Быть живым

Глава 1

Стоявший без дела экран монитора уже погас, включая заставку с шариком, летящим из угла в угол. Напротив сидел человек, «офисный планктон», как он сам любил себя называть, и неотрывно следил за перемещениями на экране. Мыслями он был далеко за пределами офиса и его обитателей. Иногда он бросал взгляд в сторону окна и видел пасмурное небо и слегка качающиеся ветви деревьев.

Ручка, которую Лука зажимал меж пальцев, колебалась в такт с движением ноги, перекинутой на другую ногу. Взгляд продолжал плыть по экрану, пока шарик не попал точно в угол.

Занятый своими мыслями, он ни разу не глянул на часы. Не обратил он внимания и на темную фигуру, появившуюся у него за плечами. Фигура молча встала за его спиной и несколько секунд молча смотрела на экран

- Значит, работать ты не планируешь, - басистым голосом проговорил начальник и только тогда Лука заметил его присутствие.

Вздрогнув, он тут же схватился за мышку и быстро поводил ей по коврику. На экране вместо шарика высветилась таблица с данными. Нахмурившись, Лука стал всматриваться в ее содержимое, упорно делая вид, что именно этим он и занимался до прихода Стрекозы. Прозвали его так не то за фамилию Стрекозин, не то за внешнюю схожесть с ней из-за непомерно больших очков.

Пару раз Лука бросал короткие взгляды из под насупленных бровей на не желающего уходить начальника отдела. Тот, прижав губы и сощурив глаза продолжал всматриваться в экран. Подавшись вперед Лука взялся за клавиатуру и стал настукивать случайные цифры в одном из столбцов. Со стороны сие действие выглядело как упорная работа. Исключительно по мнению Луки, конечно.

- Н-да, - цокнул языком Стрекоза. - Так и знай, расскажу все руководству.

Сделав очередное замечание и показав, как тщательно он следит за своими работниками, начальник удалился. Удалив написанные только что строки, Лука откинулся на спинку стула, расслабленно прикрыв глаза.

- Улетел, наконец, - пробубнил он себе под нос.

Лука совершенно устал от этой работы, повторяющиеся бессмысленные действия изо дня в день, отчего вся жизнь сливается в общий поток серого, ничем не выделяющегося, цвета. Сначала, когда он только устроился в это место, Лука старался делать все правильно и в срок, но со временем смирился с невозможностью продвижения, которое ему так усердно обещали на старте, и стал рассматривать это место лишь как способ заработка за пару часов работы в душном офисе.

Иногда его посещали мыли об уходе, но он решил этого не делать - этот вариант самый лучший в плане совмещения с его увлечением - роботами. Программирование и сборка роботов было единственным, что еще хоть как-то разнообразило его скучную жизнь.

В окно постучали. Заметил это, казалось, только Лука, потому что только он повернулся в ту сторону, обнаружив на окне черного ворона. Тот, в ответ, наклонил набок клюв. Пока Лука наблюдал за птицей, она также неотрывно следила за ним.

Встав со своего места, он неспешно прошел меж одинаковых столов к окну и потянулся к ручке. Дотянуться до нее он не успел. Чья-то рука с хлопком упала на плечо, переводя все внимание на себя. Лука от неожиданности дернулся и рефлекторно повернулся в ту сторону. Перед ним стоял его друг в белоснежной выглаженной рубашке.

- Ты какой-то сонный сегодня. – Его друг, светловолосый с рыжим отливом, Георгий, присел на край его рабочего стола, скрестив у груди руки и улыбаясь во все тридцать два зуба.

- Плохо спал, - отмахнулся Лука, бросая взгляд на окно, на котором уже никого не было.

Сквозь серое небо проглядывалось красное небо, частично скрывающееся за многоэтажками. Ветер колыхал верхушки деревьев, легонько раскачивая их из стороны в сторону. Чувствовалась свежесть, которой не было в плотно запертой комнате. Лука отворил окно и вдохнул прохладного воздуха.

- Закройте, мне дует, - недовольно скривилась сидящая у окна Петровна, сильнее закутываясь в шерстяную кофту.

- Могла бы и отсесть, если тебе вечно дует, - пробормотал он в ответ, с силой ударяя по ручке, отчего оконная рама задрожала.

- Ты что-то сказал? - женщина перевела взгляд от экрана на котором раскладывалась новая партия косынки на Луку.

- Вам показалось, - Гоша взял друга под руку и повел к его столу. - Тише, не стоит привлекать внимание.

Лука уселся на свое кресло и выжидая посмотрел на Гошу, намекая тому либо продолжить свой разговор, либо отойти от него. То, что он сказал ранее - было правдой. Уснуть становилось все сложнее и вместо желаемых восьми часов сна, иногда не удавалось проспать даже три. Мысли мешали, роясь, словно пчелы в цветнике. Сменяя друг друга, пока не выглянет рассветное солнце.

Откинув голову назад, Лука ненадолго закрыл глаза. Умиротворение приносило легкую дремоту.

- Да-а, - Гоша растянул свой ответ, задумчиво посмотрел вверх и улыбнулся еще сильнее. Казалось, что вот-вот и щеки треснут от такого напряжения. – Отлично вчера посидели.

- Мы вчера не сидели, - равнодушно ответил Лука и тяжело вздохнул.

- Как это не сидели? Я точно помню, как звал тебя присоединиться к нам вчера, - воскликнул друг, с негодованием уставившись на Луку. - Мы встретились с тобой у Бульвара Архитекторов и пошли вместе до места.

Лицо у Гоши сменилось с веселого на непонимающее, какое бывает у людей, абсолютно уверенных в своих словах, но которым говорят, что они неправы. Его сведенные к переносице брови немного подрагивали, а светло-зеленые глаза сощурились.

- Мы не виделись с тобой вчера. Я весь день провел здесь, работая, -спокойно ответил ему Лука.

- А ночь? – друг все еще не унимался, пытаясь поймать его на лжи.

- Дома. – Ответ был кратким и лаконичным, и чтобы поставить точку, он продолжил: – Так что я не знаю, с кем ты там отлично сидел. Если честно, то и не особо хочу знать.

Луку тяготили вечеринки и бары. Утратив сон, он утратил и что-то другое – возможность нормально социализироваться и общаться с незнакомыми людьми. Сил хватало только на базовые функции, без каких-то сверх планов в виде «улыбаться всю ночь, делая вид, что тебе здесь действительно весело и интересно». Он будто утратил саму связь с жизнью, и все окружение теперь представляло для него не больше, чем игра с дополненной реальностью.

Гоша немного замялся на месте, перекатываясь с одной ноги на другую. Теперь ему было явно некомфортно. Брови его сдвинулись к переносице, а от первоначальной радости не осталось и следа.

- Ах, да. Я хотел сказать, что... - Он немного притормозил, подбирая нужные слова. – Я хотел позвать тебя на этих выходных. И.., - он вскинул одну руку, указывая на Луку, - и имел в виду, что мы сможем отлично провести время.

Гоша вновь стал радостно улыбаться, радуясь тому, как виртуозно он вышел из ситуации. Для Луки же, ситуация становилась лишь более странной, поскольку он не мог увидеть смысла, преследуемого другом. Был ли смысл в том, чтобы выкручиваться, придумывая истории, которых не происходило. Даже если они собирались и без него, то какая разница?

- Тебе надо чаще бывать в обществе. У тебя из живых друзей – только я, да цветок.

Лука задумчиво посмотрел на край стола. Туда, где раньше стояла фиттония беложильчатая, а ныне была взвалена стопка разноцветных папок.

- Цветку стало совсем плохо, и он поехал в командировку к маме.

- Тем более, остаюсь только я, - Гоша указал на себя и воодушевленно продолжил. - Человек, знаешь ли, животное стадное. А посему в общении нуждается. А ты что? Только со своими роботами и сидишь. Заменил, видите ли, человека на бездушную машину.

Лука, и правда, души не чаял в своих металлических «детях». Еще в двенадцать лет, когда он впервые увидел по телевизору презентацию андроида, в нем поселилась идея создания чего-то подобного. Как Бог, следуя религии, создал человека, считая того своим лучшим творением, так и Лука мечтал «оживлять» металл, превращая его в нечто живое и способное мыслить. Он слышал о новых открытиях, о возможности применения искусственного интеллекта в разных сферах жизни. Говорили, что даже были попытки создать робота, внешне ничем не отличимого от человека, но что в итоге получилось, он так и не узнал.

- Если хочешь оживить что-то неживое, то начни сначала с себя.

Последняя Фраза Гоши, брошенная им словно перчатка дуэлянта, была хоть и обидной, но в конце концов, отражала то, что с ним действительно сейчас происходило. Жизнь стала слишком скучной и однотипной, утратив все свое обаяние и притяжение. Лука не чувствовал "искру жизни", как он ее любит называть. Непреодолимую тягу проживать каждый день счастливо.

Всегда ли, чтобы оживить кого-то, нужно самому быть живым?

Глава 2

Сигнал будильника прорывается сквозь дремоту. Один проигнорирован, следом за ним другой. Если проигнорировать еще и третий, последний, то можно вовсе опоздать на работу. Всегда трудно прощаться со сном, когда он настигает тебя под утро. Все равно, что встретить старого знакомого, которого не видел годами, но вынужден с ним попрощаться, чтобы пойти туда, куда не хочешь идти и делать то, что не хочешь.

Удивительная штука, эта жизнь.

Лука нехотя потянулся к будильнику, отключая его. В комнате стояла легкая прохлада из-за приоткрытого окна. Медленно приподнявшись над кроватью, Лука Он отодвинул штору в сторону, и в комнату хлынул тусклый солнечный свет. Пасмурное небо обещало дождливый день.

До работы оставался еще час. Времени предостаточно, чтобы успеть позавтракать и добраться без опозданий.

Лука, словно призрак, побрел в ванную комнату. Там его ждала привычная картина – зубная паста в шкафчике слева, щетка там же, но выше. Самая верхняя полка отводилась под прочие необходимые принадлежности.

Здесь не было ничего лишнего. Как и во всей остальной квартире - все просто и привычно. Ничего не менялось день ото дня. Стабильность, которую Лука сам для себя создал.

Взгляд Луки упал на отражение в зеркале. Он стал намного худее, за последние пару месяцев. Наклонив голову немного вбок, Лука коснулся щеки рукою. Скулы выступали намного явственней. Еще немного и можно будет использовать его как наглядное пособие по анатомии. Подняв глаза выше, он встретился взглядом со своим отражением. Безжизненные синие глаза устало смотрели на него по ту сторону. Лука и человек в зеркале выглядели как два незнакомца.

- Может сходить к доктору? - спросил Лука сам у себя. - Получу таблетки и, наконец, высплюсь.

На выходе из ванной стоял Робик – собака-андроид, скроенная по собственным чертежам. В свое время Лука потратил на его сборку около месяца непрерывной работы. К счастью, это подобие выкроенного из металла спаниеля, исправно работало и могло выполнять базовые команды. Вживленный в него искусственный интеллект пусть и был слаб, но все же позволял андроиду самообучаться.

По темному коридору Лука прошел на кухню, на автопилоте включил кофемашину и поставил разогреваться остатки вчерашнего ужина. Еда вращалась под желтым светом микроволной печи, издавая легкое жужжание.

Нетерпеливо схватившись за горячую тарелку, Лука чуть было не получил легкий ожог, но успел поставить ее на стол. Неохотно поковырявшись вилкой в макаронах, он добавил к ним кусочек масла, быстро растаявшего от тепла. Хорошо перемешав ингредиенты, Лука наколол пару штук на вилку и приподнял ее. В горло не лез даже кусочек еды. Он хотел поесть через силу, но решил не есть вовсе. Скинув содержимое обратно в тарелку, ушел одеваться.

Весь путь до работы Лука прошел на автопилоте. Начиная с попыток занять хотя бы стоячее место в переполненном транспорте, заканчивая бессмысленным разговором с коллегами, вместе с ним ожидающими лифт. Сев за свое место, он убрал сумку и включил компьютер.

Время, пока за ним следишь, тянется неумолимо долго. Лука решил проверить почту, уже почти привыкнув к тому, что она идет целыми днями. Странно, но сегодня в ящике были лишь сообщения от тех же абонентов, с которыми он общался вчера. Не став отвечать и закрыв почту, Лука откинулся на спинку стула и посмотрел по сторонам. Все были заняты своими делами. Коллега за соседним столом читал новости. Другой, что сидел от них по диагонали, пил чай с кусочком шоколадки. Работать никто не планировал.

Лука не стал исключением. Он сидел за своим местом, уставившись на экран монитора и наблюдая за успевшим появиться шариком из заставки. Для приличия, он открыл первый попавшийся документ и пролистал его ниже.

Мимо, немного подпрыгивая, прошла девушка из бухгалтерии, держащая в руках синий контейнер с рисом и овощами. Один и тот же контейнер, одна и та же еда изо дня в день. Она проходила здесь в одно и то же время каждый день, как часовой, ведущий свой караул с 12:25 до 12:35.

На правое плечо упала тяжелая ладонь. Лука недовольно обернулся.

- Привет, дружище, - за ним в белоснежной рубашке стоял улыбающийся Георгий, которого ничуть не смущало возмущенное лицо друга.

"И что это было? Это начинает входить в привычку" - подумал Лука, затем цокнул и отвернулся.

- И вам того же, - Лука ответил в своей привычной, равнодушной манере, перелистывая страницу ниже.

Мимо них с папкой наперевес прошел начальник. Проходя мимо Луки, он презрительных фыркнул, а рот его его уродливо скривился вниз. Поправив круглые очки, он демонстративно вскинул голову и вышел из комнаты.

- Как раздражает, - нахмурился Лука.

- Стрекоза как всегда, - Гоша наоборот, был радостным, несмотря на то, что причин для радости не было. Единственное, что ему обещали повышение и прибавку к зарплате, да и то было более полугода назад, а значит ждать, что это действительно исполнится - бессмысленно. Лука не понимал, что заставляет болотные глаза друга светиться счастьем.

- Ты какой-то странный, все еще не отошел от вчерашнего?

Гоша загоготал своим похожим на писк касатки смехом. Брови свелись к переносице, изображая высшую степень заинтересованности и переживания. Лука одарил его непонимающим взглядом. Тот совершенно этого не заметил.

- Да-а, отлично вчера посидели, - немного неловко продолжил Георгий, чтобы заполнить паузу. Он закинул ладонь на затылок, уводя при этом взгляд в сторону.

Луку начинал раздражать их диалог. На его щеках заиграли желваки, а сам он произнес:

- Мы уже обсуждали это вчера.

- Что? – Гоша прищурился, нахмурив лоб. Документ, что он взял со столы Луки пошел изломами из-за силы, с которой он его сжал. Поняв, что он сделал, Гоша ослабил сватку и положил документ обратно, разглаживая его.

- То, что я не ходил с тобой никуда, - пояснил Лука. - Последний раз мы выходили с тобой хоть куда-то неделю назад.

- Это было вчера, - продолжал настаивать на своем Гоша.

- Нет, не было, - отрицал Лука.

Присев на край стола, он уперся левой рукой в столешницу, правой жестикулируя в такт своих слов.

- Шутки у тебя, знаешь ли, дурацкие. Какой, по-твоему, сегодня день? -он закинул ногу на ногу и приподнял голову.

- Двадцать второе июля.

- А теперь посмотри на дату, - самодовольно ответил Гоша и скрестил руки на груди, смотря на друга сверху вниз.

Лука опустил глаза в крайнюю правую точку экрана. Под часами находилась дата – четырнадцатое июля.

Нет, такого точно не может быть. Больше похоже на то, что Георгий решил таким образом подшутить над ним после вчерашнего. Трудозатратно, но не невозможно. Не ясно к чему нужно было так усложнять, да и ради чего?

Лука засмеялся. Гоша уставился на него, как на душевнобольного.

- Молодец, хорошо придумал. Я сначала даже испугался, что что-то пошел не так, - вполне естественно рассмеялся Лука. - Это ж надо додуматься, перевести время! Была б на мне шляпа, непременно снял бы ее.

Гоша встал со столешницы, но продолжал опираться на нее кончиками пальцев. Наклонив голову, он смотрел на Луку из под нахмуренных бровей. Поджав нижнюю губу, он был похож на обиженного ребенка.

- Я ничего не переводил, - буркнул Гоша.

- Да брось ты, я уже все понял, - отмахнулся Лука, закрывая вкладку на экране.

- Не веришь мне, посмотри на часы на своем мобильном, - не унимался Гоша и даже протянул мобильный телефон, который лежал на столе. - Или по твоему я и до него смог добраться?

Тот нехотя разблокировал свой телефон касанием пальца, немного опасаясь, что Гоша может все-таки оказаться прав. На экране появилась надпись говорящая сама за себя надпись «среда, 14 июля». Лука замер, продолжая смотреть на время, пока заставка не погасла. Разблокировав телефон еще раз, он зашел в настройки, но и там его ждала неприятная новость - сегодня действительно было 14 июля.

Внутри все упало. Он не мог пошевелиться, не мог сдвинуться с места. Что, если все это правда, и он действительно не жил всю эту неделю и все это ему привиделось?

Был и другой вариант, более фантазийный и необычный, он, как и герой фильма с Биллом Мюрреем, попал во временную петлю, проживая один и тот же день снова и снова.

Первый вариант был реальней, соответствовал законам логики и пространства. Второй вариант давал надежду, что у него все не так уж и плохо с головой. Продолжая сжимать в руке телефон, Лука обернулся, оглядывая офис. Как он раньше не заметил, что все повторяется?

Его сосед, Глеб брал больничный на один день, но в итоге пропал на неделю. Для себя Лука обосновал это как какие-то возникшие осложнения, из-за которых пришлось полежать дома еще пару деньков. Выяснять, что происходило на самом деле, у него не было никакого желания, они не были настолько близки, чтобы влезать в жизнь друг друга.

Может быть, в этом и ответ. Он не замечал, что попал во временную ловушку, потому что жил в ней и до этого, но по собственной воли. Поместил себя в рамки, из которых не хотел уходить.

Теперь же, он стал отчетливей видеть и слышать мир вокруг. Стал замечать мелкие детали, до которых раньше не было дело. Те же пасмурные облака, что не сходили с неба всю неделю, что для местной изменчивой погоды было нонсенсом. Здесь могло с утра выйти солнце, а к вечеру выпасть снег.

Мелкие детали, которые создавали полную картину.

Лука резко развернулся к своему другу. Чуть напугано, но при этом с воодушевлением в голосе, какое бывает у узнавших великую тайну, он произнес:

- Здесь происходит что-то странное. Мне кажется. Только не смейся, - Лука пригрозил пальцем. – Мне кажется, я попал во временную петлю.

Он говорил это не столько для друга, сколько для самого себя. Если какую-то мысль произнести вслух, то она становится реальной, почти что осязаемой. Ты будто слышишь ее со стороны, от другого человека.

Лицо Гоши выражало озабоченность и дружеское переживание о своем приятеле. Аккуратно положив ладонь на плечо он стал всматриваться в лицо друга.

- С тобой точно все в порядке? - чуть слышно поинтересовался он.

- Да, но ты послушай! - воскликнул он, но Гоша поднес к своим губам палец, намекая ему быть тише. Лука понизил голос. - Ты давно видел Глеба?

- Ну, - Гоша задумчиво посмотрел вверх, вспоминая. - Пару дней назад. Не помню. Мы не особо общались.

- Его нет уже неделю!

- Это лишь доказывает, что ты не замечаешь других людей, поскольку ни с кем не общаешься, - неправильно расценил он ситуацию. - Начни уже общаться с другими.

Лука нахмурился и вновь оглядел комнату.

- Не хочу, - отказался он и продолжил: - А Стрекоза? Он каждый день шныряет рядом с моим столом.

- Он и раньше это делал, - парировал Гоша. - Ты ему не нравишься. Просто смирись.

С этим трудно было поспорить. Начальник действительно хотел избавиться от него, постоянно пытаясь найти для этого внятную причину. Каждый раз его потуги были забракованы на уровне высшего руководства. Кто это делал и с какой целью - Лука не знал, потому что не был с ними знаком.

- А погода? - Лука посмотрел на серые облака в окне.

- А что погода? - повторил Гоша, заглядывая через плечо. - Так себе. Завтра по прогнозу обещают солнце.

- Они уже неделю обещают!

Григорий серьезно посмотрел на Луку. Вновь сел на стол и, поправив черную рубашку, перекрестил на груди руки.

- Ты уверен, что тебе не пора к врачу? - без капли смеха спросил он. - Твой режим дает о себе знать.

- Не нужно мне ни к какому врачу. Ты не слушаешь меня! - продолжал говорить Лука. - Я уже неделю живу этот день.

- И ты только заметил? - друг вопросительно приподнял правую бровь.

- Именно.

По лицу Гоши было видно, что он не верит ни единому слову. Как бы Лука не пытался подтвердить своих слов, он его не хотел слышать, поскольку не верил ни в возможность существования этих самых временных петель, ни в то, что Лука действительно мог попасть в одну из таких.

- Понятно, - тяжело дыша сказал Гоша и цокнул языком. - Может это ты изначально решил меня разыграть, вот и придумал всю эту постановку?

Для Георгия это выглядело как типичный розыгрыш, с обязательным для таких шоу, присутствием чудака со странными идеями, роль которого для него отыгрывал сейчас его приятель.

"Странно, - подумал Гоша. - Лука не из тех, кто любит такой юмор".

Гоша на всякий случай посмотрел по углам, пытаясь найти в них камеры. Нет, там ничего не было. Лука одернул его, указывая на Женю, парня из соседнего отдела

- Смотри-смотри, он сейчас столкнется вон с тем парнем.

И правда, Женя, уставившийся в экран своего телефона, не увидел как ему навстречу шел рослый парень и врезался в него со всей силы. У парня выпала из рук папка, он наклонился поднять ее, но Женя оказался быстрей, поднял и еще с десяток раз извинился, прежде, чем пойти дальше.

- Это не удивительно, зная какой он растяпа, - Гоша покачал головой и скрестил на груди руки. – Завязывай, сначала это было смешно. Сейчас уже не очень.

- Ты не понимаешь, я серьезно, - Лука смотрел по сторонам, пытаясь вспомнить еще что-то, что уже происходило с ним ранее в эти дни

Оглядев комнату, он мельком взглянул на друга. Лука затих, сведя брови к переносицу.

- Рубашка... - начал он, но осекся на полуслове. - Разве она не была белой, когда ты ко мне подошел?

- Что? - Гоша посмотрел вниз, поправляя рукава. - Нет, я сегодня был в черной.

- Я точно помню, что она была белой.

Лука откатился на стуле назад, а затем стал медленно с него подниматься. Ему показалось, что на лице Гоши на секунду появились ухмылка, но ее вновь сменила обеспокоенная гримаса.

- Серьезно, - Лука сглотнул. Сердце стало стучать сильнее. - Здесь что-то не так.

- Я тоже серьезно. Тебе пора за-за-за…

Голос Гоши был похож на заевшую пластинку, забытую кем-то в плеере. Лука развернулся посмотреть и резко отстранился назад. Его друг словно замкнулся, повторяя один и тот же звук и одно и то же движение.

Резкая боль пронзила виски, от ее силы Лука непроизвольно закрыл глаза, а когда открыл, реальность «поплыла», покрываясь разноцветными кусками, как те, что бывают на треснутых экранах компьютера.

Лука попытался дотянуться до Гоши, сделать хоть что-то, чтобы вывести его из этого состояния, но не успев коснуться, упал на пол и от боли потерял сознание.

Глава 3

Очнулся Лука за своим рабочим местом. Некогда произошедшие события казались не больше, чем плохим сном. Медленно открыв высохшие глаза, приподнялся над рабочим столом. Взгляд невольно упал на часы, которые показывали 12:25. Мимо прошла девушка из бухгалтерии со своим синим контейнером.

Сон в миг пропал. События повторились вновь. Закономерно на плечо опустилась тяжелая ладонь, словно начиная новый отсчет событий. Не оставалось никаких сомнений, что он погряз во всем этом.

- Привет, дружище! - как всегда радостный Гоша стоял в своей выглаженной черной рубашке.

Лука отшатнулся от Георгия, как от огня, и, не рассчитав, повалился на пол. Гоша медленно двинулся в его сторону. Он сокращал расстояние, подходя ближе и желая успокоить Луку и, вероятно, предложить ему помощь. Лука, все еще слишком возбужденный ситуацией, стал хаотично оглядываться по сторонам и отползать назад, пока, наконец, не уперся в тумбу около соседнего стола. Вытянув руки вперед, Лука старался оградиться ими от Гоши, чтобы тот не подходил ближе.

- Все в порядке? - Гоша поднял руки на уровень груди с повернутыми к себе тыльной стороной ладонями, своим жестом показывая «все нормально, я не хочу тебе зла, я хочу помочь».

- Не подходи, -- крикнул Лука.

Люди в офисе стали озираться на них, отчего Гоша виновато опустил глаза и пригнулся, прячась за ограждение между столами. Столпотворение у столов заметил Стрекоза и стремительно заковылял в их сторону.

- Что вы тут устроили! - завопил он. - Да я все туда, - указал пальцем наверх, - расскажу. Уволят тебя, так и знай. Устроят.

Обещал он это, судя по всему, Луке, поскольку именно на него был обращен его пышущий жаром взгляд. Того и гляди, из ноздрей пойдет пар.

