Буря Теней

* * *

— Бегите в портал! — раздался крик Фиамы. В пространстве недалеко от костра возник прямоугольник дверного проёма, ведущий в тёмный лес.

Дочь впихнула в пространственное искажение Рета. Шанна двинулась к порталу, но не могла оставить всех здесь. Она капитан! Капитан покидает тонущий корабль последним или умирает вместе с ним.

Члены команды помогали друг другу, демон бушевал. Его отвлёк на себя дракон, мощными взмахами длинных крыльев создавая ветер неописуемой силы, с которым не мог бороться даже слуга Сатаны.

Вердишу демон оторвал руку. Шанна не была уверена, что ящер сможет отрастить себе новую. Насколько она знала, этот трюк срабатывал только с хвостом. Эстариол схватил лизарса и потащил к порталу. Шанне не оставалось ничего другого, как подгонять ребят.

Фиама стояла ближе всех к пространственной двери, но не торопилась заходить. Почему? Бестолочь! Спасайся сама, а мы выкрутимся. Беги же в портал, доча!

Демон пропал. Шанна упустила момент, когда дракон сдул его, отправив в нокаут. Ракеш с Киви выглядывали из двери между двух разных мест — берегом с костром и тёмным, погружённым в ночь, лесом.

Фиама так и стояла, тогда Шанна бросилась к ней. Краем глаза капитан видела, что Эстариол почти дотащил Вердиша до пространственной двери.

— Нет, мам, беги. Я должна войти последней! — крикнула дочь. На миг Шанну оглушило. Дракон излил на демона чудовищную лавину леденящего дыма. Но лёд лишь на мгновение затормозил демона.

Да что же это! В отчаянии думала Шанна.

Демон рванул прямо к ней. Ашура очертя голову бросилась к порталу. Она почувствовала волну, ударившую в спину, и в мгновение ока оказалась в тёмном мрачном лесу, по ту сторону прямоугольного искажения пространства, созданного дочерью.

Последнее, что капитан услышала, это яростный рёв демона, а затем лицо её ударилось в широкую грудь Ракеша. Дракон стрелой взмыл в воздух, сделал круг и бросился обратно, но портал исчез.

— ФИАМА! — заорала Шанна во всю мощь лёгких.

Её дочь, младшая доченька, осталась там! Наедине с демоном! Она же умрёт! Зачем она спасала всех ценой своей жизни?! Глупая, да пусть бы все погибли, но не она.

Ракеш схватил Шанну, бросившуюся наугад через лес, к дочери, спасать её.

— Пусти меня! Я должна… — вырывалась ашура.

— Капитан! Прошу вас не надо, — крепко держал её в руках ракшасса.

— Пусти меня! Отпусти. Она там одна. Пропадёт. Я спасу её.

— Капитан, — взмолился Ракеш.

— С ней Страхорожа, — напомнил Эстариол.

— Да что может этот безродный пёс! Он слабак! Пустите меня! — орала и вырывалась Шанна. Глаза её полнились безумием и слезами.

— Капитан, мы не знаем где мы и где они, — напомнил Киви и сжался, ожидая нового всплеска гнева ашуры.

— Дракон! Ты!

Дракон сделал ещё один круг, приземлился и сложил крылья. Он опустил голову и отводил глаза, словно понимая, что говорили пираты.

— Зачем ты втолкнул меня в портал?! Кто тебя просил?! Неси меня к дочери! Мы должны спасти её!

— Что если, — начал Рет, но замолчал. Недосказанные слова «уже некого спасать» повисли в воздухе.

— Он грит, раз глаза его видят, то миникэп жива, — перевёл Эстариол тихий крик дракона. — Я не врубаюсь, — добавил он, разведя руками.

— Оборотень что-то говорил об этом, — припомнил Крис. — Если Фиама умрёт, дракон ослепнет на один глаз, а если умрёт дракон…

— Умрёт и сестрица, — закончил Эстариол. Все обернулись к нему. — Это дракохо грит, не я, — оправдался старпом. — Оттоль он не могёт лётать туды и спасти миникэпа, хотя и очень хотит. Кста спасти кэпа ему наказала миникэп.

— Да плевала я, ясно! Плевать я хотела! Умри, но спаси мою дочь! — кричала Шанна в истерике.

— Капитан, он же сказал — если он умрёт, умрёт и Фиама, — завопил Рет. Впервые он выказывал неуважение капитану, повышая голос, но слёзы катились по его щекам. Он утёрся рукавом и отвернулся.

— Что же нам сидеть здесь, сложа руки?! — потребовала Шанна. — Пока моя младшенькая сражается с демоном!

Дракон поднял голову и крикнул, Эстариол глянул на него с неприязнью, но перевёл:

— Он грит, она сдюжит, надобно верить. — Пират обернулся к дракону и скорчил рожу. — Это реал над передать?

Никто не заметил движения хвоста. Лишь когда Эстариол согнулся от удара, прилетевшего ему по голове, все заметили, как дракон вильнул задом.

— Падла! — рявкнул Эстариол. — Он грит, если он слепанёт на глаз, то кукарекнет.

— Демон может не сразу убить её, а мучить, — качала головой Шанна, обессиленно повиснув на мощных руках Ракеша. — Нам надо вернуться.

— Кэп, мы не вдупляем хде ваще, куды вертаться?

— Эстариол прав, — кивнул Ракеш. — И не станем ли мы помехой, если вернёмся? Мы итак потеряли Джоя и Тихона, а Вердиш лишился руки. Хватит смертей на сегодня. Оборотень не так слаб, как кажется — они спасутся. — Квартирмейстер говорил уверенно, стараясь своими словами ободрить команду и капитана. Шанна благодарственно кивнула ему, но внутри её терзала мука переживаний за дочь.

Если с Фиамой что-то случится, ашура этого себе не простит.

