Чарли х Чарли

Срочный вызов

Лабиринты ночных улиц были укутаны лёгким туманом. Ещё непогасшие фонари лениво играли бликами на воде в захомутанном мостом канале. Детектив выудив из кармана тонкую мятную сигарету всматривалась в разбитое карманное зеркало лежащее рядом с прикрытой «вуалью последнего выхода» жертвой. – Дуайт, есть зажигалка? – не сводя взгляда с улик и не отворачиваясь от вспышки фотоаппарата криминального фотографа кинула шатенка. – Да, конечно, Чарли.

Её напарник, одетый с иголочки брюнет невысокого роста, засуетился и дрожащей от волнения рукой поднёс огонёк зажигалки к её сигарете давая прикурить. Чарли затянулась дымом и выдохнула в туман флегматично осматривая следы минувшей битвы. – Как мне надоели эти убивающие посреди ночи преступники, ты бы знал… – девушка снова затянулась сигаретой и стряхнула пепел. – Мало того, что выспаться не дают толком после суточного дежурства, так и оригинальностью ведь ещё никакой не отличаются.

Дуайт только открыл рот опустив карие глаза на прикрытое полотном мужское тело явно желая что-то сказать, как детектив обернулась и посмотрела на команду медиков–помощников. – Забирайте. – кинула она через плечо без лишних церемоний. – Нечего ему тут разлёживаться, у нас здесь не пляж и не кладбище. – Ну вот, наша королева опять не в духе? – усмехнулся патологоанатом. – Или это классические рубашка, брюки и пуловер на вас так повлияли, м? – На меня так повлиял ранний подъём, Ларри. Я спала 3 с четвертью часа. – закатывая глаза выдохнула Чарли и потушила сигарету. – Займитесь своей работой и оповестите меня о результатах вскрытия как всё будет готово. – Ай–яй, капитан! – смешно салютовал толстый Ларри.

Детектив потёрла переносицу давая глазам отдохнуть несколько секунд и расслабиться, а после снова пристально вгляделась в ведущий в туман переулок. Это всё часть большого лабиринта, и преступник вероятно уже скрылся, однако у неё было стойкое ощущение того, что некто наблюдал за ними со стороны. Правда, она не могла быть уверена в том, откуда человек мог наблюдать развернувшийся здесь ночной парад расследований.

Дуайт продолжал мельтешить рядом и суетиться совершенно не помогая делу, что неимоверно раздражало и без того лишённую нормального сна Чарли. Девушка стрельнула зелёными глазами в сторону напарника словно желая прожечь в нём дыру и всё же кое–как натянула лёгкую ухмылку: – Слушай, Дуайт, ты бы постоял где–нибудь вон там. А ещё лучше помоги медикам с описью и документацией пока они не уехали, а то снова станут ворчать, что наш отдел штаны протирает вместо расследований. – Но вы… – начал парень, однако тут же был перебит. – Сама справлюсь. – прищурилась она. – Не забывай, это ты мой стажёр, а не наоборот. Я знаю что делаю.

Чарли принялась невозмутимо собирать улики и фиксировать детали в блокноте пока Дуайт занимался документацией. В тусклом свете покачивающегося фонаря девушка изучала ведущие дальше и дальше следы борьбы пока краем глаза не уловила движение. На стене среди сколов камня и туманной дымки отчётливо виднелся танец теней: мужская высокая хорошо сложенная фигура в капюшоне высунулась из-за поворота и с любопытством глядя за происходящим замерла. Однако стоило шатенке обернуться, как тени пропали. За углом тоже никого не оказалось. Едва не попавшийся мужчина затаился в тени полуподвального спуска в какое–то кафе, которое по воле случая оказалось удачно закрыто до утра. «Едва не попался». – подумал мужчина и надвигая капюшон чёрной толстовки поплотнее закрыл лицо маской. – «Нужно быть осторожнее. Она невероятно милая и хрупкая, но в то же время поразительно внимательная».

Воспользовавшись незапертым чёрным ходом – одному дьяволу известно, кто и почему оставил его таковым – незнакомец поднялся повыше и остался на чердаке. Обзор был великолепным, девушку и место происшествия было видно, как на ладони. Всё как он и планировал. Мужчина достал мобильный телефон и, вставив новую симку, сразу же открыл мессенджер, который всегда работал у детектива как часы. Написать ей не составило труда – он хорошо подготовился и легко отыскал её номер на просторах даркнета заранее, ведь интернет помнит всё. «Эй, а я тебя вижу». – первое сообщение отправилось в чат, а за ним сразу же и второе. – «Ты такая красивая, когда злишься и сонно копаешь улики. Ну просто сказка!»

Чарли достала мобильник и посмотрела на высветившееся пуш–уведомление, а затем скривилась от недовольства. – Опять школьники развлекаются. – фыркнула она. – Шёл бы ты математику учить и спать, пока мамка телефон не отобрала, мамкин фокусник. Мужчина усмехнулся. О да, это не та реакция, которую он ожидал, но как же это было упоительно! «Я знаю, о чём ты думаешь. Я знаю твоё имя». – стараясь как можно больше дробить сообщения продолжал раздражать её он. – «Ты прекрасна, Чарли Джонс». Детектив напряглась и нахмурилась. Шутки кончились: кто-то действительно следил за ней сейчас, а может и задолго до – трудно было сказать. Это не было первым случаем за её многолетнюю практику, но от напряжения опыт не спасал.

Его телефон мягко завибрировал на мозолистой ладони. Она прислала сообщение! Она говорит с ним! Наконец–то она обратила на него внимание! «Кто ты? Что тебе нужно?» – это так похоже на неё, задаёт совершенно очевидные вопросы. – «Учти, за шантаж дают больше лет, а за сотрудничество смягчают обвинения». – Чарли! – размахивая папкой позвал издалека Дуайт. – Подожди пять минут! – кинула через плечо нервно шатенка. «Это тебе лучше со мной сотрудничать, ведь у тебя всего два варианта, крошка», – продолжал дробить сообщения он. – «Или ты идёшь со мной сейчас или ты отправляешься в тюрьму, где я тебя всё равно достану. Ты в любом случае будешь моей Чар-ли».

Что это только что было? Он протянул её имя в текстовом сообщении? Как старомодно и… мерзко. Это точно не влюблённость очередного школьника – ведь детектив точно знала, что любви не существует – судя по стилю некто гораздо старше и, вероятно, похож на одержимого или глупой затеей или её персоной. Если, конечно, не всем сразу в комплексе с каким–нибудь психическим расстройством. – ЧАРЛИ! – прямо за спиной громко позвал Дуайт снова, отчего детектив едва не выронила телефон из рук. – НУ ЧТО?! – не выдержав повысила тон она. – Не видишь я занята?! – Шеф звонил, а у тебя телефон недоступен. – развёл руками брюнет.

Девушка смягчилась. Шеф никогда не звонил по пустякам, его звонки всегда были или важными указаниями, или замечаниями, или вопросом жизни и смерти. Буквально. – И что он сказал? – окидывая оценивающим взглядом Чарли по привычке скрестила руки на груди. – Мне жаль, но ты в кругу подозреваемых. – Дуайт скуксил виноватую мину и словно сжался, желая спрятаться от грядущего гнева уменьшился перед ней. – Тебя отстранили от дела. – Что? – она опустила руки и удивлённо посмотрела напарнику в глаза впервые за ночь. – Быть не может! Ты должно быть шутишь. – Нисколько. Вот, смотри. Полицейский курьер подвёз. – напарник открыл увесистую папку и стал листать. – Срочная экспертиза нашла твои волосы и отпечатки на теле этого бедолаги. Ещё здесь нашли это…

Парень помялся и положил поверх раскрытой папки серый шарф в зип-пакете. Чарли выдохнула и опустила напряжённые до покалывания плечи. – Этот шарф… – начал Дуайт. – Мой, да. – перебила детектив. – Кто-то украл у меня его, когда я была в офисе на дежурстве. Меня абсолютно точно подставили! – Да, но у тебя нет алиби. К тому же ты последняя, кто с ним общался до того, как он оказался здесь. – брюнет закрыл папку с шарфом внутри. – Да какое алиби?! Я спала! – зажестикулировала почти по-итальянски от злости и несправедливости Чарли. – Да что за бред–то, вы совсем с ума сошли! – Что за шум? – вмешался патологоанатом. – Завязывай, барышня, ночь на улице. Ну отстранили и отстранили, подумаешь проблема. Сейчас вот отвезём тебя в участок, допросик запишем, пальчики ещё раз снимем и домой докинем спатеньки.

