Бюро по спасению попаданцев. Том 3

Бюро по спасению попаданцев. Том 1

Всё чаще и чаще современных землян стало утаскивать в другие миры, но им там приходится вовсе не так сладко, как грезят фантасты в литературе. Команда Бюро по спасению попаданцев работает для того, чтобы вовремя обнаружить перенос и попытаться вытащить жертву из очень опасных неприятностей...

Рабочие будни, оперативные рейды, командировки в чужие миры и расследования сложных давних попаданий.

Узнай о разных отделах Бюро по спасению попаданцев и постепенно доберись до первопричины происходящего вместе с Игорем – бывалым агентом-поисковиком, который когда-то потерял свою нормальную жизнь. Семья отрезана мнимой смертью, семь лет в гаремнике остались в прошлом, и теперь Игорь – один из тех, кто пытается сложить пазлы картинок миров по нужным коробкам.

Первая часть приключений тут --->>> https://author.today/work/501050

Читать третий том --->>>

Глава 1: Проблемы с хвостатыми гадами

Игорь впивался глазами в экран, буквально усилием воли цепляясь за буквы, чтобы отвлечься, чтобы направить извергающийся вулкан гнева в полезное русло.

«Понедельник, 12.01.2026 по Земле: Вход в девятнадцать сорок восемь с моторной лодкой. Установление ближайшей суши с дрона, движение к берегу. Фиксация расстояния: тридцать семь километров. Высадка. Дроном отмечено движение автомашины на большом удалении от берега. Во время следования в том направлении для установления контакта с местными и разведки нога Рината провалилась в какую-то нору, произошло осыпание породы, из земли выкопалась огромная, в человеческий рост, почти каменная ящерица с громадными челюстями, которая растерзала аватары.

Вторник, 13.01.2026 по Земле: вход двенадцать ноль три. Заход на моторке с оружием и снаряжением. Достигли берега. Зафиксировали дорогу с прерывистым движением автотранспорта, всё в одном направлении. Осторожно, проверяя почву, двигались к ней. Удалось пройти ориентировочно двадцать пять километров к трассе. По мере приближения установили наличие проложенной асфальтированной дороги с частично разрушенным, возможно, ящерами, полотном и прерывистым движением машин в одном направлении, а также, возможно, наличие поселения на очень большом расстоянии к югу от точки высадки. Сильная облачность портит картинку с дронов. Расположились на ночлег.

Среда, 14.01.2026 по Земле: прошли тридцать два километра, почти подобрались к дороге. Частота проезда машин снизилась. Были замечены с дрона другие дороги с движением в том же направлении и один случай атаки машины ящерами, которые растерзали местных жителей, по внешним признакам схожих с человеком и не обладающих отличными для землян умениями. Расположились на ночлег.

Четверг, 15.01.2026 по Земле: на рассвете палатку атаковали два выкопавшихся ящера. В ходе борьбы установлена неуязвимость к крупнокалиберным патронам взятого в рейд оружия. Аватары растерзаны в ноль четыре двенадцать (Ольга) и ноль четыре двадцать семь по Москве (Ринат). Принято решение продолжать поиски с воды, где угроза ящеров отсутствует.

Время на Земле ушло на согласование ввода в мир яхты для безопасных перемещений, оборудованной более мощным сигналом для управления локальными дронами и перехвата возможных радиочастот, использование которых можно предположить из-за наличия автотранспорта.

Пятница, 16.01.2026 по Земле: из-за сложностей с транспортировкой яхты вход в мир в четырнадцать семнадцать».

С этого момента Ольга и Ринат оставались целы в своих аватарах и не выходили из рейда, что для Ольги было крайне опасно: сейчас время шло уже на третьи сутки, и Антон разрывался между желанием вывести её принудительно в лазарете и боязнью сорвать вероятный прогресс.

Первой мыслью Игоря после выхода из кабинета, теперь принадлежавшего Милославскому, был звонок Миле. Она оказалась первым человеком, о котором он подумал. Но после пары сигарет на парковке (не хотелось никого видеть и ни с кем разговаривать в курилке, ведь после истории в Красноярске Игорь стал ещё интереснее всея сплетникам Бюро) усомнился даже в том, что расскажет Арине.

О расследовании-то Службы собственной безопасности, понятно, расскажет. Шила в мешке не утаишь. Но не о том, кто его ведёт.

Потому что… Выдыхая раз за разом едкий дым, Игорь представлял в красках, во что может вылиться разговор с Милой, Ариной или там Славкой из альф, бывшим напарником. Картинка не радовала. Сочувствие – последнее, что Игорю хотелось бы сейчас испытать. Это гаденькое ощущение – быть объектом сочувствия, или тем более жалости – он ненавидел. А негодовать мог и в голове. Чем, собственно, и занимался. Тут не особенно поменяет ситуацию наличие зримого адресата, который поддакивает или возмущается сам.

Выслушивать от собеседника, насколько это назначение несправедливо и даже незаконно… На фига? Как ни крути, а это же назначение. Если уж Милославского решили сделать Игоревым персональным ревизором, навряд ли это получится оспорить – только хуже станет. Хотя подумать о том, почему так произошло, надо. Только не прямо сейчас. Не в ярости.

Вообще-то, Мидунок был доволен запечатыванием мира тизонов. Даже сам лично говорил с агентом, сделавшим ключевое открытие. Вообще-то, Игоря наградили и поощряли. Неужто самовольства в Красноярске потом настолько встали поперёк горла, несмотря на принесённый прогресс?

Кулаки опять невольно сжались, а зубы скрипнули.

Но оттого, что булькать он будет с кем-то, ситуация абсолютно не поменяется. И к чему толочь воду в ступе и отвечать на постоянные вопросы кого бы то ни было на тему того, как сегодня удалось ещё глубже затолкать Игоря в жопу или краше подставить? Он представил такие вот звоночки той же Милы пару раз на дню, и окончательно откинул идею раскрывать карты сгоряча.

Спасибо, и без того кисло.

Нужно было в первую очередь остыть. А во вторую – заняться делом, чтобы отвлечься и совершить что-то нужное. И да: желательно ни на йоту не нарушая устав.

Потому он поднялся в кабинет своего звена детективов, коротко со всеми поздоровался и нырнул в монитор, открещиваясь от любых попыток затянуть себя на курилку и расспросить. Антону в чате кинул эсэмэс, что о деталях дознания распространяться нельзя, и тот понял. Остальные, похоже, про внутреннее расследование ещё не узнали. Хотя жаждали узнать про события в Красноярском крае из первых уст. Но, к счастью, с коллегами из этого кабинета, кроме товарищей по звену, Игорь и познакомиться-то толком не успел.

Надо было нырять в рейд. И хорошо, что он по всем признакам будет долгим и без пауз, если не вмешаются ящеры.

Заводить подкрепление в лице Игоря надо на той же яхте, она взята в аренду административным цехом Бюро надолго. Но это – целая головная боль: нужна специальная фура, оборудованная для ввода в миры аватаров вершителей с тяжёлой техникой. К тому же точка входа крайне неудачно расположена, на очень оживлённой дороге, с большим заносом на обочину. Куда, разумеется, и фуре приходится заезжать, чтобы агент вдохнул порошок, касаясь яхты внутри, да так, чтобы она сама не потащила за собой и маскировочную фуру, с которой на месте пойдёт на дно.

Это не говоря уже о том, что Игорь не пробовал прежде управлять такими штуками и вообще ничем плавучим, кроме вёсельной лодки на рыбалке туеву кучу лет назад.

Зато, учитывая мощное оборудование, почти наверняка яхта сможет связаться со своим клоном, что поможет найти Ольгу и Рината, если они на воде.

– Надо входить сегодня, – наконец отозвался он, выдвигаясь из-за монитора к столу начальника. – Никаких ограничений на меня не наложили, – присовокупил Игорь тише.

