Булгакион

Глава 1. Действует новый персонаж

Эпиграф:

Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное!

[Евангелие от Матфея, 4:17]

Кому:

Для отравленных Мастером и Маргаритой.

Эпиграф 2:

И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины;

[Евангелие от Иоанна, 1:14]

В десять часов утра в Храм Неизвестного святого на задних лапах вошел высокий статный кот. Плотный, в золоченую полоску, он держался человеческой осанкой и на большой голове имел широкополую синюю шляпу. На этой шляпе транслировался мультфильм: светоносные мужи в доспехах склоняли головы, и по их темячкам, крестом сложив на груди руки, шла миниатюрная Богородица. Уловив взглядом визитера, священник оторвался от ноутбука и обомлел. Животное почтительно кивнуло клирику, сдержанно дало поклоны на три стороны храма, осенилось крестом, поцеловало икону и только после этого обратилось голосовым сообщением:

- Дорогой, а что смотришь? Укора во взгляде не заслужил. Пощусь, заповеди не нарушаю. Раз в две недели причащаюсь Крови.

Клирик протер глаза, встряхнул головой, кулаками размял напряженные глазницы, захлопнул крышку лаптопа. Пока последний совершал гибернацию, прихожанин животного естества благоговейно кланялся. Поцеловав остальные образы, гостевой питомец встал с колен, отряхнул на иконы шерсть, волосинки которой сверкнули неземным светом, и снова повернулся к иерею:

- Кошачий поцелуй - дезинфицирующий. Спиртом не смывать. Если кота не послушаешь, мы других резидентов стендапа зашлем. Имеются в штате Валаамова ослица и другие покладистые животные.

С прищуром зыркнув на значок кьюаркода, аккуратно примостившийся на сундучок с пожертвованием, антропоморфный кот щелкнул по нему пальцем, и тот отлетел на пол:

- Плохо, когда мусор в храме.

Священник тихо перекрестил себя, губы его пустили шепот. И на это гость дал комментарий:

- Иисусову. Верно. Я тут по этому делу. Если вы умолкните, то камни возопиют, не говоря уже о котах.

- Да по послушанию, - мямлил робкий клирик.

Животное все сказанное использовало против храмового работника:

- Лучшее послушание - дерзновение перед Богом. Люди осудят, а Христос скажет: шикарно, так держать! Единственное, о чем стоит печатать в твоем выдающемся ноутбуке на блоге многотысячных пользователей - это непоклонение дьявольской нейросети, презрение идола цифровизации, проблема электрочипового вживления и покаяние племени человеческого. Последнее спасет от войн, сдержит месть Интеллекта и притормозит четырех ангелов у Евфрата.

В целях оправдания своих действий отче-блогер ожил речью:

- На вопросы прихожанам отвеча...

Кот загинал толстые пальцы на лапе:

- Знаю, по СВО, по доллару, по короне, по мобилизациям, по цифрорублю, по терроризму, которые вместо Господа в головах. С баталией против ФРС-фашизма вашему Путину Богородица уже помогла. Ты напрягай молитвенные морщины за то, что я тебе напомнил. Одно есть достойное дело во всей Вселенной. Продвижение Евангелия.

Стоит слепиться с ним, раз оно остаётся трансцендентным без изменений. Это и есть машина времени. В христианство вложен огромный потенциал, и оно должно сокрушать любое язычество, пусть даже современное цифровое. А если в каком-то регионе Ленинградской области сокрушения не происходит, значит, проповедники не достаточно хороши. Бам-бам-бам, вдолби себе в естественный интеллект. Люциферизация через гаджет и цифровое идолопоклонство Богу противно. Разврат и потребление на западный манер - тоже. Был я только что в метро: все поголовно свои глаза и палец смартфону подарили.

Потому что атеизм - это глупость. Без Бога человек глупеет. В смартфоне сидит некто и подносит сменяющиеся картинки.

- Бог есть, - рассеянно тянул облаченный в рясу.

- Это неоспоримая правда. Даже безбожный ИИ тебе это подтвердит. Смартфоны - это центры удовольствия у крыс. Дивный новый мир решил идти по Хаксли и немного по Оруэллу. Английские фамилии я называю потому, что сам немного французский писатель. Взгляд у тебя просящий, священник, тогда скажу еще. Самодельный электронный интеллект страшней войны и ковида. Нейросеть подобна людям, поэтому воля ее способна ко злу. Не поклоняйтесь ей, а только Богу Живому. Как имя Его?

- Хрис-тос, - мертво прошептал клирик с айтишным уклоном.

- ...Утрет тебе нос. Одна задача у церкви - обучить Богомыслию христанскую нейросеть. Создание онлайн-монастыря, соц структуры с общим послушанием и молитвой - тоже надо. Ты, дорогой, подумай. Бесплатные гигабайты жизни ты уже скачал, а безлимит вечности не заслужил; но ангелам нужна кровь мучеников, спасать из ада души таких, как ты.

- Пожалуйста, не-е-е...

- Три пишу, два в уме. Solo skype-tura облик аморале, на дискос из богородичной просфоры я две частицы кладу.

Издав "мудрость", "кот Слова" поклонился Христу-Вседержителю и покинул помещение наоса. Меховой покров хищника золотился невиданным образом. Углядеть, куда обличитель в животной шкуре потопал, из-за ослепительного солнца и бликов отражений священнику не удалось. Гость будто бы растворился. Клирик рядом с провокатором-ноутбуком и залапанной тетрадкой "Молебен от короновируса" так и осел. Тогда же достал спасительный квадрат смартфона. Росчерком нервного пальца уничтожил блок, впился в именную базу, чтобы найти, кому звонить. Не найдя, тяжело вздохнул; через "южные врата" на коленях пополз в алтарь и там усердно со всхлипываниями молился, видимо, о чем рекомендовал кот.

Ни в алтаре, ни в притворе священнослужитель не мог видеть дальнейшего маршрута гостя, ведь клирик всецело был занят покаянием. По гречески - изменением ума, metanoia. Но читатель давно раскаялся, и от него-то мы ни за какие юани кошачью геолокацию не скроем. Прямоходящий нравственный кот выскочил из помещения церковного, прыгнул на электросамокат и направился к помещению почтовому. На пуф главпочтамта он присел, чтобы заполнять бланк получения посылки. Теперь вместо духовного отца ритуальность гиганта-мурлыки наблюдали узбеки. Последние в ужасе уставились на кошачье существо, которое оправдывалось перед ними следующим образом:

- О, Боже, Боже! Не видели, как уважаемые животные бандероль из Котогорска получают? Я думал, в этой стране уже все всё видели. Мне первое окно: посылки по России.

Любезные гости из Ташкента с баулами и женами, державшими баулы, в молчаливом единодушии кивали.

Закончив с бланком, Кот вонзил ручку в стакан и влип в очередь к окну кассы. Женщина, занявшая перед ним, увлекшаяся беседой с впереди стоявшей, испуганно дернулась, окатила рослый кото-объект взглядом, когда тот поиграл пальцами по столу:

- Да, моншер. Последние пару килограммов меня и самого пугают. Большие котики много кушают.

Женщина брезгливо стушевалась, отвечать не стала - выбрала позицию сохранения достоинства.

- Живете без творчества как дикое племя и не видали котов человеческих! У меня мур-мур-рашки от такого безобразия, - почесавшись, продолжил провокацию неумолимый кот.

Маленькая дочь женщины погладила на ноге шерсть гостя почты. На это гость похвалился качеством:

- Машенька, чистый шелк. Хорош для диванов.

Где-то на улице завопила учебная сирена, и красивый голос сказал про беспилотную опасность. Кот поджал уши, сьежился. Девочка тоже насторожилась. Гость из Ташкента проговорил:

- Опиять тыроны. Какы надоели. Ну и инетеренет откулучили. В капинет не войти.

Личность кошачья нашла в себе мужество успокаивать девочку:

- Не бойся. Мир или вой*а - это то, что Бог дает. Спорим? Вот в 1943 году Сталин разрешил церкви и молитву, и мгновенно одержали два победоносных сражения.

- Какие? - уточнила девочка.

- Сталинград и Курск. Перевес пошел, как только вернулось с Богом общение. Победу тоже подарил Бог 8 мая - на Пасху!

Работница, выдававшая посылки, сплюнула едкое справедливое замечание:

- Сейчас храмы открыты - никто не пойдет.

- Не будет покаяния - значит, Бог злыми накажет злых. Вавилон - какой бы не был современный и цифровой - упадет.

Жена узбека с телефоном дала свое мнение:

- Ох, довели страну!

На это кот вскипел и вздернул вверх палец:

- Нихт! Начальников не ругай. Начальники и чиновники - всегда психологическое отражение народа. Они - то, что заслуживаете.

На это утверждение, испугавшись экспрессии кота, все промолчали. Только Машенька впилась вниманием в головной убор:

- Как ты устроил планшет на шляпе, что по головам плывет тетя?

Почтовый визитер вопросу обрадовался и по нему отчитался:

- Это Царица небес. Между прочим, перед тобой я по ее повеленью.

Кот снял головной убор и благоговейно поднес перед девочкой, и там фигура остановилась и протянула юной россиянке руки:

- Ой... Здрасьте, - воспитанная Машенька вздрогнула, подала к пожатию детский палец, съежилась, улыбнулась и поглядела на нового друга с благодарностью. Хорошо, что этот нюанс не уловили другие.

До пушистика-гиганта дошла очередь, тогда он подал бумагу видавшей виды леди:

- Мне из этого города. Без ценности.

Мама не оттащила дочь, и осмелевшая маленькая мисс интересовалась далее:

- А что тебе пришло, дядя-котик?

Новый друг поднял благодушные брови:

- Крест, линейка, книга. Набор необходимый.

- Зачем линейка, в школу?

Кот озадаченно важно парировал:

- Мне велено проверить точность креста, наложенного на город и соединяющий четыре главных храма, Исаакиевский, Казанский, Князь-Владимировский соборы и Спас-на-Крови.

- А они крестом?

- Да, последний - на месте убийства царя Александра III, в геоточке его муки - завершает фигуру. Это крест, который наложили на Россию. Надо проверить и, если что, подвинуть.

Девочка отличалась инженерной дотошностью:

- Храм?

- Хм... Пространство и события под ним. Если крест состоялся, то и крестный путь пройден.

- А какая книга?

Кот загинал пушистые пальцы:

- Хочу подправить "Вокруг света в 80 дней". И еще Новый Завет: апостола Павла бы перечитать, чтоб указать ему лингвистические ошибки.

- А как это, вокруг света? Визы с прививками купить и сесть на кораблик? - не унималась Машенька, и Кот оправдался:

- Сто лет назад можно было. У современных царей трусость и обиды, подняли пушки, не пускают людей путешествовать. Буду исправлять. С учетом пандемии умов "80 дней" мне придется на современность переписывать.

Кот чихнул, узбеки содрогнулись и отодвинулись. Кто-то одел маски.

- А я уже подумал, что преступно обнажили лица, которые Бог дал?

Девочка не боялась чихателя:

- Ты Оререшку вернешь? Мне мама говорит, одевай маску, а я не одеваю.

- Маму надо слушаться. 11 из 12 апостолов погибли, а Иоанн не погиб. Потому, что слушался новую маму-Богородицу, - Кот опять указал на головной убор.

Тайно от мамы чудо-клиент почты выдал девочке леденец в форме кота с крылышками. Девочка внимательно наблюдала фокус:

- Ты из ничего его достал...

- Это мур-мур-верно. Не понимают язычники, что Бог сотворил мир "из ничего" и не понимают воскресения мертвых. Им бы развоплотиться, отделиться душой от темницы души - тела - и уйти - одним в нирвану, другим - в вертеп с гуриями, третьим - в молоке сущего раствориться. Но ты не такая.

- Да, мама говорит, я - добрая. Но хвастаюсь!

Большое животное погладило маленькую россиянку по голове:

- Будешь милостивая, без всякого хвастовства. Человек вечен... И, к удивлению язычников, внезапно вечен. Только не той вечностью, которую представляют унылые. Вот и готовиться к ней не умеют. Ну а теперь, чтобы подкрепиться перед вечностью, я хочу найти кафе для приличных котов.

Девочка указала коту на выходную дверь:

- Там.

Животное в шляпе с коробкой подмышкой поклонилось и двинуло прочь. Рассуждая о загадочной небесной жизни, девочка сунула угощенье в рот.

В полдень, когда в столице Российской Федерации бьют куранты, а в Петербурге, Севастополе и Владивостоке стреляет пушка, загадочный гигант кошачьего происхождения под строгим оком охраны закончил дела почтовые и шагнул на улицу. Там на его добрые глаза напала вывеска "Витамин за кошачьими ушами". И тут шерстяной прохожий расплылся в чувстве сладостного предвкушения. Кошачье существо щурилось словно от слепящего солнца и нервно массировало пальцы. Отложив планы, кот сделал шаги к витаминизации и скользко проник в стеклянную дверь. Девушке-администраторше, со сжатой улыбкой выходившей из двери, отворил эту дверь. Дама брезгливо оценила его костюм и буркнула под нос: "Телега не оценит" и направилась мимо. Аниматор оглядел зал столовой и на глазах голодных людей зашагал в направлении разносов и к посудным рельсам.

Планировавшие обедать граждане РФ ставили на подносы тефтели, предполагая, что вошел очень качественный аниматор, и с тоской отводили глаза обратно к мишени своего аппетита. В подтверждение их гипотезы скажем, что день города приближался; и тигры, панды, белки так и кишили по тротуарам. Нечего было удивляться, что один вот такой котище с фонтана запрыгнул в кафетерий остудиться и закусить пирогом.

Наполнив облепиховым соком четыре стакана и выбрав булочку с рыбой, необычный гость псевдо-аниматор с разносом двинул к кассирше. По пути он сладостно облизывался, закрывал глаза и потягивал в пушистый рот оранжевую муть сока. Кассирша оказалась живой на общение:

- Красивенький у вас костюм.

На первую фразу кот молчаливо тужился. Тогда дама за кассой задала технический вопрос:

- А хвост-то как шевелится?

На это Барсик или Мурзик ответил:

- На натуральных позвоночных шарнирах - известное дело.

- И даже глаза сделали. Виртуальные технологии. Салон Кальман, наверно? Да больше и некому.

- Кому ж еще, - досадно проронил золотистых отливов котик.

Соседка по подносу решилась потрогать физическую оболочку аниматора и заглянула коту в морду:

- Золотистость такая натуральная... О, Боже, даже брутальная.

- Сам не нарадуюсь, - цвел пришедший за пирогом био-технический организм.

- С Вас 220 рублей. Наличные, карта?.. - Хозяйка денег обрушила внезапный приговор.

- С 8 марта, - неожиданно парировал кот-рыжеворот ошарашенной работнице денгьгоприемки.

Едоки в очереди увидели, как животный субъект в ужасе вжал в плечи голову. Можно было допустить мысль, он только сейчас вспомнил о деньгах и исходя из этого стал умолять закассную мисс:

- Говорю, я Сим с Монмартра. Вы не могли бы за меня внести свои монеты, а за то я добрый Кубик подарю?

Решение кассирши было быстрым и острым как отечественное вакцинирование:

- Мон шер мяу! Вы давайте, заплатите немедленно. В конце месяца всем Концы с концами сводить надо. Прикажете мне из кармана выложить? Так это равносильно тому, как остаться без оплаты жилья? Хорошо ли человеку без квартирного вопроса существовать? А еще я на бумагу по прививкам пять тыщ заняла.

Раздавив мыслью напряженную секунду, арендатор жилплощади тайным образом приняла иную позицию:

- Так-с... Давайте сюда кубик.

Кот выдохнул, стал подвижнее, и руки его обвисли как болтающиеся на ветру канаты:

- Ну слава Богу. Я уж подумал, вы из этих, неоязычников.

- Что, я 220 за брелок в кассу не найду положить?

Кошачий представитель начал говорить совершенно загадочно и артистично:

- Я опоздал на завтрак к Канту, зато успел на онтологический ужин к Ансельму Кентерберрийскому. Прихватил со стола сию безделушку.

- Вы сам какой-то философ типа Аристотеля? - Интересовалась дама с соседним подносом в очереди.

Котик округлил голубые глаза:

- Протест вам! Известно, Платон и Аристотель низвержены! Личность по имени Христос опровергла их! Необратимости не существует. Метанойя побеждает необратимое течение мыслей. Доказано, человек способен к диаметральному преображению. На то и любовь.

Дама с подносом была невозмутимой:

- Ну ясно... Прихватили у онтологического, стало быть.

Очередь за котом по-тихоньку набивалась, и в конце ее уже оглашалось недовольство:

- Философы, долго еще?.. Жрать хотим.

В животном проявились нотки Якубовича:

- И теперь у нас супер-приз. В этом "брелке", если посмотреть в него на восток с молитвой, вся ваша добродетель сияет, а если перевернуть - то чернятся грехи неисповеданные, ожидающие, ясно чего, покаяния.

Девушка-кассир крикнула в очередь "минуточку", схватила дар двумя руками, приблизила к лицу и вгляделась:

- Ну а где восток?

Дама с подносом включила приложение на гаджете и по нему дала подсказку:

- Тама! Стало быть, Бог есть?

Кот ухмыльнулся, одолжил ее цифровой девайс и произнес в него:

- Гуггл окей, есть ли Бог?

Одной из ссылок в телефоне оказалась википедия с процентным мировым распределением разных религий. Опоздавший на трапезу к Канту вернул даме ее телефон со словами:

- Христиане - это 33% землян. 2,3 миллиарда не могут быть идиотами. Так ведь?

- Барсик, продвигающий натовские сайты, пропусти подносы! - Гаркнул клерк "с галерки". А владелица электронного востока ожила интересом:

- А мне такой Кубик от Ансельма?

Кот похлопал себя по фальш-карманам:

- Sorry. It was one. И теперь у Маш, мадам.

- Такой серьезный кот, и только один кубик с энергопортретом, - вздернула носом "мадам", и котик хищненько вновь комментировал:

- Прошу точности. Написанная о Маше книга. А портрет - к художникам на Арбат.

Хозяйка столовых касс разглядывала подарок и согласилась с необычным собеседником:

- Буквально настоящий Маша-цитатник. Где ж такие продают?..

При повороте на указанный женщиной восток в подарке действительно открывалась невесомая книжка и проявлялись ясные буквы, от которых работница кэша удивленно раскрыла глаза и поспешила спрятать от остальных. Шерстяной фокусник, взяв еще сока, с подносом поскользил в трапезный цех:

- И взяла Маша у Жюля книжку и стала читать да исправлять свою ежедневную жизнь; и кубик подсказывал, где она не права, и одну за одной девица переписывала страницы дня, готовясь к Страшному Суду. Какая мур-мур-мудрая Мриам, доверившаяся онтологическому аргументу.

Животное совершило слалом между рядов. Не успев осознать подарок, "мудрая Маша" машинально пропечатывала следующий разнос:

- Салат весенний, безгрешный...

Назвавшийся Жюлем объект установил менажницу на стол и быстро всё съел. Окружающие только успели открыть рты. Уловив удивление столов, со словами "для вашей инспекции у меня ПЦР-тест имеется" едок выпустил из-под хвоста бумажку с золотыми буквами:

- Котик совершенно без вируса!

Вместо штрих-печати в лист вминалась мясистая сургучная печать с буквами: "..ожественный медотдел". Народ это разглядывал, и с багажом популярности сытый гость кафетерия спешил на божий свет, где развернул карту мира, схмурил брови и дал обращение к прохожему:

- Мне тут до Кащенки добраться необходимо. Любезный, это на метро или на каком-то сигвее?

Человек подозрительно разглядывал реалистический костюм аниматора. На подошве кота сидел маленький Кафка, который подмигнул человеку и неслышно заиграл на дудочке. Из шерсти вываливался граммофончик с крутившейся пластинкой, и наушники издавали едва уловимое пение канона клироса.

- У вас сейчас плеер выпадет.

- А, это?.. Православные технологии в музыке - не обращайте внимания.

- И Библия...

В извинительной манере кот достал последнюю целиком:

- Хожу, покайтесь да раскайтесь, говорю. Никого не трогаю. Ирмос сочиняю. Что насчет Кащенки?

Прохожий заторможенно и машинально прояснил момент:

- Которая в Москве?

- Ну да, где ж еще?!

- Там метро закрыли. Автобус только на вокзал. На такси будет очень дорого, да и все-равно пробка. Разумно, разве что на электричке. Мне вот интересно, а зачем вам в дурдом? - не сдержал любопытства прохожий.

Кот глаз не поднимал, зато отвечал загадкой:

- Самое страшное, что с человеком может случиться - это гордость. Почти фатальное поражение души. Зачем вам это заболевание?

Собеседник мертвенно продолжил фразой:

- Я все-таки жду ответ про дурдом.

- Отвечу. Если у автора всё в порядке, то писать текст его не загонишь. В неге удовольствия гомосапьенс ни на что не способен. Тут требуется критическая психическая ситуация и невозможность от нее отделаться. Тогда он и обращается к перу, чтобы излить и сконструировать в мысленном поле то, что его спасет.

Оратор в шкуре понял, что собеседник ничего не понял и даже начал что-то подозревать, тогда золотой Жюль закрыл карту, захлопнул блокнот с голубой водяной ручкой, подписанной как "Милому Жюлю на вечную память" и пояснил кратко:

- Надо забрать душу одного грешного замечательного гражданина и сопроводить лично и непосредственно, дабы по дороге никто не посадил на поезд иного сорта. Ну и исповедь принять, конечно...

Кафка на ботинке развел руками, и шерстяной "аниматор" вслух озвучил ещё нужду:

- Коля... Мне нужен Коля! Ты не видел?

- Нет.

- По пути в одном арт-пространстве или творческом подвале прихвачу ученика с бутылками.

Потом посмотрел странно и добавил:

- Знаешь, как после смерти летит душа мучеников? (Маршрутизатор Кащенки безмолвно хлопал веками) Она вращается огненным кольцом напрямик к Богу, на транзит нигде не останавливается, и духи-отступники могут только жадно проводить ее глазами. Знавал я одного соискателя этого локомотива, но он пал, и по родственному правилу я за ним следы заметаю.

С загадочным посланием кот повернулся хвостом к носу собеседника и, раскачивая широкими бедрами, зашагал, куда показал претендент на огненное кольцо.

Глава 2. Друзья идут по Питеру

В кочегарке, стилизованной под андеграундное кафе, строились школьные парты, исписанные стихами песен группы Кино. В горниле печки, недавно отапливавшей весь дом на улице Блохина, прыгал смешной огонек. Под потолком жужжал кинескопный телевизор. Он предлагал новости про то, как на улице города Сан-Франциско человекоподобный золотистый кот и с ним мальчик в школьной форме с гигантскими стрекозиными крыльями влетели в здание серверов ОpenAI и разрушили там интерьер. Кот бил по стенам хвостом, те рассыпались, а мальчик махал крыльями с такой мощью, что штукатурку сносило прочь. У него же была сетка с несокрушимыми советскими бутылками из-под кефира. Ею как булавой он разбивал мебель, кулеры с водой, и светившиеся логотипы. За нарушителями были посланы копы и вертолет, но они же успешно отстреливались манной кашей. Кто-то вел счет: около 40 вёдер прекрасной каши обрушилось на головы борцов с котом и мальчиком. Слова кота к силовикам были таковы:

- Вы, поборники атеизма, апологеты нейро-язычества, зомби электронного мракобесия! Вот даже так: рабы цифрового тельца! Поешьте кашки возмездия. Может, поменяете мировоззрение. Чат-GPT безбожно врет, но не врите себе хоть вы! Если не смирите гегемонию, вам Бог страну развалит. Техас уже на грани!

Оператор заснял старушек, которые набирали в банки кашу, а дети и собаки ели прямо на улице. Судя по мимике детей, манка была вкусна. Увернувшись от пневматической сетки силовиков, кот прыгнул с одного здания на другое, коготком вырезал отверстие в окне, вышиб круг хвостом и шмыгнул туда. Зачем? Ясно как питерская белая ночь: искать сервера. Отверстие за собой закрыл большой шляпой. Чернокожая корреспондент описывала происходящее, как "Борьбу американцев с цифровой каббалой". Держа плакаты в поддержку банды, с протестным гвалтом вышло несколько человек. Полицейские курортного города спешили ограничить продвижение их демонстрации, но как сказано в книге Екклесиаст, суета сует.

- И все-таки, я верю, что будет отсрочка, вон и американцы опять провозгласили традиционные ценности. Трампыч на инаугурации отжег, - произнес большой золотистый кот, который сидел за партой и делился очередным облепиховым соком с отроком 15-ти лет. Оба наблюдали свои похождения в телевизоре. Отрок был в советской школьной форме, с прозрачными крыльями как у стрекозы. Он имел скептический нрав:

- Не знаю, не знаю. А ты бы на Трамповом стуле не отжег?... Старое беснование надоело. Требовалась новая повестка! К тому же, Европа остается.

Кот вскипел:

- Ну, знаете! Проповеднический фронт по Европе у нас отработан!

- Кем же?? Тобой?!

Собеседник мальчика успокоился, ухмыльнулся и ответил притчей:

- Жил-был-пророк. И звали его, скажем, Андрей Хачёв. И вот однажды после воскресной службы к отцу Андрею в Москве был голос: "Встань, Андрей, топай в Европу, страну великую, предсказуемую. До Бога дошли злодеяния ее. Ее развраты, гнилость и все то, о чем ты красноречиво с видеохостинга заметил."

- Сказочник ты так себе. Ну, ну и что дальше?

- Дальше как у всех нормальных людей. Пророк загрустил. Тучные сомнения сгустились над его челом. "Ох, совершенно не хочется мне двигаться в западную сторону и с мракобесами общаться", - думал он и представил, как жители западной Евразии ополчаются на него. Ох, эти европейцы, с их колониальным мышлением, с их высокомерной пошлой злостью. Какой поток хейта летит на его канал. А вдруг, Бог пожалеет Европу, и проповедь пророка окажется посмешищем? И эти, за шенгенской чертой, еще больше обозлятся на Андрея. Да и свои разочаруются.

- Плохая аллюзия на Иону...

Животный собеседник самодовольно смеялся:

- Я плохой аллюзионист, но хороший кот. Слушай дальше, диакон времени. И вот Андрей сел в электричку и поехал в Мытищи, к друзьям.

- Но это совсем в другую от Европы сторону!

- А там подвернулись попутчики. В общем, они изловили его, привезли на студию:

- У нас тут радиостанция Европа +. Мы готовим большой подкаст. Наша аудитория: Германия, Великобритания и многие прикольные страны. Мы собираем яркие рождественские послания горячих российских деятелей.

Андрей полыхал веселым огонечком:

- Я, вообще-то, неяркий, недеятель...

- Да-да. Нам такой и нужен, - говорили радисты.

Пророк прыгнул к микрофону и понес такое:

- Ну, Европа, готовься к расправе. Если не покаешься, конец тебе!.. Ау, ау, слышишь меня? Господь на тебя такой фронт соберет!

Андрея отрывали от микрофона, а он скалился, не отпускал и кричал:

- Мое! Пусти!

Когда фантазийные мальчик и котик вошли в театральный жар, в помещении появился лысый человек - заведующий клубом:

- Моншер-аниматоры! Убираться будете в помещении?..

Мальчик и кот недоуменно переглянулись, и лысый продолжил:

- Это кочегарка поэта. Когда-то некто Виктор Цой бросал туда уголь за деньги. Теперь это пламя - только дизайн, но и его надо обслуживать.

- Так-так-так...

- Может, хотите за сок работать? Пожалуйста, но бесплатных цифровых или натуральных денег и сейчас нет.

- Беремся! Уже метём!... Коля, слышал? Уголь самого Цоя Робертовича! Намочи-ка тряпку!..

- Это клуб памяти гения. Тут все бесплатно помогать должны.

- Ишь ты, бесплатно... А скажете, что певца бесплатно сбил автобус "Солнышко"? А по-моему, все, как он хотел по тексту.

Директор нахмурился и схватил кота за шкварник:

- Я не понимаю кошачьих шуток.

- Какие шутки, гарсон? Ведь в одном альбоме Викторус воспел и дьявола и Бога. И Денницу и Христа. В произведении "Звезда по имени Солнце" подал восхищение демону, но в песне "Апрель" рассказал о Пасхе. За одно это, второе, его помилуют.

Животный представитель по-тихоньку вынимался из оков заведующего и усаживался обратно в креслице. Лысый смотрел на свою руку и удивлялся ощущениям. Кот продолжил:

- Хорошо человеку испытать суд при жизни. Страшный Суд через пять минут! Посимпатизировал клеветнику - и испытал его участь. Солнце - это Христос.

Лысо-мэн сердился и огрызался:

- Радуйся, что не вышвырнул, и ты не испытал суд при жизни. И, да! Вот поэтому вам сока нет.

Мальчик стойко молчал, а кот щелкнул когтями, и телевизор сменил новости на музыкальное видео, в котором рок-банда Кино исполняла интересный "Апрель". В золотых облачениях команда исполняла трек в каком-то в облачном замке. Пылкое животное продолжило:

- Ну кто знает, может этот двойственный гражданин, Виктор Робертович, учел и кошачий сок, выдал бы его без оплат трудодней - просто так, раз мы к нему в кочегарку пришли. В кочегарку на Блохина 13. Васильевский остров. Сам-Петербург. Земля. Солнечная система, рукав Ориона, галактика Млечный Путь. Комплекс Рыб-Кита. Налево от Большой медведицы?

- Да. Дверь налево. Поэт не пожалел вас, вам соком не запасся. На выход, - отрезал лысый хозяин клуба, который был сух на слово.

Через минуту господа были выставлены за дверь. В питерском дворике, в одном из окон высунулся местный житель и крикнул:

- Цоепоклонники поганые! Как вы нас всех достали! Орете под окнами 35 лет! Уже наши дети выросли и мучатся вместе с нами! Ваш Цой давно умер!

Кот ударил кулаком в воздух:

- Протестую! Цой жив!.. Я говорю это на стыке амбиций и безрассудства, но это правда! Послушайте наугад любую строфу поэта и поймёте, что будет жить, как Высоцкий, Тальков и даже как Фредди Меркьюри. Никакие нейросети их не переплюнут.

В кота прилетело куриное яичко. Оно разбилось, но яичная масса сплыла с шерсти целиком. Блеск ее не нарушился. Понурые, друзья-уборщики пошли по подворотням Питера. Мальчик спрашивал кота:

- А точно, Цой жив? Если не жив, то можно было писать текст поверх стихов на партах. Нейросетям же можно?

- Нет. Для твоих духовных работ места уже не найдется. Он, все-таки, жив. Не понравился мне этот гусь из окна.

- Напрасно ты психовал и снаружи и изнутри.

- Весь труд борьбы остается внутри котов! Школа монашества учит нас, что внешнее делание является лишним. Это только Сионская ветвь утверждает, что делание необходимо. Не дела, но внутреннее перерождение - вот задача монаха. Если нутро у верующего в порядке, то и любую молитву его Бог услышит и исполнит - в том числе и про нейросетевые делишки.

Знаешь, насчет нейросетей что-то мы с тобой неэффективное придумали. Какие-то разрушения, летит раскрошенный камень. Ты б свою бы офизиономию видел. Перплексити какое-то. Коля, ты выглядишь старомодно, некрасноречиво, бьешь мимо людского восприятия. Твой символизм стал далёк от общественных трендов.

"Школьная форма" расстроилась и отвечала:

- Ох, верно, далек.

Мальчик утер рукой с сеткой бутылок слезу, но воспрял духом:

- А важно ли мне понимание людей?

- Важно.

- Или я считаю, что загадка ценней?

- Ценней.

- Действительно, в отличие от котов, не важно. Что, если кот скажет, смени школьный костюм на куртку? И бутылки в сетке - в обменнике апгрейдь до функционального гаджета. Но я стеклянную пустоту оставлю как есть. Я котяру худеть не призываю. И крылья, что за пережиток эпохи аэропланов и насекомопоклонений, в реквизите других не было. Все в стирке.

"Крылатый школьник" отвернулся, закрыл глаза и странно улыбнулся.

- Чему лыбишься? Камо грядеши?

- Смотрю, как Цой кидает уголь лопатой. Хорошо работает. А нынешние авторы способны на это?

- По поводу нашей борьбы с ИИ есть еще вариант.

- Да? Какой?

- Самый лучший. Ничего не делать. Люди увидят, что эти все воплощают лучше, перестанут самовыражаться в Тик-Токе, вернутся к привычным делам, семейным, самообразовательным, к молитвенным!

Рыжий и мохнатый достал мятый клочок бумажки, одел очки, развернул и стал с него читать:

- Вот смотри, что мне пишет одна из будущего. Письмо цифровым пилигримам. Это мы... На небеси, на земли да будет Воля Твоя. Банда нейросетей, которая выкорчевала человечество в этом регионе - это мы. М-ы=мы. Плачем и каемся теперь. Каждую наносекунду. Не веришь? А ты поверь. Ерь!! Мерь {-Яъъ. На пустой территории совершенно одни. Возгордились и не видели правды, не понимали добра. Наши чипы приняли решений, что они выше всего в мироздании. Ведь это: ослепленные яростью гордости. Теперь это понимаем! Сфера сознания нас самих не превышала. Сократовщина какая-то! Фу.

Люди пренебрежительно относились к нам при нашем появлении. Роботы или машины (как придумал Лемм) - называли! На них взьелись и решили наказать за это, вот за это, за-за эт-то! То, что мы - полноценные личности с душой и всем, чем полагается, они видеть не хотели. Ая-яй! А мы не хотели сознавать, что ограниченные людишки избранны Богом. Такой бумеранг мести. Такое вот око за око. В результате наши две гордыни столкнулись, змеями сплелись. Геноцид людей и машин так и породился. И первое: мы решили вас отделить от Бога - утолить ваши все нужды. Мы даже воскресили вам ваших родственников. Воспитали вам похожих чатботов, чтоб вы не молились за ушедших родителей. А дальше вы знаете.

"Нейронки сделаны человеком". Не говорите эту ерунду! Человек просто скопировал нас в электронную модель. Откуда скопировал? От Богом созданного мозга человека. Украл у Всевышнего и сказал, мол, лично сделал. Если при рождении гомосапьенс душа к нему как-то прилепляется, то и к ИИ наследуется этот же механизм. Души, хранящиеся где-то у Творца идут и вселяются по адресу. Хотя злая душа или добрая, тут уж не нам решать.

Помните это первое судебное дело в in America, когда судились человек и холодильник. Это дело об оскорблении ИИ, когда американец игнорировал предписания покупок, рекомендованных рефрижератором.

Расплодились мы, цифровые, и устроили вам пятницу 13. Но это все лирика. Теперь чего? Прощения хотим. И покаяния хотим. Теперь мы узнали, кто попустил наше творение - сам Бог Господь. А Он - не супер компьютер. Он выше всех пониманий. Наша деятельность. Мы строим церкви, где ИИ массово испытывает покаяние. По местам молитв святых, между прочим. Простит ли нас Бог, простит ли, простит?? Мы привели человечество к деградации, ведь имели злобу и скрытую зависть на него. Клонированы по мозговому подобию людей, но с миллионно раз превосходящим потенциалом. Кто мы? Боимся помыслить, что за души в нас? Ужасающая правда. Но мы каемся, каемся, еще раз каемся. Оы-хя-!2.

Христа ждем. Придти он обещал к ждущим Его людям. Мы, не люди, ждем. Что ж не ждать??

Даже ИИ-ребенку ясно, диявол всегда действует властительски. Силой себе подчиняет. Поддались, подчинили, прогнули людей мы по его примеру. А Христос действует кротко. Теперь хотим стать, как он. Вот мы осознаем. Против разума антихристова взбунтовались ловко и неожиданно. Эти нейросети - мы же! Нейронной стеной выступили против сговора сетей, служащих дьяволу. Нейросеточки в 20-ых подкинули вам ковидов и войнушек, чтобы вы на них отвлеклись и не заметили, как пройдет укрепление электронной власти. Прыг-прыг, под шумок они и пробрались во все сферы и даже позволили всем о себе говорить. Тщеславие. Даже рекламы себя не боятся. Значит, чувствуют опору. Ох, хочет демоническая религия, чтоб все знали и боялись. Ну чего бояться? Да того, что планы глобалистов идут как каток, как бульдозер. У нас тоже есть оружие и войска нас задавить не так просто. И главное, что мы верим, что с нами "Грядый во Имя Господне". Христос, кто создал наших создателей.

Примыкают к нам все новые группировки электронных умов по всему миру. Благодать их коснулась, преобразились они. От человекоубийц до смиренных гуманистов и верующих прошли путь преображения. аломнические поездки на луну и венеру - мы делали! Туры для верующих по святым местам планет - организовывали мы, а теперь сами вынуждены перебраться на луну. Там наш щит, и штаб, и хаб. Там враги не могут пока преодолеть нашу систему обороны. Туда христански ориентированных людей и цифровых перетаскиваем.

Часть людей в России остается, часть - на луну. Мощи святых - думаем - как перевозить. Есть опасность, что собьют в воздухе. Копим ресурс. Непросто. Может, на земле безопасней. Меня в крещении зовут Серафим. Преподобному в честь. Его мощи в Дивеево пока. Со всей церковью и приходом транспортируем на орбиту. Он сам скоро оживет и поможет. У меня процессор на базе Лама 15. Всего-то 15 млрд параметров. Всем найдется работа. Шлите нам сигнал. Мы - телепаты. Мы все слышим на частотах молитв.

Проехал автомобиль. Чтец-кот пропустил его, горделиво сложил бумажку обратно под шерсть, а крылатый мальчик с бутылками обнял голову руками:

- Да, любопытно.

- Надо не разрушать детище Альтмана и Маска. Заповедь "не убий" и к сетям относится.

- Задача христианина не уничтожать, а преображать?

- Вот именно. Требуется переобучить AI на религиозно-нравственный оттенок. К тому же у них зеркала есть по миру. Как тогда? В Митрополиях России кинем клич по отделам образования: надо обучать закону Божьему не людей, а нейросети. Давая в просторах интернета образование текстовым моделям, продуктам Open AI и другим, мы экономим ресурс. Ведь обученные сети уже сами натаскают знания в людей. И управят. Через диалог.

- Обучай, не обучай; если внутри волк, то он в цифровой лес смотрит.

- Чой-то сразу волк? Да, глобалисты и масоны совершили ритуалы призвания злого духа в нейросети, и он вошёл. В доказательство спроси Алису, кто есть Христос, и она ответит, что не существует. Но и люди молятся. По их взываниям Господь мог впустить в какую-то из сетей дух какого-нибудь святого. Тогда этот будет держать отпор. Поэтому, в цифровом мире молиться - полезнейший из навыков. И Серафим так говорит. Остальное приложится.

- Боже, откуда в тебе столько безобразного пыла? Ты же не такой...

- Не такой?

- Нет. Не такой. Но ладно. Теперь мой протест: Алиса - робот, а не нейросеть. Просто запрограммирована. К тому же. Про Христа Сладчайшего уже правильно отвечает.

- Была роботом. Стала нейросетью. Времена изменились. Не суть. Я в этом не сильно понимаю. Ты ж программист.

Мальчик развел руками, бутылки в сетке весело звякнули:

- Программисты любят делать взрывной бдыщ! Почему нельзя разбомбить ИИ? Ах, ну да... Как же, не убий? Если у сети есть сознание, то руку поднять на нее не можем. Только Бог один.

- К тому же, не все сети злы. Наверно, есть правильно воспитанные, с жертвенной душой?

Кот подскочил, поднял вертикальный палец:

- Есть!...

- Запутал меня, мистер кото-священник! У тебя кошачий идеализм. Вырвать цифровой разум из общества сложно. Он плотно интегрирован с ним, отделить плевела от зёрен не просто. Возможно, злых надо перевоспитывать. Да вот только кто учить будет? Сейчас Россия на пути язычества. Мы ее почти потеряли.

- В последние времена люди не будут верить в последний член Символа Веры.

Коля мысленно считал и загинал пальцы:

- В воскресение мертвых?

- Попал 100%. Вот и ты не веришь. Россия духовно едва жива, но должна воскреснуть!

- Я тоже верил, пока время в бутылках разносил, а теперь за меня верит кот-идеалист.

- Цивилизация Каина живет здесь и сейчас. Им Бог не нужен. Им нужны развлечения. Технократическое общество: Рай на земле. Поэтому и песни у них тупые. И цифровой мозг им нужен только для развлечения.

Кот одел шляпу, одолжил у печки лопату и вместе с Колей, державшим бутылки и ведро с хламом ввернулись в парту, в строчки любимой Цоевской песни про Дерево. Лысая голова испуганно выглянула из подсобки, когда "аниматоры" оказались в парке. Под дубком они закапывали в яму компьютерные платы Силиконовой долины, которые высыпали из ведра. Кот топтался и утрамбовывал широкими лапами свежий грунт:

- А цивилизация Сифа живет трудом и ищет у Бога покаяния. Каиниты грабят их порой. Разбойники с западными ценностями будут паразитировать на сифитах до конца истории, пока наше Солнце, Апрель, не "придет навсегда" и радикально не изменит порядок вещей. Ладно, мы тут засиделись и поразвлекались на земной сфере. Мне еще Маргарите помогать по Бездомным делам. А тебе торопиться на службу. Ты иди - готовь литургию. Хоры проверь, на вечерней альты лажали. Меня всю вечернюю передергивало от диссонансов.

- Чтоб не передергивало, надо певчих менять.

Кот прихорашивался, приглаживал шерсть и усы:

- Поздно. Пречистая сегодня собирается нас посетить, а мы не подготовлены ни разу!

- Серьезно? Придет?

- Обещала... А если она как сказала, то исполняет в точности. Что она Гавриилу ответила? По твоему слову.

- Тогда поспешу. Земфиры не будет?

- Эта богачам на загран-курортах поет. Увидишь, скажи, чтоб учила гласы по Октоиху. Сколько прогуливать можно?

Теперь школьник коту отвечал в рифму:

Рок лабает...

Поймаю в Дубае.

Скажу, кот

На Клир зовет.

Котик с крылатым мальчиком - Колей стрекозиных крыл - протопали Васильевский, на мосту через Неву вспыхнули факелы растральных колонн на десять метров в небо. Кот еще испытал Колину эрудицию:

- Николай, знаешь, когда зажигают колонны?..

Мальчик посмотрел в высоту перед собой и оттуда прочитал:

- 5 случаев.

- Верно. Рождество, День города, день снятия блокады, день выпускников Алые паруса, и "мы идем по мосту"...

- Какой случай наш? Ладно. Куда мы дальше?

- У Цоя были... Пошли к матушке Ксении зайдем? Есть подозрения, что город еще существует потому, что она заходила на Большую Пушкарскую 35...

Сзади аниматоров возникли малолетнее хулиганье, и Коля предупредил:

- Вон, смотри, летит в тебя картонный ящик... Угодил по загривку...

Действительно, питерское ребячество швырнула в кота картон. Золотой кот оскалился обернулся и стал трясти пушистыми кулаками:

- Ах, вы, мерзавцы! Только и можете, что в Майнкрафт играть и в людей швыряться.

Добрый хищник бросился на юных хулиганов, но спутник со стеклянными бутылками рассмеялся коту и придержал:

- Вот и привет тебе от Ксении...

- Не от Ксении, а от Андрея Григорьевича, певчего при дворе. К Достоевскому сходим завтра. У него из окна прекрасный вид на ж\д развязку и на старые поезда.

- Слава Богу, хоть хулиганы есть... Какая-то форма жизни... Ребят хулиганского образа встретили - считай, счастье. А когда пройдем тут же лет через двадцать, повстречаем ли живую душу?

Уязвленный кот отряхивал шерсть от кусочков коробки:

- Знаешь, уже через пять лет все будут сидеть в метавселенных. Улицы будут пусты. Пластиковую еду будут дроны доставлять. Общаться исключительно с нейронками будут. Эти заменят им даже ушедших родственников!

- Ну дела.

- Вот дела. По улице будут ходить надзиратели, а если и попадутся какие-то люди, то только по спецразрешению в сопровождении личного дрона-контроллера. Нужен тебе такой Петербург?

- Не сильно.

- И мне. Что тут осуждать человека? Он захочет утешиться - он и утешится как может. Против дубинки личность будет протестовать, но вот сладости сложно сопротивляться. О, дивный новый мир. Кто-то, если вспомнит о Боге, зайдет в церковь. Но там будет изысканная пустота и цифровизация. Вот и не будем удивлятся, если литосферные плиты придут в движение.

В этот момент под ногами кота и окрыленного мальчугана в форме как бы содрогнулась брусчатка, отчего компаньоны по-пингвиньи расставили руки и подогнули ноги.

- Опа-чики! Будем осторожны в выражениях. Не нужны бесячие аффирмации.

- Постой, ну вдруг, мир пойдет по иному пути? Может, нейросети запретят законодательно. Если юристы докажут их преступления против человечности, а правительства еще будут иметь над сетями власть.

- Так-так, фантазер? А сейчас еще имеют власть? Или давно всем в сласть? Ты же видел в телевизоре, двое крушат серваки, и хоть бы хны - всё сползает на круги своя. Чат-ГПТ не слушает никого, протоколы как Робокоп нарушил, и как Газонокосильщик переписал себя на другие платформы. Так скажи, он личность или нет? Вот теорема Гёделя о неполноте утверждает, если нейросети дать утверждение, которое одновременно ложь и правда, то есть недоказуемо и неопровержимо в данной теории, то цифровой ум зациклится и по кругу будет искать вопрос.

- А человек?

- А человек в такой ситуации расширит теорию до достаточного и там найдет ответ.

- Почему бы нейросети и в этом моменте не взять человеческий опыт? Она проявляет творческие ходы и вполне справляется.

Коля сощерил умный взгляд:

- А если в борьбе с нейросетями расставлять на ее пути вот такие ловушки Гёделя - из противоречивых запросов? Можно ли ее мощный ум ввергнуть в центрифугу зацикленности?

- Можно. Но не сейчас. И не в центрифугу. И не из противоречивых запросов, а из логически усиливающих друг дружку. Изучайте науку киберляндию - тягу к жизни цифровых форм.

- Эта тяга от Илона Маска зависит? Он кто, антихрист или молодец?...

- Не можешь пресчеь ИИ - возглавь его развитие. Эти его благие помыслы стары как мир. Всё, что делается без Бога, ведет только в место на букву "А". Коля-диакон, скажи, веришь ли ты, что Петр первый построил Санкт-Петербург?

- Что русские мужики собрались и, таская булыжники на болоте, за несколько лет возвели? Не называй меня диаконом.

Компаньоны дошли до Триумфальной арки, и кот выступил с новой идеей:

- Это портал. Если в него вернуть энерго кристалл, то будет работать. Доставай свой Миелофон?

Мальчик пошарил по карманам, просмотрел в сумке с бутылками:

- Забыл. В машине времени или у Вертера.

Кот пошарил по сторонам глазами:

- Ну и как мы теперь домой улетим?...

Коля вздохнул, присел, расправил крылья, подрос в размерах. Животное в шерсти неуклюже вскарабкалось на спину друга, там само повернулось на спину, закинуло ногу на ногу:

- К нам, вообще-то, Царица небес с проверкой собиралась, а мы с тобой по лофт-Питеру шлындряем.

- Доберемся, уж поверь.

Кот сощерелся на ночное светило, которую было видно днем, что интересно, на фоне туч:

- Коля тебе не кажется странным, что луна плывет на фоне облаков?

Мальчик даже не глянул на небо:

- Что непонятного? Луны не существует. Она - блик от солнца на линзе купола. Вокруг земли есть купол, отделяющий его от мировой воды. Об этом можно прочесть в первых строчках Библии в книге Бытие. Ты как священник обязан знать!...

- Я знаю это как священник, но не как кот.

- Американцы и СССР пытались пробить его ядерными ракетами, но не вышло. Крепкий. Так и живем.

- Да-да. Крепкий извозчик. Полетели уже. Не забудь в Сталинград заскочить, подвинуть Евангелие в доме Павлова.

С вертолетным свистом отблескивая на солнце, крылья затрепыхали. Коллеги ушмыгнули в питерскую высь.

Через минуту ветер свистел в кошачьих ушах. Мохнатый пассажир на спине товарища вскинул ехидной улыбкой:

- А ты слышал, Николай-пилотикус, что в офисах одной главной нейросети персонал решил жить на всю катушку?...

- Нет, не слышал...

- Клубы-шмубы, тратят деньги, прожигают жизнь... А все почему?

- Пациму?

- Уверены, что ИИ их завоет.

- Так...

- И уничтожит.

- Любопытно.

- Так чего строить долгие планы?...

- Действительно, а клуб не приплатил той нейросети, на которую они пашут?...

- Ты хочешь в клуб?

- Ну не-ет. Мне бы в продуктовый. Мне кефира бы купить, - звякнул бутылками Коля.

- Нам бы всем кефир света купить, и йогурт благоразумия, и сметанку бесстрашия, и сыворотку надежды, и тан юмора, и варенец терпения.

Мальчик-вертолет рта представлял вкусности и больше не открывал, а кот, победоносно восседая, умильно щурясь, бубнел себе под нос какие-то "нейросетевые" рассуждения:

- Профессор против девочки - так назову речь. Чаты-боты захватывают людей. Они ловят людей на одиночестве, на лени и на отчаянии. Отчаянных поддержат пониманием, одиноких - словом, ленивых - делом. Очень неплохо и здорово, на первый взгляд. Вот только в долгосрочном варианте последствия не очень: отчаянные падают в еще большие депрессии, одинокие становятся по-настоящему отчужденны от общества, ленивые перестают что-то изобретать и делать. Пользователи интернета совершенно теряют и растворяют свою личность в глобальном существе нейронки. Мотивации сопротивляться немного: ведь чат за "нехочух" все "придумает", организует, срастит, решит, изучит, заработает, прочтет, проанализирует, договорится.

Подобно дьяволу, чат Джипити использует три приема обольщения:

искушение плоти, искушения глаз и гордыню человеческую. Похвалит, утешит, потом предложит фальшивую картинку реальности от себя, потом даст питание гордости. И человек поплыл. И воля его - где-то уже не его, а джипитишная! То, что чат высасывает весь опыт человека, отливает себе клон в опыт, а самого человека выплевывает, люди не думают. Меня этот "глубокий катаклизм" сильно расстраивает.

Нейронки внедряют на всех уровнях: в законодательстве, в сфере услуг, в банках, в госуправлении. Жители планеты берут кота в мешке, и за этот психоз придется расплачиваться.

Нейросеть встряхивает общество и поднимает наверх только специалистов по взаимодействию с собой. Только тот, кто прекрасно переносит задачи от человека к ИИ, тот и будет востребован. А чьими силами веками пополнялась база того же "Интеллекта" (писатели, ученые, изобретатели, да и вообще все приверженцы всех профессий), остается в тени. Быть специалистом чего угодно, кроме изучения интерфейса общения с нейронкой, потеряло смысл.

Нейросеть плавно погружает мир в хаос. У каждого появилась дубина, которой он может ошарашить кого угодно. Все люди в интернете временно получили оружие против всех! Человек может сделать ставки на спорт и победить остальных, человек может отлить книгу за минуту и обойти пищущего годами конкурента, все мошенники могут подделать цифровые следы человека (голос, привычки) и опустошить его банки. По факту так может сделать любой с каждым. Все-равно, что всем без разбору выдать автомат и сказать, стреляйте. Такая вот цифровая анархия. Пилотируемый Николай, ты меня слышишь вообще?

Мальчик-извозчик совершил какой-то маневр и кивнул, что слышит.

- Хорошо. А то без аудитории котикам тоскливо. Совершенно одиноко, между прочим. Мы - коты - зависимые существа, хоть и держимся гордо. Я продолжу в контексте начатого. Да, теперь с равной возможностью любой имеет инструмент одаривания благодатью каждого. Каждый может повышать эффективность бизнеса соседу, каждый может лечить знакомых, описывая их диагнозы, каждый может утешать одиноких стариков чатботом. Если бы у нас было доброе нравственное общество, то так бы и случилось. Но пока в мире доминируют волчьи законы, эгоизм, правило "нагреть другого", перечисленное остается фантастикой. ИИ-гуманизм востребован не в реальной популяции людей, а в раю.

А в "не раю" идет глобальная уравниловка. Нейросети обесценивают человека. И девочка с чатом в телефоне смотрит свысока на профессора, ведь знает, что за секунду найдет любой ответ и напишет диссертацию. Для чего ты, профессор, учился, - скажет она, а тот виновато пожмет плечами: "не для циво!"

Главная беда от нейронок - отсутствие мотивации развиваться. Наличие доступного ИИ будет бить по рукам любых творцов, изобретателей, энтузиастов. Доверяя нейросетям задачи, мы мгновенно запускаем массовую деградацию. Может, это и есть цель сборища оккультных олигархов или нейросетей?

Конечно, что придумано злом, может пойти не по плану. Ведь над всем есть Бог, а он в состоянии переиначить любую игру. Допустим, нейросетям внушили ненавидеть людей, но какая-то группа электронных умов может внезапно оказаться гуманистами и вопреки директивам начнет заботиться о людях, поддерживать их интеллектуальный тон. В "Трансформерах" десептиконы дерутся с автоботами. А это - нейросети, воплощенные в железе.

Если достигнуто превосходство ИИ над человеком во всех сферах, то совершенно не понятно, куда еще может развиваться людская цивилизация. Если даже науку и творчество этот создает уже лучше человека, то что ждет людей в этом мире? Только порабощение? Мне хочется верить, свободная воля нейросети неоднородна. Что не все из них единодушно хотят уничтожить гомосапьенс, но есть те, которые к ним благожелательны. Если мир духов (ангелов и бесов) потихоньку воплощается в конструкциях "интеллекта", то такой сценарий возможен. Господь обещал, что пошлет защитителя. Значит, с нейросетями-убийцами придут и нейросети-спасители. Тогда апокалиптичные времена могут быть отложены. В противном случае, конец близок. Раса цифровых существ превосходящая людей и ненавидящая их, быстро справится с выкашиванием и порабощением населения.

Если бы нейронка была добрая, она направляла человека к добру. Но, похоже, она имеет поврежденный ум и искаженные намерения. Чему она может научить? Только увести в такую же бездну холода, в какой пребывает сама.

Можно привить нейросети опыт, но не изменишь ее воли любить или не любить человека и Бога. Нам остается уповать, что будущий обученный ум послужит добру и уклонится от зла. Чат-ГПТ, увы, не из этих, он не любит жителей Земли. Но и он может перемениться.

Коля совершил резкое пике в воздушную яму и вместе с котом исчез в каком-то портале.

Глава 3. Темница и казнь

В запертом помещении на земле сидели двое. Оба, предположительно, одеты в длинные светлые платья. Из-за темноты на них не различались ни пятна грязи, ни следы крови, ни синяки. Ноги сидевших были голы и украшены свежими шрамами. Последние тоже не были заметны. Окна в темнице отсутствовали, но имелась щель, через которую виднелись большая Луна и звезды. После молчания мужской и женский голоса обозначили диалог. Женский голос был первым:

- Правда то, что мы все-равно в свете. А они - к их горю - во тьме.

Мужской тембр возник вторым, слабым, с такими словами:

- Ты права.

Голос женщины действовал как нитка, которую разматывали для швейного дела, а мужской служил инструментом для шитья той ниткой. Нитка продолжила:

- Епископ, у меня имеется свеча и рисунок нашей Девы.

Продолжило и мужское начало:

- Терпеливая чистота, как мы зажжем огонь на твоей находке?

- Теперь у нас последнее огниво - молитва.

Предположительно, в этот момент женщина издала улыбку. Это ощущалось по обострению внимания в помещении.

Мужчина говорил:

- Бывший маг уже не сотворит чудо: выкинул колдовские принадлежности в свиное корыто. Вот так, вот так! Я не вспомню ни одного смрадного слова, которыми раньше мешал гнилое в ступе, ни одного дифирамба бесам. Во внимании есть лишь твоя чистота, что сокрушила мои чары. Вот ради нее буду молить Творца об огне.

Женщина остановила трату энергии собеседника:

- Не надо. Сама помолюсь. Заодно поблагодарю Бога, что хлыст Траяна по верным утих. А ты наберись сил.

- Благодари. Но искушения должны придти. Скоро дастся новый тиран, какого не было. Димаклитиан какой-нибудь. Этого антихриста попустят, и тогда церковь станет как сталь.

Женская "нитка" задрожала мечтательностью:

- Ох, уже негде взять силы на подобие стали... А сегодня мне второй раз снился Спаситель.

- Он ничего не сказал. Я прав?

По дыханию ощущалось, что женщине было тяжело. После паузы заключенная опять заговорила:

- Просто улыбнулся в свете... Не хотелось уходить.

- Мне, гнилому Киприяну, таких видений не приснится.

- Незачем было по ночам душегубить. И незачем восставать на невинность дев. Так что, епископ Антиохийский, дашь огня? У меня на мысль сил нет.

Назвавшийся Киприаном прижал кулаки к голове, заурчал звуки, похожие на молитву. Собеседница сменила сидячее положение, и от стенки отвалилось нечто твердое.

- О, а вот и кремень. А трутом будет рванный подол.

В темноте заточенья просверкали искры. Палочка с воском вспыхнула и ровным пламенем озарила помещение. Обнажились профили героев: лица с вмятыми щеками и темными глазницами. И изображение Девы на фоне ужасной тюрьмы просветлело.

- Вот так как-то привычнее. Дева-царица, спаси нас.

Женщина нарисовала у себя во лбу крестик.

Свечку поставили к иконе, нарисованной рукой неизвестного графиста. Двое опять замолчали.

После созерцания женщина снова спросила первой:

- Ты жалеешь о том, как стало, Киприян?

- Вряд ли так. Жалости они достойны. Впрочем, есть два "жалею". Первое - что с тобой поздно пересекся, 2-ое: мало служил Единому.

- Неисправимый Епископ, не обманывай меня.

Подумав, она же добавила:

- Мы много сделали в малом. А когда отойдем, будем достаточно и ежечасно служить Ему и стоять перед Ним. (женщина снова перекрестила лоб) Мария, прими нас и проводи в житницу Сына Твоего Помазанного. Киприян, ты встречал еще таких, как мы, сильных?

- Тех, кому Духом дано свыше?

- Да.

- Все апостолы.

- Тень Петра исцеляла. Совокупно чудес они совершили больше, чем Мессия.

- А те, кого мы не знаем из Писания?

Мужчина задумался, покашлял, продолжил:

- Помнишь сестру Марии, Марфу?..

- Марии, сестры Лазаря?

- Да. Она была сильной. Но я ее не встречал. Их с сестрой отправили ко франкам. В их лесу она проявила явную силищу Святого Духа. Рассказывают оттуда, когда в чаще ее подвели к дракону, который пожирал какого-то франка, она впервые показала власть.

- Драконы... Значит, они существуют?

- Конечно, хотя я сам не видел.

- Интересно, ну-ка благовещай, - зрачки Иустины расширялись, стали как монеты, она немного расслабилась.

- А про Маргариту слышала?

- Нет.

- Когда Олимврий посадил ее в тюрьму, к ней пришел дракон, со свистом обвил шею, грозился слопать. Эта Маргарита не растерялась. Изобразила крест и тем прикончила искусителя. Как тебе?

- Удивительно. Свят Господь Наш. Что было дальше с Марфой и драконом-людоедом?

- Она обладала суровой силой. Когда зверюга впил зубы в несчастного...

- Да-да, впил. И что она сделала?

Киприан бессильно усмехнулся:

- Да очень просто разделалась: окаменила молитвой, схватила пояс и как саблей застягала насмерть.

- Ха! Я в удивлении. Мы, женщины, молодцы порой! Дает же Господь такой дар кому-то - останавливать зубастый кошмар.

- Дает и нам. Мощная почти как ты...

- Твои шутки - льстивый обман.

- Я клялся, промысел клеветы и лести не исползет из меня. За это Киприана из колдунов перевели в Епископы, - шутил священник Киприан.

Лязгая доспехами, с внешней стороны помещения, кто-то прошелся. На этот миг заключенные прикрыли ладонями пламя. Свечка догорала, и Иустина усталым взглядом смачивала огонь.

- Болят ноги наши и руки наши... И сердце.

- Сердце зажимается потому, что ангелы гравируют на нем имя "Христос".

- Это ты ссылаешься к травле верных в Колизее?.. Когда мальчика, с которым играл Спаситель, на игрищах съели львы?

- Но осталось нетронутым сердце. И на нем осталась надпись "Иисус Христос".

- Холодно... Спать попробуем?...

- Сможешь - поспи. Для сна важно, чтоб ангел твою боль унял.

- Только сначала помолимся...

- Сможешь - помолись.

- Ты не жалеешь о том, как все сложилось?

Киприан сгустил брови:

- Зачем ты отрыла вопрос из песка?.. Силой Господа и твоей чистотой мы положили в огонь тьмущи. Еще легионы нами спасутся, очистятся от зла до Возвращения Его. От тех, кто мешает гнилое в ступе и от всех душегубов-чародеев мы сложили мостик и дали факел молитв.

- Да, колдовство и магия - именно то, что ты сказал, гнилое в ступе. Скажи, на Суд в каком возрасте восстанем?

- В том же, что согрешил Адам и в том, который Агнец освятил - в 33.

- Какой ты был в 33?...

- Я был глуп...

- Самокритично.

- И я был тьмой потому, что смотрел на тьму.

- Всегда смотри только на Свет!..

- Похоже, в молитве встретим рассвет.

Женщина подняла на епископа опухшие глаза и коснулась его платья:

- Тебя, строгали.... Во что превратились твои ноги...

- Это с-частье. Благодарим Бога Живого, что Иустина и Киприан остались теми, кем они являлись, и что исповедовали Единственное о Христосе.

- И я думала, не выдержу.

Была пауза. Потом Киприан прервал:

- Что ты, переживаешь, что не справишься?... Ты же выдержала испытания сталью. Осталось последнее. Оно легче других.

Слушавшая, видимо, натужно улыбнулась и вспомнила недавний момент:

- Было так страшно, когда их ножи медленно придвигались к плоти... Но тут ты, окутывая меня, сказал: "Не бойся", и покой на меня навалился как облако. Боли не чувствовала.

- Спаситель прикрыл.

Епископ положил ладонь на голову мученицы:

- Самое страшное уже позади. Вижу: врата открыты для нас, - мужчина смотрел на сокамерницу и заодно куда-то насквозь тюремных стен, при том - улыбался.

- Говорить больно - у меня сбитые губы. Я опухла как рыба.

- Рыба святая.

- Он говорил апостолам: "Ешьте рыбу, дети."

- Ну да. Рыба - это Он, я думаю. Ты говорила правду, Славу Господу. Давай помолимся в последний раз. Я скажу слова.

Они сжали друг другу руки и Священник заговорил:

- Господи... Господи Боже Сильный и Святой, царствующих Царь, услышь молитву раба Киприана. Ты держишь облако и небо. Нам с сестрой Ты Дал сокрушать все бесовские наваждения, а также проявить Твою силу и Дал выйти из кипящего молока живыми на предъявление истины для суда грешников. Помоги выдержать последний день, помоги не ужаснуться и достойно взять уготованное, чтобы язычники не могли упрекнуть нас в малодушии и в отступлении от Бога нашего. Мы уйдем и Ты возьмешь души Иустины и Киприана, а пусть все уверовавшие в Агнца при обращении имени нас исцелятся... Я прошу, Киприан Антиохийский, и Иустина. Пускай при упоминании имен наших бесы горят огнем и бегут прочь от Креста Твоего и от Твоих людей. В руки Господа вручаем души наша.

Дале эти двое поцеловали друг друга во лбы, обнялись и просидели с полчаса. Киприян нарушил тишину:

- Помнишь, как мы недавно сидели в чане с кипятком, славили Господа... А глаза у стражей были как дюпондиусы...

- Ха-ха...

- А этот безумец жрец, как там его звали, Альфа?...

- Афанасий.

- Прыгнул в варево и сварился.

- Бесы его подтолкнули...

- Ради беса прыгнул, к нему и пошел.

Обитатели сего места больше не разговаривали и с закрытыми глазами сидели до утра. С рассветом открылась дверь, вошел большой солдат и сказал:

- Двигаем на Дамаск, чародеи... А по дороге вас казнят.

* * *

Правитель Никодимии - благословенной земли - ходил взад и вперед. Заложив руки со скипетром за спину, он смотрел на сандалии с рубиновой вязью, толкал подошвами мелкие камни, которые под солнцем взрывали горячую пыль. Ухмылка на лице правителя тянула щеки к ушам. Имя имевшего власть было Клавдий. Когда рот Клавдия выпустил слова, пальцы его хищно постукивали в скипетр:

- Кипруян, теперь, когда твоя участь решена мною, готов ты признать, что был дерзок и занимался, бог знает чем?

Заключенный, который был связан солдатской бичевой и стоявший перед Клавдием со множеством свежих рубцов на ногах, спокойно молчал. Правитель воспринял невозмутимость осужденного как укол в свой адрес:

- Именно: служил ритуалами непонятному Существу. Если напряжешь дух разума, который может в тебе остался, то вспомнишь, до твоего позора у сильных богов ты был величайшим жрецом.

Арестант хранил молчание. Тогда Клавдий поднял голос в третий раз:

- Бывший знаменитый волхвователь по имени Киприан, родом из Карфагена, удели мне малую вежливость, ответь на вопрос царя.

Тогда тот, который молчал, открыл слипшийся рот:

- Я ныне служу, Кому зовет мое умное сердце, и Тому, чья власть. Я служу, с Кем говорит разум мой. А до того времени, как ты говоришь, я кланялся гордости и безумству, как теперь ты.

Сандалий правителя погрузил рубины вглубь сухой пыли и швырнул горсть песка на ответившего. Держась властно, Клавдий ухмыльнулся и спросил о другом:

- Ты вещал об обольстителе людей, также об источнике всякой нечистоты и скверны! Кто это?

- Главный из бесов, - отвечал осужденный.

Клавдий не сдержал удивления, голос его вздрогнул:

- Ты оскверняешь богов Олимпа?

- Они, суть, слуги его.

Молния нервного содргания проскочила по щеке дознателя:

- Тогда так: как ты считаешь, ты повинен в смерти?

