Бункер 2031

Глава 1

Глава 1

Дрезина ехала по скрипучим рельсам, которые звонко били по ушам создавая неприятное ощущение в голове. Длинный как змея туннель тянулся сквозь забытые рельсы, которые проезжают несколько раз в день лишь бы проверить: кто мог попасть на ненаглядную территорию.

На самодельном столике сделанным из кусков пластика стояла масляная лампа, которая отдавала приятно оранжевый свет. Уперевшись на второй стул лежал автомат. Старый калаш слегка подпрыгивал после каждого стука рельс и слегка смещался, но поправляя становился обратно.

В центре дрезины стоял он - Даниил. Шестнадцатилетний подросток, который работает сторожем туннеля.

Даниил стоял в ободранной кофте, в старых ботинках и джинсах. У него был фонарь, который весил вероятно пару килограмм, все это было за счёт его размера. Он стоял и записывал в тетрадь объяснение, что, как и когда. Тетрадь была школьной, двадцать четыре листа. Записывает он обстановку туннеля. Даже если ничего не поменяется, записывать придется. Он сел на стул, перекинув ноги. На столике помимо лампы, стоял магнитофон, конечно, радио не послушаешь, но песни на кассетах с удовольствием.

Приехал он в местность похожую на павильон. Заглушив дрезину, он затушил свечу и спустился в сам павильон. На стенах висели старые плакаты календари, похабщина, да и просто разные рисунки, собранные с разных уголков.

-Ну что? - спросил Саша

-Туннель пуст, словно мой желудок, - отшутился Даниил -А у вас как?

В центре павильона стоял костерок, который слегка хрустел время от времени.

-Пришел значит к нам сейчас человек пьяный, - еле сдерживая смех рассказывал Саша -Он просит "можно ли войти?". Мы документы проверили быстро, он идёт такой деловой, и спотыкается об ничего, обиделся и ушел назад в туннель.

Даниил улыбнулся, так как история показалась ему довольно забавной. Присев у места возле костра, он смотрел на огонь. Искры взлетали в воздух исчезая через секунду. В воздухе был аромат сгоревшей бумаги которой они топили костер.

Павильон был оборудован несколькими шкафчиками, где в основном лежат вещи охранников, или оружие запасное. У рельс, где стояла провонявшаяся от запаха масла дрезина, стоял ещё один столик на котором стояла лампа, которая освещала тетрадь в которой написаны имена и фамилии, так же документы сотрудников.

Из бункера вышли Коля и Илья с пакетами, в которых звенели бутылки скорее всего от самогона. Когда они увидели недовольного Даниила, то сразу спрятали пакеты за спину, и начали делать вид будто просто дружески разговаривают, хотя был слышен уже нетрезвый голос.

-Че ты пялишь меня? - спросил Коля -Иди проверь живо пост на трехсотом метре!

Даниил встал, взял свой автомат с дрезины надев его через плечо, начал выходить за пределы павильона предварительно включив фонарь.

На потолке тянулись провода, по стенам стекала вода, и в некоторых местах появился мох. В воздухе летал запах пыли, что было неудивительно. Туннель был пуст, на стенах были трещины, которые постоянно замазывают субстанцией похожей на бетон, на стенах разрисованы метки, обычно на метках рисовали непристойности, дети, а в основном взрослые видели это смешным.

На стенах кроме рисунков были вывески, где говорилось: "Слава Приморскому!".

Дальше виднелся небольшой костер, слышна была гитара, которая медленно перебирала аккорды. Когда Даниил подошёл ближе, там сидело пару людей в такую же форму, как и у него - оранжевая нашивка на предплечье и военные камуфляжные штаны.

-Какие люди! - отозвался Иван Петрович, протягивая руку -Какими судьбами?

-Та Колян послал разведать трехсотый, а вы как? Ничего не слышно?

Сморщенное лицо улыбалось в ответ, и начало рассказывать бредни, но самое интересное было чуть позже. Иван Петрович рассказывал о том, как они гитару чуть ли не сломали.

-...Присесть не хочешь? - спросил тот

-Я бы с удовольствием, только меня сегодня попросили отработать возле выхода, сказали, что дадут ещё один выходной - положив руки на автомат объяснил Даниил -Ладно, я, пожалуй, пойду, всё же попросили, как ни как.

Пожав руки, Даниил обошел костер, и дальше пошел по темному туннелю. Приятный ветерок обдувал лицо, русые волосы развивались.

Остальная часть туннеля ведущая к трехсотому метру была хуже, ведь ее меньше чинили, обычно ухаживали и ценили часть до второго поста, за ним оставалась недоступная зона, словно это был отрезок от мира, третий пост считали всё время опасным, ведь если кто-то нападёт, и первым упадет этот пост, то остальные посты снесут в щепки, так как лишь третий оснащен пулемётами и боеприпасами.

Ветер быстро сменился на спокойный воздух, обычно при таком зажигали костры, ведь при малейшем ветерке древесина могла улететь, или хуже костер мог даже не зажечься. Заметив ещё один костер, Даниил уже побежал к нему.

-О! Даниил! - крикнул молодой Ванька - присаживайся, мы тут на гитаре хотим побренчать, ты с нами?

-Извините, не могу, что у вас?

Да у нас особо ничего, Коля позвал?

-Ну да, сам напился снова, и еле ходит.

Быстро осмотрев местность, он направился обратно. Оставляя на бетоне следы от ботинок, он медленно обдумывал что ответить Коле, который скорее всего так же будет недовольным.

Темный туннель постоянно делился на трое делений, обычно в них сидели охранники, самые главные были которые возле входа в бункер, так как те, что были дальше, сделаны для обороны в случае атаки. Хотя если подумать, трое людей в каждом посте вряд ли остановят целые войска.

Знакомые линии проводов тянулись сквозь туннель как червь который копается в земле. Конечно, он эти все места обходил вдоль и поперек, эту местность заучили настолько, что даже становилось тошно. Даниил просто шел, считывая шаги, и примерно пытаясь угадать, когда он придёт.

Темный извивающийся туннель перестал нагонять жути как раньше, это скорее всего было из-за приевшегося вида.

Пройдя ещё один пост и придя обратно к своим, Илья и Коля уже спали в своих креслах, которые они выпросили у начальства для своих "удобств", хотя все их брали чтобы отлынивать от своих обязательств, и спокойно проспать смену.

Действительно работал лишь Саша, он сам переживал за свою должность, а остальные включая Даниила лишь неохотно проверяли чужие документы. Саша стоял на входе не сводя глаз с двери, словно кого-то дожидается. Через пять минут убрав глаз, снова повернулся к костру, и так обратно.

Даниил, усевшись у костра обдумывал смысл своего будущего. Быть охранником всю свою жизнь - означало потерять всё своё будущее и шансы хотя бы стать важной личностью (хотя какой личностью можно стать в этом мире!) которую бы уважали не меньше других.

С бункера зашёл Иван Ильич, который медленно потирал свои усы, а за ним и Артем. Иван Ильич был маленького роста, одет в китель со старыми погонами полковника. А Артем же был худощавый высокий паренёк, словно голодающий месяцами.

-Ну что детишки наши, - начал Иван Ильич, потирая ладошки -Готовьте чай, расскажу новости из соседнего бункера!

Саша, быстро встав и взяв железный чайник, начал кипятить воду засыпая в нее отвар листьев. Иван Ильич уселся на стул, который был у стола, а Артем продолжил стоять и завидно смотреть в сторону Ивана.

Иван Ильич облизывал губы, словно ему не терпелось сказать что-то важное, или смешное.

-Был я недавно на Проспекте мира, по делам ездил значит, - начал рассказ Иван -Так как я хорошо знаком с главным, меня встретили как желанного гостя, и приготовили стол. Если значит мы похлёбку, и мне главный рассказывает... - чайник начал посвистывать, а Саша начал наливать кипяток в железные манёрки. -Значит говорит он: Ваня, к нам недавно баллотировался душный Николай Альбертович, и его целью сделать весь бункер одной фракцией.

Когда Иван замолчал, то сразу было понятно, что это был весь рассказ. Все неодобрительно взглянули на него, ведь все ждали более интересный рассказ. По глазам Ивана была видна грусть.

-А ты Даниил что там. Как там Кирилл? - спросил Иван

-Да ничего с ним, работает впопыхах, отдохнуть даже не успевает.

-Не завидую. А сам то что?

-Нормально всё, устал уже от этой работы, думаю, уволится, пойти, не знаю, на фермера, я слышал, что они зарабатывают очень много.

-Врут они, платили бы много фермеров сколько было бы. Знания нужны этому, а ты как я помню всю школу просидел втыкая. - слегка заржав ответит Иван -Максимум куда можешь пойти без проблем и с удовольствием, это на хер!

Хохот Ивана раздался по туннелю, и из конца туннеля послышался другой голос, который матом просил заткнуться.

-А ты Санёк? Так же личной жизни нет? - продолжал Иваныч

-Зубы по параше собирать будешь за такие слова, я тебе не телка чтобы так базарить.

Иван сразу заикнулся, он сам по себе боязливый, но по морде получает часто.

-Ладно, скучно у вас тут, пойду, пожалуй.

Он встал, и рукой дал жест Артёму чтобы пошел за ним, а пошли они в бункер.

На груди Саши зазвонила рация, и оттуда послышался грубый голос:

-Прием, сто двенадцатый по части первый оповещает о возможном наступлении мутантов, важно приготовит состав сто пятого, и позвать сто тринадцатый. Конец связи. - оповестила рация.

Саша сразу пошел будить Колю и Илью, а Даниилу не оставалось делать, кроме того, как проверить обойму автомата, и дёрнуть затвор.

Сто пятый — это была охрана у входа и выхода, сто двенадцатый — это на четырехсотом метре, а сто тринадцатый это центральный. По частям разделял обычно главный, который и говорил кто где служит. Главный — это человек, который управляет бункером, так как бункеров много, и главные разные, Приморскому присвоен номер части первый.

Даниила послали предупредить сто тринадцатый.

-Хэй! Двести пять десятый! - крикнул Даниил, отзываясь к сто тринадцатому -Возможное наступление мутантов, приготовьте боеприпасы!

Когда он закончил свою речь, она эхом отражалась от пола и стен, и словно преследовала Даниила, и его речь возвращалась отрывками "десятый, приготовьте", и когда закончилась, последовал немедленный ответ.

-Знаем! Предупредили!

И так же голос пошел эхом.

Саша, разбудив остальных, приказал идти к двести пять десятому, так как оборону держать надо. Хотя, если прорвется сто двенадцатый, то оборона и не нужна, но приказ есть приказ.

Подбежав, все встали на одно колено, и взяв автоматы поудобнее прицепились.

...Медленная тишина съедала всё вокруг, даже дыхание с ритмом сердце не было слышно. Воздух пропитался запахом небольшого страха, и многие уже начали волноваться. Волны мутантов и раньше были, но ужаса, который был сейчас в одной лишь тишине не было.

-Сто пятый, отбой.

Вдохнув, Даниил встал и спокойно за Сашей и остальными пошел к своему посту.

Коля и Илья недовольно бурчали, и что-то перешептывались. Конечно, послушать, о чем говорит другой человек, и не просто человек, а твой друг, всегда интересно, но, когда это злое бурчание и недовольные взгляды, не хотелось даже смотреть в сторону.

Когда они обратно пришли, эти двое просто упали на кресло, и заснули, а Даниил пошел снова проезжать на дрезине круг.

Заведя дрезину, она неспеша поехала, но через пару секунд начала набирать скорость. Туннель оставался таким же пустым, за исключением звука бегущих крыс. Медленный скрежет оставлял неприятное ощущение в ушах, и не успевая боли переставать бить по ушам, заново создавался скрежет.

Еле выдержав ещё один круг, Даниил с удовольствием слез с дрезины, и упал на кушетку, которая стояла в павильоне.

Конечно, работа важная вещь, но, когда вкалываешь за спасибо, готов сам выпить и уснуть.

-Сто пятый, атака на сто двенадцатый. - зазвонила рация.

Все словно автоматически вскочили, словно услышали что-то страшное, что-то ужасное.

Пробежав центральный пост, на месте последнего лежали два трупа, и один живой, который еле как дышал, державшись за бок. Он медленно поднял руку, и показал в сторону не освещенной части туннеля, и на последнем издыхании прохрипел "там...". Рука обратно упала, на этот раз она стала последним движением Ваньки.

Весь сто пятый пост выстроился в полу круг, а Илья с Колей зевая, старались не уснуть пока держат автомат. Саша взял рацию со своей груди:

-Главный! - полу криком начал Саша -Сто двенадцатый мертв, сто пятый на обороне! Запрашиваем солдат на замену!

Зависла тишина. Саша встал, и пошел в темноту освещая фонарем, который был приклеен изолентой на автомате. Он вступил в темноту, освещая расстояние вытянутой игры, медленно, но верно его поглотила темнота.

Последовал крик.

Крик выпрыгнул эхом, и резко оборвался, словно ему перерезали глотку чтобы не кричал. Кто это мог быть, или что?

...Сердце забилось сильнее, дыхание участилось, может ли это значить что возможно его убили? Могли ли убить Сашу? А кто мог его убить?

Осмелев, Даниил вышел из полу круга, и пошел в темноту. Достав фонарь из груди, он взял в правую руку автомат, а в левую фонарь, начиная освещать себе путь.

Найдя тело Саши, Даниила скрутило морально. Выжженные волосы, оторванные руки с ногами из которых потоком шла кровь. Лицо показывало ужас, словно он увидел запретный плод.

Из темноты в луч фонаря начало пробираться лицо чудища. Голова, напоминающая человеческую, была без шеи, лицо было похоже на вывернутого несколько раз человека, а вся кожа была белой как гуашь.

Длинная рука с тремя пальцами схватило уже бездыханное тело, и потянуло за собой, но только и само ушло, оставив неописуемый страх на душе.

Маленькими шагами Даниил начал возвращаться, но старался не поворачиваться назад лишь бы не оставить его за спиной.

Когда он вернулся, на обороне так же стояли Коля и Илья. Когда появился хоть какой-то свет, Даниил упал на пол, и начал отползать, смотря в тень.

...Тепло от костра чувствовалось затылком. Он находился чуть ли возле костра, примерно ещё один шаг и он окунется в огонь.

Что же это было?

Это те мутанты о которых предупреждали? Это новые чудовища, которые будут править миром?

Даниил потерял сознание от стресса.

Сидя на кресле, он смотрел на костер, который медленно начал потухать, и ему оставалось следить за тлеющим угольками, которые медленно падали, превращаясь в пепел.

В воздух начинал подниматься дым, который оставлял копоть. Даниил молча наблюдал за тем, как в воздухе распространяется дым, который уносился вдаль в туннель.

Беззаботно он ждал прихожих, которые проходили один за одним. Ильи и Коли на посту не было, может ушли куда-то.

Время шло быстро, он сидел читал книгу, которая рассказывала хоть и не большой истории, но прочитать что происходило на других бункерах тоже интересно. "1 Марта 2022 года, случилась третья мировая война, в дальнейшем она стала последней масштабной. Люди укрылись в единственном оазисе, находился он под городом Мариуполь. Из 500 000 людей, осталось в живых меньше 150 000. В первые два года, люди разграбляли имущества своих бункеров, а с ним пришла и обстройка, которая поразила все бункеры. В то время как на будущем месте Столицы делали комнаты из кирпичей, в провинциальных бункерах в основном царил хаос, и каждый обеспечивал себя как мог. Люди начали придерживаться идеологиям. Позже сформировались в первые годы после ядерной войны, началось ещё две важные исторические войны. Первая: война Комсомола и Масти. Первое время эти два бункера даже не граничили. Офицерская была первым бункером Комсомола, и создалась после революции людей, которые захотели после ухода власти создать свои законы, позже обе фракции признались как своими странами, на которых вход был воспрещён, но после появлении Столицы создали договор, по которому можно было пропускать: туристов, солдат Столицы. Первой станцией Масти был Буревестник, который в первый год существования получил похожую историю как с Офицерским. Позже Комсомол захватил больше бункеров, а следом и Масть. Четыре бункера присвоили Масти, а шестнадцать Комсомолу. Ленинский и Мастерский граничили одним туннелем, и после приказа В.К.Мастяна началось наступление Мастерского к Ленинску. Быстро атаку отбили солдаты с Ленинска, о атаке со стороны Мастерского сообщили лишь через три дня, тогда по приказу К.Д.Комсомольца (настоящая фамилия Миронов) была масштабная захвата Мастерского, спустя два месяца кропотливой войны он был захвачен, и Мастян согласился на перемирие.

Второй войной стала Столица с Ильичевском. Война закончилась через несколько дней, после того как Столица отключила питание Ильичевску, и некоторые солдаты сожгли пару бункеров, позже Ильича капитулировала.".

Может, ему повезло оказаться не в тех местах, где идёт ужас по сей день.

Пришел очередной человек на проверку. Даниил встал, и подошёл к нему. Выглядел он неряшливо. На нем был одет помятый деловой костюм, висел на шее бантик, который он постоянно поправлял, а на лице была одета обычная медицинская маска. Он схватил Даниила за плечо, и злобно лишь сказал: "Вернись".

Проснулся Даниил на больничной койке.

Глава 2

Койка была укрыта в белую простыню. Вдали у двери стоял врач. Он спрашивал других больных или раненных с основными вопросами о самочувствии.

Когда пришла очередь Даниила, врач лишь быстро осмотрев его, записал в своей тетради что-то, и медленно выдохнув развернулся и вышел из палаты.

Потолок был обит тканью, которую натянули, чем-то похож на натяжной потолок. Стены так же были покрыты серой тканью, основных стен в госпитале не было, это был большой зал с искусственно сделанными комнатами.

Глубоко вдохнув, Даниил приподнялся и встал. Голова слегка побаливала. Маленькими шагами он вышел из палаты. За палатой была небольшая комната, где находились ещё палаты. У стены стоял столик, у которого сидел врач, записывающий в тетрадь, а к нему на прием очередь. Те, кто был в очереди, общались и рассказывали истории из своей жизни...

-...Я сам то из Старого Крыма, родился то тут, но сознательную жизнь прожил там.

-Ага, и что ты тут делаешь, раз ты жил там?

-Когда началась ядерная война, я не поверил сначала что такое возможно, думал до последнего что неудачная шутка, или если не шутка, то вопрос решится. Запасся едой и водой и спрятал всё в погреб, положил заодно одежду запасную и противогаз. Перед взрывом я видел, как ракеты летели в воздух, и летели в сторону Ростова, но их сбили у нас... Я в последнюю секунду спрятался, а вся моя семья, все знакомые, все остались на поверхности. - с грустью рассказывал человек

-Ну, а сюда хоть как добрался? Пешком идти часа три, вряд ли ты бы три часа почти без защиты шёл сюда.

-А вот и шёл. Шел я по трассе. Знаешь, когда я шел видел много обугленных деревьев, да и дома которые видны с далека, зрелище страшное, особо, когда не знаешь - есть ли жизнь, или город заброшен.

Очередь медленно пошла, но разговор не прекращался. Даниил всё слушал с интересом, хотя, он вообще всегда любил слушать рассказы людей.

-А дальше? Вот ты добрался, а как сюда к нам попал то?

-Да пришел значит я, оставшимися силами добрался до Тысячи Мелочей, походил по заброшенным магазинам, да и вообще ходил по городу. Шёл да шёл, и в итоге отключился, проснулся в бункере, не помню уже в какой, потом сюда на Красноречивый перевезли...

История оборвалась как пришла очередь этого мужичка, и Даниил расстроенно пошел в сам бункер.

...Огромное помещение, где у стен стояли дверцы ведущие в комнаты. На всех комнат не хватало, и людям приходилось с собой приносить палатки, или самим из железных пластин строить комнаты, но всё это с позволения главного. На потолке висело три люстры, на которых были масляные свечи, которые медленно выпускали копоть и оставляли на стене следы.

Стены были покрашены в синюю краску, которая начала шелушиться. На полу был застелена древесина, которую принесли с поверхности из домов и других помещений.

Разговоры мешались, и стоял один лишь гул, везде можно было услышать осуждение, истории, песенки да басни, все жили, они все радуются своей бытовой жизни, которая скромна. Каждый человек был худощав, они все питались очень мало, но никто не жаловался. Люди нашли общий разговор после войны, и все старались дружить и поддерживать связь чтобы не сойти с ума.

У тех, кто были комнаты с бункеров, скупали вещи в соседних бункерах, и тут открывали свои небольшие прилавки, хотя в основном это была открытая комната, где у двери стоял столик, а на столе продукты и вещи. Хотя в основном это были стандартные вещи по типу обуви и кофт.

Когда в бункере тухли свечи на люстрах, то для людей это означало что наступила ночь, и пора идти в палатки или комнаты, ночь наступала не быстро, день длился около пятнадцати часов (для справки в основном день на всех линиях меньше десяти). В момент, когда Даниил шел, потухли последние две свечи, и в бункере стало темно. У многих были фонарики, и освещая бункер все доходили до комнат.

Даниил, зайдя в свою комнату, увидел матрас на полу, рядом свечку новую, и письмо на матрасе. На письме было написано "Даниилу Калафанову". Он его поднял и вскрыл бумагу. На листке сложенный в четверо листа А4, было небольшое письмецо, в котором заявлялось: "Дорогой Даниил Калафанов. Вы приглашены на встречу с Максимом Мексиком, вы должны будете обсудить важные дела, встреча в час ночи". Под письмом была вырезанная фотка Азовстали из старой газеты, что было видно по пожелтевшей бумажке. Обычно в книгах, которые печатают сейчас используют сканированные фотки с газет.

Наручные часы показывали шесть часов вечера, примерно в это время обычно и отключают бункер.

Даниил прилёг на диван затушив керосиновую лампу.

...Длинный туннель похожий на переход Приморского на Красноречивый. Размытые блики фонаря светили в глаза, но как он подходил к источнику, он резко отдалялся словно телепортировался.

