Бывшему слова не давали, или Огоньку не найдется?

Пролог

Утром меня разбудило солнце. Я, не открывая глаз, потянулась, улыбнулась, вспоминая вчерашний вечер, а потом и жаркую ночь.

Зарылась носом в мягкое одеяло, вдыхая запах любимого. Была бы я кошкой, давно мурчала от удовольствия. Потом открыла глаза, понимая, что Арда рядом нет. Обычно мы просыпались вместе. Наш медовый месяц только начался, а мне уже не хочется, чтобы он заканчивался. Но я понимаю, что у любимого есть дела и есть обязанности перед родом. Драконы богаты, но, чтобы так было всегда, нужно работать. Удивительно, почему он выбрал меня. Из всего цветника отбора, который ему был предоставлен, он выбрал меня. Я не считала себя красавицей, не была богатой наследницей, но получила приглашение на отбор невест для Ардариана Фларингтона.

Я встала и накинула легкий халатик. Он не скрывал мое тело, ажурная вязка легкого кружева, облегала фигуру и приоткрывала кусочки кожи на стратегически важных местах. Подарок тетушки Варги. Родителей у меня нет, а тетушка заменила мне всю родню, и сама воспитывала меня до совершеннолетия, до моего отбора невест.

Мы древний род, но обедневший. Старинный замок, который давно просит ремонта, все, что у нас есть. А еще кровь найсар, но это скорее минус, чем плюс в моем приданном. Мало кто хочет связываться с проклятыми найсарами. Древняя и почти забытая раса, которая доживает последние века. Говорят, что давным-давно найсар создали боги, одаряя стихиями. Те из найсар, что проходили инициацию стихией, рожали только девочек. Если не инициировать кровь, девушка будет простой человечкой без магии, но с особым даром. Из-за этого дара раньше найсар делали рабынями, но в наш просвещённый век, официального рабства нет.

Я оглядела себя в зеркало и довольно крутанулась вокруг, обозревая себя со всех сторон.

‒ Ты должна быть покорной, но страстной, дитя мое, ‒ сказала Варга. — Страсть — это легко, это у нас в крови, страсть заменяла нашим предкам силу и помогала противостоять другим расам. Он должен желать тебя все время, иначе найдет себе другую.

‒ Ах, тетушка, ‒ тогда я еще не видела Арда и не мечтала о нем, ‒ в нас от предков осталась всего капля крови, жалкая капля. Главное — любовь...

И я влюбилась с первого взгляда, с первого глотка его запаха. Тётушке тогда это не понравилось, она покачала головой и сказала мне:

‒ Любить больно дорогая, сбереги свой огонь для того, кто этого достоин.

Я не понимала, почему она так сказала, да и какой другой, когда я замужем за прекрасным мужчиной, который все делает для меня, а еще Ард желал меня, а я его. Мой дракон. Я вышла на балкон и осмотрела ухоженный двор. Свой медовый месяц мы решили провести на берегу моря в родовом домике. Считалось, что здесь самая лучшая атмосфера для зачатия наследника рода.

Ард — первый сын главы рода и ему, конечно, нужен наследник. Я с замиранием сердца ждала, когда внутри меня зародится новая жизнь. Такое я сразу почувствую, хоть сила моя не инициирована. Найсары всегда чувствуют свою сущность, что спит внутри души, но пока я ее не призову, буду простой человеческой девушкой. Ард желал наследника, и мы усердно трудились, чтобы он у нас получился.

Отбор, от которого я ничего не ожидала и последующие месяцы подготовки к свадьбе, сама свадьба и наш медовый месяц, стали самыми счастливыми днями в моей жизни. Мы гуляли по берегу моря, обедали в небольшом ресторанчике в близлежащем городке и любили друг друга, отдаваясь страсти с головой. Я знакома с ним всего несколько месяцев, а кажется, что знаю его всю жизнь.

Я знаю, как он смеется, когда я рассказываю ему о своих проделках в детстве, я знаю, как загораются его глаза, когда он меня хочет. Я знаю, как он стонет, когда я прикусываю его кожу и ласкаю языком его тело. Я знаю, что мы будем счастливы, а впереди у нас много прекрасных мгновений.

Я вдохнула свежий воздух, отмахнулась от игривого ветерка, что растрепал мои длинные волосы, а потом решила, что Ард ушел на кухню. Прислуга у нас непостоянная, приходит, когда нужно убраться в доме или приготовить на несколько дней еды. Мы хотели быть только вдвоём в своем маленьком мирке. Я легко сбежала по лестнице вниз, проводя по гладкой поверхности перил ладонью. Не добегая до нижней ступени, я услышала голос Арда, улыбнулась и уже хотела крикнуть любимому, что я его нашла, но потом послышался женский голос.

С такими капризными нотками прислуга говорить не может. Я нахмурилась и пожалела, что не надела что-нибудь существенней легкого прозрачного халатика. Аккуратно ступая, пошла в сторону голосов.

‒ Я говорил тебе, чтобы ты не приезжала, ‒ услышала я недовольный голос Арда.

‒ Но любимый, ‒ женский голос прошелся по моим нервам, как активированный артефакт молний, ‒ Я больше не могу без тебя, я скучаю, долго ты еще будешь спать с этой дурой, может, она уже забеременела?

Я замерла, не в силах сделать еще шаг. Что она такое говорит?

‒ Уходи Мили, она скоро проснется. Подожди еще немного.

‒ Фи ты весь провонял этой девкой.

‒ Мили, она моя жена, и будет матерью моего сына, следи за языком.

‒ А я любовь всей твоей жизни. Ты женился на ней, чтобы твои родственники перестали тебя донимать. И я хочу тебя прямо сейчас.

‒ Мили... ‒ потом послышались странные звуки, а потом стон, так знакомый мне стон...

Мне показалось, что мое сердце превратилось в лед, а по венам бежит жидкость, разъедающая вены... тело... душу...

В голове проносились картинки из счастливой жизни, но оказывается все это ложь. Картинки тускнели, теряли краски, разрывались на части, падая осколками в темную пропасть. Я сглотнула комок в горле и сделала шаг вперед. Мне нужно увидеть это, нужно понять, что я не ослышалась.

Следующий шаг я сделала под неприятные шлёпающие звуки. Еще шаг... словно в пропасть шагаю и замираю в дверях. Медленно скольжу взглядом по комнате. Мир вокруг серый. Мерзкий ветер, что колышет тюль, холодом обдает тело, вызывая дрожь. А сердце внутри все еще бьется, еще верит, старается скинуть лед, что острыми шипами нарастает внутрь.

Она была красива, как могут быть красивы демоны, черноволосая, яркая, как огонь, что бушевал в ее нечеловеческих глазах. Она взглянула на меня презрительно, с превосходством, закусила красную губку и артистично застонала. Ее когти корябали плечи моего мужа, оставляя красные полосы, на смуглой коже, ее ноги обвивали его торс. Его спина, с трогательными ямочками на пояснице, которые я любила целовать, его задница с небольшой родинкой на правой ягодице. Дыхание с тихим рокотом вырывается из его горла, так знакомо... больно. Они совокуплялись прямо на столе, как распаленные страстью животные. Одержимые друг другом, как будто позабыли о том, что не одни в доме.

Мне казалось, что здесь стояла вонь, мерзкая вонь предательства. Сердце, покрытое тонким хрустким льдом, еще пыталось защищаться, но в душе я понимала, что это конец. Счастью, свету, небу, огню...

Разозлилась! Не отдам я ему свой огонь. Я сжала челюсть, прикрыла глаза, впервые за много лет обращаясь к спящей внутри сущности. Я не хотела быть найсарой, учиться магии, служить государству, мне тогда, казалось, это скучным. Я выбрала спокойную человеческую жизнь замужней девушки. Муж и дети... но не с предателем. Самое смешное, что я сама придумала любовь, Ард ни разу не говорил, что любит. Его похоть я приняла за любовь. Нарисовала воздушные замки и поверила в них... Отдала свой огонь, как только найсары могут благословить избранника.

Да, тетушка, ты права! Он не заслужил мой огонь! Силой заставила лед с моего сердца растаять. Было больно, так инициировать свою главную стихию, больно... Но, если этого не сделать я превращусь в ничто, об которое вытирают ноги. Тетушка сказала правду, дарить свой огонь нужно правильному мужчине, хорошо, что я не успела отдать его навсегда.

Ард, видимо, что-то почувствовал, конечно, привык за эти дни к тому, что я только отдаю. Он перестал двигаться, резко обернулся к двери, где я стояла. Тяжелое дыхание, губа приподнимается, показывая острые клыки:

‒ Уйди отсюда, ‒ рыкает на меня. ‒ Быстро пошла вон!

‒ Ард, ‒ шепчу ему в последний раз.

‒ Какая непонятливая дурочка, ‒ хохочет демоница. ‒ Он всегда был и будет моим.

Она лизнула плечо Арда длинным раздвоенным языком, закатила глаза от блаженства.

‒ Уходи, ‒ рычит опять дракон, напряженный, яростный с мелкими капельками пота над верхней губой.

Я отступаю, слезы против воли катятся по щекам, но быстро испаряются с горячей кожи. Огонь разрастается в груди, больно жжётся. Я бегу наверх, за мной горячий след, плавятся перила, тлеет роскошный ковер.

А я бегу наверх, не останавливаюсь до самого конца, на волю, на крышу. Оттуда открывается прекрасный вид. Бескрайнее море тихое и спокойное, сливается на горизонте с таким же пронзительно синим небом, редкие белые облака, медленно проплывают над головой. Прекрасный день для рождения найсары! Дым вырывается из окон дома, легко воспламеняется черепица, моя сила мне сейчас неподвластна, я горю сама, впервые вдыхаю после пробуждения сущности.

