Чашечка кофе с щепоткой волшебства.

Предисловие

Помните этот старый слоган из рекламы:

"Чашка согревает мои руки, кофе — душу."

Мне он тоже нравится. А еще я люблю кофе, наверное поэтому работаю в кофейне. В маленькой такой, уютной кофейне прямо на углу проспекта. Кем работаю? Да кем придется. Я у них менеджер по уюту, специалист по клинингу и в принципе палочка-выручалочка на все случаи жизни. Вообще-то я — управляющая, ну и уборщица по совместительству, хотя как-то пришлось даже баристу подменять.

Женька тогда с жуткой ангиной свалился. Прям на день святого Валентина. Народ с самого утра толпиться начал, а нашего волшебника все нет и нет. Пришлось выкручиваться. Справились конечно. А к Женьке я потом вечером съездила, узнать что случилось, после того как отмыла все. Заболел, оказывается. Пришлось еще в аптеку ехать, дежурную, через полгорода, чтоб лекарства ему купить, а то совсем помирал парень. Я с ним до утра просидела, врача ему вызвала, а потом опять на работу.

Женька, как поправился, благодарил конечно, даже ухаживать пытался. Да только я ему быстро объяснила, что мне это не нужно, и вообще я не из корыстных побуждений, а от чистого сердца. Женёк пожал плечами, покрутил у виска и переключился на нашу официантку Оленьку.

А я... а что я? Сама по себе, как та кошка. Живу одна, в маленькой хрущевке, доставшейся по наследству от бабушки. Бабушки не стало год назад. Я тогда очень переживала. Даже заболела от расстройства. Два дня с температурой провалялась, а на вторую ночь она мне приснилась. Сказала, чтобы не расстраивалась, что у меня все хорошо будет. И на утро жар как рукой сняло. Мне тогда двадцать пять было.

С родителями я с восемнадцати не живу, как школу закончила. Сначала у бабушки жила, потом с подружкой напополам квартиру снимали. Родители...Родители у меня, они вообще-то классные, но немного не от мира сего. Вот сейчас опять на какой-то ретрит в Индию улетели. Просветления искать.

А чего его искать-то? Оно или есть, или нет, я так считаю. Мне вот лично и без него хорошо, а главное не скучно, потому что некогда. Все время какие-то дела находятся. Вот и сейчас семь утра, а я несусь, сломя голову, в нашу кафешку. Потому что скоро открытие. Надо все подготовить и проверить. Темно, метель, единственный фонарь на всю улицу и тот еле светит. Нужно было такси брать. Да вот только цены на него кусаются, особенно в семь утра и в такую погоду. Да я, собственно, уже пришла.

Открыла дверь своим ключом, забежала в предбанник, где тут же переобулась. Мне же потом мыть. Так что я лучше в тапочках. Бросив куртку на вешалку, побежала проверять, все ли готово. Внимательно осмотрела посуду, все чисто, сколов нет. Полы свекают. Опустила стулья, расставила салфетки, сахар кое-где подсыпала. Достала чизкейки размораживать. Заправила кофемашину, налила себе чашечку любимого латте и включила ноутбук. Экран привычно загорелся, пошла загрузка. Я щелкнула мышкой, открывая браузер на вкладке "Вакансии".

Я ведь последнюю неделю дорабатываю. Уволила меня хозяйка. К мужику своему приревновала. Имел он неосторожность на меня взгляд кинуть, а Маринка заметила. Вечером вызвала в кабинет и сказала, что в моих услугах больше не нуждается. Типа и так все прекрасно. А уборщицу ей дешевле нанять. Ну-ну! Еле уговорила ее до конца месяца меня оставить, чтобы я работу найти успела.

В окошке сайта по поиску работы светилось новое объявление:

Требуется помощник для постоянной работы. Питание и проживание за счет работодателя. Оплата по договоренности. Магические способности приветствуются.

И все. Ни телефона, ни адреса, ни сайта. Я рассмеялась. Да, от магии я бы и сама не отказалась. Смешная заманушка. Как будто школьник писал. Интересно, что будет, если нажать? По идее должна появиться форма для резюме и хоть какие-то контакты. Из любопытства кликаю по объявлению. В тот же момент свет начинает мигать. Это еще что за ерунда? Лампы же вот недавно меняли. Может на линии чего, из-за погоды? А я говорила Маринке, что нужен генератор, на всякий случай. Встаю, чтобы проверить щиток. В глазах резко темнеет, и я медленно сползаю под стойку.

Глава 1

Открываю глаза. Где это я? Ну судя по возвышающейся стойке и потолку, лежу на полу, в кафе. Вот только это точно не мое кафе. Надо мной склонилось чье-то лицо. В глазах до сих пор звездочки, в голове карусель, и я никак не могу понять, кто это.

— Ты как, живая? — незнакомый молодой голос интересуется моим состоянием.

— Живая, — я попыталась сесть, а неизвестный некто помог мне, схватив за руку. Резкость, наконец, настроилась, а карусель остановилась, и теперь я могла отчётливо разглядеть, что сижу на полу в просторном помещении, очень напоминающем бар или кафешку. Стойка, столы, стулья. Вот только сделано все из дерева. Настоящего такого, не имитация, сейчас так не делают. Вообще симпатично, и окна большие, света много. Правда, почему-то очень пыльно и неуютно. Рядом со мной на корточках сидит рыжий парнишка лет шестнадцати, вся мордочка в веснушках, и сияет, как лампочка на сто ватт.

— Привет,— улыбаюсь ему, — а ты не знаешь, где я? И как здесь очутилась?

— Знаю, — улыбается он, — это я тебя призвал.

— Куда позвал? Меня никто не звал. Я, кажется, в обморок упала.

— Да нет же, — смеется рыжик, — это эффект такой от переноса. Ты объявление читала? Про помощника на постоянную работу?

— Ну читала, смешное такое, там еще про магию было.

— И ничего не смешное, — нахмурился он, — зато сработало.

— Что сработало? — чего-то я туго соображаю. Ударилась что ли, когда падала? Да нет вроде, голова не болит.

— Объявление мое сработало. Ты на него откликнулась, и оно тебя сюда перенесло.

— Куда сюда? Как перенесло?

— Обычно перенесло, порталом, межмировым. Я сам его настроил, — гордо похвалился он.

— Молодец, — я улыбнулась. Детей надо хвалить, даже когда они фантазируют. Может у него талант, писателем будет, знаменитым. Вот мне бы только все же понять, где я.

— И где же я теперь нахожусь? В другом мире? — я подмигнула парню.

— А ты быстро соображаешь, и десяти минут не прошло, — в его тоне послышался сарказм.

— А ты чего хотел! По порталам прыгать — это тебе не хухры-мухры! Укачало маленько, — фантастику и фентези я тоже люблю. Много читала в свое время, да и сейчас иногда почитываю, если минутка свободная есть, — как мир-то твой называется, юное дарование?

— Арасая, — улыбнулся парень и, встав, протянул мне руку.

— Красивое название, — я ухватилась за него, и он помог мне подняться. А он, оказывается, высокий, почти на голову меня выше. Хотя скорее это я маленькая. Рост у меня ниже среднего. Вот только одет парнишка странно: светлая свободная рубашка, больше похожая на блузу, коротенькие до колен зеленые штанишки и светлые гольфы, а на ногах кожаные туфли старинного фасона с блестящими пряжками. Я огляделась, — название-то сам придумал или подсмотрел у кого?

— Да ничего я не придумал. Мир наш так называется, — рассердился он, — вот ты где живешь?

— В городе.

— А город где?

— В стране.

— А страна где?

— На континенте.

— А континент?

— На планете.

— А планета называется ...

— Земля.

— Вот. А наша — Арасая.

Я непонимающе посмотрела на него. По выражению лица и тону парня было понятно, что он не шутит. Так стоп! Нет! Нет! Нет! Так не бывает! Это только в книжках такое возможно!

— А попала ты сюда межмировым порталом, — разглагольствовал между тем рыжик, — я его через объявление настроил и к вашему миру подключил, чтобы помощника нам найти. А ты на объявление откликнулась, и тебя перенесло к нам. Понимаешь?

— А зачем так сложно? В вашем мире, что, люди перевелись? — все это было настолько дико, что я почти уверилась, что сошла с ума от постоянного недосыпа, и теперь у меня галлюцинации. Точно! Я, наверное, задремала за стойкой, и мне сниться вот такой странный сон. Логично? Вполне! Осталось только проснуться.

— Люди не перевелись и нелюдей тоже хватает, вот только бесплатно, за еду, никто работать не будет. А тебе платить не надо, — заявил он мне на полном серьёзе.

— То есть как не надо? А жить я на что буду?

— Жить будешь здесь, кормить тоже будем и одежду дадим. А больше тебе ничего и не нужно. Ты же не местная. Документов у тебя нет. Сбежать ты не сможешь. Так что давай, приступай к работе, — юный рабовладелец посмотрел на меня с высоты своего роста, а я расхохоталась. Вот прям до слез. Аж живот заболел.

— Смейся, смейся, — проворчал мальчишка в коротеньких штанишках, — сейчас брат вернется и будет не до смеха.

— Тебе или мне? — уточнила я на всякий случай.

— Обоим, если к соглашению не придём, — огрызнулся он.

— Так, все, пошутили и будет, — я стала серьёзной, — пора и честь знать. У меня там сейчас посетители уже придут. Так что надо просыпаться, — и со всей силы ущипнула себя, тут же вскрикнув от боли.

— Ну что, убедилась? — усмехнулся он, — не сон это.

— То есть как? — растерялась я, — то есть это все правда, что ли?

— Правда, правда, — кивнул он.

— А как же мне теперь домой попасть? А? — я нахмурилась и посмотрела на него, — слышь, ты, гений межмировой, давай меня назад отправляй. У меня там еще куча дел незаконченных. Мне домой надо.

— Не могу, — развел руками парень, — хочешь домой попасть, придется денег заработать. Тогда портальный камень купить можно будет.

— А сюда ты меня как без него притащил?

— Почему без него, с ним. Только он — все, кончился. Заряд слабый был, только на один перенос хватило.

— А зарядить!

— А для этого магия нужна. У меня нет, а брат на такое магию тратить не будет.

— Слушай, маг-недоучка, — я схватила первое, что попалось под руку, это оказалась метла, — я тебе сейчас так накостыляю, что ты мигом магию обретёшь! А ну, иди сюда, паразит малолетний!

Парнишка, поняв, что настроена я серьёзно, и дело плохо, метнулся к входной двери, намереваясь выскочить на улицу, а я кинулась за ним, потрясая метлой как копьем. Но в этот момент дверь распахнулась. Рыжик успел увернуться, а вот я — нет. В глазах снова замелькали звездочки, и я во второй раз погрузилась в блаженное забытье.

Глава 2

Я медленно приходила в себя. Голова болела, а на лбу лежало что-то холодное и мокрое. Рядом со мной раздавались голоса.

— Ты с ума сошел? Это же незаконно! Что мы с ней теперь делать будем? — незнакомый мужской голос строго отчитывал кого-то.

— Я как лучше хотел, — о, а это рыжик!

— Хотел как лучше, а получилось, как всегда, — вздохнул второй голос. Я резко села, привлекая к себе внимание. Оказывается, я лежала на широкой лавке. Мокрое полотенце отлепилось от моего лба и шлепнулось мне на колени. Голоса тут же стихли. Я молча смотрела перед собой, не поднимая голову.

Напротив меня стояли двое. Один из них точно рыжик, это понятно по башмакам с металлическими пряжками, гольфам и панталонами, а вот второй...второй, видимо, его брат. И судя по размеру сапог, в которые были заправлены плотные форменные брюки, это вполне взрослый и весьма крупный мужчина.

Поднять глаза и посмотреть на него выше колен не представлялось возможным, потому что голова при любом движении грозила расколоться от боли, а звенело в ней так, словно я находилась в кузнечном цеху. Я мысли-то свои с трудом слышала. Похоже, сотрясение. Да, знатно меня дверью приложило. Я осторожно ощупала лоб и зашипела от боли. На голове красовалась огромная шишка.

— Как вы себя чувствуете, мистрис? — голос мужчины с трудом пробился к моему сознанию через этот гул.

— Плохо, голова болит, и в глазах все плывёт, только я — мисс, — с трудом выговорила, едва ворочая языком.

— Что, простите? — он, видимо, не расслышал или не разобрал моего бормотания.

— Не замужем, говорю, — рявкнула я и схватилась за голову. Мужчина присел рядом со мной, и его широкая ладонь коснулась моего лба. От руки шла приятная прохлада. Гул и звон в голове начали стихать, а боль уменьшаться. Через пару минут все исчезло. И я внезапно поняла, что голова больше не болит. Это что сейчас было? Магия? Он меня прикосновением вылечил?

— Так лучше, мисси?

— Лучше, а вы — целитель? — вспомнилось мне фентезийное название врачей. Ну, доктором его как-то назвать не получилось. Я подняла глаза и ... Залипла. Таких красивых мужчин я не видела никогда.

Черные волосы, правильные черты лица, вот без единого изъяна, и бездонные синие глаза. Мой взгляд спустился на тонкие губы, растянутые в легкой улыбке, волевой подбородок, и медленно сполз на его широкие плечи и грудь, мышцы которой отчетливо просматривались через тонкую рубашку, поверх которой была накинута кожаная жилетка. Дальше разглядывать было неприлично, хотя я уверена, там есть на что посмотреть.

— Спасибо, — смущённо произнесла я и отвела глаза.

— Я — не целитель, я — следователь. Приношу свои извинения за этого оболтуса. Не уследил. Его идеи обычно не срабатывают, вот я и расслабился. Но в этот раз у него, к сожалению, получилось, — у мужчины был приятный низкий баритон.

— Дети — они все такие, — я пожала плечами, искоса поглядывая на него, — самомнение больше, чем они сами, а энергии — горы можно свернуть. Сама такая была. Я не сержусь. Вот только как мне теперь домой вернуться?

— В этом месяце, к сожалению, никак. Денег свободных у меня пока нет, так что организовать вам портал я не могу. Заряжать камень Реми не имеет смысла, он настолько израсходован, что просто не выдержит полной зарядки. Я постараюсь что-нибудь придумать, а пока вы можете пожить здесь. Безвозмездно.

Нет, ну безвозмездно я не могу. Тем более что у мужика явно проблемы с деньгами.

— Ваш брат говорил, что вам нужен помощник, только не объяснил, в чем именно нужна помощь, — я покосилась на рыжика.

— Боюсь, тут вы нам помочь не сможете, — мужчина хмуро оглядывал помещение, — это досталось Реми в наследство от отца, моего дяди. При его жизни хорошее было заведение. Одна проблема — держалось оно на его магии. У Реми магии нет. А моя не подходит. Поэтому местный дух-хранитель нас не принимает и всячески вредит. Чтобы продать этот дом, нужно изгнать его, но вряд ли у вас есть необходимые способности.

— А почему сразу изгнать? — подхватилась я, — мне бабушка рассказывала, что если домовой шалит, то с ним сначала надо попытаться подружиться. Может он просто голодный? Вы его кормить пробовали?

— Так говорю же, не подходит ему моя магия, — мужчина с сочувствием смотрел на меня. Ну как на умалишенную, что ли. Вроде и жалко, и сделать ничего нельзя. Но я только отмахнулась.

— Да при чем тут магия? Не магией единой... У вас молоко есть? — я резко поднялась, и меня слегка повело. Мужчина подскочил, успев поймать меня. Ого, он высоченный, я ему еле до груди достаю.

— Молоко есть, — раздался голос рыжика.

— Тащи, и блюдце прихвати, — скомандовала я, попытавшись вывернуться из держащих меня рук. Но мужчина даже не обратил внимания на мои попытки освободиться.

— Вот, — рыжик принес бутыль с молоком и блюдце.

— Меня можно уже отпустить, — я вежливо намекнула, что больше в поддержке не нуждаюсь.

— Извините, — он быстро разжал руки. Я подошла к пареньку, взяла блюдце и поставила на пол, затем налила туда молока и тихо прошептала заговор, которому меня научила когда-то бабушка. Не знаю, как здесь, а у меня в мире всегда срабатывало. Даже когда по съёмным квартирам мыкалась. Я отошла к стойке и поставила бутыль на нее.

— Смотри, — услышала восхищенный шепот и обернулась. Около блюдца сидел тощий котенок и лакал молоко. От котенка шло легкое свечение.

— Замрите и не двигайтесь, — прошептал мужчина.

— Да чего вы испугались. Глядите, какой хорошенький, — я направилась к зверёнышу, чтобы погладить.

— Стой, тебе говорят, — мужик кинулся мне наперез, закрыв меня и мальчишку собой. В этот момент я услышала утробный рев, перед моими глазами мелькнули острые клыки, и нас всех обсыпало какой-то непонятной пыльцой. После все стихло.

— Ап-чхи, ап-чхи, — вот не думала, что у меня есть аллергия на кошек.

— Признал! Признал! Я же говорил, что получится, — радостно вопил рыжик, пританцовывая на месте.

— Вы в порядке? — мужчина осмотрел меня с ног до головы, а я удивлённо озиралась. До этого пыльный, запущенный зал совершенно преобразился. Теперь все сияло чистотой, свежевымытые окна блестели, столы и стулья сами собой расставились по местам, а на натертом до рези в глазах полу не было ни соринки.

— И как же зовут нашего заклинателя домашних духов? — улыбнулся мужчина, отпуская меня.

— Кася, — я смущённо улыбнулась.

— А полное имя?

— Кассиопея.

Ну да. Меня и вправду зовут Кассиопея. Папочка у меня — любитель фантастики. Был такой советский фильм "Москва — Кассиопея", в котором несколько пионеров отправляются покорять дальний космос. Так вот он меня и назвал. Кассиопея Павловна. Прошу любить и жаловать. Но знакомым, да и незнакомым я всегда представлялась как Кася.

— А меня — Эдвард, а это Ремиус, мой кузен. Реми — сирота, и я присматриваю за ним, — Эд снова окинул меня взглядом, — предлагаю сходить наверх и посмотреть, изменилось ли что-то там. Заодно выберете себе комнату. А потом попробуем что-нибудь приготовить.

— Надо домовому вашему место определить, не держать же блюдце посреди зала, — я взяла пустое блюдечко в руки и огляделась, — а где тут у вас кухня?

— Идём, я покажу, — Реми, подскочив ко мне, схватил меня за руку и поволок за стойку. Кухня оказалась спрятана за стойкой в глубине помещения. Там был большой закопчённый очаг, огромная плита, мойка и множество шкафов с продуктами и посудой.

— Кормить-то он нас не отказывался, вот только делать ничего не хотел, — тараторил Реми, — и таверну продать не давал. Что брат только не делал. А он ни в какую. И признавать не признавал, и уходить не собирался.

— И что же во всем вашем магическом мире не нашлось никого, кто помочь бы смог? — удивилась я.

— Да в том-то и дело, что с ним ни у кого сладить не получалось. Уж кого только не приглашали. А настоящего экзорциста у нас в городке днем с огнем не сыщешь!

— Вот здесь будет хорошо, — я ополоснула блюдце в мойке и уверенно поставила на широкую полку очага. Тут никто и не заденет, и тепло, и мешать не будет.

В очаге тут же вспыхнул огонь, а на плите засветились какие-то кристаллы.

— Ура! Работает! Получилось! — радовался Реми.

— Так, у вас и огонь домовой поддерживает?

— Он тут все поддерживает. Без его поддержки тут вообще ничего не работает.

— Да, неудобненько.

— Зато платить ни за что не надо. Пока отец жив был, мы ни в чем не нуждались. От клиентов отбоя не было, а как умер, так все наперекосяк пошло, — хлюпнул носом Реми.

— Прими мои соболезнования, — мне стало его жаль. Все-таки ребенок еще совсем, без родителя остался, — вот увидишь, все наладиться. Давай ему еще молочка нальем. А то он у вас совсем худенький. Ему подрасти надо, — я вернулась за стойку и взяла бутылку. Эд стоял посреди зала, рассматривая его преображение. Налив в миску молока, мы с Реми направились к выходу. За спиной раздалось довольное мурчание. Я оглянулась. Котенок заметно округлился, и теперь от его шелковистой шерстки шло равномерное золотистое сияние.

— А зовут его как?

— Его не зовут, он сам приходит,

— Имя у него есть?

— Есть, наверное, но я его не знаю, — покачал головой рыжик.

— Надо будет спросить, — задумалась я.

Бабушка говорила, что домовой любит, когда к нему по имени обращаются. А что бы узнать, надо в печную трубу крикнуть "Как звать?" И какое первое в голову придет или услышишь, то и есть. Мы вышли в зал.

— Ну что, нашли ему место? — улыбнулся Эд.

— Нашли. У нас очаг заработал и плита. Так что теперь готовить можно, — радостно сообщил ему Реми.

— Замечательно, идемте выбирать Касе комнату. Должна же она где-то жить, пока не сможет вернуться домой, — кивнул мне Эд.

— Не надо ей домой! — внезапно возмутился мальчишка, — она с нами останется. Чего ей там одной делать?

— Реми, так нельзя. У Каси своя жизнь, и она должна сама принимать решения, и потом с чего ты решил, что она одна? — покачал головой Эд.

— Так она же не замужем, значит детей нет, так ведь? — парнишка посмотрел на меня.

— Детей нет и не замужем, — согласилась я.

— А родные у вас есть? — спросил Эд, пока мы поднимались по лестнице. Широкая такая, массивная. Из темного дерева. И ступени такие высокие... Ноги высоко поднимать приходится. Тут я запнулась и чуть не грохнулась, но Эдвард, шедший сзади, успел меня подхватить.

Внезапно по лестнице прокатилась дрожь. Прям как землетрясение. Мы замерли.

— Что это было? — я со страхом посмотрела на Эда.

— Дух-хранитель пространство под тебя настраивает, чтоб ты на лестнице не спотыкалась, — рассмеялся Реми, — идем.

Мы продолжили подниматься. Идти, и правда, стало легче. Как будто высота ступеней уменьшилась, и они стали под мой рост.

— Здорово! — опять восхитился Реми, — вот только, без отцовской книги все бестолку, — парень стоял на верхней площадке, рядом с небольшим шкафчиком, висевшим на стене, дверца которого внезапно открылась и больно стукнула его по затылку.

— Ой, — мальчишка схватился за голову, — опять ты дерешься! — он погрозил в пространство кулаком.

— Повежливее, молодой человек, — одернула я его, — с домовым так нельзя, он ласку любит.

Дверца противно скрипнула, а Реми в испуге отшатнулся.

— Не надо его боятся, он может быть просто показать что-то хочет. И тебя задел случайно. А что там?

Мне из-за маленького роста содержимое шкафчика было не разглядеть. Эд заглянул в него:

— Странно, раньше этого тут не было, — он вынул оттуда большую книгу в пыльном кожаном переплете.

— Не может быть! — изумленно выдохнул Реми, — это же, это же папина кулинарная книга!

— Отлично, — улыбнулась я, — за готовку у вас кто отвечает?

— Я, — просиял Реми.

— Значит, это его подарок тебе. Видишь, он тоже подружиться хочет, просто не знает как. А ты вместо того, чтобы помочь ему, злишься и ругаешься.

— Я же не знал, — сокрушенно произнёс Реми, — мне отец никогда об этом не рассказывал. Говорил, придет время, и я сам пойму.

— Ну вот, теперь ты понимаешь?

— Теперь понимаю, — паренек взял книгу, и она, дернувшись в его руках, распахнулась на какой-то странице. Я из любопытства заглянула туда. На красочной картинке был нарисован праздничный стол, а посреди него большой торт со свечками.

— Торжество в честь дня рождения, — медленно прочитал Реми, — а у кого сегодня день рождения? — задумался он, — у меня был недавно, у Эди только в конце года.

— У меня, — я отвела взгляд от книги и вздохнула, — у меня сегодня день рождения, — на глаза набежали слезы, а в носу неприятно засвербило.

Мне вспомнилась бабушка. Я всегда приходила к ней в этот день. И она пекла для меня большой шоколадный торт. А потом мы с ней пили чай и смотрели старые фотографии. И она мне рассказывала про нашу семью, про своего отца, погибшего на войне.

Я вообще-то свой день рождения не отмечаю. Ну как-то так получилось. Родители обычно просто поздравляли меня, в основном деньгами. А в последние годы так и вообще открыткой в соцсетях откуда-нибудь из Таиланда. Друзей у меня нет, а коллегам я никогда не говорила, когда у меня день рождения. Сегодня я планировала уйти с работы пораньше, купить себе тортик, не бабушкин конечно, но все же, и посидеть в одиночестве дома за семейным альбомом. Вспомнить бабушку.

— Что с вами? — Эд положил мне руку на плечо, — расстроились, что отметить не сможете?

— Почему не сможет? — воскликнул Реми, — сможет! Вы идите, осматривайтесь, а я на кухню! Я тебе такой торт испеку, пальчики оближешь!

Прежде чем я успела что-то возразить, паренек сорвался с места и, быстро сбежав по лестнице вниз, исчез за стойкой.

— Все в порядке? — Эдвард смотрел на меня, ожидая хоть какой-то реакции.

— Да, да, все нормально, — я быстро вытерла выступившие слёзы, — просто раньше мы всегда отмечали с бабушкой. Но она умерла год назад. И это первый день рождения без нее. Просто грустно стало, что ее больше нет со мной.

— Мои соболезнования. Это печально, когда близкие уходят. Я своих родителей плохо помню. Они рано умерли. Меня и Реми дядя воспитывал. Мать Реми тоже рано умерла. Ему всего год был. Так мы втроем остались. Мне тогда пятнадцать было. Приходилось с братом нянчится, — он улыбнулся, — ну что, идем смотреть комнату?

— Идем, — я улыбнулась в ответ. Мы шли по просторному, но темному коридору, до куда магия домового по-видимому еще не добралась. Но он все равно молодец! Так зал отдраить не всякий клининг сможет, да и лестницу на ходу перестроить — это вам не фунт изюма! Здорово у них тут! Магия, волшебство... Может и правда задержаться тут на какое-то время? Нет, ну а что? Людям вон помощь нужна, в налаживании быта, а это как раз по моей части!

И потом надо же подружить Реми и их домового. Я про это много чего знаю, меня бабушка научила. Вот только в моем мире прогресса и технологий эти знания не ценятся. Всерьез их никто не воспринимает. Хотя я пыталась. То в шутку предлагала домового покормить, то праздник для неспокойного духа организовать, чтобы умилостивить. То цветок домашний дарила, чтобы фей привлечь. Мир, он же живой! Он дышит магией! Ведь магия — это не только гром и молнии, это приятные бытовые мелочи, которые согревают, лечат и защищают, если с любовью и от чистого сердца!

Коридор внезапно озарился светом, и стали видны стены, отделанные деревянным шпоном, уложенный красивым разноцветным узором паркет и тяжелые дубовые двери, ведущие в комнаты для гостей и хозяев.

Глава 3

— Чудеса! — рассмеялся Эдвард, — а вы ему и вправду понравились.

Он подошел к одной из дверей, расположенных недалеко от лестницы, и попытался ее открыть.

— Не пускает, — задумчиво произнес мужчина и перешел к следующей двери, она тоже не поддалась, — и сюда тоже.

— А может он сам покажет комнату? — предположила я. Ну раз у них домовой за все отвечает, значит у него и спрашивать надо. В дальнем конце коридора послышался скрип двери.

— А там что? — посмотрела в ту сторону.

— Там хозяйские комнаты: моя и Реми. Интересно, — пробормотал он, — но вариантов нет, пойдём поглядим, что он предложил. Прошу, — он пропустил меня вперёд. Я подошла к открытой двери и заглянула в нее. Уютная светлая комната, как будто после свежего ремонта. Кофейного оттенка штукатурка на стенах, изящная легкая мебель из светлого дерева, рамы, выкрашенные в белый цвет, тонкие занавески с ненавязчивым цветочным узором. Элегантный камин с кованой решеткой, а перед ним мягкий пушистый ковер, напоминающий шкуру. Над большой кроватью натянут прозрачный полог, а в дальнем углу, рядом с неприметной дверью большой платяной шкаф.

— Это комната предназначалась для Мирисель, мамы Реми. Она так и не успела пожить в ней, — тихо вздохнул Эд и подтолкнул меня, — входите, теперь она будет вашей.

Пока я осматривалась, он подошел к шкафу и распахнул его.

— Смотрите, здесь есть все необходимое. Все вещи новые. Их никто не носил. Думаю, вы сможете себе что-нибудь подобрать...

— Неудобно как-то, — я повернулась к нему.

— Очень даже удобно, тратиться не придётся, — с какими-то сожалением пробормотал он себе под нос, — я понимаю, — добавил Эд громче, — Реми очень виноват. Выдернул вас из вашего мира, оторвал от родных и друзей, но, — он подошел ко мне и положил руки мне на плечи, а я вздрогнула, — если вы, Кася, — тут он внезапно сбился на фамильярный тон, — если ты согласишься помочь ему, научишь обращаться с духом-хранителем, то я буду тебе очень признателен. Тогда Реми сможет встать на ноги, женится, заведет семью, и дело его отца не угаснет. А я, в свою очередь, постараюсь как можно скорее найти способ, чтобы вернуть тебя домой.

Я смотрела на него. В глазах Эдварда я читала мольбу о помощи. Тяжело ему. Молодой мужчина, ему бы о своей жизни подумать, и работа, поди, нервная, и график ненормированный, а тут о подростке заботиться приходится. Сейчас я, наверное, впервые в жизни почувствовала, что кому-то действительно нужна моя помощь. Вот по настоящему. И без меня — никак!

— Хорошо, я согласна пожить здесь некоторое время, пока ты... Пока вы не разберётесь в этом во всем, — все-таки надо держать дистанцию, а то так и влюбиться недолго.

— Спасибо, Кася, — он сжал мои плечи, — тогда вам, мисси, — Эд понял мой намек и вернулся к официальному обращению, — нужно переодеться, в местное, — он указал на шкаф, — и мы сходим в управление по надзору за межмировыми перемещениями, оформим вам приглашение, допуск к работе и временную регистрацию. Раз вы теперь живёте здесь, вам понадобятся документы.

Замечательно! Никогда не думала, что окажусь в шкуре трудового мигранта. Хорошо хоть работодатель у меня порядочный. Закон соблюдает. А то, вон, Реми предлагал нелегально работать.

— Хорошо, подождите меня внизу. Я быстро, — от его внимательного взгляда мои щеки пылали, и я не знала куда себя деть от смущения. Вот свалилась же на его голову! Теперь ему еще и с властями объясняться, кто я и что здесь делаю. Эд кивнул и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. Рядом со шкафом обнаружилась ширма, а за ней большое зеркало.

— Отлично! Что бы мне надеть? Ну судя по костюму Эда, на улице тепло, — размышляла вслух.

Окна предоставленной мне комнаты выходили на палисадник позади дома, и посмотреть, в чем ходят люди, как обычно это делала, я не могла. Правда, на деревьях зеленела свежая листва, на небе светило солнышко, а птички звонко чирикали, прыгая по подоконнику. Открывать окно я не рискнула.

Поэтому просто выбрала одно из платьев, показавшихся мне не очень вычурным. Надеюсь, я не ошиблась. Так, нужна обувь. А то как была в тапочках, так в них и осталась. Я снова заглянула в шкаф. На нижней полке нашлась пара туфель, точь-в-точь моего размера. Взглянув на себя в зеркало, улыбнулась, — на меня смотрела провинциальная барышня начала девятнадцатого века, вот только прическа подкачала. Волосы у меня короткие, непослушные. На глаза попалась шляпка. О, то что нужно! Еще раз оглядев себя, я отправилась вниз. Потухшее было освещение, при моем появлении вспыхнуло снова. А домовой-то у них оказывается экономный!

Платье было длинным, поэтому идти приходилось не спеша, чтобы не запутаться в подоле. Хорошо хоть не пышное, а то я в нем и шагу бы не сделала.

— Ну как? — я появилась на верхнем пролете лестницы и медленно поплыла вниз, держась за перила одной рукой и придерживая подол другой.

— Прекрасно выглядите, мисси, — кивнул мне Эдвард. Он подошёл к ступеням и подал мне руку, помогая спуститься.

— Реми, мы в управление, — крикнул он брату.

— Не задерживайтесь, — донеслось с кухни.

— Прошу, — Эд распахнул дверь, и я зажмурилась от яркого света.

На улице была поздняя весна. Нежно-зеленая, еще не покрывшаяся пылью листва, прозрачное голубое небо, клумбы в ярких цветах. Мы медленно шли по утреннему городу. Ночная прохлада уже уступила место почти что летнему теплу, но людей на улицах пока было мало. В основном нам попадались разносчики молока и газет, а также дворники, сосредоточенно метущие белые лепестки местных фруктовых деревьев, засыпавшие тротуары.

— Как красиво! — восхитилась я, рассматривая это великолепие. Ветви огромных черешен, растущих по обе стороны бульвара, по которому мы сейчас шли, смыкались над нашими головами, образуя кружевные арки, сквозь которые тонкими золотыми нитями пробивались лучи утреннего солнца.

— Да, сейчас самое красивое время года, — кивнул мне Эдвард, — как насчет позавтракать? Тут недалеко есть замечательная кондитерская. Там подают лучшие десерты во всем городе.

— Уверена, что когда ваш брат освоится, лучшие десерты начнут подавать в вашем заведении.

— О, до этого пока далеко, — рассмеялся Эд, — Реми еще очень молод, ему ещё учиться нужно. Мне бы хотелось послать его в академию поваров его императорского величества, но пока что я не имею на это средств.

— А кредит? — ляпнула я, залюбовавшись окружающим пейзажем.

— Кредит мне не по карману, а закладывать таверну не имеет смысла. Много за нее не дадут, но это пожизненная кабала.

— Тогда, наверное, нам лучше поесть дома, я пока не очень голодна, — заметила я, но бурчание в животе выдало меня с головой. Позавтракать я не успела.

— Не надо считать мои деньги, мисси, — жестко произнес Эд, — я в состоянии угостить девушку чашкой чая и пирожным.

— Простите, Эд, я не это имела ввиду. Просто в моем мире принято, чтобы каждый платил за себя сам, а у меня, увы, нет местной валюты, — я попыталась сгладить неловкую ситуацию.

— О, не волнуйтесь об этом, — лицо следователя просветлело, — я угощаю.

— В таком случае, я с удовольствием выпью чашечку чая в вашей компании, — я стрельнула на него глазками, и мы рассмеялись.

Кондитерская была небольшая, но уютная, в ней чувствовалось присутствия души. Словно все в ней дышало какой-то радостью и счастьем. Миниатюрный прилавок, крошечная стойка со сложенными аккуратной башенкой разноцветными пирожными, и милая маленькая продавщица в красивом кружевном чепчике. Увидев нас, она расцвела в улыбке:

— Добро пожаловать, мистер Дебур, радостного утра, мисси. Присаживайтесь. Что вам принести?

— Здравствуй, Вилла. Сделай нам по чашке чая и парочку твоих лучших пирожных.

— Одну минуту, — она с улыбкой повернулась к нам спиной, потянувшись за чайником, который сам собой кипел на столе позади нее, а я от удивления аж протерла глаза.

— Мамочки, она — фея! — прошептала я, увидев на спине женщины прозрачные, похожие на стрекозиные крылья.

— Вилла? — Эд оглянулся, — ну да, самая настоящая. В вашем мире фей нет?

— Есть, — кивнула я, — только их никто не видит. У нас магия и волшебство только в сказках, но бабушка всегда говорила, что если ты веришь в чудо, то оно обязательно произойдёт.

— Ваша бабушка была абсолютно права, мисси, — серебряным колокольчиком прозвенел голосок Виллы, которая выпорхнув из-за стойки, уже расставляла на столе наш заказ, — угощайтесь, сегодня за счет заведения!

— Но... — начал было Эд. Однако Вилла строго взглянула на него, и мужчина сдался:

— Спасибо за угощение, Вилл.

— Это тебе спасибо, Эд. Ты меня очень выручил, — она рассыпалась золотой пыльцой и тут же со смехом появилась за прилавком.

— Пыльца фей, на счастье, — он смахнул с плеча золотые блёстки. Я улыбнулась. Мы сидели и пили чай. Молча. И это было так правильно, так по честному и так спокойно. Вот просто сидеть и молчать, наслаждаясь ароматным напитком. И так хотелось затянуть этот момент подольше. Но все хорошее почему-то быстро кончается. Вот и чай был выпит, а пирожные съедены.

Мы попрощались и вышли из заведения. Я видела, как Эд тайком оставил деньги под салфеткой. Принципиальный. Пожертвований не берет. Гордый. Я покачала головой, но промолчала. Это не мой мир. И здесь могут быть другие правила.

Здание управления оказалось неподалеку от кондитерской Виллы. Это был самый настоящий казенный дом. Серые каменные стены, даже без штукатурки, тяжелые решетки на окнах, окованные железом двери с огромными засовами, а внутри было и того хуже — мрак, сырость, холод и какая-то безнадега. Зайдя туда, я поёжилась и пожалела, что на мне нет шали. Сейчас она была бы кстати. Как они в таких условиях работают! Как в подвале или в склепе! Бррр!

— А почему тут так мрачно и холодно? — тихо спросила я, пока мы пробирались по узкому коридору, освещенному тусклым мерцающим светом.

— Здесь раньше тюрьма была, — пояснил Эд, — давно. Потом, когда война окончилась, надобность в ней пропала. Ее закрыли, и здание долго пустовало. А теперь новый мэр решил, что здесь будет управление по надзору за приезжими. Вот только ходят слухи, — Эд понизил голос, — что здесь обитают призраки тех, кто когда-то умер в этой тюрьме. И теперь они мстят. Хотят, чтобы люди почувствовали, какого это — сидеть в холодных каменных мешках, без света, зная, что ты никогда отсюда не выйдешь.

— Но разве нельзя как-то это уладить? Ведь работники управления — не тюремщики! Они-то в чем виноваты? — искренне изумилась я. Похоже, все в этом мире зависит от воли населяющих его духов. Поссорился с кем-то — получи проблемы.

— Работники не виноваты. И мэру говорили, что здание надо сначала от душ неупокоенных освободить. Только он слушать ничего не хочет. Мол, вы там все маги-волшебники, вот и разбирайтесь. Вам здание выдали, а дальше сами.

— Так чего же не наняли специалиста по, эммм, избавлению от духов?

— Да где ж мы в нашем захолустье такого возьмем? Посылали запрос в столицу, в главное управление. Там ответили — ждите, пока все экзорцисты заняты.

— А умаслить духов не пробовали? Может, тогда они будут тихонечко сидеть и ждать, пока их освободят?

— И как это сделать? — усмехнулся Эд.

— Не знаю, — я пожала плечами, — поговорить для начала.

Рядом со мной раздался тихий смех. Я испуганно оглянулась. Смех повторился.

— Не бойся, — Эд обнял меня за плечи, — они тебе ничего сделать не смогут. Только пугают и на нервы действуют, идем, — он повел меня вглубь здания. Чем дальше мы уходили от входа, тем мрачнее становилась обстановка. В какой-то момент лампы и вовсе начали мигать, и я непроизвольно прижалась к мужчине, ища у него защиты.

— Бойся, бойся нас, — тихо завывало над ухом, — мы страшные, мы можем до смерти тебя напугать.

— Так, стоп, мне это надоело, — я остановилась и уперла руки в бока, — а ну выходи, ты, неприкаянный дух, немедленно.

— А то что? — раздался смешок у меня над ухом, от чего я вздрогнула.

— Ничего, посмотреть на тебя хочу. Никогда привидений не видела, — свет замерцал сильнее.

— Что ты делаешь? — прошептал Эд.

— Знакомлюсь, — улыбнулась я, — у нас же есть время?

Он молча кивнул.

— Вообще-то это не вежливо, я все еще здесь, — проворчал мне на ухо дух.

— Я тебя не вижу, а значит, тебя тут нет, — отрезала я.

— Ну смотри, — злобно прошипел он, — я предупредил.

Прямо передо мной возник сгусток тумана, который тут же превратился в худощавую фигуру мужчины, закутанную в какие-то лохмотья и с кандалами на руках. Я взглянула на Эда. Тот стоял, прислонившись к стене, и равнодушно смотрел сквозь духа. Похоже, он его не видит.

— Говорят, он убил свою жену, но она была дурна собой и совершенно не умела готовить, — пробормотала я, рассматривая призрака, который все это время яростно звенел кандалами и жутко завывал.

— Что? Ты о чем? — внезапно призрак оборвал свой вой и обижено посмотрел на меня, — я вообще никого не убивал, а жена у меня была красавица и готовила отлично!

— Не обращай внимания, это не про тебя. Сказка есть такая —"Кентервильское привидение". Там тоже неупокоенный дух досаждал жителям замка, — я улыбнулась, — а ты почему не уходишь? Тебя здесь что-то держит?

— Меня несправедливо заключили в тюрьму, но я умер, не дождавшись суда, и не смог отстоять своё честное имя. И я не могу уйти, пока не узнаю, что произошло и не докажу свою невиновность, — вздохнул дух и принял вид мужчины средних лет, в старинном кафтане.

— Граф Кристоф де Шеро, к вашим услугам, мисси, — он изящно поклонился.

— Кассиопея Потапова, — я, как смогла, сделала книксен, — иномирянка. Ваше сиятельство, а вы не пробовали обратиться к кому-нибудь со своей проблемой?

— К кому, леди Кассиопея? — он подошел к Эду и помахал рукой у него перед глазами, — они меня не видят, вы — первая, кто обратил на меня внимание. Вот и пришлось доводить их, чтобы они, наконец, нашли экзорциста, который сможет меня освободить.

— Заявку, как вы могли слышать, подали, но ждать долго, — задумалась я, — а если мне удастся вам помочь, вы сможете самостоятельно покинуть это место?

— О, я буду только счастлив покинуть его. Прошло уже сто лет с тех пор, как я застрял здесь.

— Послушайте, ваше сиятельство, этот человек, Эдвард Дебур, он — следователь. Я думаю, у него есть доступ к архивам. Я попрошу его поднять ваше дело. Возможно, удастся что-то разузнать.

— Это будет замечательно, дорогая Кассиопея.

— Можно просто Кася.

— Тогда и вы обращайтесь ко мне по имени, Кристоф, — улыбнулся призрак.

— Хорошо, можно попросить вас об одолжении. Не могли бы вы убрать эту жуткую атмосферу? Я уже продрогла.

— Если я так сделаю, они отменят заявку на экзорциста, — нахмурился граф.

— Тогда может быть хотя бы на время. Пока Эд расследует ваше дело. А если у нас ничего не получится, вернете все, как было.

Эдвард с удивлением смотрел на меня. В его глазах отчётливо читалось: "Во что ты меня впутываешь?"

Я взглядом показала ему, чтобы он не вмешивался, мол, потом все объясню.

— Хорошо, — призрак наблюдал за нашими переглядываниями, — я согласен. Даже интересно, получится ли из этого что-нибудь, — он улыбнулся. Лампы перестали мигать и зажглись ровным приятным светом. Вокруг стало ощутимо теплее, словно затопили камин, а тяжелый сумрак, висевший по углам, развеялся. Даже на лицах проходящих мимо служащих появились улыбки, словно с них сняли какой-то тяжкий груз. Я удовлетворённо кивнула.

— Спасибо вам, Кристоф, так намного лучше. И последний вопрос, где мы можем встречаться, чтобы я могла сообщать вам, как продвигается расследование. Не думаю, что у меня получится приходить сюда.

— О, это не проблема. Я вполне способен покидать здание и перемещаться по городу. Вы можете просто позвать меня в любое удобное время, и я появлюсь. Не стесняйтесь. Мне все равно нечем заняться.

— Хорошо, Кристоф, тогда до встречи, — я снова сделала книксен, а граф, поклонившись мне, исчез.

Глава 4

— Что это сейчас было? — Эд подозрительно смотрел на меня.

— Знаешь, а слухи не врут. В здании, действительно, обитает неупокоенный дух узника, считавшего себя несправедливо осужденным. Однако не дожив до суда, он умер в заключении и не помнит, как это произошло. Так что его дух оказался привязанным к этому месту и пытался заставить служащих обратить на него внимание.

— Он ушел? — Эд взял меня под руку и повел по коридору.

— Нет, он все ещё здесь, но пока что согласился убрать свое влияние в обмен на расследование его дела. Имя Кристоф де Шеро тебе о чем-нибудь говорит?

— Мы перешли на "ты"? — усмехнулся Эдвард, припоминая мне мою настойчивость в соблюдении субординации.

— Если предпочитаете оставаться на "вы"...

— Нет, давай на "ты" — перебил он меня.

— Так что насчет де Шеро?

— Впервые слышу. Когда это случилось?

— Окола ста лет назад.

— Восстание лордов. Тогда много аристократов казнили. Они подняли бунт против тогдашнего короля. Вывели людей. Им бы удалось свергнуть его, но в их рядах оказался предатель, который сообщил королю про их планы. Были массовые аресты. Восстание удалось подавить. Но многие аристократы лишились головы. Кого-то сослали. Кто-то бесследно исчез. Возможно, под горячую руку попали и невиновные.

— У тебя есть доступ к архивам? Может быть дело все же было раскрыто, просто ему никто не сообщил? Если он узнает все детали, то он сможет уйти. Поверь, ему тоже не в радость сидеть тут и наводить жуть на служащих.

— Я попробую узнать все, что касается этого дела, — кивнул Эдвард, — а обстановка и вправду изменилась. Даже дышать стало легче. Нам сюда, — он открыл дверь и завел меня в какой-то кабинет.

— Привет, Эд, — сидящий за столом молодой мужчина поднялся с места и протянул моему спутнику руку. Тот крепко пожал ее, — какими судьбами?

— Привет, Жак, у меня к тебе просьба. Вот этой барышне нужны документы, как приглашенному иномирному специалисту.

— Отлично. Тогда мне нужно заявление от приглашающей стороны, ее рекомендации и адрес проживания.

— Проблема в том, что она попала сюда не совсем по своей воле. Реми призвал ее. Он дал объявление в обход службы найма.

— Ну дает малец, это же статья. Если мисси заявит на него...

— О нет, нет, я не собираюсь делать ничего подобного. Мальчику, и правда, нужна помощь, я согласилась остаться, вот только теперь нужно как-то это оформить.

— Ну оформить не сложно, мисси. Как ваше имя?

— Кассиопея Потапова.

— Название вашего мира?

— Могу сказать только название нашей планеты, но не уверена, что оно о чем-то скажет.

— Давайте попробуем, — пожал плечами Жак, и лежащий перед ним стеклянный прямоугольник вспыхнул, словно экран планшета.

— Планета называется Земля, расположена в Солнечной системе галактика Млечный путь.

— Ваш мир техногенный? — уточнил Жак, что-то колдуя над своим планшетом.

— Да.

— Может быть вы помните какие-нибудь старинные названия из легенд или сказок?

— Гея, Мидгард, Бхур-лока, Явь, — перечисляла я все, что приходило в голову. Увлечения родителей мне все же пригодились.

— Вот, нашел. Ранее Мидгард, теперь Земля, удален из списка доступных к перемещению миров из-за отрицания современным населением магии и ее проявлений, — он пристально посмотрел на меня, — портал не должен был подействовать на вас. У большинства жителей вашего мира абсолютный иммунитет к такого рода вещам — их тотальное неверие в магию и волшебство.

— Но я верю, — я растерянно посмотрела на него, — мне бабушка с детства сказки рассказывала. А когда я маленькая была, мы с ней в гости к лешему и жене его, кикиморе, ходили, и пение русалок ночью слушали. А ещё она меня научила, как с домовым подружиться.

— Да, с духом-хранителем у нее отлично получается обращаться, — с улыбкой заметил Эд, — собственно для этого Реми ее призвал. Видимо, в его расчеты закралась ошибка, и портал, открывшись в тот мир, притянул Касю.

— А вот с этого места поподробнее, — Жак внимательно посмотрел на меня, — как это было?

— Я искала работу, в интернете, на сайте вакансий и увидела объявление. Оно меня заинтересовало, и я кликнула по нему, чтобы узнать адрес или контакт работодателя, а потом голова закружилась, и очнулась я уже здесь.

— С точки зрения закона ваш выбор был осознанный, — Жак, видимо, просто пропустил мимо ушей все незнакомые ему слова, потому что ничего уточнять не стал, а сосредоточился на сути, — ведь никто не принуждал вас ответить на это объявление?

— Нет, я сама.

— Тогда, — он хитро подмигнул, — мы можем оформить вам рабочую визу на основании пройденного у работодателя собеседования, — он посмотрел на Эда.

— Да, демонстрация навыков мисси меня вполне убедила, что она справиться с поставленной задачей, — кивнул Эд.

— Заполните, пожалуйста, эту форму, — Жак протянул мне бланк и ручку, — а мистер Дебур напишет заявление, пока я подготовлю бумаги. Кстати, сегодня все здесь ощущается по-другому, ты заметил, Эд?

— Заметил. Кася пообщалась с вашим призраком и уговорила его пока не кошмарить вас, — усмехнулся Эдвард, отдав Жаку заявление. Я как раз заполнила форму и тоже передала ему.

— Так, я думаю, вам подойдёт стандартный договор. Ознакомьтесь, мисси. Если появятся вопросы — задавайте, — он протянул мне несколько листов.

Читать у меня не получалось. Буквы прыгали, строчки сливались, а мысли все время уходили куда-то в сторону. Наконец, мне надоело с этим бороться, я со вздохом отложила бумаги и покосилась на служащего. Он пристально смотрел на меня.

— У вас есть вопросы?

— Только один, почему я не могу это прочесть? — я, прищурившись, взглянула на него.

— Потому что я проверял вас на восприимчивость к воздействию. Страницы пустые, — улыбнулся он. Я бросила взгляд на стол, там действительно лежали белые чистые листы.

— Воздействие вы чувствуете и успешно сопротивляетесь ему, А коли так, то следует провести расширенную проверку на магию и определить ваш дар и его уровень, — Жак поднялся и достал из шкафа какую-то коробку.

— Прошу, — он протянул мне ее, внутри лежал кристалл, — возьмите его в руки.

— А это безопасно? — я с сомнением посмотрела на Эда. Жак, наверное, шутит! Где я, и где магия!

— Да, вполне, — совершенно серьёзно ответил Эдвард, — смотри, — он взял кристалл, и тот окрасился в темно-красный цвет.

— И что это значит?

— Цвет означает тип дара, а насыщенность — его силу. Красный — физическое воздействие на окружающую реальность. Я могу усилием воли перемещать предметы, не прикасаясь к ним и не используя заклинания, исцелять физические повреждения, мне доступна боевая магия и левитация, могу разрушить что-либо или починить сломанную вещь. Я — кинетик. А тёмный оттенок говорит о том, что дар сильный.

— Совершенно верно, — теперь Жак взял камень в руки, и он стал ярко-синим, — синий — воздействие на ментальную составляющую. Я могу читать мысли, отличить правду от лжи, могу мысленно перемещать предметы, мне достаточно просто подумать, могу наложить и разрушить чары, создать или развеять иллюзию, могу подчинить себе человека и заставить его выполнять мои команды, а могу внушить что-либо или заставить забыть. Я — псионик. Уровень дара — средний. Теперь ваша очередь, Кассиопея, — он протянул мне кристалл.

Я с опаской взяла его в руки, и камень засветился солнечно-золотым цветом. Мужчины ошарашено смотрели на него.

— Что это значит? — их молчание пугало. Я положила кристалл на стол, и он снова стал прозрачным.

— Вы — медиум, Кася, — нахмурившись, произнёс Жак, что-то помечая в своих записях, — уровень дара — сильный. Вы способны воздействовать на душу и эмоции. Общаться с духами и призраками. Видеть вещие сны, и даже путешествовать в них. При должном навыке вы можете повлиять на настроение человека, заставить испытывать любую эмоцию от любви до ненависти, по своему желанию.

— Этого не может быть! В моем мире нет магии! Извините! — я, вскочив с места, быстро выбежала в коридор и оперлась на стену, прижавшись к ней спиной. В глазах закипали слёзы, а состояние было такое, как будто на меня выплеснули ведро грязи. Не знаю, что меня напрягло в его словах. Скорее всего даже не сами слова, а то, с каким отторжением и неприязнью он это произнёс. Я всегда чутко ощущала чужие эмоции. У меня врождённая эмпатия. Я, действительно, хорошо чувствую настроение людей. И сейчас тон Жака возмутил меня до глубины души.

— Кася, что случилось? — Эд вышел из кабинета и подошел ко мне.

— То, о чем он говорил, это плохо? Я ведь правильно поняла? — посмотрела на него, пытаясь поймать его взгляд, но Эдвард отвел глаза.

— Это не плохо, так есть. Мы не выбираем, с каким даром родиться. Но это не приветствуется. Сильный медиум способен натворить бед. А необученный сильный медиум — сродни катастрофе.

— А сильный менталист, значит, нормально?! Человек, способный вывернуть твои мозги наизнанку — это хорошо, а воздействие на чувства — плохо. Так что ли?

— С точки зрения закона — да, потому что все псионики в нашем мире выявляются еще в детстве, обучаются и находятся под клятвой непричинения вреда с помощью дара. А вот медиума сдержать клятвой невозможно. Они на вас не действуют.

— И что теперь? — я отвернулась от него. Было обидно. Я, правда, хотела помочь, ему и Реми, Кристофу и служащим управления. Но видимо, не судьба.

— Жак может отправить тебя домой. Прямо сейчас. Ты из немагического мира. Более того ты из мира техногенного. Регламент предписывает в таких случаях незамедлительно возвращать человека в его мир государственным порталом.

Рядом со мной возник призрак графа.

— Они выгоняют вас, Кася?

— Похоже на то. Простите, что не смогла помочь, — я тяжело вздохнула, — наверное, вам лучше вернуться к предыдущей тактике.

Кристоф огорченно покачал головой, и в коридоре сгустились сумерки. Светильники затрещали и один за другим начали гаснуть, а температура в помещении упала, кажется, до нуля.

— Что происходит? — взволнованный Жак выглянул из кабинета.

— Дар медиума в действии, — усмехнулся Эдвард, — твой тон расстроил Касю, а это, в свою очередь, огорчило призрака. Вот он и принялся за старое.

— Вы можете управлять им? — служащий строго посмотрел на меня.

— Нет, — я отрицательно покачала головой, — он сам принимает решения. Вам стоит вызвать экзорциста. Как я теперь понимаю, это тот же медиум, но с безопасным, с вашей точки зрения, уровнем дара.

— Вы верно понимаете. Зайдите в кабинет, — приказал Жак.

Я снова сидела перед его столом.

— Этот призрак сейчас здесь?

— Да, — я кинула взгляд на недовольного Кристофа, сидевшего на подоконнике.

— И чего он хочет?

— Обрести покой.

— Вы можете изгнать его?

— Нет, я не владею подобным навыком. Могу только поговорить.

— Насколько я понимаю, кристалл показывает ваш потенциал. Но сейчас вы понятия не имеете, как пользоваться этим даром.

— Могу только догадываться, — я пожала плечами, — какое это теперь имеет значение?

— Самое непосредственное, — Жак откинулся в кресле и принялся задумчиво рассматривать меня, слегка постукивая пальцами по подлокотнику. От него шла волна силы, но теперь она не достигала меня, разбиваясь о преграду, выставленную Кристофом. Сейчас я отчетливо ощущала это. Меня как будто окружал прозрачный купол, потому что мне холодно не было, а вот у мужчин уже зуб на зуб не попадал.

— Не старайтесь, господин Жак, — я подняла глаза и в открытую посмотрела на него, — он не позволит вам воздействовать на меня.

— Это я уже понял, — кивнул он и взглянул на Эдварда. Следователь сидел, сложив руки на груди, и хмуро взирал на нас.

— Ну хорошо, я могу позволить вам остаться, если Эдвард согласится присматривать за вами. А вы гарантируете, что не будете использовать дар во вред окружающим. Стандартный договор, — он протянул мне документ, позволяя прочесть его, — предусматривает полугодовое пребывание в нашем мире. Но, — он сделал паузу, — если по вашей вине пострадает хоть один человек, то вы будете отвечать по всей строгости закона.

— Пострадает в каком смысле? — я вскинула голову и почувствовала, как стремительно поднимается раздражение. Этот Жак в открытую угрожает мне. У него не получилось воздействовать на меня магически, и он решил продавить меня морально. Не выйдет! — по каким критериям вы собираетесь оценивать вред?

— Сойдет с ума, или получит тяжелые увечья вследствие душевных терзаний, — наши взгляды схлестнулись.

— То есть, если кто-то придет к вам и покажет на меня, как на причину своих душевных страданий, вы безоговорочно поверите ему? — во мне заговорил гнев.

— Не передергивайте, Кассиопея, — Жак нахмурился, — у нас цивилизованное общество. Никто никого не наказывает без суда и следствия.

Кристоф громко хмыкнул.

— Да? А вот граф де Шеро с вами не согласен.

— Призрак, находящийся здесь, — граф де Шеро? — Жак поменялся в лице.

— Он мне так представился, — я напряглась, — вам известно это имя?

— Да, — сдавленным голосом произнес Жак, — это мой прадед, по линии матери. Он пропал без вести во время восстания лордов.

— Он был схвачен и по ложному обвинению заключён в тюрьму, которая находилась в этом здании. Но до суда не дожил. В этом и причина почему он не может уйти. Он должен узнать, что произошло.

— Значит так, — Жак бросил быстрый взгляд на Эдварда, — Эд, я сделаю ей докуметы и выпишу разрешение, но ты будешь следить за ней. И окажи мне ответную услугу, подними архивы по делам того времени. Это важно для моей семьи.

— Я обещаю, что присмотрю за Касей и приложу все усилия, чтобы найти необходимую информацию. Если дело и впрямь настолько серьёзное, то можно попробовать возбудить его заново. Но понадобится заявление от родственников, лучше, если это сделает твоя мать. Думаю, Харрис не откажет госпоже Аурелии.

Я взглянула на Кристофа. Сейчас он переместился к столу и внимательно рассматривал своего правнука.

— Вы похожи, — заметила я, обращаясь к нему, но ответил мне Жак.

— Да, мама говорила, что у меня поразительное внешнее сходство с прадедом. Мисси Кассиопея, если мне удастся добиться возобновления этого дела, вы сможете выступить в роли связного между ним и следствием?

— Смогу, — равнодушно ответила я, — но не ради вас, господин Жак. Ради Кристофа. Мы закончили?

— Да, — он быстро подписал бумаги, — если согласны, то ставьте свою подпись, мисси, вот здесь, — он указал мне на строчку внизу документа. Я еще раз пробежалась по нему глазами. Вроде ничего страшного. Некоторые формулировки не очень понятны, но вникать мне уже не хотелось. Хотелось покончить с этим и поскорее убраться отсюда. Я быстро черкнула свою фамилию и инициалы. Эд подписал рядом. Яркая вспышка.

— Отлично, — усмехнулся Жак, — поздравляю с успешным заключением договора, — он собрал документы и протянул их, нет, не мне, Эдварду. Не доверяет.

— По условиям договора вам не разрешено в одиночку покидать город, вплоть до окончания срока пребывания в нашем мире, — холодно пояснил Жак в ответ на мой укоризненный взгляд, — поэтому ваши бумаги будут у вашего работодателя.

— Я и не собираюсь, — фыркнула в ответ. Там действительно был такой пункт, — всего доброго, — я поднялась и, кивнув на прощание призраку, вышла из кабинета.

Оказавшись за дверью, я прислонилась к стене и закрыла глаза. В голове шумело. Общение с этим Жаком всё-таки не прошло даром.

"Во что я ввязалась? Зачем мне это? Я ведь просто могла вернуться домой. На завтра назначено собеседование в одну очень хорошую компанию... А с другой стороны, что я теряю? Работу? Да ерунда, такой работы пруд пруди. Не здесь, так в другом месте. Друзей у меня нет, родственники во мне не нуждаются. У меня даже кошки нет, и цветы я не выращиваю, так что никого кормить и поливать не надо," — мысли метались стаей перепуганных птиц, — "спокойно, Кася, дыши, все будет хорошо. Ты в любой момент можешь отправиться домой. Хотя теперь меня вряд ли отпустят. Им явно интересна эта история..."

Кто-то прикоснулся к моей щеке. Я открыла глаза. Рядом стоял Эд.

— Совсем плохо? — он сочувствующе посмотрел на меня, — пойдём домой. Я кое-что тебе объясню, но рассчитываю на взаимную откровенность и честность.

— Ты теперь тоже опасаешься меня?

— Нет, Кася. Я вижу, что у тебя доброе сердце. И ты действительно хотела помочь. Пойдём. Здесь не стоит обсуждать подобные вещи. Слишком много лишних ушей и любопытных носов. Пойдём, — повторил он и повёл меня к выходу.

Глава 5

Судя по солнцу, время приближалось к полудню. Точнее определить не могу, часов у меня нет. Никогда их не носила. Не держатся они на мне. То потеряю, то разобью, а то они вообще начинали ходить, как им вздумается. Во истину счастливые часов не наблюдают! И я действительно была счастлива, пока милостью одного рыжего недоразумения не угодила сюда! Здесь меня уже приложили дверью, перепугали до смерти и обвинили, бог знает в чем, на ровном месте, только из-за того, что их камушек не тем цветом зажегся! Надо было сразу соглашаться на портал. Сейчас бы уже дома была!

Но в голове все время всплывало радостное лицо Реми и его восторженный взгляд, улыбающееся лицо Эда и его искренняя просьба, и бледное призрачное лицо Кристофа, внезапно просветлевшее в надежде на скорое освобождение. А следом пришло понимание, что я не смогу их бросить. Не смогу отказать, когда вижу, что нужна помощь. В противовес всему встал образ недовольного хмурящегося Жака. Дар мой ему не нравится, видите ли! Да чихать я на тебя хотела! Тоже мне, блюститель порядка нашелся. Видит меня впервые в жизни, а уже выводы сделал, далекоидущие!

Я шла рядом с Эдом, дуясь на себя, свое неудержимое желание спасать всех и каждого и весь этот мир, призвавший меня. Почему мир? Да потому что не мог мальчишка, не владеющий магией, ничего наколдовать. Просто его страстное желание нашло отклик во Вселенной, и она, по закону притяжения откликнулась на него. Это как в квантовой физике, если один из запутанных фотонов приобретает спин, то на другом конце связи второй из фотонов тут же откликается. А результатом этого отклика стало мое появление здесь. Люблю физику, с ее помощью можно объяснить все, и даже магию! Вот только мне от этого не легче!

— Все еще злишься на Жака? — Эд прервал мои размышления.

— Тоже мысли читаешь? — хмуро спросила, глядя себе под ноги.

— Да нет, у тебя на лице все написано. Мне часто с людьми работать приходится. Научился эмоции определять по мимике и жестам. Ты хмуришься, плечи напряжены, кулаки сжаты — явные признаки злости, — улыбнулся он и, взяв мою руку в свои ладони, осторожно сжал ее. Я вздохнула и почувствовала, как напряжение меня отпускает. Действительно, что толку сейчас злиться, если сама уже приняла решение и не собираюсь его менять, даже если могу. А вот могу ли?

— Эд, если я захочу вернуться, я в любой момент смогу это сделать?

— Да, — он кивнул, — я просто расторгну договор, и ты сможешь покинуть наш мир и вернуться в свой.

— То есть, пока договор действует, я вернуться не могу? — интересное кино! В договоре про это не было написано.

— Нет, не можешь. Магия договора не отпустит. Ты сама подписала его, а значит, дала согласие, но поскольку ты не являешься жителем этого мира, то сама расторгнуть договор не можешь.

— И почему об этом нигде не сказано в самом договоре? Я внимательно читала, там об этом ни слова, — возмутилась я.

— В магических мирах это общеизвестный факт, любой знает об этом, и если подписывает договор, то соглашается по умолчанию. А для техногенных миров отдельной формы нет. Не волнуйся, — Эд взял меня под руку, — как только ты попросишь, я сразу расторгну договор, и ты сможешь вернуться. У тебя есть право бесплатно воспользоваться государственным порталом. Один раз, в один конец.

— Хорошо, — я покачала головой, — но это нечестно. И этот твой Жак, он должен был объяснить!

— Ну, он — не мой, мы просто друзья. А потом ты заинтересовала его, вот он и схитрил немного, — улыбнулся Эд, — Жак — не плохой и не злой. Но должность начальника управления обязывает его. И потом твой дар... Это очень серьёзно, Кася. По закону он должен был сообщить вышестоящему руководству, в главное управление. Сделай он это, и тебя бы тут же забрали в столицу.

— На каком основании?

— Придумали бы основание. Служба Безопасности Государства не церемонится. А медиумы, сильные медиумы, у нас редкость необычайная. Наличие подобного уровня дара — прямой путь в военную академию, на спецкурс. И никто не посмотрит, что ты — иномирянка. Тем более твой мир вычеркнут из списка возможных к контакту. А значит, твое появление здесь — практически дар небес. Ведь тебя никто не будет искать. И если они об этом узнают, ты окажешься в полной их власти.

— Вот спасибо, что так вовремя сообщил мне об этом! — я снова разозлилась. Да что же это такое! Жила себе спокойно, у себя, знать ничего не знала, и тут на тебе. Я — государственная ценность.

— Успокойся, ничего тебе не угрожает. Я обещаю, что расторгну договор и отпущу тебя, как только ты этого пожелаешь.

— Что, вот прямо сейчас? — взглянула на него. Эд побледнел, но тут же взял себя в руки и кивнул.

— Если хочешь, то прямо сейчас. Можем отправиться к порталу. Там я разорву договор, и ты вернёшься домой. Здесь недалеко. Идем? — он остановился. Было видно, что он этого не ожидал, но настроен был серьёзно.

— Нет, — я улыбнулась, — останусь пока с вами. Надо помочь Реми и Кристофу. Я обещала.

Эд облегченно выдохнул, и мы направились к таверне.

Эдвард.

Утро начинается не с кофе, а жаль. В моем случае оно уже давно начинается черти как. А иногда в него плавно перетекает предыдущая ночь. Вот и сегодня я возвращался домой после бессонной ночи, проведенной в полицейском управлении. Дело шло тяжело. Единственное, чего я хотел, это выспаться. Но не судьба. Этот охломон каким-то образом обошел мировой контур безопасности и через самодельный портал притащил к нам иномирянку, которая была от этого совершенно не в восторге, и в своем порыве наказать моего непутёвого братца, не заметила открывающуюся дверь и врезалась в нее лбом на полном ходу.

От такого девушка тут же потеряла сознание. Уложив ее на лавку, я осмотрел нашу гостью. Да, будет шишка. Надеюсь, ничего страшного с ней не произойдёт, а то кто этих иномирян знает. Реми принес мокрое полотенце.

— Ты с ума сошел! — я отчитывал его за безалаберность, и в этот момент наша гостья пришла в себя. Пришлось срочно оказывать ей первую помощь. А дальше начались чудеса! Девчонка оказалась медиумом. И не только усмирила нашего вредного хранителя, она нашла общий язык с призраком, живущим в здании управления, и произвела неизгладимое впечатление на Жака.

— Эд, ты должен удержать ее здесь! — понизив голос, прошептал мой друг, когда она, возмущенно фыркнув, второй раз выскочила из кабинета, — такой, как она, нечего делать в техногенных мирах. Ее место здесь.

— О чем ты, Жак? — я искренне не понимал его интереса. Ну да, девочка симпатичная, и дар сильный. Понравилась что ли?

— Посуди сам, у нас не так много сильных медиумов...

— После того, что ты ей наговорил, она будет боятся проявлять свой дар, — я серьёзно посмотрел на него.

— И пусть боится. Меньше шансов, что ее заметят. Учти, договор завязан на тебя. Только ты можешь ее отпустить. И я очень прошу не делать этого, пока она не поможет разобраться в исчезновении Кристофа де Шеро.

Понятно. Жак хочет узнать, что случилось с прадедом, и возможно попытаться реабилитировать его. Тогда его матушка вернет себе титул. И мечта Жака восстановить честь семьи осуществится. И ради этого он готов покрывать иномирянку с опасным уровнем дара. Рисковый парень, ничего не скажешь! По хорошему ее бы домой отправить, вот только и мне ее дар нужен.

Мысли о том, что делать с таверной, не давали мне спокойно спать. Реми был совершенно не обучен общению с духом-хранителем. По мнению дяди этому нельзя было научить. Дух сам должен пойти на контакт. И он шел, честно. Правда, все их контакты заканчивались для Реми очередным синяком или ссадиной. И прийти к взаимопониманию им не удавалось.

Появление Каси все расставило по местам. Дух явил себя, признал Реми и даже извлек из небытия дядину книгу с рецептами, которую мы год не могли найти. И судя по выбранной им для нее комнате хозяйки дома отпускать Касю он тоже не собирается.

Бедная девочка! Не успела попасть в незнакомый мир, а от нее тут уже все чего-то хотят. Правда, характер у нее — не подарок. Никакой дипломатии, все в лицо!

Я улыбнулся и покосился на нее. Кася шла рядом, нахохлившись, как воробушек, и ее явно одолевали далеко невесёлые мысли. Попытался ее успокоить, на что тут же получил отповедь, что так не делают, и требование разорвать договор. Вот тут я напрягся. Упускать едва наметившуюся возможность все наладить не хотелось. Главное убедить ее сейчас, что ей ничего не угрожает, и на ее свободу никто не покушается. Предложил отправиться к порталу. Кася улыбнулась. Так и знал, что она меня проверяет! Нет, милая, меня не проведёшь! Я тебя насквозь вижу!

Кася успокоилась, и теперь мы идем под руку по широкой улице. Периодически ловлю на себе удивлённые взгляды. Понимаю, это странно видеть меня под ручку с женщиной. После первого неудачного брака, я дамочек за три версты обхожу. Но сейчас у меня нет вариантов. Приходится быть милым и обходительным. Да и Кася не вызывает того глухого отторжения, которое поселилось внутри моего сердца после предательства жены. Моя бывшая супруга мало того, что наставила мне рога, да еще и вывернула на суде все так, словно это я во всем виноват. В итоге дом моего отца в столице и все мое состояние достались ей, а меня вышвырнули вон. И из дома, и из управления! Вот так! Но поскольку мой контракт не окончен, увольнять не стали. Мне грозила ссылка обычным рядовым полицейским в дальнюю провинцию, но шеф наперекор всем назначил следователем в мой родной городишко, где жили дядя, который воспитывал меня, и Реми. Пришлось вернуться. А по возвращению выяснилось, что дядя умер, а у Реми — большие проблемы. И вот уже год я пытаюсь свести концы с концами и хоть как-то наладить нашу жизнь.

Так что появление Каси и для меня стало благословением. Поэтому придётся приложить все силы, чтобы удержать ее, хотя бы пока все не наладится. А потом отправлю ее домой. Здесь ей оставаться опасно. СБГ не дремлет. Сцапают и поминай как звали.

Мы подошли к таверне. За всю дорогу она не сказала мне больше ни слова. Но я и не настаивал. Сближаться мне с ней ни к чему, поэтому так даже лучше. Она и сама не сильно идет на контакт. Видимо, надеется побыстрее вернуться. Что ж, надеюсь, это подтолкнет ее к сотрудничеству.

— Мы пришли, — крикнул с порога.

— Привет, — Реми вышел за стойку, — обед почти готов. Накрывайте стол. Я сейчас.

— Где можно руки помыть? — поинтересовалась наша гостья, задрав на меня голову.

— Уборная прямо по коридору, — указал ей на проход между стойкой и стеной. Кася немедленно направилась туда.

Я улыбнулся, глядя ей вслед. Она такая маленькая по сравнению со мной. Прям как куколка. Особенно в местном наряде. В ее мире одеваются совсем по-другому. Когда только увидел ее, даже не сразу понял, что это девушка. На ней были какие-то штаны из плотной ткани темно-синего цвета. У нас рабочие в порту такие носят. И что-то типа свитера, который ей велик, размера на три. И странные тканевые туфли без задников. Короткие волосы, торчащие в разные стороны. Она была больше похожа на мальчишку. Но тонкие черты лица и пухлые губки все же выдавали в ней женщину. На вид ей лет двадцать-двадцать три.

Надо бы спросить сколько на самом деле. Не дай бог, несовершеннолетняя. Тогда это будет проблема. У нас совершеннолетие наступает в двадцать один. И приглашать работников из другого мира младше этого возраста нельзя. Хотя сказать-то можно что угодно. Проверять все равно никто не будет, это так, для галочки. Системы отсчета в разных мирах разные. Нужно просто предупредить ее.

Пока Кася мыла руки, я наблюдал за происходящим в таверне волшебством.

Один из столов покрылся скатертью, и на нем словно из воздуха возникли столовые приборы, салфетки, солонка с перечницей и большой букет роз в хрустальной вазе.

Я улыбнулся, вспоминая времена, когда работа нашего духа-хранителя, домового, как его называет Кася, была одним из элементов представления для клиентов.

Представьте, приходите вы в совершенно пустую таверну. Раннее утро. Вас приглашают за столик. А потом начинается это действо. По началу люди пугались. Но потом привыкли, и даже специально приходили, чтобы понаблюдать за этим. Такая вот особенность. А сейчас он делал это для нас. Обычно мы с дядей и братом ели в кухне. Там для этого есть стол и все необходимое. И делали все по-простому. Но сегодня ему, видимо, хочется порадовать нашу гостью.

— О, ты уже все накрыл! — голос Каси звучал удивлённо.

— Не я, дух-хранитель, — оглянулся на нее. Девушка сняла шляпку и непокорные кудри рассыпались в разные стороны. Ей бы пошли длинные волосы.

— Прошу, — подошел к столу и отодвинул ей стул. Она уселась, пытаясь сладить с платьем. Видно, что ей непривычно.

— Какие красивые! — она в восхищении смотрела на розы.

— Это его подарок тебе.

— Спасибо, мне никогда не дарили цветов, — она залилась краской.

Интересно почему? Кася — очень симпатичная девушка, даже несмотря на эту дурацкую стрижку. Я любовался ее горящими от восторга глазами, нежным румянцем, от смущения проступившем на ее щеках, изящной линией подбородка и скул, розовыми пухлыми губками, на которых сейчас играла искренняя улыбка. Взгляд непроизвольно опустился ниже, скользнув по ее шее к самому декольте платья, скрывавшему вполне женственные формы ее груди.

— Кхм-кхм, не надо на меня так смотреть, Эдвард, а то я чувствую себя главным блюдом этого обеда, — тихо, но твердо произнесла она.

Действительно, увлекся. Мне, конечно простительно, женщины у меня год как не было, но это и в самом деле неприлично.

— Извини, задумался, — я поспешно отвел глаза.

— Так сколько тебе исполняется сегодня? — попытался сменить тему. Упс, вопрос бестактный. Женщину не спрашивают про возраст. Совсем отвык от этих светских бесед. Однако Касю это не смутило.

— Мне двадцать шесть, — она улыбнулась, — надеюсь, ты спрашиваешь в рамках нашего договора о сотрудничестве? — в ее голосе звучала усмешка.

— Да, именно, — я ухватился за ее подсказку, как выйти из неловкой ситуации, — по нашим законам приглашенному иномирцу должно быть не меньше двадцати одного. Жак забыл упомянуть об этом. И я решил уточнить, во избежание проблем. Так что все в порядке. Просто хотел удостовериться.

— Понятно, — рассмеялась она, — ты хотел мне что-то рассказать...

В этот момент на столе начали появляться различные праздничные блюда.

— Ой, как это? — ее детский восторг был таким искренним, что я снова залюбовался ей. Что-то меня не туда заносит. Надо бы отдохнуть. А потом уже решать все остальное, на свежую голову.

— Он всегда так делает. Любит, когда посетители удивляются. А насчёт разговора, ты не против перенести его на вечер? Мне нужно отдохнуть, а то я всю ночь не спал. Уже с ног валюсь. А вечером сходим прогуляемся в парк, там очень красиво и поговорить ...

— Бедный! — перебила она меня, — что же ты сразу не сказал. Мы могли бы и завтра сходить в управление.

— Лучше сразу, так вернее.

К нам присоединился Реми.

— Угощайтесь, — брат весь сиял. Еще бы! Ему год не удавалось ничего приготовить. Дух не давал пользоваться плитой, поэтому приходилось перебиваться салатами и бутербродами. Иногда обедали в городе. Готовить Реми обожает. Это прям его призвание. И конечно, он очень страдал от того, что домовой не подпускал его к плите. Зато сегодня Реми расстарался. И первое, и второе, и салат, и множество закусок. Еды человек на пять хватит. Из напитков был морс и обожаемый братом крюшон на основе минеральной воды из местных источников.

Глава 6

Кася.

Это был настоящий праздничный стол. Такие я только в фильмах видела. Мама у меня не очень любила готовить, и семейные праздники мы не отмечали, а Новый Год встречали на улице перед костром в компании родительских единомышленников. Сама я готовить, конечно, умею, но для меня собрать праздничный стол — это сродни подвигу, после которого останется только воздвигнуть памятник павшему герою.

И вот когда он, спрашивается, это все успел? Нас не было от силы часа два, а тут полный обед, включая закуски и напитки. Не думаю, что он это заказал.

Я попробовала всего понемногу, чтобы не обижать нашего повара. Но Реми продолжал уговаривать съесть еще что-нибудь, мотивируя это моей худобой. И ничего я не худая. Коленки и локти не торчат и ладно.

От такого внимания к моей скромной персоне было совершенно неловко. А еще меня смущали взгляды Эдварда, которые он периодически бросал на меня, и его прикосновения, когда наши руки случайно сталкивались, потянувшись за одним и тем же куском.

Я совершенно не жажду отношений, от слова совсем. И для этого есть причина. Самая, что ни на есть банальная — разбитое сердце.

Когда мне было восемнадцать, и я была чиста и наивна, я влюбилась. По настоящему. Он был моим рыцарем, моим солнцем, спасавшим меня от серых будней и меня самой. Наши отношения зародились незадолго до окончания школы. И к выпускному мы уже не видели жизни друг без друга, точнее, это я не видела жизни без него. Едва окончив школу, я устроилась продавщицей в магазин, наплевав на все: на родителей, которым было не до меня, на образование, в котором не видела смысла, на друзей, которые тогда у меня еще были, и даже на бабушку, которая пыталась вразумить меня.

И вот с первой зарплаты мы сняли комнату в коммуналке, на большее денег не хватило. Помню, как радовалась отдельному жилью, и как морщил нос мой принц, осматривая место нашего будущего обитания. Но потом улыбнулся и сказал: "Нужен ремонт".

Нужен, значит будет! Весь следующий месяц я клеила обои, красила потолок, рамы, батареи, дверь, полы. Приводила в порядок имеющуюся там мебель, благо, она была в приличном состоянии. Покупала разные мелочи, типа полочек под диски, новых штор и большого ковра в виде шкуры. А еще я соорудила имитацию камина из нескольких картонных коробок, пластиковой плитки под камень, которую нашла у родителей (осталась после какого-то ремонта) и банки с краской. Получилось очень здорово. Внутрь я положила несколько сухих поленьев, найденных в лесу, а за ними поставила электрические свечи. Вечером в темноте казалось, как будто горит огонь. В общем, к концу месяца мы переехали, и началась наша совместная жизнь.