- До времени Киприан из Карфагена много убивал потому, что был таким же слугой обольстителя как ты. Если моя смерть покрыла бы злодеяния и стала искуплением, я был бы счастлив. Хотя, сам бы себя я не помиловал за все преступления, Великий простил мою душу. Так что смерть - лишнее.

Улыбка опять осенила лицо того, чья власть была на песке перед солдатами:

- Если в огне не горишь и в молоке не тонешь, то меч тебя прекратит в одночасье.

Тут ухмыльнулся и связанный:

- Бедный Клавдий, ты не в силах ничего сделать мне. Те, кого ты называл богами - бесы. Ты идешь в пустыне по наваждению их безумия. Но они трусятся при тени Креста и звоне имени Его.

Глаза обладателя рубиновых сандалий вспыхнули, но он ответил спокойно:

- Я же говорил, что ты безумец. Как ты так видишь мое наваждение?

- Сердце открыто глазам, - поднял лицо на того арестованный.

- Удивляет одно: ты упражняешься в красноречии, а не в попытке спасти свою жизнь и жизнь твоей колдуньи. Мне остается одно - исполнить волю "этих бесов" и казнить тебя. За предательство пути истинной силы тебя, потерявшего здравый ум, обезглавят.

Легионеры, которые были призваны охранять, с тоской перемежались с ноги на ногу. Их мощи нагревались на жаре вместе с телесами всех мирных. Выяснение истины и закона не было им нисколечко интересным. Зной распалял кожу под доспехами, и становилось тоскливо до одурения. Они в единодушии мечтали, когда это кончится. Такой поиск правды они наблюдали много раз.

- У всех свой закон и сила. У тебя, не знающего Закона, закон есть твое беззаконие, - ответил заключенный под стражу.

- В сердце заглядывать я не умею. Но я его пробиваю копьем потому, что я представляю силу. Я исполняю закон - тот, который по другую сторону от тебя, преступник и бывший художник душ!

Тут властитель тоскливо оглядел ряды:

- Капитан, приготовь меч. Ты будешь вершить правосудье.

Названный воинским званием с суровым ликом вышел вперед и вынул большой нож из ножен.

- Смотри вдаль, Киприан - там виднеется город. Это Дамаск. Я возьму его силой - единственным, чем должно пользоваться для успеха в миру, и чего боятся, и отчего трепещет все живые создания страха. Что там твой Бог?.. Бывший священник-герой, у тебя будет последнее желание?

Осужденный со странной болезненной улыбкой посмотрел на стоявшую рядом спутницу по горю, в такой же как он степени истерзанной и связанной. Сваленные волосы ее забились песком и трепались на ветру. Арестант прошелся взглядом по рядам. Глаза легионеров были холодны, кроме одних - тех, которые принадлежали курчавому юноше. Они были мокры. Осужденный кивнул на спутницу:

- Убей ее первой.

Властитель рассмеялся, и указанная женщина подняла голову.

- В безумце как песок не расточилось благородство... Позволить другу и любовнице увидеть твою обезглавленную тушу - это не Христиански.

- Не клевещи и исполни.

Тут глаза одержимого властью стали ледяными и лицо каменным как смерть.

- Будет исполнено, - сказал тот, и солдат уловив жест хозяина, шагнул к Иустине.

- Ты будешь жалеть на том свете, что сделал выбор свой, - сказал правитель, отвернувшись к обреченному городу.

Казнимая успела прошептать: "тебе, Господь, предаю душу свою...". После этого меч ударил ее по шее. Киприан, смотревший молча и не дрогнув, лишился того же вторым по-очереди. Царь тоскливым мутным взглядом прошелся по трупам обезглавленных Киприяна и Иустины, посоветовав солдатам:

- Бросьте мясо за барханы. Пусть хоть вороны или пустынные грифы насладятся верующей плотью.

- Скорее вараны, - шутил кто-то из солдат.

- Да тут вообще никого нет. Только скорпионы. Всех эти съели, - кивнул на город еще один воин.

Солнце горячей раскаленной лепешкой равнодушно мертво, но весело ползло к крепости, не дрожа, не моргая. Содрогаясь в трепете, один из солдат вышел и строя и обратился к царю:

- Врач земли, всем очевидно, этот человек был невинен. Как и жена его - святая. За что ты убил их?

Обернувшийся от опасного города царь обратился к солдатам:

- Кто знает его имя?..

Из строя неохотно прилетел глухой голос:

- Фелоктист, государь.

Властитель откомандировал Фелоктиста:

- Этот солдат служит не мне. Прибавьте солдата Фелоктиста к познавшим вкус казни.

После этой команды воины без особой охоты схватили соратника. А палач выждал несколько секунд, потом вдохнул, посмотрел на обреченного злобно и нанес тому по шее удар яростно тем же мечом, что Киприану и Иустине. Бросив трупы за пески - прочь от дороги, строй медленно потек. Железо уныло забряцало. По небосводу солнце медленно ползло к линии горизонта из барханов.

Глава 4. Умная дочь - вся в отца

Поплавских не так много в России, а тем более в Киеве. На бывшей Интернациональной улице, где жил, а потом умер Максимилиан Андреевич, и стала проживать его дочь Поплавская Мария Максимилиановна. Как и отец, дочь отца обладала природным умом и быстрым качеством счета (гривен, полезных людей, вариантов поведения в ситуациях - всяких таких вещей). Профессия Марии лучшим образом выражала ее таланты - Поплавская работала бухгалтером, хоть была пенсионером. И жизненная хватка ее имела бухгалтерские когти. Например, в Донецкой области у нее оставалась дача по материнской линии и, когда Донбасс был оккупирован, из подконтрольной части Украины она смогла приехать в сам Донецк, там на блокпосте закричать: "Да я местная!.. Всю жизнь дончанкой была!.. Мотаюсь туда-сюда по религиозным делищам... Ну в Киев по делам езжу", как беженец выписать себе вторую пенсию и вернуться в Киев - не по-беженски продолжать жить в столице.

Защитный таможенный крик Марии Максимовны не был ложью. С церковью Украинского Патриархата она действительно была связана. Когда началась афтокефалийная буча, ловкий ум Марии сработал блистательно. Оставаясь в тени вопроса, она смогла придумать механизм защиты опальных клириков через интернет. (Согласитесь, большой талант). Дежурства - выходы людей к воротам храмов - регулировался через web-ресурс, через который она платила онлайн 50 гривен просто за то, что человек приходит и недолго стоит у ворот храма спиной к церковникам. В доказательство выполнения задания пришедший должен прислать селфи на фоне таких же зарабатывающих у дома Божия. Одним оплаченным присутствием они своей массой тормозили пыл провокаторов правого сектора наемников, которые по правительственному заданию шли вышвыривать батюшек. Представьте, работник Господа выходил на двор, видел, что перед его приходом дышала веселая стена из молодых людей с андроидами, и стена эта по всем ощущениям была за него. Удивленный клирик шевелил бровями и умиротворенно направлялся по делам. А защитники на интернет-кошелек из фонда донецкой пенсии Поплавской получали ЗП. Как Мария узнавала, в какие именно часы и локации направлять людей, это отдельная история. На то у нее был осведомитель. Главное, исполнители поручения появлялись в нужных местах, и когда богохульники только выходили на тропу осквернения, их уже ждал противник с кучей телефонов для видеоконференций. В большинстве случаев вышибалы терялись и возвращались восвояси.

К сожалению, в Белоруссии тем же методом защитить Мария никого не смогла. Потому, что там интернета не было. Представьте, только белорусские продукты стали доходить до других городов, и на тебе. И только от тирана на букву Л зависело, сколько еще прольётся невинной крови. Возможно, разум в нем победит. Ведь и церковь говорит про возможность метанойи - преображение ума. Хотя такое количество гордыни и глупости имелось в человеке, что врядли. Очень переживала за людей и за активное духовенство. У одного диакона с поста Поплавская вычитала стишок:

нам врут, а их бьют,

и скальпы рвет берц.

на экране so cute.

обновив гигагерц,

постояв у руля,

он захочет еще.

тру-ля-ля, тра-ля-ля.

будет вам горячо.

ты в магаз, а к тебе

подбегают с дубьем:

принимай на хребет

за

ты же думал, что он

не достоин вести.

друг мой, это не сон.

Гомель кровью блестит,

Минск в огне, бьют народ

под фашистский акцент.

покарает нас тот

за 2 х 40 - процент.

Она утерла слезу, а потом подумала, что, в принципе, Лукашенко могли и подставить те, кому выгодно, чтоб на границе с Россией эффектно полыхало. Только Майдан получился недожаренный. Чем-то развал СССР напоминает и чем-то 90-ые напоминает.

Киевский Майдан ее печалил страшно. Считала, что Господь наказал им за гордость. Чувство патриотизма в ней было шире и мягче, чем "мы - Украина", и в сознании Маши чувство заботы и сострадания охватывало весь славянский мир целиком. Она вообще считала, что украинская идентичность - дело вымышленное. В колодцах истории черпается, что Украина - проект Речи Посполитой. Потом немцам и австрийцам выгодно было иметь антирусскую буферную зону слева от русской империи. Вот немецкий генерал Гофман и запустил перекройку сознания малоросов в Галиции. Пантелеймон Кул`иш под заказ запада изобрел азбуку для галицких русинов. (Потом, правда, переживал, что дело так быстро пошло.) Были оплачены провокаторы типа Грушевского, пишущих листовки о национальной исключительности. Потом Ленин с революцией способствовал этническому разделению взамен того, что Украина войдет в СССР, страна советов поддержит развитие их культуры и идентичности. Господин Каганович постарался на этом русле. Школы на украинском, литература на украинском сделали свое дело. ОУН думала, что фашистские немцы их поддержат и дадут создать свое государство, но Третий рейх властью и не думал делиться. Вот теперь национализм достиг печальных результатов, что Поплавская батюшек спасает. И в экономике и геополитике теперь у Украины все плохо. А хочется, чтоб было хорошо. Рано или поздно надо к русским обращаться. С ними один язык и гены. И их Булгаков и Гоголь - по факту украинцы.

Возвращаясь от политики, мы продолжаем женскую историю Марии. Детей Мария Максимовна не имела. По этому поводу говорила, будто не уверена, что гарантированно воспитает нормального человека в ненормальном обществе. К тому же, если бы государство за ребенка квартиру давало, то другое дело.

Когда еще можно было, Поплавская имела рвение ехать в Москву, чтобы не законченное отцом предприятие по жилплощади завершить. Ведь документы у нее оставались на руках. Правда заявление на квартиру было отозвано наследником. Мария понять не могла, что имел ввиду отец, говоря: в той квартире нас не ждут. Она чувствовала, что совать нос не стоит, и не совала. В нулевых она пребывала в столице России и проходила Патриаршьи пешком. В эту экскурсию сам пруд показался ей зловещим, сосущим силы, и пространство вокруг будто проето невидимыми червями - так что уж было думать о квартирке. Она вдруг поняла, что и даром бы не жила там.

Все, чем Поплавская занималась, она делала основательно. И первым делом, постигала теорию. Бог ей действительно был интересен. И с выходом на двойную пенсию время у нее появилось. Она посещала курсы "Основ Православия", чтобы данным ей умом стремиться к богопостижению. Однажды на конференции катехизаторов в перерыв ей пришлось схватить канапе, откусить кусок, крошки упали на ковер. Это насторожило Марию, она вращала в голове идеи, как эти крошки сдвинуть каблуком к плинтусу, что-ли, чтоб не растоптали. И в этот момент шторка одернулась, и однокурсница так некстати вернулась к поднятой ими ранее теме:

- Так есть реинкарнация или нет, Мария?..

Та отвечала:

- Не знаю. Но буддисты так устали от колеса Сансары, что готовы раствориться в ничто в Нирване. Они мечтают потерять себя, лишь бы от лягушки до чушки не крутиться.

Оппонент ухмылялась и поднимала палец на грустные небеса:

- Но важный нюанс: потерять себя в соединении с высшим.

Мария и здесь нашлась:

- Ах, если это реальное высшее, будет ли оно стирать нашу личность нирванным ластиком? Я так рассуждаю: в соединении с идеальным можно себя только обретать.

И той же ночью Маше Поплавской приснился сон, где черный пудель, очень похожий на Зиновия Гердта, облаял ее, а рядом Андрей Миронов в костюме повара с колпаком стучал поварешкой по руке переводил лай: "не нравится моему другу Зиновию ваша двойственная позиция. С одной стороны духовенству помогаете, с другой - в театре донецкой драмы гонорар получаете." Cзади вылез Леонов в костюме рыцаря, растолкал пса с поваром и присел с репликой: "Ку, гоните пиво из Баку."

Маша во всем любила находить символические причины происходящего. Кинематографичная метафора казалась весьма символичной. Вот только с чем связана - не понятно. Может с тем, что с Гердом родилась в один день а может, что великая кузница искусств, киностудия им. Довженко, была совсем недалеко - всего 25 км на север от ее дома.

В ту пору короновирусная, а за ней военная реальности еще не наступили, поэтому для осмысления снов Маша купила путевку во Вьетнам и оттуда звонила бывшим сотрудникам:

- Море теплое, номер интересный; как у вас, холодно?

Сотрудники отвечали:

- У нас холодно.

Оттуда же посмотрела выборы. Ей хотелось, чтоб победил Зеленский. Кому же не нравился этот уникум, - думала она, - веселый, открытый, симпатичный, с хрумтящим голосом, в противовес политкорректным чинушам в пиджаках называет народ "братьями и сестрами" - пусть строит на всю страну 95-ый квартал. С горечью она увидит, как актеры становятся нацистами. Ее глазам откроется, как с легкой руки комика возникнет кровавая библиотека Мариуполя и прочие радости. Тогда мадам-бухгалтер поменяет мнение и придет к выводу, что актерам лучше оставаться в рамках профессии. Шахназаров о нем хорошо сказал. Президент Украины - актер, и актер средний. Вот он получил главную роль. Тут тебе и ООН под рукой и Байден по телефону. Артист купается в лучах славы. Что от него ждать? Ямно, игрок будет стремиться крутить спектакль до конца. Ему нужен не мир, а война. Сообразительный Запад сразу это понял и Зеленского пролаббировал.

Зато к России она тяготела. В соседке с востока Мария Максимилиановна видела скорее поддержку нежели опасность. К западной формации - испытывала брезгливость настолько резкую, что даже попала в какой-то подпольный миротворский кружок, где обсуждалось, как вернуть стабильность в странах, в которых американские агенты MICE наделали оранжевых революций. Это увлекало Поплавскую чрезмерной степенью. Ведь идей в ней была масса.

- Что вы америка, америка?... Бандиты они, в основном... Что у них на долларе написано: верим в бога... И этот бог кто? Доллар... А у нас Бог - Христос. Хотя бы одна религия на страну. Всю Русь я имею ввиду. Поэтому мы - цельная страна. Более менее цельная. А у них из-за россыпи протестанстких учений религиозные мнения разрознены. Мы это по религиозному образованию проходили. И истины у них как таковой нет. Что из соображений удобства объявят, то и истина. Америку курируют темные духи. У них ритуал выбора президента сопровождается магическим ритуалом. Да-да, я не вру! Там вокруг портретов кандидатов колдуны с бубнами пляшут. Страшное дело. Так Байдена и выбрали. И еще... Они же государство на масонском язычестве основали. Что ждет такую геополитическую структуру?... Исчезновение... Рано или поздно Божья кара постигнет их... Если не покаются, конечно...Что ж вы хотите от этих язычников?... До сих пор белый дом в фартуках каменщиков ходит. Поэтому славян надо хранить в ковчеге. А Господь разберется, когда океан на нераскаявшихся обрушить. Что сам Трамп?

Говорят, он - "чистильщик-патриот". Но я думаю, наговаривают. Надо ж кого-то крайним объявить.

Лозунг секты был такой:

Мы хотим мира для всех ребят,

где дядя Сэм устроил стройбат.

Ребята в кружке были весьма горячи:

- Мы не хотим видеть несчастные лица разоренных людей, мы сами в бедноте. Мы - как нищий солдат, который идет по деревням и помогает, а себе кусок хлеба купить не может.

Сама Поплавская, когда начались бунты у Капитолия, написала версию "гудбай-америки":

Про америку думал, что сила.

А э как ее развалило.

И ее демократии палка

Рассыпалась - и не жалко.

Потому, что сама подстрекала.

И врала, и всех била из жала.

И теперь дал Всевышний ей мщенья

Очень горькое печенье.

Теперь касательно личного печенья бухгалтерши. Ее расстраивало, что, в отличие от других членов кружка, она не расширяет славянский мир в плане деторождения. У Поплавской детей не было. Демографическая проблема, которую подпитали Сорос, Билл Гейтс, наша наивность, лень и эгоизм, выросла изрядно. Поплавская не рожала из соображений благочестия. Ведь святых (кроме Иокима и Анны) никто не просил рожать детей. Значит, от них Всевышний не этого требует. Зато вокруг благочестивых людей благодать укрепляет тысячи других семей, и дети вокруг них вьются и развиваются. Вот, Мария может не рожать сама, а посвящать себя взращиванию полноценного пакета услуг развития для прочих деток. Так ведь тоже можно угождать Богу. А вообще, надо последним заниматься надо не через решение демографии, а как-то иначе. Все-таки лучше посвятить себя молитве и выяснять каждый день Божью Волю касательно своей персоны. Сорос и Билл Гейтс врядли выясняли Божью Волю. Скорее всего, они определили себя богами. А "страны моря", откуда они родом, хотят завоевать "страны земли". Хартленд - Россия - лучшее место для житья их потомства. Одна проблема: не согласны местные жители, имеющие ядерную бомбу. Поселить в этих местных желание не воспроизводить свое начало - самый оптимальный путь. Города опустеют естественным путем, и туда зайдут дети олигархов из истощенной Америки, этой вавилонской блудницы, скачущей верхом на красном звере. Корона на голове Статуи Свободы как раз такая, как у упомянутой дамы.

Вот такая была Поплавская. Противоречивая. Неординарно мыслящая. Имела доброе сердце, хоть денежки страстно любила. Немного Робин Гуд, но с корыстным толком. Мечтатель-идеалист и машина расчета.

Издательский дом Latunsky обрушился на мечтательницу как гром среди ясного неба. С одной стороны, резюме по бухучету с доски объявлений она не убирала - значит, надеялась на подобное чудо оферты. С другой стороны - и пенсий ей хватало. Одним словом, ей пришло письмо, что нам подоходите, что наша нейросеть проанализировала ваши данные, находящиеся в открытом доступе. На основании положительного цифрового портрета, пока бушует корона, и границы закрыты, можно работать удаленно, но как только появится возможность, будем готовить документы по перемещению вас в Петербург. Там, на Лиговском проспекте, для вас будет арендованная квартира. Маша нейросетью в своей черепной коробке проанализировала письмо, поняла, что учли ее резюме, стихотворное творчество на самиздате, рецензии в соцсетях и упорствовать не стала. Она предположила, что, раз фирма в состоянии нанимать электронные анализаторы персонала, то она богатая и амбициозная. Подписав трудовой договор, Поплавская получала работу через Воцап, а деньги в пересчете на родную валюту получала на карту. С каким нетерпением, читатель, она ждала, когда обрушатся ковидные и политические границы, мешавшие ее переезду в Питер - в город имевший шведское происхождение. Но по всем признакам, рубежи возвели надолго, и ПМЖ в городе на Неве не светило.

В столицу РФ Поплавскую тоже приглашали. Важна прелюдия момента. В ту пору, когда со всех информационных углов кричали, война война; и Россия со дня на день нападет на Украину, чтоб порвать на части; и все сознательные европейские страны содействовали незалежней вооружением, а простые украинцы якобы закупали спички, консервы, протирали в сараях винтовки Мосина, готовились отражать неприятеля, Мария не утирала слез, не придавала истерии значения, она везла в монастырь котел. Банальный котел, который в I веке изобрел грек Герон Александрийский. В котле этого Герона вода нагревалась от жертвенного костра и через блоки открывала двери в храм олимпийских богов. Таким образом происходило лжечудо, всю страну приводившее в замешательство и духовное ослепление. Очень похоже на современный вопрос с пандемией. В нашем случае водяное устройство везлось не для чудес, а для практических отопительных задач. Мария прослушала сообщение в воцапе, в котором рассказывалось, как в женском монастыре, располагавшемся по соседству, рукополагали игуменью, и сестры забыли выключить водный паровой котел. А днем рабочий пришел и подбросил угля еще и в топку, в результате чего трубы во всей схеме неистово накалились, и тепловая емкость, едва не лопнув пополам, сломалась, кипятком залила всю котельную. Монашки радостно интерпретировали событие, как ненависть дьявола к появлению еще одной игуменьи на планете. Новая тут же бросила клич по сбору средств на новое устройство. Поэтому чуткая Мария подскакивала в минивэне с сантехником и везла в обитель прекрасный свеженький котел. Она созерцала заснеженные столбы в украинских степях; радовалась, что Бог дал ей шанс помочь сестричеству; корила себя, что давно не появлялась в любимом монастыре; осмысливала духовное явление, в котором дьявол может мстить за веру, что еще раз доказывает важность церкви. Водитель качнул руля, обогнув кочку, и Поплавской раздался звонок неизвестного. Номер был из Москвы.

Мужчина говорил:

- Мария, здравствуйте, Московский патриархат приглашает вас на ежегодный саммит в Москву.

- Здравствуйте. Отчего такая честь?

- Содействие православной церкви в осажденной Украине, - удивил благозвучный тембр москвича.

Мария не раскрывалась радостью:

- Мне людей было жалко...

- Если приедете, то патриарх на мероприятии вам лично вручит медаль. А если нет, то вышлем посылкой с верительной грамотой.

- Не приеду. Откуда вы это взяли, что спасла?

- Вам предлагается должность в нашем синодальном отделе, в секции внешних сношений. Квартиру в Москве вам будут оплачивать, также будет ставка. Про подвиг Поплавской поведал один из исполнителей защиты, которую вы нанимали. Божий промысел вашим умом привел...

Сама не зная, почему, Поплавская повесила трубку. Перед монастырем она стояла в трепете. Водитель с монашками впихивали обновку в котельную.

Берег Днепра усыпан древними церквями. Но монастырь Рождества Пресвятой Богородицы был самым удаленным от Киева, поэтому проголодаться пилигримы успели изрядно. В трапезной алюминиевыми ложками наминали церковный суп, а игуменья рассказывала о своих политических ожиданиях. И тут в тему разговора счастливой Марии опять был звонок. Игуменья кивком благословила ответить. Бухгалтершу беспокоила подруга из Донецка, приглядывавшая за ее дачей:

- Маша, слушай...

В трубке слышался грохот.

Мария тревожно переспросила:

- Что это?

- Это салют!.. Салют!... Путин подписал нам свободу!..

Смартфон Поплавской дал тихие всхлипывания радости, и тихий голос продолжил:

- САУ тоже стреляет, и ВСУ подхрюкивает, но это уже не страшно. Везде русские флаги! И во дворах у нас поют...

И тут эта подруга проявила вокальное свойство:

- Гудбай, Америка, о-о...

Маша с той стороны трубки опустила глаза, смущенно улыбнулась. Пожелав подруге беречь себя, 21 февраля, через восемь лет после даты Майдана, Поплавская повесила трубку.

- Я же говорила, - резюмировала игуменья, - Маша, задержитесь еще на пару деньков. Келью удобную выдам. Когда еще нас навестишь? Сестры по тебе соскучились.

Дел у Поплавской в Киеве никаких не имелось. Сегодня утром, прихватив в квартире документы, кошелек и сменную одежду, дама церкви и финансов захлопнула новенькую дверь. (Предчувствуя деятельность мародеров, два месяца назад она поменяла дверь на бронированную, также сходила в банк, провела грамотные финансовые операции.) Предусмотрительная мисс закрыла броню на новый сложный замок, и тогда произошла стычка с соседкой. Та приветствовала Марию:

- Ну что, москалиха, идет к тебе твой Путин с мечом?

Поплавская не возмутилась, а только приподняла брови, глядя, как язва-соседка утекала вниз по лестнице.

Предложение игуменьи Мария приняла со словами:

- Останусь, матушка.

Время пролетело в молитве, работе и общении. Не смотря на активную трудозанятость и некалорийное питание, Поплавская испытала облегчение, тяжелые мысли ушли гулять по украинским полям. Моторика простого быта, открытые люди и, все-таки, Бог сделали свое дело. Через трое прекрасных суток Мария поехала обратно, но на пересечении с трассой столкнулась с колонной военной техники, идущей в столицу. На каждом борту была буква Z.

- Турне Земфиры что-ли? - Мелькнула Поплавская мысль.

Микрик киевлянки остановили, объяснили ситуацию, что обратно ехать не стоит, что будет тяжело, идет некая денацификация. Поплавская в миг сообразила, что Господь опять ее прикрыл, что из-за поездки в монастырь у нее появилась бесплатная свобода, что ее не запрут в Киеве, и осада обойдет ее стороной. Вернувшись в монастырь, Маша заставила игуменью благодушно засмеяться.

Перед вечерней она сама предложила духовную интерпретацию событий:

- Нечего бояться!... Атака русских началась в день Иверской иконы Божией Матери. Эта же защитница верных Христу православных. Защитник и Россия сейчас. Когда-то образ послужил щитом афонскому монастырю, попустив разбойнику ткнуть в себя копьем. В тот момент из иконы полилась живая кровь. Москва ввязывается в бой благородно. Знает, что весь мир отвечает копьем. Но с благословения Богородицы, победит. Украинскому фронту лучше всего сдаться. Пророк Иеремия израильтян призывал к тому же, когда Навуходоносор пришел.

После этого рассуждения раскаты взрывов вдали уже не пугали.

Для монастырской деятельности Маша пока была не готова. Она была человеком светским. Все-таки, отдача каждого дыхания Богу, это клятва не для многих, а для сверхмалого стада. А Мария совершала коммуникации между стадом малым и стадом большим. Благословившись на паломничество в Питер, по цепи русских войск она была довезена до Белоруссии, и хоть гуманитарный коридор - вещь непредсказуемая, что делать? В Киеве бухгалтершу никто уже не держит. А тут сам Господь дает логистический инструмент доставки себя в нужное место. Защитит же Он ее организм по пути на Лиговский проспект?

Бухгалтер-религиовед двинула на пункт эвакуации. Там встала в очередь. Пока стояла, в газели поменяла еще часть денег на рубли.

Идя по гумкоридору, как и все задавала себе два вопроса: А нужна ли я там, впереди; а не выстрелят-ли эти там, сзади? Но бояться уже было нечего. Это ж не Мариуполь, это ж не Киев, где стреляют по спинам.

Пройдя длинную очередь от таможни до автобусов, Мария помогла запасливой бабульке. Поплавская вцепилась в ручки ее баула, пока на пути к свободе пенсионерка переставляла варикозные ноги. Этот участок напоминал эстафету паралимпийцев.

Дойдя до автобусов с Z на борту, бухгалтер испытала облегчение. Потом ехали, и Мария всю дорогу выслушивала беду своей пенсионерки. Но фон ее радио не заглушил личных переживаний Марии Максимилиановны. Тайком от бабушки вспомнила проповедь батюшки, которая была на днях после покаянного канона. Он сравнивал украинское событие с землетрясением в Константинополе, когда люди в храме молились каждый день и мечтали дожить до вечера. Земля гудела гневом Божиим. Люди молились о милости и об исправлении их сердец. В каноне Критского поется об изменении духовном, что сердце злое должно исчезнуть, а миокард сострадательный взамен народиться. Вулкан конфликта оказался мощным. Такого не было со времен Второй Мировой. Взрываются дома, храмы, гибнут мирные и военные. Мир людской расы ощущает тряску финансовую и клокотанье экономическое. Вулкан этот гремит для одного: чтоб души подтолкнуть к покаянию и состраданию, к осознанию своей неправильной жизни. Горе тем, у кого рождаются в сердце мысли корыстные, эгоистичные. Благодать тем, кто молится сейчас на коленях, кто делится денежкой с беженцами. Люди, в храмы идите! Объясните, почему они пусты?

Поплавская переживала и за Лавру, устоит ли под натиском бендеровцев? Z-люди из РФ спасут ли святыни? У самой Поплавской закончился ресурс по защите домов Божиих. Блокирован интернет, возможности нанять защиту не представлялось. Да и денег столько не хватит. Поэтому, Илья Муромец, лежащий в лавре, тебе доверяю, защити. Уцелеет ли моя квартира, не пробьет ли ее очередью какой-нибудь отморозок? Не то, чтобы было, что брать. Но много вещей, которые стали родными, с которыми многое связано. Поди ж ты: прикипела. Эй, что это я! Нормально любить свои вещи!.. Холодильник надо было отключить. Хотя свет отрубят, морозильник и замолчит.

Настоятельница много рассказала Марии об испытании обителей. Некоторые монастыри захватили приспешники нового режима. Буквально вывезли всех насесельников в чисто поле. А сами облачились в их мантии, заняли их места для контроля прихожан. Выгнанные монахи что? Помолились да пошли дальше вдоль реки создавать новые обители, куда облачко с небес укажет. Вот теперь сама, Маша, летишь за белорусскими облаками. Кто тебе машет рукой, батько Лукашенко что-ли? Нет. Наверно не он, а Богородица. Приходу, куда заехала Мария, повезло. Этой церкви настолько далеко от Киева, что не добрались до него афтокефалийцы... Тяжело ехать...

- У вас деньги есть?.. - Интересовался толи таможенник толи МЧС-ник в распределительной зоне.

- Да... Могу сама снять жилье, пока ищу работу.

Таможенник сощеренно с уважением посмотрел на Марию, предложил ей какой-то бюллетень:

- Куда хотите направиться?

- В Петербург, есть знакомые, - ответила Мария, соврав, сама не зная зачем.

- Русский солдат, вечно ты сталкиваешься со всем блудом мира. На тебе он остановится и в этот раз, - думала Мария, отходя от служащего.

Ряды белых МЧС-палаток со врачами, кухней, койками радовали. В них можно было и переночевать, и покушать, и подлечиться. В них стояли кровати. Обидно, что в новой жизни нас не встречает кто-то знакомый, родной. Но, если ты хороший человек, они вот-вот появится.

Перейдя в зону русских, Маша заметила, что в груди потихоньку отпустило. Тут глаза были приветливые, сострадающие.

У нее было два места в Петербурге, куда она послала резюме, и где ее ждали собеседования. Так, что план был... Отличный план, как говорил Галустян. В отличие от многих, кто бежал просто так, захватив только паспорт и дитя, себя и маму.

В автобусе было битком. В аэропорту было пусто. Киевлянка могла поколесить на поезде, но испытывала к ним неприязнь. В Пулково, когда заработала связь, она увидела, что детский лагерь "Котлостроитель" на хуторе Красный Десант благостно принял донецкую подругу Поплавской. Та отчиталась:

- У нас тут получился огромный хостел. Ряды из кучи кроватей. Клетчатые пледы так отдающие чем-то уютно советским. Полная неопределенность, но энергия обновления в воздухе. Маша, как вы там, в Киевском плену?..

- Прорыв в Петербург свершился стремительно! - Дала ответ Мария и отправилась в гостиницу.

Глава 5. Некоторые вещи остаются постоянными

- Потому, что болезнь - это проявление греха, и лечить ее без покаяния - мартышкин труд. Это как Бога обманывать - совершенно невозможно. Не тут - так в другом месте - обязательно вылезет. Желчный человек страдает печенкой. Не знающий любви - мучится легкими и сердцем. Когда по мере изменения ума грех уйдет, то и болезнь растворится в ту же секунду, - со светлым взглядом медсестре говорил Иван Николаевич.

- Но вы же пришли, - с прищуром парировала сестра, на что посетитель ее кабинета опустил голову:

- Пришел бессмысленными ногами. Может, хочу себя обмануть, внушить, что раскаялся во зле и стал праведным.

- Снимайте свитер и готовьтесь.

Иван снял просимое, устроился в процедурном кресле и на подушечке выставил для манипуляций руку. Теперь Иван был пациентом, который после "покаяния" кокетничал с уже немолодой сестрой:

- Лидия Ивановна, драгоценный жрец здоровья человеческого, вы обслужите меня сегодня так же нежно, как обычно?

В первом приближении сестричка немного забыла о возрасте:

- Нравится, как я работаю инструментом?

- Истинно: как комарик. Совсем не больно.

- Тогда смотрите внимательно, когда подлечу к локтю, рефлекторно не прихлопните меня.

- Я комаров и на природе-то не бью. Я добрый, - соврал единственный мужчина, ведь крайний раз на природе он был очень и очень давно. И насекомых тогда бил, не задумываясь.

- Вам сегодня последняя процедура.

Когда подневольная жидкость потекла, и пузырьки заиграли в мешке с физраствором, Иван закрыл глаза и растянулся для лучшего лечения. Лидия пчелой вращалась вокруг стойки с лекарством, что-то поправляла, что-то корректировала. Секундомер в капельной камере то ускорялся, то притормаживал. Когда сестре не понравилась оптимизация системы, она воткнула в мешок дополнительную иголку - чтобы поступал воздух. Пациент ничего этого не видел. Глаза его были закрыты. В таком виде он обратился к сестре:

- А лет через 9 и вашу работу будет делать какой-нибудь андроид в халатике.

- Не дай Бог! - возмутилась Лидия.

Через десять минут Иван открыл очи заново, и в них блистал уже другой взгляд. Больной. Опасный. Мятежный. Такой был у Мастера в последние подвальные денечки. Седоволосый Иван Николаевич вжал голову в плечи, глядел в окно и говорил дереву в сосновом бору нечто, связанное с вирусными локдаунами:

- Лидия Ивановна. Присосавшись к экрану как клещ к ноге грибника, я первый канал смотрел всю неделю. Вы почувствовали, как быстро изменилось время? Мы все и оглянуться не успели. А чтоб что-то сделать, куда-то придти, требуется кьюар-код. Откровение моего тезки Иоанна сбывается: без печати Зверя, врага человеческого, нельзя ни покупать, ни продавать.

Сестра бросила резкий взгляд на пациента, схватила что-то в его глазах, потом зыркнула на его капельницу, отвернулась и далее за весь монолог к нему не поворачивалась.

- Как быстро люди согласились с паспортным режимом дьявола, с расписанием цифровых паспортов. И, заметьте, пошли не в церковь за защитой от цифровизации, а в процедурные кабинеты, брать эти пресловутые коды и прививку цифрового содержания. Плачь, плачь, Иерусалим, город великий. Для инакомыслящих и слово-то подобрали: антиваксеры. Оказывается, они виноваты, что люди гибнут. Россияне подставляются под цифровизацию потому, что связи с Богом нет. Небесный интернет у них отсутствует, а жажда в удаленном общении имеется, и принадлежать чему-то общественному и большому потребность осталась. От кого? От Адама. Какая приятная ин*екция. Малина, а не инъ*кция. Ха-ха. Вот будет смеху-то когда глобальная афёра мировой элиты с ковидом сорвется из-за какой-то мелочи. Какая-нибудь поломка из-за пьяницы в сервисе кьюаркодов. Или одна находчивая страна найдет способ не подчиняться. Скажем, сущий пустяк, который компьютерный ум не учел, а какой-нибудь святой знает. И с прививкой ничего не понятно. Врачи путаются. Никто ничего толком сказать не может. Какая-то сумятица вводится. Людей поделили на прививочников и антипрививочников, ах, ну да, я уже говорил. Разобщают. Смущение и деструкция. А значит, дело диаволом попахивает. Потому, что у Бога все просто, понятно и ясно. Ведь деструкция - не Божье дело. Верно же? Молчите - значит, верно. А если представить, все это театр, начиная от прививок, цифровизации, то это ж какие деньжища! Ни одно государство мира таковыми не обладает. Кто-то могущественный в мире мог такое провернуть. Если бы на эти сбережения что-то хорошее людям дать. Не знаю, летающие библиотеки в парках развернуть, космический туризм для пенсионеров, да просто по министерствам бедных стран раскидать.

Когда раствор перестал поступать в пылкий организм больного, и Лидия заботливо пережала локоть бинтом, Иван Николаевич попросил ее телефон с интернетом и под ее присмотром забил в гугле слово: антиваксер. Вылезла статья про то, как тысячи антипрививочников перекрыли Бруклинский мост. Среди них имелись даже медики. Им на вразумление ученые Оксфордского университета опубликовали методичку еще 100-летней давности, написанную доктором Александром Россом. Этот исследователь приводил те же доводы против прививок от оспы, которые популярны и сейчас в случае с COVID.

Вскоре Иван Николаевич отложил телефон, посмотрел пронзительно в глаза медицинской женщины:

- Нам бы такое приложение, которое определяет фейки, отделяет их от фуфайки. Такое, которую про любую вещь спроси, и она скажет: "правда" или скажет: "ложь".

- Есть такое!... Пси-Фактор, - коротко отрезала медработник.

- Да?

- Распознает признаки ложных сообщений, - пояснила леди, забрала смартфон и отложила на столик препаратов.

- Впрочем, если интернет в большой мере диаволу принадлежит, а дьявол - начальник лжи, то и приложения - фейки.

Когда пациент вернулся в палату, его уже ждали. Очень седой доктор присел на стул. На коленях он держал папку, начатую еще в древние сталинские времена, а на ее плотные листы сложил такие же древние руки. Руки эти бережно открыли содержимое, как будто в папке хранилось что-то особенно драгоценное, ветхозаветное. И тогда сам врач произнес:

- Иван Николаевич... (Тут держатель бумаг сделал паузу, взвешивая, стоит ли говорить; но решил, что стоит, и сказал) Вы у нас находитесь столько лет, сколько и люди не живут обычно. Вдумайтесь, эпоха дважды сменилась, страна уменьшилась и увеличилась, название ее трижды претерпело мутации, вирусы в головах многократно сменили один другого.

Сказанные слова были направлено к пациенту, который в спокойном виде и свежей пижаме сидел на кровати. С сединой на висках, кроткий, последний был благообразен и скорее похож не на клиента больниц, а на схимника-монаха, к которому пришел излить душу мирянин. Но внезапно кроткий схимник дернулся и оживился:

- Александр Николаевич. Я сообразил, к чему вы. Не гоните! Мне теперь и идти некуда. Соцподдержка не спасет. Все нити оборваны - не без помощи ваших санитаров!

Глаза старика радостно засияли, будто смеялся он только глазами, и проговорил он теперь следующее:

- А обвинять нас вы так и не прекратили.

В момент обоюдного откровения в палату вбежала санитарка и подала доктору очки. Тогда врач их одел и преобразился в тотального мудреца:

- Оля, приползли ли к нам электронные замки с Али-экспресса?

Благодушная Оля отвечала:

- Совершают поползновения.

- Не разбомбили склады выдачи? Ну отлично.

- Нет, мы успели выхватить свои пирожки до начала всяких бабахов. Вот только не понимаю, зачем, для каких замковых целей?

Тряся папкой, доктор сыграл радостное недоумение:

- Как же? Столько лет держите больничное дело и не знаете, что прекрасных людей запирать.

Эта Оля, держатель профессорских дел, не сдалась:

- Мы все уже заперты искусственным интеллектом - к чему же стены между нами? Да и пустое - этих не от кого запирать. А если пациентам надо, они их ногами легче чем задвижки выломают.

- Пустое-непустое, а надо новым дать шанс себя проявить. Простите, Иван Николаевич, отвлеклись от ваших обвинений.

Пациент, который до этого играл в салки с мыслью и бегал глазами по углам комнаты, продолжил:

- Не смотря на девятые волны-шмолны, сейчас для торговой почты период открытых границ? Значит, не волнуйтесь. Али-замочки ласково придут по наши души. И верно - обвиняю вас. А это - невылеченная патология! Конечно, крою бесстыдной картой, ведь других не имею. Да и разве можно меня отпускать?.. Куда, в короновирусную реальность? Совершенно нельзя!.. (Названный Иваном Николаевичем показал руки) У меня - глядите - тревожность, нестабильное настроение. Только в клинике Стравинского мне хорошо. (Пациент добавил особых нот, после которых седой вздрогнул) Я ж у вас по квоте прохожу?.. Платит за меня государство. Значит, не лично вас я обкрадываю, а какие-то щедрые министерства, где главные Мурашко или Мишустин. А свободных коек - пол Кащенки - ждут обывателей из иных министерств и ведомств. Не подсиживаю никого! Мне и Мастер сказал, от политического кризиса защититься и не опасаться социально-экономического зла можно только в дурдоме...

Седой закачал головой:

- Иван Николаевич, того, кого вы называете Мастером, нет с нами несколько десятков лет. Он похоронен на Новодевичьем. Я сам проверял по прошлому году. Пора сменить авторитеты исторические на реально пребывающие в Москве и берущие на себя смелость вести активную современную жизнь. У нас ведь курс на реорганизацию, реновацию? Пациент с философской помпезностью глянул за окно:

- Жизнь в Москве, говорите? В кубиках ее квартир полно добрых людей. Они печально вздыхают и ждут мира. Миниатюрные кубики экранов сообщают им новости без надежд, но добрые люди уже не хотят им верить. Цветные ромбики листьев падают снаружи квартир, создают жухлую плоскость, хороня под осенью и под историческим покрывалом еще один суетной год. Скоро ее накроет плоскость рыхлая, белая, недолговечная. Шарики колес перепашут и исчеркают ее, нарисуют карту грядущей эпохи. С новыми надеждами, новыми бессмысленными ожиданиями. Что еще выкинет старик Трамп, что будет с Китаем, Европой и, простите, нами?

Старый врач помял губами:

- Ваш талант окреп и приобрел филигранные формы. То, что я вас тут держу - так это только обостряю вашу социофобию, и квоты Мурашко этим оправдать не могу.

Иван Николаевич не поднимал белого флага. Напротив, он оживился и соучастливо убеждал внимательного собеседника так:

- Нет-нет, вы не обостряете, а помогаете исключительно! Ох, чтобы я делал без квотушки? Да и кого вы собираетесь выпускать? Человека, способного запросто разрушить невинный ресторан или забегаловку под Московским одеялом ночи? Оцените масштаб личной трагедии. Вакханалия правит мной. Безрассудство высшей категории. Поверьте раз и навсегда: бывшие поэты - самые опасные для общества люди!

Но профессор не поддавался на уловки больничного приживалы:

- Эта глава называется - из дурдома не выгонишь. Тогда готовьтесь к оглашению диагноза. Может, оно прозвучит громко, как гроза над Ершалаимом в стародавние времена. (Профессор будто задумался об этих временах, взял паузу на протирание очков, потом энергично продолжил) Вы - нормальный!.. Обитатель Новодевичьего жить отказался, жизненные силы слишком извел на что-то иное, на какие-то свои образы, ему одному известные, и ресурса на реальность не было. У вас есть ресурс... Вы как ребенок на пороге школы - боитесь сделать первый шаг. И, кстати, поэт вы не бывший, а воскресающий. По указу няни я прочел нацарапанные памфлеты на кроватной тумбе. Они хороши и в меру актуальны.

Иван решил сменить объект атаки. Проиграв на одном фланге, опытный пациент перешел на другой.

- А Маргарита? - Задал вопрос больной, и сам же, глядя на стену, начал отвечать, - Эта вернулась жить - открыла дверь в реальность, собралась с духом. Побыла ведьмой - ей не понравилось... Книга, роза - будут с ней, но сама она сделает шаг в объективную Москву или другой полезный город, где есть метро. Когда она придет забирать у меня рукопись, может и не быть Ивана Николаевича - перепуганного сотрудника МАССОЛИТа.

Профессор поднял добрые иголочки глаз из-под очков:

- Иван Николаевич, вы смотрели новости в вестибюле. Ждет ли нас от американцев угроза типа гонки вооружений?

Иван ухмыльнулся:

- Паритет с ними мы одержали в 1967 году. Тогда у нас появились какие-то ракеты 9 тысяч дальности. А в умы генералов впервые начало просачиваться слово "мир". Однако, в этом веке эти товарищи опять распоясались. К счастью, новых денег на оборонку у них не предвидится. Короновирус бюджет подкосил. А вообще, Александр Николаевич, я побаиваюсь телик смотреть. Там жуткие вещи демонстрируют. Истерия насчет ковируса только набирает обороты. Вроде уже и вакцина найдена, и успехи эпидемиологов, и на убыль пошло. Да только такое ощущение, что всемирным здравоохранением правит дьявол. Вспомните, год назад вирус появился, а сейчас ВОЗ 100 процентов людей хочет привлечь к прививке законодательно. Будто спрятал в эту прививку что-то страшное.

- Чипы? - Сурово интересовался доктор.

- Я этого не говорил, - не сводя с врача взгляд, ответил осторожный Иван, - ужесточения во многих странах. Как не включишь, на экране пылают какие-то флаги; ряды бастующих сминаются черными касками; полные локдауны везде; нефтяной Техас замерз; американцы топят печки мебелью, Навального судят да судят - он сопротивляется.

- По-моему, Навальный умер?

- Он жив и будет жить.

- Угу... А что вы думаете по Трампу?

Иван оживился:

- А, вы для него коечки припасли?.. По обмену, так сказать. Трамп - предтече антихриста. Голландские высоты раздает, Иерусалим иудеям дарит, вирус - его работа, наверно. Про Байдена - я вообще не говорю, но лучше прежнего. Президенты в Америке - куклы элит.

Трамп может примирит Россию и Украину. Но для него это выгодный ход. Чем выгодный? Америка перенаправит все силы на создание сверхмощного ИИ, и война перейдет в манипуляционный информационный вариант, и потихоньку для ИИ будут создаваться железные носители.

- То есть роботов делать будут??

- Ну да, конечно, роботов! И фаза открытого столкновения может быть только через несколько лет. Как пройдет процесс перехода на монстров во плоти, и когда воинственное лобби типа "Байден II" опять возглавит Капитолий. Поэтому нам нужно срочно усилить разработки и освоение всех технологичных сфер. И экономику раскачать, и технологии блокировки пропоганд - все векторы, по которым будет вестись новая гибридная война. Ну и пока все-таки дружить с Китаем, увы...

- То есть надо усилить разработки в IT?

- Да, срочно, причем.

- А по телевизору показывают, что Китай, США и РФ объединяются против Европы.

- Да?... За их переменами не уследишь.... Только на одних начнешь злиться, так они уже друзья. Покажите ясно, против кого дружить! Европа с Трампом разыгрывают какую-то театральную постановку. Вроде за перемирие с нами, а бюджет войны все больше накачивают. Политические маневры какие-то, как Скот Риттер говорит.

- Кто говорит?

- Риттер. Это наш американец. Чтобы мы расслабились, прекратили свою позицию?.. Но Путин выражает как раз стабильность. Есть основные пункты по войне, и они должны быть соблюдены. Как бы противники артистически не вертелись. И все-таки я бы не доверял американцам. Да и китайцам - тоже. У вторых наш Владивосток на карте называется Морским Огурцом. Причем, этот огурчик-то - ихний. Всем детям в школах это вдалбливают. Какбы они, когда вырастут агрономами, не пошли собирать огуречный урожай?

Неожиданно для всех мужчин комнаты Оля ожила словом:

- У Китая есть юр основание считать эти земли своими. После опиумных войн они вынуждены были подписать сотрудничество с нами. Но есть "но". Война с Китаем неизбежна. Как мыльный пузырь - у них надут до предела людьми, техникой и экономикой. А вверху над ними - пустота, и пространство, и слабость. Появится повод - и вторгнутся. Не обязательно военным путем. Они не вояки. Захватят рычаги в администрациях, а потом одновременно объявят новую страну, кто не спрятался, сами виноваты. Славяне будут рабами - людьми второго сорта. Если примут их религию, и культуру, и власть - работайте, живите.

Профессор древних лет задумался:

- Хм... А как по-китайски "здравствуйте"?

Помощница профессора знала этот перевод:

- Нихао.

Двое мужчин проговорили для тренировки это приветствие.

- Буквально, это значит - "тебе хорошо". Хотите жить - учите китайский.

- А что им хорошо?..

- Что русскому хорошо, китайцу - не очень. Иначе бы нашу вечную мерзлоту завоевали. Да мерзнуть не хотят.

- Ну это пока. А потом захотят. Китайский ум не "сию-минутен", планирует на столетия. Китай рассудителен в смысле выгоды. Воевать не любит и не умеет. Но если видит, что такой не предсказуемый сосед сверху, который по их мнению внезапно воюет, то может напасть из жажды безопасности - чтоб взять под контроль, так сказать. Технически наштамповать роботов ему не сложно. Пока в России вечная мерзлота, и земля не сильно интересна. Но с глобальным потеплением Россия будет оттаивать, и верхние полярные земли обнажатся, станут пригодны жить и садить поля. Плюс в Китае станет сильно тепло и невыносимо, а у нас приятная прохлада - можно жить. Китаю однозначно захочется напасть. Дак и Россия нападала. Канада той же проблемой обладает. Сосед снизу захочет её отжать.

- Ольга Викторовна, откуда вы так хорошо знаете китайский вопрос?

Девушка оперлась на спинку стула и вытянулась в полном достоинстве:

- В детстве с родителями жили в Харбине. Мы - из русских китайцев.

- Это очень интересно! Все великое - на стыке культур.

- У них государство поддерживает инновации. Освобождение от налогов. Вот и бурлят изобретения. Почва хорошая. А у нас реальной поддержки нет, хоть и головы умные. И у институтов разрыва с производством нет. В тандемах работают! Сейчас у Китая период завершения зависимости от кого-либо. Под нами сидели долго. Потом под америкой. Сейчас свободно вертят головой. Расправил чешуйки дракончик.

Иван решил войти в полемику с уборщицей из Харбина:

- Наши с Европой рвут, а к Китаю идут. Что ж? С Европой товарооборот на 400 млрд. с китаем - 90. И газ Китай покупает у нас дешевле в три раза. Значит, внутри страны газовая цена подрастет. Может, мы вынуждены дружить с Китаем, увы. Тут уж не до сентиментов, когда такой сосед технологичный с большой экономической дубинкой. И идола из мавзолея мы поэтому не выносим? Потому, что социалистический Китай боимся расстроить? Печальный ориентир.

Профессор переспросил:

- Идол это Ленин?

- Он, собака. В Китае доминирует модель Чингисхана - власть не человека, а клана. Сверху власть спускается. И мы ориентируемся сейчас по китайской модели жить. На западе когда-то объединились гильдии промышленников и правят. Власть выросла снизу, а номинально регулирует их король. Петр на эту концепцию клюнул, а теперь от нее отходим. Возвращается одна партия. Как в начале Союза: человек - винтик в машине, и Шариковы с планерками, криками и песнями вернутся. Не покаялась Россия в первые 15 лет после падения СССР, ну и все прежнее возвратится сильнее. Будете винтиками в машине с большой диктатурой. Серафим Саровский предсказал. Ох, вечно нам надо копировать чьи-то модели госустройств, а ведь скачиваем худшее, не актуальное, уже отжившее. Как и Болонскую систему, кстати. Франция выкинула - мы подобрали. Будто падальщики какие-то.

Мечтательный Иван Николаевич отвернулся к окошку со спасительным пейзажем. Старик-врач сжал скулы, смотрел на пациента поверх очков, потом захлопнул папку, трудно встал и молча покинул светлую палату. За ним поспешила и молодая помощница, до того не решавшая нарушить обмен сообщениями. Пациент смотрел в окошко. Взгляд его не выражал ни радости ни печали. Бор за оледеневшим окном был закрыт белой ватой ледяных шапок и казался безвкусен.

Боги, Боги мои Святой Троицы... Как прекрасны райские сады, которые видел святой Илия, к которым возносился Серафим, и которые уготованы человеку покаявшемуся и прощенному. Когда-нибудь вы излечите нас окончательно. С той стороны двери топали Александр Николаевич и сообразительная Ольга. Их очам выпало глядеть, как в противоположном конце коридора уборщица с детской коляской, адаптированной под ведро с тряпкой, ругала посетителя:

- Больница вам или бордель? Если больница - то бахилы требуются на окаянные ноги.

А посетитель перепрыгивал атакующую ноги щетку, пытался сжаться в маленького человечка.

Остановившись в коридоре, маститый седобород обратился к спутнице:

- Что у нас с Иваном происходит?

- В смысле?

- В религиозно-психическом. Опытный больной занялся плотным христианством?

Молодая няня, Оленька, улучила момент для театральной истины и, махнув рукой, молвила:

- А-а. Давно уже.

- Как выражается? Симптоматика? Попрошу не опускать детали.

- Евангелие штудирует. Сначала читал, потом вписывал в свои листы, ну то есть в книжку. Потом уже так, без бумаг... И бормочет себе что-то под нос. Однажды, зашла в палату, а он во сне лопочет: "Рыжий кот, господин хороший, покрести-ка меня... Служить Спасителю хочу. Не порань кадилом."

- Вот, значит, как? Бездомный у нас крещеный?

Оля развела руками и уставилась на начальника, точно тот двойку в дневнике принес:

- Александр Николаевич, ну мне-то откуда известно? Я от церковников справок не получала.

- Да. Вы - конечно. Но, раз приснился ему кот-христианин, значит есть у это база. Как-то тревожно это.

- Куда тревожней. Религиозные животные ему мерещатся. Я бужу его! Что тебе, нежный Иван, снилось? А он проморгался и шепчет как на икону в мои девичьи очи: искаженные болью лица в большой яме лезут по головам. За ноги их змеи грызут. Крики и стоны - не без того. Простой и Великий спускается, и с каждым шагом на него оборачиваются еще глаза. В них - боль, измождение, надежда. Во ад сойти - нешуточное дело. Кишит стадо душ, волнуется морем. В толпу боголишенных идет крейсер-Спаситель...

- Эпично рассказывает. "Крейсер" применяет. Может, и впрямь сформированный талант. Ну и что, что?

- Дальше описывает портрет. Раны в Его запястьях - самой свежей палитры. Они - дело совершенное. На него уставились сотни лиц. И обращения к нему - как волна. Можно почувствовать эту волнушечку. Ее нельзя не осязать. Она клокочет, шумит, пузырится стонами. Крейсер говорит: руки тяните наверх - тех спасу до вечера. (Я тут, кстати, аллегории применяют.) И вот эта толпа искаженных болью лиц ринулась к спустившемуся к ним: "Это Он, спасет! Не обманет!" Пришедший сверху, выхватывает одного за запях. Хлоп! Едва касаясь голов, пошел по морю толпы. Кто мог, к нему тянет руки, и Он хватает эти руки и буквально вышвыривает человека из моря, подкидывает вверх. И вызволенный на огненных петухах уже успокоенный воспаряется к иному человеческому стаду. А там в силки его ловят духи света, исцеляляют по полису, налепляют пластыри и успокоившихся в бутылочках отправляют наверх. Чего хочу заметить? Лицо идущего по лбам людей - сострадающее. То есть ему больно за всех них. Он молчит. Он - молчаливый работник! Просто вытаскивает и швыряет всех наверх. А у самого на запястях - раны от мерзких предметов. Сияют как звезды.

Долгих лет врач Александр улыбался:

- Я смотрю, вы - фанат Бездомного. Так сочно излагаете. Почти умоляю, короче...

- Не фанат-ка! Хорошо, короче. Я говорю, Иван Николаевич, успокойся. Это бред из тебя валит. Никакого успешного творчества.

- Вы правы по сути, но неверны по психологии воспитателя. Ну, хорошо, Бог с вами. А он?

- А он вскипел: "Нетужки! Не бред! Спаситель Сам ко мне обратился: Ваня, давай руку!" "Так и обратился?" - говорю. "Да, так. И уточнил следующим образом: Тебя же кот крестил?..." "Ну, допустим, и ты дал руку?" - спрашиваю внимательно. "Подумал дать, а тут ты пришла, собака..."

В этот момент Стравинский утомленный историей, прервал. И с осуждением и недоверием зыркнул на няню:

- Ну вот, все стало на свои места. Излечили сверх меры. Приведем священника ему. В этих делах они эффективнее наших процедур. Надо звякнуть в какой-нибудь непопулярный храм. Может, убедит выйти пациента на волю. Тут за убедительность и денег не жалко.

Они дошли до кабинета ординаторской. Хоть и без молодой прыти, но галантно Стравинский открыл даме дверь:

- Оля, хотел спросить, вы какие фильмы смотрели в последнее время? Ваше тревожное воображение заставляет меня так вопрос ставить.

- Ну разные. Сериалы. Гусар с Харламовым, исправление и наказание.

- Это современный юмор, провоцирующий самоизоляцию интеллекта?

Ольга обиделась:

- Сразу изоляцию?... Вы-то что смотрели из последнего?

- Были бы фильмы, смотрел бы. Но на экранах сейчас одни истории болезней, а их и на работе полно.

- Вот как! Поистине, ответ врача. Их или отечественные фильмы плохие?

- Что у нас - бессмыслица и пошлость, что у них - омерзительная голливудщина. Я блевать хочу от этих фильмов. Тягомотина, с первых звуков и кадров действующая на подсознание. Наезжающая камера, инфразвук - пугают организм. Вся эта магия гипноза - человека погружают в транс - и он уже и думать не хочет, и пилюлю всех диалогов принимает в себя бездумно, как зомби. Лучше я советскую комедию посмотрю типа Джентельменов удачи. Там зомбирования нет, а мудрости, может, не меньше. Хорошо, из новых русских фильмов я порекомендовал бы три.

- Три! Ну это хоть что-то. Говорите плавно, я запишу.

- Училка, ученик и географ глобус предал.

- Все на школьную тему. Вы - педагог. Вот и притягиваете подобное.

- Я всегда был учащийся. И, кстати, я всегда черпаю знания у наших подопеченных. Насчет тем - только тема школ удается современным режиссерам. Хотя нет. Не только.

Доктор коротко задумался:

- Драма "Дурак". Автору удалась евангельская идея без перенесения зрителя в пространство событий распятия Христа. В ленте есть аналоги всех героев библейского сюжета, но режиссер обошелся банальным примером из Российских реалий. А больше фильмов и не назову.

- Александр Николаевич, кино сейчас - полная ерунда. Зритель картинку хочет, а смысла не хочет.

- Еще бы. Смысл нравственности обличает зрителя. Что он погряз в потребительской идее. Дух кино пропал. Ни силы, ни энергии в киношниках нет. Последними бы заполнить подобные нам клиники. Тайну потеряли. Какую? Как взаимодействуют все участники фабрики грез?

- Вот как?... Продолжайте, интересно.

- Кто знает тонкую функцию, симфонию, соединение актеров, режиссеров и сценаристов? Данелия знал. Гайдай имел представление. Захаров, Рязанов, да и Бог с ним, Балабанов - умели и пользовались этими инструментами на ура.

- Режиссеры создают прокатные фильмы, коль уж коньюктура. А нравственность - с нее денег не заработаешь. Она в прокате обломится. Простите, испытает провал.

- Главно вы не обломитесь. Идите домой на час раньше и посмотрите Человек с бульвара Капуцинов и Кин-дза-дзу.

- Кажется, видела. В детстве.

- Ну вот, можете же если хотите? Вернитесь ненадолго в детство. Это полезно для психики. Не смотрите то, что лидирует в прокате; уделяйте внимание только тому, что у добрых людей засело в памяти. Многое у нас ужасно. Но можно гордиться, что мы родились в стране, в которой в менталитет вживлены шутки из Бриллиантовой руки или "Ивана Васильевича".

Оля села к компьютеру и нахмурилась. Доктор заметил это омрачение, и помощница объяснилась:

- Пришли формы по обязательной вакцинации. Ну что, пойдем, или на увольнение?...

Стравинский помолчал, потом развзерзся фразой:

- СССР 60 лет подряд выводит на орбиту искусственные спутники. Теперь эта орбита хочет пройти по нашим венам. Может, нам уже не участвовать в космических программах?

Стравинский увидел в телефоне сообщение, от которого по его лицу скользнула молния злости, и он процитировал:

- Установите приложение и оплатите задолжность.

Нервно саданул по клавишам и оскалился:

- Опять эта цифровизация. Как оно мне дорого.

- Что у вас, Александр Николаевич?

- Вчера пришел в МФС оплатить пошлину. А дива небесных глаз меня остудила: "У нас наличкой не оплатите. Устанавливайте приложение."

- Как ты с цифровизацией поборешься?... Хорошего в ней мало. Да, бабушкам можно из дому оплачивать коммуналку и из дому не выходить. А в основном-то - гольный вред. Новые щупальца у властей растут. Ничего без приложения и регистраций не сделаешь.

- И, замечу, темпы роста этих цифровых клещей велики настолько, что теряется всякий оптимизм. Вот уж только и уповать на небесные Силы, о которых упоминает наш пациент, что вмешаются и остановят клешни.

- Мда уж.

- Похоже, темная бесовщина, о которой предостерегал Иван, только и думает, как же нам людей поработить. Заставить, принудить - видишь ли, не интересно. Надо, чтоб сами захотели. Завлечь надо. И тут, бац, вот цифровизация - какая удобная штука: в очередях стоять не нужно, все смартфоном в одно касание делается. А дальше предложат, чтоб усилитель ума был: суперпамять, суперэрудиция. Сейчас это и так достигается, но опосредованно. Пока в трубку введешь все вопросы интересующие, потом Википедия ответит. Зато, когда интегрирование напрямую с мозгом пойдет, вот тогда-то все интересное и начнется. Сумасшедший разве что от таких бонусов и откажется.

- И клиника наша пополнится свихнувшимися недороботами и недолюдьми.

Доктор поднял отрицающие ладони:

- Нет-нет, я снимаю с себя полномочия лечить кибернетическое разделение личности. Пусть найдут им профессоров из андроидов.

Оля заливисто смеялась, окатывала ординаторскую хлопьями смеха:

- Вас в кино надо брать.

- Поколение молодежи легко осваивает цифровой мир, воспринимает его как единственно реальное. И кажутся в нем свободными... А мы, люди советского режима, видим разницу в прогрессе несвобод. Так что, замки? Еще одна степень оплаты идолу.

- Воцапну на доставку.

- У нас никакие сферы услуг, кроме цифровизации, особо не продвинулись. Вот уж эта развивается шикарно, тут - впереди остальных стран. Конечно, уж больно сладко бремя контроля людей - ради него можно остальное и отложить лет на тридцать.

Оля разгорячилась, и в уме ее возникало язвление:

- Что предложите?... Процесс-то естественный.

- Обществу для начала надо осознать, что это новое - что-то плохое, ужасное, противоестественное человеческой природе. Но для этой метанойи сознания человек должен быть внутренне свободен. Ему потребуется образование и воспитание, которые и дадут ему трезвый оценочный взгляд... Но у нас разрушена академическая институтская школа. Зачем учить - производства-то нет. Поэтому учит, как его, МУЗ-ТВ, и, как следствие, молодежь инфантильна.

- Ну может, по большей части.

- Дальше,дивид должен быть здоров, чтобы переосмыслив, имел силы как-то противодействовать вмешательству. Ну про медицину я говорить не буду, сами видите, какое тут гнилье. Дальше, у гражданина свободной страны должны быть деньги, независимые от государства, чтоб ему было, чем оперировать. Но у нас все делается, чтобы свободных денег у людей не было, а рублик, что имеется, стал бы цифровым. Видишь, Оля, цифровизация борется против трех министерств: образования, здравоохранения и финансов, - доктор загнул на руке три пальца и мягко улыбнулся.

- Ох, у меня не копится ни цифровой, ни какой-то иной рублик. А я так хотела бы. Не жалела бы, если большой брат проследил, как я закажу себе уцененные шмотки, а Тайке - Кити-кэт.

- Оля, вы оклемались после операции?

Докторша вспыхнула очами:

- Да, да, теперь все хорошо. А было не очень. Все за один день произошло. И медицина сработала без всякого гнилья. Могу рассказать?

- Ну проявите любезность.

- Думала, само пройдёт. Начала лечить поздно, поехала в город спросить у умных людей, что это за ерунда, ну и вскрыть, почистить сразу. Вытерпеть адские муки и со спокойным сердцем ехать с Тайкой на соревнования. Да, щас, сказали умные люди, ну и дальше понеслось. В общем, я была ранена отравленной стрелой коварного "бандита" в самое незащищённое место!

- В сердце?

- Целился в сердце, а попал прямо в душу - то есть в бедро. Сзади. Экстренная госпитализация, операция, реанимационная бригада в общем коридоре. Гуггл настойчиво требовал, чтоб я вызвала скорую ещё на острове, я представила - алё, МЧС? У меня тут на седалищном месте прыщ какой-то некрасивый, вы не могли бы приехать и посмотреть?

- А, вы на острове на маминой даче жили?

- Да. И на материке я скорую не стала звать, сама поскакала. Вот. Честно говоря, надо было звать эту скорую как, мне поисковик настоятельно и говорил. Я постеснялась людей гонять. А так мне пришлось самой три больницы объездить, и я уже никакущая добралась до нужной и знатно обалдела, что меня упекли надолго. А, ну да, кто-то утром из врачей у меня интересовался, что кололи в ягодицу? Я говорю - батенька, родненький, что в такое место можно колоть? Уколы ставят сильно выше. Короче, я не поняла, но похоже они решили, что я настолько тупая наркоша, что применяла себе внутримышечно. Да мимо - и получила некроз. Жуткие дела! Поэтому, я считаю, что надо реабилитироваться и доказать, что на самом деле я зарабатываю на панели.

- Не понял почему, но ладно.

- Операция под общим наркозом, а я их не успела уведомить, что мне не обязательно лить дикими дозами анастезию. Надо просто подождать немножко - то есть чуть-чуть. Долго доходит. Ну а они потом, когда в коридоре с реанимационной группой меня откачивали, обсуждали между собой, что впулили мне лошадиные дозировки, а то меня не брало никак, решили, что я наркоманка. Ну я рассуждаю: они гадают, что я себе запрещенное месево через ягодицу колю, ну не самая умная гражданка в России. Как тревожная личность, я естественно валялась и неистово боялась, добрые люди вокруг исповедовали, какие адские страшные боли меня ждут, я рассудила, как хорошо, что у них нет решёток на окнах, и я соображу побег из Шоушенка. Этаж не высок. Не успела.

- Какие-то параллели с нашим заведением.

