Бывшие. Отдай мою дочь, босс

Пролог

— Виталия, признайся, что ты задумала? — прошелся по мне холодным взглядом Громов.

— Вы о чем, Павел Павлович? — ответила я как можно более непринужденно.

Сердце бешено колотилось в груди от близости бывшего. Мы не встречались столько лет, и вот он снова рядом. Так близко, но так далеко.

— Мне доложили, что ты вчера разговаривала с моей дочерью.

Громов встал из-за стола, равнодушно прошел мимо и остановился у окна. Он делал вид, что его занимает вид за стеклом.

Его холодность пугала меня. Я нервно выдохнула.

Нет!

Я не должна показывать, что боюсь Павла.

Сделав глубокий вдох, я произнесла ровным тоном:

— Я действительно говорила с ней. Что в этом такого?

— Ты поступила опрометчиво, — отчеканил Громов, не отрываясь от вида за окном. — Как обычно, не думаешь о последствиях своих поступков.

Он отчитывал меня как девочку.

Было обидно, но я старалась не показывать, насколько его слова задевают меня.

— Римма узнала, что ты работаешь на меня, и теперь требует твоего увольнения. Ты сама создаешь себе проблемы.

Римма требует моего увольнения? Эта мстительная стерва решила опять ударить меня побольнее?

После того, что они уже сделали? Да сколько можно?

Захотелось высказать Павлу все, что я думаю о нем и его благоверной.

Мало того, что Громов бросил меня. Так он почти сразу женился на моей бывшей подруге.

Он предал меня. Разбил мое сердце.

Я есть не могла. Спать не могла. Мне жить не хотелось!

Я выстояла. Собрала себя по кусочкам.

После Громова никого к себе и близко не подпускала. Начала думать, что забыла его…

Но внезапно он вернулся в мою жизнь.

Только нет уже того Паши, которого я когда-то любила. Передо мной стоял холодный властный мужчина, лишь отдаленно напоминающий моего любимого.

— Ты там заснула, Виталия? — привел меня в чувство сухой голос Громова. — Я жду объяснения. Иначе уволю к чертям.

Самодур!

За что он собрался меня уволить? За то, что я поговорила с собственной дочерью? Моей крошкой?! Я просто не могла пройти мимо!

Она же близняшка моей Любушки.

Обида вновь наполнила мое сердце.

Наташа — моя дочь!

— Я всего лишь подошла к рыдающему ребенку и успокоила девочку. Считаете, мне нужно было пройти мимо? — с вызовом спросила я.

— Не верю, — отозвался Громов.

Он так и стоял у панорамного окна, спиной ко мне.

— С ребенком была няня. Она давно работает у нас и прекрасно справляется со своими обязанностями.

— А вы проверяли ее на профпригодность? — не сдержалась я. —Ваша замечательная няня не обращала внимания на Натулю! Вместо этого она болтала с кем-то по телефону! — не удержалась я и выплеснула свое негодование. — Она спокойно обсуждала своего нового парня, пока малышка плакала.

Как он может быть настолько бесчувственным?

Равнодушная статуя, а не отец!

Разве я могла пройти мимо крошки, которая горько плакала? Особенно если это моя собственная дочь.

— Не придумывай, — гнул свою линию Павел. — Наташа — сдержанная и спокойная девочка. Она никогда не плачет по пустякам.

— Значит, на этот раз нашелся повод, — твердо заявила я. — Няня забыла любимую игрушку Наташи на детской площадке и отказалась за ней возвращаться. Малышка плакала, а той хоть бы что. Она заявила ребенку, папа купит ей новую игрушку.

Внезапно Громов вышел из образа холодного босса и повернулся ко мне.

— Какую игрушку они забыли? — резко спросил он.

— Розового плюшевого зайца, если я правильно поняла, — сказала я.

— Уверена? Вечером заяц был с Натой, — задумчиво протянул мужчина. — Ничего не понимаю.

На миг мне показалось, что я вижу прежнего Пашу. Но…

Вскоре он вновь стал холодным, как айсберг, и с вежливым безразличием спросил:

— Скажи, Вита, зачем ты изворачиваешься и сочиняешь небылицы?

— Я ничего не сочиняю, — отзеркалила я тон бывшего.

— Хватит врать. Я не верю ни единому твоему слову, Вита, — бросил он на меня ледяной взгляд.

Казалось, по коже пошел мороз. На улице стояла жара, а меня трясло от холода. Прямо мистика какая-то.

— Никогда больше не приближайся к Наташе, — приказал босс. — Не смей использовать ребенка, желая отомстить мне.

Эта фраза стала последней каплей. Я уже не могла контролировать, что говорю:

— Ты прекрасно знаешь, Громов, что Наташа мне не чужая! Вы украли ее у меня! Это было жестоко… — с трудом подавила я рвущиеся наружу эмоции. — А сейчас она вам не нужна. Моя малышка горько плачет в одиночестве. У тебя на нее совсем нет времени. Римме она не нужна. Верните мне дочь!

Громов резко втянул воздух. Его взгляд сделался убийственно мрачным.

В кабинете повисла напряженная тишина, ее нарушали лишь звуки, доносившиеся с улицы.

Не сводя с меня взгляда, Павел быстро приблизился ко мне. Я невольно отпрянула, только босс схватил меня за плечи, не давая отступить. Его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от моего. Горячее дыхание обожгло мою кожу.

— Хватит нести чушь. Наташа — моя дочь. Наша с Риммой, — уверенно заявил Павел.

— Замолчи, — гневно оборвала его я. — Я ее мать!

— Объясни, что ты имеешь в виду!

Я спокойно встретила его пронзающий взгляд.

— Зачем слова? Ты сам прекрасно знаешь, — уверенно чеканила я слова. — Как ты мог украсть мою девочку?

Сейчас как никогда я была уверена в себе. Я не могла отступить. На кону моя дочь!

Ради Наташи я горы сверну!

Я уверенно посмотрела на Громова, в глазах которого плясала ярость.

— Как же я тебя ненавижу, — выдохнул он и рывком притянул меня к себе.

Я покачнулась, и наши губы почти соприкоснулись.

Напряжение между нами стало осязаемым. Оно электрическим зарядом прошлось по коже, вызывая мурашки. Под ладонью я чувствовала биение его сердца. Видела, как порывисто вздымается его грудь.

Громов притянул меня еще ближе. Его пылающий взгляд прожигал насквозь.

Его рука зарылась в мои волосы, он слегка потянул за них, запрокидывая мою голову.

Сопротивляться было бесполезно. Павел намного сильнее меня.

Да я и не хотела сопротивляться. На это не было сил.

— Отпусти, — простонала я.

Нахлынули старые воспоминания, против которых я оказалась бессильна.

Каждая клеточка моего тела дрожала от предвкушения.