- А ну-ка прекратите! - запинаясь продолжал начальник, затем оглядел всех вокруг. - А вы чего стоите? Работайте.

Лука судорожно перекатился на четвереньки, встал с них и побежал прочь из душного кабинета, столкнув по пути Женю. Тот, от неожиданного удара выронил все папки, а затем стал спешно их поднимать. Лука не оборачиваясь бежал прочь с работы. Пару раз чуть было не поскользнувшись на слишком гладком паркете, но вовремя сумел удержать равновесие.

В обычный день он не стал бы себя так вести, чтобы не привлекать лишнего внимания. Сегодня был не обычный день. Какая разница, останется он здесь или нет, если завтра вновь попадет в начало этого же дня и все выговоры и постыдные ситуации аннулируются?

Гоша поспешил вслед за ним, но опустил его из виду на одном из поворотов. Не зная, куда направился его друг, он вернулся в офис. Георгий продолжал звонить ему, но тот в спешке оставил свой телефон на рабочем столе, исключая возможность связаться с ним.

Свежий легкий ветер, который нахлынул на Луку при его выходе на улицу, приятно охлаждал лицо. После спертого в помещении воздуха этот казался сущей благодатью. Белые полосы расчерчивали серое небо, раздирая его с оглушительным звуком.

Лука огляделся по сторонам. Несколько человек презрительно покосились, пройдя мимо, другие и вовсе его не заметили. Но ему казалось, что абсолютно все на смотрят на него, что все его знают и следят исключительно за его персоной. Казалось, даже пролетающие птицы поворачивают голову в его сторону. В тон его мыслям, сидящая на заборе ворона, спорхнула и присела рядом, уставившись своими глазами, ни то винного, ни то кроваво-красного цвета.

- Брысь! – Лука сказал первое, что пришло ему в голову. Словно то, что работает на кошку, способно подействовать и на всех остальных представителей царства животных.

Ворона продолжила крутить головой, буравя при этом взглядом. То, что Лука продолжал стоять около нее, ворона приняла как вызов, как призыв к действию и начала медленно подходить на своих ногах-веточках.

- Я кому сказал, брысь! – голосе стал раздраженным. Лука сильно топнул рядом с вороной, намереваясь отогнать ее от себя, но лишь поднял клубок пыли.

Ворона чуть вздрогнула, отлетела назад, но не собиралась покидать это место. На секунду в ее глазах мелькнуло что-то красное. Ворона застыла, не двигаясь и даже не колышась. Казалось, что она перестала даже дышать.

«Уйди, пожалуйста, просто уйди» - крутилось в голове у Луки.

Люди становятся крайне подозрительными, когда сталкиваются лицом к лицу с чем-то необычным, и начинают искать странности в самых обычных вещах. Именно так и поступал сейчас Лука, думая о вороне, как о каком-то спец-агенте с лицензией на убийство.

Лука отшатнулся назад, пятясь от пугающей его вороны, пока не столкнулся спиной с с фонарем. Порыв ветра, поднявший с земли пыль, ударил в лицо, отчего Лука закашлялся и быстро заморгал, стараясь очистить свои глаза. Пыль, что попала в них, неприятно щипала и сушила их.

Пока Лука был занят возникшей проблемой, ворона вышла из своего состояния остолбенения и принялась медленно подходить к нему. Когда расстояние между ними стало не больше полуметра, птица принялась медленно обходить вокруг Луки по строго очерченному кругу, ни на сантиметр не уменьшая его радиуса. Обойдя полный круг, и остановившись ровно в том месте, откуда начала, напоследок протяжно каркнула и взлетела прочь.

Вороны – это всегда предвестники чего-то грядущего, для одних они символизируют очищение и надежду, для других – страдание и несчастья. Луку мучил вопрос: чем оберется эта ворона для него?

***

Уйдя от провоцировавшей в нем тревогу работы, Лука смог наконец успокоиться и стал размышлять о том, куда двигаться дальше. Первой мыслью, на которой он в итоге и остановился, было решение идти домой. Добраться туда проще всего было на трамвае, остановка которого была недалеко от места работы. Можно было, конечно, вызвать такси, но Лука считал оставаться с кем-то наедине только усугубит его состояние. Лучше было дойти до остановки, сесть в вагон и ехать на нем до самого дома.

Прошло по меньшей мере десять минут, пока он дождался нужного трамвая. Хоть и не было того чувства тревоги, сердце продолжала усиленно биться в груди, не желая останавливаться.

Двери со скрежетом распахнулись, из них Луку обдало потоком горячего воздуха. Вагон был полупустым. Слева у входа сидела старушка со своим внуком, который не смолкая спрашивал что-то у родственницы, и та отвечала ему на все вопросы.

Лука сел в самом конце, занимая свободное место у окна. Исподлобья оглядев своих соседей, он столкнулся взглядом со стариком, сидящим к нему лицом. Сосед, как та ворона, смотрел на него не отрываясь и не моргая.

Другой пассажир, мужчина лет 30 с отросшей щетиной и в несоразмерной толстовке, также не стесняясь пялился. Лука оглядел вагон, теперь ему виделось, что абсолютно все взгляды повернуты в его сторону. Один за другим пассажиры поворачивались и смотрели на него. Малыш показал на него пальцем и спросил что-то у бабушки, та не ответила.

Они следили за ним.

Лука, попытался скрыться от всего этого, зажмурив свои глаза и придавив поверх ладонями, чтобы через них не проходило ни грамма света. Как в детстве, когда всего лишь нужно закрыть глаза и никакая страшилка не сможет тебе навредить. Жаль, что этот способ перестает работать, когда вырастаешь.

За закрытыми створками глаз стоял отчетливый образ вороны с красными глазами. В отличие от реальности, сейчас она каркала не смолкая, все громче и громче.

Люди все это время занимались своими делами, совершенно не замечая странного парня в конце вагона, но Лука не замечал это. Он был слишком погружен в свои мысли и переживания.

Вновь подступившая паника заставляла его сбежать из салона, выйти на первой попавшейся остановке. Поддавшись импульсу, именно так он и поступил, не сумев проехать даже половину пути, сойдя еще до моста.

Он никогда раньше не бывал на этой остановке, предпочитая обходить этот район стороной. Негативная слава о местах, подобных этому, распространялась по всему городу. Легенда гласила, что здесь основалась тайная организация, занимающаяся гражданскими протестами и мелкими преступлениями. Район, в который не пойдешь по доброй воли, а будешь стараться избегать, дабы не попасть в ненужные проблемы.

Сердце сильно стучало, отдавая в виски. Лука, стоя посреди улицы, уперся руками в колени. Он смотрел на серую плитку, разглядывая ее узоры и тем самым желая успокоить свой разум. Ему нужно сделать паузу и дать себе время отдохнуть и подумать.

Простояв так недолго, Лука приподнял голову и осмотрелся по сторонам. Небольшой магазин на первом этаже панельного дома.

«Плохой вариант, там нет мест для сидения», - заключил он мысленно.

Напротив расположился большой торговый центр с двухметровыми баннерами рекламы и ниспадающей гирляндой мигающих огоньков.

«Уже лучше. Там точно должно быть место для отдыха, но одно «но» – в это время торговый центр забит посетителями».

Он продолжал осматриваться, пока не понял, что пропустил самый простой и очевидный вариант – остаться здесь, на лавочке, на остановке.

«Нет людей. Идеально».

Местами с лавочки сходила краска, а обнаженный материал сильней подвергался разрушениям. Лука провел пальцем по краю краски, обломив от нее пару кусочков, один из которых воткнулся в палец. Лука осторожно вытащил его. Кровь в месте пореза не проступила даже после того, как он надавил около него.

Лука развалился на скамейке. В облаках вновь искрили молнии.

Совершенно непонятно что делать дальше.

Лука склонил голову вниз, погрузив ее на ладони. Неизвестно, сколько он так просидел – час, два или всего лишь пять минут. Время перестало подчиняться обычным законам физики.

Тишину разбили приближающиеся шаги. незнакомый парень, одетый как самый обычный простак, в белую футболку и черные джинсы неспешно подошел к нему. Единственное, что выбивалось - подвеска с вороном на его шее. Снова вороны.

- Мужик, с тобой все в порядке? – его голос был низкий, с небольшой хрипотцой.

- А, что? - вопрос застал Луку врасплох, он не ждал, что с ним кто-то решит заговорить.

- Да не знаю, выглядишь так, будто тебе нужна какая-то помощь. Если хочешь, могу позвонить в скорую.

Незнакомец повертел своим телефоном, взглядом повторяя свой вопрос.

- Нет, не надо, спасибо, - Лука отмахнулся от неожиданного спасителя. Он не привык принимать чужую помощь.

- Точно? Выглядишь так, будто попал во временную петлю. Ха-ха-ха, - незнакомец скорее гоготал, нежели смеялся.

Лука совершенно не понимал, что в этом может быть смешного. Еще больше он не понимал, откуда незнакомец мог знать, что с ним происходит.

Внутри у него все вновь перевернулось, а тело самопроизвольно отклонилось от источника этих эмоций. Лука с подозрением посмотрел на незнакомца, оценивая что может принести встреча с ним и насколько серьезными станут последствия. Сглотнув подступивший к горлу комп, он произнес:

- Ч-что вы сейчас сказали? – запинаясь промямлил Лука.

Голову пронзила боль, словно ржавый шуруп сантиметр за сантиметров вкручивался ему в висок. Сжав ноющее место ладонями, он зажмурился и с силой стиснул челюсти, отчего те заболели. Но даже эта боль не шла ни в какое сравнение с той, что он и так испытывал.

- Я говорю «выглядите так, будто нуждаетесь в помощи», - совсем рядом от него произнес мужчина, успевший сесть на скамейку рядом с ним.

Лука приоткрыл глаза, когда рука незнакомца легла к нему на плечо. На его лице было лишь сочувствие. Веселье, которое он некогда испытал, вовсе пропало. Несмотря на всю несусветную нелепицу, которую он нес, смотря в его серые глаза, невольно появлялось ощущение, что этот человек способен ему помочь. Объяснить ситуацию, в которую Лука попал.

Еще один приступ боли, от которого Лука рефлекторно зажмурился. Шуруп продолжал вкручиваться все глубже, задевая самые глубокие эмоции. Боль, которую он сейчас испытывал, нельзя было выразить ни словом. Затаив дыхание, он ждал, что незнакомец скажет. Но тот молчал, и это молчание начинало угнетать. Сдавшись, Лука открыл глаза.

Сейчас происходило тоже, что и сегодняшним утром. Картинка в некоторых местах начала течь, распадаться на кусочки. Магазинчик под домом сначала задергался, а потом исчез, оставляя после себя черное пятно. Странно, что дом не рухнул от образовавшейся под ним пустоты, а так и остался висеть в воздухе.

- Эй, ты как? – парень потянулся к нему рукой, но передумав, одернул ее и полез в свой карман.

Лука не смог ничего ему ответить. Голова раскалывалась. По ощущениям, того и гляди - лопнет. Лука был даже не против, если это остановит его муки. Не в силах больше терпеть, он упал на скамейку, сдавливая руками голову и крича от боли.

- Значит они все-таки были правы… - незнакомец проговорил это больше для себя, чем для кого-то еще. – Лука, перестань орать, нам не нужны проблемы, так?

Он достал какую-то субстанцию, похожую на пластилин или резину, и стал разминать ее в руках. Когда масса стала достаточно мягкой, незнакомец принялся придавать ей форму небольшой пластинки.

- Если позволите…

Не то чтобы ему нужно было чье-то разрешение, он прекрасно справлялся и без него. С силой отодвинув левую руку Луки, он начал с силой придавливать пластинку к виску. Боль тут же прошла, облегчение настигло его. Тело дрожало, появились учащенный пульс, усиленное сердцебиение, одышка и головокружение. Действовал выброшенный организмом адреналин.

- Кто ты? – Лука смотрел на незнакомца снизу вверх. Его ресницы подрагивали, а слезы невольно катились из уголков глаз.

- Ага, конечно, дождешься от вас спасибо, - ухмыльнулся незнакомец.

Лука продолжал ждать ответа, стараясь в свою очередь отдышаться и успокоиться, а самое главное - не потерять сознания, пока не получил все ответы.

- Я Тормен.

- Это твое имя? – Лука удивился, впервые услышав что-то подобное.

- Теперь – да, – он был совершенно спокоен, будто подобное для него обычное дело, и он каждый вторник спасает незнакомцев.

Тормен покрутил голову Луки, осматривая, насколько плотно к виску прилегает пластина и то, как хорошо она на нем держится. Пару раз он прижал пластину по сторонам, убедившись, что теперь все в порядке.

- А в прошлом?

- А прошлое осталось в прошлом, - совершенно равнодушно сказал мужчина.

Для себя Лука сделал вывод, что его незнакомец не очень разговорчивый парень и попытки надавить не принесу никаких результатов. Он попробует задать вопрос снова, но после того, как ему ответят на старые.

- Мне показалось или ты назвал меня по имени?

Во время сильного приступа Луке показалось, что он слышал, как Тормен зовет его по имени.

- Назвал, - не утаивая ответил он.

- Но я не говорил, как меня зовут.

«Этот парень что, из какой-то местной группировки отморозков, собирающих досье на каждого в городе или, что еще хуже, работает на правительство?» - подумал Лука и скривился, сам не осознавая причины.

- Не говорил, но я и без этого прекрасно знаю кто ты.

Тормен усмехнулся и отвернулся. Встав со своего места, отряхнул одежду от кусочков высохшей краски. Он повернулся к Луке все еще улыбаясь.

- Что это? – пальцев он указал на висок и пару раз тыкнул в липкую субстанцию.

- Всего лишь временное спасение от их вездесущего контроля, - Тормен постучал себе пальцем по виску, а при словах о «вездесущем контроле» показал пальцем в небо, ища в нем кого-то глазами.

- Их – это кого? – голос его был требовательным.

Лука желал получить ответы. Посмотрев вверх, куда показывал Тормен, не увидел ничего, кроме молний.

- Ну, друг мой, не так быстро. Для начала нам нужно перейти в более безопасное место.

«Значит, кто эти самые «они» я так и не узнаю. Неужели иллюминаты и сюда добрались?»

С неба упали первые капли дождя. Лука встал со своего места и подошел к концу козырька остановки. Вытянув руку из под козырька, аккурат под падающие капли, он стал смотреть, как те медленно расползались по его ладони.

- Я не собираюсь с тобой никуда идти, - сказал он совершенно неожиданно даже для самого себя.

Как и всех людей, Луку с пеленок учили опасаться незнакомцев – не бери конфетки из рук незнакомцев, не садись в машину к людям, которых ты не знаешь, не идти за кем-то, кого видишь в первый раз, но у него есть на тебя целое досье.

Уж какой-какой, а этот урок жизни он не стремится изучить на практике.

- Можешь остаться здесь, - Тормен покачал плечами, будто ему приходилось говорить о простых истинах, понятных и пятилетнему ребенку. - Если повезет, то проснешься на утро и не вспомнишь ничего о сегодняшнем дне.

- А если не повезет? - Лука, до этого рассматривающий капли, повернулся к Тормену.

«Разве может быть что-то хуже, чем остаться в этом дне сурка?»

- Не проснешься, - сказал он и увел взгляд в сторону.

«Видимо, может».

Глава 4

На улице не смолкая шел дождь. Его капли блестели на витринах, а круги пролитого в лужах бензина расползались дрожащей радугой. Затем, собравшись вместе в небольшие ручейки, медленно стекались в сток.

- Уверен, что нам стоит идти? - Лука наблюдал за тарабанящими по козырьку остановки каплями, которых становилось все больше.

Тормен сверил время с наручными часами. Достав с кармана небольшой аппарат, похожий на маленький наушник, поднес его у уху и несколько раз нажал, пока красная точка на нем не стала зеленой. Водя по нему против часовой стрелки, Тормен упорно во что-то вслушивался, ловля определенные сигналы. Поймав их, остановился.

- Они уже рядом, нам пора, - он выжидающе посмотрел на Луку.

- Там дождь, - махнул рукой в сторону ливня.

- А там, - Тормен взглядом указал куда-то за спину Луки. - Дистракторы.

Обернувшись, он никого не увидел, но появилось неприятное ощущение приближающейся угрозы. Лука щурясь вглядывался в переулок, что был от него в ста метрах, ожидая, что именно оттуда и выйдут неприятели. С опозданием до него дошло то, что ему сказал незнакомец.

- Дистракторы? - нахмурившись спросил он. - Это еще кто?

- Те, кто следят за, - Тормен хмыкнул, подбирая правильное слово. - Стабильным миром. Пойдем.

Не дожидаясь, пойдет ли Лука следом за ним, Тормен двинулся прямо под ливень, прикрывая наушник ладонью. Бросив еще раз взгляд в сторону переулка, где так никто и не появился, Лука пошел за ним следом.

- Постой, - окликнул он его. - Что еще за "стабильный мир"?

- Ты все еще ничего не помнишь? - в недоумении поднял он бровь, на секунду остановившись, чтобы посмотреть на Луку, после чего развернулся обратно и ускорил шаг.

Лука мотнул головой, отрицая. Он не знал, что именно должен помнить. Не понимал ничего из того, что происходит с ним в последние несколько дней. Страх перед будущим страшил его, а трудность выбора становилась только сильнее. Нельзя было точно сказать, кто является другом, а кто враг, скрывающийся под маской доброжелателя.

- Это надолго, - проговорил Тормен, вглядываясь в серое небо, которое становилось темнее, приобретая синий оттенок. - Давай разберемся с вопросами после того, как попадем в безопасное место.

"Можно ли довериться ему?" - подумал Лука и тяжело сглотнул. - "Он может оказаться одним из тех самых дистракторов, о которых говорил".

Рискнув, он все же решил последовать за этим возникшим из ниоткуда человеком. В критических ситуациях люди склонны выбирать нехарактерные для себя вещи. Так и Лука, обычно всячески избегающий неприятностей, теперь бросался в самую их гущу.

- Нам сюда.

Тормен повел Луку по известному только ему маршруту. Сверяя направление по своему наушнику, он петлям между домами, выйдя к центральной улице, где затерялись среди толпы спешащих после обеденного перерыва на работу. Пройдя от остановки вдоль многоэтажных зданий, они вышли к небольшому парку с фонтаном в центре. Возле фонтана, как кузнечики, прыгали дети, наступая на лужи и разбрызгивая друг на друга капли.

Лука засмотревшись на них, замер на месте, как вкопанный. Детство – самая счастливая пора жизни, только здесь ты можешь быть истинно рад тому, что тебя облили холодной водой. Перед глазами пробегали забытые воспоминания, как диафильмы прокручивающиеся в голове. Две фигуры - одна рыжая, с веселой ухмылкой, вторая с русыми, как у него волоса и теплым выражением лица, от которого на душе становилось теплее.

Виски вновь закололо, а Лука, не сумевший совладать с этим, опустился на колени, удерживая голову.

- Эй, - Тормен, обернувшийся на шум, подбежал к Луке, взяв его лицо в свои ладони. - Эй, смотри на меня.

Взгляд его не отрывался от глаз Луки. Воспоминания прекратились, а с ними остановилась и боль. Неспешно они поднялись с асфальта. Гуляющая радом с ними пара остановилась, наблюдая за их действиями. У девушки на лице читалось презрение, которое она не пыталась скрыть.

По тропинке, уводящая вбок от главной линии, с обеих сторон росли полосы вяза, за которыми, если пойти по заросшей дороге, можно было выйти к поляне с кедрами. Поворачивать в ту сторону они не стали, вместо этого двинулись вверх по ухоженной плиткой дороге прямо. Место, в которое они отправлялись - еще одна небольшая площадка для отдыха, с большим фонтаном в центру. По кругу расставлены окрашенные белым скамейки и, через каждую вторую над ними возвышаются фонари.

Фонтан менял высоту потока, играя, таким образом, свою особенную песню. Данная достопримечательность была гордостью местной мэрии, которая в свое время потратила немало денег на его реконструкцию. Лука рассматривал лепнину по верхнему уровню фонтана, и к своему ужасу заметил, что вода не падала вниз, а наоборот, поднималась.

- Быть такого не может! – Лука, как таран, двинулся к нему навстречу, чтобы поближе рассмотреть поток воды.

Не успел он сделать и шагу, как за руку его схватил Тормен и с силой потянул обратно.

- Вспомни первое правило…- Тянуть Луку оказалась труднее, чем он предполагал. – Мы. Не. Привлекаем. Внимания. – Он отчеканил каждое слово, разделяя их короткими паузами.

Лука с силой одернул свою руку, выхватив ее из захвата Тормена. Отшатнувшись назад, чуть было не упал, но успел поймать равновесие. Недовольный, он повернулся обратно. Мысли затмевал гнев, который не удавалось погасить.

- Ты видишь? Там вода течет в обратную сторону! – пальцем он указал в сторону фонтана.

Медленно, с особой осторожностью, Тормен двинулся к Луке. Он старался не делать резких движений, чтобы не спровоцировать у него новый всплеск эмоций. Подойдя вплотную, Тормен наклонился к ушам Луки и еле слышно шептал ему на ухо.

- Я прекрасно все вижу, и они, кстати, тоже, - посмотрев ему за спину, он приподнял брови, намекая, кого именно он имеет в виду под «они».

Лука огляделся. В той стороне, из которой они только что пришли, показалось несколько человек, одетых в белые рубашки и темные офисные костюмы. Похожие между собой, они не имели особой индивидуальности. По правде говоря, они даже не были похожи на людей. Настолько неестественно выглядело все это.

Так вот они какие, те самые дистракторы.

Все замерло. Отдыхающие люди, что до этого сидели на скамейках, встали со своих мест. Дети прекратили бег, также уставившись на приближающиеся фигуры. Замерев на месте, все ждали, пока к ним подойдут.

Звуки стихли. Единственное, что можно сейчас услышать – плеск воды и карканье ворон.

- Вороны? - Лука оглянулся назад, откуда доносились их крики.

На нижнем уровне фонтана сидел ворон с угольно черными перьями, отливающимися при свете солнца. Желание подходить ближе к этому фонтану, чтобы увидеть его странные метаморфозы. нарушающие законы физики, отбило начисто. Теперь Лука мечтал убраться отсюда подальше. Взрослые и дети, словно статуи, по-прежнему стояли абсолютно неподвижными. Единственное что выдавало в них их «оживленность» - поворачивающаяся вслед за дистракторами голова.

Глава 4.1

Лука выжидающе уставился на Тормена. Здравый смысл кричал ему убираться отсюда немедленно. Несмотря на то, что дистракторы явно заметили их, они все еще были далеко и у парней оставалось время, чтобы сбежать от них, как они сделали вблизи остановки.

- Не пора ли уходить? - переминаясь с ноги на ногу спросил Лука. Он, то и дело бросал беглые взгляды по сторонам.

- Подожди, - сквозь зубы проговорил Тормен, доставая из под рубашки серебряные карманные часы на длинной подвеске.

Лука нахмурился, сведя брови к переносице, попутно кривя лицом.

- Решил посмотреть на время? - ехидно заметил он, и вскинув руку в сторону приближающихся дистракторов, продолжил: - Время убираться отсюда.

- Я ведь попросил, - не поднимая взгляда вверх, Тормен отчеканивал каждое слово, попутно проворачивая заводную головку. - Помолчи.

При последней фразе голову он все же поднял, да посмотрел так, что Лука лишь нервно сглотнул, не решаясь больше ничего добавлять. Расстояние до агентов сократилось менее чем до пятнадцати метров, когда Тормен наконец закончил со своими махинациями и взяв Луку за руку, спешным шагом потянул его перпендикулярно от ворон и дистракторы.

- Куда мы? - стараясь поспевать за быстрым шагом Тормена спросил Лука.

- Шире шаг, меньше слов.

Обернувшись назад, он заметил, что пристальные взгляды теперь обращены в его сторону. Так продолжалось несколько секунд, после чего агенты растворились в людской толпе. Тормен дернул Луку за рукав и буквально потащил его в сторону от фонтана.

Пробираясь сквозь заросли вглубь леса, они то и дело бились о ветки, оставляя на руках, которыми прикрывались, небольшие порезы. Через пол часа они окончательно выбрались из леса, по которому блуждали, запутывая следы, и остановились у небольшого двухэтажного здания с обшарпанной отделкой и выбитыми на втором этаже окнами.

- Нам сюда, - Тормен уверенно открыл железную дверь, на которой висел неработающий домофон.

- А может... не пойдем?- нерешительно прошептал Лука, не имеющий особого желания идти в это злачное место.

Тормен его слов не услышал, поскольку уже был внутри, расхаживая по давно опустевшим коридорам. Толстый слой пыли, смешанной с грязью поднимался при его ходьбе. Остановившись у одной из дверей, он заглянул в замочную скважину и поманил за собой Луку. Лука в нерешительности приблизился.

Тормен открыл дверь и кивком головы предложил зайти. Лука увидел небольшую комнату, часть которой от пола до потолка была затянута тяжелой паутиной. В центре ее возвышался огромный старинный комод, на котором стояли стопки пожелтевших от времени старых газет. Лука медленно подошел ближе и взял одну из них в руки. Подув, он снял верхний слой пыли и стал бегло просматривать заголовки.