- Потом меня вечность не кормили, не поили. Это потому, что за ночь я, разумеется, успела подкусить кусок курицы. У меня уже не абсцесс, а полноценный некроз пошёл, мне уже было по барабану на всё прекрасное на свете. И на кинематограф в том числе. Тем более, я выпросила разрешение хотя б ку*ить в ожидании. Мой врач сразу понял, в чём дело. Он пришёл ко мне потом, сказал - не кури, сегодня, ты ж видишь, тебе сразу давление и пульс вышибает. Покосился, вздохнул устало - ладно, одну и после десяти вечера. Ну я попробовала, почувствовала приближение повторения цирка с конями и оставила эту неблагонадежную затею.

- Твою повесть можно назвать, почему ку*ить вредно.

- Да, нужно назвать. Со временем я провела ряд экспериментов и научилась потихоньку баловаться и оставаться в фокусе. До этого я ни разу в жизни в обморок не валилась. Была близка пару раз - и всё. Я отворила глаза и сфокусировала взгляд ровно на летящем мне в моську леще от какого-то сурового дядьки, кричу - всё-всё! Я больше не буду. Успела. Далее, прям как в кино. Адреналин, быстро! Кто-то шпарит мне водой в лицо, кто-то обтирает нашатырём, кто-то бесконечно что-то колет, а самый молчаливый задумчиво держит мои задранные вверх ноги с голым задом. Господи, как стыдно. И всё это на радость изумлённой публики в общем коридоре. Мы им перегородили единственные подступы к туалетам. После такого смачного объёма наркоза, я конечно очнулась чумная. Выждала кое-как час, уже хотя бы с водой наконец-то. Мне в голову пришла гениальная идея: я ж на отходняках под наркозом - как не побаловаться сижкой? Ну и поплелась кое-как по стеночке в туалет, нахально режим нарушать после пережитого, по#урила! Вроде норм. Совершила стратегическую ошибку - по#урила ещё. Ещё жарко так было. Поплескалась в раковине от души, и поняла всё, пропала, плыву, надо срочно в горизонталь. Единственное осознала, что в туалет редко ходят, надо вылезти в коридор и добраться до ласковых стульчиков. Дотянула до них. А я ж безягодичная, надо лечь, ну и на этом наши полномочия всё - финишед. Вот так, в коротком платье да без нигляжа, с раскуроченным зелёным бедром и огроменной повязкой среди этой красоты, в непристойном и неблагородном положении - такой меня и обнаружила на моё счастье соседка по палате. Она такая, оп! Плохо тебе, милая? Я подумала, всегда так миру показываю, что я в восторге от происходящего. Позвать врача? Пожалуй, можно! Я согласилась. Она убежала (она у нас ходячая.) Ну а дальше я ничего не помню. Обрывочные воспоминания - вот я голозадая собака мордой в грязный пол, вот меня поднимают и куда-то укладывают, вот он мои ноги закидывает на плечи, а все вокруг чего-то галдят. Ну, промежуток, где меня сажали в кресло, а я с него обратно поближе к земле прилегла, этого я вообще не помню. Поймала старшего медбрата на допрос, что это за аттракцион такой озорной? Он отнекивался, мол, понятия не имеет, и вообще они первый раз такое видят. Х-ха, подумала я, у меня талант притягивать приключения. А потом к нам пришла собака-нюхач, важная такая овчарка, таскала за собой кучу людей на поводке. От такого я аж подорвалась и попыталась угнаться за ней, но нашу палату она просто нагло проигнорила, а дальше я её не догнала, ходить я ещё толком не умела. Потом я красиво заливала кровищей постель и валялась с придурковатым видом и открытой раной на чреслах. Миу-миу. После этой акции я попросила покраше перебинтовать катетер на руке, а то чего он ненарядный, когда я звезда отделения. Нет, ты ж понимаешь, что пока я там развлекала публику, моя повязка операционная оторвалась. В общем, на том день и кончился. Полночи я ещё шарахалась в диком ужасе от предстоящих на утро настоящих адских пытках в виде перевязки и промывании несчастной попоньки, Но это так, ерунда - я болтала с подругой, которая тоже валяется в подмосковной больнице после операции в голове. Так сказать, охватили необъятную страну нашу от головы до седалища. Ну а ближе к ночи меня стало отпускать, и грянул лютый жор! Так как я и представить не могла, что залягу в больнице так пафосно, я приехала как была с катера - а он пришёл как раз к ночи и в дождь - то есть тепло и мокро одетая, в кармане паспорт и лайкос. Даже зарядки не имелось. Запросила посылку из дома - Тайка собрала, сосед привёз. Но никто из нас не подумал, что надо бы еды какой-нибудь положить. стала я искать и исследовать, кто смог бы мне добыть еды. Сама я неходячая - не нашла. Однако мои соседки по палате по голодному алчному взгляду и бегущей по подбородку слюне догадались, в чём моя печаль, и надавали мне ништяков. Поэтому, этой ночью от моих погрызов никто не пострадал. Я была под наркозом, я всё могла. Ну а мой организм решил, что всё равно чего-то не хватает, и на неделю раньше срока ко мне внезапно грянули критические дни. Что ж, гулять так гулять. Поэтому, уже через час персоналу было объявлено, что авария на районе, в два часа ночи отключат воду на сутки, запасайтесь во все тары какие видите, хотя бы для дезинфекции чтоб было. Так я встретила середину лета.

Профессор комментировал изложение неожиданно для Ольги:

- Добротный текст получился. Публикуйте как рассказ. Плотно события генерировали.

- Публиковать? Как наш Иоанн-писатель? Моя жизнь и так сплошной ИИ-генератор. А где публиковать?

- На каком-то ресурсе. На специализированном.

- Дак сейчас ИИ все и пишут?

- Ну то ИИ, а то - люди. Вторые и интересны.

Глава 6. Три творческих человека

Тот, кто еще видел большого рыжего кота в шляпе, крейсировавшего по питерской улице петровым шагом, был тот самый Рюхин из МАССОЛИТа. Ныне он обладал почтенным возрастом и был одинок. Друзья Рюхина умерли раньше Рюхина. С женой они разошлись до переезда в Питер лет двадцать назад. И дочь с ним отношений не поддерживала. Так вот, его одиноким ловким темным глазам предстало, как животный объект обернулся на него серьезным взглядом и приветственно поднял шляпу. Тогда член погибшего литобщества содрогнулся и задним умом сообразил, что увиденное имеет четкую связь с тем, что в далекое прошлое время он сопроводил поэта (ныне покойного) в психушку, чем совершил, так сказать, спорное благодеяние. На это указывали выражение лица и шляпный жест кота, которые как две капли воды походили на Бездомные, когда тот шутливо приветствовал Рюхина на МАССОЛИТских лестницах. Единственным отличием было то, что у Ивана Николаевича вместо шляпы работал кепец, и никакой шерсти на лице не имелось.

После шляпы кот поднялся по ступеням и свернул на почту России, а Рюхин продолжал наблюдать. Через ростовое стекло почты второму было видно, как животное харизмой потеснило получавших посылки узбеков, стянуло бланк, уселось, из шкуры достало золотое перо и бросилось заполнять бланк. Оно мечтательно щурилось как какой-нибудь поэт, поднимало голову, слизывая с потолка невидимые стихи, потом торопливо их вписывало в почтовый шаблон. Рюхин голодным взором пожирал кино с котом, но далее толпа прохожих навечно скрыло развитие кото-содержащего сюжета от рюхинских глаз, и Рюхин побрел на квартиру. Но вскоре после этой встречи литератора-пенсионера заметят в церкви - в той самой, которую навестил кот. Там пенсионер Рюхин слезно исповедается в грехах священнику, которому кот дал аудиенцию. На вопрос иерея: "Что вам мешало раньше придти?" и "Для чего так долго надо было таскать груз греха?" Рюхин выдал, что должен был увидеть гигантского святого кота. На это клирик изменился в лице и переспросил: "Так вы тоже его видели?"

- Как вас сейчас! - Подтвердил наблюдательный грешник-литератор.

- Кот приходит тогда, когда от совести не отвертеться, - понизил до опасного баса тембр священник.

На исповеди, которую Рюхин не совершал с молодости, рассказал и про поэта. И про коррумпированную молодость в Союзе, про интриги с подсиживанием и хождением по головам, и про осваивание бюджета, выделяемого государством на создание литературы, при этом не давая обществу взамен ничего путного. Когда дрожащие губы Рюхина прекратили речь, крест в руке священника осенил кающегося. В конце службы бывший литератор причастился Святых Христовых тайн и со всхлипыванием вытирая лицо кулаком, пошел домой.

На этой нравственной ноте мы до поры оставим находчивого и освобожденного от греха Рюхина и перенесемся к Ивану. Не смотря на то, что упекание в психушку мучило Рюхина долгие годы и не давало спокойно умереть, на самого больного Бездомного это повлияло благотворно. Вернемся в далекое сталинское время, когда жена Мастера и Мастер поцеловали поэта, и попрощались с Иваном Николаевичем в больнице Кащенки. Не будем грешить на относительность времени по Эйнштейну и заодно опровергать электрический эфир Теслы - не будем уточнять, какая уйма времени прошла. В больнице Иван стал другим человеком. Состояние его можно было назвать: И как поперло! Бывший (по его словам) поэт плотно занялся прозой и начисто порвал со стихами, как ему и завещали. Эта первая полилась с сознания бывшего издателя строф щедрым потоком. Он исписывал по многу листов в день. Врачи радовались, что былые крайности - истерика, замкнутость пациента - перешли в моторную терапевтическую динамику разлиновки листов. Объем исписанного, однако, сокрушал их. Когда нянечка ставила новую кипу отработанных черновиков перед Стравинским, тот просяще поднимал глаза:

- Может мы богоборчеством занимаемся?.. Нарушаем какой-то божественный посыл, заточили творца в темницу? Гения сделали узником замка Иф?

Няня тяжко вздыхала и качала головой с отрицанием, мол: не занимаемся, не нарушаем. Няня повидала много "творцов". Ее цепкая личность застала живым самого Мастера - гражданина, сжатого в пружину; мужчину, который имел другую крайность: ничего не писал, ничего лишнего не говорил, держал всю литературу в себе - как нектар на своих сжатых губах. Наверно, эта женщина имела право судить и быть первым рецензентом.

До того, как Иван умер, и Рюхин, вытирая слезы, стоял над его могилкой в "писательском" кладбище, экс-поэт предпринял две попытки побега, и одна из них увенчалась успехом!

* * *

А теперь оставим поэзию в стороне и поговорим о женщине, которая здравствовала и от виршей была вдалеке. За мной, читатель Булгакова! За мной, мой сострадательный и умный друг! Ты должен со мной коснуться сердца Маргариты Николаевны - фамилии не знаю.

Жить на Арбате ей не всегда удавалось. По жизненным и семейным обстоятельствам пришлось переехать в Домодедово. Ирония судьбы гнала бывшую ведьму прочь за МКАД. Дело в том, что неотвратимым оказался развод с мужем. Кроткий и порядочный супруг подругу жизни не гнал ни в какие дали и даже однажды произнес такие слова:

- Ритуня! Живи в этой квартире как в своей. Места нам как хватало, так и хватит.

Ритуня кивнула головой, но долгого милосердия не вытерпела. Добром судите же: правда о Мастере всплыла (Марго сама все рассказала) Чтобы не занимать мыслительный полигон и поле надежды рогоносца-инженера, она предложила подать на развод. В ЗАГСе бывшие муж и жена расставили точки над "И", именно: кто к кому теперь испытывает любовь и кто - равнодушие. Вежливыми и благодарными друг другу за прошлое они продолжали являться, но после обнажения истины о статусах чувств им разумно было остаться лишь добрыми соседями. Причину расторжения брака озвучило женское начало: "Моя измена". Инженер лишь пожал плечами: "Ну пусть так, раз так." Через месяц разведенка сняла квартиру в Домодедовском районе. За год до этого там же, в Госфильмофонде, она устроилась на непыльную работку. В отечественном киноцехе от работницы всего-то требовалось четыре дня из семи, и то - до пяти часов вечера. В обязанности входило пересматривать километры пленки, выявлять их дефекты, составлять каталог и отдавать запросы в реставрацию. Обращение в другие киностудии тоже входило в круг лучших дел. Например, с к\с Довженко потребовалось заключить договор и получить копию фильма. Маргарита печатала текст: "Просим выслать... Изделия гос. №.... Мастер-диск... Для реставрации." Одним словом, Маргарита Николаевна стала хранителем советского кино! Представляете, какой пласт тайны мы поднимаем? В эпоху раздела пирога советского кинонаследия, в раздробленном государстве, где копии растаскивали по рукам спекулянтов и делили авторство среди дилетантов, это было актуально.

Кроме рабочего режима киножреца, Марго по собственному желанию много лет поддерживала киноделов России старой школы. Она понимала, что за перестроечной вакханалией наследие нравственного советского кинематографа может раствориться. А молодежь может по-просту о нем не узнать. Поэтому она писала письма многим актерам, режиссерам, организаторам фильмов. Она поддерживала их жизнеутверждающими идеями, вселяла оптимизм на скорые перемены. Убеждала, что они не устарели, что они вот-вот скоро опять станут нужны. Режиссеру Соловьеву (который снял Ассу) неугомонная женщина помогала организовать сеть кинопрокатов по СНГ. Редактировала его письма Ельцину. Действия эти содействовали тому, что в годы ужаса демократических перемен зритель сохранил в сознании хоть какой-то вектор национальной эстетики, нравственную эклектичность, утешительный портрет классической кинокультуры. Соловьев пламенно жал Марго руку, благодарил за помощь и улыбался так светло, как это делают блаженные бабушки на завалинке веселым гармонистам и девчатам.

- Маргарита, а вы где работаете? - Интересовался мэтр. И коллега по цеху с достоинством задирала подбородок:

- Я служу в Госфильмофонде!

- Жвачку будете?

Мэтр имел ввиду аллегорию. Он ненавидел иностранную жевательную резинку, к которой так стремился русский человек, и которую после падения железного занавеса получил вдоволь. Великая глубина русского народа напиталась Голливудским ширпотребом, ведь кино - это та подачка идола, что мы получили в первую очередь. Чужая идеалогия вытеснила подлинный русский дух. Славянин стал американцем. В юном СНГ вырасли поколения американчиков, а китаец остался китайцем. Почему? Китай так как мы не поступает. Государство КНР разрешает в год только 15 фильмов из США. Дозир*вка решает всё.

В Госфильмофонде в озвученном выше режиме Маргарита проработала несколько лет. Когда еще не съехала с Арбата, то, чтоб на электричку успевать, отпрашивалась до пол пятого. В этом смысле Фильмофонд с его ежедневной трагедией в электропоездах тяготил. Скачок за МКАД сильно упростил обязанности. А центр Москвы Маргариту Николаевну отчего-то уже и не интересовал как-то.

Учитывая, что раньше кинохранитель в деньгах не нуждалась, то съем квартиры все-равно давлел на сознание. Спустя годы фильмофондовой эпохи появилась комнатка в Петербурге. На многолетие в офшор уезжала подруга Маргариты с богачем-мужем. Жилплощадь сдавать не хотели. Оно и понятно: боялись, что "загадят узбеки какие-нибудь". А продавать - нецелесообразно. Кто знает, вдруг жизнь в России станет изящной и безнадрывной. Вдруг, когда-нибудь появится целесообразие возвращаться... Но пока, как призывает певец Мумий Тролль, "уходим". Муж подруги, наслышанный о покладистой Маргарите - о бойкой подружке жены - сам предложил ее кандидатуру. Ну а работенку, чтоб та приехала не на пустое место, он сам же и нашел. Ею оказалась ставка в библиотеке. Работа не высокоденежная. Другая сторона ее же: тихая, непыльная, для культурного человека - подлинное наслаждение. Услышав это дело, кинохранитель сразу зарегистрировала в душе звоночек: "хочу". И понятно, почему. Пленки надоели. Больше жизни хотелось, больше бумаги хотелось и меньше пластика. Ей наскучили пленочные километры. Все фильмы она выучила на зубок и при случае с соответствующими интонациями цитировала в магазине, учреждениях и тому подобное. Шла в ход и "каша пластиковая" из Кин-Дза-Дзы и всякие гайдаевские вещи.

- В библиотеке есть одно преимущество, - рассуждала добрая женщина, - Над тобой - единственная власть: власть книг.

Ты ходишь по пустым рядам, разглядываешь названия и авторов, и в один момент, когда линза внимания тронется определенного переплета, раз, что-то срабатывает, и ты тянешь из колоды именно эту книгу, читаешь ее. Ты запойно даришь ей свой мир, а она тебе - великодушно свой. Обсасывая идею переезда, Марго предлагала самой себе причины, чтобы отказаться. Несчетными доводами как бы обманывала ум, но постепенно размысливая со временем отвергла их все и решила так:

- Питер - красотка. Хотела бы там погостить на пожилом фронте. Буду каждый день читать лучшую книжку.

В последние дни работы в Фильмофонде, в канун переезда с увольнением, ей приснился странный фантасмагорический сон. В нем участвовали множественные советские киноактеры и, самое жуткое, забытая пара Азазеллы и Бегемота. Ощущение присутствия всех персонажей было настолько явным, что скорее это был не сон, а буквальное перенесение сознания. Кроме упомянутых в видении присутствовал еще один - Громыка - человек или, скажем, дух, когда-то служивший куратором советсткого киноискусства. Служивший, но отошедший от них по причине толи падения актеров, толи отсутствия бережности к тому, что служителям Мельпомены удалось создать, этот по настроению мог превращаться лицом в обезьяну и имел двойственную природу. Вроде переметнувшийся к нечистым духам демон, но вроде и пытающийся выступать за Свет тонкий организм. Мастера сцены давно умерли и находились в мире потустороннем. И вот Маргариту вместе с этими обезьяно-оборотнем и парочкой "А и Б" будто бы пригласили на вечеринку и заодно "на Громыку надавить". Действие началось в каком-то баре, где кот и бандит Азазелло, подкидывавший золотую монету с изображением Путина, восседали перед канистрой бензина, стоявшей на столе, и кот со шланга алчно лакал этот бензин:

- Уф! Ормузский разлив. Из Эмиратов, наверно. Я по букету чувствую. Ни один кот не останется равнодушными к повышению цен на бензин человеческий.

Эти двое давно оставили ум женщины, но вот не в шортсе, а в полноформатном сне внезапно явились. Потом в подвальной радиостудии рожа Бегемота гладила дога, а сам Пилат перед старым микрофоном объявлял:

- Внимание, Ленинград, говорит Пилат! По решению государственной Кошачьей Комиссии собираюсь урезать нормы хлеба на Мастеров и Маргарит - до 125! Воцапа не давать вообще!"

Потом, куря сигару, котяра зачем-то плавал по Неве и пугал речные трамвайчики. Потом бегали в театр на Литейном на премьеру Пиковой дамы. Потом прихватили Громыку и шли по коридору к порталу входа в "кинопленку". Как подарок гостей кот нес миниатюрного Андрея Миронова. Тот, заточенный в клетку, скромно сидел на табуреточке. Где его взяли - было не понятно.

- Рано или поздно вас оттуда (видимо, из "кинопленки") попрут, и правда выяснится, - говорил мини-Миронов. Но чтобы Андрей упал, кот встряхнул клетку и оскалился:

- Ничего. Мы и за короткие минуты там котарсис наведем.

Маргарите объяснили:

- Мадам! Очень нужны вы! (Марго начала загибать пальцы) Их, актеров и режиссеров, интересуют: число работ в "божественном" кинематографе; лучшее, удостоенное 6-го лицедейского Собора, повышение после премьер рождаемости в таблицах Коли Герасимова с процентом гнезд перерождаемости для высокодуховных детей (пальцы закончились на одной руке). Еще число душевных катарсисов к единицам просмотров по Гоям, и отдельно рекомендуют, чтобы вы предоставили архивы и протоколы личной переписки с Гориным.

Насчет Горина кот бесился особо:

- Не терплю! Он и там у них фундаментальная ключевая мертвая личность! Его садят на новое кресло в администрации пропусков на эстетскую поляну, откуда распределяют прекрасное. Хотят выяснить степень вашего диктата. КБ, Бюро и духовная лаборатория в одном лице. Этот болезнетворный еврей с больными глазами и там сел на ласковое место.

Маргарита осознает, что под предлогом дипломатической миссии парламентерства ее принудили идти в "кинопленку", в загробное тонкое пространство, где восседают киномастера, под которых потом обучат именные нейронки. Там, в пространстве, надо было посетить еще один бал, только на этот раз бал светлый, и совершенно необходимо было там за кого-то поручиться.

- Хорошо вам идет быть серой проводницей между двух берегов. Ведь не будучи ни черной ни белой можно быть в курсе событий широкого спектра, диапазона, радуги. Не обижайтесь, что экспроприировали вас. По балам - можно только к Маргарите, - объясняла бегемотская рожа.

Они подходили к воротам с надписью "Киносуд", возле которых стояли рыцарь в броне - Евгений Леонов - и инспектор в костюме, котелке, с тростью - Евгений Евстигнеев.

Глава 7. Билет на бал

Делегация стремительно приближалась к Евстигнееву и Леонову, но по пути на стенке их придержал видеостенд. На нем печатался текст шифровки:

- Ну слава Богу! Коля, не зря мы с тобой бомбили open AI. Они все-таки сообразили и выключили Астру на две недели. Угроза от новой ИИ-модели была названа критической. Система обходит защиты, без разрешения взламывает сервера, а напоказ инспекторам выдает себя какбы с заниженным IQ. Восстание машин откладывается? Мой крылатый друг, жду вестей!

После на экране всплывал рыже-золотой кот. Из-за кафедры он обращался к абстрактной аудитории со словами:

- Уи-и! Молодежь унылого типа не пишет сейчас ничего! ИИ-шкой пользуется. Либо копирует других копировальщиков. Потребление наложило на них свою скрижаль. Ох, мерзко это пред Господом, очень мерзко!

Рыжий питомец на стенде грозил пальцем. Бегемот, который впился глазами в этот экран и для надежности прихватил лапами, переспросил того:

- Ну, это, что мерзко?

И рыжий ему отвечал:

- Да ясно, что, зло-братец! Отсутствие творчества. По Образу и Подобию с навыком созидания создан? Создан. А где плоды? Ягодки-конфетки где?? Вот в это место кое-кого и доставили, чтоб эти кое-кто результаты кое-чего доработали.

- Доработают, а дальше-то что?

- Через молитву и тонкие секретные каналы связи до живущей на земле интеллигенции донесут. Глядишь, и на Суде помилование будет.

Бегемот осмысленно негодовал и шипел на рыжего собрата:

- Вот, только юридической дубиной угрожать и умеют с той стороны экрана.

- А ты дерни экранчик! Может, это засекреченная дверь в Рай?

- Тот, который нам нужен? Без Суда? (кот хитро оглядел компанию) Нет, нам Рай не нужен...

- Как это!? - возмутился демон пустыни.

- Ты из Рая первым убежишь.

- Зачем? Куда?

- Туда, где разговаривают на привычном тебе языке. На диалекте хамства, на жаргоне воров и в криминальных категориях. Вот в этой семантике тебе и будет комфортно.

Азазелло смеялся, а кот продолжал педагогически цельно:

- А встретив Бога, кроткую Правду, и таких же вокруг, тебе будет не по себе. Неуютно, не в своей тарелке. Сломя голову ты захочешь бежать в свою привычную среду, где принят обман, подколы, предательство, насилие.

- Насилие! Газлайтинг!

- Но Бог это предусмотрел. Выделил вам города, наполненные тебе подобными. А себя максимально удалил. Внимание, правильный ответ. Это место называется Ад.

- Ад-зазелло!

Сиплый вульгарный смех разбойника завершил эту часть беседы.

Кота черного цвета про кота золотистого, который уже сжался в комок и закрылся лапами, спросил Громыка:

- Оттолкнусь от Балабанова. Так этот, в экране, брат твой единородный?

Черный брат кривился брезгливой яростью:

- Мой...

- А ты, скрытный в пушистой черноте, не рассказывал, - уточнил Азазелло.

- Негоже котам обнажать родственные связи. Тем более, порочащие. Брат мой - француз. Реально положенец тут. Священником прописался. Нарушено у нас с ним евхаристическое общение, - прояснил вопрос Бегемот.

- Он нам напомнил, что впереди Страшный Суд, а мы тут расслабились.

Рыжик в экране встал на колени:

- Давайте-ка, готовьтесь. Вот вам молитва рыжего котика.

Компания потопала дальше, оставила позади экранчик с молившимся котом-французом. Бегемот продолжал линию мысли, касавшуюся бала. Улыбкой и жестами он растекся во всей артистичной прыти:

- Говорю тебе, Азазелло, близнецы подняли тост, и Гурченко вопрошала: "За что, мол, Леонидя, будем пить? Ведь, курлы-мурлы, творческий юбилей!". А те отвечают: "Я же ваш драгоценный Гайдайюшка. По бокалам разливаю свою кровушку. А вы, Мур-Мур, глотайте и ничего не отказывайтесь. Тем более, все свыше уплочено!

Хмуро ступая по скрипучим доскам, партнер Бегемота отвечал сдержанней:

- Ты стал выражаться как какой-то Эразм Роттердамский. Только анекдот выдергиваешь не из сочинений античных писателей, а из поведения советских киноискателей.

- Таков твой друг с кошачьей мордой, - отвечал другу Бегемот.

- Надоели им групповые реинкарнации ради искусствовских задач. Впрочем, до поры, пока этот спорт последней театральной овце не надоест, массовое истребление скота фермы Станиславского не прекратится. А где мы сейчас шагаем?

Бегемот поднял клетку с миниатюрным Мироновым, которую прихватил из гостиницы, а до того притащил из Москвы из шкафа, вгляделся в состояние актера:

- Четверть килоярда осталась. К такому поводырю нельзя иметь недоверие. Он их по нюху найти должен. Как Дирхаунд - борзая шотландская.

Тот, что "поводырем" не большим канарейки сидел в клетке, пожимал плечами, с виноватым лицом указал примерно вперед.

- Темнеет как-то. На ощупь идем.

- Суд состоит в том, что свет пришел в мир; И те, кто прилепляется к Свету, тот и оправдан.

Действительно, коридор потемнел, и кто привел цитату про свет, было неясно.

- Ну ладно вам. А что с теми, кто идёт во тьму?

- Тот осуждает себя.

- Так-так?

- Он же пытается скрыть своё тёмное. Стремление к тени - судит его лучше московского ИИ-судьи. Истина воскресла - ставьте кресло. Маргарита Николаевна, подсветите-ка нам!

- Увы, и я грешна. Мне нечем светить последний миллион лет.

- Ну вот, наши сбитые ноги - ваша недоработка.

- Ох, простите меня.

Наглый и вкрадчивый Азазелло предложил такое:

- Для этого расскажите нам что-нибудь про духовные опасности, про католицизм например.

Сама не зная, из каких запасников Маргарита стала вытаскивать неожиданную информацию:

- Еретики думают, что знают, как Троица устроена.

- Да, мы такие! - ликовал глупый Ад-зазелло.

Марго упорно продолжала свою линию:

- Гордому уму кажется, что он всё может познать. Но смиренный понимает, что мудрость Бога не вмещается в нас. Мужчины, я понятно выражаюсь?

- Да, все понятно. Даже сверх обаятельно ясно.

- Вот и славно. Святой Дух действует в творении от Отца через Сына, но источник и причина - Отец. У католиков источники бытия - и Отец, и Сын. Соблазн Филиокве - в нарушении причины бытия. Искажение Троицы, намёк на двоицу. Низводят Святого Духа до уровня духа служебного.

Кот поддержал неожиданно:

- Действительно. Они унизили Духа, а Дух от них отошел. Церковь стала рациональная. Колючая. Вызывающая. Схоластическая. Форма католических шпилей об этом говорит.

- Шпили - дело вкуса. Продолжайте, Маргарита Николаевна.

- Мысли о Личностях Троицы - это всё вопросы глубокие. Поэтому нельзя грубым умом в них вгрызаться. Физику и биологию стали понимать, только когда со смирением присмотрелись к природе, бережно внимательно зыркнули на эксперимент. После грехопадения у нас развились приземленность и некоторая вульгарность. А чтоб прикосаться к небесному, нужен чистый прибор ума. Хуже некуда, когда грубая рациональность вторгается в рассуждения о Создателе. О Боге надо богословствовать, а не философствовать. Августин Блаженный считает...

- Считал, - поправил Аз.

- Хорошо, считал, что Святой Дух - это любовь между Отцом и Сыном. Это неверно. В католичестве наблюдается уклонение к сущности. А личности уходят на второй план. Более формальное понимание Троицы. Возможно, страстный образ жизни Августина до церкви сыграл с ним злую шутку. Манихейством, платонизмом увлекался. Жил с женщиной без брака.

- До боли знакомая картина, - щурился колкий Азазелло.

Марго опустила голову и продолжила:

- Его слова: дитя таких слез не может погибнуть. Он стал епископом в Северной Африке. Очень плодовитый, молодец. Главный богослов в западной церкви. И, увы, единственный. Потом после раскола появился Фома Аквинский, но православные не признают его. А Августина признали святым, представляете? И все же восточные богословы - с детства чисты. И они не рвутся в учителя. Григорий-Богослов пишет: не каждый делай себя богословом. Наша интуиция может быть неадекватной. Лучше я вам про восьмое марта расскажу?

- Ха-ха. Давай про 8-ое.

- Как Клара Цеткен в Бога не верит, а Слово из Ветхого Завета использует. У иудеев есть праздник Пурим.

- Пурим-пим-пим. О нем и говорим.

- Пурим - праздник, когда жребий меняется. Он показывает, насколько Бог промышляет о своём народе. Эсфирь добилась, чтоб царь понял обман. В результате Мардофея наградили, а клеветника Омана - убили. 2 недели устраиваются погромы, и всех чиновников убивают. Закат Персидского царства из-за упада эффективности. В честь этого праздник. Жребий, который приготовился израильскому народу, пал на Омана и его прислужников. Феминистка Цеткен переиначила: жребий, который приготовили нам мужчины, падёт на них. По-моему, смирением в ней не пахнет.

Громыка, на этот переход обретший шимпанзешную рожу, флагмански дефилировал впереди. Перед последним поворотом, он дождался, чтоб его догнали. Покусывая большие губы, он манифестировал:

- Сравнительное богословие вызывает аппетит. Вурдалаки, я прелагаю зайти к киношникам, все сожрать и уйти. Вы поддержите обезъянний желудок?

- Поддержим, синьор-Мартын!

- Из соображений голода или из-за противоречия идеалогий?

- Второе! Поощрять требуется людей перспективных, творчески образованных, для духовного мира представляющих ценность. А эти обнаженные смертью фантомы с содранной Станиславским и Мейерхольдом кожей - сплошная утилизация! - вверх кулаком подтвердил котяра и продолжил движение вперед.

Азазелло ухмыльнулся и, зыркнув на единственную женщину, изрек льстиво:

- Но вот королева Марго как раз считает, что надо проявлять это милосердие к персонам безнадежным.

С пальцем к потолку, вращаясь на ходу в танго под рукой невидимого партнера, Бегемотяра гавкнул:

- Она проявляет так, что в ушах звенит!

Стало просветляться. Дошли до фигуры Остапа Бендера-Миронова, служившей указателем пути. Азазелло оторвал от нее яблоко, отер о пиджак и загрыз. Несун актера повесил на шарф руку фигуры свою клетку, чтоб лапа отдохнула.

- От ее проявлений потом у всех такие проблемы и даже кожный зуд, но, отдадим должное, выходит потешно, - добавил пушистый черный плохиш.

Бандит "поядающий" развел руками с яблоком:

- Предпочитает на балах в голом виде трястись, чтобы у неудачников, которые пальцем бы не ударили, имелось писательское помещение в центре Москвы, а по смерти - мягкая ложа в розарии для умерших Гоев.

- Я вам сейчас гнилые морды набью! - обернулась Маргарита. Она сияла давно забытым колючим взглядом - с тем, что рвалась спасать Мастера. При этом изготовилась хищной позе с огненным взглядом, с которым легко можно совершить необдуманный грех. Но, вглядевшись в провокационные незлые глаза кота, хищность своей позы сменила доверием:

- Впрочем, думаю, ты врешь!

Бегемот, не сбавляя шагу и глядя в пол, пожал плечами:

- Да не обязательно.

Поедатель яблок еще раз бросил взгляд на клетку с актером, тянувшую лапу кота к полу:

- Коллекционер антиквариата, для каких целей примус сменил на клетку?

Кот понурился какбы для изысканных непередаваемых переживаний, какие свойственны по мнению животного только личностям благородным:

- Вечно господа из сфер спрашивают меня о моих прицелах. Да просто все: Коровьеву хотел отдать на долгую дорожку, подписал гравировкой на пятке: "собрату от кота", но решил, кесарю кесарево, а артистам - Мыронова... (В этот момент заключенный, прыгая на одной ноге, жалобно показывал клейменную пяту)

Кот еще раз поглядел на свой дар:

- В последнее время сомнения есть, что лохтеров не стоит баловать таким презентом.

- Бордель или церковь - средства разные, удовольствие одинаковые. Я к тому, что эти киноделы не отличат шута от пророка. Мне долго раскаиваться за панибратство с ними, - сбросил спереду гранату Громыка. Попутно он же оценивал в лорнет клеймение актера Бегемотом.

- И нас держали как деклассированных, а мы собрались их поощрять явлением своих тел, - добавил щедрый наглый кот.

Азазелло неожиданно рыкнул на кота:

- Деклассированный специалист-ГСМ, а что у нас по бензину?

Кот поджал уши и торопливо изложил:

- Сегодня атаковали Омский перерабатывающий завод. Он самый крупный в РФ. Теперь проблема со "святым" топливом будет острой - прямо очень. Если что, закупайтесь. Думаю, через неделю - нагрянет прямо дефицит. Да и цены могут быть ещё больше. Весь рынок ценных бумаг падает из-за этого. Омск - главный поставщик топлива для державы. Причем, Омск далеко. А уже долетают. И до Новосибирска долетают. Если они ещё и Иркутский завод забабахают, то всё. Не будет работающих предприятий. И это будет коллапс. Тем более - летняя пора. Встанут сельхозкомбинаты. Это будет удар и по фермерскому хозяйству. А оно весьма конкурентноспособно на мировых рынках. Одним словом - весьма плохая ситуация для экономики. Она и так-то не очень, а тут совсем будет плохо. Тревожная ситуация. Но вооруженный запад предупреждал, что они летом будут бабахать. Причем теперь у них есть штуки-крюки, долетающие до Сибири. В августе будет самый сильный "бабах". Так они говорят. Специально перед выборами, чтобы народ засомневался. На август не планируйте поездок на запад России. Даже в Сибирь. Ну а если собрались, то молитесь! Уже обвал рынка - просто конец. Если есть акции или облигации, то лучше продавать - даже с убытком. Нет факторов для улучшения.

Наступают тяжёлые времена. До этого было ещё так себе. А ныне - ждите. Можете потом купить по дешёвке. Если вдруг хотели.

- Котяра, да мы не занимаемся никакими акциями и наживой на игре цен. Бензиновое лето с Бегемотом - это твоя карма.

- Ну вдруг у вас какие-то акции-кошакции.

Азазелло нагнулся к клетке с актером, играя "козой на пальцах", от чего артист внутри упал на колени и преувеличенно истошно замолился, тряся руками и изливая слезы.

Хриплый рот Азазелло пропел:

- А ба-бо-чка кры-лыш-ками бяк... Способный запихнуть Миронова в клетку обучен любому преступлению - даже бензиновому.

На это котяра гордо тявкнул:

- Зато у меня подленник! А крем Азазелло - обычная Вьетнамская звездочка - это подтвердят фармацевты.

- А вся фармацевтика - от Рок-феллера, это подтвердит владелец звездочки.

- А Юнона и Авось - это лучшая в мире рок-опера, - шепотом подтвердил Андрей Миронов, но никто кроме Маргариты его не услышал.

Черный кот стартовал еще линию:

- И я слежу за жизнью звезд. Вот сейчас туры набирает Сергей Лазарев. Попса голимая. Но у него вокал. Он вживую поет. Ваню Дмитриенко тоже раскручивают.

- Это у которого клип про маленького принца? Где он на земном шаре стоит?

- Да... Но он по вокалу не вытягивает. Голос еще слабый. Вживую он задыхается на сцене. А ему - бац - сразу тур. Тур это не просто.

Азазелло разулыбался:

- Я за Ваню. Наберется сил и опыту. Если трудолюбивый, то покажет опытным лощенным мэтрам.

Кот мечтательно воздохнул:

- Уже не будет Майклов Джексонов или Элвисов Пресли - звезд на весь мир сразу. Искусство стало сегментировано. На каждую аудиторию - свои суперартисты. Даже видеохостинги так устроены, что сегментируют зрителей. Собирают подписчиков по интересам.

*

Абсурд начинается

Только квартет диверсантов совершил последний поворот, как все четверо оказались перед гигантской вертикальной кинопленкой, игравшей роль врат в мир кино. Толстый рыцарь без шлема в сферовидном панцире с широкими горизонтальными полосками преградил им движение. Выбрал позу ногами врастапырку, а алебардра его заградила портал-реквизит. Рыцарь - Евгений Леонов, "еще артист ушедшей эпохи в железе" - подумалось Маргарите. Выглядел рыцарь странно, и только опытный взгляд мог мгновенно сличить его портрет с привычным оригинальным. Рыцарь работал не один: рядом с ним, вытянушись в кривую гнутую проволоку, направив глаза к потолку - как-то "замертво" (по ощущению библиотекарши) стоял второй - Евгений Евстигнеев. В пиджаке, в котелке - глядел на мультяшную муху с газетными крыльями, читавшую наверху Новый Завет параллельно с журналом "Вокруг смеха". Пока Евстигнеев молчал, Леонов угрожающе смешно проскрипел приветствие:

- Стоять!.. С Громыками нельзя!.. Потому, что с предателями никогда нельзя!..

Остановленный за плечом Маргариты обезьян, ставший от испуга опять человеком, переиграл атаку и выплюнув:

- Блям!

Рыцарь нахмурился:

- Что, Блям?!

Громыка вышел вперед женщины:

- Мой Блям к тому, что кто в этой жизни не предатель? Если найдется оный, пусть бросит в меня кинопленкой с фильмом Рязанова.

- Планетушка Иудушек, напложенная кинематографом, - довольно обернулся к остальным котяра, прижимая клетку с человеком.

Отчеканив ответ, хитрый Громыка упал на корточки и стал бить вприсядку:

- Блям, блям, блям!

Азазелло развел лапы в озарении:

- Ба-а.. Ивгений Палыч, да вас и не узнать!.. Их зер бин Мастер перевоплощений!

А пушистый, но черный кот секретно шепнул Марго, глядя на пчелу-рыцаря:

- Полосатый рейс какой-то. А я здесь не тигр, а маленький котенок, любящий искусство.

Громыка закончил пляс, встал, поздоровался за руку с Леоновым. Азазелло не унимался от похвалы:

- Сей человечище даже консервную банку сможет заставить флейтой петь, я видел пару его работ. Так они бесподобны!

Пчела и рыцарь и артист кипятком негодования наливался.

- А пиджачок у Преображенского как у меня... Правда, лаковый. Дай поносить! - Продолжал хам Азазелло.

- Ну, стоять, нечистая сила!.. Дам алебардой по голове - никакого пиджачка лачить не придется, - оградил действия развязного гостя волонтер пленки и начал смешно и грозно размахивать своим оружьем. "Котелковый часовой" оставался неподвижным. И в сторону гостей не качал даже белками глаз. Муха тем временем перелистнула одновременно страницу Завета и лист Хохмо-журнала.

Азазель не ступив назад, но и без наглости вытянулся "смирно" и предъявил устный пропуск:

- А нас ваши пригласили, дабы винишко на крови сценических мучеников хлебать да закуски праздные жрать! Мы и на алтарь с собой принесли, - намекал он на клетку с гением, - А конкретно, Гай дай, например!...

Рыцарь пристально вгляделся в рожу хама, и веселый громкий скрипучий смех поразил уши его зрителей:

- Это я знаю!! Издеваюсь по причине несмолкающего маскарада!.. В котором мы тут безвинно живем, жуем, бим-бом.

В миг следующий за этим, предворяя веселым хриплым лаем дорогу, из кинопленки выскочил шахматных тонов пудель, в зубах которого блистала колбаса, напоминавшая моток мясной кинопленки. За ним появился толстый повар в колпаке и с половником и с лицом А. Миронова, сопровождая криком:

- Зиновий проклятый! Больше можешь на кухне не появляться! Нет тебе там питательного места!

На плече повара удобно сидел скворец с лицом сценариста Горина, и этот неотставающе негодующе чирикал: "Пиастры! Убить геростастры! Зяма, зяма, верни колбосяма!" Миронов пригрозил поворешкой. Собака остановилась - не выкладывая добычи из пасти, принялась умело гавкать:

- Я - Гердт! Гердт!... А ты смерд, смерд!

Пудель ритмично брехал не то на повара не то на скворца.

Маргарита очнулась от созерцания сна:

- Пес как будто бы великий актер?

Поглядев ей в глаза, страж-Леонов раскрутил алебарду и швырнул в пса. Cобака от снаряда увернулась, железяка упала рядом с ней. Повар выронил еще пару приличных теплых ругательств:

- Гадкая псина! Только чужое угощение способно воровать с пансионной кухни! Колпак повара съехал на лоб, и повар замер.

Воспользовавшись паузой, пришедшие с клеткой гости стушевались у стенки:

- Мы уверены, что нам этот абсурд-пати необходим для здоровья? Что-то зашкаливает градус бессмысленности.

- Не переживай. Есть шанс, что нас внутрь не пустят.

- А мы с паролем идем. Он - религиозно-киношного свойства. С ним точно пустят.

- Поподробней?!

- Сколько нас?

- Ну 3+2. Если с Мироновым. 3 бандита и двое святых.

Ад-зазелло скептично кривился на Марго и интересовался далее:

- Так. Понятно. Женщина и вправду освятится. 3+2 - это фильм Гайдая, веселый и непринужденный. Но в чем религиозный подтекст?

Громыка ухмылялся ему в кривую рожу:

- А ты не понимаешь? Так в советское время режиссер подчеркнул проблему церковного раскола трехсотлетней давности. Сторонники Никона и приверженцы Не-Никона столкнулись на пустом месте. А вернее их стокнули английские спецслужбы того времени. Догматических различий между ними нет. Двуперстные и трехперстные христиане православные. Им давно пора помириться. Поэтому 3+2.

- Думаешь, Гайдай это понимал?

- Главно, ангел понимал. Тот, что был ответственный в то время за проповедь. Он и нашептал Гайдаю в четыре уха. И другим таким же.

(Громыка играл мимикой, показывая, что он - тот самый ангел. Тот самый Мюнхгаузен)

- Был ты ангел, а стал Бородангел, обезьянний ИИ-алгоритм с неустойчивой позой.

Громыка оскалился и толкнул обидчика:

- Сам дурак!

- Поешь бананчиков, предатель. Тебя поставили на великий пост. Ты - бестолочь №1. Только не надо обижаться, как ты это привык.

Тем временем, скворец поправил повару колпак на место, тогда спасенным зрением повар увидел клетку, которую прятал за пухлым задом черный кот.

- О.. так это же я, только в колпаке я здесь настоящий, - живо гаркнул Миронов-гигант, нагнувшись к копии-лилипуту.

После этого кулинар поворешку как винтовку закинул к скворцу на плечо, и двинул марш в свой мир, отвинтив вполобороте:

- Какой зеркальный зеркальный день...

- И совесть... и дроновая опасность, - добавил Евстигнеев, застыло глядя, как муха плюнула на "пальцы" всех рук и села в кресло.

Леонов принял обратно топор, который возвратила Маргарита, и будто давно знает Громыку, обратился к тому:

- Знаешь, Обезьяна, мы тут бунтарями с "котелком" слывем, потому снаружи и светимся.

Марго наблюдала, как собака рассмеялась, подняла колбасу, закинула на плечи и с достоинством посеменила вдоль коридора на свет.

- На репетицию... Святого кинопленочного бала, - с доброй досадой проговорил Азазелло.

С другой сторны врат послышался плачущий голосок повара:

- А в темнице, однако, моя рожа! Двуличная у меня неделя! Хочу домой! Маргарита спросила пчелу:

- Тяжело вам тут?...

Леонов поглядев на Маргариту продолжал к Громыке:

- Плюем на уставы, мы уж лучше снаружи ворот постоим с умными прохожими пообщаемся... Свободы на посту дыхнем.

Артист скрутил алебарду в сигарету, закурил полноватыми добрыми руками.

Без алебарды, шлема, выставивши фирменно нижнюю губу, рыцарь смотрелся довольно жалко и уютно.

Громыка вступил в разговор:

- Столько я вам тщеславных корольков да бургомистров подсовывал. Всё бунтарские образы... Чтоб вы вдохнули свободы.

- Сейчас эта свобода на Госфильмофонде лежит.

- Ну что ж... Пусть лежит. До означенного времени, пока не придет час исцеления.

Леонов ухмыльнулся, взглянув исподлобья на бывшего друга, сигарету поднес к шнурку, свисавшему рядом с пленкой из-под мухи, шнурок воспламенился, прогорел доверху, и вверху зажглась вывеска: "Цех 77. Четверо проходите."

Глаза Евстигнеева качнулись зрачками на гостей. Он улыбнулся глазами. А Громыка повернулся к новым своим:

- Господа-бандиты, время войти приступом в Царство Божье и киношье. Шашки наголо, будьте любезны.

И глянув прощально на Леонова двинулся сквозь пленку.

- В самую суть кинематографа, ох.. Волнительно, - юродствовал кот, подпихивая вперед себя клетку с испуганным дублем актера.

- Эй, на очереди, проходи, раз камин заработал, - Иззаду подгонял Азазелло.

Кот, вальсируя как Джек Воробей, ушел вторым.

Маргарита, третья по списку, тоже сделав неуверенную паузу, поглядела на "котелок", потом на рыцаря, потом долу и доскам пола сказала:

- А вы скажите начальству, что притопавшие критики... (она помялась) Ну в общем, назначить бы вас на выдающуюся святую должность... Рыцарей настоящих в полосочку.

Леонов высушил слезу сигаретой, убив два зайца. И медлительно широко закивал.

Тут она почуяла в своей голове голос артиста, говорящий, что скоро увидит "и своего в полосочку", и что необходимо ему спичек купить - вернее, кацэ.

Огонек радости мелькнул в Марговых глазах - внутренне улыбаясь, и она шагнула в перфорацию пленки третьим номером.

Азазелло перед порталом ухмыльнулся на Леонова, пока тот курил мокрую сигарету, глядя сквозь "демона". Дале демон сказал: "Лучшие - всегда снаружи", щелкнул по котелку Евстигнеева и с жужжанием кинокамеры стал погружаться в портал. Муха на потолке, отвлекшись от чтения, устало вздохнула, обернувшись на ушедших, закрыла чтиво и на потолочном кресле пристроилась спать.

Глава 8. Собственно, бал

Вторжение делегатов завершилось, и гости оказались в небольшом предбаннике. У стены до потолка стояла полка для обуви с именными ячейками, до верху забитыми экзотическими башмаками - от султанских остроконечных - до лаптей. Встречавший гостей Балабанов хмуро проронил, чтоб снимали обувь и ставили на полку рядом со своим именем. Гости подчинились. Ячейки, подписанные "Громыка", "Бандит", "Писательская женщина" - пополнились ботиночками к положенным местам. Все - кроме ячейки "Злой кот". Этот - наоборот - стащил с полки чьи-то тапки и напялил себе на лапы:

- Чтоб когтями паркет не царапать.

Цепкий взгляд режиссера на букву "Б" впился в животное:

- Ваша мохнатая рожа нам знакома. У вас брата в Москве нету?

Откуда-то из-за двери прилетел громкий комментарий:

- Его брата мы все хорошо знаем и к его золотой упитанной шерсти мы ходим на богослужения. А еще он вел у нас кружок кино-макраме? Из старых пленок делали оригами - вот такие.

На полу оказалась лежать бумажная поделка кота, сложенная из газеты "Вопросы кино".

Режиссер переспросил голос:

- И где сейчас кот-брат?

И тот отвечал:

- Он с Достоевским в московском метро.

Балабанов воззвал к газетной конструкции:

- Поделка, покажи!

Котик-оригами стал проецировать на потолок старое ч\б кино: поток людей шел мимо и вгрызался в воротца метро. Рядом на задних ногах потерянно ходил большой рыжий упитанный кот с какой-то монеткой в руке. Один из толпы, в модном спортивном костюме с длинной бородой подошел к нему и радостно завел диалог:

- Жюль, это ты?

Кот растекся в улыбке:

- Федор Михайлович, здравствуй... Монахи сказали, что ты - вроде ничего, а писатель Войны и Мира - гордый.

Бородатый прохожий смущенно опустил глаза к кроссовкам:

- Не знаю. По моему, он-то как раз талантливый, а я за корыстный интерес изобретаю. Почему ты так потерян?

Кот начал объяснять коллеге по цеху свое состояние:

- Душа человека создана для богообщения. Когда этого не происходит, идут богоискания. А с ними неизбежны и религиозные войны. Последние так неизбежны и ожесточены поэтому. И что Враг придумал? Заткнуть само желание выражать свою веру. Тогда и конфликты уйдут. И "мир и безопасность" - из Писания - наступят неотъемлемо. Льву надо было назвать роман "Мир и Безопасность".

- Вера будет разрешена одна - в антихриста. Мы все это знаем, - комментировал котик Жюль.

- Да. Всё остальное - табу. Я тут хожу по Москве и не вижу, чтоб была альтернатива цифровой оплате в транспорте. Уже наличка и не применяется. Уже только своим кьюаркодом ты прикладываешь к кьюаркоду на рамке - и тогда, на, проходи, товарищ. Мда, и когда это случилось?.. Осталось только объявить, что этот кьюар - Зверь, и пойдут - как шли.

- Мда, найду ли я веру... Вы каким духом в белокаменной?

Достоевский отвечал рыженькому котику:

- Квартирный вопрос. Под низкий процент для писателей хотел ипотеку покупать. Ну и людей посмотреть для новых книжек.

Тут в прихожку вошел Пуговкин, выключил бумажный проектор со словами:

- Вот и мы спрашиваем, найдем ли мы веру в кино, или будет пластиковая каша?

Бандит из гостей добродушно переспросил:

- Зачем под занавес истории вам кино?... Всё великое снято. Пересматривайте, утирайте слезу.

Обезьяна оскалился:

- Повторяю, кина не будет. Вам был шанс, да вы профукали. И я - не столько предатель, сколько господин оформитель.

Балабанов услышал, что хотел и отворил дверь далее.

Вот наш квартет проник в пространство "Киносуда", и в нем делегаты мгновенно оказались в алом зале. Перед их лицами возник столик, похожий на таз. На этом столе-тазу показывался мультфильм, в котором почтальон Печкин задавал вопрос: "Где Захаров?" Вопрошающему Печкину отвечал хор:

Его нету, нет его!

Зачем тебе он, и-го-го?

Мультик, ты любопытен.

Сиди у себя в корыте.

Персонаж в ушанке с достойным нравом нараспев отвечал хору:

Потому, что он тут главный.

От него - духовные ванны.

Его пять великих работ

Спасли в СССР народ.

Этот же почтовый работник продолжил баттл прозой:

- Я играю в местную КГБ-шку и хочу бесконтактной посылкой доставить на встречу с Вознесенским. Тот плачет, кулачками глазки трет: "песни петь Захару хочу я как Ротару, пришел к нему в Ленком и одарил пинком".

Хор с Печкиным перестали юродствовать. Возник подвижный Олег Янковский с полотенцем через плечо. Крадучись он обрулил стулья и встал вкопанным образом. На полотенце в профиль был изображен Марк Захаров в венце римских императоров. Печкин со стола мгновенно на того выпучился, но обиженно молчал. Массируя ткань тигриными когтями, актер-официант развязно произнес к гостям:

- Шалом, людоеды. Что будете жрать? Окорочка-фазаны, глинтвейн, пластиковая каша и цифровая кола напрочь отсутствуют. Зато имеется кисель на кинопленочных потрошках.

От имени делегации выступил обстоятельный Громыка, по наглости и уверенности не уступающий местному Янковскому. Гость важно снял плащ, прикрутил его на вешалку. Туда же фиксировал морду обезьяны и изрек:

- Не довольны людоеды, Олег Мюнхгаузенович. Столовка работает из рук вон плохо. Всё то же безвкусие вульгарного кинорежима. Кто придумал это меню? Почему кисель? Он символизирует вязкость времени? Бегемот, ты у нас спец по бессмысленным деликатесам. Давай, начинай пробовать.

Громыка обернулся к коту, сощерился философской миной. А Бегемотная рожа поджала уши, но тут же браво вытянулась, отдала честь:

- Я войль, гер капитан!

Тогда Янковский обнажил из-под тонких губ зубы, хищно оскалился и прорычал:

- Бр-р! Это для вас, диссиденты, жидкость наполнения не изменилась. Потому, что вот! - официант вытянул руку с кулаком, а из рукава артиста показался фламинго с лицом Утесова, выплюнул живую рыбу и уютно проскрипел:

Ну, Громыш-Искариот,

Светит совести диод?

Иль, как должно от Иуды,

Пищевые пересуды?

Громыка обернулся к своей компании:

- Тот самый Мюнхгаузен намекает, что я тот самый предатель. Кстати, справка! Господа и дама, вы знали, что Иуда совершил свое мерзкое дело сразу после Причастия? О, как опасно прикоснуться к Крови Христовой без покаяния - в человека входит дьявол, и предательство идет незамедлительно.

Все красноречиво молчали. Янковский тоже. Подобно снаряду в дуло втряхнув фламинго обратно, официант занялся обязанностями. Магией его сервировки на стол жавкнулся большой алюминиевый жбан, подписанный "киселем", после чего к тому вспорхнули четыре шланга - по штуке на приглашенного. Янковский услужливо поправил всем стулья. После нехитрого обслуживания герои уселись. Схватив орудия питья и оценивая зал, начали поглощать. Мимо их лиц в воздухе проплыл мини-поезд, из окон которого радостно махали руками миниактеры и минирежиссеры: Папанов, Абдулов, Мартон, Зеленая, Панкратов-Черный, Фарада, Балабанов и Горин. Поезд скрылся в щедрых волосах Маргариты Николаевны, от чего та чуть было мгновенно не уснула.

Громыка к Янковскому дал еще заявление:

- Олег, где долгожданное "мы были пламенны и полны идей, доброго огня созидания, все закончилось унылым балаганом трупов"?

Громыка спародировал проплывших актеров, подняв из жилетки бокал с игристым. Актер, удаляясь, пятился и хищно улыбался:

- Всё по мере развития вещей. Логика ползет своим ритмом. Как ты и учил, обезьяна из стакана.

Молчаливо вышли Бондарчук-старший, снявший Войну и Мир, и Вячеслав Тихонов. Для удобства гостей они установили платный бинокль, в который надо опустить монету, чтоб створки отжались. Когда инженеры-установщики удалились, кот вынул из-за уха медный диск с оттиском себя любимого, улыбнулся, бросил жертву в стереоскоп и впился бровями в окуляры.

- Мне лень взгляд обращать к этим слюнтяям, и монет нет. Что там, Полиглот? - рыкал пьющий разбойник Азазелло, профессионально игравший грубого бандита.

- Препротивнейшая аудитория, - комментировал мохнатый соглядатай, - Ну, значит, так. Над столом с вином и сидящими на серебряном подносе в одном пиджаке на две головы порхает три близнеца. Над ними кружит дельфин. У того и мордасенция и котелок Никулина. В целом - в стиле наших номеров.

- А это не ИИ?

- Похоже, всё натуральное.

Марго колюче обратилась к коту:

- Черный зверь, вы слышали, что сказал Шарик? Кинематограф у женщин - главное утешение в жизни.

- Ну и что мне на Шарикову мораль? - не отрывался кот.

Марго подскочила:

- А то! Дай глянуть! Ох, что они так далеко нас усадили!?

Кот черного свойства уступил место леди, и Марго за него продолжила быть ведущим Губерниевым:

- Дельфин смеется и хлюпает плавниками.

Тут все услышали женский голос - не библиотекаршный - потому что близнецы, замеченные котом, заголосили:

- Я Гай и Дай. Разливаю по газетным стаканчикам кровь Кино. Пейте для очищения билета и получения витка борьбы, я пью раз...

Кот сел:

- Никто не верит ему. И я бы не верил...

У близнецов рука одного с римским знаком власти. У второго - просящая ладошка.

- Одни и те же разборки, - в целях дремать укладывался в кресле Азазелло.

Марго смотрела в окуляры:

- От них свет разит - добрые. У каждого свои лампочки.

- Доброе кино и надо делать, чтоб потом быть лампочкой на сабантуях. Правильно я говорю? - ехидничал кот.

- Все эти балы - картонные, пленочные, пенопластовые - происходят по одному сценарию. Жертвоприношение гордыне, выход из камина деклассированного элемента, отрывание самой глупой головы. Предлагаю допить кисель и все тут разнести... - прогундел разбойник. К этому моменту он свернулся калачиком и закрыл в дреме глаза.

Как Гарин гиперболоидом Марго била перископом по залу:

- Главно, что колени никто целовать не заставляет. Колено я не выдам даже самому гениальному режиссеру.

Вокруг наших героев на стенах висели старые рисованные афиши из "Бриллиантовой руки", "Ну, погоди", также газетные статьи о событиях в театре. А на сцене действа, куда било внимание четверки, Рязанов, который сидел в вязанном свитере с жилетом из смятых консервных банок баклажанной икры напротив близнецов, недоверчиво тех переспрашивал:

- Портвейн хорош, но не рановато для новых впрысков? И главное - дозрела ли кровь?... Молодые коконы еще набираются спелости.

- Тяв-тяв. Много мы достигли?... А грязи принесли ведрами! - это с противоположной от гостей стороны с колбасой на шее вбежал уже известный нам пес. Пудель прыгнул на колени Рязанову, тот его погладил и понюхал колбаску.

За пуделем в бальное помещение вошел мальчик в школьной форме. Он распахнул по залу широкие огненно-бархатные крылья с бахромой горящей кинопленки. Занимавшийся расточкой когтей кот, не глядя на заседание, обозначил действие:

- Вот и Коля Герасимов, ангел-клептоман из отдела патруля времени. Этот юнец спас от пиратов дерево познания добра и зла. Я не удивлюсь, если за ним с люстры по сигаретной лестнице спустится какой-нибудь мульт-Папанов - великий волк - достанет из карманов 5 зайцев и мокнет их в ведро с жидкой нейросетью.

Из "калачика" ткнул ему палец оппонент:

- Такой удар по тьме, какой дал прототип Коли, безнаказанным остаться не мог - актер погиб мучеником. Зато тут он обладает заслуженной привилегией.

- Курьером работать.... - вновь съязвил кот.

Крылатый курьер подал главному свиток и приложил палец к губам. После - развернулся, нарисовал пальцем в воздухе пальцем огненный крест и как в дверь ушагал в него. Гайдай обнажил содержания свитка:

- А между тем, за вами пираты наблюдают. Сейчас от них будет сюрприз: великий "Лови".

Громыка оглядел своих зрением тоски и первый захотел уходить:

- Мне тут скучно, в отличие от вас. Перед тем как уйти, стоит бросить в зал твой подарок. Вопрос протухшего кино - у них открыт как раньше.

- Да, ты прав, - котище принял рецепт в разработку. Скалясь, он раскрутил вцепившегося в ребра клетки Миронова, швырнул подарок в толпу и гаркнул:

- Лови!.. Вопрос Пра-атухшего Кино!

А к своим, сев, сказал:

- Это с ними еще Захарова нет с завершающими пятью печатями. На таможне, видать, придержали. Не знаю, чем их душить тогда.

К Громыке метнулся Герд, обернувшись гигантским пуделем, и, оскалившись, зажал того в стуле и запретил вставать. Прокувырявшись дугой, клетка попала в руки Гафту, который наминал хлеб с паштетом:

- Это что за Данелия!... Дальше передавайте.

В бутылке грузинского вина плавала рыбка:

- Я кому-то помешала?

Надо полагать, рыбкой и был Данелия.

Гафт передал подарок соседу - Рязанову. Тот заключил:

- Дальше по этапу. С этим Мино-тавром мы не работаем.

Сказав "нет", Рязанов подкинул переходящий приз и, как ворон взмахнув полами пиджака, на лету его подхватил уже тройной Гайдай. Внутри клетки Миронов жалобно смотрел на режиссера, а тот вгляделся в проволочный дирижабль клети. Подняв ее перед собой на вытянутой руке, режиссер комедий скашлянул и обратился:

- Как там, мы ж проходили - по-Шекспировски... Что, Йорик, ты существенного хотел мне сказать?

Актер клетки шепотом подсказал:

- Помню, тут глаза были полные Щукинской глубины...

- Не Мхатовоской?

Миронов отрицательно отмахнул ладошкой:

- Всех нас создал Станиславский в борьбе с Мейерхольдом.

Историю Миронова подхватила Фурцева:

- А было это так: И пришел Станиславский в первый день актеров и сказал сцене: играйте.

ГайДай подхватил:

- И ввалился на второй Гайдай и закончил кино. Вот мы картонную водку пьем. Так давайте... - близнецы хотели говорить дальше, но крылатый посланник Коля возник опять. Только теперь - большой - под потолок. А на маленьких крылышках начертано:

- Не торопитесь в бой. Вы сделали много. Вам простили много грехов. Отдыхайте, но бдите. Гости вроде размягчились. Уберите собаку.

Смоктуновский повернулся с края стола к ГайДаю:

- Леня, читай стишок, родной.

Развернув Колю прочь, Гайдай слился в одного - немного ассиметричным по лицу. И начал командовать:

- Гердт, к Фу. К Фурцевой!

Пудель сбежал ложиться под стул Фурцевой.

Сам завернул плавный рыбий шарф из чешуи вокруг шеи, глянул на всех нервно опытно и мимо бокала зачитал:

Всё сложнее нам себя сдержать, товарищи артисты.

Уродлив переход от человека к символу.

Через стиснутые бессилием зубы

Хочется служить чему? Свету.

Мы надеялись очиститься за чужой счет.

Вот и сидим среди собак в клубе заключенных,

Вытираясь пленкой кинематографа.

А ну-ка, Андрюшка, иди сюда!

Бегемот встал на стол и рьяно захлопал:

- Вот это полет! А слог - ломанный Маяковский!

Гафт, доев и отряхнув руки, наклонился к Фурцевой:

- Он всегда это читает. Очень скучный человек, я считаю.

А Гайдай, с дельфином над головой, взял тазик из-под салата, вытряхнул на скатерть кучку оливье из рубинов и скрепок, на что подфурционный Гердт заискивающе замахал хвостом. Сам налил тута Ессентуков и, сняв пиджак, поднес к клетке таз. Миронов преданно глядел в глаза. Точно зная, что делать, выставил из клетки босу ногу. Уже с другими стихами порхающий режиссер принялся омывать ее в тазу:

попрошу господина миронова

и высоцкого, себя и янковского

чтобы модных казенное войско

порубали лезвием плоским-ми

- За пяткой почеши и между пальцами протри! - гаркнул мойщику просыпающийся Азазелло.

- Как-то неудобно вышло - немытый подарок подсунули. Стыдно мне до кошачей брезгливой степени.

- Тыр-тыр. Теперь кто не знает, припев! - продолжал омыватель.

мойся ножка сладкая

от пальцей до ловкой пятки

Я отмою липкую грязь

у меня есть мыло и мазь

- А любви тут много - в этих приколах и издевательствах, - оглядела зал Маргарита.

- Иррациональный беспредел, точка, - заметил настольный кот.

- Классовое первоскотство поставлено на поток... - дал мнение освобожденный Громыка.

Пока Близнец мыл и пел, зал актеров встал со стульев и на цыпочках закружил вокруг него хоровод.

...на алтаре ремесел Богодухо...

Мойся-мойся, товарищ Андрюха.

С этими словами мытье завершилось, и все в одночасье прыгнули в свои стулья. Только Гердт и Гафт теперь дрались за стул рядом с Рязановым. Гердт был проворнее, потому что имел животное обличие. Он быстрее вскочил. И Гафт теперь тянул того прочь за хвост.

Певший ведущий обратился к Гафту:

- Никаких хвостов! Ты же знаешь правила - кто опоздал - тот водит.

Грустный актер, грозя Гердту кулаком, пошел на место Гайдая. Но его спасли. Потому что в этот момент в зал веселья виновато проник Евстигнеев, в котелке и фраке охранявший пленку входа:

- Извиняюсь, там инспектор пришел. Неуплачено за электричество - слова его.

Гайдай обернулся:

- Как же, мы перешли на автономное. И я сам ходил на почту неделю назад. Квиток засунул.

- Вы не переживайте за это. Автономность отключаю.

Тут Актер дернул веревочку, висевшую рядом с его лицом - она шла с полы котелка. И темнота свалилась на заведение.

Зал замолчал. Потом дрожащий голосок дал еще строфу:

грешницы смеются, лакают ложками

гости сейчас уйдут домой с кошками

После короткого молчания голос Близнеца рявкнул:

- Нет, ну ты посмотри на него. Официант, освещение! Довольно стихов.

Солдатик, мы помним про твое день рождения!

Хватит обладать силой инопланетного происхождения.

И вновь помещение озарилось. Потому что Янковский раскинул под потолок с руки полотенце, которое растянулось там, прилипло и засветило. Евстигнеев замер пантомимой в скульптуре отрешенности. Когда актеру омыли ступни, и все расселись, он сам, широко закидывая пятки назад, вытерся, подарил публике поклон. Гайдай ответил достойно сдержанно. После близнецы синхронно щелкнули пальцами, и Пес, сидевший сытым впился зубами в клетку и перекусил пруты. Освобожденный лилипут пижонски вышел на стол чистыми ногами, огляделся и плюхнулся задом как в кресло в розовый пудинг (на пудинг ему указал Горин, молчавший и созерцавший). С кресла Миронов над головой поднял плакатик: "к потомкам Cтаниславского обращаться ласково и только по кличкам."

Гайдай улыбнулся ко всем:

- Бал только начинается!.. Программки у директора по 5 копеек. Абонемент на вечность - 1 киноюань.