Его губы нашли мои, и он впился в них жадным неистовым поцелуем. Его язык безжалостно проник в мой рот, подчиняя, завоевывая. Я ответила с той же неконтролируемой страстью, вцепившись в его плечи.

Дикий первобытный поцелуй лишал рассудка, сводил с ума и путал мысли. Я ощущала себя потерянной в водовороте чувств.

Со стола что-то упало, от этого звука я очнулась и резко вспомнила, о чем мы говорили несколько минут назад.

Наташа…

Как я могла забыть о своих малышках?

Нельзя поддаваться магнетизму этого мужчины.

Он мое прошлое.

Пусть в прошлом и остается!

Я уперла руки в плечи босса и оттолкнула его от себя.

— Прекрати. У тебя есть жена, — гневно выдала я. — Верни мне дочь! И ты меня больше не увидишь!

Громов тряхнул головой, пытаясь прийти в себя. Через минуту его лицо исказилось, и он прорычал:

— С меня хватит! Убирайся! Ты уволена! И не смей приближаться к моей дочери.

Глава 1

Двумя неделями ранее

— Виталия Аркадьевна, у меня к вам деловое предложение, — без лишних предисловий начал заместитель генерального директора “Азбуки отдыха”.

— Слушаю вас, — ответила я, стараясь говорить сдержанно.

— Мы переводим вас в другой офис, — огорошил меня начальник.

— Простите, что вы сказали? — удивленно выдохнула я.

— Не переживайте, зарплата останется прежней. Проявите себя — будете получать больше. Считайте, что отправляетесь в командировку. Море, солнце, пляж — просто рай на Земле. Захотите — останетесь, — усмехнулся Молчанов.

— Вообще-то я не одна, — напомнила я про дочку.

— Я в курсе вашей ситуации, но поверьте, ребенку смена климата пойдет только на пользу. Квартиру вам выделят в хорошем районе Сочи, — с еле уловимой улыбкой заверил меня начальник и серьезно добавил. — Пакуйте вещи. Уже все решено. Отказаться вы не можете.

— Сочи?

— Вы верно расслышали. Будете работать в нашем Сочинском филиале. Должность такая же, как и у нас. Обязанности вам знакомы.

Не сказать, что новость неприятная. Я давно не ездила на море, а Любушку и вовсе не получилось свозить. Малышке действительно пойдет на пользу наш переезд.

Была не была!

— Я согласна, — ответила я начальнику.

— Вот замечательно, — расплылся в довольной улыбке Молчанов. — Пару дней вам на сбор вещей, а на пятницу уже куплены билеты на самолет до Сочи.

За счет фирмы еще и полететь? Сказочное везение.

Но…

Почему-то мне кажется, что в этой замечательной истории есть подвох. Или я просто накручиваю себя?

— Можете сегодня уйти с работы пораньше, — обрадовал меня начальник. — Ваш перевод уже оформлен. Но не забудьте расписаться в дополнительном договоре. Он сейчас у моего секретаря.

— Вас поняла, Максим Иванович, — сказала я, направляясь к двери, где обернулась и добавила. — Всего хорошего.

— Замечательной поездки, Виталия Аркадьевна. Надеюсь, ваша жизнь около моря изменится к лучшему, — сказал вдогонку заместитель гендиректора.

Я расписалась в дополнительном договоре, взяла свою копию и вышла в коридор.

“Надеюсь, ваша жизнь около моря изменится к лучшему”, — стояли в голове слова Молчанова.

Только нужны ли мне эти перемены в жизни? Кажется, меня все устраивает.

Дочка и тётя — что еще надо для счастья? Я не привередлива — довольствуюсь малым.

Я подошла к лифту и нажала кнопку вызова и только потом заметила приближающегося ко мне брюнета. Его разворот плеч и походка показались мне смутно знакомыми…

В полутьме я не видела лица мужчины. Но воображение уже дорисовывало четкие линии скул, ровный прямой нос и тонкие сурово сжатые губы.

Я застыла, не в силах сдвинуться с места.

Неужели это он?

Сердце заныло.

Дышать стало тяжело…

Паша…

— С вами все в порядке? — привел меня в чувство приятный мужской баритон.

Нет. Это не он.

С облегчением выдохнула и прикоснулась рукой к стене. Мне сейчас как никогда нужна была опора.

Я прикрыла глаза и постаралась успокоиться.

Это не он! Не он!

— Вызвать врача? — спросил незнакомец.

Сразу же распахнула глаза и сделала вид, что мне лучше.

— Нет. Все хорошо, — ответила я и посмотрела в глаза мужчины.

Кажется, это была ошибка.

Такие знакомые темные глаза…

Безусловно, это был не мой Громов. Однако передо мной стоял очень похожий на Павла мужчина.

Кто он?

— Не надо врача, значит, не надо. И все-таки вы бледны. Словно привидение увидели, — неудачно пошутил мужчина.

Привидение?

Как верно подмечено.

Павел Громов — тот, кого когда-то я любила. Кому подарила свое сердце и тело. Я поверила его словам о любви и нашем совместном будущем.

Я забыла обо всем.

Жила только чувствами, не замечая ничего вокруг.

И расплата оказалась неминуемой.

Наши отношения были сплошным обманом, насмешкой судьбы.

Как больно было потом падать с небес на землю.

Он разорвал мою душу в клочья.

Разбил мое сердце…

Я надеялась, что забыла ту боль.

Тогда почему все всколыхнулось в моем сердце?

— Может быть, вам предложить стакан воды или успокоительное? — настаивал брюнет, вглядываясь в мои глаза.

— Со мной все хорошо, — выдавила я из себя очередную ложь.

Двери лифта передо мной раскрылись, впуская в коридор главного программиста компании.

— Валерий Эдуардович, я как раз к вам, — обрадованно воскликнул он.

— Игорь Маркович, на ловца и зверь бежит. И я к вам, — знакомо рассмеялся мужчина.

— Всего хорошего, — кивнул мне брюнет и повел компьютерщика назад по коридору.

Я быстро шагнула в лифт, стараясь скрыться от взгляда темных глаз. Хотя незнакомец и не думал смотреть на меня.

Кто это был?

И тут в голове возник ответ. Это же — Валерий Эдуардович Громов, генеральный директор “Азбуки отдыха”.

Когда я устраивалась на работу в компанию, меня зацепила знакомая фамилия, но я отбросила эту информацию. Я заверила саму себя, что Павел просто однофамилец гендиректора.

А если это не так? Почему этот Громов так похож на моего?..

Долго размышлять над этим вопросом было некогда. Я быстро собрала свои вещи, попрощалась с коллегами. Пара сотрудников с завистью посмотрела на меня, не всем удается попасть на работу в сочинский филиал компании.