Дико улыбаюсь, инициация огнем всегда опасна, но мне нужна именно она. Я чуть не подарила свой огонь дракону, так что забираю у него свой подарок. Где-то рядом раздаётся рык, полный ярости, отчаянья. Кричи, дракон! Рассмеялась. С найсарами можно договориться, но нельзя обманывать. А ты обманул, заставил раскрыть свою душу, поверить сердцу. Тебе мало было силы, что я тебе даю, ты захотел забрать стихию.

Мое тело плавилось, сгорало во внутреннем огне, а с ним брачная вязь, что связала меня с бывшим мужем, уже бывшим. Говорят, что соединённый в храме богами узы брака нельзя расторгнуть, так вот, найсары это могут.

Дракон зависает над крышей, беснуется, не имея возможности войти в магический огонь. Страшный рык оглушает, рык, полный боли. Не так просто, когда твоя жена обрывает брачные узы. Не так просто, когда, казалось бы, уже твоя сила покидает тело. Расхохоталась, но звука не было. Огонь не может смеяться. Я была стихией, без проблем, без боли, без страха.

Резко подскакиваю на кровати, прерывисто дышу, озираюсь, не понимая, где нахожусь. Тело покрыто потом, сердце предательски трепещет, словно желает покинуть свое место. Артефакт будильник тренькает на тумбочке, показывая, что пора просыпаться. Выдохнула. Сон. Это всего лишь старый сон. Ненавижу этот сон...

Что-то зашевелилось рядом, бугром пронеслось под одеялом, я замерла, тренированным движением прижала комок к матрасу, ощущая, как запахло паленым

‒ Попалась?!

Глава 1

На соседней кровати зашевелилась Арья, хныкнула и злобно дрыгнула ногой, закутываясь в одеяло.

— Выключи свою будилку, иначе я ее сейчас сожгу к темной матери!

Я хмыкнула и послала каплю силы, чтобы успокоить артефакт. Сама достала из-под одеяла вертлявую негодницу:

‒ Я, что тебе говорила не убегать из фамильяриума, ты хочешь, чтобы мне опять выговор влепили и это на последнем курсе. Нея! ‒ Я с укоризной посмотрела на саламандру, которая пыталась покрыть свое тело огнём, ‒ не смей покрутила пальцем перед огромными глазками, которые смешно проследили зрачками туда-сюда, а потом виновато посмотрели на меня.

Мне достался милый мелкий фамильяр, очень молодой, по меркам элементалей она еще ребёнок, но совершенно нелюбящий порядок, сумасбродный ребенок. Всегда норовит меня подставить. Я, конечно, сама не милый ангел, но вдвоем мы все время влезаем в разные неприятные ситуации, не понимаю, как нас еще из академии не выгнали.

‒ Вот скажи мне, кому тут сто лет, кто должен учить меня терпению, силе воли и благоразумию.

Нея скрутилась бубликом и спрятала круглый носик под лапкой, стыдится.

— Не подожги тут опять что-нибудь, пиши потом объяснительную. Будешь хорошей девочкой, я тебя с собой возьму на тренировку.

Положила Нею на стол, а сама стала аккуратно заправлять постель. Я встаю раньше своей соседки по комнате, потому что хожу на пробежку и тренировку до общей побудки.

Быстро натянула специальный костюм, в нем можно пробуждать огонь и не бояться, что останешься без одежды, посадила в карман саламандру и вышла из комнаты.

Покидать общагу до побудки нельзя, но у меня, как личной ученицы магистра было разрешение. Так что двери открылись без проблем и не подали сигнал нашей ведьме комендантше.

Люблю ходить по коридорам академии, пока все спят. Это завораживает, заставляет представлять себя искателем древних сокровищ в таинственном, древнем замке. Гулко стучат по мраморному полу мои ноги, обутые в спортивную обувь. Звук шагов постепенно затухает в высоком потолке, который кажется сейчас бесконечным, а со стен смотрят глазами своих персонажей картины, пугающе и реалистично. Если перейти на магическое зрение, то заметно пульсирующая следящая система, заклинаний, видная только сильным магам. А я сильная.

Чья-то рука резко утаскивает меня за угол, мягкие губы залепляют рот, впиваясь жарким поцелуем. Сильное тело прижимает к стене, вызывая стон... а потом, я что есть силы, впечатываю ладонь в скулу магистра Самара. Он устоял, но голова заметно дернулась.

‒ Еще раз, протянешь свои руки ко мне, прибью, ‒ из кармана вылез носик Неи и дыхнул дымом предупреждая, что получит он еще и от нее.

‒ Опять саламандра не фамильяриусе, ‒ совершенно не обращая внимание на мои слова сказал магистр и он же мой тренер, наставник и просто друг...

‒ Она сама пришла, ‒ пожала плечами. ‒ И Нее необязательно сидеть в фамильяриусе она мелкая, ‒ сказала я.

‒ Проявленная стихия есть, вот пусть и сидит, где положено, не подрывает порядок.

Мы бурчим друг на друга и идем в сторону полигонов. Магистр Самар — красный дракон, молод, красив, все девчонки с нашего курса сходят по нему с ума. А он почему-то решил, что ему нужна я. Ну и пусть так думает, по крайней мере, хоть тренировками свою назойливость отплачивает. Я его понимаю, найсары притягивают мужчин, как гипнокамни. И даже через поцелуй можно получить хорошее усиление магии вот инстинкты и толкают их путаться у меня под ногами.

Первый год учебы, я пачками вызывала всех на дуэли. Злая была неуравновешенная, мне все время то снимали, то одевали усмиряющие браслеты, потому что стоило только немного разозлиться, из меня вылетал огонь, который невозможно контролировать. За четыре года в академии я немного пообтёрлась, успокоила свое разбитое сердце и замкнула на множество замков свою душу. Мужчины мне были нужны только как спарринг-партнеры, а в остальном я их сторонилась. С Самаром мы почти друзья. Почти, потому что он все же меня бесит своими поползновениями, но нравится своей прямотой и магией. Он старше меня всего лишь на пару лет, но хороший учитель. Своего рода у нас почти соревнование, он старается меня подкараулить и поцеловать, я вовремя ускользнуть. Поэтому я всегда на страже, и жду подвоха.

‒ Ты решила идти на моголтон? ‒ Самар внимательно посмотрел на меня.

‒ Думаю не стоит, ‒ покачала головой. ‒ Мою расу не любят, не просто так. Зачем отбирать у милых домашних деток победу.

Самар хмыкнул.

‒ Не будь такой самоуверенной, ‒ сказал он через пару минут, ‒ хотя тут ты права, твоей магии они не соперники.

Да я не собиралась участвовать в ежегодных магических соревнованиях лучших адептов академий, зачем? Они стремятся стать вровень с создателем нашей академии, тем, кто стал не просто архимагом, а познал стихии, и подарил нам мир с элементалями. Я же с самого начала стихия. В этом и слабость, и сила найсар.

Сущность найсары имеют только женщины. Разбудив сущность рожать, мы можем только девочек, наследниц. Сущность передается по женскому роду, мальчики у нас простые одарённые и берут расу отца.

Девушки желанны в любом роде и клане, так как, в свою очередь, могут родить одарённого ребенка любого пола. Но опять же если не разбудят свою сущность найсары.

Бывали случаи, что найсара рожала сына, а потом будила сущность, да, но, перед этим она не отдавала свою стихию мужу. Нас с каждым столетием все меньше. Одно время нас просто делали рабынями, истребляли, считая проклятыми, ненавидели за силу. Но те времена прошли. Сейчас мы редкая и позабытая раса, почти легенда.

Тетушка говорила, что в нашем королевстве, есть еще два рода найсар, но там нет наследниц. Выйдя замуж, найсары подарили стихии мужьям, а это всегда самая проявленная магия, без которой не разбудишь сущность. Дочерей у них не было только мальчишки. Так что теперь можно сказать, что в королевстве Оринверн остался один род найсар, мой. Шай. Огонь. Я сжала зубы, запрещая себе вспоминать. Гадский сон поднял внутри бурю, которую я пытаюсь погасить. Перед внутренним взором лицо бывшего мужа, такое каким я запомнила его в последний миг. Красивое, злое, сверкающее взглядом синих глаз. А ведь из-за него я тоже когда-то чуть не лишилась своей стихии...

Потрясла головой, скидывая дурацкое наваждение. Четыре года, я пытаюсь его забыть, иногда получается... гадский сон!

Одна радость теперь я не так нужна высокородным родам, ведь наследника я уже не рожу, а девочки не могут наследовать титул. Хоть какая-то польза от первого брака.

Самар первым вошел на полигон проводя меня в магической системе как спарринг-партнера. Попрыгал на месте и покрутил из стороны в сторону шеей:

‒ Давай не как вчера, ‒ попросил парень, ‒ вызывай сущность.

‒ Ты меня достал, ‒ буркнула я.

‒ Ты сама понимаешь, что тебе нужно, Мири, ‒ покачал головой наставник, ‒ Усмирить свою сущность, не дать ей командовать тобой в минуты злости и ярости. Если ты не покажешь на итоговых экзаменах полное слияние с огнем, тебя не выпустят в большой мир. Ты опасна.

‒ Не нуди, я все понимаю, ‒ я достала из кармана притихшую Нею и посадила ее на плечо, ‒ помогай, подруга.

От Неи мне нужен был контроль сущности, и, хотя моя саламандра сама страдает всплесками силы, но сущность моя ее не любила и старалась, когда Нея рядом не показывать норов.