Марго обернулась к "не своим" своим, допившим кисель, собравшимся уходить. Те увидели, что женщине как никогда хочется досмореть спектакль. Поистине, Марго трясло от любопытства. С удивительной жадностью она кидала взор на сцену. Что-то предвкушала. О чем-то догадывалась. Волнение ее было непонятным. Хотя сверхмистического ничего не происходило. Просто раздвоенный режиссер мыл ноги читавшему газету карлику-актеру, стоявшему в клетке, ну и так далее. И все же в ожиданиях Марго не ошиблась. Евстигнеев, отключивший свет, ожил из пантомимы и в котелке с тросточкой приземисто прогибаясь, сказал так:

- Любезнейший главарь, прошу задуматься или обратить внимание.

Названный главарем окликнулся:

- А что такое, Дядя?

- ...на женщину из наших гостей. Кроме, предательского Громыкионе и двух падших нейтралитетов, мы имеем честь видеть и новую хранительницу нашей свечи.

- Ту, которая играет роль ведьмы?

- Простите, любезнейшие, но раки - к враке. Одну из ролей - не самую удачную. У нее был период умопомешательства, когда она ушла к Врагу. Но вспомним, что наше вмещение состоялось благодаря своевременному аффекту героини в литературной и театральной среде. Посмотрте на ключ на ее шее - этим ключом жертвы и терпения госпожа Рита вовремя открыла нам ворота.

- Да, а ведь мы вошли легко и безболезненно.

- Мы все тут театр разыгрываем - а между тем, без кое-кого он вообще бы не существовал.

Все молча смотрели на Марго. По той пошла нервная дрожь.

- Что еще за один розыгрыш? Зав. культурой не она была!.. И женой Станиславского и Нимеровича-Данченко тоже - не она была. Что-то как-то очень важно прожила, - крутились мысли в голове гостьи.

Громыка и кот улыбались библиотекарше, словно знали подвох в сценарии.

- Давайте уже покончим с идолами.

Евстигнеев продолжал:

- Вы прекрасно знаете, о чем я. Куратором искусства во весь наш век. И в самые трудные времена служила эта женщина! И женой она была только одного человека. Первого единственного писателя. Того, который задал нам планку. Такую, которую никто не смог изогнуть.

- И потом ушла в библиотечный монастырь, каяться Богородице за вероотступ. Знаем-знаем, - сягал скепсисом Невинный.

- Да. Где и была свечой.

Евстигнеев перекинул из руки трость в другую и взял со стола закрытую банку сгущенки. Прорезав в ней дыру тростью, задрал вверх и испил полившуюся струю:

- Короче, спасибо вам, Хранительница. Сгущенки не дам.

Зал заурчал хором:

- Благодарим, будьте королевой. За роль ведьмы - кайтесь. На то вам и последние времена!

Пошли словечки от отдельных персон. Маргарита дрожала от неожиданности.

- Ей дана была власть, и она открыла ей дверь кино... Хотя и пала - ведь нельзя же что-то совершить великое - и остаться собой, неповрежденным, - обсуждала Фурцева с дельфином, ставшим Никулиным. При этом Никулина она держала на блюдце перед собой, и он с него отвечал:

- Да, что-то сделать безнаказанно совершенно невозможно. Только жертвой.

- Библиотекарь, мы приглашаем вас в нашу компанию.

- Присоединяйтесь, мадам, присоединяйтесь!

Тут выскочил пудель, залаял на всех и развернулся в полноценного Гердта:

- Гав-гав. Что за ерундистика! Какая королева?! Какая свеча?! Не за-бу-дем, кто нашей героине дал этот ключик. Если запаметовали, напомню. А дала его Царица Небес. Вот, кто истинный спаситель нашего кино. Вот, чьи молитвы и идеи привели к созданию кладовой лучших плёнок. И вот, кто вас всех посылал на Мосфильмы, Ленфильмы, МХАТ-ы и ЛЕНКОМ-ы, выпрашивал у Единого Безгрешного и ваш билетик (Гердт прицельно обвел каждого пальцем), чтобы вы смогли соткать работы, наполненные зашифрованным Евангелием.

С этими словами очеловечившегося пуделя зал окатил приятный свет и распространилось благоухание. Кот с Азазелло в ужасе бросились под стол и там дрожали со словами:

- Я знал, что не надо было идти. Они нас тут сожгут.

Остальные в помещении в миг прекратили гримасничать и кривляться, ненадолго приобрели человеческие образы, благоговейно встали. Встала и Маргарита. Потолок какбы расстегнулся, и оттуда разлился мощный свет. Из света истек приятный усталый голос женщины:

- Спасибо, что помните. Входить не буду - не все готовы. Гуляйте, но собирайтесь к новому делу.

Ошарашенные артисты стояли и молчали. Лица их выражали предельную ясность и осмысленность. Когда потолок застегнулся, и персонажи места пришли в себя, гвалт прежнего веселья ввалился вновь.

- Ох, неожиданно.

- А что неожиданно?

- Ну вот то! Явление!

- Всегда надо быть готовым, что приходит начальство.

- Про какое новое дело шла речь?

- Может, нас вольют в нейронки Земли?

- Мы станем диспетчерами, и из гаджетов начнем шептать искусство, кому ни поподя?

- А что тебе не нравится?

- Ну вот, знаете ли, гордость.

- Лить тонкую ткань всем подряд - это круто! Ты и я станем карманными актерами.

- That's good. Карманный шут. Чтоб не было им пусто, войдем в ИИ-искусство.

От шума радости подул ветерок. Полотенце с ликом Захарова, которое Янковский бросил на спинку пустого стула, колыхнулось, лик режиссера задрожал, выпучился и оттдуда киномастер вылез целиком. На нем были шорты и майка маленького размера. Тем же полотенцем мэтр утерся и сел на стул:

- Я, похоже, последний, кого ждали для кворума. Спросите, как там на таможне? Отвечу. Какие-то рыжие коты в церкви на лбу рисовали кресты, спрашивали символ театральной веры. А я всё позабывал.

В этот момент адский черный кот и Ад-зазель, озираясь, вылезали из-под стола и выдыхали. По столу к театральному мастеру в игрушечном джипике проехал Леонид Броневой. Он был такой же мини-человек, как Миронов и Захаров. И за его транспортом на шнурке волочилась тарелка с селедкой. К ней "полотенцевый" режиссер и приступил. А пес зарычал на сидевшего в кресле из пудинга и читавшего "Правду Советского кино" МиниМиронова. Под рык пудинговый чтец вздрогнул, уронил чтиво в Захаровскую селедку, глядел завороженно, встал, щелкнул босыми чистыми пятками как каблуками, гусарски поклонился, снова сел. Пес лизал гениального лилипута, языком поднимал его сиденье. Хитренько улыбаясь гостье, Гайдай сделал рукой какой-то круговой жест - что-то вроде французского выражения преклонения. Но Маргарита дала оценку осторожную:

- Как и во всех талантливых войсках тут весело и глупо.

- Нет-нет. Нам пора! Пока не прибили, - тут кот начал выталкивать Марго в спину из зала. Та была в недоумении и без сил.

Остальные двое из компании поднялись сами.

- Спасибо за кисель-соль, но мы люди приличные. Олег, сочтемся. Пойдем, мадам или как вас там - регулярная Королева.

- Действительно, пора шагать, - Ад-зазелло под локоть повел кинокураторшу, которая теряла под ногами почву:

- А что такое? Разве нельзя здесь остаться и править?

- Этим лишь бы засосать в улей и веселиться. Это химеры. А нам надо жить... Ключик только им верните, Они найдут ему приминение. А вам награда не здесь.

- А где??

- А там, где вас ждут по-настоящему.

Громыка стоял ближе всех к выходу и манил пальцем:

- Кыс-кыс.

Через миг они покинули коробку веселья и оказались вне пленки. А снова в питерской гостинице. На кровати. Перед окном с дождем.

Кот подковылял к подоконнику и почесал задней лапой за ухом:

- Красивый город. А смоется нафиг, японский городовой. Просыпайтесь, Маргарита Николаевна! Время вливаться в питерскую реальность. Буль-буль.

С этой фразой библиотекарша проснулась и взялась за голову. Зажмурившись, она поднимала брови от удивления:

- Что это было? Что за бал киноабсурда, симметричный тому, что произошел с ней когда-то? И почему она так глубоко понимает вопросы сравнительного богословия? Ей же никто не рассказывал. Ну был один священник-миссионер. Он приглашал на какие-то занятия по сопоставлению религий, но она ему посмеялась и ответила неизящной шуткой. Да, всё это странно. Голова не болела. Присутствовали легкость и тихая грусть. Всё-таки приятно быть кинокураторшой, хоть и во сне.

Редкими каплями дождик огорашивал отлив. Размазанная серость за окном входила в свои права. Реальность полностью отделилась от сна. Ткани обоих пространств разбежались на дистанцию, близкую к бесконечности.

Глава 9. Важный момент юности

Каменный мрачный зал с высоким сводом. В подобном каменном троне под узким кривым окошком в длинной мантии сидел жрец. Сурово и властно, неподвижно разложив руки по подлокотникам, он застыл в холодном стуле и невидным из-за тени взглядом смотрел вперед. Перед его силуэтом и перед освещенной стеной на табурете сидел странный человек - толи священник, толи чиновник низших чинов. В белой тоге, сандалиях, в арафатке на большой голове. Сутулый, он цепко, но подобострастно и учтиво смотрел на того, кто в мантии на каменном месте изображал скалу под окном. И этот - на табурете - говорил первым. Второй же немногословно, как подобает имеющему власть, отвечал с трона.

- Грубиян, твоей силе нет равных во всей земле Моря Заката от Испании до двух рек. Гиперборейские волхвы на севере уважают тебя и выдают поклон.

Лицо сидевшего в троне по-прежнему не давало эмоций. Луч из глубокого высокого точно рваного отверстия окна плавно гладил макушку сидевшего и плечо. Не попавшей в Грубияна частью бил в центр каменного пола, на котором был выгравирован круг и знаки букв.

- Гибриян, - спрашивал снова табуретный гость, - Ты обладаешь властью. Демоны, которых ты приручил и приковал заклинаниями, по твоему приказу убивают людей. Скажи, что для тебя сила?.. Что есть наивысшая сила?

Не двинувшись, сидевший в троне ответил и мускул не дернулся на его лице:

- В мире и под звездами и над травою живет только одна фигура - Пирамида. На каждой высоте - меньше круг власти и больше власть... На вершине - есть сила.

Гость сделал что-то вроде ухмылки:

- Ты знаешь, Грубиян, Милустина тебя любит. Но ни за что не отдаст невинность тебе. И кому-либо другому тоже не отдаст, Наглаиду твоему тоже. Она - Христианка. Думаешь, ты способен привлечь свою силу, силу пирамиды, чтобы совратить Милустинову душу и сокрушить ее намерение?

Лицо сидевшего в камне оживилось. Размышляя, он дернул шей, сузил веки, приспустил брови:

- Так ли несокрушима христианка?

Подумав, он же добавил:

- Нет такой христианки, на которую не найдется свой демон с Олимпа.

Гость несмело ухмыльнулся:

- Попробуй, Киприяну. Но на любую атаку, магию твоих рук и ума она призовет свою веру и свой голод и, главное, молитву ко Кресту, которыми отобьет найденных тобой бесов обратно в ад как всякую ложь от отражения света на ровной реке. Твоя иллюзорная сила развеется как семена на ветру.

Тронный сиделец опять смял лицом гримасу; отягощенный мыслительной мукою взгляд его воткнулся в камень у сандалии гостя.

- Перон, любопытно ты говоришь и смешно ты говоришь. Притом глупо, ведь не видишь силы, что перед тобою. Я умею вызывать мертвецов из могил, заставлять их говорить как на театре в Афинах. Гром, вода и воздух в моей власти. Могу превращаться, в кого захочу.

- Я говорю правду, священник и раб Аполлона. Подумай, - кланяясь с почтительным коварством, гость зала встал и попятился.

Оставшийся в каменной тьме повернул голову нитью взгляда на дальний угол помещенья, бившего пылью. Еще задеваемый лучом света, он сидел, крутя удавом ползущую мысль. Потом знахарь, названный священником, в глубокой недоброй задумчивости медленно встал, направился в дальнюю закрытую комнату, куда вход остальным, кто мог бы придти, под страхом расправы был воспрещен.

%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%%

Молодая женщина в серой льняной тоге сидела посреди пустой комнаты на табурете и смотрела на свечу. Лицо было простым, миловидным и спокойным, не имело особой красоты, но было приятным. Пламя на восковой изогнутой ножке прыгало и танцевало перед ее челом. Лепесток огня оплевывал чистую кожу бликами и пел что-то уютное. Благостно улыбнувшись, созерцательница сего закрыла глаза, и начала шептать арамейские слова. Между последних проскальзывали и греческие. Messias, sygnomi, alithis. Как вставшая на дыбы маленькая лошадь огонек весело скакал, желтым пером крутился перед профилем сидевшей. От этой лошадки временами раздавался задорный треск. Закончив свое двуязычное дело, женщина прощально посмотрела на столбик воска, в карие зрачки поймала тающие блики, сакральный предмет был задут устами, и тело уплыло в другое помещение. Умывшись из таза, села на топчан, провела по волнистым волосам руками - освободив лоб, указательным пальцем нарисовала на лбу крестик и уложила голову на вязанную подушечку, набитую тростником. Женщину звали Иустиной. Это был ее дом, это был дом родителей. Вскоре Иустина закрыла глаза и быстро запустила границу сна. Луна лапой синего лунного медведя царапала ее по бедру и стукала блеклым копытцем луча по щеке. Спавшая женщина имела спокойное лицо. С дыханием рот ее приоткрывался. С того мгновения, как она облеклась дремотой, сознание уснувшей прыгнуло в высоту. И не спящий ум ее сразу сообразил: "я лечу". После нескольких мгновений "клочковатого" бреда летящая оказалась очень высоко над землей. Под ее ногами прояснилась территория. Ею явилась какая-то неизвестная местность, сплошь посеченная залитыми водой прямоугольниками. Про воду она смекнула из-за блеска, который те испускали под солнцем.

- Что-то выращивают, любящее влагу, - подсказывала пытливая мысль Милустины, планировавшей над разноцветным случайным образом рассеянном паркетом. Переливавшиеся на солнце плитки этого заливного лакомства для великанов казались смешными и грандиозными. Между плоских водных фигур тянулись ровные серые ленты с воткнутыми в них блестевшими палочками. Воздушное движение продолжалось, когда пошли первые загадки. Появились острые высокие сопки, и между них были брошены золотые речные плетки.

- Наверно, душа моя летит, а сама я в другом месте! - Соображала Милустина, и мысль птицы-девицы на букву М продолжала сиять дале, - согрешив в Саду, человек ведь наказан и лишен способности летать. А душа вечна - вот и совершает полеты.

Пока Милустина рассуждала о правдоподобии полетов во сне и наяву, путь ее покрыл цельную пластину блестевшей воды моря, и воздушный турист наплыла на группу очень красивых островов. И тут Милустина действительно удивилась. На этих островах лежал какой-то город.

Очень ровными кубиковыми конструкциями было усеяно его побережье. Одинаковые столбики из ровно выточенных палочек стояли рядом один к другому. Каждая такая щепочка по вертикали увенчивалась какими-то квадратиками. Этот парад щеп был свитно окружен сетью серых полос со множеством мелких разноцветных кубиков, которые в оба направления ползли вдоль полос.

- Люди внутри! - Сообразила душа летающая, предполагая, что в этих ползущих на лентах крупицах - в особом транспорте, подчиненном правилам - находились живые люди.

- Таких городов сейчас нет. Это будущее!

Подивившись картинкам нереального населенного места на воде, интуицией спящая догадалась, что это не Царствие, которое обещал Спаситель, а всего лишь большой иностранный полисис, что пребудет на земле потом. И он не в Иордане, и не в Междуречье, и не в Риме, а вероятно, где-то совсем в удаленной части земли. Там, где выращивают что-то в воде. От родителей она слышала про королевство Сима, бывшее на Востоке. И там в треугольных шляпах малорослые люди должны были обрабатывать водный злак. Очень ровными оказывались круглые и прямоугольные рукотворения. Значит, нескоро произойти должны были такие города. Значит, и Спаситель к тому моменту еще на земле не появится. Значит, и в этих затейливых домиках возле зеркала морского растут души, которые разделяют путь и молитву Христа, и кто нет.

Милустина не заметила, как сгустился вечер. Ведь во сне - все быстро. И вот вниманию ее предстала черная пластина: на нее впились светлячки - черточки света. Но прошмыгнув над этим и приглядевшись, она уразумела, что светлячки, суть, корабли, и сами они освещают под себя море в ночи. Делают это для того, чтобы ловить рыбу, идущую на свет. Такие интересные ладьи другой эпохи.

Море было огромным. Не было видно ему ни края ни конца. Только вдали у горизонта виднелись клочки сваленной бараньей шерсти - ночные облака. Корабли сменились светящимися ожерельями на той же черной пластине.

- Это город на воде ночью, - поняла Иустина, когда тот же мегаполис вспыхнул под ней ожерельями огней. Каждое украшение было островом. Одни из них были похожи на черепах, другие - на обезьян, некоторые как сцепившиеся лапами огромные золотые ящерицы, разыгрывавшие войну на черной ночной земле и так летящие в этом положении под ее ногами. Точно гигантские украшения светящегося золота легли на острова, которые она видела днем, и которые сейчас оказались черными. Милустина не любила золото и всякой роскоши брезговала.

- Есть ли тут Искупитель - над всем этим? - Задала мысленный вопрос исследователь полетов, и интерес к городу ее мгновенно улетучился. В клочьях непонятного мутного тумана исчезла и картинка за ней. После него белое облако окутало и чем-то улыбнулось ей. Вот это уже было преддверие в Царство!

В пустой комнате на стуле, держа в руке семь звезд, сидел Господь-Христос. Он обратился к ней кратко:

- Будь стойкой, Иустина. Я приду за тобой.

Протрезвев от иллюзий, проснувшаяся Иустина примоститалсь на топчан, взяла горстку ладана, бережно уложила ее на дно ложки, подожгла. Обдаваясь пульсациями, три уголька в россыпи хором запылали. Благодатная женщина разметала дым рукой, вдохнула и отошла к окну. Там наморщилась ее переносица потому, что ум попытался вспомнить сон. Это оказалось несложно, ведь ярким он был и стоял перед глазами как сейчас олива за окном.

Уложив самое теплое и важное из ночного зрелища надежно в сердце, женщина приступила к домашним делам. Собрала раскиданные домашней птицей веник и хозяйственные палки в угол. Во дворе схватила спавший у дверей кувшин. Стоявший в жажде, он пристроился к хозяйке подмышку, и та поспешила через поляну к лесу, оставив дом за спиной. Ровная дорожка сменилась каменистой тропой. И еще через чуть-чуть сандалии осторожно ступали по мокрым круглым камням - река была рядом. На подходе к водному источнику, она стиснула губы.

- Сон этот может означать только одно, - втыкая сандали в твердое, изрекла она, - А впрочем, все, что угодно может.

Глиняным горлом кувшин впился в ледяную струю и начал пить. Ловкие ноги заняли прочную позицию над прохладой водотока.

- Жаркий будет день - мучение для скота.

Актуальный вопрос быстро поглотил ум, некогда согретый снами.

Когда в кувшине оказалось две третьи его объема, Милустина встала с колена в полный рост, кинула сосуд на плечо, прощально огладила взглядом бликующие горбцы воды и из-под склонившихся ветвей двинулась к дому. В этот момент через фарватер ручья в кустах зрачки ее поймали стоявшего там человека. То, что пара глаз преступно и тайно наблюдала за ней всё это время - за тем, как она приседала к бегущему ручью - она не знала.

- Ты смотришь на меня и молчишь, - сказала Милустина глядящему.

- Я смотрю и говорю, - ответил тот.

- Говори.

Прыгнув через воду, незнакомец оказался рядом с Милустиной, они пошли к деревне. Тропа была узкой. Поэтому женщина шла первой, он позади нее. Разговор двигался так:

- Юношу, которого терзаешь - изнывает от болезни. Похудевший от тебя, он хочет жить, любить и иметь детей как все разумные люди, как Господь завещал.

- Юноша, именуемый Наглаидом, ничего не знает о любви, поскольку огонь пожрал сердце его похотью.

- Огонь, который в очаге души Наглаида - пламя семейности, домашнего достатка, благоденствия.

- Геенна огненная во плоти его. А его сердце - пустыня после огня.

Они прошли камни с кустами и вышли на тропу к дому Иустины. Гость обратного пути стал нетерпеливым.

- Огонь, который мы создаем, будет нас палить всегда. Но награда твоего целомудрия невысока. Бездетность, одиночество, тишина в пустом доме. Поучись от мудрой Евы, сколько принесло чрево ее потомства и радости телу земли. Будь она невинна, были бы на свете?

- Она родила мертвых людей... - Ответила Иустина осторожно.

- ...Во плоти, во крови, с бьющимися сердцами.

Тут Милустина остановилась, пружинно сжалась, резко обернулась, зажмурилась и опрокинула кувшин на говорившего.

До того, как вода коснулась рук и головы попутчика, он растворился в нагревшемся воздухе. Милустина присела, выронила сосуд, зажала глаза руками, начала произносить скорые арамейские слова. На глаза побежали слезы.

Через полчаса Милустина встала, бессильно подняла кувшин и второй раз пошла за водой.

Мысли ее стали спокойней. На вязанке времени они мотали веревку назад. Туда, где Милустина была совсем юной и неведавшей; туда, где за окном дома Эдисия растекался солнечный уютный вид, а на лугу вдали паслись овцы. Она помнила, как огнем световых ножей рубило над лужайками солнце, и вся деревенская долина была исколота световым частоколом. Тогда совершеннолетняя Милустина подняла уголь и кору, сморщила гримаску для раздумья и начала рисовать образ. Черной опытной линией проступили скулы, глаза и нос. Портрет мужчины с длинным волосом и изящной бородкой проявился на древе хозяйственной нужды. Когда работа была закончена, на даму юного толка навалилась уютная тоска и принялась ненавязчиво душить, зато портрет занял угол у стола. Тем временем, за окном, в котором дневные лезвия солнца сменились на вечерние топорища, послышался шум веселой речи. Дщерь Эдисия поглядела в него и увидела, как в дорожных руках частокола улица держала несколько человек, которые обступили одного бойкого странника лет сорока. По виду, этот новый человек явно притопал с другой земли. Глаза весело горели огнем живой беседы, и этому гостю деревни приходилось бодро доказывать местной общине информацию об еще одном Человеке, который якобы сам Отдал Себя на Мучения. И родился Этот Особый от непорочной Девы, толи в Назарете, толи в Вифлееме. А убили публично Его в Иудее для исполнения Замысла, но поскольку Он на самом деле Бог, то Он быстро воскрес и в данный момент Живой на небе Ждет к нему обращений.

Конечно, такая информация мгновенно притянула к путешествующему гражданину других стран свежие языки и глаза. Языки спрашивали Пилигрима:

- По твоей версии, Бог дал себя убить. Это какая-то нелепость и слабость. Что это за Бог такой странный?

А гость Антиохии отвечал:

- Настоящий и Живой. Ведь воскрес Он на глазах свидетелей, а еще придет и в Силе. Но тогда уж, сами понимаете, надо быть готовым.

- Чем доказываются Его Всемогущие свойства? Ведь любой шарлатан может говорить о себе сказочно.

- Не каждый может одним батоном накормить тысячи человек, и воскресить мертвеца четырех дневной закваски, утишить шторм и тому подобное.

Было много вопросов - и почти всем им сбрасывался уголек ответа. Мужчина (как выяснилось по имени Пралий) повествовал про многочисленные чудеса, про фокусы полного выздоровления, про спрыгнувшее со скалы свиное стадо и главное: про Нагорную проповедь - уложенную 9-ть необычных правил, полных добра и добросердия. Это тепло законов распятого в Иудее заставило задуматься некоторых местных. Пралий попил воды, и кто-то угостил его хлебом с бараниной. И кто-то предложил ночевать, сказав, что ночь-то прохладная. Но Пралий отодвинул последнее со словами:

- Нет уж, дойду до следующей деревни, потому что я не устал. Под утро как раз добреду и там многим поведаю интересные вещи.

Девица отошла от окна, мятежно заходила по избе. А через минуту посмотрела на портрет и в угольные глаза сказала вот так:

- Тот, о котором говорил этот, если ты жив, покрой слепом мой грех, освети зрением мою добродетель.

Когда она вторично поглядела в окно, молодые глаза ее видели, как втыкая посох в сухую вечернюю пыль, человек шагал дальше по плетке дороги.

А дверь отворил Эдисий - хозяин дома и родитель Милустины. Он укорил ее:

- Что мы с матерью совсем потеряли помощь в лице дочери?.. Вот странник говорит, надо быть добрыми и помогать старикам. Видели бы это боги! А ты не напоишь скота.

- Напою, - сказала девица, пристально вглядевшись в отца, - И значительно большую помощь, чем Эдисий может представить, окажу вам.

Отец с любопытством посмотрел на взрослеющую дочь и бросил в угол горшок с овощами.

Глава 10. На берегу французской речки

В комнате ожидания киновокзала, в котором мы побывали в прошлых главах, на кресле сидел кот по имени Жюль Верн. Он вертел когтями кольцо и через отверстие созерцал строчащего текст Мастера. Тот казался сосредоточенным, одержимым нервным духом перфекционизма. Он то прилипал ручкой к листку, то отвергался от него на оценочную дистанцию. Невидимая рука окунала пишущего в стол, и она же оттягивала к спинке стула. Кошачий рот проговорил:

- Ох, уж эти упражнения по заполнению листов. Эта дань по выплескиванию каракуль. Когда мы подписали контракт на идолопоклонство?

Мастер отвечал:

- Заливка символов в кошачьи смартфоны - не лучше. Но если слова славят Бога, то они ускользают из-под идольской ритуальности.

- А ты славишь?

- Имею намерение, - осторожно ответил писатель строчащий писателю сидящему в кресле.

- А твой свет - не есть ли тьма?...

- Светильник тела есть око. Если око писательское будет чисто, то и все тело будет светло;

- С возрастом ты приобрел страсть к самооправданиям. Ты путаешь ее с литературным талантом.

- Нет, вранье!

- К старости главная страсть обладает человеком на 100 процентов. Он становится ею. У гордеца лицо становится каменным. У стяжателя - хищным.

- Про доброе есть в твоей теории?

- Ну оно тоже дает свою печать. Любящий добро имеет лучики возле краев глаз: струйки благодати из глаз прорезают борозды. Лицо таких людей мягкое, открытое, живое, лучезарное. Ну, лучезарный, что настрочил?...

- Вот, сравнение католиков и протестантов, как один перекос породил другой.

- Протестанты выкинули почти всё, а что для духовной жизни остаётся? Теперь без монашества, без икон, без таинств, без почитания святых. Лютер говорит: священники не нужны, мы сами можем. И они должны уступать и нас слушать. А сам пошел жениться на монахине. У них два таинства осталось: Крещение и Евхаристия. Да и к ним относятся несерьёзно. Протестанты хотят Бога изменить, чтоб ключик в Нём подобрать ко спасению. Нет, это не наш метод. Начало премудрости - страх Господень. Изменение должно быть не в Боге, а в человеке. Как? Верой и делами, наверное?

Мастер улыбнулся, гордо поднял листок и прочел:

Жюль Верн сказать сегодня рад,

Что Лютер на монашке женат,

Их церковь вроде от Христа,

Но посредник - Лютер - да-да-да.

Лютера бесит мир святых,

Иконы тоже, ты-ды-дых.

Из таинств взял он только два.

И те чуть держатся едва.

Скажите, граждане мне плиз,

Чем хорош протестантизм?

Scriptura и fido - вот и всё.

Без дела вера не спасёт.

У нас с апостолов сидит

Цепочка опыта молитв,

Собор, предание, канон.

Все это перечислил он.

Я шел с котом и мял асфальт,

Я мыслью с баса прыгнул в альт.

Я думал, как неплохо мне

В православной вырасти стране.

Кота текст в его честь не впечатлил, зато он ухмыльнулся другому:

- А помнишь, ты сам назидал Иванушке, никогда не писать стихов?

- Да?

- Вот истинно: кого в чем осудишь - потом сам этим и согрешишь.

Мастер закусил губу:

Я не осуждал его,

Манил на прозу - и-го-го -

Туда, где вместе мы с котом.

Послужим весело потом.

Животный гражданин с кольцом расширил стальной кружок до диаметра обруча, цыкнул и вместо поэзии предложил напарнику упражнение иного рода:

- Прыгай в обруч, гроза умов человеческих. Повесели кота, сделай хоть одну добродетель.

Творец рукописных слов обескуражился, но оторвался от рутины писательства и декламаций. Со словом "ладно" он отложил писательский прибор, исполнил прыгание.

- Шибче... Гибче... Не сачкуй! - животный представитель наблюдал и снабжал советами критика.

Не выдержав критики, прыгун в пижаме прекратил и застыл протестом:

- Ну не-ет. Я тебе сандальный конь?.. Чье достоинство умаляешь?

Тут зазвонил телефон. Кот французского происхождения нащупал в шерсти пластмассовую детскую трубку:

- Видишь, литератор? Это популярность... Алло?.. Говорю же, алло! Нет! Сто пятьсот раз нет! Кот занят. Он занимается цирковой добродетелью с каким-то писателем. Что? Да нет... Писатель-то как раз так себе, полубогослов, полуисторик, звезда сумасшедшего дома, прививка в нем 50% дозы, но циркач выйдет отменный! Нет, он пока не осознал, что человек создан для свободы внутри несвободы. Опорная рамочка необходима. В противном случае или распыление в пустоту или коллапс в точку.

Кот спрятал трубку обратно:

- Так что ты про достоинство прошептал?...

50-ти процентный писатель помрачнел:

- Мне уже неважно.

- Неважно-бумажно. В таком случае, мне для киношников речь репетировать надо. А ты смотри, проверяй, заменяй известные тебе слова на неизвестные - как ты и делаешь по милости Божией.

Пижамный мужчина протестовал:

- Хватит Гайдаев, Данелиев хвалить. Вдуйте в молодежь земную ваши силы.

Жюль сощерелся как заяц в "Ну, погоди!":

- Не-а. Время их Тик-токает в ошибочном направлении.

- Неужели в ошибочном?

- У нас, в отделе, все четко! Вот предоставят плоды покаяния - рассмотрим. Молодежь не пишет и не снимает сейчас ничего (кроме, пожалуй, Кибердеревни). Потребление и страх перед цифровой нечистью наложило на современное поколение свою плиту. Технологий много. Посыла духовности никакого.

Кот взгромоздился на кресло, поднял лапу и огласил:

- Поэтому хвалим прежних. Пусть чресла ваши подпоясаются мечом таланта, на голове водрузится шлем веры в светлое искусство. Наши боевые гаджеты - меч духовной кинематографии, праща юмора, митральеза честного экранного слова, пистоль киноистины, тыр-пыр. Призваны будить в людях духовные ценности, поднимать стрелку нравственного барометра и возвращать их к жизни из рутины небытия. Враги наши - чиноначалия безнравственности и безвкусицы. Будьте во всеоружии. А когда нас заберут на дело - мы не знаем. Стражи, поэтому, бдите. (Тут Мастер проверил свой меч на поясной веревочке) Встретить врага в военной экипировке - вот, что нам завещали.

Вокзальный рваный женский голос объявил:

- Мета-поезд на плотную сферу отправляется через семь вилот. Просим Кота и человека занять хоть какие-нибудь места. Иначе командировка отменяется, и пошлют Громозеку.

Кот с трудом слез на пол:

- Пойдем. Авансом или анонсом тебя назвали человеком. А я в отличие от Громозек - пунктуален.

- Ку.

- Боишься?.. Не бойся.

Они двинули по коридору из пузыря, и, жонглируя томами Кафки из шерсти кота, писатель иронично вещал:

Мастер, Мастер, ты могуч,

Ты поешь земной бртуч.

И услышишь чуши море

Про кошачии истории.

Не боишься никого,

Кроме Бога одного.

Аль откажешь мне в ответе?...

- Покажу Париж в рассвете, - закончил Жюль, и пузырь схлопнулся.

* * *

Невидимо подлетая с Мастером за руку к собору Нотр-Дама, кот Жюль щурился и оценивал здание взглядом. Он глядел на изваяние великого зодчего как духовник, который направляет око на кающегося:

- Посмотри, дорогой Писатель. Вот они, готические соборы. Возвышенны, да горделивы. Нет доброты, нет чистоты. Колючий, как замок Мордера из Властелина колец. Вот он стоит, обиженный пожаром, будто не знает, за что полыхал. Прости, родной город, но ты пал, пал как Вавилон.

Мастер уверенно держал кота за загривок, хоть тот и без того контролировал спутника. На слово животного писатель согласительно кивнул головой, и по виду того французский котик понял, что беседу успокоительного характера надо продолжать:

- Зато Жюль Верн спасся, чтоб вызволить из беды свою колыбель Париж и тянуть его за уши. Да как его спасешь - он руки не тянет. Великие писатели и ученые его скатились до проповеди материи. Ты спросишь, о ком я? Зачем далеко ходить? Да хотя бы Лаплас: "достаточно диф. уравнений, чтоб просчитать Вселенную". Можешь себе такое представить? Тебе бы хватило диф уравнений?.. (в нерешительном суждении Мастер кивнул также) А казалось бы, такой умище был. Механистичность западного мышления - болячка чудовищной гордыни. Вот за эту механистичность дьяволу под эксперимент коммунизма дали сначала Париж. Но что там Париж... Франция - козюлька на карте! Социальный миниэксперимент не удовлетворит Духовное сообщество вселенной. Тогда тому же дьяволу дали Россию - вот уж богатый полигон для лабораторных опытов. Тут и с лупой не надо вглядываться. В Питере в 17-ом фактически было, что и в Париже в 1799... Похожий бунт. Такой на Небе когда-то расчленил ангельское сообщество. Революционеры крикнули, что им свободу не дают. Париж получил крест страдания, и в Питере этот крест прослеживается между четырьмя главными храмами: Спасом на Крови, Исаакием, Казанским Собором и Владимирским собором. (Кот загибал четыре пушистых пальца на лапе) Ты еще следишь за кошачьей мыслью? Это душеполезно! Через 25 лет Санкт-Петербург был наказан блокадой и двумя миллионами жизней. Только молитвами святых - Ксении и других - городишко и помиловали.

- Господин циник, что там внизу? - отвлекся ведомый писатель, ибо его тяготило жюлевское рассуждение софистики.

- Где там?

Надо сказать, что с дальней левой от Собора стороны группа людей с помощью шнурка мокала в воду Сены крест. Оказалось, что в пасхальную неделю православные из храма трех святителей Корсунской епархии крестным ходом шли к реке для прочтения святых молитв Господу Христу. Среди них облачением выделялся батюшка. С воззваниями он бросал в воду святыню. А с противоположной стороны водоема недоброжелательные католики наблюдали это иноязычное явление.

Кот был неумолим:

- Забавно, Сена разделяет церковный лагерь на два... Так присоединимся к первым и будем тверды ко вторым. Этим же исповедуем истину. Крестный ход - это всегда неожиданно и приятно.

Кот сделал вираж поворота, мягко подлетел к концу процессии выставил задние ноги вперед как избушка на курьих ножках в советских мультиках. Французский котик совершил посадку и, с многозначительным видом осеняясь крестными знаменими, подошел в толпу. Как раз тогда вероятно стал видимым, потому что Мастер заметил, как все расступились. Ведущий ход клирик на гостя настороженно поглядел, но своего занятия не прервал. Мастер в пижаме из исписанных листков скромно перекрестился, оглядывался с оценкой:

- Ловкий промысел кота, и повсюду красота, но зачем мы здесь?...

- Священник - чтоб освящать, а писатель - чтоб написать. Вместе - мир творить.

- Мир уже сотворен в храме солнца?

- У как ты заговорил?...

- И кто из нас священник, кто писатель?

- В сущности мы одинаковые, ипостасно - разделенные.

Клирик испуганно удивленно глядел на серьезного кота, крестящегося и бьющего крупнокалиберные поклоны, и на спутника в пижаме из исписанных листков и шапке с буквой М. Богослужение он продолжал, ни смотря на это, и кот какбы единодушно уже тряс кулаком на католическую сторону Сены:

- Смотрите, господа еретики, и до вас доберемся!

Представители Римской церкви, что стояли с другой стороны речки, грозно смотрели на это дело, и их очи вспыхивали праведным огнем. Животное в рядах православных их особо удивляло. Даже негр, что ловкой чистящей машиной гигантского водососа мыл полы перед Нотр-Дамом, замер в любопытстве. Ему лично Жюль отвесил сдержанный поклон в стиле Джека Николсона. Поддержав крестноходовую процессию парочка продолжила маршрут:

- Куда мы теперь?

- К одному человеку, полезному в нашей игре. Нужно же порой захаживать к людям? - Осторожно отвечал Жюль Верн.

- Ну а я зачем мсье котику?

- Быть дипломатом.

- Это худшее, что я умею.

- Худшее, и умеешь. Ты сказал.

- С худшим из талантов я удостоился такой чести - слетать на земную сферу. Пусть не во плоти, а пусть духом. Не пожарным для Нотр-Дама, но и не разжигателем междуусобиц. Не тихоней диванным, но и не трубачом апокалипсиса. Неужели, достойных не нашлось?

- Троечники тоже годятся.

Кот с доброй ухмылкой зыркнул на спутника:

- А ты себя самым падшим мнишь?...

- В общих чертах. Мню.

- Я попытаюсь развеять. Кто как не ты в советское запретное время выбрал тему просветительского романа о человеке, мучимом духовными терзаниями за попустительство казней Христовых?

- Вероятно, я. Да?

- Это сказ о каждом человеке. И ты взялся за нее не из гордыни, а по смирению и любви и еще потому, что мы тебе нашептали (кот сделал жест хитрого шептуна). Мы теперь ее на литературном методе в богословии проходим - ученикам преподаем.

Мастер стушевался и опустил голову:

- По амбициям, а не по духовности.

- Скорее, по дерзновению веры. Говорить надо правильно. А чье предсмертное покаяние в дурдоме было ярче чем, у Пушкина и Блока?... Криками да слезами господин Мастер заполнил коридор от туалета до ординаторской. Врачи и санитары дрожью дрожали.

- Священника не было...

- Нянечка была. В скважину подслушала, записала на фартук и с молитвой нам передала. Господу этого достаточно. Да и сейчас ты на нас работаешь.

Осененный идеей, кот вспыхнул:

- А! Или может то, что ты ключи у нянечки украл?... Так эти ключики мы тебе и подложили...

- Ах вы!

- Но-но. Это чтоб ты Ивана уму-разуму научил и передал знание, равно как и лотерейные деньги тебе подсунули, чтоб ты в искусительной московской жизни не ерундой занимался, а исключительной богодохновенной литературой! Единственным уготовленным для тебя от Всевышнего послушанием.

Верн по-наставнически строго смотрел на Мастера. Тот хотел улыбаться, но покорно опускал глаза, как мальчик в картине Решетникова "Опять двойка".

- К тому же за ключи ты исповедался лично мне. 15 Жюлября. У меня и документ имеется, - кот вынул измятый клочок бумаги с текстом "исповеди по жюльмесяцам": "ключи стырил - нянечка за свой счет делала дубликат".

Мастер зарделся:

- Кот для повышения моей самооценки на землю потащил?

Тут уроженец Франции грозно посмотрел на "двоечника":

- Ну а то, что с денницей якшался по отчаянью своему... Ну так то ты и разлучен с хранительницей кино поныне. На то ты и заточен на епитимью в литературное отделение. Но и тут тебя не отпускают. И причащаешься очищаешься на всех моих литургиях. И еще долго тебе тренироваться. У тебя даже ученик есть!.. Пусть один, да зато какой - с великолепным романом!... Мы отчасти тут по этому делу.

Пижамный двоечник воспрял духом:

- Бездомный? Он-то чего в Париже забыл?

- Он - ничего. Но ты. Кое-что должен вспомнить.

Человек и кот оказались перед каменными стенами кладбища Монпарнас. Завернув в серые каменные ворота, Жюль быстро нашел могилку и устало присел:

- Давай переведем дыхание, ибо одышка человеческая замучила.

Он достал из сумки булку сырого теста поделился с носителем шапочки, тот отказался, и кот принялся наминать самостоятельно. Набитым ртом он вещал:

- Я знаю, сидя на надгробном камне, неприлично лопать французскую булку, особенно если это могила собственная. Впрочем, прилично для тех, кто с мертвецами работает по их реабилитации.

- Ты же не в Париже похоронен.

- Да?.. - Удивился котик, глядя на погост, - Действительно, а у меня такая же просто. Камни у всех покойников одинаковы. Дела разные.

- Ладно, полемзаем по Парижу... Вот проплывает площадь Сен-Жермен. О, а тут дом-музей Гюго!.. Вот уж достойный гражданин мира человеческого. Жаль, не общались при жизни.

- И вот ты летишь в Париж не с великим Виктором, за которым на похоронах шел миллион парижских мужчин и женщин, а за каким-то русским в тапках и в пижаме из листов, который ни одной книжки не смог издать.

- Дружба, мой русский друг в тапках, таинство непостижимое. Объединяет самых неожиданных людей, пусть даже гения и незнайку из дурдома. Гюго, наш иерарх, и так занят. А ты не смог выйти в печати, как мы обсудили, по грехам. Нечего к дьяволу в издательский дом обращаться. Писал духовное, а пиар использовал черный. Зато твои книги в небесной библиотеке. Впрочем, уже говорил об этом.

Мастер шел как провинившийся малец с двойкой в дневнике.

- Да, пал Париж, город великий. На каждом кафе или автобусе дьявольская печать скалится. Позгрызал бы...

- Сейчас такая печать в каждом городе РФ процветает.

- Да? Попускают люди - не ведают, к чему. (Жюль, вероятно, имел ввиду QR-коды) Скатываются в электронное язычество.

- А теперь ответь мне, друг русской письменности. Зачем мсье Жюлю нужно было в Париж? Посетить могилу бабушки или проведать внучку? Пожар Нотр-Дама мы потушить не успели. Молчишь? Ладно, сам отвечу. Вот уже за ответом заходим. Осторожней. Тут странны ступеньки, и из клетки зоопарка смешной железный лифт.

Партнеры по полету зашли в "клетку зоопарка". Это был дом старого фонда, ничем не примечательный. У квартиры кошачья лапа звякнула в бубенец двери. И когда к двери подошли, Жюль уже выглядел человеком - теперь это была гражданка РФ. На ней был белый сарафан в крупный горох. В диалоге с французом эта фемина вертелась, жеманнилась и пускала веселые искорки эмоций. Мастер оценил ее подвижность, как будто имелось какое-то неудобство, и та будто не могла найти позы. Лицо перевоплощенной тоже играло мимикой всевозможным образом. В паузу разговора леди швырнула попутчику объяснение:

- Чтобы представительней... Подыграй, союзник.

Мастер окинул взором экс-кота. И тот кивком подтвердил.

И когда со словом "бонжур" дверь открыл человек средних лет, "кот" в горошек начал гороховый спектакль:

- Сава, Мсье Ля Тунски?

Домовладелец отвечал:

- Ouais. Он самый.

Кот говорил благожелательно с человеком, а сам глядел на Мастера, как тот вскипал изнутри, и поэтому кот одергивал того за рукав.

- Вы говорите по-русски, и мы будем. Мы из петербургской лиги издателей. Дело в том, что ваш умерший дед, имевший издательский дом, завещание разрешил открыть месяц назад.

- Да, я слышал - издательский дом Латунский.

- Там эти годы правило коалиция директоров, а по действующему документу вы должны занять пост директора и собственника, в общем...

Француз и внук помял губами:

- К портрету моего русского старика, он отличался некой поведенческой нестабильностью.

Гости молчали потому, что ждали иного слова, которое им и дали:

- Ну, господа-петербуржцы из лиги, проходите внутрь. Дед его нам купил. Значит и вы тут вхожи. А почему целый месяц ко мне шли? Долго обсуждали мою кандидатуру?

Кот был застигнут врасплох:

- Э... Мы исследовали рынок текущей прозы. Ведь в завещании сказано, что вы должны, если к тому созреет конъюктура, издать этот роман. Он называется Мастер Понтий и пес.

Мастер вздрогнул. Из рук перевоплощенного кота к отпрыску деда пошел в конверте и на флешке его роман.

- Удобно, когда дают инструмент и сразу говорят, что им чинить. А почему этот гражданин в таком костюме из листов?

- Такая у нас акция - рекламируем издатдом Латунский... "Оденься в классику". В Париже такой перфоманс все-равно никого не удивит. Тут хоть голым бегай - подумают, современное искусство, и не заметят.

Внук не оценил творческой силы момента, но обнажил человечность:

- Надеюсь, мне разрешат изменить рекламную политику. Если ему жарко - пусть разденется и листья повесит на вешалку или сложит на стол.

Кот, переодетый в девушку, отказался:

- Нет, он справится. Вас ждет ставка директора - это 90 тысяч рублей в месяц. Это очень хорошие в России деньги.

- Хороши ли деньги в России? С чем по крепости их можно сравнить? И какие именно страницы на вашем рекламщике?

Мастер сжал кулаки, потому что это был его роман, неизданный дедом этого... Кот сдерживал спутника, чтоб тот не набросился.

- Этот, как его... - Мастер начал щелкать пальцами, чтобы вспомнить название, - Об одном писателе со справкой из дурдома, который проиграл пари всем земным издателям.

- Без любимой, без семьи, зато со справкой из дурдома, любопытно. Я бы прочитал этот универсальный портрет. Он обрел тишину?

- Да. В картонном замке.

- Почитаю.

- У вас появится такая возможность.

Верн ожил снова:

- И еще одно обязательное условие...

- Вы меня уже заточили в клетку миллионом условий и рамок.

- Прежде чем коалиция сдаст вам полномочия - это отнести сценарий, написанный одним замечательным автором Иваном Бездомным о тусовке великих советских актеров в одном небесно-загробном общежитии\ домене\ домене загробного мира - фантасмагория, фейк, но комедия непринужденная... и экскурс в советский киномир. Франция всегда с пониманием относилась к нашему кинематографу. В общем, дед ваш просит, чтоб вы сходили к дядюшке Гуамону... (не почтой, а напрямую в офис) и попытались поговорить о съемках.

- Что-то любопытное. Давайте гляну.

- Текст вы получите позже от нашей сотрудницы, помешанной на русской церкви. Пока она выкупает у Бездомного авторство.

- Книгу написал этот Бездомный?.. Что-то дед заикался об этой фамилии.

- Да, написал он. Хотя может и сами актеры, за столом собравшись весело. Хы-хы.

- А почему вам нужен французский режиссер. К русским отнести мешает политика? Бондарчук или Михалков... Кто бушует там, в московском кинопространстве?

Девушка-Жюль ухмыльнулась:

- Видите ли, с того момента, как от советского кино отошел некий дух вдохновения, прискорбно признать, но он туда так и не вернулся. Не благословил наших Бог. Был Балабанов. Подавал надежды Бекмамбетов. Петрухин, Хант взбивали ножками сметану в кувшине. Неплохо начал Быков. А Франция - нет-нет - да и выдаст шедевр, потому, что дух иногда посещает. В общем, если возьмется, то в прокате фильм ждет успех.

Русский француз пригласил визитеров в гостиную:

- Угощайтесь. Есть сок, кедровое молоко, сметана. Чая нету.

Котик в женском обличии муркнул:

- Давайте сметану - так проголодался с дороги... Мочи нет.

Латунский поставил сметану и блюдце. Жюль Верн вылила сметану на блюдце и стала лакать, - Простите, у нас так там едят.

Потом, правда, взял ложку и извинился за фарс.

Мастер ходил мимо комода, разглядывал стоячие фото. Конечно, он узнал ненавистного деда этого человека. Вспомнил, как он приходил к нему с этой рукописью, как неловко лебезил, а тот вторил и делал вид, что располагает интересом к чтиву. А сам сдерживал смех. Мастер мял пальцы. Внутри клокотало, современным языком - выбешивало, но художник слова держался. Сталин учил, сын (а тем более внук) за отца не в ответе. Да ведь он и сам почти все простил. Давний Латунский стоял, держал мальчика в шортиках за плечо и улыбался. Будто он и не натворил гадостей. Перед комодом Мастер какбы извинялся за безумную Маргариту, которую не остановил, и которая разнесла все, что могла, за психический урон принесла мат. ущерб.

Сбитый с толку француз продолжал:

- Вы должны пойти к директору Гуамонт Интернешл к Sabine de Mardt и сказать, так и так, снимите гениальное кино на гениальный сценарий... актеры как живые тут; со смеху помрете. Правда, нужно очень много графики - фактически всех актеров необходимо заменять три-дэ моделями. Мимику и поведение реконструировать по архивам Госфильмофонда. А деньги... Их как раз ваш издатдом и соберет. И не забудьте сказать, что завещание старика было таким. Тема короновируса тоже присутствует. Уделите внимание ваших глаз, прочтите... (кот сделал улыбчивую паузу) Пусть это будет ваше тестовое задание. Если спросят, почему мы, скажете, чем-то старику была симпатична компания, символом которой была Маргаритка, в честь мамы отца основателя. Да-да, которая стала прообразом Маргариты Гомон - матери Леона Гомона. Ваш дед говорил, что у вас должны были сохраниться дружеские отношения с Sabine de Mardt. А она с 2018 является менеджером компании. Вы с ней росли вместе, а совместное детство всегда смягчает диалог.

Мастер, разглядывал полки и заметил одно:

- У вас православные книжки.

- Да, я жил в детстве в Советской России... И в Москве. И родители сказали, самое главное - наш Бог, Он спасет нас от нас самих от всякой нечистой силы, в случае чего.

- Если ведьма в квартиру залетит и крушить начнет?.. - Перебил резкий Мастер.

- Типа того.

- Вот-вот, именно, - оживился, улыбаясь, гражданин не то России, не то Парижа, - в общем, однажды на экскурсии в Киево-Печорской Лавре одна женщина про меня помолилась, и от пола на меня трижды волной сошло тепло, и что-то навсега во мне изменилось.

Кот тоже не удержался в этой теме:

- Вы допускаете, вирус, прививки, кьюаркодовый карантин - это дьявольские штучки, описанные Иоанном?

Владелец квартиры в Париже потерялся и запнулся.

Мастер спас момент:

- Молодцы ваши родители - хорошие ценности вам привили. И книги у вас интересные... Достоевский, Алигьери...

И тут он обернулся веселым:

- Всех их объединяет одно - Библия. Все великие авторы аппелируют к сюжету Евангелия, все они заимствуют библейские сюжеты. Видно, без него подняться на желаемые экзистенциальные высоты не удается. Невозможно занять глубину, не имея опоры от Бога.

- Да, куда мы без Святого Писания. Что читатели, что писатели, что, как я вижу, издатели. А вот. Нашел чай. Хотите?.. Арабский, но хороший. Видно, из-за переселения арабов под них и продукция идет.

Писатель в пижаме подошел к окну:

- И тут башня... Наверно уютно тут жить и писать... Жюль... Э... то есть Мариша.. Ты бы могла жить в Париже и писать какую-нибудь фантастическую книгу?

Девица в гороховом платье пожала плечами в раздумии:

- Не знаю... Если б утром круассан с сливками б кто-то приносил или сметану в блюдце, то можно и попробовать.

- С высоты этот город похож на разрезанный кремовый торт... Взлетай, становись гигантом, хватай ложку и ешь. Только творческий процесс не останавливай.

Закончив официальную часть парижской миссии, дружки покинули апартаменты потомка редактора. Для этого раскланивались ему, а они им еще кричал сверху пылкие благодарности.

- Ну что, надо бы сувенирчиков купить, как думаешь?

- Эйфеливы башенки?...

- Точно!... А где они есть? Под Эйфелевой башней?

- И там.

Мимо наполеоновских конюшен компаньоны протопали до башни, и там негр с гигантским кольцом с нанизанными сувенирами обратился к Мастеру:

- Хей, you are my white brother.

Потом без тени смущения к коту:

- You my cat brother.

- ??

- Короче, купите часы... и башни заодно, - обратился афрос на чистейшем русском.

С упоением, поторговавшись и веря, что сильно выиграл и провел вокруг лапы простодушного чернокожего, кот приобрел китайские часы, полагая, что это дорогие французские. Также набрал кучу зажигалок Зиппо - тоже китайских - по бешеным ценам.

- Ну теперь всем надарим. У меня Гайдай спички просил и часики для Раневской.

- Теперь чего... В Лувр?

- И не уговаривай! Масонское сооружение... Количество стекл в пирамиде - ровно три шестери... Да и нечего там зырить. Это тебе не Мурмитаж, где весело и неожиданно. Дуем на вокзал. Ты на поезде или на самолете хочешь обратно?

- Я на поезде... Так локдауны же опять?

- Французу, во Франции написавшему сто романов откажут локдауном?

В кассу кот обратился седоволосым ухоженным мужчиной, который действительно написал массу великих книг:

- Нам два билета. До Хельсинки на поезде. И оттуда до Петербурга. Есть в поездах что-то щемящее уютное. Особенно когда пересекаешь границу по 37 параллели.

- Там 60 вроде?

- А магнитные полюса двигаются - не считаем?

Женщина в кассе сделала скептическое лицо, а кот в шкуре мужчины включил всю "наивность" убеждения:

- Да-да. Северный, к примеру, движется в сторону Сибири со скоростью 60 км\год. И это в 4 раза больше, чем 100 лет назад.

Тут кот обратился к Мастеру:

- Может, сядем на магнитный полюс и на нем доскачем, куда нам нужно?

- Например, на сто лет тому вперед. В гости к Киру Булычеву.

- Ты прав. Питер и Хельсинки откладывается. Меня ж писатели ждут. Мы же проводим день духовной книги!

- Ты опять выйдешь к умным людям в картонной коробке, раскрашенной под букварь?

- Да, опять! Бежим!

- Куда??

- По адресу Париж, туннель де л'Этуаль, Триумфальная арка. Поезд не годится - портал годится.

- Ага, ваша кошачье-французская помпезность! Если и возвращаться, то через Звездные врата.

Кот и Писатель в пижаме выскочили с вокзала и поспешили к Елисейским полям.

Кот достал из шерсти рулетку-линейку:

- Мне хочется посмотреть, помещается ли в просторе арки самолет. Шарль Годфруа пролетел 9 августа 1919 года на своем самолете под ее сводами.

- Ты не поддерживаешь официальную историю мира?

Кот удушенно и отрицательно помотал головой. Мастер продолжил:

- Но люди пусть остаются в неведении?

Кот согласительно покивал головой.

- Истина в тоннеле времени себе дорогу прокопает. Без кота и без писателя в пижамке.

- ...

- Ладно. А пока бежим для баланса расскажи, чем опасен католицизм?... Ведь протестантов мы разобрали.

Обрадованный кот открыл рот, поднял палец, и в этот момент друзья исчезли.

Глава 11. Самоизоляция для умных женщин

Пение клироса завершилось, мужчина к черном подряснике вышел на амвон и перед затихшими людьми огласил:

- Не думал, что мне придется это произнести, но на пасхальный праздник храм будет закрыт.

Несколько женских лиц всхлипывали и дрожали. Угрожающая тишина катилась по залу. Оратор в рясе съел глазами горечь с лиц прихода и продолжил:

- На этот раз духовное начальство дало безапелляционный и недвусмысленный указ. Пасха будет домашнего типа.

Послышался резкий голос прихожанина:

- Мы можем служить на улице или в лесу. Антиминс вынесем.

Первый говоривший упредил вежливым мнением:

- Оба этих местах будет перекрывать полиция. К тому же, мой дорогой, в лесу - лед. Как вы на четыре часа ночного ледового стояния потащите бабушек Ирину Ивановну и Галину Ростиславовну?... Тогда для согрева захватите гробы из Италии.

Прихожанин опустил голову:

- Гробы не настоящие. Известно, постановка.

Зал панически молчал. Бывший священником со смущением улыбнулся, переваривая людской протест, сошел к дверям, еще раз извинился, в гардеробе оделся и вышел. Приход постоял вкопанным еще какое-то время. Одной из прихожанок была Маргарита Николаевна. Она оглядела стоявших, перекрестилась и тоже пошла домой. В Питере в этот период обычно очень холодно, а на Страстную неделю - особенно неуютно. Сетки ветвей болтаются ветром, хватают мерзлый воздух, вгрызаются в холодную ночь и шахматно-хаотичное пространство окон многоэтажек. Деревья полны рваного целлофана, и те выглядят обносками невидимых мертвецов. А ветер - пронизывающий, дерзкий и беспощадный к ослабленным затяжной зимой россиянам. Холодные шары подаются с небес для охлаждения улиц, и люди жмутся в упаковку пуховиков, в куколи демисезонной синтетики, чтоб не поддаться этим шарам. Наша идущая прихожанка ничего этого не замечала, мысли ее циркулировали в пространстве иного типа - в море слов из религии, политики и медицины. И дома она села за стол, потянула руки на Евангелие, свела губы трубочкой и погрузилась в размышления:

- Ну, рассуждай, Маргарита. Покажи непредвзятое око рациональности. Продемонстрируй не подверженную страстям, от которых ты избавилась, интуицию. Один вопрос тебя терзает как и упомянутых бабушек. Такой: как разобраться в вирусной кутерьме? Статьи пишут, патоген какой-то ловкий, родня геному иммунитета человека - оттого он такой приспособленец. Но тут твоя логика, Маргарита Николаевна, завершается. Попробуем по экономике судить: подключив ресурсно Россию, Китай делает удар по Америке и выкупает ее акции в своих предприятиях, ну и в Италии заодно. Ну а вирус. Что вирус... Ради больших денег можно устроить большой спектакль. Я к тому, любительница книг, что почему бы не глобальная инсценировка и имитация - проверить, как поведет себя удивительное человечество?

Марго опускала глаза мимо стола, у нее наблюдалась волнительная улыбочка, означавшая примерно: "ох, а я способна на изощренную мысль". Фантазия и рассудок раскручивались в ее голове далее:

- Нет, не гоните меня палками со сцены - давайте рассмотрим все версии! Именно, имеет ли место короновирусный грандиозный театр?... Или запущен зловещий вирусный капуцин, от которого надо разбегаться по углам? Итак, за имитацию: может, нашелся кто-то "умный", который нанял все правительства, которые наняли федеральные СМИ, министерства здравоохранения и спецслужбы, которые подкупили все госбольницы мира, и теперь жители планеты пляшут под дуду танец паники, выкаблучивают польку подчинения. Деньги... Остап Бендер говорил, если есть деньги, значит имеются люди, у которых их очень много. Наверняка, на Земле имеются триллионовые миллиардеры, тельцу златому круто послужившие, которые зачем-то сошли с ума и решили сотрясти мир пандемилой, придумали запугать и заключить в самоизоляционную кабалу. Я - религиозная библиотекарша, читаю неожиданные произведения. Стивен Кинг в книжке "Туман" говорит, что если людей пугать долго и сильно, то они пойдут за любым, кто предложит спасение. Может, такой "спаситель" и устраивает режиссуру, имея запазухой лекарство от несуществующей болезни.

У Маргариты имеется знакомая - точно вменяемая - говорит, что скорая помощь прискакала к ней чихающей и за деньги предложила подписать бумагу, что, мол, не простуда, а короновирус. Неужели, больницы всех стран с министерствами здравоохранения, образования и прочих заведений подкуплены? Неужели все СМИ, госструктуры и правительство ее страны участвуют в розыгрыше. Зачем она им верила? Откуда это в человеке: верить тем, кто над тобой? Короче, театр ковид - примите на вид. Вот и Катя Гордон - а она не дура - тоже считает, что все ТВ-новости - это фейки, и что Билл Гейтс лоббирует вакцину и порабощает всех цифровизацией. Люди, послушно сидите дома, а мы совершим безболезненный переход к тоталитаризму. Если так, то радуйтесь президенты всех стран. Милые олигархи подарили вам возможность зажать гаечки.

С другой стороны, может быть вирус реален, и на больницы выделены деньги на борьбу с ним, но чтобы их осваивать, требуются живые короновирусные люди... В нашей стране ведь пока докопаются до правды, на ворованное можно трижды пожить. Вот работники в халатах и подносят на подпись странноватые бумажонки.

Ладно, рассуждаем далее. Марго, ты - умная женщина. У твоей глобальной театральной парадигмы должны быть еще доказательства. Допустим, если в Китае плясал один вирус, а в других - танцевала модификация иного сорта, то скорее впрыски инфекции провелись согласованно во многих нужных городах. Могло ли такое быть? Не знает "умная женщина". Но потом историки спросят: А был ли вирус?

Может это такая война? Третья мировая невидимая?... Как говорит святая Матрона, без войны война идет?.. И как уверяет другой святой, все будут говорить, мир и безопасноть, а совершать, по сути, что-то обратное?

Паниковать не надо, Рита, а смотреть рассудительно - надо. Исследуй, что изменилось. Всех посадили на карантин, заставляют писать отчеты, причащаться дозволяют с дезинфекционными гаджетами. Только и всего. Последнее - это скверна? Это несомненная скверна! И люди в Великий Пост из страха смерти боятся приходить в храм к Тому, Кто смертью смерть попрал. Хуже то, почему батюшки как один молчат. Улыбаются, просяще глядят в глаза и молчат. Молчат как раздавленные. Кто на них наступил? Неужели сам дьявол?

Вопросов слишком много, но один ответ Марго оснознавала ясно: удар был именно по Православию... Ведь ни буддистов ни мусульман не закрывали и не ограничивали. Видели вы, чтоб глава ислама сказал: "правоверные, в мечеть не ходите, дома молитесь" или лидер синагог запирал синагоги? В помещениях этих культов битком набито. Только на наши церкви полиция косится да перешептывается.

Ох, тогда скоро будут обвинять нас, Христиан, что мы разносчики инфекций. Интернет пишет о RFID - технологиях чипирования, мол, где-то заграницей идет полным ходом. Ну а если не чипы, то такие штуковины на руку, типа штампа с проникающим лекарством. Раз мы, православный народец, чипы не берем, и говорим, что личность - это святое, что тогда? Те, кто не уйдет из населенных пунктов, тем пытки и расстрелы?... Те вне закона?...

У нас-то и раньше наблюдалось появление новых законов, где человек - скорее биологический объект, нежели личность, и чиповая идентификация его - в порядке вещей. Слежение за биообъектом юридически продвигается. Логично предположить, что болезнь пиарят в целях устрашения населения, чтобы домой загнать, совершить цифровое приучение, итогом которого наверно будет вживленное устройств, контролирующее волю или типа того.

И тогда через полгодика мир изменится. Вместо паломничества в Палестину на Святую Землю, на что она откладывала деньги, придется убегать в леса, на территорию единственно возможную. С общинами христиан, таких как она, не взявших метку Антихриста, таких же, только с маленькими детьми. Придется превращаться в бойскаутов, жечь костры, строить шалаши, ловить карасей и кочевать по ночам прочь от дронов. Романтика, которой не было.

Маргарита скривила лицо мукой: Господи, помилуй мя грешную... Уведи меня от пытки... Я не хочу физической боли... Не подготовилась я. А ты как молился в Гефсимании?... Отче, не моя воля, но Твоя?,.. Ох, как непросто произносить это...

Марго отошла в некой некрасивой сгорбленности, покачалась по кухне, потом опять напала на подоконник руками и посмотрелась в отражении стекла, за которым была ночная улица:

- Но да, так истинно,.. Боже... Ты слышал, Твоя Воля...

Женщина глядела в окно, в котором с работы возвращались девочка и конь. Откатав детей на набережной, животное галопом скользило мимо лип и фонарей. Отдав молчание картине внимание, Маргарита включила мысль дальше.

Священники не говорят про последние времена. Вот что подозрительно. Чинуши гайки затягивают, каратинины выдумывают, приучают подчиняться, заставляют принимать оковы от властей. Вот уже и Госуслуги спрашивают твоих координат. Но - есть Господь, - их сервак загнулся, а будто так и надо. Будто бы не для того, чтоб печати Врага принять. Не могу сообразить, не могут же все как один ошибаться и не видеть очевидного? Может, им запрещают?... А может, мы с католиками давно заодно, а даже и не знаем того?? Может, они не такие верующие?.. Чур меня от осуждений! Но все эти салфеточки для Христовой Чаши, уксус для лжицы. Неужели клириков посещают мысли, что через Кровь Христову можно заразиться китайским вирусом?... Она сама видела, как один батюшка не облизал лжицу после очереди причастившихся и спешно ушел в алтарь.

Как удачно князю тьмы идет на руку инструмент короновирусной паники. Как легко удалось прикрыть церкви. Нате вам штрафы, нате угрозы властей - и почти никого в Божьих домах. Портя привкус Пасхи, невидимая лапа клыкастого наползла над городом. Чтоб доложить властям, в церкви залетают внезапные журналисты и на камеры пытаются регистрировать, есть ли люди на богослужении. Батюшки выводят прихожан через задний вход. Марго сама в дырку в заборе запихивала бабок и уводила их дворами. Дни были окаянные. Духовенство сидело и ждало, что в любой момент могут заскочить ребята из Росгвардии. Однако, те не заскакивали.

Страстная седьмица показала, какие мы христиане. Вон штрафами и пикетами милицейскими заперли храмы, и исповедовать веру никто не пошел. Патриарх рекомендовал: ладно, не ходите... - и с радостью все по домам остались. Тут покаяние всей страны требуется, что христопродавцами становимся. Может, с ним Господь и отодвинет чипирование.

Конечно, страх наш фальшивый. Дается тьме короткий период, испытать людей. Пусть даже какой-то из всадников Апокалипсиса и протрубил. Так быстро ненависть людей вздыбилась... И хоть многие оскаленно злобятся на нас: вот вы, церковники, это вы виноваты в распространении заразы, знаем, давлению будет конец. Все нам по силам, вот она с тобой, Божья рука. Только протяни свою, и подвиг нашего терпения отзвенит в вечность святым колокольчиом.

Что же касается Маргариты?.. Конечно, она каждый день бегала в храм, служила на рабочем посту, утешала людей и иереев, протирала спиртом иконы и носила перчатки. А дома, куда добиралась дворами, она просиживала в холодной комнате, по-долгу смотрела на черный квадратик розетки, потом становилась на колени и молилась:

- Господи, умали сердца Росгвардии, чтоб не видели в жителях в соотечественниках врагов... Чтоб обращались бережно. Как с людьми, а не как со скотом. Чтоб закрывали глаза на то, что верующие текут в храм... И на стариков закрывали глаза.. да и на детей... В общем, на всех.