Море, солнце, пляж. Рай — а не работа!

А что ждет меня в Сочи?

***

Люба была в восторге от предстоящего переезда. Дочка бегала вокруг меня и собирала свои игрушки.

— Мамочка, главное, не забыть Игоряшу, — серьезно произнесла она, добавляя к куче вещей любимого мишку.

— Мы постараемся ничего не забыть, — заверила я кроху.

— Я свои вещи сложу сама, — с серьезным видом сказала она и убежала в детскую.

— Может быть, мне пока остаться и все упаковать без спешки? — предложила тетя Света.

— Наверное, так будет правильно, но как я справлюсь без тебя в Сочи? — устало присела я на диван, с трудом освободив себе место среди дочкиных игрушек. — Не думаю, что у меня получится сразу устроить Любу в садик. А на работу нужно выходить в понедельник.

— Хорошо, что тебе дали несколько дней, чтобы освоиться на новом месте и разложить вещи, — ответила тетя. — Постарайтесь в субботу сходить на море.

— Значит, ты уже все решила, и не полетишь с нами завтра?

— Я забронировала себе билет на воскресенье. Спокойно соберу вещи, сделаю уборку. Посмотрим, может быть, позже сдадим эту квартиру. Деньги не помешают.

— Ты точно решила переехать с нами в Сочи? — уточнила я, не хотелось неволить родственницу, которая и так много сделала для нас.

— Точно. Тебе не справиться одной. Да и кто откажется пожить около моря? — хихикнула женщина.

Я встала, подошла к тете, обняла ее и поцеловала в щеку.

— Спасибо тебе, — сказала я.

— Это тебе спасибо за все, дорогая. Я благодарна тебе, что шесть лет назад ты появилась в моей жизни. Если бы не ты, мне было бы сложно справиться с утратой мужа. Думала даже, что уйду вслед за ним… — горько протянула она, глядя куда-то вдаль. Тетя немного помолчала, затем вновь перевела взгляд на меня. — Но ты приехала и все изменила в моей жизни. Ты стала моим якорем. Ты и Любаша.

— А я тогда боялась. Не знала, примешь ли ты меня беременную и незамужнюю. Отец, вон, выгнал из дома, — тяжело вздохнула я.

— Дурак твой отец, — категорично заявила тетя. — Это насколько надо зачерстветь душой, чтобы так поступить с родной дочерью? Деньги изменили Аркадия. Раньше он таким не был.

— А я его другим и не помню. Для него самое главное — его драгоценный холдинг. И деньги, деньги, деньги. Он тогда мне приказал сделать аборт и выйти замуж за его компаньона.

— Страшно представить, если бы не было Любушки, — с укором произнесла тетя. — Говорю, дурак мой брат! Как есть — дурак!

— Не буду спорить с тобой. Папа тогда сильно пошатнул мою веру в людей... А Павел добавил…

— Ты так и не рассказала, что между вами произошло… Прошло столько лет. Может быть, стоит найти отца Любы? Он имеет право знать, что у него растет дочь.

— Нет, тетя! — категорично воскликнула я. — Не хочу его видеть. Никогда и ни за что!

Паша…

Почему он так поступил со мной? Зачем играл в любовь? Неужели просто хотел добиться близости?

Как обидно осознавать, что попалась на удочку бездушного негодяя. Я поверила ему, а он предал. Променял меня на подругу.

Чувства бурлили во мне, требуя выхода. Хотелось кричать от отчаяния.

Как ты мог?!

Перед глазами стояла довольная и улыбающаяся Римма. Ее глаза сверкали от счастья, когда она рассказывала о том, что скоро станет женой моего мужчины.

Как я тогда выжила?

Не знаю…

Наверное, мне помогло осознание того, что ношу в себе новую жизнь.

Лишь это дало силы бороться…

Я настолько погрузилась в свои мысли, что не сразу услышала крик Любаши:

— Мама! Я Талочку забыла! — влетела в комнату малышка, прижимая к себе любимую куклу.

Я постаралась отогнать неприятные воспоминания.

Хватит думать о плохом. Все прошло. Прошли и те чувства. Закончилась любовь. Я больше никогда не увижу Павла Громова.

— Но ты же ее нашла, — улыбнулась я малышке.

— Нашла. Но ты только представь, если бы я оставила ее в Москве? — покачала она головой, подражая тете Свете.

— Тогда я привезла бы тебе ее в воскресенье, — сказала тетя, выглядывая из своей комнаты.

— Ты с нами не поедешь? — удивленно произнесла девочка.

— Я останусь в Москве на пару дней и прилечу к вам в воскресенье, — пообещала женщина.

— Точно? — переспросила кроха, пристально глядя на любимую бабушку.

— Точно. Куда я без вас, — рассмеялась тетя Света.

— А мы без тебя, — с улыбкой отметила я.

Наконец сборы были завершены, мы были готовы к перелету.

Наступила пятница, а с ней непростой перелет в Сочи. Любаша никак не хотела успокаиваться в самолете и с трудом сидела на одном месте.

Она все порывалась бежать в рубку, чтобы спросить, кто управляет такой огромной машиной.

— У дяди-летчика есть помощники? — поинтересовалась она.

После Любу заинтересовал вопрос, где тетя стюардесса берет бутылки с водой и контейнеры с едой.

— Ей не нужна помощь? — спросила малышка.

Попутчики недовольно смотрели на меня. Наверное, думали, что я непутевая мать, раз не могу успокоить ребенка.

Все облегченно выдохнули, лишь когда Люба устала искрить сверхактивностью, заряд ее батарейки иссяк, и она уснула в своем кресле.

Вообще дочка редко выдавала такие фортели. Обычно Любушка была спокойным ребенком. Но тут мою кроху словно подменили, она трещала без умолку.

Думаю, малышка просто перенервничала. И для взрослого человека непросто решиться на переезд в другой город, а что уж говорить о ребенке.

В аэропорту Сочи нас неожиданно встретили. Высокий молодой человек представился курьером “Азбуки Отдыха” и сообщил, что его попросили помочь нам обустроиться.

Я была благодарна за такую заботу. После перелета Люба капризничала, и мне было бы сложно одновременно успокаивать ее и искать чемоданы, а потом такси.

Егор быстро разобрался в аэропорту, усадил нас в свою машину и отвез к дому, где нам предстояло жить. Молодой человек показал, где находятся магазины и детский сад, куда будет ходить Люба. Объяснил, где расположен общественный пляж, но посоветовал сходить на пляж, которым могут пользоваться сотрудники компании.

— Что же, до встречи, Виталия Аркадьевна. Я вам все показал и рассказал. Но если возникнут еще вопросы, то вы пишите или звоните. Вот номер моего телефона, — передал он визитку “Азбуки отдыха”, на обороте которой написал свои координаты.