Возвращение друга

Фиама закрыла дверь измерений, стоило хвосту Сириуса проскользнуть в портал. Лучше пусть умрёт только она, чем вся команда, мама и дракон.

Амис не ожидал такого исхода, он не успел затормозить и врезался в деревья на опушке.

— Надо бежать, — раздался знакомый голос сбоку. — Сейчас он атакует в полную силу. Ты лишила его игрушек.

— Что?! — только и выдала Фиама. Она думала, Реми тоже скрылся в портале. Она совсем забыла про оборотня. Нет! Она не хотела, чтобы он тоже погиб. Почему он здесь? Почему он всегда здесь? Всегда рядом, когда она на пороге смерти.

— Беги! — рявкнул Реми и толкнул Фиаму прочь от себя, когда Амис рванул к ним. Убийца хотел сдержать демона и дать магу шанс спастись.

Амис отмахнулся от Реми рукой, словно двухметровый оборотень не весил и грамма. Фиама не успела среагировать, слишком уставшая и голодная, обессиленная, выжатая последними событиями, она даже соображала туго.

Собрав немного сил, полукровка ударила демона молнией. Тот лишь усмехнулся и набросился на Фиаму. Щёку его опалила ладонь. Маг не придумала ничего умнее, чем залепить демону пощёчину. Ни на что не рассчитывая, Фиама зажмурилась, отвернулась и приготовилась к смерти.

Но боли не последовало.

Амис разразился протяжным криком, сотрясшим всю округу.

Фиама распахнула глаза: демон схватился за голову и выгнулся дугой. Пока он страдал, полукровка выбралась из-под него и отползла. Амис согнулся и ткнулся лбом в землю, продолжая стискивать голову руками. Чёрные как смоль крылья медленно втягивались в спину, хвост последовал их примеру. Шипастые рога затерялись в белых волосах, кожа слегка побледнела.

Амис таял на глазах. Из большого и сильного демона, он ссохся до размеров тощего болезного юноши лет пятнадцати, бледного и хилого.

— Уходи, — стонал он. Фиама не знала, к ней он обращался или к самому себе. — Не тронь. У тебя здесь нет сил, — тяжело цедил он каждое слово, а затем зашёлся в приступе кашля.

— Что с тобой? — тихо боязливо спросила Фиама.

— Чего ты сидишь? — за шкирку поднял её Реми и поставил на ноги, во все глаза уставившись на демона.

Амис поднялся на дрожащие худые ноги и посмотрел на оборотня и мага. Глаза его выражали усталость и сожаление. Вертикальный зрачок в красных ирисах обратился кружком, белок из чёрного выцвел до серого. Амис обхватил себя трясущейся рукой, склонил голову и тихо произнёс:

— Простите, я сорвался.

Сорвался?! Да ты в своём уме?! Убил Джоя, Тихона разорвал на куски! Рука Вердиша плавает в море. Ты… ты… сорвался?! Какого демона!

— Сим? — спав с лица произнёс Реми хриплым рычащим голосом.

Перед ним стоял, словно ожившее воспоминание прошлого, обычный хрупкий болезный мальчик, тот самый альбинос из приюта, который утверждал, что он не вампир; который мёрз из-за щели между скалой и стеной; который боялся солнечного света и старой кухарки; который умер в объятиях Реми. Оборотень смотрел и не мог поверить. Сим?

Это магия? Иллюзия, которые мастерски наводил Карасу. Гипноз. Это не правда!

Скользящим шагом Реми приблизился к Симу. И наградил резким ударом в лицо. Юноша рухнул на землю, как подкошенный и потерял сознание. За спиной убийцы раздался другой удар о землю — Фиама тоже отключилась от голода и потери сил.

— Отлично! Теперь я окружён покойниками, — буркнул оборотень.

Фиаму Реми перенёс к огню и уложил в тепле, а Сима ждало более суровое обслуживание. Убийца оттащил бывшего друга глубже в лес, достал из тени цепь — в Муараке его научили разными способами использовать магию теней, в том числе и как бездонный тайник — и приковал Сима к толстому дереву.

Теперь Реми мог заняться насущными делами и самому отдохнуть.

Острое лезвие гильотины зависло над шеей. Переговоры с Касмедолией зашли в тупик, Фиама зажмурилась, понимая, что это конец. Но откуда ни возьмись появился Реми, пинком разнёс жуткое устройство и спас её. Они всплыли и выбрались на «Быстрый», то что от него осталось.

Фиама упала в объятия Реми и слова «я тебя люблю» повисли в воздухе.

Фиама подскочила. Это сон. Всего лишь сон. Маг потёрла лицо, прогоняя наваждение.

Сон да не сон. Ведь я действительно сказала это. Чистое небо! Но я же в другом смысле. Фиама покосилась на Реми, который в это время на самодельном вертеле жарил кабанчика. В нос ударил чудесный аромат, но мясо выглядело ещё розовым. Он же понял, да?

Реми обернулся и посмотрел на мага. Та дёрнулась, почувствовала, как кровь прилила к щекам и отвела взгляд, словно провинившаяся адептка перед наставником. Что с ней такое?

В животе заурчало от голода, в глазах потемнело, навалилась слабость.

— Есть хочется, что щас помру, — простонала Фиама. Она побоялась вставать, голова могла закружиться, да и сил не осталось, в итоге на четвереньках подползла к оборотню.

— Жди, — проворчал Реми.

Я тебе что нанимался что ли? Бесит. Вечно она меня спасает. Неужели я настолько слабак и всё что могу — кормить эту бестолочь.

Малявка подползла к нему и села рядом. Реми покосился на неё, та клевала носом, пока не упала ему на плечо.

Что за хрень? Боится профукать еду? Или замёрзла? Реми проверил мясо, но кабану требовалось больше времени. Убийца ещё раз глянул на малявку, та спала на его плече и бессовестным образом пускала слюни на рукав плаща. Она заснула за мгновение. Реми опешил, хотел её оттолкнуть и обругать за намокший рукав, но маг выглядела мило.

