Был твой - стал мой

Пролог

Калуга, 2002 год

В городском родильном доме в предродовой рожала молодая женщина. Тонкая, почти прозрачная. Живот казался нереально огромным для ее хрупкого тела. Она прохаживалась туда-сюда, потирая поясницу. Замерла у окна, с завистью глядя на спешащих по своим делам людей, почти забываясь. Но накатившая схватка заставила схватиться за рай подоконника и тихо стонать сквозь зубы. Раскрытие матки слишком маленькое, а воды отошли шестнадцать часов назад. Она совсем без сил.

- Ну как ты, болезная?- в палату заглянула сердобольная нянечка.- Все никак не разродишься. Как зовут-то?

Молодая женщина слабо улыбнулась и качнула отрицательно головой. Она устала, измучена, но сесть не может. Доктор велел ходить. И она послушно ходит и выполняет все, что доктор велел. Она послушная и тихая,никогда никому слова поперек.

- Надя. Никак. Уже сутки почти. Доктор говорит сердечко у малыша совсем слабое. Боюсь …- всхлипнула девушка, вытирая бледные щеки ладонями.- У самой сил нет. Не хочу чтобы тащили щипцами – дурачком же будет.

Надя от бессилия тихо заплакала, упираясь лбом в холодное стекло окна.

- Ну, будет, будет тебе. Не трать на слезы силы,- женщина погладила ее по спине.- Ты крещенная?- вдруг спросила санитарка.

Девушка согласно кивнула, достала из-за пазухи роддомовской ночнушки маленький серебряный крестик.

- Ты вот что. Ты молись Богоматери и обещай, если сохранит дитя, то отдать его служению людям. Как можешь, так и молись. Она услышит, если от сердца. Поняла?

- Это как в услужение? Монахиней что ли?- Надя испуганно глянула на санитарку огромными в пол лица глазами.

- Зачем же монахиней. На врача, к примеру, выучится – будет жизни людям спасать,- учила санитарка, гладя молодую женщину по голове.- Так с боженькой за помощь и расплатишься. Только смотри девка, если обещаешь – даруй. А сейчас молись и проси – верное средство.

- Спасибо, спасибо,- шепнула растрескавшимися губами благодарность санитарке.

- Помогай тебе Бог, детонька,- вздохнула сердобольная женщина, решая зайти в церковь после работы, попросить Богородицу за девчонку. Жалко ее, видно, что не злыдня, непакостливая.

Надя кивнула заплаканным лицом, закрыла глаза и забормотала что-то про себя, все так же стоя у окна, упираясь лбом в прохладный переплет.

***

17 лет спустя, город Москва

Две девушки, уцепившись за поручни, болтали, не смолкая, привлекая к себе внимание пассажиров. Вчерашние школьницы, одетые в легкие летние платья с распущенными по моде волосами. Яркая, зеленоглазая шатенка обиженно надувала губы и уговаривала подругу:

- Люд, я тебя не понимаю, что за прикол в мертвяках копаться,- сморщила носик Наташа, разглядывая свое отражение в стекле тролейбуса.- Ты же хотела на филолога и перехотела. Поступай со мной на экономику. Будем вместе. И от дома недалеко.

- На филолога это я так,- Людмила махнула рукой.- С мамой поссорилась и взбрыкнула. Она мне с детства твердила: мед и только мед. Даже на жалость как-то надавила. Мол, гены у нас слабые, болеем много. У двоюродного брата сын родился с пороком сердца. Нужен свой врач. У меня нет выбора.

- Ну, сама бы и училась, а то тебя толкает,- возмутилась Наталья.- Ой, наша остановка! Бли-и-ин, чуть не проехали!

- Вот болтушки-сороки,- покачала, осуждая девушек, женщина в годах.- Ничего не видят, ничего не слышат, только себя.

- Молодость,- ответил ей пожилой мужчина.- Сами такими были.

- Неправда ваша…- начала женщина.

Но подружки ее не услышали. Наташа и Люда выскочили на остановке и обе расхохотались, сами не зная чему.

- Пошли быстрее,- спохватилась Людмила.- Сдадим мои документы и к тебе. Нам нужно все успеть сегодня.

Наташа кивнула, и обе поспешили в сторону здания, где располагалась приемная комиссия. Они торопливо вошли в здание. Наташа со скепсисом глазела по сторонам. Она мечтала, чтобы лучшая подруга поступила с ней в один вуз и одну группу, как было в школе, чтобы дальше не разлучаться и, конечно, списывать у умницы Людмилы. Но та упорно твердила про мед.

Люда потащила ее на нужный этаж. Новые туфли сильно натирали ноги, она уже сто раз пожалела, что надела их. Но со своим росточком хотелось выглядеть хоть чуточку выше. Как Наташа, у которой ноги от ушей. И лицо симпатичное, и фигура, и вообще парни только на нее обращают внимание. Люду вообще не видно за ней, когда они вместе.

- Девушки, познакомиться можно?

Путь им перегородил симпатичный, высокий шатен. Парень обаятельно улыбнулся, и Наташа нахмурилась еще сильнее. Люда непонятливо глянула на препятствие, вспоминая вопрос парня.

- Ната, Люда,- за обеих представилась Наташа.

- Куда поступаем?- забыл представиться парень.

- Почему это поступаем?- сразу пошла в атаку Наташа.- Может, мы уже учимся?- нехорошо сощурилась девушка на развязного парня.

Парень был симпатичным, из слишком самоуверенных, а таким она не доверяла из принципа и сразу отшивала, решая за себя и за Люду. Людмила, думающая только о проходных баллах, не мешала подруге отрываться, мало вникая в ее диалоги с парнями. Сейчас Люде точно не до парней. Она проверяла еще раз список требуемых документов. Ей казалось, что она точно что-нибудь забыла дома и придется возвращаться.

- Нет, я бы вас точно не забыл,- парень облокотился на перила, оценивающе пройдясь по фигуркам обеих.- Чересчур хорошенькие для медицины. Вам бы на искусствоведов и культурологов.

- И о чем тогда с тобой говорить, коновал,- хмыкнула Наташа с вызовом, проверяя парня.

Она решила дать ему шанс. Глаза парнишки нехорошо блеснули. Он понятливо хмыкнул, но сразу грубить не стал. Наташа ему сразу понравилась, жаль было так разочаровываться. Он повторил вопрос:

- Так куда поступаете? Где вас потом искать?

Люде не понравилась его настырность. Понятно, что ему приглянулась Наташа. Она всем нравится, но быть таким навязчивым – не комильфо. А еще студент третьего курса.

- Я поступаю на педиатрию,- ответила Люда, чтобы отвязаться и продолжить путь. - А Наташа вообще будущий экономист. Она со мной за компанию пришла.

- За компанию дурак повесился,- грубо пошутил парень, мстя за «коновала».

- Сам ты дурак,- обиженно фыркнула Наташа. Поверку он не выдержал, сразу ответил грубостью на грубость.- Люда, пошли.

- Серег, ну где ты? Время,- рявкнуло выше на несколько ступенек.- Я договорился, тебе только подпись поставить. Ходу, брат.

Вскинув взгляд, Люда увидела только богатырские плечи, широкую спину и светлый затылок уходившего парня. Оценив рост и ширину плеч, Наташа цокнула языком.

- Люд, они Франкенштейна сделали!- притворно восхитилась девушка.- А главное ему не забыли пришить?

- Наташа,- одернула подругу Людмила.

У всех нервы, все переживают, но нужно держать себя в руках и не срываться на всех подряд.

Здоровяк оглянулся, смерив Людмилу злым взглядом. Похоже, затронутая Натой тема оказалась для парня болезненной.

- Ну, надо же… опять из лаборатории подопытные мартышки сбежали,- не остался он в долгу.- Серега, верни их в клетки.

Он отвернулся и зашагал вверх, не обращая больше внимания на девушек. Люде стало обидно, она рта не успела раскрыть, а ее ни за что, ни про что оскорбили. Вот так походя. Грубиян. Фу, таким быть.

- Это Тарас пришел по мою душу. Извините, девушки, с вами хорошо, но есть девушки, с которыми еще лучше,- своеобразно попрощался Сергей.- Еще увидимся…

- Очень надо,- кинула в спину уходящего третьекурсника Наташа.

- Дурак какой-то,- сделала она вывод, когда парень уже не мог ее слышать.- И ты будешь учиться с такими децибелами?

- Имбецилами, наверно,- поправила ее.

- Точно, тебе здесь нечего делать,- сделала вывод Наташа и выложила последний козырь, заметив, как их недавний знакомец уже обнимается и улыбается какой-то девчонке.- Вот влюбишься, выйдешь за такого замуж, а он будет с молодыми медсестрами тебе изменять… каждое дежурство.

Люда тяжело выдохнула. Переспорить или переубедить подругу – проще Землю заставить крутиться в другую сторону.

- Наташ, все решено. Это не обсуждается.

Настроение такое радужное с утра – улетучилось. Здоровяк Тарас своим сравнением с мартышками его уничтожил. Девушка болезненно относилась к мнению о своей ничем не выдающейся внешности, а к мнению парней особенно. Понятно, что его задели слова Наташи, но говорил он глядя прямо на нее.

Она сдала документы, спустилась с лестницы, надеясь, больше не придется встречаться с парочкой грубиянов.

«Вот взять бы и влюбить такого в себя, а потом бросить, чтобы неповадно было»,- мстительно думала Люда, не слушая щебет Наташи.

Они с Наташей купили по мороженому, через время она думать забыла про Тараса и его грубость. Фойе здания, где размещалась приемная комиссия, Людмила оказалась впервые и зазевалась, глядя по сторонам. И ее едва не сбил темноволосый парень. От толчка она качнулась на каблуках, теряя равновесие. Парень успел ее подхватить и поставить ровно. Даже на каблуках она едва доставала ему до подбородка.

- Ручка есть?- Белозубо улыбнулся брюнет и подмигнул… Людмиле, проигнорировав красивую Наташу.

Люда от неожиданности молча протянула свою. Он схватил, буркнул «спасибо» и понесся дальше верх по лестнице.

- А когда вернешь?- крикнула ему вдогонку, но он только махнул рукой.

Она поняла, что ручку ей не вернут. А ведь это была ее счастливая, которой она все контрольные с седьмого класса писала на «отлично». Жалко, но может еще этот сайгак вернется и вернет ее собственность. Или попробовать догнать его.

- Забудь,- посоветовала Наташа.- Этот уже не помнит. У него только «Вижу цель и не вижу препятствий».

- Это была моя счастливая,- пожаловалась Люда, чуть не плача.

Талисман удачи было откровенно жаль. Впереди шесть лет учебы, он бы еще тысячу раз пригодился. А этот брюнет даже не знает всей его ценности. Использует и бросит где-то за ненадобностью.

- Та самая!- ахнула подруга, оценив масштаб ущерба.

Людмила часто делилась счастливой ручкой с подругой, и та всегда получала твердое «хорошо». Девушки берегли общее сокровище, теперь так бездарно утерянное.

