Орилиос, был весьма недалеким человеком, что, впрочем не помешало ему заняться расширением границ своих земель. Вопрос о врагах, наживаемых в процессе и об удержании своими небольшими силами новые территории нашего «монарха» совершенно не заботил. Первым делом Спазз разорвал заключенное предыдущим королем Орилиоса соглашение с эльфами Арбор’ала, по которому людям дозволялась добыча определенного количества серы на эльфийских территориях. Наплевав на все и вся, Спазз ввел войска в южный регион Арбор’ала, в предгорья Андуранских хребтов. Эльфийские Хранители, размещенные здесь королем Эрутаном, прежде чем пасть пред вторгшейся армией, успели основательно ее потрепать, что сподвигло Матикуса на рождение идеи о поисках могущественного союзника, за спиной которого можно при случае и укрыться.

Так, король оставил Арбор’ал и отправился в Ржавую пустыню, что на границе Корресана, вотчины могущественного лича — барона фон Таркина. Как ни странно, по дошедшим до Спазза слухам, барон находился далеко на севере, сокрушая южные бастионы Шэннона, тем же самым, во имя лишь одним им ведомым причин, занимались и эльфы. Труднее всего представить последних в союзе с нежитью, но слухи явно претендовали на истину. Впрочем, задача Спазза Матикуса существенно облегчалась: в пустыню он отправился лишь затем, чтобы заручиться поддержкой обитающего здесь мегадракона, все всяких сомнений — одного из наиболее великих созданий этой вселенной.

(Если воровать у самих себя, то это не преступление)

Конечно же, столь значительная персона не станет очертя голову рваться в бой, следуя на поводу у королишки заштатного островка, однако, тяга к разрушению лежала в основе природы мегадракона, потому тварь и выступила как союзник Матикуса, по крайней мере, на ближайшее время.

Возликовав, король отправился прямиком на север, где кольцо опоясывающих Шэннон гор было проходимо лишь в одной точке — на перевале реки Морозного Ущелья, бдительно охраняемого королевским гарнизоном под началом рыцаря Лютера д’Вальта. Дабы устроить ему надлежащий сюрприз своим появлением на сцене, Матикус вкупе с мегадраконом «убедили» дворфов из местной рудодобывающей колонии организовать небольшой подгорный тоннель, ведущий прямиком к цитадели Лютера и минующий все внешние ее укрепления. Затея увенчалась успехом и, оставив позади дымящиеся останки павшей крепости, армия Спазза Матикуса совершает стремительный бросок в направлении Рилоса.

(Так закончилась компания Повелитель Мира)

С древних времен в варварском клане Монго бытовала традиция, согласно которой претендент на место вождя обязан свершить некий подвиг, доказав, что он достоин. И теперь Монго, племянник здравствующего короля Болингара, пересек море, высадившись на северном побережье Шэннона, с намерением приобщить эти земли к территориям, подвластным Болингару, что автоматически передает ему престол после кончины дяди. Много лет назад в этом месте уже высаживалась экспедиция соплеменников Монго, но связь с ними прервалась. Если верить картам, сооруженная тогда варварами крепость должна находиться в двух днях пути к югу.

И все бы хорошо, вот только Болингар отправил в Шэннон еще одного своего племянника — Отука. Старику явно приспичило столкнуть лбами двух претендентов на его трон. Монго заподозрил неладное, когда из кораблей, что должны были доставить припасы его воинству, два корабля так и не появились. А спустя всего несколько дней пошли слухи об еще одной армии варваров, захватывающей селения шэннонцев чуть западнее. Недолго думая, Монго бросился проверять правдивость полученных сведений, после непродолжительной сечи Отук был пленен и водружен на первый же корабль, отправлявшийся на северную родину. Конечно, варвар был несколько уязвлен проявленным Болингаром недоверием, хотя в глубине души прекрасно понимал своего короля.

Спустя несколько дней варварская орда оставила северные регионы Шэннона, углубившись в лесистые угодья, когда путь им преградила Великая Стена, тянущаяся на много миль в обе стороны. С истинно варварской непосредственностью Монго приказал попросту разбить ее выстрелами из катапульт, после чего двинулся дальше, тут же забыв о недавнем препятствии.

(Ох, больно мне. Монгольская орда не имела осадных мастеров и пошла за ними в Китайскую Империю, самую развитую страну своего времени. Прежде чем прорвать Великую Китайскую стену в ущелье Наньцзю, армия Чингисхана сначала выманила большую часть защитников в открытое поле, и только потом подступилась к обескровленным укреплениям, которые долго штурмовали. Только захватив китайских осадных мастеров, монголы смогли быстро разрушать укрепления, а не бегать под стенами с лестницами.

Тут же какие-то идиоты построили для защиты от варваров совершенно бесполезную стену, которую легко разрушили банальной катапультой. Если уж вы желаете сделать кальку на исторические события, делайте их по умному. Целую миссию можно было посвятить добыче осадных машин, это была бы и дань реализму и не нарушило бы ваш «сюжет»)

Правители Шэннона, наконец-то осознав масштабы идущей с севера угрозы, отправили в том направлении войско, однако, так как обреченному королевству приходилось вести ожесточенные сражения сразу на нескольких фронтах, войско это оказалось более чем скромным и практически не замедлило продвижения варваров к столице.

Две недели спустя Монго достиг восточного берега реки Драконьего Покрова. Среди дремучих лесов этого региона одиноко высился замок Ривервью, что являться основным бастионом северного Шэннона. Комендант, сэр Даннос, не пожалел казенного золота, наняв несколько отрядов искателей приключений для поимки варварского лидера. Последнему же поступило несколько срочных донесений от лазутчиков, в коих значилось о боевых действиях Шэннона против южного королевства Корресан, а также о непонятных «инцидентах» на западе на границе с эльфийскими землями.

Оставив за спиной Ривервью, над разбитыми воротами которого колыхалось на ветру мертвое тело сира Данноса, Монго устремился на юг. Скоро он сместит стареющего Болингара и провозгласит себя королем. Уже совсем скоро.

(Так закончилась компания Орды Варваров)

Мистерио Великолепный, маг-правитель Квассара, прожил на свете немыслимое количество лет, но всегда панически боялся лишь одного — смерти. И когда до него дошел слух об открытии жрецами юго-западного Шэннона секрета бессмертия, Мистерио предложил им немыслимые богатства за обладание вожделенными сведениями. Жрецы же ни в какую не соглашались делиться обретенной тайной, решив, что сведения эти ни под каким видом не подлежат разглашению.

(Ересь первой пробы, безоговорочный Экстерминатус)

Отчаявшись, Мистерио атаковал приграничные города Шэннона в попытке силой вырвать необходимую ему информацию у местных лордов. Один из них, Эрин, указал правителю Квассара на одиноко стоящую башню в нескольких десятках миль к югу, где, по словам его, жрецами жизни тщательно оберегался секрет бессмертия.

(Странно, что местные лорды не попытались отбить этот секрет у жрецов)

Этот регион у моря Сеньяк именовался Сулдуссар, и населяли его воинственные кочевые племена и разрозненные варварские общины. Именно сюда направился воодушевленный и вновь окрыленный надеждой Мистерио Великолепный. Радость от скорого обладания бессмертием несколько портили доставленные сведения о разграблении фон Таркином древних захоронений на квассарской границе, но эта проблема может немного подождать.

И вот, наконец, она, башня. Распутав все наложенные, и, надо сказать, не особо хитроумные, охранные заклинания на воротах, Мистерио гордо прошествовал внутрь лишь затем, чтобы выяснить прискорбный факт: башня эта пустует уже очень давно. Хитрый шэннонский лордик попросту попытался его провести, вероятно, даже не восприняв всерьез.

Раз так, королевство Шэннон подлежит полному и бескомпромиссному покорению. И Мистерио ввел свои войска в район горы Нокилли, что к востоку от Рилоса. Взятие контроля над этими землями является лишь вопросом времени, а до столицы отсюда рукой подать. Правда, сведения лазутчиков заставляли задуматься: захватчики, пришедшие из-за моря; силы природы, сошедшие с ума и опустошающие все на пути войска нежити. Владыке магов стоит поучаствовать в подобной заварушке.

(Так закончилась компания Мистерио Великолепный)

Эрутан Револ, Король-Хранитель Арбор’ала, долгое время смотрел на противную природе вырубку шэннонцами лесов для постройки селений и расширения своих владений. В один прекрасный день терпение эльфийского владыки лопнуло, объединив подвластные ему силы друидов и следопытов, Эрутан вторгся в западные пределы Шэннона.

(До этого говорилось, что в южные)

Священная Долина Друидов на границе двух королевств оказалась окружена объединенными силами рыцарей и варваров. Покончив с ними, эльфы двинулись дальше на восток, где был воздвигнут город Гинвил, известный торговый центр. Но для Эрутана, стремящегося сровнять до основания все, созданное людьми и отобранное ими у природы, город этот был лишь еще одной целью, как следствие — он был попросту разрушен. Немногочисленные выжившие бежали вглубь Шэннона, намереваясь предупредить правителей о грозящей напасти, а по пятам их шло сосредоточенное и угрюмое эльфийское воинство.

(Так закончилась компания С Меня Хватит, я честно пытался найти в ней если не ЛОР, то хотя бы сюжет, у меня не получилось)

Барон фон Таркин, правитель пустынного Корресана (не путать с Квассаром, обителью магов), основательно подустал от окружающих его суетных, бурлящих жизнью земель. Уже прошла целая вечность с тех пор, как он уничтожил предыдущего правителя Корресана, дьявола-кригана Максимильяна Девлоса, немедля воскресив его в образе нежити.

(Ну вообще «вечность» это громко сказано, максимум лет 500)

И теперь фон Таркин напряженно размышлял, куда бы направить свою нерастраченную энергию, а заодно и скопившееся за столетия и простаивавшее без дело воинство: на северо-восток в земли Квассара, подвластные колдуну, вероятно, прожившему на свете не меньше его самого, или — на северо-запад, в Шэннон, вотчину жрецов жизни. Атака Шэннона куда более рискованна, но, захватив его, можно расширять свою империю смерти в любом направлении.

Приняв решение, фон Таркин немедля перешел к активным действиям. Разграбив древние гробницы на границе с Квассаром, лич получил во владение хранимое так золото и магическое снаряжение, а главное существенное прибавление в рядах своего воинства нежити.

Как и ожидалось, войска Квассара даже не успели отреагировать на вторжение, а армия Корресана уже оставила его границы позади, углубившись на территорию Шэннона. За следующую неделю опустошению подверглась дюжина городов и селений, имевших несчастье быть возведенными на пути войска фон Таркина. Нежить не щадила никого; ряды армии лича все возрастали.

(Дюжина — это 12, 12 городов за неделю, это почти два города в день, по моему это слишком шустро даже для неутомимой нежити)

Перейдя долину Альдерот, воинство оказалось у гор Драконьего Седла и, взяв под контроль все три возможных перевала, устремилось далее. До фон Таркина все чаще стали доходить странные слухи о неких варварах на севере и эльфах на западе, также движущихся по направлению к столице. Да и разрозненные и терпящие поражение за поражением отряды рыцарей Шэннона отступали к Рилосу, своему последнему бастиону.

(Так закончилась компания Поступь Смерти и, в принципе, на этом можно закончить DLC Вихри Войны. Там будет еще одна компания, хотя скорее сценарий, где мы можем выбрать одного из уже представленных владык и за него сокрушить конкурентов и взять столицу Шэннона. В целом, как я и говорил, дополнения вышли на удивление слабыми. Немногочисленные отсылки к основной серии скорее бесят обилием ошибок, чем связывают события между собой. И меня очень интересует, куда делись боги, о которых нам рассказывали в Девятой МиМ?

Сюжет и ЛОРные добавки в мир Аксеота от Юбисофт я рассмотрю в отдельной части, как этакую прелюдию к ЛОРу Асхана)

История Аксеота (Бонус от Ubisoft)

(В начале нужно сделать уточнение, что несмотря на то, что игры серии Героев для Юбисофт всегда делали разные компании, одна из которых была даже русской компанией Невал, сценаристами всегда были люди самих Юбиков. Все сценарии и сюжеты были написаны специалистами компании Издателя, поэтому словесно пинать я буду именно их)

Женевьева родилась в столице Эрафии, Стедвике, но она не была ни дворянкой, ни даже просто обеспеченной горожанкой. Дочь шлюхи, родившаяся в нищете, и никогда не знавшая своего отца. Женевьева выросла в этой среде, и хотя ее мать и другие проститутки относились к ней только с добротой, она ненавидела свое окружение. Он считала это позором и сбежала из дома в возрасте 11 лет.

Решив покинуть не только город где родилась, но и страну, Женевьева двинулась куда глаза глядят. Она шла по обочине дороги, когда увидела, как несколько бандитов напали на богато украшенную карету. Охранники экипажа храбро сражались, но их было меньше, и они не могли противостоять заклинаниям мага - лидера бандитов. Из кареты вытащили трех женщин и девочку ее возраста. Женевьева знала, что их ждет, и после этого, возможно, бандиты продадут женщин в рабство. Они окажутся, как ее мать, в каком-нибудь борделе.

Преисполнившись отвращением, Женевьева решила спасти несчастных и попыталась напасть на мага со спины. У неё закономерно ничего не получилось, маг отбил нападение и пленил одиннадцатилетнюю девчонку. Как не странно, но он улыбался ей. После недолгого разговора было заключено соглашение: бандиты отпускают женщин, но в замен, Женевьева, станет ученицей главаря банды.

Женевьева семь лет была ученицей мага и бандитом. Хотя она была ученицей этого мужчины, он намеренно скрыл от нее секреты могущественной магии. Мужчина явно боялся ее жестокости. Женевьева же узнавала все новые грани человеческой подлости и низости, все сильнее ненавидя бандитов. По прошествии 7 лет она почувствовала, что достаточно сильна, чтобы сбежать.

Она странствовала, обеспечивая себя при помощи простейших заказов для мага, пока случайно не встретила на ярмарке молодую девушку, которую она спасла 7 лет назад. Ее звали Ситмер. Ситмер сделала все, что в ее силах, чтобы отблагодарить Женевьеву. Они даже стали друзьями, хотя, возможно, Ситмир был лучшим другом, чем Женевьева, зачерствевшая от бандитской жизни. Благодаря контактам Ситмир, Женевьева поступила в настоящую школу магии.

Однажды к ней пришла странная женщина и рассказала о дне ближайшего будущего, когда мир будет разрушен. По какой-то причине Женевьева поверила женщине и начала строить планы, чтобы убедиться, что Ситмер и вся ее семья благополучно переживут это.

Наступившая Расплата погрузила в хаос не только мир, но и изучение магии. Многие библиотеки гильдий магов в Эрафии были уничтожены до того, как содержащиеся там знания успели спасти. Многие маги, которые попытались собрать свои книги, не успели покинуть обреченный мир. Знания, копившиеся веками, были утрачены безвозвратно.

(Они знали об предстоящем бедствии заранее, они готовились к побегу, но не успели собрать самое важное для магов, знания)

А попытка собрать и переписать все утерянные заклинания, воспользовавшись помощью магов, которые их помнят, была встречена без особого восторга, ведь мало кто из владельцев магических знаний расстанется с ними ради общего блага, так что процесс обретения новой магии шел медленно, и на смену старой волшбе пришли новые теории, сомнения в прежних методах, свежие идеи.

(Империя Бракадун собирала учеников даже из покоренных народов. Королевство Бракада была известна как Академия, ибо туда приезжали учиться разумные со всего континента, и хотя обычных студентов обучали лишь основам, всем вступившим в орден магов доверяли любые секреты. Ведь маги Бракады понимали, что сила в развитии, а знания лежащие мертвым грузом, это деградация. Но Расплата уничтожила не только мир Энрот, но и мозги магов)

Амбициозная чародейка Женевьева Сеймур, считавшая, что процесс обретения новых магических знаний на девственных и полных тайн землях континента Иранис идет донельзя медленно, обратила свой взор на загадочные Расколотые острова. Кто-то говорил, что прежде они были единым целым, а раскололись во время великой войны богов. Иные утверждали, что те спустились со звезд на небесном корабле, но корабль упал слишком быстро, расколов землю. Неважно, какая из версий истинна, очевидное другое: Расколотые остров – место чистой, первозданной силы. И если бы кто-то решился на поиск ответов об истинной природе магии, он нашел бы их там. Именно это и намеревалась сделать Женевьева.

(Самая странная завязка сюжета, из всех, что могли бы быть. Лично я бы отправил маленькую Женевьеву в Таталию, страну болотников. Орден Ведьм не был силен в магическом плане, гильдию магов можно было отстроить лишь на 3 уровня из 5. Не получив толкового образования и получив отказ от ордена магов Бракады, юная ведьма могла заняться собственными исследованиями. У Юбисофт же маги страдают херней, порождая ереси. Предыстория же с бандитами - это творение 3DO, когда Канегем сам занимался своей серией. Вообще то, что компания издатель, пытающаяся отовсюду достать денег, завернула одну из компаний, явный признак качества. Такое было стыдно выпускать даже им. Хотя Юбики и прошли напильником по сюжету, но лично я с самого начала отношусь к подобному товару предвзято)

Не теряя времени даром, чародейка обратилась за помощью к Ферлону – старому знакомому, владельцу торгового судна. Он был обязан ей своей жизнью и кораблем, и хотел вернуть долг. Поэтому, когда Женевьева попросила его о личной встрече, он тут же согласился. Чародейка ступила в каюту Ферлона на борту «Искателя бури», где они могли спокойно поговорить, попивая прекрасное эльфийское вино, сохранившееся в запасах капитана со времен Расплаты.

(Пока маги, которые знали, не успели спасти книги, торговцы, которые не знали, успели вывезти партию вина)

Женевьева, всегда отличавшаяся прямолинейностью, сразу перешла к делу. Она сразу же обозначила свою цель, экспедицию на Расколотые Острова. Ферлон поначалу отказывается, с его слов ни один корабль, из тех, что приставал к берегам этих островов, не вернулся. Максимум, на который соглашаются самые отчаянные, это осматривать берег в подзорную трубу с почтительного расстояния.

Женевьева давит на чувство долга Ферлона и утверждает, что они смогут вернуться из этой авантюры живыми. Прежде чем согласиться, Ферлон интересуется, ради чего они буду рисковать своими жизнями и жизнями матросов, за которых он отвечает. В ответ он получил только одно слово: «магия».

(Ну да, что еще может интересовать торговца? И ведь лопух согласился)

Когда двое, сопровождаемые небольшим отрядом наемников и магических существ, отплывали к Расколотым островам, море было на удивление спокойным, но Ферлон не мог отделаться от старой моряцкой поговорки: «Если море сегодня спокойно – не расслабляйся: ты пожалеешь об этом завтра». Несколько недель спустя на горизонте показался один из островов, капитан отправился к земле в шлюпке вместе с Женевьевой, но высаживаться не собирался. И дело было вовсе не в трусости: Ферлон не хотел оставлять «Искатель бури» без капитана столь опасном месте. Ведь, лишившись судна, они никогда не смогут вернуться назад.

Но Женевьева и сама не собиралась брать с собой кого-то на остров. Она даже отказалась от отряда воинов и отправилась в глубь острова в одиночку.

(Команды авантюристов пропадали на островах бесследно, но наша особенная-особенная поперлась туда в одиночку)

Исследуя остров, который позже назовет Островом Порядка, Женевьева изыскивала позабытые Консерватории – реликты древней цивилизации, постигая остающиеся сокрытыми в них заклинания.

(Как удобно, что кто-то оставил там эти консерватории. Как удобно, что кто-то записал там не журнал наблюдения за звездами, а именно заклинания. Как удобно, что заклинания были написаны на понятном любому эрафийцу языке. Сколько еще удобных совпадений нас ждет?)

Ферлон же и остальные, остававшиеся на борту «Искателя бури», терпеливо дожидались возвращения чародейки. Минуло несколько недель, но Женевьева так и не вернулась. Хоть они не договаривались о способе связи, Ферлон все же надеялся, что она будет давать знать о себе хотя бы раз в несколько дней.

(Почему вы не договорились о связи? Там ведь куча людей без вести пропала)

Возможно, она уже погибла, но, зная Женевьеву, можно предположить, что она попросту забыла о том, что ее ждут. Капитан принял решение: он останется у острова еще месяц, а после – или отправится на поиски чародейки, или проложит курс домой.

Несколько дней спустя Ферлон, стоя на палубе корабля и наблюдая за грозовыми облаками на горизонте, услышал крики, раздавшиеся с берега. Обернувшись, он увидел моряков, бежавших к шлюпке – это были те, кого он отправил на поиски пресной воды. «Лучников на палубу! Живо!» - прокричал капитан. Через несколько секунд полдесятка моряков с длинными луками стояли по левому борту со стрелами наготове. Искатели воды уже забрались в шлюпку и быстро гребли, сражаясь с прибоем. Присмотревшись, Ферлон недосчитался двоих, и стал изучать берег в подзорную трубу. Но там не было никого и ничего подозрительного. Моряки поведали, что у ручья на них напала нага. Было принято решение убить чудовище.

(Наги, один из малых народов королевства Бракады. Разумны, склонны не только к войне, но так же к ремеслам и искусствам. Откуда там взялась нага? Почему её попытались сразу убить, а не договориться?)

На следующее утро Ферлон собрал команду из десяти человек, взяв, в том числе, лучников и двух искателей воды, которые могли бы показать источник, близ которого бросили бочки. Они устремились вглубь острова. Все вокруг тонуло в зелени, но растущие ровно деревья и кустарники образовали естественные просеки, по которым было очень легко передвигаться. Ферлон удивился еще больше, когда они вышли к ручью, у которого погибли его люди. Он был прямым, как стрела, без единого изгиба от начала до конца. «Быть такого не может!» - выдохнул капитан, ведь ни одна река не может течь настолько ровно. Но сколько бы Ферлон не изучал берега ручья, ему не удалось найти признаков того, что был он рукотворным. Самый что ни на есть обычный ручей.

Ферлон так глубоко задумался над природой ручья, что не услышал приближения наги. Тварь напала на моряков сзади, стремительно прикончив одного из лучников. Люди бросились наутек, но Ферлон выступил вперед, встав на пути наги.

— Убейте ее, трусливые псы! - Выкрикнул он. Ведь это была всего лишь нага. Оставшиеся лучники начали пускать в нее стрелы, остальные же наряду с Ферлоном сосредоточились на отражении ее невероятно быстрых атак. Бой закончился через минуту; нага была мертва.

— Наполняйте бочки, и уходим! — Приказал Ферлон. Он бросил взгляд на тело погибшего лучника и тяжело вздохнул. Они уже потеряли троих.

Минуло еще несколько дней, когда впередсмотрящий, оставившийся на мачте, прокричал:

— На берегу кто-то есть!

В подзорную трубу Ферлон увидел, как к лодке, остающейся на берегу, приближается Женевьева. Вид у нее был уставший, но шла она уверенным шагом. Одежда чародейки поизносилась, и, похоже, ей не помешало бы принять ванну. Ферлон наблюдал за тем, как двое моряков, которые всегда несли вахту на берегу, помогли Женевьеве забраться в лодку и погрузили лошадь. Затем шлюпка начала медленно приближаться к «Искателю бури». Капитан начал отдавать приказы:

— Свистать всех наверх! Я хочу, чтобы через час мы уже были в пути!

Чуть позже Женевьева взобралась на борт корабля и села на палубе. Чародейка попросила вина, и утверждала, что не была безумна, что её теории подтвердились, что теперь она знает основы всего.

(Одного лишь этого бормотания достаточно, чтобы признать человека безумцем. Да и всех опасностей на острове одна дикая Нага, почему раньше корабли не могли исследовать этот остров?)

В последующие дни моряки издали изучали Расколотые острова, пока Женевьева работала в своей каюте. Она заканчивала работу над книгой обретенных на острове заклинаний, которую позже назовет Томом Порядка. Неожиданно разразилась буря. Буквально за несколько секунд собрались темные тучи и страшный порыв ветра налетел на корабль. Ферлон побежал на палубу и привязал себя к рулевой рубке. За штурвалом оставался первый помощник – он был сильнее капитана. Тот отдавал ему приказы. Женевьева предложила свою помощь в усмирении бури, но та была так сильна, что не поддавалась заклятиям.

Когда шторм завершился, корабль был изрядно потрепан, но сумел дотянуть до одного из островов и бросить якорь в чистой голубой лагуне. На второе утро Ферлон услышал крик откуда-то из трюма. Он поспешил вниз, расталкивая матросов, стоящих у него на пути. Прибежав туда, где спали его люди, капитан узрел своего первого помощника, стоящего посреди каюту с широкой улыбкой на лице. Это было странно, ведь всего день назад он был прикован к койке – сломал обе ноги во время шторма. Все подумали, будто это помощь чародейки, но Женевьева утверждала, что это воздействие нового острова.

Остров к которому они прибыли, был островом Жизни, его сила заведовала исцелением и благословением. Остров действительно был полон жизни, множество дичи в лесах, а рыбу у его берегов нельзя было выловить и за 10 лет. Но помимо хороших новостей были и плохие. Корабль поврежден и без ремонта далеко нашим героям не уплыть. К тому же все были уверены, что столь сильная буря определенно была наслана могучей магией.

Посоветовав капитану приступить поскорее к починке судна, Женевьева сошла на берег, отправившись на исследование клочка земли, являвшегося олицетворением самой магии жизни. Ферлон же наряду с матросами также проследовал на берег, где приступил к поискам древесины, необходимой для восстановления «Искателя бури».

Возможно, Женевьева удивилась бы, узнав, что капитан очень внимательно слушал ее теории касательно новой системы магии, особенно того, что относилось к магии Порядка. Как она сама это объясняла, во вселенной есть силы, которые управляют магией. Раньше все считали, что на магию оказывают влияние стихии, но Женевьева поняла, что именно магия и есть та сила, что связывает все стихии во вселенной – а не наоборот. Что, если Порядок можно использовать, чтобы укротить хаос моря и бурь? Подобная идея завораживала капитана.

И сейчас, заготавливая древесину, капитан наблюдал за проявлением силы этого острова. На этом клочке земли и шагу нельзя было ступить, не спугнув птицу или кролика, а все попытки найти сухие ветки для костра заканчивались ничем. Казалось, на этом острове ничто не умирает. Однажды, сев поужинать олениной у костра, Ферлон неожиданно осознал, что для этого острова они были скверной, болезнью. Они принесли с собой смерть. Капитан хотел уплыть с острова как можно скорее.

Женевьева же тем временем разыскала наславшую шторм чародейку, которой оказалась маг воздуха по имени Арилл. Покончив с ней, Женевьева почувствовала, что победа над противницей стала хорошей проверкой ее новой системы магии, которую она назвала магией Единства. Но Ферлон же, услышав рассказ вернувшейся чародейки, осознал и иное: нахождение мага воздуха здесь, на Расколотых островах, - знак того, что кто-то не хочет, чтобы Женевьева преуспела в своих поисках, и, насколько он знал, магических стихий четыре.

(Ну да, маги всегда четверками ходят, чтобы все стихии были под рукой. Что за дурость? Почему никто не предположил, что это просто отшельница не желавшая чтобы люди принесли смерть на остров Жизни?)

Если же сама Женевьева и понимала, что еще три мага собираются покончить с ней, то не подавала виду. Ферлон не знал, что было тому причиной: уверенность в магии Единства или же просто самоуверенность? Капитан лишь мог надеяться на то, что миссия Женевьевы не будет стоит жизни ему и его команде. Пришла пора сниматься с якоря, дабы продолжать исследование Расколотых островов. Моряки, способные обрабатывать дерево, восстановили судно, на всякий случай сделав дополнительную мачту. Находящихся в трюме запасов свежей воды, фруктов, сушеного мяса и другой еды им хватит на несколько месяцев. Все чаще и чаще Ферлон приходил к мысли, что Женевьеву на Расколотые острова привела сама судьба, и именно этим и объясняется ее одержимость новой системой магии. Похоже, начинание их было предрешено.

Спустя пару дней после того, как путешественники отплыли с острова, где Женевьева сражалась с магом воздуха, судно начала преследовать пара морских змеев. Сначала Ферлон полагал, что тварями движет простое любопытство. Но затем один из них устремился вперед и ударился о корпус «Искателя бури», чуть не перевернув судно. Вслед за первым змеем напал и второй. К счастью, Женевьева сумела отвлечь этих существ при помощи своей магии, и Ферлону удалось оторваться от них. Пусть «Искатель бури» - торговое судно, но форма корпуса позволяет ему развивать большую скорость. Это один из самых быстрых кораблей, и, возможно, именно это спасло морякам жизнь.

(Как удобно. Кто же построил такой корабль и почему ни одно государство не попыталась его изучить и повторить? Почему просто не написать, что корабль достаточно быстрый? Ведь подчёркивая уникальность конкретно этого корабля вы создаёте рояль в кустах на пустом месте)

Всю следующую неделю они скрывались от морских змеев. К первым двум присоединились еще, и в конце концов Ферлон перестал понимать, сколько змеев их преследует. Днем и ночью продолжали они без устали охотиться на судно. Такое поведение было для них нетипично, ведь обычно морские змеи истово охраняют свою территорию и не желают её покидать, а они уже давно оставили позади воды, где их преследователи должны были обитать. Вывод напрашивался сам собой, чудовищ ведет воля мага.

Раз оторваться не получается, стоит скрыться от тварей на суше, но Ферлон не хотел оставаться без своего корабля. Тогда Женевьева предложила спрятать его на мелководье. Ферлон направил судно в гавань у одного из островов. Морские змеи за кораблем не последовали, однако остались у протока, связующего гавань с морскими водами; очевидно, что твари атакуют судно, как только то дерзнет покинуть мелководье.

(Как удобно. Хочется напомнить, что для корабля мелководье понятие достаточно растяжимое, но запаса воды, при которой большое торговое судно не сядет на мель хватит не только для сравнительно небольшого морского змея, но и для кракена. Так что чудовища не стали преследовать «Искателя Бури» только по желанию сценаристов, а мы получаем еще один рояль в кустах)

Надеясь отыскать на острове способ справиться с морскими монстрами, Женевьева, Ферлон и небольшой отряд матросов сошли на берег. В отличие от двух предыдущих островов, этот был полностью покрыт растительностью. Каждый шаг давался путникам с трудом. Прорубать путь приходилось саблей, а некоторые растения, казалось, начинали тянуться к людям, если стояли те на одном месте слишком долго. После первой ночевки Ферлон проснулся и увидел, что несколько лиан обвили его тело, не давая пошевелиться. Если бы он не смог вытянуть руку и достать нож, чтобы разрезать лианы, скорее всего остался бы на этом острове навсегда.

На следующий день они разделились, чтобы исследовать как можно большую площадь странного острова. Ферлон потратил немало времени и сил, разрубая лианы и кусты, покрывающие каждый клочок острова, поэтому, увидев пруд, наполненный чистой голубой водой, с трудом удержался от того, чтобы нырнуть туда. Вместо этого он наклонился, зачерпнул прохладной жидкости и плеснул себе в лицо. А когда снова посмотрел в воду, вместо своего отражения узрел в ней лицо незнакомца. Это был Опелам, маг воды, что предложил капитану предательство. Опелам обвинил Женевьеву в том, что она хочет уничтожить магию, и что Опелам отпустит Искателя Бурь в родную гавань, если они сейчас же покинут остров.

(Два вопроса: откуда он вообще узнал о затее Женевьевы? И почему не помешал ей сразу, а дал изучить две новые школы магии, Порядок и Жизнь? Просто если маг подслушал её разговор с кем-то (а по его словам, Женевьева сама сказала, что уничтожит магию) или ему об этом сообщил пророк, то плохо обученную девицу можно было просто прирезать еще на берегу или потопить в буре в открытом море на подходе к острову)

Ферлон действительно сочувствовал магу. Ведь если все примут магию Единства Женевьевы, этот магистр магии воды вновь станет учеником.

(Самое забавное, что согласно предыстории, маги сами создали подобную ситуацию, отказавшись делиться знаниями, породив множество отдельных течений, мелких орденов, самобытных школ и просто одиночек, которые колдовали по своему. И несмотря на засилье ересей, мастера старой школы даже не чесались, пока не появилась такая особенная-особенная Женевьева)

Ферлон рассказал Женевьеве об ультиматуме мага воды лишь две недели спустя. У него хватало забот о корабле и команде, но даже если не брать в расчет это, капитан не был уверен, что за чародейку стоит умереть. Она пресекала все его попытки завязать с ней дружбу, уходя во время бесед от любых личных тем. Каждый вечер они вместе пили вино или ром, но она говорила только о своих теориях. А точка зрения Ферлона ее нисколько не интересовала. Будь это просто исследовательская экспедиция, капитан, возможно, счел бы подобные риски приемлемыми, но Женевьева в своей обычной манере успела настроить против себя магов стихий еще до того, как начался вояж к Расколотым островам.

(Но при этом маги не убили её сразу. Наверно шнурки долго завязывали, вот и не успели)

Она могла бы предупредить Ферлона о том, что их ждет. Могла бы рассказать о том, что четыре могущественных мага попытаются остановить ее.

(Почему ты решил, что магов четыре? Пока ты видел только одного, еще одну убила Женевьева, при этом не известно была и волшебница воздуха заодно с этой компанией)

Ферлон ни на секунду не верил в то, что эти атаки стали для нее неожиданностью; чародейка отнюдь не глупа. Получается, что она подвергла риску «Искатель бури», команду и самого Ферлона из своих эгоистических соображений. Будет ли дурным поступком вверить жизнь Женевьевы ее судьбе?

Терзаясь сомнениями, капитан все же поведал Женевьеве об Опеламе. А на следующее утро увидел, как чародейка сосредоточенно изучает одно из деревьев. Она ощупывала лианы, обвившие ствол, и нюхала грибы, растущие под ним. Казалось, это занимает ее куда больше, чем прилив, который очень скоро затопит весь остров. Ферлон почувствовал, как от гнева краска приливает к его щекам.

Он обвинял чародейку в намеренном риске и нежелании что-либо предпринимать для спасения жизни людей, которые идут за ней. Женевьева смерила его оценивающим взглядом, и, не произнеся ни слова, углубилась в заросли. Тяжело вздохнув, Ферлон последовал за нею.

Вскоре заметили они небольшую, кажущуюся заброшенной хижину на берегу озерца. Наказав капитану держаться подальше, чародейка устремилась к хижине, ступила внутрь. Дверь за нею внезапно захлопнулась, а стены начали меняться на глазах. Каждая из четырех стен оказалась во власти четырех стихий. От стен отделились четыре фигуры – Лорды Стихий.

Они начали говорить с Женевьевой, давая в процессе интересный намек:

- Не думай, что мы боимся тебя, мы можем разорвать тебя на части силой мысли! - предупредил гостью Повелитель Воздуха.

- Почему бы именно так и не поступить? - поддержал его Повелитель Огня.

- Почему бы не позволить магу воды сделать свое дело?- спросил Повелитель Воды.

- Потому что другие хотят, чтобы этот поход завершился успехом, - напомнил остальным Повелитель Земли.

- Я не боюсь их! - воскликнул Повелитель Огня, указал на Женевьеву. – А этот человек угрожает нашей силе.

- Нет, вы не понимаете! - выпалила чародейка, сознавая, что сейчас на карту поставлена ее жизнь. – Магии Единства стихии нужны не меньше любой другой силы. Я не могу убрать их из магии!

- Маги говорят, что ты пытаешься сделать именно это, - произнес Повелитель Воздуха.

(А теперь задумайтесь, какой бред только что прочитали. Повелители Стихий, они же Лорды Элементалей, невероятно могучие существа склонные к разрушению. Какого хрена они способны воплотиться в мир, но не устанавливают свой террор, как на Кроне, или не стремятся уничтожить смертные расы, как на Энроте? С каких пор сила Повелителей Стихий завязана на использование магами стихийной магии?

Кто такие Другие, о которых упоминал Повелитель Земли, уж не Древние ли? Спустя буквально полгода-год после Расплаты? Почему же они не предотвратили уничтожение Энрота? Я уже сбился со счета, сколько нам намеков давали на тему незримого присутствия Древних. Просто зачем? Ладно еще 3DO, они могли разродиться неким откровением или новой частью МиМ, но Юбисофт-то зачем фигней мается?)

Женевьева оправдывается, Стихийные Лорды долго молчали, после чего потребовали у Женевьевы объяснений, обещая, что если услышанное придется им по душе, они дарует чародейке стихийных духов воды, с помощью которых она сможет остановить неминуемый прилив. Чародейке не сразу удалось объяснить, как магия природы и иные области магии Единства используют магию стихий, но Стихийные Лорды, казалось, были заворожены ее словами. Даже Повелителю Огня понравились высказанные Женевьевой идеи.

(Дикарка получившая ущербное образование даже по меркам своего отсталого мира с одной стороны. Некие невероятно могучие сущности, способные терраформировать миры и лишь немного уступающие высокоразвитым Древним, с другой стороны. Кто кого должен поражать тонкостью воздействий и глубиной идей? По идеи дикарка должна внимать мудрости сущностей, но у сценаристов все наоборот)

Стихийные Лорды поведали Женевьеве о тайном способе призыва стихийных духов в мир, после чего исчезли. Вернувшись на побережье, чародейка неустанно трудилась всю следующую ночь, призывая стихийных духов воды – всего двадцать четыре.

(Допустим, призыв Элементалей был 5, высшим уровнем магии. Такие знания действительно могли быть утеряны, но есть маленький нюанс: Заповедник, город эльфов, свободно призывал Элементалей в Четвертых Героях)

После этого она предложила готовить корабль к отплытию. Ферлон кивнул, решив не напоминать о том, что в плане чародейки оставался изъян – там, в открытом море, где заканчивалась отмель, их ждали морские змеи. Но, как оказалась, чародейка прекрасно помнила о них. Стоило судну отчалить от клочка земли, названного Островом Природы, как над морской водой показались темные спины тварей, и Женевьева приказала команде «Искателя бури» спрятаться в трюм. В этом ситуации матросы были лишь помехой. На палубе остались лишь Женевьева и Ферлон. Чародейка была уверена, что стихийные духи воды помогут им, а если погибнут, она наверняка сможет призвать новых.

(Команда лишь помеха... на парусном судне... сильно. К моменту выхода DLC уже три года как увидела свет Assassin’s Creed: Black Flag, где нам достаточно наглядно показали сложность в управлении парусным судном. Это не просто за руль дергать, особенно в морском бою, когда нужно обеспечить максимальную мобильность, дергая паруса из стороны в сторону. И ведь самое забавное, что компания издатель та же и сценаристы были из Юбисофт, не знаю работали ли эти люди над пирато-ассасином, но они точно в него играли)

В противостоянии со стихийными духами морские змеи пали, и корабль сумел избежать смертельной ловушки магистра магии воды. Несколько дней спустя Ферлон заметил впереди берега Острова Погибели, и понял, что погибнуть в пасти морского змея или утонуть в час магического прилива – еще не так страшно, как оказаться здесь. Это единственный из Расколотых островов, у которого есть название, - вероятно, предупреждение для тех, кто доберется сюда. В водах вокруг этого неприветливого клочка земли исчезло не меньше десятка кораблей. Штормы налетали в мгновение ока, не давая морякам времени подготовиться к ним. Ходили слухи и о камнях размером с дом, падавших с темного неба.

(До этого заявлялось, что Расколотые Острова в целом опасное место, а тут оказывается, что только конкретно один. Почему тогда никто не исследовал предыдущие три? Да на острове Природы опасная растительность, но на острове Порядка была одна жалкая нага, а на острове Жизни была только одна волшебница, что по мнению героев гналась за Женевьевой, хотя судя по тому, что на чудесный остров никто не ездил за исцелением, скорее уж она там просто жила и охраняла свою землю обетованную)

Ферлон был уверен, что остров, близ которого наблюдалось подобное буйство хаоса, проклят, но Женевьева сказала, что на нем непременно надлежит высадиться. Хоть капитан и сражался бок о бок с Женевьевой во время битвы с морскими змеями, он чувствовал, что обязан ей, ведь именно чародейка принесла им победу. Но плыть на Остров Погибели? Иногда Ферлон задумывался, не лишился ли он рассудка. Ведь вокруг этого острова – самые коварные воды и течения из всех ему известных. Но Женевьева сдаваться не собиралась, вознамерившись довести свое исследование до конца.

Капитан крепко сжимал штурвал, ведя судно мимо скал, рифов и водоворотов, ища подходящее место для высадки. Близ острова он заметил домик на воде, откуда выступил мужчина средних лет. Грубая кожа выдавала в нем человека, который всю жизнь провел в море. Окинув его взглядом, Ферлон заметил, что одну из ног мужчине заменяет резная ножка стола.

(Ужасный остров, на котором регулярно случается локальный Армагеддон, но на нем все же можно жить. Вон, даже калека это может)

Этот мужчина когда-то был капитаном собственного корабля, но его судно было потоплено морским змеем. Экс-капитан согласился показать безопасную гавань, где «Искатель Бури» мог бы встать на якорь, но только после того, как ему принесут голову того самого морского змея, что уничтожил его корабль.

(И по традиции, у меня два вопроса. Откуда на острове символизирующем хаос изменчивый, есть постоянная стабильная безопасная область? И каким образом экс-капитан узнает голову того самого змея, по уникальному рисунку чешуи?)

Отыскав в окрестных неспокойных водах логово морского змея, Женевьева прикончила тварь с помощью призванных ею стихийных духов воды. После чего, вернувшись к плавучему дому, моряки «Искателя Бури» бросили на доски перед входом отсеченную голову морского змея, и старый моряк, вновь покинул свое жилище, внимательно разглядел трофей, после чего зашелся истерическим смехом. Он ликовал, пиная голову деревянной ногой.

Ферлон напомнил старику, что тот обещал показать им безопасное место для высадки.

— Ах да! - Спохватился тот, и протянул капитану грубо нарисованную карту. — Вот это – не камень, а панцирь морской черепахи. Направь свой корабль туда, и она сдвинется с места.

Ферлон изучал карту, а моряк тем временем продолжал пинать голову морского змея. Внезапно пасть чудища открылась в последнем предсмертном спазме. Мгновение – и старый моряк исчез в пасти гигантского змея, а затем голова монстра упала с дощатого настила в воду и тут же пошла ко дну. Ферлон изумленно покачал головой, говоря себе, что в подобную историю не поверит даже вдребезги пьяный матрос.

(Умение стебаться над самими собой, ценное качество для сценаристов, но когда поводов для стёба слишком много, это уже плохо)

Вернувшись за штурвал, Ферлон направил «Искателя бури» в означенном стариком направлении. Они обогнули остров с севера, и надеялись вскоре отыскать пригодное для высадки место. Надо отдать должное Женевьеве, после спора на предыдущем острове она стала более откровенна. И следующим утром, когда корабль продолжал разрезать прибрежные воды, она объяснила, по какой причине так стремится попасть на Остров Погибели. Магия Единства строится на балансе, противоположные стихии уравновешивают друг друга и без Хаоса не будет Порядка.

Ферлон был вынужден признать, что в словах Женевьевы есть резон. Впрочем, это не делало их вояж менее опасным. Отыскав наконец место, пригодное для высадки, чародейка исследовала ближайшие пределы острова, выяснив, что находятся на нем возведенные в древние времена города – Лландридод и Пандемониум. Наверняка в библиотеках гильдий магов этих городов возможно отыскать древние знания о магии хаоса.

Чародейка, капитан и сопровождавшие их стихийные духи, моряки и немногочисленные наемники устремились к стенам близлежащего Лландридода. Вскоре высланные вперед лазутчики донесли им, что в крепости Провиденс их поджидает враг – Гурус, знаменитый маг огня. Ферлон знал, что прямо перед Расплатой Гурус сражался с варваром Килгором, и если бы не маг, потери смертных в развязанной безумцем войне были бы еще больше. Знал капитан, что Женевьеве придется очень нелегко в сражении с могучим магом.

(До этого заявлялось, что все находящиеся вблизи от соприкоснувшихся великих мечей погибли, а тут глядите-ка, маг который не только сдержал высвободившуюся силу, но и сам убежать успел, а вместе с ним и свидетели его подвига, ведь если бы он сам о себе такое рассказывали, вряд ли бы ему поверили. И кстати меня одного смущает, что в противостояние между Джелу и Килгором втиснули какого-то левого мага?)

Несколько дней они провели в руинах Лландридода, после чего покинули город, направившись к Пандемониуму. До отряда донесся глухой звук, напоминающий гром, но небо было затянуто дымом, а не тучами. Вулканы; повсюду заметны следы, указывающие на то, что они неспокойны. Здесь, среди буйства хаоса, Ферлон тщетно пытался сохранить рассудок, не поддаться окружающему их безумию.

Неожиданно раздался странный звук, напомнивший Ферлону шипение жира на сковородке. Оглядевшись, капитан заметил огненные шары, падающие на него, и едва успел найти укрытие под нависающей скалой. Достигнув земли, огненные шары взорвались и приняли форму ифритов.

Посредством ифритов Гурус вызывал Женевьеву на поединок – ее новая магия против смертоносной силы огня. Но, если чародейку и пугала репутация магистра магии огня, виду она не подавала. Ферлон осознал, что вообще ни разу не видел ее испуганной, и решил, что это несколько ненормально. Быть может, дело в ее одержимости?

Покончив с ифритами, отряд продолжил путь к сердцу острова, где высились стены Провиденса. Несколько дней спустя их настиг лазутчик, сообщив, что на «Искатель бури» напали ифриты Гуруса. Эти существа буквально обрушились с неба и забросали огненными шарами палубу корабля. Слушая рассказ, капитан уже с ужасом представлял, как его любимый корабль, охваченный пламенем, уходит под воду. Но оказалось, что стихийные духи воды Женевьевы, которых, как полагал Ферлон, они больше не увидят, спасли обреченное судно и матросов. Они потушили огонь на палубе и прогнали ифритов прочь. Некоторые паруса, конечно, придется заменить, но с «Искателем бури» все в порядке.

(Они же взяли духов с собой, или часть все же осталась на корабле? Я уже запутался, но в любом случае, почему Ферлон думал, что больше не увидит Элементалей?)

Они продолжили путь, спустились в подземелье, с осторожностью проследовали по островкам тверди, омываемой лавой. Здесь они обнаружили Пандемониум, и Женевьева принялась изучать означившиеся в руинах древнего города магические свитки и фолианты.

(Шутка про древний, но такой понятный язык уже мне самому надоела. Зайдем с другой стороны. Почему на острове поражённом хаосом, есть подземный город, окруженный лавой, который не пострадал ни от землятресения, ни от обвалившегося потолка, его даже лавой не затопило?)

Но долгая поездка утомила ее, и она прилегла, чтобы поспать. Через час чародейка проснулась, чувствуя себя свежей и отдохнувшей. Она хотела было достать из мешка бутылку вина, но обнаружила, что мешка нет. Женевьева нахмурилась: быть может, она положила его в другое место и забыла об этом? Женевьева огляделась по сторонам, но мешка так и не заметила. К тому же, кажется, пещера, в которой она находилась, изменилась. Случайно подняв взгляд, она воззрилась на потолок... и обнаружила свой мешок там. И более того, там же была ее лошадь. Спустя пару мгновений Женевьева осознала, что произошло и почему все выглядит совсем по-другому. На потолке находилась не лошадь, а она сама. И именно в этот момент чародейка камнем рухнула вниз, успев помянуть недобрым словом все хаотические энергии, пронизывающие Остров Погибели.

Добравшись до крепости Провиденс, отряд наших героев сошелся в противостоянии с миньонами Гуруса, и одержал победу над противником. Глядя на Женевьеву, стоящую над поверженным магом огня, Ферлон понял, что больше не может отрицать того, что магия Единства куда могущественней старой системы. К тому же, он понял, что не только Женевьеве было важно завершить эту миссию. В глазах ее капитан видел глубину, где пряталось нечто чужеродное. Казалось, что чем больше она узнает, тем меньше человеческого в ней остается.

Но, к сожалению капитана, они не могли вернуть сразу же. Чародейка говорила о еще одном острове, который им надо посетить. Однако у самого Ферлона на этот счет было иное мнение. Следующим утром Женевьева, поднявшись на палубу и осознав, что «Искатель бури» движется не в том направлении, ринулась в каюту капитана.

— Куда мы плывем?! — выкрикнула она. И снова Ферлон увидел в глазах ее ту странную отрешенность.

— Домой, - ответил он. Разговора по душам с Женевьевой он ждал с того самого момента, как приказал первому помощнику сменить курс.

В итоге все вылилось в перебранку. Ферлон заявляет, что с каждой выученной дисциплиной Женевьева становится все безумнее и бесчеловечнее. За своё мнение капитан получает по лицу и чародейка скрывается в своей каюте.

Следующей ночью, когда все, кроме моряка на мачте, спали, Женевьева снова поднялась на палубу. Она вышла на корму, посмотрела в небо и произнесла заклинание. Через мгновение в небе появились грифоны и стали кружить над ней. Один из них ударил моряка, который поднял горн к губам. Другой опустился на палубу и подставил спину, чтобы Женевьева могла на него забраться. Грифон взмыл в небо, сделал круг над «Искателем бури» и подлетел вплотную к застывшему в ужасе моряку.

— Передай капитану Ферлону, что он вернул долг сполна, - сказала Женевьева. – Можете возвращаться домой!

(Приручение грифонов было секретом рода Грифонхартов, королей Эрафии. Люди перебравшиеся на Аксеот потеряли подобные знания. Зато местные эльфы владели подобной методикой и замок Заповедника мог построить гнездо грифонов. Вопрос: откуда Женевьева узнала подобный секрет?)

Верхом на грифоне чародейка устремилась к Острову Смерти, чтобы исследовать его и познать тайны последней школы магии. В одном из заснеженных ущелий она заметила башню, однако путь Женевьеве преградил рыцарь в черном доспехе. Его руки были опущены на рукоять огромного меча. Когда до мрачного рыцаря оставалось лишь пара шагов, чародейка почувствовала, что внутри нее все сжимается от холода, идущего от стража. Рыцарь Смерти заявил чародейке, что лишь Повелитель Смерти сможет пройти в башню.

Женевьева стала обследовать остров и нашла некрополь, называемый Склепом Живого Мертвеца, она вошла внутрь, прикрывая нос полой плаща, так как смрад от гниющей плоти был настолько силен, что у нее начали слезиться глаза.

Там Женевьева увидела, что за столом сидит живой мертвец, явно ее поджидающий. Немертвый согласился обучать чародейку основам магии Смерти, но только после того, как она убьёт прибывших на остров монахов.

(Расколотые Острова, невероятно опасное место, куда никто не хочет соваться, а Остров Смерти самый опасный из Расколотых Островов. Откуда там толпа монахов?)

Тем временем Ферлон, повернувший «Искатель бури» обратно к Острову Смерти, заметил одинокий корабль, который стоял на якоре недалеко от берега. Палуба казалась пустой, паруса были спущены, и на мачте не было флага, поэтому моряки не могли определить, кому принадлежит судно. Они подплыли поближе, Ферлон несколько раз окликнул команду таинственного корабля, но все в пустую. Любой капитан за время плаваний становится подозрительным, без этого ему не выжить. Корабль без видимых повреждений, стоящий на якоре возле берега, выглядит очень странно. С помощью заклинания, которому капитана научили Женевьева, он призвал стихийных духов воды, а затем приказал первому помощнику подвести «Искатель бури» вплотную к покинутому судну. Моряки положили доски на борта кораблей и спрыгнули на чужую палубу так быстро, что застали врасплох ожидающих в засаде стихийных духов воды и земли.

(Как удобно, вражеская сторона не подготовилась к атаке, после того как их несколько раз окликнули. Еще раз, как удобно, что капитан корабля без предварительной подготовки освоил магию высшей ступени. Талант, наверное)

Сражение было коротким, но жарким. Когда стихийные духи воды и земли были повержены, команда таинственного корабля сдалась на милость победителей. Ферлон обошел их, вглядываясь в испуганные лица и изучая оголенные спины. У половины членов команды были свежие раны от ударов плетью. У других были шрамы, оставшиеся от подобных ударов.

— Кто из вас первый помощник? - спросил Ферлон. Вперед выступил темнокожий мужчина, и Ферлон потребовал открыть ему, кто является капитаном этого судна.

— Наш хозяин, Опелам, - отвечал первый помощник. Ферлон кивнул: он должен был догадаться о том, что маг, который желал покончить с Женевьевой на острове, так просто от задуманного не отступиться.

Как бы то ни было, сперва Ферлону нужно было решить вопрос с перепуганными пленными моряками.

— Отныне все вы свободны, - громко провозгласил он. Раздались редкие восторженные крики, но многие не поверили капитану. — Меня зовут Ферлон, я – капитан «Искателя бури». Моя команда не даст соврать – я держу слово. Я не вижу на этом судне ни флага, ни названия, поэтому я вправе считать корабль потерянным в море и провозгласить его своей собственностью. Я дам ему имя «Безрассудство Женевьевы»! Вы можете остаться командой этого корабля, но Ферлон не держит рабов, поэтому теперь вы все свободны!

После этих слов уже все моряки начали восторженно кричать и свистеть. Отдав приказание привести новое судно в порядок и публично объявив свое завещание, Ферлон собрался сойти на берег. Он должен был во что бы то ни стало предупредить Женевьеву о двух магах, которые выслеживают ее. Капитана совсем не прельщала идея разыскивать ее в этих безжизненных землях, но он уже привязался к этой женщине.

Женевьева же, покончив с монахами, вернулась в Склеп Живого Мертвеца. Как и просил мертвец, чародейка положила перед ним на стол окровавленные одеяния монахов.

— Я держу слово, - произнесла она. – Научи меня тому, что обещал, или пожалеешь!

Мертвец ухмыльнулся, обнажив черные сгнившие зубы. Он обучил чародейку основам и подсказал, где можно найти следующего учителя, вампира. Посоветовав прежде немного самой попрактиковаться, но Женевьева сразу отправилась на поиски упомянутого вампира, и вскоре обнаружила особняк последнего. Вампир так же назначил цену за обучение, кровь трех чистых сердцем крестоносцев. Разыскав на Острове Смерти трех крестоносцев, Женевьева покончила с доблестными рыцарями, принесла в особняк три бутыли с их крови.

(Количество народа которых не должно быть на острове, но они почему-то там есть все увеличивается)

Как и обещал, вампир обучил Женевьеву новым заклятиям магии смерти, и, покинув особняк, чародейка начала поиски нового учителя. Несколько дней спустя обнаружила она небольшой мавзолей – Дом Вещих Карт. Внутри было пусто. Уже направляясь к выходу, она заметила, что на столе лежит колода карт, которой раньше тут не было. На глазах Женевьевы карты пришли в движение, будто невидимая рука перемешивала их и открывала несколько, предлагая разгадать их значение.

Женевьева уселась напротив, принявшись наблюдать. На первой карте изображен величественный ангел. На второй – окровавленный меч. На третьей – светящееся перо, на четвертой – башня.

- Так тому и быть, - произнесла чародейка, поднимаясь с места. Для того, чтобы овладеть искусством магии смерти, ей придется прикончить архангелов.

(И ведь ничего в душе не дрогнуло, а в следующей кампании нам скажут, что ангелы активно помогали людям выжить во время Расплаты. Маги Бракады обучались у ангелов, хотя тут нам уже сказали, что все владельцы ценных знаний вдруг резко лишились рассудка и перестали эти знания распространять.

Вопросов про то, откуда на этом чертовом острове вообще взялись архангелы я даже задавать не буду)

Таковых чародейка отыскала в одном из ущелий острова, и, расправившись с ними, вернулась в Дом Вещих Карт, положив перья архангелов на стол и опустившись на стул. Карты вновь пришли в движение. Из самого низа колоды выплыла карта с изображением человеческого черепа, глазницы которого светились красным. Женевьева всматривалась в этот магический свет, когда ощутила, что некая сила переносит ее в иное место.

Чародейка обнаружила себя поблизости от рыцаря смерти, встреченного прежде, вскоре после прибытия на этот остров. Несмотря на ком в горле, она вновь приблизилась к рыцарю, и на этот раз тот отступил в сторону, а двери, ведущие в башню, открылись сами собой.

- Магистр ждет тебя! - произнес рыцарь, и Женевьева проследовала в башню, где увидела маленькую бледную девочку, на вид которой было не больше восьми лет.

Девочка сидела на каменном полу и играла с кошачьим и мышиными черепами. Она подняла на чародейку глаза, лишенные зрачков, и та с трудом подавила в себе желание сбежать.

- Я ищу магистра, - выдавила Женевьева.

- Магистр – это я, - тихо ответила девочка. Происходящее с трудом укладывалось в голове у чародейки, но она ни на миг не усомнилась в этих словах.

- Тебе станут доступны тайной самой смерти, - продолжала магистр. – Я чувствую, что пришло твое время узнать о них.

- Так и есть! - с энтузиазмом согласилась Женевьева.

Магистр взяла в руки мышиный череп и обратилась к чародейке с вопросом:

- Скажи мне, мышка, что за кошка за тобой гонится?

На мгновение Женевьева пришла в замешательство, но затем поняла, о чем идет речь.

- Эти кошки – маги стихий, - ответила чародейка.

- Верно, - улыбнулась магистр. – Грамтор и Опелам. Так убей этих надоедливых кошек и принеси мне их черепа. Хочу с ними поиграть. А ты сможешь узнать все, что пожелаешь.

(Хотя Магистр магии Смерти в виде маленькой девочки идиотия полная, но крипово получилось, ничего не скажешь)

Покинув башню, Женевьева выступила на поиски двух могущественных магов, а, покончив с ними, отсекла головы обоих, принеся те девочке, которая назвалась магистром. Та улыбнулась, глядя на искаженные гримасой лица:

Ну разве не прелесть? - Она принялась рассеянно поглаживать длинные волосы Опелама, как будто ласкала зверька.

- Магистр, чему вы можете меня научить? - нетерпеливо нарушила затянувшееся молчание Женевьева. В этот момент она неожиданно испытала чувство нависшей опасности и ей хотелось оказаться от этой девочки как можно дальше.

- Знание, которое ты ищешь, уже твое, - отвечала та. – Прислушайся к себе. Вспомни ощущение могущества во время убийства монахов. Вспомни, как приятно было наполнять бутыли кровью крестоносцев и выдергивать перья архангелов. Посмотри в безжизненные глаза Опелама и Грамтора – и все секреты откроются тебе.

(Ну и позорище, хоть бы упомянули какие-нибудь секреты или уроки. А то выучил пару заклинаний, убил пару светлых и все, ты великий темный маг. Ну охренеть можно.

Сразу вспоминаются некроманты Энрота, которые так то бессмертия и воскрешения искали и ради этой, в целом хорошей цели, они шли на жертвы становясь уродами и злодеями. Ради этого они проводили исследования, ставили опыты и целый межконтинентальный орден организовали чтобы собирать ресурсы и новых рекрутов. А тут оказывается, что можно было не заморачиваться. Кстати, почему Женевьева не попыталась обучиться некромантии у живых носителей этого искусства среди беженцев с Энрота?)

Когда Женевьева добралась до гавани, в которой находился «Искатель бури», она едва держалась на ногах. Чародейка исхудала, а кожа ее была холодной и белой, словно полотно. Не хватало и еще одной детали: пропала отрешенность, которую прежде Ферлон видел в ее взгляде. Впервые за все это время Женевьева была до смерти напугана.

- Мне так нужна твоя помощь, Ферлон, - пролепетала она, и во взгляде ее читалась мольба.

- Положись на меня! Мы увезем тебя с этого острова, - заверил женщину капитан.

(Интересно, откуда она знала в какую сторону идти, она же на остров на грифоне прилетела и не видела где пристал «Искатель Бури». Да и Ферлон вроде бы собирался искать Женевьеву, как же они у корабля пересеклись?)

Она кивнула. Она достигла свой цели – но какой ценой? У магии Единства была одна особенность, о которой Женевьева никогда прежде не задумывалась. Эти знания не предназначались для смертных. Душе человека не вынести подобного бремени.

Так, Женевьева нашла ответы на свои вопросы. Она доказала, что ее теории верны, и это стало новой философией магии. В последующие годы магии Единства вытеснила старую магию. Теперь ученые и маги заговорили не о силе стихий, а о Порядке, Жизни, Хаосе и Природе. Что же до последней школы, говорят, что написанный Женевьевой Том Смерти утерян. Что он упал за борт, когда корабль возвращался с Расколотых островов. Правда известна лишь немногим: Женевьева сама привязала к книге груз и сбросила ее в океан. Она все же прислушалась к словам Ферлона.

(Так закончилась компания Единство из DLC Потерянные Легенды Аксеота. Сразу хочется сделать несколько замечаний к последнему абзацу. Том магии Смерти утерян, но маги смерти в четвертой части никуда не делись. Магия единства слишком тяжкий груз для смертной души, но в итоге ей были обучены вообще все маги Аксеота.

В целом, даже если закрыть глаза на канон, чего делать по идеи нельзя, ведь DLC было объявлено как продолжение именно изначальной серии, даже как вещь в себе данная кампания полна внутренних противоречий и несостыковок)

История о варваре Догвоггле, одном из полководцев Килгора, берет начало за несколько месяцев до Расплаты. Доводилось ему водить за собой разные армии, но ни одна из них и в подметки не годилась орде варваров, которая опустошала в те времена земли Антагарича. Для Догвоггла было приятно оказаться на стороне победителей. У него было все, что нужно воину: богатство и бесконечные победы. День ото дня дела шли все лучше, и все же Догвоггл нашел в себе силы отказаться от всего этого.

Ведь всякий раз, встречаясь взглядом с королем Килгором, он видел в его глазах нечто такое, что приводило его в ужас. Килгора боялись все без исключения сородичи. Каждый, кто находится близ такого человека, ходит по острию меча. И Догвоггл был уверен, что когда у них закончатся враги, будь то эльфы или эрафийцы, собственный народ станет следующим противником для Килгора – и он, Догвоггл, был уверен, что будет первым на очереди. Потому и решил опередить своего правителя. Кто-то назвал бы его предателем, но сам он считал себя героем.

К тому времени никто не сомневался в том, что Килгор одержит победу. Эрафийцы были в отчаянии, но Догвоггл не представлял глубин оного, пока не повстречался с эратийским полководцем по имени Эддран. Последний принадлежал к тем людям, которые готовы умереть ради высшей цели, и этого Догвогглу было не понять, ибо считал варвар – жизнь можно отдать или за гору золота, или за красивую женщину.

Эддран поведал Догвогглу, что Ледяному Мечу – знаменитому клинку Килгора – предназначено столкнуться со столь же могущественным оружием, и это столкновение приведет к взрыву, который разорвет мир на части. Встречаясь с полководцем, Догвоггл всего лишь хотел раскрыть эрафийцам план атаки Килгора, но ему и в голову не могло прийти, что его попросят стать спасителем мира. Эддран вручил варвару точную копию Ледяного Меча и сказал, что он, Догвоггл, - единственный, кто сможет подобраться к Килгору достаточно близко, чтобы подменить меч. Глядя на копию меча, Догвоггл был уверен, что даже Килгор не сумеет отличить ее от истинного артефакта.

По ночам Килгор устраивал пиры, и так напивался, что пробраться в его шатер и выкрасть меч не должно было составить труда. Потому Догвоггл согласился на предложение Эддрана, уверенный в том, что его вскоре назовут спасителем мира!

Однако все пошло наперекосяк, когда он умудрился потерять подделку. Вечером одного дня варвары подошли к реке, на другом берегу которой их ждали эльфы АвЛи. Килгор жаждал битвы, и приказал сородичам немедленно атаковать. Варварам надлежало перейти реку с вечера и броситься в атаку утром следующего дня. Догвоггл привязал фальшивый Ледяной Меч к своему снаряжению, но во время перехода реки узел развязался, и клинок пошел ко дну, словно камень, сгинув в речных водах. Догвоггл прославился, но не так, как ему хотелось: он остался известен как человек, не сумевший спасти мир, ибо был не в состоянии как следует затянуть узел.

(Тут должен прозвучать закадровый смех, как в дешевых трагикомедиях)

Мечтая о том, чтобы пророчество оказалось ложным, и понимая, что выкрасть Ледяной Меч без подделки ему не удастся, Догвоггл сбежал из лагеря варваров. И правильно сделал. Ибо следующим утром увидел вспышку – взрыв невероятной силы! Он направил коня за ближайший дом и едва успел скрыться от порыва опаляющего ветра – удача была на его стороне. А вот второму коню, которого варвар прихватил на случай погони, не повезло.

Догвоггл стоял подле догорающего дома и смотрел вдаль. Килгор не мог пережить такой взрыв! Его воины наверняка погибли вместе с ним, как и эльфы. И тогда Догвоггл подумал: «Похоже, я больше не дезертир». Разве можно дезертировать из несуществующей армии?

Над Догвогглом пролетел ангел, направлявшийся в сторону поля боя. Заметив варвара, крылатое создание спустилось на землю и встало рядом с его конем. Догвоггл даже не подумал тянуться к мечу, широко улыбнувшись, варвар приветствовал ангела.

- Тебе повезло, что ты уцелел после такого взрыва, - заметил тот.

- Какого взрыва? - неумело изобразил удивление Догвоггл.

Ангел не мог знать, что в силах варвара было предотвратить катастрофу. Но Догвоггла не покидало ощущение, что каким-то образом он все же узнал об этом. Крылатый посмотрел на варвара как на умалишенного, а затем просто пожал плечами.

- Мне пора в путь, - сказал ангел. – Но должен предупредить: из-за взрыва мир раскололся до самого сердца. Через несколько дней эти земли станут непригодны для жизни, а, возможно, и вовсе перестанут существовать!

После чего взмахнул крыльями и взмыл в небо.

- Тебе следует поторопиться, - бросил на прощание ангел. – Найди ближайший портал – святая сила дарует нам второй шанс в новом мире.

Окинув взглядом выжженные земли, Догвоггл пришпорил коня, выступив на поиски портала. К тому времени, как он добрался до цели, землетрясения повторялись каждый час, а в воздухе было столько дыма и сажи, что день казался темнее ночи. Поистине, мир обращался в довольно неприглядное место. Но что, если за порталом варвара ждало местечко похуже этого? Догвоггл никогда не любил магию, и каждый раз представлял себе сумасшедшего мага, который решил позабавиться, открыв портал на дно океана или в жерло вулкана.

Ступив в портал, Догвоггл обнаружил себя в ином мире, на лесной поляне, и сразу же учуял аромат жареной свинины, от которого у варвара немедленно заурчало в желудке. Запах шел со стороны здания таверны, вывеска на котором гласила: «Приют отступников». Догвоггл расхохотался: на вывеске был изображен человек с горящими волосами, воздевший руки к небу. А перед входной дверью лежал коврик с надписью: «Заходите! Из другого мира путь неблизкий!» Догвоггл покачал головой: люди странные создания – пробыли в новом мире всего несколько дней, а выпивка уже рекой льется!

(Зачем, зачем вы превращаете трагедию мирового масштаба в фарс? И поделитесь кто-нибудь секретом, как построить таверну за пару дней? Ведь континент Иранис был пустынен и малообитаем)

Варвар шагнул было ко входу, чтобы предаться возлияниям, но заметил пергамент, прибитый к стене возле двери. На нем было грубое изображение лица Догвоггла – и его имя! А чуть ниже – надпись, обещающая за информацию об этом человеке 10 000 золотых монет, и сообщить данные сведения надлежит полководцу Эддрану, пребывающему в городе Новая Надежда. Догвоггл сорвал пергамент со стены, размышляя о том, сколько он здесь провисел. Сможет ли кто-то опознать его по этому рисунку?

Догвоггл понимал, что у Эддрана была лишь одна причина искать его – месть. Полководец единственный, кто знал, что Догвоггл мог спасти мир – варвар подозревал, что все остальные, кто мог располагать подобными сведениями, погибли. Он не мог отправиться к Эддрану и повиниться, однако с жаждущим отмщения полководцем нужно что-то делать, ведь так просто в покое варвара он не оставит, и непременно отправит на виселицу при первой же возможности.

Догвоггл знал – ему нужно сделать все возможное, чтобы Эддран не проговорился. Ведь если выжившим энротцам станет известно, что он мог спасти мир, но не справился, варвар будет обречен. Его возненавидят еще больше, чем Килгора. Нет, подобной участи для себя Догвоггл не желал. Он вспомнил, как однажды увидел странное пугало на кукурузном поле и спросил детей, кого они хотели изобразить. Те ответили, что это Килгор Разрушитель. И сейчас Догвогглу меньше всего хотелось бы, чтобы где-то в полях стояло пугало с его лицом.

И Догвоггл потратил немало золота, которое успел загодя прихватить с собой, на создание войска, с которым намеревался сокрушить Эддрана. Эддран набирал людей в собственную армию, ведь после гибели Эрафии у полководца появилась новая цель: он хотел заставить Догвоггла страдать, а после – приконить варвара. Поэтому Догвоггл, нашедший приют в одном из основанных в этих девственных землях городов, даже не пытался договориться с Эддраном.

Повсюду висели плакаты, на которых была указана награда за голову Догвоггла. И тот считал за счастье, что на них не было указано, в чем именно он был виноват. Но варвар не мог понять, почему Эддран держит это в секрете. Быть может, полководец чувствовал, что и нам нем лежит часть ответственности за уничтожение мира? В конце концов, именно он доверил варвару подменить меч, стало быть, его вина не меньше! По крайней мере, Догвогглу хотелось так считать.

Каждую ночь Догвогглу снился один и тот же кошмарный сон: он видел, как обезумевшая толпа с факелами и вилами вышибает дверь, врывается к нему в спальню, вытаскивает его на улицу с криками «Это ты уничтожил наш мир!» А затем забрасывают веревку на ближайшую ветку и затягивают петлю на его шее. И он, Догвоггл, ощущает себя совершенно беспомощным.

Из-за этих кошмаров Догвоггл страдал от недосыпа, часто засыпал в седле, а однажды чуть не свалился с коня. И он понял, что Эддран специально держит его в страхе. Ему нужно, чтобы варвар жил с постоянной мыслью о том, что не смог спасти мир. И потому Догвоггл снова решил нанести удар первым.

Варвар отправился в ближайшую таверну, опрокинул пару кружек, чтобы было впечатление, что у него язык спьяну развязался, и сказал трактирщику, что знает страшную тайну, которая потрясет его до глубины души. Конечно же, это разожгло его любопытство. И тогда Догвоггл рассказал ему, что еще до того, как Килгор стал королем варваров, он сидел в эрафийской тюрьме за убийство знатного лорда. Якобы его должны были повесить на следующий день, и если бы это случилось, мир остался бы цел.

И когда трактирщик взволнованно спросил Догвоггла, что же произошло, тот понял: он расскажет об этом каждому, как захочет слушать.

- Он подкупил стражника, чтобы тот позволил ему бежать, - произнес варвар. – Так получилось, что я сидел в соседней камере за пьянство, и все слышал. И знаешь, кто был этот стражник? Это был Эддран.

Слухи разнеслись до окрестным землям, как лесной пожар. И они сделали свое дело. Эддран больше не мог обвинить Догвоггла в разрушении мира, ведь это выглядело бы так, будто он пытается отрицать то, что Килгор его подкупил. Конечно же, подобное было в корне ложно, но Догвоггл был убежден: на войне – все средства хороши.

Наконец, воинство наемников Догвоггла осадило Новую Надежду, оплот Эддрана, и в этом сражении полководец был убит. Однако, вопреки ожиданиям Догвоггла, следующей ночью ему вновь привиделся знакомый кошмар, с одной лишь разницей – из постели варвара выволок человек с пылающими волосами – в точности такой, который красуется на вывеске таверны «Приют отступников». Проснулся Доггвогл в холодном поту, спросил себя: «А теперь-то что?»

После поражения Эддрана во владении Догвоггла оказалась немалая земельная территория, а также армия. Но вскоре воинство Догвоггла с легкостью разбил иной варвар, обладавший невероятной силой и поистине нечеловеческой проницательностью – Тарнум. Он мог бы добить Догвоггла, однако – к изумлению последнего – отпустил его, заметив напоследок, что много лет назад варвары были прокляты и не виноваты они в своих неудачах. У Догвоггла создалось впечатление, что странный малый винит в этом самого себя.

Догвоггл был в отчаянии. После столь сокрушительного поражения карманы его были пусты, потому он нанялся к некроманту Койлу, что предлагал хорошую плату – как, в принципе, и все некроманты. Варвар полагал, что у тех всегда есть планы по захвату мира и нанимают они исключительно лучших. Конечно, надо оставаться настороже, ведь частенько некроманты пытаются превратить своих слуг в послушную нежить или же замышляют какую иную пакость.

Однажды Койл пригласил Догвоггла на ужин, а когда тот отказался, произнес:

- Я настаиваю! Это торжественный ужин в честь завершения труда всей моей жизни. Хочу поделиться радостью с кем-то из живых.

Догвогглу пришлось согласиться, хоть и было у него недоброе предчувствие. Варвар понятия не имел, о чем говорил некромант, но был уверен, что сможет постоять за себя, если понадобится. Догвоггл сел с ним за стол, однако ничего не ел, а потихоньку бросал еду на пол, скармливая крысам. В конце трапезы слуга-скелет принес им медовые финики – любимое лакомство Койла.

- Скажи, - начал Койл, откинувшись в кресле. Он подбросил финик в воздух и поймал его ртом. – Что это за имя такое – Догвоггл?

- Это отличное имя для варвара! - воодушевился Догвоггл. – Догво – имя великого героя. А Оггл – имя моего деда.

- Звучит глупо, - отмахнулся некромант.

Сознавая, что Койл, возможно, хочет его разозлить, Догвоггл промолчал. Койл же ухмыльнулся, будто услышал хорошую шутку, сунул в рот еще один финик и вытер пальцы о полу своей черной ризы. После чего прикоснулся к блюду фиников, поставленному перед варваром, поинтересовался, не отведает ли он угощения, а когда Догвоггл отрицательно качнул головой, немедленно присвоил финики себе.

- Догвоггл, друг мой, ты показал себя прекрасным полководцем, - сказал некромант. – Я бы хотел, чтобы ты и впредь верховодил моей армией. У меня нет намерения тебя отравить. Видишь?

С этими словами он подбросил финик в воздух... Темный фрукт описал дугу и исчез у него во рту. Но когда Койл посмотрел на Догвоггла, тот понял, что-то тут не так. Уж не собирается ли некромант использовать магию?!

Варвар схватился за меч, отпрыгнул от стола, приготовившись сражаться. А затем бледные щеки Койла начали краснеть. С ним определенно что-то было не так! Лишь сейчас Догвоггл осознал, что некромант попросту подавился. Койл несколько раз ударил себя по животу и стал в отчаянии царапать шею когтями. Он пытался протолкнуть в легкие хоть немного воздуха, но липкий финик застрял у него в горле.

Догвоггл застыл. Койл был в панике. Вскоре его щеки стали фиолетовыми, глаза закатились. Некромант упал на стол, а затем скатился на пол. Он был мертв. Догвоггл долго сидел на полу у трона Койла, и никак не мог прийти в себя после столь неожиданной смерти своего хозяина. Занимать его трон было неправильно, особенно, учитывая, что он стал свидетелем его смерти. И варвар спросил себя: «А что мне делать дальше?»

А затем дверь зала открылась, и два скелета ввели в помещение рыцаря. На нем были чистые сияющие доспехи, но лице – ни капельки грязи, и даже волосы были в идеальном порядке. Он явно был не из тех, кто пойдет служить в армию некроманта, поэтому Догвоггл немедленно вскочил на ноги, отметив, что у визитера, по крайней мере, нет оружия.

- Некромант! - с отвращением процедил рыцарь, глядя на варвара. – Я – посланник рыцарей Небесного Света!

- Ты ошибся, - начал было Догвоггл. – Я не...

- Ты оскверняешь эти священные земли! - отрезал рыцарь. – Наш мир был уничтожен для того, чтобы стереть с лица всех гнусных трусливых злодеев, прячущихся в темных норах. Вы не должны были пройти через портал, не должны были попасть сюда, в земли нашего спасения.

Догвогглу не удавалось вставить ни слова, и когда он увидел слюну, летящую изо рта фанатика, понял – убедить его в том, что не является некромантом, невозможно. К тому же, скорее всего, это просто одинокий безумец, решивший, что может в одиночку захватить земли Койла. Но во владении Догвоггла находилось пять городов и достаточно ресурсов, чтобы собрать огромную армию. Что мог сделать ему этот выскочка?

Поэтому Догвоггл решил развлечься.

- Ты осмелился оскорбить великого некроманта Догвоггла, злейшего из злейших? - патетически возвестил он. – Ты назвал меня трусом! Меня, пившего кровь сотен ангелов, убившего тысячи лишь для того, чтобы насладиться их агонией!

Следовало отдать Койлу должное – в его тронном зале была такая замечательная акустика, что голос варвара стал звучать поистине угрожающе. Рыцарь плюнул в него, но он стоял слишком далеко. Догвоггл плюнул в ответ, и попал ему ровнехонько между глаз. Рыцарь продолжил угрожать варвару и говорил с такой убежденностью, что у Догвоггла неприятно засосало под ложечкой.

- Пророчество гласит, что тьма придет в этот мир и создаст Посох Раскола – артефакт, наполненный злом, способным уничтожить мир! - продолжал вещать посланник ордена Небесного Света. – Твои дни сочтены, некромант! Рыцари Небесного Света не позволят тебе разрушить этот мир!

И как только он произнес эти слова, Догвоггл понял, о чем говорил Койл незадолго до того, как подавился фиником. Он назвал это «трудом всей своей жизни». Койл отмечал завершение создания Посоха Раскола! Догвоггл воодушевился: судьба мира снова у него в руках!

Однако вскоре после разговора с рыцарем у Догвоггла все пошло наперекосяк. Весть о смерти Койла быстро разнеслась по окрестностям – как и новость о приближении армии рыцарей, стремящихся покончить с Догвогглом. Последнего былые союзники стали сторониться, и города, прежде находившиеcя во владении некроманта, объявили о своей независимости – как от друг друга, так и от Догвоггла. Варвару понадобились немалые усилия, чтобы удержать под контролем Оплот Койла. Но теперь у него не было ресурсов, которые он намеревался использовать в конфликте с рыцарями Небесного Света.

Слуги-скелеты Койла буквально разобрали замок по кирпичикам, чтобы найти Посох Раскола, о котором говорил рыцарь, и через несколько дней Догвоггл начал успокаиваться. Быть может, рыцарь и правда был безумен? Но, увы, варвар был не прав, ибо на пятый день скелет принес ему посох, сделанный из потемневшей слоновой кости. Он был целиком покрыт магическими рунами, и взяв посох в руки, Догвоггл буквально почувствовал, какая сила его наполняет. Да, это был Посох Раскола – артефакт, способный уничтожить мир!

Умом варвар полагал, что надлежит оставить посох в замке, забрать немного золота и исчезнуть. Это было бы мудрым решением... но Догвоггл никак не мог избавиться от мыслей о землетрясениях и убийственной жаре – обо всем том, что уничтожило его родной мир. Каковы шансы на то, что откроется еще один портал, и смертные вновь смогут спастись?

И оставить посох безумным рыцарям Небесного Света он не мог. Эти фанатики готовы на все, чтобы уничтожить зло, наводнившее этот мир, в том числе, пожертвовать жизнями самых обычных людей. И, конечно же, нельзя было отдавать реликвию некромантам, которые продолжали отираться близ замка, это было бы слишком глупо.

Потому Догвоггл решил оставить Посох Раскола себе. По крайней мере, так никто не сможет им воспользоваться. После чего варвар приказал слугам найти в пределам оплота все свитки, в которых упоминался бы Посох Раскола – необходимо узнать о нем больше, чтобы ненароком не произнести какие-нибудь волшебные слова. В голове у Догвоггла одна за другой возникали ужасные картины: он говорит что-то безобидное, например «медовые финики», и мир начинает рушиться. Однако сейчас варвар был исполнен решимости сохранить мир в целости и сохранности – по крайней мере, сделать для этого все возможное.

Как-то ночью скелет принес Догвогглу свиток, где содержался ответ, который варвар так долго искал. Оказалось, это фрагмент из дневника Койла. У некроманта была привычка записывать свои соображения, когда он усердно трудился над каким-нибудь вопросом.

(Как удобно)

Догвоггл снова и снова перечитывал записи, пытаясь понять, как это может помочь.

- Осталось лишь подходящее название, - значилось в свитке. – Мне нужно что-нибудь емкое, что-то. Что наводило бы ужас на любого, кто когда-либо явится в этот мир и обнаружит здесь лишь безжизненные руины – творение Койла Губителя Душ. «Посох смерти»? «Демонический посох»? Не то. Нужно, чтобы название отражало основной принцип действия. Итак... По моему повелению посох станет погружаться в земную твердь, пока не достигнет сердца мира, где, если верить свиткам, сокрыты, целые океаны расплавленного камня и металла. Но прежде, чем всепоглощающий жар уничтожит мое детище, я отдам ему приказ – и произойдет взрыв невиданной мощи. Мир будет расколот, и все жизни придет конец...» Дальше значилось несколько вариантов названия, но ни одно из них так и не удовлетворило некроманта.

В свитке не было указано, какой приказ необходимо отдать Посоху Раскола, чтобы произошел взрыв. Но, судя по всему, артефакт может быть уничтожен в огне, поэтому Догвоггл решил поискать подходящее место, чтобы бросить посох в лаву. Варвар решил, что ему следует отправиться на восток, в выжженные земли за Заливом Теней.

На пути у него, однако, встали рыцари Небесного Света, и в последующие недели миньоны Догвоггла противостояли как фанатикам, так и ополчению вольных городов, прежде находящихся под властью Койла.

По пути примкнул к Догвогглу лич по имени Сандро. Расплата уничтожила его паутину власти в Энроте, и теперь ему пришлось начинать все сначала. Однако амбиции Сандро были неуемны, и рано или поздно заявит он о себе Аксеоту. Сандро был одним из некромантов Койла, а после гибели последнего стал одним из полководцев Догвоггла. Какое-то время он сопровождал варвара, но после того, как тот пересек Залив Теней и добрался до земель вулканов, исчез. Позже Догвоггл узнал, что Сандро практически обрек его на смерть, рассказав каждому некроманту, бандиту и главарю разбойников, что у него с собой артефакт, способный уничтожить мир. И варвар осознал, каким был глупцом, принеся Посох Раскола в это дикоземье, обитали в котором безумцы, жаждущие власти над миром. Но ему оставалось лишь продолжить путь к намеченной цели.

Противостоя собранным Сандро лордам и главарям разбойников диких земель, Догвоггл вел за собою воинство к обширному Озеру Огня.

Однажды в лагерь его вошел скелет, просивший стражей о встрече с Догвогглом. Тот согласился, однако оставался от мертвяка на приличном расстоянии – на всякий случай.

- Приветствую, Догвоггл, - произнес скелет безжизненным голосом Сандро.

- Я не буду разговаривать с тобой, предатель! - отрезал варвар, на что скелет возразил.

- А я думаю, будешь. Я предлагаю тебе спасение твоей жизни.

Разумеется, это заставило Догвоггла выслушать его. Чем больше он узнавал о правителях этих земель, тем меньше оставалось у него уверенности в том, что он сможет одолеть их. Почувствовав интерес варвара, скелет продолжал:

— Отлично, ты все-таки слушаешь. Итак, вот мое предложение. Соглашайся, или умрешь. Ясно?

— Учитывая, что у тебя нет языка, ты слишком много болтаешь, - сказал Догвоггл. Сандро не обратил внимания на эти слова.

- Отдай мне Посох Раскола, и, клянусь, я спасу тебя, - предложил он. – Ты всего лишь глупый варвар, который путается под ногами, мне нет до тебя дела! Но мне нужен этот посох! И ты отдашь его мне!

- Зачем он тебе нужен, Сандро, - осведомился Догвоггл. – Он годится только для того, чтобы уничтожить мир. Я думал, ты хочешь его захватить.

- Да, и посох поможет мне в этом, - согласился Сандро. – Когда все узнают, что он у меня, мне останется лишь убедить всех сдаться и отдать мне свои земли! Ведь иначе я воспользуюсь посохом! Поверь, все скорее будут жить под моей властью, чем погибнут вместе с этим миром.

Догвоггл вздохнул: этих безумных личей так просто заставить раскрыть карты! Они просто жаждут поведать всем о своих гениальных планах. Но надо признать, план Сандро и правда был хорош. Если бы варвар настолько не боялся последствий, сам бы им воспользовался, Король Мира, красиво звучит.

Но он знал: в тот момент, когда Сандро заполучит посох, он попросту убьет Догвоггла. И, поскольку выбора у него особо не было, оставалось лишь сделать хорошую мину при плохой игре.

- У меня есть один вопрос, Сандро, - произнес варвар.

- Какой? - нетерпеливо спросил лич устами скелета.

- Сколько раз ты пытался стать правителем мира? - поинтересовался Догвоггл. – Два? Три? Пять? С чего ты вообще решил, что тебе это по силу? Может, ты не так умен, как думаешь?

- Ах ты, ничтожный... - возмутился было Сандро, но Догвоггл стремительно швырнул свой маленький топорик в скелета, снеся тому череп. Жаль, что убить самого Сандро не так просто.

А спустя несколько дней воинство Догвоггла заметило лагерь на тропе впереди – отряд орков, посвятивших себя войнам. Орки выстроились в ряд, держа в руках топоры, и зарычали, когда Догвоггл приблизился. Они хотели поговорить, и варвар знал, что нужно сказать в такой ситуации.

- С дороги, девочки! - выкрикнул он. Орки разгневанно зарычали, потрясая топорами, а один из них бросил в Догвоггла камень. Впрочем, если бы он хотел убить варвара, тот бы уже валялся на земле с проломленным черепом.

- Мы пропустим лишь одного человека! - заявил орочий вождь.

- Неужели? - ухмыльнулся Догвоггл. – И кто же может заставить вас разбежаться как трусливых женщин?

- Варвар, известный как Догвоггл! - постановил орк к вящему изумлению самого упомянутого индивида. – Мы пришли, чтобы помочь ему уничтожить могущественную магию.

(Как удобно. Стыдно признаться, но несмотря на откровенный идиотизм ситуации, сам диалог я нахожу забавным)

Догвогглу не сразу удалось убедить орков, что он – именно тот, кого они ожидают, но когда варвар показал им Посох Раскола, орки признали в нем союзника. И рассказали, что армия варваров прислала их сюда, чтобы оказать помощь Догвогглу в его миссии. Догвоггл поинтересовался, откуда они узнали о нем, и орки поведали, что им рассказал о нем их вождь.

- Он охраняет проход к великому Озеру Огня на севере, - говорили они. – Там ты сможешь уничтожить Посох Раскола, если, конечно, доберешься.

Догвоггл возликовал: у него появились новые солдаты! Он был настолько рад, что даже забыл поинтересоваться у орков, каково имя их загадочного вождя.

Орки провели отряд Догвоггла к форту в одном из горных ущелий, у врат которых их дожидался человек, в глазах которого читалась невероятная уверенность.

- Путь откроется лишь для Догвоггла! - прокричал вождь варваров.

- Я – Догвоггл! - выкрикнул Догвоггл в ответ. Вождь устремился к нему, и Догвоггл немедленно потянулся к мечу, хоть и знал, что непременно проиграет этот бой. Он мог надеяться лишь слегка зацепить противника, оставив царапину, которая пару дней будет напоминать тому о стычке.

- Рад снова видеть тебя, Догвоггл, - произнес вождь, не делая и попытки атаковать. Именно он одержал верх над Догвогглом чуть больше года назад и изгнал из земель варваров.

- Я – Тарнум, - напомнил прежнему противнику вождь. – Не бойся меня. На этот раз Предки хотят, чтобы я помог тебе.

Да, Догвоггл припомнил, что Тарнум и прежде говорил о Предках – богах варварав, в которых Килгор не верил.

- Иди, - Тарнум пригласил Догвоггла проследовать через ворота форта. – Уничтожь Посох Раскола. Спаси мир, спаси себя.

Догвоггл медленно прошел мимо вождя. Рисковать не хотелось, вдруг неожиданный союзник передумает. Догвоггл собирался избавиться от проклятого посоха, чтобы покончить со всем раз и навсегда.

Вскоре большой отряд варваров, к которому присоединились Тарнус и его воины, вышел к реке, и, поскольку лошади давно не пили, устроил короткий привал. Зачерпнув из руки воды, Догвоггл почувствовал, что она теплая – скорее всего, ее нагрели вулканы. Пить варвар не осмелился, но смысл с лица кровь и грязь.

(Поостерегся пить сам, но решил напоить лошадей. Сказочный дол***б. Лошадь это не только полезная в военном ремесле рабочая единица, но и просто невероятно прихотливая скотина, которая может сдохнуть не только от плохого обращения или кормежки, но и вопреки хорошему уходу)

После чего отдал приказ перейти реку, благо в этом месте она была достаточно мелкой. Догвоггл оседлал лошадь и направил ее в воду, наслаждаясь охватившим его теплом. К несчастью, он настолько расслабился, что на мгновение забыл о Посохе Раскола. Варвар потянулся к посоху, чтобы проверить, на месте ли он, лишь когда добрался до другого берега... Посоха не было! Выругавшись с досады, Догвоггл поклялся научиться все-таки вязать узлы, которые не развязываются в воде.

(Сказочный дол***б. Да и сценаристы не лучше, это надо было додуматься дважды произнести одну и ту же шутку в пределах одной компании)

Варвару повезло: он заметил пропажу посоха достаточно рано и увидел, что его уносит течение – к счастью, довольно медленное. Он поскакал вдоль берега, проклиная богов, которые наслали на него все эти напасти. Немного опередив посох, Догвоггл спрыгнул в реку и поплыл так быстро, как только мог. Доспехи и намокшая одежда тянули его ко дну, но он продолжал грести, не теряя самообладания даже тогда, когда руки и ноги начало сводить от усталости... Наконец, протянув руку, варвар нащупал прохладную рукоять посоха, после чего развернулся и поплыл к берегу. И поклялся больше никогда в жизни не переходить ни одну реку вброд.

(Во-первых, кости, даже высушенные, тонут, а не плавают, посох же сделан из кости. Во-вторых, люди в доспехах тоже тонут, даже если это «легкие» доспехи)

Вскоре войско достигло магического портала, пройдя через который, Догвоггл оказался около Озера Огня. Его обдало волной жара, который буквально вышиб воздух из легких. Отыскав среди вещей щит, варвар выставил его перед собой, чтобы хоть как-то справиться с ужасной жарой. Помогло не сильно. Уже через пару секунд Догвогг обливался потом, который испарялся быстрее, чем успевал скатиться по его лицу. Варвар думал, что вот-вот умрет, но вынужден был бороться, ибо после всего пережитого было бы глупо погибать в самом финале. Он заставил себя сделать шаг, затем второй.

Подойдя к Озеру Огня, Догвоггл швырнул Посох Раскола в лаву. Артефакт ударился о поверхность озера, издал жуткий визг, когда огонь охватил слоновую кость, и утонул. Тот факт, что не последовало взрыва, стал для варвара большим облегчением. Сейчас ему хотелось только оказаться где-нибудь подальше от Огненного Озера, и чем дальше тем лучше.

Поэтому, вместо того, чтобы стать властителем всех городов и замков, которые уже успел завоевать на Иранисе, Доггвогл бросил все и отправился на восток. У него не было ни гроша, но впервые в жизни его это ничуть не заботило. На корабле варвар сдружился с матросами, научился вязать узлы, которые не развязываются, когда мокнут.

В одной из таверн варвар свел знакомство с неким дворянином, сэром Вортоном, который, оплатив выпивку Догвоггла, внимательно выслушал рассказ того о том, как один мир он уничтожил, второй – спас. Но больше всего Вортона заинтересовал момент о создании поддельного артефакта, который при определенных обстоятельствах вполне возможно выдать за истинный.

А после Догвоггл сделал то, что умел лучше всего – бежал из земель Ираниса. Ведь иначе прошлое продолжало бы его преследовать. Он был подручным Килгора, а после Распаты – некроманта Койла. Но самое главное, варвар успел нажить себя весьма могущественного врага в лице лича Сандро, а от таких стоит держаться подальше.

Потому Догвоггл счел за благо отправиться в земли другого континента Аксеота – Лодвара, где ждали его новые приключения.

(На этом закончилась компания Судьба Даёт Шанс Каждому, из все того же DLC к Седьмым Героям. Что тут сказать? Работа сценаристов многообещающая. Правда обещает она в основном все те же ляпы и несостыковки)

История Асхана (Предыстория)

(Хочется сразу обговорить несколько моментов. Во-первых название мира. В оригинале мир называется Ashan от имени Asha и по правилам это должно переводиться как Ашан и Аша. Чтобы избежать сходства с известной сетью супермаркетов многие говорят Эшан и Эша. Лично я покупал все диски с героями и там в переводе везде Асхан и Асха, было ли это еще одной попыткой избежать сходства или наши надмозги не знали, что сочетание «sh» читается как «ш» сложно сказать. Лично я буду придерживаться перевода с дисков, он должен быть наиболее распространен и привычен в нашей стране.

Во-вторых, если вы не играли в последние части, то вам стоит приготовиться к потрясениям. Так как вместо того, чтобы развивать серию и её историю сценаристы после пятой части принялись лепить предыстории. Я думаю, что вы уже догадываетесь, что у них получилось.

В-третьих, несмотря на то, что история Асхана никак не связана с оригинальной вселенной, в ней периодически делаются отсылки на знакомых нам персонажей и события. Особенно этим грешат Герои 6, где даже есть герои Шелтем и Корак и упоминаются Древние. Но согласно официальным заявлениям Юбисофт, все это исключительно комео предыдущих частей)

Как гласит Легенда о Сотворении, широко распространенная во множестве религиозных течений Асхана, в начале начал существовали лишь Магия и Пустота. Магия породила Космическое Яйцо, внутри которого зародились Предвечные Драконы, Асха и Ургаш, Сестра и Брат, Порядок и Хаос. Порожденные предвечной магией, Изначальные Драконы первыми обретают могущество и сознание. Ургаш наслаждается открывшимися ему возможностями, грезя о бесконечной свободе, Асха же желает придать магии форму и цель. Именно она определяет и дает название шести «цветам» магии, пребывающим в космической Пустоте: Тьма, Свет, Земля, Огонь, Вода и Воздух. Это — нити, посредством которых Асха создаст полотно вселенной.

Асха порождает шестерых Стихийных Драконов, воплощения цветов магии, чтобы они наблюдали за материальным миром и править им. Маласса, дочь Тьмы, Эльрат, сын Света, Силанна, дочь Земли, Аркат, сын Огня, Шаласса, дочь Воды, и Илат, сын Воздуха. После чего вместе со своими детьми Асха сотворяет Асхан — мир, созданный во Тьме, омытый Светом солнца; сфера Земли, тепло которой дарует сердце из Огня, по венам и артериям течет прохладная Вода, а жизнь вдыхают потоки Воздуха. Завершив творение, Драконы останавливаются, взирая на него, и Асха радуется содеянному.

(Отсылка на библию, завершив творение Бог посмотрел на всё, что он создал, и увидел, что всё это очень хорошо, после чего стал отдыхать в седьмой день)

Асха приняла решение сотворить слуг для своих детей, Стихийных Драконов. Эти Старшие расы являются также олицетворением цветов магии: Безликие — Тьмы, Ангелы — света, эльфы — Земли, дворфы — Огня, наги — Воды, а люди — Воздуха. Чтобы дать им сознание и способность применять магию, Асха омыла новосотворенных в крови их повелителей, Стихийных Драконов.

Ургаш видит мир, созданный Ашей, и Стихийных Драконов, и преисполняется зависти и отвращения. Созданное сестрой он непременно уничтожит, вновь обратит в хаос упорядоченное. В осмеяние Старейших рас Ургаш создает демонов, расу созданий, существующих в постоянных переменах, потворствующих всем своим желаниям, неважно, сколь низменным. Чтобы установить хоть какое-то подобие порядка среди его злобных отродий, Ургаш создает шестерых Владык Демонов — извращенных антиподов Стихийных Драконов. Каждый из Верховных Лордов властвует над одним из аспектов несдерживаемых желаний и страстей Ургаша. Имена шестерых Владык Демонов:

Ур-Хекаль, Верховный Демон Ненависти, оружие бесконечной вражды Ургаша со Вселенной и даже с его собственными созданиями, Ур-Хекал может использовать как импульсивный яростный гнев, так и холодную расчётливую ненависть. Под его рукой собраны самые малочисленные, но и наиболее могучие из рядовых демонов.

Ур-Краг, Верховный Демон Разрушения, представляя собой самую очевидную форму Хаоса, Ур-Краг — это воплощение одной из его самых могущественных сил: Энтропии. Как правило, Лорды Разрушения ведут за собой в бой самые большие легионы.

Ур-Аазеель, Верховный Демон Размножения, основной аспект Хаоса — это бесконтрольное разрастание и мутации, возможность существования без малейшей системы, порядка и структуры. Именно Аазеель создал особые породительницы из которых рождаются бесы, что могут в будущем развиться в любой другой вид демонов.

Ур-Вомох, Верховный Демон Обжорства, олицетворяет ненасытный аппетит Хаоса и неподвластное контролю желание к движению и поглощению. Бесконечная жадность и бессмысленная похоть — вот сферы его влияния. Под его рукой находятся стаи адских гончих и церберов.

Ур-Траггал, Верховный Демон Боли, мучитель и жертва, Владыка Боли — воплощение постоянной жгучей агонии, терзающей Ургаша. Его слуги могут усиливать себя впитывая свою и чужую боль.

Ур-Джубааль, Верховный Демон Безумия, Разумом несдержанного, яростного и непредсказуемого Владыки Безумия правит сам Хаос. Он одновременно провидец и безумец, пророк и шут. Его слуги способны внушать ужас и помешательство одним лишь своим видом.

Над демонами властвуют Принцы, полководцы Владык. В подчинении у Принцев находились Лорды Демонов.

Эпоха Легенд завершилась сражением двух Изначальных Драконов, происходило кое на всех пластах реальности. Позже это противостояние станет называться «Войнами Творения». Ведомые Ургашем и Верховными Лордами Демонов демоны противостояли Старейшим расам и Стихийным Драконам. Силы Порядка одержали верх в этом конфликте, Ургаш был заточен в огненном ядре Асхана, а его порождения бежали в отдаленные уголки мира, где начали восстанавливать былые силы. Когда Асха увидела раны, нанесенные ее творению, она пролила слезы, очищающие мир от скверны Хаоса. Но очищение это потребовало страшную цену.

Кровь сражающихся драконов пролилась на Асхан, образуя сеть драконьих жил, которые с течением времени превращаются в источники магии, Драконьи Нексусы; они навсегда изменили природу смертного мира. Магическая аура Нексусов обратила обыкновенных животных и растения в невиданных прежде созданий, наделив их толикой силы Драконьих Богов.

В час Войны Творения пять Стихийных Драконов сражались на стороне Асхи. По неведомым причинам Маласса (дракон тьмы) приняла сторону Ургаша, и Безликие выступили в союзе с демонами. Но когда раненой Асхе была необходима помощь ее детей для сотворения лунного кокона и последующего исцеления, Маласса тайно объединилась с Шалассой (драконом воды), отвечая на зов матери. На пустынном островке, затерянном в Нефритовом океане, священные воды Шалассы очистили тело Асхи, Маласса же очистила душу Асхи от скверны хаоса.

(Люблю неведомые причины, ими все можно объяснить)

Слезы Асхи раскололи Асхан надвое. На мир смертный, подчиняющийся законам Времени, Жизни и Смерти, где сменяются сезоны, а также день и ночь. И Мир Духов, который стал отражением Асхана до осквернения Хаосом, совершенный и незыблемый. Два мира отделены друг от друга Завесой — магическими вратами, измерением, заполненным грезами, призраками и застывшими воспоминаниями. Стихийные Драконы остались в Мире Духов, оставив созданные ими расы по другую сторону Завесы. Смерть была создана как благословение, дабы остановить агонию множества жертв Войны Творения и позволить им обрести мир и покой. Донельзя ослабленная эти ритуалом, Асха сотворила вокруг себя кокон и погрузилась в исцеляющий сон. Отражение кокона в мире смертном именуется «луной», а ее фазы стали еще одним мерилом Времени. Создание Завесы послужило завершением Эпохи Легенд и началом Древней Эпохи.

(Подводя итог, пока мало что понятно. Но тут сценаристов можно оправдать тем, что все это легенды и собирать приходилось реально с бору по сосенке, отсюда и некоторые несостыковки. Тут намек, там упоминание в диалоге, то, что в итоге вышла более или менее цельная картина даже похвально)

После начала новой эпохи Драконьи Боги скрылись в Мире Духов, откуда посылали видения своим смертным слугам, направляя их и наставляя. Так возникла Империя Шантири, объединившая шесть Старейших рас в единую нацию. Шантири возвели огромные города и храмы. Правила Империей каста жрецов, под предводительством девяти Иерофантов, каждый из которых служил одному из Стихийных Драконов, а трое — различным аспектам Асхи: Судьба, Жизнь и Смерть.

Империя процветала, пока её не потряс внутренний конфликт, названный Войной Старейших. Ангелы, дети Света, выступили против Безликих, детей Тьмы, чтобы отомстить тем за предательство в Войне Творения. Последствия этого конфликта были ужасны: зарождающиеся цивилизации и королевства уничтожили. За одну единственную ночь большинство жителей Империи Шантири исчезли, а от величественных городов остались лишь руины. Выжившие укрылись в различных землях Таллана, крупнейшего континента Асхана. Вину в случившемся возложили на Безликих. В последующие столетия о Шантири позабыли, и большая часть магических знаний оказалась утрачена. Постепенно позабыли и об Изначальных Драконах, поминая их лишь в легендах, смертные стали поклоняться лишь шести Стихийным Драконам.

После падения Империи Шантири Старейшие расы отдалились друг от друга. Ангелы остались в своих небесных городах, Безликие сокрылись в темнейших уголках Асхана, дворфы основали крепости в северных горах Гримхейм. Эльфы поселились в лесных городах, наги ушли на дно Нефритового океана, а люди расселились на равнинах Таллана. Демоны же скрываясь в тайных уголках Мира, и начали копить силы. Так закончилась эпоха древних.

(Об этой эпохе сложно что-то сказать. Тут даже легенд толком нет. Говоря об этих временах обычно упоминают либо какую-то важную по сюжету информацию, поэтому я не буду спойлерить, либо говорят, что многое с тех пор забыто)

Начало новой эпохи положило событие, кажущееся невероятным. Сар-Элам стал первым волшебником, сумевшим отправиться в Мир Духов и достичь сознания Дракона Порядка, которая обучила его природе материи и духа, а также явила высшие сферы могущества. Просвещенный, Сар-Элам обратился в Седьмого Дракона. По возвращении в Асхан Сар-Элам, ныне — Драконий Бог, призвал предводителей Ангелов и Безликих, заставив их заключить мирное Сумеречное Соглашение.

Чтобы предотвратить повторение катаклизма, поглотившего Империю Шантири, Ангелы и Безликие вынуждены были принести магическую клятву, обязуясь не использовать волшбу во вред друг другу. Это соглашение оказалось скреплено предвечной магией, и никто, за исключением Драконьих Богов, не в силах разрушить его. Большинство Ангелов и Безликих принесли клятву по доброй воле, так как видели в ней единственный шанс на выживание, да и погибли к тому времени большинство воинственных и фанатичных представителей их рас. Пришло время оплакать павших братьев и сестер и восстановить лежащие в руинах королевства, а не продолжать бессмысленное кровопролитие.

Закончив с наведением порядка в мире смертных Седьмой Дракон, по примеру Стихийный Драконов, решил уйти в мир духов, где образовал особую область чистой магии. Вскоре эту область заселили джинны, которых смертные чародеи считали отражением могущества и гения Сар-Элама.

В 3 год Новой Эпохи Ронан Великий, сын Аржеля и Галины из клана Сокола, Верховный Король клана Сокола, объединил людские племена равнин, основав Империю. Седьмой Дракон предсказал, что линия потомков Сокола не прервется, пока жив этот мир. Согласно официальной истории, записной орденом провидцев, Слепыми Братьями, Ронан Сокол взял в жены свою кузину Треву из клана Соколов, и боги даровали им трех сыновей и дочь. Но в записях Ангела Белкета сказано, что Ронан взял в жены девушку из клана Грифонов.

(Если бы нам хотя бы полусловом намекнули, что одна из версий ложна или еще как-нибудь обыграли этот момент, я бы сказал, что подобное различие сделано специально. Но так как нам просто дали две разные версии, будем считать это ошибкой сценаристов)

В 25 ГСД (год седьмого дракона) рыцарь из покоренного Ронаном клана Грифона, Ишван за верную службу получает герцогский титул. Так образуется Герцогство Грифона. На ряду с ним было образовано еще пять герцогств: Волка, Быка, Гончей, Единорога и Оленя. В центре находилась имперская провинция Соколов. Герцог Олень был дальним родственником Ронана и взял под свою руку бывшие земли клана Сокола.

28 ГСД стал началом Огненных Войн, длившихся более десятилетия и завершившихся лишь в году 40. Это было первым вторжением демонов на земли Асхана. После долгих лет, полных кровопролитных сражений, Седьмой Дракон пожертвовал собой, чтобы завершить Войны и остановить вторжение, сплетя из части своего духа тюрьму вечного огня, Шио. Сар-Элам и его последователи заточили демонов в пламенном ядре Асхана, вблизи создавшего их Ургаша, чтобы предотвратить их возвращение.

Однако магии, призванной Сар-Эламом, не удалось создать совершенную тюрьму, мельчайшие трещины нашлись в непроницаемом барьере, что позволит демонам вновь являться в мир во времена лунного затмения. От самого же Сар-Элама остался лишь череп. Прозванный Черепом Теней, он оказался в руках верных последователей Матери Асхи, создательницы Асхана и источника волшебства. Они спрятали реликвию в древнем храме на позабытом острове, подальше от вечных разногласий людей, эльфов и гномов.

(По началу идея с лунными затмениями показалась мне классной. Во время полного лунного затмения, луна освещается лучами солнца прошедшими через верхние слои атмосферы, где свет с более короткой длиной волны (от фиолетового и выше) частично рассеивается, а красный свет (с наибольшей длиной волны) доходит до луны. Так мы можем наблюдать красную луну. Подобное происходит лишь раз в 2-3 года и длится максимум 108 минут.

Казалось бы, вот вам идея, час зла, раз в пару лет демоны выходят на свободу. Но что же выходит у Юбисофт?

Первое затмение происходит через 290 лет после создания Шио и выливается в 6 летнюю войну. Второе происходит спустя 234 года после первого, вместо войны, лишь небольшая стычка. Третье затмение уже через 153 года после второго, снова вторжение не продлилось и года. Четвертое через 126 после третьего, и снова меньше года. Пятое через 108 лет после четвертого, в силу некоторых причин вторжения не было вообще. А шестое затмение вообще произошло лишь через 18 лет после пятого и демоны тогда бедокурили 3 года.

Какого Хрена? Движения небесных тел столь точны, что имея все необходимые данные можно чисто математически предсказать все небесные явления на ближайшие 500 лет, цикл лунных затмений, с их продолжительностью, вообще повторяется каждые 223 лунных месяца (18 лет, 15 дней, 7 часов, 42 минуты и 36 секунд, б***ь). А в Асхане черте что творится, интервал не постоянный и продолжительность от балды)

Во время конфликта умер Ронан Великий, и на трон Империи в 35 году взошел его правнук, Брайан Сокол, который летом 40 года сочетался браком с Бриеттой из дома Грифона. В будущем у них рождается семеро детей.

В Огненных Войнах демоны уничтожили небесные города ангелов, и большинство сынов Света погибло. Ангелы оказались на грани вымирания, так как их число значительно сократилось в ходе Войны Творения и Войны Старейших. Окончание существования их расы ознаменовало бы окончание поклонения Драконьему Богу Эльрату. Поэтому ангелы начали поиски народа, который сумеют обратить в свою веру, и их выбор пал на людей молодой Империи Сокола, в которой наступил — религиозный кризис, вызванный последствиями обретения Сар-Эламом божественного статуса и Огненными Войнами. В 48 году ангелы обратились к Императору Брайану Соколу и помогли ему преобразить слабую Империю, забытую ветреным Драконом Воздуха, в сильную державу, принявшую для себя сильного и непрощающего Дракона Света. Королевство людей именовалось отныне Священной Империей Сокола. В качестве дара своим новым «вассалам» ангелы преподнесли семь магических мечей, символизирующих семь добродетелей Эльрата. Поскольку в Священной Империи — шесть герцогств, каждый из герцогов получил по клинку; седьмой, наиболее могущественный, остался у Императора.

Однако гордый и своенравный Иштван, Герцог Грифона, отказался перейти в религию Эльрата. Когда император начал, с подачи ангелов, реформы в Империи, герцог Иштван стал лидером оппозиции преобразованиям императора. Герцог Грифон был истовым последователем веры в Илата и открыто выражал своё недоверие ангелам, самым ярким проявлением оппозиционных настроений герцога стал тот факт, что он отказался использовать выкованный для него ангелами магический меч. Меч Откровения, известный также как Меч Грифонов, он повесил на стене рядом с другими трофеями и больше никогда к нему не прикасался. Вместо него он попросил лучших кузнецов герцогства выковать другой меч, Железное перо, который он нарёк символом несгибаемой воли своего рода.

Этот меч стал реликвией дома Грифона и передавался в семье, как правило, младшим сыновьям правящего герцога, сам же герцог Иштван так и не успел им воспользоваться: через несколько дней после того, как новый меч был готов, герцог умер, вероятно — был отравлен. Убийцу так и не нашли, но многие небезосновательно полагают, что само преступление было в первую очередь политическим — его бесконечные рьяные тирады в правящем совете попросту позорили церковь и императорский двор.

С тех пор он бродил по Асхану в виде духа. Смерть не успокоила его неистовой натуры, а с учётом того, насколько бесславной она была, Иштван стал ещё более активен, чем при жизни, и открыто заявлял, что дом Грифона должен поклоняться не Дракону Света, а Дракону Воздуха. Иштван, с подозрением относясь к ангелам, которые прославляли Эльрата, с задором навещал своих потомков, не уставая напоминать им, что в их жилах течёт кровь Илата.

Среди граждан, которых принуждали отречься от веры в Илата, Дракона Воздуха, росло недовольство. Многие из них покинули страну, основав Свободные Города Востока, открытые для всех рас и религий Асхана.

В 50 ГСД разрозненные эльфийские кланы и семьи объединяются, чтобы восстановить уничтоженные демонами древние рощи. Над народом эльфов властвует верховный король и множество королей рангом пониже. Выборами короля занимаются друиды. Верховный король правит из главного королевского двора, и после того как он избран, его слово — закон. Он правит пожизненно, что для эльфов поистине немалый срок.

При дворе верховному королю служат прорицатели, друиды, воины, музыканты, фрейлины, поэты, шуты, сыновья подчинённых правителей и прочие, причём трудятся все на удивление прилежно.

Интриги при эльфийском дворе не столько смертоносны, сколько элегантны — эльфы не любят убивать других эльфов. Вместо этого они предпочтут оскорбить, изгнать, либо как-нибудь ещё унизить врага. Вражда у них может длиться столетиями, ведь эльфы не прощают обид и ревностно хранят свою честь.

Избрание короля у эльфов — это особый обычай. Друиды постятся и парятся в парильне до тех пор, пока всем им не явится облик нового правителя. Решение должно быть единогласным, и потому друиды остаются в парильне без еды столько, сколько потребуется для его принятия.

(Такое ощущение, что эльфы в Асхане русские. Нового правителя выбирают в банях, друг друга политики предпочитают грязью поливать, а не убивать. И если уж кого избрали, то надолго (уж простят мне мой политический юмор))

В 62 ГСД Семь последователей Сар-Элама не могут прийти к общему мнению его почитания, что приводит к расколу:

Сар-Шаззар, Сар-Аггрет и Сар-Исса были основателями Семи Городов, первого в истории государства магов. Первым принципы магии описал в своих трудах Сар-Исса, Сар-Аггрет же возглавил первую Академию Магии и написал труды о природе джиннов и Мира Духов.

Сар-Бадон основал орден Драконьих Рыцарей — сообщество воинов, посвященное обращению в оружие тела и духа.

Сар-Бахир, Сар-Антор и Сар-Тигон стали основателями трех орденов, каждый из которых олицетворял поклонение одному из аспектов Асхи: Белые Ткачихи (жречество «Асхи Матери», богини Жизни: кормилицы, дарующие благословение, помогающие женщинам при родах), Слепые Братья (жречество «Асхи Девы», богини Судьбы: провидцы и историки, ведущие хроники и хранящие пророчества, а также благословляющие новорожденных счастливой судьбою) и Молчаливые Сестры (жречество «Асхи Старухи», богини Смерти: женщины, неспособные к деторождению, готовящие тела усопших к погребению и молящиеся о странствии душ их к луне). Среди Молчаливых Сестер существовала и тайная секта — Лунные Клинки, ассасины.

В 67 году Сар-Шаззар пророчествует о Тёмном Мессии, который родится от человека и демона. Ему будет дарована мощь освободить всех демонов из их тюрьмы. Вот текст пророчества:

Десять веков будет крепость стоять —

Стены, застывшие криком немым.

И рогатые лорды склонятся пред тем,

Кто еще не рождён от хозяина Тьмы.

Полночь настанет, затмится луна,

И откроется склеп, где покоятся мощи

Той, что имя земле и народу дала —

Многоликой, Седьмой, Непорочной.

Схлестнутся пророчества. Рухнет покой.

Содрогнутся священные своды.

Сына Тьмы увлечёт, поведёт за собой

Дева, наследница древнего рода.

Скованный пленник остался в цепях,

Древние силы нетронуто спят.

Страх или гнев повернёт колесо,

Судьбы народов на чаши весов…

Грянет алая вспышка во тьме.

Демон скор на расправу и яр.

Мир склонится пред тёмным владыкой,

Как предрёк колдун Сар-Шаззар.

(Тут сразу возникает ряд недопониманий. Пророчество я привел из официальной локализации игры Темный Мессия. Я допускаю, что перевод неточный, более того я в этом почти уверен, так как в погоне за сохранением стихотворной формы, они точно подгоняли текст под ритмику и размер. Но это самый вероятный перевод, который вы встретите.

Сразу же непонятно, почему смешивают образ Сар-Элама и Асхи. Сар-Элам, Седьмой Дракон, Дракон Магии, а Асха Многоликая, Дракон Порядка, «Та, что имя земле и народу дала». Это две совершенно разные сущности. Более того, «склеп, где покоятся мощи» есть только у Сар-Элама, он умер и похоронен, Асха же спит внутри луны, где восстанавливает силы, она жива, у неё «мощей» нет.

Здесь пророчество приведено целиком, хотя по факту какой из двух последних абзацев окажется истинным, а какой ложным решать игроку, Вы можете как оставить скованного пленника в цепях, так и поставить мир на колени перед владыкой тьмы)

Семь лет спустя, в 74 году, Сар-Шаззар умер во сне, причину смерти определить не удалось. Когда его тело попытались доставить в некрополь, оно попросту рассыпалось в прах. Расследование этого загадочного происшествия дало первые ростки для формирования школы некромантии.

А в 104 году умер и Сар-Бадон. Перед смертью он приказал Драконьим Рыцарям построить Убежища и скрыться в них. Убежища эти разбросаны по миру и нужны для сохранения учения Седьмого Дракона, наблюдения за любыми признаками возможного вторжения демонов и муштры новых Драконьих Рыцарей для пополнения рядов ордена. В последующие века Драконьи Рыцари лишь изредка покидали свои крепости, и то лишь во время великих угроз.

Несколько веков длился мир.

В 330 ГСД наступило первое полное лунное затмение и стены Шио ослабли. Демоны вырывались в мир смертных на территории эльфийских земель. Эльфам так же помогали войска людей и гномов, но вскоре оказались наголову разбиты, наги остались в стороне от конфликта. Этот конфликт получил название «Войны Кровавой Луны».

Пять лет спустя, когда поражение смертных рас, казалось, было неминуемо, эльфы обратились за помощью к чародеям Семи Городов, и те отправили на войну свои силы. Алые Колдуны Аль-Рубита (мастера химер) провели многочисленные эксперименты с кровью демонов, впрыскивая ее в вены людей — рабов и преступников. Первыми с помощью крови низших демонов оказались сотворены гоблины, но эксперимент этот считают неудачным. Следующими с помощью крови более сильных демонов были созданы циклопы, однако управлять этими могучими гигантами тяжело. Наконец, было обнаружено нужное сочетание демонической крови, так создали орков, которые были способны вести за собой в сражения гоблинов и циклопов.

В течение последующих месяцев с помощью орков союзные силы одержали верх над демонами, и 336 год послужил завершением Войны Кровавой Луны. Демоны были изгнаны обратно в Шио, а ученые приступили к изучению причин вторжения, ставшего для мирян полной неожиданностью. Им удалось выяснить, что созданная Сар-Иламом тюрьма имеет один дефект: в час лунного затмения, когда луна (кокон Асхии) затмевается от светила Асханом (темницей Ургаша), стены Шио слабеют и демоны вырываются в мир. Слепые Братья приняли решение постоянно следить за движением луны относительно светила и Ашана. Они составили внушительные таблицы данных и выяснили, что следующее лунное затмение случится не ранее, чем через два столетия.

(Ага, то есть затмение длится всего час, просто уже вырвавшиеся демоны не обязаны сами возвращаться в тюрьму. Тогда у меня один вопрос: с какой скоростью демоны перебрасывают войска? В защите появилась брешь, в одном месте, и вторжение было в одном месте. Раньше такого не случалось, но допустим демоны знали об этом заранее и собрались в этом месте.

Шесть Владык, под рукой каждого некое количество Принцев, Принцы, в свою очередь командуют Лордами, каждый Лорд ведет за собой несколько легионов. Допустим (это уже 2 допущение), орды хаоса организовались и стройными рядами хлынули в брешь, хотя звучит это как глупый анекдот. Допустим (3), брешь была реально очень широкой, чтобы пропускать солидное количество войск ежеминутно. Допустим (4), в густых эльфийских лесах была большая полянка, где и открылась брешь, ведь мало открыть широкий канал, надо еще и разместить войска на другой стороне. Допустим (5), что на этой поляне не было ни стада единорогов, ни чего-нибудь еще, что могло бы тут же заткнуть дырку в пространстве, либо же хотя бы замедлить вторжение демонов. Допустим (6) высадка произошла в глубоком тылу эльфов, дав демонам солидное время на разграбление и захват некоторой территории. И снова допустим (7), что легионы хаоса не двинулись каждый куда хотел, а сжались единым кулаком и укрепились в зоне высадки.

Каждое из этих допущений тянет на полноценный рояль в кустах, но будем считать, что им нереально фортануло. Ведь иначе выходит, что конкретно в этот раз не просто брешь в защите открылась, а кто-то пылесосом собрал демонов и выкинул их в смертном мире. Так как позже, когда демоны точно знали, что будет брешь, когда у них появился единый Владыка Кха-Белех, что принес порядок в войска хаоса, когда у них были талантливые генералы, они не могли противостоять силам объединённых смертных королевств)

По завершении войны эльфы вернулись на свои земли и в последующие 200 лет прилагали все усилия, чтобы возродить их: они разбили новые рощи, очистили воды, дабы ни следа демонической скверны не осталось в благословенном Ироллане.

Орков же чародеи и имперцы обратили в рабов и подневольных солдат, принудив трудиться на рудниках и охранять особо опасные участки границ Семи Городов и Священной Империи Сокола. Орки подвергались гонениям, за что ненавидели своих создателей и хозяев.

В последующее десятилетие Алые Колдуны, которым успешное создание новых особей обеспечило главенствующее положение в Семи Городах, продолжали свои эксперименты, и в результате создали расы так называемых «зверолюдей»: кентавров, минотавров, гарпий, русалок, ракшас и т.д. Оные должны были заменить орков в качестве рабочих, слуг и стражей в Семи Городах. Зверолюди считались более совершенными по отношению к оркам, ибо в их жилах не было крови демонов.

История Асхана (Might and Magic: Elemental Guardians)

В 400 году Таинственная чума опустошает земли Семи Городов, убивая преимущественно волшебников. Тогда погибла вся семья Вейна, и погиб бы он сам, если бы не помощь Белкета.

Белкет очень стар и мудр, даже по стандартам ангелов. Белкет участвовал в Войне Древних. Он мужественный воин, и стал одним из первых ангелов, признавших борьбу с безликими нечестивой. Изгнанный за инакомыслие, он стал учеником Сар-Шаззара и начал изучать магию, чтобы понять, как Сар-Элам смог достигнуть мира духов.

В своих изысканиях Белкет шел все дальше и дальше, постепенно затрагивая то, что называют темной магией. Именно Белкет фактически изобрел некромантию как науку, и его помощь Вейну и его семье заключалась в обращении их в нежить. К сожалению только Вейн смог пережить ритуал став первым немертвым в мире Асхана и первым из вампиров.

(Вышеприведенная информация несколько спорна. До официального «изобретения» некромантии еще 61 год. Понятно, что открытие было сделано не в один день, но одно дело теоретические выкладки или некоторые эксперименты и совсем другое создание полноценного вампира.

С другой стороны про самого Вейна говорится, что он очень стар, и был единственным «выжившим» в той чуме, и именно после неё он стал вампиром. Так же, когда некое проклятие, так же названное болезнью, стало поражать нежить, Вейн был одним из немногих, кого это не коснулось, предположительно потому, что он был обращен не так как прочие)

Алехандро де ла Сегадора родился в 444 ГСД в герцогстве Быка в семье графа Видала де ла Сегадора. Он был единственным сыном Видала и его четвёртой жены. У того уже было несколько дочерей, и всё же граф хотел наследника. Однако тень смерти уже с самого рождения нависла над мальчиком — графиня умерла при родах и все сперва подумали, что с ней погиб и сам ребёнок; спустя мгновение он ожил, заставив исполненного горем отца поверить, что Эльрат услышал его молитвы.

Маленький Алехандро был немного странноватым, но при этом развитым не по своим годам. В раннем детстве он быстро научился писать и читать, показывая тем самым (иногда к удивлению, а иногда и к страху окружающих) большой интеллект и способности. Ладить со своими сёстрами у него не выходило; исключением была одна — Альма, разделявшая его любовь к книгам. Некоторые также утверждали, что он крайне невзлюбил новую жену отца, и чувство это, конечно же, было взаимным.

Шло время, и граф всё больше стал беспокоиться по поводу своего отпрыска. Его сын не только не испытывал интереса к охоте, искусству меча и военному делу, но и постоянно рассказывал про какие-то дивные места и времена, в которых он «словно был наяву», что расстраивало Видала. Поначалу тот полагал, что у мальчика просто было богатое воображение, развившееся благодаря чтению книг, но вскоре стало очевидно, что Алехандро был развит куда больше, чем предполагал его возраст.

В конце концов Видал попросил жреца Эльрата проведать своего сына. Тот объяснил ему, что юноша обладает редким даром — случай при рождении, когда младенец оказался на волоске от смерти, оставил ребёнка тесно связанным с Миром Духов и даровал возможность естественного, насколько возможно, перемещения его души по этому измерению во сне. Жрец посоветовал отправить наследника в семинарию, где этот дар могли бы направить на служение Эльрату, воспитав из мальчика великого священника.

Родители прочили ему карьеру жреца Эльрата, но сын графа сделал другой выбор, отправившись в Семь Городов, в город Аль-Бетиль, постигать искусство магии, после чего стал называть себя Сандро. В Аль-Бетиле Алехандро стал учеником и близким другом Белкета. Там он увлекся изучением Пустоты, изначальной энергии, из которой когда-то родились Асха и Ургаш.

Единственный близкий человек для Сандро, его сестра Альма, стала Сестрой Света, но не смотря на это они продолжали выходить на контакт друг с другом и оставались друзьями.

В 461 году Белкету удается окончательно оформить учение некромантии и объявить о новом направлении в магии. Отобрав из своих друзей и учеников наиболее верных и способных, Белкет делится с ними тайнами магии мертвых. Так в Семи Городах образуется еще один внутренний орден, Дом Вечности.

(Кстати этот момент я как-то упустил, описывая Семь Городов. Маги очень любили организовывать разные клубы по интересам, которые называли Домами. Уже известный нам Дом Вечности считался самым сильным и влиятельным за всю историю Семи Городов, но здесь и сейчас их история только началась.

Дом Духа занимал второе место по могуществу и влиянию и часто выступал в роли политического противника некромантов. Его приверженцами являлись элементалисты, призывающие духов при помощи древних знаний, уцелевших со времен Империи Шантири. Они основали первую школу магии в Семи городах и первоначально были первыми среди магов, но их влияние неуклонно уменьшалось, переходя Дому Химеры.

Основным занятием магов Дома Химеры, иначе известных как Алые Маги (за цвет мантий), были эксперименты с созданием новых видов существ. Именно маги дома Химеры создали орков и зверолюдей, после чего стали быстро отвоёвывать ведущую позицию у Дома Духа.

Дом Материи или Дом алхимиков — относительно небольшой Дом, но его влияние быстро росло. Они вели раскопки древних руин Шантири в поисках знаний павшей Империи. Во времена Семи Городов тесно сотрудничали с Домом Духа, находясь у него на вторых ролях, но после падения первого государства магов и организованная Серебряной Лиги становятся первым Домом среди магов)

С 461 года влияние Дома Вечности неуклонно растет. К 470 году Белкета даже назначают Ректором Академии, самой престижной школы магии в Семи городах, некроманты называют его архонтом, а прочие маги дают ему прозвище Ангела Смерти. В тот же год происходит сразу несколько событий, навсегда изменивших как орден, так и мир.

(Дальше идет описание событий из мобильной игры Might and Magic: Elemental Guardians, да, Юбисофт включила в канон сюжет нескольких своих мобилок)

Некий безымянный герой (игрок) узнаёт про таинственную смерть профессора Дайсона, как-то связанную с тёмной магией. Директор Академии, Белкет, объявляет общий сбор всех профессоров по поводу внезапного появления врат духов по всем островам, однако профессора Саюри нет, и молодой маг в сопровождении своего учителя, ученика Белкета — Сандро, а также двух других студентов — Лирана и Кей, отправляются на поиски.

Профессор Саюри член Дома Духа и, соответственно специалист в призыве духа, а так же Нага, что дает ей врождённый талант в магии воды. Её обнаружили в затонувшем городе, в плену у других наг. Саюри рассказывает, что почувствовала тёмную магию, исходящую из Шантирийской Пустыни, и отправилась туда. Вместе они заходят глубоко в пустыню, пока внезапно не пробуждается мёртвый шантирийский король — Ар-Кенос, и убив Кей, что напала на него, уходит.

Горя местью, герои следуют за ним в пустоши, встретив по дороге сестру Сандро — Альму. Та рассказывает о том, что магия тьмы Ар-Кеноса начала распространяться на земли Империи, и потому её послали сюда. Добравшись до мёртвого короля, Альма рвётся в бой, но Ар-Кенос убивает и её. Однако Безымянному удаётся разобраться с ним и тот поспешно убегает. Белкет объявляет, что юный маг теперь не новичок, а полноценный волшебник, после чего вместе с Сандро уносит тело Альмы, говоря ему, что они всё ещё смогут ей помочь. Саюри с подозрением относится к Ангелу Смерти и говорит, что ощущает вокруг него и его ученика Сандро тёмную энергию, и ей не даёт покоя странная смерть профессора Дайсона.

(На этом сюжет мобилки заканчивается. Сложно сказать, были ли Белкет или Сандро действительно виноваты в восстании Ар-Кеноса и все этих смертях. В своих дневниках Сандро не упоминает ничего подобного, хотя и скорбит о сестре)

Тогда же был сделан первый шаг Сандро на пути к своему падению. Он попытался воскресить свою сестру не при помощи некромантии, а обратившись к Пустоте. Ритуал проходит неудачно, тело Альмы обращается прахом, а с костей Сандро сходит вся плоть. Он становится первым в истории Личем, и долгое время, чтобы не шокировать никого своим внешним видом носит артефакт Маска Ложного Облика.

(В целом историю Сандро из Энрота творчески переработали, оставив очень много знакомых моментов. Меня смущает только один момент, тот же, что и с вампиром Вейном: почему они были первыми и единственными? Да, были вампиры и личи после них, но существо благодаря которому это стало возможным обнаружат только в 505 году. Почему никто не попытался пройти повторно путем Сандро или Вейна?)

В 467 году орки и зверолюди начинают восставать против своих хозяев. Восстание начал вождь Малатуя в Шахибдии. Он выпустил из лабораторий чародеев продукты их экспериментов, обратив город в хаос, большая половина созданных зверолюдей присоединилась к оркам.

В ту страшную ночь, вошедшую в историю как Ночь Тысячи Огней, чародейку Фахаду и ее возлюбленную, джинна Калиду, разбудили истошные крики, весь город Ажар обратился в хаос, и орки безжалостно расправлялись с его обитателями. Фахада и Калида встали на защиту жителей, и сдерживали натиск орков, пока не прибыли в город войска, ведомые Касимом — Первым из Круга Девяти и правителем Семи Городов.

Касим сообщил Фахаде, что восстания происходят повсеместно, поэтому надлежит безжалостно подавить их, перебив орков всех до единого. И — в первую очередь — покончить с Малатуей, предводителем восставших, осаждающим город Шахибдию.

(Что-то я не уловил, Малатуя начал восстание в Шахибдие или восстания повсеместны и Малатуя лишь осадил город?)

Однако первостепенной задачей для Фахады Касим поставил защиту южного города Манаара, после чего покинул Ажар, чтобы донести весть о восстании до остальных городов и селений чародеев.

(Чтобы предупредить о восстании, которое происходит повсеместно)

Несмотря на то, что слухи о любовной связи чародейки с джинном, заставляли иных магов смотреть на нее весьма косо, в случае успеха Касим сулил ей место в Круге Девяти, и Фахада, сплотив за собою небольшое воинство магов и зверолюдей, выступила в южные земли, расправляясь со всеми орочьими отрядами, встречающимися по пути. Один из плененных орков, Дого, поведал чародейке, что Малатуя отправил его на поиски Цветка Пустыни — волшебного самоцвета, который непременно даст предводителю орков силу против магов. Обратив взор на Калиду, Дого настаивал, что однажды чародеи так же закуют джинна в кандалы, но возлюбленная Фахады отвечала: «Ваше восстание бросило тень на всех нас. Мы убьем вас, и докажем свою преданность».

Фахада покончила с Дого, после чего разделила свое войско надвое, велев Калиде спешить к руинам Амала, дабы отыскать Цветок Пустыни прежде, чем это сделают орки. Прощались они с тяжелым сердцем, но сознавали, что рано или поздно встретятся вновь, ибо для любви их нет преград.

(О боже)

Фахада вступила в бой с орками, осаждающими Манаар, и победила. Городской старейшина, Адил, поблагодарил чародейку за помощь, однако присоединиться к ней отказался, он не желал стоять в одном строю со зверолюдьми. Тем не менее, слух об успехе Фахады стремительно распространился, и к ней присоединились многие чародеи, зверолюди и джинны из окрестных земель.

Калида же тем временем спустилась в руины Амала, где был похоронен маг Хаким из Ажара, ученик Сар-Исса. Но не успела она отыскать артефакт, как руины наводнили орки, ведомые Дженго. Армия джинна разгромила орочье войско, но Дженго удалось бежать…

Калида сумела заполучить Цветок Пустыни, после чего джинн поспешила вернуться на поверхность, и несколько дней спустя встретилась с Фахадой, которой передала волшебный самоцвет. Чародейка была наслышана о волшебной секире Малатуи, и не была уверена в том, что даже обладая Цветком Пустыни, сумеет справиться с орочьим вождем. «Всегда есть надежда», — печально улыбнулась джинн. Фахада отрицательно покачала головой: артефакт черпает силу из Мира Духов, но для того, чтобы пробудить его магию, необходимо поместить внутрь душу. Калида безропотно предложила возлюбленной собственную сущность — малая жертва для спасения народа и признания Кругом.

(О боже (2))

Терзаемая страшной душевной болью, Фахада приняла предложение Калиды, ведь иного выхода у них попросту не было. Чародейка произнесла заклинание, и сущность джинна переместилась в Цветок Пустыни — самоцвет, открывший своей владелице дорогу в Мир Духов. Сотворив портал, Фахада провела свое войско дорогой духов в иную точку Асхана — прямиком к воротам Шахибдии.

В последовавшем сражении с орками Фахада сошлась в противостоянии с Малатуей; сраженный заклинаниями противницы, тот все же сумел сорвать самоцвет с ее шеи. после чего рухнул вниз с крепостной стены. Изумленная, Фахада смотрела вниз, наблюдая, как в ущелье у подножия стены угасают две жизни, и понимала, что частичка ее души умерла навсегда.

(События компании за Академию Волшебства в Героях 7)

Магам, при помощи некромантов, удалось взять ситуацию под контроль, но дело погибшего вождя продолжало жить. В Империи Сокола войска выступили против орков, дабы подавить восстания. После череды жестоких сражений орки потерпели поражение. Выжившие разбежались кто куда, в том числе в южную пустыню Сахаар, в северо-восточные степи Ранаар и восточные Граничные Острова, куда повел их за собою Куньяк, сын Малатуи. Культуры орочьих общин станут различны, однако все они продолжат ценить гордость, доблесть и независимость, а также истово ненавидеть демонов, своих создателей — колдунов, и Священную Империю.

Дом Химеры полностью ушёл в тень Домов Вечности и Духа, Орден некромантов занимает лидирующее положение, так как орда нежити оказала существенный вклад в подавление мятежа. Это падение привело к тому, что среди красных магов Дома Химеры стали чаще появляться демонопоклоники.

В 470 году свою независимость отстоял город Хаммерфолл (События компании за альянс света в Героях 7). В чем сыграл огромную роль Томас Волк.

Томас — третий сын герцога Генриха Волка. Отец никогда не считал его достойным наследником. Томас выполнял небольшие поручения отца и предпочитал наслаждаться беззаботной жизнью богатого лорда, вместо того, чтобы участвовать в политических играх, как его старшие братья.

Всё изменилось, когда он однажды был послан выполнить простое поручение по случаю императорского визита. Томас оказался вынужден отстаивать свою малую родину против, как он думал, агрессии со стороны соседнего герцогства Грифона (на самом деле это оказалась подстроенной ловушкой) и был отправлен в ссылку в отдалённые земли империи, под опеку своего дяди Конрада.

В первые месяцы изгнания Томас встретился с Имориль Красный Щит, правой рукой Конрада, и с её помощью обеспечил безопасность нового торгового пути на Хаммерфолл. Во время этого приключения Томас обнаружил, что у его дяди, как и у Имориль, есть много нераскрытых тайн.

В Хаммерфолле Томас встретил свою судьбу, когда, следуя приказу своего дяди защитить нашедших в городе убежище орков Билаши Храброго, бросил вызов имперской Армаде. После самопожертвования Конрада в Торговой бухте молодому Волку довелось стать новым протектором города и, уже в новом качестве, узнать все секреты своего нового дома.

После отражения Армады Томасу пришлось встретиться с Империей на поле боя ещё раз, в сражении с армией, которую возглавляла лично императрица Кайла. С помощью своих новых союзников, орков и кузнецов Крови, он отомстил за смерть Конрада, убив Сергея Грифона на ратном поле и отразив имперские войска. После этого его имя было вычеркнуто из анналов Империи. В истории Томас остался как Томас Вечноседой, протектор Хаммерфолла и мастер кузнецов Крови.

(Хороший выбор для героя фанфика, не смотря на кажущийся масштаб событий, по сути это возня в песочнице на окраине империи людей, не нужно будет описывать слишком много мест и персонажей, при этом накрутить можно что-то на уровне Игры Престолов)

В 472 году Дженго приказал сородичам выступать на Аль-Бетил. Его поддержали не все орки. Молодая воительница Имани доказывала своему старшему брату Амари, советнику вождя, что подобное начинание обречено, и Дженго наверняка безумен, если надеется, что ему удастся сокрушить один из семи великих городов чародеев.

— Его охраняют мертвые стражи, им не надо есть и спать. — говорила Имани. — А орков мало, орки устали. Дженго ведет нас на бойню!

— Амари верит Дженго, — возражал ее брат. — Дженго великий воин. Дженго дал оркам много побед.

— Жажда крови омрачила разум Дженго, — покачала головой Имани. — «Дженго упивается местью — и вот-вот захлебнется ею. В последний раз, когда Имани слепо последовала за Дженго, Имани потеряла глаз!

(Боже, что за тупое клише, что орки говорят как умственно отсталые. Если они носители языка, то говорят как все, может с некоторыми национальными особенностями, или акцентом, если язык для них не родной. Но не как дауны)

Амари прислушался к словам младшей сестры, после чего повелел ей попытаться в течение месяца заручиться поддержкой племен зверолюдей, проживающих в окрестных землях, убедив их восстать против ненавистных хозяев. Обещав, что непременно приведет союзников, Имани устремилась в земли к югу от Аль-Бетила, где — как она знала — остаются племена гноллов, кентавров, гарпий и ракшас — людей-львов.

Здесь она освободила из возведенных чародеями загонов гноллов, и вождь последних, Кафтар, наряду с сородичами примкнул к Имани. После чего она уничтожила магический барьер, удерживающую в каньоне гарпий, предложила союз их предводительнице — Канони. Наконец, орки даровали свободу гордым кентаврам, и вождь тех, Рим, обещала Имани, что они станут сражаться вместе.

Избегая попадаться на глаза прочесывающим пустыню отрядам магов, Имани выступила на поиски ракшас. Вождь высокомерных людей-львов, Асад аль-Кзин отверг предложение орков о союзе, постановив:

— Я не раб. В Семи Городах каждый может возвыситься благодаря своим достижениям. Орки, кентавры, гноллы, вы во всем вините хозяев, своих создателей. А упорным трудом вы могли бы добиться их уважения. Скоро ракшасы станут ровней магам! А вы скулите, забыв о гордости. И я, Асад аль-Кзин, стану первым зверочеловеком в ордене боевых магов. Мой долг — уничтожить тебя и подавить твой бунт.

Ракшасы атаковали армию зверолюдей, но ни одна из сторон не смогла взять верх над другой. Отступив, Асад с ухмылкой сообщил Имани, что господин его использовал ракшас, чтобы разделить силы мятежников — именно таков был его план с самого начала. И пока Имани с союзниками пребывает здесь, ее сородичи гибнут у стен Аль-Бетила — донесение это ему только что доставила генерал Аали! Известие это привело Имани в ужас.

(Удивительно, что у гордого Ракшаса не шевельнулась в голове, что его отряд отправили на смерть как разменную монету. Воистину прав был Гёте: «И рабства нет страшнее, чем рабство тех рабов, себя кто почитает свободным от оков»)

Когда Имани привела армию к стенам Аль-Бетила, сражение уже завершилось, и множество тел мертвых орков устилало песчаную равнину — пал и старший брат Имани, Амари. Как и предполагала Имани, Дженго повел орков на убой. Выжившие, не более, чем половина племени, бежали как можно дальше в пустыню Сахаар.

Имани открыто обвинила Дженго в том, что жажда отмщения лишила вождя разума, ведь если бы он повременил с нападением на Аль-Бетил, но она бы привела ему три армии союзников.

— Дженго ведет нас на смерть, — говорила она. — Имани — на битву за будущее!

Так они разделились. Треть уцелевших орков поддержала Имани. За Дженго последовало большее число орочьих воинов, однако новообретенные союзники из числа зверолюдей остались с Имани. И теперь бывшие сородичи готовились к битве, ведь двум вождям не бывать, а тот, кто перестал быть другом, становится врагом.

Прежде, чем выступать против Дженго, Имани почтила память павших в сражении у стен Аль-Бетила. После чего повела за собой армию через Долину Раскаленных Песков по следам Дженго, она знала, что свободу можно завоевать лишь оружием, а с нынешним вождем орки пустыни Сахаар обречены.

Ступив в лагерь Дженго, Имани вызвала вождя на поединок, и шаман, Кибве, постановил — надлежит провести ритуальный бой, и выживший станет вождем племени. В последовавшем сражении Дженго потерпел поражение, потому признал за Имани право именоваться вождем, однако заявил о том, что продолжит свое противостояние магам — пусть даже и в одиночку. После чего покинул племя, уйдя в пески Сахаар.

Последующие три года (вплоть до 475 года) племя, возглавляемое Имани, блуждало по пустыне, припасы были на исходе, и все осознавали, что если не отыщут как можно скорее новое пристанище, им всем грозит гибель. Мужество покидало Имани, душу заполняло отчаяние. Обратившись к шаману Кибве, вождь отдала приказ: атаковать заставы и караваны, забирая еду и оружие — все ради выживания.

— Все орки вопрошают Мать-Землю и Отца-Небеса, — говорил шаман, обращаясь к Имани. — Сотни, тысячи голосов, всегда. Имани нужны ответы? Тогда пусть пойдет и возьмет их.

— Но как заставить духов-хранителей говорить? — спросила вождь.

— Орков создали для борьбы с демонами. У орков горячая кровь, она кипит! Но иногда самый страшный демон живет внутри нас. Его очень трудно победить. Такой демон заставил Дженго забыть свое племя. Внутри Имани тоже есть демон. Имани — храбрый воин. А воины не задают вопросов, они ищут врага. Самый страшный враг вождя — в нем самом. С этими словами Кибве покинул шатер Имани, оставив ту противостоять терзающим ее сомнениям и отчаянию.

А вскоре гарпии Канони донесли о том, что заметили неподалеку благодатный оазис, вот только неподалеку был возведен замок крестоносцев Кастлрок, и наверняка обитатели этой твердыни не обрадуются соседству. Потому Кибве и Рим осадили замок, захватили его, обратив крестоносцев в бегство. Предводительница рыцарей, Мелизанда, предостерегла орков, заявив о том, что вскоре силы ордена крестоносцев, союзники Семи Городов, появятся в этих пределах, дабы покончить со зверолюдьми раз и навсегда.

(Ну, во-первых, силы ордена крестоносцев уже появились в пустыне, даже крепость возвели, это, надо сказать, не такое уж и легкое дело. Во-вторых, меня одного смущает количество «сильных и независимых»? Я честное слово не сексист, но повсеместная толерантность уже напрягает)

Орки были слабы и измождены, но на месте павшего замка принялись возводить собственную крепость — Нинакулу. Все последующие недели Имани оставалась в своем шатре, продолжая вести сражение со своими внутренними демонами, и племенем продолжали верховодить Кибве и Рим.

Вскоре в окрестностях появились лазутчики магов, должные оценить силы орков, а после пришла и армия, ведомая ракшасом Асадом. Орки наголову разгромили противника, обратив в бегство, но они сознавали, что маги непременно вернутся.

Летели месяцы, и в год 476 лазутчики донесли Имани, что марзпан Ясир, маг и правитель окрестных земель, намерен отомстить оркам, захватившим плато и возведшим на оном свое поселение. Сам Ясир выступал ярым противников рабства, был знаменитым изобретателем, прославившемся созданием множества конструктов. Но, поскольку присутствие орков на его землях могло стоить Ясиру места в Круге Девяти, маг приказал Асаду избавиться от них. Потому Ясир отправил к Нинакуле три отряда, приказав предводителям тех захватить плато и выбить орков с этих земель раз и навсегда.

Гарпии донесли Имани о передвижениях отряда врага, понимая, что с брошенных против них силами оркам не совладать, она приняла решение нанести удар первой. Направив небольшие отряды сородичей под началом Кибве и Рим к сопредельным селениям чародеев, Имани затаилась у Моста Слоновой Кости, что вел прямиком ко дворцу Ясира — Аль-Джабре, после чего принялась выжидать.

Довольно скоро лазутчики донесли марзпану, что селения Дома Изобретателей и Буртукаали подверглись нападениям орков; немедленно, большая часть стражи покинула дворец, устремившись к означенным городам. Однако Кибве и Рим уже отвели от оных войска, и Имани воспользовалась практическим отсутствием стражи в Аль-Джабре, чтобы проследовать в город. Здесь армия ее схлестнулось с дворцовой стражей, возглавляемой Асадом, нанеся поражение ракшасам, Имани приказала сородичам заковать Асада в цепи, после чего проследовала во дворец.

Ясир никак не ожидал, что вождь орков сделает ему вполне разумное предложение: племя остается на плато и маги более не досаждают ему, орки же охраняют руины Шантири, позволив магам изучать их.

— Кругу Девяти это не понравится, — задумчиво произнес Ясир. — Императору Коннору и его приближенным тоже. Но, думаю, мы придем к соглашению. Я благоразумный человек и, думаю, никто здесь не хочет продолжать резню. Если мы придем к согласию, то предотвратим множество бессмысленных смертей — как с одной, так и с другой стороны.

Так Имани стала вождем племен пустыни Сахаар.

(Так закончилась компания за Непокорные Племена в Героях 7)

В 479 ГСД Дом Материи создает конструктов, големов и гаргулий, укрепив свои позиции в Семи Городах, но все еще находясь в тени Домов Духа и Вечности.

В 504 году закончились орочьи войны.

В 505 ГСД явила себя миру Мать Намтару. Мать Намтару была создана после битвы Асхи с Ургашем. На одном из островов нагов Шаласса и Маласса встретились, чтобы исцелить свою мать, Асху. Шаласса омыла её священными водами, а Маласса забрала у неё страдания, страхи и неприятные воспоминания, воплощением которых и стала Мать Намтару. Она была создана непреднамеренно, и потому оставалась на острове под защитой посоха, который держал её взаперти и не давал выйти в мир.

Со временем сила Матери Намтару росла, а сдерживающего посоха — ослабевала. Наги начали болеть и сходить с ума. Поэтому Акася, наг и правитель священного острова, где томилась пленённая Мать Намтару, решает убить её, но Мать Намтару подчиняет его разум. Акася впадает в безумие под воздействием насылаемых Матерью видений и убивает нагов, чтобы утолить голод матери.

В это время Светлана, дочь Сергея, который надеялся иметь сына, и в юности прославленная как «Цветок Севера», поначалу носила на себе ношу единственного ребенка в семье — и нежеланного. Когда ей исполнилось пятнадцать, родился Павел, и Светлану быстро отодвинули в сторону, ведь появился долгожданный наследник. Однако, она была полностью довольна развернувшимися событиями и покинула родной дом, чтобы изучать Мир Духов — сначала с ангелами, потом с чародеями Семи Городов. Поселившись там, она стала делать успехи в своих исследованиях и вскоре стала ученицей некроманта Агирре. Будучи уже достаточно отдалённой от своей семьи, Светлана присоединилась к Дому Вечности. Светлана побеждает Акасю и саму Мать Намтару, после чего к Матери возвращается разум и Светлана увозит её в Аль-Бетил, столицу Дома Вечности.

(Ну да, оживщий кошмар бога-творца, это ведь такая мелочь. И победить его можно и домой отвезти)

Орден Некромантов становится религиозным Культом Паука, из-за чего прочие маги начинают относиться к ним с предубеждением. Мать Намтару регулярно наставляет своих поклонников через еле слышный шёпот или во сне. Сила Матери Намтару столь велика, что ставит её практически на одну доску со стихийными драконами. А её яд позволяет стать живым мертвецом. Верховные некроманты подмешивают себе в пищу эликсир вечной жизни, добываемый из яда намтару, священных паучих Асхи. Эта процедура обращает их в азаккусов, или личей. Личи, некроманты и рыцари смерти самых высоких рангов и получившие особое разрешение погибают в объятиях самой Матери Намтару и перерождаются в виде аххарусов, или вампиров. Этот мучительный ритуал омолаживает и избавляет их от всех недостатков тела. В теории — они могут жить вечно. Внешне все старейшие вампиры, управляющие советом Эриша, выглядят более чем привлекательно, их возраст замер где-то в районе 24-26 лет.

Будущий варвар и пират, Крэг Хак в детстве носил другое имя. Он родился в 512 году эры Седьмого Дракона в вольном городе Переправа Эридана, на границе между герцогством Оленя и эльфийским королевством Ироллан.

В пятнадцать лет (527 год) Крэг собрал отряд наёмников и начал ввязываться в многочисленные территориальные стычки в Империи и Вольных Городах. Среди наёмников было несколько орков, и Крэг скоро сдружился с ними — ему нравились прямота и манеры орков. Скоро Крэг Хак стал известен своим бесстрашием и свирепостью в бою, за что имперские солдаты прозвали его «варваром». Многие верили, что он скорее орк, чем человек. Это прозвище должно было быть оскорблением, но для наёмника стало положительным отзывом.

В 537 ГСД, прислушавшись к придворным льстецам и интриганам, Верховный король Ироллана Арниэль решил, что эльфийская власть слишком децентрализована и что традиционный путь избрания на высшую должность, итог общего видения друидов, ненадёжен. Арниэль решает узурпировать власть, до этого разделённую между королями эльфов, лишить друидов их полномочий и сделать свой титул передаваемым по наследству. Возмущенная заявлениями Арниэля королева Туидхана, правительница небольшого государства эльфов, расположенного на северо-западной границе Священной Империи, провозгласила независимость от Верховного короля.

Три года (540 ГСД) спустя Тарлад стал целью вторжения рыцарей Империи: император Лайам Сокол, жаждавший воинской славы и расширения своих владений, обратил своё внимание на уязвимое эльфийское королевство на границе своих земель. Началась война, позже названная Войной Горького Пепла. Не дождавшись помощи от короля Арниэля, Туидхана приняла предложение безликих и заключила пакт с Малассой. Подданные Туидханы, отныне именующиеся тёмными эльфами, изгнали со своих земель захватчиков.

В 548 году между эльфами Иролана и темными эльфами заключается хрупкий мир.

Тогда же орки решили отправиться на юг и присоединиться к собратьям на островах Пао. Они позвали Крэга с собой. Оставшись без семьи и, по прекращении войн в Священной Империи, без дела, Крэг принял предложение. Почти четыре года Крэг прожил с орками, приняв участие в нескольких племенных войнах и учась у них боевому искусству. Именно на островах Пао он получил свое нынешнее имя. «Крэг Хак» — это звание, которое племя орков с островов Пао дает тому, кого они считают перерождением легендарного воина.

История Асхана (Герои VI часть 1)

Герцог Павел, сын Сергея, был столь же холоден и безжалостен, как и его знаменитый отец, и преданность его имперскому трону и церкви Света граничила с фанатизмом. Однако таковым он оставался лишь на поле боя, в родовом гнезде он был любящим и заботливым отцом своего первенца, Вячеслава. В 521 году до герцога Павла достигли слухи о племени орков-отступников, осевших в горах Драконьего Пути, неподалеку от границы герцогства Грифона. Павел повел за собою воинство, и убивал орков без разбора, предавая огню их селения. Резни избежал лишь орочий шаман, Тогрул. Ослепленный яростью и горечью, он презрел заветы своего рода, заключив договор с демоном Ариббаном, Принцем Ненависти Ур-Хекаля. В обмен на возможность отомстить Тогрул предлагал Ургашу свою душу. Так, в мир был призван отряд демонов, дабы сеять хаос в землях герцогства Грифона.

(А как же завеса Шио? Или Сар-Элам специально дверцу оставил, вдруг ученикам помощь демонов понадобится? Сюжетный ход реально тупой до невозможности, вот что сказано об отношении орков к магии:

Орки были созданы и порабощены магами, отсюда их ненависть к волшебству. Но они не глупцы и знают, что магия существует, и что между видимым миром и миром незримым есть множество связей. Орки — рукотворная раса, поэтому они не принадлежат к естественному порядку Асхи и не имеют связи с Богами-Драконами. Их магия черпает силу не в поклонении драконам и служащим им духам, но это и не результат учения и практики, как это происходит у магов. Вероятнее всего, кровь демонов, что течёт в их жилах, даёт им ограниченный доступ к магии Хаоса. Также орки известны своей устойчивостью к магии. Шаманы орков практикуют ритуалы, основанные на крови, а для того, чтобы им покорялись более сложные и могучие чары, привлекают других орков и гоблинов. Иногда они даже не интересуются их желаниями, а иногда крови нужно столько, что некоторые участники ритуалов расстаются с жизнью.

И то, что один шаман, каким-то неведомым образом смог призвать пусть не легион, но солидный демонический отряд полностью рушит ЛОР. Ведь действовать Тогрул мог только своей кровью, которая, на минуточку, изначально была взята не от самого сильного демона, еще и разбавленная человеческой. Что мешает демонам на той стороне вырезать пару сотен своих собратьев и разорвать барьер Шио? Допустим изнутри нельзя, но что насчет тех, кого призвали, они то почему нихрена не сделали?)

Демоны жестоко расправились с супругой Павла. Убедившись в том, что его сын находится в безопасности, Павел повел воинов в атаку на демонов, схлестнувшись с ними на равнине близ Пика Ворона. При помощи армии нежити под предводительством Светланы, сестры Павла, имперцы одержали победу в сражении, но эта победа стоила жизни самому Павлу. Светлана стала регентом герцогства Грифона до совершеннолетия её племянника, Вячеслава, единственного сына Павла; это её назначение настроило против неё многих дворян герцогства и ангелов, совсем не обрадованных тем, что будущий герцог будет воспитан некромантом. На родине её стали считать еретиком.

Несколько лет спустя (в 540 году), молодой сын погибшего герцога, Вячеслав, выступил в горы герцогства Грифона, к северо-востоку от Исталона, чтобы проверить настойчивые слухи о новом появлении демонов в этих местах. Светлана решила поддержать племянника в этом походе.

Здесь, в Благодатной Долине, они принялись за поиски обитателей Шио, прорвавшихся в смертный мир, и вскоре действительно обнаружили демонов, сошедшихся в сражении с орками. Устремившись в бой, рыцари Вячеслава одержали верх над демонами, после чего Краал, вождь орочьего клана Белого Копья с острова Красного Черепа, поведал, что демоны похитили Улу, шаманку его племени, и верховодит ими Тогрул. Дух орка-шамана, именующий себя «Погибель Павла», воплотился в демоническом обличье, и вернулся на земли герцогства.

В запале Вячеслав предложил оркам объединить усилия в искоренении демонической угрозы, на что Краал ответил согласием. Светлана однако, подобному повороту событий не обрадовалась: орки без дозволения появились на землях Империи, и молодой герцог, ее воспитанник, воспринял это как должное?

(О каком дозволении идет речь? С окончания орочьих войн прошло всего 36 лет, среди людей и орков еще хватает тех, кто помнят войны, сама Светлана пусть и краешком, но застала еще времена рабства. К тому же прямо сейчас орки воюют с демонами, теми самыми, что хотят уничтожить династию Грифонов, этот точно подходящее время, чтобы выяснять отношения с возможными союзниками?)

Отряды людей и орков продолжили поиски демонов в Благодатной Долине, миновали разрушенный мост, за которым распологался старый мавзолей, служивший в прошлом усыпальницей для герцогов династии Грифона. Однако с тех пор, как имперцы стали поклоняться Эльрату, Дракону Света, отринув веру в Илата, Дракона Воздуха, представителей дворянских родов хоронят в Зале Героев, пребывающем в столице Империи Сокола. Светлана с небольшим отрядом воинов осталось в одном из селений, отбитом у демонов, в то время как ее племянник и орки отправились в склеп, предполагая, что бывший шаман желает через мертвых Грифонов воздействовать на их потомков.

Спустившись в подземные глубины подгорных рудников, Вячеслав сразу же понял, что его догадка оказалась верна. В подземельях пребывало немало нежити — духов, озлобленных присутствием демонов. А вскоре объединенным силам имперцев и орков предстал и сам Тогрул, обращенный в демоническое порождение.

— Краал, сын Кашата, предал орков! — возвестил он. — Сражается рука об руку с Грифоном! Предатель именует предателем меня!

— Где Ула, Тогрул? — спросил Вячеслав, ничуть не испугавшись. — Тебе ведь я нужен, а не она!

— Тогрул вас всех заполучит, сын Павла! — посулил демон. — Грифон лишил меня всего. Семьи, племени, дома. Теперь Тогрул — Погибель Грифона!

С этими словами Тогрул исчез. Герои продолжили путь через подземные рудники, стремясь пересечь горную гряду и достичь мавзолея династии Грифонов.

(Вдумайтесь в это. Чтобы попасть в мавзолей, они спустились в подземелья, которые оказались рудником. Мне просто интересно что случилось раньше. Грифоны хоронили своих королей (во время до империи) рядом со старым рудником, или после воцарения религии света Герцоги Грифоны решили организовать шахту на месте старого склепа своей семьи? Я честно не понимаю зачем это делать, почему бы не пересечься с врагом просто в склепе, или на подходе к нему, да хоть бы просто в подземелье, зачем уточнять, что это шахта? Один обвал или разработка штольни в не ту сторону и мавзолей сложится сам в себя)

К удивлению Вячеслава, ему является призрак герцога Иштвана, прародителя рода.

— Остерегайся Эльрата и его помпезных ангелов! — предостерег потомка дух, чья приверженность Илату была широко известна. — Я умер, противостоя этому фанатику-ангелолюбцу Брайану Соколу, пытавшемуся насадить поклонение проклятому Священному «Свету» в наших землях.

— Герцог Иштван, покойся с миром, — почтительно отвечал Вячеслав, низко поклонившись прародителю. — Мой долг — защитить наши земли. Молятся ли наши люди Свету или Воздуху, они в безопасности здесь.

Призрак исчез, а Вячеслав, Краал и сопровождавшие их воины возобновили странствие по подгорным пещерам и тоннелям. На душе у молодого наследника герцогства стало неспокойно: мало того, что советы ему дает тетушка-некромантка, так еще и зловещие предостережения прародителя рода. Есть от чего встревожиться.

(Чем его не устроила тетушка? Она фактически вырастила балбеса)

Покинув подземелье, герои лицезрели занятый демонами мавзолей, и в ходе ожесточенного сражения повергли Тогрула и его миньонов. Вячеслав признался Краалу, что обучавший его священник практически ничего не рассказывал о герцогах, похороненных здесь, на что орк отвечал:

— Плохо. Грифоны должны приходить сюда, дабы чтить своих предков. Хорошее место — здесь силен дух Отца-Небес.

(Поддерживаю орка. Даже если отбросить в сторону, что предки могут обидеться и в виде призраков навредить потомкам. Враги, совсем как демоно-орк, ведь могут попытаться через предков выведать какой-то секрет или целенаправленно навредить)

В мавзолее орки отыскали шаманку Улу, живую и невредимую. Однако женщина отказалась вернуться на остров Красного Черепа, слишком много орков сложили головы в противостоянии с демонами, поэтому она останется здесь и станет направлять людские души. Повинуясь порыву, Вячеслав предложил остаться в этой долине и Краалу с собратьями; да, окрестные земли суровы, но дичи здесь предостаточно. Поразмыслив, орк согласился, обещав охотиться на любое зверье, за исключением грифонов.

(Опасное соседство. Одно дело вместе демонам рога откручивать, и совсем другое земли Непокорным Племенам раздавать. Даже если войны никогда не случится, что как бы уже слишком оптимистично, это народ который в себя потребляет много, а выхлопа с него около нуля, максимум на войну можно будет позвать. Ни налогов, ни торговли с полудиких племен не получить)

Внимательно выслушав рассказ племянника о произошедшем, регент протянула ему древний меч, передававшийся в роду Грифонов из поколения в поколение.

— Ты — острие этого меча, — торжественно сказала она. — Но наша династия — клинок.

С благоговением Вячеслав принял оружие.

Прошло время. Убедившись, что Вячеслав теперь способен править самостоятельно, Светлана хотела раз и навсегда поселиться в Семи Городах, где предалась умиротворённости в своих исследованиях и раздумьях. Ни она, ни её Синеклюв никогда не забывали о благополучии Вячеслава и его детей.

(История Синеклюва тесно связана с компанией за Академию Волшебства из Героев 7, там была целая история, которую я опустил, поэтому сейчас привожу краткую выдержку:

Чтобы даровать Фахаде силу, Калида добровольно согласилась привязать свою сущность к артефакту под названием Цветок Скорби, понимая, что никогда больше не сможет принять физическую форму в этом мире. Вырванный умирающим орочьим вождём Малатуа кристалл, канул вместе с ним в бурных водах реки близ Шахибдии. Но артефакт не исчез навечно. Его долго передавали из рук в руки, пока он неожиданно вновь не оказался в руках Фахады. Получив смертельную рану в бою во время штурма дворца Касима, Фахада освободила Калиду, прежде чем погибнуть. Но сущность джинна, вместо того, чтобы вернуться в Мир Духов, вселилась в тело ворона. С тех пор Калида стала известна, как Синеклюв, птица некромантки Светланы из рода Грифона, что позже стала советницей её внучатой племянницы, Анастасии)

Уже самостоятельный Вячеслав принял участие в Войне Горького Пепла, конфликте отколовшихся эльфов с Священной Империей Сокола. Император достаточно прохладно встретил Герцога Грифона, куда большее расположение выказывая Герцогу Волку, даже позволив себе высказывание, что Волки проявляют больше верности, чем Грифоны.

(Очень странное утверждение, учитывая что всего 70 лет Томас Волк сражался против Империи за независимость Хаммерфолла. Вообще, несмотря на то, что смена фаворита процесс естественный, а уж за 70 лет сменяться они могут с десяток раз, но почему это делается настолько вторично? В Героях 6 мы за Грифонов противопоставляемся Соколу и Волку, а в Героях 7 играем за Волка против Сокола и Грифона. Почему одни и те же дома, когда у нас есть другие Герцогства и более мелкие дворяне? Почему на стороне противника всегда выступает Императорская Семья? Интриги внутри страны невероятно богатая тема, где даже выдумывать ничего не надо, бери любую страну и полистай учебник по истории. Так почему все настолько вторично и клишированно?)

При Императоре также был архангел Михаэль. Михаэль родился в семье лекарей, но судьба унесла его в противоположном направлении. Ещё в юности в нём распознали военного гения, и уже в первой своей кампании он спас Асхан от нашествия демонов, победив знаменитого Азкаала, Принца Разрушения. Когда тлеющий конфликт между ангелами и безликими перерос в открытую войну, Михаэля поставили во главе армии Света, идущих на бой с детьми Тьмы. Победы Михаэля породили множество легенд, но закончились они смертью архангела от рук Эребоса.

В 521 году эры Седьмого Дракона его внезапное и необъяснимое возвращение в Асхан император Лайам Сокол называет чудом, и сразу же берёт в военные советники. Истории его воскрешения не знает никто, и многие приписывают это чудо самому Эльрату, сделавшему подарок Священной Империи, чтобы помочь ей одержать победу над демонами во время предстоящего затмения.

(Позже мы узнаем, что архангела воскресили с помощью души герцога Павла — отца Вячеслава)

Архангел сказал, что чувствует нечто зловещее. Вячеслав не понял, что тот имеет ввиду, война может быть сложной, война с эльфами в их лесах точно будет опасной, но что тут зловещего. Михаэль прямо говорит, что больше не чувствует в отколовшемся королевстве эльфов влияния Дракона Земли, Селанны, зато чувствует тень Дракона Тьмы, Мелассы.

Вячеслав не придает этим словам особого значения. Император же, вместе со своим советником обсуждают договор с Герцогом Оленем. Две его дочери должны были выйти за Герцогов Волка и Грифона.

Дейдра родилась в герцогстве Оленя. С малых лет ей снились странные сны, которые имели привычку сбываться. В одном из таких снов Дейдре привиделась война между людьми и эльфами. К несчастью для девушки, сон оказался вещим, она стала бояться своих видений, ведь большинство из них не предвещало ничего, кроме горя. Довольно часто у неё повторялись одни и те же сны: как она бродила по подземному городу, где обнаруживала за решёткой своего брата Кирана, как падала с грифона, как за ней гналась стая волков.

По приказу императора Лайама, Дейдра должна была стать женой Герхарта, Герцога Волка. Будущий муж девушке не понравился сразу, и она хотела добиться того, чтобы этот брак не состоялся. Когда эльфы Туидханы ночью напали на крепость её отца, Коннелла, у Дейдры был очередной сон, в котором она увидела свою сестру. Отыскав Кейт, Дейдра обнаружила её с перерезанным горлом. Тогда-то девушка и поняла значение своих снов. Поколебавшись пару мгновений, Дейдра приняла решение, которое вскоре изменило всю её жизнь — она выдала себя за Кейт, свою умершую сестру. Перемены же в личности она объясняла горем по потере любимой сестры.

Несмотря на то, что Герхарт требовал её руки, она вышла замуж за Вячеслава, так как Кейт должна была стать женой герцога Грифона. У них не было общих интересов или черт характера, тем не менее они полюбили друг друга, но эта любовь была рождена благодаря уважению, а не страсти. Жену Вячеславу буквально навязали силой, хотя у него уже была любимая невеста, но все же он достойно принял Дейдру и не стал срывать на ней злость или разочарование.

У Вячеслава родилось пятеро здоровых детей, которые, как он всегда верил, прославят имя Грифона. Тот факт, что старший из них — незаконнорождённый сын его возлюбленной, Элизабет, сильно удручал его. Тем не менее, он признал рождённого от связи с Элизабет сына Сандора и воспитывал его при своём дворе наравне с законными детьми. Старшая дочь Дейдры (Кейт) была обещана Герцогу Волку в качестве невесты ангелами, как примирение двух родов.

(Меня уже немного трясет от идиотизма ситуации. Зачем Император вмешивается в бракосочетание Герцогов? Ладно, надавили на Оленя, чтобы тот отдал дочь Волку, Волк был в фаворе у Сокола и это действительно могло упрочнить его позиции на политической арене. Но Грифон собирался взять себе в жены не родовитую жену, но ему навязали силой девушку из списка самых знатных семей. Зачем Император укрепляет позиции дворянина, которого считает не верным и даже опасным?

Почему Сокол вообще провоцирует Грифона? У них там идет война с эльфами, война тяжелая. Михаэль не скрывает, что собирается повторно развязать войну Древних, конфликт Света и Тьмы. Им что, нужен еще и третий конфликт, внутри страны? Зачем? Михаэль который и верховодил всей компанией плохишей позиционировался как военный и тактический гений, а в итоге он умрет от рук врагов которых сам же и создал, вмешиваясь в дела Грифона. Какого Хрена?

Но самое забавное с Герцогом Волком, пока парень был молод, его обломали с законной женой и ему пришлось ждать девушку, что ему в дочери годится, чтобы обзавестись законным наследником. Просто, вау. Мужик рисковал умереть бездетным или же с кучей бастардов, которым трон передавать было нельзя. Он точно сподвижник и друг Сокола?)

Вячеслав наладил хорошие отношения с орками. Вождь клана Краал был не только личным другом герцога, но и мастером оружия (воеводой) дома Грифона. Терпимость Вячеслава к подданным, не принадлежащим к расе людей, была настолько велика, что он с оружием в руках встал на защиту орков клана Краала, когда во время гонений в их владения вторглись войска его соседа и заклятого врага герцога Герхарта Волка.

(Так закончилась вводная компания Героев 6. Дальше у нас странная, но не новая для Героев ситуация. Последующие компании вам дают списком: Нежить, Люди, Наги, Демоны и Орки, а потом будет заключительная компания. Но при этом хронологически компании расположены скорее так: Орки, Люди, Нежить, Наги и Демоны. И даже предложенное мной деление весьма условно, так как множество миссий происходит параллельно. Так что тут я, вопреки своему обыкновению, не буду привязывать события к кампаниям, а постараюсь привести их к более или менее единой хронологии)

Сандор родился в 541 г. эры Седьмого Дракона. Он — незаконнорождённый сын герцога Вячеслава Грифона и его возлюбленной Элизабет, и Сандор никогда не забывал этого факта. Хотя он слишком горд, чтобы показывать боль, его главной движущей эмоцией является глубоко скрытое неприятие. Он унаследовал от отца чувство преданности и справедливости, а от матери — бесстрашие, но так и не смог найти себе место в герцогстве Грифона.

Он нашёл утешение в компании орка Краала, воеводы дома Грифона и своей единокровной сестры Ирины, в ком он видит родственную душу, если не больше. Когда Ирину выдали замуж за Герхарта, герцога Волка, Сандор, в ярости от решения отца, решает покинуть Священную Империю и искать свою судьбу на родине Краала, по ту сторону Нефритового океана.

Однако сперва он решил нанести сестре последний визит. То, что задумал Сандор, было чистым безумием, за ним лишь небольшой отряд орков под началом Краала. Последний также решил покинуть земли герцогства, где получил приют на долгие годы — уж слишком много ангелов было теперь в Исталоне, и орку не нравились взгляды, которыми награждали его эти крылатые твари.

Перейдя границу герцогства Волка в году 564, орки, направляемые молодым Сандором, принялись бесчинствовать в землях ненавистного Герхарта, упиваясь сражением и славой, что они добывали в бою. Во многих городах они находили порабощенных орков, гоблинов, кентавров и гарпий. Жаждущий крови Сандор расправлялся с их угнетателями, и силы освобожденных присоединялись к быстро растущей армии бастарда. Сандора орки называли «Куньякти» — «Маленьким Куньяком» — в честь своего легендарного освободителя.

Продолжая шествие по землям ненавистного герцога, разоряя города и веси, орки узнали, что Герхарт держит непокорную супругу в заточении в своем охотничьем имении. Имение охранял внушительный воинский контингент под началом Маркуса, племянника герцога Волка. В противостоянии орки разгромили имперцев, а Сандор одержал верх над Маркусом в поединке один на один. Разоружив противника, бастард велел тому убираться подобру-поздорову, оставив победителю фамильный меч династии Волков.

Ирину Сандор и Краал обнаружили в подземной камере охотничьего имения, куда Герхарт бросил свою супругу, так и не сумев «приручить» ее, ибо в брачную ночь та нанесла ему увечье, заявив, что союз их создан исключительно в политических целях. Девушка была слишком слаба, и едва Сандор вывел ее из затхлого подземелья, как орочьи лазутчики сообщили ему о приближении внушительной армии под началом самого Герхарта.

Орочья орда скорым маршем устремилась на юг, к побережью Нефритового океана. Они миновали чернокаменный замок — Кригспайр, и вскоре достигли портового града Нилсхавен. Он был хорошо укреплен, и Сандору пришлось приложить немало усилий, чтобы взять его штурмом. Преследуемые по пятам Герхартом и силами имперцев, ведомыми инквизитором церкви Эльрата, орки взошли на борт корабля, немедленно отчалив.

Понимая, что не может взять с собой Ирину на орочьи острова, Сандор предложил сестре остаться с нагами на острове Хашима, мимо которого они будут проплывать. Ирина согласилась, так как знала, что поклоняющиеся Шалассе, Драконице Воды, наги предоставляют убежище нуждающимся, ибо в этом — основа их философии. К тому же, девушка собиралась рассчитаться сполна и с Герхартом, и с самим Священным Императором, навязавшим ей этот брак.

(Дура, как есть дура. Ладно Сандор, он был бастардом, и вел за собой орков, которые и так на положении рабов были в Империи, его действия либо вообще не вредили его близким, либо обходились им в минимальные потери. Но Ирина собирается впутать в конфликт нейтральную сторону, нагов, собирается совершить не рейд в земли оборзевшего Волка, что и сам не брезговал навещать земли Грифона, а полноценную войну с Империей Людей. В какую цену это встанет нагам? Что будет с семьёй Ирины, когда все узнают, кто командует войсками вторжения? Чем, в конце концов, она соблазнит нагов на подобную авантюру? В пустой голове так и не зародилось ни одного из вышеперечисленных вопросов)

Судно, захваченное Сандором в Нилсхавене, бросило якорь у острова Хашимы, и ступившую на берег Ирину приветствовала Катсу, Фурен (что означает — «духовный лидер») и смотрительница храма Утеса Бантеки. Дочь Грифона попросила убежища, и Катсу отвечала, что готова предоставить его, несмотря на то, что солдаты Волка уже высадились на ее острове. Натиск имперцев на побережье сдерживали силы Сандора, давая Ирине возможность бежать вглубь острова, под защиту наг. Бросив последний взгляд на брата, девушка устремилась прочь.

По пути Катсу поведала гостье, что народом Шалассы правит иерархия храмов, разбросанных по всему миру. Жрицы неустанно трудятся во благо народов вод под неусыпным взором Вечной Императрицы, претворяющей на Асхане волю Шалассы. Обещав, что вскоре расскажет Ирине о Хашиме подробнее, Катсу просила девушку разыскать ее жемчужных жриц, бежавших от сил Волка. Лишь с их помощью можно надеяться отразить натиск сил, ведомых инквизитором церкви Эльрата.

Жемчужных жриц Ирина отыскала у подножья храмовой горы, наряду с этим нанеся удар по одному из отрядов имперцев и, прорвав осаду святилища, устремилась прочь, вглубь острова. Здесь дочь герцога Вячеслава разыскала нага Мукао, рыцарь лорда Хироши, Даймио (военного лидера) этих земель, назначенного самой Вечной Императрицей. Лорд Хироши приглашал Ирину посетить его обитель в городе Умии, и от подобного приглашения отказываться не пристало. Поэтому девушка оставила на время помыслы о мести Герхарту, устремившись через горы к означенному селению. По пути Ирина освободила от притеснения имперцами капп — духов воды, а также ванизаме — акульих стражей, некогда выведенных магами Семи Городов и подаренных Вечной Императрице.

(Одно из двух, либо пришествие Ирины принесло Нагам столько проблем, что в убежище ей стоило отказать, либо иерархия храмов исключительно отвратительно исполняет свои обязанности. Куча проблем которые разруливают не герои Нагов, а наша героиня, просто не оставляют места для других интерпретаций событий)

Следуя совету Катсу, Ирина нанесла визит на западный Полуостров Плавника, на котором было Драконье Святилище — реликт Эпохи Легенд. Магия его зачаровала коня Ирины, и тот теперь мог перемещался по воде с той же легкостью, что и по земле. Жрица указала спутнице на спуск в сеть подземных каверн, проходящих под высящемся в центре острова вулканом, лишь так можно достичь восточных пределов Хашимы. Здесь Ирину встретил воин-нага Араши, защитник этих земель, принадлежащий к касте Кенши, священных рыцарей, чемпионов Шалассы. Он и провел отряд наг под началом Ирины через подгорные тоннели, обитало в которых немало злых духов.

(Честно сказать, бесят все эти японизмы. Инородно они смотрятся в истории Асхана, зачем вообще было вводить новую расу, еще и делая при этом умное лицо со словами «что так всегда было». Почему нельзя было сделать Ирину магом, или отправить её искать убежища у эльфов или гномов? Непонятно)

Наконец, дочь Грифона достигла города Умии, разыскала в котором Даймио Хироши. Тот предлагает Ирине атаковать торговый город людей, который возвели согласно старому договору, но Хироши считает, что люди ведут себя слишком вызывающе.

(Нарушение договора, разорение торгового города, сопутствующий террор людской расы. Мы точно за добро играем?)

Хироши заявляет, что многие Наги лишь на словах преданы Шалассе, на деле же они коррумпированы Волком, поэтому войска должна вести Ирина, но не как дочь Грифона, а как жена Волка. Ирина артачится и не хочет действовать согласно плану, отчего Наг начинает шантажировать её судьбой Сандора, заявляя, что его взяли в плен, но его местонахождение будет открыто Ирине только после разорения торгового города.

(Просто волшебно, запомните этот момент. Нашу девочку откровенно используют в политических играх, принуждая действовать так как выгодно верхушке Иерархии Храмов)

Понимая, что иного выхода у нее просто нет, Ирина повела войска на северный полуостров, высился на котором торговый град Страндхолм. В ходе непродолжительной осады оплот имперцев на Хашиме пал, а верховодившая защитой города офицер, Мартина, захвачена в плен и приведена к Ирине. Подоспевший Хироши поздравил дочь Грифона с одержанной победой, торжественно сложив с себя титул Даймио и передав его ей. Мартине, взирающей на нее с лютой ненавистью, Ирина велела возвращаться к Герхарту и передать ему, что Страндхолм ныне пребывает под защитой Шалассы.

— А теперь ответь мне, где мой брат? — осведомилась Ирина, но Мартина лишь пожала плечами:

— Я пришла сюда, собираясь доставить его к Герхарту, но клетка оказалась пуста.

— Он бежал? — выдохнула Ирина.

— Нет, — отвечала Мартина. — Сомневаюсь, что он вообще был здесь. Думаю, кое-какой капитан в ответе за это досадное происшествие.

Несмотря на протесты Хироши, призывавшего Ирину казнить офицера Волка, та велела Мартине убираться прочь, и поскорее. Ныне все мосты, связывавшие Ирину с родиной, были разрушены, и она стала врагом Империи, отдав свою преданность лишь нагам и Шалассе. Подобное вполне устраивало Хироши, и ныне оставлял он Страндхолм и остров под защитой Ирины, собираясь выступить по приказу Вечной Императрицы в западные пределы империи наг, дабы сразиться с флотилией некроманта.

Катсу, однако, заклинала Ирину хорошо подумать перед тем, как принимать решение. Стоит ли ей становиться врагом Империи? Быть может, следует подумать о том, какая участь в этом случае ожидает ее детей? Изумленной Ирине жрица сообщила, что та ожидает ребенка Герхарта, наследника трона герцогства Волка.

(Четыре вопроса: какого хрена наша послушная овца согласилась служить нагам, если те откровенно шантажировали её? Нахрена Хироше понадобилась Ирина, если он сам пошел с войском? Как Ирина удержала чужие войска от убийства офицеров Волка, если их правитель был тут и повелел всех убить? Как Герхарт смог заделать Ирине ребенка? Просто в биографии дочери Грифона сказано, что в первую же брачную ночь она не допустила к себе мужа, так как их брак был исключительно политическим, а когда тот набросился на нее она поколотила его, за что и была брошена в тюрьму)

Тем временем Герцоги Вячеслав и Герхарт были призваны к императорскому двору в Престол Сокола, где в тронном зале их встретили Император Лиам и архангел Уриэль. Герхарт с ходу обвинил Вячеслава в пособничестве дочери в ее бегстве, но Грифон отвел сии доводы как беспочвенные.

— Хочешь сказать, что не имеешь к этому никакого отношения? — прошипел Герхарт. — У меня есть доказательства того, что именно твой бастард вызволил ее из моей тюрьмы.

— Сандор действовал по собственному почину, — твердо произнес Вячеслав. — К тому же, что вообще моя дочь делала в темнице Волка?

— Да она чуть не убила меня! — воскликнул Герхарт.

(Вячеслав задает правильные вопросы, вопросы которые нельзя было замять. Хотя бы формальное расследование и суд должны были провести. Зато Герхарт ведет себя как истеричка, взрослый мужик, признает, что молодая жена его так отделала. Да его бы после этого уважать перестали. Что это за рыцарь, который с девкой совладать не способен?)

Их перепалку прервал Император Лиам. Он напоминает о том, что этот брак должен был сплотить два Герцогских дома, а они прямо перед его лицом выясняют отношения. Архангел Уриэль напоминает о пророчестве, говорящим о предстоящем лунном затмении и нашествии демонов. В итоге император объявил, что оба Герцога должны успокоится, а Ирина, за то что пошла против Императорской воли и мужа выбранного ей Соколом, будет наказана.

Вячеслав начал было возражать, но в это мгновение в тронный зал вошла его младшая дочь, Анастасия.

— Отец, я могу решить все наши проблемы, — тихо сказала она, и с этими словами вонзила отцу в сердце кинжал.

(Не императорский дворец, а проходной двор. Кто пустил девушку в тронный зал в разгар разбирательства без приглашения Импиратора? Почему её не проверили? Кто то должен был задаться этими вопросами, а то и задать их вслух, но всем насрать)

На похороны герцога Грифона собралось все дворянство Империи, присутствовали на церемонии и двое сыновей Славы, Антон и Кирил, брат-близнец Анастасии. Прибыла и Светлана, чтобы воздать последние почести любимому племяннику, своему воспитаннику.

Церемонию проводила архангел Сара, а затем слово взял архангел Михаэль.

— К нам пришла война! — начал он. — И герцог Грифона, Вячеслав, сын Павла, стал первой жертвой. Да возглавит он шествие сквозь тьму, и имя ему станут воспевать первым. Покойся с миром, Вячеслав… покойся с миром, сын мой.

(Раньше я воспринимал эту фразу спокойно, как отсылку к христианству, но если посмотреть, то архангелы и священники Эльрата никогда не называли себя «отцами» народа. Но если эта фраза и правда была столь нетипична, то почему никто не обратил на неё внимания? Зато позже мы узнаем, что умерших ангелов можно вернуть к жизни при помощи душ, принадлежащих к Герцогским Династиям, И что Михаэля воскресили при помощи души Павла, отца Вячеслава. Но если он признает за собой долг и родство, то почему позволяет своим подчиненным третировать Грифона?)

Так бразды правления герцогством Грифона принял старший сын Вячеслава, Антон. Последний не одобрял вызывающего поведения отца в отношении Императора, но и женитьба ненавистного Герхарта на Ирине вызвала у него стойкое неприятие.

(О каком вызывающем поведении речь? Вячеслав был просто образцовым вассалом, он делал все, что ему указывали сверху и только молился, чтобы его семью обошло внимание врагов, с которыми он не сможет справиться)

Последней каплей в череде бед, свалившихся на семью в последнее время, стало убийство его отца, совершенное Анастасией. Таинственные голоса, звучавшие в разуме Антона с детства, но приглушенные магией советника Йоргена, вернулись вновь, говоря о том, что в содеянном повинны мифические Безликие.

Разыскав Антона в замковом саду, Йорген сообщил ему, что судебный процесс над Анастасией, содержащейся в подземельях Исталона, возобновился. Наставник девушки, архангел Уриэль, пытается убедить обвинителей, инквизиторов Эльрата, в том, что за девушка находилась под контролем Безликих. Сам Йорген к подобной версии относился скептически. Безликих долгие столетия не видели в Асхане, а темную магию Малассы многие изучают. Узнав о том, что Антон вновь слышит голоса в голове, Йорген встревожился. Но Антон ничего не хотел слышать: если голоса указывают на Безликих, то нужно проверить эти сведения.

(Ну да, доверенный советник отца точно херню посоветует, то ли дело голоса в голове. И что за фигня со священниками, которые игнорируют слова архангела? Их там самих за ересь покарать не нужно?)

И Антон во главе небольшого войска устремился на поиски Безликих, которые, как он полагал, могут скрываться на территории его герцогства. Поиски молодой лорд, исполненный горечи и гнева, решил начать на землях, дарованных его отцом оркам. Но, в отличие от отца, Антон был готов терпеть присутствие этих тварей на землях герцогства лишь в том случае, если они примут веру в Эльрата.