‒ Твой питомец не всегда сможет помочь тебе, ‒ Самар покачал рыжей гривой.

Парень был красив, и сейчас больше всего похож на хищника. Медленно ходил вокруг меня, приглядываясь, отчего его узкий черный зрачок стал еще уже. Тонкие ноздри аристократического носа заметно расширялись, вдыхая мой запах и стараясь уловить изменения в его составе. Его дракон желал битвы, как всегда. Самар, сильный маг огня, и его дракон — сильный зверь, и подмять под себя мою сущность для него дело чести и доказательство исключительной силы. Полигон, просчитывая наши силы увеличил защитные заклинания, чтобы магия не прошла за пределы его стен. А мы начали...

Каждый день я пытаюсь совладать со своим огнем, стать с ним одним целым, но у меня получилось только одно, не вредить другим. Сущность, что делала нас найсарами, походила на энергоконструкт. Небольшая, размером с яйцо светящаяся масса в солнечном сплетении.

В момент единения она раскрывалась словно сложенный в несколько раз лист бумаги, подстраиваясь линиями под мое тело и внутренние каналы, совмещаясь и расширяя их. С сущностью просыпались хранимые на самом дне моей души эмоции, и это боль, вечная боль, которую я не в силах перенести. Я сделала пару глубоких вдохов и внимательно посмотрела на Самара.

Я знала, что он сейчас видит, в момент слияния с сущностью я менялась внешне. Мое тело покрывалось светящимися узорами, глаза лишались белка, заполняясь огнем, без зрачка. Волосы превращались в языки пламени, а за спиной раскрывались огненные крылья. Говорят, что найсары похожи внешне на демонов, ничего подобного, у нас нет рогов и нам не нужны души разумных.

Я еще раз вдохнула воздух, и резко кинулась на Самара. В руках мой меч, который создан из магии, я не любила железо. Дракон же призвал свое оружие, вовремя отбил мой рывок, откидывая меня прочь от себя.

‒ Держи ее, не давай огню волю! ‒ Крикнул Самар.

Ага, легко сказать, когда я сама огонь, я сама магия, а мое человеческое тело сдерживает рвущееся наружу пламя. Прикусила губы и отбила удар Самара. Нея укусила меня за шею, сбивая набирающую силу стихию, которую я волей давлю собраться внутри тела.

Я не буду бедствием, не допущу, чтобы меня признали невменяемой и заперли подальше, чтобы не натворила бед. Так поступают с сошедшими с ума магами. Закончить академию, моя единственная возможность нормально жить. С кончика моего меча срывается огненный заряд, стрелой летит в дракона, тот вовремя уклонятся, усмехается мне, и тем больше злит. Я лечу к нему, мгновенно оказываюсь за спиной, но дракон быстро откидывает меня ударом кулака в грудь. Сносит на несколько метров, поднимаюсь, слизываю с губы кровь, и опять нападаю на мага. Сил в слиянии у меня больше, я слабее дракона, но сильнее человеческого мужчины физически. Огонь облизывает кожу Самара, прижигает:

‒ Вкусный, ‒ шепчу ему и опять улетаю прочь, от его удара, но не падаю, приземляюсь на ноги и отбиваю мечом огненный шквал магии от дракона. Его глаза полыхают не хуже моих, а в оскале проглядывают острые клыки дракона. Моя сущность кого хочешь доведёт. Драконы, хищники по своей природе и не любят, когда им сопротивляются. А я слишком свободолюбива, чтобы подчиняться.

Интенсивность атак становится все больше, возрастает скорость, становится жарко настолько, что плавится камень под нашими ногами. Декан опять будет недоволен. мелькает мысль и Самар тут же пользуясь моей оплошностью, сбивает с ног, наваливается сверху, невзирая на мое сопротивление, прижимает к полу.

‒ Попалась огненная птичка, ‒ рычит мне в ухо.

‒ Слезь с меня ящерица, ‒ фыркаю я. Дракон злится, как всегда, но отпускает. Приводит себя в порядок и подает мне руку.

Бедная Нея, слетевшая с меня во время боя, ковыляет к нам пыхая дымом из пасти и притворяется сильно раненой. Если бы я не знала, что ранить саламандру почти невозможно, может, и поверила бы.

Я лежу на спине и смотрю в быстро светлеющее небо. Совсем скоро я покину Академию Элементалей, это последний год обучения. Через пару месяцев начнутся экзамены, практика, Зимний бал, на который съедутся с окрестностей Элендора все богатенькие аристократы. Перед этим, конечно, будут соревнования моголтона, но мне туда вход запрещен.

Вспоминаю разговор с ректором Альбертом Нортоном перед поступлением в Академию. Я тогда была измучена, насторожена и во всех разумных видела врагов.

‒ Я беру тебя в академию не для того, чтобы ты тут все разгромила Шай, ‒ его холодный взгляд прошелся по моей фигуре, ‒ если ты не намерена работать над собой, то лучше сразу иди в «Закреп» там твое место. Если по твоей вине, погибнут студенты, я не посмотрю на пожелание Его Величества и самолично отведу тебя туда найсара.

Я не хотела в «Закреп» самую страшную тюрьму для сумасшедших магов. В тот день я дала себе слово, что выберусь из того дерьма, в которое себя втянула.

Глава 2

Арья уже встала и плескалась в душе. Комнатка у нас небольшая, но мы мало времени в ней проводим. Учеба, подготовка к экзаменам, практическая работа и отработки отнимают много времени, и в комнатке мы появляемся, чтобы умыться, переодеться, закинуть в очистительный шкаф одежду.

Дверь в душ открылась, когда я уже сняла с себя тренировочную форму и рылась в поисках полотенца. Нея, надувшись оранжевой кляксой, лежала на столе и поглядывая на меня недоумевающим взглядом. Саламандра не понимала, как я могу любить воду ведь вода это фуфу.

Арья взяла артефакт-расчёску, которая не только расчесывала, но и сушила влажные волосы и скривилась, увидев Нею. Подруга и саламандра не любили друг друга из-за неприятного знакомства. Нея тогда еще плохо держала огонь, а Арья была слишком живая и увидев лупоглазую ящерицу у меня на руках, взвизгнула и кинулась выхватывать ее у меня из рук, прося посмотреть. Нея от испуга спалила ей волосы, и несколько дней полукровка ходила в иллюзии, пока ее волосы отросли до нужной длины. С тех пор они друг друга терпели, но не любили.

‒ Как там твой красавчик, дракон? ‒ Арья хитро сверкнула желтыми в темную крапинку глазами. На зеленоватой коже проступил румянец. Арья, дочь орка и человеческой женщины и не так груба лицом, как ее родственники по отцовской линии. От отца ей достались зеленоватая кожа и желтые глаза, от матери хрупкое телосложение и ярко-рыжие волосы. Подруга тоже была магом огня и собиралась участвовать в соревнованиях по моголтону.

‒ Он не мой, — я поморщилась и потёрла ушибленный бок, ‒ мое тело быстро восстанавливается, но все же не так быстро, как хотелось бы.

‒ Ой не заливай, ‒ девушка махнула рукой, ‒ вчера девчонки сплетничали, что вас видели, когда вы целовались в библиотеке.

‒ Мне в глаз пылинка попала, он вынимал, ‒ вздохнула я, понимая, что она мне не поверит.

‒ Конечно, ‒ кивнула Арья, ‒ а я пропавшая дочь короля. ‒ Подколола она меня своим недоверием.

Я улыбнулась Арье и пошла в душ, нужно успеть в столовую, а то потом полдня ходить голодной.

‒ Я пока место займу, ‒ в спину кинула мне Арья, ‒ поторапливайся.

Душ обливал меня теплой водичкой, а у меня в голове неприятные думки.

Тетушки не стало два года назад, я молилась стихиям, чтобы они дали ей дожить до моего освобождения из академии, но ее здоровье было подточено горем. Не всякий выдержит потерю мужа и двух маленьких детей, не всякий сможет остаться жить, чтобы помочь единственной племяннице. Она жила, пока чувствовала свою надобность. Когда решила, что дальше я без нее не пропаду, просто сгорела как свеча. У тетушки была сущность воды, она подарила стихию своему мужу, а когда он умер, словно лишилась не только семьи, но и здоровья. Мы найсары живем долго, до пятисот лет, но в случае потери семьи, можем сократить свой срок. Как любому разумному существу нам нужны близкие, нужна любовь и поддержка.

Тетушка умерла, но оставила мне наше родовое гнездо замок и небольшую сумму на первое время. Я воспользуюсь этим только через пять лет. Целых пять лет я буду отрабатывать государству долг, что пошел на мою учебу.

Я фыркнула и выключила воду. Отошлют на границу скорей всего, боевые маги кто побогаче покупают себе места в столице, а такие, как я, бедняки едут на границы. Ничего это не в «Закрепе» медленно сходить с ума, вспомнив о не самом приятном отрезке своей жизни, я постаралась быстрее выкинуть все думы из головы. Сколько раз себе говорю, не вспоминай Наймириаль, не вспоминай, иначе опять что-нибудь случится.

Я откинула от себя белое полотенце, которые неприятно запахло паленым. Как бы артефакты ни сработали на проявление магии. В академии нельзя пользоваться магией без разрешения. Только на полигонах. Всю бытовую мелочь выполняют артефакты.

Я рыкнула и пошла в комнату, не накидывая на себя халат. Нея все еще нежилась на столе перевернувшись на спинку и задрав короткие лапки к потолку, пасть раскрылась, из нее медленно поднимается дымок. Нея лениво приоткрыла один глаз и опять захлопнула.