- Ее надо вернуть,- решительно заявила Наташа.

- Но как? Не в дверях на выходе его ждать,- возразила почти плача Люда.

- Хорошая мысль,- одобрила Наташа.- Ты отлично стоишь. Тут и лестница просматривается и двери на выход. Точно его не упустишь. Смотри, а я документы отнесу и вернусь. Вместе ловить этого гада будем.

- Давай. Удачи.

Людмила отошла немного в сторону и осталась ждать подругу и брюнета, завладевшего ее сокровищем. Только успевала крутить головой, выискивая высокого брюнета, которых было немало в холле в день приема документов. Скоро она просто устала глазеть по сторонам, разглядывая мимо проходящих. Когда совсем смирилась с потерей, вспыхнула от радости. На нее смотрел он, тот самый, что увел ее счастливую ручку.

- Моя ручка,- она шагнула вперед и протянула к нему ладонь.

Парень удивленно посмотрел на ладонь.

- Ты о чем? Я тебя впервые вижу.

Люда уже открыла рот, чтобы возмутиться, как пригляделась. И поняла, что ошиблась, приняв его за другого. Тоже темноволосый, но скорее темный шатен, он выше ростом, и фигура у него куда рельефнее.

- Извини. Обозналась,- она снова приуныла, мысленно оплакивая пропажу.

- Чего такая грустная?- Он облокотился на перила, разглядывая девушку.- Не сдала? Помощь нужна?

Люда молчала, не зная, как отвязаться. Объяснять правду – он поднимет ее на смех. Это Наташка, проверившая силу счастливой ручки на себе, ее понимала. А он…

Она украдкой разглядывала правильные мужественные черты лица парня, тренированное, поджарое тело, сильные руки, на которые он опирался. От него приятно пахло туалетной водой.

Люда раньше ни с кем не встречалась, даже не целовалась. Все свободное время забирала подготовка к экзаменам. И не тянуло ее особенно, большинство знакомых парней ей казались поверхностными, двухмерно-плоскими в своих рассуждениях. Разговоры и интересы у всех одинаковые. Выглядят одинаково. Шутят тоже. Клоны какие-то. Как тут выберешь кого-то. Не удивительно, что Наталья их так часто меняла. Как только в именах не путалась.

Парень терпеливо ждал, и не собирался уходить. Пришлось рассказать ему о счастливой ручке, потерянной навек. А ей еще шесть лет в меде как-то отучиться надо. Закончив, она ждала смеха. Но симпатичный студент даже не улыбнулся. Сразу был виден свой человек, который понимает ценность таких вещей в сессию.

- Талисман – это серьезно,- согласился с ней парень.- И как выглядел этот лох.

- Как ты,- ляпнула Люда, спохватившись, что могла его обидеть, решила описать подробнее:- Высокий, брюнет, белая футболка, темные джинсы, похожая прическа… очень красивая улыбка… в смысле похожая на твою…

Парень самодовольно ухмыльнулся, приняв комплимент, про улыбку ему понравилось.

- Похож, говоришь… Я, кажется, знаю, о ком речь… Идем,- он схватил Люду за руку и потащил наверх.

Она едва успевала переставлять ноги по ступенькам. Они тут же заныли. Но так она хотя бы ростом ему более-менее, в пупок не дышит. Она даже не пыталась запоминать коридоры, по которым вел ее незнакомец. Только сейчас Люда спохватилась, что они так и не познакомились. Парень просто решил помочь.

Внезапно он остановился перед одной из дверей без надписи, и Люда едва успела затормозить, чтобы не влететь в него носом.

- Стой и жди. Я сейчас…

Он исчез за дверью, а Люда нервно топталась, прислушиваясь к тому, что происходит за ней. Дверь распахнулась, являя сияющего темноволосого спасителя счастливых ручек.

- Она?- протянул он ту саму, счастливую.

- Она,- выдохнула счастливо Люда, забирая свое сокровище и прижимая к груди.- Спасибо, ты так выручил.

С плеч будто камень свалился и засияло солнышко. Теперь бы Наташу найти, и можно домой. Новый знакомец не торопился уходить. Он разглядывал девушку, теперь счастливо сияющую из-за вернувшейся к ней дорогой вещи. Такая, она ему нравилась. И таких он еще не встречал. Светлая, чистенькая, точно Ангелочек. Его гражданская жена была беременна, и постоянно просила денег. Он устал от ее сцен, от семейной жизни, еще не успев жениться. А деньги… деньги он обязательно достанет. Найдет путь, пусть и не самый честный… Они ведь не пахнут…

- Что же ты отдаешь ценное первому встречному?

- Но он же попросил,- хлопнула длинными ресницами Людмила.- Ему было срочно нужно.

- А денег мне не займешь? На метро не хватает,- сделал жалостливую мину парень.- Я не местный. Ехать далеко. Выручи, Ангелочек.

Людмиле стало жаль парня. Ее родители тоже были приезжими, снимали у маминой дальней родственницы квартиру. Мама учила, что людям нужно всегда помогать.

- Сколько нужно?- Люда достала кошелек.

Парень глянул на невеликие Людмилины сбережения и удивленно хмыкнул, но денег не взял.

- А поцеловать?- уже глумился брюнет.

- Вообще охамел!- рявкнула Наташа, грозной фурией налетев на студента.- Может тебе еще и…

Она неприлично выругалась. Люда и нахал оба слегка обалдели от такого. Брюнет длинно свистнул, выражая восхищение. Люда недоумевала, как Наташа ее нашла.

- Мне не надо, но тут есть, кто не откажется,- он повернулся к Люде и спросил:- Артур Стародубцев… Познакомимся? Тебя как зовут, Ангелочек?

- Мила,- выдавила из себя.- Поцелуй… конечно. Ты же так выручил.

Она поднялась на цыпочки, обнимая парня за шею, и потянулась к щеке. Но Артур повернул голову, и их губы встретились. Люда испуганно отпрянула, но руки уже прижали девичье тело, удерживая. Парень целовал ее по-настоящему. И она даже пыталась отвечать. От горячих ладоней по всему телу растекалась сладкая истома. Мысли разлетелись, тело стало мягким и податливым. Вокруг засмеялись, кто-то отпустил пошлую шуточку. Наконец, Артур ее отпустил. Отступил, от чуть пошатнувшейся, точно она выпила лишку, Людмилы, разглядывая результат. Она облизнула губы, ноющие после первого в ее жизни поцелуя. Ноги предательски подгибались. От каблуков, конечно. От чего же еще…

- Может еще увидимся, Милолика, если поступишь. Бывай…

Артур подмигнул и сбежал вниз по лестнице к выходу. Люда провожала его взглядом, прислушиваясь к новым, странным ощущениям.

- Ты обалдела что ли!- напустилась на нее Наташа.- Ты с кем целуешься! Он же бабник.

- С чего ты взяла?- Не поняла выводов подруги Люда, все еще пребывая под впечатлением от поцелуя.

- У него же взгляд бл.дский,- привела аргумент Наталья.- И повадки такие же. Да у него таких как ты…

- Ты так говоришь, потому что ему понравилась я, а не ты,- отмахнулась Люда от слов опытной не по годам подруги.

- Да я таких, как он еще на подлете отстреливаю,- хмыкнула презрительно Наташа, глядя как скрывается спина парня за входной дверью.- А ты уже растаяла от одного поцелуя.

Наташа костерила парня на все лады, придумывая и обвиняя его во всех возможных и невозможных грехах, заодно прохаживаясь по всем, кто ее обидел. Люда глянула на свою счастливую ручку и решилась.

- Наташ, мне в Сеченова вернуться надо,- прервала словестный поток подруги Люда.

- Зачем это?

- Хочу документы забрать и… поступать сюда,- поделилась решением Люда.

- Это из-за этого Артура…!- Наташа не могла поверить.- Ты с ума сошла!

- Ты же хотела, чтобы я училась с тобой,- поддела подругу Люда.- Мне понравилось. Экономика – это интересно. Математику я сдам. Обществоведение тоже…

Наташа слушала подругу и молча шла рядом. Она бы еще поняла, если бы Люда решилась из-за нее, но ради какого-то… Артура… И смотреть-то особо не на что. Да таких в базарный день пучок три рубля.

Людмила же гадала, кем мог быть Артур. И как скоро они встретятся снова. И не из-за поцелуя она вовсе изменила решение, ей просто хочется самостоятельных решений и жизни такой, какую выберет она сама. А мама… мама любит ее и смирится с тем, что дочка стала взрослой. Она всю жизнь ее опекала, боялась за ее здоровье. На другого ребенка так и не решилась больше. Но теперь Люда ей покажет, что повзрослела и умеет быть самостоятельной.

Так думали девушки каждая о своем. И встреча со здоровяком Тарасом нос к носу изумила обеих.

- Вот так встреча! - сразу в атаку пошла Наташа.- Ты такой огромный, что не столкнуться с тобой нереально.

- Девушки, это вы,- вспомнил он утреннюю перепалку,- Извините за грубость,- парень смотрел только на Люду большими светлыми глазами.- Я беру свои слова обратно. Не хотел, само как-то…

Он смущенно улыбнулся, сжимая в руках пластиковый плеер и грозя его раздавить.

- Что, запал на Милу? Опоздал, фармацевт, она будет учиться в экономическом, со мной,- издеваясь, проговорила Наталья, тут же включив стерву.

- А познакомиться с вами можно?- прогудел басом Тарас.

Люда смотрела на смущающегося парня. Понимала, что понравилась ему, но темноглазый брюнет, легко дарящий поцелуи, не выходил из головы.

- Опоздал, сказала же, Люда жениха из армии ждет. И беременна на втором месяце,- выпалила врушка.- Пока, фармацевт.

- Не фармацевт, я – нефтяник. Скважины бурю…

Услышав в словах пошлое, Наташка не сдержалась и расхохоталась во все горло. Люда смущенно покраснела. Обойдя обескураженно молчащего парня, девушки побежали в сторону метро, чтобы забыть о нем в тот же вечер.

Глава 1

Задумчиво жую безвкусный хлебец, запивая пустым зеленым чаем. Не вкусный, но низкокалорийный обед. Я не бедствую, я на диете, и пью чай в одиночестве, чтобы не соблазняться. А все мысли вокруг пирожного и кофе со сливками и отвлекаюсь только на телефон. Должен позвонить сын Игнат. От Инны не дождешься. Завтра у моих близняшек день рождения. Подготовка к празднику легла на них. Позади экзамены и выпускной. Дальше сын Игнат поступает в спортивно-педагогический институт, а дочка…О-о-ох, дочка Инна моя головная боль. Она так и не определилась, куда будет поступать. Потому сдает еще биологию и химию плюсом к информатике и обществознанию. Учеба ей всегда давалась легко. Потому она такая непоседа и несерьезная. В противовес нее Игнат вдумчивый, целеустремленный, терпеливый и дотошный. Разница у них всего пять минут, но Игнат, словно на пять лет старше, настолько серьезно выглядит на фоне сестры.