– Согласен, – живо отозвался Антон. – Меня очень… Короче, там первым делом выпроваживай Ольгу на фиг. Если это не повредит делу, можешь хоть по башке стукнуть. Я боюсь её выдёргивать прямо отсюда, мало ли что у них там. Но держать её больше нельзя. Она, конечно, безбашенная, но о себе тоже должна думать. Не пойму, зачем столько торчит – вот и боюсь трогать, может, у них Карпов уже в заплечных мешках, блин. Но если… – Он умолк на полуфразе, стрельнув глазами в экран, завис на десять секунд, читая сообщение, и подскочил. – Ольга вышла! Давай, пошли быстро в лазарет.

– Одна? – с замиранием сердца спросил Игорь.

И поймал себя на подленькой мысли, что раскрытие дела сейчас вообще не порадует. Тогда рейда не будет как минимум до завтра, а то и дольше. А ему позарез нужно занырнуть. Отвлечься, устаканить мысли, понять, как действовать на Земле и кому что говорить. Если прийти ночевать домой и вообще ничего не сказать Арине, выйдет не айс. А вот если не позвонить ей перед рейдом – вполне допустимо…

– Пока да, одна, – коротко бросил Антон. – Слава богу, блин, – добавил он с облегчением по пути к лифту. – Хрена с два я её опять пущу в этот мир.

Но не пускать Ольгу куда-либо собрался не только Антон, но и медики лазарета. Когда оба подоспели в палату, её уже отсоединили от приборов жизнеобеспечения, но подняться не дали – и экстренно увозили на ультразвуковое исследование вен.

– О, тюльпанный стажёр! Как кстати ты объявился, – обрадовалась бледная Ольга, синеватые впадины под глазами которой стали ещё глубже. – А то пришлось бы просить подкрепления.

– Что там? – быстро спросил Антон. – Опять ящеры? Ренат будет следом? – уточнил он, бросив взгляд на занятую койку с телом второго своего сотрудника в отключке.

– Не, – откликнулась Ольга. – То есть да, с ящерами жесть, но мы на воде. Я приняла антидот. – Медсестра уже выкатила каталку в коридор и повезла, так что пришлось идти рядом, чтобы поддерживать беседу: резкие движения после такого длительного лежания Ольге категорически запретили. – Мы закинули маячки Толмача дронами к нескольким из групп беженцев, час назад получили последний полный отчёт и составили картину ситуации.

– Беженцы? – спросил Антон, когда каталку уже завернули в отделение диагностики.

– Тош, там может быть полная жесть, тебе надо поторапливаться, а то потеряем попаданца в целой Галактике, – мрачно объявила Ольга, вывернув шею.

– Не нужно пока привставать! – одёрнула медсестра, и Ольга, хотевшая подтянуться на кровати, состроила той рожицу.

– Говорю, что поняли из резюме Толмача от разных групп, – отчиталась Ольга, дозволив медсестре орудовать с её затянутыми в белоснежные компрессионные чулки ногами при коллегах. Та готовила аппарат ультразвука к исследованию. – Карпова занесло на планету-колонию, которую недавно начала осваивать цивилизация мира попадания, – взялась перечислять она. – Предварительно человеческая, очень схожая с землянами: никакого колдунства и сверхспособностей, но повыше уровень технического развития. Исследования космоса у них прокачаны на ура. Планета называется Пустошь-3. Её начали заселять тринадцать лет назад, активно перевозить переселенцев и возводить первые города. Я так поняла, это третья планета, которую так осваивают, и она биосферой схожа с их исходной. Ну, была ещё три месяца назад, – помрачнела Ольга и поморщилась: медсестра закончила с аппаратом и взялась за компрессионные чулки, которые надо было снять. Игорь и Антон тактично отвернулись, продолжая слушать. – Вдруг полезли эти каменные ящеры, – отчиталась Ольга чуть прерывающимся голосом: похоже, манипуляции были болезненными, – местные их казмерами окрестили. Сначала на один город полезли, только не парочка, как на нас с Ринаткой, а полчища. Ох, милочка, не торопись так, – сбилась с мысли Ольга и чуть не застонала, но потом собралась: – Город этот, Сарку, эвакуировали сначала, тех, кто уцелел. Но потом ящеры полезли и в его окрестностях. Бороться с ними у местных выходит слабо. Прилетели с других планет какие-то помогаторы и провалились не хуже колонистов. Есть подозрение, что этот вид как-то реагирует на электричество. И атакует, соответственно, прицельно точки, где обжились люди. Но до инцидента в Сарке казмеров этих нигде прежде не было. В общем, там было какое-то заседание какой-то Межпланетной конвенции, и вот, значит, колонизацию по итогу решили попросту свернуть, типа нейтрализация ящеров выйдет себе дороже. Ох! – вырвалось у Ольги одновременно с булькающим звуком выдавливаемого геля. Игорь поморщился, невольно представив холодную массу и на своей коже. – Да, так вот. За два дня до даты попадания Карпова объявили массовую эвакуацию с космодрома в западном полушарии, там ящеров меньше, чем в восточном. Всех желающих уводят с планеты, Тош, – объявила Ольга изменившимся голосом, – в порядке пребывания и очереди. Мы считаем, что попаданец в одной из волн, которые движутся к городу Люминодар. Централизованного перемещения не получилось, аэропорты и мелкие космодромы восточного полушария сровняли с землёй ящеры после первых взлётов. Сейчас там все пытаются добраться к чёрту на кулички к уцелевшему космодрому. В панике. И вот если наш Карпов смоется с планеты… Это будет самая феерическая задачка для отдела Г за всю историю Бюро, – наконец озвучила худшее она. – Потому что непохоже, что там кто-то особо следит за отчётностью. И шансов понять, в ком уё наш попаданец будет негусто. Мы получили координаты Люминодара, до него семь тысяч километров по морю. Напрямую ближе, но на суше эти казмеры выкапываются. Язык местных прогружен на девяносто процентов, яхта ловит радиопередачи и трансляции, включая видео. Есть полная карта планеты с маршрутами от их аналога МЧС. Напрямую по суше не получится вообще: там горы, если частично обойти их по Продольному морю, а потом пересесть на колёса – будет ближе, не придётся огибать почти весь западный континент зигзагом, но там за машину сейчас и местные будут готовы убить. Опять же, после каждого провала с ящерами придётся стартовать заново от точки входа. Но надо перехватывать Карпова на Пустоши-3, не то будет бедень.

Они уже давно слушали Ольгу, стоя вполоборота, но тут как-то синхронно повернулись: медсестра сняла с той простыню и чулки и занималась ультразвуком тоненьких ног со вздувшимися канатами вен. Она сверкнула на беспардонных агентов недовольным взглядом и поправила простыню, но Ольга только рукой замахала.

– Нужно будет оперативное вмешательство, – услышал Игорь, быстро отвернувшийся, голос медсестры. – Есть три крупных тромба, которых не было до рейда. До устранения их вам нельзя ни работать, ни вставать без сопровождения врача. Я оформлю перевод в отдел О.

– Да твою ж, лапонька! – простонала Ольга. – Ладно. В многонедельный рейд я бы и не могла пойти, потому и повылезла, Тош. Нужно продумать всё, но быстро. Ринат погнал яхту к координатам точки входа, но не чётко на место. Нужно грамотно рассчитать запасы. Ну и оружие, наверное. Даже не знаю, кто там сейчас опаснее – ящеры или люди.

– Думаете, Карпов двигался по морю? – уточнил напряжённо Антон.

– Да, почти наверняка. Если бы он пролетал над точкой на каком-то успевшем взлететь авиатранспорте, мы бы пикировали в водичку с небес, – пояснила свою мысль Ольга. – Судя по высоте точки входа – почти наверняка какое-то судно. Там была океаническая база «Нептунум», с неё научный состав и работников эвакуировали на судах из их арсенала. Возможно, Карпов на одном из таких. Или на чём-то частном или захваченном. Пассажирских судов там не водилось, я имею в виду, для перемещений или развлечений, но были рыбацкие и всякое такое. Возможно, учитывая опасность на суше, кому-то показалось умнее переплыть расстояние даже на непредназначенном для этого судне. Тогда есть шанс, что оно медленное. Или даже потонет. Вообще, Тош, будет такая опа, если он улетит, что мне начинает казаться, что лучше бы до него добрались ящеры.