Мой возлюбленный занимался тем, что искал себя и свое место в жизни, ввязываясь в различные сомнительные авантюры, а я вкалывала в две смены пять-два, чтобы нам было на что жить. Физической близости между нами не было. Это было мое условие — до свадьбы ни-ни. Я, дурочка, надеялась, что это подтолкнёт его сделать мне предложение. Но он не спешил, говорил, что пока не время, что он должен сам заработать на нашу свадьбу и светлое будущее. А я, развесив уши, верила ему. Это было очень романтично! И очень глупо! Потому что спустя четыре месяца любовная лодка дала трещину и начала подтекать, а еще через два окончательно потонула.

Причиной крушения стало мое внезапное возвращение домой в середине дня. Я доработалась до того, что от усталости грохнулась в обморок. Начальница посмотрела на меня, покачала головой и отправила домой со словами: "Выспишься — придёшь!"

И вот я, такая вся радостная, по дороге еще в магазин зашла, вкусняшек купила, залетаю в нашу коммуналку. Ну еще бы, начало четвертого, целый вечер впереди, даже в кино можно сходить. А потом я запланировала романтический ужин с продолжением. После обморока я вдруг поняла, что не хочу больше ждать никакой свадьбы, что жизнь коротка и мимолётна, и надо брать от нее все здесь и сейчас, и уже была готова подарить себя моему принцу.

Но... Выяснилось, что готова на это не только я, а еще и моя лучшая подруга. И она-то как раз в этом преуспела. Шустрая такая деваха!

Короче, я тихо крадусь в комнату, типа сюрприз, а на кровати, прямо на моем пледе любимом, лежит Катька. Вся в неглиже, томно закатив глаза. А мой принц в костюме Адама склонился над ее пузиком. И пытается языком подцепить дольку консервированного персика, открытая банка с которыми стоит на прикроватном столике. И естественно, попадает не только по персику. А Катя так тихо постанывает! А сироп течет по ее складочкам на боках прямо на мой плед!

МОЙ ЛЮБИМЫЙ ПЛЕД!

МОИ ЛЮБИМЫЕ ПЕРСИКИ!

Короче не знаю, что меня больше зацепило: неверность принца, сожранные ими персики или угвазданный вусмерть плед, но скандал был страшный. Я аккуратно поставила пакеты, там вообще-то продукты, они денег стоят, и с диким криком налетела на них. Остатки персиков и сироп тут же оказались у него на голове. Ошалевшей Катьке я вцепилась в волосы и, стащив ее с кровати, (откуда только силы взялись, я почти вдвое худее) под аккомпанемент ее визгов, вытолкала за дверь, следом полетели ее вещи и обувь, а за ними плед.

Принц гордо ретировался сам, с прискорбием сообщив, что наша встреча была ошибкой, что я — чокнутая и так далее. После чего в него полетела жестяная банка. Он ловко увернулся, и пытаясь второй ногой попасть в штанину джинс, вывалился следом за своей "сладенькой девочкой". Так он ее называл, пока я наблюдала за ними.

Я посмотрела на все вокруг, утерла нос и принялась собирать вещи, свои и те, что были куплены мной, ну то есть все. Вещи неверного принца были выкинуты в коридор, откуда таинственным образом исчезли.

Через пару часов все было собрано и упаковано, даже шкура. Камин я трогать не стала. Оставила будущим жильцам. Плед, который так и валялся в общем коридоре, запихала в мусорный мешок и позвонила хозяйке, через всхлип объяснив, что съезжаю. Та оказалась женщина понятливая и отзывчивая, поэтому приехала минут через пятнадцать, осмотрела жилплощадь, похвалила ремонт и дизайн, вручила мне залог и, погрузив мои узлы в свой дорогущий джип, отвезла меня к бабушкиному дому. К родителям я возвращаться не хотела.

С трудом поднявшись на третий этаж, я зашла в квартиру, бросила вещи и, осев на пол, разрыдалась. На мой рев из кухни выбежала бабушка. Поняв все без слов, она отвела меня в ванную, умыла, а потом мы долго сидели с ней на её кровати в обнимку, и я рассказывала, временами всхлипывая, как жила все эти полгода. Бабушка меня утешала. Говорила, что это не конец, что еще будет в моей жизни принц. А потом мы пили чай с пирогом, и она предавалась воспоминаниям про свою бурную молодость.

Следующая попытка была через год. По настоянию бабушки я всё-таки поступила в колледж на вечерний. А вместе с этим работала в одном из супермаркетов. Парень был моим коллегой. Он был постарше и очень красиво ухаживал, однако я уже не была так наивна, хотя чистоты своей не растеряла. И как потом выяснилось через месяц, именно ее он и хотел меня лишить, о чем прямо заявил на одном из свиданий. После чего был послан по известному адресу, и больше с мужчинами я близких отношений не заводила, стараясь держать их во фред-зоне. Потому что им только это и нужно!

Даже Женек, наш бариста, хоть и был нормальным парнем, много раз предлагал именно это, без всяких там обязательств. Естественно, регулярно получал от ворот поворот. Не нужно мне это! Не потому что я там какая-то фригидная или мужененавистница, вовсе нет. Просто для меня подобное означает высшую степень доверия. А такого пока никто не заслужил. А еще я боюсь. Боюсь снова влюбиться и снова разочароваться. Это больно, знать, что тебя променяли на доступную и согласную. А без любви невозможно доверие, и получается замкнутый круг: я не хочу разочаровываться, поэтому не могу дать мужчине то, что он хочет, потому что не доверяю, а довериться не смогу пока не полюблю, а любить я себе запрещаю, потому что разочаровываться больно, и я не хочу этого.

И вот все эти пристальные взгляды Эда в мою сторону, заставляют мое сердечко сжиматься. Вот только не ясно от чего, от страха или от какого-то непонятного трепета.

— Все, Реми, я больше не буду, — показательно отодвинула от себя тарелку, — ты обещал торт, а если я съем еще немного, то на торт места не останется.

— Кася права, — Эд тоже откинулся на стуле, — обед потрясающе вкусный, но давай мы все это доедим на ужин.

— Хорошо, тогда будем пить чай, — воскликнул Реми, ничуть не обидевшись. Тарелки исчезли со стола, а вместо них появился пузатый чайник с кипятком, фарфоровый заварник, сахарница и шоколадный торт, на котором горело двадцать шесть свечей. Я прям растрогалась от такого.

— У нас принято на свой день рождения загадывать желание и задувать свечи, — прокомментировал Реми.

— У нас тоже, — кивнула я, и торт осторожно подполз поближе, чтобы мне было сподручнее. Набрав в грудь побольше воздуха, я с силой дунула, гася все свечи.

— Ура, с днём рождения! — закричали мои мужчины. А над столом с лёгким хлопком рассыпалась золотая пыльца.

— Хельми тоже тебя поздравляет! — Реми запнулся, — ой, так его Хельми зовут!

— Спасибо, Хельми, рада познакомиться, — произнесла в пространство. Послышался радостный топот, и как будто кто-то ткнулся мне в ногу. Я посмотрела вниз, но никого не увидела.

Торт был съеден. Осталось лишь пара кусочков, один из которых оставили домовому. Хельми ловко убрал все со стола и перемыл всю посуду, или не перемыл, а просто сделал ее чистой и расставил по местам.

— Пойду вздремну пару часиков. Разбудите меня часов в пять, — Эд широко зевнул, прикрыв рот рукой.

— Иди, иди, — закивал Реми, — мы тут сами закончим.

— Смотрите без баловства, — Эд добродушно улыбнулся и побрел наверх. Мне стало его жаль. Не дали мужику поспать после ночной.

— Реми, а твой брат часто по ночам работает? — спросила у парнишки, который пристально рассматривал стойку.

— Не часто, но случается. У него там сейчас какое-то сложное дело. Я думаю, стойку можно сделать чуть пониже, а то мне росту не хватает, — Реми подошел и встал рядом. Она была ему высоковата, — что скажешь, Хельми?

Послышался звук, как будто кошка запрыгнула на столешницу, легкая дрожь, и тяжёлая массивная стойка из темного дерева, с широкой столешницей тут же стала уже и изящнее. Вместе с ней поменялся и внешний вид шкафов, отделяющих кухню от общего зала, и столы со стульями. Вместо огромных, громоздких, занимающих почти все место, они стали маленькими и легкими на красивых изогнутых ножках, а стулья приобрели ажурные спинки. Парочка больших столов остались по углам зала поближе к окнам, вдоль которых вместо лавок, теперь красовались обитые бархатом диванчики.

— То, что нужно, Хельми, — одобрил изменения Реми, а я радостно захлопала в ладоши.

— Здорово! Хельми, ты — молодец! Нужно еще колокольчик над дверью, чтобы слышать, когда посетители заходят.

Над входной дверью, которая теперь стала стеклянной, появился колокольчик из серебристого металла.

— И как это работает? — недоуменно спросил Реми.

— Очень просто, — я открыла дверь, и колокольчик мелодично звякнул, — можно не торчать за стойкой, а заниматься своими делами.

— Удобно, никогда такого не видел, — согласился Реми, — а ты кем в своем мире была?

— Не поверишь, управляющей в кафе и училась по специальности "ресторанный бизнес", но вообще я больше по уюту, чтобы всем было хорошо: и персоналу, и клиентам.

— Так это именно то, что нам сейчас нужно, — обрадовался рыжик.

— Нам?

— Мне и Хельми. Мы подружились. И он теперь помогает мне. Вот только я не знаю, что дальше делать. Как вернуть посетителей?

— Очень за вас рада, — улыбнулась я, — а посетителей вернем. Обязательно. Но для начала нам нужен план. У тебя тут есть бумага и ручка?

На столе тут же появились писменные принадлежности, и мы, усевшись, начали мозговой штурм.

Глава 7

Для начала нужно было определить направление, в котором Реми будет интересно работать. Таких в данном городе было три: кондитерская, общепит, элитный ресторан. И в каждой нише уже имелось свое заведение.

При жизни отца Реми это была популярная таверна, по нашему общепит. Здесь можно было вкусно и недорого перекусить, или выпить кружку-другую эля. Банкеты Сэм не проводил, а на кофе смотрел подозрительно.

Когда его не стало, и заведение пришло в упадок, эту нишу заняла таверна "Старая ратуша". Она находилась почти в центре города и, действительно, располагалась в здании бывшей городской ратуши, которая после постройки новой мэрии оказалась заброшена. Вот ее-то и выкупил молодой повар, приехавший сюда после обучения в столице. Поскольку эта ниша оказалась свободна, а город нуждался в хорошей недорогой таверне, то заведение быстро обрело популярность. Конкурировать нам никто не запрещал, но городок, в котором я очутилась, был не очень большой, провинциальный. Так что питались жители дома, а в таверны и прочие кафешки ходили в основном одинокие люди или семьи по выходным и праздникам.

Поэтому "Старая ратуша" специализировалась на комплексных обедах, типа нашего бизнес-ланча: много, вкусно, недорого, но однообразно. Ее завсегдатаями были работники мэрии и соседствующего с ней банка. А также клерки нотариальной конторы и служащие похоронного бюро. Со слов Реми, Остин, хозяин таверны, не занимался банкетами и свадьбами, слишком дорого и накладно, к тому же подобные мероприятия случались крайне редко. Да и обычные жители предпочитали праздновать у себя во дворе дома, а то и прямо на улице.

Богатые горожане для тех же целей предпочитали элитный ресторан "Серебряная роза", располагавшийся в фешенебельном районе, на севере городка. Там жили владелец банка, городской мэр, несколько богатых коммерсантов и промышленников, и располагались особняки знати, приезжающей в город на летний сезон.

Городок был курортным и славился своим побережьем и целебными источниками. "Серебряная роза" была по карману лишь избранным, у нее был строго ограниченный круг клиентов, но тем не менее ресторан процветал.

Последним заслуживающим внимание заведением, способным составить нам конкуренцию, была кондитерская Виллы, в которой мне довелось побывать сегодня. Однако заведение феи специализировалось исключительно на чае и пирожных. Никаких других блюд там не подавалось. Это было место для раннего завтрака, дневной деловой беседы за чашкой ароматного напитка или романтического свидания в вечернее время.

Сама кондитерская, как я успела убедиться, была крошечной, всего на пять столиков, но также работала на вынос, и там всегда можно было заказать пироженку с собой. Еще в городе было несколько пабов, парочка пивнушек в совсем уж бедных районах и большой трактир на другой стороне, который обслуживал в основном путешественников. Рассказывая мне это все, Реми становился все мрачнее и мрачнее. Он явно не верил в успех нашей задумки.

— Тебе самому-то что больше нравится готовить? — я вопросительно посмотрела на поникшего Реми.

— Ну, я люблю, когда много разнообразных блюд, десерты люблю готовить, торты печь.

— Так, мы находимся в торговом квартале. Здесь много магазинов, ателье, кожевенная мастерская и торговые ряды. Потенциально, нашими клиентами будут те, кто отправился за покупками. За покупками ходят в основном с утра и ближе к обеду, значит основной наплыв клиентов — это вторая половина дня. При этом в большей степени это будут женщины, причем из среднего и высшего класса. Рабочих мы тоже не исключаем, но особо на них не рассчитываем. Они могут дать доп.доход в дни массовых гуляний и ярмарок, — рассуждала я.

— А что любят все женщины? Правильно, сладкое. Кондитерская Виллы за счет этого и работает. Но при этом любая уважающая себя дама следит за фигурой. Барышни не будут приходить сюда обедать чем-то плотным. Блюда должны быть легкими, например, моносупы. Ты знаешь, что это?

— Знаю, суп преимущественно из одного ингредиента, — кивнул Реми.

— Правильно, и лучше в форме пюре, так изысканнее, и украсить можно. Сюда же можно бульоны, ну и один простой суп для рабочего класса, на всякий случай. Какая-нибудь популярная похлёбка, но отличная от того, что подают в "Старой ратуше".

По вторым блюдам. Опять же ничего тяжёлого. Куриное или рыбное суфле, паровые котлетки и тефтели, можно овощи-гриль, кстати красиво и вкусно, мясные оладьи, тоже хорошо. Все это со свежей зеленью. Основной упор на салаты — овощные, фруктовые, можно парочку плотных, но с каким-нибудь интересным оформлением, чтобы внешне на тортик похоже было. Для рабочих самое простое рагу из мяса и картофеля. Даже придумывать ничего не надо.

И десерты. Вот тут надо заморочиться. Пирожные не нужны. Для этого Вилла с ее кондитерской есть. Что можно? Блинчики и вафли с начинкой, тортики, какие-нибудь молочные десерты, типа панакоты, сдобная выпечка — на вынос. Думай, Реми, составляй меню, смотри, что из продуктов может предложить Хельми.

Напитки преимущественно безалкогольные: соки, морсы, крюшон у тебя очень вкусный, лимонад, коктейли молочные опять же — дети любят, чай, для рабочих — квас, можно сидр. Из алкоголя только очень хорошее вино, для особенных гостей. Но основной упор сделать на кофе и горячий шоколад.

И знаешь, — я обвела зал взглядом, прикидывая возможности пространства, — я бы предложила разделить зал перегородками на несколько зон. Смотри, — я указала на дальний угол, где находилось несколько отдельных столиков, — там можно сделать укромное место для интимных бесед и деловых встреч. Вот здесь — ткнула в широкий стол — может разместиться большая компания либо несколько одиноких посетителей из простых работяг, а вот там, — махнула в сторону диванчиков, — хорошо будет женским компаниям или семейным парам с детьми. Кстати, про деток не забудь. Нужно придумать какой-нибудь забавный вариант сервировки.

Зонировать предлагаю ширмами, чтобы в случае необходимости их можно было переставлять или убирать вовсе, если тебе закажут банкет или свадьбу. Продумайте с Хельми, как это лучше организовать. Записал? — Реми уже полчаса пыхтел над конспектом моих идей и комментариев, — отлично.

Еще нам нужно новое название и новая вывеска. Таверны "У Сэма" больше нет. Нам нужно возродить это место в новом качестве. И об этом тоже надо подумать. И обязательно сходить на разведку в "Старую ратушу" и "Серебряную розу ". Мы должны понимать, какое у них меню, и по возможности не пересекаться. Понятно, что в чём-то будет похоже. Но мы делаем ставку на дамочек и семьи с детьми. Этакий семейный ресторанчик, преимущественно для среднего класса, но доступный для рабочих, и способный удовлетворить взыскательный вкус элит.

В итоге пересмотрев все еще раз, мы составили приблизительное меню:

Завтрак.

Яичница с беконом, омлет с зеленью, блинчики с джемом, сдоба на вынос в ассортименте. Чай, кофе, горячий шоколад.

Обед, ужин

Бизнес-ланч — похлебка, мясное рагу с картофелем, свежий хлеб. Морс, чай — на выбор.

Отдельные блюда:

Суп-пюре по дням, бульон с яйцом — ежедневно.

Мясное суфле из птицы.

Рыбные котлеты.

Паровые тефтели.

Салат из свежих овощей

Салат столичный (что-то, напоминающее наше оливье, но с отварным мясом и без консервированного горошка)

Салат с морепродуктами (для богатых клиентов)

Фруктовый салат со взбитыми сливками.

Овощи гриль

Тушеные овощи

Напитки: морс, безалкогольный крюшон, чай, кофе, горячий шоколад, молочный коктейль.

Над десертами Реми обещал подумать.

С названием было сложнее. Я вообще не специалист их придумывать. Мальчишке тоже пока не пришло в голову ничего стоящего.

— Не расстраивайся, — я хлопнула его по плечу, — давай по кофейку. Надо сделать перерыв, и так уже часа два сидим. Да и Эда пора будить.

— Эт я мигом, — Реми вскочил и радостно умчался на кухню.

Понятное дело, мальчишке тяжело. Он этим и не занимался никогда. Я вздохнула. Похоже, придется самой. Ох, это я тут точно надолго застряла. С другой стороны, если рассматривать это как заграничную стажировку, то такой опыт ни за какие деньги не купишь. Если все получится, то уж у себя дома я любое заведение подниму. С нуля. Правда, у нас там магии нет, зато есть разная техника и неограниченный людской ресурс.

Проблема заключалась еще в том, что найти помощников здесь было сложно. Подобные заведения были исключительно семейным бизнесом. И нанять работника в них было невозможно. Уж не знаю, что зазорного работать в ресторане или таверне, но даже за хорошие деньги туда работать не шли. Вот такие предрассудки!

Мы сейчас вообще никаких денег предложить не могли, поэтому рассчитывать Реми мог только на меня и Хельми. Наличие духа-хранителя позволяло отказаться от официанта, уборщика и посудомойки. Закупать продукты также не требовалось. Они просто появлялись на полках в нужном количестве. Не знаю, как это у них работает. Реми объяснить не мог, так как и сам не знал. А вот Хельми не разговаривал. Поэтому данный факт приняли как данность. Но готовить домовой не умел. Максимум овощи почистить. Остальное Реми должен был делать сам.

Нет, парень отлично готовит. Быстро и вкусно. Перечитав наше меню, Реми беспечно заявил, что это ерунда, и он легко справится. Может у него какая-то своя особая магия, просто он этого не осознаёт. Надо будет понаблюдать. Как же нам назвать это все? Я смотрела в окно. По улице ходили люди. Некоторые останавливались и переговаривались, с интересом поглядывая на чистые окна и меня.

— Надо ловить момент, — решила я, и написав на листе бумаги крупными буквами: "СКОРО ОТКРЫТИЕ!", пристроила его на подоконник. Мои действия тут же возымели успех. Народ подходил, читал и, улыбаясь, кивал. Я улыбалась в ответ.

Вдруг стол, за которым я сидела, покрылся скатертью, на нем появилась сахарница и молочник со свежими сливками, а еще плетеная корзинка с какими-то булочками, похожими на круассаны. Видимо, Реми велел Хельми накрывать на стол.

Данное действо крайне заинтересовало двух дамочек с ребятишками, которые как раз проходили мимо. Малыши прилипли к окнам и не желали уходить, требуя от матери зайти внутрь. Такой шанс упускать было нельзя.

— Хельми, приготовься, у нас гости, — сказала я вслух и решительно направилась к двери. В конце концов у нас есть, чем их угостить, а кофе Реми может сварить прямо сейчас.

— Добрый день, — я распахнула дверь, — мы еще не открылись, но если малыши голодны, то вы можете зайти. Мы попробуем что-нибудь придумать.

— Ох, милочка, это было бы чудесно. Мы несколько часов провели в торговых рядах, и дети изрядно проголодались, — ответила мне старшая из женщин.

— Прошу, проходите, — я посторонилась, пропуская их. Судя по одежде, дамы были из зажиточных буржуа, — располагайтесь, где вам удобно, — я жестом указала на зал. Дети, естественно, понеслись к диванам. Что и требовалось доказать!

— Малыши, тут не накрыто, давайте пересядем, — кудахтала их матушка, а молодая девушка, видимо, старшая дочь, презрительно поджимала губы.

— Не волнуйтесь, — я подошла к ним, — сейчас мы все уладим.

Дальше последовал театральный взмах рукой, и Хельми моментально накрыл стол и подал приборы. Дети визжали от восторга, а дамочки, улыбаясь, устроились за столом.

— Выбор пока не велик, но в наличии есть суп, зеленый салат из овощей, мясной рулет, овощное рагу, нарезка из фруктов, блинчики с рыбной начинкой, — я называла то, что осталось от обеда.

— Блинчики, блинчики, — в два голоса завопили дети.

— Я буду суп, — девушка расстелила на коленях салфетку.

"Юная леди следит за фигурой," — усмехнулась я про себя, — а вам, мистрис?

— У вас есть какой-нибудь десерт?

— Из десерта только кусочек шоколадного торта, — я развела руками.

— Отлично, меня устроит, — кивнула мать семейства, — а что по напиткам?

— Сейчас в наличие чай, кофе, свежий морс и безалкогольный крюшон, — отрапортовала я.

— Крюшон! — дети есть дети.

— Мне чай, зеленый, — мисси за здоровое питание.

— А мне чашечку кофе, — кивнула матрона, — в нашем городке его подают только в "Серебряной розе", а там такие цены. Ну вы знаете, — улыбнулась она.

Вот понятия не имею, какие там цены, но я понимающе покивала и ринулась на кухню, выполнять заказ.

— Реми, у нас гости...

— Я все слышал, еще пару минут, — отозвался парень, выкладывая на блюдечки свежие блинчики с тремя видами начинок. Тарелка с горячим супом и блюдце с тортом уже стояли на раздаточном столе.

— Готово, — Реми налил в графин крюшон, принес с плиты свежезаваренный зеленый чай в миниатюрном чайнике, следом налил в чашку только что приготовленный кофе, — Хельми, подавай.

Блюда поочерёдно исчезли, и судя по восторженным воплям из зала, уже появились на столе у посетителей.

— Сколько это будет стоить? — я вопросительно посмотрела на него.

Реми на секунду задумался, что-то подсчитывая в уме, затем взял с полки блокнот для записи заказов, быстро переписал все блюда, поставив напротив каждого стоимость, а внизу подвел итог. Вышло одна серебряная монета.

— Это много или мало? — мне его расчеты пока были не понятны.

— Это стоимость бизнес-ланча в "Старой ратуше". Они ведь взяли почти что его.

— Нет, стоп, так не пойдёт. Бизнес ланч всегда дешевле отдельных блюд. Они заказали отдельные блюда. Считай по полной, чтобы они видели цену, но можешь сделать скидку, как первым клиентам. Не обесценивай себя, свое заведение и свой труд. Дамочки обеспеченые. И деньги у них есть, — я строго посмотрела на него.

Реми переписал счет, пересчитав по новой, вышло на две с половиной монеты.

— Половину монеты можешь сделать скидку, если хочешь, — я заглянула в листок. Реми снова подвел итог. Я забрала у него счет и вышла за стойку, ожидая, пока гости закончат обедать. Минут через двадцать, когда дети разделались с блинами, а мать семейства доела свой тортик, женщина кивком подозвала меня.

— Все было чудесно и очень вкусно, рассчитайте нас.

— Прошу, мистрис, — я подала ей готовый счет.

— О, какой сервис, — улыбнулась она, — и недорого. Пожалуй, я расскажу про ваше заведение подругам. Когда планируете открыться?

— Нам осталось доделать некоторые мелочи и заказать вывеску. Какой сегодня день недели?

— Второй, милочка.

— Думаю, через пару дней, если придумаем название, — улыбнулась я.

— Здешний владелец — Ремиус Дебур, ведь так? — спросила дамочка.

— Совершенно верно, — кивнула я.

— Тогда так и назовите — "Кофейня Дебур". У мальчика звучная фамилия. К тому же раньше у этого места была хорошая репутация. Его отца многие знали. Этим стоит гордиться.

— Спасибо за подсказку, мистрис.

— На здоровье, милочка, — она положила на стол три монеты, — это на чай и в благодарность за гостеприимство, — она не дала мне ничего возразить, — с нетерпением ждем открытия. Идёмте, дети, — дамочка поднялась, и они покинули заведение.

Звякнул колокольчик. Посуда исчезла со стола, а я так и стояла, глядя на лежащие на столе деньги. Затем спешно сгребла монеты и уже собиралась идти к Реми, как он сам появился из-за стойки с подносом, на котором стояли две чашки кофе.

— Твой первый заработок, — я подошла к нему, он как раз поставил поднос на стол, и вложила ему монетки в руку. Он ошарашенно смотрел на них, словно не веря своим глазам.

— Но здесь три.

— Одна — на чай, — я присела за стол и взяла чашку в руки, — она предложила назвать твое заведение "Кофейня Дебур", чтобы почтить память Сэма и показать преемственность поколений, — тихо сказала я, — а еще сказала, что расскажет про нас подругам. Через два дня мы должны открыться, — я посмотрела на Реми.

— Мне нравится название, — чуть слышно прошептал он, — пусть будет оно.

— Ты расстроен? — я увидела в его глазах слезы.

— Нет, — он быстро стер их, — нет, я счастлив. Отец тоже был бы счастлив. У нас все получится, — Реми зажал монеты в кулаке, — надо сделать вывеску, Хельми.

Он взял одну из монеток и положил ее на стол. Монетка тут же исчезла.

— Это его доля. Так надо, — пояснил он. Я кивнула. В конце концов мне-то какая разница, как он распорядился своими деньгами. Надо, так надо.

— Пойдем, посмотрим, что получилось, — Реми залпом допил кофе и направился к двери. Я же просто взяла кружку с собой. Мы вышли из таверны и, отойдя на пару шагов, оглянулись. На месте старой покосившейся вывески красовалась новая, блестящая свежим лаком.

"Кофейня Дебур" — деревянные буквы с красивыми завитками и изображение дымящейся чашки.

— Здесь вас всегда ждет чашка кофе с щепоткой волшебства, — задумчиво произнесла я, и мы переглянулись, — а что? Неплохой слоган. Надо Эда разбудить, а то мы и так уже на час задержались, — я тряхнула кудрями и вошла в кофейню.

Глава 8

Колокольчик мелодично звякнул.

— А я-то гадаю, что это за звук? — послышался голос Эдварда. Мужчина спускался по лестнице. Сейчас на нем был сюртук вместо жилетки. В руках он держал шаль.

— Вечерами ещё прохладно, — улыбнулся он, подавая ее мне.

— У нас были первые клиенты, — Реми положил на стол монеты, — это тебе.

Эдвард посмотрел на деньги, затем взял их и отдал Реми.

— Это твое, у меня есть работа.

— Но... — начал было рыжик.

— Никаких "но", это твой заработок. Потрать так, как считаешь нужным. Я забочусь о тебе не ради денег, а потому что ты — мой брат. Но это твой дом, а я живу здесь и пользуюсь всем. Так что если хочешь, считай это платой за проживание.

— Это и твой дом тоже, — Реми поднял на него глаза.

— Верно, и я хочу внести свой вклад в развитие этого дела, — Эд потрепал парня по голове.

— Кася, возьми. Портальный камень стоит двадцать пять монет. Ты можешь начать копить на него, — Реми посмотрел на меня.

— Не надо, малыш, когда придет время, воспользуюсь государственным порталом. Один раз, в один конец, — я постаралась улыбнуться, но сейчас мне почему-то стало грустно от мысли, что рано или поздно нам придётся расстаться, — если ты пока не знаешь, куда потратить эти деньги, то начни откладывать себе на учёбу. Вдруг ты захочешь поступить в академию поваров.

— Это было бы здорово, — просветлел Реми, — там год обучения тысячу монет стоит, ну или сто золотых.

— Вот видишь, две у тебя уже есть. Осталось девятьсот девяносто восемь, — подмигнула ему я.

— Кася, я обещал тебе прогулку, — Эдвард подошел к двери, — если ты готова, то мы можем идти.

— Идем, мне надо провериться, и еще раз все обдумать. Сегодня нам повезло. Та мистрис была очень любезна и может сделать нам хорошую рекламу. Так что нам надо готовить кофейню к открытию.

— Кофейню? — удивился Эд.

— Да, мы решили сделать упор на кофе. Таких заведений в городе нет, а кофе нигде не подают, кроме как в "Серебряной Розе". Вот только почему, Эд?

— Не самый популярный напиток. Не всем по вкусу. Стоит дорого. Хотя лично мне очень нравится.

— Я тоже люблю кофе. Не популярный, говоришь? Будем продвигать. Какие виды этого напитка у вас готовят?

— А есть какие-то виды? — пожал плечами Эд.

— Конечно, вот мы сейчас пили чёрный кофе, а есть еще капучино и латте — это с молоком, глясе — холодный с мороженым, раф — когда в кофе добавляют сливки и сладкий сироп и взбивают до воздушной пены, авторский рецепт в моем мире, вариаций множество.

— Первый раз слышу, что к этому напитку что-то можно добавлять, — усмехнулся Эд, — у нас обычно пьют черный кофе.

— Так это же замечательно, — воскликнула я, — можно будет предложить людям варианты. И каждый найдет что-то свое. Так мы откроем новую нишу, и не будем конкурировать с остальными. А куда мы идем? — я так увлеклась рассуждениями на тему кофе, что не заметила, как мы ушли с оживлённой улицы и теперь брели по тенистой тропинке. Солнце медленно клонилось к закату.

— Мы в городском парке, через пару минут дойдем до пруда. Там есть лавочки, можно посидеть и спокойно поговорить. В это время тут мало людей, — сообщил мне Эдвард, а я как-то напряглась.

Мною медленно завладевал страх. С чего бы вдруг? Я покосилась на Эда. Хотя... Вечер, безлюдный парк, больше похожий на лес, и я наедине с мужчиной, весьма крупным и сильным мужчиной. И кто знает, что у него на уме. Он — представитель власти, дружит с начальником миграционной службы, который к тому же менталист. И если он захочет что-то со мной сделать, то я не только не смогу его остановить, но и даже заявить на него. Вряд ли он примет заявление на самого себя.

— Не надо меня боятся, Кася, — раздражённо произнес Эд, — если бы я хотел тебе что-то сделать, то отвел бы тебя совсем в другое место, — он расправил плечи, словно стряхивая напряжение.

— Как ты догадался? — мой голос дрогнул.

— Меня накрыло ощущением опасности. Ты — медиум, не забывай. И сейчас ты неосознанно внушаешь мне свои эмоции.

— Прости, мне просто как-то не по себе, — я выдохнула и поплотнее запахнула шаль, словно пытаясь закрыться от него.

— То-то же, — произнес Эд, — так намного лучше. Ты в полной безопасности, — похоже, его отпустило, хотя мое волнение только нарастало.

Внезапно пришло понимание, что мне удалось отгородиться от него, и он сейчас не чувствует моих эмоций. Значит, я и вправду могу воздействовать на людей. Плохая история. Если в городе станет известно, что я — медиум, к нам ни один человек не придёт, учитывая, какая слава о них тут ходит. Надо, чтобы Эд побыстрее нашел документы по делу Кристофа, тогда у меня не будет повода тут оставаться. До открытия еще два дня. Расскажу Реми все рецепты кофе, которые мне известны. Он — мальчик умный, дальше сам сможет экспериментировать. Может что-то свое изобретет. А после открытия надо будет съехать от них, чтобы ни у кого подозрений не возникало.

— Пришли, — Эд подвел меня к лавочке и жестом предложил присесть. Я в изнеможении опустила на нее. Борьба с собственными эмоциями выматывала. Но отпустить страх не получалось. Он становился все сильнее, и меня уже откровенно накрывало панической атакой. Дышать стало тяжелее, сердце то стучало как бешеное, то билось через раз, по спине тек холодный пот, а по коже маршировал строй мурашек.

Когда такое случилось со мной впервые, а это было еще в подростковом возрасте, мама что-то втолковывала мне про позицию наблюдателя. Мол, ты как будто выходишь из тела и отделяешь себя от состояния.

Вот и сейчас, Эд что-то мне говорил, а я, пытаясь совладать с собой, как будто раздвоилась, и теперь одна часть наблюдала за другой.

— Это не мои эмоции, — сейчас я отчётливо это осознавала, — с самого начала они не были мои. С кем-то рядом происходит беда. Я просто чувствую чей-то страх. Но как найти человека, как помочь?

Эмоции собрались в болезненный пульсирующий ком в животе, а перед глазами появилась линия, словно путеводная нить.

— Идем, — я резко поднялась и схватила мужчину за руку, он недоуменно посмотрел на меня, — да идем же, скорее.

Я шла вперёд, продираясь сквозь кусты, вслед за линией, как по навигатору. Налево, до того дерева, направо и далее прямо. Мы вышли к поляне. Там, прижавшись к дереву, стояла молоденькая девушка в порванном платье, в ее глазах плескался ужас, а перед ней, к нам спиной, стоял мужчина. Не особо высокий и не сказать, что крупный, но мужчина. Я бы с таким не справилась. Эдвард быстро оттолкнул меня в сторону, со словами "Не вмешивайся" и шагнул на поляну.

— Отойди от нее, — Эд громко крикнул, привлекая внимание этого урода. Нападавший развернулся. Одет он был по простому, но черты лица, манера держаться говорили, что перед нами человек из высшего общества. В руке у нападавшего был нож. Не маленький такой, больше похож на кинжал.

— Вот ты и попался, мразь, — процедил Эд, — с поличным. Бросай оружие!

— Да черта с два, ищейка! — криво усмехнулся тот, — сейчас я прикончу тебя, а потом разделаюсь с ней, и никто меня не остановит, — он сунул свой тесак за голенище сапога и призвал магию. Над поляной засверкали разноцветные всполохи.

Наверно, это было очень эффектно и эпично, вот только глазеть мне было некогда. Девочка находилась почти в эпицентре схватки. Этот гад не отходил далеко от того места, где она стояла, чем вынуждал Эда сдерживаться и осторожничать, чтобы не зацепить ее. Надо было как-то вытащить девчонку оттуда. По хорошему, ей бы сделать всего пару шагов, и тогда она окажется за деревом, какое-никакое укрытие.

Я, краем глаза следя за схваткой, быстро обходила поляну. Как только стало понятно, что эмоции — не мои, меня моментально попустило. И теперь ничего не мешало мне действовать. Оказавшись напротив дерева, я быстро перебежала к нему и спряталась за ствол. К световому шоу, сейчас творимому двумя сражающимися магами добавился какой-то грохот. И это мне было на руку. Нападавший меня не услышит. Я осторожно, прижимаясь спиной к шершавой коре, добралась до девушки и схватила ее за руку. Но она не пошевелилась.

— Под заклятием что ли? — почему-то мелькнуло в голове.

— Идем, скорее, — я тянула ее, но но девушка словно примерзла.

— Не могу, мне страшно, — прошептала она сквозь слезы. Понятно, шок, ступор. Что же делать? Мне надо ее увести, чтобы дать Эду возможность разделаться с соперником. Пока он, заметив мои попытки, лишь отвлекал внимание нападавшего от нас. Я постаралась собраться и поднять внутри себя воодушевление. Вдруг девушка перестала дрожать и крепче сжала мою руку.

— Давай, нам надо уходить, — я снова потянула ее, и она медленно шаг за шагом обходила ствол. Еще немного и вот я уже обнимаю ее.

— Все, все успокойся, нам нужно уйти, понимаешь? Чтобы не мешать ему.

Она молча кивнула. Я быстро повела ее через кусты в обход поляны, на которой сейчас по всей видимости разворачивался финал эпичной битвы, но посмотреть мне не удалось. Я, не оглядываясь, тащила за собой обессилившую девушку, благо она еще в обморок не упала. Отойдя подальше, чтоб нас не было видно за кустами, я громко крикнула:

—Эд! Давай!

Надеюсь, он меня услышал. А сама продолжала отступать к пруду, таща за собой насмерть перепуганную девчонку.

Как ни странно, но до пруда мы добрались быстро. Видимо, снова сработал встроенный навигатор, потому что шла я исключительно по наитию, ведомая единственным желанием побыстрее убраться оттуда. Выбравшись из чащи на знакомый берег, я подвела бедняжку к одной из лавочек и усадила на нее. Девчушке было лет восемнадцать. Она вся дрожала, то ли от холода, в парке действительно было прохладно, то ли от пережитого страха. Скинув с себя шаль, я укутала ее, а затем, сев рядом, обняла и прижала к себе. Она тихо всхлипывала, уткнувшись в мое плечо, а я молча гладила ее по растрепанным волосам. Утешать я не умею, да и что тут скажешь. Она только что чудом уцелела.

— Теперь все будет хорошо, — тихо шептала я, больше для себя, нежели в попытке успокоить ее. Меня тоже начало отпускать, и озноб не заставил себя ждать.

Минут через пятнадцать, когда солнце уже основательно скрылось за верхушками деревьев, а по темной глади паркового пруда поползли белые клочья тумана, из леса вышел Эд. Следом за ним двое бравых ребят немаленькой комплекции, одетых в местную полицейскую форму, тащили мужчину, напавшего на девушку, который был без сознания. Его голова болталась из стороны в сторону, а ноги волочились по земле. Однако, увидев этого урода, девочка снова сжалась и зарыдала, но теперь уже в голос. Следом за ними вышел еще один парень. На вид лет двадцать пять, с темными пронзительными глазами. Одет он был иначе, черный сюртук и брюки, темная рубашка. Он что-то тихо сказал Эду, после чего тот быстро подошел к нам и поднял девушку на руки. Она обвила руками его шею, прильнув к нему и спрятав лицо у него на груди, не переставая при этом всхлипывать.

— Кася, — Эд бросил на меня взгляд, — иди домой, я должен закончить здесь. Влад проводит тебя, — он оглянулся на парня, стоящего рядом.

— Идёмте, мисси, заодно расскажете, что здесь произошло, — тот приблизился ко мне и бесцеремонно схватив за плечо, поставил на ноги.

— Можно и повежливее, — я попыталась высвободиться, и он под пристальным взглядом Эдварда отпустил меня и вежливо предложил руку. Я фыркнула и, резко развернувшись, пошла по тропинке, которой мы сюда пришли, к выходу из парка. Не надо меня провожать! Я — взрослая женщина, и топографическим кретинизмом не страдаю! Могу и сама прекрасно дойти!

Внутри клокотало раздражение и какая-то непонятная досада, возникшая в тот момент, когда девчонка прижалась к Эдварду. Прям картина маслом! Рыцарь в сияющих доспехах и дама в беде! Да если бы не я... Стоп! Неужели я злюсь на бедную девочку за то, что она неосознанно ищет защиты у своего, между прочим, спасителя? Ведь, с ее точки зрения, именно он ее спас. Я, так, верный оруженосец, привела рыцаря к месту подвига, ну и заодно вывела невинную жертву из-под огня. Но это все ерунда! Главное он!

— Эка тебя зацепило, Кася! Всю жизнь пытаешься заслужить чье-то признание! Себя прими и будет тебе счастье! — в голове прозвучал голос моей мамы. Прям вижу, как она, свернувшись в какой-то неимоверной асане, учит меня жизни.

Я нервно рассмеялась, а потом всхлипнула. Из глаз потекли слезы. Ноги подкосились. Я опустилась на дорожку. И эмоциональное напряжение сегодняшнего дня разрешилось истерикой. Влад, шедший на шаг позади меня, недолго думая, подхватил меня на руки и, крикнув Эду, чтобы ждал его в отделе, быстрым шагом направился к выходу из парка. Там он запихал меня в экипаж, и через десять минут мы уже были около кофейни. Пока ехали в экипаже, он просто молча сидел напротив меня, не говоря ни слова, а я, отвернувшись от него, смотрела в окно и всхлипывала, отгородившись от всего мира глухой непроницаемой стеной, как учила мама.

По приезду он помог мне выбраться наружу, проводил до дверей и передал с рук на руки взволнованному Реми, который уже встречал нас на пороге. Не знаю, видел ли он в окно подъезжающий экипаж, или Эд как-то сообщил ему.

После этого Влад попрощался и ушёл. Реми отвел меня на кухню, усадил за стол и пошел к плите. Я сидела, молча уставившись в одну точку.

— Держи, — в моих руках была большая кружка кофе. Она приятно согревала заледеневшие пальцы, а дурманящий аромат обволакивал меня словно пушистый плед. Я сделала глоток. Приятное тепло разлилось по телу, согревая и успокаивая.

— Чашка кофе с щепоткой волшебства, — тихо сказала я.

— Да скорее с ложкой коньяка и специями, — Реми уселся напротив, — что стряслось?

— Реми, сколько тебе лет? — странный вопрос, конечно. Во взгляде юноши проскочило удивление, но он все же ответил:

— Мне девятнадцать, Кася, а Эду тридцать три.

— Странно, мне казалось, тебе не больше шестнадцати, а Эду, как и мне, вы молодо выглядите.

— Семейная черта, — улыбнулся парень, — отец в свои годы тоже выглядел от силы лет на сорок, — он вздохнул, — еще бы жениться мог, но не повезло.

— А что с ним произошло?

— Убили его, в пьяной драке. Полез дерущихся разнимать, а у одного из них нож оказался. Удар пришёлся в сердце. Это случилось год назад, прямо на моих глазах, — глухо произнёс он, — хорошо хоть брат на следующий день приехал. Я думал, с ума сойду. Эд тогда нашел того урода. Его в рудники сослали.

— Мне жаль. Прости, что напомнила. Спасибо за кофе.

— Расскажешь, что случилось?

Я вкратце пересказала ему события, произошедшие в парке.

— Понятно, — Реми сочувствующе посмотрел на меня, — теперь брат только к утру вернется. Он это дело уже месяц расследует. Все никак не могли вычислить убийцу. А тут на тебе, сам попался, и все благодаря тебе, — он подмигнул мне, — пойдём, провожу тебя до комнаты, тебе надо отдохнуть.

Я не стала с ним спорить. Напряжение ушло. В тепле и уюте кухни меня, и вправду, разморило, так что глаза уже начали слипаться. Реми помог мне подняться по лестнице, проводил до двери и, пожелав доброй ночи, ушел, оставив меня наедине со своими мыслями.

Я лежала в постели. Все, на что меня хватило после вечернего приключения, это снять платье и надеть ночную рубашку.

— Теперь Эд сможет заняться делом Кристофа, — мысли вяло текли в голове, наползая одна на другую, — надо будет еще как-то украсить все к открытию.... Жаль, у них тут пока кофемашину не изобрели... — в итоге все смешалось в какой-то невообразимый клубок, и я заснула.

Глава 9

Полицейское управление. Кабинет следователя. Эдвард.

Я сидел у себя в кабинете, закинув ноги на стол. Этот сумасшедший день наконец-то закончился. Все, что мне оставалось, это передать отчет Харрису, но это подождёт до завтра.

Убийцей и насильником оказался Мишель Лавардер, сын богатого столичного мецената. У его семьи здесь дом. Мистрис Лавардер любит приезжать к нам на источники, а Мишель всегда сопровождал ее. В столице он снискал славу пьяницы и развратника. Лично я с ним знаком не был.

Когда, прибыв в городок, я принял дела, мое внимание привлекли несколько нераскрытых убийств молодых девушек, преимущественно из среднего класса. Это продолжалось уже пару лет — две девушки за курортный сезон. В этом году случилось еще одно. Я сразу заподозрил Мишеля. Слишком часто его имя мелькало рядом с жертвами. Он постоянно крутился где-то поблизости, вот только доказательств у нас не было. Он ловко заметал следы, не оставляя улик. И даже присланный из столицы по линии СБГ псионик только разводил руками. У нас не было не единого повода вызывать эту мразь на допрос.

А сегодня он глупо попался. Мы взяли его с поличным. Девушка выжила и теперь даст показания. На его совести пять загубленных жизней, а это смертная казнь. И даже связи его отца не спасут. Он не отпирался. Глупо отпираться, когда рядом стоит маг, способный вскрыть тебе мозг. После такого до суда обычно не доживали. Ещё надеется, сволочь, что сможет отмазаться. Я сжал зубы. Кто знает? Может и сможет. Судить его будут в столице. У нас тут судей нет. В кабинет заглянул Влад.

— Ну что? — я напряженно смотрел на него.

— Ничего, — мой бывший сослуживец прошел в кабинет и расположился в кресле.

— В каком смысле ничего?

— В прямом, — он усмехнулся, — глухая стена, буквально. Ни щелочки, ни просвета, ничего. Она просто спряталась за ней.

Я пожал плечами, но про себя облегчённо выдохнул. Он не смог прочесть ее. Псионик СБГ не смог прочесть необученого медиума из другого мира, которая даже эмоции скрывать не умеет. В голове не укладывается. Как так-то? Но это обнадёживает. Завтра приведу ее в управление, она даст показания, нужно только предупредить, чтобы про свои способности особо не распространялась.

А ведь взяли мы эту сволочь только благодаря ей. Кася почувствовала ужас жертвы и безошибочно привела меня к нему. Как собака ведет охотника к добыче. Повезло. Не окажись мы там, была бы еще одна жертва. А потом она вытащила ее с поляны. Девчонка от страха даже двинуться не могла, а Кася смогла её расшевелить и увести оттуда, что дало мне возможность разделаться с ним. Молодец, в момент опасности самообладания не теряет. Вот только когда все уже закончилось, не выдержала и разревелась.

— Как она? — поинтересовался у Влада.

— Она, похоже, очень испугалась, — заметил тот, поглядывая на меня.

— Возможно, — я пожал плечами, — она ведь не оперативник.

— Ей нужно будет дать показания...

— Знаю, — перебил его, — завтра приведу ее.

— Надеюсь, завтра я смогу подобраться к ней, — кивнул мне Влад.

— Ну если нужно, то конечно, — протянул я, хотя в груди неприятно заныло. Если этот хлыщ начнёт копать, то мне придётся срочно отправить Касю домой.

— Согласно документам, ее уровень дара оценивается как ниже среднего. Как с таким уровнем она смогла почувствовать угрозу жизни другого человека?

— Так может она и не почувствовала, может ей лесные духи рассказали. С призраком-то она общалась, при мне, но заставить уйти не смогла.

— Может быть, — задумчиво произнёс Влад, — а может в резонанс попала, когда на ее эмоции наложились чувства жертвы, так тоже бывает.

Я кивнул:

— Возможно, она меня явно опасалась, пока мы к пруду шли...

— А чего вы вообще туда попёрлись?

— Не знаю, воздухом подышать хотелось в тишине. Я месяц безвылазно в отделе просидел. А она со мной напросилась. Мол, от проблем Реми голова кругом, прогуляться надо.

— Ясно, иди домой, — Влад поднялся, — завтра жду вас обоих на дачу показаний. Дело раскрыто.

Мы попрощались, и я отправился домой. Я медленно шел по улице, наслаждаясь прохладой и тишиной ночного города. Фонари освещали мне путь мягким теплым светом. Я размышлял о сегодняшнем дне и этой странной девушке, случайно ворвавшейся в мою жизнь и в одночасье изменившей ее. Казалось, все, к чему она прикасалась, оживало. Год простоявшая в забвении таверна сегодня приняла первых посетителей, безуспешные попытки разобраться с призраком превратились в старую семейную историю, и даже дело, грозившее стать очередным висяком, раскрылось как по волшебству.

Волшебство и чудо, — вот то, что она распространяла вокруг себя. Не магию, а именно волшебство! И вот сейчас над ней черной тенью навис пристальный интерес СБГ в лице Влада Старлински, псионика и начальника отдела по исследованиям в Главном полицейском управлении. И я просто обязан отвести от нее эту угрозу.

Несмотря на поздний час в зале таверны еще горел свет. Реми ждал меня, развалившись на диванчике возле окна и читая какие-то записи.

— Ты почему не спишь? — колокольчик тихо звякнул, а я запер дверь.

— Тебя жду, — брат отложил бумажки, — ужинать будешь?

— Нет, лучше кофе.

— Кофе? Не знал, что ты любишь этот напиток.

— Люблю, да и Кася сегодня очень занимательно рассказывала про него.

— Пойдём, сварю тебе чашечку, — он поднялся и направился к стойке.

Мы сидели на кухне. В очаге тихо потрескивал огонь, заметно подросший Хельми в облике молодого белоснежного кота лакал из блюдца сливки, тихо урча от удовольствия. Едва слышно тикали ходики на стене.

— Что дальше? — Реми пристально смотрел на меня, — дело раскрыто?

— Да, — я сделал глоток, горечь напитка сейчас перебивал сладкий вкус сиропа, — убийца схвачен, девушку я вернул домой. Дочь мистера Бенуа, нашего банкира. Семья была в ужасе, когда увидели ее в таком виде. Оказалось, Флориса отправилась гулять с подружками, и ее ждали только к вечеру. От самой Флорисы пока ничего не добились. У нее сильное нервное потрясение.

— Что здесь вынюхивает этот СБГешник? — недовольно спросил Реми.

— Ничего он не вынюхивает, это я попросил его проводить Касю домой. Она распереживалась из-за случившегося. А я не мог разорваться.

— Да, я понял, — хмыкнул Реми, — думаешь, дочь банкира — это выгодная партия?

— О чем ты? — слова брата неприятно царапнули, и я неожиданно почувствовал себя виноватым перед Касей.

— Так, ни о чем, — пробурчал Реми.

— Послушай, я выполнял приказ. И вообще хватит молоть чепуху. Я — спать, — поднялся и поспешно вышел с кухни. По пути в свою комнату заглянул к нашей гостье. Девушка спала. Я не стал ее тревожить и, тихо закрыв дверь, отправился к себе.

Мне, действительно, стоило самому отвести Касю домой, а Флорису поручить заботам Влада. Но здесь решения принимал не я.

Тремя часами ранее. Эдвард.

Когда мне удалось уложить Лавардера, который явно не рассчитывал на то, что провинциальный следователь окажется сильным кинетиком, я вызвал подкрепление. Спустя пару минут через окно портала на поляне появился Старлински в компании двух оперативников. Осмотрев лежащего без сознания Мишеля и место происшествия, этот проныра уловил остаточный след магии Каси и принялся засыпать меня вопросами.

— Где его жертва, Эд? У него был сообщник? Я отчетливо ощущаю магию медиума.

— Успокойся, Влад. Не было у него сообщников. А медиум, которого ты чувствуешь, это Кася, помощница Реми, она — из другого мира. Это она обнаружила убийцу и его жертву и притащила меня сюда. А пока я пытался угомонить этого негодяя, увела девушку с поляны, чтобы та не попала под горячую руку.

— Как интересно, — Влад потер пальцами подбородок, — медиум-иномирянка. Почему не доложил?

— А с какого я тебе должен об этом докладывать? Все официально. Она пришла по объявлению, прошла собеседование. Все документы оформлены в соответствии с законодательством. Уровень дара — ниже среднего. Опасности не представляет. К тому же она пользуется им чисто интуитивно. В их мире другой подход к магии.

— Я должен на нее посмотреть, — безапелляционно заявил он мне.

— Так пойдём, посмотришь, — хмыкнул я, — берите этого, ребята, — махнул оперативникам на все ещё валявшегося в бессознанке Лавардера. И направился к пруду, искренне надеясь, что девушки там. Спустя минут пять мы вернулись на берег пруда, где на лавочке, действительно, сидели обе девушки. Кася обнимала Флорису, закутанную в ее шаль, и что-то шептала ей.

— Так, займешься пострадавшей, — тихо сказал Влад, — а я пока пообщаюсь с вашей иномирянкой, заодно домой ее отвезу. Где она живет?

— В таверне Реми. Ты там только не усердствуй.

— Не учи ученого, — рыкнул он на меня.

Услышав нас, Кася подняла голову. Девушка тоже посмотрела в нашу сторону и тут же разрыдалась в голос. Я подошёл и быстро взял ее на руки. Бросил взгляд на Касю. Ответом мне было изумление, промелькнувшее в ее глазах, но потом она нахмурилась.

А после того как Влад схватил ее за руку, и вовсе окатила нас презрением и умчалась вперёд. Псионик, поняв свою ошибку, просто последовал за ней. Правда, далеко она не ушла. Эмоции взяли верх, и Кася разразилась слезами, усевшись прямо посреди тропинки. Прежде чем войти в портал, я видел, как Влад поднимает ее с земли, берет на руки и несет к выходу из парка. Признаться честно, внутри все перевернулось, когда увидел ее в объятиях этого прохвоста. Но приказ есть приказ. После перевода из столичного полицейского управления сюда я лишился звания. И сейчас был вынужден подчиняться этому щенку.

Поэтому мне ничего не оставалось, как доставить мисси Флорису к родителям. Там пришлось отбиваться от навязчивого предложения ее матушки выпить с ними чаю. Я сослался на необходимость срочно вернуться в отдел, но меня отпустили только после обещания, что завтра я непременно навещу их, и Флориса сама выразит мне свою благодарность. Пришлось согласиться. Мистрис Бенуа была очень искренна, и обижать ее не хотелось.

Когда вернулся в отдел, дежурный доложил, что Влад еще не пришёл. В голове крутились нехорошие мысли, и чтобы отвлечься я принялся писать отчет.

Кофейня Дебур. Эдвард.

Я лежал в кровати и размышлял, как мне защитить Касю от притязаний СБГ. Кася нужна здесь. Нужна Реми, нужна Жаку, нужна Кристофу. Поэтому я должен убедить Влада, что она не представляет для них интерес. Сама Кася вряд ли сможет удержать щит долгое время. К тому же это может быть подозрительно. То, что произошло, пока он отвозил ее домой, чистая случайность. По здравому рассуждению, девушка расстроилась и интуитивно закрылась от него, чему поспособствовала его же грубость. Но завтра все будет по-другому. И скорее всего он не станет давить на нее. И вот с этим ей точно не справиться.

А в таком случае придётся прибегнуть к военной хитрости. Влад — не дурак, но он еще молод и на оперативной работе совсем недавно. Да, он — сильный псионик, но это не означает, что на него нельзя найти управу. Я поднялся и подошел к своему столу. Из ящика я достал небольшую шкатулку, в которой лежали артефактные украшения, оставшиеся мне от матери. Моя мать была сильным медиумом. Одним из сильнейших в нашей стране за последние пятьдесят лет. И всю жизнь она скрывала свой дар, демонстрируя лишь малую часть своих способностей.

Я вынул из шкатулки кулончик ввиде сердечка. Особенность украшения была в том, что оно скрывало дар надевавшего его. Не полностью, но даже при проверке кристаллом, результат был минимальный. Уверен, Влад завтра непременно использует кристалл. Рыться в ее памяти он не посмеет, максимум пройдёт по последним воспоминаниям. В которых ничего особенного быть не должно, но расспросить ее не мешает. На крайний случай можно использовать мамино кольцо. Оно создает весьма прочный щит от псионического воздействия, а невозможность ее прочесть можно списать на иномирность. Я проверил заряд артефактов, убрал их обратно в шкатулку и решил немного поспать.

Глава 10

Я проснулся на рассвете. Злой и не выспавшийся. Ощущение, как будто вынырнул из какого-то омута, в который меня всю ночь затягивало, а я отчаянно барахтался, не желая идти ко дну. Смутное предчувствие надвигающихся перемен не только не отпускало, но и усиливалось.

Я сел на кровати, взъерошил волосы и задумался. Может, ну это все к чёрту? Может вместо управления отвести Касю к порталу и отправить домой? Ее показания большой роли не сыграют. Задерживать ее здесь без ее согласия я не имею права.

А как же Реми? Брат только поверил, что все наладится, что он сможет поднять отцовский бизнес. Я в этом ничего не смыслю, да и Реми тоже. Нет! Без помощи Каси нам сейчас не обойтись. Нужно успокоиться, взять себя в руки и действовать согласно плану. Я смогу защитить ее! Я должен, чего бы мне это не стоило!

Приведя себя в порядок, спустился вниз. Каково же было мое удивление, когда я увидел там Касю. Она сидела за одним из столиков, держа в руках чашку. По аромату понял, что это кофе.

— Доброе утро!

— Доброе, — девушка повернулась ко мне, — ты чего так рано вскочил? Рассвет только.

— Не спится, — я подошёл к ней, — можно присесть?

— Садись, — она равнодушно пожала плечами и взглянула в окно, — мне вот тоже. Кофе будешь?

— Буду.

— Пойдем тогда в кухню, — она поднялась, прихватив свою чашку.

— Тебе черный или с молоком? — Кася в белом переднике стояла у плиты, держа за ручку медную джезве.

— Давай с молоком.

— Покрепче или послабее?

— Покрепче, проснуться надо.

— Тогда капучино, — кивнула она каким-то своим мыслям. Пока она готовила кофе, я наблюдал за ней. Казалось, что девушка совершает какой-то обряд: точные выверенные движения, сосредоточенный взгляд. Ее губы что-то шептали, и на мгновение мне показалось, что парок, поднимающийся над кружкой, сложился в вихрь и рассыпался золотыми искрами. "Наверное спросонья" — мелькнула мысль.

— Чашечка кофе с щепоткой волшебства, — она поставила передо мной напиток и улыбнулась, — ну как тебе?

Я удивленно посмотрел на кружку, затем на нее, а она звонко рассмеялась.

— Как тебе фраза? Мне кажется, подойдёт как рекламный слоган. У вас в городке есть типография? Можно было бы заказать буклеты и раздать их на открытии, и объявление в местную газету надо дать.

— Мне нравится, — осторожно отхлебнул напиток. Вкус был мягким, нежным, каким-то непередаваемым.

— Мммм, очень вкусно, так мне нравится больше, хотя и в черном кофе что-то есть.

— Кофе — это вообще напиток настроения. Знаешь, под любое подходит, только нужен правильный рецепт. Ну и злоупотреблять, конечно, не стоит, — она присела за стол, — я латте люблю, хотя в принципе могу пить кофе в любом виде.

Я украдкой посмотрел на нее. Сейчас в полумраке кухни она выглядела очень притягательно. Непокорные короткие локоны создавали вокруг ее головы светлый ореол, глаза загадочно поблескивали, а на губах играла лёгкая улыбка.

— Кася, — я прочистил горло, которое внезапно сдавило, — нам нужно поговорить.

— Я слушаю, — она подняла на меня глаза.

— Тебе сегодня надо явиться в полицейское управление и дать показания по поводу вчерашнего.

Девушка нахмурилась, но кивнула.

— Тот, кто провожал тебя вчера, Влад, он — псионик, из СБГ. И он очень заинтересовался тобой.

Кася замерла, а в глазах появился испуг.

— Если ты сейчас решишь вернуться в свой мир, я пойму и немедленно отведу тебя к порталу, — внимательно смотрю на нее, оценивая ее состояние. Плечи напряглись, она нервно отставила кружку и сцепила руки в замок, плотно сжатые губы вытянулись в линию, а в глазах сверкает гнев. Явно пытается сохранить равновесие. Сейчас нельзя на нее давить. Любое неосторожное слово может качнуть чашу весов не в мою пользу.

— Но есть и другой способ, — медленно подвожу ее к тому, чтобы она сама приняла это решение, — я могу скрыть твой дар и защитить от его воздействия, но ты должна будешь мне помочь.

Кася медленно выдыхает, и расслабляется. На губах снова появляется улыбка, и вот она уже смотрит на меня светящимися от счастья глазами:

— Правда? Ты хочешь, чтобы я осталась?

Меня окатило волной ее противоречивых эмоций: страх быть раскрытой смешивался с каким-то азартом и радостью, что ее не прогоняют. Я, правда, ожидал еще одной, но ничего похожего на романтические чувства в этой смеси не было.

— Да. Буду честен, ты — единственный шанс для Реми поверить в себя. И если ты сейчас покинешь нас, боюсь, один он не справится.

Она поспешно кивнула:

— И как ты хочешь все устроить?

— Для начала расскажи все, что ты помнишь про вчерашний день и вечер. Влад не решиться на полноценный просмотр воспоминаний, но я должен быть уверен, что он не увидит ничего лишнего.

Пока Кася пересказывала мне свою версию событий вчерашнего дня, я анализировал, отмечая детали, которые могли показаться подозрительными. Пока все укладывалось в озвученную Владу версию.

— Отлично, — кивнул я, здесь опасаться нечего. Ничего криминального я не заметил, — теперь нам нужно скрыть силу твоего дара. В твоих документах Жак указал уровень дара ниже среднего. Это означает, что ты можешь видеть духов и общаться с ними, но не способна их изгонять, не можешь навязать свои эмоции другим, а лишь чувствуешь их настроение. А то, что ты вчера смогла найти преступника и его жертву, объясняется эффектом резонанса — это когда эмоции человека и медиума совпадают, что в разы усиливает способности медиума, резко поднимая его уровень. Если Влад спросит, скажешь, что опасалась домогательств с моей стороны, что и привело к возникновение этого эффекта.

— Хорошо, — Кася смотрела на меня, словно прилежная ученица на обожаемого учителя, и честно, мне даже стало не по себе. Сейчас она мне полностью доверяла, и я не мог ее подвести.

— Тогда пойдём со мной, — я встал и протянул ей руку. Мы поднялись на второй этаж, и я завел ее в свою комнату.

— Вот, — достал медальон из шкатулки, — этот артефакт скроет основную часть твоего дара, — протянул ей. Она осторожно взяла его в руки и принялась рассматривать.

— Это локет, — она ловко открыла его, — ой, тут чей-то портрет. Кто это?

— Я, мне здесь четыре года, — глухо произнес, отвернувшись к окну.

Я чувствовал ее сочувствующий взгляд, а мое сердце в этот момент сжалось от боли. Мать умерла, сжимая этот кулон в руке. Так ее и нашли. Рядом с отцом. Который безуспешно пытался защитить ее. В итоге они погибли оба.

— Он принадлежал моей матери. Она была медиумом, — тихо сказал я, — не будем об этом.

— Прости, — она защелкнула медальон и протянула его мне, — я не могу это принять, слишком ценная вещь.

— Это единственный способ, — я забрал кулон у нее из рук и расстегнул цепочку, а затем надел его ей на шею. Кася не пошевелилась, — пусть он пока побудет у тебя. Надеюсь, он сможет тебя защитить.

— Спасибо, — прошептала она и смущённо спрятала кулон под платье, — ты уверен, что он, ну этот из СБГ не заметит его?

— Уверен. Медальон был изготовлен специально для этого. Не волнуйся. Все будет хорошо, — я взял ее за плечи, — посмотри на меня, — Кася подняла голову, глядя на меня снизу вверх, — а теперь улыбнись, — я подмигнул ей, и ее лицо озарила слабая улыбка.

— Так намного лучше. Нам нужно идти. Чем быстрее закончим с этим делом, тем быстрее я смогу заняться делом Кристофа.

— Я только шаль возьму, — девушка быстрым шагом вышла из моей комнаты, а я задумчиво посмотрел ей вслед. Затем убрал шкатулку в стол и вышел в коридор. Кася ждала меня у дверей своей комнаты.

— Идём? — предложил ей руку. Она приняла ее, и мы, спустившись вниз, покинули таверну.

Я поймал кэб. Полицейское управление находилось в центре города, минутах в двадцати ходьбы, и я решил не утомлять девушку долгой прогулкой. Минут через пятнадцать мы были на месте. Кэб остановился около парадного входа. Я помог Касе выбраться, и мы зашли в здание.

Кася.

Пока мы ехали в управление, Эд молчал, погруженный в свои мысли, а я не решалась начать разговор. Сегодня ему пришлось поделиться частью своего прошлого. И это расстраивало его. Я чувствовала поднявшуюся в нем бурю эмоций, с которыми он так и не примирился, но ничем не могла ему помочь. Я не смогу избавить его от них. На это способен только он сам.

Поэтому я просто смотрела в окно, стараясь успокоить бьющееся от волнения сердце и привести в порядок мысли. Эд сказал, что Влад — псионик, и он попытается прощупать меня на предмет дара. Моя задача — не спалиться — проста и сложна одновременно! Медальон прикроет меня, но мне важно не выдать себя не только на магическом, но и на внешнем уровне. А для этого мне нужно абсолютное спокойствие и душевное равновесие.

Медленно вдыхаю на четыре счета, задерживаю дыхание, продолжаю считать и медленно выдыхаю, и снова останавливаю дыхание. Это упражнение мне показал папа, когда я очень волновалась перед выпускными экзаменами. Дыхательная практика, успокаивающая мысли и чувства. Между прочим помогает.

К моменту нашего прибытия я полностью успокоилась и взяла себя в руки. Посмотрим кто кого, товарищ СБГешник!

Мы вошли в здание. Эд отметился у дежурного, который приветливо кивнул мне, а я, улыбнувшись в ответ, поспешила за своим работодателем. Эдвард привел меня в свой кабинет.

— Располагайся, — он указал мне на широкое кресло, — кофе тут не готовят, но могу предложить чай.

— Давай, — согласилась я, с любопытством осматриваясь. Кабинет был темный, захламленный и пыльный. Этакая мужская пещера, куда мужики любят сбегать от проблем и трудностей. Я усмехнулась. Тут уборщица не помешает. Взгляд медленно скользил по стеллажам, заваленным папками, на столе возвышалась гора документов, грозившая вот-вот обрушиться бумажной лавиной и погрести тут все под собой.

В дальнем углу за дверью притаился узкий платяной шкаф с прибитым к нему рукомойником, возле которого висело видавшее виды полотенце.

— Да уж, — протянула я, — настоящая берлога!

— Прости за беспорядок, целый месяц ни до чего было, пока этого гада искали, — Эд хмуро взирал на свой стол, — Влад придет только через час, у него там какие-то дела с Харрисом.

— Может тогда помочь тебе прибрать этот беспорядок? — я улыбнувшись, взглянула на него, — все равно делать нечего.

— А давай, — Эд почесал в затылке и махнул рукой, — рано или поздно это все равно придется в столичный архив сдавать. Так уж лучше сейчас.

— Что нужно делать? — я подошла к окну и раздернула шторы, — Ап-чхи! Эд, надо окно открыть!

— Отойди, — мужчина повернул шпингалет, до которого я в силу роста не могла дотянуться и распахнул створку. В кабинет ворвался порыв свежего ветра, и часть бумаг тут же оказалась на полу.

— Прости, я не подумала, — рассмеялась я и виновато посмотрела на него.

— Ничего страшного, — улыбнулся Эдвард, — проветрить тут все равно не помешает, а это... — он взмахнул рукой, и все листы, разлетевшиеся по полу, тут же взметнулись в воздух и аккуратной стопкой опустились на кресло, что привело меня в настоящий восторг. Вот бы мне так!

— Рассортируй их по датам, пожалуйста, — попросил Эд, перебирая бумаги на столе.

Пока я разбирала эту весьма пухлую пачку, он слевитировал с верхней полки пустые папки и принялся раскладывать документы. Спустя час общими усилиями нам удалось откопать столешницу из-под бумажного завала. Теперь на ней высилась гора папок, подписанных и строго пронумерованных.

— Отлично, — по мановению руки Эда из шкафа выполз деревянный ящик, — теперь отправим все это на хранение. Я широкими от восхищения глазами смотрела на творимую им магию. Одна за другой папки устремлялись в ящик, который казался бездонным, и исчезали в нем. Через пять минут на столе остался лишь журнал посетителей, писменный набор и подставка для бумаг, в которой лежали чистые листы.

Ящик, проглотив последнюю папку, закрылся и уполз в шкаф. Яркое солнце заливало преобразившийся кабинет, в котором даже пыли стало меньше, а легкий ветерок колыхал занавески, наполняя комнату весенней свежестью.

— Так намного лучше, — я радостно захлопала в ладоши.

— Согласен, — улыбнулся Эд, — теперь можно и чаю выпить, — он позвонил в колокольчик, и в дверь заглянул молодой юноша.

— Организуй нам чай, Джери, и сообрази что-нибудь к нему, — распорядился Эд. Парень кивнул и скрылся за дверью.

Он вернулся минут через пять с подносом на котором красовались чайник, пара чашек с блюдцами и тарелочка с печеньем.

— Спасибо, Джери, — Эд забрал у него поднос и пошёл к столу, а Джери замешкался на пороге, пропуская Влада.

— Вам принести чашку, мистер Старлински?

— Нет, Джери, я только что позавтракал, — Влад по хозяйски прошел в кабинет и уставился на меня. Я сидела в кресле рядом со столом, держа в одной руке чашку с чаем, а в другой печенку, и с интересом смотрела на него. Эд тем временем занял место за столом, таким образом товарищу из СБГ остался лишь стул. Других сидячих мест в кабинете не было.

Поняв, что уступать место я ему не собираюсь, Влад усмехнулся и присел на краешек стула.

— Ну что, давайте знакомиться. Вчера у нас это не получилось в силу вашего пошатнувшегося душевного равновесия ...

— Надеюсь, вы простите мне эту слабость, мистер Старлински, — перебила я его.

— Конечно, мисси Потапова, — кивнул он мне, — я понимаю, что столкновение с чужими яркими эмоциями болезненно для таких, как вы, к тому же вы стали свидетелем преступления.

Ага, как меня зовут, ты уже знаешь. Про мои способности тоже осведомлён. Чего же ты от меня хочешь?

Некоторое время мы молча переглядывались. Я ему помогать не собираюсь. Если он чего-то от меня хочет, пусть начинает первым.

— Итак, насколько мне известно, вас зовут Кассиопея Потапова, вы иномирянка и обладаете даром медиума, — медленно и с расстановкой произнес СБГешник.

— Совершенно верно, мистер Старлински, — кивнула ему, — меня всегда поражала осведомленность структур подобных вашей.

Влад усмехнулся и откинулся на спинку стула:

— Похоже, вы тоже уже в курсе, кто я. Ну что ж, тем проще. Тогда нет смысла ходить вокруг да около.

Как представителя главного управления, меня, действительно, очень заинтересовали ваши способности. В империи дар медиума является редким и считается опасным. Поэтому, чтобы у вас не возникло проблем с дальнейшим пребыванием в нашем государстве, предлагаю пройти простой тест на уровень дара, — он вынул из кармана небольшой прозрачный кристалл на цепочке, очень похожий на тот, что был у Жака.

— Я уже проходила его, и результат должен быть вам известен, — я поставила чашку на стол и тщательно стряхнула крошки с платья.

— Да, я знаю, но предпочитаю лично убедиться. У служащих управления по перемещениям может быть недостаточно опыта в правильном определении уровня дара.

Я насмешливо посмотрела на него. Мол, ты серьезно думаешь, что я поверю в эту нелепую отмазку? Однако псионика это не смутило.

— Прошу, — он протянул мне кристалл, внимательно сканируя меня взглядом. Я пожала плечами и взяла камень в руки. Сейчас это не пугало меня. На мне волшебный медальон, он меня защитит. Кристалл мигнул и засветился бледно-золотым светом.

— Действительно, уровень дара чуть выше нижней границы. Тем удивительнее, что вам удалось вчера предотвратить преступление, — раздосадованно заметил Влад. Он явно ожидал увидеть что-то другое. Мысленно позлорадствовав, что нам удалось его провести, я вернула кристалл и постаралась как можно более непринуждённо расположиться в кресле, с трудом преодолев желание сложить руки на груди. Эта поза всегда означает защиту или попытку что-то скрыть и может вызвать подозрения, а мне его подозрения ни к чему.

— Что скажете, дорогая Кассиопея? — улыбнулся Влад, скрывая досаду.

— Скажу, что в этом нет ничего удивительного, мистер Старлински, — ответила ему, намеренно обращаясь как можно более официально. Даже не пытайся! Сближаться я с тобой не собираюсь.

— Все дело в эмпатии, присущей медиумам, — продолжала я, — ужас девушки был настолько силен, что даже я со своими незначительными способностями смогла ощутить его. К тому же в этот момент мои чувства были сходными, я искренне опасалась намерений мистера Дебура, — я виновато покосилась на Эда, — хотя он...

— Это все понятно, мисси, — резко оборвал меня Влад, — вопрос в другом, как вы смогли найти их. Для этого уровень дара должен быть выше среднего.

— Понятия не имею, как это вышло. Просто шла, меня как будто что-то звало. Простите, но в тот момент я просто поддалась эмоциям и не очень-то анализировала свои действия.

— Понимаю, — кивнул он, — вы не будете против, если я просмотрю ваши воспоминания о вчерашнем вечере? Обещаю, ничего кроме.

— Смотрите, конечно, — вот тут я не на шутку струхнула, хотя Эд и предупреждал меня об этом, — надеюсь, это не очень больно? — нужно было как-то объяснить откровенный страх, прозвучавший в моем голосе. Вот как-то не хочется, чтобы он копался в моей голове!

— О, не волнуйтесь, поверхностный осмотр совершенно безболезненный. Возможно лишь легкое головокружение. Пересядьте, пожалуйста, на стул, — он поднялся, уступая место, — мне так будет удобнее, и мы соблюдем правила приличия.

Я покосилась на Эда, мужчина выглядел спокойным. Он кивнул мне, и я, пересев, откинулась на спинку.

— И что мне нужно делать?

— Ничего. Тебе ничего не нужно делать, — Влад стоял у меня за спиной, а его руки легли мне на плечи. На меня тотчас навалилась какая-то странная заторможенность, — просто вспомни, что происходило вчера, — его голос звучал на одной ноте, погружая в транс, — я помогу, — его пальцы коснулись моих висков, — хорошо, Кася. Теперь расслабься и просто слушай мой голос. Ты в полной безопасности. Сейчас тебе ничего не угрожает. Тебя ничего не беспокоит. Просто закрой глаза и вспомни, как вы с Эдом идёте по дорожке в парке. Вечер, светит солнце, вокруг никого....

...Перед моим глазами вставали воспоминания: тропинка, Эд хмурится, пруд, скамейка, сердце стучит как бешеное, бегу через лес, глаза девушки полные ужаса, кривая ухмылка убийцы...

Глава 11

Громкий щелчок над ухом привел меня в чувство. Я вздрогнула. Перед глазами все плыло, а руки Влада сжали мои плечи:

— Тише, тише, девочка. Все хорошо. Успокойся, не надо пока вставать.

Я сфокусировала взгляд. Теперь он стоял передо мной, удерживая меня и напряженно вглядываясь мне в глаза:

— Как вы себя чувствуете? Голова не кружится?

— Нет, — я заморгала, окончательно приходя в себя, — не кружится, все в порядке.

— Отлично, — СБГешник отпустил меня и уселся в кресло. Отжал-таки!

— В целом, картина ясна, воспоминания у вас четкие, легко читаемые, ничего сверхъестественного в них я не обнаружил. Так что, поздравляю, проверку вы прошли. Можете спокойно продолжать свою трудовую деятельность. У СБГ к вам вопросов нет.

— Оформишь ей лист проверки? — оживился Эдвард.

— Давай, — Влад посмотрел на меня нечитаемым взглядом и улыбнулся, — от меня не убудет, а мисси будет спокойнее.

Он быстро заполнил какую-то бумажку и поставил на ней подпись.

— Да и подпишите вот это, — он протянул мне ручку и несколько исписанных листов.

— Что это?

— Описание ваших воспоминаний, с моих слов, записано Эдвардом.

— Я могу посмотреть?

— Конечно.

Пока я читала, что они там понаписали, Влад повернулся к следователю:

— Мы отбываем сегодня. Тебе приказано прибыть в столицу с нами.

В удивленном взгляде Эда читался немой вопрос, а Влад продолжал свою речь:

— Это дело вел ты, и несмотря на весь тот жуткий скандал с разводом, ты все ещё на хорошем счету в управлении. Возможно, именно твоё слово поможет отправить этого мерзавца на эшафот, ну или в крайнем случае надолго упечь в рудники, а это пострашнее смерти. Жерар хочет восстановить тебя в должности. Чем не повод для триумфального возвращения?

— Но у меня тут брат, открытие кофейни, подопечная и дело Кристофа де Шеро. Да и мистрис Бенуа настоятельно просила заехать к ним проведать Флорису.

Я бросила на него нервный взгляд. А вот это сейчас было неприятно! Интересно, зачем этой мистрис Бенуа понадобилось, чтобы он навещал какую-то там Флорису. Хотя мне-то какое дело? Пусть себе навещает кого хочет!

— Послушай, Эдвард, — голос псионика звучал бесстрасно, — мне вчера пришел приказ от начальника управления. Было велено передать тебе. Я передал. Дальше твое решение. Но смотри, не прогадай. Такие подарки бывают раз в жизни.

— Соглашайся, Эдвард, — я подняла голову от бумаг, — он прав. Второго шанса может не быть, — почему-то мне казалось важным сейчас сказать ему об этом. Я чувствовала в Эде сомнения, и мне хотелось поддержать его.

— Возьмите, мистер Старлински, здесь все верно, — я вернула СБГешнику подписанные листы с показаниями.

— И потом, мы справимся. Я пригляжу за Реми. Только оставь мне контакты, как связаться с тобой в случае чего. Думаю, тебе хватит полгода, чтобы разобраться со своей работой, а затем взять небольшой отпуск и отпустить меня домой.

— Здесь даже отпуск не нужен, дорогая Кассиопея. Порталы позволяют решить эту проблему одним днём, — снисходительно улыбнулся Влад, глядя на меня, как на несмышленого ребенка, которому нужно объяснять очевидные вещи, — а насчет контактов, вы всегда можете отправить почтового магического вестника на адрес Главного Полицейского Управления с пометкой для майора Эдварда Дебура.

Я видела, как вспыхнули глаза Эда, когда Влад произнес звание. Уверена, он сделал это специально, чтобы подтолкнуть Эда к решению.

— Вообще-то меня разжаловали в сержанты, — усмехнулся Дебур, — да и до этого я был всего лишь капитаном.

— А вернуть хотят в звании майора, — в голосе Влада появилась настойчивость.

Эдвард сложил руки на груди, словно пытался защититься от воздействия псионика:

— Мне нужно посоветоваться с братом. Знаешь, он — это все, что у меня осталось. Я не хочу бросать его в такой ответственный момент, гонясь за очередными химерами.

— Это вовсе не химеры, вот ознакомься, — Влад театрально вынул из внутреннего кармана сюртука какие-то документы, — приказ о твоей полной реабилитации и возвращении в должность с последующим повышением.

— Твою бывшую взяли на брачных махинациях, — пояснил Влад, — она попыталась охмурить сыночка самого герцога Риволье. Ну и естественно герцог этого так не оставил. Он примчался к Жерару, и тот поднял твое дело, которое тебе не удалось выиграть. Схема оказалась один в один. Старик всегда верил в твою честность и невиновность и очень переживал за тебя. Так что теперь ты полностью оправдан и восстановлен в должности, а твое имущество, включая деньги полностью возвращены. И поскольку твое расследование помогло обезвредить целую банду брачных аферистов, во главе с твоей бывшей женушкой, тебя решено было повысить в звании.