Их отец как узнал, что будет двойня, растворился в тумане, сказав, что не созрел к серьезным переменам в жизни, а к двойному отцовству его жизнь вообще не готовила.

Обвожу взглядом опустевший на время обеда офис и замечаю Нину, смотрящую в окно и украдкой утирающую слезы. Всегда бойкая и жизнерадостная, сегодня она словно осенний дождливый день – слезы сбегают по щекам.

- Нин, ты чего? Случилось что?- подсаживаюсь к ней и протягиваю салфетку.

- Ванька мой…- всхлипывает она,- Вань… дурачок настоящий…

Она не выдерживает силы горя, утыкается мне в плечо и рыдает уже в голос. Я молча глажу ее по плечу, не зная, что сказать. Я знаю, что она не замужем. Муж ушел, когда сын еще в сад ходил. С тех пор Нина одна тащит на себе весь груз забот. Я чувствую, как под ладонями вздрагивает ее худенькие плечи.

- Тыпро сына? Что с ним?- у меня замирает все внутри от нехорошего предчувствия.

Мы ровесницы и я ей «тыкаю». Она мать, и я ее понимаю, сама как на иголках из-за младшей. Только и успокаивает, что Игнат всегда присмотрит за егозой сестрой.

- Влюбился,- всхлипывает она, а у меня отпускает сердце.

Встаю и топаю к кулеру за водой. Мне нужно вы пить, и Нине тоже. Ну, влюбился парень, с кем не бывает? Рано или поздно это должно было случиться. Детей век у своей юбки не удержишь.

- В учительницу. Ей,- она шмыгает носом,- двадцать восьмой год. Замужем. Дети есть.

- А сколько сыну?- холодею я, представляя Игната влюбленного в бедовую молодку.

- Семь…- всхлипывает Нина, и я мысленно улыбаюсь милому карапузу и глупым страхам матери,- …надцать. Школу заканчивает… закончил. Она информатику преподает. У них… уже все было-о-о,- она снова утыкается мне в лечо, орошая черную блузку слезами.- Да я на него алименты только вчера получила. А скоро буду получать и тут же отправлять внукам.

У меня слов нет, даже не знаю, что сказать. Это настоящий кошмар. Сочувствую всей душой Нине, попавшей в кошмарное положение. На парня сейчас давить нельзя. Это я по своим знаю. Они такие взрывные и непредсказуемые в этом возрасте. Еще сделает с собой что-нибудь. Но и бездействовать нельзя. Чем же ей помочь, бедной?

Теперь я понимаю всю глубину трагедии Нины. Представляю, как ей это со стороны, когда взрослая женщина, педагог сына и с ним спит. Мой Игнат, конечно, не выглядит мальчиком, но все равно выглядит все это аморально. Как можно до такого докатиться?

- Он ей предложение сделал… на выпускном,- Нину вновь пробивает на истерические всхлипывания, икоту и добиться от нее внятного ответа не получится.- А она… посме-ялась только… А потом… он не при-шел ночевать… Я-вился утром злой… Сейчас… темнее тучи хо-дит… Поступать хотел…в…в Баум-анку… ей доказать… что умный…- слова снова тонут в плаче.- А теперь пере-думал…в армию соб-рался… ну какая ему армия?… Он же отличник… медалист…ему… уч-иться надо….

Я поднимаюсь, чтобы набрать воды себе и ей. По дороге прихватываю успокоительное из сумочки. Заставляю выпить, сломив ее слабое сопротивление. Мозг лихорадочно соображает, как помочь Нине. Жалко ее. Я кусаю губы, размышляя, как бы сама поступила, случись такое с Игнатом.

Серьезный и спокойный Игнат даже в мыслях смотрит на меня с укоризной, что я могла о нем такое подумать. Нет, с Игнатом точно не случилось бы, а вот с Инкой-егозой могло. Свою блондинистую дочку я легко могу представить влюбленной в молодого и симпатичного преподавателя. А вдруг…

Мороз проходит по коже от таких мыслей. И я гоню их скорее прочь, радуясь, что детки не принесли похожего сюрприза.

- Нин, вот что,- решительно говорю ей.- У тебя планы на выходные были?

- Нет. Какие теперь планы,- машет она рукой.

- Тогда приезжай к нам на дачу. Приглашаю тебя и Ивана. Завтра у моих день рождения, вот и отметим все вместе.

Она смотрит на меня недоуменно, шмыгает носом, моргая мокрыми от слез ресницами.

- Это неудобно,- отказывается Нина, качая головой.- Мы же только знакомые. А у вас семейное торжество. Совершеннолетие детей.

Верно, но детям пора научиться помогать хорошим людям. Именно так и приходится, где-то наступить на горло собственной песне, чтобы добавить праздника в чужую жизнь. Ситуации в жизни бывают всякие. Я верю, что сделанное добро всегда возвращается назад. Поможешь чужим детям - кто-то вытащит твоих.

- Удобно. Будут только мои родители,- отдаю ей стакан с водой.- Мальчишки наши познакомятся. Мой Игнат тоже выпускник. В спортивный институт поступает.

Она делает несколько судорожных из-за икоты глотков. Сердце сжимается, глядя на эту измученную женщину. Молодая еще, а такая несчастная. Муж бросил, мама болеет. Теперь еще и сын бедокурить начал.

- Я знаю,- кивает она.- Слышала, как ты рассказывала… и про дочь еще.

- Тогда давай завтра к восьми у твоего дома. Мы заедем. Нам как раз по дороге.

- На машине, да?- Она смотрит виновато. На мой утвердительный кивок, выдыхает:- У меня нет машины и прав. А Ивану еще рано. Но… мой старший брат может подвезти. Ты не против?

Из-за дверей появляются закончившие обедать женщины. Они заинтересованно косятся в нашу сторону. Надо прекращать слезоразлив, пока сплетни не поползли. Любят у нас посудачить и обговорить вдоль и поперек чужие проблемы, будто своих нет.

- Не против. Ты собирайся, пожалуй,- критически осмотрела ее распухшее от слез лицо,- а тебя прикрою перед начальницей. Тебе лучше сегодня дома побыть, прийти в себя немного.

Она кивает и торопливо собирается под косые взгляды любопытных сотрудниц, от которых не укрылось распухшее от слез лицо Нины. Я догадываюсь, как только она ступит за порог, тут же родится новая сплетня. Очередной фантастический домысел, на который богаты наши «девочки». Насмотрятся всяких Малаховых и фантазируют вовсю. Им бы романы писать с такой-то фантазией. Хотя, надо признаться, что сложная ситуация Нины достойна именно такой передачи. И как тут не сказать вечное: «О времена, о нравы!»

****

Глава 2

Нина

Как советовала Люда, вернулась в пустую квартиру, теперь сын предпочитал большую часть времени проводить вне дома. Легла на диван. Сил не осталось даже снять юбку и блузку, даже умыться. Смотрела на трепещущие листья тополей за окном и думала. От таблеток мысли в голове стали тяжелыми и неповоротливыми, но не отпускали.

Мы перестали разговаривать с сыном. Так у меня получалось сдерживать эмоции и оставаться спокойной и хладнокровной. Скандалы – это намного хуже. Моя выдержка постоянно давала сбой и я плакала, стараясь, чтобы никто не видел. Иван мой единственный и горячо любимый сын. Наверно потому я слишком сильно переживаю всю ситуацию. И не выдержала и сорвалась на работе. Дело не в глупой юношеской влюбленности. Иван и раньше влюблялся, ходил то смурной, то сиял, как солнышко. Потом проходило. Но не в этот раз. Теперь все иначе. Эта связь с женщиной переходит в какую-то зависимость с его стороны. С ее стороны, уверена, просто игра. Зачем зеленый мальчишка состоявшейся женщине. Я догадалась про симпатию сына только весной, перед экзаменами. Переживала, что из-за чувств сорвется. Но он сдал хорошо, как и до того учился. Я обрадовалась, что все позади, а впереди университет и новые знакомства с ровесницами, которые вытеснят из головы очередное увлечение. Гром грянул на выпускном, после которого сын заявил, что едва исполнится восемнадцать, он женится на той самой Людмиле Васильевне. И его не смущает разница в возрасте и ее замужний статус. Так как он скоро станет человеком семейным, то поступать никуда не будет, как хотел до того, а найдет работу. Его Людочка, пока не сказала твердое «да», но обещала подумать и все уладить с мужем.

Я растерялась. Первые минуты мне казалось, Ванька просто шутит. И сейчас он засмеется над моим вытянувшимся лицом и объявит, что разыграл, а я повелась. Но он молчал с серьезным видом. Не дождавшись моей реакции, ушел и заперся в своей комнате. Я же растерянно водила глазами по комнате, не зная, что делать. Я сама спустила на тормоза эту ситуацию. Посчитала ее неопасной. Решила, что сын еще совсем мальчишка, чтобы решать серьезно в таком вопросе. Будь у него роман со сверстницей, так и было бы. А в случае с учительницей он опирался на жизненный опыт дамочки.

Пойти с ней поговорить, припугнуть скандалом. Я боялась огласки, позора. Боялась, что сын, узнав, что я влезла в его отношения, поведет себя неадекватно. А он обязательно узнает. Она не станет его щадить. В памяти всплыл часто вспоминаемый мною случай.

Тогда я заканчивала восьмой класс. Нас было всего одиннадцать человек в маленькой школе военного городка, затерянного на просторах Сибири. Весть о выпускнике, покончившем жизнь самоубийством, шокировала всех. Он встречался с молоденькой учительницей, женой недавно переведенного в военную часть лейтенанта. Потом девушке игра надоела, а парень все для себя решил одним махом – ушел из жизни. Для меня его решение было непонятным. Для себя я решила окончить школу с медалью и уехать в столицу, учиться там и никогда не возвращаться в эту глушь, настоящий медвежий угол. И сейчас перед глазами стояло его неестественно белое лицо в мертвенном свете белых ламп в актовом зале нашей школы. Для своего сына я такой участи не хотела. Он ведь тоже такой, вбил себе в голову эту «любовь всей жизни» и не выбьешь ничем. Скандалить в школе, грозить этой «учительнице» далеко не выход. А где выход, я не знала.

Может подруга права, стоит его познакомить с ее ребятами. Будет отвлекаться на нормальные интересы и проблемы подростков. Вдруг поможет, и Ванька переключится. Сын у нее положительный и серьезный, дочка умница. Хорошая компания для него.

Я вот все работала, а надо было с подругами больше общаться. И Ивана брать с собой. Чтобы он рос в своей среде, среди сверстников с нормальными интересами. Но он у меня одиночка, интроверт. Странно при его-то симпатичной, почти модельной внешности блондина – подарочек от отца.

Такие, как Иван, обычно любимчики, лидеры, легкие в общении. А он какой-то «оксюморон» ходячий. Мальчишки все кто в футбол, кто в хоккей, а он к спорту равнодушен. Вот и у брата Виктора дочка Милена окончила школу, растет без матери и такая же. Она вся в виртуале. Ей реальная жизнь не интересна. Выныривает изредка, и при первой же возможности обратно. Я брату говорила прямо, но он только бурчит что-то невнятно. Жениться ему надо. Но после выкрутасов Виктории, он женщин близко к себе не подпускает. Вот бы и Иван брал пример с дяди. К брату претензий нет. Виктор молодец, сам выезжает на природу рыбачить, Ивана с собой вытаскивает, как тот ни упирается. Вот бы ему вправил мозги и сейчас. Но Витя лишь руками развел и сказал: «Само пройдет. Ты не лезь!»