– По личности никаких предположений? – прервал Антон.

– Ноль без палочки, – подтвердила Ольга. – Я тебе больше скажу: там и свидетелей ты не найдёшь. И даже если кто-то странно себя начал вести, хрен это кто запомнил: там все в ахуе. Но Карпов должен быть в полном шоке. И вряд ли захочет там оставаться. Надо думать, как донести до него, что мы можем спасти. Рупоры, что ли, нужны. И звать по имени. Это и местных вокруг космодрома не особенно удивит – что кто-то своих по именам ищет. Других идей у меня пока нет, но я продолжу их генерировать, – хмыкнула она. – Ну и чего ты стоишь столбом? И так три недели просрали.

– Да потому и стою, – проворчал Антон. – Где гарантия, что он не улетел давно не пойми куда с планеты? Ять. С планеты! Такого ещё реально не было!

Глава 2: Трудности в перемещении

– Так, хорошо, а дирижабль какой-нибудь?

Полубезумное заседание с админами Б-эшки и самим главой отдела снабжения Константином Сюитой шло уже четвёртый час. Рината искусственно вывели из рейда, и поначалу он даже присутствовал, но потом заявил, что про обстоятельства всем известно, а он заслужил свободного времени, и поехал домой. Собственно, и правда не было похоже, что сегодня повторный вход состоится.

– Самое реальное – вертолёт, мы даже заводили уже аватары вертолётов из города, прикрываясь всякими демонстрациями, пиар-акциями и прочей мурой, схема наработана. Но расстояние слишком большое, топлива не хватит, – говорил админ Жора из С-ки. – Дирижабль, – скривился он, обращаясь к какому-то прыщавому пареньку, явно вытащенному из попадания в воплощенном аватаре недавно, и чьего имени Игорь не запомнил, – это такая неипически огромная махина, подлиннее девятиэтажки. Учи матчасть.

– Но зато они летают и на три тысячи километров, – заупрямился прыщавый, и Игорь приметил, что тот под столом в телефоне, кажется, консультировался с яндексовской Алисой: больно иконка знакомая. – Были примеры в истории, когда без дозаправки перемещались на такие расстояния. И сможет взлететь в городе, потому что разгон не нужен. Начать поднимать, подгадать момент под слепок. Потом подтянуть в кабину агента.

– Ещё раз для особо одарённых: то, что сможет пролететь такое расстояние без дозаправки и посадок, на Проспекте Мира не поместится. Ферштейн?

– А если крупная яхта в фуре и потом аватарами докинуть запас топлива? – предложил Сюита. – Вроде в семнадцатом детективном звене Вано корочкой похвалялся, умеет такую куколку водить. Перевести его в команду на рейд.

– Долго, – оборвал Антон. – По воде слишком долго, и так уже есть вероятность, что Карпов улетел с планеты. Если ещё несколько недель плыть, точно с концами потеряем.

– Если не скушают, – подмигнул Сюита. – Вот мог бы чувак всем жизни облегчить.

– Отличный план. Вообще непонятно, зачем мы работаем, – съехидничал Антон.

– Для быстрого перемещения самое условно реальное – небольшой лёгкий гидросамолёт, – уже серьёзно объявил Сюита, постоянно что-то клацавший в планшете, экран которого было не видно. – Хотя с заходом придётся встать раком. Он сможет взлететь и с воды при хорошей погоде. Сумеет пролететь это ваше Продольное море, – сверился глава отдела С с набросанной от руки Ринатом по памяти картой Пустоши-3, – а потом лететь над континентом. Но сесть сможет только на воду – получится дальше вашего Люминодара, но это если садиться. По большому счёту – на хрена вам садиться, всё равно на обратный путь не будет топлива. Конечно, если не найти его там. Но тут ещё вопрос – потянет ли система нашего самолёта их топливо. Но глобально – десять-двенадцать часов, и вы будете над нужной локацией. А дальше – парашюты. Вот есть ли у нас агенты, которые смогут управлять самолётом, не среди вершителей… тут надо базу смотреть. И чтобы ещё себе шеи не свернули после прыжка. Потому что два раза я не очень хочу самолёты по центральным магистралям столицы возить.

– Кость, я извиняюсь, а обратно – на перекладных? Как они попадут на точку входа, если самолёт разобьётся? – процедил Антон.

– Ну давай так: тебе в приоритете быстро добраться до космодрома, правильно? Это – самое быстрое из условно доступного. Хотя про транспортировку на Проспект Мира я пока думать не хочу. Если вашего чижика удастся найти и перехватить – уже полдела будет сделано. А обратно – ну как получится. Если чижика по дороге проглотят, значит, судьба у него такая. Мы же тоже не волшебники. И это не приговор, а шанс. По крайней мере, у нас не зависнет безнадёжная точка входа. Нужно же риски тоже оценивать. Заметь, я не предлагаю сразу вершителей-ликвидаторов посылать, хотя ситуация как бы шепчет.

– Вообще, мы иногда волшебники, – вмешался Игорь, подавив вспышку гнева. – Даже целый отдел на эту тему есть: называется Е.

– Да ты пока будешь доказывать необходимость введения артефакта, а там разбирать риски, уже и на олене добраться можно будет! – хохотнул со знанием дела Жорик. – Причём поначалу вплавь. И олень – на загривке.

– Ну да, угробить попаданца – конечно, попроще, – огрызнулся Игорь. – Опять же: на Проспекте Мира самолёты поглядят.

– Ещё площадку спортивную надо будет демонтировать вместе с забором школы, – вклинилась высокая тётка-админ, – иначе только проезжую часть перекрывать всю, по параметрам даже самый маленький гидросамолёт на нужной точке не встанет.

– Во! – показал «класс» Игорь, протянув руку над столом. – А артефакты пускай лежат у енотов, они же нам для интерьера нужны. Чтобы хранилище устроить по фэншую.

Антон застучал кончиком ручки по подлокотнику стула на колёсиках.

– Кость, пусть твои подобьют полную смету и описалово для варианта с гидросамолётом. И не занижай там сложности, можешь даже приукрасить. И с поправкой на то, что такой вход может быть неоднократным. Чтобы в красках. Кто сможет водить такую штуку тоже, на всякий, найди, но я попробую… Попробую с твоей сметой выдрать что-то у енотов. Компактное. Телепорт, что ли, – рассеянно добавил Антон. – Мы когда-то изымали из висяка Бузарсида, я помню. Он вроде так и не закрыт. Учитывая риск потерять попаданца в космосе… Про время на подготовку тоже пиши реально, а не как обычно – что потом всё обрастает сутками как на дрожжах. Ты вот за сколько сможешь объективно добыть гидросамолёт, согласовать всё с городом и херануть постройки на периметре?

– Сутки – суперминимум, но это из области фантастики, – прикинул Сюита.

– Фантастику не пиши. Желательно, чтобы этот план расценили как абсурдный. Давай, Игорёк, дуй за комп и составляй первичную заявку к енотам, я сейчас кое-куда мотнусь подмаслить и подключусь. Вдруг что и выгорит.

– А так можно было? – приоткрыл рот прыщавый админ.

Жорик только хмыкнул. В расчехление енотов он особо не верил.

Мила за всё время в альфах ни разу не попыталась выбить из отдела Е артефакт, нужный для упрощения операции, во всяком случае при Игоре. Она склонялась к тому, что легче передать дело в отдел Б, чем побираться, упираясь в отказы. Хотя это могло бы способствовать сохранению жизни попаданца в реальности… Как бы то ни было, о составлении заявки Игорь знал только то, что успел запомнить при подготовке к переводу из допкурса учебки.

Он не особо и рассчитывал, что вспышка гнева и пламенный спич к чему-то приведут: просто подгорело из-за идеи, считай, осознанно жертвовать попаданцем. А у Карпова, между прочим, мать была на иждивении, старуха. Которой, если оклемается после трагедии, очень не помешает подмога через подставной благотворительный фонд от почившего. Ну и вообще – он человек. Пусть бездетный, но это же не главная причина спасать попаданцев! Из контекста диалога получалось, что вытаскивать их надо, исключительно чтобы дырку закрыть. Хороши спасители!