Она действительно миленькая, когда затыкается и не корчит рожи. Свободная рука сама собой потянулась убрать прядь волос с лица Фиамы. Миленькая? Эта дрянь?! Нет, смазливая мордашка не оправдает того факта, что она меня кинула, что считает слабаком. Нечего жалеть эту тварь! Накормлю её и пошла в пекло.

Реми отпихнул малявку от себя, та чуть не упала на землю, но очнулась от обморочного сна и вновь принялась растирать лицо и голову.

Фиама съёжилась в метре от оборотня и принялась раскачиваться взад-вперёд. Вскоре кабан поджарился. Реми оторвал ногу и рульку и протянул малявке, а сам с наслаждением принялся за всё остальное.

Покончив с оставшимися ногами, оборотень срезал кусочки мяса со спины кабана и клал в рот, пока над костром пропекалась грудинка. Реми натёр мясо морской водой, добавив тем самым соли, но без пряностей вкус был пресноватым и сухим. Малявка жевала рульку, давилась и кряхтела.

— Запить бы, — пожаловалась она.

— Вон вода, иди пей, — буркнул ей убийца, кивая на плескавшееся рядом море.

Маг шутку не оценила и пить не пошла, молча продолжая давиться сухим мясом.

Я тебя итак кормлю, что ещё ты хочешь? Чай тебе заварить на травах? Дрянь! Про себя ругался Реми, пока не услышал звук удара. Фиама, не справившись с ногой, рухнула наземь. Волосы её едва не угодили в костёр, но малявка не шелохнулась.

Опять что ли отрубилась? Реми схватил её за ленты и капюшон мантии и оттащил от углей. Свою порцию маг не доела. Убийца глянул по сторонам, забрал ногу и обглодал.

Фиама помнила, как обгладывала кабанью ногу и солнце сияло на морских волнах, а когда она вновь открыла глаза, закат окрасил облака золотом. Реми занимался оружием, точил нож, иглы разложил перед собой, как и пузырьки, лески и крюки. Чего только не было в арсенале убийцы. Он заметил, что маг пришла в себя, спрятал нож в рукаве, поднялся и встал над Фиамой.

— Пойдём, нужно поговорить с ним.

Полукровка послушно поднялась, голова кружилась, но в глазах не темнело. В горле пересохло. Фиама осматривалась в поисках ручья с водой, росы, лужи, но ничего не видела. По дороге она засомневалась. С ним? С кем? Последнее, что она помнила — драка с Амисом и скрывшаяся в портале мать и Сириус. Ветер! Они наверно беспокоятся. Нужно отправить к ней сильфа.

Лес темнел, на берегу преобладала поросль колючих кустов можжевельника, но за ними тонкие сосны сменялись толстыми дубами и елями. Фиама крутила головой и не могла понять, куда её вёл Реми. Под сапогами хрустел настил из иголок, желудей и старых дубовых листьев. Несколько лысых внизу сосен попадали. Реми не стал перелезать их и обошёл.

Впереди сверкнул отблеск. Фиама всмотрелась и увидела цепь, обмотанную вокруг толстого дуба. Цепью к стволу был прикован человек. Амис! Точнее Симан, только спокойный. Щуплый бледный юноша стоял, смирившись с судьбой, но стоило ему заметить путников, как он засиял улыбкой, вскоре сменившейся раскаянием.

— Простите меня, — выдохнул Сим, — я сорвался.

Тот самый! Фиама вспомнила, как бешеный Амис уже навис над ней и хотел убить, но стал скукоживаться, пока не превратился в этого худосочного альбиноса. Превратился он или нет, но то что натворил нельзя просто так простить!

— Сорвался, — взорвалась Фиама. — Ты разорвал пополам Тихона! Походя убил Джоя! — кровь, оторванные куски, выпавшие внутренности, мертвеющие глаза вставали перед глазами. Не забытые и отвратительные картины, случившиеся день назад, являлись магу во сне. Тошнота и слёзы одновременно подкатывали. Никогда Фиама не забудет этого ужаса! — Оторвал руку Шиндре и чуть не убил мою маму! Я видела под действием гипнотического проникновения в разум твои воспоминания — ты убивал людей. Сотни! Швырнул женщину на раскалённую печь, рвал детей на куски. — Фиама повернулась к Реми и продолжила, слёзы стояли у неё в глазах. — Макри рассказывала о вплавленных в деревья и камни трупах оборотней! — Маг вновь вперила взгляд в Сима. — Ты убил толпу магов и сделал инвалидами других.

— И перебил полсотни убийц и нескольких ассасинов, — спокойно добавил Реми.

— Ты — монстр! — заключила Фиама, которой не хватало слов чтобы выплеснуть негодование и ужас, скорбь и злость. Голова закружилась от буйства эмоций, слабость вновь стала наваливаться, но маг держалась.

— Ты дружишь с монстром! — оборвал её Сим. Голос его слегка изменился, взгляд стал бешеным, а на устах расцвела безумная улыбка. — Тебя это не колышет, а ты знаешь скольких перебил он? — альбинос кивнул на Реми. — Он мучил людей, издевался и убивал точно также как я. Ему плевать кого. Он убийца и монстр! Чужие страдания приносят ему удовольствие. Но этот лжец не рассказывал тебе, не так ли?! Завались, дешёвая дрянь! Ты не знаешь ни черта! — рявкнул Сим. — Нет! — зажмурился альбинос. — Перестань! Уходи.

— Что с ним? — ужаснулась Фиама, глядя на метаморфозы, происходившие с юношей на её глазах. Небесный взор открыл магу больше, чем та могла осознать.

— Он конченный, — бросил Реми.

— Нет же, это всё делал не я, — стал оправдываться Сим. — Я лишь смотрел, наблюдал и не мог сопротивляться. Ты же была там, в моей голове, ты видела всё своими глазами, — взмолился он, глядя на Фиаму.