Останавливаться он не мог, за спиной был шум рычания, который так же быстро доходил до Даниила и отдалялся. Голова трещала, а тело немело, он его не чувствовал, он просто автоматизировано шёл по туннелю, не чувствуя какую-либо усталость, он лишь думал о боли в голове. Тихий топот, который исходил от сапог Даниила, бегал по туннелю возвращаясь, а точку начала. Шаг за шагом.

Туннель не заканчивался, словно передвигаясь вперёд вместе за Даниилом.

Свет так и напрашивался показать источник, конечно, если он есть. Медленно вбивая в глаза, он становился ярким, потом тускло.

Тело не слушалось, и на каждую попытку перестать идти, оно совершало ещё один шаг. Рычание за спиной так же царапало спину, и резко отдалялась, оставляя эхо.

Вот! Он схватил этот свет в ладонь и сжал его, и он просвечивался через руку красным цветом. И наконец, тело остановилось, остальные лучи исчезли, а рычание ушло. Ноги разболелись от пройденного расстояния, но его покоряли чувства пройденного расстояния и пройденной цели. Луч исчез. В спину впились когти, и он упал на пол, его спину раздирало чудище, которое он не мог увидеть.

Часы начали вибрировать, что разбудило его. На часах было двенадцать десять. Даниил, протерев глаза, перебирал отрывки сна, и с каждым новым отрывком сон забывался. Он зажёг свечку, и взял книжку на полу, он их разложил так, что казалось, что в уголке стояла небольшая библиотека из старых книг.

Его глаза медленно моргали, а руки неохотно доставали книгу. Он достал первую попавшеюся. Это была старая книга неизвестного писателя Карачева Смерть на улице. Всё же отрыв книгу с глазами, он начал читать первую строку...

"На улице стоял туман, который медленно поглотил меня словно яблоко или мясо. Мой противогаз сжимал мое лицо, перед моим взором встал Азовсталь. Огромное сооруженное место для создания старых рельс, повалило свои трубы перед мною, и я в честь уважения склонился, и прошептал...", Даниилу стало не интересно читать очередную историю про путешествия на Азовстали, таких книг на бункер было больше сотен, и каждый уважающий себя писатель должен был описать Азовсталь. Кто-то писал о его величии и достоянии для будущего и сейчас, а кто-то писал, как он плохо влияет на окружение. Но итог всех этих рассказов был един: он заброшен навсегда.

Оставшуюся часть он просто пролежал, пялившись в потолок, а на потолке пятна протекающей воды, треснувший бетону возле правой стены, сгоревшая лампа накаливания, которая висит уже года три.

В мыслях вспомнились строки из книжки во сне о войнах, а ведь сейчас война тоже идёт, только Даниил не знал кто с кем воюет, но с кем-то точно опаснее чем Комсомолы или Масть, что-то гораздо опаснее, конечно, вся эта война не дойдет до их бункера. Что может представить бункер, находящийся на окраине всей линии, который ничем не примечателен?

Часы на руке медленно тикали, что начинало раздражать. Хоть он и поспал, но эти пару часов даже не почувствовались как отдых. Голова ужасно болела, а по телу шел озноб. Ему хотелось спать, но, он не мог, ему надо было в скором времени идти к главному. Из-за этого было еще тяжелее. Веки медленно закрывались, но он не мог уснуть.

Время на часах медленно приплыло на час ночи. Даниил встал и открыв стальную дверь, вышел в темный бункер. Он взял с собой свечку. Из комнатки главного исходил свет от лампы. Бункер был чист настолько, что даже не было ночных торговцев. Три шага вперёд, три налево чтобы обойти столб, один в право, и остальные до конца вперёд пока не найдешь деревянную дверь, снятую с чей-то квартиры. Он схватил приятно прохладную ручку двери и открыл ее, и его встретил яркий свет.

...По центру стоял стол из ели, на это указывал довольно свежий запах. В левом уголку шкаф, за столом картина пейзажа озера, в правом ещё одна дверца, где предположительно была комната главного. Обои были серые с черными точками и линиями, а на потолке свисала лампа накаливания. Всю эту картину дополнял толстяк низкого роста с волосами чуть длиннее лба, сам лоб маленький словно под диаметр пули. Щеки были настолько большие, что было чувство что они выпадут, губы толстые, а на подбородке была щетина. Перед столом стоял стул, на который Даниил присел.

-Ты же Даниил? - голос главного звучал как школьник во время пубертата. -Ладно, в принципе кто мог ночью прийти кроме тебя. Ты должен помочь каравану на Красноречивый. Просто перенеси товар с остальными и вернись.

-А что нести?

-Для тебя махорку, ты же дурачок! - пошутил главный -Одежду, и всё. На большее ты не достоин.

Знатно посмеявшись, главный продолжил:

-Сегодня... - посмотрел на часы главный -Ну через несколько часов, как только включат освещение, иди к Петруше, он тебе расскажет.

Закончив свою речь, он показал Даниилу взглядом чтобы выходил.

Даниил, встав и задвинув стул, вышел из кабинета. В бункере, как и прежде было темно, лишь свеча, которую он нес руке освещала путь. Ему ничего не оставалось как пойти на пост к остальным, если, конечно, смена, а если нет...

Подойдя к огромной железной двери, он, дёрнув затвор и проронив свечу, вошёл в огромный туннель.

-...Я тебе и говорил, что сегодня будет что-то ужасное! - недовольно кричал Коля -Эти твари новые, словно поджидали момента, и сожрали. Теперь не четырехсотого метра, ни Саши, а по шапке мы получим!

Заметив Даниила, оба кивнули, и продолжили спор.

-Ну конечно, китайский Дарвин! Конечно же ты лучше знаешь гребаного ученого по образованию с красным дипломом! - недовольно продолжал спор Илья. -Ты хоть понимаешь, что это мутанты, это не просто угроза как мутанты, а это будет второй белой смертью! Только уже окончательной для нас, вряд ли нам с тобой ещё предстоит увидеть белый свет.

Началась ещё одна минутка ожидания. В лицах отчётливо читался сбор информации, чтобы они не вкинули, Даниилу уже интересно.

-Получается это не сон был? - спросил Даниил

-Какой ещё сон? Ты просто отключился, придурок. Иди на дрезине прокатись пока дяди разговаривают.

Прогнав Даниила, он одел на себя бронежилет с автоматом, и заведя дрезину, уехал в туннель.

Туннель уже не казался чем-то большим, даже наоборот. Лампа, стоящая на столике, освещала небольшое расстояние, несколько автоматов, а на столике возле лампы журналы непристойного характера. Обычно Даниила не хватало прочитать журнал, пролистав несколько страниц обычно клал обратно, так как вся тема голых баб, его не интересовала давно.

В туннеле дальше свисал провод, которого раньше было. Он слегка искрил и освещал промежуток туннеля, в котором он был. Это поддало его на мысль что возможно в городе осталось, или даже есть электричество.

Проехав эту часть туннеля, всё окуталось во тьму. Ко тьме Даниил уже давно привык, как никак уже девять лет как червь под землёй. Может, обычного бы человека это всё пугает, жизнь без света, интернета, телефона, обычной воды даже нету, а если и есть, то ограничена.

Дрезина издавала по-своему уникальный звук. Мешанина меж звуком рельс и мотора, до автомата, который так же лежал дулом на седушке. Это можно было считать за убаюкивание, медленно все шло как колыбель.

На этот раз на столике лежала пачка самокруток положенными в пакет, рядом с ней спички. На столе помимо самокруток лежала бумажка с кровавым следом, Даниил даже ее не заметил.

Даниилу вспомнился тот разговор и сон... А вдруг то был не сон? Конечно, это был не сон, раз нету Саши, началось буйство у друзей, это значит лишь одно: нависла новая угроза.

А как ее убрать?.. Эти мутанты ведь не просто существа тупые, раз они не стали с Даниилом что-то делать, значит он им нужен? Но для чего? Конечно, может они просто дали временное помилование, ему, да и всему бункеру, а вот завтра уже придут и убьют всех к черту?

В мысль пришло то, что профессиональные бойцы могут вычистить эту нечисть да забыть про нее как про букашку задавленную. А на что Даниил способен? У него нет мотиватора, нет цели, да и как он бы их уничтожил? Взял бы автомат и перестрелял? Да ему даже за пределы бункера с ножом не дадут выйти, что уж говорить о автомате с полной готовностью.

Караван...

Если после того, как попасть на Красноречивый, пойти на соседние бункера? В бункере же есть главная точка, и зовут же ее Столица, вдруг там смогут решить эту проблему? Ну а как туда попасть, ни паспорта, ни пропуска, даже карты нету чтобы найти путь. За Красноречивым идёт Буревестник, а за ним то что? Навряд-ли слепая точка, есть же что-то?

А если выкупить карту у кого-то? Сомнений нет, план гениальный, а деньги где взять?

Главная точка Столицы это Левобережный, означает путь идёт туда. Но, а как туда попасть без паспорта и пропуска? Даже если допустить вариант того, что его кто-то привезет или унесет, то что дальше ему делать? Есть ли там вообще главный? Вдруг там иерархия, и на самом про то, что пишут в книгах, было неправда?

Дрезина стучалась об рельсы, мешая обдумать план. По его памяти, на Красноречивом была огромная карта, там и центральный узел хорошо показан, и маршрут высмотреть можно. Только, если он и доберется до Красноречивого, их быстро прогонят назад к каравану, и уже не получится прогуляться.

Когда дрезина заехала за угол, он приглушил мотор, и остановился. Ильи и Коли не было, может ушли куда ни будь. Он уселся в кресло возле костра, и продолжил свои рассуждения.

Из двери вышли измотанные Коля и Илья. По их глазам было видно, что им уже не до ссор. Они попросили выйти Даниила на соседний пост, мол, так главный приказал, а им не хочется идти.

Он взял автомат с дрезины, и накинул на себя, и выдвинулся во тьму.

Ему было страшно. Он не хотел идти обратно в темноту, где увидел то чудище, но, ему приходиться.

Темнота поглотила всё. Не было участка, где было бы светло, и даже сквозь длинный туннель, не было видно костров или прожекторов. Нагрудный фонарик освещал расстояние вытянутой руки, да и то, концы пальцев поглощались во тьму. С тьмой, была и тишина. Даже громкие шаги Даниила, которые он специально выбивал, быстро тухли. По туннелю бегали крысы, их маленькие лапы, очень громко бились об землю.

Наконец, сквозь тишину начал слышаться шепот. Но когда источник шепота услышал шаги и замолчал. Сквозь темноту кто-то, хрипло крикнув, спросил:

-Кто такой?! – хоть голос и был хрип, но он был низким и громким -Пароль!

-Свои, Даня я!

Когда они услышали знакомое имя, включили ослепительно яркий фонарь. На посту стоял Иван Ильич с Артемом, остальных не было. У обоих были фонари, только у Артема он был выключен. У них глаза были красные, словно капилляры лопнули. Зрачков у них не было.

-Извини, не узнали. – уже не естественным голосом ответил Иваныч

От страха Даниил достал автомат, и навел на них. Они быстро опустили автоматы, и их глаза обратно вернулись в натуральный облик. Его это удивило, но он не опустил автомат, но сделал шаг назад. Они успокоили его, и предложили выпить чаю, он согласился.

Глава 3

-Дети, я вам рассказал, чего вы достойны и как должны донести груз! А теперь взяли и пошли!

Как командир завершил свою заранее подготовленную речь, они взяли большую носилку и пошли.

Даниил стоял спереди право. Он покидает территорию бункера, хотя не должен был довольно долго. Хотя, может судьба сама решила его наградить возможностью спасти хотя бы свою шкуру.

Краснофлотская славится тем, что на ней есть карта, по которой можно определить, где ты находишься если нету своей. Карту ему придется увидеть один раз, но за этот раз он должен проанализировать всё что можно, и постараться запомнить.

Миновав последний пост, настала тишина. Все молчали, все смотрели во тьму за командиром.

Конечно, можно было на Красноречивом осмотреть карту, и собрать данные. Конечно, тех данных не хватило бы на весь путь, в любом случае Левобережный находится под Азовсталем, который давно развалился. Ещё меж туннелями уходящих за Проспект Мира и Новикова завалены, есть один, но он лишь для караванщиков, договоренных с самим главным. Обычный смертный туда не попадет, хоть пойдет через поверхность на основной вход, но получается придётся идти сквозь заваленные трубы и провода, которые окружают всю территорию. Хотя, если спустится в порт, то можно сесть на давно запачканную дрезину и поехать, в любом случае дорога ведёт лишь в Азовсталь, а за ним дорога ведёт на другой завод, не менее легендарный. Ильича всегда был сердцем города, ближе к этому заводу находились жилые районы, основные деньги в него входили. Под Ильича находится Пушкинская, а рядом с ней Офицерская, самый большой бункер, чуть меньше идёт Левобережный, а самым маленьким считают Лбовный, хотя есть полу туннели и полу бункера.

...Стены были покрыты слоем зелёной краски, она начала шелушиться. На потолке каждые пять шагов висели цоколи, но без лампочек. На полу лежало давно прогнившее дерево, хотя, казалось бы, логично, девять лет никто не менял и не ухаживал, а те, что были ближе к бункерам, были давно собраны для отопления.

Это был первый его поход за территорию своего бункера, как он спустился сюда ребенком, так и жил в нем до совершеннолетия. Хотя, странно считать шестнадцатилетние совершеннолетием, можно закрыть глаза на то, что продолжительность жизни и так уменьшилась, хотя...

Туннель эхом отражал звуки ходьбы, хоть и не сильно. Была видна лишь темнота, она сжирала всё вокруг, и весь караван шел на звук ботинок командира.

Вдали начал видеться свет. Это было разветвление туннеля. Правый туннель вёл на Азовскую, а левый на Красноречивый, оба бункера давно стали закреплённым успехом Независимых. Азовский славился разнообразием вагонов, платформ, да и просто размера. Вот Красноречивый наоборот, там меньше платформ и размера, но сам бункер богат всем, считать его торговым бункером нельзя, но большая точка Независимых уж точно.

Они приблизились к разветвлению туннеля. Командир остановился, осмотрелся, и повернул на право, все молча за ним. На этот раз туннель наполняли лампочки, небольшие.

Почему они пошли на Азовский? Хотя перечить командиру не самое лучшее дело, но вопрос остаётся вопросом.

На полу не было дерева, вместо его была пожелтевшая плитка, которая была пройдена не одним десятком человек. Туннель сам был небольшой, и с одного лишь разветвления стали видны платформы.

Когда они прошли всё расстояние, их встретило огромное сооружение.

Длинная платформа по бокам которых небольшие водоемы, над бункером проходил мост с Красноречивого по Буревестник, местные называют его Мост-Воды. На потолке была сделана выделка дугой, а также на потолке висели огромные часы, которые показывали точное время. С длинной платформы шли мостики на небольшие платформы, с которых вели на большие, так обычная конечная станция поездов с контейнерами превратили в рай для глаза. В бункере было довольно чисто, большого мусора не было, максимум была грязь, но ее быстро вычищали уборщицы. По боковым стенкам были выбиты рисунки города, было видно, что их рисовали быстро и неуклюже, но антураж веет духом галереи.

-Дети, сейчас переходим туда! - ткнув пальцем на правый мостик командир -Там отдыхаем, позже пойдем дальше.

Когда они принесли носилку, их встретил ещё один небольшой зал, где людей было намного меньше.

Украшен он был в жёлтую краску. На полу красовалось дерево, а на стенах была жёлтая краска. На потолке, который вытянут дугой, свисала люстра, на которой были две лампочки. Положили носилку по центру. Кто-то достал свои сигареты, кто-то начал общаться, а Даниил, просто стоя осматривал бункер времени от времени бегая на мостик разглядывая красу. Командир, увидев, как Даниил бегает, разрешил покинуть караван на время, и прогуляться по бункеру.

После разрешённого прогула, Даниил слегка ускоренным шагом поплелся к центральному залу, и пошел по первому мостику.

Перешёл он на другую платформу, где справа стоял вагон советский, на котором была деревянная вывеска "Общежитие". Внутри на окнах висели шторки, и через них виден был неяркий свет, чем-то похожий на свечу. Внутрь Даниила не пустили.

В левой стороне был другой вагон, где так же написано "Общежитие", разочарованный пошел дальше по прямой. Перейдя через длинный мост, он попал в вагон. На полу в вагоне был потёртый коврик. Справа дверь была закрыта кирпичами, а слева был проход в остальную часть вагона. Пройдя через тряпку закрывающую дверь, перед взором Даниила встала самодельная столовая. Плацкарт (Хотя откуда он мог появится под землёй) переделанный под столовую, выглядел довольно опрятно. В последнем отделе занимающий несколько комнат, был человек типа бармена, которая наливал горячие напитки, а также блюда.

Люди здесь были одеты лучше, чем Даниил, здесь была жизнь с электричеством, которой не хватало Даниила давно, люди видно было счастливы.

Когда Даниил подошёл к стойке, где стоял мужчина лет сорока в фартуке, попросил любую еду, но предварительно покопался в кармане и вывалил несколько монет. Мужчина в фартуке шмыгнул носом, повернулся и начал мешать что-то в кастрюле. Когда Даниилу дали железную миску, ему приказали сесть за третий отсюда столик. Он взял свою миску, и пошел к столику. В нем сидел пацан, на взгляд лет двадцати, ни больше ни меньше. Одет он был в зелёный бомбер, голова брита налысо, а сам он ел жижу похожую на ту, что была в миске Даниила.

Даниил присел рядом. Пацан, напоминающий Скинхеда, поднял глаза на него, осмотрел и продолжил есть кашицу. Даниил ее быстро съел, он был голоден несколько дней. Когда Скинхед отложил миску, он положил руки на живот, он продолжил смотреть на Даниила, уплетающего кашу.

-И чё припёрся? - недовольно начал Скинхед

-Не твое дело - попытался сделать так, чтобы он отстал.

-Щас за базар свой ответишь.

Скинхед достал из кармана самодельный кастет, и нервно смотря на Даниила начал крутить его, словно угрожая. Увидев, что он не повел взглядом, убрал его и медленно натягивая улыбку протянул руку.

Даниил не сразу решился ее пожать, но, когда он дёрнул рукой, протянул в ответ.

-А ты неплохой мужик... Не девчонка, не испугался кастета. - с ухмылкой сказал Скинхед -Меня зовут Женя. Кличка Скинхед

Даниил, назвав свое имя, отложил миску. Его новый знакомый раздвинул ноги и улёгся на сиденье.

-Не плохо раньше же делали поезда.

-Может быть, - встав с сидения ответил Даниил -Но мне надо идти.

Пройдя несколько шагов, Скинхед схватил его за руку.

-Куда такой девчонке идти одному? Давай проведу малышку - с усмешкой говорил Скинхед. -Куда тебе надо?

Даниил решил не скрывать чего-то, он объяснил всю ситуацию, куда ему стоит добраться, как и зачем.

Скинхед улыбнулся от рассказа, и сказал про то, что он таких мразей ногами бил, Даниил естественно не поверил.

Когда Даниил выходил из вагона, Скинхед попятился к нему. В свою очередь Даниил не пошел к каравану, а к выходу в соседний туннель, который вёл в Красноречивый. На посту никого не было, и он просто пошел...

...Кафельный пол громко отдавал каждое движение. Он шёл по туннелю с закрытыми глазами. До того, как пойти с караваном, он купил военный рюкзак, в него он положил батон хлеба и штык нож, который навряд-ли ему пригодится. Одет он был уже в военную зелёную куртку с горными штанами, так же на ноги нацепил старые берцы. Он держал лямки рюкзака и шёл по темноте. Фонарика не было, хотя он и не зачем ему, туннель по прямой всё равно идёт.

Он оставил караван, ему за это должно грозить суровое наказание, возможно выселение со станции, а хуже расстрел, но он не для себя шёл поэтому всему, а ради своих друзей, хотя, возможно они уже лежат мертвые.

За спиной послышался свист. Даниила охватил озноб, и он остановился.

-Давай проведу... - за ним шёл Скинхед с нагрудным фонарем и автоматом на перевес. -Негоже шастать одному.

Кампании Даниил был не против, но идти одному спокойнее чем с кем-то. Скинхед подошёл к нему, и хлопнув по спине пошел вперёд.

-Стой, - остановил Даниил -А карта у тебя есть? А то пойдем в тупик.

-Карта для слабаков - отшутившись ответил он

Лампочек не было. Каждые десять шагов хоть и были цоколи, но следов лампочки не было. Чуть дальше шел новый спутник Даниила, который нагрудным фонарем освещал расстояние вытянутой руки. Автомат, который свисал на спине Скинхеда болтался, задевая его рюкзак.

Дорога была довольно чистой, даже следов от грязных ботинок не было. По потолку туннеля шёл длинный и толстый провод, застеленный слоем пыли.

Хоть у него была собственная защита в лице Скинхеда, Даниил переживал что может случится с караваном, навряд-ли же они развернутся и пойдут назад.

-Сам то откуда? - неожиданно спросил Скинхед

-Я тебе говорил, а ты?

После заданного вопроса, Скинхед промолчал, остановился и повернулся к Даниилу.

-С Доисторического. - неодушевленным взглядом лизнул он в сторону Даниила -Что делаю тут - не твое дело.

Оставшуюся дорогу они шли в тишине пока они не увидели вдали свет от костра, а там ждал первый пост.

На посту стояло трое мужчин одеты в черные балаклавы и кожаные куртки с вышивкой на плечах оранжевого круга, в их руках были автоматы, а на перевес свисали пули от пулемета, который стоял рядом. Их молча пропустили, проводив взглядом, но на душе после взглядов становилось плохо.

Второй пост стоял недалеко от первого, но уже выглядел скромнее. Заместо пулемета стоял прожектор, а люди даже не обращали внимание на них.

Третий пост уже остановил, они быстро обыскали Скинхеда, а на Даниила даже взглядом не повели. Вот когда Скинхеда впустили, Даниила начали обыскивать и выпрашивать паспорт которого у него не было. Но всё же когда они не нашли ничего, они неохотно впустили, а в след бурчали.