Я быстро натянула форму и повертелась перед зеркалом, поправляя длинную в пол юбку и одёргивая узкий сюртук. Некоторые девчонки умудряются юбки укорачивать, за что получают от преподавателей. Мне же привлекать к себе внимания не нужно, мне бы его вообще от себя отвлечь. Я не выдержала и топнула ногой.

‒ Мерзкий ящер, изменник, зачем ты мне снишься опять?!

Нея перевернулась на пузико и с удивлением посмотрела на меня своими большими круглыми глазами, в их глубине бушевало пламя.

‒ Знаю, ‒ я выдохнула, ‒ мне нужно сдать экзамены. Я все помню Нея, пошли, ‒ протянула руку к мелкой ящерице. Никто не знал, что Нея не просто фамильяр, а элементаль, который застрял в теле саламандры. Обе мы неправильные, я с неконтролируемым даром и она великий дух, запертый в теле мелкой ящерицы.

‒ Ничего Нея прорвемся, осталось недолго, и мы будем свободны. А потом найдем способ стать свободными.

Столовая была полна адептов и преподавателей, разделений не было, так что кормили тут хорошо. На раздаче я набрала полный поднос еды и поспешила к Арье. Время поджимало, и ела я быстро. Завтрак для магов важен, магия не любит город, сразу наказывает истощением. Я читала как-то об отшельниках, которые, отринув мирское, жили в пещерах и ели, что даст природа. Сказки, что они подняли свою силу на небывалый уровень. Такие книжки запрещены, они растлевают ленивую молодежь, которая нет бы заниматься, начинает мучать себя ограничениями.

В здоровом сытом теле и магия будет сытая не злая, и повиноваться она будет лучше. Я быстро глотала горячую кашу, сдобренную желтым маслом, закусывала тонким хлебом с хрустящей корочкой, запивала компотом, в котором плавали ягоды, с сожалением понимая, что выловить и съесть их не успеваю. Нея лежала в кармане и грызла кусочек яблока, любила она фрукты.

‒ Ты слышала, что в академию приезжает комиссия, ‒ спросила Арья, лениво отвалившись на спинку стула.

‒ Нет, ‒ покачала головой.

‒ Девчонки уже делят красавчиков из попечительского совета. Говорят, среди них есть парочка неотразимых и богатеньких, которые вызвали переполох.

‒ Плевать, ‒ я выпила сок и посмотрела на большие часы, что висели в столовой на самом видном месте.

‒ Ну, конечно, ‒ Ария все не успокаивалась, ‒ У тебя уже есть магистр.

‒ Ну, хватит тебе, ‒ я жалостливо посмотрела на подругу, ‒ Я сказала, что ты будешь с ним танцевать на балу, значит, будешь, не нужен мне Самар. Мне никто не нужен.

‒ Ого, ‒ подруга даже не обратила внимание на мои последние слова и с удивлением смотрела в сторону входа и выхода из столовой.

В зал вошла группа мужчин, оглянулись, высматривая пустой столик. Я мазнула по ним взглядом. Одетые по-разному они все же имели один отличительный знак, эмблему департамента просвещения. Двое явно родственники больно похожи и надменными физиономиями и шевелюрой, хотя физиономии у проверяющих все высокомерные. Я фыркнула, а Ария оживилась:

‒ Ох это точно черный дракон, смотри какой душка.

Я замерла с ложкой у рта, по телу пробежались тысячи иголочек, проводя меня в чувство, а Нея в кармане больно куснула за бок. Я выдохнула и внимательней присмотрелась в группе мужчин, которые уже набирали на подносы еду, двигаясь друг за дружкой, о чем-то разговаривали. Нет, не он. Выдохнула. Похож, как могут быть похожи два красивых черноволосых мужчин, но не обязательно черный дракон — это он, ведь так...

Я расслабилась и, покачав головой от радостного личика Арьи, принялась доедать свой завтрак. Сейчас я чувствовала себя такой старой, хотя с полукровкой у нас два года разницы. Видимо, пережитые невзгоды добавляют лет, а горящая внутри злость делает жизнь безрадостной.

‒ Не забыла, что у нас первой парой магия огня и Дэрен Морфайн собственной персоной, ‒ одернула подругу, не успеем, будем какашки в загонах фамильяриума чистить.

‒ Фу, Мири, можешь ты всю романтику своей саламандре под хвост засунуть. Редкое явление — бесхозные мужчины на горизонте.

Я сделала злобную физиономию и гаденько хихикнула:

‒ Поверь, ничего хорошего в романтике нет. Вечная головная боль, а что он скажет, а как он посмотрит, а не сделаю ли я что-то, из-за чего он меня разлюбит. ‒ Я подняла глаза к потолку и залпом допила сок, успев, ухватит пару ягод, ‒ Все, уходим, нам еще повторить домашку нужно.

Перед выходом из столовой я поймала взгляд одного из проверяющих. Блондин с хитрыми голубыми глазами, приподнял одну бровь и улыбнулся, словно кот над тарелкою сметаны. Надеюсь, он мои умозаключения не услышал. Но Арья уже подхватила меня под руку, и мы понеслись по коридорам академии, чтобы успеть на первую пару. Преподаватель у нас под стать своей огненной сути был взрывоопасный.

‒ Сюда, ‒ услышали мы голос нашего третьего друга Тайруса Асардина, рыжеволосого баламута, ‒ девчонки вы опять спите допоздна, ‒ возмутился он и открыл книгу, ‒ читайте.

Нас в академии называли «Пылающей троицей», сдружились еще на первом курсе, когда попали в подготовительную группу для тех, кто не в ладах со стихией и весь первый год проходили с браслетами, сдерживающими силу. Стоило снять с нас браслеты, и вокруг нас все пылало, оттуда и название.

Арья в силу того, что орки считали ее неполноценною, боялась показать свою силу, поэтому она у нее вырывалась сама и горе тем, кто был в это время рядом. Но уже на втором курсе она стала одной из лучших по успеваемости, обожала чары, все же кровь орков сказывалась и ненавидела некромантию.

Тайрус бастард высокородного и простой портнихи, всю жизнь получал издёвки от сводных братьев, которые считали его никчёмным. И когда стихия вырвалась инициаций, стало ясно, что магия у него сильнейшая в роду. После поступления проблемой Тайруса стало желание держать все под контролем и поэтому иногда стихия ему не подчинялась. Но с третьего курса он договорился с элементалем огня о помощи и после этого стал более спокойным.

И я, которая после неудачного замужества чуть не спалила городок и была посажена в «Закреп» тюрьму для магов. Тетушка как последняя из старейшего древнего рода, имела привилегию на просьбу самому королю. И добившись аудиенции, заключила договор, что я не принесу больше проблем и отдам долг за учебу в академии, работой на благо страны. Меня освободили из Закрепа, но браслеты я носила еще полтора года, дольше всех. Если бы не Нея, я, наверное, опять попала в Закреп, так как стихия подчинялась с трудом... никто не знает, каких усилий мне стоит себя сдерживать.

Но учеба в академии нам многое дала. Арья теперь плевала на своих орковских родственников, и не собиралась возвращаться в степь. Тайрус отказался быть прислужником в роду отца, из-за чего его исключили из рода, совсем избавив даже от роли бастарда. Чем его не расстроили. Я же нашла свою родственную душу, Нею и собиралась пройти учебу до конца. А потом попросится в какой-нибудь захолустный гарнизон на границе и отслужив там пять лет, вернуться в свое гнездо. К тому времени я надеялась собрать нормальную сумму, чтобы вернуть своим землям приличный вид и доход. Надеюсь, мои планы будут выполняться поэтапно и начну я с нормально сданных экзаменов.

Мы с Арьей достали свои конспекты и принялись быстро просматривать записи предыдущего урока, чтобы восстановить знания. Задают нам очень много и, если бы не зелья, которыми мы сами себя снабжаем, мозги давно бы сварились от усилий. Зельями можно помочь памяти запоминать все лучше, а магии быстрее восполнять запасы. Практику никто не отменял, и там мы тратим много энергии.

Преподаватель пришел быстро, тяжело ступая поднялся на небольшое возвышение, там стоял его стол и удобное кресло, больше похожее на трон. Дэрен Морфайн, оглядел всю аудиторию и не найдя к чему придраться сказал:

‒ С сегодняшнего дня в нашей академии проходит проверка. И проверять будут не только работу академии, но и ваши знания. Поэтому будьте готовы, что кто-то из состава проверяющих изъявит желание присутствовать на занятиях. И будьте готовы, что по требованию любого из комиссии вас могут исключить.

В аудитории поднялся гул недовольных голосов, а мы с ребятами переглянулись, какая неприятная новость.

‒ Тишина, ‒ сказал огненный дракон и мгновенно все замолчали, ‒ надеюсь, что вы не зря доучились до четвертого курса и нам вашим учителям не придется стыдиться за ваши знания.

Морфайн тяжелым взглядом осмотрел нас и кивнул:

‒ А теперь займемся магией огня.

Я была рада, что индивидуально со мной занимается Самар, наши занятия проходят легко, потому что он не ждет от меня полного подчинения правилам академии.

Морфайн же зациклен на порядке, мотивируя это тем, что огонь — свободолюбивая стихия и ей нужны оковы, законы. Я была благодарна куратору нашего факультета, Дамиану Совергору, когда он предложил мне индивидуальный метод обучения. Все же найсары непростая раса, нас еще называют поцелованные стихиями и было понятно почему. Я могла использовать все четыре стихии, но огонь та стихия которой я инициировала свою сущность самая сильная моя сторона и самая неуправляемая.