— Большое спасибо, Егор, — поблагодарила я парня.

— Спасибо, Егор, — улыбнулась ему Люба, старательно выговаривая букву “р”.

— Всего хорошего, дамы, — ответил наш новый знакомый и весело подмигнул Любаше. — Пока, Улыбаша.

Кроха засмеялась и помахала парню вслед.

Казалось, все прошло хорошо. Только тревога, почему-то не проходила.

Что принесет нам этот внезапный переезд?

Глава 2

В субботу я отнесла Любины документы в детский сад. Нас приняла заместитель заведующей, высокая полная женщина.

Она дотошно все проверила и сказала:

— Вижу, у вас медицинская карта оформлена еще в Москве.

— Верно, мы только вчера прилетели. Еще не успели сходить к врачу, — объяснила я.

— Нужно будет пройти врачей и у нас в Сочи.

— Как скажете, — кивнула я.

Надо — значит, надо. Надеюсь, у меня будет время сходить в поликлинику с дочкой. Хотя, возможно, Любу сможет сводить и тетя Света.

Скорее бы она приехала. За эти годы я привыкла, что тетя рядом. По сути, она стала мне как мать, которую я совсем не помнила.

— Ждем Любу в понедельник утром. На питание она уже поставлена. Остальные документы принесете позже. Место для вас зарезервировано, — заверила меня женщина.

Я была рада, что Любу приняли в детский сад, но все же интересно, почему все прошло так быстро и без соблюдения всех формальностей.

— О вас лично попросил господин Громов, — ответила на мои мысли заместитель заведующей.

Громов?

Неужели Павел узнал правду о дочери?

Страх молниеносно проник в мое сердце. Я застыла, не зная, как поступить. Может быть, лучше сбежать и спрятать дочку? Или не нагнетать обстановку и подождать, что будет дальше?

— Валерий Эдуардович — известный в стране меценат. Он помогает нескольким детским домам и практически полностью финансирует наш корпоративный детский сад, — сообщила женщина.

Я выдохнула с облегчением.

Это не Паша просил о нас.

Не Паша…

Но тревога не отпускала. С чего вдруг генеральный директор проявил заботу? Сначала нам заказали билеты в Сочи, а потом выяснилось, что они уже оплачены. В аэропорту нас встретил Егор, который все показал, объяснил и довез до дома.

И вот теперь я узнала, что место для Любы в детском саду организовал Валерий Эдуардович. Почему он это сделал? Что за внимание к нам с дочкой? Не скрывается ли за этим какой-то подвох?

— Господин Громов заботится обо всех детях работников компании? — осторожно спросила я.

— Можно и так сказать, — ушла от ответа заместитель директора. — Валерий Эдуардович — хороший человек.

Мы вышли из детского сада, и я все думала о том, что узнала. Действительно ли генеральный директор так внимателен ко всем детям сотрудников? Или это просто слова?

Чем мне грозит интерес господина Громова?

Я пыталась успокоиться и перестать паниковать, но это не получалось. Бежать из Сочи я не могла — эта работа была нужна нам. Нам нужно было на что-то жить…

Тонкий голосок дочки привел меня в себя. Сейчас не время для тревог.

— Мамочка, а мы на море пойдем? — спросила Любаша.

— Пойдем, но после сна. Сначала зайдем в магазин за продуктами, поедим и ты отдохнешь. А я разберу вещи.

— Но, мама, я уже большая. Не хочу днем спать, — скуксилась малышка.

— Тогда просто полежи, обними Талочку и расскажи ей сказку, — предложила я, с улыбкой глядя на дочку сверху вниз.

— Хорошо, — сделала мне одолжение кроха.

***

После трех часов мы снова вышли на улицу и направились к зданию отеля, где располагался дополнительный офис “Азбуки отдыха”. Судя по объяснению Егора, нужно было обойти главный корпус, и по аллее мы выйдем к пляжу.

Мы были примерно в трех метрах от центрального входа отеля, как недалеко от нас остановился автомобиль, и из него вышел… Павел Громов.

Человек, которого я меньше всего хотела бы увидеть.

Я наивно думала, что они просто однофамильцы с генеральным директором. Глупая Вита.

Как тяжело было видеть его снова. Прошло столько лет.

Павел Громов.

Единственный мужчина в моей жизни. Тот, кто разбил мое сердце. Кто вынул душу и разорвал ее на мелкие клочки.

Паша.

Почему и зачем ты так поступил со мной? Зачем предал?

Я застыла, не в силах сдвинуться с места. Не в силах отвести взгляд от мощной фигуры бывшего. Он изменился. Стал другим. Дорогой стильный костюм, модная стрижка. И аура властности.

Этот вершитель судеб совсем не походил на моего любимого.

Что мне ждать от него? Знает ли он о Любе? А если знает, что сделает?

Страх сковал мое сердце…

Но объект моих тревог даже не взглянул в нашу сторону.

Он обогнул автомобиль и уверенно направился к крыльцу отеля. Бросил ключи от машины выбежавшему лакею, что-то сказал ему и вошел внутрь.

“Он прошел мимо, даже не заметив нас”, — крутилась в голове.

“Как он мог не заметить нас?!” — металась я из крайности в крайность.

— Мамочка, мы идем? — вернул меня в реальность голос дочки.

— Идем, — хрипло произнесла я.

— А кто был тот дядя? — неожиданно спросила Люба, когда мы свернули на нужную аллею к пляжу.

— Ты про кого? — уточнила я, сделав вид, что не догадываюсь, о ком она говорит.

— Ну, тот дядя, на которого ты так долго смотрела. Ты его знаешь?

— Нет, родная. Я просто обозналась, — солгала я дочке впервые в жизни.

— Жаль, он мне понравился, — с тяжелым вздохом сказала девочка, опять озадачив меня.

— Что значит понравился?

— А вдруг это мой папа? — с надеждой посмотрела на меня Любаша.

Я даже сбилась с шага, с изумлением взирая на догадливого ребенка.

— Люба… — выдохнула я, не зная, что сказать.

— Ты просто подумай, мамочка, вдруг это действительно мой папа, — задумчиво выдала малышка.

Я прогнала мысль о том, что Люба смогла узнать отца. Это просто невозможно.

Но что тогда произошло?

— Ты хочешь назначить своим папой этого чужого дядю? — перевела я все в шутку.

— Давай сделаем иначе, — настойчиво произнесла Люба. — Ты будешь работать в том здании. Наверное, увидишь того интересного дядю. Познакомишься. И… — протянула она, застыв на полуфразе.

— И что я должна делать дальше? — хмыкнула я.

— Не знаю, мамуль. Ты уж придумай что-нибудь. Вам, взрослым, это виднее, — серьезно ответила кроха.