Форма у заявки была километровой. И часть пунктов так и так придётся оставить пустыми: «Какие меры уже применялись? Причины провала» – у этого раздела было семь окошек для введения текста, и форма не пускала дальше, если их не заполнить. Прочерки не помогли: форма хотела минимум три тысячи символов в каждом. Ошизели они там?

Игорь наставил пробелов и скопировал их всюду, а потом взялся расписывать в разделе «Причины обращения и риски» подробно про космическую одиссею, которая может начаться с минуты на минуту, если уже не началась.

Подтянувшийся Антон именно этот пункт особенно подчистил по существу:

– Если подчеркнуть, что мера может оказаться напрасной просто потому, что высокий риск уже не застать попаданца у космодрома, отказ можно считать гарантированным, – пояснил он. – Тут надо как-то филигранно. Звони Ринату или Оле, если она в сознании, а не на операционном столе. Нужно занизить вероятность, что Карпов уже отбыл, и обосновать максимально, почему мы предполагаем, что он ещё в пути. Пиши про крюк по воде, и что при движении на корабле им никак было бы срезать по континенту, про ящеров и всё такое. Про топливо, которого кораблю бы не хватило без дозаправок, чтобы идти на моторе, про ветра и паруса непредсказуемые… такое что-нибудь.

Антон шлёпнул на край своего стола довольно толстую распечатку первичной сметы снабженцев и описания операции от отдела С. Игорь скользнул взглядом по выбившемуся из стопки листу: «В преддверии Дня авиации войск ПВО будет перекрыто движение на отрезке проспекта Мира и по проезжей части мимо центра «Космонавтика и авиация» торжественно провезут воздушное судно, призванное напомнить гражданам о мощи…»

– Тебе когда-нибудь выдавали артефакты в рейд? – спросил Игорь, отрывая взгляд от сочинительства снабженцев.

– На руки дважды, как следователю, – вздохнул Антон. – После семи кругов ада, по которым бродил наш руководитель. Как главе звена – нет, но я и пробовал только раз, в самом начале на должности. Но тогда реально можно было обойтись, что потом доказали следаки, которым мы слили дело. А сейчас… – Он пожевал нижнюю губу. – Есть шансы, мне так кажется. Не только мне. Я там чуть соломки подстелил. Давай, ваяй. Только кинь док в сетевую папку и разреши совместное редактирование.

Игорь вернулся к форме.

Она заняла всё рабочее время кропотливой софистикой, а часики на Пустоши-3 тикали.

Но зато что-что, а мысли о Милославском и его расследовании отступили напрочь. Вплоть до того, как Антон отправил готовую заявку на печать и двинул с ней сначала к Суркову, получать его резолюцию. После чего ожидаемо пропал. И даже намекнул, что Игорю лучше ехать домой и отоспаться, хотя на всякий держать телефон у уха и мелодию на звонок поставить какую-нибудь трешовую, чтобы побудку не прозевать.

Домой хотелось не особенно. Арина наверняка заведёт про своих астандэйцев, которыми уже прожужжала все уши. Она собиралась штурмовать новый департамент с первого дня после выхода на работу.

Чем, видимо, и занималась: дома её не было, хотя в отдел Д он перед отъездом заглянул и узнал, что Арина не там: даже её шубка на вешалке у входа в кабинет не висела.

Названивать Игорь не стал, просто завалился на диван в прибранной клинерами какой-то слишком стерильной пока квартире. Арине так и так про служебное расследование сказать придётся, и придётся сочинять, чтобы не ляпнуть лишнего.

Про Милославского же он смолчит, хотя это потом наверняка где-то вылезет и посыплются обвинения в недоверии.

Кильжаб ахандыр!

Мысли снова устремились не в то русло. С этого злопамятного старого пердуна станется потом и применение артефакта назвать превышением полномочий, даже после разрешений. Если они будут, те разрешения.

Самым мерзким было, что глобально Игорь вполне понимал, почему Милославский злобствует. Не понимал он другого – на фига того пустили в отдел Р, ещё и выдали в разработку именно расследование по Игорю. Это же… ну перебор. В чём смысл? Типа копаться будет внимательнее? А зачем? Зачем вообще это надо?

Ладно бы их диверсия в тайге привела к какой жопе. Похищению раненых, эскалации конфликта. Но нет же! Сплошной прогресс ситуации.

И меж тем Михаил Кремнёв ждал заседаний трибунала, притом ждал где-то взаперти. Это Игорь знал от Милы после пятничных посиделок. Ему всерьёз грозил остракизм. Полное отрезание от структуры Бюро с лишением всей поддержки, запрет на работу в организации и возвращение в мир людей, возможно, даже с голой ж – потому что могли постановить и конфискацию имущества, купленного на средства, полученные от Бюро. То есть всего имущества.

Тогда старик – ему же дай бог уже, пятьдесят шесть примерно в аватарном теле, по докам – именно пятьдесят шесть – окажется никем: у него на эту личность ни стажа какого рабочего, ни документов об образовании, ни черта. Если конфискуют в довесок имущество и накопления…

Нет, конечно, Мила не даст отцу остаться на улице. Но это если он от неё что-то возьмёт.

И если вообще сможет жить дальше. Убеждённый вершитель, который десятки лет жил одним Бюро…

Мила успокаивала тем, что показательный трибунал свалился на её отца потому, что он вершитель, нарушивший приказ. Типа там строже и жёстче.

Обычно агентов других отделов карали иначе, до остракизма – высшей формы наказания, вроде как – не доходило.

Но глобально Игорь боялся именно этого. Остальное – дело житейское. А вот лишиться работы…

От таких мыслей внутри склизкими угрями шевелились кишки.

А Милославский может посчитать, что рассчитаться своей жизнью за его – будет справедливо.

Завмыкавший в мысли Игорь по рассеянности принялся курить на диване, как повадился во время Арининой экспедиции (обычно она его гнала на балкон ультимативно), и нарвался на локальный скандалец, когда дама сердца соизволила вернуться с работы.

Но даже порадовался. Как-то после разборок было не к месту обсуждать служебное расследование, и про астандэйцев она помалкивала – потому что решила показательно с ним не разговаривать и заперлась в спальне.

Почти удачно. Даром что балкон был именно в спальне, а курить захотелось с новой силой.

Игорь свалил с этими целями на лестничную клетку, хотя в их ЖК такое не приветствовали.

Заснуть не выходило. Башка пухла от неприятных перспектив.

Потом очень удачно отвлекла на время медсестра Настя, уведомившая, что Дашке Верховцевой подобрали почку для трансплантации. Её давний замут с дружеским субсидированием реализовался удачно. Наверное, стоит Дашке написать и поздравить… хотя, может, ей не дали список жертвователей? Ещё объясняйся, на что, собственно, скидывался и почему…

И на хрена все эти сложности?

В пять часов утра закемарившего на диване у телека Игоря (а заодно и Арину: больно трешовая была мелодия на звонке) разбудил Антон:

– Охренеть, утвердили! – возбуждённо, без всякого намёка на сонливость зачастил он. – В семь чтобы был как штык на инструктаже в хранилище, смотри, без опозданий! В половине седьмого встречаемся в кабинете у нас. Дело чуть-чуть не передали в отдел В. Там тонна условий просто. И все их надо будет выполнить. Смотри, следи за Ринатом, он разгильдяй. Пребывание слепка артефакта в мире должно быть минимальным. Ну короче: они всё расскажут. Реально за ночь утвердили, заседание было, час назад только закончилось.

– А что за артефакт? – попытался проснуться Игорь.

Арина, сначала восставшая на пороге спальни как демон мщения, скривилась и потопала включать кофемашину.

– Телепорт вроде, – неуверенно уронил из динамика Антон. – Я на заседании не был, точно не в курсах. Оно высшего уровня, с Мидунком лично. Эх, тут можно было бы и Олю задействовать, но она только-только после операции… Лажа, вас всего двое. Но при выдаче артефакта нам доплюдей не дадут. Главная жесть вот в чём: если за одно погружение провалитесь, дело уйдёт вершителям. Это тоже уже решено.