Пара пролетела очень быстро, но не без приключений. В какой-то момент я поняла, что Неи в кармане нет, эта бестолочь крадется к столу Морфайна, скрываясь в магическом слое, за конфетой. У Неи хорошо получалось прятаться, сливаясь с обстановкой, но и дракон не простой прохожий, а целый профессор. Мы с ужасом наблюдали, как эта вертлявая гадость умыкнула со стола дракона конфету и спряталась за фикусом, где тут же стала ее плавить и есть, довольно жмуря огромные глазищи.

Кто пробовал не дышать несколько минут и делать все, чтобы отвлечь преподавателя от ящерки, так это мы. Тайрус ронял на пол маг перо, Арья хоть и не любила Нею, но любила меня, поэтому отчаянно чихала, громко и звонко, что все оборачивались на нас. А я тянула руку, чтобы отвечать на вопросы дракона, лишь бы он не стал рассматривать свой стол, где уже нет конфеты.

В общем, намучились мы, настрадались, а Нея нет бы вернутся к хозяйке, скрутилась бубликом в горшке с цветком и заснула, выпуская дымок из мелких дырочек носа. Арья, как самая лучшая в чарах напустила на мелкую паразитку морок, чтобы дракон не понял, что рядом с ним спит живое существо. И мы немного выдохнули, чтобы погрузиться в учебу с головой.

После того, как закончилась первая пара, мы собрали сумки и пошли на выход, я словно ненароком прошла рядом с драконом профессором и подхватив выпучившую глаза Нею тут же запихнула ее в карман. Выдохнула напряжение, но перед дверью Морфайн меня окликнул:

‒ Адептка Шай, советуют вам отнести саламандру в фамильяриус и присмотреть за ее состоянием. Это специальные конфеты для концентрации магии, а ваш питомец съел слишком большую порцию для своего веса.

Я сглотнула комок в горле и кивнула, Арья в поддержке дотронулась до моего локтя.

‒ И еще адептка, ‒ сказал дракон, когда я уже собралась уйти, ‒ для вас будет лучше, если эти месяцы до «Зимнего бала» вы сконцентрируетесь на учебе, если, конечно, не хотите опять оказаться в Закрепе, ‒ Я вздрогнула от его слов, а Сайрус встал рядом со мной, словно пытаясь защитить от дракона. ‒ Утихомирьте свою стихию, ‒ дракон повернулся ко мне и посмотрел холодным взглядом, ‒ советую найти труды Алахорта Шайя, вашего предка, я дам вам разрешение пройти в защищённую секцию. Вы поняли адептка?

‒ Да профессор Морфайн, ‒ я сжала зубы, стараясь унять дыхание и взять себя в руки.

‒ Идите, ‒ кинул напоследок дракон, теряя ко мне интерес.

Мы быстро выскочили из аудитории, чтобы профессор не вспомнил еще что-нибудь плохое. Про «Закреп», конечно, знали все учителя, в этом не было тайны, как и не было тайны, что я тут только благодаря королевскому указу.

Тетушка просветила меня перед смертью. В нашем государстве мало магов. У многих есть энергия, но не все могут стать магами. Не всем подвластно оперировать большими потоками, и с каждым годом магов не становится больше. А вот в других государствах магов побольше, и все, потому что давным-давно найсар там не сжигали на кострах, а берегли как драгоценности. Ведь каждый ребенок у нас одаренный, неважно какой он расы рождается.

А у нас, в Оренверне с найсарами все печально, я последняя. В договоре, что заключила тетушка, меня отпускали, давали возможность стать магом, жить нормальной жизнью, но обязали меня выйти замуж и родить хотя бы двух дочерей. Я согласилась. В то время я была согласна на все. Не каждый может выдержать тюрьму Закреп, которая вытягивает из тебя магию, а с ней и саму жизнь.

‒ Тебе нужно выкинуть эту бесполезную ящерицу, ‒ возмутись Арья, я вздрогнула, выныривая из своих дум.

‒ Она сладкоежка, ‒ я погладила саламандру в кармане, даря ей свою поддержку.

‒ А теперь придётся идти в фамильяриум.

‒ Арья я могу сходить одна. ‒ Успокоила подругу, которая терпеть не могла загоны с питомцами.

‒ Мы с тобой, ‒ тут же сказал Тайрус, ‒ Вдруг опять какое-нибудь приключение, не хочу пропускать.

‒ Тебе бы все веселится, ‒ Арья ткнула Тайруса в бок острым кулачком.

‒ Эй, «Пылающие» еще не все в аудитории спалили, ‒ раздался смех за спиной, однокурсники из других групп любили нас доставать.

‒ Утихни Митр, ‒ Сайрус показал парню с некроманской группы кулак.

В общем, решили сначала идти в фамильяриус, а потом уже на следующие пары, по магии крови. Преподавательница там тоже весьма злобная, вампирша Нейла Митчер.

Мимолетно брошенный в сторону взгляд и меня словно молнией пробивает. Группка проверяющих, но не в них дело, опершись спиной на стену в этой группке со знаком проверяющего на груди, стоял ОН. Ужас моих снов. Источник всех моих бед. Мой бывший муж. Ардариан Фарингтон собственной персоной. Не знаю, как я смогла сдержаться, может быть, потому что держалась одной рукой за Нею, а может, потому что прикусила щеку с внутренней стороны и почувствовав боль, смогла удержать огонь. Дракон перестал разговаривать с блондинчиком, который приметил меня в столовой, замер и стал медленно поворачивать лицо в нашу сторону.

Глава 3

Как одолеть пять метров за пару секунд? Обращайтесь, расскажу. Я побила все рекорды по рывку и могу теперь сдать все нормативы Самару по скорости. Заскочила за угол и привалилась к стене, чтобы унять выпрыгивающее из груди сердце. Я же не сошла с ума? Это был Ардариан! Что ему тут понадобилось?! Академию он закончил уже давно, да и не дело это наследнику рода работать на королевство, а все проверяющие служащие.

‒ Мири? ‒ Друзья выплыли из-за угла и замерли напротив меня, пронзая любопытными взглядами, ‒ Только не говорит, что этот великолепный образец чистой мужской красоты смог тебя так напугать, ‒ хмыкнула Арья.

‒ Это твой муж? ‒ Тут же спросил Тайрус.

‒ У меня нет мужа, ‒ мой голос охрип от переживаний и быстрого бега.

‒ Да ну, ‒ Арья выглянула из-за угла и тут же заскочила назад. ‒ Он смотрит, будто чувствует. Да, подруга, я тебя понимаю, от такого не грех голову потерять, да и все остальное тоже, ‒ она хмыкнула.

‒ Вот ты озабоченная, ‒ цыкнул на подругу Тайрус.

‒ Сам ты озабоченный, ‒ не осталась в долгу девушка. ‒ Кто недавно под юбку Насики заглядывал.

Тайрус покраснел и виновато покосился на меня.

‒ Уймитесь, ‒ рыкнула я и, взяв себя в руки, ‒ идем, куда шли.

‒ Мири, а если он захочет тебе навредить? ‒ Вдруг спохватилась Арья и стала серьезной, ‒ ведь Морфайн сказал, что любой из проверяющих может исключать. А если он захочет отомстить?

‒ С чего ему мстить, ‒ мы шли в фамильяриус, и я уже не боялась, что Ард нас нагонит. Минутная слабость прошла и в груди разрасталась веселая злость. Надеюсь, он не почувствует меня, у драконов хорошо развито обоняние, а этот дракон слишком хорошо знает мой запах. Потом я хмыкнула, может, он давно уже забыл, как меня зовут, женился на своей демонессе, нарожал мелких демонят, а я слишком большого мнения о своей значимости в его жизни. Тетушка говорила, что он приезжал к ней, искал меня, но она ему не сказала, где я. В груди нарастала боль, вот и сон в руку. ‒ Ему не за что мне мстить, ‒ повторила я, ‒ Кроме ущемлённой гордости, что его бросила жена, он никак не пострадал.

‒ Ну, знаешь ли, ‒ глубокомысленно сказала Арья, ‒ получить магию, а потом ее потерять, думаю, у любого оставит след, даже дракона.

‒ Давайте не будем говорить о нем, ‒ сказала я чуть резче чем хотела, ‒ много чести.

‒ Как хочешь, ‒ пожала плечами Арья, ‒ но я бы на твоем месте была готова, что он может нагадить. Поверь нет никого хуже отвергнутого мужчины. Все, все, ‒ Арья подняла руки, делая вид, что сдается. ‒ Не говорим о Фарингтоне, не думаем о Фарингтоне, не видим Фарингтона.

Я попыталась толкнуть подругу, та хихикнула и припустила бегом по коридорам, легко обходя других адептов.

‒ Ловим, ‒ крикнул мне Тайрус, и мы быстро понеслись следом за Арьей, которая не думала нам поддаваться.

Да, не пристало адептам высшей академии так себя вести, нужно показывать младшим курсам серьезность и полное погружение в учебу. Но как же хочется иногда вновь стать беззаботным подростком и не о чем не думать. Просто радоваться солнцу, небу и первым заморозкам, которые раскрасили окна ледяными узорами.

Прохлада улицы освежила и помогла унять горящую в крови магию, так что в фамильяриум, большое круглое здание с белой крышей мы вошли уже степенным шагом.

‒ Адепты, ‒ старый Данур, который заведовал в фамильяриуме гардеробом, с укоризной посмотрел на нас. Мы так торопились, что не стали одевать верхнюю одежду. Да и зачем магам огня шубы, когда тут пройти не так уж много. ‒ Что же вы за здоровьем не следите, ‒ старик, впрочем, тут же про нас забыл, уткнувшись в небольшую книжку, не до нас ему.