Закипая Чарли всё же поборола себя и, сохраняя лицо и профессиональный вид, направилась в припаркованную неподалёку полицейскую машину. Напарник посеменил следом, а за ними увязался и толстый неповоротливый Ларри. Незнакомец смаковал временную победу с невероятным удовлетворением: дело было сделано чисто, без единой помарки, без единой возможности опознать его и перевести с неё обвинения. Первая фаза плана была завершена, и он уже решил направиться в убежище, чтобы немного отдохнуть до рассвета и подготовиться к началу следующей фазы как следует, но резкая тупая боль в затылке заставила его упасть на дощатый пол. После ещё двух ударов чем–то тяжёлым от размытой грузной мужской фигуры по лицу глаза застелила глухая бархатная темнота.

Очнулся незнакомец в другом неизвестном ему месте. Было сложно сказать сколько времени прошло и где именно он находится – звон в голове был настолько сильным, что после пробуждения думать связно было почти невозможно. Мужчина сел и прислушался. Вот слышится приближающийся гул шагов, а за ним проливая на окружающую обстановку свет со скрипом открывается тяжёлая дверь. Его грубо подняли за шиворот и в одно движение стряхнули какие-то путы. Всё повалилось под ноги издавая железный звон. Когда незнакомец пошатнулся, его подхватили и поставили ровно сильные руки громилы. – Слышь, малой, за тебя словечко замолвили. – буркнул громила. – На выход, шпана. Неизвестный замешкался, за что сразу получил тычок в сторону двери. – Ты глухой или я тебя слишком сильно приложил? – с нажимом пробасил мужик. – На выход я сказал.

Вздохнув неизвестный кое–как совладал с головной болью и вышел из маленькой комнатушки на свет. Увиденное заставило его замереть от удивления и восторга: вокруг него развернулось огромное полное людей залитое светом тёплых ламп казино. Играющие обсуждая игры и критикуя друг друга гомонили наперебой, дилеры разбирали правила и раскладывали карты, нарядные красивые девушки в коротких платьях тёрлись возле важных гостей. Он здесь был будто бы чужим, совсем лишним, но что-то в этом месте было таким притягательным и манящим… Если не считать какую-то леди, которая сидя на чужих коленях и продолжая мило щебетать сверлила его холодным взглядом.

Золотая Роза

Участок встретил Чарли серостью, прохладой и ощущением полной безнадёжности. Здание было обшарпанным как внутри, так и снаружи, и люди, увы, были абсолютно такими же. Впрочем, было бы откровенно говоря странно, если бы всё было иначе: в охваченном серостью будней, ужасами убийств и преступлений городке под властью мафии почти всё выглядело подобным образом, особенно полиция. Город крепко увяз в неразберихе и тёмных делах, распрях и кровавых играх.

Оставив позади духоту тумана и мирный плеск серебрящейся воды в канале детектив прошла в комнату допроса без лишних возмущений и церемоний. Ей не хотелось говорить и показывать лишнего даже в такой абсурдной ситуации, тем более перед собственным начальством. Шеф лично решил присутствовать на допросе, чтобы взять ситуацию под контроль и, хотя Чарли надеялась на его адекватность она всё равно готовилась к худшему. Веры в справедливость в этом городе не было.

Несколько минут ушло на заполнение документов и снятие отпечатков пальцев – зачем это делать, если отпечатки и так уже имелись в досье на случай разных казусов, детектив так и не смогла понять – а после с двумя бумажными стаканчиками крепкого кофе из ближайшей кофейни вошёл пахнущий сигаретами Шеф. – Мистер Олсен. – Чарли приветствуя шефа по привычке поднялась с места. – Сиди, сиди. – поставив рядом с ней стаканчик кофе жестом успокоил Дуглас и сел напротив. – Тебе уже озвучили обвинение? – Да, всё по регламенту. – неуверенно пододвигая стаканчик ближе ответила детектив. – Спасибо за кофе. – Не стоит. – Олсен прищурился, возле его глаз заплясали морщины–лапки – признак его улыбчивости.

Несколько минут они молча пили кофе настраиваясь на беседу. Чарли никак не могла перестать зевать: из-за вынужденного подъёма после дежурства и туманной погоды её просто тянуло лечь на пол и уснуть прямо здесь и сейчас несмотря на влияние кофеина на мозг. Наконец Дуглас раскрыл папку с делом и поднял пронзительный внимательный взгляд серых глаз на свою подопечную: – Ты была на встрече с Манфредом в кафе накануне убийства. – Да, это правда. У нас с Мэнни была деловая встреча. – детектив кивнула и оставила стаканчик наполовину пустым на столе. – Я хотела получить результаты своего генетического теста, чтобы узнать о семье побольше. – Генетического теста? Я думал, что ты перестала искать родных в округе после прошлых трёх неудач. – Дуглас насупился и сделал серьёзный деловой вид, стараясь быть немного жёстче. – У вас были ссоры накануне происшествия? – Да. Мало того, что результаты были неудачными, так Мэнни начал ко мне приставать. – Чарли пожала плечами. – Ничего серьёзного не случилось: после того, как я показала ему значок и пригрозила арестом за непотребное поведение, мы спокойно разошлись. За этой ситуацией наблюдали бармен и официанты, а ещё есть камеры наблюдения, так что свидетели имеются.

Мистер Олсен достал сигарету и закурил. Он снова молчал продолжая изучать взглядом свою подопечную. Она выросла хорошим человеком и специалистом, и этот факт был неизменен сколько он себя помнил. Точно так же была неизменна и отсутствие контроля в городе со стороны полиции – криминальные авторитеты давненько пригребли всё к своим рукам и часто подкупали сотрудников, и ему приходилось идти на уступки. В этот раз тоже придётся балансировать между авторитетом и остатками справедливости. – Дуайт что-то проронил про твоё самозабвенное увлечение телефоном на площадке. – мягко, но в то же время с некоторым намёком выдохнул мужчина. – Если тебе кто-то опять угрожает лучше сказать прямо сейчас.

Чарли замялась. Она понимала к чему ведёт Дуглас: кому–то выгодно, чтобы она отсиделась под арестом, однако участку было сподручнее иметь её под рукой хоть с какой–то свободой действий. Детектив начала подозревать, что шеф знает кто именно это сделал или по крайней мере соблюдает приказ криминального авторитета касательно ситуации. В любом случае правила играли не в её сторону. – Мне писал неизвестный. Сыпал угрозами. Мол, если не пойду с ним, то он всё равно доберётся до меня в тюрьме. – Чарли вытащила мобильник, положила его на стол и подвинула в сторону Дугласа. – Можете забрать на экспертизу, переживу без телефона.

Олсен выдохнул кольцо дыма и кивнул, а после встал с места: – Мне придётся отстранить тебя от дела. – Я понимаю. – кротко и тихо ответила она. – Посидишь под домашним арестом с подпиской о невыезде пока мы не разберёмся окончательно. – Дуглас повернулся и направился к двери, однако в двух шагах от неё он остановился. – Это для твоей же безопасности. Сдай жетон и служебное оружие перед тем, как тебя отвезут домой.

Дверь комнаты для допросов захлопнулась. Джонс вздохнула и потёрла лицо руками. Удивительно насколько этот маленький городок умеет хорошо добивать и без того полуживых людей. Чарли положила пистолет в кобуре на стол, рядом с ним лёг значок в кожаной обложке и подошла к двери. Худой и длинный новичок Джеффри выпустил её в коридор. – Мне жаль. – растеряно промычал он. – Спасибо за соболезнования. – раздражённо отозвалась шатенка и зашагала по коридору. «Ну всё, хуже уже точно не будет. Со дна путь только наверх, Олсен так говорил». – подумала она и остановилась. Зря она так решила, очень зря.