Глава 3: Подотчётная амуниция

Архивариус походила на коршуна. Ассоциацию усиливали длинный крючковатый нос, пучок седых, почти белых волос и накинутая на плечи вязаная шаль цвета детской неожиданности. Стёкла узких очков сердито посверкивали: утро выдалось не по-январски солнечным. Но насыщенный жёлтый, почти оранжевый свет подбавил сцене сходства, несколько даже комичного, с занимающимся вокруг тётки-енотихи пожаром.

– Внедрение артефакта названо оправданным, – ядовито цедила она, – но это не значит, что вы должны использовать его в мире попадания, когда лень дойти от палатки до кустов по нужде! Никто не установил доподлинно, как воспринимает пространство чужой реальности аватары предметов извне, обладающих неприродными для среды мира попадания свойствами. Да, аватар собирается из частиц пространства внедрения. Но предметы, тестирование которых показало успешный перенос свойств, в любом случае остаются инородными. И высока вероятность, – она почти выкрикивала части фразы отрывочными обращениями к каждому из присутствующих, буквально испепеляя агентов взглядом, – что каждое применение истончает стенки, отделяющие тамошнюю реальность от других. Мы ведь не хотим, чтобы на Землю повалили попаданцы, правда? – свирепо зыркнула архивариус на Игоря, словно бы он уже начал ожесточённо спорить. – Недавние события доказали, – визгливо выкрикнула енотиха, – что эти опасения не беспочвенны! И вы не имеете права усугублять ситуацию! – её тон стал таким высоким, что впору задрожать плафону потолочной лампы. – Каждое! Применение! Артефакта! Должно быть! Крайней! Мерой! И прошу помнить! – Игорю показалось, что тётка готова схватить Рината за грудки и как следует встряхнуть. – Что собрание постановило сейчас два применения: перенос пары агентов и их груза к космодрому и перенос агентов и попаданца на точку входа. Всё остальное – будет на вашей совести!

– Инесса Михайловна, давайте начнём обучение работе, – вклинился дерзко Антон. – А то может получиться, что ввод артефакта будет напрасным из-за того, что именно сейчас попаданец улетит с планеты невесть куда, – поспешно добавил он, чтобы перекрыть готовый вырваться поток возмущения.

Архивариус прожгла главу звена взглядом, выпустила из носа воздух (странно, но без пара, а ей бы пошло!), однако всё-таки вняла увещеванию:

– Амулет позволяет разобрать частицы материи на одном участке пространства для того, чтобы собрать другие частицы материи в точной последовательности разобранных на другом, – скороговоркой отчеканила она, но Игорь всё равно уловил суть.

– Э-э-э, стоп, – не сдержался он. – Эта штука убьёт нас и создаст клоны?!

Тётка как-то ехидно хмыкнула.

– Рада, что вы начинаете улавливать проблемы, связанные с вольным использованием сомнительной иномирной магии, – уронила она. – Применение артефакта на Земле я бы, пожалуй, и правда сравнила с тем, что вы назвали. Увы, – она так и сказала: увы! Стерва… – в вашем случае амулет разберёт аватары и соберёт их слепки. Так что угроза клонирования вам не грозит.

– А Карпову? – встрепенулся Антон.

Тётка развела руками.

– Даже если это так, амулет уберёт из мира попадания дух иномирца путём разбора на атомы, а мы получим точный клон духа со всей его памятью и навыками, который можно воплотить в аватаре на Земле. Экспериментов, закроется ли точка входа, если попаданца перенести амулетом, но не изъять, не проводилось. Можете стать первыми. Но только в случае, если это не увеличит частоту использования артефакта! – звонко припечатала она и шлёпнула сухонькой ладошкой по столу.

– Как его применять? – прервал Игорь деловито.

– Дважды, – напомнила тётка. – Это усвойте в первую очередь. Итак. – Она открыла бокс с кодовым замком, похожий на вывороченный из отельного шкафа сейф, и вынула оттуда круглый медальон на верёвочке. Он был размером с кулак, но плоский. По контуру шли непонятные письмена, и имелась щербинка, словно тонкая полоска отсутствовала от края до центра. – Направление указывается этим фрагментом, – провела архивариус ногтем по отсутствующей полосе. – Рекомендую вычислять его по приборам. Расстояние пишется цифрой на основании медальона, для этого подойдёт мел. Таблицу перевода известных вам мер длины в меры, используемые в исходном мире артефакта, я загружу в программу Толмача. И рекомендую удостовериться, что система измерения в мире попадания соответствует тому, что вы о ней подумали своими куриными мозгами. Лучше поручить пересчёт тамошних мер на земные, а земных – на нужные искусственному интеллекту. Цифра должна быть кратной бавалям и круглой, без десятых и сотых частей. После того как цифра нанесена, а медальон нацелен в нужном направлении, использующий артефакт должен мысленно очертить линией то вокруг себя, что он хочет пересобрать в указанной точке. Если амулет при том надет на его шею, то попытка провести мысленный контур приведёт к появлению зримой для него светящейся неровной линии, которая поможет не облажаться. И не забудьте, что она должна быть сомкнутой! Если вы уже видите линию перед глазами, прошу помнить, что в момент её смыкания и произойдёт перенос. Или убийство и клонирование, тут как вам угодно. Всё понятно?

– Лучше бы потренироваться, – заметил Ринат и очень сильно ошибся.

Гневный спич про куриные мозги и последствия использования реального, а не аватарного артефакта на Земле удалось унять только минуты через четыре, и то Антону пришлось прикрикнуть.

Похоже, после такой глупости отдавать своё сокровище архивариус расхотела окончательно, невзирая ни на какие постановления.

– Два перемещения! Никаких тренировок! И тем более на Земле! С вами поедет сотрудник архива Георг, чтобы немедленно забрать артефакт после создания слепка! На руки получите только на месте, в момент прохода точки! И как таких вообще допускают к работе?.. – выкрикивала она уже в спины.

Расписавшемуся за ящичек, в который вернулся артефакт, Георгу более пристало бы работать в отделе В. Он выглядел так, будто легко скрутит всех своих спутников и даже не запыхается.

– И где их только берут? – проворчал Ринат вполголоса по пути на парковку. – Может, в еноты отправляют баб, у которых начался климакс?

Игорь невольно прыснул и тут же покосился на Георга – услышал или нет?

Второй сюрприз ожидал на парковке в виде трёх укомплектованных рюкзаков, уже загруженных в небольшую лодку, закреплённую внутри фургона.

– Я зайду с вами, – объявил Антон. – В данном конкретном случае пешие перемещения локальны, а вот работа вокруг космодрома нужна будет глобальная. Я в целом на протезе довольно мобильный, спринт, понятно, не пробегу, как и двадцать километров пройду навряд ли. Но погонять по периметру сумею вполне. Ну на крайняк – развеет так развеет. А тут от меня уже пользы ноль: в случае выхода без попаданца дело уходит спецназу.

– Э-э-э… а ты это согласовал, брат? – вскинул бровь Ринат.

Антон передёрнул плечами:

– Объяснительную с обоснованием кинул на стол Суркову.

– Который ещё не пришёл, потому что работает с десяти? – уточнил Ринат.

– Ну у нас выезд ранний не по моему произволу, а потому что спешить надо, – объявил Антон и чуть неловко поднялся в кабину: сначала закинул ногу с протезом в башмаке наверх, потом – подтянулся на руке, которой схватился за поручень.

– Пованивает пиздюлями, – заржал Ринат.

– В случае провала они нам и так обеспечены, – сел на лавку сбоку от лодки Антон. – А победителей не судят.

«Это ты зря так считаешь», – подумал Игорь, закрывая кабину изнутри, когда разместились все, включая Георга с артефактовым ящиком. Но промолчал.

Хотя с Милославского станется потом заключить, что это тлетворное влияние Игоревой непокорности на главе звена сказалось…

– Жалко яхту, – отметил Ринат по дороге, изучая утлое судёнышко, нужное только для того, чтобы активировать амулет на точке и не потонуть. – Вообще говоря: как мы рассчитаем километраж и направление без оборудования? – спохватился он. – Надо опять с яхтой заходить же!