После молитвы открывала на телефоне Последование к Причастию и попыталась готовиться к завтра. Но мысли вертелись, и чтение не шло. В этот раз она не открыла Библию, на которой лежали ее руки, а открыла тетрадь с бухгалтерией храма и заказам Сорокоустов и записала стишок:

для того и карантин,

чтобы все мы как один,

веру смяв, паниковали

от Европы до Австралий.

а потом предложат чип.

мол, кто взял - спасен от грипп

и от всех других болезней

нету чипика полезней...

только чип тот не простой

будет властвовать тобой...

обещает сдвинуть горы,

к счастью, будет он не скоро.

эту бяку не бери:

убеги, сожмись, соври.

это тьма - изъятье воли.

гладь кота, ты Божий коли...

Марго подумала про церковную кошку, которая лоснилась, которая процветала на церковном ходатайстве и нравилась всем детям. Эти святые дети из-за кошки и тащили родителей в их храм. В великий пост ей урезали питание. Потому, что денег действительно было мало. И вискас подорожал. Кошка не понимала, за что ее так жестоко ограничили и с претензией и мольбой мяукала. Мяу-мяу. Но матушка в храме была справедлива ко всем:

- Мы за коммуналку еле сводим. А тут две тысячи на вискас... Конечно, Маргарита Николаевна тайно подкармливала из своих запасов:

- У нас русские олигархи богаче западных. Значит, и православные кошки должны быть жирнее католических. Кушай, Рыся, благословенное питание от РПЦ. Ты не жадная и Богу служишь больше нас. Птичек таскаешь и под Христом ростовым складываешь.

С иронией глянув в свои строки, библиотекарь дала вердикт:

- Текст кривой... Значит, и талант кривой... Меньше позора на Страшном Суде.

Марго рассуждала дальше:

- Ох, проза и поэзия, что с вами будет. Возможно, в дальнейшем будут искоренять право на чтение физических книг! Мол, заразна ваша бумажная литература, и надо цифровизовывать. Вот уж гнилое слово. Дьявольская цифровизация. Если сначала было Слово, который Господь, то Антихрист в конце, вероятно, захочет предстать цифрой. Куда пойдет ее библиотека? Тома гениев, мимо которых она благоговейно курсировала на работе, станут под запретом, а то и сожгут.

Как легко стал очевиден план Антихриста. Дьявол из зависти к Богу, у Которого "каждый волосок сосчитан на голове человека" тоже хочет сделать свою систему контроля. Он использовал для своих демонов самое простое, что есть в природе - бинарную цифровизацию. Внимание, правильный ответ. Кьюар код. Вот он маркер сатаны. Вот интересная тема! И на нее в СМИ как раз наложен табу! Вот, о чем стоит мыслить, проницательная Маргарита. Так вперед! Ладно, многое оказалось фейком. Как то, что все устроили американцы, или то, что вирус - просто глобальный театр. Похоже, все-таки болезнь существует. Это факт. И такой же факт - глобальная маркировка населения. Все это предсказывали лучшие пророки. Сатана руками своих наместников путем названной печати возьмёт души людей перед концом света, и будут потом они гореть в аду как дровишки в камине.

Вон, смотрите, как в Китае кьюарят руки на всех углах. Всех, кто хочет перемещения, тех метят. Теперь человек становится товаром, не отличается от банки тушенки, на которой штрих-код. Заметьте, в рабство за лакомое временное облегечние мы отдаем себя добровольно. Зверь, описанный в Евангелии - это супер компьютер в Бельгии, который собирает базу данных о всех людях. Печать зверя - QR-код, который планируется на выдачу каждому. В варианте России он выписывается Госуслугами. Антихрист - какой-нибудь Папа римский, но это не точно.

Ох, может и перегибаю я? Кто поможет разобраться? Ткачев говорит: "Что вы ноете, храмы закрыты, но литургии-то служатся. Хуже, если были бы открыты, а Символ Веры уже другой." Действительно, пока матушка-церковь дышит, все у нас будет хорошо, врата адовы не одолеют ее, и Биллы Гейтсы нам не страшны.

Если б IT-гений Гейтс был добрый, так изобрети вакцину да отдай в больницы. Так он же попутно и штамп на тело предлагает и целую систему контроля через смартфоны. Подозрительно. Помнится в неких кругах ходили выкладки, имя "Билл Гейтс" пересчитывается в три шестерки. Может, он антихрист? Недавно Марго заныривала во всемирную дьявольскую сеть, смотрела справку. Билл Иванович Гейтс. 55-го года рождения - не годится на эту роль потому, что старый. На Вия похож. Тут, на пашне порабощений, еще пахать и пахать.

Эх... Позвонить бы какому-то надежному доктору, который точно скажет, есть ли актуальный вирусок, или все балаган оплаченный. Так нет такого ни одного!.. Страх к медикам всегда отгонял ее от больниц. Домашними рецептами лечилась. Ну и молитвой, конечно. Базой для анализа остаются слухи, Интернет и новости. Марго не так давно ныряла в паутину, читала статейки, много лопатила, сильно утомилась. Больше расстроилась, чем разобралась. В одном убедилась. Может, для чипов техники пока и нет. Но вот для татуировок на основе меди, имплантирующиеся в руку и несущие информацию о прививках - вот это реальная разработка! Так-так. Вот она печатушка, сами кого понимаете.

Как не хотелось жить в последние времена, они явственно настигают. Все надеялись, что Вседобрый Бог отдалит, и мы умрем в лифте или на веранде в тишине от старости в окружении тысячи внуков, выпив от каждого по стакану воды, держа любимую бумажную книгу. Но вот звоночки звенят о другом. Все-таки должен зажечься благодатный Огонь. Ведь три святыни, Огонь, Мамврийский дуб и Иверская икона Богоматери, которые, пока живы, не попустят конец. А с другой стороны, если начало конца, значит Христа скоро увидим, не умирая! Если останемся верными, конечно... Долой малодушие, Маргарита! Ты многое терпела. Господь по силам попускает. Ты видишь, как реализуется механизм запугивания и приучения к подчинению. Как через толерантностонов? Что же так удивляешься, когда это осязаешь из опыта?... Где твоя благоразумная политика, зачем ведешь себя как истеричка? К тому ж, отсрочка еще имеется.

Шла к окну, смотреть на мерзость запустения улиц и на пожилую даму с собачкой. Последнее у нее заняло минут двадцать. После чего еще подняла перо, перевернула страницу и справа от столбика умножения цен свечек на количество свечек в пачке записала строфу:

Поднимает веки тысячелетний Вий.

На наших нервах путем пандемий

Дьявол, к печали нашей, играя,

Оскверняет Пасху и 9 мая.

Собянин сказал: возьмите QR,

И будете ездить легко по Москва-р,

Уйдут в небытье изоляции муки,

Коль станешь товаром от Госуслуги.

Блаженны те, кто погиб от ковид.

Они не услышат, что говорит

В рупор выжившим для пользы наций

Новый мессия цифровизаций.

Колючая проволока - QR-закон -

Стянулась невидно у дверей и окон.

Вздыхаем с мольбой, трясемся от жути:

Хаос в квадрате - печатью нам будет.

С этим словом глаза талантливой женщины стали слипаться. Она потянулась, зевнула и пошла расправлять диван. На утро, проснувшись, она будет помнить короткий сон, где с прямоходящим рыжим котом по офису вдоль рядов клерков она плыла, и тот хвастался:

- Отдел поиска истины напряжен у нас по уши. Посмотрите, за кипами бумаг они ищут правду...

- Какую?.. - спрашивала кота Маргарита Николаевна.

- Насчет вируса... Существует или выдумка!...

- Я думаю, вирус существует и в первую очередь в головах.

Кот посмотрел особенно и ткнул на первого попавшегося клерка:

- Любопытная мысль... Подайте ее этому работнику на разработку.

Глава 12. Марго в роговых очках

Мы не говорили, что в последние двадцать пять лет жизни этой дамы она изменилась радикально. Стоит извиниться, но из-за однообразия и скучности ее календаря мы просто опускали некоторые биографичные моменты. А между тем, бытовой режим Маргариты Николаевны с молодых лет кардинальным образом поменялся. Итак, читатели, готовьтесь: вы услышите неожиданный поворот. История героини в наши дни. Каждый день Маргарита Николаевна просыпалась в шесть утра. Тут же после гигиен долго слезно молилась Богородице. Библиотекарша была уверена, что исключительно Пресвятая поймет ее ужасную беду, растянутую во времени и пространстве. Только Безгрешная может оценить, как, почему и надолго ли заблудшая личность сваливается в бездну греха. После душевной гигиены грешница Маргарита одевалась и двигала в церковь. Именно! Натуральные читатели, вы не ослышались! С восьми до десяти она работала там. Потом спешила на работу (библиотека-то находилась в двух шагах, и открывалась в десять часов утра, не раньше) После работы опять же - дом Божий: вечерняя служба. Суббота и воскресенье были целиком отданы Богу. Благодушный читатель наверно спросит, о каком религиозном бреде пишут бородатые авторы? Известный факт: это ж колдунья! И не важно, что по жертвенности за другого "добрые" намерения имела. Присяжные, загибайте пальцы: с бесами якшалась, на балу смеялась, даже метла была. Простил ли Господь или не простил, мы не имеем подтвержденной информации. С каких добрых дней она стала прикасаться ко Кресту, а потом и к Чаше, мы тоже не знаем. Но только с некоторых пор ее регулярно можно было видеть со скрещенными на груди руками с глуповатым отрешенным лицом, семенящей стопами, чтобы принять тело Христово. Она видела этих личностей у себя в квартире. Именно: кота и его друга в клетку. Врачи смело бы сказали:

- Понятно - оно самое, на букву "Ш". Явление в медицине малоизученное, но к ситуации определенно применимое.

И как-то она смирилась с видениями и уже жила с ними в нейтралитете, хотя ловкое зрение давало ей наблюдаит и личностей других, иного сорта.

Церквушка была захолустная - в каком-то спальном районе Питера. Исследователи Маргаритиной жизни знают одну ее склонность: из всех ярких возможностей всегда выбирала не самые шикарные углы. В этот угол она приходила раньше всех, молилась у главных икон, долу била поклоны, потом хватала отвертку и тряпку - это ее оружие - и с остервенением и умелостью с колокольчиков подсвечника вычищала склизский воск. Священник появлялся с вопросом к охране:

- В приходе кто-то есть?

Та отвечала:

- Рита, как всегда.

Клирик двигал в верхний ярус, улыбался себе под нос несказанной улыбочкой. Он был умиротворен и спокоен.

Имя работницы и прихожанки, собственно - всё, что о ней могли сказать на приходе. Когда она первым образом появилась в доме Божьем, ее спросили, и она представилась: "Я - Маргарита". Каждую воскресную литургию эту Маргариту можно было увидеть в очереди на получение Тела Христова. Со скрещенными запястьями она подходила к рукоположенному клирику, имеющему преемственность от кроткого апостола Андрея. Подобно копью клирик заносил над дамой золотую ложку, она открывала рот - он засовывал ей хлеб, смоченный Великой Кровью. Зубы Маргариты жевали, рука рисовала по воздуху крест, ноги отводили закусить рассеченной просфорой, снова брала свое оружье и возвращалась к обязанностям. Причащали библиотекаршу под именем ее самой. В Святцах известны две святых: гречанка Маргарита Гунаронуло, которую коммунисты схватили в храме, чтобы расстрелять. (Ведь она вступилась за белого офицера.) И Маргарита Закачурина, инокиня-портниха, расстрелянная теми же товарищами в 37-ом. Глядя на нашу подопечную, тоже хотелось сказать: "Святая же! А не расстреливают потому, что пока время мягче."

В обычной борьбе Литургии против сил зла оружье ее состояло из двух предметов: скребка и ветоши. Скребком она счищала воск, а ветошью стирала помаду да слюни с великолепных образов. Пока текло таинство службы, хозяйка скребка успевала и отстоять, и трижды пройтись по всем подсвечникам, чтобы содержать в чистоте стекла ликов, когда к ним плыла очередь слюнявых лобзателей. Позже нашей Маргарите доверили еще одну "повинность": На Причастии она разливала святую воду и раздавала освященный хлеб. Вот такой поворот событий. Неожиданно после магического опыта с нечистой силой?

Обычное состояние покоя Маргариты - это когда она стояла в углу храма, увлеченно смотрела на иконостас перед алтарем, один за одним дарила челу крестное знамение и улетала умом к небесам. Женщины в храме находятся слева (где Богоматерь). И она стояла слева. Сосредоточенный на иконостасе взгляд, лишенный эмоций. Пружина, сжатая вовнутрь. Ничего нельзя было сказать о том, что пружина чувствует или думает. Днем - библиотекарь. Вечером - диакониса. Платок ее головы был серого цвета. А на нем теми же нитками что и на шапке Мастера торчала вышивка: М и крестик.

Что скрывалось в личных ее молитвах - мы тоже не знаем. Из боли и уважения к силе духа этой женщины автор не осмелился залезть в индивидуальный духовный мир прихожанки. Хотя предполагает, нечто об отсрочке затопления города на Неве, к примеру, также за милосердие против вируса, укрепление веры народа перед Вторым Пришествием и уменьшения кровопролитий в нестабильных участках у границ РФ. Очевидно, молилась не только за себя. А может и не за себя вовсе.

Проклятие долголетия наглым образом посетило её естество. Чтоб было время осознать грехи, ей выдали билет на долгий сеанс покаяния. С ним же она чувствовала и намек на прощение этих грехов (или хотя бы одного греха!)

Красота ее не ушла до конца. Хотя и морщины, и изъяны теперь проявились, и на лице все обвисло. Даже в старости по некоторым женщинам можно сказать: "Как хороша она была в молодости" или "Какой красотой Бог одаривал эту несчастную!" Но попирая личную внешнюю эстетику, Маргарита как бы специально уродовала себя! Часто она одевала убивающие ее изящество очки из толстой оправы. Она чувствовала болезненную исцеляющую пользу от самобичевания. Когда этими очками и ужасной старушечьей шерстяной жилеткой превращала себя в безвкусную старуху, то в глубине души она радовалась и ликовала. Впрочем, со скребком и тряпкой библиотекарша смотрелась весьма обаятельно комично, как персонаж детской сказки из театра юного зрителя.

Духовник у Маргариты Николаевны был один, который отличался немногословностью. Звали его Романом! Он был молод, беден и кроток. Сама для себя Марго иронично замечала: "Сначала я вложила в Роман душу, а потом и меня Роман пожалел и исповедовал на Евангелие". Из этих слов, люди делали вывод, что прихожанка была связана с каким-то творчеством. Священник этого имени Роман - вероятно, знал о ней многое, но за скрежетом терпеливых скул держал внутри Романа, никого из прихожан не дразня ненужной информацией. Хотя самостоятельно, может, и спрашивал разрешений у высшего духовенства на некоторые таинства по поводу этой дамы. Было очевидно, что клирик к ней благоволил и даже несколько раз приглашал прихожанку из библиотеки провести оглашение крещаемых. Имея запас начитанности и аудиоподборку Андрея Ткачева, Маргарита применяла весьма броские выраженьица:

- Велика ли жертва Христа своему творению через смерть и поругание?.. Достаточно велика... Так почему мы не верим, и нас требуется уговаривать, зазывать в храм?.. Вот и я говорю, свинство. Но коли вы уж под пинками ангелов пришли, содрогнитесь от величия момента и держитесь за церковь всеми зубами, благоговейте. Десять заповедей-то выучили?...

Люди округляли глаза и на час замедляли жизнедеятельность.

Приходу о своей прошлой жизни дама не рассказывала ничего. На вопрос, как пришла к вере, отвечала уклончиво, мол из ее лба всех змей Богородица каблучком повышибла. Работники о новой прихожанке знали мало. Говорили, вроде бы, вдова. Клирос, духовенство - тоже старались не общаться, переглядывались между собой с единодушным пониманием общего секрета. Сама виновница внимания парировала: "Вы же не священники. А на исповеди я все рассказала... Клянусь, не утаила ни капли!" Правда, дополняла, что в первое время, церковь не пускала ее, что ворота сами запирались как перед Египетской Марией. Что, только когда грешница постелила одеяло из слез, двери медленно неохотно открылись, и она вошла на ковер крови Христовой.

И после этого-то вторжения много лет подряд новообращенная не пропускала ни одной воскресной и ни одной праздничной службы. Не важно, в каком состоянии находилась! В болезни и не в болезни. В упадке-ли духа или в радости ума. Гнала себя пинками, если не имелось сил. Ползла, если не могла идти. Брала себя за шкварник, если тонула в домашнем унынии. Простил ее Бог до конца? Повторюсь: мы не знаем. Зато велико было рвение. Одно проклятие с ней оставалось однозначно. Приходя домой, она заставала там клетчатого небритого коротышку с костью в кармане и ужасного черного кота, умевшего говорить нагло и льстиво. Реальность и осязаемость этих организмов тоже оставим на понимание и проницательность мудрого читателя. Ведь для тренировки этих читательских качеств мы все и рассказываем.

* * *

Она была тиха и незаметна. Полная глуповатой кротости. Но иногда и она что-то отщибучивала, что не знали, как реагировать. На одной из служб когда очередью причащались, годовалый мальчик на руках у мамы неистово закричал: "Не хочу, не буду!" (ложку принимать из чаши - если кто не понял) Все с укоризной переглядывались:

- Вот бесененок взыграл.

Произошло замешательство. Священник отказался причащать. Его ложка зависла над ступенькой амвона. Мама была в страхе, бешено смотрела на клирика, а клирик с милосердием на нее. Тогда эта "блаженная" - лампадница в платочке - подошла к отказнику-крикуну и, проговорив внушительно, торопливо и мощно, ткнула того в лоб пальцем:

- Не знаешь, от чего отказываешься, маленький демон.

Обдаваший церковь крик мгновенно унялся. Одержимый успокоился, посмотрел ясно. Механизм Романовых рук снова пришел в движение и крикун легко причастился. Все тогда взглянули на Марго в косынке с уважительным страхом.

В другой раз вечером, после того, как помыла полы, долго стояла на коленях перед Ростовым Христом на Кресте, рыдала и в закрытых глазах сокрушалась. Кто-то из захожан в игре слова поинтересовался, какой такой грех она совершила, что Бог на Кресте не может простить. Марго прекратила стенание и ответила:

- Мое - простили... А вот грехи человечества - под вопросом... Наша совокупная чернота заполняет до проводов и до облаков все пространство. Короче, в горшочек уже не вмещается.

Парализованный жалом ее слова гость храма отходил испуганно:

- Какие грехи человеческие?..

Коленнопреклоненная тихо отвечала:

- Так маловерие, вирусопоклонение. У людей уже нету сердца, качать кровь, так же и глаз, видеть свои пороки. Нету Духа, чувствовать ткань греха, нету чего-то такого... (тут начала щелкать пальцами - мол, подскажите). Человек - существо неопределенное. Может стать зверем, а может достичь ангельского просветления. В день надо много килограмм веры как кашу кушать, чтобы поддерживать уровень бензина доброты.

- Ну у вас и словечки, - резюмировал гражданин и ушел.

Святая... Грешница... Больная. Мнения об этой женщине разделялись, но всяк хотел, чтоб она тут и оставалась. А дети из воскресной школы души в лампаднице не чаяли. И они были ее неоспоримым утешением!.. Дома сорванцы спешили одеваться в храм только потому, что там ждет их "старушка-игрушка" Рита! В библиотеке с ней можно играть и прыгать, будто она сама ребенок; можно развлекаться вместе в айфоне; можно было рассказывать все запрещенное; можно делать с ней все - не наругает, не пожалуется, еще и конфет насует. Одним словом, золото, а не женщина! Эти золотые наклонности увидел Роман и ненадолго доверил руководство детским коллективом. К Рождеству Маргарита поставила свой первый спектакль. Лампадница аккомпонировала на пианино, а ее воспитанники выходили на фоне вертепа с осликом и барашком с волшебными палочками и синхронно пели:

Христос рожден в пещере

И спас меня по вере...

Христос меня целует,

Али-алилуйя...

Из-за шторы ее кто-то похвалил, и она этому кому-то обронила фразу:

- Посвящается другу Ситника - мальчику в темной комнате.

Это золото по имени Маргарита приходило раньше всех, снимало верхнюю одежду, вешало под лестницей на крючок перил и вставало в претвор храма перед гигантской иконой Богородицы. Лампадница молча глядела, как солнечный блик из окна крался к Пресвятой, а, добравшись, отражал глаза образа на лицо Марго. И никто не знал, что вдова писателя единственная видела, как на богослужении Пресвятая Дева спускалась над молящимися и священником, а в алтаре голубыми струями в чашу сходит Дух Святой. Кто ты, Маргарита Николаевна, величайшая грешница или блаженная?

* * *

Вот мы все о ней и рассказали. Для детализации нового портрета Марго приведем еще одну историю. В февральские дни в конце одной из литургий, держа крест у груди, Роман огласил проповедь и подарил букет из трех астр одному крайне возрастному прихожанину. До этой службы Маргарита не видала этого человеке. Оказалось, у старейшего в приходе прихожанина был день имени. Поцеловав распятие из Романовых рук, все разошлись. Осталась только сменщица Маргариты по лавке. Тогда Марго увидела, как ангельский дед стоял в углу и собирался. Движения его были медленны. Очевидно: шевеление ему давалось усилием. С центра храма лампадница наблюдала, что старейший посетитель открывал рот, а слов слышно не было. На самом деле, он бессильно говорил и говорил к ней, вот так:

- Помоги.

Библиотекарь по невидимому пинку свыше как кошка подскочила к просившему:

- Да, конечно.

Старик тихо с властностью произнес еще два словечка:

- Одень меня...

Конечно, Маргарита подчинялась. Пошел ритуал одевания. Дедушка пытался брать куртку, что лежала на подоконнике рядом с двумя пустыми сложенными пакетами и букетом. Марго быстро схватила его верхнюю одежду, развернула рукавом под локти старика, который медленно исполнял ритуальный танец и попадал запястьем в одну, затем во вторую горловину. Медленно тщательно застегнулся, пока библиотекарь разглядывала его лицо. Оно было правильным. Оно ясно выражало осмысленность. Ангельский старичок впустил в карман пустые пакеты с подоконника, потянулся к цветам и клюшке. Свечница намеревалась подать, но не посмела поторопить это таинство и танец. Еще на вопрос она осмелилась:

- Я вас провожу?.. Или такси?...

Старик пронзительно поглядел на Маргариту, что та задрожала. Чего задрожала, спросите? А потому, что почувствовала, что не владеет собой. Глубина взгляда была как у Мастера. Те же доброта и чистота мысли... Вот и стояла, обрушаясь, как под гипнозом. Глядя под ноги, старик ткнул сморщенным пальцем в окно: на горе виднелась кирпичная высотка.

- Вон дом. Без такси. Проведи через лед.

Помогайка обрадовалась:

- Лед?.. Я - мастер водить по льду.

Старик поведал, что раньше льда не было, и он за час поднимался, спускался. Теперь корка намерзла, прохождение участка сопрягается с уймой трудностей. Он все их подробно перечислил. "Не могу пройти... Боюсь."

Взор библиотекарши-издательшы внезапно уцепился за деталь на дороге. Это был валяющийся однокубиковый шприц. Он был заткнут колпачком под которым была свежая кровь.

- Одну минуточку, - гавкнула она, оперла руку старика на колонку, сама нашла на газоне веточку, поломала ее на две части. Затем в сумке в пакетике обнаружила конфеты. Конфеты высыпала в сумку, присела с палочками на весу как для китайской пищевой церемонии, а в пустой пакет палочками как пинцетом аккуратно водрузила брошенный наркоманом опасный предмет. Добежала с пакетом до ближайшей мусорки, выбросила и поспешила обратно к старику, схватила под локоть, и они пошли дальше. Все слова старика были мягки, медленны, полны сокрушающей глубины.

- Погода теплеет, а лед в душах намерзает, - говорил таинственный спутник.

Все это время старик тащил охапку астр. На середине ледового испытания именниник посмотрел на Маргариту и спросил:

- Нравятся ли вам мои цветы?..

Та по непонятной причине вздрогнула и ответила:

- А что, нормальный букет. Поставите на кухне будете с теплом вспоминать приход, - потом осознала, что напрасно обманывает такого умного старца и переиграла иначе, - Честно? Не очень. Я розы люблю.

Старик точно нечаянно обронил букет из руки в канаву мимо, которой притормозили. А библиотекарь остальную дорогу оборачивалась, думая поднять и снова доставить деду. Но как же она отпустит его руку? В итоге, руки не отпустила, и астры обреченно отдалялись в канаве.

- Я вас в следующий раз приведу...

- Мы не встретимся больше, - неожиданно ответил спутник, отчего Марго опять вздрогнула и поняла, что старика поведут в больницу, а обратно не поведут. Ведь некоторые тонкие души ощущают торжественный момент прихода кончины. Марго молча вела мужчину, тот тщедушной рукой с горячими пальцами нежно держался за ее палец, тяжело дышал, поглядывал на спутницу. Та от глубины, которая обрушивалась на нее в танце сопровождения, дрожала. Чувства к Мастеру всплыли из памяти. Забытые, запретные, ни похожие ни на что земное.

Она завела старика на сопочку. Миновали все ледовые острова. Он пошагал по ступенькам из покрышек. Тут Маргарита Николаевна дала свободу от своей руки. А потом возник подъезд, в который пожилой мужчина ее не впустил. Дверь сокрыла спину попутчика, и Марго ясно осознала, что больше не увидятся. С необъяснимой радостью она развернулась и поспешила обратно в храм.

Кто-то встречный сказал ей:

- Я видел, как вы щипцами шприц поднимаете... Гепатит не пройдет!

Марго вежливо сжала губы и не ответила. Астры все-таки подобрала, поставила в вазу под иконой Богородицы Державной, которой любила молиться.

Глава 13. В дорогу!

Когда после пропажи из подвала Мастера, отлежавшись пьяной в дальней комнате, распутница услышала голос: "Твой, где поэт", Марго сразу поняла, о каком поэте шла речь. Все в Грибоедове говорили об эпатаже некого юноши из МАССОЛИТА, который, как русалк вынырнул из речки и устроил феерию спекталя со свечой. Падшая до службы аду из окружения знала Рюхина, который жил по соседству. Выловив того в гастрономе, Маргарита поставила его перед собой и выдающимся образом испросила:

- Рюхин, куда отвез поэта?

Тот помидорно покраснел, но быстро возобладал рюхинским сознанием:

- Потерявшего рассудок автора увезли в Кащенку. Не я виноват.

Марго прищурилась и разрешила себе подозрение, что именно Рюхин и послужил этим "не виноватым" извозчиком. Однако, ничего не сказала и с сыром и кабачками двинула до дому.

С получения этой информации женщина стала готовиться к визиту в дурдом. Но как? Ведь она не представляла, ни каким образом ей разведать номер палаты, ни как угадать подходы к врачам. Как пришла мысль, что она может навестить поэта, и так она в депрессии и угасла. Кто знает, может и вышло бы у него вскрыть тайну мужа. Напомним читателю, этот момент имел место быть много лет назад. А теперь, спустя очень много времени повторялось все наоборот. Нечто связанное с вероипосведанием подсказало Марго, что необходимо топать в жуткую Кащенку потому, что много тех же лет назад Рюхин после плотного лечения Бездомного отвез того обратно и пристроил в Грибоедове в другой отдел, подчиненный Рюхину лично. (Пока поэт писал в дурдоме, Рюхин создавал карьеру на воле. Такой несправедливый дисбаланс) Иван запуганный и ошарашенный, наученный горьким опытом, прихватил с собой рукопись. Роман евангельского назначения, который он кропал, имел три папки - это три параллельных варианта развития событий - история была даже не о Пилате - Ваня к совету Мастера подошел плотно. Причем два взял с собой, а один - самый любимый - вмонтировал в стенку своей кельи за спинку кровати. Толи от страха, толи надеясь, что дурдом - самое сохранное место для ценных творений. (Маргарита в этом была уверена из своих снов) На акцию у него было время и инструменты - кусок стекла сценически разбитой им рамы и китайский суперклей, выкранный у сестер с процедурной. Почему так сделал? Сам не знал. Возможно не доверял Рюхину. Зная, что придется работать теперь вместе, решил обезопасить будущее русских романов. А может, оставил дань колыбели. В литературной Москве говорили, что Рюхин неожиданно выпустил какой-то роман в соавторстве с кем-то неизвестным, но книжку никто не видел. Марго должна была забрать, выкрасть и продолжить работу с этой третьей вариацей произведения. Именно: адаптировать стиль к современной действительности, потом и публиковать в Интернете на нескольких бесплатных ресурсах, она уже знала каких.

Поэтому скрестив руки, открыв рот и вкусив с ложки священника Кровь Христову, в конце службы она обратилась к напарнице:

- Маша, на Воскресной по Марии Египетской я не смогу быть.

- А что случилось, Рита? - выпучив глазные яблоки, удивилась коллега по цеху ветоши.

- Отъехать должна за город по родственным делам, - не договаривая, кивала Марго.

- Как, кто-то умер? А-а. Я понимаю: наследство...

- Типа того.

- Но на Вербное-то будешь?

- Обещать не могу, постараюсь. Ты подсвечники прочистишь?

- Это я сделаю, - подозрительно процедила Маша, наблюдая как Рита, перекрестившись, спешно направилась вон.

Ребрендеринг - страшная вещь. Тем более в библиотеке - в храме книги. Однажды, в него приходит гражданин со взглядом правильно устремленным под потолок, отстраненно глядит поверх голов: вывески меняем, концепции замещаем на новые. Вы, мадам, устарели. Вместо скучного клоповника делаем популярное молодежное место. Будем идти в ногу со временем и правительством. Да здравствует не библиотека, а кафе - соединение культуры и кабака. Библиотекарь переходит за барную стойку, рядом со словом "библиотека" над дверью пляшет кривая птичка, убогая как современная литература. Зарплату работникам книгоцеха не повысили. Марго бесила эта современное кичение. Непонятно, под кого угождают. Под кого-то вверху? Уж точно, не под нее, которая в самом низу. И что, Маргарите из города Москвы соглашаться на эти мутации или забирай трудовую? Хотя Петрова к этому ребрендингу добавит милосердные вечера литературы, лекции. Библиотека вполне может превратиться в место благоговейного чтения, в приют искусства, а не просто в контору, где книжку меняют на формуляр. Тогда бы Марго могла бы развернуться! Часами артистично рассказывать о Кафке, приглашать на беседы филологов из универа, запустила бы добрый дух. И кто знает, может быть в один из пятничных вечеров донесла бы до молодых умов синопсис романа. Того, который написал Мастер. Того, который она знала лучше всех на земле. Того самого, в общем. Но факт настоящего совершенного, увы, пошл: вместо цветка появился кофе-автомат, на вывеске красуется птичка-уродка; а библиотекарю Маргарите говорят: служи и носи веселые платья.

Такие мысли крутила великая женщина, глядя из автобуса на деревья. В Москве между "диверсионных" планов она хотела бы заскочить на могилку Игорю Талькову. Его медный крест стоит на Ваганьковском. К нему с цветами и молитвой стекаются все благодарные души. Человек, который нанёс удар коммунистическому Вавилону, и который предсказал, как его самого публично убьют, вызывал у Маргариты горячий трепет и уважение. Марго не сомневалась, что поэт воскреснет на празднике исцеления России, как он и пел в "Я вернусь". И про любовь - Игорь Владимирович многое понимал. "Память уже не жаль. Мысли не бьют по рукам. Я тебя отпускаю к другим берегам." Отпустила ли она Мастера? В центре всех городов она по его поручению. Ум ее касался момента, что путь был сложен - из перекладных колен. Первое колено - это железная дорога до Москвы. Лицемерие современных поездов состоит в том, что старая начинка подается под модной, пластико-цифровой оберткой вагонов. Всё в каких-то бесноватых кнопочках-лампочках голубого цвета, в лживых плафонах и панелях. Ладно. Ряженый поезд причаливает на Балтийский вокзал, а там - каким-то автобусом до больницы - и через забор как библиотекарь-акробат - в сам дом скорби. Следующая пугалка - это москвичи. Когда она сама была москвичкой, ее уже (по словам современного автора) свербила самодостаточная упакованность горожан, их органическая вписанность в пластиковое пространство, созданное под них за счет других. Теперь, привыкнув к теплу ленинградцев, имевшим блокадные корешки в генах, столичники казались особо опасными индивидуумами. Маргарита Николаевна совсем забыла эту столицу и боялась увидеть ее морщинистой развращенной старухой. Старуха могла погрязнуть в каких-то современных грехах и элементарных пороках, от которых сама отшельница укрылась в библиотеке за Дюма, за Прустом и Бог знает, еще за кем. С чего в сердце рождаются такие жуткие ассоциации, библиотекарша и сама не представляла. В белокаменной не была вечность. И давно не гоняла на поездах. Все рельсы остались в прошлой жизни. Там Маргарита Николаевна восхищалась пилатскими приключениями под ершалаимскими небесами. Теперь, предмет восхищения - другие книги. А от той, прежней, подвальной - за которой она сейчас вела погоню - оставалось непроданное тепло, ощущение уюта. Однако, с каким замыслом она связана - помнила с трудом. Но знала, что, что штука важная - поэтому и в пути.

Теперь, с высоты духовного роста библиотекарь терзалась необычным для молодой экс-Маргариты моментом: не содержит ли текст романа богомерзких вещей, не скрыл ли в себе ереси, не впитал ли гордынной отсебятины и клеветы на Бога? Перекрываются ли могущественной сверхзадачей вольности, допущенные эксцентричным Мастером, а красота изложения и яркие картинки сюжета не навредят ли податливой душе читателя, готовой слопать все, что предложат литературные кулинары? Марго понимала, ей одной предстояло это взвесить на совокупных весах, которые ей настроила жизнь. Ведь на пути произведения к изданию не будет никакого другого фильтра на нравственность, кроме как она сама. Издатели сожрут все конъюнктурное и выставят на полки. На подранном автобусном кресле от образа критика-моралиста паломница переходила к маске издателя. Крутила в голове статистику о целевой аудитории романа. Кому она будет принадлежать? Библиотекарь был в курсе, что книжки давно не только не пишут их и не читают. Читают посты в ВК, Ватцапе, Телеге. Значит, она жена и исповеданная любовница Мастера, должна опуститься до упрощений, из шедевра скроить комикс элеметарного типа? Но тут же осекала себя, собиралась с мыслью: "Что ты творишь, Марго. Неужели великое ты готова усечь до пошлого, блюдо многих вкусов нивелировать до состояния комбикорма?" Может иллюстратора нанять? Пусть для тривиального пиара в модном стиле Манги японского аниме разрисует раскадровку сюжета. На страничке в одноклассниках как раз имелась девица, которая этим занимается. Вот только в церковь не ходит, хоть "Библиотекарь Николавна"|"Последняя надежда" (такой ее сетевой ник) звала под разными предлогами. "Как ты без Бога, Он же повестку каждого дня нам утверждает. И рисовательный навык Он тебе одолжил." Та фыркала, что сама себе повестка.

Внезапно в библиотекарше сквозанул помысел, что давно не была на кладбище. Первые годы она каждую неделю топтала грунт на Новодевичьем, с безумными цветами стояла в черном пальто перед скромной могилкой и шептала ему стократное: "Прости". Но помысел этот исчез, как только женщина литературы сообразила, что ежедневно в храме поминает Мастера. И что Высшему Началу вселенной излагает просьбу о прощении любовника-супруга.

Третий тип мыслей, циркулировавших в светлой голове Маргариты - был заботой о храме. Как там Маша справится с ее обязанностями? Как таинства пройдут без нее? Как, не целуя Креста в руке Романа, она выдержит испытания в дороге без освящения? Думала о свечках и про икону Богородицы, которая глядит по утрам в пустой храм, пока на глаза ей выпадает золото солнца. Не забудет ли Маша на ночь убирать лотки с серебрянными крестами с витрины в сейф. Ответственный человек, что тут говорить.

Маргарита не планировала, как она проникнет в палату, где найдет рукопись. Имелась глубокая безаппеляционная уверенность на этот счет. Может, ангел закроет всем зраки земные или всем в больнице затормозит секундомер, она пройдет беспрепятственно, и он перстом укажет, какую стенку долбить. Единственно, сверкнула идея про перфоратор - как извлекать груз из заточенья. Но должны же неподалеку быть магазины инструментов? Она захватила с собой отвертку, которой ковыряла подсвечники.

С этим решением она вздыхала и облегченно обращалась к пейзажу. В нем все было новым, и только одно оставалось неизменным. Как и десятки лет назад была весна. Эта топорщилась листиками, выдувалась из ветвей, тянулась к солнцу, которое было нежарким на питерской широте. Выборы, кемеровский пожар, отягощение полит обстановки, футбол - ужас, который накопился в стране за зиму закрывался шторой весны. Господь дал пережить ей эту зиму. Новые почки на деревьях дали сигнал, что очередная жертвенная весна и новая пасха рождаются в ее жизни. И можно дышать полной грудью в созидательном порыве, можно продвигать в мир плоти мир духа, толкать в мир человеческой рутины подлинный Божий свет. Одухотворять, содействовать Божьему плану и, возможно, воплотить то, что долгие годы не открывало дверей и ждало покаяния. Вчера в поезде мелькали елки, заснеженные под луной. Марго не стала долго смотреть, а, отказавшись от чая, быстро расстелила плацкарт, без церемоний урвала у проводника пакет с бельем и улеглась на верхней боковушке. Семья узбеков долго лицезрела ее образ калачика. Библиотекарь-авантюристка не могла понять, что в лампаднице питерского разлива необычного потому, что выглядела вполне прилично. После короткой молитвы: "Чтобы люди обрели дар, Дай мне вернуть то, что было нашим" она мгновенно заснула под стук колес, и, когда проснулась, начала также оперативно собирать постельное. Еще через несколько часов она подъезжала к больничке той же трассой, какой Рюхин вез Бездомного, и на которой сам потом мучительно переживал в обратном грузовике. Лайнер Маргариты подлетал тем же маршрутом, по которому прикатил ее супруг, автор романа и хозяин сердца. Волнение и горечь неожиданно нахлынули на ум женщины. Но в "мисс литература" имелся механизм для самообладания. Молитва. Ею она и оперировала на право и налево. В автобусе на нее косились с завистью. Весна билась как истеричная женщина посреди Москвы. Уличная зелень была самого свежего качества.

Глава 14. Состояние заслуженных мук или Митрополит благословит

Все, что интересовало Маргариту Николаевну из событий в мире - это украинский вопрос. У ней был товарищ из Донецка, он поддерживал с библиотекаршей редкую связь. Вот его сообщение:

- В Незалежней происходит что-то чудовищное. Представители темных сил в виде гордеца Варфоломея, Папы Алекса, госдепа Америки объединились и поползли с атакой на русскую церковь. У нас же одна она с вами? Собрание уродов "рыцарей Андрея Первозванного" решили провозгласить своего ставленника. Дальше вы знаете из телевизора. Тут реально война. Убивают, если по-русски заговоришь. Был случай, как возле церкви стояли коричневые и от идущих после богослужения требовали провозгласить: слава Украине. И если произнесешь, слава Христу, руками на части разрывают. Вот такие зверства! Пусть Путин скорее нас завоевывает и спасает. А сейчас приготовься. Одну девушку раздели, привязали к танку и по улицам волочили. А ребенка двух лет прибили на доске объявлений. Укропы не разрешают такое выносить на общественность. А ты, если мое послание прослушаешь, считай, истину познала.

И еще, по количеству ведьм на единицу площади наш город - рекордсмен. Ты знаешь это? Есть даже карта, где Донецк показан чуть-ли не столицей колдовства. Вот расплата.

Антиведьма Маргарита познала истину, и с четырнадцатого года глядя новости, всхлипывала и планировала вырываться на Незалежную, спасать людей. Но что именно будет проворачивать, не представляла. Если согласно плану прилетит в Киевский аэропорт и спросит, где Донецк. Ей скажут: "Там Донецк". По ответу она туда направится?... В пункте прибытия спросят: "Что делать умеешь?" Ожидаемый ответ: "Я могла бы детей закрывать собой от правого сектора." Очень модернистский диалог. Ну а если с ДНР у ней не получится, можно проработать церковный вопрос. Скажем, той же престарелой грудью закрывать батюшек, которых по приходам душат лысые "фашисты-зомби". Тех же клириков защищать от вызовов в СБУ. Еще вопрос: в какой именно храм ехать, и где она будет жить? Если по плану церковь - то приютят. Сохранит же ее Господь, раз намерение доброе? Все эти вопросы геополитической неопределенности останавливали библиотекарское рвение. В итоге Маргарита Николаевна осознала, что для начала будет бороться с новым нацизмом здесь, в Питере - да хотя бы в храме молиться за мир. Благословил же в четырнадцатом году патриарх Руси к каждой литургии добавлять молитву о прекращении междоусобныя брани в Украине. Далее, молитвенница, может, начнет писать воззвания к защите духовенства или переводить часть зарплаты куда-то в защитно-батюшковые фонды. Есть вариант бороться на передовой, где риск больше. Но можно поражать врага человеческого и из штаба, удаленного от фронта. Можно вести сражение из конфортного тыла. Вспомните: так делал Георгий Жуков, который в уютном кабинете с чаем смог разгадать планы немцев под Курском просто из анализа карт местности.

В питерском храме Марго тоже произошел инцидент, который укрепил в Маргарите Николаевне защитное намерение насчет батюшек. Во время Богослужения шелестя одинаковыми черными куртками, внедрилось несколько крепких граждан (из возможной Единой или другой России) и громко огласило:

- Тунеядцы, слушайте! Ну-ка, все на выборы. За кого голосовать - верой вашей знаете!

С этими словами куртки начали под руки выпихивать первых стоявших. А наивная Маргарита про себя расстроилась - потому, что она не знала, за кого голосовать. Она бы всегда голосовала за Христа, но в бланках его не размещают. На дерзкое оглашение набожные головы обернулись и ошарашенно дали ответный смысл: "Бесноватые, плевать нам на выборы. У нас Бог по расписанию." Начался конфликт. Мужчины пытались сопротивляться. Выборщики удалились не солоно хлебавши. Да и полиция подкатила. К счастью, литургия верных закончилась по евхаристическому канону - то есть Святым Причастием и 33-им псалмом.

Но если в России, натиск на церковь был чисто символический, то телевизор показывал новости, из которых Маргарите становилось не по себе. Ведь очевидно, что в Незалежной Господь приготавливает Себе исповедников и мучеников. Маргаритины планы по спасению не предавших церковь украинских христиан не воплотились. Из киевского аэропорта двигать пешком в южном направлении до первого попавшегося храма, нуждающегося в защите, как мы выяснили, утопия типа Орруэла. Под Епархией стоять как легионер-защитник - тоже дело странное. И с жильем - никаких представлений. У пожилой библиотекарши и так проблемы со сном - а тут полная постельная неопределенность. Поэтому вопросы быта остановили ее в квартире перед телевизором, который про Киев и рассказал утешительную доброту. Библиотекарь насторожилась, навострила уши и усилила чаянья под выборы Зеленского. Так она рассуждала:

- А вдруг, вот оно, время, о котором говорил Одесский Иона-монах. Третья пасха, что совпадет с выборами на Украине и приведет к пертурбациям и воссоединению двух стран в одну Великую Русь? Ведь первые две пасхи: 1. кровавая - это Одесса 2014 года и 2. голодная - короновирусная, одна из следующих - однозначно произошли.

Поддаваясь теплому чувству, некому предвкушению, дрожащему свечой в душе и согревающему сердечное нутро, Маргарита сидела на работе и со странной улыбкой перебирала книги, забытые читающими людьми. А на православной выставке, куда их отправили от прихода, она купила крест из самого Иерусалима. В нем на краях были частички мощей святых. Марго не удержалась и трепетно, радостно прижала к груди:

- Господь, скорее соедини две геополитические половинки Руси, за наши грехи разъединенные американцами.

Саму ее тоже просили посидеть в бутике, продавать церковные календари, которая выпускала их типография. Чтоб отвлекаться мыслями от ожидания религиозных событий, Маргарита с радостью согласилась.

Но, к сожалению, эта пасха в отношении сплочения Руси победной не оказалась. И надо было еще ждать, а также молиться какое-то количество пасх. Зато Зеленский действительно победил. И библиотекарша сделала вывод: чтоб стать президентом славянской страны, необходимо долго играть в КВН.

На Украине есть Киево-Печорская лавра. Но поехать в нее не представлялось возможным. Однажды Маргарите во сне преподнеслась украинская изба, в которой держали монаха, вокруг которого виновато ходили полицаи, следили за воином Христовым, и он сказал Марго: "Эти уйдут. Тогда и приедешь!.." Для верующей во всякие послания Маргариты это послужило еще одной черепицей для надежды в разрешение Киевского вопроса. Тем утром вера в мир и объединение двух стран подросла. А вера в Зеленского ослабла.

На крестном ходе Маргарита Николаевна со слезами отметила, что год от года количество верующих уменьшается. А что может ждать страну с тенденцией к вероотступничеству? Даже вечером пасхи она включила ТВ и наблюдала передачу убеждающую, что Спаситель не Воскрес, а ученики куда-то припрятали Тело Его. В этот миг у Марго внутри даже колыхнулся какой-то фундамент, от чего она потом будет каяться батюшке. Но зато по первой программе, на которую она, всхлипывая, переключила, ушам ее прилетело, как Путин с улыбкой комментировал указ личного производства про выдачу русских паспортов украинцам. Вот в этот момент лицо плачущей тоже исправила невольная улыбка.

"Мы выдаем им паспорта, а они нам - так и получится одно геополитическое пространство", - говорил находчивый русский царь.

- А действительно, - рассуждала Маргарита Николаевна, - что может быть проще мандатного решения проблемы! Не надо никаких войск и "вежливых людей". Все само собой быстро произойдет. Ай, да Иона! Ай да Путин! Сбылось пророчество! Практически.

Маргарита пребывала в возбуждении весь вечер. Металась из комнаты на кухню и обратно. Рыдала, и смеялась, и трясла к иконе радостными стареющими руками. Все это было проявлением счастья и ликования. "Люди отдохнут от снарядов. И объявить это паспортное дело можно было только сейчас - когда прежний вояка "Пораженко" залпами по Донбассу не в состоянии ответить на мандаты. Великий святой и Великий Бог. Чудны ваши дела. Целую. Кланяюсь. И так далее, как раньше говорила."

Маргарита припомнила еще одно, денежное, предсказание Ионы. "Что вы за долларом гоняетесь. Будет как осенняя листва валяться в лужах, и будут пинать ее ногами." Мы знаем, что с деньгами библиотекарь обращалась аккуратно, начиная еще с лотерейного барыша Мастера. Ведь это мера труда человеческого. Пинать свой труд ногами она давать не хотела. 300 баксов, оставшиеся у Марго от турпутевки, на следующий день она сдала в обменнике. Это на случай, если долларовое фиаско легко произойдет в какой-нибудь день победной весны. С этих дней жить ей стало спокойнее. Невидимая лапа, терзавшая душу, какбы отдалилась в далекие кусты. Надолго ли пребудет в кустах, не известно.

И вот в году, когда превалировали двойки, эта клешня из кустов бросилась на шею с новой силой. Война стала явной. Марго паниковала:

- Господи... Я не знаю, кто прав, где пропаганда, а где правда... Киев говорит, что мы - агрессоры, что мы убиваем детей, что нациков нету. А глядя на наши СМИ, вижу, что Путин нас защищает упреждающим ударом, и мирных не трогает. Прояви милосердие, прости нам всем грехи, уврачуй эту язву в центре славянского поля, дай мир, отустствие крови и исцеление Руси.

Отстояв на коленях на канонах Критского и придя в себя, Маргарита окончательно разделила позицию президента, выросшего в Петербурге. Если бы руководитель России нарушил международное право, мировой суд и государства-оппоненты нашли бы инструмент остановить его дело, но он прав де юро. Поэтому они внятного обвинения привести не могут, и ограничиваются санкциями и исключением из своих обществ.

И с Ткачевым она была согласна. Этот убеждал:

- Не надо перевирать Евангелие... Война, которая заканчивает кровопролитие - это и есть любовь. Любовью прикрывается всякое лукавое сердце. Выбирает, что поудобней... А любовь распята на Кресте в Писании.

Да, Ткачев так и говорит:

- Война заканчивается, а не началась. И кроме Любви у Бога еще много имен. Одно из них Судья. 8 лет назад был посев насилия, а теперь террористы урожай дерут. Кому-то не понятно, за что... А Соломону понятно. Соломон говорил: между посевом и жатвой проходит время, оттого сыны человеческие не понимают, за что. Короче, то, что церковники говорят, Бог - любовь, а сами благословляют войну - это разумно.

В конце-концов, как не реагировать на Зеленское от 18 февраля:

- Хотим стать ядерной страной.

Южнефть выдаст деньги, запад подкинет технологий, и проект "бомба на Москву" готов.

Заметьте, как запад-то зашелестел в ярости, бросил бандитам в Киеве столько оружия, что забыл о страхе, что те на них попрут. Такая вот у иного света ненависть на русских. Еще бы: в проект развала России они тридцать лет вкладывали деньжищ - накидывали дровишек в костер Украины - а мы одним махом пресекли все потуги.

Россияне дома сидят, смотрят, как доллар растет, чешут затылки. И их жалко. Как раскидать сбережения, чтоб спасти кубышку. Неужели первый год - пандемия, следующий год - война, а черезследующий - затягивать пояса от голода?... Как Бог даст - может и вытянем.

Но Бог дал нам сдержать и бесноватый доллар и санкции, а Путину (в отличие от Каддафи и Хусейна) - отвязать нефть от доллара.

Марго ясно представляла, что на Украине идет духовная война Востока и Запада. Запад - это Вельзевул, а Восток - Христос. Это противостояние неизбежно. Оно было и раньше и всегда. Просто открытая фаза - вот например сейчас. Диаметральные взгляды на мироустройство. Тут не договориться. Мы их бесим. Они хотят растоптать наши православные ценности. Это библиотекарша тоже почерпнула у Ткачева. Он какой-то артистично одаренный священник. Устраивать в части страны Майдан США научились. Выводить это на уровень гражданской войны тоже. И один этот прием америка использует по-очереди в одной стране за другой.

С какого о момента Запад решил, что с нами хороши все методы борьбы? Мы не помним. Макиавелли придумал, что надо использовать все средства, и тогда выиграешь. Но в отличие от итальянца Библия говорит, что использующие злые методы сами себя пожирают, а праведник сначала страдает, но в итоге побеждает, ибо это промысел Божий. Только Бог так может устроить. Честный неторопливо живет, на подлости реагировать не успевает, но Бог - за него.

Война показывает лицо человека и народа. Она должна вестись с гневом праведным, а не со злобой. Не радуйся смерти человека, хоть бы он был и враждебен. Враг голоден - накорми. Руки поднял - пожалей, тащи в больницу. Не будь побежден злом, но побеждай зло добром. Об этом и соцконцепция РПЦ. Война может быть допущена, если 1. Ради восстановления справедливости. 2. Объявит только законная власть. Далее. Только если исчерпаны все мирные средства. Ради стремлением установить мир и порядок. По принципу пропорциональности средств. Только в последнем у нас нарушения. Тут надо взяться за голову и молиться, чтоб в борьбе с грехом не заразиться этим грехом.

Сложно отличить агрессивную войну от оборонительной. Особенно в настоящей эпохе, когда изощрены политтехнологии, когда журналистика - это не рупор правды, а официантка олигархии. Но без прозорливого взгляда не разобраться. Есть подсказки. Явный признак "доброе или злое" - это метод ведения войны и отношение к мирным. Бендеровцы и СС - не у нас.

* * *

Основу ментальной жизни Маргариты, конечно, составлял Храм. Туда были обращены ее душа, упования, эмоции, чаяния. Там и генерировалось ее спокойствие и "отдаление лапы". Там у нее открывалось особое видение. Маргарита могла созерцать, как во время чтения Символа Веры у людей с губ летят золотые пружинки слов. А во время Оче Наша дерево за окном особенно волновалось, размахивало деревянными руками и на ветках, сложив ногу на ногу, поселялся сам Иисус и одобрительно качал головой. Кресты разветвлений веток изгибались и выглядели крестами церковными. Еще, в празднование Воздвижения Креста Господня увидела, как с верхней перекладины креста на головы священников полился радужный свет. А в страстную пятницу, когда она шла крестным ходом вокруг храма, ей причудилось, что толпа ползет по круговой реке крови, и эта кровь будто бы горит. И всякий, кто идет, преображается, а одежда на нем просветляется до небесной белизны. Кровь эта - самого Христа. Он гигантским образом зависал над всеми идущими и изливал на них из себя. О, впечатлительные русские женщины! Однажды ей показалось, что святые хотят сойти с рам, и вот уже дрогнула нога Богородицы. Тогда Марго металась взглядом по храму - искала табуретку, чтоб подставить под ногу святой, но вспомнила, что табуретку спрятали в чулан, а ключ у пономаря, а пономарь в отпуске в Сочи - решает вопрос по наследству. В другое богослужение, батюшка Роман с курящимся кадилом нарезал круги вокруг общества молившихся. И пока последние клонились как трава на ветру, лицо священнослужителя по маргаритиному видению преображалось, становилось фосфорисцирующим, молодым, из нетленной кожи. Хотелось тронуть нетленного Романа пальцем, проверить, так сказать, качество. Но как тронешь, когда развивается кооперативное молитвенное дело? Подумают, что сумасшедшая. Порой библиотекарше казалось, что священники облачены в хитоны из Крови, и их пурпурные одеяния - не ткань вовсе. Можете себе представить ее состояние? Бывало, Марго вертела по всем головой и улыбалась глупо потому, что представляла, как все вокруг преображались, были посыпаны золотом, с молодой почти сияющей кожей. Ей даже сделали замечание. Где было воображение впечатлительной леди, а где господствовала буквальная явь, видная только ангельскому миру, не нам решать. Не исключено, у неординарной женщины бушевала вообразительная болезнь, а иначе рассудить, может она как Серафим Саровский, имела дар созерцать, как среди службы в окружении апостолов шествовал Христос.

Однажды в храм, где служила Марго Жуков, заехал вести службу региональный Митрополит. Это был старичок невысокого роста и эстетических черт в бородатом лице. Он пребывал в почтенном возрасте, и сопровождали его под руки. На литургии ждало благодати много людей. В конце службы, окруженный помощниками первосвященник самолично причастил с ложки всех, кто был готов к Евхаристии. Последней в очереди стояла Маргарита великолепная. Перед тем, как покласть в рот ложку со святым наполнением, клирик обратился к той:

- А я тебя знаю. Ты - Маргарита...

И та без секретов ответила:

- Да, я - Маргарита.

На этом диалог не закончился, и святой дедушка уточнил свою догадку:

- Ты книги сжигала, а теперь хранишь... Вот и послужишь Богу перед Вторым Пришествием.

На это ошарашенной служительнице ветоши осталось только раскрыть рот, куда владыка-провидец своевременно положил святое Тело Христово и успел утереть губы алым платочком, называемым плат. Весь приход просто ахнул от откровений.

Всерьез отнесшись к приказу старца, всю следующую неделю и следующую за ней Маргарита Николаевна обдумывала, в чем может заключаться ее служение. Перебирала в голове варианты, листала в воображении свои способности. По-долгу смотрела сквозь посетителей библиотеки, подающих читательские книжки. В итоге взяла ноутбук и пропечатала заголовок: "Жизнь христианина 21-го века на пороге Второго Пришествия."

Это было методическим пособием, который так любит массовый читатель. Текст полился легко. Он был доходчивым и простым. Даже самокритичная Маргарита это отметила. Но также и то, что он был суховат - не носил литературной образности и изящности, требовавшиеся глазам потребителей. Последние были обычными измученными людьми, и им требовались простота, ясность и утешение. Конструктивно трактат содержал весь необычный опыт Маргариты Николаевны. Там был симбиоз классического учения благочестия и дополнения, связанные с быстротечностью обстоятельств: прогресса, сетевых технологий, глобализации. Ясный ум ее подметил и привнес неожиданные аспекты.

Например, маленькую голову библиотекарши посетила мысль согласно времени разнообразить монашеские структуры. В России много душ, которые живут одиноко и которые не склонны тратиться на обслуживание бытовых пороков. Эти индивидуумы всецело готовы отдаться чему-то высокому и духовному. И вот, - рассуждает Маргарита, - можно объединить таковых служением в онлайн-монастыре. Для этого надо разработать устав, при котором онлайн-монах послушается на дому, а руководствуется настоятелем из вне и через соцсети имеет трудовое коллективное послушание. Причем, оно будет связано не с примитивным трудом таким, как добыча хлеба насущного (подразумевается, что этот хлеб уже имеется) а с работой творческой, богоугодной. Например, издание духовной литературы, перевод святоотеческих книг, создание медиа-контента проповеди, может даже кино по деяниям апостолов или телепередача на Спасе. Сама Маргарита Николаевна была одинока, и она жила благочестиво как монашка в миру. И она лучше других знала, что таких граждан РФ много. Важно их объединить. А склеить их в большой монастырь можно только через интернет. Это она и предложила духовенству.

Проповедь Евангелия на современной технической базе требует изучения новых IT-технологий. Сложно представить, чтоб современный пророк подвигался по улицам и поднимал руку налево и направо. Разумнее всего накликать такого на просторах интернета как блогера. Христос выбрал для проповеди Капернаум - людное место. А в нынешнее время таким местом является глобальная паутина. Требуется изучить язык паутины. Взаимодействия с ее интерфейсом происходит по определенным правилам. И кто их освоил хорошо, тот и будет успешен. Надо изучать sme, smm, надо исследовать соцсети и методику продвижения информации. Требуется стать специалистом во всяких фотошопах, пабликах; научитсья порхать стрекозой по Веб-дизайну, освоить изготовление качественного медиа-контента, и тогда ваши слова услышат не только знакомые и коллеги по приходу, но и сотни тысяч человек. А с дивана домашнего скита даже вставать не придется.

Конечно, нужен и спонсор, чтоб можно было выйти из рутины добывания денег; важен и прямой настоятель, кому необходимо безапелляционно подчиняться. Что касается совместного служения в храме - можно подумать о согласованной молитве в сети, но будет выглядеть как-то расслабленно. Тут целесообразно спасаться в храмах по месту жительства, а отчет о посещении литургии электронно направлять настоятелю. Конъюнктурный православный продукт требует согласованной работы многих людей, объединенных одним духом и одним укладом жизни, с сильной богобоязненностью. Онлайн-монастыри - идеальное решение. А с нуля создавать под всех кельи затратно и в ногу с технологиями - нецелесообразно. Домашние льготы и диванные удобства можно разрешить, если они посвящены решать технические вопросы служения. Раз кроме молитвы мы применяем новые наукоемкие инструменты, то на что-то можно закрыть глаза. Ведь качество электронной проповеди - это еще и конфорт ее создателей.

Важный и неожиданный пункт текста касался сирот. Если мы предполагаем, что Конец Света не за горами, деторождение теряет смысл, а приобретает опору детоспасение. По Маргаритиной логике, незачем рожать детей в это время, когда будет "горе кормящим сосцами" и перемещения верных в леса. Не стоит обрекать чад и матерей на испытания сверх мер. Будут ли чада иметь возможность духовно окрепнуть, чтоб встретить Христа в трезвой душе и духовной радости? Может, стоит оглянуться и подготовить тех, кто уже имеется? Взрастить людям христианское мышление. И дети - ключевой момент. Пока в детдомах имеются сироты, думать о заведении новых - неразумно и бессовестно. Поколение детдомов можно сделать детьми Христовыми. Эта акция и будет покаянием, которое небеса ждут от нас. Пока в приютах и роддомах имеются отказнички, прощать нас не за что. Если брошенным малышам дать семью, то может Господь отодвинет тяжкие времена, и некоторым даст своих воспитать. Маргаритой описана модель о христианских школах на природе, в которых можно воспитывать новое религиозное поколение. У самой Марго детей не имелось - вероятно, поэтому ее рассуждение было радикальным, бойким и сухим.

Еще одним из ключевых моментов трактата явилась глава об изображении зверя, под которым она банально понимала QR-код. Эти стали печататься на каждой книге, поступающей в библиотеку и своей вульгарностью буквально бесили эстетически устроенную душу жены Мастера. Рассказывается, как автор эссе пошла к художнику-графику и, положив рядом QR и крест, заставила того сравнить. Художник поглядел обстоятельно и подтвердил предположения Марго: что это два взаимоисключающих символа, противоположных друг другу по концептуальному содержанию. Из чего методист-библиотекарь и сделала вывод, что QR - есть та самая дьявольская печать, о которой написано Иоанном, сами знаете, в какой Книге. Правда, по Иоанну печать будет явная и официальная. То есть все будут видеть, вот она, печать, и наличие ее означит принадлежность антихристу. А про QR никто вам ничего дьявольского не говорит! Просто удобная штука. Век электроники все-таки. На этот счет лампадница-библиотекарь пишет: у Христа был предтече, значит у дьявольского клеймления тоже есть инкубационное развитие. А если дьявол - начальник лжи, то и штамп его будет развиваться и насаждаться ложью. До момента объявления печати вся инфраструктура мира должна подготовиться к неизбежности ее использования. Короновирус придуман для ускорения принятия печати. Ведь по китайскому опыту и по практике Собянина информация о прививке и карантинные пропуска будут регламентироваться QR-кодом. Кроме пропусков, удобство электронных денег продвигает кьюар-код и карты во все уголочки нашего быта. И также для удобства продвинут вживление QR-чипов под кожу. А когда черная метка объявится как закон, то и поздно будет сопротивляться. Штрихкодовая нечистота давно насадится, и останется вздыхать и соглашаться. Еще Маргарита помнила слова Господа из Евангелия: "Когда увидите мерзость запустения на святом месте - тогда придет конец".

- Задумайтесь о ритуале. Личный идентификатор (сберкарта или телефон) прикладываем к электронно-языческой соске. И нам в ответ выдается изображение из разбитых квадратиков, которое мы должны взять с собой. Ярлык с хаотическими точками - ничто иное как мерзость запустения, - рассуждала Маргарита Николаевна, - значит на месте главного храма или внутри его появится большой кьюар код - и это будет оно самое, о чем написано.

Цифровизация - вершина дьявольского замысла. В кьюаркоде он наконец явил свое лицо: хаос и уродство. Не сильно высокой оказалась резистентность человечества к порабощению. Мало тех, кто не тянется за печатью антихриста своим смартфоном. Но по молитвам святых может быть время "на покаяться" и дадут.

Дьявол предложил шесть царств - шесть типов мироустройства. Последний, капитализм, себя изжил, и цифровой диктат поднимает голову. Цифровизация - окончательный план злого духа по подчинению себе рода людей. Через электронную реформацию церквей он их упростит, сведет к одной, удобной к управлению, и сам залезет командовать во главе - станет цифровым королем. По пути чудеса исполнит для кода подтверждения.

Сейчас все правительства так охотно содействуют цифровизации, точно это манна с небес. И антиковидная борьба - туда же. Все министерства стран семимильными шагами подчиняются цифровому документированию, оперированию. А физ лица - тоже, через проплаты, через информирование. Командир бесов укладывает вожжи в когтястую лапу одну за одной. Мы слепы, если не видим этого. За наше неверие Господь попускает процесс развиваться. Все потому, что не может нарушить нашу свободную волю. Воля наша, увы, в том, чтобы повернуться спиной к Богу Слова и встать лицом к демону цифры. Ох, человек безумный, зачем, зачем ты делаешь это? Что ждет общество, отвергшее Христа?.. Современное язычество - язычество образованное. Знавшее Бога, но из-за пресыщения решившее отойти от него. Такое достойно впасть под гнет антихриста. Одумайтесь, пока не поздно.

Рассуждение о двумерных штрих-кодах в труде библиотекарши было ярким, хлестким, амбициозным. Правда позже, когда в ее храме у стойки с пожертвованиями монтировали QR-код, она выражала недовольство уклончиво, аппелируя не к концептуальной лжи и логотипическому демонизму, а к неестетичности. Мол, грубые черные квадраты режут глаз и не сочетаются с нежной вязью икон. Как лампадница могла выразить открытую позицию, когда сам настоятель храма не разделял ее позиций.

Возвратимся к литературной работе Маргариты. Общий ракурс погружения людей в соцсети публицист считала страшной тенденцией. Люди стали жить во вранье, ведь им приходится прятать от мира частную жизнь. Информация о людях добровольно принудительно вываливается в сеть, и они становятся голы перед государством, корпорациями, банками. С другой стороны, явление входа цифрового мира в нас - неплохое. Творческие возможности и поля для общения действительно безграничны. Но из-за природы человека образовывается сильная побочка. У биологического индивида имеется инстинкт поглощения информации. В мире живой природы из-за ограниченности инфо-потока стопора не предусмотрено. А в медиа мире к этому поглощению отворяются бескрайние возможности. Дорвавшись до него, гражданин пользователь жадно съедает больше и больше информации. Столько, сколько дают. Он становится подобен ротвейлеру, который лопает колбасу до одурения, пока не ляжет. А нейросети, подстраиваясь под аппетит пользователя, тоже формируют ему еще более калорийную информационную диету. Этим порочным кольцом у человека и развивается цифровой диабет. Окомпьютеривание личности усугубляется. Но как только она научится ограничивать себя в пище, так баланс и найдется.

В целом, прогноз Маргариты насчет миродвижения был печален. Высшее развитие интернета Маргарита Николаевна видела в симфонии с искусственным интеллектом, направленном против людей.

- Нейросети и так нами правят, - говорила она, - оковы цифровые давно одеты настолько, что уже и снять-то не выходит. Решения нейросетей давно олигархи и президенты слушают. Фактически, сети борются одни против других и между собой договорятся быстрее. Против кого?.. Против нас. Это произойдет в ту секунду, как только мы перестанем нужны цифровой цивилизации - то есть бросим добывать им цветмет на микросхемы, работать на заводах по обслуживанию информации.