В конце поворота к выходу Дуайт крутился возле незнакомца. Тот внимательно изучал папку с делом и параллельно говорил с кем–то по телефону с максимально серьёзным деловым выражением лица. Чарли окинула его взглядом с сомнением поднимая бровь. Идеальный. Совсем как сын маминой подруги, аж до противного идеальный парень: светлые волосы зализаны лаком, чёрный пиджачок и такие же брюки идеально выглажены, красный галстук без единой складочки, без единого пятнышка. Наверняка и зовут его… – Мистер Чед! Это срочно! – пролебезил Дуайт. Ну конечно. Именно Чед[1]. – Нет, нет, Мириам, вы меня неправильно поняли. – ответил он собеседнику по телефону. – Я заменяю детектива Джонс. Да, конечно, у нас хватит времени на чай, от компании такой прекрасной леди как вы я никогда не откажусь.

Чарли прищурилась с подозрением, но всё же решила продолжить путь к выходу. Чем ближе она подходила, тем яснее ей казались черты подкаченного тела и идеального по-гречески богоподобного лица Чеда. Её заменили каким–то вылизанным педантом–идиотом, альфа-самцом, которому девушки интереснее работы! Злость закипала в Чарли с каждым шагом всё больше и больше, поэтому первым делом выйдя на улицу она не сдержалась и пнула стоявшую рядом с дверями мусорку. Ворох сигаретных окурков, крафтовых пакетов для пончиков и фастфуда и каких–то бумажек распластался на дороге ковром позора. К удивлению детектива, это подействовало успокаивающе, хоть и водитель, которого обязали проследить, чтобы она добралась до дома и не сбежала, был явно не в восторге.

Поездка была недолгой. Не обращая внимание на пейзажи спящего туманного города и вечно живой плещущейся в канале воды детектив быстро составила план действий. Если она хочет и дальше жить спокойно, ей придётся взяться за расследование самой – иначе этот идеальный придурок Чед так ничего и не сделает – и у неё даже были идеи касательно того как это сделать. Однако всё упиралось в невозможность выйти наружу из собственной квартиры, что было мягко говоря неприятно.

В тяжёлых размышлениях Чарли пришлось войти в квартиру и позволить надеть на себя специальный браслет для слежения, а как только дверь закрылась, она подошла к компьютеру. Несколько непрочитанных сообщений висели мёртвым грузом, но одно из них явно выбивалось из общего вороха. Это сообщение содержало видеофайл от информатора, который девушка незамедлительно открыла. На видео с камеры наблюдения девушка с необычными сиреневыми волосами и полным книг рюкзаком заказав один молочный коктейль занималась чтением пустых книг на протяжении всего разговора, но после того, как в её рюкзаке что-то засветилось, она ушла. – Странно. Я была настолько занята перепалкой с Мэнни, что её не заметила? – Чарли нахмурилась. – Что ты прячешь, мисс Сияющие Страницы?

При детальном изучении, которое заняло около получаса, детектив всё же решила увеличить изображение. Дело оказалось простым: девушка была слепой и читала шрифт Брайля, а таинственное свечение в рюкзаке было вызвано звеневшим мобильником. Никаких мистических историй тут не было, однако на то, чтобы понять, как это вообще связано с делом, девушка потратила ещё добрые полчаса. Оказалось, в одной из книг Алек Смарт[2] – такое имя было написано у девушки на бирке рюкзака – преступник оставил записку о новом месте и жертве. Следующим должен был стать Кейн Ли, её знакомый писатель странных новелл. Нужно было предупредить его пока не стало поздно – учитывая, как быстро всё случилось с Мэнни, преступник явно не из терпеливых.

На кухне послышался странный шорох, а затем что-то упало. Детектив посмотрела в сторону коридора с напряжением. Домашних животных в доме Джонс не держала, поэтому звук с кухни мог значить только одно – кто-то пролез к ней в квартиру. С надеждой на то, что это дикий енот или присланный Валентино мафиози шатенка взяла из комнаты ножницы, тихо прошла до кухни и резко включила свет. Одинокая золотая роза с открыткой с подписью «Тебе» лежала на кухонном столе, но рядом никого не было. Чарли опасливо подошла ближе и всмотрелась в цветок не решаясь его касаться, и спустя буквально пару секунд штора колыхнулась от открывшегося окна. Детектив напряглась. За ней следовали по пятам – или же у неё началась паранойя на фоне весьма красочного дня? – и она уже не понимала кто.

Джонс покопалась в ящике стола в поисках второго мобильника, который она всегда держала на всякий случай. Только она зашла в адресную книгу, как телефон сам завибрировал. На табло высветилось лишь одно имя – «Валентино». Чарли никогда не хранила номера криминальных авторитетов, поэтому вызов с подписью подобного разряда был неожиданностью. Рука Чарли дрогнула, и она сделав глубокий вдох для храбрости взяла трубку: – Детектив Джонс, слушаю. – Здравствуй, куколка. – протянул приятный бархатный бас лениво и небрежно. – Нужно встретиться. Прямо сейчас. – Я не… – начала она, но её перебили. – Я уже слышал, что у тебя проблемы. – Валентино усмехнулся. – Не переживай, я уже всё решил. Машина на улице. – Выезжаю. – твёрдо и уверенно ответила Чарли и отключила вызов.

Сноски

[1] Чед – ставшее мемом американское имя. Обычно так называют парня от двадцати до тридцати лет, накачанного, умного, всё умеющего и модного – словом ИДЕАЛЬНОГО альфа-самца и сына маминой подруги.

[2] Smart Alec (англ., сленг) - выскочка, который делает тщеславные, саркастические, наглые комментарии; зануда, зубрила.

Легенда о Нарциссе

Со вздохом застёгивая верхние пуговицы рубашки Чед вышел из архивов. На белом воротнике словно знамя его победы алел след губной помады. Мириам высунулась из-за приоткрытой двери провожая его влюблённым взглядом, и он обернулся, чтобы подмигнуть ей на прощание. Несмотря хорошо проведённое чаепитие и полученные без особого запроса в головной архив документы – который занял бы без малого добрую половину дня – Чед всё равно чувствовал себя не на своём месте. Удачный перевод в главный участок и повышение в должности не радовали его точно так же, как и давно не радовала своя работа в целом.

«Один законник с портфелем в руках награбит больше, чем сто невежд с автоматами»[1], - передавая ему документы для перевода говорил его покровитель. – «Ведь информация ценится дороже денег». Придерживаться образа идеального законника было непросто. Идеальное тело надо было тренировать, красоту – поддерживать, ум – постоянно подпитывать чем-то полезным. На самом деле Чеда уже давно начало воротить от образа «сына маминой подруги», ведь эта идеальность чересчур клишированной. Однако выбирать не приходилось. Он всё ещё был должен покровителю, а долги надо отдавать. Особенно если тебе дорога твоя жалкая почти спокойная жизнь в этом диком мрачном городке.

Изучая дело на ходу Чед прошёл в конец коридора и открыл дверь в свой новый кабинет. Идеальная чистота. Всё вылизано, все предметы на своих местах. Это никогда не было вопросом удобства, нет, это лишь часть образа. Казаться даже в мелочах важнее, чем быть тем, кто он есть. Вымученный порядок дома, такой же на работе – от этого уже даже глаза устали. Шатен закрыл за собой дверь и сел за стол, чтобы изучить дело более предметно хотя бы для галочки, пока его снова не отвлекли какой-нибудь глупостью новые коллеги, однако буквально пару минут спустя стационарный телефон на столе разразился мерзкой трелью. Знать его внутренний номер могли лишь несколько человек, однако предчувствие говорило, что звонивший был конкретной важной персоной, которая перевела его на это рабочее место. Немного помедлив для приличия Чед наконец взял трубку: – Детектив Вон Миллер, слушаю. – Так долго не отвечаешь на телефон, ай-яй-яй! – прозвучала знакомая мягкость расслабленного баса. – Хочешь, чтобы я умер от инфаркта? – Для этого надо иметь сердце[2]. – хмыкнул с ухмылкой шатен. – Не обязательно напоминать мне о моих недостатках, малыш. – усмехнулся в ответ собеседник.