Сказать, что Эд был потрясен, не сказать ничего. Он несколько раз поменялся в лице, пока читал бумаги.

— Это просто чудо! Так не бывает!

— Бывает, мой друг. Бывает все, — улыбнулся Влад, — и я искренне рад за тебя.

— Я согласен, — Эд поднял на псионика глаза, —но мне нужно проводить Касю домой и предупредить Бенуа, что я не смогу приехать.

— Давай к Бенуа я схожу сам. Надо проверить память мисси Флорисы, для протокола. А ты пока решишь свои семейные дела, — Влад как-то странно посмотрел на меня, — жду тебя через пару часов. Только не задерживайся слишком уж долго, — он поднялся и вышел из кабинета.

Эдвард.

Моему изумлению не было предела. Я снова и снова пересматривал бумаги, которые отдал мне Влад. Все они были составлены вчерашней датой. Решение о пересмотре дела, приказ о назначении на новую должность. Приказ о восстановлении в звании с последующим повышением. Документы на дом, выписка с банковского счета. Все, все, что я потерял, все вернулось. И теперь я тоже мог вернуться. Вернуться в столицу, к привычной жизни, к своей работе в управлении. Теперь я даже мог отправить Реми учиться. Моего жалования и сбережений хватит с головой, а предыдущий год приучил рачительно относиться к деньгам и считать каждый грош.

— Я за тебя рада, Эдвард, — голос Каси выдернул меня из оцепенения, — жаль, ты не сможешь остаться на открытие. Я думала после устроить небольшой семейный праздник. Тебе, наверное, надо собраться?

— Да, нужно собраться, — машинально повторил я.

— Ау, Эд, приём, — она помахала рукой у меня перед глазами. Наверное, я сейчас очень глупо выгляжу, — да приди ты уже в себя! — она от возмущения топнула ножкой, — ну нельзя так долго удивляться.

— Ты даже не представляешь, что сейчас произошло, — я тряхнул головой и поднялся из-за стола, — год назад вся моя жизнь пошла псу под хвост из-за того бракоразводного процесса. Жюли мастерски водила меня за нос! А когда я сделал ей предложение, настояла на составлении брачного договора, по которому, в случае, если я подам на развод, ей достается все мое имущество. А через полгода она мастерски разыграла эту карту — наставила мне рога и прилюдно заявила об этом, обвинив меня во всех смертных грехах. Естественно, этого я стерпеть не смог. Подал на развод, открыл встречный иск и начал расследование. Но довести до конца не успел. Дело о разводе я проиграл. Общественность встала на сторону "несчастной" женщины, — я горько усмехнулся, — а я лишился всего: уважения, имени, звания, денег и собственности. Это был крах. Только мысли о дяде и Реми удержали меня от крайности. А вернувшись сюда, попал прямо на похороны Сэма. А дальше... дальше нужно было как-то жить...

— Но ты же справился, — она улыбнулась, — считай, что это твоя награда! От Вселенной! За то, что не сдался сам и не бросил брата. Ты — молодец! А теперь пойдём, — Кася схватила меня за руку и потянула за собой. Мы вышли из здания управления. На безоблачном голубом небе светило солнце, и было уже по летнему тепло. Мы не спеша шли по городу, держась за руки и молчали. Я, все еще будучи в шоке от всего произошедшего, а Кася — не знаю. Она тоже о чем-то сосредоточено думала.

— А как же теперь быть с Кристофом? — внезапно спросила она, сбившись с шага.

— Не волнуйся об этом. Все документы хранятся в архиве столичного полицейского управления. Я подам заявку, как только мать Жака подаст прошение о возобновлении его дела. Я предупрежу Харриса, чтобы сразу переслал это дело мне.

— Хорошо, — облегченно выдохнула она, — терпеть не могу не выполнять обещания. Чувствуешь себя предательницей.

— И часто с тобой такое случается?

— Нет, только один раз, — она помрачнела.

— Ну один раз можно не считать, — улыбнулся я, но девушка меня как будто не услышала, и продолжала:

— Я пообещала бабушке, что обязательно приеду к ней, но обстоятельства сложились так, что я не смогла. Из-за работы. Пришлось задержаться на несколько дней. Я родителей попросила сообщить ей. Бабушка не признавала телефоны. У нее даже домашнего не было. А мама... она забыла. Она мне потом призналась. А бабушка... Она умерла в ту ночь... Врачи сказали, что сердце... И вот я теперь не знаю, — она всхлипнула, — а вдруг это из-за меня? Вдруг она так волновалась обо мне, что сердце не выдержало?

— Ну, тише, тише, — я прижал ее к себе, а она расплакалась, уткнувшись мне в грудь, — успокойся, Кася. Ты здесь совершенно ни при чем. У каждого свой срок. Понимаешь? И если срок пришёл, то этого никто не может изменить. Мои родители умерли, когда мне было пять. Я тоже переживал, злился, винил их, обстоятельства, саму жизнь. А через месяц после похорон мне приснился сон. Моя мать, она пришла ко мне. Мы долго разговаривали. Я говорил ей, как скучаю по ним, как хочу поскорее увидеться с ними. Она тогда очень разозлилась, сказала, чтобы даже не смел думать о таком. "У каждого свой срок, Эдди, запомни, и не смей его торопить. Наш срок пришел, но твой еще нет," — так она сказала мне. А еще сказала, чтобы не винил никого, потому что здесь нет ничьей вины. Просто их время пришло.

— И ты поверил ей? Поверил в сон? — Кася покачала головой, — наши учёные говорят, что так наш мозг находит себе оправдание, чтобы не чувствовать вину.

— Это не так, Кася. Сны — это путешествие души. Ты же маг. Ты должна это понимать...

— Я ничего никому не должна! И я не маг! Я просто человек! В моем мире нет магии! Ты слышишь! Нет! Никто не верит в нее! — она попыталась вырваться. Но я только сильнее обнял ее и оглянулся в поисках места, где бы мы могли поговорить наедине.

— Идём, — я взял ее под руку и быстро повел к небольшому скверу, расположенному неподалёку. Она не сопротивлялась, только не переставая всхлипывала.

В сквере было тихо и безлюдно. Подвел Касю к лавочке и усадил, а сам присел рядом.

— Вот ты говоришь в твоем мире нет магии, так?

— Так, — она шмыгнула носом.

— И в нее никто не верит?

— Не верит, — кивнула она.

— Но ведь ты веришь, — я взял ее за руки, — веришь настолько, что даже оказалась здесь. Все это не случайно. Возможно, это твой шанс получить ответы на все те вопросы, которые мучают тебя.

— И как это сделать? — она недоверчиво посмотрела на меня.

— Просто пожелать, искренне и от всего сердца. Как Реми желал спасти таверну. Он просто верил в то, что его идея сработает, и все получилось.

— Ты тоже верил? Только честно.

— Я — нет, врать не буду. Но я был искренне благодарен судьбе, что уберегла меня от крайности, и старался просто жить. И тебе я тоже посоветую верить и быть благодарной за то, что имеешь. Я думаю, твоя бабушка очень хотела, чтобы ты была счастлива. И кто знает, может быть ты и попала сюда, именно потому что здесь тебя ждёт твое счастье.

— Может быть ты и прав, — она глубоко вздохнула и растерла по щекам слёзы, — после смерти бабушки мне тоже приснился сон, — Кася поднялась, — нам нужно идти. Тебе еще собираться, да и с Реми надо поговорить.

— Обещай, что попробуешь поверить, — я поймал ее взгляд.

— Попробую, Эдвард. Спасибо, что выслушал.

Я улыбнулся:

— Это меньшее, что я могу для тебя сделать. С твоим появлением моя жизнь изменилась в лучшую сторону, и я бесконечно благодарен тебе.

— Твой кулон, — она потянулась к цепочке, намереваясь снять его.

— Пусть пока останется у тебя, — я поспешил остановить ее, — отдашь, когда решишь вернуться. А пока пусть он защищает тебя и напоминает обо мне.

— Ладно, как скажешь.

— Улыбнись, Кася, — попросил я ее. Она слабо улыбнулась.

— Вот и умничка, пойдём. Там Реми, наверное, волнуется, — я встал следом.

Добравшись до кофейни, мы увидели людей, толпившихся перед входом.

— Что происходит? — Кася схватила меня за руку, — неужели что-то случилось?

— Не думаю. Они улыбаются, — успокоил я ее, — вряд ли бы люди радовались, если бы что-то произошло. Пойдём посмотрим, что там Реми придумал, — мы протиснулись сквозь толпу. Дверь кофейни была открыта нараспашку. Напротив стоял стол, накрытый белоснежной скатертью, на которой от руки обычными чернилами было выведено:

"ДЕГУСТАЦИЯ МОРОЖЕНОГО.

ПОПРОБУЙТЕ БЕСПЛАТНО!

ПОЖЕРТВОВАНИЯ

ПРИВЕТСТВУЮТСЯ!"

На столе стоял лоток с мороженым, рядом на подносе целая башня из вафельных рожков, несколько бутылочек с разноцветными сиропами и мисочки с посыпкой, а на краю стола — пузатая банка из-под варенья, дно которой было покрыто мелкими монетками.

Реми в поварском колпаке и в белом переднике колдовал над очередным рожком с мороженым. А перед ним, затаив дыхание, стояла девчушка лет семи, с сияющими от восторга глазами.

— Итак, мисси, приступим, — Реми взмахнул рукой, и стаканчик взлетел сам собой, — сколько шариков мороженого вы хотите?

— Три! — выпалила она, и тут же оглянулась на стоящую рядом мать, — можно, можно?

— Ну пусть будет три, — рассмеялась женщина.

— Отлично, — Реми быстро наложил мороженое в вафельный стаканчик.

— Какой сироп желаете? Апельсиновый, малиновый или черничный?

— Апельсиновый! — малышка заворожённо смотрела, как он мастерски полил белоснежные шарики янтарным сиропом прямо из бутылочки.

— А теперь самое интересное, чем желаете украсить? Есть сахарные блестки, шоколадная стружка, молотые орехи и песочная крошка.

— Я буду, — она задумалась, — шоколад.

— Прекрасный выбор, мисси, — Реми сыпанул щепотку шоколадной стружки и протянул ей готовый рожок, — угощайтесь.

— Спасибо, — она смешно присела в книксене и схватила лакомство.

— Спасибо вам, — ее мать положила в стоящую на столике банку пару мелких монет, — это вам на открытие. Ждем с нетерпением.

— Кто следующий? — Реми оглядел толпу. Любопытствующих с детьми больше не было.

— А можно мне? — Кася выскочила вперед, дернув меня за собой.

— Конечно, мисси, — Реми невозмутимо посмотрел на нее.

— Я буду один шарик, с малиновым сиропом и песочной крошкой, — рассмеялась девушка.

Реми быстро собрал заказ и протянул ей, а я, подмигнув ему, бросил в банку для пожертвований серебряную монетку. Кася радостно взвизгнув, неожиданно потянула меня вниз, понуждая наклониться к ней и чмокнула в щеку, тут же покраснев как помидор. Я рассмеялся и приобняв ее, сказал:

— Тогда и мне тоже самое.

Реми соорудил второй рожок, и мы отошли в сторонку. Наше внезапное вмешательство породило цепную реакцию. Еще одна девушка дернула за рукав своего кавалера и решительно подошла к импровизированному прилавку. Пока мы наслаждались лакомством, стоя неподалеку, Реми продолжал раздавать мороженое, а люди все подходили и подходили, щедро кидая монетки. Спустя двадцать минут лотки опустели. Реми поклонился оставшимся:

— Дегустация окончена. Спасибо вам, что уделили мне время. Жду вас всех на открытии "Кофейни Дебур" послезавтра, — он взмахнул руками, и стол вместе со всем, что на нем было, растворился в воздухе.

Глава 12

Эдвард

Народ потихоньку расходился. Кто-то восхищался мороженым. Кто-то обсуждал представление, устроенное Реми, но в глазах каждого, даже тех, кому не досталось лакомства, была радость и предвкушение. Мы подождали, пока толпа разойдётся и вошли в кофейню.

— Реми, это было великолепно и очень вкусно, — воскликнула Кася, скинув шаль, — ты — молодец, что придумал провести дегустацию. Люди любят подобное. А почему мороженое?

— Не знаю, — улыбнулся Реми, — просто проснулся, а дома никого, вот я от скуки и листал отцовскую книгу, а она взяла и открылась на рецепте мороженого. Я даже и не знал, что он тут есть. Мне стало интересно. Отец никогда такого не готовил. Решил попробовать.

— В "Серебряной розе" мороженое подают в маленьких хрустальных вазочках, но твоя идея с вафельными рожками великолепна, — я забрал из рук Каси шаль, которую она не знала куда деть, — Реми, здесь нужна небольшая вешалка, чтобы гости могли оставлять верхние вещи или зонты.

— Точно, — кивнул брат, — я тоже подумал про это, еще в прошлый раз, когда те дамы заходили. Только пока не решил, как лучше сделать.

— В моем мире в подобных заведениях индивидуальные небольшие вешалки стоят около каждого столика, или есть общий гардероб, но к нему придётся нанимать швейцара, — Кася присела за столик, а перед ней появился стакан воды, — спасибо, Хельми, — она совершенно буднично поблагодарила духа. И этот человек будет мне говорить, что она не маг! Хотя, Кася действительно не маг, она — волшебница. Добрая волшебница, которая просто иногда забывает об этом.

— Нет, швейцар — это не для нас, — покачал головой Реми.

— Тогда предлагаю рядом с отдельными столиками разместить напольные вешалки, а возле двери поставить общую и стойку для зонтов. В конце концов у посетителей будет выбор, — не успела она это сказать, как рядом со столиком с легким хлопком появилась изящная вешалка, по стилю идеально согласующаяся с остальной мебелью.

Хельми всегда отличался прекрасным вкусом. Даже во времена моего дяди мебель, отделка и оформление стойки были в едином стиле и создавали свою уникальную атмосферу. За это нас и любили, ну и конечно за вкусную еду. Талант передался Реми от отца, но брат не просто преуспел в готовке, он по-настоящему нашел себя, и сейчас я очень им гордился.

— Вы, наверное, проголодались? — спохватился Реми, — давайте обедать, у меня все готово, — он быстро направился к стойке.

— Реми, мне...— я хотел объяснить, что не могу задерживаться, но Кася дернула меня за рукав и строго посмотрела на меня.

— Без тебя не уйдут. К тому же у тебя есть еще час. Побудь с ним. Это его первая личная победа. Не огорчай брата.

— Хорошо, — сдался я. В самом деле, если я действительно нужен в управлении, то Влад меня дождётся, и двадцать минут роли не сыграют.

На столе уже привычно возникла скатерть и приборы, а затем появились и блюда. Реми присоединился к нам, и мы вместе наслаждались обедом.

— Ты что-то хотел мне сказать? — Реми взглянул на меня.

— Да, братишка, у меня хорошие новости. Меня полностью реабилитировали и даже вернули все деньги и имущество.

— Значит, ты вернёшься в столицу? — казалось, он не только не рад этому, а напротив расстроился.

— Я думал, ты порадуешься за меня, за нас, — укоризненно произнёс я, — теперь ты сможешь поступить в академию поваров его императорского величества, окончить ее...

— Нет, — Реми зло взглянул на меня, — теперь я не брошу дело отца и Хельми. Не нужна мне академия!

— Реми, перестань, — Кася положила руку ему на плечо, — тебя же никто не заставляет. Эд просто предложил. Но решать только тебе. Брат не собирается бросать тебя, ты неправильно понял. Ему нужно уехать, на время, чтобы закончить то дело. Довести его до суда, а преступника — до справедливого наказания. И он не может бросить все на полпути. А потом он вернётся, чтобы расследовать дело Кристофа де Шеро, призрака из управления по перемещениям.

— Это правда? — голос Реми зазвучал спокойнее, словно весь его гнев улетучился. Я пригляделся. От Каси шло едва уловимое свечение, оно обволакивало его. Сейчас я воочию видел, как работает дар медиума. Свет струился, окружая их обоих, Кася улыбалась, желая подбодрить моего братишку, а он, поддавшись ее неосознанному воздействию, тоже улыбнулся и посмотрел на меня:

— Извини, что нагрубил, Эд. Я, правда, рад, что у тебя все наладилось. Просто я испугался. Испугался, что ты бросишь меня, что я опять останусь один, как тогда, — в его глазах промелькнула боль и горечь потери. Я понимал, о чем он. Реми говорил про отца, про его смерть, про все то горе, которое он пережил, оставшись один на один с жестокой реальностью, когда рядом не было никого. А Хельми, с которым он тогда еще не умел общаться, не мог поддержать его. И пусть это длилось всего один день, но в памяти Реми это оставило болезненные воспоминания, а на сердце юноши — незажившую до сих пор рану. Я поднялся со своего места, подошел к нему и крепко обнял.

— Я никогда не оставлю тебя, братишка. Кася права. Мне нужно довести это дело до конца, получить данные из архива, а через год я выйду в отставку, мой контракт почти подошел к концу. К следующей весне, я смогу окончательно освободиться от клятв и вернуться сюда. И я очень надеюсь, что к тому моменту ты и это заведение займете достойное место в нашем городе, — я потрепал его по голове, — а сейчас мне и в самом деле пора собираться. Влад ждать не будет.

Я поспешно пошел наверх, оставив их вдвоем. Радость, что я могу вернуться к прежней жизни, померкла. На сердце было тяжело, а в груди — тесно. Я не хотел, чтобы эти двое видели мои чувства, мою слабость. Сейчас я ясно осознал, насколько мне дорог брат, ведь он — единственный близкий мне человек, моя семья. И я не хочу уезжать и оставлять его одного. А еще я совершенно не хочу расставаться с Касей. Но я должен. Мой контракт не окончен. К тому же я не могу подвести шефа.

Кася.

Я смотрела вслед Эдварду и вдруг отчетливо ощутила, что он сейчас чувствует. Внутри него было смятение. Он хотел, очень хотел остаться. Быть рядом, помогать, поддерживать. Но долг, именно долг сейчас требовал от него другого, и он не мог противостоять этому. Это было сильнее него.

— Он очень хотел бы остаться, но что-то заставляет его действовать по-другому, — я задумчиво смотрела ему вслед.

— Это клятва, — тихо сказал Реми, — клятва, которую брат принес, поступая на службу. Она сдерживает его, — парнишка сжал кулаки, — он не может противостоять ей, пока срок его контракта не истечёт. Я, правда, обрадовался, когда он вернулся. Он очень поддержал меня в тот момент. Всячески старался внушить мне уверенность, что у меня все получится. И вот теперь, когда все начало налаживаться, он должен уйти. И все из-за этой клятвы.

— Не только, Реми. Эд очень ответственный. Ему и вправду важно разобраться в том деле. И делает он это не ради себя, — я продолжала держать его за плечо, — он волнуется и беспокоится о тебе, я чувствую, и немного обо мне. И готов пожертвовать всем ради нашего благополучия. Но еще у него есть долг, который нужно исполнить. Не сердись на него. Он этого не заслуживает.

— Я понимаю, — вздохнул Реми, — просто хотелось, чтобы он стал свидетелем того, как эта таверна снова примет посетителей. Чтобы не переживал за меня. Чтобы был уверен...

— Он верит в тебя, верит всем сердцем. И самое лучшее, что мы сейчас можем для него сделать, это показать ему, что мы справимся, — я взглянула на него, — что он может не волноваться за нас. Так что соберись, ты тоже должен поддержать брата, как он поддерживал тебя, когда тебе было плохо. Порадуйся, что у него теперь все хорошо.

— Да, ты права, — в голосе Реми появилось воодушевление, — Эд заслужил это. И я очень постараюсь, я обещаю, он будет мною гордиться.

— Он уже гордиться тобой. Я чувствую это, — я улыбнулась и убрала руку. Реми поднялся:

— Пойду, соберу ему поесть, с собой, а то нам двоим все равно будет много. Жаль будет, если испортится.

— Конечно, — кивнула я, — поторопись.

Реми убежал в кухню, а я подошла к окну. Теперь мы останемся с ним вдвоем. И несмотря на то, что я сейчас убеждала Реми не боятся и верить в свои силы, сама я очень боялась. Боялась не справиться, все же это не мой мир, я о нем ничего не знаю. Абсолютно ничего. Ни законов, ни моральных принципов, ни устоев и традиций. Я здесь вроде как владею магией, но совершенно не понимаю, как это работает, на что я способна, а чего не могу. И помимо всего этого на мне теперь лежит ответственность за благополучие Реми и его дела.

Он, правда, молодец. Не сдаётся, не опускает руки. Ну психанул маленько, расстроился, что Эд уезжает. Я тоже расстроилась. Пока этот мужчина был рядом, я чувствовала, что могу справиться с любой проблемой, потому что он стоял за спиной. И я ощущала эту поддержку.

Странно так говорить про абсолютно незнакомого человека, но именно это я сейчас и чувствовала. Мои эмоции в этом мире стали понятнее, но острее, а вот реакции — непредсказуемее. Честно, даже сама не смогу поручиться, куда меня понесет в следующий момент. И теперь случись чего, спасать меня будет некому. Наоборот, это ко мне будут обращаться за помощью и поддержкой.

Значит первое, с чем я должна разобраться, это со своими реакциями. Я не должна допускать импульсивных поступков, потому что не знаю, к чему меня это может привести. И второе, мне срочно нужна информация об этом мире, его устройстве, обществе, экономике, географии. Короче, мне нужна библиотека или тот, кто, сможет мне все это рассказать, хотя бы в общих чертах. Чтобы я не допускала глупых ошибок, и Эду не пришлось краснеть за меня.

Самое плохое, что мне и обратиться по большому счету не к кому, кроме Реми. Я здесь больше никого не знаю. Ну может быть еще Жак и Вилла, которых я и видела-то всего один раз. Но в крайнем случае придется использовать и эти возможности.

На лестнице послышались шаги. Я обернулась. Эдвард, в военном мундире, начищенных сапогах, с небольшим саквояжем спускался вниз. Из кухни выбежал Реми, держа в руках узелок.

— Вот, это тебе, на сегодня. Ты ведь, как всегда, засидишься допоздна и забудешь заказать еду, — он прятал глаза.

— Спасибо, Рем, — Эдвард убрал его припасы в сумку, потрепал по голове, а затем прижал к себе. Паренек тихо всхлипнул. Эд хлопнул его по плечу:

— Теперь ты за старшего. И проследи за Касей, — он взглянул на меня и подмигнул, а я понимающе кивнула, мол, я все поняла. Реми еще раз тихо всхлипнул, быстро вытер глаза, стараясь скрыть свои чувства, и улыбнулся:

— Хорошо, Эд, я присмотрю за ней.

Затем мужчина подошел ко мне.

— Это твои документы, — он протянул мне конверт с бумагами, — пусть остаются у тебя. Носить их с собой не надо, но в случае чего они подтвердят твое право на пребывание в нашем мире. И еще, — он поставил саквояж на пол и достал из кармана кольцо с крупным камнем.

— Я понимаю, что прошло всего два дня, и ты даже не успела освоиться. И тут все для тебя ново и непонятно. В твоей комнате я оставил тебе список книг, которые помогут с этим. Все они есть в нашей домашней библиотеке. Это дверь напротив моей комнаты. Реми покажет. Там есть пара учебников по теории магии мира и по базовым техникам освоения начального уровня дара, — он взял мою руку и надел мне кольцо на палец, — запомни, пока камень имеет цвет — в нем есть заряд, как только станет прозрачным, заряд пропал, и его надо зарядить. Он будет защищать тебя от ментального воздействия. Ни один псионик, даже самый сильный, не залезет в твою голову, пока на тебе это кольцо. Я постараюсь вернуться как можно скорее. Но ничего обещать не могу.

— Я понимаю, спасибо, Эд. Мы будем ждать тебя, Реми... и я, — добавила едва слышно. Сейчас у меня самой было такое состояние, что я готова разрыдаться. Как будто почва уходит из-под ног, и ты начинаешь тонуть.

В каком-то странном порыве, видимо почувствовав мои метания, Эдвард наклонился ко мне, и быстро коснулся губами моей щеки, затем пожал руку подошедшему брату, еще раз попрощался с нами, подхватил саквояж и ... Прямо перед ним появилось сверкающее серебристое марево. Он шагнул в него и исчез, а марево развеялось.

Я ошалело смотрела на то место, где только что был портал. Моих познаний, почерпнутых в фэнтезийных книгах было достаточно, чтобы определить, что это именно он. Реми рассмеялся, глядя на моё вытянувшееся лицо.

— Не вижу ничего смешного, — строго сказала ему, — не забывай, что в моем мире такого нет.

— Я помню, Кася. Извини. Просто ты очень забавно выглядишь, — он постарался взять себя в руки, но его улыбка все равно расползлась до ушей, которые, как я только что заметила, были слегка заострены. Тут я обалдела окончательно и уставилась на него. Реми, сообразив, в чем дело, тряхнул длинными рыжими кудрями, пряча свою особенность.

— Только не пугайся, — торопливо заговорил он, — мы не сказали тебе, но это по большому счету и не важно было, пока Эд оставался с нами, но теперь, — он вздохнул, собираясь с мыслями, — дело в том, что я и Эд, мы не совсем люди, мы наполовину эльфы, вот.

— И зачем это нужно было скрывать? — я хлопала на него глазами. Теперь мне стала абсолютно понятна и их невероятная красота, и слишком молодой для их лет облик, — я вроде как не расистка. Ну эльфы и эльфы, да хоть гномы. Делов-то! В моем мире, между прочим, эльфов любят больше всего.

— У вас есть эльфы? — удивился Реми.

— Только в сказках и фентезийных романах. Но их все любят за их красоту и мудрость, но терпеть не могут за их заносчивость.

— Есть такое, — как-то облегченно выдохнул Реми, видя, что я реагирую адекватно. Он присел за стол и кивнул мне, мол, присаживайся. Я уселась. Мальчишка явно собирался поведать мне что-то очень важное и личное, касательно их с Эдом происхождения.

Глава 13

— Мой отец и отец Эда — родные братья. Они были чистокровными эльфами. Их страна лежит к востоку от нас.

На столе внезапно появился атлас. Реми полистал его:

— Вот, смотри, — передо мной было изображение материка, со всех сторон окруженного океаном.

— На Арасае всего два материка: северный — наш, — он ткнул пальцем в изображение, — здесь живут люди и эльфы. В горах, которые занимают южную часть, обитают гномы и тролли. Тролли — малоразумны. У них нет своего государства, их язык и обычаи примитивны, а сами они малочисленны. Обитают в самой отдаленной и непроходимой части гор...

Похоже, мне предстоит урок географии и более подробное знакомство с расами, населяющими этот мир. Я приготовилась слушать. А Реми продолжал:

— Гномы — народ развитый, и в плане наук, и в плане технологий. Магия у них совсем слабая. Единственное, чем они действительно хорошо владеют — магия поиска, да и то, только в отношении минералов и руд. Живут в подземных городах. Насколько я помню, у них парламентская республика, но при этом очень сильны традиции, потому что живут они очень долго. На нашем континенте — самая долгоживущая раса. Хорошо развита добывающая и обрабатывающая промышленность. С ними империя ведет торговлю. Сырье и товары в обмен на продовольствие. Гномы — мирные, изредка у них происходят стычки с троллями, но на империю и эльфийские земли не нападают. Их в свою очередь тоже не трогают. Да и как с ними воевать? Они быстрее попрячутся в своих горах, чем возьмутся за оружие. Хотя древние легенды и рассказывают о них, как о великих воинах, в нынешнее время их воинственный пыл угас. Но оружие до сих пор делают отменное.

От самого Срединного пика вдоль гор тянутся непроходимые леса, населенные эльфами — Деларон. Как такового государства у них нет. Можно сказать, что это объединение различных племен, живущих на одной территории. Эльфы владеют чарами, магии в привычном понимании у них нет. Однако они не подвержены ментальным воздействиям. Зато сами могут прекрасно воздействовать на других, заставляя поверить в созданные ими иллюзии. Могут приручать духов. Хельми — один из таких. Он покровительствует моей семье уже три сотни лет. Живут охотой и собирательством. Промышленности нет, но активно сотрудничают с гномами, поэтому процветают ремесла. Прекрасно разбираются в лекарском деле, знают травы. Каждым племенем управляет своя княжеская семья. При необходимости могут объединяться в союзы, если нужно отстаивать свои территории. С ними империя вела долгую и безуспешную войну, но нынешний император Тадеус Первый отказался от попыток завоевать оставшиеся земли. Когда-то королевство эльфов достигало побережья, вплоть до того места, где мы находимся сейчас. Фактически, им принадлежали все восточные земли, которые в течении ста лет медленно отвоевывались людьми, вся область Ламорен. Сейчас мы не воюем, но отношения у нас натянутые.

Центральный — Эмадрен, южный — Керудрен и Северный — Остерон, эти регионы всегда, испокон веков, населяли люди. Раньше это были разные государства, но за последние сто лет они объединились под властью империи. Керудрен богат ископаемыми и магкристаллами. Ламорен — это в основном поля и луга, в общем земледельческий регион, а вот Эмадрен и Остерон — регионы промышленные.

Людям, как расе, присуща магия трех даров: дар Кинетики, дар Псионики и дар медиумов. Дар медиумов самый редкий. Больше встречается на границе с нынешними землями эльфов и на их бывших территориях. Кинетика присуща южным землям, а псионика распространена в центре и на севере. Управляет нами император, при поддержке кабинета министров, которых сам назначает, и совета родов, куда входят представители аристократии. На всей территории единый язык и единое законодательство — имперское.

— Так, это все очень интересно, — у меня уже голова пухла от обилия вылитой на меня информации, — а эльфы тут при чем?

— Ни при чем, — развел руками Реми, — просто многие из народа отца остались жить на бывших эльфийских землях, постепенно смешиваясь с людьми и растворяясь в них. Но из-за долгого конфликта в людях укоренилась нелюбовь к эльфам и их потомкам. Поэтому и я, и брат скрываем свое происхождение. Вот.

— Отлично, — облегченно вздохнула я, поняв, что урок окончен, — я, честно, без предрассудков. Бояться или ненавидеть вас только за то, что вы частично принадлежите к другой расе не буду. В моем мире живет четыре расы, которые делятся на множество народов и племён, и они часто смешиваются между собой, так что я вполне терпимо отношусь к подобному. Можешь не волноваться.

— Хорошо, — радостно воскликнул Реми.

— А почему я только сейчас это заметила?

— Брат дал тебе кольцо. Оно принадлежало тете Жозефине, и было сделано специально, чтобы защитить ее от любых ментальных воздействий, в том числе и чар, которые мы используем интуитивно, чтобы расположить к себе людей. Эльфийская работа. Они умеют делать подобные вещи. Как и кулон. Он тоже принадлежал ей. Там внутри портрет Эда.

— Да, я видела, он показал мне , — я не стала говорить, что сама обнаружила портрет.

— Вот поэтому мои чары на тебя перестали действовать, и ты увидела, кто я на самом деле.

— А у Эда ушки тоже остренькие? — я попыталась вспомнить форму ушей следователя.

— Нет, у него уши нормальные. Он в мать пошел. Тетя Жозефина была чистокровным человеком и обладала сильным даром, а вот моя мама, Мирисель, была наполовину эльфийкой. Поэтому у брата — магия, присущая людям, а у меня — эльфийские чары, но дара нет.

— И что ты еще умеешь, кроме того, что прекрасно пудришь мозги и пускаешь людям пыль в глаза? — улыбнулась я, мальчишка насупился, — не обижайся Реми, я пошутила. Ну прости, со мной творится что-то непонятное. Говорю прежде, чем успеваю подумать. Я не хотела тебя обидеть.

— Твой дар. Он проснулся и начал набирать силу, — озабочено произнес Реми.

— Да куда ж сильнее, и так самый высокий уровень.

— Ты не поняла. Градация намного сложнее. Это для обывателя — уровней три, а для знающих и разбирающихся в этом, их двенадцать. По четыре ступени в каждом. Твой дар сейчас находится на первой ступени высокого уровня и продолжает расти.

— И откуда ты это знаешь? — недоверчиво взглянула на него.

— Эд рассказал. И это его беспокоит. По хорошему тебе учиться надо.

— Не думаю, что иномирное магическое образование чем-то поможет мне в моем мире, — улыбнулась я.

— А ты не хотела бы остаться? — спросил вдруг Реми.

— В смысле переехать сюда жить? Насовсем? — удивлённо посмотрела на него.

— Ну да, — кивнул юноша, — тогда ты смогла бы окончить маг-академию...

— Так чего же ты сам не идёшь учиться, если так печешься об образовании?

— А как я таверну оставлю? Уйду я, уйдет Хельми. Только не со мной, просто уйдет, вернется в мир духов. А без него — Реми с тоской огляделся, — это все очень быстро придет в упадок. Работников не нанять, не на что, да и не пойдёт никто. Не принято как-то. Все заведения в основном магические. Говорят, в Остероне люди держат обычные таверны, но у нас, — он сокрушенно развел руками, — один я все делать не смогу. Из семьи у меня только Эд, но я что-то сомневаюсь, что он будет мыть посуду или натирать полы.

Я улыбнулась, представив нашего следователя со шваброй в руках.

— Вот и я про то же, — развеселилися Реми, словно увидел тоже самое.

— Ты умеешь читать мысли? — напряглась я.

— Нет, — он замотал головой, — ты сама послала мне образ.

— Слушай, с этим надо что-то делать. Такими темпами я сама себя раскрою. Эд что-то говорил про библиотеку. Покажешь мне, где она находится?

— Пойдем, — Реми поднялся, и мы пошли на второй этаж.

— Заходи, — он придержал дверь, пропуская меня внутрь темной комнаты. Легкий щелчок и под потолком зажглись маглампы. Огромное помещение, заполненное книжными полками. Я стояла на пороге, а в груди поднимался страх. И непонимание.

— Это как? — я покрутила головой, и вышла в коридор. Вот стена, вот дверь в комнату Эда. Если я ничего не путаю, то стена напротив — наружняя. Как такое возможно?

— Ты чего? — Реми выглянул из-за двери.

— Я не понимаю. Это же наружняя стена дома. Тут не может быть комнаты, никак, — я испуганно посмотрела на него, — и потом, за эти дни никакой двери я не видела.

— Это эльфийская магия, — улыбнулся он, — пространственная. Это мы научили людей создавать порталы и пользоваться портальными камнями. А еще мы умеем, ну как это попроще, расширять пространство. Создавать дополнительные комнаты внутри уже имеющихся. Если получится, мы как-нибудь съездим с тобой в эльфийскую деревушку на границе с Ламореном. Вот там можно посмотреть на это в полной мере: снаружи — маленький домик, а внутри — дворец, — Реми рассмеялся, видя мое изумление, — идем, ты книги посмотреть хотела.

— Сейчас, только список возьму, — я поспешно направилась к своей комнате. Забежав в нее, я прикрыла дверь, прижалась к ней спиной и медленно сползла на пол. Мне определённо нужна передышка.

Голова шла кругом, сердце учащенно билось, а руки дрожали. На лицо все признаки панической атаки. Мне надо успокоиться. Меня что-то напугало. Что это могло быть? Нереальное расширение пространства? Да ну нет, я в магическом мире. Тут магия у каждого второго, духи по улицам гуляют, и тролли в горах вместе с гномами, и эльфами, будь оно все неладно! Все это я уже приняла как данность, и даже почти перестала удивляться.

Так в чем же дело? Что такого в той комнате, что меня накрывает неподдельным ужасом? Или дело не в этом? Ведь вошла я туда совершенно нормально, только потом, когда осознала... Что я такого осознала? Это как-то связано с пространственной магией, порталами и прочими ... Додумать я не успела. В дверь постучали.

— Кася, у тебя все в порядке? — послышался голос Реми.

— Да, да, прости, я сейчас, — поднялась с пола, ноги как ватные. С трудом дошла до стола, на котором лежал список. Я взяла его и пробежала глазами. По большому счету названия книг мне ни о чем не говорили. В конце списка было два наименования, жирно подчеркнутые: "Учебник по теории магии даров" и "Пособие для студентов вступительного курса, издание третье, дополненное"

Вот с этого пожалуй и надо начать. Я немного успокоилась и взяла себя в руки. Подойдя к двери, распахнула ее. Реми ждал меня, прислонившись к стене.

— Ну что? Пришла в себя? Не успел тебе сказать. Ты попала под действие охранного заклинания. Оно отпугивает людей, не позволяя им приближаться к определённым местам. Извини. Я не подумал, что ты можешь на него среагировать.

— Почему? — гневно взглянула на него. Реми смешался:

— Ну, ты настолько легко это все воспринимаешь, что я порой забываю, что ты — человек. У меня складывается ощущение, что ты — одна из нас.

—В смысле из эльфов?

Реми кивнул.

— Нет, Реми, это невозможно, — я отрицательно покачала головой, — но извинения приняты. И как мне войти туда и не упасть в обморок от ужаса?

— Теперь ты можешь входить. Я попросил Хельми настроить заклинание так, чтобы оно пропускало тебя. Так что все в порядке.

— Ну хорошо, давай попробуем еще раз, — я нерешительно направилась к двери в библиотеку.

Потоптавшись на пороге, я всё-таки нашла в себе силы и рискнула войти. Остановилась в дверях и внимательно прислушалась к ощущениям. Реми не торопил меня. Вроде все в порядке. Голова ясная, сердце бьется ровно, а легкое волнение скорее связано с предвкушением. Я сделала осторожный шаг, затем еще один и вот я уже внутри, удивленно оглядываюсь.

Размер пространства поражал воображение. Теперь я понимаю, почему небольшая снаружи таверна внутри кажется огромной. Похоже, все здание построено при помощи подобной магии. Интересненько, а что еще у них здесь есть?

Я не спеша прогуливалась между высоченных полок. Ощущение, как будто бродишь по огромному лабиринту, стены которого это стеллажи, от пола до потолка заполненные всевозможными книгами. Искать тут что-либо было чистым безумием. Это как искать иголку в стоге сена. Наверное должен быть какой-нибудь каталог, опись с указанием где что лежит. Я вышла оттуда. Недалеко от входа располагался читательский уголок. Реми сидел на удобном диванчике, рядом с которым стоял небольшой журнальный столик и листал какую-то книгу, позволяя мне осмотреться. Когда он успел ее взять? Что-то не заметила, как он подходил к полкам. Я направилась к нему и плюхнулась рядом.

— Ну рассказывай, как этим всем пользоваться, — я посмотрела в его хитрые изумрудные глаза, искрящиеся весельем.

— А я думал, ты и вправду решила сама книги найти, — лукаво улыбнулся он.

—Я, конечно, может и похожа на сумасшедшую, но не до такой же степени, — неодобрительно покачала головой, — и потом в моем мире тоже библиотеки имеются, и у нас, чтобы найти книгу, нужно спросить у библиотекаря или посмотреть в специальном каталоге.

— Библиотекаря здесь нет, каталога тоже, зато есть Хельми, — усмехнулся Реми, — попроси его, и он принесет то, что тебе нужно, или подберет подходящие книги, если ты ищешь какую-то информацию. Это семейная библиотека отца. Они долго ее собирали. Хельми тут каждый том знает. Быстрее него никто не найдёт. Так что не стесняйся, спрашивай.

— Ну хорошо, — я выдохнула и посмотрела перед собой, — Хельми, найди мне, пожалуйста, учебник по теории магии даров и пособие для студентов вступительного курса, издание третье, дополненное, — я зачитала название книг из списка. И в тот же момент на столике передо мной возникли два потертых тома в кожаных переплётах.

Заворожённо гляжу на книги, боясь дотронуться до них. Это такое странное чувство, как будто тебе позволено прикоснуться к чему-то запретному, но очень значимому. Реми мой трепет не разделял, поэтому запросто схватил учебник по теории и открыл его на первой главе.

— Глава первая. Как почувствовать в себе магию, — прочел он вслух, — а чего ее чувствовать. Если есть, ты сразу поймёшь, — так что тут еще? — он пролистал книгу до середины, — нет, это не интересно. Тут сплошная теория и размышления.

— Ну так на нем и написано "Учебник по теории" — улыбнулась я, потом сама почитаю на досуге. Это ему, выросшему здесь, может быть и не интересно, а мне вот очень интересно. Я может быть понимать начну, что происходит.

— Так, а здесь что? — Реми взял второй фолиант, он был потолще, и обложка была более затёртая. Сразу видно, им часто пользовались, по крайней мере раньше.

— Нам нужен раздел для медиумов. Вот. Эмоциональное поле и способы его использования. Практика первая, — он посмотрел на меня, — хочешь попробовать?

— А разве можно практику вперед теории?

— В магии можно, — рассмеялся он, — обычно так и бывает. Ты сначала обнаруживаешь в себе дар и учишься как-то его использовать, а уже потом находишь умные книжки или учителей, которые объясняют тебе, что нужно делать.

— Смотри, здесь не сложно, — он принялся зачитывать вслух порядок действий, а я просто пыталась это сделать. Естественно, с первого раза ничего не получалось. Некоторые понятия для меня не имели смысла, поэтому за разъяснениями пришлось обратиться все к той же теории. Благо хоть опыт медитаций у меня был. Здесь это называли по-другому, но суть-то одна — освободить голову от посторонних мыслей и сосредоточиться на одной конкретной.

К концу первого часа и после десятка повторений, мне удалось почувствовать размер своего поля. По примерным подсчетам я легко могла оказывать влияние приблизительно в радиусе полутора метров. Это мы выяснили опытным путем. Лучше всего, конечно, получалось при касании, но и при нахождении объекта воздействия в моем поле эффект тоже был, правда ощутимо слабее. Направить всю энергию поля в один узкий канал, чтобы увеличить расстояние, пока не получалось.

— Думаю, на сегодня достаточно, — Реми захлопнул книгу, — завтра продолжим. Перенапрягаться тоже нельзя. Тебе резкие скачки силы ни к чему.

— Согласна. Я могу взять "Теорию" и — я заглянула в список Эда, ища правильное название, — вот, "Гражданский кодекс. Основные законы"? — книга немедленно появилась на столе.

— Спасибо, Хельми, — какой он всё-таки заботливый, я еще сказать не успела, а он уже принес.

— Да, только из дома не выноси, — предупредил Реми, — зачем тебе "Кодекс"? Он же скучный!

— Как говорят у нас: " Незнание закона не освобождает от ответственности" — ответила я, — а из дома я ничего выносить не собираюсь. Ни в коем случае. Я просто перед сном читать люблю. Полистаю на досуге, чтобы быть в курсе, что можно, а чего нельзя.

— Ну, ну, — рассмеялся мальчишка, — давай, расскажешь потом. Чем займемся?

— Пойдем искать редакцию местной газеты, надо дать объявление, а еще нам нужна типография.

— Это зачем?

— Как зачем? Напечатаем рекламки, — парень непонимающе смотрел на меня, поэтому начала объяснять, — это такие информационные листовки, в которых будет написано про наше заведение и где оно находится. Надо же как-то сообщить жителям, что мы открываемся.

— Да и так все знают, — пожал плечами Реми.

— В этой части города может быть и все, а в других?

— И как нам это поможет? — удивился он.

— Завтра прогуляемся по самым оживлённым местам города, где побольше народу, например магазины, рынок, парикмахерская...

— Что? — Реми опять не понял меня.

— Ну, где волосы можно постричь, — пояснила я, — как это у вас называется?

— Цирюльня, — усмехнулся он.

— А, ну да, забыла. Так вот. И попросим владельцев разрешения оставить там нашу рекламу.

— Так они и позволили, — скептически заметил Реми.

— А почему нет? Они же не ресторан и не кафе, им-то какая разница, — я пожала плечами, — зато у них есть клиенты, которым это может быть интересно. Можно еще акцию устроить, тем, кто согласиться разместить нашу рекламу — обед бесплатно. Поверь, люди любят, когда на халяву. Зато, если им понравится, они про нас расскажут. А тем, кто принесет нам листовку, в первый день — скидка, на все, процентов пятнадцать-двадцать.

— Не знаю, странные какие-то у тебя способы, — засомневался Реми.

— А ты что предлагаешь? — я поднялась и, уперев руки в бока, посмотрела на него. Он только пожал плечами.

— Вот тогда и не выкобенивайся, раз предложить нечего. Ты меня зачем позвал? Чтобы я тебе помогла. Вот я и помогаю. Я не в первом кафе работаю. Сама, правда, ни разу не запускала, но видела, как другие делают. Училась. Так что пойдем, — я сгребла книги со стола и пошла к себе. Нужно было переодеться, прогулка предстояла долгая.

Глава 14

Мы вышли из таверны.

— Куда сначала? — неуверенно спросил Реми.

— В газету, — поразмыслив немного, ответила я.

Сейчас вторая половина дня. Надо было бы пораньше. Если газета ежедневная, то новый выпуск уже должны были подготовить в печать, но начать я все равно решила с редакции. Объявление в любом случае нужно дать. Ну и что с того, что оно появится не завтра, а послезавтра? Ничего страшного. Примерный текст я набросала перед выходом, но если что подправим на месте.

— Тогда нам в центр, это где-то полчаса ходьбы, — сообщил мне Реми и поинтересовался, — возьмем кэб?

— Я бы прогулялась. Спешить нам особо некуда, а город я так толком и не видела.

— Ну пойдём, — наконец улыбнулся парень, — устрою тебе экскурсию.

Мы не спеша шли по широкой улице. Реми рассказывал про город, а я с интересом глазела по сторонам.

Осельмир был типичным средневековым городком с полным отсутствием планировки. Строили его по принципу "не хай будет". Центральная улица была совершенно не похожа на прямые, широкие и светлые проспекты, к которым я привыкла в своем мире. Она, извиваясь словно русло реки, шла через весь город, являясь частью торгового тракта, ведущего вплоть до порта, спрятавшегося в небольшой бухте. А вглубь застройки, подобно ручейкам, струились маленькие улочки, вдоль которых располагались жилые кварталы, украшенные сквериками, двориками и палисадниками.

Та часть города, где находилось заведение Реми, ближайшая к рабочим кварталам, окружавшим порт, представляла собой сплошные торговые ряды. Чего тут только не было. На каждом углу, в каждой подворотне был какой-нибудь магазинчик, лавчонка или кустарная мастерская. Здесь, со слов Реми, всегда было шумно и многолюдно. И действительно, на улице было полно народу. Благо, тротуары были достаточно широкими, чтобы можно было легко разминуться с идущими навстречу.

Чем дальше мы удалялись от торговых рядов, тем выше становились здания. Если в торговом квартале домики были максимум в два этажа, и только вышка старинной пожарной каланчи с красной остроконечной крышей торчала над ним, словно башня сказочного волшебника, то ближе к центру дома уже поднимались на высоту трех и даже четырех этажей. Солнце пекло неимоверно. На центральной улице деревьев не было, и нам пришлось перейти на другую сторону, чтобы спрятаться от его палящих лучей в тени местных "многоэтажек".

Минут через двадцать пять, срезав через переулок, мы добрались до городской площади. Она лежала немного в стороне от основного тракта, который огибал центральный район с востока. Здесь были расположены административные здания: городская мэрия, местный банк, похоронное бюро и старая ратуша, где сейчас расположился конкурент Реми. В соседних с площадью переулках прятались нотариальная контора, букинистический магазинчик, где также можно было купить канцелярию, лекарская лавка и искомая нами редакция местной газеты.

"Осельмирский вестник" располагался на первом этаже жилого дома и представлял из себя небольшую конторку, заставленную столами, за которыми сидели несколько человек. По всей видимости местные журналисты. В глубине помещения виднелась дверь с полинявшей надписью "Глав...й ред.. ор", перед которой была маленькая приёмная, состоящая из секретарского стола и потертого кожаного диванчика. За столом со скучающим видом сидела молодая девушка. На вид ей было лет шестнадцать - восемнадцать, но вот точно определить ее возраст не представлялось возможным ввиду ее принадлежности к эльфийской расе. Удобно всё-таки с этим кольцом. Хоть понимаешь, кто перед тобой.

Зайдя внутрь, громко поздоровалась. Ответом мне была тишина и презрительные недоверчивые взгляды. Тогда я решительно направилась к секретарше, таща за собой Реми.

— Добрый день.

Девушка лениво подняла глаза, не удостаивая меня приветствием, и с интересом уставилась на моего спутника, который тут же покраснел.

— Кхм-кхм, — я постаралась привлечь внимание эльфийки к своей персоне. Понимаю, что рассматривать Реми намного интереснее, но мне была нужна информация.

— Я вас слушаю, — она недовольно перевела взгляд на меня.

— Ваша газета дает объявления? — я сразу перешла к делу.

— Да, — она выудила из вороха бумаг листок с прайсом и протянула мне.

Пока я читала и подсчитывала в уме, во сколько нам обойдётся наша затея, девчонка встала из-за стола, наверное, чтобы ее было лучше видно, и сосредоточилась на парнишке.

— Привет, красавчик, — в ее голосе появились завлекающие нотки, — странно, что я тебя раньше не встречала. Я вроде уже всех в этом городе знаю.

Реми смущённо молчал.

— Наверное, вы редко бываете в торговом квартале, — ответила за него я, — это мистер Дебур, а я — его помощница, и нам нужно дать объявление об открытии кофейни на месте старой таверны "У Сэма". У вас есть готовые шаблоны или текст произвольный?

— Произвольный, — она со вздохом переключилась на меня, — оплата согласно прайсу. Будет опубликовано в послезавтрашнем номере...

— А в завтрашнем никак нельзя?

— Завтрашний номер уже сверстан, — она пожала плечами, — скоро прибудет курьер из типографии. Это надо с мистером Шулье разговаривать, чтобы он позволил.

— И как мне с ним поговорить? — попытка не пытка, а вдруг получится уговорить этого Шулье.

— Джесс у себя, попробуйте, если хотите, — она кивнула в сторону двери.

— Подожди меня здесь, — я взглянула на Реми, который неотрывно смотрел на секретаршу и, кажется, даже не услышал меня. Махнув на него рукой, подошла к двери и тихонько заглянула в кабинет. За столом сидел самый натуральный эльф и что-то строчил в своём блокноте.

— Мистер Шулье? — неуверенно начала я. Он оторвался от записей и посмотрел на меня. Какие же они всё-таки красивые! Аж голова закружилась! А у этого еще и ушки прям вот самые что ни на есть эльфийские!

— Чем могу быть полезен, мисси? Проходите, присаживайтесь.

— Спасибо, мистер Шулье, — я проскользнула в кабинет и, подойдя к его столу, уселась на предложенный стул.

— Меня зовут Кассиопея Потапова, и я работаю на братьев Дебур. Реми пригласил меня, чтобы я помогла восстановить таверну его отца...

— Как интересно, — улыбнулся мужчина.

— Да, и поскольку у нас послезавтра открытие, я хотела бы дать объявление, но ваша помощница сказала, что завтрашний номер уже готов, поэтому добавить ничего нельзя, и только вы можете решить этот вопрос, — торопливо вылила на него всю информацию.

Эльф усмехнулся:

— Думаю, решить этот вопрос не сложно. Я знал Сэмиуса и рад, что его сын решил возродить дело отца. Но насколько мне известно, у Реми — проблемы с духом-хранителем.

— Были проблемы, но нам удалось их уладить, и теперь все в порядке, — я улыбнулась.

— И как же это возможно? — удивился он.

— Ну, я с ним договорилась, он признал Реми хозяином, и они подружились.

— Вы? Договорились с духом? А вот это еще интереснее, — глаза мужчины подозрительно блеснули, — на такое способны только медиумы.

— Простите, а какое это имеет отношение к объявлению? — я напряглась, — говорю же, у нас все в порядке, и заведение готово принимать посетителей. Все, что нам нужно — это реклама.

— О, да, реклама — это очень важно, — улыбнулся он мне, — как насчет интервью? Вы рассказываете мне всю вашу историю целиком, а я печатаю полноценную статью, посвящённую открытию вашей таверны.

— Кофейни, — поправила я его, — теперь это "Кофейня Дебур".

— Кофейня, — задумчиво произнёс он, — хотите составить конкуренцию "Серебряной розе"?

— Насколько мне объяснили, "Серебряная роза" — это дорогой ресторан для обеспеченных жителей и приезжих аристократов. Наше заведение рассчитано больше на средний класс и жителей рабочих кварталов, — пояснила я.

— Так что насчёт интервью? — он снова посмотрел на меня.

— Боюсь, я не уполномочена раздавать интервью, но Ремиус Дебур сейчас здесь, и вы можете поговорить с ним.

В этот момент в кабинет заглянула секретарша:

— Джесс, прибыл курьер.

— Попроси его подождать, Кларисса, и пригласи ко мне мистера Дебура.

Секретарша кивнула и скрылась за дверью, а через пару мгновений Реми вошел в кабинет.

— Добрый день, мистер Шулье. Рад вас видеть.

— Реми, мальчик мой, как ты повзрослел! — главред расплылся в улыбке, — смотрю, дела пошли в гору.

— Да, с появлением Каси все начало налаживаться, — улыбнулся парнишка. Значит, эти двое знакомы. Ну и ну. А мне ни словом не обмолвился.

— И где же вы с братом достали такое сокровище? — снова принялся за расспросы главред, — кстати, как он? Давно его не видел.

— Эдвард вернулся в столицу, в связи с расследованием тех убийств. Ну, вы еще целый цикл статей делали в прошлом месяце.

— Да, я помню. Так что, преступник схвачен? — выражение лица эльфа неуловимо изменилось. Он явно был чем-то недоволен, но не хотел показывать этого.

— Да, вчера, благодаря Касе, — кивнул Реми, — но подробностей я не знаю, — поспешил добавить он. Шулье усмехнулся и снова посмотрел на меня.

— Ну так что, ты поведаешь мне, как вы познакомились с этой юной мисси?

Реми покосился на меня, а я отрицательно покачала головой. Шулье рассмеялся:

— Ну хорошо, скрытные вы мои, не буду допытываться. Давайте ваше объявление. Завтра опубликуем.

Я протянула ему заготовленный заранее листок с текстом. Он пробежал его взглядом, сделал какую-то пометку и приложил к пачке документов.

— Кларисса, — крикнул мужчина, в кабинет тотчас вошла секретарша, — передай курьеру.

— Спасибо вам большое, мистер Шулье! Вы нас очень выручили! — радостно воскликнула я, — сколько мы вам должны?

— Нисколько, — пожал плечами эльф, — я рад помочь сыну Сэмиуса, тем более, что мне это ничего не стоит. Но, — тут он сделал паузу и хитро посмотрел на меня, — в качестве благодарности вы, дорогая Кассиопея, могли бы составить мне компанию за ужином в "Серебряной розе", у меня там всегда заказан столик.

— Спасибо за приглашение, мистер Шулье, но...

— Можно просто Джастин или Джесс, отказ не приму.

— Но нам надо еще успеть в типографию, чтобы заказать листовки, — я растерянно смотрела на его нагловатую ухмылку.

— О, это очень легко устроить. Рабочий день закончен, и, думаю, Кларисса с удовольствием проводит Реми в рекламное агентство, оно тут неподалёку, на соседней улице. Там они закажут все необходимое, а мы с вами пока прогуляемся. Обещаю, никаких расспросов о том, откуда в нашем захолустье взялась такая симпатичная иномирянка со столь редким даром медиума! — окончательно добил он меня.

— Но, но как вы узнали? — от удивления я почти потеряла дар речи и начала заикаться.

— У меня богатый жизненный опыт, дорогая. — улыбнулся Джесс, довольный произведенным эффектом.

Я вопросительно взглянула на Реми. На лице парня было мечтательное выражение, и он то и дело поглядывал на дверь.

— Реми? — окликнула его.

— А? — он вынырнул из своих фантазий и непонимающе посмотрел на меня.

— Мистер Шулье сказал, что Кларисса может проводить тебя до рекламного агентства, чтобы сделать листовки, а меня он пригласил в ресторан...

— О, это здорово, — глаза Реми вспыхнули предвкушением, — ты же хотела сходить в "Серебряную розу", посмотреть, как там все устроено. Это отличный шанс! Соглашайся!

— Реми, это очень дорого! — я попыталась воззвать к голосу разума, хотя предложение действительно было заманчивое.

— О деньгах не волнуйтесь, мисси, я все оплачу, — тут же влез Джастин.

— Ты точно справишься? — я с сомнением посмотрела на мальчишку.

— Конечно, справится, — снова вмешался Джесс, — Реми — взрослый и серьёзный молодой человек, — он хитро подмигнул парню, — и чтоб вам было спокойнее, я попрошу Клариссу помочь ему в случае чего.

— Все нормально, Кася, ты можешь на меня положиться, — заверил меня Реми.

— Ну ладно, — я махнула рукой. В конце концов, даже если он накосячит, ничего страшного не произойдёт. Просто придётся перезаказать листовки. Да, это лишние траты, но в таком случае это научит его более серьёзно относится к делам.

— Хорошо, Джастин, я принимаю ваше приглашение, — кивнула я. Эльф заулыбался и вышел из-за стола, предложив мне руку:

— Тогда идемте, дорогая.

Мы вышли в контору. Джесс быстро раздал указания сотрудникам, запер кабинет и попрощавшись, повел меня к выходу. Перед самой дверью возникло знакомое марево, и прежде чем я успела что-либо сообразить, этот ушастый затащил меня в портал.

Глава 15

Через секунду мы уже стояли перед огромным мраморным крыльцом.

— Как это? — я удивлённо огляделась, а затем прислушалась к своим ощущениям. Голова не кружилась, сознание было ясное, и чувствовала я себя прекрасно, словно мы действительно просто прошли через дверь. Помниться, первое мое перемещение закончилось для меня обмороком.

— Это портальная магия, Кассиопея, очень удобно, — рассмеялся Джастин, — в вашем мире такого нет?

— Нет, мистер Шулье, в моем мире нет ничего подобного, — я снова огляделась. Всё-таки это очень странно.

— Ну что, идем? — он посмотрел в сторону крыльца. Я кивнула. И мы не спеша пошли наверх. Лестница была высокая и неудобная. Вспомнив про Хельми, который старался подстроить пространство под меня, я улыбнулась.

— Удивительно непродуманная лестница, — пожаловалась, одной рукой цепляясь за Джастина, а другой придерживая подол, чтобы не наступить на него, — неужели ступени нельзя было сделать пониже?

— Это вы еще внутри не были, — усмехнулся эльф, помогая мне карабкаться наверх, — Реми, наверное, говорил, что все подобные заведения в нашем регионе магические?

— Да, он упоминал об этом. Из-за этого он не может оставить таверну и пойти учиться, чтобы не потерять своего помощника.

— Насколько мне известно нынешний хозяин, точнее хозяйка "Серебряной розы" со своим помощником тоже не в ладах. Только это большой секрет, — он прижал палец к губам и открыл мне дверь.

Мы вошли внутрь. Огромный сумрачный зал, едва освещенный тусклым светом магламп. Множество одинаковых столиков, украшенных подсвечниками. Изысканная мебель, дорогая отделка, где-то тихо играет музыка.

— Я бы не сказала, что тут что-то не так. Темновато, но с другой стороны...

— Не спешите с выводами, дорогая, — он провел меня в зал к одному из столиков. Хостес или официантов не было видно, значит, тут тоже все держится на магии. Гостей было не много. Несколько пар сидели в другом конце зала. Джесс галантно отодвинул мне стул, крепко держа его за спинку, словно тот мог сбежать. Я аккуратно присела, чтобы не помять платье. Стоило мне попытаться придвинуться к столу, как мебель вздрогнула подо мной.

— Тпрру, — Джесс удержал строптивый стул за спинку, словно это был ретивый конь, — не пугай нашу гостью.

— Что происходит?

— Все в порядке, дорогая Кася. Можно вас так называть? — Джастин уселся напротив, — дух шалит немного, видать снова не в настроении.

— Как же так? — удивилась я, — и посетителей не смущает подобное?

— Смущает, — пожал плечами Джесс, — но дело в том, что в городе нет другого заведения для высшего класса, поэтому все и вынуждены ходить сюда. Но если кофейня Реми будет иметь успех, хозяйку "Серебряной розы" ждут тяжёлые времена.

— Сомневаюсь, что жители этого района согласятся ехать через весь город, чтобы посетить кофейню. А меню тут есть? — мне хотелось посмотреть ассортимент блюд, чтобы сравнить с нашим.

Тут же передо мной на стол упала папка с меню, а я аж подпрыгнула от неожиданности.

— Не очень-то ты вежливо обходишься с гостями, дружок, — укоризненно пробормотала себе под нос, обращаясь к невидимому духу. В ответ услышала то ли стон, то ли тихий всхлип, и едва слышный звон цепи. Я нахмурилась. Похоже, дух-то не свободен, вот и бунтует. Но расспрашивать об этом не решилась.

— Что вам заказать? — поинтересовался мой спутник, — кстати, в отличии от заведения Реми, здесь за все отвечает именно дух-хранитель, включая готовку.

— Мороженое и чашку кофе с молоком. Я не голодна, — ответила ему с милой улыбкой. В конце концов именно эти позиции в наших меню одинаковые. И мне было интересно попробовать.

Передо мной тут же возникла чашка кофе и хрустальная вазочка с мороженным. Оформление десерта было крайне жутким. Молочные разводы на кофе сами собой сложились в изображение черепа, а мороженное, густо политое шоколадным сиропом и с горкой шоколадной крошкой, было очень похоже на свеженасыпанный холм земли. Воткнутая рядом печенка напоминала могильную плиту.

— У местного духа странное чувство юмора, — я подозрительно смотрела на угощение, — это вообще есть можно?

— Мне кажется, он пытается что-то сказать, — медленно проговорил Джесс, внимательно рассматривая пугающую композицию, — но к сожалению, духи не умеют говорить, как мы с вами.

В этот момент мне снова послышался тихий стон. Здесь явно творится что-то неладное. Это, конечно, не мое дело, но я же чувствую, что кому-то нужна помощь.

— Джастин, какая приятная встреча, — женский голос раздался за спиной эльфа. Лицо мужчины скривилось, словно он съел какую-то гадость, но он тут же взял себя в руки и натянул на лицо дежурную улыбку:

— Мелисса, дорогая, сколько лет, сколько зим! — Джастин обернулся. Позади него стояла женщина лет сорока пяти, холеная, в дорогом платье. Слегка тронутые сединой волосы были уложены в причёску, на шее сверкало бриллиантовое колье, а пальцы были унизаны кольцами.

— Давненько мы не виделись, — как-то хищно улыбнулся она, — ты совсем перестал нас навещать.

— Дела, знаешь ли. Все недосуг.

— А кто это прелестное дитя? — она перевела взгляд на меня.

— Моя знакомая. Она только что приехала в город, и я решил устроить ей экскурсию. Знакомьтесь, мистрис Мелисса Фарно, супруга хозяина этого замечательного заведения, — на этих словах зал огласил жалобный вой. Гости испуганно переглядывались, а женщина недовольно нахмурилась, и между ее безупречных бровей залегли глубокие складки.

— Замолчи немедленно, Шерман! — злобно прошипела она, но потом, словно опомнившись, сделала грустное лицо:

— Прошу меня извинить, мой муж, Клаус, он очень болен. Вот Шерман и нервничает. Похоже, у него опять приступ. Я должна идти. Приятно было познакомиться, — она развернулась и быстрым шагом покинула зал.

— Ну, что скажете? — Джесс пристально посмотрел на меня.

— Скажу, что здесь что-то не так, — я вернула ему взгляд, — она ведь человек, а значит не может владеть духом.

— Совершенно верно, Кася. Мелисса и не владеет Шерманом. Его хозяин — Клаус, но самого Клауса уже год никто не видел. Мелисса говорит, что он болен, вы сами слышали. Он не выходит из дома, не появляется на мероприятиях, не принимает друзей. Всем от его имени распоряжается жена.

— Клаус, он ведь такой же, как вы и Реми? — осторожно спросила, нервно оглянувшись. Почему-то сказать вслух про их расу было страшно.

— Вы правы, Кася, и если вы не против, то нам стоит продолжить этот разговор в другом месте.

— Я только за, предлагаю отправиться в кофейню. Надеюсь, Реми уже вернулся, — я поднялась. И снова тихий то ли вздох, то ли всхлип на грани слуха, от которого у меня уже мороз по коже.

— Ужасное место, — я покачала головой, стоило нам оказаться на улице, — такая давящая атмосфера!

— Да уж, раньше при Клаусе здесь было совсем по-другому, но с тех пор как он заболел, все изменилось — грустно кивнул Джастин, — перейдем порталом или пройдёмся?

— Это ведь городской парк? — я указала на поднимающиеся за кованой решёткой деревья.

— Совершенно верно.

— Если дойти до пруда, а потом пройти по центральной тропинке, то мы окажемся недалеко от кофейни.

— А вы неплохо ориентируетесь, — удивился он.

— Просто я была там, буквально вчера. С Эдвардом. Он схватил того негодяя...

— Вы видели задержание Лавардера? — воскликнул Джесс.

— Понятия не имею, как его звали, — я быстро посмотрела на него, — рассказывать ничего не буду. Насколько я поняла, дело еще не закрыто, а следовательно, вся информация — это тайна следствия.

— Да, да, я знаю, я говорил с капитаном Хариссом. Он просил пока не сообщать об этом. Сначала надо дождаться суда и приговора. Но потом, когда преступник будет осужден, могу я рассчитывать на ваше интервью, как непосредственного свидетеля?

— Можете, Джастин, но сейчас меня все же интересует история хозяина "Розы". И мне совершенно не понятно, как его жена может командовать духом. Или она тоже медиум?

— Нет, Мелисса — обычный человек и не владеет магией, зато неплохо разбирается в коммерции и весьма успешно ведет дела, даже несмотря на сопротивление Шермана и затянувшуюся болезнь Клауса.

— Я думала, что жители вашего мира не подвержены болезням. Ведь у вас есть магия. Даже Эдвард, не будучи целителем, смог вылечить меня от сотрясения, — ой, похоже я сболтнула лишнего. Сейчас он снова начнет задавать вопросы. Но Джесс выполнил обещание и не стал выяснять подробности.

— Не совсем так, — он покачал головой, — обычные болезни легко лечатся, но у Клауса все симптомы проклятия, так говорит Мелисса, — пояснил мне мужчина, — и чтобы его снять, нужен сильный экзорцист с даром не ниже первой ступени высокого уровня, а такие редко встречаются. Мелисса говорит, что пока ей не удалось разыскать такого специалиста.

Мы шли по тропинке. Я снова одна, в парке, в компании совершенно незнакомого мужчины. Но при этом сейчас абсолютно не испытывала никаких опасений. Шулье внушал мне какое-то странное доверие. Ну воздействовать он на меня не может, на мне защитное кольцо. Значит, это его личное обаяние.

— А вы — чистокровный эльф, Джастин? — я решила прервать затянувшуюся паузу.

— Да, как и моя сестра, Кларисса, — улыбнулся он.

— Но вы совсем не похожи, я бы никогда не подумала, что она — ваша сестра.

— У нас разные матери. Мои родители разошлись, когда мне было восемнадцать, и отец спустя лет двадцать женился второй раз. Клариссе восемнадцать.

— Значит вам за пятьдесят? Я бы не дала больше сорока.

— Особенности расы, — рассмеялся Джастин, увлекая меня к пруду, — Мы с Семиусом, отцом Реми были ровесниками, а Клаус лет на пять постарше, он — ровесник Осборна, это отец Эдварда. Я не видел его с тех пор, как они с Жози решили пожениться, и переехали жить в этот городок. Помню, как мы радовались, что война, наконец, закончилась. А потом когда Эду было четыре, они уехали в столицу. Это было около тридцати лет назад. Я как раз перебрался сюда, где-то через полгода. А спустя год, после странной гибели Осборна и Жозефины, Семиус забрал его к себе. Он как раз открыл таверну. Потом лет через пять женился, а еще через пять лет родился Реми. Эти мальчики выросли у меня на глазах. Затем Эд вернулся в столицу. А год назад начались несчастья. Сначала заболел Клаус, а спустя пару месяцев нелепо погиб Семиус. И у Эдварда тоже начались проблемы. Рад, что хотя бы у братьев Дебур темная полоса в жизни закончилась, — он замолчал. Я так и не поняла, к чему он клонит. То ли рассчитывал на ответную откровенность, то ли просто хотел поделиться.

Мы уже шли по берегу пруда. Солнце клонилось к закату. У воды было прохладно, а я поежилась, поскольку не рассчитывала на подобное и не взяла с собой шаль.

— Вижу, вы замёрзли, — Джесс подхватил меня под руку и порталом перенес к кофейне, — ночи еще холодные, — добавил он, когда мы оказались у дверей, — прошу.

Внутри нашего заведения горел свет. Кларисса сидела за столиком и, улыбаясь, наблюдала, как Реми делает ей мороженое. Услышав дверной колокольчик, эти двое повернулись в нашу сторону.

— Как прогулялись? — Кларисса с загадочной улыбкой посматривала на брата.

— Отлично, Клэр. Все просто отлично, — Джесс уселся за столик, который тут же покрылся скатертью.

— Похоже, Хельми предлагает перекусить, — заметила я.

— Вы ужинайте, мы уже поели, — Реми протянул Клэр мороженое, а на нашем столе начали появляться блюда.

— Смотрю, эти двое нашли общий язык, — усмехнулся Джесс, накладывая себе салат, — Клариссе не хватает общения с ребятами своего возраста и круга. Она приехала ко мне погостить, и я очень беспокоюсь за в нее.

— Не волнуйтесь, Реми — порядочный парень, — заметила я, словно речь шла о моем младшем брате. А я ведь действительно как-то сразу начала воспринимать его как братишку, которого у меня никогда не было, а так хотелось. Чего не скажешь об Эде. Этот мужчина смущал меня, а при виде него сердце как-то странно замирало. Интересно, как там у него дела? Надеюсь, все в порядке. Я как-то непроизвольно вздохнула.

— О чем задумалась, Кася? — Джесс внимательно смотрел на меня.

— Так, ни о чем, — отмахнулась я, — попробуйте мясо, Реми его очень вкусно готовит. Спасибо, Хельми, — рядом со мной появился стакан морса.

— Узнаю духа таверны, — улыбнулся Джесс, — Хельми всегда был заботливым.

Пока мы ужинали, Реми и Клэр, под предлогом выпить кофе скрылись в кухне, и мы остались вдвоём. Меня раздирало любопытство, но я не решалась задавать вопросы. С Джастина станется. Сейчас уболтает меня и вытянет всю информацию. Хотя чего еще он обо мне не знает? Что у меня уровень дара высокий? Толку-то от этого? Я им все равно пользоваться не умею. Что я из немагического мира? Думаю, он и так догадался, раз уж ему хватило пяти минут, чтобы понять про меня остальное.

— Спрашивай, Кася, — улыбнулся Джесс, — я же вижу, у тебя много вопросов.

— Вы очень проницательны, мистер Шулье! — воскликнула я.

— Профессия обязывает, — рассмеялся он.

— Ну хорошо, вы можете рассказать про духов-хранителей? Просто Реми и сам не очень в курсе. Объясните, как это работает?

— Что именно, Кася? — в карих глазах Джесса вспыхнули искры веселья. Вероятно, я сейчас спрашиваю настолько очевидные вещи, что его это забавляет.

— Ну хотя бы откуда он берет продукты?

— Он их покупает, — совершенно серьёзно ответил Джастин, — обменивает на деньги или услуги. В торговой гильдии есть ряд поставщиков, работающих именно с духами-хранителями. Раньше духам приходилось самим добывать все необходимое, пока давным-давно кто-то не догадался предложить им весьма выгодное сотрудничество. Дух выбирает себе поставщика, и тот обеспечивает его всем необходимым. А он за это расплачивается. А это все — Джесс обвел взглядом помещение, — он поддерживает своей магией, в которую преобразует силы хозяина, на которого привязан. Поэтому я и удивлен произошедшим переменам. Реми — не маг, даже в эльфийском понимании. Его источник очень слаб. И Хельми не смог бы все это творить.

— Возможно его поддерживает Эдвард? — неуверенно уточнила я, — нас всех тогда какой-то пыльцой обсыпало.

— Это признак того, что Хельми вас признал, всех троих. Каждый из вас может отдавать ему приказы. Но завязан-то он все равно на Реми. И питается его магией.

— Он любит молоко и сливки, как кот. Хотя он и есть кот. Белый с зелёными глазами, только светится.

— Ты видела Хельми! — неподдельное изумление в глазах Джастина смутило меня.

— Да, в первый же день. Он был такой маленький. Мы его покормили, а потом начались чудеса. И все изменилось.

— Вот в чем дело, — задумчиво произнёс Джесс, — Хельми воспринял вас как семью. Он все же больше семейный дух, ему мало одного хозяина, а поскольку вас было трое, и ты провела ритуал кормления...

— Что? Семью? — рассмеялась я, — у меня трудовой договор, на полгода, я...

— Тшшш, — Джесс быстро приложил палец к губам, — не здесь. Пойдём пройдёмся, и я кое-что тебе объясню, — он вынул из кармана несколько монет и положил их на стол, — спасибо Хельми, твоя доля, — деньги тут же исчезли.

— Я только шаль возьму, — я поднялась, и в тот же момент мои плечи укутал тонкий плащ.

— Хельми настаивает, чтобы ты оделась потеплее, — усмехнулся Джесс.

— Спасибо, мой хороший, — я кивнула в пространство. Ответом мне стало приглушенное мурлыканье.

Глава 16

Мы вышли из кофейни и сейчас медленно шли по ночному городу.

— Так почему нельзя говорить об этом при Хельми, — я решила выяснить все до конца.

— Хельми воспринял тебя как хозяйку дома, понимаешь?

— Нет, — честно ответила я, — с чего вдруг?

— Какой ритуал ты провела? — Джесс пристально посмотрел на меня.

— Да какой ритуал?! Я просто ему молочка налила и заговор прочитала, как меня бабушка научила.

— В нашем мире это древнейший ритуал привязки духа на семью: хозяйка в присутствии домочадцев приглашает духа разделить трапезу, угощая его молоком. Все духи его любят. Единственный продукт, который способен поддерживать их магию, даже если среди хозяев нет мага. Так что с точки зрения Хельми, ты — хозяйка дома.

— Но я... Я же ... Да с чего он это взял? — мне стало не по себе. И что теперь? Я, что, теперь тоже привязана к этой таверне? Как Реми?

— Джесс, но мой договор, он всего на полгода. Потом я должна буду вернуться. И что будет с кофейней?

— Ничего, все будет хорошо, Кася. Он просто будет тебя ждать. Ждать, пока ты вернёшься. Теперь вы связаны. Он так решил. Возможно, будет скучать и грустить. А может начнет вредничать, как Шерман, но будет ждать твоего возвращения.

— Это неправильно. Я не знала. И как разрушить эту привязку?

— Она снимется сама, когда Реми женится. Пока Хельми воспринимает тебя как старшую женщину. У духов свое понимание иерархии и взаимоотношений. Когда Реми выберет себе жену, ты сможешь передать ей дом и все, что с ним связано.

— Да когда это будет! Я состарится успею, пока этот охломон повзрослеет насколько, чтобы жениться. Ему учиться надо, а не про женитьбу думать... — ой, что-то меня занесло. Джастин расхохотался.

— Вот поэтому Хельми и воспринял тебя так! Ты даже рассуждаешь, словно ты — мать Реми.

— Но ведь ему и вправду нужно образование. И Эд говорил...

— В таком случае тебе придётся задержаться, — со смехом заметил Джесс, — пока Реми не повзрослеет и не встанет на ноги.

— Нет, это невозможно, — я замотала головой, — я вообще хотела съехать от них, ну, чтобы не смущать никого, а то неприлично как-то.

— А вот этого делать не нужно, — предостерег меня эльф, — иначе Хельми решит, что вы поссорились и будет злиться на Реми, а это негативно скажется на заведении.

— И что мне делать?

— Ничего. Закончится контракт, отправишься домой, раз уж ты не хочешь здесь оставаться.

— А как же Хельми? А кофейня? Какой тогда в этом смысл?

— Тебе есть дело до чувств духа? — осторожно спросил Джесс.

— Конечно! Он же искренен. Он старается для меня, а я его, получается, брошу. Я так не могу! Я не смогу жить спокойно, зная, что он там грустит.

— Не расстраивайся. Ты можешь остаться здесь, на какое-то время или навсегда.

— И что я тут буду делать? — невесело усмехнулась я.

— Ну это тебе решать, — развел руками Джесс, — делать ты можешь все, что угодно. Можешь закончить академию, наличие дара позволяет. Станешь настоящим экзорцистом, устроишься на работу. В нашем мире — очень востребованная профессия. Духов у нас много, и не все умеют с ними обращаться.

— Звучит заманчиво, — улыбнулась я ему, — обо всем этом надо поразмыслить.

— Вот именно, — с каким-то воодушевлением произнес Джесс, — и времени у тебя предостаточно. Сколько ты здесь?

— Второй день.

Он рассмеялся и приобнял меня:

— Вот и не волнуйся. У тебя еще куча времени. Пойдём назад, а то уже поздно.

Вернувшись в кофейню, мы обнаружили Реми и Клэр, беседующими в зале.

— Вы нагулялись? — насмешливо спросила у мужчины сестра, — я думала, мне одной придётся домой идти.

— Не говори глупости, я бы тебя проводил, — насупился Реми.

— Перестаньте оба, — вмешалась я, — спасибо за помощь, Джесс, и за разъяснения. Приходите на открытие.

— Непременно, — улыбнулся Джастин, — это будет прекрасный материал для статьи. Идем, Клэр, нам пора. Доброй ночи.

Они вышли. Я заперла дверь и насмешливо посмотрела на мальчишку:

— Ну что, Ромео, что там с листовками?

— Мы все заказали и завтра можем осуществить твою идею, — радостно отрапортовал Реми, — Клэр сказала, что у нее выходной, и она может помочь. Так что мы сами все сделаем, а ты можешь отдохнуть, — Реми взглянул на меня.

Его умоляющий взгляд явно намекал, чтобы я не мешала ему очаровывать девушку.

— Хорошо, — кивнула ему, — я найду чем себя развлечь. А теперь пойдем спать. День был длинным.

— Доброй ночи, Кася.

— Сладких снов, Реми, — я потрепала его по рыжим кудрям и направилась наверх.

Добравшись до комнаты, я провела привычный вечерний ритуал: душ, лёгкая растяжка и самомассаж, переоделась в ночнушку и в обнимку с книгой забралась под одеяло. Пора заняться своим образованием.

Начать я решила с "Гражданского кодекса". Это, конечно, не так интересно, как учебник по магии, но в моем случае более полезно. Я уже два дня в мире и лишь по счастливой случайности ничего пока не нарушила. Поэтому перво-наперво я решила просмотреть местные законы. Все же моя иномирность не дает мне права нарушать их, даже по незнанию.

Согласно вступительной статье, кодексов в империи было два: "Гражданский кодекс" и "Военно-магический".

"Гражданский" регламентировал жизнь обычных людей, не являющихся магами. Магом ты мог считаться только после получения соответствующего образования. В кодексе были следующие разделы:

Раздел I: имущественное право. Здесь объяснялось, что такое имущество, как приобретать и продавать имущество, кто имеет, а кто не имеет право на наследство, давались образцы различных договоров и завещаний.