"Дмитрий Воронов - величайший ученый или человек без принципов? Кто он на самом деле?"

"Что нас ждет дальше? Новая эра интеллектуальных систем."

"Массовые протесты заполняют улицы города."

Лука увлеченно прочитывал статьи одну за другой. Иногда он замирал, поднимал взгляд на Тормена, но тот был увлечен открытием старого платяного шкафа и ничего вокруг не замечал.

– Ну и что ты там ищешь? – не выдержал Лука, откладывая газету в сторону. – Что, такого интересного может быть в обычном шкафу?

- Лазейка, - просто ответил Тормен, не особо поясняя что имеет ввиду.

- Это какую? - уточнил Лука, подходя ближе, заглядывая в то место, где сидя на корточках ковырялся напарник. - Просто выломай дверку, да и делов-то.

Не убирая рук от замка, Тормен вопросительно посмотрел на Луку.

- Нельзя. Иначе и смысла в этом не будет.

Встав с пола он встряхнул поочередной каждой из ног, которые затекли за время сидения. Затем тоже самое сделал и с руками.

- Нет фонарика?

Лука похлопал по карманам, но не нашел телефона, поскольку оставил его на работе, когда убегал с нее в спешке.

- Нет, ничего, - развел он руками в сторону.

- Тогда не загораживай свет, - Тормен вновь опустился к замочной скважине. Лука наоборот, сделал шаг назад.

Делать было совершенно нечего. Лука вновь осмотрелся, обнаружив старое, обитое тканью с вышивкой, кресло. Подойдя к нему, он похлопал по нему, отчего в воздух взлетело облако пыли. Лука закашлялся, прикрывая нос и рот ладонью. Повернувшись, Тормен цокнул и, наконец, смог открыть несчастную дверь.

За деревянными створками словно была натянута черная непрозрачная пленка с синим отливом.

- Что это? - глаза Луки округлились, с интересом он старался разглядеть хоть что-то внутри, но все попытки остались безуспешны.

- Кротовая норма. Слепая зона в системе, - Тормен уверено сделал шаг вперед, растворяясь за пределами этой пленки.

Лука поспешил вслед за ним. Он медленно протянул руку вперед. Легкое покалывание в момент перехода, но больше ничего необычного. Одернув руку назад, он прижал ее к груди, а затем, собравшись с мыслями и зажмурив глаза, вошел внутрь.

- Уже можно открывать, - ухмыльнулся Тормен, прокручивая в руках головку часов. - Я немного завидую, что ты ничего не помнишь и можешь удивляться таким простым вещах.

Место, куда они попали поражало воображение. Вместо стен и потолка - темная, как космос, материя с поблескивающими вдали звездами. По краям границы очерчены яркой голубой линией, висевшей где-то в воздухе. Комната, из которой они только что вышли сейчас представляла из себя эскиз той же голубой линией. Были лишь очертания предметов по контуру, без их внутреннего заполнения, отчего можно было увидеть все, что находилось внутри, поскольку предметы накладывались друг на друга.

Лука, почти переходя на бег, подошел к следующей комнате. В ней стояла деревянная лавка с подушками, аквариум с плавающими рыбками и по центру, на противоположной по отношению к нему стене, располагалось круглое окно.

- Это разве то же здание? - с недоверием спросил он.

Лука не заглядывал в соседние комнаты, поскольку шел следом за Торменом, указывающим ему путь. Только вот мало вероятно, что в том заброшенном доме сделали бы круглое окно между квартирами с квадратным.

- Нет, это другое, - Тормен раскинул руки, указывая на все комнаты по обе стороны от него. - Все это - разные места. Объединяет их только наличие кротовой норы.

- Это вы их создали? - увлеченно спросил Лука, разглядывая следующую комнату. Она была менее живой по сравнению с предыдущей. Стол, стул и кровать. Ни единого цветка или животного. Не было даже окна, через который мог бы поступать свет. Единственное, что, вероятно, освещало это место - одиноко висевшая под потолком лампочка.

- И да, и нет, - хмыкнул Тормен. - Мы лишь взяли дыры в симуляции и растянули их до уровня входа.

- Стой, симуляция? - нахмурился Лука.

Тормен провел ладонью по прозрачным стенам.

- А ты еще не понял? - он повернул голову в сторону собеседника и вопросительно поднял бровь. - Здесь все симуляция, наложенная на реальный мир и объекты.

Лука отвернулся назад, к комнате. Откровение, которым с ним сейчас поделились, повлияло на него как сильная волна во время рыбалки - выбило судно из под ног. Последние пару дней он тонул в этом новом мире и не был уверен, что сможет выбраться из под бушующего потока воды. Временные петли, симуляции, дистракторы - все это вчера не имело ни малейшего смысла, а сегодня ворвалось в его жизнь.

- Не думай об этом слишком сильно, - подошедший Тормен желая успокоить похлопал его по спине. - Со временем ты привыкнешь. Главное - не сопротивляйся, иначе будет больнее.

- Ладно, - Лука облизнул губы, прикусил затем нижнюю. - Куда нам теперь?

- Туда, - Тормен указал вперед, в сторону бесконечного коридора. - Нужно выбрать самое безопасное место, чтобы спрыгнуть.

- Этот коридор бесконечный, - скривился он. - У меня нет желания заниматься спортом сейчас.

- А жить?

Жить хотелось. Хоть и ходить по-прежнему не особо.

- Не бойся, тут не так далеко есть выход в третьем секторе, на противоположной стороне города. Недалеко от того места расположена база.

- Как хочешь, - равнодушно ответил Лука, смирившийся с тем, что до сих пор ничего не понимает.

Тормен достал часы, стрелка которых, словно компас, указывала вперед. Они шли вдоль темного коридора. Лука продолжал заглядывать в разные комнаты, удивляясь внутреннему убранству. Его напарник смотрел только на часы, иногда поднимая взгляд наверх, чтобы убедиться, что идет в правильном направлении.

Комнат здесь было поразительное количество. Казалось, что выйти можно было в любом месте на карте, а располагались они в десяти минутах друг от друга.

- Что будет, если сюда попадут дистракторы? - поинтересовался Лука.

- Они не попадут, - пожал плечами Тормен.

- Ну а вдруг? - не унимался он.

- На входе каждой комнаты стоит защита, - пояснил в ответ. - Агентов не пускают внутрь. Они - часть системы. Кротовые норы - за ее пределами. Элементы не могут пройти выйти за пределы своего кода.

- А если все же смогут?

Тормен промолчал. Взгляд его стал печальным и тревожным.

Глава 5

Неспешно двигаясь по коридору парни остановились, когда часы в руках Тормена задрожали. Стрелка продолжала скакать между цифрами десять и одиннадцать, указывая на дверь слева от них. По ту сторону ничем не примечательная комнату. Лука старался заглянуть внутрь, но его обзору мешало множество линий из-за стоящего прямо за стеной книжного шкафа.

- Нам сюда, - Тормен поднял взгляд с часов, обсматривая место, куда они пришли, а затем прибрал аппарат обратно, за рубаху.

Толкнув дверь, он жестом предложил Луке войти. Тот так и сделал, первым пройдя внутрь. Стоило шагнуть за порог, как вещи из силуэтов вновь стали объемными, а черный фон залился красками. Пусть даже эта комната и была темной из-за внутренней обстановки и плохого освящения, но даже эти цвета казались яркими после той "кротовой норы" из которой они только что вышли. От слишком сильного перепада заболели глаза и Лука непроизвольно заморгал, а затем стал тереть их.

Тормен прошел в небольшой проход между Лукой, остановившегося на дороге, и стеной, стараясь никого не задеть, но все же случайно толкнул его плечом.

- Извини, - сказал он, когда сам уже прошел до середины комнаты, направляясь к окну. Подойдя к нему, Тормен схватился за занавески, отбрасывая их в стороны. - Уже темнеет.

- Так быстро? - Лука перестал тереть глаза, успевшие привыкнуть к обстановке и подошел к Тормену, заглядывая из-за его спины на улицу.

За окном медленно садилось солнце, от которого виднелась только верхушка. Небо залилось алым цветом, с размазанными поверх него розовыми, сиреневыми и желтыми облаками. Лес, что высился над одноэтажными домами, постепенно темнел, хотя вечер только начинался.

- Дождь успел закончиться, - подметил Лука.

- Не удивительно, - пожал плечами Тормен и подошел к комоду. - Дождь-то был вчера.

- Вчера, сегодня. Он здесь каждый день, - Лука последовал за товарищем.

- Только вчера, - настаивал его оппонент, продолжая копаться в забытых или намеренно здесь оставленных вещах. - Дождь был вчера. И ты все это время было во "вчера", которое повторялось. Сегодня - уже другой день.

Лука недовольно сжал губы добела. Он не видел абсолютно никакого смысла в том, что Тормен пытался до него донести. Какое еще вчера? Какое сегодня? Это все - один и тот же день. Там, в кротовой норе они пробыли не дольше часа, а потому и выйти должны были как раз к закату.

Несомненно, Луке показалось странным, что только сегодня вышло солнце, тогда как последние несколько дней дождь лил не переставая. Утро начиналось с дождя, и засыпал он под звуки ударяющихся о подоконник с внешней стороны окна капель, сливающихся в общий хор ливня, которому время от времени аккомпанировали раскаты грома, поддерживая тревожную, но в то же время успокаивающуюся мелодию.

Почему сегодня небо стало ясным? То, что он сменил курс своего распорядка дня никоим образом не могло повлиять на погоду за окном. Лука глянул в окно. Нет, там больше не было темных туч. Непогода отступила.

- И все же, почему все поменялось? - задумчиво спросил Лука, наблюдая за тем, как колышутся верхушки деревьев.

- Что "все"? Если ты о смене дня и ночи - то это вполне естественный процесс.

- Я о погоде, - вновь начал Лука, отчего Тормен медленно закатил глаза и тяжело вздохнул так, чтобы это обязательно можно было услышать. - Почему она поменялась? Всю неделю был дождь.

- Я сказал тебе это уже, - он начал один за другим зажимать пальцы, беззвучно что-то бубня. - Раза три? Ответ не изменится, если я скажу это в четвертый. Вчерашний день кончился. Все изменилось. Прими уже это.

- Ты продолжаешь утверждать, что мы были в том месте целый день, а не просто несколько часов? - продолжал настаивать на своем Лука, которого не удовлетворял ответ.

- Именно это я и хочу сказать, - раздраженно ответил Тормен, с силой дернув ящик. - Время - довольно хрупкая субстанция.

Дальнейшие попытки продолжить разговор сразу прерывались, так что тему закрыли на этих философских рассуждениях. Обе стороны были порядком взвинчены - Тормен из-за бесконечных повторений одного и того же, Лука из-за того, что так и не получил ответы, которые желал.

Из самого нижнего ящика комода Тормен достал запасы долго портящейся еды, оставленной здесь на всякий случай и протянул это напарнику. Лука сначала хотел отказаться, поскольку всегда был из тех, кто предпочтет не есть ничего неизвестного происхождения и неизвестной принадлежности, но урчащий живот все же вынудил его принять провизию.

- Спасибо, - он открыл пакет со смесью орехов и сухофруктов и кинул в рот половинку грецкого ореха.

Тормен в это время продолжал просматривать ящики, пока не нашел во втором сверху под ровными стопками с бельем несколько видов огнестрельного оружия. Один из пистолетов он хотел вручить Луке, у которого от неожиданности пакет выпал из рук, рассыпавшись по полу. Поднял то, что не успело высыпаться, он убрал его на комод. Затем отряхнул руку и потянулся к предлагаемому оружию.

Лука рассматривал красивую, покрытую золотым напылением, рукоять с высеченной фигурой головы ворона. Затем провел ладонью выше, по стволу, проходя пальцами по выгравированной на нем надписью "Отдать жизнь за правду".

Несмело Лука принял предложенный предмет. Металл холодил кожу, покалывая в местах соприкосновения. Покрутив в руках, он еще раз, более тщательно, все осмотрел. Лука надеялся, что ему не придется применять его в будущем, но иметь нечто похожее успокаивало и прибавляло спокойствие.

- Так мне будет спокойней, если вдруг мы разделимся, - Тормен приподнял правую бровь и в ту же сторону изогнул губы в ухмылке. - Главное, не используй его на мне.

- Я и не думал, - Лука виновато опустил глаза, но мысленно добавил "может и стоило", отчего смутился еще сильнее.

Наблюдая за тем, как парень пытается припрятать пистолет за спину, засунув его между ремнем и штаниной, Тормен недовольно цокнул языком.

- Тебя не учили, что нельзя так носить пистолеты?

Лука нахмурился. Он впервые держал в руках пистолет, так что ни о каких знаниях манер поведения или, что важнее, стрельбы, он и знать не знал. Тормен при этом вел себя так, словно Лука был прирожденным стрелком с многолетним стажем.

- Так он случайно может выстрелить, прострелив тебе ногу, - пояснил Тормен. - Или еще чего важного.

- И что мне делать? - раздраженно Лука достал пистолет обратно, сильно зажимая его в ладони.

- Возьми вот это.

Встряхнув белое, аккуратно сложенное полотенце, которое достал из того же ящика, что и оружие, Тормен поднял выпавшую кобуру и отдал ее Луке. Кожа, из которой она была сделана, протерлась от времени, а торцовый карман уже почти порвался. Лука неспешно убрал оружие в чехол, после чего надел на себя кобуру.

- Так, - Тормен дождался. пока он закончит, после чего подтянул сзади ремни. - Думаю, теперь нам можно идти.

- А куда мы теперь? - Лука поправил собравшуюся рубашку, разгладив ее и заправив под ремень.

- Сейчас нам нужно пройти через весь район, чтобы добраться до штаба, - ответил он, взял горсть из пачки с орешками и сразу закинул ее в рот, усердно пережевывая.

Посмотрев на это, Лука тоже подошел к еде и отсыпал ее себе в ладонь.

- И далеко до нее?

Тормен пожал плечами.

- Для меня не особо, - подойдя к окну, он выглянул на улицу, проверяя территорию.

- Не особо - это сколько? - уточнил Лука.

- Пару часов.

- Сколько? - открыв рот, он желал сказать что-то еще, но сделал паузу, во время которой сильно заморгал. Затем собрался с мыслями и продолжил: - Не слишком ли много мы ходим? Ты точно не из спортивной организации?

- Не хочешь идти - оставайся здесь, - в очередной раз Тормен сделал свое предложение. - Я ранее уже говорил об этом. Не желаешь принимать помощь - можешь поступать как знаешь и вернуться в исходную точку, к своей обычной жизни. Если получится, сможешь успешно прожить еще несколько лет. Хотя как знать, можно ли такое звать жизнью.

Не дав Луке шанса на ответ, он пошел прочь из комнаты, к выходу. Расстроенный и подавленный Лука не хотел никуда идти. Он стоял на месте, продолжая ногтем цеплять выбившуюся из шва нитку на кобуре и рассматривая деревянные доски на полу с изрядно облезшей краской, которую здесь не обновляли не один год.

Лука и раньше думал о том, чтобы все бросить и уйти от Тормена и всей этой истории, но продолжал следовать за ним, желая узнать подробности. Но все, что он имел к этому часу - это увеличившееся количество вопросом, ответы на которые даже не планируют появляться.

Может быть, сейчас самое время, чтобы уйди прочь, а не идти следом? Последний шанс остаться в стороне, избежать неприятностей. Лука поднял взгляд на дверь. Ту самую, что сейчас скрывалась в темноте, лишенная кокон и подступающего из них света.

Тормен отворил дверь.

- Ты идешь? - злое выражение на его лице сменилось спокойным. Лука, увидев это, и сам невольно обрадовался.

- Иду.

Рядом с домом никого не было. Улицы казались удивительно пустыми, а район и вовсе нежилым. Только птицы, сидящие на ветках деревьев осматривали проходящих мимо людей.

Глава 5.1

Вечер - поистине волшебное время суток. Ночь, медленно подступающая к порогу встречается с уходящим до завтрашнего утра днем. Их сочетание окрашивает окружающий мир в таинственные, насыщенные и яркие цвета. Но красота, которой при дневном свете не достичь, преображается по ночам. Лунный свет побуждает к раздумьям, придает вес нашим словам.

Город медленно погружался во тьму. Тени расширялись, растекаясь по улицам и домам. Лука озирался по сторонам, для спокойствия прижимая рукой пистолет. Он не стал доставать его, чтобы тот не мешался, если им придется бежать, но все же держал поблизости.

Тормен, напротив, был спокойным и сосредоточенным. Он, немного пригнувшись, переходил от одного дома к другому, прочищая путь для Луки. Несмотря на то, что улицы были пусты, Тормен по-прежнему был чрезмерно осторожным, готовый в любой момент дать отпор противнику. Решительный и стойкий.

Спустя пол часа тревога, которую Лука ощущал поначалу исчезла. Ничего не происходило, а потому причин ожидать нападения у него не находилось. Расслабившись, он опустил руку с кобуры, продолжая следовать за Торменом.

Когда на улице совсем стемнело, лунный свет скрылся под электрическим светом от фонарец. Особое внимание привлек один из них, стоящий у небольшого зеленого кустика. Он, поскрипывая, моргал, готовый в любой момент отключиться, но продолжавший работать.

Краем глаза Лука увидел вдали движение. Кто-то был там, в темноте закутков. Сомнение одолевали его. Могло ли показаться? Темнота - лучшее место для разыгравшегося воображения.

- Тормен, - шепнул Лука, тот обернулся. - Там кто-то был.

Теперь они оба вглядывались в неизвестность. Тормен нахмурился и сжал губы.

- Пойдем скорее, - кивнул он в сторону. - Слишком задерживаемся.

Движение прекратилось. Лука поспешил следом.

Они продолжали идти мимо одинаковых домов, внешне неотличимых друг от друга.

"Странно, - подумал Лука. - В таких районах все пестрит разнообразием. Начиная от цвета домов и заканчивая формой окон".

Остановившись на повороте, Тормен проверил, нет ли кого по близости. Удостоверившись, что все чисто, достал свои необычные часы, проверяя стрелки. Одна из них указывала на полуночь, вторая медленно подбиралась к этой отметке, проходя отметку девяти часов.

- Полночь? - подсмотрел он на циферблате. - У меня, конечно, нет под рукой часов, но сейчас явно не полночь. Не так давно стемнело.

Лука посмотрел наверх. В темно-синем небе горело множество звезд, рассыпанных, словно песок на пляже. В самом центре висела серая луна.

- Я думал ты уже понял, - Тормен не поднимал глаз от изделия. - Это не часы. Вернее не просто часы. Можешь называть компасом.

Когда стрелка минула одиннадцать, он воодушевился и резко повернулся.

- Пора.

Завернув направо, Тормен повел их по темному проходу, где приходилось идти на ощупь, держась рукой о стенку, чтобы не свалиться. В самом конце виднелся лишь свет электрической лампочки.

Вновь выйдя к проезжей части, Лука осмотрелся. От удивления он даже по началу приоткрыл рот и быстро заморгал, воспринимая то, что увидел иллюзией. Нет, это все оказалось правдой. Тот самый куст, что остался давно позади и фонарь, что неисправно работал все то время.

- Подожди, - Лука свел брови к переносице, исподлобья глядя на Тормена. - Мы здесь уже были?

- Раз пять? - ответил он бесстрастно.

- Зачем было петлять по кругу, если мы могли придти сразу на место? - воспалился Лука.

- Мы не ходили по кругу, мы выжидали нужное время.

Лука упер ладони в бок. Затем перекатившись с ноги на ногу цокнул языком, обдумывая происходящее.

- Хочешь сказать, - иронично начал он, - что мы идем в какое-то "волшебное" место, вход в которое открывается только в определенное место?

Его фраза казалась абсурдной, но именно этого он и добивался.

- Именно так. - огорошил его Тормен.

- Что?! - возмутился Лука, подавшись вперед. - Зачем вообще делать базу где-то здесь.

Подойдя к железной двери без ручек, Тормен стал выстукивать на ней разные звуки. сначала один короткий, за ним два длинных. После небольшой паузы он отстукал три длинны. За ним короткий, длинный и снова короткий. Лука пытался понять закономерность, с которой он это делал, но логики не наблюдалось. Тормен, тем временем вновь сделал три долгих удара по железному материалу. Последняя комбинация состояла из одного долго и одного короткого удара, после чего он затих, а дверь после писка отворилась.

Темные коридоры с наполовину выкрашенными в зеленый стенами давили со всех сторон. Гадкое чувство, какое появляется в темных подвалах и заброшенных домах. Пусть здесь и не было разбросанного мусора и даже пыли сравнительно немного, но эта темнота угнетала. В этом месте не хватало света и тепла. Кожу неприятно покалывало из-за прохладного воздуха. Вентиляция шумела под потолком, гоняя потоки воздуха.

Дверь с хлопком захлопнулась за их спинами, отчего Лука, вздрогнув, подпрыгнул на месте. Глаза округлились. Взгляд бегал по литому куску металла, остановившись на коробке в центре.

"Именно здесь его мозг", - подумал Лука о конструкции двери и том, как та, должно быть, отворялась. Людей рядом не было, значит - все управляется механически. Он потянулся к коробке, поддел ее снизу и приподнял вверх, убирая. Внутри датчик звука и еще один закрытый ящик - компьютер, с чьей помощью все обрабатывалось.

Лука провел пальцем по краям аппаратов, вырисовывая ход их питания. Последовав за ним, вышел к проводку, что шел вниз, уходя внутрь, в пространство меж двух сторон двери.

- Информация подается куда-то еще, - сказал он, смотря на петли. От верхней к потолку шел кабель-канал. Уходя вглубь коридора.

- Интересно? - с улыбкой спросил Тормен. - Занимательно, что ты ничего так и не вспомнил.

Лука отвел взгляд в сторону. Слишком увлекся, забыв, для чего они здесь.

- Ладно, - прокашлялся Тормен, истолковав ситуацию по своему и поспешил перевести тему. - Может угадаешь куда нам дальше?

Вариантов было несколько - дверь в конце коридора или одна из трех дверей, что были по бокам. Лука указал на ту, что была впереди. Именно туда шли все провода.

- Неплохо, - приподнял он брови, а уголки губ опустил вниз. - Только нам немного левее. Вон в ту.

Тормен поднял руку, показывая туда же, куда и Лука, а затем сменил угол в сторону, на совсем непримечательную дверь. Ее не заметишь отсюда, если не станешь приглядываться. Остальные были сразу под светильниками, но та - нет.

⋅ – – – – – ⋅ – ⋅ – – – – ⋅

глава 6.1

Лука обернулся. Коридор, по которому они шли, все еще был освещен слишком тусклым электрическим светом подвешенных по периметру диодных ламп, с периодичностью мигающих под потолком.

В конце коридора, из боковой двери вышел молодой парень, лет 20, не больше, довольно хилый на вид. Юнец с глазами старика, какие бывают у тех, кому слишком рано пришлось встретиться лицом к лицу с тяготами жизни.

Они встретились взглядами и парень почтенно поклонился, приложив правую руку к груди. Лука непонимающе смотрел на него и, когда тот поднялся, кивнул. Парень неловко улыбнулся и направился к входной двери, проверяя, хорошо ли она заперта.

Посмотрев за ним еще немного, Он вспомнил о Тормене, который вошел в кабинет первым. Ко времени, пока Лука последовал за ним, он уже успел подойти к компьютеру, настукивая что-то на клавиатуре.

Лука провел рукой по металлическому столу, что шел почти сразу от входа. В его зеркальной поверхности отражалось уставшее лицо Луки и растрепанные русые волосы, взлохмаченные на голове. Проведя по ним рукой, он старался их пригладить и расчесать, пропуская меж пальцами.

Усталость навалилась на него неожиданно. Также неожиданно он зевнул, а глаза сами стали закрываться. После тяжелого дня на ногах это место пусть и было незнакомым и чужим, но здесь хотя бы нет необходимости куда-то бежать, скрываться и искать врагов, чтобы они не успели обнаружить тебя первыми. Здесь было безопасно. Пусть так и остается. Пусть добродетель не окажется злодеем.

- Присядь, отдохни, - не оборачиваясь, Тормен махнул рукой в сторону стоящего в углу дивана.

Неспешно Лука прошел по комнате в то место, куда его направили. Его внимание привлек металлический шкаф, стоящий рядом с серым диваном. Приоткрытые двери манили заглянуть внутрь. Он потянулся к ручке, через плечо оборачиваясь назад, на Тормена. Тому не было никакого дела до того, чем занимался Лука. Успокоившись, он развернулся обратно.

Стопки книг - вот, что он увидел перед собой. Часть из них была совершенно новая. Другие же потрепались от частого прочтения. Лука взял самую крайнюю. Ту, что нельзя было сразу заметить. Проведя рукой по изломанной обложке, он стряхнул несуществующую пыль. Часть обложки была оторвана - то ли случайно, то ли по небрежности и осталось только название "Замок". Перевернув лист, он прочел единственную фразу - "с любовью, твой Д.". Остальная часть ушла вместе с потерянным кусочком страницы.

Сердце кольнуло. Лука нахмурился, стараясь ухватиться за те обрывки воспоминаний, которые оставались где-то глубоко в его подсознании. Ничего не получалось. Хлопнув обложкой, он убрал убрал книгу обратно на полку и прикрыл дверцы шкафа.