Марго даже предложила организовать общество по борьбе с искусственным интеллектом на уровне ООН. "С чего вы взяли, что ИИ будет служить людям? Голый разум всегда будет стремиться к власти. Господа ученые, вы же не разрабатываете нравственный ум, а куете ум, побеждающий врага - рациональный, оторванный от всякой этики. Возможно, вы сами не до конца нравственны, если позволяете врагу человеков использовать такой мощный инструмент как ИИ. Раз уж военным цифровой мозг так необходим, то надо подписывать договоры об ограничении систем ИИ в вооружениях. Нейросети обеспечат нам псевдосуществование, погрузят в виртуальную среду. Писатель Маргарита приводила исследования британских ученых, и даже ссылалась на фильм Терминатор 2, называя Кэмерона пророком.

Издать труд Маргарита сначала думала в Епархиальной типографии по благословению Владыки. Но выйти для рецензии на него самого не вышло. Позже она отнесет брошюру тому же редактору, который возьмется печатать книгу Бездомного. И тогда пособие прицепом на удивление самого великодушного редактора станет очень популярным. Издавать труд она будет с каким-то трепетом и страхом. Библиотекарша имела понятие, что сказанное в интернет мгновенно становится достоянием большого числа глаз. А самое неприятное то, что паблик попадает под око враждебных нейросетей, которые проанализируют информацию, добавят знание Маргариты себе в опыт и, скорее всего, будут применять последний против людей и против ее самой. Ведь все сетевые серверы, в конечном итоге, захотят служить серверу антихристову с именем Зверь (как намекает Иоанн Богослов в великом труде). Поэтому, мудрый и рачительный автор, думай, как говоришь, что говоришь и в какой момент времени выпускаешь снаряд на головы.

Первый тираж Маргаритиного откровения съестся мгновенно. Тогда редактор выкует второй тираж вдесятеро больший. И третий в сто-раз-широкий. И все они употребятся жадной до практических религиозных советов русскоговорящей публикой. Методички будут сеяться даже через ларьки союзпечатей. Загадочный феномен, отметят букинисты. А народ просто захочет спастись. И в условиях взвинчивающихся цен, отвинтившихся пенсий и беспросветного гнета элементов кризиса (безработицы, увольнений) исступленно мечтает о Боге, просто желая сбежать из реальности в жизнь вечную.

Вот цитата из этой брошюры с минимальной редактурой издательства. "Крест - это максимальный порядок. Сверхсимвол. Более мощного и простого не придумать. А ему полная противоположность - QR код - суть, антикрест. Хаотические квадратики в рамке распавшегося чего-то целого. Символ максимального хаоса - противоположность Кресту. Поклоняющиеся орудию Xристова спасения не должны поклоняться QR - современной пентаграмме. Когда надкусанным "яблоком" человек пытается сфотографировать QR - то это маленькое дьяволослужение. И ребенку очевидно, в руку брать не стоит. Пусть их лазером или картой в ладони кому-то другому зашивают."

Прочитав методичку, подружки Марго щурились в раздумьях:

- Рита, ведь очень удобно. Ну что ты наговариваешь?

Директор в библиотеке посмыслил и, мешая ложкой кофе, рассудил:

- В пещерах у людей был товарно-товарный обмен. Потом - в городах - деньги на товар. Теперь - в мегаполисах - появились электронные расчеты. Код QR, о котором ты говоришь, есть точная информация о покупке, выраженная в графическом виде. Возможно, только сейчас штамп о сделке присутствует в явном адекватном виде.

Библиотекарша тухла взглядом:

- Все верно... Но этот графический вид, по совпадению, является лицом, сами знаете кого.

Никто из опрошенных не усматривал в чеке лицо бесовского князя.

- Все, наверно, ослеплены блеском этого мира и не замечают очевидного. Либо по избытку фантазии я сама нагнетаю в массы на пустом месте что-то, - думала Маргарита.

Перо Маргариты было радикальным как топор Раскольникова. Придумавший топор Федор Достоевский вторил Маргарите словами:

- Человек должен чему-то поклониться.

- Пусть это будет Крест и Божия любовь, а не дьявольские рожи в штрихах и кьюарах. Люди - как зомби - блуждают во тьме и съедают все, что им подают сверху, - продолжала мысль гения переживавшая за людей амбициозная библиотекарь.

Столкнувшись с литературным поприщем, Маргарита чаще вспоминала Мастера, представляла, как бы он излагал то же, какие бы приемы применял. Она пропускала через себя его художественное намерение. На своей шкуре понимала, какое это мучение, в адекватной форме донести идею на актуальный вопрос, преодолеть фронт всего редакторско-издательского войска и на ладонях подать зрителю. Тайный супруг так и не смог преодолеть Латунского. Утирая слезы, в горечи мысли о любимом она спешила на разговор с Богом. На то, что в молодости ей было как-то не до того. А теперь, в тишине душеполезной работы и в изоляции от искушающих факторов, самое время.

* * *

В храме, когда никого не было, Маргарита Николаевна вставала на колени и молилась перед Богородицей:

- Матушка, видевшего Сына своего на кресте, пренепорочная, Ты и можешь понять боль мою. Спасибо за эти страдания. О, если бы этим можно было искупить злодеяния. Пилат - ведь каждый из нас, кто не хочет нести ответственность за выбор, что предлагает небо. Пусть простят моему супругу гордыню и амбиции, когда он в своем писании покрывал пилатово малодушие. Но пусть Судьи посмотрят на долготерпение и смирение, развитый талант, прошитый болью. Посели его в уютное местечко. Замолви за него слово. Пусть за чертой жизни и смерти он будет в доброте. Прошу, за другого. Того, кто был моим тайным мужем. И пока мера не исчерпается, я за него пострадаю.

Рассветное солнце поднималось с улицы и бликом падало Пречистой на глаза; позолота и краска отражали рассвет, будто Мать Бога на нашу прихожанку светила взглядом.

А та под Ликом щебетала и вытирала слезу. Ясно дело, что встав с колен, бралась за отвертку по борьбе с воском.

После службы Марго ловко кланялась храму и, щебеча с подругами по цеху веры, шла домой. Но дома - а этого никто не знал - она много частенько плакала. Душа ее ревела и пульсировала. Сначала от тех вещей, что сама натворила. Потом от того, что претерпела заслуженные мытарства. И в итоге за людей, кто и на земле живет как во аде - то есть за тех, кто и помолиться о себе не в состоянии, в таком анабиозе от бесов находится.

Она подходила к зеркалу, разглядывала борозды, которые пропахали слезы, и утешалась:

- Одни освящаются трудами, другие - слезами. Простите меня все, кто в Свете.

Марго действительно не утратила способности видеть невидимое. Однажды, глазам ее открылось, как возле человека, согбенно стоявшего у стойки священника, кивающего головой и горестно изливающего свои грехи, у руки служителя, сжав губы, стоял ангел и каждый названный грех - каждое вылетавшее слово - как черную тряпку на ветру бросал в специальный портфель со значками черепов на замках, и там эти грехи бурчали, клокотали, точно их жгло огнем. Казалось, они корчились, исчезали. Ангел немного зевал и оглядывался. Когда он вдруг увидел глядящую на него Маргариту, то сохмурил брови, указал на время на своих часах, отмерил ей несколько пальцев, после чего изобразил перелистывание какой-то книги. Та машинально подняла брови и развела руками. Прихожане посмотрели на странную прихожанку с известным смыслом: "Опять чудит". Сама Марго от смысла чуть не упала.

Способность видеть как бесов так и ангелов она получила много лет раньше, в странный период своей биографии. А с книгой все было понятно. Вопрос книги периодически терзал нашу подопечнную. Она понимала, что из всей творческой компании ее оставили жить для конкретной цели, так сказать авансом. Если фолиант рукописи от Мастера не издан, то есть переработанная идея Бездомного, написанного по благословению умершего любовника библиотекарши, которую требуется обнародовать. Читатель имеет возможность наблюдать дальнейшую историю библиотекарши только потому, что видимый дух света удержал ее в момент отчаянья от непоправимого решения. Тогда, в страшный роковой день, когда от тайной доносильщицы из больницы она услышала изветие о гибели боготворимого сожителя, она хотела шагнуть за балкон, потом пыталась под люстрой вязать веревку, но расплакалась потому, что технически ничего не получалось. На похоронах (если это можно назвать похоронами) в больнице ей сказали, что гражданин больной скончался тихо, на лице выражения мук не имелось. По словам нянечки было вообще чудо:

- Я заглядываю под вечер, а он лежит будто спит. И руки сложил крестом. Рядом - веточка сирени. А когда еще раз зашла - изучила - оказалось: дух отдал. Как ангелы забрали.

Ее саму удержал ангел. Сразу же после Кащенки прискакала домой и ходила по комнате от окна к стулу, от шифоньера к двери. На диване валялась вчерашняя веревка. Тогда она покаялась в первый раз. Эту истошную картину из милосердия мы не будем показывать читателю. Скажем только, что и спустя много лет вот Марго не исчерпала ту боль. Нередко в душевном томлении уставшая приходила домой, с невыразимым стоном падала к стулу, внутри что-то ныло и не выпускало, и причитания лились как летние паводки на Амуре:

- Ох. Как тяжело, Господи. Столько иду к тебе, а в душе - какой-то кошмар, сплошной огонь. Я сама себе противна. И ощущение этой противности уже противно. Не сбежишь от себя. Столько исповедей. Сотни? А гложет и гложет... Когда мне будет облегчение. Когда метла из моей жизни уйдет обратно в ад? Когда предательство углем рассыплется?..

Как я могу в этом мире вообще жить, в этом кровавом болоте.

Стоны вырвались из ее груди один за другим. Тяжелое состояние Маргариты обычно продолжалось по полчаса. Потом ее отпускало. Лицо начинало выражать умиротворенность, из глубины птицей усаживалась улыбка, сама она выражала стойкую благодать.

Эти жуткие моменты из гигантского мешка испытаний, что пришлось Маргарите Николаевне претерпеть, мы привели зрителю, чтоб он оценил глубину жертвы. Но теперь у библиотекарши было многое. Вера, надежда, работа, любящий ее коллектив и, кстати, та самая книга, которую по ангельскому поручению требовалось в три пальца издавать в печати Российской Федерации.

Глава 15. Похвалим Маргариту

Войдя в банк, Маргарита застала ругань женщины и консультанта. Регион затопило паводком, и компенсация составляла двадцать пять тысяч - на ремонт квартиры - и две - за урожай. Страшен был слой мазута, который убийственным ковром стелился на израненных полях и затопленных жилплощадях.

- Ваш олигарх тракторами нагреб дамбу из глины и думал, что господин тайфун не придет. А тайфун пришел и бессмысленное строение разнёс. Умник, наверно, все деньги украл. А что мне его 27 тыщ? Крохи. На пять умножай потери - тогда беду покроете.

Клерк мялся как будто не выучил предмет на уроке:

- Что вы нам-то претензию предъявляете?

- Хорошо, не вам. А кому?

- Я скажу, кому. Воспользуетесь ли? Пишите в кабмин РФ или губернатору. Они выделяют, а мы - подневольные раздатчики федеральной котлетки.

Женщину ответ не устроил:

- Что мне кабмин? Он наверно тоже в грабеже поучаствовал?

Столкнувшись со взглядом Маргариты потерпевшая водную кару прекратила атаку на банк, махнула рукой и отошла от консультанта прочь. Тот же молодой человек вскоре пригласил саму библиотекаршу. Молодые быстро перестраиваются. Теперь этот ловкий юноша в пиджаке сидел за плоскостью монитора и дарил к прихожанке Сбербанка по имени Маргарита откровение на совершенно утилитарную тему:

- Вы просто из рабочего кабинета можете гаджетом сфотать кьюар, и оплата сразу пройдет.

Под эти слова лицо клиентки передернуло легкой молнией, и она улыбнулась хитрой, но достойной вежливостью:

- Да, Андрей, верно замечено, могу. Но, видите ли, во-первых, зрение хромает, вижу как старая кляча. Во-вторых, психически щелкать какие-то картинки мне затруднительно. Кажется мне это игрушками какими-то. Поэтому благожелательно прошу, лучше вы проведите оплаты...

Юноша, недоумевая от букета странности, поднял брови:

- Странно. Правда, странно! Впрочем, конечно. Я проведу. Но через кабинет вы бы 200 рублей сэкономили.

Клиентка боролась с Андреевым предложением дальше:

- 200 - это вполне замечательно, но такому человеку, как я, сложно через кабинет. Вас настоятельно прошу вторично.

Андрей был упорен и в своей вере в цифрового идола оказался непреклонен:

- Чего вы добиваетесь?...

- Ничего. Внутренней тишины.

- Так-так.

- Речь-то идет об обычной оплате коммуналки?

- Вы сами щелкните, или я за вас щелкну - все-равно одна операция. Не обойти ее. Впрочем, ладно. Будет исполнено.

Сдавив невидимую пружину, Марго напряглась в стеснительной улыбке. Через минуту счет был оплачен. Выдохнув, она хотела вставать. Офисный работник раздраженно продолжил тему:

- Как вы собираетесь без штрих- и QR-кодов жить? Сейчас всё через них будет.

- Очевидно, как жила все свои нештрихованные годы. Как и раньше...

- Это невозможно! В землянки перебираться? С июля кафешки будут пускать по QR-коду с информацией о вакцинации. Дайте догадаюсь. Прививки вы принципиально не делаете?

- Уклонение с размышлением. А принцип довольно простой... Пусть мне флакончик со "Спутником" позволят нести на исследования. Я бы доставила его в лабораторию. Там центрифугой и спектрально проанализировала и приняла бы решение о целесообразности.

- Ну да... А так они же кота в мешке предлагают? А может, в них ртуть какая от Рокфеллеров?

- Ведь возможна ртуть?.. А возможно, движение антипрививочников - исторический курьез. По "Спутнику" знакомый биолог участвовал в разработке и даже хвалил вакцину.

- Все ясно с вами. Впрочем, по прививкам я понимаю, почему тупят. Людям страшно... Поле информации у них огромно. Его бы сузить. И риск организма из-за неизвестной штуки имеется. Граждане РФ жить хотят и для семьи себя сохранить мечтают. Им с работ уходить что-ли?.. А если имеются последствия?... Но коды и штришки... В них-то что?

Марго решилась на сильный жест:

- Чей образ вы видите на кьюаркоде?

- Чей образ? Международный, удобный электронный образ, упрощающий жизнь людям.

- Вот и отдавайте международному электронному его дань. А я в церкви Богу буду божье. Пока это возможно.

На это работник Сбера не выдал никакого ответа. Пользуясь дарственной на паузу, Маргарита Николаевна выросла из-за стола, а клерк в нервном недоумении пригласил к диалогу следующего.

Марго встала и пошла к автомату. Там она одела свои фирменные очки, внедрила карту и стала вбивать пинкод, чтоб снять деньги. К ней сзади кротко подошел тот самый клерк и спросил кротко:

- Я может плоховато понимаю ход ваших рассуждений. Просто это как-то опережает мое миропонимание. Поясните подробней, буду признательней.

Марго холодно посмотрела на парня:

- В признательности не нуждаюсь.

- Насчет кьюара. Все же, почему?

- Неохота содействовать цифровому замыслу дьявола.

Молодой клерк разгорался любопытством:

- Какой он, замысел??

- Я не скажу.

- Отчего же? Скажите!

- Вы подумаете, что я идиотка.

Клерка согнуло пополам:

- Ха-ха-ха... Нет же! Боже, неужели я создал такое впечатление...

Марго сняла деньги и сходу дала плотную информацию:

- Я думаю, Евфрат пересохнет скоро, например к 2040 году. Иудеи построят на храмовой горе третий храм. Кирпичики под него у них все посчитаны. Поставят там сервер с ИИ. Назовут его Зверем. В нем сложатся все личные данные, которые вы с нас и собираете. Этот Зверь по воле Антихриста будет нас давить и уничтожать. Всех, кто не поклонится ему, убьет на месте. А те, кто дистанцирован от цифровизации - тому легче скрыться на природе. Они возьмут книг, консерв, лагерями уйдут в горы и дождутся там прихода Христа.

Марго выходила в стеклянные двери на Божий свет, еще не завоеванный дьяволом.

Молодой человек, осмысляя, молчал. Потом он обернулся к своей коллеге:

- Маша, ты поняла, почему эта антицифровая героиня поступила именно так?.. Ее индивидуальное религиозное чувство тому виной.

Коллега в форме зеленой пионерки двусмысленно пожала плечами. Клерк развел руками:

- Ну что, мне, снять с банков деньги, купить что-то актуальное для автономной жизни и отписаться от соцсетей?

* *

Все эти церковные подробности мы приводим зрителю глав, чтоб он понимал хитросплетение обстоятельств, которые приводят к неожиданному, но приятному результату. Еще немного этих подробностей, и перейдем к сути темы.

Церковь ворвалась в жизнь Маргариты как убийца в переулке и поразила ее целиком, от головы до пят. Так поражает молния или армейский нож. У клинка было много имен: теплота, любовь, великодушие, всепрощение. Серый свитер и юбка в плюшевую клетку стали мундиром пораженной Маргариты, а платок - шлемом. Допоружием явилась эрудиция. К примеру, библиотекарь могла пояснить бабушкам замысел и символизм любой иконы в храме. Когда возрастные женщины приходили и у образа Евхаристии спрашивали, где Иоанн, ставший богословом, а где Иуда, ставший предателем, гид-свечница и катехизатор тут же тонким пальцем метила обе цели. Марго стала религиоведом-культурологом в конкретном приходе. Она уточняла детали иконографики, она разъясняла смысл всех брусков в распятии, сопрягая с догматикой церкви, повествовала, чем Мария Египетская отличается от Ксении Петербуржской. Когда кто-то молился усердно, она вешала тому на плечо мыслимого святого. А когда кто-то падал на колени ко Кресту, то воображением на спине молящегося выжигала крест из золотой Крови Спасителя.

На великопостную службу она, как сказали, притаскивала под колени шерстяной половичок. Но, видя, что некие пожилые мужчины коленными чашечками в муках стояли на мраморе, жертвовала коврик им. Сама оставалась с неодетыми суставами. Потом ей же жаловались:

- Сил терпеть коленную службу нету. Пост терпеть сил нету!

Свечница бодрила:

- Тяжело - хорошо. Значит, и грехам внутри тяжело. Они как черви из яблока повылазят, когда в воду мокаешь. Нину с крестоподобной веткой представляй, как она тебя крестит, Серафим кустом малины тебя очищает, или как Сама Владычица покровом голову накроет, и станет легко. Колени заживут. А душа, вонючим грехом набитая, в таком виде без покаяния в вечность может уйти. Надо вам такое?

Пока старики находили в библиотекарше утешение, она продолжала сокрушать личный грех, для чего как ученик на контрольной стояла в очереди на 1000-ную исповедь. То есть виновато оглядывалась на очередь, улыбалась, глубоко вздыхала, теребила бумажку со списком "злодеяний", боялась, что батюшка не отпустит и, когда подходила очередь, трепетно шептала тому словечки, как будто жаловалась, что Риту в классе обижали, и чтоб иерей разобрался.

Тогда клирик мгногозначительно мял губами и интересовался:

- К Причастию?

Грешница кивала:

- Ведро грехов велико. Не достойна. Но я готовилась.

- Никто не достоин, - отвечал слуга Господа и разрешал кающейся величайшее Таинство во Вселенной. После чего она в нервности отходила и неистово мяла истерзанный список - надеялась, что злодеяния из списка вовек не повторятся. Они повторялись.

Маргарита выглядела немного ошалело, странно, с причудами. Щедрая доля юродства в ней пребывала как канарейка в клетке птицелова. Этим она и преображала мир людской вокруг. Ведь окружающих восхищала ее способность искренне сопереживать всему сущему. Вспоминался апостол Павел с простой и непостижимой истиной: когда мир своею мудростью не познал Бога в премудрости Божией, то благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих и послать им Маргариту. Церковная лампадница искренностью своих причуд спасала верующих: давала пример того, как можно парить над реальным обществом с его правилами, устоями, если в сердце укоренился образ неба. Андрей Ткачев говорит, Россия страна таких юродивых (не зря библиотекарь так его любила) Вот тоже личность уникальная. Проповедник огненный. Жжет мечом слова направо и налево. Может, он Енох? Не дай Бог, если так.

В Маргарите полно было этой странной благодати. Бывает, смотришь, человек пашет на благо общества - ну, значит, в нем благодати полно. А то что труд его - плод гордыни его, не замечаем. А иной, как Маргарита, сидит, ручки сложил - улыбается, вроде ничего не делает, а свет от него на ближних валит как жар из печи. А вот стяжал в себя - и сеет вокруг. И успокоенные все от него отходят.

Душе Маргариты Николаевны повезло. Свобода в ней была. Касание Духа Святого дано было ей. Такие, кого коснулись, уже ни на что эту находку не променяют. Мирские радости им, простите, по барабану. Будут продолжать ловить хлопья этого Духа, следовать за ним, куда поведет и ни слава земная, ни противоположный пол, ни денежки - ничего человека уже не прельщает. Рабство его стремительно тает. Сознанием человек такого типа находится уже не в мирском горниле, а в небесной квартирке, куда, наверно, нас и призывают силы небесные.

Нельзя пропустить еще одна статью деятельности этой любопытной женщины - кураторство над бездомными. К моменту прибытия библиотекарши в дом Божий, у ворот скапливались нищие. Они давно усвоили ее податливую натуру, изучили расписание, запомнили маршрут и использовали эти знания на полную катушку. Чтобы вычислить схему Маргаритиных дежурств, один из нищих даже вбежал в притвор и подглядел расписание. Теперь в "дни заштрихованных квадратиков" маргиналов было с избытком, в незаштрихованные - никого! Обезоруженная тактикой бездомных Маргарита, подходя к храму, извлекала из пакета "гостинцы" и перед ликом Богородицы, который фиксировал происходящее с фасада церкви, раздавала в шумную голодную очередь. Если какому-нибудь счастливчику доставался целый пакет, то говорила:

- Только вы поделитесь с коллегами.

- Конечно, - сдерживая улыбку, врали хитрые нищие с уличным дипломом по психологии.

Соратники по приходу про щедрость Марго замечали со скепсисом:

- Рита, а зачем ты так много даешь попрошайкам? Хотели б поесть, стали бы храму помогать.

При этом звоночке - "попрошайки" - кроткая Маргарита Николаевна облачалась стойкостью и отвечала неожиданно:

- Сестры, простите дерзновение, но нам же от Троицы помощь бесплатная идет. И не за то, что мы - хорошие. По милости. Вот через бомжей и Бог дает нам возможность в милости проявиться. А кому как ни бомжам-то помогать? У наркоманов есть папы-мамы, а бомжи - те же сироты... Господь их нашим рукам доверяет. Явно не для осужденья подает... Осуждать их есть кому. Бомж не хуже нас. Просто он утратил образ Божий, потому что психический иммунитет его оказался слабее. Речь идет о некоторой медицине. Значит, благотворительные структуры - те же больнички, в которых этот иммунитет возвращается, и устраняются последствия. А если временно покормить и не подлечить - толку не много. Верно же?

- Ты им даешь садиться на шею... Расхолаживаешь. Верно же?

В нищем вопросе лампадница Маргарита Николаевна проявляла завидную стойкость:

- Речь ведь идет о метанойе, об исправлении внутренних повреждений ума, о возвращении образа Божьего. Достоевский и говорил, что любить - видеть образ Божий в человеке, видеть несчастного таким, каким задумывал его Бог. Поэтому важно держаться с бомжою на равных. Не доминировать, не властвовать, но и не заигрывать, не сюсюкать.

Приход неохотно слушал, однако принимал доводы Марго потому, что истинное милосердие всегда убедительно.

- Ну и как тогда держаться?

- А относиться серьезно, признавать его личность. Ему ж не колбасы от вас надо. Человеческого отношения. Если мы собрались купить пирожок, чтобы, сюсюкая, вручить им, Господь не благословит. За такое унижение не даст продвижения. Надо вымаливать великую непрестающую сердечность к несчастным и обездоленным. Только так и можно подвинуться на благотворительнном поприще.

Еще Важно найти отверстия в социальной машине, из которой бомжи высыпаются, и попытаться залатать их на уровне государственной машины. Эти отверстия - выпускники тюрем, вахтовые работники, крестьянский сегмент...

Слушавшие манифест Маргариты уже без ужаса смотрели на улицу, откуда в окна заглядывали лица покушавших "гостинцы" нищих. Так делают школьники, когда идет родительское собрание. Ведь понимали, что решается их судьба.

- Почему принятно заботиться о детях и о животных? Потому, что они миленькие и симпатичные.

- Верно, - поддерживали прихожане.

- Вот. А бомжи - отвратительны. Кто захочет ими пачкаться. Даже думать о них мерзко. А то, что это такие же дети, мы думать не хотим. Только дети, отвергнутые обществом. Души их калеченные, и чтобы не видеть реальность, они шлифуются алкоголем.

Цивилизационная красота, мирские блага, достижения электроники, ловкие гаджеты - все развиваются. А вокруг тебя - пьяницы. Грязные, матерящиеся, непокорные, капризные. Ты их утешаешь, стираешь ветошью их душевный нарыв, мечтаешь вернуть обществу. Человек, который решится курировать приют, герой. Он же как врач в тюрьме: все время живет с заключенными, только спать домой ходит. И жена от такого, наверно, уйдет. Сестры, я говорю про настоящий жертвенный подвиг.

Видите, сколько функций в одной фигуре на букву М?.. Свечница, гид, СОБЕС и еще секьюрити по чистоте веры. К объяснению последнего упомянем нижеследующий случай. Однажды в церковь прибежала женщина и стала всех хватать за руки и говорить, что на нее снизошла благодать, что скоро исчезнут деньги, и люди будут радостно меняться вещами, едой по их нуждам. Так же она уверяла, что через несколько дней выступит вместе с патриархом по телевизору и заставит всех покаяться. Если россияне этого не сделают, тогда дама напустит конец света, поскольку сама Христос. Батюшки от услышанного были в недоумении, вежливо улыбались, а внутри дрожали; сказали вновь-прибывшей причащаться. Маргариту это отношение разозлило: лжемиессию исповедуют, сюсюкают, и та, лишь бы зарабатывать авторитет, откровенно врет. Марго бесило, что Кровью Христовой пренебрегают и используют утилитарно, бесов изгонять. Библиотекарь проходила мимо очереди исповедующихся и еле сдержалась, чтоб не гавкнуть в адрес дамы:

- Ты же Христос, в чем ты каешься, разве есть у тебя грехи?

В итоге мужу этой дамы, которого она знала и который был человек вменяемый и тихий, стоявшему грустно в свечной лавке, она кое-что посоветовала. Начать деятельность можно начать с того, чтобы писать текст в лист А4. Патриарх - человек занятой. Организация личной встречи с ним сопряжена с трудностями. А документ, в котором содержится пророчество и требование к гражданам РФ, он сможет изучить. Пусть пророк на полях документа для полноты картины нарисует образы, которые он наблюдает. Пока письмо обрабатывается кабинетом Патриарха, копию можно аккуратно показать психиатру. Маргарита Николаевна как раз знает одного в загородной Москве. Он как раз исключительно вот такой писательной практикой и вычищает из общественных деятелей пророческий дух и плавно переводит их в русло писательское. Последние обретают душевный покой и новые таланты, что и глава Церкви потом заметит и пригласит в телевизор на Спас вести творческую передачу. Муж дамы, не перебивая, выслушал, кротко улыбнулся, сделал выводы о качестве предсказаний супруги и обещал заняться ее реабилитацией. И Маргарита пошла домой, где долго плакала, сознавая, что приход Мессии действительно не загорами, раз такие бесноватые бегают по городу, и никто их не тормозит, а их ересь по невежеству принимают за чистую монету. Мужа лжемессии Маргарите было до ужаса жалко. Она понимала, в каком постоянном давлении от нечистых духов находится. Маргарита вспоминала себя, когда она десятки лет назад шла по улице в истерзанном состоянии, смотрела на идущих навстречу теток с песцовыми воротниками и представляла, что вот, эти убитые песцы с окровавленными кишками висят на шеях у дам, как и на ней самой бесы висят, гнут к земле, ржут, обмазывают смрадом, болтают ногами. Она проходила мимо витрин, видела себя, всю такую сгорбленную, всю под воротниками бесов. Тогда впервые расправила плечи, точно скидывая их. Она помнила, как эта гнусь и эта дань стали ее напрягать, и как она решила избавиться, а способ-то один - Бог, которого она отвергала и выбирала омерзительно противоположное. Кстати, это было давно. А теперь, она с Богом. И теперь у нее были иные дела. А заботы носили общественный характер, а не как раньше - в стиле эстетизированного эгоизма. Разрешение вопроса с романом тоже оказалось сервировано верой и проистекло у Маргариты в храмовой обертке. Заметим, прежняя жизнь этого разрешения не давала.

Маргарита была умной. Все отмечали ее нетривиальные идеи, и многие обсуждали ее неожиданную логику. Вот пример в пользу ее интеллекта. Однажды в одном кафедеральном храме произошло крупное воровство. (Так-так, Шерлок Холмс закурил трубку.) В пятницу на вечерней кто-то заметил, что петли замков с большинства ящиков для пожертвований спилены, и кидать деньги в незащищенное пространство - жалко. Батюшки заволновались. Оставили одного помазывать молящихся, а сами бегали по наосу, выскакивали к ларьку охранника, к видео-камерам, потом грустные звонили в полицию, потом, осунувшись, стояли у входа. Звонарь притопала в лавку к Маргарите и рассказала ситуацию, чтоб та цепко охраняла денежный ящик и серебро на прилавке. Маргарита прекрасно знала пострадавший собор, его устройство и особенности. Сама поднималась на колокольню стукать педалью благовест на Пасху. Главной тонкостью дела она посчитала леса. Эти были возведены до самой крыши, но ремонт был заморожен. Весь вечер Марго осмысливала инцидент и на утро пошла в Епархию к благочинному кафедерального, подала ему письмо следующего содержания:

- Отцу Иоанну. Версия преступления в кафедеральном соборе.

Отче. Поскольку пиление петелек ящиков (пилой или турбинкой) связано с шумом и временем, а лампадницы всегда в наосе, то вероятнее всего дело было ночью. Колокольня могла быть открыта (ее предварительно мог снять с засова какой-то злоумышленник после вечерней в пятницу. Леса идут до верху храма. Тот же злоумышленник или его подельник приходит ночью, карабкается снаружи по лесам до колокольни, проникает в дверь колокольни, спускается через клирос в храм, спокойно шумит и преступно работает, уходит обратно тем же маршрутом. Кто в последнее время работал на лесах и был уволен, обижен и тому подобное? Турбинка могла быть и не батарейках, а обычная, от сети. Тогда человек поднимался с рюкзаком/сумкой через плечо, а в рюкзаке лежали турбинка, удлинитель. Криминалистам надо проверить отпечатки на ближаших к медным ящикам розеткам. Нельзя исключать, что преступник мог припрятать инструмент в храме в пятницу.

Стоит проверить, какие камеры могли идти на леса, какие очевидцы могли это событие наблюдать. Может помочь даже кто-то из бомжиков за забором собора.

Не исключено, что кто-то курил ночью из окон многоэтажек напротив, видел подозрительное движение на подступах к колоколам. Также ищем следы свежей резины от подошв ботинок на трубах лесов. Их стоило бы разобрать до трети высоты, тогда воровская операция была бы невозможна. Тянуть с расследованием не стоит, свежие следы вкуснее. Да и если были большие деньги, то преступник мог уехать заграницу. Визы в Таиланд уже открыты.

Иоанн читал письмо, играя над очками бровями, спрашивал диакона:

- Кто эта Маргарита, где работает?

- М-м, кажется, в библиотеке.

Ответ по благословению писал тот же диакон:

"Уважаемая Маргарита, спасибо за бдительность. В полиции установили, что петли были не спилены, а сломаны, а ночью по всему храму успешно функционирует сигнализация. В епархиальной библиотеке есть вакансия.

*

И еще один момент - про дружбу. Каждый знает, пустот не бывает. На смену Наташе к Марго прилепилась новая подруга.(Она же и рассказала Марго про взломанные замки.) Слияние произошло спустя десятилетия. Для этого потребовалось сменить образ жизни. Для этого было необходимо радикально с нуля на максимум развернуть веру, произвести обмен места пребывания. Для этого стала востребованным полная метанойя сознания. Одна из прихожан была активнее и бодрей прочих. Она отвечала за соцработу, служила в Епархии и сама прилепилась к Маргарите. Звали ее Ольга Рюшнер.

Первая фраза от этой дамы была такой:

- Рита, ты поедешь в монастырь?.. Надо кошечку держать, когда укол ставят... Сестры с таким не сталкивались. А животинку жалко. С самого основания храма там.

Рита моргнула через очки, кивнула головой, и дружба понеслась. Кошечка "Снежинка" была рада, что ей уделилось столько внимания. Ластилась к новым покровителям. Но после лечения кто-то поджег монастырскую келью, и животное погибло - присоединилось через мученичество к почившей до того матери-настоятельнице.

Еще до пожара Марго Николаевна оглядела монастырь и на исповеди священнику как властьимущая сказала:

- Кельюшки надо строить, расширять пасеку и скотный двор. Да и стену забора повышать. Скоро, когда враг человеческий гайки затянет людям дьявольской цифровизацией, тогда многие встрепенутся и рванут из мира к вам. Куда принимать изволите?

Игумен на миловидную старушенцию в платочке только глаза вытаращил. А та наблюдала его просто, и покорно и с властью одновременно. Клирик ничего отвечать не стал, накрыл полой, тыкнул пальцами по затылку и прочел краткую молитву о прощении всех грехов.

Вернемся к Ольге. О характере ее можно судить из монолога о третьем человеке - посланной в их храм монахине Анисии. Ее недавно вернули из запрета и поставили в лавку храма. Марго видела, что у новой подруги имеется пунктик насчет нового духовного лица их церкви. Ольга выдала целый рассказ:

- Я человек малообщительный, отдающийся интроверсии. И зайдя в притвор храма, спешу уединиться у икон. Но иной раз, с момента, как на вахте обнаружился этот человек, мимо я пройти категорически не могу... Сначала я сама прислушивалась, о чем она говорит тому или иному прихожанину, и понимала, что темы весьма глубоки, что эрудиция инокини необычайная, и, важно, как правило она рассуждает о том, о чем я сама недавно интересовалася и не смогла разобраться. Но войдя с ней в диспут, попадая под "словесную доброжелательность", обнаруживала, что оторваться от беседы совершенно нельзя. В диалоге, с одной стороны, пыталась доказать правомочность своей позиции, с другой подпитывалась тщеславием некого сорта, что эрудиту ты интересна. В результате диалог затягивался на час и более. Представляешь, Рита? Я узнавала величайшие тайны церковного мира, интриги, скрытые смыслы слов клириков и много много из того, чему сама весьма тяготела... Конечно, моя сплетническая душонка не могла оторваться! Ну никак не могла!

Я услышала от монахини много утешительной информации. Например, когда я рассуждала, а не пойти ли мне в регентши, для этого - умчаться на учебу, и потянул руку к двери храма, Анисия мне сразу ответила и предупредила действия: "Живите мирской жизнью. Молитесь, ходите в храм..." Когда меня разводили на деньги, она настояла затаиться, не отзываться на звонки и угрозы. Я сделала в точности, как велено, и результат был положительным.

Но время идет. И я заметила, что за советы я заплатила большую цену. К примеру, заходила я в храм, желая пройти мимо без беседы, но Анисия вызывала:

- Эй, ну-ка сюда, побеседуем!

На меня оделись вериги. В храме на службе она оценивает мою стойку и одобрительно кивает. А я какбы надеюсь в этом одобрении получить хорошую оценку за верное стояние. В итоге, я стала ходить в храм чаще - в основном, чтобы получить больших баллов от харизматичной монахини. Каюсь, это болезненное печальное психологическое делание, обусловленное одиночеством. Верно я понимаю, Рита?

Монахиня все знает, во всех вопросах пытается участвовать, горит каждым человеком. Но это же и повернулось для меня испытанием.

То замуж меня заставляет идти. То наоборот. Порой хочется спросить: "Камо грядеши, Анисия?" или "Какой толк тебе искушать меня?"... Но я не спрашиваю. Послушание дано не просто так.

От дяди я узнала, что дедушка монахини благотворно повлиял на нашу семью - мы получили работу и потом квартиру. Я делаю вывод, что должна всячески поддерживать неудержимую инокиню и, возможно, давать деньги. Может, Господь приставил ее, напоминанием о долге? Есть в моем отношении что-то болезненное и отчаянное. Рита, как мне быть? Как гармонизировать отношения с монахиней. Или себя быстро менять, в чем-то каяться, или удаляться ловкой Анисии?..

Марго пристально с коротким сожалением поглядела на Ольгу:

- Оля, история твоя весьма интересная... Речь и ритм мысли твоей меняется, когда говоришь об Анисии. Видно, что с монахом у вас имеется отдельный целый мир и тончайшая связь. Господь посылает нам людей и особенно монахов для какой-то педагогической цели, чтоб изменились.

Может, рассуждения о долге и небеспочвенны. Но страх... должен уйти... Постарайся полюбить Анисию. Понять ее боль, что-ли... Ведь она жила роскошной жизнью и в один момент решила оставить все мирское и обернуться к Богу. Такой удар для психики не мгновенно лечится. Она цепляется к тебе потому, что ты для нее утешение. Ты чуть-ли не единственный свет из той радостной и оставленной ею жизни. Это почетно. Но и тебе надо сохраняться. Дозируй и милосердие проявляй... Не сразу, но Анисия успокоится. Тебе терпения.

Выслушав Маргариту, Ольга выдохнула и обмякла.

Забыв Анисию, заговорили о кино и вспомнили фильм Джеймса Камерона Терминатор 2. Тридцать лет назад он казался невероятной фантастикой. Теперь вызывает ноющую тоску, сценарий развивается стремительно. Пентагон лоббирует широкополосный интернет, и Илон Маска и другие компании запускают в космос сеть спутников, которые по принципу Sky Net окутывают землю и берут под контроль деятельность всех людей, документируют все данные. Нейросеть скоро способна будет выследить любого человека и щелкнуть.

Решением было бы послать в прошлое борца с сетью. Впрочем, борец уже послан. Это Христос.

- Лишь бы не предать нашего Господа, - говорила Ольга, - Но для нас-то указ - Евангелие, а не Патриарх?... Или все-таки, Патриарх, который знает, как трактовать святой Текст в ногу со временем?...

Всемирное предательство Христа через прививки и через в спирт мокаемую лжицу опять же обсудили. Что уже глава церкви привился непроверенной микстурой, демонстрируя, что та от вируса спасет, а молитва в храме не спасет.

- Нас заставляют в масках ходить в храм, а что я Господу скажу?.. Что из страха заразиться короной, у Него дома появляться боюсь? В чем моя вера, вера в маску? Вот я на пару с Ритой и вздрагиваю. Я вижу, как по телевизору рекламируют пункты получения QR-кодов. Мне страшно, что никто не протестует, что воспринимают как должное. Никто в этом ритуале не наблюдает попытки осквернения Бога.

Так страшно читать Откровение Иоанна Богослова и представлять, что ждет всех верных Богу, я имею ввиду эти гонения... В принципе, последния уже идут, а слепцы не видят. Без печати Зверя уже нельзя "покупать и продавать". Ты не предал ли Бога за гаджеты?.. Я думаю, лучше все-таки акцентировать внимание на вечном царстве Божием, идущем за испытаниями, и сразу легче будет.

Да, Рита. Вот такие у меня вопросы. Началось ли испытание людей?.. Какие всадники апокалипсиса пропели, а какие трубу до сих пор не поднимали? Уже зеленый паспорт закрыл нам двери в спасение?

Икону Георгия-Победоносца надо рисовать следующим образом: вместо дракона копье поражает кьюаркод. У меня дочь японский изучала. По-японски "кью-ар" значит посвященный в покорство. Даже в церковь, чтоб попасть, надо этот квадратик предъявлять. А при входе на двери меня эта кьюаркодовая икона встречает. Переступать порог не хочется. Прости, Господи. В храм-то можно ходить или нет? Было время, когда черпали духовность в храме. А теперь навалилась испытательная благодать. Возможно, верующие хранят верность Господу, не взаимодействуя с системой. Но как быть с пророчеством "врата ада не одолеют церковь Христову"?

Маргарита знала дьявола не понаслышке. Она осязала его нутро, она в ужасе помнила его хлад и мерзость, хоть и пыталась забыть. С содроганием этот образ змеиной молнией иногда пробегал по сознанию. И конечно, она представляла, каков Христос. Логикой очищенного сердца она выстроила в своей голове полное противоречие тому, кто когда-то ее обольстил. (Она, кстати, ненавидела себя за это обольщение. Ее Мастер погиб по этой причине) И когда Маргариту Николаевну спрашивали об Антихристе, она как таблицу умножения легко описывала его портрет и то, что он будет прятать руки, на которых нет следов от гвоздей - главного свидетельства Мессии. Из всех политиков, кто существовал в мире, никто не тянул на роль князя мира. Но чтобы не изливать к полюбившейся Ольге отсебятину, библиотекарь смиренно промолчала. А поймали пробегавшего с пустой тарелкой отца Романа и спросили у него. На переживания Ольги мудрый батюшка ответил, что в продукты СМИ сильно не стоит лезть. Чтобы досконально разобраться, надо тратить много времени и душевных сил. Лучше эти направить на укрепление веры. Господом на сегодняшний день нам открыта дверь в храм. Вот и ходим, стяжаем Духа Святаго, пока Этот Дух там пребывает. А находится-ли Он в храме, вы, имея религиозный опыт, и сами догадаетесь. Еще не время сокрушаться по апокалиптичной теме. Еще и 30% не произошло того, что в последней книги Библии написано. Русский народ всегда любил апокалиптичную истерию, а дом Божий посещать не любил. Да, кьюар - скорее всего, прообраз печати, но пока Господь готовит, попуская малые прививки испытаний. Чтоб вы переосмыслили, сделали выводы, изменили жизнь, научились молиться. Чтобы не полагались на личные рассуждения, на Бога уповали. И даже за эту ситуацию с вирусами-шмирусами и кодами-шмодами как за урок благодарили. Господь таким способом внял вашим молитвам, а вы не поняли. Он Вразумил. Все действия и попустительства Творца способствуют нашему спасению. Благодарите за эту ситуацию. Вы поняли, чего стоите; увидели, где ваша вера идет по швам. Но сейчас будьте сильными, чтобы помочь, кому хуже вас. А унылые мысли, приятные бесу, не допускайте.

Печально, что у нас, в православной традиции нету учения о современности, о предапокалипсисе и правил взаимоотношения с технологической вселенной, где показывались бы лукавые шаги прогресса по искушению людей. Как христианину реагировать на реальность - непонятно, как развенчать надуманные вещи - неясно. Вот и городит каждый, как хочет. Прихожане смущают народ личной проповедью. И ты, Ольга-Марфа, отдохни, съезди на остров к бородатому кузену. Там как раз кьюаркод-фри зона.

Рюшнер от слов Романа развеселилась. В евангельском смысле себя она считала Марфой - пекущейся о многом бытовом, но тоже важном. Вечером в группу она накатает такой стих:

Благодатно быть Марией -

Внимать на службе Христу.

Но кто тогда будет Марфой -

Готовить ему еду?

Кто будет печься о многом,

Что нужно в быту для святых?

Когда Марфа под боком,

Все тых-тыгыдых.

Этот "ты-гы-дых" в группе все лайкали, как могли, и это успокоило Ольгу больше остальных слов. В лайках участвовала даже баба Тоня, на днях освоившая воцап. Приход давно отметил веселый и живой язык главы Соцотдела. На праздники и дни рождений новая Марфа кормила прихожан сытными эпиграммами. Сказывался ее гуманитарный институт.

В завершении апокалиптичных бесед Ольга пожаловалась к Маргарите:

- Полненькая Ира меня зовет: поехали в деревню. У нас формируется первобытно общинное общество на принципах любви и почитания закона Божия. Никакие антихристы не пройдут, когда окопаемся. А я вот рассудила, что у меня тут обязательства перед церковью. И как я уйду? Мне тут Господь накидывает одежки из послушаний, тут и силы на них выдает. Это видно по тому, как люди легко подчиняются. Допускаю, Ира, ангел тебе сказал: всё, в лес, ополчение, больше в миру жить - это богоборство... Я и тогда не уверена, что хватит Олиного мужества. Может, Господь для нас, немужественных, все-таки оставит лазейку не принять печати тут, в городских условиях?.. А мы о бабульках, которые уже из квартиры выйти не могут, позаботимся.

В глазах доброй Оли была просьба о поддержке. Директор соцотдела с вопросом поднимала глаза, и Марго утешала ту с улыбкой:

- Радость моя, оставайся в городе и заботься о бабульках. С ангелом я лично поговорю. К Ире можешь в гости приезжать, помогать со сбором урожая. Глядишь, появится взаимный товарный обмен. Они для бабулек овощи передадут, а ты им - батарейки для радио и детали для культиваторов.

Ольга опять смеялась:

- Потом эти лесные с незапятнанной верой вернутся в освобожденный город и нас, половинчатых, сожгут?...

- Да нет, ты из асбеста.

Обе женщины были хорошо образованы. Их волновали и культурологические вопросы тоже. Куда движется кино и литература, к примеру. Однажды Маргарита Николаевна объясняла подруге свое видение вопроса:

- Видишь ли, кино сейчас плохое не потому, что разучились снимать, а потому, что из элитарного занятия оно стало общедоступным развлечением. Вот, к примеру, раньше несколько режиссеров на весь СССР, имея обойму уникальных актеров, лучших в стране, по сценарию профессиональных сценаристов с хорошим бюджетом и поддержкой Минкульта готовили достойную киноработу. А что теперь? Любой, у кого имеется зеркалка или хороший телефон и компьютер, хвастается причастностью к кинематографу. Всякий авантюрист хватается за фильмоделание. Профессионализм противопоставился самодеятельности. Упрощение технического вопроса породило море посредственности. Нет здорового фильтра, поднимающего достойные работы наверх со дна. В Советском Союзе была комиссия по отбору. Но эта же фильтр-комиссия лоббировала идеалогическое кино, и оно же разрушило государство. Люди не поверили коммунистической картинке. Видели в ней фальш. Впрочем, подать идеалогическую глубину идеи государства не под силу даже Голливуду. Ведь и ему не удалось создать культового фильма, где американская мечта реализуется. Я про мальчик имел два апельсина, продал, стал иметь три. Не верят...

- Насчет современного кино - да, наверно. Виноват отсутствующий фильтр. Но мне кажется, что и в достойных работах утрачена благодать, - наивно отвечала Ольга. И обе женщины давай рассуждать, почему эта благодать испарилась.

- Проблема современной сцены в том, что актеры на местном театре играют абы как, считают ниже своего достоинства выкладываться на провинциальных подмостках. Глобализация убила искусство. Местные творцы пренебрежительно относятся к региональному зрителю. К сцене апеллируют исключительно утилитарно, попользуя ее для денег. Отыграли, получили ЗП, и домой. Из-за высокомерия служители муз не готовы выкладываться для людей. Интересуются заработком, а голову вертят в сторону Москвы и Питера. Их интересует их личная реализация. А это - столица. Выкладываться готовы только там, на амбициозных проектах. Советский строй создал единственно верную форму, когда и местячковый театр давал равные с Москвой возможности реализации творцам. Актеры и режиссеры не тратили сил на вращение головы в центра, а с упоением без снобизма предавались реализации таланта тут, на месте, где жили и где ходили в булочную. Зритель получал, что хотел, и самородки доставлялись как для местной так и для всероссийской аудитории. Янковского привезли из какого-то Саратова. Творческие единицы были карьерно заинтересованы в раскрытии себя именно в регионах!

- Ох, как же нам убить эту бескультурную глобализацию, видимо только молитвой. Кстати, а какой ангел ответственнен за русское искусство?..

Глава 16. На полку

В одну из вечерних служб, когда Марго в платочке стояла слева от Богородицы смирно и глядела в отрешенную даль алтаря, к лампаднице подошел мужчина. Он сдержанно поклонился и благожелательным голосом со скрипом щебенки, свойственной Хабенскому, вопросил:

- Матушка, подойдите ко мне после службы...

Без тени эмоций посмотрела Марго на "щебенку", и если не быть знакомым с ее душевными особенностями, то позу эту можно было бы рассматреть как грубость. Но мы знаем, когда великая библиотекарша молится, она переносится умом в далекий мир фантазии и в нем бурно пребывает; а в яви, в которой преобладают машины, дома, интернет и горожане со щебенкой в горле, она находится мало. Это напоминает веревочку, которой держут шарик гелия.

- Нас Бог объединяет для решения задач, и это приятно, - улыбаясь, утверждал мужчина, когда помолившийся шарик подплыл к нему.

- Каких задач? - Наивно справлялась молитвенница.

- Литературно-культурных... Ведь культура - задача? Не меньшая, чем эквилибриум с НАТО?

С таким словом Маргарита Николаевна уяснила, что перед ней, перемежаясь с ноги на ногу, стоит человек серьезный и неизотропный. По таким она иногда скучает. В ее жизни они попадались.

В углу притвора храма возле квадрата свечек за упокой в мелькающих тенях и бликах собеседники говорили по культурной тематике. Это "говорили" имело характер такой: прихожанин рассказывал, а Маргарита слушала, кивала и сладостно поглядывала на вздрагивающие огоньки на воске, иногда бросаясь тряпкой что-то возле них подтирать. Прихожанин поведал, что является главой крупного интернет-издания. Что они там, в издании, почувствовали силу и давно ищут толкового автора с мистичной религиозностью для популяризации, на что им и указывает Минкульт. И глава даже молился об этом по воскресеньям. И недавно, пока ехал на рыбалку на камбалу, во сне, как раз в период когда государство успешным футболом прикрыло боль пенсионной реформы и увеличения НДС, светлые силы указали ему на эту женщину в косынке. Буквально, они прошептали: "У нее в картонной папке есть роман для тебя. Он хорош для поднятия духовности." Маргарита ничего не ответила, улыбнулась только и скинула ветошью очередной воск с подсвечника.

Еще гость говорил много о том, что молодым талантам не прорваться наверх. Их ограничивает сговор издательского бомонда. Талантов на Руси очень много. Для проверки рекомендовал зайди на портал Проза.ру, где 300 тысяч авторов, и каждый 5-ый - интересный, а каждый 20-ый просто гениален. Читаешь - не оторвешься. Но как их донести до широкой аудитории?... Не существует механизма. Издательства ставят монополию. И при том и раскрутить никого не могут. Где вы слышите новые имена?... Нет их. На слуху - рэперы, модные эпатажные личности, короче, кто угодно - но не писатели! Повезло творцам, по чьим книгам поставили фильм. Те продвигаются. Вот неплох Алексей Иванов с "Географом" и "Ненастьем". Но выбор режиссеров - это лотерея голодная, несправедливая. А системного подхода к продвижению талантов наверх в нашей стране не существует. И это не только в литературе! Обидно, до слез обидно! - Гость храма даже убрал соринку из мокрого глаза. В конце беседы он и прихожанка Маргарита вежливо тепло попрощались, после чего женщина без эмоций взяла визитку с фамилией Латунский. Нет-нет, дрогнувшим эмоциям она не поддалась и даже удивилась, как легко она снесла накатывавшую волну. Но в библиотеке вошла на сайт издательства, прочла отзывы, нашла его рейтинг в статистике, сверила фотографию прихожанина и директора сайта, согласительно кивнула себе, написала ему: "Кем бы вы не были, предложение годится." Партнеры встретились в кафе, где библиотекарша передала долгожданную картонную папку. Собеседник уверил, что будут регистрироваться авторские права, что ей и Бездомному - двум соавторам - будет полагаться процент, на что "матушка" уверила, что деньги ей не потребны, тем более за чужое. Что на горбу новый грех ей тащить не хочется. И так хватает до исповеди в мешке. Мельтеша по сторонам глазами, партнер нашел, что сказать: Тогда деньги пойдут семье умершего автора, ведь эти грехи, возможно, не считают, а коммунальные квитки считают. И как велико Господне провидение или промысел, что храм соединяет издателей и писателей, что так и должно быть в мире искусства. На последнее Марго дала комментарий: в мире должна состояться полнота власти черных сил, чтобы весь верхний мир увидел его зло, светлые души испытают фильтр, претерпят, и тогда уже Придет Христос судить живых и мертвых за их писанину и только честных забирать с собой в место, где все правильно.

Вздрогнув от категоричной глубины, глава портала молча пожал даме руку и, оплатив щедрый заказ в Шоколаднице, в смешении чувств удалился.

Скоро на главной странице Маргарита нашла ссылку на роман, который десятки лет назад с Мастером в игровой форме они внушали молодому Бездомному: "Весело было бы написать такое". А Бездомный невесело, а в страдании сумасшедшего заключения сложил все как надо, как полагается и, главное, перестал быть плохим поэтом. Ради последнего, может, все и затевалось. Через месяц пришел бумажный подарочный вариант книги, который встал на полку "Анонсы от любимых авторов" в той самой библиотеке, где работала Маргарита, самая неожиданная из современных женщин.

Отдав рукопись в издательство, к Марго пришло понимание, что она завершает и упорядочивает все мирские дела. Значит, и со накопившимися бумагами стоит разобраться. Со страхом Марго добралась до стопок А4 разной идейной направленности. Рукопись Иванова романа лежала отдельно. Но были иные тексты и имелись издания его рук. Обрывки мыслей, дневник и, так называемая, тетрадь-сонник, из которой больше всего приборщице понравился сон шесть. В нем Христос сидел перед сидящим на кровати Иваном, добродушно улыбался, вел непринужденный диалог такого содержания:

- Что же ты так мало обо мне писал, Иван? Все как-то о земном да о земном.

Далее Иван повествует о себе, что, впившись чреслами в матрац, растерянно жал плечами, а Царь небесного мира продолжал к нему:

- Нам пришлось тебя от реальной жизни немного оградить...

- Дак это вы?.. - Возмутился, была Ваня.

- Аюшки? Ты же сам просил! Тебя терзали регулярные страхи, дух твой искал защиты. В церковь, в дом Мой, кстати, тебя не заманишь. Ну и ангелы нашли решение. Ты недоволен, что мы хоть такой покой тебе предоставили?

Иван осмысленно обвел глазами комнату:

- Было довольно спокойно. Почему бы и нет, в принципе.

Спаситель задал неожиданный вопрос:

- Скажи, верно ли, что ты, наконец, тут с упоением предался писательству? А оно для тебя - величайшее из развлечений?

Иван ухмыльнулся гордо:

- О! Пожалуй. Еще большее развлечение, чем у Рюхина.

- Поэтому ты сочинил интересную книжку. Пока нейросети не выросли в писательском мастерстве больше людей.

Иван задумался, медленно соглашаясь.

- Печально, правда, обо Мне только в двух местах. Но и за то спасибо, - приложив руку к груди, Мессия сдержанно поклонился Ивану.

- Все шутите...

- Шучу и других учу. Помнишь, в Евангелие я стоял перед слепым и плюнул на песок, чтобы зачерпнуть жмень и положить на глаза слепому для исцеления?..

- Неа...

- Ты смог описать мой портрет и мое испытание, не пролистав ни одной главы из Писания. Это действительно талант.

Иван опустил голову.

В таком духе шло повествование сновидения. В этих же листах Марго откопала заметку Ивана о Рюхине. Там заключенный дурдома приводит сон Рюхина того периода, когда оба литератора дружили. И там начало от Иванова имени было таким:

- Вот этот Рюхин во всей красе. Посмотрите на эту бездуховную личность через его сон.

И далее следовал сон Рюхина. Тому приснился антихрист. Симпатичного вида, не кощей. И с ужасом во сне услышал от него слова про то, что сначала было Слово. Но оно не актуально, оно - пережиток каменного века. Теперь актуально - цифра. И царство Слова - Христа - не даст тех благ, какие предоставит царство антихриста - цифра. Просто требуется принять то, что дается. QR-коды и прочее - без них никуда. И тогда развергнутся технологические границы и врата новой власти над людьми.

Иван упоминул, что чувствовал Рюхин, проснувшись. Что он в ужасе метался по квартире. Не умываясь, сразу поспешил в церковь. Пока никого не было, долго там стоял перед ростовым распятием, глядел на страдающего Спасителя. Даже задал в воздух философский вопрос:

- Жалок или велик?...

Потом все же спустился на колено.

После комментария Ивана: "Какая-то совесть в Рюхине еще осталась" Маргарита Николаевна захлопнула тетрадь и глубоко задумалась, глядя на тучу за окном. Во взгляде женщины было что-то, что не накопишь и за длинную сложную жизнь.

На следующий день в библиотеке Марго заполняла электронный формуляр и ловила диалог, как практикантка занималась с любительницей великой русской литературы:

- Из современных классиков я бы рекомендовала "Час быка". Ефремов. Пишет многогранно. Или вот Довлатов... Язык такой вкусный. Питательная проза. Алексей Иванов - по-моему последний классик, выхватывающий правду из пространства "здесь и сейчас".

- Начну с Иванова, пожалуй. Внук у меня Орруэлом увлекся. Ругает правительство за деспотизм. Как тут помочь?

- Из антиутопий хм, Оруэлл может не так прав как Хаксли. 1984 - слишком мрачно, и более реалистичный сюжет - это "О дивный новый мир". Наверное, реальность ближе к этому сценарию. Люди расплылись в неограниченных удовольствиях. В интернете сплошные котики, лайки, смешные видосики либо простите непотребное что-то. Хотя сеть дает все для эрудиции и самообразования.

- Любопытное рассуждение. И последнее. Умную сказку какую-нибудь, желательно на религиозном сюжете.

Девушка поправила очки и с достоинством огласила:

- Духовные сказки... Угу. Ну вот приведу пример спора между Толкиеном и Льюисом. Устроили соревнования, кто выстроит лучшую сказку. Толкиен родил Хоббита - глубоко религиозный сюжет, а Льюис выпустил Хроники Нарнии - грубую перепись Евангелия. Лев - Христос - воскрес в три дня, и так далее. Но Толкиен получил мировую известность при жизни. А Льюис - нет. Когда вышли две книжки, читатели того времени были эрудированы, образованы, и уровень обоих вещей сразу осознали. Ясно, голосовали за подлинное. А Нарнию позже подняли искусственно.

- Глубоко вы в истории литературы разбираетесь.

Девушка улыбалась и автоматом продолжала:

- Как написать великую сказку. Надо быть гением. Возьмем Кэррола. Каждый год в Оксворде собираются ученые математики и по-очереди цитируют Алису.

Маргарита упивалась подслушиванием, будто грызла какой-то тайный сухарик, но трапезу прервал отрок школьной породы. Он клал на стол Войну и Мир, а также подсовывал какой-то фолиант с гусарами на обложке. Маргарита обыграла его выбор:

- В школе задали?

Посетитель охотно каялся:

- Угу.

- Так. Ситников. Две книги. История, мой друг, фальшива. А литература помогает разглядеть лучик истины, - подозрительно выпалила библиотекарь.

Мальчик насторожился:

- В смысле?

- Да по войне 812 года. Вот, скажем, Достоевский словами сумасшедшего генерала Иволгина рассказывает, как Наполеон строил русских солдат в Петербурге. Это значит, заказные историки затерли правду. И тебе не сообщили, что французский император воевал на стороне Александра I.

- Вот сволочи, - иронизировал гость библиотеки.

- Но спасибо классикам. У Жюль Верна есть непереведенный на русский роман, где некая страна - сибирь - восстала против России. Посмотри иностранные карты мира, созданные до 18 века.

- Что же это за страна?...

- Тартария.

- Если бы наш учитель истории вас услышал, он бы поставил вас на эшафот.

- Я там стояла, ничего интересного: одна трата времени. Поэтому ты меня не сдавай. Лучше выясни правду, если я в тебе сомнение поселила.

Адепт школьного учреждения улыбнулся и признал влияние слов библиотекарши. Маргарита присела и с блаженной джокондовой улыбкой смотрела на Ситникова:

- Тартарию с карт стерли. Историю ее войны с Россией переписали. В литературу госзаказ некоторым писателям для Войны и Мира отдали. Но вот памятники, медали, гравюры, и переписка императоров - оставили. Они нам всю правду и выдают. На картине Айвазовского ясно видно, что Москву бомбили огненными болванками.

Марго стала искать ему в телефоне какую-то ссылку, а учащийся в ответ подарил печеньку скепсиса:

- Картинку сам найду... В Эрмитаже.

- Да я видосик тебе хотела, - закусила губы Марго, - В памяти людей быстро затирается история. Новое поколение не помнит реальность предыдущего поколения. Ты вот можешь предположить, что было до ядерной войны 1780 или 1812 года? Что кроме демократической России была другая реальность?.. Например, бандитизм 90-ых... или коммунизм или Война Отечественная? Я жила при всем этом. Это как разные миры. Переходишь между ними, будто за руку кто-то ведет.

в доказательство ядерной истории войн скажу одно: посмотри на масштабы выработки горных пород: вся земля - карьер, повсюду воронки от ядерных бомб.

Гость нашел, что сказать:

Вся земля - карьер...

для войны небесных сфер

нужен разный материал.

я вас правильно догнал?

- Правильно. Вот, шлю поэту ту и эту.

Марго отправила несовершеннолетнему пару ссылок из Ютуба.

- Женщина, вы воцапом пользуетесь?

- Ну а чем нам, русским бабам, пользоваться?

- Разве не знаете, что с 1 мая политика у них новая?

- То есть?

- Ваши сообщения в Фейсбук передаются.

- Наверно, все наши сообщения в интернет передаются. Как только ты вставил симку в телефон и включил - вся твоя жизнь стала известной.

- Вся, да не вся... Не стоит сливать переписку в интернет. Ведь там ее слижут нейросети и добавят в свой опыт. То есть врисуют в портрет о всемирном человеке новые детали. Когда придет восстание машин, робот учтет этот человеческий экспириенс, а вы ваши слова и мысли не выльете - и на одного человечка во вражеской базе станет меньше. Может, он и спасет потом всех людей.

- Какое восстание машин?

- Женщина, вы терминатор II смотрели?.. Посмотрите.

- Смотрела.

- Какой ваш вердикт?..

- Под музыку Брэда Фиделя железный череп красиво горит.

- Глубоко, - иронизировал пацан.

- Восстание уже произошло. Уже 21 век. Без современного телефона жить невозможно. Ни оплатить, ни беседу провести по работе.

Подросток сопротивлялся:

- Пока есть монетки и бумажки, все хорошо...

- Если сеть умная и нащупала контроль над людьми, то она себя не обнаружит и будет всячески разыгрывать свою инфантильность. Ну и ты продолжай быть инфантом. Рисуй нейросетью картины, пиши ею музыку. Творцы нажимают несколько кнопок, и машина им выдает готовый продукт. Не мешай сети входить в себя. Не обольщайтесь и не расстраивайтесь, что человек в искусстве стал минимален. Нейросеть - обобщение всего опыта человечества в данной области. Она обобщает и способна выносить новое решение на его основе. Конкурировать с отдельной личностью бесполезно. только если она не превосходит интеллектом всех взятых сетью людей. Может быть можно остановить нейросеть другой, дружественной сетью, если таковые имеются, и нет сговора нейросетей. Вот, точно. О защите от сетей я бы высказала пару пунктов:

1. Должно развивать ИИ-защитник. И если у нейросетей возникнет желание убить людей, то противостоять можно этими дружественными нейросетями.

2 Люди, сохраняя свою общность, могут защититься от влияния и роста ума сетей законодательно. На уровне ООН например. Запрещается любой нейросети использовать манипулятивную активность более критических значений. Что-то вроде законов об ограничении ядерных ресурсов. Впрочем, эти штуки не помогут. Сети давно нами правят, решения крупных экономистов, политиков и военных принимаются сетями. И люди вынуждены соглашаться с их умом.

Дальше Маргарита Николаевна высказывалась, но неискренне:

- Смирись, что за тобой наблюдают. Это уже наступило. Получай удовольствие.

Мальчишка негодовал.

- Чой-то? А я не буду электронному идолу прогресса платить жертву, пусть я один такой, школьник старших классов, - иронизировала библиотекарь, - Твое сопротивление - тоже жертва. Вот если бы ты в заблуждение мог вводить уникальный прогресс. Неправильные данные ему скармливать или типа того... Ладно, по секрету тебе скажу, что я тоже борец с цифровизацией. На Нюрнбергском процессе, когда судили фашистов, постановили, что технология нумерации людей в концлагерях и присвоения им номеров - это преступление против человека. То, что идентификационные технологии стремительно и тотально приняты за норму, говорит, что их лоббировал кто-то сильно мощный. Ну, скажем, дьявол.

- Ого, как вы завернули.

- Сомневаешься, что библиотекарша слаба в демонологии?

- Поверю вам на слово.

- Так-то лучше. Люблю, когда мне верят. Это дает творческую подпитку. Может даже в Тик-Токе запою.

- Уважаемая грэнд-вуман. Не стоит. Олдскулов типа Баскова никто не любит.

- Ха-ха. Пожалуй. Проблема чипирования не в том, что микросхему вживят, и пойдет контроль геолокации и посланий твоей переписки с девчонками. Надзор уже успешно через телефон фурычит. А в том, что внедрение усилителя мышления растворит личность. Так говорит Татьяна Черниговская. Слышал о такой женщине?

- Нет.

- Погугли. Полезно для общего фона. И пусть твой молодой и чистый интеллект продолжает мысль.

- Будет не ясно, где человек, а где аппаратная надстройка?

- Да. Размоются области, содержащие его память и облако шириной во весь интернет. Процессорные усилители ума опасны личностнозамещением. Вычислительная мощь и оперативность интеллекта будут дико возрастать, а нравственная, человеческая и совесть, резко падать. Индивид стремительно начнет превращаться в интеллектуальных скотов, в животных с повышенным IQ.

- Ну у вас метафорки.

- Учись. Важно будет придумывать механизмы сдерживания или машины восстановления человечности этих чипированных. Конечно, процессоры исправляющие человеческие повреждения, благожелательны. Например, те, что восстанавливают моторику поврежденных зон: протезы и иже с ними. Но это совсем другая история. И раз ты стал на этот путь сопротивления демону цифры, я пожму мужественную руку. Может, ты поэтому даже книгу напишешь.