А как не лезь?! Я же мать… Как семнадцать отпраздновали нарадоваться не могла, что все с ним обошлось без плохих компаний, наркотиков и прочей дури. Рано, видно, радовалась. Из поздних оказался мой сынок.

Заниматься спортом Иван начал, когда врач прописал физические нагрузки. Пошел на фитнес. Месяц походил. Надоело, бросил, начал занимался дома. В своей комнате запрется и чем занят – не знаю. Помладше был, играл в компьютерные игры. А сейчас даже не в курсе, чем он живет вне школы. Была не в курсе. Но учился-то хорошо, меня только на общие собрания вызывали.

Я услышала, как хлопнула входная дверь. Иван вернулся домой. Надо бы встать и хоть что-то приготовить, но сил готовить не было, как и желания есть. Я услышала, как зашумела вода, хлопнула дверца холодильника, чуть позже дверь в соседнюю комнату.

Вот тебе… ни ответа, ни привета. Раньше мы общались, а теперь из-за какой-то… слов нет, словно кошка между нами пробежала. Но выслушать ему меня придется.

Я поднялась, оправила одежду и решительно направилась к Ивану. После стука и его короткого «да», открыла дверь. Помялась на пороге, разглядывая привычную обстановку. Не заметив портрета дамы сердца, немного приободрилась и начала:

-Привет,- выдавила из себя.- Как прошел день?

Терпеть не могла всякие ссоры и размолвки. Понятия не имела, как себя в них вести. Еще это тягостное состояние, когда виноват другой, а мириться приходится тебе.

- Нормально,- буркнул сын, отложил планшет и уставился вопросительно на меня.

- Нас с тобой пригласили в гости. На завтра ничего не планируй,- предупредила его.

- Мам, это обязательно?- Получив мой утвердительный кивок, взвился:- А раньше ты не могла сказать? У меня, знаешь ли, на завтра планы. И я их отменять не намерен.

А придется. Пока ты живешь у меня и за мой счет, придется считаться с маминым мнением, сыночек.

- А чего ты кричишь?- не знаю, как я сдержалась и не вспылила.- С женщинами сплошь и рядом случаются такие спонтанные решения. Семейная жизнь такая – надо учиться жертвовать своими интересами ради интересов родных. Иначе парочка таких истерик и женщина уйдет к другому, кто дорос до семейной жизни. А неуважительно относясь к своей матери, ты тем самым учишь своих детей, как им относится к собственной. Дети всегда повторяют за родителями. Какой женщине это понравится?

Прописные истины. Мне почему-то казалось, что мой сын это все и так понимает, вернее помнит. Я же его этому учила. Давно прошло время, когда я ему повторяла по сто раз. Видно, мало что зацепилось и осталось в голове. Вот Виктор скажет, и Иван и слышит, и делает, и не перечит. Не хватает отцовского воспитания, да где его взять…

Я видела, как побелели сжавшиеся кулаки. Сын сдерживался, чтобы не нагрубить, только поджал губы и сверлил меня недобрым взглядом.

Что так взвился-то? Свидание отменить придется? Тем лучше!

- Кто пригласил? Куда?- он пытался говорить спокойно.

- Моя хорошая знакомая к себе на дачу. На день рождения детей.

- Я буду открывать вино и развлекать ее сопливых деток,- все же съязвил, не удержался сын.- Но сначала часа четыре в машине с детишками, которые нытьем и воплями мне мозги вскипятят. Спасибо, мама, за чудесные выходные. Именно этого мне так не хватало после ЕГЭ.

- Зачем тогда жениться, если детей не любишь?- не осталась в долгу.- Насчет сопливых носов не знаю, а помочь придется,- согласилась я.- Не ты один окончил эту школу. Я с тобой тоже. И имею право отдохнуть.- Уже прикрывая двери, добавила:- Они за нами заедут. Но места в машине нет. Я Витю попрошу отвезти нас.

- Делай, что хочешь,- он демонстративно отвернулся, давая понять, что согласие получено.

Больше ни я, ни сын не проронили за вечер ни слова. Я так устала, что провалилась в сон, едва коснулась подушки головой. Засыпая, слышала раздраженный голос Ивана. Он говорил по телефону. Нехотя, начиная злиться, оправдывался, пытаясь объясниться с Людмилой. Женщина настаивала, а скорее всего, сливала на него свое раздражение. Я так и не услышала концовки – заснула.

Глава 3

Людмила

Вечером, собираясь на дачу, предупредила детей о гостях. Точнее сына Игната. Инны как всегда не было дома. Она гуляла так, будто живет последний день. Мне не жалко, но дочь все еще не определилась куда поступать и тянула с заявлением до последнего. Вот психану и устрою к себе на работу в офис уборщицей, чтобы знала.

Нерешительно топталась возле дверей сыновьей комнаты. Я единолично приняла решение пригласить на их день рождения незнакомых людей. Раньше такого не было, но это исключительный случай, иначе я бы никогда. Наглая женщина сломает мальчишке жизнь. У меня свой такой сын, я не могла остаться в стороне. Робко постучала в неплотно прикрытую дверь.

- Игнат, можно?

- Да…- он крикнул слишком громко, скорее всего, слушал музыку или играл в игровую приставку.

Я вошла, обвела взглядом чистое, а для мальчишки идеально чистое пространство. На стенах постеры спортсменов – кумиров сына. На полу гантели разных размеров и конфигураций. Велотренажер в углу. Штора сдвинута небрежно в сторону, окно распахнуто настежь. В отрытые створы врывается шум улицы. Крохотный кактус ежит довольные колючки, купаясь в солнечном ультрафиолете.

Жарко, а он еще отключил кондиционер! Сварится же…

Игнат лежал на кровати. На подушке рядом растянулся его кот Коржик. Я разглядывала внушительное тело вчерашнего подростка, бугрящееся мышцами от постоянных тренировок.

Если не знать, то и не дашь ему семнадцать. Совсем мужик.

Пальцы порхали, быстро набирая на клавиатуре, стоящего на коленях ноутбука. Он трудился, высунув от усердия кончик языка. На затылке торчал смешной вихорок, не желавший укладываться в прическу. Точно таким, только меньше размерами, помнила его в первом классе, старательно выписывающем закорючки в прописи.

Ну, какой из него кавалер для взрослой женщины, а тем более муж и отец чужим детям! Ребенок еще совсем, хоть и размером с молодого медведя.

Я замялась, не зная, как начать, и сказать о небольших изменениях в планах на завтра. Время шло, я молчала, подыскивая такие аргументы, чтобы не выдать настоящую причину.

- Сынок, тут такое дело,- выдавила я, после как поймала на себе его вопрошающий взгляд.- В планах появились небольшие изменения. Завтра у нас будут гости. Я пригласила кое-кого.

- Кого?- Игнат оторвался от экрана, ожидая ответа.

Было заметно, что он напрягся. Экстраверт по натуре, он, тем не менее, не любил новых людей в своем ближайшем окружении.

Я подошла к окну и выглянула. Окно Игната единственное выходило на шумный проспект. Он сам выбрал эту комнату из-за вида на запруженную автомобилями улицу. Активный и деятельный, он обожал смотреть на летящие днем и ночью в обе стороны машины.

«Похоже на артерии огромного организма мегаполиса. А машины – кровь»- метко сравнил он как-то столичные автострады.

- У меня есть подруга… Нина. Мы работаем вместе. Хорошая женщина. У нее сейчас непростой период в жизни. Я ее пригласила, чтобы поддержать. Вот она будет и ее сын Иван.

- И сколько ему? Мне придется играть в солдатиков с ним и менять памперс? Он еще в коляске?- сморщился сынок, не скрывая недовольной гримасы.

Я едва заметно усмехнулась. Сын уверен, что у меня настолько молодые подруги, чьи дети еще ходят в детский сад или катаются в колясках. Приятно, что я кажусь настолько молодой.

- Он школу в этом году окончил,- огорошила Игната, предположившего, что к нам явится детсадовец.- Поступает в университет имени Баумана. Обычный парень. Не заучка.

- Куда-куда?!- раздалось удивленное за моей спиной. Инна явилась и беспардонно сунула нос в разговор.- Что за фак…- заметив мой вмиг посуровевший взгляд, с невинной улыбкой исправилась:- …ультет. Я просто недоговорила.

Опять эти ее шуточки. Этим она так напоминает своего отца. Тот тоже всегда улыбался и шутил совершенно по-дурацки и не смешно. Тем не менее, покорил мое неискушенное сердце.

- Игнат, ты на мотоцикле успеешь раньше нас. Помоги бабушке и деду,- Повернулась к сыну, и за спиной тут же раздался грохот.

Я оглянулась на скачущую по всей прихожей на одной ноге Инну. Она пыталась стащить кроссовок и уже смахнула с тумбочки свои очки от солнца и рюкзак. Следующим полетит ее телефон. Я рванула вперед, спасая довольно дорогой девайс. У Игната точно такой же. Наши с дедом и бабушкой подарки обоим близнецам за успешное окончание школы.

- Инна, не прыгай!- едва успела подхватить опасно съехавший к краю серебристый смартфон.- Ты разгромишь прихожую! Сядь уже и сними обувь, как все нормальные люди.

- А она у нас ненормальная,- Игнат стоял в дверях, разглядывая вывалившиеся из рюкзака и разлетевшиеся по прихожей вещи. Я закатила глаза, парень завел привычную ежедневную перепалку с сестрой. Это надолго, если не осадить обоих.- Шпилька тощая!

- Сам такой, качок тупой!- не осталась в долгу Инна и показала брату язык.

- Мам, верни ее обратно в детский дом. Нам она не подходит,- поддел сестру Игнат.

- Это тебя перепутали в роддоме,- прищурилась Инна, взвешивая в руке кроссовок, намереваясь швырнуть в брата.- У нас в роду тупых нет.

Раньше я кипела, призывала их к миру, когда они сцеплялись. А теперь только морщусь. Привыкла. Близнецы – они, наверное, такие. Мои Близнецы, не Овны упрямые. Но лбами сталкиваются – искры летят.

- Инна!- я строго глянула на дочку, справившуюся с кроссовкой.- Игнат, прекратите!

- Он первый начал,- заныла дочка, собирая свое добро с пола.

- Ты же умная, чего тогда ведешься на подколы качка?- ухмыльнулся сын, глядя на листы, которые Инна пыталась безуспешно выдернуть из-под его лапы.

- Признал все-таки, что качок тупой,- победно хмыкнула Инна, выдергивая папку с документами и снова пряча в рюкзак.