Раздел II: трудовое законодательство. Здесь разъяснялись правила найма на работу, где особо предписывалось обращать внимание на возраст и квалификацию работника, права и обязанности нанимателя и нанимаемого, правила оплаты труда, как поступать в случае получения травм и увечий и компенсации за подобное по вине работодателя. Выходные, отпуска и больничные законом регламентированы не были и оставлялись на усмотрение работодателя, и конечно, не оплачивались.

Специальные виды деятельности, такие как торговля, производство, строительство, лекарское дело, образование, кодексом никак не регулировались. Там лишь были отсылки на налоговое законодательство, а также правила гильдий: торговой, промышленной, строительной, лекарской, и свод правил для школ и академий.

Следующий раздел, третий, как ни странно, касался похоронного дела. Там подробно описывались правила захоронений как простых людей, так и магов и прочих нелюдей. А также штрафы и наказания за несоблюдение и нарушение данных правил. Это объяснялось тем, что неправильно или самовольно совершенное, в том смысле, что без участия специалиста, погребение могло привести к превращению тела в нежить и его подъёму. Понятно, что бегающие по поселениям и наводящие ужас на людей зомби никому не нужны. Поэтому наказание было суровым, вплоть до рудников.

Четвертый раздел, представляющий собой подобие нашего уголовного кодекса, касался различных преступлений как уголовных, так и административных, особого деления не было, и наказаний за них. Здесь же был подраздел, касающийся судопроизводства, правил оказания юридических услуг и защиты в суде.

Но наибольший интерес для меня представлял пятый раздел посвященный иномирянам и прочим нелюдям. Вот так! Согласно местному законодательству, иномиряне, даже не обладающие магией, приравнивались к магическим существам, таким как эльфы, гномы, феи, тролли, драконы и наги. У них тут и такое есть! Правда, последние две расы обитали на южном материке. Но в кодексе упоминались.

Так вот, на территории империи, все эти нелюди, включая иномирян, существенно ограничивались в правах, в случае если не состояли в родственных отношениях с людьми. То есть братья Дебур, хоть и были в родстве с эльфами, все же считались людьми, а вот тот же Джастин, будучи чистокровным эльфом, являлся нелюдем. И будет им до тех пор, пока не женится на человеке.

Нелюдям запрещалось вести собственный бизнес или организовывать производство. Платили им значительно меньше, чем тем же людям. В случае травмы или увечья они не могли рассчитывать на компенсацию, так же они не имели право владеть недвижимостью и землей на территории империи. Наказания за совершенные преступления для них были строже.

Так для человека убийство по неосторожности каралось пусть и внушительным, но штрафом и организацией похорон. А вот для нелюдя это закончилось бы стопроцентной ссылкой в рудники с лишением всего имущества в пользу пострадавших.

Короче, сплошное средневековье, ксенофобия и дикая нетерпимость. Теперь понятно, почему Реми так занервничал, когда я увидела, что он — полуэльф. Хотя с точки зрения их же законов, нервничать тут нужно мне. Он-то в силу местного происхождения и родства с человеческим видом, считается человеком и полноправным гражданином империи, как и его брат. А я еще на Жака обижалась, что он мне документы не отдал. Он и не должен был. Я тут вообще никто, ни прав не имею, ни голоса. Одни обязанности! Вот интересно, как Джастин газету держит, если он — эльф? Или я чего-то не понимаю?

При дальнейшем изучении стало понятно, как такое возможно. Оказывается, заниматься журналистикой и содержать газеты считается делом недостойным и неблагородным. Но поскольку кто-то этим заниматься должен, прессу, как и театр и прочие виды искусства отдали на откуп эльфам. Именно эльфы (другим нелюдям нельзя) могли на собственные средства держать газету или рекламное агентство, и заниматься искусством, таким как живопись, театр, танцы и прочие.

Да уж, такое себе!

Иномиряне тут вообще низшая каста. Нам запрещено почти все. Я даже имущества своего иметь не могу. Меня должен полностью содержать и обеспечивать мой работодатель. И находиться мне тут можно исключительно по рабочей визе, под постоянным надзором. То есть дальше пределов этого городка мне путь закрыт. Одна я выехать не могу. Только в сопровождении Реми или Эда. И как, спрашивается, они определят, что я — иномирянка? У меня же на лбу не написано!

Оказывается, написано. Правда, не на лбу, а в магполе. У местных есть какой-то особый знак, который считывается любым, кто владеет даром. А если дара нет, так у любого полицейского есть артефакт, который точно укажет, что я — не из этого мира. Вот так меня Джесс и определил! Тоже мне, опыт у него! Как же! Но эльфы все же дружелюбнее, чем остальные. Его журналисты со мной даже здороваться не стали, хоть и занимаются недостойным, с точки зрения местных, делом, и все равно туда же.

Хорошо, что Реми сам взялся листовки разнести. Со мной бы даже разговаривать не стали! Миром не вышла!

Я вздохнула, и перевернула страницу.

"Правила принятия гражданства империи для иномирян"

Интересно, а это им зачем, раз они тут все такие чванливые!

В этом подразделе сообщалось, что если иномирец хочет стать человеком (так и написано!), то есть следующие способы:

Способ первый: жениться или выйти замуж за человека, ну в их понимании. Тогда ты автоматически становишься уважаемым человеком. Замечательно! При таком отношении, способ из категории фантастики!

Способ второй: При наличии сильного дара, не меньше второй ступени среднего уровня из числа даров, распространённых в империи, можно поступить в академию, причём бесплатно, закончить ее, получить диплом, и в таком случае тебя признают магом, и ты переходишь уже в разряд нужных и полезных членов общества, которым почет и уважение, поскольку все маги работают исключительно на государство. То есть ты, конечно, человек, и относятся к тебе соответственно, вот только свободы выбора у тебя нет. Куда страна пошлет, туда и пойдёшь.

То есть мне, чтобы получить местное гражданство и права, необходимо закончить маг-академию по направлению "медиум" и поступить на госслужбу, например штатным экзорцистом при полицейском управлении. Можно прям по месту проживания. Экзорцистов мало, на всех не хватает. Но тут мне можно выбрать, где я хочу работать. Ну хоть так!

В случае войны все маги являются военно-обязанными, вне зависимости от уровня дара, и призываются в армию. Ну это понятно. Короче, перспективы есть, но не для всех. Вариант с замужеством я даже не рассматриваю! За кого мне тут замуж идти? За Реми? Так он по местным меркам еще дитё. Нет, бизнес вести он может и права у него все есть. Но жениться здесь можно только с двадцати одного года. Наверное, поэтому нельзя приглашать иномирян младшего возраста! Я рассмеялась.

В конце книги в заключительной статье сообщалось, что "Военно-магический кодекс" регулирует жизнь общества во время военных действий на территории империи, а так же там отдельно указан перечень преступлений и наказаний для магов, ну тех, которые признанные, с дипломом, а не просто людей, обладающих даром. Вывод — одаренных много, магов мало и быть магом не выгодно. Печалька! Ну ладно, спать пора!

Я отложила книгу. Часы на каминной полке показывали пол второго ночи. Ничего себе я зачиталась! Но теперь я хотя бы понимаю, что здесь мне лучше не высовываться, а сидеть тише воды, ниже травы. И как только Реми встанет на ноги, валить из этого мира первым же порталом! Надо только разобраться, как мне снять привязку с Хельми. Не хочу, чтобы он страдал и волновался! Но и заканчивать академию ради него не буду! Это ж три года безвылазно сидеть там! Нет уж, спасибо! Что-то я сомневаюсь, что местное магическое сообщество будет радо такому пополнению. Да еще и дар у меня — самое то! Вот прям комбо собрала! Мало того, что иномирянка, к тому же и из закрытого мира, что в принципе позволяет выкинуть меня отсюда без суда и следствия, так еще и дар считается опасным! Особенно при моем уровне!

Погасив свет, я устроилась поудобнее и закрыла глаза.

Глава 17

Меня разбудил настойчивый стук в дверь. Ну что там могло случиться! Я вскочила, накинула халат и распахнула дверь. На пороге стоял Реми. При полном параде.

— Доброе утро, прости, что разбудил, — смущённо начал он, глядя на мой заспанный вид, — просто мы с Клэр договорились встретиться...

— Хорошо, Реми, — я зевнула, не дослушав его, — ты можешь идти к Клэр, главное про листовки не забудьте.

— Я только хотел предупредить, чтобы ты одна не выходила из дома, — было видно, что ему неловко говорить мне об этом.

— Успокойся, я уже все знаю про ваши правила. Иногда полезно читать скучные книги, — я подмигнула ему, — иди. И не волнуйся за меня.

Реми облегченно выдохнул и улыбнулся:

— Я там все приготовил. Когда проголодаешься, скажи Хельми, он покормит тебя. Не скучай.

Он развернулся и пошел вниз. Я вернулась в кровать, намереваясь еще подремать, но сон уже пропал. Пролежав бестолку минут двадцать, встала, привела себя в порядок и пошла вниз. Сварив себе кофе, я сидела в кухне, размышляя, чем бы мне заняться. В город мне нельзя, здесь особо делать нечего. Оставалось лишь вернуться в свою комнату и заняться изучением своих возможностей в плане магии, например почитать учебник по теории.

Внезапно кто-то тяжёленький запрыгнул мне на колени, от чего я вздрогнула.

— Хельми, ты хоть проявись, чтобы я тебя видела, — я нащупала нашего помощника и погладила его по мягкой шерстке. Дальше было как в произведении Льюиса Керрола. Сначала возникли глаза, затем голова, а потом появилось и остальное тело. Огромный белый кот лежал у меня на коленях, громко мурлыкая, а я гладила его, перебирая пальцами шелковистую шерсть. В зале звякнул колокольчик. Вряд ли это Реми уже вернулся. Значит, у нас гости. Интересно, кого это принесло в такую рань? Я подхватила Хельми на руки и направилась за стойку.

— Доброе утро, — поздоровалась с молодой особой, стоявшей посреди зала, чье лицо мне было смутно знакомо.

— Я могу поговорить с хозяином заведения? — девушка хмурилась и нервно теребила перчатки.

— Мистер Ремиус Дебур ушёл по делам, и не сообщил, когда вернется, но я могу ему передать...

— Мне нужен Эдвард, — нетерпеливо перебила она меня.

— Вы — мисси Флориса Бенуа, — я наконец-то вспомнила, где я ее видела. Это та самая девушка, которую мы с Эдом отбили в парке у того преступника. Сейчас она была совсем не похожа на ту зареванную перепуганную девчонку. Флориса была одета в роскошное по сравнению с моим платье, а образ дополняли прическа и макияж, делающие ее весьма привлекательной.

— Именно, милочка, позови мне Эда, — в ее повелительном тоне звучало нетерпение. Хельми, сидевший у меня на руках, напрягся и тихо зарычал.

— К сожалению, это невозможно. Мистер Эдвард вчера отбыл в столицу, чтобы закончить расследование дела и передать преступника в руки правосудия, — я гладила Хельми, пытаясь его успокоить. Нам не нужны проблемы из-за взбалмошной девчонки, которая, к слову, сейчас раздражала меня не меньше, чем домового.

— Как жаль, — нахмурилась Флориса, — я так и не успела поблагодарить его за спасение. Он не оставил свой адрес?

Конечно! Вот прям специально для тебя оставил! Прям вот так и сказал: "Придёт Флориса, передай ей!" Я медленно закипала, внутри поднимался гнев, но мне нельзя было показать ей этого.

— Нет, мисси, не оставил. Вы можете послать ему письмо на адрес главного полицейского управления с пометкой "для майора Эдварда Дебура"

— Но это ведомственный адрес, я же не могу посылать туда личные письма! Их проверяют прежде, чем отдать адресату! — с негодованием воскликнула она.

А вот за эту информацию спасибо! Буду знать! Влад, хитрец, ничего мне не сказал! Вот же ж сволочь!

— К сожалению, других контактов у меня нет. Мистер Дебур не сообщил мне свой адрес в столице, — я пожала плечами, — не думаю, что официальную благодарность расценят как что-то компрометирующее вас, мисси, — хотелось как-то ее поддеть.

— Да... Нет... Ты права, это просто благодарность, — она внезапно смешалась и покраснела, — так когда он вернётся в наш город?

— Контракт господина Эдвард заканчивается через год. Возможно, он вернётся раньше, если у него возникнут тут дела. Точнее сказать не могу, мисси Бенуа, — я отпустила Хельми и развела руками.

— Понятно, — Флориса обвела зал взглядом, — вы работаете?

— Еще нет, мисси, открытие завтра. Пока мы готовим кофейню к приему посетителей. Мне что-то передать мистеру Ремиусу? — я попыталась дать ей понять, что она не вовремя и ей пора идти.

— Нет, ничего, — фыркнула Флориса, — не думаю, что вы будете иметь такой же успех, как "Серебряная роза".

— О, мы и не претендуем на подобное, — усмехнулась я, — наше заведение рассчитано на людей попроще, менее притязательных и искушенных в еде, чем клиенты "Розы". В нашем меню нет экзотики. Только простые и вкусные блюда.

Что ж ты никак не уйдёшь-то! Я и так уже поняла, что тебе тут не нравится! Точнее, тебе жутко любопытно, но ты не хочешь этого показать и набиваешь себе цену всей этой напыщенностью и спесью.

Я мысленно усмехнулась. Все эмоции Флорисы были для меня как на ладони. Досада, что не удалось застать Эда, недоверие моим словам, словно я прячу его от нее и не хочу делиться, желание унизить меня и показать свое превосходство, и вместе с тем непреодолимый интерес. Вот гарантию даю, явится завтра и попытается напакостить! Вот только этого не хватало!

— Ну что ж, раз ты ничего не можешь мне предложить... — она презрительно наморщила лоб.

— Я не сказала, что нам нечего предложить, если вы желаете, есть омлет с травами, а также чай или кофе со свежей сдобой.

— А давай, — внезапно согласилась она и направилась к одному из столов.

— Хельми, накрой на стол, — тихо велела я духу, в ответ послышалось недовольное ворчание.

— Мне тоже не нравится, как она себя ведет, — прошептала я, — но мы не можем допустить, чтобы она говорила про нас гадости.

Тяжкий вздох и удивленный возглас Флорисы. Я взяла блокнот для заказов и подошла к ней.

— Омлет с травами, свежая сдоба, — я повторила ее заказ, — какой напиток предпочитаете, чай или кофе? Есть еще морс.

— Я думала, в кофейне подают только кофе, — ехидно заметила она.

— Нет, мисси, это частое заблуждение, — подчёркнуто вежливо ответила я, — кофейня специализируется на различных видах этого напитка, но подаем мы не только его. Так какой вид кофе вы предпочитаете?

— Никакой, я буду чай, — фыркнула она.

Я пожала плечами. Мне же проще. Чай уже заварен, и мне лишний раз не дергаться. Я стояла у ее стола, наблюдая, как появляются блюда. В этот момент снова звякнул колокольчик. Я обернулась. В кофейню вошёл Джастин.

— Доброе утро, мистер Шулье, чем могу помочь?

— Здравствуйте, Кася, не знал, что вы работаете, — улыбнулся эльф.

— Не работаем, мистер Шулье, но мисси была голодна. Не прогонять же девочку, — ответила я ему, краем глаза глядя на побагровевшую, но промолчавшую Флорису.

— Можно в таком случае и мне чашечку черного кофе?

Он подошел к мисси Бенуа и поприветствовал ее. Та с милым видом кивнула ему и даже предложила присесть за ее столик, на что Джесс ответил согласием.

Я направилась в кухню, так как кофе нужно было сварить, хотя мне было очень любопытно, о чем они будут разговаривать. К моему удивлению, находясь в кухне, я прекрасно слышала все, что происходит в зале.

— А почему вы здесь, мистер Шулье? — доносился до меня голосок Флорисы, — вы же всегда завтракаете в "Розе".

— Потому же почему и вы, — ответил ей Джесс, — в "Розе" сегодня творится черт знает что, так что позавтракать мне не удалось. Вот решил попытать счастья у Дебур.

— Я пришла не завтракать, — фыркнула Фло, — хотела навестить Эдварда и поблагодарить его за спасение, но он, оказывается, уехал, представляете? И даже не сообщил!

Наивная! А должен был? Или у них тут спас, значит женись? Так что ли? Тогда я первая в очереди! Меня он первую спасал! И не один раз! Даже колечко подарил!

Я про себя рассмеялась возмущению девочки, налила готовый кофе и пошла в зал.

— Ваш кофе, господин Шулье, — поставила чашку перед Джессом и посмотрела на мисси, которая уже допивала чай.

— Что-нибудь еще?

— Нет, счет, — бросила она мне. Я протянула ей листок из блокнота. Все цены я специально завысила на четверть, так что теперь они были вполне сопоставимы с "Розой". Ничего. Она — дочка банкира. Думаю, не обеднеет. Фло выпучила глаза, но видимо, гордость не позволила ей оспаривать стоимость. Молча швырнув деньги на стол, она демонстративно попрощалась с Шулье и вышла в широко распахнувшуюся перед ней дверь. Я рассмеялась, а Джесс поддержал меня.

— Что на нее нашло? — спросил он, успокоившись, — обычно такая приветливая девушка.

— Понятия не имею, — пожала плечами, — Эда ей не подали на блюдечке, вот и бесится.

— Понятно, — усмехнулся мужчина, — девочка влюбилась и теперь ревнует.

— Что? Нет! Просто невоспитанная богатая хамка, — возмутилась я, а Джесс лишь улыбнулся и покачал головой.

— Вы что-то хотели, Джастин, или правда, зашли позавтракать? — поинтересовалась у него.

— Хотел показать тебе вот это, — он достал из кармана сюртука свежий номер "Осельмирского вестника". Я схватила газету и нетерпеливо развернула ее. В разделе объявлений крупным шрифтом на полстраницы располагалась реклама нашей кофейни, под которой была нарисована дымящаяся чашечка кофе и напечатан придуманный мной слоган.

— Спасибо, Джесс! Огромное! — благодарно посмотрела на него.

— Ерунда, — отмахнулся от меня эльф, — но надеюсь, ты не откажешься прогуляться со мной, дорогая?

— Я думаю, не стоит, — вздохнув, ответила ему, — я тут почитала кодекс...

— Значит, уже в курсе? А я как раз собирался просвятить тебя, — улыбнулся он, — не все так плохо, как может показаться на первый взгляд.

— И все же, даже Реми просил меня не ходить одной.

— Одной и вправду не стоит, а вот со мной можно. Меня тут все знают и уважают, несмотря на то, что я — эльф.

Действительно, а он ведь не скрывает своего происхождения. Интересно, почему?

— Потому что никто не хочет ссориться с редактором газеты, — рассмеялся он.

— Как вы все это делаете?

— Что делаем?

— Угадываете мои мысли.

— Это не сложно. Особенно с тобой. У тебя на лице все написано, — усмехнулся Джесс, — ну и небольшой анализ, конечно. Так что насчет прогулки?

— Я даже не знаю, а вдруг Реми вернётся, а меня нет. Он будет волноваться.

— Оставь записку, — предложил мне Джастин. А это мысль! В принципе по городу я ходить могу. Закон мне этого не запрещает. А в компании Джесса мне не грозит излишнее внимание.

— Хорошо, уговорили, — улыбнулась ему, — давайте прогуляемся.

Быстро написала записку прямо на чистом листе блокнота, оставив ее на стойке. Затем собрала деньги, оставленные Флорисой, и положила их в кассу за прилавком. Придет Реми и сам разберется, что с ними делать. Мужчина, как и в прошлый раз, оставил пару монеток Хельми, и мы покинули кофейню.

— Куда пойдём? — спросил меня эльф.

— Куда скажете, я здесь почти нигде не была.

— Хочешь покажу тебе море и пляж? — вдруг предложил он.

— Хочу, я никогда не видела моря!

Съездить на море была моя мечта, которую я так и не смогла пока осуществить в своем родном мире. Финансов едва хватало на жизнь, так что поездка даже на наш юг была чем-то несбыточным.

— В твоем мире нет морей? — удивился Джастин.

— Есть, — грустно улыбнулась, — и очень много. Просто чтобы добраться до туда нужно много времени, а когда ты постоянно работаешь, то это не представляется возможным. Да и дорого это. Мне не по карману.

— А у нас тут море рядом. Хоть каждый день ходи. Правда, пока купаться нельзя. Вода еще не прогрелась. Но можно просто посидеть на берегу. Предлагаю устроить пикник. Подожди минутку.

Джесс исчез в портале и через пару мгновений вернулся с корзинкой для пикника, из которой выглядывала бутылка игристого. Вот же жук! Ведь заранее все придумал!

Он протянул мне руку, и мы шагнули в портал.

Глава 18

Мы не спеша брели по морскому берегу. Я сняла туфли, подоткнула подол платья и сейчас шла по песку возле самой кромки воды. Иногда набегающая волна доползала до моих босых ног, едва касаясь их своим пенным языком. В такие моменты я с радостным визгом отпрыгивала в сторону, а Джесс лишь снисходительно улыбался, глядя на мое ребячество.

— Вот здесь хорошее место, — он указал на небольшую скалу, нависшую над песчаным берегом и дающую тень. Уже разогрелось, и солнце стало припекать, так что тенек был кстати. Эльф расстелил плед, и пока я доставала посуду и расставляла закуски, открыл игристое.

— За знакомство, — он протянул мне бокал.

— За знакомство, — кивнула и отпила глоток. Я вообще-то не люблю спиртное. И стараюсь не пить его. Но это вино было легким и освежающим.

— Приятный вкус, — похвалила напиток.

— Из лучших виноградников Деларона, моей родины, — Джесс пригубил бокал, — здесь такого не достать.

— А чем оно отличается от обычного?

— Оно не пьянит, а лишь поднимает настроение. А еще оно напоминает мне о временах моей юности, когда мы вот также приходили на берег моря, сидели на песке и болтали ни о чем, — он грустно вздохнул, — нас было четверо, а теперь остался только я, — Джастин задумчиво смотрел вдаль, — старею. Наверное, пора возвращаться в эльфийские леса и начинать писать мемуары для подрастающего поколения, — грустно усмехнулся он.

— А как же Клаус? — спросила, вспомнив про хозяина "Розы", — он же жив.

— Я уже сомневаюсь в этом. Сегодня Шерман взбесился и никого не пускает на порог ресторана. Я слышал, как вопила Мелисса, но войти не смог.

— Может быть ему просто надоело, что она им помыкает?

— Может быть, — пожал плечами эльф, — а может Клаус совсем плох, и это отражается на Шермане. В любом случае мы скоро это узнаем. Извини, не будем о грустном. Расскажи мне лучше, как тебе здесь?

— Ну, я пока не поняла. Все происходит так стремительно, что у меня даже нет времени подумать. То одно, то другое, — я сделала еще глоток, — но знаешь, мне нравится. Похоже на очень яркий и необычный сон. Вроде и страшно, а просыпаться не хочет. Хочется досмотреть, чем же закончится эта история, — незаметно для себя я перешла на "ты".

Какое-то время мы молчали, любуясь набегающими на берег волнами, слушая шуршание песка и крики чаек.

— Ты замужем, Кася? — вдруг спросил Джесс.

— Нет, и никогда не была, и кстати, не собираюсь, — повернулась к нему, — а почему ты спрашиваешь?

— Просто так. Стало интересно, ждет ли тебя кто-нибудь в твоем мире?

— Нет. Меня никто не ждёт, никто не ищет и даже не волнуется, — рассеянно посмотрела вокруг и, поднявшись, пошла к воде. Я стояла, обхватив себя руками, на самой кромке, не решаясь зайти в воду, а на глаза набегали слезы, то ли от дующего в лицо ветра, то ли от какой-то непонятной тоски, внезапно накрывшей меня. Мужские руки обхватили мои плечи, и Джесс прижал меня к себе. Мы стояли, глядя на горизонт, где в туманной дали едва заметно белел одинокий парус.

— В моем мире есть сказка, в которой говорится, что когда эльфам наскучивает земная жизнь, они садятся на корабль, и он отвозит их за море, на прекрасный остров, где нет печалей и тревог.

— У нас тоже есть такая легенда. Раньше так поэтично описывали смерть, Кася, — тихо произнес Джесс, — эльфы не бессмертные, хотя и живут долго. Но придет момент, и каждый из нас отправится в свое последнее путешествие. И мы верим, что на том острове нас встретят все наши друзья и родные, которые отправились туда раньше, но — тут он подхватил меня на руки, а я завизжала от неожиданности, — прежде чем это произойдёт, предлагаю насладиться этой жизнью, — он отнес меня к месту привала и усадил на плед.

— Держи, — Джастин протянул мне бутерброд.

— Спасибо, — я действительно проголодалась, — а ты женат?

— Нет, — он покачал головой, — была одна девушка, но она выбрала другого, так что ... — эльф развел руками — а больше я пока никого не встретил, — он как-то странно взглянул на меня, от чего мне стало не по себе.

— Успокойся, я ничего не имел ввиду, — улыбнулся Джастин, а я почему-то смутилась от его слов.

— На самом деле я хотел поговорить с тобой о твоем даре. Какой у тебя сейчас уровень?

— Почему ты спрашиваешь? — я тут же напряглась.

— Потому что хочу помочь Клаусу, — серьёзно ответил мужчина, — я беспокоюсь за него. Судя по поведению Шермана, ему с каждым днём все хуже.

— Но я не умею пользоваться даром. Что толку от того, что он у меня есть?!

— На самом деле любой медиум умеет использовать свой дар, просто интуитивно. Здесь не надо владеть какими-то особыми навыками...

— Но мы пробовали с Реми. И у меня не очень-то получалось.

— Это потому что ты пытаешься сделать, как написано, а надо слушать себя. Поверь, в тебе и так все есть. Просто прими это. Так какой у тебя уровень?

— Первая ступень высокого уровня, но он продолжает развиваться. Так Реми сказал, — сама не знаю, зачем рассказала ему. С Джессом хотелось быть честной.

— Тогда ты сможешь помочь Клаусу, — воскликнул Джастин, вскочив на ноги.

— Но я понятия не имею, как снимать проклятия!

— Тебе и не надо. Дар сам подскажет. Все эти книги, учебники, они рассчитаны на тех, чей уровень не выше второй ступени. Их обучают в академии, но ты, ты на голову выше чем их профессора. И если об этом узнают... — тут он осёкся и пристально посмотрел на меня, — никому не говори об этом, слышишь? Никому!

— Да я и тебе говорить не собиралась, но вы — крайне обаятельны, мистер эльф.

Джесс рассмеялся и присев рядом со мной, взял меня за руки:

— Ты согласна использовать свой дар, чтобы помочь Клаусу?

— Согласна, — я отчетливо понимала, что сейчас делаю очередную глупость, но отказать не могла. Я была в "Розе", слышала, как страдает дух, видела лицемерие и ложь Мелиссы. Похоже, Джесс специально привел меня туда, чтобы проверить, как я буду реагировать. И я прекрасно понимаю, что он сейчас использует меня, но отказать, когда тебя просят о помощи — это выше моих сил!

— Я постараюсь убедить Шермана пропустить нас в дом. Надеюсь, еще не очень поздно.

— А как же его жена? Сомневаюсь, что она позволит.

— Поэтому и нужно заручиться поддержкой духа. Тогда Мелисса нам не помешает. Но нужно быть очень осторожными. Я подумаю, как лучше это организовать. А сейчас нам пора возвращаться, — он помог мне встать и принялся собирать в корзину пустые тарелки.

Через пять минут мы уже стояли перед дверями кофейни.

— Спасибо за прогулку, Кася, — улыбнулся Джастин, — и за надежду. Увидимся завтра, на открытии, — он кивнул мне и растворился в мареве портала. А я в задумчивости пошла в кофейню, пытаясь осознать, во что только что ввязалась. В зале все было по-прежнему. На звон колокольчика никто не откликнулся, значит Реми еще не вернулся. Порвав записку, прошла в кухню и бросила обрывки в очаг. Затем сварила себе чашку кофе и присела за стол.

Как всё-таки ловко этот ушастый меня окрутил! А ведь я по-прежнему не ощущаю от него никакой угрозы. Напротив, он мне нравится. Перед глазами стояли карие глаза Джесса, искрящиеся весельем! Я провела рукой по лицу, пытаясь избавиться от наваждения. Так, надо подумать про завтрашний день.

— Хельми, — позвала я, и на столешнице тут же появился белый кот с такими же изумрудными глазами как у Реми.

— Скажи мне, дружок, достаточно ли у нас посуды и приборов на случай полной посадки? — взглянула на него, как будто он и вправду мог мне ответить. Вместо этого дверцы одного из шкафов распахнулись, и я увидела стройные ряды тарелок, чашек, бокалов и прочих столовых принадлежностей.

— Отлично, с этим все в порядке. Надеюсь, с продуктами тоже проблем нет?

Хельми отрицательно помотал головой.

— Превосходно. Осталось придумать, как украсить наше заведение в честь его открытия в обновленном виде, — я задумалась. А действительно, как здесь у них принято? Передо мной тут же появилась книга: "Правила проведения банкетов и мероприятий. Столичная гильдия рестораторов"

— Это то, что нужно. Умница, Хельми, — погладила кота и открыла книгу. Пока я изучала, как в данном мире предлагается украшать залы для различных торжественных мероприятий, делая себе пометки на листе бумаги, на входной двери звякнул колокольчик, и послышались голоса Реми и Клэр. А вот и молодежь вернулась! Надо их тоже озадачить. Они, между прочим, лучше меня должны знать, что подойдёт. Я пробежала глазами свои записи и, взяв книгу, пошла в зал.

— Добрый день, Клэр

— Здравствуйте, — сегодня Клэр была более дружелюбно настроена, даже разговаривала не через губу.

— Реми, как успехи?

— Ты знаешь, все получилось. Я, честно, был очень удивлён, но твоя идея сработала. Людям, действительно, это интересно. И они с удовольствием брали наши листовки.

— Я надеюсь, ты запомнил тех, кто согласился?

— Я всех записала, — Клэр помахала блокнотом. Вот сразу видно, прирождённый секретарь! Я улыбнулась:

— Спасибо, Клэр. У меня к вам еще одна просьба, если вы не сильно устали. Завтра нужно будет украсить кофейню для торжественного открытия. Что скажете?

Я протянула им листки с записями.

— Ну вот так уже никто не делает,— Клэр вычеркнула один из пунктов, — а в целом должно получится здорово!

— Отлично! Хельми, а ты что скажешь? — я посмотрела на кота, который уже сидел на столе, — ты сможешь нам это организовать?

Клэр пододвинула духу записи, и тот сосредоточено рассматривал их, словно читал, что там написано. Затем он поднял на меня взгляд, в котором я прочла четкое требование "Представь!" Стоило мне нарисовать в голове картинку, как наш зал тут же преобразился.

Красивые бумажные растяжки под потолком и на окнах, изящные вазы с белыми и розовыми цветами. Столы, покрытые одинаковыми скатертями цвета пыльной розы и стулья, затянутые праздничными чехлами в тон. Белоснежные полотняные салфетки с кольцами из золотой бумаги. Несколько гирлянд с огоньками, которые будут создавать уютную атмосферу по вечерам. Разноцветные подушечки на диванчиках.

Ребята в восхищении смотрели на все происходящее.

— Потрясающе! — захлопала в ладоши Клэр, — это надо обязательно запечатлеть! Пока никого нет! Для статьи! — она полезла в сумку и вынула оттуда небольшую стеклянную пластинку. Затем она навела ее на один из столов, и на ней появилось изображение. Дальше они с Реми в течение получаса снимали зал.

— Вот смотри, — она листала картинки, как мы листаем фото на смартфоне, — вот эта подойдёт и вот эта. Джесс будет в восторге! Спасибо за материал, милый! — от избытка чувств она чмокнула мальчишку в щеку. Реми густо покраснел от незаслуженной похвалы и виновато покосился на меня.

— Давайте, я вас двоих сфоткаю, что ли, — улыбнувшись, подошла к ним.

— У нас правильно говорить — "запечатлю" — рассмеялась Клэр, протягивая мне пластинку, — просто наведи на нас и подожди.

Я сделала им несколько изображений.

— Хорошо, Хельми, можно пока все убрать, — кивнул Реми, и украшения исчезли.

— Так ладно, мне пора, надо еще снимки сохранить, — Клэр засобиралась домой, — увидимся завтра, — она помахала рукой и выбежала из кофейни.

— А ты чем занималась? — Реми посмотрел на меня.

— Мы были с Джастином на море, гуляли по берегу, а потом сидели на пляже и болтали, — я присела за стол.

— Он тебе нравится? — в голосе Реми прозвучало беспокойство.

— Эй, что за вопросы? — одернула его, — это вообще не твое дело, кто мне нравится, а кто нет. Джесс — интересный мужчина, приятный собеседник и хороший друг, но, — я вздохнула, — это все не важно. Сам знаешь почему. Так что давай не будем поднимать эту тему.

— А как же Эд?

— А что Эд? — внезапно разозлилась я, — к нему вон тут сегодня барышня приходила, Флориса Бенуа, та самая, спасенная. Пытала, где он, как с ним связаться, когда вернется! Так что Эд без внимания не останется! Она тут завтрак изволила заказать, деньги в кассе! — я развернулась и пошла к лестнице. Упоминание о следователе отозвалось замиранием сердца и каким-то болезненным спазмом в груди, словно кто-то сжал мои ребра, и я не могу ни вдохнуть, ни выдохнуть. Вот что со мной происходит! Реми догнал меня у самых ступеней.

— Прости, — он схватил меня за руку и, притянув к себе, обнял, — я не хотел задеть тебя. Я не буду больше спрашивать об этом, только не сердись! Пожалуйста, Кася!

— Я не сержусь, — уткнулась в него лбом и сама обняла его, — извини, что вспылила. Но только больше не надо таких разговоров. Я от них сама не своя!

— Обещаю! — Реми отпустил меня, — ты есть будешь?

— Нет, спасибо, я не голодна. Пойду, полежу. Голова что-то разболелась. Налей Хельми молочка, — я быстро пошла наверх.

В голове был сумбур, на душе — тоска, а в чувствах — полный кавардак. Реми, сам того не желая, озвучил мне мои же мысли, которые я теперь упорно гнала прочь, пытаясь убедить себя в том, что мне не интересен ни редактор, ни следователь. И если в отношении Джесса это вполне успешно сработало, то вот синие глаза Эда продолжали преследовать меня, и я никак не могла избавиться от этого наваждения. Заперев дверь в комнату, упала на кровать и прикрыла глаза.

"Кася, Кася, ну вот о чем ты думаешь? — ругалась сама на себя, — у вас завтра открытие, народу будет куча. Пресса в лице того же Джесса. Флориса с ее кознями. А ты про постороннего мужика, которому до тебя и дела-то нет! Он сейчас там в столице, пожинает плоды своего успеха!"

Но это не помогало. При мысли об Эде сердце замирало, а потом начинало биться сильнее, а затем и вовсе пускалось вскачь, от чего грудь сжималась, а дышать становилось труднее. Остаток дня я провела в комнате и вышла только к ужину и то, только лишь для того, чтобы обсудить с Реми план действий на завтрашний день. Мы договорились, что он разбудит меня пораньше, чтобы мы успели все проверить и подготовить. Поскольку Реми отвечал за готовку, основной удар в виде общения с посетителями мне предстояло принять на себя, и завтра я буду выступать в роли хостес и следить за тем, чтобы все наши клиенты остались довольны.

Пожелав парнишке спокойной ночи, поднялась к себе, разделась и легла, тут же уснув мертвым сном.

Глава 19

Реми разбудил меня на рассвете. За прошедшую ночь мои душевные терзания улеглись, и я была готова осуществить наш план, который заключался в следующем: пока Реми занимается готовкой, я принимаю заказы и по мере возможности общаюсь с гостями, выясняя, что им нравится, а что нет.

Понятно, что это дело не одного дня, но мы никуда и не спешим. У нас нет задачи немедленно обрести популярность и захлебнуться в потоке клиентов, как это случилось со "Старой ратушей". Ее хозяин, в попытке объять необъятное, в итоге сильно потерял в качестве, сделав ставку на количество, чем основательно отвадил от себя состоятельных и высокородных горожан. Нам такого не надо. Жестокую нужду мы не испытывали, потому что у нас был Эд, обеспечивающий все наши насущные потребности, поэтому эта кофейня была скорее для души и морального удовлетворения Реми, его памятью об отце и матери. И мы могли позволить себе делать упор на качество еды и обслуживания.

Раньше роль хостес или хозяйки выполняла Мирисель. Когда ее не стало, эту обязанность взял на себя Эд, а затем и сам Реми. Сейчас это место предстояло занять мне, а впоследствии оно перейдёт к жене Реми. О том, кто будет играть эту роль, когда закончится мой контракт, сейчас не думали. Сейчас нам хватало других забот.

Быстро позавтракав, мы направились в зал. По моей команде Хельми снова украсил его. Я обходила каждый стол, придирчиво осматривая убранство и исправляя даже самые мелкие недочёты. В первый день все должно быть идеально. Убедившись, что в зале все, как нужно, мы вышли на улицу. Перед кофейней имелась небольшая площадка, выложенная плиткой, что позволяло разместить там несколько столиков. По моей просьбе Хельми расставил мебель, а парочка тканевых навесов решила проблему с солнцем. К тому же между ними красиво протянулись гирлянды из бумажных цветов и магических фонариков.

Закончив с оформлением, Реми отправился готовить, а я пошла переодеваться. Открытие было назначено на девять. И хотя мы не ждали гостей раньше двенадцати, все же было решено отработать по полной, чтобы максимально проверить свои возможности и сразу же выявить все слабые места.

Я долго стояла перед шкафом, думая, что же мне надеть. Платье должно быть нарядным, но при этом не очень пышным и вычурным. Все-таки я даже не полноценная хозяйка, а так, обслуживающий персонал. Наконец, мой взгляд упал на бледно-розовое платье. То, что нужно! Быстро переодевшись и старательно расчесав свои непослушные локоны, пошла вниз.

Сказать, что я волновалась, не сказать ничего. Меня просто трясло от внутреннего напряжения. Пришлось вновь прибегнуть к дыхательной практике, чтобы вернуть себе хоть немного спокойствия.

Надев передник, попросила Реми сварить мне чашку кофе и, расположившись за стойкой, приготовилась ждать. Часы показывали без трех минут девять. Я отпила кофе, улыбнулась и выдохнула. У нас все получится!

Не успели часы отсчитать оставшиеся минуты, как колокольчик на двери звякнул, и в кофейню вошёл Джастин. За дверью маячила Клэр со стеклянной пластинкой в руках. Она явно выбирала ракурс получше.

— Рада приветствовать наших первых посетителей, — с улыбкой вышла из-за стойки и направилась к нему, — прошу, выбирайте столик.

— Спасибо, Кася, — Джесс пожал мне руку и направился к одному из дальних столиков в самом углу. Клэр между тем, сделав снимки фасада и уличных столиков, переместилась в кофейню и снимала стойку.

— Мы сегодня больше в качестве наблюдателей, — эльф расположился за столиком и достал блокнот и ручку.

— Но это же не помешает вам позавтракать, — улыбнулась ему, положив перед ним папку с меню, — и потом, как вы сможете рассказать о нашей кухне, если ничего не попробуете.

— Ну хорошо, уговорила, — рассмеялся он, открывая меню, — тогда мне, — он пробежался по нему глазами, — вафли с шоколадом и чашку черного кофе. Клэр, ты что будешь? — он протянул меню сестре, которая как раз уселась на соседний стул.

— Буду омлет и чашку чая.

— Отлично, — я записала их заказ и быстро прошла в кухню.

— Реми, там Джесс и Клэр пришли. Заказ на доске.

— Понял, принял — рассмеялся юноша, и тут же поставил на раздаточный столик все, что было заказано. Точно! Он же слышал наш разговор!

В зале снова нетерпеливо звякнул колокольчик, мы переглянулись. Если появление Шулье было ожидаемо, то вот новые гости в столь ранний час были неожиданностью. Я поспешила за стойку. Возле дверей стояла фея, хозяйка кондитерской, с интересом оглядываясь.

— Доброе утро, госпожа Вилла! — вышла к ней, чтобы поприветствовать, — проходите, присаживайтесь.

— Доброе утро, дорогая! — Вилла улыбнулась мне, — не смогла удержаться, уж очень любопытно было. Особенно после вчерашней газеты. Здравствуйте, мистер Шулье!

— Приветствую, — кивнул ей Джесс.

— Я не надолго, сама понимаешь, кондитерская ждать не будет!

— Но, я думаю, у вас найдётся время на чашку кофе. Предлагаю вам попробовать каппучино с ванильным сиропом и корицей, — проводила ее до столика.

— Пожалуй, — согласилась она, — и можно ещё что-нибудь из сдобы, на вкус Реми. Помнится, она всегда ему удавалась.

— Конечно.

В тот же момент перед ней возникла чашка каппучино и тарелочка со слойками.

— Восхитительно! — рассмеялась Вилла серебристым смехом, — малыш Хельми как всегда неподражаем! Посчитай меня сразу, — добавила она. Я положила ей на стол папочку со счетом и повернулась к двери на вновь прозвеневший колокольчик.

На этот раз на пороге появился незнакомый мне мужчина средних лет, под ручку с женщиной, чуть старше меня.

— Это Остин Медро, хозяин "Старой ратуши", с женой,— тихо проговорила мне в спину Вилла.

— Спасибо за подсказку, — обернувшись к ней, прошептала я, а она подмигнула мне.

— Доброе утро, мистер Медро, мистрис Медро, добро пожаловать, — я подошла к ним.

— Не думал, что меня так быстро узнают, — улыбнулся мужчина, — меня зовут Остин, а это Анита.

— Кассиопея. Я — помощница Ремиуса Дебура. Прошу вас, проходите. Хотите что-то заказать?

— Хотелось бы конечно, комплексный обед, — усмехнулся тавернщик.

— Обед у нас с полудня до пяти часов, — я развела руками, — но мы можем прислать вам с разносчиком, — добавила со смехом.

— Нет, увольте, — рассмеялся Остин, — можно нам по чашке кофе и вафли с начинкой?

— Какое кофе предпочитаете? Черный? С молоком?

— Давайте с молоком, такого я еще не пробовал.

— С сиропом?

— Пожалуй. Мне — покрепче, а Аните — послабее и послаще, — добавил он, — и если можно, сразу счёт.

— Один капучино с сиропом, один раф, две порции вафель с начинкой, — огласила заказ, который тут же появился на столе. Я оставила им счет и вернулась за стойку.

Тем временем Вилла допила свой кофе.

— Это изумительно, дорогая! Добро пожаловать в клуб! — она отсчитала монеты и, осыпав стол золотой пыльцой, выпорхнула из кофейни.

— На счастье, — тихо прошептала я, вспомнив слова Эда, и улыбнувшись, смахнула золотые пылинки в бумажный кулек из салфетки. Надо будет потом сделать какой-нибудь талисман для кофейни. Посуда уже исчезла со стола, а деньги я убрала в кассу. Наша первая прибыль за сегодня.

— Это действительно вкусно! Ты должен узнать рецепт, — госпожа Анита теребила мужа.

— Милая, у нас нет возможности подавать кофе, это очень дорого и не будет пользоваться спросом, — тихо возразил он ей, — и потом хранитель Ремиуса уникален. Наша Мими ему в подметки не годится.

"Значит, они тоже в родстве с эльфами", — отметила в своей голове. Уже привычно звякнул колокольчик. И кто это у нас? Милашка Фло в компании подруг, явно для поддержки. И вот чего тебе в "Розе" не сидится, девочка?

— Добро пожаловать, мисси, — я появилась из-за стойки, — присаживайтесь.

Подружки утянули Фло к диванчикам.

— Так мило! — одна из них, миниатюрная шатенка с любопытством огляделась, — вы — хозяйка?

— Она — помощница, — проворчала Фло, не удостаивая меня взглядом.

"И вот что я тебе, скажи на милость, плохого сделала?" — в груди всколыхнулось раздражение.

— Мисси права, я — помощница мистера Дебура, ваше меню, — раздала девушкам папки и замерла, ожидая заказа.

— Лат-те, — по слогам прочла вторая спутница Фло, яркая брюнетка — что это?

— Кофейный напиток, состоящий из свежесваренного черного кофе и молока со взбитой пеной, имеет мягкий, сливочный вкус с деликатным кофейным оттенком. Можно добавить сироп или корицу, по вашему желанию.

— О, я буду это латте с сиропом!

— Этот латте, — поправила ее, — кофе — мужского рода, а значит и все его производные и их названия — мужского рода.

— Смеешь делать нам замечания? — внезапно воскликнула Фло, повысив голос.

— Ни в коем случае, мисси. Исправляю досадное недоразумение, — невозмутимо ответила ей.

— Да перестань, Фло, — рассмеялась рыженькая, — моя тётушка тоже всегда меня одергивает, когда я неправильно говорю.

— То тетушка Френки, а то какая-то иномирянка!

О, как! А ты, дорогуша, оказывается одаренная! И где ж была твоя магия, когда тебя едва на ленточки не пустили!

— Вы, правда, из другого мира? — брюнетка восторженно смотрела на меня, словно увидела диковинную зверюшку, — а как там?

— Это долго рассказывать, мисси. Что будете заказывать?

— Хочу блинчики с карамелью и, — она скользила пальчиком по кофейной карте, — вот, раф.

— Прекрасный выбор, мисси. Раф похож на латте, но всегда делается с добавлением сиропа и все ингредиенты тщательно перемешиваются, отчего напиток приобретает нежный шелковистый вкус.

— А вы что предпочитаете, мисси Флориса?

— Вы знакомы? — удивилась шатенка, — а меня Кэти зовут.

— А меня Сюзи, — влезла брюнетка.

— Очень приятно, мисси, меня зовут Кася, а с мисси Бенуа мы познакомились два дня назад в парке, при не очень весёлых обстоятельствах, поэтому будет лучше, если она сама вам расскажет, если захочет.

— Вы были там? — Кэти сделала большие глаза.

— Я буду омлет, — перебила ее Фло, — и чай.

— Как скажете, — я записала заказ, и к восторгу девушек на столе начали проявляться блюда. Еще бы, пока мы беседовали, у Реми было полно времени все приготовить.

— Какая прелесть! — Сюзи захлопала в ладоши, — а как вы это делаете?

— Это не я, мисси, это наш дух-хранитель, — улыбнулась ей, и отошла от столика, чтобы проводить чету Медро.

— Все было замечательно, Кася, передайте Ремиусу мой комплимент, — Остин и Анита уже были в дверях, — мы непременно навестим вас еще раз.

— О, спасибо за столь высокую оценку, мистер Медро, до свидания! — я распрощалась с ними и, убрав со стола папки с меню и счетом, снова вернулась к стойке.

Девушки тихо перешептывались и хихикали, глядя на меня. Надеюсь, они не задумали никакую шалость. Боюсь, Хельми такого не потерпит.

Часы показывали полчаса одиннадцатого. Скоро начнется обед. Реми вышел ко мне за стойку и присел на барный стул.

— Остин просил передать тебе комплимент, — взглянула на него. Глаза Реми сверкали от удовольствия. Вот кто сейчас полностью в своей стихие и вполне счастлив.

— Хочешь чего-нибудь? — спросил он.

— Нет, Реми, спасибо. Я пока не голодна.

— Жаль, Эд сегодня не с нами, — вздохнул он.

— Не расстраивайся, мы напишем ему письмо, и приложим к нему вырезки из газеты с нашим объявлением и со статьёй, которую напишет Джесс. Уверена, он порадуется за тебя.

— Спасибо тебе за поддержку, один я бы не справился, — он поднялся и направился к столику, где сидели Джесс и Клэр. Перекинувшись с ними парой слов, он затем поприветствовал девушек и снова ушёл в кухню. Я сидела за стойкой с чашкой остывшего кофе и смотрела в пространство. Мои мысли снова были заняты Эдом, а перед глазами стоял образ нашего бравого следователя.

— Нет, Фло, — громкий возглас Кэти спустил меня с небес на землю, — это глупо! А потом мне здесь нравится!

— Мне тоже! — поддержала ее Сюзи, — и кофе тут замечательный, никогда такого не пробовала! Перестань! — она заговорила тише, косясь в мою сторону, — неужели ты думаешь, что мистер Дебур будет рад, если ты навредишь Реми?

Ну хоть у кого-то из них голова работает! Я делала вид, что не слышу их разговор и очень занята разглядыванием узоров на столешнице.

— Рассчитайте нас, Кася, — позвала меня Кэти.

— Вам общий счет, мисси или каждой — отдельный? — я подошла к ним.

— Отдельный! — недовольно произнесла Фло, — что за глупые вопросы?

— В моем мире обычно приносят один счет на столик. А там уже люди сами решают кто и сколько платит, — заметила я, раздав каждой отдельные счета.

— Ты не в своем мире! — разозлилась Фло, — здесь каждый платит сам за себя, по отдельному счету!

— Спасибо за разъяснения, мисси. Буду знать, — сейчас мне было безразлично, что она там себе думает. Я должна понимать, как тут заведено, и любая информация будет кстати.

— Все было очень вкусно, Кася. Передайте благодарность Ремиусу, — Сюзи перебила меня, — нам пора! Идем, Фло! — она поднялась и выразительно посмотрела на подруг. Кэти, оплатив свой заказ, тоже встала, а Фло все ещё изучала счет.

— Мне не понравилось, — объявила она, глядя на меня, — меню скучное, омлет, чай, все как вчера.

— Заказывая одно и тоже, странно надеяться на другой результат, — я пожала плечами. Мне очень хотелось, чтобы она, наконец, убралась с глаз долой, и я была готова отпустить ее без оплаты, лишь бы ее здесь не было.

— Не обращайте внимания на нашу подругу, — Сюзи попыталась оправдать Фло, — она просто расстроена отсутствием Эда. Скажу по секрету, Фло влюбилась!

— Ну, это многое объясняет, — я мило улыбнулась, и собрав счета, быстро ретировалась к стойке. Злость и гнев настолько захлестывали меня, что грозились выйти из-под контроля, а учитывая мои способности, могли повлиять и на девушек. А вот это совершенно никому не нужно, ни мне, ни им. Используя эту краткую передышку, я снова воздвигала вокруг себя стену. Мои эмоции должны оставаться при мне!

"Помни, Кася, работа есть работа. Бывает всякое и не надо смешивать ее с личной неприязнью!" — строгий голос Марии Семеновны, моей первой начальницы, прозвучал в моей голове, приводя меня в чувство. Спасибо тетя Маша! Куда б я без вас! Все эти метания заняли всего несколько мгновений. Надеюсь, никого не зацепило, и никто ничего не заметил. Положив папки на стол, с лучезарной улыбкой повернулась к девушкам:

— До свидания, будем рады снова вас видеть, мисси!

— Конечно, все было чудесно! До встречи! — щебетала Сюзи, — идем, Фло, — она потянула за руку подругу, которая замерев, уставилась на меня. Наши взгляды схлестнулись. От Фло шла мрачная волна негатива, настолько плотная, что казалось над моей головой сгущаются тучи, а в наэлектризованном воздухе между нами вот-вот проскочит разряд. Девушки испуганно озирались, а мы продолжали сверлить друг друга взглядами.

— Ты пожалеешь, что встала у меня на пути! — говорили мне ее глаза.

— Посмотрим! — мысленно усмехнулась я. И тут до меня дошло! Девочка-то оказывается псионик! Картинка тут же сложилась, и все встало на свои места. Невозможность воздействовать на меня вызывает в ней стойкую неприязнь. А я, по неопытности, снова приняла ее чувства за свои. Осознание этой мысли охладило гнев внутри меня, породив в глубине души что-то похожее на жалость. Бедняжка! Не смогла справиться с какой-то иномирянкой!

В глазах Фло отразилось недоумение, а затем я вновь ощутила ее гнев, но больше он не задевал меня. Теперь когда я воочию пронаблюдала тот самый эффект резонанса, мне не составляло труда отделить свои эмоции от ее.

Фло резко развернулась и быстрым шагом направилась к двери. Девушки смущённо смотрели на меня. Сейчас я чувствовала их неловкость за поведение подруги.

— Извините ее, — начала было Сюзи.

— Ничего страшного, — улыбнулась я, — у всех бывают трудные дни. Я все понимаю. Заходите ещё!

Девушки заулыбались и, распрощавшись, покинули кофейню. Я медленно подошла к стулу, и опустившись на него, спрятала лицо в руках. Я едва не сорвалась! Едва не поддалась искушению! Нервный смешок непроизвольно вырвался у меня. Послышались быстрые шаги и чья-то рука коснулась плеча. Я подняла глаза. Надо мной стоял Джесс.

Глава 20

— Ты как? — в голосе эльфа звучало беспокойство.

— Бывало и лучше, — тяжело вздохнула я.

— Молодец, что сдержалась.

— А у меня был выбор? — пожала плечами, — я не первый день в сфере обслуживания. И не такое видела. Просто... — я посмотрела на него, — в моём мире я тоже могла чувствовать эмоции других, только не так ярко. Фло — псионик?

— Да, средний уровень. Она не может причинить тебе вред.

— Она не может, а вот я могу. Но не знаю, как этого не допустить. Это страшно, Джесс.

— Я понимаю, — он обнял меня, — успокойся. Ты справилась. Теперь все будет хорошо, — от эльфа исходила непоколебимая уверенность, которая передалась и мне. Нервное напряжение отпустило, и я прерывисто вздохнула.

— Это нечестно. Как ты можешь воздействовать на меня? — посмотрела на него.

— У меня большой опыт, — рассмеялся Джесс, — это не воздействие в прямом смысле. Ты ощущаешь мои чувства. Именно так медиумы влияют на других. Просто передают им свои эмоции.

— То есть чтобы напугать кого-то, мне для начала придётся испугаться самой? — усмехнулась я.

— Ну, по сути, да, ты должна сама ощутить эмоцию, которую желаешь внушить другому.

— Забавно, — погладила Хельми, который терся возле моих ног, всячески выражая свою поддержку. Похоже, мне предстоит серьёзная работа с собственным равновесием.

— Погоди, но ведь эльфы не владеют человеческими дарами, — удивлённо посмотрела на него, — как же тогда...

Он загадочно улыбнулся и подмигнул мне:

— Всему свое время, Кася, всему свое время.

Эльф вернулся к своему столику. Похоже, он решил провести здесь весь день.

— У вас тут все в порядке? — Реми вышел за стойку.

— Да, все хорошо, — я поднялась и принялась расставлять стулья. Мне надо было как-то отвлечься.

— Скоро обед, — заметил Реми, — надеюсь, кто-нибудь к нам заглянет.

— Непременно заглянет, — улыбнулась ему. Звякнул колокольчик.

— Добрый день, — послышался знакомый голос.

— Я — первый! Нет, я!

Мимо меня вихрем пронесли двое ребятишек.

— Дети! Прекратите немедленно! — та самая дамочка, что заходила к нам пару дней назад, всплеснула руками.

— Добрый день, мистрис...

— Сардо, — кивнула она мне, — меня зовут Жаклин, а это мой супруг, Николя.

— Очень приятно, меня зовут Кася. Проходите, располагайтесь.

Пока они рассаживались, я принесла меню.

— У вас очень мило. Ванда, детка, оставь цветы в покое! Рик, последи за сестрой, — она с укором посмотрела на дочь, которая отломав бутон от букета, сосредоточено обрывала с него лепестки.

— Позовите, когда будет готовы сделать заказ, — оставила их изучать ассортимент, а сама вернулась за стойку. Так, нужно что-то, чем можно занять детей, чтобы интерьер не страдал, и родители были спокойны.

— Мы готовы, Кася, — окликнула меня Жаклин, отвлекая от размышлений. Они сделали заказ, который я немедленно отнесла Реми. Он, конечно, все слышит, но зачем держать в голове лишнюю информацию, если всегда можно посмотреть.

Тем временем в кофейню заходили все новые и новые посетители. Я переходила от столика к столику, принимала заказы, а затем в дело вступали Реми и Хельми. И они неплохо справлялись. По моим подсчётам время ожидания составляло не больше десяти минут.

Мы сделали ставку на простые блюда, многие из которых были уже приготовлены, и теперь их оставалось только разогреть и сервировать. Из всех напитков готовить приходилось только кофе, но именно оно интересовало клиентов больше всего.

Народ потихоньку прибывал. К полудню стали появляться и те, кто взял у нас листовки для распространения. Тут мне очень помог список Клэр. Если человек заявлял, что ему обещали бесплатную еду, достаточно было спросить имя и заглянуть туда. Кстати, были и те, кто получил листовку от распространителей. Для таких в первый день предусматривалась скидка. В общем люди шли помаленьку. До полной посадки, конечно, было далеко, но я утешала себя тем, что сейчас мы подобное и не осилим, и уж лучше так, чинно-благородно, чем носится между столиками как ужаленная. Сейчас у меня хватало времени уделить достаточно внимания каждому клиенту, что при полной посадке было бы невозможно.

Джесс и Клэр побыли часов до двух, и пообедав, откланялись. Джесс заявил, что должен срочно написать статью, а Клэр не терпелось заняться снимками. Без их молчаливой поддержки и ободряющих взглядов мне стало как-то не по себе, но где наша не пропадала! Поэтому полностью сосредоточилась на гостях. День пролетел незаметно. За окном стемнело, а часы на стене пробили восемь. Я, оглядев зал, где ещё сидело несколько пар, объявила:

— Дорогие гости, кофейня закрывается через полчаса, ждем вас всех завтра и каждый день, кроме первого и второго дня недели.

Эти дни было решено сделать выходными. Мне удалось убедить Реми, что нет необходимости работать постоянно, тем более что ему нужно время для общения с Клэр, а мне — для изучения магии. А именно в эти дни большинство промтоварных магазинов так же не работали, и соответственно клиентов у нас было бы немного. В остальные дни мы работали с девяти утра до восьми вечера.

Как только последние посетители покинули наше заведение, я заперла дверь, и пока Хельми наводил порядок в зале, а Реми убирался на кухне, занялась бухгалтерией. Я собрала все бумажные счета, которые заменяли здесь привычные чеки, и принялась подсчитывать общий дневной заработок. Потом, когда поработаем подольше, проанализирую, что чаще всего заказывают и про какие блюда спрашивают. Сегодня возникла парочка вопросов про блюда, не заявленные в меню. Такое я записывала в свой блокнот, обещая обсудить это с Реми.

После недолгих упражнений в сложении столбиком, в тот момент мне реально не хватало калькулятора, у меня получилось семьдесят пять серебрянных монет, включая чаевые. Я еще раз проверила цифры и свои подсчеты, а затем открыла кассу, выгребла из нее все деньги и быстро пересчитала их самым нехитрым способом. Я просто выстраивала столбики по десять монет.

Мы с Реми постарались рассчитать цены так, чтобы получались круглые суммы и на первых порах нам не надо было заморачиваться со сдачей. Поэтому через пару минут передо мной на стойке стояло семь одинаковых столбиков и еще пять монеток.

— Реми! — позвала я. Парень вышел с кухни, на ходу снимая передник.

— Наш дневной заработок, — указала ему на деньги. Реми подошел к стойке. Отсчитав двадцать пять монет, он отодвинул их в сторону:

— Хельми, это твоя доля.

Понятно, треть выручки он отдает домовому. Логично. Тому же надо чем-то платить за продукты. Еще двадцать пять Реми ссыпал в кассу. Опять же правильно. Нам нужен какой-то размен. В ближайшие выходные надо послать его в банк, разменять хотя бы пяток серебра на более мелкие медяшки.

Затем он прикоснулся к какому-то завитку, и откинул часть столешницы. Внутри оказался тайник. Там лежали полотняные мешочки, один из которых был заполнен наполовину. Реми достал пустой и ссыпал туда двадцать три монеты. Последние две он протянул мне.

— Не надо, Реми, что мне с ними делать? — я попыталась вернуть ему их, но он отрицательно покачал головой:

— Это тебе, на карманные расходы. Купишь себе, что хочешь.

Зажав монеты в кулаке, я спросила:

— А почему ты так распределил деньги, Реми?

— Отец всегда так делал, — пожал плечами он, — и брат тоже. Треть суммы отдавали Хельми для закупки продуктов, монет десять оставляли в кассе, по одной монетке он отдавал нам, мне и брату, а остальные откладывал на черный день. В среднем получалось монет по пятьдесят в неделю. За месяц удавалось скопить около двухсот монет. И тогда отец организовывал нам выходной. И мы вместе проводили целый день, гуляя по городу. Иногда что-то покупали, в основном вещи или какую-то утварь, книги. Отец любил книги. Они дорого стоят. В год получалось где-то двести сорок золотых.

Первый раз он использовал эти деньги для похорон дяди Осборна и тети Жозефины. Это дорого, если хочешь, чтобы похоронили как положено, а не сожгли как бедняков. Примерно сто золотых за одного. В тот год ему пришлось залезть в долги, чтобы оплатить налоги. А потом все даже наладилось. Он встретил маму, они поженились, потом родился я. Отец не жалел на нас денег. Потом были похороны мамы. Обучение Эда в военной академии. Эд перебрался в столицу. Мы остались вдвоём.

Когда отца убили и понадобились деньги, я открыл тайник. Там было всего двести золотых монет. Пятьдесят отдал на налоги, еще сто ушли на похороны, и осталось всего пятьдесят. Это налог за этот год. Я берег их как мог. Весь этот год нас содержал Эд. Его жалование было совсем небольшое, всего сто двадцать серебряных монет в месяц, из которых он почти все отдавал Хельми. Нам оставалось всего двадцать монет, на непредвиденные расходы.

У меня ещё были детские сбережения. Я, в детстве, подражая отцу, пытался откладывать. В итоге этих денег хватило, чтобы купить старый портальный камень с зарядом на один перенос и призвать тебя, — он поднял глаза и посмотрел на меня, — сегодня, благодаря тебе, мы заработали в два раза больше чем обычно, так что ты можешь смело взять эти деньги.

— Значит, первое, что нужно, это накопить денег на налог за будущий год, а это пятьсот серебряных монет...

— Да, — кивнул Реми, — это самое главное, потом уже все остальное. И если так пойдёт и дальше, то уже к концу месяца у нас будут эти деньги и можно будет вздохнуть спокойно, — закрыв тайник, Реми присел за стойкой.

— Мы закончили. Можно отправляться спать.

— Погоди, — я посмотрела на столешницу, на которой сидел Хельми, умывая свою мордочку, — у нас есть толстая тетрадь? Хочу записать наши доходы, расходы и сбережения. А еще нужно записать, на что нам нужны деньги, чтобы мы могли грамотно планировать траты.

Хельми взглянул на меня, и на стойке появились чистые листы.

— Я так понимаю тетради нет?

Он отрицательно покачал головой.

— Ничего страшного. Значит, в ближайшее время купим, а пока, — я взяла лист бумаги, расчертила его от руки на несколько колонок и принялась сводить дебет с кредитом. Реми внимательно наблюдал за моими действиями, периодически задавая вопросы. Похоже, Сэм так никогда не делал.

Внезапный стук в дверь показался оглушительно громким в тишине кофейни.

— Это еще кто? — Реми подошёл к двери и открыл замок. За дверью стоял полуэльф, одетый как портовый грузчик: грубые широкие штаны на помочах, заправленные в высокие кожаные сапоги с окованными мысами, рубашка-косоворотка, короткая рабочая куртка и картуз, из под которого торчали длинные заострённые ушки в обрамлении светлых волос. Светло-голубые глаза незнакомца смотрели внимательно и оценивающе, а на губах играла вежливая улыбка. На вид ему было лет сорок пять.

— Добрый вечер, милейший, — Реми окинул его взглядом, — к сожалению, на сегодня мы уже закончили работу, — он попытался закрыть дверь, но пришелец не позволил ему, ловко придержав ногой.

— Добрейшего, мистер Дебур, меня зовут Эркхард Хольц, я знал вашего отца, и нам нужно поговорить. Разрешите войти?

Реми посторонился, пропуская его внутрь. Тот огляделся и удовлетворённо покивал.

— Жизнь потихоньку налаживается, как я погляжу, а, мистер Дебур! — он бросил на Реми насмешливый взгляд.

— А вы, собственно, кто? — Реми сложил руки на груди.

— Я — поставщик вашего духа-хранителя. Рад познакомиться с сыном Семиуса. Последний раз я видел тебя, Реми, когда ты был совсем крошкой, а твоему брату было всего шестнадцать лет, — он протянул руку.

— Но отец никогда не упоминал о вас! — удивлённо воскликнул Реми, пожимая его ладонь.

— Тогда в этом не было нужды. Кто же знал, что так произойдёт, — Эркхард пожал плечами.

— А почему вы появились только сейчас?

— После смерти Сэма пошли слухи, что дух не признал тебя, и ты хочешь продать заведение, так что в этом разговоре не было бы смысла, — Эрхард, присев за столик, снял картуз и пристроил его на спинку стула, — но Хельми продолжал регулярно приносить деньги, пусть и в очень малом количестве. Поэтому я решил не разрывать контракт, а дождаться его окончания, и посмотреть, как будут развиваться события.

Стол покрылся скатертью, и на нем появилась тарелка похлебки, миска салата и мясное рагу. А белый кот доверчиво потёрся о ногу мужчины. Эркхард с улыбкой погладил его.

— Похоже, Хельми угощает, — улыбнулась я и подошла к ним, — меня зовут Кася, я помогаю Реми наладить дело.

— Приветствую, мисси, — он пристально разглядывал меня, — неужели в вашем родном мире настолько плохо с работой, что вы решились прийти сюда? — в его глазах читалось недоверие.

— Простите, мистер Хольц, но вы, кажется, пришли не для того, чтобы обсуждать мою помощницу, — Реми отвлек его внимание на себя.

— Вы правы, мистер Дебур, — кивнул торговец, — контракт вашего отца истекает сегодня в полночь, и если вы желаете, чтобы все оставалось по-прежнему, нам с вами следует его перезаключить.

— Мы можем ознакомиться с контрактом? — я перехватила инициативу, поскольку Реми растерялся.

— Конечно, мисси, — эльф вынул из внутреннего кармана свернутый трубочкой документ и протянул мне. Пока мы с Реми читали условия договора и обсуждали необходимые продукты и их количество, Эркхард отдавал должное кулинарному мастерству младшего Дебура.

— Еда — выше всяких похвал, — он отложил ложку, — ну что вы решили? Мы продлеваем наше сотрудничество или нет?

— А кроме вас в городе есть другие поставщики? — я взглянула на него.

— Конечно, мисси, — усмехнулся он, — но с духами-хранителями работаю только я. У меня есть арендованный склад в доках, где я храню припасы. Вообще-то я — счетовод в порту, и имею доступ ко всем привозимым товарам, так что могу предложить все и сразу. Но вы можете избавить Хельми от необходимости закупать продукты и делать это самостоятельно, у розничных торговцев на рынке, но учтите, у них идет наценка, а я продаю по, так скажем, оптовым ценам, оставляя себе лишь небольшой процент.

— Значит остальные духи закупаются тоже у вас? — мне было интересно, как это работает.

— Да, и малышка Мими, и Шерман являются моими клиентами. Но только Хельми расплачивается деньгами. Поэтому мне совсем не хочется терять его.

— Погодите, а другие духи? — я непонимающе смотрела на него.

— Вижу, вы не в курсе, — усмехнулся Эрк, — здесь все просто: дух платит за товары либо деньгами, либо своей силой, то есть помогает мне по мере необходимости. Мими убирает мой дом и поддерживает порядок на складе, а Шерман готовит мне и помогает в моей работе. Хельми же всегда расплачивается деньгами. Это даже указано в договоре. Поэтому в последний год мне пришлось сократить поставки для него. Денег, которые он оставлял, подчас было недостаточно.

— У нас не было средств. Эд и так отдавал почти все свое жалование, — воскликнул Реми.

— Я знаю, малыш, — торговец сочувствующе взглянул на него, — да и состояние духа оставляло желать лучшего. Поэтому я воспользовался накоплениями...

— Значит, мы должны вам? — испуганно перебил его Реми.

— Нет, мой мальчик, не волнуйся, — поспешил успокоить его Эркхард, — по просьбе Сэма, я откладывал излишки. Духи не умеют считать, а Сэму не хотелось заморачиваться. Поэтому он просто отдавал Хельми треть дневного заработка. Так вот за двадцать девять лет нашего сотрудничества накопилось достаточно, чтобы вы смогли прожить этот год, и поверь, там еще осталось.

— Я думаю, тебе не стоит менять поставщика, — я протянула Реми договор, — Эркхард вполне заслуживает доверия. Единственное, надо бы изменить список продуктов и непременно добавить туда кофе, а то после сегодняшнего дня наши запасы почти подошли к концу.

Следующие полчаса мы втроем обсуждали наименования и количество требуемых продуктов и подсчитывали, во сколько нам это обойдётся в месяц. По нашим подсчетам получилось примерно на пятнадцать монет в день. Но было решено установить оплату в размере двадцать монет в день, с условием, что все излишки Эркхард продолжит откладывать на всякий случай. Сейчас на условном счету Реми было около пятисот монет, что позволяло нам почти месяц не волноваться о поставках даже при отсутствии прибыли. К сожалению, Эрк работал только с продовольствием, поэтому все остальное: канцелярию, одежду, обувь и прочие необходимые мелочи мы должны были покупать сами. Хельми не мог ничего сотворить из воздуха, он лишь менял внешний вид уже имеющихся вещей. Но если что-то приходило в негодность, то это нужно было покупать.

Наконец контракт был составлен и подписан. Решено было заключить договор на год, чтобы посмотреть, как будут идти дела, а впоследствии продлить его, если все будет удачно. Эркхард распрощался с нами и, весьма довольный, удалился.

— Я и не думал, что это все так сложно, — Реми облегчённо выдохнул, когда наш неожиданный гость ушёл.

— Ну знаешь, тебе еще очень повезло, что поставщик твоего отца оказался настолько порядочным, — усмехнулась я.

— Порядочность тут не при чем, — хмыкнул Реми, — договор магический и нарушить его нельзя.

— Он мог просто разорвать его, и забрать все накопления себе. Насколько я поняла, в связи со смертью твоего отца договор перестал действовать, — я устало зевнула.

— Иди спать, Кася. Завтра нас ждет новый день, — Реми поднялся и запер дверь. Я, пожелав ему спокойной ночи, отправилась наверх.

Глава 21

Столица. Эдвард.

Прошло уже две недели, как я покинул Осельмир и вернулся в столицу. Все шло как по маслу. Лавардера отправили в тюрьму, и поскольку все заботы о его дальнейшей судьбе взяло на себя столичное полицейское управление, у меня было достаточно свободного времени, чтобы разобраться с насущными делами. Кстати, в управлении меня приняли как родного. Возвращение действительно получилось триумфальным, и меня встречали как героя. Наверное, не было ни одного человека, кто не зашел бы ко мне и не поздравил с повышением и благополучным окончанием всей этой неприятной истории. Больше всех радовался Джордан, мой старый друг по академии.

День прибытия. Кабинет Эда.

— Ну наконец-то! С возвращением! — Джо бесцеремонно ввалился ко мне в кабинет, — я безумно рад тебя видеть!

— Я тоже, приятель! — мы обнялись.

— Ну давай, рассказывай, как тебе жилось в изгнании?

— Нормально жилось, — рассмеялся я, — тихая и спокойная жизнь, забота о семье...

— Да я бы со скуки помер!

— О, поверь, скучать мне было некогда...

В дверь заглянул секретарь шефа:

— Эд, тебя старик Жерар требует к себе. Хочет лично поздравить с повышением!

— Иду, Стенли, — я взглянул на друга, — давай встретимся вечером. Посидим, и я все тебе расскажу.

— Добро! — улыбнулся Джо, — увидимся!

После визита к шефу, я отправился в город. Нужно было заехать к нотариусу забрать ключи от особняка, заглянуть в банк и в бюро по найму прислуги. Как мне сообщили, дом простоял пустым почти полгода и там точно требовалась уборка, а возможно, и мелкий ремонт.

Разобравшись со всеми формальностями и документами, а также оплатив аренду за землю, я взял кэб и отправился к себе. Хотелось поскорее взглянуть на свое жилище.

Ну что ж, можно сказать мне повезло! Особняк был цел. Да, из него пропали некоторые вещи и ценности, но стены, окна и двери были на месте. Правда, внутри был страшный беспорядок.

Я стоял посреди столовой. Кругом пыль, грязь, стекла едва пропускают свет, а по углам свисают обрывки паутины. Это все напоминало нашу таверну до прихода Каси. Перед глазами появилось улыбающееся лицо девушки, а в груди противно заныло. Как она там будет без меня? Надо было оставить ей мой адрес. Тогда бы она могла писать мне. Хотя сомневаюсь, что у нее возникнет подобное желание.

Тяжело вздохнув, пошел на второй этаж. Там картина была не менее удручающая. В спальнях и гостевых — погром, все перевернуто, а вещи выкинуты из шкафов. Скорее всего это результат следственных мероприятий после ареста Жюли и ее команды. Они тут клад пытались найти что ли?

Мысленно рассмеялся, хотя на самом деле было не до смеха. Нужно как можно быстрее вызвать уборщиц и договориться о приходящей прислуге. Но это все завтра. А пока надо хотя бы одну комнату в порядок привести, да и к бакалейщику сходить не мешает.

Начать решил со своей спальни, переночевать-то мне как-то нужно. Я поставил саквояж на пыльный стол. Все лучше, чем на грязном полу! Скинул сюртук, пристроив его на дверцу шкафа, и, закатав рукава, принялся за дело. Для начала перебрал валявшиеся на полу вещи. Основная масса — целы, только несколько рубашек и пиджак оказались основательно изгрызаны мышами. Это даже магией не починить, так что на выброс. Остальное, что требовало стирки, собрал в кучу около двери. Постельное белье отправил туда же.

Огляделся. Надо помыть полы, окна и протереть пыль. А затем застелить кровать. Этого будет достаточно. Пойду схожу за водой, а заодно и вещи в прачечную отнесу. Леветируя за собой эту кучу, пошел вниз. Оставив вещи в прачечной, набрал два ведра холодной воды. Кристалл для нагрева был разряжен, решил, потом заряжу, после уборки. Достал швабру и тряпки из чулана и со всем этим снова пошел наверх.

Я, конечно, маг-кинетик, но вот бытовыми заклинаниями, с помощью которых можно за мгновение убрать пыль и грязь, как-то не озадачивался. Нужды в этом у меня никогда не было.

Пока жил у дяди, всю домашнюю работу делал Хельми. В военной академии нас заставляли убираться, стирать и готовить без помощи магии, объясняя это тем, что солдат должен уметь позаботиться о себе самостоятельно, даже если магические силы отказали по тем или иным причинам. А вообще для этого есть специально обученные люди — бытовые маги. Ими обычно становились те, чей дар был на низком уровне, и они не могли работать по профилю, а вот в сфере услуг такие маги были очень востребованы.

Но сегодня было уже поздно. Бюро оказалось закрыто. И поскольку заставить тряпку помыть окна или швабру подмести полы — это бешеный и бессмысленный расход сил, придётся самому и ручками. Я поставил ведра посреди комнаты и с тоской вспомнил Хельми.

Громкий мяв огласил комнату, и огромный белый кот, фыркая от пыли и брезгливо дергая лапами, укоризненно посмотрел на меня своими изумрудными глазищами.

— Хельми? А ты что здесь делаешь? — я вытаращился на него. Котяра лукаво подмигнул мне, махнул хвостом, и в тот же миг комната преобразилась. На шторах и мебели — ни пылинки, полы сверкают, постель застелена свежим бельем, все вещи, как после стирки, висят в шкафу, а вечернее солнышко ласково заглядывает в окна через прозрачные стекла.

— Спасибо, Хельми, — я с благодарностью посмотрел на хранителя, — тебе, наверное, молочка надо. Вот только у меня пока нет. Подожди, я сбегаю, — пробормотав весь этот бред, я схватил сюртук и бросился вниз.

Пока я бегал на соседнюю улицу в ближайшую бакалею за свежими сливками и так, кое-что по мелочи, типа зубного порошка и щетки для обуви, Хельми успел привести в порядок весь особняк. Никогда не думал, что у духа может быть столько сил. Я сидел за кухонным столом и наблюдал, как мой неожиданный помощник лакает сливки из блюдца, пристроенного на пустую полку над плитой. Кристаллы он мне тоже подзарядил. Допив и вылизав тарелку, Хельми спрыгнул на пол, подошел ко мне, потерся о мою ногу и исчез. Я молча сидел, глядя на сверкающую чистотой кухню. Звук дверного колокольчика привел меня в чувство.

— Привет, — Джо уже зашел в холл. Дверь я не запер, совсем отвык это делать, живя в нашем городке, где все друг друга знают.

— Я смотрю, ты тут уже порядок навел! И когда только успел? — друг удивленно огляделся.

— Не я, хранитель Реми постарался.

— Да, точно, все время забываю, что ты в родстве с ушастыми! Шучу! Шучу! — он примирительно вскинул руки, наткнувшись на мой недовольный взгляд. В академии мое происхождение всегда было поводом для шуток.

— А еды тебе ваш дух случайно не принес? — Джо достал из внутреннего кармана бутылку вина, — или закажем по старой доброй традиции?

— Едой на сегодня меня брат обеспечил. Пойдем на кухню.

Мы расположились за широким кухонным столом. Я достал припасы Реми, разложив все на тарелки, а мой приятель открыл вино. Весь оставшийся вечер он рассказывал мне последние столичные новости, а я, в свою очередь, поведал ему про жизнь в провинции.

Мы засиделись за полночь, поэтому я предложил Джордану остаться у меня, чем он не преминул воспользоваться.

А на утро меня ждал очередной сюрприз от Хельми. Мало того, что он нагрел мне воды, чтобы принять душ, так еще и накрыл в столовой полноценный завтрак: только что приготовленный омлет с беконом, свежая сдоба и горячий кофе с высокой молочной пенкой, как его готовила Кася.

— Вот это да, — с завистью произнес Джордан, спустившись вниз и зайдя в столовую, — тут никакой прислуги не надо.

А я, задумчиво почесав в затылке, первым делом отправился на кухню и налил в блюдце сливки. Ответом мне стало благодарное урчание Хельми. Короче, благодаря хранителю мой быт устроился сам собой.

В управлении тоже все шло своим чередом. Стоило мне вступить в новую должность, как шеф тут же завалил меня работой. В мое отсутствие образовалось несколько нераскрытых дел, и мне, как начальнику следственного отдела, предстояло разобраться с этим.

К тому же вскоре должен был состояться суд над Лавардером, и его адвокаты осаждали управление с требованиями ознакомиться с делом. Конечно, в этом им никто не препятствовал. И вот очередной защитник, продравшись через шесть томов улик, доказательств, экспертиз и показаний свидетелей бессильно разводил руками. Дела я всегда вел тщательно, так что подкопаться им было не к чему. Этот негодяй должен был получить по заслугам. Оставалось только дождаться суда и молить высшие силы, чтобы его отец не смог подкупить судей. Но об этом обещал позаботиться Влад.

Через неделю все окончательно вошло в свое русло. Хельми навещал меня по утрам, приводя в порядок дом и угощая меня завтраком, за что всегда получал свою миску сливок. Обедал я в управлении, а ужинать отправлялся в город, стараясь не оставаться по вечерам в одиночестве. Если такое вдруг случалось, то на меня накатывала невыносимая тоска, хоть волком вой. А в голове постоянно крутились мысли о Реми. Как он там? Все ли у него хорошо?