– Это я предусмотрел, локальная радиостанция и комп для обработки, калька с приборов яхты, вон, – кивнул на массивный чемоданчик, приваленный рюкзаками на дне лодки, Антон. – Нет времени уже. И так по краю ходим. Ты же сказал, что норм приборы всё ловили по их каналам связи?

– Да, там такой же принцип, как на Земле, – не стал спорить Ринат, хотя настроение у него, казалось, портилось от минуты к минуте. – Ну ок: комп – так комп. Их инет трещит от маршрутов и схем, как добраться до Люминодара. В их мерах длины, но Толмач их уже адаптировал в километры и метры. Вообще, он незадолго до моего выхода через их Сеть прокачался на сто процентов, первый раз такое вижу, кажется, даже по тизонскому было девяносто девять.

– Вот и отлично, – потянулся Антон, разминая спину. – Только боюсь, что теперь главная проблема не в том, как попасть к космодрому, а в том, как там искать… Какая, говоришь, численность населения планеты?

– Почти семнадцать миллионов по инфо в Сети, – поджал губы Ринат. – После первичного строительства городов подвозили население целыми кланами.

– Надо полагать, не за раз и не за десять, – вздохнул глава звена. – Ну и сколько космических кораблей могут там мотаться с беженцами объективно? Пусть часть народа ящеры грохнули, но точно же не больше половины, а то и меньше. Это, с одной стороны, хорошо – больше шансов, что Карпов застрял в какой-нибудь бесконечной очереди. Но с другой там должен быть трешпиздец, в котором никого найти невозможно.

– Наверняка, хотя в новостях и сводках делают вид, что всё цивильно. Но они, эти сводки, день ото дня всё истеричнее, хотя что там нашего анализа.

– Во-во.

С крупногабаритным снаряжением Игорь в миры ещё никогда не заходил, хотя и понимал в теории, как это делается. Порошок утягивает слепком всё, чего касается открытая кожа вдохнувшего, и то, что находится внутри предметов соприкосновения в закрытом контуре. Пару раз бывало, что Игорь лишался на рейд сигарет, позабыв застегнуть молнию на кармане. А однажды вообще остался без телефона, потому что сунул его по запаре в карман на жопе – и тот не материализовался. Хорошо, заметил сразу и перевышел – тело даже не успели оттащить от точки погружения.

Любые припаянные, прикреплённые и встроенные предметы, находящиеся на лодке (или яхте), а также всё, уложенное в закрытые отсеки, – переместится вместе с аватаром. И если заходить с лодкой из фуры – саму фуру не потянет, потому что лодка на полу просто стоит: крепежи отцепят перед погружением.

Правда, на этот раз для рюкзаков закрытого контура не имелось – и надо было вдыхающему озаботиться прикосновением к каждому. Для этого лямки скреплял карабин, образовавший что-то вроде ручки.

– Вдыхать надо одновременно, если никто не хочет искупаться, – предупредил Ринат. – И держитесь как следует: материализация почти в метре над поверхностью воды, я в первый раз нос разбил капитально.

Ехали долго, собрав все утренние пробки мира. Но вот машина наконец остановилась. Из кабины подтянулась медсестра из отдела Л – ответственная за сохранность тел после погружения. Деловито осмотрела лодку и поцокала языком.

– Назад поеду в кабине, а вы садитесь в салон, – сказала она Георгу.

Большой фуре, въехавшей на пешеходную часть около школы, кто-то рассказал кратко и матом о правилах парковки, так что водила попросил поторапливаться.

Игорь стащил дублёнку и зашвырнул в угол фуры – сразу стало холодно. Остальные тоже избавились от нерейдовых частей одежды.

Георг вытащил артефакт и вопросительно глянул на присутствующих:

– Кому?

Антон протянул руку, но енот замотал головой.

– В составе группы указаны Валиев и Безрюмин. Ответственным может быть только кто-то из них. А про ваши махинации я вообще знать не хочу, – попенял он Антону.

– Игорь, – решил глава звена к большому сожалению оного.

– Распишись, – велел енот, протягивая сначала планшетку с листом бумаги – с печатью, мля! Потом отдал артефакт. Он был холодным, будто вытащенным из морозилки. Цеплялся к пальцам, как ледяной металл. – Помните о технике безопасности, – напутствовал сотрудник архива и встал, покидая грузовую часть фуры.

– Садитесь так, чтобы головы не разбить, мальчики, – попросила медсестра. – На попы, ноги согнуты в коленях, плечи опустить, локти на голени. Кто тянет лодку – руку на бортик, остальные, вот, перчатки наденьте, – вытащила она строительные рукавички.

– Попы, – заржал Ринат, устраиваясь в лодке за рюкзаками. – Оцени, Танечка: моя попа хорошо села? А то можешь поправить…

Девчонка прыснула и зарделась.

– Ой, а вы куда?! – тут же спохватилась она, вцепившись Антону в локоть. – У меня две койки в лазарете подготовлены!

Антон, который, судя по секундному выражению муки на лице, по запаре забыл зарезервировать третью койку, тут же сдвинул брови:

– Срочное распоряжение Суркова из-за экстренной ситуации. Заявка отправлена перед выездом, нужно было проверять!

– Я… пробки… прибежала в последний момент… Я обо всём позабочусь! – занервничала медсестра. – Просто это же троих в отключке… надо было скорую ещё брать с каталками… – недовольно оглядела небольшую лодку она. – Хотя, если потом рюкзаки вынуть…

Из кабины постучали в стенку, явно поторапливая. Погружение выпало аккурат на время, когда дети топали в школу, и фура уже успела вызвать вопросы как минимум у охранника.

Игорь сел в лодку, накинул на предплечье карабин от рюкзаков, предварительно сдвинув рукав и обнажив кожу. Левую ладонь положил на борт, правой рукой поднёс тубу с порошком к носу.

Антон и Ринат сделали то же самое.

– Удачи! – крикнула медсестра.

– На счёт три, – распорядился Антон. – Посчитай, Тань.

Медсестра кивнула и начала отсчёт. В нужный момент Игорь втянул порошок. Начал заваливаться набок, потом свет померк и вспыхнул ярче, ударив по глазам, пахнуло тёплым солёным ветром и тут же всё ухнуло рывком вниз: лодка упала на воду с метрового расстояния, вышибая дух. Игорь неловко впаялся локтем в бортик, а вся эта хрень ещё и накренилась.

Потом по дну снизу что-то угрожающе проскрежетало, словно судёнышко сейчас расколется пополам, и сбоку из воды выпрыгнул, взметнув брызги, пластмассовый остов какой-то громадной плоской хераборы.

– Это чего?! – морщась, уставился на неё Игорь, чувствуя солёные капли на лице.

– Точка отмечена, – пояснил Ринат. – Ещё водолазы на втором заходе сделали. Обработана напылением пудры, как маяки Толмача. Не рассыпает при выходах. Там цепь и якорь – чтобы понимать, куда приводить попаданца.

– Ок…

Антон деловито стал отцеплять ручку чемоданчика с оборудованием от карабина.

Игорь задрал голову в небо: там светили жаркими лучами два солнца – явственно очерчивались в небе не один, а пара дисков. Первый крупнее, второй – словно бы поменьше, но расположенные довольно близко на одной стороне свода. Долго смотреть туда не выходило. И кожу на лице пекло угрожающе. Было жарко.

– Пивка? – услышал Игорь вопрос Рината, уже копающегося в рюкзаках. – Чтобы лучше вычислялось.

Антон, раскрывший чемодан с аппаратурой, глянул на него недобро.

– Это именно то, чем стоило нагружаться в наших условиях? – зло уточнил он. – Вроде не в игрушки играем. Нам расформирование светит, ты не понимаешь? Ты бухой работать собрался?! А может, у нас потому такие результаты и были в прошлом полугодии?!

– Тох, не кипятись. Пиво потому и надо сразу выпить, чтобы не таскаться с ним и настроиться на работу. Я всегда на полную выкладываюсь. И с пары банок не окосею.

– Ага, да, – сощурил глаза глава звена и уставился в экран компьютера. Потом выругался.