Плюхнувшись на стоящий рядом диван, он откинулся на спинку. Блуждающий в безделье разум стал рассматривать комнату. Все еще ничего интересного вокруг. Глаза стали медленно закрываться, дремота настигла Луку. Сам того не осознавая, он погрузился в сон.

Не помня, как он попал сюда, Лука оказался в очень светлом месте. Этот сон был ярче, чем те, что обычно снились ему. Странно, что он осознавал, что оказался во сне, поскольку обычно понимание этого приходит лишь с пробуждением, когда все произошедшее уже забывается. Лука редко запоминал сновидения, но все их объединяла та таинственная серая дымка, окрашивающая все вокруг в серые тона. В этом же сне все наоборот было невероятно ярко, как в самом солнечном дне, какие бывают лишь в воспоминаниях о детстве. Именно в нем он и оказался.

Лука оглядел свое тело. Маленькие руки и ноги, которые в реальности давно уже выросли из этих размеров.Лука коснулся нашивки на красных шортах, в которых был одет. Маленький дракончик, вышитый на них. был изрядно потрепан, отчего местами торчали цветные нитки. Именно то, что было в его детстве. То, что он, казалось, забыл, стало всплывать в его памяти. Лука отпустил штанину и оглянулся, чтобы осмотреть место, в котором оказался.

Крупный светлый песок под ногами и легкий теплый ветерок. прокатившийся у самой земли. лука переступил с ноги на ногу, глубже продавливаясь ботинками вниз, оставляя небольшие ямки-следы. Справа от него остались такая же дорожка из выемок, тянувшаяся к видневшемуся в дали поселению на холме , прячущемуся среди деревьев. Прищурившись Лука присмотрелся в ту сторону. Пряча под ладошкой глаза от слепящего солнца, он разглядывал колыхающиеся верхушки деревьев. От умиротворения, которое он почувствовал. стало тревожно на душе. Чувство, что это спокойствие может в любой момент кончиться. а ты не сможешь повлиять на это.

Отбросив ненужные мысли, Лука закрыл глаза, прислушиваясь к звукам. Тихий шелест деревьев и звуки прилива, бьющегося о берег. Тревожность отпустила. Лука открыл глаза. Ровная поверхность воды искажалась от движений волн. Озеро с той стороны окружалось стеной из скалистых гор, зеленых от растущих на них хвойных деревьев.

Лука сделал шаг вперед и продолжал идти, пока ноги не коснулись холодной воды. Кода вода добралась до щиколоток, его схватили за руку.

- Куда ты? - обеспокоенно спросил женский голос.

Мама, это была его мама. Всегда добрая и понимающая. Лицо, которое он не забыл. несмотря на то,что давно не связывался с ней. Сейчас она выглядела моложе, чем в его воспоминаниях. Не было морщинок от улыбок в уголках синих глаз. Распущенные волосы. которые позже были острижены до плеч, сейчас доходили до поясницы и каштановыми волнами развивались за спиной.

- Мама? - незнакомый голос вырвался из уст Луки. Слишком детский и писклявый.

- Конечно, - улыбнулась она в ответ и потянула сына к берегу.

Волны становились выше, а некогда голубое небо темнело из-за надвигающихся туч. Погода в одночасье испортилась. Оставаться в воде могло быть чревато последствиями. Не противясь, Лука последовал за матушкой. Ботинки, в которых он был одет до этого, исчезли. Холодный песок колол босые ступни, отчего каждый шаг был болючим и неприятным.

- Ма-а-ам, - хныча протянул Лука, хоть и не желал делать этого. Он был лишь сторонним наблюдателем происходящей картины.

- Потерпи, - мама подняла его на руки, прижав к плечу голову. Поглаживая Луку по спине, она продолжала шептать слова утешения.

По дороге к поселению начался дождь. Неожиданно начавшись, он стеной прошел по округе и залил всю землю. К тому времени, когда они дошли до дома, Лука перестал капризничать, окончательно успокоившись. Посильнее прижавшись к матери, он обнимал ее своими маленькими ручками. Тепло и уют - вот, что он сейчас ощущал.

- Вот вы где, - радостно произнес подошедший к ним мужчина и протянул руки, придерживая Луку по бокам.

Подняв его, мужчина потянул мальчика к себе. Лука в удивлении охнул. Еще один голос, который он, казалось, успел забыть. Отец. Это точно должен быть его отец. Чтобы убедиться в своей догадке, Луке стал поворачиваться в его сторону, но стоило увидеть рыжие волосы, как тут же картинка оборвалась, а сам он проснулся в штабе, в одной комнате со все еще работающим за компьютером Торменом.

- Уже проснулся? - спросил он, словно почувствовав, когда Лука пробудился ото сна.

Лука ответил не сразу. Мыслями он все еще был в том странном сне, что сейчас помнил обрывками. Озеро среди скал и образ матери в светлом платье - все, что осталось от тех событий. Он протер глаза, в уголках которых стояли слезы.

"Странно, - подумал Лука. - Давно такого не было".

Тормен нахмурился, все это время он продолжал рассматривать товарища.

- Снилось что-то плохое? - обеспокоенно спросил он.

- Что? - перестав тереть глаза спросил Лука. - Нет, наоборот, что-то хорошее. Очень.

От сна не осталось ничего, кроме чувств, но они - определенно радостные.

- ...Хорошо, если так, - Тормен отвернулся обратно.

На мониторе, что можно было увидеть из-за спины, было видно окно загрузки, подходящей к концу. Лука вновь прикрыл глаза. Усталость никуда не исчезла.

- Так, с этим закончили, - закрыв оповещение об окончании, Тормен отсоединил от компьютера жесткий диск и скрылся вместе с ним за дверью. Лука остался в комнате один.

Глава 6.2

Тормен вернулся через четверть часа. Окончательно закончив со своими делами, теперь он вернулся за Лукой. Тот, устав ждать, вновь уснул. Не став будить парня, Тормен достал ту самую книгу, ранее рассмотренную Лукой и открыл на странице с закладкой. Он развалился на свободной части, устроившись поудобней и закинув одну ногу на другую. Усевшись, стал почитывать книгу, медленно переворачивая страницы

Когда Лука разлепил глаза, Тормен уже наполовину закончил читать книгу. Протерев глаза, он сонно посмотрел на товарища.

- Ты все?

Тормен закрыл книгу, оставив внутри палец, как закладку.

- Да, пойдем, - встав со своего места, подошел к шкафу. загнув уголок страницы, вновь убрал книгу внутрь. - Кое-кто очень хотел тебя увидеть.

- Кое-кто? - настороженно спросил Лука. В олову пришла странная догадка. - Кто-то из руководства?

- Можно и так сказать, - усмехнулся Тормен, выйдя из комнаты и закрыв за собой дверь.

Невольно Лука стал волноваться о причинах заинтересованности в нем вышестоящих лиц. Не заподозрили ли они в нем предателя и не приведет ли это к серьезным проблемам? Или может быть правильный совсем обратный вариант - он окажется недостаточно хорошим, чтобы стать частью их организации и будет вынужден вернуться обратно, в свою петлю.

Лука стал разминать холодные руки, неприятно покалывающие в районе ладоней. С каждый шагом паника становилась лишь сильнее, а мысли в голове все мрачнее. Захотелось сбежать и спрятаться.

- Проходи, нам сюда, - Тормен толкнул дверь, пропуская Луку внутрь.

Комната была более светлой и просторной, нежели остальная часть базы. Особенно сильно на этом фоне выделялся стол, стоящий в самом центре комнаты, с расставленными на нем растениями. Самое неожиданное, что можно было бы встретить в подобном месте – мини-сад из комнатных цветов.

Рядом со столом стояла женщина с длинными волнистыми волосами и поливала цветок, нежно поднимая его листочки выше. Лука присмотрелся, затем сделал шаг ближе, чтобы четче увидеть и убедиться в своей догадке. Все верно. Это его цветок. Тот самый, что он отвез своей матери. За это время он немного подрос и стал шире, но даже горшок оставался тем, что и был у него ранее, с нарисованными на нем темно-синим цветом буквы Л и В.

Лука нахмурился. Что-то во всей этой истории не складывалось. Как цветок, что сейчас должен быть у матери, находится в этом месте? И где, в таком случае его мать?

Неприятно закололо сердце. Лука винил себя, что оставил мать одну и не вспоминал, пока ему не напомнили подобным образом. Должен ли он уйти сейчас и попытаться найти ее там? Облизав пересохшие губы, он заговорил.

- Что вы сделали с моей мамой? – голос Луки был обеспокоенным, прячущим внутренние эмоции под маской безразличия.

Несмотря на то, что вопрос был задан Тормену, отреагировала на него стоящая к ним спиной женщина. Дрогнув, она поставила лейку на стол и медленно повернулась к ним. Захлопав ресницами, она, казалось, пребывала в большем смятении, нежели Лука и готова была вот-вот расплакаться. Вместо этого она вымученно улыбнулась. Лука почувствовал как все буквально сжалось внутри. От удивления он приоткрыл рот.

«Беру свои слова обратно. Вот самое неожиданное»

Каштановые волосы волнами ниспадали на плечи. Знакомый теплый взгляд, которого он давно не видел. Лука протер еще раз глаза, но человек перед ним не исчез, продолжая стоять рядом.

Да, это действительно была его мать. Печальная улыбка на ее лице сменилась радостной. Медленно она подняла руки, расправив их в стороны и призывая Луку к объятьям. Он стоял неподвижно, продолжая хлопать ресницами и лишь сильнее хмуриться. Затем, наконец, вышел из ступора и, почти перейдя на бег, бросился к маме.

У нее медленно потекли слезы, каплями падающими на его одежду. Лука, сам того не заметив, тоже проронил слезу. Шмыгнув носом, он постарался поднять руку и стереть постыдные слезы. Горечь от долгой разлуки нахлынула на них обоих, а радость захлестнула с головой.

Первым разомкнул объятия Лука и задал самый интересующий его вопрос:

- Как ты здесь оказалась? – и, не дав ответить, тут же выпалил: - Я думал, ты дома.

- Я дома, сынок, - мама приложила руки к груди и немного наклонила голову вбок.

Лука бросил взгляд на серые стены вокруг. Совершенно точно это не было их домом. Как минимум не тем, что остались в его воспоминаниях. "Настоящий" дом Лука не посещал уже несколько лет. Мама могла переехать, но сомнительно, что даже не известила его об этом.

- А как же наш дом на улице... - Лука остановился, прикусив губу. Он не мог вспомнить названий ни одного из объектов его прошлого, лишь озадачено смотрел на лицо той, что была связью с его детством.

- Ты совсем ничего не помнишь? - голос матери стал ниже.

Лука пытался вспомнить хоть что-то, хоть какую-то маленькую деталь – школу, лучшего друга детства, любимого преподавателя. В голове появлялись мимолетные образы, но они были такими расплывчатыми, что нельзя было ни ухватиться за них, ни понять что они значат. Последнее, что он помнил – события годовой давности. В тот ненастный день он проходил собеседование на новую работу. В то же время он перестал нормально спать, проводя ночи за размышлениями.

Висок, о котором он забыл, вновь начал давить. Резко боль простреливала по бокам. Лука обхватил руками голову, сдавливая ее. Подошедшая мама накрыла его ладони своими и успокаивающим голосом попросила смотреть ей в глаза и концентрироваться на том, что она говорит.

- Сынок, - она была требовательна, но голос выдавал в ней беспокойство. – Сынок, давай мы поговорим о чем-то другом. Хорошо?

Он кивнул в ответ, стараясь отбросить мысли и лишь смотреть в любящие глаза матери. Паника отступала. Дышать стало легче, а сами вздохи стали медленнее и глубже. Подхватив под руку, Тормен помог довести его до железного стула в конце комнаты, на который затем и был усажен Лука. Убедившись, что он удобно устроился, Тормен сел рядом, по правую сторону. Мама села слева.

- Как прошел твой год? - спросила она, взяв ладонь Луки в свои.

- Устроился на работу, - ответил он первое, что пришло на ум. Даже сейчас его мысли возвращались к ненавистной работе.

- Да, и как тебе, нравится?

Мама задавала его вопросы, но следила не столько за ответами, сколько за движениями и действиями. Лука нахмурился, отведя взгляд вниз, в пол. Несмело он забрал ладонь из рук матери и скрепил их в замок перед собой. Пальцы беспокойно перебирались между собой.

- Временами, - не поднимая взгляда пробубнил он под нос.

- Что еще было хорошего? - мама наклонилась, чтобы лучше видеть лицо Луки. Сам он отказывался встречаться с ними взглядами.

- Я…- он задумался, вспоминая, что же произошло с ним за год – Я доделал свою собаку-робота, назвал его Роботик. Не особо оригинально, но мне нравится.

На этих словах мама воспряла духом. Лишь только эти слова побудили в ней настоящий интерес. Впервые с начала их диалога. С нескрываемой радостью она промолвила:

- Ты все еще занимаешься роботами? – переводя взгляд на Тормена, она продолжила. - Это очень хорошая новость.

Тормен улыбнулся и кивнул. Лука не мог увидеть ничего, что действительно могло вызвать в них подобную радость лишь от упоминания его увлечений. Ладно еще мать, но откуда это здоровый незнакомец знает, чем он занимался раньше?!

Пластинка, наклеенная на висок, начала размякать. Лука, тронувший ее указательным пальцами, почувствовал, как в месте надавливания под подушечками образуется вмятина. Субстанция, из которой состояло это "устройство подавления", развалилась на глазах.

- Может быть, есть что-то еще, что ты хотел бы мне рассказать? - мама по-прежнему задавала вопросы о его прошлом, в котором они были разлучены.

- Даже не знаю…- беспокойные пальцы стали ледяными. Лука лишь сильнее сжимал и разжимал кулаки. Из-за всех сил он пытался сконцентрироваться на своих мыслях, чтобы выловить в них нужную информацию. – Я уезжал на неделю в другой город.

- В другой город? – мать в удивлении подняла брови. – Я думала, что сейчас никого не выпускают и никуда не впускают.

Лука постукивал стопой по полу, но когда заметил это, одернул себя и поджал ноги под стул.

- Да, я слышал, но у меня не было с этим проблем, - он наконец поднял глаза и посмотрел в глаза матери.

По щеке потекла расплавившаяся пластинка. Лука собрал пальцем стекшую каплю. Без горячей подпитки субстанция вновь затвердела тонким слоев. Висок начало ломить с большей силой.

Мать поднялась со своего стула. Подойдя ближе, она остановилась над Лукой и взяла его голову в свои руки, отодвигая один из висков с пластинкой.

- А теперь, сынок, пора сделать кое-что с вот этим, - сказав это, она отклеила оставшуюся пластинку.

Голову пронзило нестерпимой болью.

Глава 7.1

Тонкая металлическая игла вошла под кожу. Боль от укола не шла, ни в какое сравнение с тем, что он испытывал последние полчаса. Жидкость плавно растекалась по его телу, принося долгожданное облегчение. Лука терял контроль над телом. Мозг, затуманенный страданиями, стал отключаться, падая в спасительное забытье. Боль отступала, уступая место тяжести.

После снятия пластинки, ранее притупляющей эти чувства, его перенесли на операционный стол. Мама встала по правую от него руку и надела манжету на плечо Луки на уровне сердца, нижним краем – на два сантиметра выше локтевого сгиба. Убедившись, что прибор плотно закреплен, она стала нагонять воздух до значений выше ожидаемого артериального давления, пока не нашла диапазон его колебания.

Тормен в это время был занят подготовкой места для проведения операции. Подогнав каталку с хирургическими инструментами, он принялся обрабатывать каждый из них, приводя в должный вид. Ровненькой дорожкой были выложены приборы, начиная от зажимов и пинцетов со стерильными салфетками для остановки крови, и заканчивая чем-то диковинным.

Лука, находясь в полудреме, пытался рассмотреть то, что его окружало, но то ли он не мог здраво мыслить из-за введенного лекарства, то ли он действительно видел их впервые и потому с ходу не мог понять для чего они могли понадобиться.

Ему все труднее было держаться в сознании, силы покидали его с каждым вдохом. Последнее, что он запомнил перед тем, как окончательно отключиться – сверлящий звук бормашины и слепящий свет операционного светильника.

Он оказался в темном месте, где не было видно ничего дальше полуметра от него. Не было ни звуков, ни силуэтов. Лука чувствовал себя одиноким в этой беспробудной тьме. Он открыл рот. Желая закричать и позвать кого-то, кто мог бы быть здесь, но не мог произнести ни слова. Грудь сдавило, Лука не мог сделать ни вздоха. Схватившись за горло, словно его что-то удерживало, он старался дышать, но так и не мог победить удушье.

Лука упал на колени. Свет, что окружал его, стал сужаться. Паника настигла его. В голове крутилась мысль, что как только свет окончательно исчезнет, Лука покинет этот мир. Теплые слезы медленно побежали по щекам. Круг света стал в радиусе не шире вытянутой руки. Лука зажмурился, прижимая сжатый кулак к груди.

В момент, когда все должно быть кончиться, его позвали.

- Очнись, - приказным тоном сказал голос и Лука повиновался ему.

Когда Лука вернулся к реальности, он был неспособен открыть глаза. Слепящий яркий свет ламп бил по глазам, заставляя сильнее жмуриться. Краткие попытки, превозмогая боль, все же открыть их не увенчались успехом. Глаза рефлекторно закрывались.

Лукаподнял обессиленную и подрагивающую ладонь к лицу. Костяшками указательных пальцев он растер веки. Теперь, пересилив боль, он смог открыть их. Комната казалась ярче, поскольку до операции она была слишком серой, недостаточно светлой.

Приподнявшись над койкой он осмотрелся вокруг. Он по-прежнему был в той комнате, где проводилась операция, но теперь здесь не было ни хирургических приборов, ни аппаратов, с помощью которых измеряли его показатели жизни. Все, напоминающее об этом, успели убрать до го пробуждения.

Горло пересохло и оттого першило. Лука чувствовал себя путником в пустыне, блуждающим в поисках долгожданного оазиса. Сейчас спасением был бы даже маленький глоток пресной воды.

- Во-воды – голос был хриплым, немного выше его обычного баритона.

Тормен, который почитывал книгу, сидя в углу, встал со своего места. Подойдя к раковине, налил холодной воды из под крана в прозрачный стакан. На стенках появились маленькие капельки. Ослабевшими руками Лука взял стакан, обернув вокруг него одну ладонь, а другой, поддерживая снизу.

- Дорогая, хочешь еще воды? –Тормен был непривычно учтивым, а тон чрезмерно мягким.

- Дорогая? – с возмущением провопил Лука, после чего прокашлялся. - Ты в своем уме?

Тормен подошел и легонько постучал по спине, затем предложил еще вновь попить воды. Лука отодвинул его руку в сторону.

- Или это какие-то твои шутки? – с подозрением спросил он, косо посматривая на товарища. –Мог выдумать что-то более остроумное.

- Я обращаюсь к тебе в женском роде, - Тормен сделал паузу. – Потому что ты и есть женщина.

Лука непонимающе посмотрел вниз. Тело стало более тонким, женоподобным, грудь стала больше, а длинные волосы ниспадали на плечи. Он ущипнул себя за руку, чтобы убедиться, что происходящее не было сном. В очередной раз убедился, что происходящее либо реально, либо это фантазия, которая не планирует заканчиваться.

Наблюдая за всем со стороны. Тормен дождался, пока он успокоится и указал на зеркальце у входа в комнату, которое до этого никоим образом не привлекало внимания.

Лука неспешно встал с койки. Пошатываясь на ватных ногах, побрел к двери. Встав у зеркала, он осматривал свое лицо, поворачивая его сначала в одну сторону, затем в другую. Визуально лицо было схоже с его собственным, но черты лица выглядели мягче, синие глаза казались выразительней, губы пухлее. Лука отодвинул назад русые волосы, упавшие на лицо. Под ними он нашел небольшую родинку на щеке, которой не было на его «настоящем» лице, но похожая была у его матери.

- Нелепица, - озадачено произнес Лука.

Тормен продолжал молча смотреть за Лукой, давая ему время прийти в себя. Устав стоять, он сел на край койки, накинув ногу на ногу.

- Как прошла операция? – спросил Лука, решивший временно отложить вопрос о смене пола и повернулся к товарищу.

- Какая? – ответил он вопросом на вопрос.

- Над вот этим, - не зная, как правильно назвать проведенное над ним действие, он просто указал на висок.

- Мозгом? – Тормен приподнял правую бровь. – Не было никакой операции. Ты просто потеряла сознание. Должно быть, кукушка выпорхнула из гнезда во время падения.

- Чего? – скривился Лука.

- Ничего, Луна, - пожал плечами, а затем встал с места. – Ничего важного.

Лука нахмурился. Ему показалось, что его назвали другим именем, но он не посчитал нужным акцентировать на этом внимание. Мало ли – просто ошибся. Есть вопросы намного важнее.

- Если тебе стало лучше, то собирайся. Сегодня мы должны отнести цветок Координатору.

- Подожди… - Лука вцепился в руку проходящего мимо Тормена. Тот остановился, ожидая вопроса.

- Да?

Лука молчал. Тормен тяжело вздохнул.

- Ладно, Луна, собирайся, через пол часа будем выдвигаться.

Сказав это, он вышел в открытую дверь, уйдя заниматься своими делами.

- Он снова назвал меня Луной, - задумчиво произнес Лука, оставшись в комнате в одиночку. После чего прошел к шкафу, на который перед уходом указал Тормен. – Этот тот самый, что был с книгой?

Книги внутри не оказалась, зато лежала свободная одежда и кобура с пистолетом. В первую очередь Лука потянулся именно к ней. Достав изнутри оружие, стал рассматривать его с разных сторон. Проверил, заряжен ли он, но магазин оказался пуст. Когда Лука собирался положить его обратно, со внутренней стороны рукояти он заметил выгравированное имя владельца. Вновь приблизив к себе, он стал вглядываться в надпись.

- Опять оно, - сказал раздраженно. – Кто эта чертова «Луна»?

Негодование и смятение кружились в его голове. Он не мог понят ничего с тех пор, как открыл глаза. Если он, хотя бы обрывочно, но помнил свою прошлую жизнь в теле Луки, то о личности «Луны», которой он сейчас оказался, он не знал совершенно ничего.

Глава 7.2

Тормен в обозначенное время постучал в дверь и дождавшись ответа, заглянул внутрь. Лука к тому моменту успел переодеться и охладиться холодной водой, чтобы, наконец, отойти от болезненного сна. Голова его по-прежнему была забита негативными и тревожными мыслями о событиях прошедших дней. То, что он испытал еще в офисе - странное поведение его коллег и постоянно повторяющийся день, теперь для него казались делами давно минувших дней. Те чувства стерлись, оставив лишь обрывочные воспоминания.

Несмотря на то, что не прошло и нескольких дней, новые события перекрыли старые. Новые чувства - старые. Происходящее с ним сейчас волновало Луку гораздо больше. Нынешняя ситуация и мир, частью которого он стал - это реальность, с которой приходилось мириться. Нужно быть сильным, чтобы принять все и выжить.

- Собралась? - спросил Тормен, переодевшийся из белой футболки в черную водолазку. Одет он был явно не по погоде - сильная жара, которая стояла в летнее время, никак не коррелировалась с теплой одеждой. Единственное обоснование этому - легкая прохлада, которая могла остаться после продолжительного дождя.

- Обращайся ко мне в мужском роде, - тон Луки становился взвинченным, ему все еще не нравился этот затянувшийся розыгрыш. Несмотря на то, что он своими глазами убедился, что с зеркала на него смотрела девушка, головой он не хотел принимать подобный исход.

"Это лишь временно. Все из-за того, что они сделали что-то с моим мозгом", - повторял он вновь и вновь.

Тормен поджал губы, смотря на Луку прямым взглядом прищуренных глаз. Успокоившись, он отвел глаза в сторону, выдохнул и принял условия этой игры, ссылаясь на то, что Луна все еще могла не отойти от потери сознания.

- Хорошо, как скажешь, - согласился он. - Ты собрался?

- Да, - стараясь сохранить ровный тон, спросил Лука.

- Тогда пойдем, - Тормен немного постоял, не решаясь уходить, но вскоре развернулся и лишь в самый последний момент резко повернулся к Луке спиной и сделал несколько неуверенных шагов к двери.

Перед тем, как отправиться в путь, Тормен зашел в соседнюю комнату, в которую Лука не стал его сопровождать. Вернулся он оттуда с цветком. Тема самым, что пару недель назад он отвез к своей матери. Растение было вручено Луке, поскольку за Торменом оставалась их защита, в случае возможного нападения.

Через пару минут они покинули укрытие. Тормен держался отстраненно, если не сказать отчужденно, стараясь соблюдать дистанцию и не говорить без причины. Лишь изредка он посматривал назад, проверяя не отстал ли его напарник.

Мир за пределами их базы казался сейчас совершенно другим местом. Не таким вылизанным и совершенно ровным, неприметным, каким был, когда они только пришли сюда. Окружающая действительность казалась "живой". Часть зданий выглядела другой, других и вовсе не было - на их месте разрастались большие заросли деревьев и мелких кустов клена.

Сворачивая по некогда знакомым улицам, они петляли меж алей и было непонятно, в какое именно направление держит путь их дуэт. Мучаясь от желания спросить и внутренней неуверенности в том. должен ли он знать это, Лука, наконец, решается и открывает рот:

- А куда мы идем? – произнеся эти слова, он тяжело сглотнул, давя ком, что застрял в горле.