Но сложнее всего было с мыслями о Касе. Да, эта девочка не шла у меня из головы. Ее милый образ мерещился мне повсюду. Поэтому я старался с головой уйти в работу, лишь бы не оставаться наедине со своими размышлениями. Благодаря этому уже к концу первой недели мне удалось распутать одно основательно застопорившееся дело.

В тот день я намеренно задержался в управлении. Домой идти не хотелось, а планов на вечер у меня не было. Так что я коротал время у себя в кабинете, просматривая нераскрытое дело о краже картины из столичной галереи. Я как раз читал протокол неудачной попытки взять подозреваемого с поличным, когда взгляд зацепился за одну нестыковку. На первый взгляд выходило, что подозреваемый невиновен, так как похищенную картину при нем не нашли, а спрятать он ее вроде как не мог, но интуиция кричала, что надо перепроверить.

— Ты чего ещё здесь? — Джо заглянул в кабинет, — решил заночевать на рабочем месте?

— Да вот не пойму, почему вы вокзал не проверили? Протокол досмотра подозреваемого есть, а протокола обыска места нет.

— Действительно, — задумчиво протянул мой друг, — а ведь это мысль. Только с тех пор полгода прошло. Вряд ли мы там сейчас что-нибудь найдём. Он поди уже сбагрил ее кому-нибудь.

— Погоди, ведь картина так и не всплыла, а значит, она все ещё у преступника. Найдем ее, выйдем и на похитителя. Здесь сказано, что его задержали на выходе с вокзала, но при нем ничего не было, хотя все указывало на него. Следовательно, он мог спрятать ее где-то там.

— Так там огромное здание. Где искать-то?

— Согласно показаниям слежки он зашел на вокзал, а потом они потеряли его из виду, а вышел спустя десять минут. Стив предполагает, что он успел передать картину неизвестному покупателю, но проверки у коллекционеров и скупщиков ничего не дали. Я думаю, он решил сыграть вдолгую и затаиться, пока все это не уляжется. А потом тихо переправить картину на другой материк. А значит, есть лишь одно место, где можно быстро и надёжно спрятать не самую крупную вещь.

— Камеры хранения! — воскликнул Джо.

— Именно, — кивнул я, — там не нужен специальный доступ. Достаточно заранее арендовать ячейку и регулярно оплачивать ее. Поехали, — я поднялся из-за стола и схватил сюртук.

Спустя полчаса мы были на железнодорожном вокзале. А еще через пятнадцать минут выяснилось, что наш подозреваемый имел арендованную ячейку. Для ее осмотра ордер не требовался, хватило моего удостоверения следователя. И вот в присутствии начальника вокзала, которого срочно вызвали из дома и двух понятых из числа обслуги, я и Джо вскрыли спрятанный у всех на виду тайник, из которого извлекли не только украденную полгода назад картину, но и внушительную сумму денег.

Дальше дело техники. Отправив Джо в отдел за ордером на арест, я вызвал опер-группу и поехал к нашему подозреваемому. На мою удачу он оказался дома. Предавался любовным утехам в компании парочки девиц легкого поведения. Ребята не стали разбираться, а повязав всех, доставили в управление на допрос.

Тут уже подоспел Джо с ордером. На допросе задержанный во всем признался. В этот раз обошлись без Влада. Одна из ночных бабочек с перепугу сдала нашего воришку с потрохами. Он имел неосторожность похвастаться удачной сделкой. Так что крыть ему было нечем. Оказывается, успели мы в последний момент. Уже завтра картина должна была отправиться к покупателю, коим был неизвестный коллекционер с южного материка. Приди мы на следующий день, и ячейка оказалась бы пустой.

Дни медленно тянулись один за другим. Новизна быстро превратилась в рутину. Если раньше я много времени проводил вне стен управления, лично участвуя в следственных мероприятиях, то сейчас по большей части моя задача сводилась к работе с документами и координации действий отдела. Свободного времени стало больше, однако я не знал, что мне с ним делать.

Время от времени Джордан приглашал меня к себе, скоротать вечерок за игрой в карты в компании сослуживцев или сходить в театр с его сестрами, Эмми и Терри. В выходные, собравшись компанией, мы отправлялись в парк на пикник или собирались у кого-нибудь из друзей в загородном поместье. Казалось, все стало как прежде, но теперь в сердце занозой сидела одна иномирянка, мысли о которой не давали спокойно спать по ночам.

А спустя пару недель я получил письмо от Реми.

Кабинет Эда.

— Привет, не занят? — ко мне заглянул Влад.

— Привет, — кивнул я ему, оторвавшись от бумаг, — какими судьбами?

Псионик не появлялся уже неделю.

— Да вот, птичка тут тебе весточку от родных принесла. Решил выступить в роли курьера, — Влад протянул мне пухлый конверт. На конверте почерком Реми было выведено: на адрес главного полицейского управления, майору Эдварду Дебуру.

— Ну, чего смотришь? Открывай! — усмехнулся Влад и уселся в кресло. Действительно, конверт был запечатан, что вообще-то противоречило правилам, так как вся корреспонденция вначале проверялась, а лишь потом отдавалась адресату. Письмо с благодарностями от Флорисы Бенуа мне принесли вскрытым. Но сегодня он почему-то решил нарушить установленный порядок.

Я осторожно открыл конверт. В нем оказалось письмо, несколько газетных вырезок и пачка магснимков с изображениями кофейни в день открытия, портрет улыбающегося Реми в поварском колпаке и портрет Каси, стоящей около стойки. Было там и их совместное изображение. Они стояли на пороге кофейни, брат слегка обнимал Касю за плечи, а она держала на руках Хельми в образе белого кота.

— А они неплохо смотрятся вместе, — заметил Влад, перебирая снимки, пока я читал письмо. При этих словах я почувствовал укол ревности. Она там, с Реми, а я здесь.

— Что пишут? — поинтересовался псионик. Я молча протянул ему письмо. Там не было ничего, что могло бы скомпрометировать меня или брата. Реми сообщал последние новости, радовался, что все идет хорошо, спрашивал, как у меня дела, при этом ни слова про Касю. От этого почему-то стало грустно.

— Мне нужен доступ к архиву, — я серьёзно посмотрел на Влада.

— Зачем? — меланхолично спросил он, убирая все обратно в конверт.

— Я уже говорил. В управлении по перемещениям завелся призрак. Представился Кристофом де Шеро и потребовал, чтобы его дело было пересмотрено. Хочу взглянуть на документы.

— Давай лучше отправим туда экзорциста, — предложил Влад.

— Не так все просто, — я покачал головой, — Жак Бруно, начальник управления, лично просил меня заняться этим делом. Де Шеро — его прадед, возможно, удастся его реабилитировать. Тогда семья Жака будет восстановлена в титуле. Вот, — я протянул ему официальный запрос от капитана Харриса, — Аурелия Бруно подала заявление на возобновление дела.

— Ну хорошо, — пожал плечами Влад, — зайдешь после обеда в канцелярию, получишь допуск. Я распоряжусь. Ответ-то писать будешь?

— Нет, — отрицательно покачал головой, — у них там все замечательно. Незачем их тревожить, — машинально ответил ему.

— Ты о чем? — он удивлённо посмотрел на меня.

— Что? — я вынырнул из своих невеселых мыслей.

— Ответ брату напиши, — усмехнулся Влад, — и пару снимков отправь. Он волнуется за тебя. И она тоже, — добавил он после небольшой паузы, — я отправлю, без досмотра, — он поднялся и вышел, оставив меня в полном недоумении. С чего бы такая забота?

А ответ, и правда, нужно написать. Поддержать Реми, сказать, что горжусь им. И карточки отослать. Да, вечером схожу, сделаю снимки, а завтра напишу ответ. Как раз выходной, и у меня будет время. Я посмотрел на часы, пол-второго. Можно пойти пообедать, а потом посидеть в архиве. Может удастся найти что-нибудь по делу де Шеро.

Глава 22

Я спрятал конверт в ящик стола и направился в столовую. Там столкнулся с Джо и поинтересовался, не знает ли он, где ближайшее ателье магснимков.

— Тебе зачем? — удивился приятель.

— Хочу брату послать, чтобы не волновался.

— Так, здесь недалеко, на соседней улице, недавно открылось. Хочешь вместе сходим?

— Давай, — кивнул я, подумав, что нет смысла тянуть до вечера. Настроение в преддверии выходных у всех уже было нерабочим, так что вряд ли за оставшиеся три часа произойдёт что-то из ряда вон.

После обеда мы прогулялись до ателье, где милая девушка сделала мне пару карточек.

— Вам для возлюбленной? — с какой-то завистью в голосе спросила она, отдавая мне конверт со снимками.

— Нет, для брата, — вежливо улыбнулся ей, — сколько с меня?

— Три монеты, — радостно объявила, игриво поглядывая на меня, — а что вы делаете сегодня вечером?

— Сегодня вечером я занят, как впрочем и завтра, и во все остальные дни, — жёстко ответил ей, — честь имею, — положил деньги на стойку и поспешно вышел. Вот не замечал раньше, что пользуюсь интересом у женского пола. Эта мысль неприятно свербила в голове, потому что единственная женщина, чей интерес меня бы обрадовал, сейчас находилась в Осельмире.

— Ты чего такой хмурый? — Джо ждал меня в скверике неподалёку.

— Да представляешь, девчонка, что снимки делает, заигрывать со мной начала.

— Это все твои эльфийские корни и полицейская форма, — рассмеялся друг, — девочки любят такое. Кстати, Эмми спрашивала, сможешь ли ты заглянуть к нам завтра на чай?

Младшая сестра Джо тоже положила на меня глаз, но Эмми было всего шестнадцать, и я не воспринимал ее всерьёз.

— Зайду, — усмехнулся я, — часам к пяти буду.

— Отлично, — друг хлопнул меня по плечу, и мы направились в управление. По пути нам попалась багетная мастерская. Я не удержался и заглянул туда, чтобы купить пару рамочек. Хотелось поставить снимки брата и Каси на столе в кабинете, чтобы хоть так чувствовать какую-то сопричастность к ним. Удивляясь собственной сентиментальности и под смешки Джо, купил рамки, а в соседнем букинистическом магазинчике — пачку конвертов.

Добравшись до управления, распрощался с другом и пошел к себе. Убрав конверты в стол, решил написать письмо Реми. Заодно отнесу Владу, когда пойду в канцелярию. Это дело давалось мне тяжело. Постоянно подмывало расспросить, как там Кася. Но делать этого не стоило, чтобы не привлекать к ней излишнего внимания псионика. Уверен, он непременно заглянет в письмо, прежде чем отослать его.

Исписав несколько листов, наконец удалось выдавить из себя что-то приличное. Я пробежал глазами свой ответ, удовлетворённо кивнул и запечатал его в конверт вместе со снимками. Написав адрес, поднялся. Взгляд упал на карточку, где Реми стоял в обнимку с Касей. Рука непроизвольно коснулась изображения девушки. Так, надо взять себя в руки и отправляться в архив. Дело де Шеро — это мой шанс вскоре увидеть ее.

По пути в канцелярию заглянул к Владу. Псионика на месте не было, поэтому просто оставил конверт у него на столе. Минут через десять я, наконец, добрался до архива. Весь остаток рабочего дня просматривал дела столетней давности. После двух часов бесплодных попыток уже почти отчаялся, но тут в самом дальнем углу обнаружилась папка, на которой выцветшими от времени буквами было написано: "Кристоф де Шеро, дело №16/456, измена королю."

Я перенес папку на стол, открыл ее и принялся разбирать документы. Протоколы допросов, показания свидетелей, предъявленное обвинение и выводы следователя. Никакой загадки тут не было. Все свидетельствовало о невиновности Кристофа, схваченого по ложному доносу.

В своем отчете следователь пришел к таким же выводам. Дело было закрыто в связи с отсутствием состава преступления. Публично об этом заявлено не было. Суд по делу так и не состоялся, по причине смерти обвиняемого. Согласно заключению целителя смерть Кристофа наступила в результате сердечного приступа. На следующее утро, после завершения следствия, его тело было обнаружено в камере тюремщиком, который явился, чтобы сообщить ему о результатах расследования. Графа оправдали, но в то смутное время никто не удосужился разыскать его жену и сообщить ей об этом. Леди Вероника, страшась преследований, бежала вместе с детьми в соседнее государство, где у нее были родные.

Человеческая подлость породила череду нелепых случайностей, которые в сумме с неспокойным временем привели к тому, что про Кристофа просто забыли. Его тело, как невостребованное, сожгли вместе с телами других заключённых. Его дело было похоронено в архиве. Его семья, лишившись всего, прозябала в нищете, оставаясь в полном неведении касательно его судьбы. А сам несчастный узник был обречен стать призраком, на сто лет застряв в той самой тюрьме, что сгубила его.

Я закрыл папку и расправил затекшие плечи. Надо снять копии с документов. А еще нужно уговорить шефа позволить мне лично сообщить об этом Жаку и Кристофу. И можно будет попросить Джастина Шулье написать заметку в местную газету, чтобы придать это дело огласке. Тогда дух графа наконец-то обретет покой, а его семья получит неопровержимые доказательства его невиновности, и Аурелия Бруно сможет восстановить титул, а может и вернуть принадлежавшие когда-то Кристофу земли. А я смогу увидеть нашу девочку.

Осталось навести порядок и отнести дело де Шеро в канцелярию. Я, в предвкушении скорой встречи с Касей, с энтузиазмом принялся за уборку.

Задействовав свои магические силы, я расставлял папки по местам. Немного замечтавшись, не рассчитал угол и задел один из стеллажей. Он дрогнул, но устоял. Я уже было облегченно перевел дух, как вдруг, с самой верхней полки грохнулась одна из папок, приземлившись аккурат у моих ног. Листы разлетелись по полу. Ну ладно, могло быть и хуже. Хорошо, что не на голову!

Взмахом руки собрал бумаги и уже хотел убрать их обратно, как взгляд зацепился за дату. Это был день смерти моих родителей. Я перевел глаза на заголовок: "Целительский осмотр тел Осборна Дебур и Жозефины Дебур". У меня аж в глазах потемнело от осознания, что за дело я сейчас держу в руках — дело о гибели моих родителей. Я плюхнулся на стул и принялся судорожно перебирать документы. Согласно выводам следствия мои родители были убиты. Владевший даром псионика злоумышленник, которого так и не нашли, не сумев взять их под контроль, при помощи артефакта убил сначала отца, а потом и мать. Следствие длилось целый год, но затем дело было приостановлено из-за отсутствия подозреваемого.

Я мрачно смотрел на разложенные по столу документы. Придраться не к чему. Следствие было проведено на совесть. Целый год весь отдел землю носом рыл в поисках того, кто лишил империю одного из сильнейших медиумов. Оказывается, мать работала в управлении. Под прикрытием. Но ее достали. И убили.

Внутри была звенящая пустота и какое-то сосущее беспокойство. Я посмотрел наверх и аккуратно слевитировал на стол еще одну папку. Дело об убийстве Констанс Лурье, медиум высокого уровня, за десять лет до смерти родителей. Следующее дело было об убийстве Карин Жеволи, медиум, высокий уровень дара, пятнадцать лет спустя. Еще одно дело, Доминик Валеро, медиум, высочайший уровень, три года назад. Все дела не раскрыты. Преступник не найден.

Меня пробил холодный пот. Кто-то убивает медиумов с высоким уровнем дара. И его до сих пор не нашли. Кася! В груди болезненно сжалось. Ей угрожает опасность! Если этот неизвестный узнает про ее способности, он непременно попытается ее убить! И артефакт ей не поможет. Мою мать он не защитил! Надо выяснить, сколько медиумов с высоким уровнем сейчас числятся в списках СБГ. Я быстро вернул все папки на место и, прихватив дело Кристофа, направился в канцелярию.

— Добрый вечер. Мне нужно снять копии со всех документов, Мэри. Срочно, — я положил папку перед начальницей отдела, отвечавшего за подготовку документов. До конца рабочего дня оставалось полчаса.

— Притормози, дорогой, сегодня никак, — знойная брюнетка томно посмотрела на меня, обдав волной феромонов и неприкрытого желания, — к тому же я что-то не вижу разрешения от Жерара.

— Вот разрешение, — я сунул ей под нос распоряжение о возобновлении расследования, которым озаботился заранее, зная ее любовь к бюрократии.

— Какой ты скучный, Эд, — она обижено надула губки, — тебе бы только с бумажками возиться да за преступниками гоняться. Нет бы пригласил девушку в кафе.

— Да вы сговорились что ли? — рыкнул на нее, — целый год про меня не вспоминали, а стоило вернуться, так сразу первый парень на деревне! Нет, дорогуша, больше на такое я не куплюсь, хватит! Копии мне нужны сразу после выходных, с утра! — я резко развернулся на каблуках и вышел. Внутреннее беспокойство за Касю смешивалось с раздражением на себя за то, что сорвался на Мэри. Так-то она неплохая, и мне следовало быть помягче. Да черт с ней! У меня сейчас есть проблема поважнее!

Надо поговорить с Владом. Только он имеет доступ к информации по медиумам! Я быстрым шагом пересек холл и взлетел по лестнице на второй этаж. Псионика я застал в дверях кабинета. Влад явно собирался отправиться домой.

— Нам надо поговорить, — я преградил ему путь.

— Что, прямо сейчас? — он вскинул бровь.

— Да, прямо сейчас. Это касается убийства Жозефины Дебур и остальных медиумов.

Влад нахмурился, но впустил меня в кабинет и быстро запер дверь.

— Вот как чувствовал, что ты начнёшь копать. Ну к чему тебе сейчас это дело? — недовольно произнес он.

— Это вышло случайно, — я тяжело опустился в кресло, — оно свалилось практически мне на голову.

Влад выругался сквозь зубы:

— И чего ты хочешь от меня?

— Сколько на текущий момент зарегистрированных медиумов высокого уровня? — я напряженно посмотрел на него. В его глазах было сомнение.

— Мне не нужны имена и подробности, только количество, — торопливо пояснил я, давая понять, что не буду выяснять закрытую информацию.

— Ни одного, Эд, — он вздохнул, отводя взгляд, — за последние три года — ни единого. Все — не выше первой ступени среднего уровня дара. Это данные СБГ по всей империи.

— Почему дела забросили? — вопрос вырвался сам собой, сказался профессиональный да и личный интерес.

— У нас нет никаких зацепок, — он развел руками, — картина всегда одна и та же. Стоит кому-то из медиумов проявить дар выше среднего уровня, как появляется убийца, и что бы мы не делали, как бы не пытались защитить... — он замолчал.

— Что является проявлением высокого уровня, кроме проверки кристаллом? Как он может их вычислить? — раз Влад пошел на контакт, нужно постараться выжать из него максимум информации.

— Я не знаю, как он это делает, Эд. Все они погибали в течении полугода после проявления в полную силу. Твоя мать остановила уличные волнения, превратив бунт в народные гуляния. Констанс убедила группу террористов сдаться и отпустить заложников, Доминик предотвратил восстание в своей части, а Карин смогла остановить озверевшую толпу от расправы над семьёй эльфов, которую безосновательно подозревали в наведении проклятий...

— Каждый раз это было воздействие на большую массу людей, — я перебил его и откинулся на спинку кресла.

— Да, ты прав, — кивнул Влад, — это и есть проявление высочайшего уровня. Ни один псионик не сможет контролировать толпу. А медиум может, просто играя на их чувствах. И чем выше уровень, тем на большее количество людей он может воздействовать. А вот медиума как раз контролировать можно. Можно поработить его волю и разум и превратить в послушную марионетку. Каждый раз нападавший сначала пытался захватить разум медиума, а если это не получалось — убивал его.

— Как выглядит воздействие медиума на магическом уровне? — я прикрыл глаза, отгораживаясь от Влада. Он не должен увидеть мои мысли о Касе.

— Как поток золотистой энергии. Я видел, как это делал Доминик, — псионик тяжело вздохнул, — это как волна, как цунами солнечной энергии, заливающее все вокруг и растворяющее все, что тебя тревожит, уносящая все беспокойство и наполняющая тебя светом. Я был там, в тот день, — он снова глубоко вздохнул и продолжил, — Доминик был моим другом, а спустя полгода он погиб. Его и охрану убили в сотне метров от здания управления. Убийцу никто не видел.

Мы смогли приблизительно восстановить картину произошедшего. Доминика в тот день вызвали в управление. Послали за ним людей и экипаж. До этого уже было нападение, и мы опасались, что оно может повториться. Он поджидал их на крыше управления. Положение преступника определили по ранениям на теле. Стоило Доминику выйти, как его ударило молнией. Боевой артефакт. Три следующих разряда убили сопровождающих и кучера. Четыре трупа и никто ничего не видел.

— Так не бывает! — воскликнул я, — во сколько это произошло?

— Ранним утром.

— Даже ранним утром всегда есть люди: дворник, разносчик, обслуга, рабочий, идущий с ночной смены, загулявший пьяница...

— Ты думаешь, я этого не знаю? Никто ничего не вспомнил сам, а осмотр случайных свидетелей показал, что воспоминания были стерты.

— Это не один человек.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что одному такое не под силу. И потом я просмотрел не все папки, там были ещё. Более ранние. Не думаю, что старик лет семидесяти будет охотиться на медиумов. Это точно организованная группа. А если это группа, то их можно найти...

— Пойдем, — Влад вскочил на ноги.

— Куда?

— В архив, — процедил он, — будем искать.

Рабочий день закончился, и управление опустело. Мы спустились в архив, где Влад отпустил архивариуса, внушив ему, что тот уходил последним. Почему псионик так поступил, я допытываться не стал.

— Показывай, — начальник исследовательского отдела был на взводе. И для него это дело было личным. И ему хотелось отомстить за смерть друга. Так что внезапно Влад стал моим союзником. Я отвел его к дальнюю часть архива, где хранились закрытые дела, старше пятидесяти лет. И почему-то именно здесь находились дела убитых медиумов. Как будто кто-то специально пытался сделать так, чтобы о них забыли.

— Я тоже об этом подумал, — кивнул Влад в ответ на мои мысли, — это действительно странно. Эти дела — секретные, и их место совсем в другой секции. Кто-то намеренно перенес их сюда. А значит, все это время мы искали не там. Искали внешнего врага, а он — внутри.

— Думаешь, в управлении завелся крот?

— Или кто-то ведёт двойную игру, возомнив себя вершителем судеб. И если, как ты говоришь, семидесятилетний старик не будет сам бегать за медиумами, то вот руководить он вполне способен. Нам надо выяснить, когда это началось.

Я принялся осторожно снимать папки с самого верха, а Влад тем временем раскладывал их на столе по годам, начиная с самого раннего. Всего было десять папок. Кроме четырех последних, которые я уже видел, перед нами сейчас лежало еще шесть. Сильные медиумы, действительно, большая редкость, но все же за последние семьдесят лет их набралось десять человек.

— Ну что ж, посмотрим, — Влад открыл самое первое дело.

Лоран де Эмбрю, медиум высочайшего уровня. Родился семьдесят лет назад. В двадцать с небольшим достиг своего пика в развитии дара — третей ступени высокого уровня. Погиб во время войны за Остерон. Перед этим весьма успешно выполнял задания Имперской канцелярии, прообраз нынешнего СБГ, обращая в бегство отряды противника, чем обеспечивал империи регулярные победы на поле боя. Был убит у себя в замке.

Следствие было проведено из рук вон плохо. Сказывалось военное время и относительная неслаженность ведомств. В канцелярии в тот момент шла борьба за власть. И тогдашний канцлер был вынужден не только оберегать императора и целостность зарождающейся империи, но и вести бесконечную войну с заговорщиками в своем собственном ведомстве.

Поэтому всю вину свалили на маркиза де Корна, главного оппонента и противника канцлера. Его обвинили в измене государству и императору, так как гибель де Эмбрю серьезно сказалась на успехе военных действий, и война из победоносной перешла в затяжную и продлилась еще пять лет, прежде чем удалось сломить остеронцев и заставить войти в состав империи.

Маркиза казнили, семью лишили титула, земель и привилегий. Своих детей у маркиза не было, но был племянник, которого он воспитывал как сына, и которому на тот момент было всего семнадцать. Юноша оказался упорным и пошел служить в армию простым рядовым. Спустя десять лет он, уже имея воинское звание и титул, который ему пожаловали за заслуги перед страной и императором, перешел на службу в канцелярию, где сделал головокружительную карьеру и ещё через десять лет стал канцлером, заменив прежнего, который на тот момент погряз в интригах и коррупции.

Именно с приходом Райна де Корна, Имперская канцелярия превратилась в Службу Безопасности Государства, организацию с жёсткой почти военной структурой. Райн сильной рукой навел порядок, на корню изничтожил взяточничество и интриги, разогнал стариков на пенсии и дал дорогу молодым и перспективным сотрудникам, чем естественно нажил себе немало врагов. Кстати де Корн до сих пор является главой СБГ.

Влад задумчиво смотрел на лежащие на столе папки.

— Кажется, я понял, где искать, — он посмотрел на меня, — помоги мне отнести это все в мой отдел. Здесь им не место.

Мы собрали все документы, я открыл портал и при помощи левитации перенес все дела в закрытое крыло исследовательского отдела.

— Эдвард, — он окликнул меня, когда я собирался уходить, — никому ни слова, иначе... — в глазах псионика засветилась сила.

— Ничего не выйдет, Влад, — я усмехнулся, — эльфийские корни.

— И все же, — он продолжал смотреть на меня, — если она дорога тебе...

— Даже и не думай! — гневно воскликнул я, но внутри появился страх. Он обо всем догадался. Он все знает про Касю.

— Тогда в твоих интересах молчать, ради нее и ее безопасности, — тихо сказал Влад. Я лишь кивнул и порталом перешел в свой кабинет.

Глава 23

Оказавшись у себя, я, словно в забытьи, подошел к столу и машинально уселся за него. Я сидел и, не отрываясь, смотрел на карточку, с которой мне улыбалась Кася. Понадобилось полчаса, чтобы побороть волнение, прийти в себя и осознать, что сейчас произошло. Своими расспросами я натолкнул нашего псионика на какую-то очень важную мысль.

Я видел его боль от воспоминаний о гибели Доминика, видел, как вспыхнули его глаза, когда пазл начал складываться в его голове. И зная его характер, можно точно сказать, что теперь Влад не остановится, пока не найдёт убийцу. Им движет не только преданность своему делу и верность СБГ, но и жажда мести. Он страстно желает покарать того, кто убил его друга.

Мне не стоит в это лезть. Моя главная задача — проследить, чтобы он не впутывал сюда Касю. Поэтому я должен быть рядом с ней. Должен постараться уберечь ее. Я не позволю втягивать мою девочку в эти грязные игры. Из-за них я уже потерял семью, тех, кто был мне дорог, и не могу допустить, чтобы это снова произошло!

В груди поднимался гнев, а кулаки непроизвольно сжались. Я вскочил со стула и подошел к окну. Уже стемнело, и жёлтый свет фонарей тускло освещал опустевший бульвар. Я молча созерцал яркое пятно света, вырвавшее из сгустившихся сумерек чугунную скамейку, стоящую рядом вычурную урну и часть кустов, растущих сзади.

Наконец, успокоившись и взяв себя в руки, решил отправиться домой. Время было позднее. Я посмотрел на свой стол, где стояли рамки со снимками, и быстро собрал их в рабочую сумку, туда же отправился конверт с письмом и газетными вырезками. Если в управлении завелся крот, не стоит оставлять ему подсказки. Я запер кабинет, спустился вниз и вышел на улицу. Хотелось поскорее оказаться дома, поэтому я открыл портал и спустя мгновение вышел в холле своего особняка.

Первым делом зашел на кухню и налил свежих сливок для Хельми. Хранитель иногда приходил очень рано. Поднявшись в спальню, я разделся и лег в кровать. Беспокойство, разбуженное всем, что я узнал сегодня о гибели моих родителей, о причастности к этому кого-то из управления ворочалось внутри и не давало уснуть. Я перебирал в голове варианты, размышляя, как мне защитить Касю, и задремал лишь к утру.

Проснулся я поздно. Солнце уже давно светило в окна, а часы показывали без четверти десять. Приняв душ, я накинул халат и спустился вниз. На столе стоял остывший завтрак, а Хельми нигде не было видно, хотя он обычно дожидался моего пробуждения.

— Все на свете проспал, — досадовал я на себя, увидев пустую миску, — хорошо, хоть с вечера озаботился оставить ему угощение.

Позавтракав, перемыл посуду. Горничной я так и не обзавёлся. Бесцельно послонявшись по пустому дому, оделся и отправился в город. Скоро мне предстоит встреча с моими близкими, и мне хотелось их чем-нибудь порадовать.

Я не спеша прогуливался по торговой улочке, размышляя, что можно им привезти в качестве подарков из столицы. С Реми все было просто. Недалеко от моего дома была одна лавка, где готовили потрясающие шоколадные конфеты. Брат их просто обожал, и раньше я всегда привозил их ему, когда навещал их с Сэмом. Поэтому я просто купил ему большую коробку его любимых сладостей.

А вот с подарком для Каси возникли трудности. Никогда не думал, что это может быть так сложно. Когда я встречался с Жюли, подобное никогда не вызывало проблем. Эта женщина всегда знала чего хочет и не стеснялась говорить об этом. Сейчас все было иначе. Касю я совершенно не знал. Не знал ее вкусов и предпочтений и не имел никакого представления о том, что ей может понравиться. Хотелось, чтобы подарок был не просто формальностью, а приносил пользу и радовал ее.

— Что любят женщины? — я пытался рассуждать логически, — цветы, конфеты, украшения, милые безделушки, но Кася — из другого мира. Кто знает, как у них там принято. Нужно подарить ей что-то, что она сможет использовать здесь, а при возвращении забрать с собой.

Мысль о том, что Кася захочет вернуться домой, больно резанула по сердцу. Нет, я просто не могу этого допустить. Сейчас это стало ясно, как белый день. Я безнадёжно влюбился. Влюбился в эти сияющие глаза и ямочки, появляющиеся у нее на щеках, когда она улыбалась. В эту короткую стрижку, в плавные изгибы ее миниатюрной фигурки. В эту непримиримость и желание отстаивать свое. В творимое ей волшебство, и сваренный ею кофе.

Мой взгляд остановился на витрине посудной лавки, где в красивой коробке лежали две фарфоровые кружки с изящным золотым узором. Перед глазами почему-то тут же нарисовалась картинка, как Кася с утра варит кофе, затем наливает его в эту кружку, а потом ее тонкие пальчики обнимают фарфоровый бок, а нежные розовые губки прикасаются к золотому ободку, делая глоток.

От разыгравшейся фантазии по телу пробежала дрожь, а возрастающее возбуждение заставило присесть на ближайшую лавочку. Мне нужно было успокоиться. Я сидел, бездумно наблюдая, как несколько голубей, спорхнув с ближайшей крыши, чинно прогуливаются по небольшой площади, периодически склоняясь до земли в поисках корма, словно приветствуя друг друга.

Я улыбнулся. Возбуждение спало, а дрожь в ногах успокоилась. Поднявшись, я быстрым шагом направился в запримеченную мной лавку и спустя пару минут вышел оттуда с красиво упакованной коробкой, в которой лежали те самые фарфоровые кружки. По дороге домой, заглянул в таверну и взял обед на вынос. Сегодня мне не хотелось шума и суеты. Хотелось побыть одному.

Вернувшись домой, я оставил подарки на столе в своей спальне, рядом со снимками, и весело насвистывая, спустился в кухню. После похода по магазинам настроение заметно улучшилось, и будущее больше не представлялось в мрачном свете.

Пообедав, зававарил себе чай. Надо будет попросить Касю, чтобы она научила меня готовить кофе. А то здесь я лишен возможности наслаждаться любимым напитком.

Кофейни в столице были, но все они располагались ближе к центру, а мой особняк находился на окраине, в уютном и тихом семейном районе, но вот кофейни тут, к сожалению, не было.

Интересно, а что скажет Реми, если я предложу ему и Хельми перебраться ко мне в столицу? Здесь их заведение будет весьма кстати, да и возможностей тут больше. К тому же тогда брат сможет посещать поварские курсы при академии, не бросая любимого дела. Надо хорошенько об этом поразмыслить и обсудить с Реми. Возможно, тогда удастся уговорить Касю задержаться здесь на подольше, и у меня будет время завоевать ее любовь.

Все эти размышления настраивали на благодушный лад, и настроение стремительно ползло вверх. Проходя мимо зеркала, мимоходом глянул на себя. На меня смотрело мое отражение в полицейском мундире и с глупой улыбкой до ушей. Я покачал головой. Совсем заработался. Даже в выходной по привычке нацепил форму. А еще удивлялся, почему так побледнел продавец в той лавке. Побледнеешь тут, когда к тебе в разгар выходного ни с того ни с сего заходит майор СБГ при исполнении.

Надо бы пойти переодеться, чтобы не пугать добропорядочных граждан, да прогуляться до Джордана. Если не спеша это как раз около получаса. Заодно и пройдусь, разомнусь немного. А то постоянное сидение в кабинете до добра не доведёт.

Сказано — сделано. Уже через двадцать минут я бодро шагал по тихой улочке, прикидывая, что по дороге нужно бы заглянуть к цветочнику и купить сестрам и матушке Джо по букету, а можно еще и тортик какой-нибудь прихватить, всё-таки меня на чай пригласили. Неудобно как-то с пустыми руками. Я свернул на оживленную улицу. Дом семьи Джордана был расположен в деловом районе города, и мне нужно было пройти еще квартала три. Однако времени у меня было достаточно. Спешить мне было некуда, погода была отличная, и я наслаждался прогулкой. Заметив на другой стороне цветочную лавку, я перешел улицу и направился к ней.

— Мистер Дебур! Эдвард! — услышал за спиной незнакомый девичий голосок, — как я рада вас видеть!

Я остановился и оглянулся. Ко мне от остановившегося на обочине личного экипажа спешила молодая девушка, в которой я с изумлением узнал Флорису Бенуа.

— Мисси Бенуа, — я поприветствовал ее, — какая неожиданная встреча, что вы здесь делаете?

— Папеньку пригласили на юбилей к сослуживцу, и он взял нас с маменькой с собой, — она смотрела на меня восторженными глазами, в которых светилось обожание, а я мысленно поморщился. Куда только смотрят ее родные! После того случая бедная девочка напридумывала себе про меня невесть что.

— И где же ваши родители? — я взял ее за руку, а она покраснела.

— Маменька в экипаже, а папенька зашел в винную лавку, — прошептала девушка.

— Тогда вам следует вернуться к ним, — я потянул ее за собой, намереваясь отвести к родным.

— Но как же так? — она заупрямилась, расстроено глядя на меня, — вы совсем не рады меня видеть!

— Простите, мисси, но с чего вы взяли, что ваше внезапное появление обрадует меня? К тому же юной девушке не пристало одной гулять по городу. Столица — это вам не Осельмир, хотя и там, помнится, вы сумели найти неприятности. Так что идёмте, ваша матушка, наверняка, уже волнуется.

— Нет, я сказала ей, что увидела вас и хочу поздороваться.

— Тогда тем более вам пора, — я перехватил ее поудобнее и настойчиво потащил в сторону экипажа. Как раз в этот момент из дверей винной лавки показался мистер Бенуа.

— Дебур, какая неожиданность! — наш банкир нахмурился, увидев меня.

— Добрый день, мистер Бенуа. Возвращаю вам вашу дочь. В столице не стоит быть столь беспечными и отпускать мисси одну, — я подтолкнул ее к отцу.

— Сядь в экипаж, Фло, — сурово произнёс Бенуа, зыркнув на нее.

— Но па!

— Никаких "но"! В экипаж! Живо! — прикрикнул он на нее. Флориса, надув губы, быстро забралась внутрь кареты, откуда тут же донеслись недовольные возгласы мистрис Бенуа.

— Эдвард, у вас есть пара минут? Нам нужно поговорить, — Франклин хмуро смотрел на меня, — давайте отойдём.

Мы отошли к стене здания, чтобы не загораживать проход, и чтобы нас не было слышно в экипаже, из окна которого то и дело выглядывало разобиженное личико Фло.

— Не знаю, что вы там наобещали моей дочери, но хочу предупредить, что Фло помолвлена. Ее жених больше подходит ей по возрасту, владеет достаточным состоянием и принадлежит к нашему кругу, так что...

— Прекрасные новости, мистер Бенуа! — я перебил его надменную тираду, — надеюсь, после знакомства с ним ваша дочь выкинет из головы свои фантазии и оставит меня в покое! Смею заверить вас, что никоим образом не претендую на сердце и тем более руку вашей дочери, не говоря уже о вашем состоянии. Я достаточно обеспечен, чтобы не искать себе богатую жену, а моя должность и чин позволяют мне жениться даже на аристократке. Так что буду вам крайне признателен, если вы призовете мисси Флорису к благоразумию.

— Но как же ваше письмо? — он удивленно посмотрел на меня, — она Элеоноре все уши прожужжала.

— Увы, у вашей девочки — буйная фантазия. Я не писал ей писем. Это она прислала мне письмо с благодарностью на ведомственный адрес, чем поставила меня в крайне неловкое положение. Знаете, подобные вещи следует писать личным порядком. Так что еще раз настоятельно прошу объяснить мисси, что я ей не пара.

— Я рад это слышать, Эдвард, — просветлел Франклин, — поверьте, я приложу все усилия, чтобы Фло вас больше не беспокоила. Надеюсь, между нами не осталось недомолвок?

— Никаких, мистер Бенуа, вы предельно ясно изложили свою позицию, а я совершенно искренне с ней согласен. Просто Фло слишком романтична и восприняла мой поступок близко к сердцу.

— Замечательно, вы меня успокоили. До свидания, Эдвард. Желаю вам успехов в службе, — он протянул мне руку

— До свидания, мистер Бенуа, — я пожал его ладонь, и поклонившись, вновь направился к цветочной палатке.

Упавшее было при появления Флорисы настроение тут же скакнуло вверх, когда Франклин сообщил, что эту взбалмошную девицу сосватали и она больше не будет мне досаждать. А главное она не будет досаждать Реми. В своем письме брат жаловался на регулярные визиты Флорисы и ее постоянные придирки. Теперь с этим будет покончено.

Цветочник помог мне выбрать три простых, ни к чему не обязывающих букета и подсказал, где находится ближайшая кондитерская.

И вот я уже подходил к дому Джордана. Стоило мне появиться на пороге, как меня тут же атаковала Эмми.

— Мистер Эдвард, наконец-то, мы уже заждались! — в тоне девочки прозвучали капризные нотки.

— Она с самого утра тебя ждет, — Джо, смеясь, вышел в холл.

— Ну что ж, в таком случае, велите накрывать на стол, мисси, это вам, — протянул ей один из букетов, а торт отдал подошедшей экономке.

— Эдвард, добрый вечер, — Терри, средняя сестра Джо, неспешно выплыла из гостиной. Она уже давно и счастливо была замужем, и теперь готовилась к появлению малыша, и судя по ее весьма округлившемуся животику, уже совсем скоро.

— Здравствуй, дорогая, — улыбнулся, глядя на нее, — как твое самочувствие? — Тереза была бледна.

— Да вот что-то нездоровится, — пожаловалась она, — с самого утра не нахожу себе места.

Я сделал к ней шаг, чтобы отдать букет, как Терри схватилась за живот, а ее лицо исказила гримаса боли.

— Нет, только не это, еще ведь рано, — в глазах женщины был испуг.

— Ты только не волнуйся, — быстро подхватил ее под локоть, — давай я провожу тебя до комнаты. Джо, — крикнул растерявшемуся другу, — надо срочно послать за целителем.

— Да, конечно, я сейчас, — Джо выскочил за дверь.

— Что случилось? — Эмми выглянула из столовой.

— Похоже, началось, — чуть слышно прошептала Терри, — Эмми, детка, позови матушку и Марту.

Поддерживая Терезу под локоть, довел ее до спальни на первом этаже.

— Спасибо, Эдди, дальше мы сами, — в комнату влетела мистрис Одье и их экономка, Марта. Я поспешил удалиться, чтобы не смущать роженицу.

Глава 24

Мы сидели с Эмми и Джо в гостиной. Периодически до нас доносились крики Терри, начинавшиеся внезапно и столь же внезапно обрывавшиеся на высокой ноте. Притихшая Эмми жалась к брату. Джо был бледен и предельно собран, словно перед решающей битвой. Мне тоже было не по себе. В памяти всплывали воспоминания о рождении Реми. Я так же сидел в соседней комнате и вздрагивал, когда тетя Мирисель начинала кричать от боли. Прошло уже три часа.

— Где она? — в гостиную вбежал Герман, муж Терезы, — где Терри?!

— Успокойся, Гер, и присядь. Она в надежных руках, с ней целитель и мистрис Дебора. Все будет хорошо, — быстро поднявшись, подошел к нему и положил руку на плечо. В этот момент снова раздался крик Терри. Герман было дернулся, но я удержал его:

— Не надо, друг, ей сейчас не до тебя. Поверь, не стоит. Если ты понадобишься, тебя позовут. Побудь пока с нами, — силком завёл его в гостиную и подтолкнул к дивану.

— Эд прав, Терри знает, что за тобой послали, — Джо посмотрел на зятя. Герман опустился на диван.

— Может быть чаю? — робко предложила Эмми, глядя на него.

— Прости детка, но мне сейчас не до чая, — на лице Гера было искреннее беспокойство.

— В чем дело, Гер? Ты сомневаешься в своей жене? — я попытался отвлечь его, — Терри справится.

— Дело в том, — неуверено начал он, — что мы были у целителя, накануне. Ему не понравилось что-то в самочувствии Терри. Баум всерьез предполагал, что роды начнутся раньше, а его помощник... Он сейчас отсутствует. И целитель сказал, что если что-то пойдёт не так... То он не сможет, — Гер запнулся и судорожно вздохнул, — он не сможет вытащить обоих, его сил не хватит. Он сказал... Сказал, что мне, возможно, придётся выбирать... Кого... Спасти... — Гер замолчал, обхватив голову руками.

— Почему?! Почему ты не сказал сразу?! — Джо бросился к Геру, но я успел оттолкнуть его, — мы бы нашли другого целителя!

— Успокойтесь оба, — я стоял между ними.

— Терри не хотела другого. Я предлагал. Она сказала, что мистер Баум ее вполне устраивает, и она доверяет ему. Она была абсолютно уверена, что все будет хорошо, и я... Я поверил ей! — почти выкрикнул он. В глазах Германа стояли слезы.

— Мистер Нортон, — в комнату вошел пожилой целитель, — я сделал все, что мог, но увы, ребенок еще не родился. Он слишком слаб и не выживет без поддержки магией. Но ваша жена, она потеряла много крови, и если ей немедленно не оказать помощь, то она... Вам надо решить. Только прошу, быстрее.

— Нет, нет, я не могу! Я не могу выбирать такое! — в ужасе воскликнул Гер.

— Эд, — Джо в отчаянии смотрел на меня, — ты же маг, кинетик!

— Вы владеете даром? — целитель оживился и повернулся ко мне.

— Да, но я — не целитель.

— Достаточно лишь поддержать мистрис Нортон, пока я окажу помощь малышу. А потом я помогу ей. К сожалению, мой дар не очень силен, и я не смогу одновременно удержать обоих.

— Я готов, что нужно делать?

— Идемте со мной, — целитель быстро повел меня в спальню, где сейчас была Терри. Мы молча зашли. Терри была в ужасном состоянии, а вся простыня была залита кровью. Я, стараясь не смотреть на это, подошел к изголовью и опустился рядом с ней на колени.

— Возьмите ее за руку и просто поделитесь с ней силой, а я пока закончу здесь, — целитель склонился между ее коленями.

Я осторожно сжал похолодевшую руку молодой женщины. Она уже не кричала, а лишь тихо всхлипывала.

— Ну что ты, Тер, успокойся, — я тихо гладил ее по растрепанным волосам, — все будет хорошо.

Моя сила текла в нее, и я видел, как посиневшие губы Терри вновь приобрели нормальный оттенок, а дыхание выровнялось. Она слабо улыбнулась, глядя на меня.

— Как там Гер? — одними губами спросила она.

— Очень волнуется за тебя и просил помочь тебе. Джо и Эмми тоже волнуются, а вот тебе сейчас волноваться нельзя. Ты сейчас должна думать только о малыше, — я продолжал вливать в нее силу. По телу Терри прокатилась схватка. Она с силой вцепилась в мою руку.

— Расслабься, Тер, и дыши. Дыши. Осталось чуть-чуть, — я говорил с ней, как нас учили когда-то в академии. Главное успокоить, а дальше тело сделает все само. Еще одна схватка и в комнате раздался тихий писк малыша. Терри без сил откинулась на подушку. Мистрис Одье, сидевшая все это время с другой стороны, возведя глаза к небу, тихо шептала слова благодарности высшим силам. Марта помогала целителю, подавая ему то влажное полотенце, то какие-то инструменты. А потом она, завернув малыша в пеленку, положила его Терри на живот.

— Это мальчик! — радостно объявила она.

— Сынок, — всхлипнула измученная родами мать, прижимая его к груди.

— Осталось немного, Терри, — строгим голосом произнес целитель, — соберись.

Терри, все еще цепляясь за меня, застонала от очередной потуги, а моя сила все также перетекала в нее. Но я уже не смотрел, что происходит вокруг. Все мое внимание было сосредоточено на лежащем на ее груди младенце.

Я помню, как дядя позвал меня в комнату к Мирисель. Она сидела в кровати, измученная, растрёпанная, с мокрым от слез и пота лицом, но при этом улыбалась, прижимая к груди крошку Реми, который, словно щенок, тыкался в нее и жалобно попискивал, пытаясь найти грудь.

Малыш Терри вел себя совсем по другому. Он выглядел очень серьёзным, весь сморщенный и нахмуренный, как старичок. Его глаза были закрыты, а ровное дыхание говорило о том, что он спит.

— Можешь отдыхать, Терри. Ты — молодец! — целитель поднялся, — спасибо за помощь, молодой человек, — старик признательно взглянул в мою сторону, — если бы не вы...

— Ты можешь позвать Германа, Эд? — Терри, наконец, разжала пальцы и умоляюще посмотрела на меня.

— Конечно, дорогая, я сейчас позову его, — я поднялся. Марта уже укрыла Терри одеялом. Не оглядываясь, вышел из спальни. Меня слегка пошатывало, сказывался перерасход сил, но я был счастлив. Терри и малыш выжили.

— Гер, иди к ней, — я прислонился спиной к косяку в гостиной и, как только он выбежал из комнаты, медленно сполз на пол. Ноги отказывались меня держать.

— Что с тобой? — Джо подскочил ко мне. Он помог мне подняться и довел до дивана.

— Все в порядке, — откинулся на спинку, — просто переволновался, за Терри. Сейчас пройдёт.

— Вы не просто переволновались, молодой человек, — целитель, который еще не успел уйти, держал меня за запястье, прощупывая пульс, — у вас перерасход сил. Слишком много за раз отдали, вот и поплохело с непривычки. В остальном все в порядке. Самое лучшее сейчас для вас — отправиться домой и как следует отдохнуть. Не забудьте что-нибудь поесть. Да, и еще, до завтра вам не стоит использовать магию.

— Спасибо, док, — кивнул ему Джо, — мы можем рассчитывать на вас в случае чего?

— Конечно, мистер Одье. Я навещу мистрис Нортон и малыша завтра. Но если вдруг Терезе станет хуже, немедленно посылайте за мной.

— Эмми, проводи господина Баума, и распорядись насчет ужина для Эда.

— Да брось, Джо. Со мной все в порядке, я лучше пойду, — попытался отмахнуться от его заботы.

— Нет, — он серьёзно посмотрел на меня, — ты никуда не пойдёшь, пока не поешь, а потом я отвезу тебя домой. Моя сестра и ее ребенок выжили только благодаря тебе, и я не могу допустить, чтобы с тобой что-то случилось. Так что это не обсуждается.

Сил спорить с ним у меня сейчас не было, поэтому я просто махнул рукой и позволил Джо и Эми всячески окружить меня заботой. После ужина мне, и вправду, стало лучше. Слабость потихоньку отступала. Голова больше не кружилась, а ноги не тряслись. И я уже чувствовал себя в силах дойти до дома. Однако друг все равно не отпустил меня одного. Джо нанял кэб и отвез меня домой.

— Может быть остаться у тебя? — он с сомнением смотрел на меня, проводив до дверей.

— Со мной все в порядке, честно, — я протянул ему руку, — спасибо, что подвез. Лучше езжай домой и позаботься о своей семье.

— Это тебе спасибо, — Джо сжал мою ладонь, — не окажись тебя рядом... Ладно. Бывай. Увидимся в управлении, — он быстро сбежал по ступеням, пересек лужайку и запрыгнул в ожидавший его кэб. Я вошел в дом, запер дверь и медленно побрел наверх. Добравшись до спальни, стащил с себя одежду и, рухнув на кровать, тут же уснул мёртвым сном.

Пробуждение было тяжёлым. Я чувствовал себя, как выжатый лимон, а желудок сводило от голода. Странно, я вчера весьма плотно поужинал. Джо и Эмми проявили крайнюю настойчивость в своем стремлении накормить меня. Взглянув на часы, не поверил своим глазам, уже полдень. Получается, я проспал больше двенадцати часов. Такого со мной никогда не случалось. В любом случае надо вставать.

Я сел на кровати. Мои вещи валялись рядом. Непонятно. Обычно Хельми с утра наводил порядок, и даже если я оставлял что-то на стуле, то это непременно оказывалось в шкафу. Умывшись, спустился вниз. Взгляд зацепился за пустую миску. Черт! Я вчера забыл налить ему сливок. Может в этом дело? Хельми не нашел привычное угощение и обиделся? Да нет, это на него не похоже. И потом, как мне объяснил один сослуживец в отделе, если дух признал кого-то хозяином, то он будет служить ему, невзирая на оплату. А я тоже являюсь хозяином Хельми, как и Реми, как и Кася.

При мысли о девушке в груди поднялось странное беспокойство. А вдруг у них что-то случилось? Вдруг там беда, поэтому Хельми и не смог прийти ко мне. Я отмахнулся от этих мыслей. Наверное, просто занят. Сегодня же выходной. Народу в кофейне должно быть много. Ничего со мной не сделается. Уж завтрак я себе и сам приготовлю. Тем более что уже обед. Да, лучше пойду пройдусь до таверны, поем и развеюсь заодно. Быстро собравшись, я вышел из дома.

Вернулся спустя пару часов. Мне по прежнему было неспокойно, поэтому я доехал до Джо, узнать, как дела у Терезы. Джо дома не было. Меня встретили Гер и Эмми. К счастью с Терри и малышом все было в порядке. Я не стал задерживаться у них, несмотря на настойчивость Эмили. Не стоит надоедать людям, особенно в такой момент.

Остаток дня я посвятил сборам, надеясь завтра получить разрешение Жерара на посещение Осельмира в рамках дела де Шеро. Шеф обязательно разрешит, я уверен, так что лучше собраться заранее, чтобы сразу из управления направиться туда. Вот Реми обрадуется!

К вечеру заряд поля полностью восстановился и самочувствие пришло в норму, а вот беспокойство только нарастало. Я пытался оправдать это волнением перед встречей с Касей. Мне ведь надо будет как-то объясниться с ней. Как-то намекнуть ей о своих чувствах. И что я ей скажу? А вдруг я ей безразличен? Вдруг она там уже встретила кого-нибудь? Хотя о чем я? В нашем мире к иномирянам относятся хуже, чем к эльфам, так что за это можно не волноваться. Даже если ей кто-то приглянулся, вряд ли он ответит взаимностью. Поэтому у меня есть все шансы.

А что если она решит уйти? За эти две недели она смогла поднять кофейню на ноги. Реми хвастался, что от клиентов отбоя нет. И дело де Шеро раскрыто. Получается, у нее нет больше повода здесь задерживаться. Ну это как посмотреть. Договор-то она заключила. А у него есть установленный срок. Так что сбежать от меня у нее не получится. До истечения договора она не сможет покинуть наш мир без моего разрешения. Да, я, конечно, обещал, что разорву договор, как только она попросит. Но в таком случае у меня всегда остаётся возможность ее отговорить. Да и Реми не против, чтобы она осталась, а значит, он всячески поспособствует тому, чтобы удержать ее. Возможно, даже согласиться на перенос кофейни в столицу. А тогда придется начинать все сначала, и ему точно будет нужна ее помощь. Кася — добрая душа, и не бросит его одного.

Так что при любом раскладе у меня есть еще полгода, чтобы очаровать ее. Теперь, когда мне вернули все мое имущество и деньги, я вполне могу составить завидную партию любой.

Поругав себя за эти коварные мысли и злорадство, я прошел по дому, запер все окна и пустующие комнаты, подзарядил кристаллы и отправился спать.

На следующий день я проснулся с рассветом. Стоило мне открыть глаза, как беспокойство, мучившее меня вчера, нахлынуло с новой силой. Отогнав дурные мысли, пошел вниз, в надежде увидеть Хельми. Я с вечера наполнил его миску сливками и положил рядом пару серебряных монеток, в качестве извинения за вчерашний день.

На кухне все было по-прежнему. Миска была нетронутой, а монетки лежали там, где я их оставил.

— Еще очень рано, — сказал сам себе, — Хельми, наверное, занят в кофейне. Надо просто подождать. Он скоро придет.

В ожидании Хельми я принял душ, побрился, оделся и снова спустился вниз. Часы показывали семь. Прошел уже час. Нет, там точно что-то случилось. Я, как мог, гнал от себя страшные мысли, которые тут же заполонили мою голову. Последний раз Хельми так себя вел после смерти Мирисель. Когда ее не стало, он три дня не появлялся в таверне, по своему переживая утрату хозяйки. Потом, конечно, вернулся и все наладилось. Если что-то случилось, тогда вопрос с кем? С Реми или с Касей? Думать об этом не хотелось. Потеря любого из них станет для меня большой трагедией. Чтобы хоть как-то отвлечься, решил приготовить себе завтрак, хотя от волнения аппетит пропал напрочь.

Поставив на плиту чайник, я сидел за столом и считал минуты. Чайник закипел, я заварил чай, а хранитель так и не появился. Быстро выпив кружку пустого чая, я, прихватив саквояж, вышел из дома, запер дверь и порталом перешел к зданию управления.

Глава 25

В холле было шумно и многолюдно, как это всегда бывает в начале рабочего дня. Первым делом я заглянул в канцелярию, чтобы забрать копии документов. Мэри небрежно шмякнула передо мной обе папки, всячески выражая свое недовольство тем, что ей пришлось работать в выходные. Но я даже не обратил на это внимание. Буркнув дежурное "благодарю", я тут же отправился в кабинет шефа.

— Доброе утро, сэр, — я заглянул к нему.

— Эдвард, доброе утро, заходи, — старик уже был на месте. Как всегда одетый в строгий мундир, седые волосы аккуратно уложены, он сидел за идеально убранным столом, являя собой оживший символ порядка, — рассказывай.

— Я по делу де Шеро — положил перед ним на стол папку с документами и свой отчет. Шеф быстро пробежал глазами по строчкам и тяжело вздохнул:

— Да, в то время многие пострадали ни за что. Направь копию дела капитану Харрису. Пусть обрадует Бруно.

— Шеф, — я взглянул на него, — позвольте мне самому...

— А, вот ты где, — дверь кабинета распахнулась, и в него быстрым шагом зашел Влад, — а я тебя везде ищу.

— Доброе утро, сэр, — псионик поздоровался с Жераром, — читай! — он протянул мне вскрытый конверт. Я заглянул внутрь и извлёк оттуда листок бумаги. На нем незнакомым мне торопливым почерком было написано:

"Эдвард, Хельми и Мими пропали. Реми совсем скис. В полиции отказались принимать заявление и сообщить тебе. Сказали, что духами не занимаются. Я не знаю, что делать. Если можешь, возвращайся! Нам нужна твоя помощь!"

И все. Ни даты, ни подписи. Хотя мне это ни к чему. Я и так знаю, от кого это послание.

— Когда это пришло? — я посмотрел на Влада.

— Доставили сегодня утром. Но судя по штампу, оно было отправлено вчера.

— Шеф, я должен отправиться в Осельмир, — быстро повернулся к Жерару, — там происходит что-то странное. В двух заведениях города внезапно пропали духи-хранители, а это грозит разорением их хозяевам.

— Так может они просто ушли? — Жерар хмуро взглянул на меня.

— Это невозможно. Дух связан с хозяином нерушимым договором и не может покинуть его по своей воле. А значит, это преступление, совершенное против их владельцев.

— Вот надо было императору присоединять земли этих проклятых эльфов, — проворчал себе под нос старик, — вечно там творится какая-то чертовщина. То призрак требует пересмотра дела, то духи пропадают. Все не как у людей, — Жерар быстро заполнил бланк, — иди, что с тобой делать. Это как-то связано с твоим братом?

Я кивнул. Он посмотрел на Влада:

— Пойдешь с ним. Это как раз по твоей части.

— Отдашь в канцелярию, — шеф протянул мне подписанное распоряжение, — пусть выпишут направление. И документы верни в архив, — он кивнул на папку, — кого вместо себя оставишь?

— Джордана Одье, — ответил, не задумываясь, — он — опытный следователь, и сможет заменить меня.

— Хорошо. Ступайте. И держите меня в курсе.

— Спасибо, шеф.

Я схватил документы и опрометью бросился из кабинета.

— Дебур, да стой ты! — псионик догнал меня возле лестницы, — не суетись. Пойдём через полчаса. Мне надо кое-что сделать перед отбытием.

— Валяй, я пока в архив и Джо предупрежу. Жду тебя в кабинете, — кивнул ему и побежал вниз по лестнице. Добежав до архива, отдал документы, расписался в ведомости и рванул в канцелярию.

— Эдди, ты что-то к нам зачастил, — на губах Мэри играла усмешка.

— Вот, приказ Жерара, — протянул ей распоряжение, — направление. Мне и Владу. Оформи побыстрее. У меня нет времени.

— Ну как всегда, — разочарованно вздохнула она, — у тебя никогда нет времени, — в ее голосе звучала досада, — никого вокруг себя не видишь. Одна работа на уме.

— Ворчишь, как будто ты — моя жена, — усмехнулся я.

— Дождешься от тебя, — фыркнула она, протянув мне бумаги, — держи. Реми привет.

— Обязательно, — я благодарно взглянул на нее.

— Нечего мне глазки строить, — рассмеялась Мэри, — иди, я же чувствую, что у тебя сердце не на месте.

Мэри была слабым медиумом. Но как любой из них, она чутко улавливала эмоции окружающих и была незаменимым сотрудником, способным легко подстраиваться под любых людей и незаметно сглаживать все углы. Она всегда появлялась там, где мог разгореться конфликт, брала на себя роль громоотвода, когда Жерар бывал не в духе. Всегда была готова выслушать и поддержать. Но вот на личном фронте у нее не ладилось. Никто из мужчин не воспринимал ее всерьез. Все видели в ней жилетку, в которую так удобно плакаться о своих проблемах, но при этом считали легкомысленной и несерьезной. Возможно, если бы не Кася, то я вполне мог закрутить с ней служебный роман. Но сейчас все мои мысли были сосредоточены только на моей девочке.

Влад появился ровно через полчаса, минута в минуту. Пунктуальность псионика меня всегда восхищала ровно настолько, насколько сейчас бесила. Потому что я уже извелся весь, пока ждал его.

— Ну что, готов? — я открыл портал.

— Готов, — кивнул Влад, и спустя мгновение мы уже стояли около кофейни.

Я открыл дверь. Звякнул колокольчик, а я замер на пороге. В кофейне было тихо и пусто.

— Эд! — Кася выбежала из-за стойки и бросилась мне на шею. Я крепко обнял ее, прижав к груди. Хвала всем силам, с ней все в порядке!

— Какое счастье, что ты вернулся! — она прильнула ко мне, — я не могла написать тебе всего! Джесс думает, что Хельми похитили! И что Мелисса причастна к этому...

— Кхм-кхм, — раздалось у меня за спиной, — Эд, можно мне войти? — голос Влада прервал ее, — а потом вы сможете продолжить.

Кася смешалась и покраснела.

— Я позову Реми, — она отстранилась от меня и поспешила к лестнице.

Я отошел в сторону и бросил на псионика сердитый взгляд.

— Ну извини, — развел он руками, — не мог же я и дальше стоять и слушать, как вы воркуете!

Он расположился за одним из столов. Я запер дверь и уселся рядом.

— Эдди, — Реми показался на лестнице, — ты пришел!

Брат едва не свалился со ступеней от собственной поспешности. Но увидев Влада, осекся и постарался придать себе видимость спокойствия.

— Рад тебя видеть, — он протянул мне руку, а я просто сгреб его в объятия. Реми обнял меня и тихо всхлипнул.

— Не вешай нос, братишка, — я потрепал его по голове, — еще не все потеряно. Мы вместе, а значит, во всем разберёмся.

Он, судорожно вздохнув, лишь кивнул, не в силах сказать ни слова от переполнявших его эмоций.

— Вы, наверное, голодны? — Кася подошла к нам.

— Да, мисси Потапова, — подал голос Влад, — было бы неплохо перекусить.

— Я пойду, наложу, — Реми отлепился от меня, по-детски утер нос рукавом и скрылся за стойкой. Стол привычно покрылся скатертью, и на нем появились приборы, салфетки и корзинка с хлебом, а спустя минуту зазвенел колокольчик, и на столе начали появляться блюда.

— Вы писали, что дух исчез, — Влад испытывающе посмотрел на нее, — и как это понимать?

— Это не Хельми, — за спиной девушки стоял Реми — это она.

Я удивлённо уставился на Касю. Девушка грустно улыбнулась и устало опустилась на стул. Кася была бледна, а под глазами залегли темные тени. Только сейчас я заметил, как потускнело ее маг-поле.

— Бытовая магия, мистер Старлински. Любой одаренный может ее использовать, — пожала она плечами, — когда мы поняли, что Хельми пропал, надо было как-то выкручиваться, чтобы клиенты ничего не заметили. Как-то так, — перед ней возник стакан воды. Кася взяла его. Я видел, как дрожат ее руки.

— Тебе не стоит перенапрягаться, — я коснулся ее плеча, а она вздрогнула от неожиданности.

— Кто-то должен это делать, а так получается намного быстрее, чем если бы я бегала с подносом. Угощайтесь, — добавила она, глядя на нас.

Мы приступили к еде. Кася задумчиво смотрела в окно, ни говоря не слова. Реми тоже молчал, изредка косясь на Влада. Было видно, что их смущает его присутствие.

— Давайте сразу кое-что проясним, — наконец произнес Влад, отставив пустую тарелку в сторону, — я здесь по поручению главы столичного полицейского управления, чтобы помочь Эду разобраться в том, что происходит. И хотите вы этого или нет, должен быть в курсе того, что случилось. Так что прекращайте оба играть в молчанку и рассказывайте, что тут у вас стряслось, — он помолчал и добавил, — завтрак был отменный. Спасибо, мистер Дебур.

— На здоровье, мистер Старлински, — вздохнул Реми, — вот только похоже моей карьере пришёл конец.

— Можно просто Влад, — поправил его псионик, — давайте, прежде чем делать такие выводы, вы всё-таки все нам расскажете.

— Я сварю кофе, — Кася встала и вышла из-за стола, — какой вы предпочитаете, Влад?

— На ваш вкус, Кася, — улыбнулся псионик, — я не пробовал ничего кроме черного, удивите меня.

Девушка усмехнулась и скрылась за стойкой.

— Реми? — я вопросительно посмотрел на брата.

— Давайте подождём, пока Кася вернётся.

— Хорошо. У меня для тебя подарок, — я достал коробку конфет и протянул ему, — твои любимые.

Глаза Реми вспыхнули от восторга, как в детстве. Он быстро схватил коробку и, содрав с нее обертку, открыл.

— Спасибо, Эдди, — он выбрал конфетку и положил ее в рот, — угощайтесь, — подвинул коробку на центр стола.

Кася вернулась через пять минут с подносом в руках, на котором стояло четыре кружки кофе.

— Раф для Реми, и айриш для остальных, — она расставила кружки и присела за стол.

— Ммм, вкусно, — кивнул Влад, — и почему такой выбор?

— В свете последних событий, я честно, не прочь напиться, но нельзя, — улыбнулась Кася, — поэтому кофе с коньяком.

— Неужели все настолько плохо? — я сделал глоток. Действительно вкусно.

— Это не просто плохо, Эд, это ужасно, — она страдальчески посмотрела на меня, — кто-то похитил Хельми и Мими — хранителя из "Старой ратуши"

Глава 26

Около двух недель назад. День открытия кофейни Дебур.

Кася.

Лежа в кровати, я перебирала в голове события уходящего дня. Мы справились! Целиком и полностью! На пять с плюсом! Напряжение медленно отпускало меня, и я чувствовала, как на меня наваливается усталость. Завтра будет новый рабочий день. И надо как следует выспаться.

Следующие три дня прошли в бешеном угаре. Кофейня определенно имела успех, настолько, что к середине третьего дня работы зал был забит под завязку, включая уличные столики. Время ожидания заказа, как ни странно, не изменилось. Команда Реми-Хельми работала как часы, а мне оставалось лишь принимать заказы, разносить счета и мило улыбаться гостям, которые с удовольствием оставляли щедрые чаевые. Так что за третий день выручка составила уже сто пятьдесят монет. Поскольку Хельми теперь получал на продукты строго оговорённую сумму, доход самого Реми возрос.

Вечером третьего дня подведя итоги и подсчитав выручку, я заполнила очередной лист учета и устало откинулась на спинку стула. На сегодня чистый доход составил семьдесят монет. Пятьдесят лежало в кассе, двадцать получил Хельми и по пять монет досталось мне и Реми. Наш юный хозяин сначала не хотел оставлять себе ни гроша, но я напомнила ему про Клэр, свидание с которой было назначено на завтра, и убедила его в том, что он вполне может тратить честно заработанные деньги не только на нужды кофейни и решение бытовых задач, но и на свои собственные прихоти. Реми помялся, но в итоге согласился с моими доводами.

Так что завтра у нас троих — законный выходной, который лично я планирую провести лежа в кровати. За эти три дня я вымоталась так, что под конец еле таскала ноги. У меня болело все, включая мышцы лица от постоянной улыбки. Все-таки быть хостес — это еще та работенка, особенно с непривычки.

Проснулась я, естественно, поздно. Спустившись вниз на кухню, обнаружила, что время — десять часов, а значит, Реми уже ушел. Сегодня он не стал меня будить. При моем появлении на столе тут же возник завтрак.

— Спасибо, Хельми, — я потрепала хранителя по голове и налила ему сливок. Кот радостно муркнул и набросился на угощение. Теперь Хельми ел несказанно много, что совершенно не удивительно, ведь Реми не мог подпитать его силой. Зато молоко и сливки делали это на ура!

Позавтракав, я выпила кофе, проверила зал и побрела наверх. Наконец-то можно спокойно устроиться в кровати и почитать. У меня уже давно чесались руки взяться за учебник, вот только днем на это не было времени, а вечером я засыпала, едва голова касалась подушки.

Читать теорию магии оказалось наискучнейшим занятием, тем более что написана она была настолько сухим и формальным языком, что складывалось ощущение, как будто я читаю справочник по физике или высшей математике. Поэтому поймав себя на том, что засыпаю, я отложила его в сторону и достала практическое пособие для студентов.

Начать хотела с раздела для медиумов, но на глаза попался раздел под названием "бытовая магия". Из любопытства открыла его и поняла, это же настоящий клад! Именно в этом разделе давались заклинания, позволяющие любому одаренному творить именно то, что делал Хельми.

Согласно теории "при помощи заклинаний — специальным образом составленных языковых формул, графическим аналогом которых являются начертания сиглов, одаренный преобразует собственную магическую энергию, накапливаемую в маг-поле в конкретные действия". На практике это было намного проще — есть грязная посуда и есть заклинание очистки. Собственно все. Читаешь заклинание или рисуешь мысленно закорючку, и посуда чистая.

На бумаге все выглядело прекрасно, но очень хотелось попробовать. Поэтому я выбралась из постели и спустилась в кухню. В качестве испытуемого выступала тарелка, перемазанная в просроченном клюквенном соусе. Я вчера случайно его обнаружила, пока составляла перечень продуктов на будущую неделю, а выбросить поленилась. И вот сегодня он мне пригодился!

Тщательно размазав несколько капель по тарелке, я еще раз заглянула в пособие.

— Оцените степень загрязнения: слабое, среднее, сильное, критическое.

Хм, ну допустим, слабое.

— Определите площадь: минимальная, маленькая, небольшая, средняя, больше среднего, большая, максимальная, (для более точного применения и расхода сил можно рассчитать площадь по формуле: длина предмета помноженная на ширину предмета умноженная на количество сторон предмета умноженное на количество предметов)

Вот, блин, и тут математика. Ну пусть будет минимальная.

— Четко прочтите заклинание, глядя на очищаемый предмет или же мысленно изобразите нужный сигл соответствующего размера.

Так, а в чем разница? Непонятно. Короче, надо пробовать.

Я поставила перед собой тарелку, уставилась на нее и медленно прочитала вслух заклинание с заранее выбранными параметрами. На моих глазах в центре тарелки появилось чистое пятнышко размером с монетку. Так, понятно, меняем площадь на "небольшая", ну чтоб с запасом, и пробуем еще раз. На этот раз вся тарелка оказалась чистой. А если их не одна? Я вынула еще штук пять. Быстренько извозила их в соусе, заодно заляпав и платье, и расставила на столе. В общем небольшая — это размером с полстола. А максимальная — это, видимо, целый дом.

Так, а если составить их стопкой? Вот тут я потерпела полное фиаско, потому что очистилась только верхняя часть верхней тарелки. Теперь понятно, зачем нужна формула! Ну что ж, попробуем. Проведя необходимые вычисления, я уже по памяти зачитала заклинание, и передо мной на столе теперь стояла целая стопка абсолютно чистых тарелок. Круто! Теперь пробуем закорючку!

В ходе двухчасового эксперимента (понадобилось время, чтобы научиться быстро воспроизводить начертание) стало ясно, что закорючка удобна, когда предмет один, а загрязнение не больше среднего. Особенно хорошо ей удалять небольшие пятна! При большем количестве предметов или сильном загрязнении уже требовалось заклинание, которое, кстати, можно было читать мысленно. Разницы никакой!

Воодушевившись собственными успехами, я убрала пятна с платья, и уже была готова перейти к следующему заклинанию, как вдруг почувствовала неимоверную слабость. Попросив Хельми убрать тарелки, так как руки у меня дрожали, и я просто побоялась их разбить, с трудом поднялась наверх и чуть ли не по стенке доползла до кровати. Что же со мной происходит? Пришлось вновь браться за теорию. Выяснилось, что я не рассчитала собственные силы и сама же вызвала у себя магическое истощение. О, как! А ведь писатели фэнтези всегда об этом предупреждают! Интересно, откуда они это все знают? Так, на сегодня с магией покончено. Мне нужно отдохнуть и восстановиться, а вот завтра, завтра буду осваивать!

В итоге до обеда я провалялась в постели, и лишь часам к трем смогла заставить себя спуститься вниз, чтобы поесть. И сразу же почувствовала, как мне становится лучше. Надо запомнить: схватил истощение — поешь! Это первое. Если не помогло — поспи! Это второе. А лучше не доводи до такого. Учту.

Реми вернулся часам к пяти вместе с Клэр и Джессом. Теперь эльф часто навещал нас.

— В городе разговоров только о вашей кофейне, — Джесс с удовольствием отхлебнул кофе, — был сегодня в "Розе", Мелисса бесится, — он усмехнулся, — боится, как бы все не разбежались. Мистрис Сардо вам такую рекламу сделала, что половина района собирается к вам наведаться. На разведку, так сказать. Готовьтесь.

— Спасибо, что предупредил, — улыбнулась я.

— Ты что-то бледненькая сегодня, — он внимательно посмотрел на меня.

— Не обращай внимания, я просто с магией перестаралась, — отмахнулась от него.

— А вот это зря, — он аккуратно взял меня за запястье, — не стоит так усердствовать.

Мягкий поток теплой энергии наполнял меня, унося слабость и недомогание.

— Лучше? — спросил он, лукаво улыбнувшись.

— Намного, — я удивлённо посмотрела на него, — спасибо.

— Не благодари, — рассмеялся эльф, — пойдём-ка прогуляемся. Свежий воздух полезен для здоровья, — он многозначительно подмигнул мне, а я каким-то внутренним чутьём поняла, что он хочет что-то обсудить наедине.

— Реми, ты не против? — я оглянулась на другой столик, за которым сидели ребята, что-то рассматривая на пластинке Клэр. Опять снимков наделали!

— Нет, — Реми даже не поднял головы, — только допоздна не гуляйте.

— Идём, — Джесс протянул мне руку, а Хельми уже подал шаль.

Мы молча шли по вечернему городу по направлению к парку. Джесс о чем-то размышлял, а я любовалась игрой света на каменных стенах домов и на брусчатке мостовой. Казалось, что кто-то включил оранжевый фильтр, и все вокруг было окрашено в нежнейшие тона, начиная от персикового, заканчивая терракотом.

Оказавшись в парке, Джесс огляделся и увлек меня на одну из боковых тропинок.

— Здесь нам никто не помешает, — он приобнял меня за талию и притянул к себе.

— О чем ты хотел поговорить? — мне было неловко в его объятиях.

— Я был сегодня в "Розе" — задумчиво начал он.

— Да, ты уже говорил.

— Так вот, сегодня Шерман был, на удивление, любезен. Он никого не пугал, не кидался посудой и даже не скулил.

— Значит, Клаус пошел на поправку? — я пока не очень понимала как, но знала, что состояние хозяина отражается на духе.

— Я очень на это надеюсь. Мне, правда, не удалось пообщаться с ним, в смысле с Шерманом. Мелисса все время крутилась в зале и не оставила мне возможности.

— Может понаблюдать пару дней? — предложила я.

— Да, наверное, ты права. Не стоит торопиться. Вдруг Клаусу и вправду стало лучше. Думаю, несколько дней хватит, чтобы понять, что там происходит.

Мы все дальше и дальше уходили вглубь парка.

— Джесс, куда ты меня завел? — я настороженно оглядывалась. Вокруг ни души. Старые стволы деревьев, покрытые изумрудным мхом, вздымались до самого неба, не позволяя последним лучам солнца пробиться через их густые кроны, под которыми сгущались сумерки. То там, то здесь среди листвы вспыхивали огоньки светлячков. А мы продолжали идти по едва заметной тропинке.

— Не бойся, — он крепче обнял меня, — просто хочу показать тебе кое-что.

Мы вышли на поляну, заросшую какими-то цветами. Стоило нам ступить на нее, как все венчики засияли нежным голубым светом.

— Как красиво! — я в восхищении смотрела вокруг, стараясь не наступать на цветы. Джесс подвел меня к стволу огромного дерева, расстелил под ним свой сюртук и усадил меня на него. Сам присел рядом. В его руках откуда-то взялась флейта. Простая пастушечья флейта. Джесс приложил ее к губам, и над поляной полилась тихая мелодия. При первых звуках музыки, цветы подняли свои головки, и целая стайка прозрачных бабочек закружилась над ними в такт, словно в волшебном танце. Я молча слушала, любуясь происходящим.

А мелодия все звучала и звучала, унося куда-то далеко-далеко, в непроходимые эльфийские леса, где звенят родники, а по тропинкам бродят диковинные звери. Где деревья такие высокие, что если залезть на самую макушку, то можно дотронуться до звёзды. Где волшебные травы дурманят путника своим ароматом и заставляют забыть обо всем на свете. Эти видения вставали перед моими глазами. А мелодия продолжала звучать, наполняя сердце непонятной тоской.

— Это было чудесно, — прошептала я, когда он закончил и теперь просто сидел рядом, любуясь на танец мотыльков.

— Да, в старые времена эльфы каждый вечер собирались вот так, на поляне, и состязались в искусстве игры, и музыка могла звучать до самого рассвета, — тихо сказал он и взглянул на меня. Я смотрела в его глаза, которые сейчас были почти черными, и не могла отвести взгляд. Джесс наклонился ко мне, и наши губы встретились. Я вздрогнула, мои руки уперлись в его грудь, но он крепко сжал мои плечи, не позволяя мне отстраниться. Я растерялась и почти не сопротивлялась его настойчивости. Поцелуй стал глубже, сердце забилось чаще, а перед глазами возник образ Эда. Это привело меня в чувство.

— Нет, Джесс, пожалуйста, не надо! — я вывернулась из его рук и вскочила на ноги. Он поднял голову. В его глазах читалось сожаление.

— Прости, — я отвернулась и отошла на несколько шагов.

— Не извиняйся, — руки Джесса обняли мою талию, — ты ни в чем не виновата. Мне не стоило этого делать. Давай забудем об этом и просто останемся друзьями.

Перед нами тут же возник портал. Он подтолкнул меня в него, и мы вышли у дверей кофейни.

— Джесс, я...

— Не надо ничего объяснять, — он улыбнулся мне, — я все понимаю. Пойдем, ты замерзла, — он открыл мне дверь.

— Все в порядке? — Реми с подозрением смотрел на нас.

— Да, все хорошо, — я взяла себя в руки, — спасибо за прогулку, Джесс, это было чудесно. Я пойду, мне надо прилечь.

Не оглядываясь, я быстро прошла к лестнице, поспешно поднялась по ступеням и почти влетела в комнату. Захлопнув дверь, я добрела до кровати и упав на нее, разрыдалась, сама не зная от чего именно. Постепенно слёзы кончились и перешли в тихие всхлипы, и я, незаметно для себя, уснула.

Глава 27

Утро наступило внезапно. Я открыла глаза. За окном занимался рассвет. Небо, еще укрытое серой дымкой уходящей ночи медленно окрашивалось в нежно-розовые тона. Я села на кровати, пытаясь сообразить, где я, и почему на мне платье. Воспоминания накатили лавиной. Прогулка с Джастином, сказочная поляна и наш поцелуй. Чувствуя, как от стыда пламенеют мои щеки, быстро стащила с себя измятое и перемазанное травой платье и направилась в душ. Потоки воды лились на меня, смывая пот и грязь с тела и следы вчерашних слез с лица. Но вот смыть это ощущение предательства они не могли. Я в самом деле чувствовала себя предательницей. Я предала Эда, предала Джастина, предала себя. Как мне теперь смотреть Джессу в глаза? Да, он предложил все забыть, предложил остаться друзьями, взял всю вину на себя! Но что мне теперь с этим делать?! Мне следовало сразу отказать ему. Не поддаваться очарованию той мелодии, не давать ему повода, а я...

В груди жгло от стыда и гнева на саму себя. Как я могла! Зачем позволила! Но тем болезненнее было осознание, что я не могу выбрать. Они оба нравились мне. И Эдвард, и Джастин. Впервые за много лет я ощутила интерес и влечение к мужчинам. И если Эд воспринимался больше как некий идеальный образ, от которого я тем не менее не могла отказаться, чувствуя в нем якорь, опору, то Джастин, он вот, прямо здесь и сейчас. Живой, насмешливый, с нагловатой ухмылкой. Но при этом тонко чувствующий, внимательный, готовый помочь и объяснить. И как мне быть?!