- Успокойтесь! Есть объявление,- призвала детей к ответу.- Хорошо, что ты пришла. Что-то рановато сегодня,- сказала дочке, продефилировавшей мимо. Игнорируя меня, она наставила указательный палец на стоящего и ухмыляющегося брата и сделала вид, что убила.- У нас завтра будут гости… Инна?!- рявкнула, раздражаясь, когда дочка скрылась за дверьми ванной.

- Мам, я все слышала. Подруга Нина неопределенного возраста и ее сын – очкастый и прыщавый ботаник. Ты не сказала, на какой фак он идет,- снова выдала скабрезность выходящая из ванны дочь. Игнат гоготнул, но под моим суровым взглядом сразу же притих.- В смысле, он собирается поступать,- напомнила свой вопрос дочка, прокричав уже из-за двери своей комнаты.

- Не знаю. Но он сдавал математику и информатику… кажется,- не очень уверенно произнесла и раздраженно закончила:- Сама спросишь, если они все-таки приедут.

- Просто мечтаю узнать об этом,- выдала насмешливо Инна.

Из ее комнаты послышались звуки притворной тошноты. Я выдохнула, мысленно поинтересовавшись у провидения, за что мне такой ребенок в наказание.

Вспомнила, по какой причине пригласила Нину. Ее историю рассказать детям и могла бы – не стала. Не для ушей моих детей, да и не нужно, чтобы они судили о парне предвзято. Мало ли кто в молодости ошибается с выбором. Я вот хороший пример. Захочет, сам все расскажет.

***

Утром поднялась чуть свет, как обычно бывает, когда берешь выходной. И замучилась будить… Инну. С пробудкой у моих детей все наоборот. Игнат ранняя пташка, а дочка настоящая сова. Получив мои поздравления и поцелуй, Игнат уже убежал на улицу, на утреннюю пробежку, а Инна еще сражается со мной за подушку и одеяло.

- Инна, вставай! Ты совершеннолетняя уже, а ведешь себя как маленькая,- увещеваю ее.- Сейчас вернется Игнат, займет душ. И с тобой мы никуда не успеем. А нас люди ждут.

- Подождут,- эгоистично отмахивается Инна, продолжая окукливаться в одеяло.

Мне от одного вида зимнего одеяла, в которое она заворачивается в конце июня, жарко. Но ей, похоже, идеально.

Хлопает входная дверь. Это сын вернулся с пробежки и тут же закрылся в ванной. Я укоризненно глянула на постельную «гусеничку», и пошла в кухню к призывно зовущему чайнику. Механически резала бутерброды, жалея, что дети выросли, а утром по кухне дежурю я. К вечеру, если есть время, они помогают, готовят ужины, выполняя полученные от меня инструкции. Но утром я могу только мечтать о кофе, приготовленном чужими руками.

Шум воды стих, босые ноги сына прошлепали по ламинату.

- Инка, вставай! А то всех ништяковых парней разберут,- заглянул в комнату сестры Игнат.- Останутся одни убогие как ты. Попортишь нам генофонд.

- Брысь, нечисть! – В Игната полетела подушка.

Уже одетый в специальный костюм с защитой он держал в руках черный шлем. Сын зычно, совсем по-мужски, рассмеялся и легко поймал подушку одной рукой. Вернул мне и исчез за дверью.

- Ин, у Игната сейчас есть девушка?- осторожно поинтересовалась я, возвращая подушку на кровать.

- Есть,- дочка сидела, с сонным видом глядя перед собой.

- А сколько ей лет?- Присела на край кровати и перестала дышать, ожидая ответа.

- Ей уже все можно по-взрослому, если ты переживаешь об этом,- хмыкнула Инна, широко зевая.

- Сколько ей лет?- отчеканила я, внутренне закипая, что этот ребенок не может не паясничать, когда говорит.- Можешь ответить нормально!

Не надо было жалеть для нее ремня в детстве. Совсем от рук отбилась.

- Жанне девя-а-атнадцать или двадцать. Она уже на третьем курсе его спортивного,- преодолевая зевоту, ответила дочка.

- У них серьезно… отношения?

- У него со всеми серьезно до первого раза,- насмешливо фыркнула дочка, расчесывая мелированную спутанную шевелюру.

- Чего?- я вытаращилась на нее в недоумении.

«Со всеми»… И сколько этих «всех» у него было? Ему же только вчера было семнадцать. Он же еще несовершеннолетний.

- Мам, Жанка не первая и точно не последняя,- пожала плечами Инна, приглаживая торчащие вихры.- Он же дылда стоеросовая.- Уловив мой нехороший прищур, поправилась:- В смысле, парень видный. Девчонкам нравится… спортсменкам, на голову отбитым… в смысле, серьезно занимающимся спортом и фитоняшам всяким…

- Много их у него случилось, кроме Жанны!- удивилась я, не веря ей.

Что за несносный ребенок! Наверняка опять кривляется и подкалывает меня. А я, глупая, ведусь.

- Ма-а-ам,- простонала дочь,- ну что для тебя много? Он же мужик. Ты его видела? Он же не ботан, как этот твой Ванечка-дурачок, сын Нины. Он с пятнадцати…

- С пятнадцати!- ужаснулась я, прикрыв рот ладонью.- Не продолжай. Мне лучше не знать подробностей.- Я резко встала и пошла к выходу. Чувствовала я сейчас себя немногим лучше вчерашней Нины. В дверях оглянулась.- Надеюсь, жениться он не собирается?

- Зачем ему жениться? Ему и так даю…гм… в смысле женского внимания ему хватает,- на ходу поправилась дочь.- Пошли завтракать. Нам еще твоего ботана развлекать. И это мое совершеннолетие, бли-и-ин,- простонала она.- Не так я себе его представляла.

Как-то выпало у меня, что мой сын – это только для меня ребенок. Женщины в нем видят вполне взрослого мужчину. Я посмотрела вслед прошлепавшей босыми ногами мимо меня дочке. Стройная и худенькая, она казалась еще подростком. Мужчинам заглядываться пока не на что. Я тоже такой была до двадцати. Выдохнула с облегчением. За одного ребенка могу не волноваться.

- Мам, Игнат опять трогал мой гель. Что за кайф мужику пахнуть малиной и медом? Скажи ему, пусть не трогает больше.

Минут через десять посвежевшая и раскрасневшаяся, одетая в дорогу она появилась в дверях кухни.

- Поздравляю, доча, с совершеннолетием.- Я получила чмок в щеку и тяжкий выдох «я тебя тоже».

- Инна, а ты с мальчиками…- все же спросила дочку, одетую в обтянувший стройную фигурку костюм.

- Мам, не кипишуй,- отмахнулась Инна.- Я не Игнат, который местами мужик, местами орангутанг. Я человек разумный и жду того самого.

- Чего ждешь?- не поняла я, пребывая в шоке от всех этих откровений.- Какого самого?

- Самого-самого,- с серьезной миной проговорила она.- Голубоглазого блондина на белом «мерсе»… Принца, мама, принца…

Она захихикала и показала мне язык, устраиваясь за столом. Я переваривала свалившиеся мне на голову откровения, и веря, и не веря.

Я же хорошая мать, я все контролировала. А мой мальчик, давно не мальчик, оказывается.

Вспомнила его пятнадцатилетие, таким же жарким днем, проведенным всей семьей на Черном море. Нескладный, кудрявый с простодушным взглядом, точно большой щенок. Обгоревший в первый день на жарком южном солнце и морщившийся от боли, когда я обмазывала красные плечи и спину «Пантенолом».

Грустно выдохнула, глянула в зеркало на свое отражение, за все время впервые почувствовав себя изрядно пожившей теткой.

***

Глава 4

Нина

Уже утром, когда брат и приехавшая с ним племянница выпили кофе и ждали во дворе, Иван оттаял и даже среагировал на подъехавшую Люду с дочкой.

- И кто из них дети?- небрежно бросил он.

Я заметила заинтересованный взгляд, которым сын окинул длинноногую Инну, разглядывающую наш двор.

- Ее дочка Инна. Закончила в этом году школу. А сын…- замолчала, не зная, что сказать.

Иван поздоровался и даже что-то пожелал имениннице. Я облегченно выдохнула, ожидая худшего от него. Все же я расстроила его планы на выходные. Сама-то не жалела ни разу, но он мог и взбрыкнуть. Дожила, не знаю, что можно ожидать от собственного ребенка. Думала, что знаю его, но оказалось, что глубоко заблуждаюсь.

- А это сын…- треск подъехавшего мотоцикла, отвлекли Ивана от разглядывания сто раз виденного родного двора.

Парень снял шлем и провел рукой по взлохмаченной шевелюре. Он окинул нас любопытным взглядом и повернулся к подошедшей с вопросом сестре.

- Отличный у него зверь,- оценил сын мотоцикл Игната с легкой завистью.- Мощный.

- Не знала, что ты интересуешься мотоциклами,- пожала плечами, впервые услышав что-то о его интересах.

- Интересуюсь. И катаюсь довольно прилично. Только тебе не говорил. У нас же все равно на такой…- снова завистливый взгляд на байк,- нет денег. Мы же все еще выплачиваем долг бабули. А еще тебе хочется купить коттедж за городом.

Он говорил это без злости, словно давно смирился с этими фактами и принимал их как должное. Как их принимала я до этого момента.

- Долг мы выплачиваем на двоих с Витей. А коттедж… Квартира останется тебе, а у меня хронический ларингит из-за МКАДА под боком. Я тут долго не протяну.

- Я знаю. Я не в претензии,- Сын отвернулся, заставив меня задуматься, такой ли он на самом деле не спортивный и нелюдимый, или в том, что он так себя ведет, не в последнюю очередь виновата я.

***

Людмила

Глядя на сына Игната, я уже по-другому воспринимала ситуацию с учительницей, соблазнившей выпускника. Как помочь мальчишке, решившему жениться на такой? Как помочь его матери, переживающей за единственного ребенка, решившего сломать себе едва начавшуюся жизнь?

Протискиваясь вдоль шеренги иномарок, выстроившихся вдоль пешеходной дорожки, въехала в обычный столичный двор-коробку. Гул улицы стал тише, давая ушам отдых. Посреди двора яркая детская площадка, на которой, несмотря на ранний час, уже резвились дети. Вдоль цоколя домов редкий, невзрачный кустарник. Я озиралась, ища, где приткнуться.

Возле припаркованного внедорожника ждало четверо. Я сразу узнала Нину, одетую в свободные шорты и голубую футболку. Она махала на себя полями широкополой панамы и говорила с недовольно хмурящимся парнем. Блондин, скорее всего, сын и причина беспокойства подруги, первым привлек мое внимание. Окинула его оценивающим взглядом. Симпатичный, даже слишком. Девушки от таких легко теряют голову. Он был одет в белую футболку и голубые джинсы. Со скучающим видом обводил двор взглядом, щурясь от солнца. Даже не пытался скрыть недовольство ранним подъемом и предстоящей поездкой.

Мужчина постарше с озабоченным видом разглядывал колесо внедорожника. Светлые волосы коротко стрижены, от широкоплечей фигуры веяло мощью и силой.