...В бункере горело несколько ртутных ламп, по бокам у входа стояли искусственные клумбы. Первое впечатление было о том, что это короткий коридор. Но пройдя чуть вперёд и направо, открывался вид на главный зал.

На правой стене зала было нарисована огромная карта, возле нее стояла лента. Высокие потолки и массивные стены упирались об колонны из мрамора, который был чисто вылизан. На полу красовался имитация тротуара, на самом деле это были обычные кирпичи на земле. В местах, где не было тротуара, лежала земля, в которой росла трава и цветы, хотя, казалось бы, откуда им взяться.

Даниил аккуратно по тротуару дошел до карты местности, он взглядом прикинул путь. Следующим на очереди должен был быть Буревестник, за ним Ленинская, хотя если бы не обвалы можно было бы по прямой с Ленинской выйти на Печатную Станцию и прийти по туннелю к Проспекту Мира, но как обвален путь, ему придется пройтись через Гитлеровскую и заброшенную Доисторическую, она как раз рядом проходит через Азовсталь, а с завода можно попасть напрямую в Левобережный. Казалось бы, такой короткий путь до Левобережного? Хотя, если подумать, то добираться до всего не меньше трёх дней, а то и больше.

За Даниилом стоял Скинхед, и нервно стукал носком ботинка об кирпичи.

Он возмущённо покричал на Даниила чтобы ускорялся, так как хочет выспаться.

На возмущение Даниил поддался, и в итоге пошел со Скинхедом искать местное общежитие.

Искать долго не пришлось, оно находилось рядом с картой. Скинхед подошёл к старому мужчине сидящем в будке рядом, и попросил оформить одну комнату на двоих. Ему выдали билетик с номерком и ключом, он жестом рукой позвал Даниила, и они вошли в вагон. Внутри вагон напоминал ту местную столовую, только это уже были полные купе вагоны. Пройдя пару комнат, Скинхед открыл дверцу и вошёл в нее, а Даниил за ней.

...На цепях висели две кровати, между ними стоял столик, а на столике лампа. Окна были закрыты шторками, а чуть выше, чем была дверь, стояла большая полка с книгами великих поэтов девятнадцатого и двадцатого века.

Они оба застелили кровати, и Скинхед повалился на кровать, и заснул на ней оставив Даниила с тишиной и собой. Он сел на свою кровать и пока развязывал шнурки на ботинках, размышлял сегодняшний день, казалось бы, обычный день военного или сталкера, но для обычного человека это что-то новое, что-то невообразимое. Когда Даниил всё же снял ботинки и лег, его глаза медленно начали закрываться, его захватил сон.

...Он снова шагал по туннелю, только свечений стало больше, а рев за спиной стал громче и злее. В этот раз он не просто шёл, а уже в полу беге. Рев постоянно подходил и уходил, а свет то ярче то смутно. На этот раз просто вытянув руки не получится схватить заведомый кусок лакомства в виде света фонаря. Но всё же он смог поймать свет, и всё по тому же сценарию. Он упал, рычание разорвало его полностью, а он проснулся.

Глава 4

Проснувшись, над ним стоял Скинхед уже готовый выходить. Он дёргал Даниила за плечо. На нем была балаклава и неряшливая кепка с надписью "Bull".

Даниил неохотно встал, и начал шнуровать свои берцы. Накинув на себя рюкзак, они вышли из комнаты предварительно закрыв дверь. Они вышли из вагона, а на просьбу вахтёра, Скинхед пообещал разбить ему лицо если скажет хоть что-то ещё.

По бункеру бегали дети, и играли на детской площадке, а именно ржавой качели и горке, откуда она здесь, было неясно. Они шли по тротуару. Даниил заметил, что рядом есть ларек, но пойти не было смысла, деньги он оставил ещё на Азовском где ел кашу. На выходе стояли двое охранников, одеты они были в ту же военную форму с оранжевым кругом. Они быстро осмотрели рюкзаки, и выпустили в туннель. Возле выхода стояли ещё охранники, но они их пропустили.

Костров не было, как и постов. Везде были следы от ботинок, которые были здесь не один раз.

Наконец, они выходят за пределы территории Независимых. Буревестник по памяти Даниила принадлежал Масти, хотя он в этом не уверен.

Туннель был пуст, чистый бетон давно покрылся пылью. На стенах нарисованы были жёлтые круги (знаки Независимых) и орел, держащий свастику. Медленно туннель начинал заполняться свастикой, а на стенах были отверстия от пуль. На потолке не было цоколей, и даже по стенам не было следов от аварийных ламп, неужто освещения здесь не было и до ядерной войны?

У стен валялись трупы. Одеты они были в одни лишь трусы. Даниил при виде их, нервно повел взгляд на Скинхеда, а потом на труп. В итоге после нескольких кругов, он не выдержал, и рвота прорвалась через его рот. Скинхед ехидно улыбнулся.

Через пару сотен шагов они вышли на мост Азовского. Сам мост был даже без бортиков. Даниил подошёл к краю. Он стоял на высоте десятка метров. Люди, которые увидели, как он стоял на борту, цокали и кричали брань чтобы отошёл. Когда Даниил отошёл, он побежал за Скинхедом, который уже успел отойти.

Когда они шли, он непроизвольно понял, что туннель начинает сужаться, настолько, что уже через шагов тридцать или двадцать придется идти гусем, а дальше ползти.

-Меня это беспокоит... - боязливо сказал Даниил

-Да чё ты ссышь, проползем, через него и пришел сюда.

От слов Скинхеда, ему стало намного легче, хотя, когда он мог сюда идти? В момент этот вопрос стал неважен, они ползли по узкому туннелю, отталкиваться чтобы лезть дальше было сложно. Фонарь спутника освещал туннель, который, на радость, дальше не сужался, хотя, хорошо ли это?

Дышать становилось тяжелее, в воздухе висел груз, становилось жарко. Был слышен лишь гул сзади от бункера, и то, который постепенно отдалялся, и звук двух ползущих бестий в роли Скинхеда и Даниила.

Время от времени, ему становилось всё сложнее дышать, у него в пространстве было сорок сантиметров в высоту. Его ухо упиралось об пол, а другое слегка об потолок. Он слегка мог наблюдать ноги, и камни, которые были рядом.

Туннель становился всё длиннее, Даниил всё время поворачивался чтобы увидеть, когда закончится. Это словно было испытание. Сбежать каждый сможет, а выстоять перед страхом безвыходности сможет каждый? Конечно, Даниил уже начал думать, что это обычный бред, на самом деле он так же на своей же койке в медпункте, и это всё что перед его глазами, просто обычное видение, а может ли это быть предсмертным писком?

-Да сколько может он длится! - уже нервно крикнул он

-Молчи, скоро уже проползем, иначе останемся тут навсегда.

После слов Скинхеда, он сглотнул слюну, и его сердце затрещало словно он увидел главную опасность жизни. Сердце так же стучало, оно хотело выйти наружу вместе с органами, ему хотелось пространства.

...В его голове возникли странные мысли. Он не хотел уже видеть ботинки Скинхеда, он хотел пройтись, хотел увидеть свет, а не дальний букет света, который излучал фонарь, он хотел обычного уже социума, хотя был двадцать минут в туннеле, если это продолжится, скорее всего он сделает что-то ужасное. Ужасное, что даже ему не могло прийти за всю свою жизнь, даже тот день, когда падали ядерные боеголовки, ему не было настолько страшно. По его лицу начали текли слезы, а на щеках появился румянец.

Наконец, стал виден свет! Не просто свет, а от настоящих ртутных ламп!

Первым вылез Скинхед, вторым Даниил. Перед взглядом встала картина чистого и убранного туннеля. Никаких трупов не было, а на стенах была покрашена синяя краска. Одно впечатление что это единственное место, где туннель был реально ухожен, был важен хоть и вёл в тупик.

В туннеле гулял сквозняк, однако, было тепло. Громкий звук шагов даже начинал успокаивать его. Что это всё было? Что не так с этим туннелем? Можно ли эту щель, через которую они лезли назвать туннелем?

Вспоминая этот туннель, по телу начинали появляться мурашки, это было как в кошмаре, в котором невозможно проснутся, вспоминая его, хотелось вырвать прямо на пол.

...Наконец, начал видится свет с бункера. Светлые лампы освещали даже туннель. С расстояния был слышен гул людей, которые занимались чем-то.

Постов не было. Даже следов от возможных костров, туннель был чист. Может, конечно, на это влиял тупик, но не может же быть что туннель оставят без охраны.

Первый шаг на Буревестник был необычен. Как началась территория Буревестника, то на полу лежали плитки, сделанные в шахматном порядке, на стенах был мрамор, который хорошо сохранился. Массивные стены держались об потускневшие колонны, которые так же сделаны из мрамора. На потолке висела люстра, на ней горели довольно яркие лампы, которые были похожие на экономные.

По бункеру шастали люди, которые хоть и неряшливо, но престижно одеты. Везде на них были фирменные кофты и футболки, на штанах были шевроны со Гитлеровской свастикой, а на ботинках были те же самые гриндерсы, те же самые были на ногах Скинхеда.

Скинхед послал Даниила прогуляться. Он сказал, чтобы они встретились возле выхода из бункера. Он заново остался наедине с собой.

По центру бункера стояла статуя Ленина, который держал на своей левой руке свою голову, а правую вытянул к верху. Статую охраняла красная ленточка. Так же Даниил подметил что этот бункер похож на Приморский, только в другой окраске.

Палаток по залу не было, конечно, они могли быть и в соседних залах, которых было три, но туда его не пустили, сказали, что туда лишь жителям.

Назвать зал, в котором он был туристическим, нельзя было. По нему ходили люди азиатской внешности, которые не могли нормально выговаривать букву а, вместо этого выходило о. Один шел с сумкой, в которой были портянки, и кричал что за несколько монет продаст отличную рубашку или джинсы. Другой ходил продавал в похожей сумке пирожки с мясом крыс. В дальних уголках бродили люди одетые в точь как Скинхед. Только у них были белые шнурки, военные белые штаны и белый бомбер, в руках у каждого был либо пистолет, либо нож.

...На Даниила обрушился необъяснимый приступ страха. Ему хотелось быстрее уйти отсюда. Люди находящиеся вокруг казались ему злыми, они бросали ему свои зоркие взгляды, плевались на пол, бормотали под носом, и шли дальше.

Он решил подойти к статуе. Когда он подошёл к ней, смог разглядеть что на одежде статуи были дырки от пуль и ножевые ранения.

...Скинхеды обратили на него внимание, и подошли к нему. Лишь в близи было видно, что их одежда грязна, скорее всего она даже была в крови. У всех были голубые глаза, а на лицах шрамы.

-Ты чё то попутал дитё? - оскорбительным тоном произнес один из них

-Вы кто? Что вам от меня надо? - с недопониманием спросил Даниил

-Пацаны, он ваш. - подмигнув в сторону Даниила сказал он.

Его схватили, а тот, кто сказал, чтобы его держали, начал бить в живот.

В схватку влетел Женя, и ударил агрессора в живот, и быстро выхватил его пистолет направив на остальных.

Наступила гробовая тишина. Никто даже шевельнутся не мог. В остальной части бункера так же стала тишина, все начали ждать событий. Охранники, стоящие у проходов в остальные залы, шепотом переговаривались.

-Отпустили, мрази. - громким и твердым голосом крикнул Женя

Все молча отпустили Даниила, и Женя, взяв его за руку начал выводить его из бункера. Накалялась ситуация, было чувство что-то неминуемое, что-то, что заставить жалеть.

Когда они почти вышли в переход, из-за спины послышался громкий хлопок, который заставил всех замолчать. В один момент началась паника, а из-за рта Жени пошла кровь. Он, протерев тыльной стороной руки рот и увидел кровь, попустил слезу. Когда Даниил опустил взгляд, на его груди в области сердца была сквозная дыра от пули. Женя, разрыдавшись повернулся на Даниила, и передал ему пистолет. Он упал. Когда Даниил повернулся, он увидел этих скинхедов державшие пистолет направленный в его сторону. Когда начался крик людей, он схватил тело, он пошел в туннель слегка убегая.

Он держал его за предплечье, и старался нести как можно дальше. Звук крика и выстрелов не прекращался, он бил по ушам на ровне с сердцебиением и дыханием. Хриплые вздохи и выдохи Жени становились приговором. Совсем недавно они ползли в туннеле, а вот он держит его в полу мертвом состоянии, что это такое?

На спину начала капать Женина кровь, теплая и пронзающая кровь. Дыхание становилось быстрее, в голове была одна мысль - хоть бы он выжил.

Он бежал не задумываясь что будет дальше. Он надеялся, что дойдет до конца туннеля, до Ленинска, что Жене окажут медицинскую помощь. То, что он будет жить, будет!

За спиной был слышен крик преследователей. Они твердили чтобы они остановились. Пару раз были слышны выстрелы, и раскаленные пули пролетали возле них.

Туннель шёл змеей, он постоянно извивался, он всё хотел, чтобы он сбился с пути. Абсолютная темнота окружила, лишь светил тусклым светом фонарь Жени, который Даниил снял пока они бежали. Вот этот туннель был наполнен трупами, все они выглядели растерзанным, почти на всех лицах (часть была уже костлявой) была гримаса страха. Гулкий топот сапог так же заполнял туннель, дыхание становилось всё громче.

Даниил упал, просто взял и об камень споткнулся. Он уронил Женю. Он упал об камни и покатился, Даня же сразу встал и подбежал к нему. Сам Женя продолжал издавать звуки хриплого дыхания, он старался вдохнуть всё больше, но вместо полного выдоха у него шла кровь со рта. Он пытался позвать кого-то. Его тело потрясывалось, а глаза наполнились не желанием продолжать ужас. Наконец, Даниил смог рассмотреть, что говорил Женя: "Мама...". Безнадежность достигла своей кульминации, Даниил, смотря на умирающего Женю хотел сам сдохнуть, он ничем не мог помочь ему, тем более, как?

Последний вздох...

Последний вздох Жени звучал как искренние раскаяние богу за всё содеянное, как извинение за всё что было в его жизни.

Даниил не нашел другого варианта, как просто пойти в надежде на лучшее. Тишина съела всё вокруг. Темнота, которая окружала вокруг весь туннель, поддавал нагнетания. Он не смел с Жени достать фонарь, вместо этого, он шел в темноте. Ему казалось, что Женя до сих пор дышал, то, что он жив, то, что вздох был не последним, а затянувшимся. Ему казалось, что сзади кто-то идёт...

Эхо своих же шагов убегало и прибегало, оно путало ориентир, что Даниил пару раз прокручивался вокруг себя, и продолжал на ощупь идти. Фонарь постоянно искрил, так что, видеть он мог иногда, видимо, батарея села. Так глупо умереть своему товарищу? Конечно, это был несчастный случай, который предугадать нельзя было, но, а что если можно всё было изменить? Что если можно было бы ударить того безобразного мужика? Что если это была ошибка?

...Туннель начал заканчиваться. Бункера не было видно, даже обычных ламп не было, а бункер ли это? Вдруг это тупик?

Так и оказалось. Туннель был завален. Справа было помещение, какое именно назвать сложно. Зайдя внутрь, там была лестница. Рядом висела вешалка с надетым на нее противогазом и фильтром, а рядом на соседней автомат с ремнем. Конечно, было не лучшее решение брать это всё, ведь автомат был с подписью "Кириллу Мандерсу", такая же надпись и на противогазе, но он одел противогаз, ведь с лестницы исходил яркий свет, и автомат через плечо.

Потрескавшейся кафель на лестнице, был уже стёрт многими людьми, которые ходили по нему. Куда он идёт? А вдруг он сейчас выйдет на улицу, ну, если это она конечно, а там его убьют люди, и возможные мутанты? Хотя, ему было без разницы. Он поднимался по лестнице. Теплая меховая курточка согревала его, ведь уже стекла противогаза начали слегка запотевать. На лестницу начал падать свет солнца, что заставило Даниила прищурится. Его ждала поверхность, город, в котором он родился.

Глава 5

Окуляры противогаза запотевали, и быстро яснели. Яркое голубое небо, покрытое облаками. Вокруг давили пустые и огромные дома. Почти все окна были выбиты, а у некоторых зданий не было углов. Потемневшие стены были влажные. Справа стояло большое девятиэтажное здание, а слева пятиэтажное. Вся улица была обсыпана снегом.

Даниил вышел на разрушенную школу. Выйдя во двор, его выстрел ветерок. Снег был чист, ни следа. Пройдя чуть дальше, и спустившись по лесенкам, у него закружилась голова от видов зданий вокруг. Что-то словно ёкнуло в душе, заставило его переменить чувства грусти от смерти знакомого, до восхваления зданий.

Полная улица снега по колено, хрустело как кости. Когда он видел снег в последний раз? Не меньше восьми лет назад, когда один из караванщиков принёс детишкам снега. Конечно, тогда Даниилу не разрешили поиграть, отчим был строгим, но он смотрел со стороны. Забавно что те дети потом заболели лучевой болезнью, а потом и умерли. Горевал после этого весь бункер, да и новость дошла до соседних. Теперь никто не спускает снег с поверхности, боятся болезни.

Он повернул направо. Слева в тридцати шагах стоял детский садик, может, под ним и есть Буревестник. Справа стояла пятиэтажка, у нее были разбиты все окна, из некоторых вылетали шторы. Сам вид улицы заставил сердце стучать намного быстрее. Когда он в последний раз был на поверхности? Девять лет назад.

Он уже и не помнил, где его дом, да и вряд ли поблизости, а может и та пятиэтажка рядом и была его домом, черт знает.

Рядом на скамейке лежал труп человека. Он лежал лицом в небо. Рука была на спинке. Одет он был в почерневшую футболку и джинсы. Это был уже скелет, обеденный и сгнивший.

Глаза болели при взгляде на снег и небо, хоть уже и начинало темнеть. Ему нужно добраться до Ленинской через поверхность, по логике надо идти прямо, но, а что, если туннель будет сворачивать в разные стороны?

Он уже был обессилен. Прошлое событие убило его, казалось бы, почему если стреляли другому человек в спину, а больно и грустно ему?

Он время от времени закрывал глаза, но ему приходилось сразу же открывать. Глаза нереально пекли, они выжигались при свете, их хотелось взять и вырвать. По щекам шли слезы, его рот был приоткрыть, постанывая он опять их закрывал, и когда ему был виден образ Жени, он сразу их открывал, не желая видеть облика покойного человека.

Он споткнулся. Он упал лицом в снег. Опять образы Жени, да что это за хрень такая?

Он встал, шел пару шагов мимо садика, и сразу же падал. Начиная бежать, он спотыкался. Наконец, опять упав, он не стал подниматься, он уткнулся окулярами в снег, а фильтром продырявил его насквозь до асфальта.

Даниил, всхлипывая встал, потряс одежду, и пошел дальше. Солнце уже не так пекло, видимо, уже темнело. Он прошел детский садик, дальше шли девятиэтажки, за ними был частный сектор, было неизвестно, что дальше.

Когда он прошел за дома, вдали стала видна пожарная часть. Скорее всего, именно она ему и нужна. Но как до нее добраться?

Конечно, впереди была дорога через которую стоило чуть пройти и повернуть, но она завалена деревьями, обломками и машинами. Надо идти сквозь дома.

Он повернул назад и налево во двор. Лысые и сухие деревья стояли шатались, под ними беседки и лавочки, рядом с детским садиком ещё площадка, конечно, она была сломана в ходе пополнения припасов, но она оставалась в той же красивой расцветке, даже виднелись очертания персонажей из советских мультиков. Справа со стороны дома, лицом смотрели пустые открытые двери подъездов. Они манили внутрь. Вход в подъезд казался ртом, а окна первого этажа его глазами, существо словно зазывало подойти, зайти внутрь.

С восьмого этажа свисал бетонный блок, который держался на двух арматурах. С окна рядом махала шторка, которая развивалась на ветру. Ниже чуть были выбиты рамы окон, ещё деревянные. Вся тусклость этого двора собиралась в Данииле. Мертвые растения и здания, пейзажи словно заброшенного вчера места, словно Чернобыль сюда перенесли. Ему постоянно мерещились фантомы, это были дети, которые бегут на площадку, а за ними разговаривая родители. При виде родителей сердце останавливалось, конечно, лица своих он забыл, да и не было времени об этом думать, но когда видишь две даже вымышленные личности, которые пытаются восполнить дыру в сердце, то оно обливается кровью, по спине бегут мурашки, а за ними слезы. Но когда он подходил к ним, они пропадали. Как в том сне с огоньками.

Вокруг была мертвая тишина. Лишь иногда звучал скрип металла и карканье ворон, в основном он слышал дыхание и шаги. Улица казалась нереально длинной, хотя, казалось бы, шагов двести или триста.

Когда он дошел до дома, который был впереди него, он свернул на лево. Справа шла такая же линия девятиэтажек, а слева котельная, он уже навернул круг. Была ещё одна детская площадка, на этот раз железная. Сильно она не пострадала.

Наконец, закончились высотки, начались более меньшие дома, а с ними и выход с этого бетонного заточения.

Когда он повернул направо, он дошел до магазина, уже вскрытого и пустого, скорее всего до или после войны, люди крали пропитание. Это был небольшой контейнер, из которого сделали ларек. Рядом был магазин по больше, на нем стояла огромная вывеска - Семейный. Но на нём дверь была закрыта. Рядом с левой стороной, была больница номер одиннадцать, возле больницы росли огромные деревья, а на их кончиках были повешены разные флаги стран, видно, что их поставили уже после.

Он присел на лавочку остановки, которая была чуть дальше магазина. Он сидел просто на железном каркасе, деревянных досок не было же. Он смотрел в одну точку, это в закат. Как можно описать чувство, когда впервые за девять лет видишь небо? Всегда же видел он потолок, который максимум выделялся наличием копоти или рисунков.