Эмоции душили меня, а внутри пульсировала пустота. У меня больше не было сил бороться с ней и с собой. Я чувствовала, как она заполняет меня, погружая в состояние отчаяния. Я недостойна ни одного из них! Я итак уже все испортила. Эд — в столице, и когда вернется — не известно. А буду ли я нужна ему? Скорее всего нет. Теперь у него все хорошо, и он, наверное, уже и забыл про меня. А Джастин... Думаю, моей вчерашней реакции на его откровенность было достаточно, чтобы он потерял ко мне интерес. Я сама отказалась от... от наших отношений. Он все правильно понял. И благородно отошел в сторону.

Я вышла из ванны, завернувшись в полотенце. Мое платье, чистое и отглаженное, висело на спинке стула. Хельми уже позаботился обо мне. А разве я заслуживаю этой заботы? На меня навалилось странное оцепенение. Будь что будет. В конце концов зачем мне здесь отношения? Так будет только больнее покидать этот мир. Лучше оставить все, как есть, не думать о будущем и сосредоточиться на текущем моменте.

Затолкав свои переживания поглубже, прошла к шкафу. Мне нужно отвлечься. Вытерев волосы, накинула халат и присела за трюмо, чтобы расчесать и высушить их. Интересно, а можно высушить волосы магией? Кажется, в пособии было что-то такое. Главное сейчас не перестараться и не спалить их. Я открыла учебник, нашла нужный раздел, посвященный уходу за телом. Там говорилось, что данные заклинания можно использовать, не глядя на объект. Достаточно чувствовать его руками. Ну что. Попробуем.

Запустила руки в волосы и начала читать. Стоило мне закончить, как волосы тут же стали абсолютно сухие. Я грустно улыбнулась своему отражению. Да, у меня получилось. Причем с первого раза. Это, конечно, не повод зазнаваться. Я оделась и пошла вниз. Надо покормить Хельми.

В кухне никого не было. Реми, наверное, еще спит. Взгляд зацепился за сковородку. Приготовлю блинчики. Тогда ему не придется возиться с завтраком. Я замешала тесто, попросила Хельми зажечь плиту и принялась печь. Минут через сорок на тарелке возвышалась стопка блинов. Хельми уже успел слопать свою порцию сливок и теперь помогал мне, моментально очищая грязную посуду и регулируя нагрев плиты. Сама я пока не поняла, как ей управлять. Сделав десяток блинчиков с творогом и десяток с фаршем, я водрузила все это на стол и сварила себе кофе.

Сегодня это был просто черный кофе. Мне не хотелось ничего. Хотелось просто ощутить этот горьковатый вкус напитка, не испорченный никакими добавками. Просто чашка крепкого свежесваренного черного кофе. "С щепоткой волшебства!" — усмехнулась, наблюдая, как рядом со мной возникла кружка, которую я облюбовала для себя. Хельми. Вот кто действительно заслуживает любви и заботы! И что бы мы делали без нашего помощника!

Прихватив тарелочку с блинами, я вышла в зал и устроилась за столиком возле окна. Я сидела и смотрела, как просыпается город.

Вот мимо пронёсся мальчишка-газетчик, бросив на порог свежий номер "Осельмирского вестника". У братьев Дебур была годовая подписка.

Вот позвякивая колокольчиком, молочник прокатил свою тележку, заставленную пустыми и полными бутылками. Я слышала, как он возился у крыльца, забирая чистую тару и оставляя свежее молоко для нас и сливки для нашего хранителя.

Вот подгулявший горожанин, пошатываясь, брел в сторону дома, а стайка голубей вспорхнув у него из-под ног, взлетела на соседнюю крышу.

Вот проехал полицейский патруль. Лошади медленно шли, опустив головы и мерно цокая копытами, а дворник с метлой и лопатой, недовольно сплюнув на мостовую, отправился убирать оставленные ими последствия.

Я поднялась. Газета уже лежала на стойке, а молоко было убрано в местный холодильник, чтобы не испортилось. Хельми восседал на подоконнике, бесстрасно глядя на улицу.

— Ты хотел бы туда, Хельми? — вопрос был чисто риторический, но дух внезапно покачал головой. Он спрыгнул и, подойдя ко мне, оперся на меня передними лапами, громко мурлыкая и требуя ласки. А я не могла отказать ему в этом.

Весь день я старалась отрешиться от мыслей об Эде и Джессе. Еще раз пересмотрела имеющиеся продукты, чтобы убедиться, что всего в достатке, попеняв себе на то, что у меня нет адреса Эркхарда на случай чего. Вклеила в купленную специально для этих нужд тетрадь листы учета за прошлые дни и расчертила новые.

Составила дополнительное меню для обеспеченных жителей северного квартала. А вдруг им, вправду, вздумается заглянуть к нам? И отнесла его Реми на одобрение. Наш шеф-повар внимательно изучил мои нововведения и согласно кивнул. После чего я пару часов старательно выводила названия блюд на белоснежной плотной бумаге. Типография сейчас закрыта и напечатать их к завтрашнему дню мы не успеем. Пока обойдемся рукописным вариантом, а на следующей неделе надо будет заказать печатный.

Во время обеда продемонстрировала Реми свои новые навыки, полностью накрыв стол вместо Хельми. Заклинание перемещения оказалось несложным, но действовало оно исключительно в границах оговоренного контура, который не мог превышать радиуса в пятьдесят метров. На большее моего поля не хватало. То есть я, в отличие от Хельми, могла телепортировать предметы (и только их!) в пределах первого этажа кофейни, а вот на второй этаж уже не хватало сил. Перемещение живых объектов мне и вовсе было недоступно, потому что оно происходит по-другому и делается это с помощью портальных камней или при наличии особого дара.

Реми с завистью смотрел на мои манипуляции и тихонько вздыхал. Ему даже это было недоступно. Как он пояснил мне, эльфы тоже различались по силе и способностям. Так вот у Реми сил хватало лишь на легкие чары и внушение, а магические способности отсутствовали вовсе. Даже портальная магия, в принципе присущая их расе, ему не давалась. С чем это было связано, Реми не знал. А я не знала, как подбодрить его, поэтому решила больше не травить ему душу и не использовать при нем заклинания.

Джесс за целый день так и не появился, чему я даже в тайне порадовалась, потому что не представляла, как отреагирую на него. Мне нужно было время, чтобы убедить себя в бессмысленности нашего близкого общения. Я планировала к концу месяца попросить Реми написать Эду письмо, чтобы уточнить, как идет расследование по делу нашего призрака.

Жак Бруно со своей матерью, леди Аурелией, заходил к нам перекусить. И мистрис Бруно сообщила, что подала заявление о возобновлении дела, а Жак уточнил, что через пару недель можно будет ждать первых результатов. С его слов Кристоф пока выполнял свое обещание и не досаждал сотрудникам управления. А с Жаком у них даже установилось подобие дружеских отношений. Призрак оставлял ему послания, написанные на листе бумаги, а Жак утром читал их и вслух отвечал на его вопросы и рассказывал, как обстоят дела в семье и в стране в целом.

Оставалось только помочь Джастину исцелить Клауса и разобраться, как снять с меня привязку Хельми. Я искренне надеялась, что раздел для медиумов ответит на эти вопросы.

После этого у меня не будет повода задерживаться тут, и я смогу попросить Эда разорвать договор и отпустить меня домой. При мысли об этом сердце сжималось, а к глазам подступали слезы, но я твердо решила уйти. Мне здесь не место!

Рабочая неделя обещала начаться с ажиотажа. Еще с вечера к нам явилось несколько посыльных от господ-аристократов, проводящих время на источниках Осельмира, с просьбой забронировать столик. Пришлось объяснять, что у нас так не принято, что мы — не "Роза" и не можем позволить себе держать место в ожидании одного единственного гостя, и если угодно, то можно выбрать конкретные пару часов. В итоге удалось равномерно распределить их на весь день, чтобы не простаивать.

— Реми, если так дальше пойдёт, нам придётся организовать отдельный зал для высоких гостей, — выдохнула я, избавившись от очередного слуги.

— Отличная идея! — поддержал меня рыжик, — на следующих выходных займемся. Сейчас просто не успеем, да и денег надо подкопить, чтобы мебель купить и все остальное.

— И как ты планируешь это сделать? — я недоуменно посмотрела на него.

— Очень просто. Я тоже уже об этом думал. Смотри, — он указал мне на незаметную дверцу рядом со стойкой, которая, как я знала, вела в небольшой чулан, где хранились тряпки и ведра для уборки. Реми распахнул ее, и я увидела помещение внушительных размеров, ничуть не меньше, чем основной зал кофейни.

— Постой, но ведь раньше этого не было, — воскликнула, всплеснув руками от удивления.

— Ну, мне вчера не спалось. Помнишь, Джастин сказал, что богатеи решили наведаться к нам, вот я и подумал, что вряд ли они захотят сидеть вместе со всеми, и надо бы отдельный зал сделать. А тут эта кладовка на глаза попалась, и на меня такое вдохновение напало, что вот, — он смущённо развел руками, — пойдем, посмотрим?

Мы вошли. Это было непередаваемо. Высокий, метров пять, потолок, стены с отделкой под светлый мрамор, ниши с росписью, имитирующие окна, каменная плитка в виде замысловатого геометрического узора. Я присела и провела по ней рукой. Настоящий камень!

— Но как?! — я смотрела на него, а он только пожимал плечами.

— Как ты это сделал?

— Я не знаю, просто представил и вот, — он огляделся, — а потом добавил деталей.

— Погоди, а если представить, что по центру с потолка свисает огромная трехъярусная хрустальная люстра с маг-кристаллами, а вот там, — указала на дальний конец, — находиться невысокий подиум, где играет маленький ансамбль?

Прямо на моих глазах появилась люстра, а пол, вздрогнув, слегка приподнялся в указанном мною месте.

— Только нужно изменить отделку подиума с каменной на паркетную...

Плитка тут же превратилась в доску.

— А по всему залу надо расставить столы, такие круглые, на одной ножке и стулья со спинками, обитые бархатом.

Один за другим возникали столики с полированными столешницами из темного дерева и витыми ножками, рядом с ними стояли по четыре стула, чьи сидения и спинки были обтянуты серым бархатом.

— Здорово! — я захлопала в ладоши и оглянулась на Реми, который в этот момент медленно сползал по стенке.

— Ну разве так можно? — я кинулась к нему, помогая встать, — ты разве не умеешь контролировать силу?

Ой, о чем это я! Мальчишка искренне верил, что у него и сил-то никаких нет, а он, оказывается, способен изменять пространство и создавать предметы из ничего. Вот только сейчас ему это вышло боком! Реми так увлёкся, что не заметил, как истратил весь запас сил.

Я вывела его в общий зал и усадила за стол. Так, нужно быстро восстановить его силы, а для этого ему нужно поесть. Вот только он сейчас даже ложку держать не в состоянии. Кормить мне его что ли?

На столе появился стакан молока. Хельми, ты — гений! Я осторожно поднесла стакан к побледневшим губам юноши.

— Пей, Реми, тебе нужно восстановиться.

Он сделал несколько маленьких глотков.

— Давай еще, — уговаривала его я.

Еще через пару глотков, на щеках парня заиграл привычный румянец, а в глазах появился блеск. Реми уже смог сесть прямо и взять стакан в руки.

— Ну рассказывай, маг-недоучка, что это сейчас было? — я сурово посмотрела на него.

— Ну чего ты, — он виновато опустил глаза, — я и сам не думал, что получится. Раньше мебель делать не получалось. Просто от тебя такое воодушевление шло, что я не удержался. Прям вот картинка в голове возникла!

— А технику безопасности кто соблюдать будет? Горе ты луковое! Ты не представляешь, как ты меня напугал! — я обняла его.

— Да я сам в шоке, — растерянно произнес Реми, — мне отец говорил, что дар у меня особенный, и что им пока пользоваться не надо. Только когда вырасту. Вот только теперь его нет, — он вздохнул, — а пользоваться даром я так и не научился.

— Ничего, — я взъерошила его рыжие кудри, — научишься потихоньку. Только чтоб больше никаких обмороков. Нам обоим надо научиться расход сил определять. Хельми, — позвала я, — а принеси мне учебник по теории.

Через мгновение книга появилась на столе.

— Так, посмотрим, — я полезла в оглавление. Через полчаса штудирования теории картинка, наконец, сложилась в моей голове.

Все фанаты фентези знают, что для использования магии нужны источник и резерв. С источником все понятно. Это как дополнительный орган, преобразующий все излишки энергии, которые не идут на поддержание жизнедеятельности тела, в магию или силу, в местном варианте.

Резерва, как это обычно описывают в наших фентези-романах в данном мире не было. А если быть точнее, то резервом являлось маг-поле, область вокруг мага в среднем достигавшая от одного до десяти метров. Причем развивалось маг-поле в течении всей жизни. И именно размер маг-поля отвечал за то, насколько энергоемкую и сложную магию может творить его обладатель.

Сопоставив свои возможности с приведенной в учебнике таблицей выяснила, что мое маг-поле сейчас около двух метров. Что соответствует полученным ранее практическим результатам, ну может подросло немного за счет активного использования. Вообще маги моего уровня дара имеют маг-поле от восьми до десяти метров, но это при условии обучения и регулярных тренировок. Маг-поле Реми было около полутора метров, что для магов пространства, к коим и относился мой юный шеф, являлось нормой.

С магами пространства вообще все странно. Начиная с того, что про них практически ничего не было известно, заканчивая тем, что обладая такой потрясающей способностью, они почему-то не могли использовать заклинания. Это было как-то связано с их источником, сил которого почему-то не хватало для активации простейшего заклинания на очистку тарелки, а при попытке заряд поля тут же падал до критического. Однако они вполне могли создать ту же самую тарелку из воздуха, не падая при этом в обморок. Именно в их родах чаще всего держали домашних духов, чтобы облегчить себе жизнь. Отец Реми, Сэм, также владел магией пространства. Он сам построил это здание, заложив в него все имеющиеся на данный момент помещения.

Снаружи наша кофейня представляла собой небольшой двухэтажный домик, на первом этаже которого был зал для посетителей, а второй был жилым. Так вот, помимо зала на первом этаже располагалась огромная кухня, с дополнительными кладовыми и погребом, внушительных размеров уборная, а теперь еще и второй зал для особых гостей. Второй этаж насчитывал пять немаленьких комнат, в каждой из которых была ванная, и там же располагалась гигантская библиотека. И все это на площади не больше ста пятидесяти квадратов.

Короче, талант у Реми был уникальный. Как впрочем и у Эда, который в дополнении к дару кинетики владел портальной магией, которая тоже относилась к магии пространства.

Что касается перерасхода, то тут все оказалось достаточно просто. Сам одаренный мог определить наполненность своего поля, или по-научному — его заряд, по условной шкале, которую требовалось задать самостоятельно.

Ну, представить себе некую удобную картинку с делениями. В моей голове тут же нарисовался образ батарейки смартфона и циферки процентов, показывающие количество энергии. Сейчас она была в зеленой зоне, что соответствовало заряду от 100 до 80 процентов, желтая — от 70 до 20 и красная — от 20 до 0. На отметке "ноль" прекращалось физическое существование тела, поэтому мага обычно вырубало на уровне заряда процентов десять. Такой вот природный предохранитель.

Другие одарённые могли определить уровень твоего заряда по светимости поля. Чем ярче, тем больше. Поэтому говоря, что я — бледненькая, Джесс имел ввиду не мой румянец, а именно яркость свечения моего маг-поля. Чтобы увидеть подобное, необходимо было овладеть магзрением, но это мы решили оставить на следующий раз. А сейчас нам нужно было отправляться спать, чтобы завтра вновь встречать гостей.

Глава 28

Всю следующую неделю мы вкалывали, не покладая рук. Предупреждение Джесса оказалось своевременным, потому что за следующие пять дней нас действительно посетила чуть ли не половина всех жителей северного района.

Мне теперь приходилось разрываться на два зала, зато я научилась мастерски отличать мелкого лавочника от богатого коммерсанта, офисного клерка от банкира, а буржуа средней руки от высокородного аристократа. И дело тут было не в одежде. В этом плане здесь все очень напоминало мой родной мир и было весьма демократично. Одежда среднего и высшего класса мало чем разнилась, ну если только вы не умеете на глаз отличать настоящий эрейский шелк от его местных аналогов. По мне, так никакой разницы!

А поэтому пришлось включить наблюдательность и обращать внимание на такие вещи, как осанка, походка, манера держаться и говорить, и даже тон голоса.

Но в первый день мне очень сильно помог Джесс. Он явился еще до открытия, оценил созданный Реми зал, просмотрел дополнительное меню и уселся за стойкой под предлогом выпить чашечку кофе.

Так он и просидел там целый день, подсказывая мне имена высоких гостей и объясняя, по каким признакам можно отличить представителей одного класса от другого.

— Спасибо, Джесс. Я бы не справилась без тебя, — смущенно посмотрела на него. Было около восьми вечера, и я, проводив последнего посетителя и с облегчением выдохнув, заперла дверь.

— Не стоит, — кивнул он мне и уставился на пятую или шестую кружку кофе за день.

— Джесс, — я подошла к нему и несмело коснулась его руки. Он вздрогнул и повернулся ко мне, — я должна...

— Давай так, — он взял мои руки в свои ладони, — то, что произошло позавчера... считай это легким умопомрачением, у нас обоих. Это ничего не значит. И я не в обиде на тебя. Я согласен просто на дружбу. Надеюсь, в этом ты мне не откажешь?

Я отрицательно покачала головой.

— А что до всего остального, — продолжил Джесс, — давай, не будем торопить события. Я вижу, что тебя гложут сомнения, не спорь, — он не дал мне ничего возразить, — ты сама еще не до конца разобралась в себе, — он замолчал, собираясь с мыслями, — так вот, я приму любой вариант и любой исход. Но сама понимаешь, верность, пока, хранить не обещаю.

Я улыбнулась и взглянула на него:

— Да я и не претендую, Джесс.

Он усмехнулся и осторожно коснулся губами тыльной стороны моей ладони, обозначая поцелуй. По телу словно прошел электрический разряд, а по рукам поползли мурашки, вызванные его прикосновением.

— Хочу, чтоб ты знала, ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью. Всегда, — он отпустил меня. А я стояла, потупившись, и не знала что сказать.

— Улыбнись, Кася, и посмотри на меня.

Я попыталась улыбнуться и подняла взгляд. В лукавых глазах Джесса светилась теплая улыбка и понимание. В тот же момент стало как-то легко и радостно, как будто гора упала с плеч, и я смогла улыбнуться по-настоящему, искренне.

— Так намного лучше, — кивнул он, — а теперь, если на кухне осталось хоть что-то, то я не прочь поужинать. Кофе — это, конечно, хорошо, но я чертовски голоден.

— Конечно осталось, Джастин, — Реми выглянул за стойку, — Хельми, накрывай.

Оставшийся вечер мы провели вчетвером. Клэр, которая пришла часов в пять, и все это время просидела на кухне с Реми, развлекая его разговорами, теперь покинула свой пост, и они вместе присоединились к нам. А затем проводив Джастина и Клэр, Реми сделал записи в учетной тетради под моим присмотром, и мы отправились на боковую.

Дальше все уже шло по накатанной. С утра и до вечера. Посетители, улыбки, вежливые разговоры, прощания. Не обошлось и без неприятных сюрпризов, таких, как неожиданное появление Флорисы в компании маменьки и папеньки. Чего именно она хотела добиться этим визитом, я так и не поняла. Однако, если это была попытка диверсии, направленная на нашу репутацию, то она не удалась.

Увидев в дверях эту семейку, я с самым любезным видом проводила их в зал для особых гостей и уделила им максимум своего внимания, благо, это было утро, и народу было немного. Мои старания, а главное восхитительная готовка Реми и молниеносное обслуживание Хельми сделали свое дело, и симпатии старших Бенуа тут же оказались на нашей стороне.

А после того, как Реми великодушно поделился с мистрис Бенуа каким-то "секретным" рецептом домашней выпечки, Элеонора и вовсе пришла в бурный восторг и тут же зарезервировала один из столиков для еженедельного собрания их местного женского клуба на каждый четвертый день недели вплоть до Нового Года. Так что пока дела шли в гору.

Проблемы начались к третьему рабочему дню (это был пятый день недели, и впереди нас ждали жаркие выходные). Я с тревогой пересчитывала запасы, уже понимая, что нам не хватит определённых ингредиентов. Пришлось экстренно подстраивать общее меню под имеющиеся в наличие продукты. Провернуть подобное с дополнительным меню мы не могли. С трудом дотянув до вечера последнего рабочего дня (седьмой день недели), после которого в наших кладовых было шаром покати, мы на общем совете решили, что надо наведаться к Эркхарду, чтобы скорректировать ассортимент и количество продуктов, тем более что завтра был день закупки, и к вечеру Хельми снова наполнит кладовые припасами.

Джесс вызвался выступить в роли провожатого. По его собственным словам, он не мог отпустить детей (меня и Реми) в эту клоаку одних. Узнать, где живет Хольц ему не удалось, так что нам предстояло совершить увлекательное, в кавычках, путешествие в рабочие кварталы городка.

Вот тут мне и открылась оборотная сторона Осельмира. Этот курортный городок, внешне словно сошедший со старой открытки, с чистыми улочками, уютными двориками и аккуратными домиками, окруженный прекрасными виллами и золотыми пляжами, имел гнилое нутро ввиде рабочих кварталов.

Я, конечно, в своем родном мире видала всякое, благо интернет позволял посмотреть мир и без путешествий. Но такую нищету у нас можно встретить разве что в бразильских фавелах или в самых убогих индийских трущобах.

Невысокие двух и трехэтажные домики еще эльфийской постройки, соседствовали с четырех, а то и пятиэтажными бараками, сложенными из грубоотесанного серого камня, который добывали в местной каменоломне. Все это, образуя запутанный лабиринт грязных закоулков и темных подворотен, ютилось на небольшом клочке земли, примыкавшем к главной улице, ведущей к порту.

Под почти сомкнувшиеся крыши без водостоков никогда не заглядывало солнце. Вода с них лилась прямо в эти узкие, похожие на щели, переулки и после штормов, регулярно налетавших на город осенью и зимой, превращала их в непроходимое месиво.

От вечной сырости и плотной застройки, не пропускавшей ветра, в районе стоял постоянный запах затхлости и плесени, смешиваясь с тяжелым смрадом угля, которым топили печи. Да, жителям этого района были не доступны магкристаллы для отопления и готовки. Они использовали маленькие железные печурки, похожие на наши буржуйки, топя их бурым углем, самым дешевым видом топлива, и прочим мусором, собранным детьми по берегу моря. Поэтому даже в солнечные летние дни над рабочим районом висела серая дымка, а в сырые зимние вечера он был затянут густым зловонным туманом, напоминающим лондонский смог.

Жители этого места были под стать своим жилищам. Грубые, коренастые, с мощными руками и суровыми обветренными лицами. Основная часть мужчин работала в порту докерами, то есть грузчиками-разнорабочими. Женщины трудились продавщицами на местном рынке, прачками и обслугой в местных пивных, а иногда и шлюхами в портовом борделе, обслуживая моряков, ожидающих фрахта или разгрузки судна. А дети подрабатывали подавальщиками, разносчиками, посыльными, внося свою лепту в семейный доход. Самые маленькие бродили ватагами по диким пляжам, собирая то, что вынес прибой.

Некоторые из ребятишек, наиболее ловкие и отчаянные, пробовали себя в качестве ловцов жемчуга. На скалах пару миль восточнее городка, в защищенной уединенной бухте, где течение было слабее, а вода теплее, была колония этих моллюсков. Однако трудность их добычи состояла в том, что колония находилась на достаточной глубине. К тому же в бухте нередко возникали блуждающие водовороты, рождаемые подводными течениями. Каждый сезон несколько ловцов расставались с жизнью или бесследно пропадали. Те, кто был более удачлив, в лучшем случае сбывали свою добычу в ломбардах торгового района, в худшем же за гроши отдавали скупщикам, раз в неделю наведывавшимся в эти трущобы.

На границе торгового и рабочего районов был элитный рабочий квартал, где жили начальник и другие представители администрации порта, лоцманы и штурманы, счетоводы и учетчики. Там же жили бригадиры, подрядчики и вербовщики. Именно этих людей я чаще всего видела в нашей кофейне. У простых рабочих на это просто не хватило бы средств.

Все это мне рассказал Джесс, пока мы пробирались через узкие улочки к причалам и расположенным рядом с ними складам. Можно было бы взять кэб, но главная дорога и так всегда была запружена телегами и подводами, доставлявшими товары в лавки и магазинчики торгового района, а пройти порталом было невозможно, по причине того, что Джастин не знал местность, так что решено было идти пешком.

Наши сборы напоминали шпионскую операцию по проникновению на территорию противника. Джесс где-то раздобыл поношенные вещи, чтобы мы не выделялись из местных и не привлекали к себе внимание.

Я, в коротких по щиколотку штанах с подтяжками, в широкой не по размеру рубашке Реми, грубых тяжелых башмаках и картузе, козырек которого наползал мне на глаза, была похожа на мальчишку-подростка, шагая между редактором газеты и младшим Дебуром, одетых под стать мне. Джесс крепко держал меня за руку.

Мое любопытство быстро сменилось усталостью и раздражением от окружавшей нас нищеты и разрухи. Во многих окнах не было стекол, они были либо наглухо забиты, либо закрыты грубо сколоченными ставнями. Под ногами вместо брусчатки была глинистая почва, а серый цвет, который присутствовал здесь повсюду, даже на лицах людей, навевал уныние.

Благодаря эльфу, быстро разузнавшему в местном пабе, как пройти к пристани, мы достаточно легко и без приключений добрались до порта. Было около двух часов дня, когда мы оказались перед зданием портовой администрации. Наверное единственное здание в этой части города, построенное из грязно-рыжего кирпича. Оставив нас у входа и строго наказав ждать его здесь и не влипать в неприятности, Джастин пошел узнать, где нам найти Хольца.

Ожидая его возвращения, мы расположились неподалёку от крыльца. Реми стоя, подпирая стену, а я уселась на кусок валуна, валявшийся рядом. Откуда он тут взялся, бог его знает! Наверное принесло какими-нибудь сильным штормом.

— Эй, парень, — над моей головой раздался хриплый голос. Я подняла глаза. Предо мной стоял типичный представитель местных вербовщиков, занимавшихся набором людей в экипажи торговых судов, огромный детина, косая сажень в плечах, весьма бандитской наружности, которому самому было в пору идти матросом на какой-нибудь пиратский бриг.

— Хочешь повидать мир и при этом неплохо подзаработать? — подмигнул он мне.

— Вы ошиблись, сэр, мы не наемники, — Реми отрицательно покачал головой, — мы ждем дядю. И он велел нам не сходить с места.

По легенде мы — племянники Джастина, приехавшие из дальнего захолустья попытать счастья в городе.

— А я не тебя спрашивал, ушастый, — огрызнулся вербовщик. Сейчас Реми не скрывал своего происхождения, напротив даже немного усилил сходство с эльфами. По словам Джесса так было безопаснее. К представителям другой расы меньше цеплялись.

— Я мальца спрашивал, — он кивнул на меня, — ну что, малыш, хочешь стать великим путешественником?

— Нет, сэр, — я смотрела на него, а внутри медленно поднималось беспокойство. Джесс велел держаться от таких подальше и стараться не вступать с ними в разговоры во избежание лишних проблем.

— Да ладно тебе, парень. Ты же уже взрослый. Можешь решать сам, — не унимался вербовщик, пытаясь польстить мне, — один рейс и вернешься домой с целым состоянием. Жениться сможешь.

Реми напрягся и, отлепившись от стены, подошел ко мне.

— Я сказал, нет, — он положил мне руку на плечо в знак поддержки, давая понять нашему собеседнику, что из нас двоих он — старший, и он будет принимать решения.

— Тебе-то какое дело, крыса сухопутная? — в голосе громилы прозвучали угрожающие нотки, а глаза гневно сверкнули, — пусть сам решает! Ты...

— Отвали, — грубо оборвала его я, поднимаясь на ноги, — я не горю желанием переться за тридевять земель и рвать себе жилы, таская тюки и драя палубу.

— Из одаренных что ли? — он насмешливо посмотрел на меня, — так можем подыскать тебе тепленькое местечко под крылышком капитана или боцмана, — усмехнулся мужик.

— Чего ты привязался? — вспылила я, хотя внутри все сжималось от страха, — сказано же, меня это не интересует.

— Зато ты меня очень заинтересовал, пацан, — этот амбал сделал шаг вперед и схватил меня за грудки, рванув вверх, при этом отпихнув Реми, который был почти на голову ниже него и половину уже в плечах. От сильного толчка Реми отлетел к стене, а я в панике вцепилась своими ладошками в его волосатую лапищу. Внезапно лицо мужика вытянулось, на лбу выступил пот, а самого его затрясло, как в лихорадке. Я испуганно смотрела на творящееся с ним. Мужчина выпустил из рук мою рубаху, отчего я шлепнулась на землю, попятился, а затем дико взвыв, схватился за голову и в ужасе бросился прочь, не разбирая дороги.

— Что это было? — еще не придя в себя от пережитого страха, пробормотала я.

— Так работает дар медиума, — раздался надо мной голос Джесса, — ты в порядке?

Он схватил меня за предплечье и поставил на ноги. Я, не до конца осознавая, что делаю, вцепилась в него, крепко обняв за талию.

— Полегче, Кась, — поморщился эльф, — от тебя такой жутью разит, что хочется пуститься наутек, лишь бы оказаться подальше отсюда.

Он в точности описал мои эмоции, а до меня внезапно дошло, что я, испугавшись намерений этого урода, неосознанно внушила ему свои чувства, чем перепугала бедного мужика насмерть.

— Я... Он... Прости, — меня затрясло, и я разрыдалась, уткнувшись в грудь эльфа.

— Ну тише, тише, — он ласково погладил меня по голове, — успокойся. Так и до нервного срыва недалеко, — Джесс заключил меня в объятия, — успокойся, малыш, — он продолжал утешать меня, а я судорожно всхлипывала, пытаясь взять себя в руки.

— Вернон — та еще скотина, — позади Джастина раздался голос Хольца, — ничем не гнушается. Если бы не твой дар, малец, он бы тебя силком уволок и продал бы кому-нибудь. Идёмте. Нечего тут отираться. А то он сейчас очухается и, не приведи силы, вернется, да еще и с дружками. Ему, небось, померещилось что-то, вот он и сиганул, как заяц, только пятки засверкали, — рассмеялся наш поставщик.

— Многие вербовщики владеют даром псионики, — продолжал он, — и частенько используют его, заманивая людей на корабль. Чем-то ты ему приглянулся, — Хольц внимательно рассматривал меня, видимо пытаясь понять, что со мной не так, — вот только странно, почему на тебя не подействовало?

— Амулет на мне, защитный, — уже немного придя в себя, буркнула я, — со мной такие фокусы не проходят, Эрк.

Я сдёрнула с головы картуз, наполовину скрывавший мое лицо, а счетовод даже ахнул от удивления:

— Мисси?!

— Тише, — прервал его Джесс, — идемте отсюда. Как бы и вправду на неприятности не нарваться.

Он схватил меня за локоть и потащил куда-то следом за Эрком и Реми, шедшими впереди нас. Я не стала сопротивляться, а молча пошла за ним, стараясь поспеть за его широким шагом.

Глава 29

Спустя какое-то время мы подошли к портовым складам. Эрк провел нас какими-то закоулками до арендованного им помещения, так что при всем желании дорогу я не запомнила.

Он открыл калитку в тяжелых железных воротах немаленького ангара и, пропустив нас внутрь, зашел следом. В помещении был полумрак, лишь немного света проникало через узкие окна под самой крышей.

— Идите сюда, — Эрк махнул рукой, призывая следовать за ним. Мы поднялись по узкой железной лестнице, напоминающий судовой трап и оказались в небольшой комнатке, судя по всему выполнявшей роль кабинета. Здесь стоял старый письменный стол, пара стульев и большое потертое бархатное кресло, в которое немедленно плюхнулся Хольц, предоставив нам самим решать, кто останется стоять. Джесс кивнул Реми на стул, меня усадил на соседний, а сам встал у меня за спиной.

— Ну, а теперь рассказывайте, какого черта вы полезли сюда? — серьёзно спросил Эрк.

Реми взглянул на меня, а я только кивнула ему в сторону поставщика. Я не могу постоянно вести дела за него. Он должен научиться делать это сам. Парень вздохнул, собираясь с мыслями, и наконец, озвучил причину нашего визита:

— Мы хотели поговорить о поставках.

— Хотите уменьшить количество продуктов? — нахмурился Эрк, — неужели дела так плохи?

— Нет, нет, как раз наоборот, — поспешно проговорил Реми, — мы хотим увеличить количество и расширить ассортимент, а еще нам нужны поставки два раза в неделю, во второй и в пятый день.

— Это замечательно! — воскликнул Хольц и полез в ящик стола, — вот, — перед нами на стол легла затертая рукопись, — это все виды товаров, которые я могу достать.

Мы с Реми склонились над каталогом.

— Мистер Хольц, можно перо и лист бумаги?

Эльф пододвинул мне письменные принадлежности. Пока мы составляли список, эльфы тихо беседовали о чем-то своем. Я не особо прислушивалась. Поняла только, что Хольц расспрашивал Джесса про каких-то общих знакомых, живущих где-то в эльфийских лесах. Странно, мне казалось, что Джесс давно живет здесь. Откуда ему знать, что творится в эльфийских землях? Но может быть он поддерживает связь с кем-нибудь из родни и друзей.

— Вот, посмотрите, — Реми протянул торговцу обновленный список, разделенный по дням доставки. Эрк внимательно изучил наши записи и, достав из второго ящика самые обычные счеты, принялся подсчитывать примерную стоимость. Иногда он сверялся с каталогом, уточняя цены.

— Сто пятьдесят монет в неделю с учетом двух поставок, — озвучил нам итог Эрк.

— Мы согласны, — кивнул Реми, — Хельми будет приносить дополнительно по двадцать пять монет, чтобы у нас был небольшой запас.

— Тогда внесем изменения в договор, — Хольц открыл шкатулку, стоящую у него на столе, и достал оттуда бумаги. Внеся всё в документы, они скрепили это подписями.

— Рад был вас видеть, — торговец с улыбкой протянул Реми руку, — но в следующий раз лучше вызовите меня в город, если вам понадобится что-то изменить. Рабочий район — та еще дыра. Здесь люди средь бела дня пропадают.

— А куда же смотрит полиция? — моему изумлению не было предела! Нет, я понимаю, что у них тут не двадцать первый век, но чтоб вот так! Получается, любой вербовщик может безнаказанно воздействовать на человека или увести его силой. Я вздрогнула, вспомнив, как тот амбал схватил меня. Руки Джесса тут же сжали мои плечи, призывая успокоиться.

— Полиции на рабочих наплевать, — пожал плечами Эрк, — вот если склад ограбят, тогда вызывают ищеек, а за остальным следит охрана порта. Да только и ей не сильно-то все это нужно. Им, главное, чтобы в самом порту и на складах порядок был, да чтоб контрабандисты мзду платили, а что там в кварталах делается... — он махнул рукой, — грабежи, разбой, насилие — обычное дело.

— Ты сказал, что тот вербовщик мог похитить меня и продать, но ведь в империи нет рабства!

— Рабства нет, — кивнул Эрк, — а вот торговля людьми, особенно одаренными и необученными процветает. За таких капитаны судов хорошо платят.

— Зачем? — я в ужасе смотрела на него. Он так легко говорил об этом, что мне стало не по себе.

— Переправляют их на южный материк, и продают в тридорога, там рабство — в порядке вещей, как в человеческих королевствах, так и в драконьих землях. Да и наги этим не гнушаются. Для них люди — существа второго сорта, неважно одаренный ты или нет. Но за одаренных дают больше. А у таких, как Вернон, нюх на одаренных.

— Так он — маг? — я недоверчиво посмотрела на Хольца.

— Нет, просто одаренный, псионик низкого уровня, не выше второй ступени, но язык хорошо подвешен, уболтает только в путь.

— И как же тогда нам поддерживать связь, — я снова взглянула на него, — раз сюда приходить нельзя?

— Очень просто, — рассмеялся Эрк, — пишите записку и говорите Хельми, чтобы передал ее мне.

— Я и не знал, что он так может, — удивился Реми.

— Конечно может. Только учтите, дух — не посыльный, он меня по порту искать не станет. Так что сообщение он может передать только в день закупки.

— Мы поняли, Эрк, спасибо тебе, — я посмотрела на Джесса, — а домой мы сможем порталом пройти или нам опять пешком топать?

— Сможем, Кася, — он улыбнулся мне, — мы теперь и сюда порталом пройти сможем. Я теперь имею представление об этом месте, так что в случае чего, обращайся.

— Ну что ж, — Эрк поднялся, — тогда вам пора. На всякий случай, — он быстро нацарапал что-то на листке бумаги, — мой адрес в рабочем квартале. Только я там не часто бываю, в основном по вечерам и ночью, а так здесь.

Я спрятала листок в карман. Еще раз поблагодарив Хольца, мы спустились вниз, и Джастин открыл портал. Мы попрощались и через секунду вышли прямо в зале кофейни.

— Фух, — Реми облегчённо выдохнул, — теперь понятно почему отец запрещал мне соваться в рабочие кварталы и в порт.

— Да, — кивнул ему Джесс, — одному туда ходить нельзя. Пропадешь. Пойдемте переоденемся и выпьем по кофейку.

Мы сидели за столом в кухне и пили кофе.

— И все-таки я не понимаю, почему власти не наведут порядок в рабочем районе? — искоса посмотрела на Джесса.

— Потому что нельзя навести порядок там, где люди сами не хотят его соблюдать, — задумчиво произнес эльф, — там правит Барон. Глава самой большой банды в городе. Все остальные так или иначе подчиняются ему. И все жители рабочих кварталов знают, хочешь добиться справедливости — иди к Барону. Он решит все вопросы, за соответствующую плату, конечно.

— А если нечем платить? — моя голова отказывалась воспринимать подобное.

— А он не всегда берет деньгами, — усмехнулся Джесс, — иногда ему достаточно оказать услугу. Кто бы что про него не говорил, Барон умен и держит все под контролем. Но у воров и убийц свои законы, и жители рабочего района согласились жить по ним. При старом мэре были попытки навести порядок в этих трущобах, но сами люди поднялись против такого. Едва бунт не случился. Барон тогда лично к мэру пришел, и они заключили соглашение, что этот бандит поддерживает порядок в рабочих кварталах, а полиция занимается только портом. Вот так, — развел руками Джастин.

— Это ужасно, — я покачала головой.

— Ужасно, — согласился эльф.

Мы посидели еще немного, и Джастин засобирался домой. Реми отправился с ним, хотел проведать Клэр. А я осталась в кофейне. После всего случившегося и слов Джесса, сидеть одной в пустом зале было неуютно. Поэтому я заперла дверь, ждать Реми не было смысла, у него был ключ, и пошла к себе.

Весь следующий день мы занимались подготовкой кофейни к рабочей неделе. А вечером заглянул Джесс и утащил меня на прогулку. На этот раз это была Жемчужная бухта. Та самая, где юные ныряльщики добывали жемчуг. Мы расположились на огромных валунах, наполовину вросших в песок, и любовались закатом.

— Как дела у Клауса? — Джесс давно не рассказывал про друга, и я уже начала волноваться.

— Ты знаешь, это удивительно, но он явно пошел на поправку. Сегодня я завтракал в "Розе". Мелисса сама подошла ко мне и передала письмо от него. Там, правда, всего несколько строк, но это точно почерк Клауса. А еще она расспрашивала про кофейню Дебур. Несмотря на то, что Шерман больше не безобразничает, многие постоянные клиенты "Розы" перебрались к вам. И, как я и предполагал, дела у Мелиссы идут не очень. Так что вполне возможно, что она наведается к вам с визитом.

— И мы обязательно примем ее по высшему разряду, — ехидно ответила я.

— Будь осторожна с ней, Кася, — обеспокоенно произнес Джастин, напряженно вглядываясь в волны. Я проследила за его взглядом. В волнах, то появляясь, то исчезая, мелькала белобрысая голова ребенка. Не говоря ни слова, эльф молниеносно скинул сюртук и туфли и бросился в воду. Я рванула за ним. Стоя на полосе прибоя, я с тревогой наблюдала за тем, как он подплыл к тонущему и сейчас боролся с волнами. Похоже, малыш попал в водоворот и запаниковал. Несколько мгновений я видела их вместе, а затем они оба скрылись в морской пучине. Секунда, другая, третья. Сердце билось через раз, а они все еще не появлялись. Я стояла, утопая в сыром песке, волны обдавали меня брызгами, но я продолжала искать взглядом Джесса.

Вдруг он появился, таща за собой мальчишку. Через пару минут эльф с трудом вышел на берег. У него на руках был мальчик лет тринадцати. Ребенок был неестественно бледен, его голова безвольно повисла.

— Давай его сюда! — я кинулась к ним. Джесс осторожно опустил мальчика на песок, а сам повалился рядом. Мальчишка не дышал, пульс не прощупывался. Нельзя было терять ни минуты. Встав рядом с ним на колени, я начала реанимацию, как нас учили на курсах оказания первой помощи.

Сначала максимально удалить воду из легких. Я перевернула его лицом вниз и несколько раз сильно сжала руками его грудь. Ребенок по-прежнему не подавал признаков жизни.

Так, теперь уложить на спину, запрокинуть голову и вдохнуть в него воздух. Между вдохами — непрямой массаж сердца. Поехали.

Я зажала мальчишке нос и, сделав глубокий вдох, с силой выдохнула ему в открытый рот. Затем принялась ритмично надавливать на нижнюю часть грудины. Раз, два, три, четыре, пять. Вдох. Еще раз. Вдох. Ну же, малыш, дыши! Я снова и снова повторяла комплекс реанимации, не желая верить, что все кончено.

Краем глаза я видела, как Джесс уже сел на песок и теперь молча смотрел на меня.

Вдруг ребенок закашлялся. Я быстро повернула его на бок. Из него полилась вода, а потом его вырвало. Я осторожно держала его. Мальчишку трясло. Да и меня тоже. Он поднял на меня бессмысленный взгляд, явно не понимая, что происходит, и отключился. Я сидела на мокром песке, прижимая его к себе, и смотрела в темнеющее небо, в котором уже начали зажигаться звёзды. По щекам текли слёзы.

— Кася...— Джесс коснулся моего плеча.

— Он жив, его нужно согреть, — тихо сказала, глядя на него. Он лишь молча принес свой сюртук и, завернув в него мальчика, открыл портал.

Мы стояли в зале кофейни. Реми, сидевший за стойкой, изумленно смотрел на нас.

— Куда его можно отнести? — Джесс взглянул на меня.

— Давай в гостевую. Хельми, приготовь крайнюю комнату.

Мы поднялись наверх, и Джесс уложил мальчишку на кровать. Я быстро очистила его заклинанием от песка и ила. Затем посмотрела на эльфа и нервно рассмеялась. Джесс стоял, насквозь мокрый, перепачканный в песке, без туфель, влажные волосы, облепив лоб, свисали сосульками, а его эльфийские ушки теперь казались чересчур длинными. Я, признаться, тоже выглядела не лучше: туфли насквозь промокли и забились песком, платье — тоже мокрое, местами в песке и в иле, руки дрожат.

— Нам надо привести себя в порядок, а то мы оба сейчас похожи на утопленников, — покачал головой Джесс.

— Можешь воспользоваться душем в комнате Эда, а Хельми пока почистит твою одежду. Вот только туфли остались на берегу, — истерично хихикнула я, чувствуя, как меня начинает отпускать. Я оглянулась на спасенного пацана:

— Мальчику нужен доктор, чтобы осмотрел. Я не знаю, что надо делать дальше. Он наглотался воды, могут быть осложнения.

Джесс присел на кровать рядом с ребенком и положил руку ему на грудь. Я молча наблюдала за ним. Через минуту он повернулся ко мне, на его лице играла легкая улыбка.

— С ним все будет хорошо. Он здоров.

— Ты можешь исцелять прикосновением? Я думала, так только кинетики умеют.

— У эльфов — своя магия. Любой чистокровный эльф может исцелить любое физическое повреждение по своему желанию, — Джесс поднялся, — идем, он проспит до утра.

Мы вышли из комнаты, тихо притворив дверь. Приведя себя в порядок, мы спустились вниз, где нас ждал встревоженный Реми. Устроившись за столиком, я рассказала ему все, что случилось.

— Ты же не против, если мальчик побудет здесь пару дней, пока не окрепнет, и пока мы не найдём его родных?

— Конечно, нет. Пусть остается.

— Это ребенок из рабочего района. Будет лучше, если он вернётся туда, — Джесс посмотрел на нас.

— Никто и не собирается его задерживать. Как придет в себя, может идти на все четыре стороны, — пожал плечами Реми. На том и порешили.

Глава 30

Утром я, первым делом, заглянула к нашему спасенному. Мальчишка, судя по всему, только что проснулся и сидел на кровати, удивлённо озираясь по сторонам.

— Доброе утро, — я вошла в комнату, — как ты себя чувствуешь?

Он затравлено посмотрел на меня, словно зверек попавший в капкан.

— Не бойся, — я остановилась в нескольких шагах от него, — ты чуть не утонул вчера, а мой друг тебя спас и вылечил. Мы не могли оставить тебя одного ночью на берегу, поэтому принесли сюда. Ты можешь уйти, как только захочешь.

На этих словах мальчишка отбросил одеяло и вскочил на ноги. На нем были одни истрепанные подштанники.

— Ты хочешь уйти прямо сейчас? — уточнила я. Мальчик кивнул.

— Но ты же не можешь пойти в таком виде, — усмехнулась, а он гневно взглянул на меня.

— Ты разговаривать-то умеешь? — его молчание было подозрительным.

— Умею, — буркнул парнишка.

— Замечательно, — улыбнулась я, — подожди, я сейчас принесу тебе одежду, потом ты поешь и сможешь пойти домой.

Я вернулась через минуту. Мальчик сидел на кровати, напряжённо выпрямившись.

— Вот, — я положила рядом с ним штаны и рубашку, в которых недавно ходила в рабочий квартал. Вещи, хоть и поношеные, но были сшиты из добротной плотной ткани. Мне они не к чему, а вот ему ещё послужат, — примерь. Если будет сильно велико, мы это исправим, — я с сомнением посмотрела на него. Мальчик был худенький и ниже меня ростом.

Парнишка несмело провел рукой по одежде, а затем с вызовом посмотрел на меня:

— А где моя одежда?

— Не знаю, — развела руками, — нам было некогда искать ее в темноте. Мы тебя спасали.

Мальчишка опустил голову и хлюпнул носом:

— Тетка прибьет меня, если денег не принесу, а там весь мой улов за два дня, — в голосе парня сквозила безнадега.

— Не расстраивайся, — мне стало его жалко. Я чувствовала его отчаяние, — сколько бы тебе удалось заработать?

— Десять монет, в этот раз я смог найти одну крупную, она бы одна монет на пять потянула.

— А может сходить поискать? — спросила я его.

— Да куда там, — он махнул рукой, — наверняка, Бен со своими прихвостнями уже все спёр, и от одежды избавились, чтоб доказать ничего нельзя было.

— Одевайся, я жду тебя в коридоре, — я вышла из комнаты и быстро зашла к себе. Достав свои накопления, отсчитала пятнадцать монет. Это три дня моей работы, но мне-то они пока ни к чему.

Быстро завернув монеты в носовой платок и спрятав остальные деньги, я вновь вышла в коридор. Дверь гостевой как раз распахнулась, и мальчишка показался на пороге. Я улыбнулась. Одежка была ему великовата и по росту и по размеру.

— Я думаю, вещи надо немного уменьшить, — подошла к нему.

— Не надо, — он как-то испуганно посмотрел на меня, — так на дольше хватит.

— Да ты же на следующий год вырастешь, — всплеснула руками, — она тебе все равно мала станет.

Я немного изменила размер вещей:

— Ведь так удобнее, правда? — ласково посмотрела на него.

— Ты — маг?

— Не "ты", а "вы", я старше тебя и выше по статусу. Так что будь добр соблюдать субординацию.

— Что? — он вытаращил на меня глаза, услышав непонятное слово.

— Называй меня на "вы" и используй слово "мисси" — мисси Кася. Понял?

Парнишка кивнул.

— Хорошо. А тебя как зовут?

— Робин.

— Отлично, Робин. А теперь идем завтракать, — я кивком указала ему, чтобы он шел вперед. Мальчишка резво стартанул с места, и через пару мгновений я услышала, как мои башмаки, которые теперь были на нем, отсчитывают ступени. Я, вздохнув, улыбнулась и не спеша спустилась следом. Паренек ждал меня около стойки.

— Сюда, — я приоткрыла дверцу и пропустила его вперед. На кухне слышался шум воды и звон посуды. Значит, Реми уже встал.

— Доброе утро, — я обозначила наше присутствие, приветствуя рыжика, — Робби, садись.

— Доброе, доброе, — Реми обернулся, — привет, — он кивнул мальчишке.

— Здравствуйте, мистер...

— Дебур, — подсказала ему. А паренек — сообразительный. Два раза повторять не надо.

— Здравствуйте, мистер Дебур, — отчеканил Робби.

Реми улыбнулся и поставил перед ним на стол тарелку с омлетом:

— Ешь. Ты наверное голоден.

Мальчик лишь кивнул и набросился на еду, жадно глотая, практически не жуя.

— Ты не спеши, пожалуйста, — я с жалостью смотрела на него. Бедный ребенок! — никто не отнимет.

Пока он ел, я выпила чашку кофе. Старая привычка. Никогда не любила полноценно завтракать. Обычно аппетит просыпался ближе к обеду. Малец тем временем умял омлет, выпил большой бокал какао и сейчас доедал третий бутерброд.

— Ты наелся? — я взглянула на него. Он явно примерялся еще и к сдобе, но было понятно, что в него больше не влезет.

— Да, мисси, — в глазах парня промелькнуло сожаление, что нельзя наесться впрок. Я взяла бумажный пакет и, сложив туда штук пять сдоб, отдала ему:

— Пойдёшь сейчас или останешься еще на день?

— Сейчас, — как-то грустно выдохнул он, — к восьми я должен быть дома. Тетке на работу. Кто-то должен присмотреть за детьми.

— Идём, я провожу, — мы вышли в зал и подошли к дверям.

— Ты доберёшься сам? Может быть поймать тебе кэб?

— Не надо, мисси. Я так дойду. Здесь не очень далеко. Это ведь бывшая таверна "У Сэма"?

— Все верно, — кивнула я, — вот, держи, — вложила ему в руку кулек с монетами, — здесь пятнадцать монет. Отдашь тете.

— Спасибо, мисси, — прошептал он, неверяще глядя на свою ладонь.

— Смотри, не потеряй, — улыбнулась я, — ну все, беги. Будет нужна помощь — приходи, — я взлохматила его светлые волосы, — и будь осторожнее, в следующий раз нас может не оказаться рядом.

— Я буду, мисси. Спасибо за все, — он покраснел от смущения, не зная, как выразить свои чувства. Но мне и так все было ясно. Я обняла его:

— До свидания, Робби.

— До свидания, мисси Кася.

Мальчик вышел из кофейни и вскоре скрылся за поворотом дороги.

Рабочая неделя шла своим чередом. Кофейня работала, посетители приходили и уходили, а я, курсируя между столиками, размышляла, что же мне делать.

Все оказалось не так просто. В кофейне непременно нужна хозяйка, иначе некому будет обслуживать гостей. Но нанять помощницу Реми не мог. Жениться он тоже не собирался. Отношения с Клэр пока что были на уровне дружбы, да и эльфийка была амбициозной девушкой и вряд ли согласится на роль прислуги.

Отсюда вытекал логичный вывод — я не могу сейчас уйти. Точнее уйти-то я могу, меня никто не держит, но в таком случае все это просто развалится. Один Реми не справится. А я не смогу его бросить. За эти недели мы сильно сдружились, и паренек уже однозначно воспринимался мной как родственник, без всяких "но" и "если". А значит, мне придётся задержаться здесь, по крайней мере, до конца контракта. Возможно, за полгода мы сможем что-то придумать.

Но... Да, было одно "но". Мне обязательно нужно наведаться в мой мир. Я должна предупредить родителей. Их отпуск закончится через пару недель, а еще через пару недель они вспомнят, что у них есть дочь. И тогда начнется кошмар. При всех своих странностях они меня очень любят, и мне страшно подумать, как будет переживать мама, да и папа тоже, когда выяснится, что я пропала.

Поэтому поразмыслив хорошенько, я пришла к выводу, что мне нужен портальный камень для того, чтобы хотя бы иногда навещать семью. Как объяснил мне Джесс, перемещения с помощью камня никак и никем не регистрируются, а значит его владелец может беспрепятственно скакать из мира в мир.

Хороший портальный камень — вещь дорогая. К тому же его зарядка стоит немалых денег. Это как в отпуск съездить в нашем мире. Не меньше. На данный момент у меня было двадцать девять монет, а новый пустой камень стоил сто. Плюс сто монет — зарядка на два перехода. Как не крути, мне самой не осилить. Придется просить Реми одолжить мне денег в счет будущей зарплаты. И каким-то образом надо уговорить Эда сходить со мной. А для этого нужно написать ему письмо и, желательно, не на ведомственный адрес.

— Реми, нам надо поговорить, — я отвлеклась от записей и посмотрела на рыжика, присевшего рядом.

— О чём? — Реми как раз подсчитывал выручку.

— Через пару недель мне нужно вернуться в мой мир. Ненадолго, — я поспешила успокоить его, заметив тревогу в его глазах, — мне надо предупредить родителей, ну, чтоб они не волновались.

— Тебе нужны деньги на камень? — Реми быстро сообразил, что я от него хочу.

— И не только деньги, — я отложила ручку, — мне нужен Эд. Без него магия мира меня не пропустит. Так Джесс сказал.

Реми улыбнулся:

— Без проблем, Кася. В выходные можем купить тебе камень, а Эду я напишу письмо. Все равно собирался это сделать, — он задумался, — вот только я его адрес в столице не знаю. Ну ничего. Напишу на ведомственный. Уверен, он тут же пришлет свой домашний. И тогда ты сможешь написать ему сама и объяснить ситуацию. Думаю, он не откажет.

— Спасибо, Реми, — я признательно посмотрела на него.

— Это тебе спасибо, что не бросаешь меня, — потупился он, — и извини, что я тебя сюда выдернул.

— Проехали, — я хлопнула его по плечу, — без тебя у меня такого приключения никогда бы не было, так что я не в обиде. И потом это же не навсегда.

— Ты все еще хочешь уйти? — голос Реми звучал расстроено.

— Не раньше, чем ты твердо встанешь на ноги и решишь проблему с хозяйкой. Без помощника тебе не справиться. Нужно сначала найти кого-нибудь на мое место.

— Ну тогда ты здесь надолго, — рассмеялся Реми.

— И всё-таки подумай об этом. Обстоятельства бывают разные. Мне может понадобиться вернуться в свой мир, или СБГ что-то пронюхает про мой дар, а я как-то не горю желанием всю оставшуюся жизнь работать на вашего императора и его спецслужбы. И потом, при таком раскладе, ты, — я щелкнула его по носу, — тоже останешься ни с чем. Так что думай!

— Не волнуйся, Кася, СБГ тебя не тронет, для этого у нас есть Эдвард, а насчет остального, мы что-нибудь придумаем. Пойдём лучше спать.

Глава 31

На следующий день у всех был первый выходной, а у нас — самый напряженный рабочий день. Народ шел с самого утра, и в общем зале яблоку упасть было некуда. Да и в зале для особых гостей треть столиков уже была занята.

Я зашла за стойку, чтобы перевести дух, как звон колокольчика сообщил мне, что прибыл очередной посетитель. Я посмотрела в сторону входной двери. Мелисса Фарно, собственной персоной, застыв на пороге, с любопытством оглядывалась. Сделав вид, что очень занята и не вижу ее, я задумалась:

— Выставить эту дамочку вон, сославшись, что у нас нет мест, или все же проводить ее во второй зал? — и тот, и другой вариант меня не устраивали. Однако, мистрис Фарно не оставила мне выбора, направившись прямо к стойке.

— Доброе утро, — хозяйка "Розы" улыбнулась, но в ее глазах мне почудился коварный блеск.

— Доброе утро, мистрис Фарно. Простите за задержку, — я поспешила выйти из-за стойки, — сами понимаете, столько народу.

— Не волнуйтесь, милочка, — усмехнулась Мелисса, — я готова подождать, пока освободится столик.

— О, нет, нет, ждать не нужно. Прошу, — я распахнула дверцу. Глаза Мелиссы округлились, но она больше ничем не выдала своего удивления, а лишь сдержано кивнула и прошла внутрь.

— Пожалуйста, присаживайтесь, где вам удобно, — я рукой обвела зал. Она выбрала столик, а я подала ей меню. Пока Мелисса изучала ассортимент и выбирала блюда, я стояла рядом. Наконец, она сделала заказ: фруктовый салат и зелёный чай — самое дешевое, что было в меню. Я мысленно обозвала ее скрягой и телепортировала листок на кухню. Сейчас я регулярно использовала свои новые навыки, стараясь максимально облегчить себе жизнь. Зачем бегать, если можно применить магию! Спустя пару мгновений перед хозяйкой "Розы" появился ее заказ.

— Что-то еще, мистрис Фарно? — дежурно улыбаясь, посмотрела на нее.

— Нет, этого хватит, — она недовольно мотнула головой, — у Реми — сильный хранитель.

— Да, без него бы мы не справились, — ответила я. Из общего зала донесся звук дверного колокольчика. Нужно было идти.

— Я оставлю вам счет, — положила книжечку на стол, — деньги можно вложить внутрь.

— Хельми принимает чаевые? — внезапно спросила Мелисса. По спине неприятно пробежали мурашки. Зачем ей это? Хотя, может быть Шерману принято оставлять чаевые, вот она и интересуется, чтобы не показаться невежливой?

— Обычно мистер Дебур сам выдает ему его долю, — но если вам угодно, оставьте монетку и скажите, что это для него.

Джастин регулярно оставлял Хельми мелкие монеты. Не знаю, зачем он это делал.

— Прекрасно, — Мелисса улыбнулась.

— Приятного аппетита! — я кивнув ей, поспешила в общий зал, где снова зазвенел колокольчик.

Спустя минут пять я увидела, как Мелисса продефилировала к выходу.

"Странно, — я проводила ее взглядом, — даже не попрощалась. Да и черт с ней! Ушла и ушла!"

Приняв заказ, направилась во второй зал, чтобы забрать папку со счетом. Блюда стояли на столе нетронутыми, а вот папочка лежала открытой и пустой. Я покачала головой, мысленно выругавшись:

— Вот стерва! С таким же успехом могла бы попросить стакан воды! Затрат меньше!

— Хельми, убери это, — я позвала хранителя, но ничего не произошло. Тарелка с салатом так и осталась стоять на месте.

— Хельми, малыш, — снова позвала я. Обычно после этих слов хранитель появлялся воочию, но сейчас он не проявился.

Я замерла, чувствуя, как по спине течет холодный пот. Хельми исчез! В разгар рабочего дня! Как это вообще возможно?! Так, спокойно, главное без паники! Никто не должен об этом знать. Надо взять себя в руки!

Я быстро убрала со стола магией и спешно направилась в кухню. Надо расспросить Реми. Может быть он знает?

— Реми, — я влетела к нему, — Хельми не отзывается!

— Я знаю, — рыжик выглядел потерянным.

— Почему?

— Такое уже было, — на лице Реми отразился страх, — когда отец погиб. Хельми в тот день исчез, а вернулся лишь после похорон. А это значит, — он испуганно посмотрел на меня, — с Эдом случилась беда!

— Так, стоп, погоди! С чего ты взял? — при упоминании Эда сердце заколотилось, как бешеное.

— Он тоже хозяин Хельми, и если дух пропал, то...

— Не говори чепухи! Нам бы сообщили!

— А что, если это только что произошло? Письму нужно время! — лицо Реми исказила гримаса отчаяния.

— Немедленно возьми себя в руки! У нас полный зал! И заказов куча! — я строго посмотрела на него, — с Эдом все в порядке.

— А если нет? — дрожащим голосом произнёс он.

— Тогда завтра мы об этом узнаем, — тихо сказала я, — Но сегодня... Сегодня кофейня должна работать! Ты меня слышишь?! — я встряхнула его за плечи.

— Да, Кася, — упавшим голосом произнёс Реми. Я обняла его:

— Перестань, все будет хорошо. Давай постараемся продержаться этот день. А вечером будем думать. Нельзя сдаваться, Реми!

— Ты права, — он судорожно вздохнул, — иди к гостям.

Я вернулась в зал. Меня одолевало беспокойство, и мне стоило колоссальных усилий закрыть свои чувства от гостей. Не хватало еще распугать посетителей! Стараясь держать лицо, я продолжила обслуживать столики. За эти пару недель мое поле значительно увеличилось в размерах и достигло пяти метров, так что пока мне не составляло труда выполнять обязанности Хельми.

Правда, хватило меня часа на три. Я чувствовала себя, как выжатый лимон, а уровень заряда опасно мигал на 20 процентах. Еще один столик и я грохнусь в обморок. Но этого нельзя было допустить. Я зашла в кухню и почти рухнула на лавку около стола.

— Реми, налей мне молока, — едва слышно попросила я. Рыжик всплеснул руками и бросился к холодильнику.

— Ты — сумасшедшая! — выговаривал он мне, придерживая стакан, потому что у меня не было сил, даже чтобы держать его.

— Все нормально, сейчас пройдёт, — я сделала несколько глотков и взглянула на батарейку. Заряд стремительно пошел вверх и сейчас уже был процентах на 50.

Вот почему именно молоко?! Я терпеть не могу пить его в чистом виде! Просто ненавижу!

Через силу заставила себя сделать еще пару глотков. Отлично, один глоток равен десяти процентам. Мне нужно сто. Еще три глотка. Фу, наконец-то. Батарейка светилась зеленым.

— Так, я пошла, — силы вернулись ко мне, — давай, не расслабляйся. Нам еще пять часов работать.

— Кась, может закроемся пораньше? — Реми встревоженно смотрел на меня, — а если и с тобой что-то случится?

— Что со мной случится? — воскликнула я, — со мной все в порядке!

Теперь я более внимательно следила за своим состоянием. Как только заряд падал до пятидесяти процентов, я снова пила молоко. В восьмом часу в кофейне появился неожиданный гость — Остин Медро.

— Добрый вечер, — Остин был чем-то взволнован и хмурился.

— Здравствуйте, мистер Медро, — я устало кивнула ему. Молоко — это, конечно, здорово, но и оно уже помогало не так хорошо. Мне едва удавалось держать заряд на 50 процентах.

— Смотрю, у вас все в порядке, — он огляделся.

— О чем вы? — я пристально посмотрела на него. Остин покачал головой:

— Не здесь.

Я кивнула и, пропустив его за стойку, провела в кухню.

— Здравствуйте, Остин, — поприветствовал его Реми, — что привело вас к нам?

— Буду откровенен, — он присел на лавку, — Мими пропала. Нам пришлось закрыть таверну.

— Когда это случилось? — мы с Реми переглянулись.

— Около часа назад. К нам заглянула Мелисса Фарно. Сказала, что хочет взять обед на вынос. И даже оставила монетку Мими, а спустя четверть часа, когда нужно было принести мне продукты, она не отозвалась.

— А кто хозяин Мими? — поинтересовался Реми.

— Анита, она наполовину эльф, только не говорите никому об этом.

— Да перестаньте, Остин, я сам почти что эльф, — хмыкнул младший Дебур, — конечно, я никому не скажу.

— С вашей женой все в порядке? — влезла в разговор, мне нужно было знать.

— Да, а почему вы спрашиваете?

— Реми боится, что с Эдом случилось несчастье, потому что Хельми исчез.

— Значит и Хельми пропал, — задумчиво произнес Остин, — а Мелисса к вам случайно не заходила?

— Заходила, утром, еще до обеда. Сделала заказ. Ничего не съела, ничего не оплатила и ушла. А Хельми пропал, — ответила я.

— Я думаю, что с Эдом все в порядке, а вот моего и вашего духов похитили! И сделала это именно Мелисса! — с негодованием воскинул хозяин "Старой Ратуши".

— Но как это может быть?

— Понятия не имею, — Остин развел руками, — но если мы не найдём их в ближайшее время, то нам придётся закрыться.

— Не говорите глупости, Остин. На магии свет клином не сошелся. Вы ведь готовить не разучились? — я завелась, — продукты можно привезти и самим. У меня есть адрес Хольца. Нам только нужно найти работников.

— Где? — он в отчаянии посмотрел на меня.

— В рабочем районе. Там полно ребятишек, которые за пять-шесть монет в день рискуют жизнью. Думаю, если предложить им чуть больше, они с удовольствием согласятся. Там надо-то двоих посообразительней. А в вашем случае и того проще. Вам же на кухню помощники нужны, а не в зал.

А еще надо подать заявление в полицию. В конце концов дух — это ваша собственность, как бы странно это не звучало, — я посмотрела на хмурого Остина и поникшего Реми. Во мне поднималось раздражение. Два мужика, сидят и жуют сопли вместо того, чтобы хоть что-то предпринять! Ну ладно Реми! Он еще пацан! Опыта нет! А этот-то чего?

— Ничего не выйдет, — помотал головой Медро, — полиция не примет ваше заявление. А брать в дом малолетних бандитов я не намерен.

— Ваше право, — я пожала плечами, — а мы попробуем. Я не собираюсь сдаваться.

—Удачи, — усмехнулся Остин, — вряд ли из вашей затеи что-то получится.

— Все лучше, чем сидеть сложа руки и горевать, — я резко поднялась, — не вижу смысла продолжать этот разговор. Простите, мистер Медро, мне нужно работать, — я вышла в зал, оставив их вдвоем. Остин ушел минут через десять. В зале было пусто, а до конца рабочего дня оставалось полчаса.

— Мы закрываемся, Кася, — Реми вышел за стойку и снял передник, — ты едва стоишь на ногах. А еще нужно убраться.

— Сейчас отдохну немного и все уберу, — присела за столик.

— Нет, ты поешь и пойдёшь спать. Я сам, — он подошел ко мне.

— Да погоди ты, — я улыбнулась, — кто сказал, что я буду пользоваться магией? Посуду можно и руками помыть. Как и полы. Только дух переведу. Ноги гудят.

— Ты как себе это представляешь? — он с сочувствием посмотрел на меня, — ты видела, что делается на кухне? Там без магии до утра не управиться. К тому же кристаллы почти разрядились.

— И что ты предлагаешь? Бросить тебя тут одного?

Реми пожал плечами. Было понятно, что и он не знает, как быть. Нет, ну вот как так? У него сил даже больше, чем у меня, неужели никак нельзя их использовать, кроме как на заклинания? Ведь зал он как-то создал без них!

— Слушай, — я посмотрела на грязную тарелку, и меня посетила неожиданная мысль, — а ты можешь представить, что она — чистая? Ну, в том смысле, что не заклинание сказать, а вот просто представить, ну как со столами?

— Могу, — улыбнулся он, — и как это поможет?

— А ты представь, — я подвинула ее к нему, — вдруг получится.

Реми сосредоточено посмотрел на тарелку. Сначала ничего не происходило, но потом вся грязь исчезла, а перед нами лежала чистая посуда.

— У меня получилось? — он не поверил своим глазам.

— Получилось, — я улыбнулась, — давай еще одну.

Реми снова взглянул на лежащую перед ним тарелку, и та в мгновение ока засверкала.

— Потрясающе! — я захлопала в ладоши, — ты — молодец! Идем! — я заклинанием переместила посуду на кухню, а чистые тарелки отправила в шкаф.

— Подожди, — Реми встал и огляделся, — хочу кое-что попробовать.

Он замер, и зал тут же преобразился. Полы были чистые, скатерти аккуратно сложены стопкой на стойке, а стулья расставлены по местам.

— Ты как? — я с тревогой смотрела на него. Поле Реми совсем маленькое. В прошлый раз он после пяти минут в обморок упал.

— Заряд на девяносто единиц, все в порядке. Это практически не требует сил. Пойдём, — он помог мне встать. Мы прошли на кухню. Пока Реми "мыл" посуду магией, я расставляла ее по местам, вручную. Мои магические силы на сегодня закончились.

— Завтра первым делом идем в полицию, — я отхлебнула кофе. Жаль, что он заряд не восстанавливает.

— И что мы скажем? У нас духа украли? Никто не будет этим заниматься.

— И все равно. Заявить надо, — упорствовала я.

— Это бесполезная трата времени, — вздохнул Реми.

— Посмотрим, — проворчала себе под нос.

— Может Хельми завтра вернется, — с надеждой сказал Реми.

— Возможно, — я положила руку ему на плечо.

Глава 32

Но на следующее утро Хельми так и не появился, поэтому я потащила Реми в полицейское управление. Младший Дебур был настроен очень скептически и, к сожалению, оказался прав. Заявление у нас не взяли. Капитан Харрис только развёл руками. Мол, духи — не люди, для их поиска экзорцист требуется. А нужных специалистов нет.

— Ну хорошо, а сообщение в столицу вы передать можете? Эдварду? — не унималась я.

Но мне ожидаемо отказали. Следующим пунктом было написать письмо Эду, поэтому мы пошли в единственное почтовое отделение, которое имелось в городе, и располагалось оно здесь же, недалеко от здания полиции. К моему удивлению, оно было открыто. Почта в этом мире, как и полицейские участки, работала без выходных.

— Доброе утро, — я подошла к стойке. Сидевший за ней служащий окатил меня презрением. Ну конечно, одаренный! Увидел, что я — иномирянка! Ну ничего, есть Реми. Я для этого его с собой и взяла. Подтолкнув своего шефа к стойке, я отошла к витрине с открытками.

— Доброе утро, мистер Дебур! — расплылся в улыбке клерк.

— Здравствуйте, мистер Дрим. Можно мне конверт, лист бумаги и ручку? Надо написать брату.

— Вы же на днях посылали ему письмо, — удивился служащий. Я, кстати, тоже была не в курсе. Думала, мы вместе это сделаем, в наш выходной. Ну ладно, не важно.

— Да, но возникли непредвиденные обстоятельства. Мне нужно поставить Эда в известность. Когда он получит его?

— Завтра, мистер Дебур. Я-то отправлю прямо сейчас, но полицейское управление сегодня не работает.

— Хорошо, — Реми взял все необходимое и уже собирался отойти к столику, как его остановил вопрос клерка:

— Вы слышали, какая беда случилась в "Старой ратуше"? У Медро хранитель исчез.

— Да, Остин заходил к нам вчера, — кивнул Реми.

— Похоже, ваше заведение — единственное, которое еще способно работать.

— А как же "Роза"? — я не удержалась от вопроса.

— "Роза" мало кому по карману. Да и хранитель там капризный. То принимает гостей, то нет, — ответил Дрим, не глядя в мою сторону, — хорошо хоть кофейня Дебур теперь есть.

— Да, вы правы, мистер Дрим, — рассеяно произнес Реми. Он уже уселся за стол и просто смотрел на чистый лист бумаги, не зная, с чего начать. Я подошла к нему, взяла ручку и, быстро написав несколько строк, запечатала послание в конверт.

— Отправь и пойдём. У нас открытие через час, — протянула его Реми. Тот отдал письмо Дриму, расплатился, и мы отправились домой. По дороге заглянули в редакцию к Джессу. Сама газета сегодня не работала, но Джесс и Клэр жили здесь же, на втором этаже.

— Джесс, у нас — беда, — я начала прямо с порога, едва Джастин открыл дверь. Эльф прикрыл зевок рукой. Похоже, мы его разбудили.

— И что такого стряслось, что вы явились вдвоем, да еще и ни свет, ни заря? — сонно усмехнулся он.

— Хельми пропал, — мрачно сообщил Реми.

— Как пропал? — весь сон у эльфа как рукой сняло.

— Вот так, — я развела руками, — и Мими тоже исчезла. А случилось это после визита Мелиссы.

— Подождите меня внизу. Я сейчас, — он закрыл дверь. Мы вышли на улицу. Джесс появился спустя минут пять.

— И как это произошло?

Реми пересказал ему события вчерашнего дня.

— Отправляйтесь домой, а я — в "Розу". Попробую выяснить, что происходит, и насколько эта гадина причастна к случившемуся, — в глазах эльфа сверкнул гнев.

Весь день прошел в напряжённом ожидании новостей. Народу сегодня было больше, чем обычно, правда только среди простых горожан. А вот жителей северного квартала почти не было. Появившийся через пару часов Джастин подтвердил мои подозрения.

— Мелисса устроила грандиозный праздник! — хмуро сообщил нам Джесс, — весь район у нее.

— С чего это вдруг? — я поставила перед ним чашечку эспрессо.

— Говорит, что Клаус пошел на поправку. Только что-то я сомневаюсь, что дело в этом. За все эти дни от него не было вестей, хотя я передал Мелиссе ответ на его письмо, в котором просил писать почаще и держать меня в курсе. Да и Шерман сегодня какой-то странный. Вроде и выполняет все, что требуется, но будто по принуждению. Просил Мелиссу позволить встретится с Клаусом, но она лишь отмахнулась, мол он ещё слаб и просил пока его не беспокоить. Говорит, мы скоро увидимся.

— Ничего не поняла, — я в сомнении посмотрела на него.

— Я — тоже. Попробую вечером все же навестить их. Завтра все расскажу, — он поднялся, — ладно, не буду мешать. У вас и так дел не впроворот, — он бросил на меня оценивающий взгляд, а затем бесцеремонно взял за руку. Меня залило волной силы, а заряд тут же подскочил до самого верха.

— Вот так-то лучше, — уголками губ улыбнулся эльф, — увидимся, Кася, — он поцеловал мне руку и вышел. Я посмотрела ему вслед.

"Зачем ты это делаешь? — думала я, — ты ведь знаешь, что мое сердце не свободно. Почему все ещё надеешься?" Я не находила ответов. Поверить в бескорыстность мужчины и дружбу ради дружбы я не могла. Неужели я настолько его зацепила? Внутри поднималась жалость.

Нет! Джесс не заслуживает жалости. Он заслуживает большего. Он заслуживает любви и искренней благодарности. И я была ему благодарна, за все, что он делал для меня. В каждом его жесте, в каждом поступке, в каждом слове я чувствовала его заботу, его беспокойство обо мне и его любовь. И мне бы очень хотелось ответить ему тем же, но... Но я не могу.

Не могу, пока не узнаю, что чувствует ко мне Эд. Пока не разберусь с этим, я не смогу быть искренна с Джессом, потому что эта влюбленность в нашего следователя будет стоять между нами.

Мне нужно поговорить с Эдом. Объясниться. Услышать, что он скажет. И несмотря на то, что я больше чем уверена, что мои чувства — не взаимны, мне все равно надо узнать это от него, лично. Только бы он вернулся. Хотя, если он проигнорирует мой крик о помощи, то тогда все будет понятно. Все станет ясно без слов. И вот тогда я смогу с легким сердцем постараться ответить Джессу взаимностью.

И даже если это не надолго. Пусть это будет лишь увлечением со стороны Джастина, и наши отношения не перейдут в "жили они долго и счастливо", я позволю себе открыть сердце для этого, пусть и не человека, но честного и искреннего мужчины, сумевшего доказать мне, что не все представители мужского пола одинаковы, и что среди них есть такие, кто просто может быть рядом и помогать невзирая на обстоятельства.

Преисполнившись всеми этими мыслями, я вернулась к работе.

Это был тяжелый день, даже несмотря на то, что мое поле еще увеличилось, а Реми помогал мне, очищая грязную посуду. А еще он сделал колокольчик, чтобы сообщать мне, что блюда готовы, и их можно подавать, чтобы я не бегала на кухню каждые пять минут. Тяжелее всего было сохранять приветливый вид и улыбаться гостям. А еще отвечать на их восторги и делать вид, что все хорошо.

Вечером, подведя итоги дня, я и Реми, который совсем загрустил, сидели в опустевшем зале.

— Как думаешь, Эд вернётся? — спросил меня рыжик.

— Обязательно вернется, — воодушевленно ответила я, пытаясь поддержать его, — он тебя не бросит. Вот увидишь. Скоро он будет здесь, пойдём спать. Мы оба устали.

На следующее утро я, как обычно, вскочила ни свет, ни заря. Сказывалось напряжение этих дней и все возрастающее беспокойство. Хельми так и не объявился. Завтра день закупок, и нам нужно будет навестить Хольца, чтобы забрать продукты. Я не собиралась закрывать кофейню. Не на ту напали! Мы будем работать и принимать посетителей! Найти бы того мальчишку. Вдруг он согласится помочь. Или подскажет, кто из детей готов подработать в нашем заведении, пока Хельми не вернётся.

Я сидела за стойкой и смотрела в пространство невидящим взглядом. Звякнул колокольчик. Я подняла глаза. В дверях стоял Эдвард. В форме. С саквояжем в руке.

— Эд! — я выскочила из-за стойки и бросилась к нему, — какое счастье, что ты вернулся!

Он обнял меня, и все мое существо затопило волной нежности вперемешку с облегчением. Я прижалась к нему, а его руки сомкнулись у меня за спиной. Сейчас мне больше ничего не было нужно. От него исходило чувство поддержки и готовность защитить меня от всего на свете. Я что-то говорила ему про Хельми, про случившееся.

— Кхм-кхм, — раздалось у него за спиной, и насмешливый голос Влада поинтересовался, может ли он войти. Это привело меня в чувство. Боже, я совсем потеряла голову!

— Я позову Реми, — покраснев от смущения, отшатнулась от Эда и опрометью бросилась к лестнице.

И вот теперь мы все сидели за столиком и внимательно слушали то, что рассказывал Реми. А я лишь иногда дополняла его, вставляя комментарии, искоса поглядывая на его брата. Тот хмурился, но не перебивал.

Звякнул колокольчик, я обернулась на дверь. На пороге стояла Клэр. По лицу девушки было видно, что она чем-то обеспокоена.

— Кася, — она посмотрела на меня, — Джесс не с тобой?

— Нет, — я быстро поднялась и подошла к ней, — он заходил вчера днем, а потом ушёл. Джесс собирался пойти к Фарно и обещал заглянуть сегодня. Что случилось?

В глазах Клэр появились слезы.

— Он ушел вчера вечером. Сказал, что не надолго, но так и не вернулся. И с утра не пришёл. Я всю ночь не спала. Утром пошла в "Розу", но там закрыто. А в дом меня не пустили. Я подумала, может быть он у тебя, — она была готова разрыдаться. Реми подошёл к ней и обнял:

— Успокойся, Клэр. Я уверен, с ним все хорошо. Мы найдём его. Мой брат вернулся, он поможет нам.

— Зачем Шулье пошел к Фарно? — спросил меня Влад, когда мы вернулись за стол. Реми сейчас был занят Клэр, и псионик переключился на меня.

— Он считает, что Мелисса, жена Клауса, может быть причастна к болезни мужа и пропаже духов. Он хотел попробовать увидеться с другом.

— А теперь он пропал! — рыдала Клэр, несмотря на увещевания Реми.

— Так, немедленно успокойся, — прикрикнула на нее, одновременно накрывая полем, — ты теперь единственная, кто может помочь найти его. Так что соберись и вспомни все, что он говорил по поводу своих подозрений.