Реми тоже посмотрел на неё. Дочь ашуры переводила глаза с одного на другого и в растерянности молчала.

— Ты помогла мне, спасла. Маг Воздуха… Я — Сим. Я не знаю твоего имени, — произнёс альбинос с придыханием.

— Фиама, — опасливо дёрнула плечами маг.

— Фиама, — благоговейно повторил Сим. — Ты что-то сделала, тогда, на дирижабле и потом на корабле. Я смог сопротивляться. Я получил силы. Я даже смог вызнать у Айона, куда вы направляетесь и встретить вас.

— Да уж встретил, спасибо! — прорычал Реми.

— Вот опять, — опешила Фиама. — Айон! Ты уже говорил про Айона на корабле. Откуда ты знаешь Ай…

— Стой! — осёк её Сим. — Не произноси его имя трижды.

— Он ведь не злой дух… — сконфуженно нахмурилась маг. Она слышала поверье, что нельзя произносить имена ёкаев три раза подряд, иначе они явятся или ещё хуже — получат контроль над призвавшим их. Слова имели огромную силу, именно поэтому народу с детства внушали «помянешь беду — явится».

— Лучше не стоит. Но откуда ты знаешь демона? — опешил альбинос.

— Я его вызывала однажды, — призналась Фиама. — Случайно.

— Вот так случайно? — недовольно произнёс Реми. — Только ты случайно можешь вызвать демона.

— Я не собиралась, — выпалила маг резче, чем хотела. — Я случайно активировала пентакль призыва, того, кто вызвал его до этого. Это долгая история! А ты никогда не выказываешь заинтересованность в моей жизни, — напомнила Фиама, ткнув Реми в его же собственное наплевательское отношение к своей персоне. — И вообще его изгнали. Декан использовал заклинание изгнания нечисти, а Айон рассыпался, ушёл за завесу, прямо в Ад.

— Он притворился, обманул твоего декана, — поведал Сим. — Айон в этом мире абсолютно свободен и может появляться, где вздумается.

— Но как же так?! — Фиама ошарашенно вытаращилась на собеседника. Она выпустила в мир настоящего высшего демона! По незнанию. Случайно.

— Ты идиотка! — рявкнул Сим, дёрнувшись в путах, аура его наполнилась всеобъемлющей чернотой. — Он придёт за мной и за тобой тоже. Ты выпустила в мир абсолютное зло, даже не догадавшись об этом! Заткнись! Нет! — внутри альбиноса вновь велась борьба за власть над телом и голосом.

Фиама и Реми переглянулись. Состояние Сима настораживало. Фиама приблизилась к Реми и тихонько призналась:

— Меня пугают его красные глаза.

— Он вконец конченный, — покачал головой Реми и скрестил руки на груди.

— Ты не представляешь, что с ним творится, — поделилась маг, до этого наблюдая за перевоплощениями Сима небесным взором. — С его аурой. Как будто перед нами то один человек, существо, то другое.

— Так и есть, милая, — сообщил альбинос. Фиама зажмурилась от света, что исходил от юноши на астральном уровне. Аура чистейшего белого цвета ослепляла, хотя недавно поражала своей чернотой. Перед ними стоял, прикованный толстой цепью к дубу, уже не просто человек, но святой. — Твоя магия проникновения освободила нас всех. Я — Симанаил, ангел. Когда я пал, погружённый в ненависть, запутавшийся в себе и во всём, что знал, я лишился суффикса «аил». Он даруется лишь ангелам. Я стал падшим — Симаном. Амис — демон, но твоя магия заставила демона одуматься. Он вознёсся, предал хозяина своего — Айона и стал Амисалом. Человека же зовут Сим, это тот самый мальчик, которого ты, Реминаре, знал когда-то.

Голос ангела лился песнью, прекрасной и чистой, а страшные дикие красные глаза стали нежными точно лепестки мака. Фиама не понимала этих превращений, они пугали её, особенно её страшили Амис и Симан внезапно врывавшиеся в разговор и проклинавшие всех и всё.

— Почему он взрослый? И без рогов, — уточнил Реми.

Фиама покосилась на оборотня, тот словно пропустил исповедь ангела мимо ушей, никак не отреагировал и задал самый короткий вопрос, на какой способен.

— Он вернулся в тело, которое было в этом мире, в нашей последней смертной жизни, — поведал Симанаил. — Но выросшее, пропорционально росту моему — ангела. Однако болезнь тоже вернулась. Симу очень тяжело ходить, его тело слабо, как и в детстве. Особенно сильно болезнь проявляется, когда тело становится полностью человеческим, как сейчас.

Симанаил повернулся к магу и одарил её самой тёплой, нежной и благодарственной улыбкой. Фиаме стало не по себе и она поёжилась.

— Фиаманари, моя дорогая спасительница. Я не вправе просить у тебя что-либо, ты сделала для нас так много! Ты освободила нас от мрачного заточения! К сожалению, освободились все и захватывают тело в момент слабости Сима, его эмоциональной нестабильности. Сможешь ли ты помочь нам вновь. Захочешь ли? — взмолился Симанаил.

Его красные глаза разительно переменились и сейчас не пугали Фиаму. Они согревали, дарили любовь и взывали о помощи.

— Я не могу жить в этом мире, я для него умер, мир отторгает Сима, ведёт к смерти. Нам его не спасти. Но мы можем спасти посмертие. Я одумался, я узрел и более не ослепну. Есть шанс, что… — Симанаил осёкся. Он не смог подобрать слов и сказал, как есть. — Мне нужно встретиться с ангелом, живым, настоящим. Только Избавитель, наш праотец может решить мою судьбу. Пожалуйста, помогите мне найти ангела, поговорить с ним. Помогите спасти посмертие Сима.

— Каким образом, ты же чокнутый, — вставил Реми. — Ты то лебезишь, а то ломаешь хребты.