На улице было видно, что она заброшена. Следов ни от животных, ни от людей нет. Перед ним был выбор, пойти рискнуть в пожарную часть, или пойти в больницу, одно из этих мест является входом.

Странно было бы пойти на больницу, сама же она и до войны была зданием не первой свежести, постоянно твердили что скоро под снос, и позже построят новый комплекс, а после войны оно скорее всего обвалилось, конечно, последний этаж здания виднеется сквозь деревья, но состояние хорошо определяется с расстояния: длинное здание, у которого в центре обвалена часть этажа, а то и всего здания, из окон торчат шторы и части окон, возле окон так же виднеются выбитые рисунком плиты, само здание темно-бордовое. Старый бетонный забор обвалился гармошкой.

Когда уже полностью стемнело, Даниил решил пойти сразу в больницу, если там уже ничего не найдет, то лишь путь остаётся к пожарной части.

Встав, он сразу пошел по прямой в небольшой лесок. Перейдя дорогу и перешагнув забор, он вошёл в лес. Темный лесок веял страх, куда фонарик не поверни - темнота. Глубокая тишина охватила периметр. Тишина давила на голову, нет привычных звуков, не слышно голосов людей, не слышно звуков костра, лишь пустота.

Казалось, что само здание очень далеко, лес не хотел заканчиваться. Казалось, что он в бесконечном лесу, как тот туннель.

Силуэт.

Среди деревьев был повешен труп. Он был словно свежий, ведь на нем всё оставалась кожа. На нем не было противогаза, лишь старый полицейский бронежилет. Даниил толкнул его не заметив, а когда заметил, повернулся, и ужаснулся. Его лицо было всё в крови, на нем же огромные следы от порезов, но было видно, что не от ножа. Всё что не в области бронежилета в крови. На правой руке не было запястья, оно висело прибитым на дереве. Было видно, что труп уже высох, что скорее всего он мумифицировал.

Даниил, не придумав ничего лучше, порезал верёвку, от чего упал, от него ещё отпала рука, он снял с него бронежилет, и одел на себя. После этого, он просто взял и пошел дальше.

Наконец, сквозь деревья стало видно само здание. Большое четырехэтажное здание встало во всей красоте. Даже обычные дома, которые он видел до, не казались ему столь великими, чем это сооружение.

Здание оправдало ожидание. По центру всё же была провал, осыпавшиеся камни с кусками кафеля и бетона лежали на заднем дворике, где был Даниил. У заднего дворника были скамейки и беседки, так же ещё чуть дальше детская площадка.

Он вошёл в здание.

Первый этаж казался не тронутым. Стекла оставались довольно целыми, банкоматы стоят, словно ни в чем не, бывало, везде стоят шкафы и полки, на стенах плакаты с названием отделения, и так же строение человека, у стен стояли кресла, в конце коридора был небольшой зал, только там дверь была забита крестом. Двери в палаты и кабинеты врачей были закрыты, больница словно остановилась во времени, вот как ночью случился взрыв, так она и стоит, ничего никто не своровал, только почему дверь забита?

Неважно. Он пошёл искать лестницу для прохода в подвал, скорее всего же там вход. Сразу он пошел в терапевтическое отделение, как раз там находилась забитая дверь. Проходя через отделение, ему всё больше мерещилось что его зовут, а в проходе что кто-то стоит, но стоило ему навести глаз и присмотреться, так сразу силуэт пропадал. Когда он начал проходить палаты, то на дверях была застывшая кровь, которая давно приобрела багровый цвет. Проходя ещё глубже, силуэты становились всё чаще, крови больше, а звуков, кричащих его имя больше и громче. В затылок било дыхание, эхо шагов стало громче, С ЭТИМ МЕСТОМ ЧТО-ТО НЕ ТАК!?

Силуэт встал перед ним...

На этот раз всё утихло, но силуэт не пропал, дыхание в затылок, эхо, крик имени, почему силуэт не пропадает?!

Глубоко вздохнув, он понадеялся, что это больная фантазия, но осмотрев его, он понял, что нет...

Полностью чёрное тело, плеч нет, сразу идут предплечья, всё тело худощавое, лицо чисто белое, пухлые губы, мятые щеки, чисто белые глаза, уши огромны, и достают до предплечья. Рот был слегка приоткрыт, и его белые глаза осматривали его.

Дыхание у Даниила участилось, он медленным шагом начал отходить, чудище так же шло за ним. Он спиной упёрся об что-то, это был шкаф, он в тупике. Он в панике быстро взял автомат в руки, и нацелил на монстра. Дёрнул затвор, заклинило, чёрт! Попытавшись снова дёрнуть затвор, рычажок отвалился. Отпустив автомат и взяв пистолет, он, вытянув руки нацелился. Старый пистолет Макарова уже прогнил, ручка отпала, но для уверенности...

Выстрел.

Выстрел случился со стороны, пуля попала в глаз чудища, он завыл и начал вертеться, в конце он ушел. Голова Даниила повернулась в сторону, где был выстрел, там стоял человек в полном обслуживании. Тяжёлый бронежилет, несколько автоматов на перевес, противогаз, который будет новее чем тот, который на Данииле.

-Выходи, жертва охотника. - в шутку сказал мягкий и звонкий голос. -Ты главное ручки свои подними.

Он вышел, подняв руки. Его быстро осмотрели, и спросили:

-Куда направлялся? Что тут делаешь? - в командирском тоне спросил человек, отчего даже у Даниила потекла слеза.

-Я искал вход на Ленинский, думал, может тут найду. - признался он

-Странно выглядишь для диггера, ну ладно. - осуждающе ответил человек -Вход не здесь, да и не в больнице. Он в пожарной части, пошли проведу, а там и посмотрим, застрелить тебя, или оставить в живых.

Махнув рукой, он подозвал к себе Даниила, и потребовал идти впереди, а также сдать всё оружие. Когда он отдал сломанный автомат и пистолет, они пошли. Вышли они уже через центральный главный вход. В главном дворике стояла по центру клумба с огромной ёлкой, как раз на ней и повешены флаги. Так же много скамеек. Когда они прошли двор, и повернули направо по дороге, человек не выдержал и спросил:

-А что ты забыл то на Ленинске? Да и почему через туннель не пошел?

-Да пытался через туннель, оказался завален...

-А ты через левый, или правый шёл?

-Через правый. - признался он

-Ну, да, он завален, а почему не вернулся? Мог же через другой пойти.

-Ну, я не житель Буревестника, меня впустили только в туристический отдел, а оттуда убегал.

-Ясно. Что забыл на Ленинске? Да и сам откуда?

-Да я с Приморского, надо было через Ленинск идти до Гитлеровской, заметил, что обвален ход, вот и гуляю тут.

Они к тому времени прошли больницу, и начали подходить к территории пожарной части. Вокруг был частный сектор.

-Ну, пацан я как вижу нормальный, не пристрелю, если ты просто проходом через Ленинск, то я тебя впущу.

-Спасибо.

Наконец они вошли во двор. Во дворе стояли разбитые машины, как и обычные, так и пожарные. Они вошли в гараж, и начали спускаться по лестнице. Спустились они в туннель, который на обратной стороне завален, он прошел завал.

Они прошли через блокпост, где быстро осмотрели Даниила, и заставили снять противогаз. На удивление даже паспорта не попросили. Когда человек снял противогаз, это оказалась девушка. Она предупредила охранников что он проходом на Гитлеровскую. Наконец, он вошёл в бункер.

Глава 6

Мягкий жёлтый цвет от ламп успокаивал от предыдущих событий. Хоть на улице была ночь, но люди веселились, жили, гуляли. Здесь жизнь текла, конечно, это не та, которая была в Красноречивом, или до войны, но жизнь здесь выглядела как жизнь.

У стен сидели бездомные, которые просят монетку на личные утехи.

-Меня зовут Кристина. - ответила девушка -Я местный диггер. Пошли проведу до соседнего крыла.

Даниил молча кивнул, и пошел за ней.

В бункере было много прилавков. Люди курили травку у костров. Тут было немного женщин, но они стояли возле мужиков полуголые, а также в руках держали табличку "Час - пять монет".

Кристина, шмыгая носом, постоянно поворачивалась в стороны.

-Не хочешь поесть? - спросила она

-Не отказался бы, но денег то нет...

-Могу за тебя заплатить, хочешь?

Конечно, он бы не отказался от такой возможности, но он отказался. Кристина пожала руками.

Она предложила хоть заглянуть в бар, а то сама есть хочет.

Когда они пришли в бар, она указала пальцем куда садится, а сама пошла заказывать что-то. Она принесла две миски с кашей, а также с одной бутылкой с мутной жидкостью внутри. Она уселась на переднее сиденье.

-А зачем тебе на Гитлеровскую? - спросила Кристина -Фашист вне воли?

-Да нет... - вспомнив его задачу он ответил -На Левобережный иду...

-Ну, конечно, не мое дело, а зачем тебе туда? - начав жевать свою кашу спросила она.

Даниил рассказал всю историю, ситуацию, да и путь до Ленинска. Кристина внимательно слушала историю.

-...Вот так вот... Вот подумал там помогут...

-Не история, а боевик, а почему не через Печатную Станцию пойдешь? - дожевав кашу спросила Кристина.

-Да по рассказам туннель завален, да и не уверен, что пропустят, паспорта то нет...

-А у тебя паспорта нет? М-да, тебя даже на Гитлеровскую не пустят. Как ты вообще пробирался до других бункеров?

-Пропускали как-то, просто проверяли рюкзак, да и пускали...

Кристина заметив, что он не ест кашу, которую она принесла, подтолкнула миску, и показала, чтобы приступал. Даниил откивавшись, всё равно приступил к трапезе.

-Ну и что думаешь на этот счёт?

-Ну... Путь окончен получается... Зазря бегал как ужаленный.

-Думаю... Я тебя проведу до Левобережного...

-Правда?! - радостно ответил Даниил -Ну... Мне нечем будет отплатить.

-Да всё равно на платёж, сама дальше Ленинска и третьего микрорайона не ходила. Прогуляюсь хоть.

Его это обрадовало. На смену одного спутника, пришел другой. В любом случае, ему было грустно, когда умер Женя. Как это могло случиться? Ему не верится, что в жизни такие неудачи бывают. А что было бы если он не умер? Ну, скорее всего Даниила уже провели, может, уже бы подходили к Азовстали.

Доев кашу, он встал со стола, и начал нести тарелку. Кристина его остановила, и сказала, что тарелку официанты забирают. Они встали, и начали уходить. Кристине сыпались комплименты того, как она сегодня красиво выглядит, или приглашение сходить куда-либо, Даниил даже заревновал что ли.

...Кафельный пол дополнял картину массивных колонн и мраморных стен. На потолке свисала люстра с лампочками накаливания, на удивление, все цоколи не были открытыми, все были закрыты лампочками. В бункере было очень светло, даже после улицы, глаза пекут. В бункере было очень много людей, больше чем в Буревестнике, хотя, по размерам было видно, что Ленинский меньше.

Кристина шла впереди, а Даниил шел за ней. У него не было оружия, он его оставил в больнице. Он надеялся, что ему выдадут хотя бы пистолет, так, для личной безопасности, но когда они подходили к выходу, что было понятно по двум огромным мужчинам, которые выше на две головы, он понял, что оружие если и получит, то не скоро.

Охранники были одеты в потёртые и порванные комбинезоны, на плечах у них свисали АК-19, на поясе свисала кобура, из которой торчал пистолет, на комбинезон одетый бронежилет, только не тот, который у Даниила, а уже военный, украденный с военных складов, в принципе, как и оружие. На бронежилете были запасные обоймы.

-Привет, Крис, - обратился один из Охранников своим тяжёлым и низким голосом. -Куда направляешься?

-Паренька надо отвести на Мутанскую - Кристина слегка изменила название Гитлеровской, видимо, здесь это норма -Ему по делам.

-Гм, понятно, а то уже подумал, что ухажёра нашла. - пошутил тот

-Не дай бог.

-Ладно, проходите, не буду задерживать.

Когда они прошли через охрану, то вся красота бункера пропала. Темный туннель был весь в грязи, со стен торчали арматуры, а на полу кости, и гниющие трупы. Да и сам туннель выглядел ужасно. На удивление, запаха гнили не было, это и к лучшему.

Освещения не было, лишь у входа была лампочка, да и она не работала.

На удивление, территория бункера быстро закончилась. Через двадцать шагов была начерчена красная линия, а за ней коричневая.

На этот раз он выходил в центральный узел, здесь пути могли разветвляться, спокойно могло быть до четырех дорог, и все вели в разные бункера. Центральный узел был здесь как соединение бункеров, как отделения мира, всё что за ней - мусор, что за ней - великий дар. По рассказам Ивана Ильича - здесь кипит жизнь, не так как у нас.

-Кристина... - начал разговор Даниил

-Чего тебе?

-А кто такие диггеры? - со стыдом спросил он

-Ну... Это такие люди, которые шастают на поверхность, проверяют, изменилось ли что, иногда могут принести что-то. Раньше у нас были сталкеры, они так же вылазили погулять, а на обратном пути приносили что-то, когда необходимость ушла, то пришли диггеры, и начали просто исследовать поверхность.

После ее рассказа, резко начали светить лампочки в туннеле, Даниил подметил это, но она ответила, что они уже минуты две под светом идут. Вот тут наконец встала краса туннеля.

Вместо бетонных стен, которые во всех туннелях, которые видел Даниил, стояли кирпичные стены, на которых был облеплен кафель. Ощущения были такие же, как от туннеля Буревестника. Всё чисто, ни трупов, ни рисунков.

Конечно, это не так сильно его поразило, как первый взгляд на Азовский, или Красноречивый, где жизнь была реальная, хотя, ему ещё нечего судить, он ещё в туннеле.

Почему-то рельсы остались в туннеле, хотя, они давно уже поржавели. Шпал не было, хотя следы от них оставались. Рельсы хоть и поржавели, но видно было что они используются, редко, но используются!

Рельс давненько он не видел. Не тех что были у его дрезины, а настоящие, которые клали под трамваи и поезда.

Хоть туннель и был освящен, но от него исходила жуть. Конечно, центральный узел, важная часть туннелей и бункеров, обеспечиваются они хорошо, впечатление о них хорошее. Но, почему-то от этого туннеля исходила жуть.

По рельсам начала бежать вибрация. С далека показалась небольшая дрезина, в которую можно поместить человек шесть, а то и больше. Она остановилась перед ними. В дрезине сидел старик, лет сорока. Он был одет в обычную оранжевую куртку строителей, на голове была каска.

-Внучки… Не хотите вас подвезу? – спросил старик

-Было бы не плохо, - начала отвечать Кристина -А за сколько и куда?

-Бесплатно, а куда вам нужно, туда и отвезу.

-На Левобережный сможешь? – вступил в разговор Даниил

-Без проблем. Проехать всего лишь шесть бункеров, а то и больше, только давайте спросим у моих карт, удачен ли ваш проезд, или нет

Старик достал из кармана потертой куртки карты игральные. Они так же были потерты, как и курта. Дед плюнул себе на пальцы, и начал перебирать колоду.

-Какую вытяните, такая решит вашу судьбу. – улыбнувшись сказал он -Правила таковы, друзья мои. Два червонных, два красных, ни мягких, ни твердых, сколько карт вытяните, столько осознаете. Одна покажет смерть, другая…

-Что за правила такие странные? Это загадка такая? – перебив, спросила Кристина -Как в этом выиграть можно?

-А ты сволочь не перебивай, – злобно фыркнул старик -Лишь один выживет из вас. Кто поймет правила игры первый, тот выигрывает, кто не успевает, тот исчезает.

Даниил с Кристиной решили промолчать. Они пересеклись взглядом с непониманием. Появилась нотка азарта, хотя, если это не шутка, то как человек может пропасть? Он не мышка или жук, который если пропадет, никто и не заметит?

Игральная колода упала на землю. Все карты рассыпались в разные стороны. Старик, смотря на них, перекинул ногу на другую, и начал смотреть на их действия.

Как можно ее решить? Да никак. Тут скорее всего загадка на логику, но как ее решить?

Два червонных… Если это обычная колода, то тут скорее всего имеется ввиду черный, уже проще. Два черных, два красных, не мягких не твердых… Тузы!

Даниил быстро сказал ответ, что заставило Кристину, дернутся.

-Правильно, умный человек, а вы леди, будете гнить за свою глупость. – баритоном сказал старик

-Ты что несешь дряхлая хрень? – агрессивно кинулась на старика Кристина.

Он щелкнул пальцами, словно волшебник. С потолка спрыгнули чудища похожие на горилл. Они схватили Кристину за ладони, и начали нести по туннелю, да так, что она закричала от страха. С ее портфеля отстегнулся автомат, и он упал прямо на рельсы.

Не сразу среагировав, Кристину унесли уже далеко, ему пришлось бежать. Он поднял автомат с рельс, и дернул затвор. Она кричала чтобы он ей помог. Он остановился, и глянул в прицел.

Выстрел.

Он попал в одну из горилл, да так, что она завизжала от боли, и начала убегать в туннель. Вторая накинулась на Даниила побежав за ним. Он же сделал еще один выстрел, и попал прямо в голову. Когда он обернулся назад, старика уже не было.

Подбежав к Кристине, она плакала. Он помог ей встать. Они пошли по туннелю дальше, и она успокоилась.

Вытерев глаза, она сказала:

-Не плохо стреляешь, - хриплым испуганным голосом сказала она -А ведь и сдохнуть могла.

-Долг вернул дык сказать. Ты же меня спасла. Вот и я тебя.

Они посмеялись с ситуации.

Быстро появились звуки постов. Кристина предупредила что они плохие, и не надо засматриваться на них.

…Пост не совсем выглядишь как пост. Вместо костра, прожектора, кресел и дрезин, двое огромных мужчин стояли у гермодверей, которые он видел впервые. Одеты они в свободные серые спортивные штаны, а верх сделан из кожи полностью. На них свисали автоматы похуже чем на Ленинске. У них были уже калаши, которые старше Даниила в два, а то и три раза старше. У обоих были небольшие отростки на подбородке, там были резинками скручены небольшие волоски бороды. Они были не подстрижены, волосы были ниже плеч, что смотрелось смешно.

-Стоять! Кто такие? – спросил один из них.

-Из Ленинска мы, пройти надо. – ответил Даниил

-Ага, коммуняк пропустить не проверив! Пусть меня сам Гитлер загрызет, чем я буду коммуняк слушать. Девка раздевайся и в отдельную комнату, а ты пацанчик, на разговор за жизнь.

Кристину отвели в комнату, предварительно закрыв дверь, и оставив автомат.

-Признавайся! – охранник со всей силы ударил Даниила в лицо -Это ты шпион про которого говорят?!

-Какой шпион?! – откашляв кровью спросил Даниил -Я из Приморского придурок!

Охранник, крикнув несколько матерных слов, начал бить Даниила.

…Каждый удар сопровождался с яркими вспышками. Массивный кулак охранника не жалея его, бил его с такой силой, что после удара помимо вспышки был озноб, и из его рта шла кровь. После каждого удара боль чувствовалась всё меньше, а усталость больше. На заднем фоне идут крики. Услышав женский крик, его сильно дернуло. Ему этот крик знаком!

Адреналин пошел в тело. Он ногой ударил охранника попав ему в пах. От боли охранник упал. Даниил хромая ворвался в комнату. Там стояла полураздетая Кристина, ее раздевал охранник насильно. На ее руках были красные пятна от ладоней. Он от злости ударил второго охранника, это была конечно его ошибка, но он не может оставить это просто так. Охранник был на две головы больше, он перетянул автомат, и нацелил на Даниила.

-Ты че сука, вздумал шанс с бабой наедине пропустить? – крикнул охранник, дернув затвор

Кристина ударила его в ном. Он скукожился от боли и выронил автомат с плеча. Она кинула автомат в сторону Даниила, а сама начала одевать одежду. Он схватил автомат, и закинул себе на плечо. Кристина дернула его за плечо, и подняла свой автомат с пола. Она попросила открыть ворота, хотя с первого раза не получилось, а вот со второго – да.

Глава 7

Первое впечатление – это стоило драки с охранниками, и игрою за жизнь. Массивные стены были под дугой. Каждые пять шагов были волшебно огромные арки. У стен стояли скульптуры, хотя, их было довольно сложно назвать ими, но, даже такая вещь показалась роскошью в загробном мире. Между арками вдоль стен стояли дверцы с номерами. Сам бункер был пуст, скорее всего была ночь, ведь даже в дверях кроме промежуточного храпа не было слышно.

-А зовут тебя как? – с стыдом спросила Кристина -А то такое пережили, что стыдно не знать твоего имени.

-Даня я

На этот раз тишина не казалась устрашающей, даже наоборот, что ли. Кристина, когда смотрела на Даниила улыбалась, а он даже не взглянул ей в зеленые глаза, от чего она, расстроившись повернулась обратно.

-А зачем ты пошел? – спросила она -Понимаю, судьба твоего бункера, но, ведь вдруг пошел кто-то другой? Или у тебя мотивы другие?

-Да и не знаю я… Думал, что жизнь станет проще, может повысят до высокой должности… Да и потомство нужно какое никакое. – пустым и бесчувственным голосом рассказывал он -Может, есть настоящая причина почему ты со мной пошла?

Кристина замолчала. Через время ответила:

-Да душу родную в тебе увидела. Все бесчувственные какие-то. Я ж чуть ли не единственная баба была там, да и диггер, сам понимаешь ажиотаж. Ну, свободы хочется, вырваться, показать себя.

Мнение о Кристине резко сменилось. С первого взгляда, хоть и девушка, не младше двадцати, не худая ни толстая. Просто обычная девушка, но, показалась она злой и дерзкой, а сейчас стеснительной.

-А ты чего такой недовольный? – спросила она, при этом положила руку на щеку

-Не знаю, настроения нет. Да и спать охота.

Она спустила руку, и медленно опустила взгляд на пол, а именно ботинки.