На этом настаивал прибывший из Престола Сокола Великий Инквизитор Сальваторе, в обязанность которому вверялось содержание под стражей в Исталоне Анастасии до тех пор, пока судьи-церковники не вынесут окончательное решение касательно судьбы девушки. Оставив пленницу на попечение священнослужителей Эльрата, Сальваторе выступил к орочьим землям, дабы лично проследить за действиями Антона и определить, действительно ли истово привержен тот трону и Дракону Света, в отличии от своего отца.

(Еще одни плевок в сторону Вячеслава, да он не был фанатиком, но для герцога это скорее плюс. Верховное руководство не должно быть фанатичным, оно должно быть разумным. И тут вроде как всем верховодят умные, талантливые и имеющие опыт длиной в тысячи лет ангелы. Как они допускают такую глупость в церкви своего бога?)

Озерные орки оставили свои селения, а солдаты Антона повернули на юго-запад, где пребывали лагеря орков речных. Последние покидать земли герцогства отказались, и Антон отдал приказ воинам сровнять с землей орочий город. Те исполнили приказ, не пощадив ни женщин, ни детей. Подобного не смог стерпеть один из вассалов Грифона, барон Джордж, владеющий землями в юго-восточных пределах герцогства. Он напомнил Антону о его деде, Павле, который хоть и был суровым человеком, а до подобного не опускался. А Вячеслав так и вовсе был любим своим народом прежде всего за доброту.

Антон не хотел слушать чужих советов. Он собирался обратить в свет Эльрата всех, а те, кто не примет религию света, будут убиты. Инквизиторы были отправлены не только в лагеря орков, но к древним храмам воздуха, где еще остались люди служащие Илату. Джордж оставил Антона, посчитав того слишком твердолобым юнцом, чрезмерно ослепленным светом Эльрата для того, чтобы узреть истину. А голоса в разуме молодого герцога зашептали вновь, призывая того усомниться в благонадежности барона, речами своими предающего Эльрата.

И войска герцога Грифона осадили Холм Грифона — южную заставу Иствана в час противостояния того с кланами Волка — и Стормгард, столицу баронства Джорджа. Последний отказался сдаться без боя, назвав Антона «игрушкой ангелов». Даже когда пал замок и инквизиторы под началом Сальваторе пытали барона, лишив того зрения, не отрекся Джордж от веры своей как в Эльрата, так и в Илата, ибо оба дракона — дети Асхи. Подобное деяние со стороны церковников вызвало гнев Антона, он желал лишь определить, не состоит ли барон в союзе с Безликими.

(Да неужели, что же ты раньше в носу ковырялся?)

Недовольный жестокостью инквизиторов, проявленной в ходе подавления волнений, Герцог обратил свой гнев против не в меру рьяных служителей Эльрата и изгнал из герцогства великого инквизитора Сальваторе и его подручных. Ища совета, Антон обратился к доверенному советнику своего отца и своему воспитателю, Йоргену. Даже несмотря на прорезавшиеся милосердие, Антон все еще бредил заговором Безликих и хотел их уничтожить. Йорген же пытается образумить Антона и предлагает ему свою помощь. В конце концов он даже сознался в том, что сам является Безликим.

(Сказочный Дол***б. Чего он хотел добиться этим признанием неадеквату? И это многоопытное и мудрое дитя Тьмы?)

Велев стражам взять Безликого под стражу, Антон приказал войску выступать к Исталону, где первым делом спустился в темницу, с ужасом увидев безвольное тело сестры, прикованной к стене камеры. Лицо Анастасии ничего не выражало, как поведали Антону присутствующие здесь же Уриэль и Светлана, это сделал с пленницей Великий Инквизитор Сальваторе прежде, чем покинул пределы герцогства.

(То есть один дебил поссорился и не проконтролировал действий обиженного фанатика. Еще один дебил, на этот раз крылатый, не защитил девушку, которую объявил безвинной, и последняя, немертвая, дебилка, так же не попыталась защитить внучатую племянницу. Чем все трое занимались, чаи гоняли?)

Ангел обещает исцелить душу Анастасии, но Антон не хочет его слушать, а спрашивает, кто восстановит тело и разум его сестры. В итоге, Герцог Грифон объявляет, что отменяет решение Императора о вечном заключении Анастасии и приговаривает её к смерти. Антон собственноручно убивает сестру ударом кинжала милосердия, чтобы оборвать страдания измученного в пытках тела.

(В догонку к уже прозвучавшим вопросам, кто вообще разрешал пытать дочь герцога, чей дом насчитывает что-то около пяти случаев бракосочетания с императорским домом? Сценаристы до этого про святую инквизицию наверное только анекдоты слышали. Потому что даже в Европе, где церковь имела очень серьезные позиции, она на пике своего могущества была вынуждена договариваться с королями и высшим дворянством)

Спустя несколько дней после похорон Вячеслава в Зале Героев архангелы Уриэль и Сара сообщили младшему сыну усопшего герцога, Кирилу, о том, что собираются уничтожить наиболее могущественное оружие Безликих, Незримую Библиотеку, но для этого необходимо совершить ряд ритуалов в Шио. Кирилл тут же вызвался сопровождать Сару, у которой в юности обучался, в тюрьму демонов и Уриэль благословил обоих. Архангел Сара приступила к сотворению заклятия, должного переместить их в Шио. Во время перехода Кирилл ощутил, как в него вливается некая сущность, что пытается поглотить его, от чего лишился чувств.

В себя Кирилл пришел на выжженном плато Шио в городе Ур-Белет, тут же ощутив присутствие в своем разуме демонической сущности. Первыми, кто приветствовал пробудившегося Кирилла в царстве демонов, стали две суккубы, Дива и Зана, которым Кха-Белех приказал приглядывать за неожиданным гостем. Суккубы поведали Кирилу, что сущность, помещенная Сарой в его тело — это Азкааль, древний Принц Разрушения.

(Это самое раннее упоминание Кха-Белеха, что уже занимает высокое положение в Шио, но еще не является верховным владыкой. Суккубы и Инкубы это представители смертных рас, что поддались влиянию демонов и переродилось в демонические создания. Самого Кха-Белеха считают Инкубом, так как став владыкой он начал привносить порядок и организацию в ряды хаоса, что было совершенно не свойственно порождениям Ургаша.

Кха-Белех — архидемон (первоначально даже не Лорд), не имеющий ни хозяина, ни истории, никто не знает, откуда он появился. В отличие от других демонов, которые питаются тем, что падает со стола их Владык, Кха-Белех рассчитывает только на свои собственные ресурсы, и это делает его влиятельной фигурой в сложном мире политики преисподней. Он не скрывает своей цели: разрушить стены Шио и освободить детей Ургаша)

Исполненный решимости найти ответы на свои вопросы — в частности, какими соображениями руководствовалась Сара, решив предать его, — Кирил наряду с суккубами и миньонами принялся исследовать сопредельные регионы Шио, стараясь не обращать внимания на настойчивый голос Азкааля, звучащий в его разуме. Насколько он помнил, Сара помянула город под названием Коготь Ургаша, и юноша надеялся отыскать архангела именно там. Зана, откровенно симпатизирующая Кириллу, рассказала ему, что тысячелетие назад Азкааль правил этими землями, будучи Принцем Разрушения. Но сейчас территории его контролирует Тор-Берит, демон Боли, что приводит вернувшегося, пусть и развоплощенного Азкааля в ярость.

(На всякий случай уточняю, что названные демоны не владыки, Азкааль Принц подчинённый Владыке Разрушения, а Тор-Берит Лорд на службе у Владыки Боли)

Самого Тор-Берита Кирилл и следующие за ним демоны повстречали на Берегах Отчаяния. Устами юноши Азкааль обратился к Тор-Бериту, приказав тому убираться с его земель, но демон Боли ничуть не устрашился. Тогда Кирилл приказал следующим за ним демонам атаковать, и им удалось обратить Тор-Берита в бегство. На поле боя Кирилл подобрал меч, брошенный демоном Боли, рекомый Поглотителем Душ.

— Как можно извлечь Азкааля из моего тела? — поинтересовался Кирил у суккубов, сжав рукоять демонического клинка.

(Нашел у кого спрашивать)

— Тебе придется покончить с собой, — отвечали те. — Но Поглотитель Душ не может убить своего владельца. Клинок просто будет уничтожен.

Покинув Берега Ненависти, Кирилл спустился на Плато Безумия, на котором витали проклятые духи орков племени Тогрула, присягнувшие на верность Принцу Ненависти. Вдалеке молодой Грифон заметил огненные крылья Сары, поэтому устремился в том же направлении, но нагнать архангела не сумел. По пути Зана продолжала просвещать Кирилла касательно жизненного цикла демонов Шио. Суккуба говорила, что если они погибают, то возрождаются Ургашем, сохраняя воспоминания, и в течение нескольких десятилетий восстанавливают силы. И если Кириллу будет суждено погибнуть, то, учитывая его новую демоническую сущность, он возродится инкубом. Молодого Грифона подобная перспектива не прельщала, ибо он намеревался выжить и отомстить предавшей его Саре.

Вскоре воинство Кирилла, бесчинствующее на просторах Шио и разящее подчиненных Тор-Берита, настиг Кха-Белех. При виде своего повелителя обе суккубы низко склонились пред ним, но внимание могущественного демона было приковано исключительно к Кирилу.

— Вижу, ты здесь освоился, — пророкотал Кха-Белех. — Вскоре весь Шио будет у твоих ног.

— Кха-Белех, где Сара? — немедленно вопросил юноша, но демон покачал головой:

— Все узнаешь в свое время. Кстати, ты знаешь, что за демон пребывает теперь в твоем теле? Когда-то он был близок к тому, чтобы захватить весь Асхан, но архангел Михаэль пленил его душу. Сара знает, на что способен этот демон. Зачем ты принес его сущность обратно в Шио?

— Не по своей воле, — Кирил опешил и, припомнив слова суккубов, заметил: — Мне казалось, у вас с Сарой было какое-то соглашение.

— Верно, — согласился Кха-Белех. — Она получила возможность беспрепятственного перемещения по Шио, я же получил тебя. Но я не ожидал, получить два подарка вместо одного. Не знаю, сколь далеко простираются ее амбиции. Вы двое собираетесь захватить мир?

— Зачем мне мир? — всплеснул руками Кирил, в который раз поражаясь, сколь узко мышление демонов.

— На этот вопрос есть множество ответов… — загадочно произнес Кха-Белех, кивнул, показывая тем самым, что разговор закончил, после чего исчез.

(Одна из фанатских теорий гласит, что до становления инкубом, Кха-Белех был ангелом. В подтверждение этой теории приводят то, что Сара заключила соглашение именно с Кха-Белехом, а не Тор-Беритом, на земле которого она перенеслась, получается, что архангел заключила соглашение заранее, с демоном которого знала, возможно еще до того как тот стал демоном. Так же некоторые указывают на то, что в оригинале его имя Kha-Beleth, а ангел создавший некромантию Belketh, схожесть имен может означать, не только ангельское происхождение, но и родственную связь двух персонажей, хотя все это исключительно фанатские теории)

Кирилл поинтересовался у Заны, почему же Кха-Белех не убил его, чтобы освободить Азкааля? На что та ответила, что никому не нужен могучий демон, умеющий и любящий водить за собой огромные легионы, сферы влияния в Шио и так постоянно делятся, и увеличивать количество игроков Кха-Белех не спешит. Кирилл не обрадовался подобному объяснению, и пообещал доказать демонам, что он достаточно силен, чтобы самостоятельно править своей судьбой.

Прикончив последних демонов Боли, ведомых Тор-Беритом, и захватив их города, Кирилл продолжил путь к Когтю Ургаша. Несколько дней спустя на равнинах Шио путь ему преградил демон, называющий себя Тогрулом, Погибелью Павла. Кирилл не желает боя, сказав бывшему орку, что Вячеслав, сын Павла, умер, и жизнь его была достаточно тяжелой, чтобы считать его наказаным за все сделанное Павлом. Юный Грифон просит пропустить его, но демоны не согласны, они отступают, намереваясь встретить войско Кирила за стенами Когтя Ургаша.

Кирилл преследовал демона, минуя Пропасть Отчаяния, через Огненные Топи, где языки жаркой лавы вырывались из-под ног. Когда в следующий раз явился ему Кха-Белех, Кирилл обратился к демону с вопросом:

— Что же задумала Сара? Насколько я могу судить по собственным наблюдениям, она хочет выковать что-то из металлов, найденных в Шио.

— Ангелы не могут лгать, лорд Кирил, — отвечал Кха-Белех, — и Сара открыла мне, что собирается выковать оружие, которое спасет Асхан от тьмы.

Слова демона Кирилл не спешил принимать на веру, но тот заметил, что Сара — единственная, которой удалось обвести его вокруг пальца, а это уже о многом говорит. Она весьма амбициозна и хитроумна. Кха-Белех заметил, что сражение за душу Кирилла во многом напоминает их собственную судьбу. Демоны были созданы для противостояния смертным народам Асхана, но несмотря на все их победы, гордыня Принцев ведет их к неминуемому падению.

Наконец, воинство поднялось на Холмы Ненависти, и в ходе непродолжительной осады город Коготь Ургаша, удерживаемый Тогрулом, пал. Повинуясь некоему импульсу, Кирилл вобрал душу павшего демона в клинок Поглотитель Душ, к вящей радости Азкааля, воспользовавшегося моментом, чтобы обрести контроль над телом юноши. Перво-наперво возрожденный Принц Разрушения вознамерился покарать суккубов, и пальцем не пошевеливших, чтобы вызволить его из оков слабого человеческого тела. Зана, однако, взывала к сущности Кирилла, подавляемой демоном, и тот, ценой неимоверных усилий, сумел вновь обрести контроль над своим телом.

(О Боже. На сколько же это штамповано, вам только поцеловаться осталось)

Переведя дух, юноша велел Зане вести его к замку Кха-Белеха, желая задать ему несколько вопросов. Замок Кха-Белеха нисколько не походил на иные города Шио, а внутренним убранством напоминал скорее башню какого-нибудь эксцентричного мага. Кха-Белех вежливо пригласил Кирилла разделить с ним трапезу, во время которой и состоится разговор.

— Почему я? — прозвучал первый вопрос Кирила.

— Они не могли поместить сущность Принца Разрушения в первого встречного. Азкааль попросту убил бы их во время проведения ритуала. Ты же — не обычный человек, а наследник династии, созданной, чтобы возвращать детей Света, павших в сражениях с Безликими в Войнах Старейших.

(Ну вообще, Герцогство Грифона было образовано на 23 года раньше, чем Империя Сокола приняла веру в Эльрата. Когда точно были образованы другие Герцогства не известно, но все они (кроме Оленя, тот был дальним родственником Сокола) были королями людей еще во времена до Империи.

Так же возникает вопрос: откуда он это знает? Как вы понимаете, сторонники ангельского происхождения Кха-Белеха приводят это момент как еще одно доказательство правдивости своей теории)

Кирил разинул рот от изумления, а Кха-Белех, пожав плечами, продолжал:

— Спроси Сару. Ты — ее творение. Ангелы в отчаянии, число их все уменьшается. Ваши герцогские династии — плод этого отчаяния.

Кха-Белех указал Кириллу, где именно тот найдет Сару, и юноша немедленно устремился к лавовому озеру, где архангел как раз завершала ритуал. Из пламенных потоков вознесся меч, и демонические энергии его преобразили Сару, сделав её похожей на суккубу. Кирилл был не в силах поверить в увиденное.

— Сара! Почему? Ты предала меня! — выкрикнул он. — Ты променяла меня на меч!

(Кричит как неверной жене, хотя она была его учителем)

— Кирил, прости, — склонила голову архангел. — Я никогда не лгала тебе, но иногда позволяла себе недоговаривать, чтобы претворять в жизнь волю Эльрата! Прости меня!

Поднявшись в воздух, Сара устремилась прочь.

(О боже. Думаю на этом мы пока прервемся, продолжение сюжета Героев 6 в следующей части, и так уже текста много)

История Асхана (Герои VI часть 2)

Анастасия оказалась возрождена нежитью Светланой в ее тайном заклинательном чертоге. Последняя поведала изумленной девушке, что именно она убила герцого Вячеслава, и при этом ею, как полагает наставник Анастасии Уриэль, манипулировали Безликие. Анастасия не помнила ровным счетом ничего из последних недель своей жизни. Похоже, что её все это время контролировали.

- Стало быть, Антон вонзил кинжал мне в сердце? - спрашивала она в горечи и отчаянии. - Но как мог родной брат убить меня? Ведь он знает, сколь усердно я трудилась, чтобы стать жрицей Эльрата. Ведь я - любимая ученица Уриэля.

- Только не надо играть со мной в святую невинность, - заметила Светлана. - Вы с Уриэлем значите друг для друга куда больше, чем пытаетесь показать. Пред судом инквизиции он защищал тебя с невиданным рвением.

(Защищал, но в итоге не защитил, бесполезный какой-то архангел. И где-то мы это уже видели. Кирилл учился у архангела Сары и их отношения слишком уж сильно похожи на влюбленных. Анастасия училась у архангела Уриэля и тут тоже есть намек на романтику, вам не кажется, что кто-то повторяется?)

Так или иначе, а выбор у Анастасии был не велик, либо быть почетной гостьей в безопасном доме Светланы на территории некромантов, либо самой стать повелительницей смерти и самой вершить свою судьбу. Анастасия не колебалась: если судьба даровала ей шанс на существование, пусть и подобное, она его не упустит. И девушка приступила к изучению некромантии под мудрым руководством Светланы.

Вскоре до них дошли слухи о том, что в руках инквизиции оказался Безликий, который стоял за убийством герцога Вячеслава. Дабы получить ответы на свои вопросы, Анастасия приняла судьбоносное для себя решение, она проникнет в замок Кастелроуз, оплот священной инквизиции, и сама допросит Безликого о мотивах, толкнувшего того на это преступление. Хотя Светлана сомневалась в том, что пленник церковников действительно повинен в содеянном. В сердце Империи инквизиция ощущала свою власть и безнаказанность. На глазах некромантов церковники расправлялись с несчастными людьми, сваливая их тела в огромные могилы. Что ж, Анастасия поднимала эти трупы нежитью, бросая оную против инквизиторов.

(Для некоторого понимания идиотии ситуации. Я понимаю Анастасию, месть все дела, хотя дочь Герцога должна иметь представление о политике, но вот Светлану, иерофанта (пожизненного, если это можно сказать про вампира, жреца) Культа Паука, которая точно является не последним политиком на Асхане, я не понимаю. Семь Городов раздираются внутренними конфликтами, даже внутри Дома Вечности, не говоря уже об конкуренции между Домами. Само объединение магов вроде как придерживается нейтралитета, и тут одна из высокопоставленных некромантов начинает рейд в Священную Империю. С высокой вероятностью двух дур придушили бы свои же, а даже если бы некромантам было бы все равно, то нашлись бы другие желающие, но в итоге всем насрать, даже самим инквизиторам)

На теле одного из убитых священников Анастасия обнаружила документ, подписанный самим Великим Инквизитором Сальваторе, в котором были указаны имена людей и преступления против церкви, им предписываемые. Прочитав этот список Анастасия пришла к выводу, что ангелы просто не могут участвовать в подобных злодействах, а значит во всем виноват Император Лиам.

(Гениальное заявление. Может я чего-то не понимаю, но ангелы ведь стоят над церковью, обучая священников путям Эльрата. Почему ангелы ничего не решают в церкви света? Почему другие воспринимают подобное как должное? На каких вообще принципах построена эта самая церковь? Просто с одной стороны нам вещают, что ангелы вертят Священной Империей как хотят, а с другой они ничего добиться не могут. И это не разница взглядов разных людей, это мотание сюжета из стороны в сторону)

Некроманты вторглись в благодатную Долину Скарена, образовавшуюся на месте падения метеорита в году 111 Седьмого Дракона. Церковники назвали событие сие знамением, благословением Эльрата, ибо в ту же ночь родился будущий Император Коннор I. Воинство Анастасии и Светланы захватило аббатство Скарена, в застенках которого уже много лет томилась леди Элизабет, баронесса герцогства Гончей. И теперь обезумевшая, истерзанная женщина обрела свободу, но, не осознавая этого, билась в истерике, крича, что ее сын Сандор ничего не знает о Безликих. Светлана заметила, что подобная незавидная судьба ожидала бы и саму Анастасию, если бы Антон одним ударом не оборвал ее страдания.

Светлана сообщила спутнице, что отведет Элизабет в свой замок в долине Эриш, чтобы увидеться с Матерью Намтару, Анастасии же она строго-настрого наказала укрепиться в аббатстве Скарена и сдерживать атаки инквизиции, которые наверняка вскоре последуют. Однако, спустя лишь несколько дней после ухода Светланы, Анастасия во главе армии нежити выступила на юг, по направлению к Кастелроуз. Она стремилась как можно скорее достичь твердыни инквизиторов, пока те не перевели Йоргена в иное место заключения, или не убили его.

Продолжая марш, воинство нежити пересекло легендарное озеро, известное как Ведьмина Купель. Название это озеро обрело в эпоху правления Императора Ронана I, в ту пору инквизиторы страшились не Безликих, но демонопоклонников, а воды этого озера, по поверьям, обладали магическими силами, очищавшими чародеев и ведьм от демонической скверны.

(То есть инквизиция и раньше безобразничала, но все уверены, что империя прогнила буквально только что, потому что инквизиция безобразничает. Мне интересен ход рассуждений сценаристов, когда они создавали эту локацию. Уже не в первый раз они дают некую деталь, которую давать было совсем необязательно, и которая вызывает вопросы)

Наконец, нежить осадила Кастлроуз. С крепостных стен к Анастасии обратился сам Великий Инквизитор.

- Если бы Антон передал тебя мне, ты была бы еще жива! - выкрикнул он. - Теперь я понимаю глубину его предательства... он предпочел обратить тебя в нежить, нежели стала бы ты чистой духом жрицей Эльрата. Он следует зову тьмы... как и твой отец.

- Сальваторе, Свет ослепил тебя, - отвечала Анастасия. - Ты убиваешь невинных... это ты отбрасываешь тень страха и лжи.

- Я - Свет! - воскликнул церковник. - А кто невинен? Все должны обрести очищение Эльрата! Если ты не осознаешь этого, возвращайся в могилу, из которой выбралась.

(Диалог прям как в аниме. Но за два последних высказывания инквизитора казнили бы. Он объявил себя светом, а не Эльрата, и утверждая, что все грешны, обвиняет во грехе в том числе и ангелов с императором, ну и себя до кучи. В общем в церкви здорового человека такого крикуна сначала попытались бы заткнуть и задвинуть, а если бы он не заткнулся и не задвинулся, то его бы обвинили в ереси и казнили бы. Яркий пример такого крикуна из реальной истории, знаменитый Савонарола, уже отметившийся в играх студии Юбисофт)

Понимая, что время для разговоров прошло, Анастасия приказала своим войскам атаковать, и вскоре твердыня Кастлроуз пала пред мощью нежити. В пыточной камере подземелий замка Анастасия отыскала Йоргена. Он, представ ей в обличье Безликого, обратился к Анастасии с вопросом:

- Почему ты освободила меня?

- Я боюсь, что кто-то вновь может подчинить себе мой разум, - честно призналась девушка. - И моими руками убьет еще кого-нибудь из моих родных.

- Спасибо, что сказала правду, - прошелестел Безликий. - Мы не убивали Вячеслава. Мы поможем тебе узнать, кто сделал это.

(Овца, как есть овца. Ты шла к Безликому, что бы задать ему вопросы, но в итоге лишь сказала, что не хочешь чтобы тебя снова взяли под контроль. Да и стоило Безликому сказать, что он не виноват, как она тут же ему поверила)

Нежить отступила от павшей твердыни, не дожидаясь, когда в долину прибудут имперские войска.

(На этом мы немного отвлечемся от Анастасии)

С боем покинув побережье Хашимы, орки, ведомые Сандором и Краалом, вернулись на корабль, оставив за собою мертвые тела солдат Волка. А несколько дней спустя судно причалило к одному из островов Пао, образованных вокруг гигантского кратера в океане, именно здесь Сандор - изгнанник в своем отечестве - надеялся обрести новую родину. Отцу-Небу юноша поклялся, что если он когда и вернется в Империю, то лишь во главе армии. Краал рассказывал, что на островах этих еще сохранились следы империи Шантири, существовавшей столетия назад, но уничтоженной в час Войн Старейших между ангелами и Безликими. Возможно, кратер образовался, когда Безликим удалось низвергнуть один из летающих городов ангелов в океан, а, быть может, то следствие гнева одного из ангелов.

Не успели орки отойти от побережья, как могучие циклопы, забравшись на нависающий над бухтой утес, потопили их корабль, швырнув несколько огромных валунов. Путь назад был отрезан.

Отряд Сандора углубился в джунгли, где оказался окружен орками в шкурах ягуаров, принадлежащих к племени вождя Шарки. Последний исповедовал жизненный принцип: кто не с нами - тот против нас. Сандору Шарка поведал о том, что одно из орочьих племен, ведомое шаманкой по имени Айрини, не признает его власти, посему подлежит уничтожению. Сложившуюся ситуацию Сандор обсудил с Краалом. Последний заметил, что Шарка обращается с собственными подданными, как с рабами, и если Сандор поможет ему, то ничем не будет отличаться. Но если он встанет на сторону мятежников.

Это помогло Сандору принять решение: он бросит открытый вызов Шарке, вырвав острова Пао из-под его власти. Первым делом бастард, заручившись поддержкой Айрини, освободил из рудников в ущелье Кадисс тех мятежников, которые угодили в рабство к Воинам-Ягуарам Шарки. Тем самым заявил о себе как о силе, способной попрать казавшуюся незыблемой власть орочьего вождя. Наконец, оплот Шарки, город Тупари, пал, и орки сплотились за Сандором. Последний в самом скором времени намеревался нанести Герхарту такой удар, от которого тот вряд ли оправится.

(Не спрашивайте у меня, как правильно ставится ударение в названии города, все равно все мы будем читать его по особенному)

Следующие несколько недель после захвата Страндхолма Ирина занималась восстановлением торгового града, и ряды ее воинства стремительно росли. Теперь, когда сам Даймио Хироши назвал ее своим вассалом, вес девушки в обществе последователей Драконицы Воды значительно усилился, но все еще был, по ее собственному мнению, недостаточен. К тому же, терпение не входило в число ее добродетелей, и Ирина стремилась как можно скорее начать вторжение в герцогство Волка.

Как оказалось, Мартина не воспользовалась проявленным Ириной милосердием, а, сплотив за собой разрозненные силы солдат Волка, готовилась нанести ответный удар, но не успела, форт, где она скрывалась, был атакован Ириной, и в этот раз на пощаду расчитывать не приходилось. Катсу, Мукао и Араши все это время оставались рядом с Ириной, поддерживая ее мудрыми советами и наставляя касательно жизненного уклада народа наг.

Вскоре лазутчики донесли, что к западному Побережью Хошино, где находился Хайджинг, подходит корабль с подкреплением из герцогства Волка, похоже, Герхарт никак не может смириться с разрывом торговых отношений, и с ролью в случившемся своей нерадивой супруги. Акулий страж Кенто, правитель Хайджинга, был верным служителем прежнего Даймио, и лорда Хироши не жаловал, полагая, что тут чересчур уж стремится остаться в фаворе у Вечной Императрицы и заниматься искоренением западных некромантов вместо того, чтобы ставить на первое место долг перед своим народом и проблемы насущные.

(Странный момент, конфликт Святилища (Наг) с Некрополем. Культ Паука пока не объявлен вне закона, они часть Семи Городов, более того, самая влиятельная её часть, более половины всех высших чинов магов некроманты. При этом сообщений о том, что Наги воюют с Магами нет, только с некромантами, почему?

Второй момент, за что собственно воюют Святилище и Некрополь? Несмотря на то, что Святилище негативно относиться к философии Некрополя, некромантам нет дела до рыболюдей. Несмотря на то, что Эриш и Хошино действительно находятся рядом, Хошино остров, граница морская, а нежить плавает хреново.

И третий момент, где происходит конфликт? К западному берегу Хошино пристают люди Волка, правитель области не доволен, так как местный воевода на западе воюют с некромантами. Опустим тот момент, что тот самый воевода вообще-то как раз с людьми сейчас активно и воюет. Если войска не расположены прямо в Хайджинге, городе на западном побережье, а находятся где-то еще западнее, при условии, что согласно карте, Эриш как раз западнее Хошино, мне интересно, наги в некрополь чтоли вторглись? И это никого не волнует, даже самих некромантов?)

Ирина исполнила просьбу Кенто, наголову разбив высадившихся на побережье имперцев и завоевав тем самым преданность и расположение жителей Хайджинга. Деяние это поставило ее в весьма опасное положение, фактически сделав претендентом на роль Даймио, хочет она этого или нет.

(Как это работает? Нет я читал как-то в библии, что после того, как Иисус Христос воскресил пару мертвецов, исцелил несколько десятков больных и дважды даром, при помощи чуда, накорми 5 и 7 тысяч человек, его схватили, чтобы сделать царем над Израилем. Но он на минуточку был человеком среди людей, и было известно, что он ведет свой род от Давида, основателя царского рода, а Израилем в то время правили ненавистные римляне. А тут представитель другой расы, вассал действующего правителя, действующий по его приказу, и вдруг претендент на престол и отказаться нельзя. Опасно у нагов, вассалов заводить, только где-то сам не отметился, а тебя уже сместить бывший слуга пытается)

- У тебя есть два пути, - вздохнула Катсу, разъясняя Ирине сложившуюся ситуацию. - Либо ты одержишь верх над Хироши в бою, либо же получишь благословение Шалассы. Чтобы сделать это, новым Даймио тебя должен признать кирин, и в этом случае Хироши сам сложит с себя полномочия.

Прежде Ирина считала, что кирины, могущественные водные рептилии, повелители духов, существуют лишь в преданиях, но, проведя месяцы на Хашиме, не удивлялась уже ничему. Действительно, в уединенной лощине девушка разыскала мудрого кирина, который велел ей заручиться поддержкой водных созданий: духов источников и снежных дев, обитателей сопредельных островков.

О том, что Ирина собирается бросить ему открытый вызов, Хироши узнал, но начинание девушки его лишь позабавило. Сам он восемь лет выступал вассалом Окане, прежде чем осмелился выступить против своего повелителя и принять от него титул "Даймио". Всерьез Хироши Ирину не воспринял и препятствий ей не чинил, как он вскоре осознал, зря.

(То есть практика распространённая. Интересный народный обычай, ничего не скажешь)

Ирина тем временем разыскала и разгромила войско наги-ронина Чангбо, захватившего одно из святилищ Шалассы и удерживающего в заложниках послушниц, но жизнь ему сохранила, и благодарный бриганд примкнул к стремительно растущей армии дочери Грифона. Прежде Чангбо выступал под началом Даймио Окане, но когда власть над Хашимой перешла к Хироши, бежав в отдаленные пределы острова. В отличие от Мукао Катсу одобрила принятое Ириной решение, ведь пощадить врага - не признать слабости, ведь сила без сострадания подобна незакаленному клинку, тяжелому, но хрупкому. Жрице отрадно было сознавать, что постигает Ирина учения Шалассы.

(О том, что сей «благородный муж» грабил храмы и удерживал в неволе молоденьких жриц, нам предлагают забыть)

Разыскав духов источников, Ирина получила их благословение, восстановив разрушенный извержением вулкана храм, снежные девы попросили дочь Грифона разыскать тело погибшей прошлой зимой жемчужной жрицы, и когда та выполнила поручение, примкнули к ней по доброй воле. Выслушав мнение духов, кирин посчитал Ирину достойной занять место Даймио, впервые вверив титул человеку. Кирин вызвался сопровождать Ирину к замку Хироши, и воинство наг немедленно выступило в путь.

Войска Ирины осадили замки-близнецы - Шунджо и Сетсуджо, защищающие проходы к оплоту Даймио. Почтив волю кирина, Хироши добровольно сложил с себя титул "Даймио" в пользу Ирины, но теперь именно ей предстояло противостояние с западными некромантами, так как в этом состоит воля Вечной Императрицы.

(Думаю вы как и я в предвкушении продолжения, но давайте обратим внимание и на других детей Вячеслава)

Выступление Антона Грифона на поиски Безликих породило целый ряд проблем. Молодому герцогу, остававшемуся в баронстве Стормгард, лазутчики сообщили, что еще три его барона - Гритчка, Ивана и Игорь, возмущенные гибелью Джорджа, заявили о непризнании над собою власти Антона и объединились в Союз Умеренных. В довершение всех бед, неупокоенный дух барона Джорджа продолжал бесчинствовать на землях герцогства, взывая к свержению тирана Антона, требуя отречения последнего и признания Кирилла в качестве герцога Грифона, и бросая против войск имперцев орды нежити.

(Ангел Белкет тихо сидит в сторонке и обрывает оперение с крыльев. Ему, существу возрастом не в одну тысячу лет, ученику Сар-Шаззара, что считался самым талантливым из последователей Сар-Илама, понадобилось 387 лет, чтобы изобрести некромантию, а тут какой-то барон, рыцарь по образованию, всего за пару недель до всего дошел. Талант, наверное.

Понимаете, Герцог Иштван, тоже стал призраком, который мог лишь являться к своим потомкам, державшим в руках конкретный меч, и сказать им пару умных слов. Тут же и свободное перемещения и разговор с любым встречным и армия нежити. В чем же была разница между двумя рыцарями, Иштваном и Джорджем?)

И когда из Престола Сокола прибыл архангел Михаэль, дабы выступать в роли советника Антона, чаша терпения того переполнилась. Он пытался отослать архангела обратно, то прямо, то вежливо, но Михаэль интересовался лишь собственным мнением. В итоге ему удалось сломить личное мнение Антона и навязать ему новый Священный Поход.

(Я надеюсь, что вы уже играли в Героев 6 и мои слова не будут для вас спойлером, просто я не могу удержаться от комментария. Похоже я понял, почему компании расположили в неправильном порядке, на фоне своих братьев Антон полное дно. Даже Сандор делает его как стоячего, а ведь тот мистер Мускул, у него вместо мозгов дубина.

Кирилл же вообще красава, свою училку Архангела соблазнил еще будучи человеком, а по итогу своих приключений в Шио, стал Принцем Демонов, взял в жены сначала училку-архангела, потом гида-суккубу, и такого шороха навел, что даже Кха-Белех его опасался. Кстати, если я буду писать фанфик по Асхану, то это точно будет Кирилл, возможно даже не попаданец)

Антон повел войска на владения мятежных баронов, чтобы вновь распространить над ними свою власть. По пути он повстречал странствующего рыцаря, лорда Килбурна. Последний поведал герою, что одержим составлением всяческих списков, будь то дворяне, присутствующие на некоем празднестве, или же число деревьев в дворцовых садах. Но однажды списки его попали в руки к инквизиторам во главе с Сальваторе, и те объявили, что содержатся в них имена людей, выступающих пособниками Безликих. Со временем "списки Килбурна" стали ассоциироваться у людей с неминуемой гибелью, а самого рыцаря считали источником проклятия.

(Э-э... чего? По мнению сценаристов вот так инквизиция и работает, взяли первый попавшийся список и всех казнили? Вау... Вы, наверное, удивитесь, но о святой инквизиции известно так много, потому что они вели полноценные суды. Кто донес, о чем донес, как допрашивали подозреваемого, как проверяли показания (делалось это по варварски, но делали), кто проводил суд, кто выступал свидетелем, кто из именитых людей присутствовал. Все это описывалось и сохранялось, даже картинки рисовали. Да они творили страшные вещи, но на фоне светских властей того времени, они были исключительно прогрессивны)

Воинство Антона скорым маршем шло через Лес Грифонов к городу Владикраю, вотчине баронессы Иваны, когда столкнулась с отрядом имперцев, ведомых священнослужительницей Валеской.

- Император прислал тебя, чтобы заковать меня в цепи, или же просить прощение за то, что ты предала моего отца? - осведомился Антон.

(В смысле предала отца? До этого Валеска фигурировала лишь однажды, когда Волк попытался погонять орков на земле Грифона. Вячеслав тогда вломил соседу, появилась Валеска, сказав, что у неё есть указ наместника Эльрата на земле, на что Грифон ответил, что император лишь человек и вломил и Валеске. Когда это она служила Грифонам и успела их предать?)

- Император Лиам прислал меня заменить Великого Инквизитора Сальваторе в качестве твоего священного советника, - отвечала Валеска. - Я согласилась, зная, что приказ этот может означать мою казнь. Я в твоих руках, герцог Антон. Да примешь ты с помощью Эльрата верное решение.

- Ты сожалеешь о том, что предала мою семью? - продолжал спрашивать молодой герцог, но Валеска лишь мотнула головой:

- Я поступила так, как считала правильным. Но за все эти годы я никогда не служила при человеке более достойном, чем твой отец. Если бы тогда я знала об этом, то приняла бы иное решение.

(Что-то я не уловил, то есть она и впрямь служила Грифону? А что тогда Император повеление своё не напрямую герцогу передал, а через священницу?)

- Я не притворяюсь, что мне известна воля Эльрата, - решил Антон. - Но я знаю, что единственный способ двигаться дальше по жизни - исправлять совершенные прежде ошибки. И надеяться, что ты успеешь сделать это. Я дам тебе шанс искупить свою вину, но если предашь меня, не жди прощения. Я - герцог, но я не мой отец.

(Это точно, Вячеслав, хоть и терпила был, а всегда собственное мнение имел и проводил четкую границу, за которой он утираться не будет, а по зубам даст. Ты же, милок, барашек, собственного мнения не имеешь, и волю свою проявлял пока только находясь в отчаянии)

Благодарно кивнув, Валеска передала свой отряд в подчинение герцогу Антону, и марш к Владикраю возобновился. Город оказался взят, и пленной Иване, примкнувшей к Союзу лишь с целью вкусить приключений, Антон приказал незамедлительно покинуть пределы его герцогства. Архангел Михаил подобным проявлением милосердия остался недоволен, он настаивал на том, что ввиду неминуемого вторжения демонов герцог Грифон должен держать баронов в страхе, не давая им спуску.

Войска Антона устремились к сердцу герцогства, так как над Исталоном развивался стяг Союза Умеренных, а на троне Грифонов восседал барон Гритчка, являвшийся близким другом покойного Джорджа, потому и поднявший знамена против своего лорда.

Скорым маршем армия Антона пересекла земли баронства Белого Коня, миновала торговый град Пик Ворона, и, осадив Исталон, сумела взять город, а предательского барона поставить на колени пред его герцогом. И вновь Антон проявил в отношении пленника мудрость и великодушие.

- Я сохраню тебе жизнь, - постановил он. - Лучший друг барона в этом мире - его герцог. И теперь ты станешь служить в числе рыцарей моей личной стражи. Титул же и земли унаследует твоя дочь; будем надеяться, она станет выбирать друзей более разумно.

(Фразу про друга не понял, но само решение одобряю. После зверств инквизиции, и в память о милосердном отце, лучшего решения придумать сложно)

Наконец, оставив столицу герцогства, войско выступило на север, к городу Северный Коготь, оплоту барона Игоря. Последний восстал против Антона, защищая свою веру в Илата, и когда пал Северный Коготь, знаменуя распад Союза Умеренных, герцог Грифон обратился к пленному барону:

- Я дарую тебе прощение. Барон Джордж заплатил страшную цену за всех последователей Илата. Но если ты вновь выкажешь неповиновение мне, я посвящу в рыцари инквизитора и передам ему твой замок.

Архангел Михаил поморщился, напомнив Антону, что время для дипломатии прошло, а мятежники понимают лишь кровопускание; однако молодой герцог не внял совету древнего полководца, он сохранял жизни не врагам, но собственным баронам.

(Вау, тут бы я и зауважал Антона, если бы его рост как личности попытались хоть как-то показать. А то он истерит и прогибается под архангела, то раз, и уже принимает решения вопреки его воли)

Голоса, все еще звучавшие в разуме Антона, убеждали того разыскать герцогиню Кейт, чемпиона Малассы, Драконьего Рыцаря, говоря о том, что женщина обязательно сможет помочь им, даровать им свободу. Как и прежде, Антон прислушался к таинственным голосам, и, следуя их наставлениям, оставил воинство под началом Михаэля, во главе небольшого отряда устремившись к уединенной пещере в северо-западных пределах герцогства, где ныне обитала его мать, истовая последовательница Драконицы Тьмы.

(Чего б**ть? Архангел призывал тебя устраивать геноцид собственным подданным и ты оставил ему войско? Голоса в голове до этого вешали о причастности Безликих, теперь просят найти рыцаря тьмы, чтобы она освободила их? Ты искал тварей тьмы по всему герцогству, пока твоя мать славила темного бога? Какого хрена вообще твориться?)

- Ты... тоже слышишь голоса? - обратился Антон с вопросом к матери, общества которой лишен был долгие годы.

- Они обращались ко мне, когда я была ребенком, - кивнула женщина, избравшая для себя стезю Драконьего Рыцаря. - Я не стала прислушиваться к ним, и прожила жизнь во лжи и обмане.

(Вообще-то именно видения подсказали ей способ обмануть Волка и избежать свадьбы с ним)

- Голоса... Что... Кто они? - Задал Антон давно мучавший его вопрос. Кейт долгое время задумчиво смотрела на сына, а затем утвердительно кивнула:

- Да, ты должен узнать о них, или же познаешь их страдания на себе и твоя собственная жизнь будет окончена.

С этими словами женщина пригласила сына проследовать вглубь мистической пещеры. Перед ним возникли стихийные духи огня и воды, которые устремились в атаку. А тихий голос матери продолжал вещать в сознании юноши, говоря о том, что Аркат и Шаласса не могут существовать друг без друга, и должен усвоить Антон этот урок. Вслед за сими духами, молодой герцог подвергся нападению иных, воздуха и земли. Кейт продолжила говорить, что когда стихии Илата и Силанны представлены в равной мере, Асхан процветает в мире. Наконец, противниками Антона выступили духи Света и Тьмы, Эльрата и Малассы - первых детей Асхи, в чье противостояние волей-неволей оказались вовлечены все жители мира.

- Мама, я здесь не для того, чтобы стать Драконьим Рыцарем! - прохрипел Антон, смертельно устав от противостояния духам и полных загадок речей матери. - Я лишь хочу найти убийцу отца и понять, чем являются эти проклятые голоса!

- Знание - бездонная пропасть, - прозвучал ответ Кейт. - Абсолютная истина ведет к неведению.

Выругавшись с досады, Антон, тем не менее, продолжил путь, но вскоре остановился, как вкопанный, узрев пред собою Кирилла. Младший брат чудовищно преобразился, и ныне походил на демона в человеческом обличье. Следующие слова Кейт подтвердили страшную догадку Антона.

- Ургаш и Асха, брат и сестра, демонический Дракон Хаоса и наша Драконица Порядка, - говорила Драконий Рыцарь, - разделенные навечно, но продолжающие свой танец как единое целое. Яви мне своего внутреннего дракона, сын. Или возвращайся в небытие.

(А вот тут уже какая-то хрень. Если до этого нам показывали стихийных драконов, которые были созданы для работы вместе, то Ургаш и Асха не совсем сюда вписываются. Во-первых, какой танец они продолжают, если один заперт в тюрьме, а вторая в восстанавливающем коконе? Во-вторых, каким образом авторы этого представляют себе союз хаоса и порядка? В-третьих, допустим Кирилл действительно уже может называться одним из детей Ургаша, но где в Антоне Асха? Или мы уже не противопоставляем противоположные стихии?)

Во взгляде Кирилла Антон читал лишь ненависть, направленную на него, невозможно простить убийство Анастасии, и неважно какими мотивами руководствовался при этом молодой герцог.

- Хаос - такая же сила, как и прочие... - тихо вещала Кейт, читая мысли сына. - Ею могут воспользоваться твои враги... или друзья. Суди человека... а не Дракона!

(Почти правильная мысль, вот только хаос из неё выбивается. Абсолютная свобода, она же вседозволенность, на моей памяти еще ни разу не породила нормальных личностей. Ведомые своими желаниями, и не признающими никаких ограничений, в том числе и моральных, люди превращались в моральных уродов. И так, на минуточку, Драконьи Рыцари создавались чтобы противостоять демонам, а не отыскивать среди них достойных)

Видение развеялось, и, очнувшись, Антон осознал, что все еще находится у входа в пещеру. Пришло понимание, озарение.

- Голоса... неприкаянные души ангелов, - выдохнул юноша, и Кейт согласно кивнула:

(А можно мне полную цепочку рассуждений, благодаря которым он пришел к такому выводу?)

- Да... они не могут отойти к Асхе. Я не знаю, как им помочь, поэтому отрешилась от них. Если ты слепо станешь следовать им, они сведут тебя с ума.

- И души эти сами не понимают, почему все еще находятся здесь, - задумчиво произнес Антон.

- Эльрат - твой внутренний дракон, - изрекла Кейт, от которой не укрылись сомнения сына. - Они - его дети. Ты найдешь ответы...

(И снова мне интересно на чем строятся данный вывод. Кейт тоже слышит ангелов, но стала рыцарем Малассы. Антон же вроде не проявил никаких свойств дракона света)

- Они не знают, кто убил моего отца, - с надеждой обратился Антон к матери. - Я задавал им этот вопрос, и они привели меня к тебе.

- Я помогла тебе всем, чем смогла как Драконий Рыцарь, - отвечала Кейт, - но я скажу тебе кое-что еще как мать, страшно скучающая по своему сыну. Я верю в тебя, Антон. Ты одержишь победу.

- Но почему ты не можешь помочь мне? - в отчаянии вопросил юноша, и женщина с грустью улыбнулась:

- Мой внутренний дракон - Маласса, а ее ответы порождают еще больше вопросов. Ты - сын Грифона. Когда сомневаешься, следуй зову сердца...

(Ай-ай, врать не хорошо. Йорген, Безликий, сын Тьмы, и долгое время был советником Вячеслава, вряд ли бы он занимал эту должность, если бы в силу своей природы говорил загадками)

- Ты, часом, не знаешь, как загнать мертвого барона обратно в могилу? - вспомнил о делах насущных Антон.

- Все неупокоенные души хотят одного и того же: чтобы кто-то взял на себя их бремя, дабы смогли они отойти к Асхе.

(Ну вот, без загадок же ответила. Я почему прицепился к этому моменту, Кейт просто могла сказать, что не знает, но вместо этого нам втирают какую-то пафосную дичь)

Тепло распрощавшись с матерью, Антон продолжил поиски духа барона Джорджа, и когда нашел, признался своему недавнему противнику, что прекратил гонения церкви Илата.

- Но рыцарь должен следовать за своим герцогом повсюду, будь то Шио или луна Асхи! - напомнил духу Антон, и на призрачном лице того отразилась слабая улыбка.

- Слова истинного герцога Грифона, - признал Джордж. - Наконец-то ты стал достоин своего наследия.

(Так и запишем, при попадании в фэнтези надо любую мысль высказывать максимально пафосно, сразу получишь +100 к убеждению)

Антон обещал Джорджу, что и впредь не изменит своим принципам, и дух исчез, упокоившись с миром. Когда вернулся Антон к ставке своей армии, то застал архангела в весьма приподнятом расположении духа, казалось, Михаэль пребывал в предвкушении, с нетерпением дожидаясь некоего события.

- Наконец-то! - выпалил он, заметив ступившего в шатер герцога. - Началась война, достойная моего возрождения!

- Но... Слепые Братья предсказали, что затмение свершится лишь через три года... - неуверенно начал Антон, но Михаил прервал его:

- Также они предсказали, что мы проиграем эту войну. Похоже, кто-то не стал дожидаться, пока это произойдет.

- Ты хочешь сказать... - произнес Антон, пытаясь облечь в слова мысль, кажущуюся слишком невероятной, - что каким-то образом изменил дату затмения? Заставил его произойти раньше положенного?

- Нет, я тут не при чем, - покачал головой архангел. - Все сделали Кирилл и Сара. Я и помыслить не мог, что намерения их простираются столь далеко!

- Вы сделали это, чтобы получить войну, в которой еще можете надеяться на победу... - сказал Антон, и Михаэль ответил:

- Королевства Асхана и так сражаются друг с другом, как, к примеру, твой отец и Герхарт. Семь Городов и некроманты следуют путями, которые отдаляют их друг от друга, наги и орки на грани войны, а Безликие играют с эльфами... Если бы мы промедлили, все было бы потеряно.

- Но мы не готовы, - растерянно произнес молодой герцог, но архангел беспрекословно постановил:

- Или мы сразимся с демонами сейчас, пока еще сильны, или же Безликие станут править из теней тем, что останется от мира.

Антон покорно склонил голову. Не ведая, какую роль в происходящем сыграл его младший брат и действительно ли он обратился в демона, но то, что возрожденный полководец Войн Древних воплощает в жизнь собственный гамбит. Вопрос лишь в том, принимает ли он в расчет младшие расы Асхана, или же слепо следует интересам собственной расы.

(Охренеть можно. Опустим тот момент, что сначала говорят одно, потом другое, пусть ангелы не умеют лгать, но говорить всю правду их никто не заставляет. Мне просто интересно, как меч выкованный в Шио повлияет на движение небесных тел? Даже с учётом магии, сценаристы же должны иметь хоть какое-то представление об орбите космических тел, небесных явлениях, воздействии луны на Землю. Что, нет? Ну ладно)

Воинство нежити, ведомое Анастасией, достигло южной долины Эриш, в которой находился оплот Светланы и иных высокопоставленных некромантов - Нар-Эриш. По прибытии она узнала, что все эти недели Йорген оставался подле леди Элизабет, восстанавливая ее истерзанный разум, ибо, будучи сыном Тьмы, мог ступать в мир грез и воспоминаний. И усилия Безликого увенчались успехом, безумие оставило Элизабет.

(Как Йорген примчался в Нар-Эриш быстрее Анастасии? Нет я понимаю, что армия движется медленнее одиночки, но нафига они вообще разделились?)

Элизабет приняла решение примкнуть к экспедиции некроманта Хафаяда, выступающего на восток, так как узнала, что сын ее Сандор жив и ныне пребывает среди орков. В любом случае, он нуждается в матери.

(Я мог бы пошутить на тему того, что великовозрастному балбесу скорее жена нужна, а не мать, но пожалуй не буду. Такая искренне-наивная забота о ребенке выглядит крайне мило. Даже в Сандора плеваться не хочется, все же когда он оставил мать, его отец все еще был жив и должен был о ней позаботиться.

Жаль только из-за кривого расположения компаний, понять это можно только если копаться в ЛОРе и сопоставлять даты. Первоначально я реально думал, что эта дубина стоеросовая, бросил мать на произвол судьбы)

- Анастасия... Мне было примерно столько же, как и тебе, когда мы с твоим отцом вынуждены были расстаться, - с грустью призналась Элизабет, когда Анастасия поведала ей о своей жизни и о чувствах, испытываемых к ангелу, - но у Уриэля есть возможность выбора. У Вячеслава таковой не было.

- Но... отец продолжал любить тебя, - заметила девушка. - Всякий раз, когда он смотрел на Сандора... казалось, будто через него он смотрит на кого-то еще.

- Вячеслав следовал зову сердца, Анастасия, - продолжала Элизабет. - Он поступал так, как лучше для всех. И сына своего он растил при дворе герцогства. Он любил твою мать. Мне было тяжело... видеть, как теплел его взгляд каждый раз, когда Кейт приходила к нему.

Исцеление Элизабет возродило надежду в душе Анастасии: быть может, Йорген поможет ей вспомнить события, приведшие к убийству Вячеслава, Поможет узнать, кто контролировал действия девушки в тот момент. Но прежде Анастасия хотела повидать Мать Намтару, надеясь, что воплощение кошмаров Асхи сможет помочь ей в этом начинании.

Простившись с Элизабет, еще раз поблагодарившей девушку за избавление ее от инквизиции, и Верховным жрецом Хафаядом, Анастасия устремилась на поиски Светланы, надеясь спросить ее об аудиенции у Матери Намтару. К девушке присоединился чародей Каспар, желающий повидать Верховную настоятельницу культа богини-паучихи Миранду.

- Когда ты решила стать некромантом? - спрашивал Анастасию Каспар, когда шагали они по улицам Нар-Эриша, направляясь к святилищу Асхи. - Я изучал сей орден на протяжении десятилетия... и, наконец, разглядел в нем истину.

- Вообще-то, у меня не было особого выбора, - печально улыбнулась Анастасия. - Или я становлюсь некроманткой, или душа моя отправляется к Асхе.

(Нашла что сказать религиозному фанатику)

- Ты была преображена... против своей воли? - поразился Каспар, но девушка отрицательно качнула головой:

- Нет. Я рада, что все так обернулось. У меня осталось одно неоконченное дело... А сам ты где обучался колдовству?

- В Шахибдии, два десятилетия, - с видимой гордостью произнес Каспар. - Город, в котором магия никогда не спит. После чего я пустился в странствие. Поиски компонентов для зелий и мазей заводили меня во многие уголки Ашана.

- Ты изучил целительство... не прибегая к могуществу Эльрата? - удивилась Анастасия.

- Я родился в герцогстве Волка, и на камине в нашем доме всегда стояла статуэтка Дракона Света. Страсть моя к изготовлению зелий привела меня в Семь Городов, где драконов воспринимали скорее как концепции, нежели как богов. Там я узнал, как применять могущество Света, не прибегая к молитвам Эльрату.

- Но ты решил посвятить себя паучихе, - напомнила Анастасия. - Ты считаешь Мать Намтару не богиней, а лишь концепцией?

- Драконы для меня реальны, - попытался объяснить Каспар. - И я почитаю Асху больше, чем всех остальных. Ее творение восхитительно... ее магия повсюду, а цикл Жизни и Смерти - величайшее достижение. Мы, маги Семи Городов, обладаем огромным могуществом... наши творения величественны, но не связаны почитанием Асхи, и в итоге все это ведет лишь к отчаянию.

- Но если бы маги не создали орков, демоны уничтожили бы нас столетия назад, - заметила девушка, начиная понимать суть мировоззрения собеседника, и тот печально улыбнулся:

- Вижу, ты знаешь историю Асхана. Но позволь спросить тебя... есть ли у орков души? И если это так, кто же создал их? - На этот теологический вопрос ответа у Анастасии не было, и дальнейший путь некромантка и спутник ее проделали в молчании.

(Весьма занимательный разговор, который позволяет многое понять в философии Некромантов и магов Семи Городов, в будущем ставшие Серебряной Лигой)

Наконец, они достигли святилища Асхи, у входа в которое дожидались Верховная жрица Светлана и Верховная настоятельница Миранда.

- Ты спросила аудиенции у Матери Намтару? - скептически осведомилась последняя, обращаясь к Светлане с видимым раздражением. - Думаю, стоит начать с рассказа ей о том, что твоя внучатая племянница вторглась в Империю Сокола во главе армии нежити. И что Лиам скорее всего объявит войну некромантам Семи Городов. Уж эти сведения точно привлекут ее внимание.

- Они берут пленников... - растерянно молвила Анастасия, не ожидавшая столь холодного приема, - оскверняют их... Мы должны были положить этому конец...

- О, да! Чуть не забыла! - воскликнула Миранда, не удостоив Анастасию даже взглядом. - Весь Асхан занят поисками предателя-Безликого Йоргена и безумной леди Элизабет... которая чудесным образом вырвалась из заточения у Сокола. Мы знаем, где они! Прямо у наших дверей. Мать Намтару будет в восторге.

(«Весь Асхан», как громко сказано, жаль что не уточнили, что весь Асхан умещается в малую часть привилегированной касты людей, инквизиторов и верных им дворян. Это примерно процентов 5 от всего населения Священной Империи, если с войском считать. Империя, конечно самое большое, но далеко не единственное государство Асхана)

- Миранда, в этом нет вины Анастасии, - попыталась урезонить разгневанную некромантку Светлана. - Кто-то пытается вновь начать войну между ангелами и Безликими. Если не веришь мне, спроси Йоргена.

- Я и спрашивала! - всплеснула руками Миранда. - Но он говорит лишь загадками. Спрашивать твою племянницу менее сложно.

(Почему? Йорген был советником, он должен был советовать Герцогу, а не загадки ему загадывать. Он должен осознавать опасность, которая грозит ему и всей его расе. Зачем создавать проблемы на ровном месте, неужели нет других идей для движения сюжета, кроме персонажей, которые все знают, но ничего не говорят?)

Но Анастасия ничего не помнит. Именно для восстановления воспоминаний, ей требовалось встретиться с Матерью Намтару. Но для начала с богиней смерти должна была встретиться Светлана, чтобы, среди прочего, спросить разрешение на встречу. Она также приглашала с собой Миранду, надеясь на её помощь. Миранда, однако, скептически хмыкнув, от предложения отказалась, мотивировав это тем, что должна принять чародея Каспара. Передернув плечами, Светлана оставила собравшихся, а вскоре покинула Нар-Эриш, выступив в Каньон Вечности, прибежище воплощения кошмаров Асхи.

Несколько дней спустя Анастасию разыскал один из паучьих стражей, сообщив о том, что Мать Намтару согласилась встретиться с ней, и девушка немедленно выступила в каньон. Впервые она видела столь чудесное создание, походящая как на гигантскую паучиху, так и на трехликую женщину, Мать Намтару встретила приближающуюся юную некромантку словами:

- Руки твои обагрены кровью... воспоминания терзает чувство вины... Ты должна встретиться со своими внутренними демонами... с каждым по очереди... лишь тогда личина убийцы откроется тебе.

- Скажи мне! - с надеждой выкрикнула Анастасия. - Скажи, под чьим контролем я находилась! Моими руками был убит отец! Это должно прекратиться!

- Я - Кошмары Матери Всех Драконов! - в гневе возвестила Мать Намтару. - Я оплакала смерти миллионов; мой собственный брат поклялся уничтожить все, созданное мной. Ты, неживой человек, полагаешь, что знаешь мою волю?

(Тоже достаточно интересный момент, что Намтару ассоциирует себя с Асхой, но при этом осознает себя отдельно от неё)

- Мать Намтару, прости мой порыв, - склонилась в низком поклоне Анастасия, не решаясь вновь поднять глаза на чудовищное, могущественное воплощение богини.

(Буквально только что она считала её прекрасной)

- Начни с самой себя... - ответила Мать Намтару. - Сразись со своими воспоминаниями... дочь Эльрата... преданная паучихе... направляемая Малассой. Одна истина скрывает другую...

Направляемая Малассой... Сердечно поблагодарив Мать Намтару за помощь, Анастасия немедленно устремилась в комнаты, отведенные Йоргену, и рассказала ему о словах воплощения богини-паучихи.

- Зачем вспоминать то, что твой разум решил забыть? - прошелестел Безликий.

(И мы вручаем премию «Гениально» этому стремному порождению тьмы. Действительно, зачем бы девушка хотела это вспомнить?)

- В моем разуме скрывается истинный убийца моего отца. Я хочу свершить правосудие над ним, будь то человек, демон или же сам Драконий Бог.

(Пафоса то сколько)

- Противостоять внутренним демонам столь же опасно, как и сражаться с ними в Шио, - предупредил девушку Йорген. - В разум легко войти... сложно покинуть его.

(Последнее утверждение где-то даже логично, но вот уже второе упоминание внутренних демонов напрягает. Эту тему до сих пор никак не обыгрывали. Не было никакой борьбы или побуждений к хаосу в детях порядка. Откуда это пошло? Что значит? Куда потом делось? Непонятно)

Анастасия, однако, была непоколебима в своем желании, и Безликий, воззвав к могуществу Малассы, погрузил девушку в глубокий транс, и сознание ее перенеслось в Мир Духов.

(Э-э... Чё? Вот так просто? Уважаемые сценаристы в курсе, что Сар-Илам вообще-то богом стал, после путешествия в Мир Духов? Он там конечно еще Асху нашел и та обучила его, но все же. Вы правда хотите оправдать отсутствие массового хождения магов в Мир Духов тем, что туда легко войти, но сложно выйти? Какого Хрена? Да туда бы ломились все, вообще все, начиная от опытных магов, кто знает как выйти, кончая идиотами, желающими получить божественное могущество. Тот же Белкет веками изучал вопрос обретения Сар-Иламом божественности)

В Мире Духов Анастасия встречает призраков своих родных и близких, каждый из которых испытывает её.

(кстати, помните Валеску? Оказалось, что она была сиделкой детей Вячеслава. Император отправляет послание своему герцогу, но почему-то не прямо ему, лично в руки, а ему домой, и не доверенному управителю, не старшему священнику (на худой конец), а няньки его детей. От накала идиотии свербит в мозгу, но это еще не конец. Нянька собирает войско, наверное из гарнизона замка, и ведет на битву против сюзерена, и ведь за ней пошли, приличные войска, надо сказать. За что вы с нами так, Юбисофт?)

Анастасия проходит одно испытание за другим, но неожиданное видение предстало Анастасии. Как будто она увидела комнату Йоргена, и свое неподвижное тело, лежащее на кровати. Неожиданно в комнату врывается Миранда, и следует за ней дюжина вампиров. Обернувшись к нежити, Йорген творит заклятие, взывая к могуществу Малассы.

Видение развеялось, и пораженная Анастасия вновь обнаружила себя в Мире Духов. Девушка предстала величественная, демоническая Цитадель, удерживаемая армией нежити под началом отражения души Анастасии. Последний оплот внутренних демонов молодой некромантки и она не колебалась, поведя за собою воинство в атаку на адскую обитель, дабы сокрушить свои страхи раз и навсегда.

Наконец, твердыня пала, и Анастасия увидела воплощенные образы своих родителей. Кейт крепко обняла свою младшую дочь. Анастасия нашла в себе силы взглянуть на отца, которого убивала вновь и вновь в повторяющихся ночных кошмарах, начавшихся с того самого дня, как была поднята Светланой в этом жутком подобии жизни.

- Милая моя Анастасия, ты убила ту часть себя, которая нуждалась в матери, - сказала Кейт. - Теперь ты стала женщиной!

- Отец! Прости меня! - выдохнула Анастасия, обернувшись к Вячеславу, взирающему на нее с печальной и доброй улыбкой на устах. - Это я виновата во всем случившемся. Гордыня моя и эгоизм позволили кому-то контролировать мой разум.

- Прости себя, мой маленький ангел, - произнес Герцог. - Ибо я прощаю тебя.

Простившись с родителями, Анастасия наконец пробудилась, покинув Мир Духов и оставив сомнения в прошлом. Девушка обнаружила, что находится на каменистом плато, а чуть поодаль Йорген, парящий над краем утеса, вглядывался в каньон. Проследив за взглядом Безликого, Анастасия узрела армию нежити под началом Верховной настоятельницы Миранды и ее единственную пленницу - Светлану!

- Ну почему ты не оставила ее спокойно гнить в могиле! - донесся до Анастасии возмущенный возглас Миранды.

Анастасия поняла, что от судьбы двоюродной бабушки ее спас никто иной как Йорген, и она искренне поблагодарила Безликого.

- Почему ты думаешь, что должна произносить эти слова? - прошелестел Йорген, и Анастасия с уверенностью ответила:

- Потому что до встречи с тобой я была слепа. Теперь же прозрела.

- Тогда это мы еще что-то должны тебе, ибо узнала ты слишком мало или слишком много, - в свойственной ему загадочной манере произнес Безликий. - Даже в яркий полдень... все не так четко, как кажется.

Он указал на небо, и лишь сейчас Анастасия осознала, что мир погружен в призрачную тьму. Пробил час Кровавой Луны, началось вторжение демонов в Асхан.

(Лунное затмение... днем... вызвало тьму... вы там совсем еб*****сь? Лунное затмение происходит только ночью. Полное лунное затмение не вызывает затемнение, наоборот в отличии от частичного затмения, луна хорошо освещена, просто в красных тонах. О боже, продолжение будет в следующей части)

История Асхана (Герои VI часть 3)

В то время, как Анастасия пребывала в Мире Духов, войска наг, ведомые Ириной, высадились на острове Белого Копья, к западу от Хашимы.

(Этого острова нет на карте мира)

Около столетия назад Вечная Императрица воззвала к воплощению Шалассы, и та ответила на зов, уничтожив армаду Империи Сокола. Так орки обрели свободу, осев на островах архипелага. Но бренные обломки кораблей все еще покоятся на дне океана, и экспедиция некромантов под началом Хафаяда прибыла из Нар-Хереша, дабы поднять погибших имперцев нежитью. Орков, проживающих на острове, некроманты считали лишь докучливой помехой, и захватывали их селения, а плененных жителей бросали в загоны для скота, приставляя к оным нежить для охраны.

Араши, встретивший прибывшую Ирину на острове, сообщил, что нежить захватила три из четырех святилищ Шалассы, пытаясь обрести их силу, и оттеснила силы наг на восточное побережье. Ирина немедленно устремилась в контратаку, и сумела отбить у противника первое из орочьих селений, а вместе с ним и одну из святынь Драконицы Воды. Надо отметить, магия этих святынь образовывала из речных вод, морских и озерных могущественного морского дракона Хай Рю — воплощение Шалассы, некогда потопившее имперскую флотилию. Быть может, удастся заручиться его помощью и на этот раз.

Предстал Ирине и сам Хафаяд, настойчиво просивший дочь Грифона не мешать некромантам в их начинании, так как они собирают армию для противостояния демонам, что вскоре вторгнутся в Асхан. Ирина, однако, просила Хафаяда не перевешивать на нее собственные проблемы.

(Чё? Вторжение демонов Ирину не волнует? Ну, овца, что тут еще сказать. Хоте мне интересно почему Нагов это вторжение тоже не волнует, что это, идиотия или религиозная нетерпимость?)

В противостоянии некромантам к Ирине примкнули орки Белого Копья под началом вождя Улугана и шамана Рукава, вытесненные из родных селений. Сообща, войска наг и орков отбили у некромантов города острова, освободив из-под контроля магов оставшиеся святыни Шалассы. После чего воинство Ирины устремилось на запад, мимо величественного ледника под названием Постель Шалассы, под которым, если верить легендам, спит сама Драконица Воды. Наги шли к оплоту некромантов на западном побережье острова Белого Копья, надеясь успеть взять их крепость до прибытия основных сил экспедиции под началом самого Хафаяда.

(Он же уже общался с Ириной лицом к лицу, или это такой продвинутый почтовый командир, оставил армию идти, а сам мухой метнулся на переговоры, чтобы потом тем же Макаром вернуться обратно к армии)

С высоких утесов на западном побережье виднелось кладбище имперских кораблей, почерневшие мачты и искореженные остовы пронзали морскую гладь в последнем жесте обреченного отчаяния, обращенном к безмолвным небесам — наглядное свидетельство незавидной участи, ожидающей любого, кто дерзнет посягнуть на священные владения Шалассы.

(Господи, сколько пафоса. Мне вот только интересно, как тогда наги объясняют, притеснения сначала со стороны Волка, а потом со стороны Культа Паука? В обоих случаях им помогла Ирина, именно у этой беременной овцы оказались достаточно большие яйца, чтобы возглавить армию и привести её к победе. Пока все остальные «герои» этого народа страдали херней)

Там перед Ириной предстал неупокоенный призрак капитана флагманского корабля, потопленного морским драконом Хай Рю.

— Ты не нага и не орк, — поразился дух. — Ты из Империи, как и я был когда-то!

— Да, я… — Ирина запнулась, ибо опыта в общении с призраками у нее было маловато. — Как ты узнал?

(Действительно… вот откуда она могла бы быть. Кто вообще мог бы догадаться, что человек воин происходит из фактически единственной империи людей?)

— Я был сыном герцога Единорога, — поведал призрак капитана. — Как и ты, я был рожден ангелами. Они взращивают и поглощают наши души, подобно фермерам, выращивающим злаки из отборных семян. Большинство душ членов моей команды исчезло, но те, кто принадлежал к герцогским родам, остались.

(Э-э… Чё? Ангелы могут создавать особые души, но вместо того, чтобы организовать особую ферму, они раздают эти души герцогским семьям. Зачем? При этом души раздаются не конкретным людям, а вообще всем представителям Герцогских Домов. Как? Ангелы что ли свечку держали над каждой постелью в доме или есть какое-то автоматическое распределение душ? Почему души Герцогских сыновей, погибших в кораблекрушении не забрали? Откуда сын Единорога вообще узнал об плане ангелов?)

— Ты хочешь сказать, что ангелы таким образом создают герцогов и их семьи? — поразилась Ирина. — Их души, но не тела?

— Да, — подтвердил призрак. — Я не знаю, зачем. Но я бы на твоем месте приглядывал за собственной душой и душами твоих родичей. Ибо ангелы жаждут обрести их. Но это твоя проблема, моя же душа слишком слаба…

(Во-первых, нет, ангелы не создавали герцогские семьи. Дома Герцогов были организованы сильно до того, как ангелы пришли в империю, и все эти дома, кроме Оленя, были наследниками древних королей, чьи семьи сформировались еще до войны древних. Во-вторых, что значит «моя же душа слишком слаба»? Почему душа того же Иштвана, первого Герцога Грифона до сих пор небо коптит и потомкам нервы мотает, а душа юноши из семьи Единорога, дополнительно усиленная Ангелами вдруг ослабла?)

Услышанное откровение заставило Ирину крепко призадуматься, но вопрос этот она оставит до возвращения в Империю, пока следует сосредоточиться на делах насущных. Последний оплот некромантов на острове Белого Копья пал пред натиском войска наг, но на горизонте появилась флотилия с новой армией.

(Как вовремя)

Понимая, что в честном сражении с нежитью у нее мало шансов на успех, Ирина воззвала к воплощению Шалассы, и ей предстал Хай Рю, прошипев:

— Я сплю… сейчас не время для меня просыпаться… Лишь Шаласса может призывать меня, но не ты, маленький человечек.

(Херли ты тогда откликнулся?)

— Я воззвала к магии твоих святынь, я контролирую твою волю, — почтительно, но твердо отвечала Ирина. — Ты должен исполнить кое-что для Шалассы, для Вечной Императрицы, для меня. Флотилия кораблей пытается заполучить мертвые души…

— Души! — взревел Хай Рю, преисполнившись праведного гнева. — Души — сфера Асхи, Мира Духов, но никак не смертных Асхана…

(Ну-у, некроманты как бы силой Асхи и пользуются, так что тут не прикопаешься. Да и что это он вдруг так резко вскинулся? Он мог бы помочь, как помогал раньше, ради водных рас, но не помог, святилища захватили некроманты. Он мог бы разметать их, так как они повелевают мертвыми душами, а он ненавидит подобное, но не разметал. Зато стоило нашей героине пальчиком поманить, и древний монстр тут же на задние лапки встал. Выглядит как глупый рояль в кустах)

— Так защити же нас! — воскликнула Ирина. — Защити свои воды, царствие Шалассы!

И Хай Рю сотворил гигантское цунами, потопившее практически все корабли некромантов, входившие в состав экспедиции Хафаяда. Последний, вновь телепортировавшись к Ирине, воскликнул:

— Ты столь же глупа и упряма, как твоя бабка… Неужто не понимаешь, что натворила? Мы могли бы создать армию и спасти Асхан!

(Если он говорит про Светлану, двоюродную бабку Ирины, его можно было бы казнить за богохульство, оскорбление Иерофанта. Иерархия у некромантов крайне жесткая, и если разинуть рот на вышестоящего зубы удаляют вместе с челюстью. Иерофанты же до кучи не просто выше прочих, они высшие сановники культа, выше них почитается только сама Асха и архонт, Ангел Смерти Белкет, которого все еще помнят, хотя он и отошел от культа)

— Будь больше времени и больше кораблей — тогда, может быть, — усмехнулась девушка. — Но мир движется несколько быстрее тебя.

(Простите, а массовое вторжение демонов, с последующей резней всего живого — это точно повод для шутки?)

— Как и с этими душами, твоя семья уничтожает все, к чему прикасается, — едко заметил некромант, прожигая Ирину взглядом, исполненным неприкрытой ненависти. — Анастасия убила своего отца и была казнена братом, Антоном. Я слишком хорошо осведомлен о твоей семье, Ирина из герцогства Грифона.

Ирина, однако, не стала выслушивать речи противника, исполняя волю Вечной Императрицы, она собиралась отвратить угрозу некромантов от этого острова и раз и навсегда. Поэтому воинство наг пересекло пролив, отделяющий остров Белого Копья от континента, осадило возведенный на побережье некрополь Суму-Аяд, оплот Хафаяда.

(Три момента. Во-первых, почему наша овца не заинтересовалась судьбой отца и младшей сестры? Вячеслав умер когда она сбежала, и до сих пор никто не обсуждал с Ириной эту новость. Да, из-за уродского расположения компаний и режиссуры миссий мы уже знаем о тех событиях, но сама Ирина впервые о них слышит. Где шок, где хоть какая-нибудь реакция? Такое ощущение, что героиня сделана из картона.

Во-вторых, какая к черту крепость некромантов? Вы в своем уме? Только что вам потребовалось пробудить некое хтоническое нечто, чтобы уничтожить один б******й корпус, отправлений для пополнения армии. Как вы собираетесь воевать со все мощью культа на их земле?

В-третьих, в прошлой главе я писал, что Эриш восточнее империи наг, за что прошу прошение, право с лево перепутал. Уточнил по карте. Карту можно найти тут: http://fondationdraco.fr/might-magic-ashan-map/)

Наконец, крепость пала, и Араши наряду с Катсу поздравили свою «Даймио Джубо» с одержанной победой, даже несмотря на то, что самому некроманту удалось скрыться. Но жрица передала Ирине, что, похоже, Слепые Братья ошиблись, и час Кровавой Луны, знаменуя вторжение демонов в Асхан, произойдет раньше предсказанного.

Войско Ирины устремилось к берегам континента, дабы принять участие в грядущем противостоянии демонам, а внушительный контингент наг под началом Мукао, преследуя отступающего Хафаяда, высадился на центральный из островов Пао, в центре которого возвышался Холм Куньяка. Загнанные в угол, некроманты не могли покинуть архипелаг, ибо в проливе, отделяющем острова от континента, бесчинствовал морской дракон Хай Рю, призванный Ириной. Казалось, окончательная победа над немертвыми неминуема, но наги не учли, что на остров прибудет Сандор, воплощающий в жизнь идею объединения под своим стягом разрозненных орочьих племен.

(На какой континент переправились войска, если они уже были на континенте и громили крепость некромантов? Остров Пао находится между Хашимой и Эришем, вы хотите сказать, что Хафаяд отступал в сторону вражеского государства, вместо того чтобы двигаться вглубь Эриша? И почему вы вообще продолжаете конфликт с магами, а некроманты пока еще часть (и весьма влиятельная) именно ордена магов, когда уже и сами уверились в приближающимися вторжении демонов. Но самое главное, откуда у вас внушительная армия, которую даже можно без проблем поделить на два корпуса, и где вы её прятали когда враг осаждал Хашиму?)

— Куньяк был рожден рабом в герцогстве Быка, — прежде рассказывал Сандору Краал. — Был предводителем небольшого отряда восставших орков и гоблинов. Отступая со своим народом, сражался с солдатами Империи Сокола и колдунами Семи Городов. Наконец, отплыл на корабле к островам, где обрел новый дом. Куньяк — символ мощи орков, их силы и выносливости. Куньяк — величайший полководец в истории народа орков. Именно на этом острове Куньяк основал орочью державу. Именно здесь покоится он в Матери-Земле.

(Забавный факт, в седьмой части только что восставшие орки, всю жизнь прожившие рядом с людьми и волшебниками, говорят как имбецилы. В шестой части, орки уже несколько поколений жившие особняком, окончательно сформировавшие собственную культуру, говорят чисто, без языковых или культурных особенностей. Конечно Краал служил Грифону, но он не единственный орк в игре, они все говорят нормально)

К удивлению Сандора и Краала в священном городе орков, Томата-Куньяке, хозяйничают наги.

— Что вы здесь делаете? — обратился юноша к наге, отдававшему приказы иным сородичам — наверняка предводителю. — Это не ваш город!

— Чужак… я в первый раз вижу тебя, — смерил Сандора оценивающим взглядом нага. — Я — Мукао, полководец Даймио Джубо из Хашимы. Этот город обеспечивает нас ресурсами. Рабочими руками. Мы ищем Слезы Асхи, чтобы сотворить великое заклинание, которое позволит нам отразить натиск демонов. Ты что, не слышал о пророчестве Слепых Братьев? Неужто не подготовился?

Сандор и Краал переглянулись: похоже, нага говорит о порабощении орков, а, значит, быть войне!

(Я же говорил, что у него вместо мозгов дубина. Я вообще не очень понимаю происходящее, всю игру нам талдычат о нашествии демонов, но при этом всем детям Вячеслава на это как-то насрать, у них свои проблемы. Так стоило ли приплетать сюда демонов? Почему бы просто не посвятить игру политическим играм и конфликтам, на фоне братьев и сестер, оказавшихся по разные стороны баррикад?)

Орки Сандора атаковали наг, вытеснив их за пределы священного града, после чего Сандор предупредил Мукао, что если еще раз увидит его, то прикончит, не задумываясь.

— О, ты увидишь нас вновь, — в гневе прошипел нага, — но нас будет больше, и воды Шалассы окрасятся вашей кровью.

Наги отступили, а Сандор немедленно приступил к укреплению Холма Куньяка, исполненный решимости защищать священный остров до последней капли крови. Ведь если оный падет, то морали орков будет нанесен сокрушительный удар, они воспримут это как знамение того, что Отец-Небеса оставил их, а Мать-Земля уже не защищает.

Как и ожидалось, вскоре стали поступать донесения о появлении на побережьях огромного числа наг, многие орки, не желающие вступать в кровавое противостояние, покидали остров, дабы присоединиться к своим сородичам в степях Ранаара. Похоже, демоны страшили их меньше, нежели наги.

(Какого хрена? Почему в компании наг у нас нет большой армии, но в компании орков огромная армия наг вдруг откуда-то появилась? Почему нам сначала говорят, что потеря священного города будет для орков фатальна, и тут же рассказывают, как орки бегут с острова, боясь наг? Можно мне хоть немного логики в подаче сюжета? Почему нельзя было сказать, что орков на острове просто мало, что их уже потрепали некроманты и наги?)

Дабы сплотить за собою оставшихся орков, Сандор и его верные сподвижники выступили на поиски легендарных семерых соратников Куньяка, которых обучал воинскому делу сам легендарный полководец. Шаманы убедили Сандора, что если сможет он заручиться поддержкой Семерых — гоблина, орка, кентавра, Воина-Ягуара, гарпии, циклопа и шамана-грезящего, — орки последуют за своим Куньякти хоть на край света.

(Где эти семеро были, когда наги поработили свящённый город? Почему до сих пор живы, ведь со времен Куньяка прошло много времени?)

В процессе поисков Семерых Сандор повстречал отряд некромантов под началом Хафаяда, была среди которых одна женщина, и ее появление повергло юношу в крайнее изумление.

— Привет, Сандор, — тепло улыбнулась леди Элизабет, впервые за много лет взглянувшая в глаза своему возмужавшему сыну. — Но теперь, когда ты — предводитель орочьей армии, тяжеловато представлять тебя моим малышом.

— Этого я не ожидал, — признался Сандор, к которому вернулся наконец дар речи. — Ты здесь… с некромантами?

— Да, — кивнула Элизабет. — Они знают, что надлежит делать, когда начинается вторжение демонов. Но ситуация усложняется тем, что древнее противостояние между ангелами и Безликими также продолжается.

— Чему тут удивляться, — невесело усмехнулся Сандор. — Там, где пролетают ангелы, следуют насилие и ненависть.

— Я знаю, — вздохнула Элизабет. — Я и пришла, чтобы поведать тебе обо всем этом. Во-первых… твой отец мертв. Что еще страшнее, его убила Анастасия.

— Эта буквоедка? — поразился юноша. — Эта игрушка ангелов? О, Эльрат и Отец-Небеса…

— Ангелы настаивают на том, что ею управляли Безликие, — продолжала женщина. — Кто может сказать наверняка? Светлана возродила ее некроманткой.

Краал был изумлен не меньше Сандора; гнев, обескураженность и горечь отражались на лице орочьего вождя.

— Сандор, мы с некромантами хотим тихо-мирно покинуть ваши земли, — вернула сына к делам насущным Элизабет, и Сандор, собрав волю в кулак, прислушался к словам матери. — Но нам не дает сделать этого огромный морской монстр…

— Хммм… — задумался Сандор. — Чаша Грома была священным артефактом, позволившим призвать подобного монстра, когда Империя Сокола преследовала орков. Думаю, он принял бы подобное подношение.

— Давай попробуем как можно скорее решить эту проблему, — предложила Элизабет. — Я мало чем могу помочь в противостоянии демонам, пока нахожусь на этом острове.

Обратившись к Хафаяду, Сандор предупредил некроманта, что может с легкостью уничтожить всех без исключения немертвых, и поэтому советует тем держаться собственного лагеря и не покидать его пределов. Хафаяд покорно кивнул: экспедиция его потерпела сокрушительное поражение, и теперь, находясь между свирепыми орками и безжалостными нагами, собратьям его надлежит лишь уповать на то, что им удастся покинуть остров, сохранив при этом собственные жизни.

Воинство Сандора продолжило поиски Семерых, проживающих ныне в отдаленных уголках острова. Ветераны отвечали согласием на приглашение молодого предводителя орков встать на защиту Холма Куньяка, и немедленно отправлялись в Томата-Куньяк, дабы начать обучение воинскому искусству молодых орков.

Обнаружив в подземных пределах острова Чашу Грома, Сандор проследовал к побережью, преподнес артефакт в дар свирепому Хай Рю, и морской дракон вновь погрузился в хладные воды океана, отойдя ко сну, продлится который долгие годы. Некроманты немедленно снялись с лагеря, покинув пределы острова и уповая на то, что не встретятся в океане с жаждущими их крови нагами.

Наконец, наги под началом Мукао устремились на приступ, но орки встретили противника во всеоружии. Направляемые Сандором, варвары в тяжелейшем противостоянии одержали верх над нагами, а в следующее мгновение свершилось затмение Кровавой Луны — предсказанное Слепыми Братьями десятилетие назад вторжение демонов в Ашан. Приблизившись к поверженному Мукао, Сандор предложил наге объединиться против демонов, и тот, поразмыслив, ответил согласием.

(Два придурка, право слово, они знали о демонах, но все равно вцепились друг другу в глотки. Положили кучу народа, и только для того, чтобы потом объединиться)

Второе вторжение демонов в Асхан началось, но Кирилл, покинув пределы Шио, был исполнен решимости найти и покарать архангела Сару за свершенное по отношению к нему предательство. Увы, след Сары он потерял, но доподлинно знал, что та стремится уничтожить Незримую Библиотеку Безликих. А кто может знать о местонахождении оной, как не некроманты Нар-Эриша?

(Действительно? Ну я даже не знаю, темные эльфы, темные наги, безликие, просто наги, на територии которых библиотека находится? Откуда некроманты вообще могут это знать? Я бы понял если речь шла о магах Духа, которые общаются с миром духов и что-то там подсматривают…)

Кирилл знал, что из одной давней экспедиции его двоюродная бабушка Светлана привела с собой воплощение Асхи, которой поклоняются некроманты. Поэтому юноша собирался захватить Мать Намтару и вынудить немертвых поделиться необходимыми ему сведениями. Азкааль, остававшийся в теле Кирилла, предлагал взять да предать огню Престол Сокола, а затем выщипывать перья архангелам до тех пор, пока они не приведут к нему Сару в цепях, но юноша полагал, что его план проще и элегантнее.

(А я вот не уловил разницы между захватом в плен бога и принуждением целой расы к сотрудничеству и сожжением столицы и принуждении целой расы к выдачи своего представителя)

Воинство демонов, ведомых молодым Грифоном, устремилось к долине Эриш, находящейся на границе с герцогством Быка Империи Сокола. Земли сей державы и Семи Городов разделял глубокий каньон, известный как Шрам Нелшама. Войско Кирила осадило имперский город Росадо, светоч знаний и, как оказалось, оплот инквизиции.

Мнения суккубов, сопровождающих Кирилла касательно начинания последнего разделились. Диву предстоящее предприятие завораживало, более же рациональную Зану тревожило — известно ведь, что темных сил некромантов опасаются даже маги Семи Городов.

Захватив Росадо, Кирилл допросил с пристрастием начальницу над расквартированными в городе силами инквизиции, леди Корделию…

— Этот замок — часть владений Сальваторе, — сообщил он суккубам, покинув камеру, в которую была брошена леди-рыцарь. — Он вынашивал свой план, собираясь прикончить Мать Намтару и заявить, что некроманты заодно с Безликими. Рыцарь предоставила мне детальные карты их земель.

— Но как ты убедил ее рассказать тебе обо всем этом? — поразилась Зана.

— Я просто поведал ей свою историю, — пожал плечами Кирил. — И она поверила мне.

— Ты рассказал ей о своем появлении в Шио? — недоверчиво поинтересовалась суккуба. — Про то, как тебя предали ангелы и ныне ты одержим демоном?

— О последних событиях я позволил рассказать самому Азкаалю, — лаконично ответил Кирил, и суккубы больше вопросов не задавали.

(Да, Кирилл, явно теряешь очки. Сначала рассказать слезливую историю, чтобы пробудить симпатию в пленнице, и тут же угрожать ей демоном, которым ты одержим, зарубая на корню любую симпатию. Гениально.

Два раза гениально, что он поверил словам бабы-рыцаря. Просто для понимания ситуации, допрос — это не так просто, как некоторые думают. Есть даже известная поговорка, что под пытками все говорят, просто не все умеют задавать правильные вопросы. Я встречал людей, которые думали, что вторая часть означает умение правильно причинять боль, но это не так. Для того, чтобы сделать больно много ума или каких-то специфичных навыков не нужно. Проблема в том, что наговорить тебе могут, даже случайно, нечто очень далекое от правды, а явный и идейный враг наверняка попытается толкнуть тебе дезинформацию.

Поэтому существует так называемое «правило трех». Допрашиваемый должен три раза одинаково ответить на все вопросы. И чтобы избежать лжи, нужно не только мордовать его физически, но и осуществлять правильное психологическое давление. Задавать вопросы в разной последовательности и с разной формулировкой, расставлять логические ловушки, ловить на вранье и все время давить на мозги. Не редко бывают такие случаи, что людей без специальной подготовки, допрашивали вообще без пыток, исключительно на психологическом давлении.

В свете всего выше перечисленного, отыграть сначала доброго полицейского, потом тут же злого, задать один-два вопроса и довольным уйти — это верх тупости. Я понимаю, что в условиях игры нам не будут показывать пытки «по настоящему», это и не нужно. Но можно было бы сказать, что баба-рыцарь боялась пыток и сразу все выдала, что она боялась за свою душу и все рассказала. Вариантов много, и любой будет лучше, чем вот это вот все)

Перейдя каньон и оказавшись в землях Семи Городов, демоны, ведомые Кириллом, осадили город Нелшам-Надин; от пленных некромантов они узнали, что Мать Намтару пребывает ныне в подземельях под Нар-Эришем, и единственный способ проникнуть в них — собрать четыре кристалла лунного шелка, редчайших минералов, появляющихся лишь в полнолуние.

(Почему Светлана и Анастасия не заморачивались подобным?)

С ностальгией оглядевшись по сторонам, суккуб Зана поведала Кириллу, что некогда была рождена в этих пределах, но, будучи еще юной, продала свою душу демонам, после чего ее прилюдно сожгли на костре. Кха-Белех передал суккубу Кириллу, дабы та поняла образ мыслей юноши, мотивы поступков… но остаться подле него Зана решила сама.

Демоны продолжили вторжение в долину Эриш, захватывая города некромантов, они скрупулезно искали в колдовских лабораториях кристаллы лунного шелка, а обнаружив оные, немедленно доставляли их своему предводителю. По ночам последнего терзали кошмары — предположительно, насылаемые Матерью Намтару, и обе суккубы как могли ублажали Кирилла, стенающего во сне.

(Охо-хо… хороший способ избежать кошмаров. Но странно, что намеки на горячий групповой секс вы даете, а вот пытки упоминать боитесь)

В одной из крепостей некромантов Кирил обнаружил демона Веера — полководца Принца Разрушения, и в благодарность за свое освобождение тот примкнул к армии молодого Грифона.

Лорд Кирилл нисколько не разделял целей вторгшихся в Асхан демонов, поэтому отказывался казнить предводителей сил противника, даруя свободу некромантам и наставляя тех касательно тактики противостояния демонам. Ибо обитатели Семи Городов не были ему врагами — юноша преследовал архангела, и только.

Когда на горизонте показался Нар-Эриш, армия Кирилла разбила лагерь, дабы передохнуть перед утренним штурмом. Во сне юноше явилась Мать Намтару, и Кирилл обратился к ней с вопросом, знает ли воплощение кошмаров Асхи о том, где сокрыта Незримая Библиотека.

— Библиотека Безликих… — прошелестела Мать Намтару, — сокрыта в свете тени… видимая всем… Охраняемая их врагами… Защищаемая их искателями…

Разгневанный подобными речами, Кирилл обнажил клинок, и в следующее мгновение Мать Намтару исчезла, а вместо неё появился образ Азкааля.

— Похоже, ты напугал ее до смерти, — хохотнул могучий демон, пока Кирилл не понимал, что демон вообще делал в его сне.

Наутро Нар-Эриш пал, и, отыскав в городе последний из кристаллов лунного шелка, Кирилл устремился в Каньон Вечности, где, одержав верх над паучьими стражами внутреннего святилища, вошел в него, воочию увидев Мать Намтару.

К тому времени, как Анастасия сплотила за собою нежить и устремилась в погоню за пленившей ее двоюродную бабку Мирандой, та уже успела покинуть долину Эриш, пересечь Нефритовый Залив и достичь Семи Городов. Скорым маршем воинство Анастасии устремилось следом за той, которая, как полагала девушка, может иметь непосредственное отношение к убийству ее отца.

Присоединился к молодой некромантке и Каспар: маг-целитель говорил о том, что волна демонов захлестнула Асхан, и его помощь может понадобиться очень и очень многим.

- Кстати, ты так и не ответила мне, - вернулся Каспар к недавнему разговору. - Есть ли у орков души?

- Знаю, что есть, - уверенно кивнула Анастасия. - Наш мастер над оружием, Краал, был исполнен жизни и искренне радовался ей.

Неожиданно Анастасия остановилась, как вкопанная, ибо узрела, как спустился с небес архангел Уриэль, и, разведя руки в стороны - показывая тем самым, что пришел с миром, - остановился на почтительном расстоянии от воинства нежити.

- Приветствую, темная чародейка из Семи Городов, - произнес он, обращаясь к Анастасии. - Я - архангел Уриэль, Верховный Советник Священной Империи, и принес вам послание от Лиама Сокола! Асхан подвергся вторжению, и нам нужна ваша помощь!

- Приветствую, архангел Уриэль! - отвечала Анастасия, осознав, что не узнал ее возлюбленный. - Ты ищешь нашей поддержки или же пленников, вырвавшихся из ваших застенков?

- Разногласия между народами Асхана должны быть позабыты... - сказал Уриэль, - до тех пор, пока вторжение демонов не удастся отразить.

- Стало быть, ты больше не преследуешь Йоргена, - резюмировала некромантка. - Нам стало известно, что в поимке его у тебя есть личный интерес.

- Ты хорошо проинформирована, некромантка, - прищурился Уриэль, повнимательнее приглядевшись к собеседнице. - Но моя месть вполне может подождать еще одно столетие. Я уже лишился той, которая была столь важна для меня... и гибель Йоргена не вернет ее мне!

Выдержка изменила девушке, и она, всхлипнув, выдавила:

- Уриэль! Это же я! Анастасия!

- Благодарение Эльрату! - выдохнул пораженный ангел, во взгляде которого лишь сейчас забрезжило узнавание. - Анастасия... Но я видел, как ты умерла!

(О боже)

Анастасия поведала Уриэлю о своем противостоянии с Верховным Инквизитором, и архангел обещал, что обязательно известит Михаила и Императора Лиама о бесчинстве церковников.

- Но спасение твоей бабушки должно подождать, пока демоны не будут остановлены, - мягко заметил он.

- Светлана может помочь нам! - неуверенно возразила Анастасия. - Она - самая могущественная некромантка в Семи Городах...

- Твоя двоюродная бабушка известна как служительница богини-паучихи, - вздохнул Уриэль. - Я бы предпочел, чтобы воинство нежити возглавлял кто-нибудь, верный Эльрату.

(Банальный вопрос: зачем? Мне не интересно, где он собрался брать некроманта верного Эльрату, мне больше интересно, зачем он ему. Они собрались обращать вампиров и личей в свою веру? Они не верят союзникам? Дайте мне хоть одну причину!)

- Уриэль, я - не моя бабушка, - опустив глаза, тихо пробормотала Анастасия, прекрасно понимая, что хотел сказать архангел последней фразой. - Я все еще учусь...

- Ты всегда все схватывала на лету, - тепло улыбнулся Уриэль, - самой судьбой тебе было предназначено стать могущественной служительницей Эльрата. Оставь свои мысли об отмщении. Ведь мы воюем с Шио! Неужто твои черные одеяния очернили и твое сердце?

- Уриэль! - в истовом возмущении подобным предположением воскликнула Анастасия. - В этом теле - моя душа! Уж от кого, от кого... но от тебя подобных слов я не ожидала!

- Мое сердце знает, какова ты на самом деле, и я всегда буду любить тебя, - признался ангел, - но Эльрат воздает лишь за наши действия. Сперва ты должна спасти Асхан... а уж затем - свою бабушку.

С тяжелым сердцем Анастасия кивнула, соглашаясь, и Уриэль, заручившись ее обещанием о немедленном противостоянии демонам, воспарил ввысь, устремившись к Престолу Сокола, дабы известить о встрече с возрожденной дочерью Грифона Императора Лиама. Нет, Анастасия не хотела прерывать преследование Миранды... но слова возлюбленного задели что-то в ее сердце.

Разделив воинство нежити надвое, Анастасия поручила Каспару разбить лагерь у замка Светланы и дожидаться ее возвращения; сама же она спустилась в глубинные каверны, простирающиеся под долиной Эреш, ибо заполонили их демоны Шио.В пути ее встретила мать, Драконий Рыцарь Кейт.

- Анастасия... позже у нас будет время для разговоров, - сказала женщина, давая понять, что любые вопросы сейчас излишни. - Обещаю, но сейчас ты в опасности. И нам необходима Светлана. Ибо Равновесие между Светом и Тьмой смещается в сторону Света.

- Не для меня, - возразила Анастасия. - Я была служительницей Эльрата, ныне же стала некроманткой богини-паучихи.

- Но ты все еще остаешься в душе дочерью Грифона, - улыбнулась Кейт и, пообещав, что вскоре они обязательно встретятся вновь, устремилась прочь.

Следующие несколько дней Анастасия занималась искоренением демонов, проникших в пещеры и тоннели под долиной. У руин захваченного демонами Саркоманда - города Шантири - она повстречали некроманта Яшара, пребывающего в совершенном отчаянии. Последний собирался проводить ритуал по возрождению популяции ламасу - гибридов людей и мантикор - когда началось вторжение демонов. В Саркоманде остался Посох Сандро, необходимый для завершения ритуала, оставалось лишь сразить десятки демонов, чтобы заполучить артефакт.

Нежить Анастасии атаковала заполонивших руины демонов, и вскоре некромантка передала благодарному Яшару вожделенный посох. Так, ритуал был проведен, и могущественные ламасу примкнули к растущей армии дочери Грифона. Каспар поинтересовался у Яшара, откуда тот взял души для возрождения ламасу. Некромант отвечал, что в Мире Духов пребывает немало душ мантикор, и чародеи пустились в долгую философскую дискуссию.

Покончив с оставшимися силами демонов и покинув подземные пределы, Анастасия воссоединилась с Каспаром, после чего повели они армию нежити к западному побережью полуострова. Пусть их пролегал через владения бывшей колдуньи, а ныне вампирши Людмилы. Последняя встретила Анастасию у врат своего города Апил-Сина и жестом приказала ей остановиться.

- Леди Анастасия, - поджав губы, начала она, - орочий вождь по имени Шарка утверждает, что Сандор Грифон украл его земли. В ответ он начал вторжение на наши... и начал с моих.

- Но это же абсурд! - воскликнула Анастасия в искреннем удивлении. - Неужто этот Шарка проспал затмение? Не понимает, что демоны вторглись в Асхан?

- Я всегда с трудом находила общий язык с орками, леди Анастасия, - продолжала вампирша. - Они понимают лишь язык силы. Но это сражение - не мое. Считаю, что в ответе за происходящее - семья Грифонов, вам и решать эту проблему. Я предоставлю тебе в помощь несколько вампиров, но ничего более.

- Я разберусь с орками, если они встретятся на моем пути, - пообещала Анастасия. - Но сейчас мне нужно вытащить Светлану из тюрьмы Миранды. А по возвращении мы разгромим силы Шарки.

- Анастасия, предупреждаю тебя, - отчеканила Людмила. - Если они явятся ко мне, я расскажу им, как тебя найти. Ты ведь сестра Сандора, верно? И пока в мире пребывают демоны, я не стану покидать пределы замка. Вчера, кстати, в саду поймали двоих.

Анастасия понимала позицию Людмилы, но означало это лишь очередную задержку. Она может продолжить путь к побережью, но в этом случае орки могут в любой момент нанести удар ей в спину. Решить возникшую проблему вызвался Каспар и, взяв с собою несколько подразделений нежити, устремился к южному пределу полуострова, где разбили лагерь выжившие сподвижники Шарки во главе с последним.

Орки оказались разбиты на голову, и Шарка пал, признав пред смертью, что его племени стоило сражаться с демонами, а не мстить роду Грифонов. Каспар исцелил раненых орков, то и дело сокрушенно качая головой: творения колдунов атакуют своих же создателей.

Наконец, армия Анастасии миновала обсидиановое надгробье, знаменующее место последнего упокоения легендарного Безликого Калибана, поверженного архангелом Михаилом в Войнах Старейших. Девушка знала, что замок Миранды находится неподалеку, ибо некромантка любила показывать надгробье своим гостям из Семи Городов.

Лишь сейчас вернулась к Анастасии трезвость рассудка, после чего она задумалась над своими действиями. Как могла она оставить поиски Светланы ради охоты на демонов и орков? Наверняка Миранда пытается влиять на ее разум!

(И это тачдаун, господа, она догадалась!)

Но потрясение ожидало Анастасию на следующий день, когда вновь появился Уриэль с шокирующим предложением.

- Твое тело предназначено для того, чтобы вмещать две души, - говорил архангел изумленной до глубины души девушке. - Возрождение ныне невозможно... ибо тебя возродили темной магией... Но ты можешь стать ангелом. Разве ты не хочешь, чтобы были мы вместе целую вечность?

(Ага, а в компании Ирины нам рассказывают про души, а не тела. Да и Михаил воскрес со своим старым обликом, а не в теле донора, которого похоронили, между прочем)

- И для этого ты хочешь связать мою душу с сущностью какого-то мертвого ангела?! - воскликнула Анастасия, не в силах уверовать в услышанное. - Что станет с моим разумом... моей душой?

- Аврора - не просто "какая-то мертвая ангел", - мягко возразил Уриэль. - Она была великой целительницей... Служительница Эльрата, предательски убитая Безликими.

- Теперь я поняла... - медленно произнесла Анастасия, и изменившееся выражение лица ее заставило архангела нахмуриться. - Все эти годы... ты готовил меня именно к этому, верно? Кем была... нет... кем является эта Аврора для тебя?

- Анастасия... - вздохнул Уриэль, избегая прямого ответа, - ты сильна... ваши души идеально сольются... из всех женщин Империи лишь ты достойна разделить вечность с ангелом, став небожительницей.

- Тебе нужна не я, Уриэль! - отрезала Анастасия. - Тебе нужна лишь моя оболочка! Всего лишь хорошенькое тело для души твоей драгоценной Авроры! Подумать только, я отдала тебе свое сердце, свое тело! Но душу мою ты не получишь!

(В смысле отдала тело? Любовники, что ли?)

- Анастасия... ты не понимаешь, - с болью в голосе произнес архангел. - Я люблю тебя...

- Оставь меня, Уриэль, - отмахнулась Анастасия, и, резко отвернувшись, дабы не узрел архангел выступивших слез, бросилась прочь.

Уриэль покинул ставку некромантки, выплакавшись, та усилием воли взяла себя в руки, коротко обрезала волосы, ибо полагала, что управлять ее волей могут с помощью магического гребня. А наутро армия нежити осадила замок Бел-Калибан, оплот Миранды.

- Прекрасная прическа, жрица, - усмехнулась та, поднявшись на крепостную стену и безошибочно выделив Анастасию из сонма нежити. - Хотя, признаюсь, ты мне больше нравилась с длинными волосами. Я тебя ожидала. Почему ты так долго добиралась?

- Ты пыталась управлять мной, - огрызнулась Анастасия, пытаясь понять, искренне ли Верховная настоятельница изображает полное неведение. - Пыталась направить в иные стороны.

- А, ты говоришь о том гребне, - улыбнулась Миранда. - Он очень древний... легендарный... его создали Безликие. Если бы я управляла с его помощью тобой, ты бы не стояла сейчас у моих врат во главе армии... а пела бы гимны в мою честь. Я же заключила сделку с архангелом Уриэлем. Она решает так много проблем. Ну подумай... разве может нападение на земли Лиама Сокола остаться безнаказанным? Наш орден все еще слишком слаб, чтобы воевать с Империей. И твой ангел согласился... признав, что Светлана и ты виновны в преступлениях, совершенных против Священной Империи.

(Чё? Орден некромантов, тех самых, что ордой нежити уже несколько раз вытаскивал мир из задницы, слаб? Тот самый орден, один иерофант которого своими силами кровавой чумой прошлась по империи людей, еще и внучку воспитывая между делом? Ну если вы такие слабаки, может вам просто отпустить Светлану и она сама вам империю уничтожит?)

- Хватит с меня твоей лжи! - в ярости выкрикнула Анастасия, отдавая миньонам сигнал к атаке. Поверить в то, что предательство возлюбленного столь глубоко, было выше ее сил.

Бел-Калибан пал, и Анастасия вызволила Свелтану из заточения. Миранда знала, что ее ожидает скорая смерть, и приготовилась достойно встретить свой конец. Удержав разгневанную Анастасию от немедленной расправы над Верховной настоятельницей, Светлана обратилась к ней с вопросом:

- Миранда, я верю тебе, когда ты говоришь о том, что хотела спасти наш орден, передав меня Лиаму. Но неужели нужно было убивать племянника, которого я растила с детства... и делать это руками моей любимой внучатой племянницы?

- Я не имею отношения к смерти Вячеслава, - покачала головой Миранда. - Честно. Но я знаю, как действует этот гребень. Его можно применить и с другой стороны, и проследовать через Мир Духов к тому, кто воспользовался им. Это докажет мою невиновность... Да и зачем мне было убивать Вячеслава Грифона? Найди мотив преступления... и ты найдешь убийцу.

Миранда скончалась, а Анастасия еще долго задумчиво вертела в руках колдовской гребень. Неужто в этом, казалось бы, незначительном артефакте кроется разгадка убийства ее отца? Неожиданно Светлана вскрикнула, ощутив трагедию, происходящую в далеком внутреннем святилище Матери Намтару... туда вторгаются демоны.

История Асхана (Герои VI часть 4)

Мать Намтару ринулась в бой, но демоническая армия Кирилла сумела одержать верх над воплощением кошмаров Асхи, однако убить её не успели благодаря своевременному появлению в чертоге Светланы и Анастасии. В изумлении Кирилл воззрился на свою сестру, не в силах поверить в факт возрождения той нежитью.

— Кирилл, откуда ты черпаешь силы? — Не тратя времени на приветствия, осведомилась Светлана. — Кому служишь?

— Никому! — Отрезал юноша. — Я разделяю это тело с демоном и хочу убрать его отсюда. Просто пытаюсь вернуть себе свою жизнь.

— Не считай меня за дуру! — отрезала Верховная жрица. — Каким образом убийство Матери Намтару изгонит демона из твоего тела?

— Мать Намтару говорит с тобой и ты понимаешь ее, — попытался пояснить цель свою Кирилл. — Где находится Незримая Библиотека?

— Она весьма хорошо сокрыта, — отвечала Светлана, оценивающе глядя на внучатого племянника. — Даже если я и знала некогда ее местонахождение, магия заставила меня позабыть об этом.

Кирилл рассказал некроманткам о том, что с ним приключилось по вине Сары, и Анастасия заверила брата, что поможет ему, чем только сможет.

— Ведь у нас одна кровь, — тихо сказала она, — а ее и так уже достаточно пролилось.

Согласно кивнув, Кирилл покинул святилище, а Мать Намтару наградила Анастасию Паучьим Поцелуем, это означало, что нить судьбы девушки не входит боле в паутину, сотканную Асхой. Анастасия поклялась в служении своем богине-паучихе.

(Два вопроса: что это дает и как это работает? Допустим, её судьба была стерта из общей паутины, и что теперь? Её больше не видят пророки? Ну вау. Но мне также интересно, как это работает, ведь вы же не для красивого словца назвали судьбу паутиной. Судьба любого человека может быть связана с сотнями других судеб, а в случае с Анастасией, что уже сейчас играет не последнюю роль в судьбе мира, она связана с тысячами судеб. И вот Анастасия исчезает из судьбы огромного количества разумных, что дальше? Получается, что их судьба тоже становится неопределенной? Или пророки теперь будут давать ложные пророчества, просто не видя Анастасию? Ох, кто бы мне пояснил)

— Опасность! Асха рыдает. Жилы драконьей крови исполнены скверны, цикл изменен. Сон, где никто не пробуждается… весь Асхан поглощает Тьма… — Провозгласила Паучиха.

Светлана предположила, что эти образы означают вторжение демонов в земли Драконьих Жил…

Следуя совету Светланы, Кирилл устремился на Забытый Остров в поисках источника темной магии, что приведет его к Незримой Библиотеке.

(Так почему до этого никто не мог дать наводку на источник темной магии? Или раз уж у вас безликие говорят загадками, то и все связанное с ними нельзя объяснить по человечески?)

Именно здесь на протяжении долгих столетий была заключена Мать Намтару, отчего практически физически чувствовалась Тьма, пропитавшая этот клочок земли.

(Зато я почти физически чувствую идиотию, пропитавшую этот сюжет. Давайте разбираться. Раненая и напуганная Асха находится на некой земле, вроде бы совершенно никому не известной, но при этом там же находится аж Великая Библиотека Безликих, про которую знали чуть ли не все. Первой Асху находит Шаласса, потому что? Правильно, по ЛОРу это её земля. Океаны и острова в принципе принадлежат Шалассе, к тому же вокруг конкретно этого острова находилась империя Наг, которые и сторожили долгое время темницу кошмаров Асхи. Откуда там взялась Библиотека Безликих, одним сценаристом ведомо, но они не признаются.

Второй момент, ангелы никогда не врут, а Кирилла с Сарой отправили в Шио на поиски Библиотеки Безликих. Конечно, к формулировке можно придраться и сказать, что прямо о местонахождении библиотеки никто Кириллу не сказал, но с тем же успехом придраться можно и с другой стороны.

Третий момент, почему когда забрали Мать Намтару, никто не почувствовал Библиотеку? Конечно, Светлана сказала, что «даже если я и знала где она находится, магия все равно стерла те воспоминания». Но Кто и Когда стер эти воспоминания. Некий безликий сразу же после обнаружения Матери Намтару? А у него ничего не треснуло подобраться к человеку победившему Кошмар Бога, еще и в окружении верных братьев и сестер по ордену и того самого Кошмара?

В общем как не крути, а выглядит этот сюжетный поворот крайне дебильно)

Суккубы с удивлением озирались по сторонам: от побережья вглубь острова тянулась полоса выжженной земли. Похоже здесь проследовала Сара, желающая определить местоположение Незримой Библиотеки.

Лазутчики, отправленные Кириллом разведать окрестности, так и не вернулись, а вскоре воины юноши обнаружили их обезображенные трупы с нанесенными на них орочьими символами. Стало быть, есть на этом острове нечто, наносящее удары из теней. Кирилл не сомневался, что рано или поздно этот неведомый противник проявит себя.

(Неведомый противник… Использующий орочью символику… Кто бы это мог быть? Нет объективно символы могли наносить действительно кто угодно, но все-таки слыша стук копыт мы думаем что это лошадь, а не зебра. К тому же мы уже узнали, что на острова наг бежало очень много орков)

Следуя по острову, Кирилл ощущал чье-то незримое присутствие, взгляд, устремленный на него, а по ночам чувствовал, как чей-то разум вторгается в его сны, пытаясь отыскать в них нечто, чего юноша и сам страшился.

Приснился ему сцена при дворе Императора Лиама, когда Анастасия нанесла отцу смертельный удар. За считанные мгновения до того, как это свершилось, Кирилл скосил глаза в сторону, заметив, как архангел Сара тихо отошла к балкону, принявшись творить некое волшебство…

Демоны не церемонились с орочьими селениями на Забытом Острове, предавая их огню. Миньоны Кирилла скрупулезно осматривали каждую пядь земли, не желая оставлять неперевернутым ни одного камня в этих владениях Малассы.

(То есть орочьи поселения на острове были, но точно врага мы не определили. Ясно понятно. И с какого это рожна Маласса, в чьей власти подземелья, вдруг владеет островом, что должны быть во власти Шалассы?)

Неожиданно молодому Грифону преградила путь женщина, оставившая его много лет назад.

— Здравствуй, сын, — сказала Кейт, Драконий Рыцарь.

— Мне нечего сказать той, кто бросил меня, — отрезал Кирил.

— Но я не бросала тебя, — возразила Кейт. — Я отправилась на поиски своего брата, но в итоге обрела себя.

— Я вижу на твоих доспехах символы Малассы, — заметил Кирил, не желая продолжать бессмысленную риторику. — Теперь ты поклоняешься ей?

— Кирилл, — вздохнула Кейт, понимая, что говорить о воссоединении с утратившим душу сыном бессмысленно. — Ты должен помешать ангелам уничтожить Незримую Библиотеку. Они даже не представляют, каких драконов пробудят своими действиями.

(Кирилл потерял душу? Когда? Вроде же его душа как раз таки и сдерживает Принца Хаоса в его теле. Да и по условиям мира жить без души нельзя, даже нежить становится таковой именно путем удержания души в теле. Помните как Ирина призвала дракона, сказав что некроманты позарились на души?)

— Я просто хочу настигнуть Сару, — лаконично отвечал Кирил. — Мне нет дела до Библиотеки… Но почему ты не вернулась? Ты же знаешь, что у отца не было иного выбора, кроме как отдать Ирину Волку.

— Самые счастливые дни моей жизни я провела с тобой, — произнесла она, глядя сыну в глаза. — Но драконы всегда находят нас, от них не скрыться. Когда-то я украла судьбу иного, и Ирина заплатила за мою ошибку. Я отправилась в путь, чтобы найти своего брата и все исправить; в итоге я стала Драконьим Рыцарем. Я надеялась, что мое отсутствие даст вам шанс написать собственные жизненные истории.

(Странные слова. Конечно, для Кирилла они лестны, мать выделила его среди прочих детей, и он мог бы пропустить такое мимо ушей. Но у меня возникают некоторые вопросы. Что значат эти самые «самые счастливые дни»? Пусть Антон полено, Сандор не родной, но там две дочери были, одна из которых близняшка Кирилла и все детство была с ним рядом. Возможно Кейт просто пытается достучаться до сына, но попытка на троечку, шанс того, что он окрысится есть и не маленький. К тому же акцента на попытке или развития темы не последовало, а потому выглядит это как выполнение плана по количеству букв в диалогах)

— Мы никогда не были хорошими бардами, — горько усмехнулся Кирил. — Отец мертв. Анастасия — нежить. Антон обезумел. А Ирина бежала из Империи наряду с Сандором.

— Судьбы не избежать, но ее можно изменить, — назидательно молвила Кейт. — Если ты готов принять последствия. Именно странствие делает тебя тем, кто ты есть…

(Что-то, простите? От судьбы не убежать, но изменить её можно? Вам не кажется, что это взаимоисключающие утверждения?)

— Я хочу вернуть свою жизнь, — честно отвечал Кирил. — Все без остатка. Но, похоже, против меня поднялся весь Асхан.

— Сражения непрерывно ведутся в душах каждого из нас, — сказала Драконий Рыцарь. — Мир — это равновесие между двумя твоими «я»…

(М-м… между какими «я»? Между человек и демоном? Странная мысль для человека, что клялся всю оставшуюся жизнь противостоять демонам. Между человеком и внутренним драконом? Так этому мешает демон, от которого нужно избавиться, чего и хочет Кирилл)

— Но как мне обрести мир в душе? — спросил юноша, на что получил ответ:

— Следуй зову сердца…

(Я бы на такой ответ обиделся бы, а с учётом внутреннего демона еще и разозлился бы)

Женщина простилась с сыном, и демоны, оставив орочьи владения, проследовали в южную часть острова, где обитали дети Драконицы Воды. У побережья Кирилл заметил призрак наги, жрицы Шалассы, и, приблизившись, поинтересовался:

— Это ты преследуешь нас?

(Идиот, тебе столько подсказок дали, но силой авторского произвола ты либо слеп, либо глуп)

— Нет, — отвечала та, — я — Юми. Я была Верховной жрицей на этом острове. Я наблюдала за тобой. Пытаясь решить, должна ли я помочь.

(Еще одна. «Ты преследуешь нас?» «Нет-нет, я только следила за вами, никакого преследования». Господи, ну что за дурость?)

— Ты видела здесь ангела? — Спросил Кирилл, не желая слушать очередные загадочные речи.

— Да, как впереди тебя, так и за тобою, — отвечала Юми. — Как две реки, впадающие в одно море. Если поможешь мне, я помогу тебе найти ее. Супруг мой Акаша пребывает в Мире Духов, скрытый покровом Тьмы, скрывающей этот остров. Одержи верх над ним… и приведи его обратно ко мне.

Согласившись на просьбу призрака жрицы, Кирилл направляется к возвышающимся вдалеке руинам храма Шалассы. После победы Кирилла благодарная Юми ответила ему:

— Истину можно найти в снах, но не в кошмарах. Кошмары являют образы, воплощения которых в жизнь мы страшимся, а сны показывают, как этого избежать.

— Ты обещала помочь мне отыскать Сару, — нахмурился Кирилл, и Юми кивнула:

— Верно. Сара отражается в водах твоего разума. То, как ты представляешь ее. То, что она для тебя значит.

— Но где же она? — допытывался Кирилл. — Находится, я имею в виду?

В ответ призрак жрицы указал на храм, где только что завершилось противостояние, и юноша увидел вход в пещеру, находящийся под основанием руин святилища. Кирилл устремился к входу, когда его атаковал тот, кто неотступно следил за предводителем демонов все время пребывания его на Забытом Острове — орк-шаман Хунапо. В противостоянии с Кириллом орк потерпел поражение, но юноша не стал убивать противника, попытавшись объяснить тому, что он — не демон, а человек.

— Выглядишь как демон, — не поверил орк. — Пахнешь как демон. Ведешь за собой демонов… Я был в твоем сне. Единственный, кого страшится Кирилл, это… сам Кирилл!

(Путешествие в мир снов, надо сказать, это достаточно странный момент. Шаманы орков в принципе странные существа. Они являются проводниками между материальным миром и миром духов, который они называют Миром Снов. Чтобы попасть на этот план бытия, они с помощью ритуалов вводят себя в глубокий транс, ритуал у каждого шамана свой. Многие маги видят в шаманах не более чем слабых чародеев, использующих примитивные ритуалы, но мудрые волшебники знают, что мало в Асхане созданий, которые настолько же хорошо сопротивляются воздействию магии, как орочьи шаманы.

И тут сразу же вопрос, не только Безликие могут водить экскурсии в мир духов, «куда легко войти и тяжело выйти», орки делают это на постоянной основе, при помощи неких примитивных ритуалов. Более того из своих странствий по Миру Снов шаманы возвращаются со знаниями, помогающими им извлекать магическую силу из собственной крови.

И потому я требую объяснений, почему маги не шастают в мир духов на постоянной основе? При помощи примитивного ритуала можно легко войти и столь же легко выйти. Как минимум ты вынесешь некое знание, наверное самое ценное сокровище для мага. Это не упоминая возможности стать богом)

— Я просто хочу вернуть свою жизнь, — устало вздохнул юноша. — Ангел украла ее у меня.

— Нет! — возразил Хунапо. — Жизнь все еще остается с Кириллом. Но Кирилл боится, что она ничего не значит.

(Кстати, только я порадовался, что орки говорят нормально, а тут опять черте что)

Кирилл продолжил путь к пещере, ступив в святилище Малассы

(И откуда оно на земле Шалассы?)

Где увидел дожидающихся его Светлану, Кейт и дух Юми. Почему-то это компания, собравшаяся в столь странном месте — у средоточия энергии Тьмы — не вызвала у него особого удивления.

(А вот я удивился, и сильно. Ведь получается, что у двух куриц, Светланы и Кейт, были если не точные координаты Библиотеки, то быстрый способ её найти, при этом обе они заявили, что ничем помочь Кириллу не могут)

— Мы озабочены сохранением Равновесия, — пояснила сыну Кейт. — Незримая Библиотека — инструмент, поддерживающий баланс между Светом и Тьмой.

(Каким образом? Мне нужны подробности)

— И зачем же я понадобился столь могущественным женщинам? — Осведомился юноша, и ему отвечала Светлана:

— Мы хотим, чтобы ты помешал ангелам уничтожить Библиотеку Безликих. Сара и Уриэль полагают, что создали оружие, способное сокрушить ее, но они даже не представляют, какие силы высвободят своим деянием.

(Откуда ты это знаешь? Причем как в отношении оружия, потому что я не помню, чтобы Кирилл об этом говорил, так и в отношении сил, которые высвободятся при уничтожении Библиотеки. Что именно произойдет? Что это за тупой пафос ради тупого пафоса)

— Помогите мне отыскать Сару и я не дам ей осуществить задуманное, обещаю, — произнес Кирилл, и Юми обратилась к остальным женщинам:

— Я верю ему. Когда придет время, он примет верное решение.

— Какое решение? — с подозрением поинтересовался Кирилл. — Решение принимать придется Саре…

Светлана рассказала юноше, что Незримая Библиотека находится в Долине Теней, что в западных пределах Священной Империи, и именно туда направляется архангел Сара, держась следа темной энергии, исходящей с Забытого Острова.

(Какого Хрена? Буквально совсем недавно эти самые персонажи делали честные глаза и не могли рассказать где находится библиотека. Нам впаяли целую миссию для того, чтобы мы просто еще раз встретили Светлану и она нам со второго раза все же рассказала где находится библиотека. Зачем? У вас там что, вообще нет творческой жилки? И два раза Какого Хрена, если нам сначала говорили, что библиотека где-то здесь, а теперь оказывается, что она от нас за пол мира отъехала.)

— Следуй зову сердца, сын мой, — напутствовала устремившегося к выходу из пещеры Кирилла Кейт. — Больше не верь ничему. И будь уверен, Безликие осведомлены о том, что ты вскоре прибудешь в их владения.

К тому времени, как воинство наг Ирины прибыло к берегам герцогства Волка, противостояние имперцев демонам шло полным ходом. О защите южных пределов своей державы Вечную Императрицу просил Лиам Сокол, и эта задача оказалась перепоручена Даймё Джубо. Герхарт Волк, голову которого Ирина надеялась получить по завершении возложенной на нее миссии, оставался в укрепленной крепости Исегриме, координируя действия воинских подразделений на территории герцогства.

Начало вторжения знаменовало извержение вулкана Феермунд, после чего демоны пронеслись вниз по его склонам подобно лавовым рекам. Повсеместно открывались порталы и появлялись из них все новые и новые порождения Шио. Высадившись на побережье, наги немедленно атаковали демонов, так как Ирина не желала, чтобы ребенок ее родился на землях, занятых армиями Ургаша. К тому же она выступала и против Герхарта, но не против крестьян герцогства. Конечно, неожиданное лунное затмение весьма осложнило ее вендетту, но Ирина не сомневалась, что рано или поздно ее месть свершится.

(Я вот вообще не понимаю, на кой черт беременная поперлась войском командовать? Это можно было бы оправдать вторжением демонов, но по факту, на хрена она полезла на передовую, почему не осталась в тылу?)

Первым делом наги выбили демонов из города Эшвик, после чего продолжили скорый марш вглубь территории герцогства. Заметив появление неожиданных союзников имперцев, могущественный демон Небирос, бросил вызов Ирине, сказав, что будет ожидать на склоне пробудившегося вулкана. Ответить отказом дочь Грифона не могла, сознавая, что тем самым утратит воинскую честь, а именно это качество являлось основополагающим в социуме наг.

(А-э… Чё? По моему сценаристы аниме пересмотрели. Ну не были восточные народы столь высокопарно толерантны, на любое подобное предложение, даже действительно уважаемого, но все же противника, всегда отвечали что-то вроде «да кто ты такой, собака сутулая, чтобы я с тобой как с равным вышел и бился?».

Тут же у нас даже не политический, а идейный враг, что противен самой природе всего живого. О каких реверансах в сторону такого врага можно вести речь? Но самое прикольное, что в противостоянии некромантам Ирина спокойно шла на подлость и игнор военачальника противной стороны, а тут с демоном она такой фокус провернуть уже не может, очки интриги кончились, похоже, нужно заново бросать кубик.)

К тому же, жители Эшвика поведали своей избавительнице и об иной беде. Когда произошло извержение вулкана и началось вторжение демонов, все беременные женщины в городе родили чудовищных тварей, пожравших собственных матерей. Ирина обещала горожанам, что жемчужные жрицы помогут выжившим, сама же она собиралась немедленно выступить на поиски источника хаотических энергий, сотворивших подобное с несчастными.

(Ты беременна, дура! Энергия хаоса извращает еще неродившихся младенцев, превращая их в монстров. Ты беременна, и идешь в самое сердце излучения! Тебя ничего в этом не смущает? Господи, что за дурость, какой имбецил это придумал? С другой же стороны, вот нам еще один кандидат для фика, сын Ирины может родится с человеческой внешностью, но с некоторыми интересными способностями. Такой себе темный мессия на минималках)

Следуя по тракту, пересекающему южное побережье, наги миновали портовый город Излучина Густава, жители которого рассказали Ирине, что демоны захватили маяк, лишая возможности прохождения через богатые рифами прибрежные воды имперских кораблей. Маяк отбить удалось, и яркий свет озарил морские просторы, вселяя надежду в сердца горожан.

Наконец, воинство наг собралось у подножия курящейся горы Феермунд, начав восхождение. В тяжелейшем противостоянии силам Ирины удалось сокрушить оплот демона Небироса, а после отыскать в пламенном жерле вулкана гигантскую матку-породителя — источник хаотической энергии, объявшей Эшвик.

(На всякий случай напоминаю, что породительницы в Шестых Героях, отвечают за создание бесов и изменение жизни)

Даже бывалые воины-наги ужаснулись при виде отвратной твари, а та насмешливо прогудела, обращаясь к Ирине:

— Ты думаешь, что сильна. Но во мне пребывает дух Ур-Аазееля, Верховного Лорда Демонов Пролиферации. Я расту, размножаюсь, поглощаю, исторгаю… Я подчиню твой разум, поглощу твое дитя, скормлю его моим импам, сотворю миллион подобий твоего ребенка с моим лицом…

— Все твари смертны, — ответила Ирина. — И здесь, вдалеке от Шио, для тебя это утверждение еще более справедливо.

И когда демоническая матка пала, с костяком орды демонов на территории герцогства Волка было покончено. Завершив исполнение миссии, возложенной на нее Вечной Императрицей, Ирина вернулась к собственному начинанию. Её войско целенаправленно пошло на восток, миновало города Портсмит и Нилсхавен, после чего осадило Исегрим, обрушив на крепостные стены всю мощь водной магии наг. В разгар сражения с небес спустился сам архангел Михаил, и устремился к Ирине, которая наградила его вызывающим взглядом.

— Ирина! — с возмущением воскликнул древний полководец, кивком указав на осажденную твердыню. — Что это за безумие? Рабы Ургаша уничтожают наш народ — твой народ! — и вместо того, чтобы выступить против них, ты творишь то же самое?

— Какой зловонный ветер занес тебя сюда, Михаил? — огрызнулась Ирина, не выказывая ангелу ни малейшего уважения. — Ты был среди тех, кто с радостью наблюдал, как меня передали Герхарту. И как ты, во имя всех Драконьих Богов, смеешь говорить со мной о доброте и чувстве долга?

— Осторожней, Ирина, — процедил архангел, глаза которого угрожающе сузились. — В наших глазах ты еретичка. Когда я покончу с демонами, то обращу свой взор на Безликих и их союзников, и ведь Асхан омоет очищающий свет Эльрата!

(За такое войска Ирины должны были разорвать ангела на месте. Это прямое оскорбление военачальника и вождя. Ни один из известных мне восточных народов такого бы не стерпел. Но у сценаристов рак мозга. Где им нужно есть отсылки на восточную культуру, а где не нужно они стыдливо про неё забывают. И понятно зачем это сделали, нам показывают какой Михаил чмоня. Не понятно только, зачем нам это показывать. В конце всех компаний мы можем выбрать за кого сражать, и каноном является убийство Михаила, но мы так же можем встать на его сторону. И хотя сценаристы в полутора диалогах пытаются показать его как адекватного и даже достойного руководителя, но 99% своего времени на экране Михаил ведет себя как чмо. Поэтому лично у меня в конце вообще не было раздумий, на какую концовку проходить. Лично мне кажется, что если вы так настойчиво вынуждает выбирать каноничную концовку, то лучше не делать разных концовок вообще)

Ирина отвернулась от собеседника, показывая тем самым, что дальнейший разговор с ним считает бессмысленным. Михаил оставил ее, не сказав больше ничего. Наконец, крепость Исегрим пала, и плененный нагами Герхарт был брошен на колени пред Ириной.

— Что ж, ты свершила свое отмщение, моя маленькая волчица, — с горечью заметил униженный герцог. — Я и представить не мог, что наша следующая встреча окажется подобной…

(А какой встречи ты ожидал? Что придешь однажды к жене в тюрьму и еще разок её изнасилуешь? Или что она забудет про тебя, совершенно случайно проходя с войском мимо? Честно, они с Ириной стоят друг друга, странные поступки и странные слова)

— Я позволю тебе умереть с честью, Герхарт, но я не прощу тебя, — холодно процедила Ирина. — Можешь объяснить свою позицию Эльрату, но мне даже не пытайся. Да возродит тебя Эльрат лучшим человеком. Мы с честью похороним тебя, Герхарт, как только найдем гроб, способный вместить твою гордыню. Но знай, что трон твой унаследует мой сын. Твой род не прервется.

(Разве в учении церкви Эльрата есть перерождение после смерти? Где я не смотрел, они просто в местный рай возносятся и всё)

В глазах Герхарта блеснули слезы, но рука Ирины не дрогнула, когда она казнила ненавистного супруга…

(Честно сказать вообще не понял этого момента. Да, в жизни такое может быть, даже периодически случается, мне доводилось читать предсмертные письма людей осужденных на казнь. Многие сожалеют, просят прощения или же смиренно ждут наказания, которое признают заслуженным. Проблема в том, что тут не жизнь, а художественное произведение. В такое произведение всегда вкладывается некий посыл. Так что хотели сказать сценаристы?

Если бы Герхат остался сволочью, то посыл был бы прост как копейка, добро победило зло. Сюда так же можно было бы прибавить, что сильная и независимая победила ублюдский спермобак, но это уже злая ирония. Я может так и пошутил бы, но только на волне какого-нибудь, очередного, феминистического скандала.

Если бы Герхат действительно раскаялся, попросил бы прощения и Ирина пощадила его, все равно забрав трон в пользу своего сына, то я бы даже похвалил этот сюжетный ход. История содержала бы моральный выбор, а также изменения облика одного из персонажей. Вообще это считается признаком хорошей художественной работы, когда герои по ходу повествования не остаются статичными, а меняются, особый шик когда герой совершает «подвиг», что-то такое, чего он бы никогда не совершил при других обстоятельствах. Собственный слом, переосмысление своих ценностей. Если бы Герхату уделяли больше сюжетного внимания, если бы Ирина его пощадила, то нам осталось бы только показать некий завершающий штрих, например коронацию ребенка Ирины глазами Герхарта. В таком случае я бы сказал, что только ради компании Ирины стоило бы купить Шестых Героев, и деньги не были бы потрачены зря.

В итоге же у нас не рыба, не мясо. Есть подвижки отойти от банального сюжета борьбы добра со злом, показать хоть какую-то неопределенность и моральность, но сделано это на редкость хреново. В итоге простота сюжета кажется убогостью, мораль даже не серая, а цвета навоза, по крайней мере у меня Ирина вот ни разу не создала впечатление доброго персонажа, но и злой я бы её не назвал. Дура, дура и есть, каких-то положительных впечатлений её история не вызвала вообще)

Наконец, в землях герцогства Волка, истерзанных неделями страшного противостояния, воцарилось некое подобие покоя. Ирина приказала рыцарям Волка и нагам Нефритового океана собраться пред вратами Исегрима, обратившись к ним с речью.

— Я пришла не для того, чтобы забрать трон Герхарта, лишь его жизнь, — возвестила она. — Но я ношу в себе его наследника, а это огромная ответственность. Я должна остаться и править в качестве регента до тех пор, пока не найду кого-либо более подходящего для этой роли.

Собравшиеся — и рыцари, и наги — радостно кричали, славя Ирину, герцогиню Волк, изгнавшую демонов.

— Но странствия мои изменили меня, — продолжала говорить та. — Теперь я — предводительница наг, и есть у меня и иные земли, иные обязанности. Не все демоны уничтожены, да и брата своего я должна отыскать… и, кроме того, над убийцами моего отца все еще не свершилось правосудие. К тому же, я слышала, что в настоящее время продолжается тайная война между старыми закоренелыми врагами. Я должна немедленно заняться всеми этими вопросами. Но когда я вернусь, то займусь восстановлением обеих моих земель. И мы станем делать все возможное, чтобы день этот поскорее настал! За Шалассу! За Эльрата!

Еще долго солдаты Волка славили свою герцогиню, а наги — Даймё Джубо. И те, и другие готовы были следовать за нею до конца — к новым победам, к новым свершениям…

(В общем особенная бабёнка победила. Настолько ванильно-тупой концовки я не ожидал, даже с учётом всего, что было до этого)

Объединенное воинство орков и наг под началом Сандора и Мукао достигло одного из островов Пао, которому суждено сыграть ключевую роль в отражении атаки демонов на архипелаг.

(Почему атаку на архипелаг наг отражают орки, в то время как наги воюют за империю?)

— Позволь нам объяснить мотивы наших действий, — обратился рыцарь-наг к Сандору, все еще испытывая чувство вины за произошедшее у Холма Куньяка. — Демоны напали слишком рано, и мы переусердствовали.

— Выслушай нас, Сандор, брат Ирины, — сказала Чиоко, жемчужная жрица. — С помощью Драконьих Рыцарей мы сотворили легендарное заклинание — волну магической энергии, которая подавит магию Хаоса и ослабит порталы демонов.

(Кстати, шикарное объяснение, почему демоны не могут открывать порталы, вызывая в мир смертных легион за легионом)

— Мы творили заклятие много лет, — продолжил Мукао, внимательно следя за реакцией Сандора на это откровение. — Но мощь его должны поддерживать Слезы Асхи, и кровавые кристаллы, из которых мы и создаем Слезы. Поэтому мы и сражались с Шаркой. Нам осталось сотворить одну-единственную Слезу, и заклятие будет завершено.

(Два момента. Во-первый, они сами создавали слезы? Что это за хрень? До сих пор во всех частях игрок мог только найти слезы пролитые богиней. О том чтобы создать их речи не шло никогда. Во-вторых, на сначала сказали, что они творили заклинание много лет, а теперь оказывает, что им для него нужен ещё один компонент. Можно предположить, что заклинание просто начнет работать в полную силу с этим компонентом, вот только, сейчас какого-либо эффекта от действия этого заклятия мы не видим)

Сандор согласился помочь нагам собрать необходимое число кристаллов, и орки тут же приступили к делу. Ситуация осложнялась постоянными атаками демонов, но когда кровавые кристаллы оказались собраны и преобразованы в Слезу Асхи, случилось непредвиденное: из подземных глубин вырвался исполинский демонический червь, разрушив занятый орками город Харуру и поглотив Слезу Аши.

Чиоко обратилась к Сандору, сообщив, что магия реликвии, воплощающей в себе сущность Асхи, сильна, и навряд ли червь переварит его мгновенно, а значит — еще есть шанс вернуть Слезу.

— Что ж, тогда мы расчленим червя, вернем Слезу, а тушу сожжем, — невозмутимо пожал плечами Сандор, и жемчужная жрица улыбнулась:

— Что ж, видно, что ты — брат Ирины, Даймё Джубо. Это многое объясняет. Когда закончим здесь, тебе следует отправиться на поиски ее и своих родичей.

— Первым делом сниму голову с Герхарта, — процедил юноша, и Чиоко согласно кивнула:

— Тогда тебе следует спешить, ибо у Ирины то же устремление. А после этого следует внимательнее приглядеться к ангелам и Безликим…

— Да, я уже слышал об их конфликте, — нахмурился Сандор. — Я не буду ничего обещать… но если они нанесли удар по моей семье, месть не заставит себя долго ждать.

(Про маму забыл, дубина стоеросовая)

Орки, прислушивавшиеся к этому разговору, одобрительно заворчали: действительно, сперва следует думать о семье, затем — о клане, а уж потом — об Асхане. Спустившись в тоннель под разрушенным Харуру, Сандор и Краал лицезрели низших демонов. Орочий вождь поведал сыну Грифона, что это — преображенные орки! Червь поглотил их человеческую часть, а орочью кровь исторг в обличье демонов.

(Что, черт побери, ты такое несешь?)

Демонического червя удалось сразить, ровно как и спасти Слезу Асхи. Этим же вечером орки праздновали одержанную великую победу.

— Орки! — зычно обратился к племени Сандор. — Воины островов Пао! И вновь вы отбросили демонов! Теперь мы отдадим Слезу Асхи нагам. Если заклинание их окажется успешным, демоны исчезнут с этих земель, если же нет… мы прикончим тварей Шио сами!

— Демоны мертвы. Орки свободны. Сандор практически столь же знаменит, как и Куньяк. И… куда же Сандор направится теперь? — поинтересовался Краал, понимая, что скорое расставание их неизбежно.

— Слова матери и наг тревожат меня, — признался Сандор. — Я поведу за собою небольшое воинство орков в герцогство Грифона и посмотрю, как там обстоят дела. Если ангелы и Безликие действительно пытаются изменить мир в угоду собственным интересам, я пресеку это.

(Небольшой армией повергнуть воинство света и тьмы? Гордыня — это смертный грех)

Орочий вождь одобрительно кивнул: иного ответа от молодого Куньякти он и не ожидал.

Оставив Ирину, воинство которой штурмовало столицу герцогства Волка, архангел Михаил устремился на север, разыскав у южных границ земель Грифона армию герцога Антона.

— Я хочу, чтобы ты выступил к Фламмщрейну и разрешил проблему с нагами, — повелительно произнес архангел, обращаясь к юноше. — Они уничтожили там два легиона демонов и, похоже, заявляют о своих правах на герцогство Волка. А неподалеку от города находится Святилище ангелов, потерять которое нельзя ни в коем случае. Могу я рассчитывать на тебя?

— Это дипломатическая миссия? — осторожно поинтересовался Антон. Насколько он знал, наги всегда выступали союзниками Священной Империи, и нынешние действия их — осада священного града Фламмщрейна и Святилища ангелов — по меньшей мере странны.

— Если считаешь, что это возможно, можешь попытаться решить дело миром, — передернул плечами Михаил. — Но если они не станут слушать, забрось их чешуйчатые шкуры назад в Нефритовый океан. Сейчас нет времени заниматься установкой новых границ. На кону — само существование Асхана!

(По хронологии сценаристов этот персонаж буквально пару часов назад, говорил, как нам надо сплотиться перед демонами, а теперь он сам разжигает огонь среди союзников. Даже в головах школьников это не должно работать. Любой адекватный полководец, проглотил бы смерть Герхарда, как минимум до окончания войны, а то и утерся бы с концами, ведь по сюжету Ирина сохранила большую часть воска Волка (об игровой механике, по которой это войско мы вырезали примерно полностью умолчим). Но сценаристы в серии Героев, деградируют прямо в процессе повествования, нам мало одной армии, которую мы потеряли, давайте потеряем ещё две армии)

Скорым маршем армия, ведомая герцогом Антоном и лордом Килбурном, устремилась на юго-восток через леса Грифона и Волка. По пути им встретилось подразделение имперских войск под началом леди Джезебет, первого протектора имперской гвардии. Император направил ее встретить отряд ангелов, что должны следовать к столице из Фламмщрейна, но по прибытии имперцы столкнулись с нагами.

(И чего? Ангелов убили Наги, или имперская гвардия просто обгадила штаны и не стала продолжать путь к месту встречи? Я правда не уловил, как именно Наги помешали Джезебет встретить отряд Ангелов)

Антон пригласил Джезебет примкнуть его воинству, следующему в том же направлении; леди-протектор не возражала, и вскоре марш возобновился. А спустя несколько дней лазутчики принесли весть о том, что столица герцогства Волка, осажденная нагами, пала, а Герхарт убит. Последняя новость ничуть не опечалила Антона, но он не собирался позволять нагам творить все, что им вздумается на территории Империи. Вскоре герцогу Грифона явилась архангел Лориэль с вестью о том, что Фламмщрейн пал.

— Мы были посланы Михаилом для переговоров с нагами, — пояснил герцог, и Лориэль возмущенно выдохнула:

— Переговоров? Армия наг захватила город и взяла в плен наших ангелов. Они применили темную магию, перебравшись через наши стены под покровом ночи. Слишком поздно для переговоров.

(В компании Ирины это была магия воды и полноценная и четная осада. И плененные Ангелы никак не упоминаются, а если бы они были, то Михаил сидел бы вместе с ними в плену, а не гонял Антона с поручениями)

Новость эта изумила Антона. Захват города и взятие заложников. Никогда прежде не знал Асхан открытого конфликта между ангелами и нагами. Но что же спровоцировало его?

(Инквизиция насильно обращает всех в веру в свет и казнит несогласных. Ангелы объявляют еретиками всех, кто не верит в свет и хамят военачальнику наг. Блин, что же могло разозлить змеелюдов? Боюсь мы никогда этого не узнаем)

Продолжив марш, армия достигла полноводной реки, ограждающей Фламмщрейн. Прекрасная линия защиты, но против наг бесполезна. Разбив лагерь, Антон, Килбурн и Джезебет держали совет, вопрос на котором решался лишь один: как взять укрепленный город, не потеряв при этом половину войска? Джезебет предлагала предать город огню, но Антон предпочел более изящный способ решения проблемы, приняв решение воззвать к духам стихии воздуха, испросив их сокрушить запертые врата города, защищенные ныне водной магией.

— Эти земли древние, и всегда были святыми для людей, — пояснил он Килбурну и Джезебет. — Когда ангелы обратили жителей Империи служению Эльрату, они не стали строить новые святыни… они просто нанесли символы Света на те из них, что были посвящены Илату.

(Ох, аж христианством запахло. Хочешь праздновать языческие праздники. Ради всевышнего, только всем говори, что делаешь это во славу Христа. Но в условиях Асхана выглядит максимально тупо)

— Ты хочешь воззвать к могуществу Дракона Воздуха? — недоверчиво покачал головой Килбурн, и Антон утвердительно кивнул:

— Илат — брат Эльрата. Если мы сделаем это, то сумеем взять город без лишней крови.

(В этот момент нам должны выдать ачивку «Еретик», чтобы Михаил нас потом на два своих меча насадил)

Оставив костяк армии у врат Фламмщрейна, Антон наряду с небольшим отрядом, примкнули к которому Килбурн и Лориэль, устремился в леса в поисках древних святынь. Голоса в разуме герцога зазвучали вновь, с тревогой вещая о том, что души ангелов, ныне захваченные Безликими, должны обрести свободу. Имеют ли слова их отношение к осаде нагами близлежащего Святилища ангелов?

— Темный нага… скрывается в Святилище… — подтвердили голоса догадку Антона. — Мы направим тебя… оно погружено во Тьму…

Несмотря на открытые возражения Лориэль, у каждой из трех святынь Эльрата герцог Антон смиренно воззвал к Илату, Дракону Воздуха, говоря о том, что посвящает святыни эти сразу двум Драконьим Богам, и моля могущественную сущность придти к ним на помощь.

Стихийные духи воздуха сокрушили врата Фламмщрейна, и армия Антона устремилась в атаку, наги оказались повержены, но предводителя их не оказалось в священном городе. Герцог Грифон обратился к Лориэль, попросив разъяснений касательно назначения Святилища ангелов, к которому, судя по всему, и поспешил командующий армией Хашимы, названный голосами — ангельскими душами — «темным нагой».

— В час Войн Старейших Уриэль и Сара нашли способ сохранить души наших павших воителей, — поведала архангел. — Нам нужно было разделять их воспоминания так же, как это делают Безликие. Ибо гибель Безликого мало что значит, так как остальные особи помнят все, что он знал.

— Те души, голоса которых я слышу… где они находятся? — вопросил Антон. — Я должен освободить их.

— Они — в Зале Воспоминаний, — отвечала Лориэль, и молодой герцог поинтересовался:

— А какое отношение к возрождению их имеют герцогские династии?

— Ангельские мечи Священной Империи, выкованные Сарой и нашими лучшими кузнецами, готовят вас к тому, чтобы принять ангельскую душу, — пояснила Лориэль, говоря о семи клинках, дарованных ангелами Брайану Соколу и шести герцогам державы. — Династии герцогов и Императоров владели им на протяжении поколений, и все это время семьи их готовились к тому, чтобы принять души из Зала Воспоминаний. Никакое иное смертное вместилище не способно было на подобное.

(Так… подобного бреда я правда не ожидал. Меч, один гребаный меч который носит действующий герцог каким-то, хер пойми каким, способом повлиял на всю герцогскую династию. Кейт, мать детей Вячеслава, преследовалась видениями с детства, хотя меч Оленя даже пальцем не трогала. Антон слышит голоса так же с детства, хотя меч Грифона получил буквально только что. Кирилл и Ирина меча так и не получили, но оба обладают особыми душами.

При этом если бы сценаристы сказали, что ангелы изменяли тела людей, претензий бы не было, но нам прямо сказали, что меняются души, или особенности души тоже по наследству передаются?)

— То есть, когда я умру, вы заберете мой дух куда-то и заполните его ангельской сущностью? — уточнил Антон, которого подобная перспектива совершенно не прельщала.

— Твоя душа должна быть всецело предана Эльрату, — ответила Лориэль, — ибо две души сливаются и разделяют тело небожителя.

Откровение это многое расставляло на свои места.

— Теперь-то я знаю, почему был убит мой отец и каков был мотив, — прошептал Антон и, не добавив ничего к сказанному, приказал герольдам трубить сбор: армия его выступала к захваченному нагами Святилищу ангелов.

(Откровенно странный момент. Подобное откровение не будит иметь никаких последствий, при том что Антон связал игры ангелов с убийством своего отца. Разве что прямо не обвинил Ангелов в убийстве герцога. Да и само откровение… просто зачем? Столько лет это хранилось в секрете, а тут вдруг признались. И хотя почти всегда раскрытие этой «тайны» вызывало вопросы, но Антон просто в не категорий, насколько все тупо и прямолинейно)

Его удалось отбить, а предводитель наг — Мукао — был схвачен и препровожден в ставку Антона. Последний смерил нага оценивающим взглядом, поинтересовался:

— И почему же наги берут в плен ангелов, скрывая преступление свое темной магией?

— Герцог Антон, применять магию Тьмы может каждый, — спокойно отвечал Мукао. — Как нага, так и ангел или небожитель. Ты знаешь, в чем разница между ними? Михаил рассказал тебе, почему умер твой отец?

(В чем отличие Ангелов от Небожителей? Кто такие вообще эти небожители?)

— А тебе известно об этом? — вопросом на вопрос отвечал Антон, и голоса в разуме его зазвучали с новой силой:

— Нага — Безликий… опасный… он разделяет… Он не знает правды…

Слова эти заставили герцога мигом позабыть о предыдущем вопросе, и в гневе он потребовал у Мукао показать свою истинную личину.

— Мы — Безликие, и Мукао — один из нас, — прошептал скрывающийся под обликом наги.

— Это вы убили моего отца? — напрямую вопросил Антон; подозрения подозрениями, но новые откровения заставили его усомниться в реальности предыдущих выводов.

— Зачем Безликим убивать Вячеслава Грифона? — вопрошал Мукао, представ наконец Антону в обличье порождения Малассы. — Разве не был он нашим союзником? Разве не просил Йоргена избавить своего сына от голосов ангелов?

— Кто убил моего отца? — перефразировал вопрос Антон.

— Почему ты хочешь знать? — осведомился Безликий.

(Тупой вопрос)

— Чтобы свершить правосудие над убийцами… — отвечал герцог. — И чтобы освободиться от голосов в моем разуме, раз и навсегда.

— Тогда мы поможем тебе… — обещал Безликий. — Ибо это совпадает и с нашими интересами.

Тем временем к Святилищу подоспел основной костяк армии наг, предводительница которой объявила себя герцогиней этих земель. Лишь сейчас пораженный Антон узнал в женщине свою родную сестру. Ирина рассказала юноше обо всем, произошедшем с нею за эти месяцы.

— Ты лучший правитель, нежели я, — улыбнулся Антон. — К тому же, уже ожидаешь наследника.

(Оно конечно Герхард был мужем Ирины, но она сама заявляла, что её беременность — это плод насилия. Антон уверен, что в эту рану нужно тыкать пальцем?)

— Этот ребенок — будущий герцог! — ответила Ирина. — Но я прослежу за тем, чтобы в душе он оставался Грифоном.

— Хотел бы я остаться с тобой подольше, но демоны подступают к Престолу Сокола, — вздохнул Антон, и Ирина понимающе кивнула:

— Я снабжу твое войско всем необходимым, но не стану помогать Лиаму. Он пошел против меня — дважды.

— Ты нужна нам на юге, Ирина, — согласился Антон. — Если орки потерпят поражение, защита рубежей Империи выпадет тебе.

Брат и сестра простились. Антон выступал к сердцу Империи…

История Асхана (Герои VI часть 5)

На всей территории Семи Городов шло яростное противостояние между чародеями и демонами. Там, где проходили под землёй Драконьи Жилы — магические потоки, источник всей магии Асхана — открылись порталы в Шио, и хаотические энергии это измерения наполняли Жилы Скверной.

Армии Анастасии и Каспара бесстрашно вступали в порталы, осаждая поддерживающие их города демонов и, уничтожая источники пространственных возмущений, вновь оказывались в мире смертных, продолжая свой марш против порождений Хаоса.

(Чё? При уничтожении источника энергии, портал не просто схлопывается, но и возвращает обратно все, что через этот портал пройти успело? Вам не кажется, что это слишком круто даже для рояля в кустах?)

Города демонов пали пред воинством нежити, и поток скверны остановился. А нежить, направляемая дочерью Грифона, продолжала освобождать от тварей Щио земли Семи Городов, не далеко от гор Ажара — горы эти были названы в честь легендарного чародея, спасшего магов Шантири и основавшего нацию, из которой позже и образовались Семь Городов. Некогда на этих землях произошло яростное, страшное Сражение Раненых Драконов, в котором сошлись дети Асхи и Ургаша.

В разгар войны Анастасию разыскала Кейт. Явившись пред дочерью верхом на черном драконе, служительница Малассы поведала ей о замысле ангелов, после чего, простившись с девушкой, устремилась прочь.

Все это время Анастасия не оставляла попыток посредством перемещения сознания в Мир Духов проследить, кто же воспользовался гребнем, чтобы подчинить себе ее разум. Наконец, разум ее наполнился образами и личность, стоящая за убийством герцога Вячеслава, была видна отчетливо — архангел Уриэль.

Новое видение явилось ей — воспоминание, принадлежащее другому… Перед мысленным взором девушки предстал Уриэль, шагающий рука об руку с иной представительницей его расы по террасе величественного небесного града. Судя по всему, происходило это давно, очень давно… еще до войны с Безликими.

— Грядет война, — тихо произнес Уриэль. — Я должен идти.

— Обещай мне держаться поближе к Михаилу, — с тревогой обронила его спутница, которая, как ощутила Анастасия, была никем иной, как Авророй. — Твой брат силен и решителен, он — меч, но ты всегда будешь его щитом. Вместе вы непобедимы.

— Безликие хитры и коварны… — покачал головой Уриэль, — но Эльрат сохранит нас. И сыновья твои вернутся домой. Клянусь, мама!

(И тут в пору орать: «Неожиданный Поворот!» Нет, правда, Какого Хрена? Уриэль и Михаил до этого братьями не заявлялись, но в принципе хрен с ними, братья так братья, но почему Аврора вдруг оказалась его матерью? Проблема в том, что архангел откровенно соблазнял Анастасию, в теле которой и должна была возродиться его мать, это что, такой намек на инцест? Уриэль буквально пару дней назад (по времени игры) называл Анастасию любимой и призывал её быть вместе с ним. Ангелы в целом практикуют инцест или Уриэль просто решил трахнуть тело, в котором потом будет воскрешена его мать?)

Увиденное привело Анастасию в ярость. Стало быть, все произошедшее — убийство Вячеслава, гибель ее самой — было совершенно с целью грядущего возрождения Авроры, матери Уриэля. Но следующие образы заставили девушку ужаснуться, ибо она увидела противостояние между ангелами и Безликими, одно из ключевых сражений Войн Старейших. Михаил и Уриэль, сражаясь плечом к плечу, сдерживали натиск миньонов Малассы, но Уриэль, увидев Аврору, окруженную противниками, не раздумывая, метнулся к матери, в следующее же мгновение Михаил пал замертво, Безликие нанесли удар архангелу в незащищенную спину.

— Уриэль, ты глупец! — возопила Аврора в истовом отчаянии. — Я просила тебя защищать брата! Без Михаила моя жизнь лишена смысла!

(Эти слова она сказала второму своему сыну, на которого ей, похоже наплевать. И тут с одной стороны можно пошутить, что Аврора тоже была приверженец инцестных отношений, но уже с Михаилом. С другой стороны теперь у странных наклонностей Уриэля есть основание, недолюбленные дети частенько получают странные сексуальные девиации)

На глазах ужаснувшегося Уриэля Безликие набросили на Аврору, обрывая существование целительницы. Видение исчезло, заставив Анастасию о многом задуматься. Стало быть, ангелы возродили Михаила, а теперь хотят проделать то же и с Авророй. От былой ярости, направленной на Уриэля, не осталось и следа, лишь жалость по отношению к архангелу, обезумевшему от горя.

Но, отбросив нахлынувшие эмоции, Анастасия вновь сосредоточилась на гребне, дабы посредством артефакта прочесть иные воспоминания Уриэля. Видение, представшее ей, относилось к эпохе зарождения Империи, архангелы Сара и Уриэль ступили в тронный зал замка Иствана, Верховного короля клана Грифона. Последний взирал на гостей с нескрываемым неприятием. Протянув Иствану ангельский меч, Сара торжественно молвила:

— Герцог Истван, я дарую тебе сей клинок во имя Эльрата.

— Стало быть, теперь я герцог? — невесело усмехнулся Истван. — Милый меч. Но не думайте, что я преклоню колени перед вашим проклятым Эльратом за кусок стали. Люди должны следовать Илату… и пока я жив… служение ему продолжится!

— Ах ты, варвар! — задохнулся от возмущения Уриэль. — Да я отправлю тебя прямиком к Дракону Воздуха! Ты смеешь оскорблять Эльрата!

— Прекрати, Уриэль! — оборвала сородича Сара. — Извинись!

— Что? — Уриэль подумал, что ослышался. — Извиниться перед этим человеком?

Иствана, казалось, перепалка лишь забавляла.

— Ну наконец-то вижу воинственного ангела! — удовлетворенно произнес он. — Как насчет того, чтобы оросить сей меч ангельской кровью? Я с гордостью повешу твои крылья над своим очагом.

— В этом не будет необходимости, герцог Истван, — ровным тоном заметила Сара. — Мы принесли клятву, что будем защищать твою жизнь. Мы не можем обнажать оружие против герцогов Священной Империи Сокола.

— Как жаль, архангел Сара! — с напускным сожалением покачал головой Истван. — Теперь, когда демоны заперты в Шио, а ангелы на нашей стороне… сложно будет найти противника.

— Демоны вернутся… — уверенно молвила Сара, — да и Безликие не станут скрываться вечно.

Анастасия осознала, что ангелы веками вынашивали свой замысел, чтобы сейчас воплотить его в жизнь… Новое видение и Анастасия видит Уриэля и Сару, шагающих по коридорам Зала Воспоминаний. У стен пребывают сотни слабо светящихся алтарей. Лишь один из них сияет красным, и пара останавливается подле сего алтаря. Двое предводителей расы ангелов знакомы более 2000 лет, и следующие слова Сары поражают Уриэля, до того они ей несвойственны…

— Я молилась Эльрату, — неуверенно сказала Сара, вперив задумчивый взор в пространство. — И не получила ответа… Не для того нами были созданы династии…

(А для чего вы их создавали? Я хочу подробностей)

— Но Сара, это единственный выход, — настаивал Уриэль, удивляясь нерешительности спутницы. — Приготовления завершены. Император Лиам призывает к себе герцога Вячеслава, чтобы сообщить, что мы с тобой станем наставниками его близнецов.

(Пиздец. То есть план с Кирилом и Анастасией выращивался долгие годы. Пускай в игре не говорится когда точно ангелы начали воспитывать детей Грифона, но по логике это должно было было начаться с детства. И тут сразу же возникают вопросы: почему именно Кирил и Анастасия, а не кто-то другой? В чем именно заключался план? И почему Антон без ангела-наставника вырос верующим в свет рыцарем, а Кирил и Анастасия на детородном органе вертели ангелов (Кирил буквально) с Эльратом? Это как надо будущих жертвенных агнцев воспитывать, чтобы одна убила своего учителя, а второй взял свою наставницу в (сексуальное) рабство?)

— Впервые за три тысячелетия своего существования я испытываю сомнения, — тяжело вздохнув, призналась Сара.

— Ты же знаешь пророчество, — продолжал убеждать ее Уриэль. — Если мы ничего не предпримем, Тьма станет править Асханом. Нам понадобится один из близнецов… выбор я оставляю за тобой.

(Это единственно упоминание непонятного пророчества. Мы не знаем, кто его высказал, каков текст и чего собственно ангелы добиваются. Более того позже никто и не вспомнит про какое-то пророчество. Подобные сценарные ходы, на мой взгляд, ничего кроме плевка не заслуживают)

— Но как я могу выбрать, кого из невинных принести в жертву? — прошептала Сара.

— Выбери того, у кого больше шансов выжить, — ответил Уриэль. — Эльрат поможет тебе принять верное решение.

— Хаос! — покачала головой Сара. — Единственная сила, которой страшится Тьма…

(А как же Свет? Ну и так-то Хаоса все создания порядка боятся)

— Мы должны смотреть правде в лицо, — напомнил ей Уриэль, и Сара покорно кивнула. — Это единственный выход…

(Странный диалог. Я могу понять, когда два архангела проявляют симпатию к смертным, понимая, что в их телах будут возрождены их умершие близкие. Хотя опять же, делать это не обязательно, тот же Михаил воскрес в своём теле, дождавшись пока жертва отдаст душу и радуйся воссоединению с близкими.

Я могу допустить, что вынужденные изображать симпатию ангелы могли проникнуться истинными чувствами к подопечным. Так бывает. Но у вас двое близнецов, одного из которых вы принесете в жертву. И тут я перестаю понимать ангелов.

Выбрали Кирилла, Сара этим недовольна, но подчиняется. В процессе обучения она прониклась к нему чувствами, но все еще подчиняется решению принести его в жертву. При этом она не просто не подавила в себе подобные чувства, но даже позволила им развиться, но все еще поддерживает план с жертвоприношением. Наконец жертва состоялась, Кирилла принесли в жертву, в его душе заключен демон. Возможно, она действует ради некой великой цели, для которой можно многим пожертвовать. Так объясните, в чем заключается эта цель?

Мне просто непонятно зачем это было сделано. Ну вот зачем ангелам привязывать душу принца демонов к душе Кирилла? Демон не стал смертным, с его силой Кирилл способен возрождаться как и любой другой демон. При этом Кирилл не остался и верным служителем света, он ненавидит ангелов и желает отомстить. Дайте мне хоть одну, пусть даже бредовую, причину по которой его принесли в жертву. Ведь вы хотите уничтожить Незримую Библиотеку, для этого вам понадобилось оружие, которое можно создать только из некоего материала из Шио. Где здесь участвует ваша жертва?

Вроде как Кирилла отдали Кха-Белеху за проход через его земли, но тот пока только Лорд Демонов, низшая ступень командного состава, верховным Королем он станет гораздо позже. Преследуя Сару Кирилл пересек земли целой кучи других владык, что насчет их, каждому по герцогскому сыну предоставили?)

Образы расплываются, исчезают, на смену им приходит видение тронного зала Императора Лиама, пребывают в котором лишь двое братьев — Михаил и Уриэль.

— Это была моя идея, а не Сары! — доказывал последний разъяренному брату. — Нужно было что-то делать! Вячеслав был потерян для нас… Я уже давно узнал, что Йорген — Безликий…

— Но Анастасия… по какому праву? — гневно спрашивал Михаил. — Ты нарушил свою клятву. Ты поклялся защищать герцогов Грифонов!

— Анастасия убила своего отца, а не я! — возразил Уриэль, и на лице Михаила отразилось неподдельное отвращение:

— Ты делаешь все, чтобы вышло по-твоему! Как и Безликие… А истина проста — ты применил темную магию, чтобы подчинить себе невинный разум.

(Еще веселее. Ангелы не могут лгать. «Не могут» — значит, что у них просто нет такой возможности. Невозможность солгать подразумевает и невозможность нарушить данную клятву. Если Уриэль поклялся и клятву нарушил, пусть даже ради какой-то высокой цели, то он солгал. Отсюда вопрос: он точно ангел?

Два раза весело, что Сара пожертвовала Кириллом по приказу. Это было для чего-то нужно. Но Уриэль принес в жертву якобы любимую им Анастасию, которая, между прочим должна была стать донором, для воскресения его матери, потому что… Правильно, просто «потому что», ну захотелось ему нарушить все гласные и негласные правила ангелов)

— Безликие злы, — настаивал Уриэль. — И собираются вновь заявить о себе миру.

— Ты убил герцога! — рявкнул Михаил. — А Сара забрала Кирила в Шио!

(То есть жертва Кирилла тоже не была частью великого плана Ангелов, его, как и Анастасию использовали только для выявления безликого, о котором ангелы и так знали, и которого тут же схватили сразу же после убийства Вячеслава. По хорошему пожертвовать нужно было только Анастасией, и то не обязательно, Вячеслава прирезать мог любой слуга)

— Личина Безликого раскрыта, — напомнил Уриэль брату о поимке Йоргена. — У Кирила есть небольшой шанс на выживание, а с Анастасией ничего не случится. Я сделаю так, чтобы Лиам бросит ее в темницу, где я сам займусь ее допросом. Ее душа сольется с сущностью Авроры. Это великое благо.

(Три раза Ха-Ха. Ведь этот пенек крылатый то ли не смог, то ли не захотел, но главного инквизитора так и не приструнил)

— Уриэль! — воскликнул Михаил. — Я разделяю это тело с душой Павла Грифона. И его гневный вопль звучит в разуме моем с тех пор, как он узнал, что ангел убил его сына. Если бы он обрел контроль над телом, он бы убил и тебя, и всех иных ангелов, до которых сумел бы добраться!

(Весьма интересно, что ангелы, воскрешенные подобным способом страдают раздвоением личности. Ведь тут Михаил прямо отделяет себя от Павла, который власти над телом не имеет, хотя нам говорили про слияние душ, а ангелы, как известно, не могут лгать. Возможно слияние происходит не сразу, но прямо это не говорится)

— Я обещал матери, что мы оба переживем ее, — тихо произнес Уриэль, но Михаил прошептал в ужасе:

— Что же мы натворили?

(И тут опять пытаются в неоднозначность Михаила как персонажа. И в целом из этого можно было бы попробовать развить. Вот только в самой игре то ли дубляж, то ли постановка не дают возможности проникнуться моментом и Михаил воспринимается как крыса, а не совестливый ангел. А позже он останется все тем же мудаком, к которому мы привыкли)

Что ж, Анастасия открыла для себя всю глубину замысла ангелов; пора заканчивать весь этот фарс. И некромантка обратилась напрямую к разуму Уриэля, лишь сейчас осознавшего, что магия гребня обернулась против него самого. Анастасия атаковала разум бывшего возлюбленного.

И пораженные имперцы, под командованием Лиама Сокола и сдерживающие натиск демонов на столицу, увидели, как архангел Уриэль внезапно выронил меч, покачнулся, прижимая руки к голове. Секундное промедление, а затем миньоны Шио набросились на беззащитного архангела, разрывая его на части, а перед изумленным Императором возник сам Ариббан, Принц Ненависти, занеся меч для удара.

Вторжение демонов на Семь Городов захлебнулось, и Анастасия, воссоединившись со Светланой, выступила на север, к границам вотчины магов, стремясь достичь Престола Сокола до того, как падет твердыня пред мощью Ариббана.

(М-м, тогда вам потребуется телепорт и побыстрее, ведь Ариббан уже занес меч над императором, сомнительно, что без верховного командующего город долго продержится)

Антон Грифон продолжал марш армии герцогства к сердцу Империи… обнаружив армаду демонов, осадивших столицу. Отбив у воинов Шио одну из застав в нескольких днях пути от Престола Сокола, молодой герцог решил повременить с открытым противостоянием демонам, дабы дождаться подхода воинства под началом архангела Михаила, а также подкреплений из герцогства Оленя, ведомых лордом Хаартом, некогда — сквайром лорда Киерана, таинственно исчезнувшего.

Чтобы укрепить свои позиции, герцог Грифон приказал лорду Килбурну отбить у демонов окрестные селения — Кэр Гриобту, Кэр Пок, Кэр Аобин и Кэр Фаол. Исполняя сие поручение, Килбурн велел жрицам Эльрата, следующим с армией его, оставаться в селениях, исцеляя селян, пострадавших при вторжении демонов.

Тем временем Лориэль сообщила Антону, что Император Лиам мертв, а половина армии его уничтожена. Пока что демоны не сумели сокрушить стены Престола Сокола, и архангел предлагала немедленно атаковать.

— Они превосходят нас численностью, — отвечал Антон. — Мы можем пустить им кровь, но на победу надеяться не стоит.

Понимая, что с упрямым герцогом разговаривать бессмысленно, Лориэль обратилась к протектору имперской гвардии:

— Леди Джезебет! Если погибнет принцесса Гвендолин, род Сокола прервется. Ты поклялась защищать ее!

— Лиам отправил меня, чтобы привести на помощь тебя и иных ангелов, а вы в это времени подавали чаек нагам, — огрызнулась воительница. — Если бы вы помнили о своем долге, я бы сейчас находилась рядом с принцессой!

(У меня вопрос: архангел Лориэль дура? Неужели сложно соотносить цифры? Армия врага превосходит объединенное войско, ваш главнокомандующий прямым текстом заявляет: «нас слишком мало, нам нужен план», но она не хочет плана, она хочет взять один элитный, но мать вашу небольшой, корпус гвардии и с ним всех победить)

Антон приказал обеим прекратить пререкаться и подумать, каким образом можно проникнуть в замок, не привлекая к себе излишнего внимания. Голоса в разуме его подсказали, что недалече находится тоннель, ведущий в обширные подземелья под холмом, на вершине которого высится Престол Сокола.

(Как удобно. Жаль, что только мертвые ангелы про это проход знают, а живые нет, иначе бы у Лариэль была возможность показать свою полезность, вместо того, чтобы показывать какая она дура и стерва)

Этой возможностью следовало воспользоваться, ибо, как гласит древнее пророчество, с гибелью последнего из рода Сокола мир падет пред демонами. Значит нужно во что бы то ни стало спасти юную Гвендолин, племянницу павшего Императора.

(Тут я заржал. Даже если вынести за скобки пятую часть, где никаких Соколов не осталось, чисто логически подобные рассуждения нелепы, хотя и в духе недалекого Антона. Даже если предположить, что императорский дом никогда не отдавал своих сыновей и дочерей на сторону, а только брали жен и мужей в свой род (тогда вопрос где все эти Соколы), у нас все равно остаётся герцог Олень. Это близкий родственник самого первого императора Сокола. И уж герцог Олень точно смешивал свою кровь с другими герцогами. Сам Антон внук действующего герцога Оленя, и пусть его родство с Соколами достаточно условно, но он тоже является потомком той самой линии и носителем крови)

Спустившись в подземелья, Антон и его спутники обнаружили, что тоннель, ведущий к подвалам замка, защищен непроницаемым магическим барьером, сотворенным демонопоклонниками. Последние создали два укрепленных лагеря в этих же подземельях — Ур-Клусаз и Ур-Гринобль, откуда и направляли магические потоки. Силы Антона разбили культистов, после чего проследовали в тоннель.

(Э-э… Чё? Демонопоклонники знают о секретном тоннеле в город, но вместо того чтобы пустить по нему демонов, они его защищаю? Зачем?)

Неожиданно герцог Грифон заметил в одной из соседних каверн Джезебет, совершающую некий ритуал. Пред воительницей возник портал, из которого выступили демоны. В ярости Антон устремился к предательнице, оказавшейся демонопоклонницей, выкрикнув:

— Ты предала Эльрата! Почему?

— Я стану жить вечно! — пожала плечами Джезебет, будто ответ на этот вопрос был очевиден. — А ты умрешь!

Солдаты молодого герцога сошлись в сражении с демонами и победили. Предательнице, закованную в цепи, бросили перед Антоном. На лице Джезебет, однако, блуждала улыбка.

— Почему же ты предала всех тех, кто доверял тебе? — вновь осведомился Антон, и демонопоклонница ответила:

— Священная Империя — театральная сцена, на которой мы сражаемся и умираем во славу одного лишь человека. Предпочитаю жизнь в аду, где я сама могу создать свою судьбу.

(Прям стихи, я даже почти уверен, что это было сперто, авторами или переводчиками, из какой-нибудь пьесы. И в целом к этому можно даже не придираться. Благородная дама-рыцарь вполне могла процитировать какого-нибудь поэта или мыслителя, хотя столь крамольная мысль вряд ли можно было бы найти в библиотеке какого-нибудь лорда.

Проблема в том, что как и всегда нам оставляют только догадки. Она кого-то цитирует, или в сценаристах проснулся внутренний Шекспир, а может это просто в следствии перевода случайно стихи сложились? А вот хрен её знает. Если бы нам хотя бы в одном диалоге намекнули, что Джезебет увлекается поэзией или театром, то эта фраза только играла бы на образ. А так, по моему мнению, этот диалог из представленного мне образа суровой воительницы сильно выбивается)

— Мы все чему-то служим, — возразил Антон. — Мой долг — не перед человеком, но перед идеалами Империи.

— Ты мне нравишься, герцог Антон, — усмехнулась Джезебет. — Для тебя найдется место в Шио, когда ты устанешь защищать мир, существующий лишь в грезах.

Приказав воинам увести пленную, Антон во главе небольшого отряда проник в подвалы осажденного замка и сумел вывести в подземные тоннели принцессу Гвендолин. После чего, покинув подземелье, войско вернулось в лагерь герцога, где их уже с нетерпением дожидались прибывшие силы имперцев и ангелов под началом Михаила. Некоторые ангелы сразу же принялись исцелять раненых воинов герцога, Михаил же приблизился к Антону, восхищенно выдохнув:

— Прекрасно, Антон! Просто прекрасно. Ты спас род Сокола. Я лично прослежу за безопасностью Гвендолин.

— Я прибыл слишком поздно, чтобы спасти Лиама, — вздохнул Антон.

— Да, — опечалился архангел. — Император мертв… да здравствует Императрица!

(Пиздец, уж простите за выражения. Сценаристы знают вообще хотя бы о формальном трауре или могут только мемасики транслировать в свой сюжет? В нормальном сюжете поведение Михаила было бы максимально неуместным и тупым)

— Души Уриэля и Императора Лиама образуют прекрасного небожителя, — сказал герцог, со значением посмотрев на Михаила. — Думаю, вскоре они к нам вернутся.

— А, вот, стало быть, в чем причина твоего недовольства, — нахмурился тот.

— Михаил, ты выращивал меня для становления небожителем, — напрямую заявил Антон. — Мне это претит. Я больше похож на своего отца, чем все мы можете понять.

— Я не убивал твоего отца! — воскликнул Михаил. — У меня не было на то причин.

— Тебе и иным ангелам не нужна была душа моего отца, — произнес Антон. — Все дело было в Анастасии. Она бы стала небожительницей, если бы бабушка позволила вам похоронить ее с соблюдением всех необходимых ритуалов.

(Я что-то не уловил, почему ангела не нужна душа Вячеслава? Как Антон вообще пришел к этой мысли? У Ангелов там целый склеп с сотнями, если не тысячами душ, которые они хотят воскресить. У самого Антона куча ангелов в башке сидят и ждут освобождения, а они тут душами раскидываются)

— Ты прав, обвиняя в случившемся, ангела, — вздохнул Михаил. — Тот, кто несет ответственность за убийство твоего отца, погиб. Я запретил обращение его в небожителя.

— И кто же это? — поинтересовался Антон, но архангел отрицательно покачал головой:

— Тебе следует узнать об этом от кого-нибудь другого. Это истину я не стану озвучивать. Я потерял Уриэля и — скорее всего — Сару… Именно они возродили меня. У меня не осталось иных причин для существования за исключением победы! Ты со мной, герцог Грифон? Могу я рассчитывать на твою поддержку армий Эльрата?

(Достаточно сильные слова. Зная, что Уриэль брат Михаила, читать о том, что Михаил несмотря на всю свою любовь и благодарность, запретил воскрешать преступника, это мощно. Но возможно, проблема в дубляже или переводе, а красиво этот момент смотрится в тексте и когда все события поданы последовательно. Во время игры я только подумал: «ну ты крыса», и в целом моментом не проникся)

— Я с тобой, Михаил, — твердо произнес Антон. — И да помогут нам Драконьи Боги.

И, воздев над головой легендарный меч Ангельский Альянс (выкованный тремя ангелами в час Войн Старейших после разрушения Безликими города Аврариуса), Михаил повел за собою объединенное воинство воителей Эльрата в атаку на орды демонов, осаждающих Престол Сокола.

Вскоре пришло донесение о двух легионах нежити, приближающихся с юга, и Антон попросился у Михаила лично встретить их. Ведь если нежить ведет за собою Светлана, ее внучатый племянник — единственный, кому она станет доверять. Хоть и не хотел архангел отпускать подразделения герцога Грифона в столь ключевой момент сражения, он понимал, что в предложении Антона есть резон. Поэтому Михаил постановил, что отряды Грифона выступят на юг, а место их в армии Света займут воинские подразделения герцогства Единорога.

— Передай Светлане, чтобы не забывала «держать меч острием вверх», — говорил архангел Антону при расставании. — Она поймет.

Наконец, силы герцогства Грифона, Единорога и Оленя, а также некромантов Семи Городов приготовились к решающему противостоянию с миньонами Ариббана.

— Солдаты Эльрата! — зычно обратился к измученным бесконечными сражениями воинам архангел Михаил. — Наши поля, леса и дома пылают огнями Хаоса. Но поймите следующее: они побеждены, только еще не знают об этом. Я спрашиваю вас! Разве мы погребены? Разве гниют тела наши на поле брани? Или же свет Эльрата все еще озаряет наши клинки? За Эльрата!

И воинство устремилось в атаку.

Сей день знаменовал безоговорочную победу сил Эльрата над противником. В бою пал и Ариббан, к поверженному демону приблизился герцог Антон, извлек из шкатулки магический артефакт.

— Ты убил Императора! — с ненавистью процедил герцог. — Изгнание обратно в Шио — недостаточное для тебя наказание.

— Антон Грифон! — прохрипел демон. — Я помню твоих родичей. Один брат сражается в Асхане, другой — в Шио.

Но Антон воззвал к могуществу артефакта, вобрав в него сущность Принца Ненависти.

(И тут возникают вопросы. Они и раньше возникали, например где хранили душу Азкааля до того как его заключили в душу Кирилла и почему нельзя было оставить его там? Теперь же, когда у Антона оказался при себе артефакт, что мог заключить в себе принца Шио, вопрос становиться еще острее)

Несколько часов спустя после завершения сражения леди Гвендолин Сокол разыскала герцога Антона в отведенных тому покоях, дабы лично поблагодарить за спасение.

— Герцог Антон, ты спас и меня, и Империю Сокола, — с искренним восхищением сказала принцесса… нет, Императрица! — Я включила Джезебет в число своих личных стражей, хоть меня и предупреждали о том, что не стоит слишком доверяться ей. Похоже, я была слишком опрометчива в своих решениях…

(Кто советовал тебе подобно? Почему ты его не послушалась? Кто вообще допустил к единственной племянницы Императора человека не достойного полного доверия? Более того, кто дал такому человеку оружие и солдат? Господи, сколько же у меня вопросов, и все они остаются без ответов)

— Мой отец был таким же, — с грустью улыбнулся Антон. — Раньше я полагал, что доброта его стоила ему жизни, но я ошибался. Доброта определяла его, она и была его жизнь.

— Лиам часто говорил о тебе, но редко отзывался положительно, — призналась Гвендолин, и, помедлив, решилась вопросить: — Это правда, что ты поклоняешься и Эльрату, и Илату?

(Племянница называет царственного дядю по имени? Не по титулу, не «дядюшка», а по имени. Почему?)

— Я верую в Эльрата, но отношусь с уважением и к брату его, — отвечал Антон. — Я отстаиваю права каждого верить в Драконьего Бога по собственному выбору.

— Но когда Драконьи Боги будут давать тебе разные советы, к какому из них ты прислушаешься? — нахмурилась Гвендолин. — Когда оба совета будут казаться верными, или же наоборот, неверными?

(Мне вот просто интересно, а в каких вопросах божественные драконы могут расходиться во мнениях? Они вроде же дети одной силы и преследуют одну цель)

— Я прислушаюсь к своему сердцу, — честно отвечал Антон, и леди Гвендолин тепло улыбнулась:

— Империи несказанно повезло обрести столь мудрого герцога. Я была бы рада почаще встречаться тебя при дворе. Сможешь выкроить время?

В вопросе этом звучало и приглашение… и надежда.

— Не могу отказать Императрице, — улыбнулся Антон в ответ, но Гвендолин покачала головой:

— Это не приказ. Я прошу тебя лишь следовать зову сердца.

(Ох боже, сценаристы похоже пересмотрели аниме, потому что только там парни не замечают таких очевидных намеков. Без шуток, даже когда мы были юны и неопытны, мы обычно видели намеки там, где их нет, а не пропускали мимо ушей, столь очевидные приглашения завязать более тесные отношения)

Следующей, пришедшей поздравить герцога Грифона с одержанной в сражении у Престола Сокола победой пришла его двоюродная бабушка Светлана.

— Хоть и неприятно мне признавать это, они были правы, возродив Михаила, — сказала некромантка, отдавая должное полководческому гению архангела, позволившему одержать верх над миньонами Ариббана.

— Да, я забыл, — воскликнул Антон. — Михаил просил передать тебе кое-что. Он сказал, чтобы ты «держала меч острием вверх».

— Острием вверх, — задумчиво повторила неромантка, и неожиданно на глазах ее выступили слезы. — Ну конечно! Я все время догадывалась об этом. Он все еще оставался здесь. Он так и не отошел в мир иной.

— Кто? — выдохнул Антон, поражаясь необычной реакции Свелтаны, и молвила та:

— Мой брат; твой дед. Павел. Наверное, они воспользовались его душой, чтобы вернуть Михаила. Когда мы с ним были детьми и сражались на игрушечных мечах, он всегда напоминал мне, чтобы я держала клинок острием вверх.

— Михаил разделяет тело с герцогом Грифоном? — устало вздохнул Антон. — И когда они оставят нас в покое…

— Сам Павел хотел бы этого, — пожала плечами Свелтана. — Он был рожден для сражений… и величия. Но хватит об этом. Уверена, ты хочешь узнать, кто повинен в смерти твоего отца. Со мной находится та, которая расскажет тебе об этом.

(Ну да, души наших родственников используют как топливо для магии воскрешения, какая мелочь. Особенно смешно слышать это от Иерофанта культа Паука. У религиозного ордена некромантов же отношение к душам и к смерти вообще вообще плевое, верно? Так вот нет. Культ Паука строится вокруг мысли, что новую жизнь, ну или нежизнь, нужно заслужить, и доказать свою пригодность не один раз, а не получать просто по праву расовой принадлежности. Иерофант здорового сценариста, который хотя бы по Википедии с домом познакомился, никогда бы не оставил подобные практики без внимания. И уж точно Светлана должна была озаботиться судьбой души своего брата, племянника, отца, кучи уже умерших родственников и живой родни.

Я просто не понимаю, какого хрена. Сценарный отдел любой большой франшизы имеет так называемую Библию, оно же «Слово Бога». Есть би Лия Фоллаута, Библия Ассасин Крид, да даже Библия Звездных Войн была, пока Дисней (чтоб им разориться) не объявил старый канон мусором. В Библию франшизы записывают все понятия мира и его историю. И прежде чем писать дизайн-документ (в книгах это называется Сассари, краткое изложение содержания) сюжета к любому новому произведению, сценарный отдел обязан был перечить Библию Героев. Тут же вообще от балды какую-то хрень накарябали, вообще без учёта обширного Лора, представленного простом игрокам, не говоря уж про Библию Героев, в которой должно содержаться намного больше подробностей.)

Женщина отступила в сторону, пропуская в комнату свою ученицу, Анастасию. Антон оказался несказанно счастлив вновь увидеть любимую сестру, которую убил недрогнувшей рукой, за что теперь просил прощения. Впрочем, Анастасия понимала, что своим действием он хотел избавить ее от страданий. Быть может, поступи Антон иначе, сейчас пребывала бы ее бессмертная душа в теле небожительницы, слившись с сущностью Авроры.

Как бы то ни было, вторжение демонов на земли Империи Сокола завершилось сокрушительным поражением тварей Шио.

Следуя темному потоку магии, Кирилл сумел настигнуть Сару в подземных кавернах, распростершихся под Долиной Теней.

— Убери из меня Азкааля! — потребовал юноша, но преображенная энергиями Хаоса архангел покачала головой:

— Не могу. Позволь мне все объяснить, Кирилл. Дашь ли ты мне эту возможность?

— Чтобы ты снова солгала мне? — недобро усмехнулся Кирил, но отвечала Сара:

— Ангелы не могут лгать… но мы не всегда открываем всю правду.

— Я отправился вместе с тобой, чтобы спасти мир, а ты бросила меня, наградив демоном в моем теле, — с едва сдерживаемой яростью процедил Кирил. — Ты променяла душу мою на меч лишь затем, чтобы уничтожить здание с книгами?

— Клинок Принуждения весьма могущественен, Кирилл, — ответила падшая архангел. — Но он не может уничтожить Незримую Библиотеку. Оружие, созданное для этой цели — ты.

Откровение это столь озадачило Кирилла, что он не нашелся с ответом, а Сара продолжала:

— Кирилл, ты обладаешь силами Хаоса, ты подчинил душу демона. Мало кто может отыскать Незримую Библиотеку. И лишь ты можешь уничтожить ее. Если же ты промедлишь, выбор будет сделан за тебя, и миром станут править Безликие. А теперь убей меня, прошу тебя. Я свою роль сыграла. Я обратила тело свое в демоническое порождение, служащее Эльрату.

(То есть свет ангелов не может уничтожить тьму библиотеки безликих? Ну допустим, хотя это и очень странно, допустим, что уничтожить её можно было только силой хаоса. Но у вас была душа демонического принца, которую можно было не Кириллу подсаживать, а в артефакт заключить, такой же как у Грифонов нашелся. Сама Сара, после путешествия в Шио стала чем-то средним между ангелом и демоном и тоже способна манипулировать хаосом. Почему бы не задействовать эти способы? Зачем вам жертва человеком, которого вы клялись защищать?)

— Я хочу вернуть свою жизнь, — твердо постановил Кирилл. — И пока это не произойдет, ты не покинешь этот мир. Ты кое-что должна мне, и не умрешь, пока не рассчитаешься. Что до Безликих, то я предоставлю им выбор. Или они освободят меня от Азкааля, или же попрощаются со своей Библиотекой.

— Кирил, не вступай в переговоры с Безликими! — встревожилась Сара. — Они обманут тебя…

Но юноша жестом велел ей замолчать. Пусть о спасении мира пекутся такие как Сара, Кейт, Светлана, сам он хочет лишь вернуть свою жизнь, избавившись от Азкааля.

Сара передала Кириллу Клинок Принуждения. Архангел поведала, что, спустившись в Шио, она обратилась напрямую к аватару Ургаша, поверженному в Эпоху Легенд. Дракон Хаоса когтем нанес удар ей прямо в сердце, но чистейшая магия Света, наполняющая Сару, преобразила ее, и теперь она не являлось ни ангелом, ни демоном. Крылья ее обрели пепельный оттенок, а тело источало энергии Хаоса.

Могущество Света коснулось Ургаша, на кратчайшие мгновения принося покой его мятущейся сущности, но этого стало достаточо, чтобы законы времени оказались попраны и свершилось Второе Затмение, на три года раньше означенного срока.

(Я понимаю когда тьма успокаивает, как было в случае с Асхой и её кошмарами. Но успокаивающий свет? Что, если посвятить кому-то фонариком в лицо, он успокоится? Придирка конечно, но реально, одного архангела оказалось достаточно для того, чтобы, пусть и «на кратчайшее мгновение», успокоить Ургаша, почему Асха его успокоить не могла? Ну и я вообще не понял прорыва хаоса из-за успокоившегося дракона. По идее спокойствие Ургаша должно было отодвинуть затмение, не?)

Порталы в Асхан открылись и в них хлынули орды демонов; Сара же сотворила из когтя Ургаша Клинок Принуждения, позволяющий владельцу своему контролировать разумы демонов.