- К Координатору.

- Кто это? - спрашивая это, Лука чувствовал себя не в своей тарелке. Ему казалось, что он виноват за то, что забыл что-то важное

- Можешь считает его левым полушарием нашей организации, - хмыкнув сказал Тормен, а левый уголок его рта поднялся вверх.

- И как это понимать? - задал в ответ резонный вопрос.

- Логическая основа.

Лука перекинул цветок в другую руку. Потому что та, что держала его до этого затекла и начала побаливать. Правой ладонью он помахал в воздухе, немного разминая.

- А цветок-то нам зачем? - цокая спросил он. - Не самое полезное, что можно взять в вылазку.

Тормен, увидевший что-то вдали, пригляделся. Лишь убедившись, что там ничего нет, ответил.

- Для синтеза веществ.

Глава 8

Лука снисходительно посмотрел на Тормена и звучно цокнул. Тот, как и прежде, продолжал говорить загадками. Ответы скорее путали, чем что-либо проясняли.

- Ясно, - закончил Лука с той темой, поскольку интерес притупился от односложных реплик его напарника.

Тормен не обратил внимания. Больший приоритет он отдавал слежению за обстановкой, а не праздным диалогам о бессмысленных вещах. Единственное "раздражающее" к чему он продолжал возвращаться в нынешней ситуации - внезапно потерянные воспоминания Луны.

- Идем, Луна, - позвал он, в последний раз завернув в неприметный проулок между домами.

Улица была крайне неприметной. Не зная о повороте, можно было часами бродить меж домами, бездумно стараясь отыскать путь.

"Он продолжает называть меня чужим именем", - тяжело вздохнул Лука.

Первым железную изгородь обогнул Тормен, протянув затем руку Луке. Когда оба оказались перед серой дверью, Тормен постучал в нее трижды кулаком, затем сделал паузу и постучал также три раза, но уже ладонью. Вновь остановившись, он закончил последним ударом ладонью и кулаком. Механизмы зашевелились, открывая толстую металлическую дверь.

- Мы пришли, - констатировал Тормен.

••• −−− −•

В глаза ударил слепящий свет от лампы. Прикрывшись ладонью, Лука спешно заморгал, скрывая слезящиеся от раздражения глаза. Привыкнув к здешнему освещению, он смог наконец оглядеться.

Холл, в который они попали, был просторней любой комнаты в их штабе. Белые стены, сливающиеся в одно большое полотно, без единого темного пятнышка. Контрастом на их фоне выступали красный, обшитый вельветом, диван и огромный мраморный стол черного цвета с разводом небрежно застывшей темно-зеленой краски. Задержав внимание в центре стола дольше, чем на пару секунд,Лука поймал себя на мысли, что разводы не кажутся ему более вкрапленными в камень. Медленно тая, они продолжали растекаться в разные стороны, вот-вот готовые стечь на белый пол.

Лука нерешительно шагнул вперед, боясь замарать что-либо грязной с улицы обувью. держась стены, они продолжал осматривать комнату. Сбоку затрещала стена.

В стене появилась дверь, которую раньше нельзя было разглядеть из-за ее визуального слияния со стенами. Из-за двери медленно, почти плавуче, показался мужчина. Шаги его начинались с постукивания по мраморному полу тростью, наконечник в форме кошачьей головы которой он плотно сжимал в своей ладони. Перекатываясь на ту сторону всем телом, он делал следующее движение.

По одному взгляду было понятно, что перед ними находится человек в возрасте. Его выдавали тронутые сединой волосы и борода. Роста он был невысокого, едва доходя Луке до плеча.

Помещение было намного просторней их штаба. Диван, обшитый красным вельветом, мраморный стол на полкомнаты. Слишком роскошное убранство для столь неблагополучного района.

Из-за угла вышел мужчина с седой бородкой и в белом костюме. Рост его ушел вширь, но все недостатки компенсировались данной ему сполна харизмой. Он не шел, а буквально плыл по воздуху, передвигаясь, на удивление, совершенно бесшумно.

- Луна, радость моя, рад, что ты к нам вернулась. Уже наладили производство? - мужчина встал перед ними, сложив в замок ладони и внимательно переглядываясь с одного на другого.

Лука в непонимании свел брови к переносице, ни о каком производстве он раньше не слышал.

- Она у нас опять немного…забыла, - Тормен попытался спасти положение, заранее исправив недопонимание, которое может возникнуть между ними.

Мужчина громко охнул, прикрывая рот ладонью. А после и вовсе пару раз покачал головой из стороны в сторону, тихо приговаривай "ой, ой, ой".

- Ах, дорогая, надеюсь, что в этот раз ты вспомнишь все быстрее. Нам нельзя больше медлить, - взгляд Координатора был сочувствующим, а голос по-отечески добрым.

Луке стало дурно, он не помнил абсолютно ничего из того, что, по их мнению, должен был знать. А исходя из слов старика, подобное уже приключалось с ним раньше.

- Ох, Цветок, - Координатор протянул руки, прося передать ему растение. – У нас как раз закончились запасы. Стряхнув с пары листьев пылинки, он убрал горшок на стол, а сам присел на его край, скрепив на груди руки.

- Запасы чего? - поинтересовался Лука, надеясь получить ответы от этого малознакомого человека, потому что понял, что ждать их от Тормена - бессмысленно.

- Лекарства, - он выжидающе остановился, ожидая реакции, а когда ее не поступило, продолжил: - Можем пройти в сторону производства, посмотреть как продвигается процесс.

Ответа на предложение не последовало, так что Координатор взял на себя инициативу. - Пойдем? - хлопнув ладонями по коленям, он встал с места и повел с собой остальных.

Чем дальше они отходили от кабинета, тем темнее казался коридор. Следуя по пятам, Лука оглядывался по сторонам, но двери ничем особо не отличались друг друга. На их фоне выделялась только одна - та, что с была с пометкой "Осторожно, не входить". Именно за ней и находилась искомая лаборатория.

Комната представляла собой длинное помещение с несколькими рядами столов, заставленными растениями. В метре от них установлены лампы с сине-фиолетовым светом.

- Побудь пока тут, нам нужно кое-что обсудить, - Координатор закрыл за собой дверь, выходя в коридор. Лука остался здесь один.

Слева от входной двери было оборудовано место для исследовательской деятельности - микроскопы, пробирки и прочие приборы. Лука вспоминал, как он сам сидел здесь, изучая срезы растений и пытаясь найти элемент, способный обезвредить врага и обезопасить своих людей. Воспоминание казалось "чужим" - Лука был не из тех, кто увлекался растениями, большее предпочтение он отдавал роботам.

Сзади раздалось протяжное «Кар!». Лука в ужасе обернулся. Перед ним сидел ворон с красными глазами, как тот, что он видел недавно в городе. Лука вжался в стоящий за ним стол, пошатнув колбочки, отчего те зазвенели, ударяясь друг о друга.

Ворон медленно приближался. Шаг, второй, третий. Сделав еще один, он обернулся высоким мужчиной в черном пальто с такими же, как у ворона, красными глазами. Он провел рукой по своим темно-русым волосам, убирая назад выбившиеся прядки. Нос украшала небольшая горбинка, придающая ему изюминку, а образу большее сходство с птицей. Тонкие губы вытянусь в улыбку-оскал, какая бывает у хищных зверей. Низким голосом он промолвил:

- Давно не виделись. - Кто ты? – в Луке играл неприкрытый ужас. - Старый, добрый друг, - ворон сделал еще один шаг вперед. Лука отошел от стола в другую сторону.

«А так сразу и не скажешь» - подумал Лука, ухмыльнувшись оттого, насколько слова этого человека различались с его действиями.

- Ты помнишь о том, что нужно сделать? - поинтересовался ворон, занявший место за столом, где еще недавно стоял Лука. - Мне? - Именно тебе, - сделал еще один шаг вперед. – Тебе необходимо закончить это дело.

Ворон достал из кармана круглые часы на тонкой золотой цепочке. Посмотрев на циферблат, мужчина погрустнел.

- Как бы я не хотел, но боюсь, нам придется расстаться, - и снова улыбнулся во весь рот. – Ненадолго, конечно. Уверен, что мы увидимся вновь.

Раздался хлопок. Щеку пронзила боль, сменяющаяся жжением, словно по ней только что прилетела пощечина. Человек-ворон стоял слишком далеко для того, чтобы подозревать его в подобном. Больше в этой комнате никого не было.

- Вернись.

Голос звучал везде и нигде одновременно. Человек-ворон, смотрел на него своим пронзительным взглядом красных глаз.

- Пожалуйста, вернись к нам…

Зов отдаленно напоминал ему о матери, находящейся сейчас в главном штабе.

- Давай же! – слова были резкими, но с веющей от них тревогой.

Дыхание резко перехватило, словно что-то тяжелое свалилось на грудь. После пары секунд "отдыха" повторилось вновь, и так несколько раз. Лука схватился за грудь и повалился на пол. Человек-ворон подошел ближе, склонился над его напуганным лицом и властным приказным тоном сказал:

- Помни, что ты должен сделать.

Еще один удар.

Глава 9

Лука в ужасе открыл глаза. На лице выступали испарины пота. Сердце бешенно стучало в груди из-за неровности дыхания, под которое не получалось подобрать нужный темп. Половина тела была онемевшей от обезболивающего. Руки не хотели слушаться, отказываясь подниматься. Над Лукой склонился Тормен с дефибриллятором, а с другой стороны кушетки стояла мама, держащая руки у сердца. Она казалась крайне изможденной последними событиями.

- Сынок, ты так нас напугал! – по щеке прокатилась слеза, она смахнула ее указательным пальцем правой руки. – Я думала, что потеряла тебя.

Он немного приподнялся, но тут же рухнул обратно. Тормен облегченно выдохнул.

Были свежи воспоминания о том, что произошло недавно. Те события Лука предпочел считать ничем иным, как сном. Слишком отчетливым, но все же сном, от которого он смог наконец проснуться.

По-прежнему дрожащая от волнения мама присела на край кушетки.

- Прости, я не…- Лука не договорил, поскольку не знал, что может помочь ей успокоиться.

- Ты не виноват, - она нежно провела ладонью по волос, приглаживая их. – Мы не ожидали, что ты можешь потерять сознание.

Лука, ошеломленный подобным, спросил невпопад:

- Я терял сознание?

- Да, у тебя не было пульса десять секунд, - Тормен показал на аппарат у него в руках. – Пришлось восстанавливать, - сказав это, он отложил дефибриллятор в сторону и начал снимать датчики с Луки.

Лука опустил все еще болевшую голову вниз. Тело, что еще недавно выглядело как женское, вернулось к исходному состоянию. Задумавшись, стоит ли об этом рассказывать, он все-таки сказал:

- Я видел кое-что, - поднял глаза на мать, - пока был без сознания.

- Такое бывает, - Тормен пожал плечами. - Некоторые видят свет в конце тоннеля, другие женщину с крыльями, манящую их к себе.

- Я был там женщиной.

- Женщиной? – удивился Тормен.

- Да, - задумался он, сопоставив определенные события. – Кажется, ты был влюблен в меня.

- Я? – Тормен показал на себя пальцем. – Прости, конечно, но ты не в моем вкусе, - он выставил вперед руки. – Я больше по девушкам.

Лука старался вспомнить прочие подробности увиденного им за время потери сознания. Они участвовали в каком-то задании и должны были что-то сделать, что-то выполнить, но он никак не мог вспомнить что именно. Перед глазами всплыло просторное помещение с красным диваном и седым мужчиной в белом костюме.

«Как его звали? Коллектор? Коллекционер? Точно, Координатор!»

- Там был мужчина в белом костюме, другие звали его Координатор.

Лицо матери бледнело на глазах, сравнявшись по цвету с молоком. Она ухватилась ладонью за сердце, сжав кофту в кулак.

- Ты видел Координатора? - дрожащим голосом произнесла она.

- Да, мужчина невысокого роста с седыми прядями, - он старался вспомнить еще что-то, что могло бы дать полную картину. Тщетно.

Мать хотела было что-то сказать, но выдохнула, так и не произнеся ни слова, переведя свой взгляд на Тормена. Тот лишь посмотрел на нее в ответ.

«Получается, Координатор был реальным человеком? Смогу ли я получить от него ответы? С виду он был довольно интеллигентным и образованным человеком, от такого, как минимум, можно набраться опыта».

Окружающие не проронили ни слова. Мама сжимала и разжимала кулаки, стараясь подавить эмоции. Тормен, постояв немного, продолжил убирать приборы после операции. В этом весь он – не будет тратить время впустую.

«Может быть, Координатор оказался предателем, и из-за него случилось что-то плохое? Это бы объяснило их эмоции», - не получил ответов, Лука стал искать их самостоятельно, накручивая разные версии в голове.

- Кто он? - произнес Лука, когда овладел собой настолько, что смог говорить.

- Он был одним из лидеров сопротивления, отвечал за связи между разными ячейками штаба, - с тяжестью произнесла мама. - Его не стало при выполнении одной из миссий. Несчастный случай, ничего более.

По ее щеке покатилась слеза, Лука, было, потянулся стереть ее, но мама оказалась быстрее. Не дотянувшись, он убрал руку обратно.

- Не стоит, - она улыбнулась. – Это было давно.

Лука старался вспомнить что-то еще, что смогло бы открыть завесу тайны, но ничего не шло в голову.

«Там было что-то важное. Я должен был это запомнить».

Он считал, что если уж такой колоритный персонаж, как Координатор, оказался правдой, то остальное тоже имело право быть реальностью.

От попыток вспомнить что-то, голову пронзило болью. Лука свел брови к переносице, что не прошло мимо любящих глаз мамы.

- Не стоит напрягаться, - мать взяла его руку. – Тебе надо отдохнуть после операции.

Мама приподнялась с места, взял сложенный в боковом шкафу плед и накрыла им Луку, после чего пошла к выходу.

- Мам, - почти прошептал Лука.

- Да? – она повернулась к нему уже в дверях. – Ты хочешь что-то еще?

- Что это была за операция? – длинным указательным пальцем он ткнул на висок, остановившись в сантиметре от лица. Что-то инородное давило на кость в том месте.

Она стояла в дверях, подбирая нужные слова, затем прикрыла дверь, взяла стул и села.

- Мы немного исправили твои блокаторы.

- Блокаторы? – удивленно воскликнул Лука.

Поерзав на кушетке, он старался занять удобное положение. Тормен подложил подушку под голову и предложил стакан воды.

- Да, это их разработка, для подавления памяти и эмоций, - мать тяжело вздохнула. – Средство контроля над разумом.

Кто эти самые «они» Лука все еще не знал, но посчитал, что сейчас не самое удобное время для расспросов. В его ситуации лучше узнать что-то одно, чем погнаться за журавлем в небе и не узнать совершенно ничего.

- То есть, - Лука пытался осмыслить происходящее. – Они теперь не могут контролировать меня?

«Теперь понятно, почему я не могу вспомнить ничего дальше этого года. Должно быть, тогда мне их и вживили».

Мать перебирала пальцами, стараясь подавить тревогу.

- Не совсем так. Мы не можем полностью выключить их, лишь кратковременно приостановить.

- Почему? – голос его был тихим, но требующим ответом.

- Они оснащены отслеживающими датчиками, - в разговор вступил Тормен. - Стоит выключить, как тут же появится охранный отряд, заметающий следы. Эффект пожарных сигнализаций – срабатывание датчика тут же вызывает пожарных.

Мама встала, поправляя свою кофту.

- Теперь, пожалуй, пойду. Надо разобраться с делами.

Лука лишь кивнул в ответ, не найдя подходящих слов для ответа. Теперь в этой комнате осталось только два человека – он и Тормен, второй заговорил первым.

- Могу принести тебе телевизор. Включишь фоном – быстрее уснешь. Слушать современные телешоу - все равно, что слушать сказки для взрослых.

- Может быть.

Лука не проявлял желания смотреть заниматься этим сейчас, но желания сидеть в одиночестве, наедине со своими мыслями, не было вовсе.

«Если телевизор будет раздражать, смогу просто выключить его».

Тормен отлучился на пару минут и вернулся в обнимку с телевизором. Тот был довольно старый на вид, с покарябанными краями, но все еще годный для своего прямого назначения – показа видеофильмов. Место ему было найдено на столе, рядом с кушеткой. Установив его и убедившись, что он удобно повернут, Тормен передал Луке пульт и сказал:

- Если что, зови. Мне тоже пора поработать.

Лука взял пульт в свои руки, тот был почти в идеальном состоянии. Истерлись только кнопки включения, пуска и пара управляющих. звуком

«Сто лет не смотрел телевизор, даже не знаю, что сейчас популярно».

Лука нажал на красную кнопку включения, а затем на единичку, решив пойти с первого канала и дальше.

На первом канале показывали смешных животных, делающих невообразимые трюки. Попугаи, копирующие голоса людей, кошки, бьющие лапой мандарин и прочие радости жизни.

«Подобное было популярно всегда. Людям нравятся милые животные»

Когда на телевизоре показали ворона, охотящегося за добычей, Лука переключил на следующий канал. Им оказался специфичный научный портал с документальными фильмами. В этот раз показывали тот самый ролик, который он смотрел еще в детстве.

Русоволосый мужчина в черном пальто стоял перед толпой журналистов, показывая свое изобретение – андроид. Самого робота-человека не показывают, но ученого закидывают вопросами о дальнейших планах и идеях. Тот с широкой улыбкой рассказывает, что планирует создать робота с искусственным интеллектом, неотличимым от человеческого.

Этот человек когда-то вдохновил его на занятия робототехникой. На долю секунды Луке показалось, будто он видел его недавно и так отчетливо, словно говорил с ним лично. Но не мог припомнить ничего подобного в реальной жизни. Должно быть, он пересмотрел подобных пресс-конференций.

После шоу начался скучный рассказ о муравьиных алгоритмах и Лука перелистнул на другой канал, где начался показ рождественского концерта.

«Странно, зачем им показывать зимние эфиры летом?»

Открывающей стала песня «Новогоднее веселье» о чудесах, исполняющихся под новый год.

«Постучался в двери ветер, он метель принес с собой.

Я надеюсь, этот вечер проведем мы вновь с тобой.

Новогодние куранты, бьют свои двенадцать раз,

Эта яркая гирлянда осветит влюбленных нас».

Камера отъехала от поющей парочки эстрадных артистов и перешла к нарядной елке с водящими вокруг нее хоровод детьми. Огоньки красиво мигали на фоне, а улыбки заряжали своей радостью.

«Отпусти забот ты море, пусть раздастся радость в доме.

Заиграют песней трели и пойдут все в хоровод.

Ты позволь себе поверить и отбрось все прочь сомнения,

А в оставшееся время пей лекарство от невзгод».

Лука не помнил, чтобы песня заканчивалась подобным образом.

«Лекарство от невзгод? Очень странные слова дня новогодней песни. Что может быть лекарством от невзгод?»

Лицо стало хмурым, а взгляд его упал на стоящий на столе цветок. Что-то в том сне, который он видел без сознания, было связано с этим цветком и Координатором.

«Зачем мы пришли к нему?»

Лука старался вспомнить хоть что-то, перед лицом встало лицо координатора, берущего цветок в руки, поправляя его лепестки.

« У нас как раз закончились запасы», - сказал он тогда

Лука подскочил, скинув с себя плед, на адреналине забыв, что не прошло и пары часов с тех пор, как его прооперировали.

- Ну конечно, запасы лекарства!

Глава 10

Коридор был слабо освещен желтым светом мерцающей лампы, больше похожей на аварийное освещение. Доносился приглушенный звук телевизора, который торопящийся Лука забыл выключить. Такая обстановка способна навеять сонное состояние даже на самого бодрого человека. Конец коридора был практически полностью затемнен, подвешенные светильники выключались за ненадобностью.

Проход в конце коридора расходился на три комнаты: одна была плотно закрыта металлической дверью; по центру располагалась другая, с полностью открытой дверью, но совершенно без признаков жизни – не было ни света, ни каких-либо разговоров; последняя дверь частично приоткрыта, поток света из нее падал на стену, разрезая темноту. Оттуда доносился сверлящий звук, похожий на тот, что издает включенная дрель.

Лука подтолкнул дверь, та с легкостью отворилась, пропуская гостя. Он оглядел комнату. По периметру буквой «п» были расставлены металлические столы с тумбочками для всякой мелочи. На крайнем справа столе кучками лежали металлические детали и компьютерные элементы – от гаек до материнских плат.

За левым столом стоял Тормен, который и был тем самым источником шума, услышанным Лукой в коридоре. Дрель отложена в сторону, сейчас у него в руке был паяльник, которым он спаивал провода какой-то детали. На глазах у Тормена надеты прозрачные очки, лицо было собранным и сконцентрированным на деле. Только работающая вытяжка, уносившая дым от припоя

Пройдя немного вперед, Лука случайно задел дверь плечом, и та со скрипом отворилась, открывая большую часть комнаты. Тормен отложил в сторону деталь, поставил паяльник на подставку, и снял свои очки, аккуратно положив рядом, после чего обернулся ко входу.

- Вам пора смазать двери, - сказал Лука, не зная с чего именно стоит начать диалог.

Тормен, перекинув ногу на ногу, откинулся назад, опираясь спиной на стол.

- Ты уже отдохнул? – голос был уставшим, будто он работал, не отдыхая, несколько суток.

- Да… - Лука решил, что удачной ситуации для подобного разговора, может и не наступить, а ответы услышать он хочет прямо сейчас. – Я вспомнил еще кое-что из своего сна.

- Что? – осведомился Тормен.

- Когда мы были у Координатора, там шло какое-то производство лекарства, - ответил Лука. – Ты знаешь что-то об этом?

Тормен устало потер переносицу суставом указательного пальца.

- Когда-то лекарство использовали в противовес блокаторам.

- Использовали? А сейчас перестали? – удивился Лука.

- Сейчас практически нет в этом нужды. У каждого есть пара ампул с лекарством на случай непредвиденных обстоятельств, но постоянная нужда, как таковая, в нем отпала. Лука прошел внутрь, прикрывая за собой дверь.

- Для чего его использовали раньше? – поинтересовался он.

Тормен немного поерзал на стуле, занимая более удобное положение, поднимая одну из ног на подставку.

- Блокаторы, - он постучал указательным пальцем по левому виску. – Подавляют воспоминания путем воздействия на определенные зоны головного мозга. Подавляют их, оставляя без «питания». Лекарство, в свою очередь, стимулировало эти зоны, заставляя человека «вспомнить» кто он есть.

Тормен остановился, дав Луке осмыслить информацию.

- Из чего его добывали?

- Синтезировали из растений. В свое время данное открытие произвело огромный фурор и принесло пару выигранных грантов на реализацию идеи.

«Значит, растения во сне тоже были правдой. Слишком много совпадений».

Лука прошел к столу, достал второй стул и занял место напротив Тормена.

- Почему перестали использовать лекарство? Как я вижу по своему опыту, людям до сих пор стирают память и подавляют их эмоции.

- Это помогало на первых этапах, но потом они усовершенствовали систему. Теперь использовать лекарство оказалось неэффективно, - Тормен остановился, думая, что сказать дальше. - Чтобы излечить болезнь, необходимо убрать причину, а не лечить симптомы.

Повисла тишина. Они сидели, не проронив ни слова. Тормен ждал какой-либо реакции от Луки, а тот думал, что именно необходимо спросить, какой вопрос для него первоочередный. Все казалось субъективным и неуместным.

- Допустим, - Лука тяжело вдохнул. – С лекарством мы разобрались, но я до сих пор не знаю, откуда у меня появился этот блокатор, и как за эти н-лет я не замечал его наличие.

- Реальность не такая, - он опустил глаза и приподнял брови. – Какой ты привык ее видеть.

Тормен снова посмотрел ему в глаза, Лука нахмурился – это не было ответом, каким минимум не тем, что он ожидал.

«Говорит загадками, будто тролль под мостом».

- Что до наличия у тебя блокатора, то это немно-о-ого длинная история, - протянул Тормен.

- Ничего, я как-нибудь переживу тебя лишний час времени, - с вызовом сказал Лука, скрестив на груди руки.

***

Тормен принялся рассказывать историю становления Нового Мира.

- Хорошо, давай для начала определим границы того, что ты еще помнишь.

Лука кивнул в ответ.

- Как ты знаешь, после хх25 года мир поделился на несколько крупных частей. Самые большие из них – Океания, омываемая со всех сторон океанами и Единое государство – наша родина и место, где мы, собственно, сейчас и находимся.

- Да, - Лука подтвердил слова Тормена.

Вся эта информация рассказывалась на первом уроке по истории мироустройства, преподаваемой детям в школе. Во время большого кризиса, захлестнувшего весь мир, людям пришлось объединиться, чтобы повысить общие шансы на выживание. Производство одних смешивалось с производством других, образуя единую кольцевую систему. Разрозненные части превратились в единый работающий организм.

Процесс был долгим и требовал многочисленные людские и материальные вложения. Так и образовалось Единое государство – самая большая политическая единица на всей планете Земля.

- У Океании процесс прошел быстрее по времени и был менее затратным с точки зрения финансовых вложений. Их странам не пришлось восстанавливаться из пепла, как некоторым странам Единого государства.