Даниил ничего не чувствовал, он от прошлых событий сильно вымотан, хотя, от душевного разговора он не отказался. Тут он резко осознал, как у него опухло и болит лицо.

-А почему ты рискуешь всем? – спросила она

-Мне не чем рисковать. Сдохну – значит сдохну. Дойду – значит дойду. Терять нечего.

От признания, ему стало на душе легче. Ему не кому было высказаться до этого момента. Друзьям и коллегам всё равно на него, девушки нет, да и родителей тоже.

Он тяжело вздыхал. Он мысленно переслушивал момент, когда он сказал это. Он понял, что сказал бред

-М-да. Мне жалко тебя моментами… - призналась она -Потерять человека, который провел через многое, потом нести его полуживой труп, а после этого еще и мутанта встретить, который мог тебя сожрать в миг. Сильный ты пацан.

-Спасибо.

Конечно, он не представлял именно такое сближение. По его мыслям, этот разговор должен происходить в местности, когда безопасно, когда нет чего бояться. Он, конечно, рад тому, что даже такая бесхребетная вещь как он, может интересовать человека. Хотя, скорее всего, она просто хочет узнать больше вещей о нем, чтобы свалить куда ни будь, а его информацию рассказать другим.

Скорее всего это были просто его бредни, хотя, кто знает.

…Почему, когда Даниил смотрит на Кристину, вспоминает какую-то женщину? Когда он смотрит на нее, он чувствует румянец на своем лице. Кристина же, хоть и смотрела милой улыбкой в ответ, но в ее глазах было видна безразличность, что ли.

Они почти подошли к выходу из бункера. Медленно повернувшись и осмотрев бункер в последний раз, он вышел за Кристиной в сухой, темный, мрачный туннель.

Оставалось немного, пройти самый длинный туннель, выйти с него на Печатную Станцию, за ней Проспект Мира, вот и цель.

На рельсах стояла дрезина, получается, приятный бонус, идти меньше. Они сели на дрезину, и завели ее. Она с треском, но поехала. Даниил устал от вечной беготни, и уперевшись головой об плечо Кристины, уснул, хотя она возмущалась, но увидев, что он спит, не стала тревожить.

…Выйдя с поста в Приморский, он увидел пустой бункер. Трупов не было, были лишь следы крови, которые были везде. На полу валялись гильзы от автоматов и пулеметов. На стенах были следы от пуль. На полу с гильзами валялись осколки стекла. Сам же Даниил был пуст, ни автомата, ни ножа у него не было, он почувствовал себя таким ничтожным.

На потолке, где была люстра, повешена палатка, только уже порванная и сгоревшая. Сгоревшие палатки наполняли весь бункер, не было бы места, где не было обугленной пластмассы и ткани. Двери все выбиты. Что это было?

Даниил кричал время от времени, спрашивая, есть ли кто живой. В ответ была тишина. Нигде не горел свет, а фонарик уже сгорел, так что он идет по полной темноте.

Он шел, вытянув руки вперед, чтобы не ударится об стену.

Вдруг, по всему бункеру начали включаться лампочки, что сильно напугало его. Но спустя миг колебаний, свет принял естественную форму. По бункеру текла кровь с потолка, что удивило его. Она начала быстро заполнять бункер, и уже была по голень. Даниил, испугавшись, начал убегать. Но его быстро поглотила его.

Он плыл по крови, пока не попал в другую местность, похожую на туннель. Он начал идти вперед. Он кашлял и задыхался. Он не мог нормально дышать. Когда он встал на колени от бессилия, начал падать с неба. Да что это такое-то? Когда он почти упал, его будила Кристина.

-Вставай, приехали уже.

-Уже? Сколько я спал?

-Часа два, не суть, слезаем.

Даниил быстро слез с дрезины на заброшенную Доисторическую. Бункер был похож на станцию метрополитена. С двух сторон были рельсы, а по центру сама территория. Спереди была лестница с выходом наверх, а над лестницей рабочие циферблатные часы. Стены подпирались колоннами, потолок был низким. Им теперь надо спустится на другие рельсы с правой стороны, и пойти по туннелю. За ней по заведению Кристины Печатная Станция, там уже начинается территория Азовстали, и Столица как на ладони. Проблем никаких возникнуть не должно, да и туннель освещен, потеряться не где. Они спустили на рельсы, и им надо пройти шесть километров.

Туннель показался престижным, даже Ленинско-Гитлеровский был хуже, хотя выглядел дороже.

Справа на стене была надпись Конечная, а также две платформы похожие на остановку. На этих платформах стояли циферблатные часы. Так же несколько диванчиков, видимо, украденные из больниц. Также таблички возле часов, с названием остановки, она была одноимённой с бункером. Тут уже было два отделения рельс, похоже, здесь ездит что-то похожее на трамвай. Сзади в конце туннеля, был перегон, где можно было развернуть дрезину или трамвай.

…Раньше, Печатная Станция так не называлась, это позже, когда столичные приползли, они сделали типографию, а всех живших отправили либо в саму Столицу, либо по центральному узлу, по фашистам, по красным. Раньше, Печатная Станция звалась: Провинциальная. Она находилась под типографией. После войны, когда начали образоваться первые государство, там жили первые зачатки Столицы. Подготовить ее к режиму, сделать питание с помощью реки, которая была рядом, оказалось невозможно. Но, благодаря тому что она стояла почти под типографией, сталкеры подтянулись, и станки перенесли вниз. В итоге, Столициальные идеи взялись из неоткуда. По рассказам Ивана Ильича, это правители Комсомольцев и Масти поделили территории, оставив зону, которая будет не тронута. Это было автономным государством, которое начало бунты, реформы. Позже, одни из инженеров нашли способ питать целые бункера, способ был зачат тогда, когда в Печатной Станции царили первые Столициональные идеи. Конечно, компьютер ты не запустишь, да и электричества хватает не на особо важные вещи, но поставить уже лампы, или сделать огромные подсветки – пожалуйста.

-Слушай, Дань, а у тебя есть родители? – спросила Кристина

-Были…

Кристина промолчала в ответ.

Он потерял родителей почти сразу. Они сразу жили на незарегистрированной территории, которая в итоге стала Ленинском, но он помнил всё смутно. Отец умер во время падения бомб. Смена у него тогда была, не понял, где спрятаться, и…

Мать умерла уже на Приморском. Они с Ленинска переселились, ведь там был единственный медпункт. Умерла она из-за болезни. Не нашлось нужных лекарств. Да и лечить было поздно. Хоронили ее на поверхности. Огромные мужчины. Они были на две головы выше здешнего Даниила. Они мужественно без противогазов поднялись, дошли до ближайшего кладбища, и закопали труп. Они не вернулись. Умерли до того, как пришли. В итоге его приютил дядя Андрей, был местный сталкер, тот, на котором строилась личность Даниила. Андрей приносил часто ему книги со школ и библиотек, из-за этого он был хорошо начитан, и умен. Умер Андрей почти так же, как те мужчины. Лучевая болезнь никого не щадит. Позже, он достиг совершеннолетия (совершеннолетие наступает в шестнадцать лет, так как нужна рабочая сила). Всё что осталось от Андрея – огромный стеллаж с книгами, и военная форма, в которой сейчас Даниил.

Они дошли до второй остановки, на ней стоял трамвай, который проржавел насквозь. В нем сидели тени? Самих тел не было, были тени, что очень пугало. Они прошли мимо трамвая, и сделали вид словно его и не было.

Из двери справа вышли несколько солдат. Они были одеты как охранники Гитлеровской: черная кожаная куртка, только на ней была нарисована свастика. Только вместо серых спортивных штанов, на них были одеты огромные камуфляжные штаны. На куртке одет бронежилет, в котором все кармашки были закрыты запасными обоймами и гранатами. Сперва вышел человек, на котором были ордена, да и одет он в китель. Солдаты встали за ним в форму стрелки.

-Поклонитесь перед рейхсфюрером нелюди! – словно запрограммированно крикнул солдат

-Тихо шутце, не играй в героя. Приветствую бойцы, куда направляетесь? – ответил рейхсфюрер

-Да так, на Печатную Станцию. – ответила Кристина -А ваше какое дело?

-А вы не слышали, что там идет война? Вот бы пристрелили крепкого парня, и кошелку. – со злостью ответил он

-Что ты несешь фашистская нелюдь?!

Даниил молча наблюдал за процессом. Кристина продолжала ссору, из-за чего он ответил:

-Шутце, ее расстрелять, пацана к фюреру.

Щелчок затвора, и пули словно град впились в тело Кристины. Даниил не сумел среагировать, как тело уже упало. Даниил подбежал к рейхсфюреру, и схватил его за плечи. Он слезно начал спрашивать: почему ее убили? Но когда в ход пошли слезы, он ударил Даниила в правую опухшую щеку, от чего он упал на рельсы спиной.

-Ладно, пацана в камеру, к остальной нечисти. Труп сжечь, а если пацан дрыгнется, пулю в лоб, и оставить гнить.

К нему подошли два солдата, и взяли его за плечи, и начали вести. Со спины слышались громкие постанывания. Так же было слышно, как пытаются разжечь одежду Кристины, но обернутся не было сил. Они перешептывались на немецком. Но по общим приметам было понятно – его казнят.

Иногда солдаты всё же говорили на русском, но быстро возвращались к немецкому. Обычно если и начинали говорить на русском, но говорили обычные оскорбление, что было обидно.

Его подташнивало, и пару раз он вырвал себе на ботинки. А когда солдаты это видели, били кулаком по затылку. За ними шел рейхсфюрер, и ехидно улыбался, когда видел, что Даниила бьет. На удивление, автомат с его плеч не сняли, да и пользы от него сейчас нет, руки то за спиной.

Они шли по темному туннелю, который особо и не освящался. Лишь каждые пятьдесят шагов появлялись потемневшие лампочки. Наконец, его привели в комнату. Там ему сняли автомат, и под дулом другого, заставили раздеться до нижнего белья. Сразу он отказался, но когда получил прикладом по носу, то сразу выполнил приказ.

Они вывели его из комнаты, и на этот раз не держали его за руки, лишь заставили идти под дулом прицела. Привели его в подобие бункера. На стенах были разрисованы свастики и лозунги, которые он не смог прочитать.

У стен стояли подобие тюремных камер. В них сидело по несколько человек, но ни в какую камеру его не отправили, они начали вести по бункеру, пока не дошли до двери. Его пнули под зад, и впустили, оказалось, это комната главного. Внутри сидел тощий человек не старше Даниила, а может и младше. Он сидел курил самокрутку, и осматривал его.

-Ну рассказывай. – начал разговор фюрер

-Что рассказывать?

-Как попал сюда, куда надвигался.

Даниил не стал рассказывать всё путешествие, он рассказывал лишь с момента как познакомился с Кристиной, только подкорректировал то, что он житель Ленинска, а в Левобережный идет чтобы передать важную информацию, только какую, он не придумал. Фюрер делал вид, что ему интересно, но исход был предполагаемый – на казнь, за то, что связан с Комсомолами.

Когда фюрер заключил свою речь, он спросил напоследок:

-Жить хочешь?

-Хочу.

-А что ж ты убивал моих братьев?..

Договорить он не успел, в комнату вошли несколько солдат, вооружённых до зубов. Они начали кричать:

-Всё для фронта, всё для победы! За Маркса нелюди! – крикнул один из солдат.

Тот же солдат, взяв за плечо Даниила отодвинул его, из-за чего он упал, и после этого последовал град выстрелов, от чего даже уши заложило.

Тело молодого правителя рухнуло как бревно. За спиной на стене появились следы от пуль, которые прошли насквозь, а также осталась кровь. Один из солдат протянул свою огромную ладонь, и помог встать. Он спросил всё ли нормально у него, Даниил ответил положительно. Солдаты вывели его, и сказали взять со склада форму военную, конечно, фашистскую, но хоть не голым.

Когда он вошел на склад, который был рядом, там лежали автоматы, серые штаны, берцы с железным носком, и куртка, на которой на плече свастика и орел. Когда он спросил насчет автомата, ему сказали, чтобы даже не думал брать. Когда он оделся, они начали выходить из бункера. Заключенных уже не было, везде были открытые клетки.

-Спасибо… - начал разговор Даниил. -Вы меня отпускаете?

-Нет. На Лбовный с нами поедешь, а там и отпустим, не безопасно тут.

Когда они вышли в туннель, трупа Кристины не было, там стояла дрезина, в которую они сели.

Они ехали в дрезине на Лбовный. Двое солдат пили горячий чай. На них были одеты прочные камуфляжные штаны и зеленые камуфляжные куртки. На плечах у них были гравировки лозунгов: всё для Комсомолов! Отдай честь за родину!

Штаны были завязаны на старый советский офицерский ремень со золотой пряжкой и звездой. Они между собой переговаривали что-то, но Даниил мимо ушей пропускал информацию, он смотрел на рельсы.

-Пацан, - начал разговор один солдат -А ты откуда?

-Из Приморского… На Левобережный иду, в Столицу.

-Не вовремя ты, конечно, как понимаю тебе к Николаю Смаркову?

-Ну… Получается, да.

-Тебе не попасть к нему. У них началась жесткая иерархия, приблизишься к нему – считай ты труп.

Даниил расстроился после полученной информации. Он столько прошёл, ради получения отказа? Должен же быть какой-то выход.

-Не расстраивайся, через диггеры к нему можно выйти. Если найдешь нашего Варана, считай уже одной ногой у Николая.

-А где его найти можно, этого вашего Варана?

-Он с солдатами дружит, со всеми, и с нами в том числе. Мы знаем где его найти, но, ты должен будешь нам помочь. Согласен?

-Согласен.

Глава 8

Он стоял в полном комплекте оружия. На правом плече у него был автомат АК-19, на левом, охотничье ружье. Так же на нём был тяжелый бронежилет, который был засеян гранатами, обоймами, да и метательными ножами. На нём всё так же была форма Масти, ее не захотели снять в бункере.

С ним вместе шли Гавриил, молодой диггер, который ростом на две головы выше, а также Агний, пацан младше Даниила. Им всем дали противогазы ППМ-88, они шли на поверхность. Они уже стояли на лестнице. Агний стоял за всеми, Гавриил впереди.

Огромное обзорное стекло давало свободу. Оно не запотевало, видимо, покрыта чем-то. По словам Гавриила, они идут на заброшенный вокзал. Им следовало найти в здании то, чего не знает даже Гавриил, но, они должны заметить это, Гавриил предположил, что это посылка от Мятежника.

По слухам, которые рассказывал Иван Ильич, то, что вокзал самое опасное место в Мариуполе, и, если ты там будешь, неважно, где, в здании или у двора, жди смерти.

Они вышли в отель Чайка. По словам Гавриила, им надо пройти налево по Приморскому бульвару, и пройти через Мариупольскую площадь, и по прямой идти до улицы Донецкой, дальше остается дойти до вокзала. На удивление, отель был полностью разрушен, вернее сказать, что остался кратер, а выходили они из выкопанной земли.

Вокруг стояли лысые деревья, сквозь которых виднеется поздняя ночь. Примерно, было уже два часа ночи.

Когда они вышли на трассу бульвара, то Агний начал визжать от радости, и сказал, чтобы все повернулись налево. Гавриил ударил ладонью по затылку Агния, и попросил говорить шепотом, ведь ночью чудовища активничают. Когда Даниил улыбнулся, всё же посмотрел налево, и это был шок…

Во весь свой размер, огромный комплекс завода Азовсталь показался сам. Огромные трубы, из которых шел дым и отходы, стояли словно не тронутые. Огромные провода развивались на ветру, что было видно даже с этого расстояния. Он весь был как на ладони. Дополнительный вид моря над луной добавлял жути и восхищения.

Гавриил так же стукнул Даниила, и попросил не отвлекаться на мелочи.

Они прошли несколько сооружений, и сквозь лысые деревья стал виден пляж. Как описать чувства, когда видишь то, что видел в далеком детстве и на фотках. Дорога вся была в трещинах. Потрескавшийся асфальт слегка вибрировал, что достаточно пугало.

Гавриил заявил, что они проходят под туннелем между Левобережным и Лбовным.

Они медленно подходили к Мариупольской площади, сад, который был по центру кольцевой дороги, был засажен зелеными ростками и деревьями, что сильно выделялось сквозь серую массу, видимо, они были пластиковыми.

Даниил не мог оторваться от Азовстали, его поражал его вид, такое огромное сооружение он никогда не видел. Но ему периодически приходилось поглядывать на его спутников чтобы не заблудиться.

Они прошли кольцевую дорогу, и им остается пройти улицу Первой Слободки, и пройти Донецкую, там повернуть направо.

Рельсы медленно скрылись за домами, а в глаза впились всё те же старые частные дома. Большинство из них было разрушено, да и разграблены. На улице было много переулков, только войти в них было нельзя, везде были заграждения в виде упавших деревьев.

-Дань, - начал Агний -Если что случится, не кричи, а сразу стреляй.

-Хорошо.

Они уже подходили к вокзалу. Огромное здание в несколько этажей. На нём была большая надпись МАРИУПОЛЬ.

-Ребят, как говорила Быковская: человек, который не рискует, он рискует – стать никем! Так что не грустите ребят, вперед! За родину! – крикнул Гавриил, войдя в здание.

Агний и Даниил, поспешив за ним, услышали странные шорохи за спиной, только они не обратили на это внимание.

Вокзал внутри выглядел довольно целым. Кассы стояли справа от входа, слева небольшой забор через который шла очередь. Турникеты, которые стояли внутри, были в новейшем состоянии. На стенах висели огромные разбитые экраны, под ними надпись МАРШРУТЫ. Под экранами стояли кресла, а на нескольких сидели трупы.

-Ребят, конечно, классно выглядит вокзал, только нам нужно идти в Штольню. Даниил, тебя там должен встретить Варан, а пока поможешь нам собрать всё что нужно. – пояснил Гавриил.

-Стой, погоди, - с непониманием ответил Даниил. -Так из Штольни мы сюда и пришли?

-Нет, придурок. Штольня состоит из нескольких слоев и уровней, наш с тобой дом — это первый слой, бункера. Второй это куда мы идем, там в основном туннели.

Даниил поблагодарил за новую информацию о которой не знал.

Так что получается? Под ними были еще шахты, да и остальная жизнь? А что, если те самые мутанты, и жили там, а когда есть захотели, вышли возле Приморского?

Когда они перелезли через турникеты и вступили на ковер, они повернули налево, на лестницу. Лестница вела только наверх, дверь, которая вела в подвал, была закрыта на ключ, что даже Гавриил не смог выбить ногой, со второго удара дверь вылетела.

Они начали спускаться по лестнице ниже, и Гавриил сказал:

-Ребят, а вы слышали притчу про орла и кролика? – спросил он, ему все ответили отрицательно. -Слушайте, мне ее еще отец рассказал, царство ему небесное. На дереве сидел орел и отдыхал, к нему подбежал кролик, и спросил: я хочу быть как ты! Отдыхать и ничего не делать! Можно, как и ты? Орел ответил положительно. И вот, кролик прилег под деревом, начал отдыхать, а тут из листьев спустилась лица, и сцапала кроля.

-И в чем смысл? – спросил Агний.

-А в том, либо летай высоко, либо сиди высоко.

-Бессмысленно.

К тому моменту они уже были в подвале, и искали способ спуститься ниже. Подвал был грязным, хоть, и первый этаж вокзала казался чистым, то про подвал так не скажешь. На полу валялись бумаги и мусор, все шкафы и столы сломаны, и обрубленные деревяшки упирали об стены, а они были покрыты граффити, в основном была одна надпись – Выхода нет.

Агний вскрикнул что-то, когда они повернулись в сторону крика, Агния не была, а на его месте были открыты ворот из пола. Гавриил крикнул чтобы готовил автомат, а также бежал за ним.

Даниил вздернул автомат с плеча одновременно переключая предохранитель, и дергая затвор. Он включил головной фонарь, и побежал за Гавриилом.

Все граффити, которые были с подвала, мигом исчезли, а появился чистый бетон.

Он несколько раз спотыкался на лестнице, но упираясь об стену становился на ноги, и продолжал бежать. Из спины Гавриила появился свет ярких ламп, а сам Гавриил кричал чтобы Даниил не отбегал ни на шаг.

Они выбежали в туннель, который был освещен большим количеством ртутных ламп, что жгло глаза.

Они побежали направо откуда доносились крики маленького Агния. Туннель казался необычно большим и длинным, крики доносились словно в ста километрах от них, лишь эхо могло приходить. Туннель казался змеей, которая вечно извивалась, а освещение мигало.

Прибежав на место крика, их ждала большая биомасса, из которой торчали мясные куски. Агний был уже на половину в самой массе, и молил их помочь выбраться. Даниил и Гавриил схватили его за руки, и начали тянуть, биомасса, походу, почувствовав что-то, начала издавать страшные звуки, от которых болели уши. Звук был похож на громкий визг поросенка, которого режут. Когда Агний вылетел из биомассы, она начала расширятся, а визг стал громче. Гавриил приказал двигаться назад.

-Если выберемся! – начал кричать Гавриил -То каждому ордена дам! – пошутил он

-Да заткнись же! Сдыхать в жопе я не хочу! – вскрикнул Агний

-Да оба замолчите! – встрял Даниил

Он только сейчас заметил рельсы, и то, что они начали вибрировать. Вибрация была настолько сильной, что Агний свалился с ног. Гавриил, ахнув, крикнул:

-Отходите! Поезд!

Они отошли на край туннеля, но продолжали бежать. И резко из-за угла выехал ржавый поезд, который врезался в биомассу, отчего визг прекратился.

-Как там говорил Черчилль? Агний напомни… - спросил Гавриил

-Никогда не сдавайтесь, иначе честь и здравый смысл потеряется.

-Вот! Вот и мы выбрались.