Мы прошли по коридорам в большой общий зал с небольшим озерцом. Приятно пахло цветущими в кадках и горшках растениями. Вся зелень нужная для здоровья фамильяров растительность. Нея высунула нос из кармана и тут же спряталась. Нас встречала госпожа Флави, пухленькая немного грустная, но очень добрая женщина. Она заведовала этим пристанищем для магических питомцев и строго следила, чтобы они ни в чем не нуждались.

‒ А адептка Шай, ‒ покачала черноволосой головой госпожа Флави, ‒ опять ваша саламандра сбежала. Я не хочу докладывать о вас ректору, но вы должны понимать, что Нея не, может ночью находиться в жилых корпусах. Это опасно и прежде всего для вас самих.

‒ Госпожа Флави, ‒ вперед вылезла Арья и, взглянув на женщину огромными глазами, полными безоговорочного обожания, попросила, ‒ давайте не рассказывать ректору. Мы за Неей следим, ну, пожалуйста.

Заведующая поджала губы, но перед обаянием Арьи все же сдалась

‒ Смотрите, в последний раз. ‒ потом протянула руку, ‒ Ну что там у вас.

‒ Она съела конфету профессора Морфайна, он конфеты пропитывает зельем концентрации. Учитель сказал отнести к вам Нею и передать, что для нее это слишком много. ‒ Я сама рассказала о нашей беде и протянула саламандру госпоже Флави.

‒ Ну что ж, ‒ женщина бережно прижала к себе Нею. Мелкая зараза тут же приняла страдальческий вид и подергивала нервно лапками, ‒ Я покажу ее лекарям, а пока она побудет здесь в своей комнате.

Флави уже не обращала на нас внимание и что-то шептала Нее. Я знала, что саламандра тут долго сидеть не будет, но по нашей связи, передала ей чтобы до вечера не думала куда-то уходить. Напомнила о проверяющей делегации и предупредила, что могут быть проблемы.

Нея согласилась, что стоит быть осторожней. Иногда удавка на элементале, который заперт в теле мелкой ящерицы ослабевает, и он может вести себя здраво. Я ищу возможность его освободить, рыщу в библиотеке в поисках хоть небольшого намека, как помочь своему питомцу. В голову тут же закралась мысль, что профессор Морфейн мне как раз в этом и поможет. Я точно хочу почитать труды моего предка Алахорта Шайя, главное — попасть в запрещенную секцию библиотеки. Я улыбнулась своим мыслям, а Арья передёрнула плечами, словно замерзла:

‒ Когда ты так улыбаешься, мне страшно, кого собралась пытать.

‒ Не выдумывай, ‒ я пожала плечами, ‒ лучше ускорится, а то наша вампиресса нас по надкусывает.

‒ Фу, ‒ Арья скривилась, но вняла угрозе, и мы постарались не опоздать на вторую пару. Главное слово тут постарались. Пара уже началась.

‒ Неужели трудно тут магополитены поставить, чтобы адептам не приходилось столько бегать, ‒ возмущалась Арья.

Мы обречённо открыли дверь в аудиторию и застыли в дверях.

‒ Адепты, ‒ вампиресса Нейла Митчер, изогнула, итак, ломанные острым углом брови, ‒ В который раз ваша троица нарушает порядок, ‒ она пронзила нас взглядом и поджала алые губы, поблескивая белыми клыками, ‒ Садитесь.

Мы с облегчением ринулись на свои места на ходу, доставая книги и записи.

‒ Но на отработку к госпоже Флави на два дня записаны, ‒ все же не обошлось, мы переглянулись.

Прошло почти четверть урока, когда поняла, что меня терзает странное чувство, будто на меня кто-то смотрит. Я, не сильно скрываясь оглянулась на задние ряды. Обычно там сидят парни, и частенько, занимаются своими делами пока их не видят, но сегодня там сидел блондинчик. Тот самый, что пожирал меня взглядом в столовой. На его груди сияет эмблема департамента просвещения, а его губы медленно трогает довольная улыбка.

Эта улыбка мне показалась подозрительной и чего, спрашивается, этому проверяющему от меня нужно. В любовь с первого взгляда я не верю, богатой наследницей я тоже не являюсь, так что ему нужно?

Я что нужно этому белобрысому стало ясно под конец урока, когда он обратился к нашей преподавательнице и решил заменить ее на короткий срок опроса по заданной теме. Я никогда не была сильна в магии крови, но так как у меня есть стихия, вода, а кровь — это своего рода жидкость, мне пришлось на первом курсе ходить на дополнительные факультативы. Магия крови своеобразна и интересна, если погружаться в изучении с головой, но вода, неосновная моя стихия. Больше всего мне нравится, что она помогает лечить, а еще на основе крови создаются самые сильные зелья, что тоже очень пригодится мне в мирной жизни. Вернемся к нашему блондину.

‒ Как вам уже наверно известно, в академии на протяжении несколько месяцев будет работать проверяющая комиссия. В нее вхожу и я Натаниэль Рист, профессор магических наук по артефакторике. ‒ Блондин создал многозначительную паузу. ‒ Наша задача проверить ваши знания и сейчас с позволения госпожи Митчер я проведу краткий опрос по уже изученным темам.

Было видно, что преподавательнице неохота уступать место Ристу, но она кивнула проверяющему и отошла от своего стола к окну. Сложила на груди руки и внимательно оглядела аудиторию. Ее взгляд был многообещающим и холодным, нельзя ударить в грязь лицом перед проверяющим. Мы притихли, а я пожалела, что села на первый ряд. Голубые глаза тут же остановились на мне ну, конечно, кого, если не меня нужно спросить первой:

‒ Вы адептка, ‒ он кивнул, ‒ назовите себя и потом скажите главное правило магии крови. Я встала возле стола:

‒ Наймириаль Шай, ‒ отрапортовала быстро, ‒ главное правило магии крови никогда никому не давать свою кровь. ‒ Уж такие простейшие знания нам с самого первого курса вдалбливают.

‒ А что, если ваша кровь уже есть у вашего недруга? ‒ Блондинчик, переваливаясь с носков на пятки, заложил руки за спину и весело рассматривал меня.

‒ Найти того, у кого она есть и забрать, ‒ сказала я, понимая, что говорю чушь, но разум уже ворошил память, что же там нужно было делать? Магистр Митчер побледнела еще больше, глаза сверкнули красным, ‒ Ах да, нужно создать зелье «поводка», ‒ знания сами нашлись, постепенно возвращаясь в память.

‒ И что делает это зелье? Ну же адептка Шай, пока вы ответили на все правильно.

‒ Это зелье соединяет вас в магическом слое с кровью, что украли и появляется возможность ее уничтожить. Каждый маг делает это согласно своей стихии. Я бы спалила.

‒ Восхитительно, ‒ излишне эмоционально сказал Рист, ‒ Вы с легкостью ответили на мои вопросы адептка Шай, это добавит вам баллы на экзаменах. Садитесь.

Я с выдохом приземлилась на стул, а потом слушала как проверяющий доставал остальных. Вот остальным повезло больше, простые вопросы по одному на адепта.

После пары мы с друзьями спешили в столовую на обед, но проверяющий, чтоб ему пусто было, остановил меня:

‒ Адептка Шай останьтесь, у меня есть к вам еще несколько вопросов, ‒ и что ему еще надо? Его настырность начинала нервировать, а у меня и так проблем выше крыши. На носу экзамены, по которым будет ясно, получу ли я диплом, как дорогостоящий маг или сертификат, который не дает допуск к высокооплачиваемым работам.

А потом будет Зимний бал, на который еще нужно найти платье и это обязательно, потому что там можно встретить будущих работодателей. О будущей работе, нужно договариваться несмотря на пятилетнюю отработку на королевство, сразу. А я нахожусь в крайне стеснённых обстоятельствах, чтобы покупать платье и это неимоверно напрягает. Если у меня, появляется лишняя серебрушка, я пересылаю их в свой замок. Там осталось не так много слуг, лишь самые преданные семье, те, кто служат нам испокон веков и бросить их я не могла.

Работать нам, адептам не разрешают, это официально, а вот, по сути, все крутятся, как могут. Королевство дает все по минималке, еду, одежду, принадлежности к учебе, но если ты хочешь большего, то должен уметь крутиться. Легче тем, у кого богатые родственники им просто пересылают нужные суммы. А что делать нам, тем, у кого нет родственников и денег нет. На первых курсах я делала зелья, простые, на которые не нужна сила, ведь приходилось ходить в сдерживающих браслетах.

Сейчас я продаю свою магию. Нет ничего легче, чем сливать свою энергию в специальные кристаллы накопители, которые потом легко продать. Тем более, я быстро восполняю потери, и это не сказывается на учебе. Не всем так везет с магией, некоторым не хватает резерва, и они покупают такие накопители, чтобы просто получить хотя бы сертификат.

Я кивнула друзьям, чтобы не ждали, и они уже наученные опытом понеслись в столовую занимать места и набирать еду, времени, как всегда, в обрез.

Я была готова к тому, что меня начнут отчитывать за незнание основ магии крови, но совсем не ожидала, что Рист склонит голову набок как дружелюбный щенок и улыбнётся ласковой улыбкой, от которой у меня дёрнется веко. Не привыкла я к таким нежностям.

‒ Это даже обидно Най, не так сильно я изменился, чтобы ты меня не вспомнила.

Эти голубые глаза, бесхитростный взгляд, имя которым меня называл лишь один человек в далекие детские полные счастья годы. Нат, Натаниэль! Конечно! Я от удивления открыла рот и тут же захлопнула, потому что этот громила сжал меня в объятиях.