Покровитель был явно в хорошем расположении духа. Обычно его настроение было настоящими американскими горками, поэтому Чед приспособился умело пользоваться моментами щедрой благосклонности и избегать палки в моменты штормящей немилости. Задачи, без которых покровитель звонил крайне редко, впрочем, от настроения покровителя зависели редко. Скорее наоборот – это настроение зависело от появившихся задач и проблем, которые нужно решить. – У нас снова появилась небольшая задачка. Как раз для таких умниц как ты. – Валентино лениво выдохнул дым дорогой сигары. – Машина будет через десять минут. Не опаздывай. – Разумеется. – даже зная, что собеседник его не видит, на автомате кивнул Чед. – И не забудь захватить то, что удалось найти. Я жду хороших новостей сегодня. На том конце провода раздались гудки. Чед положил трубку и помассировал виски, чтобы хоть немного согнать тревогу ставшей постоянной. Принесённая из архивов папка отправилась в рабочий портфель, за ней записная книжка, мобильный и фотография его семьи – единственное, что осталось от его прошлой жизни. Пора было выходить. Чем раньше он окажется на месте, тем лучше для него.

Коридор, через который пролегал путь к машине, казался бесконечным. То и дела не желавшего говорить Чеда беспокоили коллеги: молодые парни спрашивали советов, женщины стремились пофлиртовать или взять номерок, а мужчины постарше здоровались с ним с гордостью и уважением во взгляде. – Похоже маньяк снова нас обставил. – пробубнил усатый толстый охранник. – Это мы ещё посмотрим. – усмехнулся для поддержания образа заносчивого нарцисса Чед. – Зря решил скрываться он втайне, это самонадеянно крайне[3]… Усач усмехнулся блокируя за ним турникет и вернулся к чтению газеты, где была новость о повышении и переводе Чеда.

Наконец шатена окутало влажным туманом и сыростью дождя. Не раскрывая зонта он поспешил сесть в машину и следуя всем правилам пристегнуться. Облепленный татуировками водитель в чёрных очках молча завёл мотор, и машина мягко тронулась с места в витые лабиринты узких улиц. Путь был ему совершенно безразличен – за несколько лет он прекрасно его изучил и теперь не испытывал к нему ничего, кроме разве что раздражения. Вот машина мелькнула под арку, а за ней сделала петлю в переулках. Вся эта поездка была давно избитым и нудным ритуалом, который гарантировал его безопасность. Он знал, куда и зачем его везли.

Несколько минут пролетели как миг. Миновав охрану он проходит в сопровождении какой-то леди дальше в холл по красным бархатным дорожкам, сворачивает налево и останавливается оглядывая помещение. На обитом кожей диване в окружении пары хорошеньких девочек по-хозяйски расположился его покровитель и непосредственный босс Валентино. Как и прежде одет он был с иголочки и даже в помещении носил красные круглые очки. Одна из девушек рассказывала ему какие-то глупости, а вторая играла с его рыжими волосами, которые золотом переливались в тёплом свете ламп. – Женщины… – деловито усмехнулся Валентино. – Нельзя с ними, нельзя и без них[4]. Чед вздохнул и положил папку на кофейный столик: – Ничего нового по делу, которое мне передали для расследования. Никаких подозрений кроме имеющихся по вашему указанию. – А что касается нашей красотки под арестом? Нашёл что-нибудь любопытное? – увлечённый девочками мафиози даже не взглянул на папку. – Ничего интересного. Основные данные в деле, которое я принёс. – шатен кивнул на папку. – Выросла Чарли под опекунством Дугласа Олсена, он забрал её из приюта Святой Сибиллы двадцать четыре года тому назад. Сведений о предыдущей семье никаких нет.

Валентино отстранил девчонок от себя и сев более прилично всё же взял папку с делом в руки. Самым интересным в деле оказались скриншоты СМС-сообщений, которые пришли Чарли на рабочий телефон: некий неизвестный наблюдал за ней, как за зверушкой, с абсолютным умилением и вожделением со стороны и пытался убедить её сдаться на берегу. Диалог был не особо интересным по содержанию, однако босс мафии был увлечён именно им, а не остальным содержимым папки. Этот человек не был его ставленником. Вероятно, его подослали конкуренты? Шанс того, что этот человек в таком маленьком городке окажется сам по себе в конце концов был чудовищно мал, а желающих досадить семье Готти и её связным звеньям было вполне предостаточно. Сейчас было важно заняться защитой детектива хотя бы просто потому, что полиция не гарантирует ей должную безопасность, из-за чего все секреты и связи могут попросту утечь куда не следует.

Босс мафии выудил из кармана джинсов телефон и быстро нащёлкал номер детектива. – Детектив Джонс, слушаю. – раздалось на той стороне. – Здравствуй, куколка. – глядя на листы со скриншотами протянул Валентино. – Нужно встретиться. Прямо сейчас. – Я не… – Я уже слышал, что у тебя проблемы. – перебив её усмехнулся дон мафии. – Не переживай, я уже всё решил. Машина на улице. – Выезжаю. – твёрдо и уверенно ответила Чарли и отключила вызов. Он знал, что Джонс по привычке будет копаться следующие минут пять, а ближайшая машина была буквально в том же районе по его весьма предусмотрительному указанию. Сплошное везение. Всё схвачено.

Валентино отложил телефон и посмотрел на Чеда. Босс вскинул бровь с усмешкой: – Ты всё ещё здесь? Иди позаботься о движении дела. И сообщи мне как только появятся новые детали касательно личности нашего секретного барашка. – Барашка? – Чед прищурился с непониманием. – Давай, топ-топ. – Валентино отмахнулся от подопечного, словно тот был назойливым насекомым. – Папочка занят. Девушки поначалу снова прильнули к покровителю, но тот довольно скоро отослал их прочь и продолжил деловито изучать папку с делом. Чед покачал головой и пошёл за сопровождавшим его громилой, чтобы снова вернуться к делу первой важности после посещения босса – к работе.

Результаты вскрытия и других лабораторных исследований были не особо впечатляющими. После посещения Валентино Вон Миллер воспылав настоящим интересом к делу несколько часов к ряду изучал документацию и копался в похожих преступлениях за последний месяц. Дуайт то и дело носился туда-сюда по его поручениям мешая думать, крутился где-то рядом и постоянно спрашивал всякие глупые не относящиеся к делу мелочи. Через пару часов Чеду это окончательно надоело, и он выставил Дуайта за дверь, чтобы тот больше не путался под ногами.

Оставшись в одиночестве шатен прикрепил к пробковой доске с алыми нитями последнюю имевшуюся под рукой фотографию и задумчиво сделал пару шагов назад. Картина была огромной. Жертв было порядка двадцати, и практически все они так или иначе пересекались с Чарли, однако подчерк разнился. Вон Миллер нахмурился и хмыкнул: обычно такого кардинального изменения почерка у преступников в здешних местах не встретишь, тем более учитывая то, что некоторые женские черты преступления резко стали мужскими за всего лишь один заход с небольшим временным пробелом. Чем запутаннее становились теории, тем больше Чеду хотелось с этим разобраться.

Детектив удивлённо посмотрел на себя в ближайшее зеркало. Ему… хотелось? Впервые за долгие несколько лет он действительно искренне хотел чего-то достичь не ради безопасности семьи или поддержания отношений с патроном, а просто потому, что ему хотелось. Это было весьма странное ощущение, которое он даже не сразу признал, и оно было удивительно приятным. Казалось это дело такое же гиблое и тромозное, как и все те, которые он рассматривал до, но теперь он абсолютно точно смотрел будто с другого угла. Где-то на задворках сознания колыхнулась интригующая идея об объединении с этим странным преступником для того, чтобы выскользнуть из хватки Валентино или в крайнем случае стравить их и стать более свободным во всех отношениях. Идея была сладка, как мёд, и её появление заставило страсть Чеда к делу разгореться ещё больше.