-А что это? – поинтересовался Даниил

-Автоматизированная система передвижения, проще А.С.П, создано учеными чтобы передвигаться по второму уровни Штольни, а также ездить по комплексам. – рассказал Гавриил

-А есть третья? – задался вопросом Агний

-Ходят легенды, хотя, ученых оттуда не нашли, да и входа нигде нет. Теперь к сути, как я понял, посылки не было, да и что найти надо было, хер знает, может и не было ничего. – пожаловался Гавриил -Как я понял на смерть захотели отправить… Даниил, - отдав честь начал он -Ты получаешь звание храбреца, Агний ты тоже. – Агний довольный улыбнулся -Нас не рады видеть, тебя думаю точно, Варан ждет тебя на другой части туннеля, противоположной, а мы примостимся куда либо, удачи сержант.

Они сели в вагон, и поехали, оставив Даниила ни с чем кроме автомата. Они оставили его в туннеле, где лишь черт знает что тут творится, да и то, сам не разберется.

По заветам Гавриила, он должен идти просто по прямой, и где-то там, далеко, ждет его Варан.

А что, если этого Варана и нет? Просто выдумали человека, чтобы пошел рискнуть своей жизнью?

Сомнения быстро исчезли. Он увидел таинственного человека в черном кожаном плаще, сидящим у костра.

-Это ты Даниил? – четко и твердо спросил он

-Да, я. – не менее спокойно ответил он

-Меня предупредили о тебе, и о том, что ты придешь ко мне. – встав и повернувшись сказал Варан

Его лицо было в шрамах и ссадинах, правого глаза у него не было, а также заячья губа.

-На Столицу тебе надо, к Николая Васильевичу. Я согласен тебя провести к нему, только какая у тебя проблема чтобы к нему идти?

Тут Даниил полностью рассказал свое путешествие, и причину отправления. Варан внимательно слушал история, не перебивая, и удивляясь порой моментами. Когда Даниил окончил свой рассказ, Варан покивал, и из заднего кармана достал пачку самокруток и закурил, и высказал свою позицию:

-Твоя головная шишка – это Гомуны, страшные чудища, противостоять им невозможно. – делая медленную тягу объяснил он -На что ты надеешься от Николая? Ему будет насрать на эту проблему, может, если ты найдешь карту третьего уровня Штольни, то он заинтересуется тобой и твоей проблемой, а сейчас ты для него обычная сволочь.

-Отлично, теперь еще искать что-то. – рассердился Даниил -А где ее искать?

Варан шмыгнул носом, и рассказал:

-Никто не знает, предполагают, что в МГУ, но пока-что тебе нельзя идти, время не то.

-Отлично, и где мне переночевать? Обратно к себе на Приморский идти?

-В драматический театр тебя пристрою, бункер независимый, претензий не будет, оттуда до МГУ два шага, да и рядом Храм, там тебя мои люди должны встретить. Сразу в Драмтеатр не иди, здание хоть и выделяется, но заблудишься, а Храм ты найдешь сразу.

-И как мне до Храма добраться?

-Я тебя проведу через туннель.

Варан, повернувшись, и одев рюкзак, попросил пойти за ним.

Глава 9

Когда они приехали, Варан сказал, что это они находятся под Драмтеатром, и попросил сильно не выглядывать. Он вывел его на улицу, и показал, где храм, а сам вернулся в театр.

Храм оказался немного меньше ожидаемого, но не ему судить. Подойдя к храму, и постучав в двери, его встретили несколько здоровых мужчин, которые одеты в камуфляжную одежду, и наголо бритые.

-Хо-хо-хо, - рассмеялся один из солдат -Это про тебя Варан рассказывал? Здоровый какой!

-Вань, отстань от него, ему еще идти в МГУ.

-Ладно-ладно, главное, - обратно обратился Ваня -Не забывай про правило левой руки!

Правило левой руки, по словам Ивана Ильича – это запасное оружие находится на левом плече, ведь пока правое закончит стрелять, левое будет наготове.

Второй солдат ударил Ивана по затылку, и приказал закрывать ворота. Огромные ворота закрывались обычной деревяной вставкой. Первый солдат представился Мастером, и предложил осмотреть Храм. Отказаться он не мог.

Храм состоял из нескольких этажей.

Первый этаж был обычной церковью, которая на удивление не пострадала, да, и как тут ничего не заражено?

Второй этаж был сделан уже самоделами, которые с помощью досок и металлических листов сделали полноценный этаж. Второй ничем не выделялся, в основном в нём были комнаты для жилья.

Третий этаж был вышкой для осмотра, где обычно были снайпера в дозоре. Как Мастер рассказал: периодически на Храм нападают, и вышка помогает отбивать атаки.

На втором этаже Даниилу выдали комнату, которая была сделана на тяп и ляп. Несколько досок сгнили, а железные листы проржавели насквозь, и начали отваливаться от досок. По центру комнаты стояла кровать, укрытая тканью. Рядом с ней стояла тумба с лампой на ней, а на лампе свисал странный жетон, на котором с помощью отверстий, видимо от гвоздя, вырисовывались чьи-то инициалы. На стене висели плакаты флагов Столицы (На удивление, флаг был взят с СССР, только вместо звезды, был герб), и он понял, что его уже приняли в свои, только ему нужно доказать кто он такой.

В комнату зашли Мастер, Ваня и человек в балаклаве. Они бросили на кровать черную водолазку, светлые штаны и новые ботинки, и сказали, чтобы переоделся, а то могут принять за фашиста.

Человек в балаклаве заежился, и снял балаклаву. Под ней был Иван Ильич, который с недопониманием смотрел на Даниила. Иван и Мастер вышли из комнаты, и они остались наедине.

-Ты что тут делаешь?.. – спросил Иван Ильич.

Он смотрел на Даниила, словно он свихнулся.

-А ты? – спокойно ответил он. -Почему не на Приморском? Где Артем?

Иван, когда услышал имя, пустил скупую слезу, было видно, что он не хочет отвечать, но хрипя он ответил:

-Артем умер. Когда ты не вернулся с каравана, челноки посчитали тебя дезертиром, ну и забили на тебя. Твои друзья не поверили, но не стали встревать в споры. Заместо тебя поставили Артема…, и он… - Иван притих.

Он не смог держать напора слез. Какого смотреть на человека, который старше тебя в три раза, который пустил слезу, хотя всё время казался для тебя наставником, и даже отцом.

-А почему он… это?.. ну ты понял.

-В ту ночь, когда ты потерялся, на блокпост, где был Артем, напали Гомуны… Они зверски вырвали его глаза… - сжав со всей силы кулак, показал Иван, - а потом дернули его голову… ужасная картина… я сумел сбежать… бункер спас пулемет, но и запаса пришлось потратить. Ладно… Даня… Сынок, возвращайся, я договорюсь чтобы тебя не признали дезертиром, а просто, наказание… - вытерев слезы, добавив условие, Иван пожал руку.

Даниил посмотрел на могучую руку, тыльной стороной своей ладони, отодвинул ее.

-Я иду с вами в университет. – настоял на своём Даниил. -Мое решение ты не изменишь. Лучше, скажи как сам Приморский, есть пострадавшие?

-Ну… Семьи начали уходить. Помнишь семью Катьки? Девки, которую ты любил, но она тебе отказала? – не дождавшись ответа, он продолжил говорить. -Их семья первая попала под атаку. Гомуны убили всю семью. Не то что семьи не было, потроха не осталось!

-И есть планы что делать? – убитый горем ответил он, предварительно присев на кровать.

-Взорвать туннель. Единственный вариант, но и путь в остальные бункеры закрыт, туннель у нас то один! – изобразив взрыв договорил Иван. -Ну… или… повторять судьбу Артемки, сдохнуть, и надеется на загробный мир. Ну, или свалить куда-нибудь, в Столицу, например. Авось и жизнь заново начнем.

Сжав со всей силы кулак, Даниил, прошептав сказал: какие же вы мрази. Он обращался к Гомунам, и когда он закончил, его голова жутко разболелась. Перед лицом, мигом начали пролетать жуткие картины. Всё прекратилось, когда Иван начал трясти его за плечо. Тогда он вспомнил свой секрет.

Давно, лет пять назад, когда ему было одиннадцать лет, он захотел погулять. В то время еще за Приморским был длинный туннель в бункер Аэропорт, она была жилой… Была.

На удивление, он в тот момент спокойно преодолел блокпосты, у них союз был.

Когда он пришел в бункер, там было темно и глухо. Когда он включил фонарик (который он украл у Андрея), там были лишь мертвые туши. Он, испугавшись, попытался сбежать, но потерял туннель, а также, споткнулся об голову трупа. Он всем весом упал на стеклянную дверь, которая вела на поверхность. Почувствовав остроту, он вскочил как взъерошенный, и побежал в туннель. Когда через тот туннель начал идти радиационный фон, а также мутанты, в виде крыс, туннель взорвали, лишь тогда он почувствовал опасность.

-…Проснись! – будил его Иван.

Схватившись за лоб, он, хлопая ресницами посмотрел на часы. Время ранее утро, это получается, он спал всё это время.

-Одевайся, раз так хочешь с нами, оборудуем как Рембо! – пошутил тот.

Быстро переодевшись в то, что дали, он одел кожаную куртку, и его отвели на третий этаж. Там стояли огромный склад оружия и защиты, таким можно было бы очистить Гомунов с корнями.

Отряд был собран. В нем был Даниил, Иван Ильич и Пророк. Пророк был небольшого роста, у него была длинная борода и трость, поэтому его так и назвали. Он должен был помочь добраться до архивов, а взамен они должны были его защищать.

На них одели комбинезоны, оправдывая это тем, что на улице был дождь, а чтобы ненароком не умереть от лучевой болезни, им надели костюмы.

Противогаз не приходилось одевать, он был встроен в сам костюм.

Стоя на улице у храма. Пророк помолился, а за ним и Иван, Даниил же промолчал, и оба что-то пробурчали насчет этого.

На небе были яркие звезды, которые отсвечивались от окон домов и Драмтеатра. Пророк попросился вперед, мол, чтобы следовали точными шагами. Когда он вышел вперед, он достал из нагрудного кармана бинокль, и начал всматриваться по улице вперед, куда и надо было идти.

Через минуту он, тяжело вздохнув, покивал в разные стороны. Прикусив губу, он рассказал:

-Зря пошли, - промолчав чуть, он продолжил. -Собаки бегают, обходить придется через рынок.

-Что за рынок? Или почему надо через него идти? Собаки и собаки, отстрелять и все… - спросил Даниил

-Патронов мало, если будем тратить на таких как они, при реальной опасности не хватит, два рожка на каждого. А, рынок… Старый центральный рынок, я думал ты знаешь.

Пророк не объяснил в итоге, что за рынок, но ответил, что он рядом. Иван слегка похихикал над незнанием города.

Они повернули направо по улице. Сквозь массивную давящую улицу (это улица Савчука, она очень тесная, и народу слишком в ней много.), в конце виднелись рельсы от трамвая, и сам трамвай. Проходя боковину Храма, было заметно всё больше, что он пострадал: вместо мраморных стен, он был покрыт досками и железными листами, в нескольких местах были кирпичи, вернее они держали фасад от разрушения.

Начались обычные многоэтажки, хотя, их фон стал приятнее, что ли. Когда они дошли до конца улицы, они повернули налево, их встретило относительно большое здание, в шагах двухсот примерно. У него была цилиндровая крыша покрашенная в синий. Само здание шло почти пятьсот метров, хотя, и зданием это назвать нельзя, это куча павильонов и ларьков, которые прозвали рынком. С правой стороны шла парковка, на которой было много машин, да и парковкой не назвать, так, стоянка от дома, но зато какая!

-Дань, - начал разговор Иван, -На рынке будь бдителен, он опасен.

Улыбнувшись, он спросил:

-Чем же?

-Лучше тебе не знать, будь тихим и внимателен.

Даниил поводил руками, а сам, еле сдерживал смех, ведь что может быть опаснее того мутанта из штольни, или Гомунов?

Пророк молча слушал их, даже взглядом не водил, от него исходила аура, что ли.

Наконец, они подошли к зданию с цилиндровой крышей, оказалось, что оно больше ожидаемого, этажа три уж точно, павильоны растягивались до конца улицы, а с правой стороны шли странные магазины, по типу починки телефонов, или шмоток. Но удивило не это…

Как ночная заря, на мгновенье под светом луны, показалось огромное здание, даже не здание, а комплекс! Он был больше Азовстали раза в три, как подметил Иван: это завод Ильича.

Трубы завода были на огромной высоте, словно они касались конца орбиты земли, и старались коснуться космоса.

Долго смотреть не пришлось, получив подзатыльник от Ивана, Даниилу пришлось попрощаться заводом взглядом…

Когда вид изменился на массовые павильоны, закрытые железными дверьми, то настроение сразу упало, но выбора не было, надо двигаться дальше. Проблема была так же в том, что привычных домов не было, ничего не было, слева пустырь, справа недо-рынок, который весь сгоревший и треснутый, от чего было еще мрачнее.

…На улице уже начало светать, из уголка показалось до боли яркое солнце, которое вытолкнула тьму, осветив улицу как прожектор.

Недовольно посмотрев назад, Даниил пробурчал то, что они могли выйти на Проспект Мира через перекресток, который они прошли, но Пророк покивал, и ответил: не стоит забивать себе мозги.

Они дошли до конца улицы спокойно. Повернув налево, их встретили еще несколько прилавков. С правой стороны были небольшие здания, чем-то похожие на малоэтажные дома, хотя это всё были магазины. Как Иван еще раз подметил: улица дотла сгорела, ведь рядом с этим местом сбили ядерную ракету. В прочем, не обманул: все здания без исключений были не просто сгоревшими, а чуть-ли до фасада просажены, ведь лишь у магазинов оставались стены, а тут… Также фон был запредельным, дозиметр щелкал, что слегка настораживала, ведь Даниил с детства слышал разные басни о двухголовых или трехногих мутантов, которые прибегают из дальних бункеров, и крадут людей. Конечно, такого никогда не было, но небольшой страх остается.

Дойдя до дорожного кольца, Пророк снова достал бинокль, и начал смотреть на Проспект Мира. На этот раз, когда он повернулся, сказал: всё относительно безопасно, можно идти.

Долго через кольцо идти не пришлось, они быстро прошли его, и почти сразу попали на Проспект Мира, который ему показался величественным: слева было одно из самых больших зданий города, на ветру которого развивался стертый временем флаг, а также парк с подземными переходами, которые, к сожалению, обвалились. Справа был памятник Высоцкому, а вокруг него почти нетронутые рестораны.

Им остается идти налево, пока они не дойдут до площади Свободы. Иван пообещал, что Даниилу это очень понравится. Университет находился за торговым центром, который находился уже за площадью.

Недалеко выглядывали девятиэтажки, с рисунками на боках, которые показались ему невероятно красивыми, что говорить, почти центр.

Пророк попросил пойти по тротуару, объяснив это тем: что иногда бывают фантомы машин, которые могут ненароком сбить. Хотя, Даниил в это не поверил, но одному по дороге идти тоже не хотел.

Несколько девятиэтажных домов были снесены волной, а возможно, здесь и взорвались пару ракет, может, поэтому и красивый проспект выглядит моментами страшно.

Наконец дойдя до парка, который был окружен домами, проглядывался заветный торговый центр, только, он был не очень-то и близко, метров шестьсот, может, больше.

За парком, была незаконченная стройка. Заброшенные краны иногда проворачивались от сильно ветра, а несколько, даже упали, и они просто свисали, прогнивая с каждым днем.

Наконец, они стояли возле площади. Торговый центр (который находится прям за площадью), почти полностью снесен, хотя странно, взрыв был в другой части, хотя…

На самой площади было несколько статуй голубей (так прозвали люди, хотя на самом деле это птицы), которые оформлены в минималистичном стиле. На плитах, которые были на земле, вырисовывалась надпись: Мариуполь/Mariupol.

Пророк слегка вздохнув, начал что-то бурчать. Когда Даниил прислушался, смог разобрать лишь воспоминания Пророка о том, какой прекрасный город был.

За зданием торгового центра, красовалось здание старого телеоператора, которое диггеры успели облюбовать, а свидетельствовало об этом граффити разных групп людей, которые оставили такой след. Здание выглядело нереально огромным, этажей не меньше десяти уж точно.

Уже за оператором, чуть дальше, был заветный университет, который выглядел ужасно. Белые стены покрылись чем-то черным, несколько верхних этажей были разрушены настолько ужасно, что казалось, что здание было эпицентром взрыва. На средних этажах, были огромные дыры от взрывов, при этом, вся мебель свисала на обломках. Огромные куски бетона завалили вход, что казалось невероятно странным, как можно попасть в здание если вход завален?

Пройдя через небольшую аллею, и выйдя на тротуар, они начали движение дальше. Вместо тех красот на проспекте Мира, появились ужасные вещи, по типу полуразваленных зданий, и большого количества трупов. Сгнившие машины стояли невпопад, несколько стояли прям на тротуаре, другие словно разлетелись по сторонам, что даже в одном из домов на первом этаже была разбитая машина. Тротуар выглядел ужасно. Кирпичики, из которых он сделан, то обкусаны, то их вообще нет. На дороге помимо машин, большое количество упавших деревьев, что моментами затрудняло ход.

…Зайдя во двор университета, их встретил милый сад с фонтанчиками, но, только деревья лысые и сгоревшие, а фонтанчики сгнили без ухода.

-Значит так, - начал Пророк. -Университет был главной точкой города, также как и заводы или порт. Поскольку вход в университет завален, мы должны пойти через библиотеку, и через подземный туннель выйти в хранилище университета, задача ясна и понятна. Вопросы? – все начали кивать в стороны, -Вот и отлично, идем!

Глава 10

Подойдя к библиотеке, которая находилась рядом, Пророк снова помолился. На этот раз Иван промолчал.

Войдя в здание, их встретила небольшая комната, прихожая. Прогнивший паркетный пол, хрустел, когда на него наступали. На стенах висели копии картин. Этому удивился и Даниил, как можно было столь прекрасные произведения не забирать?

С правой стороны было окошко, и над ним надпись: КАССА. Посмотрев внутрь, там ничего не было.

Весь коридор спереди, и был весь пустой. Видно, было что отсюда всё вынесли. Пророк пообещал, что надолго они тут не останутся. Им главное дойти до туннеля, а там и поискать чуть.

Коридор был весь исписан. Главное, ничего неприличного не написано. В основном все надписи про некую опасность, что вырвет глотки не заметив.

-А ты слышал, что если в центральном зале взять любую книгу, - начал Иван, -То на шестидесятой странице, первое слово покажет твою судьбу?

-Нет, я в библиотеках не был. – ответил Даниил.

-А у кого целая полка дома? – ехидно улыбнулся Иван.

-Отстань.

В коридоре было очень много дверей. Каждая вела в кладовые, где сквозь темноту и закрытые двери, просачивался запах книг, которые уже небось сгнили, в лучшем случае выцвели.

В конце коридора, облизывая фонарем всё, появилась табличка Центральный зал. Огромные двери смахивали на ворота. Они были слегка приоткрыты, из-за чего утреннее солнце уже просвечивало сквозь щели.

Подойдя к двери, и попытавшись ее открыть, сырая древесина раскрошилась, и ручка осталась в руке. Иван ногой пнув дверь, она упала в сторону зала, и дерево потрескавшись, создало глухой звук, от которого пошло эхо.

Зал разделялся надвое, и в каждую половинку вела лестница. Справа она была завалена разной мебелью, а слева сквозь мебель был сделан проход.

Первый вырвался Пророк, сказав, что терять ему нечего, и направился в зал первым.

Остальные стояли, и ждали знака.

Из рации Ивана послышался баритонный голос, который объявил:

-ВНИМАНИЕ! Вход на Проспект Мира открыт. Всем диггерам и челнокам доступен разговор с главным.

Когда объявление было окончено, Иван отключил рацию.

Даниил дрожащим голосом спросил:

-Как можно попасть на Проспект Мира?

-Ну, по-моему, через Лбовный. Тебе всё равно туда не попасть, со мной ведь поедешь после университета.

Из зала, в котором был Пророк, издался душераздирающий крик о помощи. Иван чуть-ли не влетел в зал, Даниил же побежал за ним.

Громоздкий зал был заполнен полками с книгами, а также солнечным светом. По центру зала на полках, стояло громоздкое животное, которое увидев Ивана и Даниила, бросилось внутрь стеллажей, и по топоту, было понятно, оно бежит к ним.

Даниил забеспокоился. Что же делать в данной ситуации? Иван спрятался за заваленным проходом, оставив Даниила наедине, что сказать, трус.

Осмотревшись, и поняв, что выхода нет, он ринулся во внутрь стеллажей, в длинный лабиринт, где надежда остается лишь на себя, где ты чувствуешь себя не уютно, где ты один.

Длинная полка с разными томами была очень длинной. Спереди были слышен глухой дробный топот, который приближался. Началось что-то похожее на разветвление. Два своеобразных коридора вели в разные места, а также в пасть.

Побежал Даниил в правый коридор, и не ошибся. Через минуту топот начал отдаляться, и на душе стало легче. Но перед ногами появилась, туша Пророка. На его лице был ужас. Даниил, взяв автомат, дулом потрогал его тело. Оно резко открыло глаза, а руки взялись на автомат, и выронило его. Даниил же упал, и начал отползать, доставая дробовик.

Зарядив одну гильзу, и сделав выстрел, голову Пророка размазало в кровь. Противогаз, который был на нем, снесло. Пророк упал назад. Размазанное лицо открывало рот и дышало. Даниила чуть не вырвало от этой картины. Сквозь мясо, просматривались осколки черепа, а мозги неохотно вытекали через место, где были глаза.

Забрав автомат с пола, Даниил протер противогаз, и пошел назад к Ивану, ну, если он жив.

…На душе была страшная картина выбитого дробями лица. Что это вообще было? Зомби из фильмов ужасов, или он мстил за то, что его не спасли?

Даниила заботило не то, что на него пошел его напарник, а то, что он застрелил человека, да и самым страшным образом – в лицо.

Ему не хотелось верить в то, что он вообще сумел выстрелить в человека.