‒ Ну наконец-то узнала! ‒ Воскликнул друг моего детства.

‒ Ты подрос, ‒ сказала я немного ошарашенно. Натаниэль был худеньким бледноликим вечно больным мальчишкой, с которым мы не раз обчищали сады крестьян. Я была, настоящей сорви головой в детстве, а Нат был спокойным и рассудительным. Как же давно это было... ‒ Ты меня задушишь!

‒ Прости, просто я, как увидел тебя, места себе не нахожу, думал, что ты меня узнаешь, а ты... ‒ Друг детства обиженно поджал губы и взглянул в мое лицо. Я не знала, как реагировать на этого мужчину. Нат был уже не тем мальчишкой, которым я командовала, как хотела, да и статусы наши не предполагали панибратства. Я одёрнула форму и пригладила распушенные волосы:

‒ Рада тебя видеть Нат, Натаниель, ‒ поправила я. ‒ И рада, что у тебя все хорошо...‒ Я запнулась, я не помнила, как мы расстались. Это было так давно... Мне было в то время девять лет, а Натаниэлю тринадцать. Наши родители дружили и частенько мы по нескольку месяцев гостили друг у друга. Я помню, что наши родители в шутку даже планировали нас поженить. Я встряхнулась, не хотела я вспоминать свои счастливые годы, воспоминания приносят лишь боль, а нужно идти вперед. Я не помню, почему родители перестали общаться, просто в один прекрасный день они разъехались, чтобы больше никогда не встречаться. Я никогда не спрашивала у тети о бывших друзьях родителей, потому что даже не знала их фамилии.

‒ Я хотел бы с тобой встретиться в городе, поговорить, ‒ Натаниэль взял мою руку в свои ладони и поцеловал мне пальцы. Я еле сдержалась, чтобы не передёрнутся, мне неприятен был этот поцелуй, хотя в целом Нат не вызывал отторжения. Я аккуратно вытянула свою ладонь из его теплых пальцев и немного покраснела. Слишком голодным был взгляд Риста, я не могла представить, что этот красивый мужчина — тот самый мальчишка, которого я использовала как лошадку и таскала за светлые волосы.

‒ Хорошо, ‒ не стала я отказываться. ‒ Иногда нужно разгружать мозг от учебы, а вкусный обед со старым приятелем может быть такой разгрузкой. Тем более, он из проверяющих, а это шанс, что меня не будут сильно доставать, главное — выведать статус проверки и стоит ли переживать нам старшекурсникам. ‒ Где и когда?

‒ Ты почти не изменилась Най, именно такой я тебя и помню, решительной, резкой, красивой.

‒ Ты меня смущаешь, ‒ я почувствовала, как к щекам прилил жар, но сердце мое не дрогнуло на его признание. Просто, кроме магистра Самара мало кто отваживался в последние годы говорить мне комплементы. Отвыкла. Сама виновата, не терплю лишнего словоблудия, а парней иногда несет совсем не туда. Начинают сразу делать намеки на постель. У магов, сильны эмоции и плотские позывы тела, и это касается не только мужчин...

Тут же в голове возникли мысли о Ардариане. Я не думаю, что он будет мне чем-то гадить, как говорит Арья, но почему бы не подготовится и не заиметь поддержку в лице бывшего друга детства. Ардариан. Вот когда сердце болезненно сжимается и хочется плеваться огнем... от злости. И чего этому дракону дома не сидится.

Тетя, не сказала ему, где я когда он приходил к ней, хотя, навряд ли Фарингтон смог бы меня вытянуть из «Закрепа». Я была приговорена к долгому заключению и если бы не указ короля, то, наверно, давно сошла бы с ума.

Но я была виновата. После того как я приняла свою сущность, я улетела из сожжённого домика для молодоженов. В ипостаси легко летать, огненные крылья, быстрые, сильные, я сама магия. Но я была не в себе и... мне больно об этом вспоминать, больно, потому что я виновна в гибели людей. Я виновна, что целый поселок сгорел, пострадало несколько человек. Когда я вернула себе человеческий вид, стража поймала меня почти сразу, быстрый суд по которому на нас возложили непомерную виру и целых два года «Закрепа»...

Я винила себя и не думала, что когда-нибудь выйду на свободу, сила не желала легко мне поддаваться, а без контроля я опасна для людей. Наверно, я какая-то ущербная найсара...

Но судьба подарила мне второй шанс на нормальную жизнь, и я не позволю Фарингтону опять все испортить. Даже если мне придется, сто раз сходить на свидание с Ристом я пойду, надеюсь, если возникнут проблемы с бывшим, он мне поможет.

‒ Я говорю правду, ‒ тем временем Рист все ещё оглаживал меня взглядом.

‒ Как твои родители? ‒ решила я перевести разговор на нейтральные темы.

‒ Они умерли, ‒ горько скривился Рист, ‒ давно.

‒ Мне жаль, ‒ я дотронулась до его руки, чтобы поддержать, ‒ мои тоже давно меня оставили, меня воспитывала тетушка.

‒ Это ужасно, ‒ Рист неподдельно мне сочувствовал.

Мы пару минут просто молчали, каждый вспоминая своих родителей, потом Рист всполошился:

‒ Ох, ты же не успеешь пообедать, знаю тут порядки строгие, беги Най, встретимся завтра, как раз выходной день. Буду ждать тебя в десять утра на выходе из академии.

‒ Хорошо, ‒ я тепло ему улыбнулась, под чертами незнакомца я легко угадывала того мальчишку, который был мне когда-то другом.

Путь до столовой занял больше времени, чем я думала, прямо в коридоре стояла кучка проверяющих с нашими наставниками и рассматривали новую картину, что повесили в фойе зала. Среди них был Ардариан, и пройти мимо, это привлечь внимание всех, а показывать себя бывшему мужу я не хотела.

Глава 4

‒ Адептка Шай, ‒ за спиной холодный голос Морфайна, ‒ вы что-то потеряли?

И чего этому профессору мимо не идется. Я выпрямилась и сделала по возможности невинные глаза. Такая огромная академия, а мне попадаются те, кого видеть не хочется. Морфайн посмотрел в сторону проверяющей комиссии и нахмурился:

‒ Идите на обед адептка, ‒ сказал дракон, не давая мне возможности сдать назад, ‒ вы и так много опаздываете.

Я еле сдержала так и рвущиеся колкие слова и прикрыла магию, которая хотела вырваться из моего тела, дракон напрягся, почувствовав угрозу, насмешливо приподнял одну бровь. Чувствовал гад, как ярится внутри меня огонь.

‒ И адептка, ‒ позвал он меня, когда я, выпрямив и без того прямую спину, пошла по коридору, ‒ расскажите на следующем уроке, о вашей питомице мне интересно, как она перенесет влияние зелья.

Я скрипнула зубами, бедная Нея она для него подопытная мышка. А что я хочу, драконы славятся своей жестокостью...

Проверяющие были все ближе, а мое сердце буквально выпрыгивало из груди. Я следила за Ардарианом краем глаза и быстро неслась в сторону столовой. Кто создавал планировку академии, горите в бездне огненной, нельзя было сделать больше обходных путей...

Сейчас я, наверно, впервые пожалела, что мои волосы имеют огненную расцветку, так притягивающую взгляд. Проверяющие были мужчинами, а они, как известно падки на все яркое. Все головы повернулись в мою сторону, голоса замолкли, а по моей спине пробежали колкие иголочки. Ты смотри, им закон не писан, нагло проверяют мою силу сканирующими заклинаниями.

Я поджала губы, чтобы не скривится от мерзкого чувства, словно внутри тебя бегают миллионы букашек. Секунды шли очень медленно, и, казалось, весь мир замедлился вместе со мной. Фарингтон скучающе окинул меня ничего не выражающим взглядом и отвернулся к импозантному мужчине, продолжая беседу.

Он меня не узнал! Я тут трясусь от злости и страха, а он меня не узнал!

Я не знала, радоваться ли мне или обижаться. Неслась в столовую и мысли в голове, все никак не могли собраться в кучку. Если он меня не узнал, то это прекрасно! Хотя я не так сильно изменилась. Сущность найсары сделала меня ярче, красивее, более привлекательнее для противоположного пола, но не изменила черты лица. Мои золотистые волосы стали ярко-рыжими почти красными, губы обрели полноту и краски, глаза сверкали как два бирюзовых камня на золотистом морском берегу. И двигаться я стала более уверенно, не так, как бедная дворянка в непрезентабельной одежде. Я не опускала глаза, предпочитая, видеть на лице собеседника эмоции и вычислять по ним его отношение. И ходила я, не опуская плечи, и понурив голову, вся показная покорность, которую вбивала в меня тетушка, чтобы найти мужа, ушла в небытие.

Уже поворачивая за угол, я кинула взгляд на магов, которые перестали глазеть на картину и о чем-то беседовали между собой. Морфайн подошел к проверяющим и пожал руку Фарингтону, остальным лишь обозначил поклон кивком головы. А вот это неожиданно. Значит, огненный дракон знаком с Ардарианом и довольно близко. Еще этого не хватало. Я выдохнула напряжение и сжала зубы. Я не боялась Фарингтона, нет. Я не желала с ним общаться, смотреть на него, видеть его эмоции. Даже при мысли, что он будет стоять рядом, у меня внутри все полыхало от желания запустить в эту надменную физиономию огненной магией. И я понимала, что Ардариан Фарингтон все еще сидит в моем сердце. Как воспалившаяся рана, в которой собрался гной.