— Фиаманари поможет нам, — вновь нежнейший в мире взгляд пугающих красных очей устремился на мага. — Один раз у неё получилось. Она способна проникнуть в наше подсознание и дать сил Симу.

Фиама с трудом сглотнула. Глаза её расширились бы ещё сильнее, но больше уже невозможно.

— Я? — опешила она. — Но я даже не знаю, что сделала. Я не умею, не понимаю. Я всего лишь ученица. Вам нужен наставник Хроно, — осенило полукровку. — Он сильный гипнотизёр, он умный, он всегда знает, что делать и как. Он всё-всё знает и всё умеет, а я ничего не могу.

— Не правда! — покачал головой Симанаил. — Фиаманари, ты очень сильная и всё умеешь. Ты помогла нам, а не твой наставник. Ты заглянула в глаза демона и нашла его душу, кто ещё сделал бы это? Ты чудесная и прекрасно сражалась с ним.

Фиама в растерянности мялась на месте. Она не считала себя способной, не настолько, как распинался ангел. Она не знала, что делать сейчас, и что за магию применила на дирижабле и на корабле. Фиама напугалась и от страха могла сотворить всё что угодно. Маг наполовину зашла за спину Реми и посмотрела на него жалостливо. Оборотень полуобернулся к ней.

— Скажи что-нибудь, — тихонько попросила Фиама. — Я не справлюсь. Я не привыкла чтобы в меня так сильно верили и подбадривали. Обычно в Академии все смеялись, и я делала всем на зло, доказывала. У меня лучше получается доказывать, чем оправдывать ожидания, — призналась она нехотя, сжав в пальцах рукав сумеречного плаща убийцы.

— Ты не справишься, ты бестолочь и ни на что не годна, — сухо заявил Реми.

— Ну можно было и не настолько грубо, — выпалила Фиама надув губы и бросив из рук рукав.

— Если бы я не был так бесполезен, — поник Симанаил. — Я ужасный ангел-хранитель, я ничего не могу. Я пытался помогать Реми, но каждое моё решение делало только хуже. Я подтолкнул его в Белый Клык, где он связался с шайкой криминалистов. Я направил тебя к Николасу, надеясь, что он вразумит тебя, но он погиб, спасая тебя. Увидев, что ты хочешь стать вором, я подтолкнул тебя к дирижаблю в Искру, но я не знал, что Кристи начнёт избивать тебя до полусмерти. Любой мой выбор нёс тебе сплошное горе, — Симанаил сжал кулаки и не поднимал головы.

Фиама, вышедшая из-за спины оборотня, участливо посмотрела на Реми. Она не знала о чём говорил Симанаил, что случилось с убийцей в прошлом. Кто такие Николас и Кристи. Маг хотела знать больше о жизни оборотня, которого неустанно называла другом, хотела знать всё. Фиама протянула руку, но не смогла пересилить себя и дотронуться до пальцев Реми. Она знала, что ему это не понравится. Оборотень всё ещё хранил обиду и злобу на мага.

— А у меня есть ангел-хранитель? — раз Фиама не могла подбодрить Реми, она сменила тему. Тем более, что оборотень стоял и смотрел на Сима холодным тяжёлым взглядом, взглядом убийцы. Фиама знала, что Реми не ответит и не пожалеет Симанаила.

— Не знаю, — ответил альбинос. — Ангелами-хранителями становятся друзья и близкие.

— Тогда почему ты? Почему не мои родители? — прорычал Реми.

— Они продолжили цикл перерождений, а моя душа окончила путь Раем, — сообщил ангел.

— Значит они будут вновь жить, — Фиама с улыбкой обернулась к Реми, но тот стоял чернее тучи.

— Можем ли мы надеяться, что вы поможете нам? — спросил Симанаил, напоминая о своей просьбе.

Молчание стало ему ответом.

— Так я буду рядом, а значит не нападу внезапно, — пытался найти плюсы своего положения Симанаил.

— Держи друзей близко, а врагов ещё ближе, сказал кто-то умный, — озвучила малявка.

— Ага, пока не проснёшься мёртвым, — резко заключил Реми. — Ты рядом также внезапен, как когда далеко.

— Простите, — Симанаил опустил голову и пал духом.

— Или на ночь тебя приковывать цепью к дереву? — предложил убийца.

— Может тебя приковать, а? — ядовито выплюнул Амис. — И сучку твою рядом. Однажды я уже пропорол её насквозь, могу и повторить. Что скажешь?

— Нет! — Реми не понимал, где заканчивался Сим и начинались остальные его личности. Много ли их? Помогать этому сборищу маньяков в одном теле оборотень не собирался.

— Да, — выпалила Фиама. — Мы должны помочь ему. Ты же видишь, что с ним происходит.

— Видишь, ей понравилось играть со мной больше, чем с тобой, — злобно засмеялся Амис.

— Заткнись, — бросила ему малявка с постной миной.

— Когда я сломаю цепь, ты запоёшь иначе, дрянь, — выплюнул Амис и дёрнул цепь. Реми заметил, что два звена разжимались, вскоре демон порвёт их и высвободится. — Стой! Уходи! — сам себя оборвал альбинос.

Реми схватил мага за плечо и потащил в сторону.

— История с гноллами тебя ничему не научила? — напомнил он ей. — Ты совсем тупая что ли? Он конченный, чокнутый. Как ещё донести до тебя? Его надо убить.

— Ты не сможешь убить его, — предупредила Фиама. — Он всё ещё демон.

— Значит подождём, когда мир его отторжит, — заметил оборотень.

— Это может занять годы, — качала головой малявка. — И правильно отторгнет, а не отторжит, — поправила она.

— Тогда ещё лучше — изгони его своей магией, как декан этого Аймона, — резко начал Реми.

— Я не могу, — вздохнула Фиама. — Я дочь ашуры, я сама наполовину нечисть и не могу изгонять других.