(И снова, Какого Хрена? Клинком принуждения может воспользоваться даже обычный человек (позже в ЛОРе такой появится), но нам говорят, что Кирилл с одним, пусть достаточно могучим, демоном в душе более могуч, чем меч из когтя Ургаша, способный повеливать вообще любыми демонами. Мне одному это кажется странным?)

Зана не понимала, почему Кирилл сохранил жизнь архангелу, но приняла решение своего повелителя, понимая, что прежде их с Сарой связывали некие глубокие чувства… быть может, связывают и до сих пор.

Покинув подземные пределы, демоническое воинство молодого Грифона ступило на земли благодатной долины в западных пределах Империи Сокола, так же называемой Долиной Теней. По словам Сары, здесь безраздельно правят Безликие, и Кириллу надлежит разыскать и сразить духов Тьмы, пребывающих в окрестностях.

— Они — фокус двеомера заклятия в этой долине, — пояснила архангел. — Ты должен принять сущность их в свое тело, лишь тогда Библиотека станет видима.

(То есть ангелы знали где библиотека и как в неё попасть, но несмотря на своё желание они так и не решились её уничтожить? Ах да, только один конкретный персонаж должен это сделать. Правда непонятно почему именно он)

— А не много ли ему? — усомнилась Зана, с подозрением покосившись на Сару. — В его теле и так уже есть Принц Разрушения.

— Дух его силен, — уверенно отвечала архангел. — Магия Света усилила его на двенадцать поколений.

(Как связан дух и наследственность? Нет есть миры где они действительно связаны, так или иначе, но в таких историях всегда объясняется, что эта связь есть и как она работает. Тут же не совсем понятно, что за хрень происходит. И почему двенадцать поколений? Как бы сейчас считается, что поколения это примерно лет 20, и получается 12 = 240 годам. Как бы ангельский меч был подарен Иштван намного раньше, по официально хронологии 539 лет назад, то есть примерно 25 поколений)

— Кстати, а почему ты привязала ко мне Азкааля? — поинтересовался Кирил. — Почему не какого-нибудь низшего демона? Ведь подобного не предвидел даже Кха-Белех.

— Кха-Белех — самый опасный из встреченных мною демонов, — ответила Сара. — Но он верен Ургашу. Он всем сердцем верит в то, что мир наш должен быть уничтожен. Он не жаждет личной наживы.

(Что ставит под вопрос теорию о том, что Кха-Белех - это инкуб, то есть смертный перерожденный в демона. Обычно такие личности преследуют именно личные мотивы, а не просто "уничтожить всех ради уничтожения)

— Асхан хочет уничтожить и Азкааль, — напомнил Кирил. — Обратить мир в пыль и пепел. Чем устремление это может быть полезно?

— Если ты знаешь, куда направляется индивид… ты лишь должен отправиться туда, чтобы встретить его, — пояснила Сара. — Ты ведь воспользовался этой логикой, чтобы разыскать меня.

— А как ты узнала, что я смогу его контролировать? — поинтересовался Кирилл

— Ангелы не знают наверняка. Они надеются, верят… Мой Кирилл никому не позволил бы уничтожить мир.

(О господи. «Мой Кирилл». Ну и херня с Ангелами, которые ничего не знают наверняка просто прекрасна)

Кирилл занялся поисками духов Тьмы, расправляясь с ними и вбирая в себя их сущности, чувствуя при этом, как разум его становится все менее острым, рассеянным. Неподалеку от городка Морская Гавань Кирилла атаковал губернатор Монтбард Красный Храмовник, назвав Кирила «Безликим» и постановив, что очистит земли эти во славу Эльрата. И когда противник оказался повержен… он возродился и отступил, от подобного зрелища Сара воскликнула в ужасе:

— Это немыслимо! Люди в этой долине служат Безликим, полагая, что служат Эльрату.

Кирилл был изумлен не меньше:

— Незримую Библиотеку охраняют рыцари Священной Империи? Умно придумано, ничего не скажешь.

— За последние четыре столетия я бывала здесь по меньшей мере дюжину раз, — призналась Сара, — но воспоминаний об этом у меня не осталось. Когда покидаешь долину, совершенно забываешь о ней.

— Но как сражаться с иллюзией? — размышлял Кирилл. — Рыцарь не может умереть, потому что не может поверить в это, когда мы убиваем его.

— Подобной силой Безликие не обладают, — задумчиво изрекла Сара, размышляя над противостоянием с Красным Храмовником. — Он применяет магию Света, чтобы возрождать себя. Должно быть, где-то неподалеку находится или жрец, или могущественный артефакт. Если мы сумеем уничтожить его, то завершим этот маскарад.

История Асхана (Герои VI часть 6+DLC)

Атаковав замок Портмейрон, демоны Кирилла захватили в плен Красного Храмовника, но иллюзия, довлеющая над его разумом, оказалась слишком сильна. Кириллу не оставалось ничего другого, как уничтожить возрождавший того артефакт, однако Монтбарду удалось скрыться в сети подземных тоннелей, находящихся под замком.

Войско Кирилла продолжило марш, миновало прибрежные портовые города Бэйворт и Приморский Сорпигаль. Здесь путь ему преградили имперцы под началом Антона Грифона и его сестры, Анастасии.

— Привет, младший брат, — улыбнулся Антон. — Что это за огонь и сера?

(Демонические доспехи и, как выразился сам Кирил, "легионы демонов", тебя не смущают?)

— Я пытаюсь спасти мир, — вздохнул Кирилл и, протянув Антону клинок Поглотитель Душ, продолжил: — Ты можешь оказать мне услугу? Передай меч Уле. Может, она знает какой-нибудь орочий шаманский ритуал, который вернет душу Тогрула Матери-Земле. Для нашей семьи будет небезопасно, если он вновь обретет свободу…

(Только что говорил, что не собирается мир спасать, но уже переобулся)

Кивнув, Антон принял клинок, после чего произнес:

— Я слышал, ты разыскиваешь Незримую Библиотеку?

— Да, но сперва мне нужно избавиться от одного демона, — отвечал Кирилл.

— Если ты собираешься противостоять Безликим, может, он тебе и не помешает, — со всей серьезностью заметил Антон.

Анастасия, кивнув в сторону замершей в отдалении Сары, обратилась к близнецу:

— Кажется мне, ты полюбил ангела. Я думала, ты собираешься убить ее.

— Ну, она строила замыслы, дабы спасти мир, — пожал плечами Кирилл, и Анастасия с грустью улыбнулась:

— Я думаю, что прикончила бы ее в любом случае.

— Может, я так и сделаю, — предположил Кирилл, — но она не имеет отношение ни к смерти нашего отца, ни к твоей. Она просто следовала своему Драконьему Богу и я каким-то образом оказался у нее на пути.

— Будь осторожен, братишка, — предостерегла его Анастасия. — Влюбляться в ангела опасно. У нас ведь нет крыльев.

— Как будто у меня был выбор, — усмехнулся Кирил. — Ты ведь знаешь кредо Грифонов: следуй зову сердца!

— Кирилл, когда ты найдешь эту Библиотеку, помни об одном, — напутствовала брата Анастасия. — Безликие не дают четких ответов, они лишь задают новые вопросы. И ты поймешь, что ответы тебе уже известны.

(М-м… нет, знаете, такой прием повествования действительно существует, называется «вопросы на размышления». То есть вопросы, которые заставляют задуматься и буквально сложить вместе уже известные тебе факты. Вот положа руку на сердце, вы можете честно вспомнить хоть один вопрос из уст Безликого, который заставил вас задуматься и разгадать правильный ответ? Лично я даже подсматривая в предыдущих главах, такого не увидел. Они говорят туманно, не подводя к нужной мысли и не подсказывая верный путь к размышлениям. Можно было бы подумать, что это я просто такой тупой, ничего не понял, но после беседы с Безликими у героев не случается озарений, они не находят ответов, до тех пор пока им прямым текстом не скажут. То есть фраза Анастасии не соответствует действительности, а значит бессмысленна)

Кирилл продолжил поиски духов Тьмы, впитывая их энергию. Мысли его путались, он практически перестал ощущать сущность Азкааля. Наконец, темная энергия явила Кириллу Незримую Библиотеку, пребывающую в центре черного вихря, ограждающего это творение Безликих. Красота этого здания весьма впечатлила Кирилла, и когда приблизился он, врата из темного прозрачного стекла открылись, и двое Безликих пригласили юношу проследовать внутрь. Сами стены здания, казалось, жили собственной жизнью, и пол пребывал в непрерывном движении, будто ступал Кирилл по самой истории сего мира.

— Добро пожаловать, Кирилл Грифон, — обратился к Кириллу Безликий — хранитель библиотеки. — Нас множество… и теперь ты — один из нас. Открой свой разум. Прими своих братьев и сестер. Ты заслужил занять место среди нас. Раздели разум свой со всеми нами. Какое знание ты ищешь?

(Коллективный разум? И присоединиться к нему можно всего лишь приняв в себя энергию тьмы? Мощно. Это такой ответ ангелам? Типа вы сливаете две мертвые души, чтобы воскресить своих братьев (что как бы тоже первейший бред, так как магия света и без того дает возможность воскрешать, а у ангелов это чуть ли не расовая аббилка, и если у вас есть души, почему бы просто не воскресить их? Или на ангелов их же собственная магия не действует?), то мы будем наполнять души смертных тьмой, делая их подобными себе (и это бред, ведь целое королевство эльфов пало во тьму и что-то никто из них не стал частью колективного разума Безликих))

— Я хочу вернуть свою жизнь, — честно отвечал Кирилл. — Я хочу, чтобы имени моего не было в вашей Библиотеке. Я хочу сам творить свою судьбу.

(Как отсутствие имени в библиотеке, хранящей историю мира, связано с творением собственной судьбы? Если хотел стереть свою имя из паутины судьбы, то так бы и сказал, но это тебе к Богине Паучихе)

Библиотекарь кивнул, и в разуме Кирилла прозвучал последний яростный рев Азкааля, ибо сущность демона выжигалась из тела юноши.

(Так просто?)

— Нас множество, и Библиотека — это все мы, — произнес Безликий, когда просьба Кирила оказалась исполнена. — Если ты уничтожишь это место, мы высвободимся и весь Ашан поглотит война. Но здесь мы едины и Равновесие поддерживается.

Кирилл сознавал дилемму, с которой столкнулся, понимая, к каким последствиям может привести уничтожение Незримой Библиотеки, ровно как и ее сохранение. И Кирил совершил то, чего от него не ожидал никто — он телепортировал Незримую Библиотеку из мира смертного, переместив ее в Шио. Теперь это станет его собственным оплотом, его дворцом, где останется он наряду с возлюбленными — архангелом Сарой и суккубом Заной.

(Эх, альфа самец, дворец в аду отгрохал и гарем из Суккубы и Падшего Архангела собрал. Или всего две женщины это еще не гарем? Впрочем не важно, объясните, пожалуйста, почему какие-то левые и малозначительные моменты вы расписываете до занудства подробно, а тут кульминация всей истории персонажа вдруг похожа на пользований клочок туалетной бумаги?)

И когда навестил вернувшегося в Шио юношу Кха-Белех, Кирилл пренебрежительно махнул рукой:

— Пропади они все пропадом. Пусть продолжают свои войны. Вместо того, чтобы принимать одну из сторон, я переместил Библиотеку в Шио. Она не уничтожена, но и не действует боле. Что же до моей жизни — похоже, на зимы я стану оставаться в Шио, а лето проводить на каком-нибудь острове в Нефритовом океане с какой-нибудь из любимых женщин. Вот как я представляю свою судьбу!

(Завидую самой черной завистью. Честно, лично я поступил бы примерно так же, если бы мог, конечно же. И в целом тут даже придираться ни к чему, все это время Кирилл желал лишь одного, избавиться от демона в своей душе, и получив своё он просто послал всех далеко и надолго. Круто, но развитию персонажей и их отношениям можно было уделить и больше внимания. Ту же Сару он то убить хочет, то уже не хочет, то планирует все же убить, а тут снова «любимая женщина»)

— Добро пожаловать, Лорд Демонов Кирилл! — усмехнулся Кха-Белех. — У меня на тебя большие планы.

(А вот услышав такие слова, лично я стал бы вновь войска собирать и брать штурмом уже совсем другой дворец)

В тронном зале Престола Сокола собрался весь цвет Империи — представители герцогских династий, полководцы, духовенство, все те, кто не дал пасть державе, встал на защиту ее в недавнем противостоянии с демонами Шио. От рода Грифона присутствовали четверо — герцог Антон, сестры его Ирина и Анастасия, а также некромантка Свелтана. И когда ступила в зал Императрица Гвендолин, немедленно воцарилась тишина, ибо правительница державы Света обратилась к своим верноподданным:

— Рыцари и священники, ангелы и солдаты, герои! Асхан спасен от вторжения демонов и победа наша окончательна! Но перед тем, как вернемся мы на земли свои, начав восстанавливать родные дома, вновь разжигать очаги, я хочу поздравить всех вас!

Императрица обернулась к замершему по правую руку от неё архангелу Михаилу, ныне названному регентом Империи, сказав:

— И в первую очередь хочу воздать почести Михаилу, чей тактический гений и блестящие полководческие навыки помогли одержать верх над всеми Принцами Шио, вместе взятыми!

Когда бурные аплодисменты стихли, Гвендолин продолжила, обернувшись к представителям рода Грифона:

— И хоть все мои герцогства доказали свою силу, преданность и доблесть в этой страшной войне, я хочу выказать личную благодарность одной из династий… Антон, герцог Грифон, ты и твоя семья заплатили страшную цену, чтобы добиться этой победы. Я буду всех вас рада видеть за своим столом и всегда стану помнить о своем долге перед вами.

(Вот так и меняются фавориты. Жаль только, что всё опять крутится исключительно вокруг героев. Императрица даже не вспомнила про Ирину, которая защищала восточные рубежи и герцогство Волка. В одном из DLC упоминается ситуация в герцогствах Единорога и Гончей, но мимоходом. В герцогствах Быка и Оленя, кажется вообще не было вторжения демонов)

Императрица продолжала речь, но архангел Михаил незаметно для остальных отошел в сторонку. Нахмурившись, воззрился он на балкон, ощущение Тьмы знаменовало появление на празднестве служительницы Малассы. Драконий Рыцарь Кейт стояла вдалеке ото всех, на балюстраде. Приблизившись к женщине, архангел хмуро поинтересовался:

— Пришла поучаствовать? Ведь наверняка ты горда своими детьми.

— Весьма горда и весьма впечатлена, — согласилась Кейт.

— Но они думают, что война закончена, — со значением произнес Михаил, внимательно следя за реакцией собеседницы.

— Именно, — ответила та. — Дай им насладиться победой и немного передохнуть.

— Об этом не может быть и речи, — отрезал архангел. — Так называемая «победа» слишком легка. Они сражались в недолгой войне с очевидным противником. Но есть и иные войны, и противники, отказывающиеся показаться на глаза.

(Легкая победа - это когда у вас умер предыдущий император, несколько благородных фамилий и бесчисленное количество обычных солдат. Я не совсем понимаю, в чем заключается так воспеваемый сценаристами тактический гений Михаила? Он же ведет себя как неадекватный придурок, который уже много потерял и собирается рискнуть всем оставшимся)

— Это не наша война, а лишь твоя, — процедила Кейт.

— Но ты избрала, к какой из сторон примкнуть, — уверенно заявил Михаил. — И ты не на моей стороне. Ты идешь во Тьме. Ты отринула Эльрата.

— Меня отвратили от него ты и твои сородичи, Михаил, — честно отвечала женщина. — Я не искала Малассу по собственной воле.

— Тогда возвращайся в свои тени и наслаждайся ими, пока есть такая возможность! — в гневе прошипел архангел. — Я призову свои легионы и наш ослепительный Свет изгонит твою коварную Тьму… раз и навсегда!

(А как же «лишь хаос может победить тьму»? Откуда такая непоследовательность?)

— Я бы предпочла мир Тьмы, — призналась Кейт, — миру, где лишь ты держишь единственный факел.

Драконий Рыцарь отступила в тени, растворившись в них, а Михаил вернулся в зал, и как раз вовремя: Императрица обратилась к нему с просьбой вознесения молитвы Эльрату! Ступив в центр тронного зала и обернувшись к присутствующим, регент Империи произнес:

— Эльрат! Дракон Света! Прими нашу благодарность. Ты принес нам победу. Славу и возможность искупить наши слабости! Война с Хаосом завершилась нашей победой, но мы должны оставаться настороже! Среди руин наших городов появляются тени. Безликие восстают… и они не остановятся, пока не погаснут все огни в наших домах. Поэтому я призываю вас нести Свет и огни в их тайные укрывища и стереть следы присутствия их с наших земель!

(Херня из под коня. Безликих видело два с половиной персонажа, и какой-то "угрозы" от них не было видно. К тому же только что закончилась одна война, сменилась власть и новая королева тут же избрала себе в фавориты род Грифона, который был в опале у предыдущего императора. В этой ситуации нужно было укреплять скрепы и переделывать власть, но Михаил видит только свою тупую и бессмысленную борьбу.

И это можно было бы понять. Всё же для него война Света и Тьмы была чуть ли не вчера. Но меня бесит, что его поддержали люди)

Многие ответили за зов архангела Михаила, но Драконий Рыцарь Кейт не медлила. Осознав, что одержимость возрожденного полководца может привести к продолжению Войны Древних, она сплотила за собою множество доблестных воинов, приведя их в небесный город — средоточие силы Михаила и его обиталище.

— Мы все знаем, что Михаил собирается возродить ангелов, павших в Войне Старейших, — обратилась Драконий Рыцарь к своим сподвижникам, и, указав на виднеющееся вдалеке величественное здание, продолжила: Это — Зал Воспоминаний… именно здесь находятся души мертвых ангелов. Мы должны даровать им свободу, дабы отошли они к Асхе… в противном случае Равновесие окажется нарушено.

(Вот так лежали себе души, лежали, сотни лет не угрожая никакому равновесию, а тут нате вам, вот прямо сейчас угрожают. Сказали бы уже прямо, что хотите лишить врага подкрепления. Или это такая попытка подчеркнуть, что мы вообще-то за добро играем?)

И герои, покинув гору Солнечного Пера, устремились к сердцу небесного града, где встретили их армии ангелов и имперцев, вставших на защиту святыни. Но все же пали они, и воины Кейт захватили Зал Воспоминаний.

— Я могу даровать свободу заточенным здесь душам, но это требует проведения длительного и сложного ритуала, — сказала Драконий Рыцарь, обращаясь к своим сподвижникам. — Я должна освобождать души одну за другой, произнося их имена и поминая свершения… Это займет несколько дней, возможно — неделю. Возможно, я расстанусь с жизнью по завершении сего ритуала. Но не допустите, чтобы он оказался прерван!

Герои встали на защиту Зала Воспоминаний, а Кейт приступила к проведению колдовского ритуала.

— Асха, внемли мне! — возвестила она, творя двеомер заклятия. — Освободи эти ангельские души, прими их, дабы очистились они от болезненных воспоминаний и возродились вновь!.. Аврора, мать Михаила… мать Уриэля… ты была великой целительницей… пришло время тебе отойти в мир иной. Гамадриэль, сын Сириэль… ты сражался…

(Интересно, откуда она знает имена и свершения всех мертвых ангелов, голоса в голове нашептали? Так Антону они ничего такого не говорили, он даже не подозревал, что это ангелы, до определенного момента)

Так проходили дни; Кейт вершила ритуал, в то время как чемпионы ее отражали атаки ангелов. Наконец, ритуал оказался завершен… и в тот же час к Залу Воспоминаний подошло воинство ангелов под началом самого Михаила.

— Заблудшее дитя! — загремел тот, обращаясь к изможденной Кейт. — Я пытался отвратить тебя от этого безумия и угрожая, и взывая к разуму! Но ты решила умереть. Что ж, пусть будет так. Ибо ты обрекла Асхан на уничтожение! Ты позволишь Безликим покрыть тенью весь мир!

— Равновесие нарушил ты, — возразила служительница Малассы. — Ты презрел Сумеречное Соглашение. Ты разводил людей, как породистых псов! Ты воспользовался моими детьми в собственных целях!

— Нашими вместилищами были верные последователи Эльрата, и души наши они принимали по доброй воле! — молвил архангел, отметая обвинения, но Кейт была непреклонна, указав Михаилу на своих последователей: — Посмотри, к чему привела твоя глупость. Безликие обрели новых союзников и наделили их толикой своих сущностей.

В последовавшем эпическом противостоянии героев Света и Тьмы победа осталась за последними; архангел Михаил был повержен, но и Кейт рассталась с жизнью, истощенная многодневным колдовским ритуалом. Ее похоронили в фамильном склепе подле супруга, герцога Вячеслава. На церемонии присутствовали как ее дети, так и Светлана, произнесшая последние слова, дабы отпустить душу покойной воительницы.

— Кейт, герцогиня Грифон, супруга Вячеслава и Драконий Рыцарь Малассы, — произнесла Верховная жрица. — Мы пришли, дабы похоронить тебя в гробнице предков. Но сегодня мы чтим тебя не как доблестного представителя династии Грифонов, стоящей на страже Асхана, но как мать, воспитавшую замечательных детей — которые продолжат твою битву теперь, после твоего ухода. Ты во всем следовала зову своего сердца… так о тебе и станут вспоминать.

(А хер вам. Кейт и её дети фактически восстали против Империи и сражались против Михаила и имперской армии. К тому же в империи, где весь бомонд поддержал Михаила, быть поклонником Тьмы не модно. Понятно, что у откровенно тупых (а по другому я не могу сказать) сценаристов всё это останется без последствий, но по логике, в империи про Кейт доброго слова никто не скажет)

А в глубинной Бездне — обители Безликих — темный эльф обращался к Йоргену с предложением, на которое тот — к великому своему сожалению — не мог ответить согласием.

— Мы готовы, — говорил Безликий. — Но наши руки связаны Сумеречным Соглашением. Мы не смеем выступать против воли Малассы.

— Но мои-то не связаны, — возражал его собеседник. — Мой народ оставила Силанна, наша Драконья Богиня. Мы были вынуждены принять вашу защиту из-за жадности Императора Лиама Сокола и предательства наших эльфийских собратьев.

— И все же мы не можем развязывать войну, — стоял на своем Йорген. — Мы не смеем нарушать Равновесие…

— Тогда мы поступим по собственному усмотрению, — твердо произнес темный эльф. — Мы останемся верны служению Малассе, которая приняла нас тогда, когда оные Драконьи Боги отвернулись. И мы оставим свой след в этом мире… это столь же верно, как и то, что имя мое — Рейлаг!

(На этой ноте я заканчиваю историю оригинальных Героев шесть. Сторонниками Кейт названы дети Вячеслава, ибо в последней компании вы выбираете одного из героев других компаний и их спутников.

Что в целом можно сказать о Шестых Героях? Больше всего это похоже на силача, что пообещал превзойти рекорд мира по поднятию тяжестей, взялся за штангу и обосрался, буквально. Вот вроде и забавно, а все же по большей части мерзко. На мой взгляд это вся суть оригинальных Героев шесть.

Причем я касаюсь исключительно сюжета, в механиках там тоже хватает спорных моментов, но это уже вкусовщина, кому что нравится. Касательно же сюжета, очень много дыр и недосказанности. Откровенные ляпы, нудное растягивание каких-то проходных моментов и скомканный показ действительно знаковых и интересных событий. Множество попыток вплести какую-то неопределенность и неоднозначность, которые в итоге выглядят глупо и даже убого.

Персонажи тоже достойны отдельного упоминания. Сандор просто глупец, который чего-то хочет, что-то делает, но понять чего же он хочет и зачем он это делает, решительно невозможно. Ирина и Антон ведомые, они просто делают то, что им скажут, у Антона иногда случаются проблески, но редко, Ирина и тем не блещет. Анастасия в каждой бочке затычка, вроде и есть глобальная цель, но вся компания это серия мини квестов от кучи левых персонажей. Кирилл, выглядит выгодно на фоне своих родственников, и действительно преследует свою цель, но концовку его истории откровенно слили, столько борьбы чтобы какой-то хрен из библиотеки просто пальцами для тебя щелкнул, это даже не смешно.

Ну и конечно же неожиданные откровения. Куча раз персонажи приходили к нужным сценаристам выводам совершенно непонятным путём)

Давайте же перейдем к дополнениям. В конце концов, Крэг Хак покинул орков и в 552 нанялся на службу в гильдию торговцев Хаммерфолла, где научился управлять кораблём и ставить паруса. Поскольку Хаммерфолл не вёл войн на суше, Крэг Хак стал корсаром и защищал корабли гильдии от пиратов.

По иронии судьбы его тяга к свободе, богатству и сражениям вскоре привела к тому, что он сам стал пиратом. Во время одной из вылазок Крэг Хак захватил эльфийский фрегат, который ему очень понравился, и назвал его «Возмездие». Этот поступок открыл ему дорогу в Совет Пиратов Дикого моря, хотя капитану быстро надоела так называемая пиратская демократия — он предпочитал действия болтовне.

Со времени завершения Второго Затмения (События Героев 6) минул год. В 565 году в Диком Море случилось несколько загадочных штормов, в которых исчезли корабли. Конечно, само по себе это неудивительно, уж слишком опасны воды в этих пределах, но в прибрежных тавернах витали упорные слухи о том, что за происходящим стоит нечто весьма загадочное.

Совет Пиратов принял решение обратиться за помощью к Крэгу Хаку — наемнику, варвару и пирату. Совет Пиратов, в который входили Кемаль, Цуан, дворф Хилбарт Сера, морская эльфийка Сиэль и орк Улаган, призвал Крэга Хака, прося того дознаться до истины о природе таинственных штормов. Ходят слухи, что в час лютой непогоды над морем видели огромную птицу — возможно, громовую птицу. Упоминание о последнем подобном создании относится к эпохе капитана Рахмы — последнего Короля Пиратов, деда Кемаля, который лично позаботился об искоренении популяции громовых птиц на Диких Островах. Обещая Крэгу Хаку достойное вознаграждение, пираты просили его проверить, верны ли слухи о том, что громовая птица устроила гнездовье у Барьера Рифов, навигация в водах у которого была чрезвычайно сложна.

Оставив свой корабль, «Возмездие», на границе Барьера Рифов, Крэг Хак и команда его ступили на один из островков; как знать, в надежде, что местные поселенцы смогут побольше рассказать о мистической птице.

Этот клочок земли населяли орки, называя его Островом Черепахи — наверняка отдавая дань легенде, бытующей в Семи Городах, об острове, дрейфующем в океанах Асхана, месте где бывшие невольники обретают свободу. Орки поведали Крэгу Хаку, что в центре Барьера Рифов находится скала, над которой постоянно сгущаются тучи и сверкают молнии. Островитяне называют ее Громовым Пиком, и если птица действительно существует, то наверняка находится именно там. Также они поведали о пожилом чародее, проживающем в пещере неподалеку, от которого все стараются держаться подальше.

Устремившись в означенном направлении, Крэг Хак отыскал помянутого старика — волшебника Фалагара, сына Алагара, внука Агара, чье судно некогда потерпело крушение в прибрежных водах. Легендарный Агар, предок Фалагара, был одним из основателей Дома Химеры, и создал несколько рас зверолюдей, в том числе минотавров, акулолюдей и ящеролюдей.

Одиночество практически свело беднягу с ума, но о спасителе своем, разорившем Портсмит и Бэйворт, он был наслышан. Пирату он рассказал, что является одним из Алых Колдунов Аль-Рубита, и направлялся в имперскую колонию Картал в качестве посланника Семи Городов, и корабль его выбросило на рифы по вине птицы рух, которую так же называют «громовой птицей». На самом деле, создание это — один из величайших стихийных духов воздуха.

Фалагар обещал помочь Крэгу Хаку в поисках птицы рухх, однако за время, проведенное на острове, позабыл большинство заклинаний, которыми некогда владел. Тяжело вздохнув, пират отправился на поиски книги заклинаний чародея, обнаружив ее у рифов, где некогда судно того потерпело крушение.

(Хочется материться. Мало того, что это гребенная миссия по сбору «ключа» к следующей миссии, а значит нам снова растягивают гемплей, так еще и подано это откровенно убого. Колдун позабывший многие свои заклинания? Возможно, хотя и маловероятно, если ты постоянно чем-то пользуешься, это просто от зубов отскакивает, но допустим. А вот колдун, который много лет назад потерял свою книгу заклинаний, и не только не вернул её, но даже не попытался восстановить по памяти? Какого Хрена? Можно было бы также придраться к материалу, из которого сделана книга, и чернилам которыми она была написана, так как далеко не все выдержит хранение на открытом влажном и соленном воздухе, но сойдемся на том, что книга заклинаний была очень хорошо зачарована)

Благодарный Фалагар погрузился в транс, направив сущность свою в Мир Духов, где поинтересовался у стихийных созданий, возможно ли достичь Громового Пика. Духи огня рассказали чародею, что большинство островов Дикого Моря были некогда вулканами, и их связывают подземные тоннели. Один из них должен находиться на западном острове, но там же находится гарнизон имперцев — охотников на пиратов.

(Как удобно. Нет правда, просто одни рояль в кустах поверх второго стоит. Давайте по порядку. Мага, который на раз два в мир духов смотался я даже трогать не буду, надоели уже. Подземелья созданные сетью вулканов, это вообще как? Что-то вроде: «духи огня любили играть в прятки с духами земли и для этого совместными усилиями они создали подземный лабиринт, но бросили его так как духи земли всегда выигрывали»? Что-то тупее придумать будет сложно. И, наконец, гарнизон имперцев — охотников на пиратов. Опять же, нам тупо дают врага, с которым мы могли бы пободаться лишние часик-два, прежде чем пойдем дальше по сюжету. И я бы не придирался к подобному моменту, все же мы тут в Героев играем, а не в текстовый квест, но откуда такая халтура? Вы реально впихнули имперский гарнизон черт знает куда, а это на минуточку не просто далеко от границы или торговых путей, это реальная жопа мира, куда даже пираты соваться опасаются. При всем при этом, пираты туда все же суются (допустим чтобы переждать погоню или на базу, хотя об этом пока не слова не было), туда же засылают имперский гарнизон (каких денег это стоило я боюсь даже думать) и там же находится племя орков.

Почему орки никак не контактируют с имперцами, не понятно. Почему Империя, после колоссальных потерь в процессе вторжения демонов и гражданской войны против Михаила, распыляет силы на каких-то пиратов? А я напомню, после событий Героев шесть прошел всего год

Вот честно, создайте вы конфликт с орками, типа у них там священная земля, место где хоронят великих воинов и заставите Крэг Хака воевать против тех, кто радушно его принял и помог ему. Это дало бы такую долю неопределенности и моральности, особенно если бы нам дали бы хотя бы чисто символический выбор: «Быть полной сволочью и получить некие бонусы или быть совестливой тварью и нанести недавним союзникам минимальный урон» и эта миссия заслужила бы моих аплодисментов. Можно было бы впихнуть туда демонопоклонников, которые досаждали бы оркам, а наш герой всех бы спас, и это было бы просто хорошо. В конце концов можно было бы впихнуть туда каких-нибудь нейтральных монстров и это просто не вызвало бы никакого негатива. Вот вам с ходу три способа сделать лучше, так почему у вас так хреново?)

Как оказалось, верховодил имперцами Джон Морган, воспитанник барона Руфуса, которому Крэг Хак в прошлом порядочно насолил. Но даже Фалагар заметил безошибочное сходство в чертах пирата и имперца. Джон с горечью признал, что Крэг Хак — его отец, бросивший свою любовницу. Пират попытался объяснить, что любил его мать, Энн «Огонек» Морган, однако был молод и глуп, и не мог противиться жажде приключений. И что же теперь, спрашивал Крэг, сын пришел, дабы отомстить ему? Джон хмыкнул: он прибыл на Дикие Острова по главе имперского контингента, дабы расследовать странные исчезновения кораблей, и помыслить не мог, что повстречает дорогого папочку. Крэг Хак советовал отпрыску как можно скорее покинуть эти пределы, ибо иные пираты окажутся далеко не столь милосердны с имперцами, как он сам.

(Серьезно, сын? Вы нагородили этой херни ради того, чтобы ввести в историю избитую тему отцов и детей? Других способов придумать не смогли? Давайте я подскажу: Крэг Хак долгое время жил с орками, и в местном племени он мог встретить своего сына-полуорка. Видите, все тоже самое, но логично.

И поясните мне, пожалуйста, один момент: Дикое Море, где все и происходит, де-юре ничейная территория, где очень опасно. Исчезновения там кораблей пиратов не удивило, их насторожили слухи о громовой птице, так? Тогда какого хрена там делают имперцы? Духи назвали их охотниками на пиратов, сами имперцы заявляют, что исследуют исчезновения кораблей, но ведь корабли там постоянно исчезают. Я запутался)

Джон, однако, предостережению не внял, отступил на недавно возведенную на острове заставу, названную в честь Императора Лиама Сокола, павшего от руки Принца Шио в час Второго Затмения.

(Я надеюсь, что «час Второго Затмения» — это оговорка. Мы несколько глав разбирали события этого «часа». Если по задумке сценаристов оно реально в один час времени умещается, то нахер эту жизнь, им пора лечиться)

Сокрушив оплот охотников на пиратов, варвары Крэга Хака продолжили путь к потухшему вулкану, высящемуся в центре острова, в кратере которого теперь находилось озерцо — место, почитаемое священным орками Диких Островов.

Здесь пират и его отряд обнаружили подземные тоннели, с помощью которого сумели достичь Громового Пика, где сразились с гигантской птицей рух. И когда та оказалась повержена, то обратилась в миниатюрную громовую птицу, принявшуюся виться вокруг обескураженного Крэга Хака.

Неожиданно отряд пирата окружили наги, ведомые медузой. Волшебство их погрузила варваров в беспамятство и, придя в себя много позже, Крэг Хак и Фалагар обнаружили, что находятся в храме наг на дне морском.

Химико — медуза, пленившая пирата и чародея, — призналась, что именно она наряду с сородичами ответственна за призыв в мир громовой птицы, однако культ их не имеет отношения к Империи Лотоса и воле Вечной Императрицы, так как следует истинной воле глубин — разрушительному аспекту Шалассы, называемый Крушителем, который говорит: то, что было рождено морем, должно вернуться в море. Поэтому медуза и иные культисты продолжают воплощать в жизнь свой великий замысел, призыв птицы рух был лишь пробным испытанием, ныне же они воззовут к величайшему из стихийных духов, и гнев Крушителя обрушится на побережье Таллана. Пленников же Химико намеревалась принести в жертву, чтобы их кровь усилила двеомер заклинания, творимого при проведении ритуала.

Крэг Хак, однако, отказывался покорно ждать смерти, поэтому объявил Фалагару, что намерен немедленно отыскать способ покинуть подводный оплот культистов. Атаковав стражей-наг, они вызволили из заточения примкнувших к пирату варваров, после чего разыскали магический водоворот, посредством которого выбрались на поверхность, добрались до одного из Диких Островов — Кодибио, где вновь повстречали Джона Моргана.

(Как заметил один из читателей, идея секты, проповедующей не ортодоксальное аспекты своих богов очень интересная. Некроманты являются такой сектой, вот медузы появились, которые, опять же серьезно отличались от обычных наг, больше всего напоминая Медузу Горгону. То есть поклонение некому аспекту бога не является пустяком, оно реально влияет на смертное существо, вызывая мутации, что сразу же создает логическую дыру. Как изменились люди, что променяли бога ветров на бога света? Тут вам не просто иной аспект, тут принципиально другой бог, так где мутации и изменения?)

Последний известил непутевого родителя о том, что наги атаковали окрестные острова, и теперь осаждают селения, сжигая пиратские корабли. Кроме того, похоже, пробуждается Великий Котел — древний подводный вулкан.

— Джон, немедленно возвращайся в Бэйворт, — встревожился Крэг Хак. — Предупреди Руфуса…

— Барон Руфус… — начал было Джон, но, осекшись, тяжело вздохнул: — Ты помнишь, как много лет назад осадил Бэйворт? Как насмехался над его доблестью? В час Затмения демонический Принц Боли возглавлял армии Шио, бесчинствующие на землях герцогств Серого Пса и Единорога. И когда орда устремилась к Бэйворту, барон Руфус отослал своих людей и сошелся с демонами на поле брани. Он погиб, но успел размозжить голову Принцу Демонов боевым молотом. Он умер, как герой, но благодаря тебе его всегда будут помнить как труса.

(С хера ли? Отчего насмешки какого-то варвара в принципе должны были дать рыцарю репутацию труса? И почему героизм не исправил эту репутацию. Ну и интересный момент: герцогства единорого и пса находились на западе империи, и долина теней, где Кирил нашел Незримую Библиотеку, тоже на западе империи была. И что-то там мы не видели никаких вражеских демонов, а в армии Кирила левых принцев не было. Интересно, сценаристы карту Асхана вообще хоть раз видели?)

Варвар признал: да, он — самовлюбленная сволочь, ибо все эти годы даже не подозревал о том, что у него есть сын, и, в отличие от барона, не стал ему настоящим отцом, но сейчас он собирался спасти тысячи невинных, населяющих Дикие Острова, от безумных культистов-наг.

Перво-наперво Крэг Хак намеревался известить о вторжении Совет Пиратов, поэтому, покинув Кодибио, наряду с Фалагаром устремился на западный остров, находилась на котором столица пиратской братии — славный город Либерталия. Имперцы никак не могли определить его местонахождение, что неудивительно: пираты каждый год перемещали столицу с одного острова на другой.

(Стелс Флот? Как можно перевезти целый город незаметно? И где они его прячут, в трюмах своего Стелс Флота? Просто я не представляю как можно пройти мимо целого города, вокруг которого еще и куча кораблей пасется и все это на фоне гарнизонов империи. Но самое забавное, что столица пиратов оказалась в том самом Диком море, где периодически пропадают корабли и где гуляют слухи о громовой птице. Сложно было дополнительную локацию придумать?)

Прибыв в Либерталию, Крэг Хак предстал пред Советом Пиратов, сообщив о том, что проблему с громовой птицей решил, однако последовавшее нашествие наг, входящих в Культ Крушителя, застало обитателей Диких Островов врасплох. К тому же Хилбарт Сера бесследно исчез (возможно, занявшись исследованием пробудившегося вулкана), а прекрасная Сиэль томится в плену у наг. Пираты сломлены и деморализованы, и каждый стремится спасти свою шкуру. Цуан заметила, что последуют они лишь за Королем Пиратов, и почему бы Крэгу Хаку не попытаться выступить в сей роли?

(М-м... вот когда не надо, битвы со своими пихаются на каждом шагу. А вот в момент, когда грызня за власть кажется логичным и даже ожидаемым шагом, нам просто говорят: «а давай ты будешь главным»)

Прежнего короля, Рахму, прикончил воитель-нага Кайшин — тот самый, кто теперь руководит вторжением на Дикие Острова. Есть шанс, что убийца предыдущего короля знает, где находится утраченный меч Короля Пиратов, символ власти.

(Нахрена пиратам символ власти? Почему его не нашли или не заменили раньше? Почему, если была практика короля пиратов, то никто до сих пор не попытался занять это место? Хотел бы я получить ответ хотя бы на один из этих вопросов)

В одной из захваченных нагами крепостей Крэг Хак вызволил из заточения Сиэль, морскую эльфийку, заседающую в Совете Пиратов. Прежде ее народ принадлежал к Империи Шантири, сейчас же — странствует по морям и океанам Асхана. Когда-то буря разбила корабль родного клана Сиэль, и девушку от гибели спасли наги Империи Лотоса, которых она теперь считает своей второй семьей.

(Морские эльфы ещё будут упоминаться в последующих частях. И было упоминание в пятой части. Они поклоняются не только богине всех эльфов, дракону земли Силанне, но и дракону воды Шалассе. Как и в случае с людьми иной бог не принес никаких мутаций. Похоже мутируют в мире героев только наги. Не понятно так же, почему морские эльфы называются осколком империи Шантири (вообще-то все расы были осколками этой империи), а не каким-нибудь кланом или королевством эльфов? Ну и когда мы говорим в целом про эльфов, то морские их собратья почти не мелькают в истории народа. Очень странно)

Сокрушив на соседнем островке твердыню, за стенами которой укрывалось воинство наг, ведомое Кайшином, Крэг Хак не обнаружил клинок Рахмы во владении приспешника медузы Химико. Возможно реликвия хранится в стенах подводного храма, оплота культистов.

Здесь же, на занятом нагами острове, пират отыскал ступени, уходящие в земные недра, что приведшие его прямиком в подводный храм. Действительно, в одном из его чертогов Крэг Хак отыскал клинок Рахмы.

(Чтобы выбраться из подводного храма воспользовались волшебным водоворотом, а чтобы войти спустились в подземелье. У вас там что, как в анекдоте: "тут вход, а там выход, смотри не перепутай"?)

Подоспевший Фалагар сообщил новоявленному Королю Пиратов, что, похоже, разгадал замысел медузы, но чтобы противостоять творимому ею ритуалу, чародею необходима магия морских эльфов, одного из кланов Империи Шантири, ныне же — морских странников, поклоняющихся как Силанне, так и Шалассе.

(Как удобно, нет вот правда, фортануло, так фортануло)

К счастью, Сиэль оставалась с ними, и Фалагар поведал, что Химико открыла несколько порталов на Стихийные Планы бытия близ Великого Котла. И теперь медуза направляет стихийные энергетические потоки в кратер, впервые за долгие столетия вулкан пробудился, и последствия этого могут быть самыми катастрофическими. Крэг хмыкнул: действительно, его старый приятель Хилбарт Сера согласился бы с этим утверждением, ибо всю жизнь изучал влияние огненной стихии на водную. Надо отметить, что этот почтенный гном из клана Сильного Молота, будучи пиратом, тратил награбленные барыши на эксперименты, и сумел построить первый и единственный в Асхане паровой корабль, который окрестил «Пламенным сердцем». С тех пор Хилбарт частенько отправлялся на поиски приключений наряду с Крэгом Хаком, или же сражался со своим ненавистным врагом, нагой Уминори.

(Эх, где мой паропанк в стиле Героев? Вообще гном ученый, это клише, но так как в Асхане гномы стандартные фэнтезийные, то подобный гном смотрится даже оригинально на фоне собратьев, даже жаль, что ему и его изысканиям посвятили просто преступно мало времени)

И если Химико продолжит оказывать подобное «давление» на стихийные потоки, вулкан не просто начнет извергаться, он взорвется, и вместе с Великим Котлом будет уничтожен архипелаг Диких Островов, а гигантская приливная волна захлестнет западное побережье Таллана. Обратившись к Сиэль, Фалагар отметил, что им надлежит взять под контроль открытые медузой порталы на Стихийные Планы и направить их энергии в другое русло. Однако для стихийных энергий им необходимо физическое вместилище, и чародей припомнил, что морские эльфы обладают способностью направлять магию через древесные семена.

(Опять, опять дебильная ситуация, в которой рояль в кустах создается на пустом месте. Ну используйте вы какой-нибудь артефакт в качестве фокуса. Сразитесь с медузой в мире духов. Что угодно, но не вводите "особенного" персонажа, который "совершенно случайно" оказался под рукой. Зачем на каждом шагу подчеркивать исключительность героев или обстоятельств? Что это даёт, кроме раздражения игроков? Ну и чисто между нами, по моему любые эльфийский друид может управлять растениями и древесными семенами, а не только морские эльфы)

Разыскав в сопредельных землях священные семена, трое — Крэг Хак, Фалагар и Сиэль — ступили на склоны огромного вулкана, Великого Котла. Здесь армия Короля Пиратов схватились с ордой культистов-наг, в то время как чародей и морская эльфийка творили волшебство у порталов в Стихийные Планы, заключая их энергию в древесные семена.

Отчаявшись, Химико приказала последователям своим покончить с пиратами, но варвары Крэга Хака одержали верх над нагами, а Король Пиратов прикончил злокозненную медузу. Ритуал Химико, оказался прерван, и извержения Великого Котла не случилось, а на склонах вулкана возвышались деревья, напиленные магических энергий стихий.

Джон Морган, дожидавшийся возвращения Короля Пиратов в Либерталии, поздравил Крэга с одержанной великой победой, признав, что отец его не так уж плох, к тому же, скоро станет дедом, ибо Джон сочетался законным браком с дочерью барона Руфуса, нынешней правительницей Бэйворта. Поэтому молодой человек собирался как можно скорее покинуть Дикие Острова, вернувшись к любимой супруге.

(Два вопроса: как имперский офицер отыскал якобы секретный город пиратов? И нафига вы вообще его вводили, если он по сути вообще не имеет сюжетного веса?)

Прощался с Крэгом и Фалагар. Не ведая, продолжит ли путь в Картал, чародей намеревался разыскать свою дочь, Зулейку, которая после размолвки с отцом, случившейся несколько лет назад, устремилась на восток, до Фалагара доходили слухи, что она сражалась с демонами в Водопаде Молота, а затем — и в Нефритовом океане.

(Естественно это никак не мелькало в основной истории, фракции магов же там не было. Ну и в биографии самой Зулейки тоже ноль упоминаний о том, что она ветеран войны с демонами)

Самому же Крэгу Хаку придется решить иной неотложный вопрос: как ему следует поступить с собственным Пиратским Королевством?

(Так закончилось DLC Пираты Дикого Моря. В завершении этой компании мне хочется только спросить: на фига? Нет, понятно, что ради бабла, но зачем выдумывать такой высер, и платить деньги сценаристам? Да сделайте вы ремастер какой-нибудь старой компании на движке новой части. Единственное чём мне понравилось DLC - это намек на парапанк гнома, жаль, что тему никак не развили)

История Асхана (Герои VI DLC часть 2)

Дальше у нас откровенно странная ситуация. До этого история Героев поддавалась достаточно строгой хронологии. Были расхождения в источниках, когда в одном месте так, а в другом иначе, но все же некая хронология была. Но в оставшихся двух DLC стоят откровенно не правильные даты.

События кампании за Сандро (Пляска Смерти) происходят в 565 год СД, якобы десятилетия спустя после событий кампании за темных эльфов (Грани Тьмы). В свою очередь кампания темных эльфов происходит некоторое время, как минимум несколько лет, после Дня Огненных Слез, трагедии произошедшей в 566 году. То есть хронологически все идет так: День Огненных Слез, пара лет, Грани Тьмы, пара десятков лет, Пляска смерти. Но по датам Пляска Смерти происходит на год раньше чем День Огненных Слез.

Я буду рассматривать эти события отталкиваясь от того, что в 566 году, произошла трагедия в эльфийской лесу, и все последующие события идут от этого. Для удобства я не буду упоминать другие даты, их все равно мало и в общую историю они не вписываются. Уже в следующей главе я надеюсь вернуться к адекватной хронологии и точному летоисчислению.

В 566 году в Ироллане случился День Огненных Слез, когда страшный пожар уничтожил эльфийскую столицу. В огне погибли Король Арниэль и многие его приближенные. И что самое страшное — огонь обратил в пепел Бриттигу, Мать Древ, священный символ эльфийского народа. В случившемся поспешили обвинить темных эльфов.

Ваниэль, сын погибшего Арниэля, предложил Туидхане выбор: изгнание или смерть. На одну неделю он обещал сдержать своих подданных, жаждущих мести, после чего лично возглавит армии Ироллана, что выступит на земли державы темных эльфов и казнит всех без исключения представителей этой расы.

Большинство темных эльфов предпочли изгнание, и, ведомые детьми Туидханы и провожатыми-Безликими, ушли на восток, осев в подземных пещерах на границах владений дварфов, оставшихся казнили. В числе последних оказалась и Туидхана, отказавшаяся покинуть свои земли, она погибла как королева и как мученица. Место, где находилась Бритигга, было стерто со всех карт, и по сей день ни один эльф не приближается к нему. Новая Мать Древ посажена в глубинах эльфийских лесов, но ни один эльф не говорит об этом древе иноземцам.

Два годя спустя со Дня Огненных Слез и смерти Туидханы, изгнанники — темные эльфы — все еще пребывали в поисках места, которое смогут назвать домом. Лесные сородичи преследовали и безжалостно расправлялись с ними, обвиняя в уничтожении Священного Древа и убийстве Высокого Короля. Эруина, лидер общины темных эльфов и дочь Туидханы, надеялась найти пристанище на Острове Дальних Ветров, и обратилась с предложением о союзе к Рутгеру, вождю местного людского селения. Однако тот отправил весть эльфам, своим давним союзникам, сообщив, где скрываются их темные собратья. Из Ироллана вышел флот, ведомый эльфийским героем Таланаром. Кроме того, дополнительные проблемы Эруине создавал и Синитар, амбициозный и опасный темный эльф. По слухам, общение с призрачными драконами довело его до безумия и теперь он всерьез решил бросить вызов правлению Эруины.

Устранив перво-наперво своего не в меру зарвавшегося сородича и членов его клана, Эруина нанесла удар по селению предателя Рутгера, а после уничтожила подошедший к острову флот Таланара.

(В карательном походе на темных эльфов можно поучаствовать в одиночной сюжетной миссии в Героях 5. Хотя события миссии несколько отличаются от официального ЛОРа)

Одновременно с борьбой Эруины за Остров Дальних Ветров писалась история еще одного эльфа. В ночном шторме потерпел кораблекрушение один из кораблей шалданов — морских эльфов, — на борту которого находился юноша по имени Вислот. Он был старшим сыном знаменитого героя, Осрат-Ильраэна, желавшего, чтобы Вислот стал его преемником — капитаном судна. Молодого эльфа же подобная перспектива нисколько не прельщала.

Вислот стал единственным выжившим в кораблекрушении, и несколько дней провел в открытом море без пресной воды и пищи. Но однажды волны прибили его к острову, и первым, кого увидел Вислот, был единорог, мирно пасшийся в тени деревьев. Волшебное животное предложило эльфу свою помощь, позволив оседлать себя, и повезло эльфа в глубь острова. Затем Вислот заметил стадо сумеречных оленей, бредущих по лесу. Те также как будто приглашали эльфа следовать за собой, и он подчинился воле животных.

Восседающего верхом на единороге Вислота, олени привели на небольшую поляну в лесу. Здесь феи и духи танцевали вокруг камня, наполовину заросшего мхом и травой. Вислот немало знал об обычаях эльфов, живущих на суше, и понял, что зрит камень, отмечающий драконью жилу; стало быть, под землей течет драконья кровь, источник всей магии. И если на этом острове и есть иные эльфы, то их можно найти на пересечении драконьих жил.

Вислот не ошибся, и вскоре он добрался до круга камней — Нексуса драконьих жил. Подле юноша заметил среброволосую эльфийку, друиду, та обернулась к Вислоту — во взгляде ее читались гордость и вызов, а также столь знакомое юноше одиночество. Улыбнувшись, эльфийка заметила, что если единорог Фалиста признала чужака, стало быть, ему можно доверять. После чего увлекла шалдана за собой, к эльфийскому поселению, находящемуся на лесной поляне, поведав, что потерпевший кораблекрушение оказался на одном из островов Сумеречного архипелага.

У врат селения пребывал пожилой эльф. Окинув Вислота подозрительным взглядом, он обратился к спутнице шалдана:

— Леди Данан, кто это?

— Все в порядке, Сильраэль, — улыбнулась сородичу эльфийка. — Еще один выживший — шалдан. Фалиста нашла его на берегу.

Сильраэль задумчиво предположил, что, быть может, именно Силанна прислала этого эльфа им в помощь. Данан рассказала Вислоту, что по пути к острову Драконьего Тумана их корабль попал в водоворот и разбился к северу отсюда. Иные же корабли, следовавшие этим же курсом, потопили свирепые циклопы, проживающие на утесе — на другой оконечности островка.

Вислот обещал помочь Данан и ее соплеменникам. Построив корабль, шалдан собрал небольшое воинство эльфов и лесных обитателей, пересек лагуну и достиг утеса циклопов, где перебил монстров из племени Кровавого Глаза, всех до единого. Данан поблагодарила Вислота за помощь и предложила последнему примкнуть к ее сородичам в пути до острова Драконьего Тумана, подумав, шалдан согласился, приняв на себя роль шкипера — он понимал, что в одиночку попросту не выживет на Сумеречном архипелаге.

Вислот вел корабли эльфов через коварные воды архипелага, не зная, чего ищут здесь Данан и ее сородичи. Эльфийка разговаривала с шалданом несколько грубо и высокомерно, и Сильраэль, обратившись к юноше, просил того не обращать внимания на манеры Данан, ведь на её плечах — очень тяжкое бремя, девушка слишком юна, чтобы возглавлять подобную экспедицию.

— Но что там, на острове Драконьего Тумана? — спрашивал Вислот, и Сильраэль ответил:

— Архипелаг таит в себе великую магию. Драконьи жилы со всех островов сходятся в одной точке — на острове Драконьего Тумана. Леди Данан поручили провести там очень важный ритуал, это случится в день летнего солнцестояния…

Завершить разговор им не удалось, так как эльфы заметили иное судно, к ним подходящее. На борту его находились одичавшие орки да зверолюди, подобных которым иролланцы никогда прежде не видали. Вислот поведал спутникам о восстании орков, однако признался, что ему не доводилось слышать о том, чтобы те заплывали дальше Диких Островов.

(Немного странно, что эльфы Туманного Архипелага не знали о восстании орков, это ведь давно было)

Стараясь не встречаться с кровожадными тварями, эльфы исследовали эти клочки земли да морские воды, обнаружив, что бурные течения и водовороты находятся там, где под землею проходят драконьи жилы!

— Похоже, что-то происходит у Стихийной Кузни Лета, что на острове Драконьего Тумана, — с тревогой бросила Данан, обращаясь к Вислоту. — Именно там я должна провести ритуал.

— Надо торопиться, — согласился шалдан. — Не знаю, что там произошло или происходит, но думаю, это же стало причиной шторма, в который я попал. И, судя по всему, дальше будет еще хуже…

Исследуя руины Шантири, усеивающие островки, эльфы обнаружили карту драконьих жил архипелага, указывающую на один из водоворотов. Похоже, сама Шаласса подсказала эльфам, как избежать нападения орков, ибо, заведя корабли в таинственный водоворот, эльфы обнаружили, что магия оного перенесла их прочь — в иные пределы Сумеречного архипелага.

Ныне путь эльфов лежал между двух смертельно опасных рифов — Шадриса и Сорлета, «Клинок Ночи» и «Лютая Гибель». Перед тем, как продолжить плавание по проливу Маслин, что означает «Тьма души», эльфы разбили лагерь на покрытом зеленью острове.

Шли дни, и Вислот стал замечать, что спутников его одолевает загадочная апатия. Сперва он решил, что виной тому усталость, ведь путешествие было долгим и трудным. Но однажды ночью его разбудила единорог Фалиста, и Вислот узрел в ужасе, что Данан и Сильраэль предают огню их корабли!

— Мы останемся здесь, — безмятежно улыбалась эльфийка. — Прекрасное место. Здесь царит Гармония…

— А как же Ритуал Солнцестояния и Стихийная Кузня? — спрашивал обескураженный шалдан. — Данан! Что скажет твой отец?

— Я чувствую, что это не важно, — прошелестела девушка. — Гармония во всем… Ты чувствуешь, Вислот?

Вскочив на спину единорога, шалдан спас тем самым себе жизнь, иначе бы околдованные эльфы непременно покончили бы с ним. Избежал колдовства не только он: морские эльфы, чинившие свои корабли и присоединившиеся к экспедиции, тоже спаслись. Оказавшись на другой стороне острова, подальше от лагеря иролланцев, шалданы занялись поисками источников колдовских чар, довлеющих над разумами их сородичей.

В прибрежных водах нашлось несколько оплотов пиратов Дикого Моря, покончив с ними, шалданы тем самым избавили Сумеречный архипелаг от угрозы со стороны этих головорезов…

(Не таинственный архипелаг, а проходной двор какой-то)

А вскоре, обнаружив на острове густые кустарники с прекрасными синими цветами, Вислот все понял. Иролланцы мяса не едят, и ели они эти цветы — их ядовитый сок и помутил разум эльфов. И, поскольку шалданы питались исключительно дарами моря, это их и спасло.

(Ели цветы? Более того, ели как крысы, тайком, что никто этого не видел? Почему бы не сделать так, что запах этих цветов одурманил эльфов, а на шалданов не подействовало, потому что они жили на корабле, тогда как иллоранцы разбили лагерь на суше? Попытка в оригинальность обернулась идиотией)

Более не терзаясь сомнениями, Вислот и сопровождавшие его морские эльфы принялись предавать огню все без исключения кустарники синих луртилов, произрастающие на сем острове. Иролланцы пришли в неописуемую ярость, прознав об этом, но шалданы, не желая сражаться с сородичами, благоразумно держались от тех подальше.

К удивлению Вислота, перед ним предстала разгневанная темная эльфийка, появившаяся наряду с сородичами из подземных пределов острова.

— Это мои цветы! Знаешь, сколько я их выращивала? — прошипела она, прожигая шалдана взглядом, отражалась в котором неприкрытая ненависть. — Луртилы, «серый мир». Они растут в горах Игг-Чолла. С их помощью мой народ заглушает шепот Тьмы… Эти цветы многие выращивают. Да, они могут быть опасны. И притягательны. Ты обретаешь мир тишины и покоя, и забываешь о реальности. И, оказавшись в этом мире, ты уже не захочешь его покидать, а твои душа и тело иссохнут и умрут.

— Весь остров — это ловушка, — догадался Вислот, и темная эльфийка хмыкнула:

— Какой проницательный. Этим эльфам повезло, что среди них был шалдан.

(Какого Хрена? Зачем эльфийка разразилась целым монологом про цветы, информация для игрока? Еще тупее это сделать нельзя было? Вислот уже знает, что это за цветы, почему он не мог проговорить этот же текст? Я сам очень люблю познавательные вставки, но сделайте вы их по умному, внутриигровая справка, или хотя бы обыграйте диалог по человечески)

— Кто ты? Чего ты добиваешься? — спрашивал юноша, и эльфийка отвечала:

— Меня зовут Ашбет. Я обрету могущество Стихийной Кузни, она будет моей и только моей. Даже если мне придется перебить вас.

С этими словами Ашбет отступила, вернувшись в подземные тоннели, чтобы, вне всяких сомнений, вскоре нанести удар. Шалданы же сожгли последние луртилы, и иролланцы вновь обрели трезвость рассудка.

(Вот так быстро, яд надо принимать каждый час что ли? И это по вашему суровые наркотики? Круто. Кстати, почему ядовитые цветы сгорая не выделяли ядовитый дым?)

Вислот поведал Данан и Сильраэлю, что ловушка, в которой они оказались, расставлена темной эльфийкой по имени Ашбет, не желающий допускать их к Стихийной Кузне. Когда шалдан произнес имя их противницы, на лице Данан отразилось изумление, после чего девушка вызвалась наряду с Вислотом разыскать Ашбет в ее подземном логове.

Так, эльфы спустились в глубины, где обнаружили поселение темных эльфов, и, разгромив последних в сражении, пленили предводительницу тех, Ашбет. В последней Данан узнала мать, покинувшую Ироллан после Дня Огненных Слез, дабы примкнуть к темным эльфам, поскольку ее восхищение Туидханой граничило с одержимостью.

(М-м… знаете, я согласен, что акт самопожертвования может произвести сильное впечатление, но давайте еще раз разберем ситуацию. Страшный пожар разразился в эльфийской столице уничтожил мать всех деревьев и наверняка унес множество жизней. Эльфы в ярости, в качестве последней милости новый король даёт выбор: изгнание или казнь. И кто-то посчитал, что казненные достойны восхищения? Что привлекло её в этой ситуации?)

— Маласса послала мне видение Стихийной Кузни, — призналась Ашбет дочери. — Я должна предотвратить Ритуал Солнцестояния. Но я не знала, что его проводишь ты. Возможно, я не так поняла видение. И это меняет все… Ведь мать и дочь воссоединились! Пойдем со мной, Данан! В Ироллане для тебя нет будущего. Ты всегда будешь в тени отца.

— У моего отца много недостатков, но он не пытался заставить меня убить моих друзей, — резко бросила Данан в ответ. — Ты чудовище.

Убить мать Данан не смогла, потому приняла решение оставить ее на этом острове — среди выращенных ею растений, дурман которых темная эльфийка ныне ощущала на себе. Сама же Данан будет считать, что мать ее умерла.

(Какой дурман, Вислот же уничтожил все ядовитые цветы? Но самое главное, Данан не смогла убить мать здесь и сейчас и поэтому оставила её на наркотиках, которые иссушают душу и тело? Это вообще как?)

Восстановив корабли, иролланцы возобновили плавание через пролив Маслин. На рифе Шадрис жили обезьяноподобные твари с острыми когтями, на Сорлете же — шестиглавые гидры. Но Вислот сумел провести суда через пролив, сохранив жизнь своей команде. Данан просила шалдана простить ее за чрезмерное высокомерие, которую прежде выказывала по отношению к морскому эльфу, на что Вислот признался, что хорошо понимает девушку: его сородичи приняли как само собой разумеющееся, что займет он место своего отца, и не интересовались его собственным мнением на этот счет.

— Наше путешествие на этот остров… Мне казалось это мой шанс, — в свою очередь призналась Данан. — Возможность доказать, что я — не просто дочь своего отца. Что Силанна желает для меня другой судьбы, что она выбрала меня не просто так. Но в какой-то момент я потеряла веру в себя. Ненавидела тебя за то, что ты стал нашим спасителем.

— Я много размышлял в последнее время, и полагаю, мы оба неправы, — улыбнулся в ответ Вислот. — Я был готов поверить в то, что Драконьи Боги отвернулись от меня, но теперь я думаю, что оказался тут неслучайно. Думаю, я должен был помочь тебе выполнить свое предназначение. Ведь у Драконов странное чувство юмора. Судьба, предназначение… Для них это всего лишь игра, и нам никогда в жизни не понять ни правил, ни ставок в ней. Подумай сама. Каковы были твои шансы встретить свою мать тут, посреди океана?

— И правда… — задумчиво протянула эльфийка. — Маловероятно.

— Драконы ведут нас, Данан, — убеждал спутницу Вислот. — Ты еще выполнишь свое предназначение. Тебе придется помешать тому, что происходит у Стихийной Кузни. И я чувствую, что это намного важнее, чем нам казалось.

(О боже. Да поцелуйтесь вы уже)

Сильраэль, ставший свидетелем сего разговора, подтвердил справедливость слов Вислота: ведь в последние дни шторма становятся все неистовее, как будто кто-то решил стереть весь архипелаг с лица земли.

Наконец, эльфийские корабли бросили якоря у мистического острова Драконьего Тумана, и иролланцы, ведомые Данан и Вислотом, устремились в северном направлении — туда, где должна была находиться Стихийная Кузня Лета. Погода все ухудшалась, а у отрогов скалы, на вершине которой пребывала Стихийная Кузня, встала лагерем армия орков и зверолюдей под знаменами Дома Химеры; очевидно, что несчастные создания зачарованы магом, использующим энергии Стихийной Кузни для увеличения собственного могущества!

(Слишком много пафоса и глупости. События происходят уже ощутимо после восстания орков, дом Химеры потерял своё влияние и большую часть своей армии. Конечно, каких-то монстров они все еще создают и там дальше еще будет упоминание этого, но армия орков? После того страшного разгрома кто-то создает армию орков? И не говорите мне, что это один конкретный маг, армию нельзя держать в кармане, её нужно где-то разместить, чем-то вооружить и кормить, она, в конце концов, должна была пройти пол мира из Семи Городов в Туманный Архипелаг. И всего этого никто не заметил?)

Зачарованных орков уже не спасти, и эльфы покончили с несчастными, продолжив путь к вершине горы.

(Лицемеры, зачарованных эльфов до последнего приходилось спасать)

Однако, обнаружив загоны со зверолюдьми, еще не подвергнутыми действию чар, они сразили стражей, даровав пленникам свободу.

Архимагом, завладевшей Стихийной Кузней, оказалась Саабира из Дома Химера, одна из Круга Девяти. После восстаний орков она стремилась изыскать способы добиться от тех покорности и послушания — что и привело ее сюда, на остров Драконьего Тумана, дабы с помощью магии драконьих жил не только увеличивать собственные силы, но — вопреки законам природы! — и создавать новых зверолюдей.

(Какого Хрена? Дом Химеры создавал зверолюдей уже на протяжении веков и никого это не колышело, а тут вдруг раз и «это против законов природы»!)

В последовавшем противостоянии Саабира была смертельно ранена, но неизвестно, что случилось с ней после, и погибла ли она… Данан вознамерилась незамедлительно приступить к Ритуалу Солнцестояния, чтобы вернуть равновесие и гармонию магии Стихийной Кузни.

Эльфы-дозорные заметили корабль шалданов, бросивший якорь у острова — судно отца Вислота уцелело в буре! Молодой эльф встал перед нелегким выбором: вернуться ли к своему народу или остаться с Данан? Решение определило дальнейшую судьбу эльфа, и он помог провести эльфийке Ритуал Солнцестояния, после чего наряду с нею остался на Сумеречном архипелаге, став одним из хранителей Стихийной Кузни Лета.

(Так закончилась компания эльфов из Героев 7. Не могу сказать ничего хорошего про сюжет. Тема «тяжести всеобщего ожидания» лично меня не тронула. Романтическая составляющая истории... да даже лесбийская любовь волшебницы и её служанки джина из компании магов дала больше впечатлений. Там был конфликт, была драма, а тут какое-то наматывание соплей на кулак. Сразу все было понятно, но герои ни мычат, ни телятся)

История эта — о Раилаге, старшем из трех сыновей Туидханы. После изгнания темных эльфов с поверхности он стал предводителем клана Шрама Души. Исполненный ярости и горечи, он чуть было не заключил союз с Королем Демонов, однако вовремя одумался, не успев совершить эту фатальную ошибку. Однако, осознав, сколь много неверных выборов он успел совершить, Раилаг оставил свой клан, и верховенство над Шрамом Души принял его брат Силсай… Раилаг же пристрастился к выпивке, топя в обильных возлияниях свое отчаяние, он сдружился с Соршаном, предводителем клана Теневого Клейма, история которого походила на его собственную. Соршан сумел отвратить Раилага от снедающего того отчаяния, и падший принц стал почетным членом клана Теневого Клейма.

В тот день Силсай горячо спорил с младшим братом Менаном, предводителем клана Ночного Осколка, оба сознавали, что надежды для народа их практически не осталось, но возможно ли сохранить жизни тех немногих, кто продолжает влачить жалкое существование в подземных глубинах?

— И ты предлагаешь молить наших сородичей о прощении? — спрашивал Силсай с нескрываемым презрением. — Ты столь бесхребетен, что я поверить не могу в то, что ты — мой брат!

— А что предлагаешь ты? — парировал Менан. — Заключить союз с Королем Демонов? Давай уж лучше я сразу ударю тебя в спину. Силсай, он же демон!

(То есть Реилаг хотел, понял какая эта глупость и отступил, после чего передал бразды правления брату. Оный брат, ничего из произошедшего не понял и решил наступить на те же грабли? Ситуация в принципе жизненная, но неужели никому, кроме младшего брата до этого дела нет?)

— По крайней мере, они действительно сильны! — возражал Силсай. — Менан, Безликие обманом навязали нам союз. А где они были, когда дворфы убивали нас? Забыл уже? Позволь напомнить: они скрывались в своих пещерах, ища причины для того, чтобы остаться в стороне от сражений. Трусы всегда считают их советы разумными!

(И тут кроется еще одна непонятка с датами (хотя я и обещал их больше не касаться, но не могу удержаться и все же не пнуть сценаристов) помните День Огненных Слез в 566? А здесь упоминается упоминается война с гномами, которая по ЛОРу началась в 586 году, а закончилась в 702 году. Начнем с того, что между этими событиями в принципе слишком долгий срок, по все тому же ЛОРу нам буквально говорят «через несколько лет», прости, но 20 лет это не «несколько». Второй момент, за год до начала войны с гномами, Драконьи Рыцари предоставили эльфам доказательства, что поджог Бритигги (матери древ) осуществлен демонами. Эмиссары Ироллана были посланы к темным эльфам, дабы убедить тех вернуться домой, но те, исполненные гнева, отклонили предложение.

В целом все логично, кроме мотивации Силсая. Он знает, что их народ подставили демоны, что его мать умерла из-за этой подставы, его народ загнан в подземелья, где они кровью заплатил за своё новое жилище. И он собирается договариваться с теми, кто во всем виноват?)

— Да как ты смеешь… — задохнулся от гнева Менан, но Соршан, присутствовавший при перепалке, дипломатично заметил, что приближается принц Раилаг, и лордам надлежит выказать подобающее уважение наследнику Туидханы.

Силсай, впрочем, воззрился на старшего брата с нескрываемым презрением: Раилаг еле стоял на ногах, будучи сильно пьян — впрочем, в последние годы подобное состояние стало для него обычным. Подумать только, это жалкое создание некогда возглавляло клан Шрама Души!

На присутствии трех братьев — Триумвирата нации и предводителей трех кланов — настоял Соршан, ибо все-таки надеялся убедить их в необходимости обрести Незримую Библиотеку, перемещенную в Шио столетие назад. Силсай, однако, и слышать о подобном не желал, считая начинание изначально обреченным на неудачу.

(Чего б***ь? Столетия назад библиотеку перенесли? События Героев 6 это 564, сейчас у вас максимум 586, и то это слишком поздно если судить по хронологии событий. Какого Хрена вы называете даты, если не в состоянии им следовать?)

— Пожалуйста, выслушайте меня, — говорил Соршан, не обращая внимания на откровенно скептические выражения лиц собеседников. — Мы влачим жалкое существование вдали от света, продолжаем мытарства во тьме, ожидая, когда дворфы нарушат перемирие и покончат с нами окончательно. Мы подобны странствующему племени орков… нам нужна новая родина.

— И ты хочешь, чтобы Незримая Библиотека Безликих стала ее сердцем? — вопросил Менан. — Интересно, как же ты собираешься вернуть ее в мир?

— Для этого нам нужна Слеза Асхи, — отвечал за своего товарища Раилаг. — Чистейшая, обладающая достаточным могуществом, чтобы вернуть Библиотеку из царствия хаоса. Наши союзники-Безликие помогут нам в этом.

— Очередное видение, я полагаю? — ощерился Силсай. — И какие же грибы стали причиной его на этот раз? Но я все же поинтересуюсь: как же мы найдем эту чудесную Слезу?

— Безликие могут определить ее местонахождение с помощью праха… — ответил Раилаг, — но обыкновенный прах не подойдет для этого. Им необходим прах сильной личности, оставившей неизгладимый след в судьбе этого мира… Личности такой, как наша мать. Ее прах окажется в самый раз.

(Сэр, при всем уважении, в этот момент я бы сначала вам по морде съездил, а потом еще и плюнул бы в эту саму морду)

— Прах Туидханы! — воскликнул Соршан. — Действительно, ты прав.

(Так, я не понял, а почему другие сыновья молчат. Прах их матери собираются осквернить. Более того, это собираются сделать Безликие, которых истово ненавидит один из братьев. И все молчат?)

Темный эльф воззвал к Малассе, и Драконица Тьмы ниспослала ему видение, явив, что хранится прах Туидханы в оплоте ангелов, называемом Реликварием, на территории герцогства Единорога.

— Эраэль укажет нам путь! — говорил Соршан. — Маласса прошептала мне имя юного ангела…

Однако Силсай и Менан наотрез отказались участвовать в подобном начинании и рисковать жизнями немногочисленных сородичей, входящих в кланы Шрама Души и Ночного Осколка. Поэтому Соршан обратился к Раилагу, ибо самой судьбой тому назначено стать последней надеждой для народа темных эльфов… пусть сам он и отказывается принять этот очевидный факт.

К Раилагу в его безумном, казалось, начинании, присоединилась эльфийка Иррис, на протяжении тридцати лет выступающая командующей отряда, хранящего врата в подземные пределы.

— Ты действительно хочешь ступить на поверхность? — осведомилась она. — Если мы откроем врата для твоей армии, обратно их уже не закроешь. Одни армии могут покинуть подземелья, а другие — спуститься сюда.

(Одноразовые Врата? Как надо было заморочиться, и что надо было построить, чтобы это было одноразовыми вратами? И ведь всего этого можно было бы избежать если бы они просто завалили один из туннелей и Реилаг просто хотел бы его расчистить. Видите? Все то же самое, но логичнее)

— Мы должны пойти на этот риск, — уверенно произнес Раилаг. — По праву своего рождения, я приказываю тебе открыть врата.

— Ты отринул свое право, Раилаг, — Иррис ничуть не испугалась тона принца. — Не стоит играть со мной. Пусть прошлое останется в прошлом. Я рада, что в очах твоих вновь ярится пламя! И, надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Понимаю, ты уважаешь своего наставника Соршана, но он не совсем в своем уме.

— Тогда почему бы тебе не присоединиться ко мне и не стать голосом разума? — усмехнулся Раилаг. — Ведь если подумать, никто не знает поверхность лучше, чем ты.

(Ведь если подумать, то начиная с Героев 6 была введена традиция, пихать в каждую сюжетную компанию двух центральных персонажей. Не будем же мы нарушать традицию? Игроки привыкли, что им не нужно тратить золото и нанимать героя-курьера, который бы подвозил подкрепления из замка основному герою.

Есть такое чувство, «испанский стыд» называется, это когда косячит другой, а стыдно тебе. При разборе всех Героев 6 меня это чувство не отпускает, даже Герои 3 меня так не раздражали. Раилаг собирается отворить Мега (одноразовые) Врата, после чего народ Темных Эльфов (якобы) останется без защиты. У ворот есть страж, который лучше других знаком с поверхностью, наверное есть другой выход, как-то же этот страж выбирался наружу. Но все это фигня, Реилаг приглашает этого стража, чей долг защищать (одноразовые) Врата, с собой. И что отвечает теперь уже единственная преграда между Темными Эльфами и их врагами?)

— Почту за честь.

(Я плакал)

— Даже твоим глазам потребуется время, чтобы приспособиться к солнечному свету. — Усмехнулась лазутчица. — Тебе пригодится хороший проводник. Не хотела бы я, чтобы наш наследный принц погиб, воплощая в жизнь безумия Соршана.

Как оказалось, упомянутый темный эльф прекрасно слышал разговор Раилага и Иррис, находясь в постоянном ментальном контакте с принцем, и сейчас пожелал удачи двум героям, что должны были принести спасение своему народу.

Солдаты герцогства Единорога возвели укрепленные врата в подземных тоннелях под своей вотчиной, чтобы предотвратить возможность вторжения темных эльфов, поэтому отряду Раелага пришлось воспользоваться древними ступенями, ведущими на поверхность, возле которых был камень с нанесенными на поверхности его символами различных кланов людей, населяющих эти земли до становления Священной Империи Сокола.

Солнечный свет ослепил Раилага, и Иррис рассказывала спутнику о том, что эльфийские земли, прежде именуемые «Тарлад», теперь называются людьми Черной Рощей и принадлежат Империи. Узнай об этом Силсай, наверняка пришел бы в ярость, однако сам Раилаг не относился к людям с таким презрением, как его младший брат. Некогда он полюбил одну женщину, принадлежащую к человеческой расе, но то дело прошлое, к тому же, она давным-давно мертва…

(Он говорит о Кейт, жене Вячеслава и матери главных героев шестой части. История эта описана в комиксе и она странная, якобы Кейт и Раилаг были дружны до войны и даже сохранили свою дружбу после неё. Но любовь? Не помню, чтобы об этом упоминалось)

Иррис выслала вперед три отряда следопытов, вслед за которыми, соблюдая осторожность, следовали войска Раилага. Они миновали статую архангела Сары, подносящей Меч Истины Императору Ронану — событие, ознаменовавшее не только создание Священной Империи, но и необходимость возведения Реликвария — вместилища могущественных артефактов, опасных для юных рас Асхана.

(Каких к черту юных рас? Драконы были созданы чуть ли не одновременно, и свои расы великие драконы создавали точно одновременно. Да там есть косяк с продолжительностью жизни (людей явно обидели), но как раса они все равны. Вы хоть собственный ЛОР читаете?

И если Реликварий был создан как хранилище для опасных артефактов, то что там делает прах королевы темных эльфов? Почему опасные артефакты вообще хранятся, а не уничтожаются?)

Поблизости была Цитадель Света, удерживаемая войсками архангела Эраэль, новопосвященной в Ордене Реликвария. Раилагу удалось захватить её в плен, однако архангел нисколько не испугалась своих пленителей, наотрез отказавшись указать им путь к священным вратам Реликвария. Соршан, вновь ментально обратившись к Раилагу, сообщил ему о том, что весть о вторжении темных эльфов на земли герцогства Единорога достигла ближайших городов, и вскоре к местному ополчению подоспеет подкрепление.

И Раилаг, и Иррис ощутили пробуждение черных драконов, последние десятилетия пребывавших во сне в своем Ониксовом Круге. Дурное предчувствие овладело Раилагом.

Иррис напомнила спутнику, что когда они запечатали врата в подгорное царствие, скрываясь от гнева дварфов, легендарный Забытый Легион минотавров остался здесь, в окрестных лесах; на протяжении десятилетий минотавры скрывались от имперцев, несколько одичали, но наверняка с радостью присоединятся к отряду Раелага.

(Что нам известно про минотавров? Алые волшебники Карталя, в качестве жеста доброй воли, что удивил многих и разгневал их соседей из Серебряных Городов, даровали одну тысячу верных минотавров темным эльфам. Перейдем к городу Карталю. Изначально город носил название Кер-Таль и был цитаделью безликих, внутри которой находились один из святейших храмов и Незримая Библиотека. Когда начались Войны Древних, ангелы нанесли удар по Кер-Талю, надеясь уничтожить и храм, и библиотеку разом. Но, согласно легендам, сама Маласса укрыла от ангелов Незримую Библиотеку. А на руинах храма Малассы ангелы возвели собор во славу Эльрата — Бдение Карталя.

Впоследствии, вокруг собора была построена крепость, после чего это место стали называть Верхним районом. Отсюда и начал расти город, позднее названный Карталем. Это произошло, когда молодой император Брайан Сокол выбрал своим покровителем Эльрата, и ангелы, возглавляемые Уриэлем и Сарой, преподнесли Карталь в дар Соколам. С тех пор Карталь считался одним из крупнейших портовых городов Священной Империи Сокола. После гражданской войны в Семи Городах (закончилась в 770 году) в Картале обосновалось большинство уцелевших магов Дома Химеры.

Даже если мы забьем на выстроенную мной хронологию и возьмем самую большую озвученную дату, сто лет со дня низвержения Незримой Библиотеки в Шио, это все равно будет 654 год. До прибытия магов в Карталь еще 100, как и до факта дарения минотавров. О каком легендарном легионе минотавров может идти речь?)

Действительно, в близлежащем лесу темным эльфам удалось отыскать небольшой отряд минотавров под началом Калистара. Раилаг предложил воинам Забытого Легиона вернуться в подземные каверны, однако Калистар лишь хмыкнул:

— Ты смешной маленький побирушка-эльф, пытающийся выдать себя за принца. Пришел бы ты пять зим назад, я бы вытер о твою шкуру грязь со своих копыт. Но теперь нас слишком мало, и ради моего народа я не могу отклонить твое предложение.

(Слишком громкие слова и слишком глупые. Во-первых, если вас мало, то какая от вас польза? Во-вторых, если тебе нужна помощь, то разве разумно плеваться в того, кто эту помощь может оказать? Ну и в целом отход от образа рабов гладиаторов в Героях 5 к этой гордой и самодовольной заднице рвет шаблон)

Однако прежде, чем минотавры последуют за Раилагом, Калистар велел темному эльфу напасть на один из имперских гарнизонов, находящийся на Золотой Поляне, где царит вечная осень; солдаты оного одержали верх над минотаврами, забрав их священный Клинок Равновесия, дар сотворивших расу чародеев.

(Дар работорговца, рабу, и раб не считает этот дар символом неволи? Маг подаривший 1000 разумных существ как «жест доброй воли» и вдруг, проникнулся к передаваемому имуществу теплыми чувствами и подарил им некий артефакт? Что за херню мне пытаются скормить?)

Раилаг исполнил просьбу Калистара, и минотавры, верные слову, с готовностью присоединились к отряду темных эльфов. Открытого противостояния с имперцами, патрулирующими торные тракты, Раилаг старался избегать, и вскоре достиг Портала Вечной Зари, связующего окрестные земли с изолированной долиной, в которой и располагался Реликварий. Пленная Эраэль продолжала наотрез отказываться сообщить темным эльфам, как активировать портал, ведь смерти архангел не боялась. И Раилаг, отчаявшись получить необходимые сведения добровольно, приказал сопровождающим его глубинным монстрам ментально атаковать архангела, наполняя ее энергиями Тьмы. Волю Эраэль удалось сломить, и архангел безропотно активировала портал, но самому Раилагу претили средства, которые пришлось использовать для достижения цели.

Ступив в портал, дети Тьмы оказались подле Реликвария, с бастионов которого к Раилагу обратилась архангел Орна, приказывая противнику сложить оружие.

— Здесь, в Реликварии, находится прах Туидханы, — попытался было объяснить свои мотивы Раилаг, однако Орна была непреклонна.

— Реликварий был основан вскоре после Интриги Уриэля, — заявила она, — как хранилище артефактов прошлого, чтобы никогда не забывать об ошибках, чуть было не приведших к новому истреблению рас. Если заберете прах отсюда, история повторится вновь. Подумай, неужто прах стоит начала новой войны?

(Каким образом сын решивший забрать прах своей матери может положить начало новой войны? Что вообще такого особого в прахе женщины умершей за свои убеждения, что его защищают как реликвию невиданной ценности? Почему Реликварий из хранилища опасных артефактов превратился в музей напоминание? Можно мне хоть немного ответов?)

— Дело не в войне или мире, Эльрате или Малассе, — покачал головой Раелаг. — Речь идет о выживании моего народа.

— Достойное начинание, — согласилась Орна, — но после того, что ты сделал с Эраэль, я не могу позволить тебе пройти.

В последовавшем противостоянии воины Раилага сокрушили врата Реликвария, однако принц темных эльфов, обретя прах матери, сохранил жизнь Орне, несмотря на неодобрение Иррис. После чего темные эльфы устремились к подземным пещерам, где ютились последние десятилетия. Соршан заклинал сородичей поторапливаться, ибо их преследовали отряды имперцев, стражей герцогства Единорога.

Однако на границе подземелий путь воинству Раелага преградили ассасины, ведомые темной эльфийкой Йештар, известной также под именем «Черный Шепот». Последняя потребовала передать ей прах Туидханы, на что Раилаг ответил категорическим отказом. В сражении ассасины оказались разгромлены, однако Йештар удалось скрыться. Имя ее нанимателя так и осталось неведомым.

— Силсай… или Менан? — терзался сомнениями Раелаг.

Тем не менее, он поспешил вернуться к Соршану, ожидающему его наряду с Силсаем и Менаном близ Ониксового Круга. Весть о пробуждении черных драконов уже достигла наследников Туидханы, и осознали они, что отвечают древние рептилии на зов Малассы, однако разделенная нация приводит их в ярость, и лишь единение кланов приведет к союзу темных эльфов с драконами. О подобном неистовый Силсай и слышать не желал.

— Испытание ждет… — вещал Соршан, не обращая внимание на выказываемое Силсаем недовольство. — Драконы склонятся лишь перед одним из сыновей Туидханы… Темнейшая судьба одного из трех благословлена Малассой… Ее Чемпион объединит тени и дарует таинству родину…

Так, трое сыновей Туидханы — каждый во главе своего воинства — выступили к Ониксовому Кругу, дабы обрести власть над черными драконами. Замыслы Раилага простирались гораздо дальше: он стремился объединить совет Безликих, дабы те свершили ритуал и определили местонахождение чистейшей Слезы Аши.

Однако Безликие не снизойдут до общения с сыновьями Туидханы до тех пор, пока не завершатся Испытания Драконов и один из трех не будет назван Чемпионом Малассы.

(Задрали уже. «Речь о выживании моего народа», «никто не сможет нас защитить, если мы откроем эти Врата», а в итоге три армии наскребли и в военно-спортивные игры играют. Если вам нужна миссия для растягивания геймплея, то у вас там вообще-то враги со всех сторон, стравите героя с любым из них. А уж миссия типа «разблокируй новый уровень юнитов» и вовсе бесит, можно мне компанию без искусственных ограничений героя и замка?)

— На пути к Ониксовому Кругу тебя ожидают три испытания, — рассказывал Раилагу Соршан, когда отряды темных эльфов и подгорных обитателей следовали по извилистым коридорам и подземным кавернам. — Испытание видения, слуха и силы. Больше я не могу открыть тебе, но дам последний совет. Драконы стремятся отыскать предводителя нации — того, кто сможет объединить наш народ. Думаю, они стремятся узреть мужа мудрого, а не воинственного.

Наконец, Раилаг достиг Ониксового Круга, на границе которого его приветствовал один из Безликих. Явлению последнего Раилаг удивился, ведь Соршан заявлял, что создания Малассы не окажутся вовлечены в противостояние между тремя братьями.

— Мы не собираемся принимать сторону кого-либо из сыновей Туидханы, — прошелестел Безликий, отвечая на выказанный Раилагом вопрос. — Мы здесь лишь для того, чтобы наблюдать за первым испытанием… Маласса говорит со всеми нами. Ее шепот открывает тайны времен как минувших, так и грядущих. Отыщи ее голос во тьме, и когда услышишь шепот прошлого и будущего, возвращайся.

Так для Раелага началось Испытание Слуха, в отдаленных кавернах слышал он собственный голос — отголосок прошлого и грядущего.

— Мы останемся верны служению Малассе, которая приняла нас тогда, когда оные Драконьи Боги отвернулись, — звучал первый шепот. — И мы оставим свой след в этом мире… это столь же верно, как и то, что имя мое — Раилаг!

Да, те слова — громкие, пафосные, исполненные гордыни и гнева, адресованные Йоргену. Ему следовало бы познать смирение, извлечь уроки из Жертвы Дейдры… Он не сделал этого, и заплатил страшную цену.

— Если бы я нашел способ избавить тебя от этой участи… — прозвучал второй обнаруженный темным эльфов шепот, — если бы мы вдвоем смогли исчезнуть… Ты бы поверила мне?

Подобных слов Раилаг не произносил. Возможно ли, что прозвучат они в далеком будущем? И кому же они будут адресованы?

— О чем я думал? — донеслось до слуха Раилага его собственное восклицание. — Я чуть было не продал свой народ Королю Демонов! Я зашел слишком далеко. Эльфам Шрама Души надлежит отыскать себе нового предводителя.

Благодарение Малассе, он вовремя осознал, сколь пусты и опасны посулы Кха-Белеха. Остается уповать на то, что Силсай не повторит его ошибок.

(По моему даже камни видят, что его брат мелкий и злобный засранец, но Раилаг этого почему-то не видит.

Кстати, обратите внимание, если во время Героев 6 Кха-Белех был лишь архидемоном, не имеющим хозяина, но имеющим свою территорию. Теперь же его называют Королем Демонов, верховным правителем. Этот момент, кстати, не вписывается в мою хронологию, ведь если с событий Героев 6 прошло всего пара лет, то Кха-Белех возвысился слишком быстро, но это не единственное расхождение)

Вернувшись к Безликому, терпеливо дожидающемуся на границе Ониксового Круга, Раилаг признался, что услышал истину, но запутался еще больше, чем прежде.

— Так и должно быть, — отвечал Безликий. — Ибо запомни: найти можно лишь то, что прежде было утрачено. Но ты должен сделать и иной выбор. Представить, что ты потерпел поражение в нынешних испытаниях и армии твои разбиты. Чтобы спасти клан, ты должен присягнуть на верность одному из братьев. Кого ты выберешь?

— Силсай наверняка заключит альянс с Королем Демонов, — произнес Раилаг. — Менан же попытается вымолить прощение у наших светлых собратьев. Уж не знаю, какой из путей ознаменует скорейшую гибель нашей расы.

И все же Раилаг сделал выбор, избрав путь Менана как вероятное меньшее зло для своего народа…

— Прошел ли я испытание? — осведомился он, но Безликий ответил:

— Возможно, да, а, возможно, и нет. О сем ведают лишь драконы. Достигни сердца Ониксового Круга и ты получишь ответ на свой вопрос. Прощай, сын Туидханы.

Армия Раилага продолжила марш к центру Ониксового Круга, когда в одной из огромных каверн предстали перед темными эльфами распахнутые врата, за которыми виднелись теневые смотрители — слуги Малассы.

— Дабы пройти Испытание Видения, ты должны приблизиться, оставшись незримы, — прозвучали в разуме Раилага их голос. — Надлежит слиться с Тьмой. Нанести удар из теней.

Раилаг приказал теневым ассасинам, входящим в его отряд, схорониться в тенях, и, проникнув за врата, расправиться со смотрителями. После чего отряд старшего сына Туидханы устремился к центру Ониксового Круга, где его атаковали черные драконы, ознаменовав тем самым Испытание Силы.

И когда оное оказалось пройдено, рептилии нарекли Раилага Чемпионом Малассы, поклявшись ему в верности. Соршан тепло поздравил товарища, однако Силсай, узнав о случившемся пришел в ярость.

— Это непостижимо! — лютовал он, когда Триумвират собрался вновь. — Раилаг, Чемпион Малассы? Тот, кто оставил свой собственный клан?

— Подобные слова недостойны, — вступился за старшего брата Менан. — Раилаг прошел Испытания Драконов. Клан Ночного Осколка примет выбор, сделанный Малассой.

— Можешь пресмыкаться перед ним, Менан, — отрезал Силсай. — Я же не собираюсь исполнять его приказы. Никогда.

— Мой единственный долг — отыскать для нашего народа новую родину, — попытался воззвать к разуму брата Раилаг. — Я не собираюсь отдавать тебе приказы…

(Вообще-то роль правителя несколько шире и сложнее, как поиска новой родины, так и отдачи приказов)

— Ты помнишь леса Ироллана? — в ярости прошипел Силсай. — Помнишь, как человеческие скоты вторглись на наши земли? Нет, ведь ты был занят, обхаживая их дочерей, а все тяжелые выборы пришлось сделать мне. И теперь ты смеешь читать мне нотации?

(Какие тяжёлые выборы он делал? Ненавижу подобные моменты, когда непонятно истерит персонаж, или под его словами есть реальное обоснование)

— Я не читаю нотации! — опешил Раилаг. — Безликие могут помочь нам…

(Господи, в Героях 5 Реилаг был реально харизматичным персонажем, хотя там немалую роль сыграл и дубляж, его озвучка была просто шикарной. Но вот здесь даже озвучка не спасает, мямля мямлей)

— Безликие слабы, Раилаг! — отмахнулся Силсай. — Загадки Малассы наш народ не спасут. Нам нужна иная сила, способная даровать нам могущество…

Повинуясь приказу Силсая, чародеи клана Шрама Души принялись призывать демонов из Шио. Воины Кха-Белеха сокрушили оплот Менана, и последнему пришлось бежать под защиту стен твердыни клана Теневого Клейма, на защиту которой встали черные драконы.

К Раилагу обратились Безликие; Йорген заверил наследник Туидханы, что народ его не сможет помочь темному эльфу на поле брани, однако сумеет поддержать, обучив необходимым умениям и ниспослав мудрость. Так, Безликие Мукао, Женгджун и Джинчен поделились с Раилагом сокровенными тайнами своей расы.

В решающем противостоянии Раилаг одержал верх над армией Силсая, и велел заточить брата в темнице, ибо продолжал тот вещать о необходимости альянса с Королем Демонов. Йорген поздравил Раилага с победой, так как принц темных эльфов подтвердил тем самым, что достоин именоваться Чемпионом Малассы; отныне Безликие станут служить ему и повиноваться.

(Угу когда стоит вопрос жизни и смерти, мы не можем помочь в бою, а как-только все решилось, мы конечно же поможем. И нахрена такие союзники?)

Направляемые Йоргеном, Безликие немедленно приступили к колдовскому ритуалу; используя прах Туидханы, королевы Тарлада, как основу для двеомера заклинания, они воззвали к Малассе, моля Драконью Богиню указать им, где находится вожделенная Слеза Асхи, необходимая для возвращения в мир Незримой Библиотеки. В каверне возник портал — путь через Мир Духов, посредством которого воинство Раелага достигло потаенных Хрустальных Пещер, пребывавших на границе между Иролланном и Священной Империей Сокола. Верховодить народом темных эльфов Раилаг оставлял Менана; тот заверил старшего брата, что станет с нетерпением дожидаться его возвращения и возможного восстановления Триумвирата — быть может, Соршан займет место Силсая?

По прибытии в каверны Иррис заметила, что нескольких отрядов, прошедших через портал, поблизости не наблюдается; возможно, магическая аура Слезы Асхи исказила портал, и перенесла их чуть дальше. К счастью, исчезнувших воинов удалось отыскать довольно скоро, и, направляемые Раилагом и Соршаном, войска темных эльфов спустились в глубины Хрустальных Пещер, где к удивлению своему увидели укрепленные форпосты наг.

Захватив один из оплотов наг, Раилаг обратился к жемчужной жрице, потребовав поведать ему о происходящем в глубинах и обещав сопроводить выживших наг к выходу из пещер.

— Путь к хрустальному озеру был запечатан по приказу лорда Оширо, — ответила жрица. — Ключ к вратам хранится в соседнем оплоте.

Кивнув, Раилаг велел Соршану проводить жрицу и сородичей ее к выходу из пещер; сам же устремился к восточному селению, пребывающему в огромной каверне. Если захваченный оплот именовался Левой Рукой Оширо, то соседний, как несложно догадаться, — Правой. По пути Раилаг заметил призрак воителя-наги, Масанори.

— Ты следуешь к владениям предателя Хашимы, — изрек тот, обращаясь к темному эльфу. — Даймио Оширо, проклятого! Прежде он был одним из величайших наших полководцев, но в час Похода Осеннего Ветра сумел обрести могущественный артефакт — Слезу Асхи. Обнаружение реликвии заставило его пойти на поводу у собственных амбиций, и он попытался свернуть Вечную Императрицу. Презренный червь! Но он потерпел поражение, и наряду со своим кланом был приговорен к смерти. Кирин помог ему скрыться, и он привел свой клан сюда, куда — как он полагал — не простирается власть Вечной Императрицы… Я же должен был свершить над ним правосудие. Долгие годы я выслеживал его, и, наконец, нашел, где он укрывается. Но Оширо оказался хитер. Он создал три святыни, дабы направлять с их помощью энергии Слезы Асхи, и, таким образом, образовал вокруг своего оплота магический щит. Мои силы были разбиты до того, как я сумел уничтожить святыни… Я продолжаю дожидаться дня, когда миссия моя будет завершена и я смогу обрести долгожданный покой.

(В мире сценаристов разведку еще не придумали, поэтому нужен рояль в кустах, на крышке которого будет нацарапана нужная информация)

Углубившись в пещеры, темные эльфы увидели сияющие кристаллы близ подземного озера; магия витала и в воздухе, и в воде, наполняя души изгнанников печалью. Здесь Раилагу удалось разыскать отряды, затерявшееся при переходе через портал, а после — обрести власть над тремя святынями, упомянутыми Масанори. Дух последнего, прежде, чем оставить смертный мир, сказал Раилагу:

— В час своего бегства Оширо оседлал кирина. Знаешь, какова цена за подобное действо? Смерть. Но Оширо обманул кирина; с помощью Слезы Асхи он создал несокрушимый барьер посреди озера. И теперь, после 25 лет ожидания кирин обратился в безумное, исполненное гнева создание. Он жаждет заполучить Оширо, дабы покончить с ним, и не допустит, чтобы это сделал кто-либо иной. Поэтому будь осторожен, эльф! Прощай!

Захватив город, названный Правой Рукой Оширо, Раилаг разыскал ключ, ведущий к вратам, за которыми на берегу хрустального озера стояла крепость предателя. Здесь путь темным эльфам преградили наги — стражи Даймио Оширо. Их предводитель, Сенж, обратился к Раилагу, потребовав немедленно покинуть эти земли. Поскольку Слеза Асхи являлась ключом в выживанию обоих народов, кровопролития избежать не удалось.

Наконец, воинство темных эльфов достигло святыни Оширо, в которой он прятался, находясь в заточении за магическим барьером. Воителям Раилага пришлось принять бой с безумным кирином, остававшимся в озерных водах, и лишь тогда пал барьер, и обратил Оширо взор на чужаков.

— Вы убили кирина, но я остался жив… — изумленно произнес он. — Как такое возможно? В тот день, когда я оседлал кирина, чтобы спасти своих подданных от гнева Императрицы, мы стали едины. Моя кровь по праву принадлежала ему. Но я отказал ему в этом, вместо этого с помощью Слезы Асхи сотворив зыбкое равновесие. Но теперь оное нарушено. Почему же я все еще жив?

(Меня больше волнует, почему барьер созданный слезой Асхи пал после смерти кирина? Вот никак не могу понять)

— Это так важно? — нахмурился Раилаг, на что Оширо ответил:

— Судьба правителя связана с судьбой его народа. Как ты можешь даровать подданным будущее, если не хочешь принять ответственность за свершенные деяния?

— Твои подданные живы, — произнес сын Туидханы. — И они нуждаются в тебе. Быть может, Шаласса дает тебе второй шанс, Даймио. Кто знает? Но перед тем, как отпустить тебя, я потребую передать мне Слезу Асхи, чтобы я смог спасти свой народ.

(Ну да, «твои подданые живы», мы тут просто две крепости захватили тысячи убитых, армия обескровлена, но в целом тебе еще есть над кем править)

Улыбнувшись, Оширо указал Раилагу на хрустальное озеро — вот она, чистейшая Слеза Асхи!

(Знаете, возможно, он долго думал над своим поступком, над мотивами своего предательства и прочее. Но вы только что описали его как злостного предателя и одержимого собственным величием засранца. Почему вы даже не попытались обыграть его слом как личности, хотя бы пара фраз в диалогах? Ну что за лажа?)

Здесь же Безликие приступили к колдовскому ритуалу, и действительно сумели переместить Незримую Библиотеку из Шио в Асхан, вот только оплот, должный стать сердцем владений темных эльфов, ныне занимали демоны!

Три эльфийских клана назвали Раилага своим правителем, Повелителем Кланов, единым фронтом выступив вслед за ним против демонических отродий — Легиона Боли и Легиона Безумия. Впервые за долгие десятилетия темные эльфы, ненавидимые и гонимые, исполнились уверенности в завтрашнем дне. Приняли сторону темных эльфов и выжившие наги, бывшие прежде сподвижниками Оширо. Жрицы приняли для себя дар Малассы, отреклись от веры в Шалассу, продолжая, однако, почитать разрушительный аспект богини — Крушителя. Подобных наг именуют медузами.

(Вы ведь понимаете, что темные наги существовали уже очень давно? Крэг Хак встретил древний культ Крушителя всего через год после событий Героев 6, сейчас же по заявлениям сценаристов минуло то ли сто, то ли все двести лет с тех пор. При этом чисто сюжетно (в тексте я этого не отображаю) создается полное впечатление, что темные наги появились буквально только что, вот отщепенцы родного народа присоединились к Раилагу и образовали новый народ и культ. Какого Хрена?)

Здесь, на ярусах Незримой Библиотеки демоны-чернокнижники принялись творить порталы в Шио, надеясь провести через них подкрепления. Не мешкая, Раилаг направил несколько отрядов темных эльфов на уничтожение этих врат, понимая, что в противном случае подданным его не выстоять в противостоянии ордам Хаоса. Однако врата продолжали возникать с завидным постоянством, и Раилаг отрядил своих воинов в те залы Незримой Библиотеки, где хранились фолианты по магическим искусствам; быть может, в древних письменах отыщется способ запечатать порталы, ведущие в Шио?

Миновав Врата Таинств, войска Раилага ступили на следующий ярус мистического здания, возведенного в древности Безликими, где столкнулись со слугами Лорда Демонов Вейра. Одержав верх над последним, Раилаг увидел наполненного демонических энергий человека, с интересом его разглядывающего. Зная историю Незримой Библиотеки, темный эльф сразу же понял, кто стоит перед ним — демонический рыцарь Кирилл Грифон, верный сподвижник Короля Демонов.

— Ты, должно быть, Раилаг, — буднично отметил Кирилл. — Кха-Белех много о тебе рассказывал. Говорил, что у нас с тобой много общего.

— Он заблуждается, — процедил Раилаг, после чего осведомился: — Твой отец поклонялся Илату и Эльрату, а твоя мать была Драконьим Рыцарем Малассы. Ты мог бы избрать для себя любую судьбу. Но зачем же склонился перед Хаосом?

— Сперва, по необходимости, — отвечал Кирилл. — Затем, протеста ради. И, наконец, ощутив вкус сделанного выбора. Я по своей воле избрал возможность быть тем, кем хочу. Но я не считаю себя послушной марионеткой Кха-Белеха. Я сам творю свою судьбу!

С этими словами Кирилл исчез, а Раилаг продолжил исследование чертогов Незримой Библиотеки, расправляясь с многочисленными демонами, заполонившими их. Неожиданно множество ангелов низвергнулось с небес, и вела их за собою Эраэль, исполненная жажды мщения. Раилаг понимал, что поступил с нею донельзя дурно в час поиска праха, однако с намеченного пути свернуть ныне не мог. В противостоянии темные эльфы разгромили ангельские рати, а Повелитель Кланов поверг несчастную Эраэль, искренне пожелав ей счастья в следующей жизни.

— Мне не нужна твоя жалость, — с горечью молвила умирающая. — История запомнит, что королевство твое рождалось в слезах невинных. Злодеяния твои… никогда не будут забыты.

Силы Раилага достигли Храмового Квартала, в котором находились святилища, посвященные Малассе, однако за прошедшее столетие появилось немало статуй во славу шестерых Верховных Лордов Демонов. Теперь эти пределы Незримой Библиотеки олицетворяли архитектурное противостояние между Тьмой и Хаосом. Именно здесь темные эльфы сокрушили Легионы Тьмы и Безумия, а также обрели знания, необходимые для закрытия порталов, ведущих в Шио.

Силы демонов отступили в центральные залы Незримой Библиотеки, где энергии хаоса затмили предвечные архитектурные решения Безликих.

— Стало быть, ты полагаешь, что можешь взять да захватить мою библиотеку, а демоны Шио станут наблюдать за этим, стоя в сторонке? — буднично обратился Кирилл Грифон к Раилагу, и темный эльф отвечал в гневе:

— Твою библиотеку? С каких это пор Незримая Библиотека Безликих стала твоей?

— А кто, по-твоему, отправил ее в Шио столетие назад? — просветил рыцарь противника. — Я, и никто иной. Тогда я полагал, что это предотвратит новую Войну Старейших. Если бы не я, ангелы наверняка уничтожили бы это строение и нанесли бы тем самым Безликим страшный удар. Именно благодаря мне у твоего народа сейчас есть будущее.

— Но сегодня между нами и будущим стоишь лишь ты, — резюмировал Раелаг, отдавая приказ к атаке.

В том сражении Кирилл пал, надеясь, что возродится в Шио, ведь ожидают его там две спутницы жизни. Перед смертью адский рыцарь предупредил Раилага, что Кха-Белех очень терпелив, и не оставил надежд использовать Повелителя Кланов в собственный целях.

В тот день темными эльфами была одержана великая победа, и в последующие годы вокруг Незримой Библиотеки окажется возведен город — Конос, что значит «Лабиринт». Он станет сердцем и душою нового королевства изгнанного народа. Но однажды темные эльфы позабудут о случившихся событиях, и Раилаг исчезнет из их воспоминаний. И вновь предадутся они помыслам о союзе с демонами, ибо пока неведомый враг попытается лишить народ подземных обитателей сокровенной истории.

Но случится это в будущем, а пока Король Демонов пристально наблюдал из пламенных недр Шио за ликующими темными эльфами, позволяя Раилагу наслаждаться одержанной победой. Ведь случившееся в точности следовало устремлениям Кха-Белеха, ибо Повелитель Кланов избавил его от демонического рыцаря Кирилла Грифона — единственного обитателя Шио, кто противился власти над собой Короля Демонов. Да, Раилаг силен, однако он, Кха-Белех, терпелив и однажды этот эльф станет его покорным слугой.

(Идиотия чистой воды, Раилаг не смог бы победить настоящую орду демонов, но смог победить Кирилла, Король Шио, владыка всех этих орд… не смог приструнить Кирилла. Какого Хрена? И ладно бы у Кирилла остался Клинок Принуждения, который позволяет повелевать демонами, но он передал его Антону. Еще один момент, который можно было бы сделать по другому легко, но все в итоге спущено в унитаз)

Кирилл Грифон был возрожден Сарой, которая наряду с Заной пребывала в тайном оплоте демонического рыцаря в Шио.

— Кха-Белех купился, — приветствовала возлюбленного суккуба. — Он думает, что ты мертв… так же полагает и Раилаг. Пришел черед темным эльфам хранить эту проклятую библиотеку.

— Я так и планировал, — согласно кивнул Кирилл. — Но, боюсь, Кха-Белех уже успел обрести достаточно тайных знаний. Вовремя же библиотека оказалась исторгнута из Шио! Пусть теперь темные эльфы присмотрят за Безликими!

— А Раилаг? — осведомилась Сара. — Ты думаешь, он тот самый?

— Теперь я абсолютно уверен в этом, — отвечал Кирилл. — Он тот, кто однажды отринет Кха-Белеха… Король Демонов пребывает в убеждении, что сумеет переписать судьбу Раилага в соответствии с собственными замыслами, но я сумел осознать следующее: да, судьбу переписать возможно, но даже Кха-Белех не в силах изменить истинную природу разумного существа.

(Так закончилось DLC Грани Тьмы, что можно сказать конкретно про неё? Ну Кирилл как персонаж выглядит теперь еще круче, а вот образ Раилага, сформированный в 5 части, просто замызгали говном. Да, здесь он на несколько веков моложе, ведь это предыстория, но нам не показали как он формировался, как развивался и рос над собой. Просто появился пьяница и нюня, носящий то же имя, что и культовый герой 5 части.

Последнее DLC будет уже в следующей главе, но уже сейчас можно сформировать мнение о Героях 6 со всеми дополнениями. Больше всего это похоже на ощущение горящей задницы, прожигающей и стул и пол, и когда вы с болью в сидалеще думаете, что уже достигли дна, в вашу обожонную задницу что-то тычется и вы с болью осознаёте: «это еще не конец»)

История Асхана (Герои VI DLC часть 3)

(Копаясь в материалах обратил внимание, что немного напутал с датами. В прошлой главе я плевался от того, что DLC не соответствуют хронологии, покопался на форумах и узнал, что напутал. Есть кампания за Сандро (Пляска Смерти), а есть продолжение его истории, но уже за Вейна проходит в компании нежити в Гранях Тьмы. Пляска смерти действительно происходит в 565 году, а компания нежити из Граней Тьмы в 660 году, сто лет спустя, именно компания Вейна случилась несколько десятков лет спустя после событий Раилага. Но я все равно могу не отказываться от своих слов, что подгорная война на которую ссылался брат Раилага закончилась в 702, а произошло это за несколько десятков лет до 660 года. И это не единственная несостыковка, так что хронология сценаристов все равно путается.

Но раз уж я сплоховал, и от линии времени отошел, то давайте разберем историю Сандро, а потом уже вернемся к истории Асхана)

Все меньше и меньше внимания обращал Сандро на учения своего наставника, а все больше — на собственные изыскания и выводы. Некогда Белкет обнаружил древний манускрипт, писанный самим Сар-Эламом и являвшийся частью «Откровений Седьмого Дракона». Документ, найденный ангелом, говорил о некромантии, могуществе бессмертной души и об аспекте Асхи, наименее известном и наименее почитаемом. Белкет верил, что именно этот аспект был и наиболее всеобъемлющим.

(Белкет заявлялся как изобретатель некромантии, а тут вдруг книжка Сар-Элама)

«Ибо Асха — богиня, сотворившая мир и давшая ему свое имя, есть все грани колеса существования; триединая сущность рождения, жизни и смерти. Она — Безликая Дева, герольд Судьбы, незримая и бдящая за тем, чтобы все твари живые исполняли свое предназначение. Она — Мать, породившая все живое в мире; давая жизнь, она придает форму хаосу и придает смысл неисчерпаемому потенциалу возможностей. Она — Старуха, согбенная и древняя, которая разрывает паутину жизни спицами, зажатыми в корявых пальцах, когда настает час».

Текст «Откровений», прочитанный Белкетом, гласил, что третья ипостась Асхи — наиболее могущественная, подминающая плоды трудов двух остальных. Из ритуалов, включенных в манускрипт, Белкет почерпнул два момента, что окажут кардинально важное влияние на развитие некромантии. Во-первых, это представление Асхи паучихой, ткущей нить жизни и могущей разорвать ее, когда время, отведенное душе в смертном мире, иссякнет. Во-вторых, это идея продолжения жизни: смерть — не конец, а лишь трансформа. Жалкие желания и нужды плоти, разрушительные страсти сердца, недальновидные решения разума, породившие столько войн и конфликтов — смерть была ответом всему, низвержение существования в наиболее чистую и неизменную форму.

(Бред, культ паука был сформирован после того, как нашли богиню паучиху, оживший кошмар Асхи и перерождение в смерти стало доступно именно благодаря яду этого существа. Какого Хрена нам вообще втюхивают?)

Обнаруженный текст внес раскол в отношения Белкета и Сандро, ибо для последнего некромантия была всего лишь философией, всего лишь ступенькой на пути к величайшему знанию. Некроманты нашли способ продолжать существование за пределами установленного Асхой цикла жизни и смерти, однако Белкет считал своим призванием служение Асхе; Сандро же избрал для себя иной путь, посвятив себя обретению силы, куда более древней, нежели Асха и Ургаш.

(Не совсем понятно, о каком способе обмануть смерть здесь говорится. Сандро стал личем, из-за экспериментов с Пустотой, был так же вампир Вейн, который стал вампиром, когда Белкет излечил его от магической чумы. Все прочие личи и вампиры стали таковыми благодаря яду богини паучихи. Можно было бы подумать, что как минимум путем Вейна кто-то все же пошел, но в его компании нам прямым текстом заявляют, что он единственный, на кого новая магическая чума не действует. Очень странно в общем.

Ну и конечно же задвиг про силу более древнюю чем воплощение хаоса и порядка, простите, но у меня уже кончились шутки про Мери Сью, нужно придумать новые)

В своих видениях он видел иные миры, и, не сомневаясь в реальности их существования, Сандро утвердился в мысли о том, что мир Асхан — тюрьма, что должная удерживать души на протяжении вечности, подобно тому, как Шио стал тюрьмой для демонов. Сандро считал Драконьих Богов не более, чем паразитами, поддерживающими свое существование душами и верой смертных. По его мнению, обращение в нежить было первым шагом, необходимым для того, чтобы вырваться из предопределенного цикла, но Сандро отказался испить яд священных пауков-намтару, опасаясь, что оный сделает его послушной марионеткой Асхи. Магия Пустоты обратила его в лича, и выжил Сандро, лишь привязав душу к собственным лишенным плоти костям.

Сандро собирался втайне от других некромантов Паучьего Культа претворить в жизнь собственные замыслы, но появление в Семи Городах сущности, называемой Матерью Намтару, спутало его планы. Это воплощение кошмаров Асхи открыло своим последователям, что Сандро замышляет предательство культа, назвав лича Пророком Пустоты. Разоблачению Сандро способствовал рыцарь смерти Вейн, прежде — его лучший друг, после чего некромант Мерих воплотил в жизнь волю лорда Белкета, Великого Архонта, объявив об изгнании отступника.

Так, Сандро был лишен всех собранных за годы пребывания в Семи Городах артефактов и изгнан из Аль-Бетила; шесть долгих десятилетий вынашивал он помыслы об отмщении, и вот, наконец, его час настал.

(Ок, компания Пляска Смерти это 565 год, уже после 60 лет изгнания. Мать Намтару была найдена в 505 году, как раз как её нашли так сразу Сандро изгнали. Согласно вики Намтару, яд которых якобы отказался пить Сандро, были созданы Матерью Намтару, они буквально излучение её силы, скорее призраки, чем физические тела. Какого Хрена? Где и когда Сандро могли предложить пить этот яд? Если из описания ситуации выходит, что он получил это предложение еще до становления личем)

Лич вернулся в герцогство Быка, надеясь обрести здесь посох взамен отобранного у него некромантами Паучьего Культа. Герцог Овидио известен страстью к древним реликвиям, и не скрывает, что в его руках находится легендарный Посох Подземного Мира. После того, как Сар-Элам стал Седьмым Драконом, многие пытались проследовать тем же путем через Мир Духов, дабы познать вознесение, обращение в высшую сущность. Один из таковых, послушник по имени Тайбах, пытался проникнуть в Мир Духов через Пустоту, однако дух его оказал пленен вне времени и пространства, а в мире смертном тело стремительно разложилось, и остался от него лишь череп. Ныне он венчает Посох Подземного Мира, и, говорят, в глазницах черепа отражается сама Пустота, однако владелец этой реликвии может направлять ее гибельные силы, дабы «стирать» противников из сущего, поглощая их физическое и духовное естество.

(Больно мне. Столько вопросов было, почему маги не пробуют пройти путем Сар-Элама и вот нате вам, оказывается пробуют, но не получается. Презираемые магами орки при помощи примитивных ритуалов шастают в мир духов и обратно на постоянной основе, а у магов с этим проблемы?

И какого хера с посохом подземного мира? Такая мощная и ультимативная штука и правда должна просто пылиться в коллекции некоего Герцога и никому до этого дела нет? Не в Реликварии Ангелов, где собирают все опасные артефакты Империи? Ну или хотя бы в неком тайном хранилище герцога, чтобы про посох никто не знал?)

Именно эту реликвию и стремился прибрать к своим рукам Сандро. Поэтому и назначил тайную встречу графине Лукреции де ля Сегадора в диких землях на границе герцогства Быка, судя по всему, после «случайной» смерти отца молодого герцога Овидио эта особа впала в немилость, и нынешний правитель этих земель изгнал ее из своей вотчины, лишив титула и земель. Быть может, таким образом Овидио избавлялся от неугодных дворян, заменяя их своими людьми.

Как бы то ни было, Сандро предложил Лукреции совместными усилиями попытаться изменить ситуацию к лучшему, поведав о том, что стремится заполучить артефакт из коллекции герцога, хранящейся в сокровищнице летнего дворца, Корнадоры. Лич полагал — и небезосновательно, — что опальной графине известен тайный ход во дворец, но всякая информация имеет свою цену. Лукреция поведала, что стремится унизить фаворита герцога, которому тот передал ее родовой замок, Ля Сегадора, и просила Сандро сокрушить его силы, но при этом сохранить жизнь нынешнему графу.

Сандро во главе отряда нежити ступил на северный тракт, миновал город Корвино, и вскоре достиг замка Ля Сегадора, правил которым брат Лукреции — Джованни, куда более сведущий в политических играх, чем сестра, и, судя по всему, всячески поспособствовавший ее опале. Лич, однако, не обратил ни малейшего внимания на бахвальство уверенного в собственных силах Джованни, с легкостью сокрушил его воинов, однако сохранил графу жизнь.

Около Ля Сегадоры Сандро посетил могилу Альмы, прабабушки Лукреции, сущность которой ныне пребывала в теле ворона, повсюду сопровождавшего некроманта.

(Лукреция действительно носит одну фамилию с Сандро, но я никогда до этого не встречал упоминаний, что она была внучкой его сестры, которую он так любил. В мобильной игрушке, где мы встречаем Альму она вообще создаёт впечатление мелкой соплюшки, лет шестнадцати, о замужестве и родах которой не было упоминаний.

И ну тот факт, что Сандро крупно подставил внучку своей любимой сестры не очень-то хорошо характеризует его как личность)

Вернувшись к Лукреции, Сандро сообщил, что «фаворит герцога» сполна усвоил урок, и женщина поведала, что в подземельях замка Овидио находится тоннель, ведущий к вратам в Мир Духов, посредством которого правящая семья может надеяться покинуть твердыню в случае осады. Однако с помощью сего портала можно проникнуть и внутрь, а для этого необходимо отыскать два Драконьих Ока — артефакты, необходимые для открытия врат.

(Что? Маги пытаются найти безопасный путь в Мир Духов, а тут вот просто так построили стабильный портал, ну просто на случай побега)

Лукреция вызвалась сопровождать Сандро, ибо донельзя устала от закулисных политических игр Империи Сокола. Избегая патрулей герцога Быка, некромант и спутница его разыскали два кулона, называемые Драконьими Очами, после чего устремились к восточным топям Манзо, где с помощью артефактов активировали магический портал, ведущий в Мир Духов.

Проследовав через оный, войска Сандро и Лукреции обнаружили себя на горной тропе близ входа в подземелье, ведущее в подвалы Корнадоры. Здесь, в сокровищнице путь им преградил сам герцог Овидио, узнав от Джованни о бесчинствах, творимых на землях его вотчины, правитель герцогства Быка вознамерился лично удостовериться в гибели смутьянов. Герцог с ненавистью воззрился на сопровождающую лича Лукрецию: эта женщина соблазнила его отца, заставила того отвергнуть законную супругу, наверняка и к гибели его руку приложила, хоть веских доказательств тому и нет.

В последовавшем сражении нежить Сандро одержала верх над ангелами и грифонами, за спинами которых надеялся укрыться герцог, после чего разорвала на части его самого. Ворвавшийся в подземный чертог Джованни опешил: он столько усилий приложил, чтобы стать ближайшим сподвижником Овидио, и смерть последнего перечеркнула все планы коварного графа.

Сандро, забрав с пьедестала Посох Подземного Мира, скрылся из замка наряду с Лукрецией, ступив в сотворенный магический портал. Опальная графиня, понимая, что в Империи Сокола навсегда останется преступницей и беглянкой, выказала желание стать ученицей Сандро и верной последовательницей.

Незадолго до изгнания его из Паучьего Культа Сандро выкрал из сокровищницы Белкета артефакта, названный «Кольцом Грешника». Давным-давно, в эпоху Империи Шантири, в одном из великих храмов, посвященных Малассе, пребывал Верховный жрец — но не Безликий, а человек. В час Войны Старейших ангелы вознамерились разрушить храм, но обнаружили, что здание бесследно исчезло, а Верховный жрец мертв. На пальце последнего ангелы обнаружили кольцо, которое и назвали «Кольцом Грешника». После артефакт перешел к Сар-Шаззару, затем — к Белкету и сейчас кольцом владел Сандро, которой сумел выяснить, в чем истинное назначение этого магического предмета. Незадолго до нападения ангелов Верховный жрец сумел сотворить карманное измерение в Мире Духов, куда и переместил храм Малассы, но пожертвовал для этого своей жизнью. Сандро же стремился проникнуть в это святилище, и для этого ему и был необходим Посох Подземного Мира.

Прибыв наряду с Лукрецией на южную оконечность полуострова — границу земель Семи Городов, пустыню Сахаар, Сандро решил посетить несколько точек силы, окружающие пространство, где прежде находился храм, и с помощью Посоха Подземного Мира направить энергии этих точек в Кольцо Грешника. Конечно, действовать надлежало быстро, ведь как только Белкету станет известно о возвращении своего старого друга, по следу последнего немедленно будут посланы войска Паучьего Культа.

Лукреция и Сандро посетили остров Телал-Габил, занятый некромантами, и Хрустальный Остров, ставший ареной противостояния орков и чародеев. В процессе поиска точек силы некромант обучал молодую женщину предвечной магии, дарующей власть над жизнью, смертью, временем и пространством.

Наконец, они прибыли на остров, на котором находились руины городов Шантири, здесь же пребывало немало некромантов, занятых исследованиями и оказавших яростное сопротивление посмевшему вернуться в сии пределы Сандро. С помощью Кольца Грешника он сумел открыть портал в карманное измерение, после чего поведал спутнице о том, что в искомом им храме Малассы должен находиться артефакт Безликих — Маска Ложного Лика, позволяющая владельцу изменять облик так же, как это делают Безликие.

(Я бы придрался к тому, что такой артефакт создан безликими. Нафига он им? Но ладно, про кольцо грешника упоминалось, что оно принадлежало служителю тьмы, что был человеком. Так что будем считать, что подобный артефакт был создан для подобных ему)

Велев Лукреции оставаться возле портала, Сандро ступил внутрь… оказавшись в измерении, скрытом внутри Кольца Грешника. Здесь к личу обратился дух Верховного жреца Малассы, требуя покинуть святилище Драконицы Тьмы, однако лич не собирался следовать его воле. Он осознал, что жрец не только пожертвовал собственной жизнью для создания сего плана бытия, но могуществом души оградил оный от пространства Мира Духов.

(Верховный жрец человек? Какого хрена, кто его вообще пустил? Безлики юзают коллективный разум, я мог бы понять их готовность взять в свои ряды кого-то со стороны, но поставить над системой существо к системе не подключенное? Кто это придумал?)

Сандро разыскал Маску Ложного Лица, после чего уничтожил душу Верховного жреца. Карманное измерение вот-вот прекратит свое существование, поэтому лич поспешил к порталу, посредством которого надеялся вернуться в мир смертный.

Тем временем Лукреция, оставшаяся у межпространственного рифта, с ужасом лицезрела призрачного дракона, опустившегося чуть поодаль. Последний поведал женщине, что все, с нею произошедшее — смерть герцога Быка, последовавшая опала — дело рук Сандро, претворявшего в жизнь свои замыслы, ибо в этом и состоит суть лича, обожающего манипулировать окружающими себе в угоду. И теперь, говорил дракон, он оставил ее здесь, умирать в одиночестве.

Призрачный дракон сразил Лукрецию, после чего дождался возвращения из карманного измерения Сандро, которого приветствовал как старого друга. Лич оказался впечатлен: он и помыслить не мог, что Белкет способен обращать в нежить драконов… тем более, направлять собственную сущность в тела этих могучих созданий.

— Я — слуга Асхи, — возвестил Белкет. — Ее сила — моя сила! И ее сила безгранична!

— Ее сила — лишь искра в бесконечности Пустоты, — возразил Сандро. — Признаю, твое могущество возросло… Но и мое тоже!

В последовавшем противостоянии войска Сандро повергли некромантов, сопровождавших Белкета, а сам лич покончил с физическим воплощением предводителя Паучьего Культа.

(М-м… Я хочу напомнить читателям, что хотя Белкет считался архонтом культа, по лору он не поддерживал его, а ушел в добровольное изгнание. Как один из учеников Сар-Шаззара, Белкет, как и прочие маги, скорее всего в принципе отвергал божественное, воспринимая драконов больше как концепции. С чего он вдруг превратился не только в действующего лидера культ, но и в откровенного фанатика?)

Смертельно раненая Лукреция спрашивала, правдивы ли слова Белкета касательно несчастий, произошедших с ней, и Сандро подтвердил: да, он действительно расставил фигуры на доске, дабы однажды опальная графиня могла присоединиться к нему и способствовать воплощению в жизнь великого замысла. Услышав это откровение, Лукреция не испытала ненависти — лишь восхищение: поистине, её наставник — великий злодей, и многому может — и должен! — научить ее.

(Яндере-мод? Кому-то нужно смотреть меньше аниме. Вопрос только кому, мне или сценаристам?)

Так, Сандро возродил Лукрецию нежитью, обещая, что со временем она узнает все тайны мироздания. Ведь Асхан — далеко не единственный мир в великой Пустоте, и за пределами сотканной Асхой Завесы находятся мириады планет и лич лицезрел их в своих видениях.

(Какого Хрена? Без яда намтару поднимается только безмозглая и низкоранговая нежить. Личи и вампиры получаются только посредством долгого и тяжелого ритуала с тем самым ядом. В какую нежить Сандро возродил свою внучатую племянницу? Согласно описанию героя из 5 части Лукреция была вампиром.

Как вы понимаете в пятой части нет ни единого упоминания, что Лукреция какой-то необычный вампир (хотя там даётся намек, что она та ещё шлюшка и гедонистка), хотя там упоминается, что она была обращена Сандро, но это не делает её изгоем или предателем для остальной нежити. Более того, про Лукрецию даже написано, что она возведена в ранг «Принцессы Нежити». Объяснений как, чего и куда, как вы понимаете, не будет)

— Через Завесу можно прорваться, освободить наши души из этой тюрьмы, — говорил он. — И для этого нужно всего лишь убить бога! Посмотрим, достойна ли Маска усилий, затраченных на ее обретение.

Используя Маску Ложного Лика, Сандро странствовал по миру, собирая подле себя отверженных, отринутых Драконьими Богами. Так был основан Орден Пустоты. На протяжении столетий члены его оставались в тенях, изменяя ход событий себе в угоду…

(Столетий, когда как по вашей хронологии между этой и следующей компанией прошло ровно 105 лет. Ну будем считать, что опечатка. Так закончилось DLC Пляска смерти, перейдем же к компании за нежить в Гранях Тьмы)

Сто лет спустя Незримую Библиотеку посетил некто, скрывающийся под иллюзорной личиной Повелителя Кланов. Узнав об этом, Раилаг пришел в ярость, потребовав у Безликих объяснений, как такое могло произойти, и что здесь понадобилось чужаку, который, как удалось выяснить, был личем.

— У него была при себе Маска Ложного Лица, — отвечал принцу темных эльфов Йорген. — Но мы не понимаем, зачем он сюда приходил.

(Кем нужно быть, чтобы создать артефакт с твоей родовой способностью (а значит тебе он по определению не нужен, и ты отдашь его кому-то за пределами рода) который может тебя обмануть?)

— Так что же он украл из библиотеки? — допытывался Раилаг. — Какое-нибудь могущественное заклинание?

— Он не взял ничего, — ответил Безликий. — Но определенные вещи оказались… позабыты.

— Позабыты? — озадачился темный эльф. — Но Незримую Библиотеку составляет тысяча связанных между собою разумов! Как все они смогли взять да забыть о чем-то? Неужто здесь замешаны ангелы?

(Хороший вопрос, не тот, что про ангелов (этот вопрос тупой, при чем тут ангелы?), а как можно незаметно стереть память тысяче связанных умов? Особенно если учесть, что все эти умы принадлежат мастерам магии разума со стажем около тысячи лет)

— Нет, — прошелестел Йорген. — Враг темен… темнее ночи. Подобная чернота затмевает даже наши темнейшие тени.

Раилаг встревожился: похоже, помимо Короля Демонов, у его народа появился новый, таинственный и куда более опасный противник.

Вскоре таинственный недуг начал уносить жизни некромантов Эреша — личей, вампиров и намтару. Священная Империя, на троне которой восседала жаждущая славы принцесса Дрю Сокол, воспользовалась слабостью противника, дабы вторгнуться в долину.

(Какого противника, какая слабость? По вашей хронологии сейчас 660 год, только что закончились так называемые Восстания Некромантов, 50 летняя вражда между Домом Вечности и прочими домами Семи городов, но некроманты все еще остаются частью, более того очень могущественной частью сообщества магов. Гражданская война, после которой их изгонят из этого сообщества, закончится только в 770 году, более чем век спустя. На кого напала Империя, на магов вообще? Так с каких пор маги и имперцы стали врагами? Почему среди магов не нашлось никого, кто воспользовался бы слабостью недавнего противника? Ах да, Магов не было среди фракций Героев 6. Какого Хрена?

И конечно же «некроманты Эриша». Эриш был столицей некромантов в 5 части, по хронологии они туда ещё не перебрались, но сценаристам плевать)

По неведомой причине чума не оказала воздействия на рыцаря смерти Вейна, оставившего сородичей столетие назад, и Иерофант Анастасия призвала Пожинателя Душ в Эреш, сообщив о том, что весь культ богини-паучихи в опасности!

— Мне нет дела ни до богини-паучихи, ни до ее священного цикла! — отозвался Вейн, на что Анастасия резонно заметила:

— Лорд Вейн, священный яд паучихи течет и в твоих жилах, и со временем ты ощутишь его укус. — Рыцарь смерти нахмурился: возможно Иерофант права, и рано или поздно таинственная чума сразит и его.

(Показательный диалог, из которого я делаю вывод, что никто не пытался стать вампиром путем Вейна. После нахождения Матери Намтару он тоже принял в себя яд, на который и воздействовала вторая чума, при этом Вейн был единственным, из принявших яд, на кого чума не подействовала)

— Но почему за дело не возьмется мастер Белкет… или одно из его созданий? — полюбопытствовал он.

— Лорд Белкет пытается найти исцеление от чумы, — ответила Анастасия. — А наши имперские соседи воспользовались моментом, чтобы осуществить вторжение.

— Если прикажешь выступить против них, я подчинюсь, — принял решение Вейн, и Иерофант повелела:

— Я приказываю тебе, лорд Вейн, защитить наши земли. Ты немедленно отправишься в Нелшам-Надин, где тебя встретит Людмила.

— И еще одно знакомое лицо, которое я надеялся никогда более не увидеть, — вздохнул рыцарь смерти.

— Ты отправишься в путь не один, — Анастасия проигнорировала реплику Вейна. — К тебе присоединится моя юная послушница, Закера. Не позволяй себе обмануться ее молодостью и тем фактом, что она все еще смертна. Она окажется весьма и весьма полезна…

Вейн немедленно выступил в направлении приграничного города, Нелшам-Надина. Вампиры, состоящие в его армии, пребывали в странной апатии, и каждый день умирали. Общество Закеры радости рыцарю смерти не доставляло, своенравная, уверенная в себе дева донельзя его раздражала, поэтому Вейн велел ей держаться поближе к обозу и пореже показываться ему на глаза.

На второй день пути отряд миновал небольшой некрополь — обиталище некроманта Яшара, создателя ламасу. Вейну казалось, что они прежде встречались, но он никак не мог вспомнить этого эпизода из своей жизни. Говорят, утрачиваемые воспоминания — первый из симптомов чумы, разящей нежить.

(Старческий маразм проявляется так же)

— Да, мы встречались, лорд Вейн, — с готовностью подтвердил Яшар. — Ты навещал меня наряду с Анастасией и маленьким ребенком.

— Маленьким ребенком? — озадачился Вейн. — Ничего не помню…

У ущелья близ долины, рекомом Шрамом Нелшама, путь нежити преградили ангелы, наверняка эти союзники Священной Империи стремятся замедлить продвижение армии Вейна. Однако надеждам ангелов не суждено было сбыться, и они пали, разгромленные армией Пожинателя Душ. Воины последнего устремились через каньон к городу, по легенде, в час Войн Творения здесь разразилось страшное сражение, и Аша была ранена, посему на равнине так много драконьих кристаллов, которые, если верить поверьям, если ничто иное, как застывшая кровь драконов.

Наконец, нежить достигла врат Нелшам-Надина — города, славящегося своими алхимиками и изготовителями зелий — как гибельных, так и целебных.

— Лорд Вейн, Жнец Душ, — приветствовала рыцаря смерти Людмила, — главный палач Архонта Белкета… должно быть, настали поистине отчаянные времена, если Анастасии пришлось прибегнуть к твоей помощи.

— Леди Людмила, — слегка поклонился Вейн, ничуть не скрывая своей неприязни. — Так где же расположены имперские войска? Как они сумели разрушить мост?

И он кивком указал на виднеющийся вдали остов моста через бурную реку, отделяющую долину Эриш от земель Священной Империи.

— Это я разрушила мост, чтобы не дать противнику возможности пересечь его, — ответила Людмила. — И здорово видеть тебя снова после стольких лет, Вейн.

— Мы никогда не были друзьями, Людмила, — скривил губы рыцарь смерти.

— Может, у тебя друзей и не было, но по тебе определенно скучали, — усмехнулась женщина. — Также я помню следы, которые ты оставлял на поле брани: головы, насаженные на копья, освежеванные тела, кровавое месиво… Одно из подобных мест я пересекла, направляясь сюда. Почему ты не направился сразу же в Нелшам-Надин, а вместо этого решил устрашить наших противников?

(Судя по описанию, прям граф Дракула какой-то)

— О чем ты? — искренне озадачился Вейн. — По пути сюда я не встречал имперцев. И я больше не спускаю кожу со своей добычи.

— Клянусь паучихой! — в искреннем изумлении выдохнула Людмила. — Готова была поклясться, что это твоих рук дело! Говорят, кровавая чума первым делом воздействует на разум. Должно быть, один из нас уже заражен ею.

Продолжать эту тему Вейн был не намерен, и велел Людмиле показать ему мост, дабы оценить свои возможности по обороне города. Некогда, в молодости, в этой самой долине он верховодил жарким сражением, тогда погибли тысячи, отказавшиеся склонить колено пред Белкетом. Их кости по сей день устилают землю, и умирая, несчастные вознесли мольбу Илату, поэтому некроманты не в силах поднять их нежитью. Людмила устремилась на поиски свитка с заклинанием, способным превозмочь проклятие, и вскоре оное оказалось снято, и множество неживых воителей пополнили ряды защитников Нелшам-Надина.

(Идиотизм. Сила Эльрата не дает иммунитета к некромантии, зато сила Илата дает. Кости эти не могли поднять уже очень давно, а сейчас вдруг подняли. Кто-нибудь сможет придумать миссию по сбору войска более тупую чем это? У меня так и не получилось)

Понимая, что мост пересечь ее армии не сумеют, юная принцесса Священной Империи Дрю Сокол приказала солдатам установить на границе державы катапульты, дабы сокрушить стены прибежища некромантов Семи Городов. Кроме того, к западному побережью приближались военные корабли Империи, в то время как ангелы заняли восточные пределы долины и принялись творить Врата Света, чтобы через Мир Духов доставить к оплоту некромантов костяк имперской армии.

Покончив с ангелами, Вейн разыскал тайный портал, посредством которого сумел провести свое воинство в земли к северу от рифта, разделяющего земли Империи и долины Эреш. Здесь, стараясь не приближаться к укрепленному городу Кастлкроссу — оплоту Дрю Сокол, рыцарь смерти устремился на сопредельные Сияющие Равнины (получившие свое названия из-за обилия светлячков), где уничтожил катапульты, угрожающие Нелшам-Надину.

— Ранее все страшились твоего клинка, теперь же — твоих армий, — с уважением сказала Людмила, обращаясь к рыцарю смерти, когда воинство нежити возобновило марш по торному тракту.

— Неважно, лишь бы победа была с нами, — отозвался Вейн. — Страх — сильное оружие, если умело им пользоваться.

— Почему же ты оставил нас? — продолжала спрашивать вампирша. — Ты был Жнец Душ в то время, когда Белкет еще собирал нас в единый орден. Если бы ты пожелал, то мог бы править нами сегодня вместо Анастасии.

— Белкет основал орден, — согласился Вейн, — но оный обратился в культ, когда Светлана освободила и явила нам Мать Намтару. Вчера мы были чародеями, а на следующий день стали священнослужителями. Я не верю в Мать Намтару… лишь в собственный меч.

— А что, если завтра мы станем кланом повелителей смерти и решим править этим миром? — испытывающее осведомилась Людмила, и Вейн ответил:

— Я видел, куда ведет этот путь. Не стремись следовать по нему, Людмила. Он дарует тебе лишь опустошение…

Захватив шахты по добыче кристаллов, миньоны Вейна взяли в плен немало рудокопов. Закера молила рыцаря смерти даровать им быструю смерть, не обращать в нежить, в то время как Людмила настаивала на том, что имперцам надлежит наглядно продемонстрировать, какая участь ожидает посягающих на земли богини-паучихи. Вейн внял совету Закеры, велев своим воинам покончить с пленниками.

— Анастасия говорила, что ты можешь многому научить меня, лорд Вейн, — с уважением сказала Закера, — теперь я понимаю, что она имела в виду. Ты сражаешься с мрачной и холодной решимостью, однако и с честью.

— Честью?! — хохотнула Людмила, не скрывая презрения. — Закера! Эти рыцари Света вторглись на наши земли! Может, нам еще и цветы им на могилы возложить? Им нужно преподать жестокий урок, иначе они продолжат возвращаться!

— Людмила… — вздохнула девушка, — Асха использует всех. А лорда Вейна она использует как острый меч. Смертоносный, но не жестокий.

— Куда подевался Жнец Душ, лорд Вейн?! — воскликнула Людмила. — Половина обитателей Эреша дрожала в своих склепах, когда узнала о твоем возвращении. Время, проведенное тобою с Мечами Ветра, даровало тебе острейший меч, но притупило дух.

(Про Мечи Ветра мы поговорим отдельно, с ними тоже связан сюжет)

Устав от перепалки, Вейн велел обеим женщинам убираться прочь, в обоз, и, по возможности, не показываться ему на глаза. После чего рыцарь смерти продолжил укрепление оборонительных рубежей Нелшам-Надина, разместив на южной стороне ущелья гигантских пауков, изрыгающих ядовитую слюну. Закера предложила воспользоваться этими монстрами, чтобы сокрушить расположенные близ ущелья рудники имперцев, и лишить их драгоценных ресурсов, Людмила же настаивала на необходимости уничтожения ядовитой слюной пауков солдат противника. И вновь Вейн проявил несвойственные ему прежде черты характера, ограничившись разрушением рудников.

Противник, однако, не собирался отступать, и солдаты принцессы Империи приступили к наведению нового моста через пропасть Шрам Нелшама. Людмила предлагала повесить пленных имперцев на берегу реки, дабы поколебать решимость воителей, однако Вейн идею отмел с ходу.

— Я сражался вместе с рыцарями Империи, — заявил он. — Жестокость лишь усиливает их решимость. А вот когда им не за что сражаться, они ослабляют оборону.

— И ты некогда был Жнец Душ! — восклицала Людмила, не в силах принять для себя столь разительно изменившегося рыцаря смерти — ныне расчетливого, рассудительного. — Прежний Вейн искупал бы своего коня в их крови, а павших имперцев обратил бы в нежить!

— Того Вейна больше нет, Людмила, — произнес рыцарь смерти с откровенной угрозой в голосе. — Не буди его.

Отряд, занимавшийся наведением моста, удалось сокрушить; тела зодчих Вейн приказал сбросить в пропасть, а солдат обратить в скелетов. Закера, однако, предложила в будущем повременить с казнью пленников, ведь вампиры, входящие в состав армии Вейна, нуждаются в свежей крови.

Наконец, к Нелшам-Надину выступила армия Дрю Сокол, желавшей заслужить одобрение отца и в будущем заявить о своих правах на трон Империи. Да, выступая под стягами Света, она сражается не против Тьмы, но ради собственной славы. Самому же Вейну подобный мотив был чужд.

Поскольку достигнуть долины Эреш по суше возможным не представлялось, войска имперцев подошли с моря, и, высадившись на берег к западу от Нелшам-Надина, возобновили марш. Понимая, что пришло время положить конец этому глупому затянувшемуся конфликту, Вейн повел свое воинство в атаку, и, одержав верх над противником, пленил принцессу, велел заковать ее в цепи, после чего целой и невредимой доставил Иерофанту Анастасии.

— Годы, проведенные с Мечами Ветра, изменили тебя, Вейн, — признала та. — Ты не тронул ни ее плоть, ни душу. Неужто Жнец Душ в тебе умер?

— Я — тот самый Вейн, которого ты оставила 20 лет назад, Анастасия, — отозвался рыцарь смерти. — Образы прошлого могут быть позабыты, но мы не можем изменить свою сущность…

— Ты все еще не забыл ту историю? — губы Анастасии тронула печальная улыбка. — После всего случившегося… Но теперь оставь меня. Ты исполнил свое обещание. С Империей Сокола заключен мир, а в конце месяца я верну юную Дрю Императору и Императрице. Тебя же ожидают твои Мечи Ветра…

Неожиданно Анастасия осела на каменный пол, лишившись чувств. Встревожившись, Вейн велел служителям Иерофанта немедленно разыскать Закеру, сам же обратился к вбежавшей в чертог Людмиле с вопросом:

— Что это за недуг? Почему я не ощущаю его воздействия?

(Столько времени прошло, а ты только сейчас задался этим вопросом? Мертвые мозги думают слишком медленно)

— Мы с тобой были обращены в нежить до того, как оказалась обнаружена Мать Намтару, — пояснила женщина, — и мы приняли менее сильный яд. Ближайшие к Матери индивиды ощущают чуму сильнее прочих… и Анастасия в том числе. Но недуг становится сильнее, и со временем наверняка затронет и нас… но первыми погибнут наши самые юные и слабые собратья. Белкет отправился к Безликим, надеясь отыскать исцеление. С ним пребывает наша единственная надежда.

(Э-э… Чё? Людмила, так же, как и Вейн стала нежитью до обнаружения Матери Намтару? Окей, открываем биографию Людмилы и читаем: Родившись в семье герцога Быка, Людмила с ранних лет поняла, что придворная политика так же беспокойна и так же значительна, как мышиная возня. Увлёкшись поисками более надёжной формы власти, Людмила скоро вела двойную жизнь, вступив в тайное общество некромантов. Когда один из них, сладострастный вампир, стал её любовником, она взяла моду носить ошейник с клёпками, то ли в качестве символа бунта, то ли чтобы прикрыть следы от укусов. Через некоторое время она и сама прошла ритуал и стала вампиром. Бессмертие стало ценным подарком для такого стремящегося к власти сибарита, как она.

Следите за цепочкой рассуждений. Чтобы стать вампиром, в Асхане вам нужно пройти крайне болезненное перерождение с использованием яда намтару и их паутины. Людмила долгое время общалась с вампиром (И это вряд ли был Вейн, так как он был настояшим монстром из книжки про Дракулу, а тут говориться про «сладострастного вампира», что-то вроде Сумерек, ей богу), а потом и сама прошла некий ритуал. Каким образом это вяжется с обращением нежитью до обнаружения богини паучихи?)

— Белкет никогда не поклонялся Матери Намтару, — заметил Вейн. — Он — мистик, и ищет пути, незримые для остальных. Он старше вампиров, старше самого Сар-Элама… и даже когда все мы оставим этот мир, Белкет продолжит свое существование.

— Если ты ставишь под вопрос его приверженность нам, то с гибелью Матери Намтару он потеряет столь же много, как и все мы, — возразила Людмила. — Время изменяет даже ангелов, Вейн. Особенно падших.

— Я не остановлюсь, пока Анастасия не исцелится от этого недуга, — постановил рыцарь смерти, — и что-то подсказывает мне, что Белкет руководствуется в своих поисках не совсем верными мотивами. Я поведу вслед за ним армию, и ускорю его поиски.

(Правильная мотивация — половина сделанного дела)

Так, покинув долину Эриш, воинство Вейна устремилось на северо-запад, где в подземных пределах десятилетие назад осели темные эльфы.

(А как же столетняя война с гномами, о которой говорил один из принцев?)

Закера вызвалась сопровождать рыцаря смерти, не преминув осведомиться:

— Почему ты полагаешь, что Архонт Белкет не сумеет отыскать исцеление от чумы?

— Если кто-то, живой или мертвый, и может найти исцеление, то только он, — пояснил Вейн. — Я боюсь, что он не успеет сделать это до того, как Анастасия погибнет.

— Он был среди тех, кто поддержал ее становление Иерофантом, — напомнила Закера, на что Вейн возразил:

— Анастасию избрала Мать Намтару, а не Белкет. Он же достаточно умен, чтобы не оспаривать волю воплощения Драконьей Богини.

(А почему Белкета это вообще должно волновать? Ангел смерти выглядит шизоидом каким-то, то он исследователь, недовольный тем, что некроманты стали религиозным культом и потому ушедшим в добровольное изгнание, то он фанатично преданный служитель Асхи, а теперь Вейн рисует образ расчетливого политика. Это точно один и тот же персонаж? Просто со стороны выглядит как три принципиально разных архетипа)

След Белкета отмечали сотни могилок у торного тракта, ибо сопровождающая Архонта нежить, личи и вампиры, так же страдала от чумы. Подобную участь разделяли и иные неживые создания из воинства Вейна, что последнего несказанно злило.

В одном из горных ущелий, через которые пролегал путь Вейна, рыцарь смерти заметил отряд зверолюдей, берущих в кольцо некромантов — наверняка сподвижников Белкета. Вейн присутствовал при сотворении зверолюдей чародеями Семи Городов, и понимал, что закоренелая ненависть к заклинателям, питаемая этими тварями, вполне оправдана. Тем не менее, Вейн приказал своим войскам покончить со зверолюдьми, и спасенные некроманты поведали рыцарю смерти, что оплот их предводителя находится в северном ущелье.

(Зачем? Зачем вы, сволочи, опять даёте информацию, которая ни хрена не объясняет, но дает целый ворох вопросов? Создание зверолюдей 344 год, первая магическая чума, в следствии которой Вейн стал вампиром, 400 год. Присутствовать при сотворении и сделать из него выводы можно только будучи не только в зрелом возрасте, но и состоятельным магом, при этом сам Вейн не является гениальным заклинателем, скорее уж умелым воином, а значит такого уровня он не мог достичь ни в 20, ни даже в тридцать лет. Но даже хрен с ним, пусть, он каким-то неведомым науке образом присутствовала там в 20 лет. Плюс 56 лет до чумы, всего 76. Каким образом 76 старик смог сопротивляться чуме все то время, что Белкет ставил на нем опыты? Как он пережил эти опыты? Раньше я думал, что все это стало возможным, потому что он был молод и больше воином, чем заклинателем, а теперь я даже не знаю, что и думать)

Здесь Вейн обнаружил призрачного дракона, оказавшегося посланником Ангела Смерти. Пообщавшись с огромным чудовищем, рыцарь смерти известил Закеру и Людмилу о том, что Белкет обнаружил временное исцеление от чумы, и это аура призрачных драконов.

(Поэтому источник исцеления, пусть и временного, не находиться рядом с личами и вампирами, которые там дохнут пачками, а летает с поручениями? Гениально)

Через посланника Вейн предложил Белкету свою помощь в поднятие драконов с древнего погоста, находящегося здесь же, в горах. Это подарит Анастасии еще несколько месяцев существования — быть может, год, однако истинное исцеление может быть найдено лишь в Незримой Библиотеке, стало быть, некромантам следует спуститься в подземные пределы и просить о помощи темных эльфов. Вот только последние и слышать ничего не хотели, ибо называли Вейна убийцей, недавно напавшим на них, но сам рыцарь смерти не помнил о подобном.

(А послать на переговоры кого-нибудь еще, кроме известного на весь мир рыцаря смерти, знаменитого своими кровавыми расправами прямо на поле боя, вы не додумались?)

Закера обратилась к Вейну с неожиданной просьбой, моля обратить ее в нежить, проведя древний ритуал, которым последователи Белкета пользовались до обнаружения Матери Намтару.

(Где? Где эти сучьи последователи, если пока из нежити чуме мог сопротивляться сам Вейн, что был обращен подобным образом, и Людмила, которая говорит, что была так же обращена как-то нестандартно, пусть даже по внутренней логике это невозможно. Какого Хрена?! Всего одна фраза, что групп поисков, возглавляемых древней, а значит и высокопоставленной, нежитью, несколько и я бы не приставал к сценаристам. Но нам с упертостью осла талдычат, что мы избранные, мы единственные, а тут вдруг раз, и нет, не единственные)

— Какой прок от моего слабого смертного тела? — спрашивала девушка, на что Вейн ответил:

— Если я выпью твою кровь, ты умрешь, Закера. Ты понимаешь, к чему это приведет? Лишь яд Матери Намтару сможет возродить тебя, и ты станешь одной из нас. Холодной, бессердечной, лишенной возможности выносить и родить дитя. Наверняка Анастасия говорила тебе об этом.

(Теперь у меня вопрос к Людмиле, якобы обрушенной другим вампиром. Вот Вейн прямым текстом говорит, что человек выпитый вампиром умирает, и возродить его может только яд, при чем яд не обычного намтару, а только самой богини паучихи. Какого Хрена?)

— Анастасия учила меня, что мой долг — служить Матери Намтару и предоставлять пищу для ее воителей в час нужды… — вздохнула Закера, однако Вейн, несмотря на призывы Людмилы испить крови девушки, отказался это сделать.

— Вейн, Анастасия отправила Закеру с тобой, потому что не смогла сама принять это решение, — настаивала Людмила, пораженная категорическим отказом рыцаря смерти обратить их спутницу в вампиршу. — Она слишком сильно любит ее. Именно ты должен обратить ее.

(Какое обращение в вампиршу, если нам только что сказали, что выпитые вампиром умирают? Или у них там, чисто на всякий случай с собой цистерну яда возят. Ну знаете, вдруг по дороге подвернется возможность пополнить ряды вампиров, почему бы не надоить свою богиню для такого случая)

— Я понимаю, что если сделаю это, одна дверь откроется, а другая — закроется, — отвечал Вейн. — Я сам определяю, кто я, а не обстоятельства.

(Пи***шь! Тебя обратили, спасая от верной смерти. Ты первый вампир в истории, и просто не мог ничего выбрать, так как не знал, чем станешь)

— Ты действительно изменился, если отказываешься обратить девушку, желающую этого, — резюмировала Людмила. — Прежний Жнец Душ сделал бы это, не раздумывая.

— Леди Людмила… — процедил рыцарь смерти, — прежде я полагал, что жизнь и смерть — довольно простые концепции. Но нет ничего простого. Каждый выбор несет за собой последствия, даже столь простые, как питье крови женщины… или утирание слез ребенка.

Людмила надолго замолчала; этот Вейн — мудрый, вдумчивый, — был ей совершенно незнаком. Куда подевался тот бездушный убийца, верный сподвижник Великого Архонта?

Самого архонта Вейн обнаружил на драконьем погосте, где Белкет пытался сотворить портал в Мир Духов и призвать таким образом сущности призрачных драконов. Сделать это оказалось несложно, и вскоре первый из призрачных драконов воспарил в небеса.

— Вейн! — ликующе воскликнул Белкет. — Вот могущество, к обретению которого я готовил тебя! Еще не поздно осознать свой потенциал и принять уготованную судьбу!

(Чё?! И вот этот балаганный клоун — это и сесть тот самый Ангел Смерти? Так испоганить образ персонажа, дано не каждому)

— И это ты называешь могуществом? — осведомился рыцарь смерти с нескрываемым сарказмом. — Больше походит на ярмарочные фокусы. Что же до судьбы, я предпочитаю сам творить ее.

— Ты думаешь, что, отвергая планы Асхи на тебя, обретаешь силу и свободу, — произнес Великий Архонт. — Слепота! Гордыня! Глупость! Иные заплатят за твои ошибки.

— Я сполна заплатил за каждую из своих ошибок, — угрюмо заметил Вейн, понимая, что за прошедшие десятилетия их взгляды на мир стали в корне различны. — А касательно вины и могущества, я еще не знаю, какую роль ты сыграл в возникновении чумы, но — ради продолжения твоего существования — надеюсь, что Анастасия выживет!

— Я отправлю призрачного дракона к нашему Иерофанту, — обещал Белкет. — Таким образом я искуплю свой долг за твою помощь. Его дух оградит ее от недуга на какое-то время. Забирай с собой иных призрачных драконов и отыщи Незримую Библиотеку. Будущее Анастасии отныне в твоих руках.

Повинуясь воле Ангела Смерти, один из призрачных драконов устремился к далекой долине Эриш. Вейн же повел за собою воинство в северное ущелье, где, предположительно, находились сокрытые врата подгорного королевства темных эльфов. Закера же никак не могла принять для себя отказ рыцаря смерти, продолжала настаивать:

— Госпожа Анастасия сказала мне, что ты, возможно, не сделаешь этого, и просила меня не обижаться. Но молю тебя, лорд Вейн, не отказывай мне сейчас! Я хочу облачиться в черные ризы!

— Если Анастасия не обратила тебя в нежить сама, стало быть, она полагала, что ты не готова принять свое решение, — отрезал Вейн, но Закера воскликнула:

— Но я готова сейчас! Анастасия велела мне отправляться с тобой, чтобы ты научил меня темным искусствам. Ты — единственный, кому она доверяет.

— Тогда уясни следующее, — произнес Вейн. — Время для темного повелителя — и союзник, и мука. Не стремись как можно скорее сделать свой выбор. У тебя будет целая вечность, чтобы сожалеть о нем.

(Почему «Темного Повелителя», а не «Повелителя Смерти»? Это все же разные вещи, особенно в Асхане, где Тьма территория Малассы, а смерть одно из обличий Асхи)

— Я не понимаю, лорд Вейн… — в слезах прошептала девушка, — будучи смертной, я бесполезна. Силы мои всегда будут ограничены…

— Больше всего мне интересен твой живой разум, Закера, — отвечал рыцарь смерти. — Годы, проведенные с Мечами Ветра, научили меня тому, что мышление живых отличается от образа мыслей нежити. Все ставки кажутся гораздо выше, когда они сталкиваются со смертью. Поэтому мысли твои и мировосприятие для меня ценны.

Глубоко вздохнув, Закера взяла в себя в руки, и, решив оставить эту тему, осведомилась об ином:

— Почему ты оставил мою госпожу, лорд Вейн? Я помню, как близки вы были, и как печалились мы, когда ты уехал.

— У меня… не осталось воспоминаний о годах, проведенных с Анастасией… — помолчав, признался рыцарь смерти, — однако я хорошо помню столетия, потраченные на служение Белкету.

— Не осталось воспоминаний?! — изумленно воскликнула Людмила, прислушивавшаяся к разговору. — Вейн! Ты целое десятилетие оставался с Анастасией, вы любили друг друга!

— Прости, — склонил голову Вейн. — Людмила, ты, наверное, говоришь правду… но эти воспоминания оставили меня…

— А Закера? — продолжала спрашивать вампирша. — Ведь это ты привез ее к Анастасии. Тогда она была всего лишь маленьким ребенком. Ты говорил, что для тебя она как дочь. Пожинатель Душ Белкета питал слабость к девчушке, достававшей ему лишь до колен!

Закера озадачилась: должна ли она теперь называть Вейна «отцом»? К тому же, Людмила заявила, что у девушки есть внешнее сходство с Жнецом Душ. Конец неприятному разговору положил Вейн, постановив, что им необходимо сосредоточиться на поисках исцеления от чумы, пока та не свела с ума их всех, окончательно исказив воспоминания.

Наконец, некромантам удалось обнаружить спуск в подземные пределы, простирались за которыми земли темных эльфов. Однако, лишь спустившись в глубины, они заметили мертвые, изуродованные тела оных.

— Мы даже не можем обратить их в нежить, — резюмировала Людмила, взирая на картину жуткого побоища. — Это подобно на поле брани у Шрама Нелшама. Похоже, здесь поразвлекся Жнец Душ.

Она воззрилась на Вейна с откровенным вопросом во взгляде, однако тот лишь передернул плечами, заметив:

— А вот здесь следы малышей, уходящие в южные коридоры. Если бы я содеял это, то не пощадил бы детей.

— Кому, как не тебе помнить об этом? — согласилась Людмила. — Очернить тебя перед темными эльфами — умный ход, чтобы не позволить нам обрести исцеление от чумы. Похоже, у нас появился новый враг.

— Или же старый, который вновь бросает нам вызов, — задумчиво изрек Вейн.

Войско рыцаря смерти разыскал Белкет, сообщив о том, что в Завесе близ Незримой Библиотеки появились бреши, и со временем они уничтожат здание.

— Лишь могущество Пустоты способно на такое, — произнес Ангел Смерти, и Вейн согласно кивнул, утвердившись в своих подозрениях:

— Стало быть, мы оба знаем, кто стоит за этим. Твой любимый ученик, Сандро. Но ты ведь говорил, что он уничтожен! Я прикончил несколько дюжин его последователей, чтобы те не вернули его в мир!

— Если это он, Вейн, то ты достаточно силен, чтобы с ним справиться, — мрачно отвечал Белкет, проигнорировав заданные рыцарем смерти вопросы. — Тебе нужно лишь принять свою силу и воспользоваться ею.

— Ты обратил меня в нежить! — гневно воскликнул Вейн. — Сделал меня своим палачом. А теперь хочешь сделать еще и убийцей Повелителя Пустоты? Я что, твоя единственная игрушка? Остальные сломались?

— Я не могу изменить судьбу индивида, могу лишь подготовить его к предначертанному, — ответил Белкет. — Вейн, ты должен осознать, кем являешься, и принять это.

— Сандро — твое создание, Белкет, — зло процедил Вейн. — Твоя ошибка, которую необходимо исправить.

(Какого Хрена? Что это за странный истеричный высер, якобы мудрого и холодного рыцаря смерти? Почему Вейн недоволен своим превращением в нежить? Белкет спас ему жизнь, и если он устал от этой жизни, то старое доброе самоубийство никто не отменял. С какого перепуга Сандро стал творением Белкета? Он был его учеником, и учили его именно классической магии, некромантию они создали чуть ли не совместно, вместе проводя изыскания и исследуя некие дневники Сар-Шаззара. Просто Сандро в силу неких видений, понял больше и решил пойти дальше. При чем тут Белкет?)

За помощью обратились к рыцарю смерти и Безликие — стражи Незримой Библиотеки, поведав о том, что Повелитель Пустоты оборвал связь разумов некоторых из их собратьев, ощутив всепоглощающее ментальное одиночество, те обезумели и избавит их от страданий лишь смерть.

(М-м… Безликие предлагали Кириллу присоединиться к их общему разуму, да и был как минимум один человек занимавший высокое положение в их сообществе, тот самый для которого создали Маску Ложного Лика. И нам на серьезных щах заявляют, что безликие не умеют подключать одинокие разумы к своей сети? Нет, я понимаю, что при желании все это можно оправдать, да что уж там, я могу сам два-три оправдания выдать просто с ходу, проблема в том, что это вообще никак не объясняется в каноне, даже как сторонняя ЛОРная информация, хотя по хорошему нам должны были предоставить объяснение (как мотивацию) прямо в сюжете)

Исследуя подземные каверны, Вейн то и дело находил изуродованные тела темных эльфов, чьи кости были выложены на земле в жутком подобии символа смерти. Когда-то, разоряя селения Синн-Шади, именно так поступил и рыцарь смерти… Но что означает это послание Сандро, обращенное к нему? Повелитель Пустоты стремится вселить страх в сердца рыцаря смерти? Или просто желает свести его с ума? Похоже, что так. Сандро наверняка полагает, что от культа богини-паучихи Вейна отвратили муки совести, и теперь он слаб, душа его исполнена терзаний, чувств вины и сомнений, легкая добыча для Пустоты и ее посулов всепрощения.

(Ненавижу такие моменты, облазил все что только мог в поисках «Синн-Шади», не нашел. Может еще всплывет где, но пока это просто не пойми что, которое должно нам раскрыть прошлое героя)

Обратившись к Белкету, что пока оставался с ними, Закера поведала падшему ангелу о том, что Вейн утратил воспоминания, связанные с ней и Анастасией.

— Людмила полагает, что дело в чуме, — поделилась девушка, — но он не выказывает иных симптомов недуга.

— Ты что-то скрываешь от меня, Вейн? — обратился Белкет к рыцарю смерти. — Сандро коснулся твоего разума?

— Я утратил воспоминания, — признался Вейн, — но не думаю, что ответственен за это Повелитель Пустоты. Нет, здесь что-то другое.

— В Незримой Библиотеке Безликих хранится немало тайн, — заметил Ангел Смерти в ответ, — говорят, что, быть может, и все. Нам очень нужны ответы, что ж, давайте отыщем их.

А вскоре в одной из каверн перед некромантами предстал сам Сандро, Повелитель Пустоты.

— Мы встретились вновь, мой брат во тьме, — обратился лич к рыцарю смерти, всецело игнорируя его спутников. — Я оставлял тебе послания, но ты оказывался отвечать на них. Поэтому я и пришел к тебе сам. Лишь ты можешь понять всю гениальность моего начинания! Бреши в Пустоту, с готовностью поглощающую созданное Асхой.

(Зачем? В целом адекватный персонаж, что высмеивал религиозность некромантов (как и любой нормальный маг) и желал выйти за пределы мира почему-то вдруг превратился в безумного злодея из третьесортного кино, что желает уничтожить мир. Просто, зачем? Опять же, при желании это можно оправдать, но нам снова не сказали не слова, просто превратили в целом интересного и харизматичного героя в карикатурного злодея, который злой просто потому, что представляет противоборствующую нам сторону)

— Ты безумен, Сандро, — поморщился Вейн. — В конце безумного странствия тебя ожидает лишь полное опустошение.

— Какая интересная метафора… опустошение, — прошипел Сандро. — Вижу, ты успел побывать там. Но я зашел еще дальше… и понял, что на той стороне кое-что существует. Я говорю не о луне Асхи, а о месте, где ты сможешь создать собственную судьбу. Тебе бы понравилось это место, брат.

— Давай покончим с этим, Сандро, — отозвался Вейн, которому метафизические монологи основателя Ордена Пустоты откровенно претили. — Сразись со мной и поставь точку во всей этой трагической истории.

— Ты все еще полагаешь, что в этом мире есть нечто, достойное спасения, — задумчиво произнес лич. — Давай посмотрим, что же ты понял с нашей прошлой встречи. Я, например, узнал, как прожить четыре жизни за один день!

На глазах потрясенных некромантов подле Сандро возникло еще несколько его образов, каждый из которых устремился в один из коридоров, ответвляющихся от каверны. Преследуя иллюзорные образы противника, войска Вейна атаковали приспешников Сандро, встающих на защиту бреши в Пустоту, и закрывали оные. Вейн осознал, что скверна, поражающая Безликих и отсекающая их от коллективного разума расы, и чума, снедающая некромантов, — звенья одной цепи. Приходилось признать, что замысел Сандро гениален, лич перво-наперво избавлялся от тех противников, которые могут понять, сколь страшную опасность представляет он для мира.

(Херня, ведь случись что воевать с орденом пустоты стали бы все. Ангелы почуяли бы бреши в пустоту, ведь они чувствительны к тьме, а пустота «темнее тьмы». Шаманы орков легко могли бы разглядеть опасность, маги каждый день активно колдуют и что, вообще не чуют изменения в мире? Императрица наг вообще напрямую с драконом воды общается, там тоже все глухо? Нахрена подчеркивать исключительность ситуации, говорить об угрозе всему миру, если у вас здесь, по сути местечковый конфликт интересов? Покажите действительно хорошую историю конкретного персонажа. А при угрозе всему миру, будут затрагиваться интересы всего мира и тогда масштаб действия будет значительно больше, вон в Героях 5, вторжение демонов затронуло весь мир, никто в стороне не остался, а тут угрожают всему миру, реальный вред наносят только некромантам и безликим, а чешутся и вовсе одни только некроманты. Какого Хрена?)

И когда бреши оказались запечатаны, Белкет и Вейн проследовали к вратам Незримой Библиотеки, где путь им преградила Иррис, вставшая во главе воинства темных эльфов и подземных обитателей.

— Как смеешь ты приходить сюда, когда клинок твой обагрен кровью наших братьев и сестер? — гневно осведомилась она у рыцаря смерти. — Мы не страшимся ни Ангела Смерти, ни его Жнеца Душ.

— Я не тот, кто тебе нужен, темная эльфийка, — отозвался Вейн. — Твоих сородичей перебил иной, а вину он попытался возложить на меня.

— Леди Иррис, мы ищем лишь исцеление для нашего народа, — попытался воззвать к разуму эльфийки Белкет. — У нас с вами общий враг, который исподволь манипулирует нами, надеясь, что мы вцепимся друг другу в глотки. Давай же вместе войдем в Незримую Библиотеку и зададим вопросы ее хранителям. Они подтвердят, что мы говорим правду.

Однако Иррис была непреклонна, и приказала своим войскам атаковать, ведь она своими глазами видела, как Жнец Душ перерезает глотки спящим эльфам. Кровопролитие удалось предотвратить, так как к вратам библиотеки подоспели Раилаг и Йорген, заявившие о том, что готовы принять гостей-некромантов в святая святых Коноса.

— Повелитель Пустоты Сандро вернулся, — произнес Раилаг, обращаясь как к Иррис, так и к Вейну, — и у него с собой маска, созданная Безликими. Она позволяет ему изменять свое обличье. Он принял мой облик, чтобы проникнуть в библиотеку, а затем принял облик лорда Вейна, чтобы помешать нашему объединению в пресечении его злобных планов.

— Да, мы тоже полагаем, что происходящее — дело рук Сандро, — осторожно заметил Вейн. — Он слишком хорошо знает меня, ведь на протяжении десятилетий мы странствовали вместе.

Раилаг постановил, что им надлежит немедленно проследовать в чертоги Незримой Библиотеки, дабы держать совет, однако Иррис, обратившись к Вейну, прошептала:

— Если узнаю, что ты ведешь с нами свою игру, вырежу твое сердце деревянным кинжалом.

Вейн угрюмо кивнул: если они потерпят неудачу, этот мир вполне может прекратить свое существование. Обратившись к Безликим — хранителям Незримой Библиотеки, — Белкет высказал предположение, что нечто, похищенное из здания, и есть причина недуга, поразившего Мать Намтару и явившегося причиной гибели множества некромантов. Это удалось выяснить довольно скоро.

Как оказалось, проникнув под личиной Раилага в Незримую Библиотеку, Сандро похитил воспоминания Асхи о Войнах Творения, что и явилось причиной чумы, вспыхнувшей среди некромантов. Единственный способ исправить содеянное — вернуть Мать Намтару на Забытый Остров.

Сопровождать Вейна в этом странствии Белкет, возвращавшийся в Аль-Бетил, наказал Светлане, которая, внимательно выслушав историю рыцаря смерти, согласилась со сделанными им выводами.

— Мать Намтару — воплощение Асхи, эманации ее кошмаров, порожденные болью и горечью, которые ощущала она в час Войн Творения. Именно я обнаружила ее, избавила от снедающего безумия, и я стану твоим проводником в грядущем вояже.

Так, по возвращении в Эриш войска Вейна сопроводили Мать Намтару на корабль, и судно, отчалив, взяло курс на юго-восток, в направлении мистического Забытого Острова, затерянного в Нефритовом океане. Однако кланы орков-пиратов, населяющие острова Пао, встретили Вейна весьма агрессивно, наверняка Сандро уже успел побывать здесь, и вновь творил бесчинства, скрываясь под личиной рыцаря смерти.

Решить вопрос миром с орками возможным не представилось, и Вейну пришлось приказать своим войскам уничтожить заставы пиратов, пребывающие на окрестных островах. К счастью, Закере удалось объяснить создавшееся положение дел орочьему вождю Макани, и та отозвала своих воителей, позволив кораблям некромантов продолжить плавание.

— Давным-давно, — рассказывала Светлана Вейну, — чтобы облегчить страдания Драконьей Богини Асхи, ее дочери Маласса и Шаласса сотворили волшебную реку, текущую через Пустоту, дабы боль ее утекла в грезах и отступила.

— Да, ты уже рассказывала мне эту историю, — отозвался рыцарь смерти. — Она лежит в основе культа богини-паучихи. Из этих кошмаров и родилась Мать Намтару…

— Важно то, что во время ритуала применялась магия Пустоты, — указала собеседнику Светлана, — ровно как и для того, чтобы сокрыть Юдоль Горестей, дабы никто не вспомнил о том, где именно был проведен ритуал.

(То есть драконы владеют Пустотой, и что нам эта информация даёт? Вы удивитесь, какой вывод сделали герои)

— Я все еще не понимаю, к чему стремится Сандро… — признался Вейн. — Он хочет уничтожить Юдоль или же обратить ритуал вспять?

— Думаю, и то, и другое, — ответила Светлана. — Он понимает их предвечную связь. То, каким образом ритуал, Юдоль и Мать Намтару связаны с миром смертных. Другими словами, Сандро здесь для того, чтобы уничтожить первые отголоски воспоминаний Матери Намтару в той самой Юдоли, где она была рождена.

(То есть если бы драконы не использовали Пустоту, то Сандро нихрена не смог бы сделать? Так обосрать гениального мага надо было постараться)

В ходе своего путешествия Вейн обнаружил на одном из островов магический портал, который вёл в кишащий нежитью подземный туннель. Пройдя по нему, Жнец Душ вышел к большой пещере, где у подножия заваленной горами золота ступенчатой каменной площадки встретил прославленного Короля Пиратов Крэга Хака, пребывавшего ныне в виде бесплотного духа.

— Капитан Хак? — произнес Вейн, обратившись к старому знакомому. — Я подозревал, что твой призрак испытал бы затруднение, оставляя позади сокровища.

— Капитан Вейн, — насмешливо произнёс тот. — Приятно видеть тебя. Один ваш приятель-некромант проклял меня над позабытым Драконами золотом. Небольшая заначка, которую я спрятал для своей внучки.

(Дедушка тысячелетия, небольшая заначка для внучки выглядит как целая гора золота)

— Я бы мог помочь тебе, если ты готов отойти… — начал было рыцарь смерти, но Крэг Хэк прервал его:

— О, нет. Это бы не сработало. Моя душа проклята. Если я буду освобождён неправильным образом, то буду поглощён Пустотой. Мне нужно найти какого-нибудь беднягу, который украдёт для меня моё золото.

— А… И унаследует твоё проклятье. От тебя это звучит заманчиво, — понимающе заметил Вейн.

— Тогда я поймал себя на мысли… Что такое маленькое тёмное проклятье для такого повелителя смерти, как ты? Разве оно просто не отскочит от тебя, как дождь от парусов? — ухмыльнулся Крэг Хак, даже в столь неприглядной ситуации сохранив своё странное чувство юмора. Вейн с едва заметной улыбкой подтвердил, что немного золота ему никогда не повредит, на что пират издал громкий смешок.

— Вот это друг, — произнёс он. — Осталось только решить вопрос с несколькими существами-защитниками.

(Плюс за попытку интересно обыграть рояль в кустах. Минус за бездарность и глупость. Крэг Хак хотел отдать золото внучке, так и поручил бы Вейну отнести золото адресату, за некий процент, разумеется, а тот бы параллельно внучку еще и спас бы. Целая миссия могла быть посвящала этому, ну или все можно было бы уместить в доп миссию. Вместо этого у нас зачем-то приплетенная Пустота, проклятия по своему хотению меняющие хозяев и самоподнимающиеся мертвецы. Откуда, Куда, Какого Хрена — как всегда вопросы риторические)

Для любого другого искателя приключений встреча с толпой живых мертвецов, яростно оберегавших сокровища Короля Пиратов, могла бы окончиться плачевно, однако в глазах Жнеца Душ эта горстка низшей нежити не представляла никакой угрозы, и вскоре со стражами было покончено раз и навсегда.

— Ты свободен от своего проклятья, а я с радостью унаследовал его, но навряд ли оно повредит мне, — пояснил Вейн, сразив мечом последнего скелета. — Пустота боится меня…

(Чё б**ть? Та самая Пустота, что темнее Тьмы и выше богов, боится тебя? Круто, ну просто нет слов как круто, так глубоко мы еще не падали)

— Ха, я всегда знал, что ты был кем-то большим, нежели капитаном Мечей Ветра, — отозвался призрак Короля Пиратов, и Вейн поинтересовался:

— Ты можешь рассказать мне что-нибудь о маге, который проклял тебя?

— А, это просто вспомнить. У него не было никакой кожи на лице. Я подумал, что он улыбался, наслаждаясь моими шутками, а затем он проклял меня без всякой уважительной причины. Выходит, никакого чувства юмора… — с наигранным разочарованием в голосе подытожил призрак.

— У тебя была невероятная жизнь, Крэг Хэк… ты старый гад, — уважительно кивнул Вейн.

— Да, это так, и я планирую сделать мою следующую жизнь ещё лучше, — гордо отозвался тот перед тем, как окончательно обрести покой. — Желаю удачи закончить твою собственную историю, Вейн!

Наконец, кораблям некромантов удалось достичь прекрасного Забытого Острова, ставшего обителью для страшных боли и страданий. Однако ныне власть свою на сей клочок земли распространил Сандро, и магия Пустоты подчинила разумы обитающих на острове кланов наг. Разбив лагерь в руинах Джороугумо и оставив надзирать за городом гарнизон под началом Закеры, нежить Вейна выступила против обитателей острова — невольных исполнителей воли Повелителя Пустоты.

Здесь к Вейну обратился призрак Юмы, некогда — жрицы острова, ныне же — хранительницы его горестей. Рыцарь смерти знал о приключившемся с Юми из рассказов Светланы: жрица была вынуждена противостоять возлюбленному, дабы не позволить его безумию поглотить мир.

— Ты, Жнец Душ, убийца некромантов, — прошелестела Юми. — Возлюбленный Иерофанта и друг, ставший врагом для Тени Смерти. Тебе тоже пришлось сделать непростые выборы. Повелитель Пустоты подчинил себе здешних наг, как некогда сделала Мать Намтару. Они утратили себя и ожесточились… К тому же, неподалеку находится кирин, который станет служить тебе, если ты освободишь его.

(Что? Рыцарь Смерти — Убийца Некромантов? Какого Хрена?)

Заинтересовавшись, Вейн углубился в джунгли острова. Тем временем у врат руин Джороугумо появился Сандро, скрываясь под иллюзорным обликом Вейна, и потребовал у показавшейся на крепостной стене Закеры немедленно пропустить его внутрь, дабы смог он встретиться со Светланой.

— Ты — не Вейн, — отрезала девушка. — Ты лишь тень, принявшая его обличье.

— И что же выдало меня, дитя? — вкрадчиво поинтересовался лич, и отвечала Закера:

— Ты — единственное воспоминание, которое остается моим собственным, Сандро. Я узнаю свой кошмар.

Долго взирал Сандро на девушку, после чего медленно кивнул:

— Ты — дочь привратника… Закера, не так ли? Вижу, Вейн оставил тебя… именно с этой целью. Как гончую, которая всегда сможет учуять меня. Что ж, мы еще встретимся!

С этими словами лич исчез.

(Чаво, Куда, а хрен его знает. По идеи тут должно было пахнуть интригой, но пованивает хреновой режиссурой. Закера, раньше ни разу не упоминала Сандро, ни разу не назвала Вейна отцом. Людмила, конечно, дала нам несколько намеков, из которых можно все понять, но на этом все. Будем надеятся, что позже нам пояснят все непонятки)

Продолжая исследование острова, Вейн продолжал слышать тихий настойчивый шепот Сандро в разуме своем.

— Мой брат в смерти, лорд Вейн, Жнец Душ, — вещал Повелитель Пустоты. — Я знаю, по какой причине ты оставил Белкета. Я оставил его по тем же причинам. Его вечность была обманом… его бессмертие — тюрьмой…

(Да? Вампир может испытывать всю палитру чувств, может даже сексом заниматься, ведь Людмила была любовницей вампира, да что уж там, якобы приемная дочь Вейна слишком похожа на него внешне, о чем уже говорилось, так что, вполне возможно, что и зачать ребенка могут. Так где тут обман? Но даже если тебе реально опостылело, все еще есть старое доброе самоубийство. Даже Вейн, больше воин чем маг, спокойненько отпускает души умерших в мир иной, хотите сказать что сам он шагнуть туда не может?)

Отыскав кирина, Вейн исполнил поручение водной рептилии, отыскав и преподнеся ему сердце Акаши, с его помощью кирин развеял проклятие Пустоты, довлеющее над населяющими остров нагами, вырвав их из-под власти Сандро.

— Где же Юми? — спросил пробудившийся дух Акаши. — Я должен воссоединиться с нею… Мать Намтару вернулась… я должен передать ей ключ от юдоли воплощения паучихи.

Вейн обещал провести дух Акаши к призраку Юми, однако кирин предупредил рыцаря смерти, что упомянутый ключ открывает врата в потаенные пределы острова, где пребывают силы, понять которые мирянам не дано. Дух Юмы с радостью встретил душу возлюбленного, и Акаши сказал:

— Я дал обещание тебе, и моя душа связана им. Этот ключ защищает останки нашего утраченного ребенка… Я поклялся передать его тебе перед тем, как паучиха овладела моим разумом. Кирин и лорд Вейн даровали мне свободу.

— Наш ребенок… — изумилась Юми. — Где?.. Как?.. Ты должен был позволить ее душе отойти в мир иной.

— Ее судьбу связала паучиха, удерживая ее в Юдоли Горестей, — сказал Акаша. — Ты должна освободить ее, Юми…

Поскольку сама Юми оставалась бесплотным духом и не имела власти над миром смертным, даровать свободу душе их дочери вызвался Вейн.

— Она пребывала в урагане чистейших магических энергий Тьмы и Воды практически два столетия, — сказала Юми, обращаясь к рыцарю смерти. — Кто-то должен открыть Юдоль, дабы сущность ее вернулась в Мир Духов. Но это сопряжено с огромной опасностью!

Юми пояснила, что ключ, заботливо сохраненный духом Акаши, открывает врата в старый храм в Юдоли Горестей, где их сородичи некогда пытались укрыться от Матери Намтару. Здесь, в руинах древнего храма Шантири, Вейн разыскал сокровенную Слезу Асхи.

(Рукалицо просто. Наги умеют использовать слезы Асхи в разнообразных защитных ритуалах. Так Даймио Оширо при помощи слезы окружил себя нехреновым барьером, и Раилагу пришлось договариваться с мятежным нагом, а не ломиться силой. Тут же почему-то не смогли они барьер построить, просто так Слеза провалялась, видать Вейна ждала. А ведь через тот храм и Светлана проходила и Кирилл, и что-то никто не почувствовал драгоценнейшую реликвию)

Продолжая путь к сердцу Забытого Острова, Вейн вновь услышал мысленный шепот Повелителя Пустоты.

— Драконы связали судьбу твою со своей волей, — настаивал Сандро. — Свобода выбора для тебя — не более, чем иллюзия. Реальность — ложь… Ты знаешь это, Вейн. Ты знаешь тайну Пустоты. Сотри сей мир изо всех наших воспоминаний в последнюю темную ночь. Не будет больше робких слез… бессмысленных надежд… несбывшихся грез… В Пустоте мы сами станем богами… и сотворим собственные миры… Присоединяйся же ко мне, брат в смерти! Вместе мы покончим с этим маскарадом, этим выводком драконов, делающих вид, что оберегают нас. Они создали нас для служения им… Их магия — наша тюрьма.

Наконец, Вейн и спутники его достигли Юдоли Горестей, где агония Асхи воплотилась в духовное обличье — Мать Намтару. Путь войску рыцаря смерти преградили последователи Ордена Пустоты под началом Арианы. Над последней Вейн некогда одержал верх, но Ариана оказалась возрождена, и сейчас спрашивала у противника:

— Знаешь ли ты, почему не болен, лорд Вейн? Почему чума не властна над тобой?

— Я стар, и в нежить меня обратил сам Белкет, — отвечал Вейн. — Я паду последним.

— Лорд Вейн, ты первым вкусил забвение Пустоты и выжил, — усмехнулась Ариана. — Именно ты первым явил нам наше истинное будущее. Ты обладаешь могуществом Повелителя Пустоты. Ты можешь создать свою собственную реальность…

(Когда и как Вейн успел вкусит «забвение Пустоты», и если он тоже является Повелителем Пустоты, то почему Сандро зовет его «братом в смерти», а не «братом в пустоте»?)

В противостоянии войска Вейна разгромили армию Арианы, и последняя пала, сраженная рыцарем смерти.

— Я — Жнец Душ, — произнес тот, взирая на труп соратницы Сандро. — И это моя судьба. Я не создал ее, но избрал.

— Но… ты ведь больше не Жнец Душ, — запнувшись, выдохнула Закера. — Ты спас меня. Сандро убил моих родных и стер мои воспоминания. Все, за исключением одного. Его собственного образа.

(Все таки не родная. Но я не совсем понял, каким образом добрый поступок мешает быть жнецом душ? Вон Дракула, тоже много хорошего сделал, но Колосажателем быть не перестал)

— К моему великому сожалению, и ничего об этом не помню, Закера, — признался Вейн, но девушка покачала головой, улыбнулась:

— Неважно. Я буду помнить о нас обоих. Прежде я назвала тебя отцом. Я была бы рада однажды снова назвать тебя так.

Оказавшись в Юдоли Горестей, некроманты вместе с Матерью Намтару переместились в Мир Духов, дабы воплощение кошмаров Аши заново пережило эпизоды Войн Творения, восстановив, таким образом, утраченные воспоминания. Конечно, слуги культа Пустоты попытаются уничтожить эти отголоски эпизодов прошлого, однако Вейн противостоял им, ведь исцеление паучихи ознаменует прекращение действия магической чумы, свирепствующей во владениях нежити.

— Это — Мир Духов, — обратилась Светлана к рыцарю смерти, озирающемуся по сторонам в сей причудливой ирреальности, — где отражается мир смертный… где грезы и кошмары противостоят друг другу… дабы создать облик нашего грядущего… Разум Матери Намтару ныне привязан к твоему; она надзирает за всеми твоими действиями, и когда украденные воспоминания ее восстановятся… раны, нанесенные Сандро, исцелятся. Мир смертный позабыл о страшных сражениях драконов с демонами. Но мы сумели обнаружить поэму, которую Сандро не уничтожил, ибо она никогда не была предана пергаменту, а передавалась из уст в уста, от матери к ребенку.

(Я надеюсь вам не сильно мешают Драконы и демоны, что участвовали в этих войне, да и среди бессмертных рас найдутся живые представители, что помнят эту войну, не говорят уже о той толпе мертвых, что в этой войне участвовала, и либо коптит небо смертного мира, либо существует в мире загробном)

— Мы собираемся воссоздать Войны Творения, основываясь на няниных песнях?! — изумился Вейн, и Закера напела:

— Четыре сражения, четыре поражения, кровью истекают драконы… Огонь, Ветер, Камень и Дождь — иногда побеждаешь, иногда погибаешь.

— Я знаю эту песню, — вымолвил Вейн. — Анастасия пела ее тебе, когда ты была маленькой…

— Судьба Закеры исчезла из паутины судеб, — отвечала Свелтана. — То, что помнит она, Сандро изменить не в силах. Ты осознал это и сделал из ребенка оружие, Вейн… Давным-давно… но ты стер эти воспоминания из собственного разума. Песнь станет для нас проводником в поисках эха Войн Творения в Мире Духов. Мы воочию явим Матери Намтару воспоминания Асхи.

(Какого Хрена? Анастасии, чтобы исчезнуть из паутины судьбы пришлось, так на минуточку, спасти свою богиню от смерти и принять от нее некий дар. А тут какая-то девчонка получила такой бонус просто по дефолту? И кстати, зачем делать из ребенка оружие, если у вас есть могущественный Иерофант с той же абилкой?)

Землю в этом отражении воспоминаний Асхи покрывали древние магические символы, источающие ауру древнего волшебства. Сердце паутины, сознания богини-паучихи — опустошенное, лишенное жизни, — окружали шесть Стихийных Планов, а так же царство Хаоса, обитель детей Ургаша, пребывающие в состоянии вечного изменения. Похоже, Мать Намтару, воплощение Драконьей Богини Порядка, использует могущество своей немезиды для противостояния Пустоте…

Обратившись к Вейну, Светлана заметила, что возвращение воспоминаний Матери Намтару ознаменует и возвращение собственных воспоминаний рыцаря смерти, утраченных по неведомой причине. Впрочем, Вейн уже ощутил это, в памяти его возник образ Анастасии, пребывающей в гневе и печали.