Клэр тут же перестала плакать и стала серьёзной, как будто кто-то переключил внутри нее какой-то тумблер. Влад удовлетворенно хмыкнул, а Эдвард неодобрительно покачал головой. Да, я понимаю, что почти раскрыла себя. Но сейчас Джессу, возможно, угрожает опасность. И я буду не я, если не попытаюсь помочь. Тем более что я могу. Пусть и просто успокоив Клэр, которая живёт с ним под одной крышей и является ценным источником информации.

— Джесс недолюбливает Мелиссу. Считает ее жадной и нечистой на руку. Он был очень зол, когда уходил. Бубнил, что эта ведьма перешла все границы, и что ее пора вывести на чистую воду и открыть всем глаза на то, какая она тварь! — в глазах девушки сверкнул гнев, — он давно подозревал ее. И даже хотел статью-расследование опубликовать, чтобы заставить Мелиссу во всем признаться. Брат думает, что никакого проклятия нет, что Мелисса все придумала, но как-то контролирует Клауса, чтобы иметь власть над Шерманом.

— Он никогда не рассказывал об этом! — я удивленно смотрела на Клэр.

— Джесс не хотел впутывать тебя в это. Ты ему нравишься... — Клэр подняла на меня глаза, — как друг, — осеклась она, поняв по моему взгляду, что сказала лишнее. Однако помрачневшее лицо Эда и сложенные на груди руки вполне ясно говорили, что он все правильно услышал и отпираться смысла не имеет.

Мысль, что Эд ревнует меня к Джессу, заставила сердце радостно подпрыгнуть. Значит, он тоже что-то чувствует ко мне. Вот только во что это сейчас выльется? А вдруг на волне этой ревности он откажется помогать? Вдруг решит, что Джесс представляет угрозу нашим отношениям и попытается от него избавиться? Ведь редактор — эльф, существо второго сорта. Ничто не помешает Эду спустить это дело на тормозах!

Внутри все заледенело от страха за жизнь и здоровье Джастина, и от осознания собственной беспомощности. Рука Эда легла мне на плечо и слегка сжала его:

— Успокойся, мы найдем Шулье, — голос следователя звучал глухо и как-то обреченно.

Я растерянно посмотрела на него: "Боже, Эд! Ты неправильно понял! Да, я беспокоюсь за этого сумасшедшего эльфа! Да, он дорог мне! Но как друг!" Мысли бежали наперегонки! Нам нужно поговорить, объясниться, прямо сейчас! Иначе...

— Так, тут мне все ясно, — Влад поднялся с места, — вы двое, — он взглянул на Реми и Клэр, — идете со мной в полицейское управление. Вам надо подать заявления. Реми — о пропаже духа, а вам, мисси Шулье — о пропаже брата. Это станет основанием для возбуждения дела. А вы, — он посмотрел на нас, — постарайтесь за это время разобраться в своих отношениях и прийти к какому-то решению, — в глазах псионика промелькнула лукавая улыбка, — будет лучше, если ты, Эд, подойдёшь к этому делу с трезвым рассудком и спокойным сердцем.

Он прошел к двери, дождался, пока Реми и Клэр выйдут и, многозначительно посмотрев на Эда, покинул кофейню.

Повисла неловкая пауза. Эд сидел, молча смотря перед собой. По лицу мужчины было видно, что он пытается собраться с мыслями, а от него шли самые противоречивые чувства. Мне накрывало невероятной смесью досады, разочарования и сдерживаемого гнева, и в то же время, я чувствовала идущую от него нежность и робкую надежду.

— Послушай, Эд, — я больше не могла молчать. Лучше сказать все сразу и услышать ответ, чем мучить друг друга недомолвками и подозрениями, — между мной и Джессом ничего нет. Он, действительно, мой друг и очень много помогал мне все это время. Да, он намекал на возможность отношений, но я отказала ему...

— Почему? — Эд пристально смотрел мне в глаза. Я смутилась и отвела взгляд:

— Потому что... — я судорожно вздохнула и задержала дыхание. Мне надо сказать ему, сейчас, чтобы услышать его ответ, какой бы он ни был. Я медленно выдохнула, опустив глаза в стол:

— Потому что я... Мне... Ты мне нравишься, Эд! — выпалила на одном дыхании, — я знаю, у вас так не принято, чтобы женщина первая говорила, ну, о своих чувствах, но я...я должна знать... Ты только не подумай ничего... Я ни на что не претендую... Просто мне важно понимать... Если ты не... Если ты против, я...

В этот момент меня вздёрнули вверх. Крепкие руки взяли меня в плен объятий, не позволяя отстраниться.

— Посмотри на меня, Кася, — голос Эда ласково прозвучал над моей головой. Я взглянула на него, и в этот миг его губы смяли мои. От неожиданности я дернулась, но он лишь крепче сжал меня, углубляя поцелуй. И я ответила. Ответила ему. Мои руки вцепились в него, и я плотнее прижалась к его груди. Мы стояли и целовались, совершенно потеряв голову. Забыв обо всем, и полностью отдавшись захватившим нас чувствам! Наконец Эд разорвал поцелуй и теперь внимательно смотрел на меня. А я, покраснев, не знала, что сказать. Он улыбнулся и снова прижал меня к груди, а я лишь молча слушала, как учащенно бьется его сердце.

— Может кофе? — я попыталась отстраниться и скрыть свое смущение.

— Давай, — улыбнулся Эд, — заодно научишь меня, как его готовить. Я скучал, — он обхватил пальцами мой подбородок и заставил вновь посмотреть на него, — я так скучал.

— Я тоже, — внезапно вырвалось у меня, и я снова покраснела, — пойдём?

Он улыбнулся, и мы прошли в кухню. Пока я варила нам кофе, Эд сходил в зал и что-то принёс. Я слышала шорох разворачиваемой упаковки.

— Это тебе, — он подошел ко мне и что-то поставил на разделочный стол. Я сняла джезву с плиты и повернулась к нему. Передо мной на столе стояли две белоснежные фарфоровые кружки с красивым золотым рисунком. Идеального размера и формы, с изящными ручками.

— Спасибо, Эд, — я восторженно смотрела на них. Он привез мне подарок. Не просто какую-то безделушку. Было видно, что он тщательно выбирал его, — спасибо, — у меня не было слов.

Мы сидели за столом друг напротив друга и пили кофе. Внезапно Эдвард взял меня за руку:

— Кольцо разрядилось, — он рассматривал артефакт на моей руке, — камень стал прозрачным.

Я совсем забыла, что его нужно заряжать. Я вообще забыла, что у меня на руке его кольцо. Эд накрыл мою руку своей.

— Похоже, на тебя неоднократно пытались воздействовать, — он покачал головой, — просто так кольцо не разрядилось бы.

— Я не знаю, — виновато опустила глаза, перебирая в памяти, все что случилось за эти дни, — возможно. Я ведь совсем в этом не разбираюсь. Прости.

— Перестань. Тут нет ничей вины. Оно для того и нужно, чтобы защищать тебя. Теперь понятно, как Влад прочел твои мысли, — он усмехнулся, а я испуганно посмотрела на него, — он ведь не просто так оставил нас вдвоем, — рассмеялся Эд.

Глава 33

Эдвард.

Кася виновато улыбалась, все еще смущаясь и пряча взгляд, а я внутри ликовал от счастья. Она не просто призналась, тихо и скромно, как это принято у женщин. Она вылила на меня все, что накопилось в ней за эти почти три недели. Все свои сомнения и метания, все страхи, и главное, все те нежные чувства, зачатки которых я заметил еще при нашем расставании. Но сейчас они окрепли и превратились в мощный поток эмоций, перехлестывающих через край. Она не стала скрывать от меня отношения с Шулье. Не стала отнекиваться. А в открытую выложила все. И тем ценнее было ее признание. Потому что это был выбор. Из нас двоих, она выбрала меня!

Подумать только, Шулье ухлестывает за Касей. Да он старше ее почти на полвека! Она ему во внучки годится! Надо отдать Джессу должное. Он вполне мог заморочит ей голову, но не стал делать этого. Джастин был другом моего дяди и моего отца. Я знал его еще будучи ребенком. Он никогда не был женат и слыл дамским угодником. Ходили слухи, что Джесс был однажды влюблен, но девушка бросила его, разбив ему сердце, и с тех пор он больше не стремился к серьёзным отношениям. И на тебе, пожалуйста!

Когда Клэр сказала об этом, у меня внутри все оборвалось! А внезапно побледневшее лицо Каси выдало ее с головой! Между ними точно что-то было! Иначе с чего бы ей так беспокоиться о нем! Во мне всколыхнулась ревность, яростная, горячая, а вместе с ней досада и гнев на самого себя. Глупец! На что ты надеялся? Что она будет сидеть и ждать? Кася испуганно покосилась на меня. Ее страх, ледяной, и вместе с тем жгучий, накрыл меня, моментально остудив вспыхнувшее негодование. Она боится за него. Я коснулся ее плеча, пытаясь поддержать и дать понять, что готов помогать несмотря ни на что!

Внезапно Влад, до этого расслабленно развалившийся на стуле, подскочил и, заявив, что нужно срочно отправляться в участок, увел Реми и Клэр из кофейни. А братец у меня тоже не промах! Девчонка ничего!

Я видел терзания Каси, но никак не мог подобрать слов, чтобы не обрушиться на нее с обвинениями. На это я не имел права! Как вдруг она решилась сама, и чем дальше она говорила, запинаясь и путаясь в словах, тем сильнее поднималась радость в моей душе! Я не дал ей договорить, а воспользовавшись ее замешательством, просто поцеловал ее. И она не стала противиться, напротив сама прижалась ко мне. А я почувствовал себя самым счастливым мужчиной в мире!

Потом мы сидели на кухне, пили кофе из привезенных мною кружек. Мне в глаза бросился потерявший цвет камень в кольце. А это значит, на Касю кто-то пытался оказаться мысленное воздействие. Естественно, она не смогла вспомнить, кто это мог быть. Джесс? Навряд ли. Он точно видел кольцо и знает для чего оно. Ему было проще уговорить ее снять украшение под каким-нибудь предлогом. Фло? Возможно. Но она все же слабовата, чтобы разрядить камень. Что же тут происходит?

Звякнул колокольчик. Мы вышли в зал. Это вернулись Влад и ребята. Клэр — бледнее полотна, еле стояла на ногах. Обеспокоенный Реми поддерживал ее под локоть. Влад — мрачнее тучи.

— Что случилось? — Кася бросилась к девушке.

— В управлении отказались принять заявление. Говорят, надо ждать пять дней, а пока нет оснований. Но Джесс не мог исчезнуть просто так, не сказав мне, — она снова залилась слезами. Пока Кася и Реми успокаивали эльфийку, я подошёл к Владу.

— Почему они отказали?

— Технически, имеют право. Пяти дней еще не прошло. А у нас нет доказательств, что Шулье похитили или, — он понизил голос, чтобы Клэр не слышала, — или убили. А без этого до истечения срока дело не заведут.

— Знаю, — бросил раздраженно. Вся эта бюрократия мне никогда не нравилась, — ну что ж, придётся воспользоваться служебным положением, — я посмотрел на Влада, — а ты поможешь мне.

— Хочешь, чтобы я заставил их открыть дело? — хмыкнул псионик.

— Ни в коем случае, — я покачал головой, — разве я могу требовать, чтобы ты пошел на должностное преступление! — Влад усмехнулся,— ты должен будешь при случае убедиться, что на Харрисе нет воздействия. Сам понимаешь, это надо сделать тихо и незаметно. Харрис — бюрократ и службист, и пойдет на все, лишь бы выслужиться перед СБГ, но раз он решил вставлять нам палки в колеса, значит что-то тут не то. А дело, — я многозначительно подмигнул Владу, — мы можем открыть самостоятельно, на основании последних изменений в должностной инструкции, поскольку у меня есть подозрения, что исчезновение Шулье напрямую связано с делом Лавардера. Он подробно освещал эту тему и интересовался будущим судом.

Следующий час понадобился чтобы записать показания Реми и Клэр. Кася любезно согласилась побыть секретарем. Помимо этого Влад просмотрел воспоминания всех троих, на всякий случай, для протокола. Также было решено наведаться в "Старую Ратушу" к Медро.

Пока что все указывало на причастность Мелиссы Фарно ко всем трем исчезновениям, но кроме наших подозрений приложить к делу было нечего. А следовательно и повода для обыска не было. Так что нагрянуть в "Розу" с проверкой мы не могли. А посетить ее под видом клиентов не было возможности. Сегодня ресторан был закрыт.

— При чем тут монета? — Кася повернулась к нам от окна, в которое смотрела, размышляя о чем-то все то время, пока мы вчетвером обсуждали, как лучше поступить, — как можно похитить духа при помощи монеты?

— Это как ловушка, — Клэр посмотрела на нее, — на монету или другую ценную для духа вещь накладывают заклинание, и оно затягивает его в предмет, погружая в сон.

— Вот как она похитила их! — воскликнула Кася, — Мелисса спрашивала, берет ли Хельми чаевые. Я еще удивилась, зачем ей это знать? И для Мими она оставила монетку. Так Остин сказал! Возможно, Мими еще у Медро! Она просто заперта в одной из монет! А вот Хельми Мелисса забрала с собой! Мы должны это проверить!

Девушка смотрела на меня, а в ее взгляде светилась такая уверенность в собственных догадках, что отказать было невозможно. Кася готова спасать любого, не важно человек это, эльф или дух. Это просто качество ее натуры. Ее рассуждения звучали логично, и потом ничего страшного, даже если она ошиблась. Мы все равно собирались в "Ратушу".

— Влад, идешь с нами, запишешь показания Остина, а мы пока проверим твою теорию, — протянул ей руку.

В этот раз я немного не рассчитал, и портал открылся прямо посреди зала, знатно перепугав тавернщика, как раз вышедшего за стойку со стопкой тарелок в руках. От неожиданности Остин уронил их. Звон бьющейся посуды и жалобные причитания хозяйки, прибежавшей на шум, ознаменовали наше появление.

— Где ваша выручка за вчерашний день? — Кася начала без объяснений. Остин удивленно хлопал глазами, стоя посреди горы осколков.

— Кася предположила, что Мими по-прежнему здесь, — пояснил я, направив силу на побитую утварь, которая через несколько мгновений вернулась в прежнюю форму, и стопка оказалась на стойке, — только заперта в монетке, которую ей оставила Мелисса.

— В кассе, — тавернщик отмер, — я всю мелочь вчера туда ссыпал. Вот, — он протянул нам пригорошню монет

Кася взяла их и принялась раскладывать на столе.

Пока она занималась монетами, мы с Владом успели расспросить Остина и Аниту про случившееся, и теперь все вместе с интересом наблюдали за нашей иномирянкой.

— Эта, — Кася выбрала монету и протянула ее мне.

— Это монета не нашей империи.

— Драконья, — кивнул Медро, — но их принимают в банке на обмен. Обычно я откладываю их отдельно, а затем меняю на наши. Моряки частенько пользуются ими.

— И что теперь? — я отдал монету Касе. Она пожала плечами и щелчком подкинула монетку вверх. Та крутанулась несколько раз, и на пол плюхнулась крошечная мышка. Кася легко поймала монету и подошла к беспомощному духу.

— Иди-ка сюда, малышка, — она взяла ее на руки, — пора просыпаться, Мими.

Мышонок поднял голову и издал слабый писк.

— Силы всемогущие! — Анита, всплеснув руками, бросилась к ней, — Мими, маленькая моя!

Кася аккуратно передала ей мышонка и грустно улыбнулась:

— Не позволяйте посторонним давать ей что-либо. В монете была ловушка.

— Спасибо, Кася, — Остин признательно смотрел на нее. Она только кивнула и, подойдя ко мне, взяла меня за руку:

— Пойдем домой, — голос Каси дрогнул, — мне нехорошо.

Вспышка портала и вот мы уже дома.

— Ну что? — Реми и Клэр уставились на нас.

— Кася оказалась права. Мими действительно была заперта в монете, — сообщил им Влад.

Я поддерживал Касю, приобняв ее за плечи. Внезапно девушка пошатнулась и потеряла сознание. Я подхватил ее. Сияние ее поля угасало, а заряд стремительно падал.

— Это откат! — взвизгнула Клэр и кинулась к ней, — положи ее, Эд, иначе она утянет тебя за собой!

Я опустил ее на пол и сделал шаг назад. Голова уже начала кружиться. Клэр, упав на колени рядом с Касей, скороговоркой читала какое-то заклинание на эльфийском. Влад взял меня под локоть и отвел в сторону.

Реми напротив уже стоял рядом с Касей и Клэр. По знаку эльфийки брат опустился рядом с безжизненным телом и прикоснулся к ней. Я видел, как он вливает в нее силу. Реми вливает силу! Откуда? У него же нет дара! Секунда, две, три. Поле Каси снова начало светиться, а веки дрогнули. Она открыла глаза и попыталась сесть. Реми помог ей.

— Что случилось? — она непонимающе смотрела на них.

— Тебя ударило откатом, обратным действием от снятого заклятия, — Клэр сидела на полу рядом с ней, — это магия отверженных!

— Что такое "магия отверженных"? — Влад подошел к ним и протянул Клэр руку. Реми помогал встать Касе. Девушка еще не до конца пришла в себя, и ноги ее плохо держали.

— Запретная темная магия, — Клэр передернула плечами, — ее использовали несколько веков назад, еще до войны с людьми. Но потом большинство эльфов отказались от этой магии. Она разъедает душу творящего ее и уничтожает саму суть. Но остались те, кто продолжил ее практиковать. Их стали называть "отверженные" и всячески сторониться.

— Откуда тебе все это известно? — псионик с интересом смотрел на эльфийку.

— Я родилась и выросла в лесах Деларона, как и Джесс. Мы — чистокровные эльфы. И еще не забыли свои корни, как бы вам этого не хотелось! — в сердцах воскликнула она.

— Спасибо, Клэр, — тихо произнесла Кася, коснувшись ее руки, — если бы не ты, я бы погибла.

Клэр, улыбнувшись, обняла ее. Я подошел к ним.

—Эд, ты в порядке? — эльфийка придирчиво рассматривала мое маг-поле на предмет повреждений.

— Да, — я тряхнул головой, — в полном.

— Просветите нас, мисси Потапова, — Влад строго посмотрел на мою девочку, — как вам удалось снять заклятие с таким низким уровнем дара, да еще и будучи необученной...

— Влад, не сейчас, — я оборвал его, — Касе нужно отдохнуть.

— Не надо, Эд, — она тяжело вздохнула и, виновато опустив глаза, сняла с шеи медальон, — лучше, если он будет знать. Дайте свой кристалл, мистер Старлински.

Влад протянул ей кристалл проверки. Она взяла его в руки. Зал озарился ярко-золотым светом, словно Кася держала в руках звезду. Сейчас камень светился даже ярче чем в самый первый раз, в управлении по перемещениям. А это означало только одно — дар Каси достиг своего максимума.

— Не может быть, — поражённо ахнул Влад, — четвертая ступень высокого уровня. Такого не было уже пятьдесят лет!

— Возьмите, — она вернула ему камень, — Джесс говорил, что дар все сделает сам. Мне не надо этому учиться.

Все пораженно молчали.

— И ты скрыл это? — псионик резко повернулся ко мне, — скрыл величайшего медиума за всю историю! Да это трибунал, Эд! Если кто-то узнает...

— Никто не узнает, и ты никому не скажешь. Ради ее безопасности, — я смотрел на него. В глазах псионика, начальника исследовательского отдела СБГ было смятение. Он разрывался между чувством долга и осознанием, что это должно оставаться в тайне.

— Поклянись, что не выдашь ее, — я послал ему мысль, он должен меня услышать,— иначе я немедленно отправлю ее домой, и ты мне не помешаешь!

— Но, Эд! — в моей голове прозвенел его возглас.

— Подумай сам, мы так и не знаем, кто убийца. Если ты сейчас отвезешь ее в управление, ее постигнет судьба де Эмбрю, моей матери, Доминика! И вы ничего не сможете сделать! Ты сам подпишешь ей приговор! Ты этого хочешь?

— Нет, — Влад помотал головой, — нет, никто больше не должен пострадать. Я клянусь, что не раскрою, кто она, пока мы не найдём преступника! — я видел, как в его маг-поле появилась печать добровольной клятвы, — но как только он будет пойман и осужден, ты немедленно предъявишь ее СБГ. Она должна остаться здесь!

— Я подумаю, — разорвав нашу мысленную связь, подошел к Кассе, — пойдем, тебе нужно прилечь. И пожалуйста, не снимай больше медальон. Это важно.

Она слабо кивнула и оперлась на мою руку. Я отвёл девушку наверх и уложил в кровать.

— Прости, — всхлипнула она.

— Тшшш, — я ласково коснулся ее лба, убирая прядь волос, — не думай об этом. Влад никому не расскажет. Засыпай.

Она еще раз всхлипнула и, прикрыв глаза, тут же уснула, а я пошел вниз.

— Как она? — все трое напряжённо смотрел на меня.

— Она спит, — я уселся за стол, — и проспит еще какое-то время, а нам пока надо обсудить наши дальнейшие действия.

Глава 34

В итоге мы решили сходить побеседовать с капитаном Харрисом. Оставив Реми приглядывать за Касей, я и Влад, прихватив с собой Клэр, переместились в полицейское управление Осельмира.

— Добрый день, капитан Харрис, — я вошел в кабинет, не дожидаясь разрешения, — проходите, — кивнул остальным.

— Что за черт? Кто позволил? — Уил нервно скомкал какую-то бумажку и бросил ее в корзину при виде открывающейся двери.

— А, это вы, — он недовольно посмотрел на меня. Я прошел в кабинет и уселся в кресло напротив него. Клэр устроилась рядом на стуле. А Влад расположился у нее за спиной.

— Мне уже доложили, что вы приходили, Старлински, — проворчал Харрис, бросив недовольный взгляд на псионика, — но я не могу возбудить дело, пока...

— Мы знаем, Уил, — я перебил его, — твоя неприязнь к эльфам известна всем, — эльфийка удивлённо вскинула брови и негодующе посмотрела на капитана, — но это не повод отказывать в возбуждении дела, они — такие же жители империи. Тем более, что речь идет о Джастине Шулье, — я испытывающе смотрел на него. Лицо Харриса пошло пятнами. Он едва сдерживал гнев. Еще бы, он год всячески помыкал мной, а теперь я в открытую обвиняю его в предвзятости.

Я специально провоцировал Уила на яркие эмоции, чтобы дать Владу возможность прощупать его на предмет воздействия. В таком состоянии сложнее заметить псионическое влияние.

— Ты меня в чем-то подозреваешь, Дебур? — Харрис побагровел и сжал кулаки.

— Никто вас ни в чем не подозревает, Уильям, — холодно заметил Влад, давая понять, что он закончил и воздействия не обнаружил. Следовательно, Харрис действует по собственному умыслу.

— Зачем тогда вас снова сюда принесло? — не унимался капитан.

— Помните заявление Аурелии Бруно? — я спокойно рассматривал его, — мы подняли архивы и выяснили, что случилось с Кристофом де Шеро. Я решил лично сообщить об этом Жаку. А по приезду выяснилось, что в городе творится какая-то чертовщина — сначала пропали духи, а потом и редактор газеты. А это уже подозрительно. Но вы почему-то не спешите заводить дела и браться за расследования. В чем дело, Харрис?

— Ни в чем, Эд, — Харрис криво усмехнулся, — у меня связаны руки. В моем управлении нет экзорциста, и я не могу возбуждать дела, связанные с духами.

— Тем не менее у Бруно вы приняли заявление, — заметил Влад.

— Там не нужно было начинать новое дело. Только поднять архивы. Дебур сам просил меня об этом, — он кивнул в мою сторону.

— А почему не отправили запрос в столичное управление, как это предписывает инструкция? — продолжал Влад, — у нас есть не просто штатный экзорцист, а целый отдел специально для подобных дел. Более того мне, начальнику этого отдела, отказали в возбуждении дела, сославшись на ваше распоряжение, даже когда я пришел лично.

Харрис смешался, не зная, что сказать.

— Да там стопроцентный висяк. Ну где этих духов искать? Это же вам не человек.

— В поисках человека, точнее эльфа, и не просто какого-то там, а главного редактора и владельца газеты нам тоже отказали, — ледяным тоном произнёс псионик, — представляю себе завтрашние заголовки: "Полиция предвзята!" или того хуже "Сговор в управлении!" А если это просочится в столичную прессу? И дойдет до вышестоящего руководства? Тогда вы непременно нарветесь на серьёзную проверку, Харрис, — жестко сказал он, — из-за таких как вы, которые не хотят портить статистику, преступники разгуливают на свободе, невинные люди страдают, а газетчики позорят полицию.

В глазах капитана промелькнуло сомнение. Он явно не подумал о том, что газета вполне способна работать и без главреда. И если Клэр захочет, то может раздуть грандиозный скандал. Погрязнув в коррупции и взяточничестве, уверенный в собственной безнаказанности, Харрис давно уже действовал исключительно во имя своей выгоды, а не в рамках закона. Он был на короткой ноге с бандами рабочего района,, имея свой процент. Он закрывал глаза на контрабанду, оставляя это на откуп администрации порта. К нему обращались крупные торговцы, желая насолить конкуренту, и Харис, используя все доступные ему административные ресурсы, принимался донимать того проверками, пока не получал очередную взятку.

В течение этого года я наблюдал за ним, но помалкивал. Как бы то ни было, Харрис был моим начальником, и мне не хотелось ссориться с ним. У меня и так было проблем выше крыши. А учитывая мою испорченную бракоразводным процессом репутацию, на слово мне бы все равно не поверили. К тому же за тот год, кроме дела Лавардера, не случилось ничего из ряда вон, что потребовало бы вмешательства столичного управления. А на взятки и в столице закрывали глаза.

И вот теперь настал тот момент, когда карьера Харриса повисла на волоске, и от меня зависело, продолжит ли он сидеть в этом кресле.

— Хорошо, — сдался капитан, взглянув на мрачную Клэр, — я приму ваше заявление, мисси.

— Теперь в этом нет необходимости, — я поднялся и, опершись руками на стол, навис над ним, — теперь этим делом займётся столичное управление в лице меня и капитана Старлински. По закону мы имеем право сами возбудить дело. Пропажа Шулье может быть связана с делом Лавардера. О чем, собственно, и хотели проинформировать вас, капитан Харрис. И я очень надеюсь, что вы не станете нам мешать. А будете всячески содействовать. Честь имею.

Мы вышли из кабинета, оставив капитана в смятении. Покинув управление, я открыл портал, и мы переместились в кофейню. Время было к обеду. Реми вместе с Касей, которая уже проснулась, сидели в зале. Увидев нас, она с надеждой спросила:

— Есть какие-нибудь новости?

— Пока нет, — покачал головой Влад, присаживаясь за стол.

— Но Харрис точно замешан, — добавил я, вынимая из кармана скомканный лист, который незаметно стянул из урны при помощи силы, — осталось понять, в чем именно, — я развернул его.

"Роза расцветет, когда на третий день соловьи умолкнут, а тени исчезнут. Тишина будет вознаграждена" — я положил листок на стол, — не знал, что Харрис увлекается поэзией.

— Это не его почерк, — Влад взял листок в руки, — и потом от бумаги пахнет жасмином.

— У Мелиссы такие духи, — внезапно произнесла Кася, — я еще в первый раз обратила внимание. Такой яркий навязчивый аромат.

— Допустим, это тайное послание, — я снова взглянул на листок, — от Мелиссы Харрису.

— Роза — это про ресторан, — заметил Реми.

— Соловьи — это про эльфов. Люди называют нас "соловьи" за любовь к музыке и ночные песни, — подняла голову Клэр.

— Точно, Джесс говорил, что в старые времена эльфы собирались по вечерам на поляне и музыка не смолкала до рассвета, — взволновано проговорила Кася, — соловьи замолчат... Она хочет их убить! Джесса и Клауса! Чтобы они не смогли ничего рассказать! Через три дня!

— Не будем спешить с выводами, мисси Потапова, — одернул ее Влад, — речь не обязательно про убийство. Молчания можно добиться разными способами.

— Тем не менее им угрожает опасность, мистер Старлински, — Кася гневно посмотрела на него.

— А тени — это, видимо, про хранителей, — нахмурился я, — у нас мало времени. Если все так, то Харрису заплатили за молчание и невмешательство.

— Еще нет, — сказал Влад, — но заплатят, если он потянет время и будет закрывать глаза на это все. Я думаю, он не знает, где их прячут.

— Согласен. Иначе не было бы смысла в этой записке, — кивнул я.

— Записка! Точно! В тот день Джессу передали записку. Кто-то принес ее и отдал одному из журналистов, а тот передал брату, — Клэр взволновано смотрела на нас, — Джесс очень разозлился.

— Где эта записка? И кто отдал ее Шулье? — Влад посмотрел на нее.

— Записку передал Берт Торонс, и она должна быть в кабинете Джесса на его столе, если он не забрал ее с собой.

— Идем, — я подхватил Клэр под локоть, открывая портал к дверям редакции. Через мгновение Влад, Клэр и я уже были там.

— Клэр, что происходит? Где Джастин? — внутри нас ждало человек пять.

— Кто из вас Торонс? — Влад окинул их взглядом.

— Ну, я, — мужчина средних лет посмотрел на него, — а в чем дело?

— Вы вчера передали мистеру Шулье записку, — псионик впился в него взглядом.

— Да, — мужчина замер, как кролик перед змеёй.

— Кто принес ее?

— Какой-то беспризорник из рабочего района, — он говорил медленно, словно во сне, а мой напарник продолжал гипнотизировать его.

— Он не причем, — вынес вердикт Влад, — мальчишка поджидал у дверей, сунул ему записку и убежал.

— Идем, — я потянул Клэр к кабинету. Мы прошли через все помещение, и Клэр открыла дверь своим ключом. На столе поверх черновиков статей и прочих документов лежал грязный клочок бумаги, на котором эльфийскими рунами было написано: "Останови ее, Джесс!" Листок был разорван на две части.

— Дальше по всей вероятности был адрес, — задумчиво произнёс Влад, рассматривая обрывок. Клэр снова всхлипнула, а я прижал ее к себе.

— Держись. Нельзя терять надежду! — я старался говорить бодро, хотя понимал, шансов на то, что Шулье и Клаус живы, остается все меньше. Опечатав редакцию и отпустив сотрудников по домам, мы вернулись в кофейню. Там нас встретила хмурая Кася.

— Выяснили что-нибудь? — она стояла, уперев руки в бока посреди пустого зала.

Я прошёл к столу, отодвинул стул и опустился на него.

— Пока порадовать нечем. Клаус смог передать Джессу записку с просьбой о помощи, и тот, не сказав никому ни слова, отправился искать его. И скорее всего угодил в ловушку. Мы не знаем, где они могут быть.

— Надо идти в "Розу" и обыскать там все, — Кася магичила, накрывая на стол.

— Сомневаюсь, что они все ещё там, — Влад тоже уселся, — записку принес мальчишка из рабочего района. Скорее всего в похищении замешаны банды.

— Тогда надо поговорить с Хольцем, — девушка была настроена решительно, — нам все равно нужно к нему, забрать продукты. Может быть Эрк что-нибудь знает. В конце концов он точно может свести нас с Бароном. Сторм — негласный хозяин района, и наверняка знает, что творится на его территории.

— И откуда ты знаешь про этого бандита?

— Джесс рассказал. Мы были там.

— А это мысль. Кася права, — неожиданно Влад поддержал ее.

— Это опасно, — я неодобрительно смотрел на напарника.

— У меня есть адрес Хольца. Я сейчас, — она быстрым шагом направилась к лестнице.

— Мне не нравится эта затея, — я покачал головой.

— Послушай, Эд, — в голосе псионика прозвучало убеждение, — надо проверить все варианты. Этот ничем не хуже.

— Идти на сделку с преступником? Ты это предлагаешь?

— Я не предлагаю сделок. Но мы можем попытаться узнать, имеют ли они к этому отношение.

— Вот, — Кася сбежала с лестницы, — если ты знаешь, где это, — она протянула мне листок бумаги, на котором был написан адрес.

— Это недалеко от торгового района.

— Так чего мы ждем? — она всплеснула руками.

— Мы ждём обед, — напомнил ей Влад, — мисси Кася, давайте перекусим, а потом я обещаю вам, мы сходим к этому вашему Хольцу. Кстати, кто это?

— Счетовод в порту. Он — поставщик у хранителей, — Реми помог Клэр устроиться за столом, — у нас с ним договор.

Пока мы ели, Кася стояла у окна, напряженно вглядываясь в вечереющее небо. Ее беспокойство за Шулье отзывалось каким-то неприятным ощущением в районе груди.

"Не вздумай давить на нее, — я уговаривал себя, — они очень сблизились с Джессом". От этих мыслей становилось только хуже. Глухое раздражение вперемешку с ревностью скреблось внутри, ища повод вырваться наружу.

Кася резко повернулась ко мне и теперь пристально смотрела на меня.

— Я не знаю, о чем ты сейчас думаешь, Эд, — она медленно подбирала слова, — но я обещаю тебе, что я не отступлюсь. Неважно будешь ты помогать мне или нет. В моем мире принято отвечать добром на добро. А от Джастина я видела только хорошее. И я буду последней сволочью, если сейчас не попытаюсь помочь ему, как он помогал мне все это время! И чтоб ты понимал, все, что я испытываю к нему — это дружескую симпатию и глубокую благодарность за все, что он для меня сделал!

— Пожалуйста, Эд, — тут она внезапно всхлипнула, — мы должны найти его! Я прошу тебя!

Меня накрыло вихрем ее эмоций: страх, что я откажусь помогать, беспокойство за жизнь друга, молчаливый крик о помощи и вишенкой на торте из всей этой мешанины сияла надежда.

— Успокойся, — я подошел к ней и сжал ее плечи, — я уже обещал, что мы найдём его.

— Спасибо, Эд, — беззвучно прошептали ее губы, а меня захлестнуло волной нежности. Мой гнев и ревность растворились в ней, и я прижал ее к себе. Кася тихо всхлипывала, обняв меня. А я стоял, понимая, что теперь точно не смогу отпустить ее, даже если она попросит об этом.

— Мисси Потапова, возьмите себя в руки, — Влад с трудом перевел дух, — ваше воздействие переходит все границы, — он покосился на целующихся Реми и Клэр, которых тоже накрыло исходящими от Каси эмоциями.

— Я не знаю, как выставить долгосрочную преграду, мистер Старлински, — в голосе моей девочки звучало искреннее раскаяние.

— Ввиду сложившихся обстоятельств, я могу сформировать временный блок, который оградит остальных от ваших эмоций. На пару суток хватит. Но вам придётся научиться контролировать себя, — он улыбнулся и посмотрел на кольцо на ее руке, — и мне нужно разрешение на вмешательство в ваше поле.

— Хорошо, — она подошла к нему и сняла с пальца кольцо — что я должна делать?

— Присядь, Кася, — Влад встал и кивнул ей на стул. Она опустилась на него, а он прикоснулся к ее вискам.

— Может быть немного некомфортно, — предупредил псионик, — это временное явление. Быстро пройдёт. А сейчас не сопротивляйся. Позволь мне помочь тебе.

Я молча наблюдал, как сила Влада проникает в поле Каси, формируя печать запрета. Псионики исследовательского отдела СБГ пользовались этой техникой, чтобы ограничить нежелательные проявления дара испытуемых. Печать не блокировала дар полностью, но значительно снижала его воздействие на других.

Так, находясь под этой печатью, псионик не мог внушать человеку свои мысли и образы, кинетик не мог воздействовать на человека физически, а медиум соответственно не мог управлять его эмоциями.

Помимо этого я увидел в поле Каси стандартный маячок. Теперь Влад, и не только он, а в принципе любой псионик, легко мог отследить ее даже за пределами нашего мира. Вот же пройдоха! Он специально это задумал, чтобы иметь возможность найти ее, даже если я выполню свою угрозу вернуть Касю в родной мир!

— Это лишнее, — я послал ему мысль.

— Поверь, так будет лучше, — усмехнулся он, — так она не сможет от нас сбежать!

Спорить было бесполезно. Любой медиум имел такую метку в поле. Таковы правила СБГ! И мне придется подчиниться.

— Готово, — Влад убрал руки от головы Каси. Девушка зябко повела плечами.

— Это все?

— Да, Кася, теперь твои спонтанные всплески эмоций не выйдут за пределы твоей головы, — кивнул Влад, — через пару дней обновим. Придется пользоваться этим, пока ты не научишься управлять ими сама.

— Спасибо, — она посмотрела на часы, — уже семь. Через час можно идти к Хольцу. Он говорил, что вечером бывает дома.

Глава 35

Следующий час мы убили на подготовку. Решено было, что Реми и Клэр останутся в кофейне. А Кася пойдёт с нами. Вообще-то я собирался взять с собой Реми, а ее оставить с Клэр. Но Кася встала в позу, заявив, что если я так сделаю, то они отправятся искать Шулье сами. В том, что эти две ненормальные так и поступят, сомнений не возникало. Поэтому, чтобы избежать ненужных трудностей, пришлось взять Касю с собой.

Явиться в рабочий район в форме полицейских означало с ходу нарваться на неприятности, поэтому мы с Владом переоделись в самое старое и неприметное. Кася тоже надела самое простое и темное платье, повязав голову платком на манер работниц порта. А после того как она немного поколдовала над нашей одеждой, нас было не отличить от выходцев из него. И ровно в восемь я перенес всех к домику Хольца. Элитный рабочий квартал я знал хорошо, поэтому проблем не возникло. На наше счастье Эрк оказался дома.

— Добрый вечер, — Кася честными глазами смотрела на обомлевшего полуэльфа, — можно войти?

— Вечер добрый, входите скорее, — Хольц посторонился, пропуская нас внутрь, — и что стряслось на этот раз?

— Хельми пропал и Джесс тоже, — Кася помрачнела и медленно выдохнула, пытаясь сохранить присутствие духа. Разговоры о произошедшем давались ей тяжело.

— Как это случилось? — нахмурился Эрк и перевел взгляд на меня.

— После визита Мелиссы Фарно пропал дух-хранитель, мы предполагаем, что она похитила его, использовав эльфийскую магию и заточив в артефакт, а вот мистер Шулье исчез после того, как получил записку через какого-то мальчишку, — Влад перехватил инициативу, — и хотели бы узнать у вас, кто мог дать мальчику такое поручение?

— Понятия не имею, — пожал плечами поставщик, — я не общаюсь с местной шпаной.

— А кто общается?

— Не слишком ли много вопросов, мистер полицейский? — недовольно фыркнул Хольц.

— Пожалуйста, Эрк, Джессу грозит опасность, и Клаусу тоже, — в глазах Каси стояли слёзы, — кофейня на грани закрытия, Хельми в беде, а Харрис бездействует, нам не к кому больше обратиться.

— Вот только не надо слез, мисси, — раздраженно произнес тот, — я, правда, не знаю, чем вам помочь. У меня нет связей с бандами района. Я — законопослушный гражданин и живу здесь лишь потому что так намного удобнее и дешевле. Мы можем отправиться с вами в порт. Я отгружу вам ваш заказ, но больше ничем не могу помочь, — он развел руками. Кася всхлипнула и отвернулась, пряча слезы.

— Дорогая моя, — он осторожно коснулся ее плеч, — пожалуйста, успокойся, этим ты никому не поможешь. Давай для начала разберёмся с поставкой, а я пока подумаю, что можно сделать.

Хольц открыл портал, и вот мы уже стояли посреди склада.

— Вот ваши продукты, — он указал на аккуратно сложенные мешки, коробки и бочонки с припасами, — все по списку.

Кася протянула ему мешочек с деньгами. Пока Хольц пересчитывал монеты, я и Влад занимались транспортировкой. К нашей удаче Клэр владела портальной магией и смогла поддержать переход, пока мы, задействовав все наши силы, перемещали это все со склада прямиком в кухню кофейни, где уже Реми раскладывал все по своим местам. Мы управились минут за пятнадцать. Закончив, я закрыл портал и присел на какой-то тюк. Признаться честно, это оказалось не так уж и просто. Даже при помощи кинетики. Не представляю, сколько бы времени мы потратили, если бы пришлось делать это вручную. Влад примостился рядом. Было видно, что псионик тоже подустал.

— Вот не думал, что простое перетаскивание тяжестей отнимает столько сил, — пробормотал Влад, вытирая пот со лба.

— А местные работяги делают это каждый день и без всякой магии, — насмешливо произнес Хольц. Влад лишь развел руками, мол, так есть и ничего с этим не поделать.

— Ну так что, мистер Хольц? — Кася, молчавшая все это время, подала голос, — вы поможете нам найти Джесса?

— Если Шулье где-то здесь, то единственный, кто может точно об этом знать, это Дик Сторм, он же Барон, главарь банды и хозяин района. Без его ведома тут муха не пролетит, — задумчиво произнес Эрк, — вот только я не могу помочь вам. Среди моих знакомых нет никого, кто мог бы устроить встречу с ним.

— А вы случайно не знаете мальчика по имени Робин? Он — ловец жемчуга, живёт с тетей...

— Робби, такой белобрысый, худенький парнишка, — уточнил Хольц, Кася утвердительно кивнула, — да, я знаю, где он живет. И тетку его знаю, продажная женщина. Он иногда помогает мне при разгрузке. Смышленый малец.

— Как думаете, он может кого-нибудь знать? — Кася затаила дыхание.

— Возможно, — кивнул поставщик, — он, как и все, платит мзду Барону за право продавать свой улов, так что наверняка знаком с кем-то, через кого можно связаться с бандой. А откуда вы его знаете?

— Джесс спас его пару дней назад. Мальчик едва не утонул. Мы оказались рядом. Джесс вытащил его, а я смогла реа... Оживить.

— Значит, он обязан вам жизнью, — усмехнулся Эрк, — и вы можете потребовать любую услугу в качестве оплаты долга.

— Как вы можете так говорить! — возмутилась Кася, — это же ребенок! Его жизнь...

— Жизнь — это единственное, что у него есть, — жёстко произнес Хольц, — и раз вы спасли его, то она принадлежит вам, пока вы не решите, что его долг жизни оплачен. Таковы местные обычаи. Дикость, конечно, — тут он вздохнул, — но это ваш шанс. Идёмте. Я покажу, где его найти.

Вслед за Эрком мы пробирались через запутанный лабиринт улочек, освещенных лишь тусклым светом убывающей луны. Кася жалась ко мне. Влад был собран и сосредоточен. Я тоже держал ухо востро! Мы сейчас были в самом сердце этих трущоб. И случись чего, рассчитывать придется только на себя.

— Подождите здесь, — Хольц быстро подошел к двери одного из отдельно стоящих домиков, такого же обшарпанного и неухоженного, как и все окружавшие нас здания. Отвалившаяся от времени штукатурка обнажила древнюю кладку. Дом явно был построен еще эльфами, и пока что сохранял какой-то вид, хоть уже и начал ветшать и рассыпаться без надлежащей заботы.

— Магда, открой, это Хольц, — торговец забарабанил в дверь. Спустя пару мгновений она отворилась с противным скрипом, а на пороге показалась вульгарно одетая женщина лет тридцати пяти.

— Эрк, милый, — она с улыбкой потянулась к нему с поцелуем, — давненько ты не заглядывал! Какими судьбами? — женщина явно была пьяна.

— Где Робби? — Хольц жестко отстранил ее.

— Этот негодный мальчишка?! Я заперла его в чулане! Зачем он тебе?

— Он кое-что задолжал моим друзьям, приведи его, — Эрк отвесил ей шлепок по вертлявому заду.

— Вот негодник! — игриво воскликнула она, — неужели что-то спер? А я-то гадала, откуда у него столько денег! И ведь обмануть меня хотел, маленький подлец! Надеюсь, они не потребуют назад свои денежки? — она пьяно рассмеялась и едва не рухнула, запнувшись об порог, — денежки-то тю-тю!

— Позови Робби, — Эрк схватил ее за плечо, не позволив упасть, — будь хорошей девочкой! А потом я так и быть, приласкаю тебя! — он втолкнул ее в дом и вошел следом.

Я посмотрел на Касю. На лице девушки были ужас и отвращение, но воздействия ее эмоций я не ощущал.

— Хорошо, что Влад поставил печать, — подумалось вдруг, — страшно представить, какую панику она могла бы сейчас спровоцировать!

Хольц вернулся через пару минут, таща за шкирку выдирающегося пацана лет тринадцати.

— Отпусти, ушастый, ничего я не крал! Мисси сама дала мне их!

— Да уймись ты, недотепа, ничего я тебе не сделаю! — Эрк выволок его на крыльцо, — она ищет тебя. Ей нужна помощь!

— Робби! — Кася быстро вышла из тени соседнего дома, где мы стояли все это время.

— Мисси Кася? — паренек перестал вырываться, и Хольц отпустил его воротник.

— Робби, — она подбежала к нему, — мой друг, Джесс, который спас тебя. Он пропал. Кто-то из местных ребят принес ему записку. А потом Джесс ушёл и не вернулся. Мне нужно поговорить с Диком Стормом.

Глаза Робби округлились от ужаса.

— Нет, нет, вам нельзя к нему. Он вас не отпустит! Барон ничего не делает просто так!

— Я должна с ним встретиться! — голос Каси звучал твердо, — моему другу угрожает смерть. Я должна его найти! Пока не поздно!

— Пожалуйста, мисси Кася, — Робби схватил ее за руку, — давайте, я разузнаю. Я найду того, кто относил записку и приведу его к вам. Только не ходите к Дику! Он — страшный человек!

— Мальчик прав, Сторм — тот еще мерзавец! И лучше не попадать к нему в должники! — кивнул Хольц.

— Мисси Кася, идите домой! Я приду к вам завтра, обещаю. Я все узнаю и приду! — пацан чуть не плакал, вцепившись в ее руки.

— Хорошо, Робби, — Кася тяжело вздохнула, — только у тебя мало времени. Нам надо как можно скорее найти Джесса! Вдруг он где-то здесь!

— Как он выглядит? — спросил Робби. Странно, неужели он не видел эльфа.

— Его зовут Джастин Шулье. Он — главный редактор городской газеты. Высокий шатен. Эльф. Глаза карие.

— Я понял, про кого вы говорите, — кивнул мальчишка, — идите домой.

— Погоди, Робби, — Кася удержала его, — ты не хотел бы подработать в нашей кофейне? Клиентов очень много, и я одна не справляюсь. Было бы хорошо, если бы ты и еще двое-трое ребят согласились помочь. Вам будут платить. Сколько ты зарабатываешь в день?

— Две-три монеты, редко четыре-пять, — ответил за него Хольц, — ловля жемчуга — не самое прибыльное дело.

— Мы будем платить по пять монет в день, каждому, — Кася смотрела на него, — плюс еда, одежда и проживание. Два выходных в неделю, чтобы навестить родных. Нужны ребята твоего возраста, только честные. Которые не будут воровать.

— Таких здесь днем с огнем не сыщешь, — усмехнулся торговец.

— Неправда! — возмутился Робин, — Мик и Жан, а еще Нани, они — мои друзья. Они не воры. Я поговорю с ними.

— Хорошо, я буду ждать. Завтра, в кофейне, — Кася взъерошила его волосы, — приходите, Реми испечет пирог. До свидания, Робби.

— До встречи, мисси Кася, — мальчишка кивнул ей и растворился в темноте переулка.

— Вам пора, — Хольц посмотрел на нее, — уже поздно.

— Милый, ты скоро? — из дома раздался пьяный голос Магды.

— Иду, крошка, — отозвался Эрк, — до свидания, Кася. До свидания, Эд, — он кивнул мне, — береги ее! Прощайте, мистер полицейский! — поставщик скрылся за дверью.

Я открыл портал, Влад шустро втолкнул туда Касю, затем вошёл сам, я последовал за ними.

Пока мы разыскивали Робби, Реми с помощью Клэр уже разложил все продукты и накрыл на стол. Нас ждал вкуснейший ужин и море вопросов, отвечая на которые, мы, естественно, засиделись за полночь.

— Ну что, предлагаю не разделяться, — я оглядел собравшуюся за столом компанию, — в доме достаточно места, чтобы мы все с комфортом разместились. Реми, гостевые в порядке?

— Да, Эд, — кивнул мне брат, — ты останешься? — он посмотрел на Клэр. Та смутилась, но быстро кивнула.

— Хорошо, — я поднялся из-за стола и зевнул, — тогда идём спать. А завтра утром попробуем навестить Фарно. Надеюсь, ресторан уже будет открыт.

Все разошлись по комнатам. Я проводил Касю до дверей и отправился к себе.

После этой прогулки по трущобам Осельмира, меня снова переполняли противоречивые эмоции. В Касе не было фальши. Она не пыталась скрывать свои чувства в отношении Шулье, что крайне пошатнуло мое спокойствие и уверенность. В ее волнении за Джесса было что-то неуловимо-трепетное, что-то раздражающе-правильное и вместе с тем пугающее. Она считает его другом и рвется спасти, что в принципе понятно. Но пока она спала, я успел пообщаться с Реми. И он много чего мне рассказал. И вот все, что происходило между этими двумя, совершенно не походило на дружбу. Их связывало нечто большее, что в подобных обстоятельствах легко могло перейти в более близкие отношения и глубокие чувства.

К тому же Джесс, похоже, основательно влюблен в нее. Он регулярно приглашал ее на романтические прогулки по пляжу. Всячески опекал. Более того, он водил ее в зачарованный лес. Странные действия для друга. Слишком напоминают ухаживания. И даже при условии того, что Кася в силу своей иномироности не понимает его намеки, считая это за проявление дружбы, все остальные, включая меня, отчетливо видели, что стоит за этими знаками внимания. И Джесс не отступится. Стоит мне уехать, как он снова примется за старое. И вполне может добиться успеха! К тому же он обеспечен, и владеет не только домом в Осельмире, но и прекрасным поместьем в Делароне. С ним ее ждет богатое и беззаботное будущее и долгая жизнь под сенью заповедных эльфийских лесов.

А что могу предложить ей я? Жизнь в столице, под постоянным контролем СБГ? Учебу в магакадемии, после окончания которой она станет собственностью империи? Должность экзорциста в отделе исследований под присмотром Влада? К тому же рядом со мной ей постоянно будет угрожать опасность в лице неизвестного преступника, охотящегося на медиумов.

Чем дальше я размышлял, тем мрачнее становились мои думы. До окончания моего контракта еще год, и я сомневаюсь, что она будет ждать, пока я закончу службу. Этому журналюге вполне хватит пары месяцев, чтобы окончательно вскружить ей голову и увезти в Деларон, под прикрытие эльфийских чар. Там мы ее никогда не найдём! Даже с меткой! Зачарованный лес не позволит нам приблизиться к ней.

Сейчас вся эта история с исчезновением главреда казалась мне подозрительной. А что если Джесс специально все это провернул? Ведь он успел хорошо изучить ее за эти три недели. И он прекрасно понимает, что Кася бросится спасать его! Что если он в сговоре с той же Мелиссой и специально разыграл всю эту историю, чтобы покрепче привязать Касю к себе?

Тихий шорох открывающейся двери отвлек меня от тягостых мыслей.

— Не спишь? — Кася, одетая в светлое домашнее платье, стояла на пороге, словно призрак.

— Нет, что случилось? — я сел на кровати.

— Не могу уснуть, — пожаловалась она, — в голове все время крутятся мысли. Про Джесса, про тебя, — она напряженно смотрела в мою сторону.

— Иди сюда, — я машинально похлопал по кровати рядом с собой. Она проскользнула в комнату и забравшись на постель, прижалась ко мне. Я осторожно приобнял ее. Это было так странно. Ни одна другая не позволила бы себе такого. Прийти ночью одной в спальню к мужчине! На такое способны только проститутки! Но Кася сейчас пришла не за этим. Она искала защиты и поддержки.

— Я все думаю, что будет дальше? — тихо произнесла она, — вот мы вернем Хельми, найдем Джесса, поможем Клаусу, а что потом? Реми уже вполне освоился, к тому же оказывается у него есть дар. Да и с Клэр у них вроде все хорошо. В конце концов Джесс подскажет в случае чего. А что там с делом Кристофа? — внезапно вспомнила она про призрака.

— Все в порядке. Я нашел его дело в архиве. Это был ложный донос, и его оправдали. Только сообщить не успели. Так что его семья теперь получит обратно все, что они потеряли, а граф сможет уйти.

— Хорошо, — слабо улыбнулась она, — значит, мне тоже нет смысла тут оставаться, — в ее голосе звучала тоска. "Она не хочет уходить," — промелькнула в голове радостная мысль.

— Ты можешь остаться, — я, поддавшись порыву, усадил ее к себе на колени, словно ребенка, — срок твоего договора еще не истёк...

— Зачем, Эд? — она отстранилась и посмотрела на меня своими огромными светлыми глазами в которых была невысказанная просьба: "Отговори меня! Не дай мне сделать это!", — что изменится через полгода? И потом там у меня семья, родители. Я не могу оставить их в неведении. Они волнуются за меня.

— Это легко исправить, — я крепче прижал ее, как будто боялся, что она сейчас исчезнет, развеется, словно сказочный сон при первых лучах солнца, — ты можешь навестить их и все им объяснить. А я могу сопроводить тебя.

— Зачем тебе это, Эд? — она вновь посмотрела на меня, — ты ведь снова уедешь, как только закончится расследование. Что я буду здесь делать? Одна, — она тихо вздохнула.

— А как же Джесс? — это было неправильно, но удержаться я не смог.

— Джесс, — задумчиво повторила она, — он — милый и симпатичный. Вот только он-то тут при чем? У него своя жизнь.

— Он мог бы стать хорошим мужем, — что я несу?!

Кася насмешливо посмотрела на меня:

— Предлагаешь мне составить ему пару?

— А почему бы и нет? — этот разговор принимал странный оборот, — вполне достойный мужчина, в самом рассвете сил, еще не старый, с эльфийской точки зрения. Ему всего семьдесят...

— Сколько? — глаза Каси округлились от удивления, — я думала, ему чуть больше пятидесяти. Впрочем это не важно, учитывая что на вид ему едва ли дашь сорок. К чему ты это говоришь?

— Мне показалось, он тебе нравится.

— Нравится, — кивнула она, — как друг, я уже говорила. Ты мне не веришь?

— Верю, — я мысленно отвесил себе подзатыльник. Скажи ей! Скажи, что хочешь, чтобы она осталась с тобой! Ради тебя! — Кася, я... — горло сдавило спазмом, а она смотрела на меня в ожидании продолжения.

— Я очень устал. Давай отложим этот разговор до завтра. Тебе тоже нужно отдохнуть.

— Хорошо, — она грустно вздохнула и поднялась, оставив ощущение пустоты в руках и в сердце, — доброй ночи, Эдвард.

Девушка, не оглядываясь, прошла к двери и скрылась за ней. Я откинулся на кровать.

— Эд, ты — болван! — в груди поднялся гнев на самого себя, — ну что тебе мешало сейчас сказать ей про свои чувства! Она ведь хотела именно этого! Услышать это от тебя!

Перед глазами стояло воспоминание о моей бывшей жене.

— Ты любишь меня, Эд? — Жюли приподнялась на локте, заглядывая мне в глаза.

— Люблю, — я погладил ее по обнажённой спине.

— Я тоже люблю тебя, милый, давай поженимся!

— Вот так сразу? Ты же меня совсем не знаешь!

— А чего тянуть? — она игриво провела пальчиками по моему животу, вызывая приступ возбуждения.

— Ну не знаю, а как же общественное мнение?

— Да к черту этих мещан с их правилами, — рассмеялась она, — главное — это наши чувства!

Ее губы коснулись моих, увлекая в водоворот страсти.

А потом она предала меня. Разрушила мою жизнь. Растоптала все то светлое, что было между нами.

Я снова сел на кровати, прогоняя наваждение. Нет! Кася не такая! Ей не нужны ни деньги, ни положение в обществе! Хотя откуда мне знать? Мы почти незнакомы. По сути я вижу ее третий раз в жизни!

Страх снова оказаться обманутым леденил сердце, остужая во мне все те чувства, что мучили меня все это время. Нам нужно больше времени, чтобы получше узнать друг друга. К тому же сейчас, находясь под действием печати, Кася не сможет влиять на меня. Мысль о том, что все это, все эти терзания и чувства вовсе не мои, и могут быть результатом ее воздействия больно резанула по сердцу.

Влад прав, мне нужно трезво взглянуть на всю эту ситуацию и лишь потом принимать решения. И если она и вправду испытывает ко мне чувства, она простит мне эту слабость и позволит во всем разобраться и в первую очередь в себе.

Глава 36

Луч солнца, проникший в комнату через неплотно прикрытые занавески настойчиво светил мне в лицо. Я открыл глаза и тут же зажмурился снова, отворачиваясь от него. Надо вставать. Приведя себя в порядок, спустился вниз. В кухне гремела посуда, а по залу разливался запах свежесвареного кофе. Значит, Кася уже встала. В предвкушении встречи я вошёл на кухню.

— Доброе утро, — Реми оглянулся на меня, — завтракать будешь?

Клэр, сидевшая за столом, улыбнулась мне, а Влад кивнул в знак приветствия.

— Доброе, — кисло ответил я, присаживаясь за стол, — а где Кася?

— Она еще не спускалась, — отозвался Реми, наливая мне кружку кофе и ставя передо мной тарелку с тостами.

— Какие планы на сегодня? — поинтересовался Влад.

— Я думаю, надо сходить к Фарно и побеседовать с Мелиссой и Клаусом...

В зале звякнул колокольчик, послышались лёгкие шаги и детские голоса.

— Доброе утро, — Кася в брючном костюме, идеально подчеркивающем ее формы, вошла в кухню в окружении четверых подростков: трех мальчишек и девочки. Это были дети из рабочего квартала. В одном из них я узнал Робина.

— Реми, их надо помыть, покормить и одеть, — она указала на ребят, — Клэр, поможешь ему.

— А вы, двое, — она скользнула вглядом по мне и тут же посмотрела на Влада, — идёте со мной. Я знаю, где искать Джесса.

Клэр ахнула, Реми улыбнулся, Влад молча покачал головой, а я застыл с надкушенным бутербродом в руках.

—Погоди, погоди, откуда ты это знаешь? — я отложил тост и нахмурился.

— Кристоф нашел их, его и Клауса, сегодня ночью. А Робби подтвердил эту информацию. Их держат в заброшенном доке у третьего причала.

— И где доказательства? — спокойно спросил Влад.

— Да к черту ваши доказательства! — Клэр подскочила и, прежде чем я успел остановить ее, оказалась рядом с Касей, — идем! Я знаю, где это! — она схватила девушку за руку, и через мгновение они обе исчезли в рамке портала.

— Ух ты! Настоящая магия! — воскликнул рослый парнишка, стоящий рядом с Робби.

— А я что говорил! — с гордостью произнёс тот.

— Да что здесь происходит? — я вскочил на ноги, — Робби! Отвечай!

— Как только вы ушли, я побежал к Бену, — затараторил мальчишка, — его отец держит пивную, где обычно собирается банда Сторма. Бен был мне должен. За украденный жемчуг. И я потребовал с него узнать информацию. Он разрешил мне отработать ночную смену, чтобы я мог подслушать, о чем говорят люди.

— Давай ближе к делу, — поторопил его я.

— Ближе к полуночи пришли двое из банды Дика. Они быстро напились. И один из них громко ругался на Дика и чертовых эльфов. Что больно долго ждать прихода судна и лучше было бы пустить их в расход. Ведь именно за это и заплатили. А Дик решил нажиться на них и продать их капитану Горну.

— И давно это у нас людьми торгуют? — прищурился Влад.

— Так эльфы — не люди, — пожал плечами Робби.

— И что потом?

— А потом я сказал Бену, что узнал все, что хотел, и пробрался к третьему причалу. Горн всегда там швартуется. Там еще склады заброшенные есть. Зря мисси Кася туда одна пошла. Там люди Дика, — в глазах мальчишки был страх.

— Ты помнишь, где это находится?

Он кивнул.

— Влад, мне нужен четкий образ этого места!

— Эд, это глупо! — воскликнул Влад, но наткнувшись на мой свирепый взгляд, посмотрел на Робби, — иди сюда, пацан, покажешь мне, где их искать.

Пока он просматривал его воспоминания, определял местоположение, сверяясь с планом города, чтобы передать мне координаты портала, а Реми кормил остальных, я нервно мерил кухню шагами, досадуя на Клэр. Дурная девчонка! Еще и Касю в это втянула! Вот как это возможно! А если с ними что-то случится!

— Готово, — Влад наконец закончил, прошло около получаса, и мои нервы были уже на пределе. Он посмотрел на меня, мысленно передавая мне данные места, куда можно было открыть портал, — идём.

Я глубоко вздохнул, простраивая нам проход, и спустя мгновение мы уже стояли в порту.

— И куда теперь? — я напряженно смотрел на него, — ты ее чувствуешь?

— Погоди, дай сосредоточиться, — псионик пытался ощутить отклик метки. Какое счастье, что он успел ее поставить! Без этого мы их здесь не найдём.

— За мной, — Влад махнул рукой и быстрым шагом направился к одному из ангаров. Стараясь не шуметь, мы пробирались между кучами хлама, которым было завалено все вокруг.

— Она здесь, внутри, — Влад кивнул на небольшое окошко метрах в двух над нашей головой. Я быстро добрался до него, воспользовавшись левитацией. Картина была неутешительная. Кася и Клэр, сидели на полу посреди ангара, связанные спина к спине, в окружении трех бандитов, а метрах в пятнадцати от них у противоположной стены я увидел Джастина и Клауса, закованных в цепи. Эльфы выглядели потрепано. Клаус явно был без сознания, Джесс пока держался.

— Ну что, куколки, — один из громил схватил Касю за подбородок, — как насчет поразвлечься?

— Да пошел ты, мразь, — прошипела она, — убери от меня руки.

— А то что? — намерения этого урода были очевидны.

— Там трое, идем, — я спустился к Владу.

— Погоди, — псионик сосредоточился и щелкнул пальцами. В тот же миг ангар огласил вопль ужаса. Калитка в воротах распахнулась, а из нее вылетели трое мужиков с перекошенными от страха лицами и бросились наутек.

— Вот теперь идем, — Влад поморщился, эмоции Каси добивали даже до сюда, — главное, самим не струхнуть.

Мы быстро вошли в ангар и заперли двери.

— Кася! Клэр! — я бросился к девушкам.

— Эд? — она неверяще смотрела на меня. Внутри нее бушевала буря: паника, негодование, радость. Все смешивалось в невообразимый коктейль эмоций, раздирающих тебя на куски и одновременно парализующих.

— Кася, ты должна успокоиться, — я замер на безопасном расстоянии, где еще мог выдерживать ее напор, — иначе я не смогу подойти к вам. Влад снял печать.

— У меня не получается, — она всхлипнула и потеряла сознание. Все мгновенно прекратилось. Я оглянулся. Влад, бледный как полотно, стоял на коленях, оперевшись руками на пол.

— Давай быстрее, — прохрипел он, — они скоро будут здесь.

Я сорвался с места и подбежал к девушкам. Клэр беззвучно всхлипывала, пряча глаза. Я быстро развязал ее.

— Помоги Джессу и Клаусу, — бросил ей.

— Не могу, — снова всхлипнула она, — там заклятие на цепях, мне не под силу его снять. Прости, Эд.

— Не реви, — я встряхнул ее и направился к пленённым эльфам.

— Рад тебя видеть, Эд, — Шулье смотрел на меня, — не стоило блокировать способности Каси.

— Не стоило соваться сюда одному, — я осмотрел цепь, зачарованную на неразрушимость, — нужен ключ.

— Ну чего нет, того нет, — усмехнулся Джесс, — иначе я бы тут не сидел.

— Зачем ты вообще сюда полез? — я огляделся в поисках того, чем можно вскрыть замок.

— Я не лез. Что я дурак по твоему? Меня сюда притащили, — огрызнулся он.

— Мы видели записку, — о, то, что нужно! Мне удалось найти кусок металлической проволоки, и теперь я силой пытался придать ему вид отмычки.

— Ты про ту, где написано "Останови ее"? Это уловка Мелиссы. Там еще адрес был, только и ежу понятно, что это ловушка.

— Тогда как ты здесь оказался? — я ковырялся в замке, а Джесс старался не двигаться, чтобы не мешать мне.

— Очень просто. Возвращался домой из "Розы" после весьма бурного разговора с Мелиссой. По дороге на меня напали, избили, оглушили, а очнулся я уже здесь.

Замок щёлкнул, и кандалы свалились с запястий эльфа. Я помог ему встать на ноги.

— Надо освободить Клауса и убираться отсюда, — Джесс посмотрел в сторону двери, содрогающейся от тяжелых ударов.

Я присел около Фарно. Мужчина был сильно истощен и едва дышал.

— Она почти год держала его под зельем, — Джесс положил руку на грудь друга, вливая в него силу, — понадобиться время, чтобы он снова стал собой.

Пока я вскрывал замок, Влад уже пришёл в себя. Кася все ещё была без сознания. Я видел, как он снова наложил печать, но не спешил приводить ее в чувство. Дверь держалась из последних сил, а громкая нецензурная брань, сообщающая, что с нами будет, когда они войдут, не внушала надежды на благополучный исход. Наконец замок поддался.

— Клэр, иди сюда, негодница! — Джесс строго посмотрел на сестру. Все это время Клэр сидела около Каси. Она поднялась и подошла к нему, виновато опустив голову.

— Как же я испугался за тебя! — он прижал ее к себе, а она разрыдалась, вцепившись в него.

— Нам пора, — я закинул Клауса на плечо. Влад уже держал на руках бесчувственную Касю. А Джесс обнимал сестру.

— Давай, Клэр, вытаскивай нас отсюда, — усмехнулся эльф. Портал засветился. Первым прошел Влад, за ним я с Клаусом, а за нами и Джесс с Клэр. Уходя, я слышал грохот слетевшей с петель двери и громкий крик: "Держи их!", который до сих пор звенел в ушах.

Я огляделся. Мы были в кофейне. Из-за стойки выбежал Реми и бросился к эльфийке, которая, наконец, отпустила Джесса и теперь повисла на моем брате. Влад уже направился к лестнице, чтобы отнести Касю в комнату. А Джесс устало опустился на стул. Видок у эльфа был еще тот. Весь грязный, в порванной одежде, с разбитой губой и темными провалами глаз.

— Тебе нужно привести себя в порядок, — я окинул его взглядом.

— Да, ты прав, — он поднялся и тоже пошел наверх. Через полчаса мы все, кроме Каси и Клауса, собрались на кухне. Влад еще не отошел от пережитого напряжения и пока не мог снять с нее заклятие. Псионик выжал резерв, пытаясь пробиться через взбесившееся маг-поле нашего медиума. А Фарно был еще слишком слаб. Стараниями Джастина он ненадолго пришел в себя, и сейчас крепко спал, но уже здоровым, а не очарованным сном.

— Ну рассказывай, — я строго смотрел на Клэр, главную виновницу случившегося. Мы сидели за столом. Передо мной стояла кружка кофе, от еды я отказался. А вот Джесс и Влад с аппетитом накинулись на предложенный Реми обед. Эльф был голоден, а псионику требовалось восстановить силы.

— Да нечего тут рассказывать, — Джесс насмешливо посмотрел на сестру, — они переместились в порт, пробрались в ангар, но их почти сразу обнаружили. А поскольку силы Каси были заблокированы, бандиты их схватили, связали и хотели надругаться. Так что вы вовремя успели, — он покачал головой, глядя на сестру — как я понимаю, это была твоя идея?

Клэр виновато потупилась и кивнула.

— Думать надо прежде, чем кидаться в омут с головой. Вы могли пострадать! — продолжал выговаривать ей Джесс.

— Я чуть с ума не сошла, когда ты исчез, — всхлипнула Клэр, — а когда Кася сказала, что ты в доках, на меня как помрачение нашло, — по щекам девушки текли слёзы, — я не хотела, чтобы так вышло.

— Ну, не плачь, — Реми обнял ее, — все же закончилось хорошо. Жаль только, Хельми не нашли.

— Хельми — у Мелиссы, — мрачно сказал Джесс, — как и Шерман.

— И зачем они ей? Она же все равно не может ими управлять, — я сидел, откинувшись на спинку стула, и потягивал кофе.

— Теперь может, — Джесс отложил ложку, — эта ведьма где-то раскопала гримуар с магией "отверженных", которая прекрасно работает даже у неодаренных. Так что теперь это большая проблема!

— И как же быть? — расстроено спросил Реми.

— Идти к Мелиссе, — раздался от дверей голос Каси. У меня возникло ощущение "дежавю". Кася прошла в кухню. Найдя глазами Джесса, она улыбнулась, а когда тот поднялся, раскинув руки, бросилась ему на шею.

— Боже, Джесс, как ты нас напугал. Я не знала, что и думать! И Клэр, бедняжка, она так за тебя беспокоилась! — девушка млела в его объятиях, заставляя меня чувствовать жуткую ревность. А этот лис даже и не думал останавливать ее. Напротив, наслаждался ее обществом, прикрыв глаза и уткнувшись лицом в ее макушку.

— Вы не перестаете меня удивлять, мисси Потапова, — Влад растерянно смотрел на нее, — впервые вижу, чтобы одаренный сам вышел из-под "кокона сна".

— Это не я, мне помогли. Это Кристоф. Он был псиоником при жизни, а после смерти его способности никуда не делись. За сто лет он серьёзно повысил уровень.

— Призрак, развивающий дар? — ещё больше удивился Влад, — это заслуживает отдельного изучения. Может быть вам известно, как пригласить его к нам в исследовательский отдел? Он мог бы поработать с нашим экзорцистом и много чего рассказать.

— Он согласен, — рассмеялась Кася, отлепившись от Джесса, — при условии, что ему будут платить жалование и позволять видеться с семьей.

— Он сейчас здесь? — Влад нервно оглянулся, а остальные последовали его примеру.

— Да, мистер Старлински. Оказывается, Кристоф понял, что может уйти сразу после нашего первого разговора, когда выяснилось, что Жак — его правнук. Беспокойство за семью, вот что держало его в этом мире. Просто он не смог этого тогда понять.

— Так почему он не ушёл?

— Хотел посмотреть, сдержим ли мы свое слово. А еще ему было интересно, как живут его внучка и правнук. И потом с Жаком у них тоже сложилось прекрасное общение. А теперь Кристоф решил, что он пока не хочет уходить. Но и сидеть без дела ему скучно. Так что он согласен, мистер Старлински.

— Я обязательно уточню, на тему жалования и выходных, — кивнул Влад, — уверен, де Шеро поможет нам лучше разобраться в особенностях псионики, как действующей силы.

— Расскажешь, что произошло с вами в порту? — я кивнул Касе на место рядом с собой.

— А смысл? — она пожала плечами и демонстративно уселась напротив, рядом с эльфом, которого я уже был готов ненавидеть, — ты сам видел, чем все закончилось. Спасибо, что освободили нас. Реми, можно мне кофе? — она взглянула на моего брата.

— Один момент, — тот поднялся и прошел к плите. Через пару минут он поставил перед ней кружку. Ту самую, что я привез для нее. Кася задумчиво посмотрела и затем осторожно взяла ее в руки. Ее тонкие пальчики обняли белый фарфор, а золотой узор таинственно поблескивал в приглушенном свете магламп. Она осторожно подула на напиток, боясь обжечься, а я залип на этих розовых губках, которые сейчас словно посылали мне воздушный поцелуй.

— Как там ребята? — голос Каси привел меня в чувство. Я тряхнул головой и скользнул взглядом по лицам. Влад широко ухмылялся, на лице Джесса отразилось понимание и сочувствие, а Кася и вовсе не смотрела в мою сторону, полностью сосредоточившись на Реми, рассказывающем ей про новых помощников.

— Робби и Нани можно определить в зал, а вот Мик и Жан, они постарше, помогут мне на кухне, и так по хозяйству, — говорил брат.

— Отлично, — она сделала очередной глоток. Белоснежная пенка осталась у нее на губах, и Кася облизнула их. Это было так возбуждающе, что в штанах моментально стало тесно. Хотелось подойти к ней, сжать ее в объятиях и впиться в эти губки поцелуем.

— Тогда я займусь обучением ребят. Джесс, вы с Клэр можете нам помочь? Завтра рабочий день, и мы должны быть на высоте, — глаза Каси сверкнули, а на щеках загорелся румянец.

— Конечно, малыш, — эльф слегка приобнял ее, — как я могу тебе отказать?

— Тогда мы займёмся расследованием, — я посмотрел на Влада. Псионик кивнул, — надо выяснить, где Мелисса прячет духов и как вышла на связь с бандой Сторма.

— Через Харриса. Он был у нее в тот день, когда на меня напали.

— Это ничего не доказывает, — Влад посмотрел на Шулье, — но будем иметь ввиду.

— Осторожнее там, — произнесла Кася, не поднимая головы, — не хочу искать вас потом по всему Осельмиру.

— Постараемся, — я поднялся, — из кофейни — не ногой. Вас это тоже касается, Шулье. Пока не разберемся что к чему, вам лучше оставаться здесь.

— Есть, сэр, — эльф шутливо отдал честь, — правда, я как-то не рассчитывал на домашний арест. Да и в редакции дел много.

— Ничего, дела не убегут. Это не шутки, Джастин, — вмешался Влад, — вас похитили, напав средь бела дня. А если это повториться? Подумайте о сестре!

— Клэр никуда не пойдёт! Об этом не может быть и речи! — Реми обнял эльфийку за плечи, — я не могу потерять тебя, — он прижался щекой к ее щеке. А она расцвела в улыбке.

Глава 37

Предыдущая ночь. Кася.

Разговора с Эдом не получилось. Я чувствовала его ревность, его сомнения и, как ни странно, страх. Наш бравый следователь боится серьёзных отношений. Не знаю, с чем именно это связано. С гибелью его семьи в раннем детстве или с неудачным первым браком и разводом, из-за которого он едва не потерял все. Ну что ж, я все понимаю. Имеет право. И потом с чего вдруг я решила, что он проникся ко мне глубокими чувствами? Из-за одного поцелуя и парочки объятий? Или из-за его ревности? Так может быть он рассчитывал на легкие необременительные отношения, а почувствовав напор с моей стороны, тут же сдал назад. Да еще и попытался сосватать мне Джесса, что выглядело совсем уж странно.

Я вернулась к себе и сейчас сидела в кресле, поджав ноги и укрывшись пледом. Узкий серп убывающей луны смотрел в окно. На душе было тоскливо. Белый клочок облака, похожий на призрачный силуэт проплыл перед луной. "Кристоф!" — вспомнила я. В голове нарисовался образ графа.

— Доброй ночи, Кася, — призрак внезапно возник на подоконнике, а я подскочила в кресле.

— Прости, не хотел тебя пугать, — он улыбнулся мне.

— Кристоф! Я так рада вас видеть! Эд нашел ваше дело. Вас оправдали. Я попрошу его завтра зайти к Жаку...

— Это уже не важно, милая Кася. Я и так понял, что удерживало меня здесь, и теперь спокойно могу покинуть этот мир, — он тихо вздохнул и внимательно посмотрел на меня, — ты чем-то расстроена?

— Мой друг пропал и дух-хранитель Реми тоже. А капитан Харрис не хочет расследовать это дело. Эд и Влад пытаются сейчас разобраться. Но у нас осталось всего два дня! Я в отчаянии, Кристоф!

— Успокойся, не надо нервничать, — от него пошла лёгкая волна успокаивающей энергии, окутав меня словно теплое одеяло, — лучше расскажи мне поподробнее. Вдруг я смогу помочь.

Пока я пересказывала ему события этих трех недель, призрак внимательно слушал меня, периодически уточняя детали.

— Ты уверена, что они все ещё в городе?

— Да, Кристоф.

— Тогда я попробую их найти, — он соскользнул с подоконника и развеялся туманом. А я до рассвета не сомкнула глаз. Когда небо начало светлеть, я оделась и спустилась вниз. Меня одолевали дурные предчувствия. В голову лезли всякие страшные мысли насчет Джесса и Клауса, но я упорно гнала их прочь. Сварив себе кофе, я расположилась в зале, наблюдая, как наступает рассвет. На пустынной улице показалась группа подростков, среди которых я отчетливо различила белобрысую голову Робби. Ребята остановились в паре десятков метров и о чем-то спорили. Я тихо вышла за дверь и пошла к ним навстречу. Увидев меня, они затихли.

— Не бойтесь, это мисси Кася, — Робби вышел вперёд, — здравствуйте, мисси.

— Здравствуй, Робби, — я с интересом разглядывала их. Два мальчика и девочка от тринадцати до пятнадцати лет.

— Ну, давайте знакомиться.

— Это Мик и Жан, — Робби представил мальчишек, — а это Нани, — он указал на девочку, — я рассказал им про ваше предложение, и они согласились помочь.

— Это прекрасно! А что насчет Джесса?

— Его и еще одного эльфа держат в заброшенных доках, но я не смог к ним пробраться. Там охрана, — опустил голову Робби.

— Не расстраивайся, ты — молодец, — воскликнула я, — нам надо поскорее рассказать об этом Эду. Он обязательно что-нибудь придумает!

— Кася, доброе утро, — тихий голос Кристофа окликнул меня, я обернулась. Призрак стоял чуть в стороне, практически невидимый на фоне утреннего тумана.

— Подождите меня около кофейни, я сейчас приду, — я махнула ребятам в сторону здания, а сама отошла к кустам.

— Я нашел вашего друга. Джастин Шулье и Клаус Фарно в заброшенном доке у третьего причала. Их держат в цепях в крайнем левом ангаре. Самим им не сбежать. К тому же Фарно очень плох.

— Как нам пробраться туда?

— Вам нужно зайти со стороны складов и по прямой дойти до ангара. Там есть небольшая дверца в воротах. И она не заперта. Так что в ангар попасть несложно. Насколько я понял, похитители ждут прибытия корабля, чтобы продать их в рабство на южный континент. Поэтому времени и в самом деле мало. Он прибывает через два дня.

— Спасибо вам, Кристоф! — я признательно смотрела на призрака, — мы сегодня же их освободим. Спасибо вам!

— Не за что, Кася! — улыбнулся он, — рад был повидаться.

Призрак исчез, а я поспешила к детям. Пропустив их в кофейню, вошла следом, и мы направились в кухню. Судя по запаху еды и голосам, все уже встали.

— Реми их нужно помыть, покормить и одеть, — войдя, я посмотрела на рыжика, — Клэр, поможешь ему. А вы, двое, — я бросила взгляд на Эда, который как раз откусил бутерброд, — пойдете со мной. Я знаю, где искать Джесса!

Ожидаемо, наши полицейские заупрямились и потребовали доказательств. Я уже хотела все им рассказать, как Клэр подлетела ко мне и, схватив меня за руку, затащила в портал. Вот такого безрассудства я точно не ожидала!

— Клэр, что ты делаешь? — я вцепилась в нее, оттаскивая под прикрытие какой-то стены, — здесь опасно!

— Здесь мой брат! — воскликнула она.

— Да тише ты! Если нас услышат, то мы не только его не найдём, но и сами пострадаем. Так, надо понять, как добраться до ангара в третьем доке. Где здесь склады?