Наша встреча не принесет ничего хорошего. Мне сейчас нельзя получать выговора, нельзя показывать, что стихия не хочет мне повиноваться. Осталось каких-то полгода до моей частичной свободы, и я спрячусь от всего мира наедине со своей силой. Я смогу взять ее под контроль, время у меня будет, мы живём долго. А когда придет время, я выйду замуж за того, кого пошлет мне король и рожу двух девочек. Мысли о замужестве вызывали только отторжение, и я рада, что от меня не требуют выходить замуж сразу же после окончания академии.

В столовой я быстро нашла друзей взглядом и увидев, что они уже набрали мне еду, заботливо укрытую сохраняющим температурой заклинанием села за наш столик.

‒ Ты что-то долго, ‒ сказала Арья внимательно меня разглядывая.

‒ Вы не поверите, ‒ я деактивировала заклинание и потянула носом, впитывая дразнящие запахи густого наваристого супа и мясного пирога.

‒ Что опять? ‒ у Тайруса были на мой счет не очень приятные мысли.

‒ Натаниэль Рист — друг детства, ‒ выдала я.

‒ А? ‒ удивилась Арья.

‒ Ого, ‒ сказал Тайрус, ‒ как получилось, что ты его не узнала.

‒ Ну он тогда был мелким и худеньким, и мне было мало лет. Своё детство я помню урывками.

‒ Тебе нужно попить зелье памяти, не дело — это забывать друзей, ‒ сказала Арья, потом повернулась к Тайрусу, ‒ представь, когда-нибудь она нас так же не вспомнит.

‒ Не утрируй, ‒ отмахнулся от подруги парень, ‒ И что он тебе сказал? ‒ обратился уже ко мне друг.

‒ Пригласил на свидание в ближайший выходной.

‒ Ох! ‒ Арья захлопала в ладоши, привлекая к нам внимание рядом сидящих адептов, ‒ Это же хорошо, тем более он проверяющий.

‒ Не знаю, ‒ покачал головой Тайрус, ‒ он мне не очень понравился.

‒ Тебе все, кто к нам подкатывает, не нравятся ревнивец, ‒ толкнула друга вбок кулаком полукровка. Тайрус покраснел и смутился. Мы с Арьей переглянусь, пряча улыбки. Тайрус считал нас своей стаей и не желал, чтобы кто-то входил в наш близкий круг общения.

‒ Так, ‒ тут же активировалась Арья, ‒ у тебя нет платья.

‒ Есть, ‒ возмутилась я.

‒ То ужасное розовое нечто? ‒ Арья страдальчески закатила глаза, ‒ Мири, оно старое, розовое.

‒ Я люблю розовое, ‒ уныло сказала я, выковыривая из супа жареный лук, терпеть не могу эти склизкие комочки.

‒ Розовое тебе не подходит, и я знаю, где раздобыть нужное нам платье, ‒ Арья потерла ручки.

Не все адептки были богатыми, поэтому тут процветал поток вещей из рук в руки. Кому-то надо на свидание, его одевали всем курсом и не скупились, потому что потом также будут одевать и тебя. У меня брали всего лишь раз жемчужное ожерелье. Наше родовое дорогое, наверно, единственная дорогая вещь, которая мне осталась от тётушки. А больше с меня взять нечего. Розовое платье, как говорила Арья, старое, пару туфель, устаревших моделей, пару сумочек. Обидно, но оказывается, мне, правда, не в чем идти на свидание, а ведь впереди ждёт бал, на который стыдно пойти в чужой вещи. Все будут надевать самое лучшее. Я три года, бал, нагло прогуливала, но в последний выпускной курс уже не смогу. За нами следят строже.

‒ Не переживай, Мири, ‒ Арья была в своей родной стихии что-то достать найти и уговорить, ее семья богатые торговцы. ‒ Ты будешь прекрасна, как утренняя звезда.

Остальные пары прошли без проблем, после учебы я решила сходить к Нее, а потом найти Морфайна и забрать свой пропуск в запрещённый отдел библиотеки. Пока профессор не передумал меня туда пускать, нужно пробраться в святая святых. У друзей тоже были свои дела, и мы решили, что соберемся вечером в нашей комнате, благо Тайрус уже давно научился лазать по стенам в наше окно. Комендантша у нас была строгой и вечернее посещение парней женского общежития строго запрещалось. Блюли они нашу честь, хотя иногда блюсти там было нечего.

Нея обрадовалась мне и тут же обвилась вокруг моей шеи, показывая, что она страдалица, а я жестокая хозяйка. Ее тёплый шершавый язычок прошелся по уху, вызывая щекотку.

‒ Адептка Шай, ‒ госпожа Флави как-то неожиданно оказалась рядом, ‒ давайте присядем, ‒ предложила мне женщина и сама первая села на небольшую скамейку, под раскидистым фикусом. ‒ Вы знаете адептка, что в вашем питомце слишком большая концентрация магии?

‒ Да знаю, ‒ я не стала отнекиваться. Даже простой адепт может почувствовать, что Нея слишком напитана силой, но мало кто знал, что в ней заключён дух, элементаль огня. Нея попала ко мне в наследство. Она наш родовой фамильяр. Никто не знает, когда она оказалась у нас, но все мы стремились помочь ей стать опять эфемерным духом. Хотя иногда мне казалось, что Нее и так неплохо. ‒ Нея — фамильяр рода и поэтому так сильна, ‒ сказала я уже давно заготовленную фразу на случай таких вопросов. Странно, что про Нею узнали только сейчас, хотя раньше она никогда не ела конфеты с зельями. Обжора.

‒ Значит, вы понимаете адептка, что с таким фамильяром нужно быть строже и уметь с ним обращаться? ‒ Сказала твёрдо госпожа Флави, а я насторожилась, как и саламандра на моей шее, не понимая, к чему ведет эта смотрительница за животными.

‒ Понимаю, ‒ кивнула я.

‒ Я решила рассказать вашему декану, что ваш питомец будет в фамильяриуме, пока вы не сдадите экзамены и не подтвердите, что можете владеть таким сильным питомцем.

Мы с Неей переглянулись, в полном недоумении. Я вдруг со злостью поняла, что у меня хотят нагло отнять питомца.

‒ С чего вы решили госпожа Флави, что я не могу владеть питомцем только сейчас на последнем курсе.

Женщина, казалось, растерялась, но потом быстро взяла себя в руки.

‒ В академии проверяющая комиссия и на вас последние курсы будет особое внимание, мне поручено сделать так, чтобы питомцы адептов не причиняли в эти месяцы лишних проблем. Вам все понятно адептка?

‒ Понятно, ‒ почти прошипела я, потом выдохнула. Нельзя себя накручивать, нельзя злиться. Госпожа Флави внимательно за мной наблюдала, и я ей улыбнулась:

‒ Ничего у меня как раз будет больше времени, чтобы подготовиться к экзаменам, ‒ сказала я и сняла с шеи встопорщившую гребешок Нею, ‒ Нечего злиться моська мелкая я буду часто приходить.

Я передала шипящую Нею в руки госпожи Флави зная, что саламандра той ничего не сделает, госпожу защищают множества высших заклинаний, как шепчутся в академии. А потом быстренько ретировалась из фамильяриума, пока смотрительница не вспомнила, что я должна ей отработку. Надеюсь, профессор Морфайн еще не успел передать ей об отработке.

Фух! Вырвалась и даже немного успокоилась. Бедная Нея! Но ничего, зато я сейчас попытаюсь порыскать в поисках информации об элементалях в запрещённой секции библиотеки.

Профессор еще не успел покинуть свою аудиторию.

‒ Шай? —посмотрел он на меня с удивлением. Обычно мало кто хотел лишний раз связываться с Морфайном.

‒ Профессор вы обещали мне пропуск в запрещённую секцию библиотеки, чтобы понять свою силу.

‒ Чтобы прочесть труды вашего пращура, ‒ поправил он меня, в глазах огненного дракона блеснула стихия.

‒ Так вы дадите пропуск? ‒ я замерла, ожидая, что скажет мужчина.

‒ Хорошо Шай, но с тебя доклад по тому материалу, что ты прочитаешь. Тему выберешь сама любую.

‒ Конечно, профессор, ‒ я не могла скрыть радость, и бровь дракона приподнялась, Морфейн со скепсисом сказал.

‒ Я ваш доклад проверю сам адептка Шай.

Я кивнула, а потом смотрела, как дракон прямо в воздухе формировал эмблему допуска. Так могут не многие, и это стоит посмотреть. Красота, качество и лаконичность движений, вот к чему нужно стремиться в магии. Профессор поймал мой восторженный взгляд и впервые улыбнулся. Все же он не такой уж и сухарь. Золотистая эмблема впечаталась мне в запястье, чуть пощекотав кожу. Все, теперь я могу спокойно пройти мимо нашего библиотекаря в запрещенную секцию и мне ничего не будет. Я рада!

На ходу поблагодарив Морфайна, я понеслась в сторону библиотеки, пока ее не закрыли.

Отступление

Девушка была полна нетерпения и чуть ли не подрыгивая понеслась вон из аудитории, попрощавшись с ним на ходу. Профессор Морфейн хмыкнул и рассматривал узкую спину девчонки, пока она не скрылась за дверью, но и потом задумчиво смотрел в никуда, пока не услышал щелчок двери. Из совмещенной комнаты вышел его друг, с которым он когда-то учился в военной академии:

‒ И когда ты ей скажешь? ‒ спросил Морфейн черноволосого мужчину.

Тот холодно посмотрел на друга и его губы скривились в усмешке:

‒ Пусть порхает пока, птичка, я хочу, чтобы она страдала.

Огненный дракон покачал головой, признавая, что его друг Ардариан Фарингтон сильно изменился и эти изменения не в лучшую сторону.