— Я не позволю тебе уйти! — восклицала некромантка. — Я прощаю тебя за Закеру, но ведь ты избираешь для себя не просто изгнание… Ты забудешь меня… ты забудешь нас… ты забудешь нашу дочь!

— Именно потому, что вы мне небезразличны, Сандро не должен заподозрить о том, что связывает нас, — мягко возражал Вейн. — Он вернется… и я буду первым, кого он попытается уничтожить.

— Вейн, но должен же быть иной способ! — настаивала Анастасия, и рыцарь смерти утвердительно кивнул:

— Такой способ есть. Я разыщу Сандро. Но он с легкостью заглянет в мой разум. А вы с Закерой — моя единственная слабость.

— Любовь — это не слабость! — воскликнула Анастасия, и Вейн с грустью улыбнулся:

— Я так и не говорю. Мою любовь к тебе вечна. Но воспоминания я должен утратить… до тех пор, пока Сандро не будет уничтожен.

Вейн осознал, что с воспоминаниями о годах, проведенных с Анастасией и Закерой, он расстался по своей воле, дабы оградить любимых от Повелителя Пустоты и его слуг. Возвращались и иные воспоминания — в разуме возник образ Белкета, изрекшего:

— Я не стану осуждать человека за стремление к его судьбе. Изгнание для того, кто проклят жить навечно изуродованным. Разве этого наказания недостаточно?

— Достаточно? — Взорвался Вейн. — Ты не знаешь его так, как я, учитель Белкет! Он стремится овладеть силами Пустоты! И он собирает последователей по своему безумию. Если ты не уничтожишь его сейчас, у нас, возможно, никогда снова не будет такой возможности!

— Ты бы уничтожил брата за ошибку… — мягко возразил Архонт. — Неуместное любопытство… несколько неудачных экспериментов… Не нам судить индивида по намерениям. Ему ещё предстоит сделать свой выбор.

— В его глазах месть… — покачал головой Вейн, — некий жестокий и проклятый план. Отправив его подальше, мы лишь дадим ему время создать армию, о которой мир даже не мечтал.

Первым делом Вейн и его спутники посетили Царствие Воздуха; ветер, свистевший над пустошью, оглушал, а Пустота продолжала шептать, убеждая принять ее, обещая избавление от всех невзгод:

— Боль… безумие… сожаление… Пустота исцелит все…

Понимая, что немногочисленные мертвяки, сопровождающие некромантов в Мире Духов, ничто в сравнении с мощью Пустоты, снедающей воспоминания Асхи, Вейн вознамерился объединить стихийных духов — аспекты, составляющие основу Асхана. Разыскав артефакт, известный как Боевой Рог Легиона, рыцарь смерти призвал в свое воинство великое множество духов, надеясь с помощью их объединить три лика Асхи.

В Царствии Воздуха Вейн увидел Деву, первый из трех ликов, кои надлежит восстановить в памяти Матери Намтару.

— Ветер и Бури, — припомнила Закера слова песни, относящиеся к воздушной стихии. — Цель и судьба. Противник Илата — безумная ненависть.

— Здесь ведет свое сражение Драконий Бог Воздуха, — подтвердила слова девушки Дева. — Он принимает множество обличий. Ты должен одержать верх над демонами, Жнец Душ!

Повсюду на поле брани, проходили на котором сражения предвечных Войн Творения, демоны Ургаша противостояли детям Асхи, стихийным духам и иным порождениям Драконьих Богов. Множество адских тварей сразили создания, ведомые Вейном; наконец, им встретилась гигантская громовая птица, объятая безумием. Сразив её, некроманты покинули Царствие Воздуха, устремившись к следующему из Стихийных Планов — Царствию Огня.

— Илат истекает кровью, — говорило воплощение Асхи, остающееся наряду со Свелтаной в центре паутины Творения. — Демоны истекают кровью больше. Хаос сражается с ненавистью. Илат одерживает победу, ибо обладает божественным умом и хитростью. Слезы Асхи падают с небес. Я вспоминаю!

Вспоминал и Вейн; возвращались образы, исполненные боли и радости, счастья и тревоги…

— Отец, почему ты оставил нас?! — спрашивала его Закера. — Мне нужен был отец… а в итоге меня растили мертвяки!

— Закера, я должен был уйти, — попытался объяснить девушке Вейн, — чтобы остановить того, кто является тебе в кошмарах. Лишь я мог разыскать его.

— Ты забыл о нас, — бросила Закера. — И ты знаешь, что его могла отыскать и я. Почему ты не воспользовался мной для этой цели? Ведь в этом мое назначение… Это то, кто я есть!

— Я о многом позабыл, Закера, — твердо произнес рыцарь смерти. — Но я знаю, что именно ты спасла меня, не дав обратиться в монстра. Детям не следует вести сражения за своих родителей.

Иные образы, попытка объяснения со старым другом, ставшим злейшим врагом…

— Мы непобедимы, Вейн, — с жаром убеждал рыцаря смерти Сандро. — Мы — Тёмные Всадники! Тень Смерти и Жнец Душ. Весь Асхан дрожит при нашем появлении. Кому нужны боги? Кому нужны Драконы? Мы равны им.

— Мы служим трехтысячелетнему Архонту с крыльями чернее, чем у Малассы, — возражал Вейн. — Он сам молится Асхе. Мы — ничто без сил Драконьих Богов…

(То есть Белкету что-то около 3 тысяч лет и хотя до рождения Сар-Элама летопись не сохранилась, но на дворе что-то около 660 ГСД, а значит он имел все шансы помнить Войну Творения, но это так, к слову)

— Ничто?! — воскликнул Сандро. — Что они такое без нас, наполняющих их алтари дарами и подношениями. Они не нужны нам… Мы им нужны.

— Тебе следует сменить своё имя на Богохульника, — нахмурился Вейн. — Ты говоришь, как некий пьяный профессор в академиях Семи Городов.

— Ты как никто знаешь, что есть множество путей… — убеждал товарища лич. — Сар-Элам стал Драконом. И вместо того, чтобы освободить нас… он заточил нас в своём наследии. Я же дарую свободу всем нам!

В пламенном Царствии Огня Мать Намтару отчаянно ищет способ противостояния Пустоте, смеет выражать свои желания божественного существования. И вновь Вейну предстает Дева, изрекая:

— Это — сражение Огня, противостояние Арката демонам, жаждущим разрушения. Дракон Огня и защитник дворфов доблестно сражается с ними.

— Дракон Воли, — произносит Закера следующие строки поэмы. — Кузня Желаний. Разрушение побеждено пламенем Арката.

Дева обещала провести Вейна через пламя, и рыцарь смерти, отринув терзающие его сомнения, ступил в огонь, понимая, что закалит стихия волю его и решимость. В сердце пламенного вулкана он увидел архангела Уриэля, бывшего некогда возлюбленным Анастасии и предавшим ее.

— Анастасия сделала свой выбор! — восклицал Уриэль, с лютой ненавистью взирая на рыцаря смерти. — Избрала Тьму вместо Света… Ложь вместо Истины! Жнеца Душ вместо ангела. Но для Закеры еще не все потеряно. Она все еще может выбрать для себя Свет.

— Она сама вправе сделать свой выбор, — произнес Вейн, и Уриэль потребовал немедленно передать ему девушку дабы открыл он ей ярчайшую из судеб.

В противостоянии со стихийными духами, направляемыми Вейном, архангел пал, и победа, одержанная в Царствии Огня, вернула Матери Намтару следующий осколок утраченных воспоминаний.

— Асха плакала о своем доблестном сыне, — говорила паучиха. — Аркат сражался, истекал кровью, сжигал демонов разрушения дотла. Они привнесли Хаос в мир, дабы сжечь священную ткань, паутину мироздания, но очищающее пламя оказалось сильнее.

— Думаешь, я смелая? — с грустной улыбкой спрашивает Анастасия, обращаясь к Вейну, которого узнала совсем недавно. — Наверняка ты шутишь, лорд Вейн. Я всего лишь девушка… и останусь в этом нестареющем теле до тех пор, пока не придет черед предстать пред Асхой.

— Ты решила остаться в этом мире, даже лишившись всего, — возражает рыцарь смерти. — Я знаю, сколь смелой нужно быть, чтобы пойти на такое.

— То, что ты называешь смелостью, иные нарекут невинностью… — начинает говорить Анастасия, но Вейн прерывает ее:

— Невинность — лишь иное название «неведения». Но ты, Анастасия, не глупа. В твоих очах я вижу яркое пламя, желание исправить несправедливости.

Следующий осколок воспоминаний, относящийся к юности Вейна, давнишний визит архангела Уриэля на вотчину некромантов, встреча его с Архонтом.

(Какой еще юности? Вейн стал нежитью в 400 ГСД, некроманты основали свой орден в 461, но окончательно отделились от прочих магов только став культом паучихи в 505. Некая вотчина некромантов, конечно, могла существовать до 505 года, до открытия самого ответвлении в магии Вейн 61 год существовал как вампир, сколько лет ему было до этого не известно, но если он помнит еще создание зверолюдей в 344, то мне интересно сколько юноше лет, под 150?)

— Белкет! — заносчиво восклицал Уриэль. — Я не прошу тебя о помощи. Я даю тебе возможность вернуться к своим братьям и сестрам, получив полное прощение и искупление грехов.

— Я не стану возвращать ангельские души, дабы пребывали они в украденных телах! — в гневе произнес Архонт. — Они исполнили свои предназначения при жизни, огонь их угас и они умерли.

— Наша война не закончена! — с жаром доказывал Уриэль. — Нам нужны Михаил и остальные. Ужасающая тьма грядет, Белкет, и ты не сможешь укрыться от нее за своими черными одеяниями и пепельными крыльями.

(Совсем недавно говорилось о том, что его крылья темнее Малассы, дракона Тьмы, а тут вдруг пепельные. Возможно, конечно, здесь показано гораздо более раннее событие, более того, наверняка так и есть, но тогда у меня возникает ряд вопросов. Это воспоминая Вейна, где Уриэль только ищет способ вселять души ангелов в тела людей. Из Героев 6 мы узнали, что ангелов вселяли в представителей Герцогских династий, изменённых при помощи выкованных ангелами мечей. Мечи эти были вручены Герцогам в 25 ГСД. Просто по логике, к Белкету Уриэль сунулся до того, как придумал всю эту хренотень с мечами. Но в то время никакой некромантии еще не существовало и никакой юный Вейн еще не жил, сколько бы ему не было на момент становления вампиром, в 25 году даже его дед еще в штанах прадеда не шевелился. Какого Хера?)

— Я предпочел несущую смысл Жизнь глупой Смерти, — возразил Белкет. — Именно поэтому путем своим я следую в одиночестве?

Заметив молодого Вейна, с изумлением прислушивающегося к их разговору, Уриэль заверил юношу в том, что наблюдает он всего лишь беседу двух старых друзей в то время, как равновесие Асхана — на волоске.

В Царствия Земли предстала Вейну иная ипостась Асхи, Мать.

— Я — дающая жизнь, — изрекла она. — Кровь и рождение — дары Асхи всему живому.

— Демоны сражались, ощущая боль и страдания, — произнесла Закера слова поэмы, относящиеся к вершащемуся на сем Стихийном Плане. — Силанна смеялась, ибо знала, что боль — ничто.

(Я начинаю опасаться эльфов, ведь для их прародительницы «боль — ничто». А ведь такими светленькими казались)

— Ты должен сразиться с демонами за Силанну! — настаивала Мать, обращаясь к рыцарю смерти. — Демоны сломают ее своей болью. Но жизнь имеет цену, и Матери этого хорошо ведомо. Ведь Асхан не призрачен. Это камень и древо, кровь и кость. Демоны не отрицают его существование… оно питает их ненависть и решимость. Сокруши их своей силой. Ведь ты — Жнец Душ!

(Чей-то я не догнал. То «боль-ничто», то «демоны сломят её (Силану) своей болью». Где же истина в этих двух, взаимоисключающих утверждениях?)

В Царствии Земли войска Вейна сошлись в противостоянии с демонами, и, одержав над ними победу, освободили из заточения стихийных духов земли, после чего проследовали в старую крепость, где долгое время держали оборону от постоянно атакующих созданий Ургаша. Сразив гигантского демонического червя, они отразили натиск, и новые осколки вернувшихся воспоминаний ознаменовали победу, одержанную в Царствии Земли.

— Силанна истекала кровью и страдала, усыхала и слабела, но погибнуть не могла, — вещала Мать Намтару, воскрешая в памяти эпизоды Войн Творения. — Она родилась. Она переродилась. Демоны бежали, потерпев сокрушительное поражение. Воспоминание, исполненное боли.

— Почему ты привел ко мне это человеческое дитя, лорд Вейн?» — удивленно спрашивал Белкет, впервые узрев Жнеца Душ, за руку которого цеплялась малышка Закера.

— Взгляни в её разум, — произнес Вейн. — Я обнаружил её в центре братской могилы… Целый город лишился жизни и воспоминаний.

Архонт последовал совету ученика, задумчиво произнес:

— Я вижу. Его лицо… Лицо Сандро. Это единственное воспоминание, которым она обладает… Но более того… Я чувствую, что она была вырвана из паутины судеб. У неё больше нет судьбы.

— Она не умрёт. Я прослежу за этим, — уверенно заявил Вейн, но Белкет покачал головой, ответив:

— Я не говорю об этом. Её коснулась Пустота, и нити, которые привязывают её к этому миру, были оборваны.

(И тут у меня возник вопрос про Анастасию, ведь её судьба тоже стерта из паутины. Она теперь тоже к миру не привязана?)

— Учитель Белкет! Сандро жив! — с жаром воскликнул Вейн. — Ты не видишь, что это означает? Я преследовал его на протяжении столетия… Теперь у меня есть доказательства.

— Ты нашёл нечто большее, чем знак Сандро на бедном ребёнке, Вейн, — задумчиво изрек Белкет. — Ты нашёл оружие. Никто больше не может увидеть это дитя, ни Драконы и ни демоны, а особенно, Сандро. Она находится вне паутины. Она может быть чем-то невероятным, и если мы хорошо её обучим, то она окажется способна противостоять любым планам, созданным Повелителем Пустоты.

(Охереть можно, а что насчет Анастасии?)

Давние, счастливые годы, когда Закера подрастала, а они могли любоваться ею, своею названной дочерью:

— Я бы хотела, чтобы мы построили замок, — улыбалась Анастасия. — Не какой-нибудь подобный затхлый склеп, к которым мы привыкли, но что-то похожее на крепость, кою я знала в детстве. В герцогстве Грифона была церквушка на поляне, где собирались и танцевали стихийные духи Света…

— Давай так и поступим, — с готовностью согласился Вейн. — Никто не говорил, что жилища некромантов обязательно должны пребывать во тьме.

— Правда? — обрадовалась Анастасия. — Ради Закеры… небольшой замок. Где-нибудь, где растут деревья и цветы… и, возможно, течет быстрый ручеек.

Да, подобная идея пришлась Вейну по душе. Уголок, где можно укрыться от мирских тягот.

Стихийные духи, ведомые Вейном, достигли Царствия Воды, сокровенного святилища Матери Намтару, где она обретала душевное спокойствие и гармонию. И вновь лицезрели некроманты Мать, изрекшую:

— Вы здесь для того, чтобы сразиться с демонами, жаждущими уничтожить исцеляющие воды Шалассы и силу ее утешающих грез!

— Расходятся воды и слышится плач новорожденного, — произнесла Закера следующие слова поэмы. — Шаласса топит ложь демонов.

— Смертное создано любовью, — изрекла Мать. — Без любви сущее — лишь бессмысленное отражение в разбитом зеркале. Защищай созданное Асхой всем сердцем, Жнец Душ! Неважно, сколь медленно оно бьется, оно — твое!

В Царствии Воды являлись Вейну образы прошлого; воспоминания стремительно возвращались:

— Вейн, как приятно видеть тебя снова, — счастливо улыбалась Анастасия. — Здесь так красиво… Думаешь, они позволят нам остаться?

— Не знаю, Анастасия, — честно признался рыцарь смерти. — Возможно после того, как мы одержим верх над Сандро… мы сможем высказать свое мнение по этому вопросу.

— Верь своему сердцу, лорд Вейн, — прошептала Анастасия, обняв его напоследок. — Оно обязательно приведет тебя ко мне.

Стихийные духи, ведомые Вейном, пересекают многочисленные реки, озера и ледники, составляющие основу Царствия Воды, впереди — сражения со множеством демонов, заполонивших это реальность, а также иные образы давно минувших дней.

— Вейн, ты все еще здесь, — резюмирует Великий Архонт. — Полагаю, все еще разыскиваешь Сандро. Вы оба были так близки, мои лучшие ученики, мои темные всадники…

— Мы должны уничтожить Сандро, Архонт, — прерывает речь Белкета Вейн. — Он хочет вернуть все Творение обратно в Пустоту. Он следует путем полного уничтожения сущего…

— Я должен был послушать тебя, Вейн, — признает Белкет. — Я очень стар, даже для ангела, но я оказался наивен как ребенок. Если бы я только заглянул глубже в разум Сандро и осознал его зловещие замыслы…

Путь Вейну приступило его собственное отражение, заговорив с нескрываемым обвинением:

— Ты предал нас, Вейн. Мы были Жнецами Душ… наше имя могло бы жить вечно… но теперь ты все променял на преследование своего брата во тьме.

— Тогда я мало что понимал, — возразил Вейн, понимая, что обращается к темному отражению собственной души. — Все мы можем меняться… если продолжим играть в эту игру достаточно долго…

— Мы никогда не верили в удачу, — продолжало вещать отражение. — Это удел демонов и суккубов. Я вобью в тебя толику разума! Приготовься сразиться с истинной своей сущностью!

(С каких пор удача стала уделом демонов?)

Сразив темное отражение самого себя, Вейн обнаружил себя на берегу студеного бескрайнего моря, в котором бесновался безумный морской дракон Хай Рю. Гибель рептилии знаменовала восстановление новых фрагментов воспоминаний Матери Намтару, и она объявила:

— Асха плачет, когда Шаласса прижимает ее к своей груди. Дитя успокаивает мать. Мать все отдает своему ребенку. Посредством любви все Сущее обретает смысл! И безумие демонов исчезает. Сражение Воды выиграно!

Тогда Вейн впервые привел малышку Закеру в дом, пояснив изумившейся Анастасии:

— Сандро оставил ее умирать… лишив при этом всех воспоминаний. Но умирать она отказалась. Я передал ей некоторые воспоминания из собственного детства. До того, как обратился в нежить. Но ей нужно больше. Ей нужна мать.

— Но Вейн… — ужаснулась Анастасия. — Ты лишил воспоминаний себя… ты воспользовался магией Пустоты?

— Пустота — это не зло, Анастасия, — попытался объяснить некромантке рыцарь смерти. — Это просто способ достижения цели. Ее можно использовать и для исцеления.

Анастасия долго молчала, после чего кивнула, молвила:

— Я тоже хочу поделиться с ней воспоминанием. Моя мама… когда у меня не получалось уснуть, она пела мне песню.

Эту песню Анастасия и передала малышке Закере… Первый дар матери названной дочери…

Иной образ прошлого, и Вейн впервые видит того, кого знал прежде как Алехандро де ля Сегадора, но ныне представшего ему личом, на теле которого не осталось плоти.

— Как больно! — восклицал тот. — Почему?! Почему я не могу забыть? Почему я не могу избавиться от боли?

— Алехандро? — в ужасе выдохнул Вейн. — Великая Асха! Что произошло? Твоё лицо! Я даже не могу представить себе, как ты сумел пережить это.

— Я… Я призвал Пустоту, — признался тот. — Я думал, я смогу стереть смерть Альмы.

— Но твоя сестра скончалась! — напомнил Вейн. — Почему ты сделал это с собой? Её судьба будет переписана Асхой. Она будет создана заново…

(А большую глупость сложно было сморозить? Откуда вообще такая фанатичность, на момент смерти сестры Сандро, Альмы, никакого культа не было, некроманты были магами, а значит и атеистами)

— Замолчи! — в ярости выкрикнул лич. — Я не могу принять это. Я никогда не приму это. Умирать и перерождаться по прихотям Драконов. Наши души уникальны! Альма была… уникальна.

— Ты шокирован и не осознаёшь себя… — попытался урезонить товарища Вейн. — Я заберу тебя к учителю Белкету. Я уверен, что он может помочь тебе. Пойдём, Алехандро…

— Алехандро де ля Сегадора умер сегодня ночью, а всё, что осталось, это тень смерти. Всё, что осталось, это… Сандро, — прозвучал ответ.

С воспоминанием приходит и иной образ — Старуха, третий аспект Асхи, та, что страшит смертных, ибо знаменует закат их жизненного пути.

— Сандро обратил Закеру в чистый лист… — обращается Старуха к слушающему её Вейну. — Ты взял ее на руки и спас от верной смерти. Ты даровал ребенку радостные воспоминания, а затем воспользовался могуществом Пустоты, чтобы стереть их из собственного разума. Ты — яркая тень, отброшенная на деяния Повелителя Пустоты. Ты изменил судьбу, чтобы противостоять его замыслам.

— Демоны резвятся и танцуют тени, — нараспев произносит Закера следующие строки поэмы. — Мать пела наряду со Старухой. Дева написала собственную песнь. А отец желал, чтобы она никогда не выросла.

— Начинается Последняя Битва! — возвестила Старуха. — Свет и Тьма, две стороны Творения… Дитя рождается, иной же умирает. Приготовься, Жнец Душ! Смерть — новое начало!

В Войнах Творения, продолжающихся в кошмарах Аши в Мире Духов, демонов удалось изгнать из Стихийных Планов, и теперь легионы ангелов Света стремятся нанести сокрушительный удар силам Хаоса, уничтожив их раз и навсегда. Вейн устремился к Царствию Света, где вновь лицезрел Старуху, сказавшую:

— Пришло время сражаться, и оружием твоим станет истина. Демоны пребывают у дверей Творения, и сражаются они поистине упоенно… Я открою тебе правду. Драконы создали множество путей, а паучиха объединила их в единую сеть… Каждый смертный имеет в ней свою собственную нить. Свет Эльрата озарит твой собственный путь. Не скрывайся от себя настоящего!

— Именно поэтому я отринул Свет и принял Тьму, — возразил Вейн. — Я сам твою свою судьбу!

И когда сражение в Царствии Света завершилось поражением демонов, войска Вейна устремились к Царству Хаоса, оплоту демонических орд, верховодил которыми Азкааль, Принц Разрушения. Для последнего Творение Асхи было донельзя отвратительно, ибо демон полагал, что вселенной надлежит пребывать в постоянном изменении, и любая форма губительна для нее.

С гибелью демона новые воспоминания и образы наполнили разум Вейна, и заново пережил он давнюю ссору с возлюбленной.

— Ты сделал из нее оружие! — обвиняющие восклицала Анастасия. — Как ты мог?! Она всего лишь ребенок!

— Нет, Анастасия, — терпеливо возражал Вейн. — Не я сделал ее такой, а Сандро.

— Прекрати лгать мне! — выкрикнула некромантка. — Ты лишь притворяешься, что любишь ее, но я слышала, что говорит Белкет. Он считает, что с ее помощью можно покончить с Сандро.

— Да, могущество Пустоты не распространяется на нее, — подтвердил рыцарь смерти. — Они не могут уничтожить ее сущность. Она может отправиться туда, куда не осмелимся ступить ни я, ни Белкет, ни даже Сандро.

— Я не позволю тебе вырастить из нее убийцу, — твердо заявила Анастасия, не принимая аргументов, высказанных Вейном. — Она сама выберет свою судьбу! Она заслуживает счастья! Ты… и я… более, чем кто-либо еще знаем, чего нас лишили.

Вейн клятвенно заверил возлюбленную, что никогда, ни при каких обстоятельствах не причинит вреда Закере…

-…Ты предал меня, брат, — обвиняюще бросил Сандро. — Кто ты такой, чтобы судить путь, избранный другим?

— Ты жаждешь полного уничтожения всего и вся, Сандро, — покачал головой Вейн. — Ты извращаешь юные умы на свой безумный лад, но это может только привести к печали и отчаянию.

— Ты проводил слишком много времени с Матерью Намтару, — ядовито прошипел лич. — Услышь это. Королева-паучиха — всего лишь иная версия Драконов, три лика Порядка, помещённые поверх раскормленного туловища с восемью ногами. Драконы — это ложь!

— Драконы — это всё, что у нас есть! — возразил Вейн. — Ты же не предлагаешь ничего, кроме пустоты!

— И каким же был бы твой мир без пустоты… и надежды на то, что она может быть как-то заполнена, — риторически вопросил Сандро. — Ты тоскуешь по семье, которую у тебя отобрали в детстве. Эта печаль. Эта потеря… Мы братья, Вейн. И я не позволю Драконам опутать тебя их нечестивой сетью.

— Свет! Истина! — грохочет над Творением голос Матери Намтару. — Он причиняет боль! Он ослепляет! Демоны пресмыкаются в отчаянии пред ангелами, поглощенные собственным желанием обладать и преображать созданное Ашей. Раны Эльрата оказались незначительны, а слезы Асхи — слезами радости.

Но Войны Творения далеки от завершения, ровно как поэма, произносимая Закерой.

— Ангелы одержали победу, а демоны познали поражение, — сказала девушка. — Безликие предали их, и предательские нити появились в ткани судеб.

Вейн осознал, что в час триумфа ангелов Безликие обратили свою магию против победителей, дабы спасти от верной гибели порождений Хаоса. Вновь представ рыцарю смерти, поведала Старуха об одном из последних эпизодов предвечного конфликта:

— Безликие знали, что если демоны будут уничтожены и Хаос вернется в Пустоту, сущее — Творение Асхи, поглотит самое себя. Ибо Порядок не может существовать без Хаоса.

(Те семы «неведомые причины» по которым Безликие встали на сторону демонов. Безликие что-то знали, но никому об этом не сказали, породив самое большое непонимание в истории и спровоцировав Войну Древних, отголоски которой аукаются миру до сих пор. Как это мило. Непонятно только, с какого перепугу порядок без хаоса не может? Как порядочные собирались уничтожить хаос, если демоны бессмертны, а об убийстве Ургаша речи не идёт в принципе? Чем думала Асха создавая мир, который нуждается в Ургаше, но при этом не пригласив самого Ургаша? Почему об этой потребности в хаосе знали безликие (которые упорно молчали), но не знали драконьи боги, большая часть из которых имеет прямую связь со своими детьми и потому могли бы отдать указания им?

Чем больше я думаю над всем этим, тем больше вопросов появляется)

Именно это предательство и является причиной лютой ненависти, которую ангелы питают к Безликим, отрицая тот факт, что сделано это было ради существования Асхана. И Вейн устремился к Царству Тьмы, где на протяжении долгих дней сдерживал непрекращающиеся атаки ангельских армий. Наконец, Старуха вновь обратилась к нему, возвестив о том, что Мать Намтару практически исцелилась, и все без исключения утраченные воспоминания вернулись к ней.

— Ныне скверна Пустоты обрела воплощение, — сказала Старуха. — Проклятие Сандро стало видимым. Ты должен закрыть бреши, ведущие в Пустоту и поглощающие воспоминания. И Мать Намтару исцелится окончательно!

Покинув Царствие Тьмы, Вейн и его войско устремились к острову Творения, где рыцарю смерти явились воплощения трех ипостасей Асхи — Дева, Мать и Старуха, явившись в образах Закеры, Анастасии и Светланы. Трое восстановили разум Матери Намтару, воплощения богини-паучихи, и после этого чудовищное порождение Пустоты явило себя пребывающим в Мире Духов.

— Почему ты противостоишь мне, Вейн? — громыхнул с пурпурных небес голос Повелителя Пустоты. — Творение Драконьих Богов — не более, чем тюрьма… и мы в ней — пленники! Пусть драконы возвращаются в Пустоту, а мы обретем свободу и возможность творить собственные судьбы, собственные миры. Отрекись от своих богов! Прими Пустоту!

В тяжелейшем противостоянии Вейн повергли воплощение Пустоты… и, пробудившись, рыцарь смерти обнаружил себя в Юдоли Горестей на Забытом Острове… наряду с Закерой, Светланой и… Анастасией!

— Мать Намтару теперь существует и в Мире Духов, и в Эреше, — поведала та. — Ныне она воистину стала богиней…

(Херня, ведь в вышедшем раньше Темном Месси у нас есть возможность убить Мать Намтару. Хотя мы еще посмотрим на сколько это канон, но сама возможность прирезать бога, как-то слишком)

— Да, — кивнул Вейн. — А ты — ее верный Иерофант, Анастасия.

Вейн поведал женщинам о своих грезах, ровно как и о том, что представали они в оных воплощениями Девы, Матери и Старицы. Закера приняла окончательное решение, избрав, наконец, судьбу: она желала стать тем кинжалом, который нанесет удар из теней и сразит Повелителя Пустоты одним-единственным ударом, неожиданным и гибельным.

Светлана же покидала сподвижников, надеясь продолжить исследование сего мира и снарядить экспедицию на Неведомый Юг — именно так именовались в Таллане те пределы, сведения о которых отсутствовали.

Наблюдая наряду с Лукрецией издали за собравшимися в центре Юдоли Горестей, Сандро анализировал произошедшее, признавая, что эксперимент его оказался весьма интересным, достойной прелюдией пред истинным гамбитом Ордена Пустоты. Повторения совершенных ошибок Сандро не допустит; и если он чуть было не уничтожил пребывающее в Асхане воплощение Матери Драконов, стало быть, сумеет дотянуться и до самих Драконьих Богов.

(На этом мы заканчиваем историю Сандро из Асхана и закрываем все события Героев 6. Давайте подведем итог. Что в целом можно сказать о компаниях за нежить из Пляски Смерти и Граней Тьмы? «Господи, какая же это срань!» — примерно так. Повествование совершенно не связано с остальным миром и ЛОРом, не учитываются даже события Героев 6 и их DLC, но при этом нам постарались показать как можно больше знакомых персонажей и мест.

Логики в действиях и диалогах персонажей что-то около нуля. Мотивация персонажей непонятна вообще, при чем это касается всех, что героев, что злодеев и даже сторонних персонажей. Многих уже заявленных и известных персонажей переписали в угоду убогой пародии на сюжет, совершенно не понятно зачем. Самым ярким примером этого является конечно же Белкет, ученый и маг, создавший собственное направление в магии и оставивший своих учеников после того, как они превратили его учение в религию, вдруг превратился в религиозного фанатика, принимающего живейшее участие в делах культа. Остальных тоже изрядно пошатали, Вейна так вообще чуть ли не в каждой миссии пусть по немногу, но переписывали. При этом лично я не разглядел мотивации к изменениям и у меня сложилось впечатление, что просто каждую миссию делали разные люди, которые прочитали биографию сделали из неё каждый свои выводы и по своему составили диалоги в миссиях.

В целом по Героям 6 со всеми дополнениями я могу сказать только одно: в своем время я делал предзаказ и купил коллекционное издание, о потраченных деньгах сожалею до сих пор)

История Асхана (Might and Magic: Duel of Champions)

(Займемся заполнением возникших пробелов, события происходящие после предыстории Сандро, Дня Огненных Слез и после того как эльфийка Эрин захватывает остров Фарвинд, но до компаний Реилага и Вейна. на очереди у нас события Might and Magic: Duel of Champions, мобильной Free-to-play игры, вышедшей в 2012 году и прекратившей своё существование в 2016)

Священная Империя сумела отразить вторжение демонической орды в час Второго Затмения. С тех пор минуло пять лет, и сейчас в год 570 новая угроза подняла голову в Глубоких Горах, что в восточных пределах Империи. Ослабленное недавней войной с демонами, герцогство Волка обратилось за помощью к разношерстному отряду наемников, Мечам Ветра, дабы защитил тот границы провинции. Так начался конфликт, вошедший в историю как Забытые Войны.

Верховодил отрядом капитан Киеран, поручивший своим подчиненным, боевому магу Миранде и ветерану-орку Га’аренду, обучить новобранцев, пожелавших присоединиться к славному отряду. Тренировочные бои с немногочисленными силами нежити, остающимися в землях герцогства, проходили близ городка Дестандта, Приграничной Крепости и в Шепчущем Лесу. Помимо прочего, до Миранды доходили слухи о том, что их капитан намеревается оставить отряд в самом скором времени.

(И с ходу вопрос, Какого Хрена? В Герцогстве Волка сейчас верховодит Ирина как регент при своем сыне. Начнем с того, откуда там вообще взялась нежить, если некроманты пока стоят во главе магов и не безобразничают, скорее уж наоборот, всячески помогали нашествие демонов отбивать. Я бы понял, если бы нежить была у Грифонов, там Анастасия безобразничала и могла потерять пару отрядов, у Быков Сандро безобразничал, там тоже могли быть отголоски той войны, но Волки… К тому же, почему Ирина обратилась к наемникам, вместо того, чтобы попросить свою сестру, верховную жрицу культа, на минуточку, отогнать эту нежить из владений своего сына? Или это такая тренировка и специально для нас пару немертвых подняли? Извините, но из сюжета этого совершенно не понятно)

Наконец, пришел приказ сниматься с лагеря и выступать к священному граду Фламмщрейну, где наемников дожидаются командующие нынешней кампанией. Совершив непродолжительный марш по торговому тракту, отряд Мечей Ветра прибыл к городским стенам, где офицеры узнали о нападении орков на герцогство Волка. Силы маршала Зигфрида Светлого Меча доблестно противостояли варварам, но солдатам Империи срочно требовались подкрепления.

Га’аренд поморщился, узнав о возложенной на них миссии, ибо не забыл, как в час Второго Затмения орки выступили врагами герцогства Волка. Конечно, сейчас ситуация изменилась, и провинцией правит уже не Герхарт, а герцогиня Ирина, кторая, годы спустя, передаст трон герцогства сыну, Александру. Впрочем, приказ капитана Киерана Га’аренд оспаривать не решился, а тот подтвердил витавшие слухи, объявив, что эта миссия станет для него последней, поскольку ему нужно заняться одной семейной проблемой. Больше к сказанному капитан не добавил ничего, и на все вопросы Миранды упорно отмалчивался.

Миранда и сама не любила говорить о прошлом. Она искусно владела как клинком, так и магией. Еще в восьмилетнем возрасте она, выходец из семьи уличных актеров, начала своё обучение в академии магов-мечников, а в 25 лет достигла ранга Первого Клинка, и в следующем году получила предложение занять место в ордене Сорока Клинков. Отныне ее жизнь была посвящена охране верховных чародеев, входящих в Круг Девяти, в частности — верховного чародея Хакима, патриарха Дома Химера.

(Дом Химеры попал в глубокую задницу, после того как их творения взбунтовались против магов, приведя к кровопролитной гражданской войне. Сейчас балом верховодят две главные фракции, Дом Духа (Призыватели), при поддержке Дома Материи (Алхимики) против Дома Вечности (Некроманты). Конечно, может быть два противоборствующих политических блока могли поставить на высокий пост компромиссную фигуру из нейтрального дома. Но если это так, то давайте пошлем в жопу Мечей Ветра и послушаем сказку про интриги в Семи Городах? Ну пожалуйста)

И когда несколько месяцев спустя Миранда заявила, что покидает Сорок Клинков, чтобы примкнуть к Мечам Ветра, Круг Девяти был изумлен, ведь за всю историю Семи Городов никто и никогда не поступал подобным образом. Объяснить мотивы свои Миранда отказалась, хранил молчание и Первый Чародей.

Маршал Зигфрид Светлый Меч с нескрываемым презрением воззрился на прибывших наемников, после чего сообщил: орочьи племена вторглись в восточные Бледные Прерии и досаждают жителям Свободных Городов. Герцогство Волка стремится оказать помощь соседям, поэтому в задачу наемников вменяется отбросить орков обратно в их земли.

Покинув Фламмщрейн, отряд Мечей Ветра перешел через горы, сошелся в сражении с орками, спустившимися в долину и разграбившими одну из застав Свободных Городов — Брод Врадека, на которой велась торговля с герцогством Волка. Варвары оказались разбиты наголову, но капитан Киеран не позволил своим людям остаться близ города, дабы помочь пострадавшим в набеге горожанам, согласно приказам, полученным от маршала Империи Сокола, им надлежало искоренить орочью угрозу, поэтому задерживаться близ Брода Врадека возможным не представлялось.

(Про крепкий тыл, куда можно отступить, и откуда тебе будут подтягивать если не подкрепления, то припасы, они похоже не слышали)

Выжившие поведали наемникам, что варвары явились от Змеиной реки, в том направлении и устремился отряд Мечей Ветра. У реки воины разбили лагерь, а ночью на них напали яростные орки, ведомых Крэгом Хаком — знаменитым пиратом Дикого Моря, одержавшим верх над могущественной медузой — предводительницей культа Крушителя. Крэг Хак, впрочем, довольно скоро осознал, что противостоит хорошо обученному отряду наемников, а не презренным мародерам, посему извинился пред офицерами Мечей Ветра за свою ошибку.

Отряд Крэга Хака оказался в этих землях, так как его моряки были заняты восстановлением пробоин в кораблей, и намеревался выйти в море сразу же, как только представится такая возможность. По словам пирата, орочьи отродья нанесли удар под покровом ночи, похитив несколько кораблей и отступив к Сумеречным Водопадам. Наемники не очень-то поверили словам пирата, полагая, что находится он здесь по иной причине, разглашать которую не собирается.

(Орочьи отродья, сказал предводитель отряда орков. Интересно)

Поэтому наемники, снявшись с лагеря, устремились вверх по Змеиной реке, отметив, что число орков, встреченных им, все возрастает — стало быть, они на верном пути. Наконец, отряд достиг Сумеречных Водопадов, возле которых вступил в бой с внушительным отрядом орков, гоблинов и гарпий, принадлежащих к клану Черного Черепа. Иные орки Асхана чурались сородичей, принадлежащих к этому клану, ибо те всецело посвятили себя служению Дракону Хаоса, и долгие годы добывали в копях под Глубокими Горами драконьи кристаллы, как следствие, тела их и разумы оказались подвержены воздействию тлетворных энергий Хаоса.

(Драконьи Кристаллы? Раньше мы упоминали только Драконьи Нексусы, они же Драконьи Жилы, места с повышенным магическим фоном. Это первое упоминание Драконьих Кристаллов, и что нам говорят? Это вторичный ресурс в Героях 6. Вот только не совсем понятно, все их добывали и использовали, но конкретно эти орки были подвержены влиянию Хаоса, но было ли это из-за Кристаллов или из-за служению Ургашу из сюжета не понятно.

Есть также история про город Водопад Молота, кузнецы которого делали из Драконьих Кристаллов, которые они так же называли Кристаллами Крови, оружие и броню. И знаете вот ни разу не упоминается о безумии кузнецов, работающих с материалом, между прочим оставшимся после демонов, ну и артефакты из Кристаллов так же пользовались успехом, так что вряд ли там были какие-либо побочные эффекты)

Орков удалось отбросить к Глубоким Горам, и предводительница варваров, Шаар, признала поражение, однако обещала наемникам скорое возмездие. Капитан Киеран объявил, что Мечи Ветра должны немедленно вернуться с докладом во Фламмщрейн, однако у Темного Леса, распростершегося между Свободными Городами Стоунхельмом и Грозовым Утесом, путь солдатам преградили порождения Шио под началом Лорда Демонов Гаранта; не вступая в переговоры с противником, Мечи Ветра атаковали демонов, покончили с ними, отправив развоплощенные сущности обратно в преисподнюю.

Мечи Ветра же вернулись в Дестандт, дабы известить прибывшего в город маршала об отражении орочьего нашествия. Зигфрид долго размышлял над услышанным: преображенные энергиями хаоса орки и демоны в лесу, кроме того, с границ поступают и иные, тревожные донесения. Кроме того, непосредственная угроза исходит из катакомб Дестандта, в которых воспряла нежить. Городские стражи спустились в склепы несколько дней назад и назад не вернулись.

Спустившись в катакомбы, наемники увидели солдат, чьи тела устилали землю; кожа несчастных почернела, глаза закатились, а с губ капала зеленая пена. Следуя приказу капитана Киерана, Мечи Ветра атаковали виновных в этом вампиров под началом Нергала, известного в Аль-Бетиле алхимика и специалиста по ядам, старого знакомого сопровождавшего Мечей Ветра рыцаря смерти Вейна.

(Вампиры, элита общества некромантов. Если личи перерождаются только добавляя немного яда намтару в свою пищу, то вампиры употребляют чистый яд и проходят перерождение замотанные в паутину намтару. Элита культа, известный алхимик, вот просто так пошел безобразничать в соседнюю страну, еще и в герцогство племянника Иерофанта Анастасии? Кто бы его пустил? Или он не только алхимик, но и ниндзя от мира нежити?)

С Нергалом и его отрядом наемники покончили, однако вынуждены были признать, что городская стража уничтожена: отравлена коварным алхимиком, после чего присоединилась к его отряду мертвяков. Киеран приказал подначальным исследовать отходящий от катакомб внушительный пещерный комплекс на тот случай, если кто-то из нежити сумел улизнуть. Здесь путь им преградил Фарханг, очередной старый знакомый Вейна, будучи в Аль-Бетиле, тот знал Фарханга как рыцаря смерти, теперь же он стал могущественным вампиром. Похоже, Фарханг не узнал бывшего сподвижника, которого на вотчине некромантов именовали ныне не иначе, как «ренегатом», а если и узнал, то не подал вида.

(Еще один вампир. И почему вдруг Вейна зовут ренегатом? Что-то в его компании в DLC к Героям 6 ни разу, ни одна сволочь его так не назвала, а тут оказывается, что иначе и не именуют. И почему два вампира, которые знают Вейна, Жнеца Душ, не бегут от него впереди собственного визга? Он же у нас и «убийца некромантов» и «подавитель восстаний»)

Наконец, Мечи Ветра покинули пещеры, обнаружив себя на старом погосте в доброй лиге (4.8 км) от Дестандта. Миранда смотрела на Вейна с нескрываемым подозрением, наверняка рыцарь смерти многого не договаривает о своем прошлом.

(Чё? Вы правда хотите сказать, что вот этого милого парня, известного на весь мир палача, вдруг не узнают ни в лицо, ни по имени? И главное, кто его не узнал, высокопоставленный магический мечник, что получала в семи городах образование (Белкет все еще ректор магической академии), что охраняла первого чародея, и вы хотите сказать, что они вот ни черта про Жнеца Душ не слышала и не знает?)

— А разве не у каждого из нас свои секреты? — отвечал Вейн на прямой вопрос, адресованный ему. — Нас сплотил этот отряд. Мы преданы ему, и не задаем друг другу вопросов о прошлом.

Мало кто ведал о том, что сей древний и могущественный рыцарь смерти не избирал свою судьбу, а был обращен Белкетом в нежить, когда легендарный некромант пожелал спасти Вейна и его семью от верной смерти во время магической чумы. С тех пор рыцарь смерти находился в услужении у Белкета наряду с Сандро, и заслужил титул Жнеца Душ. Узнав об истинных мотивах Сандро, заявившего о себе как о Повелителе Пустоты, Вейн отправился по следам лича, по пути расправляясь со всеми без исключения его сподвижниками. Однако Белкет ограничился тем, что изгнал Сандро, и разъяренный подобным проявлением милосердия Вейн оставил некромантов, примкнув к Мечам Ветра.

(Мало кто знал? Вы б**ть издеваетесь. В Гранях Тьмы его каждая собака узнавала, причем в лицо, еще до такого как он имя назовет, а тут мало кто знает)

На погосте наемники были встречены большим отрядом нежити — бесплотных призраков, следовали за которыми стихийные духи Тьмы. Возглавляло их жуткое существо, напоминавшее собой получеловека-полупаука, в котором Вейн узнал того, кого когда-то должен был выследить, Губителя, Поборника Бесформенных. Принимая священный яд Намтару, чтобы стать вампиром, и делая последний вздох перед смертной вечностью, никто не знает, чем это может закончиться. Большинство не выдерживает мучений, а кто-то кажется нетронутым снаружи, навеки сохранив неувядающую красоту молодости, но сломлен изнутри, и душа его смята и изорвана. С Губителем же всё вышло наоборот, поскольку он сохранил разум, но тело его оказалось страшно изуродованным. Когда он стал отступником, его имя пополнило список Вейна, бывшего тогда Жнецом Душ, палачом Аль-Бетила: Га’аренд и Миранда искренне наслаждались противостоянием с ненавистными некромантами, Вейн же был серьезен, как никогда, и продолжал задаваться вопросом: что могло понадобиться обитателям Нар-Эриша здесь, в Дестандте? Ответ на этот вопрос надеялся получить и Киеран, потому и поторапливал своих людей.

(Вообще логично, что крайне болезненный ритуал не проходит без последствий. Крайне странно, что Губитель сохранил разум. Как бы, боль идет от перерождения, если нормальные вампиры становятся молодыми и прекрасными и это настолько больно, что сойти с ума можно, то Губитель превратился в мутанта достойного творчества Лавкрафта. У него стальная воля или столь фундаментальные изменения не так болезненны?)

Мертвяки оказались разбиты и бежали. Тогда Мечи Ветра устремились к Дестандту, чтобы поведать маршалу Светлому Мечу о том, что их противник, скорее всего, исходит из собственных побуждений, и никоим образом не связан с Аль-Бетилом, ведь некроманты этого города наверняка не станут выступать против Священной Империи, по крайней мере, так полагал Вейн.

Однако путь наёмникам преградили орки под началом старой знакомой Шаар, возжелавшей поквитаться за недавнее поражение. Га’аренд долго беседовал с нею, однако орки так и не смогли придти к какому-то соглашению, сражение оказалось неизбежным. В этом противостоянии Шаар сложила голову, а Мечи Ветра преследовали и добивали отступающих орков клана Черного Черепа. Киеран постановил, что надлежит раз и навсегда покончить с продавшимися хаосу орками, а также отыскать и уничтожить источник поглотившей их скверны, Га’аренд не возражал своему командующему, однако пребывал в весьма подавленном состоянии духа.

Прошло несколько дней, и Мечи Ветра ступили в сердца владений клана Черного Черепа — ущелье, обрамленное копьями с нанизанными на них черепами. Они ожидали встретить кого угодно, орков или демонов, но только не чародейку-нагу. Миранда, будучи выходцем из Семи Городов, узнала в наге Акане, весьма влиятельную советницу при правителях Совета Архимагов.

Миранда ведала о прошлом представшей им наги. Акане покинула Империю Лотоса в поисках своего пропавшего брата, за которым присматривала, однако по неведомой причине воспоминаний о его исчезновении у нее не сохранилось. Спустилась она в подземные города темных эльфов, где Безликие помогли ей восстановить большинство утраченных воспоминаний: образы темного чародея и морских созданий, брата, уводимого этими тварями. Безликие объяснили Акане, что воспоминания ее уничтожил некий артефакт Пустоты — могущественная магия, запретная даже для их рода.

(Какого Хрена? Нам так много талдычили, что Пустота темнее Тьмы и могущественнее любой магии, а тут темное волшебство почему-то может обойти эффект Пустоты. К тому же, что значит «запретная магия»? Да они тупо не знали о ней. По крайней мере, когда через 90 лет Сандро наведается в Незримую Библиотеку под личиной Реилага, Безликие скажут что он использовал что-то им неизвестное, так как оно более темное чем Тьма Малассы)

Безликие советовали Акане изучить магию воздуха в Семи Городах, ведь ветра помнят то, что позабыл разум, и могут восстанавливать воспоминания.

(До сих пор магия разума была подразделам магии тьмы, а тут нате вам, ветер тоже так умеет)

Чародеи приняли нагу, но даже чародеи Воздуха Дома Духа не смогли помочь ей, однако Верховная чародейка Дома, Газаль, приняла Акане под свою опеку и взялась за ее обучение. Магию воздуха нага освоила в совершенстве, и после частенько помогала Верховному констеблю Асале распутывать преступления, совершаемые в Семи Городах: Но сейчас, в чем бы ни заключалась возложенная на нее миссия, Акане не желала делиться ее деталями, поэтому приказала своим воинам покончить с чрезмерно любопытными наемниками.

(И её вот ни на минуточку не смутило, что среди этих наемников находится бывший телохранитель Первого Чародея и Жнец Душ? Даже если выкинуть за борт то, что эти ребятки имеют некий политический вес и их убийство будет иметь последствия, никого не колышет, что это монстры первой сотни сильнейших смертных мира?)

Потерпев поражение, Акане отступила, поклонившись победителям, однако в жесте этом не было смирения, отсутствующий взгляд чародейки показался Вейну знаком, прежде он уже имел сомнительное удовольствие наблюдать подобный «недуг». Миранда вознамерилась было прикончить Акане, однако Киеран удержал ее, задав советнице один-единственный вопрос:

— Во имя Драконьих Богов… почему?!

— Вы все глупцы, погрязшие в суевериях! — презрительно бросила Акане. — Вестница Пустоты явилась, и дарует она свободу всем нам! И пока вы сражались здесь, со мной, она восстановила трон!

(Вестница Пустоты? Какая к херам Вестница?)

Наемники переглянулись, и один лишь Вейн прекрасно понимал, о чем говорит эта женщина, каким страшным силам служит. Неожиданно Акане метнулась вперед, схватила Киерана за плечо, и оба они исчезли в водовороте темных энергий.

Дабы попытаться отыскать ответ на вопрос, куда Акане забрала их предводителя, наемники, исполняя приказ Миранды, рассредоточились, дабы скрупулезно осмотреть ближайшие к орочьему оплоту пределы. Довольно скоро они обнаружили пульсирующую груду драконьих кристаллов, образовавшихся из пролитой в час Войн Творения крови Драконьих Богов.

Однако эти сияющие кристаллы излучали скверну. Кристаллы хаоса, кровь Ургаша, прародителя демонов. Теперь-то Мечи Ветра осознали, что явилось причиной ужасающего преображения клана орков.

(М-да? Хочу еще раз напомнить про Водопад Молота, чьи кузнецы умели делать из таких кристаллов оружие и доспехи. Там кристаллы остались после демонов, значит, по идее, тоже являются кровью Ургаша. Хотя я очень слабо себе это представляю. Как бы меч, созданный архангелом Сарой из когтя Ургаша обладал способностью брать под контроль любых демонов. Какой силой должна обладать кристаллизованная кровь, даже сложно представить. Особенно если говорить про столь большие количества этих кристаллов, про которые нам заявляют)

Однако не только наемников привлекли исходящие от кристаллов энергии. За их спинами возник некромант Адар-Малик, а также его войска.

— Вейн! Мерзкий ренегат! — процедил он, вперив взор в рыцаря смерти. — Ты был Жнецом Архонта Белкета, нашим палачом. Как смеешь ты отринуть наши законы и переметнуться на сторону демонов?!

Вейн не успел и рта раскрыть в ответ, а Адар-Малик и и его нежить устремились в атаку. Однако Мечи Ветра вновь одержали победу; Миранда вознамерилась было покончить с некромантом, но Вейн удержал ее, хоть и не испытывал к Адар-Малику ничего, кроме ненависти, к тому же, тот, также являясь учеником Архонта Белкета, не преминул заменить его в качестве Жнеца. Как оказалось, Белкет приказал Адар-Малику покончить с некромантами-ренегатами, которых наемники уже упокоили в катакомбах Дестандта. Узнав от своих лазутчиков, что в городе видели Вейна, Адар-Малик пришел к ошибочному выводу, что Вейн действует заодно с ренегатами, а, возможно, и верховодит ими.

Конец беседе положил показавшийся в ущелье воин-нага Нобору, сжимавший в руках обнаженные мечи, и, обратив взор на Мечей Ветра, произнес:

— Я наблюдал, как вы сражались с Акане, моей сестрой. Госпожа ее — куда более серьезная противница, и силы ее растут с каждым днем. Докажите же, что достойны сразиться с ней!

(Наблюдал, но не вмешался. Нас ждет могучий общий враг, но я вам не верю, а потому давайте сначала потыкаем мечами друг в друга. Гениально. И что здесь вообще за бразильский сериал, что не диалог, так встреча старых друзей или родственников)

Нобору и воины-наги, следовавшие за ним, атаковали, но, потерпев поражение в сражении с Мечами Ветра, отступили, и Нобору поклонился победителям. Однако, в отличие от своей сестры, обратился к ним уважительно, ведь атака его была всего лишь испытанием для наемников. Будучи прекрасным стратегом, восхищающимся политическими играми, он верил, что истинное равновесие лежит в полном и безоговорочном контроле над противоположностями, поэтому он изучил как магию Света, так и таинства Тьмы, став одним из лучших лазутчиков в Асхане.

(Чувствуете как поднимается ваше ЧСВ? Вы только что победили блестящего стратега. Кстати странно, что нага, предрасположенная к магии воды, не попытался освоить свою стихию, воду, и её противоположность, огонь, а за каким-то хреном поперся постигать свет и тьму)

Нага поведал собравшимся, что ему жизненно необходимы союзники в противостоянии самопровозглашенной Вестнице Пустоты — возглавляющей Дом Духа архимагу Газаль, госпоже Акане. Нобору подтвердил худшие подозрения Вейна: Газаль действительно приняла для себя Пустоту — безграничную, предвечную силу, старейшую из ведомых в Асхане; начало и конец всего, даже Драконьих Богов. И, поскольку Газаль обладала могуществом Пустоты, противников ее ждала не только смерть, но исторжение из самой ткани Творения!

(Нахер эту жизнь. Откуда взялась эта Газаль? Где и как научилась Пустоте? Почему никто не почувствовал её могущества? Сандро со специальным артефактом еле успел унести ноги из Незримой Библиотеки и то Безликие почуяли его след и смогли расшифровать его. А тут глава одного из самых могучих волшебных домов, исключительно публичная фигура, в окружении армии людей чувствительных к тонким материям и ни одна сволочь ничего не почувствовала? Круто)

Адар-Малик наряду с Вейном, Мирандой и остальными внимательно выслушал рассказ Нобору, бросил долгий, пристальный взгляд на рыцаря смерти. Тот понимающе кивнул: ими обоим уже приходилось сталкиваться с Пустотой, и оба они несли в себе шрамы, оставленные этой силой. Неожиданно Миранда обнажила клинок, выкрикнув:

— Лазутчица-суккуб! Схватить ее!

С превеликим трудом суккубу удалось изловить и сковать магическими цепями. И, лишь взглянув на пленницу, Миранда сразу же узнала ее, ибо не раз видела в бытность свою в Семи Городах; озарение было подобно острому кинжалу, вонзившемуся прямо в сердце.

Миранда объяснила присутствующим, что, скрываясь под человеческой личиной, эта суккуб — Дамирия — выступала слугой во дворце чародея Хакима, возглавляющего Дом Химера и входящего в Круг Девяти. Хаким, первый из Алых Колдунов, всегда поддерживал Газаль в вопросах политики вотчины магов и был прежде любовником Миранды. Последняя полагала, что Хаким вполне может привести их к Газали, Акане и — возможно — Киерану.

(Вступай в наёмники, получай +100 к восприятию. Столько лет служила во дворце первого чародея, слугу демона не чувствовала, а тут с ходу, краем левой ноздри учуяла.

Так же интересно, с каких пор любовницы стали чем-то особенным, чтобы им политические взгляды объяснять и секреты магического ремесла раскрывать? На чё она обиделась-то? А если между ними было нечто большее, чем просто секс, то почему она не подумала, что беднягу используют в темную?)

Наемники на предложение Миранды согласились, и та с помощью чародеев сумела проследить за магической нитью — созданной чародеями Дома Химера Алой Связью, связующей суккубу с ее повелителем, и определить точное местонахождение того. Вейн и остальные Мечи Ветра простились с Адар-Маликом и Нобору, после чего чародеи телепортировали их к оплоту Хакима, в далеком Аль-Рубите. Немедленно, зверолюди — слуги архимага — подняли тревогу, атаковали чужаков.

(Хрен с ним, некромантом, у него своё задание, хотя узнав, что всю работу сделали другие, он мог бы и предложить свою помощь. Хотя опять же тут можно кивнуть на политические особенности и дрязги, так что все же хрен с ним, с некромантом. Но нага вообще-то в союзники набивался, а тут же как-то сразу отвалился)

Великий чародей Хаким рыдал, моля Миранду о прощении, когда защитники его оплота оказались повержены, и Мечи Ветра ворвались в особняк. Хаким испытывал искреннее раскаяние, и признался, что примкнул к Газаль и нескольким иным весьма амбициозным магам, жаждущим заполучить власть над Семью Городами; изначально их сплотил могущественный некромант, Сандро. Именно он преподнес заговорщикам древний артефакт — Трон Обновления. Газаль первая опустилась на него, и в тоже мгновение Пустота всецело завладела ею. Хакиму едва удалось бежать, и, осознав, что они совершили, чародей вознамерился поведать о случившемся Кругу Девяти.

(Шел 2012 год, могучие чародеи ползали в ногах своих любовниц. Так искренне раскаивался, так хотел всем все рассказать, что до сих пор не рассказал и оказал сопротивление пришедшим на разборки «поборникам добра». Ну что за лажа? Кстати, трон обновления добыл в своё время Крэг Хак, и именно во время передачи этого артефакта он подшутил над Сандро и был проклят. Но теперь вопрос «почему Газаль никто не спалил?», стал еще острее. Версия с разумным практиком запретных искусств, что скрывается среди своих, еще более или менее похожа на правду. И то, надо учитывать, что по хорошему Пустота не запретное искусство, а источник силы, сильнее богов и больше мира, спрятать такое уже сложнее. Но Газаль одержима силой Пустоты. Нам правда пытаются сказать, что то ли псевдоразумная, то ли вообще не разумная сила в теле мага как-то скрывается от других? А почему она себя так ведёт?)

Вейн прекрасно знал, кто такой Сандро и на что способен бывший лучший ученик Белкета… Но неожиданно наемников окружили воины, ведомые Киераном. Вот только взгляд бывшего предводителя отряда Мечей Ветра был пуст — энергии Пустоты изменили его, и вчерашние боевые товарищи стали противниками.

Вейн сражался плечом к плечу с Киераном более десятилетия, и знал, что предать отряд Мечей Ветра тот не мог. Наверняка магия Пустоты преобразила капитана, лишив его собственной воли, сделав послушным исполнителем приказов Вестницы. Но наемники не сумели удержать своего бывшего командующего: когда отряд того был разбит, самого Киерана — как и прежде Акане — унес вихрь темных энергий.

Вейн вновь обратился к Хакиму, требуя рассказать о Сандро и Троне Обновления. Чародей поведал, что Газали Сандро представила некромант Ариана. Вейн понимающе кивнул: он прекрасно знал Ариану, одну из ближайших сподвижниц Сандро, которая — так же, как и ее наставник, — была изгнана из Аль-Бетила за пустомантию — магию, основанную на запретных энергиях Пустоты.

(А вот в компании Сандро из Пляски Смерти его выгнали одного и за непочтительность к Матери Намтару. Какого Хрена?)

Газаль предложила Сандро и Ариане убежище в одном из своих тайных оплотов, Мир-Ал-Дине; это было средоточие великого могущества — пять волшебных башен, возведенных в древние времена в пустыне Сахаар. Газаль обнаружила легендарный Мир-Ал-Дин и обратила его в собственный оплот. Сам Хаким не мог провести Мечей Ветра в оный, но знал того, кто сумеет им помочь.

(И тут мы должны остановиться и задуматься, что же за хрень тут творится. Пять Башен Шантири — это древние башни, построенные населением империи Шантири. Находятся среди гор в пустыне Сахаар. Мощное заклинание стирает знания о расположении Башен из умов тех, кто их обнаруживает. Каким образом можно было сделать эти башни своей тайной резиденцией или иметь проводника до них, если стоит отойти от башни, как ты забываешь путь к ней?

Второй момент: у нас есть пять башен — Огонь, Вода, Воздух, Земля и одна общая для Света и Тьмы. Свето-Темная башня, по идее, должна была символизировать заключение мира между расами ангелов и безликих, но башни построили при империи Шантири, которую как-раз таки уничтожил конфликт Света и Тьмы. Конечно, есть куча живых существ, империю заставших, но тут отдельно обговаривается, что башни наследие именно империи, к тому же война Древних продолжалась и многие годы после уничтожения Шантири, вынудить к миру их смог только Сар-Элам, Седьмой Дракон. Поэтому пятая башня не укладывается в свою собственную историю.

Третий момент: Башня Земли, она же Дозор Садовника — это живой и полуразумный оазис который движется по пустыни, наполняя ее жизнью, флорой и фауной, постепенно озеленяя самые пустынные места планеты. Каким образом постоянно перемещающаяся башня могла быть частью тайного убежища Газаль? И ради богов, как эта башня ложиться в то, что маги всю свою историю живут в пустыне? Вся насаженная башней флора и фауна без самой башни тут же дохнут? Или у Асхана есть проблема по серьезнее демонов и имя этой проблеме — «экологические загрязнения мира магией»?

В общем, как не крути, а Пять Башен Шантири — это исключительно глупая, противоречащая даже самой себе вещь)

В сопровождении Хакима наемники углубились в пески Сахаар. Чародей тем временем продолжал свой рассказ о произошедшем. Как и башни Мир-Ал-Дин, Трон Обновления — реликт цивилизации Шантири. Сандро полагал, что он наделен весьма интересной формой магии Пустоты, и цель этого артефакта — избавить разум воссевшего на трон от всяких сомнений и страхов, усилить волю. Газаль согласилась помочь Сандро в его начинаниях в обмен за привилегию стать первой из тех, кто воссядет на Трон Обновления. Сандро сдержал свое слово, позволив чародейке сделать это, но когда она опустилась на трон, водоворот темных энергий объял ее, подобно плащу Пустоты.

(Мальца раздражает уже. Как бы Белкет и Сандро были первопроходцами, создателями некромантии, магии не от стихийных богов, а от одного из ликов первородного бога, Асхи. Сандро пошел еще дальше и открыл магию идущую в принципе не от богов, а от самой вселенной. Казалось бы, остановитесь. Но нет, откуда не возьмись появились дневники Сар-Шазарра, по намекам из которых ангел и человек догадались об открытиях, которые до того приписывались им самим.

Честно, если бы не умаление, не побоюсь этого слова, подвига Белкета и Сандро, то я даже обрадовался бы этим дневникам. Это мог быть намек на похожие исследования Сар-Щазарра, или путь становления богом, которым прошел Сар-Элам. Вариантов на самом деле много. Но тут нам на полном серьезе втирают про один из многих артефактов древности, работающих на пустоте. Какого Хрена? Это полностью рушит всю ветку Сандро, превращая его из гения, разгадавшего секрет сверхбожественной силы, в какого-то варвара, что собирает объедки со стола древних цивилизаций. А Белкета они уже обосрали в кампаниях Сандро и Вейна. Просто жаль двух, таких интересных по началу, героев)

Хакиму пришлось прервать рассказ, так как высланные вперед лазутчики донесли, что к ним приближается отряд рыцарей-храмовников Священной Империи. Последние немедленно атаковали, заметив среди своих противников орков и некромантов, однако были отброшены.

(На территории волшебников не понятно откуда появился корпус элитных войск Империи, который наводит свои порядки? Но больше всего, смех вызывает причина нападения, наличие в отряде орков и некромантов. Первый Чародей Круга Девяти (да, все с большой буквы) происходит из алых магов, то бишь химерологов. Да, после восстания орков, маги вроде как перестали их выводить, но Крэг Хак уже встречал одного алого мага, что наплевал на подобные суждения и создал себе армию орков. Нежить, это вообще песня, задрали уже, это самый могущественный дом магов, раскола еще не было, и даже когда он случится некроманты не были изгоями. При императоре Иване была советницей Анастасия, при императрице Изабель и матери её мужа Николаса, Фионе, советником был ученик Сандро Маркал. Оба этих события были далеко после раскола магов, но что-то я не помню чтобы кто-то преследовал этих некромантов. Конечно, после смерти Фионы, Маркала изгнали из страны, но не казнили, не преследовали, а именно убедительно попросили свалить за границу в сторону магов, и никто не мешал бывшему придворному некроманту на этой самой границе жить. А тут что творится?)

Но, как оказалось, рыцари, ведомые Джоном Морганом, были не просто отрядом, патрулирующим границы империи, а сопровождающими некоего молодого человека, одеяния которого выдавали его принадлежность к Империи Лотоса. Мечам Ветра удалось сдержать натиск рыцарей, однако их атаковали подоспевшие саямасы, пустынные наги — личные стражи юноши.

(Пустынные Наги… никого не смущает, что наги вообще-то народ воды и без воды, по идее жить не может. Хотя черт с ней, с водой. У нас есть темные наги, что поклоняются темной ипостаси Шалассы, Губителю, и это серьезно изменила их внешний вид. Кому поклоняются пустынные наги, при условии, что их главный одет в одежды Империи Лотоса и по умолчанию должен поклоняться Шалассе?)

К счастью, кровопролития удалось избежать, так как Миранда узнала в молодом человеке Шалана, посланника Вечной Императрицы в Семи Городах. Она обратилась к юноше, и тот отозвал как наг, так и рыцарей. После чего Хаким продолжил рассказ, и чародею удалось убедить наг и рыцарей в чрезвычайной серьезности ситуации, после чего Шалам и Морган отбыли, чтобы известить о гамбите Газаль правителей своих держав.

Наемники же продолжили путь через дюны Сахаар; один из наг вызвался провести отряд до ближайшего оазиса, однако, как оказалось, там уже разбили лагерь орки. Шаманы их приветствовали Мечей Ветра, но стоило им заметить Хакима, как все изменилось, и орки в неистовой ярости устремились в атаку.

(Странно, что у орков отряда наемников, такого припадка ярости не случилось. А ведь это мог бы быть очень интересный игромеханический ход, выбор между имеющимися картами (а это была карточная игра по типу Hearthstone) орков или обмен их на новые карты магов. Вообще система союзных и враждебных фракций была бы адекватным и интересным ответом системе классов из все того же Hearthstone, глядишь и до сих пор бы существовала игрушка)

Га’аренд приложил огромные усилия, убеждая шаманку Зулейку сдержать орков и хотя бы выслушать рассказ Хакима. Как оказалось, Зулейка прежде входила в Дом Химеры, однако покинула его, осев среди орков, так как действия чародеев входящих в этот Дом, в том числе и Хакима, были ей глубоко противны. Тем не менее, Миранде и Га’аренду удалось убедить Зулейку в угрозе, которую представляет Газаль, и шаманка обещала собрать орочьи племена, выступить против служителей Пустоты.

(Спокойно, Зулейка не орк, а человек, я уже упоминал её, поэтому то, что она входила в дом магов не глупая шутка. Но сама предыстория тупая до невозможности. Предком Зулейки был прославленный маг Агар, создатель первого минотавра, и она унаследовала его влиятельную позицию в правящем круге Семи Городов. Как и все в её знатной семье, Зулейка с рождения была связана прочными узами с минотавром, защищавшим её и следовавшим за ней неразлучно, словно тень. Минотавр-охранник был ложно обвинён в вырождении и умерщвлён. Обращаясь к хозяйке в последний раз, он сказал: «Госпожа, освободи мой народ!» Зулейка, сильно расстроенная потерей друга, верно защищавшего девушку двадцать лет, покинула Семь Городов и направилась на острова Пао. Там она стала могущественным шаманом и поклялась не успокаиваться до тех пор, пока маги не отпустят всех, кого создали, чтобы те смогли сами решать свою судьбу.

И так, по порядку, с предка Зулейки, Агара. Начнем с того, что он был её прадедом, то есть отцом деда и напрямую от Агара Зулейка ну никак не могла унаследовать высокое положение в обществе магов, хотя бы потому, что на момент описываемы событий все еще жив ее отец, Фалагар, тот самый маг, что повстречался Крэг Хаку в Диком Море (Забавно, что уже не молодой Фалагар белый, а вот молодая Зулейка, чернокожая. Старика на экзотику потянуло). Уже из биографии Фалагара мы можем узнать дополнительную информацию. Например, Агара прозвали безумным и никакого высокого положения в обществе магов он не имел. Это видно в том числе и потому, что Фалагар прозябал какое-то время на острове с орками (которые, на минуточку, ненавидят Алых Магов), а потом прибился к пиратам, вместо того, чтобы вернуться в Семь Городов, где его ждет «влиятельная позиция». Так что, что именно Зулейка унаследовала от прадеда, большой вопрос.

Второй момент, это особая связь семьи Агара с минотаврами, и тут в пору выкатывать моё коронное «Какого Хрена?». Из все той же биографии Фалагара мы можем узнать, что помимо минотавров, Агар Безумный так же приложил свою руку к созданию ящеролюдов и акулолюдей. Вопрос «почему же семья Агара имеет тесную связь только с минотаврами, а не со всеми этими монстрами?» слишком сложен для людей со среднем уровнем айкью. По крайней мере я так и не смог хотя бы придумать адекватной причины.

Третий момент у нас об самой ситуацией с казней минотавра. Непонятно, что же обозначают словом «вырождение» и почему за это казнят на месте (другой причины, по которой Зулейка могла бы услышать последнии слова минотавра я представить себе не могу. Ну не заставили же молодую девушку стоять рядом с осужденным рабом, которого собираются казнить?). Если он мог дать слабое потомство, то его можно было просто кастрировать. Если он сам был слаб, то не понятно как он стал телохранителем «важной особы». Ну и самое главное, Зулейка ненавидит именно Алых Волшебников (Дом Химеры), получается, что во всей той ситуации были виноваты её коллеги по ремеслу, но чего они хотели добиться и добились ли, нам не известно.

Четвертый момент, сама Зулейка. Начнем с того, что она ушла из общества магов, чтобы «исполнить волю умершего друга», но при этом нет ни намека на то, что она хотя бы попыталась это сделать, или занята этим прямо сейчас. Из той информации, что у нас есть, понятно только, что она ушла от магов, присоединилась к оркам, поклялась освободить всех рабов магов и… продолжает жить с уже свободными орками. Но самое забавное, что Зулейка стала Шаманом. Я уже упоминал, что орки не признают классической магии, а практикуют ритуалы, в которой извлекают силу из собственной крови, в которой есть некоторая примесь крови демонов. Зулейка человек, свою кровь использовать она просто не может. Либо она пускает кровь своим новым друзьям оркам (а некоторые ритуалы требуют просто огромного количества крови), либо наша милая девочка немножечко демонопоклонник и дергает чистокровных демонов из-за барьера Сар-Иллама. Последнее не лишено смысла, так как именно среди Дома Химеры был наибольший процент демонопоклоников, и все маги призывающие демонов, показанные в каноне, были облачены в алые мантии. Но в обеих случаях задвиги про добро и освобождения невинно угнетенных от мага практикующего кровавые жертвоприношения (а Зулейка позиционируется как могучий шаман, способный на особо могучие ритуалы, те что требуют больше всего крови) слышать смешно)

На следующий день Мечи Ветра возобновили путь, а к вечеру дюны остались позади, сменившись каменистой равниной. Хаким предупредил спутников, что здесь они могут повстречать Игнатиуса, инкуба, также принимавшего участие в заговоре Сандро, но отказавшегося следовать за преображенной Пустотой Газаль. Не успел Хаким договорить, как демоны окружили отряд, и Игнатиус отдал приказ к атаке.

Наемники сдержали чудовищный натиск, а Хакиму удалось урезонить инкуба, и Игнатиус признался, что он следует хаосу не по своей воле: будучи ребенком, он оказался продан собственной матерью могущественному архидемону, Фриасу. И, действуя заодно с Сандро и Газаль, он преследовал лишь одну цель: разорвать свою проклятую связь с Фриасом. И после событий, произошедших в Мир-Ал-Дине, он больше не ощущал власти Фриаса над собой.

(Как персонаж, Игнатиус здесь отсылка к Героям 3. Там среди персонажей инферно был человек Игнатиус, что из страха присоединился к Криганам. В Героях 4 этот персонаж тоже появляется, но уже как герой Заповедника (Эльфов), там его предысторию изменили, теперь Игнотиус был порабощен демонами и сражался под влиянием заклятия берсеркера, он почти умер от ран после одной из битв, но был спасен сердобольной эльфийкой-целительницей. Оба варианта из геройской серии я нахожу достаточно интересными, а вот история инкуба откровенно странная, не до такой степени как история Зулейки, конечно, но все же.

Мне просто интересно, кем же была мать Игнатиуса из Асхана, что смогла встретиться с могучим архидемоном, и что заставило её продать собственного сына. Вот если бы нам сказали, что во время последнего затмения (События Героев 6) отряд демонов захватил какой-нибудь город или деревню и пополнил свои ряды за счет молодых юношей и девушкек, на месте обращенных в сукубов и инкубов, вообще бы вопросов не было, а так хрен его поймешь, что там случилось и чем были мотивированы герои)

Игнатиус завершил рассказ, начатый Хакимом. Когда Газаль поднялась с трона и назвала себя Вестницей Пустоты, Сандро осознал, что изначальный замысел провалился. Он попытался было покончить с Газаль, сотворив заклинание смерти, но та поглотила направленные на нее магические энергии, и стала, похоже, еще сильнее. Видя это, Ариана немедленно склонилась пред Газаль, наверняка Сандро не простит ей подобное предательство. Отступая, Сандро расколол Трон Обновления, и на месте реликвии образовался зияющий разрыв в пространстве, через который хлынули оскверненные Пустотой духи.

(Откуда в пустоте духи, что это за духи, что хотел Сандро, как ему удалось расколоть артефакт Пустоты, если с Газель, прокаченой этим артефактом он не совладал? Если вам интересны эти вопросы, то можете придумать на них ответы сами, сценаристы особо не заморачивались)

И, будто подтверждая сказанное инкубом, те самые духи внезапно атаковали Мечей Ветра, подтверждая очевидное: Газаль знала, что противник близок, и необходимо было как можно скорее следовать к пяти башням Мир-Ал-Дин. Ведь Вестница Пустоты наверняка продолжит бросать против наемников своих миньонов, дабы узнать сильные и слабые стороны противника.

(Но сначала она конечно подождет, пока очередной совершенно ненужный для сюжета персонаж сразится с нами, а после поражения выдасть немного сюжетной информации)

В течение нескольких недель подоспеют силы Священной Империи, объединенные с конструктами чародеев и нежитью Аль-Бетила. Но вряд ли Мечи Ветра могут позволить себе дождаться союзников, ведь с каждым днем могущество Газаль возрастает, и остановить ее нужно как можно скорее.

(Ну да, ну да, подкрепление для слабаков, а вот превозмогание для серьезных парней (и девок, конечно же))

Покончив с призраками, наемники снялись с лагеря, и продолжили путь к башням Мир-Ал-Дин, сокрытым огромным грозовым облаком — проявлением провлала в Пустоту, видно которое было за много миль. Враг, с которым им предстояло сразиться, обязан своим могуществом Сандро — тому, кого Вейн прежде считал своим другом, и ныне очень жалел, что не покончил с ним, когда была такая возможность. Но вчерашний Жнец Дома Вечности выступал сейчас командующим отряда Мечей Ветра.

Одну за другой наёмники брали штурмом Пять Башен, в каждой из которых им встречался один из союзников или слуг Газаль. Сразив каждого из них, они смогли убить и саму Вестницу Пустоты.

(Беднягу не спас ни читерный щит, что стирал из реальности каждого, кто к щиту прикоснется, ни бесконечный источник энергии в виде провала в Пустоту. Ну и конечно же, после победы над главной злодейкой, тот самый провал в Пустоту рассосался сам собой.

В целом по данной игре сказать что-то сложно. Игровой процесс… ну такой себе, достаточно сказать, что игрушка продержалась на рынке около четырех лет (чуть меньше по моему) и закрылась. Сюжет… м-да, зачем это включать в официальный канон не понятно. И вроде бы есть интересные отдельные моменты, но в целом, чувствую, что у меня теперь только прибавиться поводов для моих, ставших такими родными, восклицаний «Какого Хрена?»)

История Асхана (Might and Magic X: Legacy)

(Все еще заполняем пробелы, теперь у нас идут события Меча и Магии 10 Наследие, все происходит в 575 году, 5 лет спустя после событий предыдущей главы, но все еще за 90 лет до Второй Магической Чумы (кампания Вейна).

Надо сказать, что в этой части довольно-таки много отсылок на первые пять частей МиМ, и оригинальную вселенную. Есть даже жирные намеки на научную фантастику (нет, бластеров не будет). Но все же, не смотря на это, и то что «перезапуск» Юбиков, почему-то начался с 5 части Героев и 10 части МиМ, а не с 1, как это должно было бы быть с настоящим перезапуском, Издатель и Правообладатель все еще настаивают, что Асхан это эпичное фэнтези, а не научная фантастика)

События, случившиеся десять лет назад в час Второго Затмения, запомнились как Обман Уриэля. Давным-давно, в час Войны Древних, архангел Уриэль поклялся отомстить за свою семью, с которой расправился величайший воитель и стратег Безликих — Эребос, Повелитель Ассасинов.

(А если мы вернемся к видению Анастасии из Героев 6, то увидим, как Михаила ударили в спину несколько Безликих, и несколько Безликих окружили и убили Аврору. Имя Эребоса вообще ни разу не прозвучало, как и некие Ассасины Безликих, а тут нате вам, Великий Враг.

В целом, к этому можно было бы и не придираться, все же расширение и углубление событий во вселенной дело хорошее, но Юбики уже немного задрали с созданием отсылок. Если в Героях 6 старательно делали отсылки на Героев 3, и даже на первые 5 частей МиМ (там были герои по имени Корак и Шелтем), то во всех последующих продуктах нам дают отсылки на Героев 6. Они напихивают максимум знакомых персонажей, зачастую даже в ущерб логике)

Свои планы Уриэль вынашивал на протяжении долгих столетий, а незадолго до Второго Затмения архангел и его инквизиторы обнаружили, казалось бы, неопровержимые доказательства того, что Безликие готовятся возобновить предвечное противостояние с сынами Света.

(«Его инквизиторы» игнорировали прямые приказы своего архангела. И никакие доказательства они не то, что не находили, а даже не искали. Именно Ангелы хотели возобновить войну, и желал этого воскрешенный Михаил, для которого война была еще вчера. Именно Михаил знать не знал никакого Сар-Илама и не признавал мир с Безликими, в то время как Уриэль был одним из подписавших Сумеречный Завет и поклявшийся положить конец войне Света и Тьмы, под давлением силы Седьмого Дракона. То что он прогнулся под своего, пусть и талантливого, но выпавшего из жизни более чем на полтысячи лет, брата уже другой вопрос, все обстоятельства которого в каноне не освящаются)

Император Лиам Сокол — человек донельзя амбициозный — с легкостью поддался на уговоры архангела и объявил о священной кампании, направленной против служителей Тьмы. Верховодил армиями Света родной брат Уриэля, легендарный полководец — архангел Михаил, возрожденный в мире смертных.

(И снова расхождение. Никакой «Священной войны с Тьмой» не было, по крайней мере по началу. Святая инквизиция стала преследовать иные религии, и то делала это очень аккуратно. Жестко прессовали только племя орков, проживающее на территории Грифонов, при этом рядом со столицей были капища Дракона Ветра Илата, и все знали, что туда ходят люди и поклоняются. Шевелиться стали только после убийства Вячеслава Грифона, и опять же, про Безликих говорили только ангелы, в то время как инквизиция просто пыталась подмять под себя молодого и откровенно убого на голову (слышит голоса) Антона. Да, нам несколько раз давали намеки на то, какие зверства творят инквизиторы, но на фоне происходящих событий все эти намеки смотрелись бледно и нереалистично)

Но в замысле Уриэля обнаружился фатальный изъян, он недооценил доблесть и находчивость людей, которых намеревался использовать в собственных целях. Нашлись те, кто сумел распознать истину за его ложью, убийства и злодеяния, в которых архангел спешил обвинить Безликих, были его собственными злонамеренными деяниями. Утверждают, что ангелы никогда не лгут, но никто не запрещает им просто не говорить всей правды. Уриэль избежал правосудия, вершимого в судах, но не правосудия Драконьих Богов. Так, в кровавом пламени Второго Затмения погибли архангелы Михаил и Уриэль, а также Император Лиам. Но наследие их осталось, продолжая отравлять Империю.

(О том, что Уриэля прикончила Анастасия, перенастроив артефакт ментального контроля, а Михаила убивает один из детей Вячеслава Грифона, по выбору игрока, нам предлагают просто забыть)

Когда были обнародованы истинные масштабы Обмана Уриэля, разразившийся скандал чуть было не разорвал на части великую державу. Недоверие между имперцами и их союзниками росло, при имперском дворе раздавались голоса недовольных дворян, а за пределами страны колонии и протектораты желали независимости.

(Что вскрылось, как вскрылось, а хрен его знает. Как бы конкретно обман Уриэля заключался исключительно в том, что он использовал Анастасию для убийства Вячеслава, что узнала только Анастасия, которая почти мгновенно отомстила. План Михаила никому даже раскрывать не нужно было, он сам, во время торжественного празднования фактически объявил тот самый крестовый поход против Тьмы (который тут приписывают Лиаму) и, вот неожиданность, нашел множество сторонников и всяческую поддержку аристократии, что на кураже от прошлой победы были готовы броситься в новый бой)

В попытке урегулировать сложившуюся сложную ситуацию наследница Лиама, молодая Императрица Гвендолин Сокол, приступила к претворению в жизнь реформ, против которых тут же высказались наиболее консервативные из придворных, не желающие перемен; споры вызвала предложенная герцогом Антоном Грифоном «Хартия Грифона», должная разделить власть церковную и светскую, ибо Императрица не желала слепо вверять судьбы подданных своих ангелам и их церкви; к тому же, доселе церковь всецело заведовала имперской казной и устанавливала налоги, и Император не мог потратить ни единой монеты без одобрения на то своих советников-ангелов.

(Из вышесказанного, по сути, можно сказать, что народ был не доволен, во-первых, реформами, а во-вторых, тем, что власть получил один из тех людей, что противостоял Архангелу Михаилу, то есть по сути тот, кто разбил на голову имперское войско, буквально на следующий день после войны с демонами. Всего этого уже хватило бы для острой политической ситуации в стране, за каким хреном сюда привязали «Обман Уриэля»?)

Страсти достигли накала на полуострове Агин, где портовый город Карталь вознамерился отделиться от Империи и примкнуть к коалиции Свободных Городов. Нужно отметить, город этот считался одной из жемчужин в короне правящей династии Соколов. Полагают, что свое название он обрел от эльфийского выражения «Кер-Тал», что означает «Великая зелень», ибо был возведен на самой границе девственных эльфийских лесов.

(А до этого сообщалось, что Кер-Тал это город, а вернее храм безликих. Так же не совсем понятно, откуда у разных народов разные языки, если раньше они были частью единой империи. Но это уже откровенная придирка, разнообразные наречия и диалекты появляются разных языках повсеместно. Другой вопрос, что в лоре это никак не поясняется)

До основания города здесь возвышался собор Дозор Карталя, возведенный ангелами на месте одной из первых одержанных ими побед в Войнах Старейших. Впоследствии вокруг собора была построена церковь, являющая сейчас верхний район города, и Карталь продолжал разрастаться. Но лишь только после того, как обратился Император Брайан Сокол в новую веру, став истовым последователем Эльрата, ангелы, ведомые архангелами Сарой и Уриэлем, пожаловали Карталь правящей династии Империи.

(Все вышесказанное — это информация из вступительного ролика к игре. Во-первых, на мой взгляд, это слишком много, а во-вторых, вы сами можете оценить количество несостыковок, которые мы нашли только во вступительном ролике)

Да, Карталь, вне всякого сомнения, остается одним из красивейших городов державы, но вот в вопросе о политическом статусе возникают разногласия. Поскольку город удален от сердца державы, иногда его и прилегающие земли именуют «седьмым герцогством», хоть Карталь и не является имперским протекторатом, и правит здесь не герцог, а городской совет, собирающийся в Дозоре. Собственной армии у Карталя нет, и город вынужден уповать на поддержку близлежащих герцогства Единорога и Гончей. Конечно, герцогства эти пытаются усадить на должность имперского губернатора Карталя собственных кандидатов, ведь город ведет торговлю с Иролланом и Семью Городами, и, стало быть, является источником барышей. До сих пор ни один из губернаторов не был уроженцем полуострова Агин. Прямо сейчас имперский трон назначил губернатором Джона Моргана, сменившего на этом посту погибшего в час Второго Затмения лорда Монтбарда Красного Паладина, ставленника герцогства Гончей.

В столетия, последовавшие за передачей Карталя людям, их присутствие на полуострове Агин возрастало, были заложены такие города, как Морская Гавань и Приморский Сорпигаль.

(как только не переводили Sorpigal by the Sea, в локализации Меч и Магия 10, он переведен как Соприкаль у Моря (да, именно СоПРиКаль, а не СоРПиГаль), а в Героях 6 как Сопригаль на Море, я предпочитаю «Приморский», хотя и отдаю себе отчет, что это адаптация, а не перевод)

Но теперь в Картале набирала вес фракция «Лига Карталя», желающая провозгласить независимость города, и утверждавшая, что в час Второго Затмения они были попросту забыты имперскими властями, и если бы не своевременно подоспевшие войска герцога Антона Грифона и некромантов Дома Вечности, наверняка бы демоны разрушили Карталь до основания.

Консервативные дворяне Карталя воспротивились начинаниям Лиги, утверждая, что отделение Карталя от Священной Империи приведет его к становлению одним из Свободных Городов. И сейчас в регионе чаще случались столкновения между мятежниками и солдатами имперского гарнизона, торговые тракты заполонили разбойники, а у побережья орудуют пираты.

История эта о четверке искателей приключений, прибывших на полуостров Агин, чтобы исполнить последнюю волю своего почившего наставника — Оуена, одного из искателей приключений, который в час Второго Затмения защищал один из Свободных Городов, Водопад Молота, от демонов. Оуена и его соратников именовали «искателями приключений» (авантюристами), и так же себя называли себя его ученики, сражающиеся не за славу и золото, но за идеалы чести и справедливости.

(Три раза «Ха». Ни за что не поверю в авантюристов бессребреников)

Своим воспитанникам Оуэн рассказывал множество историй о прошлом Асхана. О том, как тысяча веков мира окончились войной, ибо демоны вознамерились уничтожить сотворенный драконами мир. В конфликте том драконы одержали верх, но, ослабленные и израненные, вынуждены были укрыться за Завесой.

(Речь идет о Мифической Эпохе, от сотворения мира до создания Империи Шантири. И как бы «тысяча веков мира»? Тысяча веков — это сто тысяч лет, если речь идет о мире, то скорее всего в это время не укладывают отрезок истории до создания мира, когда существовали только Асха и Ургаш. Но сто тысяч лет? Не слишком ли кучеряво?

Империя Шантири была основана сразу же после первой войны с демонами. Прямо сейчас в Асхане куча разумных, что эту империю помнят, тот же Белкет, например, он жил в то время, как и Уриэль. Неужели уровень жизни и ремесел в Шантири был примерное на том же уровне, что и в современности, или все кто помнят Империю дали клятву никогда не пользоваться благами империи после её разрушения?)

Кровь драконов оросила землю, обращаясь в кристалл, и на землях этих смертные возвели города, такие, как Водопад Молота.

(Этот момент уже затрагивался в другой главе, там я спрашивал «какой силой должна обладать кристаллизованная кровь бога, особенно в больших количествах?». И да, тут можно сделать скидочку, что стихийные драконы все же рангом пониже чем Ургаш, но это все еще боги. И как быть с тем, что смертные возводили на месте пролитой крови города, тогда как в Героях 6 мы искали шахты по добыче Драконьих Кристаллов?)

— Под основанием его пребывают тайны забытой эпохи, — говорил Оуен своим ученикам, — когда мечи ковались из магии… но еще глубже находятся воспоминания! А воспоминания Драконьих Богов несут в себе истинное могущество. Они вдохновляют смертных… и тревожат демонов.

(Э-м… ну допустим «мечи из магии» я могу себе представить, благо, что мы уже затрагивали артефакты из Драконьих Кристаллов. Но воспоминания, что находятся еще глубже? Что это вообще?)

Что касается истории Водопада Молота, — города, основанного на месте твердыни Шантири, уничтоженной в час Войны Древних, — то Оуен рассказывал, что последовали Илата основали его вслед за Стоунхельмом, назвав так из-за находящегося поблизости водопада, а также в честь своего предводителя, Дугласа Молота — легендарного кузнеца, научившегося обрабатывать кровавые кристаллы. Именно он основал орден кровавых кузнецов, которые в последующие годы принесли городу славу и процветание.

(Концепция не военного дворянства кажется мне достаточно интересной и свежей, жаль, что это так и не получило своего развития, хотя бы сюжетного, хотя можно было бы ввести это в игру и игромеханически, углубив и разнообразив экономическую часть игры. Хотя зная фанатов Героев 3, разработчиков просто гавном бы закидали. Вон, Герои 6 имели не сказать бы что много откровенно плохих механик, большая часть была именно спорно, но были и хорошие, при этом широкая общественность подняла вонь до небес, что «это не та игра». Выглядит это несколько смешно, ибо основной претензией к Героям 5 было, что «это все то же самое, что и в 3 части».

Кстати, забавный факт, город Стоунхельм (Stonehelm), упомянутый здесь, впервые появляется в игре Dark Messiah of Might and Magic, и в некоторых локализация, в том числе и в стимовской, если мне не изменяет память, это город почему-то называется Стонхендж (Stonhenge). Не самый большой ляп Надмозгов, но если будете играть, имейте ввиду, это тот самый город)

Говорил Оуэн и об других Свободных Городах. О Стоунхельме — старейшем из Свободных Городов, основанном в 48 году, когда имперцы, не желающие оставлять веру в Илата, покинули пределы своей державы, заложив новое поселение.

(Интересно. Вот герцог Ишван Грифон, например, был ярым поклонником Илата и противником церкви Света, до такой степени, что пытался спровоцировать драку с Уриэлем, который пришел преподнести ему в дар выкованный ангелами меч. Так вот Ишван, несмотря на всю свою антипатию, политическую оппозицию и откровенные провокации Ангелов, почему-то не откололся от Священной Империи, наверно осознавал последствия. Тут же какой-то город все же всех послал и отделился. Конечно, один приграничный город и целое герцогство — это разные величины. Но речь идет о Священной Империи, инквизиции которой уделили огромное внимание в Героях 6, и с момента создания и до Хартии Грифона церковь и Ангелы имели абсолютную власть, даже сам император не мог решать большинство вопросов без согласования с церковниками)

Теперь Стоунхельм населяют люди, чародеи и гномы, и ходят слухи, что он построен на древнем некрополе Шантири. О Грозовом Утесе, что к северу от Стоунхельма, в пустынных и прекрасных землях, называемых Драконьим Путем. Грозовой Утес имеет торговые отношения с укрывающимся от мира народом наг-шанрий, не считающих себя частью Империи Лотоса и обитающими в королевстве Шанрия. О Листмуре, находящемся в горах близ Гримхейма, давший приют не только дворфам, но и людям наряду с орками, будучи при этом крупным торговым центром для земель Гримхейма, Ранаара и герцогства Грифона. Листмур существенно расширился за последние десятилетия, но за стенами города появились и зловонные трущобы.

Рассказывал он и о Броде Эридана, расположенном на границе Империи и Ироллана, также весьма крупном торговом центре, правит которым совет торговцев; в одном из кварталов города прибывает знаменитый эльфийский рынок. И, наконец, о Пределе Фостера, самом молодом из Свободных Городов, прежде бывшем лишь небольшим портом в Нефритовом океане, но с развитием торговли между Священной Империей и Империей Лотоса обратившемся в пиратскую гавань, прибежище разнообразнейших рас — людей, эльфов, дворфов, орков, гоблинов… всех, у кого есть деньги или товар на продажу.

В час Первого Затмения демоны вторглись в Асхан. Маги Семи Городов, творя армии из орков и циклопов, с легкостью расправлялись с демонами, изгоняя тех со своих земель. Водопад Молота был осажден демонами в 331 году, и неминуемо бы пал, если бы не подоспевшие рыцари Сокола, ведомые самим Императором Коннором II. Но драконьи кристаллы, остающиеся во множестве в окрестных землях, из которых городские ковали создавали доспехи и оружие, оказались слишком большим искушением, и Коннор II постановил, что отныне город находится под патронажем Священной Империи Сокола, после чего разместил в Водопаде Молота гарнизон и монастырь священнослужителей Эльрата. А вскоре были возведены храм и замок над тем самым водопадом, что дал название городу.

(На это событие, как и на источник Драконьих Кристаллов я уже ссылался в предыдущей главе. Очень странно, что кристаллы оставшиеся от стихийных богов-драконов никак не отличаются от Кристаллов Крови Дракона Хаоса)

Так, под властью Империи, прежде свободные горожане провели полтора столетия, кровавые кузнецы — так именовали мастеровых, способных создавать оружие из кровавых кристаллов, — укрылись, не желая работать на захватчиков.

(И-и… нихрена не произошло. Конор II соблазнился артефактами из Кровавых Кристаллов и узурпировал власть в городе, но артефакты ему отказались выдавать. Что же он будет делать? Полторы сотни лет просто держал в городе гарнизон. Не удалось получить, что хотел? Ой, да и хрен с ним.

И нет, мы не можем допустить, что Конору были нужны исключительно кристаллы как таковые, ведь смертные возводили города на месторождениях стихийных Кристаллов, игромеханически были шахты, да и именно демонических Кристаллов остался вагон, и не только в окрестностях Водопада Молота)

В году 479, когда Империя пытались усмирить восставших орков на своих землях, граждане Водопада Молота обьявили свою независимость, выперев не многочисленный гарнизон империи и открыли ворота для всех прочих мятежников и врагов Империи, в надежде на их защиту.

Перед смертью Оуэн, будучи выходцем из Карталя, просил молодых рейдеров захоронить его прах в родном городе, рядом с предками. Так четверо авантюристов взошли на борт корабля «Небесный ястреб», корабля сэра Кристиана, вынужденного в час Второго Затмения отказаться от своей мечты стать алхимиком и примкнуть к армии, и отправились в плавание на запад, однако до Карталя им добраться не удалось.

(М-м, отсылка на Героев 3)

Мятежники, захватившие власть в городе, не позволяли судам швартоваться у пристани, поэтому «Небесный ястреб» был вынужден бросить якорь в доках другого города, Приморского Сорпигаля. По пути моряки рассказывали авантюристам, что близкие связи герцогини Ирины, правительницы герцогства Волка, с Империей Лотоса позволили ей наладить торговые отношения между нагами и восточными Свободными Городами, однако эта торговля способствовала расцвету пиратства. В частности, Свободный Город Предел Фостера стал истинной пиратской гаванью, и многие рыцари избрали для себя стезю корсаров.

(Почему от связей Регента Волка пользу получает не Герцогство, а какие-то свободные города? И точно рыцари становились корсарами? Не разбойники, не воины, не свободные граждане, а рыцари, ну те самые, воины на службе церкви Эльрата, что однажды могли дослужиться до почетного звания паладина? Можно было бы конечно сказать, что это какие-то другие рыцари, но в линейке героев были только Рыцари\Паладины, и конкретно в этой игре у человека ровно два воинских класса — это Наемник (развивается в Клинка Ветра) и Крестоносец (развивается в Паладина), и что-то мне подсказывает, что наёмник — это все же не рыцарь. Получается, что воины Света под патронажем церкви занимаются морским разбоем? Нет, судя по тому, что это никак не обыгрывается в ЛОРе, это просто ляп)

Покинув пристань, герои вошли в городок, где повстречали мужчину по имени Дунстан, который, по его словам, раньше тоже был авантюристом, однако теперь ушел на покой. Начинающим искателям приключений он посоветовал обратиться к командующему местным имперским гарнизоном, капитану Максимусу, тот всегда готов дать непыльную работенку всем желающим.

Однако, стоило героям проследовать в городские врата, как стражи наотрез отказались выпустить их из Сорпигаля, так как ныне в городе проводится расследование исчезновения нескольких жителей. Искателям приключений не оставалось ничего другого, как остаться на какое-то время в городе, чтобы помочь выяснить подоплеку происходящих событий.

Здесь они свели знакомство с торговцем доспехами, гномом Тормундом, рассказавшим, что на полуострове Агин его сородичей совсем немного, а те, что осели в Картале и Морской Гавани, наверняка перебрались в города это недавно, несколько столетий назад, покинув южную заставу Судгерд.

Они так же познакомились с оружейником Колдвеллом, еще недавно бывшим солдатом в армии герцога Освина Единорога, человека властного и безапелляционного, ныне — основного противника политики Императрицы Гвендолин.

Был там и хозяин постоялого двора «Дозорная башня гоблинов» Оскар, говорившем, что еще несколько лет назад заведение его именовалось «Имперской короной», до того, как на город напали пираты-гоблины, не ожидавшие, что население Приморского Сорпигаля составляют, в основном, ушедшие на покой искатели приключений, давшие противнику достойный отпор. На постоялом дворе даже был гоблин Кенги, с радостью оставшемся в услужении у Оскара после неудавшегося рейда его сородичей на селение.

В городе бы бывший наемник Артур, воителем Илата, служившим в отряде Мечей Ветра под началом капитана Вейна, что сражался против некроманта Нергала и иных противников отряда наёмников, хоть воспоминания эти по неведомой причине и затуманены. Однако он знал, что ставка Мечей Ветра теперь находится в Морской Гавани, где заседает чародейка Миранда.

(Плюс за отсылку к Might and Magic: Duel of Champions, тут это реально уместно. МиМ 10 вышла буквально через 3 месяца после анонса мобилки, и кто-то уже успел поиграть в мобилку или могли сделать это. По летоисчислению мира события тоже происходят с зазором в 5 лет, тут было бы удивительно если некоторые знаковые персонажи канули бы в небытие. Но мы еще посмотрим как они это реализовали)

Авантюристы так же сошлись с хранителем библиотеки Фарисом, поведавшим, что в северных горах до недавнего времени находилась легендарная Незримая Библиотека Безликих.

(И это Страйк. Кирилл искал Библиотеку в Героях 6 и помните, что ему говорили? Она скрыта. Люди которые эту библиотеку видели, возможно бывали внутри, не помнили где она находится хотя бы примерно. Того же Кирилла вместо полуострова Агин, отправили на архипелаг Империи Лотоса. Тут же некий библиотекарь вдруг знает об местоположении Библиотеки.

Как бы не он первый, не он последний персонаж, который так или иначе бывал в «Незримой» Библиотеке. Да и тот же Кирилл что бы попасть в башню уничтожил духов Тьмы, что держали завесу, но боже мой, сколько еще левых и малозначительных персонажей будут знать о местоположении несчастной библиотеки?)

Стоит вспомнить также чародейку Джохар, владелицу лавки магической утвари, изгнанной по неведомой причине из Дома Материи и прибывшей в Сорпигаль из Семи Городов несколько нет назад. И селянку Орлену, просившей героев возложить в Святыне Павших Героев цветы на могилу ее брата Сервина, павшего при защите замка Портмейрон от демонов в час Второго Затмения. Что до Святыни, то возвести ее приказал герцог Антон во славу тех, кто отдал жизни свои за полуостров Агин и Империю.

На постоялом дворе был и молодой человек, представившийся авантюристом — Джассад.

— Асхан — поистине таинственный и восхитительный мир, не правда ли? — произнес он. — Я занимаюсь исследованием западных пределов континента Таллан, в то время как мой добрый друг — далеких восточных земель. Полуостров Агин — конечная цель моих долгих странствий. Как следует из древних атласов, которые обнаружил я в библиотеках Аль-Имрала, давным-давно земля эта именовалась «полуостровом Малин». Интересно, почему изменилось название?

Джассад рассказал, что уже многие месяцы исследует окрестные земли, собирая сведения об их обитателях, но в скором времени должен покинуть полуостров и боится не успеть собрать сведения о существах, его населяющих. Поэтому он попросил искателей приключений заносить в бестиарий информацию обо всех без исключения созданиях, которые встретятся им в странствиях — естественно, за достойное вознаграждение с его стороны.

Покинув таверну, искатели приключений продолжили исследование Приморского Сорпигаля, навестили городской храм Эльрата, над которым надзирала благочестивая сестра Лизандра. Последняя сокрушенно поведала героям, что после Обмана Уриэля и роли, сыгранной в недавних событиях священной инквизицией, доверие к церкви в Империи оказалось подорвано, и герцогства Грифона и Волка ратуют за разделение аспектов религиозных и светских; по мнению священнослужительницы, это и к лучшему, ведь многие пытаются воплотить в жизнь собственные амбиции, выдавая оные за желания Дракона Света.

(Опять же, откуда недоверие к церкви? Объективно, только Грифоны пострадали от интриг Уриэля, ну ладно Волки, под началом Ирины. Все воинственные настроения Ангелов были направлены на внешних врагов, сначала на Темных Эльфов, потом на Демонов и в конце концов на Безликих.

Инквизиция тоже зверствовала как-то слишком изобретательно раз (вспоминая капища ветра совсем рядом с городом ангелов), и уже очень давно два (например, Анастасия проходила мимо озера, где пару веков назад любили топить ведьм. Ведьм, в магическом мире, мать вашу), но именно сейчас это вдруг стало проблемой. Почему? Дайте хоть одну адекватную причину, кроме тупого и ничего не объясняющего Обмана Уриэля)

Была в храме и воительница-крестоносец, Розали.

— Я слышала, что в Портмейрон прибыл новый губернатор, — заявила она авантюристам, — назначила которого сама Императрица Гвендолин. Надеюсь, ему повезет больше, чем предшественникам, ведь лорды Портмейрона имеют привычку погибать при странных и трагических обстоятельствах. Предыдущий губернатор полуострова Агин, лорд Монтбард, исчез 10 лет назад, и никто не знает наверняка, что с ним случилось. Если верить слухам, в час Второго Затмения демоны убили его, и призрак его остается с тех пор в подземельях Портмейрона. Иные же утверждают, что он обезумел, и влачит жалкое существование в чащобах Йон-Чолл. А еще рассказывают, что он жив и здоров, и верховодит разбойниками, расплодившимися в регионе… Я же выросла при монастыре в герцогстве Гончих; своих родителей я не знаю, но никогда не переставала искать их. И сейчас я была прислана из Белого Утеса властями герцогства Единорога, чтобы провести расследование грабежей, происходящих на торном тракте, связующем Картал с землями Империи. Думаю, что сумела отыскать логово бригандов, и сейчас мне необходимы доблестные спутники, дабы свершить правосудие над лиходеями.

Герои предложили воительнице присоединиться к их отряду, после чего наряду с Розали покинули храм. Посетив жилище начальника пристани, Зейла, они узнали, что название города — «Сорпигаль», весьма древнее, куда древнее даже цивилизации Шантири.

(Это новый уровень, господа. Если раньше нам доставали ништяки из закромов древней империи, то теперь пришло время для чего-то еще более древнего. Обожаю такие моменты, как наяву слышится звук пробития дна)

К тому же, исследователь Джассад однажды обмолвился Зейлу, что прежде посещал и «иные Сорпигали», что бы это ни значило. Начальник пристани признался, что один из его далеких предков был контрабандистом, ведь прежде Приморский Сорпигаль был истинным раем для представителей этого ремесла. Зейл предлагал нашим героям работенку: они спускаются в пещеры контрабандистов, находящиеся под городом, и ищут сокровища, которые спрятал его предок; после чего золото делят с Зейлом поровну.

Наконец, авантюристы вошли в здание, занимаемое гарнизоном, и представились капитану Максимусу, рыцарю-орку.

(Рыцарь?! Орк?!)

Он смерил искателей приключений презрительным взглядом, однако от предложенной помощи не отказался, поведав, что единственной ниточкой, ведущей к исчезновению горожан, служат слова местного пьянчуги, утверждавшего, что видел выбирающихся ночью из колодца гигантских пауков. Наряду с капитаном герои спустились в колодец, где действительно обнаружилось паучье логово.

(Да простят меня читатели, но невнимательный (или не любопытный) игрок рисковал именно с этого начать своё прохождение. Но нужно отдать разработчикам должное, проработка второстепенных персонажей достойна похвалы. Это достойная дань уважения играм старой школы, в который мир прописывался вручную. На сколько я могу судить в МиМ 10 почти каждый персонаж (из тех с кем можно поговорить, ведь есть и болванчики и исключительно для антуража) имеет за плечами хотя бы короткую, может быть глупую, но свою историю. За это можно и даже стоит хвалить)

Здесь они покончили с королевой гигантских пауков, после чего разыскали подземную бухту контрабандистов, в которой обнаружили сокровища предка Зейла. Вернувшись на поверхность, наши герои получили следующее задание от Максимуса, рыцарь велел им отправляться к древнему маяку к югу от Сорпигаля, возведенному еще в эпоху Шантири. Несколько дней назад свет маяка померк, и поступили донесения о замеченных поблизости нагах.

Против водного народа Максимум ничего не имел, но несколько лет назад чрезмерно агрессивные представители культа Крушителя уже бесчинствовали на полуострове, и, возможно, именно они ответственны за захват маяка.

И действительно, близ маяка бесчинствовали наги, принадлежащие к упомянутому культу. Сражаясь с ними, герои проследовали внутрь здания, где в одном из помещений обнаружили заточенного культистами нагу, Хамато.

— Я — охотник за головами из Ордена Белой Змеи, — поведал тот. — Я прибыл сюда, чтобы проверить правдивость слухов о возвращении старого врага, и так глупо попался! Похоже, судьба привела вас сюда с той же целью, и я вижу в том волю Шалассы. Да, сейчас в маяке заправляет культ Крушителя, входят в который еретики, поклоняющиеся искаженному, бездумному аспекту Шалассы. 20 лет назад я снес голову их верховной жрице, медузе Аякаши. Я надеялся, что безумие закончится, но культисты просто залегли на дно на какое-то время. Они вновь заявили о себе десятилетие назад, но тогда их остановили пираты.

(Отсылка на компанию Крэг Хака. Вообще различные религиозные течения внутри культа одного из драконов — это крайне интересная тема, жаль, что её вообще не стали развивать. Вот у Наг есть несколько религиозных течений. У магов есть аж четыре основных кружка по интересам, с неизвестным количеством малых домов. Почему бы не затронуть подобную тему в других фракциях?)

Раненый, Хамато вряд ли сможет помочь авантюристам в противостоянии культистам, поэтому он вызвался остаться у входа в маяк и дождаться возвращения героев. Впрочем, воин не преминул предупредить искателей приключений, что на сей раз, в нарушение всех прежних традиций, культом верховодит глубинный нага Мамуши, весьма искусный мечник, сын медузы Аякаши. Именно он одержал верх над Хамато, но оставил того в живых, дабы принести в жертву Крушителю при следующем приливе.

Поднявшись на вершину маяка, рейдеры сразили Мамуши, вынудив культистов вновь убраться в глубины морские, после чего вновь зажгли волшебный свет. Хамато, с нетерпением ожидающий героев, поведал им, что это была его последняя охота и теперь он посвятил себя обучению новых воителей. Однако нагу тревожило иное: Мамуши лишил его меча, передававшегося в роду Хамато из поколения в поколение со времен Диаспоры. Название меча «Сан Тенга Муген», и выкован он на заре времен из чистейшего звездного серебра. Однако внутри маяка Хамато меч не обнаружил, стало быть, культ Крушителя перенес его семейную реликвию в другое свое логово, а это тревожит. Авантюристы пообещали воителю-наге, что непременно отыщут его меч.

Покинув маяк, герои выступили на север, держась реки Дюбра, и в чащобах Леса Теней разыскали логово бригандов, чинящих разбой в окрестных землях. Розали сообщила спутникам, что надеется отыскать некую книгу, похищенную разбойниками и необходимую герцогу Единорогу. Исследуя логово бандитов, герои отыскали сеть подземных тоннелей.

— Я не ожидала обнаружить подобное под этим зданием, — призналась Розали. — Тревожный знак… Я слышала, что под землями полуострова Агин находятся целые подземные города, но думала, что это все сказки.

Прикончив предводителя разбойников, герои отыскали в занимаемой им каверне книгу. Розали пролистала несколько страниц, нахмурилась: все они были испещрены числами. Какую ценность представляет эта книга для герцога?

Как бы то ни было, герои покинули логово и вернулись в Приморский Сорпигаль. Максимус поздравил рейдеров с одержанной победой, предложил им как можно скорее спешить в замок Портмейрон, дабы предложить свои услуги губернатору полуострова.

Но, добравшись до замка, герои обнаружили, что последний атакован некими воинами, жаждущими покончить с «прихвостнем Императрицы». Покончив с противниками и их предводителем, Ивеном, авантюристы достигли тронного зала замка, в котором оставались барон-консорт Бэйворта — губернатор Джон Морган наряду с дочерью Энн и верные ему рыцари.

Поблагодарив героев за то, что подоспели столь своевременно, Морган предположил, что напавшие на замок воины были не простыми разбойниками — уж слишком хорошо они организованы. Губернатор просил авантюристов выяснить, кто стоит за нападением, ведь если пустить дело на самотек, наверняка неведомые противники нанесут удар снова.

— Под началом у меня совсем немного людей, — говорил Морган. — Карталь закрыл врата и собирается объявить о своей независимости, и я не знаю, кто наш нынешний противник. Мне нужны те, кто стал бы моими глазами и ушами, исследуйте полуостров, постарайтесь выяснить, кто же стоит за нападением. Ведь эти головорезы выступают не только против Империи — они атаковали посланников из Ироллана и Семи Городов.

В тронный зал вбежали солдаты — наездники на грифонах, сообщив губернатору о том, что при облете Стихийной Кузни они наблюдали отряд эльфов, занявших эту башню.

(Всадники на грифонах… круто. Жаль что до этого в Асхане никто и никогда не пытался оседлать летающих существу, а тут как минимум один отряд у некого мелкого лорда)

Джон Морган удрученно покачал головой: как будто одних разбойников им мало. Неужто король Ваниэль принял решение вторгнуться на полуостров, дабы отомстить за гибель подданных? Ведь в последние годы эльфы пребывают на взводе, и виной тому — случившееся с Матерью Древ.

Обещав, что немедленно займутся этим вопросом, четверка авантюристов наряду с наездниками отправилась верхом на грифонах к Стихийной Кузне — таинственной башне, возведенной еще в эпоху Шантири. Здесь хозяйничали темные эльфы, оказавшие прибывшим искателям приключений ожесточенное сопротивление. Им уже удалось обрести Осколок Земли и, пробившись в потаенные пределы, посвященные сей стихии, осквернить алтарь Силанны.

Изгнав темных эльфов из Стихийной Кузни, искатели приключений схватились с разъяренными стихийными духами земли, ведомыми Гралкором Жестоким, Повелителем Земли. Герои сумели одержать верх над этой могучей сущностью, и Гралкор поведал им, что они пребывают в Кузне Весны, созданной старейшей расой.

(Какой, мать вашу, старейшей расой? Были изначальные драконы, были созданы стихийные драконы, затем старшие расы, каждый для своего дракона, среди них и раса дракона воздуха — люди. Став седьмым драконом Сар-Илам создал джинов, а буквально 200 лет назад были созданы малые расы, орки и зверолюди. Где в этой цепочке «старейшая» раса?)

Представители её, желая обрести благословение Драконьих Богов, стали истинными героями. Но с тех пор минуло немало столетий, дети Света и Тьмы сошлись в противостоянии, а великие города Шантири обратились в пыль.

(Представители «старейшей» расы желали обрести одобрение стихийных драконов? Что же это за инопланетяне в Асхан прилетели? Да и как-то странно города Империи Шантири в пыль обратились. Постоянно где-то то артефакты всплывают, то руины или катакомбы с тех времен)

Эти же темные эльфы пытались осквернить алтарь Силанны, надеясь вызвать тем самым гнев стихии Земли, но авантюристам удалось пресечь их начинание на корню, посему Силанна дарует им свое благословение. Гралкор предположил, что, быть может, сумеют рейдеры обрести благословение и иных Драконьих Богов, вот только осколки, открывающие врата во владения их стихий, утрачены.

Покинув Стихийную Кузню и вернувшись на грифонах в Портмейрон, герои рассказали о произошедшем губернатору, и тот удрученно покачал головой:

— Темные эльфы оскверняют алтари, величайшие стихийные духи воплощаются на смертном плане бытия… С каждым днем на полуострове творится все больше странностей… Врата Картала остаются закрыты, но мой лазутчик, находящийся в городе, сумел прислать донесение о текущей ситуации. Судя по всему, мятежники, коим удалось свергнуть правящую верхушку города, получили помощь от отряда наемников, именующих себя Черными Стражами. Я не стану брать город в осаду — Императрица просила меня любой ценой избежать войны, да и людей у меня под началом недостаточно. Поэтому нам остается лишь ждать… И покамест надлежит вплотную заняться разбойниками. Письмо от их предводителя, обнаруженное на теле Ивена, явно написано человеком образованным и затаившим злость именно на меня. Мне самому почерк незнаком… Поэтому я и прошу вас разыскать моего старого доброго друга, лорда Уилфреда Килбурна. Насколько я знаю, он направлялся в старую обсерваторию Шантири, сокрытую в западных лесах. Глаз у него остер, возможно, он сумеет понять, кому принадлежит почерк.

Наши герои заверили губернатора, что выступят в означенном направлении немедленно, но Морган просил их об еще одном, более личном, одолжении — передать письмо с предложением о перемирии Королю Пиратор, пребывающему в городке Крэг на западном побережье Ментил. Ибо в последние месяцы корсары бесчинствуют в прибрежных водах, грабя торговые суда, и губернатор предлагал их предводителю объединиться против истинных угроз, с которыми столкнулся регион.

Покинув Портмейрон, четверка авантюристов выступила в северо-западном направлении, и вскоре достигли города Морская Гавань. Следует отметить, что в нем находились кварталы наг и дворфов, а помимо людей, в городе проживали и эльфы. Прежде эльфов, изгнанников из погибшей Империи Шантири, в западном лесу Йон-Чолл было предостаточно, но теперь они практически все перебрались в Ироллан.

В Морской Гавани герои встретили астронома, Эдвина.

— Меня всегда интересовало то, что находится за Завесой Асхи, — рассказал тот. — Да, наш мир создали Драконьи Боги, но не думаю, что они ответственны за сотворение всей вселенной. Что, если существуют и иные миры, иные народы, иные боги? Как вы понимаете, теории мои были плохо восприняты в Империи. И однажды у дома моего появились инквизиторы, обвинив меня в ереси. Я бежал. К счастью, мои друзья сумели вывезти меня за пределы герцогства Единорога… Любой астроном скажет вам, что даже с помощью дворфьих линз сложно разглядеть звезды; я полагаю, это побочный эффект от Завесы Асхи, разделяющей мир материальный и духовный. И в час недавнего Затмения теория моя получила подтверждение. Как вы знаете, при Затмениях могущество Асхи ослабевает, и именно поэтому демоны получают возможность прорваться в Асхан. Также при Затмениях истончается Завеса, и этот факт позволил мне сделать потрясающие наблюдения. Я видел иные, чудесные миры… И не только сферические планеты, подобные нашей, но и плоские миры, кои двигались через Пустоту, будто следуя неким предопределенным курсом, и вращались вокруг них маленькие солнца! Наверняка к следующему Затмению я буду уже давно мертв, посему для астрономических наблюдений мне не следует полагаться на Затмения.

(Он… при помощи оптического телескопа… разглядел некие далекие миры? Господь бог, даже для фэнтези это слишком трешово. Космос — это царство невероятно больших расстояний, больших на столько, что даже двигаясь со скоростью света, вы рискуете потратить тысячи и миллионы лет на путь из точки, а в точку б. Просто для понимания, часть звезд, свет которых мы можем наблюдать в домашних оптических телескопах уже мертвы. Их свет доходит до нас, но сами звезды уже потухли. И таких звезд не одна или две, их определенный процент (точно не помню какой).

Ближайшая к нам звезда, Проксима Центавра, находится от нас «всего» чуть больше чем в 4 световых года (один световой год — это 9 460 730 472 580,8 километра) и телескоп Хаббл не смог разглядеть планету около этой звезды. Хаббл — телескоп-рефлектор он примерно в 4 раза больше тех телескопов, что обычно используют в современных обсерваториях, при всем при этом, Хаббл находится в космосе и отсутсвие атмосферы обеспечивает ему дополнительное семикратное увеличение дальности. Каким монстром пользовался этот деятель, чтобы разглядеть даже не один, ближайший, а целую кучу миров, я боюсь даже думать.

Ну и да, некие плоские миры, с малыми солнцами вокруг них, это отсылка на Варны из оригинальной вселенной. Непонятно, правда, для кого это сделано, новые игроки не поймут, а старые вряд ли оценят)

Астроном поведал авантюристам, что с дозволения лорда Килбурна воспользовался его обсерваторией, ибо в 564 году дворянин покинул родовое гнездо, следуя в герцогство Грифона, подчиняясь видению, ниспосланному ему Эльратом. Усовершенствовав телескоп Килбурна с помощью дворфьих линз, Эдвин наблюдал поистине чудесные явления, но вскоре был вынужден покинуть замок Килбурна, ибо к нему подступала демоническая орда.

Эдвин просил рейдеров сопроводить его в старую дозорную башню в горах Ментил, на западном побережье полуострова. Быть может, проводя наблюдения на значительной высоте над уровнем моря, он сумеет добиться успеха и увидеть то, что лежит за пределами Завесы?

Велев астроному собирать пожитки и присоединяться к их отряду, авантюристы продолжили исследование города, заглянули в здание, занимаемое наемниками Мечами Ветра, где свели знакомство с чародейкой Мирандой. Последняя поведала, что Черные Стражи прежде входили в отряд Мечей Ветра, и именовались подразделением «Стражи Бури», однако утратили веру в ценности Илата, предавшись алчности.

(М-м, интересно почему же нам ничего о них не рассказали в игре про Мечей Ветра? Но куда больше меня сейчас волнует, является ли вера в Илата обязательным условием для вступление в отряд наёмников? Если да, то как туда вписываются сама Миранда, чародейка, атеист по определению, как туда относится вампир Вейн, формально поклонник Асхи, но по факту тоже атеист, как насчет орков, что верят в своих богов, так как драконы не отвечают полудемонам? На каких условиях все эти разумные входят в отряд поклонников Илата? И что это за «ценности Илата», если Дракон Воздуха проповедовал максимум свободы и «ветряного поведения»?)

В отличие от Мечей Ветра Черные Стражи готовы взяться за любую работу, сколь бы аморальной она ни была, потому частенько выступают в союзе с разбойничьими бандами, Черными Клыками, например. Одного из Черных Стражей, Рипли, подозревают в вымогательствах и убийствах, и влияние этого, расположившегося в Картале, отряда наемников все возрастает на полуострове, что не может не тревожить.

На городской площади к героям за помощью обратился имперский инквизитор Хеам, полагающий, что реформы, проводимые Императрицей, еретичны в своей основе, и церкви надлежит всецело поддержать герцога Освина, стремящегося сместить ее.

(Это могло бы стать интереснейшим сюжетом, но не сложилось. Дело в том, что Сар-Илам предсказал: линия потомков Ронана Сокола не прервётся, пока существует сам Асхан. И церковь всячески спекулировала этим пророчеством, поддерживая императорский род. И вот случился раскол, императорский род собирается ограничить власть церкви, казалось бы развивайте эту тему, все за это, но нам только намекают, что где-то там творится история, пока мы тут разбойников гоняем.

В целом это, на мой взгляд основная проблема МиМ 10, все очень мелко. В предыдущих частях мы мир спасаем, а в ранних частях, сразу несколько миров, а тут это просто возня в относительно небольшом регионе. И все по настоящему значимые и интересные события происходят где-то там, за кадром)

Хеам рассказал об одном из величайших рыцарей Империи, лорде Хаарте, который два года назад перебрался в Морскую Гавань. Инквизитор находил поведение рыцаря подозрительным, ведь прежде тот частенько наведывался в леса Черной Рощи. Инквизитор просил авантюристов выследить лорда Хаарта, узнать, что тот скрывает, и не отступил ли имперец от Эльрата.

(Еще одна отсылка на Героев 3)

На ночь герои остановились на постоялом дворе в центре города, хозяйкой которого была Селена, уроженка Аль-Бетила, оплота Дома Вечности — некромантов.

(И тут у нас присутствует забавный казус. Вы, наверное помните, как до этого я постоянно упоминаю Нар-Эриш, столицу области Эриш, где и обитают некроманты. Так было в Героях 5 и прочих играх, что мы успели разобрать, но тут вдруг оказывается, что все не так, все по другому. Оказывается, что в Эриш некроманты переберутся только после падения Семи Городов и основания Серебряной Лиги, аж в 777 году (сейчас мы разбираем 575). Нахрена так переигрывать, когда вы уже спалились в Героях 6 и его дополнениях я так и не понял)

В молодости девушка посещала местную Академию Магии, и непременно бы избрала для себя стезю чародейки, вот только патологически боялась насекомых, и не могла находиться среди сонма пауков, коих у некромантов оказалось великое множество. Потому Селена покинула Аль-Бетил, странствовала по миру, и, наконец, осела в Морской Гавани.

(А тупо перейти из Дома Вечности в любой другой Дом нельзя что ли?)

Здесь же, в таверне потягивал эль молодой человек по имени Ромуальд, признавший в четверке авантюристов воспитанников Оуена. Они встречались много лет назад, и в ту пору Ромуальд был уличным мальчишкой, и герои помнили его весьма и весьма смутно. Однако почитал Ромуальд Оуена одним из величайших героев, и вспоминал сейчас, как не позволил тот инквизитору Фернандо распространить власть свою на Водопад Молота, как сошелся в противостоянии с Принцем Обжорства.

Торговец доспехами рассказал рейдерам об Утраченном Городе — одном из подземных оплотов Шантири, в котором укрылись древние в час великого противостояния Ангелов и Безликих, говорят, он находится неподалеку, однако ни одному искателю приключений пока не удалось обнаружить этот город.

Обитатели гномьего квартала поведали героям о том, что предки их в эпоху расцвета Империи Шантири оставались в крепость Судгерд, и даже после падения великой державы оставались в горах Вантир, где добывали пламенное золото и теневую сталь. Но несколько столетий назад в горах возникла некая темная сила, в подземных рудниках зазвучали зловещие голоса, сводя дворфов с ума. Устрашившись, те покинули подземные обиталища, некоторые вернулись в Гримхейм, иные же приняли решение остаться на полуострове, дожидаясь, когда представится им возможность вернуться в Судгерд.

В квартале наг герои свели знакомство с владелицей додзё Яёй, которая прибыла в Морскую Гавань наряду с супругом Тоширо восемь лет назад, после того, как их родной город оказался разрушен в сражении между Даймио Хироши и Джубо, известной в Империи как Ирина, герцогиня Волк.

Покинув город, рейдеры выступили на запад, в чащобы Йон-Чолл; здесь следует отметить, что прежде эти земли и Ироллан были одной землей, но стали однажды полем боя, между Ангелами и Безликими. Тогда они сожгли лес, но прошли века, и пепелище вновь заросло, презирая время и наследие войн. Немногочисленные эльфы все еще обитают в сердце Йон-Чолла, а люди селятся на её границах. На эльфийском языке Йон-Чолл означает «Далекая родина», лес получил это название вскоре после падения Империи Шантири, когда эльфы покинули полуостров Малин, дабы пересечь море Ирисус и воссоединиться с сородичами в Ироллане, где надеялись скрыться от ужасов и безумия Войны Древних. Тогда они поклялись, что однажды две их родины воссоединятся, и сейчас в Ироллане все громче звучат голоса тех, кто считает, что время для этого настало. Но мыслящие более рационально указывают, что момент давно упущен, и попытка вернуться в Йон-Чолл приведет к новым войнам, ибо лес больше не принадлежит эльфам, и навсегда останется для них лишь «Далекой родиной».

Вскоре в одной из лесных пещерок авантюриста заметили лорда Хаарта и женщину, темную эльфийку. Герои честно признались, что для слежки за рыцарем их нанял инквизитор, и Хаарт тяжело вздохнул: навряд ли поборники Света осознают тот факт, что он просто влюблен в прекрасную Лирдан, последовательницу Малассы.

— Тайна моя в том, что Лирдан — моя супруга, — признался лорд Хаарт. — Да, я женился на эльфийке Тарлада, и перебрался на полуостров, потому что встречаться на землям герцогства Оленя опасно, ведь мои частые визиты в лесные чащобы вызывали подозрения у окружающих. Я повстречал ее, пытаясь отыскать в Лесу Оленьих Рогов — граничной территории между герцогством Оленя и прежнем эльфийским королевством Тарлад, землями Туидханы, — своего лорда Киерана Оленя. Ведь я был назначен его сквайром после того, как он вернулся ко двору после лет, проведенных в плену у эльфов. Пережитое навсегда изменило этого доброго человека, и однажды он вновь исчез. Сестра его Кейт приказала мне отыскать его, однако я не нашел ни малейших зацепок, и тайна исчезновения Киерана снедает меня до сих пор… Прежде я полагал, что темные эльфы привержены злу, ибо поклоняются Малассе, заклятому врагу моего Драконьего Бога. Но именно Лир спасла мою жизнь, когда в Лесу Оленьих Рогов набросилась на меня стая волков. Любовь к ней не угасла с годами; я много лет ухаживал за ней, и, наконец, она согласилась стать моей женой. А в последнее время Лир пытается помочь мне отыскать в лесу логово разбойников, но пока что безуспешно…

(Довольно таки неплохое переосмысление истории Хаарта из Героев 3. С одной стороны образ рыцаря предателя все еще узнаваем, но с другой у него теперь совершенно другая мотивация и поступки)

Заверив влюбленных, что сохранят их тайну, а инквизитору расскажут лишь о том, что Хаарт разыскивает в лесах разбойников, герои продолжили исследование пределов Йон-Чолла и сопредельных равнин Навии. Там им встречались эльфы, к людям относившиеся крайне неприязненно, считая тех лишенными всякой морали захватчиками и припоминая вторжение в Тарлад, на земли Туидханы. И сейчас при эльфийском дворе в Ироллане многие пытаются убедить короля Ваниэля любым способом вернуть леса Йон-Чолл; напряжение и так уже достигло предела, а если Империя перебросит войска на полуостров, война между людской и эльфийской державами станет неизбежна.

(Хрень какая-то. Да, люди вторглись в леса темных эльфов, вот только светлые эльфы не пожелали поддержать своих темных сородичей в той войне. А позже случился День Огненных Слез, когда было уничтожено Матерь Древ и в этом обвинили темных эльфов, после чего последовало изгнание большинства темных, и геноцид всех, кто не желал изгоняться. Так с чего вдруг какие-то претензии к людям за нападение на врагов народа?)

В сердце чащобы авантюристы отыскали древнюю обсерваторию, в которой находился лорд Килбурн. Лишь взглянув на протянутое ему героями письмо, он сразу же узнал почерк, ибо тот принадлежал лорду Монтбарду, рыцарю герцогства Гончей, герою войны с эльфами и прежнему губернатору полуострова Агин. Принюхавшись к пергаментному листу, он нахмурился: тот пах влагой, плесенью и грибами. Развернув на столе карту полуострова, Килбурн склонился над нею, сообщив искателям приключений, что, получая донесения о нападениях разбойников, он пришел к выводу, что из оплот находится неподалеку, в пределах Йон-Чолла. И, скорее всего, в подземельях.

Помимо прочего, Килбурн поведал о том, что за феноменальную зрительную и долговременную память Императрица Гвендолин пожаловала ему должность имперского картографа. Поэтому, обнаружив, что в библиотеках Предела Сокола нет свежих карт Карталя и сопредельных земель, она велела лорду отправляться на полуостров и создать достоверные карты. О землях полуострова Килбурн рассказал немало интересного. Названия практически всех территорий, за исключением Леса Теней, имеют эльфийские корни. В частности, побережье Тирая, на котором находится Приморский Сорпигаль, означает «Три алмаза», и относится к трем островам, расположенным близ него. Карталь находится в устье реки Навия, от которой отходят два притока, Тамбра и Хония; последний идет к озеру, именуемому Оком, в центре которого высится святилище Шантири — Стихийная Кузня. Название западного побережье Ментил означает «Каменистые холмы», а джунглей Вислин — «Песни ветра», ведь, говорят, сам Илат приходит на вершину близлежащей горы, и голос его слышен в джунглях. Сам же полуостров прежде именовался Малин, «Крыло Малассы», однако после был переименован в Агин — «Дикое крыло».

Простившись с лордом Килбурном, авантюристы продолжили прочесывать лес, и обнаружили подземные тоннели. Спустившись туда они нашли легендарный Утраченный Город Шантири, верхние пределы которого заняли бандиты, находящиеся под началом лорда Монтбарда. Последний обезумел, и, атакуя героев, кричал о том, что полуостровом тайно правят демоны и Безликие, и он — последний истинный поборник Эльрата, десницу коего направляет Свет.

Лишь пав от руки авантюристов, на кратчайшие мгновения Монтбард обрел рассудок, поведав о том, что все эти годы сознание его контролировал некий могущественный Безликий. Последними словами умирающего лорда стала просьба к героям отыскать его дочь.

(Чё? Этот момент меня немного покоробил еще в Героях 6, но там «истинный поборник Эльрата» хотя бы просто нападал на Кирилла, что искал Библиотеку. Тут же «раб тьмы» в открытую орет, что за всем стоит Тьма и Демоны. Какого Хрена?)

Сведения о ней герои обнаружили в дневнике Монтбарда. Лорд оставил немало записей о том времени, когда в 558 году был назначен Императором Лиамом губернатором полуострова Агин. Как, перебравшись в замок Портмейрон, обнаружил под ним сеть подземных тоннелей и приказал запечатать их. Как стал слышать голоса, видеть неясные тени, и ощутил, будто сходит с ума. Во снах ему стала являться усопшая возлюбленная, Элоиза, их общую дочь с которой он был вынужден оставить близ церквушки Эльрата, надеясь, что служительницы Дракона Света позаботятся о малышке.

(Э-э… Чё? Нет даже не так. Какого Хрена? Одно дело, когда ты на войну отправляешься и ребенка с собой не берешь. Но тебя назначили Губернатором, ты переезжаешь на постоянное место жительство в другой регион и будешь занимать там руководящую и административную должность. Что мешало взять с собой дочь?)

И сейчас, во сне, говорила Элоиза, что та его ошибка прощена, но сейчас Империи угрожает Тьма, ибо вернулись Безликие. И в 562 году Монтбард начал сбор ополчения, дабы защитить полуостров от тварей Тьмы. Следующая запись относилась к году 564, Второму Затмению, и описывала осаду Портмейрона силами Тьмы… или демонов? Сведенный с ума Монтбард и сам не знал, кто противостоит ему, противником верховодил человек, сопровождаемый ангелом, но ведь Безликие могут принимать любое обличие. Понимая, что полуостров утрачен, Монтбард отступил в глубинные тоннели, надеясь однажды вновь собрать армию и нанести нечестивым созданиям ответный удар.

(Если ему мозги пудрил Безликий, то он просто сказочный бол**еб. Непонятно чего он хотел добиться изначально. Когда Монтбард увидел ангела в армии демонов, неизвестный кукловод не перетянул его на сторону тьмы, а просто затуманил разум, из-за чего рыцарь даже не мог нормально сказать против кого сражается, против темных тварей или все же против демонов. Чего некий безликий хотел этим добиться?)

Скрупулезно обыскав заполненные нежитью глубинные пределы Утраченного Города, куда бандиты сунуться не отважились, авантюристы обнаружили Осколок Воды и Осколок Огня, причем последний охранялся гигантским кристаллическим пауком.

По возвращении в Приморский Сорпигаль герои передали дневник Монтбарда Розали, ведь, судя по всему, она и есть дочь Красного Храмовника. Девушка была поражена подобным откровением, и вознамерилась немедленно отправиться в герцогство Гончей, дабы отыскать родственников и проверить кое-какие сведения касательно своего происхождения.

Заглянув в таверну, герои показали Джассаду список обнаруженных ими монстров с их подробным описанием, и мужчина, просмотрев представленные сведения, задумчиво кивнул:

— Спасибо за данные… то есть, за информацию. Интересно. Многие из этих созданий выглядят весьма похожими на тех, что я встречал в… иных местах… Жаль, конечно, что вам приходится убивать всех этих прекрасных созданий. Но, думаю, это неизбежно, особенно на планете с подобным уровнем развития социума… Стало быть, вы считаете, что вся жизнь была создана вашими Драконьими Богами? Занимательно, хоть и печально сознавать, что эта догма породила распространение фундаментализма в ваших королевствах… Но, как бы то ни было, вы собрали достаточно образцов для точного обзора фауны Асхана. Пришло время возвращаться домой. Сомневаюсь, что когда-нибудь мы встретимся снова.

(Еще одна отсылка к оригинальной серии МиМ)

— Да кто же ты такой на самом деле?! — выпалили герои, но собеседник их лишь обезоруживающе улыбнулся:

— Как я уже говорил, я — исследователь из далеких земель, из мест… не особо отличающихся от этих, но, в тоже время, весьма различных. Да, и я не представился вам как подобает. Мое имя — Джассад Аттква, но вы можете называть меня «Джатт».

С этими словами престранный человек покинул таверну, и действительно, это был последний раз, когда авантюристы его видели. Но на следующий день некоторые сорпигальцы рассказывали, что видели сияющий яйцеобразный объект, вылетевший из морских глубин и устремившийся к небесам.

(Вообще очень забавно, издатель всячески подчеркивает, что они делают перезапуск, никак не связанный с оригинальной вселенной, но при этом делает вот такие реверансы в сторону той самой вселенной. Ощущение как от фотографий в стиле ню, вот вроде и не порнуха, а искусство, но обнаженка ведь)

Наконец, вернувшись в замок Портмейрон, герои сообщили Джону Моргану об успешном завершении возложенной на них миссии.

— С гибелью Монтбарда разбойники утратили единство и раскололись на несколько отрядов, — сообщил губернатор. — Они остаются опасны, но я уверен, что мы сумеем справиться с ними. Да, с головой у Монтбарда явно было не все в порядке… но он сумел сколотить из головорезов и разбойников силу, представляющую реальную угрозу. И все же некоторые тайны так и остались неразгаданными. Ведь подобную операцию сам Монтбард провернуть не мог. Где он взял столько денег, чтобы вооружить своих бандитов? Наверняка кто-то поддерживал его начинание… Но сейчас нам надлежит заняться другим вопросом. Мой лазутчик в Картале вот уже много дней не подает признаков жизни, и я боюсь, что он схвачен — в лучшем случае. Мне нужно знать, что происходит за городскими стенами, и что с ним произошло. Поэтому я прошу вас проникнуть в Карталь через канализационные стоки, где вас будет дожиться другая моя лазутчица, Зулейка.

(Знакомый персонаж)

Но первым делом, вернувшись в Стихийную Кузню, герои достигли алтаря Шалассы, где сразились с ниспосланным ею Акваландаром, Повелителем Воды. Последнего в сражении они повергли, и Акваландар, отступив, признал, что не соврал Гралкор, и у этой четверки смертных — огромный потенциал, после чего даровал им благословение Шалассы, наделив способностью перемещаться по воде, не очень глубокой.

— Ты служишь Драконьим Богам? — спросили герои Акваландара, и тот отвечал:

— Я не понимаю вашего вопроса. Мы — стихии. Драконы — часть нас, а мы — часть их. Между нами нет противостояния, как нет противостояния между рекой и ее водой.

В соседнем чертоге, в котором высился алтарь Драконьего Бога Огня, авантюристам пришлось сразиться с Повелителем Пламени, Пираннастом, и он им благословение Арката.

После этого авантюристы углубились в дикоземье к западу от Морской Гавани, достигнув дельты реки Навии, здесь, близ Карталя, дороги патрулировали Черные Стражи, безжалостно расправлявшиеся с каждым, дерзнувшим приблизиться к городу. В лесных чащобах герои обнаружили жилище авантюриста-отшельницы Эрики, обиталище алхимика Налы из Аль-Имрала, а также находящееся в руинах древнего эльфийского селения прибежище эльфа Тиеру, который покинул свой народ, отправившись в добровольное изгнание, ибо 10 лет назад, когда Бритигга оказалась сожжена, он наряду с другими эльфами обратился против клана Туидханы, и теперь, сознавая, с какой легкостью демоны обвели их вокруг пальца, Тиеру, на руках которого была кровь множества темных эльфов, вознамерился объявить всему миру о невиновности Туидханы.

(Как он собирается это сделать не совсем понятно, так как Тиеру так и будет сидеть где-то на отшибе)

Отыскав вход в канализационные стоки Карталя, герои спустились в зловонные туннели, где их встретила Зулейка, признавшись, что донельзя тревожиться за жизнь своего отца. Авантюристы нахмурились, не понимая о ком она говорит.

— Морган не сказал вам? — В свою очередь удивилась Зулейка. — Как это на него похоже! Его лазутчик — мой отец, посланник Фалагар из Дома Химера. Они познакомились несколько лет назад, и с тех пор поддерживали связь друг с другом. Я доставляла их послания друг другу, перемещаясь по стокам, ведь отец вынужден был оставаться в городе — его исчезновение неминуемо показалось бы подозрительным Черным Стражам.

(Какого Хрена? Фалагар вроде как осел с пиратами, а тут он не только «Посланик Дома Химеры», но и сотрудничает с имперской администрацией. Как так? Зулейка, страшно хотела освободить всех минотавров, но вместо этого играет в шпионские игры во тьме канализации. Нахрена? Морган отправил авантюристов на встречу с резидентом, но при этом не сказал кто этот резидент такой. Его там не слишком сильно по голове ударили?)

Зулейка полагает, что наемники все же обнаружили тоннели, и пустили в них огромных сторожевых псов, поэтому девушка не отваживалась вернуться в Карталь через стоки. Женщина призналась, что любит отца и тревожиться о нем, но их взгляды на жизнь разнятся кардинально: Фалагар принадлежит обществу, в котором пожертвовать жизнью ради обретения знания вполне обыденно, Зулейка же, долгие годы проведшая с минотавром, ставшим ей названным братом, подобного не принимала, и воспринимала зверолюдей как друзей, а не как слуг. Когда ей исполнилось 20 лет, они с отцом повздорили, и Зулейка покинула Семь Городов. Впрочем, несколько лет назад им удалось встретиться и наладить отношения.

(То есть «мы вообще померились, вроде бы, но осадочек остался». По-другому лично я подобные объяснения не понимаю)

Знала Зулейка и Оуена, встречалась с ним 14 лет назад в Водопаде Молота, когда искала племя циклопов, которые предположительно жили в горах близ города. Женщина чрезвычайно удивилась, узнав, что герои не ведают, что их наставник знал Джона Моргана; она-то полагал, что губернатор нанял их именно по той причине, что они являются воспитанниками Оуена. Надо отметить, что, покинув Дом Химеры, Зулейка примкнула к оркам на островах Пао, избрав для себя стезю шамана, где свела знакомство с Сандором, бастардом герцога Вячеслава Грифона.

(Отсылка ради отсылки, знакомство с Сандором не только не имеет никакого сюжетного веса, но даже никак не обыгрывается, просто однажды промелькнет ни к селу, ни к городу. Хотя можно было бы дать намек на любовную линию между двумя людьми, живущими среди орков. Или просто не упоминать персонажа из другой игры, так тоже можно)

Проследовав через подземные коллекторы, авантюристы проникли в подвальные помещения особняка Фалагара, в котором орудовали Черные Стражи под началом офицера, Рипли. Последний сообщил героям, что посланник обвинен в измене и брошен в темницу. Покончив с наемниками, рейдеры не преминули исследовать особняк, и обнаружили в покоях чародея Осколок Света.

(В измене кому обвиняется дипломат суверенного государства? И по какому праву его собирается судить местное самоуправление? Неужели так сложно написать, что его задержали по подозрению в шпионаже?

И да, «герои» благополучно обокрали мага, которого должны были спаси. Похоже, что если «добру» не заплатить, оно само возьмет сколько ему положено. Я понимаю, что это условности, но даже условности нужно маскировать или как-то обыгрывать, а не тыкать в них носом. Здесь же у нас нас ключ к заверению линейки квестов элементалей спрятана в особняке, который не стали бы обворовывать добрые герои. Да и за злодеев, на мой взгляд не каждый взялся бы обыскивать этот дом.

В итоге, если вы хотите закрыть эту сюжетную линию, вам придется забить на отыгрыш и стать бомжом-убийцей. Ну или играть с гайдем, где и что лежит, что тоже радует далеко не всех)

Ступив на улицы Карталя, герои осознали, что архитектурный стиль здесь куда больше схож с Семью Городами, нежели с образцами имперского зодчества. Оно и неудивительно, бывали времена, когда Карталь вел куда более интенсивную торговлю с Аль-Имралом, нежели с герцогствами Священной Империи. В час Второго Затмения на защиту Карталя встали не только имперские рыцари, но и некроманты Аль-Бетила. По завершении же этого конфликта поддержку городу оказывали Алые Колдуны, обеспечивая население водой и медикаментами, приказывая зверолюдям отстраивать разрушенные здания. Тогда-то, около девяти лет назад, Фалагар и был назначен посланником Семи Городов в Картале.

(10 лет назад ровно, события компании Крэг Хака, который нашел Фалагара прозябающим черт знает сколько на острове в Диком Море. Можно конечно допустить, что «около 9 лет» — это лет 9 или 8, но почему бы просто не сказать, что это было пару лет назад?)

У входа в особняк Фалагара герои к своему изумлению повстречали старого знакомого, Дунстана. На вопрос, как тому удалось попасть в город, пожилой авантюрист ответил, что с утра ворота Карталя открыты, ибо из борьбы за власть победителем вышел поддерживаемый Черными Стражами Маркус Волк, самопровозглашенный «герцог Карталя», а Хазма, основатель Лиги Карталя, вынужден был укрыться, ведь власть имущие не церемонятся обычно с иными претендентами.

(То есть «последние минут 40 игры были зря». Обожаю такие моменты)

Сейчас наемники разыскивают последователей Хазмы, преследуют и бросают в темницу, в то время как Маркус, не теряя времени, разослал послов в сопредельные державы с объявлением о своем приходе к власти. Горожане не знали, что стало с представителями городского совета, но нельзя сказать, что сожалели о смене власти: ведь лорд Мирон был богатым избалованным юнцом, престарелый лорд Джено нисколько не заботился о нуждах народа, в то время как леди Тея, хотя и показала себя человеком весьма разумным, однако обладала поистине непомерными амбициями.

Что до Маркуса Волка, то, по мнению обывателей, он сочетал в себе все эти пороки, вместе взятые, ибо являлся никем иным, как изгнанным из герцогства Волка герцогиней Ириной племянником почившего Герхарта.

(Почему о нем ни слова не говорилось в Героях 6? И что за тупое клише, раньше было плохо, а этот еще хуже. Почему хотя бы разик, пришедший к власти не может оказаться нормальным человеком, что желал добра и процветания? Такому человеку как раз бы пригодилась помощь таких замечательных мимо проходящих героев)

Да и переворот, свершенный им, произошел поистине стремительно: за считанные часы Черные Стражи распространили свою власть на верхний квартал и Дозор, фактически не встретив сопротивления, как будто все потенциальные противники оказались магически очарованы. Многие не понимали однако, чего пытается добиться Маркус подобным жестом, ведь наверняка Империя пришлет войска, чтобы вернуть город, а, учитывая напряжения в отношениях с пребывающими на полуострове эльфами и чародеями, можно не сомневаться, что появление имперских солдат выльется в полномасштабную войну. Хотя, возможно, на это и надеется Маркус Волк, полагая, что Императрица Гвендолин не станет рисковать и примет все его притязания. С другой стороны, он может действительно надеяться на войну.

(Чего же хочет этот клишированный плохиш? Где там мой список тупых штампов? Так, ага, вот он, пункт 3 — «Тупой злодей без всякой мотивации, что хочет войны или уничтожения всего живого просто ради войны и уничтожения всего живого. При наличии в любом произведении признать оное произведение шлаком». Ну что же, у МиМ 10 еще есть шанс оправдаться, но лично я уже сомневаюсь, что у неё получится)

Посетив городской храм Эльрата, рейдеры передали священнослужительнице Эвангелине урну с прахом их наставника, и та обещала захоронить блудного сына одного из старейших родов Карталя в фамильном склепе.

На пристани Карталя герои повстречали одну из зверолюдей, ракшасу Тамину.

— Наши сородичи-минотавры должны были стать основными солдатами армий чародеев, — поведала она, — в то время как нам, ракшасам, отводилась роль охотников и телохранителей. Изначальные ракшасы были весьма амбициозны, и стали предводителями армий зверолюдей. Иные зверолюди восстали, но мы решили сохранить верность Семи Городам, став полноправными гражданами. В Аль-Рубите можно повстречать ракшас чародеев или, как в моем случае, боевых магов… Я и сестра моя Фара прибыли сюда, чтобы узнать о деятельности секты, известной как «Культ Мяу», основанной одним из наших старейшин, боевым магом Килрахом. Он слился воедино с древним духом ветра, став необычайно быстрым, ловким и смертоносным. Он вел за собою отряд таких же как он сам ракшас, и были они неодолимы. Но Килрах желал, чтобы его не только страшились, но и поклонялись ему! Посему наряду со своими последователями он покинул Семь Городов. В хаосе Второго Затмения он основал Культ Мяу, и последователи его преданы ему душой и телом. Уверен, он намеревается распространить власть свою на полуостров. Храм культа находится на острове неподалеку от побережья. Моя сестра отправилась туда в одиночку, и не вернулась.

(Культ Мяу… Е**сь оно конем, Культ Мяу. Просто б**ть, нет слов. Зато у меня вопрос в отношении Ракшасов. Итак, полулюди-полульвы, которые за верность получили гражданство и даже разрешение на обучение и использование магии. Такое чувство, что я читаю фанфик про Гарри Поттера, с их вечным притеснением магических существ. Но хер с ним, вернемся к Ракшасам.

Во-первых, в Героях 6 у нас не было возможности сыграть за Академию Волшебства, зато такая возможность была в 5 и 7 частях. В кампании за магов в Героях 7 нам как-раз рассказывают про восстание орков, к которому присоединились также и некоторые из зверолюдей. Вот что говориться в описании к юнитам из седьмой части: «Ракшасы — наполовину люди, наполовину львы. Маги вооружили их зачарованными клинками, которыми ракшасы мастерски владеют. Кроме того, звериная скорость и рефлексы делают ракшасов едва ли не самыми опасными бойцами ближнего боя во всём Асхане». Они зверолюди, мастера меча, обладатели магических мечей. То есть они все, поголовно, изначально являются магическими мечниками, одним из ответвлений боевых магов, и это за сотни лет до текущих лет. Но при этом Тамина считает это наградой от благодарных господ.

Дальше больше. Описание улучшеного юнита из Героев 7: «Способности ракшасов-раджей усилены магией. Дополнительная пара рук делает их намного опаснее в бою, а их тела покрывают защитные татуировки. Ракшасы-раджи полагаются на помощь древних духов воздуха, благодаря которой эти воины становятся ещё проворнее». Улучшенный юнит полноценный боевой маг, даром что сам колдует весьма условно, через духа, но действующий капитан Мечей Ветра делает точно так же, и она дипломированный боевой маг, входящий в топ 100 лучших в Академии Волшебства. Хотя тут нам преподносят это как фишку культа Мяу (прости меня господи). И как быть с тем, что Раджам выращивали дополнительную пару рук, это тоже что ли такая награда?

Но самое прикольное, к чему все придет в Героях 5, 400 лет спустя. Вот описание юнита: «Ракшасы, мстительные существа из забытых веков, тысячелетиями ютились на границах Асхана. Их существование повторно открыли маги, которые после многих безуспешных попыток смогли призвать этих созданий и научиться эффективно ими управлять». То есть в пятой части Ракшасы это духи, наподобие джинов, в этом случае, кстати и дополнительная пара рук не вызывает удивления, мало ли как древнему духу удобно.

Какого хера они переобулись на ходу, еще и заявив, что так всегда было, мне решительно непонятно. Почему Тамина вешает о каких-то наградах и равенстве, если по сути для её народа ничего не изменилось? Ну и Культ Мяу, просто нет слов, одни маты)

Наряду с Таминой герой под покровом ночи переправились на островок, где проникли в полный гибельных ловушек храм Культа Мяу. Здесь они отыскали израненную Фару, а также покончили с заносчивым Килрахом и его прихвостнями, вряд ли секта когда-либо оправится от столь сокрушительного удара.

Хамзу героям удалось отыскать в его тайном подземном оплоте, и тот рассказал, что родился в Картале, однако большую часть жизни провел в Аль-Имрале, обучаясь искусству боевого мага. В Карталь он вернулся 15 лет назад, на похороны отца, и больше не покидал его. Безразличие к городу со стороны Империи возмущало идеалиста, что и послужило мотивом для создания Лиги Карталя. Входящие в эту организацию разумные не стремились к полному отделению от Империи, но хотели получить большую независимость.

Их цели изменились после Второго Затмения, когда Империя оставила осажденный демонами город на произвол судьбы. Именно тогда некоторые представители Лиги заговорили о необходимости более радикальных действий, и объединились с Маркусом Волком — изгнанным из Империи дворянином. Всего за несколько лет Маркус получил контроль над Лигой и обратил организацию в средство для воплощения собственных амбиций: создание на полуострове своего личного герцогства.

После этого разговора авантюристы и Хазма приступили к обсуждению возможности освобождения Фалагара из заточения. Во-первых, героям необходим ключ от врат в канализационные стоки, проходящие непосредственно под зданием темницы, который находиться в руках капитана Терона, одного из Черных Стражей. И, во-вторых, прежде, чем очертя голову соваться в оплот безжалостных наемников, неплохо было бы разузнать об их численности. Здесь могут помочь не озабоченные излишней моралью головорезы из Черного Клыка, которые наверняка с радостью продадут сведения о союзниках за звонкую монету.

Капитана Терона авантюристы разыскали в одной из таверн в городских трущобах, и поскольку находился офицер уже в изрядном подпитии, несколько дополнительных кружек доброго пива сделали свое дело — бедолага счастливо захрапел прямо на столике, а герои стали счастливыми обладателями ключа.

Что до разбойников Черного Клыка, то их оплот означился здесь же, в трущобах. Головорезы признались, что прежде их союз с Черными Стражами приносил стабильную прибыль, но с появлением Маркуса Волка все изменилось. Попрание власти наемников в Картале вполне соответствует долгосрочным интересам разбойников, поэтому они согласились снабдить рейдеров необходимой для проникновения в оплот Черных Стражей информацией.

(Интересная политическая карьера у Маркуса Волка. Сначала он без мыла в жопу влез, везде союзников нашел. И в самый ответственный момент, когда власть уже в руках и её теперь нужно удержать, закрепиться на новом месте, этот лопух всех опрокинул. Я не спорю, такое тоже бывает, но это можно обыграть как-то поинтереснее, чем просто удачный случай, второй подряд и хрен знает какой вообще)

Однако прежде, чем сделают это, разбойники просили героев о небольшой услуге. Несколько дней назад корабль «Солнечная лань» исчез неподалеку от берега, а в трюме судна находился сундук, принадлежащий Черным Клыкам. Пообещав, что вернутся, как только разыщут корабль и заберут груз, герои покинули город, устремившись в Пустынные Дебри — юго-западные пределы полуострова.

Там оказался лагерь орков, в котором героев приветствовали Краал, вождь клана Белого Копья, а также Сандор, называющий себя «Вороном», полководец островов Пао. В Пустынные Дебри орки прибыли на свадьбу (уже третью по счету) Улагана, их доброго друга и знаменитого орочьего моряка.

(Орочий моряк справляет свадьбу в пустыне?)

Простившись с орками, герои продолжили исследование Пустынных Дебрей, пока однажды ночью пред ними не появился призрак, сказав:

— Не бойтесь, я не причиню вам вреда. Меня называют Странником. Вот уже много, много лун остаюсь я в этих пустынных пределах. Неподалеку находятся древние руины, занесенные песками столетия назад. Смертные называют их Крепостью Ворон, но прежде место это именовалось городом-государством Волосом. Я… не могу проникнуть внутрь, и прошу вас сделать это, и передать «ей» медальон.

Призрак исчез прежде, чем герои успели задать ему вопросы.

(Чувствую себя зрителем в театре. Там тоже иногда так подают сюжет, просто выскакивает какой-то персонаж, зачитывает с выражением монолог, и ускакивает обратно. Но это театр, у них выбора нет, а в игре, что за хрень творится?)

Пожав плечами, поутру герои выступили на поиски руин древнего города, который без особого труда обнаружили. Неожиданно путь героям преградила прекрасная девушка, велев им убираться прочь и не тревожить покой усопших.

— Я Меланта, — представилась она. — Что-то вроде хранительницы Волоса. Прежде был он процветающим городом-государством, созданном на надеждах и грезах выживших в падении Империи Шантири. Но правитель Волоса, молодой принц Родас, полюбил прекрасную волшебницу из далеких земель. Предполагалось, однако, что он сочетается браком с Касией, священнослужительницей Асхи. Вне себя от ревности, Касия отравила водные запасы Волоса, и все, находящиеся во дворце, погибли. После чего жрица покончила с собой, но прежде прокляла это место, заточив души усопших в этих стенах.

(Еще один монолог. С какого рожна нам это рассказываю? Дайте бедным авантюристам хотя бы вопрос задать)

Авантюристы поведали девушке о встрече с призраком, продемонстрировали переданный тем медальон, и Меланта потребовала передать драгоценность ей, суля за это баснословные богатства. Предчувствуя некий подвох, герои отказались это сделать, и девушка попросту исчезла, посулив, что в Крепости Ворон смертные найдут лишь обман да гибель.

(Ну да, даже отбитые авантюристы-романтики (они рискуют жизнью не ради денег или славы, а ради справедливости) не верят в подобную историю. Можно было бы как-то и поинтереснее этот квест обыграть)

В одном из пустынных чертогов герои увидели призрак Касии, рассказавшей свою версию произошедшего.

— Я была нареченной Родаса, принца города, — сказала Касия. — МЫ должны были сочетаться браком в первый день месяца Смеющихся Ветров. И тогда появилась Меланта. Она соблазнила Родаса, свершив коварство и вынудив его выпить приворотное зелье. Родас забыл меня, забыл даже имя! И невестой его стала Меланта… Асха отказала мне в посмертии, и я стала призраком, обреченным оставаться в этих залах. Меланта же стала королевой; Родас и сам фактически обратился в тень, послушно исполняющую каждую прихоть Меланты. Под властью последней королевство пришло в упадок; люди начали покидать город, уходя на земли восточной Империи Сокола… И тогда я поняла, по какой причине все еще остаюсь на этом плане бытия. Я сумела привести Родаса в тайную комнату Меланты, где он обнаружил флакон от приворотного зелья, которое испил. Изумление оказалось столь велико, что чары, довлевшие над ним, утратили силу. В ярости, он отрекся от нее, но было уже слишком поздно. Он недооценил ее могущество и коварство, и месть чародейки оказалась поистине страшна. Меланта объявила, что отныне никто не будет править Волосом. Она покончила со всеми без исключения жителями, отравив водные запасы, а после прокляла души усопших, принудив их вечно оставаться в пределах города. Я — единственная душа, не подвластная ее воле…

(Просто одна история охренительнее другой. Зачем ведьма сохранила пустой флакон из-под приворотного зелья? Каким образом Родас узнал какое зелье было там налито? Или он глушил приворот прямо из флакона, но в первый раз этикетку не разглядел?)

Авантюристы протянули Касии медальон, и призрак прошелестела:

— Это был символ нашего единения. Разорвав помолвку, Родас расколол его надвое. Он все еще здесь, пытается превозмочь проклятие. — Священнослужительница передала героям вторую часть медальона, и многочисленные вороны, сидящие на мертвых деревьях и внимательно наблюдавшие за чужаками, взвились в воздух, громко каркая, и Касия со страхом произнесла: — Она знает, что вы говорили со мной. Вороны — ее глаза и уши… Она пробудила своих слуг, чтобы покончить с вами. Она не позволит вам покинуть этот город живыми.

(Почему Родас не уточнил, какой именно девушке нужно передать медальон? Почему вообще не предупредил об опасности? Почему авантюристы так спокойно все это воспринимают? Вопросы без ответов)

Обещав, что непременно покончат с коварной чародейкой, герои продолжили путь к сердцу Крепости Ворон, противостоя пробудившейся нежити. И когда они достигли чертога, в котором скрывалась коварная Меланта, магия восстановленного медальона развеяла иллюзию, явив истинный облик давно умершей чародейки, остающейся нежитью.

(Мне интересно, а когда вообще было основано королевство Волоса? С одной стороны, позиционируются как очень давние, а с другой, некромантия, которой балуется Меланта, была изобретена всего 114 лет назад. При этом нужно учитывать, что непосредственно Белкет не обучал кого попало, только самых доверенных учеников, те это передавали уже другим ученикам и так далее. Мы не знаем, сколько надо учиться, чтобы стать умелым некромантом, но по всем прикидкам, эти события произошли дай боже лет 70 назад, нам же говорят о веках запустения)

Гибель ее ознаменовала прекращение действия проклятия, довлевшего над Волосом все эти столетия. Души Странника, Родаса, и Касии воссоединились наконец, и обретали посмертие, в котором им было отказано столь долго!

В прибрежных водах в западных пределах Пустынных Дебрей герои обнаружили потерпевший крушение корабль, на острове которого хозяйничали наги, принадлежащие к культу Крушителя. На берегу укрылся один-единственный выживший моряк, поведавший авантюристам, что оплот наг находится в недрах Скалы Черепа, к западу по побережью.

Продолжив странствие по обширным Пустынным Дебрям, герои посетили западное побережье Ментил, где близ древней обсерватории простились с астрономом Эвином. После они повстречали торговца-человека по имени Хуан из племени Мацуно, с острова Хашима, ограбленного следующими в Крэг на бракосочетание своего сородича Улагана. Лучницу Юмико — первую в историю представительницу человеческой расы, сумевшую выиграть Нефритовую Стрелу на турнире по стрельбе из лука, проводимого на острове Хашима, и принять награду из рук самой Вечной Императрицы. И сейчас Юмико прибыла из Империи Лотоса, дабы покончить с Иеманией, самопровозглашенной «Королевой Русалок», презревшей Вечную Императрицу и похитившей из морского дворца той немало сокровищ. Теперь Иемания наряду с иными русалками укрылась в подземельях Скалы Черепа.

(Почему-то во время компании Ирины, нам не освятили, что люди свободно входят в Империю Лотоса. Более того, единственный город людей на архипелаге был торговым аванпостом, возведенный людьми Волка, и по условиям задания мы должны были его захватить и разрушить. При желании, это можно было бы объяснить и увязать в единую линию, но я не нашел никакого объяснения)

Последовав за орками, герои вскорости достигли города Крэг, называемого, и небезосновательно, «пиратской бухтой». Именно здесь находились некоторые представители Совета Пиратов, нечто похожее на правительство для избравших это ремесло. Любой капитан пиратского судна обладает правом оказаться в Совете, если окажется в Либерталии во время сбора совета, что непросто проделать, ведь местоположение Либерталии все время изменяется. Сам Крэг Хак, разменявший шестой десяток Король Пиратов, редко посещает заседания Совета, и все больше времени проводит в своем особняке, возведенном на вершине нависающего над Крэгом утеса. Ходили слухи, что вскоре Асха призовет Крэга Хака, и мир утратит этого легендарного воина и авантюриста.

Герои миновали бухту, где покачивался на волнах корабль «Шалинар», принадлежащий морской эльфийке Сиэль, команду которого составляли эльфы, наги и даже люди, здесь же, на пристани орк Улаган обучал свою команду новой песне о счастливом орке и его юной невесте. В близлежащей таверне рейдеры свели знакомство с изгнанным из Гримхейма за «еретические убеждения» гномом Хилбартом Серой из клана Прочного Молота, который предавался обильным возлияниям, ибо утратил свой драгоценный паровой корабль «Пламенное сердце», на котором взорвался паровой же котел. Конечно, из единения огненной и водной стихий редко выходит нечто путное.

(Э-э… Чё? Этот корабль служил ему как минимум 10 лет со времен событий кампании Крэг Хака, и еще черт знает сколько до этого. И это разрабы называю «ничего путного». Какого Хрена?)

Авантюристам, оказавшимися весьма благодарными слушателями, Хилбарт поведал историю своей жизни. В Гримхейме он должен был стать кузнецом, как его отец и дед. Работа в кузне утомляла гнома, но неожиданно он открыл для себя пар и был поражен им до глубины души. Конечно, эксперименты, проводимые Хилбартом с паром, не обрадовали рунных жрецов, которые усмотрели в этом оскорбление Арката, бога огня. Посему гному пришлось покинуть Гримхейм, желая узнать как можно больше о водной стихии, он направился к ближайшему портовому городу. Им оказался один из городов Ироллана, страны эльфов, а у пристани покачивался на волнах корабль морских эльфов. Хилбарт убедил Старейшину — капитана корабля — позволить ему подняться на борт.

Капитан предупредил гнома, они что намереваются провести в море целый год, так началось странствие уроженца Гримхейма. Морские эльфы поведали подгорному жителю, что прежде они были жителями Империи Шантири, и поклоняясь как Силанне, так и Шалассе. Войны Старейших вынудили множество эльфов вернуться в Ироллан, но некоторые из них так любили море, что обратились к Силанне и Шалассе, моля направить их на верный путь.

Согласно легендам, Драконьи Богини ответили на молитвы, и научили эльфов, каким образом песнопениями возможно обратить деревья в лодки и корабли. Совместная песнь Силанны и Шалассы сотворила первый в мире дом-корабль. Но после между морскими эльфами начались распри, и, будто отражая их, огромные дома-корабли раскололись на несколько небольших судов, управляемых Командами, кланами морских эльфов.

(Мне чудится тень Warhammer и эльдарских миров-кораблей. Вообще принято считать, что Герои 5 очень многое заимствовали у вселенной Warhammer, благо что компания Games Workshop отнеслась к заимствованиям по-божески, и только попросила перерисовать пару моделек персонажей, что были уж слишком нагло скопированы со своих прототипов. А тут нате вам, оказывается традиция заимствования никуда не делась и в более поздних частях)

Возможно, это всего лишь легенда, но Хилбарту она пришлась по душе. Эльфы рассказывали, что изначально существовало 17 команд, но теперь остается лишь 11 — или 12, если считать собственную команду Сиэль на борту «Шалинар», хотя в нее помимо эльфов входят наги. Другие команды были уничтожены штормами, пиратами, и, по крайней мере в одном случае, демонами.

Было в Крэге немало и орков, например — Анакаона, уроженка деревушки Кориуаки, что на Диких Островах, жители которой вели оживленную торговлю с пиратами. Айрини, странствующая шаманка племени Сбросивших Цепи, племени бывших рабов жестокого полководца Шарки, сраженного десятилетие назад Сандором. Ведьмак Боджекио, сокрушенно признавшийся, что в не силах исцелить недуг, снедающий Крэг Хака. Юиса, воительница-орчиха из племени Черепахи, которое Крэг Хак обнаружил годы назад, охотясь за громовой птицей.

(Первое и единственное упоминание Ведьмаков в мире Асхана. Кто такие, чем занимаются, как зародились и куда исчезли нам не говорят. Возможно это просто отсылка на того же Сапковского, но тогда отсылка предельно осторожная и в целом ненужная. Лучше бы какого-нибудь охотника на монстров ввели, или людей, усиливающих себя алхимией. А так у нас есть орк, что занимается личением короля пиратов, но называется почему-то не «знахарь» или «шаман», а «ведьмак»)

Наконец, герои переступили порог особняка Короля Пиратов, где их приветствовали Сиэль, старейшая представительница Совета Пиратов, и Крэг Хак.

— Нет смысла скрывать боле тот факт, что Крэг Хак, Король Пиратов, болен, — сказала Сиэль. — Более десяти лет он сражается со своим недугом, но с каждым годом болезнь забирает все больше его сил. Мы испробовали магию, алхимию, молитвы — все бесполезно. С подобным мы прежде не сталкивались. Мы полагаем, что болезнь — своего рода проклятие, насланное темным чародеем, которого Крэг некогда высмеял. Страшная расплата за простую шутку…

Сиэль просила героев использовать их последний шанс — заручиться помощью остановившегося ныне в Картале знаменитого лекаря и некроманта, Каспара. Крэг Хак поведал героям, что является отцом Джона Моргана, и выяснили они этот факт относительно недавно (10 лет назад). Отношениях их сначала не складывались, затем улучшились, но все равно, они принадлежат разным мирам, и Джон предпочитает не распространяться о том факте, что является сыном знаменитого пирата. Крэг понимал сына, но мечтал почаще видеться с любимой внучкой.

Что до проклятья, Крэг поведал о том, как некий мертвяк обратился к нему за помощью, указав путь имперского корабля, в трюмах которого было золото, алмазы, а также древний трон Шантири, который имперцы обнаружили под Водопадом Молота. Мертвяк называл его «Троном Обновления», и требовал, чтобы пираты передали ему сей артефакт. Крэг Хак исполнил свою часть сделки, взял корабль на абордаж, но когда мертвяк и его слуги пришли за троном, не сдержался, пошутил насчет того, что нанимателю его — скелету, облаченную в ризу, на троне будет весьма неудобно сидеть, не имея мягкой задницы. Мертвяк наградил пирата испепеляющим взглядом и удалился, не сказав ни слова. А вскоре пришла боль, первый симптом неизлечимой болезни. Увы, имя коварного мертвяка Крэг Хак не мог вспомнить, как ни старался.

Рейдеры передали Королю Пиратов письмо от Джона Моргана, и Крэг Хак, пробежав текст с глазами, с готовностью согласился приказать пиратам перестать совершать набеги на прибрежные селения полуострова.

(Интересно даже, какой силой умирающий, а значит слабый король призовет всех этих головорезов к порядку? Все же это вам не вялотекущая война за какие-нибудь спорные земли, такую войну и правда не сложно на время прекратить, более того, такие войны вообще носили сезонный характер, и на время прекращались каждый год. Пираты живут разбоем, если они не будут грабить им будет нечего банально жрать. Да, бывают успешные пираты, что захватывают богатые грузы, но такие люди живут на широкую ногу, в кутеже проматывая целые состояния за неделю, а то и быстрее. Кто заставит их отказаться от привычного образа жизни? Или это попытка показать нам «благородных морских разбойников»? Если так, то хотелось бы услышать несколько слов об их мотивации и целях)

Наконец, разыскав в сердце Пустынных Дебрей Скалу Черепа, герои спустились в подземное убежище культа Крушителя, и, перебив множество наг, обнаружили меч «Сан Тенга Муген», семейную реликвию Хамато, сокровенный Осколок Ветра, а также сундук, принадлежащий разбойникам Черного Клыка. В потаенных подземных пределах авантюристов атаковала русалка Иемания, но и она пала в противостоянии с героями.

Вернувшись в Карталь, герои не преминули разыскать в городских трущобах дом Каспара, по завершении Второго Затмения и освобождения города, он решение остаться здесь и заняться врачеванием, в то время как его спутница Анастасия была призвана в Аль-Бетил. Выслушав просьбу героев, Каспар ответил, что готов немедленно отправиться в Крэг.

Герои сопроводили чародея до самого особняка Короля Пиратов, и последний, сыпя проклятиями, все же позволил Каспару осмотреть себя. Некромант подтвердил самые худшие опасения: недуг имеет магическую природу, и наверняка в основе наведенного проклятия не только черная магия, но и нечто еще. Однако для пустопорожних теорий не время, и Каспар велел героям отыскать несколько ингредиентов, необходимых для проведения точных исследований.

Когда лекарь получил нужное, то, проведя необходимые изыскания, постановил, обращаясь к Крэгу Хаку:

— Все гораздо хуже, чем я думал. Недуг был создан магией Пустоты, и сделал это чародей, весьма сведущий в оной. Проклятье Пустоты не только пожирает тело твое изнутри, но также влияет на само твое существование. Люди начнут забывать о тебе. А когда все будет кончено… они не вспомнят даже, что ты жил когда-то. Избавить тебя от проклятье — за пределами моих возможностей, не думаю, что на это способен и маг, сотворивший заклятие.

(С каких пор о магии пустоты знает какой-то целитель? Я понимаю, что это бывший товарищ нынешнего Иерофанта, но что-то не припомню, чтобы он сам сталкивался с магией Пустоты. И я не очень-то верю, что ему по знакомству рассказали хоть что-нибудь. И уж тем более я не верю, что он сам такой крутой спец, что во всем разобрался. Коллективный Разум Безликих с трудом уловил лишь тьму темнее ночи, а тут сразу разобрались)

Крэг Хак неистовствовал: как же так? Его позабудут друзья, сын, внучка? Наверняка каким-то образом возможно изменить подобный исход.

— Это проклятье подобно магическому паразиту, питающемуся самим твоим существованием, — попытался растолковать суть дела Каспар. — И, как и любой паразит, он жив, пока живо тело, в котором он обитает. Если ты умрешь, пока люди все еще помнят тебя, по крайней мере их воспоминания о тебе сохранятся.

Крэг Хак обещал, что если и суждено ему вскоре умереть, то погибнет он с мечом в руке, и смерть его станет поистине легендарна.

Каспар вызвался остаться подле Крэга Хака, и герои, простившись с некромантом и Королем Пиратов, поспешили вернуться в Карталь, где передали разбойникам Черного Клыка найденный сундук. Верные своему слову, головорезы связались с Хамзо, передав тому необходимые сведения о Черных Стражах, и тот вознамерился создать в городе беспорядки, дабы тем самым заставить большую часть гарнизона наемников покинуть оплот.

Герои же, воспользовавшись предоставленной возможностью, проникли в фактически оставленное без охраны здание, надеясь обнаружить там плененных Черными Стражами Фалагара и сподвижников Хазмы из Лиги Карталя. В темнице здания они разыскали их, и, вызволив из заточения, повели к проходу в канализационные стоки. По пути Фалагар безудержно болтал, превознося величайшего героя этой эпохи — наемника, варвара и пирата Крэга Хака, знакомство с которым свел несколько лет назад.

Спустившись в стоки, рейдеры остановились, чтобы перевести дух, попросили Фалагара поведать о событиях, приведших к его пленению.

— Все… осложнилось, — вздохнул чародей. — Понимаете, Лига Карталя существовала на протяжении многих лет, и никогда не стремилась к полному отделению города от державы, ратуя лишь за большую независимость. Но после недавнего Второго Затмения движение это… стало более радикальным, и в итоге совершило переворот. Заручившись поддержкой Черных Стражей, мятежники ворвались в Дозор, в котором пребывал правящий совет Карталя. Никто не знает, что случилось с его членами… А вскоре Черные Стражи начали патрулировать городские улицы, объявив о переходе города на военное положение. Мятежники же начали избавляться от своих «недостаточно радикально настроенных» членов. Уж не знаю, как их новый предводитель, Маркус Волк, сумел поставить себе на службу всю картальскую ветвь организации Черных Стражей; золотом ли, посулами… Но Маркус — лишь внешний лицо заговора, а из теней за ниточки дергает некий человек по имени Дунстан.

Герои подумали, что ослышались — неужто речь идет о том самом Дунстане, который приветствовал их по прибытии в Приморский Сорпигаль, и который сообщил им в Картале о перевороте, свершенном Маркусом Волком.

— Я получил эти сведения, подкупив недовольного сложившимся положением дел капитана Черных Стражей, — продолжал Фалагар. — К сожалению, в итоге я был взят под стражу, а капитан казнен. Увы, я так и не смог узнать больше о роли Дунстана. Может, Хамза сумел выяснить что-то еще…

Тем временем к ним подоспела Зулейка, и, взяв отца под руку, увлекла его прочь. Напоследок Фалагар обмолвился, что собирается укрыться в городе своего старого друга, Крэг Хака. Сама же Зулейка собиралась посвятить себя поисками давно утраченного заклинания, созданного Сар-Иссусом, — «Каамла Азия», что означает «Совершенное исцеление»; если верить легендам, это способно заклятие очистить даже от демонической скверны. Шаманка выяснила, что находится вожделенный свиток, в Башне Тайны, возведенной к северу от Карталя магом Хакимом, учеником Сар-Иссуса.

(И такая реликвия валялась там, черт знает сколько лет, совершенно никому не нужная?)

Герои же поспешили покинуть Карталь, и, вернувшись в замок Портмейрон, поведать губернатору о последних событиях.

— Это все обращается в настоящий политический кошмар, — простонал Джон Морган. — Как только Маркус Волк заявил о себе как о новом правителе Карталя, его крови потребовала герцогиня Ирина. И что еще хуже, герцог Освин Единорог заявил, что если Императрица немедленно не введет войска на полуостров, он возьмет все в свои руки и сам это сделает. А он не дурак — знает, что подобный ход приведет лишь к эскалации конфликта, и против Империи поднимутся как Ироллан, так и Семь Городов. Все это — часть стратегии Освина по дискредитации Императрицы. Я вот думал, не Освин ли с самого начала выступал тем самым таинственным покровителем Монтбарда. Конечно, доказательств того у меня нет. Однако Императрица прислала меня сюда, воплощая в жизнь собственный замысел. И приказ ее, ни в коем случае не начинать войну, я собираюсь выполнить любой ценой. Именно поэтому мне пришлось пользоваться помощью вашей и Зулейки, не прибегая к имперским лазутчикам. В нынешней ситуации Империя должна сохранять видимость бездействия… Вас же я выбрал не случайно. Я знал Оуена, вашего наставника. Мы встречались в Водопаде Молота восемь лет назад. Меня отправили туда, чтобы справиться с подобным нынешнему кризису, хоть и гораздо менее запутанному, и с куда меньшим числом игроков. Я хотел нанять самого Оуена, чтобы разрешить нынешнюю ситуацию, но смерть его помешала мне это сделать. Вы, будучи его учениками, казались мне наилучшим выбором. Я просил Максимуса испытать вас, проверить ваш потенциал… Сейчас я смогу поставить на место герцога Освина, но меня донельзя тревожит Дунстан. Он — темная лошадка, и мотивы его наряду с возможностями нам неизвестны. Нам нужно выяснить, кто он такой и к чему стремится, устраивая всю эту заваруху. И если он действительно бывший авантюрист, как сам утверждает, то наверняка найдутся люди, которые слышали о нем.

Но перед тем, как вернуться в Карталь, герои вновь посетили Стихийную Кузню, проследовали в пределы стихии Света, где им предстала Повелительница Света, Риселлин. Как и предыдущие стихийные воплощения, она испытала мощь героев, после чего даровала им благословение Эльрата. После чего авантюристы обрели и благословение Илата, одержав верх над Повелителем Ветра, Шалвендом. Наконец, в чертогах, посвященных стихии Тьмы, они схлестнулись с воплощением и её, именуемым Шинсаном.

И когда одержали они верх в сем противостоянии, Шинсан провозгласил:

— Новые герои явлены миру, закаленные шестью стихиями! Дарую вам благословение Малассы, и теперь вы увидите то, что прежде было сокрыто… Асха сотворила Тьму, чтобы заполнить пустое пространство. Столь близко оно к Пустоте, что обратилось в царствие Смерти и Безумия. В глубинах Тьмы вы найдете истины, открыть которые не смеет Свет. Сумеете ли вы познать их и сохранить разум при этом? Иные перешли эту грань и ныне посвятили себя служению Пустоте. Они именуют себя магами Пустоты. Предводитель их хитроумен, как и я, но шутки его злы и ядовиты. Он будет низвергнут, но не вами. У вас — свои сражения, и ваши противники достаточно темны.

(Э-э… Чё? Сандро открыл Пустоту, основываясь на некромантии, а не на тьме. И некромантия родилась не из тьмы, это магия душ, грубо говоря, и один из путей Асхи, точно так же как гадание и пророчество, путь той ипостаси Асхи, что отвечает за время. С какого бы рожна Тьма близка к пустоте, если её создали, чтобы пустоту заполнить? Как быть со словами Безликих, что сказали Раилагу, будто сила Сандро чужда их стихии, и они не понимают её? Вообще это особый талант, парой фраз разрушить уже нарисованную картину мира дано не каждому)

Обретя благословение всех шестерых Драконьих Богов, герои ощущали в себе новые силы. Поднявшись на вершину Стихийной Кузне, они наблюдали, как пробудились древние руины Шантири, и столпы света, знаменующие шесть стихий, устремляются к небесам, образуя чудесное сияние, приветствуя новообращенных чемпионов.

(Такое светопреставление должно было увидеть пол континента, если не весь. Но вы не волнуйтесь, как всегда это ни на что не повлияет)

Расспросив горожан в Картале, герои узнали у одного из них, гнома Аркела, владельца постоялого двора, что 12 лет назад Дунстан входил в отряд искателей приключений, полагавших, что весь мир находится у их ног. Гном не ведал доподлинно, что произошло с отрядом, но знал, что выжили из него лишь двое: Дунстан и его спутница, женщина по имени Шива. Последняя иногда заходит в город за припасами, однако предпочитает оставаться вдали от цивилизации, в джунглях Вислин.

Устремившись в означенную область, герои повстречали искательницу приключений, Шиву, уроженку Грозового Утеса. Девушка поведала, как в возрасте двенадцати лет покинула отчий дом, устремившись в странствие наряду с другими искателями приключений. Так продолжалось несколько лет, пока слух о подземелье, называемом Гробницей Тысячи Ужасов, не привел их в годы Вантир. Пятеро вошли в эту подземную крепость Безликих, живыми выбраться из столь гибельных подземных пределов сумели лишь двое, поэтому теперь Шива намеревалась искать приключения в других местах, ибо ужасы гробницы до сих пор преследуют её во снах.

Ведь, сумев прокинуть внутрь, они обнаружили: Гробница — это не крепость Безликих, это их темница, и обитающие внутри создания не собирались отпускать чужаков живыми. Каким-то чудом Шива выжила, как и ее спутник, Дунстан. Однако ей казалось, что после пережитого тот стал совершенно другим человеком — холодным, циничным, злым. Вскоре после случившегося они расстались, и больше Шива никогда его не видела.

Стало быть, ответы пребывают в Гробнице Тысячи Ужасов, и именно туда нашим героям следует наведаться, если они хотят узнать, что представляет собой Дунстан. И герои выступили в северо-восточные пределы полуострова.

(Сказочные Дол***бы. Зачем нам ловить подозреваемого и доращивать его. У нас же есть тюрьма строгого режима, чьи обитатели настолько суровы, что способны на всю жизнь внушить кошмары или вообще переписать личность непрошенных гостей. Как можно пройти мимо такого «интересного» аттракциона?)

В горах Вантир пребывало немало стихийных духов, циклопов, а также грифонов, избравших эти глухие места для своих гнездовий. Встречались авантюристам и небольшие общины гномов клана Северного Ветра, выходцев с ныне занятого Тёмными силами города Судгерд.

(Странно, что духи стихий нападают на чемпионов Стихий. Но на самом деле хрен с ним. Косяк настолько мелкий, особенно на фоне остальных косяков, что даже несущественно)

Заглянув в пещеру циклопов и прикончив одного из наиболее свирепых представителей этой расы, Давроса, герои освободили из заточения нескольких гномов из клана Прочного Молота, предназначавшихся циклопам на обед.

На одном из высокогорных плато герои повстречали нагу-ронина Чангбо, назвавшегося вассалом Даймио Джубо и стюардом Стоунхельма, ибо по завершении Второго Затмения и возвращении в собственную вотчину герцогиня Ирина Волк наделила ронина этими полномочиями, и тот счел это за великую честь.

(Стоунхельм, старейший из свободных городов, какие права имперская герцогиня, а вернее мать будущего герцога и регент при нем (Ирина сама отказалась от титула) имеет в свободном городе? При этом она не просто что-то решает, она ставит своих «людей» на определенные почетные должности. Как так?)

Он рассказал, что, согласно обычаю своего клана, раз в два десятилетия совершает паломничество протяженностью в год, странствуя по землям Таллана и изыскивая древние святыни Шалассы. Покамест отсутствует он во вверенном граде, Даймио Джубо назначила регентами оного верных своих сподвижников — Катсу, Кенто и Араши.

(Ну охренеть можно, какой, однако, свободный город. Вообще непонятно, какого хрена творится. В темном мессии нам ни словом не обмолвились, что Стоунхельм является свободным городом, хотя на это есть некий намек. Городом правит Лорд Менелаг, маг в алой мантии. Но все это только будет в будущем почти полтысячи лет спустя. Тут же нам в самом начале доступна информация про город основанный поклонниками дракона Воздуха, не принявшим веру в дракона Света. Свободный город, в который назначают правителей дворяне соседнего государства… Какого Хрена?)

Разыскав Гробницу Тысячи Ужасов, герои ступили внутрь и в то же мгновение каменные врата захлопнулись за их спинами, и они услышали насмешливый голос темного эльфа, встреченного прежде в Стихийной Кузне:

— Стало быть, авантюристы нашли достойную причину, за которую стоит сражаться. Но достойна ли она того, чтобы умереть за нее? Выясните это… если не страшитесь тьмы…

Признаться, на какое-то мгновение герои испугались, ведь путь к отступлению был отрезан, и они не знали, что ожидает их в подгорных недрах. Но даже темнейшие тени не смогли погасить искры надежды, тлеющие в их душах. Герои поклялись памятью своего наставника, что Гробница Тысячи Ужасов не станет их собственной могилой.

(Сначала в их пустых головах забрезжили проблески интеллекта, но волею сценаристов, герои были храбры и безмозглы. Их было уже не спасти)

Сражаясь с теневыми стихийными духами, теневыми же драконами и иными обитателями глубин, герои спустились в потаенные глубины, где в одном из чертогов обнаружили давно истлевший человеческий труп, а подле — Осколок Грез и дневник Дунстана.

«Если вы читаете это, я, наверное, мертв», — было в нем написано. — «Поверить не могу, что пишу это. Я всегда гадал, почему мы находим все эти сообщения, оставленные погибшими, в которых те предупреждают нас о ловушках или дают намеки, необходимые для решения загадок. И вот теперь нечто подобное пишу я сам… И это действительно предупреждение… Мы последовали за Шивой в это Драконьими Богами позабытое место. Легенды называют его Гробницей Тысячи Ужасов. Несмотря на столь неприятное название, мы не восприняли это подземелье серьезно. А следовало бы… Сперва все шло нормально, подземелье оказалось столь велико, что основной опасностью было заблудиться здесь, или сорваться вниз, в бездну. Мы думали, что ужасов здесь нет вовсе; но, как оказалось, они всего лишь спали…

В одном из стен я и Артемис обнаружили тайный проход, приведший нас в комнату с тяжелыми дверями. Артемис заявила, что их удерживает запертыми некое заклинание, но магия Эльрата может развеять его. Мы полагали, что по ту сторону находятся сокровища. Но дверь оказалась здесь не для того, чтобы не допустить чужаков внутрь, а чтобы не выпустить наружу находящееся за нею… Как только заклятие оказалось произнесено, дверь распахнулась, и изнутри послышался хохот.