— На севере, — прошептала Клэр и указала себе за спину. Я оглянулась, — пригнись, — потянула ее вниз, — там охранники.

Мы залегли, дожидаясь, пока опасность минует. Мелкими перебежками, прижимаясь к стенам и прячась за горами мусора, мы медленно пробирались к нужному нам складу.

— Вот он, — Клэр показала на огромный железный ангар из которого только что вышел бандитского вида мужчина. Подождав, пока он скроется из виду, мы пробрались к двери и заглянули внутрь. К счастью там никого не было.

— Джесс, Клаус, — тихо позвала я.

— Кася? — от дальней стены послышался звон цепей и удивлённый голос Джесса.

— Всемогущие силы, Джесс! — Клэр бросилась к нему.

— Что вы здесь делаете? — эльф явно нервничал, — вам надо уходить. Лучше приведите помощь.

— Я тебя не брошу, — Клэр ощупывала цепи, — я тебя освобожу!

— Ничего не выйдет, — Джастин покачал головой, — цепь зачарована, и потом я не уйду без Клауса. Уходите немедленно, пока они не вернулись!

— Клэр, он прав! — я попыталась оттащить ее от Джесса, — нам одним не справиться, давай позовем Эда и Влада. Теперь мы знаем, как сюда попасть! Клэр, послушай!

— Кася, сзади! — Джесс было дёрнулся ко мне, но цепь удержала его. А чья-то рука схватила меня за плечо, и кто-то грубо развернул меня.

— Какая встреча! — на меня смотрел Вернон, — не ожидал тебя здесь увидеть, малец! — он оттащил меня на центр ангара, где было светлее. Сзади закричала Клэр, и послышалась брань эльфа, который ни чем не мог нам помочь.

— Отпустите ее!

— А твоя подружка — красотка! Такой не грех и поделиться! Что скажешь, парень? — он подмигнул мне.

— Да пошел ты! — я со всей дури врезала ему по ноге. Вернон взвыл от боли и от неожиданности, отпустив меня. Я бросилась к Клэр, но третий охранник поймал меня за воротник сюртука. Пришлось скинуть его.

— Ничего себе! — присвистнул Вернон, пристально глядя на меня, — так ты — девчонка!

Сейчас вместо широкой рубашки на мне была облегающая блузка, не скрывающая моих женских форм.

— А что случилось с твоими способностями, девочка? — Вернон медленно приближался ко мне с одной стороны, а его приятель с другой. Я огляделась. Позади стена. Бежать было некуда. Третий бандит уже скрутил Клэр, прижав ее к полу. Единственный вариант — это проскочить между ними и добежать до двери. Я кинулась сначала влево, отвлекая Вернона, затем резко в право, пытаясь заставить их расступиться. И в последний момент бросилась вперед, прямо в образовавшийся просвет. И все бы ничего, но тот, кто поймал Клэр, оказывается неплохо владел лассо. Веревка обвила мои плечи, жесткий рывок, и я полетела спиной на глинобитный пол, который по жёсткости не уступал бетону, больно ударившись затылком. В голове зазвенело, перед глазами замелькали звёздочки. Пока я пыталась прийти в себя, чтобы выпутаться из веревки и встать на ноги, Вернон уже подошел ко мне и придавив меня коленом к полу, принялся вязать той же верёвкой.

— Отличный улов! — бормотал он себе под нос, — Горн будет доволен! Такие, как ты, немало стоят на невольничьих рынках южного континента.

— Это незаконно, вы не имеете права! — я пыталась брыкаться, но справиться с ним мне было не под силу. Печать, наложенная на меня Владом, не позволяла влиять на них.

— Здесь нет закона, девочка, — Вернон оттащил меня к сидевшей на полу Клэр.

— Ну что, куколки, как насчет поразвлечься? — он схватил меня за подбородок.

— Да пошёл ты, мразь! Убери от меня руки!

— А то, что?

— Забыл? Со страху память отказала? А теперь вообще забудешь, как тебя звать! — я блефовала, в надежде, что он испугается.

— Да ладно тебе, крошка, я буду нежен! — он снова прикоснулся ко мне. От осознания, что я никак не могу ему помешать, меня накрыло всепоглощающим страхом, вперемешку со злостью.

— Аааааааа! — завопил Вернон, отпрыгивая от меня, двое других тоже пятились, в ужасе глядя в мою сторону. Не знаю, что произошло, но мои способности внезапно вернулись. Я, как могла, старалась направить посыл вперед, на этих уродов. Потому что за моей спиной были Клэр, Джесс и Клаус.

Охранники вылетели из ангара, как пробка из бутылки, а через полминуты в него вбежал Эд.

— Кася! Клэр! — он бросился было к нам, но затем резко остановился метрах в двадцати, — Кася, успокойся, иначе мне не подойти, — крикнул он. Я честно пыталась, понимая, что сама же мешаю ему, но вышедшие из-под контроля эмоции были сильнее меня.

— Я не могу, — всхлипнула в отчаянии, и меня накрыло темнотой.

Очнулась я на кровати. Надо мной склонилось призрачное лицо Кристофа.

— Где я?

— В кофейне Дебур. Тебя принес псионик, Влад, кажется. И на тебе было заклятие "кокон сна".

— Я не смогла взять под контроль свои силы, — села и осмотрелась. Это моя комната, — видимо, ему пришлось меня вырубить. Мои друзья!

— Успокойся, они здесь, — Кристоф улыбнулся, — с ними все в порядке.

Мы спустились вниз. Призрак не спешил уходить. Все были на кухне. Я бросилась обнимать улыбающегося Джесса.

Этот ненормальный заставил меня поволноваться! Эд недовольно смотрел на нас. Ну и пусть! Тоже мне собака на сене! Сам не ам и другим не дам! Не выйдет!

Когда все наконец прояснилось, и Эд с Владом ушли, Кристоф, кстати, отправился с ними, пообещав приглядеть, я попросила Реми показать, где устроили ребят.

Оказалось, Реми соорудил им еще одну внутреннюю комнату в чулане, на втором этаже. Комната получилась просторная и уютная. Большой шкаф, четыре кровати, большой стол и стулья. Комод для белья. И небольшая уборная.

— Ну как вам здесь? — я вошла в детскую. Они сидели за столом, умытые, в новеньких костюмах, аккуратно причёсанные. У Нани в волосах были белые ленты.

— Мисси Кася! — Робби кинулся ко мне, едва не сбив с ног, — я так волновался за вас!

— Со мной все хорошо, — я улыбнулась ему, — пойдемте вниз, я расскажу вам про ваши обязанности.

Мы спустились на первый этаж.

— Итак, Мик и Жан, вы — постарше и посильнее. Будете помогать Реми на кухне. Там ничего сложного. Просто делайте, что он скажет. А вы, — я посмотрела на Робби и Нани, — поможете мне в зале.

Следующие два часа я объясняла ребятам, как нужно обслуживать гостей, что им следует делать, а чего не следует. Как надо приветствовать и провожать. Как пригласить к столу. Ребята должны будут обслуживать обычных посетителей. Зал для особых гостей я возьму на себя. Тем более, что стараниями Мелиссы их будет не очень много.

Джесс и Клэр помогали мне, изображая требовательных клиентов, и честно пытались быть серьезными. Однако и они не могли сдержать улыбок, глядя на старания ребят. Вдоволь насмеявшись и отрепертировав основные фразы, мы пошли ужинать. Эда и Влада до сих пор не было. Я уже начала волноваться, не случилось ли с ними чего, когда зал осветило открывшимся порталом, из которого вышли наши следователи.

— Ну наконец-то! — я всплеснула руками, — что произошло? Вы почему так долго?

— Харрис наотрез отказался нам помогать, — Влад скинул сюртук, который Робби тут же пристроил на вешалку, чем заслужил мою улыбку. Псионик опустился на стул.

— Поэтому пришлось смотаться в столицу и подать рапорт, — Эд сел рядом с ним, — и дождаться, пока отдел по внутренней безопасности возбудит дело. Потом мы вернулись в Осельмир, арестовали Харриса и препроводили его в столичную тюрьму.

— И что теперь?

— А теперь я — временно исполняющий обязанности шефа местного управления, а Влад пока что выполняет обязанности моего заместителя, — улыбнулся он.

— Это же здорово! — воскликнул Реми, — теперь ты снова сможешь жить здесь! Правда, Кася?

— Правда, Реми, — я натянуто улыбнулась, — я рада за тебя, Эдвард. Я, пожалуй, пойду, уже поздно. Надо выспаться. Ребята, — я посмотрела на наших маленьких помощников, — пойдемте спать. Завтра рано подниму.

Дети подошли ко мне, и я, обняв их, пошла с ними к лестнице.

— Кася! — Эд окликнул меня, — доброй ночи!

— Доброй ночи, — я кивнула ему и поскорее отвернулась.

Мне было невыносимо смотреть в эти синие глаза. Он так и не сказал мне ничего про свои чувства, а меня продолжали терзать сомнения. Если бы он был откровенен. Я была готова к любому исходу. Даже если он скажет, что это всего лишь интрижка, на время пока он здесь. Не знаю, соглашусь я или нет, но даже такого предложения мне пока не поступало. Проводив ребят, я прошла к себе. Переживания дня дали о себе знать, и я тут же уснула.

Глава 38

На следующий день я вскочила раньше всех. До открытия кофейни у меня было много дел. Надо было накрыть столы, чтобы не тратить на это силы и время в течение дня, проверить заряд кристаллов. Я разобралась, как их заряжать. Приготовить всю необходимую посуду и утварь.

Пока я занималась залом, Реми тоже проснулся и, спустившись вниз, занялся завтраком для нашей большой компании. Джесс и Клэр сегодня тоже ночевали у нас. Как и Клаус. Эльф был еще очень слаб. Я заглянула к нему утром. Мужчина проснулся и даже смог сам добраться до уборной, но на этом его силы закончились. Так что кормить его пришлось с ложечки. Влад тоже пока поживёт с нами. Какой смысл жить в служебной квартире, когда здесь у него есть комната и бесплатное питание.

Я разбудила ребят. Завтрак для них я накрыла прямо в их комнате. Нечего им слушать взрослые разговоры. Велев им не засиживаться, отправилась делать утреннюю уборку в комнатах. Несмотря на то, что Реми мог делать это при помощи магии, мне не хотелось нагружать его еще больше. Тем более что на нем и так готовка, мытье посуды и уборка залов.

Я быстро навела порядок у себя и Реми. Остальные пока не выходили, и я решила пока помыть полы в коридоре. Делала я это вручную. Магия мне понадобится чуть позже. Орудуя шваброй, я так увлеклась, что едва не получила по лбу открывающейся дверью.

— Кася? — Эд удивленно смотрел на меня, — что ты делаешь?

— Полы мою, разве не видно?

— Вручную?

— Прости, но мой заряд не безграничен, а день длинный. Так что вариантов нет, — я отошла в сторону, позволяя ему пройти. Эд вышел из комнаты.

— У тебя нужно убраться?

— Не надо, я сам, — он закрыл дверь и пошел вниз. Ну не надо, так не надо, мне же легче. Закончив с уборкой, я переоделась и спустилась в зал. Сейчас там было пусто, но через полчаса он заполнится людьми и начнется наш обычный рабочий день.

Весьма тихое и неспешное утро быстро переросло в дневной ажиотаж. Горожане, подогретые слухами и сплетнями о том, что в городе не осталось мест, где можно перекусить, шли толпами под предлогом проверить, все ли в порядке.

Мы радушно встречали каждого, на три голоса пересказывая легенду о том, что ничего не случилось, а ко мне просто приехали погостить племянники, а чтобы дети не болтались без дела, я решила приобщить их к семейному ремеслу.

Ближе к обеду народу стало больше, и мы уже втроем сбивались с ног. Ребята старались, как могли. Понятно, что поначалу не все получалось. Но наши посетители были снисходительны к их промашкам, и каждый второй норовил оставить монетку на чай. Я пару раз забегала на кухню проверить, как там идут дела. Однако мои волнения были напрасны. Реми быстро нашел общий язык с мальчишками, и теперь они дружно готовили, весело общаясь.

В середине дня заглянули Джесс и Клэр. Утром они вместе с Эдом и Владом ушли в управление, где еще раз дали показания, а потом Эд выделил им охрану. Так что теперь они могли вернуться домой, не опасаясь за свою жизнь и свободу. Джесс, связавшись со своими друзьями в эльфийском селении, на границе с лесами Деларона, договорился, что они пока приютят Клауса у себя. Таково было желание самого Фарно. Он не хотел стеснять нас. И Джесс порталом переправил его к сородичам.

Ближе к вечеру, когда поток посетителей спал, я отправила уморившихся с непривычки Робби и Нани отдыхать. А сама осталась дежурить за стойкой. Эд с Владом вернулись ближе к закрытию. Покормив их, я проводила последних клиентов, заперла дверь, и пока Реми под радостные возгласы ребятни наводил порядок, занялась учетом.

Сегодня мы заработали даже больше обычного. Все чаевые, которые оставляли нашим маленьким помощникам я собрала в отдельную банку, об этом мы договорились заранее, и теперь, подсчитав общую сумму, разделила ее на четверых, добавив к этому их дневную оплату. Вышло по пятнадцать монет на каждого. Дети в изумлении смотрели на лежащие перед ними деньги.

— Это, правда, нам? — Мик, самый старший из ребят недоверчиво покосился на меня.

— Правда, Мик, — я улыбнулась ему.

— И я не должен отдать вам половину?

— Зачем? Это ваш заработок. Все чаевые делятся на всех. Но мы с Реми решили, что чаевые будем отдавать вам. Нам хватит и основного заработка. Так что берите, не стесняйтесь.

— А как же проживание и питание? — не унимался мальчишка.

— Согласно нашему договору проживание и питание — за счет работодателя, — напомнила я ему, — это мы нуждаемся в вас. И мы заинтересованы в том, чтобы у вас все было хорошо.

— Спасибо, мисси Кася, — Мик сгреб монеты, — я могу отнести их домой? Я вернусь, обещаю. Моя мать больна. Ей нужны деньги на лекарства.

— Уже поздно, — я с сомнением посмотрела на него.

— Я схожу с ним. Идем, парень, — Эд как раз спустился со второго этажа. Мик подошел к нему, и они исчезли в портальной вспышке. Вернулись они минут через сорок. Я уже заполнила учетную тетрадь, навела порядок за стойкой и отправила остальных детей спать.

— Спасибо за помощь, мистер Дебур! — Мик вынырнул из портала.

— Не за что, малец, — Эд потрепал его по волосам, — иди, отдыхай.

Он подошел к стойке и облокотился на нее.

— Вас долго не было, — я сняла передник.

— Мать Мика совсем плоха. Пришлось сходить за лекарем, а потом в аптеку за лекарствами. Завтра нужно будет собрать ему остатки еды. Женщине требуется хорошее питание, — Эд хмурился, — надо навести порядок в этом районе. Люди не должны жить в таких условиях.

— Джесс сказал, что это их выбор. Что они не хотят ничего менять. И даже подняли бунт против властей, когда те пытались устроить их жизнь, — я посмотрела на него, — ты уверен, что стоит лезть туда?

— Я уверен, что надо приструнить банду Сторма. Они совсем обнаглели. Обирают работяг, торгуют людьми, покрывают контрабандистов. Этому надо положить конец. Доброй ночи, — он развернулся и пошел наверх.

Я посмотрела ему вслед. А сердце сжалось. То, что он задумал, конечно, хорошо, но очень опасно. Сколько их таких, честных и принципиальных, полегло в разборках с бандитами. Такой судьбы я ему не желала.

Следующий и остальные дни мы крутились, как белки в колесе. Все столики в обоих залах были заняты. Жители северного квартала теперь предпочитали кофейню Дебур, которую такими темпами можно уже переименовывать в ресторан.

Причиной тому стал наш главред. В "Осельмирском вестнике" стараниями Джесса появилась обличительная статья, в которой он рассказал и про козни Мелиссы, и про попустительства Харриса, и о том, как он и Клаус стали жертвами сговора этих двоих, и про похищение с целью продажи в рабство.

Статья произвела эффект разорвавшейся бомбы. И уже на следующий день Мелиссе объявили бойкот. Ни один человек не пришел в "Серебряную Розу", встав на сторону Клауса, который дал эксклюзивное интервью, где рассказал, как его жена целый год поила его зельем забвения, а потом и вовсе присвоив себе его хранителя, попыталась избавиться от него.

— Ах, милочка, вы слышали, что творится в "Розе"? — Элеонора уже минут пять отвлекала меня от работы своими разговорами, — бедный Клаус! Это просто ужасно! А я с самого начала говорила, что брак с этой торговкой до добра не доведёт!

— Вы совершенно правы, мистрис Бенуа, но к счастью все закончилось хорошо, — я мило улыбалась, одним глазом поглядывая за Нани, которая сейчас помогала мне в зале для особых гостей.

— Я смотрю у вас появились помощники, — Элеонора проследила за моим взглядом, — милые ребятишки. Кто они вам?

— Мои племянники, мистрис Бенуа. Дети моего сводного брата. Он живет в Остероне. Попросил приглядеть за ними, пока в школе каникулы. Да и детям будет полезно провести время на побережье, а не в пыльном городе.

— Ох, конечно, конечно, — закудахтала банкирша, — это так благородно с вашей стороны — заботиться о них. Вот, передайте им, от меня, — она положила на стол пару мелких монет, — надо будет обязательно поднять этот вопрос на собрании нашего женского клуба. Ведь и у нас в городе много ребятишек, которые вынуждены работать с малых лет. Нужно подумать, чем мы можем помочь.

— Прекрасная идея, мистрис Бенуа, благотворительность — одно из лучших женских качеств, — я взглядом подозвала Нани, — отнеси это за стойку, детка.

Вручив ей папки с оплаченными счетами, я направилась к другим столикам. Нужно было убрать посуду, смахнуть крошки и почистить скатерти от пятен.

Дни пробегали один за другим. Каждое утро начиналось с общего подъёма, уборки и совместного завтрака. Когда мы собирались за широким кухонным столом, то напоминали большую дружную семью, в которой как и в любой семье были свои проблемы и трудности.

Пока труднее всего было с Жаном. У мальчика был сложный характер. Нет, он старался наравне со всеми, и Реми очень хорошо отзывался о нем, но в отличии от того же Робби, с которым практически не возникало проблем, или Мика, который в силу добродушного нрава легко воспринимал любые замечания и критику, Жан, по причине переходного возраста, пока не умел держать себя в руках и частенько испытывал приступы гнева.

Вот и в этот раз, спускаясь по лестнице, я услышала звон разбившейся об пол тарелки, а следом тихий шепот и громкий смех Мика.

— Да провались оно все! — раздался раздраженный вопль Жана, за которым последовал громкий хлопок входной двери.

— И что на этот раз случилось? — спросила у Нани, собиравшей с пола осколки. Был конец рабочего дня, и я попросила ребят расставить чистую посуду по местам.

— Мик неудачно пошутил, он напугал Жана, а тот уронил тарелку, а Мик сказал, что теперь его накажут, Жан разозлился, опять, — послушно докладывала мне девочка. Я вздохнула. Ребята прожили у нас совсем недолго, поэтому еще не оставили своей дурацкой привычки жестко подшучивать друг над другом. И Жану доставалось больше всех.

— Мик, ну-ка иди сюда! — я нахмурилась и сложила руки на груди. Парень появился в дверях кухни:

— Что, наябедничала? — он покосился на Нани.

— Во-первых она не ябедничала, — я строго посмотрела на него, — я сама все слышала, во-вторых я же просила тебя не цепляться к Жану. Зачем ты это сделал?

— А чего он хмурый такой? Весь день как воды в рот набрал. Хотел пошутить.

— Несмешно получилось, — я покачала головой, — ты бы лучше извинился перед ним да узнал, что произошло. Может ему помощь наша нужна. Вот только мне или Реми он не скажет, — я разложила осколки на столе и заклинанием вернула тарелке целостность. В глазах детей светился восторг. Им всегда нравилось наблюдать, как я творю магию.

— Мик? — я снова взглянула на паренька.

— Иду, иду — проворчал он, направившись к двери. Я видела, что Жан сидел на пороге, обхватив руками голову.

— Давай-ка накроем на стол, Нани, — я подмигнула девочке. Та кивнула и уставилась на скатерть. Малышка была слабым кинетиком, и я потихоньку начала учить ее бытовой магии. А что? В жизни обязательно пригодится. А там глядишь, сможет и в академию поступить, когда подрастет. Надо будет узнать стоимость курса.

Скатерть медленно взлетела над столом и несколько неуклюже плюхнулась на него.

— Сегодня уже лучше, — похвалила я ее, — еще немного, и можно будет переходить к заклинаниям посложнее. Только когда в следующий раз разобьешь тарелку, не надо все сваливать на ребят, — я щёлкнула ее по носу.

— Как вы узнали? — она виновато опустила голову.

— Магия! — я притянула ее к себе и обняла, — не пытайся меня обмануть. Я все равно почувствую. Лучше сказать честно. В конце концов мы все ошибаемся.

На столе появился яблочный пирог, несколько чашек, и заварочный чайник.

— Идёмте чай пить, — я подошла к двери. Мальчишки сидели, обнявшись.

— Все в порядке? — я с беспокойством посмотрела на них.

— Да, мисси Кася, — улыбнулся мне Жан, — простите за тарелку.

— Нани созналась, так что можешь не покрывать ее, — я усмехнулась, — идемте.

Вот так мы теперь и жили. Расследование тоже не стояло на месте. Показания Клауса стали поводом для ареста Мелиссы и возбуждением против нее уголовного дела. Она пыталась удрать, но Кристоф, которого Влад попросил присмотреть за ней, успел вовремя предупредить об этом. Так что мистрис Фарно задержали прямо на вокзале с чемоданами, набитыми деньгами и украшениями. Среди прочего был обнаружен гримуар с запретными заклинаниями и две монеты с запертыми в них духами.

— Вот, — Эд положил на стол монеты с наложенными на них заклятиями. Я опасливо покосилась на них. Мы сидели в зале после закрытия.

— И что теперь делать? — я попыталась взять монетку, но Эдвард перехватил мою руку.

— Не стоит, Кася, одного раза было вполне достаточно.

— Но кто-то же должен достать их оттуда! — я вздрогнула от его прикосновения. Такого нежного, но вместе с тем твердого.

— Ну уж точно не ты! — Джесс взял монету в руки. Конечно, ему уже успели рассказать про мои "подвиги".

— Я поговорил с одним знакомым. Он обещал помочь расколдовать их без нежелательных последствий в виде отката. Но понадобится время. Так что наберитесь терпения, — он улыбнулся мне.

Конечно, мы подождём! Что нам еще остается! А пока приходилось обходиться своими силами и рассчитывать на помощь ребят, у которых с каждым днем получалось все лучше и лучше. Теперь я уже спокойно могла оставлять их без присмотра, не боясь, что они что-нибудь набедокурят.

Глава 39

Так прошла неделя. И у нас снова встала проблема с доставкой продуктов. Эда и Влада не было в городе. Им пришлось срочно отбыть в столицу, чтобы присутствовать на суде по делу Лавардера. Джесс и Клэр отправились в Деларон вызволять наших духов и пока что не вернулись. А тащиться пешком в рабочий район вдвоем с Реми мне не хотелось. Последнее посещение этого места еще было свежо в памяти. К тому же ребята тоже понарассказывали всякого, так что отбили последнее желание соваться туда. Был вечер последнего рабочего дня. Мы с Реми сидели на кухне, пытаясь придумать, как нам добраться до Хольца.

— А что если послать кого-нибудь из ребят с запиской? — предложил Реми.

— Нам все равно нужен стабильный портал от склада до кофейни, — заметила я, — даже если Эрк откроет нам его и согласится поддерживать какое-то время, как мы вдвоем перетащим это все? Там часа три понадобится, не меньше. Ни ты, ни я кинетикой не владеем. Да у него заряда не хватит столько времени держать! Надо что-то другое.

И тут я вспомнила про старый портальный камень, с помощью которого рыжик затащил меня сюда. А что если попробовать? Всё-таки это не межмировой переход. Там столько энергии не нужно.

— Реми, а где твой портальный камень?

— В комнате, — он удивленно посмотрел на меня, — зачем тебе? Он же разряжен.

— Попробую зарядить. Если получится — у нас будет портал. Только я настраивать их не умею.

— Зато я умею. Сейчас принесу.

Реми сбегал за камнем.

— Держи, — он положил его передо мной на стол. Я покрутила его в руках и направила энергию в магическую структуру. Камень вспыхнул с легким треском, что говорило о его изношенности. Я уже много чего узнала о них, готовясь приобрести такой себе. Ничего страшного. Если заряжать потихоньку, маленьким потоком, то он выдержит. Камень искрился у меня в руках, а я продолжала накачивать его силой, параллельно следя за собственным зарядом.

— Думаю, достаточно, — я посмотрела на Реми, — надо проверить.

Парень взял его в руки и сосредоточился. Спустя пару мгновений камень загорелся ровным голубоватым светом.

— Готово, можем попробовать, — он сжал его в руке и перед нами возник портал, на другом конце которого был виден знакомый склад.

— Отлично. Теперь осталось предупредить Хольца и решить вопрос с рабочей силой.

— Я могу отнести записку, — в дверях стоял Робби, — я знаю, где найти мистера Хольца. А еще я знаю, кто может помочь быстро перенести продукты, правда это не бесплатно.

— Замечательно, Робби, вот только подслушивать нехорошо, — укорила я его. Мальчик смутился и покраснел:

— Я не специально, просто мешать не хотел, — виновато пробормотал он.

— Ну раз ты все равно все слышал, — я улыбнулась ему, — тогда завтра днем сходи к Хольцу. Записку я напишу. И договорись с грузчиками. Об оплате не беспокойся. Заплатим, сколько попросят.

Робби мне нравился своей услужливостью и сговорчивостью. А еще он знал все и всех не только в самом районе, но и в порту. И на него всегда можно было положиться. Если он что-то пообещал, то непременно сделает.

На следующий день Робби отправился выполнять наше поручение. Вернулся он только к концу дня, уставший, но довольный. А я за это время успела вся испереживаться за него.

— Ты где пропадал? — я обняла мальчишку, стоило ему переступить порог, — я волновалась.

— Почему, мисси Кася? — он недоумевающе посмотрел на меня.

— Потому что там опасно. Потому что я не знала, где ты и что с тобой, а вдруг что-то случилось?

— Да что со мной случится! — рассмеялся он, — мистер Хольц просил передать, что будет ждать завтра в три по полудни. С докерами я договорился.

— Молодец, — я потрепала его по голове, — иди ужинать.

В назначенное время Реми открыл портал. Хольц ждал меня на складе в компании Робби, который убежал туда еще утром, и четырех здоровенных мужиков. Реми поддерживал портал, пока они споро переносили наши припасы, Робби как мог помогал им, я же тем временем рассчиталась с Эрком и заказала кое-что дополнительно на будущую неделю. Закончив с этим, и расплатившись с грузчиками, мы с Робби тем же порталом перешли в кофейню, где уже все вместе принялись раскладывать все по своим местам.

А на следующий день нас ждал потрясающий сюрприз — возвращение Хельми, которое, произвело настоящий фурор. Была только середина дня, а я уже выбилась из сил. Проводив очередных гостей, я грустно брела к столику, чтобы убрать с него тарелки. Мы продолжали поддерживать иллюзию, что дух до сих пор с нами. Я остановилась, собираясь с силами, когда столовые приборы и посуда растаяли на моих глазах. Непонимающе оглянувшись, я тихо позвала:

— Хельми, малыш!

Громкий мяв разнесся по залу, а на столе передо мной появился огромный белоснежный кот, с наглой ухмылкой на усатой морде.

— Хельми! — не помня себя от радости, я схватила его на руки. Обычно он не позволял так с собой обращаться, но сейчас наш красавец обнимал своими лапищами мою шею и успокаивающе мурлыкал мне на ухо.

Прижимая его к себе, я бросилась в кухню.

— Реми, Хельми вернулся!

Половник выпал из рук нашего шеф-повара и громко звякнул об пол. Все застыли в изумлении, глядя на великолепного белого кота с изумрудными глазами, сидевшего у меня на руках.

— Хельми, — прошептал Реми, а в его глазах заблестели слёзы. Хранитель тут же оказался у него на плече. И вот он уже вылизывал своим шершавым языком щеки Реми, который присев на табуретку, рыдал, вцепившись в его пушистые бока. А я только улыбалась, глядя на них.

— Мисси Кася, — Мик осторожно дернул меня за рукав платья, — если хранитель вернулся, значит мы вам больше не нужны? — в голосе мальчишки звучала грусть.

— Не говори ерунды, — я повернулась к нему и положила руки ему на плечи, — Хельми не умеет готовить. И потом у нас столько народу, что работы хватит на всех! Так, все! По местам! Там клиенты ждут! Реми, суп готов?

— Готов, — всхлипнул рыжик, вытирая передником слезы, — Жан, налей три тарелки, Хельми, третий стол, подавай.

А вечером мы устроили праздник. И главный виновник торжества вместе со всеми восседал за столом. На высоком барном стуле, увенчаном мягкой подушкой, рядом стояла полная миска отборных сливок. И каждый норовил приласкать его. А Хельми, вальяжно развалившись, чуть щурил глаза, по-хозяйски взирая на свои владения.

Ребята были от него в полном восторге. Особенно Нани. Хранитель тоже принял их благодушно и даже позволил немного себя потискать. А вечером я видела, как он пробрался в детскую. Подойдя к неплотно закрытой двери, я услышала сонное бормотание девочки:

— Доброй ночи, мистер Хельми!

И тихое мурлыканье хранителя в ответ.

Так что благодаря Джессу и его друзьям-эльфам, к которым пришлось обратиться за помощью, заклятия с монет удалось снять, а духов освободить. И Хельми, и Шерман вернулись к своим хозяевам, чему мы были несказанно рады. Сам Джесс и его сестра вернулись через пару дней, и теперь главред постоянно захаживал к нам под предлогом выпить кофейку или пообедать и поделиться новостями.

Жизнь потихоньку возвращалась в привычное русло. Хельми снова приступил к своим обязанностям, однако мы решили не отказываться от услуг ребят. Хранитель избавил нас от необходимости мыть посуду и убираться в залах, но помогать Реми с готовкой, которой прибавилось, а мне — встречать гостей, принимать заказы и разносить счета по-прежнему приходилось ребятам. Посетителей было столько, что без них мы бы не справились.

Однако у меня стало больше свободного времени. Робби и Нани отлично справлялись. И я теперь лишь следила за порядком в залах и занималась особо важными гостями.

Эд и Влад целыми днями пропадали в управлении. Эд объявил войну бандам. Добившись усиления штата спецами, он ежедневно устраивал облавы в порту и рабочих кварталах. По его указанию в рабочем районе появился полицейский участок, в который мог обратиться любой из жителей с жалобой, просьбой или предложением.

Так же Эд провел беседу с начальником порта, потребовав от него приструнить контрабандистов и избавиться от торговцев живым товаром. Теперь все суда, заходящие и выходящие из порта, досматривались на предмет запрещенных грузов и невольников. Естественно, это вызывало недовольство руководства порта. На Эда посыпался ворох анонимных доносов и обвинений во взяточничестве и превышении полномочий. Однако благодаря наличию Влада в качестве заместителя и при поддержке столичного полицейского управления, Эду удавалось справляться со всеми нападками и кляузами.

Да и сами жители, видя изменения, больше не хотели прозябать в нищете. Часть из них организовали подобие профсоюза и теперь могли сами диктовать условия и назначать оплату. Понятное дело, до идеала было далеко. Да никто и не стремился превратить это место в престижный район, но все же Эду хотелось, чтобы там стало комфортнее и безопаснее.

Прошло еще пару недель. Каждый день я провожала Эда на службу, а вечером встречала на пороге, будто примерная жена. По выходным мы выбирались в столицу. Эд приглашал меня в ресторан, водил в театр, но по-прежнему ни слова не говорил про свои чувства. Я уже смирилась с этим и даже перестала провоцировать его на эмоции. С ним было спокойно и уютно просто молча гулять по парку, или сидеть на лавочке около городского пруда и кормить уток свежей булочкой, или заглянуть в книжный магазинчик и купить очередную книгу для их библиотеки. А вечерами, сидя у дверей кофейни, любоваться на звезды, укутавшись в плед с чашкой кофе в руках.

Поговорить я могла и с Джессом. Этот эльф не оставил своих попыток ухаживать за мной. Он приходил обычно утром, чтобы выпить кофе или в середине дня, чтобы пообедать. Рассказать новости или просто поболтать ни о чем. Иногда, в несильно загруженные дни, мы сбегали с ним на пару часов к морю. Он неоднократно намекал на более близкие отношения, но я отвергала все его предложения, напоминая ему, что мы просто друзья. Джесс понимающе кивал и переводил разговор на другую тему. А я по-прежнему не могла выбрать между ними. И страдала от этого не только я. Страдал Джесс, старадал и сам Эдвард.

Приближался день, когда мы с Эдом должны были навестить моих родителей. И я надеялась, что именно там нам удастся откровенно поговорить. И если и эта попытка будет неудачной, то я просто потребую от него разорвать договор и останусь в своем мире, так как без его признания или отказа мое пребывание в Арасае утрачивало всякий смысл. Все обещания были мной выполнены.

Кофейня работала как часы, Реми обрел помощников в лице ребят, и по большому счету я была там больше не нужна. К тому же Клэр всегда могла подменить меня и иногда делала это, пока я проводила время с Джессом. А благодаря главреду и знаниям, почерпнутым в запретном эльфийском гримуаре, который содержал не только темную магию, но и весьма ценные сведения про духов, мне удалось уговорить Хельми снять с меня свою привязку. Нет, он по-прежнему слушался меня и частенько приходил ко мне, требуя ласки, но теперь я была уверена, что он не будет страдать, если мне придётся уйти.

Кстати, мое эмоциональное состояние стало стабильнее. Во многом благодаря занятиям с Владом и Кристофом. После случившегося в порту, я потребовала у псионика снять с меня печать запрета, на что он ответил категорическим отказом, заявив, что это просто опасно для окружающих. Но предложил позаниматься со мной и честно выполнял свое обещание, обучая меня азам магии.

А от печати меня избавил Кристоф, которому я нажаловалась на Старлински. Граф посмеялся, снял печать и посоветовал больше доверять себе, но при этом помнить про свои силы. Владу мы об этом говорить не стали.

История призрака тоже завершилась хэппи эндом. Эд сообщил Жаку Бруно про проведенное расследование и о том, что его прадед был невиновен. А мне даже пришлось поучаствовать в торжественном мероприятии, посвященном этому.

В кофейне был выходной, однако я вскочила ни свет, ни заря. Накануне Эд попросил меня ничего не планировать на этот день, но не объяснил, в чем дело, заинтриговав меня.

— Ты уже встала? — мы столкнулись с ним в коридоре, когда мне надоело сидеть в комнате, и я решила спуститься на кухню.

— Да я уже с рассвета не сплю. Может всё-таки расскажешь, что ты задумал?

— Сначала позавтракаем, а потом пойдём в мэрию, — он осторожно заправил мне локон за ухо. Волосы слегка отросли и требовали стрижки, но я никак не могла добиться от своих друзей отвести меня в местную парикмахерскую, то есть цирюльню. Все они считали, что мне стоит отпустить волосы. Я была с этим в корне не согласна, но сломить их сопротивление пока не получалось. Магия тоже не могла мне в этом помочь. Таких заклинаний тут еще не придумали.

— И что мы будем там делать?

— Восстановим доброе имя де Шеро, — улыбнулся он, — публично и в торжественной обстановке. Влад обещал привести Кристофа, а заодно и документы для Аурелии о возвращении им титула и всех регалий рода, а также закладные на земли и родовой замок. Если захотят, они смогут их выкупить.

— Это прекрасная новость! — от радости я бросилась ему на шею, чмокнув в щеку. Эд смутился и отстранился от меня.

— Иди, переодевайся, я жду тебя внизу.

Через час мы вошли в здание мэрии. Тут я еще не была и с интересом оглядывалась. Однако ничего необычного в нем не было. Современное по местным меркам, просторные светлые коридоры с огромными окнами. Широкие двери, через которые мы попали в зал для торжественных мероприятий. Казалось, тут собрался весь город. Я раскланивалась со знакомыми и незнакомыми мне людьми. Пройдя через зал, мы уселись на отведенные нам места в первом ряду. Естественно не обошлось без прессы в лице Джесса, который увидев нас, помахал нам рукой. Дальше мэр произнес небольшую речь, а Влад вручил растроганной мистрис Бруно бумаги на титул и наследство. Жак стоял рядом с матерью, сияя от счастья.

— Милая Кася, — я услышала тихий голос Кристофа, — я так вам благодарен. Могли бы вы помочь мне еще раз?

— Конечно, Кристоф, в чем именно нужна моя помощь?

— Я хочу, чтобы они смогли увидеть меня, — он протянул мне руку. Я улыбнулась и, поднявшись с кресла, приняла ее. В то же мгновение по залу разлилось легкое свечение, а по рядам пронесся вздох удивления. Кристоф стоял рядом со мной, но теперь его видели и слышали все. Мы вышли с ним на центр, и я подвела его к семье.

— Мои дорогие, — в зале наступила гробовая тишина, — сотню лет я провел в этом городе, не зная, что случилось с моей семьей. Именно эта мысль не позволяла мне покинуть мир живых. Но со временем я позабыл об этом. И только благодаря Кассиопее, ее отзывчивости и доброте, я снова смог обрести семью в лице моей внучки Аурелии и правнука Жака. Сегодня замечательный день. Сегодня род де Шеро восстановлен в титуле и может по праву вернуть свои земли. Жак, как наследник рода, ты имеешь право на все богатства де Шеро, накопленные твоими предками. Я оставил всю информацию в твоем кабинете. И теперь я свободен и могу уйти. Однако я решил задержаться здесь ненадолго, чтобы провести еще немного времени с моей семьей. Пусть и в виде духа, — зал взорвался аплодисментами. Аурелия уже не скрывала слез, Жак держался, хотя и у него глаза были на мокром месте. А мне оставалось лишь сдержанно улыбаться, держа графа за руку, чтобы окружающие могли видеть его. Потом был банкет, который, как я позже узнала, готовил Реми. А спустя пару дней посыльный принес мне небольшую шкатулку, в которой лежал межмировой портальный камень, заряженный под завязку. В приложенной записке говорилось:

"Кассиопее Потаповой с наилучшими пожеланиями от Жака Бруно, графа де Шеро"

Отношения Реми и Клэр тоже развивались. Все чаще я заставала их вдвоем. Клэр практически забросила газету и все свободное время проводила у нас, помогая мне и Реми. На что Джесс по-доброму ворчал.

В городке меж тем все шло своим чередом. Клаус поправился, развёлся с Мелиссой, которой теперь грозил тюремный срок, и вернулся в свой дом. "Серебряная роза" вновь начала работать, но уже в обновленном виде. Теперь она из дорогущего ресторана превратилась в уютный домашний ресторанчик с хорошим вином и вкусной едой преимущественно эльфийской кухни. А еще в деревне Клаус познакомился с очень милой и обаятельной девушкой. И похоже дело шло к свадьбе. С возвращением "Розы" в строй мы с Реми вздохнули свободнее, но недостатка в клиентах по-прежнему не было.

А потом случились события, в корне перевернувшие мою жизнь.

Глава 40

Был первый выходной. Ребята отправились по домам еще вчера, а Робби, который теперь практически жил с нами, решил составить компанию Нани. Так что сегодня в кофейне весь день было тихо. Но к вечеру начали подтягиваться гости. У Клэр был день рождения, и все должны были собраться у нас, чтобы его отметить. Стол ломился от угощений, а мы сидели вокруг, поздравляя именинницу. Хельми крутился рядом. Оставалось дождаться лишь Эда и Влада, которые опять задержались в управлении, готовясь к очередной проверке, инициированной каким-то "доброжелателем". Все эти проверки были чистой формальностью, но Эдвард, как всегда, подходил к ним с большой ответственностью.

Внезапно дверь распахнулась, и в кофейню, запыхавшись от быстрого бега, ворвался Робби. Вид у мальчишки был помятый. Белобрысые кудри растрепаны, на щеке ссадина, воротник оторван, а на коленке огромная прореха.

— Мисси Кася, мистер Реми уходите! Они идут! Сюда! — крикнул он с порога.

— Робби, что случилось? — я вскочила из-за стола и поспешила к нему, — ты опять подрался?

С ним такое часто случалось. Иногда его подкарауливали хулиганы в рабочем районе и пытались отнять деньги. Однако наш мальчик не давал им спуска, правда, потом приходилось чинить одежду и залечивать ссадины. С первым неплохо справлялась я, а вот со вторым приходилось разбираться Эду.

Я быстро привела одежду Робби в порядок.

— Вам нужно уходить! Они убьют вас! Я сам слышал! — он схватил меня за руки.

— Да о чем ты? Успокойся и объясни толком, — я повела его к столу.

— Барон собрал всех отморозков и недовольных изменениями и сказал, что если они избавятся от нового начальника полиции, то он их озолотит! А все знают, где живет мистер Эдвард. Они идут сюда!

— Клэр, — Джесс поднялся, — бери мальца и дуйте к Эду. Кася пойдешь с ними.

— Нет, — я сложила руки на груди, — я никуда не пойду. Это и мой дом. Мое дело. И я не позволю никому разрушить его.

— Кася, это не шутки! — Джесс обеспокоенно смотрел на меня.

— А я и не шучу! Клэр, идите! Я остаюсь! — крикнула эльфийке, которая уже открыла портал.

— Я не брошу Реми, тебя и Хельми! Идемте! — бросила взгляд на Джастина.

Джесс кивнул. Мы вышли из кофейни и встали на пороге. Со стороны рабочего квартала доносился невнятный гул. Я напряженно всматривалась в начинающиеся сумерки. И вот они появились. На нас надвигалась толпа, человек в пятьдесят. В руках многих из них были дубинки, вырванные из оград колья и какие-то железки.

Оборванные, грязные, с осунувшимися лицами они приближались, в разнобой выкрикивая ругательства. Случайные прохожие спешили убраться с их пути.

Я стояла, прокручивая в голове все, чему учили меня Влад и Кристоф. Я должна остановить их. Но когда до нас оставалось не больше сотни метров, один за другим начали вспыхивать порталы, из которых выходили полицейские. Многие были магами, и в их руках уже светились боевые заклинания. Из ближайшего к нам портала вышли Эд и Влад.

— Кася, иди в дом, — Эд подошел ко мне,— мы сами с ними разберёмся.

Я обвела всех взглядом. Они стояли друг напротив друга. Озлобленная толпа и ряд полицейских, многие из которых были молоды, очень молоды, почти мальчишки. Одно неловкое движение, одно резкое слово, и они сойдутся в рукопашную. И будут убивать друг друга, проливая кровь, только лишь потому что какому-то уроду хочется власти.

— Нет, Эд, я так не могу, — я посмотрела на него, — я не могу допустить, чтобы люди умирали ни за что. Ты должен его остановить. А я попробую остановить их, — оттолкнув его, я вышла за оцепление и встала между толпой и строем.

Я стояла, глядя на всех этих людей, и поднимала в себе любовь. Любовь к Эдварду и Джессу, к Реми и Робби, заставляя ее перерасти в любовь к людям и миру. И сейчас я впервые видела, как воздух вокруг меня начинает светиться. Там за моей спиной стояли мои друзья, а передо мной — жители этого города. Глядя на них, я отчетливо понимала, если начнется бой, это будут бессмысленные жертвы. И я должна удержать и тех, и других! Должна остановить кровопролитие!

— Граждане империи, жители рабочих кварталов Осельмира, я обращаюсь к вам! Вас обманули! Заставили поверить в то, чего нет! Главарь банды, Дик Сторм, по кличке Барон, он хочет править вами. Ему нужна власть. Все, что его интересует, это власть и деньги. И вашими руками он хочет эту власть получить. Подумайте, что хорошего он для вас сделал? — я говорила с ними. Не для того, чтобы им что-то объяснить. Здесь объяснять бесполезно. Пройдет время, и они сами увидят изменения к лучшему. Я говорила с ними, чтобы дать себе время собраться с силами. Мое поле светилось все ярче.

— Он не позволяет ищейкам соваться в наши дела, — выкринул кто-то с краю толпы. Я взглянула на него:

— И от этого ваши дети перестали голодать? Или на ваших улицах стало безопаснее и чище? А может быть у вас появилась бесплатная лечебница? — толпа нестройно загудела. Послышались одобрительные выкрики. Значит, здесь не только бандиты и отморозки. Здесь есть и простые работяги. В душе поднималось сочувствие к нелегкой судьбе этих людей, которые изо дня в день пытаются выжить.

— Не слушайте её, она — маг, работает на СБГ, — я услышала знакомый голос. Вернон!

— Вернон, тебе не надоело бегать за мной? — сейчас я не боялась его, — или ты привел друзей для поддержки?

Где-то в толпе раздались смешки. Отлично, чем больше позитива, тем легче мне будет повлиять на них.

Внезапно из толпы вышел мужчина, человек, лет пятидесяти.

— Зачем тебе это? Ты вообще не из нашего мира!

Я пристально смотрела на него. Одарённый. Этот человек иногда заходил в кофейню. Любил сидеть за отдельным столиком и наблюдать за людьми. Его звали Ричард. Внезапное озарение накрыло меня.

— Добрый вечер, Дик. Решил заглянуть на огонек? Или показать своим людям, как можно жить по-другому? Тогда заходите! Кофейня Дебур всегда рада гостям. Здесь вас всегда ждет чашка кофе с щепоткой волшебства! — я улыбнулась и приглашающим жестом указала на открытые двери.

Мужчина вздрогнул. Похоже, я попала в точку. Передо мной стоял неуловимый глава банды Дик Сторм.

— Умная девочка, — его губы скривились в ухмылке, — вперед! — он махнул рукой. И толпа двинулась на меня.

А я прикрыла глаза и позволила все той силе, что сейчас бушевала во мне, выплеснуться наружу. Секунда, другая и нарастающий гневный гул перешел в радостные возгласы. Я открыла глаза и огляделась. Толпа обтекала меня. Люди, улыбаясь, приветствовали полицейских и, чинно здороваясь с Эдом, проходили в здание.

— Реми, Хельми у нас гости! — я, обернувшись, подмигнула рыжику, — сегодня за счет заведения! Проходите ребята! — я кивнула ошарашенным полицейским.

Эд и Влад стояли у входа, ожидая, пока последний человек войдёт в здание. Реми уже был на кухне, и по одобрительным крикам, доносящимся из кофейни, я поняла, что Хельми начал накрывать оставшиеся столы. А Джесс сейчас направлялся ко мне. Я облегченно выдохнула и пошла было к нему, как вдруг эльф, кинувшись в мою сторону, оттолкнул меня. Яркая вспышка. Меня отбросило на мостовую, а он рухнул на месте, словно его поразила молния.

Джастин лежал на брусчатке. Влад уже поднимал меня, а Эд склонился над ним. Над всеми нами, словно огромный мыльный пузырь, переливался защитный купол.

— Джесс! — я рванулась к эльфу, но псионик попытался удержать меня.

— Отпусти! — я вывернулась из рук Стралински и, подбежав, упала на колени рядом с телом главреда.

— Боевое заклинание. Сердце остановилось, — тихо произнес Эд.

— Значит, надо заставить его биться снова!

— Я не некромант, Кася, — он покачал головой, — я не умею оживлять мертвых.

— Зато я умею! Помоги мне!

Мы уложили его на спину. И я, как тогда на пляже, начала реанимацию. Эд достаточно быстро сообразил, что нужно делать и принялся помогать мне, вдыхая воздух в легкие Джесса. Спустя пару минут я почувствовала, как его сердце дрогнуло и начало биться, а он сделал самостоятельный вдох.

— Он дышит! Он жив! — из моих глаз текли слёзы, а Эд уже вливал силу в Джастина, исцеляя его. Эльф открыл глаза и попытался сесть. Эд помог ему.

— Джесс! — я обнимала его, рыдая от переполнявших меня эмоций.

Он сжал меня в объятиях:

— Ты жива! Какое счастье! Твоя бабушка бы мне не простила, если бы ты умерла!

Я отстранилась от него.

— Что ты сказал?

— Твоя бабушка, Мария Потапова, верно? — он, улыбаясь, смотрел на меня.

— Да, но...

— Похоже, попаданчество — это у вас семейное, — рассмеялся эльф, — пятьдесят лет назад твоя бабушка посещала наш мир. Ее закинуло в Деларон, и она прожила здесь несколько месяцев. А потом вернулась домой к мужу и сыну. Мы были знакомы, — он вздохнул и отвел глаза, — ты очень похожа на нее в молодости.

— Предлагаю пойти в дом, — Влад протянул Джессу руку, пока Эд поднимал меня на ноги.

Наше появление было встречено приветственными возгласами. Не знаю, видели ли они, что произошло. Об этом не было сказано ни слова. А может Влад как-то отвел всем глаза. В зале царили мир и взаимопонимание. Как будто не было этого противостояния, и эти люди не собирались всего несколько минут назад поубивать друг друга. Реми колдовал на кухне. А Клэр и Робби, которые вернулись вместе с Эдом, обслуживали гостей.

Мы устроились за стойкой. Я молчала, пытаясь переварить все услышанное, эльф думал о чем-то своём. Эд тоже помалкивал, позволяя нам прийти в себя. Влад присоединился к одному из столиков. Я видела, как он беседует с Диком, словно они лучшие друзья. А спустя какое-то время он, Дик и парочка полицейских вообще куда-то вышли, только на это никто не обратил внимание. Псионик вернулся спустя минут двадцать, уже один. За это время Эд успел представить меня своему другу и напарнику по столичному управлению, Джордану Одье. Это он и его люди пришли порталами, чтобы защищать нашу кофейню.

— У вас прекрасное заведение!

— Не у меня, — я поправила его с улыбкой, — эта кофейня принадлежит Реми, брату Эда. Я просто помогаю им.

— С вашим даром вам место в столице, Кассиопея!

— Нет, Джордан, В этом нет смысла. Мой контракт истекает через четыре месяца, и я вернусь домой.

— Очень жаль. Боюсь, в таком случае, наш начальник совсем загрустит, — Джо покосился на Эда, — а я-то все гадал, чего он так в Осельмир рвётся.

— Перестань Джо, — одернул его Эд.

— Молчу, молчу, — усмехнулся Джо, — только ты же сам никогда не скажешь, а на мой взгляд, девушка имеет права знать, как ты сох по ней, пока был в столице — он подмигнул мне, а я покраснела от смущения.

— Согласен, — поддержал его Джесс, — этим двоим давно пора объясниться.

— Ты вообще молчи. Мало того что наврал мне про свой возраст, так еще и скрыл, что знал мою бабушку! — возмутилась я.

— А какой был смысл рассказывать тебе об этом? Да, мы были знакомы. И я был влюблен в нее. Вот только она выбрала семью, а я остался ни с чем. Как и сейчас, — он покосился на нас. Эд стоял рядом со мной, положив мне руку на плечо. Я опустила глаза.

— Улыбнись, Кася, — Джесс коснулся моей руки, — тебе не надо винить себя. Сердцу не прикажешь. А люди, в отличие от нас, живут не так уж и долго. Так что все правильно. Ладно, мне пора. Еще увидимся, — он взял мою руку и обозначил поцелуй, после чего попрощался с Клэр и ушёл.

— Нам тоже пора, — Джо оглянулся на подошедшего Влада, который что-то шепнул ему на ухо. По команде Джордана полицейские вышли из кофейни. Засверкали вспышки порталов.

— До встречи, друг, — Джо хлопнул Эда по плечу, — приходите с Касей в гости. У Эмми скоро день рождения. Она будет рада тебя видеть.

— Мы постараемся, — улыбнулся Эд, — увидимся, Джо.

Влад ушел вместе с ними, сославшись на срочные дела в управлении.

Народ потихоньку расходился. Я провожала их, каждому даря на прощание толику воодушевления и желание что-то изменить к лучшему. Наконец, все ушли, а Хельми навел порядок. Мы сидели за столиком у окна. Робби уже зевал, и я отправила мальчишку спать. Реми и Клер тоже решили не засиживаться, и мы остались вдвоём.

— Может расскажешь мне, что происходит? — я напряженно посмотрела на Эда. Весь вечер он не отходил от меня, и я ощущала идущее от него беспокойство. Эдвард взглянул в окно, в сгустившуюся темноту, затем прошел к двери, проверить заперта ли она, и снова уселся за стол, напротив меня.

— Кася, — он взял мои руки в свои ладони, — тебе угрожает смертельная опасность.

Глава 41

Эдвард.

Благодаря освобождению Джастина и Клауса, нам с Владом удалось быстро распутать это дело. Показания эльфов не оставляли сомнений. Далее последовал арест Харриса, проверки в городском управлении, арест Мелиссы. Все это было похоже на вскрытие гнойного нарыва, когда все, скрытое ранее под отписками и поддельными отчетами, вся эта грязь и мерзость вырвались наружу. Досталось и администрации порта. Я доложил куда следует, и в тот же день к ним нагрянули проверяющие из СБГ. Кого-то арестовали, оставшихся припугнули, а мне позволили наконец-то навести порядок в рабочих кварталах. Но оставалось самое сложное — найти и арестовать Барона. Этот бандит мастерски скрывался от нас и пока все мои усилия не давали результата.

Отношения с Касей застыли в подвешеном состоянии. Мы жили под одной крышей, ежедневно встречались за общим столом. По утрам она провожала меня на службу, а вечерами встречала у дверей. И мое сердце каждый раз замирало, когда она буднично прикасалась к моей руке, подавая или забирая сумку, или поправляла воротник моей форменной рубашки.

Когда у меня выдавались свободные дни, я приглашал ее куда-нибудь, каждый раз надеясь набраться смелости и начать тот самый разговор, но каждый раз что-то останавливало меня. Мне не хотелось ничего менять. Моя жизнь не просто вошла в привычное русло, она стала лучше, наполнившись волшебством по имени "Кася". И я боялся своим неосторожным словом или действием разрушить эту зыбкую иллюзию счастья, которое переполняло меня, когда она заливисто смеялась над очередной полицейской байкой или удивленно рассказывала мне про что-то новое для нее в магии, о чем узнала от Влада. Когда вечерами мы сидели, обнявшись, под одним пледом и смотрели, как падают звёзды. И единственное желание, которое я загадывал снова и снова, чтобы все оставалось, как есть. Но судьба готовила нам новые испытания.

В тот вечер мы задержались в управлении. Через пару дней была назначена проверка, и надо было все подготовить. Мы перебирали отчеты, когда кабинет озарила портальная вспышка.

— Эд, скорее! — Клэр, держа за руку Робби, выскочила из него, — на кофейню готовится нападение!

— Пожалуйста, мистер Эдвард! — Робби жалобно смотрел на меня, — мисси Кася осталась там с мистером Реми и мистером Джессом. Они убьют их. Барон подбил людей на бунт!

На этих словах я вздрогнул. Нельзя было терять ни минуты.

— Оставайтесь здесь! Робби расскажи все Владу, — я спешно простроил портал и переместился в столичное управление.

— Джо, — я вышел в своем бывшем кабинете, сейчас мое место занимал мой друг, — мне нужна помощь! Собирай подразделение! В Осельмире бунт докеров! И прямо сейчас они собираются напасть на кофейню моего брата!

— Погоди, погоди, — Джо поспешно поднялся, — ты же понимаешь, что я не имею права отдать такой приказ самостоятельно, а Жерар уже ушел.

— И что ты предлагаешь? Ждать утра и смотреть, как они громят город? — я прекрасно понимал его. Подобное самоуправство не одобряется. Тем более вполне возможно будут жертвы как среди жителей, так и среди полицейских. А за гибель личного состава по головке не погладят!

— Нет, конечно, — пожал плечами Джо, — Рик, — он активировал внутренний переговорный артефакт, — боевая тревога! Минутная готовность!

Спустя минуту мы уже стояли во дворе управления перед построенным подразделением.

— Ваша задача — защитить гражданских и минимизировать собственные потери. Применение боевой магии разрешено. Вперед, ребята! — я закончил инструктаж. И бойцы начали перемещаться по заранее переданным координатам. Мы с Джо сначала переместились в управление, чтобы забрать Влада, а затем вышли около кофейни. Бойцы подразделения уже оцепили здание, а в нескольких десятках метров от них остановилась разъярённая толпа.

Кася, Реми и Джесс стояли на крыльце. От девушки исходило настолько мощное сияние маг-поля, что казалось, это видно даже неодаренным. Я попытался остановить ее, но Кася, оттолкнув меня, вышла за линию оцепления. Пока она говорила с ними, я видел, как расширяется ее поле, наполняясь солнечным светом.

— Это невозможно! На ней же печать! Останови ее! Она выдаст себя! — Влад хотел броситься к ней, но Джесс не позволил ему.

— Она уже выдала себя, — прошептал Джо, — смотрите!

Волна теплой золотистой энергии, расходясь мягкими всплесками, затапливала улицу, накрывая и беснующуюся толпу, уже бегущую к нам, и готовых отразить нападение бойцов, в руках которых сейчас гасли боевые заклинания. Отголоски докатились даже до входа в кофейню, где стояли мы. Все, кого касались эти золотые искры начинали улыбаться. И вот уже рабочие здоровались за руку с полицейскими, направляясь ко входу.

Мы посторонились, позволяя им войти, а они рассаживались за столами. Реми поспешил на кухню. Я оглянулся. Кася, устало улыбаясь, уже шла к нам, а опередивший меня Джесс спешил ей навстречу, когда за ее спиной сверкнула вспышка заклинания. Эльф, успевший заметить это, ловко оттолкнул ее, принимая удар на себя. Яркое зарево озарило улицу.

Первое мгновение мы ошеломленно смотрели, как он покачнулся и упал на камни мостовой. Касю отбросило в сторону. Но вот она уже приподнялась на локтях, озираясь по сторонам. Первым отмер Влад. Он кинулся к ним, накрывая их защитным куполом, я поспешил следом. Пока он помогал встать Касе, я склонился на Джастином, пытаясь прощупать пульс. Его тело было сведенно смертельной судорогой, а в остекленевших глазах застыл ужас. Не за себя, за нее. Он пожертвовал собой, спасая Касю. Она уже стояла на коленях рядом с ним, припав ухом к груди.

— Боевое заклинание. Сердце остановилось...

— Значит надо заставить его биться снова! — в голосе Каси звучало отчаяние.

— Я не некромант, — тихо произнес, — я не умею оживлять мертвых.

— Зато я умею! Помоги мне!

Под ее руководством мы уложили его на спину. Кася расстегнула воротник его рубашки и запрокинув ему голову, открыла рот. Затем сложив ладони крест на крест, она принялась ритмично надавливать на грудь Джесса в том месте, где располагается сердце. Через каждые пять нажатий, она вдыхала воздух ему в рот. Я не знаю, что это был за ритуал, но от нее исходила такая уверенность в том, что это спасет его, что я тоже решил ей помочь.

— Что нужно делать?

— Зажми ему нос, и когда скажу, вдыхаешь в него воздух. Один, два, три, четыре, пять. Вдох. Один, два, три, четыре, пять. Вдох.

Так продолжалось пару минут, как вдруг она остановилась, а грудная клетка Джесса пошла вверх.

— Он дышит! Он жив! — она держала его за руку, а ее лицо было мокрое от слёз.

Теперь я, уже используя магию, вливал в эльфа силу. А спустя еще минуту он открыл глаза, и я помог ему сесть. Кася обнимала его, заливаясь слезами. И вот тут-то выяснилось, что оказывается Кася очень похожа на свою бабушку, в которую Джесс влюбился еще в молодости, но та не ответила ему взаимностью. Все это напоминало финал какого-то любовного романа, в котором мне не было места.

Я не был слепым или наивным. Я знал, что она общается с эльфом в мое отсутствие. А приставленный следить за ней сотрудник регулярно докладывал мне про их встречи и прогулки. Все это бесило и раздражало. Но я запретил себе вмешиваться. Потому что и сам был ни в чем не уверен. Но сегодня, едва не потеряв ее, я был благодарен Джастину, что он оказался рядом. И теперь мне предстояло сделать самый трудный выбор: отпустить ее, чтобы уберечь от угрозы, нависшей над ней, или попытаться уговорить остаться, чтобы поймать, наконец, этого негодяя и покарать его за все его преступления!

Но для начала мне нужно было рассказать ей об этом.

— Кася, тебе угрожает смертельная опасность.

Она внимательно смотрела на меня, всем видом давая понять, что слушает. И я принялся рассказывать ей про погибших медиумов, про мою мать и про неизвестного убийцу, чьей жертвой сегодня едва не стали она и Джесс.

— И что ты предлагаешь? — она посмотрела на меня.

— Теперь для тебя есть только два безопасных места: леса Деларона и твой мир.

— То есть ты готов отдать меня Джастину или выставить вон, чтобы защитить? — глаза Каси сверкнули, она сжала мои руки, а меня окатило ее гневом.

— Готов отказаться от меня, чтобы не нести ответственность за мою возможную гибель? Так, Эд?

— Я не хочу твоей смерти, Кася.

— Тогда почему хочешь лишить меня своей защиты? А если этот неизвестный вхож в Деларон? Кто защитит меня там? Джесс? Он уже пытался и едва не погиб сам! А что будет со мной, если он погибнет?! А если этот негодяй умеет перемещаться между мирами? Кто защитит меня там, Эд? Убить можно не только магией! И поверь, в моем мире гораздо больше способов сделать это! У нас есть оружие, которое способно поразить за сотни метров. Там никакая магия не нужна!

Если я не нужна тебе, то так и скажи! Не надо прикрываться благими намерениями! — она попыталась встать, чтобы уйти, но я удержал ее. Сейчас или никогда! Я должен сказать ей!

— Я люблю тебя, Кася! — она замерла, — и я хочу, чтобы ты осталась со мной и стала моей женой. Но я не уверен, что смогу защитить тебя.

— Зато я уверена! — воскликнула она, глядя на меня светящимися от счастья глазами, — я абсолютно в этом уверена!

Она прильнула ко мне, а я, улыбаясь, как последний дурак, прижал ее к груди! Моя милая Кася! Только женщина, испытывающая сильные чувства, способна выдержать такую нерешительность со стороны мужчины. Но теперь с этим покончено! Хватит! Я поддел пальцами ее подбородок и прикоснулся к ее губам!

Кася.

Эд наконец-то озвучил мне все то, что так долго не решался сказать. Все то, что я и так знала, поскольку все его чувства были для меня как открытая книга. Да, я знала это. Ощущала в каждом его жесте, в каждом взгляде, в каждом небрежно оброненном слове. И ждала. Ждала, пока он разберется в себе. А еще я видела, как он сражается сам с собой, со своими страхами в попытке начать разговор и каждый раз отступает, решая, что еще не время. И вот сегодняшний день показал нам обоим, что времени больше нет!

И сейчас его поцелуй, нежный, но вместе с тем твердый и настойчивый, подводил итог всей этой затянувшейся игры в прятки от самого себя. Он понял, чего хочет, а я просто млела в лучах его любви, растворяясь в этом поцелуе. И сейчас мне не было страшно. Мне было глубоко наплевать, что будет дальше, и чем закончится вся эта история. Сейчас для меня существовал только он, его признание и этот поцелуй.

Внутри меня творилось что-то невообразимое. Словно все встало с ног на голову, а тело дрожало в сладком предвкушении неизвестного ранее удовольствия. А в голове рисовались совсем уж неприличные картинки. И испугавшись этих ощущений, я попыталась отстраниться, но кольцо его рук стало лишь теснее, а поцелуй глубже. И я сдалась. Сдалась нашему нарастающему желанию. Яркая вспышка, и мы повалились на кровать...

— Доброе утро, — губы Эда мягко коснулись моего плеча, а я, залилась краской, кутаясь в простыню. То, что произошло вчера, под покровом ночи, сегодня при свете дня выглядело пугающим. Вчера под влиянием всего произошедшего, поддавшись захватившим меня эмоциям, я отдалась ему. И это была самая прекрасная ночь в моей жизни! За такое не жалко и умереть! Но сегодня, когда страсть улеглась, а разум наконец-то взял бразды правления в свои руки, мне стало страшно.

— Тшшш, не надо боятся, — Эд обнял меня, прижимая к своей широкой груди, — я никому не позволю причинить тебе вред.

Он смешно потерся носом о моё ухо, а его губы дотронулись до моей щеки. И я почувствовала, как напряжение отпустило меня, а страх развеялся, словно ночной кошмар с наступлением утра.

— Вот так-то лучше, — Эд перевернул меня на спину, нависая надо мной, — ты помнишь, что сегодня обещала познакомить меня с твоими родителями?

Нет, не помню. Я вообще уже потерялась во времени и пространстве. Я смотрела в эти синие завораживающие глаза и тонула в их непостижимой глубине...

— И все-таки надо вставать, — сообщил мне Эд спустя полчаса, — если мы хотим сегодня попасть в твой мир и вернуться к вечеру.

Точно! Мы же собирались навестить родителей!

— Встаю! — я сладко потянулась и провела рукой по его обнаженному торсу, наслаждаясь ощущением силы и уверенности, исходящими от него, — вот только как я попаду к себе в комнату? Сделаешь мне портал?

— А чем тебя дверь не устраивает? — улыбнулся он и, поднявшись, прошел к противоположной стене, где за декоративной панелью скрывалась потайная дверь. Эд распахнул ее, и за ней показалась моя спальня.

— Ты же живёшь в комнате хозяйки дома, а я — в комнате хозяина, они смежные, — рассмеялся он, видя мое изумление.

Теперь понятно, что это были за шорохи и нежные поцелуи в щечку, преследующие меня каждую ночь с тех пор, как он вернулся, стоило мне задремать! А мне казалось, что я уже начала сходить с ума от своих фантазий на тему нашей близости!

Я улыбнулась и села на кровати, завернувшись в простыню.

— Я люблю тебя, Эд!

— Я знаю, — он подошёл ко мне и поставил меня на ноги, — иди, одевайся!

Пока я приводила себя в порядок, Эд успел приготовить нам завтрак и сварить кофе.

— Ну что, идем? — на Эдварде была белая рубашка, форменные брюки и сюртук, а я надела то, в чем явилась в этот мир, только на ногах сейчас были легкие туфельки вместо тапочек.

— Идём, — кивнула я.

Порталом мы перешли к станции межмировых перемещений. Там служащий по приказу Эда настроил портал на наш мир. А вот точку прибытия мне нужно было задать самостоятельно.

— Представьте, куда вам нужно переместиться, мисси, и направьте образ, портал откроется в заданной точке, и просуществует сутки или пока вы не вернетесь, так что лучше выбрать какое-нибудь укромное место. И не задерживайтесь, — проинструктировал меня портальщик. Я прикоснулась к раме стационарного перехода, и в моей голове отчетливо представился образ моей квартирки. Портал засветился, и я увидела свою комнату.

— Пойдём, тебе понравится, — я схватила Эда за руку, и мы шагнули через пространство.

Глава 42

Я стояла посреди комнаты, оглядываясь по сторонам. Такое странное ощущение. Как будто попала в другой мир, а не вернулась в свой. Все вокруг казалось чужим и непривычным. Я подошла к столу и провела по нему пальцем. Здесь давно никого не было. На столе лежал мой старенький планшет. Я поставила его на зарядку. Надо будет вызвать такси до родительского дома.

Выйдя из комнаты, обратила внимание, что все вещи лежат на своих местах, ровно там, где я их оставила, даже непомытая с утра кружка стоит в раковине. Я открыла ключницу и достала второй комплект ключей. Первый остался в кафе вместе с моей сумкой, которой нигде не было видно. Неужели меня даже не хватились? Но ведь ребята должны были найти мою куртку, обувь и сумку, увидеть включенный ноутбук?

Задумчиво оглядевшись, подошла к окну. Я исчезла в конце февраля, и меня не было около двух месяцев, значит, сейчас должен быть апрель. За окном светило солнце, а просохший двор и готовые развернуться почки на ветках подтверждали мои рассуждения. Взгляд упал на микроволновку. Часы на панели показывали десять утра.

Я окинула взглядом Эда, который стоял, прислонившись к косяку, ожидая, пока я соберусь с мыслями, и улыбнулась. Дверной проем на его фоне казался каким-то маленьким, как и вся квартирка. Я тряхнула головой.

— Подожди меня здесь. Хочешь, можешь походить по квартире. Я сейчас переоденусь и пойдём.

Вернувшись в свою комнату, я распахнула шкаф. Да уж! Ничего похожего на платья у меня не водилось. Выудив оттуда белую футболку и пиджак, я скинула свой свитер оверсайз. Затем подумав, сменила рабочие джинсы на парадно-выходные, а на ноги натянула легкие тенниски. Закинула подзарядившийся планшет в сумку. Достала из заначки деньги, которые копила на отпуск. Здесь они мне больше не нужны. Моя мечта вдруг стала реальностью. Теперь я живу на побережье, у меня есть прекрасная работа и любимый человек. А еще куча друзей, младший брат и огромный белый кот! Осталось только получить гражданство империи, что теперь будет достаточно просто. Всего лишь надо выйти замуж за Эда!

Я улыбнулась своим мыслям и вышла в коридор. Эд по-прежнему был в кухне. Только теперь стоял у окна, рассматривая улицу.

— Можем идти! — я протянула ему руку.

Мы спустились к подъезду.

— Вызовем такси или пройдёмся до кафе? Здесь недалеко. Мне нужно забрать кое-какие вещи, — я с сомнением посмотрела на него.

— Давай прогуляемся, — Эд скинул сюртук. На улице было тепло, — когда ещё доведётся побывать в другом мире!

Мы не спеша шли по улице. Мимо нас пролетали машины, проходили люди. Я украдкой поглядывала на Эда. Его лицо было непроницаемо. Даже если его что-то и удивляло, он не подавал вида. Как будто жил здесь всегда. Зато вот сам Эд со своим ростом, фигурой и старомодным нарядом был объектом внимания. Люди удивленно оглядывались на нас, а я по-прежнему остро ощущала идущие от них эмоции. На глаза попался небольшой магазинчик одежды.

— Пойдём, мне не нравится, как на тебя смотрят! — я потянула его за собой. Минут через двадцать мы снова шли по улице. Теперь на Эде были вполне современные джинсы, футболка и клетчатая рубашка, а на ногах кеды. Нам стоило больших трудов найти подходящий размер на его богатырское телосложение. Зато сейчас мы смотрелись весьма гармонично. Его вещи нам упаковали в пакет, так что ничто теперь не выдавало в нем представителя другого мира. Минут через десять мы добрались до кафешки, где я раньше работала.

— Предлагаю выпить кофе. Попробуешь, как его готовят у нас, — я взглянула на него. Эд улыбнулся и кивнул.

Несмотря на начало дня в кафешке было пусто. Мы зашли и расположились за столиком.

— Я сейчас, — направилась к стойке, за которой никого не было.

— Эй, есть кто живой? — я нетерпеливо барабанила пальцами по столешнице. В мою бытность управляющей я такого не позволяла. В зале всегда кто-то должен быть.

— Одну секунду, — отозвался мне с кухни голос Женьки. Ну слава богу! Хоть одно знакомое лицо! А то я уже сама себя иномирянкой чувствую.

— Извините, молоко закончилось, я сейчас, — Женек нагруженный коробками с молоком вышел из внутренних помещений.

— Кася? — от неожиданности он чуть не уронил все, что держал в руках, — Кася! Вернулась!

Наш бариста быстро сгрудил коробки и, выскочив из-за стойки, кинулся обниматься.

— Я тоже рада тебя видеть! — мне было неловко перед Эдом, но увернуться от объятий я не успела, — все, Женя, хватит! — я твердо отстранилась от него, — что у вас произошло?

— Ты про кафе? Да черт с ним! Я сегодня последний день. Все, увольняюсь. Надоело. С тех пор как ты ушла, все пошло наперекосяк. Маринка ни за чем не следит, только выручку забирает. Ребята все разбежались, вот только я остался. Мы с Олькой жить вместе начали, деньги нужны. А сейчас она работу хорошую нашла, в дорогом ресторане, и меня туда пристроила, так что теперь Маринка тут сама будет за стойкой стоять, — тараторил парень.

— Погоди, погоди. Я за вас рада и за Маринку тоже, вот только я не поняла, меня, что не искал никто?

— А ты, что, пропадала, чтобы тебя искать? — он как-то странно посмотрел на меня.

— А то, что кафе с утра открыто было, вещи мои, кстати, где они? Ноутбук включенный — это что, нормально, значит?

— Я не знаю. Я, когда с утра пришел, тут Маринка была. И вещей я твоих не видел. Она сказала, что ты уволилась, а я теперь за старшего. И все.

— Ясно, понятно, — нахмурилась я, хотя вот мне лично было ничего не понятно. Как же так! Ну не могла же Маринка скрыть это все! Да и зачем?

— Жень, а можешь сделать нам два капучино?

— Один момент! — он взглянул в сторону Эда и тихо прошептал, — поздравляю!

Я покраснела и кивнула ему, затем вернулась за столик и достала из сумки планшет. Надо позвонить родителям. Я набрала номер и перевела на громкую связь. Сначала шли гудки, а затем раздался голос мамы:

— Касенька, привет, солнышко. Как твои дела?

— Привет, мам. Прости, что долго не звонила.

— Ой, да ничего страшного, ты бы и не дозвонилась. Мы тут сейчас в ашраме. А здесь с этим строго. Никаких телефонов. Вот выбрались в город на пару часиков. Так что ты очень удачно попала. Мы задержимся тут на какое-то время.

— Надолго?

— Ну не знаю, может на полгода, как пойдёт.

— Хорошо. Мам, я сказать хотела, я тоже уезжаю, из страны, надолго, может быть навсегда.

— Давно пора. Я тебе всегда говорила, сидя на одном месте, ничего не добьёшься. Ну все, солнышко, мне пора. Еще увидимся.

Звонок прервался.

— Да уж, — я виновато посмотрела на Эда, — похоже знакомство не состоится. Они еще не вернулись из своего путешествия. И неизвестно, когда вернутся.

— Не расстраивайся, — Эд коснулся моей щеки, — попробуем на будущий год. Главное, что ты их предупредила, и они не будут волноваться.

— Да, — я кивнула ему, — не будут.

Женька принес нам кофе. Я посмотрела на него:

— А живёте вы с Олькой где? — я знала, что у парня нет своей квартиры.

— С ее родителями пока. Но только это неудобно. Квартирка там маленькая, так еще и ее брат. Вот думаем на съёмную перебраться.

— Слушай, а давай ко мне. Там, конечно, хрущёвка, но я с вас плату брать не буду. Только коммуналку оплачивайте.

— А ты? — он недоверчиво посмотрел на меня.

— А мне уехать надо, а за квартирой присмотреть некому. Я тебе контакты родителей оставлю. Ну мало ли что, вдруг до меня не дозвонишься.

— Так это договор нужен.

— Ну так поехали в агентство, а то завтра меня тут уже не будет.

Женька огляделся, прикидывая, что ему делать с кафе, и махнув рукой, ответил:

— А поехали! Все равно никого нет.

Пока он собирался, закрывал кассу и отключал оборудование, мы допили кофе.

— Твой мне нравится больше, — резюмировал Эд, — это твой друг?

Я чувствовала его ревность. Всё-таки Женек вел себя очень фамильярно.

— Это мой бывший коллега, и потом у него есть девушка. Ты же слышал, они вместе жить хотят. Сейчас в контору съездим, документы оформим, чтоб к ним вопросов не было, а потом можно возвращаться. Здесь мне больше делать нечего.

— Я готов, — Женек ждал нас у входа. Я по привычке захватила мусор, а потом он запер дверь. Женька был на машине, поэтому мы сначала заехали ко мне домой за документами, а затем отправились в риелторскую контору, чтобы заключить договор. Потратив почти час на оформление всех формальностей, мы, наконец, вышли на улицу.

— Куда теперь? — Женька радостно плюхнулся за руль.

— Ключи надо сделать. Поехали в торговый центр, там мастерская есть, заодно и перекусим.

Пока мы обедали, слесарь сделал нам ключ, и я торжественно вручила его Женьку.

— Завтра после двенадцати можете заселяться. Все документы и контакты оставлю на кухне, — я улыбнулась ему, — прощай, Женек.

— До встречи, Кася!

Он умчался обрадовать Ольку. А мы с Эдом еще погуляли по торговому центру. Посидели на фудкорте и сходили в кино на какую-то романтическую комедию. А после отправились гулять по городу. Все это время Эд был молчалив и задумчив. Он сдержанно реагировал на все чудеса нашего мира, хотя я чувствовала, что его переполняют эмоции.

— Все в порядке? — я с тревогой смотрела на него.

— Да, все хорошо, — он тряхнул головой, выныривая из своих мыслей, — как вы можете тут жить!

О, похоже у кого-то шок от слишком большого количества впечатлений.

— Это же просто невозможно! Эти дома! — он жестом указал на высящиеся над нами многоэтажки, — столько людей! И все куда-то бегут. Эти машины! — он посмотрел на оживлённый проспект, где сейчас как раз собралась вечерняя пробка, — а ваши магазины, это просто что-то с чем-то!

— Ну, так не везде, — улыбнулась я, — мы всё-таки в большом городе. А есть маленькие тихие городки и деревушки, где жизнь мало чем отличается от Осельмира. Так что это как посмотреть.

— Ты уверена, что хочешь бросить это все и пойти со мной? — с сомнением спросил он.

— Совершенно уверена, — рассмеялась я, — и мы можем сделать это прямо сейчас. Поехали!

Мы взяли такси и уже через десять минут вошли в дверь старой бабушкиной квартиры. Пока Эд переодевался, я собрала кое-какие вещи, которые хотела забрать с собой, и старый семейный альбом. Затем оставила Женьке всю необходимую информацию, инструкцию как перекрыть воду и газ, прошлась по квартире, проверяя все ли в порядке.

Эд ждал меня в комнате. Рамка портала мерно гудела. Он протянул мне руку, и мы шагнули в серебристое марево.

— Добрый вечер, — портальщик приветствовал нас, — с возвращением.

— Добрый вечер, — кивнул ему Эд.

Мы шли по ночному Осельмиру, держась за руки. Эд нес мою сумку с вещами, а я была совершенно счастлива...

Конец.

От автора.

Дорогие друзья! Благодарю всех, кто дочитал до конца.

Книга закончена, но история Каси на этом не кончается. Впереди ее ждет не только свадьба с Эдвардом. Нашим героям предстоит разобраться, кто же стоит за покушениями и убийствами медиумов, а для этого... Но не буду забегать вперёд. Вторая книга в процессе написания.

Так что заходите на страничку автора и подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить.

А пока предлагаю ознакомиться с другими моими книгами.

"Наследство огненной ведьмы"

https://author.today/work/599862

Книга участвует в конкурсе АТ "Обыкновенное чудо".

Романтическая история про попаданку, волей судьбы оказавшейся наследницей клана огненных ведьм.

"Замуж? Я — против!"

https://author.today/work/623258

Приключенческая история про ведьмочку, принца и тайны прошлого.

"Вася, ты попала!"

https://author.today/work/531847

Зимняя сказка про попаданку, призванную в магический мир для участия в королевском отборе.

Читайте, комментируйте, если понравится ставьте лайки.

До новых встреч!