Стройная русоволосая девушка сидела на переднем сидении, уткнувшись в телефон, отгородившись от мира наушниками и большим девайсом. Мелькнула мысль, что это та самая учительница, но я тут же ее отмела. Девушка тянула на шестнадцать-семнадцать лет. Светлыми волосами и правильными чертами лица напоминала скучающего блондина. Скорее всего, была всем троим родней.

Рослая фигура мужчины, топчущегося возле машины, притягивала внимание. Уверяла себя, что зацепилась за него оценивающим взглядом из чисто эстетических соображений. Он достал телефон, небрежно оперся на машину, отвечая на звонок.

Скорее всего, тот самый брат Виктор, о котором упоминала Нина.

Он был одет в светлые джинсы и майку, оттенявшие загар. Плечи и руки бугрились мускулами. Видно, что ухаживает за собой и поддерживает тело в хорошей форме. Он все еще говорил по телефону, стоя ко мне спиной.

Машины въезжали и выезжали, наше появление осталось незамеченным семейством Климовых. Инна, проследив за моим взглядом, сориентировалась сразу.

- Ничеси, ботаник! А где прыщи и очочки?- восхищенно выдохнула дочка, до того дремавшая сзади, протиснувшись между креслами едва ли не на половину.- Красавчик какой! А это кто с ним? Ты говорила про двоих. А тут целый сейшн.

- Инна, давай ты вспомнишь, как я тебя воспитывала. И выдашь из этого хоть что-нибудь. Договорились?- раздраженно огрызнулась я.

В тесноте двора припарковаться удалось кое-как. Да еще на меня бросил презрительный взгляд, проходивший мимо мужчина.

- Ладно-ладно,- примирительно проговорила моя дочка, поднимая вверх ладошки.- Это я от восхищения. Не, ну конфетка же… А это точно тот заучка, что в Бауманку собрался?

Глянув на нее строго, сдержалась от дальнейших комментариев, вырулила из шеренги и подъехала ближе к ожидающим. Нацепила дружелюбную улыбку и вышла. Три пары глаз уставились на меня. Нина радостно-смущенно. Ее предполагаемый брат, спрятав телефон, с удивлением и заинтересованностью. И молодой блондин с полным равнодушием. Девушка, верная себе, продолжала пялиться в телефон. Увлеклась просмотром и ничего кроме экрана не видела.

- Людочка, привет,- засмущалась Нина, обнимая меня. Она смотрела виновато.- А нас тут вот… Это Люда, моя подруга,- представила всем меня. Нет, не всем… Девушка так и не подняла головы.- Люда, это Иван, мой сын…- равнодушный взгляд светлых глаз Ивана скользнул по мне, задержался чуть дольше на чем-то за моей спиной и уплыл в сторону.- Это мой брат Виктор…- хитроватый прищур прошелся по фигуре и замер на лице,- и его дочь Милена.- Услышав свое имя, нарочито громко произнесенное Ниной, девушка подняла руку и помахала ладошкой, не отрываясь от телефона. Заметив мой взгляд, Нина добавила:- Не пугайся, Люд. Мы не всей толпой. Виктор только отвезет нас.

Виктор кивнул, подтверждая слова сестры. Я смутилась, нервно поправила выбившуюся из-за уха прядку волос. Неприятно, что меня выставили какой-то жадиной. Мы же русские люди и гостеприимство - наше все.

- Места и угощения всем хватит. Мне очень приятно познакомиться. Виктор, Милена, захотите присоединиться к празднику, будем только рады.- Обвела всех взглядом. У Ивана потрясающая улыбка. Интересно, что его рассмешило: моя машина или моя дочь? Его сестрица в другом измерении и нас слышит урывками, только через позывные своего имени. А Виктор… Иван будет похож на дядю лет через двадцать. Повезло с генами. Встретилась взглядом с братом Нины. – Познакомитесь, это моя дочь, Инна.

Дочурка просияла, стрельнув взглядом на Ивана, скользнувшего по ней быстрым взглядом и флегматично кивнувшего на ее улыбку. Инна закусила губу, обижаясь, что не произвела впечатления на симпатичного парня.

И не могла произвести, он же влюблен. Для него сейчас не существует других женщин. Но я не могу ее предупредить, чтоб не надеялась. Это же не моя тайна. Да и она не из влюбчивых.

- Именинница,- улыбнулась Нина и радушно обняла Инну.- Поздравляю с совершеннолетием.

- Присоединяюсь к поздравлению,- Виктор пожал дочке руку.

И моя дочь-зубоскалка, уже года три как отбивающаяся от телячьих нежностей, покраснела, заулыбалась смущенно и пробормотала что-то вежливое вблагодарность.

Милена оторвалась от экрана, рассеянно улыбнулась и кивнула, мало понимая, что происходит. Иван недовольно буркнул что-то вроде «Будь здорова - не кашляй!», задержав на Инне взгляд. Отчего дочка вновь расцвела смущенной улыбкой.

Мне оставалось только удивляться переменам.

Неужели рядом стоящий смазливый блондин моментально отключил подколы, насмешки и выверты доченьки!

В это тяжело было поверить, но Инна вела себя как примерная ученица английского колледжа из семьи потомственных аристократов. Вежливо улыбалась на поздравления, вставляла к месту дежурные фразы, опускала взгляд и смущенно краснела. Я только диву давалась, не веря своим глазам.

- Если все готовы, утюги выключены, тогда едем.- Я вновь поймала на себе заинтересованный взгляд Виктора.

- Люда, можно вас так называть? Вы конечный пункт поездки назовите. Загружу в навигатор,- попросил он, усаживаясь за руль своего авто.- Так будет лучше, чем дышать вам в спину, плетясь в хвосте.

Любишь быть первым и главным. Твой зверь «Прадо» обязывает.

Я диктовала адрес бывшего дачного товарищества. Нина быстро набирала сообщение в телефоне. Дочка сверлила недовольным взглядом Ивана, взирающего с легким недовольством на все происходящее. Мимо проходили люди, разглядывая наше сборище. Мне хотелось поскорее убраться со двора, пока на нас не начали пялиться в окна.

Неожиданно раздался знакомый звук двигателя мотоцикла. Молодой парень в черном защитном костюме на таком же черном мотоцикле целенаправленно катил к нам. Все блондинистое семейство повернулось в сторону подъехавшего Игната. Даже Милена подняла голову и дала оценить свои внешние данные. Правильные черты лица, ни грамма косметики. Красотка. Счастливый ребенок, взявший от папы и мамы лучшее.

- Всем доброе утро,- белозубо улыбнулся Игнат, снимая шлем.- Еле нашел вас в этих закоулках. Хорошо, что всех застал на месте. Я предупредить. Авария случилась. Какие-то дурни на выезде с трассы влетели в трактор. К нашей даче дорогу перекрыли, и придется ехать в объезд.

Все молча внимали Игнату, и я поняла, что время познакомиться.

- Это Игнат, мой сын,- представила всем парня. Иван стер с лица безразличие, с неприкрытым восхищением и легкой завистью разглядывал спортивный байк. Милена вытащила один наушник и слушала, уставившись на Игната. Виктор, заметив реакцию дочки, хмурился.- Игнат, это моя подруга Нина и ее семья: брат Виктор, сын Иван и племянница Милена.

- Очень приятно,- ответил сын, чуть дольше обычного разглядывая девушку.

- Ну все, заценил красотку и теперь выпендриваться начнет,- негромко, чтобы не слышали новые знакомые, фыркнула Инна.

Я промолчала, решив не развивать тему. Инна злилась и срывала злость обычным для себя способом, зубоскаля про брата.

- Раз все в сборе, можем ехать,- Игнат надел шлем и завел двигатель, зарычавший на весь двор, привлекая к себе внимание.

Люда с семейством заняли места в просторном салоне. Я уселась и завела двигатель. Рядом плюхнулась Инна, разглядывая через стекло выруливающий со стоянки внедорожник. В окне мелькнул мужественный профиль Виктора. Увидев, что я смотрю на него, мужчина подмигнул.

Я отвела взгляд и поджала губы, пристраиваясь следом за ним. Не любила знаки внимания от несвободных мужчин. Кольца у Виктора не было, но выглядел он ухоженно. Наверняка у него кто-то есть, а он заигрывает с незнакомой женщиной. Флирт с занятым мужиком мне самооценку не поднимал. Очень уж это напоминало бывшего Артура, не пропускавшего ни одной юбки.

- У Жанки нарисовалась конкурентка,- проговорила уверенно Инна.- Миленка сто пудов на него запала. Конешн, такой кун подкатил. Я бы и сама запала, не будь он моим братом. Они нашли друг друга.

Дочка, кривляясь, смахнула несуществующую слезу с ресницы.

- Глупости говоришь. Какое «запала». Ей нет восемнадцати,- тихо прошипела я.- И прекрати выражаться на птичьем языке. Говори по-русски.

- Ма-а-ам, не начинай. От твоих слов нафталином тянет,- Инна возвела очи горе.- Ты же не такая старая, чтобы морали читать.

- Хорошо, хоть ты знаешь, что такое нафталин. Не все мозги остались в Тик-Токе,- съязвила я, обиженная ее замечанием.

- Я не сижу в Тик-Токе. Я в Бауманку поступаю, между прочим,- вдруг заявила она. Дочка нашла мою сумку на заднем сидении, вытащила зеркальце, придирчиво разглядывая свое отражение.- Я у тебя тут пошуршу немного?- Она сделала умоляющее лицо, покосившись на мою довольно дорогую косметику.

До того, она интересовалась косметикой лишь несколько раз, делая профессиональный майкап для выпускного и на официальные торжества. Красила пару раз волосы в пепельно-розовый и черный. Грозила сделать пирсинг… срам сказать, в каком месте. Но, к счастью, ограничилась крохотным тату кошки. Меня чуть удар не хватил от этих ее вывертов, но на успеваемости ее пирсинг и тату не отражались, и я помалкивала, понимая, что двух идеальных детей не было даже у Евы. Значит, и мне грех жаловаться.

- Пошурши, но чтобы все осталось в целости-сохранности,- предупредила ее, с удивлением покосившись в ее сторону.- И какой факультет выбрала?

- Информационные технологии,- стараясь казаться безразличной, дочка покосилась медленно выруливающий на проспект перед нами внедорожник.- Перспективы хорошие и вообще…- неопределенно произнесла она, открывая палетки с тенями.

Я не стала комментировать ее выбор, понимая, откуда ветер дует. Мне все равно, что белобрысая причина такого выбора, едущая в машине впереди нас, вызвала этот ветер, если этот ветер надул-таки дочурке что-то стоящее в голову.

***

Июньский день, робко целующий прохладным ветерком, набирал силу. В окна тянет ароматом цветущих лугов. Раскаленный добела шар солнца обещает новый день, полный знойной неги. Весь небосвод на западе затянут жемчужно-прозрачной пылью перистых облаков, предвестников близких дождей. Из лесополос тонко и медвяно пахнет липовым цветом. По разливной, бескрайней шири засеянных полей ветер катит серебристые волны. Нежно синеют васильки, разбросанные островками по безбрежному морю наливающихся колосьев.