Из теней на нас набросились невиданные прежде создания — клыки, когти и щупальца. Как будто сами кошмары воплотились в них. Артемис разорвали на куски, не успела она воззвать к Эльрату, чтобы сотворить защитное заклинание… Шива, Илост и я бежали прочь по коридору; истинный воин, Рагнар остался, чтобы прикрыть наше отступление. Он отразил несколько атак, а затем нечто схватило его и утащило в бездну.

Я потерял Шиву и Илоста. А затем та тварь, что хохотала во тьме, настигла меня. Длинное щупальце хлестнуло меня по лицу, иное пронзило мои доспехи, впившись в плоть. Они потащили меня по коридору, и узрел я своего противника. Белую маску, лишенную выражения, но мне казалось, будто она источает презрение. Я осознал, что, должно быть, это Безликий, один из легендарных сыновей Малассы, существо из чистейшей Тьмы. И мы даровали ему свободу.

Он отбросил меня в сторону, а в следующее мгновение изменился прямо у меня на глазах. Крылья исчезли. Его тощее, испещренное шрамами тело стало более мускулистым, на нем возникла одежда. Маска исчезла, а на меня воззрились глаза. Мои собственные глаза. Он улыбнулся, и оставил меня во тьме… Я пытался найти выход из лабиринта, но раны мои были слишком глубоки, и с каждым шагом я все больше слабел. Я лишь сумел добраться до кельи, в которой был заточен Безликий. Поистине, у Драконьих Богов — весьма своеобразное чувство юмора…

Помните: где-то в мире бродит существо, называющее себя «Дунстаном». Оно выглядит, как человек, но таковым не является. Оно — злобное и древнее создание. Оно забрало моих друзей, мою жизнь, мой облик».

(Не совсем понятные задвигоны про «сыновей тьмы». В Асхане тьма не является злом, даже наши герои, среди прочего, были благословлены тьмой. Да, при желании это можно объяснить, скорее всего Дунстан был гражданином Империи и воспитывался в догмах церкви Света. Проблема в том, что это никак не обыгрывается, нет неоднозначности и непонятости некоторых персонажей, просто в один момент Безликие кажутся нормальными ребятами, где-то даже правильными, а в другом месте это твари хуже демонов. Быть может я просто не уловил какой-то тонкой игры смыслов, но пока это выглядит так, будто сценаристы вроде бы ограничены ЛОРом мира, но им ну очень нужен некий идейный враг, а потом про ЛОР мы временами забываем)

Стало быть, за хаосом, снедающим полуостров Агин, стоит вовсе не пожилой и уставший от жизни авантюрист, а некий древний Безликий, по неосторожности излишне самоуверенных искателей приключений освобожденный из заточения. Послышались шаги, и, обернувшись, герои увидели прекрасную темную эльфийку, что шла к ним.

— Нет нужды обнажать оружие, — заметила та, — ибо мы на одной стороне. Мое имя — Эрин. И у нас общий враг: Эребос, Повелитель Ассасинов — Безликий, который скрывается под личиной «Дунстана».

(Мы находимся в кишащем монстрами подземелье, и только что нашли некую сюжетную подсказку. Что нужно делать дальше? По уму нужно выбираться из этой задницы и искать ответы дальше. Но вместо этого к нам (в подземелье с монстрами) проходит некая девица, говорит, что у нас общий враг (Где она была до этого не понятно) и с ходу выдает еще одну сюжетную подсказку. Гениально)

Эльфийка предложила четверке героев проследовать в подгорный лагерь ее сородичей, находящийся неподалеку.

— Вы стали помехой для Эребоса и вынудили его ускорить претворение своих замыслов в жизнь, — говорила Эруина по пути. Эльфийка привела рейдеров в каверну, где их приветствовали иные представители ее расы, как-то чародеи Кастор и Йештар.

Эрин поведала, что, будучи прежде детьми леса, они сумели создать раскол в горном склоне, проникнув таким образом в Гробницу Тысячи Ужасов; именно таким образом героям суждено покинуть это подземелье.

(То есть подземное убежище эльфов находилось прямо в Гробнице? Как насчет ловушек и тварей, что в этой гробнице обитали до этого? Каким образом они себя обеспечивали? Почему не помогли отряду авантюристов, что прошел тут до этого? Что они вообще тут забыли? Я могу продолжать список вопросов и дальше, но эти основные)

Эльфийка просила авантюристов предупредить власть имущих об угрозе Эребоса, ведь герои, обладая сведениями о личине противника, получат шанс противостоять ему — и пресечь замыслы Безликого на корню, хоть доподлинно неизвестно, чего тот стремится достичь, разжигая пламя войны на полуострове.

(У вас есть информация, а значит вы знаете, что делать, но при этом вы ни хрена не знаете)

— Только ни в коем случае не смотрите на маску Эребоса! — говорила Эрин. — Именно посредством оной Безликие направляют могущество Тьмы, изменяя свой облик и контролируя слабые разумы. Если вы найдете способ лишить его маски, то, возможно, сумеете одержать верх в неминуемом противостоянии.

(Чё? Способность влиять на разум и менять облик у безликих врожденная. Они делали артефакты, которые могли передать эту способность другим расам, например, мы уже упоминали некоего темного священника человека, для которого была сделана специальная маска, что позже подобрал Сандро, но самим Безликим такие артефакты не были нужны. И маска на их лицах, это такая же часть тела как рука или нога, как её вообще можно снять?)

Рассказала эльфийка и о себе: она, Эрин, — дочь Туидханы. После смерти матери она оставила братьев сражаться за крохи наследия великой королевы, сама же отплыла на юг. На острове Вантир, близ побережья Тирия, она основала собственное королевство, Иншаност, вот только оно пало, ибо ни Ироллан, ни Священная Империя не пожелали оставить клан темных эльфов в покое. В живых осталась лишь горстка сородичей Эрин. Она вознамерилась было обратиться за помощью к отцу, но обнаружила, что разум того всецело пребывает под властью Эребоса.

(Муж королевы Туидханы пока никак не фигурировал, и его введение в мир неизбежно пованивает чем-то не очень приятным. Ладно допустим, эльфы выбирали своих королей, и те правили пока не умрут, Туидхану могли назначить правителем и при живом муже, или она могла выйти замуж уже имея корону, что скорее всего и произошло. Ибо у Туидханы с мужем общая только дочь, сыновей она нагуляла с кем-то еще. Проблема в том, что до этого он никак не фигурировал. Несмотря на то, что его попытались прописать, он никак не участвовал в Трагедии Огненных Слез (Хотя после нее пообещал отомстить за смерть жены), он воспитывал дочь, но в сценарии Героев 5, где она отвоёвывает себе землю для королевства она не вспоминает папочку. Он хочет отомстить Ироллану, но даже не думает организовать свой народ в силу, с которой пришлось бы считаться)

Отец Эруины — Салвин, тот самый темный эльф, которого герои встречали в Стихийной Кузне, и недавно — у входа в Гробницу Тысячи Ужасов. После смерти Туидханы он поклялся отомстить всем без исключения врагам королевы — уроженцам Ироллана, рыцарям Империи… Именно тогда его, сломленного и исполненного горечи, обнаружил Эребос, и предложил шанс отомстить… Прежде он разделял идеалы дочери, надеялся, что народ его сумеет основать новое королевство и удержать его от внешних посягательств. Но теперь… душой и телом он принадлежит Эребосу, и сомневалась Эруина в том, что отца ее еще можно спасти.

— Но кто он, Эребос? — спросили герои.

— Давным-давно ангелы и Безликие противостояли друг другу, — ответила им эльфийка. — Их конфликт принес страшную разруху в мир, и известен нам как Войны Старейших. Наконец, ангелы и Безликие заключили перемирие — Сумеречное Соглашение. Но не все Безликие приняли оное, и прежде всего — Эребос, чемпион своей расы, гениальный стратег. По завершении войны он стал угрозой для зыбкого равновесия между Светом и Тьмой. И когда Эребос отказался сложить оружие, собственные сородичи заточили его здесь. Какие-то недалекие искатели приключений освободили его по недомыслию 12 лет назад, и с тех пор он стремится воплотить в жизнь планы отмщения. Не знаю, к чему именно он стремится. Разум Безликих подобно лабиринту теней. Впрочем, у Кастора есть какие-то мысли на эту тему.

(Ну допустим перемирие заключать никто не хотел, Ангелов и Безликих к этому вынудил Седьмой Дракон, и спорить с силой нового бога не смог никто. И если бы его заключили в тюрьму собственные сородичи, то хрена лысого клирик-авантюрист смогла бы взломать дверь простеньким заклятием света. Архангелы не могли своим светом навредить творениям Безликих, да и дух тьмы совсем недавно говорил, что Маласса обитает там, куда не достает свет Эльрата)

Кастор, уроженец Тарлада, покинул королевство в юном возрасте, чтобы изучать магию в Семи Городах. Вскоре его нарекли «чародеем», почетным членом Дома Духа, однако учёба не доставляли Кастору особого удовольствия. Посему, лишь прослышав об основании Эриной Иншаноста, Кастор устремился на вотчину сородичей, по которым успел сильно соскучиться. Поэтому, не являясь истовым последователем Малассы, он мог представить ныне объективную точку зрения на происходящее.

(Ну про объективную точку зрения это немного смешно. Маги пропитаны духом интриг, в далеком пока еще будущем сын Архимага Сайруса, Зехир не раз и не два будет это поминать. Поэтому мнение Кастора может быть не таким как у большинства, но оно едва ли объективно. И на всякий случай напоминаю, что Тарландом называлось первое королевство темных эльфов, где правила Туидхана)

— Мы говорим о Безликом, создании Тьмы, — сказал Кастор. — И Тьма ненавидит ясность в чем бы то ни было. Полагаю, в том и есть суть и красота замысла Эребоса. Дело не столько в конечной цели, сколько в способах достижения ее. Думаю, он стремится показать себя величайшим слугой Малассы, создав план столь сложный, столь запутанный, что даже Обман Уриэля покажется в сравнении с ним донельзя очевидным гамбитом. И когда уляжется пыль, никто не сможет сказать, кто начал войну и с какой целью… Думаю, все происходящее имеет некое отношение к старому городу Кер-Талу. Именно так — «Кер-Талу», а не «Карталю». Это была великая цитадель Безликих, внутри которой находились один из святейших храмов и Незримая Библиотека. Когда начались Войны Старейших, ангелы, ведомые Михаилом, нанесли удар по Кер-Талу, надеясь уничтожить и храм, и библиотеку разом. Но, согласно легендам, сама Маласса укрыла от ангелов Незримую Библиотеку… А на руинах храма Малассы ангелы возвели собор во славу Эльрата — Дозор Кер-Тала, дабы предотвратить тем самым возвращение Тьмы. Близ собора появился город, и по прошествии многих лет Кер-Тал стал известен как Карталь. Неудивительно, что Эребос избрал именно этот город, чтобы начать свою войну.

(Мне интересно, каким образом ненависть к ясности в чем-либо может сочетаться с ясностью сознания, необходимой для ментальной магии или для сбора всех знаний мира в Незримой Библиотеке? Как это связано с ясностью мыслей, необходимой для построения сложных планов или просто с ясной и внятной речью? Да, по неведомой науке причине, начиная с Героев 6 все связанные с Тьмой говорят загадками, хотя в Героях 5 этого не было, но это все еще не значит, что Безликие ненавидят ясность в чем бы то ни было)

Темная эльфийка Йештар, проведшая два десятилетия в обучении у Безликих, советовала героям ни в коем случае не верить тому, что они говорят, и полагаться исключительно на свои мечи. Заметив в руках у авантюристов Осколок Грез, обнаруженный у тела Дунстана, эльфийка предложила героям помощь в высвобождении магии этого артефакта, что позволит пережить им заключенные в нем воспоминания. Предупредив, что символы и истина в видении могут оказаться переплетены самым причудливым образом, ровно как время и пространства, Йештар приступила к колдовскому ритуалу.

(И снова несостыковка. Йештар, элитный ассасин, который берет оплату только одной валютой, Осколками Грез, кристаллизованными чувствами, которые она коллекционирует. Это именно чувства, не воспоминания, и они не дропаются просто так, их нужно создать. Беря плату с клиентов Йештар сама создавала эти кристаллы, но перед тем как научиться так делать, она несколько десятилетий училась у безликих. Другой известный персонаж, способный взаимодействовать с Осколками, Ваярон, ученик и приемный сын Салвина. Где Дунстан научился делать такие Осколки? Почему его Осколок содержит не чувства, а полноценную память? Почему он вообще создал такой Осколок, и при этом написал дневник, где ни словом о нем не обмолвился?)

Сознание героев переместилось в Мир Духов, где они наблюдали глазами Дунстана искателей приключений, совещающихся в таверне о том, куда им следует направиться. Эльф Илост, проведший в странствиях долгие годы, скучал по Ироланну, и надеялся, что нынешнее странствие станет для него последним. Воительница Шива, гном Рагнар и рыцарь Артемис спорили о том, какова должна стать цель их нынешнего начинания… когда к ним обратилась орочья провидица, сказав:

— В ваших очах я зрю желание открыть древние тайны Асхана. Вы слышите шепот духов? Шепчут они о позабытых тайнах, о сказочных сокровищах… и о страшных опасностях, пребывающих под горами, разделяющими сынов Эльрата и Дикое крыло.

(Стереотипный шаман-грибоед. В условиях Асхана — это дурость чистой воды, ведь там это суровые маги крови и хаоса, что извлекают из мира Духов Знания. Шаманы орков Асхана по своей образованности могут посморить со многими представителями «цивилизованных народов». Я вообще не понимаю, зачем прибегать к набившему оскомину клише, когда у вас есть оригинальный мир и оригинальные же концепции персонажей?)

Дунстан догадался, что провидица говорит о горах Вантир, и на следующем же корабле искатели приключений отплыли в Карталь, а после немало дней провели в дикоземье, добираясь до конечной цели странствия — Гробницы Тысячи Ужасов. Дунстан был уверен, что открыть ее тайны им предписано самой судьбой.

Но затем Артемис священной магией Эльрата открыла врата, запечатанные Безликими, и явила миру истинные ужасы. Рыцарь погибла; остальные бежали со всех ног, а отступление их прикрывал доблестный Рагнар. Щупальца уволокли гнома в подземные глубины, Илост и Шива затерялись в коридорах, и Дунстан, раненый и испытывающий страшную боль, узрел пред собою белую маску безжалостного противника.

— Кто ты? — выдохнул он, и услышал ответ:

— Слуга Малассы. Преданный собственным родом. Оставленный гнить в темнице до скончания времен… До тех пор, пока не обращусь я в тень во тьме, лишенную рассудка. Но, похоже, у Девы Судьбы на меня иные планы, ибо я свободен… благодаря вам, авантюристы.

Дунстан обнажил меч, сознавая, что бессилен что-либо изменить… Видение развеялось, и герои вновь обнаружили себя в подземном эльфийском селении. Простившись с Эриной и ее сородичами, через раскол, созданный магией, они проследовали на поверхность, после чего устремились к подножию гор, стремясь как можно скорее добраться до замка Портмейрон.

Джон Морган пребывал в смятении: пока герои отсутствовали, Черные Стражи, исполняя приказ Маркуса, атаковали замок! Натиск едва удалось отразить, однако наемники добились своей цели и похитили малышку Энн. Мотивы их очевидны: губернатор — единственное препятствие, не позволяющее начаться войне на полуострове, ведь Моргану удалось убедить двор дать ему еще немного времени, чтобы разрешить ситуацию без кровопролития. Даже герцог Освин согласился повременить с боевыми действиями. Но теперь, захватив в заложники дочь губернатора, Маркус Волк фактически загнал того в угол: если Морган сам начнет войну, надеясь вернуть Энн, или продолжит бездействие, и вскоре на полуостров явится герцог Освин Единорог со своей армией.

Авантюристы поведали губернатору о том, что сумели выяснить в Гробнице Тысячи Ужасов, и Морган вздохнул:

— Безликий? После Обмана Уриэля иные державы просто не поверят в нашу историю. Дунстан… или Эребос… все просчитал… Но у меня остается последняя возможность. Я должен любой ценой предотвратить войну, но не могу позволить, чтобы Энн оставалась в руках этого создания. Хоть и не хочу я прибегать к этому, но все же прошу вас вернуться в Крэг и просить о помощи Крэг Хака. Ведь они захватили в заложники его внучку!

Что ж, противник сделал свой ход, и теперь ожидает ответного. Но навряд ли он принял в расчет неистовую ярость Короля Пиратов, узнавшего о похищении любимой внучки. И действительно, в отличие от Джона Моргана, Крэг Хак находил ситуацию донельзя простой, посему во всеуслышание объявил о скором нападении пиратской флотилии на Карталь.

(То есть сначала Морган просил отца не нападать, так как это обострит ситуацию, а теперь он попросил отца напасть? Нет нам дали намек, что Морган смог несколько стабилизировать ситуацию, и возможно (но это неточно) нападение пиратов не станет факелом в пороховом погребе. Но это уже поиск тайных смыслов. Игроки не должны додумывать за игру, даже в дарк соулс, не смотря на множество белых пятен в истории, дается достаточный бэкграунд, нас просто не тычут им в лицо, но если поискать, все можно найти, тут же я так и не нашел, что такого случилось, что Морган ввести войска не мог, а Крэг вдруг мог сделать это без проблем. Создается впечатление, что нас просто попросили сгонять лишний раз в удаленное место и прослушать пару лишних диалогов)

Героев Король Пиратов пригласил присоединиться к нему на борту «Отмщения», где те смогут подробнее поведать об их противнике, Повелителе Ассасинов.

Так, на следующий день флотилия вошла в гавань Карталя, и пираты, сойдя на берег, сошлись в противостоянии как с Черными Стражами, так и с пришедшими тем на помощь темными эльфами, верными Салвину. Рейдеры сражались наряду с остальными, тесня противника, а вскоре к пиратам присоединились мятежники, ведомые Хамзой. Последний сообщил героям, что Лига Карталя, истинная Лига, а не та пародия на нее, которой верховодит Маркус, сумела взять под контроль пристань. Но наемники Маркуса продолжают удерживать верхний район и Дозор.

На городской площади авантюристам и сопровождающим их пиратам и мятежникам предстал могучий черный дракон, Таралет. Сразив бестию, герои устремились к вратам Дозора, где путь им преградили темные эльфы под началом Салвина. Отец Эрины выглядел донельзя уставшим, то ли от сражения, то ли нечто иное снедало его душу.

(Эребос же хотел провернуть все в тайне, чтобы никто не заподозрил, что именно он направляет события из тени)

— Снова вы, — вздохнул он. — Быть, может, я ошибался в вас. Быть может, в ваших сердцах есть нечто такое, что делает вас большим, нежели обыкновенные искатели приключений? Ответьте мне честно, авантюристы, ради чего вы сражаетесь?

— Ради маленькой девочки, — признались герои, и ответ этот потряс Салвина до глубины души.

— Ради нее вы рискуете жизнями… Ну конечно. Разве они — не то единственное наследие, за которое можно и жизнь отдать? Ни одно начинание не может оправдать принесение в жертву жизни ребенка. Как мог я забыть об этом? Как я мог позволить ему обратить меня в… монстра? Эрина… быть может, однажды ты простишь меня.

С этими словами Салвин вонзил кинжал себе в сердце.

(Если бы герои под нашим началом ответили что-то другое, то с Салвином пришлось бы драться. Вообще, удивительно, что именно вариант с суицидом принято считать каноничным. Есть такой архетип персонажа, герой, жаждущий искупления, наверное, нам хотели показать именно это, но исполнение хромает на обе ноги. Нам не объяснили мотивации и причин, почему Салвин вообще служил Эребосу? Почему он в начале был готов выкрасть маленькую девочку, а после убился себя, чтобы не помешать героям её забрать? Почему он совершил самоубийство, а не присоединился к героям или не отправился к собственной дочери? Какова вообще его роль во всех произошедших событиях? Как всегда, вопросы без ответов)

У врат Дозора Крэг Хак постановил, что ему с авантюристами следует разделиться: Король Пиратов намеревался разыскать Эребоса и покончить с ним, в то время как герои убьют Маркуса Волка и освободят из плена дочь Моргана.

(Почему не наоборот? Ведь это было бы намного логичнее. Стоит ли нам ждать «неожиданный поворот»?)

Самопровозглашенного герцога в окружении ветеранов из Черных Стражей герои обнаружили в одном из залов Дозора. Маркус Волк держал меч у горла малышки Энн, но та не растерялась, укусила своего мучителя за запястье, и, ловко вывернувшись у него из рук, бросилась к авантюристам, чтобы укрыться за их спинами. В последовавшем противостоянии Черные Стражи пали; герои сохранили жизнь Маркусу Волку, а Хамза обещал передать пленника герцогине Ирине, полагая, что участь, которая уготована ему ныне, вполне может оказаться хуже смерти. Кроме того, Хамза отправил посланников к Джону Моргану и в Предел Сокола, уповая на то, что нынешний конфликт удастся завершить без дальнейшей его эскалации. Оставалось лишь надеяться на то, что Крэг Хаку удастся справиться с Эребосом.

Увы, это было не так: Король Пиратов действительно сумел разыскать Повелителя Ассасинов в подземных глубинах Кер-Таля, внутреннем святилище храма Безликих, однако Эребос поверг доблестного воителя. Сознавая, что ему не выстоять в этом последнем, судьбоносном противостоянии, Крэг Хак все же сумел расколоть маску Безликого, после чего пал замертво. Жизнь его унесло не проклятье Пустоты, а сражение, избранное им по собственной воле; и теперь, лишившись маски, Повелитель Ассасинов стал уязвим.

(Ну просто кто бы мог подумать? И странно, что когда Вейн встретил призрака Крэг Хака, тот никак не обмолвился о достойной смерти)

И теперь герои спустились в подземелья Дозора, а оттуда — в пределы Кер-Таля, в позабытые пещеры, в которых высился остов храма Малассы. Авантюристы увидели мертвое тело Крэг Хака, а подле — осколки белой маски Эребоса. Герои продолжили путь к храму, лишь сейчас заметив обломки древнего воздушного корабля ангелов, все эти столетия остававшегося здесь, в подземных глубинах.

— Добро пожаловать, авантюристы, — прозвучал голос, и пред искателям приключений появился Эребос. — Думаю, вы заслужили объяснение… Прежде у меня были враги, которых я считал ровней себе — хитроумные и безжалостные. Особенно, Михаил. И когда я нанес удар из теней, оборвав его существования, я почувствовал… удовлетворение, а затем — пустоту. Можете ли представить жизнь, когда нет таких, кто мог бы раскрыть твои замыслы? Какой прок от подобного существования? Можете представить мою радость, когда, вскоре после того, как вырвался я из Гробницы Тысячи Ужасов, узнал, что и Михаил возродился в этом мире… Но этот крылатый болван так глупо погиб, сраженный воителями низших рас! И это дало мне новую идею. Я решил, что если нет у меня достойного врага, я сам его создам… В тот день мы встретились на пристани Сорпигаля не случайно. Я знал, что Морган наблюдает за вами, и это меня заинтересовало. Как я сказал вам тогда, я надеялся, что вы сделаете происходящее куда более интересным. И, должен признаться, вы превзошли самые смелые мои ожидания. Но, увы, все хорошее когда-либо заканчивается, и вы стали для меня скорее помехой, нежели развлечением. Старый варвар заплатил жизнью за свою наглость, и вскоре вы присоединитесь к нему.

(Ну начнем с того, что когда я просил объяснить мне все непонятки, я никак не ожидал главзлодея, что зачитает мне монолог про свои злодейские планы. Это было зашкваром даже пятьдесят лет назад, выпускать же такое в 2013, точно не тот поступок, которым можно гордиться.

Плюс опять несостыковки, причем в пределах одного монолога. Он искал сильных врагов, но почему-то сильные герои мешают его планам. Он считал Михаила достойным противником, но почему-то не рассматривает как противников победителей Миахила. Он хотел создать себе врага, сталкивая различные силы между собой? Каким образом? И откуда, ради Асхи, взялась эта осточертевшая Хрень про «низшие и высшие» расы? Это реально уже бесит)

Эребос то отступал, сливаясь с тенями, то появлялся вновь, атакуя героев гибельными заклятиями, те же, отражая выпады, безуспешно пытались сразить Повелителя Ассасинов, когда их внимание привлек сияющий алтарь, который, похоже, выпал из потерпевшего крушения ангельского воздушного корабля. Поодаль в пыли герои обнаружили солнечный знак, подобный скрещенным мечам — ледяному и пламенному, опустив его в отверстие на поверхности алтаря, герои произнесли имя командующего воздушным кораблем — архангела, сраженного Эребосом в час Войн Старейших:

— Михаил!

(И все то время, пока наши герои это проделывали, «Повелитель Ассасинов», наверное, проходил очередной Assassin’s Creed на платину. Я просто не понимаю, Какого Хрена? Как они догадались, что нужно делать? Почему Эребос подождал, пока они все это сделают? Почему старый как дерьмо мамонта корабль, еще и раздолбанный, оказался в рабочем состоянии? Почему сработал на голосовую команду левых приключенцев, среди которых даже ни одного ангела не было? Кто вообще будет устанавливать голосовые команды в виде имени Командира? А если кто-то просто обратится к нему на марше, и пушка стрельнет?)

В то же мгновение ожило орудие, установленное на носу корабля, и луч чистейшего Света пронзил тело Повелителя Ассасинов. Он пал, взывая к Малассе…

С гибелью Эребоса прекратило существование и страшное наследие, последнее из тех, кто жаждал войны.

(Это не я, правда, у них там так и сказано. О том какая это хрень мы еще поговорим чуть позже)

На похороны Крэг Хака собралось множество разумных со всего полуострова, и губернатор Джон Морган, произнося прощальную речь, говорил о том, что отец его был истинным героем.

До кризиса, случившегося в Картале, противники Императрицы считали ее наивной идеалисткой, и лишь сейчас осознали, сколь глубоко заблуждались. Ибо по назначении губернатором Джон Морган получил от Императрицы весьма подробные инструкции, которым следовал все это время. Отказавшись следовать игре Эребоса, он тем самым избежал конфликта с Иролланом и Семью Городами. Императрица с самого начала надеялась, что ситуацию сумеют разрешить безвестные искатели приключений, не связанные политическими обязательствами. Даровав Карталю частичную независимость, она показала тем самым, что Империя сильна, и после Обмана Уриэля остается таковой, просвещенной державой.

(Если бы можно было вставлять сюда запись звука, то вы могли бы послушать мой дикий гогот. Просто подумайте над этим бредом. Императрица не наивна, у неё был план, она надеялась, что откуда невозьмись появятся безвестные авантюристы и решат все проблемы. Дав (пусть, частичную) независимость области, которая эту независимость требовала, она показала, какая она сильная и просвященная. От накала идиотии сдохнуть можно)

Авантюристы же продолжили свои странствия, они станут легендами Асхана, мир запомнит их как истинных героев.

(Угу, угу, аж десять раз. Но вообще, на этом заканчивается основной сюжет, дальше идет DLC Сокол и Единорог)

От возвышения до низвержения — один шаг, и, вернувшись в Карталь, герои оказались в окружении имперских рыцарей, под предводительством ангела Адиры — юстикара Святой Инквизиции. Обвинив опешивших авантюристов в осквернении исторических памятников, воровстве, убийствах, а также участие в пиратском рейде на Карталь, Адира велела рыцарям немедленно взять преступников под стражу и препроводить их в темницу островного форта Легайр, где они станут дожидаться суда. Так, герои оказались в заточении…

(И никто, ни одна сволочь, который они помогали, им не помогла)

Навестивший их на следующий день инквизитор, Каиндейл, лишь хохотнул, когда герои заикнулись о справедливом суде. Нет, они здесь потому, что таков приказ герцога Освина, пожелавшего избавиться от докучливых искателей приключений, и никакого суда не предвидится. Посему им предстоит провести в темнице остаток жизни.

(И Какого Хрена? Почему Герцог Грифон вот вообще не мог прижать инквизицию к ногтю, а тут Герцог Единорог с ними на короткой ноге? Как насчет императрицы, которая вроде как надеялась на помощь этих авантюристов? Как насчет самого Единорога, который вроде как осознал, что был не прав?)

Казалось, самое время предаться отчаянию, однако вскоре к камере, где томились авантюристы, подошел имперский рыцарь, Тиг, поведавший о том, что эту крепость приказал построить Император Легайр, именуемый также «Легайром Безумным». Ему повсюду чудились заговоры, и все так называемые «враги державы» заканчивали жизни свои здесь — исчезнувшие и позабытые. Ныне в форте Легайр размещен гарнизон солдат герцогства Единорога, по официальной версии — дабы наблюдать за действиями пиратов. Но, похоже, герцог Освин не гнушается пользоваться наследием безумного Императора.

Тиг хранил верность короне, и, зная, что наши герои брошены в темницу по ложным обвинениям, обещал, что поможет им бежать. Вот только покинуть Скалу Пеликана (название местности) непросто, рыцарь советовал героям попытаться добраться до Брига — пещеры, которой пользуются заключенные, чтобы временно покидать застенки крепости, они наивно полагают, что страже об этом не известно. Тиг предложил авантюристам разыскать женщину по имени Нила, фактически — предводительницу заключенных, она может располагать ценной информацией.

Судя по всему, имперцы предоставляли заключенным некоторую свободу в застенках форта, зная, что бежать у тех нет ни малейшей возможности. Добравшись до Брига, герои разыскали в этом подземном гроте Нилу и ее сподвижников, выходцев из Черных Клыков. Прежде у этой разбойничьей группировки было нечто вроде договора об альянсе с герцогом Освином, однако вскоре условия этого соглашения стали тому не по нраву, герцог предал союзников, и все предводители Черных Клыков в Йорвике были или казнены, или брошены в темницу.

(А в Картале все было наоборот. Клыки оказались недовольны нанимателем и предали его. Это ли не карма?)

Но даже здесь, в темнице, Нила сумела обернуть ситуацию в свою пользу, организовав доставку контрабанды как для иных заключенных, так и для стражей. Последних подобное положение дел вполне устраивает, поэтому они закрывают глаза на то, что Нила и ее подельники занимают эту пещеру, где ведут торговлю с нагами, доставляющими товары. Авторитет Нилы среди стражей возрастал, и разбойники полагали, что еще год — и предприимчивая женщина будет править Скалой Пеликана, а Черные Клыки обретут крепость вдали от ненужных глаз.

(М-да, наивняк полнейший. Тайная тюрьма, заключенные которой торгуют с внешним миром… Чё это за хрень? Чем они платили за товары? Почему не передали весточку о этой тюрьме на волю?)

Однако лидер иной группировки заключенных, Перрин, стремится прибрать к рукам налаженное Нилой дело, посему женщина предлагала героям сделку: те устраняют Перрина, она же рассказывает им обо всем, что знает о творящемся в форте Легайр.

Перрина и его подельников герои разыскали в одной из камер, отличающихся весьма роскошной обстановкой.

— Да я вас знаю! — воскликнул Перрин, обнажая клинок. — Проклятые авантюристы, покончившие с лордом Монтбардом! Вы все испортили! Когда вы убили его, разбойники, объединенные им, начали оборачиваться друг против друга. Проклятому Джону Моргану оставалось лишь дождаться, когда пыль уляжется, чтобы сделать свой шаг. Имперцы с легкостью сокрушили нас. Я сумел бежать от солдат Моргана, но был схвачен воинами Единорога при попытке покинуть полуостров. Не знаю, откуда, но герцог Освин знал, что я был одним из лейтенантов Монтбарда, посему приказал доставить меня сюда безо всякого суда.

(Уже хочется матом ругаться. Очередной злодейский монолог, дающий экспозицию. Ну и конечно обстановочка… Роскошная обстановка в камере, оружие у заключенных… Какого Хрена? Это вам не современная тюрьма где-нибудь в Норвегии, где зеки живут как в трехзвездочном отеле. Для многих откровение, но бывает и по-другому.

Даже сейчас тюрма может быть откровенно ужатным местом, и не только у нас в «Ужасной России», но и на «прогрессивном» западе. Во Франции, когда охрана заходит в камеру, зеки тут же должны встать мордой к стене, и если кто-то делает это не достаточно быстро, то его мордой в это стену ткнут, и по коридорам всех конвоируют только в наручниках, свободными руки бывают только в камере, в столовой, и в специальном загоне для прогулок. В Америке, охрана не считает зазорным давать в морду заключенным, если те вдруг ведут себя вызывающе.

И все это сегодня, в госучереждениях, что должно творится в частной лавочке, скрытой от широкой общественности в мире, где жизнь конкретного человека ничего не стоит? Я не прошу показать нам, как надзиратели насилуют женщин, или пытают героев ради забавы. Но вот этот вот разброд и шатание явно лишние)

Покончив с Перрином и его сподвижниками, рейдеры сообщили об этом Ниле, и та, обрадовавшись, исполнила свою часть сделки, рассказав, что за день до героев в форт была доставлена иная пленница — жрица Эльрата по имени Розали. Её содержать в одиночной камере в покоях, занимаемых инквизиторами. Быть может, Розали знает, что происходит, и как далеко простираются замыслы герцога Освина?

(Классная наводка. «Я не знаю, но есть тут одна леди, может она знает? Гарантий, конечно никаких, но у вас же всё равно выбора нет». На месте героев я бы решил, что меня кинули)

В одной из тюремных камер авантюристы обнаружили Маркуса Волка.

— Я думал, они доставят меня к проклятой тетушке, герцогине Ирине, — ответил тот на вопрос героев о том, как он здесь оказался. — Но, похоже, у герцога Единорога были на меня иные планы. Не знаю, зачем я ему понадобился, мне об этом не сказали.

Хоть и ненавидел Маркус героев, все же предложил им объединиться в попытке бегства из тюрьмы. поразмыслив, герои на это предложение согласились, и между делом сообщили Маркусу, что союзник того, Дунстан, на поверку оказался Безликим.

— Да? — без видимого интереса бросил Маркус. — Я не знал, да мне, честно говоря, и наплевать. Мой дядя частенько нанимал Чёрных Стражей из Брода Врадека, и именно они укрыли меня, когда был я вынужден бежать из герцогства Волка. Тогда-то меня и нашел Дунстан; ему необходимы были мои связи с Черными Стражами, и за это обещал он сделать меня герцогом Картала. Истинный наследник герцогства, лишенный того, что принадлежит ему по праву, становится герцогом собственной вотчины, даруя свободу притесняемым и позабытым мирянам… Разве не достойно подобное деяние остаться в сказаниях? Это стало бы моей местью дорогой тетушке Ирине, которая украла все то, что должно было принадлежать мне! Меня бы помнили как героя, а ее — как узурпаторшу!

(Что ж ты фраер сдал назад-то тогда? Напоминаю, что Маркус уже почти взял всё в руки, прежде чем опрокинул своих союзников, откровенно провоцируя на себя гнев Империи. Так что попытка раскрыть персонажа вышла откровенно на троечку, слишком уж Маркус непоследователен)

В иной камере герои разыскали, наконец, Розали, которая поведала им о причинах своего нахождения здесь.

— Помните книгу, которую мы обнаружили в логове разбойников? — спросила священнослужительница. — Заполненную странными числами? Перед тем, как передать ее герцогу, я переписала несколько страниц. Знаю, это было не очень разумно, но любопытство одержало верх; я хотела понять, что все это означает. Эти записи я показала старому товарищу — кузену Освина, лорду Уилфреду Килбурну, одному из последних достойных мужей Империи. Лорд Килбурн разделяет страсть мою ко всяческим загадкам. Вместе мы сумели убедиться в том, что то была действительно книга учета, содержались в которой сведения о торговых караванах, следующих из герцогства Единорога по Картальскому Тракту. По официальным сведениям, караваны сии везли зерно, но мы обнаружили, что на самом деле повозки были нагружены оружием! Мечи, щиты, доспехи — таинственно исчезающие из арсеналов герцогства. Обладая книгой учета, Монтбард знал, какие именно караваны следует грабить, чтобы обрести оружие, дабы экипировать свою армию разбойников. Понимаете, что это означает?

— Стало быть, именно герцог Освин тайно вооружал бандитов Монтбарда, — мрачно резюмировали герои, и Розали утвердительно кивнула:

— Да, так и есть. Освин — единственный, кто выигрывал, обращая безумца в реальную угрозу. Это позволило злокозненному герцогу выставить Императрицу в неприглядном свете, подорвать ее влияние, утверждая, что нападения разбойников — результат проводимой ею политики.

— Но как ты оказалась здесь? — поинтересовались авантюристы.

— Не думаю, что лорд Килбурн предал меня, — вздохнула Розали. — Скорее всего, обретя книгу учета, Освин решил избавиться от тех, кто помог ему вернуть ее и мог что-то пронюхать. Возможно, он также узнал, что я посетила особняк Монтбарда в герцогстве Гончей, и мог заподозрить, что я пытаюсь выяснить сведения, меня не касающиеся.

— Но ты искала сведения касательно своего рождения? — уточнили герои.

— Да, — отвечала девушка. — Я поговорила со старшей сестрой Монтбарда, нынешним регентом баронства. Она поведала мне, что в юности у Монбарда были отношения с сестрой Элоизой, занимающей весьма высокое положение в церкви Эльрата. Баронесса подтвердила, что их союз вылился в рождение девочки, будучи жрицей, Элоиза должна была оставаться непорочной, посвящая себя лишь Эльрату, посему представляете, какой бы скандал разразился, если бы об ее отношениях с бароном стало известно. Монтбард решил, что им следует оставить новорожденное дитя, чтобы спасти себя. В неприятии этого Элоиза покончила с собой. Монтбард так и не смог простить себе этого решения и страшных последствий оного, поэтому вскоре присоединился к ордену храмовников. Он так и не женился, и умер, не оставив наследника. Когда баронесса впервые увидела меня, то посчитала призраком Элоизы, и ее чуть было удар не хватил. Думаю, эту тайну я сумела раскрыть.

(Херня какая-то. Если Элоиза не хотела отдавать девочку, то почему совершила суицид, вместо того, чтобы воспитать дочь? И откуда взялась ересь про непорочность жриц? Открываем описание общественного строя в империи и читаем: «Согласно священным законам, целибат среди клира не обязателен, но жениться священники всё равно не торопятся». Да, возможно, на женатиков в среде священников поглядывают косо, но влюблённые были в своем праве, Элоизе даже не пришлось бы оставлять священный пост, или она могла бы без урона чести его оставить. А уж почему Монтбард не объявил Розалию своим бастардом, которого он признает и узаконивает в правах, я вообще не понял. Тут тоже у него есть все права, и будучи неженатым он скорее уж обязан был либо узаконить бастарда, либо взять на попечение так называемого «подмастерия», сироту, которому отойдет наследство, титул и обязанности)

— Как же нам бежать отсюда? — перешли насущным проблемам авантюристы.

— Когда мы сумели расшифровать книгу учета, лорд Килбурн посоветовал мне поделиться добытыми сведениями с единственной из ангелов, достойной доверия: Орной. Она поместила все собранные нами доказательства в свой Реликварий, вне досягаемости Освина, а также обучила меня ритуалу, который я должна буду провести, если вдруг окажусь… в затруднительном положении.

Стены форта Легайр защищены заклинаниями, и провести ритуал Света в пределах крепости возможным не представляется. Поэтому Розали предложила авантюристам подняться на крышу форта, но прежде герои уничтожили баллисты, чтобы имперцы не сумели их с помощью покончить со спешащими на помощь узникам.

(И снова никто ничего не заметил до самого конца)

Сразив инквизитора Каиндейла и его приближенных, герои поднялись на крышу форта. Розали провела ритуал, и вскоре на выручку к ним пришли как ангел Орна, так и грифоны, которых она привела с собой. Неожиданно Маркус бросился вперед, и вонзил нож в спину Розали, после чего поспешил оседлать одного из грифонов. Вот только грифон сбросил всадника, и тот, не удержавшись на крыше, полетел вниз, разбившись о камни у подножья крепостных стен.

К счастью, Орна сумела исцелить раненую Розали, и поведала ей, что в настоящее время Императрица Гвендолин встречается с герцогами Империи в Белом Утесе, где расположен ее летний дворец, чтобы обсудить события, случившиеся на полуострове Агин. Ангел полагала, что герцог Освин не преминет сделать свой ход и станет просить руки Императрицы.

(Я только что еще больше разочаровался в Антоне Грифоне. 11 лет назад, во время войны Второго Затмения, Гвендолин уже оказывала ему знаки внимания и делала прозрачные намеки. Я был уверен, что они уже женаты (узнал я об этом из Героев 7), а тут оказывается, что светлоголовый валенок 11 лет сопли жевал)

— А ведь, если подумать, Гвендолин не замужем, не имеет наследника, и проводимые ею реформы создали глубокий раскол между герцогствами, — задумчиво молвила Розали. — Со времен Брайана Сокола Империя не была столь разобщена. Жест Освина может показаться не только способом воссоединить державу, но и усилить ее. Несмотря на все то, что вы сумели сделать на полуострове, Освин продолжал давить на Императрицу, и, возможно, она будет вынуждена принять его предложение, или же утратит поддержку герцогства Оленя и Быка, которые до сих пор сохраняли нейтралитет… Освин не станет Императором, он будет называться лишь консортом, но Императорами станут их наследники, и, думаю, добивается он именно этого. Дабы семя Единорога восседало на имперском троне. И думаю, после рождения наследника, Освин не погнушается избавиться от Гвендолин…

(Бред сивой кобылы, сразу в двух моментах. Во-первых, поддержка Императрицы герцогами Оленя и Быка, которые сохраняли нейтралитет. В таких ситуациях, политические силы делятся на три категории: Лоялисты (верные короне), оппозиция (против короны) и нейтралы (не вошедшие в первые два лагеря). Получается, что поступок Гвендолин никак не может лишить её поддержки нейтралов, хотя бы потому, что нейтралы её не поддерживают. Ну и семя Единорогов, это вообще сюр, многоходовочка на 20 лет. Герцогские и императорские дома за полтысячи лет со дня основания империи уже десятки раз смешивались между собой, они все по тем или иным причинам могут претендовать на престол. Сама суть сюжета Героев 7 вертится вокруг того, что род Сокола прервался и теперь герцоги грызутся за освободившееся кресло. Освин мог желать жениться, стать консортом, убить жену и объявить себя императором, а не вот это вот все)

Розали решила, что выбора у них нет: нужно как можно скорее прийти в Белый Утес и предоставить доказательства участия Освина в событиях на полуострове Агин. Грифоны доставили героев и Розали на полуостров, поскольку расположен Белый Утес в восточных пределов побережья Тирия, они вернулись в Приморский Сорпригаль, спустились в подземную бухту контрабандистов, и откуда, на лодке, добрались до означенного города. Вот только пробраться в летний дворец незамеченными им не удалось, герцог Освин загодя предупредил имперских солдат о возможности прибытиях беглых преступников, поэтому последним пришлось с боем прорываться внутрь, во дворец.

(Какого Хрена? Тюрьма на Утесе Пеликана была тайной, официально там находился форпост для наблюдения за пиратами. О каких сбежавших пленниках Освин сообщил армии?)

Когда они достигли тронного зала, герцог Освин в присутствии дворян Священной Империи предложил Императрице Гвендолин союз домов Сокола и Единорога. Путь авантюристам преградила ангел Адира, но Розали все же успела выкрикнуть:

— Не слушайте лживые речи герцога Освина, Ваше Величество! У нас есть доказательства, что совершил он предательство по отношению к Империи!

Освин с возмущением отверг обвинение, после чего приказал Адире немедленно покончить с наглецами, посмевшими вторгнуться в летний дворец Императрицы. Ангел атаковала авантюристов, но Императрица приказала ей отступить, после чего обратилась к прибывшим:

— Я знаю, кто вы такие. Розали, дочь лорда Монтбарда, а также четверка авантюристов, низвергнувших тьму, угнездившуюся в Картале. Эти люди не разбойники, герцог Освин, а герои. Мы же можем выслушать то, что они хотят сказать нам верно?

(Почему она вообще его спрашивает, если наши герои свидетельствуют именно против Освина. Или это такой «тонкий» тролинг?)

— Они… простолюдины, Ваше Величество, — запинаясь, произнес Освин, хватаясь за последнюю соломинку. — Их следует бросить в темницу уже потому, что они посмели заявиться на наш совет! Словам их не следует доверять.

— Это так? — с холодной уверенностью улыбнулась Императрица. — Тогда давай спросим ту, которая не может лгать?

Обернувшись к Адире, Гвендолин поинтересовалась:

— Юстикар Адира, знаешь ли ты о действиях герцога Освина, которые могут быть расценены как предательство Империи или лично меня?

(Круто! А почему раньше так никто не делал?)

Ангел долго медлила с ответом, а затем, осторожно подбирая слова, молвила:

— Герцог Освин действует, ставя прежде всего интересы Империи, Ваше Величество.

— Странно, что юстикар Святой Инквизиции избегает прямого ответа на столь простой вопрос, — нахмурилась Гвендолин. — Думаю, надлежит заняться расследованием сего, не так ли, герцог Освин?

Герцог Освин побагровел, принялся кричать о недопустимости подобного скандала сейчас, когда Империи как никогда необходимо единство. Приказав страже урезонить герцога, Империя вновь обратилась к новоприбывшим, прося баронессу Розали предоставить веские доказательства своих обвинений.

— Доказательства находятся в ведении ангела Орны и лорда Уилфреда Килбурна, — ответила девушка.

Вперед выступил герцог Антон Грифон, поручился за лорда Килбурна, с которым сражался рука об руку в час Второго Затмения в битве у Престола Сокола, сам Эльрат нарек его «солнечным паладином». Гвендолин постановила, что нужно немедленно призвать упомянутого барона в Белый Утес, а пока герцог Освин и ангел Адира останутся под стражей.

(Килбурн, если кто не помнит, это тот рыцарь, что составлял списки людей, и по спискам которого инквизиция жгла на кострах всех в подряд. В данной игре он отметился как картограф, что собирался составить самые свежие и точные карты полуострова. И хотя Антон действительно сражался вместе с ним, не понятно, когда наш ушибленный на голову Грифон успел пообщаться с Эльратом, не помню такого)

Прибывший в летний дворец лорд Уилфред Килбурн подтвердил слова Розали, и Императрица постановила, что за предательство державы Освин лишается своих земель и титулов, и остаток дней проведет в заточении в форте Легайр. И, поскольку наследников Освин не оставил, трон герцогства Единорога перейдет к его кузену, лорду Уилфреду.

Лорд Уилфред был потрясен заявлением Императрицы до глубины души, но иные герцоги, и в первую очередь Антон Грифон, приветствовали его новый титул.

— Я сделаю все, чтобы оправдать подобную честь, Ваше Величество, и клянусь посвятить жизнь свою служению Империи, Дракону Света и люду герцогства Единорога, — Поклонился новый герцог Единорог. — Но герцог Единорог не может в то же время оставаться рыцарем баронства Килбурн. Поэтом я хотел бы даровать сей титул…

С намеком он покосился на четверку авантюристов, последние опустились на колени, а Императрица Гвендолин постановила:

— Да будет так. Рейдеры Водопада Молота. Герои Картала. Искатели приключений. Отныне вы — рыцари баронства Килбурн.

(Забавно, ведь компания приключенцев по умолчанию, а значит наиболее каноничная, это магичка, эльфийка, орк и гном. Говоря иначе, это безбожница, демоническое отродье и два иноверца, не самые очевидные кандидаты на место воинов Эльрата. Но один орк-рыцарь уже засветился в истории, так что нам не привыкать)

Теперь, когда лидер противников Императрицы Гвендолин оказался в заточении, они вскоре признали ее реформы. Несмотря на то, что первые годы правления дались ей нелегко, Гвендолин стала одной из величайших правительниц Священной Империи, и после случившегося с Освином Единорогом никто боле не смел недооценивать ее. Что до герцога Уилфреда Единорога, то он сочетался законным браком с баронессой Розали, и аватар Эльрата снизошел, дабы благословить их союз.

(Круто, нет правда круто. Вот только почему-то аватар Эльрата не почесался, чтобы благословить брак какого-нибудь императора. Или разрулить ситуацию в момент кризиса в стране. Как жаль, он снизошел только к двум персонажам у которых все истории три страницы текста на двоих)

В Священной Империи начиналась новая эпоха мира, процветания и просвещения, а четверка авантюристов, посвященных Императрицей в рыцари, какое-то время наслаждалась обретенными землями и титулами, однако вскоре вновь поддалась зову приключений.

Антон Грифон стал консортом Императрицы Гвендолин (говоря проще, женился), и у них родилось трое детей. Первенец, Морван, унаследовал трон Священной Империи. Второй сын, Вячеслав, стал правителем герцогства Грифона. Младшая же дочь Сорша избрала для себя военную службу.

Но ратующие за мир даже не подозревали, что дело Эребоса живо, и фанатичные последователи Повелителя Ассасинов продолжают скрываться в тенях. Ведь, помимо Салвина, Эребос взял в ученики еще двоих темных эльфов — Ваярона и Малвен, и именовались сподвижники Безликого «Клинками Эребоса». Именно эти двое приложили немало усилий, чтобы ввергнуть полуостров Агин в хаос. Умело и исподволь манипулируя орками, магами и эльфами, пребывающими на полуострове, Клинки Эребоса разжигали ненависть этих рас друг к другу, заставляя их вцепиться друг другу в глотки.

— Посейте семена раздора, пусть пламя мести сожжет наших врагов, — наставлял воспитанников своих Салвин, и Ваярон наряду с Малвен с радостью исполняли поручение консорта Туидханы.

(Я не понял, то Ваярон и Малвен ученики Салвина, то Эребоса, то опять Салвина. Можно мне немного определенности?)

С превеликим удовольствием перебив отряд эльфов, Клинки Эребоса обставили все так, будто нападение совершили орки, а, покончив на одном из трактов с имперскими торговцами, оставили свидетельства атаки эльфов. Кроме того, сразив древних энтов в священной роще, коварные эльфы сделали все возможное, чтобы сложилось впечатление о нападении, проведенном магами — тем, якобы, требовался материал для создания конструктов. А, совершив набег на шахты магов, Ваярон и Малвен позаботились об уликах, указывающих на бойцов Империи. Помимо прочего, темные эльфы заключили союз с Аджитом — искусным магом, давным-давно покинувшим Серебряную Лигу и возглавившим разбойников Черного Клыка; тот согласился на сделку, хоть и не понимал, зачем эти странные темные эльфы столь стремятся к хаосу и раздору.

(Охренеть можно. Начнем с того, что Аджит не мог покинуть Серебряную Лигу, так как до её образования еще 200 лет. Он вообще ничего не покидал, его выгнали за мошенничество, и выгнали из Семи Городов. Так же стоит учитывать, что Аджит ученик Агара, деда Фалагара и прадеда Зулейки. Ну знаете того самого Фалагара, друга Крэг Хака, седой и морщинистый дед. И Аджит был учеником его деда, а так же сватался к одной знатной волшебнице после восстания зверолюдей, что было за 100 лет до текущих событий. Так что у меня вопрос, сколько Аджиту лет и почему он выглядит как мужчина лет 30 максимум?)

Но, следуя заключенному договору, разбойники Аджита распускали слухи в тавернах, говоря о том, что солдаты Империи забрались столь далеко на юг, ибо весьма заинтересовались рудниками магов. А хорошие слухи, пусть, казалось бы, и самые невероятные, распространяются стремительно, сродни лесному пожару.

Так, скрываясь в тенях, Клинки Эребоса сумели вселить страх в сердца жителей полуострова. Они грабили караваны, оставляя трупы, изрешеченные стрелами эльфов или же обезображенные топорами орков, заботливо предоставленными головорезами Черного Клыка. И извечные враги сплотились, вместе обратившись против Империи.

(То есть Клинки Эребоса старательно старались всех поссорить между собой (непонятно, кстати, зачем, ведь Эребос хотел сильных противников), но все почему-то сплотились против Империи? Гениально)

Но все пошло прахом, когда пришли вести о том, что замыслы, вынашиваемые Эребосом на Карталь, провалились, а сам Повелитель Ассасинов и Салвин погибли в противостоянии авантюристам. Лишившись названного отца, Ваярон и Малвен решили затаиться, однако они продолжали сеять хаос в Асхане, и возглавляемый ими клан ассасинов, Клинков Эребоса, существовал в тенях этого мира.

(Но это так, к слову о том, что «со смертью Эребоса исчезло наследие тех, кто жаждал войны со времен Войны Древних». И да, в догоночку, напоминаю, что мы разбирали события 575 года Седьмого Дракона)

В 586 году начинается Подгорная Война, что продлится вплоть до 702 года. Это была война между тёмными эльфами и гномами. Единожды война была прервана в связи со временным перемирием, но затем вновь возобновилась. Когда тёмные эльфы осели на границе владений гномов, отношения между расами стали предельно натянутыми. Сначала были короткие столкновения и конфликт интересов, что постепенно перетекли в открытую войну.

Гномы под началом Хатора Орландссона, первыми начали войну с тёмными эльфами. Последние потерпели поражение и ушли на юг, в горы.

(Да, из гор в горы. Вообще я по карте так и не понял, в каких горах была война и в какие горы они направились. Если это было царство гномов рядом с Иролланом, то на юге находится великая степь Империи Сокола, а если на полуострове Агин, то южнее гор море)

Видя, что поражение темных эльфов в Подгорной Войне неизбежно, демонологи из Семи Городов обращаются к сыновьям Туидханы, как и безликие, они предлагают свою помощь в обмен на поклонение Дракону Хаоса Ургашу.

(Кампания Раилага и компания Вейна проходят на фоне Подгорной Войны, но лично у меня не сложилось впечатление, что это так, хотя один из братьев Раилага упоминал об конфликте с гномами, но именно о конфликте и возможном начале войны. Так же один брат Реилага уже был демонопоклоником, тогда как по Лору, алые маги пришли ко всем сыновьям Туидханы уже после того как их оттеснили на юг)

В 610 году начинается конфликт между Домом Вечности (Некромантами) и Домами Духа (Призыватели Элементалей) и Материи (Алхимики). Этот конфликт назвали восстанием некромантов. Конфликт продолжался вплоть до второй вспышки магической чумы в 660 году.

(Вторая магическая чума — это уже компания Вейна, и снова никаких признаков войны, на фоне которой все проходит. Во-первых, вторая магическая чума поражала только некромантов, почему вдруг другие дома проявили благородство и прекратили конфликт дав Культу Паука оправится? Ведь позднее гражданская война магов возобновится. Во-вторых, сами некроманты ни разу, даже краем, не упоминали буквально вчера прекратившийся конфликт. Пусть Академии Волшебства не было среди играбельных фракций Героев 6, но сделать для DLC парочку «нейтральных» отрядов, как например делали для Героев 4 можно было. Да и в той тонне диалогов, что там была, можно было бы пару строк черкануть)

На этом мы закончили разбор Might and Magic X: Legacy, что тут можно сказать? Не буду трогать гемплей, хотя желая «вернуться к истокам серии» разрабы состряпали достаточно спорный проект. Говоря чисто о сюжете, можно с ходу отметить, что все очень плохо.

Помните мой список тупых штампов, пункт 3: « Тупой злодей без всякой мотивации, что хочет войны или уничтожения всего живого просто ради войны и уничтожения всего живого. При наличии в любом произведении признать оное произведение шлаком»? Ну что же, с этой позиции МиМ 10 — шлак. Мотивация героев тоже вызывает вопросы. Чего они хотят, зачем делают что-либо и чем в итоге все закончилось? «Они хотят справедливости» и «их ведет дорога приключений» — вот и все, на что расщедрились сценаристы.

Активное заигрывание с тематикой научной фантастики тоже вызывает недоумение. Тут хочется сказать как в анекдоте про попа в сауне: «Отче, вы либо крестик снимите, либо трусы наденьте». Вот уж действительно, стоит определиться и не пытаться усесться на два стула сразу.

Многие второстепенные герои и даже простые НПС имеют за собой историю. Это бесспорно плюс. Истории эти подчас откровенно глупые, и есть они далеко не у всех, что, несомненно минус. Например, я бы очень много отдал, чтобы услышать предысторию первого квестодателя, рыцаря-орка, что служит комендантом городской стражи в имперском городе. Уверен, его история была бы достойна книги. В то же время встреченные героями сестры ракшасы, что противостояли своим мятежным братьям из культа Мяу, до сих пор вызывают у меня нервный тик. Посмотрим, что ждет нас дальше.

История Асхана (Might and Magic Heroes Online часть 1)

(В прошлый раз мы закончили на на разборе МиМ 10 и упоминании подгорной войны, восстания некромантов и второй магической чумы. После кампании Вейна идет более 50 лет мира, вплоть до Третьего Затмения в 717 ГСД. Эти события мы могли узнать из браузерной онлайн игры Might and Magic Heroes Online. Игру закрыли 30.12.2020, и хотя их сайт еще можно найти и там вам даже предложат регистрацию для игры, но команда разработчиков уже закончила поддерживать проект и официально объявила о закрытии.

Не могу сказать, хорошо это или плохо. С одной стороны, иногда лучше плохая игра, в которую можно сыграть и хотя бы посмеяться с того, как все плохо, чем вообще без игры. Но тут игроделы (не знаю уж была это блажь разрабов или указание правообладателя) и правда превзошли все границы. Единственный встреченный мной положительный отзыв об игре сводился к тому, что у игры хорошая картинка, большое разнообразие существ… и все. Остальные комменты — это ругать на отсутствие баланса и на немилосердный донат, ведь часть артефактов можно было купить только за реал и артефакты эти позволяли нанимать больше войск в замке, что тут же создавало не преодолимую бездну в силах между теми кто играл без заноса денег и теми, кто занес хотя бы минимальную сумму.

К слову об отзывах к игре. Меня несколько удивило, что вообще никто ничего не говорит об сюжетной компании, которая в этой игре достаточно обширна. Похоже что в онлайн игрушки все режутся в первую очередь для PVP, что немного грустно, ведь сюжетка там была не ради галочки, её официально введи в общий ЛОР. Но давайте посмотрим, что же нам может предложить сюжетная компания Might and Magic Heroes Online)

В 717 году, во время краткого лунного затмения, когда отряд демонов проникает в мир, случилось Третье Затмение, которое назвали «Драконьей Охотой».

(К сожалению нам не говорят, почему третье затмение было кратким, и почему в этот раз через брешь в барьере Сар-Илама проник только сравнительно небольшой отряд. Можно было бы предположить, что тут виноваты Слезы Асхи, но нам этого не говорят и мы можем только строить собственные теории)

На этот раз Слепые Братья верно предсказали время затмения, и государства Асхана были готовы к вторжению.

(Ха! Не перестаю удивляться, как сценаристы загоняют себя в яму буквально одной фразой. Я же запомню, что «все» государства были «готовы» к вторжению. Запомню и припомню)

Немногочисленные демоны, которым удается вступить в Асхан, ищут скрытые Убежища Драконьих Рыцарей, орден которых был основан в 62 ГСД, и ведут с ними тайную войну, из которой Драконьи Рыцари выходят победителями.

(И это фиаско, буквально в следующей фразе. Все так были готовы, что демоны смогли от них скрыться и даже повести полноценную тайную войну под носом у таких «готовых» государств)

Война Третьего Затмения поставила под вопрос существование Драконьих Рыцарей — многие войны ордена были убиты, их тайные Убежища уничтожены. Ордену требовались новые рекруты, но лишь немногие обладали необходимыми качествами, чтобы продолжить начатое дело. Только самые мудрые и терпеливые могли пройти проверку в Долине Загадок, которую глава ордена создал для своих будущих союзников.

(О том, что смену можно не только набирать со стороны, уже готовую, но и воспитывать с нуля, они похоже не знали)

Но знаменателен 717 год войной не только против демонов Шио, но и против загадочного Ордена Пустоты, пустоманты которого начали свою игру, вознамерившись низвергнуть Драконьих Богов.

Положив ладонь на рукоять своего меча, воткнутого в каменную поверхность утёса, Драконий Рыцарь молча наблюдал за ожесточённой осадой укреплённого города, и зорко всматривался в бескрайнее море наступающих войск вместе с Драконьим Магистром, находившимся в облике дракона.

— Этот воин… Вы верите, мы нашли то, что искали? — обратился Рыцарь к своему спутнику, заметив, что внимание того всецело приковано к одному из участников кровопролитного боя.

— Скоро узнаем.

— Итак, мы стоим в стороне, и наблюдаем на расстоянии? Как мы всегда делаем?

— Я верю, что это время подошло к концу, — пророкотал в ответ Магистр. — Мы должны действовать.

(А вот тут был неплохой момент. Дело в том, что созданные черт знает когда Драконьи Рыцари не участвовали в известных нам лунных затмениях. До этого они вообще представали только в виде Кейт Грифон (она же Дейдра Олень), и понять какого хрена они из себя представляют, было решительно невозможно. Поэтому если бы сценаристы посто ввели древний орден, цель которого борьба с демонами, лично я бы задал вопрос: «а где собственно они были?». Тут же нам объяснили, что у них есть некоторая причина, по которой они лишь наблюдали. Для вступительного ролика неплохо, но я надеюсь, что в будущем нам все же объяснят этот момент подробнее)

— Я понимаю, — произнёс Рыцарь, кивнув дракону. — Я приму все необходимые меры.

— Хорошо. Теперь мы должны уйти. Собирается буря.

Если верить легенде, именно воину (или магу), отмеченному в тот день Драконьим Магистром, предстояло стать одним из самых известных Драконьих Рыцарей в истории. Разгадав немало загадок и преодолев множество опасностей на своём нелёгком пути, этот герой, тогда ещё не подозревавший о своём предназначении, навсегда вписал свои благородные подвиги в летописи Асхана.

Единственной тайной, и поныне окружающей храброго героя, остаётся его личность, ибо не сохранилось никаких сведений о его поле, возрасте или имени, равно как и о том, кем он был до того, как обрёл своего внутреннего дракона. В этом вопросе мнения учёных мужей, которые когда-то получили возможность подробно изучить некоторые фолианты ордена, значительно расходятся. Согласно одним старинным текстам, таинственный воин являлся доблестным защитником Священной Империи Сокола, а согласно другим — верным служителем культа Паука, однако не исключено, что в недрах библиотеки могут храниться и иные истории, посвящённые жизни легендарного Драконьего Рыцаря. Существует и ещё одна версия, довольно успешно объединяющая все кусочки мозаики — за основу для образа спасителя мира были взяты сразу несколько Героев, которые когда-то вступили в орден и совместными усилиями достигли поистине невероятных свершений.

(И, как вы понимаете, это вступление к игре. Дальше мы можем выбрать за кого будем играть. На выбор две фракции, Империя Сокола и Культ Паука, и два класса персонажа в каждой фракции, воин и маг. Как и было сказано выше, сюжет за разные фракции отличается, истории идут параллельно и периодически пересекаются.

Лично я начну с кампании света (потому что никогда не был «темным пластилином») и обе компании буду описывать от лица воинских классов. Дело в том, что некоторые моменты компании света исключают для меня возможность того, что мы играем за священника, а вот рыцарь там смотрится более чем уместно. А с некромантами все еще интереснее, ибо воинский класс — это непосредственно некромант (рыцарь смерти, если точнее), а вот магический класс — это волшебник, новообращенный слуга культа, который только надеется вкусить бессмертия и тут строго наоборот, в некоторых событиях и диалогах неофиту просто нечего делать (в отличии от полноценного жреца), да и по ходу сюжета его за заслуги раза три бы повысили.

Но хватит вступления. Начнем)

***

— Отойди с моего пути, — произнёс рыцарь смерти, грозно взирая на одного из доблестных сынов Священной Империи Сокола. — Эти земли нужны Эрешу. Попробуй нам помешать, и ты найдёшь лишь смерть.

(Ну вот, опять, несостыковка. Помнится в предыдущей главе мы разбирали, что по новым канонам, в Эриш некроманты переберутся только через 56 лет. И Герои Онлайн вышли на год позже МиМ 10, а значит должны были учитывать это изменение в каноне. Но данное изменение столь незначительно, упоминается всего один раз, и его еще попробуй найди, что сценаристы то ли забыли про него, то ли просто забили и у нас опять Эреш)

Об этих закованных в броню гигантах, находившихся на службе у некромантов, ходили легенды. Говорили, что такой боец в одиночку был способен сокрушить своим молотом целый отряд хорошо вооружённых воинов, но истинного героя не могли испугать подобные слухи. Повинуясь приказу своего командира, лучники обрушили на противника дождь стрел, и после непродолжительной схватки тот оказался повержен.

(Таково вступление к компании. Как вы думаете, что же происходит?)

Даже несмотря на то, что волосы уже выбелены сединой, Император Дункан Сокол по-прежнему оставался талантливым полководцем и умелым воином. Когда имперский рыцарь переступил порог походной палатки правителя Священной Империи, тот как раз вёл беседу с двумя военачальниками, которые стояли по разные стороны стола, склонившись над картой. Одним из них был мудрый архангел Эрион, а вторым — рыцарь в богато украшенных латах, более известный, как Ведран из Стального Гребня.

— Слушай, — Дункан подозвал вошедшего к себе, дабы ввести его в курс дела. — На кону очень многое. Нужно разрешить этот кризис. Драконьи Рыцари хотят, чтобы Священная Империя и повелители смерти уладили разногласия по поводу границ. Я поддерживаю мнение Драконьих Рыцарей, что нам нужен мир. Я намереваюсь отправить своего лучшего дипломата, Альбина фон Хельвальда, на переговоры. Как предупреждает нас мой главнокомандующий, есть кое-какие сложности.

(Конфликт по поводу границ. В тот момент, когда «все» были «готовы» сражаться с демонами, у империи и дома вечности случился пограничный конфликт. Какого Хрена? И откуда взялся артикль «фон» в имени имперского поданного? Никогда раньше такого не было)

— Мы отправили Альбина на переговоры с бароном Черной Рощи. Он должен был вернуться давным-давно, — заметил Ведран.

— Не секрет, что Империя и… — вступивший в беседу Эрион сделал паузу, пытаясь подобрать подходящие слова, — вольнодумствующий барон Черной Рощи по-разному смотрят на политику. Полагаю, что барон бросил Альбина глубоко в темницу, чтобы командовать самому.

(Чего? Кого? А хрен его знает. Есть некий вроде бы не мятежный, но больно вольный барон, к которому отправляю дипломата, что должен был чем-то командовать. Барону это, предположительно, не понравилось и он бросил дипломата в темницу и принял командование на себя. Первоначально вообще непонятно, что происходит, зато понятно, что нам втирают какую-то дичь)

— Барон Мадог ап Фадир должен знать, что Священная Империя не ведёт переговоры с преступниками. Такому не бывать! — воскликнул Ведран.

(А теперь артикль «ап»? Почему у одного артикль немецкий, а у второго кельтский? Да хрен его знает! Что эти артикли вообще означают? Уверен, что и сценаристы не знаю, но звучит же прикольно)

— Ведран прав, — согласился с мнением главнокомандующего Дункан. — Но это меньшая из наших сегодняшних проблем.

— Верно! — подтвердил Ведран. — Мы получили весть о том, что во владения барона вторглись демоны. Мы не знаем, что повелителям Хаоса понадобилось в Черной Роще. Быть может, это как-то связано с мирными переговорами. Итак, будь то барон, который держит Альбина в заложниках или же демоны, которые пытаются сорвать мирные переговоры, — тебе в любом случае надо как можно скорее отыскать Альбина!

(«Все» были «готовы». Случилось затмение, но орда демонов не спешит причинять хаос и разрушения. По идеи все сидят на измене и ждут в полной боевой готовности. Но нет, когда демоны появились, отреагировал только Император Людей, да и тот послал лишь одного рыцаря разобраться что там и как. Гениально)

— Сопровождать Альбина из Черной Рощи в Престол Сокола должен один из моих лучших рыцарей. Вот почему я позвал тебя! — подвёл итог Император.

(Угу-угу. Люблю когда игра прямым текстом заявляет нам, что мы особенные. Чувство собственного величия прямо-таки урчит от удовольствия. Но если серьезно, то выходит кака-то херня. Мы еще не раскачены, армия у нас хреновая, и даже какой-то предыстории у безымянного героя нет. За что нас так похвалили решительно непонятно)

— Я знаю, что могу положиться на твою верность и отвагу, — произнёс Дункан, покидая палатку вместе с героем. — Сейчас грифон у восточных ворот доставит тебя в Черную Рощу. И напоследок вот, что я скажу: пусть Альбин фон Хельвальд и отличный дипломат, но вдобавок он ещё и упрямый старый чудак.

(Мне кажется, что одно ну никак не вяжется с другим)

Как и сказал Император, ездовой грифон действительно находился неподалёку от лагеря, на самом краю утёса Сокола, где терпеливо дожидался попутчика вместе со своим наездником.

(Стоп. Утёс Сокола это же центр империи и фактически столица не? Откуда тогда взялся рыцарь смерти в начале с его претензиями на "эту землю"? Или наш герой уже успел мухой метнуться от западного приграничья в столицу?)

— Запрыгивай и держись крепче, — беззлобно усмехнулся тот, наблюдая за тем, как герой остановился в растерянности. — Но не ожидай тёплого приёма в Черной Роще. Баронство не очень-то ладит с Императором, так что я бы не советовал тебе размахивать там знаменем Сокола…

(Лучший рыцарь, не знает как обращаться с ездовым грифоном, хотя нам подают это как нечто естественно… И что это за баронство, что не очень ладит с Империей? Или с правления Гвендолин и Антона в Альянсе Света развелись либерасты при живом батюшке царе?)

Путешествие продлилось достаточно долго, и вскоре грифон опустился на южное плоскогорье Черной Рощи, откуда начиналась извилистая каменная дорога, ведущая через скалистый перевал. Следуя по ней, герой вскоре очутился у развилки, где смог лицезреть ожесточённую схватку между девой-рыцарем и могучим энтом. Древесный страж был столь велик, что даже на спине своего верного скакуна воительница едва доставала ему до пояса.

(Лично мне в этот момент вспомнился Дон Кихот, что воевал с мельницей. Хотя я не уверен, что это именно отсылка, а не случайное совпадение)

— Посмотрите-ка на это! — воскликнула она, заметив появление посланника Дункана. — Гость из Престола Сокола! Скажи Императору, что людям Черной Рощи нет дела до его нелепых приказов и необоснованных претензий. И этого не изменить ни тебе, ни твоей армии.

(Да-да, армия, что мы пронесли в кармане, летя на грифоне. Честное слово, лучше бы на корабле до них плыли или порталом добирались)

В надежде убедить девушку сменить гнев на милость, рыцарь поведал ей о том, что цель его визита — отыскать пропавшего в здешних краях дипломата Империи.

— Альбин фон Хельвальд? — переспросила она, услышав его имя. — Видишь собор на той стороне? Там Альбин должен был встретиться с моим отцом, бароном. Но на встречу нагрянули повелители Хаоса. И чтобы не дать нашим адским гостям добраться до нас, мне пришлось уничтожить мост к собору.

В самом деле, каменный мост, служивший кратчайшим путём туда, где предположительно мог находиться Альбин, был разрушен в нескольких местах. Кроме того, даже с такого расстояния было видно, что часть собора охвачена языками пламени, и это вызывало в душе героя тревогу за жизни дипломата и всех тех, кому не посчастливилось оказаться в соборе в момент нападения порождений Ургаша.

(А она что делает снаружи? Почему никто не пытается восстановить мост? Что горит в несчастном каменном соборе черт знает сколько времени и почем те, кто там прячется до сих пор не потушили его? Почему никто не отреагировал на нападение демонов, ведь «все» были «готовы»? А так же еще тысяча и одна игровая условность, отупляющая сюжет, эксклюзивно от Юбисофт)

— Но если вам так не терпится схлестнуться с демонами, помогите мне с этим свихнувшимся болваном, — вырвал рыцаря из раздумий голос девушки, которая каким-то чудесным образом ухитрялась одновременно вести беседу и отражать яростные атаки противника. — После этого мы поговорим о том, как переправить вас на ту сторону. Готовы нарубить немного дров?

(Кстати да, вся эта милая беседа происходит на фоне битвы, что несказанно тупо)

Герой лишь коротко кивнул ей в ответ и незамедлительно ринулся в бой, тем более, что из лесной чащи вышли ещё несколько древесных гигантов, готовых прийти на помощь своему сородичу. Когда войска посланника Императора сразили всех стражей леса, понеся лишь незначительные потери, дева-рыцарь была вынуждена признать, что её неожиданный союзник оказался достаточно опытным бойцом.

(Угу, когда с тобой отряд в полсотни рыл, у тебя всегда есть возможность прослыть хорошим бойцом)

— Превосходно, Ваша Милость. Похоже, вы знаете, как возглавлять армию, а не только устраивать парады! — насмешливо заметила она. — Я — Рианвен, дочь барона Мадога. Я командую отрядами повстанцев к западу от реки Чёрная Змея. И, мне всё равно, кто вас послал, Император или придворный шут! Я не собираюсь чинить этот мост, потому что демоны только и дожидаются возможности нагрянуть к нам.

(Какие на*** повстанцы? Каким образом сломанный мост может помешать демонам нагрянуть? Особенно если учесть, что её отец не может принять командование над войсками именно потому, что отрезан от «большой земли»)

— Значит, Император рассказал тебе о наших маленьких стычках с повелителями Хаоса. И, как обычно, он сидит себе и ничего не делает! — Продолжала меж тем Рианвен. — Что ж, я не удивлена. Всё дело в маневрировании силовой политикой. Действительно, очень мужественно. Но кому, в любом случае, нужен Император, верно? Я у вас в долгу. Так что слушай, единственный путь к собору — пересечь реку Чёрную Змею выше по течению. Могу предложить провести тебя только до нашего лагеря. Пойдём?

(Какая боль… хреново связанный монолог, переполненный логическими ошибками, и это только самое начало. Если есть альтернативный путь к собору, почему им не воспользовались те, кто в этом соборе сидел? Почему сама Рианвен не вызволила отца? О каких политических маневрированиях идет речь, если все ждут демонов, и вот они, демоны?)

После того, как несколько разведчиков Рианвен, загнанных в ловушку дикими зверями, были спасены от гибели, герою и его спутнице пришлось прокладывать себе путь сквозь чащу. Спустя некоторое время имперцы достигли прохода, ведущего к Чёрному Побережью, однако тот оказался перекрыт одним из шаманов, принадлежащего к народу горцев.

(Угу-угу, на самом деле это эльф-друид, причем классический такой, еще из пятой части, с оленьей башкой вместо шлема. Но в оригинале он тоже «шаман», а переводчики зачем-то еще «горца» приплели, хотя в описании персонажа сказано, что он эльф, который сражается при помощи волков и саженцев энтов (которые в переводе почему-то стали «детенышами энтов»)Ну и шаманом он быть никак не может, так как мы уже разбирали, что это такое, в условиях Асхана)

— Может, моих созданий тебе и удалось победить, но этот проход станет твоим падением, — сказал друид, глядя на рыцаря. — Сегодня твоя душа оставит свою смертную оболочку. Дни, когда кланы высокогорья жили в тени лесов, закончились!

(А-а, теперь понятно, почему переводчики обозвали его горцем. Вот только маленький нюанс, исходя из этой фразы перед нами еще один сферичный повстанец. Он желает, чтобы [эльфы] высокогорья вышли из тени [эльфийских] лесов, а не просто с рыцарями пободаться. Правда в этом случае вообще непонятно, при чём тут рыцари и какого хрена он вообще там делает)

Взмахом дубинкой шаман отдал своим слугам приказ покончить с чужаками, но молодым энтам, даже при поддержке стаи кровожадных волков, оказалось не под силу сдержать натиск хорошо обученных солдат. Пока ударные отряды отвлекали внимание основных сил врага, небольшая группа воинов, возглавляемая посланником Императора и Рианвен, прорвалась к лесному чародею. Его гибель ознаменовала победу войск Империи, так как чары, которые повелевали над жителями леса, развеялись, вследствие чего те быстро утратили всякое желание сражаться.

(Про дубинку — это не я, реально так и называется артефакт «дубинка шамана», даром, что это посох выше роста самого шамана, со светящейся хренью на конце. «Дубинка»… да-а…)

— Славно! Больше этот мерзавец не будет околдовывать деревья. Оставить эти земли Природе, ха! Мне действительно интересно, кто вложил эту идею в головы кланов высокогорья, — презрительно фыркнула Рианвен. — Схлопотал он, надо сказать, знатно! Мне это нравится. Ты отнюдь не из тех, кто лает, но не кусает.

(Тот неловкий момент, когда ты кадришь девчонку просто выполняя свою работу)

Одним из трофеев, захваченных в битве, оказалась магическая дубинка шамана, возможности которой сразу же заинтересовали девушку, однако она решила побыстрее двинуться в путь, заявив, что если герой стремится к неожиданным встречам с жителями высокогорья, то не окажется разочарован. Эти дикари любили устраивать засады, пробираясь сквозь лесную чащу, а в дебрях Черной Рощи устраивали свои тайники, которые охранялись хищными зверями. По словам воительницы, именно там кланы высокогорья хранили свои самые ценные артефакты.

(Сокровище, которое можно использовать в текущей войне ни в коем случае нельзя использовать, а нужно спрятать, чтобы вражеская сторона могла трофеев приличных собрать)

Вскоре внимание рыцаря привлекла группа молодых энтов, которые почему-то бродили рядом с большим старым деревом. После победы над ними имперские войны обнаружили в тайнике под корнями небольшой сундук.

(В каком месте это тайник, если его охрана топчется у всех на виду?)

— Видишь, этот артефакт даже сильнее той старой дубины шамана, которую мы недавно нашли, — заметила девушка, разглядывая находку. — Мой покойный брат всегда говорил, что надо смотреть в оба, чтобы не упустить такие сокровища. Да укроет Асха его душу своими милостивыми крыльями… Но сейчас нет времени горевать. Там, впереди наш лагерь. Идём.

Основную защиту лагеря составлял высокий деревянный частокол по периметру и отряды добровольцев, вызвавшихся встать на защиту своей родины. Конечно, вряд ли они смогли бы что-либо сделать в случае полномасштабной атаки демонов, но остужать пыл кланов высокогорья им пока вполне удавалось.

— Добро пожаловать в наш скромный повстанческий лагерь, — произнесла девушка, спешившись возле свой палатки. — Я знаю, что это не то, к чему привык герой из Престола Сокола, но поскольку мы сражаемся на два фронта, готовиться к встрече имперских гостей нам было некогда. Я всё ещё удивлена, что Империя чтит нас своим присутствием, ведь мой отец и Император не очень-то ладят. Дело не в чистом воздухе и дивных пейзажах Черной Рощи. Мы далеко от Престола Сокола. Мы сами решаем, как жить, как думать и какому Дракону следовать. Вот почему Священной Империи наплевать на то, что на нас нападают кланы высокогорья или же терзают демоны. Но, чтобы доказать наши добрые намерения, мы тебе кое-что дадим.

(Что ты, черт побери, несешь? Если прямой конфронтации с империей нет, то с кем борются местные повстанцы? Почему на них нападают кланы высокогорья? Почему они не орут о демонах во все края, чтобы пришли войска всех заинтересованных государств и уничтожили заразу, а сжимают булки и терпеливо пытаются решить все сами?)

Приняв из рук девы флягу с чудодейственным отваром, посланник Императора сделал несколько глотков, и почувствовал, как усталость покидает его.

— Может, наше местное пиво и повкуснее будет, но уж отваги наберёшься, — заметила Рианвен.

В любом случае, повстанцам явно требовалась помощь со стороны, поэтому герой, недолго думая, выдвинул предложение основать небольшой городок поблизости, чем вызвал у своей собеседницы лёгкое недоумение.

(Игровые условности. Сказали бы уж крепость, хоть не так ухо бы резало)

— Город? Здесь? Точно? — переспросила та. — Просто… ты же знаешь, что Черная Роща и Император не очень-то ладят? Я так скажу, тут есть неиспользуемый холм к востоку от лагеря. Возможно, это могло бы стать началом прекрасной дружбы… с политической точки зрения.

(Угу-угу, «с политической точки зрения». Честное слово, когда девушки делают такие намеки, это даже как-то напрягает. Ну и слова про то, что империя и барон не очень ладят, я вообще не понял. При чем тут это? Или город это сродни некоему артефакту? Наш рыцарь просто предложил помочь основать поселение, все. Он не привел войска (кроме своих личных войск), не пригнал поселенцев, да он даже не лично этот город строить будет. С чего такая реакция?)

Когда город был возведён, герой поделился этим известием с Рианвен, которая в честь данного события предложила гостю выпить за хорошее соседство, при этом ненавязчиво намекнув, что путь впереди опасный, и слугой со служанкой ему не обойтись.

(С учётом того, что её можно взять в качестве попутчика, прозвучала эта фраза почти томно)

На следующий день рыцарю пришлось совершить путешествие в лес и раздобыть немного дерева для того, чтобы укрепить стены лагеря, изрядно пострадавшие от атак кланов высокогорья. После этого герой встретился с Рианвен, которая была готова разрешить ему проход по их землям в обмен на небольшое одолжение. Со слов девушки, торговец из лагеря отправил своего ученика собрать запас лекарственных трав для полевого госпиталя, однако тот до сих пор не вернулся. Обитатели лагеря давно ожидают его, и им сильно нужны эти травы.

После пары часов поисков несчастного паренька удалось обнаружить в густой чаще, где тот находился в окружении толпы минотавров и лучников-кентавров из кланов высокогорья.

(Чего бл*ть? Лесные эльфы вместе с минотаврами и кентаврами? Ладно, хер с ними, допустим это все-таки не лесные эльфы, и все совпадения (а так же описания персонажей) случайны, откуда там два вида зверолюдей? Просто, откуда?)

— Думаете, мы лишь жестокосердные звери и неудавшиеся создания? — проревел один из полулюдей-полубыков в ответ на приказ воителя отпустить пленника. — Вы ошибаетесь! Мы чувствуем боль, мы печёмся о сородичах, и заботимся о наших раненых. Но то, как вы с нами обращаетесь, не оставляет нам иного выбора, кроме как воровать у вас для собственного блага.

(Это еще что за блеенье в попытки оправдать себя? Я допускаю, что у зверолюдей действительно есть все основания для войны против всего мира, как и у орков, но именно наличие этих причин означает, что им не нужно орать о своих мотивах. Сильный не будет никого убеждать, что он сильный, красивому, не нужно доказывать, что он красивы, и нуждающийся не будет рвать на себе последние трусы, чтобы показать, в какой он нужде.

Если же нам подобным образом подают экспозицию, то я все равно ни хрена не понял. Кто угнетает горные кланы? При чем тут мальчик травник? Чем им поможет корзинка с травами, когда вокруг целый еб**ий лес, полный трав?)

— Ве… Верните мне мои травы, вы, отвратительные дикари, — послышался лепет ученика торговца. — На этих лугах достаточно травы для вас, коровоголовых, чтобы жевать.

(Ой дурак…)

— Сэкономь дыхание, слабак! — резко обернулся к нему минотавр. — Оно тебе понадобится, чтобы ныть перед твоими предками!

К счастью, войска посланника Императора покончили с жестокими существами прежде, чем те успели лишить пленника жизни. Поблагодарив героя за своё спасение, паренёк попросил сопроводить его обратно в лагерь, чтобы он смог рассказать наставнику о том, что произошло с ним и лечебными травами, которые у него отобрали жители высокогорья.

В благодарность за освобождение своего ученика и то, что в скором времени все раненые смогут быть вылечены целебными травами, старик-аптекарь (только что же был торговец. Опять что ли локализация жопой делалась?) подозвал рыцаря к прилавку, пообещав продать ему любой выбранный товар по специальной цене, но с условием, что тот никому об этом не расскажет. Из множества разнообразных целебных снадобий и зачарованных предметов посланнику Императора приглянулся лежавший на полке магический камень, на котором была начертана особая руна. Его реальная цена на рынке была больше восьмиста золотых монет, однако торговец оказался человеком чести и, следуя данному слову, продал товар намного дешевле. Положив покупку в свою дорожную сумку, герой направился к Рианвен, у которой узнал, что место, где можно пройти Чёрную Змею, называется Весами, и там находятся несколько мостов, построенных повстанцами

(Я спокоен, я чертовски спокоен. И я совершенно спокойно хочу поинтересоваться, почему повстанцы не восстановили мост к собору? Нам сказали, что это как-то может помочь демонам и что есть альтернативный путь. И как-то я думал, что альтернатива более или менее секретна… но у нас просто есть еще пара мостов выше по течению!)

— Поговори со стражем моста, и расскажи ему, что я послала тебя, — добавила дочь барона напоследок. — Он позволит тебе перебраться.

Покинув лагерь через северные ворота, посланник Императора пересёк лес и вышел к плоскогорью, где вскоре обнаружил упомянутого девушкой стража.

— Ты как раз там, где нужно. Эти острова зовутся Весами, — подтвердил тот. — Но нам пришлось уничтожить мосты, иначе вместо меня тебе пришлось бы разговаривать с демонами. Причём разговор, я думаю, быстро перешёл бы на личности. Но если тебе нужно перейти, то мы могли бы построить временную переправу. Всё, что нам нужно, это дерево и несколько первопроходцев, чтобы перестроить мосты. Я уверен, ты найдёшь немного приличной древесины поблизости. А вот первопроходцев… Опустошители высокогорья выгнали их всех в высокогорные фьорды, и построили заставу, чтобы держать нас подальше от своей территории. Впрочем, твои осадные машины запросто с ними справятся. Вернуть землю Природе… Ха, мы ещё посмотрим на это.

(Ох дебилы… почему об разрушении мостов не известно дочери барона, которая сейчас всем заправляет?)

Застава кланов высокогорья, которая располагалась к западу от моста, была построена с умом. За добротными деревянными стенами были возведены две высокие сторожевые башни, откуда защитники могли обрушивать на противника град стрел.

— Фьорды не принадлежат вам или вашим дряхлым богам! Они принадлежат Природе, которая даровала их нам. И теперь мы возвращаем этот дар, обагрённый вашей кровью, — проревел из-за стены минотавр, обращаясь к подступившим к заставе имперским войскам.

(Каким бл*ть «дряхлым богам»? Да, зверолюди не поклоняются божественным драконам, но вся «природа» в Асхане представлена Драконом Земли, Селланой. У кого и для кого они хотят отвоевать эти земли? И что начет слов эльфо-шамана о том, что они вырвутся из тени леса?)

Осада вражеских укреплений оказалась для посланника Императора нелёгкой задачей, так как в ходе ожесточённой битвы выяснилось, что защитникам удалось где-то раздобыть боевую машину, использовавшую в качестве снарядов горшки с горящей смолой, прозываемой «Огнём Арката». При попадании сосуда в цель его содержимое расплёскивалось во все стороны, обращая ближайших противников в пылающие факелы. Именно поэтому первым делом герой постарался уничтожить этот осадный механизм.

К счастью, огненные залпы не успели нанести много вреда, так что армия продолжила своё наступление, обладая неплохой защитой от стрел в лице имперских стражей и их больших щитов. У самых ворот, в створках которых уже зияли бреши, проделанные снарядами требушетов, армия рыцаря вступила в бой с покинувшей безопасные стены толпой минотавров. При поддержке кентавров те надеялись обратить врага в бегство, но не преуспели в этом. Когда посланный осадным орудием валун разнёс ворота на кусочки, атакующие наконец-то смогли ворвались внутрь, и вскоре ни от упрямых жителей высокогорья, ни от их фортификаций не осталось и следа.

Высокогорные фьорды встретили имперцев неприветливо, и в поисках первопроходцев им то и дело приходилось отражать атаки враждебно настроенных обитателей этих мест. В ходе нескольких таких ожесточённых схваток герою удалось обнаружить и спасти нескольких пленников, которые затем в целости и сохранности были доставлены к охраннику моста.

— Позволь мне поблагодарить тебя от имени моих товарищей, — произнёс тот. — Ничто мы не ценим так дорого, как свободу. Первопроходцы сейчас же приступят к работе. Пока мосты восстанавливаются, тебе следует посетить ближайший колодец маны, что к северу отсюда. Но не жди приятной прогулки, прекрасных пейзажей и доброжелательных людей. Убедись в том, что твоя армия достаточно сильна, чтобы сразиться с мерзавцами на обеих сторонах реки.

(Нахрена нас послали к этому фонтану? Но куда важнее другое, почему мы вообще послушались какого-то левого чувака?)

Достигнув колодца, посланник Императора неожиданно столкнулся с войском горцев, возглавляемых могучим мужчиной с длинной косматой бородой, который недружелюбно смотрел на незваных гостей, держа ладонь на рукояти стального молота гномьей работы.

(Вот этого персонажа я вообще не понял, он реально вылитый гном, а по описанию человек. Что там у них творится в высокогорных кланах?)

— Сначала мы разберёмся с повстанцами, а затем и с демонами, — пробасил он. — Ничто не может остановить нас теперь! Кланы высокогорья очистят эту землю от всех захватчиков.

(А почему бы не расправиться сначала с демонами, а уже потом с повстанцами?)

Враги оказали имперским войскам достойное сопротивление, но в конце концов были повержены. Сделав несколько глотков воды из волшебного колодца, герой поспешил обратно к стражу, который уже ждал его с радостными известиями. Первопроходцы восстановили мосты, и теперь можно было без труда пересечь Чёрную Змею.

— Но имей в виду. Ты наткнёшься на легионы демонов на том берегу, и чем больше ты убьёшь, тем лучше! — предупредил героя страж моста прежде, чем дать ему совет. — Поговори с сержантом Конором в Логове Змеи. Он — правая рука барона и может помочь тебе добраться до собора — Янтарного Шипа.

Некогда на одной из «чаш» Весов располагался красивый лес, называемый Янтарным, однако после вторжения демонов это чудесное место превратилось в безжизненное пепелище. Повсюду виднелись лишь обугленные остовы деревьев да покрытая коркой вулканической породы земля, из недр которой то и дело вырывалась раскалённая лава. Там, где раньше бродили звери и летали птицы, теперь сновали многочисленные толпы тварей Шио, уничтожая всё живое на своём пути. Немало порождений Ургаша пришлось убить рыцарю и его армии прежде, чем они достигли города под названием Логово Змеи, который стоял на берегу одноимённой реки. При виде демонической армии, осаждающей крепостные стены, посланник Императора не остался в стороне, решив протянуть братьям по оружию руку помощи в трудный час. Вместе им удалось изрядно проредить силы демонов, после чего герой смог попасть в город, где сразу же отправился на поиски Конора.

Впечатление, которое мужчина произвёл на рыцаря при встрече, оказалось несколько удручающим, поскольку выглядел он изрядно измождённым, а в тёмных глазах его плескались грусть и усталость.

— Что значит, ты не ведёшь подкрепления? Ты хоть знаешь, как долго я пытаюсь отстоять Логово Змеи? Видимо, нет, — в голосе сержанта звучало явное недовольство. — Барон? Он пару дней назад отправился на север за демоном Гарохом, укравшим рог бури Илата. С тех пор от него не было вестей. Этот проклятый рог! Мне нужны подкрепления, а не какой-то глупый символ, который якобы должен поднять боевой дух моих бойцов.

(Что-то я не улавливаю сути претензии. Баронство демонстративно отказывается от сотрудничества с империей и всячески подчеркивает свою независимость, но при этом, что дочь барона, что этот сержант охренеть как недовольны, что им не помогают с их трудностями. Император Дункан даже не уверен точно, есть тут демоны или нет, может ему весточку хотя бы послать, да о помощи попросить? Ну чтобы потом были хоть какие-то основания для воплей на тему «империи нет до нас дела». И почему барон то в соборе, но не в соборе? Сценаристы уже в собственной работе путаются?)

Неизвестно, какова была истинная причина нервного состояния Конора — бесконечная осада или же возложенные на него обязательства перед городом и жителями, однако в ответ на просьбу дать совет, куда стоит отправиться дальше, он лишь отмахнулся от героя со словами:

— Почему ты спрашиваешь меня, что делать? Спроси дочь барона, Рианвен. Воспользуйся порталом у восточных ворот. Он вернёт тебя обратно к лагерю повстанцев на Чёрном Побережье. Я бы и сам туда пошёл, но… понимаешь… кто-то должен охранять Логово Змеи.

(То есть между лагерем и городом есть полноценный портал, а мы как последнии дебилы шли в обход выполнив с десяток «сюжетных» квестов и с полсотни побочек? Просто… зачем?)

— Тьфу! Драконья кровь, зубы и кости! — выругалась девушка, стоило ей только услышать о происходящем в Логове Змеи. — Конор! Это суетливое трусливое подобие сержанта… Пожалуйста, мне нужна твоя помощь в этом кризисе. Я знаю, Император бы не расстроился, если бы мой отец никогда не вернулся из своего похода. Но я боюсь, что с людьми, подобными Конору, у нас не будет шансов выстоять против демонов и членов кланов высокогорья. Нам нужен наш лидер.

(Откуда столько удивления, если между городом и лагерем есть стабильный портал? Ни одного раненого не вынесли из осаждаемой крепости? Или из лагеря ни разу не прислали хотя бы провизии, не говоря уж о подкреплении?)

В помощь герою и осаждённым жителям Логова Змеи воительнице удалось выделить пару сотен вооружённых бойцов. Понимая, что это всё, чем она может помочь в данный момент, Рианвен взмолилась, чтобы герой нашёл и спас барона. Если не ради Черной Рощи, то хотя бы ради неё.

(Подкат, откровенный подкат. А ведь мы можем играть за персонажа женского пола. Вот она, прогрессивная лесбийская любовь в мире Асхана!)

— Подкрепления! Наконец-то! — радостно воскликнул Конор, увидев марширующие позади воителя отряды. — Мои бойцы отогнали большую часть захватчиков от северных ворот, так что теперь вы сможете пройти. Я бы отправился с вами, но я должен расставить свои войска. Ты сам командир, так что знаешь, каково это, верно?

Всего на краткий миг герою невольно пришла в голову мысль, что на самом деле сержант просто боится погибнуть на боле боя, однако тот, словно прочитав его мысли, поспешил пояснить:

— Не пойми меня неправильно. Я верен барону, и надеюсь, что ты вернёшь его, пока я продолжаю защищать Логово Змеи. И раз уж люди убеждены, что звук рога бури Илата вселяет отвагу в сердца солдат, то добудь и этот треклятый рог тоже.

(А вот теперь я не понял претензии к бедному сержанту. Комендант крепости не может себе позволить заниматься черте чем. На его плечах столько ответственности, что он в туалет лишний раз отбежать не может, не говоря уж о беготня черте куда, черте зачем)

Следуя по дороге, ведущей вглубь Янтарного леса, посланник Императора обнаружил нечестивый алтарь Ургаша, в центре которого возвышалась фигура гигантского демона, известного, как Гарох Поработитель. Презрительным и надменным взглядом окинул он своих противников, в то время, как его многочисленные слуги готовили для будущих пленников цепи и стальные клетки.

(Кому было известно имя демона? У него на лбу что ли имя написано?)

— Низкорослая немочь! Думаешь, что сможешь напугать меня этой зубочисткой, которую называешь оружием, и этой ничтожной армией старух? — хмыкнул один из военачальников Шио. — Мои надсмотрщики затащат вас в трудовые лагеря, как и вашего барона. Готовы примерить цепи?

Гароху пришлось дорого заплатить за эти слова, когда войско Империи, усиленное подкреплениями из лагеря повстанцев, уничтожило его армию одержимых, церберов и суккубов. Достойной наградой герою за победу над безжалостным демоном стал заветный рог, сорванный им с пояса поверженного противника.

— Ты вернулся с Рогом Бури? — изумился Конор, когда по возвращении в город воитель отдал ему артефакт. — Я знал, что ты отлично подходил для этой работы! А что насчёт барона?

Известия о печальной судьбе Мадога быстро остудили пыл сержанта.

— Отправлен в трудовые лагеря, — обречённо вздохнул он. — Понятно. Не думай, что я из тех, кто ожидает плохого исхода, но отправляться за бароном — это всё равно, что нахлёстывать мёртвую лошадь. Вместо этого мы должны поспешить и оставить эти брошенные лачуги демонам. Кому, кроме Императора, поможет то, что мы умрём под звуки какого-то окровавленного рога. Смерть стучится в наши двери, и в этот раз, боюсь, нам не удастся вырвать победу из когтей поражения. Полагаю, нам ничего не осталось, кроме как встретить нашу гибель с честью. Но я не буду удерживать тебя, если ты со своими людьми попробуешь вызволить барона. Поскольку барон является единственным, кто может открыть тебе проход к собору, то у тебя, похоже, нет выбора, кроме как спасти его от демонов… Если он всё ещё жив, в чём я серьёзно сомневаюсь.

Оставив Конора предаваться унынию в одиночестве, герой повёл свои войска в Тихие Рощи к востоку от Логова Змеи. На своём пути имперцы безжалостно истребляли всех встречных демонов и отгоняли особо назойливых лесных обитателей, пока внезапно не услышали доносившиеся откуда-то издалека звуки битвы. Это оказался могучий воин, который умело отражал своим боевым топором беспрестанные атаки наседавших на него демонов. С первого взгляда можно было сказать, что мастерство этого человека в обращении с оружием было велико, а валявшиеся неподалёку тела исчадий Ургаша лишь подтверждали это.

— Похоже, эти леса не такие глухие, как я предполагал, — заметил он, когда армия посланника Императора смогла прорваться к нему на выручку. — Ваша помощь пришла в самый раз, генерал. Одного старого скакуна будет недостаточно, чтобы выдворить этих демонов из наших лесов.

Когда все адские твари были уничтожены, выяснилось, что воин являлся именно тем, кого герой искал всё это время — бароном Мадогом.

— Хорошо сражались, генерал, — похвалил тот рыцаря. — Нет ничего лучше, чем совместно порубить нескольких демонов, чтобы познакомиться друг с другом. Но всё же я хотел бы точно знать, кому именно обязан своей жизнью.

На лице барона отразилось неподдельное изумление, когда он узнал, что его спаситель является посланником Императора. Мужчине даже в голову не могло прийти, что старик пошлёт кого-то спасти его, а не убить. Перед тем, как вернуть долг, Мадог заручился поддержкой героя, чтобы освободить своих людей, которых демоны утащили глубоко в Тихие Рощи. За это он пообещал своему союзнику открыть вход в туннель.

Наголову разбив отряды Шио, рыцарь вместе с бароном успешно вызволил из клеток пленных повстанцев, несказанно обрадовавшихся тому, что их лидер жив. Известие о возвращении рога Илата в Логово Змеи ещё больше воодушевило бойцов, и теперь они были готовы нагнать на проклятых демонов страх Дракона Воздуха.

— О чудо, вернулся в целости и сохранности, — довольно возвестил Мадог, вступая в пределы родного города. — Благодарю тебя. А теперь пойдём, я открою туннель к Янтарному Шипу, чтобы ты и твоя армия смогли пройти через него.

Спустившись по невысокой лестнице к подножию скалы, барон достал ключ и с его помощью открыл массивную дверь, скрытую в толще камня, после чего обратился к герою:

— Боюсь, я больше не могу оставаться рядом с тобой. Я должен находиться вместе с моими людьми. Надеюсь, в следующий раз мы встретимся не по разные стороны поля битвы. Но это уже зависит от твоего Императора. На другом конце лежит лощина, и за пределами этого рассадника демонов ты найдёшь собор Янтарного Шипа. Если там остался стоять хотя бы камень, то Альбин фон Хельвальд может быть всё ещё жив.

Преодолев лощину с её зловещими скалами и лавовыми озёрами, посланник Императора наконец вышел к единственному уцелевшему мосту через Чёрную Змею, который был оккупирован полчищами тварей Ургаша. С помощью усмирённых лавовых червей, беспрестанно изрыгавших сгустки пламени и лавы в сторону вражеских укреплений, те упорно пытались прорвать оборону защитников Янтарного Шипа. К счастью, то, что демоны всецело сосредоточились на осаде собора, оказалось рыцарю на руку. Подобно разящему клинку, его войско обрушилось на отродий Хаоса, для которых внезапное нападение сил Империи Сокола с полностью защищённого, казалось бы, тыла, стало полной неожиданностью. Несмотря на упорное сопротивление, демоны потерпели сокрушительное поражение, и вместе со своими «осадными орудиями» приняли смерть от острых мечей рыцарей. После этого герой поспешил к собору, где его встретил лейтенант, один из руководителей обороны Янтарного Шипа.

— Укуси меня ящер! Кому-то удалось пробраться через лощину! — воскликнул он. — Альбин фон Хельвальд? Он собирается запечатать вход в усыпальницу собора. Червь Бездны прорыл себе путь туда и повредил драконью жилу, а, следовательно, и Врата. Так что теперь, боюсь, выбраться из Янтарного Шипа можно только пешком. Спустись по ступеням к усыпальнице — там ты найдёшь Альбина.

К тому моменту, как воитель добрался до усыпальницы, старый дипломат уже выполнил свою нелёгкую задачу и, устало опираясь на посох, молча смотрел на дело рук своих.

— Император хочет, чтобы я обговорил условия перемирия между Священной Империей и некромантами? — изумился он. — Теперь я понимаю, почему демоны вторглись в Черную Рощу и пытались убить меня. Похоже, повелители Хаоса боятся соглашения. Но как они узнали про переговоры? Если хочешь, чтобы я сопровождал тебя в столицу, то мы должны разобраться с червём Бездны. Это восстановит драконью жилу, а вместе с ней и Врата. Я сниму печать.

(Как убийство существа, повредившее место силы, поможет это место восстановить? И с хрена ли демоны должны быть озабочены какими-то там переговорами? Они постоянно прорываются в мир смертных и их интересовали только хаос и разрушения)

Переступив порог усыпальницы, посланник Императора смог воочию лицезреть гигантского червя. Из широко разинутой пасти чудовища, обрамлённой несколькими мощными выростами, беспрестанно текла кипящая лава, образуя на каменном полу целые лужи раскалённой породы. Появление незваных гостей заставило адскую тварь издать оглушительный рёв, однако это нисколько не устрашило имперцев, которые бесстрашно ринулись в бой. Стремясь не попасть под сгустки лавы, изрыгаемые монстром, воины медленно, но верно приближались к цели, когда из дыры, проделанной отродьем Хаоса, на поверхность выбрались несколько его меньших сородичей — личинок. Хотя своими размерами эти существа заметно уступали червю Бездны, перед гибелью им всё же удалось унести с собой в могилу пару десятков людей. После этого храбрые бойцы Священной Империи бросили все усилия на уничтожение израненного червя, бездыханная туша которого вскоре с грохотом рухнула на пол.

— Благодарю тебя, — обратился к посланнику Императора Альбин, когда тот с победой вернулся из усыпальницы. — Теперь собор в безопасности, а Врата должны действовать вновь. Путь к Престолу Сокола свободен благодаря тебе и твоим людям.

К сожалению, радость дипломата от возвращения в столицу Империи оказалась омрачена внезапным появлением воинства Шио под предводительством демона Тарх-Нура, который преградил герою и его войскам путь к Вратам.

— Отдай нам Альбина фон Хельвальда, и я обещаю тебе быструю смерть, — повелительно произнёс он. — Твои люди не будут мучиться слишком долго.

— Он играет с тобой, — предупредил воителя Альбин. — Не думай, что я ставлю свою жизнь выше других. Я готов принять смерть мученика, возникни в том нужда. Но мы не достигнем ничего, если поддадимся. Мы все просто умрём! Я знаю, что ты тот, кто играет по-крупному. Покажи этим гнилым, легкомысленным негодяям, на что способно храброе сердце!

(Господи, верните мне дочку барона, от неё такие фразы звучали как подкаты, а из уст старика это звучит как форменное издевательство)

Две могучие армии схлестнулись в битве. Поддерживаемые своей искренней верой и доблестью, имперские воины сумели отбросить первую волну нападавших, чем привели повелителя Хаоса в неописуемое бешенство.

— Желчь и пламя! — взревел он. — Я знал, что эти слабаки, которых мне отрядил Гарох, не стоят потраченной на них серы.

— Каков командир, таковы и солдаты, я бы сказал…– не удержался от остроты старый дипломат, усмехнувшись в густую бороду.

— Ты думаешь, я сдамся так просто, смертный? Я — великий Тарх-Нур из царства Боли, мастер пыток, посланник Безжалостного Кха-Белеха. Приготовься гореть в печах Шио!

— Стой твёрдо, — обратился Альбин к герою. — Это исчадие настроено серьёзно! Надёжный клинок будет самым подходящим переговорщиком в этом споре!

С удвоенной яростью отродья Ургаша обрушились на солдат, однако имперцы устояли. Не обращая внимания на потери в своих рядах, воины продирались сквозь строй противника с одной-единственной целью — одолеть самого повелителя Хаоса, и в итоге их устремления увенчались успехом.

— Как… Я… Я — Тарх-Нур… Повелитель… — только и смог прохрипеть поверженный демон.

(М-да, фраза как у клишированного злодея)

— Хорошего возвращения в темницу Ургаша, демон! И расскажи своим приятелям там внизу, как неловок был великий Тарх-Нур, похищая болтливого старикашку, — произнёс Альбин, после чего повернулся к своему спутнику. — У этого бедного демона не было ни единого шанса против твоей армии! Теперь же… Давай навестим этого старого пройдоху Дункана.

Благодаря магическим вратам посланник Императора и старый дипломат быстро очутились на соборной площади столицы Священной Империи — Престола Сокола, где у самого входа в главный собор их ждал Дункан.

— Альбин фон Хельвальд! — радостно воскликнул он, приветствуя долгожданных гостей. — Я рад, что ты жив.

— Поверь мне, я тоже рад! — отозвался тот. — В следующий раз, когда соберёшься отправить меня на дипломатическую миссию, проследи, чтобы там не были замешаны демоны.

— Мои извинения, старый друг. Мы не ожидали, что они доберутся до самого Янтарного Шипа.

— Извинения приняты. А я не ожидал, что в городе окажется один из лучших игроков в кости. Если вы простите меня, я должен свести старые счёты за игровым столом в «Пьяном Грифоне». Пошлите за мной, когда делегация будет готова отправиться на мирные переговоры с некромантами.

(Какой игрок в кости? Какого хрена вообще происходит?)

Проводив взглядом удаляющуюся фигуру Альбина, Император повернулся к терпеливо ожидавшему его герою:

— Теперь, пока мой ворчливый старый друг погряз в игре в кости, позволь мне наградить тебя за твою верность. Я уведомил казначея и квартирмейстера, что ты придёшь к ним за припасами и солдатами.

Когда рыцарь пополнил свою армию новыми силами, кошель — звонкими золотыми монетами, а небольшую походную телегу — свежей древесиной, то поспешил вернуться к Дункану.

(Войны священной империи настолько суровы, что жрут древесину вместо пайков. Но если серьезно, то подобное отношение к игровым условностям кажется просто странным. Я встречал инди проекты, собранные на коленке за полтора пузыря водки и батон черного хлеба, что интереснее подавали свои механики и обыгрывали условности. А тут хрень какая-то)

— Отлично. Но помни, что удача, а не жадность, благоволит смелым. Жадность — это толстый демон с маленьким ртом, и сколько бы он ни проглотил, ему всегда мало, — заметил правитель Священной Империи. — Кстати, как я слышал, ты принял бой с демонами в Черной Роще. Твоё имя здесь у всех на устах. И у тебя, похоже, есть один особо настырный поклонник… Стражники заметили загадочную личность, преследующую тебя, после того, как ты появился здесь. Они попытались схватить её, но она скрылась в восточной части соборного квартала. Тебе следует встретиться с ней лицом к лицу и выяснить, каковы ее мотивы.

(О-о, тайная поклонница, игра ты меня балуешь, я еще от намеков дочери барона не отошел)

Своего преследователя рыцарь обнаружил в небольшом проулке соборной площади. Помимо царившего там сумрака, фигуру незнакомца с ног до головы словно окутывала пелена тьмы, не позволяя в полной мере рассмотреть его лица. Лишь лёгкие боевые доспехи, украшенные испускавшими лиловый свет магическими камнями, и обманчиво хрупкое телосложение выдавали в таинственном субъекте женщину-воительницу.

— Вот мы и встретились. Жизнь — это путь Девы, долгий и извилистый. На его пересечениях встречаются лицом к лицу путешественники и разворачиваются судьбы. Я вижу перед тобой великие свершения. Великий потенциал… — загадочно произнесла она. — Я здесь, чтобы помочь тебе раскрыть этот потенциал. Чтобы показать тебе иные пути Девы. Тропы твоего внутреннего путешествия. Пойдём со мной, здесь недалеко.

(И снова нас прямым текстом называют особенным)

Хотя посланник Императора и не испытывал особого доверия к своей собеседнице, но всё же решил последовать за ней, очутившись в итоге у магического портала.

— За этим порталом лежит моя тренировочная площадка. Твои страхи, амбиции, надежды и воспоминания сольются там, формируя врагов и создавая сражения. Сражения, которые ты, впрочем, не сможешь преодолеть сам по себе… — пояснила воительница. — Даже самый стойкий герой не может выдержать бремени испытания самим собой. Но с верными товарищами, готовыми в трудную минуту подставить плечо… ему всё нипочём. Вот моё предложение. Возвращайся, когда ты почувствуешь, что готов к тому, чему я должна обучить тебя. К тому, чему ты должен обучить себя сам…

Невольно погрузившись в себя, герой молча внимал словам женщины, пытаясь понять скрывающийся в них смысл, и очнулся лишь тогда, когда та внезапно умолкла, устремив взгляд лиловых глаз куда-то вдаль.

— Я чувствую тени, затмевающие лик Девы, — наконец произнесла она после непродолжительного молчания. — Чернота заглушает дыхание старого мирного голоса. Тебе следует вернуться к твоему властелину…

(Ну вот видите, рейдовые подземелья они таки смогли объяснить сюжетно, правда сделали это через жопу. Вообще, вы наверное уже забыли, Асха имеет три ипостаси и Дева Асха не отвечает за жизнь, она отвечает за судьбу, за жизнь отвечает Мать Асха. Да, «жизненный путь» можно назвать судьбой, но слуга Судьбы никогда не скажет, что его госпожа это «жизнь». К тому же, Деве Асхе служат пророки, орден Слепых Братьев, которые не берут к себе женщин. Для женщины, желающей служить Асхе есть два пути: это Белые Ткачихи, кормилицы и повитухи, слуги Матери Асхи; и Молчаливые Сестры, это женщины не способные к деторождению, могильщики, слуги Старухи Асхи. И не сложно догадаться, что изящная девушка в броне, это точно не дородная женщина, что сможет выкормить грудью чужого ребенка. Броню во всех трех орденах носила только одна группа людей, скрытая секта молчаливых сестер, лунные клинки, гильдия ассасинов в мире Асхана.

В итоге выходит, что для человека от ЛОРа далекого, она пробубнила какую-то ахинею. Для тех же, кто что-то знает, она назвала имя одного бога (разные лики достаточно отделены друг от друга, в мире духов они существуют в разных телах), приписала ему силы второго бога, имея при этом вид служителя третьего бога. Какого Хрена?)

— Действительно загадочная женщина, — задумчиво произнёс Дункан, когда герой поведал ему обо всём, что произошло в ходе встречи. — По крайней мере, она здесь не для того, чтобы помешать переговорам, а вот наш старый друг определённо окажется внакладе, если продолжит тратить время на азартные игры… Сделай мне одолжение и забери Альбина от игральных столов таверны. Я лишь надеюсь, что твоя армия и их лошади достаточно сильны, чтобы удержать его от игры в кости в «Пьяном Грифоне».

Чтобы исполнить приказ сюзерена, рыцарь поспешил в вышеупомянутую таверну, находившуюся неподалёку от гавани Престола Сокола. Всю дорогу посланника Императора терзали дурные предчувствия и, подъехав к «Пьяному грифону», он убедился в том, что был прав. Неподалёку от входа в помещение две молодые девушки заботливо хлопотали возле лежащего на земле Альбина.

— Удача отвернулась от меня… и я не говорю об игре в кости, — хрипло простонал старик. — Я едва могу двигаться или дышать. Моё зрение затуманено. Какой-то негодяй отравил моё вино. Думаю, за этим стоит Черный Клык. Только вот кто нанял этих подонков, чтобы отправить старика в Мир Духов? Быть может, мы уже не встретимся вновь в этом мире, но ещё есть надежда, что мы можем спасти переговоры. Кто бы ни стоял за этим трусливым планом, он должен быть остановлен! Я уверен в твоих силах. Ты можешь получить кое-какую информацию от членов банды Черного Клыка, слоняющихся по порту. А коли будет нужно, смело отправляй этих никчемных паршивцев на тот свет.

Оставив Альбина на попечении работниц таверны, герой отправился в порт, где наугад выбрал одного из нескольких подозрительных субъектов в надежде побольше разузнать о Чёрном Клыке.

— Тебе нужен Чёрный Клык? Могу я узнать, какой вид услуги тебе требуется? — поинтересовался тот. — Убийство? Вымогательство? Похищение? Ты хочешь запугать кого-то? Заставить кого-либо замолчать?

(Охренеть можно, до чего обнаглевшие бандиты. Он бы еще первому встречному сказал где он клад зарыл и за что его казнить на месте можно)

Рыцарь не привык долго ходить вокруг да около, поэтому сразу же раскрыл собеседнику причину своего интереса.

— Кто отравил… кого? — переспросил шпион. — Альбина фон Хельвальда? Откуда я должен знать? Но даже если я бы и знал, то Черный Клык не раскрывает имена своих клиентов, это, знаешь ли, очень плохо для дела. И задавать подобные вопросы — плохо для здоровья! А то и для жизни! Даже такого полководца, как ты! Знаешь, у меня тоже есть приятели! Так что иди-ка ты своей дорогой!

Словно по волшебству, после этих слов из ближайших проулков показались несколько групп бандитов, которые были настроены более, чем недружелюбно. Понимая, что переговоры зашли в тупик, герой обнажил меч и отдал своим войскам приказ атаковать.

— Мы можем заключить сделку, — нагло заявил головорез. — Знаешь, что-то даёшь, что-то получаешь… Вы сдаётесь, а мы получаем все ваши пожитки. Как, справедливо?

На это предложение у рыцаря был лишь один ответ, после чего большая часть нападавших распрощалась с жизнью, а излишне самоуверенный представитель Черного Клыка был вынужден пойти на мировую.

— Хорошо, хорошо, ты победил! Ни к чему проливать здесь кровь. Успокойся! — воскликнул он, подняв руки в примирительном жесте. — Давай решим всё, как истинно учтивые и приличные люди. Я расскажу тебе, где найти наш оплот, идёт? Но мы никогда не встречались, понимаешь? Этого никогда не происходило. Я никогда не разговаривал с тобой! Ты никогда не видел меня здесь! Меня не существует. Я никто. Абсолютный незнакомец. Ничто. Тень. Ты найдешь оплот Черного Клыка в жилом районе. Ищи там заведение под названием под названием «Лавка товаров Сокола».

Данное заведение располагалось в самом конце длинной улицы, проходившей через жилой район. Завидев рыцаря и его армию, из здания вышел угрюмый орк-вышибала, всем своим видом показывая, что незваным гостям здесь не рады.

(Это даже звучит смешно, орк вышибала против армии)

— Это «Лавка товаров Сокола», — сурово произнёс он. — Говори, что нужно или проваливай!

К сожалению, попытка героя убедить охранника в том, что он пришёл исключительно по делам, связанным с торговлей, не возымела успеха.

— Я не верю, что хочешь вести дела, — орк недоверчиво прищурился и снял с плеча здоровенный боевой топор. — Я думаю, что ты ищешь неприятностей! И неприятности — это то, что ты получишь, если не отзовёшь своих железноголовых! Серьёзные неприятности!

В ответ посланник Императора мог лишь печально вздохнуть. Таким мелким пешкам понятие «мирные переговоры» явно было чуждо, а значит и здесь придётся силой пробивать себе путь к намеченной цели. После того, как с упрямыми бандитами было покончено, внимание рыцаря привлёк мужчина в алых одеждах, который всё это время стоял в дверном проёме и наблюдал за разворачивающимся сражением.

— Впечатляюще! Очень впечатляюще! Какой бой! Настоящий герой у дверей моего скромного заведения, — насмешливо произнёс он, мягко хлопая в ладоши. — Я — Кутос. Я тут, вроде как… заведую делами. Пожалуйста, скажи мне, как я могу помочь.

Хитрый взгляд глубоко посаженных глаз, приторная улыбка, и льстивые речи с заискивающими нотками — всё в этом человеке выдавало прожжённого дельца, готового пойти на любую авантюру ради выгоды. Впрочем, с ним, по крайней мере, можно было надеяться на конструктивную беседу.

— Понятно, понятно… да, дело, что и говорить, деликатное! Боюсь, я не могу дать тебе имена наших достопочтенных заказчиков. И тебе, при всём моём уважении к твоему званию и репутации, я бы советовал не вмешиваться. Наши деловые партнёры — в числе самых влиятельных людей Империи, — заметил Кутос, когда воитель ввёл его в курс дела. — Но мои начальники также заинтересованы в выгодном балансе сил. Лично мне любопытно, что главнокомандующий Ведран из Стального Гребня думает по поводу срыва переговоров. Это всё, что я могу сказать.

Каким бы махинатором ни был глава «Лавки товаров Сокола», его сведения стали для героя той тоненькой ниточкой, которая могла вывести зачинщиков заговора на чистую воду. Не теряя ни минуты, посланник Императора отправился в военный район, где возле главных казарм встретил того самого рыцаря, который был в палатке Дункана.

— Ведран из Железного Гребня? — поинтересовался тот. — Что ж, ты нашёл его. Я — главнокомандующий.

Подозрения, высказанные воителем по поводу причастности Ведрана к срыву переговоров, возмутили его до глубины души.

— Что? Как ты смеешь утверждать, что преданный военачальник замешан в измене? — гневно воскликнул главнокомандующий, потрясая мечом. — Ни слова больше или я преподам тебе урок послушания! Моя верность Императору прочнее стали. Предполагать иное — оскорбление для армии Империи!

Казармы были окружены всевозможными преградами и баррикадами, и именно на этом поле битвы разгорелось сражение между войсками героя и Ведрана. В ожесточённом противостоянии противниками рядовых бойцов, входивших в армию героя, стали элитные подразделения имперских войск, среди которых были и легендарные Щиты Сокола.

— О чём ты думаешь, клевеща на первого рыцаря Империи? Ты не знаешь своё место! Похоже, эти сомнительные бунтовщики из Черной Рощи запудрили тебе мозги! — вынес свой вердикт Ведран, видя, как войска противника всё ближе подступают к баррикадам, позади которых находились арбалетчики, обстреливавшие наступавших.

(Такая движуха прямо в сердце империи и всем насрать)

Когда оборона главнокомандующего оказалась прорвана, тому пришлось призвать на помощь боевых грифонов, однако даже помощь этих благородных существ не смогла сдержать армию посланника Императора, которая вскоре взяла первейшего рыцаря в плотное кольцо.

— Твоя репутация не обманывает. Ты одолел меня честно. Я должен признать это, — вздохнул тот, отсалютовав воителю в знак своего уважения. — Я надеюсь, ты также признаешь, что в своих поступках я руководствовался своей собственной честью… Этой Империи нужна война, а не мир! Ты же сам ведёшь войска! Уж тебе ли не понимать! Подписание договора с некромантами, довольно необычным, скажем так, союзником — это огромная стратегическая ошибка. Так что, раз уж Император не станет нас слушать, нам придётся взять дело в собственные руки. Я уверен, что в лучших интересах Империи не подписывать этот мирный договор. Но нанять банду Черного Клыка, чтобы отравить переговорщика, не было моей идеей. Приказ пришёл свыше… Я просто выполнил его. Я — солдат. Я не травлю своих врагов. Я сражаюсь с ними на поле боя. Если ты хочешь добраться до сути вещей, ищи следы в церкви Эльрата.

(И снова хочется узнать, Какого Хрена? У них там реально воевать не с кем, кроме Некромантов? У вас тут мятежные дворяне, бандиты, дикари какие-то, о демонах вы теперь знаете. Точно нечем армию занять? Ну и конечно, предатель из церкви света это «очень оригинально», никогда такого не было и вот опять)

Служители этой церкви обладали поистине невероятным могуществом, а их влияние охватывало всю Империю Сокола, поэтому сама мысль о том, чтобы выступить против такой силы, была самым настоящим безумием. И всё же, даже осознавая весь риск, посланник Императора просто не мог оставить преступление безнаказанным. Чтобы разгадать тайну связи между Черным Клыком и церковью Эльрата, он направился к главному собору, где его внимание сразу же привлекла внушительная группа служителей Дракона Света, охранявших дорогу в сад. На все вопросы те отвечали, что им приказано никого не пропускать, поэтому рыцарь, скрепя сердце, был вынужден прибегнуть к радикальному методу ведения переговоров, а затем беспрепятственно проследовал в сад, обнаружив там одного из членов Черного Клыка.

(Как нас еще в измене не обвинили? «Мирных граждан» порезали, армию разбили, теперь вот в церкви резню устроили. Герой из нас вышел так себе, а вот серийный маньяк получился хоть куда)

— Кутос послал меня собрать плату за услугу, о которой ты просил нас, — произнёс бандит, когда после недолгого ожидания к нему подъехал достойно одетый всадник в сопровождении небольшой армии. — Ты ведь Эрион, верховный жрец церкви Эльрата, правильно?

(Рыцари Альянса Света умею водить армию бесшумно и осаждать крепости незаметно. Враг даже не поймет, что уже разбит, когда вы с боем прорветесь к нему. Ну и хрень со связным, который не знает с кем ему нужно связаться уже становится фишкой Героев)

Когда рыцарь ничего не ответил сборщику долгов, тот начал подозревать неладное.

— Что?! Ты не Эрион! — наконец воскликнул он. — Кутос сказал мне лично встретиться с Эрионом. Всё! Я ухожу! Если ты найдёшь Эриона, то скажи ему, что Черный Клык не любит сюрпризов.

Поскольку бандит не представлял никакой угрозы, герой отпустил его на все четыре стороны, а сам стал дожидаться появления архангела. Спустя некоторое время боковая дверь собора отворилась и оттуда показался сам верховный жрец, архангел Эрион. Хотя лицо его при виде посланника Императора не выразило ни капли эмоций, Эрион наверняка не ожидал появления столь нежданного гостя.

(Я же говорю, совершенно незаметно осадили собор, с боем прорвались во внутренний сад и никто, ни единая душа, не ожидала нас тут увидеть)

— Кто ты такой, чтобы вторгаться на священные земли? — спросил он рыцаря, не преминувшего обвинить архангела в покушении на жизнь Альбина фон Хельвальда. — Твой разум, похоже, помутился! Твоё суждение затуманено. Мало того, что ты ложно обвиняешь верховного жреца церкви Эльрата в использовании банды Черного Клыка, дабы отравить дипломата Императора, так ты ещё смеешь связывать моё имя с заговором против Священной Империи. Но даже будь твои подозрения верны, ты бы не смог ничего доказать, потому что умер бы в свете Эльрата. Прямо здесь, прямо сейчас!

(Идиоты, они оба. Если бы герой не отпустил бандита, то у него был бы свидетель. Если бы ангел не напал на героя, то без свидетелей и улик посланник императора действительно ничего не доказал бы)

Чтобы самому не марать руки, архангел возложил миссию по уничтожению нечестивцев на защитников собора. Следуя его приказу, закованные в доспехи могучие всадники и грифоны, а также священнослужители и жрицы, искусные в магии света, бесстрашно ринулись в бой, однако в итоге всё же потерпели поражение.

— Я недооценил твою силу. Похоже Дракон озарил тебя своим светом, — признал архангел, рассматривая поле брани, усеянное телами его воинов. — И что теперь? Думаешь, ты убедишь Императора в том, что его ближайший советник использует банду Черного Клыка, чтобы устроить заговор против него? Послушай, же! Это мирное соглашение, которое собирается подписать Дункан Сокол, станет падением Священной Империи и никак не меньше. Демоны или некроманты, я не позволю истории повториться! Я не стану наблюдать, как моя раса вновь оказывается на грани вымирания. Ты действительно хочешь, чтобы падение Священной Империи стало твоим наследием Асхану? Что ж, не будем больше откладывать. Идём к Императору!

— Это серьёзные обвинения против Эриона, — обратился Дункан к рыцарю, после того, как выслушал доводы обеих сторон конфликта. — Я доверяю его словам, но также у меня нет причин сомневаться в твоих. Однако доказательства должны быть представлены. Мы с церковью Эльрата не всегда сходимся во мнениях, но наши действия всегда в лучших интересах Священной Империи.

— У Слепых Братьев было видение, — заметил архангел. — Смерть и разрушение, тёмная тень опустится на Асхан, если договор будет подписан.

(А почему бы не сказать об этом до того, как вы траванули дипломата? Ах ну да, тогда бы у нас не было возможности вырезать пару тысяч человек в столице империи. Мне особенно жриц жалко, красивые чертовки, картинка в игре и правда была на загляденье, на голову выше чем в Героях 6 и в чем-то даже лучше чем в Героях 7)

— Я понимаю беспокойство ангелов, Эрион. Но пророчества Слепых Братьев могут быть ненадёжными, так что убедись, что предприняты все необходимые меры предосторожности. Мы внимательно следим за демонами и за Шио, — изрек Император.

— Мы не уверены, что теми, кого Слепые Братья видели в своём видении, являются демоны, — отвечал Эрион.

— Мы узнаем, кого или что они видели, но прямо сейчас мне нужно, чтобы ты вылечил Альбина — твёрдо произнёс Император. — Ангелы являются мастерами магического лечения и исцеления и наверняка способны приготовить противоядие.

— Как пожелаете! — ответил верховный жрец прежде, чем удалиться.

(И типа все? Мы вырезали столько народа, просто для того, чтобы Дункан потрещал с Эрионом? И если на бандитов реально пофиг, то что насчет убитых солдат и церковников?)

Спустя некоторое время, когда рыцарь посетил таверну, дабы осведомиться о самочувствии дипломата, тот уже выглядел намного лучше и был готов в любой момент оправиться в путь.

— Благодарю тебя. Я позволил своему увлечению игрой в кости стать выше моего долга дипломата. Мне следовало предвидеть этот исход. Ангелы, военачальники… Неоднозначная внешняя политика Императора Дункана играет на руку его политическим противникам, — хмыкнул старик. — Я рад слышать, что ты сопроводишь меня на переговоры. Идём же, не будем больше тратить время. Земли, куда наше путешествие поведёт нас, называются Шепчущими Равнинами. Странная и враждебная пустыня, куда Драконьи Рыцари перенесли одно из своих загадочных Убежищ сотни лет назад.

(На этом мы временно приостанавливаем наше повествование о компании света. Дальше будет завязка компании нежити, но кое что можно сказать уже сейчас. Я ожидал, что сюжет в онлайн игре будет попроще, но «попроще» не значит «о мой бог, что за херня тут творится?!». Можно простить некоторые игровые условности, но тут все сделано из условностей, вместо того, чтобы построить сюжет вокруг противостояний армий, нам суют клишированную приключенческую историю, и каждое упоминание армии просто режет глаза. Диалоги вообще отдельная песня, вся сплошняком из матюков)

История Асхана (Might and Magic Heroes Online часть 2)

Другому же герою нашей истории, рыцарю смерти, Архонт Белкет поведал о пожаре, устроенном силами Хаоса на тюремном острове, именуемом Когтями Намтару.

— Начался бунт, и заключенные разбежались, — сказал предводитель культа своему чемпиону. — Я хочу поручить тебе крайне важное и совершенно секретное задание. Мы знаем, что за организацией бунта стоит заключенный, которого приговорили к превращению в упыря. Приведи этого мятежника ко мне, живым! Нельзя допустить, чтобы его превращение завершилось.

(Почему нельзя допустить превращения? Если нельзя, то почему приговорили к такой казни? Может показаться, что я придираюсь и здесь все и так понятно, типа низшая нежить безмозглая, а главаря надо допросить на тему восстания, поэтому старый приказ отменяют.

Меня этот момент не устраивает по двум причинам. Во-первых, выдвинутая мной догадка яичной скорлупы не стоит, низшая нежить сохраняет за собой разум и способность говорить. Призраки же сохраняют такие возможности? А вся низшая нежить — это души вселенные в мертвые тела. Во-вторых, это начало игры, я тут не загадки решать должен, а получить экспозицию, задание и мотивацию. Говоря иначе, мне должны объяснить, что происходит, что я должен делать и почему я должен это делать. И пока все плохо)

Так, рыцарь смерти отправился на упомянутый остров, где в окруженной гибельными топями и кишащими пауками предгорьями тюрьме «Когти Намтару» томились самые отъявленные злодеи Эреша. До недавнего бунта никому не удавалось бежать из этой темницы. И что за таинственный полуупырь стоит за случившимися?

(Так, теперь мне интересно, что сценаристы подразумевали под упырем. Если это низшая нежить, вроде зомби, то не понятно, как процесс превращения могли остановить на середине. В Героях 6 ясно сказано, что низшая нежить получается путем вселения души в измененное магией тело. Но вообще в мифологии упырь — это тоже самое, что и вампир, но тогда вообще какая-то хрень получается. Вампиры это элита культа, что получается посредством сложного ритуала с ядом и паутиной Намтару. Кто будет тратить священный яд на заключенного? И опять же, каким образом можно было прервать превращение, если будущие вампиры заворачиваются в кокон из паутины и им в кровь впрыскивают чистый яд. Одна процедура, и все осталось только дождаться завершения всех процессов)

Разыскав стража тюрьмы Орика, посланник Белкета отправился на поиски беглых заключенных. Обнаружив несколько групп, рыцарь смерти, нисколько не сомневаясь, перебил, благо сдаваться злодеи не собирались, а также вызволил удерживаемых беглецами сподвижников Орика — стражей темницы. После этого рыцарь смерти, Орик и сопровождавшие их неживые воины выступили к вратам Когтей Намтару, у которых перебили беглых мертвяков.

— Нет такого преступления, которое заслуживало бы подобной тюрьмы! — выкрикивали те пред смертью. — Интересно, знает ли Архонт Белкет о том, что тут происходит?!

(Слишком длинная фраза для умирающего)

Наконец, мятежники сложили головы, и герой наряду со стражем Ориком проследовали в пределы тюрьмы, где разыскали главного смотрителя Артака.

— Мы потеряли связь с аванпостами на острове, — признался он посланнику Белкета. — Сигнальный огонь на башне потух. Мы должны вновь зажечь его, но для этого башню нужно отбить от поднявших мятеж заключенных.

Поднявшись на вершину тюремной башни, герой и его войска прикончили очередных беглецов, вырвавшихся на свободу, после чего зажгли сигнальный огонь, показывающий наблюдателям, что порядок в Когтях Намтару вновь восстановлен. Однако предводитель мятежников до сих пор оставался на свободе и скрывался где-то в окрестных топях.

Вернувшись к подножью тюремной башни, рыцарь смерти увидел губернатора Тарека аль-Квахара, распекающего сникшего смотрителя Артака.

— Это позор — допустить такой бунт! — лютовал губернатор. — Твоя беспечность слишком дорого нам стоила! Я отправил войско на поиски одного сбежавшего упыря. И что в результате? Ничего! Ни следа, ни намека! Беглец пытался сорвать наши переговоры с Империей Сокола, и, скорее всего, попытается снова, если мы его не найдем.

(Чё? Каким образом бунт в одной, отдельно взятой тюрьме, стоящей на отшибе может помешать переговорам с Империей?)

— Разыщи полуупыря и приведи его ко мне. Мы должны закончить его превращение, чтобы не допустить дальнейших бед, — приказал Тарек аль-Квахар рыцарю смерти.

— Но Архонт Белкет попросил привести предателя к нему на допрос, — попытался возразить губернатору Артак, и тот наградил смотрителя испепеляющим взглядом, процедив:

— Смеешь обсуждать мои приказы?

— Да, лорд Тарек! — покорно склонил голову Артак. — Мы закончим превращение полуупыря, как только схватим его.

(Какого х*я?! Дом Вечности имеет жесточайшую кастовую систему, за пререкания с вышестоящим на месте голову оторвут. И какой-нибудь комендант крепости действительно не мог обсуждать приказы губернатора области. Вот только во главе их сообщества стоит культ Паука, и если Архонт сказал, что желает увидеть пленника лично, то любой другой член дома, должен был тут же ответить «Слушаюсь и Повинуюсь».

Ну и сам Губернатор как персонаж, стереотипный и откровенный злодей. Вот просто с ходу понятно, что тут что-то не чисто)

Перед тем, как удалиться, губернатор не преминул сообщить герою, что беглый полуупырь — отъявленный лжец, и не следует верить ни единому его слову.

С помощью смотрителя Артака герой заложил неподалеку, на самой окраине болот городок, ставший его оплотом в этой области. Окрестные жители исправно снабжали его ресурсами, а некроманты и творимая ими нежить продолжали возводить в селении все новые здания, создавать мертвяков, пополнявших ряды растущего воинства рыцаря смерти.

За помощью к последнему обратился местный аптекарь, поведав о том, что недавно он заказал новую партию товаров, однако так их и не получил. Обещав выяснить, что случилось с товарами, герой повел за собою отряд мертвяков на торговый тракт, вьющийся через болота. Орудующих на оном беглых заключенных удалось разыскать и прикончить, однако пропавшие товары обнаружить возможным не представилось. Посетовав на злую удачу, аптекарь все же поблагодарил рыцаря смерти за помощь, передав в награду ему артефакт.

Несколько дней спустя тюрьму вновь навестил губернатор. Разыскав наряду с Артаком посланника Белкета, Тарек аль-Квахар известил героя о том, что связь с аванпостом, расположенным на болотах к северо-востоку от тюрьмы, исчезла. Возможно, крепость захвачена приспешниками полуупыря, и губернатор настаивал на том, что если это действительно так, надлежит сокрушить стены аванпоста с помощью осадных машин — все средства хороши, если при этом удастся раз и навсегда покончить с угрозой, несомой полуупырем.

(Какой к черту угрозой? Чем один единственный человек может угрожать сильнейшему ордену Семи Городов?)

Действительно, бунтовщики успели захватить Болотную Заставу, а стражей крепости бросить в темницу. В ходе непродолжительной осады войска рыцаря смерти ворвались в пределы крепости, и, покончив с мятежниками, вызволили из заточения командующего Тамура.

— Да, мятежники готовы умереть за свою свободу, этого у них не отнять, — поморщился тот. — Спасибо тебе за помощь! Ты можешь сообщить главному смотрителю Артаку, что аванпост освобожден?

Кроме того, Тамур просил рыцаря смерти поскорее наладить на Болотную Заставу поставки древесины, поскольку в ходе недавних противостояний в стенах аванпоста зияли обширные бреши… По возвращении в собственный оплот герой приказал подчиненным приложить все усилия для ускорения обработки древесины, и для её отправки на Болотную Заставу.

Рыцарь смерти известил смотрителя и губернатора об освобождении заставы от мятежников, и Тарек аль-Квахар, невзирая на робкие возражения Артака, напомнил герою о необходимости как можно скорее разыскать беглого полуупыря.

(Я вот чего не пойму. Какой-то смотритель помнит о указаниях Белкета, а Рука Архонта нет? И почему мы вообще шестерим тут для каждого бомжа?)

— Он все еще в бегах, — говорил губернатор. — Продолжай поиски. И передай командующим на заставах удвоить патрули. Мы должны найти этого ублюдка!

Вернувшись на Болотную Заставу, рыцарь смерти разыскал командующего Тамура, рассказавшего о том, что нападавших сопровождал на аванпост огромный циклоп, ныне скрывшийся наряду с полуупырем где-то на болотах.

— Будто мало нам хаоса от бунта, — сокрушался Тамур, — теперь появился еще и предатель, Махуд, доносящий о наших планах мятежникам. Предатель скрылся с важными документами, когда на лагерь было совершено нападение. Я надеюсь, он утонул где-нибудь на болотах, но это нужно знать наверняка. Тарек приказал найти его и забрать документы.

Покинув Болотную Заставу, герой во главе воинства нежити выступил по следу предателя. Последнего уже настигли другие мертвяки, тюремные стражи, и теперь готовились положить конец существованию Махуда.

— Они покрывают заговор Тарека! — торопливо выпалил тот, заметив подоспевшего рыцаря смерти. — Не кажется ли тебе странным, что губернатор так печется о беглом полуупыре? Я не прошу тебя предать Архонта Белкета, я прошу тебя помочь ему. Документ должен достичь границы, ты все поймешь, когда прочтешь его сам!

(Это было настолько очевидно, что я просто ждал, когда все вскроется. Но вот чего я не ожидал, так это такого прямого тыканья носом в очевидные вещи. Складывается ощущение, что мы играем за умственно отсталого некроманта)

Тюремные стражи обратились против героя и его воинов, закономерно проиграв.

(Никогда не понимал такого. В любом споре всегда можно крикнуть «сам дурак», совсем не обязательно подтверждать слова оппонента своей агрессией)

Когда с воинами командующего Тарека было покончено, Махуд протянул рыцарю смерти список, в котором были указаны имена некромантов, брошенных в Когти Намтару, и единственным их обвинением было то, что они были политическими противниками Губернатора.

(Чувствуете этот запах? Это запах демократии! Запах свободы!

Ну что за идиоты? Какие у Губернатора могут быть политические противники? Народ, которым он управляет? Так согласно кастовой системе этот народ не имеет права голос на вышестоящих поднимать, их могли кинуть в темницу вполне законно. Другие губернаторы, равные нашему? Во-первых, равных себе Тарек аль-Квахар в принципе не мог запрятать в тюрьму, особенно незаметно. Во-вторых, открываем описание культа паука и видим, что «Жизнь — это перемены, хаос, разврат и страдания. Смерть — это мир, порядок и вечная красота», там даже торопливые шаги и разговоры в полный голос не ободряются. Губернатору нужно было только узнать и донести на верх про то, что кто-то интригами балуется и тут же началось бы официальное расследование с применением войск и угроз скорейшего упокоения)

— Джабер аль-Аскаад, лорд Ушмаль, Йорат аль-Бехир, Изз-Ун-Дин… — значилось в документа. Имена эти были знакомы рыцарю смерти. Все это походило на какой-то заговор.

— Ни одна душа в Эреше не знает, почему их бросили в тюрьму, — продолжал говорить Махуд. — В темнице этой — множество политических противников Тарека, их сместили с постов и обратили в безмозглых упырей, дабы заставить замолчать навеки.

(Значит упыри здесь все же низшая нежить. Но тогда я не понял как они смогли совершить превращение лишь на половину? Превращение в низшую нежить происходит в два шага: убить существо, поднять его в виде нежити. Если остановится на полпути, то у вас не полуупырь получится, а простой труп)

Стало быть, беглый полуупырь Йорат, о котором герой был наслышан — никто иной, как один из некромантов Нар-Эреша, вставший на пути Тарека и поплатившийся за это.

— Тебе надо убедить зачинщиков заговора в том, что я мертв, — настаивал Махуд. — Пусть Тарек думает, что его секрет в безопасности. Но бумаги должны дойти до него, иначе он примется искать их. Я попытаюсь вывезти копии с острова, передав их капитану воздушного корабля. А ты верни оригинал командующему Тамуру на заставе.

На том и порешили. Капитан Тамур возликовал, всерьез полагая, что Махуд сгинул на болотах, а драгоценные документы не попали в чужие руки. После чего рыцарь смерти отправился на запад — по следу разрушившего Болотную Заставу циклопа и полуупыря. Довольно скоро эту парочку удалось настигнуть, и циклоп, закрыв своим могучим телом сподвижника, проревел:

— Этот упырь спас Уртаха из тюрьмы. Теперь Уртах друг упыря и должен защищать его. Я буду сражаться до тех пор, пока Мать-Земля не напьется крови, а к Отцу-Небесам не отойдет душа. Я умру — я отправлюсь в Мир Грез, и стану свободен!

Войска рыцаря смерти убили циклопа и окружили полуупыря, но тот взмолился, обращаясь к герою:

— Пожалуйста, подожди! Я все объясню. Я — Йорат аль-Бехир. Архонт Белкет послал меня на переговоры с Империей Сокола. Вот только Тарек похитил меня и попытался превратить в неразумного упыря. Почему? Да потому что я много знаю. Тарек хочет избавиться от политических противников, бросая их в тюрьму на этом острове. Если ты не входишь в число заговорщиков, забери меня с Когтей Намтару и я расскажу тебе об их замыслах! Мне удалось подслушать разговор охранников про тайный тоннель под Трясинами Проклятых… Но надо спешить. Мой разум погружается во тьму, я это чувствую! Можно оживить свидетеля и заставить его говорить, но в разуме упыря остается лишь ненависть и ярость. Я успел бежать раньше, чем ритуал был завершен. Мою душу не успели полностью извлечь из цикла смерти и возрождения. Нам надо добраться до Башен Богохульства на Проклятом Холме. Именно там нас превращают в упырей и заставляют умолкнуть навсегда. Быть может, нам удастся как-нибудь повернуть процесс вспять. Нельзя, чтобы я забыл о том, что знаю!

(Ох б*я… Давайте разбирать по порядку. Глава бунтовщиков, которого нам поручил разыскать Белкет, был дипломатом и посланником Белкета. Почему нам об этом не сказали сразу? Почему Белкет позволил какому-то губернатору судить и казнить своего посланника?

Почему дипломата вообще осудили на превращение в упыря? «Он слишком много знал», так нам заявляют, но это полная хрень. Чего он знал, откуда узнал, какова актуальность его знаний? А черт его знает, не стоит задавать глупых вопросов, что нам мало мотивации, сказано же, много он знает)

Слушая рассказ Йората, герой не заметил подоспевшего командующего Тамура наряду с тюремными стражами.

— С этого острова никто не бежит, — постановил верный сподвижник губернатора. — Мы схватили предателя, который пытался покинуть Когти Намтару с секретными документами. Он рассказал нам, что у него с тобой был небольшой, но весьма занятный разговор. Но теперь-то он уже ни с кем не поговорит, не сомневайся! Да и ты тоже!

С этими словами тюремные стражи атаковали посланника Архонта, но были быстро упокоены. Довольно скоро рыцарь смерти, путь которому указывал полуупырь, достиг Проклятого Холма на окраине топей. Здесь герой обнаружил некроманта, известного как мастер ритуалов. Выслушав просьбу рыцаря смерти, тот лишь презрительно усмехнулся.

— Я создаю упырей, — разъяснил он. — Я помещаю души казненных пленников в мертвые тела, которые обретают загробную жизнь. Владыки Эреша не просто так подвергают этому жуткому наказанию злодеев и предателей.

(И чем тогда создание упырей отличается от создания любой другой нежити, которая сохраняет способность говорить и мыслить?)

— Я не злодей и не предатель! — возмутился полуупырь. — Я — Йорат аль-Бехир, ты, бестолковый никчемный негодяй!

Ухмылка мастера ритуалов увяла, когда он увидел окружившие его войско рыцаря смерти.

— Завершить превращение его взялся какой-то незнакомец, — признался он наконец. — На одеждах у него был вышит странный знак, но с магией смерти управлялся он безупречно. Потому-то я и не могу помочь тебе! Моих способностей не хватит, чтобы обратить превращение, сделанное таким одаренным некромантом, даже если его не довели до конца. Впрочем, быть может, процесс удастся замедлить. В яйцах горных пауков его особый яд. Если ты принесешь его к Фонтану богини-паучихи, этот магически изменит яд — и, возможно, у тебя будет шанс.

(Полезная информация, даже интересно, откуда Мастер Ритуалов об этом знает?)

Исполнившись робкой надежды, Йорат поспешил вслед за героем в Пепельные Горы, обиталище великого множества гигантских пауков. Собрав паучьи яйца, они устремились к Фонтану, где сразились с некромантами, что не желали допускать осквернения святилища богини-паучихи.

(Все некроманты поклоняются Паучихе. Откуда один некромант знал про ритуал, что оскверняет святилище? Почему два других некроманта согласились провести этот ритуал? Среди некромантов и правда встречаются не особо верующие, но наши персонажи вообще не раскрыты с этой стороны. Верят они или не верят, испытывают ли проблемы с тем, чтобы поступиться верой ради других целей или готовы сделать это? Ничего этого не раскрывается, полный ноль. Мы только что совершили преступление против собственной церкви, воинственной и могущественной церкви, что жестоко карает предателей. И всем насрать, и нашим героям, и прочим некромантам)

Обратив в бегство противника, рыцарь смерти опустил в чудесный источник паучьи яйца, и их яд действительно приостановил процесс обращения Йората в упыря. После чего он повел за собою рыцаря смерти в южные пределы острова, где, как он помнил, должен находиться лабиринт из дощатых настилов, по которому они покинут Трясины Проклятых и остров Когти Намтару.

Здесь они обнаружили лагерь вампиров, охотников за душами, предводитель которых, выступив к чужакам, усмехнулся, сказав:

— Вот это легкая добыча! Полуупырь, перевернувший весь остров вверх дном. И его друг, рыцарь смерти. Лазутчики рассказывают, что твоя ссора с командующим Тамуром закончилась весьма печально для него. Хорошо, что пока об этом никто не знает.

— Хочешь выдать нас, охотник за душами? — осведомился Йорат, и вампир передернул плечами, задумчиво произнес:

— Ну, можно было бы. А можно было бы и пропустить вас… Можно и попросить вас помочь мне с одним делом.

— Каким? — осведомился полуупырь, и предводитель охотников за душами, заметно повеселев, указав на циклопа, топчущегося у окружающего лагерь частокола, поведал:

— Да все этот неотесанный циклоп. Захватил мою бесценную Клетку Душ. Прогони его, и я — быть может — пропущу тебя…

— А если откажемся… — не преминул уточнить Йорат, и вампир разъяснил:

— Тогда я сообщу Артаку, что в моем лагере находится рыцарь смерти, на чьих руках — кровь командующего аванпоста. Интересно, что он тогда сделает…

(Честное слово, такое ощущение, что наш герой с полуупырём путешествуют только вдвоём. Какого хрена на нас все кидаются и угрожают? У нас при себе не хреновая армия, вообще-то)

Выбор посланника Архонта был поистине невелик, и наряду с полуупырем он он приблизился к циклопу, что пытался разорвать прутья магической Клетки Душ.

— Ургрол освободит душу младшего брата, — ревел циклоп, и, обернувшись к подступившим некромантам, продолжил: — Хотите убить Ургрола? Может, Ургрол и заслуживает смерти! Ургрол не сдержал слова…

— Мы не хотим никого убивать! — заверил циклопа Йорат. — Мы пришли, чтобы просить тебя вернуть Клетку Душ охотникам за душами.

— Ургрол не может этого сделать! — заявил циклоп. — В этой клетке душа младшего брата Ургрола. Ургрол обещал защищать Уртаха, младшего брата!

Изумлению полуупыря не было предела, а Ургрол продолжал говорить:

— Младший брат Уртах бежал из тюрьмы. Старший брат поклялся защищать младшего. Поэтому Ургрол взбунтовался, чтобы пойти следом. Но поздно. Рыцарь смерти — вот кто убийца Уртаха. Затем похитители душ украли душу младшего брата. Нужно ее освободить! Ей нужно вознестись, увидеть Отца-Небо!

Йорат признался Ургролу, что именно Уртах освободил его из тюрьмы, и расстался с жизнью, защищая своего друга.

— Мы уговорим предводителя охотников за душами освободить душу Уртаха! — заверил полуупырь циклопа, после чего наряду с героем поспешил к помянутому индивиду, передав тому содержание разговора с Ургролом.

— Душа брата? — поморщился вампир. — Разве не очевидно, что мне наплевать на них обоих? На эту душу у меня уже появился покупатель, ведь души циклопов — редкий товар. Ведь продавая душу, мы заключаем договор с ее новым владельцем. Затем он должен провести некромантический ритуал, создавая верного призрака и привязывая его к нашему миру. Собиратель душ, которому продана эта душа, еще должен быть в лагере. Думаю, он уже начал проводить ритуал.

Действительно, собиратель душ, обнаруженный героем в этом обширном лагере, уже приступил к ритуалу и был весьма недоволен незнакомцами, дерзнувшими прервать его. А услышав просьбу их даровать свободу душе циклопа, пришел в неописуемую ярость, повелев подвластным ему душам атаковать миньонов рыцаря смерти.

(Цирк с конями какой-то, а не компания. Может мне кажется, но по уроню тупости «темная» кампания просто затмевает собой «светлую». И проблема даже не в ЛОРе, который нарушается на каждом шагу в обеих кампаниях, я банально не могу уловить хоть какой-то логики в происходящем. Даже как самобытный продукт в знакомой обложке, сюжет откровенно тупой)

Собиратель душ был побежден, и предводитель охотников признал разрыв контракта и освобождение души циклопа. После чего передал герою ключи от Клетки Душ, так, душа Уртаха обрела свободу и спасение, и благодарный Ургрол покинул лагерь охотников за душами.

Исполняя данное прежде обещание, вампир повелел своим сородичам пропустить полуупыря, рыцаря смерти и его войско в Трясину Проклятых — поистине гиблые топи, из которых прежде не возвращался никто. Углубившись туда, рыцарь смерти заметил островки твердой земли, соединенные дощатыми настилами, однако многие из настилов попросту обрывались, не позволяя герою продолжить путь.

На болотах герою встретился упырь, поведавший о том, что охотники за душами забрали его хозяина, Смотрителя, в свой лагерь, обвинив в помощи мятежникам за то, что помог он тем миновать дощатые настилы, образующие лабиринт.

— Мой хозяин — хороший, — сокрушался упырь. — Он заботится обо всех несчастных созданиях, больших и малых. Теперь я должен занять его место. Заботиться о лабиринте, о Трясинах, о могилах. Но лишь хозяин может вызвать Призрака Трясин, который проведет путника по доскам, через лабиринт. Хочешь перейти Холмы — освободи моего хозяина.

(Хрень какая-то. Во-первых, нам вот совсем недавно говорили, что упыри безмозглые, в них нет ничего кроме слепой ярости, тут же нам встречается не только тихий, но и вполне разумный и говорящий упырь. Это как? Во-вторых, мы сунулись в болото из которого никто не возвращался, но на котором был Смотритель, что спокойненько водил через болота всех желающих. Как одно с другим состыкуется?)

Вернувшись в лагерь охотников за душами, герой разыскал тюремщика Смотрителя, наотрез отказавшегося выпустить на свободу своего пленника.

— Прекращать в упырей почтенных некромантов, — удрученно покачал головой Йорат. — Заковывать стариков в цепи. А потом еще и получать похвалу за это! Прогнило что-то на этом острове…

Войска рыцаря смерти, покончили с тюремщиком, освободив Смотрителя Тусала.

— Я всего лишь Смотритель, — печально сказал тот. — Не мне судить, что правильно, а что нет. Решают Трясины. А я лишь временами выуживаю тела из темных вод. Или избавляюсь от результатов неудачных экспериментов некромантов. Не мне судить, заслужили ли они смерть или нет. Как я сказал, я всего лишь Смотритель.

— Я думаю, он больше, чем просто Смотритель, — шепнул Йорат на ухо рыцарю смерти. — Я помню, ходили о нем разные слухи. Говорят, он видел Огненные Войны и даже Войну Творения. Но, кем бы он ни был, он может провести нас через Трясины Проклятых.

(Война Творения, это битва между Асхой и Ургашем, что была еще до Империи Шантири, черт знает когда. Ориентировочно это тысячи, а то и десятки тысяч лет назад. Огненные Войны это первое вторжение демонов в Асхан, когда Сар-Илам пожертвовал собой, чтобы закрыть Шио барьером, это было 689 лет назад)

Герои сопроводил Смотрителя Тусана в его лачугу на болотах, и, поблагодарив спасителя своего за помощь, сказал:

— Чтобы пройти через лабиринт дощатых настилов, нужно смотреть перед собой глазами Призрака Трясин. Я могу призвать его. Но решать, суждено ли тебе миновать лабиринт, будут топи.

Повинуясь призыву древнего Смотрителя, из болотных глубин поднялось гигантское неживое существо — Призрак Трясин; в руке великан сжимал собственное глазное яблоко. Изумленный до глубины души, Йорат отступил на несколько шагов, созерцая создание, о существовании которого прежде даже не подозревал.

— Это Призрак, который живет на болотах, — пояснил Смотритель Тусал. — Призрак, который не дает никому пересечь болота. Призрак, которого давно уж больше нет… Призрак Трясин, я зову тебя, связан с которым с незапамятных времен, чтобы ты исполнил мою волю! Посмотри на этих двоих, мой мрачный друг. Они даровали мне свободу. Свободу, подобную той, что нужна была тебе при нашей первой встрече в давние времена. Пусть узрят они, что скрывается за туманом. Пусть увидят они Тусклый Глаз.

(Пафоса полные штаны. Я, кстати, не понял почему эту тварь называю «призрак», если на официальном арте это зомби-циклоп или что-то похожее)

Призрак Трясин протянул свой глаз пораженному рыцарю смерти, после чего вновь исчез в зловонных глубинах. Туман, скрывавший топи, расступился, явив множество дощатых настилов, соединяющих между собой кочки и островки. Наряду с Йоратом герой повел за собою воинство нежити через топи, разыскал в их сердце подземный тоннель, однако, пройдя по нему, вновь обнаружил себя в тюрьме Когти Намтару… где их окружили неживые воины под началом губернатора Тарека аль-Квахара.

— Если передашь нам упыря, то не разделишь его судьбу, — процедил губернатор, обращаясь к посланнику Архонта. — Что же ты выберешь?

— Полагаю, в Трясины возвращаться смысла нет, — вздохнул полуупырь. — А поскольку нам обоим надо поквитаться с Тареком — может, это и есть наш шанс?

— Глупец! — воскликнул губернатор. — Близится буря, земли накроет потоп! Мы больше не будем страдать от невежества, от слепоты и от горького бремени существования. Горе Асхану, горе тем, кто посмел противостоять обретшему просвещение. Боги приходят и исчезают в забвении. Империи созидаются и разрушаются. Герои восстают и низвергаются. И ты — не исключение. Это только начало…

(Пафос уже вываливается из штанов. Что за ересь он несет? Причем в прямом смысле слова ересь, Сандро в своё время изгнали всего лишь за непочтительные мысли в сторону Богини Паучихи, и он был личным учеником Белкета и одним из тех кто создал некромантию как школу, тут же какой-то мелкий губернатор прилюдно и прямым текстом заявляет, что боги смертны и однажды уйдут в ничто. Да его бы собственные войска могли за такое растерзать, а уж официальные власти точно убили бы)

Повинуясь жесту Тарека, его капитан приказал войскам атаковать рыцаря смерти, странствие которого завершалось там же, где и началось — в темнице Когти Намтару. Губернатор заклинал героя присоединиться к нему, вещал о скором становлении новой эпохи, но посланник Белкета остался глух к речам предателя. Но когда его воинство пало, губернатор отступил к порталу, ведущему в Нар-Эриш, бросив на прощание:

— Я слишком мягко поступил с тобой, рыцарь смерти. Больше я не допущу такой ошибки. Буря близится. А вы — просто два осенних листа, которые сорвал и кружит промозглый ветер!

Устремившись вслед за Тареком, герои так же переместились через портал, и, попав в Нар-Эриш, поспешили предстать пред Архонтом, чтобы рассказа тому о произошедшем на острове. Возле Белкета уже стоял Тарек аль-Квахар, отметающий всяческие обвинения полуупыря в предательстве.

— Клевета, предательское нападение, подделка улик, — настаивал Йорат, — все, чтобы убрать на Когти Намтару всех, кто мешает тебе. Ты, Тарек, самый обычный преступник, позорящий лордов смерти!

— Твои слова смердят ничуть не хуже твоей шкуры, полуупырь, — с ненавистью прошипел губернатор. — Но их скоро забудут.

Тарек вознамерился было покончить с Йоратом, однако Белкет приказал ему оставить полуупыря в живых.

— У меня нет причин сомневаться в том, что вы оба говорите правду, — изрек Архонт. — Если что-то угрожает переговорам с Империей, наш долг состоит в том, чтобы не позволить сорвать их.

(Идиот, они утверждают взаимоисключающие вещи, а потому не могут быть одновременно правы. К тому же, один из обвинителей твой посланник, в поддержку которого молчаливо выступает твой доверенный слуга. Два свидетеля против одного, ни одному суду не потребуется больше)

— Ты сомневаешься в моей верности, Белкет?! — воскликнул Тарек.

(По моему тех, кто сомневается в твоём предательстве в принципе уже не осталось. Ну кроме отупевшего Белкета, конечно)

— Напротив. Мне нужно убедиться в том, что мы не стали жертвами заговора, устроенного неизвестным врагом. Пусть рыцарь смерти получит шанс доказать, что полуупырь говорит правду.

Белкет велел стражам отвести Йората в темницу и обратившись к герою, Архонт просил того сопровождать его на переговоры с представителями Священной Империи, ведь наверняка этот заговор — не более, чем выдумка. Однако не преминул заметить, что, согласно донесениям лазутчиков, за героем уже давно следит некая странная личность — быть может, один из заговорщиков.

На рыночной площади города упомянутая Архонтом незнакомка, облаченная в причудливые доспехи, сама обратилась к рыцарю смерти, сказав:

— Сама жизнь — путь Девы, длинный и извилистый. На перекрестках его сталкиваются судьбы и исполняются предназначения. Я предвижу на твоем пути великие свершения, ибо в тебе скрыт огромный потенциал. Я помогу тебе раскрыть его. Я укажу тебе путь Девы. Этими тропами проследуешь ты по дороге своей жизни.

Конечно, рыцарь смерти о многом хотел расспросить таинственную незнакомку, однако та велела ему спешить к тюрьме, в которую бросили Йората, сказав на прощание:

— В паутине этого города я ощущаю какое-то движение. В сети паука попалась муха. Он скоро выпьет из нее душу… Вызволи же из беды своего спутника!

(Вообще то, что одну и ту же механику игрокам разных фракций преподносят по разному реально круто. Хотя я бы посмеялся над девочкой, что задвигала немертвому про путь жизни)

Полуупырь, содержащийся под стражей, просил вернувшегося героя разыскать судью Шамира, именно он приговорил его к ссылке на Когти Намтару.

(В смысле приговорил к ссылке? Он же туда по поручению Белкета отправлялся, чтобы дальше пройти на переговоры с Империей. Или его приговорили к ссылке прямо сейчас, без суда и следствия?)

— Если он действовал по поручению известно кого, нужно добиться от него истины, нужно заставить признаться, — настаивал Йорат. — Обязательно нужно! Судью ты найдешь в Великой Библиотеке!

(«Ты даже не сомневайся, ты прав, главное выбить из него признание» — говорили они)

Однако, вопреки утверждению обращенного в полуупыря некроманта, судьи в библиотеке не оказалось. Рыцарь смерти сумел разыскать лишь облаченного в алую ризу мужчину, представившегося Хаджаром, помощником накануне бесследно исчезнувшего судьи.

(Маг Дома Химеры в столице Дома Вечности?)

— Я пытаюсь отыскать дневник судьи, — признался Хаджар рыцарю смерти. — Я знаю, он спрятал его где-то в Великой Библиотеке. Возможно, там есть зацепки, которые как-то объяснят его исчезновение.

Герой велел своим воинам обыскать обширные хранилища библиотеки, и в скором времени дневник Шамира аль-Ушкара, спрятанный в книге его же авторства под названием «Цикл смерти. Раскрытая тайна», удалось обнаружить. Хаджар принял дневник из рук рыцаря смерти, после чего с ухмылкой признался, что он принадлежит к разбойничьей банде Черного Клыка, и подельники его окружают героя и его воинов.

— Этот дневник много раз мне помогал, — изрек индивид, выдававший себя за помощника судьи. — Написанное в нем защитит нас. Остается лишь одна помеха — и, боюсь, это ты.

(Ну да, ну да. Кому вообще сдалась интересная история про химеролога осевшего у некромантов, давайте лучше введем уже упомянутую в компании другой фракции группу разбойников/наёмников. Господи, порази громом всех этих творческих импотентов, ну задрали уже одинаковые кампании в одинаковых играх)

В последовавшем противостоянии головорезы из Черного Клыка пали, однако облаченному в алую ризу мужчине удалось улизнуть. В тупике, близ которого происходило сражение, герой обнаружил настоящего помощника судьи, Хаджара, которого удерживали разбойники.

— Я знаю, что за похищением судьи стоит банда Черного Клыка, — поведал он рыцарю смерти. — Но вопрос в том, кто ее нанял. Кто заинтересован в том, чтобы судья Шамир исчез?

Герой поведал Хаджару о своих подозрениях касательно того, что судья может быть замешан в заговоре, однако толку в бессмысленных предположениях не было, и нужно отыскать негодяя, укравшего дневник — быть может эти записи помогут все расставить на свои места.

На Рыночной площади города рыцарь смерти сумел разыскать лазутчика разбойников, поведавшего о том, что логово Черных Клыков находится в Нижнем Городе — трущобах Нар-Эреша. Действительно, герою удалось обнаружить тайное убежище головорезов, где его приветствовал их предводитель, Изз-Ун-Дин.

— Добро пожаловать! — буднично приветствовал он посланника Архонта. — То, что тебе удалось пробраться сюда, говорит о беспечности, с которой мы подобрали людей. Они не уважают больше кодекс чести Черных Клыков. Что ж, я проучу этого предателя и сделаю его примером для остальных. Но к делу — я не могу отдать тебе дневник, и на то есть разные причины. Но зато я могу рассказать тебе, где искать судью Шамира. Уверяю, он сможет ответить на все твои вопросы. Мои люди пропустят тебя.

(Господи, я хочу дополнить свою просьбу о творческих импотентах, не только громом порази, но и геморрой пошли, размером с кулак.

Без шуток, они тупо перенесли целый пласт сюжета из одной кампании в другую. Я все понимаю, браузерная игрушка, все дела, но либо уж делай одну кампанию на всех, либо уже делайте разные кампании)

Изз-Ун-Дин поведал герою, что судья содержится в Слепых переулках Нижнего Города, однако, вопреки заверениям предводителя Черных Клыков, разбойники, охранявшие вход в эти места, наотрез отказались пропустить рыцаря смерти. Пришлось прорываться с боем.

(Немного выбивают из колеи эти боевые действия в городской черте. Даже в оживленной людской столице это должно было вызвать волнения и разбирательства. У неторопливо-тихих же некромантов реакция на возмутителей спокойствия точно должна была быть. Но опять всем насрать)

Взору рыцаря смерти предстал лич — судья Шамир, из которого вытягивал последние энергии не кто иной, так губернатор Тарек!

(Ну кто бы сомневался)

— Ты опоздал, — прошипел он, обращаясь к герою. — Вскоре Шамир обратится в пустую оболочку, в тень, в ничто. Он не сможет подтвердить твои обвинения, выдвинутые против меня! Ты сам будешь судим и обращен в упыря.

(Как не прискорбно, но это кусок картона прав. Так уж сложилось, что в этой игре Белкет просто кусок известной субстанции, что не может верить собственным слугам. Он так же не допросил упырей, что раньше были именитыми некромантами. А ведь мы знаем, что упыри способны разговаривать и даже если они лишались памяти, хоть что-то из них можно было вытянуть, они могли что-то услышать после превращения, например. Он не допросил слуг подозреваемого, кто-то из них мог проговориться или просто не очень убедительно соврать. Да даже банально, не поместил Тарека пол стражу)

— Тьма… — прохрипел обреченный судья. — Тьма поглощает меня, туманит разум. Слишком поздно.

— Он прав, — с ухмылкой подтвердил Тарек. — Щупальца Тьмы тянутся к душе Шамира. Он смотрит в бездну. Ты проиграл, рыцарь смерти. И утратишь не только свою душу, но и вечность!

(Тьма, что способна уничтожить душу… очень похоже на Пустоту. Но тогда у меня вопрос, как Белкет, что до этого очень хорошо Пустоту чувствовал, так спокойно этого кадра упустил? Безликие, описывали Пустоту как нечто страшное и более темное, чем тьма самой Малассы. Знакомые с пустотой маги, такие как Белкет и Вейн, могли почувствовать следы магии Пустоты на земле (или в воздухе) спустя дни и недели после того, как кто-то тут колдовал. А тут вдруг никто ничего не почувствовал)

— Прости меня! — выдавил судья Шамир, обращаясь к герою. — Я думал, действия мои избавят Эреш от хаоса и разрушения. Я ошибался. Я не разглядел жажды власти в глазах Тарека. Да, я приговорил истинного Йората аль-Бехира к заточению на Когтях Намтару. Я и помыслить не мог, что доказательства, представленные мне Тареком, были подделкой. Но теперь тебе придется все взять в свои руки, ибо отчаянные времена требуют отчаянных решений. Вытащи истинного Йората аль-Бехира из темницы Нар-Хереша!

(Слишком длинная фраза для умирающего. Почему Йората называют «истинным»? Почему слова персонажа, что он делал как лучше и вообще поверил предоставленным доказательствам, выглядят как попытка оправдать свои грязные делишки? Почему я вообще должен сочувствовать этому персонажу? Его ввели буквально две миссии назад, у него полторы реплики в диалогах. Зачем мне пытаются навязать какие-то эмоции в связи с его кончиной?)

Ворвавшись в городскую тюрьму и перебив охрану, рыцарь смерти вызволил полуупыря из заточения. Последний постановил, что им нужно немедленно отправиться в Убежище Драконьих Рыцарей, дабы схватить самозванца и предотвратить беду, ведь некий неизвестный, непостижимым образом принявший его личину, отправился на переговоры с Дунканом Соколом!

(И так, мы только что совершили военное преступление и перебили кучу ни в чем не повинных членов нашего Дома, они же служители одного с нами культа, то есть наши духовные братья и товарищи. И все это ради великой цели.

Откуда вообще пошло вот это вот все, великие жертвы (на которые просто наплевать) ради великой цели (на которую тоже, по большому счету наплевать)? Почему подобные действия преподносится как что-то естественное? Даже не касаясь того, правильно ли предавать своих ради великой цели (тут стандарты даже не двойные, а многомерные какие-то), хоть какая-то реакция на подобные действия должна была быть)

Но на городской площади перед порталом рыцарь смерти и Йорат Архонта увидели Белкета, беседующего с предводителем Черных Клыков, Изз-Ун-Дином. Полуупырь тяжело вздохнул: заговор казался ему все более и более сложным, и он уже начал путаться, кто и с кем состоит в тайных союзах.

Заметив рыцаря смерти, Архонт Белкет рассказал, что Черные Клыки передали ему дневник судьи, содержимое которого доказывало предательство губернатора Тарека.

(А значит последние две миссии теряют всякий смысл, как и совершенное нами военное преступление, кстати)

— Теперь я знаю, что вы говорите правду, — сказал падший ангел. — Предателю Тареку это с рук не сойдет. Но сейчас мы должны спешить на мирные переговоры. Нам следует остановить самозванца, предупредить Драконьих Рыцарей и спасти переговоры. Надеюсь, еще не поздно.

(Ох боже, просрали такого интересного персонажа)

***

Вместе с Белкетом рыцарь смерти и Йорат вошли в портал и переместились в Убежище Драконьих Рыцарей, что находилось в древних руинах Шантири на Шепчущих Равнинах. К своему удивлению, они увидели демонов, а возле этих порождений Шио — Драконьего Рыцаря.

— Меня зовут Ир Катум, — представился воин ордена герою. — Я провожу тебя к собравшимся, как только разберусь с этим неожиданным участником переговоров.

— Участником?! — пророкотал предводитель демонов, Кар-Радеск. — Думаешь нас, повелителей Хаоса, волнуют ваша суета и политические дрязги? Пока ваши правители сидят и болтают, мы будем убивать и порабощать.

(Кого и для чего собрались порабощать порождения хаоса, зацикленные лишь на разрушение всего упорядоченного?)

— Тогда зачем ты явился сюда? — напрямую вопросил Ир Катум, и демон рассмеялся:

— Я пришел сразить давнего врага. Того, кто предал меня! Того, кто обернулся против Кха-Белеха! И след ведет сюда.

— Откуда нам знать, что это не очередная твоя хитроумная ложь? — осведомился Драконий Рыцарь. — Откуда нам знать, что ты пришел сюда не затем, чтобы сорвать переговоры?

(А почему вы вообще разговариваете?)

Демон наотрез отказался объяснять что-либо Драконьему Рыцарю, и тот велел стражам ни в коем случае не пропускать отродье Хаоса к площади, на которой проходят переговоры между Архонтом Белкетом и Императором Дунканом Соколом.

Ир Катум задумчиво воззрился на полуупыря, именовавшего себя Йоратом аль-Бехиром, в составе делегации Эреша на переговоры пришел некромант, выступающий под тем же именем. Драконий Рыцарь принял решение сопроводить рыцаря смерти и его спутников к Драконьему Магистру Томону, оставляя решение за последним.

(Ну да, ведь темнокрылый Ангел Белкет — это такая мелочь, у нас тут таки косяками летают сначала на юг, потом домой. Понятно, что отдельный рыцарь не имеет полномочий что-то решать. Но сама ситуация была обставлена так, будто этот рыцарь мучается жесточайшим похмельем. Ну вот насрать ему на демонов, на некромантов, вообще на все, ему бы сейчас пивка холодненького)

Помимо Драконьих Рыцарей, следивших за всеми без исключения участниками переговоров, на площади пребывали Драконий Рыцарь Томон, а также Император Дункан Сокол, Альбин фон Хельвальд, сопровождавший их чемпион, Архонт Белкет… и некромант, «Йорат аль-Бехир».

(Белкет вроде бы с нами шел, а тут вдруг уже там стоит, рядом с предателем)

Драконий Магистр внимательно выслушал рассказ полуупыря, озадаченно покачал головой:

— Странные вещи ты рассказываешь. Ты утверждаешь, что этот человек, который выглядит по описанию твоего повелителя в точности как Йорат аль-Бехир — самозванец? Мы, Драконьи Рыцари, призвали Архонта Белкета и Императора Дункана Сокола, чтобы разрешить пограничный конфликт. Но теперь мне кажется, что вашим народам сперва следует разобраться со своими внутренними проблемами, разобщенностью и заговорами.

(Какого хрена?! Белкет при нас получил на руки дневник с доказательствами, он сам сказал, что тут все раскрыто и понятно, но теперь он свидетельствует в пользу самозванца. Почему не предоставили доказательства? Почему вообще ничего не сделали, предоставив Йорату самостоятельно решать эту проблему? На месте несчастного я давно бы всех в жопу послал и оставил их самостоятельно решать свои проблемы)

Некромант и полуупырь, каждый из которых именовал себя «Йоратом», принялись поносить друг друга, но конец перепалке положил Томон, постановив:

— Мы выслушаем обе стороны. Пусть выскажутся. Если в их словах есть правда — мы найдем ее, а после решим, как следует поступить.

— Что вы хотите от меня услышать? — тяжело вздохнул некромант. — Что я обманщик, самозванец, стремящийся к хаосу и беспорядку? Но я — Йорат аль-Бехир.

— Лжец! — не удержался полуупырь, и, когда взоры присутствующих обратились к нему, заговорил: — Зачем мне врать про себя? Мне терять нечего.

— Говоришь ты и правда как Йорат аль-Бехир, но совсем на него не похоже, — заметил Альбин, и полуупырь хмыкнул, обернулся к дипломату людей:

— Вместо того, чтобы описывать мою внешность, ты бы, Альбин, лучше бы спросил того самозванца о нашей последней встрече. Интересно, помнит ли он название таверны, где я обыграл тебя в кости.

— Это я и сам бы с удовольствием забыл, — набычился Альбин. — Но здесь не время и не место вспоминать былые обиды.

— Мы знаем, что за этим заговором стоит Тарек, — задумчиво изрек Белкет. — Но зачем было посылать фальшивого переговорщика? Кому это выгодно?

(Да неужели? Белкет вспомнил, что есть некий заговор)

— Надеюсь, ты не хочешь сказать, что я об этом знал? — процедил Император, но за Белкета Дункану ответил полуупырь:

— Я уверен, что Архонт имел в виду, что именно из-за Тарека демоны пытались убить вашего переговорщика, Альбина фон Хельвальда. Давайте не будем торопиться с выводами.

— Если переговоры провалятся, это сыграет на руку тем, кто не хочет мирного решения конфликта, — поддержал Йората Император. — Мы должны держаться сообща на тот случай, если здесь появятся неведомые силы, желающие нас уничтожить.

— Верно, Дункан, — согласился Белкет. — Нельзя одновременно предотвращать войну и готовиться к ней. Мы служим Асхе, Драконице Порядка, а не ее брату Ургашу, повелителю Хаоса.

— Я рад слышать это от тебя, Белкет, — улыбнулся Император. — Лик войны всегда уродлив, но те, кто привыкает к кровопролитию, часто прячут свои мысли за улыбкой. На лице этого упыря я не вижу улыбки. Возможно, он говорит правду.

(Гениально, Шерлок Холмс нервно курит в сторонке свой дедуктивный метод. Я искренне не понимаю потуги сценаристов, которые хотят оправдать поступки и решения героев, но не хотят заморачиваться с расследованием. Ничего этого не нужно, у нас уже есть некие доказательства, дневник, который все никак не всплывет)

— Меня пытались убить демоны, меня отравила церковь Эльрата! — воскликнул Альбин. — И зачем? Чтобы я не явился на переговоры. И Тарек приложил все усилия, чтобы этот полуупырь не добрался до Убежища. Но мне по-прежнему трудно понять, как связано то, что случилось со мной, с начинанием Тарека. Надо узнать, не Тарек ли подослал этого некроманта сюда. Или, быть может, намерения его до сих пор остаются тайной.

Драконий Магистр вынужден был признать, что подобными взаимными обвинениями ничего не добиться. Посему постановил, что по очереди поговорит с каждым из разумных, называющих себя «Йоратом». И пока беседует он с Йоратом-полуупырем, рыцарю смерти и имперскому чемпиону следует сопроводить Йората-некроманта в темницу, где будет дожидаться своего череда предстать пред Томоном.

(Ну прекрасно. Когда мы просмотрели тону тупых реплик, что пытались походить на диалоги, когда все решили, что «некромант» подделка, а полуупырь настоящий, магистр ордена наконец закончил загрузку стороннего софта и включился в работу. По сути все то, что мы сейчас прочитали, все разбирательства по делу Йората, нахер нам не нужны, просто пустая трата сценарной бумаги)

Некромант безропотно позволил героям отвести себя в тюремную камеру, однако бросил на прощание:

— В итоге главное — не истина, а то, во что верят люди. Запомните мои слова, имперец и рыцарь смерти. Скоро вы все узнаете и, надеюсь, сможете понять, узреть собственными глазами. И не забывайте — многие непреложные истины изначально рождались как богохульство.

(При чем тут имперский рыцарь и рыцари смерти? Они всего лишь исполнители, в итоге даже мнение Императора и Архонта никак не учитывалось, великий магистр решив сам во всем разобраться и вынести личное решение, на основе тайного допроса…

Блин, несмотря на откровенно клишированные злодейские фразы, явственно отсылающие к пустомантам Сандро, вся ситуация действительно может обернутся так, что предателем будет именно полуупырь. Даже интересно, как быстро сценаристы похерят такой забавный сюжетный твист?)

По возвращении на площадь герои увидели орду демонов, теснящих Драконьих Рыцарей. Драконий Магистр Томон сражался с тварями Хаоса наряду с собратьями по оружию.

— Не думаю, что нападение связано с переговорами, — бросил он героям. — Уверен, все дело в могущественном артефакте, который мы охраняем уже много столетий. Он зовется Мелодия. Сделайте все, что в ваших силах, чтобы помочь нам его уберечь. Он находится во внутреннем святилище это храма. Он не должен попасть в руки демонов. На кону — судьба Асхана!

(И снова неожиданные прозрения. Почему магистр вдруг решил, что демоны пришли за артефактом и никак не заинтересованы в переговорах? Почему в храм за артефактом отправляют левых героев, вместо доверенных рыцарей? Ведь точно так же нам могли поручить сдерживать демонов на площади, пока Драконьи Рыцари будут эвакуировать артефакт)

Герои повели за собою нежить и имперских воинов ко внутреннему святилищу, расправляясь со множеством демонов, заполонивших подземелья Убежища. Но они опоздали, в нужной зале уже кишели демоны, а Драконий Рыцарь, облаченный в золотые доспехи, Хранитель Мелодии, израненный, лежал на земле. Перед смертью он успел поведать героям, что Мелодию забрала с собой некая суккуб.

(Еще одна слишком длинная для умирающего фраза. Это уже стало коронной фишкой игры, мы подбегаем к умирающему и он на последнем издыхании говорит минут 2-3. Большой объём легких, наверное, надолго последнего дыхания хватает)

Об это знал также и Кар-Радеск, которого Драконьи Рыцари так и не пропустили в Убежище. Остававшийся у ворот демон поведал героям, что имя суккубы — Дэва, и именно ее он преследует. Встревожившись, Драконий Рыцарь Томон предложил героям навестить загадочного некроманта, остающегося в темнице и именующего себя «Йоратом».

Как оказалось, Драконьего Магистра чутье не подвело, но когда оно подошли к тюрьме, Дэва уже успела вызволить некроманта из заточения.

— Мы на перепутье, — провозгласил тот, обращаясь к героям, — перед нами — будущее Асхана и то, что оно принесет. Пора выбрать сторону, ибо демоны скоро покинут свою вечную тюрьму и ступят на землю Асхана.

— Мы вернем свое место среди потомков Драконьих Богов, — подтвердила Дэва, испытывающе глядя на некроманта, однако взор того был устремлен исключительно на героев.

(Какое к чертовой бабушке место? Демоны не были потомками стихийных драконов. Они вообще не имели места в мире созданном Асхой, их создали чтобы уничтожить этот мир)

— Пора прощаться с прошлым и принять будущее, — убеждал он посланников Империи и Нар-Эреша, а суккуба вторила его словам:

— Вам следует отправиться с нами. Вместе мы создадим новый Асхан.

(Ох боже, убейте меня кто-нибудь)

Видя, что переубедить героев они не сумеют Дэва атаковала, в то время как некромант отступил. Он обрел то, к чему стремился — Мелодию, и пришло время покинуть сцену. В той магии, что использовал загадочным предатель, Драконий Магистр распознал магию Пустоты, чему несказанно изумился…

(Почему-то я так и думал, даже лежащие на поверхности «неожиданные повороты» и интриги — это слишком сложно для сценаристов)

Героям удалось покончить с сукуббой, в то время как Драконьи Рыцари, направляемые Иром Катумом, отразили атаку демонов на Убежище. Наконец, участники мирных переговоров вновь собрались на площади. Здесь также присутствовали полуупырь и демон Кар-Радеск, ставший невольным союзником смертных, хоть и относился к ним с нескрываемым презрением.

(Драконьи Рыцари, древний орден у которого была ровно одна цель, сражаться с демонами. Будто нам мало того, что они до сих пор нихрена не делали, в итоге данный орден вообще вступил в союз с одним из предводителей демонов. И ладно бы это был мятежный владыка, как та же Дэва, что мы сразили, но нет, это верный Кха-Белеху демон. Ну знаете, тот самый Кха-Белех, что руководит демонической ордой в текущем вторжении, что всем сердцем желает только одного, освободить Ургаша, о чем всем известно)

— Нам не удалось их задержать, — признался Ир Катум Драконьему Магистру. — Они исчезли так же неожиданно, как и появились.

— Теперь мы хотя бы знаем, зачем они появились, и я требую от вас объяснений, — процедил Император, обращаясь к Драконьим Рыцарям. — Расскажите нам о Мелодии.

— Мелодия — один из древнейших и могущественнейших артефактов Асхана, — сказал Ир Катум. — Мы решили сокрыть его здесь, доверить Мелодию можно только нейтральной силе, ибо Мелодия, Песнь Эльрата, обладает могуществом, достаточным, чтобы призвать Дракона Света. Ни один народ, ни одна держава не сможет противостоять подобному искушению. Ведь в мире сем столь много алчности и жажды власти.

(Откуда у вас этот артефакт? Почему Ангелы не пытались прибрать его к рукам? Есть ли подобные артефакты у других богов? Если есть, то где они хранятся? Если нет, то почему у Эльрата он есть? Вопросов сценаристам хочется задать вагон. И самое забавное, что попытайся кто-нибудь из них на мои вопросы ответить, то у нас на двоих вышел бы сценарий для еще одной кампании к героям, посвященный артефакту Мелодия)

И Император, и Белкет согласились, что нужно объединить усилия и сделать все возможное, чтобы вернуть артефакт, хотя они и не представляют, кем выступает их таинственный противник, могущественный пустомант.

(Чё? Не могут понять кто был этим могущественным пустомантом? Где там наша глава о дополнении Пляска Смерти Героев 6? В мире существует ровно два Повелителя Пустоты, Вейн и Сандро. Вейн решил не связывается с этой силой, Сандро же основал орден магов пустоты, где каждый пустомант был его учеником, часть таких учеников те же Мечи Ветра вырезали лет за 100 до второй магической чумы. Да, этим магом может быть не Сандро лично, но каковы шансы, что он вообще не связан с бывшим учеником Ангела Смерти?)

Но Ир Катум предлагал способ выяснить это:

— За стенами этого храма, глубоко в песках Шепчущих Равнин лежат древние руины Империи Шантири, — говорил Драконий Рыцарь. — Легенда гласит, что там скрыт оракул. Хотя последний раз он говорил с нашим родоначальником Сар-Бадоном после того, как тот открыл в себе внутреннего дракона много веков назад, а с тех пор не проронил ни слова. Быть может, этот оракул — наш последний шанс, поэтому стоит попробовать. Его именуют Тремя верховными жрицами.

Покинув пределы Убежища, герои, сопровождаемые Иром Катумом, устремились в пустыню и вскоре обнаружили там каменную плиту, с выбитыми на ней письменами Шантири.

— Это и есть оракул Шантири, — поведал героям Драконий Рыцарь. — Но я ни слова не могу разобрать. Похоже, мы зашли в тупик…

— Вы должны разбудить сокрытых в вас драконов. Поверьте же в неведомые вам покамест силы, чада Асхи… — раздался в их умах голос, когда Герои приблизились к каменной плите, и образ дракона появился в их умах.