– А Толмача они сюда поставить не догадались?! – И взялся доставать телефон, чтобы читать перевод через его сканер.

Глава 4: Космодром

Вычисление направления и цифры, которую надо было написать на артефакте, полностью доверили технике. Пожалуй, окажись мир попадания лишённым интернета, тут бы вся затея и погорела. Но, к счастью, Ринат даже знал, как подключить Толмача из смартфонов агентов к компьютеру.

Прога и выдала на-гора результат, который Антон аккуратно нанёс меловым карандашом Георга на амулет: семнадцать тысяч двести одиннадцать (каких-то бавалей неведомой вселенной). Осуществлять переброску следовало расписавшемуся за артефакт Игорю, что, с одной стороны, не радовало, а с другой… Если получится, такие бы каждому агенту на всякий рейд! Абсолютно другие были бы показатели…

Лодку успело отнести в сторону от заякоренного буя, но он оставался хорошо видим, так что грести до седьмого пота причин особенных не имелось.

Несколько раз – на самом деле шесть раз суммарно – Игорю доводилось внутри разных миров использовать тамошние артефакты. И один из шести был максимально провальным. Память о том опыте сейчас немного зудела. Всё-таки положение существенно отличается: выброс из рейда будет нести глобальные проблемы, в частности, Антону. Которого не хотелось подводить. И так, считай, диверсия в тайгу уже подпортила тому статистику. И вместо палочки-выручалочки Игорь на время превратился в балласт, фантомного агента, которого в наличии нет, а результат работы звена оценивается по полной.

Да и передавать дела вершителям Игорь не любил, а теперь – и подавно.

Значит, облажаться в работе с магией никак нельзя, несмотря на отсутствие тренировки. Не появись в жизни Игоря Милославский и дурные проверки, он бы предпочёл перенести одного себя с правого борта лодки на левый, чтобы освоить принцип. И считал более чем нормальным перезаход, если бы что-то пошло не так – то есть нужно было заранее уговориться не уводить тела и фуру от точки входа хотя бы в течение получаса.

Но сейчас всё абсолютно по-другому. И надо следовать всем дурным инструкциям и ограничениям.

Покачивание на волнах вызывало тошноту. Кем-кем, а морским волком Игорь не был.

Он поспешил надеть верёвочку амулета на шею и закрыл глаза.

– Вещи не забудь, – напомнил Ринат кисло. Пиво он так и не расчехлил. И вообще, наличию начальства внутри рейда откровенно не радовался.

Игорь представил Рината первым, и, наверное, по велению артефакта, тот проступил перед мысленным взором чётко и как наяву – например, украдкой почесал зад под штанами, думая, что его никто не видит. Этого Игорь точно не представлял нарочно, а глаза его были закрыты.

Образ Рината потянул за собой и окружающее, которое нарисовалось перед мысленным взором.

Игорь попробовал очертить рюкзаки полосой по днищу, не трогая саму лодку, и действительно увидел жирную красную линию, мерцающую, словно лента подсветки. Повёл её вокруг амуниции и товарищей.

Интересно, что будет, если срезать кому-то ноги…

Сейчас было не время проводить эксперименты.

Игорь не совсем понимал, как придать захвату объём, но понадеялся на интуицию. Очертил всё нужное по контуру перед мысленным взглядом в доступной проекции и даже успешно захватил себя – образ представился красочно, как в зеркале (и да, побрился он с утра очень неаккуратно).

А когда линия вернулась к днищу лодки и рюкзакам, встретившись со своим началом… ничего не произошло, только хором заматерились Ринат и Антон, а следом по ушам ударило сменившимся интершумом. И полоснуло дискомфортным, резким перепадом ощущений тела: температурой вокруг, положением (пропала качка) и даже запахом.

Игорь поднял веки и чуть не подскочил.

Море и лодка сгинули с концами, хотя два жгучих солнца всё ещё палили с неба, правда, вроде под другим углом. Под ногами оказалась каменистая почва типа пустыни без песка, с относительно ровным рельефом. Вдали справа возвышался крупный город, но до него было километров с пятнадцать навскидку, если не больше. А слева, в пешей доступности, простёрся навороченный комплекс космодрома. Но это бы ничего, того и было надо.

Только вот вокруг этого космодрома творилось что-то невообразимое.

Гомонливыми грибами безумного муравейника вспухли по периметру самодельные тенты и палатки, а ещё – превращённые в микродомики автомобили. Невероятное количество. Вокруг космодрома собрались многие тысячи человек, и, судя по вторичным факторам – включая, блин, вонь – собрались они тут давненько.

– Офонареть, – простонал Антон.

То ли магия амулета сыграла, то ли просто повезло – но материализацию лишней троицы с рюкзаками никто не заметил. Впрочем, люди этого необычного лагеря своё внимание уделяли не окрестностям космодрома, а ему самому. Почти все головы были повёрнуты к комплексу.

И, раз они все тут живы, похоже, ящеры поблизости не выкапывались.

– Внимание! – запереводил в ухе Игоря Толмач слова́, которые очень громко разнеслись от космодрома. – Три тысячи пятьсот человек вылетели на планету-колонию Пустошь-1. Рейсовый корабль на планету-колонию Пустошь-2, вместительностью одиннадцать тысяч человек, прибудет через три часа. Напоминаем: ограничение по багажу – сорок килограммов на пассажира, только предметы. Отправка движимого имущества невозможна. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие и порядок. Ещё раз настоятельно рекомендуем временно переместиться в город Люминодар. Огромное количество удобных квартир сейчас свободны. В городе работает электричество и водоснабжение. Волонтёры продолжают отпускать товары первой необходимости и продукты питания в магазинах. На сайте спасательной службы доступна электронная очередь на прибывающие корабли с возможностью выбрать конечную точку маршрута. Колонисты, выразившие желание отказаться от эвакуации, вывесили из окон домов и на ручки входных дверей красную ткань. Только жильё с красными метками недоступно для свободного, бесплатного размещения. Руководство спасательной миссии настоятельно рекомендует разместиться в городе. Повторяю! Временный лагерь вокруг космодрома – небезопасное место. Вы не ускорите свою очередь на отбытие тем, что ждёте под космодромом! Пожалуйста, переместитесь в брошенные квартиры Люминодара. Расчётное время миссии – до четырёх месяцев. Все доступные космические корабли сняты с рейсовых маршрутов и направлены сюда. Количество отправлений будет увеличиваться. Не создавайте опасного положения. Антисанитарные условия вокруг космодрома усложняют отправку. Продовольствие перестанут подвозить ожидающим вне пределов космодрома. Подвоз пресной воды затруднён. Пожалуйста, переместитесь в брошенные квартиры…

– Вот через эту штуку, – произнёс Игорь по-русски, разрывая индивидуальный пакет с пластиной Толмача. – Через неё надо обратиться к моему тёзке по земному имени. Объявить, что его ожидают для посадки. Иначе мы ни за что его тут не найдём.

– А они прямо так и пропустят, – обозрел загудевшую гневно толпу беженцев Антон. – И нас, и Карпова, и тех, кто встал в электронную очередь.

– И ещё он может быть в городе, – добавил Ринат. – Вдруг он внял.

– Ну со временем должен будет прийти для отправки в таком случае, – вытер пот со лба Антон и нырнул в рюкзак. – Главное, чтобы уже не улетел. Но я так смотрю, что навряд ли. – Глава звена достал и повертел в руках флагшток, но потом сунул его обратно и вынул широкую пластинку с подсветкой на подзарядке солнечных батарей. Взялся ногами забивать острыми шипами в землю, чтобы пометить место прибытия. Обратно явно следовало переноситься с этой же точки. Резиновая шлюпка была в рюкзаке. – Согласен, нужно выходить на тех, кто руководит спасательной операцией и имеет доступ к оповещениям. Но тут тоже могут быть подводные камни: что, если Карпов тут ребёнок или уже успел настолько странно себя повести, что его отнесли к помешавшимся от стресса? Такого хрена с два отпустят отзываться на непонятное имя. Но плана получше у меня нет, так что в путь.