Однако мысли всё вились вокруг да около. Думать одному было трудно, а прийти к разгадке без сторонней помощи и мыслей извне – ну или же хотя бы простой систематизации фактов для кого-то вслух – было просто невозможно. «Кот от любопытства сдох, мучаясь, загнулся, но, узнавши, в чем подвох, к жизни он вернулся»[5]. – подумал тягостно шатен. В конце концов преисполненный решимости Вон Миллер отпер дверь в кабинет и высунулся в холл натягивая дружелюбную улыбку на этот раз для своих личных целей. – Детектив Уайт, зайдите, пожалуйста. Мне нужна ваша помощь.

Сноски

[1] Цитата из произведения Марио Пьюзо «Крёстный отец».

[2] Цитата из фильма Роберта Земекиса 1988 года «Кто подставил Кролика Роджера».

[3] Отсылка на песню «Нарцисс vs. Орфей» из Хип-хоп оперы «Орфей» Noize MC

[4] Цитата из книги «Сияние» Стивена Кинга и одноимённого фильма Кубрика.

[5] Цитата из книги «Сияние» Стивена Кинга.

Dead Hands

Туз пик. Тройка червей. Её обрамлённые тёмными глубокими пятнами теней и кроткой тонкой стрелкой зелёные глаза пытливо вглядываются в перевёрнутые рубашкой вверх карты дона мафии. Она как обычно встречает чужие взгляды ослепительной улыбкой и кокетливым взмахом подчёркнутых тушью ресниц. Дон Валентино ничего не стесняясь продолжал вести светскую беседу с соперниками за столом пока она размышляла и ловила каждое их движение, а после мило щебетала ему глупости и шептала на ухо скрытые подсказки. Её платье с многослойной стеклярусной бахромой и v-образным вырезом привлекало взгляд, как и её алые губы. Свисающий длинной нитью в два ряда с шеи жемчуг тоже заставлял любого мужчину невольно засмотреться на её фигуру, обёрнутый в несколько колец сверкающего поверх чёрной перчатки бутафорского камня заставлял ловить каждый её жест, а большой перстень – вероятно мужской – говорил о её богатстве и близких связях с мафиозным авторитетом.

«Отточенная схема». – отметил про себя незнакомец и пробежался взглядом по окружению ещё раз в поисках выхода. – «Эта девушка приковывает взгляд, но Чарли совсем другая. Хотя бы просто потому, что её лицо не выбелено, и на нём танцуют рыжие веснушки, а не одинокая рисованная мушка. Однако есть в ней что-то странно знакомое…»

Громила уже успел куда–то исчезнуть точно так же внезапно, как и появился, однако рядом появился очень важного вида в строгом смокинге парень лет от силы двадцати пяти. На бейдже стандартным печатным шрифтом было выведено «Администратор Хантер Джобс[1]». – Чего встал, новенький? Пошевеливайся! Нам не хватает рук, а гости требуют напитков и закусок. – парень нахмурившись подтолкнул незнакомца к дверям с пометкой «Служебное помещение». – Понаберут новичков, чёрт возьми… а они потом бегут сломя голову и говорят, что условия не подходят несмотря на двойную оплату труда! – Но я не новичок, я вообще здесь по ошибке! – запротестовал мужчина. – Все вы так говорите. – фыркнул администратор. – Нет уж, ты уже сюда пришёл, ты обещал выйти, поэтому не отвертишься. Тебе придётся отработать эту ночь. Без комментариев. – Флеш–рояль. – объявил дилер за карточным столом, за которым мужчина так старательно наблюдал прошлые несколько минут. – Выигрыш переходит дону Готти. – Лотти, солнышко, ты мой счастливый талисман, – промурлыкал довольно Валентино. – Назначь следующую ставку для всех за меня? – С удовольствием, папи. – она пододвинула несколько фишек с пула. – Ставка пятнадцать тысяч. – Мелочишься. – ухмыльнулся подпирая подбородок рукой дон. – Осторожничаю. – пожала плечами беззаботно леди. – От глупого риска… «До беды близко». – закончил мысленно незнакомец.

Он остановился в нескольких шагах от двери. Эта поговорка была одной из любимых поговорок Чарли, и то, с какой знакомой мягкой интонацией её сказала эта рыжая лиса, заставила его засомневаться в своей наблюдательности. Неужели он всё же что-то упустил, и это была близкая подруга Чарли или её информатор? Даже представить трудно, чтобы его серая мышка общалась с этой развязной похабной не стыдящейся открыть тело и посидеть на чужих коленях девицей. Или это всё же совпадение?

Последний раз кинув взгляд на полный игорный зал и стол, за которым расположилась мафиозная тусовка вместе с загадочной леди, незнакомец решил всё же остаться и воспользоваться предложенным самой судьбой шансом. Если ему удастся узнать кто она и как связана с его милой крошкой, то, вероятно, будет меньше рисков сорвать план. Особенно хорошо будет завести с ней выгодное соглашение или хотя бы просто знакомство – если она задействует связи помогая подруге, то разборок с мафией не избежать, а один ведь в поле не воин. – Тебя зовут-то как? – откапывая в дежурной корзинке пустой бейдж с листком кинул администратор. – Э… Чарльз? – неуверенно для поддержания образа не особо умного кандидата на работу ответил он. «Вот же чёрт! Так задумался, что настоящее имя сказал». – выругался про себя мужчина. – «Ладно, впрочем, в этом городе Чарльзов достаточно много. Мне повезло. Главное не нервничать и ничем себя не выдать. Никаких больше излишеств». – Значит Чарли, – быстро подписывая бейдж идеально ровными печатными буквами хмыкнул Хантер. – Форма в левом шкафчике, вещи можешь оставить там же. Никаких масок на лице, колец на пальцах, цепочек. Серьги если есть можешь оставить. Обувь тоже. После того как переоденешься выходи на раздачу, там тебе объяснят что делать дальше. – Да я это… работал официантом. – почесал в затылке смущённо Чарли. – Я же писал в резюме. – Тем лучше для тебя. – хмыкнул администратор. – А теперь кончай чесать языком и вперёд за работу.

Всё закрутилось цветастым вихрем. Переодевшись Чарли принялся за работу. Он старался как можно больше времени проводить рядом с тем столом, за которым сидела Лотти. Он со стороны наблюдал за её игривыми выходками. В перерыве между раундами она достала курительный мундштук, и как только она по-королевски элегантно взяла его в свою руку вокруг неё сразу же столпились мужчины с зажигалками разных форм и размеров. Однако Лотти все эти мужчины были абсолютно безразличны, и она обведя их холодным взглядом выбрала зажигалку своего покровителя Валентино. Какой–то парень пробившись через толпу кинулся ей в ноги моля о прощении и чём-то ещё – было трудно разобрать из-за его всхлипов и тихого голоса – на что получил от неё дым в лицо и лишь один немногословный ответ «мне безразлично твоё разбитое сердце, проваливай».