Изумленному Иру Катуму герои поведали о своем видении, и Драконий Рыцарь предложил тем посетить иные реликвии в пустыне — Шепчущие Камни, чтобы попытаться прочесть письмена и на них. Быть может, тогда оракул заговорит с ними…

В последующие дни герои вдоль и поперек исходили Шепчущие Равнины, пробуждая магию Шепчущих Камней, каждый из которых был посвящен одному из Драконьих Богов. Наконец, вернувшись к оракулу, они увидели восставшие близ плиты три каменных изваяния — Верховных жриц, олицетворявших три ипостаси Асхи: Деву, Мать и Старуху.

— Там, где времени нет, пленены три жрицы, — изрекла Старуха. — Трех Грезящих найди, их сон прекрати. Пророчество, что ищешь, наконец узри.

— Мать в тихих землях спокойно спит, — вторила ей Мать. — Песок бесшумный ее сон хранит. И в вечный бой вовлечена, о жизни и любви грезит она.

— Дева, что спит в нефритовой воде, — прошелестела Дева, — слепа, но видит все и везде. Ее помнят драконы, число их — восемь всегда, ей снится равновесие и снится судьба.

— Старуха — последняя, в былом живет, — завершила пророчество Старуха, — стара, мудра и знает все. Но дарит лишь последний вдох она, уснешь — и не проснешься никогда.

(Ну да, ну да, загадочное пророчество, как же без этого клише? Я даже не буду пытаться анализировать тот бред, что на нас вылили, так как похоже нас ждет еще больше гениальных (необоснованных) догадок, в духе тех, что уже продемонстрировал магистр ордена)

Смысл пророчества ускользал от Ира Катума, поэтому он посоветовал героям обратиться к человеку по имени Харуд, руководителю раскопок в руинах Шантири в северо-западных пределах пустыни, Анкун Р’Аш. Неожиданно (сарказм), но Харуд действительно смог помочь героям, ибо здесь, в руинах, были обнаружены древние записи о провидице Шантири, прозванной Грезящей о Смерти.

— Это можно сопоставить с пророчеством, в котором говорится о Старухе, — предположил Харуд, — что «стара, мудра и знает все… уснешь — и не проснешься никогда».

(Что за идиотское клише? Прямо тут, под боком у нас оказалась подсказка для дальнейших поисков. Просто зачем, зачем нагонять тупую интригу, которую вы тут же разрушаете? Если игроделы не хотят заморачиваться с поисками и расследованиями, то оракул мог прямым текстом сказал где искать, если же нам хотели показать решение загадок, то стоило хотя бы сделать вид, что мы что-то ищем)

Орки-рабы Харуда трудились без устали, пытаясь отыскать гробницу этой провидицы, однако пока безуспешно. Герои приказали своим воинам — как имперцам, так и нежити, — оказать рабам всяческую поддержку в раскопках. Так, воины посланников Архонта и Императора покончили со множеством пустынных гигантских пауков, оказавшихся в рудниках, а также купили новых невольников в лагере работорговцев, разбитом в южных пределах равнин.

(Забавный момент, вообще вроде как, после восстания орков создание полудемонов запретили, и хотя на этот запрет клали болт все кому не лень, все же есть разница, между тем, чтобы тайно создать запрещённых рабов только для себя и открыто выставить этих рабов на продажу. И будто нам мало того, что это незаконно, подобные рынки еще и охренеть как опасны. Орки рабы в своё время успешно нагнули демонов, что теснили альянс народов Асхана, потом восставшие орки неплохо так отпинали магов и людей, и в итоге непокорные племена стали реальной силой на континенте. Какова вероятность, что какое-нибудь племя просто придет и затопчет всех работорговцев?)

Наконец, рабам Харуда удалось обнаружить вход в усыпальницу провидицы, однако путь им преградило гигантское создание, жуткий гибрид паучихи и женщины — Страж Тишины, принадлежащая к роду пауков-намтару.

(Какого хрена? Намтару были порождены Матерью Намтару, которая со времен Войны Творения была заперта на одном из островов нефритового архипелага и изолирована от мира. Откуда там взялась эта тварь?)

— Вы не Шантири, — прошипело чудовище, обращаясь к героям. — Вам не позволено прерывать сон Грезящей о Смерти.

(Интересно, как она определила, что наши герои не принадлежат к империи Шантири? Ведь данная империя состояла из созданий всех драконов, в том числе и людей, сыновей дракона воздуха)

Великое множество пауков хлынуло из усыпальницы, герои отдали приказ солдатам сдерживать натиск тварей. В это время Страж Тишины, наблюдая за противостоянием, продолжала вещать:

— Много веков назад эти гробницы были запечатаны. Запечатаны, чтобы закрыть путь невежеству, грубости, обидам… нотам мелодии упадка, под которую пляшут великие цивилизации. Колыбельная Смерти следует за этой пляской. Прозвучит она и после нашего танца.

(Настолько глупо, что даже смешно. Гробницу запечатали, чтобы закрыть путь всем этим нехорошим вещам, перечисленным выше. Если бы она сказала, что гробница запечатана, чтобы защитить того, кто в ней покоится, вопросов бы не возникло. А так, все звучит как будто невежество, грубость обиды и все такое прочее запечатаны в гробнице, вместе с пророчицей, что нам нужна. Теперь её прозвище «Грезящая о Смерти» не кажется мне такой уж бесполезно пафосной фигней)

Покончив со Стражем Тишины, герои прошли в усыпальницу, где увидели другую намтару, Грезящую о Смерти.

— Мы видим сон Асхи, — прошелестела та. — Ее мысли — наши мысли. Ее глаза — наши глаза. Я — пробудившаяся смерть… Множество столетий назад великая Империя Шантири простиралась на все творение Асхи. Дети драконов жили в гармонии и вместе создавали чудеса невероятной красоты, немыслимой в последующие времена. Но старая вражда ослепила Ангелов и Безликих. Из разногласий родился конфликт, из конфликта разразилась война. К рассвету Империи Шантири не стало. Ангелы и Безликие оказались на грани гибели. Их смерть не должна быть забыта, а их история должна быть рассказана.

(И нахрена нам это рассказали? Да, окей, хорошо, допустим есть новый игрок, который не играл в Героев 6 или МиМ 10, но людей решивших попробовать онлайн игру именно после тех игр, скорее всего было не соизмеримо больше. Сценаристы уже очень много спекулировали темой Войны Древних, и человек который все это видел, которому эти сюжетные ходы уже оскомину набили, должен выполнить ряд малоинтересных квестов, чтобы еще раз послушать уже известную ему информацию.

Помимо чисто человеческого фактора, этот момент образует и логическую дыру. Например Белкет, не просто знает о той войне, он её помнит, так как был непосредственным участником боевых действий. Ни за что не поверю, что доверенный помощник Архонта вот вообще не знал и не слышал о тех событиях. По итогам МиМ10 вся Империя Сокола знала об «обмане Уриэля» и гамбите Эребоса, поэтому рыцарь Империи так же должен был все это знать.

Но самое главное, я просто не понимаю, нахрена все это? Можно понять, когда пытаются растянуть гемплей в одиночных играх, «если мы хотим продать игру за полную цену, там должна быть компания минимум на 30 часов». Это ублюдский подход, но я могу понять желание людей заработать. Тут же условно бесплатная игра, формата «развлеки себя сам», с прокачкой, гриндом, пвп аренами и ежедневными активностями. Нафига вам растягивать сюжет в такой игре?)

Харуд очень обрадовался: руины Шантири скрывают такие тайны, о которых ему даже мечтать не приходилось! Он предположил, что остальные Грезящие вполне могут пребывать в иных обиталищах Шантири, скрытых в песках Шепчущих Равнин.

(Тайны? Вы б**ть издеваетесь?! Война Древних для вас тайна, как и население империи Шантири? А вот тот вагон существ, что эти времена застали, шаманы, что из мира духов достают знания, духи умерших, что сохраняют память и способность говорить на протяжении сотен, если не тысяч лет, с ними как? Что насчет всех тех руин Шантири, которые так щедро рассыпаны по поверхности Асхана, в них вы тоже до сих пор только артефакты невероятной силы находили, но не знания?)

Об обнаружении Грезящей о Смерти герои известили Ира Катума, дожидавшегося их возвращения возле оракула, и Драконий Рыцарь в ответ рассказал о том, что не так давно к каменной плите приближался некий чародей, изучивший письмена и выступивший в направлении северных Песчаных Дюн.

— В пророчестве говорилось — «песок бесшумный ее сон хранит», — напомнил Ир Катум рыцарю смерти и имперцу. — Быть может, речь об городе Шантире, наполненном статуями ангелов? Это место именуют Дхармур Р’Аш.

(Интересно: почему он так решил? На всю пустыню у них там только одно место, где песок не шумит?)

Чародея аль-Кадира, маг Духа, герои отыскали в северных пределах Песчаных Дюн, однако руины Дхармур Р’Аш скрывал некий магический барьер.

— Я уже давно изучаю загадку каменных статуй, — признался маг, приветствуя героев. — Похоже, мы имеем дело с армией ангелов, обращенных в камень Безликими во время Войн Старейших.

(Хреново, но ожидаемо, что Маг Духа никак не отреагировал на Героя Некроманта, хотя отношения между этими домами крайне напряженные и сравнительно недавно даже случился продолжительный военный конфликт)

Маг рассказал, что магический барьер наведен представителями некоего таинственного культа, укрывшимися где-то в пустыне, вознамерившимися сокрыть древнюю тайну, узнать которую могут как герои, так и аль-Кадир. Загадочных сектантов, служителей Пустоты, герои разыскали и прикончили, и магический барьер, скрывавший Дхармур Р’Аш, немедленно исчез.

Рыцарь смерти, рыцарь, архимаг и сопровождавшие их войско вошли в руины, в которых их ожидало великое множество каменных изваяний ангелов. Как оказалось, многие из них были оживлены магией и готовы бросить вызов любому, кто дерзнет вступить на их территорию.

— Наша смерть не должна быть забыта, — говорили они, устремляясь в атаку. — Наши истории должны быть рассказаны.

(Так расскажите свою историю, идиоты, а не пытайтесь убить единственных свидетелей!)

Когда герои расправились с ожившими статуями перед ними появился еще один каменный, Страж Печали, ведуший в бой еще больше каменных ангелов, к которым присоединились каменные грифоны, что атаковали рыцаря смерти и имперского воина. Но каменные реликты ушедшей эпохи не смогли противостоять войску, и Страж Печали обронил, умирая:

— Лишь миг назад летели мы к солнцу. И вот мы падаем, умирая. Мы видели самую страшную из войн, на нас страшнейшее из заклятий. Неужели вы думаете, что сможете сделать нам еще хуже?.. Камень, о который вы споткнетесь, часть ваших судеб… а заключается она в том, чтобы видеть сны Жизни…

(Слишком длинная фраза для умирающего)

Страж Печали окончательно умер и перед героями предстала призрачная фигура ангела, сказав:

— Мы видим сон Асхи. Ее мысли — наши мысли. Ее глаза — наши глаза. Я — пробудившаяся жизнь… Множество столетий назад Безликие обратили армию ангелов в камень. Мы видели, что случилось, мы знали, почему это случилось — как злой рок забрал ангелов. Только немой плач окаменевших воинов говорит об их печальной судьбе. Их жизнь не должна быть забыта, а их история должна быть рассказана.

(И Чё? Я типа должен сочувствовать этому безымянному персонажу? Или это такая загадка? Я честно не понимаю, какого хрена тут происходит. Что герой делает, зачем он это делает? Мотивация, сюжет, это не про данный продукт, вот тебе ворох однообразных миссий, вот тебе «сюжетный» босс, немного странных разговоров ни о чем и по новой)

Аль-Кадир предположил, что третью из Грезящих нужно искать по следам Безликих, вовлеченных в эту древнюю трагедию. Чародей вознамерился остаться в руинах Дхармур Р’Аш, дабы попытаться понять, что могло понадобиться в здесь служителям культа Пустоты, герои же вернулись к оракулу, где с нетерпением их дожидался Ир Катум.

— Безликие… — нахмурился Драконий Рыцарь, — давным-давно пропавшие сыновья Малассы. Легенда гласит, что флот Безликих исчез во время Войн Старейших на острове Захум Р’Аш в Нефритовом океане. Быть может, это и есть та нефритовая вода, о которой говорилось в пророчестве… Но южные пределы пустыни окутаны непроницаемым туманом, в котором скрываются призраки.

Простившись с Иром Катумом, герои устремились в указаном направлении, где узнали, что лишь один смертный сумел войти в этот туман — И’Тимад, что состоялся в банде Черного Клыка. Однако он давно покинул бухту Черного Клыка, укрывшись в уединенной пещере на побережье.

И’Тимад встретил героев весьма неприветливо, однако, получив загодя добытую выпивку, с готовностью поделился с чужаками колдовскими словами, с помощью которых возможно развеять нависающий над южными дюнами туман. Множество призраков Безликих скрывалось в этих потаенных руинах, а на пристани герои повстречали паромщика, лицо которого скрывала белая маска. Последний потребовал цену за переправу на остров Захум Р’Аш, на который со времен Войн Старейших не ступала нога смертного.

(С**а… Есть область, в которую можно войти, но нельзя выйти живым. Есть человек, который владеет секретом, как через эту область ходить (кстати интересно, как он это узнал), все еще подвергаясь опасности, но все же шансы есть, и про это всем известно. С ходу удивительно, что этого мужика еще никто не взял за задницу и не подрядил водить через эту область условные караваны. Вдвойне удивительно, что этот мужик сам не предлагает свои услуги каким-нибудь торговцам или контрабандистами, а сидит на жопе и ждет нас, таких красивых. Дальше больше, в местности где никто не ходит вот уже что-то около 700 лет (примерно столько прошло с окончания войны Древних) стоит паромщик, и ждет клиентов)

Золото, древесина и руда, доставленные паромщику, стали достаточной платой за переправу, и вскоре имперец наряду с рыцарем смерти вошли в древние руины Шантини на Захум Р’Аш, где им явился дух Безликого — Страж Скорби.

— Тебе удалось развеять туман, — прошелестел он. — Но запомнить тайны его тебе не суждено. Память — самое тяжелое бремя. Позволь мне снять его с тебя.

(Стремное предложение)

Множество призрачных детей Малассы, лишенных посмертия, атаковало объединенную армию героев, но в тяжелейшем противостоянии им удалось взять верх над Стражем Скорби, и с облегчением отошел тот в мир иной, обретя свободу от собственных воспоминаний.

Героям же предстала пробудившаяся Грезящая о Судьбе, сказав:

— Множество столетий назад целые полчища Безликих покончили с собой, чтобы избежать кровавой и жестокой смерти от рук ангелов. Ангелы могут винить в своем поражении бурю, но мы знаем, что и почему произошло на самом деле. Призраки Безликих до сих пор скитаются в этих туманах, не в силах рассказать о своей ужасной гибели. Их чудовищная судьба не должна быть забыта, их история должна быть рассказана.

(И снова меня мучает вопрос: и чё? Что мне хотели этим сказать? Где связь между этими ох****льными историями и поисками пустомантов укравших артефакт Мелодия, если про него кто-то еще помнит)

Герои вернулись к оракулу, восставшим каменным изваяниям, терпеливо их дожидавшихся.

— Тень восстала, — провозгласила Старуха, когда рыцарь смерти и имперец приблизились. — Это не Шантири, но он изучил наши руины и ритуалы, и смог вернуть душу в давно разложившееся тело. Имя его — Сандро! Он посетил Мир Духов. Мы слышим, как исполняет он Мелодию — Песнь Эльрата. Он призывает Бога Солнца, хочет покончить с Драконом Света! Идите же за ним. Следуйте за Сандро в Мир Духов!

(Ну охренеть! Могучий Маг Пустоты (все с большой буквы) и вдруг Сандро! Ну неожиданность!!! Но если оставить сарказм в стороне, то подача материала максимально хреновая. Если человек играл в Героев 6 со всеми DLC, то он просто не мог не знать, кто такой Сандро и все намеки были бы для него максимально очевидны и прямые как лом. Если речь идёт о человеке который не играл в вышеназванную часть серии, то он вообще не поймет, что это за Сандро со своей магией пустоты. Получается ни нашим ни вашим.

Вообще не раскрыто, что Белкет был учителем Сандро. Что Сандро буквально 50 лет назад чуть не уничтожил всех некромантов, через Мать Намтару воздействуя на яд, растворенный в крови личей и вампиров. Ни слова о том что такое Магия Пустоты, и почем Сандро хочет убить бога. Просто ноль, есть лишь спекуляция на тему, что совершенно незнакома новичкам, и уже задрала тех фанатов серии, что раскошелились на полное издание Героев 6 и МиМ 10)

На этом мы пока остановимся, уже можно сделать промежуточный вывод. Во-первых, сюжетного контента в кампании некромантов оказалось в разы меньше, чем в компании Империи. Если предысторию рыцаря, события до прихода в крепость Драконьих Рыцарей, я сокращал, как в описании сюжетной части, так и собственные комментарии, так как было что рассказать, то предысторию некроманта я раздувал как мог, но вышла ровно в два раза меньший объём текста. Такая разница в качестве наполнения кажется крайне странной.

Во-вторых, у меня вообще не возникло ощущения, что я состою в ордене некромантов. Хрен с ним, с какими-нибудь особыми механиками, сама фракция не даёт ничего. Допустим, рыцарь Империи подходит к Императору Дункану, и тот говорит: «Магия Пустоты, никогда не слышал о ней». Затем рыцарь смерти подходит к Архонту Белкету и тот заявляет: «Это был маг пустоты, блин, кто бы это мог быть?». И действительно, откуда Белкету, два ученика которого стали Повелителями Пустоты, вообще знать о пользователях этой силы? Как Белкет, который видел у Сандро артефакт, позволяющий менять внешность, вообще мог предположить, кто скрывается под личиной дипломата Эреша?

О чем думали люди, включившие это в общий канон мне просто непонятно. Убогость, глупость, откровенная бюджетность. Это типичная кампания из условно бесплатной игры, сделанная просто чтобы было. Посмотрим, чем все это закончится)

История Асхана (Might and Magic Heroes Online часть 3)

Имя истинного противника, стало известно героям, и они поспешили вернуться в святилище и рассказать о словах оракула Драконьему Магистру.

— Сандро! — ужаснулся Томон. — Он вернулся?! Что ж, я не удивлен. Он не смог лишить могущества Мать Намтару и причинить вред Асхе, поэтому взялся теперь за ее детей. Похоже, для воплощения своего нечестивого плана он воспользовался могуществом Пустоты. Данная нами священная присяга требует, чтобы мы защищали творение Асхи и соблюдали равновесие между Порядком и Хаосом. Один из наших братьев, Сар-Хайн, предупреждал, что наступит день, когда силы Пустоты начнут угрожать не только Драконьим Рыцарям, но и всему миру! Тогда мы не прислушались к нему, возможно, сейчас самое время выслушать его слова. Он живет в регионе, который мы именуем Затонувшими Равнинами. Это далеко-далеко на северо-востоке, и добраться туда можно лишь на корабле.

(Какого Хрена? Драконьи Рыцари должны соблюдать равновесие между хаосом и порядком? С каких это пор? В уставе ордена прямым текстом написано, что они должны защищать мир от демонов. Во вступительном ролике говорилось, что у них наконец-то появилась возможность действовать. Как действовать? Я думал, что они теперь будут сражаться с демонами, а они оказывается собираются блюсти какое-то равновесие.

Ну и указание место в виде "далеко-далеко" просто шедеврально)

Разбойники Черного Клыка, в оплот которых герои не преминули вновь наведаться, заломили за морской вояж к Затонувшим Равнинам баснословную цену, ведь воды Нефритового океана в этих местах очень опасны.

Однако, получив запрошенную сумму, они позволили героям подняться на борт, и вскоре доставили их на Затонувшие Равнины. Здесь имперец и рыцарь смерти разыскали отшельника, Драконьего Рыцаря Сар-Хайна, облаченного в золотые доспехи.

— Я говорил им! — с горечью воскликнул тот, выслушав рассказ неожиданных гостей. — Я видел! Я видел это во снах, когда смотрел в глаза дракона! Они не послушали меня! Не послушали… Их глаза слепы, их уши глухи. Нужно было уничтожить Мелодию. Не должно в мире оставаться такого артефакта, такого оружия. Но кто бы стал слушать старого, все повидавшего на своем веку Драконьего Рыцаря? Никто! Теперь все обречены. Уходите же! Теперь, чтобы переломить судьбу Асхана, необходимо что-то большее, нежели герои с армиями. Нужны хотя бы такие герои, которые умеют воплощаться в своих внутренних драконов, пребывающих в смертных оболочках.

(Что, по идее умеют все Драконьи Рыцари. Ну и задвигон про то, что герои с армиями нам не нужны, просто смешон. Вся серия Героев вертится вокруг этой концепции, и я сомневаюсь, что тут разработчики хотя бы на шаг в сторону отойдут)

На глазах героев Сар-Хайн обратился в золотого дракона, истинного поборника света Эльрата.

— Загляните в бездну своих душ, — прозвучал в разумах героев голос Дракона Света. — Туда, где спят ждущие зова драконы.

Герои и их войска, не щадя себя сдерживали чудовищный натиск воплощенного дракона, вознамерившегося испытать их, и Сар-Хайн отступил, вновь принял человеческий облик.

— Такая сила… такое рвение… — с уважением произнес он, обращаясь к недавним противникам, — десятилетиями не приходилось такого видеть. Быть может, Асхан заслуживает нового шанса… Готовы ли вы пересечь Завесу и ступить в мир драконов?

(В итоге тот самый «герой с армией», в нашем случае 2 героя, но сюжетку никто не запрещал проходить в одно лицо, все зарешали. Лично мне не нравится, когда игра на каждый мой чих говорит какой я особенный. Хотелось бы настоящих испытаний, после которых я сам себя смогу похвалить. И именно с этим все плохо.

Был ли дракон сильным противником? Нет. Тут в целом нет сильных противников, это песочница, в которой очень легко перекачаться, в уровнях ограничен только герой, а так развивай город, собирай армию, собирай артефакты и будешь давить сюжетных боссов как тараканов. Это при условии, что вы играете один, а ведь есть кооператив и несколько героев могут объединить армии. Это отмечали многие игроки, PvE слишком легкое, а PvP, наоборот неподъёмное из-за дисбаланса в выборе противников)

Переглянувшись, герои согласно кивнули, и Сар-Хайн указал в сторону западных пределов Затонувших Равнин, сказав:

— Чтобы добраться до разлома в ткани реальности, за которым скрывается Мир Духов, нам придется бросить вызов песчаным бурям и созданиям, населяющим Хребты.

(Стабильный проход в мир духов? И вот прям никто его не чувствует, не знает о нем и не пытается исследовать? Какая же это срань)

В западных пустошах Затонувших Равнин нашлось занесенное песками святилище Шантири, в котором находился разрыв между миром смертным и Миром Духов, и согласно легенде, два пласта реальности разделила Асха собственными слезами.

Вместе с Сар-Хайном герои вошли в разлом, переместившись в Мир Духов. Но Драконий Рыцарь с тревогой озирался по сторонам, это место сильно изменилась с тех пор, как он был здесь в последний раз. А в разумах имперца и рыцаря смерти звучал исполненный тревоги голос Дракона Света, умоляя героев спешить, ибо его убийца уже близко.

(Беззубый какой-то бог)

Чтобы войти во дворы Дракона Света, герои попросили благословения четырех стихий, и духи даровали им особые эссенции, которые имперец наряду с рыцарем смерти оставили как подношения на священных алтарях Эльрата.

(Для того чтобы войти в пространство Света, нам потребовалось не благословение Света, не личное разрешение Эльрата, который там на помощь истошно зовет, нам потребовались эссенции воды, земли, огня и воздуха. Какого Хрена?)

Но они опоздали, когда герои вошли во внутреннее святилище Эльрата, то увидели Дракона Света, которого стремительно оставляли жизненные силы, а рядом — довольно ухмыляющегося некроманта, прежде выдававшего себя за Йората аль-Бехира.

— Значит, это правда! — ужаснулся Сар-Хайн. — Мелодия исполнена. Дракон призван. Кто ты, некромант?

(Куда был призван дракон? Вы, куча дебилов, стоите в его внутренней святилище, в мире духов. Это вы пришли в его дом, а не он спустился к вам)

— Кто я? — хмыкнул тот. — Я — истина. Я — откровение! Я предложил просветление вашему другу, почтенные герои, но он не послушал меня. Он решил, что простая клетка сможет меня удержать.

— Сандро! — с ненавистью прошипел Драконий Рыцарь, и основатель Ордена Пустоты отбросил иллюзорное обличье, хмыкнув:

— Память тебя не подвела, Драконий Рыцарь. Ты здесь, чтобы воочию узреть гибель твоего бога, увидеть, как он будет предан забвению, и встретить Нисхождение Пустоты. Видишь ли, Пустота уже начала стирать разум твоего так называемого бога.

Обратившись к героям, Сар-Хайн напомнил тем, что Эльрат коснулся их душ, и теперь нужно во что бы то ни стало остановить Сандро. Вокруг последнего возникло множество порождений Пустоты, входящих в нечестивый культ, которые сошлись в противостоянии с войсками героев, последовавших за своими командующими через разлом пространства в Мир Духов.

— Маски падают, — вещал Сандро, издали наблюдая за сражением. — Иллюзии развеиваются. Воплощения истаивают. Вы станете первыми свидетелями разрушения основ Асхана. И первыми жертвами… Ведь Асхан полон ошибок, он несовершенен, не вечен. Стихийные Драконы, Изначальные Драконы… всего лишь паразиты, разжиревшие, питаясь предвечной силой, имя которой — Пустота! Пустота — начало всего сущего! И она же станет его концом. Концом, который наступит моими стараниями!

(В итоге Сандро из гениального мага, что то ли видел другие миры, то ли помнил предыдущие жизни, и желал выйти за пределы Асхана, превратился в ЧСВ придурка, что считает себя самым умным и хочет исправить Асхан, предварительно уничтожив его. Саркастичные и ироничные высказывания превратились в пафосные восклицания. При желании все это можно оправдать, например, влиянием пустоты на разум смертного, но сценаристы ничего не объясняют. Да и не хочется ничего объяснять, хочется вернуть того самого Сандро, каким он был в Героях 6)

Однако, вопреки ожиданиям пустоманта, войска героев разгромили орду последователей Пустоты, и Сандро, пообещав, что изначальная сила рано или поздно поглотит его противников, поспешил бежать. Сар-Хайн напомнил имперцу и рыцарю смерти, что прежде всего им нужно позаботиться об раненном Эльрате.

— Нам нужно найти убежище для дракона, в котором он смог бы исцелиться, — сказал Драконий Рыцарь. — Есть одно место, оно называется Колыбелью Эльрата. Это волшебное место находится в монастыре Водопады Света в Земле Света — сердце Священной Империи. Где еще в материальном мире Эльрат будет надежно защищен, как не в собственном храме — церкви Эльрата?!

(Ну так то он не был защищен даже в собственном доме в типа «изолированном» мире. Зачем вообще тащить его в материальный мир?)

Войска, следующие приказам рыцаря смерти и имперца, вознамерились как можно скорее доставить Дракона Света в храм. Портал перенёс Сар-Хайна и его спутников из Мира Духов в самое сердце Церкви Света, Лихтфелс, что в Священной Империи Сокола. Некогда этот великолепный город был одним из небесных городов ангелов, а потому по праву мог называться главным оплотом последователей Эльрата. Повсюду, куда бы ни падал взор, были заметны необычайная роскошь и процветание, царившее в этом священном месте.

— Лихтфелс. Вычурный, как всегда, — недовольно заметил Сар-Хайн. — Скорее демонстрация силы, нежели духовного созерцания. Мне любопытно, как отреагируют жрецы, когда узнают, что их бог ранен, даже смертен. Скоро узнаем!

Не теряя времени даром, Драконий Рыцарь направился к магическому мосту, дабы добраться до находившейся на другой стороне статуи Дракона Света, однако путь ему преградил один из стражей.

— Остановись! Церковь Эльрата не допускает осквернения своих святилищ! — воскликнул он. — Поверни назад!

(Какого осквернения? В первые слышу, что монастыри Эльрата закрыты от посещений. Но даже если это так, перед охранниками стоит не кто-нибудь, а последователь Эльрата, еще и способный оборачиваться Драконом Света. В нем святости больше, чем в ином Ангеле. Как он мог осквернить этот храм?)

Сар-Хайн невозмутимо отвечал:

— Нет времени на споры, мне нужно попасть к этой статуе, и мне нужно попасть туда сейчас! Не подпускайте стражников, пока я делаю необходимые приготовления для Эльрата, — эти слова уже предназначались спутникам Драконьего Рыцаря.

(Опять прием «бей своих же»)

В то время, как рыцари внимательно следили за окрестностями, Сар-Хайн приблизился к статуе и приступил к сотворению сложного заклинания.

— К Свету, к Свету, к Свету! Взмах крыльев разгоняет облака, — донёсся до героев его звучный, уверенный голос. — Второй взмах погружает мир в тайну. Последний взмах спасает наши души и побеждает Тьму. К Свету, к Свету, к Свету!

Возникшая в результате этих магических чар яркая вспышка света, которая сопровождалась сильным грохотом, привлекла, должно быть, внимание всех обитателей Лихтфелса. По крайней мере, герои были абсолютно уверены в том, что столь необычное явление не останется незамеченным.

— Дракон прибыл, — сказал подошедший к ним Сар-Хайн. — Нам нужно узнать, насколько сильно он ранен.

(А сразу это проверить, еще в мире духов, нельзя было?)

Когда Драконий Рыцарь и его спутники вернулись к каменной площадке, на которой лежало распростёртое тело гигантского дракона, там уже присутствовали высшие представители Церкви Эльрата, среди которых, разумеется, был и Эрион.

— Дракон Света? — изумлённо вопросил Манахан, один из Слепых Братьев, глаза которого были скрыты за плотными повязками.

— Он ранен! Священный свет Бога Солнца меркнет! — воскликнула молодая женщина в белоснежных одеяниях, являвшаяся жрицей Белых Ткачих.

(И что эти представители двух орденов Асхи делают в монастыре Эльрата? В то время как Драконьего Рыцаря Света в тот же самый монастырь пускать не хотели?)

— Этого не может быть! — Эрион старался сохранять спокойствие, но получалось у него не очень. — Это не может быть Эльрат. Это, должно быть, иллюзия.

— Я желаю, чтобы ты был прав, ангел Эрион, — ответил ему Сар-Хайн. — Но горькая правда заключается в том, что мы должны предотвратить смерть бога.

— Это тёмная тень, которую мы видели в наших видениях, — заключил Манахан.

— Тень, которая накроет Асхан, — подтвердила жрица.

(Вообще немного даже смешно, что в политических разговорах участвует Белая Ткачиха. Напоминаю, что это орден повитух и кормилиц. Да, представительница этого ордена могла присутствовать на каком-нибудь совете, будучи, например, кормилицей одного из Лордов, и то это были бы уже не молодая женщина. Молодая девушка представленная нам, максимум могла бы состоять фрейлиной при какой-нибудь молодой принцессе.

Нет особых претензий к Слепому Брату, это пророк. Не было бы вопросов к присутствию гробовщика из Молчаливых Сестер, среди них находится гильдия убийц. Более того, Молчаливая Сестра на таком совете, очень классно сыграла бы на атмосфере, и облике церкви Света. Но у нас, как всегда, все через жопу)

— Ты ответственен за это, Драконий Рыцарь? — обратился к Сар-Хайну архангел.

(Идиот)

— Как ты смеешь! — в гневе воскликнул тот, обнажив меч. — Эльрат — мой внутренний дракон. Я служу Асхе и её детям.

— Тогда кто сделал это?

— Сандро! Он похитил Мелодию из нашего Убежища и призвал Дракона в Мире Духов! Вот почему мы доставили его сюда. Чтобы уберечь его от нового нападения Повелителя Пустоты. Чтобы исцелить его.

— Дракон не может оставаться здесь! — резко возразил Эрион. — Вы должны вернуть его обратно в Мир Духов!

(Можно мне причину, по которой бог не может находится в своём храме?)

— Это, ангел… — с трудом произнёс Сар-Хайн, — будет означать его смертный приговор.

— Что ты думаешь произойдёт, если разнесётся весть о том, что в Лихтфелсе находится умирающий Драконий Бог? Что произойдёт с верой людей в церковь Эльрата? Скоро орды врагов будут биться в наши ворота, пытаясь довершить то, что начал Сандро! — воскликнул ангел.

(Это б**ть не причина! Или вы хотите сказать, что люди не почувствуют, когда их бог просто сдохнет? Что это вообще за создание, что выгоняет раненного создателя из своего дома, лишь бы враги не пришли сюда? Что будет с магией света, вашей главной силой, когда её источник умрет? Что станет с вашим солнцем, когда бог, его воплощающий, умрет?

Все это вопросы без ответа. Я вообще не понимаю, зачем нам дали этот диалог. Что он должен был нам дать? Если это отсылка на реальную религию, то я её не понял. Типа даже ангелам плевать на бога, что уж говорить про людей? Простите, но с чего вы взяли подобную хрень, и почему мне должно быть не насрать на чьи-то религиозные фобии? Если же это был такой способ раскрыть персонажа, то Юбики выбрали крайне тупой способ. Жречество Асхи молчит, куча поклонников Эльрата молчит, сам Эльрат молчит, и только один конкретный ангел несет лютую ахинею. В итоге нам раскрыли одного дебила и кучу терпил)

На это Драконий Рыцарь возразил:

— У Эльрата не осталось сил, чтобы пережить другое путешествие.

(Какое путешествие, если вы его сюда порталом переместили?)

— Тогда я запечатаю ворота Лихтфелса, дабы убедиться в том, что это бедствие останется тайной, — пришёл к выводу верховный жрец. — Никто не войдёт, и никто не выйдет наружу. Наши молитвы исцелят Дракона.

— Мне нужна сила истинной веры, — внезапно раздался в сознании героев голос Эльрата. — Мне нужно доверие моих последователей, их надежда и их любовь. Это вернёт мне силы. Приведите их ко мне.

— Я боюсь, ваших молитв будет недостаточно, — Сар-Хайн попытался донести до Эриона волю Дракона Света. — Эльрату нужна вера его последователей, обычный людей. Его детей.

(Ну, что тут можно сказать? Проснись, самурай, ты обосрался. Начнем с банального, Люди дети Илата, в то время как Ангелы дети Эльрата. Эта информация была частью основного конфликта 2 компаний Героев 6, на которую разработчики Героев Онлайн старательно опирались. Это вводная кампания за Вячеслава, и кампания Антона. Как можно было с этим налажать, мне не понятно.

Дальше условия исцеления Эльрата, искренне доверие, надежда и любовь прихожан. Сходу смешно, что в одном из центральных монастырей, в великом городе ангелов, не оказалось достаточного количества искренне верующих. Не понятно как чувства людей помогут раненому богу, до сих пор каких-то чудодейственных свойств любви и надежде не приписывали. Очень мило, что нам опять предлагают забыть про целую армию людей, что сидит в кармане у Героя-рыцаря, пусть это и придирка к игровой условности, но я уже устал от количества этих условностей в данной игре. Не объясняется, почему людей надо обязательно привести к богу, вместо того, чтобы объявить какой-нибудь праздник, побуждающей всех верующих страны объединиться в молитве. Ну и напоследок, что станет с доверием и надеждой, когда твой бог лежит перед тобой весь израненный?)

— Моё решение остаётся в силе, — архангел был непреклонен. — Ворота Лихтфелса запечатаны. Пока что вы можете найти убежище для вашей армии в его пределах.

(Почему этот таракан идет против воли бога? И почему его не прирезали свои же? Похоже что фанатиков можно показывать только в контексте ужасов инквизиции, а вот так, чтобы нам помочь, все тут же становятся исключительно практичными людьми)

Пусть и нехотя, Драконий Рыцарь принял предложение верховного жреца, однако стоило Ангелу удалиться, он поспешил тихо обратиться к нашим героям:

— Давайте сначала разобьём лагерь, а затем определим, как тайно покинуть Лихтфелс и доставить к Эльрату его последователей.

После обустройства на новом месте, герои решили осмотреть город, когда их внимание привлекла стоявшая неподалёку от лагеря жрица Белых Ткачих.

— Мне нужно поговорить с вами наедине. Выслушаете ли вы то, что я хочу сказать? — обратилась она к рыцарям. — До этого я не могла говорить открыто. Ангелы боятся утратить свою власть, поэтому их суждение затуманено. Если Эльрату нужна вера его последователей, то может быть способ доставить её внутрь этих стен, даже если ворота запечатаны.

— Что же ты предлагаешь? — поинтересовался у женщины Сар-Хайн.

— Вера — это свет души. Он может быть соткан в полотно. Орден Ткачих Света умеет вплетать лучи света в священную ткань. К сожалению, их изгнали из Лихтфелса из-за религиозных разногласий с верховной властью церкви, — призналась жрица.

(Что за Ткачихи Света? С каких пор вера стала светом души? И как бы Эльрату помимо веры (доверия) еще любовь и надежда были нужны, с ними как?)

— Ты имеешь в виду ангелов, конечно же, — заметил Драконий Рыцарь.

— Вы найдёте Ткачих Света глубоко в лесах Света, отбывающими изгнание в своём убежище. — Жрица проигнорировала его.

(Ткачихи Света… Леса Света… где-нибудь в этой игре будет Унитаз Света и Палка Истины? Что за тупорылые названия?)

— Но как мы доберёмся до них, раз уж мы заперты в Лихтфелсе?

— Есть секретный проход. Он не охраняется, — ответила жрица. — Я укажу вам путь к нему.

(Настолько секретный, что о нем знает повитуха…)

Дойдя до секретного хода, Сар-Хайн известил своих спутников о том, что остаётся в Лихтфелсе, чтобы следить за местным духовенством.

— Ткачихи Света заточены за магическим барьером, — наставительно произнёс он. — Легко потеряться в лесах Света, поскольку тропы под гигантскими деревьями часто изгибаются и переплетаются. Вы можете получить помощь от военной заставы в лесах Света. Удачи вам! Пусть Драконы ускорят вас.

(Даже интересно, откуда он это знает, если про Ткачих нам рассказали буквально только что? Нет, конечно, может быть он знал о них раньше, но тогда непонятно, почему мы узнаем эту информацию не от него, а от Жрицы Матери-Асхи. Опять же, может показаться, что я придираюсь, но подача информации очень важная составляющая сюжета. И из вот этой подачи следуют, что либо есть вырезанная сцена, которую нам не показали, но сделали на неё отсылку в другом разговоре. Либо драконий рыцарь ждал скриптового события чтобы выдать нам еще немного «сюжета». Оба варианта нельзя назвать хорошими)

Войдя в лесную чащу, воители на собственном опыте убедились в истинности слов Драконьего Рыцаря. Леса Света действительно представляли собой один большой лабиринт, где опасность подстерегала неосторожных путников на каждом шагу. Бесчисленные дороги и тропинки могли привести неизвестно куда, а рыскавшие повсюду лесные обитатели, среди которых были как относительно безобидные волки или энты, так и ядовитые виверны, отнюдь не испытывали радости по отношению к незваным гостям. Героям пришлось буквально пробиваться сквозь толпы разъярённых хищников, раз за разом преграждавших путь союзным армиям. При этом, от рыцарей не ускользнул тот факт, что в бою животные вели себя крайне необычно, а многих из них окружала зловещая аура Пустоты.

(Ок, с агрессивностью обитателей «Леса Света» все понятно, магия пустоты. Но мне интересно, кому вообще пришла в голову идея назвать лес светлым, если в нем водятся Ядовитые Виверны?)

Упомянутая Сар-Хайном застава находилась в крайне непростом положении, о чём рыцарей сразу же уведомил командир Хродгер.

— Меня не волнует, кто послал вас! Церковь Эльрата или сама Асха, — заявил он, посвящая гостей в курс дела. — Гнездо Ворона атаковано! Это всё, что меня заботит! Так и передайте этой толпе, молящейся в своей башне из слоновой кости. Или же вы можете помочь нам. Ведь под этими доспехами всё ещё находится сердце солдата, верно?

За исключением северо-западного входа, откуда прибыли герои, остальные оказались перекрыты баррикадами. Защитники Гнезда Ворона прикладывали все возможные усилия, пытаясь сдержать натиск лесных обитателей, но было очевидно, что без подкреплений им не обойтись.

— Я рад слышать, что ваши героические облики — не просто лоск, — заметил Хродгер, когда герои предложили ему свою помощь. — Мои люди будут признательны за помощь в пылу схватки.

На сей раз угроза оказалась куда серьёзнее, поскольку под командованием объятых Пустотой ведьм лесные обитатели действовали более слаженно. Помимо могучих чародеек, на их стороне выступили также гигантские стражи дебрей, виджилы, справиться с которыми было непростой задачей, однако вместе с армиями наших героев защитникам успешно удалось отбить все атаки жителей леса.

— Есть что-то странное в этих лесных существах, которые напали на Гнездо Ворона, — поделился своими подозрениями Хродгер. — Не могу сказать, что мы всегда ладим с ними, но они никогда не атаковали нас прежде…

(Боже, как тупо. Монстры окружены ясно видимой магической аурой, ими управляют некие чародейки, но начальник гарнизона не может понять что же происходит)

Немного исказив факты, рыцари изложили командиру заставы причину своего визита, после чего тот заверил их в том, что барьер, удерживающий Ткачих Света в их убежище, цел и нетронут.

— Если церковь не доверяет моим отчётам, — добавил он в конце беседы, — то вы можете отправиться на юг и сами убедиться в этом.

Извилистая дорога, ведущая от Гнезда Ворона в южные дебри, вскоре привела героев к входу к убежищу Ткачих Света. Впрочем, их появление не осталось незамеченным, поскольку по ту сторону магического барьера за неожиданными гостями внимательно наблюдала миловидная юная особа. Кожа её была аристократически бледной, а длинные белоснежные волосы практически сливались с такого же цвета одеяниями, из-за чего девушку невольно можно было принять за призрака.

— Наша помощь? — поинтересовалась она, выслушав героев. — Тогда, боюсь, вам следует найти способ убрать этот барьер. Здесь поблизости должен быть магический источник, питающий барьер. Найдите его.

Сойдя с дороги и углубившись в лес, рыцари вскоре обнаружили зачарованный камень, от которого исходил пульсирующий свет. Судя по всему, это и был тот самый источник, упомянутый Ткачихой Света, однако проблема заключалась в том, что его защищал хорошо вооружённый отряд рыцарей.

— Убрать барьер? — изумился один из надзирателей в ответ на просьбу героев. — И позволить этим еретикам распространять ещё больше гнусной клеветы на церковь! Я не позволю этому случиться! У нас есть свои приказы! Любой, кто коснётся этих камней, должен быть наказан! Так повелевает внутренний круг Лихтфелса!

(И вновь здесь можно было бы показать отличия между двумя компаниями. Рыцарь Империи действует от имени императора, а 50 лет назад церковь была поставлена в зависимое от царственной фамиилии положение. Имперец мог бы решить дело миром, тогда как некроманту пришлось бы драться. Это развилка не требует каких-то усилий, буквально один альтернативный диалог, и все было бы прекрасно. Но это слишком сложно для Ubisoft, поэтому нас ждет еще одно военное преступленние, ведь мы так «давно» не били своих)

В ожесточённом бою против союзных армий выступили доблестные всадники и жрецы Эльрата при поддержке боевых грифонов, которые преследовали лишь одну цель — не допустить уничтожения вверенного им магического источника. Впрочем, как героям удалось выяснить уже после победы над защитниками, сам по себе камень был не таким уж и беззащитным. Исходившая от него мощная магическая аура наносила ощутимый урон любому, кто осмеливался подойти слишком близко, поэтому избранники Дракона Света приняли решение обойтись малыми потерями и уничтожить источник с дальней дистанции. Такая же судьба постигла и второй магический камень, обнаруженный немногим позднее.

— Мы благодарны, что кто-то освободил нас из вынужденного заключения! — выразила свою признательность юная дева, когда герои вернулись к убежищу. — Церковь Эльрата относится к нашему ордену, как к еретикам. Но разве это ересь — подвергать сомнению праздность, которой церковь предавалась так долго? Всё, к чему мы, Ткачихи Света, стремимся — это освобождение души честным мастерством и молитвой. Но я уверена, что вы хотите побеседовать с Наамой, нашей предводительницей. Следуйте этим путём, и он приведёт вас к нашей скромной деревне.

Деревья в той части южных дебрей, где обитали Ткачихи Света, были гораздо больше и старше, а их густые кроны раскинулись столь широко, что практически не пропускали солнечные лучи. Тем не менее, благодаря шарам света — загадочным сияющим растениям-сферам, которые произрастали в здешних краях в великом множестве, окружающий пейзаж производил незабываемое впечатление.

— Жрица Белых Ткачих прислала вас? Вот уж, действительно, сюрприз! — удивилась Наама, выслушав рыцарей. — Что ж, барьера, быть может, и нет, но наши разногласия с церковью Эльрата остаются. Невидимые преграды разума гораздо тяжелее преодолеть, чем те, что возведены магией. Ваша просьба самая необычная. Да, мы способны вплести веру людей в нашу священную пряжу. Но пряжа редка. Она растёт на редких белых дубах, где её прядут гусеницы, привлекаемые светом, который испускают эти магические деревья. И, судя по вашему рассказу, я бы не назвала Эльрата Драконом малых размеров. А значит, вам понадобится не просто одна нить, но целый моток.

(Ну конечно, пока у нас там бог умирает, мы побегаем по доп.миссия, у нас ведь так много времени)

После беседы с главой Ткачих Света, герои поспешили вглубь южных дебрей. Хотя шары света и создавали видимость тишины и безмятежности, всё это являлось не более, чем иллюзией. Где-то во мраке уже затаились обитатели леса, выжидающие нужного момента, чтобы напасть. На своём пути к заветной цели союзные армии сразили немало смертельно опасных хищников, дерзнувших встать у них на пути, пока, наконец, не увидели впереди могучее дерево, от которого исходил мягкий серебристый свет. Длинные пучки из множества тонких нитей свисали с его раскидистых белоснежных ветвей подобно листьям, однако жадность не была присуща героям. Им вполне хватило бы и той пряжи, которая в большом количестве лежала на земле вокруг дуба. К сожалению, лесные ведьмы зорко стерегли священное дерево и при появлении незваных гостей сразу же натравили на них своих прислужников. Героям пришлось применить всё своё мастерство, дабы собрать заветную пряжу с минимальными потерями, а заодно и покончить с чародейками.

(Даже интересно, как Ткачихи раньше собирали эти нити? Или Ведьмы появились здесь только сегодня, специально для нас?)

Отыскав в дебрях ещё несколько белых дубов, рыцари сумели добыть достаточно пряжи и поспешили вернуться обратно в деревню, где увидели достаточно неприятную картину. За время отсутствия героев Хродгер успел получить весть об уничтожении магического барьера и потому прибыл в деревню вместе со своим войском, дабы лично навести порядок.

— Вы отправили нас в это изгнание, относились к нам, как к прокажённым. Разве этого уже недостаточно? Разве вы не можете оставить нас наедине с нашими страданиями? — спросила Наама командира заставы.

— Это не касается тебя или твоего скрытного ордена Белых Ткачих, жрица, — отвечал ей тот. — Мои приказы заключаются в том, чтобы найти рыцарей, с которыми ты находишься в сговоре.

(Скрытого ордена Белый Ткачих? Что, черт побери, ты такое несешь? Скрытый орден повитух и кормилец? У них там небось еще есть секретная пеленка и пресвятая титька, вскормившая всех известных героев. Это просто идиотизм какой-то. Либо же авторы перепутали Белых Ткачих с Молчаливыми Сестрами, у которых тайнвя секта все же была, но тогда вопросов к сценаристам становится ещё больше)

— Здесь нет заговора. Есть лишь раненый Драконий Бог, которому нужна наша помощь!

— Это то, что сказали тебе эти рыцари? И ты поверила в столь нелепую ложь?

— Я верю в свет, в искреннее сердце, Хродгер. И души этих рыцарей сияют. Да, я верю им, как следует верить и тебе. Дай нам пройти. Нам нужно попасть в Лихтфелс.

— У меня есть свои приказы, Наама. Ты и твои сёстры останетесь запертыми в вашей деревне, равно как и эти двое. Даже не думайте сбежать, — произнёс рыцарь, после чего повернулся к героям, которые молча наблюдали за происходящим. — Вам бы лучше не вступать в сговор с этими отступницами, Ткачихами Света… Это действительно позор! Вы казались вполне достойными солдатами!

Исходя из сложившейся ситуации, у геолев не оставалось иного выхода, кроме как вступить с воинами Хродгера в ожесточённый бой, из которого они вышли победителями, заставив командира Гнезда Ворона отступить.

— На нашем пути через леса Света нам нужно поискать древесину от сияющего дерева, — заметила Наама, вызвавшаяся сопровождать героев в Лихтфелс. — Только ткацкий станок, изготовленный из этой волшебной древесины, позволит нам вплести свет в полотно. Такие деревья редки, а потому востребованы многими и не только нами, Ткачихами Света.

(А куда делся станок, на котором вы работали раньше?)

Чтобы собрать все необходимые материалы для создания станка, рыцарям в очередной раз пришлось преодолеть яростное сопротивление лесных чародеек, не горевших желанием подпускать чужаков к заветным деревьям, после чего глава Ткачей Света поинтересовалась у героев, как те планируют доставить её к Дракону Света.

— Верхушка церкви не будет рада видеть меня и моих сестёр, — задумчиво произнесла она. — Но я полагаю, что оставлю это на вас и ваших доблестных людей. Позвольте нам исцелить Дракона.

Благодаря тайному проходу, героям вместе с Наамой удалось вернуться в город незамеченными, однако на их пути к месту пребывания Драконьего Бога Света возникло неожиданное препятствие. Портал, ведущий в Колыбель Эльрата, находился под охраной внушительного отряда воинов, ведомого могучим всадником.

(Ну кто бы сомневался? Эльрату нужна помощь паствы, поэтому мы сейчас вырежем еще пару сотен его служителей)

— Что эта ведьма, Ткачиха Света, делает здесь? — холодно спросил тот при виде Наамы.

— Меня призвали мои бывшие сёстры, дабы исцелить Дракона Света.

— Ни за что! Этим сейчас занимается верховный жрец Эрион.

— Эрион! Значит, прямо сейчас он вместе с ангелами захватывает Лихтфелс. Меня это не удивляет, — вздохнула женщина. — Позвольте нам пройти, стражи Лихтфелса! Опустите мечи и вознесите молитву! Лишь наша вера, вплетённая в полотно, может облегчить раны Сияющего Дракона!

— Инструкции лорда Эриона ясны! Ты и тебе подобные изгнаны из Лихтфелса! — предупредил её всадник. — Уходи, или мы заставим тебя уйти!

— Мы не можем ждать дольше! — воскликнула Наама, повернувшись к героям. — И если это единственный путь… Делайте то, что должны.

Упорство стражников подкреплялось решимостью их командира, а потому именно он был избран рыцарями в качестве основной цели. Как и следовало ожидать, всадник Эриона оказался могучим воином и сразил немало наседавших на него врагов, однако мастерство не смогло уберечь его от гибели, и душа его вскоре вознеслась в чертоги Эльрата. Пока остальные стражники пребывали в смятении, Наама обратилась к героям с просьбой поспешить, ибо после победы над всадником путь к заветному порталу был наконец-то открыт.

(Какой портал? Нам вроде как говорили, что Эльрата не могли отправить обратно в Мир Духов (порталом) потому что он потерял слишком много сил. Зато еще куда-то они его (порталом) отправить смогли)

— Будем надеяться, что вся эта жестокость, вся эта ненависть между братьями и сёстрами прекратится, — печально произнесла глава Ткачих Света, скорбя обо всех погибших. — Мир должен вернуться в земли Света и в наши сердца.

(Да уж хотелось бы)

Следуя в Колыбель, воители неожиданно столкнулись с крайне высокопоставленным гостем — самим Императором Священной Империи, Дунканом Соколом.

— Я так понимаю, вы пошли против приказов верховного жреца Лихтфелса? — сурово произнёс он, взирая на героев.

— Ткачихи Света более не приветствуются среди скромных служителей Эльрата, — добавил стоявший неподалёку Эрион.

— Наше ремесло может быть вашим единственным шансом исцелить Дракона, — заметила Наама.

— Твоё ремесло опасно, ведьма.

(Чем?!)

— Нет, Эрион, — покачала головой женщина, — это твой страх бессилия опасен, страх, что твой род вновь окажется на грани вымирания.

— Отложите свою вражду и недоверие, — вмешался в спор Император. — Если Ткачихи Света могут предоставить помощь в этом кризисе, то мы примем её.

— Как пожелаете… — пробормотал архангел, скрывая своё недовольство.

— Я надеюсь, эта волшебная пряжа Света вернёт Дракону силу.

Получив дозволение Дункана, герои прошли в Колыбель Эльрата, где глава Ткачих Света, к своему изумлению и немалому огорчению смогла увидеть страдающего Бога-Дракона воочию.

— Это действительно он! Дракон Света! — воскликнула она. — Но до чего же больно видеть его таким. Мы должны приступить к работе прямо сейчас! Пока мы начинаем ткать пряжу, вы должны привести последователей Эльрата сюда, чтобы мы могли наполнить пряжу их верой. Я уверена, вы найдёте тех, кто истинно в него верит, в окрестных деревнях.

От главных ворот Лихтфелса вдаль уходила каменная дорога, которая вела на юго-восток, в сторону небольшого городка под названием Тихая Заводь. Первым делом воители решили отправиться именно туда, однако по мере продвижения вглубь обширных земель, окружавших городок, они осознали, что тлетворное влияние Пустоты распространилось гораздо дальше, чем можно было предположить. В этих краях его жертвами были уже не звери, а люди, утратившие веру в церковь Эльрата и своего божественного покровителя.

— Будьте уверены, что я и обитатели Тихой Заводи сделаем всё, что угодно, дабы доказать нашу веру в Эльрата, — заверил воителей Мейнольф, глава города. — Но вы разговаривали с людьми на улицах? Вы слышали, о чём они думают, с тех пор, как узнали, что в Лихтфелсе находится раненый Драконий Бог? И слышали ли вы этих зловещих Вестников, которые бродят по нашей мирной глуши? Они отравляют умы людей Тихой Заводи своей смутной философией Пустоты. Если вам нужна вера людей, вы должны уничтожить источник их неверия.

Поиски Вестников привели избранников Эльрата в одну из окрестных деревень, где их внимание сразу же привлекли толпы крестьян, собиравшихся вокруг подозрительных личностей в тёмных одеяниях. Скрестив ноги, лжепророки спокойно парили невысоко над землёй и проповедовали внимательно слушавшим их людям своё нечестивое учение. Подобное богохульство просто не могло оставаться безнаказанным, поэтому герои бесстрашно выступили против тёмных магов, которые всякий раз спешили скрыться за спинами своих многочисленных защитников из числа воинов Империи, отвернувшихся от Дракона Света. Битва была долгой и жестокой, однако в конце концов союзным армиям удалось повергнуть отступников. После этого воители посетили ещё пару поселений в дальних землях, также очистив их от присутствия всех адептов Пустоты.

(Ага, теперь тупых фанатиков отыгрываем мы. Или тупыми фанатиками могут быть только враги, а когда так поступают «герои», то это называется «Защитниками Правды»? Насколько вообще надо быть без мозгов, чтобы в Героях 6 осуждать инквизицию, а потом в Героях Онлайн поступать точно так же?)

— Благодарю вас, — поклонился Мейнольф героям, когда те вернулись в городок. — Мы, жители Тихой Заводи — простой народ. Мы не герои и не воины, но трудолюбивые фермеры и ремесленники. Многие мечтают о жизни без трудностей и тягот этого существования. Вот почему многие поддаются обещаниям лжепророка. Ленхардт говорит, что Вестники собрали вместе тех, кто верит их вранью.

— Да, я проследил за ними, — уверенно произнёс стоявший рядом со стариком мужчина. — Моя жена среди них. Я не смог убедить её вернуться вместе со мной. Мы должны что-то сделать!

— Успокойся, Ленхардт. Расскажи нам, где их собирают.

— На поляне во дальних землях. Предводитель продолжает упоминать наступление Нисхождения Пустоты. Не представляю, что это, но это не звучит так, словно у них там есть пироги и выпечка.

— Разумеется. Если бы только у нас был свой человек среди этих радикальных сектантов, — рассудил глава. — Мы, простые люди, не можем сопротивляться управляющим разумом силам Вестников. Вы много раз не поддавались им! Постарайтесь проникнуть в культ и завоюйте доверие их предводителя! Мы должны выяснить, чего они добиваются!

Добравшись до упомянутой Ленхардтом поляны, герои увидели там множество людей — как обычных крестьян, так и закованных в доспехи пеших и конных воинов. Всё внимание этих заблудших душ было приковано к парившей перед ними зловещей фигуре, и как бы сильно воителям ни хотелось покончить с коварным чародеем прямо здесь и сейчас, успешное выполнение поставленного перед ними задания было важнее.

— Добро пожаловать, — изрёк главный Вестник, встретив избранников Эльрата. — Ваше желание стать частью Нисхождения Пустоты оказывает нам честь. С этого момента нет прошлого, нет настоящего и нет будущего. Вы освободитесь от трудностей и тягот материального мира. Но ещё есть те, кто не получил истин Пустоты. Пройдитесь по полям и пастбищам и приведите этих несчастных созданий ко мне.

(Приходит к вам толпа мордоворотов в доспехах и при оружии, но сразу не атакуют, что вы подумаете? Вот главный Вестник подумал, что это его слуги. Л значит Логика)

Казалось бы, ещё совсем недавно рыцари доблестно защищали простых людей от коварства Пустоты, а теперь им самим приходилось завлекать доверчивых крестьян в её сети. К сожалению, даже после уничтожения лжепророков в деревнях всё ещё оставались те, кто был готов бросить всё и поддаться на ложные обещания абсолютной свободы. Именно этих несчастных герои и сопроводили к главе Вестников, точно овец на заклание.

— Мы искатели правды, дети Пустоты, имя нам… легион, — провозгласил тот. — Но пока старые идолы ложных богов устрашают людей в землях Света, будут сомнение, неверие, невежество. Мы должны уничтожить эти малодушные изображения Драконов. Идите же, разыщите их и сровняйте их с землёй.

Сдерживая натиск слуг Бога Света, которые стояли на страже священных изваяний, союзные армии продвигались к цели со свойственной им непоколебимостью. Одна за другой, гигантские статуи Эльрата низвергались со своих пьедесталов и ни у могучих ангелов, ни у грозных грифонов не оказалось достаточно сил, чтобы предотвратить осквернение святынь.

(И наши «шпионы», конечно же, не могли передать весточку своим, чтобы те охраняли статуи не слишком яростно. Зачем? Лучше мы убьем еще почти тысячу союзников)

— Отличная работа. Скоро Драконьи Боги будут позабыты, — похвалил героев главный Вестник. — Это станет вашим последним заданием, чтобы доказать свою преданность нашему делу и встретить с нами Нисхождение Пустоты. Один из наших братьев был схвачен Чёрным Клыком. Мы знаем, что его похитили по приказу церкви Эльрата. Духовенство напугано. Они надеются извлечь информацию о Нисхождении Пустоты из нашего брата. Докажи свою преданность и освободи его.

Убежище разбойников Чёрного Клыка находилось в западной части дальних земель Тихой Заводи, глубоко в чаще леса, известного как Лук.

— Быть может, мы схватили одного из этих Вестников, а быть может, нет. В любом случае, что вам с того? На чьей вы стороне? — поинтересовался у героев головорез, охранявший вход. — О, вы настаиваете на передаче пленника? Что ж, это, конечно, другое дело. Если Ваши Светлости не против подождать здесь один момент, я скажу моим людям доставить его к вам… После того, как они вскроют вам животы! Потому что это то, на чём настаиваю я.

Одолев разбойников, воители быстро отыскали пленного последователя Пустоты, не испытавшего, впрочем, никаких эмоций по поводу своего спасения.

— Незачем приходить ко мне на выручку, — заметил он, покинув бандитское логово в сопровождении героев. — Я бы принял смерть за наше дело. Я бы никогда не предал Пустоту.

— Тогда ты отличаешься от этих рыцарей, которые предали всё, за что стоят герои. Разве это не так? — внезапное появление Эриона во главе внушительного воинства стало для героев лёгкой неожиданностью.

— Тебе не напугать меня, ангел. Дети Пустоты не боятся боли, и мы не боимся смерти, в отличие от вас, ангелов.

— Тогда бойся меня, ибо я пришёл, чтобы показать тебе ужасы за гранью боли и смерти, — голос верховного жреца стал подобен грому, а от грозной фигуры его буквально исходила тяжёлая аура. — Расскажи мне, Вестник, расскажи мне о Нисхождении Пустоты, и я избавлю тебя от невыразимых страданий. Отдайте это существо Пустоты!

(Сколько пафоса, ужас просто)

Бойцы двух могучих армий были готовы в любой момент вступить в кровопролитный бой, и всё, оставалось их командирам, это отдать приказ идти в атаку.

— С того самого дня, как мы встретились, я знал, что вы были ренегатами! Отступниками! Теперь же приготовьтесь встретить кару Небес! — воскликнул Эрион, гневно взирая на героев. — Вы разрушили наши священные места, вы ввергли наших людей в ересь, вы привели неверных Ткачих Света обратно в Лихтфелс! Это то, чего вы жаждете? Уничтожить всё, что для нас свято? Мой клинок положит конец подобным беззакониям!

— Не дрогните, адепты Пустоты, — ободрил своих союзников спасённый пленник. — Давайте вырвем перья этому ангелу и двинемся дальше по пути к спасению.

На сей раз архангел решил собственноручно покарать отступников, ринувшись в бой вместе со своими сородичами и многочисленными боевыми грифонами. По мановению его руки лучи слепящего света то и дело обрушивались с небес, испепеляя вражеских солдат, а тех, кому каким-то чудом удавалось избежать праведного гнева верховного жреца, настигал его сверкающий меч.

— Люди — ущербные существа. Слишком далеки от света, чтобы познать природу справедливости и возмездия, — изрёк верховный жрец церкви Эльрата, сразив очередного противника. — Никогда не позволю я совету смертных решать судьбы церкви или смертному Императору судить о войне и мире. И никогда не позволю я каким-то рыцарям стать причиной уничтожения моей расы!

Обезвредив священников, которые могли бы исцелить раны Эриона своей магией, герои бросили против него все имеющиеся у них силы. При этом они не забывали внимательно следить за адептом Пустоты, поскольку тот, опьянённый битвой, рвался в атаку, совершенно не заботясь о собственной безопасности. Битва была тяжёлой и кровопролитной, однако удача всё же улыбнулась героям.

— Т-так не должно быть! М-моё время… не должно прийти… так скоро… — последние слова дались поверженному архангелу с невероятным трудом, — Подождите… вы узнаете нашу месть… утренний свет… никогда не… угаснет…

(Больше бессмысленных жертв и трагичных (плоских) персонажей. Вот честно, я не понимаю зачем это было сделано? Был откровенно отталкивающий персонаж, который трагично умер. Я должен ему сопереживать или может что-то понять из этой ситуации? Герои, которые «ради великой цели идут на жертву». Почему они делают это в тихоря от начальства, почему думают, что их жертвы оправданы? Боже, это не имеет никакого смысла)

— С силой Пустоты мы скоро освободим этот мир от его угнетателей, — уверенно произнёс бывший пленник. — Давайте присоединимся к нашим братьям и сёстрам. Нисхождение Пустоты близко.

Когда герои достигли поляны, то увидели порождённый магией Пустоты портал, перед входом в который парил главный Вестник.

— Узрите же великие дела, которые сотворили эти рыцари, наделённые силой Пустоты! Следуйте их примеру и не страшитесь! Ваши испытания скоро закончатся! Грядёт новая эра, — изрёк он. — Братья! Сёстры! Дети Пустоты! Пришёл день, когда наши души освободятся, и лик Асхана изменится навсегда. Но среди нас всё ещё остались неверующие — те, кто сеет семена недоверия, невежества и незнания. За этим порталом лежит Нисхождение Пустоты. И пройдут через него лишь истинно верующие. Ступайте, дети, следуйте за зовом нашего господина, который ожидает, когда вы присоединитесь к нему в битве за правду и свободу. Мы станем едины с творением Асхи.

Герои уже собрались слиться с толпой, когда стоявший на страже портала могучий воин, называемый Пророком Пустоты, преградил им путь.

— Остановитесь! Когда я смотрю в ваши глаза, я смотрю в глаза старых богов. Я вижу глаза Дракона. Я вижу неверие! Но ваши ложные боги умрут с вами, — грозно прогремел он. — Драконьи отродья проникли в наши ряды! Сёстры, братья, поднимайте мечи! Отправьте их в небытие дорогой мучений!

(А сразу проверить героев нельзя было? Ах да, тогда мы не прошли бы полдесятка тупых миссий)

Этот грозный клич побудил многих убийц Пустоты и имперцев-отступников поспешить к гиганту на подмогу. Вскоре войскам героев противостояла уже целая армия последователей Сандро, готовых пожертвовать всем ради достижения великой цели. На поле боя находился и главный Вестник, окруживший себя непроницаемой магическим барьером.

— Держитесь, братья и сёстры! — воскликнул он, укрепляя соратников заклятиями Пустоты. — Дети Драконов хотят, чтобы тьма души, долгая ночь плена продолжалась! Но Нисхождение близко!

Пока Пророк неустанно крушил врагов молотом судьбы, а чары забвения, наложенные главным Вестником на его доспехи, обращали особо воинственных противников в ничто, многочисленные сторонники Пустоты один за другим исчезали в вихре портала. К сожалению рыцари могли лишь бессильно наблюдать за этим процессом, ибо на данный момент все их усилия были направлены на то, чтобы сдержать фанатичных отступников.

— Драконы… Как мы можем противостоять… такой… будем… будем ли мы… — из последних сил прохрипел Пророк Пустоты перед тем, как испустить дух.

— Солдаты Пустоты, оставьте этих неверных! Нисхождение Пустоты забрезжит над этими землями! — воззвал главный Вестник к своим сподвижникам. — Через портал, мои последователи! За ним лежит спасение!

Прервав битву, уцелевшие отступники обратились в бегство и вместе с тёмным магом устремились к порталу, преследуемые армиями героев.

— Они все прошли через портал. И моя жена тоже! — заметил подоспевший вскоре Ленхардт. — Пожалуйста, мы должны следовать за ними. Я должен отвратить мою возлюбленную от еретических верований этого ужасного ордена.

(И враги, конечно же, поддержать портал сколько нужно, чтобы мы могли через него пройти дальше по сюжету)

Как оказалось, сотворённая последователями Сандро брешь в ткани бытия вела не куда-нибудь, а в самое сердце главного оплота церкви Света. В одночасье Лихтфелс превратился в гигантское поле битвы, и в каждом уголке его, на каждой улице, шло ожесточённое противостояние между защитниками города и членами Ордена Пустоты. По ту сторону портала рыцарей встретили Дункан и Белкет, которые поспешили разъяснить им сложившуюся ситуацию.

(Стоп! Вестник орал, что за порталом ждет спасение и освобождение, а по факту там была еще одна мясорубка. Это никого не смутило? Ну и конечно же еще одна тупая условность. В портал вбежали остатки и так прореженного воинства еретиков, но в городе их просто до хрена. Как так?)

— Мы должны действовать быстро. Сандро прорвался в Лихтфелс, — изрёк Император.

— Мы должны остановить Повелителя Пустоты! — добавил ангел. — Его злоупотребление силами Пустоты приведёт к разрушению, к полному уничтожению.

— Архонту Белкету и мне нужна ваша помощь. Эльрат нуждается в вас.

— Это может быть нашим последним шансом. Дракон не должен умереть, Асхан не должен пасть, баланс должен быть восстановлен.

— Это тяжелое испытание определит будущее Асхана!

— И союза между некромантами и Священной Империей.

— Пусть ваши сердца наполнятся силой и доблестью, а ваше оружие устоит против сил небытия.

(Как же тупо, когда персонажи поочередно говорят короткими фразами. Складывается ощущение тихой истерики и попыток перебить друг друга)

Не теряя времени даром, герои поспешили в Колыбель Эльрата, где сосредоточились основные силы последователей Сандро, ведомые Исполнителями — владыками бездны, которые подпали под влияние Пустоты.

(Владыки бездны — это демоны, если что)

— Ваши города разрушатся! Ваши боги погибнут! Мы покончим со старым порядком! Новый восходит! — проревел один из них, наступая на Сар-Хайна. — Узри свой конец, Драконий Рыцарь! Узри конец всего!

— Мои силы… мой внутренний Дракон. Свет, он становится слабее, темнее! — изумленно воскликнул тот, ощутив, как силы быстро покидают его. — Мне… нужна поддержка.

Подобно разящему мечу, армии героев обрушились на адептов Пустоты, чтобы помочь Драконьему Рыцарю в трудную минуту. Когда демон испустил последний дух вместе с большей частью своего войска, герои смогли ненадолго перевести дух и получить благодарность Сар-Хайна.

— Благодарю. Боюсь, мой путь подходит к концу, — устало произнёс он. — Если мой дракон-прародитель Эльрат умрёт, то погибнет и мой внутренний Дракон. Я чувствую, как они оба ревут в мучениях!

К сожалению, рыцарям пришлось покинуть Драконьего Рыцаря, их помощь требовалась в другом месте. Очередной Исполнитель и его приспешники избрали своей целью жрицу Белых Ткачих, которая из последних сил отражала атаки демона.

— Асха, даруй мне силу пережить этот тёмный час, — смиренно произнесла она, сложив руки в молитвенном жесте.

— Ха, глупая жрица! — расхохотался Исполнитель. — Разве ты не видишь, что твои Драконы мертвы…

(Что за ересь? Все драконы живы, обитают в мире духов и с ними даже, оказывается, можно достаточно свободно встретиться и пообщаться)

— Драконы живы в наших душах! — возразила женщина. — И через нас они сразятся с вами. Через меня и этих рыцарей!

После этих слов демон наконец-то заметил появление незваных гостей и незамедлительно натравил на тех своих воинов, однако по воле судьбы ему не суждено было одержать победу.

— Асха, Мать Творения с вами. Вы спасли меня, и вы спасёте этот город, — уверенно заявила жрица после того, как Исполнитель пал, сражённый финальным ударом. — Я верю в вас. Пусть Драконы будут с вами на тяжком пути впереди!

Теперь же героям оставалось лишь вызволить Манахана, со всех сторон окруженного отступниками и яростно противостоявшего третьему Исполнителю.

— Вам никогда не покорить этот город, твари Пустоты! — воскликнул Слепой Брат, когда булава его вновь столкнулась с клинком Исполнителя.

— И кто же остановит нас? — в голосе демона прозвучала откровенная насмешка.

— Те, кого вы не ожидали встретить. Те, кто отправят вас обратно в небытие. Те, с кем вы лицом к лицу встретитесь в этом бою.

— Посмотрим! — прорычал владыка бездны, повернувшись к наступающим союзным войскам.

И вновь герои доказали свою отвагу, прорвавшись сквозь ряды отступников к Исполнителю и покончив с ним в тяжёлом бою.

— Деву не удастся удержать на месте. Во всех пророчествах есть белые пятна, — изрёк Слепой Брат по окончании сражения. — Искры надежды, сколь тусклой она бы ни была, достаточно, чтобы разжечь солнце.

— Я вижу, вы остаётесь едины, чтобы противостоять тому, чему следует противостоять, чтобы покончить с тем, что никогда не должно было начинаться, — уважительно произнёс Сар-Хайн, когда воители вернулись к магическому мосту, что отделял их от Колыбели Эльрата и находившегося там в данный момент Повелителя Пустоты. — Мы происходим от Драконов. Их кровь течёт в наших венах. Их смерть — это наша смерть, их возвращение в небытие — это наше возвращение в небытие. За этой пропастью лежит ответ на то, что станет с нами. На другой стороне лежит… Судьба! Пришло время встретить её!

Под воздействием тлетворных энергий Пустоты Колыбель медленно разрушалась, испещренная глубокими трещинами, а главный виновник этого хаоса парил над раненым Драконом Света, творя свою нечестивую магию.

— Из всех существ, которые дышат и ходят по лику Асхана, нет никого слабее, чем смертный Драконий Бог! Победа героя воспевается ещё долго после его смерти. Великих королей и королев помнят ещё долго после того, как их останки погребают в склепы. Преданность верующих является тем, что дарует богам бессмертие, — наставительно заметил Сандро, взирая на героев, вновь дерзнувших выступить против него. — Но, когда эта вера угасает, их силы уходят, их слава умирает. Что остаётся от богов, которые позабыты? Ничего!

— Повелитель Пустоты говорит правду, — услышали воители голос Драконьего Бога Света. — Ваша вера — это сущность всего, на что мы надеемся. Она даёт силу двигаться вперёд. Что бы вы ни считали истинным, что бы вы ни считали благородным, верным и чистым, если есть что-то достойное почтения, то живите с мыслями об этих вещах. Верьте в них! Сражайтесь за них!

(Какая же это тупость! Именно драконьи боги создали смертных, а потому я скорее поверю, что без своего дракона загнутся именно смертные. Созданы же драконы были не верой людей, а силой Асхи, потому ну никак не могут от неё зависеть. Да и что бы драконом помещало создать новые смертные расы? Они уже разок это провернули)

— Это Откровение Пустоты! Приготовьтесь принять его правду! — воскликнул лич. — Я говорил вам. Истину просто понять, как только находишь её. Но выдержать её нелегко. Вы в конце вашего пути. Позади вас лежит опустошённое королевство. Вы действительно хотите сражаться за остатки угасшей веры?

Первыми по приказу своего повелителя в бой ринулись осквернённые силами небытия бесчисленные стихийные духи и лишённые собственной воли существа, именуемые «опустевшими». Их поддерживали убийцы и призраки Пустоты, в то время, как Сандро предпочёл держаться позади, насылая на врагов гибельную порчу, которая поражала саму сущность жертвы, или же даруя своим бойцам мощь, платой за которую становилась их собственная жизнь.

— Почему вы продолжаете бороться? Там, где не смог выстоять Стихийный Дракон, как могут надеяться простые смертные, вроде вас? — раздражённо вопрошал героев Повелитель Пустоты, взирая на то, как союзные армии буквально сметают передние ряды его воинства. — Ваши Драконы истекают кровью! Ваши Драконы лгут! Ваши Драконы проигрывают! Я носил маску, чтобы сорвать маски с этих самозванцев. Теперь пришло время вам снять ваши собственные маски. Отбросить вашу материальную и духовную оболочку. Слиться с Пустотой и осознать, что вы есть на самом деле! Ничто!

Хотя Сандро и лишился большей части стихийных духов, радоваться героям было ещё рано. Место павших поспешили занять члены Ордена Пустоты, которые вместе с остатками элементалей и опустевших набросились на врагов с удвоенной яростью. Зачарованные мечи убийц и молоты чемпионов принесли гибель многим доблестным воинам, но основную угрозу по-прежнему представлял коварный лич. Узрев силу и настойчивость рыцарей, он уже не мог не принимать их всерьёз, а потому перешёл к решительным действиям. Ужасные иллюзии, воздействующие на разум, и разрушительные волны тёмной магии, исходившие от зачарованных магом бойцов, были лишь малой толикой его познаний в управлении мощью Пустоты. Вершиной мастерства Сандро оказалось губительное заклятие — «Касание Пустоты», которое в мгновение ока проклинало целые отряды, обрекая те на неминуемую гибель и изгнание в небытие. Тем не менее, даже в столь тяжёлой ситуации героям удалось выстоять против сил Ордена Пустоты, немало удивив его основателя.

— Я недооценил вас! Ваши души не похожи на души других смертных! Вы занимаете особо место в замысле Стихийных Драконов, — признал лич. — Но перед Пустотой все равны! Это ваш последний бой! Асхан на грани уничтожения! Скоро всё сущее останется лишь забытым воспоминанием! Неувиденным сном! Не будет ничего, кроме вечной тишины истинного просвещения!

Повелителю Пустоты пришлось бросить все имевшиеся у него силы, дабы задержать избранников Дракона Света любой ценой. Убийцы, чемпионы и зловещие Вестники встали стеной на защиту своего наставника, однако потерпели сокрушительное поражение, и даже заклятия паралича, к которым Сандро прибег наряду с магией Пустоты, не смогли переломить ход битвы.

— Вы высвободили своих Драконов. Вы одолели меня, — мрачно изрёк Повелитель Пустоты перед тем, как бесследно исчезнуть. — Но Пустота неодолима! Асхан на краю бездны и уже сделал свой последний шаг. Моя работа выполнена! Другие придут, чтобы пройти по моим следам…

(Столько пафоса, столько громких слов и пшик в итоге. И я не про проигрыш Сандро. Начнем с того, что нам опять сказали какие мы особенные, несколько раз. «Высвободили своих драконов» — это значит привести такую армию, что в номерных частях героев хватило бы на раскатку любого противника. Весь монолог Сандро это такой неуёмный и неуместный пафос, что это просто вызывает отвращение)

Обитатели Лихтфелса собрались у магических Врат, дабы оказать героям достойные почести, и в ознаменование великой победы аватар Эльрата взлетел над городом, озарив всё вокруг ярким светом.

— Воистину, кровь Драконов течёт в наших венах, — произнёс Сар-Хайн. — Мы стояли вместе, сражались бок о бок против злого бича Асхана… и многие из нас посмотрели смерти в лицо. Мы надеемся, что они найдут покой в своём путешествии.

— Этот день, это сражение, эту победу… будут помнить вечно вместе с именами одних из величайших героев Асхана! — воскликнул Дункан.

(Нет, никаких упоминаний нигде больше, даже мельком)

— Дети Драконов, герои в сердце, и предводители армий, — добавил Белкет. — Судьба Асхана была в ваших руках, и вы доказали, что достойны нести её! Моя благодарность и мои глубочайшие признания!

— Вы несёте в себе редкий дар, — обратился к своим спутникам Драконий Рыцарь. — Раньше я не был уверен, но теперь нет сомнений… Вас коснулся Дракон!

— Эльрат исцелится, наши народы исцелятся, и наши сердца исцелятся после утраты наших братьев и сестёр, которые умерли сегодня, — уверенно заметил Император. — Но сегодня не день для скорби и траура. Это день нашего восстановления после дней, когда священный свет померк. Это наш день празднества!

— И, хотя мы, некроманты, отвергаем эмоции, мы приветствуем возвращение порядка, — согласился с ним великий Архонт. — Ваша победа будет вечной!

— И запомните, нет никого более могущественного, чем смертный бог, который разжигает веру своих последователей до такой степени, что становится… бессмертным! — изрёк Сар-Хайн. — Теперь, когда Повелитель Пустоты исчез в забвении, нам следует вернуться в Убежище. Я полагаю, мирный договор ожидает своего заключения.

(Боже, какая же это срань! И если вы думаете, что это конец, то ошибаетесь, история продолжается)

***

— Итак, вы здесь! — радостно воскликнул Альбин, когда герои вошли в главный зал храма Рыцарей. — Я знал, что вы выйдете победителями. К сожалению, я был единственным желающим сделать ставку на это.

— Мы здесь не для игры, Альбин, — одернул его Йорат, — мы здесь…

— Чтобы подписать мирный договор, — закончил за полуупыря Драконий Магистр.

— Нет, Томон, — покачал головой дипломат. — Мирного договора не будет…

— Что? — изумлённо спросил тот.

— Будет союз, — пояснил старик.

— Священная Империя и некроманты выступают единым фронтом с этого момента, — добавил аль-Бехир.

— И союз вам понадобится! — согласился с этим решением Томон. — Сандро, может, и пропал сейчас, но мы не должны легко воспринимать былые опасности войны, поскольку она ещё не выиграна! Как раз наоборот! Прямо сейчас меч, нежели печать, придаст форму завтрашнему дню Асхана! И я искренне надеюсь, — эти слова Драконий Магистр уже адресовал рыцарям, — что вы будете одними из его обладателей. Быть одарёнными прикосновением Дракона — это одна из величайших наград, которые могут быть дарованы героям. Цель нашего Ордена — научиться становиться внутренними Драконами, которые запечатаны внутри нашей смертной оболочки. Но прежде, чем вы ступите на этот путь, мы должны защитить творение Асхи и восстановить равновесие между Порядком и Хаосом. Если это война против Ордена Пустоты, то давайте начнём её прямо здесь!

— На одно слово, — подозвал к себе героев Йорат, когда те закончили беседовать с Томоном. — Похоже, хаос и анархия всё ещё царят в Когтях Намтару. Нам не хватает паучьего яда оттуда. Яд станет важным и ценным вкладом для наших бойцов в грядущей войне. Сделайте так, чтобы у нас не было в нём недостатка.

От предложения героев сопровождать их в тюрьму полуупырь поспешил отказаться, пояснив это нежеланием возвращаться туда, где его плохие воспоминания могут вновь дать о себе знать.

— Как правило, дипломатия — это искусство взаимного обмана, — заметил Альбин, у которого для воителей также нашлось дело, которое не терпело отлагательств. — Но в этот раз дипломатией, боюсь, ничего не добиться. Сейчас главная наша забота — война с Орденом Пустоты. Надо собрать армию. Отправляйтесь от моего имени в Черную Рощу и поговорите там с бароном Мадогом. Пусть он даст нам в помощь войска.

Первым делом воители решили посетить Черную Рощу, однако, к их разочарованию, барона Мадога в Логове Змеи не оказалось.

— Барон? Почему я должен рассказывать вам, где скрывается Мадог? — недоверчиво поинтересовался Конор, к которому герои были вынуждены обратиться за помощью. — Он скрывается по своим причинам, знаете ли. Я бы ослушался приказов барона, если бы сказал вам. С другой стороны, барону нужна помощь. Так что, я полагаю, ничего страшного, если я ослушаюсь прямого приказа. Я бы и сам пошёл, но… вы знаете… у меня есть… дела… требующие участия. Военные дела, знаете ли… Барон отправился далеко на север Черной Рощи, в свой бастион под названием Серый Камень. Вы можете воспользоваться Вратами. Вы пойдёте?

Бастион Серого Камня представлял собой небольшой городок, построенный высоко в горах. От неприветливых территорий, где всецело властвовали кланы высокогорья, его отделял лишь широкий каменный мост через реку. Другой мост вёл к резиденции Мадога, которая располагалась на небольшом скальном островке в окружении возвышающихся из облаков защитных башен.

— Этот старый ворчун Конор послал вас? Что ж, я не могу винить его, не так ли? — устало вздохнул Мадог. — Добро пожаловать в Бастион Серого Камня. Времена нынче тяжёлые, и мне нужен кто-то с приличной армией. Мы сражаемся на два фронта. Есть демоны Шио, которые подбираются всё ближе к нашим поселениям. Они запустили ещё одного червя Бездны в подвалы Янтарного Шипа, куда больше и отвратительнее предыдущего. А ещё есть кланы высокогорья. Моя дочь Рианвен изо всех сил пытается держать их в страхе. Я слышал, что эти дикари посвятили себя новому божеству по имени Старейшая, а оно крайне охоче до человеческой крови. И это, похоже, ещё не всё. В Тёмном Лесу внезапно пропадают люди. Ходит молва, что одноглазый монстр с гор охотится на них, однако у меня есть свои сомнения. Вы можете почитать иного Дракона, следовать иному зову, но один из самых могущественных воинов кланов высокогорья, циклоп Валрок, занимает старое святилище, называемое Курганом Илата. Старые священные места Илата заброшены и по большей части позабыты. Но есть небольшое братство, которое ещё поёт старые песни во славу Дракона Воздуха и шепчет старые молитвы, чтобы получить его благословение. Валрок осквернил святилище и убил невинных верующих. Он и его соплеменники представляют угрозу всем нам. Он черпает свои магические силы из старого святилища. Пожалуйста, помогите мне избавиться от этого презренного мерзавца.

Чтобы проникнуть в самое сердце вражеской территории, рыцарям пришлось преодолеть немало препятствий на своём пути. Здесь им противостояли уже не разрозненные отряды, а настоящие армии обитателей высокогорья. Многочисленные кентавры и минотавры, которых герои часто встречали в ходе путешествий по лесам и фьордам Черной Рощи, преимущественно служили поддержкой, а подлинную боевую мощь кланов составляли совсем иные войска — могучие шаманы и воины, искусные в использовании стихийной магии. При этом, не стоило сбрасывать со счетов бойцов, полагавшихся исключительно на физическую силу — минотавров-мучителей и гигантских циклопов.

Пробивая себе путь вперёд огнём и мечом, герои успешно пересекли Тёмный Лес и поднялись по холмам Илата прямо к логову Валрока, который встретил незваных гостей на мосту через обрыв во главе могучего воинства кланов высокогорья.

— Ничтожества! Безмозглые ничтожества! — взревел он. — Я вырву ваши кишки так же просто, как отрываю крылья бабочке!

По приказу своих командиров союзные армии храбро ринулись в бой, несмотря на то, что им пришлось сражаться на два фронта, отражая беспрестанные атаки врагов, наступавших по обеим стороны моста. Первыми в ходе ожесточённой схватки между войсками героев и кланами высокогорья пали кентавры и шаманы, а затем настала очередь основного костяка армии Валрока. Потеряв всё войско, циклоп был вынужден лично вступить в бой, и получил возможность в полной мере испытать мощь, обретённую им после разрушения кургана Илата. На стороне одного из могущественнейших воинов высокогорья находились четыре могучих духа — ярости, защиты, проворства и быстроты, но, даже имея столь явное преимущество, в итоге он оказался повержен, равно как и бесплотные источники его силы.

Получив от Мадога заслуженную награду, а также слова благодарности за отвагу и спасение многих невинных жизней, герои поспешили в Когти Намтару, намереваясь выполнить поручение Йората.

— Паучий яд — это мои наименьшие опасения! — недовольно воскликнул главный надзиратель Артак, когда воители поведали ему о причине их визита. — Моя тюрьма стала местом анархии в последнее время! Куда ни посмотри, наши заключённые гремят своими клетками. У меня просто нет рабочей силы, чтобы беспокоиться о мелочах. Но, если вы хотите разобраться с нехваткой поставок, то сделайте это, используя ваших собственных бойцов! Мой глава стражи может сообщить вам о деталях!

— У нас есть торговое соглашение с Чёрным Клыком, — пояснил вампир-стражник, которого воители обнаружили в тюремном подземелье возле магического портала. — Они покупают яд у разводчиков пауков, а затем перепродают его нам. Паучий яд достаточно ценен, так что все получают свою долю. Но некоторые из этих мошенников Чёрного Клыка думают, что заслуживают большую долю. Набивают свои кошельки нашим золотом! Они заявляют, что у них проблемы с пожирателями пауков. Ба, оправдания! Кому-то следует воспользоваться этим порталом и выбить из них дурь, чтобы они вспомнили наш договор!

(Одно открытие охренительнее другого. Вампир-стражник, это уже просто смешно. Почему бы не вампир-уборщик? Этих вампиров же как грязи в Асхане. Напоминаю, что вампиры — это элита некромантов, высшее сословие. И становятся вампирами благодаря яду намтару, который тут почему-то получается через третьи руки. Это просто финиш. Намтару, б**ть, порождения богини-паучихи, они уже входят в состав Дома Вечности, а тут они у каких-то левых чуваков, которые продают священный, мать его, яд третьим перекупщиками, у которых некроманты и покупают продукт, благодаря которому личи и некроманты добывают бессмертие.

Как некроманты просрали главный источник своего могущества? Почему не отобьют его обратно? Что насчет левых людей, что попытаются перехватить яд у Черных Клыков? Почему предыстория героя-волшебника некроманта гласит, что он/она вступил в орден дабы получить бессмертие, в то время когда все необходимое для ритуала можно было тупо купить?)

Портал перенес воителей в лагерь Чёрного Клыка, где они сразу же заприметили одного из работников, который вполне мог сойти за главного.

— Приятель, опусти этот меч! — воскликнул тот, заметив оружие в руках одного из героев. — Мы никого не пытаемся обвести вокруг пальца. Договор есть договор! Честь Чёрного Клыка! У нас самих проблема с добычей яда. Эти бунтовщики, которые захватили фермы, не самые надёжные поставщики. Не говоря уже о тех преступниках, которые продолжают похищать наши запасы по приказу лидера бунта… Я думаю, они называют его Голосом. В довершение всего, наши драгоценные ядовитые пауки продолжают внезапно исчезать, и я не имею представления, почему. Мы будем стараться изо всех сил, вот увидите.

Внезапно работник замолчал, явно что-то обдумывая, после чего заметил:

— Быть может, всё наоборот! Быть может, некроманты натравливают на нас этих монстров, поедающих пауков! Быть может, они нашли другого торговца ядом и хотят отменить нашу сделку! Вот, что я вам скажу — вы убиваете пожирателей пауков, мы доставляем яд, все счастливы! По рукам?

Населённые множеством враждебно настроенных тварей пещеры и извилистые туннели вывели рыцарей к обширным фермам, где добывался столь необходимый служителям Асхи яд. К многочисленным платформам, установленным по краям обрывов, были прикованы гигантские пауки из числа тех, кого некроманты часто использовали для осады вражеских укреплений. Каждое из чудовищ производило столько яда, что его потоки, беспрестанно текущие по платформам, срывались вниз целыми водопадами, образуя озёра и реки, целиком состоявшие из смертоносной болотно-зелёной жидкости.

(Прикованы к стенам? Священные животные? Идиоты. И намтару не пауки, они могут выглядеть или как женщины с похожей на вампиров внешность, или превращаться в помесь паука и кентавра)

Спускаясь всё ниже по каменным лестницам, герои достигли Глубин, буквально кишевших пожирателями пауков — небольшими существами, похожими на рептилий. Поодиночке те не представляли особой угрозы, однако, собираясь в рои, порой состоявшие из нескольких тысяч особей, становились грозной силой. Рыцарям оставалось лишь узнать, что стало причиной появления столь огромного количества этих существ, и вскоре они нашли ответ на этот вопрос. Как оказалось, в Глубинах поселился терзаемая ненасытным голодом гигантская роевая виверна, который, как и весь его рой, подвергся воздействию тлетворных энергий, исходивших от разломов Пустоты.

— Ещё! Мне нужно ещё! — в неистовстве ревел он. — И я получу ещё. Я заполучу всех. Больших и малых! Моя жертва, моя добыча!

(Теперь у нас и виверны разговаривают. Меня еще говорящие циклопы напрягли, хотя в описании существ написано, что их разум затуманен яростью, но допустим. Виверны, в Героях 5 — это деградировавшие драконы, а в Героях 7 — это ящерицы, которые изменились под действием драконьей крови (опять несостыковки). Оба случая вряд ли подразумевают способность говорить)

В ходе тяжёлой битвы с виверной и полчищами пожирателей было покончено, после чего герои уведомили об этом работника Чёрного Клыка, который выразил искреннюю надежду на то, что больше чудовища в лагере не покажутся.

Успешно выполнив все поручения, рыцари вернулись в храм Драконьих Рыцарей к Альбину и Йорату, где узнали об очередной угрозе, нависшей над Лихтфелсом. Не теряя времени даром, герои устремились в оплот церкви Света, дабы разыскать там Сар-Хайна, который обнаружился в западных пределах города и был чрезвычайно встревожен сложившейся ситуацией. По его словам, имперцы-отступники, отринувшие Дракона Света, начали осаду Лихтфелса, на Перевале Драконьих Зубов объявился некий чародей, сотворивший гигантский вихрь Пустоты, а с юга к городу подступали полчища демонов, которые, однако, не вступали в бой с членами Ордена Пустоты.

Чтобы добраться до своих союзников и выяснить у них, насколько серьёзна угроза, героям предстояло сначала пробиться сквозь ряды имперцев, осаждавших Лихтфелс. Сделать это, впрочем, оказалось непросто, ибо отступники возвели несколько рядов высоких укреплений, за которыми располагались катапульты, обстреливавшие городские стены. Единственной возможностью для героев вырваться за пределы оплота Церкви Света стал бой с командиром отступников, которым, к их великому удивлению, оказался не кто иной, как командующий Гнезда Ворона, Хродгер.

— Командир Хродгер лишился разума! — поведал рыцарям Ир Катум, которого они встретили в рядах защитников Лихтфелса. — Он собрал у наших ворот целую армию фанатиков, которым Пустота затмила глаза. Они пойдут на всё, чтобы воплотить в жизнь планы Сандро. Настанет тьма, столь бескрайняя, что не снилась даже Безликим. Смерть света Эльрата. Смерть, которую лишь вы можете предотвратить…

(Так вроде бы уже, или еще нет?)

— Пока вы защищаете этих лжецов из церкви Эльрата, вы будете моими врагами, — заявил Хродгер, когда герои попытались воззвать к его здравому смыслу. — Они лгали о том, что драконы смертны! И лишь для того, чтобы защитить своё положение, свою власть над народом, своё богатство. Освободим же мир ото лжи, в которую мы так долго верили!

(Лгали о том, что драконы смертны? Может все же бессмертны?)

В тот день Священная Империя Сокола потеряла многих своих достойных сынов, сошедших с пути истинного и поддавшихся на посулы Пустоты. Вера и доблесть избранников Дракона Света помогли им сразить воинство командира Гнезда Ворона, чтобы продолжить свой непростой путь.

— Запомните, — напутствовал их И’р Катум. — Пустота отравляет разум сбившихся с пути.

Сломив сопротивление фанатиков, герои вышли к обширным Лугам Синего Тумана и направились на восток, в сторону лагеря некромантов, известного, как Паучья Поляна.

— О, вот и наши союзники! — поприветствовал их по прибытии высший вампир, один из генералов Эреша. — Послушайте, из глубин Шио восстали Повелители Хаоса. Их жажда власти неутолима, как никогда. Если мы хотим, чтобы этот лагерь и дальше снабжал нас бойцами, нужно остановить вторжение.

Оборону лагеря держали элитные воины армии некромантов, стражи Нар-Эреша, однако их сил было недостаточно, чтобы сдержать натиск бесчисленных демонических легионов. Падение Паучьей Поляны казалось практически неминуемым, когда на помощь к высшим вампирам подоспели войска героев, переломив ход сражения в пользу защитников.

— Смертные воины, может быть, и провели на поле боя десятилетия, но я сражаюсь уже несколько веков, — заметил генерал, когда атака демонов была успешно отбита. — И со временем война совсем не изменилась. Меняются только враги и союзники.

Во время битвы с отродьями Ургаша от слуха рыцарей не укрылись их слова о некой госпоже, приказам которой они подчинялись. Терзаемые смутными сомнениями, герои решили проникнуть в самое сердце территории демонов, где обнаружили у входа в горное ущелье одного из разведчиков Драконьих Рыцарей. Хотя Третье Затмение завершилось, демоны продолжали бродить по поверхности Асхана, что могло означать лишь одно — под воздействием сил Пустоты стены Шио ослабли, позволив отродьям Хаоса проникать в мир. Пройдя по залитому лавой ущелью и достигнув демонического алтаря, герои встретили там ещё одну свою старую знакомую — Дэву, объятую аурой Пустоты.

— Предана собственными братьями и сёстрами в Убежище, брошена Повелителем Пустоты, изгнана в самое её сердце. Вам казалось, что я мертва, не так ли? — иронично заметила та. — Но я вернулась. Я переродилась. И я поведу тех, кто пойдёт за мной, к свободе. Пустота сокрушит стены темницы. Я буду править в Шио и в этих землях.

(Чем она собралась править, если «свобода пустоты» — это уничтожение всего и растворение в энергии вселенной?)

Амбиции демонессы были поистине непомерны, поэтому герои доблестно выступили против адских полчищ, отправив её в небытие в очередной раз.

— Порядок и Хаос — как брат и сестра. И Пустота в эту картину не вписывается, — задумчиво произнёс разведчик, когда рыцари вернулись к нему с вестями о победе над зачинщицей вторжения демонов. — Зачем Дэве объединяться с Сандро? Дети Ургаша несут с собой безграничный хаос, а не конец бытия. Я думаю, что у этой суккуб какие-то свои цели!

(А вот мне кажется, что безграничный хаос все же равняется концу бытия. И Ургаш со мной бы согласился. Весь конфликт Ургаша с Асхой — это желание первого уничтожить все творения второй)

Покончив с ещё одной угрозой мирозданию, герои поспешили на северо-запад, на Перевал Драконьих Зубов. Чтобы добраться до таинственного мага, им пришлось преодолеть ожесточённое сопротивление Ордена Пустоты, к которому успели примкнуть демоны, зверолюди и даже благородные серафимы. По словам разведчика Драконьих Рыцарей, встреченного рыцарям в ходе поисков, он потерял многих братьев и сестёр по ордену в попытке остановить злокозненного чародея. Все они бесследно сгинули в недрах гигантского вихря Пустоты, грозившего со временем поглотить в себя всё сущее. Тем не менее, это не испугало героев, выступивших навстречу своей судьбе. На сей раз их противником выступил помутившийся рассудком аль-Кадир, который слишком глубоко погрузился в исследование Пустоты.

— И вновь мы встретились и трепещем перед великой тайной, — вещал он. — Всю жизнь я искал способ получить силу Драконов. Я думал, что магическую силу нам дали именно Драконьи Боги. Я ошибался. Это была Пустота! Но Пустота не открывает своих тайн так просто. Её нужно тщательно изучить, прежде, чем я смогу подчинить её своей воле. Для того, чтобы раскрыть великую тайну и получить абсолютное знание, нужно принести несколько жертв. Вот! Позвольте Пустоте коснуться вас!

После уничтожения мага и его многочисленных приспешников рыцари вернулись в Лихтфелс, где благодарил их за содеянное Сар-Хайн, однако война с Орденом Пустоты была ещё далека от завершения…

(На таком вот многоточии и закончилась компания Героев Онлайн. Это не намек продолжение, это приглашение поучаствовать в так называемом эндгейме, ворохе активностей, что открывались по мере прохождения сюжета, ну и мультиплеер, само собой. Поэтому можно сказать, что на этом история героев Третьего затмения закончилась.

Что в целом можно сказать по сюжету Героев Онлайн? Боже какая же это жопа, большая и волосатая. Уже не в первый раз я говорю, что вообще не понимаю, зачем было делать такие масштабные события и вписывать их в общий канон, особенно с учётом того, как часто на канон здесь плюют. Интереса ради посмотрел, кто же занимался разработкой и поддержанием проекта, это две студии: Related Designs и Ubisoft Blue Byte. Плохие ли это разработчики? Ни в коем разе. Related Designs старательно разрабатывали серию Anno, пока в 2014 году Герои Онлайн не похоронили студию, оставив недоработанную Anno 2205, которую после доделали и выпустили специалисты из Ubisoft Blue Byte. Сама по себе студия Ubisoft Blue Byte давно сотрудничала с Related Designs в производстве Anno, а так же выпускала свои игры, например серию Settlers, опять же похороненную Издателем Ubisoft, когда самобытную стратегию решили переформатировать в убийцу Warcraft III. Крайне неудачное решение, даже попытка вернуться к истокам себя не оправдала. После Героев Онлайн Ubisoft Blue Byte выпустила такие проекты как Tom Clancy’s Rainbow Six Siege (специфичная, но тепло встреченная игра), For Honor (крайне популярный проект, номинированный на звание «лучшая игра года» в пяти категориях и в двух из них взял победу) и Anno 1800 (высокие оценки на метакритике, и лично я, как фанбой, остался доволен продолжением серии).

Разработчики хороши, так почему же у них получилось такое дерьмо? Проблема в том, что как и в номерных частях Героев, разработчики не могли творить, что им хочется, специалисты из Ubisoft писали сюжет и устанавливали критерии геймплея игры. Согласно новостным обозревателям, в компании Ubisoft был целый отдел по редакции продукции компании, к счастью он был расформирован летом 2020 года. И к сожалению этих головозадых вредителей от мира видеоигр не уволили, а раскидали по другим отделам. Спустя почти 10 лет хреновых игр Ubisoft начала что-то подозревать. Так глядишь и хорошие игры делать начнут)

История Асхана (герои VII часть 1)

Опасаясь растущей мощи некромантов, лорды Семи Городов начали в 751 году активную кампанию, направленную против них, включавшую в себя конфискацию имущества, изгнания и публичные казни. Последовала затяжная гражданская война, продлившаяся до 770 года. Древние города уничтожены и многие земли стали непригодны для жизни.

Дом Вечности был окончательно разгромлен с осадой и последующим падением его главного оплота, Аль-Бетила. Лорд Вейн командовал обороной города, в то время как его супруга Анастасия, приемная дочь Закера, и другие члены культа Паучихи — входили в число которых некроманты Людмила и Адар-Малик, а также Зенда, именуемая Пророчицей, ибо она слышала голос Матери Намтару, вещающей из Мира Духов, — спешили достигнуть подземной тайной гавани, скрытой в древних тоннелях Саркоманда — погребенного под слоем вулканического пепла города Шантири. С тяжелым сердцем Анастасия оставляла супруга, но, будучи Иерофантом Дома Вечности, не могла поступить иначе, и следовала своему долгу.

(Кампании Некромантов в Героях 7)

Падение Вейна и исчезновение Белкета знаменовало и падение Аль-Бетила. Жнец Душ был казнен, но лорду-констеблю Яхори, шерифу Семи Городов, было мало просто убить его. Она использовала заклинание, чтобы пленить его душу и тем самым не позволить переродить.

(Что с ходу странно, ибо магия душ в сути своей некромантия. Начнем с того, что Дом Вечности был довольно-таки закрытой, а с определенного момента еще и религиозной структурой. Из таких организаций редко утекают секреты. Но допустим, что-то маги у некромантов так или иначе выкрали, это в целом можно понять. Но представить себе мага, что прилюдно использует искусство текущего «главного врага». Это возможно, но это надо было хоть как-то обыграть, а не упомянуть и все)

Некроманты бежали на восток, в долину Эреш. Весть о гибели Вейна опустошила Анастасию. Дочь не могла простить её за то, что она оставила супруга. Анастасия хотела покинуть этот мир и её мольбу услышала Мать Намтару, призвав дочь Вячеслава к себе в Мир Духов, где утешила и исцелила её душу. Но также аватар богини-паучихи хотела, чтобы Анастасия присматривала за своими братьями и сестрами, укрывшимися в Эреше. Последующие три десятилетия она провела в забытье, взирая на мир так, словно была везде и, в то же время, нигде. Не в силах вмешаться, Анастасия наблюдала, как, осев в Нар-Эрише, некроманты отстраивали новый дом, храня в сердцах образ Аль-Бетила, которого они лишились.

(Мы уже как-то касались этой фигни с Аль-Бетилом и Нар-Эришем. С самого начал некроманты обитали в Эреше, потом, в МиМ 10 почему-то столицей Дома Вечности стал Аль-Бетил. Каких-то объяснений этому не последовало. Более того, позже про это изменение просто забыли и у нас снова был Эриш. И вот мы можем наблюдать переселение из одного города в другой. Подобному мотанию туда сюда я могу найти только одно объяснение, творческая импотенция. Был устоявшийся канон в Героях 5, решили сделать предысторию и вместо привычных нам фракций ввести их предтеч. В частности вместо Серебряной Лиги ввели Семь Городов, якобы объединяющих всех магов (но на самом деле нет, так как нам показали те же яйца, только в профиль). Но после оказалось, что часть придуманной предыстории ну никак не состыкуется с конечной главой, Героями 5, и пошли попытки хоть как-то выкрутиться и всё же свести все линии к общему знаменателю)

Одна из некромантов, по имени Равен, больше всего на свете желала продолжить свои магические изыскания в мире и покое. Она обустроила жилище на одном из островов, назвав его «Обиира». Но мир наступит еще нескоро, ибо враждебно настроенные обитатели архипелага, да и колдуны, преследующие отступников, постараются как можно дольше оттянуть этот момент, и пройдет немало времени, прежде чем лязг мечей и крики умирающих сменятся тихим шелестом бумаг и скрип пера.

И Равен бросила все силы на усмирение пиратских капитанов, распоясавшихся на территории архипелага, и на уничтожение преследующих ее колдунов Семи Городов. Надо сказать, в последующие годы и те, и другие не рисковали более приближаться к Обиире.

В году 756 умер Высший Король Ироллана Ваниэль, и на трон эльфийского королевства сел Аларон, который тут же обратил свой взгляд на внешние земли. Постепенно эльфы укрепили отношения с иными расами. Аларон поддержал чародеев Семи Городов в их войне с некромантами, а также пригласил торговцев посещать эльфийские леса.

Но в 771 году, когда чародеи одержали окончательную победу в противостоянии некромантам, цена победы оказалась чрезвычайно высока. Пало три из семи городов магов и теперь им следовало укреплять границы своих владений. Горюя о минувшем «золотом веке», они переименовали свою страну в Серебряную Лигу (или Серебряные Города). Столицей новой страны стал город Аль-Сафир, оплот алхимиков, теперь — доминирующего Дома чародеев.

Однако многие чародеи, не принявшие перемен, избрали добровольное изгнание и покинули Серебряную Лигу. Многие ушли в Свободные Города. Например, Алые Колдуны Аль-Рубита и их слуги-зверолюди, отринутые после сотворения големов, устремились на запад, где в 776 году осели в городе Картал на берегу моря Ирисус.

(И вроде как именно в этот момент народ темных эльфов обзавелся минотаврами, которых им преподнесли алые маги Карталя. Что не никак ложится на кампанию Раилага из Героев 6, что лет так за 200 обнаружил какой-то легендарный легион минотавров. Опять же это можно было бы объяснить, но сценаристы ничего не объясняют, поэтому будем считать это логической дыркой)

В 800 году Пророчица Зендая приняла, судьбоносное решение для себя и для многих других разумных Асхана: она отправится в Каньон Вечности, чтобы обратиться к сущности Матери Намтару и испросить ее яда и, обратившись в вампиршу, повести за собою отчаявшихся собратьев-беженцев, продолжающих прибывать в Нар-Эреш.

(М-да, теперь яд намтару нужно просить напрямую у богини-паучихи. То некроманты напрямую сотрудничали с намтару, то они торговали с перекупами, которые покупали этот яд у третьей стороны, а теперь вот, напрямую у богини. Что дальше, яд на самом деле окажется каким-то алхимическим зельем? Ах да (вспоминаем Николаса Грифона из Героев 5, что стал вампиром после смерти при помощи 4 темных артефактов), примерно так все и будет)

Спустившись в храм богини-паучихи, Зенда вспомнила сон, который видела в детстве. Тогда, в грезах к ней явилась Мать Намтару и сказала, что однажды ей придется выбирать между жизнью и нежизнью, похоже сейчас этот день настал. Но в святилище никого не было, так как Мать Намтару перебралась в Мире Духов и в Асхан возвращалась лишь изредка…

(Тут странный момент, ибо в одном месте она видела сон с голосом Матери Намтару, а в другом месте голос слышали все... когда Зенда омыла в яде намтару ноги... м-да)

На пьедестале Зенда увидела фиал с ядом богини-паучихи, и, отринув последние сомнения, выпила, переродившись в вампиршу и став Иерофантом, преемницей Анастасии.

(Ха-ха-ха… Иногда просто хочется вскочить и крикнуть: «Да не бомбит у меня!». Давайте разберемся, кто же такие эти вампиры в Асхане. Я несколько раз упоминал это вскользь, но предметно мы этот вопрос не разбирали. У нас есть стандартная процедура, подробно описанная, и три нестандартных случая, даже три с половиной, но случай Людмилы (ставшей вампиром от укуса другого вампира) мы уже пинали. Разберем их все по порядку, хотя интересен нам только один случай, но это важно для понимания.

Начинается все с живого человека, который получает от намтару особый эликсир. Не чистый яд, а эликсир на основе яда, и этот эликсир человек понемногу добавляет в свою еду или питьё, то есть разбавляет и так не полноценный яд еще больше, это важно (особенно на фоне описание Зенды, с омытыми в яде ногами). В процессе приема эликсира, тело человека меняется, глаза становятся ярко зелеными, тело усыхает, но избавляется от всех физических недостатков, таких как болезни, уродства или увечия. Так человек превращается в Лича (и портрет Зенды указывает, что она молодой лич, поэтому фраза о выборе «между жизнью и смертью» кажется не совсем уместной). При этом его тело продолжает естественным образом стареть, превращаясь в мумию, пока не наступает момент смерти. И хотя внешне это никак не отображается, сам Лич ясно чувствует этот момент, когда он из живого, превращается в немертвого, то есть высшего Лича, или Архилича. Архиличи намного могущественнее и искуснее своих еще живых собратьев и именно среди них выбираются те, кто достоин стать вампиром.

Вампиры получают уже чистый яд, но не опрокидывают за воротник стаканчик, как Зенда, и не льют его на кожу, нет. Намтару заворачивают будущего вампира в свою паутину и понемногу, на протяжении нескольких месяцев впрыскивают яд в их тела. Примечательно, что для становление вампиром выбирают лишь самых могущественных Архиличей, но даже среди них процент выживания откровенно небольшой. Вот в жилах вампиров вместо крови течет уже чистый яд намтару, который их убивает. Да-да, тело могущественного мага, прошедшего многоступенчатую закалку и изменения, не способно выдержать чистый яд, поэтому вампиры пьют кровь, чтобы разбавить этот яд. Лишь полностью овладев своей силой и подчинив себе яд намтару, вампир становится высшим.

Уже на основании этого, девчушку, что будучи живой и необразованой (как уже говорилось она выглядела как молодой лич) хлебнула чистого яда, можно было бы похоронить, если бы не сценарный произвол. Но давайте поговорим также о нестандартных случаях.

Во-первых, Николас Грифон, как уже говорилось, он был превращен в вампира будучи обычным трупом, при помощи набора из 4 артефактов. Стоит отметить, что это была не имитация превращения в вампира, а полноценное воскрешение в преобразованном теле, Николас помнил себя в загробном мире. И вроде бы вампиры Героев 5 очень сильно отличаются от остальной линейки (опять несостыковки), но так как никто 5 часть не вычеркнул из канона, то мы будем учитывать, что в истории Асхана был как минимум один набор артефактов, что может провести превращение в вампира. И случай Зенды тут мимо.

Во-вторых, Анастасия. Была также превращена из обычного трупа Светланой. Как именно это было сделано, неизвестно и что-то тут обсуждать бесполезно, по умолчанию будем считать, что были замешаны те же артефакты или похожие на них.

В-третьих, слова Вейна о том, что человека выпитого вампиром может воскресить только яд богини. И это уже интересно. Яд богини может превратить в вампира, но есть ряд нюансов. Во первых само по себе становление, это не оборот по щелчку пальцев, это ритуал длиной в несколько месяцев, во время которого тебя будет корежить так, что большенство просто сойдет с ума. Божественный яд конечно может предоставить какие-то льготы соискателю (хотя куда уж больше, вместо десятилетий, если не веков подготовки, можно прийти на все готовенькое), но не жирно ли? Да и опять же речь шла о мертвом теле, которое не чувствует боли при полномасштабных изменениях тела с нуля. Зендая обернулась мгновенно, с нуля, и без каких либо последствий и трудностей)

Обратившись к Людмиле, приветствовавшей ее познание нежизни, Зенда объявила, что станет пастырем для заблудших овец и вновь сплотит разрозненных некромантов, остающихся в долине Эреш. В последующие месяцы Нар-Эриш продолжал расширяться, ибо в город прибывало, отвечая на призыв Зенды, все больше и больше некромантов. Воины-нежить удерживали окрестные шахты, в которых велась добыча ископаемых, необходимых для дальнейшей постройки города.

(Угу-угу, знаем плавали. Сильная женщина, избранная, только объявила себя правителем и тут же поданные нашлись)

Адар-Малик сомневался в том, следует ли доверять судьбу культа Пророчице, но Зенда убедила полководца в том, что он необходим Матери Намтару и ее народу, пытающемуся выжить. Приняв командование над армией Нар-Эриша, Адар-Малик выступил против разбойников и орков, хозяйничающих в окрестных землях, а тажке против иных повелителей смерти, осевших в Эреше и не желавших принимать над собою власть нового самозваного Иерофанта.

Следуя воле Зенды, армия Адар-Малика сокрушила армии мятежных лордов — Моандера и Лайлы. Иерофант торжествовала, Нар-Эриш не разделит судьбу Аль-Бетила.

(Ага, Аль-Бетил сокрушили враги, Нар-Эриш пожирает сам себя)

В очередном видении она увидела Колодец Душ — безграничный источник сил для некромантов.

(Очередной рояль в кустах, непонятно откуда взявшийся)

Несмотря на опасения Людмилы и Адар-Малика о том, что подобное могущество может обратиться погибелью для возрождающегося культа Намтару, Зенда целенаправленно продолжала претворять свои замыслы в жизнь. Она принесла мир и процветание в долину Эриш, а ее непоколебимая вера дала народу некромантов новую цель, к которой надлежит стремиться. Зенда стала олицетворением восстановленной гордости Дома Вечности, новой надеждой, что позволила изгоям позабыть о поражениях и годах страданий. Людмила и Адар-Малик помогали Иерофанту в правлении, хоть они и не питали к Зенде дружеских чувств, но ни в провидческом даре ее, ни в вере не сомневались.

Минуло десятилетие, и Зенда призвала к себе некромантов Людмилу и Чарну, чтобы поведать им, что к ней явилась во сне Мать Намтару. В видении Пророчица увидела Людмилу, ступающую по залам неприступной крепости, парящей в небесах, в которой пребывают легендарные артефакты Асхана — в том числе и Посох Мертвого Дерева, созданный из священного эльфийского древа. Описывамая твердыня — наверняка Реликварий ангелов, и во сне Зенды Людмила проникала в оный наряду с рыцарем смерти Карной и армией нежити.

Перспектива сунуться в ангельскую крепость Людмилу не радовала, однако с высказанной Иерофантом волей ей пришлось смириться. Чарна предложила некромантке попытаться достичь парящего в небесах острова через Врата Духов, расположенные в Ироллане — в Мир-Гатале.

(Мир-Гатал — крупный болотистый регион, занимает значительную часть на юго-востоке Ироллана. На востоке граничит с Игг-Шайлом, имеет выход к Ирисийскому морю. Браконьеры и контрабандисты Чёрного клыка иногда пробираются на эльфийские земли через эту местность, что сопряжено с определёнными рисками: зыбучие пески, трясины, ядовитые растения, опасные твари. В этой области можно найти полузатонувшие руины Шантири, в которых, по слухам, водятся приведения. На северо-западе Мир-Гаталя находится город Шалая. Ну и как мы только что узнали, здесь имеется портал, ведущий в Реликварий. Меня интересует только один вопрос: нахрена? Даже если вывести за скобки кучу мутных личностей, что могли этим порталом воспользоваться, на той стороне просто кишмя кишат опасные твари, которые тоже могут пройти через портал. Почему Ангелы не уничтожили этот путь? Или почему они хотя бы его не охраняют?)

Дабы не привлекать к себе излишнего внимания со стороны людей или эльфов, некромантки с войском отправились в странствие морем, однако лазутчики Ироллана зорко следили за приближающимися к берегам державы эльфов кораблями, дабы в случае необходимости дать захватчикам достойный отпор.

(Вот удивительно, правда? Такой хороший план и вдруг провалился)

Высадившись на побережье, Людмила и Чарна повели за собою нежить в глубины чащоб Ироллана, надеясь разыскать Врата Духов Мир-Гатала. Людмила помнила, что столетие назад в Реликварий удалось проникнуть темным эльфам — стало быть, и их нынешняя миссия небезнадежна. И все же вампирша надеялась, что Зенда верно истолковала свое видение, и они действительно на пути к великому будущему.

(Два момента: во-первых, эти идиотки не знали точных координатов своей цели, а потому обречены на вечные скитания в непроходимых болотах, а во-вторых, Людмила, что интриговала против всех и всегда, похоже стала верной собачёнкой такой особенной-особенной Зенды)

Путь ко Вратам Духов некроманткам преграждали магические стихийные печати, и, сумев снять их, посланницы Иерофанта проследовали в портал, обнаружив себя на парящем в небесах островке, где и был возведен Реликварий. По какой-то причине ангелы не сумели предвидеть цель появления в крепости Людмилы и Чарны, и те воспользовались сим, чтобы проникнуть в хранилища артефактов и похитить Посох Мертвого Дерева. Ведомые Орной, ангелы перекрывали вторгшимся в их владения все пути к отступлению, но Людмила взывала к магии обретенного артефакта, развеивая двеомеры наводимых охранных барьеров, преграждающих путь к спасительному порталу. Чарне Людмила приказала прикрывать отступление, и рыцарь смерти согласилась, хоть и смерила вампиршу исполненным ненависти взглядом.

После того, как Людмила доставила Посох Мертвого Дерева в Нар-Хереш и передала его Зенде, никто уже не сомневался в истинности видений пророчицы. Но ни Людмила, ни Адар-Малик не осознавали всей силы сего артефакта, способного призывать могущество истинной Смерти — той, возродиться после которой уже невозможно.

(Что очень странно, как минимум Людмила высший вампир её понимание смерти и чувствительность к ней должна быть колоссальна)

Наконец, все было готово для свершения отмщения Серебряным Городам. Три года спустя после обретения Посоха, в 813 году Зенда призвала в покои свои Адар-Малика, поведав о том, что Мать Намтару вновь обратилась к ней, открыв, что маги привязали дух Вейна к его черепу и хранят его в Великой Библиотеке Аль-Джамашта. Адар-Малик пришел в ярость: несмотря на былую вражду, после считал он Жнеца Душ своим другом, не заслуживающим подобной участи, потому, собрав воинство, незамедлительно выступил к Аль-Джамашту, дабы забрать череп Вейна из Великой Библиотеки.

По пути некроманты не гнушались атаковать города Серебряной Лиги, вызывая истовый гнев их обитателей. И когда войско Адар-Малика сокрушило стены Аль-Джамашта, ворвалось в Великую Библиотеку и захватило череп Вейна, к городу подошла еще одна армия нежити, ведомая Зендой. Воздев над головой Посох Мертвого Дерева, Иерофант пояснила Адар-Малику, что во всех возможных вариантах будущего, открывшихся ей, охотники на некромантов убеждали Круг Девяти покончить с остатками Дома Вечности. Поэтому Зенда на глазах потрясенного полководца обрушила на обреченный город поток магической энергии, разрушая его до основания.

Разъяренный, Адар-Малик доказывал Зенде, что война ведет лишь к войне, и её действия разрушительны для нации Эреша, однако Иерофант ответила:

— Теперь они нас боятся… Но нам нужно больше душ. Аль-Амал тоже превратится в пыль… И тогда мы поставим главный капкан.

— Ты — словно шерифы, которых ты ненавидела, — с отвращением произнес полководец. — Даже хуже… Ты живешь ради мести!

(Шерифы — стражи правопорядка в городах магов. Их расцвет пришёлся на время изгнания некромантов. Они строят свою тактику на обороне. Среди всех чародеев шерифы лучше всех разбираются в магии Света. Это один из классов волшебников в Героях 7.

Ну и касательно слов Адар-Малика, хочется вспомнить анекдот про попа в бане: «отче, вы либо крестик снимите, либо трусы наденьте». В своём крестовом походе за черепом Вейна, Малик вырезал все попавшиеся ему на пути города магов. Это не война, не месть? Что-то не верится)

Иерофант велела отступившему от неё сподвижнику убираться прочь, и Адар-Малик устремился на юг, к каньону, что вел к руинам Аль-Якхута, ибо иного пути у опального полководца попросту не было: Зенда оставалась на востоке, а на севере и юге — Серебряные Города. Но вскоре Адар-Малик был захвачен в плен отправленным Зендой по его следу Мериком — бывшим шерифом, обращенным в нежить. Иерофант приказала бросить пленника в темницу, опасаясь, что казнь его отвратит от нее последователей. После чего назвала себя «Верховным Иерофантом», продолжая претворять в жизнь замысел, растянувшийся на десятилетие.

Разрушения Аль-Джамашта и Аль-Амала ознаменовали новую волну ненависти по отношению к некромантам, а похищение одного из мощнейших артефактов Асхана вызвало гнев ангелов и Священной Империи. История начала повторяться, и в 813 году началась Война Сломанного Посоха, продлившаяся почти десятилетие и завершившаяся в 822 году.

Зенда оставалась в пределах Нар-Эриша, дожидаясь, когда объединенные силы Империи и Серебряных Городов, ведомые ангелом Орной и чародеем Маахиром, приблизятся к столице некромантов, что и произошло в 820 году. Людмила утратила веру, обвинив Зенду в том, что та своими действиями привела к гибели возрожденной державы некромантов.

— Верь Матери Намтару, Людмила, — улыбалась в ответ Иерофант. — Они уже попали в наши сети. Мы подготовили капкан, теперь осталось лишь использовать Посох Мертвого Дерева.

— Ты хочешь использовать его здесь?! — изумилась Людмила. — Его мощь поглотит любую жизнь… Уничтожит наши земли!

— То, что мертво, не может умереть снова, — возразила Зенда. — Мы не должны бояться той стороны. Я приняла свою судьбу, когда ответила на зов богини-паучихи.

(Вот вообще не понял загона Зенды о смерти. Ведь она прекрасно знает, что Посох Мертвого Дерева убивает окончательно, без вторых шансов. И хочется еще раз подчеркнуть перевранный образ Людмилы. Это интригантка, что несколько веков вращалась в верхах общества конкретно некромантов и магов вообще. Она интриговала против Анастасии, что тоже была иерофантом и имела поддержку Жнеца Душ и Архонта, и не прекращала это делать даже во время бедствия, но почему-то слепо пошла за Зендой, у которой нет за душой ничего, кроме мутной славы пророчетцы. Почему?)

Обвинив Верховного Иерофанта в безумии, Людмила покинула Нар-Эреш, по следу предательницы Зенда отправила рыцаря смерти Чарну — после событий в Реликварии та испытывала к вампирше неприкрытую ненависть, и была рада поквитаться за то, что та фактически бросила ее в оплоте ангелов. Чарна настигла беглянку, и та оказалась брошена в темницу Нар-Эриша, где уже много лет томился в заточении Адар-Малик.

(Как Чарна выжила в оплоте Ангелов?)

Зенда же и ее сподвижники приступили к проведению сложнейшего ритуала: они взывали к магии окружающих город мест силы, и направляли её в Колодец Душ. В этот колодец устремлялось великое множество душ, жертв сражений войны, спровоцированной и развязанной Зендой именно с этой целью. Иерофант была слепа в своем фанатизме, и готовилась принести в жертву и себя, и свой народ, но забрать в мир иной и ненавистных врагов. Артефактом, коий станет маяком для жаждущих мести душ, выступал череп Вейна.

Людмила и Адар-Малик сумели вырваться из темницы и бежать, но Зенда не стала преследовать их, ведь наступал момент, которого она ждала всю свою жизнь. Воззвав к магии посоха, она высвободила могущество тысяч душ, уничтожая все живое вокруг.

Зенда погибла первой. Благодатная прежде долина Хереш оказала опустошена, и ныне покрывал эти земли лишь пепел. Армии Маахира и Орны уцелели лишь чудом. Именно в этом момент Архонт Белкет вернулся к своим последователям и правил ими последующие два года — до самого завершения Войны Сломанного Посоха. Посох Мертвого Дерева же оказался утрачен безвозвратно.

(На этом закончилась кампания некромантов Героев 7. По сути, это история про особенную-особенную Зенду, что непонятно как (при помощи целого симфонического оркестра в кустах) получила власть и всё просрала. Буквально. Она принесла в жертву себя, душу Вейна, и еще кучу персонажей из некромантов, но в итоге даже не уничтожили армии противников. Единственное объяснение, которое я смог придумать этой кампании, это желание сценаристов выпилить кучу потенциально бессмертных персонажей, которые должны были появится в событиях Героев 5, но не появились)

Но на этом не закончилась Война Сломанного Посоха. Перед Маахиром теперь стояло две цели: уничтожить Золтана, приспешника и правую руку Белкета, с которым Серебряная Лига воевала вот уже 7 лет, и вернуть четыре могущественных артефакта Сар-Иссуса, украденных из Серебряных Городов: корону, робу, посох и кольцо. Мало кто верил в гамбит Маахира, но никто и предположить не мог, что он не только преуспеет, но и всего два года спустя в Сражении Красных Вод убьёт падшего архангела Белкета и станет Первым из Круга, величайшим архимагом Серебряных Городов.

(Это события одиночной сюжетной миссии в Героях 5, так и называется «Гамбит Маахира»)

Некроманты оказались разбиты, а королевство их обратилось в руины, уничтоженное волнами гибельной магии. Древние города разрушены, а прежде благодатная долина Эреш обратилась в выжженную пустошь, устланную костьми. Выжившие некроманты, в том числе Людмила и Адар-Малик, скрылись, большая их часть в подземельях под долиной Эреш, но некоторые тайно проникли в земли Священной Империи.

Война Сломанного Посоха, в ходе которой было разорено королевство некромантов Эриш, завершилась. Страны мертвых больше нет, великий Белкет погиб, а ученики его изгнаны. Многие из них скрылись, некоторые безуспешно пытались сопротивляться, иные, например некромант Наадир, искали истину в давно забытой мудрости Сар-Элама и Сар-Шаззара.

Наадир отправился в долгое и опасное путешествие на поиски полного экземпляра «Откровений Седьмого Дракона», о котором узнал из древнего манускрипта. Документ содержал туманные указания касательно пути к хранимому призрачными драконами порталу в древний склеп, где вот уже 300 лет находится экземпляр «Откровений» с пометками самого Белкета. Отыскав Ожерелье из Зубов Дракона, Наадир договорился с хранителями склепа, даровав им артефакт в обмен на проход. Секреты Седьмого Дракона открылись ему, и орден некромантов однажды непременно возродится вновь.

(Наадир появляется в одиночной мисси «Беженец», все тех же Героев 5. Вообще удивительно, как много знаковых персонажей предыстории засветились в одиночных сюжетках 5 части, ведь сама предыстория построена откровенно хреново. То есть у сценаристов были наработки по общему ЛОРу, который был разработан еще для 5 части. Им не надо было ничего придумывать с нуля. Но неуёмное творчество вскочило чирием на жопе и не давало покоя, отчего ЛОР переписывался прямо на ходу от части к части.

Ну и немного жаль, что тот же Наадир, повелитель призраков, что смог возвыситься сам будучи призраком, а не вампиром, не нашел своего места в глобальной предыстории, а так и остался на страницах сюжетных миссий, одной в 5 части и одной в 7 части)

В 832 году маг-полуэльф Мирим добрался до хребта Вантир, надеясь отыскать здесь проход в Игг-Чолл — королевство темных эльфов. В землях Священной Империи полукровок не жаловали, и когда скончался отец Мирима, лорд Хаарт, дворяне ясно дали понять, что титул не перейдет к какому-то «бастарду-полуэльфу». Поэтому Мирим покинул земли Империи и отправился в далекое странствие. Он посетил Свободные Города, ненадолго осел в Ироллане, но в итоге обрел пристанище на земле чародеев, где его принадлежность к полуэльфийской расе вызвала не презрение, а неподдельный интерес. Мирим, в свою очередь, заинтересовался всеми без исключения направлениями магии и философии. Он обсуждал демонологию с магами Дома Химера, изучал секреты нежити, призывал духов стихий и создавал конструктов.

Но не смотря на обретенное место в жизни и высокое положение, он все чаще думал о матери. Мирим плохо помнил ее, ибо эльфийка покинула семью, не в силах наблюдать, как у нее на глазах угасает супруг. Когда-то Мирим презирал ее за содеянное, но теперь понимал, что эльфы живут куда дольше людей, и находиться с теми, кому отпущено лишь несколько десятилетий, для них поистине невыносимо. Даже самые могущественные маги Асхана редко разменивают два столетия.

И сейчас Мирим, которому недавно исполнилось 250 лет, вплотную занялся поисками матери. На хребте Вантир нашлось несколько древних обелисков, установленных, возможно, еще в эпоху Шантири. Некто воспользовался магией тьмы, чтобы скрыть начертанные на них письмена, и Мирим полагал, что именно они помогут ему отыскать вход в Игг-Чолл.

Он нашел эту зацепку во время Войны Сломанного Посоха. Когда некроманты сравняли с землей Аль-Джамашт, он был среди тех, кто пытался спасти жителей города-библиотеки, а также книги, в нем хранившиеся. По случайному совпадению, одной из книг, попавших тогда в руки Мирима, оказались «Мемуары Энн Морган», дочери известного героя Империи. Так сложилось, что она знала родителей Мирима. Из дневника Энн он узнал, что его мать принадлежала к роду темных эльфов, и звали ее Лирдан. Именно эти сведения и привели полуэльфа на ледяные склоны хребта Вантир, где надеялся он обнаружить один из тайных проходов в Игг-Чолл.

(Дневник Энн Морган еще всплывет)

Но вскоре путь армии Мирима преградило войско нежити, возглавляемое некромантом Мериком. Последний обвинил полуэльфа в демонологии, и, несмотря на то, что Мирим владел исключительно теоретическими знаниями в этой области, бросил войско в атаку, полагая, что исполняет тем самым священную волю Асхи.

Обратив нежить и её предводителя в бегство, Мирим продолжил поиски обелисков, когда неожиданно наткнулся на лагерь имперцев. Их предводитель, священнослужитель Вильгельм, призвал сподвижников к оружию, возопив о том, что их атакуют темные эльфы. Мирим тяжело вздохнул: очевидно, что в этой части света любого эльфа примут за темного.

Вынудив имперцев отступить, Мирим и магические создания, составлявшие костяк его армии, продолжили путь, но им снова помешали, на этот раз войско Джохари, лорда-констебля Серебряной Лиги. Последняя не преминула назвать полуэльфа пособником некромантов Эриша, потребовав от него сложить оружие. Мирим был слишком близок к цели, чтобы тратить время на судебный процесс, в ходе которого наверняка сумел бы обелить свое доброе имя, поэтому попросту приказал приказал войскам идти в бой.

Лорд-констебль отступила, и Мирим сумел, наконец, отыскать все без исключения обелиски, и записи, начертанные на них, действительно позволили ему обнаружить тайный ход в королевство темных эльфов. Первые из встреченных Миримом представителей этой расы оказались настроены весьма недружелюбно, их предводителем был Синитар, лицо которого наполовину скрывала золотая маска — в давнем противостоянии с Эруиной, этому беспринципному и амбициозному индивиду удалось выжить лишь благодаря помощи черных драконов.

Армия Мирима сумела сокрушить воинство Синитара, и, углубившись в коридоры Игг-Чолла и вскоре достигла храма Малассы. В святилище находилась одна-единственная женщина, Хранительница Закона клана Ночного Осколка — Лирдан. Голос матери Мирим помнил всегда. Они оба были безмерно счастливы, что после долгих столетий разлуки обрели, наконец, друг друга.

(Это была сценарная Миссия «Мирим» из Героев 7. Привел я её по двум причинам, во-первых, это логичное завершение истории Хаарта и Лирдан, о романе которых мы узнали в МиМ 10. Во-вторых, за наследие великого мага Мирима можно пободаться в Героях 5, на карте «Наследие», жаль только сценария туда не подвезли. В целом, история хоть и банальна, а миссия с ее вечно выскакивающими из-за угла противниками напоминает анекдот, все же у нас получилось неплохое соединение разных частей. Но к сожалению, все это лишь на полях одиночных сражений и сюжетных миссий, основные кампании все еще не радуют. Давайте посмотрим кампанию темных эльфов Героев 7)

На протяжении последних столетий Клинки Эребоса, под командованием темных эльфов Ваярона и Малвен, оставались там, где пылала вражда. Они разрушали альянсы, сводили на «нет» все попытки объединиться и безжалостно расправлялись со всеми, кто мог встать у них на пути. Подобно теням, они были неуловимы, и были рады любому конфликту в землях Асхана, искренне веря что таков путь Малассы и такова воля Эребоса.

Он выдали себя в 833 году, когда решились спровоцировать конфликт между герцогством Гончей и Серебряными Городами. В этих землях пограничные споры шли уже несколько десятилетий, и становились все жарче. Решив подлить масла в огонь, Ваярон предложил Малвен захватить по форту с каждой стороны границы, после чего герцогство наверняка окажется втянуто в войну с магами. После чего, он обратился за помощью к гильдии воров, и поведал им свой план, настало время слухов, которые превратят тлеющие угли в адское пламя.

Воры принялись распускать слухи о том, что войска герцогства Серого Пса собираются у границ, Серебряные Города закупают оружие и доспехи для снаряжения большой армии, а к региону подходят наемники — Мечи Ветра, дабы принять участие в конфликте.

Клинки Эребоса терпеливо выжидали, когда распускаемые слухи начнут приносить плоды. И, дабы не тратить времени зря, Ваярон приказал Малвен атаковать небольшую заставу паладинов, возведенную на границе земель Империи, и разрушить ее до основания, так как там хранятся записи о Клинках Эребоса и их союзниках. Малвен исполнила задание с особой тщательностью, не оставив от оплота камня на камне.

Тем временем на границе, у Южных Врат произошло сражение между войсками юстициара Империи Вильгельма и лорда-констебля Серебряной Лиги Джохари, семена раздора, посеянные Клинками Эребоса, дали первые всходы. Имперцы одержали победу, и армии Джохари пришлось отступить. Из своего укрытия Ваярон и Малвен с мрачной радостью наблюдали за этой сценой. Но в сердце темной эльфийки бушевала ярость и неутоленная жажда мести, потому, презрев предостережения собрата, требующего незамедлительно отступить в подземелье, она приказала своим войскам атаковать потрепанное войско лорда-констебля.

В сражении том чародейка погибла, а войско ее оказалось разгромлено. Но, как и опасался Ваярон, опрометчивость Малвен выдала ее. Гарланд Чернокаменный, чьи войска преследовали Джохари, стал свидетелем произошедшего. Осознав свою ошибку, Малвен приказала сподвижникам атаковать силы Гарланда, и тот, сознавая, что ослабленное предыдущими боями войско не выстоит в бою с темными эльфами, все же принял бой, дабы дать Вильгельму время спастись.

(Ну как бы, эльфы тоже не сказать чтобы отдохнувшие, да и немного их, по идее, должно было быть)

Армия Гарланда оказалась разгромлена, на самому командующему удалось уцелеть. И теперь, когда открылась вся правда о случившемся, Вильгельм собирался от имени Империи заключить союз с Серебряной Лигой и искоренить угрозу.

Ваярон отчитал Малвен за ее опрометчивость, ведь она разрушила все то, чего так добивались Клинки Эребоса — воплощение в жизнь долгосрочных замыслов погибшего Повелителя Ассасинов. Потому темные эльфы приняли решение укрыться в Игг-Чолле, что бы привнести хаос в вотчину сородичей, где уже полтора столетия царили мир и гармония.

После исчезновения предыдущего властителя Игг-Чоллом правил Менан, предводитель клана Ночного Осколка, а подле него и по сей день находился верный друг и советник — Соршан, предводитель клана Теневого Клейма. Душевное здоровье последнего пошатнулось во время войны с дворфами, и с тех пор он несколько неуравновешен, что стало особенно очевидно после исчезновения его покровителя — принца Раилага о существовании которого, похоже, не помнит никто, кроме самого Соршана.

Немногочисленный клан Клинков Эребоса, достигнув глубин Игг-Чолла, захватил приграничный город Таршал, после чего Ваярон приступил к претворению в жизнь замысла, что разрушит нынешний уклад в державе темных эльфов. Видя мирное существование своего народа, Ваярон исполнился отвращения и презрения, он был рад, что Салвин не видит того, во что превратилась гордая нация.

Ваярон приказал Малвен найти в подземельях слезу баньши, и эльфийка изумилась:

— Ты отравишь Менана?

— Безумие овладеет им гораздо раньше, чем яд, — отвечал Ваярон. — Но, в общем, да. И, поскольку в трудные времена семьи воссоединяются, мы выпустим из темницы его брата Силсая.

Долгие годы, проведенные предводителем клана Шрама Души Силсаем в тюремной камере, не заставили его изменить мнения о том, что лишь силы хаоса могут обеспечить будущее расы темных эльфов и поэтому, как он считал, союз с демонами жизненно необходим.

Сам же Ваярон выступил в направлении хранимой Безликими Незримой Библиотеки. Некогда Эребос обучил его могущественному заклинанию и теперь ученик Повелителя Ассасинов намеревался исполнить то, к чему готовился долгие столетия. У входа в Незримую Библиотеку путь ведомому Ваяроном отряду Клинков Эребоса преградил Йорген. Заглянув в разум странного темного эльфа, ужаснувшийся Йорген увидел тень Эребоса и осознал опасность, угрожающую Безликим. Вместо того, чтобы покончить с Ваяроном, Йорген бросился спасать своих собратьев, но опоздал. Ваярон сотворил то же заклинание, с помощью которого Безликие пленили Эребоса много столетий назад, собратьев Йоргена подхватил чудовищный вихрь, унес их внутрь Незримой Библиотеки. После чего врата её закрылись, и обратилось мистическое здание в гробницу для Безликих. Спастись удалось немногим, Йорген был одним из них.

(Вообще юмора не понял. Йорген столкнулся с Ваяроном, когда тот только шел произносить заклятие. И вместо того, чтобы просто прибить эльфа и спасти всех, Йорген решил предупредить всех о необходимости бежать. И один безликий в знакомых коридорах почему-то передвигался медленнее, чем эльф с войском, что этих коридоров отродясь не видел. Я понимаю, что это было сделано исключительно для того, чтобы оправдать отсутствие Безликих в Героях 5, но можно было бы сделать это и не так тупо)

Лишив расу темных эльфов поддержки со стороны Безликих, Клинки Эребоса атаковали темницу, в которой томился Силсай, вызволив того из заточения. Ваярон просил жаждущего мести собрата вновь сплотить за собою клан Шрама Души, дабы свергнуть нынешних правителей Игг-Чолла — предложение, на которое Силсай с готовностью согласился.

Тем временем отряд Клинков Эребоса под началом Малвен отыскал в одной из глубинных пещер баньши, и, покончив с нею, наблюдала за странным превращением умирающего существа. Оно исчезало, страшный облик его растворялся, словно утренний туман, и под ним проступал образ матери Соршана. Из глаза баньши скатилась единственная слеза, которую Малвен успела поместить в сосуд.

Расчет Ваярона оказался верен: неистовый Силсай бросил в бой силы клана Шрама Души, противостоящие ныне Теневому Клейму и Ночному Осколку, Клинки Эребоса не принимали участия в разгорающемся конфликте, снедающем Игг-Чолл, с удовольствием наблюдая за оным из теней.

(Где, черт бы их побрал, они достали «силы клана Шрама Души»? Клан существовал, пока его глава был в заключении? И никто не возглавил его по новой или его не поглотили другие кланы? Откуда столько верности?)

— Скоро к нам вернется прежнее величие, нас будут почитать и бояться в Асхане! — ликовал Ваярон, не замечая опасливых и недоуменных взглядов, которые начинала бросать на него Малвен. — Мы возродимся в крови!

— В нашей собственной? — бросила эльфийка, но Ваярон, похоже, не заметил горькой иронии в ее словах, посему уверенно отвечал:

— Мы должны стать сильными — слабым здесь нет места. Впереди нас ждет еще много дел. Клан Шрама Души растет, его надлежит направить по верному пути… Но нельзя забывать о Теневом Клейме и Ночном Осколке.

— Хочешь их уничтожить? — осведомилась Малвен, и Ваярон отрицательно покачал головой:

— Как в этом случае я смогу поговорить с Соршаном? Нет, я укажу им верный путь.

Пока клан Шрама Души сеял хаос в Игг-Чолле, силы Клинков Эребоса, возглавляемые Ваяроном, застали врасплох войско Соршана. Последний был захвачен в плен, и Ваярон, обратившись к нему, постановил:

— Именно ты убьешь Менана. Ведь гибель его неотвратима, так или иначе. Силсай уже собирает силы для захвата трона. И он не будет так снисходителен к своему брату, как я.

На лице Соршана отразилось отчаяние: он знал, что однажды этот день наступит, и предупреждал об этом Менана. Ваярон же протянул Соршану флакон с эликсиром из слез баньши, и советник правителя принял его из рук врага, если исход конфликта действительно предрешен, будет лучше, если с Менаном покончит его преданный друг.

(М-да? У темных эльфов наверное еще не изобрели такую прекрасную вещь как кинжал или яды собственного производства, нужно обязательно принимать стременные флаконы из рук врагов, вдруг не обманут и дадут то, что нужно)

Слезу баньши Соршан добавил в вино Менана. Через несколько часов тем овладела меланхолия, а когда воля к жизни окончательно оставила его, он перерезал себе горло кинжалом. Соршан знал, он не может продолжать жить после того, что сделал. В сосуде еще оставались капли яда; Соршан раздавил стекло в руках и слизал с осколков яд без остатка, ожидая смерти. Им овладели немота и безумие, но смерть так и не пришла. Лишь одна мысль продолжала звучать в воспаленном разуме Соршана — месть! Клинки Эребоса заплатят за содеянное. Еще до смерти Менана Соршан велел своему клану уничтожить всех без исключения Клинков. От гибели этот тайный клан спасла лишь своевременная помощь со стороны Силсая. И пока разгоралась первая битва жестокой междоусобной войны, эльфы клана Клинков Эребоса, по своему обыкновению, скрылись во тьме.

(Опять же, что за идиотизм? Полная порция яда не убила Менана, а свела его с ума и он перерезал себе горло. С чего Соршан решил, что несколько капель его убьют?)

Благодаря опрометчивости Малвен у Южных Врат о существовании Клинков Эребоса стало известно жителям поверхности, и в 835 году имперские юстициары, шерифы Серебряных Городов и повелители смерти Эриша приняли решение объединиться, чтобы покончить с угрозой, пытающейся обратить их друг против друга.

(Около десяти лет назад кончилась Война Сломанного Посоха (кампания некромантов Героев 7), и вот Маги и Некроманты вновь выступают единым фронтом. Чё ха хрень?)

Представители сих трех сторон собрались в уединенном храме на Шепчущих Равнинах, дабы обсудить детали зарождающегося альянса. Некромантов представлял Мерик, Священную Империю — Вильгельм, Серебряную Лигу же — чародейка Глория. Вильгельм поведал о произошедшем у Южных Врат, после чего призвал их к союзу против Клинков Эребоса, пытающихся управлять событиями на Таллане.

Весть об этой встрече не укрылась от Клинков Эребоса, и Ваярон обвинил Малвен в том, что своими действиями та не рассорила их врагов, а объединила! Впрочем, у темного эльфа был наготове иной план, и для претворения его в жизнь ему необходимо было вновь заручиться помощью воров Черного Клыка. Стремясь не попадаться отрядам трех сторон, остающихся на Шепчущих Равнинах, Ваярон провел небольшой отряд сподвижников в Залив Клыка — скрытую ото всех за магической завесой бухту Черного Клыка. Подобная осторожность позволила этой гильдии уцелеть и за прошедшие столетия стать одной из самых влиятельных в Асхане. По пути к заливу Малвен молчала, погруженная в свои невеселые думы, Ваярон же, напротив, взволнованно улыбался сам себе — разум его порождал картины хаоса и кровопролития.

Обратившись к Малвен, Ваерон поведал о том, что голос Эребоса продолжает указывать ему путь.

— Тогда, у Южных Врат, все было по плану, тебя направляла рука Эребоса, — заявил он, и от изумления Малвен потеряла дар речи, столь неожиданным было подобное заявление. — Глупо, что я не понял этого сразу. При поддержке гильдии Черного Клыка мы отсечем головы наших врагов одним махом! Все так просто! Воры распустят слух о демонопоклонничестве, и наши враги примчатся, желая проявить себя перед угрозой Хаоса, и петля затянется на их шеях.

(Сначала обвинял, потом похвалил. Попытки описать психа или хреновая последовательность сценария? Честно сказать, я не уверен)

Малвен не знала, что ответить на это, эльфийка не могла отделаться от ощущения, что Ваярон продолжает погружаться в глубины безумия. Воры Черного Клыка постарались на славу, распуская в тавернах и на постоялых дворах Шепчущих Равнин слух о том, что приспешники демонов проникли в ряды альянса трех держав. И даже указали на места, где собираются демонопоклонники.

Узнав о том, что ведомые Глорией чародеи, поверив слухам, устремились на остров Захум Р’Аш, на котором были руины Шантири, Клинки Эребоса нанесли удар, перебив магов и их союзников. К их вящему удивлению, Глория оказалась суккубом, остававшейся среди чародеев на протяжении столетий, поистине, есть в этом некая злая ирония.

Клинки Эребоса разбили лагерь недалече от поля боя, Малвен заметила, как из сумы Ваярона выпал флакон с эликсиром из слез баньши. Отвечая на настойчивые вопросы о том, зачем ему понадобилось это зелье, Ваярон признался, что уже давно употребляет сей настой, ибо после куда более отчетливо сознает волю Эребоса, его направляющую.

— Но он влияет на твой разум, Ваярон! — в отчаянии восклицала Малвен. — Вокруг уже пошли разговоры. Это путь к безумию.

Но Ваярон от подобных домыслов лишь отмахнулся: сомнения ему не были нужны, лишь безоговорочное послушание.

(Л — логика. Ну вот и развеялись все сомнения, не просто псих, а наркоман. Как мило, что мы играем именно за него, непередаваемое ощущение единства и сопереживания персонажу (нет))

Слухами о демонопоклонниках удалось заманить некроманта Мерика к поселению Тихая Заводь, где их уже дожидались в засаде Клинки Эребоса. Все чаще и чаще Мелвин замечала огоньки безумия в глазах Ваярона, и снедающие его ярость и ненависть. Но на все мольбы эльфийки внять голосу разума Ваярон отвечал категорическим отказом: он мнил себя ближайшим сподвижником бога, а такому не нужны друзья!

— Эребос живет во мне! — восклицал он.

Вильгельм оказался умнее остальных, прознав о судьбе магов и некромантов, он вместе с рыцарями Империи занял оборонительную позицию в древнем Храме Трех Иерофантов, близ каменных изваяний Девы, Матери и Старухи. Юстициар догадывался, что Клинки Эребоса непременно попытаются нанести удар, и надеялся встретить противника во всеоружии. Но Малвен приняла, наконец, решение, и встала на защиту имперцев.

— Есть хаос, а есть смерть, — бросила она в лицо Ваярону, обвинившему эльфийку в недальновидности. — Ты ничего не сеешь, ты сжигаешь поля.

(Даже интересно чем то, что они делают сейчас, отличается от того, что они делали раньше?)

— Языки пламени великолепны, мы будем танцевать у огня, — прошипел безумец в ответ, усмехнувшись.

— Прости, — сказала Малвен. — Этот мир несовершенен, и я продолжу сражаться. Но ты превратился в бешеного пса, без принципов и разума.

— Принципы! — сплюнул Ваярон. — Как у тех глупцов, которыми мы манипулируем. Я есть истина, моими устами говорит Эребос!

— Нет, ты сбился с пути, — возразила темная эльфийка. — И я не знаю, повинны ли в этом слезы баньши.

Малвен и Ваярон сошлись в противостоянии. Покончив с противницей, Ваярон окончательно убедился в том, что находится на верном пути. Вильгельму удалось бежать, однако альянс между Империей, Эрешем и Серебряными Городами распался. Сам Ваярон вернулся в подземелья, однако ходят слухи, что темные эльфы из клана Клинков Эребоса продолжают свою деятельность на поверхности, и услуги их стоят весьма недешево.

(Так закончилась кампания темных эльфов Героев 7. Что нам хотели рассказать? А хрен его знает. Сценарной ценности в кампании не обнаружено. Какого либо удовольствия от игры за психа-наркомана-террористка лично я не испытал. Единственный плюс, нам открыли очередную страницу в истории темных эльфов, но честное слово, точно так же нам могли бы эту страницу описать парой сухих строчек (а именно столько мы узнали конкретно о темных эльфах) в доп.материалах, не так бы бесило. Дальше у нас кампания гномов из DLC к Героям 7)

Вскоре после становления на троне Гримхейма Хатора Орландссона Священное Пламя потухло в храме Арката, а затем один за другим уснули вулканы. За минувшее столетие Гримхейм обратился в замерзшую пустошь.

Юный жрец рун по имени Кари Скаггсон по прозвищу «Огненное Сердце» осознал, что Аркат разгневался на своих детей, и причиной тому было правление короля Хатора. Кари поделился своими тревогами с верховным жрецом Хангвулом, но тот был обязан жизнью Хатору и не стал прислушиваться к словам молодого служителя, считая своего правителя истинным героем — спасителем Гримхейма. Хангвул полагал, что Аркат никак не мог отречься от Хатора, и, скорее всего, драконьего бога разгневал тот факт, что гномы все еще оставались слабы.

Считая, что речи Кори — ничто иное, как предательство, Хангвул в 810 году изгнал его на заставу Судгерд, что на полуострове Агин. Там жрец свел знакомство со служившей на заставе воительницей — девой щита Вильмой Бьорнсдоттир, уроженкой Тор Линдхата, остававшейся в Судгерде три последних столетия.

Прошло 30 лет и когда в 840 году на полуострове начались необъяснимые исчезновения крестьян. Вильма, Кари и сопровождающие их войско Судгерда принялись прочесывать окрестные земли, надеясь отыскать причину происходящего. Прежде всего они побывали у Морской Гавани, где недавно исчезла семья фермеров, и селяне, проживающие по соседству, поведали, что видели поблизости тварь, походящую на огромную крысу.

А вскоре отряд таких тварей обнаружили и ведомые Вильмой и Кари гномы, верховодящее «крысами» создание было облачено в алую ризу служителя Арката! Каково же было удивление гномов, когда оно представилось Бригиттой и попросило Вильму разыскать томящегося в заточении на полуострове Барта Серу, знаменитого гнома-изобретателя. После чего Бригитта и сопровождавшие ее крысоподобные создания бросились наутек.

Дворфы устремились к темнице, и по пути к ним присоединились ветераны Гримхейма под началом Фредрика Локессона по прозвижу «Орлиный Глаз», бывшего на протяжении четырех столетий разведчиком в армии гномов, однако отправленного Хатором, считавшего подобных стариков обузой, подальше от Гримхейма, на южную заставу.

(Ну да, если стремное создание попросило тебя что-то сделать, то нужно тут же это сделать, не задавая вопросов и не разбираясь, что вообще происходит. Именно так это и работает)

Вильма и ее спутники сумели освободить Барта Серу из заключения, и дева щита поинтересовалась у старого пирата, что тому известно об исчезновении семей гномов на полуострове и о странных грызунах-зверолюдях.

— Он называет их кобольдами, — ответил Барт. — Дагар. Безумный маг. Ему удалось заполучить Слезу Асхи и теперь он создает новые виды зверолюдей. И кобольды — это и есть пропавшие гномы.

(Ну как бы, кучу рас зверолюдей создали без слезы Асхи, зачем сюда её приплетать? Почему довольно свободно передвигающиеся кобольды не особо то шли на контакт с другими гномами? Вот никто не пытался предупредить об опасности, связаться с родственниками или сделать хоть что-то? Странные какие-то гномы, картонные, я бы сказал)

Рассказывал Барт и о своем паровом кораблем, единственном в своем роде. Котел судна взорвался в очередной раз, но дворф снова выжил и на него снизошло озарение. Вода и огонь — противоположные стихии, потому нет ничего удивительно в плачевном результате при попытке их смешения. Но что, если добавить еще одну стихию — Порядок? И тут то Барт вспомнил про старую карту, на которой был указан путь к Слезе Асхи — кристаллу чистой магии самой драконьей богини Порядка. Карту эту ему когда-то вручила Цуан, после смерти Крэга Хака победившая иных капитанов в поединках и ставшая предводительницей пиратов Дикого Моря.

Так или иначе, карта привела Барта к островку в дальнем уголке моря. Отыскав место для высадки, дворф отметил, что остров обитаем, а, судя по полю брани на побережье, пребывают здесь два различных народа. Может, конечно, и больше, но два уж точно друг друга недолюбливают. Трупов на берегу не было, но, осмотрев брошенное оружие — дубинки из китовых костей и изящные деревянные копья, Барт предположил, что противостоят друг другу племя орков и эльфы, возможно, потерпевшие здесь кораблекрушение много лет назад. Барт и гномы, входящие в его команду, приняли решение держаться подальше от местных племен и не вмешиваться в их противостояние.

На карте было крестиками обозначено три ориентира, и Барт намеревался посетить каждый из них. Первым оказался камень с нанесенными на нем письменами и орнаментами морских эльфов; они изрядно стерлись, и гном сумел лишь разобрать что-то о «Рифе Древнего» и заметить выбитые вокруг надписи изображения рыб и прочих морских существ. Барт понадеялся, что за Слезой Асхи ему не придется нырять под воду, ибо, хоть он и любил эту стихию, все же морских гадов терпеть не мог.

Вторым ориентиром также оказался камень, оставленный морскими эльфами, сохранился он плохо, и из надписей, которые удалось разобрать, следовало, что под Рифом Древнего есть некая пещера. Дворф полагал, что именно там и находится реликвия.Наконец, изучив третий из камней-ориентировов, Барт сумел определить местонахождение Рифа Древнего — к северу от места, где он сейчас находился, на противоположной стороне небольшой бухты.

Направившись туда, Барт отыскал черную скалу, походящую на изуродованный череп — Риф Древего. Местные племена держались подальше от этого места. Под рифом гномы обнаружили полузатопленную пещеру. Там было темно и сыро, и царило зловение как в рыбной лавке Морской Гавани в жаркий день. Во тьме Барт заметил голубоватое сияние, которое расходилось от осколка кристалла в центре грота. Слеза Асхи манила гнома, звала подойти поближе. Сделав несколько шагов вперед, тот остановился, лишь сейчас заметив раздробленные кости, разбросанные по пещере. Здесь погибло немало охотников за сокровищами. Барт велел спутникам обнажить оружие и сохранять осторожность. Через мгновение из глубин темных вод показались щупальца, извивающиеся вокруг следы Асхи.

Барт понял, что обитает здесь кракен — «Древний», предвечное создание, которого привлекла сюда первозданная магия, источаемая реликвией. Во времена Войн Творений, когда в моря попала демоническая кровь Ургаша, сущность этих морских тварей изменилась навсегда. И водные эльфы оставили на острове ориентиры не для того, чтобы указать путь к сокровищу, но и затем, чтобы предупредить искателей об отвратительном страже, который его охраняет. Быть может, они намеревались вернуться позже, чтобы убить тварь и забрать добычу. А может быть, кости в логове кракена — это все, что осталось от тех, кто расставил те ориентиры.

Гномы прикончили кракена, и, обретя Слезу Асхи, Барт намеревался поскорее вернуться в Либерталию. Но несколько дней спустя гномов, покинувших Риф Древнего и следующих к побережью, настиг чародей Дагар на одном из небесных кораблей — потомок легендарного Агара из Дома Химеры, жаждущий продолжить дело предка по созданию новых видов зверолюдей.

(Как вы наверное помните, Зулейка была правнучкой Агара, и её отец Фалагар так же частенько мелькал в истории. И вот теперь нам представляют их потомка. Я уже не раз отмечал, что постоянно звучат одни и те же фамилии. Почему? Настолько тяжело придумать что-то новое?)

Наверняка он воспользовался заклинанием прорицания, чтобы отыскать реликвию, и та указало ему на ближайшую. Дагар напал неожиданно и не дал гномам ни единого шанса. Впрочем, Барт выжил. Чувствуя свою вину в том, что Дагар сотворил с помощью реликвии, Барт, которого маг прежде оставил умирать на островке, помог Бригитте и иным кобольдам бежать из лаборатории мага, и теперь те спрятались в подземелье, что на юго-западе Агина. После чего он направился к Крэгу, где планировал собрать команду и отправиться штурмовать остров Дагара, но по пути гнома перехватили нанятые магом охотники за головами и заключили в темницу.

Следуя за Бартом, гномы отыскали в подземных тоннелях кобольдов Бригитты. Последняя призналась, что вернуть им прежнее обличье возможности нет, и до скончания века придется преображенным дворфам оставаться кобольдами. Вильма пообещала зверолюдям, что врата Судгерда всегда останутся открыты для них, и благодарная Бригитта поведала, что достичь островка, на котором находится лаборатория Дагара, можно через потайную бухту контрабандистов, находящуюся под городом Приморский Сорпигалем. Объединенный отряд гномов и кобольдов спустился в бухту, где обнаружил корабль. Встав у штурвала, Барт повел судно в направлении островка чародея, рассказывая о том, что некогда был знаком с предком безумца — достойнейшим магом Фалагаром.

Дагар как раз закончил создание ящеров — этих же особей создал и великий Агар, однако никто не знает, что случилось с теми образцами, потому потомок решил повторить эксперимент. Силы, ведомые Вильмой, покончили с магом и освободили его пленников — гномов, людей и зверей.

Также им удалось обнаружить в лаборатории Слезу Асхи, энергия в которой почти иссякла. Но когда Кари коснулся реликвии, то узрел пугающие видения той участи, что грозила Гримхейму, темные эльфы и демоны, атакущие северное королевство. Он и прежде наблюдал подобные образы в ночных кошмарах, и лишь сейчас осознал, что это — предзнаменования.

(Кракен на протяжении веков тянул силу из слезы, не вытянул. Наги строили барьеры на основе слезы, что стояли десятилетиями, и слеза не истощалась. Один маг истощил слезу за сколько, пара месяцев? Какого Хрена? Ну ввели вы слезу Асхи, так хоть бы дали возможность её с собой забрать)

Кари решил, что ему необходимо немедленно вернуться в Гримхейм, и Вильма наряду с Бартом вызвалась сопровождать жреца рун. Сохраняя осторожность и стараясь не попасться на глаза темным эльфам, мимо земель которых проходил их путь, гномы следовали на север.

И Фредрик, и Барт видели, что между Вильмом и Кари зарождаются чувства, хотя традиции запрещали девам щита выходить замуж. Последует ли Вильма старым устоям или же изменит их своим примером? Сам же Кари спрашивал Барта, как тот стал пиратом.

— Все началось с пара, — признался Барт. — Когда-то я был учеником кузнеца, но ковка меня мало занимала. В отличие от пара. Я придумал, как его применить. Как создавать энергию при помощи пара… И начал эксперименты… о которых вскоре прознали жрецы, обвинив в святотатстве, я ведь смешивал огонь и воду. Изменить треклятые традиции Гримхейма мне было не под силу, но я мог измениться сам. Я сел на корабль и покинул родные земли.

Обнаружив в горах Вантир древний алтарь, посвященный Аркату, Кари вознес мольбу драконьему богу, и ответом стало неожиданное присоединение к отряду гномов пламенных существ — дар божества своим творениям.

А в одной из пещер гномы наблюдали селение темных эльфов, которые, насколько было известно Фредрику, в последние годы осели в древних руинах и тоннелях вдоль всей гряды Вантир. В одной из пещер Вильма и Кари наблюдали встречу двух темных эльфов с демоном, и, спрятавшись в соседнем тоннеле, внимательно слушали разговор.

Гномы не знали, что видят пред собой Силсая, после смерти Менана ставшего правителем своей расы, неистовую Ранлет, а также Лорда Демона Аграила, посланника Кха-Белеха. В отличие от братьев, Силсай был лишен предрассудков о недопустимости союза с демонами. Да и Кха-Белеху требовались союзники в Асхане, а сломленные темные эльфы прекрасно подходили на эту роль.

— Поверьте мне, лорд Аграил, Хатор — обычный головорез, — почтительно обращался к демону Силсай. — Даже если бы сами раскрыли ему все карты, он бы все равно ничего не понял.

— Мерзавец заплатит за смерть моего дорогого брата, — прошипела Ранлет.

— План хорош, но все ли ты продумал? — спросил Аграил. — Твой клан и твой народ уже разочаровывал повелителя.

— Союз со Шрамом Души вас не разочарует, — заверил демона Силсай. — В этот раз мы выполним условия сделки.

— Очень надеюсь, Силсай. Ради вашего же блага, — отчеканил Аграил, после чего устремился прочь. Силсай проводил демона взглядом, посланник Кха-Белеха был очень странен, и темный эльф ощущал в нем что-то знакомое, что-то неприятное, но что именно, понять не мог, а Маласса хранила молчание. Как бы то ни было, следовало возвращаться в Конос и заняться приготовлениями к грядущему гамбиту.

(Фанаты серии наверняка уже поняли, кто это такой, и надо сказать это было реально шикарно)

Подслушанный разговор не оставил у гномов сомнений в том, что будет война, и у темных эльфов появились союзники, демоны Шио. Но они не заметили Аграила, что каким-то образом оказавшегося у них за спинами вместе с армией. Фредрик наряду с ветеранами вступил в сражение с демонами, давая Вильме, Кари и остальным драгоценные мгновения, чтобы бежать.

Гномы достигли Гримхейма, и Кари сразу же отправился к Хангвулу. Однако верховный жрец повелел бросить смутьяна в темницу, а союзников его объявить еретиками и врагами короля. К счастью, нашлись те, кто прислушался к словам Вильмы о неминуемом вторжении темных эльфов и их новых союзников, и примкнул к армии девы щита.

Силы Вильмы сумели вызволить Кали из темницы. Жрец продолжал терзаться сомнениями, не понимая, почему Аркат ниспослал видение именно ему, неужто это некое испытание драконьего бога, уготованное ему народу?

После те, кого нарекли мятежниками, одержали верх над армией Хангвула, слепо преданного Хатору и не погимаюшего мотивов, которыми руководствуются его противники. Верховного жреца Вильма оставила в живых, ведь слепая преданность монарху злодеяниям не является.

В глубинных пещерах гномы обнаружили Врата Шио, величественное творение тех времен, когда обиталище демонов было частью пылающих недр Асхана. Обнаружив проходы, ведущие в царство демонов, древние гномы запечатали их камнем, сталью и магией. Но во времена затмений Шио преображался, демоны пытались вырваться на свободу, и гномы устремлялись в бой, заставляя противника отступить. И сейчас темные эльфы решились открыть врата со стороны мира смертного.

(Боже какая же это срань! Во-первых, Шио находится у ядра планеты, а не просто под землей. Нам правда хотят сказать, что гномы прокопали кору, разгребли мантию, и таки добрались до подступов к ядру? Тупее ничего придумать не смогли? Во-вторых, во время затмения демоны перемешаются в мир смертных порталами, а не из-под земли. Даже если эти «врата в ад» все же откроют, барьер Сар-Илама никуда не денется. Ну и отсылка к Властелину Колец, с гномами, что докопались до великого зла, это конечно круто, но не в том случае, когда это нарушает логику и правила мира)

Силы Вильмы занялись созданием оборонительных сооружений возле врат, надеясь выиграть время и задержать противника до разрешения внутреннего конфликта народа гномов.

Тем временем армия под началом Кари сокрушили силы Толгара Олафсона по прозвищу «Честнейший», полководца из клана Жестокой Стали, занявшему при короле Хаторе место советника. Толгару сохранили жизнь. Видя, что войска Хангвула и Толгара разгромлены, Хатор пришел в неистовую ярость, покинул Каменные Залы, дабы лично возглавить армию, которая покончит с мятежниками.

Но, лишь ступив за пределы города, Хатор увидел темных эльфов, ведомых Силсаем, а в следующее мгновение жаждущая поквитаться за гибель брата Ранлет нанесла королю удар в спину ядовитым кинжалом. Убийцам монарха был нужен рунический ключ, открывающий Врата Шио, которым владели правители Гримхейма. И сейчас, обретя артефакт, темные эльфы спешили к вратам, чтобы открыть путь в Асхан своим союзникам. Умирая, Хатор отдал последний приказ: он велел всем, друзьям и недругам, любой ценой защищать Врата Шеога.

(И тут у меня возник вопрос по поводу мотивации Силсая. Нахрена ему вообще демоны? В самом начале он говорил, что все это нужно, чтобы противостоять гномам, и защищать народ темных эльфов. Но вот мы видим, что не слабо потрепанные в междоусобной войне темные эльфы спокойно подошли к гномьей столице, прирезали короля, что вообще-то с армией выступил, и как-то им ничего сделать не могут. Какого Хрена?)

Гномы схлестнулись с армией темных эльфов, творивщих колдовской ритуал, что раскроет Врата Шио. Кари же уже устал от молчания божества и от долгого ожидания знаков от Арката.

— Ну что, так и будешь смотреть? — истошно выкрикнул он. — Позволишь Хаосу одержать верх лишь для того, чтобы что-то доказать и покарать нас? Еще одно испытание? Чтобы мы вспомнили, что такое быть гномами? Что ж, у меня есть дар! Живое, пламенное сердце! Клянусь бородами предков, ты вспомнишь, что такое быть богом!

Кари сиганул с утеса, на котором высились Врата Шеога, в лавовое озеро, кипящее у его подножья. Он принес божеству последнюю жертву — себя. И чудо свершилось, ибо Кари восстал из лавы огненным гигантом, и к нему присоединилось множество пламенных порождений, посланных Аркатом для защиты своего народа.

Гномы и их союзники отбросили выступивших было в мир демонов обратно в Шио, и врата закрылись вновь. На глазах темных эльфов Кари швырнул Силсая в лаву, и Ранлет наряду с Аграилом сочли за благо отступить, уводя с собою остатки потрепанной армии Игг-Чолла.

Вильма обняла Кари в последний раз, а затем Аркат призвал к себе доблестного жреца, ставшего героем своего народа. Вскоре правители шести кланов собрались на совет, дабы избрать нового подгорного короля. По предложению верховного жреца Хангвула таковым стал Толгар. А затем все огни и вулканы в землях Гримхейма вернулись к жизни, и гномы посчитали, что Аркат одобрил их решение.

(Так закончился кампания гномов из DLC Героев 7. Что можно сказать? Стоит дополнение в Стиме почти 1 300 рублей, в дополнении ровно одна кампания, но мисси большие, можно и больше часа потратить на одну миссию. В целом это дополнительные часов 7-9 кампании и еще одна фракция. У каждого свой кошелек, но меня внутренняя жаба душит и прощать не собирается, знал бы заранее, дороже чем за 300 рублей не взял бы. Дальше идет предыстория основной кампании Героев 7, если её можно так назвать)

В событиях, речь о которых пойдет ниже, ключевую роль сыграл герцог Иван Грифон, поэтому стоит подробнее рассказать о нем. Иван был вторым сыном герцога Василия Грифона и его супруги, Илоны, одной из дочерей лорда Эхарда Волка. Следующим герцогом должен был стать старший брат Ивана, Фёдор, в то время как сам Иван отправился в церковную семинарию во Фламмщрейн, а затем — в Престол Сокола, что бы продолжить познание учений Эльрата. Но когда Ивану исполнилось тринадцать лет, случилась трагедия: Василий и Федор погибли во время охоты на кровожадную виверну у восточных границ герцогства.

Опустошенная горем, Илона укрылась в аббатстве, надеясь остаться там до конца своих дней, вдали от тягот мирских. Поэтому Ивану пришлось принять на себя бремя герцогства. Он всегда подозревал, что в гибели отца и братьев замешаны некие силы и продолжал поиски истины, нанимая искусных лазутчиков и шпионов.

В Престоле Сокола Иван обучался искусству владения мечом, а также политической и военной стратегии. Он так же подружился с будущей Императрицей Маев, и завел роман с юной дочерью герцога Сеамуса Оленя, Нольвен, однако искры чувств оказались притушены возложенным на плечи юноши бременем герцогства. В первые 15 лет правления Иван, горячо любимый и уважаемый подданными, усилил влияние герцогства торговыми связями с державами эльфов, орков и гномов, а также со Свободными Городами Водопад Молота, Листмур и Грозовой Утес. Влияние и богатство герцогства достигли своего пика и в таком состоянии Иван Грифон встретил новое вторжение демонов в Асхан.

Четвертое Затмение, вошедшее в исторические хроники как «Последний Полет Сокола», случилось в 843 году. Огромное число демонов вторглось в мир. Они взяли в осаду столицу Империи, Престол Сокола, и расправились практически со всеми членами правящей семьи. Король Демонов стремился привести к свершению древнее пророчество — «мир людей существует лишь до тех пор, пока жив наследник династии Сокола». Однако есть и иное пророчество, приписывается которое самому Сар-Эламу: наследники Сокола никогда не будут искоренены, пока люди удерживают Престол Сокола.

Эти пророчества обратили свержение правящей династии Империи в цель для демонов Шио. Еще в 564 году, в час Второго Затмения, случившегося на два года раньше предсказанного Слепыми Братьями срока, демонический Принц Ненависти, Ариббан, на протяжении долгих лет вынашивающий планы по погружению Империи в хаос, лично возглавил осаду Престола Сокола. В том сражении погиб Император Лиам Сокол, в то время как демонопоклонники, ведомые предательницей Джезебет, выискивали остающихся в живых наследников рода. К счастью, герцог Антон Грифон сумел покончить с Джезебет и спасти единственную наследницу рода Сокола — племянницу Лиама Гвендолин. После чего имперские войска изгнали демонов из Престола Сокола и расправились с Ариббаном.

К началу Четвертого Затмения Императрица Маев знала, чего ей стоит опасаться. Слепые Братья отточили свое искусство предсказания, и случилось Затмение именно тогда, когда и предполагалось, и рыцари Света встретили вторгшихся на земли Священной Империи демонов во всеоружии.

Однако Императрица недооценила правителя Шио, Короля Демонов. В то время, как основные силы демонов выступили в открытое сражение, Кха-Белех отправил в Престол Сокола небольшой отряд убийц, возглавляемый Джезебет, обращенной ныне в суккубу и начавшей в Шио вторую жизнь. Джезебет стремилась исправить то, что не удалось ей столетия назад, ворвавшись в тронный зал, демоны покончили с Императрицей Маев и членами ее семьи. После чего сожгли Престол Сокола дотла, чтобы удостовериться в том, что ни один наследник рода Сокола не уцелеет.

Четвертое Затмение завершилось поражением демонов и величайшей их победой. Однако цивилизация людей продолжала существовать, и это могло означать либо то, что пророчество Сар-Элама было ошибочно или неверно истолковано, или же то, что юный наследник династии Брендан, сын Императрицы Маев, каким-то непостижимым образом выжил.

(Кстати, он и правда выжил, и даже оставил потомство, которое еще сыграет свою роль в истории Асхана. Ну и странно, что тот же Иван, что ведет свою линию от Гвендолин и Антона, точно так же как и императорская семья, не рассматривается как наследник линии Сокола)

Хоть и звучало это неправдоподобно, многие в Империи хотели верить в это. Церковь Света объявила о годе траура: если Брендан отыщется за это время, он унаследует трон, если же нет, то будет объявлен мертвым, и из числа герцогов Империи будет избран новый Император.

В течение года имперцы искореняли остающихся в мире демонов. Иван Грифон обнаружил отряд выходцев из Шио, возглавляемый самой Джезебет, суккуба пыталась укрыться в руинах Кастелроуза, древней цитадели священной инквизиции. Джезебет попыталась было купить себе жизнь, обещая, что поведает герцогу о судьбе Брендана, однако тот ответил категорическим отказом. Заявив, что не поверит ни единому ее слову, Иван одним ударом меча срубил суккубе голову.

(Не совсем понятно, что значит «купить жизнь»? Из кампании Кирила в Героях 6 мы знаем, что демоны бессмертны и всегда возрождаются в Шио. Ну и на месте Ивана я бы все же послушал что она говорит, а уже потом что-то делать. В конце концов, жизнь в темнице, это тоже жизнь. Да и придержать её при себе, пока Брендана не найдут, и убить если все же найти его не получится никто не запрещает)

Гибель Джезебет послужила окончательным завершением Четвертого Затмения и началом бед для Священной Империи. Теперь, когда смерть Маев была отомщена, тело Императрицы было доставлено в летний дворец близ Белого Утеса, что в пределах герцогства Гончей. Там, согласно церковным ритуалом, тело было кремировано, дабы дух мог вознестись к солнцу, и к Эльрату.

На церемонии присутствовали все без исключения герцоги и герцогини Священной Империи: Иван Грифон, Шеймус Олень, Амилькар Бык, Ровена Единорог, Энгверранд Гончая, Стефан Волк. И отношения между ними были натянуты, ведь если сын Маев Брендан действительно мертв, одному из них суждено стать правителем Империи.

Вскоре после похорон Маев церковь Света объявила о создании Конклава Новой Зари в священном городе Фламмщрейне. Входящие в него ангелы, жрецы и ученые, ведомые архангелом и героем недавней войны Сандальфоном, должны были принять решение о том, кому суждено унаследовать трон. Но даже сейчас, столетия спустя после Обмана Уриэля, многие люди полагали, что церковь укажет на кандидата, руководствуясь при этом исключительно собственными интересами. Дабы развеять подобные подозрения, Сандальфон пригласил в Конклав ангела Муразель.

— Страж Водопада Молота, доблестное, чистейшее сердце, я доверяю тебе, — изрек он. — Я доверяю тебе избрать достойнейшего Императора сей великой державы. Верю в твои честность и искренность. Присоединишься ли ты к Конклаву Новой Зари, и вновь пребудешь рядом со мною в эти тяжелые времена?

(Гениально. Люди не верят ангелам, а потому главный ангел призвал еще одного ангела, сказав: «я тебе верю». Как это вообще должно работать?)

Это стало весьма умным стратегическим ходом: Муразель была поистине легендарна, и известна тем, что благоволила людям. Множество раз она помогала Свободным Городам Востока справляться с невзгодами, иногда выступая против Империи, и даже собственные сородичи считали ее отступницей. Если и существовал ангел, который не поступится моральными принципами ради политических игр и личных амбиций, то это, безусловно, Муразель.

(Еще раз! Я подчёркиваю! Люди не верят ангелам. Ангелы зовут еще одного ангела в свидетели, ангела, что выступал против империи, ангела, которого ненавидят собственные сородичи, и это работает. Как?)

Муразель приняла предложение Сандальфона, и, покинув Водопад Молота, устремилась в Фламмщрейн, завершив таким образом изгнание, длившееся шесть столетий.

Конечно, когда стало известно о создании Конклава, множество юношей прибыло в Фламмщрейн, утверждая о том, что каждый из них — Брендан, сын Маев. Конклав побеседовал с каждым, и отверг всех без исключения. Некоторые из членов Конклава настаивали на казни дерзких самозванцев, однако Муразель воспротивилась этому, настояв на том, чтобы заточить их в тюрьму сроком на один год, дабы они поразмыслили о своих жизненных выборах. Мудрый Сандальфон поддержал предложение Муразель.

Прошло несколько недель, а члены Конклава все продолжали спорить и искать зацепки, что могли указать на возможное выживание Брендана. В Империи же нарастало напряжение, ибо у каждого дворянина было свое мнение о том, кому следует восседать на троне. У каждого герцога и герцогини в роду был хотя бы один предок из династии Сокола, и все они собирали документы со своими генеалогическими древами и иные доказательства своего наследие и прав на престол.

Наиболее очевидным кандидатом выступал Шеймус из рода Оленя. Представители дома Оленя приходились Соколам кузенами, и столь тесная родовая связь, казалось бы, не стоит под сомнением. Однако некоторые указали на то, что Сеамус не был наследником основного рода герцогов Оленя, которая прервалась в час Второго Затмения, а являлся отпрыском отдаленной ветки, примкнувшей к герцогскому роду в результате заключенного некогда брака. Да, в жилах его также текла кровь Сокола, но далеко не столь густая, как он хотел бы надеяться.

Те же многие полагали, что куда более вероятным кандидатом на трон станет герцог Иван Грифон. Стало известно, что Иван является наследником династии Сокола и основной династии Оленя. Великий герой Второго Затмения, герцог Антон, позже стал консортом Императрицы Гвендолин, у них было трое детей, средний из которых унаследовал герцогство Грифона. Но матерью Антона была Кейт из основной ветви рода Оленя, единственная представительница это династии, оставившая наследников.

Очевидно, что подобный вариант развития события Шеймуса категорически не устраивал. И вскоре по Империи стали распространяться слухи о том, что именно Иван привел демонов в Престол Сокола, надеясь унаследовать трон после гибели Маев. Ведь будь Иван невиновен, как он узнал о том, где скрывается Джезебет? Стремился ли он отомстить за гибель Маев или лишь желал удостовериться в молчании суккубы?

В то время Иван ухаживал за дочерью Шеймуса, Нольвенн. Слухи продолжали распространяться, и Сеамус запретил дочери видеться с Иваном.

— Быть может, на крыльях Грифона кровь, — объявил он.

(Показательный приступ идиотии. Все собирают доказательства своих притязаний на трон, Иван наиболее реальный кандидат и вместо того, чтобы породнится с ним, Шеймус начинает открытый конфликт, в результате которого помирится потом уже не получится. При этом сам Олень (во всех смыслах) никаких гарантий на трон не имеет и может просто убрать конкурента для кого-то еще.

Я могу представить себе подобную ситуацию, но хреново, что её вообще никак не обыграли. Опять «бей своих же». Опять предельно простая, даже примитивная мотивация противника. Опять мы за лорда-человека сражаемся против союза прочих лордов. Можно мне немного разнообразия?)

Амилькар Бык, у рода которого оставались с Грифонами старые распри и обиды, поддержал обвинения куда более открыто. Остальные герцоги не спешили присоединиться к обвинениям Шеймуса и Амилькара, но потребовали у Ивана объяснений, как он узнал о том, где скрывается Джезебет, чтобы вопрос этот был разрешен раз и навсегда. Гордый и упрямый Иван отказался давать какие бы то ни было объяснения, ибо сведения ему предоставил доверенный лазутчик, имя которого герцог раскрывать не намеревался. Амилькар Бык постановил, что молчание Ивана есть подтверждение его вины, Иван же вызвал Амилькара на дуэль.

— Я не сделал ничего, чего стоило бы стыдиться, — сказал он. — Пусть Эльрат решит, кто из нас говорит правду, а кто распространяет ложь!

(Идиот. Никто не просил называть имя лазутчика, достаточно было просто сказать, что искал следы демонов и нашел. Да, это хреновое объяснение, но хоть какое-нибудь. У нас же подозреваемый, что отказывается говорить, и до кучи пытается заткнуть сторону обвинения. Это равносильной политическому самоубийству)

За две недели до годовщины гибели Маев Иван и Амилькар встретились на нейтральной территории, в городке Брукшир, что в пределах бывших владений династии Сокола. Объявив себя чемпионом Маев, Амилькар обнажил меч, в котором присутствующие узнали легендарный Клинок Истины, древний меч династии Сокола, один из семерых «Бастардов Эльрата» — клинков, дарованных дворянским родам Империи ангелами. Иван отсалютовал противнику Клинком Откровения, принадлежащим роду Грифона, и дуэль началась.

(Удивительное откровение, до этого не упоминалось, что клинки дарованные людям назывались «Бастардами Эльрата». Мне даже интересно, кто додумался до такого названия. В христианстве это звучало бы как «Ублютки Христовы», самое оно для святых мечей, согласитесь. Отдельно хочется отметить, что не понятно, кто и по какому праву отдал Герцогу Быку меч Сокола. Понятно, что игроделы просто не хотели заморачиваться и придумывать новый меч, а использовали уже имеющиеся модельки, Грифонский и Соколиный, но хоть какое-то объяснение под это дело можно было бы и выкатить)

Иван был моложе, сильнее и проворнее, но Амилькар оказался более опытен, искусен и хитроумен. Поединок продолжался 30 минут, и никто из противников не мог взять верх. Вновь и вновь скрещивались клинки, пока не случилось невероятное: один из выпадов Ивана расколол Клинок Сокола на мелкие осколки.

Изумленный, Амилькар признал свое поражение. Иван доказал свою правоту в честном бою, но присутствующие испытывали гнетущее чувство, полагая, что расколовшийся меч — знамение конца Империи Сокола.

Три дня спустя раздался звон колоколов Фламмщрейна, но это был погребальный звон. Сандальфон был мертв, сердце ангела пронзил темный меч. Муразель же бесследно исчезла.

Эти трагические события внесли раскол среди членов Конклава Новой Зари, возникли предубеждения и сомнения, голоса разума поглотили воспоминания о старых дрязгах и противоречиях. Надежда на приход к консенсусу стремительно таяла.

Настал месяц Солнечного Расцвета 845 года, посвященный служению Эльрату, а трон Империи продолжал пустовать. Минуло 20 число месяца Рассвета Солнца, первое Равноденствие, один из наиболее священных праздников в Империи, и стало очевидно, что Конклав не преуспел во вверенной ему миссии. Вопрос о престолонаследии продолжал стоять как никогда остро. Люди молили Эльрата снизойти с небес и избрать нового правителя, но Драконий Бог Света не вмешивался в дела людей.

(Ага, он мог только жалко просить о помощи, когда его чуть не убил Сандро)

Становилось очевидно, что войны не избежать. Вопрос был лишь в одном — когда именно грянет гром и где произойдет первый удар молнии? Ударила же она 11 числа месяца Танцующего Пламени 845 года (3 месяца спустя). Напряжение между герцогствами нарастало после смерти Маев, и его подпитывало вековое соперничество. Так, в первых числах месяца ополчения герцогств Гончей и Единорога начали собираться близ небольшого приграничного городка Путь Девы.

В ночь 10 числа был избит и брошен умирать на городской улице олдермен на службе у герцога Гончей, а дом, принадлежащий магистрату Единорога был подожжен, и все, находящиеся внутри, погибли. Каждая из сторон поспешила обвинить в злодеяниях противника. Однако все ждали чего-то подобного, и неважно, кто первый пролил кровь. Это стало лишь необходимой причиной, приведшей к открытым боевым действиям.

(Олдермен буквально переводится как старейшина или старшена. Муниципальная должность в англосаксонских странах, при этом от места к месту так могут называть разные должности. Это может быть деревенский староста, член городского совета или местный судья. Скорее всего речь идет о члене городского совета, но никаких уточнений я не нашел)

К полудню следующего дня от Пути Девы остались лишь тлеющие руины и изуродованные тела. Ополчение Гончей одержало победу — если можно назвать «победой» подобную резню.

Два дня спустя Ровена Единорог, «Рыжая из Йорвика», направила письмо Энгверранду Гончей, требуя объяснений. В ответ прозвучали лишь встречные обвинения. Никто из правителей не желал оставлять ужасы Пути Девы безнаказанными. Напряжение между герцогствами достигло предела, вылившись в открытый конфликт.

Если бы он остался в пределах герцогств Гончей и Единорога, все могло бы быть по-другому. Но существовали старые альянсы, подписанные кровью, чернилами и узами брака. Амилькар Бык направил войска для присоединения к армиям Энгверранда, выступившим к землям Ровены. Чтя старую дружбу между герцогствами Единорога и Грифона, Иван, в свою очередь, отдал приказ войскам о поддержке Ровены. В ножнах Ивана пребывал не Клинок Откровения, а Железное Перо — меч, принадлежавший Иствану, последнему королю и первому герцогу Грифона. После дуэли с Амилькаром Иван поклялся, что не обнажит священный меч Грифона, Клинок Откровения, до тех пор, пока Империя вновь не станет единой.