Он обогнул автомобиль и уверенно направился к крыльцу отеля. Бросил ключи от машины выбежавшему лакею, что-то сказал ему и вошел внутрь.

Мы нашли раздевалки. Я надела на Любу ярко-красный купальник и розовую панаму.

— Идем поищем свободный шезлонг, — сказала я, протягивая руку дочке.

Малышка весело рассмеялась и вприпрыжку побежала впереди меня.

— Люба, — строго позвала я свою егозу.

Но та уже нашла пустой лежак и уселась на него.

— Мама, я буду загорать здесь, — категорично заявила малышка.

Я лишь улыбнулась самостоятельности крохи. Подумала, что еще успею ее пожурить.

— А мы взяли ведерко и лопатку? — спросила она, кидая взгляды на группу детей, которые строили замок из песка.

— Я все взяла, — с улыбкой протянула я Любаше небольшое пластиковое ведерко и яркие формочки.

Малышка сразу же занялась строительством собственного шедевра из песка. Я порадовалась, что на этом пляже именно песок, а не галька. Было чем занять мою непоседу.

Сама я постелила полотенце на шезлонг и легла загорать.

Вскоре Люба устала лепить фигурки и посмотрела на море.

— А почему оно такое большое? — прилетел первый вопрос. — А оно холодное или горячее? А мы потрогаем воду? А мы пойдем купаться? — последовало дальше.

— Обязательно пойдем купаться. Но далеко заходить не будем, — заверила я крошку. — Идем?

Любашка бесстрашно подала мне ладошку и потопала по песку к водной глади.

— Ножкам горячо, — пожаловалась кроха.

— Пять минут назад тебе не было горячо. Ты сидела на этом же самом песке, — рассмеялась я.

Ответа я не дождалась, малышка уже присела и опустила ручки в воду. Кроху тут же окатила небольшая волна.

— Море теплое! — восторженно выпалила дочка и подскочила на ноги. — Можно я зайду поглубже?

— Только пару шагов. А потом я возьму тебя на ручки, и мы зайдем подальше.

Люба взглянула на малыша, который сидел на руках у мужчины. Мужчина иногда поднимал ребёнка над головой, держа его на вытянутых руках. Мальчик радостно кричал и смеялся от восторга.

— Хочу так же плавать с папой, — сказала она и перевела на меня взгляд. — А мой папа где?

Я опять не знала, что ответить. Меня взволновал внезапный интерес дочери к отцу. Недавно она приняла Громова за папу, не зная, что это ее родной отец. Теперь она спрашивает уже не о гипотетическом родителе.

— Мам, хочу на ручки и в море, — попросила малышка, уже забыв свой провокационный вопрос.

В море мы плескались минут пятнадцать, потом посидели на шезлонге. И Люба вновь занялась фигурками из песка.

Мы уже собирались уходить, когда услышали женский голос, полный удивления.

— Наташа?

Я посмотрела на незнакомку, стоящую напротив нас.

— Вы новая няня Громовых? — недовольно спросила блондинка. — Почему вы пошли на море без охраны? Кто разрешил вам привести ребенка на этот пляж? — сыпала она вопросами, не давая мне и слово вставить.

Только что тут можно было ответить?

— Вы ошиблись? — успела вставить я фразу в ее монолог.

— Я все сообщу Римме. Вас непременно уволят! — не слушала меня незнакомка.

— Мама, это кто? — прошептала Любаша, испуганно прижимаясь ко мне.

Услышав это, блондинка гневно выдала:

— Ты еще и заставляешь чужого ребенка называть тебя матерью?

— Хватит! — резко осадила я ее. — Прекратите пугать мою дочь.

Женщина застыла, переводя взгляд с меня на Любу.

— Этого просто не может быть, — выдохнула она и сделала пару шагов от нас.

К ней подошел высокий брюнет, обнял за талию и тихо спросил:

— Ты что кричишь, солнце мое?

— Но девочка, — кивнула она на Любашу. — Это же Наташа.

— Нет, дорогая. Эта малышка просто очень похожа на нее. Я сейчас разговаривал с Громовым по телефону. Он поехал в аэропорт встречать Римму и Натулю. Или ты думаешь, что Наташа может быть сразу в двух местах?

— Что за чушь ты говоришь, — проворчала блондинка и гневно посмотрела на спутника.

— Извините, моя жена приняла вашу дочку за дочь подруги, — обратился к нам брюнет. — Они действительно похожи. Но у меня два брата-близнеца, я могу отличить… — замолчал он, пристально глядя на меня.

Внутри что-то дрогнуло. Как будто старая, давно забытая рана вдруг заныла. Я физически ощутила эту фантомную боль.

Моя малышка… Валюша. Так я хотела ее назвать. Но мне даже не показали ее. Есть ли шанс, что она жива? Пусть и призрачный. Я бы многое отдала, чтобы это стало реальностью.

— Мама, — привел меня в себя голосок Любаши.

— С вами все хорошо? — участливо произнес брюнет.

Я тяжело вздохнула и решилась спросить:

— Насколько они похожи? — посмотрела я в глаза незнакомца.

— Как две капли воды, — еле слышно ответил мужчина.

— Но как? Как такое могло произойти? — с трудом сдерживала я разбушевавшиеся эмоции.

— Давайте, я вам вызову такси? — спросил брюнет.

— Я правильно поняла, что речь шла о Павле Громове? — уточнила я, не слыша вопроса.

— Это так. Что насчет такси? Думаю, сейчас вам не стоит идти одной. Хотя… — протянул он, выискивая кого-то за моей спиной. — Егор! Ты не мог бы отвести моих новых знакомых домой?

Рядом с нами вскоре возник вчерашний помощник.

— Здравствуйте, Виталия Аркадьевна. Привет, Улыбаша, — поздоровался он. — С удовольствием отвезу таких прекрасных дам. Даниил Маркович, все будет в лучшем виде.

— Тогда я пойду. Проверю, что делает моя дорогая жена. Увидимся в понедельник на работе, Виталия Аркадьевна, — сказал брюнет и направился к супруге, которая болтала по телефону, бросая гневные взгляды в мою сторону. И не нужно гадать, с кем она говорила.

Что может принести эта случайная встреча?

Я заставила себя ненадолго забыть неожиданный инцидент, как и новости, которые он открыл. Я подумаю об этом вечером. Все позже.

Сейчас на первом месте была Люба. Не нужно пугать малышку.

— Спасибо вам, Егор. Мы и правда сегодня устали, что-то переоценили свои силы, — через силу улыбнулась я молодому человеку и инстинктивно крепче прижала к себе дочку.

— Тогда прошу вас, дамы, — Егор поднял нашу сумку и направился на выход с пляжа, изредка оборачиваясь проверить, идем ли мы за ним.

До дома мы доехали с комфортом, поблагодарили Егора и поднялись в квартиру, которую выделила нам компания.