Игра постепенно набирала обороты. Заказов от этого стола становилось всё больше и больше. Лотти всё больше крутилась и пыталась привлечь внимание сидящих за столом, но Чарли начинало казаться, что она пытается привлечь и его внимание тоже. В конце концов эта игра в одни ворота была прервана: грациозным жестом рыжая лиса подозвала его к себе и указала на стоящую на столе дорогую расписную китайскую вазу с огромным букетом пионов. – Эй, беленькая киса, отнеси-ка это к моей гримёрке. – промурлыкала она. – Очень мешается на столе. Совершенно не для игры. – Сию минуту, миледи. – натянул дежурную улыбку парень. – Что–нибудь ещё? – Нет. Просто оставь букет. Внутрь заносить не нужно. – она хихикнула от ощущения поцелуя Валентино на шее, а после шустрым движением сунула ему в нагрудный карман рубашки купюру неприлично крупного номинала. – Всё, иди, киса. Топ-топ. – Вот чёрт! – прошептал себе под нос эмоционально кто-то из сидящих за столом игроков. – Мёртвая рука! Что за вечер такой…

Легко подхватив вазу блондин вздохнул и пошёл в коридоры. Узнать о местонахождении гримёрки было не так сложно – опытные коллеги довольно быстро сориентировали Чарли на местности, потому он быстро добрался до нужного места. Ваза осталась на мраморном полу возле приоткрытой двери. Поначалу Чарли думал уйти и вернуться к наблюдению, но прислушавшись к голосу разума (который твердил, что наблюдение ни к какому результату за пару часов не привело) и любопытству всё же проскользнул внутрь. То, что оказалось внутри, его удивило: несмотря на присущую хозяйке вычурность в интерьере, в комнате было всё необходимое для полноценной домашней жизни. На секунду Чарли почувствовал себя виноватым за нарушение наставление и проникновение в чужой дом – похожий, кстати, на его собственный, пусть и отдалённо – без приглашения, но это чувство быстро перекрыло отвращение от увиденного.

На небольшом пушистом розовом диванчике в привычной позе сидел бледный мертвец. В его окоченевших руках было что-то любопытное. Насупившись и напрягшись Чарли подобрался ближе и, по привычке оглядевшись по сторонам, вынул что-то из рук несчастного неживого гостя. Перед его глазами оказалась фотография с изображением семьи. Лица матери и отца были простыми дырами в фотографии, а вот лицо ребёнка он знал достаточно хорошо – это была его возлюбленная крошка Чарли. Правда цвет волос у неё был такой же рыжий, как у сидевшей за столом Лотти. Подпись на обратной стороне фотографии была простая – «Шарлотте исполнилось семь». Почему в её гримёрке находится эта фотография, когда Чарли так старательно ищет любые ниточки к своей семье? И что тут делает этот несчастный?

Чарли поднял взгляд на мертвеца и пригляделся к его лицу. Это был тот самый несчастный, который должен был стать его следующей жертвой! Кто-то опередил его и намеренно порушил все планы. Блондин замер. Осознание словно волной кипятка прошлось по телу. Лотти, Чарли, Шарлотта – это ведь всё один человек, который никогда не существовал раздельно! Вот почему она казалась ему такой знакомой. Ничего не удалось узнать о ней ранее из-за покровителей, которые всегда были на шаг впереди него. – «Элизабет, Лиззи, Бэтси и Бэсс Весною с корзинкой Отправились в лес. В гнезде на березе, Где не было птиц, Нашли они пять Розоватых яиц». – мурлыканьем разнёсся нежный голос за спиной. – «Им всем четверым По яичку досталось, И все же четыре На месте осталось».[2] – Это была одна девчонка. – ответил хрипло мужчина. – Ты.

Сноски

[1] Hunter Jobs – стёб над сайтом Head Hunter.

[2] Английская загадка в переводе С.Я. Маршака.

[Dead Hands] Термин dead hands в покере относится к комбинациям карт, которые не могут улучшиться до сильных комбинаций или привести к выигрышу в раздаче.

12 секунд тишины

Дождь тарабанил по крыше полицейского участка и бился в закованные решёткой окна изредка прерываемый шипением старого приёмника и голосом радиоведущего. Дуайт нервно мерял комнату шагами: пока Чед был занят допросом подозреваемых на него легла не менее серьёзная задача – исследование собранных с места преступления материалов. На записи с камер видеонаблюдения к большому разочарованию Дуайта не нашлось ничего интересного за исключением белого шума в середине длиной пару минут. Никаких зацепок. Осталась лишь одна неизученная вещь с места происшествия – диктофон с загадочной записью, его последняя надежда на разгадку этого дела. Поставив красную коробочку диктофона на тёмную поверхность стола Дуайт ещё раз оглядел её со всех сторон и задумался. Откуда он вообще достал её? Почему эта странная запись вообще оказалась на его столе?

Всё началось с раннего утреннего вызова. Дуайт не успев толком отоспаться после ночных расследований был выдернут сонным и недовольным погодой из своего маленького получердачного убежища. Машина с мигалками проехав по пустым утренним дорогам достигла места назначения без задержек. Это оказалось достаточно большое элитное казино, которое было подконтрольно мафии. Высокие потолки украшали фрески и дорогие многоярусные хрустальные люстры, красные ковры на мраморных полах сверкали яркостью новенького бархата в тёплом освещении. Застеленные алым сукном игорные столы были прибраны и подготовлены к грядущему вечеру. В целом в залах не было ничего подозрительного, однако несмотря на это даже в полусонном состоянии Дуайт заподозрил что-то неладное. Чед, заменявший попавшую под домашний арест Чарли, очень спешил попасть сюда и, почти растеряв весь свой напускной идеально-уверенный образ, серьёзно суетился. Выглядело со стороны это так, будто от исхода этого непонятного расследования каким-то образом зависела его и без того неплохая по меркам Дуайта жизнь.

Перепуганный и взбалмошный администратор Хантер проводил Дуайта и Чеда к гримёрной. За открытой нараспашку дверью уже вовсю работал криминальный фотограф, а вместе с ними следы собирали опускавший чёрные шуточки с утра пораньше толстый Ларри и его помощники. По-домашнему обставленная необходимой для полноценной жизни (а не просто пребыванием на пару часов) гримёрная выглядела чистенько, никаких необычных следов невооружённым глазом сразу было не разглядеть. Дуайт было даже подумал, что весь этот маскарад не имеет никакого смысла, и их вызвали с командой для вида, однако сидевший на диванчике на самом видном месте труп мужчины его в этом переубедил. Брюнет фыркнул и с жалостью посмотрел на несчастного мертвеца. Да, незавидное положение – мало того, что умер, так ещё и на глупые шутки патологоанатома не ответишь… – А, вот и главные гости! – заметив Дуайта и Чеда Ларри поднялся с пола и с усмешкой сделал широкий гостеприимный жест, чтобы парни не стояли на пороге. – Проходите, не стесняйтесь. – И вам доброе утро. – сразу принимаясь за дело хмуро отозвался Чед.

Дуайт поздоровался кивком и принялся осматриваться, пока Чед разговаривал с Ларри и работниками. Разговор звучал натянуто и был больше обыденной формальностью, нежели действительно чем-то информативным. Да, не об этом он изначально мечтал. Когда он поступал в академию ещё подростком, он мечтал о том, как будет помогать восстановлению справедливости. С юных лет Дуайт решал споры сверстников, а иногда и детей постарше, находил какие-то зацепки и умудрялся свершить правосудие без насилия и кровопролитий. После того, как дело об убийстве его матери богатеньким ублюдком-наркоманом замяли ещё в полиции, он был преисполнен желанием сделать мир лучше, честнее и безопаснее. Он нёс свет в темноте жестокого мира, погрязшего во лжи, жажде власти и денег.

Однако город, в который его распределили после обучения в академии, беспощадно гасил его свет. Темнота человеческих пороков окружала его со всех сторон, а авторитетные тени тушили его пламя своими указами и угрозами. Дуайту было стыдно от бессилия, от невозможности сделать хоть что-то, чтобы город изменился. Стыд был настолько сильным, что он едва ли охотно отвечал на письма старого больного отца, который искренне поддерживал его. Чтобы сводить концы с концами и хоть как-то поддерживать отца материально Дуайт был вынужден играть по правилам нечестных, плевавших на все законы мафиозных авторитетов, таких как, например, дон Валентино Готти.