Страшась мощи армии Ивана, Амилькар и Энгверранд решили выступить против воинства Грифона. Тысячи солдат и монстров, возглавляемых лично Амилькаром, устремились на север, чтобы перехватить армию Грифона, когда она будет огибать горы Розы с юга. Герцог Бык надеялся свести счеты с Иваном за унижение, понесенное в поединке.

Стефан Волк и Шейамус Олень оставались в стороне от конфликта. Они наблюдали издали, выжидали, чтобы действовать в зависимости о того, как станут разворачиваться события. Однако Шеймус втайне ото всех отправлял на юг наемников, чтобы захватить земли провинции Сокола, в том числе и руины Престола Сокола. Кроме того, рыцари Шеймуса в 846 году совершали набеги на приграничные земли Ироллана, надеясь пополнить свои запасы древесины.

(То есть нам еще раз подчеркнули, какой же ГлавГад тупой и бесчестный ублюдок)

Против герцога Оленя выступили эльфы, ведомые следопытом Агатином, одним из опаснейших лучников Ироллана, обучала которого лучница из Хашимы, Юмико Нефритовая Стрела, и танцующей с клинками Сайлин, искуснейшей мечницей, а также чародейкой Синиталой, помнящей еще те времена, когда Империя Шантири правила больше частью Таллана, а владения Ироллана простирались на юг до леса Йон-Чолл. Отправив послание Высокому Королю, эльфы выступили против алчных до древесины людей, отбивая у имперцев захваченные теми лесопилки. Однако эльфы не переходили границы Священной Империи, сознавая, что в стане соседа сейчас царит хаос, и герцоги сражаются за престол. Эльфийские друиды установили магические печати Силанны, надежно защитив приграничные города от захватчиков.

(Круто, представляете, в Асхане есть спецы, которые могут границу целой страны закрыть магическим барьером. Почему раньше никто так не делал?)

Синитала призывала сородичей сохранять осторожность, когда в прошлый раз эльфы сражались с герцогством Оленя, конфликт перерос в Войну Горького Пепла. И отчасти это было расплатой за гордость и высокомерие прежнего Высокого Короля. Синитала устала от смертного существования, и надеялась, что после того, как отведенный ей век завершится, переродится она в дриаду, продолжив выступать защитником Гармонии. И Агатин, и Сайлин понимали, что для чародейки этот бой станет последним.

И когда последняя лесопилка была захвачена эльфами, армии Шеймуса обратились в бегство. Синитала была ранена арбалетным болтом. Когда она уходила в мир иной, за руку чародейку держал сам Высокий Король Аларон. Выслушав доклад Сайлин и Агатина о произошедшем, монарх мрачно произнес:

— Мы не можем допустить, чтобы этот человек сидел на троне Империи.

Многие в наивности своей полагали, что конфликт герцогств Гончей и Единорога не затронет иные земли и без того раздробленной Империи, но они жестоко ошибались. Объявление войны произошло в месяц Танцующего Пламени года 846, и первые сражения разразились в месяцы Сияющей Звезды и Сияющей Короны (3 и 4 месяца спустя соответсвенно). Люди полагали, что грядущая зима может остудить сердца и разумы на обеих сторонах конфликта. Но год, вошедший в историю как «Год Женских Слез», не завершился столь легко. Зима оказалось мягкой и практически не оказала влияния на военные действия.

Энгверранд знал, что захватить Йорвик не сумеет, поэтому сосредоточил атаки на западных и восточных областях герцогства Единорога. Он стремился заполучить Бэйворт, город на побережье Тирии. А если удастся захватить и Килбурн в сердце Империи, но под его властью окажется значительная часть земель Ровены. Последняя же руководствовалась куда более прямолинейной стратегией, и приказала войску следовать к Мельничному Полю, где располагались зернохранилища герцогства Гончей, надеясь лишить воинство Энгверранда поставок пропитания.

К весне 847 года две эти тактики привели к новым кровопролитиям. Армии Энгверранда, ведомые Гарландом Серокаменным, держали Бэйворт в осаде с месяца Паучьей Королевы года 846 по месяц Лазурных Приливов года 847 (около 7 месяцев), но так и не сумели сокрушить городские стены. Перед началом осады посланник Гарланда прибыл ко двору барона Бэйворта, Клива Моргана, потребовав сдать город полководцу, уже успевшему захватить Врата Стража, и герцогству Гончей. Клив, хоть и терпеть не мог политику и дела государственные, ответил на предложение категорическим отказом, и, призвав сенешаля Сэвайна, прежде верно служившего его отцу, приказал готовиться к осаде и войне.

Клива Сэвайн растил как собственного сына, и повидал на своем веку немало ошибок молодого Моргана, однако последний поступок старый сенешаль одобрил.

— Твой род защищал Бэйворт от людей, орков, пиратов и демонов с самого становления Империи и никогда даже не помышлял о сдаче города, — сказал Сэвайн. — Хочешь — верь, хочешь — нет… но ты принял решение, достойное своих предков.

— Мы можем надеяться на помощь со стороны нашей любимой герцогини? — осведомился Морган, однако сенешаль отрицательно покачал головой:

— Я отправил гонцов, но леди Ровена занята противостоянием рыцарям Гончей на севере. Говорят, Энгверранд идет на Килбурн.

— Стало быть, мы предоставлены самому себе, — резюмировал барон. — Каковы наши шансы выстоять против Гарланда?

— У него больше ресурсов, войск и опыта ведения боевых действий, — без обиняков заявил Сэвайн. — Мы не сможем одержать верх над ним.

(Такое ощущение, что сценаристы о осаде крепостей только слышали, да и то мельком. Обычно считают, что для взятия крепости у нападавших должен быть перевес в силе в три раза больший чем у защищающихся. Конечно есть исключения, например взятие крепость Измаил 24 декабря 1790 года русскими войсками под командованием генерал-аншефа Александра Суворова. Это была блестящая победа. Крепость, считавшуюся неприступной, русские войска захватили меньшими силами. Но это исключение, взятие Измаила долгое время входило в учебники по тактике, да и сейчас его нет нет, да вспоминают, хотя инструменты войны с тех пор кардинально изменились.

Обычно осады проходят немного по другому. Например у вас есть то самое 3-кратное превосходство, вы осаждаете город и сидите под ним, раз в неделю спрашивая, думают местные сдаваться или нет. Первые пару месяцев вас посылают нахер, но со временем могут сдаться. Переть на крепость с лестницами на перевес самоубийство. Опять же пример из истории, осада Ясной горы, в укрепленном монастыре (не крепости) засело 310 монахов и шляхтичей Речи Посполитой, против них 3200 немецких наёмников под командованием Швеции. Не смотря на то, что немцы с ходу сильно повредили пушками северную стену, и укрепленный бастион, месячная осада так и не дала результата. Немцы отступили потеряв 300 человек убитыми и ранеными, обороняющаяся сторона потеряла 12 человек убитыми и ранеными. При 10-кратном превосходстве, значительно повредив оборонный периметр, нападающие просто проспали две роты солдат, убили меньше 10 человек и потирая поротые задницы убрались восвояси.

Поэтому я допускаю, что Гарладн крайне талантливый полководец, возможно он привел под стены Бэйворта действительно большую армию, но очень сомневаюсь, что он полез бы с ходу что-то там штурмовать, осада, даже быстрая, это занятие не на пару часов)

Клив мрачно усмехнулся, возможно править баронством окажется куда более увлекательно, чем казалось ему прежде.

— Гарланд горд, — произнес он. — И сюда он идет, чтобы преподать мне урок. Что ж, пусть его армии разбиваются о наши стены подобно морским волнам, накатывающимся на утесы. Мы не сможем одержать верх над ним — но время сможет.

— Он управляет Вратами Стража, Клив, — закатил глаза сенешаль, поняв, что предлагает барон. — Он пресечет наше снабжение, не допустит кораблей к нашей пристани. И когда его войска окружат Бэйворт, ему останется лишь наблюдать, как мы подыхаем с голоду.

(Хотите сказать, что в большом городе вообще нет запасов пиши? Ну то есть в принципе нет? Не говоря уж о том, что у вас там уже почти год как идет гражданская война, и именно что идет, напряженность перед войной длилась еще дольше. И что, никто не подготовился? Гениально)

— Да, — задумчиво произнес Клив, ибо в голову ему пришла неожиданная идея. — Гарланд может перекрыть наши пути снабжения. Но есть иные входы и выходы в город. Те, о ведают которых лишь контрабандисты.

— Ты хочешь просить о помощи своих ненадежных друзей из Черного Клыка? — недоверчиво вопросил Сэвайн. — Но разве можно доверять этим преступникам? И согласятся ли они помочь?

(Я уже не представляю себе главу в этой статье, без упоминания Черного Клыка)

— Конечно, если сумеют извлечь из этого выгоду, — заверил барон сомневающегося советника. — Теперь нам необходимо связаться с ними… и надеяться, что Гарланд не успеет сокрушить нас до того, как мы сделаем это.

Предположительно, армия Гарланда появится у врат Бэйворта через два месяца, и времени терять не следовало. Клив Морган во главе небольшого отряда отправился к логову головорезов Черного Клыка, так как лично знал предводителя этой организации. И сейчас они встречались впервые за долгие годы, и он, Клив Морган, выступал бароном Бэйворта, а не мальчишкой, как прежде, желающим вкусить жизни, полной приключений.

(Один момент, до предполагаемого начала осады 2 месяца, началась осада в месяце Паучей Королевы, что соответсвует примерно ноябрю месяцу. Значит у них там конец лета, начало осени, самый урожай. И вместо того чтобы запасаться продуктами, мы идем договариваться с контрабандистами о дополнительных поставках? Ну ладно. На самом деле я даже могу его понят, не лично же он будет урожай собирать, а учетом и размещением запасов может и сенешаль заняться, в то время как дополнительные поставки еще никому не повредили.

Меня сильно смущает Гарланд. Якобы «гениальный военачальник» подождал осени, чтобы созрел урожай, дождался не только конца жатвы, но и начала зимы, чтобы урожай точно привезли в город еще и успели обменять излишки на что-нибудь полезное, и только потом начал осаду. Морозил себе яйца всю зиму, стоял по колено в говне всю весну, и к середине лета понял, что не срослось. Все признаки гениальности на лицо.

Я просто не понимаю, зачем давать нам так много дополнительной информации, которая просто гробит весь сюжет. Сценаристы вообще в курсе, что некоторые вещи можно описывать в общих чертах или вообще опускать для стройности и красоты повествования?)

Контрабандисты согласились помочь Кливу, однако потребовали оказать им услугу. На протяжении десятилетий они доставляли контрабанду в Империю, используя небольшие суденышки, направляемые из их близжелащего оплота, форта Легайр. Узкий пролив меж рифов близ Врат Стража позволял им избегать кораблей имперцев, однако отец Клива прознал об этом и с помощью магии запечатал этот путь и доходы Черного Клыка существенно уменьшились. Поэтому контрабандисты поставили условие: Клив снимает магическую печать, а они организуют доставку товаров в Бэйворт, когда город будет осажден. Иных альтернатив не было, и Клив Морган принял поставленное условие.

(С тем же успехом он мог разблокировать путь и сам по нему лодки гонять)

Отряд барона разбил лагерь в диких землях, чтобы поутру продолжить путь. Сэвайн заглянул в походный шатер Клива, захватив с собой древний фолиант, в котором содержалось жизнеописание предков Моргана.

— Я вспомнил о двух главах, которые могут тебя заинтересовать, — сказал сенешаль. Как следовало из сей книги, Энн Морган — ученая, искательница приключений и знаменитая исследовательница Неведомого Востока, — спрятала поблизости некое «семейное наследие». Кроме того, в глава о бароне Руфусе упоминалась иная реликвия: боевой молот, с помощью которого тот сразил в давние времена могущественного демона — Принца Боли и по сей день остается оружие в усыпальнице предка Клива. Наверняка предок нынешнего правителя не станет возражать, если тот позаимствует молот для противостояния войскам герцогства Гончей.

(Хрен с ним, с ограблением мертвецов, отчаянные времена требуют отчаянных мер. Но поясните мне, дураку, Какого Хрена происходит? У Руфуса был могущественный артефакт, почему это артефакт буквально закопали в землю, а не сделали семейной реликвией? Энн Морган нашла «семейное наследие», почему она не притащила его домой, а закопала черте где? Честное слово, иногда лучше не пытаться объяснить рояли в кустах, чем объяснять их так)

В склепе барона Руфуса Клив отыскал легендарный молот, Приливная Волна, оказавшийся на удивление легким. Сэвайн утверждал, что это, вне всяких сомнений, доказывает тот факт, что Клив принадлежит к роду Руфуса, потому как для любого иного оружие показалось бы неподъемным. Именно поэтому никто не сумел выкрасть молот из склепа прежде.

(Угу, Колив у нас путешественник во времени, между ним и Руфусом не было носителей кровного наследия)

Сенешаль признался, что счастлив видеть, как пред лицом неминуемой осады в бароне проявляются лидерские качества; что ж, в приближении армии герцогства Гончей есть и свои плюсы. В поисках реликвии Энн Морган, Клив разыскал в западных лесах эльфов, изгнанных из Ироллана, а в юго-восточном проливе у побережья Тирия — орков-пиратов. И тех, и других барон убедил выступить на стороне Бэйворта в скором противостоянии с армией Гарланда.

(Я могу с ходу назвать пять проблем политического характера, которые должны были бы возникнуть от такого решения, и меня очень удивляет, что ни одна из них не всплыла)

Сокровище, сокрытое Энн, оказалось небольшим сундучком, а внутри шлем, увенчанный четырьмя рогами. Казалось, он более подойдет варвару, нежели рыцарю Эльрата. Однако Клив ощущал, как некая сила тянет его к реликвии, заставляя водрузить на голову, дабы обрести истинное наследие и стать следующим Крэ…

— Этот шлем принадлежал деду Энн, — произнес приблизившийся Сэвайн, вернув унесшегося мыслями прочь Клива в реальность, — я не рассказывал тебе о нем прежде. Но, думаю, тебе придется по душе эта история.

Силы Бэйворта сумели снять магическую печать, и Клив незамедлительно направил гонца к контрабандистам Черного Клыка, дабы уведомить о том, что свою часть сделки барон выполнил. Так, когда армия Гончей держала Бэйворт в осаде на протяжении долгих месяцев, защитники под началом барона Клива Моргана воспользовались старыми контрабандистскими пещерами, и через них получили питье и пропитание. Когда с севера прибыли, наконец, подкрепления герцогства Единорога, Гарланд был вынужден снять осаду и отступить.

Силам Ровены на поле брани тоже не везло. Сражение у Мельничного Поля, длившееся с 6 по 11 числа месяца Смеющихся Ветров, закончилось полным поражением армии герцогства Единорога. Энгверранд потерял Бэйворт, но Килбурн находился неподалеку, и вполне мог стать новым оплотом. Однако он не забыл о приближении войск Ивана Грифона, союзника Ровены. Когда Иван получил донесение о том, что Энгверранд выступил на Килбурн, герцог Грифон во главе рыцарей поспешил на запад, передав командование основным войском своему доверенному лейтенанту, юстикару Татьяне из Штормграда, известной среди солдат как «Белая Львица». Со стороны Ивана это был импульсивный поступок, однако он не мог допустить падения Килбурна. Ведь герцогиня Ровена была потомком знаменитого рыцаря Уилфреда Килбурна, героя Второго Затмения, друга и вассала Антона Грифона. И, спеша на помощь Ровене, Иван тем самым отдавал долг за помощь ее предка. Защита города Килбурна от сил Гончей должна была почтить память доблестного сира Уилфреда.

Но на 13 день месяца Кровавой Луны сила герцогства Быка под началом Амилькара нанесли удар с тыла по воинству Татьяны близ Эденбрука, к югу от гор Розы. Белая Львица и ее солдаты сражались ожесточенно — они знали, что армия Грифона должна достичь герцогства Единорога любой ценой. Три сотни солдат сдерживали противника, в то время как армия Грифона продолжала марш. Из воинов Татьяны выжил лишь один, он и поведал о том последнем противостоянии. Жертва Белой Львицы позволила армии пересечь горы.

В гордыне своей и упоении от победы над Белой Львицей, Амилькар устремился на восток, к герцогству Грифона, надеясь захватить часть владений Ивана. На 4 день месяца Сияющей Короны 846 года силы его пересекли границу герцогства Грифона. На 21 день Амилькан осадил Пик Ворона, а на 25 день город пал.

(Просто парад идиотии. Белая Львица пожертвовала собой, чтобы прикрыть армию. Зачем? Командир это не только красивые доспехи, это голова всей армии, без него армии нет, есть куча вооруженных людей, каждый из которых со своим царем в голове. Дальше больше, 300 солдат смогли удерживать армию Быка, может его стоило встретить всей армией? Ну и то, что Бык с лету захватил Пик Ворона просто невероятно. Либо он гений тактики и стратегии, каких мало, либо город остался вообще без защитников)

В 1 день месяца Белой Девы в войну вступил Стефан Волк, направив войска на север, дабы сдержать марш армии Быка. Далеко же на севере, Шеймус Олень последние месяцы приказывал вырубать леса на границе с Иролланом, и его цели пока оставались неизвестны. Однако казалось, что вскоре он присоединится к нынешнему конфликту, который однажды войдет в историю Асхана как Десятилетняя Война.

Благодаря бесстрашной и смелой тактике Стефана продвижение сил Быка удалось остановить. В первые два месяца 847 года не менее семи сражений произошло в злаковых полях близ Владикрая и холмов Черны. Волк проиграл лишь в двух из них. К весне стало очевидным, что захватить герцогства Грифона у Быка не выйдет. Амилькар отступил к Пику Ворона, но Волк в течение нескольких недель выбил силы его из города. Поэтому Амилькару пришлось вернуться в собственные владения. Люди герцогства Грифона готовы были назвать Волка своим избавителем, но скоро осознали, что Стефан не защищал их земли от армии Быка, а намеревался захватить их для себя.

(И все это только далекая предыстория. Мы даже не подошли к формированию тайного совета Ивана Грифона, вокруг которого и вертится основной сюжет игры. Но это будет историю уже для следующей части)

История Асхана (герои VII часть 2)

На западном фронте кавалерия Ивана продолжала наносить удары по авангарду Энгверранда и караванам с поставками припасов вражеской армии, покупая тем самым для сил Ровены достаточно времени на воссоединение с силами Грифона. Жертва Татьяны не была напрасной. Вместо того, чтобы укрепиться в Килбурне и навязать противнику войну на истощение, которая могла сыграть ему на руку, Иван и Ровена решили встретить подступающие силы Гончей открыто.

Армии схлестнулись в 13 день месяца Ночной Завесы у небольшого городка Пепельный Лес. Сражение длилось 3 дня, потери были серьезными у обеих сторон, но союзные силы в итоге сумели получить преимущество, хоть и небольшое. Иван и Ровена приняли решение усилить натиск, вынуждая Энгверрана вернуться в свои владения.

Силы Энгверранда были разбиты на севере и юге, и герцогство Единорога одержало победу. Иван предложил Ровене прекратить военные действия, однако та и слушать об этом не хотела, предпочитая ввести свои армии в герцогство Гончей. Иван же получил тревожные известия о родной земле и выступил в обратный путь на восток.

Неожиданный холод начался в месяц Сияющей Звезды. Зима 847 года действительно оказалась самой холодной в Таллане за последние десятилетия, и Стефан Волк был вынужден повременить с вторжением. Ведь снежные бури не прекращались, и следовать через горы к столице герцогства Грифона было равносильно самоубийству. Даже город Белая Копна, расположенный в долине у гор, стал весьма рискованной целью. Армии Волка отступили к Пику Ворона, расположенному в регионе с более мягким климатом, дабы дождаться улучшения погоды. Но та лишь ухудшалась, и ждать им пришлось долго. Слишком долго.

К началу месяца Паучьей Королевы до Стефана стали доходить странные слухи. Немногочисленные странники, осмелившиеся наведаться в ледяную пустошь, которой стал плодородный край Герцогства Грифона, рассказывали о чудовищной армии «ледяных демонов», спускающихся с восточных гор. Описания существ разнились, и сильно, но все истории сходились в одном: создания эти следовали на запад, к Пику Ворона.

Герцог Волк отказался принять на веру эти россказни, считая, что те призваны лишь заставить его отступиться от герцогства Грифона. Ведь со времени Четвертого Затмения прошло уже пять лет, и в Асхане не могло остаться столько демонов. Армии же Ивана все еще оставались далеко на западе. И ни одно воинство людей не было достаточно безумно, чтобы выступать на марш в столь отвратную погоду.

Стефан забыл лишь об одном: не все подданные Ивана были людьми. На 22 день месяца Паучьей Королевы «ледяные демоны» достигли сил Волка. Ведомые Кентом, мастером над оружием Ивана и прямым наследником легендарного Краала, орки племени Белого Копья разбили армию Волка. Рука об руку с Кентом сражался Андрас – потомок Сандора, бастарда Вячеслава Грифона. Отказавшись от родового имени, Андрас стал именоваться Вороном, и род его заслужил уважение как людей, как и орков. Много лет Андрас Ворон сражался в рядах Мечей Ветра, и род его смог занять подобающее положение, которого так долго был лишен.

Орки освобождали города и села, захваченные армией Стефана, и вскоре подступили к стенам Пика Ворона. Как позже поведал Кент, духи сообщили ему, что в будущем «демон в обличье женщины окрасит Империю в алое, и орков вновь обратят в рабство», возможно, имелось в виду убийство Императрицы Маев, поэтому Кент покинул горы, устремившись к столице Грифона, где предложил свои услуги Ивану, который не замедлил поставить орка мастером над оружием.

(То есть орки были на службе Ивана еще до полномасштабной гражданской войны в империи. При этом они никак не участвовали в походе на помощь Герцогини Единорог, и не почесались когда Бык почти захватил все земли Грифона. Да и когда Волк начал свой поход, они тоже не показались, зато выскочили в последний момент.

Конечно, можно списать, что это духи подсказали Кенту (ржу не могу с этого имени) идеальное время для атаки, но это письмо вилами на воде. В каноне это никак не обыгрывается, просто не было орков, и вдруг появились орки)

Взять Пик Ворона орки вряд ли сумели бы, но они могли держать Стефана в ловушке. Кент был уверен в том, что рано или поздно герцог Волк пойдет на переговоры о своем освобождении. Оркам остается лишь ждать и выживать в столь жестокую зимнюю стужу.

Наконец, в первые дни весны 848 года, герцог Волк согласился на условия Кента. Стефана наряду с оставшимися солдатами сопроводили до границы герцогства, орки же остались в основных городах герцогства Грифона, чтобы усилить гарнизоны. Земли герцогства Грифона удалось отстоять, и Кент во главе орочей армии устремился в юго-запад, дабы воссоединиться с воинством Ивана и доложить последнему о том, о чем договорились вожди различных племен орков.

Тем временем Амилькар Бык зализывал раны в столице герцогства, Чиароскуро. Узнав о произошедшем со Стефаном, он незамедлительно принялся думать, как извлечь выгоду из ошибки Волка. Ведь пока тот был загнан в угол на севере, Амилькар мог бросить войска на восток и захватить давно оспариваемые приграничные земли.

Но Амилькар понес слишком большие потери. Ему нужны были новые войска – и поскорее, иначе возможность окажется упущена. И тогда в его покои явился мужчина, каким-то образом проскользнув мимо стражей. Судя по облику, тот был вампиром из опустошенной южной долины Эриш.

В молодые годы Амилькар сражался с некромантами в Войне Сломанного Посоха, где чуть было не расстался с жизнью. Некромантов герцог не жаловал, ибо страшные воспоминания о пережитом все еще преследовали его, однако к силе он всегда относился с уважением, и прямо сейчас сам Герцог был слаб. Поэтому он согласился выслушать вампира, которого звали Джованни де ля Сегадора. Последний предложил своего рода союз: некроманты передадут под начало Быка несколько легионов наемников, Черных Стражей, в обмен на это они хотят город Иллума-Надин. Возведенный на границе Эриша и герцогства Быка, этот оплот некромантов был захвачен чародеями в Войне Сломанного Посоха, и с тех пор его занимали силы Быка. Паучий Культ надеялся вернуть город.

Амилькар долго не колебался. Черные Стражи были безжалостны, но, несмотря на связи их с повелителями смерти Эриша, были они живыми созданиями. И несколько недель спустя воинство Быка, к которому примкнули наемники, вторглось в герцогство Волка.

Некроманты, которым герцог Амилькар Бык гарантировал беспрепятственный путь до Иллума-Надин, пересекли Каньон Погребенных Заживо. Спутник Джованни, вампир Малфрой, заметно нервничал, вспоминая, как не так давно, в час Войны Сломанного Посоха, в этом каньоне сложило головы немало некромантов, закованных в зачарованные цепи. Однако правительница Эриша, леди Людмила, настаивала на возвращении города Дому Вечности, поэтому войска Джованни упрямо продвигались вперед.

(Вот так мы, мимоходом узнаем, что новым Иерофантом становится Людмила)

Но спустя несколько дней пути через каньон некроманты заметили впереди магов из Серебряных Городов. Малфрой донельзя встревожился, Джованни же отвечал соратнику:

- Я вижу два варианта. Либо маги пронюхали, что мы собираемся вернуть Иллума-Надин, и решили выразить свое… несогласие. Либо герцог Амилькар подложил нам свинью: выполнил свою часть сделки и отвел войска, но при этом предупредил Серебряные Города о нашем прибытии.

Джованни понимал, что боя не избежать. Прокручивая в памяти последние события, но не удивлялся тому, что Людмила пошла на сделку с одним из герцогов Священной Империи. Подобные договоренности не были редкостью до момента великого Очищения, когда шерифы Семи Городов и юстициары Империи решили объявить некромантию вне закона. Война Сломанного Посоха привела к гибели предводителей культа. И теперь повелители смерти грызутся между собой за клочки пустоши, иные же обратились к служению Пустоте. Поэтому Людмила делала все возможное, чтобы поддержать порядок, и Иллума-Надин должен стать первым шагом на пути к этому.

Этот город был построен непосредственно после Очищения, чтобы присматривать за приграничными землями. Правил градом лорд Секбет, вампир, сожженный в час Войны Сломанного Посоха. Лишь благодаря своему расположению Иллума-Надин ценен, однако Джованни подозревал, что интерес Людмилы к городу вызван не только этим. Ходили слухи, что лорд Секбет приказал своим рыцарям-вампирам залечь в спячку в пещерах под крепостью, пока он не призовет их. Возможно, легионы нежити ждут приказа своего повелителя по сей день – если, конечно, маги или юстициары их не уничтожили.

(Одна история охренительнее другой. Во-первых, это первый и последний раз, когда в связи с вампирами Асхана упоминается какая-либо спячка. Во-вторых, Джованни (и Людмила по его мнению) реально верят, что город взятый штурмом, имел в своих катакомбах «легионы нежити» и никто не позвал их на бой. В-третьих, совсем недавно, в кампании темных эльфов из Героев 7, маги и некроманты были в союзе, а тут снова враги. Зазор между событиями буквально 15 лет. Да это много, за это время многое могло измениться, но это слишком мало, чтобы просто забыть старые союзы. Нужно было хотя бы одной строчкой отписаться, что был союз, но теперь снова враги, а не делать вид, что в рамках одной кампании, все прочие кампании силы не имеют)

Отряд некромантов пересек границу герцогства Быка, и в памяти Джованни воскресли воспоминания о его прошлом, до обращения в нежить. Дорогу к бессмертию ему показала сестра, Лукреция, однако она примкнула к Сандро, в то время как сам Джованни избрал для себя культ Намтару. После недавней войны он оказался среди приближенных леди Людмилы, а после стал ее любовником. Верховный Иерофант, погибшая в час конфликта, была слишком ослеплена фанатичным поклонением богине-паучихе, чтобы обращать внимание на внешние угрозы; и для Людмилы, и для Джованни вера в эту ипостась Асхи были лишь средством достижения цели, не более. Потому оставалась надежда на то, что некроманты сумеют возродиться.

Наконец, некроманты достигли руин Иллума-Надин, ныне занятых магами. Джованни надеялся, что, взяв под контроль легионы вампиров Секбета, сумеет сообщить Людмиле, что и она для него была лишь средством достижения цели. Но, захватив город, Джованни обнаружил себя в окружении воинов с клинками наголо. Слишком поздно вампир осознал, что Людмила предвидела возможное предательство с его стороны, потому своим наместником в Иллума-Надин назначила Малфроя – жалкого и глуповатого вампира, но в то же время истово преданного ей. Что ж, Джованни мысленно признал поражение, пока что он останется верным сподвижником леди Людмилы и примет её волю.

(Приближённого правительницы заподозрили в измене и отправили чуть ли не в самоубийственную миссию. Он эту миссию выполнил, но награду вместо него получил другой. При всем при этом подозреваемого оставили в живых (да-да, я в курсе, что он нежить и вампир, не надо придираться к словам). Сценаристам наверное невдомек, что после такого, даже искренне преданный слуга затаит обиду и будет планировать настоящее предательство. Что другие верные слуги будут выражать своё недовольство и собирать группки по интересам. Никто после такого не утрется и не стерпит, даже в исключительно стабильном обществе, не говоря уже о разобщенном и потрепанном обществе некромантов)

К лету 848 года Ровена захватила немало земель Гончей и была готова осадить Белый Утес. Однако пришло донесение о том, что армии Шеймуса Оленя вошли в герцогство Единорога. Благодаря большому количеству заготовленной в предыдущие годы древесины, страшная зима не смогла помешать военной кампании Шеймуса. В то время, как иные герцоги сражались друг с другом, Шеймус усиливал собственную армию. Города Два Дерева и Данмур оказались захвачены легионами Оленя.

(И снова как все удобно сложилось, все грызутся между собой, а один хитрый засранец сидит в это время в сторонке и копит силы. Это настолько картонно и глупо, что я даже не знаю как это назвать. В мире с нормальной логикой банальное перемещение войск с места на место и наращивание военной силы вызывает беспокойство соседей и напряженность в отношениях. Сравнительно недавно, когда Украина, как бы невзначай, подтянула к Донбассу военный контингент, Россия так же, совершенно случайно, перебросила туда же свои войска. Так вы просто не представляете сколько стран выразило свою обеспокоенность перемещениями русских солдат)

На юге Ровену ожидала длительная и тяжелая осада, в то время как на севере враг уже вторгся в её земли. И сейчас герцогине предстоял крайне непростой выбор. В сложной ситуации оказался и Иван. Встретившись с Кентом в аббатстве Скарена, одним из старейших имперских храмов Эльрата, он узнал, что большинство орочьих вождей пришли на помощь герцогству Грифона, дабы почтить дружбу предка Иваны, Вячеслава, с вождем Краалом. Но теперь они считали, что долг уплачен, и, помимо Кента и немногочисленного отряда воинов, собирались вернуться в горы и держаться подальше от войны.

Ища наставления, Иван вошёл в аббатство, надеясь, что Эльрат укажет ему путь. К вящему своему удивлению, в храме он увидел эльфа-друида, представившегося Тиеру, и ангела Муразель, которая была готова поведать правду о смерти Сандальфона.

Тиеру сотворил Врата Духов, войдя в которые, Иван переместился в одно из тайных убежищ Драконьих Рыцарей. Как оказалось, Тьеру был не посланником из Ироллана, а Драконьим Рыцарем, посвятившим себя поддержанию равновесия между порядком и хаосом в Асхане.

(Знаем, плавали. В 5 части он был отшельником, уставшим от бесконечных войн. В 6 части он ужаснулся тому, что сделал во время резни темных эльфов и посвятил себя защите братского народа, а в 7 части вот, Драконий Рыцарь, защищает баланс между хаосом и порядком)

Драконьи Рыцари не желали вмешиваться в гражданскую войну в Империи, однако были весьма заинтересованы в продолжении рода Сокола. Ведь, согласно пророчеству Сар-Элама, пресечение этого рода сыграет на руку силам хаоса, а подобного Драконьи Рыцари допустить не могли.

Именно поэтому они предложили убежище Муразель, когда та бежала из Фламмщрейна. Ведь ангел бежала не одна – она стремилась доставить в безопасное место Брендана Сокола.

(И тут мы рискуем долететь до луны на реактивной тяги подгорающего зада. В империи дичайшие беспорядки, люди режут друг друга тысячами, под ноль вырезают целые города. Идет гражданская война за власть, ведь законного наследника трона так и не нашли. И вот оказывается, что наследник жив, но его не хотят пускать на трон)

Пять лет назад Конклав Новой Зари посетил охотник, он привел с собой мальчугана, которого нашел неподалеку от руин Престола Сокола, тот жил среди животных. Муразель и Сандальфон удостоверились, что обнаруженный охотником мальчик – Брендан Сокол. Однако ангелы решили немного повременить, прежде чем извещать о выживании наследника рода Сокола остальных членов Конклава, ибо на то были причины.

Однако о их тайне кто-то прознал, и однажды ночью отряд ассасинов проник в цитадель Фламмщрейна, чтобы покончить с мальчиком. Муразель рассказывала, что убийцы принадлежали к роду темных эльфов, однако Тиеру не спешил обвинять Игг-Чолл, не имея на то веских доказательств, в прошлом он уже совершил подобную ошибку. Муразель описала облик ассасинов, и Тьеру пришел к выводу, что те, должно быть, принадлежали к группировке наемных убийц, именующих себя Клинками Эребоса – в честь знаменитого стратега-Безликого эпохи Войны Древних. Сандальфон пытался защитить Брендана, но пал, сраженный ассасинами. Сознавая, что не выстоит в прямом бою с темными эльфами, Муразель схватила мальчикаа и устремилась прочь – искать помощи у Драконьих Рыцарей.

Ни Муразель, ни Тиеру не знали точно, кто стоял за наймом ассасинов. Наверняка их таинственный недруг или входил в Конклав, или имеет осведомителей во Фламмщрейне. Навряд ли случившееся – замысел демонов, скорее всего, чьи-то амбиции простираются на имперский трон, который недосягаем, пока Брендан жив.

(Ну кто бы это мог быть? Блин, даже не знаю)

Драконьи Рыцари внимательно следили за герцогами и герцогинями Священной Империи. И пришли к выводу, что лишь один из них совершенно точно не может быть причастен к случившемуся – Иван. Однако тот не понимал, зачем хранить тайну о выживании Брендана до сих пор? Ведь война длится уже много лет, и множество солдат расстались с жизнями. Кто бы ни стоял за попыткой убийства, он не преуспел в этом, и Соколу следует занять трон и принести мир в Империю.

Но Тиеру покачал головой, и отвел Ивана в отведенные Брендану комнаты. Лишь сейчас герцог Грифон осознал, что они имели в виду, говоря о причинах хранить тайну. Брендану было 18 лет, однако разумом и поведением он ничем не отличался от ребенка. Тиеру объяснил, что расправа, учиненная демонами над семьей мальчика у того на глазах лишила Брендана рассудка. Этот Сокол никогда не сможет править страной.

Иван поинтересовался, зачем Тиеру и Муразель привели его в Убежище, дабы поведать обо всем этом. И ответ был очевиден. Существование рода Сокола должно продолжать поддерживать мирское равновесие, но Драконьи Рыцари займутся этим втайне, вдали от Империи, где ни демоны, ни коварные герцоги не помешают им и не подвергнут Асхан опасности. Но страна нуждается в Императоре, и они считали, что Иван – наилучший кандидат на престол, поэтому достоин того, чтобы узнать правду и понять, что стоит на кону. Вернувшись в Скарену, Иван отказался говорить со сподвижниками о том, что с ним произошло. Пребывая в раздумьях, он был опечален.

(На первый взгляд звучит красиво, но что это означает по факту? Рыцари типа выдали разрешение на трон Ивану, вообще никак своё разрешение не поддержав, ни войсками, ни объявлением официальной позиции. В то же время, Рыцари рассказали, что законный и невменяемый наследник трона останется у них и они подложат под него свою девку, чтобы продолжить род Сокола. И новый император не то чтобы влиять на сына своей покойной подруги и императрицы или его ребенка не сможет, он даже об их дальнейшей судьбе знать не будет. Согласитесь, это звучит не так красиво, и появляется широченный простор для теорий о гадстве и интригах Драконьих рыцарей)

Муразель не знала, что в тот судьбоносный день, когда случилось нападение на Фламмщрейн, отрядом Клинками Эребоса командовала темная эльфийка Йештар – искусная убийца, принимающая в качестве оплаты исключительно осколки снов, которые после превращала в кристаллы для своей коллекции. Вновь и вновь она видела кошмар, в котором выступала защитницей королевы Туидханы, та велит сородичам бежать к пещерам, укрыться в них, но Йештар колеблется и просыпается в холодном поту. Клинки Эребоса дали ей возможность свести, наконец, старые счеты, и Йештар была исполнена решимости покончить с Бренданом Соколом – таковой станет расплата за гибель Туидханы.

(Где Брендан и где Туидхана? Да империя воевала с темными эльфами, но это было черт знает когда, еще при Вячеславе Грифоне. Конфликт вышел скоротечным и ничего особенного из себя не представлял, так еще и никакого отношения ко сну Йештар не имеет. Туидхана повелела народу бежать когда их атаковали лесные эльфы, при чем тут наследник Сокола?)

Понимая, что следовать к священному городу по землям поверхности – смертельно опасно, Йештар поведала за собою отряд ассасинов в старые тоннели дворфов под Черным Лесом. Они прошли по забытому подземному селению, Остергу, и Малласа шептала темной эльфийке, открывая тайны окрестных земель, что позволяло убийцам держаться подальше от гарнизонов и селений имперцев.

По пути Йештар вспоминала о Войне Горького Пепла, и о трех причинах, приведших к краху королевы Туидханы. О герцоге Коннеле Олене, заплатившем высокую цену, наблюдая, как его дети погибают или же отрекаются от него один за другим. О Высоком Короле Арниэле, погибшем в День Огненных Слез. Об Императоре Лиаме Соколе, и последний отпрыск сего проклятого рода ответит за зло, причиненное Туидхане.

(А что насчет потомка Оленя? Что насчет внука Арниэля, что правит эльфами сейчас? Или эта рыбка великовата для нашей мстительницы?)

Предводитель Клинков Эребоса Ваярон поведал Йештар о том, что Конклав Новой Зари скрывает Брендана Сокола в землях герцогства Волка. В Игг-Чолле темную эльфийку боле ничего не держало, ибо набирающий силу клан Шрама Души продолжал разрушать наследие Туидханы, поэтому Йештар надеялась вонзить кинжал в грудь Брендана, выполнив тем самым обещание, данное почившей королеве.

(Хотелось бы услышать полный текст обещания, так как я сомневаюсь, что Туидхана, не желавшая войны, попросила кого-то покляться убить кого бы то не было)

По пути отряду ассасинов встретился Безликий, бывший когда-то наставником Йештар, и ныне именующий себя Йоргеном. Эльфийка не ожидала увидеть его здесь, ведь она полагала, что Силсай и его охотники из клана Шрама Души перебили всех Безликих без исключения. Йорген говорил о том, что Ваярон использует Йештар, манипулируя ее воспоминаниями, дабы та сделала грязную работу за него, а кошмары темная эльфийка видит потому, что предводитель Клинков Эребоса отравил один из ее осколков снов. Йорген просил Йештар вспомнить об истинной сути данного ей однажды обещания Туидхане, после чего скрылся в тенях подземных коридоров.

(Очень странно, что Безликий, специалист по работе с сознанием вообще, и Йорген мастер по работе с памятью в принципе, не помог ученице на месте, а просто дал ей мутный совет. Непонятно также, что за охотники из клана Шрама Души, если всех Безликих запер в незримой библиотеке Ваярон)

Да, Йештар обещала умирающей у нее на руках Туидхане найти и покарать тех, кто развязал Войну Горького Пепла – и особенно Соколов. Воспоминание подстегнуло ее решимость: Брендан Сокол должен умереть.

(Что значит умирающая на руках? Туидхана встретила войско лесных эльфов и те её сожгли. Сценаристы что ли в параллельных вселенных существуют и посменно работаю? Почему постоянно меняются вроде бы простые факты, на которые еще и ссылаются в каждой игре?)

Отряд ассасинов продолжал путь по подземным тоннелям покинутого оплота дворфов, и вскоре добрался до выхода на поверхность – в непосредственной близости от Фламмщрейна. Следующей ночью во сне Йештар вновь увидела картину гибели королевы, и та просила свою воительницу позаботиться о младшей дочери, Эруине и также прошептала на ухо еще одну просьбу.

Проникнув в оплот Конклава Новой Зари во Фламмщрейне, Йештар убила ангела Сандальфона, после чего направилась к Брендану Соколу. Но тот вел себя странно – хихикал, как маленький ребенок. Где-то на задворках разума Йештар Туидхана требовала, чтобы ее защитница прикончила юношу, но эльфийка медлила. Часть ее противилась приказу, она не могла вспомнить, действительно ли обещала королеве пролить кровь ее врагов, либо же это Ваяран воздействует на разум ее. Пока эльфийка терзалась сомнениями, в чертоге ворвалась ангел, Муразель. Схватив Брендана, она исчезла, поразив Йештар заклинанием Света.

Оное ранило темную эльфийку, но также прояснило ее рассудок, и Йештар вспомнила, что умирающая Туидхана просила ее простить врагов. И сейчас темная эльфийка собиралась исполнить это, укрыться в тенях и продолжать просто жить.

(Это так же одиночный сценарий, и его можно было бы назвать интересным, все же мысли о прощении и отказа от мести не так уж часто встретишь. Все чаше звучат посылы типа «убей их всех, начни с себя». Но это было коротко, мало вразумительно и непонятно, почему такая история, как и большинство что мы разобрали в этой и предыдущей главе, не вошли в основной канон, а представленны дополнительными одиночными миссиями?)

849 год стал самым жутким за всю Десятилетнюю Войну. На западе противостояние герцогств Единорога и Гончей вылилось в трехсторонний конфликт, ибо Шеймус Олень вторгся с севера. Ровена Единорог решила осадить Белый Утес – оплот Энгверранда Гончей. Но за ее спиной, от побережья Тирия до гор Роз, были пламя и кровь.

На востоке Амилькар Бык и примкнувшие к нему Черные Стражи продолжали вторжение в герцогство Волка, захватив Мерлон и Долину Бурь, и ныне продвигались к Чиллбури. Стефан Волк собрал армию у Кригспайра и готовился контратаковать. Но он потерял слишком много воинов в сражениях с орками на севере. Рано или поздно, но Волку придется склониться перед Быком. Он мог надеяться лишь на то, что сумеет сопротивляться вторжению достаточно долго, чтобы заключить перемирие с Амилькаром на условиях, которые не заставят его потерять все.

И тогда в Исегриме, замке Волка, появилась Муразель с предложением. Иван был готов простить вторжение Стефана на его земли, а также предлагал союз против Амилькара, если Волк признает притязания Грифона на имперский трон. В этом случае все земли герцогства Волка будут возвращены законному правителю оных.

Иван предлагал куда больше, чем Стефан мог надеяться получить от Амилькара, и Грифон знал об этом. Не дожидаясь ответа Волка, армии Ивана вторглись в герцогство Быка и захватили торговый город Водный Путь. После чего выступили на юг. В последующие месяцы немало сражений произошло на землях герцогства Быка и Волка. Объединенные силы Ивана и Стефана сумели взять даже Чиароскуро, вынудив Амилькара бежать в его летний дворец, Корнадору. Наемники покинули герцога Быка. На 14 день месяца Сияющей Короны, когда две армии подступили к стенам дворца, герцог Бык объявил о своей капитуляции.

После поражения Амилькара объединенные силы Грифона и Волка выступили на запад, дабы поддержать Ровену Единорог, пытающуюся вести войну на два фронта. Но вскоре после того, как они пересекли границу между герцогствами Быка и Гончей, неожиданные посланники предстали перед каждым командующим, полководем, герцогом и герцогиней. Казалось, они состояли из воздуха, и это были стихийные духи света, приверженцы Эльрата. Подобным образом церковь Света извещала Империю о неких важных событий, и стихийные духи сообщили герцогам и сподвижникам их: Император избран – никто иной, как Шеймус да Фейд, герцог Олень.

Большинство восприняли эту новость с изумлением, ибо в последние годы церковь преимущественно держалась в стороне от конфликта, и после роспуска Конклава Новой Зари право церковников на избрание нового правителя стояло под сомнением. Как выяснилось после, церковь сплотилась за архиепископом Вильгельмом. Герой Войны Сломанного Посоха, Вильгельм решил поддержать притязания Шеймуса на трон, и сумел убедить в необходимости этого иных высших чинов церковной иерархии, утверждая, что это необходимо для разрываемой войной Империи.

(Угу, ведь в ходе войны дворяне вот совсем не нанесли друг другу кровавых и смертельных обид. Все очень доверяют церкви. И кому вообще нужен этот трон?)

И сейчас, после семи лет войны, крестьяне Священной Империи были готовы отдать право избрания Императора церкви в обмен на мир и стабильность в стране. Незамедлительно на верность новому Императору присягнули Энгверранд Гончая и Амилькар Бык. Несколько недель спустя, следуя воле своих подданных, преклонила колено и Ровена Единорог. Но хоть новость эта на короткое время и положила конец сражениям, мир все еще оставался несбыточной мечтой, ибо Иван и Стефан отказались признать нового Императора.

В 850 году Шеймус постановил, что отныне имперский двор будет в Хорнкресте, столице герцогства Оленя. Одним из первых своих указов он вновь сплотил орден крестоносцев, некогда чинивший гонения на орков. Пребывая в пустыне Сахаар и иных опасных приграничных землях Империи, последние столетия крестоносцы зорко следили за соседями Империи. Лишь Император имел право призвать этих воинов.

Встретив крестоносцев среди руин Престола Сокола, Шеймус приказал им снабжать провизией и другими необходимыми ресурсами самые опустошенные земли его владений, пытаясь предстать для крестьян щедрым и справедливым правителем. И поддержка Шеймуса жителями Империи действительно возрастала.

(Орден рыцарей приграничников, что в основном защищал империю от варваров и подчинялся императору, а значит состоял на императорском обеспечении, должен был снабжать провизией и ресурсами имперских крестьян. Чё за хрень? Откуда у них ресурсы, если они, блин, в пустыне базируются и находятся на обеспечении Императора, еще и с учётом 7 лет войны, в которой они не участвовали а значит если и получали какие-то ресурсы, то самый минимум?)

Посланники из иных стран прибывали к имперскому двору, дабы выразить почтение правителю самой могущественной державы Таллана. К счастью, среди посланников из Серебряных Городов пребывала старая «подруга» Ивана, Танис. И, проведя при дворе Шеймуса несколько месяцев, она начала тайно слать Ивану донесения о том, о чем ведутся разговоры в Хорнкресте и что в действительности происходит в землях Императора Шеймуса.

Здесь следует отметить, что чародейка Танис входит в Круг Девяти, и занята распространением влияния Серебряных Городов в землях Асхана. Частенько она появлялась в местах конфликтов и столь же стремительно исчезала, называют ее и «Очами городов», и «Серебряным языком», хоть и за глаза. Входит Танис в Дом Духа, являясь мастером стихийной магии и призыва духов.

Шеймус объяснил крестьянам, что крестоносцы заняты восстановлением порядка в Империи, ведь большинство армий державы изрядно потрепаны семилетним конфликтом. Однако, согласно донесениям Танис, крестоносцы призваны обеспечить продолжительность власти Шеймуса – если понадобится, силой оружия. Многие «нежелательные элементы» были заключены под стражу. Деревни, жители которых прежде проявляли лояльность к Ивану или Стефану, были сожжены дотла. В то время, как Шеймус доставлял хлеб в одни уголки империи, крестоносцы его выступали палачами в других.

(Даже комментировать этот кислотный бред не хочу)

Но даже когда донесения Танис были подтверждены его собственными агентами, Иван не желал предпринимать какие бы то ни было действия против Шеймуса. Перед тем, как развязывать новый конфликт, Иван надеялся встретиться со старшей дочерью Шеймуса, Нольвен на Фейд, с которой герцога Грифона до начала войны связывали отношения. Иван помнил Шеймуса добрым человеком, которого Нольвен очень любила – и он должен был узнать, осталось ли что-то от этого человека в Императоре.

Здесь следует упомянуть о том, что мастером над шпионами Ивана являлся никто иной как Йорген, Безликий. Верный советник герцога Вячеслава Грифона, он чуть не погиб в застенках инквизиции в час Второго Затмения, после чего исчез. Спустя какое-то время появились сведения о том, что он приложил руку к основанию королевства темных эльфов Игг-Чолл, ныне же вернулся к служению герцогу Грифону по причинам, ведомым лишь ему самому. Возможно, обретение власти над Игг-Чоллом демонопоклонниками клана Шрама Души вынудило Безликих покинуть подземные пределы. Йорген же скрылся при дворе герцога Василия Грифона, а когда тот наряду со старшим сыном Федором «погибли на охоте», предложил свои услуги Ивану, и помог последнему разгадать загадку гибели отца. С тех пор Йорген и стал называться мастером над шпионами Ивана, и его другом.

Как оказалось, непутевый Федор связался с разбойниками Черного Клыка, задолжал им внушительную денежную сумму. Однако в скудоумии своем нанес удар по некоторым базам этой организации в землях герцогства, публично казнив ее предводителей. Таким образом Федор надеялся, что отвел от себя угрозу, однако все вышло наоборот. Прошло несколько лет, и Черный Клык нанес ответный удар, и разбойники, дождавшись, когда Василий и Федор отправятся на охоту, расправились с обоими. Об этой Йорген поведал Ивану, и последний жестоко отомстил убийцам отца и брата, ровно как и некоторым поддерживающим организацию дворянам.

(Как уже говорилось, одна история охренительнее другой)

Йорген, сумел устроить Ивану и Нольвен встречу в Талонгарде – замке, построенном Антоном Грифоном. Нольвен рассказала, что после гибели Маев её отца всецело захватила идея восхода на императорский трон. И теперь, достигнув цели, он начал впадать в гнев или депрессию, участились внезапные перемены настроения. Сперва Нольвен посчитала, что виной тому – стресс, испытываемый от бремени правления, и пыталась утешать отца. Но доброта дочери все больше претила Шеймусу, и он даже преисполнился подозрений касательно мотивов Нольвен. А за несколько дней до встречи Ивана он обвинил ее в заговоре. Нольвен вынуждена была признать, что былая любовь к отцу обратилась в страх.

Иван принял решение. Он соберет в Талонгарде силы как свои и так Стефана, после чего выступит на Хорнкрест, чтобы сместить Шеймуса с трона. Конечно, лазутчики заблаговременно донесли ему, что Император так же готовится к войне. Войска последнего собирались по другую сторону от Северной реки, стекаясь к Дан Каррии. Император обратился к вассалам, потребовав присоединиться к нему против альянса Грифона и Волка. Амилькару Быку было вверено командование над Вратами Ронана – старой ангельской твердыней, возведенной на границе герцогства Быка, к северу от холма, где прежде находился Престол Сокола.

В то же время, в это неспокойные месяцы 851 годы, войско Энгверранда Гончей следовало на север, хоть продвижение его и замедлилось близ Тимбервуда, где его атаковали Мечи Ветра под началом знаменитого наемника Андраса из Водопада Молота. Судя по всему, последнего наняли или иролланцы, или торговая гильдия Брода Эридана с целью сдерживания Шеймуса.

Вклад Ровены в кампанию Шеймуса оказался куда меньшим, нежели ожидалось. По словам Рыжей из Йорвика, слишком много воинов ее погибло за семь лет боевых действий, и осталось под ее началом слишком мало солдат. Однако лазутчики Ивана донесли тому, что Ровена велела своим офицерам провести войско к герцогству Оленя окольными путями, избегая встреч с силами Энгверранда.

(Как круто, что у Ивана есть такие хорошие лазутчики, но в 10 раз круче, что ни у кого больше, таких лазутчиков нет. Меня сейчас просто разорвет от крутизны)

Шеймус намеревался сокрушить Талонгард, оплот Ивана. В шестом столетии он был основан как тихое убежище, где Императрица Гвендолин и ее консорт Антон Грифон могли укрыться от политики и бесконечных придворных интриг. Теперь же Талонгард стал одним из ключевых форпостов в Десятилетней Войне.

Ранней весной 851 года Иван сделал свой ход. Целью его была не Дан Каррия, как ожидал Шеймус, а Бринвуд. Ведь если силы Грифона и Волка смогут захватить сей град, то получат фактически открытый путь на Хорнкрест. Силы Ивана вторгались на земли Оленя с юга, Стефана – с востока.

Шеймус, однако, оказался не столь прост, чтобы допустить подобное. К тому же, в советниках у него состоял архиепископ Вильгельм, долго сражавшийся против Архонта Белкета в Войне Сломанного Посоха. Император Олень приказал нескольким подразделениям, остающимся в Форкривере, усилить гарнизон Бринвуда, в то время как воинство Энгверранда было послано к Прекрасному Лугу, дабы организовать вторую линию защиты.

Иван был вынужден поменять планы и продвигаться на север. Необходимо было, чтобы Стефан одержал победу в Бринвуде, чтобы после они объединили силы и выступили на Прекрасный Лук. Но сперва герцогу Грифону надлежало взять Форкривер. Иван считал себя человеком чести, который не станет убивать невинных. Но война – грязное дело, и Ивану надлежало незамедлительно пресечь линии снабжения Форкривера, дабы избежать длительной осады города, которая непременно сыграет на руку Шеймусу. И сделать это было возможно лишь одним способом: предать огню окрестные поля и фермы. Селяне, отказавшиеся покинуть свои наделы, также были сожжены. После чего герцог Грифона получил прозвище «Иван Испепелитель».

(Какие идейные крестьяне. Вот в реальной жизни они иногда бежали из домов в лес только услышав приближение войска, не важно своего или чужого. Солдаты в любом случае, что не сожрут, то затопчут, мужиков побьют или с собой возьмут, а девок попортят и хорошо если тоже с собой не возьмут. Ну и Иван тоже, разумист еще тот. На полях и в деревнях есть что-то, что можно отнести в город и сожрать. Так отнеси это в свой лагерь и сожри, но нет, это путь для слабаков, мы приходим в родные деревни только с огнем)

Бриндвуд пал, армии Ивана и Стефана объединились, продолжив марш на запад, к Хорнкресту, оставляя за собой огонь и смерть. В землях Оленя его не называли ныне по имени, - он был Кровавым Грифоном, Иван Несущий Голод, Лорд Ледяное Сердце, Проклятие Севера, Нарушитель Клятвы, Предатель. Каждое из прозвищ оставляло незаживающий шрам в душе Ивана. Но все же он продолжал двигаться к намеченной цели.

Армии Шеймуса под началом самого Императора Оленя присоединились к воинству Энгверранда в Прекрасном Лугу. Осенью 851 года должно было случиться решающее сражение Десятилетней Войны и оно стало поистине черным часом для Грифона.

Шеймус, оказавшийся не только мечником, но и могущественным магом, держался за спинами своих солдат. В тот день Иван сошелся в поединке с Энгверрандом, который сжимал в руках Клинок Верности, один из семи мечей Эльрата. История любит повторять себя. Прежде Иван расколол Клинок Истины своим Клинком Откровения. В сей же осенний день Клинок Верности обратил в осколки меч Ивана, Железное Перо. Один из них оставил глубокий порез на правой щеке герцога Грифона.

Известно, что предатель не в силах выстоять против Клинка Верности. Но когда Энгверранд изготовился было нанести противнику смертельный удар, взявшаяся неведомо откуда птица отвлекла герцога Гончей, дав возможность орку Кенту вынести с поля брани раненого герцога. Неожиданно лед и молнии обрушились на воинов Оленя и Гончей, внося смятение в их ряды. Таинственная синяя птица вела за собой Кента и Ивана, и стало очевидно, что представители Серебряных Городов – по крайней мере некоторой их части, - обратились против Шеймуса.

Командовала чародеями леди Танис. Единство Серебряной Лиги оказалось нарушено в вопросе о союзе с Шеймусом, и Танис сумела убедить нескольких чародеев примкнуть к Ивану. Но это не она прислала к Ивану птицу – на самом деле, именно птица прилетела к ней. Это древнее и могущественное создание – скорее дух, нежели животное, - доставило Танис послание. Синеклювая, как она называла себя, настоятельно просила чародеев прийти на помощь Ивану, ведь в противном случае он погибнет у Прекрасного Луга.

Мастер над шпионами Йорген знал о той, кто могла прислать Синеклювую – Иерофант Анастасия, исчезнувшая в час войны с некромантами. Армия Грифона отступила, устремившись к Талонгарду. Повсюду встречали их сожженные деревни, опустошенные поля, братские могилы, чума, несчастные семьи. Поражение Ивана у Прекрасного Луга оставило шрамы на его лице, но и открыло глаза. Он так долго был сосредоточен исключительно на победе в войне, что позабыл о цене, которой она достается. Теперь он же сполна видел эту цену, и тех, кому пришлось ее уплатить.

Анастасия Грифон дожидалась прибытия армии в Талонгарде; именно она направила к Танис Синеклювую. Чародейка и некромантка питали друг к другу уважение, но о доверии и дружбе речь не шло, ведь ужасы Очищения - гонений на некромантов и Войны Сломанного Посоха - были еще слишком свежи. Кент же настороженно относился ко всем без исключения чародеям.

Иван, однако, не обращал внимания на их пререкания между собой. Поражение у Прекрасного Луга, раскол Железного Пера, опустошение, которое он видел и которому служил причиной – все это убило в нем боевой дух. За стенами Талонгарда продолжала бушевать война, Иван все еще возглавлял союз Грифона и Волка, но сердце герцога потухло. Ныне в нем возникло чувство обреченности, Иван утратил видение цели.

Вскоре, в году 852 в Талонгард прибыла Муразель наряду с мужчиной по имени Бледдин. Он был кровавым кузнецом из Водопада Молота и создавал зачарованные предметы. Муразель просила его выковать новый меч для Ивана, и несколько дней спустя Бледдин покинул крепость, обещав, что вернется до конца года.

С первыми снегопадами кровавый кузнец действительно вернулся. Узнав об этом, Анастасия, Кент, Танис и Муразель собрались в покоях Ивана, дабы увидеть меч, выкованный для лорда Грифона.

- Тайна моего ремесла в том, - сказал Бледдин, - чтобы понимать: оружие – не просто металл, оно живое. Оно становится частью сущности своего владельца. Железное Перо сопровождало род Грифона через столетия войн и множество тягот. Оно олицетворяло собой несгибаемый дух Грифонов, и когда было уничтожено, та часть тебя, герцог Иван, которая делает тебя Грифоном, умерла вместе с ним. Обыкновенный меч не поможет тебе вернуть себя прежнего.

(Очень странная заявка. Я конечно понимаю, у вас там система родовых артефактов еще с 6 части была, но совсем уж натягивать сову на глобус не надо)

Дабы понять, что собой представляет Иван, в свой прошлый визит Бледдин переговорил с советниками герцога. От Йоргена он узнал о прошлом Ивана, о случившемся с братом его и отцом. Анастасия поведала кузнецу историю рода Грифона, Кент рассказал о доблести и чести Ивана, Муразель – о его чувстве долга, Танис же – о непостоянстве герцога в его увлечениях. И Бледдин дал мечу имя, символизирующее все, что потерял Иван – Решимость Грифона.

Бледдин покинул чертог, а Иван наряду с ангелом, некроманткой, чародейкой, орком и Безликим долго смотрел на меч. Наконец, герцог заговорил:

- Война опустошает наши земли. Братья сражаются с братьями... Мне нужно прекратить это безумие. Но я не могу сделать это в одиночку. Этот меч дал мне понять то, чего я прежде не замечал: мне нужны вы, все вы. Трудные времена требуют незаурядных советников... подобных которым не видывал прежде этот мир. Объединенные общей целью, мы сможем одержать победу в войне!

Тот день был ознаменован рождением Теневого Совета герцога Ивана Грифона.

(И типо только сейчас начинается сюжетная кампания Героев 7. Без шуток и приколов. Я уже на протяжении двух глав распинаюсь на тему Десятилетней гражданской войны в Священной Империи, но все это не входит в основную сюжетную кампанию. Часть информации представлена в одиночных сюжетных миссиях, их немного, но они есть, правда никакой нумерации с порядком прохождения или хотя бы просто значка «эта миссия входит в предысторию основного сюжета» нет. Что называется, хотите, ищите. Ну и солидный кусок информации чисто ЛОРный, и никак не обыгрывается в игре.

Почему это так, я не понимаю. И на этот раз тут вина не сценариста, а геймдизайнера. Сценаристы поработали как смогли, около 40 страниц у нас посвящённой истории Десятилетней Войны, но во время игры, советники Ивана из Теневого Совета рассказывают ему разные, не связанные между собой истории, которые я уже разобрал в этой статье, а потом нам идет кампания за Ивана с окончанием Десятилетней войны. Почему так? Почему нельзя было сделать большую, хорошую кампанию за людей, а потом на основе неё выпускать DLC с кампаниями за другие расы? Пусть это все так же будут не связанные между собой истории, но они были бы большими, значимыми и интересными. А не вот эта вот фигня, не понятно за чем сделанная)

Вскоре ко двору герцога Ивана Высоким Королем Алароном был направлен посол – лорд Ласир, уроженец торгового города Эревела, расположенного на границе между Иролланом и землями герцогства Единорога. Ласир был известен своим талантом к переговорам. Еще в пору правления Ваниэля молодой Ласир был замечен одной из эльфийских королев, собиравшейся заключить торговое соглашение с Алыми Колдунами Карталя.

(Ох я щас матом ругаться буду... Алые Маги в Карталь перебрались только после войны Сломанного Посоха, что закончилась в 822 году, а Ваниэль правил только до 756 года. Уже который раз, хочу подарить Юбикам калькулятор, он им очень нужен)

Благодаря Ласиру соглашение оказалось весьма выгодным, и королева пригласила эльфа в свой совет... В час Четвертого Затмения Ласир принял участие в сражении, когда армии имперцев, эльфов и чародеев пытались сдержать орду демонов, спускавшихся с гор Вантир. В том тяжелом противостоянии леди Ровена, герцогиня Единорог, с помощью Ласира и чародея из Серебряных Городов сумела сразить предводителя демонов, и после войны Ласир принял должность посла Ироллана при ее дворе. Ходили слухи о том, что на теле сраженного демона отыскали они трое престранное оружие – то ли меч, то ли коготь, обладающее способностью подчинять демонов воле своего владельца. В тот час трое поклялись хранить это оружие, дабы никогда впредь не оказалось оно в руках демонов.

(Отсылка к игре Might and Magic: Clash of Heroes, которую мы еще разберем)

Собрав Теневой Совет, Иван поведал соратникам, что герцог Шеймус Олень, утомленный Десятилетней Войной не меньше его самого, предложил сделку: взойдя на трон Священной Империи, он отдаст Ивану в жены свою дочь и сделает его эрцгерцогом восточных земель. Иван всерьез задумался над предложением: быть может, действительно пора разделить Империю на королевства. И тогда станет он править собственной державой, в то время как Шеймус – руинами Империи.

(Угу и уже дети рискуют начать новую войну за «наследство», а внуки точно её начнут)

Советники выступили против подобного желания Ивана, ведь очевидно, что, восстановив силы, Шеймус или же его наследники вновь осадят оплот Грифона. Поэтому Муразель, обращаясь к герцогу от лица всех без исключения советников, просила того выслушать каждого из них – и пусть уроки истории о трудном выборе и смелых решениях заставят Ивана прислушаться к прошлому и сделать выбор.

Первой слово взяла Муразель, поведав историю Томаса Волка, имя которого было вычеркнуто из летописей Священной Империи. Она рассказывала о том, как козни Сергея Грифона привели к избранию его в 469 году адмиралом Священного флота, о вынужденном изгнании Томаса в Водопад Молота – город, именующийся протекторатом Империи, наместником которого выступал его дядя, Конрад Волк. О том, как последний приютил в городских стенах две тысячи обретших свободу орков, и тем самым явил себя противником Священной Империи, подобного неповиновения не прощающей. О последующем противостоянии объединенных сил Томаса, кровавых кузнецов, рыцарей Серой Стаи и орков Билаши Смелого имперцам под началом Сергея Грифона, когда союзным силам удалось отстоять независимость Свободного Города Водопада Молота.

- Сегодня ты решаешь, каким будет будущее Империи, - закончила свой рассказ Муразель, испытывающе глядя на Ивана. – Загляни в свое сердце – и ты найдешь ответ.

- Кровь и честь? - покачал головой герцог. – Твоя история – о крови и слезах. Нет, так меня не убедишь. Я вернусь домой!

(Такая история никого не убедит, да и играя ею сложно проникнутся, так как под конец идет скачкообразное возрастание сложности, до сих пор вспоминаю, как рвал попу в последней миссии)

- Ты мыслишь неверно, - возразила Анастасия. – Империю нельзя разделить надолго, как нельзя разделить надвое воды океана. Когда Шеймус вернется, герцогство Грифона превратится в кладбище, простирающееся от Пика Ворона до степей Ранаар. Да, сейчас война вдали от наших стен. Быть может, ты сам умрешь раньше... Но дух твой будет горестно наблюдать за этим.

- Пора прекратить войну, - не сдавался Иван. – Пролито столько крови. Пришло время залечивать раны.

- Мы все изнурены, - согласилась Анастасия. – Ведь судьба подобна реке: необходимо плыть против течения, чтобы отыскать спокойную гавань. Мы, некроманты, - те, кто идет против течения. Я расскажу о самой мрачной главе в нашей истории. Это история о тех, кто доверил свою судьбу течению.

Анастасия рассказывала о тех далеких днях 770 года, когда маги Семи Городов решили запретить магию смерти, и шерифы истребляли некромантов как бешеных зверей. Именно тогда случилась осада Аль-Бетила, исчез Архонт Белкет и в противостоянии объединенным силам трех Домов Семи Городов пал Жнец Душ Вейн, прикрывая отступление культа Намтару. Потерянная и исполненная скорби, Анастасия, призванная Матерью Намтару в Мир Духов, три десятилетия провела вдали от Асхана, взирая на мир из иной реальности. Наблюдала она, как Иерофантом Дома Вечности становится вампирша Зенда, именуемая Пророчицей, как под ее началом некроманты возрождаются вновь в величественном Нар-Эрише. Не считаясь со средствами, Зента целенаправленно следовала к цели, обретая могущество, наживая все новых врагов – магов, ангелов, эльфов. Развязав Войну Сломанного Посоха, Зенда, заманив армии противника к Нар-Эришу, провела колдовской ритуал, высвободив могущество Колодца Душ и направив оное на уничтожение всего живого вокруг.

(Но мы то прекрасно помним, что вражеские армии не пострадали, в отличии от только начавшего вставать на ноги государства некромантов)

- Анастасия, ты восхищаешься Зендой? - спросила Муразель, когда некромантка завершила свой рассказ, и та ответила:

- Зенда избрала свою судьбу. Ее жертва дала некромантам земли, которые подходят нам, и армию мертвых, которые готовы защищать их.

(Земли которые им подходят? Мёртвая пустошь покрытая пеплом - это, конечно, крайне атмосферно, но даже близко не стоит с роскошью ведущего дома Семи Городов, всего того, чего некроманты лишились. Да и с армией мертвых для защиты у меня большие вопросы. Все что было в эпицентре взрыва обратилось в пепел, при этом вражеские войска под взрыв не попали. Откуда толпа живых мертвецов?)

- Ее жертва? - поразилась ангел. – Из-за ее безумия погибли тысячи!

- Именно об этом я и говорю, - кивнула Анастасия. – Когда Намтару пробудила меня, мой мир и все, кого я знала, были мертвы... Герцог Иван, ни один выбор не обходится без последствий. Но не стоит бояться делать выбор из-за того, какими они могут быть. Сомнения не должны помешать тебе. Стань хозяином своей судьбы. Куда лучше сожалеть о том, что сделал, чем о том, что так и не решился сделать. Иногда выбор влияет на все события нашей жизни.

(Да после таких охренительных историй, скорее вены себе вскроешь, чем что-то выберешь. Один пошел против родной страны, пережил жесточайшую осаду, и был вычеркнуть из всех исторических хроник. Вторая развязала самую кровопролитную войну за последний век и чуть не добила свой, и так стоящий на коленях, народ)

- Теперь я понимаю, что не смогу разделить Империю, - согласился Иван, рывком поднявшись из-за стола. – И потому Шеймус не должен стать Императором! Готовьте войска. Настало время разгромить врага!

Однако Танис просила герцога выслушать истории остальных советников, прежде чем выступать в поход.

(Этот момент мне особенно понравился. Кампания Ивана, с развязкой гражданской войны, сначала заблокирована, советники должны уговорить его продолжить борьбу. Но для разблокировки не обязательно проходить все прочие кампании, достаточно всего двух. То есть в игре за полную стоимость, а стоит она даже сейчас, спустя почти 7 лет после выхода почти 2 тысячи, и так то кампания не особо вразумительная, а нам дали еще и возможность ее дополнительно более чем в 2 раза урезать. Прекрасно, просто прекрасно)

Следующей слово взяла Танис. Чародейка поведала историю про сильнейшую связь между родными – о том, как джинн Солмир спас сестру свою Нур из недр горы Иблис и на протяжении столетий не терял надежды на то, что жива она. После чего рассказала об ином – историю о любви: к власти, к семье, к своему народу и о том, как любовь способна изменить этот мир, ведь то, что многие считают слабостью, и есть настоящая сила.

- Порой стоит взглянуть на мир глазами ребенка, - говорила волшебница. – Ибо мы должны думать о детях. Их будущем. И как же народ? Наши решения повлияют не только на династию, но и на простых людей.

Говорила Танис о чародейке по имени Фахада - ныне известной как Фахада Тысяча Скорбей - и о Ночи Тысячи Огней, когда в Семи Городах в 467 году началось восстание орков. Тогда возлюбленная Фахады, джинн Калида, добровольно пожертвовала собой, чтобы напитать могуществом артефакт чародейки, Цветок Пустыни, даровав той силы пройти через Мир Духов сразить орочьего вождя Малатую в сражении на крепостной стене, окружающей город Шахибдию.

Но история артефакта не закончилась на этом. Поведала Танис о том, как маг Масфар пытался возродить свою умершую дочь, Ядву - наглядный пример того, как за любовью скрывались страсти, а скорбь вела к безумию. Заручившись помощью некромантки Лайлы, он сумел с помощью Цветка Долоры, так стал известен ныне Цветок Пустыни, призвать душу дочери из Мира Душ, однако та явилась мстительным призраком, покончила как с отцом, так и с собою.

(Эту историю я опустил, так как по сути тут все сказано и размазывать это даже на пару абзацев смысла не вижу)

- Сила любви способна на многое, но спросите себя, нужно ли нам это, - говорила Танис. – История пишется нашими деяниями, но то, что мы полагаем правильным, иные сочтут неприемлемым и безумным. Так, любовь и благие намерения способны породить зло.

Продолжая историю Цветка Долоры, Танис рассказывала о принцессе Гали и четверых претендентах на ее руку и сердце, в числе которых оказался маг Хишам. В попытке превратить пустыню вокруг города Тин-Хаджар в плодородный оазис, Хишам был вынужден противостоять армии конструктов Шантири, некогда пробужденных призраком Ядвы, и, обретя Цветок Долоры, с помощью артефакта принес духам упокоение. Но, свершив сие героическое деяние, он признался принцессе Гали, что, в отличие от остальных претендентов, не может дать ей ничего, кроме своей любви, ибо мечта создать плодородный оазис разбилась, когда он был вынужден разбить плотину, дабы бурные речные воды поглотили армии конструктов Шантири, угрожающие Семи Городам. Тем не менее, мужем своим принцесса выбрала именно Хишама, ибо он обладал не только мудростью, но и сердцем, и тяготы подданных были ему не чужды.

(Еще одна история, которую я упоминал только вскользь. Теста там выйдет страницы на 3, а практической ценности ноль, даже не понятно когда это точно и на фоне каких событий происходит. Там даже толком отношений магов между собой не показали)

Слушающим её советникам Танис так же рассказала о случившемся в 480 году, когда Фахада, прозванная «Тысячью Скорбей», осознала, сколь страшна бессмысленная расправа над орками. Объединив силы с остающимся в пустыне Сахаар вождем Дженго, чародейка устремилась к острову, на котором была возведена твердыня Первого из Круга, Касима, стоящего за гонениями орков. Проходя через руины Шантири, Фахада обнаружила в оных артефакт, известный как Цветок Долоры, прежде именовавшийся Цветком Пустыни. Чародейке удалось покончить с Касимом, но в этом страшном сражении погиб доблестный Дженго, а сама она была смертельно ранена. Последним деянием Фахады стало освобождение сущности ее возлюбленной Калиды из самоцвета и перемещение оной в тело волшебной птицы, Синеклювой, которая стала верной спутницей некромантки Светланы, а после – Анастасии. Присутствующая и на Теневом Совете Синеклювая, ловила каждое слово Танис.

(Ух, когда это вот так вот описываешь, немного даже неуютно. Сложно представить, что среди слушателей все это время была участница и жертва всех этих событий. И это немудрено, ведь в самой игре это вообще не обыгрывается или упоминается как-то вскользь, так что я пропустил этот момент. Вот реально, о том, что питомец Светланы из Героев 6, остался с Анастасией в Героях 7, еще и являясь духом той самой джины, я узнал из википедии)

- Не бывает войны без жертв, а у тех, кто выжил, навсегда остаются шрамы, - закончила чародейка свой печальный рассказ. – Сидя у костра, воины любят хвалиться своими победами, но наедине с собой, вдали от чужих глаз, они дрожат, вспоминая, какую цену им пришлось за них заплатить.

- Совет знает это, - рыкнул Кент, однако Иван задумчиво покачал головой, молвив:

- Нет, мой друг. Мы говорим, что знаем, но кто из нас помнит истинную цену войны?

- Мы закалены битвами, но может, стоит позволить сердцу решать, куда направить меч? - риторически вопросила Танис, и орк поморщился: он терпеть не мог, когда чародейка говорила загадками. – Когда сердце и разум действуют сообща, для нас нет ничего невозможного.

(Как я понимаю орка. Что это вообще за философская муть? Сердце это типа чувства? Если так, то меч лучше не направлять туда, куда велит сердце, ведь на эмоциях можно очень много натворить)

Следующим слово взял Кент, решив рассказать о подвигах своего народа в восстании, тему которого подняла Танис.

- Как же ты собираешься усилить наши войска? - спрашивал у него Иван, и Кент честно ответил:

- Есть один человек – он друг многих орков. Если Андрас будет с Иваном, орки помогут. Он наемник из Водопада Молота. Наемник Ворон.

- Ворон? - поразилась Анастасия. – Ты говоришь о потомке моего брата Сандора?

- Ана – сестра Сандора Ворона? - в свою очередь изумился Кент. – Сандора Куньякти?

Иван поинтересовался, поможет ли Андрас своему роду, на что получил ответ от орка:

- Андрас – наемник, у него есть цена. Захочет то, что не нужно Ивану-Императору. Право рождения. Герцогство Грифона.

- Смелая просьба, - нахмурилась Муразель, и Кент, обратившись к советникам, сказал:

- Лучшие союзники – ровня, не просто друзья. Кент расскажет свою историю. Историю про орков пустыни Сахаар.

Далеко не все обретшие свободу орки последовали за Куньяком на острова Пао, многие, сплотившись за вождем Дженго оставались в пустыне, сражаясь с магами Семи Городов. Но ярость затмевала разум Дженго, и в 472 году он повел орков на штурм Аль-Бетила. Племя оказалось разгромлено, и вынуждено было отступить в пески Сахаар. Молодая орчиха Имани бросила вызов вождю, который столь бездумно жертвовал сородичами, и, одержав верх над Дженго в поединке, приняла власть над племенем.

В последующие годы Имани достигла немалого: она заключила союзы со зверолюдьми, населяющими пустыню, одержала верх над ракшасами, сумела договориться с магом Ясиром, на землях которого осели орки. Она одержала победу, потому что понимала помыслы своих врагов. Каждого Имани считала равным себе, и племенем ее были все, кто сражался за свою свободу.

Кенте закончил рассказ, и Иван, поблагодарив орка, просил того сообщить Андрасу о том, что он готов обсудить условия наемника, войска которого стоят лагерем у Когстона. Муразель подумала, что ослышалась было: отдать герцогство Грифона потомку бастарда? Впрочем, Иван уже принял решение: если цели и средства не вызывают сомнений у обоих сторон – альянсу быть.

(Меня, кстати, удивили высказывания ангела на тему бастардов. Она не имперский ангелок, а мятежник, вставший на защиту Водопада Молота, родного города Андраса. И нет чтобы порадоваться за своего земляка, или заговорить о большом союзе, ее вдруг заинтересовало, что Андарс потомок бастарда. Вообще для тех, кто говорят о себе, как о людях разнообразных культур и вероисповеданий, Юбисофт очень не любит религию. Вот реально, «хороших» пидорасов в их играх я помню, сильных женщин даже больше чем нужно, а вот хорошего священника или в условиях серии Героев, хорошего Ангела не могу вспомнить. Вот все время какая-нибудь гадость или неоднозначность всплывает. Даже интересно, совпадение или все же специально так персонажей прописывают?)

После этого Теневой Совет перешел к обсуждению роли церкви Света. Следует ли Ивану оставить сей религиозный институт, или же упразднить? Муразель ратовала за первое, Анастасия же настаивала на втором. Да, церковь поддерживает притязания на престол Шеймуса, но ангел убеждала герцога Грифона, что и у того немало приверженцев среди религиозных лидеров.

- Пока Эльрат хранит молчание, возможно, его устраивает, что на трон взойдет Шеймус, - с неприкрытой горечью произнес Иван. – На что мне надеяться, если Драконьи Боги уже решили нашу судьбу?

- Пути Драконов неисповедимы, нам не понять мотивов их поступков, - тихо произнес Ласир, доселе хранивший молчание. – Я долго думал, какой совет смогу предложить, и вспомнил эльфийскую легенду – она придется к месту.

Рассказывал эльф о случившейся более двух столетий назад экспедиции друиды Данан к острову Драконьего Тумана, о судьбоносной встрече с потерпешим кораблекрушение шалданом - шкипером Вислотом, о противостоянии их Саабире – архимагу Дома Химера, захватившей Стихийную Кузню Лета, а после – о проведении Ритуала Солнцестояния, восстановившего нарушенное чародейкой природное равновесие. История о судьбах, предназначении и выборе, меняющем все дальнейшее существование.

- Наши судьбы во власти Драконов, герцог Иван, - завершил историю посол Ироллана. – И рано или поздно мы окажемся там, где должны быть. Данан не смогла бы добраться до Стихийной Кузни без Вислота, но Вислот не знал о Ритуале Солнцестояния. Нарушить Гармонию может и один, но создать ее под силу лишь двоим. Не стоит пытаться понять, что приготовили для нас Драконы. И, как говорил Вислот, правила игры ведомы лишь им одним. Нам же остается играть свои роли, следовать зову сердца и уповать на лучшее.

- Я понимаю, почему ты решил рассказать мне историю шкипера, посол Ласир, - произнес Иван Грифон. – Корабль, идущий в шторм – безусловно, хорошая метафора судьбы.

- Но не забывай, кораблю нужен капитан, - мягко напомнил эльф. – Драконьи Боги обрушили на нас эту бурю, но за корабль и команду отвечаешь ты.

- Да, бессмысленно сомневаться в замысле Драконов, - согласился герцог. – Тот, кто выиграет эту войну, станет избранным Эльрата и получит Небесный Мандат на правление.

Но какая же участь ожидает дом Оленя? Возможно ли простить Шеймусу все зверства, совершенные им во славу Эльрата? Анастасия продолжала настаивать на том, что герцог Олень должен умереть – как и Дракон Света. Казалось, советники вновь начнут перепалку, когда Иван постановил, что, основав Империю Грифона, он непременно создаст новые законы – честные и справедливые. Пусть жители эти державы поклоняются любым Драконьим Богам, однако покровителем Империи останется Эльрат.

(Угу, угу, губу закатай, мечтатель. Сколько уже таких было, мамкиных реформаторов, что брались переделывать страну. Часть из них даже умерли своей смертью, одни или два, больше я с ходу не вспомню)

- Драконы вершат наши судьбы, я хорошо это усвоил, - сказал Иван, благодарно кивнув Ласиру. – Но мы сами выбираем свой путь.

Взоры советников обратились к Йоргену, и мастер над шпионами, загадочно улыбаясь, тихо произнес:

- Рассказ – как клинок, должен быть взвешенным и острым. Всегда нужно помнить, что покалечить себя едва ли не проще, чем ранить противника. А опаснейшим оружием являются слова: удачно пущенный слух, вовремя развязавшийся язык... Чтобы победить в войне, не всегда нужно выходить на поле боя.

- Как Клинки Эребоса, - помрачнев, процедил Иван, поняв, кому будет посвящена история Безликого.

- Да, милорд, - подтвердил тот. – Но Клинки Эребоса никогда не боялись испачкать руки.

Обретя свободу после долгих столетий заточения, Эребос принялся искать тех, кто стал бы его сподвижниками, и выбор его пал на Салвина, а также учеников последнего – Ваярона и Малвен. Эти трое и стали Клинками Эребоса. Ваярон и Малвен сеяли смуту на полуострове Агин, ввергая регион в хаос. Но когда достигла их весть о том, что замыслы, вынашиваемые Эребосом и Салвином, провалились, а сами они погибли, двое затаились на долгие столетия, но исподволь направляли многие конфликты, снедавшие Асхан.

О себе Клинки Эребоса заявили вновь совсем недавно, в 833 году, когда попытались спровоцировать пограничный конфликт между Серебряными Городами и герцогством Горчей. Через воров гильдии Черного Клыка они распускали ложные слухи на постоялых дворах, и в итоге добились своего – армии двух сопредельных держав схлестнулись близ Южных Врат. Но из-за опрометчивости Малвен о Клинках Эребоса стало известно, и Империя, Серебряные Города и Эриш организовали альянс, в надежде искоренить коварный клан темных эльфов, заинтересованный в том, чтобы в Асхане воцарился хаос. Но Ваярону с помощью излюбленного оружия, слухов и ложных сведений, удалось разрушить хрупкий альянс.

- Далеко не все, что мы слышим, является истиной, - завершил свой рассказ Йорген. – Все истории носят отпечаток чувств рассказчика, мы искажаем суть. Мы делаем это неумышленно. Но это так: мы пропускаем наши истории через призму своих убеждений.

(Первая и наверное единственная здравая мысль за всю сюжетку. Любой информационный посыл, даже школьный учебник содержит эмоциональный посыл автора, что расставлял смысловые акценты и логические ударения. Хреново только, что ни одна из историй не несла какого-либо отпечатка советника, её рассказавшего, только уши сценаристов из них торчат. Анастасия не ненавидит самозванку, что уничтожила душу её мужа, как и Йорген не испытывал ненависти и презрения к наркоману и убийце Ваярону. Не было в этих историях момента, когда мы могли бы подумать: «а тут советник приврал». Все это создает ощущение плоских персонажей, что просто текст зачитывают, а не рассказывают истории)

Собрание Теневого Совета завершилось. Внимательно выслушав всех без исключения входящих в него, Иван Грифон окончательно решил для себя: он примет предложение Шеймуса Оленя о встрече на руинах Престола Сокола, однако на сулимую тем должность эрцгерцога не согласится.

В назначенный день Иван в сопровождении армии герцогства устремился к приграничным землям, где должна была состояться их с Шеймусом встреча, советники продолжали сопровождать герцога Грифона в столь судьбоносный момент, когда от принятых решений будет зависеть дальнейшая судьба Священной Империи. Анастасия заверила Ивана, что последует за ним до конца, ибо надлежит наконец покончить с Десятилетней Войной. Муразель призналась, что ангелы пребывают в сомнениях и разделились: часть из них поддерживает Щеймуса, часть – Ивана. Сама же Муразель искренне верила в то, что Иван – избранный Эльрата, поэтому намеревалась сражаться подле него. Ласир поведал, что эльфы Ироллана останутся в стороне от конфликта, однако поддержат Ивана. Кент сообщил, что, согласно достигнутым договоренностям, на помощь тому, кто именует себя Императором Грифоном, через земли Ироллана идут четыре племени орков и зверолюдей под началом Андраса Ворона. Иван приветствовал приближение союзников – если переговоры сорвутся, им, быть может, удастся нанести удар по Хорнкресту сразу с двух направлений. Однако пока от оплота Оленя их отделяют Врата Ронана, где остаются армии Амилькара Быка, и семь лиг лесных чащоб.

В окрестных землях лазутчики Ивана обнаружили осколки Клинка Истины, родового меча Соколов, того самого, который был расколот Грифоном во время поединка с Быком.

- Я бы сочла это знамением, - сказала Муразель. – Клинок Истины был выкован, чтобы помогать Императору мудро править герцогствами. Твой же родовой меч, Иван, также создали в пламени чистого Света, но совсем с другой целью. И если ты отыщешь иные осколки Клинка Истины, значит – с тобою благословение Эльрата. Но в любом случае, меч следует вернуть Императрице Маев.

(Меч помогает императору править народом / отыщи осколки и будет тебе счастье / восстановив меч нужно вскрыть могилу десятилетней давности и вложить в неё символ императорской власти. Знаете, может это я такой тупой, но мне кажется, что если первые два утверждения еще хоть как-то можно связать, то третье похоже на бред сумасшедшего)

Вскоре в лагерь Грифона прибыл архиепископ Вильгельм, правая рука Шеймуса Оленя.

- Позволь перейти к сути, герцог, - сказал священнослужитель сразу же, как был допущен в шатер Ивана. – Лорд Шеймус предлагает встретиться и обсудить перемирие. Он хочет отдать за тебя свою дочь, Нольвен.

- Я не склонюсь перед ним, - постановил Иван, однако Вильгельм отрицательно покачал головой:

- Ты неправильно понял, герцог Иван. Если ты женишься на его дочери и породнишься с ним, Шеймус склонится перед тобой.

И Иван, и советники его подумали, что ослышались. Неужели подобное возможно? А Вильгельм призывал Ивана прибыть на Соколиный Холм (так теперь именовались руины Престола Сокола), где Шеймус из дома Оленя признает Грифона Императором и единоличным властителем Священной Империи.

Понимая, что, возможно, устремляется в расставленную ловушку, Иван в сопровождении армии прибыл на Соколиный Холм, где уже стояло лагерем войско Шеймуса. Последний сильно изменился после гибели Императрицы Маев, и ныне Иван видел в нем лишь непомерную гордыню да жажду власти. И сейчас, приветствовав Ивана, Шеймус подтвердил слова Вильгельма о том, что Грифона ждет трон и прекраснейшая невеста во всей Империи.

- Полагаю, герцог Иван повидал в жизни немало прекрасных женщин, - с горечью заметила присутствовавшая при встрече Нольвен, от которой не укрылись слухи о романе бывшего возлюбленного с чародейкой Танис. – Этот брак – лекарство, чтобы вылечить умирающую Империю. Мы сыграем свои... роли. Не стоит скрывать правду за красивыми словами.

- Помолчи, - одернул ее отец, заметив, как помрачнел Иван. – Если мой любезный родич поймет, что твоя неуемная дерзость может испортить ему жизнь, от передумает и откажется от свадьбы.

- Ты превратилась в прекрасную женщину, Нольвен, - вежливо поклонился дочери Шеймуса Иван. – Ты станешь достойной Императрицей.

- Благодарю, герцог, - отозвалась та. – А ты стал достойным правителем... и этому я верю больше, чем слухам о твоем предательстве.

Обратившись к Шеймусу, Иван потребовал у того преклонить колено, дабы закончить Десятилетнюю Войну.

- Я преклоню колено, Иван, - с ухмылкой отозвался Сеамус. – Но лишь для того, чтобы присыпать землей твою могилу.

А в следующее мгновение из теней выступили ассасины, и один из них вонзил клинок в сердце Нольвен. Шеймус скрылся за спинами стражей, крича о том, что его дочь убита Иваном Грифоном, в то время как последний сдерживал натиск темных эльфов, ведомых Ваяроном – Клинков Эребоса...

(Убил единственную дочь и наследницу, только для того, чтобы выставить предателем человек, что и так считается предателем и мятежником. Какого Хрена? Я допускаю, что такое возможно, придурков и сумасшедших хватало, особенно среди дворянства, что активно роднились между собой и вырождались к чертовой матери. Но черт возьми, он то гениальный интриган, ведущий свою игру на протяжении нескольких лет, то сумасшедший, сам себе вставляющий палки в колеса. Какие у этого поступка мотивации и предпосылки? Что он вообще хотел получить от всего этого?)

Войско Шеймуса снялось с лагеря и покинуло Соколиный Холм, наверняка весть о том, что Иван – убийца Нольвен, стремительно распространится по землям Священной Империи, и отвратит от Грифона тех, кто все еще поддерживал его. Лишь сейчас Иван осознал, что Шеймус пожертвовал собственной дочерью, лишь бы очернить противника...

(Даже герои истории недоумевают от потуг сценаристов)

Темные эльфы отступили, но ни Муразель, ни Анастасия не сумели возродить Нольвен, тело которой остывало в шатре Ивана.

- Нам не найти ее душу, - призналась Анастасия разгневанному и отчаявшемуся герцогу. – Она покинула этот мир. От призрака не осталось и следа. Муразель испробовала все.

- Но как же так?! - продолжал восклицать Иван, не в силах поверить в услышанное. – Йорген! Как случилось, что Шеймус заманил нас в ловушку, и никто не знал об этом?

(При этом ты сам шел сюда уверенный, что для тебя готовят ловушку)

- Все союзники Сеамуса, включая Вильгельма, полагали, что он действительно сдастся, - отвечал принявший человеческое обличье Безликий. – Об этом плане не знал никто, кроме самого Шеймуса... и Клинков Эребоса. Вряд ли Шеймус искал их. Скорее всего, они сами обратились к нему и предложили свои услуги. Предложение, от которого не откажешься.

Танис сообщила сподвижникам, что поняла, почему душу Нольвен обнаружить не удалось – ее похитили Клинки Эребоса с помощью артефакта, подобные которому создавали ангелы и Безликие в час Войн Старейших.

- Да, Зал Воспоминаний, я слышал истории об архангеле Михаиле, - задумчиво произнес Иван. – Но подобный артефакт может находиться глубоко под землей.

(С чего бы? Никогда такой фигни, с «глубоко под землей» не было)

- Я думаю, он намного ближе, - заверила герцога чародейка. – Во-первых, пока Сеамус не станет Императором, Клинки Эребоса будут неподалеку. Во-вторых, я обнаружила могущественное заклинание иллюзии.

Покинув Соколиный Холм, Иван Грифон разделил войска. Часть армии осталась в сопредельных землях, расправляясь с силами Оленя, остающимися поблизости. О том, чтобы продвигаться дальше на север, не могло быть и речи: удерживающий Врата Ронана Амилькар Бык поверил в распространяемую Шеймусом ложь, и поклялся покончить с ненавистным убийцей Нольвен. Несмотря на то, что посланники Ивана заверяли герцога Быка в том, что в гибели девушки повинен клан темных эльфов-ассасинов, Амилькар был непреклонен: как можно доверять словам герцога, принявшего в свой Теневой Совет Безликого...

(Меня больше интересует, что это за Теневой Совет такой, что о его составе известно даже противнику?)

Сам же Иван в сопровождении Муразель, Анастасии и Танис устремился туда, где чародейка ощущала заклинание иллюзии. Грифон понимал, что Танис любит его не меньше, чем он сам любит ее. И все же ради двух народов чародейка привела герцога к похищенной душе той, что назначена ему в невесты. Лишь сейчас осознал Иван смысл рассказанной Танис на последнем совете истории: любовь – сильная и разрушительная магия.

За заклятием иллюзии скрывался форпост Клинков Эребоса.

Атаковав форпост и перебив его защитников, союзники Ивана нашли артефакт, в котором была заключена душа Нольвен. Ваярон признал поражение в этой битве, однако перед тем, как исчезнуть, обратился к Ивану, заявив, что Империю без позволения Малассы создать невозможно. Муразель возродила Нольвен, и без обиняков поведала ей, что, отделив душу девушки от тела, Сеамус тем самым стремился помешать ее возрождению и снятию с Ивана обвинений в убийстве.

Нольвен решила, что незамедлительно отправляется во Врата Ронана, чтобы рассказать Амилькару всю правду. Последний, узнав от девушки о коварстве Шеймуса, примкнул к Грифону.

Иван продолжил поиски осколков Клинка Истины в окрестных землях, и когда они были обнаружены, Грифон спустился в гробницу Маев. Но случилось чудо, и на глазах потрясенного Ивана Клинок Истины был восстановлен! Неужто это означает, что Драконьи Боги благословляют его тем самым на правление?

(А магию ты не допускаешь? Ангелы ковали эти мечи, Ангел сказал тебе принести его в гробницу к праху последней императрицы, Ангел заливал тебе про благословение драконов. Может тут есть какая-то связь?)

Теперь же Ивану предстояло сделать один из самых сложных выборов в жизни. Кто станет его супругой, возлюбленная Танис, верный советник и союзник, или же прежнее увлечение, Нольвен на Фейд, брак с которой излечит Империю, связав могущественные герцогства.

(Гарем, Ваня, выбирай гарем, сообщество оценит)

Иван, отринув чувства, взял в жены Нольвен, надеясь заслужить ее доверие, она же решила завоевать его любовь. После этого Иван повел за собою войско на земли герцогства Оленя. Армия Грифона и его союзников приближалась к Хорнкресту, обороной которого командовал архиепископ Вильгельм. Шеймус же укрылся в возвышающейся над городом цитадели Фейд Кайслин. Нольвен убеждала союзников отца встать под знамена Ивана, и множество имперских лордов переметнулось в лагерь Грифона. Ангелы же приняли решение остаться в стороне от конфликта, покинув как Шеймуса, так и Ивана, подле Грифона осталась лишь Муразель.

Восстановив плотину, войско Ивана пересекло бурную реку, преграждавшую путь к Хорнкресту, а в горах к югу от столицы герцогства Оленя появились отряды орков и зверолюдей, под командованием Андраса Ворона. Верный данному Кенту слову и повторяя давние подвиги Имани, этот наемник из Свободных Городов захватил шахты – основной источник ресурсов для Хорнкреста, а также брошенные на внешних линиях обороны замка осадные орудия, обратив их против прежних владельцев. В тот день Андрас Ворон основал династию, став благородным преемником герцогства Грифона.

(В будущем, император Грифон занял центральные земли империи, бывшую вотчину Сокола. Бывшие же земли грифона отошли Андрасу, что основал Герцогство Ворона)

Вильгельм сознавал, что подлость и жестокость, проявленные Шеймус, лишают того права на трон Империи, однако он был человеком чести, и поэтому оставался до конца с дворянином, которого называл другом. И когда Шеймус спрятался в цитадели Фейд Кайслин, архиепископ командовал войсками, защищающими Хорнкрест и погиб, когда армия Грифона сокрушила сопротивление, захватив город.

Пока шло сражение за Хорнкрест, к Йоргену обратились представители кланов Игг-Чолла, сообщив о том, где именно в подземельях близ города спрятались Клинки Эребоса. Знанием этим Йорген поделился с Иваном, и последний спустился в подгорные глубины, где его войско покончили с темными эльфами, входящими в клан Ваярона.

Герцог Шеймус отказался сложить оружие, и после непродолжительной осады цитадель Фейд Кайслин пала, что знаменовало конец честолюбивым замыслам герцога Оленя.

По завершении Десятилетней Войны корона досталась герцогу Ивану из дома Грифона. Империя именовалась ныне Священной Империей Грифона.

(И на этом закончилась сюжетная кампания Героев 7. Как вы наверное заметили, я не упоминал гнома, что в дополнении так же рассказывал Ивану историю про свой народ. Фокус в том, что они не стали переделывать кампанию Ивана и в дальнейших событиях (за пределами совета) гном не участвует, да в самом совете не сказать чтобы много говорит.

В целом я не понял, какого хрена вообще происходит. Что за срань с историей в которой нам показали последнюю главу? Почему Ивану не дали две компании, одну, полноценную, до совета и каноничную хрень на 2 мисси после него? Только этого, маленького изменения хватило бы, чтобы игроки восприняли сюжетку намного лучше. Также мне очень интересно, что бы Юбики сделали, сложись события по другому. Ведь часть рас, за которые можно сыграть, выставили на голосование и вместо темных эльфов у нас могли бы быть демоны. В Теневой Совет вошла бы сукубба убившая императрицу Маев или нам еще разок показали бы Кирилла?

Так же я не понимаю подход геймдизайнера. В своё время заявлялось, что Герои - это игра не про сюжет, она про механику. Ну как бы ребят, есть много стратегий вообще без сюжета, но с очень интересной механикой, может как-то в их сторону посмотреть? Ну или начать, наконец-то делать нормальный сюжет. У Юбисофт же получается какая-то русалка, ни рыба, ни мясо. Они очень хотят сделать игру на механику, в которую можно было бы 100+ часов зависать, но при этом очень бояться малейшего возмущения игроков.

Что происходит с серией? Давайте смотреть. Герои 1 - изменила серию Кингс Баунти. Герои 2 - заложила фундамент всей серии, именно в ней уже начинаешь узнавать Героев, а не Кингс Баунти. Герои 3 - просто отполировали концепцию Героев 2 и по сути вошли в тупик. Это действительно был близкий к идеалу баланс, в котором было сложно что-то изменить, нужно было вносить что-то новое. Герои 4 - полностью переработанный геймплей. Не смотря на множество крайне положительных отзывов нашлись те, кто возмущался «это не та игра». Герои 5 (уже в руках Юбисофт) - это был первый шаг назад, её делали на основе 3 с осторожными заимствованиями из 4 (на чем, кстати, настояли русские разработчики, чем фактически спасли серию, ведь Юбики хотели сделать еще одного своего «убийцу Варкрафта», и сделать реалтайм стратегию, как это случилось с серией Сетлерс). Пятая часть снова получила хорошие оценки и снова нашлись недовольные «это тоже самое, что и в 3 части». Герои 6 - снова шаг вперед, оценки не идеальны, в среднем 7,5 из 10, но это не плохие оценки, игру оценили средне и в основном за баги. Герои 7 - снова шаг назад, 5 часть с элементами 6. И оценки уже в среднем 6,5 из 10.

Что это значит? Это значит, что для игры делающей ставку на механики нужны инновационные механики от части к части. Сколько бы не было фанбоев у Героев 3, им не нужны еще одни Герои 3, они у них уже есть. И провальные рейтинги и продажи переиздания 3 это наглядно показывают. При этом можно было бы продавать ту же самую игру в плане механик, сделав ставку на сюжет, на хорошую, ценную историю. Герои 5, вторичность от 3, это показала, а вот Герои 7, вторичность от вторичности без сюжета, провалилась. Не знаю, будут ли герои 8, вроде как обещают перезапуск многих серий, вон даже Принц Персии вроде перезапускают, но я надеюсь, что Юбисофт перестанет болтаться из стороны в сторону, а выберут уже наконец, сюжетно ориентированная у них игра или все же про механику)

История Асхана (Might and Magic: Clash of Heroes + Герои V)

Во время Второго Затмения был создах могущественный артефакт, Клинок Принуждения, позволявший владельцу подчинять демонов своей воле. Но меч угодил в лапы к Лордам Демонов, и те с его помощью свершили немало зла. Когда противостояние с демонами завершилось, Клинок был передан героям на хранение. Эти династии — эльфийская, людская и магическая — поклялись оберегать этот крайне опасный артефакт. Однако те, кто однажды вкусил его могущества, не оставили попыток вернуть реликвию.

События, о которых дальше пойдёт речь, случились в 929 году. Представители трех династий, выступавших хранителями Клинка Принуждения, собрались в тайном эльфийском лагере в Ироллане, где долгие годы они прятали опасный артефакт. Эльфийский лорд Ласир привел свою дочь, охотницу Анвен. сэра Эдрика сопровождали трое детей — Годрик, Фиона и Айдан. Годрик и Фиона учтиво приветствовали эльфов, Айдан лишь хмыкнул: вечно недовольный и вздорный юнец не понимал, зачем отец так настаивал на его присутствии во время этой встречи. Дети не знали, что родители решили доверить им свою тайну, показав могущественный Клинок Принуждения.

Ласир попросил дочь вместе с Годриком отправиться к порталу, соединяющий Ироллан с Серебряными Городами, вот-вот должны были прийти представители третьей династии — Аз Рафир, Делара и их дочь Надя. И, действительно, Делара и Надя не замедлили явиться, отца же семейства неотложные дела задержали в Серебряных Городах.

Анвен повела за собою гостей обратно к лагерю, когда их неожиданно окружили демоны. Герои атаковали тварей и, победив, бегом устремились к лагерю, над которым уже поднималось яркое марево пожара. Демоны сожгли ларегь, не щадя никого — ни женщин, ни детей. В живых остались лишь Айдан, успевший схорониться и схватить первый подвернувшийся под руки эльфийский кинжал, и Фиона, получившая рану, к счастью — не смертельную.

В сердце разоренного лагеря возвышался Лорд Демонов Азексес, у ног которого лежали мертвые тела Эдрика и Ласира, а в когтистой лапе демон сжимал рукоять Клинка Принуждения. Понимая, что одержать верх над столь могущественным противником им не под силам, Делара велела остальным бежать к порталу, ведущему к Серебряными Городам. Сама чародейка бесстрашно вступила в противостояние с Лордом Демонов, зная, что долго ей не продержаться.

Доблестный Годрик, проследив, чтобы Анвен, Фиона, Айдан и Надя добрались до портала, устремился назад, дабы оказать Деларе помощь в сражении с Азексесом. Но опоздал: демон сразил чародейку, и яркий свет объял её тело, а затем устремился к Наде. Вскрикнув от удивления, девушка лишилась чувств.

Первым в портал прыгнул Айдан, за ним — его раненая сестра, и, наконец, Анвен толкнула в арку бесчувственную Надю. Сама же эльфийка осталась в Ироллане, дабы предупредить об угрозе своего кузена, Файдаэн. Стараясь не попадаться на глаза рыщущим в чащобе демонам, она устремилась к охотничьему домику, где надеялась найти своего кузена. Ведь наверняка кто-то приказал демонам атаковать их лагерь. Кто-то могущественный, кто-то, кто знал об демоническом артефакте.

(Кстати, зрелые размышления. Демоны не могли появится сами по себе, затмения не было. Но вот сама подача… я, например, вот с ходу могу назвать подозреваемого. И обычно в таких случаях нужно ждать «неожиданный поворот», но это же игра от Юбисофт, поэтому можно сразу сделать небольшой спойлер: да, тот о ком вы подумали в самом начале и есть главный злодей)

Достигнув охотничьего домика, Анвен поведала Файдаэну о случившемся. Следопыт отнесся к словам девушки с недоверием, ведь вот уже сотню лет демонов не видели в Ироллане, но на следующее утро твари Шио догнали Анвен, и эльфам пришлось приложить все усилия, чтобы отбросить нападавших. Файдаэн прекрасно понимал, что твари охотились за Клинком Принуждения, и теперь, заполучив его, попытаются вынести артефакт с территории Ироллана.

(Да ну? По моему они просто преследовали эльфийку. Хотели бы вынести артефакт, то воспользовались бы порталами или подземельями)

Один из следопытов сообщил Файдаэну и Анвен, что демонов видели в тайном гроте неподалеку, и эльфы, взяв с собою небольшой отряд из лучников, лесных фей и медведей, устремились в означенном направлении. Спустившись в тайный грот, герои увидели там демонов, жалующихся на то, что граф Карлайл приказал им натянуть рыцарские сапоги да хорошенько наследить в окрестностях, чтобы бросить тень подозрения за резню в Ироллане на имперских рыцарей. Услышанное привело Анвен и Файдаэна в ярость: быть может, эти твари и не знают ничего о Клинке Принуждения, но определенно стремятся развязать войну между Империей Грифона и Иролланом!

(А некий Граф, упомянутый демонами, вас никак не смутил?)

Расправившись с демонами, Анвен, Файдаэн и сопровождавшие их эльфы обнаружили обрывок плаща Годрика. Означает ли это, что молодой рыцарь в плену у тварей Шио? Файдаэн настаивал, что им следует продолжить поиски похитивших Клинок Принуждения, Анвен наотрез отказывалась покидать Годрика в беде, но в это мгновение донесся до них звук горна друидов — зов о помощи!

(Боже мой, намеки на романтик между Годриком и Анвен несколько выбивают из колеи. У нас тут история про предательство и героизм или детский мультик? Ах да Might and Magic: Clash of Heroes же выполнено в мультяшной стилистики и все главные герои подростки в промежутке межу 14 и 17 годами. Как я мог забыть?)

Древо Друидов атаковали не демоны, а люди, рыцари Империи Грифона. Граф Карлайл убедил их в том, что эльфы шпионят за приграничными землями, и теперь рыцари были полны решимости спилить древние деревья.

(Вау. То есть некий граф убедил людей напасть на эльфов, и в то же время, зачем-то подрядил демонов изображать людей. Зачем? Объяснение про отвод подозрений в нападении на лагерь тут не канает. Про Клинок Принуждения знали полтора землекопа, в условиях отсутствия затмения и наличия рядом с границей большой точки концентрации алых магов, известных как демонологии, эльфы и так быстро нашли бы виновного, в подконтрольном Империи Картале. По сути нам просто назвали имя одного из главных противников)

На вершине Древа Анвен и Файдаэн увидели командующего рыцарями, сэра Страту, который требовал у архидруида Эуни передать ему волшебный кристалл, с помощью которого эльфы следят за людьми.

Расправившись с рыцарями, Анвен поведала Эуни о случившемся в лагере, а также о том, что демоны пытаются подставить рыцарей Империи Грифона, оставив ложные свидетельства нападения тех на Ироллан. Узнав о том, что к границе лесной державы уже стягиваются эльфийские войска, Анвен и Финдан поспешили в указанном архидруидом направлении, дабы попытаться пресечь бессмысленное кровопролитие.

Вернувшись в Шио, Азексес доложил Лорду Демонов Бладкрауну, что миссия выполнена, и он расправился с хранителями реликвии.

— Передай мне Клинок Принуждения, Азексес! — прогремел Бладкраун. — Неотложные дела ждут меня в Эреше!

(И тут мы сразу же понимаем, то нас где-то обманули. Что это за демон, что ходит в мир смертных как к себе домой)

Азексес потупился и промямлил:

— Вообще-то, я не сумел отыскать Клинок.

(Здоровенный рогатый чертила, что тупиться и мямлит… аж мозг зачесался)

Разъярившись, Бладкраун наказал Азексесу возвращаться в Ироллан и найти реликвию до того, как случится следующее лунное затмение, что должно было произойти в скором времени.

Файдаэн и Анвен спешили на восток, к границе Ироллана, войско, следующее за ними, существенно увеличилось числом, и к эльфам присоединились древесные энты и изумрудные драконы. Они едва поспели к границе двух держав, ибо сражение между эльфами и рыцарями уже готово было начаться. Поспешив к предводителю рыцарей, серу Варкасу, Анвен поинтересовалась, в чем причина конфликта.

— Вы, эльфы, зачинщики! — хмуро отвечал рыцарь. — Вы напали на наши деревни по ту сторону реки, уничтожили посевы.

— Лжец! — выступил вперед Нелир, полководец Ироллана. — Это ваша братия расправилась с мудрым Ласиром и его родней!

Анвен попыталась было рассказать о демонах, спровоцировавших конфликт, но сир Варкас лишь покачал головой.

— Даже если это и так, Империя Грифона жаждет отмщения! — вздохнул он. — Исполняя приказы графа Карлайла, я отправил рыцарей на поиски Священного Семени.

— Священного Семени? — поразилась Анвен. — Но оно должно дать жизнь будущим поколениям наших древ.

(И все? Это вся твоя реакция? Ты только что услышала имя Графа, которое недавно слышала от демонов. Неужели меж острых ушек вообще нет мозгов?)

Варкас сообщил, что герцог приказал рыцарям уничтожить священную реликвию Ироллана, но сейчас, осознав возможную правоту слов эльфов, поспешил наряду с ними вслед за ушедшими вперед воинами, дабы остановить их от свершения непоправимого.

(Два вопроса: что это за стелс пехота у рыцарей, так ловко мимо эльфиской армии в эльфийском же лесу шастает? И неужели эльфы вообще никакой охраны около своей реликвии не оставили?)

Варкас, Анвен и Файдаэн настигли рыцарей у гигантского Священного Семени в сердце Ироллана, но те отказались подчиняться приказу своего командующего, посчитав, что эльфы каким-то образом очаровали его. Пришлось серу Варкасу противостоять собственным солдатам, и, одержав победу, рыцарь вознамерился немедленно вернуться в Империю Грифона, дабы рассказать Императору Олегу о кознях демонов.

Файдаэн же и Анвен поспешили к охотничьему лагерю эльфов, ныне занятому демонами, ибо, как донесли лазутчики, именно там содержат пленного Годрика. Герои успели вовремя, твари Шио уже готовились убить юношу эльфийскими клинками, дабы вбить лишний клин между иролланцами и имперцами.

Однако Годрик оказался лишь приманкой, и стоило Анвен приблизиться к юноше, как путь ей заступил Азексес, потребовав немедленно вернуть Клинок Принуждения. Анвен и Файдаэн изумленно переглянулись, похоже, что реликвия так и не попала в лапы демонам. Но где же она тогда?

Атаковав Азексеса, герои вынудили того бежать обратно в Шио, грань между которым и смертным миром опасно истощилась — верный признак скорого затмения. Эльфы освободили Годрика, и тот немедленно выказал желание вернуться на родину, чтобы заставить Императора отказаться от кампании, развязанной против Ироллана. Анвен же и Файдаэн собирались начать поиски Клинка Принуждения.

С тяжелым сердцем Гордик вернулся в земли Империи. По пути в Талонгард юноша повстречал верных воинов из герцогства Единорога, которые последовали за ним в столицу. Однако у городских врат Годрика ждало новое потрясение: заявив, что его отец, покойный лорд Эдрик, был обьявлен графом Карлайлом предателем державы, имперцы атаковали его.

Перебив стражу у врат, Годрик, однако, не решился открыто ступить в столицу Империи Грифона, предпочтя вместо этого следовать извилистыми улочками городских окраин. Посетив таверну «Спящий олень», Годрик повстречал Варкаса, который сообщил, что граф Карлайл, недавно назначенный полководцем, лишил его рыцарского звания, безапелляционно заявив, что сер Эдрик заодно с предателями-эльфами. За то, что воины под началом Варкаса ослушались прямого приказа и не уничтожили Священное Семя, Карлайл велел заточить их в темницу.

За Годриком сплотились солдаты, недовольные бесчинствами, творимыми новым полководцем, и они представляли силу, с которой стоило считаться. Прежде всего Годрик совершил рейд на городскую тюрьму, вызволив из заточения воинов Варкаса, пополнивших ряды сплотившегося за ним отряда. После чего устремился в северный квартал Талонгарда, дабы навестить в поместье, принадлежащему герцогству Единорога, свою тетю Эвелин, могущественную служительницу церкви Света.

— Не знаю, почему твоего отца назвали предателем, — сказала Эвелин, стоило Годрику появиться на пороге особняка. — Но я беспокоюсь за твою сестру, Фиону. Звезда ее потускнела в ночном небе… А вот звезда Айдана горит ярче прежнего, что крайне тревожно…

(Не знал, что слуги Эльрата подрабатывают звездочётами)

Годрик понял, что его брат с сестрой все еще живы, хоть и находятся неведомо где, но это не отменило текущих проблем. Эвелин сообщила племяннику, что в Талонгарде начинается рыцарский турнир, и победитель его удостоится аудиенции с императором. Годрик немедленно заявил, что станет чемпионом турнира, после чего начал готовится.

Надев шлем с закрытым забралом, дабы скрыть свою личность, Годрик прошествовал к арене Талонгарда, где заявил о своем участии в турнире. Присутствовали на оном и Император с сыном, Алексеем Грифоном, и на их глазах сир Игнациус Меч Грома, как представился Годрик почтенной публике, одержал победу над иными тремя претендентами на чемпионский титул.

(Бедноват турнир, если Годрик сражался с 3 противниками, то всего участников было 8. Прямо скажем, маловато для турнира организованного императором большой империи)

Император объявил сера Игнациуса победителем турнира, пригласив проследовать во дворец, хотя Годрик хотел как можно скорее раскрыть глаза сюзерена на подоплеку абсурдного конфликта с эльфами, он все же внял предостережению Варкаса, решив еще на какое-то время остаться под ложной личиной. Как знать, быть может, войну с Иролланом сознательно развязал сам Император.

— Добро пожаловать, молодой рыцарь, — приветствовал Годрика Император, стоило тому проследовать в тронный зал. — Люди, подобные тебе, позволят нам одержать победу над эльфами в этой войне. Граф Карлайл, мой доверенный советник, говорит о том, что эльфы готовят полномасштабное вторжений в нашу державу. Он занял место герцога Эдрика, будь проклято его имя! Герцог Карлайл убедил меня в его гнусном предательстве. Кстати, о герцоге. Я хочу дать тебе одно задание, сир Меч Грома. Благословенный Шлем — могущественный артефакт. Я хочу, чтобы ты передал его графу в благодарность за его служение на благо державы.

Обещав, что непременно передаст артефакт по назначению, Годрик покинул дворец, рассказав о разговоре с Императором дожидавшемуся его у врат Варкасу. Похоже, сюзерен Империи Грифона стал пешкой в руках графа, и именно тот вершит политику державы.

(Интриги, конфликты интересов, противоборствующие политические фракции… господи, ну взрослые же люди, зарабатывают приличные деньги, придумывая сюжеты к играм. Почему получается такой детский лепет?)

Отдавать Благословенный Шлем Карлайлу Годрик не собирался, но навестить герцога был не прочь. Ступив в особняк, Годрик и Варкас наблюдали беседу Карлайла с воплотившемся в мире людей Лордом Демонов, которого граф именовал Бладкрауном.

— Прекрасно! — прошипел тот, выслушав доклад подручного. — Людишки схлестнутся с эльфами, и мои действия останутся незамеченными. Вскоре демоны вновь наводнят мир. Верные нам получат по заслугам, враги же будут уничтожены.

Бладкраун исчез, а возмущенный Годрик, представ пред Карлайлом, открыто обвинил того в гнусном предательстве. Герцог немедленно призвал демонов, приказав тем атаковать наглеца, дерзнувшего встать у него на пути, однако отряд, сопровождавший Годрика, расправился с тварями Шио.

— У тебя мерзкая привычка отказываться умирать, — с кривой ухмылкой заявил Карлайл, наблюдавший за противостоянием. — Мне нужно просто поскорее избавиться от Императора и занять его место. Тогда я казню тебя на городской площади и никто не посмеет перечить мне!

(Я конечно понимаю, что данная игра появилась раньше Героев 7, где нам во всей красе показали борьбу за престол, но даже без оглядки на другие части серии, такие наивные заявления даже улыбки не вызывают)

С этими словами герцог исчез, а терзаемые тревогой Годрик и Варкас поспешили вернуться во дворец. Сделать это оказалось непросто: стражи, патрулирующие улицы Талонгарда, сбросили ложные личины, представ в своем истинном демоническом обличье.

(А в это время ангелы и служители света отдавили должное послеобеденному сну. Спали, они похоже уже несколько лет, других причин по которой они не распознали демонов, что заменила стражу я не могу найти)

Когда Годрик и Варкас вбежали в тронный зал, Карлайл уже вплотную приблизился к изумленному Императору. В руке герцог сжимал Жезл Изменения Облика, выкованный в лавовых горнилах Шио и переданный ему лордом Бладкраун. Он взмахнул артефактом, желая обрести невероятное могущество, но древняя, темная магия Жезла преобразила человека так, как он и помыслить не мог в своих самых потаенных кошмарах. Внушительный живот Карлайла обратился в раззявленную пасть, и тварь устремилась к Императору, дабы проглотить того живьем.

На пути монстра встали Годрик и Варкас, и тварь пала. После чего юноша поведал Императору о преступных замыслах покойного ныне Карлайла. Осознав свои ошибки, сюзерен обещал немедленно отозвать войска из Ироллана, а также вернуть доброе имя роду Единорога, к которому принадлежал Годрик.

Непростая ситуация, возникшая между державами людей и эльфов, благополучно разрешилась. Император представил Годрика своему сыну Алексею, наследнику трона. Но мыслями Годрик пребывал в Серебряных Городах, гадая, как сложились судьбы его брата и сестры.

Вот только Фиона находилась не в вотчине магов, отнюдь. Из портала ее умирающее тело выбросило далеко от Серебряных Городов, в зловещей долине Эреш. И девушка с ужасом воззрилась на свое безвольное тело, лежащее на земле, благо сама она пребывала в призрачном обличье. Похоже, что она скончалась от полученных ран. Ощущение от призрачного тела было потрясающе, ибо некромантия была сильна в этой долине, как нигде в Асхане. Но на смену изначальному изумлению приходило отчаяние: ее отец мертв, братья исчезли, а сама она лишь тень себя.

И призрак, которым стала Фиона, устремилась по лишенным жизни землям к видневшемуся вдалеке некрополю. За ней последовали скелеты и зомби, бывшие при жизни рыцарями Империи Грифона, последователями Эльрата.

Тем временем в сердце некрополя вампирша Людмила, могущественная некромантка, встречалась с чародеем, вполне могущим оказаться ее будущим союзником. Последний предлагал допустить его подручных магов в Эреш, суля за это немалое могущество, и женщине волей-неволей пришлось согласиться на предложение, хоть имени своего собеседника она и не знала. Силы некромантов уже не те, что прежде, и отказываться от помощи — от кого бы она не исходила — не приходится. Людмила была полна решимости возродить былую мощь Эреша.

Не зная, каким образом ей вновь возродиться человеком, Фиона обратилась за советом к сопровождающей ее нежити, и один из скелетов посоветовал призрачной девушке отыскать некроманта Маркала. Последнего Фиона обнаружила достаточно скоро, некромант содержался в темнице по приказу леди Людмилы. К рассказу Фионы Маркал отнесся с недоверием, но в ответ на мольбы призрачной девушки отвечал, что знает лишь один способ вернуть ее к жизни — Ритуал Культа Смерти. Проводить его следует непосредственно перед лунным затмением, которое наступит весьма и весьма скоро. Сам ритуал — зов к некромантии, слышимый повсеместно в Асхане.

(Ни хрена не понял. Что за зов к некромантии? Почему затмение, что означает ослабление сил Асхи, усиливает некромантический ритуал, что как бы зависит от сил Асхи? Как насчет ангелов и магии света в целом, что могут воскрешать воинов на поле боя?)

— Но если ты стремишься пройти ритуал, то должна достичь большего могущества в некромантии, — назидательно изрек Маркал. — Ибо выжить новичку нет никаких шансов.

(Кстати, забавный ляп. Маркал был известен тем, что внешне походил скорее на мага, чем на некроманта. Здоровый цвет кожи, дорога и опрятная одежда и привычка следить за собой, позволяли циничному некроманту действовать дипломатией и обманом. В Might and Magic: Clash of Heroes же он изображен как типичный вампир. Какого Хрена?)

Маркал посоветовал Фионе спуститься в глубокие катакомбы, дабы отточить умения начинающей некромантки. Сам же он собирался навестить леди Людмилу, ответственную за его недавнее заточение.

— Но кто же она такая? — полюбопытствовала Фиона. Лицо Маркала исказилось от ярости.

— Она — дура, стремящаяся к власти! — прорычал он. — Она хочет подчинить своей воле некромантию! В свое время я покончу с ней.

По пути к катакомбам Фиона размышляла о том, в сколь плачевном состоянии находится вотчина некромантов, раз представители сего запретного искусства готовы вцепиться друг другу в глотки вместо того, чтобы сплотиться за единым лидером.

Вместе с Маркалом Фиона спустилась в древние катакомбы, вход в которые украшало каменное изваяние Паучихи — одной из ипостасей Асхи. Преодолев все испытания Призрачного Хранителя, Фиона узнала, что для успешного проведения Ритуала Культа Смерти ей необходимо разыскать Сумеречную Урну. Маркал припомнил, что слышал об этом артефакте, и находится он в руинах Нар-Харада.

По пути к древнему некрополю Маркал и Фиона узнал о том, что Людмила отрядила на поиски Сумеречной Урны своих новых союзников — магов! Маркал пришел в ярость: как он и предполагал, его противница хватается за любую возможность, чтобы сохранить положение в среде некромантов.

(Я просто не понимаю этой идиотии. Черт с тем, что каждый раз, когда нам нужен квестовый предмет, рядышком обязательно находиться персонаж, который знает куда пойти и что делать. Но меня просто вымораживает, что постоянно, как только нам понадобиться какая-нибудь древняя фигня, что веками валялась никому ненужная, наш противник тут же о ней узнаёт и тоже начинает её искать)

Магов Фиона и ее союзник настигли во внутреннем святилище Нар-Харада, когда те уже успели отыскать артефакт и собирались вернуться к Людмиле, чтобы передать находку ей. Недовольные столь несвоевременным вмешательством в их дела, маги призвали демонов, наказав тем атаковать отряды нежити, препятствующие их выходу из руин некрополя. Это потрясло Маркала: новые союзнички Людмилы не брезгуют поддержкой демонов Шио! Можно ли пасть еще ниже?

— Зло, лишившее меня жизни и семьи, проникло в Эреш! — воскликнула Фиона, когда с демонами было покончено, и пред нею остались лишь маги, самоуверенности у которых заметно поубавилось. — Навряд ли это простое совпадение. Что-то вершится в Асхане, что-то недоброе.

(От пафоса скулы сводит)

Маги вознамерились было пробиться к порталу, ведущему за пределами Нар-Эреша, однако войска Фионы и Маркала расправились с ними. Бережно, призрачная девушка приняла в руки Сумеречную Урну, после чего обратилась к Маркалу, заявив, что обнаружение таинственного портала, в который бежали маги, куда важнее, нежели проведение Ритуала Культа Смерти.

Вскоре портал, через который маги призывали демонов из Шио, был обнаружен. Приблизившись, Фиона и Маркал услышали разговор двух демонов о некоем мальчишке, находящемся в Шио и отдающем приказы демонам. Фиона покачала головой: подумать только — человек в Шио! Эти твари наверняка обезумели.

Нежить приготовилось к схватке с демонами и магами, но из портала вышли лишь двоя — суккуб и человек. Фиона сразу же узнала юношу, хоть лицо того и искажала гримаса ярости. На глазах потрясенных Маркала и призрачной девушки новоприбывшие атаковали демонов, охраняющих портал, и некромант принял единственно возможное в данной ситуации решение — бежать! Не стоит задумываться над тем, почему демоны сражаются друг с другом и какие цели преследует таинственный юноша, повелевающий частью из них. Сейчас важно другое — безумие Людмилы превосходило самые смелые ожидания Маркала. Они знали, что она заключила союз с магами, но чтобы те оказались еще и демонопоклониками… В какой же дьявольский замысел она по недомыслию своему ввязала Эреш?

— Скоро полнолуние, — обратился к Фионе Маркал, отвлекшись на время от мрачных мыслей. — Приближается час Ритуала Культа Смерти. Мы должны свершить его в Вечной Святыне Асхи.

(Что-то я не улавливаю. То Маркал говорит, что для ритуала нужно лунное затмение, то теперь полнолуние. Я дико извиняюсь перед убогими и необразованными, но нужно заметить, что это разные вещи)

И они двинулись по мертвой земле, покрытой истлевшими костьми гигантских рептилий.

— В Эпоху Легенд этими землями правили титаны, гигантские звери и драконы, — рассказывал некромант спутнице по пути. — Я слышал, что древние кости еще хранят в себе магию предвечной эпохи.

(Чё? Кто этой землей правил? Хрен с ними, с драконами, хотя стоит сделать уточнение, что правили миром Драконьи Боги. Малые драконы появились уже после, когда Боги ушли в мир духов, малые драконы были созданы как их аватары и проводники воли. Гигантские Звери? Впервые слышу. Можно разве что Кракена вспомнить из DLC про гномов из Героев 7, но там все мутно. Но самый смак это титаны. По ЛОРу 5 части Титаны — это вершина големостроения, хотя гемплейно у тех был перк «живое существо». Позже этот косяк поправили и теперь титаны — это наследие империи Шантири, имено на основе Титанов маги научились делать големов, но повторить именно Титанов так и не смогли. Вот и получается, что огромные големы… правили некой землёй… гениально)

Будто отвечая его словам, в глазницах мертвого черепа вспыхнули огоньки.

— Кто тревожит покой Когтя? — раздался гулкий глас, и гигантский остов зашевелился, подъятый могущественной некромантией. Не успела Фиона осознать нависшую над ними смертельную опасность, как в некотором отдалении от отряда нежити возникли женщина и несколько магов. Бросив исполненный ненависти взгляд на Маркала и призрачную девушку, Людмила приказала магам атаковать и вернуть «похищенную у нее Сумеречную Урну».

Сама же некромантка исчезла, и когда миньоны Фионы расправились с магами, упокоился и гигантский костяной дракон. Серп луны едва виднелся в ночном небе, и Маркал велел призрачной девушке спешить к Вечной Святыне, ибо в этот час навещали её люди и эльфы в надежде встать на путь некромантии. Сходятся они в сражении; погибшие обращаются нежитью, победители же получают их жизненную силу. Маркал полагал, что если призрак одержит верх над паломниками, то сможет вернуться к жизни.

(Ох чесотка в мозгу усиливается. Во-первых мне не понятно, что это за пассивное поднятие нежити. Ладно Фиона, призраки и раньше появлялись то тут то там сами собой. Но некромантия это искусство, Белкет потратил на открытие этого искусства почти четыреста лет (387, если быть точным), а тут, блин, все само собой получается. Во-вторых, что за фигня с гладиаторскими боями, что бы стать некромантом? Допустим, после всех потрясений и волнений они реально переработали ритуалы и полностью отказались от яда намтару, но можно мне хотя бы пару реплик с объяснением этого, без необходимости додумывать сюжет за сценаристами. В-третьих, зачем людям и эльфам сражаться, чтобы поглотить необходимое количество жизненных сил? Жертвоприношения придумали для слабаков?)

Дважды Фиону упрашивать не пришлось, и призрачная девушка атаковала, ознаменовав тем самым претворение в жизнь Ритуала Культа Смерти. Каждого из трех паломников — рыцаря, эльфа и мага — она столкнула в Яму Вечности, и те обрели «бессмертие», но их жизненные силы получить не сумела, ибо вобрала высвободившееся могущество в себя воплотившаяся в Вечной Святыне Людмила, после чего исчезла.

Придя в неописуемую ярость, Фиона поклялась покончить с той, что лишила ее последнего шанса на смертное существование, и наряду с Маркалом выступила в направлении некрополя Людмилы. Последняя дожидалась гостей в сердце своих владений, и те не замедлили явиться.

— Людмила! — в гневе выкрикнула Фиона. — Ты яшкаешься с демонами — теми самыми, что лишили меня всего! Я лично отправлю тебя на тот свет!

— Демонами? — поразилась некромантка. — Ничего подобного, призрак! Я лишь хочу вернуть Эрешу былую славу.

— Твои союзнички-маги объединились с демонами прямо у тебя под носом, а ты остаешься слепа! — бросила Фиона.

— Ты слишком глупа, чтобы понять: в безумной погоне за властью ты стала их слугой! — добавил Маркал, с ненавистью взирая на Людмилу.

Та атаковала, но Маркал и Фиона одержали верх, и некромантка пала.

— А теперь говори, кто твой пособник! — потребовала призрачная девушка, возвышаясь над поверженной. — Кто твой союзник, направляющий демонов в Асхан?

Людмила, однако, собиралась унести свою тайну в могилу, и непременно сделала бы это, не появись ее союзник здесь в столь неподходящий момент. Седовласый чародей, заключивший договор о союзе с леди Людмилой, недоуменно воззрился на умирающую, тихо выругался, помянул Ургаша, что не укрылось от Маркала. Этот таинственный чародей поклоняется Дракону Хаоса.

(Лично я иногда поминаю дьявола и черта в своих ругательствах. Значит ли это, что я сатанист?)

Вздохнув, чародей произнес заклинание и некрополь Людмилы обратился в руины. Фиона и Маркал едва успели унести ноги, не получив ответа ни на один из своих вопросов. Однако со смертью леди Эреша высвободилась жизненная сила, захваченная ею при проведении Ритуала Культа Смерти. Они устремились к Фионе и пораженная этим до глубины души девушка вновь обрела плоть и жизнь.

(Людмилу просто слили. Ну и воскрешение путем поглощения кучи жизненных сил — это просто финиш. Столько было разговоров, про ритуал, про затмение луны, потом про полнолуние, а в итоге просто поглотить некое количество жизненных сил и все. Почему прочие призраки так не делали? Почему Фиона просто не принесла Зло***чую Жертву?!)

Что теперь? Закончились ее испытания или же только начинаются? Наверняка таинственный маг и был тем самым союзником Людмилы. Он, слуга Ургаша и Фиона вознамерилась немедленно отправиться в Серебряные Города, дабы отыскать чародея или хотя бы собрать сведения о нем. Маркал искренне пожелал ей удачи, высказав надежду, что однажды они встретятся вновь.

Айдана магия портала выбросила в королевство демонов, Шио. Юноша превозмог ужас, охвативший его при осознании этого факта, и, покрепче сжав рукоять прихваченного в лагере эльфийского кинжала, приготовился подороже продать свою жизнь. Он метнулся в ближайшую пещеру, дабы укрыться от демонов, однако эти твари обнаружились и внутри. Демонический вождь давал указания своим слугам немедленно выступать на Талонгард, как только случится лунное затмение и барьеры Шио падут.

Заметив человека, демоны бросились было к нему, дабы растерзать на части, но Айдан в отчаянии приказал им остановиться и твари замерли… Юноша осознал, что каким-то непостижимым образом может повелевать демонами, чем не преминул воспользоваться. Конечно, далеко не все демоны оказались под его властью: слуги Азексеса куда больше страшились Лорда Демонов, нежели этого странного юноши, обладающего над ними непостижимой властью.

(Я думаю все уже догадались, что Клинок Принуждения оказался у Айдана. Во-первых, не понятно почему меч созданный ангелом из когтя дракона хаоса вдруг приняли за «эльфийской кинжал». Что там за тесаки у эльфов вместо мечей, если меч из драконьего когтя можно назвать только кинжалом? Шутка, конечно, просто опять криво перерисовали артефакт. Во-вторых, что это за артефакт господства над демонами, который работает через раз? Или хаос изменчивый даже в артефактах работает криво? Почему тогда демоны не имеют плавающий уровень сил?)

Тем не менее, Айдан испытал небывалый прилив уверенности в собственных силах. Следуя по Шио, он повстречал суккуб Джезебет, некогда одну из лучших полководцев Кха-Белеха, велев немедленно отвести его к ненавистному Азексесу. Последняя, не в силах противиться ментальному принуждению, согласилась, поведав о том, что у Азексеса нет постоянного места пребывания, но, если верить слухам, этот демон сотворил некий портал на вершине горы Небирзиас.

(Я хренею. Какие-то мелкие бесы могут противостоять клинку, а сукуба, полу человек, еще и один из лучших полководцев не может. Какого Хрена? Ну и стабильный портал в мир смертных… просто нет слов)

Айдан приказал Джезебет указать путь к горе, и суккуба с радостью согласилась, благо видела в союзе с человеком, пусть и вынужденном, шанс отомстить Королю Демонов и его приспешникам за то, как те поступили с ней после войны Четвертого Затмения. Победы над демонами вскружили голову Айдану, он упивался собственным могуществом, не представляя даже, что может служить его источником. К тому же, странный кинжал, захваченный им в Ироллане, начал срастаться с его рукой! Юноша чувствовал в себе неведомые прежде силы, и грезил о том, что к ногам его падет весь Шио.

Достигнув вершины горы Небирзиас, Айдан действительно наблюдал сияющий зев магического портала, возле которого стоял Азексес, отдававший приказания демонам и магам. После этого отряд устремился в портал, и Айдан вместе с подчиняющимся его приказам демонами бросился следом. Однако, миновав портал, юноша не заметил Азексеса, и не замедлил атаковать миньонов Лорда Демонов, толпящихся поблизости.

Перебив магов и демонов, Айдан обратил взор на портал, соединяющий Шио с этими бесплотными землями, в которых он оказался. Во что бы то ни стало следует уничтожить арку перехода, разорвать связь между миром смертных и измерением демонов. Неожиданно пред Айданом возник маг, высокомерно заявивший, что портал принадлежит лорду Бладкрауну, и касаться его не дозволено никому. Слова чародея еще больше укрепили решимость разгневанного юноши, и приказал он Джезебет атаковать.

Маг и его слуги пали, магия, поддерживающая портал, исчезала, и в последние мгновения существования перехода Айдан и Джезебет вновь прыгнули в него, вернувшись в Шио. Но, как оказалось, они прыгнули из одной опасности в другую. Выброс магической энергии, последовавший за уничтожением портала, связывавшего Шио с долиной Эреш, привел к извержению Небирзиаса, на поверку оказавшегося дремавшим доселе вулканом. Схватив Айдана в охапку, суккуб взмахнула пламенными крыльями и воспарила ввысь, унося юношу от верной смерти.

(Какой добрый суккуб. На всякий случай напоминаю, что Джезебет — это телохранительница Гвиндолин Сокол, что стала предательницей и планировала убить Гвиндолин и её дядю-императора Лиама. Именно Джезебет убила императрицу Мив, официально прервав династию Сокола. Как бы окей, нам сказали, что она видет в союзе с Айданам шанс отомстить, но давайте на чистоту — это полная лажа. С чего бы ей подчиняться мелкому пацаненку одержимому демоническим артефактом? Она точно должна была если не почувствовать, то догадаться, что за кинжал в руках Айдана. И куда логичнее было бы дать пацану умереть, ведь он не давал приказов спасти себя, а потом достать коготь Ургаша и уже разворачивать компанию против Короля Демонов)

Где же теперь искать Азексеса? Встреченные демоны сообщили Джезебет, что тот занял Чар-Хасу, логово старика Корота, занимавшегося грабежом земель Асхана во времена предыдущих нашествий. И Айдан повел свое воинство на восток, по утлым мосткам, переброшенным через бурные лавовые реки. По пути Джезебет сообщила юноше, что все без исключения демоны Шио с нетерпением ожидают скорого лунного затмения.

— Пятое затмение обещает быть особенным, — усмехнулась суккуб, — и стены Шио наконец падут.

(Окей. Я знаю почему пятое затмение должно быть особенным. Я играл в Героев 5, со всеми дополнениями, в Темного Миссию, я читал ЛОР. Но что насчет других людей, тех кто играл не во все эти игры, тех кто не совсем понял сюжетную подоплеку и не стали прояснять её через дополнительные материалы? Почему бы не пояснить, хотя бы немного, за пророчество Сар-Шаззара?)

Айдан понимал, что если в этом как-то замешан Азексес, то, убив его, он не только удовлетворит свою жажду отмщения, но и станет спасителем всего Асхана.

Врата Чар-Хасы охраняли маги и демоны, и, сразив их, Айдан, Джезебет и их слуги проследовали внутрь крепости, где увидели Азексеса, держащего отчет перед лордом Бладкрауном. Узнав, что Азексес до сих пор не сумел отыскать Клинок Принуждения, Бладкраун пришел в неописуемую ярость.

— Ищи в Ироллане! Ищи в Империи Грифона! Затмение близко! — лютовал он, нависая над съежившимся от ужаса Азексесом. — Этим клинком я сокрушу волшебные врата Ур-Хекаля, выпустив в мир ужасы, сокрытые за ними. А затем я поведу за собой легионы демонов в Асхан и утоплю мир в крови. В час затмения я буду ждать тебя у врат Ур-Хекаля, и ты должен будешь принести с собою Клинок Принуждения!

(Можно мне немного мотивации этого персонажа? Хотя бы чуть-чуть, хотя бы на уровне «страшного мстюна»)

С этими словами лорд Бладкраун исчез. Лишь сейчас Айдан осознал, что эльфийский кинжал, найденный в разгромленном лагере — ничто иное, как Клинок Принуждения, один из самых могущественных артефактов в Асхане!

(Слава богам! До него дошло! Мне интересно, на кого вообще рассчитан этот сюжет? Я понял, что за клинок в его руке еще во время пролога. Как бы клинок повелевающий демонами, играбельная фракция демонов, и герой этой фракции со стремным клинком в руках. 2+2 складывается достаточно легко. Но тут нам преподносят настолько очевидную информацию как откровение с выше)

Преисполнившись гордыни и чувства собственной значимости и исключительности, Айдан устремился к Азексесу, Джезебет следовала за ним по пятам, гадая, что же на самом деле происходит в Шио, и кто этот Лорд Демонов, Бладкраун, ведь раньше она о нем не слышала.

В противостоянии Айдан сразил Азексеса, не сознавая, что Клинок Принуждения, вросший ему в руку, обращает его в нечто иное, и человеческого в юноше осталось совсем немного. Тем не менее, он был полон решимости достичь Ур-Хекаля, что на самой границе между Асханом и Шио, и сразить Бладкрауна, став таким образом спасителем Асхана. Амбиции, непомерные амбиции затмили его разум.

Тем временем в Серебряных Городах встретились Анвен, Годрик и Фиона. Анвен прибыла сюда в надежде на то, что чародеи сумеют определить местонахождение Клинка Принуждения, Годрик и Фиона — чтобы отыскать брата. Айдана пока обнаружить не удалось, но, быть может, их брат вместе с Надей находится в Алмазной Башне, родовом гнезде Аза Рафира? К тому же, всех троих снедало множество вопросов о демоническом заговоре, несущем прямую угрозу Асхану.

И когда они вошли в Алмазную Башню, их встретил Аз Рафир, весьма недовольным появлением гостей, Фиона узнала в нем того самого мага, который бесчинствовал в Эреше. Поняв, что его тайна раскрыта, чародей призвал стражей, приказав им покончить с нарушителями спокойствия.

(Как я и говор, самый очевидный злодей, тот на кого подумали еще в прологе, в итоге оказался тем самым злодеем. Я видел школьную самодеятельность с более глубоким сюжетом, чем спин-офф легендарной серии. А ведь некоторые люди еще и умудряются писать рецензии к игре с формулировкой «интересный сюжет». Верните мне мои 500 рубасов, сволочи!)

Сражение закипело в чертогах Алмазной Башни, сам же Аз Рафир терпеливо ждал исхода битвы в стороне, когда противостояние завершилось победой троицы иноземцев, он, раздраженно вздохнув, заключил тех в магическую клетку.

(Почему ты не сделал этого сразу, гений?)

— А теперь я смогу начать ритуал лунного затмения, — буднично сообщил он пленникам. — Вашу же кровь в процессе ритуала я преподнесу Ургашу.

(С каких пор затмение стало ритуалом?)

— Ничего у тебя не выйдет! — бросила Анвен. — Для завершения ритуала тебе необходим Клинок Принуждения, а я знаю, что у тебя его нет! Твой цепной пес Азексес рыскал по Ироллану в поисках меча, но я отправила эту тварь восвояси.

— Думаю, тебе будет интересно узнать о местонахождении Клинка Принуждения, эльфийка, — усмехнулся чародей. — Твой покойный отец должен был хранить его, но не преуспел в этом. Ты вскоре узнаешь, что стало с Клинком Принуждения… когда он попадет ко мне в руки.

С этими словами Аз Рафир удалился.

Сознание возвращалось медленно, мучительно, Надя с трудом разлепила глаза, воззрившись на склонившихся над нею магов. Один из них был ей знаком — молодой Сайрус, помощник Аз Рафира.

— Я должна как можно скорее встретиться со своим отцом, Аз Рафиром, — слабо произнесла девушка, силясь подняться на ноги, — и рассказать ему о судьбе матери. Она… погибла.

— Прости, но с отцом ты увидеться не сможешь, Надя, — вздохнул Сайрус. — Мы — в темнице под Алмазной Башней.

— Под башней отца?! — поразилась Надя. — Но я же его дочь. А ты — его помощник!

— Я нашел тебя несколько недель назад, и ты все это время оставалась без сознания, — начал рассказывать Сайрус. — Портал, созданный твоей матерью, терял силу, а ты была ранена, вот я и перенес тебя в башню. Когда я рассказал об этом твоему отцу, он пришел в неописуемую ярость и бросил в темницу нас обоих.

Ни Надя, ни Сайрус не понимали ровным счетом ничего: маг-властитель Серебряных Городов неожиданно резко изменился и теперь бросает в темницу тех, кто смеет хоть слово сказать против него. За Надей сплотились ученики ее покойной матери, големы и гремлины, волею Аза Рафира разделяющие с ней заключение.

(Ладно, допустим гремлены… но бросить в темницу големов? Гениально)

Неожиданно возле Нади возникли призрачные очертания Делары, и девушка немедленно вспомнила поток света, оставивший тело ее матери в момент гибели и наполнивший ее саму, а после она лишилась чувств и пришла в себя лишь сейчас.

— Прости, Надя, — прошелестела Делара, — что взвалила на твои плечи столь тяжкую ношу. У меня мало времени, дитя, я смогла появиться в этом мире лишь на краткие мгновения. Заклинание «Каамла Азия», которое я носила в своей душе подобно жаркому пламени, теперь пребывает с тобой. С его помощи ты можешь одержать верх над отцом и прекратить безумие, в которое он вознамерился низвергнуть мир.

— Наверное, он заблуждается, мама! — воскликнула Надя, не в силах поверить в услышанное. — Быть может, печаль затуманила его разум. Если я смогу поговорить с ним…

— Нет, Надя, — молвила Делара. — Нам с тобой его уже не вернуть. Теперь душой его владеет Ургаш.

(Как ты это определила? Ты его максимум мельком видела, когда Сайрус принес бессознательною Надю к нему)

— Похоже, его действия связаны с тем, что вершится в Асхане, — вмешался Сайрус. — До нас доходят вести о насилии и предательстве. Здесь, в Ироллане, в Империи Грифона… повсеместно! И все это — в преддверии лунного затмения. Ты должна остановить его, Надя. Ты — единственная, кто может это сделать.

(Боже… еще одна особенная-особенная. Куча разумных, многие из которых наделены огромной властью и силой, и только кучка подростков вершит судьбу мира. А глав злодея может остановить только такая особенная Надя)

Видение Делары рассеялось, а Надя, проследовав к зачарованным дверям темницы, сорвала их с петель с помощью магических сил, унаследованных от матери. После чего последовало долгое восхождение к вершине Алмазной Башни. Сайрус остался снаружи, дабы сдерживать натиск преследующих их магов, в то время как Надя проследовала в чертоги отца, где обнаружила клетку с заключенными в ней товарищами, а чуть поодаль стоял и сам Аз Рафир, возносящий молитву своему божеству.

— Молю тебя, Ургаш, породивший демонов и дарующий свободу в хаосе, — вещал чародей, — даруй мне свое священное знание, как некогда Асха даровала его Сар-Эламу. Он обратился в Седьмого Дракона и заточил твоих детей, демонов в тюрьме, Шио… Сделай же меня Восьмым Драконом, когда мир Асхан закроет свет Эльрата, и луна низвергнется во тьму… Я выпущу твоих детей в Асхан и изменю мир по твоему видению!

(Это все еще не мотивация. Допустим он хочет стать богом, и готов принести в жертву весь мир. Какие у него планы на дальнейшую жизнь. Что-то же он собирается делать как бог. Он хочет чего-то добиться? С получением божественной силы же жизнь не заканчивается, скорее уж наоборот ты откроешь её для себя заново)

Надя была не в силах поверить, что эти страшные слова произносит ее отец. Сориентировавшись, девушка развеяла заклинание магической клетки, выпустив своих товарищей, и вчетвером они окружили Аз Рафира.

— Что ты сделал с Айданом? — угрожающе вопросил Годрик. — Где мой брат, колдун?!

— Как вы освободились? — поразился тот, прервав молитву Ургашу, но, заметив дочь, освободившуюся из темницы, понимающе кивнул.

— Отец… почему? — выдохнула та. — Что ты надеешься обрести? Что может оправдать подобное?

— Все очень просто, — отвечал Аз Рафир. — Я получу все, на что только может надеяться смертный или бессмертный. И в грядущую эпоху Ургаша я стану героем! Ведь хаос — истинная свобода! Жители Асхана — рабы своих божеств, и поработила их никто иная, как Асха, Драконица Порядка… Когда Сайрус принес твое тело, я ощутил в нем заклинание Каамла Азия и заколебался. Мощь его сопоставима с моей собственной. Я мог даже убить тебя, но магия отыскала бы иное вместилище. Но если она находится в столь слабом теле, мне не стоит страшиться её мощи! Ритуал начинается! Взгляните на небо! Затмение неизбежно! И Азексес принесет мне Клинок Принуждения.

(Охренеть можно. Я согласен, что существуют религиозные фанатики, фокус в том, что во главе любого культа, фанатики стоять не могут. Высокопоставленный сектант, это прежде всего тонкий психолог и умелый администратор, который знает что говорить, чтобы привлечь к себе людей и как поступать, чтобы культ не развалился и приносил прибыль. У нас же первый маг круга, сектант, что распространил своё влияние на большую часть мира и вдруг фанатик, искренне верящий в какую-то чухню, которой не каждый крестьянин соблазнится. Каким образом подобные картонки вообще появляются в головах сценаристов?)

В заклинательном чертоге возник сияющий портал, но вместо ожидаемого Азексеса из него вышел Айдан, кивнул брату и сестре. Аз Рафир поразился было появлению незнакомца, но заметил, что рука его срослась с Клинком Принуждения. Неожиданно взгляд Айдана потерял всякую осмысленность и Аз Рафир, удовлетворенно потерев руки, заявил, что ритуал начался и в час затмения владелец Клинка Принуждения всецело подчиняется приказам своего господина. И чародей велел лишившемуся собственной воли Айдану атаковать.

(С каких пор Коготь Ургаша стал собственность Аз Рафира? Не, чисто теоретически возможно, например он применил какое-то заклятие на клинке, когда видел его в последний раз (незаметно от своей жены, что была сопостовима с ним по силе, и эльфийского лорда, что жил раз так в 5 дольше него, угу два раза), но это никак не объясняют. Нам просто заявляют, что среди бела дня начинается лунное затмение и клинок начинает подчинятся глав злодею, просто потому что)

Путь брату заступил Годрик, и в тяжелейшем противостоянии одержал верх над Айданом. На краткое время тот пришел в себя, непонимающе огляделся по сторонам.

— Айдан! — выкрикнула Фиона. — Ты должен противостоять артефакту, что наполняет скверной твое тело! Сопротивляйся чародею, пытающемуся подчинить твою волю! Ты ведь не его игрушка! Ты — Айдан из герцогства Единорога, сын лорда Эдрика! Помни Эльрата и своего Императора!

(Во имя Бога Императора! Ах да, это же из другой оперы)

Аз Рафир выкрикнул очередной приказ, но Айдан, зарычав от ярости, атаковал самого чародея. Подобного тот никак не ожидал, и предстал пред героями в своем истинном демоническом обличье.

— Вы видите пред собой того, кто будет править этим миром! — возвестил лорд Бладкраун.

— Чем ты стал? — Надя скорбно покачала головой. — Мне жаль, что магические видения довели тебя до такого состояния, отец.

— Я не твой отец! — проревел демон. — Я — лорд Бладкраун! Я стану Восьмым Драконом!

Эпическое сражение разразилось в заклинательном чертоге Алмазной Башни, но в итоге Бладкраун пал. Очертания его развеялись, и на залитом кровью полу возникло израненное тело Аз Рафира. Однако лунное затмение неотвратимо приближалось, и оставались до него считанные минуты.

(Стоять, нам только что заявили, что Аз Рафир смог подчинить себе Клинок Принуждения потому, что затмение уже началось. Так переобуваться на ходу вообще законно?)

— У меня есть Клинок Принуждения… — неуверенно начал Айдан, — но я не знаю, как им воспользоваться. Он сросся с моей рукой.

И Надя призвала мощь Каамла Азия, разорвавшего связь между Клинком Принуждения и Айданом. А затем юная чародейка сделала то, что доселе считалось совершенно невозможным; все магические энергии Клинка Принуждения она направила на то, чтобы предотвратить лунное затмение в принципе.

(И конечно же у нашей особенной-особенной все получилось. Дети подростки же тем и живут, что хотя бы раз в жизни делают что-то невозможное. Мне даже интересно, как именно она смогла направить силу, которой никогда не управляла, ещё и воздействуя на луну, тело бога творца? Это такое МС, что у меня просто нет слов)

Демоны, наделившие Аза Рафира невероятным могуществом и обратившие его в лорда Бладкрауна, теперь наказывали своего слугу за неудачу. В заклинательном чертоге возник алый портал, и вырвавшиеся из него щупальца оплели тело чародея, утянув его в Шио.

(Охренеть можно. Мало того что это жалкий плагиат на Ктулху, так еще и ломает об колено логику. Демоны могли в любой момент открыть портал и вмешаться. Я не говорю о том, что бы прислать в Асхан парочку легионов демонов (Хотя почему нет?), но блин, вот точно так же вынянуть шупальце и утащить Клинок Принуждения к себе во время битвы против 5 подростков или сразу после неё, а потом расшатать барьер со своей стороны)

Трагедию удалось предотвратить благодаря невероятным усилиям пятерки юных героев; Пятого Затмения так и не произошло в тот год, и демоны остались в Шио. Анвен стала легендарным следопытом, исходившим Асхан вдоль и поперек. Годрик — лордом Империи Грифона, правой рукой Императора Алексея, а в будущем — его сына, Императора Николоса. Фиона вышла замуж за принца Алексея, став королевой Империи Грифона и матерью Императора Николоса. После свадьбы Фиона не забыла Маркела, что помог ей возродиться и пригласила его ко двору император. Ни Алексей, ни прочие сановники не жаловали Маркела, хотя тот и представлялся всем магом и астрологом, но того это не сильно заботило, некромант пользовался своим положением на полную, создав в центре империи сильную, но тайную секту некромантов с собой во главе. Айдан, все еще питающий лютую ненависть к демонам, присоединился к ордену Драконьих Рыцарей и продолжил противостояние детям Ургаша. Надя и Сайрус поженились, и у них родился Зехир, в будущем — правитель Лиги Серебряных Городов.

(Так закончилась Might and Magic: Clash of Heroes. Ну и херня, скажу я вам. Даже для спин-оффа в стилистике мультфильма для детей школьного возраста — слишком тупой сюжет. За что хочется пожать горло сценаристам из Юбисофт. Закрыв глаза на повествование, чисто по игровому процессу игра не так уж и плоха, забавная идея и хорошая реализация. Да и картинка приятная, как бы я не плевался в мультяшную стилистику и откровенно не похожие на оригиналы скины персонажей (Файдаэн и Маркал передают привет). В целом, опять же, это не удивительно, Capybara Games, студия разработчик имеет солидное портфолио игр на мобилки и ПК, и даже парочку на Xbox. Вроде как игра портировалась на мобилки компанией Tag Games. Я не нашел игры ни в Google Play, ни в App Store, про качество порта ничего сказать не могу. Сейчас в Стиме она стоит 419 рублей, проходится часов за 7, ну 10 если вам тяжело даются головоломки. Пробовать или нет решайте сами, но как часть единого ЛОРа мира, это такая хрень…)

Через некоторое время (нам не известное), Сайрус, уже будучи Архимагом, в союзе с императором Олегом захватывает крепость Сандро, Лоркип, и убивает пустоманта. Узнав об этом, Маркел, что когда-то был учеником Сандро, объявляет архимага своим личным врагом и клянется отомстить.

В 951 году слухи о грядущем вторжении демонов стали больше, чем просто слухами. Как воздух, Империи был необходим союз с Лигой Серебряных Городов в предстоящей войне. Но давние разногласия между двумя народами мешали созданию альянса. Сэр Годрику решил переубедить магов и привлечь их на сторону Империи Грифона. Для этого ему необходимо было отыскать Кулон Мастерства и преподнести его в дар верховному архимагу Сайрусу, что послужило бы знаком примирения между державами. Артефакт обнаружился в подземельях под землями Лиги, прямо под носом у магов. И, даровав Кулон Сайрусу, Годрик заложил тем самым краеугольный камень в основание Серого Альянса.

(Одиночная миссия из Героев пять. Забавно, что в этой мисси и Годрик и Сайрус были уже стариками, когда как 20 лет назад, события Might and Magic: Clash of Heroes, они пацаны лет по 17, ну 20. И как бы Годрик еще туда сюда, может быть, просто поленились перерисовывать иконку из основной компании (еще 20 лет вперед), то Сайрус вызывает вопросы. Согласно ЛОРу сильные маги из людей способны жить около 300 лет. Как бы Первый Маг круга, достаточно силён чтобы прожить столько, или все же не достаточно?)

Пятое Затмение, именуемое «Войной Серого Альянса», как и предыдущие, было предсказано Слепыми Братьями. На сей раз основным полем боя стала пустыня Сахаар, на границе Серебряной Лиги. Демонам противостояли объединенные силы имперских рыцарей, чародеев и эльфов. Дворфы и наги находились слишком далеко от области, в которой велось противостояние, а у орков, темных эльфов и некромантов осталась давняя неприязнь к силам, образовавшим альянс.

(Но почему-то раньше это им не мешало воевать против демонов. А вообще в предыстории конкретно 5 Героев не было древних альянсов и прочего. Есть светлые фракции: Орден Порядка, Лесной Союз, Академия Волшебства, Северные Кланы и темные фракции: Инферно, Некрополис, Лига Теней, Великая Орда. Ну и стандартный заруб свет против тьмы, а в ходе сюжета, все фракции объединяются против демонов. Потому что вы участвуете в искоренении демонопоклоников среди темных эльфов, реорганизуете культ паучихи, объединяете орочьи кланы. Мы во время игры наблюдаем как целые народы меняют политический курс, и сводить все это к банальному «затаили обиду и не пришли» немного странно)

Когда положение демонов казалось безнадежным, они отступили к порталу, ведущему обратно в Шио. Чувствуя, что полная победа над врагом ускользает, Император Алексей IV Грифон приказал рыцарям ворваться в портал в последней попытке покончить с Королем Демонов. Осторожный Аларон, Высокий Король эльфов, не спешил следовать этому порыву, пытаясь изыскать иной способ. Исполненный гордыни Сайрус, верховный архимаг Серебряной Лиги, назвал жест Алексея «глупостью» и отказался последовать за ним. Так, Алексей и множество имперских рыцарей погибли в противостоянии демонам в Шио. Душа Императора была спасена Драконьим Рыцарем Тьеру и заключена в артефакт под названием Сердце Грифона. Ныне Империей правила королева-регент Фиона, а наследником являлся первый и единственный сын Алексея, Николас, шести лет от роду.

Со времени завершения Войны Серого Альянса прошел год. Пограничные города Империи Грифона лежали в руинах, а волшебники Лиги Серебряных Городов все еще подсчитывали свои потери. Эльфы Ироллана были заняты отстройкой разрушенных селений, и король Аларон отослал Оссира, одного из своих лучших полководцев и следопытов, к восточным границам королевства на поиски легендарного артефакта — Слезы Асхи, с помощью которого восстановить города будет гораздо проще.

Несмотря на противостояние со стороны кланов темных эльфов и недобитых демонов, Оссир исполнил повеление сюзерена, отыскав Слезу Асхи для своего народа. Ужасные следы Пятого Затмения стирались на территории Ироллана.

(Одиночная миссия из Героев 5)

Три года спустя после окончания Пятого Затмения, в 954 году эльфы Ироллана во всеуслышанье объявили о празднестве в честь доблестных героев, одержавших победу в этой нелегкой войне. Одним из таковых оказался сер Дугал — рыцарь, служивший под началом Алексея Грифона, и решивший принять участие в состязании по стрельбе. По пути на турнир он столкнулся с отрядом бандитов, преследуя который, неожиданно для себя обнаружил демонов, похитивших лук из рога единорога — главный приз в грядущем турнире. Оказалось, что этих тварей еще достаточно на границе между Империей Грифона и Иролланом, и сер Дугал с удовольствием искоренил демоническое присутствие в регионе, что оказалось куда увлекательнее, нежели участие в турнире.

(Еще одна миссия, на этот раз выбивающаяся из канона. Мы знаем, что Война Серого Альянса произошла в пустыне, на границе между Империей и Лигой Магов. И не понятно откуда тогда демоны на границе между Иролланом и Империей. Лига и Эльфы не имеют общих границ, они разделены землями Империи. Более того, гномы имеют общую границу с Империей и Иролланом, но при этом они якобы находились слишком далеко от боевых действий, чтобы принимать в них участие)

В году 969 случилось шестое лунное затмение, не предсказанное ни в одном календаре, и это событие ввергло в панику Слепых Братьев. Невиданные прежде силы демонов выступили к столице Империи Грифона.

Королева Изабель раздраженно меряла шагами беломраморные покои летнего дворца, внутри у нее все кипело. Умом она понимала, что это вынужденное бегство на задворки Империи для ее же пользы, но сердце отказывалось смириться. Почему все должно было случиться именно так? И в тот самый день, когда она, единственная наследница герцогства Гончей, и он, Император Николас, встали у алтаря, дабы связать себя священными узами брака. Тогда луна затмила собою солнце и ужасающие демоны возникли прямо в имперском дворце, тут же принявшись рвать на части всех присутствовавших на церемонии. К чести Николоса, голову он не потерял, лично зарубил парочку дьяволов, после чего приказал своему дяде, престарелому рыцарю-наставнику Годрику, доставить молодую жену в летний дворец. Где она сейчас и пребывает.

(Это, кстати, забавный ляп. В ролике перед сюжетом нам показывают непосредственно свадьбу Изабель и Николоса. И священник говорит: «леди Изабель, жемчужина Герцогства Грифон». Когда я в первый раз играл, меня на этом моменте несколько переклинило. Император из рода Грифона, жена императора из герцогства Грифона… родственники что ли? Ну на самом деле родственники, но дальние. А Изабель жемчужина Империи Грифон. Не лишенная женственности и привлекательности, Изабель так же обладала достаточно крепким и грациозным телом, в ней легко было узнать воина и Никалосу еще пришлось побороться за руку прекрасной Гончей.

И кстати, забавный факт, на ранних концепт-артах Изабель имела откровенно очень не очень внешность и тогда отдел редактуры Юбисофт сделал наверное первое, и точно последнее доброе дело в истории своего существования, они вставили пистон художнику и купили образ актрисы Кейт Бекинсейл для нового концепт-арта и наказали гемдезайнерам сделать модельку женского персонажа как можно красивее. В 2006 игроделы еще не становились рабами мнения феминисток, которые все равно в игры не играют)

До здешнего захолустья новости из сердца Империи доходят нескоро и несколько обрывочно. Где-то там идут бои с ордами демонов, вновь нашедших путь в Асхан, на передовых сражается ее Николас ради блага Империи, ради счастья Изабель. А сегодня утром настоятельница Беатрис принесла неутешительные известия: города Хардвир и Торнхам пали пред ордами тварей преисподней.

Раз так, нужно действовать, и немедля. Изабель понимала, что Николас никогда не снизойдет до того, чтобы просить о помощи ближайших соседей — магов Серебряной Лиги и эльфов Ироллана, юный Император (22 года) прекрасно помнил, как с полей сражения в Войне Серого Альянса вернулись и эльфийский король Аларон, и архимаг Серебряной Лиги Сайрус. А вот Алексей Грифон умер.

Отправив скрипящего зубами от негодования Годрика в Серебряную Лигу, а Беатрис — в Ироллан, Изабель посчитала своим первейшим долгом поддержать мужа, пусть тот и находится сейчас далеко-далеко. Взяв с собою солдат из гарнизона Белого Утеса, городишки, в котором возведен ее летний дворец, королева Изабель отправилась в окрестные селения и фермы в поисках ополченцев, что составят костяк ее армии.

Встречали царственную особу по-разному. Многие прекрасно сознавали свой долг перед Империей и беспрекословно вливались под знамена Грифона. Иные же, наслушавшись вестей об ужасах, творимых демонами, запирались в собственных амбарах и встречали Изабель вилами да косами. С такими разговор обычно был короток, и головы несчастных украшали их же частоколы. Жестокие времена требуют жестоких решений, а Изабель не могла позволить себе проявить мягкость.

Она продвигалась все дальше на север, и войско ее росло и росло. В Пепельном Лесу отыскался городок, славящийся своими лучниками, лучшими во всей Империи Грифона, а раз так — сама судьба привела королеву Изабель к его вратам.

Но далеко не все дворяне готовы были по первому зову броситься на помощь своему Императору. Многие из них справедливо считали, что в здешнем захолустье карающая длань сюзерена до них не дотянется, а раз так — можно попросту презреть приказ королевы о всеобщей мобилизации, а иной раз и выступить против нее. Судьба подобных шутников была плачевна: Изабель не щадила никого, какие бы мотивы мятежные лорды не приводили в свое оправдание.

Раз за разом войско королевы натыкалось на разрозненные отряды демонических тварей, будь то пузатая мелочь вроде бесов, или адские псы. Что же они делают так далеко на юге? Неужто фронт военных действий уже сместился сюда и не означает ли это, что Николас Грифон терпит поражение? Пребывая во власти мрачных дум, Изабель приказала войску ускорить темп, и двигаться на север с минимальными задержками на ночные привалы.

Но вот отряды демонических отродий, встречавшиеся войску, приняли подобие некой организованности, а местные селяне сообщили королеве, что в округе бесчинствует некий Лорд Демонов по имени Аграил. Изабель нахмурилась: ей уже доводилось слышать об этом сушестве и, надо сказать, мало хорошего. Хитроумный и изощренный в искусстве разрушительной магии, Аграил представал действительно серьезным противником. Но все-таки, что он делает на юге, столь далеко от основных полей сражений?

Жрецы Эльрата посоветовали своей госпоже сперва поднатореть в светлом волшебстве, а уж затем выступать против Аграила, в противном случае шансов у нее, прямо скажем, маловато. К тому же в долинах чуть к северу в изобилии разбросаны монастыри и святыни, посвященные магии света, грех упускать такой шанс. Изабель согласилась с доводами многомудрых старцев, ведь махать мечом — она умела, но что делать против летящего в лицо огненного шара даже не представляла.

Последующие недели королева провела в скрупулезном следовании по предложенному жрецами Эльрата маршруту, в то время как ее войско стояло лагерем. Тут и Беатрис вернулась с обнадеживающими вестями: по ее словам, король Ироллана отправил в помощь Империи Грифона эльфийское воинство под началом Файдаэна, бывшего посла ко двору Императора Николаса, вот только Аграил, пронюхав об этом, двинулся наперехват.

Изабель протрубила общий сбор и повела свое войско, уже далеко не столь смехотворное, каковым казалось в самом начале, на штурм Светлого Леса — города, бывшего центром колдовской и жреческой магии в данном регионе, но ныне захваченного силами Лорда Демонов.

После недолгого штурма город пал, и Изабель двинулась на запад, к границе Ироллана, где и должна была состояться встреча двух армий. Но вместо эльфов королеву приветили несметные силы демонов, в считанные минуты окружившие ее войско и устроившие резню. Ловушка захлопнулась.

Глаза Беатрис вспыхнули алым, и изумленной Изабель предстала не настоятельница церкви света, а коварная демонесса-суккуб.

— Останки Беатрис ныне удобряют почву в ее садике в летнем дворце, — усмехнулась она. Демоны окружили королеву, сковали ей руки да повели к Лорду Аграилу. Последний признал себя в ответе за убийство настоятельницы, свершенное его помощницей Биарой, а также за нынешнюю западню.

— Все дело в том, что Король Демонов лично отдал приказ о твоем пленении, — поделился Аграил с Изабель, — и незамедлительном перемещении в Шио, его вековую тюрьму. Но я сделаю все от меня зависящее, чтобы с тобой ничего не случилось.

Королеву потрясла эта фраза, тихо произнесенная Аграелем, но снедавший душу гнев не оставил места для размышлений, с чего бы это Лорду Демонов проявлять по отношению к ней такую заботу. Войска ее больше нет, ровно как и надежды.

Закончив бойню, демоны повели плененную Изабель прочь, в ночную тьму.

Годрик недоумевал. Как он и ожидал, путешествие в земли Серебряной Лиги оказалось пустой тратой времени: надутый болван Сайрус и слушать его не пожелал. Наверняка имеет зуб на Империю Грифона за что-то, произошедшее во время прошлой войны. Но теперь, по возвращении, рыцарь обнаружил, что Изабель и Беатрис попросту исчезли, отправившись навстречу эльфийской армии.

Методичные поиски и прочесывание региона принесли Годрику положительный результат. Немногочисленные воины, оставленные королевой в Светлом Лесу, поведали рыцарю, что войско демонов движется на север, на воссоединение с основными силами демонической орды. Лазутчики донесли, что в настоящий момент Изабель содержится в темнице города Данмура, в то время как костяк армии Аграила выдвинулся прочь, видимо, получив новые приказы от Кха-Белеха, Короля Демонов.

(И кстати это был первый тонкий момент сюжета. Нафига Аграил оставил Изабель в темнице с минимумом охраны? На первый взгляд косяк, но смотрим дальше)

Раз представляется такая возможность, грех ею не воспользоваться.

Стремительным марш-броском Годрик преодолел расстояние, разделяющее Светлый Лес и Данмур, и без особых усилий взял слабо укрепленный город. Королеву он вызволил, но что теперь? Их потрепанное воинство не сможет оказать серьезного сопротивления армии Аграила, до Николаса Грифона им уже не добраться. Выход один: окопаться в Данмуре и ждать чуда.

В последующие недели демоны Аграила атаковали Данмур с завидной регулярностью. Пока их атаки удавалось отражать, но как долго это продлится? Ряды защитников редели, запасы воды и продовольствия подходили к концу. Единственный довод, которым утешала себя королева — пока силы демонов рассредоточены на два фронта, Николасу хоть немного, но легче сдерживать чудовищный натиск армии вторжения.

Осознав, что иного выхода нет, Изабель приказала Годрику под покровом ночи бежать прочь из осажденного Данмура и пробираться на восток, туда, где проходит линия фронта, где сражается Николас. А когда старый рыцарь с небольшим отрядом выскользнул за городские ворота, горько разрыдалась, проклиная судьбу, уготовившую им столь тягостный жребий.

Несколько дней спустя на дороге, ведущей к городу, показались знамена Империи. Изабель возликовала: Годрик достиг войска, и вместе с Николаем Грифоном спешил ей на выручку! Но все изменилось в одночасье, когда со всех сторон появилась многотысячная армия демонов. В ужасе Изабель наблюдала, стоя на крепостной стене, как сотни архидьяволов обращают в пепел пехотинцев и рыцарей, как несметное число церберов рвет на части грифонов и коней рыцарей.

Они были обмануты! Все, что происходило до этого — ее пленение, освобождение, вялые атаки демонов на Данмур — было подстроено с одной лишь целью: привести Императора Николая прямо в лапы Аграила.

Лидеры двух армий сошлись один на один. Сжав в руке Сердце Грифона — артефакт, в котором пребывала душа его отца, Николас вознамерился было с его помощью уничтожить противостоящего ему Лорда Демонов, но магия реликвии не оказала на Аграила ни малейшего влияния.

— Кто… ты? — изумленно выдохнул Николас.

Сполохи молний вырвались из когтистых лап Аграила, ударили в грудь Императору, отбросив того на десяток шагов назад. Изабель с трудом сдержала рвущийся из груди крик, наблюдая, как погибло войско ее возлюбленного, как демоны, ворча, отправились восвояси, презрительно проигнорировав ее небольшой гарнизон, все еще удерживающий Данмур.

Выбежав на поле брани, Изабель бросилась к умирающему Николаю, подле которого уже хлопотал Годрик. Он пережил и Алексея Грифона, а теперь вот и его сына. Империя обезглавлена, ведь нынешний монарх погибал, не оставив наследника. С последним вздохом Николай Грифон заставил старого рыцаря поклясться, что тот возведет Изабель на трон Империи, пусть даже это и идет вразрез с вековыми канонами.

Подобрав с земли сияющее алым Сердце Грифона, Изабель воззрилась в небеса.

— Эльрат! — с горечью и ненавистью выкрикнула она. — Если уж не слушал раньше, послушай сейчас! Клянусь кровью моего возлюбленного, моей семьи, моего народа — я уничтожу демонические отродья, их Короля… и в первую очередь, эту тварь по имени Аграил!

История Асхана (Герои V часть 2)

Аграил просчитался, и сильно. Отряд Императора Николаса, уничтоженный у стен Данмура, оказался лишь передовым, а подоспевшее вскоре основное войско превзошло все самые смелые ожидания Лорда Демонов. Довольно скоро его силы были наголову разбиты, а сам он бежал, преследуемый Годриком, поставленным королевой Изабель во главе воинства Империи Грифона.

(А вот это уже откровенный ляп. И я не про королеву, что стоит во главе Империи. Аграил наблюдал за Изабель с самого её детства, это 20 лет. И за все это время, находясь подле наследницы герцога и невесты императора он не смог толком оценить размер армии? Ну знаете той самой армии, что уже несколько месяцев сражается с демонами, несет потери и сдаёт города. При этом Аграил позиционируется чуть ли не как главнокомандующий армии демонов, а значит это он воевал с армией людей… размеры которой не мог себе представить.

Не знаю, в чем дело, но вообще вторая и третья компании ванильных Героев 5 были для меня своеобразным порогом, об них я споткнулся в первом прохождении и бросил игру почти на два года. Позже, все же сжав мышку в кулак, я откровенно домучил эти компании, чтобы окунуться в дальнейший сюжет. Так что учитывайте, я могу быть крайне предвзят… ну, больше обычного)

У Аграила сложилось сложная ситуация: каким-то образом ему нужно было добраться до Шио, и даже если ему это удасться, сомнительно, что Король Демонов снисходительно отнесется к столь явной неудаче своего вассала, в лучшем случае просто утопит в лавовом озерце. А еще войско Годрика наступает на пятки.

Аграил с Биарой осторожно пробирались по землям Империи, а за ними тащились жалкие остатки демонического войска. И все-таки погоню удалось оставить позади, и Шио, тюрьма/царствие демонов, неотвратимо приближалось. Достигнув земель, на которые простиралась власть Кха-Белеха, Аграил немедленно приступил к вербовке демонических тварей с целью скорейшего пополнения своего разбитого воинства.

(Земля под властью демонов. Даже интересно как бы сценаристы это оправдали в свете всей той предыстории, что они выкатили в 6 части? И отмазка «эти земли империи, захваченные демонами» не канает, ведь Аграил находиться недалеко от Шио, буквально у врат)

Но вот чего Лорд Демонов никак не ожидал, так на самых подступах к Шио встретить Эразиала, одного из туповатых и исполнительных приближенных Короля Демонов. И более того, этот цепной пес навязал ему бой!

Аграил одолел Эразиала и его войско, однако случившееся заставило его насторожиться. Наверняка Кха-Белех подозревает о его свободомыслии, ведь основное отличие Аргаила от собратьев состояло в наличии аналитического ума и непомерных амбиций.

(Сейчас кажется, что тут написана какая-то хрень, но первоначально предыстория Аграила не подразумевала память о бытности не демоном, и каких-бы то не было планов Кха-Белеха по контролю одного конкретного разумного (я почти уверен, что все знают, кто такой Аграил, но все же, вдруг кто-то не знает, а потому «без спойлеров»))

И теперь, волей Короля Демонов, другие Лорды Демонов считают Аграила предателем. И не потому, что он совершил нечто преступное, а только собирается совершить.

(Странная ситуация. То есть Аграилу не обязательно было приводить Изабель? Или все же его ждет наказание за провал миссии, а не некий «возможный в будущем проступок»? Это достаточно важный вопрос, ведь в предыдущей компании был неоднозначный момент, заключение Изабель в тюрьму под Данмуром. Это была просто глупость или, как предполагала Изабель, ловушка для Николаса? Судя по рассуждениям Аграила он сделал все правильно, но дал себя заподозрить в свободомыслии, за что его собираются казнить (привет 6 части, где демоны полноценно бессмертны и умереть не могут в принципе).

Ну вы же знаете этих злобных демонов, почему бы не казнить могучего мага и гениального стратега, который выполнил поставленную задачу нестандартно?)

Как поделился Аграил с Биарой, целью его амбиций был трон Шио. Он собирался воспользоваться текущей войной, чтобы сместить Кха-Белеха. Суккуб опешила было от столь безумных притязаний, но, поразмыслив, решила поддержать своего господина, ибо желала во что бы то ни стало оказаться на стороне победителя.

(Передавать очередной привет 6 части не буду, но таких ляпов и несостыковок «старого канона» с «новым» будет еще много. Интересно как все это заметил Кха-Белех? То есть личная служанка-суккуба не заметила притязаний Аграила, ей пришлось все объяснять, а вот Король Демонов не иначе как задницей почуял угрозу своей власти и решил превентивно устранить конкурента)

Осознав, что путь в Шио ему заказан, Аграил двинулся назад, в сердце Империи Грифона. Для начала он собирался навестить одну из самых укрепленных человеческих цитаделей — Зал Героев, где вместе с Никаласом похоронили знаменитое Сердце Грифона. А, завладев артефактом, Аграил готов был обратить его против собратьев, уничтожив верных вассалов Короля Демонов, а затем и его самого впридачу.

(О том как артефакт будет действовать на его приближённых и войско скромно умалчивается)

Проведав о планах мятежного лорда, Кха-Белех отрядил к Залу Героев одного из своих наиболее могущественных воинов, Вайера, приказав ему опередить Аграила и привезти Сердце Грифона в Шио. Сейчас, когда Империя лишилась монарха и пребывает в смуте, сделать это стало возможным.

(И снова, как демон, который еще уязвим к силе Сердца, в отличии от Аграила, сможет принести это сердце в Шио?)

Два демонических войска в считанные минуты уничтожили гарнизон, поставленный для охраны Зала Героев, после чего схватились между собой, в то время как их лидеры — Аграил и Вайер, бросились внутрь мавзолея, чтобы заполучить вожделенный артефакт. Аграил оказался быстрее: схватив Сердце Грифона с каменного саркофага, в котором покоилось тело Императора Николаса, демон направил всю магию реликвии на Вайера, в мгновение ока испепелив того.

(Совсем недавно армия Империи, потеряв передовой отряд вместе с Императором просто порвала армию вторжения демонов. После этого один предатель-отщепенец и один верный Королю Лорд проходят в самое сердце Империи и уничтожают гарнизон самой укрепленной крепости Империи. Либо у демонов есть крутая стелс-пехота, что вообще незаметно пробралась в самое сердце территории людей и вырезала всего лишь гарнизон крепости-усыпальницы. Либо вся имперская армия, что разгромила демоническую орду, как-то кончилась во время погони за Аграилом.

Кстати, именно под конец этой миссии я бросил игру в первый раз, о чем очень жалею, ведь в конце была крайне занимательная кат-сцена)

— Ну и кто у нас здесь балуется? — послышался голос, и в погребальном покое возникла призрачная фигура эльфа. — Демон?.. Но как ты смог прикоснуться… хотя… Тебя ведь зовут Аграил, не так ли?

— А кто ты? — задал встречный вопрос Аграил, которому очень уж не нравились всякого рода магические иллюзии.

— Тиеру, — ответил эльф.

Это имя было хорошо знакомо мятежному Лорду Демонов, Кха-Белех не раз поминал этого Эльфа недобрым словом. Но теперь, похоже, цели двух столь непохожих разумных совпадали, ибо каждый из них стремился покончить с Королем Демонов. Правда Тиеру упомянул, что грядет куда более страшная напасть, Темный Мессия, мощь которого многократно превзойдет силы Кха-Белеха. Вот только дальше говорить об этом Тиеру не пожелал, пригласив Аграеля к себе в гости, дабы мирно побеседовать «во плоти».

Конечно, достигнуть островка в море Ирисус, где обитает Тиеру, непросто, ведь путь туда лежит прямиком через Ироллан, а эльфы вряд ли обрадуются визиту Демона, какие бы аргументы в свою защиту тот не привел. Но Аграилу выбирать не приходилось, от сородичей он отвернулся сам, королева Изабель готова стереть его в порошок за убийство Николая. Выход один — принять приглашение Тиеру да посмотреть, какую выгоду он сможет извлечь из подобного союза.

Эльфы были шокированы при виде виде Лорда Демонов, что пересек их границу, и стремительно продвигался внутрь страны. Эльфийский герой Гилраэн решил выступить против Аграила, потребовав немедленно убраться обратно. Демон попытался было объяснить, что спешит на встречу с Тиеру, но эльф и слушать не пожелал.

— Какой еще Тиеру? Он — всего лишь легенда! — Аграил лишь пожал плечами, если эльфы не желают слушать — это их дело, и отдал приказ атаковать.

Самого Гилраэна он пощадил, но вот эльфийское воинство было истреблено полностью. Аграил вообще не жаловал эльфов, считая их сплошь поэтами и флористами, но уж никак не воинами. К тому же они сами встать между ним и его Целью, а это непростительно. Сами потом «спасибо» скажут, когда он избавит мир от Темного Мессии, о котором говорил Тиеру.

Вести о безобразиях, творящихся в его королевстве, скоро дошли до короля Аларона. Сперва он даже не поверил своим ушам, что за новости, один Лорд Демонов оторвался от армии Кха-Белеха, все еще воюющей с Империей Грифона, и развлекается здесь, в Ироллане?

(И это еще один косяк. Ведь в начале нам объявили, что армию демонов разгромили. Да было уточнение, что разгромили конкретно армию Аграила, но именно его называли командующим армии Демонов, плюс на помощь Изабель была брошена огромная армия, один только передовой отряд которой Аграил принял за полноценное войско. И сценаристы что, на серьезных щах утверждают, что это было не все войско империи, а только один корпус, в то время как другие воевали где-то там с другими Лордами демонов?)

Но Аграилу было не до веселья, так как эльфы наконец сумели организовать сносную оборону. Потому Аграил подгонял свое воинство, чтобы в кратчайшие сроки добраться до портового города Эревеля, а уж оттуда пуститься в плавание к острову Драконьего Тумана, где предположительно и состоится встреча с Тиеру.

Лорд Демонов сильно удивился, когда, миновав хорошо укрепленные эльфийские гарнизоны и добравшись наконец до Эревеля, увидел воинский лагерь, над которым колыхались штандарты королевской семьи Ироллана.

Но кое в чем монарх недооценил противника. Полагая, что перевес в численности войска поможет ему одолеть Аграила, он совершенно позабыл о выдающихся магических и тактических способностях Лорда Демонов. Эревель был взят. Сильно потрепанные силы Аларона отступили и в бессильной ярости наблюдали, как отряды демонов деловито грузятся на захваченные корабли.

Остров Драконьего Тумана именовался так не зря, серая дымка окутывала его круглый год, сводя на нет всю видимость в прибрежных водах. Магический Туман, не иначе. Обычно моряки не отваживались подходить близко к острову — того и гляди, сядешь на риф. Зная все это, Аграил, тем не менее, отдал приказ держать курс на серое марево, все равно назад для него пути уже не было — только вперед.

Пробираясь сквозь туман, корабль Аграила наткнулся на письмо в бутылке, блуждающее по волнам. Лорд демонов приказал выловить его, но смыл письма так и не смог понять: «Ад не имеет такой ярости, как униженная женщина!».

(Эта бутылка просто валяется на карте, и честно сказать, в первое прохождение я сразу не понял, что это и быстро про неё забыл. Зато во втором прохождении долго смеялся от такой отсылки)

На одном из самых неприметных островков архипелага и отыскалась хижина Тиеру. Хозяин стоял на берегу и, скрестив руки на груди, наблюдал за прибытием флота Аграила. Разговор им предстоял серьезный.

Тиеру был настолько опытным, что угадывать мысли своих собеседников, но заглянуть в их сердце, в саму суть и самые потаённые желания, ему было не дано. Потому сначала он спросил Аграила, почему тот предал Короля Демонов и всеми силами стремится поддержать Изабель, а вместе с ней — и Империю Грифона в нынешней войне. Аграель сконфузился и пробормотал:

— Ну… Изабель…

Тиеру даже развеселился от услышанного. Вот уже 200 лет он верно служит Асхе, Драконице Порядка, просчитывает возможные расстановки сил в этом мире и старается учитывать все факторы… но не подумал о самом простом! Это ж надо — демон полюбил человека!

— По приказу Кха-Белеха, я начал следить за ней, когда она была еще совсем маленькой, — пророкотал Аграил, решив довериться стоящему перед ним эльфу, ибо в этом мире у него не было других союзников. — Не знаю, зачем… Быть может, Король Демонов предвидел, что когда-нибудь она взойдет на трон Империи Грифона, и…

— Не думаю, — перебил его Тиеру. — Тут что-то другое…

— Хватит об Изабель! — вспылил Аграил. — Что ты там говорил о Темном Мессии?

— О, это давнишняя мечта Кха-Белеха, — отозвался Тиеру. — Создать полу-человека, полу-демона. С одной стороны, полукровка будет владеть магией Ургаша, с другой — получит возможность беспрепятственно пребывать в мире смертных.

По итогу разговора Аграил разрешил Тьеру провести над ним Ритуал Истинной Природы, который очистит его от темной магии Кха-Белеха, изменит облик и дарует свободу. Но стоило эльфу начать читать заклинание, как на него напала суккуб Биара, что желала защитить своего господина от волшебства странного эльфа. Аграил не мог позволить ей вмешаться: магией Сердца Грифона он в мгновение ока обратил верную демонессу в ничто.

— Поосторожней ты с ней, — дружески посоветовал ему Тиеру. — При следующей встрече не поворачивайся спиной.

— Какой еще встрече? — не понял Аграель. — Я же только что убил ее.

Тиеру лишь покачал головой:

— Уж я то знаю, как работает Сердце Грифона. Оно не убивает демонов, а лишь отправляет их обратно в Шио.

Аграель лишился дара речи.

— Значит, все демоны, убитые Николасом с помощью Сердца… — начал он.

-…просто вернулись в домой, — кивнул Тиеру.