Бесполезна, подумал Реми, но промолчал. Его лицо говорило само за себя.

— Я не пойду с ним, — сухо заключил оборотень.

— Сам посуди, мы в Земи, стране, где веруют в Избавителя, здесь мы сможем найти город, куда нисходят ангелы, — энтузиазм помогать конченным ублюдкам вновь загорелся в глазах мага, как в прошлый раз с проклятыми гноллами.

— У меня есть задание, и у тебя помнится тоже, — бросил очередной припасённый туз Реми. — Я не Избавитель, чтобы помогать всем и вся. Помощь другим обычно не окупается, наоборот приводит к неприятностям и тратам. Мне надоело рисковать жизнью ради идиотов, — залепил он магу, откровенно тыкая Фиаму в её прегрешения, которые иной раз приводили к большим даже смертельным неприятностям.

— И всё же ты рискнул ради меня, — заявила малявка.

— И чудом разминулся со смертью раз пять, — напомнил Реми.

— Но ты ведь должен помочь Симу. Он же твой друг детства, разве нет? — вновь она пыталась играть на чувстве долга оборотня. Реми глубоко вздохнул. Эти уверенные в своей правоте синие глаза. Иногда убийце хотелось выдрать их и затоптать, чтобы они больше никогда не смотрели ему в душу.

— Я никому ничего не должен, — медленно процедил Реми. — Мой друг умер, а это я не знаю кто.

— Сейчас ты притворяешься, что тебе плевать, но, когда ты только встретил Симана, ты был в шоке, — с укоризной начала маг. — Ты просил у него прощения, тебе было не всё равно. Ты говорил, что обещал ему в детстве помочь сбежать из приюта и не успел сдержать обещание. Ты же обещал помочь, разве нет? И вот теперь ты можешь помочь, но хочешь вновь сбежать.

Реми молчал. Спорить с упрямой малявкой бесполезно. Она так и будет давить, пока не выдавит то, что ей нужно. И что самое отвратительное — каждое её слово пропитано глубинным посылом, правдой, долгом перед другом и волчьей честью. Всем, что настоящий убийца должен был давно похоронить в себе.

— Не ты ли после того, как мы сбежали, убивался и рыдал в моих объятиях, — пыталась поддеть его малявка.

— Рыдала вообще-то ты, — спокойно отозвался Реми.

— Это были твои слёзы! Я лишь стала их проводником, как эмпат. И сейчас я чувствую, что тебе не всё равно, — уговаривала его Фиама.

— С тобой невозможно разговаривать, как с Кеталом, — покачал головой Реми. — Всё-то вы чувствуете, знаете. Ну и вали с ним, я-то вам зачем? — рявкнул он.

— Я без тебя не справлюсь, — Фиама сжала пальцы на поясе Реми и опустила глаза. — С тобой я чувствую себя увереннее и сильнее. Словно могу свернуть горы. — Она подняла свои большие глубокие синие глаза и уставилась на оборотня. — Когда ты рядом, я чувствую, что я в безопасности.

Она смотрела на него, пока говорила, но стоило замолчать, как Фиама слегка покраснела, опешила и отпустила пояс.

— Пфф, помнится у Пол-Рай-Юка ты говорила иное и совсем другим тоном, — припомнил Реми.

— Он тебя не бросит. Не бросал же раньше ни разу, значит и теперь не бросит, — влез Сим.

— Ты так уверен, — обратился к нему Реми ледяным тоном.

— Это же очевидно, — Сим пытался пожать плечами, но заметил, что его собеседники не понимали о чём речь. — Ну может разве что не вам.

— Что за непонятные намёки? — выгнула бровь Фиама.

— Ещё один думает, что знает меня и видит насквозь, — недовольно проворчал Реми.

Я вижу тебя насквозь в прямом смысле, а вот в переносном я слепа, как крот, подумалось Фиаме.

— Да и какая разница, мы же в Земи, в Касмедолию нам путь заказан. Мы преступники и убийцы Всеглубинной, — озвучила свой последний козырь маг. — Я ни фига не нашла своего парня, давай я помогу тебе поискать в Земи твоего, твою жертву. Со мной у тебя больше шансов на удачу — признай. Потому что я приношу удачу, — указала на себя Фиама, улыбнулась и навела магию удачи.

— Вы так здорово ладите, — улыбнулся Сим. — Аж блевать тянет! — выплюнул он, вмиг переменившись в лице. — Нашёл кому завидовать. Ублюдку псу, лживому и поганому и его шлюшке — магу. Я убью вас обоих!

— Может ты и прав, — покосившись на альбиноса, призналась Фиама. — Но когда он Сим, то довольно милый.

— Простите, — опустил голову Сим. — Я стараюсь сдерживать их, но сильные чувства пробивают защиту и остальные прорываются.

Оставив Сима прикованным к дереву, Фиама и Реми вернулись к месту кораблекрушения и заночевали там же. Они решили утром забрать всё ценное с корабля и выдвинуться в путь. Реми натаскал досок — поломанной обшивки, а Фиама разожгла костёр на месте старого.

— Мне нужно отправить сообщение маме, чтобы не волновалась, — призналась Фиама. — Она, наверное, с ума сходит, бедная.

— Я посмотрю, что здесь осталось ценного, — кивнул Реми на корабль. — Может что-то пригодится.

Солнце скрылось за лесом, пляж погрузился в сумерки, а в тенях царила непроглядная тьма. Фиама скептически пожала плечами.

— Не уверена, пока Ракеш ждал команду, он покидал в дверь измерений сокровища и припасы. Молодец мужик, в такой ситуации сообразил позаботиться о будущем — настоящий квартирмейстер.

Реми хмыкнул. Скорее жидло, думающее о себе. Все коты такие.

Махнув рукой на корабль, убийца рассудил заняться делами утром. Тем временем малявка проводила пассы с листом бумаги в руках, пока перед ней не появилась воздушная фея — сильф.