Океания изначально имела большую техническую базу и припасенные полезные ископаемые, предпочитая потреблять чужие, оставив свои на черный день. Когда черный день, в конце концов, настал, они достали залежи и благодаря им, смогли не опуститься на самое дно, обретя фундамент для быстрого восстановления.

- Во время начала объединения был подписан пакт о взаимном мирном соглашении. Оба союза понимали, что слишком слабы для открытых противостояний, - Тормен встал, выключил паяльник, все еще оставив вытяжку открытой и сел обратно.

Все, что сейчас слышал Лука от Тормена, он помнил и без него. Тем не менее, Лука внимательно слушал, так как знал, что должно быть что-то новое, что-то, чего он не помнил.

- Все изменилось, когда Океания более-менее окрепла и истощила свои ресурсы. Для нее остро встал вопрос о поиске новых источников обогащения. Океания все еще боялась в открытую выступать против Единого государства, довольствуясь «поеданием» более мелких союзов, таких как, например, Вечнозеления.

Вечнозеления была небольшим союзом на юге мира, являющаяся, по большей части, союзом аграрных стран, но проявляющая большие перспективы в области энергетики, выдавая инициативы по использованию альтернативных источников энергии и уходу от традиционных.

Зелены, граждане Вечнозелении, планировали построить куполы из солнечных элементов над всеми крупными городами для накапливания энергии в течение дня. Фотогальванические пластины, для более плотного охвата, поворачивались бы по направлению к движению солнца. В конце дня планировалось возвращение солнечных батарей в исходную точку, начиная цикл сначала. С наступлением темноты накопленная энергия переходила бы из аккумуляторов в промышленную сеть и питала энергией весь город.

Глобальная идея, которая могла бы изменить будущее, но, не успев в полной мере раскрыться, была отложена в долгий ящик.

После нападения Океании на Вечнозелению, весь металл шел на оборонительные сооружения, для защиты от захватчика. Купола переплавлялись в ружья, ветряные мельницы снимались и лопасти шли на запчасти для самолетов.

На войне не бывает без жертв, в этот раз жертвой пала наука.

- В конце концов, Океания истощила и Вечнозелению. В Едином государстве все еще шел процесс присоединения новых территорий. Агенты разведки доносили информацию, что Океания планирует напасть на Единое государство, но Великий Вождь (аналог «президента» у древних) отказывался принимать такой расклад, надеясь, что Океания не посмеет нарушить мирное соглашение.

Тормен остановился, Лука знал дальнейшие события из истории, но не мог сказать ни слова.

- Она посмела. Единое государство не было готово к сражению. Боясь обострить конфликт, они даже не ставили укреплений на граничные территории. Ближайшие к океану территории были, практически, в состоянии мирного времени. Лишь треть от возможного войска была брошена на защиту. Оборона была направлена на прикрытие границ, но никак не на ведение оборонительных операций с целью отражения наступления превосходящих сил врага.

Лука помнил что-то подобное. Трагичный этап в истории мироведения.

- Великий Вождь ошибочно полагал, что основной удар придется на юг союза, отправив туда основную часть войска. Время, потраченное на переброску людей, стоило тысячи жизней. Малая группа, оставшаяся на западе, не могла дать достойный отпор, что привело к поражениям на начальном этапе.

Океания планировала в кратчайшие сроки захватить западную часть Единого государства, намереваясь обрезать «Великое кольцо» и нарушить связи внутри союза. После захвата первых городов, Великим Вождем принято решение о реорганизации Великого кольца, переходя на стадию «Единого кольца». Данное действие помогло оставить круговую систему взаимодействия, но оставляла отрезанные города без постоянной поддержки. Мирных жителей в срочном порядке перевозили в более мирные зоны ближе к центру. Несчастным, зажатым в кольцо, пришлось спасаться самим через леса.

- Поражения продолжались вплоть до Красного сражения, когда Единое государство смогло дать настоящий отпор и отбросить врага за пределы Великого кольца. Это было первой победой, но война все еще не была окончена. Бои сменяли друг друга, сначала лидировал один союз, затем другой. Так продолжалось несколько лет. Океания теперь находилась в таком же состоянии истощения, в каком некогда пребывало Единое государство. Нельзя было однозначно сказать, кто, в конечном итоге, проиграет, а кто одержит победу.

Тормен нервно постучал ногтями по столу, смотря куда-то вниз и думая о своем.

- Что было потом? – Лука желал узнать продолжения

- Все изменилось, после открытия нового изобретения, сделанного Дмитрием Вороновым.

«Дмитрий Воронов? Какое-то знакомое имя», - подумал Лука, но ничего не произнес вслух, лишь нахмурив брови.

- Великий ученый, я не побоюсь этого слова – гениальный. Ему принадлежит ряд ошеломительных разработок в области робототехники, - Тормен посмотрел Луке в глаза. - Именно он первым создал андроида, человека-робота.

- Точно! Как я мог забыть его имя, - Лука покачал головой, Тормен в ответ легонько кивнул.

«Именно его интервью я видел по телевизору, и именно он вдохновил меня на строительство роботов».

- Его следующей целью стало создание искусственного интеллекта, сопоставимого по способностям с человеческим разумом.

- У него так ничего и не получилось, - перебил Лука.

- Ошибаешься, - опроверг его Тормен.

- Нет, не ошибаюсь! – раздраженно сказал Лука. – Если бы у него получилось, я бы точно об этом помнил, но что-то я не вижу никаких подтверждений этому.

- Значит, ты еще не готов к этому.

Тормен развернулся к столу, включая паяльник и надев очки, повернул голову к Луке.

- Тебе стоит отдохнуть. Операция, помнишь? – постучал по виску. – Скоро анестезия пройдет, и ты почувствуешь нестерпимую боль.

«Ладно, мы продолжим с тобой позже».

Лука вышел из комнаты, в центральной двери появилось почти неуловимое свечение и легкая классическая музыка. Должно быть, это было «Лебединое озеро» Чайковского. Лука пошел на звук, словно идя по таинственному следу.

***

Мама сидела на диване, укрывшись пледом с книгой в руках. Увидев Луку, она улыбнулась и закрыла книгу, зажав между страниц палец, как закладку.

- Ты уже отдохнул? – ее голос был мягким и любящим.

- Нет, - пожал он плечами. – Не получается уснуть.

Его взгляд упал на книгу, что она держала в руках. Это был потрепанный экземпляр «Алисы в стране чудес» Льюиса Кэррола - сказке о маленькой девочке, попадающей через нору в другой мир, где все выглядит совершенно необычно, но при этом реально.

Мама проследила за его взглядом, чуть наклонив книгу к себе, чтобы и самой видеть ее обложку.

- Моя любимая книга, - она улыбнулась. - Не знаю, что я люблю больше – саму книгу или то, что она досталась мне от твоего отца.

«Отца? Я совсем не помню ничего про него».

Мама убрала палец и открыла первую страницу – обложку, на ней красовалось:

«Любимой М.

от твоего В.Д.

Я буду любить тебя бесконечно,

и еще немного после»

Слеза покатилась с ее лица и упала на обложку, оставим там небольшое пятно. Она промочила его уголком пледа, стараясь, чтобы вода не попала на буквы.

Затем, отложив книгу в сторону, расплакалась, больше не сдерживая себя.

- Я так скучаю по нему. С каждым днем все сильнее и сильнее, - мама перестала плакать, глубоко вдохнув и вытерев ручейки слез, стекающих по лицу, улыбнулась. – Ты так напоминаешь мне его.

- Я… – Лука чувствовал, что сам готов поддаться эмоциям, но держался, чтобы не спровоцировать на повторные слезы маму. – Я хотел бы его знать.

- Ты знал, сынок, - она взяла Луку за руку. – Просто не помнишь об этом.

Лука было не по себе, он чувствовал вину за то, в чем не был виноват.

- Он был чудесный, - мама улыбнулась. – Умный, интеллигентный, красивый. Трудно не попасть под его обаятельность, - она рассмеялась. – Вот я и попала.

Вдоволь насмеявшись, она снова посмотрела на Луку.

- Я знала, что его ждет великое будущее, - констатировала она. – Такое же ждет и тебя.

Раздался взрыв, штаб затрясло, а с потолка посыпалась штукатурка. Взволнованный Тормен забежал в комнату.

- Уходим, они здесь.

Глава 11

Очередной оглушительный взрыв раздался совсем рядом со штабом. События последнего получаса создали небывалый ажиотаж в стенах этого здания. В коридоре между комнатами бегала группа малознакомых ребят. Тормен ходил из угла в угол, собирая, по его словам, самые необходимые вещи. Лука стоял в сторонке, не зная, что делать и боясь помешать их сборам.

— Пойдем, - сказал Тормен, кинув рюкзак себе на плечо и пройдя мимо Луки к выходу.

От входной двери быстрыми шагами шел парень, жестами показывающий всем бежать в противоположном направлении. Лицо его было смутно знакомым. Когда он в очередной раз повернулся, Лука понял, где его видел – это был тот самый молодой человек, которого Лука встретил на пропускном пункте в первый день.

За дверью послышались удары, становящиеся сначала громче , а потом стихающие на нет. С каждым новым циклом усиления-ослабевания, диапазон шума расширялся. Казалось, что каждый удар может стать последним и снести дверь с петель. Тормен остановил парня-контроллера, схватив его за предплечье.

— Они уже здесь, — немного напугано сказал парень, кивнув в сторону двери.

— Я знаю, уходите через задний ход. Вас будут ждать на квадрате Е5.

Парень кивнул, и хотел было идти дальше, но Тормен не отпускал руку.

— Стой, — он взглядом показал на маму Луки. – Возьмите ее с собой. Мы пойдем другой дорогой.

Он удивился, но возражать не посмел.

— Пойдемте, — сказал он уже матери.

Озадаченная подобным разговором, она не ожидала, что ее отправят с "безопасной" группой. Желая разузнать, в чем дело, она подозвала к себе Тормена. Тот сразу подошел обсудить с ней все с глазу на глаз. Разговаривали они практически шепотом, но иногда удавалось уловить обрывки фраз.

«Они ищут его…».

«…легче скрыться».

«…стереть память…».

В конце концов, она согласилась и, не прощаясь, пошла с остальной частью штаба. Парень-контролер напоследок получил от Тормена дополнительные вводные, кивнул Луке и побежал за своей командой.

Стук дошел до таких частот, что похоже было, будто бьют не руками и ногами, а тараном. Даже если дверь не снесут, вмятина все равно ее украсит.

Люди группами выходили через заднюю дверь. Лука и Тормен оставались последними. Тормен пытался использовать последние секунды по максимуму, отправляя послания другим членам сопротивления.

Выйдя на улицу, Лука видел только отдаляющихся от места людей. Основная группа, члном которой была и мать Луки, пошла напрямик через подземных ход. Мама, словно почувствовав на себе пристальный взгляд, обернулась в его сторону перед тем, как исчезнуть вдали. Часть людей оставались у входа, устанавливая напоследок динамит. Закончив, скрылись за поворотом, уходя по другой дороге вправо. Лука и Тормен, напротив, свернули налево, направляясь прямиком к ограде из железной сетки, с оттопыренной снизу стороной.

Тормен подошел к ограде первый, потянув за конец оттопыренного угла, создав тем самым достаточный проход для взрослого человека. Лука в последний раз оглядел здание бывшего штаба.

— С ними все будет в порядке? — смотря на исчезающего из виду последнего члена команды, спросил Лука.

— Они не интересны ищейкам.

— Ищейкам? – озадачился Лука, услышав новый термин. Пролезая под сетку, он затем протянул руку между прутьев, чтобы придержать сетку с другой стороны и открыть проход Тормену.

— Те самые, что устроили взрывы и долбились нам в двери.

Когда оба оказались по ту сторону изгороди, Тормен осмотрелся, выбирая наиболее краткий путь.

— Зачем мы им нужны? — поинтересовался Лука.

После обширных вычислений, пролетевших у него в голове, Тормен пошел вперед, пробираясь сквозь темноту. Единственным источником света была скрытая наполовину за тучей серебрянная луна.

— Не мы, — начал Тормен. — Ты. Помнишь, что я говорил про блокаторы?

Лука пытался понять, что именно он должен вспомнить из всей справочной информации, выданной ему за последнее время.

— Что они подавляют память? — предложил он свой вариант.

— Молодец, но сейчас не об этом. Отключение блокаторов приводит к вызову агентов охраны, или, как мы их называем, «ищеек».

«Не помню, чтобы я отключал что-то. Я даже не знаю, как это делать» - пронеслось у Луки в голове.

— Но я не отключал, — возразил он.

— Ты не отключал, но это сделали мы.

Брови Луки в удивлении взлетели вверх, Тормен даже не обратил на это внимания.

— Во время операции у тебя произошли непредвиденные обстоятельства, — пояснил напарник. — Мы были вынуждены отключить блокаторы на время реанимации, из-за боязни вызвать сбой и, впоследствии, осложнения.

В освященном под светом фонарей конце улицы прошло два силуэта. Тормен отодвинул Луку в темноту, прижав его рукой к стене, и примкнул сам, вжавшись в нее спиной. Указательный палец другой руки он поднес к своим губам, показывая, таким образом, жест молчания. Когда силуэты в конце улицы вовсе исчезли из виду, они продолжили дорогу.

— Мы понимали, к чему могло привести отключение, но не было времени медлить.

Лука почувствовал укол вины, за то, что подверг других опасностям. Все эти люди, вынужденные бежать, должны были сейчас скрываться из-за него.

— Куда мы идем? — Лука решил сменить тему.

— В штаб.

— Штаб? Мы же только ушли из него.

— Ты думаешь, у нас только один штаб? — Тормен улыбался впервые за долгое время. — Они есть буквально в каждом квадранте карты, а также большая база за ее пределами.

— А вы не боитесь, что Вас обнаружат? — осведомился Лука.

— Нет, они ведь располагаются в «слепых зонах».

Тормен замер на месте, прислушиваясь к звукам, затем развернулся и подтолкнул Луку влево, в проход между домами. Отойдя от области, освещаемой фонарем, Лука обернулся посмотреть, что так напугало Тормена. В конце улицы уверено вышагивало трое здоровых мужчин в черных костюмах и белых рубашках. Лица их были скрыты, но голова казалась непропорционально большой, по сравнению со всем остальным телом. Но большая голова не была самой странной деталью, куда удивительнее увидеть огромные торчащие из нее уши.

Глава этой группировки, идущий в центре и отдающий приказы, размахивал битой, как какой-то задира из старших классов. Громилы по бокам вооружены более весомой техникой – боевыми автоматами.

Тормен пошел вперед, обходя за дом. Лукадвигался за ним следом, чтобы не отстать. Тормен вел себя как профессионал своего дела, и казалось, если бы не Лука, он давно смог бы скрыться, растворившись в темноте и став практически невидимым.

«Остаться одному — все равно, что повесить на себя мишень».

Площадка за домом оказалась довольно узкой, не больше трех метров в длину. Укромный уголок был найден между двумя большими контейнерами. Именно там они и решили переждать некоторое время.

— Что такое «слепые зоны»?

«Раз уж нам придется сидеть здесь без дела, узнаю что-то новое. Никогда не знаешь, что именно активирует память».

Тормен тяжело вздохнул и принялся растирать переносицу. Его упорное нежелание принять неизбежное не предвещало ничего хорошего.

«Я давно уже заметил, что он делает это всякий раз, когда собирается сказать что-то важное».

— Никогда бы не подумал, что буду объяснять тебе подобное, — он присел на Землю, пододвигаясь ближе к контейнеру. — Слепые зоны – это такие аномальные места, где у них перестают работать локаторы для отслеживания людей. За исключением тех случаев, когда им, как и тебе, отключают блокаторы. Отключение посылает своеобразный «сигнал о помощи». До конца неизвестно, что и как происходит, — он говорил, не отрывая взгляд от стены. — Сейчас только ведутся исследования и разработки в этой сфере.

— А что… — начал было Лука, но Тормен его перебил.

— Тихо, — сказал он, прислушиваясь к тишине, затем повернувшись к Луке.

— Что это? — спросил Лука. — Я ничего не слышу. Может, показалось.

Сквозь тишину ночи и стрекотание насекомых раздалось еле слышное пошаркивание от подошвы. Лука шелохнулся, задев контейнер.

— Я сказал «тихо», — сквозь зубы прошептал Тормен.

Он подождал, и Лука послушно кивнул. Звук приближался с каждым шагом все ближе. Громила с битой немного осмотрелся, но решив, что здесь никого нет, пошел обратно.

Несколько минут парни просидели в засаде, дожидаясь, пока звук не стихнет насовсем. Когда не осталось никаких признаков нахождения поблизости врагов, двинулись дальше.

— Идем, — Тормен кивнул в сторону, куда только что ушел громила.

— Ты уверен, что это хорошая идея? — высказывал сомнения Лука. — Он же только что туда ушел.

— Вот именно, он только что ушел в эту сторону, и, по их мнению, этот путь – чист.

Они шли дворами, стараясь переходить по темноте, не привлекая лишнего внимания. И не зря: в узких проходах порой мелькали не только тени, но и еле заметные в тусклом свете газовых фонарей ищейки. Несколько раз где-то совсем близко начинал лаять сторожевой пес. В других местах ему отвечал другой.

Наконец, фонари остались далеко позади, и их улица превратилась в узкую щель между домами. Ошибкой стал выбор дальнейшего пути, проходящего мимо заброшенной больницы. Тормен полагал, что дорога будет менее людной, но дойдя до середины понял, насколько ошибался. Впереди, из-за угла, к ним свернуло несколько человек. Они обернулись, но с другой стороны их также подперли ищейки.

Парни оказались в капкане, зажатые между врагами.

— Есть какие-нибудь варианты? — спросил Лука.

— Есть, но тебе не понравится, — улыбнулся Тормен. — Бежим.

Тормен подлетел к двери, распахивая ее и забежал внутрь. Озадаченный Лука немного опешил перед тем, как побежать вслед за ним, сокращая дистанцию. Ищейки были уже совсем рядом. Когда до них оставалось не больше трех метров, входная дверь с громким хлопком закрылась за Лукой и Торменом.

Заброшенная больница была слабо освещена единственным окном. Здание находилось в полном беспорядке, характерный для подобных случаев: темные облезлые стены, выбитые окна, стеклопакеты, заколоченные фанерой. Этаж казался слишком пустым даже для такого места . Несмотря на все это, в пространстве, где они стояли, явственно ощущалось напряжение, какое бывает в наэлектризованном воздухов в жаркий день перед грозой.

Входная дверь открылась, ведя за собой топот нескольких пар ног. Лука обернулся и увидел, как в комнату входят трое мужчин. Уши, что он приметил еще на улице, были всего лишь частью маски белого кролика, надетой на незнакомцев. При свете их огромные головы выглядели еще более жуткими — красные глаза и внушительные передние зубы, выпирающие из под зайчьей губы.

— Ну-у-у, Лука, хватит убегать, — послышалась у входа.

«Откуда он знает мое имя?»

— Нам надо выбираться, мы загоняем сами себя в угол, — шептал Тормен.

Внешне Тормен оставался собранным и спокойным – мастерство, отточенное годами, но, по его словам и интонациям, было видно, что и он был на взводе, переживая о преследованиях не меньше Луки.

Тормен, добежав до конца коридора, оценил оба пути и решил, что разумней будет направиться влево, в менее освещенную зону.

— Хорошо. Хочешь поиграть в прятки? Давай поиграем. Считаю до 10 и иду искать. Кто не спрятался, тому несдобровать. Готов? – Кролик рассмеялся. - Десять.

Тормен подбежал к первой попавшейся двери, остановился у входа, и, махая рукой, подозвал к себе Луку. Тот, тяжело дыша, подошел к нему. Комната оказалась маленькой, но не такой разбитой, как остальная больница, по бокам расположились несколько кроватей с тумбочками, а возле противоположной окну стене стоял письменный стол.

— Сядем тут, — указал он на угол рядо с ними. Если повезет, сможем скрыться за этим столом.

На развилке послышались разговоры нескольких людей. Голоса умолкли, когда шаги разошлись в разные стороны - одни шли в их сторону, другие, напротив, удалялись в другую, обследовать следующий корпус.

— Девять – голос приближался к ним.

«Значит, его обладатель пошел в нашу сторону».

В коридоре послышалось дребезжание батарей, по которым прошлись чем-то тяжелым.

«Он играет с нами. Если бы хотел, давно бы поймал».

— Восемь, — приближался пугающий кролик. — Ну, где же ты? Я не самый терпеливый человек.

В соседней комнате послышались звуки удара и упавшего на пол предмета. Преследователь уронил еще несколько предметов прежде, чем двинуться дальше. Слышно было, как открылась и закрылась дверь. Немного погодя вновь воцарилась тишина.

— Семь, — голос звучал совсем рядом, в коридоре. — Шесть. Лука, я же чувствую, что ты где-то здесь.

Тормен и Лука переглянулись. Шаги, как приговор, неумолимо приближались к их комнате.

«Смогу ли я выбраться отсюда живым?» — неумолимо пронеслось в голове у Луки.

Тормен, напротив, сохранял спокойствие и, кажется, вовсе не сомневался в успешности их побега.

— Пять, — человек в маске зашел в комнату. Из разбитого окна повеяло холодом.

К ближайшей ко входу тумбочке полетела стеклянная банка, оставленная здесь пылиться. Столкнувшись с землей, она разлетелась в стороны, треща от соударений с предметами мебели.

Тормен достал пистолет и приложил его к груди. Нервно поджатые губы и беглый взгляд выдавал тревожность и нервозность от необходимости ожидания нужного момента для контратаки.

— Четыре.

Человек в маске кролика прошел в центр, встав посредине комнаты. Осмотрев комнату, он согнулся, намереваясь заглянуть под кровати, как за окном что-то постучало. Он оглянулся. По ту сторону стекла сидел ворон и с некой периодичностью стучал в окно, привлекая внимание.

Недоумевая, человек подошел к окну. Открыв его, Кролик впустил птицу, так настойчиво просящую внимания, вовнутрь. Прыжками ворон залетел в комнату, присев на подоконнике. Он медленно стал подходить к Кролику, не теряя при этом зрительного контакта. В итоге и вовсе прыгнул к нему на грудь.

Отбиваясь от навязчивой птицы, Кролик попятился назад, а затем и вовсе скрылся за дверью. Дождавшись, пока шаги рядом с комнатой стихнут, Тормен встал с места и крепко прижимая к себе пистолет, подошел к двери.

— Возможно, ты и прав, — сказал он и нервно сжал губы. — Что-то мы долго тянем.

— Я не говорил этого, — воспротивился молчавший все это время Лука.

— И не надо.

Тормен, опустил пистолет и оттолкнул подошедшего Луку назад.

— Подожди здесь, — остановил его Тормен. — Я пойду первым, проверю путь.

— Они могут быть там.

— Не должны, — Тормен покрутил головой отрицая. — Одни в другом корпус, другие ушли наверх.

Тормена не было более 10 минут, и Лука решил проверить обстановку сам. Бесшумно прокрадясь к входной двери. Толкнул раз, два – ничего. Несколько раз ударил ногой, но дверь не поддавалась. Он подергал ручку, но и это оказалось без толку. Рядом послышался шорох.

— Один.

Лука обернулся. За ними стояли трое в костюмах и масках, из другого угла к ним подходила еще одна тройка. У каждого в руках было по пистолету. Двое сделали шаг вперед. Лука замер.

— Здравствуй, старый друг, — проговорил Кролик.

Они все стали подходить еще ближе, смыкаясь кольцом вокруг Луки. Он поморщился. Кролик, довольствующийся ситуацией, смотрел на происходящее с улыбкой, пока его помощники выполняли команды.

— Знаешь, я ожидал, что ты будешь более… ловкий, — "друг" акцентировал внимание на последнем слове. — Легкая добыча – слишком утомительная награда.

Он подошел к нему ближе. Двое громил в масках обезьян, идущих с ним, скрутило Луке руки и поставило его на колени. Попытки встать не увенчались успехом. Обозлившись на брыкающегося парня обезьяна отвесила ему оплеуху, отчего голова дернулась, а щека больно защипала, поумерив пыл.

— Может быть, хочешь сыграть во что-то другое? Как насчет шахмат? — он деланно подпер подбородок огромной кроличьей головы, встав в позу мыслителя. — Хотя нет, слишком сложная задача для тебя. А я, как истинный интеллигент, — он приложил руку к сердцу. — Не могу играть нечестно.

Кролик подошел почти вплотную к Луке, опустив свою голову на один уровень с его.

— Может быть Морской бой? – Кролик выдержал пару секунд, ожидая ответа от Луки, тот лишь попытался еще раз вырваться из цепкого захвата. — Ну конечно, что еще может быть легче. Мой ход первый, — он приблизился к ушам Луки так. — Сам понимаешь, кто придумывает правила, тот и выбирает победителя.

Кролик выпрямился, отряхнул свой костюм.

— Я хожу на «эл три». Что скажешь? Мимо? — Он потянулся к кобуре на ремне и достал оттуда пистолет. — Ранен? — перезарядил пистолет. — Или… — приставил пистолет к голове Луки, тот закрыл глаза, стараясь сбежать от этого ужаса.

Оглушительный выстрел раздался по всей комнате.

— Убит.

Лука сжался от ожидания неминуемого конца, но, когда его не последовало, открыл глаза и увидел, Тормена с пистолетом.