Впрочем, судя по всему проблески справедливости всё ещё остались в этом городе. Дон Валентино был найден при осмотре казино убитым в подсобке недалеко от гримёрки. Убийца оставил мало следов, но судя по тому, как выглядело тело мафиози при осмотре, он явно был в ярости. Почерк был знакомым – примерно так же обошёлся с Мэнни убийца в том самом ночном переулке незадолго до случившихся здесь событий. У дона было много врагов, и предварительный опрос не дал никаких толковых зацепок: и бывшие здесь всю ночь члены дружественных кланов, и члены его собственной семьи, и персонал сводили подозрения к разным лицам, которые или имели алиби, или не находились в эту ночь в пределах города. Так общее в этих делах было лишь одно – оба мужчины знали Чарли очно или заочно. Однако один из них общался с девушкой прямо перед смертью, а второй был занят таинственной Лотти и никак не пересекался с ней в этот день.

Чед отослал Дуайта рассмотреть детали и поискать ещё улики, а сам остался разговаривать с рыжим высоким парнем в тёмных солнечных очках и чёрном смокинге. Это был Сальваторе Ферро, правая рука дона Готти, и посвящённому в подобные дела человеку не узнать его было довольно сложно. При разговоре с Сальваторе Чед казался Дуайту совершенно другим человеком: если раньше он был уверенным в себе и идеальным детективом, то тут он в секунду просто под взглядом этого мужчины скинул все маски и трусливо дрожа то и дело оглядывался по сторонам. Решив оставить труса наедине с его страхами и авторитетного нового наследника, брюнет поспешил вернуться обратно в зал.

Около двух часов ушло на тщательное исследование казино. Затем ещё час занял допрос. Когда Дуайт собирался возвращаться в участок ни с чем, он случайно наткнулся на сидящего в раздевалке потрёпанного нервного администратора. Тот заметив детектива подскочил и деловито поправил причёску, чтобы не растерять остатки былой авторитетности: – Детектив Лайт, я должен кое-что сообщить. – протараторил он. – Я вас слушаю, Хантер. – К утру у нас бесследно исчез стажёр. Он, конечно, пытался сбежать ещё в начале вечера – многие так делают, когда узнают о рисках работы здесь – однако он даже не пришёл за оплатой. – Весьма странно. – Дуайт нахмурился и сделал пометку в блокноте. – Я так понимаю у вас это происходит нечасто. – Первый раз за все пять лет моей работы! – всплеснул руками администратор. – Как выглядел этот стажёр? – Высокий блондин с голубыми глазами. Телосложение спортивное, немного подкачан. – на мгновение Хантер задумался и вспоминая ещё детали отвёл взгляд. – Пришёл сюда в чёрном и в маске. Ах, да, у нас осталась его одежда! Можете забрать её, если необходимо.

Детектив заглянул в шкафчик. Одежда действительно висела на месте нетронутой. Всё было в идеальном порядке, можно даже сказать, что стажёр был перфекционистом в складывании собственных принадлежностей. На одной из полок лежал маленький диктофон красного цвета, который среди чёрного пятна одежды мгновенно приковал к себе взгляд брюнета. – Наша постоянная работница, гримёрку которой вы осматривали, тоже не забрала заработок за вечер. – пожал плечами Хантер. – Она так часто делает, чтобы забрать зарплату за месяц целиком позже, поэтому ничего странного за исключением того молодого человека на диване. – Отлично. – Дуайт закрыл блокнот. – Спасибо за информацию.

С минимальными зацепками и подозреваемыми Дуайт и Чед направились обратно в участок. Полицейским не было покоя весь день: перестрелки и беспорядки с борьбой за районы с участием кланов вспыхивали то тут, то там как чума, и длились до последней крови. Разнять их было невозможно – мафиози было гораздо больше, чем полицейских, да и вооружены они были до зубов – поэтому большая часть сотрудников укрывалась в участке, чтобы не попасть под горячую руку, и лишь небольшое количество смельчаков вмешивалось в бои без правил. Детективы продолжали работать в полном хаосе без перерывов, ведь чем быстрее они найдут виновного, тем быстрее в городе наступит если не полный покой, то хотя бы затишье.

Стряхнув с себя транс воспоминаний, брюнет снова вернулся к диктофону на столе. В маленькой красной коробочке уже была запись, но Дуайт ещё ни разу не проигрывал её. Последняя надежда на покой была прямо здесь, перед ним, и если запись не оправдает надежд будет худо. Парень вздохнул и нахмурившись нажал на кнопку проигрывания. Он прислушался. Нажал кнопку ещё раз. Ничего. На записи оказалось ровно двенадцать секунд тишины; ни одного звука. Вопрос без ответа, загадка без разгадки, слово без голоса.

Детектив устало растёр лицо ладонями и вздохнул обречённо. Это было безнадёжно. Убийца словно тянул время и нарочно дразнил своими выходками всех, включая мафию. Раздался звонок внутреннего телефона. Дуайт нехотя поднял трубку. – Детектив Лайт, слушаю. – Пополнение в списке пропаж. – устало и медленно проговорил Чед. – Наша красотка Чарли тоже пропала. Сейчас я закончу с допросом, и придётся выдвигаться через этот бедлам в сторону её квартиры. – Принял. Дуайт положил трубку и вставая из-за стола нажал на приёмнике кнопку паузы. Вот он, ответ в молчании! Чарли пропала, Лотти пропала, пропал и какой-то там Чарльз. – «Хоть разные Названы здесь имена (Элизабет, Лиззи, Бэтси и Бэсс), Но так называлась Девчонка одна». – цитируя знакомый ему любимый стишок Чарли он выбрался в коридор и направился к кабинету Чеда уже с ответом на все вопросы. – «Она и ходила С корзинкою в лес»[1].

Сноски

[1] Цитата из Отгадки в пер. с англ. от С.Я. Маршака.

Расплата

Монструозно огромный готически мрачный дом давил на любого, кто находился в поле его зрения. В дождливую пасмурность вечера он казался ещё более пугающим и неприятным: острые пики крыш были вздёрнуты к небу словно остриё древнего оружия, покосившиеся стены пугали своей облезлостью и похожими на кровь потёками, а ставни массивных дверей как зубы собаки казалось обрушат свой гнев на тебя даже на большом расстоянии. Соседей в округе этой находившейся на черте города махины было мало, однако живущие рядом немногие утверждали, что иногда в доме изредка появляются люди, правда тени их, как простая одежда, остаются снаружи. Дом и по рассказам и по наружности походил на декорации хорошего фильма ужасов. Именно за его приметность и пугающую вычурность Шарлотта назначила его убежищем. «Самый подозрительный на первый взгляд человек оказывается невиновным, а самый невинный – наоборот оказывается убийцей». – эти слова Дугласа она помнила, как дважды два. Как хорошо, что она была его прилежной ученицей и запоминала его наставления ещё тогда, ведь теперь она могла умело пользоваться тем, что знала.

Спускаясь в душную влагу подвала Шарлотта пыталась собрать мысли в кучу. Перед глазами всё ещё словно плёнка мелькали кадры того, как она застала раскрывшего её Чарли в гримёрке. Сначала он заявил, что знает всё о её двойной жизни, а затем она всадила ему в шею дротик со снотворным и загнала как зверя. И вот теперь он здесь, в её мрачной обители. Прикованный древними цепями он словно средневековый узник стоит у сырой холодной стены. Упоительное зрелище, которое радовало её глаз. Разве что ноющие мышцы спины её беспокоили – парень оказался достаточно тяжёлым, как она и предполагала ранее, однако это её не остановило. План был реализован быстро, и остались последние штрихи для получения того, о чём она так долго мечтала.

Шарлотта окидывая несчастного беглым взглядом подошла ближе. Её тонкие пальцы коснулись его подбородка и подняли голову, чтобы она могла видеть его глаза. – Одежда простого официанта идёт тебе куда больше. Те тряпки, которые ты носил до этого, вообще никуда не годятся. Разве так на свидания ходят? – наслаждаясь его беспомощностью и красотой усмехнулась она. – Если честно, наивно с твоей стороны было полагать, что я тебя не замечу. Таких как ты трудно не заметить, особенно когда есть связи. – Зачем ты убила их? – стараясь скрыть дрожь в голосе хмуро посмотрел ей в глаза Чарли. – Ладно я, но их за что? Я ведь здесь маньяк, я должен был… – О? Так ты здесь маньяк? Как забавно. Ты даже на убийцу едва ли потянешь, романтик. – Шарлотта отпустила его подбородок и поправила перчатку. – Тебя назвали маньяком лишь потому, что ты убил одну из моих будущих жертв. Ты всего лишь удачно попал мне под руку, так что не пришлось даже в крови сильно мараться.