Мы спокойно катили по трассе, вырвавшись из пробки на въезде в город. Игнат сопровождал нас до МКАДА и по нему. Съехав на Киевское шоссе, добавив газа, умчал вперед. Внедорожник Климовых неспешно катил перед нами. Я спокойно пристроилась в хвост, держа дистанцию. Я объяснила Виктору, как добраться по окружной дороге до нашей дачи. Не заблудится. Виктор внимательно слушал меня, доброжелательно отнесся к Инне, но бросал недовольные взгляды на вежливого Игната. Мои дети показали себя воспитанными, в отличие от Ивана и его кузины Милены. Однако же недовольны гости именно моими детьми.

Должна признаться, дочка оказалась права, Милена впервые на моей памяти спрятала телефон, выглянула в окно, разглядывая дорогу и мотоциклиста, лихо перестраивающегося из ряда в ряд впереди. Ветер трепал светлую шевелюру. Наушники сиротливо болтались на груди. Я почувствовала легкий укол ревности, но шикнула на себя.

Может и Виктор так реагирует на Игната, ревнуя дочку?

- Мам, ну как я?- Инна повернулась, демонстрируя «боевой» вечерний раскрас.

Яркова-то как для дня, но лучше одобрить. Сегодня ее день. Инна явно старается привлечь внимание Ивана. А я даже предупредить ее не могу, что все усилия бесполезны. Парень влюблен, и в том возрасте, когда все кажется очень серьезным и навсегда.

- Тебе идет,- оценила я непривычное сочетание теней на веках.

- Слу-у-ушай, а этот Иван, он…- она замялась, подбирая слова специально для меня. Учла мое замечание про птичий язык,- ну-у… он традиционный? Ну, ты понимаешь? Ему девушки нравятся?

- Что? Ты это о чем?- сначала не поняла, а потом не поверила своим ушам.

Отвлеклась, и автомобиль вильнул в сторону, съехав на обочину. Я тут же выровнялась. Сзади просигналили, выражая свое мнение о моей манере езды.

- Ма-ам, так да или нет?- Дочка щурила густо подведенные глаза, ожидая ответа.

На мне бы это смотрелось ужасно, а ей шло. Она умело подчеркнула глаза, сделав на них акцент. И когда научилась?

- Он обычный парень,- успокоила ее.- А с чего такие странные вопросы?

- Ничего не странные. Меня он в упор не видит, а на Игната та-а-ак смотрел,- поделилась своим впечатлениями дочь.

М-да… Вот что значит игнорировать и этим задеть женское самолюбие. Инна постаралась придумать причину. Вот оно, просвещение. Теперь она из принципа постарается обратить на себя его внимание. Надеюсь, до драки не дойдет.

- Он смотрел не на него, а на мотоцикл,- пояснила я, реабилитируя парня в глазах дочки.

- Ясно. Значит, я не в его вкусе. Что ж, вкус у него плохой… Значит, будем улучшать,- задумчиво произнесла Инна.- Ма, ты пуш-ап взяла?

Я сначала не поняла, о чем речь. Потом поняла и хрюкнула от смеха.

- Нет, я же на дачу еду. Кого мне там соблазнять? Тебе это зачем?

- Ты не думай, это не из-за Ивана.- Нехорошо прищурившись, Инна сверлила взглядом внедорожник, едущий впереди.- Он меня бесит. Весь такой… как его дядя. Корчат из себя… Мы с Игнатом этому Виктору сразу не понравились. Особенно Игнат. Зачем ты их пригласила?

- Я пригласила Нину с сыном. Брат ее только подвезет,- оправдывалась я.- Но если захочет остаться… Мы же всегда рады гостям,- неуверенно произнесла я, понимая, что праздник у детей, а я вроде как злоупотребляю.

- Тебе понравился Виктор,- сделала свой вывод дочка. Она сложила руки на груди.- Не отрицай. Ты ему тоже. Он так смотрел, чуть не окосел… Ты все еще пользуешься успехом у противоположного пола, мамочка.

Инна произнесла это с долей зависти и немного обвинительно. Словно я была виновата, что Иван не смотрел в ее сторону.

Машина, едущая впереди, заморгала поворотником, съезжая на заправку. Мне пришлось повторить маневр. Глянув на зеленую эмблему подсолнуха, проехала дальше. Притормозив у выезда, осталась ждать Виктора.

Он вышел из машины, бросил пару слов заправщику и пошел платить. Смотрела ему вслед, любуясь его уверенным, неторопливым шагом.

- И зачем покупать таких монстров, что приходится каждые три километра заправляться? Ждать их теперь. Только задерживают,- бурчала вредной старухой дочка.- Ну вот, теперь все пройтись вышли. Мы так до вечера не доберемся до дачи.

Она посмотрела вслед Ивану, скрывшемуся за дверьми магазинчика, и недовольно передернула плечами.

У Инны резко и без причины испортилось настроение, и она брюзжала. Вполне нормальное явление на день рождения. Особенно на совершеннолетие. Раньше ты считался ребенком, и от тебя особо ничего не ждали. А теперь резко повзрослел и спрос другой. К такому еще привыкнуть надо.

- Не плачь Алиса… Ты стала взрослой… Праздник наступил и тебе уже шестнадцать лет…- пропела я дочке, пытаясь поднять настроение.

Когда-то помогало. Она сразу начинала подпевать, забывая про свои горести и капризы. Эх, где это время золотое…

- Мне восемнадцать,- сварливо проговорила именинница.

- Хочешь размяться, в туалет, воды?- спросила у дочки, решив не обращать внимания.- Виктор специально остановился.

- Нет, спасибо. Я уж потерплю, а то мы никогда не уедем отсюда,- продолжала гнуть свое дочурка.

Был бы рядом Игнат, придумал бы, как растормошить буку, переключить ее на что-то другое. Но я не Игнат, и слушаю ее недовольное бормотание всю дорогу.

Несмотря на прогнозы Инны, что «монстрила» выжрет весь бензин со всех заправок, пока мы доберемся, через час с небольшим мы объездным путем выехали к воротам нашей дачи.

С нашего двора уже доносилась музыка, и вкусно тянуло шашлыком. В приоткрытые ворота видно, как отец колдует над мангалом, а мама нарезает салат. Большой обеденный стол вынесли во двор. На миг замираю, любуясь привычной глазу картиной. Сидевший рядом с дедом Игнат, услышав звуки двигателей подъехавших машин, спешит навстречу.

- Иван, Виктор, помогите открыть ворота. Машины лучше загнать внутрь,- попросила о помощи, глядя, как Инна безуспешно воюет с тяжелой обшитой металлом створкой ворот.

- Настаиваете, чтобы мы остались?- Виктор и Нина подошли ко мне. Виктор немного озадачен переменами в планах на сегодня.- Неудобно как-то. Мы с Миленой без подарка.

- Настаиваю,- смущаюсь под его пристальным взглядом.- Поможете папе с шашлыками.

Нина улыбается, благодарит взглядом. А что мне остается. Я же гостеприимная хозяйка, и Виктор мне нравится. Дочь права, он симпатичный. Главное не ломается, позволяя себя упрашивать.

- Много у вас места,- удивляется мужчина, окидывая хозяйским взглядом площадь участка, скрытого разросшимися фруктовыми деревьями.

Он прав. Отец выкупил права на соседние участки и объединил. Давно, еще во время службы в армии в Крыму влюбился, но не в море, как многие, а в сады из персиков и абрикос. С тех пор всегда мечтал о собственном саде. Даже теплолюбивые гранаты пытался сажать. Теперь сад разросся. Родители не знали, куда девать урожаи. Благо мои детишки обожали фрукты во всех видах. Утопающий в плодовых деревьях небольшой одноэтажный домик на такой площади смотрится совсем крохотным.

- Дай-ка лучше я.- Иван отстраняет Инну, и сам открывает тяжелую створу ворот.

Дочка смущенно краснеет, приняв вежливый жест парня на свой счет. Только бы не влюбилась в этого красавца. Узнает правду о его романе и не известно, чем все это закончится. А ей сейчас об учебе думать надо.

- Проходите, я вас с родителями познакомлю,- я приглашаю Виктора и Нину во двор.- Инна, загони мою машину под виноград.

Я бросаю дочке ключи, которые она ловко ловит. Но вредина не торопится исполнить просьбу, увлеченно рассказывая что-то Ивану. Виктор возвращается, чтобы загнать свое авто во двор. Ему, перегородившему улицу, уже сигналят дачники. Я улыбаюсь, глядя на разрумянившуюся, довольную маму, поправляющую прическу. Она всегда рада гостям. Всегда готовит больше, чем можем съесть. Но все очень вкусно. У нее талант договариваться с продуктами, особенно тестом. Но мне он, увы, не передался.

Предупрежденная Игнатом о гостях мама вышла навстречу. Следом появился отец. Он пристально всматривался в Виктора.

Нужно скорее их познакомить, пока папа не сделал неправильных выводов. Он, а не мама, мечтает выдать меня замуж все эти двадцать лет. А я упорно сопротивляюсь всем навязанным женихам.

- Пап, мам, добрый день.- Обнимаю и целую по очереди родителей.- Познакомьтесь, это мои друзья. Нина… Ее брат Виктор… Их дети: Милена и Иван.

Глядя только на Нину, представляю своих. Щеки у меня горят. Я грешу на припекающее солнце. Не от взглядов же Климова старшего краснею. Чай, не девочка уже.

- Очень приятно. Всегда рады гостям.

Мама с интересом смотрит на Климовых. Оценивает. Когда-то она работала заведующей клубом, работа предполагает постоянное общение и умение разбираться в людях. И сейчас сходится с новыми людьми легко. Даже с молодежью.

Я оглядываюсь в поисках детей. Позабыв о телефоне, Милена что-то рассказывает Игнату, со скепсисом наблюдающему перепалку Инны и Ивана. Дочка пытается въехать во двор, но машина глохнет. Еще бы… Иван стоит рядом, посмеивается и дает ценные указания. Раскрасневшаяся от досады близняшка злится, пыхтит ежиком, но сдерживается от резких слов. Я не вмешиваюсь. Пусть сама справляется. За красивым фасадом всегда живой человек с достоинствами и недостатками. Пусть привыкает к реальности.

- Очень рады вам. Добро пожаловать. Дети подойдут позже,- оценив ситуацию, решает мой отец.- Давайте все к столу. Все готово. Стынет.

- Руки можно помыть в доме,- суетиться мама, провожая Нину.

Переживает, когда появляются новые люди. Радушная хозяйка она всегда старается всех сытнее накормить. Очень смущается, когда хвалят ее кулинарный талант. Считает, что хорошо готовить для женщины – это норма. Игнат и Инна, на ее взгляд, недокормленные, а я вообще былинка, что на ветру качается и вот-вот переломится пополам.