Сказать оказалось проще, чем сделать.

Первая линия тентов начиналась шагов через сорок-пятьдесят, и ей предшествовал бруствер пакетов с мусором – задние ряды ожидающих ещё заботились о том, чтобы их как-то уносить, потому что было недалеко. Там, вперёд по людскому морю, этим явно не заморачивались.

Логически казалось, что задним рядам нужно быть более нервозными – но вышло наоборот: недавно завершившие успешно колоссальный сложнейший маршрут и ещё не успевшие отчаяться, они были самыми позитивными. Хотя и не все.

– Ну если там квартиры! Подумай сама! – переводил в ухе Толмач разговор парочки, разместившейся в пыльной машине с открытыми дверцами. Женщина старательно вытерла мальчику лет трёх руку влажными салфетками.

– Сам подумай лучше! – огрызалась она. – Считаешь, это первое такое сообщение, что ли? Ты видел, что происходит на восточных континентах? Кто не успеет улететь, пока тут не началось, тот не улетит вообще. Это последний целый космодром на планете, Чак! По сколько человек смогут увозить исследовательские модели, способные приземлиться без площадки? По сотне? По пятьдесят?

– Да ну не гони беса! – злился тучный мужик. – Спасатели Межпланетной конвенции охраняют территорию! Тут не будет казмеров, просто надо подождать очереди.

– И много они охранили в разрушенных городах?! Ты помнишь семью, которую мы встретили?! А если начнётся – люди в городе, считай, трупы!

– Ладно, хорошо, останемся тут.

– Нет, Чак. Мы сейчас отдохнём и будем пробираться к космодрому…

Спорящая парочка осталась позади, и Толмач уже не ловил слова, чтобы переводить их.

– Недавно добрались? – окликнул поддатый парень от небольшого микроавтобуса, у которого на мангале жарились куски мяса. – Откуда вы? Мы вот отмечаем! Присоединяйтесь, мы тоже сегодня доехали!

Но градус веселья чем дальше в толпу, тем падал всё ниже. А пробираться становилось сложнее. Среди людей, грязных и измождённых, появились раненые – с повязками и шинами, в аптечных и самодельных бинтах. Взгляды казались затравленными, какими-то волчьими. Встречались брошенные машины и походные лагерки или, напротив, обжитые и уже разросшиеся, из нескольких объединившихся в группу семей. Встречались люди с оружием.

И тройка агентов с походными рюкзаками на спинах начала вызывать вопросы.

– Эй! – окликнул вдруг скверно пахнущий и какой-то измочаленный, но всё ещё верзила в трениках и с голым торсом (было жарко). – А куда вы прёте без очереди, хотелось бы мне знать! Вы когда приехали?!

Троица уже преодолела метров пятьсот по запруженной беженцами местности. В воздухе сгустился смрад немытых тел и отбросов, которые никто не вывозил. Плакали дети, лаяли собаки, ругались друг с другом взвинченные люди.

– Мы записаны через электронную очередь на ближайший рейс, – проартикулировал Ринат.

– Мы стоим тут уже восемь дней, мля! – К мужику повылез из-под завязанного на спицы настила худой озлобленный парень с торчащими во все стороны немытыми космами. – Ехали от самого Дизара, Продольное море прошли, как скот, в трюме какого-то грузового корыта! У меня мать при смерти! Сиди и жди свою электронную очередь там! – свирепо махнул он рукой в сторону далёкого города. – Слышал, что по связи объявили, любитель порядка?!

– Первыми улетят те, кто раньше приехал! – визгливо вторила из машины со спущенными шинами невидная тётка. – Умные нашлись! Валите в Люминодар!

– Ишь! – показалась из-за тента другая, вся грязная, женщина лет пятидесяти, трясущая на руках младенца. – Здоровые мужики, а лезут! Даже без семей спасаются, каково! В очередь они встали! Своих бросили, лишь бы ноги унести!

– Да какая очередь! – из машины высунулась голова первой тётки. – Кто в очереди, тех антигравитационными карами и вертолётами везут, пока мы тут последние крошки подъедаем! И давно пора что-то делать с этим, пока мы тут не сдохли! Очередь! Да лезут они просто, как твари!

К конфронтации подключилось ещё несколько мужиков. Повеяло пиздюлями.

Но главное – таких недовольных дальше будет только больше.

– А что, правда в Люминодаре квартиры есть? – вскинул примирительно руки Антон. – Мы никуда не спешим на самом деле.

Лица беженцев расслабились: кто-то презрительно скривился, кто-то сплюнул, первый мужик вообще заржал.

– Ага! – объявил он. – Вот и топайте туда ждать у моря погоды.

– Пошли, – быстро велел Антон не терпящим возражений тоном. Допускать драки с толпой точно было нельзя. – Просто у нас денег мало, потому сюда в первую очередь. Всё на дорогу ушло, – пояснил местным он.

– Там бесплатно, – уже мирно сказала тётка с младенцем. – Наши парни за продуктами ходят, пока есть. За жильё не берут, брошенного много.

– А то можно и в волонтёры записаться, чтобы не сидеть, – не сдала позиций баба из машины. – Всем лишь бы когти урвать, а помогать никто не горазд.

Под суровыми взглядами этой группы и других любопытных троица послушно затопала назад, к границам расположения беженцев.

– И что, с другого края заход? – спросил по-русски Ринат.

– Та же херня будет, – отметил Игорь. – Надо рассчитать, сколько тут бавалей. Вроде амулет отводит взгляд, не кинулись же на нас с вилами.

– Ты каким местом енотиху слушал? – уточнил Антон. – В город пойдём.

– Зачем?! – поразился Ринат.

– А ты тем же местом слушал этих аборигенов, вижу, – проворчал глава звена. – Там тоже администрация есть и какие-то представители спасательной службы. И антигравитационные кары, чтобы над этим морем недовольных пролететь. Только нам не всрался космодром, а объявление сделать можно и удалённо. Как будто тут Карпов с песней пройдёт, блин.

– Как будто мы уверены, что он уже не прошёл, – проворчал Ринат. Но послушно топал в нужном направлении.

Вот в эту сторону идти вообще никто не мешал. От лагеря тянулись к Люминодару немногие. Редко – на авто, чаще – пешком или на велосипедах, с рюкзаками, тележками супермаркета или для перевозки багажа.

От города шли люди, нагруженные поклажей – кажется, продовольствием. А в небе над головами и правда проносились какие-то летучие штукенции вроде авто – к космодрому и обратно. На них наземные обитатели косились недобро.

– Надо искать представителей органов власти, – рассуждал Антон. – Допустим, сказать, что потеряли близких. Тут это вообще не странно. И наверняка у половины сели телефоны, или чем они тут сообщаются. Попросить делать объявление, что мы ждём Игоря Карпова около какого-то понятного места в городе – ну там памятник какой-то присмотреть или что. Чтобы место было не связано с эвакуацией. Там ему и пройти будет проще.

– Это если из города, а если он там, в толпе вокруг космодрома? – возразил Игорь.

– Ну на земное имя-то среагирует, должен, – заспорил Антон. – Я бы из такой жести хотел свалить на максималках. В обратную сторону-то невелика задача пройти.

– Если бы он оказался тут один, ну, без знакомых того, чьё тело занял Карпов, он бы и до космодрома не добрался, – проворчал Игорь. – Если мы подразумеваем, что он тут, то явно с компанией. И с какого его компании терять свой прогресс и валить на задворки? Вот если точкой назвать то, что сулит отправку – дело другое.

– Ну тогда ему и не поверят, что сообщение про него, – напомнил Антон. – Для местных «Игорь Карпов» – никто, как бы. Не забывай про этот нюанс.

– Так, ок, – влез Ринат. – Тут же интернетик и все дела, правильно? Надо разбираться, как создать сайт или ящик какой-то местечковый. И объявлять по связи, чтобы Карпов связался через него. Вряд ли же он вообще в младенца попал. А до телефона кого из окружения добраться попроще, чем в какую-то точку.

– Вот можешь же, когда хочешь! – обернулся к нему Антон, просветлев лицом. – Это уже похоже на воплотимый план!