Чарли посмотрел на неё с непониманием и удивлением во взгляде. Она совсем не выглядела как убийца до этого момента, но сейчас… Сейчас она была похожа на самых кровожадных маньяков истории: эти дикие острые глаза впивались в него, будто она хищник, а он добыча; на её лице сияла привлекательная, но безумная от жажды крови и контроля улыбка. Зрелище было завораживающим и пугающим одновременно, словно он любовался пожаром, пламя которого обнимает здание и танцует в ночной тьме, но в то же время может задеть и его самого. – Зачем это тебе? – он улыбнулся с надеждой, что она разделяет его влюблённость, пусть её чувства и граничат с безумием. – Неужели ты хотела приманить такого как я, чтобы обладать кем-то?

Мягкий смех отразился от влаги стен и опустился вниз к нему окутывая пеленой. По ноткам в смехе он сразу понял, что ответ будет отрицательным. – Какое восхитительное самомнение! Зачем мне обладать таким как ты? Кроме того, кто ты сделал – и то весьма грязно и неаккуратно – от тебя пользы совершенно никакой. – она прошлась по подвалу и села на единственный стоящий здесь стул напротив него. – Я их палач. Я несла наказание за то, как они издевались надо мной и приставали. Парень хмыкнул и прищурился от света единственной тусклой лампы: – И только-то? Не кажется ли тебе, «Лотти», что это какая-то безвкусица? – Нисколько. Мало того, что избавляться от уродов приятно традиционными методами, так ведь ещё это хорошо запутало след. Особенно после того, как в мои планы вмешался ты.

Чарли пытался сложить в голове полную картину того, что он только что услышал. Необычное чувство того, что главный в ситуации и общений с ней не он путало мысли, однако спустя пару минут молчания он смог сформулировать новые вопросы. Ему отчаянно хотелось понять ситуацию, особенно если он планирует разделаться с ним в окончательном порядке. – А какой был план? Я настолько глупый, что я, кажется, всё пропустил. – усмехнувшись он поднял на неё голубые глаза. – Глупый в этой ситуации далеко не ты один, раз план сработал. – она положила ногу на ногу и пригладила пушащиеся от влаги помещения рыжие кудри назад. – Всё банально и просто: я всего лишь хочу вернуть то, что причиталось мне по праву. – И что же это? – Чарли вскинул бровь. – Власть? Деньги? Наследство? Справедливость? – Всё сразу.

Она поднялась со стула и принялась ходить по помещению. Стук каблуков её танцевальных туфелек отражался от стен и начинал напрягать и без того уставшие за ночь от громких звуков уши Чарли. – Ты же знаешь, что я приютская, этой информацией ты располагаешь. Так вот, мне удалось найти своих родителей. – она остановилась и посмотрела на него как хищник на жертву. – Когда они узнали, что у них будет сын, они отказались от меня, выкинули из своей жизни как ненужный мусор, представляешь? – Ты наверное очень расстроена и чувствуешь себя брошенной, я понимаю. – понимающе кивнул мужчина. – Хочешь вернуть себе семью? – Ничего ты не понимаешь! Не нужна мне никакая семья! – начиная закипать девушка топнула и отвернулась. - Они были владельцами этого города, главой семьи Готти. Я наследница по праву крови, я старшая, я это всё заслужила!

Паззл резко сложился. Ну конечно! Валентино был её родным братом, поэтому она не повела даже бровью и убрала его, когда он удачно заглянул в её гримёрку, чтобы порадовать её подарком. Его смерть абсолютно точно создала в городе анархию, ведь все стремились побороться за власть. Запутавшей след Шарлотте осталось всего лишь немного подождать, а когда кланы перебьют друг друга или ослабят достаточно сильно, она заявит о праве крови. Без труда убрав и без того неавторитетного в клане Готти Сальваторе она снова вернёт то, что ей причиталось. Удивительно, как маленькая хрупкая девчонка, которую Чарли надеялся поймать и оставить себе, переиграла не только его, но и весь этот построенный на недоверии и лжи город! – Что, дошло наконец? – она с усмешкой окинула его взглядом так, будто он товар на рынке. – А ты не такой уж и тупой выходит. – У меня остался к тебе всего один логичный вопрос. – отойдя от культурного шока он посмотрел в на неё внимательно, почти испытующе. – А со мной-то ты что делать собираешься? – Изначально тебя в моих планах не было, так что… – смакуя его волнения задумчиво протянула Лотти. – Сначала разберусь с делами насущными, а потом решу, что с тобой делать. И лучше бы тебе убедить меня в своей полезности, если не хочешь двинуть кони.

В доме послышался топот полицейских берец. Чарли и Шарлотта подняли головы вверх словно силясь разглядеть гостей через потолок, затем девушка повернулась ко входу. – Никуда не уходи. – снимая с пояса под юбкой платья пистолет она уверенно пошла к лестнице. – Я разберусь и вернусь к тебе. – Да уж куда мне идти… – вздохнул озадаченно он. Однако на лестнице её уже ждали. Похоже, топот был лишь для отвлечения внимания, а сами они пробрались сюда раньше бесшумно, как пантеры. Дуглас вышел на свет одинокой лампы в подвал, за ним вышел Сальваторе, а вот Дуайт остался на лестнице будто боялся, что она может легко улизнуть. Чарли не желая попасть под горячую руку любой из сторон молчал. – О, успех! – довольно усмехнулась она и зарядив пистолет направила его на Сальваторе, но того загородил собой мистер Олсен. – Отойди, Дуглас, ты мне мешаешь. – Не делай этого, Лотти. Я знаю, чего ты добиваешься. – Дуглас сделал шаг вперёд, а она напряглась и сделала шаг назад. – Это не сделает тебя счастливой, поверь мне. – Не сделает? Это всё, о чём я хоть когда-то мечтала! – Лотти нахмурилась. – Только деньги и власть в этом городе приносят счастье, ты же сам знаешь, старый ты идиот! – Некрасиво оскорблять старших. – фыркнул Сальваторе. – К тому же власти тебе всё равно не видать. Мы тебя раскусили, «киса». – Я умоляю тебя, Лотти! Одумайся! – Дуглас сделал ещё шаг вперёд, а она резко взвела курок, и…

Всё произошло быстро, как удар молнии. Сальваторе в порыве ярости выхватил пистолет с пояса Дугласа и нажал спусковой крючок. Поражённая пулей Шарлотта зажимая кровавую сердечную рану упала у ног Чарли. Ферро встряхнул пистолет и, осознав, что тот не заряжен, скривился от ярости. Все взгляды устремились в сторону Дуайта с дымящимся дулом пистолета. Парень стоял в напряжении оглушённый звуком выстрела, как и все, но он выглядел довольным. Едва отойдя от шока Дуглас бросился к Шарлотте и забрав пистолет попытался помочь ей, но кровотечение было уже слишком сильным.

С того самого дня прошло достаточно времени. Шарлотту спасти не удалось. Чарли отправился за решётку на несколько лет, мистер Олсен отошёл от дел и вышел на пенсию, детектив Чед бесследно исчез, а дон Ферро начал управлять городом и строить семью Готти на свой лад. Дуайт стал шефом участка и смог достичь хотя бы относительной справедливости в городе несмотря на проделки мафии, однако в один из одиноких вечеров навещая могилу бывшей напарницы он осознал ужасное – исполнение его заветной мечты не сделало его счастливым. Жертвы были слишком велики. Не выдержав неприкаянности и ужаса от исполнения собственного желания офицер Уайт довольно скоро запил и покатился по наклонной, а затем и вовсе перешёл на сторону мафии. Город снова вернулся к тому с чего всё началось и погряз в хаосе, преступности и разврате.