Вечер прошел спокойно, мы поужинали, я искупала Любушку и уложила ее в постель. Малышка уснула, едва я начала читать сказку. Я легла около одиннадцати, но сон не приходил. Я думала о своих девочках.

Вспоминала, как узнала, что беременна, как вынашивала двойню. Непростая была беременность. Но ничто не могло сравниться с тем, что я испытала после родов, когда мне сказали, что один ребенок умер.

Только Любаша не давала мне окончательно уйти в депрессию. С первых дней жизни это маленькое чудо стало центром моего мира.

Я не заметила, как заснула. Мне приснился тот же сон. Две мои девочки. Две дочки, похожие как две капли воды. Они играли в песке, строили замок из фигурок и весело смеялись.

— Мамочка, иди к нам, — позвала меня… Наташа.

Глава 3

На следующий день, ближе к вечеру, прилетела тетя Света. Большую часть вещей она отправила по почте, с собой взяла только один чемодан и сумку.

Тетя хорошо знала Сочи, так как не раз отдыхала здесь. Поэтому приехала к нам сама, хотя я предлагала встретить ее в аэропорту.

Любаша радостно встретила бабушку и торопливо рассказала, как мы вчера сходили на море и сегодня в кино. Угомонилась малышка только к десяти вечера. И я наконец смогла рассказать тете о вчерашней встрече на пляже и новости, которая опять изменила мою жизнь.

— Я боюсь поверить, что моя малышка жива. Столько лет я оплакивала ее, а теперь… — не смогла завершить я фразу. От переполнявших меня эмоций перехватило дыхание.

— Не думай больше о плохом. Настройся на хорошее. Держи в голове лишь то, что твоя Валюша жива, — убеждала меня тетя. — И пусть ее назвали иначе. Это совсем не важно. Валя или Наташа, разницы нет. Главное, ты можешь ее увидеть.

— Я не просто хочу ее увидеть. Я хочу ее забрать! — воскликнула я.

— Это будет непросто, — покачала головой женщина.

Перед глазами возник образ Громова. Того нового Павла, который казался незнакомцем для меня.

Не стоит ждать, что он легко согласится со мной и отдаст дочь.

— Я это понимаю, но и оставлять все как есть не могу.

— Предлагаю не пороть горячку. Сначала нужно все узнать. Как живет девочка, в каких условиях? Сама знаешь, что наличие денег не приносит счастье в семью.

— Мне всегда казалось, что я нелюбимая дочь своего отца, — вынуждена была я согласиться.

— Нужно выяснить, какой отец твой Павел, — продолжила тетя. — Какая мать Римма? Любят ли они Наташу? Но что еще важнее, как так произошло, что девочка оказалась у них. Кто причастен к краже малышки?

— Наверняка это Павел и Римма постарались! — гневно предположила я. — Как можно было быть настолько бессердечным, чтобы украсть новорожденную кроху у матери? — на эмоциях выдала я.

У меня непроизвольно сжались кулаки, хотелось уже сейчас бежать и с боем забирать мою малышку.

— Остынь немного, Вита, — мягко произнесла тетя, положив мне руку на плечо. — Попробуй мыслить отстраненно. Подумай, если это был Громов, то почему он забрал только одну дочку?

— О чем ты говоришь?

— Он мог бы забрать и двоих. И не устраивать болезненный фокус с мнимой смертью. К тому же его наверняка было непросто провернуть.

— Ты о том, что Громов мог забрать у меня сразу двух малышек? — в шоке спросила я.

На глазах выступили слезы.

Даже в страшном сне боюсь представить такое.

— Твой отец поступил бы именно так, — горько отметила тетя Света, переводя разговор на другую тему.

— Ты права, — тяжело вздохнула я. — До сих пор в голове крутятся его приказы: сделать аборт и выйти замуж за нужного ему человека. И ничего, что предполагаемый жених ровесник папы, главное, чтобы замужество было выгодным. Причем именно ему.

— Твой отец — сложный человек. Закостеневший душой бизнесмен, олигарх, способный мыслить лишь денежными единицами, — задумчиво произнесла женщина. — Знаешь, я не видела брата больше десяти лет, и нисколько не жалею об этом.

— Он так просто вычеркнул меня из своей жизни, словно я не его дочь, — с обидой произнесла я.

Когда-то мне казалось, что я давно забыла обиду на папу, что я ее пережила… Но сейчас те чувства всколыхнулись вновь.

Папа, за что ты так со мной? Почему отказался не только от меня, но и от собственных внучек?

— Ты его дочь, даже не сомневайся, — сказала тетя, взяв меня за руку. — Твоя мать безумно любила Аркадия. Да и похожа ты на него. Вернее, на бабушку. У тебя такие же форма носа и губы, разрез глаз. Лишь цвет глаз ты взяла у матери.

— Спасибо тебе, тетя, за поддержку. Ты в который раз помогла мне понять, что правильно и как действовать дальше, — печально усмехнулась я.

— За эти годы вы с Любушкой сумели проникнуть мне в душу. Ты мне как дочь, которой у меня никогда не было, — сказала она, вытирая мои мокрые от слез щеки белым платочком. — Не плачь, родная. Мы со всем справимся. И мой тебе совет, не ищи встречи с Громовым. Сначала нужно выяснить, как он сейчас живет, какие отношения у них в семье. Я попробую связаться со старым знакомым. Он бывший полицейский и как раз живет в Сочи.

— Я попытаюсь… Если честно, то не хочу его видеть. Только, похоже, мы столкнемся уже завтра. Да и наверняка та девица сообщила Римме, что видела нас вчера на пляже…

— Кстати, а как так получилось, что тебя назначили в сочинский офис, где работает Павел? — вопросительно посмотрела на меня тетя.

— Мне и самой это кажется странным. Причем нас с Любой встретили, показали город и позаботились о садике для малышки. Все это выглядит подозрительно, — я нахмурилась, чувствуя нарастающее беспокойство.

— Кто это тебе помогает?

— Если бы я знала…

***

Этой ночью я долго не могла уснуть. Ворочалась с боку на бок, погруженная в мысли. Они мелькали, как кадры фильма, возвращая меня в прошлое и заставляя размышлять о будущем.

Я думала об отце и Громове. О своей непростой жизни в золотой клетке отцовского дома. Вместо родительской любви я получала жестокий диктат. Ни шагу в сторону.

Эта тирания принесла своеобразные плоды. Когда отец уехал на полгода в Германию, я нашла способ сбежать из дома. Так я встретила Пашу и не рассказала ему правду о себе.

Была ли я права? Не знаю. Возможно, стоило довериться любимому, но я боялась, что отец все узнает. Боялась разоблачения.

Поэтому я просто любила и наслаждалась счастьем. Пока все не изменилось.