— Привет, Ло, — улыбнулась существу Фиама.

— Чего тебе? — с первых минут выказывая раздражение, спросил сильф.

— Нужно отправить сообщение моей маме.

— Я слушаю, — почёсывая нос и всем видом демонстрируя незаинтересованность, протянул Ло.

— Так значит сообщение для… — малявка осеклась и уставилась на Ло, а затем с задорной искоркой в глазах выдала: — Ветра.

Реми, краем уха прислушиваясь к диалогу мага и сильфа, изогнул бровь.

— Чего?! — опешил Ло. — Так нельзя!

— Почему? — укоризненно начала маг. — Я назвала имя адресата, ты должен передать сообщение. Разве нет?

— Так-то да, но низя Ветру. Ты олобдела? — кипел возмущением сильф. Он сжал махонькие ручки в кулачки и весь вытянулся.

— А что не так? То тебе описание не нравится, а теперь имя. Ты ли не олобдел? Я действую по правилам! — напала на сильфа малявка. Реми уже не скрываясь наблюдал за перепалкой.

— Да ты удра! Вечно что-то выдумываешь. Низя так! — не виси сильф в воздухе, он бы топал ножками.

— Надо же, не один я считаю тебя бестолочью, — ухмыльнулся Реми. — Фея тоже так думает.

— Какая я тебе фея, вучырла?! Я — сильф! — пискляво возмущался воздушных дух, потрясая кулачками, его длинные узкие уши угрожающе опустились. Но эмоция сильфа резко изменилась, стоило ему взглянуть на Реми. — Хм, знакомое лицо, я тебя видел где-то.

— К нему я отправляла тебя, помнишь? — взяла слово Фиама. — На мост в Белом Клыке к зеленоглазому высокому парню, а ты меня послал, — напомнила она и надулась.

— Да, точно к нему. Он там стоял, — брякнул Ло.

— ЧТО?! — взревела малявка. — Ты летал туда? Но почему не передал послание?

Реми подкинул палок в костёр. Пока он ждал мелкую лгунью на мосту, она отправляла к нему невесть кого. Вот только всё это ложь! Никакой ни почтальон, ни сильф с Реми не связывались.

— Ты не знала полного имени, — пожал крохотными плечиками Ло, сложил руки на груди и отвернулся.

— Ты паскуда летучая! — выругалась Фиама. Она хотела отвесить сильфу щелбан, уже протянула руку, но усилием воли, отразившемся гримасой на лице, передумала.

— Что?! — возмутился сильф. Он был размером с ладошку, маленький человечек с длинными тонкими ушами, пушистыми усиками, как у мотылька, взлохмаченными волосами и мерцающими крылышками. Наготу его прикрывала тряпочка, напоминающая пончо.

— Какашка мушиная, — продолжала ругаться полукровка и трясла рукой рядом с сильфом, еле сдерживаясь чтобы не ударить его.

— Низя так! — стоял на своём сильф. Реми заметил три тонких пёрышка, что торчали из-под пончо — хвостик.

— Придуриваешься и вредничаешь, а мог бы помочь, — в сердцах заявила Фиама. Она словно хотела поругаться со всеми созданиями Ветра, сперва дракон, теперь эта воздушная соплюшка.

— Я к те ваще не явлюсь с таким отношением! — заявил сильф.

— Отлично, — вставил Реми. — Поругайся до кучи ещё и с этим.

— У сильфов свои правила, ты должна знать имя! — тыкал в мага маленьким пальчиком Ло.

— Так я называю — Ветер! — гнула своё полукровка, непонятно чего этим добиваясь.

— Нельзя к стихиям отправлять послания, — скрестил руки на груди сильф.

— Но ты же дух Ветра, так почему? — вопрошала Фиама.

— Потому, — насупился Ло. Маг выругалась. — Я исчезаю!

— Стоять, — рявкнула Фиама и ткнула в него бумагой, над которой перед этим творила пассы чтобы призвать воздушную фею. Рассерженный Ло вырвал лист, плюнул на него и разорвал.

— Вот тебе!

Фиама изогнула бровь.

— Ещё скажи, что ты хотел бы являться на зов заурядных магов, которые даже вопроса интересного не зададут. Сидят в своих унылых домах, окружённые свитками, и дышат пылью, — поддела его полукровка. В глазах её засверкали искорки. Реми мог поклясться, что такие же искорки появлялись в глазах Карасу, когда он нёс чепуху и откровенно потешался над собеседником.

— Нет, — скривился сильф. — Это скучно. Ненавижу бумажную пыль.

— Вот-вот, потому ты и явился мне в первый раз. И я поддерживаю имидж, — ехидно улыбаясь, заявила ему Фиама.

Ло молча обмозговывал её слова, смотрел на мага, чесал репу и не хотел признаваться в чужой правоте.

— Держи, — Фиама впихнула ему в руки улитку.

— Фу! Чё ты мне суёшь, — заверещал Ло и упал на землю. Грязная, слизкая, гадкая улитка в его руках сжала усики и пыталась втиснуться в домик-раковину. Фиама засмеялась, скорчила рожицу и показала сильфу язык.

— Это моя мстя за непереданное сообщение для Реми, — выдала она.

— Ах ты! Ну я тебе припомню, чукка шакакек! — Но злости в словах Ло не чувствовалось, скорее задор и желание поиграть. — Вот тебе!

Внезапный вихрь поднял полы мантии мага, показав её легинсы и сеточные гольфы. Реми наблюдал за перепалкой двух малявок и качал головой. Он считал магов не от мира сего, но они на всю голову долбанутые. Это же нужно додуматься спорить с феей, пихать ей в руки улиток и обзываться.

Два идиота. Куда я попал?

— Ха! Напугал, а если так?! — Фиама схватила сильфа и сжала в ладонях, как бабочку.