Глава 12

Пуля прошла в тело врага, держащего Луку. Пробив тонкие ткани, в них и остановилась. Опешив, мужчина в маске обезьяны пошатнулся, хватаясь за окровавленную рану. Красное пятно проглядывалось из под прижатой ладони, окрашивая ткань в алый.

Выстрелив еще раз, Тормен пробил его плечо навылет. Мужчина закричал и попятился назад, свалившись у стены на землю.

Луку перехватил второй в "обезьяне", взяв шею в захват. Он лишь придерживал ее, чтобы тот не вырывался, особо не сдавливая. Остальные, среагировав на ситуацию, направили оружие на Тормена. Тот, в свою очередь, взял под прицел Кролика.

- Аккуратней, пожалуйста, - сказал главарь банды, отряхивая кровь, успевшую впитаться в одежду. – Этот костюм стоит дороже твоей жизни.

Продолжая держать Кролика на мушке, Тормен посмотрел на сидящего на полу Луку, проверяя его состояние. Заметив, что он отвлекся, Кролик сделал шаг. Его приближенные раступились, пропуская вперед.

Испорченные планы ни капли не смущали злодея, скорее наоборот, забавляли. Противное и режущее слух гоготание раздалось из под меховой маски. Возмутившись, Лука предпринял очередную попытку вырваться, решив, что если не выберется сам, то хотя бы даст возможность спастись Тормену.

Кролик присек и эту попытку, после чего наклонился и сквозь свою меховую голову пропел Луке прямо в ухо.

— Учти, что ты уже никогда не сможешь сделать всего, что задумал.

Входная дверь со скрежетом отперлась, впуская несколько человек. Сейчас помимо Тормена и Луки, в комнате находилась дюжина врагов, и неизвестно, сколько еще за пределами больницы.

Кролик повернул голову к Тормену:

- Спасибо, за все, что вы сделали для меня, - он кивнул на Луку. - Но, к сожалению, на этом наша взаимная "дружба" окончена. Я устал от вашего прекрасного общества, посему вынужден откланяться.

Кролик отдал приказ подчиненным, и те подхватили Луку под обе руки. Тормен, не планирующий сдаваться так просто, стоял в одиночку с заряженным пистолетом против нескольких противников. Несмотря на перевес в сторону врагов, он продолжал гнуть свою линию.

- Повторяю. Ты нам не нужен, - произнес Кролик увереннее. – За тобой мы еще успеем вернуться.

В ответ Тормен сильнее сжал пистолет.

- Зря ты не ценишь мою благодетель. Взять его, - Кролик махнул рукой.

После нескольких секунд короткой схватки и нескольких выстрелов в воздух, из шести человек, нападающих на него, двое были убиты, один смертельно ранен, а один, получив две пули в голову, затих на месте. Как только у него закончились патроны, двое напали на него сзади, а третий оказался с другой стороны и приставил ствол к его затылку.

- Думаю, теперь мы будем более сговорчивыми? – Кролик посмотрел на одного, затем на другого. – Отлично. В машину их.

В мешках из грубого холста ткани было тяжело дышать. Связанные за спиною руки затикали, а впивающаяся веревка натирала плоть. Усадив их на заднее сидение машины, звери захлопнули дверь и завели двигатель. Особых надежд выйти из ситуации без происшествий не оставалось. Либо бросят по дороге, либо, что более вероятно, повезут на их базу для допроса.

Остановившись через четверть часа водитель и его сопровождающий вышли, оставив Луку и Тормена в машине одних. Скозь ткань надетого на них мешка пробивался свет от фонаря. Рядом послышался топот нескольких ног и перешептывания. С обеих сторон открылись двери и темные фигуры потащили их на себя, выводя в новое место.

Вопреки ожиданиям, под ногами оказался не асфальт, а рыхлая земля. Мужчина, что держал Луку, отпустил его руку и перехватил веревку, связывающую их между собой. Другой рукой он стянул с головы мешок, открывая взор. Лицо обдуло морозным воздухом.

Перед ними возвышалось величественное здание, чьи стены совмещали в себе лепнину диковинных созданий на первом этаже, плавно перетекающих в причудливые зигзгами из темного, почти черного стекла, с витражными вставками на верхних. Разноцветные окна складывались в картины, иллюстрирующие сцены из божественных писаний. На фоне темного неба они смотрелись выразительней, подсвечиваясь ярким светом изнутри.

С силой подняв Луку с колен, его потащили внутрь здания. По обе стороны длинного коридора стояли роботы, бывшие здесь не то экспонатами величия мысли, не то охранниками, оживающими в случае внештатных ситуаций. Чем глубже они проходили вдоль по коридору, тем совершеннее была модель представленного робота. Если первый был железкой, способной на несколько заложенных в него команд, то последние более походили на бионикла, которого с легкостью можно спутать с живым человеком.

- Именно про это я тебе и рассказывал, - прошептал Тормен, когда они оказались достаточно близко друг к другу. – Роботы несколько, - он помедлил, подбирая нужное слово. – Эволюционировали.

Лука завороженно смотрел по сторонам. Сердце не прекращало стучать в груди, сбивая дыхание. Все, что он видел здесь - было мечтой, воплощенной в реальность. Именно этим он и хотел заниматься - создавать из металла объект, что по всем характеристикам станет сравним с человеком.

- Вот эту модель, - Тормен кивнул в сторону андроида, - назвали I-one, в народе модель стала известна как «Иван».

Разглядывая Ивана, Лука не заметил, как они подошли к концу коридора. На белоснежных стенах черными буквами с острыми углами выложено слово "CrowD" - название фирмы, занимающейся разработкой в сфере робототехники. Стойка регистратуры, находящая перед надписью, в столь поздний час была пуста.

- Отведите их в третий корпус, - скомандовал Кролик. – Я приду позже.

За красивым фасадом тянулись долгие коридоры, выглядящие однотипно на всем пути. Дойдя до лестницы, они спустились в холодный подвал, укрепленный железными стенами. Дорога ощущалась такой длинной, что, казалось, вела далеко за пределы первоначального здания.

В конце пути они уткнулись в пометки о запретне дальнейшего хода, ввиду секретности зоны. Это и был обещенный Третий Корпус, в который их грозились привезти.

Один из подсобников приложил карточку. Дверь отворилась, разжимая скрепляющие ее магниты. Среагировав на звук, включился и свет. Внутри было невероятно тихо. Остальные плененные либо не привлекали к себе внимания, либо содержались не здесь. Неизвестно, что из этого было хуже.

– Почему здесь больше никого нет? – спросил Лука.

– А ты хотел, чтобы здесь был кто-то еще? – Тормен поднял бровь.

Поняв, что его слова восприняли иначе, да еще и попытались этим поддеть, Лука немного расстроился и отвернулся, бросив при этом:

– Я не это хотел сказать.

– Я знаю, - Тормен неловко улыбнулся и пожал плечами. – Думаю, остальным уже стерли память и отправили в обычный мир.

– Значит, нас ждет простое стирание памяти? – спросил с надеждой.

Будь это обычным стиранием памяти, все можно исправить с помощью Сопротивления. Вновь сделать операцию и вернуть утраченные воспоминания.

Тормен несколько минут молчал. Складка, появившаяся меж сведенных к переносице бровей подергивалась, а на чуть выступающих скулах играли желваки.

– Не сказать, что этот вариант лучший, - начал он. – Это не первое твое стирание памяти, поэтому восстановление так затянулось. Ты лишался воспоминаний, по меньшей мере, три раза. С каждым разом все становится только хуже. Мозг не выдерживает постоянного давления. Если графит под давлением становится алмазом, то мозг под давлением превращается в кашу.

Повисло молчание. Они не проронили больше ни слова. В маленьком окне виднелись первые лучи пробивающегося солнца. Наступал рассвет.

Справа от них запищала и отварилась дверь. ВЫшедший сотрудник пропустил процессирую, во главе с покачивающим в руке битой, Кроликом.

- Надеюсь, ты отдохнул, - не оборачиваясь обратился он к одному из них. – Потому что я хочу позвать тебя на чаепитие. За чаем проще рассказывать тайны.

Он махнул в сторону парней, и те, повинуясь, подхватили Луку под руки и потащили к установленному в центре столу. Тормен добровольно пошел вперед, заглядывая в комнату, но был остановлен вытянутой вперед битой.

- Прости, но ты не представляешь для меня интереса, - стоя в пол оборота сказал Кролик. - А незваные гости - хуже недругов.

Дверь, отрезая часть группы, закрылась.

Одна из стен в комнате для допросов представляла собой огромное стекло, за которым, казалось, кто-то следил за ними. Лука, усаженный за стол, с разочарованием смотрел на свое отражение, сначала не узнав в том человеке себя. Осунувший, растрепанный человек с черными мешками под глазами слабо был похож на тот вид, к которому он привык.

Холод металлического стула пробирался под кожу, вызывая по коже мурашки. Сердце без причины забилось сильнее.

Кролик отодвинул стул и присел напротив, преграждая обзор на "нового" Луку.

- Хочешь поведать мне тайны? – лица не было видно, но казалось, что под маской было ехидное лицо, расползающееся в улыбке.

- Я не вижу здесь чая, - Лука старался держать себя в руках, "смешно" упоминая о чае, под который легко раскрываются тайны.

- Ничего, ты и так уже отчаялся, - Кролик откинулся на спинку стула. – Не хочешь рассказать все старому другу?

Лука оперся о стол ребрами, подавшись вперед. Горло пересохло от волнения.

- Я понятия не имею, кто ты, и что ты хочешь, чтобы я тебе рассказал.

- Или ты хороший актер, или в этот раз ваши техники не смогли тебя восстановить тебя так быстро, - Кролик хмыкнул. – Не получилось самостоятельно себя вылечить?

Парень, хоть и не знал всех подробностей, но в чем-то оказался прав - его так и не смогли полностью восстановить, оставив часть памяти затуманенной.

- Ты не ответил на мой вопрос. Кто ты? - Лука пристально посмотрел на сидящего напротив, непроизвольно скривишись.

Кролик снял маску, положив ее рядом с собой, и стал разминать шею, наклоняя то в одну сторону, то в другую.

- Ты? – Лука отшатнулся назад, чуть было, не свалившись со стула, но успев задержаться за его край.

- Кому-то надо было за тобой приглядывать, - сжал губы в улыбке, подперев довольное лицо кулаком. – Слишком ценный кадр, чтобы отправлять в свободное плавание.

- Я думал, что мы друзья, - надрывно крикнул Лука.

- Мы могли бы ими стать, - он пожал плечами. - Но родились не в то время. Ничего личного, я просто хочу получить искупление твоей вины.

Кролик поднялся со своего места, подойдя ближе.

- Ты виноват, что я стал таким, - указательный палец врезался в грудь Луки, пошатнув его стул.

Ухмылка спала с лица, оставив лишь агрессию.

- Гоша, я не помню, чтобы сделал тебе хоть что-то, - Лука старался воззвать к справедливости старого друга. - Я совершенно ничего не помню.

- Знаешь, как говорят? «Незнание закона, не освобождает от ответственности». То, что ты не помнишь, как совершал все эти поступки – не облегчает твоей участи.

Тирада Георгия не прекращалась. Удивительно, как вчерашний друг и коллега, с которыми они провели ни один день вместе, сегодня превратился в злейшего врага, желающего совершить над ним месть.

- Ваша семья постоянно приносит нашей одни неприятности, - взгляд его был опущен. Верхняя губа то и дело подергивалась. А глаза засверкали от охвативших эмоций. - Из-за твоей матери умер мой отец, - он закрыл глаза и откинул голову назад. – Впрочем, ты скоро с ним увидишься.

Гоша достал из кармана пистолет и перезарядил его.

- У тебя есть выбор – умереть быстро или мучительно. ПО старой дружбе даю тебе право выбора.

Лука ничего не ответил, он не смог произнести ни слова, из-за оцепенения, сковавшего все его тело. По лбу потекли появившиеся капли пота.

- Как твой лучший друг, я облегчу твои страдания, и сделаю все быстро.

Гоша облизнул свои губы и выстрелил Луке в грудь, затем еще раз. При столкновении с пулей тело пронзило болью, и через мгновение исчезло все, кроме гильзы, торчащей из ствола. На долю секунды Лука ослеп. Он видел перед собой только темный туман, который постепенно рассеивался и становился все прозрачнее и прозрачнее.

Теряя контроль над своим телом, Лука свалился на пол. Почувствовав, что кофта намокает, он коснулся того места подушечками пальцев. На них осталась вязкая красноватая жидкость. Кровь, растекающаяся под ним, лужей вырисовывала на серых плитах подобие алых крыльев.

Гоша присевший рядом, тепло улыбнулся и погладил его по голове.

- Передавай ему привет.

Глава 13

Лука медленно открыл глаза.

Небо, словно темным занавесом, было затянуто черными тучами. Из глубины доносилось раскатистое громыхание. Из облаков то и дело вылезали яркие стрелы-молнии, порывающиеся к земле. Они столь сильно сотрясались, словно сигнализируя о том, что с минуты на минуту пойдет дождь. Обстановка приносила чувство странной отчужденности от всего окружающего. Внутри пусто и холодно. Луку больше ничего не волновало, и сам он, казалось, растворился во вселенной.

Ни капли на небосводе.

Лука огляделся по сторонам. Вокруг простиралась совершенно ровная, без единого деревца и камня пустыня. Ни ветра, ни прохлады, ни птиц. Пустыня казалась бесконечной, исчезающей где-то за видимым горизонтом. В нескольких метрах от Луки не было ничего, кроме песка, песка и песка. Никаких следов цивилизации – ни заборов, ни домов, ни телеграфных столбов.

Ветер, дувший со всех сторон, совершенно не нес каких- то звуков, лишь поднимал непослушные волосы вверх. Сплошное безмолвие - вот, что его окружало.

Обернувшись, он обнаружил перед собой огромный пустырь, упирающийся в серо-синее подножье горы. Вершина которой была столь высока, что сливалась с небом. Оценив свои перспективы, Лука направился к горе, что маяком выделялась на общем фоне.

Темные тучи преследовали его и здесь, с каждым шагом спускаясь все ниже, незримо придавливая его. Темный туман окутал его, закрывая взор. Лука ощущал только твердую почву под своими подошвами, а потому продолжал идти вперед.

Стоило ступить на каменистую поверхность горы, как туман выпустил его из своих цепких лап, оставив на плечах темную бесформенную накидку. Внешне походившая на монашескую рясу, она скрывала большую часть тела за грубой тканью. Капюшон, накинутый на голову был чрезмерно большим и ниспадал, прикрывая лоб и частично глаза.

Впервые в этом месте он услышал звук. То был появившийся рядом с ним мужчина в белом костюме. Тихо напевая "Omnia tempus habent…" он покачивал головой, с воодушевлением рассматривая танец молний в небе.

Заметив, что Лука наблюдает за ним, мужчина прекратил пение.

- Ты пришел в себя? – мужчина улыбнулся. – Наконец-то мы смогли с тобой встретиться. Я ждал этого.

***

Захлопнувшаяся дверь отделила Тормена от Луки. Несмотря на стоявших рядом охранников, он бросился вперед, стараясь открыть ее. Все тщетно. Цепкие магниты наглухо удерживали двери. Надзиратели, насмотревшиеся на его попытки пройти дальше, повалили его ударом тока, а после оглушили чем-то тяжелым.

В себя он пришел в незнакомом помещение. Оно не было похоже на тюрьму, скорее на палату больного - койка с белым постельным бельем и тумбочка рядом.

Тормен присел на кровать. Проверил стоящую рядом утварь, но та оказалась пустой. Встав с кровати, он прислонился к двери, прислушиваясь к звукам снаружи. Глухо доносились чьи-то шаги недалеко от комнаты.

Он еще раз оглядел комнату. Ничего полезного. Взяв в руки стоящий у тумбы стул, он с силой бросил его на пол.

- Эй! - в дверь постучал надзиратель. - Замолкни.

Тормен поднял стул и бросил его еще раз.

- Кому сказано? - вновь застучал.

Подойдя к двери, он стал прислушиваться к шуму по ту сторону. К его комнате подошел еще один мужчина.

- Что происходит? - спросил он сторожа.

- Этот шумит.

Дверная ручка зашевелилась.

- Открывай, - приказал подошедший.

Замок, шумя, отворился. Тормен спрятался у стены за дверью и стал готовиться к нападению. Первым показался пистолет. Взяв шею вошедшего в захват, он оглушил его и воспользовавшись замешательством, выбил из рук пистолет.

Отброшенный в сторону мужчина не пытался сопротивляться, лишь недовольно скорчился и поднял руки. Основную опасность проявлял второй, стоящий у двери.

***

Смутно знакомые черты лица мужчины, стоящего рядом с Лукой, пробуждали в памяти потерянные воспоминания.

- Мы знакомы? – спросил Лука сощурившись.

- Можно сказать и так, - задумчиво ответил он и указал на себя. – Я тебя знаю, - перевел направление указательного пальца напротив. - А вот ты не помнишь самого себя, чего уж говорить обо мне.

Лука оставил изречение без комментария, переведя взгляд куда-то вдаль. В голове проматывались события последних дней, казавшиеся теперь далекими и бессмысленными. Не было того страха, сковывающего изнутри. Не было и иных чувств - радости, смущения, грусти. Бесконечное ничего.

- Я умер? – спросил он равнодушно рассматривая потоки ветра, вздымающие вверх осевшую на землю пыль..

- Не совсем, - ответил старик, поглаживая свою седую бородку.

- Значит, я еще жив?

- Не совсем, - повторил он опять.

На ум пришел сон, что он увидел во время проведения операций. Вот, откуда ему знакомо лицо седовласого мужчины.

- Как его звали? - подумал Лука, присматриваясь. - Каратель? Креститель?

Вслух же он произнес правильный вариант:

- Вы Координатор?

- У меня есть много имен, - улыбнулся он. – Это одно из них.

***

Наставив пистолет на второго смотрителя, Тормен пошел к нему на встречу, выходя из комнаты.

- Зайди, - кивнул он в сторону двери.

- Что ты себе позволяешь? - мужчина дернулся, потянувшись к висящему на кобуре пистолету.

- Руки!

Тормен, продолжая удерживать отобранное оружие, потянулся за вторым. Надзиратель, решивший проявить характер, замахнулся для удара, но был остановлен ударом приклада. Схватившись за голову, он закричал и попятился назад.

Забрав у него пистолет, Тормен повалил его в комнату и запер дверь.

Тихо крадясь по коридору, он шел вдоль стенок, стараясь не попасть в поле зрения камер. Крепко сжимаемый в руках пистолет придавал уверенность. Преодолев еще несколько сотен метров, Тормен приблизился к двери, на которой не было никаких опознавательных знаков. Остановившись перед ней, он сел на корточки и прислушался. Тихо. Он надавил на ручку, и дверь послушно открылась.

Осторожно перешагнув через порог, он очутился в пустой комнате с мониторами. На мониторах отражалась картинка с камер видеонаблюдения. Ему повезло столь быстро обнаружить охранное помещение.

- Удача, - подумал он, рассматривания информацию на экране. - Стычки сейчас ни к чему.

Камеры не показывали никакого движения. Пустые коридоры и статичная картинка на каждой локации. Тормен хотел было уйти, но заметил Луку в правом нижнем углу, идущего рядом с Кроликом, в сопровождении нескольких ребят. Напарник судя по всему был без сознания, поскольку глаза его были плотно закрыты, а хождение было больше похоже на переноску, поскольку всю эту дорогу его поддерживало несколько человек, волочащих его по коридору.

Тормен увеличил изображение, просматривая данные о нахождении камеры.

- Надо забрать Луку и уходить из этого места.

***

- Где мы находимся? – спросил Лука.

- В месте, где можно остановиться и подумать.

Тон Координатора был дружелюбным и милым, располагающим к себе. Он пошел в сторону горы, к дороге, уходящей по спирали вверх. Она, к удивлению, была ровной, но усыпанной засохшими цветами. Лука поднял темный цветок, и покрутил его за стебель.

- Мне стоит ждать белый свет? – хмыкнул он и сжал растение.

Рассыпавшись под давлением, лепестки повалились вниз, теряясь среди себе подобных. Попытки стереть опавшие крошки с рук, лишь плотнее закрепились на коже.

- Я не могу сказать тебе того, что ты не должен знать, - утвердительно сказал Координатор. – Но я могу помочь тебе вспомнить то, что ты забыл.

***

Тормен прошел в следующий корпус, который, как ему казалось, вел в административную часть. Точного плана здания не было, а потому приходилось ориентироваться эмпирическим путем. Проверяя одну за другой дверцы, он нашел ту, что оказалась не запертой. Убедившись, что за ней большого скопления людей, Тормен вошел внутрь.

Единственный присутствующий склонился над столом, рассматривая документы. Мониторы, которыми была увешана одна из стен, отключились от долгого ожидания, оставляя рабочими лишь несколько из них.

Тормена несчастный работник заметил слишком поздно. Вторым промахом стало отсутствие у него средств защиты - не было ни огнестрельного оружия, ни иных предметов, которые можно использовать для атаки.

- В угол.

Тормен повел его в дальний от двери угол. На подходе к указанному месту мужчина дернулся и хотел заорать, но был перехвачен и сжат обеими руками. Одна удерживала, вторая давила на сонную артерию до тех пор, пока работник не потерял сознание.

Оставив его на стуле, Тормен подошел к документам. Личные дела, какие-то распоряжения и прочая бюрократия в данный момент не проявляла для него никакого интереса.

- Это уже любопытней, - подумал он, поднимая список с людьми и местами, за которые они закреплены. Кто-то, по своей глупости, начертил план расположения всех точек.

***

Лука не знал, что стоит спросить в первую очередь. Если они застряли в этом месте надолго, то и начинать все нужно, как ни странно, с начала. Ни с того, как он попал в это место или как стал частью сопротивления. А о том, как эта организация появилась и стала функционировать.

- С чего все это началось? С чего началось сопротивление?

- Я думаю, ты знаешь про Третью Мировую Войну, между Океанией и Единым государством? – Лука в ответ кивнул головой. – Это истощило обе страны, и неизвестно, чем бы все могло закончиться, если бы она продолжилась. На момент окончания обе страны находились в состоянии краха, распада всего, что они так тщательно собирали.

- Как удалось закончить войну? - по крупинкам собирал он историю.

- У Единого государства было меньше золота, но было что-то лучше – золотые умы. Воронов Дмитрий смог осуществить невозможное и оживить робота. Придать ему жизнь. Роботы не проявляли усталости, не нуждались в дополнительной еде или одежде. Они были сверхсолдатами. Когда война дошла до критической точки, Великий Вождь решил пойти на отчаянный шаг, и выпустить на поле битвы роботов. Это заметно сократило количество людских потерь, и помогло закончить войну за пару месяцев.

Лука только хотел открыть рот и задать очередной вопрос, как Координатор перебил его своим:

- Не посчитаешь за наглость, пригласить тебя прогуляться?

- Куда? – удивился Лука, кроме гор и пустыря здесь ничего не было.

- К свету, - улыбнулся Координатор.

***

- Отлично, это похоже на тот коридор, что я видел на записи. Значит, направление правильное, - думал Тормен, сворачивая на очередном повороте.

Он старался никак не обозначать своего присутствия в этом коридоре, но, к большому сожалению, на той стороне показался сотрудник вражеской организации. По сравнению с другими, этот выглядел щуплым и физически слабым. Заприметив Тормена, он попятился назад, к кабинету из которого вышел.

Несмотря на быстроту, когда Тормен подошел к двери, тот уже заперся. По ту сторону слышался высокий мужской голос, обрывавшийся и дрожащий, но продолжающий вызывать подмогу.

- Да, кабинет М-112, - говорил он. - Повторяю, М-112. Здесь человек. Кажется, вооружен.

Тормен попытался открыть дверь еще раз. Не поддается. Ударил с силой, но и это не помогло.

- Срочно! - загорланил служащий. - Он уже здесь!

Обезвредить его не удастся, а потому пора двигаться дальше. Пытаясь вспомнить картину с записи, Тормен оглядывал кабинеты, примерно представляя, куда именно двинула процессия, ведущая Луку.

Череда невезения продолжалась. Прибыл первый отряд подкрепления из двух человек. Тормен проверил магазин, оставался один патрон. Он глубоко вздохнул, в горле пересохло от волнения. Спрятавшись за открытой дверью ближайшего кабинета, он стал ожидать нужного момента.

- Давай, надо сделать последний рывок, - повторял себе, подбадривая.

Противники шли в паре, один за другим. Когда первый подошел достаточно близко к Тормену, он сбил его с ног ударом ноги по голени. Пока первый летел вниз, Тормен подстрелил второго. Тот схватился за рану и по стенке начал сползать вниз, оставляя после себя след крови.

Сбитый лежал сейчас на полу и тянулся к выпавшему пистолету. Тормен ударил его головой об пол, поднял упавший пистолет, взятый у противника, и пошел дальше.

****

Координатор пошел вдоль дороги, ведущей к вершине. Луке, чтобы не оставаться одному, пришлось последовать за ним. Ускорившись, он быстро преодолел расстояние, успевшее образоваться между ними.

- Если война закончилась быстро и благоприятно, то почему появилось сопротивление? - продолжил расспрашивать про историю.