Вернулся отец. И Паша меня бросил, чтобы жениться на моей бывшей подруге.

Узнав о моей беременности, отец долго ругался.

— У меня другие планы на твою дальнейшую жизнь, Виталия, — резко припечатал он тогда. — Сделаешь аборт и выйдешь замуж за Протасова. Делай, как я приказываю. И помни, без меня ты никто! Слабая мелкая букашка!

Я выбрала жизнь. Жизнь моих крошек. И вопреки словам отца я выстояла. Не сломалась, как он предрекал. С годами я стала сильнее.

От меня зависела маленькая дочка. Я не могла позволить себе сдаться.

***

В детский сад мы вышли пораньше. Дети уже начали собираться и с любопытством поглядывали на Любу.

Воспитательница познакомила их, и малыши убежали в группу.

Эмилия Романовна мне понравилась, она спокойно и мягко общалась с детьми, но в ее словах и поведении чувствовались стальная воля и сильный характер.

— Не волнуйтесь, все будет хорошо, — заверила меня воспитательница.

Я предупредила, что днем дочку заберет тетя Света, и со спокойной душой направилась в офис.

Я старалась выкинуть из головы лишнее и думать только о работе.

Холодный расчет и железная выдержка всегда помогали мне в делах.

“Мне все равно, кем работает в “Азбуке отдыха” Павел. Он надо мной не властен”, — убеждала я себя.

Если бы я знала правду…

У стойки ресепшена отеля я спросила, где находится офисный центр компании.

— Офис находится в правом крыле центрального корпуса отеля. Вам нужно пройти дальше по коридору, там есть несколько лифтов, — объяснила мне улыбчивая администратор и обратилась к высокой женщине в красном брючном костюме. — Ольга Васильевна, вы не покажете новенькой, где находится бухгалтерия?

Брюнетка окинула меня изучающим взглядом и кивнула.

— Идемте, я все покажу, — спокойно произнесла она.

— Большое спасибо, — сказала я, следуя за сотрудницей компании.

— Вас, видимо, взяли вместо Иркасовой. Она внезапно уволилась, оставив недоделанными несколько отчетов. Придется вам поднапрячься с самого первого дня, — не обрадовала меня новая знакомая.

— Нечто подобное я и ожидала. Меня резко вырвали из московского офиса, как следует ничего не объяснив.

— Я Ольга Васильевна Тихорская, бухгалтер. Будем работать в одном отделе, в соседних кабинетах.

— Я Виталия Аркадьевна Симонова. Как вы уже поняли, экономист.

— Начальник у нас неплохой. Строгий, но справедливый, — продолжила в лифте брюнетка. — Только не советую с ним сближаться. Жена у Смирнова ревнивая.

— Не думаю, что для этого у меня появится повод. На работе меня не интересуют мужчины. Как говорила моя прежняя начальница, в офисе есть место только рабочим отношениям.

— Железная логика, — улыбнулась мне Ольга. — Идемте, я вас со всеми познакомлю.

Вскоре я уже сидела за своим рабочим столом и вникала в отчет, который нужно было сдать пару недель назад.

— Здравствуйте, Виталия, как успехи? — раздался надо мной знакомый голос.

Я подняла взгляд от экрана монитора и удивленно застыла. Рядом стоял брюнет, который нам помог на пляже.

— Здравствуйте, — протянула я.

— Мы так и не познакомились в субботу. Даниил Маркович Смирнов, ваш непосредственный начальник, — серьезно произнес мужчина, хотя в глазах сверкали смешинки.

— Приятно познакомиться. И еще раз спасибо, что помогли в субботу, — сказала я.

— Как продвигаются отчеты? — вернулся Смирнов к рабочей теме.

— В процессе, — неопределенно ответила я.

— Понимаю, что доделывать работу за кем-то — не самое приятное занятие. Но у нас не было выбора, когда ваша предшественница внезапно уволилась. Она не просто ушла, а уехала в Африку волонтером без предупреждения.

— Даже так? — удивилась я.

— Результат нужен как можно быстрее. Надеюсь, вы справитесь.

— Я постараюсь.

— Что же, не буду вас больше задерживать. Вечером, пожалуйста, напишите мне на корпоративную почту, что удастся сделать за день.

— Хорошо.

Смирнов кивнул мне и перешел к другому сотруднику.

— Иван, тебя также касается, итоговый расчет твоего проекта должен быть готов к вечеру.

О чем говорили мужчины, я старалась не слушать. С головой ушла в отчет. Вскоре обнаружила, что моя предшественница перепутала несколько колонок. Не знаю, намеренно она это сделала или нет, но как только я все расставила по своим местам, работа пошла быстрее.

Днем мне пришло сообщение от тети Светы:

“Мы с Любушкой дома. Малышка довольна первым днем в детском саду. Завтра хочет остаться на весь день. Ждем тебя вечером, приготовим праздничный ужин в честь переезда в Сочи”.

Я улыбнулась, представляя счастливое личико дочки. Для меня было важно, что Любе понравилось в саду.

Я уже хотела отложить телефон, когда мне пришло еще одно сообщение:

“Если не хочешь лишиться и второй дочери, то проваливай из Сочи!”

Дыхание перехватило, руки задрожали. Смартфон выпал из рук и с глухим стуком упал на стол.

— С вами все в порядке? — не сразу услышала я вопрос Ивана, сидевшего в паре метров от меня.

— Да, — не сразу смогла ответить я. — Просто кто-то развлекается и шлет угрозы, — зачем-то призналась я.

— Обратитесь в службу безопасности, — посоветовал мужчина. — У нас работают хорошие специалисты, большинство из них — бывшие полицейские.

— Павел Павлович плохих работников не держит, — хмыкнула женщина в возрасте, ее стол стоял около противоположной стены. — Вы, Виталия, послушайтесь Ивана. Он правильно говорит. Не стоит потакать телефонным мошенникам. И не переживайте так сильно. Вон, даже с лица спали.

— Я подумаю, — ушла я от ответа.

Что я могла сказать в службе безопасности? Что мне прислали угрозу, и я даже догадываюсь, кто это сделал? Римма прекрасно понимала, что я не захочу рассказывать посторонним об этом сообщении. Поэтому она и чувствует себя безнаказанной.

Сколько горя она уже принесла мне.

И я отомщу ей за каждую свою пролитую слезинку. Но не сейчас. Месть — это блюдо, которое подают холодным. Знай, бывшая подруга, я не забыла о тебе. Я все сделаю, чтобы забрать у тебя свою дочь. Забрать и наказать тебя за кражу!

А сейчас нужно работать. Я постаралась забыть о проблемах и вновь погрузилась в отчет. К вечеру он был почти закончен. Утром нужно будет еще раз все проверить и отослать начальству.