Раздался хлопок, словно лопнули гриб порховку, запястья мага выкрутились, она стояла и хлопала глазами. Руки её лежали на торсе полуголого мужчины с длинными небесного цвета волосами, чуть отдававшими в лазурь и зелень, и голубыми ясными глазами.

Реми замер, уставившись на эту картину. Руки сами собой потянулись к ножам на поясе. Откуда взялся этот полуголый тип в набедренной повязке?

— Захотела меня поймать в ладошки, — произнёс мужчина томным, нежным, чарующим голосом, завлекающим и гипнотизирующим. Он положил руку Фиаме на шею, словно намеревался поцеловать, но медлил.

— Так это правда! Сильфы умеют становиться людьми, — прошептала Фиама скорее самой себе.

Реми едва заметно пригнулся, готовый к резкому броску, но раздался новый хлопок. Перед магом вновь летал маленький озорной дух воздуха.

— Видели бы вы свои жоры, — заливался смехом Ло. Фиама посмотрела на Реми, тот перевёл взгляд на неё, но ничего не сказал. — Сильфы и не такое умеют! Мы те ещё проказники.

— Значит ли это, что и Ветер тоже? — уточнила Фиама.

— А то! Ветер в голове — это про нас всех. А ты что же думала он чопорный, как ваши маги в Белой крепости? — Ло отрицательно покачал головой, сам отвечая на свой вопрос. — Не-ет. Ветер — озорник, а мы — сильфы — часть его духа, а вы — маги… — Ло замолчал. — Вы скучные, — он надулся и отвернулся, но погодя бросил, — хотя ты вроде ничего.

— Хе-хе, спасибо, — улыбнулась Фиама. — Знаешь, я действительно считала, что Ветер добрый и свободный и никогда не задумывалась о том, что он бывает ярым, свирепым, холодным и страшным. Хотя именно такой ветер и создаю в сражениях, — задумалась дочь ашуры.

— Ой ну всё. Я чего это слушать должен? — воздел очи к небу Ло. — Давай своё сообщение, но только не Ветру! Он итак всё слышит, и, если захочет — ответит.

Фиама опешила и застыла.

— Он ответит?

— Если захочет — конечно, — ковыряясь в ухе, повторил сильф.

— И я пойму, что он скажет? — гнула своё Фиама.

Ло посмотрел на неё, как на умалишённую.

— Если у тебя не жижа в голове, — сказал он наконец, отчего Реми фыркнул, давясь смешком.

— Почему же он не хочет отвечать? — допытывалась полукровка.

— Ты слишком много спрашиваешь! — выпалил Ло. — Голова идёт кругом. Болтаешь, не умолкаешь, тревожишься, думаешь, боишься. Очень много этого, — Он указал на Фиаму, — Земли, тела, сущего. А нужно больше этого, — Ло показал на Фиаму, но на этот раз сделал руками жесты, словно подбрасывал нечто невидимое в воздух. — Давай, чё там у тебя, — нехотя буркнул сильф. И тут же прикрикнул: — только не улиток!

Фиама вынула руку из-за спины и скинула нескольких, закусив губу и давясь озорной улыбкой.

— Послание для ашуры — Шанны, — начала маг, еле сдерживая смех.

— Ашуры, оборотни, ты вообще с обычными людьми общаешься? — развёл руками Ло.

— Не особо, как ты сказал, они зануды, — призналась Фиама.

— Ладно, я слушаю, — махнул рукой на неё сильф.

Фиама продиктовала матери сообщение, в котором говорила, что с ней всё в порядке, она жива и невредима, но пока не могла отправиться в Аэфис и тем более в Касмедолию. Она предупредила, что у неё появились дела в Земи. Полукровка просила Шанну не беспокоиться за неё и отправляться в Аэфис. В Касмедолии не знали особых примет пиратов, а потому их не должны тронуть, в отличие от Реми и Фиамы, которые засветили свои лица везде и всюду. В конце она заверила, что проводит Джоя и Тихона в последний путь, как принято в Аэфисе.

Когда Ло улетел, Фиама поникла. Она бы хотела сама успокоить Шанну, обнять её напоследок и как следует попрощаться, а не слать голосовые записки через сильфа. Жаль, что им пришлось расстаться. Увидит ли она вновь маму? Посмеётся ли на пару с Эстариолом? С пиратом Фиама тоже хотела бы попрощаться. Амис всё испортил.

«Я сорвался» вспомнились слова Сима. Да уж, будь у суккубов оборотный цикл они бы срывались мягче. Амис, ты всё испортил! Но с другой стороны, как бы мы толпой пошли через Земь? Может оно и к лучшему? К лучшему? Смерть Тихона и Джоя тоже к лучшему? Шиндра без руки это тоже лучшее?! Грязь!

Настроение опустилось ниже некуда. Фиама свернулась калачиком рядом с костром, прикрыла ноги полами мантии и закрыла глаза. Главное мама не будет волноваться за неё, получив послание. Это лучше, чем если бы она оставалась в неведении.

Ночь подарила магу беспокойный сон, но вернула так необходимые силы. Утром Реми обшарил останки корабля, но не нашёл ничего полезного, кроме банки с пряностями, да остатков сломанной мебели и статуэток в каюте капитана. Карты и свитки вымокли, чернила растеклись, дерево разбухло, а в тряпках запуталась рыба, ставшая завтраком.

Реми отнёс две части тела Тихона на корабль, Фиама подожгла останки, запустив несколько молний в бригантину — то что от неё осталось — и сдула угли костра, раздувая огонь.

Оборотень и маг недолго постояли, глядя на полыхающую обшивку Быстрого. Фиама хотела произнести какие-нибудь слова, но не нашлась. В итоге она просто стояла и смотрела на огонь, пока Реми не тронул её за руку, поторапливая уходить.

Густой столб дыма неизменно приведёт на берег любопытных искателей наживы. Лишние свидетели оборотню и магу ни к чему.