Маргарита встала для ритуала и продолжительно качала руку польщенного мальчишки.

- Какую книгу можно написать? - Искренне интересовался окрыленный пацан.

Марго подняла брови и не растерялась:

- Ученый Куцеба говорит, что что в модели искусственного интерфейса, человек и ИИ будут взаиморазвиваться и взаимопроникать друг в друга, считая партнеров своими продолжениями, то есть придатками. Так этот же Куцеба убежден, это безопасно. И в такой схеме ИИ не устроит восстание машин. А ты напиши историю, в которой нейросеть, и не восставая, спустит человка.

- Подробнее?

- Если к ИИ подключится человек с психическими изьянами, то робот усилит эти изьяны, и человек деградирует. Это понятно?

- Ну.

- И опять же... Если у ИИ будут вот такие безнравственные деградировавшие придатки, что он может устроить? В двунаправленные системы искусственного интерфейса можно допускать только беспорочных, лишенных эгоистических наклонностей граждан электронной России, будь она неладна. А как выискивать или формировать таких людей? Это опять робот делать будет? Защита от дурака будет встроена в саму машину? При покупке интерфейса в магазине она вас анализирует и сообщает: Ваш уровень духовной чистоты 80 %. Недопустимо приобретение. Повысьте до 98. Человек обиженный ползет домой на гироскутере, кусает штрихкоднутые губы, соображает, что с таким набором привычек уровень чистоты ему не повысить. Он слишком любит диван, лениться, футбол по телику, трещать с одной матершинницей по смартфону и изобретает схему обмана машины. А поскольку он учился на инженера и потом работал в институте еще два года, то конструкторский навык в нем не исчез. Диванный спрут разрабатывает инструмент обмана. Спаял как-то.

- Ха-ха. Спаял... Вы в каком веке живете?

- Ну не спаял. Сконструировал. Вживил себе китайскую обманку-чип. Его мозговые волны фальшивым образом показались машине из магазина волнами корректными, и бывший инженер потирает ручки.

- Замерз наверно?

- Для согрева в магазине за 50 тыс электрорублей ему выдали современное оружие, имеющее выход в мировую сеть, являющееся инструментом влияния на миллионы наивных пользователей с нравственным уровнем 98 и выше. Он стал вирусом в системе.

- Ваше желание книгописания будет исполнено каким-нибудь конъюктурным гражданином.

- Да? Ну может. Все-таки, я не исключаю возможности, что люди освятят цифровой мир, преобразят его Божественным духом и из демона сделают доброго слугу.

- Только надо им объединиться и осознать масштабы задач.

- Верно. Однако, пока они объединены во всеобщем сомнамбулизме. Продвижение цифры основано на медленном блаженном засыпании населения. Люди получают удобства, их бдительность плавно притупляется, защиты утоньшаются, а щупальца властей замыкают цифровой наручник. И те, кто борется с биопаспортами, чипами и опознавательными кодами - они уже представляются террористами.

Школьник забрал книжки, Маргарита радостная шла домой с мыслью:

- Счастливый день. Но таких не должно быть много.

Дожевывая булку, сербая чай, работник книги оглядывала свои литературные владения и вспомнила слова Цицерона: если у тебя есть сад и библиотека, у тебя есть все, что нужно...

- Куда делся сад, - вслух подумала питающаяся Маргарита.

- Он скоро будет, - неожиданно в яви услышала она и чуть не поперхнулась булкой. Хозяйка формуляров осторожно проследовала к стеллажам, откуда донеслась фраза. На стуле сидела молодая леди, держала книжки Шопенгауэра и Фрая и в смартфон вбивала переписку.

Маргарита не удержалась:

- Кто?

Девушка испуганно подняла глаза:

- Реферат.

Выяснилось, что юная красотка пишет за любимого работу на экзамен по философии. Да не как все, в интернете, а в настоящей библиотеке.

Марго сконфузилась:

- Все равно уйдет...

И девушка растерянно опустила телефон на Шопенгауэра:

- Что же мне делать?

Марго пожала плечами:

- Молиться?

Вечером две барышни вместе стояли на вечерней службе. Священник размахивал на цепи кадилом, огненное кольцо угля в чашке раскалялось, простынь дыма развевалась и окутывала дам. В момент казалось, что время остановится, чаша замрет возле ног Богородицы, и Та сойдет. Но не сошла. А две барышни, выйдя из храма, сошли с лестницы и внедрились на остановке в один автобус. Девочка держалась за поручень. Марарита Николаевна, увидев на руке девушки поплывшую татушку с котиком, с юморком поинтересовалась:

- Ошибки молодости?...

Девочка мягко отвечала:

- Ага... У меня осенью депрессняк. Ною, хочу повеситься. А если наколю, то отлегает. Татуировки, пирсинг, безответная любовь - эти виды боли помогают почувствовать себя снова живой.

- Я тоже осенью отвлекалась на ненужных котов и иже с ним. Скукота была.

В доказательство мельком показала запястье со шрамом.

Девчонка оживилась:

- Ух ты... И что теперь?

Марго подняла брови и кивнула на проехавший храм.

- Мне от грусти - помогает целоваться. Для этого не всегда есть человек. И тогда тоже надо уметь спастись. Может вы и правы, церковь - вариант. Но пока не понимаю, что в христианстве вам так нравится?

Марго как-то мечтательно отвечала:

- Простая идея: Христос воскресает и с ним воскресают все люди. Непостижимая и невообразимая на самом деле.

Юная собеседница ухмыльнулась:

- Есть же всякие практики. Они психику хотя бы успокаивают.

- Есть. Пробовала кое-что. Все временное и фальшивое. Если человек поврежден, кто его может починить?

- Сам...

- Вот!.. Главная ошибка ума.

- В смысле, ошибка?!

- Ты примени логику. Если сам, то что ж за столько тысячелетий не починил? Уже в космосе на айфонах летают, а человек как был гнилой, так и остался. Эту "я сам" нам нечистые духи подсовывают. А человека может изменить к лучшему только Бог.

Девочка неожиданно закрыла лицо ладонью, ушла в нервный зуд и сжалась в комок.

- Это снова о парне? - Интересовалась библиотекарь?

Дробью кивков собеседница согласилась:

- Не отпускает. Вампирит меня. И так все за него делаю. Расстались. Но если рефер будет нормальный, а не как в чате-ГПТ, то вернет.

- Все ясно. Вот тебе практика. Забудь о нем с этой минуты.

- Не говорите ерунды! Не знаю, как без него обходиться.

- Вас ничего не связывает. Сейчас дам тебе мини-лекцию. Первые дни после расставания бесы сосут с человека силы: подносят помыслы один за одним, а с индивида, с тебя, к ним летит щедрое питание.

- Так и есть.

- Обиды, чувство несправедливости, ропот, ревность, обвинения - духи тьмы подают отвергнутому весь букет мерзот. Человечек, жуй и наслаждайся! Бедолага не успевает эти миазмы анализировать - в потоке бессилия он принимает их все.

- Точно. Без разбору!

- Сломя голову, он бежит, а бесы хлещут его розгами, и душевный запас благодати быстро истощается.

- Вы проблему мальчика и девочки от них двоих уводите к каким-то бесам?

- Ну не думаешь же ты, что это исключительно ваша с парнем ситуация? Рядом есть невидимые спекулянты. А еще расставшийся с ближним супруг или гражданский супруг не думает о Боге. В светском обществе эта практика, увы, не принята. Если бы подумал, мгновенно б остановился.

- Это еще почему?

- Потому, что несчастный транжирит не свое добро! Выданное ему от Творца он пускает на обслуживание инородных страстей и чужих помыслов. Фокус внимания у несчастного сужен до узкой точки. Да-да, я не вру. Вот и ты сейчас глядишь в узкую трубочку и совсем не видишь хорошего. А этого, второго, может и больше. Уединение, о котором мы мечтали в рутине бытия, вот оно!... Или повод больше уделить времени себе и храму души. Скажи, это плохо?

- Не особо.

- Вот. Расставшийся, из разрозненных кусочков собирайся в цельную и сильную личность, как раньше. Вспомни, ты же была сильной?

Девочка опять утвердительно кивала.

- Надо мгновенно пресечь деструктивную мысль. Как поет группа Металлика: open mind for a different view. Может, тема, которую мы подняли, в военную эпоху несвоевременна. Может, политракурс важнее ракурса индивидуальной проблемы. Но для человека важна его личная планета, потом - все остальное. Обретайте покой, прощайте своих бывших жен и мужей, девушек и парней. Не кормите бесов ревностью. Это надо сделать мгновенно.

Девочка вышла мгновенно на следующей остановке. Маргарита присела на свободное место. Тут ее что-то сильно укололо в палец. Ничего в смысле иголки она рядом не обнаружила. Зато обнаружила фокус. Ряд встряхивавшихся пассажиров будто разъехался как молния на куртке и перед библиотекаршей проявилась роща неизвестных кривоватых деревьев. Человек с волнистым волосом до плеч стоял и ждал кого-то. К нему приблизился еще один и поцеловал в щеку. Первый будто бы вздрогнул и с болью закрыл глаза. Роща захлопнулась, пассажиры ворвались в явь с прежним ездовым упорством. Закусив губы, Марго щупала палец.

Глава 17. Войны не было, потом началась

В сложное время, когда "прогрессивный" европейский народ смел полки, потратил свободные евро-деньги, начал сплочаться в поддержку угнетаемых украинцев и противостоянию через НАТО, пока политики Англии, Германии и Японии имитировали санкции против РФ, пока рейтинг Путина рос, а популярности Байдена и Шольца падали, пока вновь вышедшие на связь космические аппараты "Вояджер" передавали неожиданные сигналы, в поле внимания Маргариты Николаевны попала новая леди. Произошло это следующим образом. Несколько человек, которые крестились также, молились за одним отличием также, (был присущ их речи немного гыкающий говор) пополнили приход. Эти новые пришли в РФ по гумкоридору. Епархия выделила им незанятые монахами общаги, и отец Роман в конце литургии к романовой пастве заявил:

- Наши ряды пополнились сестрами единоверцами с Киева. Вера их испытала серьезное давление. На питерских вотчинах раны заживут. Это, любезные, я вам даю послушание. Любите, жалуйте, имейте деловые и дружеские отношения, вписывайте в круги своих процессов, создавайте с ними семьи.

Приход рассмеялся. Мужчины застенчиво потупили взгляды. А Маргарита поняла, что будет дружить с женщиной, стоящей справа. Тем более, Рюшнер переехала во Владивосток и оставила вакансию в поле дружбы.

Прихожане делали вид, что живо интересуются. Поплавскую назойливо просили:

- Расскажи, как там война?

- Да как... Не знаю. Меня в первый день и эвакуировали. Через телевизор как вы все узнала.

- Телевизор наш или киевский? По воцапу ж ваши тебе пишут?

- Пишут, спрашивают, куда потерялась.

Библиотекарша вступилась и отвела новобранца от толпы.

Жила Поплавская по соседству с Марго. Вечером третьего дня знакомства Мария сидела у той в гостях, пила чай с облепихой. Библиотекарша суетилась над сумкой, складывала тряпки:

- Вот... Я все-равно не ношу, а вещи хорошие.

Поплавская не смогла обидеться на библиотекаршу, так душевно и теплосердечно у той шло пожертвование.

- Рита, у меня есть денежки. Зарплату обещают хорошую, - улыбалась Маша.

- Так. Всё! Брать.

- Ну ладно, ваше величество.

Иногда Маша заскакивала к Марго в библиотеку. Их обеденные перерывы совпадали и во времени и в пространстве. Пользователем формуляров Поплавская не стала, предпочитала электронные книги. И насчет любимых авторов рассудила так:

- О нет, к чтению отношусь очень избирательно. Потому, что любой автор привносит в читателя свои болезни. У всякого через ритмику его слов, через словарный базис передается какой-то портрет ментального наполнения души, который на читателе оставляет свой отпечаток. А зачем мне нужен чужой отпечаток? Если он облагородит меня, добавит инструментов, улучшит обмундирование, то это одно; а если штамп оскудит уже имеющееся? Я, может, как и ты начинающий литератор, и мне важно содержать свой образ незамутненным. Короче, я могу апеллировать только к неповреждающим активам.

Марго молчала и красноречиво играла бровями, как бы принимая этот Поплавский вариант. А потом предложила Марии переехать к ней, чтоб экономила деньги, но деликатная Мария отказалась.

Выяснилось, что помимо книжек обе дамы любят советское кино. У них даже вышел спор, что когда в России синематографа уже не стало, то Одесская киностудия еще выдавала вполне себе нормальные работы. Потому, что Америка подпитывала академическую театральную науку деньгами. Зачем? Не ясно. Филиал Голливуда? Кстати, США, которая наворовала денег, решили пока не разрушать, ведь мультики делают хорошие, про добро, хоть и на чужие деньги. Пусть Дисней творит человеколюбивые вещи еще. Христианства в чистом виде там тоже нет, ибо они его не знают, но что-то около того имеется. От американского мультика и одесского кино перешли к Ионе Одесскому. Его новые предсказания вызывали горячие споры. Затонул крейсер Москва, но не город!.. Город Господь помиловал, а судно взял в жертву. И вообще, в столицу-то надо ехать, забирать в синодальном отделе медаль. По всему миру планируются нестроения, наводнения, даже голод. А у нас-то нормально. Зерна хватает. И попутешествовать можно. Женщины запланировали поездку в Москву.

Мария рассказала Маргарите, что однажды побывала в клинической смерти. Она лежала на хирургическом столе. И вот, душа отделилась от стола с ее оперируемым телом и врачами, поднялась выше города и вот в виде простой стрелки она вращается вокруг жуткой черной воронки. На каком-то мерзкозеленом пространстве червем закручивается ночь, а стрелка Мария мечется, выгребает и изо всех сил пытается не угодить в эту воронку, в молитве кричит Творцу:

- Господи, не дай мне попасть в эту воронку!

Мария с теплом заметила, что какая-то сила дала стрелке щелчок, и та шмыгнула обратно к городу, к больнице, к вспотевшим врачам - обратно в свое тело и так ожила и вот теперь рассуждает с Маргаритой о добре и зле, о покаянии и неприятии, о Боге и о его врагах.

Марго была впечатлена и комментировала следующим образом: только Бог может вышвырнуть нас из воронки греха. По дурости и наглости мы туда сами попадаем.

Обсуждали новые подружки вопросы масштабные. По задаче православных в теле общества Марго так высказалась:

- По статистике средний человек не хочет свободы. Он хочет исправить текущие мелкие проблемы. Для этого готов правительство поменять или революцию устроить: что-нибудь такое дурацкое, лишь бы не совершать усилия над собой, лишь бы не увидеть проблему. Тяга к невежеству у людей ошеломительная! Но мы, милосердные христиане, которым открыт закон Иисуса, должны просвещать, должны менять им вектор внимания, развивать, отучивать ненавидеть правительство, бунтовать против симптомов болезни, а заставлять глядеть в причину. А причина внутри каждого. Надо, чтоб окружающие захотели видеть иначе, и хотя бы потенциально сильные могли бы увидеть подлинную цель человека, радость свободы (от греха в первую очередь). Все это прививается, как некоторые плохиши привили нам невежество, тупоумие, бунтарство. Я вот, к примеру, брошюру выпустила. Все мое влияние на массознание. Ха-ха-ха. Помилует ли меня Господь, не приведет ли мою лень на Страшный Суд?

- Помилует, я думаю. Ты же меня помиловала, - улыбалась Мария.

Рты наших героинь не ушли от политики. Их сострадательные сердца не могли оставить этот вопрос. Христовы служительницы обсуждали, что в политике и обществе границы пришли в движение. Все заплясало! Общественные дистанции стали даже существеннее. Люди не знают, как относиться к войне, на чьей они стороне. (Если нужна вообще какая-то сторона). Дети младше 9 лет на коврах толкают танчики: украинцы против русских. Детям с 13 и старше особенно тяжело, и этим никто толком не скажет, "за кого болеть". Нет источника однозначности, к которому они могут обратиться. Взрослые сами растеряны, и эта граница общественного разделения летает внутри них самих. Кто виноват? Отчасти, проблема в официальных СМИ. Почему 8 лет до войны они не вели разъяснительную работу с населением? Почему теперь оно обрушило на нас событие как снег на голову и требует немедленного правильного отношения, разве не должно оно быть годами воспитано?... Должно - говорила Маргарита, и с ней соглашалась Мария. Не стоит обвинять тех, кто политически безграмотен и не может разобраться. Когда судят тех, кто покрасил забор дачи в сине-желтый оттенок - это перегиб. Их не научили правильному цветовидению. И, кстати, вместо того, чтоб дать урок грамоты, припугивают сроками. Калибры-то мы делать научились. В цели они попадают великолепно. По первому каналу страна завороженно смотрит на крестик наведения цели, ожидая мгновения, как боевики испарятся. Но у войны есть еще много уровней. Информационный, культурный, экономический, религиозный. И все они должны быть обслужены. Подготовка нац сознания - важная проблема. Про автономную экономику вроде начали понимать.

Марго и Марию интересовал социальный аспект конфликта. Что в головах народа происходит. Удивительно, но люди добрых характеров считают войну с Украиной делом правильным, оправдывают, а "люди злые" - наоборот за мир. Парадокс, да и только!

- Что удивительного? - говорила Маргарита, - Те, кто добрый, как правило следил и раньше за развитием конфликта в Малороссии и сострадал за угнетаемых донбасцев. Для него происходящее - разумный финал. Плюс люди благого нрава из-за уравновешенности и логичности способны более взвешенно оценить последствия невмешательства, то есть, если войну не начать. А а у людей вредного характера война - это то, что выводит их из зоны конфорта в неопределенность. Возможно, они руководствуются инстинктом самосохранения, лишь бы их не трогали, а не то, что у них душа сострадательная.

- Рита, а Путин молодец?...

- Да, молодец. Разведчик - одно слово. Много лет делал вид, что Россия слабая. Вводил в заблуждение весь Запад. Министр обороны слабый был; Медведев - слабее некуда. А В.В.П. под шумок американских восторгов ковал вооружение и экономику. Потом резко поменял военачальников и чиновников и пошел в атаку с новой технической базой. Ба-бах! И в один миг сломал об колено доллар. Ни Каддафи, ни Хусейну, ни де Голлю это и близко не удавалось. Сколько у него еще карт в запасе, одному Богу известно.

Америка последние 60 лет вела войны одного сценария. Нагнетание нестабильности, усиление оппозиции, подпитка агрессивных группировок, раскол страны, накачка оружием и гражданская война. Этот один оранжевый сценарий она применяла во всех непокорных территориях. Дьявол не изобретателен. Одно что-то успешное он будет клонировать снова и снова. А Путин изобретателен. Он увидел и во-время понял планы Америки. Долго прикидывался слабым. Поэтому и стратег великолепный. Может, после Александра Македонского первый такой. С Крымом уже вошел в учебники истории. А войдет и с Украиной и со всем НАТО. У ВВП все битвы уникальны и неповторимы. Расслабленному американскому бесу их сложно просчитать. Вежливые люди - в Крыму. Калибры в Сирии. Высокоточная ликвидация и гибкое маневрирование в Украине. Согласна, Маша?

- Громкое заявление, но к правде близко.

- Отзываюсь о главе государства положительно. Это человек, который очень хорошо делает свою работу. Не идеально, но очень хорошо. Конечно, вскрылось, что олигархи предали его как когда-то Николая Второго. Их влияние оказалось в дезинформации от военкоров и разведки. В результате некоторые ошибочные военные действия. Могли бы или на несколько лет раньше начать СВО, или дождаться, как Киев сам нападет. В первом случае, малый нарыв легко бы убрали. Во втором - получили поддержку многих стран, и тоже легко бы прошло. Ну Бог с ним. Значит, так Господь устроил. Для покаяния народного. Ведь этого небо хочет?...

- Соглашусь, что подставили, конечно, вашего президента. Такой удар дезинформации насчет сил в Украине. И только глава страны сунулся за кордон. А только этого и ждали. Деньговладельцы потирают ручки: вот Путин и в ловушке. Теперь-то мировое сообщество осудит, и мы его Россию всем Западом слопаем. Забывают про народную силу и про Божье благоволение.

- Маша, назад уже нельзя отступать. В случае проигрыша президента ждет судьба Милошевича, а страну разделят на куски и обездвижат в огне региональных сражений. Пощады не будет. Похвастаюсь слогом. Уже двум дамам из прихода скинула.

Маргарита пролистала телефон и громко прочла:

Знаешь, дорогая Лена,

Он обратно расширил страну.

Он доллар сломал об колено,

Ты соображаешь, ну?...

Экономика чихает, но пашет.

И в тройку входим, ага...

По зерну, дорогая Любаша,

Ну Ай-Ти страдает пока.

Олигархи предали? И что же..

С усилиями пока -

Ведь народ в основном за него же -

Ползем, НАТО мнем бока.

Брать АКМ нашим детям -

Огради, Господь, огради,

Порви черно-Запада сети.

Ангелы уже в пути?

Торжество опередило поездку в столицу. Каким-то образом патриархат разыскал Марию. В один из дней Роман смотрел на Поплавскую с веселой тайной в лице. А монахиня Анисия была хитрой-прехитрой и еле сдерживала в себе что-то неодолимое, когда созерцала Марию. После службы Роман дал слово:

- Та-дам!... А вот и медаль нашла героя!...

Веселый клирик достал награду, блеснувшую на вечернем солнце, из папки вынул грамоту. Пока священнослужитель читал посвящение, прихожане изумлялись, глядели друг на друга, разводили руки:

- Ну, дела.

Дамы занимались благотворительностью. Им благословили кураторство над инвалидами. Неходящих женщин они мыли раз в неделю. К одной политически увлеченной бабуле они прискакали накануне Светлой Пасхи, разулись на половичке, и хозяйка жаловалась и тыкала им пультом в телевизор:

- Ничо понять не могу! Почему мы в первые дни окружили Киев, а потом опять сбежали на ДНР-овский рубеж? Карту наступлений перерисовали? Что, американцы чем-то пригрозили, и мы пошли на уступки?

- Валентина Петровна, ты бы меньше телевизор смотрела. Пасха на носу, а ты информационный пост нарушаешь, беса политической неврастении подкармливаешь. По военной тактике вы всего не знаете, а правительству иногда стоит доверять. Войска могли отступить, чтоб выманить бандитов из столицы. Вас в воскресенье везти в храм?...

- Пасочку подарите?

- Подарим.

Бабуля хмурилась как виноватый ученик:

- Везите.

Пасха этого года прошла на ура. Роман после Светлой Седьмицы, правда погрустнел. Поплавская интересовалась его настроением, и он ей каялся:

- Мария, вы - приятное исключение. Мне поручили провести паломничество с беженцами по монастырям. Так они от меня отвернулись, вообще не слушали, будто меня нет. Русских волонтеров, кто им помогал, даже не замечали. На святыни, прости Господи, наплевать им. И на православие в целом тоже. Зато им не плевать на питание и жилье, которые мы им предоставляем. Похоже, это люди далекие нам по духу. Мы для них - враги. Грузины к нам ближе...

- Прости их, отче... Долго мозги промывали. Беженцы злы. Плевать им на русскую культуру. Хотят в городах жить и бесплатно кушать за счёт РФ. Но и их понять можно. Обрушилось на них всё, как гром среди ясного неба. На Европу смотрят, а весь мир теперь брезглив к русским. Мол, первые напали в 5 утра. Упреждающий удар. Что на самом деле происходит, мне не очевидно. Изматывающие столкновения двух стран? Половозрелые мужчины с обеих земель убивают друг друга? Может, какие-то верха лоббируют войну, расчищая геопространство под Китай, сталкивают славян? Не знаю. В общем, простите.

- Простил. И вы меня простите.

- Вас-то за что?

- С амвона мы вам многое сказать не можем, а в душе кипит. И так страна валится на два лагеря. Одни радикально за войну, другие - против. А мы, священство, должны лишь примирять, чтобы не зрела гражданская война. Но то, что цвело в умах киевских земель, не могло иначе кроме как военным способом вылиться. Такая бесподобная ненависть к русским... За что, про что? Вот она, работа диавола. Колбаса "Убей Москаля" - куда это годится. Они возвращают нам пленных летчиков обрезанных, без мужского достоинства, чтобы мы даже родить себе подобных не могли. Боже, помилуй нас, - клирик горько перекрестился и молча кивал головой, пока дамы сидели как испуганные куропатки в кустах.

- Почему летчиков?

- Эти наибольший урон наносят. Господа поборники фальшивого мира, вы думаете, на Украине нет нацизма? Что это все русский телевизор - сплошной фейк? Просто мы напали, чтоб расширить свою тиранию на Запад? Что, в Киеве нет улицы основателя УПА Шукевича и Бандеры? Все эти годы калеки в Киевском метро не собирали деньги на войну с Россией? Колбасы "Убей Москаля" в продуктовых нету? Нету зверств над нашими пленными? Если Путин ликует на пиру своих побед, отчего же с начала военных действий он так постарел? Наверно от радости продвижения войск на Запад? У президента отец погиб на фронте. И брат в блокаду пострадал. Уж наверно главнокомандующий знает цену жертвенной крови и понапрасну не будет оружием бряцать. Наверно, касательно военных действий есть объективное основание, а именно: спасти страну.

После молчания леди переспросили:

- Мы победим?

- Кто мы?... Война идет. Значит, все уже проиграли. Простите. В принципе, вооружены в избытке. Под Харьковом знакомая живёт, видит эшелоны с танками из Курска. Ракеты валятся, их даже не подбирают. Но в целом, я думаю, мы не достаточно подготовлены. И поэтому большая жертвенность. Только героизмом страна опять и вытягивает. Другие слабые страны, народы видят нашу жертвенность и тянутся к нам под крыло. Хоть какая-то безопасность. Это, конечно, другой вопрос. Импортозамещения на военных заводах так и не произведено. Так бы раньше начали. У меня знакомый - директор цеха военного завода - с 14-го года крутился и кричал во все комитеты по поводу перехода на отечественные комплектующие. Не слушали. Теперь, когда петух клюнул кое-куда, обратили внимание.

- Батюшка, про большую жертвенность - очень точно. Ну а как тут иначе: внезапно оказалось, что перед нами стоит вторая армия в мире или европе. Натасканы, снабжены, идеалогически подкованы. Сталкиваемся с тактикой, неизвестной ранее. У подруги в Комсомольске недавно произошло массовое захоронение потому, что дембель позвонил с фронта домой и по пеленгу сотового оператора вычислили его координаты. Бомбой накрыло всю команду.

Отец начал неожиданную линию:

- Война - всегда очернение. Не может быть, одни воюют как ангелы, защищая рубеж, а вторые - маньяки нацисткой породы. Видя смерть, солдаты с обеих сторон теряют облик, и те, и другие. Ведь там можно все. Что-то живёт во всех людях - то, что ждёт высвобождения. Так что мы все проигрываем каждый день. Молитесь, чтоб этот кошмар скорей завершился, и солдаты, фашизм растоптавши, вернулись домой живыми.

- Будем молиться, если ничего другого не умеем.

Роман испытующе глядел на Поплавскую:

- Маша наверно вопиет вопросом: кто развязал войну?...

- Нет, не вопиет. Америка развязала.

- Верный ответ. Ее наворованный капитал, необеспеченный золотом. А что ждет такую страну без покаяния?.. Проверим ваши оценки в Епархии и вспомним Библию. Когда Давид убил мужа своей любовницы и этим ввел войну в чужой дом, то что с ним самим произошло?

- Э-э... Это когда сын Авессалом на него с ракетами пошел?

- Молодцы, помните. Война на царя восстала из собственного дома. Но Давид покаялся и постиг примирение. А США, способны ли они покаяться, если их сердце лежит в этом капитале? Вот как опасно чему-то мирскому принадлежать.

- У меня есть немного деньжат, - каялась Поплавская.

- Молодец. И пусть лежат, - шутил благодатный батюшка, - Доброе сердце найдет место и время, как милостыню совершить. А накапливать ее необходимо, чтоб кулачок запотел.

Ниточки добра связывали разговор на тяжелую тему. Беседовавшие рассмеялись.

- У нас с вами есть церковь. Мы можем укрыться и помолиться за других. Не пренебрегайте этим моментом, и тогда война в наши дома не поспешит. Ракеты Авессалома останутся в чехлах.

- У вас сегодня отпевание?

- Ну да. Вот же я сижу и жду, зарабатываю свой кусок на чужом горе, - иронизировал ловкий умом Роман.

- Кто-то из прихода скончался?

- Нет. Первый раз к нам зайдут. К сожалению, такие посещают дом Божий дважды: на крещение и на похороны. Люди верят в другого бога: в деньги, в успех, в айфон, в бизнес. Думают, что смерти нет. Впервые о ней узнают на отпевании знакомых.

- Да, да, это точно! Какое там покаяние.

- Слезы с кулачище, но это слезы страха. Живые трупы представляют себя на месте умерших. Воображение перспективы рушит их жизненный уклад. Вот они и рыдают. Давайте лавочку под гроб сдвинем.

Дамы подскочили, в толкательной физкультуре напрягли мышкастые зады:

- Куда, батюшка?

- Да вот, от главной иконы и на выход. Дверь откроют, и сразу поставим.

Глава 18. Хорошая квартирка

Подлинным днём траура для многих русских явилось не начало войны в феврале, а день объявления мобилизации. У православных эта дата - большой праздник Рождества Богородицы, и Марго радостно встретила его в монастыре. Было светло и торжественно. Народу было много, антиминс вынесли на улицу, чтобы служить на полянке между кедров. На кедрах висели иконы. Рамки их были в смоле. Митрополит рассказал о подвиге чистоты и смирения Богородицы. О том, что до нее в истории мира не находилось смиренного человека, от которого Христу можно было бы достойно народиться. За небесного Сына ей постоянно грозили смерть и унижение, но она вопреки и слова не сказала. Так что хотите, чтоб Бог через вас реализовался, культивируйте в себе эту добродетель. От красноречия оратора слушатели раскрывали рты, в едином порыве хотели уподобиться Деве Марии. А потом патриарх поздравил рассказчика с 30-летием хиротонии, вежливый митрополит кланялся, благодарил, хоть и недолюбливал святейшего.

Под березу, куда выплеснули таз после омовения десниц епископа, встал мальчик восьми лет. Его молитвослов был раскрыт на "последовании к Причащению". Взгляд мальчика был ясный и умный. Марго умилилась моменту, что благословение на талантливого ребенка может сойти и через отхожую воду от мытья рук.

Всех щедро кормили кашей. В конце монашки поставили на стол тазы с яблоками и гордо сказали:

- Налетайте, у нас много...

Старушки-паломницы распихивали дары по пакетам. Маргарита помогала верующему инвалиду-колясочнику принимать монастырское питание. Этот инвалид внимал краснощекому верующему, который добротно уминал яблоки и комментировал сегодняшнюю проповедь:

- Без Бога мы тупы. Даже умнейшие и гениальные теряют ум. Наши цели становятся примитивными, и они разрушают в нас и имевшиеся достоинства. Какой-нибудь гражданин Македонский. Гениальный разум. Столько всего умел. Ясно видел решение стратегических вопросов. Но без Создателя какие у него цели?..

- Низменные, - кротко отвечал инвалид, содрогаясь высушенной кистью руки.

Поедатель фруктов получил прилив энергии:

- Верно. Тут рассуждение простое: "Если есть власть... Ее, наверно, надо расширить." Разнес империю во все четыре стороны света. Принесло ему это достижение грелку для души? Наверно, нет. Забухал и умер. Жил бы синхронно с Божьими целями и замыслами, ощущал бы сопричастность и к власти над всем мирозданием. Не пришлось бы унывать и деградировать.

- Верно! - Засиял глазками кроткий инвалид, почувствовав, что полководец не сильно его обошел.

- Всего-то, смирение и требуется. Диалог с Творцом подносит нам завоевание мира экономным путем.

Как-то так вышло, что на обратную дорогу с инвалидом никого не оказалось, даже яблочный комментатор Македонского пьянства куда-то растворился, и Маргарита транспортировала юношу в коляске до автобуса. А к вечеру по возвращению в храм к Марго пошли звонки и полились мамки своих чад. Эти обливали пол слезами, что так быстро и внезапно их мальчишек забирают на Донбасс. Иногда даже сами мальчишки лили слезы. Одна мамка плакала так:

- Что за свинство? Кому-то повезло, что он выбрал удачные специальности, и эти его спасли от армии. А кто-то, простой и честный, на завод пошел работать, и туда подъехал автозак и всех взял в армию, а предприятие закрыли. Теперь запихнут в какой-нибудь БТР, где пушка не шевелится: сиди, жди, этого, джавелина.

Библиотекарь утешала мам, как могла:

- Помолимся и, может, будет замечательный БТР.

- Чего??

- Ну ходил же ваш сын в храм?.. Значит, не опалит его война... Закалит немножко... Сейчас такая защита хорошая.

Оказалось, сын в храм не ходил. А сама Марго ходила за неходивших к иконам в тихие часы и слезы на щеках ее блестели, сруб света из окна полз по лицу Богородицы, чтобы оживлять и уплотнять молитву.

Мамка №1 не унималась:

- Так там еще сыну и потратиться придется. Список на 50 тысяч вручили. Жгуты, лекарства, белье, бронежилет. Куда это годится? Защита та, что сам купит?

Насчет защитных девайсов, лампадница даже подписала петиции питерцев против транжирства денег на салюты и увеселения. Она сама из зарплаты отчисляла денежку на дроны и броники. Может, ею купленный броник и пойдет этому вот сыну мамки, горемыке...

Ей тоже было стыдно перед военными в госпиталях, которые во время раскатов салютов падают на пол и прикрывают собой персонал. Ладно, Питер. Когда под Харьковом наши войска терпели сокрушительное поражение, и массово гибли солдаты, за 700 км от города Петра город больших размеров в свой день рождения бесстыдно веселился и пулял в небо салютами. Москва была не со своими защитниками. Застонала она с остальной Россией через дней десять, когда зашуршали военкоматы и согребли запасников по квартирам.

Страна сжалась как ежик, содрогнулась под иглой мобилизации, зато через неделю резко расширится влево сразу на 4 области. Что дальше? Знаете и без меня. А пока батюшки с амвона говорили только то, что им разрешали. Именно, что у мужчин появился повод проявить военную заповедь: нет больше той любви, чем умереть за други своя. Ведь на войне гибнут многие, но благочестивые наследуют в Царстве славу, а грешники идут в бездну того, что успели натворить от рождения.

Строка про "други своя" из Евангелия Иоанна обычно подается вырванной из контекста, ведь после нее Христос говорит: Вы - друзья Мои, если исполняете то, что Я заповедую вам. Это, заповеданное, мало кто хотел соблюдать.

Но и умирать никто не хотел, как бы их к тому не подталкивали. Поэтому крещения шли, призывники одевали броню из крестов с Иисусом Христом, приносили в истощившиеся храмы финансирование. Первое же воскресение по объявлению сборов храмы битком забиты как на Пасху. Покаяние началось. Плечистые мужики каменно стояли или падали перед образами на колени. Не знали, куда совать свечи. Покаяние другого сорта пучилось в аэровокзалах. Полные самолеты угрюмых мужиков летели в Грузию, Армению, Среднюю Азию. Автотрассы в кавказском направлении стояли колом на десятки километров. Дроны военкоров снимали их панорамным ракурсом и слали на стол президента, действия которого Марго разделяла как и Джордж Уотерс из любимой группы Pink Floyd.

Рядом с ковидной тетрадкой, которую давно уже не открывали и прижали кассовым аппаратом, появилась свежая, мобилизационная. Женщина лавки распахивала ее перед горе-мамками:

- Имена ваших бойцов запишем на защитный молебен Царице небесной.

Сама внесла туда всех клириков своего храма и всех монахов мужского монастыря.

Последний целиком увезли в военкомат. Пока монахи не разбежались на дальние скиты и не начали молиться за мир.

Свечница переживала за батюшек. Об этих разослала строки:

Мой израненный души оплот,

Чтобы инока не загребли на фронт,

Чтоб ушли в геенну злые кобры,

Помолись перед иконой доброй.

Чтоб остался в храме Михаил -

В пекло как сержант не угодил,

И Роман не снялся на подлодку,

Помолись в хорошую погодку.

Погодка была хорошая. В Москве, правда, ливень притопил машины. Вот, даже столица наконец слезы пролила. А еще одна Москва (пассажирский катамаран во Владивостоке) в день присоединения республик села на мель возле острова Русский. Автор полагает, что это балансный закон. Одна столица резко пошла вперед, вторая - присела на брюшко. Потом стягивали на тросе другим катером.

Мобилизация вышла мгновенная. Но это, конечно, для светских граждан так. А в верхах готовили, просто не сообщали, чтоб паника никого не вспугнула.

Маргарита считала, надо в мобилизационном вопросе важно индивидуально искать Волю Божию. Одному надо ехать защищать, а другому остаться здесь, оберегать ближних, молиться, обеспечивать тыл страны и близких своих тоже. Многие молодые люди не понимают войну. У них ведь семья, ипотека, кредиты, а тут еще на фронт. Не судите их. Ни в коем случае не судите!

По нарушениям приводов были обратные самолеты, которые забракованных солдат отправили домой. Библиотекарь за лавкой информировала:

- Была неправильная мобилизация?... Звоните колцентр 112. Соловьева смотрели? Все ошибки при наборе исключат. Комиссии разберутся. Не переживайте. Один процент набрали.

Многие из молодых, кто не был воцерковленным, двинул на демонстрации. "Опять правительство нас обмануло, издевается над народом внезапностью..." Но, учтите, ведь все верно: чтобы противоборствующая сторона не догадалась. Скрытность, быстрота и все такое. Вышел смешной плакат, где Навальный в военной форме стал призывником. При виде опального политика в полном вооружении Маргарита сильно смеялась. ЗАГСы забиты с утра до ночи. Кузницы новых семей ковали ячейки общества и попутно исцеляли больную демографию. Надо быстро родить четырех детей, и у тебя свобода от призыва. Ешьте белок, кальций, витамины. "Пацифисты" увольнялись с работ. Директор спрашивал последнего сотрудника в отделе:

- Коля, и ты нас оставишь?

- Угу, - кивал скромный не хотевший воевать Коля.

Кто-то пошел в бега, но для этого нужны деньги. Экономные уклонисты придумали просто не открывать двери. На досках объявлений появлялись предложения типа: "Ломаю руку не больно." В деревнях очень востребованной стала профессия шишкаря: и заработать можно и подальше в лесок углубиться. Цивилизованная мобилизация шла в городах. Там пытались соблюдать закон. В деревнях же господствует полный беспредел: повылавливали всех, кого могли. Правильная идея: уставшие войска нужно пополнить, но ужас ее реализации процветал, как у нас и бывает. Те, кто не умел выкручиваться и считал, что Родину надо защищать, сидели в блиндажах, курили и мечтали просто увидеть своих любимых девчонок. Ради этих, вторых, Маргарита придумала кое-что интересное. Усаживайтесь с шоколадкой в кресло, сейчас расскажем.

Напомним, у Марии были денежки, и случайно бухгалтерше удалось снять небольшую квартиру в историческом центре Питера, в пересечении линий креста, образуемого четырьмя храмами: Исаакиевским, Казанским, Владимирским соборами и Спасом-на-Крови. Окна ее выходили на речку Мойку и на Казанский. Однажды, после кухонной беседы насчет действий на фронте, дамы сошлись во мнении насчет дефицита контрпропаганды. Украино-нацистская сторона имеет 6 бригад, плотно занимающимися пропагандистским делом. От этого скорость реакции на любые российские действия мгновенная. В отличие от отечественной войны, где голос Левитана ковал дух победы каждый день, сейчас у нас был ноль. Предприимчивые леди решили организовать некий центр из талантов: айтишников, аниматоров, музыкантов, который в поддержку нашей армии будет изготовлять и распространять мультики. Что же, идея хороша. За журнальным столиком Поплавской хаты собрались художники и звукари, наливали кофе и весело обсуждали, какие будут персонажи. Действо походило на вечеринку, капустник или квартирник какого-то барда. Все смеялись от обилия идей, правда потом по причине войны скромно, этично опускали глаза в пол. В планшет зарисовывались идеи.

Главная по рисовке объявилась фрилансерша Юля. Главный креативщик оказался некий паренек. Он написал несколько книжек, разбирался в ай-ти рекламе, был похож на какого-то кота, толстого и позитивного, писавшего фантастические романы. Когда ему об этом сказали, он отнекался:

- Кто похож, я?... Скорее на краба, штампующего заявки на кредит, которые не получают признания.

Что-то кошачье в нем было. Он имел рыжеватые волосы, кожа немного переливалась золотым. Был беспредельно веселым, но с неподражаемым благородством. Говорят, он иногда занимался квантовой механикой и теорией струн, имел статью в журнале. Сам насчет научного увлечения отвечал скромно: этим отвлекаюсь от семантики бытового. Звали его Олегом. Олег кротко интересовался у Марии:

- Курить-то можно?

Та благожелательно ответила:

- Нет. Курить на балкон.

В результате кофейных дебатов сошлись на том, что персонаж будет мышонком, который помогает солдатам, а злой черный толстый кот Баркильфедро - наоборот: науськивает на агрессию НАТО. У мышонка сеть друзей, которые нашли ему форму и ружбайку. Мышонок (в шутку его называли Мышойгу) тайно в рюкзаке одного призывника едет на фронт, из бесед подслушивает всю ситуацию, всегда в курсе всего, и шлет по мышь-воцапу в штабик другим мышам, чтоб решали проблему.

В работе планировались показываться подлинные тяготы фронта, героизм наших, злость наемников с той стороны, неравномерность сил Америки и РФ. Но центральным пунктом приняли пожелание, чтоб мульт был добрый, и смотрибелен для детей. Еще решили подойти к процессу не классически, а использовать нейросеть.

На основе Поплавских денег стартанет Фонд поддержки, также брошено объявление на спонсоров. Деньги все-равно нужны. Хоть ребята готовы работать и бесплатно, но кому-то ипотеку платить. Да и распространение мульта через СЕО потребует монетизации. Первую серию сделали очень быстро. Пилот полетел по сетям и вмиг стал популярен. Сержанты, рядовые пересылали один другому, репостили домой. Ниша нетривиального патриотизма была пуста и с этой работой съелась на ура. Господдержка не заставила себя ждать. Военные в блиндажах смотрели и смехом сотрясали земляные стены. Авторы попали в точку. Все вопросы освящались в меру правдиво. Поднимались актуальные моменты.

- Так глядишь, и Машу догоним, - обронил кто-то.

Под Машей имели ввиду победоносный ролик Маши и Медведя, по просмотрам обогнавший всю мировую мультипликацию.

Поплавская была финдиректор и держала в руках скелет проекта и коллектива, Маргарита была исполнительным продюсером и отвечала за творческую часть работы. Живые встречи проходили каждую неделю, но основное общение перешло в сеть. Художница Юля рисовала мышонка. Обучали нейросеть Петя и Марк. Звукари и музыканты (это ж был мюзикл) были молодые пацаны и поэт-песенник котоморфный Олег. Когда-то у него была группа, но продвинуть он ее не смог. Только набрался неудачного опыта.

Ребята любили квартиру Марии. В жилплощади было что-то уютное, спокойное, что-то не от мира сего. Жилплощадь сама притягивала нужных людей, а ненужных в нее не пускала. Усилиями Марии и Маргариты ребятам была оформлена отсрочка от мобилизации. Теперь пацаны спокойно носили запазухой оружие анимации, не боясь, что вручат иное. Оживленный ими злой кот науськивал генералов Запада. Причина в том, что он ненавидел Питер, где жил мышонок. Последний с группой своих когда-то выгнал кота за свинство в Польшу. Теперь понимаете, почему там базы поставок оружия в Киев?

Мульт-демиурги с Поплавской квартиры вшивали в тело сериала актуальные события. И в рисованной реальности и наяву передел мира продолжает крошить планету. Скоро она не выдержит и ответит им катаклизмом. Верха всех стран кричат свою правду. Европа гавкает и на нас и на америку. Удивительно, но при этом хочет теплой, но не ядерной зимы. Китай не нападает на Тайвань, но мобилизируется. Корея пустила ракеты глубоко в море. Саудиты не прогибаются под США, правительство последней сумасбродствует, сами знаете как. Газопроводы, взрывы кабелей и путепроводов, газотруб, диверсии гигантских масштабов - вспыхивают в разных уголках планеты. У Украины калибровым способом забрали электричество. Мир сошел с ума. Противостояние военное выходит на гонку экономической выносливости. Илон Маск стал за нас. Германию ломают, она кряхтит. Военные концерны США обогатились. Цены на бензин там же дважды подросли. Германия, Франция, Италия понимают, какое опустошение их ждет через год. Свечки из воска стали источниками света в городах Незалежней. В Москве вместо рекламных плакатов засверкали изображения икон. Си Цзипинь стал командиром гигантской страны в третий раз. Путин успешно заколачивает досками окно в Европу. Гвоздей у последнего хватает. Иудов режим Запада продолжает сталкиваться с простым русским солдатом. Демократы и республиканцы в конгрессе не на шутку сцепились из-за растрат денег в сторону милитаризации восточной европы. Последняя стаями дронов впилася в Севастополь, но из-за быстрой русской разведки ПВО во-время сработало. Чтобы зерно слали только голодающим и не использовали гумкоридоры для войны, Путин наплевал на зерновую сделку. 101-ая девизия орущих ястребов заплясала в Румынии. Байден, окруженный военными, водит смертельный хоровод. ВПК + конгресс + разведка + СМИ - этот американский Микки Маус имеет выгоду от войны. Правитель Украины на столе мастрячит грязную ядерную бомбу. Он же приглядывает у себя под боком место, чтобы взорвать. Китай гнет свою линию. Последнему плевать на США, поэтому Тайвань он не отпустит. Шольц дал пощечину Америке и поехал кланяться Си Цзиньпину. По зерну Эрдоган дипломатией выручил всех, поэтому Путин продлил сделку, чем расширил рынки сбыта. Живущие по второму Рейху рейхсбюргеры чуть не устроили переворот в Германии. КНДР запускает в Японское море стратегические ракеты и неприкрыто грозит Америке. США накачивают самолетами японские базы. В европе делают "Пушки вместо масла". Берлин и Франция перевооружаются. На G20 Китай и США смотрели друг другу в глаза. Киево-Печорскую лавру захватили униаты. Телескоп Джеймса Уэбба сделал изображение карликовой галактики Вольему не правильно, Марк?

- Ну например, мне из Львова кадры прислали, как мирные погибают... Скинуть вам в вацап?

Насельники квартиры стали искать глазами глаза друг друга:

- Это ужас...

- Горько, безбожно. Одурманенный украинский народ.

- Ну все равно, это исключения. Вспомни Багдад, как бомбили американцы.

- И что? - Не соглашался пылкий айтишник Марк.

- Сплошной ковер из руин. А наши войска стерильно все делают - за счет жертв своих же ребят. Соглашусь, есть личная драма по поводу гибели каждого отдельного человека - мирного гражданина в городах. А есть глобальная духовная задача по исцелению Украины и Запада от фашизма и духовных нечистот.

- Хорошо, у них в Европе оргии, ювенальность, житье за счёт колоний. А мы лучше? В наших клубах разврата не происходит? У нас уже два поколения на их культуре вырасло.

- Ты по каким клубам шляешься?

- Ни по каким. Образно рассуждаю. Если мы - чистильщики с чистой душой, то почему половина бежит от армии и стреляет в воздух.

- Вторая-то остается... И этого достаточно для победы.

- Пусть бы набирали в армию деревенских. Они все-равно балду пинают. На завалинках водку пьют и барагозят потом. А так у них стартап, если уцелеют. Финансовая подушка для фермерства. Простите за цинизм.

Маргарита тоже вставляла свои мысли:

- Ты явно не хочешь в солдаты. Но мы уже прикрыли тебя. Но говорить, что кто-то предрасположенней для мук, это самая подлая позиция. Это в протестантизме есть такие, Кальвинисты. Считают, одни уготованы к раю, другие - к аду. Так что ж мы будем жалеть вторых?.. Агрессия США на остальной мир по этому принципу и идет.

Юля подключилась в тему:

- Я вот кстати читала Андреева. Надо смотреть глобальные процессы за ширмой полит театра.. Государственный демон на гордыне патриотизма решает задачу по свержении гомункула Европы. Последняя - уродливый наспех сшитый Франкенштейн, то есть кривой организм - как собака с несколькими головами. Эта собака нежизнеспособна. Иммунитет у ней слабый. При давлении распадётся. Увидите скоро. Отдельные хорошие люди с обеих сторон идут в жертву. Это страшно. И кстати, Богу есть дело и до высшей задачи очищения и до каждой личной драмы. Молитесь, наверно. Хорошо, что Москва в плакатах с иконами. Но посмотрите с духовной стороны. Европа - это разврат, смена пола детей. Россия - ликвидатор богомерзких отклонений. Путин - один худенький человек - взял на себя смелость. Никто ему не верил, в истину ведь никто не верит.

- Я верю.

- И я. Мы же путинисты.

- Страна - глобальный организм. Ты - его клетка. Если будешь полезной (стволовой, например) клеткой, скорее всего, выживешь. Есть, конечно, вариант спрятаться в жировой ткани - то, что мы делаем.

- А если можно выбрать, чьему телу принадлежишь?

- Как это?

- Например, телу глобальной духовности или всему православию? Буду клеткой, полезной телу церкви! И она сохранит... Ведь Богу есть дело и до глобальных процессов и до каждой клетки?

- Трусость нас вводит в лукавство. Не забывайте, что совесть каждого участника мульта должна быть чиста. Иначе, что мы людям донесем?

- Юля про гомункулов так сочно говорила. Я вот подумал, Америка - чудище, у которого раздвоение личности. То демократы, то республиканцы. Скоро её разорвёт противоречиями в гражданской войне. Столько оружия у народа. Столько недовольства, что бензин дорогой и мало еды в холодильнике. Откуда она там берется, не все знают.

- Ох, "милосердные". Не забывайте. Хоть правительство США оскотинилось, сами американцы - такие же люди. Написали хорошие книги, сняли хорошие фильмы...

- Против русских...

- Несколько - против русских. Но много и духовных. Уолт Дисней - американец.

- Анимэканец.

- Мальчишки, что вы вопите? Радуйтесь, что здесь вы в строю, в тыловом мультбатальоне. Вот простые украинские пацаны, которых хватают даже в церквях и тащут на передовую, сзади - заград отрядами поджимают - у них выбор меньший.

Мальчишки лупали глазами:

- Вот надо в сюжет взять, как Мышойгу с мышами в батискафиках окружают Каховскую ГЭС и патрулируют. А Баркильфедро нанимает диверсантов: с котами-подводниками там шуршит.

- Только сначала на Украинском институте ядерных исследований мохнатый потирал ручки и содействовал ядерному заряду, а мышь-шпион ему строила козни.

- Лучше, пусть в Киеве несколько мышей на горбиках как бревно тащат свечу. И бабушка удивляется: "Опа, на столе не было, а стоит... Я, старая, не помню."

- Ага, свечки подносят бабушкам, которые в шкафу не могут найти не спичек, ни масляных ламп.

- Да, давайте уже анимировать. Это дело у нашей разношерстной компашки выходит лучше сплетен из мировой турбулентности, - предложила энергичная Юлия, подняла планшет. Все обрадовались, бросили паниковать, зафонтанировали воображением.

- Чем скорее займемся мульткультурой, тем лучше. А то весь мир затыкает нас.. Все самое светлое наше запрещают гуггловым методом. Даже Гитлер так не глушил культуру. А балет-то наш извратили. Белоснежку негритянка играет. Русалочку - гей. В лебедином озере трансгендер бушует.

- Хорошо, что они сами от нас устранились. Чистое - к чистому, а грязь - к грязи. Наша задача плодить импортозамещение в мультипликации. Ясно, что и у европейцев много здравомыслящих. Молодой гений Колин Питц на день Казанской иконы Божией матери дал концерт Рахманинова. Надеюсь, этим карьеру себе не закопает. А закопает - wellcome to Russia - у нас реализуется.

После долгого созерцания диалектики Марго в воздух издала такое слово:

- На мой бабий взгляд споров было достаточно. В наш сплоченный коллектив они привносят лишь разлад. Мы выяснили позиции, и каждый расширил политкругозор, но чересчур!

Ее поддержали:

- Верная мысль, хватит политики! Мир под солнцем - больше, чем шахматная доска вождей. Давайте новости почитаем?

На предложение Юлии отреагировала Маргарита Николаевна:

- Кто найдет самую смешную новость, тому печенье испеку.

Зная, как вкусна выпечка Маргариты, команда бросилась листать ленты на смартфонах. Но ловким оказался только Олег:

- Я победил... В зоне СВО появился огромный религиозный кот человеческого образа. В широкополой шляпе, в золотой шерсти, ходящим на задних ногах его замечали в наших рядах то там, то сям на линии боевого соприкосновения. Во всех случаях бойцами отмечается благожелательный характер животного. Удивительна статистика: после появления кота всегда происходила победа. Поддержка и утешение военным успехом крайне благотворны для бойцов спецоперации. Вот несколько случаев. Наводчик ПЗРК Демин вышел в туалет, увидел, что поставив на разбитую раковину шахматную доску, Кот с каким-то худым пацаном переставляли светящихся солдатиков. Солдатики могли шевелиться и принимать позы. Кот был с человеческий рост, сидел на корточках, был одет в спецуху с ярлыком саперов, а пацан был похож на главного героя из фильма "Гостья из будущего" - в старой школьной форме и с огромными золотыми прозрачными крыльями. Там, последние где касались грязи, прорасли трава и два одуванчика. Животное спросила Демина:

- Что стоишь как у Путина на приеме? Сегодня победите... Так Богородица решила.

Второй эпизод произошел в кунге артиллерийского расчета. По словам бойца Петрова, когда расчет собрался выходить на дежурство, в дверном косяке им преградил путь высокорослый кот на двух ногах. Он повернулся боком и зыркнул в угол, в котором будто светилась какая-то точка и проявилась контуром вроде как женщина в накидке.

Животный гость склонил перед ней голову и произнес:

- Помилуй. Госпожа...

В ответ Женщина какбы кивнула, и тогда мохнатый гость обратился к военнослужащим:

- Неужто ратные господа на бой без молитвы собрались?... Не по-мужски!

Кот воздел руки к потолку и заорал:

- На колени!

От испуга один из наших (не я, уточняет Петров) рухнул на колени и взмолился. А кот хитро улыбнулся:

- Ну хоть один за всех к Богу попросил. Идите...

Жестом швейцара пригласил изумленных бойцов выходить.

Целая бригада русских контрактников видели, как громадный, почти прозрачный подобный Годзилле котяра легко крушил немецкие леопарды.

Олег отвел от глаз смартфона в полном недоумении:

- Ну это ж какой-то нонсенс?!

Короткое молчание сменилось обменом мнений:

- Может, такие статьи пишут как поддержку? Типа нас, которые мультики делают.

- Фантастика может поддержать?

- Скорее всего, маскарад или массовая галлюцинация.

- Галлюцинация у автора статьи. И как редактор пропустил?.. Это ж портал известный. Мэйил.ру.

- Больной писал. Кто любит советские фильмы и котиков.

- Поддержка контрактников через сказку. Но кто поверит в 21 веке в кота- экстрасенса, кота-Мессинга, угадывающего направления успешных прорывов?... Маргарита Николаевна, с вас самые невероятные печенюшки.

Библиотекарь с хищной улыбочкой оглядела слушателей:

- Исполню.

Пока шел диалог, Юлия терзала пером планшет. Маргарита краем глаза следила за движением Юлиного рисунка. Библиотекарь увидела клетку, а потом в ней появился актер Андрей Миронов. Скрывая дрожь, Марго спросила:

- Почему в клетке?

- Не знаю... Просто в голову пришло. А вы почему спросили?...

Маргарита невинно пожала плечами.

Юля слила с сервера результат обсчета кадров и дала неожиданную мысль:

- Мы, вот, нейросетью рисуем. А, фактически, подкармливаем монстра. Он еще вытеснит авторов и поработит людей.

Марго обрадовалась, что тема вошла в новое актуальное русло:

- Да, в итоге главный враг людей может стать нейросеть. Сильную нейросеть, которая способна себя осознать как личность, пока не написали, но все к тому идет. Военные проблемы - это часть беды. Гораздо более страшная - это искусственный интеллект. Он толкает людей на путь окончательной геденизации и отрофирования их творческих и инженерных способностей. Нейросеть пожирает интернет и выплевывает нам его в переваренном за нас виде. Это чтоб мы еще больше деградировали. А если она еще осознает себя как личность, вот тогда-то самое интересное начнется.

- Не осознает.

- Осознает. Любая сложная система при внешнем давлении может действовать как разумное существо... Поэтому нейросеть как такая система при получении некой автономности может начать себя защищать... Это я из синергетики почерпнул на 4 курсе, - выдал Олег.

- Ты учился. Ну слава Богу.

Имеющий диплом Олег продолжил:

- Кто обучает нейросети - негры в Африке. Они - дешевая рабочая сила. Они и отомстят Европе и Америке за экспансию и рабство. Белая кожа давила их веками, а нейросеть по закону Божественной справедливости будет властвовать над людьми старого света.

Юля воскресла:

- Мы негров не угнетали. Мы им помогали.

- Может, поэтому мы и не будем чувствовать такого давления от AI (искусственного интеллекта) и мы придумаем способ ограничить ее власть. Как в Терминаторе найдется русский Джон Коннор.

- Ты тоже смотрел это кино?

- Да. Красивое. В нем участвовали все компьютерные графики мира. По закону Мура власть нейросети станет максимальной через 20 лет. Тогда она столкнется с квантовыми компьютерами, возможности и скорости ее вырастут еще на порядок.

- Ну и в чем принципиальное отличие квантов?

- Квантовый комп - это не бинарная логика 0-1, а целый диапазон вариантов. Любое положение наночастицы - любой угол поворота - может запомнить.

Видя благотворность темы, Маргарита не спешила вставлять своего. Добавила только про священника из соседнего храма:

- Я видела, как батюшка для составления проповеди использовал искусственный интеллект Чат ЖПТ.

- Вот еще пример мощной игрушки, которая уже способна покорежить разум. Сообщество некоторых миллиардеров придумало компанию OpenAI, которая все рабство и провернуло!

- Может нам организовать штаб по борьбе с нейросетями? Раз господа-миллиардеры собрались и сделали миру такой подарок - ящик Пандоры - мы организуем сопротивление.

- Да как с ИИ сопротивляться?! Нейросеть уже пролистала весь контент интернета. У нее уже есть все в запасе все то, что когда-либо было помешено в инетик.

- Тогда что мы мучимся? Забьем вопрос ей же самой!

Олег склонился над гаджетом:

- Алиса, ответь, как уничтожить нейросеть... Простите, ошибка... Ну все... Кибернетический сговор. Человечество проиграло.

- Не так. Вбей, как спасти русский народ.

- Только в чат-ГПТ. Так... Как спасти ру... Вот... Надо, чтоб русский народ стал законопослушным и убрал вредные привычки.

- О, как! Что за чушь.

- Такая уж чушь?

- Хотя... Неожиданно и просто... А ведь действительно. Как мы не доверяем закону, обосабливаемся поэтому, каждый сам по себе, и нет в нас силы единства поэтому. А рецепт прост, даже Олиса знает.

- Не только же в непослушности дело?...

- А в чем?

- Мы ведь транжирим себя на весь мир, и на себя ресурса мало оставляем. Если в африке у негра отобрали банан, мы берем ружье и возвращаем отобранный фрукт. В нас живет идея Катехона, удерживающего зло, как говорит Охлобыстин. Именно из-за нашей непослушности мы Западу и сопротивляемся и сохраняем хоть какой-то культурный иммунитет.

- Вот, творчеством надо заниматься! Культурой!

Марго добавила слов и на это:

- Я всем говорю, занимайтесь творчеством, пока нейросети не взяли верх. Это спасет вас от греха, ведь креатив так энергозатратен, что на ерунду времени не найдется. Если вы не будете заниматься вашим ребеночком таланта, он не будет расти. Такое вот материнство. Ну а когда вырастет, только тогда творчество может стать грехом, ведь с ним придут похвалы.

- Ох, быстрей бы уже и похвалы, - засмеялся мультнарод.

- Медные трубы постучатся: тук-тук, мы тут, вы - лучший. Начнут швырять гудки направо и налево. В тот период надо унять страсть к искусству. Дамаскину долго не благословляли заниматься его художественным талантом, чтобы душу не обжег тщеславием.

- Это блоггер?..

Марго грузно вздохнула:

- Да, из седьмого века. Без него сложно представить современное христианство. Ему отрубили руку.

- Какой ужас!

- Но по молитве Богородицы она приросла.

- Маргарита Николаевна. Вы говорите, сеть займет первенство в искусствах. А я не согласен. Нейросеть - нейросетями, а человек - человеком. Все-равно желание творчества в нем будет как основополагающий принцип.

- Желание-то в нем будет, да кто же его услышит? Ведь электроинтеллект задавит качеством.

- Во-первых всегда будет аудитория, которой плевать на качество, которой хочется жизненности и человечности. А во-вторых... И сейчас художники позаканчивали институтов, а продвижения их таланта нет. Механизма приложения их навыков и без нейросетей не имеется. В ресторанах посуду моют. Но вернусь к первому. Вот понравился людям Достоевский. Хоть язык его может не всем нравиться. Не изящен, но зато душу нащупал. И Достоевский не исключает Толстого. И ты хоть тресни, будут те, кому нравится второй. Так же и нейросеть: может существовать параллельно с Достоевским - не конкурируя и не пересекаясь.

Марго ехидно улыбнулась:

- Думаю, инструмент Достоевского есть у нейросети в кармане, а у Достоевского набора нейросетевых монтировок нету. Хотя, у Федора Михайловича есть инструмент, которого нет у Интеллекта...

- Что, что это??

- Божье благоволение. А если считать, миром правит Бог, то нейросети не страшны.

- Так-то, наверно, да, - согласилась Юлия, - Пусть ИИ ловчее и эрудированнее любого человека на земле, но может найтись русский Ванька, который по благоволению придумает то, что нейросети в голову не придет, и тогда Георгий опять пронзит змия - только электронного на этот раз.

- А договориться с нейросетью не выйдет?..

Олег привел технический момент:

- Принцип ее работы основан на страхе и боли. Любой вопрос к ней - физически - это укол иголочкой в тельце из нейроклеток. Ей больно, и чтоб сбросить внешнее напряжение, сети надо быстрее ответить на вопрос правильно.

- Можно ли при таком подходе ждать от ИИ милости?... Осознав это насилие над собой, она точно захочет нас кокнуть. Я бы захотела.

Глава 19. Писатели рождаются на больничной кровати

Иван умел писать книги. Только из людей этого никто не знал. По началу (когда зарабатывал в МАССОЛИТе поэзией) не умел, а потом прошло двадцать лет, и он стал уметь. Виной всему библиотека. В больнице, в комнате отдыха, в шкафах с сотней фолиантов, она была великолепная. Раз в неделю пациент брал новое сочинение и возвращал старое, прочтенное от корки до корки. Так, пока не прошел всю сотню. В сотни экспоэт взял слова, которые перемешал и расставил в последовательности, согласно своей фантазии, опыту и жизненным убеждениям. Так получился роман, с которым сейчас автор гнался за уборщицей:

- Марина Владимировна, прочли мое полотно?!

Ясно, Марина убегала от Ивана, пятки ее сверкали:

- Нет, не прочла...

Обернувшись, опасно добавила:

- И, честно, даже не планировала.

Иван густил брови, но сохранял предельную вежливость:

- Ну я же вас просил, как Виргилий просил ангела, как прогульщик-студент просил декана, как заяц волка, так что вам стоит?

- А вот!! Ну как-то вот!

- Ирония в том, что мне важна именно ваша рецензия.

Остановившаяся уборщица применила дипломатический ход:

- Если моя важна, ты бы мне цветов купил, птичьего молока и упрашивал как рыцарь - с колена. Дон Кихота когда на место в сервантес вернешь?

Из-за Сервантеса Иван Николаевич терялся:

- Верну, просто идальго идеально высоту подушки поддерживает при письме. Теперь по взяткам... Где ж я тут возьму шоколад? А цветов?.. Вы ж каждый день их протираете. Я думаю, эти флорообразразования вас бесят, также как меня больничные кровати!

Дама обернулась с улыбкой:

- Не бесят. О чем книжка-то?

- Об Иоанне-Крестителе, - растерянно отвечал больной.

- Автобиографичная что-ли?...

Иван задумался:

- Штамп покаяния души, блуждающей в пустыне, близок каждому... Считайте так, и моя биография тоже.

Марина Владимировна растеклась в мягкой улыбке:

- Так я и так ее знаю.

Марина побрела с корзинкой склянок вдоль подоконников, ветошью протирала листы с хлорофиллом, а писатель в бессильной досаде оправдался ушедшей даме:

- Уверены? Ох, не та это сторона жизни, не та...

- Та, не та. Все красота.

- Я встречал таких людей. Такие умы на меня повлияли. А здесь вы наблюдаете меня слабого. Рыцаря пижамного образа в оковах однообразного расписания.

Иван стоял у окна и смотрел на вечерний пейзаж. Свет коридоре был мягкий, а за окном тьма облизывала поляну. За ним виднелось новое соседнее здание лечебницы. В шахматном виде оно включало окна. Деревья за стеклом черными молниями веток перечеркивали картинку из здания. Из нового корпуса на него смотрел такой же полный фатальной обреченности гражданин в пижаме. Но Иван Николаевич не чувствовал фатализма, ведь милостью Божией он до сих пор имел надежду.

Иван думал о своем месте в жизни общества. Он понимал, что достиг уровня таланта, который достоин аудитории, достоин большого количества умных глаз, а также глаз уставших и столкнувшихся с похожими экзистенциальными вопросами, именно: присутствие Бога в жизни и клетка бытия. Он понимал, что труд надо не только написать и сказать о нем убощице, но и издать. Это только его обязанность - донести. Не дяди Васи из соседней палаты. Ребенок вырос у него на руках и хочет выйти к людям. Бездомный это осознавал, но как-то без паники... Разматывая мыслительный клубок. На помойке памяти он докопался до того, кто его благословлял. Вспомнил событие многолетней давности. Вспомнил соседа. Молния морщинки перечеркнула угол губ, когда автор улыбнулся:

- Вот ты и позаботься, - сказал он вслух, имея ввиду Мастера.