Через пару дней и все остальные недоделки были завершены. Можно было вздохнуть свободно.

Римма все не успокаивалась и продолжала слать мне угрозы. По совету тети я созвонилась с частным сыщиком, которого порекомендовал ее знакомый. Я перекинула ему все сообщения, рассказала свою историю и попросила проверить Павла и его жену. Мне нужно было понять, в курсе ли Громов деяний супруги.

Я так и не узнала, кем работал мой бывший в компании. Его имя мелькало не раз. Кто-то им восхищался и хвалил, кто-то боялся и ругал за глаза.

Так прошла неделя.

***

В среду Смирнов вызвал меня к себе в кабинет и сообщил, что необходимо сделать отчет для завтрашнего совещания у заместителя генерального директора компании.

— Данные я вам скинул на почту. Работы там немного. Думаю, вы быстро справитесь, — сказал начальник.

— Поняла. Я все сделаю, — кивнула я, теряясь в догадках, зачем Смирнов меня вызвал к себе. Мог бы позвонить или прислать задание по почте.

Я стояла в ожидании продолжения разговора.

— Вы очень проницательны, Виталия Аркадьевна, — протянул мужчина, откидываясь на спинку кресла.

— Что-то случилось, Даниил Маркович? — спросила я.

— Да. Случилось. Моя дорогая жена случилась, — отрывисто бросил Смирнов. — Они с Риммой Громовой готовят для вас какой-то неприятный сюрприз. Что это будет, не знаю, просто слышал краем уха. Будьте осторожны и старайтесь не видеться с Павлом Павловичем.

— Я не видела его более шести лет, — вырвалось у меня. — То, что было — давно прошло. Я не хочу возобновлять отношения, — уверенно произнесла я.

— За неделю, что вы работаете у нас, вы не встречали заместителя генерального? — удивленно переспросил начальник.

— Громов — заместитель Генерального? — нахмурилась я.

— Вы не знали?

— Нет, — покачала я головой. — Знала бы, не согласилась на перевод.

— Не горячитесь. Неужели вам не нужна работа? Заработная плата у вас хорошая.

— Очень даже нужна. Деньги для меня сейчас важны. Тетя пока не так много зарабатывает. А на ребенка нужно много всего.

— Павел не в курсе, что у него растет дочь?

— Если вы про Наташу, то в курсе, — хмыкнула я. — Но не знаю, известно ли ему про Любу. Все очень сложно.

— Вы намерены вернуть себе малышку? — поняла я, что мужчина имеет в виду Наташу.

— Хотела бы. Но как это сделать?

— Громов так просто не сдастся и, скорее всего, отберет у вас вторую близняшку.

От этих слов стало страшно.

— Я это понимаю, но… Я не могу допустить, чтобы моя дочь росла вдалеке от меня, — произнесла я, ощущая, как комок подступает к горлу.

— Попробуйте позвонить… — начал что-то говорить Смирнов, но его прервал вошедший в кабинет Павел.

— Даниил, ты срочно мне нужен, — резко бросил он, молниеносно преодолевая половину помещения.

Я вздрогнула от неожиданности. Не ожидала так скоро увидеть бывшего.

Минуту назад я говорила, что все забыто и Громов в прошлом. А сейчас, казалось, мир перевернулся.

Я не могла отвести взгляд от того, кого когда-то любила. Сердце застучало в груди сильнее, словно пытаясь вырваться на волю.

— Извини, я не знал, что ты не один, — холодный голос Громова вернул меня к реальности.

— Это наша новая сотрудница — Виталия Аркадьевна Симонова, — представил меня Даниил Маркович так, словно не знал, что мы давно знакомы с Павлом.

— Симонова? — отстраненно протянул заместитель генерального, окинув меня ледяным взглядом, от которого мне стало холодно.

Жара на улице не спасала от мороза, все сильнее проникающего под кожу.

Нет!

Нельзя подчиняться эмоциям.

Павел Громов — мое прошлое! Иного не будет!

— Добрый день, Павел Павлович, — отзеркалила я холодный тон бывшего.

— Можете идти, Симонова, — процедил сквозь зубы Громов.

— Распоряжаетесь в моем кабинете, Павел Павлович? — с иронией спросил Даниил Маркович. — Мы не договорили с вами, Виталия. Я постараюсь все объяснить в ближайшее время.

— Спасибо, — поблагодарила я, стараясь не показать свою реакцию на бывшего.

На негнущихся ногах я вышла из кабинета начальника и направилась в туалетную комнату. Включила теплую воду и опустила в нее руки. Затем прикоснулась мокрыми ладонями к щекам и лбу. Постепенно мне становилось лучше, холод уходил, оставляя вместо себя опустошенность.

Почему встреча с Громовым вызвала у меня такую реакцию, ведь еще недавно была я уверена, что чувства к Павлу давно прошли.

Что я к нему почувствовала? Ненависть?..

Нет. Точно что-то другое. Но что же? Как ни старалась, я не могла разобраться в себе.

В обед я решила выйти на улицу и посидеть в сквере рядом с центральным корпусом отеля.

Я удобно расположилась на скамейке и подставила лицо солнышку. Неприятные ощущения от встречи с бывшим почти прошли. Однако тяжесть на душе никак не уходила. Голова еще гудела. Я нервничала, не зная, что принесет мне будущее.

Внезапно я услышала веселый детский смех. Я перевела взгляд и увидела детскую площадку, на которой играли малыши. Они бегали друг за другом, заливаясь звонким смехом.

Почти сразу мое внимание привлекла одна маленькая девочка, и я даже вскочила со скамейки.

Что тут делает Любаша?

Я застыла, разглядывая смеющуюся крошку. На ней были надеты синий костюмчик и голубая бейсболка с ярким принтом — таких у Любы никогда не было.

Сердце дрогнуло и гулко забилось. Неужели это она?..

Наташенька… Моя потерянная дочка…

Я нашла тебя! Теперь все будет иначе!

На душе стало легко, сердце пело от счастья. За спиной словно выросли крылья. Я невольно сделала пару шагов вперед. Хотелось подбежать, схватить Наташу и прижать ее к себе. И никогда не отпускать!..

— Что ты здесь делаешь? — услышала я голос за спиной.

У меня перехватило дыхание. Я вздрогнула и обернулась…

— Ты почему такая непонятливая, Вита? Убирайся из Сочи! Тебе здесь не место. Это мой город, — напирала на меня бывшая подруга.

Но ее слова не имели для меня значения. Сейчас меня переполняли другие чувства.

— Ты украла у меня дочь! — гневно выпалила я.

— Даже мысленно не смей произносить подобное. Натка — моя! Я — ее мать! Я ее рожала! Забудь о моей дочери, — потребовала Римма, сделав акцент на слове “моей”.