Через каких-то полчаса, когда мою машину припарковали, и все расселись, свободно потекли разговоры, точно все знали друг друга сто лет, часто прерываемые тостами за именинников, дружбу, удачу и новые знакомства. Фоном играла негромкая музыка. Виктор и отец говорили о перспективах жизни в деревне. Из слов Виктора я поняла, что он покупает участок под строительство дома. Мама и Нина говорили о невиданном в этом году урожае яблок, а в лесу грибов. Тут же мама рассказала о рецепте своего фирменного джема из яблок и крыжовника. И не поленилась принести баночку на пробу. А потом и презентовать парочку вежливой гостье.

***

За разговорами, шутками и смехом не заметно подкрался вечер. Солнце село, на востоке неба появилась серо-лиловая кайма со слабо-пурпуровым краем — первая тень надвигающейся ночи. Золотисто-алый заход бледнел, полоса на востоке темнела, медленно растекалась, съедая бледные краски вечера. На быстро темнеющем небе мигали первые звезды. Прохладные сумерки размывали абрисы, голоса за столом звучали тише и ленивее. Ночь накидывала на уставшую землю безмолвный полог. Потянуло влажной прохладою. В домах соседей гасли огни. Истомленное дневным зноем, все вокруг сладко засыпало.

Я потерла озябшие плечи, подумывая, не сходить ли за кардиганом. Игнат включил фонари, осветившие приличную территорию родительской дачи. Я любовалась на идиллию из открытых окон кухни, где насыпала еще салата, понравившегося Виктору. Часто ловила на себе его взгляд. Довольный, осоловелый от угощения и разговоров. Я заметила, что он не пил спиртного, только сок. Сейчас мне было не до переглядываний с ним.

Как наседка, зорко следила за молодежью. Иван часто вставал из-за стола и выходил прямо посреди разговора, сопровождаемый обиженными взглядами Инны. Скорее всего, звонил своей даме сердца. Возвращался после все мрачнее. Я боялась, что парень напьется и станет непредсказуем, но он только пригубил пару раз. И если вначале поддерживал разговор с Игнатом и Инной, то спустя время замкнулся. Немного захмелевшая Милена перетянула внимание Игната на себя. Инна с недоумением и обидой ковыряла несчастный кусок праздничного торта на тарелке, гадая о странном поведении парня.

Прихватив салатницу, появилась на крыльце. Втянула ночной прохладный воздух, пахнущий мамиными петуниями. Небо обсыпало мерцающей россыпью звезд. Тишина наполнилась песнями ночных цикад. В отдалении слышался лай пса. Вокруг фонарей вилась мошкарня.

- Давайте прогуляемся к речке,- предложила Инна, глядя на окончательно приунывшего гостя, пытающегося сломать пальцами мельхиоровую вилку мамы.- Там сейчас красиво и нет никого. Можно искупаться, если не трусите.

- Это кто тут трус,- подал голос Игнат, готовый ввязаться в перепалку с сестрой.

- А пойдемте,- согласилась Милена, быстро поднялась и потянула Игната за собой.- Иван,- окликнула, ничего не слышавшего, погруженного в себя парня.- Ты с нами?

- Да, пожалуй,- встрепенулся тот, поднимаясь следом за всеми.- Вы идите. Я скоро догоню.

Он поднялся и снова исчез в темноте. Не знаю, куда его понесло на этот раз. Две пары озабоченных взглядов проводили парня. Нина и Инна. Одна с тревогой, другая с недоумением и легкой обидой. Я присела за стол и подвинула угощение гостю.

- Только не долго, дочь,- предупредил Виктор, глядя почему-то на меня.- Нам еще в обратный путь сегодня.

Предложить переночевать я не могла. Небольшая дачка не была рассчитана на такое количество гостей. Строилась еще при дефиците строительных материалов. Как-то не учли тогда, что две карапузов, лежащих в коляске, скоро станут взрослыми. Мы сами едва размещались в трех маленьких комнатах.

- Хорошо,- кивнула девушка, вряд ли разобрав, что говорит отец.

Игнат, позабыв про Жанну, увлеченно рассказывал что-то Милене. Девушка смеялась. Инна невесело улыбалась за компанию, оглядываясь и ища глазами Ивана.

Может все-таки сказать ей про Ивана, чтобы зря себя не накручивала? И дался он ей! Не знала, что дочке нравятся загадочные и мрачные блондины. Или это еще один ее каприз?

Шумная молодежь исчезла за воротами. Нина поднялась помочь маме убрать посуду со стола. К отцу заглянул сосед, и он, извинившись, отошел поговорить. Мы с Виктором остались вдвоем. Я хотела помочь Нине с мытьем посуды, но не дело оставлять гостя одного.

Не сговариваясь, мы вместе поднялись и пошли к воротам. Почти в конце темной улицы, подсвеченной светом из соседских дворов, метались синие светлячки огней – фонарики смартфонов ушедшей недавно троицы.

- Спасибо, Люда, душевно посидели. Не помню, когда так было в последний раз,- улыбнулся Виктор, остановившись совсем близко от меня. Так, что я уловила запах его одеколона.- Хорошо у вас тут: тихо и спокойно. Точно в детство вернулся. Родители у вас замечательные.

- Да, с родителями мне повезло,- согласилась я.- Отец вас уже пригласил на рыбалку? Он здесь все рыбные места знает. А передать секреты некому. Игнат - не рыболов.

- Пригласил,- Виктор шумно выдохнул.- Мне можно принять приглашение?

- Вы у меня спрашиваете?! Вас пригласили – вам решать. Я тут ни с какой стороны.

- Может у вас отношения с кем-то, а тут я…- не договорил он.

Честно говоря, я не понимала к чему он. Как его рыбалка с отцом может повредить моим отношениям с кем-то, даже если бы они были.

- А что вы?- решила уточнить.

- Мешаюсь,- закончил свою мысль.- Не люблю быть лишним.

Никто не любит, но мало кого сейчас такая мелочь волнует.

- Сами-то чего хотите?- спросила прямо, как есть.

Поздравила себя с умением флиртовать на уровне слона в посудной лавке. Эх, не мое это мужиков завлекать.

- Я?- хмыкнул он.- Я надеюсь поймать рыбку поинтереснее, чем обещанные вашим отцом щуки.- Золотую рыбку, что исполнит мое заветное желание.

Он стоял совсем близко. Я чувствовала его дыхание на своей щеке.

Да он флиртует! Это же намек на отношения! Ох, ты ж, я попала…

- Золотых рыбок, исполняющих желания, тут не водится,- осадила его.- Караси, пескари, прочая пузатая мелочь. Только время потеряете даром.

- Как знать…

Виктор не успел закончить, когда рев двигателя разорвал тишину. Нас ослепил свет галогеновых фар иномарки. Мужчина инстинктивно задвинул меня к себе за спину, выступая защитой.

Громко хлопнула дверца. Торопливая поступь пары ног прогрохотала по гравию. В глаза бил свет фар, ослепляя. Как я не щурилась, не получалось разглядеть гостя. С раздражением подумала о бесцеремонности вечернего визитера.

Фары мог бы выключить. Света тут достаточно.

- Климов?- нелюбезно рявкнул высокий мужчина, подступая к Виктору и оглядывая с ног до головы.

Лет тридцати, сухопарый блондин, он не уступал Виктору в росте, но явно проигрывал в размахе плеч и силе.

- С кем…- начал Виктор, но не успел закончить, как пошатнулся от удара в скулу.

- Это тебе за Людку…- прохрипел мужчина, горло которого перехватили железные пальцы моего гостя.

Людку?! Какую Людку?! Меня?! Я знать тебя не знаю!

- Кто он?- бросил через плечо вопрос Виктор, выставляя блок и ловко уворачиваясь от кулаков нападающего неадеквата.

- Впервые вижу,- испуганно и растерянно выдохнула я, уверенная, что раньше никогда с ним не встречалась.

Меня парализовало от страха. Такая вот дурацкая реакция на опасность. Надо бежать или защищаться, а я стою как вкопанная и хлопаю ресницами. Ноги точно приросли к земле. Расширившимися от ужаса глазами разглядывала сцепившихся в драке мужчин. Первой отреагировала Нина. Она оттолкнула меня с дороги и бросилась разнимать дерущихся мужиков:

- Витя! Витя перестань! Ты его убьешь!- верещала она, повиснув на незнакомом мужике, потерявшем человеческое лицо от ярости.

Не могла поверить, что защищает она напавшего, а не брата. Мозг испуганно кричал, требуя что-то делать, но я все так же пялилась на топчущуюся на пятачке у ворот троицу. До меня доносилось рваное, тяжелое дыхание сцепившихся, мат и треск рвущейся одежды. Напавший незнакомец неудачно махнул рукой, на которой висела Нина. Женщина охнула, нелепо взмахнула руками и начала заваливаться назад.

- Мама, не лезь!- Мимо меня пронесся Иван и подхватил мать у самой земли, не дав упасть.

За моей спиной раздался грохот разбившейся посуды. Охая и причитая, к нам спешила моя мама.

- Ваня, Ваня, сынок, уйди отсюда,- прохрипела Нина, отталкивая сына.- Иди в дом, он совсем неадекватный. Он тебя убьет.

- Ваня! Где он?- рявкнул нападавший, из разбитой губы которого текла кровь. Он отпустил Виктора, увернулся от удара и повернулся всем корпусом к стоящему рядом подростку, обнимающему растрепанную, заплаканную Нину. Вглядываясь в освещенную фарами стройную фигуру парня, недоверчиво протянул:- Ты! Это ты Иван… Климов?

- Ваня, иди в дом!- снова крикнула Нина, прикрывая руками Ивана.- Это он, Ваня! Иди же! Я полицию вызову.

Мужчина сверлил глазами парнишку, не замечая никого больше. На начавшем опухать лице отразилось крайнее недоумение, сменившее ярость. Он, не поворачивая головы, кинул вопрос Виктору:

- Тебя как зовут, мужик?

- Витя, не говори ему ничего,- запричитала Нина, худеньким телом загораживая высокого сына.- Люд, ну чего ты застыла как неживая? Вызови полицию. Он всех нас поубивает! Люд, не спи!

Я чувствовала, как телефон оттягивает карман, но ставшие свинцово тяжелыми руки не шевелились. Когда совладала с ними, оказалось в кармане связка ключей, а телефон остался в доме на столе. Надо бы сходить, но ватные ноги не шли. Я боялась сделать шаг и потерять равновесие, зная, что меня некому подхватить.

- Это ты тот Иван, что с моей Людкой?- все еще не веря глазам, спросил незнакомец.- Ты-ы?! Сопляк же совсем… мать его…

Он сплюнул сквозь зубы. Оттер сочащуюся из рассеченной брови кровь.

- Сына, не говори ему ничего. Видишь, он совсем неадекватный. Иди в дом и полицию вызови,- залепетала подруга.- Иди, иди… Мы с Витей тут сами разберемся.

Я перевела взгляд на потрепанного гостя. Виктор зажимал пальцами разбитый нос, запрокинув назад голову.

«Надо принести ему лед»,- подумала я и осталась на месте.

- Мам, перестань!- разозлился Иван.- Я сам способен ответить за себя.