- Сначала появилось не оно, сначала появились протесты. Люди устали жить в постоянном голоде и лишениях и выходили на улицу с требованиями остановить войну, - Координатор тяжело вздохнул. – Что касается роботов, то эксперимент Воронова оказался слишком удачным. Андроиды были настолько развиты, что стали принимать собственные решения, на основе личностных предпочтений. Когда противника удалось подавить, они начали создавать врагов сами, нападая на всех, кто проявлял малейшую враждебность.

Лука внимательно слушал Координатора, и после каждого его предположения, в его мозгах словно включалась ячейка, отвечающая за это воспоминание. Картина прошлого становилась все яснее.

- Когда Дмитрий понял, что делают его творения, он попытался все исправить, создав новую модель, направленную на уничтожение «злых» предшественников. Новых роботов, которых он назвал I-one или «Я-первый».

В памяти всплыли те андроиды из компании CrowD, внешне не отличимые от человека.

- Именно эти роботы, в содружестве с ведущими учеными и стали первыми членами сопротивления.

***

Тормен вышел к предположительному блоку допросов, к которому должны были доставить Луку. Подойдя к металлической двери, он остановился, со страхом ожидая возможного удара в спину, но удара не последовало. По ту сторону двери никого не было.

На секунду ему показалось, что он услышал какие-то звуки. Тормен вышел в коридор и прислушался. Звуки доносились со стороны лестницы. Тормен начал осторожно спускаться вниз, ежеминутно останавливаясь и прислушиваясь. По мере того, как он спускался, до него доносилось все больше и больше разнообразных звуков. Теперь можно ясно различать голоса.

Сквозь шум толпы до него долетел голос человека в маске, отдававшего приказы. Голос был не громким, но донельзя властным. Чем дальше шел Тормен, тем громче становился голос.

Вот он, Кролик, заходит сейчас в кабинет по левую сторону. Один.

- Они закончили допрос и отправили его обратно? - выглядывая из укрытия подумал Тормен. - Или…Нет.

Ни о каких "или" он думать не хотел. Прокравшись к комнате, Тормен вошел в нее и запер следом. Кролик сидел в центре, за столом, будто ждал его прихода.

- Слава Богу, ты пришел, - Кролик засмеялся. – Я начал беспокоиться, что ты потерялся в трех стенах.

- Где Лука? – сказал Тормен, держа Кролика на мушке.

- Должно быть, в лучшем мире, - рассмеялся он сильнее, чем раньше. Смех его походил на гогот чаек.

***

Они прошли уже большую часть горы. До конца было рукой подать.

- Почему я не помню этих событий?

- Блокаторы, - Координатор постучал по виску.

- Да, я прекрасно знаю, что они стирают память… - начал раздраженно говорить Лука, но его перебили.

- Не только. Мало кто знает, но у них есть еще одна функция – изменение реальности. Виртуальная или дополненная реальность, как тебе больше нравится, - Координатор привычно улыбнулся. – Все эти разрушенные дома так и стоят на своих местах, все памятники прошлых побед и сражений занимают все те же площади. Люди просто перестали все это видеть, скрывая настоящее за «улучшенной версией».

Поток ветра коснулся его лица, иссохшие глаза сощурились от слез. Теперь он восстановил все события в своей голове, сложил пазл прошлого из обломков настоящего. Он знал, что это безумие и не мог позволить себе потерять голову.

Как ему защитить себя, когда он потерял все? Куда идти?

- Мы пришли, - сказал Координатор.

Лука оглянулся. Они стояли на самой верхушке горы, утонувшей в облаках. Здесь, в отличии от всего остального места была трава и подобие жизни. Лука протянул руку, желая потрогать облако на ощупь, но туман прошел сквозь его пальцы, не оставив на них ничего.

- Действительно, пришли, - Лука посмотрел на Координатора.

- Надеюсь, что мы больше не увидимся.

Улыбка на лице Координата похожа на ту, что надевает доктор, которому необходимо сообщить умирающему больному о его состоянии.

- Должно быть, это конец, - подумал Лука.

Он оглядел этот мир в последний раз. Сквозь темных облаков пробивалось еле заметное закатное небо. Красиво и спокойно.

- Что делать дальше? – спросил Лука со смирением в голосе.

Координатор улыбнулся шире, обнял его на прощание и сказал:

- Дальше нужно совершить чудо, - и толкнул его в пропасть.

Глава 14

– В лучшем мире? – спросил Тормен, попав в столь очевидную словесную ловушку.

Он продолжал удерживать Кролика на мушке, не позволяя тому подойти ближе. Но главарь и не пытался этого сделать. Усевшись на край стула он подпер подбородок, внимательно наблюдая за Торменом.

Заданный вопрос оставался неотвеченным, тем сильнее подогревая нарастающую панику и страх. Пистолет, зажатый в руках, задрожал. Эмоции берут верх.

– Нужно взять себя в руки, – мысленно уговаривал себя Тормен.

Лишь пребывая в спокойствии можно разумно действовать. Важная задача все еще стояла перед ним. Нельзя бросать дело, пока собственными глаза не увидит Луку. Мертвым или живым.

– Я все еще могу пристрелить тебя здесь и сейчас, – Тормен перехватил пистолет, и рукоятка легла в его ладонь.

Кролик откинулся на спинку стула. Вальяжно занимая свое место. Стул казался теперь целым троном.

– Можешь, но не станешь, – он облокотил руку о спинку соседнего стула. – Ты не захочешь оказаться мертвым так скоро.

– У меня и так мало шансов выбраться отсюда живым, – тяжесть сдавила Тормену грудь.

– А так и не будет совсем, - Кролик двинулся вперед. – Или, по-твоему, никто не услышит выстрелов?

Кролик был прав. Если начать открытый огонь, то умрет не только он, но и сам Тормен. На звук выстрелов придут вооруженные работники или стражники.

– Ты ответишь мне, где мальчишка? – спросил он уверенно и четко.

– Я тебе уже говорил, - Кролик скрестил пальцы в замок. – Если ты не хочешь слушать и слышать – это не мои проблемы.

Дойдя до предела, Тормен наставил на него пистолет и готов был выстрелить, но перед нажатием спускового крючка заметил, как Кролик занервничал, увидев кого-то за спиной у него за спиной. Проследив за направлением взгляда, он повернулся в ту же сторону и обомлел, поняв, чья фигура стояла в дверном проеме.

Тормен не ожидал встретить этого человека здесь. Не ожидал, что судьба сведет их подобным образом. Его синие глаза и хищная улыбка, растянувшаяся на пол лица, наводили ужас.

В горле пересохло. Он опустил пистолет и попятился назад.

– Какие гости, – с ехидностью в голосе сказал человек. – Я и не надеялся встретить тебя еще раз.

***

Мать Луки сидела на кровати, погруженная в свои мысли. С тех пор, как они пришли в штаб, ее не покидало чувство тревоги и необъяснимой тяжести.

Прошло уже несколько часов с тех пор, как они разделились, но ни Тормен, ни Лука все еще не вернулись. Все остальные отряды уже прибыли к назначенной точке.

Она была уверена, что с ними что-то случилось - кто-то помешал им добраться до обозначенного места. В противном случае, Тормен привел бы их на нужную тропу.

В комнату постучали. Стук вывел ее из задумчивого состояния.

– Да, войдите, – пальцами она прошлась по щекам, вытирая уже давно высохшие от слез щеки.

– У нас есть информация по Луке и Тормену… – парень не решался продолжить.

– Да, что там? – взволнованно спросила она.

– Дроны передали, что их взяли в плен в районе заброшенной больницы.

– Взяли в плен. Это не говорит ни о чем хорошем, - пролетело в ее голове.

Мама несколько минут собиралась с мыслями, затем глубоко вздохнула и сказала:

– Мы слишком долго оставались в тени, – затем встала и продолжила. - Собираете людей, нам пора показать себя свету.

***

Тормена привели в эту мрачную комнату больше часа назад. В ней за железными прутьями окон почти ничего не было видно. В камере почти не было мебели, только грубая кушетка на изогнутых ножках да несколько табуретов.

Прошло пятьдесят минут. Если быть точнее, то все пятьдесят две минуты с тех пор, как его привязали к этому стулу, требуя ответы на вопросы. Ответы, которые он не мог дать и под страхом смерти.

По сравнению с местом, где он пребывал до этого, нынешняя комната казалась санаторием. В другом месте на нем отрабатывали все свободы добиться информации - его били, истязали, обещали награду и грозились наказать, но ничего из этого так и не смогло на него подействовать.

Лицо его было покрыто подтеками крови и новообразовавшимися синяками.

Человек, помешавший его общению с Кроликом, вошел в кабинет.

– Мне сказали, что ты не хочешь говорить, – голос его был уверенным, если не сказать самоуверенным.

Тормен ничего не ответил. Сейчас он не мог делать даже простых движений, так он истощился за последние дни.

– Знаешь, ты был моим любимым творением, - он взял его за подбородок и поднял голову вверх. – Только посмотри, что с тобой стало.

Человек покривился, убирая свою руку. Голова безвольно упала вперед.

***

Небольшое войско, численностью, от силы, пары подразделений, сейчас стояло по периметру у предполагаемого место локализации врага. В рядах чувствовалась нервозность, люди переживали о предстоящей схватке, которая для каждого могла оказаться последней.

– Мы готовы, все наши уже на позициях, – сказал подошедший парень.

Мать глубоко вдохнула, стараясь привести себя в равновесие. Она поняла, что все время глядит в одну точку, будто пытаясь заглянуть сквозь стену.

– Хорошо, объявите, чтобы первый отряд начал выдвигаться.

Парень в ответ кивнул, затем повернулся и сделал жест рукой, давая сигнал о начале. Первая группа распределилась по нескольким входам, начиная захват территории.

***

Мужчина стоял рядом с Торменом, все еще надеясь выжать из него хоть какую-то информацию, которую можно будет использовать в войне против сопротивления.

Лицо его было разочарованным, а происходящее не приносило ему никакой радости. Он стоял у двери, сунув руки в карманы, и рассматривал узор на плитке.

– Знаешь, я даже немного расстроен, что ты не последовал за мной, когда все это случилось, – предался он воспоминаниям.

– Я думал, Вас убили, – через силу сказал Тормен. – Все так думали.

Человек смотрел перед собой, но, казалось, ничего не видел. Его взор застилали сцены из прошлого. Обрывки воспоминаний, которые у него остались.

Он видел, как его и еще пару людей осадили в здании, закрывая пути к отступлению. Снаружи в двери долбились агенты восстания, вперемешку с андроидами. Его андроидами, созданиями, что он считал практически собственными детьми.

Почти библейская истина – дети, восставшие против своих отцов-создателей.

Он помнил, как просил девушку уйти отсюда, оставив его позади. Он хотел спасти хотя бы кого-то из них. Вариант был один - отвлечь их на себя, создавая дыру в оцеплении.

Девушка плакала, говоря, что не уйдет без него. Счет шел на последние минуты. Мужчина смирился с тем, что будет вынужден пасть жервой для искупления греха создания андроида - идеальной машины для убийства. Он не планировал делить эту ношу с кем-то еще.

К ним подбежал третий человек. Тот, как и всегда, старался сохранять позитивный настрой и аккуратность в одежде. Поправляя свой белый костюм, он стряхивал с него пыль, которая, как ему казалось, налипла во время погони.

Мужчина улыбнулся, думая, что тот даже в такие момент обращает внимание на такие мелочи.

– Если умирать, то красиво, – улыбнулся чудак в белом костюме и достал пистолеты. – Я рад, что мы были знакомы, - он сделал паузу. – И рад, что остались друзьями до конца.

Воспоминания отпускали, возвращая к реальности.

– Мнение большинства, как правило, ошибочно, – человек сжал ладонь и посмотрел на Тормена.

Больше он не помнил ничего. Оставались лишь обрывки.

***

Сопротивление захватило пару блоков и теперь продвигалось в административную часть. Захват не прошел без последствий. Совсем неопытных подстреливали в первую очередь. Некоторых — позже, во время перестрелки в здании. Хуже всего было тем, кто впервые шел в бой. Они терялись, отрицая простую истину "если не ты, то тебя".

Более опытные умело подстраивались под условия, вырывая обезвреживая врага и забирая у него оружие.

Стремительно они подошли к сердцу центра восстания. Последний рывок позволит захватить его полностью. Захват одного здания – это не победа в войне, но победа в сражении.

Мать стояла сейчас за дверью, сжимая в руках пистолет. Бронежилет неприятно давил на грудь, но без него идти на подобное было бы глупостью. Для себя она выбрала тактику передвижения перебежками от одного места к другому. В холле больше не оставалось противников – кто-то был оглушен, другие же ранены или, того хуже, мертвы.

Основная группа ушла зачищать остальное пространство, а мать осталась здесь, проверить все ли чисто и не остался ли кто-то из противников. За спиной открылась дверь. Она резко повернулась, готовясь к любой неприятности. Но то, что она увидела, стало для нее настоящим шоком.

– Ты? – человек был удивлен не меньше нее.

Вот она, девушка из его последнего воспоминания стояла сейчас перед ним. Она была все такой же, только морщинки в уголке глаз выдавали в ней события прошлого.

– Дима, - она опустила пистолет и из глаз потекли слезы. – Я не надеялась тебя больше увидеть.

***

Лука, летящий с горы снизу, не мог сконцентрироваться ни на чем, кроме серых туч, застилающих небосвод.

– Значит, вот он, конец, – подумал Лука и закрыл глаза.

Не было ни пролетающих событий прожитой жизни, ни света в конце темного коридора. Может, вся проблема в том, что его разум был слишком поврежден и не способен на подобную последнюю милость.

Полет давал чувство освобождения и свободы. Из глаз потекли слезы, улетающие вверх, помечающие траекторию его движения.

Сколько ему осталось? Если повезет, пятнадцать секунд. Если не повезет, пять.

– Что говорят в такие моменты? Что надо покаяться и попросить у всего в этом мире прощения, а также простить всех самому, – пролетело в его голове. – Если так, то я готов принять это мир.

Земля становилась все ближе, значит в запасе оставалась пара секунд. Лука готовился к худшему.

После удара он по прежнему ощущался себя в этом теле. Сознание не отключалось, борясь из последних сил. Единственное, что пропало - легкость, которую он ощущал во время полета.

В глаза удар яркий свет. Лука открыл их и огляделся. Обычное помещении с белыми стенами. Источником яркого света служила обычная лампа. Рядом стоял человек, чей размытый силуэт было трудно различить. Глаза все еще привыкали к освещению.

Человек закрыл собой свет, так что теперь Лука смог разглядеть его лицо.

– С возвращением, дитя, – улыбнулся Дмитрий Воронов.

– Должно быть, я попал в ад, – подумал Лука.

Глава 15

Лука приподнялся на локтях, и, как мог, отодвинулся от Воронова. Тот, в свою очередь, продолжал стоять на своем месте, лишь сильнее облокотился о стоящую за ним стену.

- Ты, должно быть, хочешь о чем-нибудь меня спросить, - сказал Воронов, и сделал шаг вперед к Луке.

В районе груди неприятно загудело. Лука приложил к больному месту ладонь. Под ней скрывались аккуратно зашитые раны от пулевого ранения и один большой шов во всю грудь, с тоненькой синей леской, скрепляющей две половины.

Лука, почти не касаясь, провел пальцем по леске, кое-где кожа уже начала схватываться. Странное ощущение – словно под его пальцами что-то пульсирует. Чтобы убедиться, что он не спит, Лука тихонько потряс головой. И вправду пульсирует. Под ребрами, чуть ниже груди, тоже.

- Я мертв? – он продолжал думать, что все это – часть его персонального ада. Слишком иррациональной была картина вокруг.

Ворон посмотрел на него с сочувствием и горечью.

- Уже нет, - многозначительно ответил он.

- Что значит «уже нет»? – с ужасом в голосе спросил Лука.

- Ты был мертв, - пояснил Ворон утвердительно.

Перед глазами Луки всплыла сцена со стреляющим в него Гошей. Кровь, растекающаяся по полу красной лужицей. А затем, темнота. Больше ничего не вспоминалось. . Словно воспоминания, еще недавно такие яркие, вдруг умерли вместе с сознанием.

- Если я умер, то почему я сейчас здесь и живее всех живых? – страх уходил, сменяясь отчуждением.

- Как бы сказать, - Воронов сел на стул. – Я немного «улучшил» тебя.

Лука непонимающе поднял брови.

- Что значит «улучшил»? – сказал он с легкой агрессией.

- Твое сердце было уже мертво, когда мы нашли тебя, - Воронов отвел взгляд в сторону. – Остальные органы были в процессе умирания, - он поднял глаза на Луку. – Я поставил тебе новые, механические.

Эта информация сбивала с толку. Он даже представить себе не мог, что с ним может случиться подобное. Лука быстро заморгал, словно прогоняя ненужные мысли, но это не помогало.

- Этого просто не может быть, - подумал он и произнес вслух: - И кто я теперь? – дыхание у Луки участилось, паника подкрадывалась к нему все сильнее.

- Ты – это все еще ты. Только улучшенная версия. Считай, что ты стал первым, в своем роде. Первый из поколения сверхлюдей.

Спокойствие, с которым Воронов говорил о столь жутких вещах поражало. Его речь можно посчитать благоговейной, сорвно рассказывал он о далекой мечте, которая вот-вот станет явью. Заглянув в его глаза, Лука увидел то самое выражение, какое бывает у людей, одержимых идеей.

Было в нем и то, что Лука до последнего старался отрицать. Воронов - тот самый мужчиной из его сна.

- Тот же взгляд, та же улыбка и манеры, - подмечал Лука, рассматривая черты лица. - Как я сразу не вспомнил?

Их отличали лишь намерения. Тот, что сидел перед ним старался представь другом. Мужчина из сна, наоборот, вел себя как враг.

- То, что ты ожил, можно считать чудом, - улыбнулся Воронов. – Ты был полностью мертв, а затем еще три дня оставался на грани жизни и смерти.

- Я не просил об этом чуде, - отрезал Лука раздраженно.

- Люди никогда в полной мере не могут оценить своего счастья, пока не потеряют его, - Воронов покачал головой.

- Зачем Вы спасли меня? – спросил Лука. – Разве мы не играем с Вами по разные стороны?

- А какая моя сторона? – усмехаясь, сказал он.

- Восстание, - утвердительно ответил Лука.

Воронов откинулся на спинку стула, смотря, не отрываясь в его глаза. Когда Лука выдержал взгляд, мужчина ухмыльнулся и тихо сказал:

- А ты, должно быть, на стороне сопротивления? - Лука кивнул. – Я так и думал. А ты знаешь, кто создал сопротивление?

- Люди, бросившие вызов тирании роботов.

- Я спрашиваю о конкретных личностях.

Лука пытался вспомнить имена основателей, но эта информация безвозрастно затерялась за чередой стираний. Он знал, что его мать и отец были одними из первых, но имен вспомнить не удавалось.

В конце концов, он отрицательно покачал головой, принимая поражение.

- Это был я.

Глаза Луки расширились, а брови взлетели вверх. Все это время, он думал, что они сражались против ворона и его людей. А выходит, что цель всегда была одна.

- И как бы не было иронично, но с меня началось и восстание, - продолжил Воронов. – Андроиды были прекрасной идеей. Они должны были стать помощниками людей – исследовать труднодоступные места, вроде заснеженных гор или лунных кратеров.

Ворон тяжело вздохнул и задумчиво потер себе висок.

- Их начали использовать не по назначению. Если сначала это было объяснено желанием окончить скорее войну, то после ее окончания заинтересованность проявлялась лишь в запугивании противников. Все вышло из-под контроля.

Лука не думал об истории с этой стороны – со стороны первого лица. Все происходящее он принимал как само собой разумеющийся факт. Сейчас все вставало на свои места, но одно продолжало выбиваться из общей цепочки. Все эти роботы, которых он видел в последнее время, были совершенно новыми, будто только что выпущенными из-под конвейера.

- Разве Вы не сражаетесь сейчас на их стороне? – сказал Лука понизив голос.

Воронов молчал, и казалось, что он так и не скажет ни слова. Что-то необычное крылось в этом молчании. Из этого взгляда нельзя было ничего понять, но просто догадаться о его смысле было невозможно.

- Было дело, - наконец произнес он. – После одной операции, много лет назад. Мне заблокировали часть воспоминаний. Сделали тем, кем я мог бы стать в самом начале, если бы вовремя не понял весь ужас войны.

Он рассмеялся. Лука не понимал, что смешного может быть в этих словах.

- Просто осознал, что как бы я не убегал от темной стороны, она, в конечном итоге, обогнала меня и затмила собой. Ты всегда придешь к судьбе, какой бы путь для этого не выбрал.

- Как ты смог… - Лука подбирал слова. – Вернуться назад?

- Как и во всех удивительных историях, есть одно лекарство от всех бед, - он дал ему секунду подумать, чтобы затем ответить самому. - Любовь, сын мой, - Ворон рассмеялся, а затем, глубоко выдохнув, продолжил. - Встреча послужила катализатором для воскрешения воспоминаний.

Больше никто из них не произнес ни слова. Каждый думал о чем- то своем. Да и надо ли им было разговаривать? Ведь и так все было понятно.

Воронов встал, ненадолго остановившись. Посмотрел на Луку – и в его глазах появилось незнакомое выражение, которое ему совсем не понравилось.

- Здесь твоя мама. Позвать? – сказал Воронов.

- Мама? Что она здесь делает? - подумал он.

Лука, почти что, подпрыгнул на кровати, забыв про то, что совсем недавно был прооперирован и любое резкое движение способно разорвать шов. Тянущая боль появилась в районе грудной клетки.

- Мама? – только и смог сказать он вслух.

- Я тебя понял, - Воронов ухмыльнулся.

***

Мама пришла минут через десять. На вид – небольшие царапины, никаких следовал пыток или ранений.

- Что ты здесь делаешь? – первым делом спросил он.

Мама улыбнулась своей добродушной улыбкой, села рядом стул, где совсем недавно восседал Воронов.

- Это слишком долгая история для первой встречи.

- Где мы? – сказал Лука, впервые за все время осматривая помещение. Обычная комната. Кровать, тумбочка, стол и окошко.

- Все там же, в бывшем штабе восстания, - ответила мама.

- Бывшем? – удивился Лука.

- Мы успели захватить его за то время, пока ты… - она посмотрела на шов у него на груди. - Восстанавливался.

Лука вспомнил, что о напарнике, с которым он пришел в это место. Если его убили, то что могло стать с Торменом? Спасли ли его люди сопротивления или было слишком поздно, когда они добрались до этого места?

Лука задал вопрос напрямую, избегай ненужных мыслей и надумываний:

- Что стало с Торменом?

Улыбка сошла с ее лица.

- Неужели, все действительно так плохо? - думал Лука, представляя худшее.

- Он был изрядно потрепан, но сейчас восстанавливается. Скоро будет бегать.

Облегчение накатило на него. Тормен был жив, хотя истощен, болен и не совсем в порядке. Но, тем не менее, он выжил!

Появилось нестерпимое желание выглянуть в окно. Посмотреть на мир, который он так долго отвергал, не в силах признавать собственное счастье.

Быть живым – вот истинное счастье. Пока ты дышишь, возможно все.

Поднимаясь с кровати, он приложил к ране бинтовую салфетку. Мама поддержала его под руку и помогая подняться. Затем медленно, почти бесшумно повела его к окну.

Город спал. Все было тихо и спокойно. Мир может стать невероятно прекрасным, если смотрящий позволит себе увидеть всю его красоту.

На окно села ворона с красными глазами. Появление ворона, как и прежде, пугало его. Его мама, напротив, обрадовалась, и когда Лука крепко стоял на месте, отпустила его и потянулась открывать дверцу окна. Лука отшатнулся, но спинку кровати. Тело ощущалось ослабевшим после операции.

- Привет, малыш, - ласково сказала она, гладя голову ворона.

Мама посмотрела через плечо на бледного Луку. Ворон перепрыгнул через раму, оказавшись на подоконнике.

- Ты чего? – она была одновременно удивленной и радостной. Затем перевела взгляд на ворона. – Ты из-за него?

Лука ничего не ответил, только попеременно переводил взгляд с матери на ворона и обратно.

- Ты совсем не помнишь? – она протянула ладонь и ворона прыгнула к ней на ладонь. – Это ведь твоя работа. Ты всегда увлекался созданием роботов-животных. Птицы были самым любимым твоим видом. Мало того, что внешне они были совсем не отличимые от обычных пернатых, так еще и использовались сопротивлением, как дроны.

«Это похоже на какую-то шутку» - пронеслось у него в голове.

- Этот, например, - она снова погладила ворона. – Был твоим любимым. Всегда летал за тобой, куда бы ты ни пошел. Ты называл его своим Ангелом-Хранителем.

Лука посмотрел в окно, на небе разливалось золотисто-розоватое сияние от восходящего солнца. Тьма отступала, уступая место свету. Он чуть прикрыл глаза, наслаждаясь каждым мгновением.

События последнего времени нахлынули на него таким мощным и сильным потоком, что на какое-то время он потерял ощущение времени. Вместо него, в его голове была ясная, всепроникающая пустота. Как будто кто-то взял и вырезал кусок его памяти – а взамен вставил туда новый, незаполненный. Теперь он знал все, и даже больше

Наступил рассвет.

Конец первой книги