Из дальних стеллажей, послышался топот, а также зов Ивана. Он кричал, спрашивая обстановку. Когда Даниил обернулся, увидел, как Иван махал своей рукой, зазывая кого-то. Стеллажи грохнули, и на него вылезло то чудище. Наконец, Даниил смог его осмотреть — это был медведь. Но он не похож на самого себя. Шерсть была обрывистой и скомканной, что ли. Морда была вытянута, словно это была лисица.

Могучая лапа проткнула насквозь грудь Ивана, и достало из нее сердце и съело его. Хлюпающие звуки, которые исходили из пасти, напугали Даниила, что ему пришлось отойти, и встревожено взять автомат.

Услышав металлический звук, медведь обернулся, и резко побежал, словно испарился.

Появился опять дробный и спешный шаг. Даниил побежал к стороне выхода из зала. Топот то приближался, то отдалялся, что заставляло постоянно нервничать.

Откуда здесь появился медведь? Да и вообще, что он делает в библиотеке?

Стеллажи с сотнями книгами и томами проскальзывали меж глаз. Дыхание перебивало всё что было вокруг. Все звуки начали воссоединятся в одну кучу, от этого голова болела сильнее.

Автомат не выскальзывал с рук, наоборот, некогда слабые руки, стали сжимать ручку автомата настолько, что казалось, что она сломается.

Время словно застыло.

Почему именно сейчас он задумался о своей жизни, о том, как изменился он за неделю?

А действительно, как он изменился? Может, очертания его лица? Нет, всё такой же малец. Может его телосложение? Может, но от голодовки каждый похудеет. А может, характер? Во что он превратился за это время? Вроде не машина для убийств, даже не какой нить киллер, а просто пацан научившийся критически думать, хотя, из всего этого, можно выделить подавленный характер. Было ясно одно, из дряблого мальчишки, который в жизни видел ничего, он стал похож на Андрея, на своего отчима. На того, кем сейчас является наставником его характера. Именно Андрей помогал в трудные минуты, именно Андрей научил не бояться пустяков, именно Андрей заложил жизнь, в которой бьётся вьюгой кровь Даниила. По памяти, Андрей никогда не был сильным, наоборот, сухой, дряблый старик, но от его взгляда было не спастись. Многотонный потерявший свет глаз, мог лишь взглядом дать приказ.

Может, это была судьба Даниила, научится жить в суровом мире по заветам других людей, с которыми у него не было никакой связи, но, он заменил ему всех, мать, отца, всех.

...Много думать не пришлось. Через минуту бега, снося собой всё, выбежал медведь, и зарычав, бросился в его сторону. Он повалил Даниила на землю, и начал всем весом давить на него. От боли, он чуть не завопил во весь голос.

Из последних сил, из ножны он достал нож, и вонзил в боковину. Медведь отскочил, и начал вопить.

Встав, Даниил, пробежал сквозь монстра.

Наконец, выйдя на лестничный проем, он почувствовал тяжесть за спиной, но не оборачиваясь побежал из всех сил.

Выбив несколько столов, он выскочил в коридор, и направился к выходу. К его сожалению, за ним опять гналось чудовище. Громадное тело Медведя сносило все на пути, и даже стены не могли защитить от этой участи, приближающейся с каждым мгновением.

Вылетев пулей из библиотеки и выбежав в сад. Он направился к тротуару. По звукам сзади, дверь была вышиблена, и земля содрогалась от всего, что было.

Пробежав здание телеоператора, он направился в торговый центр, надеясь, что там есть бункер, что его там спасут.

Войдя в задние, он сразу направился к служебной лестнице. Он может лишь надеется на то, что она в этом здании вообще есть, ведь как он приметил, нижний этаж был заполнен товаром.

Просторный зал казался не сильно то и маленьким, он был уж точно больше бункеров.

Молясь о том, что он найдет выход в бункер, он вбежал в одну из дверей, и на удивление, судьба дала ему шанс, и через минуту он бежал по лестнице вниз.

Внизу его встретили несколько мужчин невысокого роста, и на непонятном ломаном русском спрашивали, кто такой, и откуда.

-Слышиш, май бро, айм нот бэд, аткуда ты? - сказал один из них.

-Впустите, я вас умоляю.

-Май бро, айм конечно всё понимать, но незя предоставить паспорт?

-Умоляю...

Из-за спины послышался грохот, и Даниил схватил за плечо его, и начал уже слёзно молить. На его удачу, его пустили.

Железные гидрозатворы самовольно открылись, и впустили его.

Мягкий свет ламп успокаивал его, что ли. Люди нервно на него оборачивались и шептались.

Чуть ли не сразу его схватили несколько мужчин в зелёном камуфляже, и повели в комнату. Они держали его за под мышки, и неохотно отвечали на его вопросы.

Они привели его в комнату покрытую засохшей и свежей кровью, где стояло несколько мужчин в серых балахонах. Они попросили оставить наедине.

Мужчины отпустили его, и пнули.

-Ну рассказывай. - начал один из мужчин натягивая петлю.

-Что рассказать? Почему меня вообще сюда привели? - занервничал он.

-Гм... значит не понимаешь. - дёрнув петлю и проверив ее ответил он. -Как думаешь, - он дёрнул противогаз с Даниила, что он упал на пол, -Когда убиваешь людей, бывают последствия?

-В смысле?

-Есть такая притча, о нескольких мужчинах убивших депутатов. Первый мужчина дурак, прятался, где мог, да и нашли его, думаю, понимаешь, что с ним сделали. Второй оказался умнее, пришел на место убийства, извинился, так и казнили парня. Главное, первого нашли спустя год, а второй через час пришел. - дёрнув на эшафоте рычажок, и проверив способность механизма рассказал он. -Так слушай сюда! - схватив за кофту угрожающе продолжил. - Ты, мразь, убила нашего фюрера! А теперь спрашиваешь, что ты сделал?

-Но я.… - не успев договорить, он получил удар тяжёлого кулака по лицу.

За ударом последовал второй, и он уже упал на пол. Пошли удары ногами, и он захрипел, сжавшись в позу эмбриона.

Боль была невыносимой, она раздирала всё изнутри, словно, кто-то хотел вырваться из груди, в которую приходила отдача. Но спустя несколько ударов, боль почти ушла, а вместо нее, вспышки света.

-С него хватит, - устав, ответил тот, -Разденьте его, нехер в бронежилете его весить.

С него насильно сняли оружие и бронежилет, и опять пнув, его подняли к эшафоту.

Сопротивляться не было сил, он покорно подошёл к петле, понимая, что против нескольких мужчин, что он максимум сделает, то это молить об пощаде.

-Фридрих, - начал один, -Сразу пускать, или дождаться штурмбаннфюрера?

-А зачем этой скотине ещё жить?

-В прошлый раз по шее дали за это, может подождем?

-Нет. За убийство этого шута нам дадут ордена, понимаешь?

-Понимаю... но устав ведь...

-Да пошел нахер этот устав, - закричал на своего друга он. -Какой нахрен устав? Сейчас появляется возможность получить ордена за поимку этой скотины, а если при свидетельстве штурмбаннфюрера, то ему очередной орден дадут, сечешь?

Даниил молча наблюдал за спором. Он наконец понял, что он сделал не так. Солдаты сказали, что именно он был последним пленным, и то, что именно после него умер фюрер и несколько бойцов, а также, он убежал.

-Фридрих... ну пойми... именно мы виноватыми окажемся...

-Бруно, если ты такая ссыкливая мразь, - подошёл к Даниилу Фридрих, -То я сам это сделаю.

Даниил уже приготовился, что всё, не будет его, будет черный экран. Время словно зависло. Почему именно сейчас его путь обрывается? Почему он вообще не может с эти что-то поделать? Ему оставалось совсем немного. Если бы он добрался сразу, может этого не было? Может, он бы уже пил свой чай у себя на Приморском, Гомуны оказались бы историей, а он бы стал героем Приморского, а то и всего оставшегося человечества. Хотя, на его жизнь забила сама жизнь, и он ворочится лишь бы не умереть как Андрей.

Наконец, он понял. Жизнь его больше не спасет, а удача, которая ему помогала всё время, ушла к другим, к тем, кто поход на настоящего героя, а не на его подобие. Он понял, что это полный конец. Всё, не будет в жизни пацана как он. Дети вырастут на его костях, да и то, если эти мутанты не съедят всех, кого увидят. Жизнь оборвалась так рано, и ему придется увидеть своих отцов и праотцов.

Бруно поднялся на эшафот, и оттолкнул Фридриха, сказав, что сам это сделает. Бруно подмигнул Даниилу. Он тихонько прошептал ему, пока Фридрих был занят:

-Беги.

Даниил не успел среагировать, но по очертаниям губ понял, — это его шанс.

На шее появилось некое облегчение. Фридрих резко повернулся, и не успев крикнуть, получил удар в лицо от Бруно. Он повторил тоже самое, и Даниил выбежал в бункер.

Все люди в бункере оглянулись на резкий звук, и начали возмущаться. Люди, которые были в камуфляже, и несли его сюда, не сразу среагировали, но как увидели его, побежали за ним.

Испугавшись, сквозь боль в спине он побежал сквозь толпу людей. Он не успевал осмотреть бункер, он бежал за людьми пока не послышались выстрелы автомата в потолок. Громкое эхо отразилось сквозь стены, и люди испугавшись, побежали на выход, но от тех людей послышалось ненавистное:

-Срочно людей на блокпост, и закрыть все выходы!

Толпа людей, которая бежала, начала приостанавливаться, лишь Даниил и пацан бежали.

Наконец, перебежав бункер и выбежав в туннель, их остановил блокпост, и попросил показать свои паспорта, или документы. Пацан со всей силы ударил одному охраннику, и второй охранник, достав пистолет, выстрелил ему в голову.

После выстрела, Даниил побежал в туннель сквозь огонь костров, и выстрелы охраны.

На удивление, за ним не было погони, охрана быстро отстала от него, и он опять остался в выигрыше.

...Туннель был наполнен запахом сырой земли и чистого воздуха, что удивляло.

Он не знал куда идёт, может, вообще в центр нацисткой гущи, а может, в светлый бункер, где он окажется героем, и там останется. Хотя, ему нет места.

Глава 11

Прекрасный туннель, становился грустным после осознания того, что бункер, через который прокладывается туннель, может быть таким мерзким и странными.

Ему уже было всё равно, кем является его жизнь, и его цель. Он шел автоматически, как машина. Им не двигало ничего, у него нет бывалой мотивации, нет сил. Мир иссяк в своих деяниях.

Тусклый мерцающий свет освещал протяжной бетонный пол. Стены, некогда покрытые всё тем же бетоном, были в грязи, что ли.

Крысы бегали в туннели, шершав своими лапками, и негромко пищали.

Ему было не до этой жизни, он не хотел уже жить, лучше бы он умер, где ни будь на улице, может медведь съел, или всё же повесили, но точно не жить. Он, сдерживая слезы, про себя повторял: «Почему мир так жесток?», из раза в раз, он старался найти ответ на этот вопрос, но получал лишь непонимание самим собой.

«Люди надоели.», он повторял эти два слова. Потеряв веру в человечество, он продолжал делать свой путь. Он хоть и понимал, что в благодарность получит лишь стопку ненависти, и приказов очередных командиров, которые хотят из него сделать того, кто будет работать безотказно, а также в случае войны отправить грызть сто двадцать пять грамм хлеба в случае оккупации новым противником, или стоять плечом к плечу со своими друзьями, которые при смерти.

Командиры на войне не умирают, они сидят в штабе у себя, едят супчики и читают книжки "о политике", чтобы в случае смерти своего хозяина встать на его пост, и возглавлять бункер, пока остальные будут глотки грызть чтобы заметить небольшой лучик света.

Он упал. Споткнулся видимо об бугорок, и упал. Встав, он взглянул на себя: грязная одежда, покрытая в пыли и грязи была смешана с кровью (?). Он удивился, откуда кровь может появится?

Осмотрев себя, он понял, его плечо проткнуто, и не абы как, а шальная пуля его задела, и тут он осознал, как болит плечо.

Боль была переменчивой. В один момент она ослабевала, и давала надежду того, что сейчас прекратится, а в другой могла разорвать.

Он оторвал кусок штанины, и обвязал вокруг отверстия. Зажав ткань со всей силы, он почувствовал боль сильнее, но понимая, если он не предпринимает что либо, он умрет, хотя сам хотел умереть минут десять назад.

...Вдали виднелись огоньки от костра, и несколько людей сидели у него. Услышав, что идёт он, они встали, и приготовив автоматы начали готовится.

Даниил поднял руки, и показал, что безоружен, это успокоило охранников, что ли.

Когда он наконец подошёл, они спросили язвительный вопрос:

-Как ты через Печатную Станцию добрался сюда?

-В смысле через Печатную Станцию?

-Признавайся, шпион, или очередная скотина? - схватив за рукав, спросил охранник.

-С Независимых я, с Приморского, в Столицу иду...

-Документы представь, и ещё, почему у тебя плечо кровоточит?

-Документов нет, мне недавно шестнадцать стукнуло, а плечо... выстрелили гады фашистские.

Охранники сошлись на мнение впустить его, но оставить под прицел.

...Супер яркий свет ослепил глаза. Бункер показался слишком огромный, словно это был ангар под землёй.

На высоких стенах, висели огромные тканевые полосы, на которых было написано слишком непонятное, и неожиданное: "СЛАВА СТОЛИЦЕ ВЫЖИВШЕГО МИРА.", и так же рядом: "НОВИКОВА".

Он... смог?..

Огромное помещение разделялось на два этажа. Основное помещение, где и был Даниил, являлось вторым этажом. Пол шел вдоль стен, а по центру был вид на первый этаж, словно вид торгового центра с него. Этаж особо приметным не выделялся, конечно, людей было очень много, да и присматривались нечто похожее на здание.

Потолок был изогнут дугой, а в центре него, свисала огромная люстра с огромными ртутными лампами, которые также проходили на стенах у всего бункера.

Подойдя к краю второго этажа, и заглянув вниз, он увидел не менее прекрасную картину. На его удивление, по центру бункера шла река, а по бокам, были платформы, почти как на Азовском, только здесь это выглядит нормально и не убого.

Главное впечатление было одно, - людей больше, чем он видел за всю жизнь в бункерах и туннелях.

Как он вообще попал в Новикова? Судьба решила так сжалится над ним, и его молодой харизмой. Вдруг, судьба увидела в нём героя? Нет, он пацан с Приморского, кому и интересна его путешествие кроме его друзей, которую они перефразируют сотни раз, будут рассказывать, как страшную байку, или, великую борьбу со злом.

А может зла и не было? Вдруг, эти мутанты, убивая всё что движется, пытаются спасти от чего-то опасного? Хотя, смысл был тогда убивать Сашу? Вроде, пацан спокойный, с виду серьёзный, любил свою работу, конечно, бывали моменты, когда ему хотелось в рожу харкнуть, но это было раз, или два, да и вообще не суть.

Люди, видя его вид, нервно бросались в быстрый бег, лишь бы не видеть его.

Конечно, он не знает, может ли быть Главный тут, или вообще в Левобережном, а может, его вообще Варан ждёт.

Вообще, стоило бы для начала дождаться Варана, но ведь и Варан ждёт карты, которых у него нет. А что он ему сделает? Убьет? Вроде нет причин, которые бы могли дать основательное объяснение убийства человека, да и самосуд запрещен.

Он решил спросить у людей, тут ли главный, или в Левобережном.

В основном, люди, которые младше его, в испуге убегали, те кто его возраста, посылали, а старшие просто угрожали убить, в принципе, он не удивлен.

Вокруг него собралось невидимое поле, что ли. Все люди, с которыми он контактировал, просил подсказать, нервно угрожали, а сами перекрикивая говорили нечестности про него, и всю его родословную.

Всё же, один человек отозвался на просьбу, да и то, ответ его не устроил:

-Молодой человек, - проговорил старец пятидесяти с глубокими как порез морщинами, -Кабинет главного на первом этаже, правда он на задании...

-А вы откуда знаете где он? Можно его выловить, не знаю, связаться в общем?

-Если придёте к нему утром завтрашнего дня первыми, может, и пустит, главное вам себя в приличный вид приведите, - баритонный голос закончил первую речь, и покашляв в платок, продолжив вторую. -Я владелец местного отеля, для таких... - приостановился он, -Извините, бомжей.

-Отлично, шлялся по туннелям чтобы услышать, что я бомж. - сарказмом ответил он. -Жрать теперь мох и мошек, и дай бой денег дадут?

-Молодой человек, извините меня за грубость, но и в правду вы неважно выглядите.

Даниил просто молча взглянул в его монотонные веки, которые были прокурены точно не табаком.

-Могу вас пустить переночевать, хотите?

Повернув голову, и посмотрев, что на него все с презрением смотрят, он согласился.

Старец повел его сквозь толпу, которая осуждающе следило за беседой, только, при виде старца они сразу (в основном мужчины сорока лет) отдавали честь, а некоторые становились на колено, и всё так же отдавали честь.

Присмотревшись к потолку, он всё же понял, что это точно не бетон, а стекло, просто оно настолько сильно запылилось (убирать то некому), что уже казалось, что это бетонные плиты.

Магазины были сделаны из кирпичей, что было довольно престижно, ведь построить комнату два на два, обходилось настолько дорого, что казалось, что покупаешь квартиру в Москве.

Тут было всё что можно и не можно, бабы, наркотики, бухло, книги, даже подобие стационарных компьютеров и телефонов, которые он видел так давно...

Спуск на первый этаж был не обычной лестницей, а рабочим экскаватором, что также поражало.

Спускаясь вниз, всё больше казалось, что это не ангар, и не огромное помещение, а целый комплекс, переделанный для жилья людей.

Здание "Отеля", как гласила надпись, находился чуть ли на сразу.

Монотонное здание чуть было выше, но и как он понял, это было из-за того, что старец был влиятельным, а возможно, знакомым, или, другом Главного.

Войдя в здание, из встретили несколько людей, которым старец приказал провести гостя к незанятой комнате.

Портье наигранно улыбнулось, и вежливо протянув хлипкую руку, сжала огромную массивную Даниила.

Эти портье были девушкой и пацаном, видимо, в отношениях, поскольку они пока вели его по коридору, сюсюкались между собой, и раскидывали друг другу комплименты, Даниил этому позавидовал, что ли.

Его привели в небольшую комнатку, где было две кровати, два шкафа и стола. На полу стелился красочный ковер. Хоть этот ковер и был советским, и видимо украден из одной квартиры, он создавал неописуемый уют. На потолке одиноко висела лампочка. Электричество, которого походу было предостаточно, создавала протяжный писк, к этому он точно не привык.

На левой половинке сидела девушка лет двадцати, и увлеченно читала роман, который по толщине был как его большой палец. Ее русые волосы были завязаны в пучок на голове.

Когда девушка заметила его, попросила снять обувь. Ее манящий тонкий голосок поразил его, отчего он даже покраснел.

Послушавшись "приказа", он стал расшнуровывать свои ботинки чтобы легче их снять. И не зря. когда он снял ботинки, из них посыпалась грязь, и девушка забеспокоилась за ковер, хотя плечо у него всё ещё было пробито насквозь пулей, и сам того не замечая что боль утихла, но он продолжал истекать кровью.

Когда он подошёл к кровати, она опять его остановила, и попросила взять из шкафа одежду для гостей, видимо, не впервой живет тут. Так же встав с кровати, она объяснила, как пойти к душу (!).

Покачав своей кочерыжкой, он направился в душ.

...Гул бункера сменился на тишину, и в нем отключили свет, видимо, началась ночь. Отель изнутри был освещен несколькими лампочками, что было достаточно чтобы осветить коридор.

Приняв душ, он почувствовал облегчение что ли. Осмотрев свое плечо, оно уже начало зарастать мясцом изнутри, хотя, это возможно были обычная оболочка, как и на маленьких ранах.

Именно после попадания воды на свои раны, он почувствовал жгучую боль, хотя странно, раны зажили, но боль не исчезает.

Наконец войдя в комнатушку, девушка крепко спала.

Звук шагов разбудил ее сладкий сон, что слегка расстроило его.

-Помылся? - спросила она.

-Ну, вроде, непривычно даже как-то, тут вот, даже кровать, а не как у нас, железные раскладушки. - присев на край своей кровати, высказался он.

-А откуда будешь ты?

-Из Приморского, далековато будет отсюда... - он притих, сравнивая жизнь там и тут, тут и там.

Он словно попал домой, на поверхность. Девушка в роли матери с ним поговорит перед сном, а наутро придет отец с конфетами от зайчика.

-А я всю жизнь после войны тут, на Новикова отсиделась, некуда было идти. - призналась девушка. -Вот как тебя зовут?

-Даня... А тебя?

-Катя.

-Приятно.

-Гм.

Настала небольшая тишина. Сон уже бил в колокол, да и когда он спокойно спал в последний раз, без опасений на смерть? Может, ещё до своего пути.

Девушка ему понравилась. На все бункера и туннели таких красивых не соберется, да только он не француз или турок, женщины за ним не побегут со слезами на глазах, наоборот, пнут под зад, и заставят уйти.

А вот кому он за жизнь понравился то? А никому. Может, быть, Кристина. Кристина...

Как же она неожиданно умерла. Вроде бы, оставалось совсем немного до Новикова, а тут бац подарок, нашелся рейхсхер, и уничтожил девушку.

-А ты был на поверхности? - неловко спросила Катя.

-Был, и не один раз. - с гордостью и сонливостью ответил он, разглядывая в потолке трещины.

-И как там? - оживилась она, -Жить можно?

-Красивый город... - вспомнив ужасающую картину заброшенных построек и заводов, переключился он. -Был...

А действительно, почему они не могут уехать из города в ту же Москву, о которой он любил читать книги, или в Париж с Берлином и Варшавой? Или хотя бы Ростов-на-Дону, который совсем рядом? Хотя, кто их выпустит, а если и выпустят, то их радиация сожрет.