(Судя по всему именно из концепции Сердца Грифона выросло представленная в Героях 6 мысль, что демоны в принципе бессмертным и постоянно возрождаются в Шио. В Героях 5 демоны вполне себе смертны. Искренне надеюсь, что это именно развитие мысли и переработка мира, а не просто новая команда, которая не смогла понять сюжет предыдущей части и состряпала «по мотивам» что-то своё)

Маркел вел за собою воинство нежити по направлению к границам Империи Грифона. Когда-то он был придворным астрологом в Талонгарде и главным советником королевы Фионы, но стоило лишь ей с миром упокоиться, как его тут же изгнали с имперских земель. Не просто так, конечно, Маркел умудрился основать культ последователей смерти на священных землях и со временем привлек к себе пристальное внимание церкви Света. Пусть прямых улик против него не было, его все же поспешили выселить на границу Империи Грифона с Лигой Серебряных Городов, в надежде, что маги присмотрят за подозрительным собратом.

В мире разрасталась смута, и имеет смысл попытаться реализовать свои потаенные цели. Изабель метит на престол Империи Грифона, но добрая половина дворян, а также церковь в лице архиепископа Рандалла, против этого — по их мнению, на трон должен взойти юный кузен Николаса, Андрей.

Маркел недобро усмехнулся: конечно же, а «верные дворяне» будут с радостью исполнять при пареньке роли «верных» наставников и советников. Так или иначе, некромант твердо решил нанести визит вежливости леди Изабель, с предложением, от которого молодой вдове будет трудно отказаться.

Вот только колдуны Серебряной Лиги, старые враги некромантов, постарались и здесь, оккупировав Каньон Погребенных Заживо, лежащий на пути войска Маркела. Тщательно скрываясь от вражеских патрулей, старый некромант одним ночным марш-броском пересек каньон и, проведя свою армию подземными путями под бурной рекою, знаменующей границу людского государства, вновь явился миру уже за пределами приграничной территории.

В Империи бушевала гражданская война, и это несмотря на все еще явную угрозу со стороны демонов Шио. Некромант покачал головой, как же эти аристократы все-таки глупы! Нет, чтобы сплотиться перед лицом общего врага, так они продолжают решать свои мелочные дрязги! Впрочем, ему это только на руку.

Герцог Дункан Олень, на земли которого и вторгся Маркел, в открытую выступал против Изабель, и многие дворяне помельче встали за его спиною. Что ж, если убрать этого мятежника с пути будущей королевы Империи, она наверняка отметит это деяние, и некроманту будет куда легче втереться к ней в доверие.

Маркел несказанно удивился, когда в разгар осады замка герцога его силами нежити призраки-лазутчики заприметили еще одно воинство, движущееся по направлению к ним. И вели его никто иные, как королева Изабель и Годрик, брат покойной Фионы. Маркел не мог поверить в свою удачу, и, лишь армии Империи приблизились, выехал вперед, дабы лично приветствовать королеву.

Представившись бывшим придворным магом Талонгарда, Маркал в открытую заявил Изабель, что желает воскресить Николая Грифона, ибо лишь его дух, возвращенный из чертогов Эльрата, сможет спасти раздробленную Империю. Но для этого ему требуются четыре артефакта, украденные этим надутым козлом Сайрусом, верховным магом городов Серебряной Лиги.

Изабель не спешила принимать предложение хитроумного некроманта, понимая, что слову его верить просто глупо. К тому же Годрик немало успел поведать ей о преступных деяниях Маркела, когда тот еще пребывал при имперском дворе. Союз с некромантами означает для Империи верную войну с магами, а если учесть еще и угрозу со стороны демонов… Но разве эти самые маги не отправили Годрика восвояси, когда тот обратился к ним за помощью, разве Сайрус не рассмеялся ему в лицо? Маги — безбожники, они не поклоняются ни одному из великих Драконов, а все потому, что наверняка возомнили богами самих себя.

Изабель нелегко далось это решение, но ради воскрешения Николаса она была готова пожертвовать куда большим. И Изабель дала свое согласие на альянс, заметив, впрочем, что перережет некроманту глотку при малейшем намеке на предательство с его стороны. Маркал усердно закивал, тряся бороденкой: ну какое может быть недоверие между ними? Ведь матушка Николаса, королева Фиона, всецело ему доверяла.

— А сразу же после ее смерти я вышвырнул тебя из дворца, — добавил Годрик, буравя некроманта ненавидящим взглядом. — С благословения Николаса, кстати.

Проигнорировав реплику и втайне радуясь, что его отнюдь не великое воинство теперь усилено солдатами Империи, некромант изложил следующий этап своего замысла. Сведения о необходимых для ритуала воскрешения артефактах он намеревался почерпнуть в Крепости Преданий, старом оплоте некромантов в Империи. Вот только цитадель давным-давно разрушена фанатиками-рыцарями по приказу Императора Олега, а библиотеки ее перешли в ведение колдунов Серебряной Лиги, которые пребывают там и по сей день.

(Крепость некромантов разрушили, но сохранили библиотеку… книги понадобились магам, но они не вывезли библиотеку, а заняли разрушенную крепость… Какого Хрена?)

Не нравилось, ох как не нравилось Годрику бросать вызов столь могучему соседу, тем более в такой час, но, будучи верным рыцарем, он подчинился решению своей госпожи и вместе с богоотвратной нежитью устремился по направлению к Крепости Преданий, черные руины которой возвышались на самой границе вотчины магов.

Старательно минуя патрули волшебных существ, как то джиннов, титанов или горгулий, два войска — живое и мертвое — скоро достигли цели. Уничтожив колдунов, хранивших Крепость Преданий от посягательств ее бывших владельцев, герои Империи позволили Маркелу провести необходимые исследования и ритуалы.

Нельзя сказать, чтобы некромант остался доволен результатами. Маркел выяснил, что Сайрус умудрился разделить столь необходимый ему Плащ Вампира на четыре части, и воссоздал его в виде иных реликвий: Амулета Некромантии, Посоха Иномирья, Плаща Тени Смерти и Кольца Неотвратимости. Каждую из них архимаг-властитель оставил на сохранение своим вассалам, а значит, дабы получить их все-таки придется открыто вторгнуться на земли Серебряной Лиги. И, если им улыбнется удача, королева Изабель получит назад своего Николаса, а он, Маркел, осуществит давно лелеемую месть помпезным чародеям. Уж он-то сполна расквитается за все.

Так началось вторжение, и для Империи Грифона открылся новый фронт военных действий. Маги не ожидали подобной наглости и глупости от леди Изабель, и вообще сперва посчитали это чей-то провокацией. Но вот пала первая из приграничных крепостей Лиги, Хикм, и владыка Сайрус сообразил, что дело может оказаться гораздо серьезнее, чем полагают многие из его советников. Тем более, настойчивые слухи об объединении королевы с некромантами оптимизма не внушали, хоть и были по существу совершенно абсурдны. Ну зачем, скажите на милость, праведной дочери Эльрата марать себя связями с презираемыми всеми культистами, тем более в свете гражданской войны?

Но факты оставались фактами, и в течение последующих недель пали еще несколько городов Серебряной Лиги — Зияд, Бахия. Маги были в ярости, нежить, столь ненавистная им, сейчас свободно разгуливала по их собственным пустынным владениям.

Три из четырех артефактов, необходимых для восстановления Плаща Вампира, уже были в руках Маркала. Кольцо Неотвратимости свято хранилось в Аль-Сафире, столице Серебряной Лиги, под надзором самого властителя Сайруса, и именно туда двигалась объединенная армия Империи Грифона и Маркела. Даже отборное эльфийское воинство, посланное королем Алароном в помощь Серебряной Лиге, не спасло положение: иролланцы полегли все до единого пред ужасающей мощью нежити, ибо войско Маркела все росло и росло — некромант не ленился после сражений «поднимать» трупы, пополняя тем самым ряды своей армии.

Изабель же мысленно молила о прощении Эльрата, ибо видела, как их нечестивый союз уносит сотни жизней добрых солдат, и задавалась вопросом, а стоит ли воскрешение Николаса этого. Стоит ли целостность Империи Грифона тех жертв, которые несут народы сопредельных держав? И признают ли ее своей королевой те простые люди, ради которых она стремится отстоять престол, если проведают о союзах, заключаемых ею?

(Довольно странные мысли для государственного деятеля. Когда это политики беспокоились о сопутствующих жертвах. Но с другой стороны в Изабель все же хочется верить. Они не была политиком и не воспитывалась в нужном ключе. Её растили как будущую жену, что должна быть при муже. Она сама впитала в себя дух романтического рыцарства, такого, каким его показывают в книжках и на турнирах. Так что романтическая дурь, вкупе с сомнения в своей правоте кажутся вполне реалистичными)

Маркел тем временем веселился от души, силой Посоха Иномирья обращая процветающие Серебряные Города в жуткие некрополи. Его многотысячное войско осадило столицу Серебряной Лиги, Аль-Сафир, но Сайрус, прихватив Кольцо Неотвратимости, сумел вырваться из окружения и улизнуть.

Взбешенный, Маркал бросился в погоню, ведь отчасти всю эту авантюру он затеял, дабы поквитаться со старым врагом, который некогда ввел войска в Эреш и прикончил Сандро, его наставника.

С помощью Кольца Неотвратимости Сайрус создал небольшой пласт реальности, в которым попытался укрыться, но тщетно — оставив Годрика и Изабель штурмовать Аль-Сафир, Маркел последовал за ним. Зов мести превзошел доводы рассудка, ведь некромант знал, что сражаться ему придется во враждебной реальности, где властитель-архимаг — бог и судья.

Сайрус хорошо постарался, когда создавал свой небольшой мирок, населив его сотнями волшебных созданий. Практически безостановочно армии Маркела противостояли гремлины, джинны и колдуны, встречались и могучие титаны — вершина творческой мысли заклинателей Серебряной Лиги.

Но ни колдовство, ни легионы солдат не уберегли Сайруса от карающей руки судьбы, некроманту удалось взять и артефакт и жизнь старого врага. Теперь некроманту предостоял долгий путь в Зал Героев, где, как он сообщил королеве, будет совершен Ритуал Ночи, сотворен Плащ Вампира и возрожден Император Николас Грифон. Вне себя от счастья, Изабель последовала за Маркелом, однако Годрик наотрез воспротивился и дальше слепо исполнять волю своей госпожи. Он обвинил королеву в том, что она также попала под чары некроманта, как и его покойная сестра, леди Фиона. И что же они творят ради воскрешения павшего монарха, в возможности которого он, Годрик, сильно сомневается: вторглись за земли былых союзников, уничтожили правителя Серебряной Лиги. Неужто одна-единственная жизнь стоит столь многих, ведь тысячи воинов с обоих сторон уже сложили головы, а сколько еще погибнет, буде маги решат нанести ответный удар?

(А вот в это я уже с трудом верю. После войны серого Альянса, когда умер отец Николаса с магами и эльфами в принципе были натянутые отношения. Да, Алекс погиб по собственной дурости и горячности, решил нанести демонам ответный удар, но, как говорится, «осадочек остался». Более того, маги отказались помогать империи во время вторжения демонов, так что о союзнических отношениях говорить не приходится. Ну и опасаться ответного удара от тех, кого вы буквально только что раскатали как бог камбалу… м-да)

Но Изабель оставалась глуха к его доводам и Годрик, забрав с собою Амулет Некромантии, оставил лагерь королевы и укрепился в цитадели Хикм; многие, очень многие войны последовали за старым рыцарем. Узнав о предательстве своего верного полководца, Изабель пришла в ярость, понимая, что с оставшимися силами Хикм не взять, а без Амулета Некромантии надежды на воскрешение любимого весьма призрачны. Но и здесь Маркел нашел выход: припомнив, что у Годрика есть горячо любимая дочь, Фрида, также избравшая для себя рыцарскую стезю, некромант предложил королеве взять девушку в заложники, а уж папаша ее, вне всякого сомнения, придет за ней сам. И Изабель сразу же согласилась на предложенный план, даже не озаботившись осознать, как резко подорвет подобным доверие и уважение у солдат Империи Грифона.

Впрочем, Маркел засомневался, что Годрик явится за дочерью, уж скорее принесет в жертву ее жизнь ради сотен простых жителей Империи Грифона. «Рыцарь» до мозга костей! Поэтому Маркел, собрав несметное воинство мертвецов, решился на открытый штурм оплота Годрика. К последнему примкнули и немногочисленные выжившие силы магов, и дезертиры из войска Изабель.

Осада прошла тяжело, но второй раз за последние месяцы цитадель Хикм пала пред натиском нежити некроманта, в чем очень помогли крылья, отнятые у убитых Маркелом архангелов. Изабель приказала заковать рыцаря-предателя в цепи, хотя Маркал и настаивал на немедленной казни.

— Я не могу, — покачала головой Изабель. — Годрик верой и правдой служил Империи много лет…

— Что ж, как бы ты потом не пожалела, что сохранила ему жизнь, — прошипел некромант.

И союзное войско Империи Грифона и Маркела снялось с лагеря в Крепости Преданий, что на границе земель разоренной Серебряной Лиги, и скорым маршем двинулось к Залу Героев. Ритуал был подготовлен, вот только Николас не обрадовался своему воскрешению.

— Что ты наделала?! — Воскликнул поднятый в виде высшего вампира умерший Император. — Я сидел в залах Эльтара, вместе со своими предками, вне времени и пространства. А меня вырвали оттуда, как нерожденного младенца вырвали из чрева матери. Теперь я не могу вернуться! Я проклят! Моя душа проклята!

(Надо сказать, что как окончание кампании за лживого некроманта, преследующего свои цели такой финал был ожидаем. В чем-то он мне даже понравился, в том смысле, что я бы разочаровался, если бы после всей той фигни, что пришлось сделать в течении пяти миссий за некромантов, все закончилось бы хорошо.

С другой стороны, такой финал оставляет вопросы. Превращения в вампира через артефакты, а не путем длительного ритуала с ядом Намтару я уже касался. Хотя по идее, должен быть еще какой-то способ без помощи Плаща Вампира, который заново собрал Маркел, ведь в войске последнего были вампиры. Память о пребывании в загробном мире также очень интересная тема, никак не освященная в последующих частях. Та же Анастасия была мертва и воскрешена Светланой. Ну и самое главное — это проклятие души. Вся концепция некромантов, как служителей Асхи, дракона порядка, разбивается о проклятие души, которое можно тупо почувствовать)

Народ темных эльфов, после Войны Горького Пепла редко показывающийся на поверхности и пребывающий по своему обыкновению в глубоких подземельях, оставаясь в стороне от пожара войны, распространяющегося по Асхану, ибо хватало у них и собственных проблем. Не так давно упокоился вождь клана Заклейменных Тенью, одного из трех великих кланов Темных Эльфов, и ныне на пустующий трон претендуют сразу несколько лордов-чернокнижников.

(В предыстории это клан Соршана, что приютил у себя Раилага когда тот отказался от собственного клана)

Следуя установленным правилам престолонаследия, они должны заявить о себе Хранительницам Закона, после чего — схлестнуться в сражении друг с другом. Сильнейший, с благословения Хранительниц и Малассы, встанет во главе клана.

Одним из претендентов стал Раилаг. Никто не знал о его прошлом, этот эльф даже не принадлежал к клану Заклейменных Тенью. Но закон позволял принимать участие в грядущем турнире всем желающим лордам, без исключений.

Раилаг одолел всех противостоящих ему кандидатов, приведя с собою несметное воинство, включавшее в себя как убийц и ведьм из темных эльфов, так и обитателей глубоких подземелий Асхана — гидр, минотавров, ящеров… даже черных драконов! А, получив кольцо Заклейменного Тенью, подтверждающего его нынешний статус вождя, он вернулся к Хранительницам Закона, чтобы попросить их мудрого совета. Раилаг желал, ни много, ни мало, объединить разрозненные кланы Игг-Чолла в сильную единую державу, так как понимал, что хаос нынешней войны неизбежно докатится и до них. Вот только его взгляды мало кто разделял: вожди иных кланов видели в Раилаге лишь еще одного выскочку, нарушающего устои их бытия, с которым не помешает поскорее разделаться.

Даже Хранительницы Мудрости не смогли помочь Раилагу, посоветовав ему обратиться к мудрой Малсаре, дочери самой Малассы, Драконицы Тьмы. И герой отправился в путь, стремясь в извилистых подземных коридорах отыскать логово той, которую более разумные обитатели глубин стараются обходить стороной.

Малсара, гигантская черная драконица, удивилась визиту темного эльфа, мигом распознав в нем опасные амбиции и тягу к знаниям. Но вот страха не ощутила вовсе, посему несколько озадачилась и разозлилась.

— Не боишься? — прошипела она.

— Я преклоняюсь пред тобою, — покачал головой Раелаг. — Но не боюсь ничего на этом свете.

— О, настанет день… — усмехнулась мудрая драконица, — когда ты испугаешься того, кого любишь больше всего на свете. Но сейчас иди, герой, ступай с моим благословением! Отыщи одну из Слез Асхи, которые она пролила столетия назад, когда Сар-Элам отдал свою жизнь, и Асха изгнала родного брата, Ургаша. Клан твой и город, построенный вокруг этой реликвии, будет лишь процветать и расти. Объедини же кланы, порази своих врагов, и нашепчи мне их знания, их тайны. Ступай!

(Ржу не могу. В предыстории Асха плакала после войны Творения, а тут оказывается, что все же после Огненной Войны)

Воодушевленный, Раилаг покинул Малсару, прекрасно сознавая каков будет его следующий шаг. С помощью магии Слезы Асхи его народ воздвигнет в Вирбете, столице клана Заклейменных Тенью, огромную статую, посвященную Малассе, Матери Тьмы.

(Забавно, что выглядеть она будет как темная эльфийка)

Долгие месяцы, последовавшие за этим, Раилаг и его подчиненные искали любые сведения, что помогли бы им узнать место захоронения Слезы Асхи. Они сунулись и в глубочайшие подземелья, и в зеленые долины и густые чащобы, но выяснили лишь то, что реликвия сокрыта на территории соседнего клана Осколка Тьмы. Предводитель этого уж давно косо глядел на амбициозных соседей и мог атаковать в любую минуту. Раилаг решил нанести упреждающий удар: в один прекрасный день он пересек границу земель клана Осколка Тьмы, беря под контроль их города, в то время как его подчиненные все время проводили в неустанных поисках Слезы Асхи.

Оправившись от шока, темные эльфы Осколка Тьмы немедленно выслали послов к вождю клана Шрама Души, их ближайшего союзника. Но Раилаг был не готов вести военные действия сразу на два фронта, посему выставил патрули на всех дорогах, трактах и тропках, ведущих в земли клана Шрама Души, искренне надеясь, что ни одна живая душа не проскользнет незамеченной мимо них.

Тем временем самого Раилага почтила своим визитом Шадия, бывшая некогда принцессой Шрама Души, но изгнанная после того, как вождем клана стал эльф из семьи, враждебной ее собственной. Теперь Шадия, вольная искательница приключений, предлагала Раилагу свои услуги, ибо в совершенстве владела и ядом, и кинжалом. Понимая, что принцесса лишь хочет занять свое законное место во главе клана Шрама Души, Раилаг принял ее предложение, для Шадии у него было припасено особое, исключительно важное задание.

Между тем все города и селения клана Осколка Тьмы перешли под контроль Раилага. Более того, поиски Слезы Асхи увенчались успехом, и совсем скоро на центральной площади Вирбета красовалась исполинская скульптура Матери Тьмы! Единственный шаг оставался Раилагу до полной и безоговорочной победы, одно лишь препятствие на пути объединения кланов Игг-Чолла в единое государство. Клан Шрама Души, не уступающий по силам Заклейменным Тенью, наотрез отказался капитулировать пред Раелагом.

Проведав, что его противники заключили союз с Лордами Демонов, Раилаг пришел в неописуемую ярость. Выслушав Раилага, Хранительницы Закона полностью согласились с ним: клан Шрама Души должен быть уничтожен, пока они не распространили культ демонов среди других кланов темных эльфов.

Кампания против клана Шрама Души оказалась весьма непростой для Раилага, так как бои приходилось вести в настоящем лабиринте пещер. К тому же, в них все время норовили сунуться Лорды Демонов со своими войсками, наверняка призванные на подмогу союзникам. Оставив Шадию сдерживать их натиск, Раилаг вплотную занялся искоренением ненавистного клана.

Один за другим, замки Шрама Души капитулировали перед его войском; и вот, наконец, последний, оплот вождя клана.

— Постой! Я же знаю тебя! — в изумлении вскричал тот, когда Раелаг и Шадия в окружении нескольких десятков стражников прошествовали в тронный зал.

— Молчать! — взревел Раелаг. — Где Пылающее Зеркало? Или скажешь, или у тебя будет вечность, заполненная страшными недугами, но смерть так и не придет к тебе.

Зная, что Раелаг вполне способен осуществить эту угрозу, несчастный вождь указал, где он спрятал древний артефакт, и Раелаг даровал ему быструю смерть.

— Ты многое знаешь о демонах, — искоса взглянула на него Шадия, когда они скорым шагом направлялись к тайному покою.

— Был когда-то одним из них, — ответил Раилаг, больше ничего не добавив к сказанному.

(Вообще забавно, что в среде фанатов истинную личность Раилага принято считать страшным спойлером. Типа сценаристы старательно (и неумело) пытались скрыть его прошлое, даже прямым текстом написали в биографии героя, что его прошлое покрыто тайной. Но глядя на такие вот вставочки, мне кажется, что нас чуть ли не носом тыкают в «страшную тайну»)

Пылающее Зеркало — артефакт, показывающий то место, о котором его попросят. В данный момент Раелаг приказал реликвии продемонстрировать ему во всей красе тронный зал Шио. Он увидел Короля Демонов и Лорда Вайера, склонившегося пред ним.

— Ты сейчас же пойдешь и приведешь ко мне королеву Империи Грифона, — приказал Кха-Белех, на что Веер неуверенно отвечал:

— Но, мой повелитель, они отвернулись от света Эльрата, и теперь основу войска Империи составляют костяные драконы!

(То есть с нежитью демонам справиться сложнее, чем с ангелами и магами света?)

Раилаг задумчиво кивнул: он услышал как раз то, что хотел. Теперь армия Вайера наверняка двинется наперерез войску Изабель, и у него остается совсем немного времени, чтобы предотвратить пленение королевы. Самый скорый путь от Игг-Чолла до Шио проходит через огромный подземный лабиринт. Раелаг приказал своим лейтенантам трубить сбор и выступать немедля.

Неизвестно, какой безумный маг создал этот лабиринт, но он не поленился наводнить его порталами, соединяющими пещеры, и населить разномастными монстрами — как волшебными конструктами, так и отвратной нежитью. Не одну неделю провели здесь Раилаг и Шадия.

Но, вот, наконец, подземелье осталось позади, и глазам наших героев предстала выжженная пустошь Шио. Вайер собирался перехватить Изабель где-то ра границе этой пустоши с Империей Грифона.

(И снова, у нас есть некая конкретная земля демонов. Причем в этот раз уже без двойных толкований, Раилаг идет непосредственно через Шио)

И войско Игг-Чолла, ведомое вождем объединенных кланов, двинулось по землям, занятым демонами. Впрочем, открытый марш-бросок продолжался недолго, Раилаг со всей пугающей ясностью осознал, что для того, чтобы уничтожить демонические отродья, его армии явно недостаточно.

Неисчислимое множество демонов уничтожили темные эльфы за те дни, что армия шла по пылающим землям. Продвигаясь то выжженными равнинами, то кишащими нежитью подземельями, войска Раелага спешили на запад, где протянулась граница Империи Грифона, где королеву Изабель поджидал ненавистный Вайер.

Темные эльфы появились как раз вовремя: объединенное войско людей и нежити готовилось вступить в бой с армией демонов. Своевременное вмешательство сил Раелага позволило одержать полную и безоговорочную победу, а магия чернокнижника разорвала на куски Вайера у Изабель на глазах.

Вот уж чего-чего, а помощи от темных эльфов королева совсем не ожидала, и церемонно поблагодарила своего спасителя. Впрочем, тому благодарности вряд ли были нужны; не для того проделал Раилаг весь этот путь, чтобы сейчас предаваться пустопорожним беседам в столь опасной близости от Шио.

— Это уже второй раз, когда рой демонов устремляется к сердцу Империи Грифона, — сообщил он королеве. — И оба раза цель их — ты!

— Это безумие! — взорвался Маркел, скривившись. — Не слушай его, моя королева! Поехали, время не ждет!

Раелаг смерил некроманта презрительным взглядом:

— Безумие то, что я пытаюсь разобраться в замыслах Кха-Белеха?! — Маркел промолчал, пожевал губами и отвернулся.

— Я приехал сюда, чтобы встретить тебя, — вновь обратился Раелаг к Изабель. — Мы должны выдвигаться немедленно, и путь наш ляжет через земли эльфов Ироллана…

— Ну уж нет! — вновь встрял некромант. — Мы с королевой направляемся в Зал Героев, чтобы воскресить ее мужа и спасти страну. И не собираемся менять свои планы!

— Он прав, — медленно кивнула Изабель. — Прости, но нам нужно ехать. Будем надеяться, что еще встретимся в более мирные времена.

И королева, повернув коня, галопом понеслась к ожидающей ее армии; некромант тенью последовал за ней. Оставшись один, Раелаг долго глядел ей вслед.

— Знаешь, а ведь мне может и надоесть все время спасать тебе жизнь, — пробормотал себе под нос Раилаг.

(Ну вот, опять очевидные намеки. Мне правда интересно, они специально так делают, чтобы любой мог почувствовать себя очень умным и догадливым или на серьезных щах тянут интригу, в надежде, что еще никто не догадался?)

Война неизбежна, и эльфы Ироллана сполна осознали этот факт. Сначала через их страну прошло демоническое воинство Аграила, затем королева Изабель разбила армию, посланную королем Алароном в поддержку Серебряной Лиги.

Ситуация ухудшалась с каждым днем. Из разоренной Империи Грифона прибыли лорды, еще помнящие о старых союзах, и просили дозволения поселиться на границе Ироллана, так как их вотчиной фактически заправляет некромант Маркел. Пообещав королеве воскресить павшего Императора, он действительно вернул его к жизни, в образе ненасытного вампира-лорда, своей послушной марионетки. Сломленная горем Изабель оказалась совершенно не в состоянии и дальше продолжать управлять Империей, поэтому Маркел с удовольствием принял бразды правления в свои руки. И теперь нежить наводнила города и села, крестьяне бесследно исчезают, армия дезорганизована. Пока Маркел не осмелился ударить по соседнему Ироллану, но в том, что удар скоро последует, мало кто сомневался.

(И это показывает серьезное отличие от некромантов в предыстории и некромантов в Героях 5. Не смотря на то, что сценаристы, как могли, старались подвести историю к ситуации Маркела, но по факту очень долго некроманты существовали в том виде, в который нам только предстоит их привести. Будет вторая кампания за нежить, будет Арантир (наверное единственный некромант за всю историю видеоигр, которому я действительно импонировал), который объединил некромантов и реорганизовал культ, превратив злую фракцию в жестокий, но преследующий благие намерения орден волшебников.

Я верю, что история может повторятся, что Арантир только вернул то, что закладывал Белкет. Но боже мой, получившееся в итоге среднее арифметическое между отсылкой к героям 3 и основой из концовки Героев 5, лично мне не зашла от слова совсем. Белкет, созданный еще в ЛОРе 5 части, слит. Позицию сильнейшего дома семи городов так и не раскрыли. И много чего еще)

Файдаэн, бывший посол эльфийского государства в Талонгарде, ныне без устали патрулировал все перевалы и тракты на границе с Империей, укрепляя гарнизоны. Король Аларон лично приказал ему контролировать ситуацию в этом регионе, дабы не пропустить удар. Эльфы не станут первыми, кто развяжет войну, но если Маркел настолько обнаглеет, что сунется в леса Ироллана, у них найдется, чем ему ответить. Напряженность, казалось, витала в воздухе.

Некроманты сновали в приграничье, наверняка ощущая себя полновластными хозяевами Империи Грифона. Но первый удар пришелся совершенно не с той стороны, с которой ожидался, ибо однажды поутру на эльфийский гарнизон под командованием Файдаэна обрушилось войско демонов, ведомое демонессой Биарой. С трудом, но натиск удалось отбить, суккуб, правда, смогла сбежать.

Файдаэн приказал солдатам в срочном порядке заняться восстановлением разрушенных стен и башен гарнизонной крепости, когда к нему подлетела фея со срочным посланием от короля Аларона. Воспользовавшись диверсией демонов, объединенные силы некромантов и Империи Грифона вторглись в Ироллан, и теперь, сметая все на своем пути, движутся к столице. Аларон призывал всех эльфийских полководцев оставить патрулирование границ королевства и срочно стягивать войска к сердцу Ироллана.

Но, видя противостоящие им армии нежити и демонов, король сильно сомневался, что столица продержится достаточно долго. А помощи ждать неоткуда: Империя людей — под контролем некромантов, города Серебряной Лиги разорены ими же, на темных собратьев надеяться не приходится. И тогда Аларон призвал Файдаэн, поведал ему историю о последних днях Войны Серого Альянса.

— Объединенная армия союзников брала штурмом Шио, крепость-тюрьму демонов. Желая покончить с Кха-Белехом, Император Алексей устремился в закрывающиеся врата твердыни… Я же замешкался, засомневавшись, а Сайрус и вовсе считал сий жест чистым самоубийством. Так, без нашей поддержки, Император Алексей, цветок Империи Грифона, погиб. Увидев это, изумрудные драконы, верные друзья эльфов, отвернулись от меня и покинули Ироллан.

(Такое ощущение, что всю предысторию сейчас охренеть как сильно пнули между ног, я прям чувствую фантомные боль от этого удара. То есть Шио это не отдельное измерение где-то около ядра планеты, это, блин конкретная крепость. Правда логика тоже получила похожий удар, потому как эта крепость генерирует демонов в таких количествах, что они и по империи потоптались и к эльфам сунулись (как темным, так и светлым), в общем везде успели)

Оставшись держать оборону осажденной Сайрис Таллы, Аларон отправлял Финдана на поиски былых союзников, дабы тот убедил их забыть старые обиды и вернуться в столь критический для страны час. По слухам, ныне изумрудные драконы обитают в Обжигающих Песках — так называется серия островов у побережья Ироллана, всецело находящаяся под контролем демонов.

(И что драконы там делали? И блин, сколько вообще земельной собственности у демонов Асхана? Куда не плюнь, везде их территория)

С тяжелым сердцем Файдаэн покинул родину, отправляясь исполнять миссию, возложенную на него сюзереном. Но когда он отыскал изумрудных драконов, те согласились забыть о малодушии короля Аларона лишь после того, как его посланник очистит Обжигающие Пески от присутствия демонов. И Файдаэн принялся за дело.

Когда два месяца спустя вернулся он в леса Ироллана, ведя за собою несколько десятков изумрудных драконов, то просто не узнал свою родину. Нежить и демоны свободно бродили в густых чащобах и на зеленых лугах, а это значит, что силы вампира-лорда Николаса Грифона все де захватили последний оплот нации — Сайрис Таллу, не просто столицу, но символ Гармонии между эльфами и природой.

Король Аларон вместе с небольшой группой оставшихся в живых эльфийских воинов оборонялись на центральной городской площади от наседающих на них орд нежити. Казалось бы, надеяться не на что, но вот прозвучал чистый звук рога, и над полуразрушенными стенами Сайрис Таллы воспарили грациозные изумрудные драконы. В глазах старого короля стояли слезы: Файдаэн исправил его ошибку, и теперь, быть может, для Ироллана еще есть надежда.

(Какие-то сопливо ванильные эльфы вышли в моём описании… ну да ладно)

Но для самого короля надежды больше не осталось. Аларон прекрасно знал, что его раны смертельны. Горько умирать вот так, на руинах собственной страны, не зная, суждено ей возродиться, или же превратиться в вечное пристанище неупокоенных мертвецов. Непослушными губами Аларон прошептал Файдаэну свой последний приказ как монарха, и как эльфа:

— Никаких сил Асхана теперь не хватит, чтобы уберечь наш Ироллан! Поэтому сделай то, чего боялся сделать я сам — отыщи мудрого Тиеру на острове Драконьего Тумана, что в море Ирисус. Он единственный, кто может знать секрет окончательной победы над Кха-Белехом… Я же отправляюсь в чертоги Силанны…

(Тут и помимо Кха-Белеха проблем хватает, армия нежити, например)

Король скончался, и Файдаэн осознал, что именно он, и никто иной — последняя надежда эльфийской державы.

Первым делом он принялся за скорейшее восстановление Сайрис Таллы. Эльфийские войны работали, не покладая рук, заделывая бреши в стенах и восстанавливая сторожевые башни. Друиды также не сидели без дела, зачаровывая густую траву и древесные лозы на подступах к городу. Изумрудные драконы парили в небесах, выслеживая врагов на подступах к городу.

С каждым днем в армию Файдаэна вливалось все больше и больше солдат: эльфы бросались в столицу, лишь только до них доходила весть о ее освобождении. И когда за стенами Сайрис Таллы собралось несколько тысяч воинов, Финдан назначил полководцами эльфийской армии двух именитых следопытов — Таланара и Дираель, после чего с небольшим отрядом покинул столицу, отправившись на поиски Тиеру, как и завещал его сюзерен.

Что удивительно, ныне знаменитая дымка, скрывавшая остров Драконьего Тумана, развеялась, и ничто не мешало эльфийским галерам войти в прибрежные воды. Быть может, Тиеру сам прервал действие туманного заклятия, чтобы Файдаэн поскорее его отыскал.

Еще издали он заметил огненный дождь, низвергающийся с небес на один из соседних островков. Войска Кха-Белеха обнаружили старого друида до него добрались собратья. Отряд Финдана ускорил темп, но, даже после стремительного марш-броска, они подоспели слишком поздно. Дом Тиеру догорал, а обугленный труп лежал у входа.

Файдаэн выругался с досады: Аларон отправил его сюда слишком поздно!

— Твой король вообще все делает поздно, — послышался ворчливый голос, и над телом Тьеру воспарил его призрачный дух. — Хоть додумался тебя сюда прислать, и то хорошо. А теперь слушай. Меня убила некая суккуб, явно приближенная к Кха-Белеху. Король Демонов жаждет привести в исполнение пророчество о Темном Мессии. Во времена прошлой войны, 20 лет назад, он отметил новорожденную человеческую девочку своей порчей. Я говорю о королеве Изабель. И теперь Кха-Белех хочет получить ее, дабы заставить выносить ребенка, который родиться полудемоном и сможет одновременно и находится в мире смертных, и владеть магией хаоса. Воплощенный разрушитель. Я составил заклинание, которое сможет очистить Изабель от порчи Ка-Белеха, только зачитать его должен весьма могущественный чародей. Предлагаю тебе пообщаться на эту тему с Зехиром, сыном покойного Сайруса. Только сперва забери мой свиток у суккуб, она не успела далеко уйти.

(Странно, что такие подробности не были сообщены Аграилу. Если Тиеру узнал об этом уже после встречи с мятежным демоном, то почему бы не освятить откуда он узнал это и как?)

И дух легендарного чародея растаял в воздухе. Не мешкая, Файдаэн повел свой отряд к побережью, где демоны под началом Биары грузились на корабли, готовясь к отплытию. В считанные минуты эльфы расправились с адскими тварями, но вот Биара осмелилась выдвинуть Файдаэну свои условия, свиток Тьеру — в обмен на ее жизнь, в противном случае она немедля уничтожит его. Скрепя сердце, Файдаэн поклялся своей честью, что даст ей спокойно уйти, и суккуб расхохоталась:

— Надо же, не каждый день убиваешь великого Драконьего Рыцаря, а тебя за это прощают!

Бросив свиток эльфам, Биара пробормотала слова заклинания и исчезла в сполохах пламени.

Вернувшись в Ироллан, Финдан с узнал, что Таланар и Дираель не только успешно отбили все атаки нежити на Сайрис Таллу, но и очистили от врага большую часть территории эльфийского государства. Однако до полководца противника, лорда-вампира Николаса Грифона, так и не сумели добраться.

Прежде, чем отправляться в земли Серебряной Лиги, нужно было в срочном порядке решить эту проблему, освободить благородного Императора от богомерзкого существования и вернуть его душу в чертоги Эльрата.

(А как же проклятие?)

Войско под началом Файдаэна стремительным маршем двигалось на юго-запад, где, по слухам, и располагалась ставка Николаса. Высший Вампир, бывший при жизни Николасом Грифоном, понуро встретил эльфийское воинство у входа в свой укрепленный лагерь.

— Старый друг, — тихо приветствовал он Файдаэна. — Пришел за моей жизнью, да? Что ж, бери… Но вот что станет с моей душой? Ее вырвали из-под власти Эльрата, и я теперь проклят.

С грустью и болью Файдаэн смотрел на старого товарища, с которым успел сдружиться за годы, проведенные им в должности посла Ироллана в Империи.

— Этого я не знаю, — покачал головой Файдаэн. — Но я должен убить тебя.

— Что ж, и на том спасибо, — отозвался несчастный вампир, и широко развел в стороны руки. Здесь, вдалеке от Маркала, он еще мог худо-бедно сохранять контроль над своими действиями.

— Гармонии воистину нет больше в Асхане, если старый союзник благодарит меня за то, что я собираюсь убить его, — прошептал Файдаэн. — Ох, Тиеру. Это будет труднее, чем даже ты предполагал.

С тяжелым сердцем Финдан отдан приказ птицам-фениксам, следовавшим за ним в авангарде войска, и те всеочищающим пламенем обратили в пепел Николая Грифона. Даровали ли они ему покой или же проклятая душа обречена на вечные скитания по земле? Файдаэн искренне надеялся на первое.

Волшебное войско двигалось под безжалостным солнцем, сверкающим в безоблачном небе над пустыней Серебряной Лиги. Но вот воины, входящие в его состав, не страдали ни от жары, ни от горячего песка под ногами, ибо были по большей части магическими конструктами. Во главе воинства на закованном в броню слоне ехал юноша — Зехир, получивший титул архимага и правителя Серебряной Лиги после смерти отца. Конечно, то, что коллеги-чародеи именовали его сейчас не иначе как Первым из Круга, обусловлено исключительно политическими причинами, однако все признавали, что потенциальные возможности юноши весьма и весьма велики; наверняка он станет великим магом, превзойдя даже отца. Война, как известно, лучший учитель, хоть и жестокий.

Теперь, когда силы Маркела сражаются в Ироллане, присутствие нежити на землях Серебряной Лиги поуменьшилось. Лучшего момента для начала освободительной кампании не придумаешь, и Зехир вел за собою армию на штурм некрополя Кадашмана, бывшего некогда волшебным градом Сихаамом, до того, как презренный Маркел с помощью Посоха Некромантии обратил его в одно большое кладбище.

Не переставая в течение кратких привалов изучать высшие круги магии по древним рукописям, начертанным самим Сар-Эламом, Зехир брал приступом один город за другим. Увы, но все они, за исключением столицы Аль-Сафир, оказались превращены в некрополи. Магам придется немало потрудиться, чтобы стереть следы злого волшебства. А когда Серебряная Лига вновь перешла под контроль волшебников, и от нежити остался лишь запах, Зехир повел за собою войско к Крепости Преданий, последнему оплоту некромантов долины Эреш на границе его страны.

К сожалению, самого Маркела в городе не оказалось, наверняка протирает сейчас пятой точкой императорский трон в Талонгарде. Ничего, памятью отца Зехир поклялся положить конец его злодеяниям.

Армию волшебников настиг запыхавшийся эльф, посланец из Ироллана. Он рассказал Зехиру о последних словах Тиеру, о тайне, за которую тот заплатил собственной жизнью. Первый из Круга задумчиво кивнул: теперь многое становилось на свои места. Так вот почему демоны атаковали Империю небольшими отрядами, вместо того, чтобы низринуться всей своей бесчисленной ордой: цель их была в том, чтобы захватить королеву Изабель, во время прошлого затмения отмеченную, как мать будущего Мессии Демонов.

(Да-а? Какая неожиданность. При этом первая компания начинается со слов, что огромная демоническая орда теснит войска империи, захватывая один город за другим. А вторая кампания начинается с заявления, что войска империи — это не полтора землекопа, а чертово несметное воинством, один только передовой отряд которой можно легко спутать с полноценным войском. Точно демоны лишь малые отряды посылали?)

По словам эльфа, Файдаэн уже повел свое войско на штурм Талонгарда, и просит Зехира как можно скорее присоединиться к нему, ибо Тиеру указал на него, как на достаточно могучего мага, способного совершить ритуал очищения.

Недолго думая, Зехир повернул войско на соединение с армией Файдаэна, проигнорировав заявления некоторых своих особо чванливых наставников, бывших заслуженными придворными магами при Сайрусе. Пора бы им уже понять, что теперь, когда Серебряной Лигой правит он, Зехир, здесь все будет по-другому. Юный волшебник не винил Изабель в том, что произошло, сознавая, что в какой-то мере маги своей заносчивостью сами навлекли на себя беду.

Зехир полностью отдавал себе отчет, что нежити в землях Империи Грифона он встретит на порядок больше, чем в родной Серебряной Лиге. И продвижение его войск по территории людского королевства будет сопровождаться массой неприятных сюрпризов, что могут исходить не только от некромантов, но и от коренных обитателей, негодующих по поводу явления магической армии.

Впрочем, была одна возможность, Зехир понимал, что люди не питают особой любви к нежити, но и не встанут в его ряды, ибо магов жалуют не больше. По словам эльфийского посланника, недалеко, на границе с Иролланом, нашли приют беженцы из Империи, среди которых множество опытных бойцов, что с радостью последуют за сильным лидером, ежели таковой представится. А местные жители, весьма озабоченные положением дел на родине, сообщили лазутчикам Зехира, что сэр Годрик, обвиненный в предательстве, содержится в темнице одного из городов в этом регионе.

Зехир радостно хлопнул в ладоши: вызволение столь почетного и знаменитого рыцаря решило бы многие возникшие проблемы. Чем и надлежит заняться не мешкая.

Годрик содержался под стражей в глубоком подземелье на самой границе Империи, похоже, что не получив от королевы разрешения на казнь рыцаря, Маркел постарался упрятать того как можно дальше. Решив довериться юному Зехиру и втайне надеясь, что тот не окажется таким же болваном, как его отец, Годрик немедленно принялся набирать ополчение во всех имперских городах, через которые проходило войско Серебряной Лиги. И люди шли за ним, люди видели в старом рыцаре единственную надежду на счастливое будущее.

И когда объединенное воинство имперцев и магов вышло на главный тракт, ведущий к Талонгарду, к ним навстречу двинулся отряд эльфийских лучников под командованием Файдаэна. Тепло поприветствовав новых союзников, тот сообщил, что иролланцы отрезали Маркела ото всех подкреплений, загнав некроманта в крепость Латро и взяв ее в кольцо. Вот только до окончательной победы еще далеко, Маркел оказался личностью весьма прозорливой и ныне фактически непобедим, ибо обладает тремя могущественными артефактами, а именно: Черным Кристаллом, позволяющим ему без устали творить заклятия, Проклятым Гарнизоном, откуда безостановочно появляются все новые и новые войны нежити, и проклятой магией некроманта Слезой Асхи, усиливающей подвластные ему города так, что они становятся фактически неподвластны осаде.

(Во-первых, непонятно как силу одной Слезы растянули на несколько крепостей. Во-вторых, даже в 5 части Некроманты поклоняются темной ипостаси Асхи, и осквернять её слезу… Даже если бы Маркел сам не видел в этом проблем, за ним вообще-то культ стоял, и далеко не все в культе были такими же как Маркел)

Прежде, чем очертя голову бросаться брать Латро, следует избавить Маркела от реликвий, сохраняющих его долгую, но никчемную жизнь. Файдаэн вызвался отправиться за Черным Кристаллом, в то время как Годрик собирался сровнять с землей Проклятый Гарнизон. Зехиру же выпала честь отыскать и вырвать из-под власти некроманта Слезу Асхи.

(То есть он еще и не при себе реликвии держал… Гениально)

Преуспев в этих начинаниях, герои вновь собрались вместе, на этот раз поведя три огромных войска на штурм последнего оплота некроманта. Сражение у Латро наверняка войдет в историю, ибо в тот день земля щедро напиталась пролитой кровью.

И когда объединённая армия Ироллана, Империи Грифона и Серебряной Лиги сокрушила крепостные стены, полководцы ее отправились за душой лорда долины Эреш. Последний поджидал их в большом зале цитадели.

— Что ж, так и быть, я принимаю вашу капитуляцию, — проскрежетал Маркел, ухмыляясь. Даже сознавая, что потерпел поражение, некромант полностью сохранял присутствие духа.

— Ах ты… — задохнулся Годрик, и выхватил меч из ножен. — Прими же смерть за то, что ты сделал с Изабель и Империей Грифона!

— За то, что сотворил с Иролланом! — подхватил Финдан.

— Ну и за все остальное! — добавил Зехир, не конкретизируя.

— Что ж, убивайте, — разрешил Маркал. — По крайней мере, это лучшее, что со мной случится за последнее время.

Герои настороженно переглянулись, не совсем разумея смысл прозвучавших слов, а затем Финдан с Годриком бросились к некроманту, вонзив мечи в его тело. Дабы удостовериться, что никто не сможет «поднять» Маркела в образе лича впоследствии, Зехир со знанием дела испепелил тело наскоро сотворенным огненным шаром.

(Надо сказать, что во многом Маркел мне не понравился из-за конца его истории. Если мы начинали как хитрый некромант, то заканчивали его кампанию как откровенный маньяк. В кампании Раилага он показался мне просто тупым и агрессивным карьеристом, желающим власти и не способным думать на перед. А в кампании Зехира он закончил как типичный злодей из героических комиксов)

Сражение у Латро завершилось, и войско возобновило свой марш по направлению к Талонгарду. Нежити на пути наших героев встречалось все меньше, однако не раз и не два пришлось им сразиться с гарнизонами, выставленными самой королевой. Зехир с товарищами мучались сомнениями: насколько адекватно поведение Изабель, удастся ли им провести с ее согласия Ритуал Истинной Природы, дарованный Тиеру, или же конфликт придется разрешать на поле брани? Не хотелось бы, но некоторые крестьяне Империи утверждали, что королева попросту безумна, и пленение ее станет делом не из легких — многие полководцы Империи душой и телом преданы ей, и истово верят в предательство Годрика, низость волшебников Серебряной Лиги и малодушие эльфов.

(Чего б**ть? Сначала нам рассказывают о том, что дворяне бегут с насиженных земель от произвола некромантов, а тут вдруг оказывается, что есть множество искренне верных короне, для которых все нормально. Опять же, я могу допустить, что это реально, но почему нам до сих пор вообще ни разу не сказали про вторую группу людей?)

Союзники несказанно поразились, когда путь им преградила армия темных эльфов под началом Раилага и леди Шадии. Годрик припомнил, как этот чернокнижник пришел на выручку королеве, когда демоны устроили ей ловушку на границе земель Шио.

(Как Годрик мог это помнить, если это было на пути к могиле Николаса, когда тот был уже в тюрьме?)

Как оказалось, Раилага заботило лишь благополучие королевы, и, внимательно выслушав доводы Зехира, он принял решение присоединиться к армии, идущей к Талонгарду, дабы проследить, чтобы Изабель не был причинен вред. На вопрос Файдаэна, как же он поступит, если Ритуал окажется бесполезен и королеву не удастся очистить от порчи Кха-Белеха, Раилаг задумчиво промолчал.

Последние мили, отделяющие армию союзников от столицы Империи наглядно показали, что мирного решения конфликта ждать не приходится — каждую из дорог, ведущих к Талонгарду, блокировали хорошо укрепленные гарнизоны лучников и копейщиков, у которых был лишь один приказ, защищать сердце родины ценою собственных жизней, исполнявшийся с поистине фанатичным рвением.

(Хрень. Да, люди могут быть фанатично преданы делу, да, они могут пойти на смерть за идею, но нет, это не значит, что люди будут умирать за любую идею, какую им не скажи. Например, красноармейцы во время второй мировой шли в самоубийственную атаку не потому что их сзади комиссары пулемётами подпирали, а потому что знали, нацики не пощадят никого и лучше умереть, чем потом мучатся в концлагере, зная, что твоя семья так же мучается. В то же время, когда вышел приказ о тактике выжженной земли и некоторые комиссары собирались сжигать деревни и села на линии фронта, деревенские бабы погнили их санными тряпками, так как не хотели лишаться даже не жизни, а всего лишь имущества и верили в способность родной армии откинуть неприятеля)

Битва у Талонгарда началась на следующее утро. У каждой бойницы на крепостных стенах замерли лучники, из городских врат ровным строем выступили сотни кавалеристов и пеших рыцарей, а в лучах восходящего солнца с небес спустились архангелы Эльрата.

(Те самые, убитые Маркелом перед ритуалом воскрешения Николаса? Понятно, что это были не все архангелы, но все же после такой подставы они вряд ли бы встали на сторону королевы так просто)

Полководцы союзного воинства с тоской взирали на противника, сознавая, что Кха-Белех, должно быть, ликует сейчас, ведь это при его косвенном участии расы Асхана готовятся уничтожить друг друга. Так или иначе, Король Демонов остается в выигрыше.

К вечеру Талонгард был взят. Герои столпились у мраморной плиты, на которой покоилось недвижное тело королевы — Зехир погрузил ее в сон, чтобы оне не сопротивлялась проведению ритуала. Медленно, он начал творить сложнейшее заклинание. Все, собравшиеся в чертоге, затаили дыхание, вслушиваясь в монотонный речитатив Первого из Круга. Каждый думал о своем: Файдаэн глядел на Изабель с сомнением, Годрик — с болью и надеждой, Раелаг с любовью, Шадия же, злобно ухмыльнувшись, темная эльфийка сплела простенькое заклятие, выпустив магическую стрелу в Зехира и нарушив концентрацию мага.

— Что?! — взревел Раелаг, но в следующую секунду уже все понял.

За спиной Шадии возник образ Короля Демонов, с удовольствием наблюдающий за жалкими потугами смертных изменить судьбу, уготованную Асхану его волей. Сама же темная эльфийка обратилась в Биару.

Молниеносно суккуб вскочила на плиту, схватила тело Изабель, а магия Кха-Белеха перенесла их обеих в Шио. Все это заняло не больше пары секунд, и герои сконфуженно пялились на Сердце Грифона — единственный артефакт, отторгнувший демоническую магию, посему оставшийся здесь, в смертном мире.

Казалось бы, все потеряно. Кха-Белех принудит Изабель выносить демоническое дитя, а до Шио путь путь неблизкий. Впрочем, оставался один возможный способ, и то теоретический, благо раньше никто не дерзнул его испробовать. Если Сердце Грифона изгоняет демонов в межпространство, именуемое Шио, то сможет ли оно переправить туда и четверку героев, желательно вкупе со следующими за ними армиями? Окрыленный надеждой, Зехир прочел надлежащее заклинание и внезапно тысячи воителей, расположившихся лагерем на полях у павшего Талонгарда, бесследно исчезли.

(Так, стоп. То у нас Шио это конкретная земля, Аларон вообще называл его крепостью, а тут вдруг межпространственное измерение. Просить сценаристов определиться я не буду, в 6 части это все же отдельно измерение, но обратить внимание на этот косяк считаю нужным. Так же, стоит обратить внимание, что Сердце Грифона перенесло в Шио не только героев, находившихся в помещении, но даже те их войска, что стояли лагерем под стенами столицы. С артефактом, обладающим такой зоной действия, удивительно как Имперцы вообще умудрялись испытывать проблемы с демонами)

Союзное войско возникло на самых подступах к Шио, у стен цитадели Ур-Хекаль. Здесь, в недрах крепости, и находился портал, соединяющий тюрьму Короля Демонов с Асханом. По легендам, там, в земных недрах, хранимый тысячами дьяволов, все еще находится Ургаш, Изначальный Дракон Хаоса.

Разгромив войско Биары, Раилаг вознамерился было прикончить демонессу по старой памяти, но суккуб молила сохранить ей жизнь, обещая показать героям проход в цитадель Кха-Белеха.

— В руках у него Изабель, и она все еще жива, — утверждала Биара.

Понимая, что идут прямиком в расставленную ловушку, четверка полководцев, тем не менее, согласилась на предложение, и коварная суккуб перенесла их в недра Ур-Хекаля, после чего исчезла, оставив потрепанные войска смертных противостоять легионам Короля Демонов.

Последний лично встретил их у огненных врат цитадели; мощь, исходящая от Кха-Белеха, поражала воображение, вот уж, воистину, властитель подземного мира. Раилаг смело вышел вперед, трое его товарищей с опаской двинулись следом.

— Где она? — спросил темный эльф, даже не дрогнув пред возвышающимся над ним Королем Демонов.

— А, Раилаг, — лениво отозвался тот. — Пришел-таки, и друзей привел…

— Вот друзья и называют меня «Раилагом», — оборвал его противник. — Для тебя же я Аграил.

(Свершилось! Они таки сказали это прямым текстом, РаилАг = АгРаил, какая неожиданность. Мне даже интересно, остались ли к этому моменту люди, что еще не догадались о «мутном прошлом» темного эльфа. И очень жаль, что в кат сцене не показали реакцию Годрика, императора и племянника которого Аграил убил. Может рыцарская честь и не позволит ударить в спину, но оставлять такое вообще без реакции и комментария глупо.)

— Хамишь… — пожурил Раилага Кха-Белех. — А ведь могли бы побеседовать с тобой как воспитанные демоны. Ты пришел за своей женщиной? Да забирай, она мне не нужна больше. Я получил от нее ребенка.

(Быстро… нет я понимаю, что само зачатие может не занять много времени, но беременность все же занимает некоторое время)

У Раилага помутилось в глазах, когда он услышал эти роковые слова. Знал ведь, что так может получиться, и все же продолжал верить, надеяться, как оказалось, напрасно. Но Кха-Белех еще не закончил.

— Заберешь ее, конечно, не просто так, — продолжал Король Демонов. — Сперва уничтожь этих троих, которых притащил с собою.

Раелаг не сомневался ни секунды.

— Я не сделаю этого, даже ради Изабель, — твердо заявил он. — Это противоречило бы всем принципам, ради которых я прошел столь долгий путь.

Кха-Белех лишь пожал плечами и отдал сигнал к атаке. Тысячи визжащих и рычащих демонов выскочили из ворот Ур-Хекаля, обрушившись на войска смертных, пожаловавших в Шио. Сам Король Демонов принял участие в сражении, во все стороны посылая пламенные волны. Герои Асхана сознавали, что это последняя, решающая битва. Они потерпели поражение, не сумели сохранить Изабель, а теперь, по словам Кха-Белеха, зачат Темный Мессия, который вполне может погубить весь мир.

Невероятно, но четверке героев удалось оттеснить воинство Ка-Белета, и тот отступил в недра своей цитадели.

— Что ж, это всего лишь одна битва, война останется за мной! — донесся до героев его рык.

Надлежало уходить, и быстро. Зехир заявил, что может немедленно сотворить магические врата в Серебряную Лигу, но встал вопрос — а что, собственно, делать с Изабель? Королева неожиданно появилась в самый разгар боя, спряталась за Годрика и больше от него не отходила. Файдаэн настаивал, что нужно оставить ее в Шио, ведь неизвестно, что сделал с ней Кха-Белех, и чем это грозит несчастному миру. Однако с мнением его товарищи не согласились, а Зехир самоуверенно заявил, что с помощью ритуала Тиеру и знаний Сар-Элама очистит девушку от порчи в два счета. Пришлось эльфу смириться с мнением большинства, хоть и не нравилось ему все это, ох как не нравилось.

Много позже, Изабель и Годрик вернулись в разрушенный Талонгард. Империя лежала в руинах, опустошенная последней войной, одной из самых страшных и кровопролитных за всю историю Асхана. К счастью, есть еще герои и верные союзники, на которых можно положиться. Годрик покосился на королеву. Со времени своего освобождения Изабель была сама не своя, то ли витала в облаках, то ли никак не могла свыкнуться с ролью, уготованной ей жестокой судьбой.

— Столько еще предстоит сделать, — прошептал старый рыцарь, оглядывая навевающую грусть панораму Талонгарда.

— О да, — неожиданно отозвалась Изабель, странно ухмыляясь. — Столько еще предстоит…

Глаза королевы полыхнули алым…

(Так закончились ванильные Герои 5, прежде чем перейти к DLC, стоит обратить на некоторые интересные одиночные миссии, завершающие истории одних персонажей или дающих предысторию другим)

Лорду Вайеру решительно не везло в последней кампании. Раз за разом подводил он своего короля, потерпев поражение у Зала Героев и теперь, когда магия неведомо откуда объявившегося чернокнижника — Раелага, кажется, уничтожила его физическую оболочку и низвергла дух обратно в Шио.

Вновь облекшись плотью, амбициозный Вайер принялся добиваться утраченной благосклонности Кха-Белеха. Перво-наперво он решил отыскать три артефакта, захваченных людьми и эльфами во время войны Шестого Затмения на исконных землях демонов, и преподнести их владыке Шио. Кольцо Сломленного Духа, Кандалы Неизбежности и, наконец, Кулон Мастерства, похищенный сэром Годриком из подземной цитадели драконов еще до Войны Серого Альянса.

Наконец, Вайер вознамерился всерьез развить свои демонические способности и научиться «безупречному открытию межпространственных врат» — одному из основных умений, коим должен обладать каждый уважающий себя демонический лорд.

(которым раньше один из вернейших Лордов Кха-Белеха не владел)

И лишь отыскав все три реликвии и ощутимо увеличив свое могущество, осмелился опальный лорд Вайер предстать перед Кха-Белехом в надежде на прощение.

(Одиночная миссия из Героев 5. Очень странно, что Вайер выжил не после изгнания Аграилом при помощи Сердца Грифона, что ожидаемо, а после убийства Раилагом. Все же до сих пор демоны в Героях 5 были вполне себе смертны, а тут все же оказалось, что не совсем)

В северном Гримхейме, государстве гномов, не затронутом Войной Шестого Затмения, неожиданно скончался король Хагейр, так и не успев назвать советникам имени своего преемника. И теперь у каждого из лидеров множества подгорных кланов появилась возможность занять пустующий трон Каменных Залов! Пришло время войны кланов, когда лишь топор имеет право голоса в борьбе за власть.

Одним из подобных претендентов был Толгар, лидер могущественного клана Серой Стали. Он не хотел становиться королем и участвовать в конфликте, однако советники настояли и предоставили претенденту огромную армию, с помощью которой тот одолел многочисленных противников и занял Железный Трон Тор-Мирдала. Вот только чувствовал себя воин до мозга костей на этом троне крайне неуютно, постоянно сомневаясь в принимаемых решениях.

***

После смерти верховного архимага Сайруса Зехир стал Первым из Круга. На правой руке он носил Кольцо Неотвратимости, магический артефакт, открывающий портал в иное измерение, созданное его отцом и ставшее его же могилой. Сталкиваясь со сложными политическими и административными задачами по восстановлению Серебряных Городов после нашествия армии Маркела, Зехир нередко жалел, что ему недостает дипломатических талантов отца, чтобы приходить к консенсусу с иными могущественными магами, составляющими Круг.

А недавно советники принесли ему весть, что, возможно, душа Сайруса все еще пребывает в заключении в Кольце Неотвратимости, а, стало быть, архимага сожно воскресить. Не мешкая, Зехир перенесся в пласт реальности внутри артефакта и, действительно, наблюдал там дух отца, требовавший незамедлительного возрождения. Однако, что-то во всем этом казалось юному магу фальшивым.

Так и есть: на поверку душа, встреченная Зехиром, оказалось принадлежащей Маркелу! А он-то гадал, почему это некромант так легко дал себя прикончить у Латро. Успев переместить дух в Кольцо Неотвратимости, Маркел создал иллюзорный образ Сайруса и принялся ждать, пока кто-нибудь из ненавистных колдунов Круга Серебряных Городов не изъявит желание возродить былого правителя. Вот только сын, знавший отца, как никто другой, разглядел подвох, и раз и навсегда упокоил злобного призрака.

***

Эхо последней Войны Затмения пронеслось волной над всем миром, и были те, кто решил использовать ее в своих целях. Ирбет, юная и весьма талантливая чернокнижница из рода темных эльфов, воспользовалась отсутствием Файдаэна и захватила несколько эльфийских городов. Их население было полностью уничтожено, и ныне города находятся под властью элементалей, призванных чернокнижницей. Что самое ужасное, помогают последней друиды-отступники, лишившиеся милости Силанны и открывающие порталы в Стихийные Планы. Файдаэну, вернувшемуся с войны, отдыхать не пришлось. Для него сражения завершатся только с изгнанием зарвавшейся темной эльфийки и ее приспешников с территории Ироллана.

Когда пал последний замок, превращенный предателями-друидами в логовище стихийных духов и Финдан лично прикончил Ирбет, эльфы-старейшины предложили ему трон Высокого Короля. Но герой лишь грустно улыбнулся.

— Видит Силанна, не хочу я этого, — отвечал он. — А желаю лишь насладиться миром, за который сражался.

(Вроде все интересные одиночные миссии упомянул)

Смерть Маркела положила конец короткому царствованию некромантов. Но в некоторых отдаленных и неприступных местах некроманты до сих пор живут в относительном мире со своими соседями. Долина Скорби — одно из таких мест, и некромант-вампир Джованни, бывший ранее дворянином Империи — лордом герцогства Быка, надеется, что такой уклад сохранится и впредь. Основой его надежд служит союз с леди Орнеллой, проклятой своими родными за верное служение королеве Изабель и ее дважды покойному мужу. Та также принадлежала к правящей семье герцогства Быка, что на юго-востоке Империи Грифона. Во время последней войны именно сомнительные связи Орнеллы с долиной Эреш и Серебряными Городами послужили причиной ее конфликта с иными рыцарскими семьями государства и, как следствие, изгнания.

При умелом использовании предоставленных подобным альянсом возможностей, некромант сумеет отстоять Долину Скорби от превосходящих сил колдунов Серебряной Лиги. Подъяв сотни мертвецов, Джованни передал их под начало Орнелле, и опальная леди-рыцарь, соблазнившаяся обещанием вечной жизни, вымуштровала нежить в более-менее сносных воинов. После чего маги были выбиты из Долины Скорби, вновь ставшей оплотом некромантии.

***

Опершись на парапет, Годрик отрешенно созерцал новобранцев-рыцарей, занятых тренировочным поединком. Звон клинков разносился по двору, когда юнцы, скользя в грязи и отфыркиваясь от дождевых потоков, низвергавшихся свыше, сходились, дабы обменяться парой ударов, отработать приемы атаки и обороны, внушенных им ветеранами-мечниками.

Годрик тяжело вздохнул: еще совсем недавно среди этих ребятишек была и его собственная дочь, Фрида, избравшая рыцарскую стезю и принявшая на себя все тяготы этого пути. А теперь она далеко, исполняет прямой приказ королевы Изабель. Святой Изабель…

Казалось, война закончилась, демоны вновь отброшены в Шио, а некроманты загнаны в свои норы, где еще долго будут зализывать раны. Но теперь в благословенных некогда землях Империи Грифона разгорается пламя очередного конфликта, когда брат идет против брата, вассал — против лорда. Мир обезумел, и причина этому одна — Изабель, как ни больно сознавать этот факт.

Когда-то он, Годрик, честью поклялся умирающему Императору Николасу Грифону, что после окончания войны приложит все силы, дабы возвести на престол Империи Изабель, нареченную наследницей трона. Многое произошло с тех пор, заставившее старого рыцаря не раз пожалеть о сказанном тогда и не раз поставить под сомнение собственные деяния. И, отчасти, его вина в том, что человеческая держава ныне пребывает в столь донельзя плачевном состоянии, ибо ее раздирает на части гражданская война.

Многие дворяне не пожелали признать власть королевы, и перешли в открытую ей оппозицию. А недавняя организация новой церкви Святой Изабель и канонизация королевы вместо того, чтобы сплотить нацию, лишь усугубили и без того неважное положение вещей. Священники Эльрата единым фронтом выступили против «еретиков» и их архиепископа, Аларика. Вот о последнем Годрик был самого невысокого мнения, считая его коварным змеем, что использует ситуацию в стране лишь к собственной выгоде. Как, например, создание ордена красных священников и искусное разжигание страстей между ярыми последователями Изабель и ее противниками. И будто этого мало, куда-то исчезли ангелы, хранители и защитники королевства: мало кто видел в этом добрый знак.

Многие считали, что с тех пор, как королева вернулась из Шио, она стала другой. Годрик и сам признавал этот факт, хоть в открытую и не высказывался. Да, Изабель изменилась: в характере появилась жесткость, порой граничащая с неприкрытой жестокостью, а некоторые поступки и порывы королевы вызывали искреннее недоумение у ее самых ближайших советников. К таковым с недавнего времени относился и Годрик. Изабель передала командование армией Империи, точнее, теми легионами, что остались лояльны ей, Фриде, отправив девушку на новую войну. «Усмирять» мятежных лордов.

И более того, Изабель приказала новоиспеченной командующей выступать немедленно, без должной подготовки и лишь с символическим отрядом неопытных новобранцев.

— Войска подойдут к тебе позже, — заметила тогда королева. — Сильные… и послушные!

А в помощники Фрейде Изабель назначила Ласло, весьма жестокого и неприятного рыцаря, по неведомой причине возвысив его над остальными, куда более достойными. При Императоре Алексее этому выскочке и отхожие места бы чистить не доверили!

— Будь осторожна, дочь! — напутствовал он Фрейду, провожая. — Окружи себя верными людьми. И помни — Империя превыше любого человека.

Оторвавшись от созерцания тренировочного поединка, Годрик побрел вглубь дворца. Что-то вершится, что-то происходит. Налицо явная борьба за передел власти, и он в ней — одна из ключевых фигур. Старый рыцарь невесело усмехнулся: его война еще не окончилась.

На границе Ироллана отряд главнокомандующей Фриды, сопровождаемой Ласло и архиепископом Алариком, встретился с предводителями тех, кого при дворе Талонгарда окрестили «мятежниками» и «предателями короны» — лордом Колдуэллом и первосвященником церкви Эльрата Рандаллом. Опасаясь суда инквизиции стремительно набирающей популярность церкви Святой Изабель, те укрылись у эльфийских союзников, забрав с собою юного Андрея, племянника Николаса и истинного наследника трона Империи. Изабель они открыто презирали и ненавидели, мало того, что та спуталась с некромантами и обратила Империю в руины, так теперь провозгласила себя Святой.

Как и ожидалось, переговоры ни к чему не привели: лорд Колдуэлл, родной дядюшка Фриды, отказался передать принца Андрея в руки инквизиторов Аларика, чем заслужил поток угроз со стороны последнего. Пожав плечами, Колдуэлл развернул коня и скрылся в лесах Ироллана.

Подчинившись требованиям Ласло и Аларика, Фрида отдала приказ воинам следовать за ним и уничтожить лагеря мятежников лорда Колдуэлла и фанатиков Рандалла сразу же по обнаружении. Не раз в последующие дни она пожалела о принятом решении. Каждый час вылетавшие из древесных крон эльфийские стрелы уносили жизни ее воинов, а подкрепления, обещанного Изабель, все не наблюдалось. С таким успехом вся ее жалкая армия будет истреблена на корню весьма скоро.

Ласло с благословения Аларика с поистине садистским удовольствием предавал огню все окрестные крестьянские угодья. Карающая длань «благородной» Империи Грифона настигла их и здесь, на сопредельных землях.

А затем сам Аларик явился пред Фридой, и, немного смущаясь, сообщил, что отряд красноризцев — верных солдат церкви Святой Изабель, следовавших на воссоединение с их армией, попал в окружение в соседних болотах, и не может пробиться к союзникам. Наследница Единорога только закатила глаза: выручать тех, кто шел к ним на выручку — великолепный стратегический план! В последнее время ей казалось, что она живет в каком-то кошмарном, извращенном сне. И начался он по возвращении королевы Изабель из Шио.

Уничтожив эльфийских воинов, войско Фрейды соединилось с сотнями мечников и лучников в ярко-алых рясах поверх доспехов, после чего обрушилось на лагеря Рандалла и Колдуэлла. В жаре схватки архиепископ Эльрата и мятежный лорд погибли. Перед тем, как Ласло снес ему голову, Колдуэлл успел взглянуть в глаза племяннице.

— Как ты мог, дядя? — вопрошала она изменника.

— А ты? — отвечал обреченный.

— Я служу королеве! — воскликнула Фрида, и Колдуэлл скорбно склонил голову:

— Да, служишь… Но вот кому служит она?

Битва завершилась, но юного Андрея в лагере не оказалось. Допросив с пристрастием нескольких пленников, Ласло выяснил, что мальчишку отослали в герцогство Оленя, вотчину лорда Дункана, старого противника королевы, выступавшего против нее еще во времена последней войны. И карающее воинство Империи Грифона двинулось на Хорнкрест.

Согласно последнему указу Святой Изабель, мятеж в герцогстве Оленя надлежит считать очередной попыткой демонов отомстить Империи Грифона за победу в войне. Имперским войскам предписано безжалостно уничтожать всех сектантов-демонопоклонников, встреченных по пути.

К изумлению Фриды, крестьяне герцогства, удивленно встречавшие войско у своих обманчиво мирных деревень, на ее глазах обращались в безобразных рогатых демонов, тут же бросавшихся на воинов Империи. Ласло и Аларик торжествовали, избавляя мир от угрозы нечистых тварей и предавая огню деревянные хижины, крытые соломой. Фрида недоумевала: как же так? Демоны вновь на землях Империи Грифона? Разве они не заперты в Шио в ожидании следующего лунного затмения, что ослабит барьеры на их извечной тюрьме? Что-то в происходящем было дьявольски неправильно, но ее пособники, гордо именовавшиеся «доблестным рыцарем» и «высокочтимым архиепископом» не утруждали себя долгими размышлениями над природой противостоящих им тварей. Ведь приказ на уничтожение их отдан непосредственно самой Святой Изабель, и не важно, что в сожженных ими городах и весях герцогства не обнаружилось ни одного нечестивого храма, ни порталов или колдовских кругов.

Войско Фриды победным маршем продвигалось в сердце герцогства Оленя, и герольды на площадях Империи Грифона уже трубили о скором окончании гражданской войны и полном разгроме воинства мятежников. Тем не менее, сомнения в правильности своих действий одолевали Фриду все больше и больше, когда она глядела на скорый суд над несчастными крестьянами, вершимый красным архиепископом. А вскоре последовал и новый удар — девушка узнала, что ее отец, сэр Годрик, помещен в темницу за высказывание «опрометчивых» слов и сомнений в политике Святой Изабель. Последняя строго-настрого наказала Фриде самой вести осаду Хорнкреста, намекнув, что тот, кто положит конец мятежу, будет одарен ее особой милостью.

Столица герцогства пала, а мятежного лорда Дункана воины-красноризцы в цепях приволокли и бросили в грязь перед Фридой, Ласло и Алариком. Последние готовы были совершить расправу над дворянином немедленно, но Фрида резонно заметила, что подобное действие подстрекнет к открытому мятежу иных лордов Империи, все еще колеблющихся в выборе стороны. Посему, выделив рыцарский конвой, юная главнокомандующая повелела препроводить Дункана в Талонгард да бросить в темницу. Ее жестокие соратники согласились с принятым решением, ошибочно приняв проявленное Фридой милосердие за трезвый расчет.

В Хорнкресте Андрея Грифона не оказалось. Как стало известно, незадолго до осады Дункан отправил юношу в Гримхейм, северную державу гномов, надеясь, что под защитой подгорных воителей наследник престола пребудет в безопасности. Впрочем, полководцы Изабель не видели в этом большой проблемы и приказали войскам двигаться на север, к пограничным гномьим крепостям. В том, что низкорослый народец окажется достаточно здравомыслящ для того, чтобы выдать силами имперской инквизиции последнего демонопоклонника, Аларик даже не питал сомнений.

Да, гномы оказались здравомыслящи, даже чересчур! Во-первых, они наотрез отказались пропустить на свои земли хоть одного воина в алых рясах инквизиции, а во-вторых — заломили огромную пошлину золотом и драгоценными каменьями. Ласло пришел в неописуемую ярость, но Аларик урезонил своего товарища-"мясника», заметив, что соотношение сил на приграничной заставе Гримхейма явно не в их пользу. Потому на переговоры с гномьими владыками в Тор Хралл отправилась лишь Фрида, ведя за собой символический отряд воинов, исполнявших роль почетного эскорта.

Вульфстен, вздорный вождь клана Северного Ветра, дал разрешение Фриде пройти в Тор Хралл, где с удивлением узнал от нее о пленении Дункана.

— Неужто Империя совсем сошла с ума? — выдохнул вождь, и в этот момент в тронный зал вбежал запыхавшийся гном-посланник, доложивший, что красноризцы под началом Ласло атаковали гарнизон дворфов и теперь движутся вглубь Гримхейма. Вульфстен пришел в ярость: никогда еще человеческая Империя не плевала так в лицо своим северным соседям. В сердцах он велел Фриде немедленно убираться из дворца, гарантировав молодой военачальнице неприкосновенность, пока та не доберется до границы и не уберется с гномьей земли.

С тяжелым сердцем Фрейда покинула Тор Хралл, исполненная решимости как никогда.

— С меня довольно крови и безумства! — прошептала она, направляясь к ожидавшему у городских врат эскорту. — Прости, отец, но совесть и вера не оставляют мне выбора. Я буду воевать — против Аларика, Ласло и их сумасшедшей королевы!

Однако спокойно покинуть Гримхейм у Фрейды не вышло, да, Вульфстен обещал ей безопасный проход до границы, но один из его советников (и, по совместительству, брат) — Рольф, весьма суровый и безжалостный воитель, и не думал так просто отпускать ту, что — по его мнению — вероломно сорвала дипломатические переговоры.

С боем пробиваясь прочь с заснеженных равнин Гримхейма, Фрида осознавала, каково это — внезапно превратиться из охотника в жертву.

История Асхана (Герои V часть 3 + Темный Мессия)

В подземельях Игг-Чолла темные эльфы насторожились. Их Вождь, Раилаг, куда-то исчез, а еще ходили упорные слухи о войне на поверхности.

Тралсай, вождь клана Суровых Сердец, что последовал Раилагом во время Войны Королевы Изабель, но ненавидел лидера всеми фибрами души, он вознамерился исправить существующее положение и вновь взять власть в свои руки.

(Клан Суровых Сердец в предыстории был основан самим Раилагом, но после отрекся от престола и стал почетным членом клана своего друга, клана Теневого Клейма, которым управляет теперь. Забавный твист, жаль что поздний и в этой части вообще никак не обыгрывается)

И однажды к ему неожиданно пришла Шадия, которую знали как правую руку Раилага, она предложила поспособствовать возрождению клана Суровых Сердец, эльф недолго колебался. Шадия напомнила Тралсаю о старом соглашении.

— Старые друзья не забыты, — сказала она. — А старые враги никогда не будут прощены!

***

В ответ на предательский удар Ласло гномы объявили войну Империи Грифона. Королева Изабель направила к границе Гримхейма отборные легионы, намереваясь посчитаться с низкорослым народцем, помимо всего прочего, и за пропавшую на их землях Фриду.

Последняя тем временем все же смогла пересечь границу и углубиться в занятые мятежниками северные земли Империи. Да, теперь она ощущала себя одной из них, вот только мятежные лорды не спешили принимать военачальницу Святой Изабель за свою. Окруженная врагами со всех сторон — гномами Рольфа, мятежниками и красноризцами Аларика, Фрида решилась на крайний шаг. Она узнала, что в нескольких десятках милях от ее отряда проходит войско, которое должно доставить плененного Дункана в Талонгард. И если удача пребудет с ней, Фрейда сумеет вызволить из плена благородного лорда, который убедит остальных своих соратников в чистоте устремлений герцогини Единорог.

(Я долго пытался по карте сориентироваться, как бы могли везти Дункана, но так и не смог. Фокус в том, что его захватили уже на границе с гномами и по логике должны были переправить на юг, в столицу. Фрида же не могла вернуться тем же путем назад, ей нужно было обойти войско Ласло и пересечь границу восточнее или западнее места пленения Дункана. В итоге сделав крюк, она натыкается на конвой, который сделал такой же крюк, еще и шел достаточно медленно, чтобы она успела к месту встречи раньше них.

Как не крути, а выходит классический рояль в кустах. У Фриды проблема и сценарист подкидывает ей быстрое решение этих проблем)

Долгие недели провела Фрида в неспокойных пограничных землях между державами людей и гномов. Несмотря на многочисленные потери в ее армии, молодая командующая сумела вызволить сэра Дункана из темницы в портовом городе, где тот ожидал судна, на котором должен был отправиться в столицу Империи и предстать пред «справедливым» судом Святой Изабель.

(Портовый город? Еще раз открываем карту, и видим два важных момента. Во-первых, столица Империи не имеет порта, просто потому что находится далеко от моря или больших рек. Во-вторых, земли на границах с гномами, как и северные земли Империи вообще, тоже не могут иметь необходимого сценаристам порта. Единственный контролируемый находится между королевством гномов и землями орков и выходит в Море Теней.

Вместо того чтобы тупо пройти обратно, как пришли, эти ребята пошли от границы гномов на запад, дошли до порта, потом на корабле обогнуть сначала королевство гномов, потом земли лесных эльфов, вошли в море Ирисус, высадились в Картале и все равно пошли пешком, только в этот раз расстояние в 5-6 больше, чем если бы они двинулись в столицу напрямик. Гениально)

Фрида дала бой войскам империи на пристани. Лишь небольшая часть флота Империи уцелела, и Фрида собиралась использовать эти корабли, чтобы добраться до Талонгарда и вызволить отца из заточения. Дункан же оставался здесь, на границе: к Ласло у него был небольшой должок.

Тем временем в Гримхейме страсти накалялись. Вульфстен из последних сил удерживал приграничные города, раз за разом отбивая яростные удары красных фанатиков Ласло. В довершение всех неприятностей, Рольф упрямо настаивал на выдаче наследника трона Империи и прекращении войны, а когда Вульфстен ответил отказом, отправился прямиком к правителям Гримхейма — королю Толгару и Хангвулу — верховному жрецу Арката, Дракона Огня, в руках которых была сосредоточена вся светская и духовная власть державы. И он ушел не один, а забрал с собой принца Андрея.

Немногочисленные силы Вульфстена наносили противнику быстрые и чувствительные удары, после чего столь же стремительно отступали. И думать нечего, чтобы навязать Ласло открытый бой — слишком неравны силы.

(Угу, при это гномы сидят в хорошо укрепленной приграничной крепости, которую в кампании Фриды имперцы опасались брать штурмом)

Однако шли недели, припасы войска гномов подходили к концу. И Вульфстен принял решение, он повел войско за собою на Асбранд — крепость его сородичей, ныне захваченную имперцами. Освободить павшие города Гримхейма было для него делом чести, а к тому времени, как он справится, быть может, к границе подтянутся легионы короля Толгара.

Последний же был поставлен перед дилеммой: явившийся в столицу, Тор Мирдал, Рольф сообщил, что молодой Вульфстен — предатель, развязавший войну с Империей Грифона, похитив принца Андрея. Толгар в гневе отмел эти доводы, но более осторожный жрец Хангвул посоветовал монарху глубже разобраться в проблеме. В самый разгар аудиенции Рольфа в тронном зале явилось видение королевы Изабель. Королева предложила королю Толгару перемирие в обмен на выдачу Андрея. К тому же Изабель намекнула, что темные эльфы вновь готовятся к войне, а у Империи с ними союз, заключенный с клановым вождем Раилагом. Впрочем, об этом соглашении можно и забыть, если принц вновь окажется у нее в руках.

Видение исчезло. Король Толгар нахмурился: что же это — разорванные союзы, преданные принцы, удерживаемые Вульфстеном? Политика Империи в последнее время поднимала слишком много вопросов.

Сам же Вульфстен продолжал партизанскую войну против имперцев, захватывая их обозы с припасами и громя небольшие отряды. С тех пор, как гномы вновь с боем захватили Асбранд, мораль армии ощутимо возросла, и новые силы подгорных воителей примкнули к молодому полководцу.

И все бы хорошо, но вести, дошедшие до Вульфстена из Тор Мирдала, были неутешительны. Король Толгар созвал совет вождей кланов, на котором объявил о намерении начать войну с темными эльфами Игг-Чолла, а также провозгласил Вульфстена предателем, развязавшим конфликт с дружественной Империей Грифона. Так или иначе, клан Северного Ветра на его стороне. Хангвул, несомненно, подчинит жрецов Пламени Глубин и те останутся в стороне. Клан Жестокой Стали пойдет за королем, как и Осторожные Сердца. Что же касается Каменного Кулака и Прочного Молота, кто знает? Скорее всего, их больше беспокоит новая Подгорная Война с Игг-Чоллом.

Осознав, что поддержки гномьих легионов из столицы он не дождется, Вульфстен двинулся маршем на захваченный красноризцами Ласло Тор Хралл. Большую часть войск имперцев ему удалось выдавить назад в приграничное герцогство Оленя, однако Тор Хралл охраняет мощный гарнизон, прикрывающий отступление.

Удача благоволила гномьему вождю: на марше его войско встретилось с передовыми силами герцога Дункана, у которого имелся свой счет к Ласло, и который был не прочь помочь в штурме павшей твердыни. Воспрянув духом, армия Вульфстена двинулось на соединение с основным войском герцога, когда путь дворфам преградили их же собратья, ведомые Рольфом. Последний не мог отказать себе в удовольствии лично исполнить приказ короля и поставить зарвавшегося братца на колени.

(Как это мило)

Армия Вульфстена разбила собратьев-гномов под началом Рольфа, после чего соединилась с силами герцога Дункана. Войско, ведомое двумя старыми друзьями, вырвало Тор Хралл — оплот клана Северного Ветра — из-под власти красноризцев, после чего устремилось на юг, в герцогство Оленя. Союзники хотели отвлечь внимание Изабель от флота Фриды, движущегося к Талонгарду, поэтому они выступили против Ласло, окопавшегося в Хорнкресте. Казалось, союз, заключенный королевой Империи и королем Гримхейма во славу Арката и Эльрата, сводит на нет все шансы отряда «мятежников», но они упрямо отказываются признавать тщетность своих усилий, ведь каждая их победа даст дочери Годрика все больше шансов на успешное вызволение из темницы великого полководца.

С огромной армией Ласло выступил против врагов, осадивших Хорнкрест. Завязалась жаркая битва, в ходе которой выяснилось, что Ласло нельзя взять обычным оружием, странная магия защищала его.

В это время Фрида атаковала Талонгард, под покровом ночи проведя корабли в городскую бухту.

(Хотел бы я на неё посмотреть. И нет, я не по бухту, ведь согласно карте её нет. А вот как Фрида ведет корабли к столице, что согласно описанию стоит в чистом поле. Даже интересно, попробовала ли она повторить подвиг Вещего Олега и покатить корабли на бревнах? Чисто игромеханический у этого города так же нет ни порта, ни берега, на который можно было бы высадиться, хоте небольшая речушка и огибает скалу.)

Ей войско проникло в столицу Империи и схватилось с дворцовой стражей; сама же девушка устремилась в темницу, где обнаружила своего отца, сэра Гордика. К несчастью, старый рыцарь умирал; он успел рассказать дочери, что Изабель бросила его в тюрьму сразу же после визита гонца от Ласло. Годрик завещал дочери сражаться и довести начатое дело до конца, вернув мир в Империю Грифона.

И когда он умер на руках у дочери, ангелы спустились с небес, и Фрида услышала голос Эльрата:

— Прими мой дар!

Весь свой гнев, всю боль утраты вложила молодая герцогиня в единственное своё желание.

— Ласло!!! — Выкрикнула Фрида имя человека, виновного в гибели её отца.

Яростный крик ее разнесся над землями Империи и Гримхейма, и прямо перед Дунканом и Вульфстеном столб огня ударил с небес, скрыл фигуру Ласло из вида, оставив огромный кратер на том самом месте, где только что стоял главнокомандующий красноризцев. Войска последнего в ужасе бежали с поля боя.

— Если это сделала Фрида, ты бы подумал лишний раз, прежде чем жениться на ней, — поддел Дункана Вульфстен.

(Гному 5 за юмор. Сценаристам 2 за Хрень. Эльрат молчал, когда люди сдавали демонам один город за другим. Молчал, когда Маркел резал архангелов, вырывая их крылья. Молчал, когда Алая Изабель вырезала целые селения. Но не смог промолчать, когда нашей героине потребовалось отомстить. Хотя я правда считаю Фриду нормальным женским персонажем, но такое подыгрывание, граничившее с Мэри Сью, откровенно раздражает)

***

Недолгое правление Раилага, объединившего разрозненные кланы Игг-Чолла, завершилось с его исчезновением. Кланы вновь свободны и каждый надеется сам решать свою судьбу.

Илайя, Хранительница Закона клана Заклеймённых Тенью, истово молилась Малсаре, Матери Теней и дочери самой Малассы, и та удостоила ее видением.

— Внемли мне… — прошипела Малсара. — Присмотрись к клану Шрама Души… Вернули старые алтари, возродили старые обряды… Мысли их сокрыты… Даже от меня… Раскрой их замыслы… Выведай, кому они верны…

— Воля твоя будет моей волей, — отвечала Илайя, — нужды твои — моими нуждами.

(«Обожаю» религиозных фанатиков, приятнее играть только за агрессивных наркоманов)

Видение Малсары исчезло. Поднявшись на ноги, Илайя покинула молельный чертог своего замка, собираясь немедленно исполнить миссию, возложенную на нее дочерью богини.

Собрав войско своего клана, Илайя повела его к владениям клана Шрама Души. Однако подступиться к оным оказалось непросто: Тралсай выставил на границах огромное число минотавров, наказав им ни под каким предлогом не пропускать посторонних в клановые владения. Заклинательницы Илайи смогли проведать лишь о том, что Тралсай готовится провести некий Ритуал, и для него ему необходимы массовые жертвоприношения. Потому вождь приказал подданным пленить множество крестьян из наземных деревень, лежащих в пограничных районах Империи Грифона.

Илайя нахмурилась: все это явно отдавало демонической магией.

Подземными ходами и с помощью телепортирующих заклятий Илайя сумела подобраться к центру региона, огражденного силами клана Шрама Души, и на поляне в лесной чащобе увидела встречу Тралсая с темной эльфийской — Шадией, бывшей ближайшей советницей Раилага.

— Хорошо, — кивнула та, обращаясь к вождю и не замечая лазутчиков. — Думай. Планируй. Выжидай. Старые друзья не забыты. Я научу тебя новому обряду, для которого нужны новые жертвы. Но будь осторожен, об этом никто не должен узнать.

Илайя скрылась в тенях, отступив. Хранительница Закона услышала все, что хотела. Клан Шрама Души вновь связался с демонами. А значит, ее задача теперь — предупредить родичей, поведав им о планах Тралсая и чудесном возвращении Шадии.

С боем, не видя больше необходимости скрываться, Илайя покинула владения Шрама Души.

Тем временем все больше Гномьих войск стягивалось к Игг-Чоллу, и вел их сам король Толгар. Презрев доводы советников, престарелый монарх отправился на войну, оставив Хангвула решать дела Гримхейма. Все чаще и чаще жрец Арката обращался к мысли о том, что стране нужен новый правитель, ибо последний заметно сдал за последние годы. Рольф, конечно же, с радостью взойдет на трон, ежели таковой ему предложат, однако амбиции его весьма пугающи.

И вновь Илайя обратилась с молитвой к Малсаре.

— Твои подозрения подтвердились, о Мать Теней, — сказала эльфийка. — Они презрели твои слова и поклоняются Ургашу!

— Смерть: меньшее, что их ждет! — Взревела Драконица. — Я должна отыскать верного союзника — Раилага. Единожды пропавший, дважды рожденный…

Не только Король Демонов слышал молитвы Тралсая. Маласса, Драконица Тьмы, богиня темных эльфов, в гневе внимала им и лишила свой народ благословения. Черные и сумеречные драконы отказались служить иным чернокнижникам, за исключением Хранительницы Закона Илайи, ибо та единственная не отвернулась от Марсалы и продолжала истово молиться ей.

Подземный мир обратился в хаос. В мрачные пещеры Игг-Чолла хлынули объединенные воинства Гримхейма и Империи Грифона; помимо темных эльфов, поднявшихся против оккупантов, путь врагам преградили демонические твари Шио, призванные чернокнижниками клана Шрама Души. Таков был изначальный план Тралсая: спровоцировать гномов на нападение, что неминуемо ослабит иные кланы Игг-Чолла, в то время как его собственный существенно расширит сферу влияния при поддержке адских союзников.

(Прекрасный план, надежный как швейцарские часы)

Невзирая на повсеместные сражения, Илайя, следуя инструкциям Малсары, неутомимо продвигалась к цели. Кортеж из черных драконов, сопровождавших Хранительницу Мудрости, заставлял дважды подумать всякого, кто бы вознамерился атаковать эльфийку.

Раилага Илайя обнаружила в одной из дальних пещер в обществе королевы Изабель. Хранительница Закона поведала клановому вождю о замыслах Тралсая, и о том, что того ведет под уздцы Шадия. Глаза Раилага угрожающе сузились: кому, как ни ему знать о коварной природе этой суккуб в обличье эльфийки. Не раздумывая, он вновь вызвался возглавить войска клана Теневого Клейма в грядущей битве, и Изабель обещала выставить силы Империи против демонопоклонников Шрама Души. Близилось роковое сражение, что раз и навсегда разрешит судьбу Игг-Чолла.

И когда несметное воинство Тралсая осадило столицу клана Заклейменных Тенью, сотни черных драконов присоединились к защитникам. Это была месть Малассы отринувшим ее детям. Сражение завершилось в считанные минуты, угрозы со стороны мятежного клана Шрама Души больше не было.

Раилаг отыскал Изабель у подземного озерца.

— Я должен идти, любимая, — напрямую обратился к королеве Раелаг. — Я получил вести о твоем… о ребенке Кха-Белеха.

Изабель кивнула:

— Я пошла бы с тобой, но… то, что со мной сделали… и то, что вышло… Я не могу смириться с этим. Слишком мало времени прошло!

— Нам повезло, что у нас вообще было время, — ответил Раилаг.

(Существует легенда, что в файлах игры можно найти вырезанный видеоролик, в котором Раилаг признается Изабель, что это он в обличии Аграила убил Николаса, и та его прощает. Не знаю правда ли это, я данного ролика не видел, но если правда, что я рад, что его вырезали. Это было бы слишком сопливо, и нереалистично)

Покинув любимую, пребывавшую с ним все эти долгие месяцы, прошедшие со дня возвращения из Шио, Раилаг разыскал Илайю.

— Сопроводи Изабель в Хорнкрест! — приказал клановый вождь. — Там она соберет верные имперские войска. Они помогут ей отбросить фанатиков королевы-демонессы.

(Ну хоть в этот раз особой интриги не стали делать на тему та ли это Изабель или не та)

Хранительница Закона кивнула, стараясь не выдать своего крайнего изумления. Она и раньше подозревала, что в Империи что-то не чисто, но чтобы на троне великой державы восседала демонесса, в то время как истинная властительница прячится в подземных пещерах, оберегаемая Раилагом?

(Долг? Честь? Тысячи убитых? Хотя по-хорошему именно Изабель пинать и не хочется, её по-человечески жалко. Очень много свалилось на молодую девушку, и все началось в том момент, когда настоящая жизнь только должна была начаться, сразу после свадьбы. Вот к Раилагу и Годрику у меня вопросы. Они вернулись из похода вместе, оба везли домой по Изабель. Ну как бы вывод напрашивается сам собой, одна из них поддельная. Годрик вот вообще не разу не заподозрил свою Изабель? Или быть может Годрик не знал, что из Шио вывезли 2 девушек? Тогда почему Раилаг ему ничего не сказал?)

Но вождь не считал необходимым посвящать соратников в свои дела, чем меньше смертных ведает о только что родившемся ребенке Короля Демонов, тем лучше. Не дождавшись пояснений, Илайя лишь кивнула:

— Да, вождь. Когда ты вернешься?

— Скоро, — отрезал Раелаг, и, помолчав, добавил: — Надеюсь, что скоро.

Полчища красноризцев осадили Хорнкрест — последний оплот мятежников в Империи Грифона. Суккуб, что скрывалась за личиной Изабель, бросила все силы инквизиции на подавление сопротивления, отдав приказ немедленно казнить герцога Дункана по факту поимки.

В самый разгар сражения в буквальном смысле из-под земли появилось войско = Игг-Чолла, под командованием Илайи и истинной Изабель, атаковавшее армию Империи с тыла. Силы красноризцев смешались, и в этот момент врата Хорнкреста раскрылись, и оттуда хлынули воины герцогства Оленя и клана Северного Ветра Гримхейма. Армия красных оказалась между двух огней, и к закату осаду с Хорнкреста удалось снять.

Трое лидеров, ставших союзниками в последней сече, встретились у врат столицы герцогства.

— Темные эльфы? — недоверчиво прищурился Вульфстен. — Мы же вроде воюем с ними!

— Само собой, воюете, — в тон ему ответила Илайя. — Вы, гномы, вечно воюете, если не пьяны.

— Что?! — взорвался Вульфстен, покраснев до корней волос. — Да я сейчас…

— Постой, — урезонил его Дункан, положив другу руку на плечо. — Не затем они сняли осаду, чтобы напасть на нас.

— Все мы сражаемся с демонами, — кивнула Хранительница Закона. — К тому же, Маласса считает вас друзьями.

— Мы разгромили армию Ласло, — сообщил ей герцог. — Но одна… отважная дева принесла себя в жертву…

Внезапно глаза его расширились, когда за спиною темной эльфийки он разглядел еще одну девушку.

— Позвольте представить вам Изабель, королеву Империи Грифона, — объявила Илайя.

Дункан и Вульфстен не сразу поверили в то, что перед ними истинная Изабель, а не еще одно порождение демонов. И правдивость притязаний той подтвердила Фрида, появившаяся у стен Хорнкреста со своей армией.

(Как вовремя)

— Да, это — истинная королева, — сказала юная Герцогиня. — Та «Изабель», что сидит на троне, жирная и развращенная особа. Эта же намного… стройней.

(Ха... ха...)

Определенно, для бедного Дункана слишком много потрясений за один день.

— Фрида, — пролепетал он. — Мы слышали эхо, крик… Я думал, ты погибла!

— Ага, — вставил Вульфстен. — А там и Ласло помер. Чудесное было зрелище!

— Не думала, что вы услышите это, — задумчиво произнесла Фрейда. — Я слышала голас Эльрата.

— Нужно действовать быстро, — заметила Изабель. — Освободить герцогства и лишить трона королеву-демонессу.

— И возвести на него настоящую Изабель! — воскликнула Фрейда, но королева отрицательно покачала головой:

— Хватит с меня тронов. Как только захватим Талонгард, пусть имперские дворяне выбирают себе следующего Императора, но только не меня.

И новый союз, совсем недавно казавшийся совершенно невозможным, выступил против спешащей из Талонгарда армии, ведомой самой Биарой в облике королевы Изабель. Последнее, казалось бы, самое страшное сражение в этой затяжной войне разгорелось на границе с Гримхеймом.

Но неожиданно войска Аларика отхлынули, оставив войско мятежных союзников в полной растерянности. Неужто замыслы поддельной королевы простираются куда глубже, чем кажется на первый взгляд? Так или иначе, путь к Тор Храллу, удерживаемому в данный момент силами короля Толгара, был свободен и Вульфстен не упустил шанса поквитаться с предавшим его королем.

День и ночь длилась кровопролитная битва, когда гном шел против гнома. Утро принесло долгожданную победу. На крепостной стене, окружающей город, рука об руку стояли Фрида и Дункан, на душе у обоих было неспокойно.

Все, чего добились союзники, это отвоевали исконные земли клана Северного Ветра, а несметные рати красноризцев, оставившие Толгара перед боем, сильны, как и прежде. Но какой ценой одержана эта победа? Гномы были лишь марионетками в руках Биары и Аларика, и необходимость в них отпала. Герцогство Оленя разорено и превратилось в пустыню. Фрида стала изгоем в своей стране. А Вульфстен прослывет цареубийцей, ибо лично лишил жизни короля Толгара.

К влюбленной паре присоединились Илайя, Вульфстен и Изабель.

— Что касается меня, — сказала королева, — то я устала скрываться. Я подниму герцогства — будем искать и уничтожать сектантов.

— Мой долг тоже связан с Империей, — кивнула Фрейда.

— И у меня есть не сведенные счеты, — добавил Дункан, и обратился к темной эльфийке. — Илайя, твои войска очень ценны, и с разгромом клана Шрама Души твои позиции в Игг-Чолле усилились…

— Когда на поверхности Асхана неспокойно, в Игг-Чолле тоже шум, — улыбнулась ему Хранительница Закона. — Помогая вам, я помогаю и своим кланам.

— И мы с вами, — добродушно рыкнул Вульфстен. — Придется немало поговорить да поорать, пока нас снова примут в Каменных Залах.

— Тогда, друзья, я рекомендую передохнуть, чтобы быть готовыми двигаться быстро, — резюмировала королева Изабель. — К началу войны мы должны быть во всеоружии.

(Не вершители судеб и правителя, а команда приключенцев раздолбаев какая-то)

А в далеких пустынных землях Раилаг спешил к своей цели, ведомый духом Тиеру. Он стремился на восток, в Свободные Города, в поисках демонопоклонников. Орков же навестит чуть позже.

(Что бы темный мессия делал у орков?)

Прибыв в Талонгард Аларик немедленно отправился к той, что скрывалась за личиной королевы Изабель.

— Я сделал, как вы велели, — доложил красный архиепископ. — Король гномов мертв. Сильнейший из кланов темных эльфов разгромлен.

— И они думают, что могут загнать меня в угол! — Королева расхохоталась. — Для тебя, Аларик, есть еще одно, последнее, задание…

— Все, что угодно! — отвечал архиепископ.

— Мальчик, — королева облизнула алые губы. — Наш маленький Андрей, из-за которого у нас было столько проблем. Привези его. Он мне нужен. Или хотя бы его кровь…

Беара, чьё пребывание в смертном мире стало возможным благодаря ритуалу на похищенной Кха-Белехом душе Алексея Грифона, намеревалась оставаться королевой Империи еще очень, очень долго. В конце концов, сама-то она бессмертна.

***

Недавние набеги на земли Ранаара со стороны ненавистных рыцарей Империи Грифона переполнили чашу терпения вождя Курока и, собрав племена орков воедино, он объявил о своем решении нанести ответный удар по герцогству Ворона, что в восточных пределах Империи, ибо память о давнишнем рабстве его народа и о свободе, дарованной великим Куньяком и его верным сподвижником, гоблином-шаманом Бату, никогда не изгладится из умов и сердец орков.

— Смерть рыцарям! — ревел Курок, грозно потрясая зазубренным топором. — Курок перебьет их! Курок будет править миром!

(Как-то очень уж быстро месть за набеги превратилась в завоевание мира)

Слово взяла провидица Куджин, поведавшая племенам дикоземья о снизошедшем на нее видении.

— Метнул Бату свои кости, — объявила Куджин, и толпа гоблинов, орков, кентавров и циклопов притихла, вслушиваясь в тихую речь провидицы. — Три символа выпали на них. Первым был демон. И сказал Бату: «Они — враги самой жизни, Матери Земли нашей и Отца Небес нашего. Они — истинные враги. Мы же храним жизнь, в том и наше предназначение». Вторым символом стал драконий король, юноша. Протянул он темный драконий череп Куньяку, дабы хранил тот избранного. Изрек Куньяк: «Наследник будет полудемоном и получеловеком. Обретет он силу спасти мир… или уничтожить его». Последним символом стала паучиха, мертвая, но не умершая. Разрывает она паутину лжи демонов, опутавшую мир. Молвил Бату: «Орки повстречают Паука с человеческим ликом. Ткач поможет спасти нам Мать Землю… ибо подобное вершили орки ранее!

(Во всем это «пророчестве»/спойлере меня больше всего заинтересовал драконий король, юноша, который вручил Куньяку черный драконий череп. Драконьих рыцарей нам представили, про череп Седьмого Дракона, мы узнаем в Темном Мессии, а Драконий Король где?)

Провидица отошла в сторону, замерев подле Готая, орочьего чемпиона, и слово вновь взял могучий Курок, призывающий соплеменников нанести ответный удар по Империи, что смеет вновь обращать в рабство свободный народ. Проникновенная речь Куджин оказалась мгновенно забыта, опьянённые жаждой крови, орки схватились за оружие, выступив в поход на западное герцогство Ворона.

Орда предавала огню крестьянские угодья, освобождая запряженных в телеги с репой кентавров; низвергалась на каменоломни, где под надзором рыцарей и лучников трудились закованные в цепи гоблины. Опустошив герцогство Ворона, Курок вознамерился поставить на колени иные расы Асхана и получить во владение драконий череп, о котором говорила Куджин, когда рассказывала о видение. Конечно, самой провидице претила столь прозаичная интерпретация оного, но что она могла поделать, когда варвары с пеной у рта прославляли своего военного вождя и готовы были следовать за ним на край света?

(Опять же странно, что орки кричат о завоевании мира, причиной конфликта стали набеги империи на земли орков, а по факту мы освобождаем рабов)

***

Мир пришел в некогда опасные и беспокойные владения Владык Смерти, разбросанные по долине Эреш. Тогда-то и явился некромант Арантир, утверждающий, что он — избранник Асхи и должен по воле ее вернуть равновесие в Асхан, и что доминионам Эреша вновь следует объединиться под началом одного Великого Лорда. Не тратя время на пустые слова, он принялся за подчинение окрестных некрополей своей безоговорочной власти, благо магические силы Арантира заставляли считаться с ним прочих Владык Смерти. В кратчайшие сроки он поставил на колени половину лордов долины Эреш, непокорным же даровал «истинную смерть».

Вампир-лорд Джованни и его возлюбленная, леди Орнелла, решили примкнуть к столь могущественному лорду и, дабы убедить его в своих добрых намерениях, преподнести на блюдечке Иллума-Надин, один из ключевых некрополей на северо-западных границах Эреша.

Но прежде замок нужно было захватить в собственное владение, однако, к большому удивлению вампиров, Иллума-Надин находился под властью колдунов, повелевающих демонами. Разбив воинство адских отродий, Джованни и Орнелла принесли клятву верности Арантиру, и последний с благословения Асхи нарек бывшую герцогиню Империи Грифона Владычицей Смерти, открыв ей сокровенные тайны некромантии.

Вампир Джованни вознамерился было нанести предательский удар в спину неведомо откуда взявшемуся «Великому Лорду», который ранее слыл безобидным книжным червем, но Арантир с легкостью уничтожил его.

— А теперь скажи, — спокойно сказал некромант, обращаясь к Орнелле. — Откуда здесь эти колдуны?

— Они захватили Иллума-Надин, — отвечала девушка. — Демонопоклонничество процветает в Серебряных Городах. К тому же я слышала, как они несколько раз поминали некоего «Менелага».

— Менелаг… — задумчиво проговорил Арантир. — Известный ученый в Серебряных Городах. Я изучал его труды «Изгнание демонов» и «Происхождение орков». Похоже, пришел час навестить наших соседей. Что же до тебя, дитя, слуги отведут тебя в Нар-Анкар, где дух твой очистится и начнется служение нашей богине.

Девушка кивнула, соглашаясь: постигнув азы некромантии, она обретет могущество, столь желаемое, и вся вечность будет принадлежать ей.

(Важный момент. Здесь Орнелла желает вечной жизни и могущества, запомним это)

Арантир, ведя за собою внушительную армию нежити, пересек границу Серебряных Городов в поисках демонопоклонников. Необходимо как можно скорее уничтожить их на корню, а заодно выяснить, для чего колдунам понадобилось захватывать Иллума-Надин, ведь веских причин для вторжения внешних сил в Эреш Арантир не видел.

(Где-то там, в небытие, оглушительно чихнул Маркел. Ну знаете, тот самый, убийца Первого из Круга, что еще огнем и мечом прошелся по Городам Серебряной Лиги)

Одну за другой Арантир захватывал цитадели магов, допрашивая с пристрастием хозяев. Они и поведали некроманту, что за культом демонов в Серебряных Городах стоит некий Орландо, которым, кстати говоря, весьма интересовался архимаг Менелаг.

— Снова Менелаг! — нахмурился Арантир. — Он что, сам демонопоклонник?

— Неизвестно, сир, — разводили руками чародеи. — Он навещал библиотеки, изыскивая древние предания о демонах и о наследии Седьмого Дракона. Он — великий ученый… А сейчас он отправился в герцогство Быка, следом за Орландо.

— Границы владений королевы Изабель снедает Хаос! — поморщился Арантир. — Но я не позволю демонопоклонникам разгуливать по Асхану!

Готовясь к длительному походу в Империю Грифона, Арантир отослал леди Орнеллу в ее родное герцогство Быка, где покойный Джованни оставил несколько некрополей, дожидающихся своего часа. Собрав за собою внушительную армию, Орнелла продемонстрировала тем самым свои выдающиеся способности некроманта и приверженность воле Асхи, после чего, объединившись с подоспевшим войском Арантира, осадила замок, в котором находился Орландо.

Великого Лорда долины Эреш весьма тревожил тот факт, что неуловимый демонопоклонник чувствует себя вполне уверенно как в Империи Грифона, так и на территории Серебряных Городов. К тому же, добавляла беспокойства нежданно-негаданно возникшая церковь Святой Изабель, базирующаяся в городе Фламмщрейне, нареченном архиепископом Алариком «священным городом». Религиозный фанатизм… Демонопоклонничество… Все указывало на то, что Империя Грифона не так уж «священна», и королева Изабель, прозванная в народе Красной Королевой, источник порчи, поглотившей некогда благословенные земли.

Стало быть, воля Асхи в том, чтобы очистить земли Империи от зла, поэтому Арантир отдал приказ незамедлительно выступать по направлению к Фламмщрейну, все равно Орландо вновь ускользнул от него, покинув герцогство Быка. зато, по крайней мере, само герцогство очищено от демонической порчи, а путь Арантира и Орнеллы лежал теперь в соседнее герцогство Волка.

Множество демонов выступили против «легионов Асхи», как назвал своё войско Арантир, на землях герцогства Волка, и это навело некроманта на мысль о том, что демонопоклонникам удалось создать портал, связавший один из местных городов с Шио.

Арантира очень удивило присутствие на землях Империи орочьей армии. Наткнувшись на отряд, ведомый провидицей Куджин, Арантир приветствовал орков согласно древним ритуалам этого народа. Пораженная Куджин узнала в некроманте «Паука Асхи» из своего видения, а на предложение того объединиться ради общей цели, искоренения порчи в Империи, отвечала, что перво-наперво ей необходимо держать совет с новым военным вождем, на воссоединение с котором она и ведет объединенные орочьи кланы.

Подступы к Фламмщрейну хорошо охранялись отборными легионами инквизиторов Святой Изабель, подземные же тоннели, битком забитые сокровищами церкви — демонами и дьяволами. Сомнений в том, что дворяне Империи заключили союз с Шио, у Арантира не оставалось.

Однако далеко не все верноподданные Империи предались демонопоклонничеству. Арантир и Орнелла повстречали на торном тракте одинокого жреца в одеяниях служителя Эльрата.

— Если ищете демонов, вам прямая дорога в Фламмщрейн, — сказал он, махнув рукой куда-то на северо-восток. — Там сосредоточена власть их порочной церкви, хранимая легионом Кровавой Стали, фанатиками. Моя же цель — набрать войск и исполнить волю истинной королевы Изабель.

Не пожелав объяснить свои загадочные слова, жрец двинулся прочь. Арантир с недоумением глядел ему вслед.

(И целая Армия Нежити (на самом деле 2 армии) не смогли остановить пафосного и загадочного жреца Эльрата. Ибо он был пафосен и загадочен)

Фламмщрейн был окружен магическими барьерами, и Арантиру пришлось изрядно потрудиться, проводя ритуал по их устранению, принеся в жертву жизни своих верных сподвижников-некромантов, в том числе и леди Орнеллы. В конце концов, «Асха все обращает на пользу» — таков девиз последователей богини. Служат и в жизни, и в посмертии.

(Орнелла. Та самая девушка, что желала бессмертия и могущества пошла на смерть. Я ни в коем случае не хочу преуменьшать подвиг людей, что добровольно шли на смерть за свои идеалы. Но исключительно эгоистичная девушка, что желала жить, и вдруг пошла на смерть? Честно сказать, я до последнего ждал, что она взбунтуется против Аратнира и мне придется её бить, все же прием «бей своих же» слишком часто встречается в Героях.

Ну и как небольшая ремарка, я так и не понял, почему нужно было жертвовать некромантами? Вам нужны души, так вы ведете сотни призраков в своей армии, а в 6 части нам сказали, что вся нежить создается при помощи душ (хотя это слабый аргумент), среди противников множество живых, которых можно захватить в плен (и фигни про то что их души осквернены Хаосом можно даже не упоминать, в конце концов и демонов, и и служителей алого культа можно поднимать в качестве нежити). В общем еще один странный сценарный ход, который должен что-то означать, но в итоге только вызывает вопросы)

Разгромив легионы лорда демонов Орландо, что отсиживались за городскими стенами, Арантир прошествовал в святилище Эльрата, где вызволил из заточения в магическом кристалле душу истинной королевы Изабель.

(Э-э… Чё?)

— Владыка Смерти? — поразилась та. — Стало быть, Асха теперь едина с демонами? Эльрата нет боле?

— Нет, ваше величество, — поспешил успокоить ее Арантир. — Асха послала меня, дабы пресечь порчу, снедающую земли Империи.

— Хвала Асхе, — тихо молвила Изабель. — Но… мысли мои путаются. Я существую в постоянном кошмаре!

— Что произошло с вами, королева Изабель? — задал некромант вопрос, интересующий его в первую очередь.

— Они разделили душу мою и тело… — с горечью отвечала та. — Сразу же после того, как я породила монстра, подвергшись насилию со стороны Кха-Белеха, Короля Демонов.

— Но зачем это демонам? — озадачился Арантир.

— Ребенок… они сделают из него Темного Мессию, — произнесла Изабель. — Я видела темный череп, сотканный из теней, голову Дракона. С помощью этого артефакта они надеются сокрушить стены своей тюрьмы.

— Они пытаются добраться до реликвий Сар-Элама! — догадался некромант. — Ложная Изабель посвятила себя служению Ургашу!

— Истинная Изабель… я… в ином месте, — отвечал мятущийся дух. — Собирает войска, дабы свергнуть узурпаторшу! Молю тебя, освободи мою душу. Магия твоя может очистить порчу этих земель.

— Конечно, дух королевы Эльрата, — поклонился Арантир. — Я отправлю тебя в твое истинное тело.

(М-да… И снова заклепки для сюжета. Я вообще не понимаю для чего был весь этот бред с разделением души и тела. Как тело без души функционировало и вообще вело полноценную жизнь, ещё и вмешавшись в гражданскую войну. Зачем нам устами Изабель еще раз пояснили за сюжет разрабатываемого спи-оффа про темного мессию? Когда она вообще видение будущего получила, во время изнасилования? Ну и книжник Арантир, который не знал пророчество о темном мессии, это вообще 5+. Хорошо хоть королева людей ему за некромантию пояснять не стала, а то я бы сгорел от испанского стыда)

Проведя магический ритуал, некромант воссоединил освобожденный дух с телом королевы — существовавшим, но не живым, после чего запрокинув голову к небесам, прокричал:

— Что ж, ложная Красная Королева! Асха шлет тебе свое приветствие! Асха! — продолжал Арантир, обращаясь к своему божеству. — Благословенно это, служить тебе в смертном мире. Порядок восстановлен, живые армии детей твоих нанесут последний удар. Новый путь открыт предо мной, пройти этим путем нужно немедленно. Я не могу оставаться здесь! Я должен отыскать Череп Теней до того, как это сделают они… До того, как это демоническое отродье обретет могущество, что может разорвать паутину нашего мира.

(Концовочка смазана, хотя это все равно лучшая компания за некрополис во всей серии, по моему мнению)

— Что?! — поразилась Биара, почувствовав магические возмущения, исходящие от разоренного Фламмщрейна. — Быть этого не может… Что ж, пришло время изменить наши планы.

На глазах архиепископа Аларика, пришедшего с докладом о ходе войны с орками, и потрясенных до глубины души придворных их королева обратилась в демонессу-суккубу, сотворившую портал в Шио прямо у крепостных ворот Талонгарда, и хлынувшие оттуда демоны залили кровью городские улицы, безжалостно расправляясь с людьми, имевшими несчастье оказаться у них на пути. Биара торжествовала: время интриг прошло, она сделала достаточно, чтобы ослабить Империю изнутри.

(Угу, угу, но почему-то мне кажется, что если бы столица Воронов не пала, то интриги бы продолжались. Хотя умение делать хорошую мину при плохой игре у суккубы должно быть в крови)

Незадолго до падения Фламмщрейна великий Курок, военный вождь орков Ранаара, был смертельно ранен в одном из сражений, ведомых его ордой на территории Империи Грифона.

— Готай… — прохрипел он на смертном одре, сжимая запястье молодого чемпиона. — Я растил тебя как собственного сына, обучал законам нашего племени… Хотел, чтобы племя правило Асханом! Но моя гордыня… Думал, что на мне — благословение Куньяка… Отныне я, Курок, Второй Хан Орков, буду вести сражение, вселившись в топор Готая, направлять его руку! Отомсти за меня! Прикончи жреца, обращающего народ наш в рабство… Аларика!

(Как верно заметил один читатель, это слишком длинная фраза для умирающего)

Однако занять трон хана оказалось не так уж и просто. Сыновей у Курока не было, потому вожди сразу нескольких орочьих кланов заявили о своих притязаниях. И тогда Куджин и иные шаманы орды объявили о своеобразном состязании: претенденты должны уничтожить как можно больше человеческих рыцарей в землях герцогства Ворона и тот, кто первым доставит провидице 1000 черепов, и будет назван следующим военным вождем.

(И тут я заржал. Во-первых, чисто игромеханически, рыцари и их улучшенные варианты — это войска 6 тира, уже несколько десятков рыцарей в армии героя, сила с которой приходится считаться. Но давайте вспомним историю и посмотрим на ситуацию чисто логически. В империи Карла Великого, 8 век, было что-то около 1000 рыцарей всего, и чисто по документам, которые как считается, сильно преувеличены. В 6 крестовый поход, 13 век, пошло около 1500 рыцарей, со всей Европы. Отсюда закономерный вопрос, насколько же крута Империя Грифона? Эта империя пережила войну с демонами, гражданскую войну при Маркеле, гражданскую войну при Лже-Изабель, и всего в одном её герцогстве достаточно рыцарей, чтобы несколько орков могли посоревноваться, кто быстрее 1000 черепов соберет.

Ну и как вишенка на торте, хотя в тексте задания говорится о рыцарях, засчитываются все юниты ордена порядка)

Готай исполнил требуемое, бросив мешки с отполированными человеческими черепами к ногам Куджин, и та с радостью нарекла его Великим Ханом. Однако далеко не все клановые вожди согласились с решением провидицы и вознамерились оспорить положение юного выскочки. Куджин обещала Готаю вскоре умиротворить их, поговорить с вождями от имени Матери Земли и заставить понять ее волю; новому военному вождю же следует собрать за собой верных последователей и всесокрушающей лавиной обрушиться на земли Империи, предать мечу Аларика и Красную Королеву.

Куджин вернулась в степи Ранаара, объезжая стоянки орочьих кланов и убеждая вождей последовать за новым лидером. Тулайн и Далган, вожди кланов Осол-Ай и Байшин-Гал, сразу же согласились признать Готая Великим Ханом. Чтобы добраться до островного клана Харах, под началом вождя Манду, Куджин пришлось пересечь залив, отстоящий от моря Теней и кишащий пиратствующими темными эльфами, однако и это начинание провидицы увенчалось успехом.

(От поселения темных эльфов до Моря теней полконтинента. Далеко же их занесло)

Последним кланом, вставшим под знамена Готая, был Улл-Даш, его вождь, Батал, не последовал за Куроком в в его завоевательном походе, однако становление нового Великого Хана внушало определенные надежды, в том числе и на упрочение положения орков в Асхане.

Собрав тем временем несметное воинство, Готай повел его за собою на земли людей. Не для того, чтобы отомстить за Курока, и не во славу Куньяка, но ради всего орочьего народа! Конечно, вожди кланов пристально к нему присматриваются, и молодой Готай должен действовать сколь решительно, столь же и мудро, дабы завоевать их верность и уважение.

(Хрень. Во-первых, изначально месть была всей мотивацией, Готай даже хотел отказаться от поста великого хана в угоду мести. Во-вторых, исходя из показанных нам обычаев, другие вожди как-раз-таки не поняли бы, если бы наследник и воспитанник старого Хана не отомстил бы за него)

Города Империи Грифона безжалостно предавались огню, однако горожан орки щадили, расправляясь лишь с воинами. Что настораживало, так это присутствие на благословенных землях «Священной» державы демонов.

(Какая милая попытка в благородство. Жители сожженных городов без сомнений оценили доброту орков)

Углубившись на территорию Империи, воинство орков вскоре достигло поля, на котором бушевало сражение — люди сражались против людей! Большинство орков сочло это весьма забавным, однако Готай призадумался, заметив, что униформа, в которую облачены солдаты сошедшихся в смертном бою сторон, различна. Облаченные в алое поборники новой церкви Святой Изабель рубились с солдатами в традиционных синих ливреях, ассоциирующихся с Эльратом. Поэтому орки благоразумно отступили, решив не вмешиваться; пускать людишки сами решают свои разногласия, облегчая тем самым задачу мстителям Ранаара.

Если в отдаленных селениях еще жило поклонение Дракону Света, то в центральных регионах процветала жестокая и репрессивная религия Святой Изабель. Оркам, однако, было все едино; не удосужившись вникнуть в детали запутанной людской политики, они брали приступом и предавали огню все без исключения города, лежащие у них на пути.

Архиепископ Аларик, вставший во главе воинства красноризцев, надеялся перехватить бесчинствующих орков и ударить им в спину до того, как те достигнут сердца Империи. Прознав об этом от лазутчиков-гоблинов, Готай довольно осклабился: пришло время поменяться ролями и обратить в дичь самого охотника.

Провидица Куджин спешила воссоединиться с молодым ханом, и вела за собой мощь объединённых кланов Ранаара. Потому и двинулась через Туманные горы, столь неприятные привычным к равнинам оркам.

Вскоре те наткнулись на небольшую группу рыцарей и священнослужителей, совершающих ритуал погребения.

— Эльрат, прими к себе душу последнего Грифона, — говорил священник, свершая над могилой надлежащий ритуал. — И дай нам нового короля, достойного твоего благословения, дабы Империя воспряла вновь.

Завидя орочье воинство, рыцари изготовились к бою, однако Куджин вежливо представилась, заметив, что не собирается осквернять бессмысленным кровопролитием священные земли.

— Я — Мельхиор, жрец Эльрата, — отвечал провидице священнослужитель. — Мы достаточно повидали сражений и крови. А теперь еще и это… Мы только что схоронили последнее дитя дома Грифонов, убиенное по приказу королевы.

— Королевы?! — поразилась Куджин.

— Она не настоящая королева, — покачал головой Мельхиор. — Не может быть настоящей. Она убила своего племянника, принца нашего и наследника, высосав всю кровь из его жил и заявив, что это необходимо для очищения Империи.

Пророчица орков уловила знание, посланное ей Матерью Землей…

(То есть шаманы орков могу воспринимать знания из мира духов и без непосредственного вождения в этот мир? Интересно, крайне интересно)

— Странно, — произнесла она вслух, обратившись как к оркам, так и людям. — Кровь этого юноши была направлена на… изменение волшебного Сердца. Изначально оно должно было держать демонов на расстоянии, но теперь взывает к ним. Влечет их.

— Святотатство! — в праведном гневе воскликнул Мельхир, и солдаты, сплотившиеся за ним, глухо зароптали. — Убив его, она изменила суть Сердца Грифона! И теперь с помощью его призывает своих союзников!

(Удивительно, что священник так просто и сразу поверил орчанке)

— Так будем же сражаться вместе! — предложила Куджин. — Мы пришли сражаться с демонами, а не с рыцарями! И уж точно не с детьми!

— Благодарю тебя, провидица Куджин, — промолвил священник, склонившись в поклоне. — За Андрея и за Эльрата! Если мы не объединим усилия, то станем рабами демонов…

Куджин разглядела иронию Матери Земли в том, что теперь рыцарям понадобились орки, чтобы освободить их от рабских оков. Продолжив явленный ей в видении путь через Туманные горы, она неожиданно для себя повстречала армию долины Эриш, и Великий Лорд Арантир предложил ей объединить усилия в искоренении порчи, снедающей человеческую Империю.

— Королева Изабель принесла в жертву единственного наследника трона, дабы впустить демонов в Империю, — сообщила провидица некроманту.

— Стало быть, миссия моя во славу Асхи видится отчетливее, — кивнул Арантир. — Я захвачу Фламмщрейн, сердце нечестивого культа, рекомого «новой религией».

— Я должна вести свое воинство на воссоединение с вождем Готаем, — сказал Куджин. — Стало быть пути наши ведут в разные стороны. Готай стремится покончить с Алариком, архиепископом Изабель.

(Очень круто, что нам не стали копипастить уже показанное событие «типа от лица другого участника». Хреново, что по сути мы получили два варианта одного и того же разговора. Да, оба варианта схожи по смыслу, но все же имеют достаточно различай)

На том и расстались. Вскоре после этого судьбоносного пересечения путей Фламмщрейн пал, а Беаре пришлось сбросить иллюзорную личину.

— Ты глупец! — обрушилась она на порядком струхнувшего Аларика. — Пока ты гонялся за орками, наш священный город пал!

Глаза архиепископа расширились от ужаса и отвращения.

— Вы… Ваше Величество! — истерично выкрикнул он. — Демон??? Но как это? Кто?.. Нет… Не может…

— Ты посвятил свою жизнь служению дочери Ургаша, — расхохоталась Биара. — И хорошо послужил мне!

Схватившись за голову, Аларик бросился прочь.

— Эльрат прощает демонов, которые убивают демонов! — кричал он. — Демон ли я? Нет… Я — Аларик, верховный жрец Света… Кроваво-красного Света!

Волны пламени, сотворенные Биарой, объяли воинов-красноризцев, бросившихся к ней с обнаженными клинками в руках.

— Кровоточащее Сердце Грифона, — улыбнулась суккуб, — кровь принца вашего открывает врата принцам хаоса. Придите же ко мне! Вскоре стены тюрьмы нашей и вовсе падут!

Огненная пентаграмма возникла на центральной площади Талонгарда; вторжение демонов в сердце Империи Грифона началось…

— Убейте! Убейте их всех! — ликовала Биара. — Асха, годы твои сочтены!

Готай понимал, что для того, чтобы сплотить воедино орочьи кланы, необходимо дать им общую идею, а для этого нужно достичь города Шахибдия в Серебряной Лиге, где орки были созданы. Готай грезил о том, как коснется могилы Куньяка, великого освободителя, и считал задачу эту наиважнейшей в первые месяцы своего правления. Паломничество в тот самый город, где был рожден величайший герой его нации, великий хан считал первой необходимостью в воодушевлении орочьего воинства на дальнейшие свершения.

(Немного иронично, что Куньяк умер в том же городе, где родился. Согласно истории восстания орков из 7 части, они там прошлись огнем и мечом по всем Семи Городам. Да даже в рамках этой части, сам Готай происходит из Ранаара, это на другом конце континента. То есть орки ушли черт знает куда, а освободитель орков умер на месте?)

Перебив защитников Шихибдии, орки почтительно склонили головы, отдавая дань памяти павшим братьям.

— Куньяк, Великий Воин Орков Прошого, — пророкотал Готай. — Орки взывают к твоей памяти, к твоей силе! Завет твой был таков: орки сами выбирают свои сражения, орки сами выбирают врагов и сами выбирают судьбу! Мать Земля, помнит Куньяка! Да станет мудрость его нашей мудростью. Орки предлагают тебе тела наших врагов, дабы легли они в эту землю и она стала более плодородной… Отец Небо, помни Куньяка! Мир знает о его доблести; да пребудет она сегодня и с нами! Мы докажем, что пламя демонов и гордыня людей — ничто пред мощью Отца Небо.

Готай обратился к оркам, гоблинам, кентаврам, циклопам и прочим созданиям орды.

— Братья и сестры! — прогремел он, потрясая кулаком. — Пришел час отомстить за гибель Курока! Куньяк теперь с нами, и сердца наши преисполнятся доблести, а руки нальются силой. Орки — дети Земли и Неба, и орки изменят этот мир!

Громогласный рев был ему ответом.

Наконец, воинство, ведомое Алариком, настигло орков на самой границе Империи Грифона и земель Серебряной Лиги, но кланы варваров были готовы к сражению. Два войска заняли позиции, а их лидеры смерили друг друга взглядом. Готай предложил Аларику честный поединок, один на один, но архиепископ, повредившийся рассудком после резни в Талонгарде, вызов не принял. Вместо этого он приказал арбалетчикам расстрелять Кенги, Гоблина-шамана, подручного Готая.

Это переполнило чашу терпения Великого Хана.

— Аларик, Друг Демонов, ты умрешь сегодня и будешь погребен в этой проклятой земле! — взревел Готай, потрясая топором.

— Лжешь, демон! — взвизгнул безумный священник. — Это я получу твою голову! Лично отделю ее от тела! И дарую ее Святой Изабель. Может, это снова обратит ее в ангела?

Время для разговоров прошло, началось кровопролитное сражение. Варвары загодя взяли в кольцо красноризцев и теперь методично их истребляли. Готай лично прикончил Аларика и проревел:

— Курок! Мой Хан, Отец Племени! Мир! Враг твой повержен! Спит на крыльях Отца Небо!

На воссоединение с ордою Готая шло объединенное воинство Ранаара, ведомое провидицей.

— Куджин! — улыбнулся военный вождь, обращаясь к ней. — Все кончено. Я отомстил за нареченного отца.

— Ничего не кончено, — покачала головой провидица, и Готай, заметив выражение ее лица, помрачнел. — Все только начинается. Я встретила Паука с человеческим ликом. Он нападает на города, приверженные Демонической Церкви Империи Грифона. Красная Королева привела демонов в Асхан!

— Орки завершат войну, начатую рыцарями! — заявил Готай. — Красная Королева умрет, а орки отправят демонов обратно в Шио!

— Но орки не одиноки, — добавила провидица. — Кости говорят, что многие армии соберутся, дабы изгнать демонов.

— За наших детей! — проревел Готай, и орда подхватила его клич:

— За детей!

И Орда орков направилась к сердцу Империи.

Положение Зехира как Первого из Круга в Серебряных Городах упрочилось, но проблем у мага меньше не стало. На севере границы его владений испытывают на прочность некроманты и орки, да и демонопоклонники добавляют масла в огонь. Однако наибольшее беспокойство доставляли слухи о королеве Изабель и весьма плачевном положении дел в соседней Империи.

Зехир несказанно удивился, приведя воинство магических созданий и конструктов к стенам Шихибдии, обнаружил, что город находится под контролем орков! Двое — вождь и провидица — вышли к нему навстречу, в то время как варварская орда зорко следила за каждым движением мага.

— Спасибо, вы оказали мне огромную услугу, уничтожив этих демонопоклонников, — поклонился Зехир, имея в виду предавшихся запретным магическим искусствам чародеев Шихибдии, покарать которых он собирался и сам.

— Видишь? — улыбнулась провидица Куджин. — Орки дружественны.

(Угу, охренеть можно от такой дружбы)

Зехир прокашлялся.

— Дабы поблагодарить вас… — начал он, -…и извиниться за неприятные эпизоды нашей совместной истории, я бы хотел передать вам вот это. Оно принадлежало Куньяку, когда он увел за собою орков прочь из Шихибдии.

(Но могила Куньяка находится в этом городе…)

Он произнес магическую формулу и в воздухе возник мерцающий посох.

— Посох Куньяка! — с благоговением произнес Готай, пожирая глазами реликвию. — Реликвия тех времен, когда орки обрели свободу!

— Да! Посох Куньяка! — подтвердила Куджин. — Куньяк был мудр: он сказал, что демоны — страшнейшие враги орков. Колдуны и рыцари следующие.

— Очень мудро! — с едва уловимым сарказмом заметил Зехир. — Беспредельно мудро! Мне нравится Куньяк и я ненавижу демонов!

— Демоны пребывают в Империи Грифона, — сообщил Готай чародею. — Королева Империи — демон, и с каждым днем призывает в город все больше и больше своих сородичей.

— Что? — Зехир был шокирован. — Мы одержали победу над Королем Демонов во время Войны Королевы Изабель, но, похоже, он все еще мутит воду в Империи Грифона.

— Ты?! — с недоверием вопросил могучий Готай. — Ты сражался с Кха-Белехом?! С Королем Демонов?!

— В самом Шио, — с гордостью отвечал Зехир. — И со мною были Раилаг из Игг-Чолла, Файдаэн из Ироллана и лорд Годрик из Империи Грифона. Мы ворвались в логово Короля Демонов и повергли его!

— Колдуны добры, — решил для себя Готай. — Зехир добр. Друг орков. Хочет ли Зехир снова сразиться с демонами?

От такого заманчивого предложения грех отказываться.

— Конечно, нет! — с жаром отвечал чародей. — У меня есть множество первостепенных дел. Шестьдесят два, если быть точным!

Готай прищурился, догадываясь, что колдун, должно быть, шутит.

— Тогда отправляемся в земли рыцарей, — предложил он. — По дороге встретимся с иными орочьими кланами, спешащими к нам. А затем отправимся в Талонгард и уничтожим демонов!

— Там и встретимся, — отвечал Зехир. — Если что-то не так с королевой Изабель, я спрошу того, кто знает об этом наверняка — своего старого приятеля Раилага.

Орочье воинство покинуло Серебряную Лигу, стремясь как можно скорее достичь столицы Империи. Зехир же не мешкая выступил на север, к Игг-Чоллу.

В подземных тоннелях, владениях клана Заклеймённых Тенью, Зехир повстречал Илайю, Хранительницу Закона и ближайшую сподвижницу вождя Раилага.

— Стало быть, ты и есть тот великий Зехир, которого вспоминал Раилаг, — протянула темная эльфийка, оглядывая чародея с ног до головы. — Забавный, но довольно-таки мудрый… Сейчас Раилаг странствует в далеких землях. Мессия, порожденный демоном — причина его забот.

— Мессия, порожденный демоном, — задумчиво повторил Зехир. — Понятно. Пророчества Сар-Шаззара… Теперь все становится на свои места. Изабель. Беспорядки в Империи Грифона. Все это — для отвода глаз. Кха-Белех играет с нами! Илайя, мы должны отправляться в Талонгард, ведя за собою объединенные силы наших держав!

— Желания твои и моих лордов кланов совпадают, — произнесла Илайя. — Я покажу тебе тайные пути через наши земли. Хотя ты наверняка повстречаешь мятежные кланы, ненавидящие всех тех, кто не рожден в Игг-Чолле.

(Ну как бы Зехир слышал, что Кха-Белех получил ребенка от Изабель, он ведь стоял рядом с Раилагом, когда об этом сказали, но почему-то про пророчество вспомнил только сейчас)

Объединившись с кланами, лояльными Раилагу, Зехир ударил по крепостям клана Шрама Души, никак не желавшему признать над собою власть верховного вождя.

— Что ж, теперь — в Талонгард, — бодро заявил Зехир Илайе, когда последний из оплотов враждебных кланов пал пред совокупной мощью армий Игг-Чолла и Серебряных Городов. — Хотя нет, сперва я навещу Годрика.

— Увы, — скорбно склонила голову Хранительница Закона. — Ты не ведаешь о судьбе лорда Годрика? Он стал жертвой Биары, ложной королевы.

— Годрик?! — поразился маг. — Я слышал, что он в темнице и что он болен. Но…

(Слышал, но никак не помог?)

— Его дочь, Фрида, продолжает дело отца, — сообщила Илайя. — Истинная королева Изабель собирает знамена вместе с ней.

— Изабель против Биары? — невесело усмехнулся Зехир. — И почему я ничуть не удивлен? Что ж, тогда я разыщу Фриду и выясню, что там творится у них в Империи.

Илайя обещала, что приведет армии темных эльфов к Талонгарду так скоро, как только сможет. Зехир же углубился в земли Империи, и довольно скоро столкнулся с отрядом красноризцев, преградившим ему путь. Однако, рыцари Империи, посвятившие себя служению церкви Святой Изабель, ведать не ведали, что в рядах их кроются демоны в человеческом обличье, а когда те явили себя, немедленно переметнулись в войско Зехира.

Жрецы вызвались провести сложный магический ритуал, который развеет заклятие иллюзии, скрывающее демонов, ведь иначе противостоять им невозможно. Они отыскали обширную поляну в лесу, где сходились магические потоки, пронизывающие Асхан. Одна из точек силы…

Принять участие в проведении ритуала решился и сам Зехир. Отыскав одну из Слез Асхи, скрытую в регионе, он направился к месту магического действа, где артефакт послужит катализатором для волшебных энергий, ибо лишь могущество предвечной Драконицы Порядка сможет очистить земли от иллюзии, наведенной демонами.

И когда колдовской ритуал завершился, демоническое присутствие в Империи стало очевидным, и целые города, заполоненные тварями Шио, явились пред потрясенными людьми. Жаркие огни сражений вспыхнули во всех уголках страны. Зехир же отыскал войско леди Фриды и герцога Дункана, следующее к центру Империи. Введя дворян в курс последних событий, он поинтересовался, достаточно ли у них войск, чтобы нанести удар по Талонгарду прямо сейчас.

— Не знаю, — пожал плечами Дункан. — Лазутчики говорят, что число демонов все пребывает. А Вульфстен сейчас слишком занят у себя в Гримхейме… Он предводительствует над одним из гномьих кланов, но сейчас объявлен вне закона.

— Армия гномов… — мечтательно протянул Зехир. — Меня всегда занимала их рунная магия. Что ж, пойдемте пообщаемся с этим вашим приятелем.

— Я могу показать путь… — начал было Дункан, но Фрида уверенно пресекла его:

— Нет. Мы оба нужны здесь. Теперь, когда пелена иллюзии спала с демонов, держава низвергнется в пучину безумия.

— Увидимся в Талонгарде! — Зехир махнул на прощание рукой, после чего произнес заклинание, перенесшее его в заснеженные земли Гримхейма…

Дункан и Фрейда продолжили продвижение к центру Империи. Множество красноризцев, искренне покаявшихся в своих грехах, влилось в ряды армии мятежных дворян, выступив против демонов.

Тем временем Зехир достиг Каменных Залов, где отыскал земли клана Северного Ветра, вотчину Вульфстена.

— Ну, как дела в Империи? — первым делом осведомился тот.

— Все лучше и лучше, — уклонился маг от прямого ответа. — Но Биара призывает демонов к себе на помощь…

— И они думают, что несколько крепких гномов могут оказать им существенную поддержку! — ухмыльнулся Вульфстен. — Я бы и рад пойти с тобой, но меня удерживает здесь этот проклятый глупец Хангвул! И лишь Аркат ведает, где пребывает второй глупец — мой братец Рольф!

— И чем же я могу помочь? — осторожно осведомился Зехир.

— А я тебе отвечу! — рявкнул дворф. — Хангвул об этом умалчивал, но на самом деле Аркат не говорит с нами вот уже долгие годы. Десятилетия. Никто не знает, почему именно, но Хангвул, предводитель клана Жрецов Рун, может сказать что угодно и никто не усомнится в его лжи!

— И? — поторопил собеседника чародей.

— Отправляйся на поверхность, — велел гном. — Отыщи Святыню Земного Пламени. Именно там Аркат впервые явил себя нам; это — клочок вечнозеленой земли посреди снегов. Лишь там он может явиться и тебе тоже.

— А если Аркат никак не явит себя? — поинтересовался Зехир.

— В таком случае, — невесело отвечал Вульфстен, — нам всем следует начинать учить язык демонов.

Кое в чем гном, конечно, прав: воля Арката неоспорима. Сомневаясь, что Дракон Огня снизойдет до того, чтобы явиться ему — эксцентричному чародею Серебряных Городов, Зехир, тем не менее, отправился на поиски упомянутой Вульфстеном Святыни.

Однако, достигнув благословенной земли, чародей обнаружил там еще одно войско, под командованием Рольфа!

— Скажи-ка, — вежливо обратился к нему Зехир, — ты на стороне Вульфстена или Хангвула?

— Вульфстена? — озлобился гном. — Этого кретина, возомнившего себя вождем клана? Пьяная свинья!

— Что ж, ответ твой вполне понятен, — кивнул чародей. — Вульфстен хочет привести Хангвула к алтарю Арката.

— Никто к алтарю и близко не подойдет! — отрезал Рольф. — До тех пор, пока не останется лишь один претендент на престол — я!

(Что за хрень? Это мир где боги могут явиться своим детям во плоти. Это священная земля, где с богом может поговорить вообще кто угодно, и какой-то мелочный жлоб устанавливает тут свои правила, а бог не гу-гу. Аркат с Эльратом точно братья, оба ленивые жопы, а не божественные драконы)

Когда сражение завершилось с гибелью Рольфа, к вечнозеленой долине подоспели и Вульфстен с Хангвулом. Жрец был настроен крайне скептически, однако позволил Зехиру совершить задуманное. Ступив в портал, зияющий в центре Святыни, трио перенеслось в просторный чертог, в каждом из углов которого возвышались гигантские статуи гномов.

(Комплексы, кто сказал, что у гномов их нет?)

Пребывая в ослепительном сиянии, визитеров созерцал исполинский лавовый дракон.

— Аркат! — рухнул Хангвул на колени. — Владыка Магмы и Властитель Кузни! Огонь нашего поклонения тебе ярко горит в сердцах!

— БЕЗБОЖНИКИ! — проревел дракон.

Вульфстен торопливо отступил на шаг.

— Эээ… думаю, он обращается к тебе, Хангвул, — выдавил наконец порядком струхнувший гном.

— Я долгие годы провел в ожидании, — сказал дракон. — Наконец кто-то явился пробудить меня.

— И как раз вовремя, — заметил чуть осмелевший Вульфстен. — Мы сражались с демонами и друг с другом слишком долго неизвестно по какой причине. Ты оставил нас!

— Святотатство! — возмутился было Хангвул, но дракон изрек, величественно изогнув шею:

— Я оставил вас, когда вы подвели меня, когда подвели Эльрата и Силанну. Я оставил вас, когда вы позволили демонам и их союзникам бродить по моим землям. Я оставил вас, когда Хангвул предал души гномов, обратившись против тех, кто нуждался в его помощи.

(Речь скорее всего о Войне Серого Альянса, где умер отец Николаса)

Хангвул поперхнулся от потрясения, услышав обличающие слова Дракона Огня. Впрочем, Вульфстен перешел напрямую к беспокоящему его предмету.

— Знаешь, у нас тут хватает демонов в Талонгарде, — напрямую заявил он Аркату. — Не возражаешь, если мы поможем соседям и снесем с плеч несколько рогатых голов?

— Очистите королевство моего брата, Эльрата! — повелел Аркат. — Уничтожьте семя Ургаша!

— Ну, хоть кто-то отдал приказ, который пришелся мне по душе, — осклабился Вульфстен.

— Теперь ты будешь отдавать приказы… король Вульфстен! — рявкнул дракон.

Хангвул почтительно склонился перед новым монархом; жрецу необходимо было многое переосмыслить в своей жизни, и перво-наперво следовало оказать безоговорочную поддержку Зехиру и союзникам, дабы вырвать Империю из-под власти демонических отродий.

(Я так и не понял цимеса. Типа жрец на самом деле не плох, просто он не мог слышать бога, а потому действовал своим умом и ошибся? Во-первых, Аркат сказал, что замолчал уже после того, как жрец ошибся. Во-вторых, было целое, гребаное, священное место, где любой желающий может пообщаться с богом лицом к лицу. И жрец в течении десятков лет никак не мог собраться и дойти до священного места? Похоже, что Хангвул достойный жрец Арката, такая же ленивая задница)

Объединенные силы Гримхейма готовились выступить на юг. Зехир же, что владел магией телепортации, перенес свое воинство в долину к северу от Талонгарда. Демоны возвели многочисленные бастионы на всех дорогах, ведущих к городу, подступиться к твердыне не так-то просто, к кому же, союзники чародея еще не подошли.

Поэтому армия Зехира приступила к методичной зачистке окрестных земель от демонов, освобождая тракты, по которым вели свои войска темные эльфы, варвары и лорды Империи. Войско Гримхейма ударило по подземным крепостям демонов с севера, Фрида и Дункан — с юга, а Илайя — с северо-запада, отрезая Биаре возможные пути отступления.

А с юго-востока уже подступала великая орда Ранаара, вот только магический огненный барьер, окружавший Талонгард, мешал оркам соединиться с союзниками. Зехиру пришлось немало потрудиться, разыскивая демонических лордов, поддерживающих это заклинание, и после их уничтожения магия развеялась, и великая орочья орда подступила к столице Империи.

Армии союзников ударили одновременно; ядра катапульт проломили стены Талонгарда и сражение разгорелось в полях, окружающих город. Вскоре битва перенеслась на городские улицы, сокрушив последние заслоны демонов, полководцы пробились на городскую площадь, где их дожидалась Биара в своем истинном обличье.

— Твоё недолгое правление закончено! — объявила Фрида.

— Да и сама ты выглядишь неважно, — ухмыльнулся Вульфстен в бороду.

— Демон! — взревел Готай, потрясая топором, но Куджин упреждающе положила руку на предплечье вождя.

— Нет, Готай, — тихо сказала она. — Биара убила мужа Изабель и отца Фриды. Право на месть у них.

— Плевала я на вас и на вашего Эльрата! — огрызнулась Биара. — Но вашему мерзкому маленькому королевству я нанесла достаточный вред! И у меня еще есть силы вырвать ваши мятущиеся души из хрупкой плоти!

(При чем тут Эльрат?)

— Только не мою, Биара! — послышался уверенный голос, и на площадь ступила Изабель. — Покончить со мной тебе не под силу!

— Ты все еще жива? — скривилась суккуб. — Но не важно. Вам придется изрядно потрудиться, чтобы исправить сделанное мной. Потому смерть моя не будет бессмысленна. Что ж, давайте, убивайте меня!

И королева Изабель нанесла демонессе смертельный удар, пронзив ее черное сердце и отправив дух в недра Шио.

Шум сражения затихал.

— Старый друг сказал мне как-то, что демоны никогда не прощают собратьям неудачи, — заметил Зехир, припомнив слова Раилага.

— И какой неудачи! — улыбнулся Дункан, представляя себе незавидную участь Биары, стоит ей предстать перед Кха-Белехом. — Уничтожение крупных культов демонопоклонников в трех странах, гибель большинства демонов Шио. Нет, не хотел бы я оказаться на ее месте.

— Моя королева! — Фрейда склонилась в поклоне, но, к изумлению всех присутствующих, Изабель отрицательно покачала головой:

— Нет, я отрекаюсь от престола. Королевой станешь ты, Фрида… конечно, тебе стоит найти достойного мужа.

— Мужа… да, — ошарашенно промолвила Фрида, и метнула быстрый взгляд на герцога Дункана, который покраснел и отвернулся. — Достойного… вряд ли.

(Фить-Ха! Боже сейчас это так мило смотрится. Две трети женских моделей расхаживают в шмотках из секс шопа, вообще не оставляющего простора для фантазии, дальше только голышом. Сама Фрида вроде в доспехах, но вместо нормальной кольчужной юбки, набедренные щитки состыкуются с натуральными броне трусами, на заднице которых любовно сделана ложбинка, разделяющая два полупопия, да и вроде бы полный доспех имеет бронеливчик, нестыдного размера. И на фоне все этого шутки в духе феминизма… м-да. Это такая попытка в духе «и вашим, и нашим»?)

— Да будет так, — кивнула Изабель. — Биаре удалось низвергнуть Империю Грифона. Фрида, тебе предстоит сложная задача — восстановить разоренную страну. Да родится Империя Единорога в радости и надежде! Конечно, я не столь глупа, чтобы назвать достигнутое нами победой над Кха-Белехом.

Собравшиеся на площади лидеры народов Асхана ни на секунду не сомневались, что угроза со стороны Темного Мессии рано или поздно явит себя, но произойдет это лишь спустя два десятилетия, в судьбоносный для Асхана год 989.

(На этом заканчиваются Герои 5, со всеми дополнениями. Несмотря на все найденные косяки, я до сих пор считаю эту часть лучшей в серии, даже лучше 3 части, потому что сюжет. За вычетом 1 и 2 частей, где была по сути одна компания (в 1 реально одна, а во 2 мы просто могли выбрать сторону конфликта) 5 — это единственная часть, где все компании соединены единим сюжетом. Местами криво, даже глупо, но это реальный шаг вперед, который попытались развить в 6 части, но в итоге все вылилось в откровенно дерьмовую 7.

Интересный факт, многие пинают Юбиков, за то, что после 5 части они отдали серию не в те руки. Но тут есть несколько нюансов, несмотря на многочисленные скандалы, когда команда разработчиков фактически шла наперекор издателю, и саботировала многие приказы сверху, Юбисофт остались довольны 5 частью и были даже готовы подписать с Невал контракт на следующую часть. Сами Невал не захотели работать с французами и ушли, напоследок хлопнули дверью, слив в сеть тонну жалоб на то как их угнетал глупый издатель.

Но вся история отношений Невал и Юбисофт — это объём текста на еще одну главу, так что не будем отвлекаться, дальше у нас завершавшая (на сегодняшний момент) часть истории Асхана. История Темного Мессии)

Долгие годы Сареф провел в подмастерьях у знаменитого волшебника Фенрига, который с детства обучал юношу, лишенного родительской заботы и любви, искусству магии и воинскому делу.

А когда настал час подвергнуть испытанию все те знания и умения, что привились Сарефу за годы ученичества, Фенриг взял его с собой в забытый храм, где, как он проведал, хранится волшебный Кристалл Шантири. Однако изъятие артефакта из руин святыни оказалось далеко не столь простым делом, как предполагалось изначально, так как путь Сарефу преградили наемники долины Эреш. Не нужно иметь много ума, чтобы догадаться о цели появления агентов некромантов в этом Асхой забытом месте, ибо помимо Кристалла ничего ценного и примечательного здесь не наблюдалось. Но Сареф решил проблему быстро и аккуратно, прикончив всех наемников, заступивших ему путь, после чего отыскал реликвию.

Фенриг несказанно обрадовался успеху своего ученика, и повелел ему доставить Кристалл Шантири в свободный город Стоунхельм и передать его Колдуну Менелагу. С последним Фенриг уже давно сотрудничал по самым разнообразным магическим вопросам, и знал, что Менелаг помешан на идее обнаружения Черепа Теней — легендарной реликвии, оставшейся от смертной формы Сар-Элама, Седьмого Дракона. По последним сведениям, удача-таки улыбнулась Менелагу: он установил точное местонахождение Черепа и в данный момент снаряжает экспедицию на далекий остров, место последнего упокоения Сар-Элама.

Фенриг хотел, чтобы в состав экспедиции вошел и Сареф, и с этой целью отправлял ученика в Стоунхельм. А чтобы тот не пропал в дороге, маг призвал духа-хранителя по имени Зана. Последняя, приняв образ соблазнительной волшебницы, слилась с душою Сарефа, чтобы время от времени давать ему советы да следить, чтобы парень не ударился во всякие непотребства, вырвавшись из-под надзора строгого наставника.

(Ну мы то все с вами знаем, кто такая Зана и это с ходу вызывает ряд вопросов, но я пока воздержусь. Будем разбирать проблемы по мере их поступления)

И вот, две недели спустя, Сареф подъехал к воротам Стоунхельма. Обстановка в городе была предельно нервной и напряженной, ходили слухи об окопавшейся поблизости армии некромантов, и какие бы цели перед собой не ставил культ паука, вряд ли это пойдет на пользу обычным горожанам. Стражники у ворот проверили печати на рекомендательном письме Сарефа, которым его снабдил Фенриг, после чего пропустили в город.

И в этот момент ударили некроманты. Огромные пламенеющие ядра вылетели из-за ближайших холмов и впечатались в башни Стоунхельма, а вслед за ними высыпала орда упырей и наемников, во главе которой тяжело топал огромный циклоп-зомби. В городе мгновенно воцарилась паника; в ужасе замер и Сареф, но тут стражник схватил парня за плечо да втащил в ворота. После чего дубовые створки с грохотом захлопнулись.

Атакующих ворота остановили лишь на пару минут, до тех пор, пока до них не дотопал циклоп. Два удара этого могучего создания — и последний барьер, хранящий Стоунхельм, рухнул, открывая город кровожадным упырям.

В хаосе битвы Сареф бросился вверх по лестнице, ведущей к бойницам городской стены. Снизу доносились истошные крики, звуки ударов, утробное рычание упырей, но юный волшебник всецело сконцентрировался на своей собственной задаче. Добравшись до баллисты, стражники у которой были растерзаны упырями или заняты боем, Сарет выпустил ряд стрел в бушующего внизу циклопа. Гигантская тварь взревела от боли, отвлеклась на мгновение, дав возможность защитникам Стоунхельма прикончить ее окончательно.

С гибелью огромного зомби ход сражения переломился, и войско некромантов удалось оттеснить за пределы городских стен. Усталый, Сареф продолжил путь к особняку Менелага, у входа в который его радостно приветила очаровательная девушка.

— Линна, — представилась она. — Племянница и ученица Менелага.

— Племянница… — раздался в голове Сарефа саркастический голос Заны. — Ученица… Надо же…

Линна проводила Сарефа в особняк, где его приветствовал сам лорд Менелаг. Тепло поблагодарив юношу за участие в спасении города, маг кратко обрисовал ему стоящую перед ними миссию: завтра с утра экспедиция поднимается на корабль и отправляется к островку, где находится храм и усыпальница Сар-Элама. Менелаг не вдавался в подробности и не объяснял, зачем ему понадобился Череп Теней, а Сареф не имел привычки выпытывать у волшебников их сокровенные тайны.

А ночью особняк атаковали наёмники некромантов. Сареф не знал, как те пробрались мимо стражи, но подозревал, что тут замешана магия. Так или иначе, когда разбуженный криками и звуками борьбы Сареф с мечом наголо ворвался в комнату Менелага, но обнаружил лишь Линну, рыдающую над трупом дядюшки. Всхлипывая, девушка сообщила, что маг пал в поединке с некромантом, а прибывший с последним упырь забрал Кристалл Шантири и бросился в окно.

— Беги за ним! — раздался в голове Сарефа истерический крик Заны. — Менелаг всего лишь человек. Но Кристалл нельзя потерять ни в коем случае!

Объяснять что-то еще Зана не сочла нужным, и Сареф, выскочив в окно вслед за упырем, бросился в погоню, с трудом балансируя на коньках черепичных крыш. Серый силуэт упыря виднелся вдали.

Сарет неотступно следовал за нежитью, стараясь не терять монстра из виду. И когда упырь спрыгнул вниз на мостовую и скрылся в отверстии дощатого канализационного люка, юноша без колебаний бросился следом.

Вот уж чего он не ожидал, так это целого выводка наемников некромантов, угнездившихся под Стоунхельмом. Из подслушанных разговоров солдат Сареф выяснил, что они пришли сюда затем, чтобы ускорить исполнение древнего пророчества про некоего «Темного Мессию», а для этого их лидеру, некроманту Арантиру, жизненно необходим Кристалл Шантири.

(Два момента. Во-первых, кто вообще рассказывает рядовым наемникам про такие тонкие материи как пророчества? Во-вторых, каким образом Арантир узнал, что Сареф привез в город кристалл Шантири, если нападение на город произошло буквально в тот же момент, как наш ГГ подъехал к воротам Стоунхельма?)

Сареф осторожно углубился в сеть подземных лабиринтов. И, надо сказать, весьма своевременно, ибо он появился в обширном зале как раз в тот момент, когда собравшиеся там некроманты готовились открыть портал в свои родные земли. Погрузившись в транс, Арантир выкрикивал слова заклинания, а в нескольких шагах от него на подиуме ярко пылал Кристалл Шантири, разрывая ослепительным светом давящую тьму мрачного подземелья.

У Сарефа оставалось всего несколько секунд до того, как колдун с охранниками завершит своё волшебство и войдет в пространственные врата, поэтому действовать нужно было незамедлительно. Скрываясь в тенях и стараясь не попасться на глаза наемникам, расставленным по периметру зала для охраны, Сарет прокрался к подиуму, осторожно снял с него сверкающую реликвию и так же бесшумно растворился во тьме. Пропажу Арантир заметил не сразу, а когда спохватился, было уже поздно — Сареф успел убраться достаточно далеко.

(Вообще самый простой способ, это выпустить пленников из клеток и, подняв суматоху, просто подбежать к кристаллу, спереть его и убежать. Но сам факт, что можно тихо подкрасться в темном, как жопа известно кого, помещении и незаметно свиснуть единственный заметный источник света веселила меня, что при первом, что при последующих прохождениях)

Не помня себя, воин несся прочь по подземным сточным каналам, а вдалеке слышались крики и топот. Погоня не заставила себя ждать. Внезапно в глазах у Сарета потемнело, ноги подкосились и он рухнул лицом вниз в зловонную жижу.

(Как это мило)

То ли его собственный воспаленный мозг породил пугающее видение, то ли некто наслал его с помощью магии, но Сареф вновь перенесся в кабинет своего наставника Фенрига. Маг в последний раз напутствовал его перед тем, как отправить в Стоунхельм, после чего призвал Зану и повелел ей духовно связать себя с сущностью Сарефа и помогать ступающему в большой мир ученику дельными советами. К ужасу Сарефа, Зана обратилась в демонессу-суккуба, набросилась на него, терзая острыми когтями.

Вскрикнув, юноша резко вскочил на ноги. Над головою все так же нависал низкий каменный потолок сточного канала, а вокруг стояла тишина. Шум погони стих вдали.

— Не обращай внимание, — раздался в сознании голос Заны. — Это всего лишь… проклятье некроманта. Не забывай: я — твой союзник, а могла бы стать кое-кем куда большим…

Слышать подобное двусмысленное заявление от духа-хранителя весьма забавно, но Сарефу сейчас было совершенно не до веселья. Ведь перво-наперво следует как можно скорее добраться до Линны и отправиться вместе с нею на поиски Черепа Теней. Активность некромантов вокруг Кристалла Шантири до добра не доведет. После окончания Войны Королевы Изабель 20 лет назад Культ Паука вел себя тише воды, ниже травы, и вот вновь поднял голову, пытаясь свершить некое пророчество.

Линна встретила Сарефа у выхода из стоков.

(Как она поняла куда идти, чтобы встретиться с нашим ГГ?)

Девушка поведала, что некроманты умудрились захватить галеон, на котором Менелаг планировал отправиться на поиски Черепа Теней. А, стало быть, задача Сарефа еще далека от завершения.

(Реально Трехмачтовый Галеон, разве что вместо пушек баллисты стоят. Настоящий цирк, в эпохе классического средневековья (11 век н.э.) корабль эпохи возрождения (15 век н.э.) с вооружением времен античности (5 век до н.э.). Хотя подобную хрень можно наблюдать чуть ли не во всех играх и фильмах)

Тихо, стараясь не попасться на глаза занявшим позиции у корабельных баллист Черным Стражам некромантов, Сареф пробирался между тюками и деревянными ящиками, коими был фактически завален док Стоунхельма, стараясь приблизиться к галеону. А когда этот недолгий, но крайне напряженный рейд увенчался успехом, он нырнул в одно из орудийных отверстий в борту корабля.

Стражей на борту оказалось предостаточно, а также обнаружилась тройка некромантов — подручных Арантира. Расправа Сарефа над ними была короткой: перешагивая через трупы, он двигался дальше, ни разу не оглянувшись назад. Методично, палубу за палубой, юноша очистил галеон от захватчиков и, покинув залитый кровью корабль, отправился за Линной, с нетерпением ожидавшей возвращения юноши в доках.

Племянница Менелага поднялась на борт в сопровождении двух магов, которые в срочном порядке принялись готовить судно к отплытию. Сареф же занялся последней волной Черных Стражей, высыпавших из подземелий Стоунхельма в последней отчаянной попытке воспрепятствовать отправлению экспедиции. Заняв позицию у корабельного трапа, он еле успевал отбивать сыпавшиеся на него со всех сторон атаки, и если бы не целительная магия Линны, поддерживающей его с борта галеона, неизвестно, как бы был исход схватки.

(Ох, если бы только она ограничивалась лечением, не пытаясь самостоятельно лезть в бой…)

Но вот пал последний наемник, израненный, Сареф поднялся на борт, тяжело доплелся до каюты и плюхнулся на койку. Линна вошла следом, прикрыла дверь, после чего, зардевшись, сбивчиво зашептала юноше, как она ценит его участие и как он стал дорог ей. У Сарефа даже времени не было удивиться столь неожиданному объяснению в любви; события последней ночи донельзя его измотали. Зана же в своем вечном незримом присутствии лишь тяжело вздохнула, ехидно попросила разбудить ее, как закончится эта мелодрама.

Сареф провалился в тяжелый сон. Ему привиделась Линна, в ночи танцующая с Арантиром на палубе галеона. Заметив Сарефа, некромант усмехнулся, за руку подвел к нему Линну, предлагая юноше следующий танец. Сарет осторожно обнял девушку за талию, закружился с ней; душа его преисполнилась счастья от осознания чуда видения, а в следующий миг Сарет вознил кинжал Линне в живот. Ужас захлестнул его, и он мог только смотреть на свои руки, залитые кровью. Арантир неспешно приблизился.

— Что ж, вот и твоя первая жертва, Сареф, — вкрадчиво проговорил некромант, кивком указав на умирающую в муках несчастную. — И далеко не последняя…

С криком Сареф вскинулся на койке, и этой ночью больше не сомкнул глаз.

Спустя несколько дней на горизонте появились очертания острова Красного Черепа, на который галеон и держал курс. Линна поведала Сарефу, что этот клочок земли весь изрыт тоннелями, где обитает множество гоблинов и орков. Навряд ли они обрадуются явлению экспедиции Линны, потому следует готовиться к крайне недружелюбному приему.

(Остров красного черепа, где спрятан черный череп…)

В центре острова Красного Черепа высился огромный Храм Паука, заполоненный орками.

(Чё? Сар-Элам умер за 500 лет до основания культа Паука. Откуда бы взяться этому храму на месте его могилы?)

Вот она, цель отряда Линны — усыпальница Седьмого Дракона. По пути героям то и дело попадались трупы рыцарей, входивших в состав первой экспедиции, организованной Менелагом, той самой, что и принесла Верховному Колдуну весть об обнаружении Черепа Теней. Один-единственный оставшийся в живых рыцарь, Дункан, встретившийся Линне и Сарефу, рассказал об огромном количестве орков, облюбовавшем храм под своего логово.

Отправив Дункана и пару магов охранять корабль, Сареф и Линна углубились в разрушенные чертоги храма. Прикрывая девушку, Сареф сосредоточенно отражал орочьи атаки, в то время как волшебница шептала заклинания, пытаясь установить местонахождение Черепа Теней. Сообщив Сарефу, что для открытия святилища, где и покоится легендарная реликвия, необходимо восстановить магию Храма Паука с помощью Кристалла Шантири, Линна отправила его на поиски Чертога Кристалла, оставшись ворожить в зале, примыкающем непосредственно к усыпальнице Сар-Элама.

Не один час Сареф провел в коридорах Храма, но обнаружив, что вход в нужное помещение надежно блокирован рухнувшими каменными колоннами, принялся искать обходные пути. Так он спустился в кишащие гигантскими ядовитыми пауками катакомбы, миновав которые, выбрался в самом центре орочьего селения, где и устроил тотальный геноцид злобного племени. Скользнув в небольшое отверстие в скальном утесе, он вновь очутился во внутренних помещениях Храма Паука, с чем себя и поздравил.

Совсем некстати вновь напомнила о себе Зана.

— Знаешь… — начала она. — Как бы это сказать… Не могу сейчас объяснить, но лучше бы ты использовал Череп для иной цели…

(Какой цели? Пока мы просто идем за черепом, потому что Фенринг и Менелаг хотели его добыть. Никаких конкретных целей у нас нет)

Зана не дала никаких пояснений своей фразе.

— Кстати, а почему это место называется Храм Паука? — спросил Сареф свою незримую собеседницу, ибо давящая, недобрая тишина каменных коридоров заставляла его нервничать больше обычного.

— Он возведен в честь Асхи, а отождествление ее с «пауком» — весьма своеобразная трактовка одного из аспектов Драконицы Порядка, свойственная, скорее, некромантам, — отвечала Зана. — Храм строили последователи Седьмого Дракона.

(Угу… ну этого мы уже касались в первой главе по истории Асхана. В игре почему-то смешивается образ Сар-Элама, Седьмого Дракона, и образ Асхи, Дракона порядка)

— Тогда что здесь делают орки? — не сдавался Сареф.

— Бежали, должно быть, после Войны Кровавой Луны, — безразлично промолвила Зана, и замолчала, явно не желая дальше развивать тему.

(Эта фраза скорее всего означает войну затмения. Но это не состыкуется с видением из Героев 5, где некий Драконий Король преподнес Черный Череп оркам и попросил их оберегать его. Хотя положа руку на сердце, то видение вообще ни с чем не состыкуется. Ведь орки были созданы сильно после смерти Сар-Элама, а свободу обрели еще позднее)

Достигнув Чертога, Сареф вытащил из походной сумки Кристалл Шантири, водрузил его на пьедестал… и Храм ожил, магия вернулась в древнее святилище. Все вокруг заиграло колдовским светом, и Зана возликовала:

— Прекрасно! Беги скорее к этой девчонке, Линне! Она, поди, тебя заждалась! Скоро Череп Теней будет нашим… да и весь Асхан в придачу!

Сарефа весьма изумило эта небрежно брошенная фраза Заны, но поразмыслить над нею времени у него не было: в Чертог Кристалла ввалился целый отряд орков. Сареф затравленно огляделся по сторонам: иного выхода не наблюдалось, а схватиться в одиночку со всеми разом — чистое самоубийство.

Один из орков отделился от группы, двинулся к Сарету.

— Ты, отродье демонов! — рыкнул он, ткнув в юношу пальцем. — Я — Аратрок, вождь клана Красного Черепа! Издревле мы храним этот храм от посягательств приспешников демонов, таких, как ты! Мы могли бы прикончить тебя на месте, но нам не чуждо понятие чести. Я предлагаю тебе честный бой — один на один, без магии и всяких твоих демонических штучек!

(Какая честь? Вы храните этот остров от демонопоклонников, а перед вами «отродье демонов», что кучу ваших ребят положил по пути сюда)

Изумленный, Сареф приготовился к бою. Аратрок же, взревев, взмахнул палашом и бросился на юношу. Он оказался весьма искусен. Но и Сареф, выдержавший в последние дни больше сражений, чем многие знают за всю свою жизнь, не уступал противнику. Скрещиваясь, клинки высекали искры, а отошедшие в сторонку орки гортанными криками подбадривали вождя.

Но тот пал, израненный, и Сарет двинулся прочь. В душе его все замирало, когда он проходил мимо орков, провожаемый ненавидящими взглядами, но ни один из монстров не посмел накинуться на него. Похоже, что и они не так уж дики и необузданны и у них действительно есть кодекс, которому они следуют. Но почему Аратрок назвал его «отродьем демона»?

— Спеши к Линне! — прошипела Зана в голове у Сарета, и тот счел за лучшее последовать совету. Но на этом дух не остановился: — Думаю, когда получишь Череп, увидишься с отцом.

От подобного откровения Сареф споткнулся. Сколько еще откровений готова преподнести ему дух-хранитель? Такое чувство, будто она знает о нем все, но не желает рассказывать, ограничиваясь туманными намеками.

— Мой… отец? — прошептал Сареф. — Кто он? Маг?

Зана тихонько рассмеялась:

— Вроде того. Хотя не думаю, что ему понравилось бы такое определение. Скажем так: он весьма, весьма могущественная сущность. И, как и любой, наделенный могуществом, имеет таких же опасных врагов.

— Кого, например? — не удержался Сарет, и получил ответ:

— Например, Седьмого Дракона.

(Хрень, во времена Седьмого Дракона про «Отца Сарефа» ничего не было ни слышно, ни видно. Он и в первом лунном затмении не засветился. О нем упоминается только во втором затмении, но и там он пока пусть и независимая, но мелкая сошка)

Магия витала в воздухе, и Линна использовала ее, дабы открыть гигантские врата, ведущие во внутренние помещения Храма Паука. Лицо девушки исказилось от напряжения, она прилагала все усилия, дабы удержать портал открытым, но сумела лишь приподнять над полом тяжелую створку.

— Иди! — прохрипела она, обращаясь к Сарету. — Я за тобой!

Он не заставил себя упрашивать и стремительно поднырнул под приподнятую решетку, и та грохотом обрушилась у него за спиной. Встревожившись, Сареф обернулся. Тело Линны беспомощно болталось в воздухе, удерживаемое магией Арантира. Некромант прибыл слишком поздно, чтобы последовать за Сарефом в сердце храма, но вовремя для того, чтобы расправиться с его соратницей. Повинуясь жесту колдуна, безвольное тело Линны впечаталось в каменную стену и недвижно замерло на полу.

— Я еще достану тебя… существо, — процедил Арантир, обращаясь к Сарефу, после чего замер, невозмутимо скрестив руки на груди и прикидывая, каким образом вновь отворить препятствующие его продвижению ворота. Сареф не стал дожидаться пока тот что-нибудь придумает, потому бросился вниз по лестнице, спеша как можно скорее добраться до Черепа.

(То есть девчонка смогла, с натугой поднять ворота магией, а великий чародей, верховный Лорд Эриша не смог… однако)

Но на этом проблемы Сарефа не закончились. Чтобы вскрыть хранилище Черепа, ему пришлось обшарить заполненные нежитью катакомбы, а также раскинувшиеся под ними обширные пещеры в поисках трех волшебных алмазов-ключей. И когда Сареф наконец достиг цели, гигантской восьмирукой статуей Асхи, возложив алмазы к ее основанию, из теней, скрывавших высокий потолок пещеры, спустился Череп. С благоговением герой принял реликвию в руки и мир исчез, сменившись пугающим видением.

Землю у ног Сарефа устилали трупы — Фенрига, Менелага, Линны… А прямо напротив него из бездонной пропасти вознесся ввысь Кха-Белех, Король Демонов, у ног коего вилась прекрасная обнаженная демонесса, в которой Сареф без труда опознал Зану. Кха-Белех торжествовал, спустя десять веков заточения в Шио он, наконец-то, получит свободу. Пророчество Сар-Шаззара близко к завершению, и скоро стены тюрьмы рухнут, сметенные магией Черепа Седьмого Дракона, и все благодаря его сыну, Сарефу, Темному Мессии. Весь Асхан окажется в руках демонов…

Сареф очнулся. Они все знали, что он отмечен с рождения, но почему-то никто не счел нужным сообщить ему об этом. Хотя в самом себе Сареф никогда не чувствовал демонических устремлений. Быть может, все эти видения — ложь, созданная специально, чтобы он сомневался в себе.

Вихрь магии подхватил Сарефа, бросил через всю пещеру прямо на каменный шпиль, торчащий из стены. Юноша захрипел от боли, разбитые легкие стремительно заполнялись кровью. А в нескольких метрах от него Арантир нарочито небрежным жестом поднял с каменного пола Череп.

— Пророчество о Мессии Демонов завершится здесь и сейчас, — обратился некромант к умирающему. — Не хватало еще, чтобы столь бесценный артефакт оказался в руках такой отвратной твари, как ты! Пожалуй, стоит уберечь Асхан от вашей братии!

***

— Моя любовь… Мой принц… Мой Мессия… Восстань!

Сареф разлепил глаза. Он находился в некой яме, полной трупов — как человеческих, так и орочьих. Но что невероятно — сам он почему-то жив! Зана, суккуб, теперь в этом не возникало сомнений, разъяснила, что Арантир всё-таки прикончил его, но она своею магией вновь возродила юношу, еще ближе связав свою сущность с душою Сарефа.

(Ну, во-первых, это хрень, ведь мы знаем, что демоны бессмертны, а Сареф, еще и не привязан к Шио, а потому не обязан перерождаться именно там. Во-вторых, я хотел бы вывалить все те вопросы насчет Заны, что у меня были. Причем вопросы эти не авторам Темного Мессии, а к авторам 6 Героев. Какого хрена в предыстории Зана освободилась от Кха-Белеха, обзавелась мужем, что всех перехитрил создал некий незримый центр оппозиции в Шио (который нигде не видно, но он есть), а в основной серии она вновь под Кха-Белехом подбивает клинья к сыну Короля Демонов? Это такой намек, что Кирилл где-то тут за углом, участвует в событиях, подкладывая жену под Темного Мессию и почёсывая совсем не демонические рога?)

И теперь, когда демоническое наследие воина оказалось разбужено стараниями Заны, он одной лишь силою воли может обращаться из человека в демона и обратно. Удобно, конечно, да и возможности открываются весьма соблазнительные, вот только долгое пребывание в демоническом обличье грозит напрочь разрушить смертную, человеческую сущность Сарефа. Поэтому к подобной трансформации надлежит прибегать лишь в самом крайнем случае.

(На самом деле демоническая форма полное днище. Но подробнее мы этого коснемся в конце главы)

А на данный момент первоочередной задачей для воина является побег из этой зловонной ямы, поиск Арантира, и артефакта. О том, как повернется его жизнь после этого, действительно ли он разрушит барьеры Шио, или же отыщет способ обратить пророчество и навсегда запереть дражайшего папочку в пламенном аду, Сарет старался не думать, благо гадать да строить планы в его нынешнем положении занятие неблагодарное.

Пройдя по бесчисленным тоннелям, прорезавшим остров и истребив огромное количество гоблинского и орочьего населения, Сареф наконец-то выбрался на побережье. Сэр Дункан с нетерпением ожидал его возвращения, и весьма опечалился, узнав о гибели леди Линны. Рыцарь поведал Сарефу, что корабль Арантира отплыл несколько часов назад, а услышав, что некромант умудрился завладеть Черепом Теней, поинтересовался, не соблагоизволит ли милорд взять курс прямиком на Серебряные Города? Но у Сарета были иные планы на этот счет, повинуясь его приказу, рулевой взял курс на Стоунхельм.

Галеон бросил якорь в пристани Стоунхельма. Не мешкая, Сарет собрал пожитки и вновь спустился в канализационные стоки, где — как и несколько дней назад — пламенел портал, ведущий в Эреш.

(Гениально. Мало того, что заряженный Арантиром портал до сих пор работает, так его еще и не прикрыли. Мало им было одного нападения некромантов, давайте подождем еще одно)

Войдя в портал Сареф тут же оказался в сотнях миль от свободного Стоунхельма в подземельях некоего некрополя, как он узнал позже — Нар-Эреша, столицы Культа Паука.

Некромантов в некрополе было много, ровно как и их стражей-вампиров, патрулирующих коридоры внушительного строения. Сареф старался по возможности оставаться в тени, дабы не переполошить раньше времени местных обитателей.

(Вообще можно и напролом, но в первый раз я уперся зачищать весь некрополь. К тому же очки прокачки здесь дают за прохождение определенного куска сюжета, а не убийство мобов, так что геноцид из источника опыта превращается только в статью расходов лечилок)

Из услышанных им обрывков бесед Сареф заключил, что обитатели долины собираются принести в жертву души всех без исключения жителей Стоунхельма, чтобы с помощью Черепа Теней заделать брешь в тюрьме демонов и навечно отвратить угрозу от Асхана.

(При первом прохождении я не обратил на это внимание (а может и не слышал этой фразы), зато теперь я вспомнил, что при выборе «доброй» концовки, с запечатыванием демонов в финальной катсцене нам показывают вольный город, из которого вырывается вспышка света… это точно «добрая» концовка?)

К своему удивлению, в недрах некрополя Сареф обнаружил Линну, которую искренне считал погибшей на далеком острове. Как выяснилось, Арантир доставил девушку в Нар-Хереш в надежде обратить ее в могущественную чернокнижницу, но идеалы, с детства привитые волшебнице, и непогрешимая вера в Илата оказались сильнее. В гневе Арантир приказал бросить ее в кишащие гигантскими пауками подземелья под некрополем, и тут земной путь Линны действительно бы оборвался, не подоспей вовремя Сареф.

(Угу и попутно случится еще одна хрень. Ведь для спасения Лины нам придется убить Мать-Намтару. Вот он, момент почувствовать себя истинным Темным Мессией, на изи убить существо, объявленное в 6 Героях полноценным божеством. Вообще Лину можно и не спасать, но за убийство бога отсыпают очков прокачки)

Вот только волшебница сразу разглядела «изменения», произошедшие с ее возлюбленным — демоническая аура, окружавшая его, сияла нестерпимо ярко.

(Что охренеть как смешно, ведь к моменту спасения Лины я часа два стелсил по крепости наполненной некромантам и и вампирами и никому моя демоническая аура не помещала)

— Не волнуйся, — попыталась утешить Сарефа Линна. — В Стоунхельме живет жрец Илата, Делан. Если я попрошу его, он мигом очистит тебя от порчи.

И вновь они оказывались на шаг позади Арантира: некромант уже отбыл в некрополь под Стоунхелмом, где собирался призвать магию Черепа и принести в жертву жизни горожан ради окончательного заточения демонов.

У портала они вновь расстались — Линна осталась чтобы закрыть портал. Стоунхельм же пылал. Повсюду орудовали Черные Стражи и упыри, безжалостно расправляясь с несчастными горожанами, некроманты тут же «поднимали» трупы, направляя новоиспеченных зомби на новые цели.

(Так они же вроде хотели принести жителей в жертву. Как это сделать с уже мертвыми жителями?)

Видя воцарившееся безумие, Сареф заколебался, рука судорожно сжала рукоять меча. Впрочем, воин сознавал, что от него одного здесь мало толку, а значит следует выбросить из головы все лишнее и сосредоточиться на главном. Не обращать внимания на душераздирающие вопли гибнущих горожан невозможно, но если дать Арантиру шанс исполнить задуманное — значит, лишить души несчастных посмертия.

Сареф не желал признаваться даже самому себе, что причина по которой он преследует некроманта исключительно личная месть. Даже если допустить, что Арантир действовал во благо Ашана, нашего героя это не останавливало, судьба мира особо его не беспокоила.

(Опять же, положа руку на сердце, нашего героя (злодея?) вообще мало что волновало)

Но сначала Сареф отправился к высящемуся на холме монастырю Эльрата. Каменная святыня свысока взирала на огни пожарищ и бесчисленные смертоубийства, свершающиеся в городе, к святым землям ни один упырь приблизиться не рискнул.

(А что толку, если боги Асхана спят, пока их не пнут? И странно что монастырь Эльрата и ответил нам потом Эльрат, а встретили мы там священника Илата.)

Делан, встретивший его на пороге, приветствовал Сарефа, сына Изабель, широким жестом предложил ему пройти внутрь. Осознав, что собирается сделать сын и наследник Кха-Белеха, Зана пронзительно завопила, и внутренности воина будто обожгло огнем. Скрипя зубами от нестерпимой боли, он ступил в бассейн с чистейшей водой. Сознание помутилось, в ушах стоял последний крик суккубы, сущность которой вырывалась из души воина, и гневный рык Кха-Белеха, обещавшего непутевому сынку скорое и фатальное возмездие.

А затем раздался голос, приветствующий возрожденного воина, сына, благословленного Асхой и Эльратом. Кому точно принадлежал этот голос юноша не знал, даже не был уверен, что действительно слышал что-то, слишком уж больно ему было. Как бы то ни было, но, придя в себя, Сареф с удивлением заметил на краю бассейна целый комплект освященного оружия Драконьих Рыцарей, ниспосланного ему свыше.

(Этого мы тоже коснёмся в конце главы)

Распрощавшись с братом Деланом, Сареф вновь бросился в гущу боя, пробиваясь к цитадели Стоунхельма. Теперь, не ощущая в себе демонической натуры Ксаны, и орудуя освященным мечом, он был воистину непобедим, разя Чёрных Стражей направо и налево, пинками откидывая с дороги норовящих схватить его упырей.

Цитадели, и некрополя, раскинувшегося под ней, Сареф достиг лишь под вечер. У массивных деревянных ворот его поджидала Линна, прибывшая помочь любимому. Так, рука об руку, они спустились в древний склеп под городом.

И вновь орды нежити преградили путь героям, но сейчас зомби вели в бой четверо личей — усопших королей Стоухельма, пробужденных волей Арантира. Линна разила тварей огненными шарами, благо против нежити столь древний, как мир прием срабатывал безотказно.

Они пробились в огромный зал, в центре которого пред сияющим порталом замер Арантир, перед ним на мраморном алтаре покоился Череп Седьмого Дракона. Увидев бегущего к нему Сарефа, некромант ничем не высказал своего удивления.

— А ты кое-чему научился со времени нашей последней беседы, — одобрительно кивнул он. — Но, понимаешь ли, этот мир устроен весьма занятно. Пойми вот что, демоническое отродье. Маг или некромант, жизнь или смерть — это все стороны одной монеты. Но демоны… магия Ургаша и хаос — это чистое разрушение, отрицание всего сущего. Потому ты должен умереть, тварь с двумя сердцами, одной ногой стоящая в мире смертных. А другой в преисподней.

(Странно, что Арантир не почувствовал отсутствие демонической скверны в Сарефе. Вот Линна с полувзгляда определяет, не иначе как сердцем чует)

Темный Мессия Сареф занес меч для удара, но Арантир среагировал мгновенно, окружив себя огненным щитом. Повинуясь его приказу, из теней соткались костяные драконы вместе с Линной Сареф смог с ними справится, а после взялся и за некроманта.

Арантир пал. С трепетом Сареф обеими руками поднял с алтаря сверкающий Череп, сознавая, что магия артефакта пробудилась стараниями Арантира.

— Прекрасно, сын мой! — раздался знакомый рык у него в голове. — Неси его ко мне, даруй мне свободу!

(А как же обещания скорейшей расправы?)

Взгляд Сарета обратился к гигантской пирамиде, возвышавшейся в сердце некрополя. Именно здесь, на этом самом месте тысячу лет назад Сар-Элам сотворил Шио, темницу демонов, и сейчас лишь от Сарефа зависело, канут ли труды Седьмого Дракона в небытие, или смерные навечно изгонятмдемонов из Асхана.

(Странно, что в месте сознания преисподней стоит какой-то зачуханный вольный город, но да ладно. Ворота всегда самый крепкий участок укреплений, так что может быть никакие демонические миазмы их не беспокоят. А про эпичность этого места за 1000 лет могли и забыть)

Как ни странно, выбор оказалось сделать просто. Богатство и власть никогда не прельщали Сарефа, а после очищения души воина от соблазнов, сулимых Заной, перспектива мирового господства и власти над душами смертных совершенно не казалась привлекательной.

Впитав в себя всю мощь Черепа, Сареф восстановил брешь в тюрьме демонов, отрезав Шио от Асхана.

— Ты столь же слаб, как и твоя проклятая мать! — рев Короля Демонов был поистине оглушителен. — Будьте вы прокляты, ты и Изабель! Но не забывай… Я умею ждать…

Голос затих, и звенящая тишина объяла двух героев, только что одержавших великую победу.

(На этом закончилась история Темного Мессии. На данный момент это последняя глава и в истории Асхана, будет продолжение или нет, не известно.

Как и обещал, хочу затронуть тему демонической формы и оружия Драконьих Рыцарей, или, говоря проще, тему путей добра и зла в игре. Какого-то официального канона нет. Игрок волен несколькими способами убить Линну и остаться с Заной. Можно остаться демоном и все же понадежней запереть Кха-Белеха в Шио, чтобы потенциально вечно жить в более или менее мирном Асхане. Можно до самого конца отыгрывать воина света, а в конце поддаться на соблазны отца и посмотреть в финальной сцене как он душит Линну (есть реально много способов убить Линну). На все выбор игрока.

С учётом того, что продолжения особо ждать не приходится, возможно злая концовка канонична, мир Асхана умер. Но я оптимист и предпочитаю думать, что Асхан все еще жив, и мы увидим очередное дерьмо-продолжение. К тому же не стоит сбрасывать со счетов желание разработчиков. Те самые оружие Рыцарей Дракона и форма демона.

Сейчас в любом обзоре вам поругают разработчиков, сказав, что те не доделали форму демона, и та откровенно ущербна, особенно на фоне самого мощного оружия в игре, на которое еще и сверху накрутили двойной урон по нежити. В игре, где все противники после получения этого оружия — это нежить, такой подгон очень ко двору. Плюс у формы демона нет дальних атак, а боссами двух последних глав являются драконы, которых нужно пинать издалека. Оба раза в округе можно найти баллисты, но факт остаётся фактом, форма демона тут бесполезна, зато лук Рыцаря Дракона тащит.

Команда разработчиков, Arkane Studios, выпустила до Темного Мессии Arx Fatalis, а после него были 1 и 2 Dishonored, все эти игры я могу только посоветовать. И я не верю, что такой откровенно небалансный перекос в сторону одного из стилей прохождения возник случайно. Скорее уж это непрозрачный намек, что добро всегда побеждает зло. Раньше это можно было часто встретить в RPG старой школы, так называемая награда за принципиальность. Несмотря на то, что злой персонаж выигрывает на короткой дистанции, принимая решения в свою пользу на всех развилках, по факту доброму персонажу всегда игралось проще. Карма была не просто показателем твоего мировоззрения в игре, но и дополнительным динамическим уровнем сложности игры, при положительно карме игра сама тебе подсуживала во многих моментах.

Так что лично я считаю добрую концовку наиболее каноничной)

На этом разбор ЛОРа серии Героев Меча и Магии закончен. Ни смотря на огромный объем текста, это далеко не все, что можно было бы сказать. Я опустил многие диалоги, некоторые дополнительные сценки и даже целые сюжеты (но только те, что нельзя было хотя бы примерно расположить на временной линии). По сути перед вами школьный учебник по истории другого мира (с комментариями), где можно в общих чертах узнать ту самую историю.

Не смотря на мои саркастичные замечания я искренне советую поиграть в какую-нибудь часть героев. Это игры в которых можно с удовольствием провести пару десятков часов одному или сотни часов в мультиплеере.

Меня так же просили разобрать фанатское DLC к Героям 3, но я, пожалуй, этого делать не буду. Статья уже огромна, да и именно сюжет в том дополнении такой себе, в духе 3 части. Но как площадку для мультиплеера советую играть именно в Герои 3 Рог Бездны. Это лучший выбор для зарубов с реальными противниками.

На этой ноте я заканчиваю статью, не знаю как вам, а мне понравилось. Как-нибудь разберу еще какой-нибудь проект.