-А у тебя есть истории интересные? Всегда интересовали диггеры, особенно как ты, огромные!

Огромные?.. Может, не настолько он и жалок, получается.

-Нет, нет таких, - вспоминая Пророка и Ивана ответил он.

Он ведь даже не знает, что там в Приморском, пока он тут сидит на мягкой кровати и засыпает с прекрасной девушкой. Ему остается верить лишь на то, что их парни держаться.

-Я знакома была с парнем, помню, звали его Андрей, по-моему, - начала рассказ Катя. -Он был как ты! Формой один в один, тоже диггером был! Сейчас правда убежал к Коммунягам, жив, конечно, но прям копия тебя.

Андрей... Отчим?

Он взволновался, и из лба потек пот, соленый, ядреный. А вдруг он выжил? Вдруг на самом деле ушел куда подальше, где в жизнь верится?

-Спасибо. - всхлип ответил он.

Сон взял верх, и через минуту он уже лежал и глядел в черную пустоту. На этот раз все обошлось без сна, может, и к лучшему.

Глава 12

Пустой и чистый сон помог успокоить ум, что ли.

Вспоминается старая поговорка, про то, что утро вечера мудрее.

Хоть и в голове ничего не было, но это не останавливало ей болеть.

До жути мягкая кровать, до последнего не хотела пускать его из своих объятий.

Судя по всему, проспал он несколько часов, ведь свет в бункере так и не включили (свидетельствовали об этом окна, в которых была темнота, ну что хотели, пародия на город).

Катя, судя по всему, не ложилась, ведь были звуки шуршания страниц.

Потянувшись, и слегка зевнув, он встал на кровать. Она, услышав, что Даниил проснулся, задала скромный вопрос:

-Выспался? Молодец, я не ложилась.

-Не привычно, мягкая постель, большая комнатушка. Бывает, вспоминаются истории отчима про то, как он до войны в общежитии университета жил, учился на юриста.

-А почему у тебя отчим? Папы нет? - положив книгу на кровать, спросила она.

-Все умерли, отца взрывом снесло, не успел добежать, мать уже позже от болезни. Был отчим, да и он недолго протянул, тоже умер, только радиации наглотался.

-Сожалею тебе. Похожая была история у меня, жаль только умерли до войны, отец от рака, а мать от старости.

В бункере включили свет. Походу, всё же ночь короткая, ведь из окна послышался гул недовольных людей.

В комнату ворвался мужик в камуфляже, и включил свет в комнате.

Балаклава на его лице не дала распознать его, но толстая шея с широкими плечами выдавали знакомую личность.

-Подъем! Главный приказал собрать всех. Ждём на площади.

Дверь закрылась так же быстро, как и открылась.

Катя предупредила, что сейчас будут рассказывать об подвигах или злодеяниях людей.

Одевшись в старую одежду, он уверенной походкой направился за толпой людей, которые толком не успели проснутся.

Персонал отеля не спешил идти, наоборот, они сидели, занимаясь своими делами.

Наконец дождавшись конца его выступления, он смог пройти через толпу к главному.

Старческое лицо, покрытое морщинами, улыбнулось, когда подошёл Даниил.

Он протянул руку, и главный его приобнял, что было неожиданно.

-Чего хочешь пацан? Понравилось приключение? Небось хочешь быть как я. - с гордостью сказал Главный.

-Нет, я по делу. - чуть по-хамски ответив, он начал рассказывать всё что знал.

На начале рассказа главный не дослушав попросил зайти к нему в кабинет, а сам то начал уходить.

Даниил взъерошено пытался его догнать, но он просил дождаться прихода в кабинет.

Было чутка страшно, ведь всё же к этому человеку он шел через весь город.

Пройдя толпу, и войдя в кабинет, наступила гробовая тишина.

Главный попросил рассказать всё. От первой встречи, до встречи с ним.

-Хо-хо парень, - хлопнув по плечу, ответил он на рассказ. -Ты на героя годишься, хотя по возрасту в сыновья мне.

Закурив сигарету, и предложив Данииле, он продолжил свой затруднительный ответ:

-И что ты предлагаешь? Если по твоим рассказам они на пулеметы в полный рост шли, так ещё и смогли эту оборону прорвать, то что мы сделаем? Туннель закрывать бесполезно, раз ты подметил что они с Аэропорта были, то, что они смогли как то пересечь эту черту, то, как думаешь, долго наша помощь вам поможет? - нервным голосом продолжил главный. -Слышал я про то, что у вашего аэропорта есть скопление мутантов, что люди в биноклях рассматривали, и мне докладывали, но что мы сделаем то? Взрывать их? Только чем?

-Штольня? Слышал, что есть комплексы в ней. Уж поставьте меня с кем то, найду вам этот третий корпус, а там может и найдется что ни будь, не всё же потерянно?

-Ты прав, штольня, особенно этот желанный третий уровень, только подумай, опытные сталкеры и диггеры не могли найти его, и на Азовстали померли пачками, а ты тут вдруг объявишься, крикнешь "Э-гэ-гей, я за один заход найду всё!". Только вот в чем беда, ты не опытный сталкер, а мальчишка.

От этих слов ему стало плохо.

То есть, он шел этот длинный путь, ради того, чтобы выслушать какая он беспомощная мразь? Нет уж.

-Слушай меня сюда, "Главный", я перся к тебе с другой части города, ради того, чтобы услышать, что я дерьмо на палочке? А ты не думал, что, если падет мой бункер, пойдут врасплох и другие, там недолго и до вас будет. Чуть подождите, сожрут вас, - развернувшись он начал уходить, -Хотя, может проживете несколько месяцев, пока все не передохните в этой гнилой дыре!

Дверь хлопнула настолько сильно, что на стенах полазила штукатурка.

Главный, кажется, прокричал что-то в след, но это уже было и неважно. Лучше уж пойдет встанет плечом к плечу, чем будет жить припеваючи, пока его друзей на мясо пускают.

Настроение упало ниже плинтуса, не было ему места. В душе его терзали сомнения в данной ситуации. Может, лучше было всё же промолчать, и соглашаться на новые условия? А смысл, никто ничем не поможет.

Он вспомнил книги с хорошим концом, где главный герой "принимает такого какой есть", но разве это не сказки для развлечения, где будет клише, повторяющееся как тавтология с неожиданными моментами из индийского кино, а романтикой из дешёвых фильмов на прокат.

А почему персонажи там себя принимали? А потому что читателю не будет интересное читать про мир, сошедший с ума, где человек говно и зло побеждает зло, так же думал и Даниил.

А может и его история такая же книга, может, он является героем романа, ну и что? Что поменяет это в его жизни?

...Нехотя осмотрев в последний раз Новикова, он ринулся в речку проходящую по центру бункера.

Люди, увидев, как он прыгнул, начали кричать, а кто-то в шоке от увиденного подбегали к реке, и тянули руки к нему, чтобы схватился. А он, а что он? Он принял, что незачем бороться, он принял тот факт, что на него будет всё равно всему миру.

Ледяная вода затянула его в прорубь, а дыхание перехватило.

Он передумал.

Он пытался схватится за всё что угодно, пока, пытаясь дышать, он заглатывал всё больше воды.

Острые камни, через которые шла прорубь, резали всю одежду и пробивали кожу.

От боли, он просто отключился.

Очнувшись, он оказался в помещении с маленьким пространством.

Его охватил кашель, и с ним, он выплёвывал воду.

Он лег на спину, и пытался вдохнуть как можно больше воздуха, но что у него получалось — это кашлять.

-Хэй! Петров! Тут кто-то есть! - послышался голос из соседнего помещения.

Дверь, открывшись, вытянуло луч фонаря, а за ним черный силуэт юноши с автоматом, который увидев Даниил, крикнул:

-Человек с проруби! Тащите носилки!

Юноша, схватив Даниила за под мышки, потащил его из комнаты в зал.

Ослепительно яркий свет, мазолил глаза, отчего ему приходилось закрывать их.

Его положили на носилку, и быстро понесли в другую часть помещения.

Его быстро привели в чувство, и когда он встал, начали задавать вопросы:

-Молодой человек, - начал человек лет тридцати. -Как вас зовут, откуда вы?

Назвав всё, что знал, человек продолжил:

-Из Приморского значит. А как оказался тут?

-Умереть захотел. Где я?

-Штольня номер три, теперь ты в безопасности.

Встав со стола, он повернулся к мужчине, и спросил:

-Можно попросить вас о помощи?

-Без проблем, чем же? Свет, вода, еда?

Тут Даниил начал рассказывать историю свою.

Мужчина слушал не перебивая. На моменте, когда начался рассказ на моменте Новикова, он удивился тому, что ему отказались помогать.

Положив свою руку на Даниила, мужчина представился:

-Я Петр Николаевич, для тебя Петрович. Насчёт твоего "путешествия", можно сказать назвать тебя героем. Знаешь, я не удивлен почему ты пошел к реке, сам был твоего возраста. Насчёт Гомунов ваших беда, тут и в правду нечего поделать, - расстроил Даниила Петрович, -Но! Большое. Но, ты же ещё рассказал, что со слов главного, у самого аэропорта их скопления. А что, если по ним ракеты запустить? Та же Катюша с головой подойдёт. Только одна, установки, или Катюш надо найти, мы то, что сделаем? У нас то хлеба и воды в достатке, ничего у нас тут нет, это искать надо. Слушай, а что, если с тобой взвод отправить на Ильича?

-А, что мы там делать то будем? Завод как завод, вроде.

-А не просто завод, а комплекс, маленький город, как штольня. По нему ты слышал, как били? Перед ядерными бомбами же бомбили город обычными ракетами, так и Ильича досталось больше, чем Азовстали! Слышал, что там остались почти новенькие танки и Катюши, а бывало, ходили слухи, что и целые установки есть военные!

-Но ведь Ильича, это один из самых опасных районов города же, нет?

-Поэтому мы тебе и дадим целый взвод, тебе, думаю, доверится можно, как никак прошел через что.

-Ладно, я согласен. План же выстроить надо?

-Надо, но этим займусь я, а также мои знакомые, а ты должен пока сообщить остальным. Вперёд боец.

Выйдя из комнаты, его встретил огромный комплекс состоящих из десяти этажей, что пугало. По центру был вид на нижние этажи, где снизу работала целая электростанция, и весь комплекс освещался снизу до верху.

Людей было не сказать бы что много, но и не мало. Все они были готовы ко всему. Одеты все в броне костюмы, которые с виду весят не меньше пятидесяти килограмм, словно экзоскелет. На головах одеты специальные спецназовские каски, где вместо выдвижных стекол, было подобие противогаза. На плечах у каждого было по несколько автоматов, у кого-то пулеметы.

Каждый при виде Даниила, жал ему руку, словно были наслышаны о его "подвиге".

Вдруг, через громкоговорители на стенах послышалась фраза:

-Спец. Совет, идите в зал заседания, и приведите гостя тоже.

Вдруг из толпы вышло трое человек, которые узнав Даниила (как его не узнать, единственный в рваной одежде), сразу вели его в комнату.

Зал заседания был небольшой. Комната с несколькими стульями и столами, где на столах стоят небольшие флажки отрядов.

Когда всех посадили, на Даниила не оказалось места, и его попросили рассказать это путешествие.

Рассказав, встал один из главных со своим листочком, на котором он записывал ключевые моменты.

-Даниил, твой путь был захватывающим, но отряд Галичина отказывает тебе в помощи. Ты совершил несколько военных преступлений, а именно из-за тебя умер главный Масти, а также дезертирство с каравана. На этом всё.

Усевшись на стул свой, он начал крутить свою ручку.

Даниила это расстроило, но оставалось ещё трое человек.

Двое из них ответили так же, как и он.

Последний встал, и начал:

-Даниил, отряд Дальвитц готов тебе помочь. Мы готовы предоставить твоему бункеру помощь оружейную, а также прислать солдат. Наш командир рассказывал о тебе, завтра мы даём в твое распоряжение один из наших полков, конечно, один править им ты не будешь, мы даём так же одного из своих лучших бойцов на просмотр за тобой. Сегодня вечером зайди в мой кабинет, я отдам тебе твою форму, оружие, а также жетон, чтобы ты смог в случае чего, доказать, что ты от нас.

Эта новость обрадовала его. Наконец кто-то согласился в помощи.

Все смотрели на главаря странно. Ведь они не хотели давать помощи какой либо, а тут согласился.

Остальное время заседания Даниил пялил в стену, ожидая как в скором времени он будет разъезжать по городу на Катюше, и стрелять в Гомунов с ракетной установки, хотя знаний того и другого у него не было.

Представлял он себе небольшой грузовик, и на задней части стояла установка с большими ракетницами, откуда вылетают ярким пламенем ракеты, которые со свистом влетают в их логово.

Когда их выпроводили, тот главарь, который согласился помочь, начал идти рядом с ним.

-Орден бы тебе дать за путь лишь, а за уничтожение Гомунов вообще обсыпают наградами! - шутил он. -Меня зовут Северий Николаевич, я возглавляю отряд Дальвитц, наши бойцы самые лучшие.

-Верю. А где мне ночевать? Не на полу же здесь.

-Верно. Мы дадим тебе комнатку, правда там живёт один боец, но он тебе не помешает отоспаться. Завтра жду тебя в своем кабинете, форму сейчас выдам, и тебя проведут. Хорошего похода.

Глава 13

Они стояли плацу, конечно, это не был плац, обычная пустая широкая комната.

Все были одеты в броне костюмы, а также оборудованы в новейшие маски с запасными фильтрами.

Даниил стоял в третьем ряду вторым. Держав автомат под наклоном дулом к верху, он слушал указ главаря, который объяснял план.

-...Вы должны пройти с Даниилом до Ильича, если кто-то умирает, берете всё необходимое у трупа, и идете дальше. Если один из бойцов ранен, берете его на спину, и становитесь в центр, и принимаете форму черепахи. Вы должны пройти через мост, и пройти по главной дороге до самого Ильича. Ваша цель, найти то, что может поразить цель. Лучшее что вы сможете найти, это ракетную установку, но это надо идти в подвал искать, что не в нашем случае, ведь каждая секунда на чеку. Либо танк, либо град, Даниил должен будет в рацию передать о находке, и проверив состояние, попробовать завести. Заводится — значит едите до аэропорта. Только в машину влезет несколько человек, один за штурвал, другой в соседнее место, а ещё один за ракетницу, если танк, в лучшем случае девять. Бойцы! Удачи вам! Вы - герои, решившиеся на рискованный поступок! Вперёд! Дальвитц!

Все, крикнув "Дальвитц", начали выбегать из туннеля наружу.

Взвод оказался небольшим, десять человек в нем было. Они словно маршируя побежали.

Выбежав, они оказались у школы, а вернее, у футбольного поля.

На улице была глубокая ночь. Сверкающие звёзды с луной создавали неожиданно красивый вид.

Стекла противогаза запотевали, но при вдохе обратно становились ясными.

Рядом сквозь деревья виднелись дома и магазины, а на главной дороге неаккуратно стояли машины. Каждая из них была особенной по-своему, какая то была яркого белого, что выделялось от тающего снега, а какие то уже сгнили настолько, что казалось если к ним притронуться, то они свалятся в кучу пыли.

Вот такой вот, заброшенный Мариуполь, пустой неряшливый город, создающий представление о том, что человечество, как всегда, запорола настолько прекрасную жизнь из-за своих больных фантазий.

...Выйдя на дорогу, их встретил сидящий на машине кот (?), которого Даниил погладил своей перчаткой. Солдаты не остались в стороне. Каждый кто шел, гладил кота, который мяукал в след им, отчего на душе оказалась такая тяжесть, что им пришлось побежать. Ещё долго вспоминалась моська кота, жаль, забрать его нельзя, да и откуда он тут вообще?

Большие трубы завода просматривались даже здесь, в месте, где лесополосы было до жути много.

Солдаты решились на одном, лучше двигаться бегом, ведь и идти далеко (километра три, где-то).

Пройдя последние здании, и войдя в одиночество с одним лесом и дорогой, солдаты начали рассказывать себе анекдоты под нос, или друзьям, чтобы скучно не было. Всё же, бежать молча нельзя, все мы люди в конце концов.

Даниила походу не признавали как своего, ведь с ним не разговаривали, наоборот, когда он что-то спрашивал, или говорил, относились к нему как к чужаку, хотя, в данном случае они правы, он - чужак. Он же в свою очередь, чувствовал себя обделённым, что ли.

Несколько солдат приподняли шлем, так, что рот был открыт, а нос и глаза были в шлеме, начали закуривать сигареты, и останавливаться.

Он же не курил никогда. Один раз, конечно, пробовал, но потом от Андрея офицерским ремнем так отхватил, что в жизни затяжку не делал. Но в данной ситуации, он хотел как все, взять закурить, забыв о проблемах, почувствовать облегчение в жизни, да только что ему мешает? Не знаю, наверное, совесть.

Когда отряд остановился (что было понятно, на каждом по пятьдесят килограмм оборудование, а они бегут уже минут двадцать без остановки).

Все дышали глубоким вдохом, пока из деревьев не послышался шепот, и они встали в круг.

Даниила поставили прямо перед звуком. Дёрнув затвор со всей силы, что звук прошел громко даже через резину противогаза, шелест усилился, пока не выпрыгнула, туша собаки, которая начал кусать его за руку.

Достав нож, он ударил им по голове, отчего скулящая туша начала убегать, пока не упала от боли, и начала дрыгать ногами, страшное зрелище.

Спасла от укуса броня из железа, которую не порежешь, не прокусишь.

Один из солдат спросил, всё ли хорошо у того, но получил положительный ответ. Тот в свою очередь предложил покурить, но он отказался.

Когда всё успокоилось, отряд опять встал в ряд, и побежал.

Наконец, они выбежали на мост. Под мостом была длинная река, уходящая где-то под Донецк, была загрязнена разными кусками домов, машин, одежды.

А может Донецк выжил? Там по наслышке тоже бункера есть. И не абы какие, и не такие как в Мариуполе, то, что там под футбольным полем, целый подземный комплекс был.

Да и был случай, когда на Приморский пришел человек с новейшим автоматом. Из Москвы пришел. Говорит выжили все, правда война началась раньше, в две тысячи тринадцатом, но и условия у них лучше. А потом, когда попрощался с ними, сказал, что в Питер поедет, а сам приехал на поезде. Славный был парень, только долго не продержался, оставил лишь жвачку, и удрал.

Звали его Саша, двадцати шести лет паренек, болтал о жизни в Москве, как там хорошо, отчего Даниил бывало хотел с ним поехать, но отказался, ведь Андрей запретил.

Пробежав мост, завод был на ладони. Ожидания были оправданы. Огромные трубы смотрели сквозь деревья. Задние которые были не меньше, так же выглядывали, но выглядели до боли ужасно, как университет.

Как ещё дополнительно, чем ближе они шли к заводу, тем больше было машин, как военных, так и гражданских.

Сквозь машины, что удивительно, начал виднеться кузов грузовика, а выше, небольшие ракетные установки с ракетами, которых осталось немного.

Подойдя ближе, были понятно — это она.

Огромная зелёная машина, у которой на задней части огромная система ракетниц. И кстати, главарь походу наврал, никакого третьего места нет, всё управление в кабине.

Забравшись, один из солдат достал проводки, и начал пытаться их замкнуть. Ключа то нет.

На удивление, машина завелась без труда.

Даниила, конечно, не посадят рулить, он то не умеет, но тот который завел, начал зажимать педаль газа, и прогревать машину.

Даниил смотрел на солдат с жалостью, всё же им придется пешком идти обратно, а бензина хватит лишь на туда и обратно.

Третьим был ещё один солдат, который сел по центру. После него, в кабину залез и Даниил.

Солдаты, попрощавшись со своими собратьями, поехали.

Улицы на удивление быстро пролетали, и ему было интересно смотреть в окно.

Машины, которые были на дороге, быстро проходили мимо, ну, это если по тротуару ехать.

Они уже проехали пожарную часть. Ему вспомнилась Кристина.

Вдали виднелось здание торгового центра Приморье, от которого и пошло название Приморского бункера.

Заворот направо, вот им остаётся проехать вперёд до аэропорта.

Частный сектор был перемешан с пятиэтажками, за которыми те самые девятиэтажки, которые он проходил в самом начале пути.

Проехав всё, остался частный сектор с правой стороны, и вдали сам аэропорт.

По телу шли мурашки. Он почти у цели, к которой шел все это время. Ему не верилось, что скоро всё это закончится. Конечно, он не хотел в сторонке сидеть смотреть, хотелось как ребенок, у папки за рулём попросить машину поводить, но понимал, что быстрее его убьют, чем ему дадут водить такую штуку.

Аэропорт был на ладони, примерно в километре. Машина остановилась своими тормозами, которые на удивление ещё были.

Сзади послышался скрежет метала, и резкие взрывы, странный звук "ту-дух ту-дух". Даже уши заложило.

И через пару минут после первых взрывов, следовали вторые, только уже в аэропорт. Обломки забора и зданий разлетались в щепки. Солдат словно в боевике снял шлем, и закурил, смотря на взрывы, конечно, он кашлял от грязного возраста, но он был в моменте.

В один из моментов послышались стоны и дробные шаги, которые прерывались после взрывов.

Одев шлем, солдат сказал лишь одну фразу:

-Обещал уничтожить, вот и уничтожил.

Даниил, кивнув, попросил довести его до Приморья, солдат согласился.

Когда его довезли, он вышел из машины, и пожал руки солдатам, а сам вошёл в здание Торгового центра.

Эпилог

Войдя в бункер, его встретил Коля, который обнял его.

-Где ты был? Дезертир? - пошутил он.

-Твою жопу спасал. Что у вас?

-Гомуны не прекращают идти, вот, взрывы слышали.

-Это я с солдатами их взорвал ракетами.

-Значит, всё? Закончилось всё?

-Ну, получается да.

-Пошли, дезертир хренов! - похохотал он, -Святой водицы самогонной выпьем!

Конец