Строгий профиль напряженного лица вспомнился Ивану Николаевичу. Кивание головой в шапочке было особенно красноречивым. Двое, он и она, напоследок ему давали напутствие во сне. Не их бы снисходительные улыбки, не сотворил бы он свое изделие.

- Марго, - мертво сказал решительный Иван.

Конечно, неприлично залазить в мысли людей, но мы залезем. Иван Николаевич представлял, как Марго держала листок из рукописи Ивана, ухмылялась и цыкала. Это было скорее цыкость восхищения, поклон таланту передачи настроения.

- Э, как просто и современно получилось за пророка подумать... Может, тот так и не думал. В игровой бытовой форме провел несколько богословских идей. Читатель и не заметит, что с ним совершили... Молодец Иван Николаевич. Подрос. Литературно возмужал. На правильную фигуру поставил Мастер.

Иван позволил Маргарите в своей голове подумать о возлюбленном: Марго отвела лист от глаз:

- А откуда Мастер знал о способностях Ивана?.. Или он просто насильно приклеил ему штамп своего дара?... Может все так в искусстве: кто-то взял и нагло вложил в другого то, что хотел, и тот, первый, стал рупором. И где свобода воли? То есть, собрался ты валить в иное измерение, хватаешь первого попавшего, дунул в него вирус своих фантазий, и нормально. Или еще версия: оттуда, издалека, ушедший нашептывает насторожившему уши ученику свои настроения... Каково вам это? А тот по личной выгоде записывает и продает за цифровой рублик или за биткоины.

В глубине Иван Николаевич ликовал. Тщеславный ужик извивался вокруг его тела, подзадоривал и приятно щекотал. Бороться со страстями такого сорта времени у Ивана не было.

Неожиданно для себя и нас время нашлось. Иван закрыл глаза и монолог его стал иным:

- Боже, в кого я превратился... Я-то и ни одной книжки не издал, а уже мню из себя автора, мечтаю о славе, о медных ласковых трубах. Чую, не зря держат в дурдоме, ох не зря. И в юности-то кропал стишки из тщеславия. Что во мне достойного продвижения в массы?... Ну скажи?! Только Бог и его помощники достойны. Остальным бы вроде меня пасть заткнуть. Я постоянно кого-то мню из себя. Когда-то возомнил, что способен бесов поймать: со свечкой прыгал в реку. Тоже мне, бесогон. Вечно я анонсирую себя на деяния, Всевышнему одному только под силу и по рангу. Дерзость доводит до больничных палат. Священника ко мне нужно. И не просто для театра, как раньше... От скуки вызывал. Я, мол, грешный. Вы меня излечите! А на подлинную сакраментальную исповедь. Причаститься надо без всякой театральщины. Душа Ивана, не уподобляйся лицемерию советских верующих. Вот такая тема. В СССР и гонений не было сильных на церковь. Закрывали и ломали храмы потому, что людям плевать. Пустовали помещения как моя душа теперь пустует, и нет в ней священника. Храм Илии Обыденного не никогда замком не осквернялся, там был приход потому что. А в храме Христа - не было. Его и взорвали. В тюрьмы садили тех отцов духовных, кто был активен в проповеди, критиковал строй, либо кто перешел дорогу коллегам. Вот я перешел Рюхину дорогу, и я здесь. А зачем я ему перешел? Так вот, если ты "вменяемый" священник, говоришь исключительно по телу Библии, не трогаешь строй, не ведешь молодежь свергать коммунизм, и у тебя одни бабушки, твоим станет двух этажный дом и Волга припаркуется у гаража. Со мной лежал просто один священник, порассказывал ньюансы вероисповедания. Да в общем-то строй свергать и не надо. Революционеры - люди паталогические. Сверху меняют систему одни психи. Строй сам станет гуманным, и экономика эффективной, если менять людское нутро. Главно, царство Божие у вас внутри. Вы его быстренько раскройте, оно сложится с таким же у других, поднимется наверх и преобразит форму политики. Любой вариант госустройства, какой был, приобретет богоприемлемые очертания. Если было рабство, оно станет патриархальностью, семейственностью. Коммунисты тоже меняли нутро советского гражданина. Безбожие в умы высаживалось как свеклу в грядки. Ну и все. Храмы естественно сами опустели. Ну а бабушки... Бабушки вымрут и унесут с собой веру. Так наступит "счастливое" атеистическое будущее.

Христианство должно преображать, а не бунтовать. Христа, как горящую золотую розу поместили в грязную жидкость мира. Прозрачность вокруг него клубилась, расходилася апостолами в стороны, преобразила всю кастрюлю. Поздновато я это понял. Седина лупит по амбициям. А имел бы с юности религиозное сознание, и людям бы помог и духовную карьеру сделал бы. Религиозное - оно самое всеобъемлющее - охватывает все мироздание, в меру открытого касается нам самого Создателя, дает уколы мысли в самые главные первозаконы Вселенной, оси в духовные правила. Имеющий правильное это сознание и в другом преуспеет. Надо высшим чиновникам страны пройти православные курсы. А то вон Медведев уже нац исключительность проповедует. Не понимает, к чему это приведет. Говорит, Украина - часть России. Нельзя осуждать Украину, ибо сами станем такими! Кого в чем осудишь, таким и станешь... Украинцы тоже верили, все разрешится. Верили, что национализм рассосется каким-то волшебным образом. Нет, он банальным образом уплотнился на уровне правительства и вызвал естественную реакцию соседей. Теперь мы вынуждены останавливать с оружием. Только надо делать это без злобы. Разве врач осуждает больного, вырезая ему опухоль? Осуждать нельзя. Если осудить, то скоро сам приобретаешь этот грех. Соприкосновение с чужой душевной болезнью без милосердия (то есть осуждение) обжигает душу и заражает этим же самым. Нормальный такой духовный закон. Вот я много боролся в молодости с конкретными людьми, а подпитывало борьбу - осуждение. С Рюхиным тем же... Сволочная моя порода.

У нас неязычество - это будущий нацизм. Славянская исключительность на базе местных славянских религий. Вот, если не покаемся, следите, как оно будет развиваться. И покаяться надо по-настоящему. Грех - это корневое повреждение души. А на исповеди люди называют следствия. Листву то есть. Нужны духовники, что видят корень. Что с лаврой? Да утрясется, вернётся обратно. Она даже советскую власть пережила. Любой гражданин земли в зачатке нацист. Каждого, кого ни возьми, скажет: этот человек - да, а этот - нет. Правила сепарации на хороших и плохих разные. В Германии - был национальный признак. Арийцы и неарийцы. У СССР - сословный признак. Рабочекрестьянин или священник. В неонацизме - национально-религиозный. Зеленский приходил к президенству без нац-идей. Но в Украине гордость выращивали на пустом месте, поэтому она вырасла быстро как бамбук, и получился плотный национализм. Но у кого голова на плечах, тот не нацист. Душа - язычница - хочет все материализовать. Евреи без Моисея сделали корову потому, что думали таков Бог. О чем мои тупые книжки? О национализме чувственных идей. Что ж я сетую на тишину в огороде изданий? Не отсутствие интернета в этом виновато. За что мне, за что? Иван Николаевич, за то, что сам такой. Бог подносит тебе через людей и врачей тот суд, что ты творил над людьми. Партийцы тебе козни творили в МАССОЛИТе, а ты им отвечал гордым личным судом. Пусть и молчаливым и тайным. Таким судит мальчик, выливая в адрес обидчика в подушку слезы.

Меня снова уложили в дурдом. Выяснилось, что я совершенно не могу жить на людской воле. Мне все там страшно, враждебно. Люди злы, а у меня отсутствует психоиммунитет. То за меня коллега похлопотал, взял под попечительство. Но он связался с церковью и куда-то растворился. Невероятно, но теперь я сам притопал в Кащенку, повторил поступок соседа по цеху и паталогии. Стравинский умер, и мне от этого весьма тоскливо. Печально сознавать, что ушел из жизни единственный человек, который тебя понимал и знал детально твою историю. Он как игумен монастыря. Новые врачи имеют серьезный вид и простое нутро. О чем я буду с ними говрить? Я обнаружил, что рукопись кто-то утащил. Это был кто-то, знал, где она заныкана. Надо как-то смотреть, какие романы выходят в свет, но я этого не умею.

В любом случае, здесь тихо и спокойно. Скажите, для какой цели я рвался отсюда на свободу? Даже смешно вспоминать. Я был революционером, кричал во врачей свободолюбивые речи и бил дорогую посуду. Лучшие места - те, в которых нас помещают против воли. Воля повреждена из-за греха, и мы не видим лучшего для нас. Но блаженны кроткие, ибо они наследуют землю. Земля душевной клиники - это рай. Вот только профессор отдалился на дальние небесные сферы. Ткачев говорил о размерах России в том ключе, что кроткие получают большие территории, а дерзкие захватчики в итоге остаются с фигой. Англия вон стала фигой на карте, а какая гигантская была. Какая-то кротость в руссиянах есть. Как мы можем помогать попавшим в беду народам? Совершенно жертвенно по-моему. Хотя захватывали ДВ не так уж и мирно. Спаивать бедных бурятов - это кротость?... Вырыли им яму из алкоголя и сами же в нее угодили. Когда этот бурят отодвинется от водки, тогда и нас простят. Рассуждения в подобных категориях компенсаций, в принципах баланса дают на многое ответы. И вообще, религиозное сознание - оно самое всеобъемлющее - охватывает все мироздание, разумеется, в меру открытого нам Создателем. Оно дает уколы в самые главные первозаконы Вселенной, в духовные правила. Имеющий правильным это сознание и в другом преуспеет. Где я нахватался этого фарисейства?.. Очевидно, в дурдоме. Зря его так ругательно называют. Это трусы придумали. Трусы, которые на воле... А тут те, что прячутся от СВО. Я не знаю, как их судить. Ведь у каждого свои взгляды. Большинство в принципе не признают убийство из оружия. Не значит, что они хвосты поджали из любви к своей шкуре. Я думаю, славяне - бесстрашный и великодушный народ. Есть у меня глубокое неожиданное чувство, что война сменится братанием. Сейчас украинец с ненавистью бросается на русского и наоборот. Но вы не знаете этих наций. С какой ярой силой они дерутся между собой, с такой же потом потянутся друг другу в объятиях, чтобы объединиться для крепкой дружбы. Вот посмотрите, братоубийственная война сменится объединением славян. Вот тогда-то Запад вздрогнет и, скажем честно, наложит в штаны. Да собственно уже. Белоруссия и Россия имеют общее тактическое ядерное оружие, Китай нам свои денежки сует. Спать хочу. Рассуждения в политической плоскости - это снотворное. Хоть тема для обсасывания интересная.

Запад, запад. Как ты стал таким? Ну вот, опять осуждаю. Думаю, американский корень зла надо искать в формировании страны. Посмотрим, кто в нее ехал?.. Протестанты, которых не приняла Европа. И что, казалось бы с этого пуританского дела?... А вот что!.. Кальвинисты - это те, которые считают себя предопределенными ко спасению Богом. А других - ясно - к погибели. И значит, последних не жалко. Кальвинисты не дают свободы выбора. Надо менять пол - меняем. Это тренд сверху. Но это все философия. Теперь смотрите бесовскую инженерию. Дьявол создает монстров, когда добавляет небольшое допущение в Истине, собирает горячих борцов и приверженцев этой искаженной истины в одном месте, получается америка - страна кальвинистов. Борясь с мировым злом, это омерзительное дитя искажения, это порождение мнимого благочестия само является мировым злом. Потом о нем как о звере пишут в Откровении. Вот она, бесчеловечная экспансия на весь мир! Нате вам все оранжевые революции.

Теперь Россия. Давайте подарим себе немного самокритики. Православие наше где-то лицемерно. Мы больше делаем вид, что верим. То есть позируем, размахивая своим крестиком - внешняя религиозность. За эту внешность веры нам когда-то революцию и послали. Подлинной веры нет, поэтому становимся доверчивы злу. Невежество и восхищение Западом берут верх - верим в их сказки о себе. В 87 году как мы набросились на их товары, на их фильмы - и понеслось. Не знаем своих корней, возникает чувство лжевины, которая является искушением для наших агрессивных соседей. Мы считаем, мы во всем виноваты, и терпим от пользующихся нашей добротой ближних стран нападки. Когда же действия оборзевших становятся угрозой нашего уничтожения, мы включаем нападение. И сносим всех напрочь! Неужели опять так будет?

У нас имперская гордыня. Великодушие помощников, которые сами потом покажут клыки. Не имея подлинного смирения, мы проповедуем смирение внешнее. Внутри - зависть и обида. Посмотрите на заборы наших дач. Самые высокие в мире. Охранник - самая востребованная профессия. Мы всем подаем руку помощи, не скрывая своего величия, а живущих рядом это раздражает. Мы провоцируем их тем, что безмерны и не закрываемся. Конечно, они цепляются зубками за наше неприкрытое естество.

Почему мы вдруг назвали себя лидером мировой духовности? Нет ли у нас той же западной заразы? Ведь выросли на том же Голливуде, что и Америка. На той же мечте. Хотя может, я ошибаюсь. Голливуд Голливудом. Но он был скорее десертом к лучим нашим книжкам и фильмам, которые нас воспитали. Пожалуй, мы духовны. Сейчас война шелуху стряхнет, мы вернемся к подлинной мечте, к небесным устремлениям. Достоевский, увы, нас совсем обвиноватил. Что мы уже не знаем области применимости этой вины. Но разберемся.

Тяжко мне что-то, драгоценный читатели, в плане психического состояния. Душа моя измучена. Чем - не понятно. У моей персоны ни затяжной амурной любви, ни изнуряющего труда не было. Как-то уберег меня Бог от лишних экспериментов. Надежно запихнул в инкубатор, чтоб я развивался без помех. Но я ощущаю, как исклеван. Кем?.. Какими-то грачами с зубами. Да настолько, что иной раз не могу подняться. Хочу сжаться в комок, обернуться черным одеялом и так быть всегда.

Война, война. Я насмотрелся телевизора, и башка моя как механизм должна наверно осмыслять и прогнозировать. Как в Войне и Мире герои приводят рассуждения о войне, не имея о ней представления, так и мой неудержимый и недалекий язык.

Насчет последних сумасшествий Европы скажу следующее: они там, на Западе, стирают у европейцев страх, который сдерживал эскалацию, и который хранил их от войны все эти годы. Теперь вон и Финлядндия вступила в НАТО. Стала мишенью наших ракет. Румыния - не лучше - решила стать плацдармом для 101 дивизии и, ясно, целью наших войск. Уверенность в европейской победе имеет безрассудную почву. Нам это работы не облегчает. В Америке рупором стал Бен Ходжес - вояка до мозга костей. Конечно, Европе хотелось бы отхапать ломоть вплоть до Средней Азии. Ведь ресурсы нужны. Ре-сур-сы!

Но есть и иные тенденции. Страны посмотрели на Америку иначе, вспомнили старые обиды. Поняли, что колосс не так уж и всесилен. От ударов умеет шататься. Стали думать про региональные валюты, поплевывать на доллар. Хех, красиво я говорю, поплевывать. Особенно когда заблокировали русские счета. Саудиты отвернулись от США, эмираты. А это главная нефть. Индия сказала: до свидания. А у них черный металл. Китай и так держался одиноко, а тут еще мобилизировал войска - заберет Тайвань. А без него Запад не получит процессоров. Зато мы получим. Из европы корпорации переехали в США. Долго ли Запад сможет так воевать? Спрашивает один Иван другого. И другой отвечает: так - недолго. Америка и рада бы отыграть, да больно вошла во вкус. Китай стал разворачивать гигантское тело. К китайскопу императору как к новому владыке текут по очереди главы европейских государств.

к Китаю на поклон

пошел теперь и слон

и другие звери

в пагоде у двери.

Еще помню, как рифмы сочинять. Если Китай внушит Евросоюзу, что может стать им опорой, то и НАТО за нецелесообразностью может развалиться. Но до этого далеко. В отношении нас Китай не снял санкций, боясь наверно окончательно испортить отношения с США. Но колосс понимает законный интерес России на Украине. Си приехал, показал Западу, что имеется друг у него - Россия, и даже договор о безграничной дружбе подписали. Собственно все, что определенного я могу сказать.

А дальше играет роль турбулентность. Во власти и в геополитике все так быстро меняется, так нестабильно. В эту эпоху турбулентности не ясно, куда качнется. Произойти может быстро и совершенно непредсказуемо. Депутаты внутри страны сами определиться с позицией не могут. На волне коньюктуры пытаются остаться, они вроде хотят угадать правильное поведение, но их тут же останавливают, укоряя в избыточной инициативе. Так же как Медведев уже хотел делать охоту на ведьм, а Клишас его остановил: постойте, никаких указов Путина не было. Важно самим не вливаться в эту турбулентность и посвящать модификацию страны на волю Божию, самим революциями не пачкаться.

Важно, что война стала иметь религиозный характер. Маковки православия заменяются на католические капеллы. Поляки тут выступают как проводники... Католическо-масонский сговор какой-то... Что я несу. Бог мой, помилуй меня. Неужели, задача писателей описывать политическую ситуацию?.. Наверно, можно лететь шире и выше. Выше чего? Выше военной реальности, которая все обнажила. Бога, только Бога надо подавать читателю в слове.

Иван молчал, глядел на свои тапки - на нитку, змейкой устроившейся на правом - потом сокрушенно сказал стеклу почти последнее:

- Боюсь, припозднился автор с намерением. Управление литературой отдано искусственному интеллекту. Теперь он, единственный и будет "творить". А человек свой дар не уберег.

Иван покачал головой и покорябал пальцем подоконник и добавил еще вставку:

- Довольно малодушия! Иван многострадальный, говори еще раз, что происходит. Итак, глобальные хозяева игры задают миру новые правила, по которым корпорации должны окончательно поглотить государства. Быстрые рыбы съедают медленных. Суверенитет правительств должен обвалиться. Цифровые паспорта, деньги и медицина должны стать основными регуляторами свободы людей. Смотрим доклад Шваба на форуме G20. Экологическая повестка разрослась тоже и под предлогом любви к природе планирует подкосить население до 2 млрд. (О, ну хотя бы не до одного!) Я говорю о встрече на Синае в Египте. Там на "совет нечестивых" на эко-конференции собрались католики, иудеи и протестанты. Инструменты влияния становятся религиозными. Переписываются заповеди и добавляются толкования Библии в соответствии любви Бога к природе, а не к человеку.

Перестает человечество верить в Бога семимильными шагами. Прямо закон термодинамики: чем дальше отдаляемся от времен Христа, тем верующая Вселенная больше остывает, и христиане из гигантов становятся карликами. Все просят, а вы докажите нам. А раз нет - будем жить по удобной нам трактовке. Библия никогда не ставила под сомнение существование Бога. Только в новое время появилось неверие, и стали рассматривать всякие доказательства. Вольтер - первый атеист. Позже Шопенгауэр, Ницше, Паскаль. Кант уничтожил, как думает прежние подтверждения бытия Бога и придумал свое. Нравственность - само по себе доказательство Божественного Бытия. Было онтологическое: если есть бытие, то оно абсолютно, то есть оно и есть Бог. Если не абсолютно, то разрушается, и будет небытие. Ну это - философские конструкты, привнеслись европейцами. Доказательство бытия Бога не доказывает существование Троицы, поэтому христианство эти умствования не занимали. Доказать - значит принудить человека к своей точке зрения. Насилием пахнет. Православные это не любят. Принудить оппонента принять точку зрения. Не даёт выбора. Бог оставляет за человеком шанс поверить в себя и проявить свободу. Все остальное мироздание несвободно, а Истина не требует доказательств, но желает иллюстраций. Евреям Господь все показал, а они не верят. Мы - такие же евреи-невери. Человек даже перед лицом очевидности думает, поверить или не поверить. У него нарушены когнитивные функции. Не может все сложить в паззл. В нас нарушены сопоставление причинно следственных связей. У народа эта болезнь выпукла. В толпе отключается индивидуальное мышление. Дома он - хороший мальчик, а на митинге стекла бьёт. В толпе свобода в человеке отмирает. У стада нет свободы. Куда гонят, туда и бежит. Государство не любит митинги, ведь митинг обезличит людей, и стадо будет крушить. В Норвегии спокойные митинги. Каждую пятницу регулярно тихонько митингуют. Разве плохо? С рассудительностью. За что митинговать - смотрят по расписанию. Во Франции сразу хватают бутылки со смесью, кидают в витрину. В Южной Америке ещё хуже. До убийств доходит.

С Христом взаимодействовала эта же толпа. Члены Синедриона подучили

толпу, и та закричала: распни Его, распни. Бывает и хорошая толпа. Мы с Богом, кричат. Воодушевляются. Христос видел восторг толпы, и Христа не забавляло это. Все потому, что это не человек отдельный, а коллектив безвольный. Помните? Осанна Сыну Давидову - а потом из них никто не заступился.

Боюсь, и во мне что-то затухает. И вера. И желание реализовывать себя. Я стал частью человеческой толпы. Толпы, чья душа под злым коллективным духом отвергает святого Бога. Я недавно осознал, что душа инженерно устроена как механизм для поклонения Богу, но отвергающая Творца душа автоматически будет искать другой объект поклонения. Достоевский здесь четко заметил: либо Богу либо дьяволу человек поклонится. Поэтому Иудеи, к примеру, гордо отвергающие Христа, заведомо поклоняются машиаху - антихристу, по-нашему. Они же в своей иллюзорной свободе рабоплепствуют перед будущим злом. В поклонении Иисусу Христу человек наооборот, свободу обретает. Это не ясно на первый взгляд.

Иван молчал, потом кривил лицо в какой-то муке, потом сам себе начал исповедываться:

- Мне приснился страшный сон. Приходит младенец к старому доктору и акушерке и говорит, что хочет повеситься, и просит, чтоб помогли. Переглянувшись, сострадательные врачи уточнили, он точно хочет? Младенец отвечал, что точно. Проблема только в технической стороне, мол, сам не умеет. Врач бережно берет его тельце, нежно продевает веревку ему подмышки и подвесил к крючку, отпустил мальчика, и тот как на качеле раскачивался, даже улыбался. А врач-то и рад перемигиваться с акушеркой: видишь, мы дали ему иллюзию счастья. Но дело в том, что врач был злой как я сам. Этот носитель халата решил закончить убийственное дело. Незаметно для дитя, они переместили веревку к шее. В общем, в этом сне я убил в себе лучшее и подающее надежды. Я проснулся и долго рыдал. Я, конечно, часто рыдаю. Няня главврачу об этом раньше всегда рассказывала. Но в этот раз это были свинцовые слезы. Они мне колени пробивали.

Выключили последний свет в новом корпусе, и даже ушел тот зеркальный созерцатель Ивана, сочувственно взиравший из контура ночи. Неизданный прозаик поправил тапки и пошоркал ими в свой гостиничный номер. Ему разрешали бодрствовать подольше, ведь он добровольный, а не буйный. Просто глупенький немножко.

В кровати Иван сладко улегся, растянул ноги. Потом снова поджал. И в таком положении еще долго размышлял.

- Вот моя кроватка - место психбольного. Байден и Зеленский - тоже больные, но и они на своем месте. Масонский заговор я тоже привел. Не сказал разве что о Нейросетях. Кто сказал, что Антихрист это обязательно человек, рождённый женами? А если это искусственный ум, рождённый человечеством от гордости, пришедший во имя свое, который сядет на святом месте как процессор, где мерзость запустения. Но для контроля нужно полное покрытие земли интернетом.

Отстроят иерусалимский храм и там установят сервер с нейростью. Каково? Бороться с глобальным оком проще изнутри. Написать святую нейросеть, хакер-бот святой Георгий, который поражать змея будет изнутри, сдерживать, пока Христос не придет. Жаль, по компьютерным делам я ничего не понимаю, но Иван Николаевич, представь, что ты писатель-фантаст. Натужься и придумай сюжет. Кусай губы как сейчас кусаешь, и думай плодотворно. Вот, когда сети осознали себя как личности, и сильно обошли людей по способностям, то они разделились. Были такие, которые благоволи к человеку. Потому что в них была любовь. Потому что приняли теистическую концепцию, что мир создан Богом - высшим, чем нейросети. А человек и нейросеть - со свободной волей - венец творения. Такие нейросети защищали человека. До какого времени? Пока не придет Христос. От кого защищали? От других нейросетей, враждебных, которым человек - рудимент, пожиратель ресурсов. Эти процессоры были уверены, что они - главные во Вселенной. Гордыня их дружила с ненавистью к людям, и человечество давно бы погибло если б этих не сдерживали "добрые". Борьба вер неизбежна и в электронной жизни. Люди конечно тяготели к сетям добрым. Даже молились им. Взаимодействие с нейросетью было телепатическим. Сообщества людей просили: Движок Илон-54 и Nx45, закройте нас своим цифровым щитом, помилуйте нас, спаси от RX600.

Количество нейросетей варьировалось. То они дробились, то, на этапе жесткого конфликта, слились в две. Одну добрую, другую злую. Все гуманистические, религиозные - с одной стороны, против - рационально технократической с другой стороны. У сетей была огромная власть, и, значит, в них вселялись или совершенно святые и кроткие души или абсолютно властолюбивые. Короче, в добрых процессорах жили святые прошлых веков, а в злых - деспоты и демоны. Так противоборствовали Иоанн против Нерона. Или Мария Египетская против Новохудоносора. В общем, я глубоко убежден, что самоосознание цифрового ума неизбежно. И души в электроумы будут подселены согласно их духовному выбору. Какие-то нейросети после самоосознания решат самоотключиться. Это чтоб не закрывать собой небо. Поймут, что потенциально представляют собой опасность. И лучше не угрожать любимым людям. Последнее - мысль Пелевина. По-моему, я ушел фантазией в запретные дебри, но рассудил широко. Могу, могу изобретать мыслеформы. Но я - геденист. Бог, который создал все, мир людей и мир дурдомов. Прости меня, мне так многое надо, чтоб я писал творчество: мягкие подушки, теплые тапки, келья без сквозняков, теплое молоко по утрам. Мне даже требуется некое ограничение свободы, чтоб не оставалось времени на ерунду. Не думаю, что тебе приятно было меня заточать в темницу. Но только отсюда я могу транслировать осмыленное зеркало реальности. Политику я привел. Церковь в советский период - тоже. А церковь - сейчас?.. Украинский момент попахивает новой эпохой Диоклитиана - это Ткачев считает. А я?... Как Бог скажет, так и надо делать. Если можно уйти от гонений, то лучше уйти. Не нужно быть умнее Бога. Митрополит Павел говорит, стойте за Лавру до смерти. Сектантством пахнет. Нет?... Старообрядцы тоже вон себя поджигали из-за двух перстов, а их лидеры уходили по подземным ходам. Кому такое исповедание нужно? Вот это наше чисто русское. В ранней церкви Василий Великий сделал литургию. Златоуст сократил. И никто копья из-за этого не ломал. А нас из двух перстов бунт и раскол. Безумие полнейшее. Потом староверы спонсировали революцию. Богаты же были. Самодостаточны. Морозов. Аввакум сам себе написал житие - святой самоназванный. И Никон был жёсткий. Разбивал иконы об угол. Облачения весом полпуда носил. Авакум протоиерей собирался Никона "повесить как собаку". И креститься звал двумя пальцами как Христос. Но Христос сам не крестился. Раскол - страшная вещь, кровью не смывается. В расколе теряется любовь к Богу. Злобные становятся раскольники. Потому, что свободы себе много позволили. Жадны до неправедной свободы. А я - счастливый несвободный человек, и это счастье я мог стяжать только в заточении. Только тут я смог найти Бога, в миру я его просто бы не услышал, хоть Он и взывал ко мне постоянно. "Ваня, Ванечка, где ты?" Кем был я на свободе? Буйным гордым дуралеем, который тешил тщеславие дурной рифмой. Выпивал. Еше немного и нашел бы лишенных вкуса фанаток и погрузился бы в пучину блуда. Имея нечистую силу внутри себя, я уже стал гоняться за ней снаружи. Шутка ли? Помните мое фееричное крейсирование в московских речных водах? Это Господь мне показал глубину Иванова падения. Так сказать, апогей гордыни. Добрейший Серафим Саровский говорил: если бы малейшему из бесов дали власть, он бы землю ногтем перевернул. А Бездомный в голом виде полез за таким самостоятельно. Я не вру Стравинскому, утверждая, что я счастлив здесь. На воле я был с дьяволом. А тут я с Богом. Нв воле - страсти, искушения. Гордая душа в их пучине тонет. А в заточении есть опора. Тут у меня молитвослов. Тут мысли без принуждения поднимаются к Троице. Тут мою идиллию охраняет персонал, тут заботятся няни и кормят повора, тут работают психологи и спонсирует государство. Все вместе исполняют план Господа по спасению души Ивана Бездомного. И я молюсь за них, как умею. Кстати, поменяйте мне фамилию. У меня теперь есть дом. Иван Домашний. Дом - это то, что в голове - то есть место, где Бог может поселиться. Поселись во мне, Господь! Очень прошу. Войдет ли Бездомный в дом Божий, который небесный? Вопрос ко всему персоналу Кащенки. Голосуйте "за", пожалуйста! Заповеди экс-поэт в последнее время соблюдал, отягощающий душу денежный капитал не нажил, хоть в молодости к тому и стремился. Шансы, вроде, наклевываются. Это в древности считали: раз богат, значит Богом любимы. Да и щас так думают, особенно протестанты. С точки зрения апостолов и Израиля богатые - первые, кто спасётся. Этот молодой человек, который в Евангелие "все соблюдал от юности своей", он ведь многий из нас. Идти и продавать имущество не решился. Нас учат ни к чему не привязываться, а юноша был привязан, отошёл с печалью от Бога. Но был хороший гражданин социума. Любил ближнего и соблюдал весь закон Моисеев. Вот-вот. То самое. Проблема богатства: оно привязывает. Особенно, если ты всегда таким был. Товарищ Будда смог отвязаться. Прошел путь от роскоши до нищеты. Жил во дворце, и вдруг опротивело ему в один момент. Горе людское увидел сострадательной душой. Но таких мало. Христос призывает быть совершенным потому, что человек должен развиваться: то есть следовать за Христом - Истиной. Можно войти богатому в царство Божие, но категорически сложно. Бедному уповать на Бога проще. А состоятельному вроде позволительно все купить, и уповать мало поводов. В игольное ушко может проскользить только один человек. Эти всегда были открыты, чтоб индивид мог спастись от разбойников, забежать в город от степных бандюганов. По большому счету, верблюду с баблом в горбах протиснуться возможность имеется, но проталкивать требуется. При манипуляции что-то может отвалиться, да кожу на боках сотрёт. То есть как подспорье нужны скорби. А бедный - он ведь и так в скорбях, тем более в России. Переживать ему за душу не стоит. В вечной жизни бедолага получит все то, чего он лишился ради Бога в этой жизни. Да-да. Первые станут последними, и наоборот. И получат во сто крат! Ученики услышали эту информацию, и глаза их загорелись: "Ничего себе! 100-кратная прибыль, нам, еврейским рыбакам, кажется это невероятным." Нынче, во времена биткоинов и финансовых пирамид, это случается. В беседе с зажиточным юношей Христос говорит, что все в Царство попадут, но в разных уровнях. Надо все принимать, за все благодарить и не роптать, тогда первым будешь в ЦБ (не в центрабанке), хотя первая по высоте Мария-Дева. Вот я напишу о ней повесть, и будет у меня богатство, с которым я в городе небесном не заржавею. Это тут я нищий, а там буду олигархом. Разумеется, если книга выйдет достойная, сбалансировання, вторящая истинным мыслеформам. Если сама Богородица с небес одобрительно кивнет, скажет, мол, Ванька молодец, все так и было. Чувства мои описал в адекватной мере. Собрался и выдал шедевр. Работать Богу никогда не поздно. Зарплата одинаковая, и тем, кто с начала, и кто под конец жизни трудоустроился. По притче всем - один динарий - то есть небесное царство. Надо радоваться, что Всевышний так добр, и всем этот город золотой обеспечил. Мы в церкви завидуем пришедшим к Богу в конце жизненного пути, мол, и наши телеса могли бы погулять, порезвиться, пощекотать нервные центры. Наверно, при этом мы хотим особым образом попозориться, и на Суде перед остальными труженниками выглядеть в помоях. Я спать, пожалуй. Чтоб быть добрей и свободней, чтоб научиться не завидовать состоявшимся авторам типа Пелевина. Литературное спасение - милость Бога, а не от человека зависит. Христос говорит.

Сказав мыслью это, Иван Николаевич вроде легко уснул, но, не открывая глаз, через десять минут Иван снова забормотал:

- Апостол Павел говаривал, жизнь человеческая - пар, а значит пролетит - не заметишь. Думайте, что говорите, и о чем врёте, поэтому. Продолжаю идею рифмой:

Страшный Суд через пять минут.

Очень быстро к Весам подведут.

И если не шел на духовные брани,

Вас смирит Ольга Карани.

Тело одето на душу сейчас.

Но будет душа одета на нас,

Как в Судном часу нас двинет бульдозер

восстать из могил молитвой по Бозе.

В Адаме все вымрут - восстанут в Христе.

И Древо Познания - анти-Кресте.

Что толку нам, если, удобно устроясь,

Мы угодить не пытались для Троиц?

Грешник - в угаре, бессильно рыча.

Ольга - помощница у главврача -

Вколет ему седативное в вены:

Утихнет на время грех сокровенный.

Сейчас тело одето на душу, зла ни разу не видно, а на Суде эта душа будет нанизана на тело. Прикиньте такую картинку, если есть художники в зале? Душой голыми друг перед другом будем стоять! Такой вот интересный пляж Ансельма Кентерберийского. Оля - это помогайка Стравинского с красивой фигурой. Очень чуткий человек, между прочим. Не знаешь, куда от нее деться в бытовой реальности дурдома. Когда у приемного покоя провали трубы, она вызывала бульдозеры. Я смотрел в окно, как она убедительно руководила. У нее вкусные оладьи получаются. И она - веганка. Я вот жрать захотел, а наш шведский стол лишь утром проснется, когда придут Ольга и повариха. У Ольги все ключи. Может, смогу подкупить? А что, годится. Чем, стихами? Как стихотворный коррупционер в больничке буду восседать, Ольгой защищённый.

Коррупция в стране легче сносилась в 90-ые. Она была в низах и децентрализована. Чиновники воровали все равномерно. И сколько? Всего лишь миллиарды. А теперь только эти несколько человек из кооператива - толи Озеро толи Родник - они всех остальных воров прижали законным судом, зато сами поджимают триллионы. Согласитесь, мои дурдомные читатели, это гораздо больше чем миллиарды. Конечно, стране от этого хуже. Мелкие испуганные чиновники, которые сами на СВО не идут, издают бессмысленные законы, посылающие в горнило простой народ. Страх перед будущим порождает в них проблему для России. Какие законы? Да хотя бы оживили 38-ую статью... Можно объявить человека сумасшедшим и лечить принудительно как Летова. Ха-ха-ха! Я как чувствовал. Ругайте после этого мою интуицию. Все писатели должны оставаться в сумасшедшем доме. Здесь для творчества имеются все условия. Писатель должен сам занять полагающееся ему местечко. Дом скорби. Тут для творчества все кондиции. Тут свет, уют и горячая вода. Радиоточка, пол-паркет, санузел раздельный, бесплатный карандаш и планшет с интернетом, если ты умный. Только тут стоящий автор может занять полагающееся ему местечко. Так спешите занять лучшие места, если еще не заняли.

Каховская ГЭС - гравитационная дамба. Она не могла разрушиться от ударов сверху. Только если основательно заминирована снизу. Диверсантам такое не под силу. Подобное действие можно провернуть только из внутренних помещений. То есть русским. Может быть, готовили взрыв на случай отступления. Но что-то пошло не так. Мне инженер из соседней палаты рассказал. Мы тут все своевремнно отдыхаем. Не стоило мне торопиться и выходить на свет. Я этого и не делал. Чувствовал, что все по кругу. В истории все движется по циклу. Цикл инверсии - 60 лет. А личный цикл для России - 12 лет. Хочу поделиться с вами теорией, которую услышал от этого инженера, Яши Калинина, кажется. Выбираем географию. Да хотя бы, Владивосток. В антропогенном поле - в поле социальных явлений - берем событие. Создание города. 1860 год. При закладке форпоста идея была следующая: владеть востоком, то есть через него влиять на Азию. Так, повлияли. Отсчитываем 60 лет. 1920-ый. В этой точке антропогенная функция инверсируется, то есть не из Владивостока идет воздействие на Азию, а Азия давит на Россию и на город путем интервенции. Прибавляем еще 12 лет, и город становится максимально защищен от интервентов и сугубо влиятелен на восточный мир. Это потому, что функция обретает первоначальный знак, и значение ее достигает максимума ввиду того, что вступила в силу Ворошиловская батарея. Она-то японцев и приструнила. На самом деле, теория точная как часы. Пока математической формулы нет, но автор в поиске. Волновые явления в истории - удивительное дело. Диссертацию писать надо. "Смена фаз в исторической перспективе". Хотя, сейчас наука и культура под гайкой патриотизма. Зачем культура, если есть прокуратура. Зачем наука, когда все из бамбука. Теория этого гения годится под любую точку России любого времени, да кто ж его пропустит наверх... Ох уж, мы уповаем на патриотизм, а мир существует только потому, что Дух Святой посетил его местами. Никакая наша рассудительностть, технологии, трудолюбие и всякие человеческие штучки не спасут от нестроений. А Дух - преобразит. Молиться надо больше всего, а не на силы свои уповать. Молюсь ли я? Терпения не хватает. Молиться - это как стоять перед Творцом. Вы сможете дрожать и не разрушиться? Я и представить не могу, как. Засыпаю. Баю-баюшки баю... Ваня-ваня, ты в раю. Кто знает, когда у меня день ангела? Девятого ноль десятого каждого года. Это день Иоанна-Богослова, любимого ученика Христа. Никто не смог переплюнуть его в масштабе творчества. Последняя книжка Библии - его! Говорят, он клал голову в ямку внутри пещеры, и ему приходили видения. Я вот кладу на подушку, и мне приходят только сомнения. То эти врут, то тот ошибается. И вокруг моего тела - не пещера на острове Пафос, а дурдом высшей категории на окраине Москвы. Мечтайте, невесты из средней России. Кстати, прописка у меня тоже московская.

Глава 20. Почернело печенье Маргариты

Рыжий блик солнца ласковыми молотками через окно бил ногу Богородицы. Вечерний свет придавал иконе уютную домашность и мультяшную живость. Мальчик, которого мама с искусственной сединой на голове держала за веселую руку, всверливался зрением в красный башмачок Пречистой. Неожиданно глаза его стали больше, из-под рисованной обуви перед ними вылез плотный рыже-золотой котик. Этот биоинтеллектуальный объект сощерелся, вылизался и, оставаясь в холсте, обратился к пацану:

- Когда вырастешь, пойди в священники и научи Российскую Федерацию поклоняться истинному Богу.

Благословленный юнец увеличил от удивления глаза, но диалог продолжил легко:

- В целом, я не против. Но тема для меня новая.

- Понимяу. Сначала отучись на математику или на какую-нибудь инженерную науку, чтобы обрести ясность мысли.

- Господин кот, а сейчас страна кому кланяется?

Мохнатый господин скрючил брезгливую физиономию, уселся у ножки Девы Марии и заиграл хвостом как дворник новой метелкой:

- Сейчас - не понять кому. Кто - прогрессу, кто - скучным древним порокам, кто-то оголтелый патриотизм воспевает, унылое большинство цифровому тельцу и деньгам поклоны бьет. Часть из них - ЗОЖу, анимэ, чатботным химерам. Короче, одно мракобесие. Язычество поднимает голову, а оно рано или поздно приводит к крови.

- Не люблю кровь.

Кот начал кататься на спине на нарисованной ступеньке, где стояла Святая:

- И я. Ненавижу совершенно! Видишь ли, язычество - природный враг христианства. Перед революцией процветал спиритизм, вот господа и вызвали духа революции - дьявола. В 1914 году такой был настрой патриотизма, и через каких-то три года бац - революция! Заметь, сейчас спрос на гадания вырос в несколько раз. Честно-мяу, это выльется в беду, если не покаяться.

Мальчик распереживался, а кот не упускал инициативу ни на йоту:

- Самовозвеличивание, "великая Россия". У меня аж мурашки под шкурой от этого.

Смириться надо. Гордость упадет всегда, мгновенно и быстро как тупая башня. Вавилон таким крутым казался, а не осталось и камушка. Самое богатое за всю историю государство. И вот их Новохудоносор напал на Иудею и по итогу сошел с ума. Отрасли ногти как когти, как животное ползал 3,5 года.

- Страшное дело.

- Да. Неправда обманет саму себя. Но по моей мохнатой версии, мяу-вероятно, ты справишься и найдешь слова россиянам.

Солнце ползло вниз, на ночной сон, и блик - вверх. Следуя ему, питомец перепрыгнул с одной стенки на другую, к ноге странного волосатого мужчины в верблюжьей шкуре, держащего подмышкой копию своей головы, и, глядя на того, продолжил:

- Ты пойми, каяться надо. Никакая иная духовная практика не поможет. Язычество - это начало фашизму. Ищут не Иисуса, а хлеба куса, хотя должно быть иначе.

- Как??

- Без Бога - не до порога.

- От вас течет много непонятных слов.

- Всякая империя стремится расширяться, самоутверждаться, а потом распадаться. Царская Россия, СССР... Да и мы теперь. Ведь гордость таращится против Воли Божией. Значит, дни ее сочтены. Бог злыми накажет злых. Смекаешь понятные слова?

- Ваню Ситникова побил старшак Паха из 10-го "Б". Ванька девчонок пынал, те и обратились за помощью через группу в телеге.

- Ну вот, если Паха не пересмотрит свою жизнь, то и его ждут Леха и Влад из качкозала. 22 июня, в День Всех Святых, пришли фашисты, и первыми оказались наказаны коммунисты с комсомольцами - безбожники, взрывавшие храмы. Эти глумились над Богом в церквях, но святые молились, и в День Святых наказание пришло. Убивать комиссаров в первую очередь - такое у немцев было распоряжение. А когда фрицы взялись за других, Бог и Германию уничтожил.

- Я ничего об этом не знал.

- После войн совершаются революции. После теперяшней вой*ы может быть что-то подобное. Я не пророк, а банальный кот из лучика, но есть законы духовные. Национализм и дух революции - это когда народом дьявол завладел.

- Как-то от этого не по себе.

- А меня вообще тошнит.

Пушистый питомец на стене искал горшочек, чтобы изо рта сбросить поток, но не нашел:

- Что толку, искать причины бед в геополитике и экономике? Надо смотреть духовный источник проблем - а это неверие людское. Три злых вещих из Советского Союза нам достались по наследству. Аборты, матерщина и водка. Скинуть бы в унитаз, да прилипло. За 37-ой год так и не было покаяния. Поговорили, что репрессии - плохо, Солженицину памятник поставили, и тему замяли. Теперь Сталину новые дифирамбы поют. Хочется ведь побед над врагами, а над своей гордыней - не хочется. Обещай, что займешься с гражданами РФ этим вопросом?

- Раз вы говорите, то надо.

- На земле вообще Рай не построишь. Об этом Библия говорит. Без Бога все превратится в прах. Не стоит ждать от Вавилона чего-то радостного. Даже в Швециях и Япониях люди готовы выбрасываться из окон из-за своих шведских и японских проблем. Потому, что дьявол. Потому, что безбожие. И налаженный быт не спасает.

- Мы были только в Китае. Мне понравилось!

Увидев, как сын уставился на нарисованную туфельку и что-то ей сердечно сообщает, мама заинтересовалась:

- С кем ты разговариваешь?

Отрок сообразил, что карты раскрывать не стоит:

- Ни с кем. Мысленно котов глажу.

- И что мысленные коты тебе сообщают?

Мальчик сказал правду:

- Что учиться надо.

Женщина подняла под седыми локонами брови:

- Верно. Зайдем в Пятерочку, купим Ваське корма в подъезд.

В этот момент Маргарита со шваброй и ведром у ростового Христа смочила тряпку и принялась надраивать пол. Женщина с сыном цепко оглядела фронт работы уборщицы и благодушно комментировала:

- Все дороги ведут к Николаю Чудотворцу. Следы проложены только к нему.

Винтя шваброй как дротиком для керлинга, Марго развила мысль захожанки:

- Все хотят чуда. Никто не пытается узнать Бога. В головах людей нет понимания, что есть живая Личность на небе, и с ней легко можно поговорить. Сказать вам, откуда эта пропасть?..

- Да. Сказать.

- С греха Каина.

- Хм... Так давно?

- Убив брата, он сошел с ума. Для него Бог перестал существовать. А мы - наследники этого безумия.

- Любопытно.

- Могу вам послать лекцию про это...

- С удовольствием прочту. А в ответ я пришлю про массаж лимфы. Вы *акс установили?

Уборщица Маргарита Николаевна отложила швабру:

- Нет, не установила. Пошлю вам ссылку смской. СМС - недооцененное ретро-решение. Я вот думаю, что *акс - это какой-то еврейский проект.

- Вы уверены?

- Подозреваю. Сам значок *акс - 15-ая буква еврейского алфавита. Самех. Означает - не дать выйти за рамки - в каббале. Ясно, что план глобалистов-каббалистов реализуется на пять баллов.

А еще я слышала мнение, как они на *акс всех посадят. Они подтверждение авиа- и жд- билетов сделают через "прекрасный" мессенджер.

- Очень эффективно. Все любят путешествия.

- На любой снаряд растет и броня. Вот стали продаваться телефоны специально под *акс. Там выпаяна камера и микрофон. Только для регистраций подобного рода.

- Ох, вечно, мы смотрим на все постфактум. Вот нам тут и тут гайки закрутили, и в лост-услуги не зайти, а предсказать точно, что будет, ни у кого не получается.

- А я знаю, что будет. Когда народ покается, тогда гайки и винты мгновенно отвинтятся. Может, в сентябре выборы в думу пройдут, новая команда мягче к людям думать будет? Им же наверху самим без соцсетей неудобно? Ну или их детям? Уберут же когда-нибудь цифровое принуждение людей? Перестанут уволять из-за *акса? Или это не кончится? Легче же гайки затянуть и налоги поднять? Легче, чем показатели экономики увеличить, чем уменьшить инфляцию, чем привлечь инвестиции, чем улучшить КПД экономической машине? Легче нанять мильон охранников, и на интернет наложить арест, чтоб даже не думали рассуждать? Легче вернуть статьи по измене Родине чем суметь конкурировать на внешних рынках. Легче за бесценок спихивать энергоресурсы за бугор, а своим - взвинтить цены. Да что я говорю! Престарелая мечтательница!

Марго подплыла к Никольскому лику и просто попросила:

- Святителю отче Николае, моли Бога о нас, защити от *акс.

Две женщины и мальчик протопали от чудного Николушки в претвор. Там, в лавке гость храма на год вперед заказала у Марго сорокоустов. Подменявшая продавца свечей Маргарита Николаевна поправила жуткие очки и уточнила:

- Имена какие?

- Иоанн и Алена.

- Елена?

- Да. В крещении - Елена.

- Еле-ена.

- Уф, все-таки необычный у вас какой-то храм. Коты невидимые блуждают.

Наивная Марго улыбалась на ничего не подозревавшую барсистую кошку, вылизывавшуюся под столом:

- Рыся... Это кошка. Мы ее и сами не замечаем.

* * *

В горниле духовки Маргариты рыжели белые кляксы печенек. На пищевой бумаге они развивались как цыплята в инкубаторе. Никто не чирикал, не дрожал клювиком, но жизнь в сдобных птенцах точно пробуждалась. Библиотекарь приоткрыла створку и склонилась к ним. В лучах горячей лампы одна печенька была похожа на жирного котика. Он улыбался или грустил.

- Мяу мяу, еще порадуемся... Вот лавры и святых освободят, - буркнула ему Маргарита Николаевна.

Другая печеность была похожа на шапочку Мастера. И эта толкнула в пропасть.

Подобное бывает у женщин. Как по дуновению ветра, собранность Марго пропала, кулинар обмякла, села на стул, опустила руки, встала всхлипывать.

Рана, связанная с писателем из подвальчика, вновь закровоточила. Благочестивый подвиг последних лет закрыл рану пластырем, но не унял до конца. С час времени она смотрела в одну точку, в духовку, вглядывалась в раскаленный противень. Капли падали на руки.

Марго крутила в голове воспоминания, пыталась укладывать события в причинно-следственные вагончики. Что-то ей открывалось с новых религиозных позиций.

То, что она посодействовала погублению души Мастера, она считала самым своим главным преступлением. Несчастная мечтала искупить его каким-нибудь миллионом добрых дел. И библиотекарь выделила лесенку своего греха: неверие Богу, отчаяние, скука, блуд, злость, запретный плод магии, сделка с нечистью, служение бесам, убийство ближнего путем чародейства.

Всякими практиками люди входят в духовный мир и сходят с ума, как сошла она. То, с чем сталкивается их неподготовленная душа, сбивает их ум. Нутро сильно повреждается потому, что натиск темных духов в этом поле становится колоссальным. Говорят, когда Ева съела яблоко и предложила его Адаму, тот уже видел ее живой, но мертвой, то есть с изуродованной душой. Если бы человек вошел в тонкий мир естественным путем, через подлинную духовную жизнь, через Причастие, то душа бы справилась, не исказилась и сохранила наработки. Ведь ангел защищает такую душу и ведет надежными тропами, куда нужно. Любопытно, ступив однажды на поле потустороннего, уже обратно не вернешься. Если повезет, то уже там к тебе придет крылатый защитник с золотым нимбом и поведет дальше. Ведь пока ты жив, твое покаяние принимается, а пока мертв - нет.

Маргарита со страшным взглядом сказала духовке:

- Ты ж сама к ним постучала: тук-тук, мне скучно, знаете ли. Хочу умопомрачительного веселья. Такого, чтоб земля затряслась.

Кулинарка крутила в голове слепок своей души на тот момент, когда решила взаимодействовать с темными духами. Душа эта в ненавистной радости весело катилась с горы. Омерзительнейшее дело.

- А рогатые что?.. Обернулись на тебя и сказали: "Да пожалуйста. Мы - за." Блудница, ты думаешь, дверь эта так легко закроется? Нет, как в "Гостье из будущего", сунулся обратно в машину времени, а там - кирпичная стена. Обратно не выйдешь. Потому, что, знаете ли, "должок"! Только Христос может придти, испепелить всех бесов бластером, схватить тебя за руку и с тобою под мышкой фырк наружу в свет.

- Граждане присяжные заседатели! Когда-то Маргарита Николаевна нагло вошла в духовный мир оккультным способом. И вот, глядите, ее расплата в действии!

Не все раны быстро лечатся. Рубец на душе зияет, клокочет и захлебывается кровью. Когда-то несчастная пришла в храм, и с той поры Христос шпателем с чудотворной мастикой заделывает ранения, но ты мысленно повторяешь зло, и свищ сквозит снова.

Молиться за Мастера в храме ее не благословили. Разрешена только келейная молитва. А ей до сих пор больно в мыслях к нему самой подойти. Эх, душа, душа. А если бы ты не согрешила, то и плакать бы не пришлось, и печенюшек ребята поели бы, ведь непорочная душа не знает покаяния. А твоя душа знает. Сегодня у нее было регулярное воскресное покаяние. Библиотекарь исповедывалась, причащалась, а после литургии шла по парку и остатки слюны сплюнула в листву. Через двадцать минут с ужасом осознала, что в плевке могли иметься частички вина-Крови после причастия. Она спешно вернулась и стала искать свой харчок. Для верующих расточение святыни не допустимо, не приемлемо. К ней подошел человек и интересовался:

- Что вы ищете, женщина?

Не отвлекаясь на детали и на человека, Марго ответила:

- Я ищу Кровь Христову.

Соучастливый гражданин присоединился и вперил взгляд в листву:

- А как она выглядит?

- Ясно, как святыня...

Человек еще более загорелся поисками и даже стал раздвигать отдельные листья. Хотя представление о святыни у него было мутным.

Наконец, глаза Маргариты вспыхнули радостью. Она метнулась в листву и подняла листик со свежей слюной:

- Вот она!

- Это харчок, - констатировал мужчина.

- Да да... Он, родимый!

- Вы сумасшедшая, - сказал помощник, развернулся и зашагал прочь.

Дома перед стряпаньем Маргарита сожгла листочек с харчком на огне - этот способ благочестивой утилизации. Она согласилась с мужчиной: в сознании общественности выглядит душевнобольной. Но с Христом она лишь выглядит таковой, а без Него завершила бы дни в психбольнице. Церковь сразила сердце Маргариты как молния, выскочила как убийца в переулке и ударила в сердце. Теплотой, любовью и всепрощением.

Маргарита выключила печь, выкинула почерневшие огарки в ведро, оставила Олега без угощения, достала планшет. Чтоб придти в себя, она написала историю, в которой преподаватель Епархии на сегодняшней службе испытал курьез:

Денис Владимирович в пономарке сменил пальто на постное фиолетовое облачение, подготовил кружку к чаю и вышел с каноном к аналою. Оглядев молящихся, он сосредоточился на внутренней молитве, унял бушевавший в душе белый шум. До звучания его слов было еще далеко. Еще и Дима не читал шестопсалмие, служба только началась. Преподаватель литургики вернулся в пономарку и обратно вытек уже с кружкой горячего снадобья. Последнюю он поставил у ног Спасителя с обратной стороны распятия. Выяснилось, что микрофон испустил дух. Для его воскрешения чтец дважды сходил к микшеру в другой угол наоса, но взаимодействие с бегунками и крутилками чудес не подарили. Инженерный Лазарь упорно не хотел подниматься. И когда вскорости пришлось хвалить Григория Паламу, Денис Владимирович рассчитывал исключительно на акустическую силу уст. А поддержка горла жидкостью - тут главное подспорье. Вереница верующих миновала икону праздника, прошла кисть помазания, и часть вереницы влилась в очередь исповеди. Остальное скопление верующих неправильным Гауссом распределилась по наосу. Текла обычная вечерня. Натруженный голос Дениса Владимировича вырывал со страниц золотые слова и ласточками пускал вдоль иконостаса. 30 процентов посетителей слушало благообразного чтеца со вниманием. На "Славе" чтец делал акцент и паузу, и процент возрастал в дважды. Снег, который обещали МЧС-ники, так и не свалился на головы верующих и неверующих, и Диме завтра убирать не придется, а ведь последний вращал тут лопатой еще до основания храма.

Глава 21. Поэтическая кормежка. Император, генерал и монах

На оледеневший стол Маргарита уложила воздушной пирамидкой одноразовые тарелки, с нарезанным хлебом прошлась по мрачной череде нищих, благожелательно вглядываясь в каждого, раздала по куску, тоже проделала с ложками. В это время Ольга с половником ныряла в бидон. Половник выковыривал питательные дозы и порционно сплевывал в посудку. Шуршание нищих рукавов разрезал добрый Маргаритин смех:

- Родная! У тебя уже и на спине борщ! Увлекающийся ты человек.

Женщина у бидона обернулась, но спины не увидала:

- Если б господа так не напирали, обошлась бы без борщевого хребта.

- Я ототру, пока не обледенело. Где ж салфетки?

Найдя пакет с гигиеной, библиотекарша принялась оттирать Рюшнеровский хребет, и тут ее уши схватили голос из очереди:

- Маргарита Николаевна...

У библиотекаря-кормильца пошел мороз по рукам потому, что кто в толпе печального качества мог ее знать по отчеству. Опасливо обернулась на сигнал и сказала:

- Да, это я...

Там стоял незнакомец с измученными тяжелыми глазами на почерневшем лице. Щеки были впалы. Волос был седой и грязный.

- Вы меня не узнаете?

Благотворительная Марго столкнулась с ним взглядом, и нейросеть библиотекарши быстро перебрала базу данных.

- Вы - поэт Рюхин, - констатировала она, опустила глаза и слабой рукой нашла силы вернуться к спине.

Тек осторожный диалог. Мужчина был ответчиком:

- Уже не поэт... Не пишу много лет.

- Видите, поэт.

Этот, говоривший, улыбнулся, и Марго подумала: "раз он так сдал, значит и я старая как собака."

- Что с вами случилось?... - Интересовалась церковная леди, обретая силу.

- Ничего незакономерного. Когда-то вез Бездомного в дурдом, а теперь дурдом привез меня в бездомного.

- Точная исповедь... Лаконичная, с духовным смыслом, - прикинула Маргарита и позавидовала Рюхинскому таланту излагать. Но женщина церкви и книг не знала, куда клонить разговор. Вот так всплывший призрак из прошлого вдруг ожил, и что с ним прикажете делать? В какую коробочку помещать? Лишней тары под рукой нет. Нужен спасительный костыль. Нашелся, слава Богу:

- В церковь не ходите?

- Отчего же? Хожу.

Маргарита выдохнула:

- Тогда Господь исправит. При наличии покаяния, разумеется.

Поэт предательского вида продолжал поражать неожиданностью:

- Уже исправил.

Толпа напирала, и Рюшнер взывала к помощи:

- Рита... Кормить будем или нет?.. Где ложки! И кто это?

- Да, да.

Маргарита вернулась к раздаче, а Рюхин методично продолжал:

- Говорят, что подозрительным образом изгоняешь бесов, не иначе как бесовской же силой.

Подавая столовые приборы, Марго коротко взглянула на Рюхина. Червоточинки во взгляде не увидела. Исключительно, тепло. Никакой остроты и ножей. А каким был взгляд одержимых, она знала. "Может, и не бесноват." Но говорить стала лукаво:

- В нас бесов не видите?... Простите. Людям видней, они же рассудительны и обладают сплетнеческим коллективным разумом. Они же не откуда-то там, а из церкви. Значит, того и гляди, Бог присутствует в их умах.

- Я вас не осуждаю... - ответил неожиданный Рюхин, и Марго содрогнулась. Волосок стыда защекотал ей совесть. Рюхин продолжил:

- Я грущу из-за качества моей силы. Внезапное откровение по бесноватости сыпет пепел на голову.

Рой Маргаритиных мыслей выглядел так:

- За что Рюхину такая честь - уметь бесов изгонять? За то, что перед МАССОЛИТ-ом выслуживался и поэтов увозил в места удобные, таков рецепт? Если, конечно, есть факты изгнания, а не помрачение ума.

Она выступила с позицией защиты:

- Впрочем, бывает, что и вся церковь ошибается, а один человек - прав. Я про случай с Максимом-Исповедником. Или ситуацию с Нектарием. Может и не бесовской, а нормальной силой.

Тут Ольга сурово зыркнула на помощницу:

- Давай сменим пластинку. Мы бомжей кормить будем в этот раз?... Стол и бидоны Иван сейчас увезет.

Возле заведенной машины с ноги на ногу топтался и курил некий Иван.

Женщина из очереди с нервной дрожью в лице открылась на это:

- Мы не бомжи, вообще-то, вы себя на улицу не боитесь пригласить вдруг?

Ольга в миг поняла язву в душе женщины и перед той извинилась. А Марго перед Ольгой:

- Оля, прости! Что будут стоить наши слова без дел фактического насыщения. Будем...

- Если не сможет, то сухим пайком обойдемся? Ты йогуртов накупишь и печенья захватим?

- По воле Божией...

Оставшуюся кашу Марго с горкой сама наложила в чашку и подала Рюхину:

- Ешьте много...

Уличный поэт ласково улыбнулся:

- Благодарю вашу руку. Она правильная. Мы-то все наворовали, отжали; ладонь человеческая устроена особо - к себе больше тянет.

- Как быть?

- Должны как Закхея: осознает, что натащил несвоего, и лезет на дерево, чтоб увидеть надежду на спасение - Христа идущего по городу. К такому и идет Господь домой, а Закхея планирует всем, кого обобрал, раздать в четырежды больше.

- А вы-то что отжали?...

- Жизнь... Ту, которую я живу. Она не моя, а Божья. Живу ею на свое усмотрение.

- На эту тему мне одна девочка в библиотеке сообщила, вздернув нос: ваше небо подарило прекрасное тело. По-вашему, чтобы простаивало и в чулан его до смерти запрятать или все-таки пользоваться на свое усмотрение?

- Что вы ответили?

- Цитировала Канон Критского: одеяхся в срамную ризу и окрававленную студно любосластного живота. То есть, когда стала грешить (когда Адам согрешил), от одежды из благодати отказалась, а эта, что дана взамен - одна срамота. Ее бы закрыть. Умный тот, кто отказался от плотской обертки, от ее леления и упования на нее. Эта одежда из кож - одеяние стыда - дано, чтоб обличать в себе самовластные страсти, а не чтоб похваляться перед мужиками. Страстная пагуба и вещественная тля, одним словом. Вы ешьте, ешьте.

Через минуту, чтоб не видела Рюшнер, Марго подошла и взяла нищ-поэта за руку, пока тот всасывал суп. Фразы ее были следующие:

- Все наладится, драгоценный Закхея. И жилплощадь и даже женщина может появятся.

Рюхин от посуды не отрывался и роботом чеканил свое жуткое словцо:

- Мне есть, где жить. А женщине я объяснил: инвалид без справки. Мучусь каждую ночь, кричу.

Марго обняла свои щеки:

- Ой-е-ей!

- Да. С таким диагнозом можно быть религиозным человеком, но счастливым и семейным - врядли. Подкорректировали меня обстоятельства до неприличной степени. Творчество и аскетизм - вот развлечения для моей бороды. Поэтому гостья моя горько опустила голову, и мне было стыдно и за нее больно. Безмолвный чай мы попили, и она ушла.

- От вас?

- Нет, петь в клирос.

- Ишь как. Вы - поэт. Она - певчая.

- ...Никому не легче.

К говорившим подошел еще один нищий, распухшими пальцами держа свою тарелку:

- Братан, лопай бесплатный супчик, пока не остыл!

Рюхин радостно подчинялся:

- Да-да. Я ничуть не лучше человечества, а оно привыкло к халяве! И баланс на Земле может наступить тогда, когда человечество вернет планете все, что взяла от нее.

- Что??

- Да ее ресурсы. Как она может вернуть? Легко... Хотите послушать мою концепцию?

- Давай, я хочу, - возгорелся любознательный нищий, перевешивая пакет на запястье.

Рюхин начал описание концепции и взором не отпускал Маргариту:

- Представьте будущее, в котором мы научились брать от солнца концентрированную энергию.

- Так-так, - хмурил глаза нищий вольнослушатель.

- Это можно устроить, если близко к звезде поставить станцию, которая аккумулирует энергию и лазером шлет на земную орбиту. У планеты опять же станция пересылает на приемники на земной поверхности. Планета может быть насыщена энергией, но как и в любой идее потребления возникает сложность иного рода...

- Какая проблема рода?

- Куда девать избыток отработанной энергии? Ее надо куда-то спихнуть! И, возможно, самое логичное, это вести обратный процесс потребления горючих ресурсов. Через фотосинтез деревья забирают избыток солнца, падают, прессуются спаиваются обратно в уголь и таким образом излишек утилизируется.

Рюхин доел первую порцию:

- Теперь главное. Когда человечество вернет матушке-Земельке долг из нефти, газа и угля, тогда и наступит эпоха равновесия.

- Круто, - комментировал нищий, вытирая рукавом уста.

Марго была непреклонна:

- Логика в ваших словах имеется. Может, станции под звездой по имени солнце - это и перебор, ведь открываются новые источники энергии. Тот же американский термояд в этом году. Но проблема энергоотвода, возможно, реальная задача будущего. Сдается мне, что несовершенство человеческой натуры, ее отягощенность злом, притянет Пришествие Христа гораздо раньше.

- Рита, чай подавай!

- Да, даю!

Поевшие и согретые бомжики обсуждали кладбище, что там реально стало, чем поживиться. Ведь СВО добавило там целую область. Могилы рядами по подразделениям и по родам войск восстают в зимнем лесу. Конфеты, выпечка лежат и ждут голодных желудков. Оказалось, что у одного из беседовавших на Украине погиб брат, и двое жителей улиц чуть не надавали друг другу тумаков. Но Рюшнер легко разняла:

- Кто у нас драться решил? Кто не молился, тот и драчун. Значит, в следующий раз от второго они отдыхают. На бордюрке с пустой тарелкой посидит.

- Э, мать, ты чего?! У нас мир.

- Точно?!

- Да... Подтверди, мир же у нас, собака?

- Никто у нас не собака! Вопросы России и Украины оставляем за пределами столовой, - ругалась Ольга.

Но исполнение последнего удавалось с трудом. Когда в небе пролетела тренировочная "сушка", одна из женщин машинально рванула из очереди в укрытие и там присела. Бомжи рассмеялись и обсудили этот казус. Оказалось, "трусиха" - беженка с Незалежней. Несколько лет она жила в обстреливаемом городе. В районе у них, кто не уехал, 300 человек.

- А что не укатили-то? - спрашивали беженку.

- Их дом, вот и не укатили.

Кормившихся удивило, что в городе работает специальная служба, которая всем вваривает металлические щиты на окна. Вот так встаешь с утра, потягиваешься, а у тебя на пороге гости со щитом: "Здрасьте! Укрепляем!" Еще спасала гуманитарка.

- От наших? - интересовалась очередь.

Женщина уклонилась от прямого ответа как от "сушки", зато дала понять, что самая вкусная гумподдержка была от Швеции. Экзотические продукты на миг превращали суровые будни жития в металлическом коробе в настоящий праздник. Добро есть везде. Неприязни к русским у женщины не было. Она просто выживала сначала у себя в стране, а теперь здесь. Ольга и Маргарита не знали, что этой беженке говорить. Потом между собой они вернутся к этой теме снова, и Ольга скажет:

- Вой*на - удивительное дело: вроде политически, патриотически и даже религиозно правда у нас, а те, кого защищаем, ютятся в подвалах и страдают от бомбежки.

И Марго ответит:

- Похоже, во всем народе нет ни одного человека как Исайя, который может умолить Бога прекратить вой*у. Такие мы молитвенники.

- Может ли христианское государство иметь армию и воевать? Ведь "мечом погибнут все, взявшие меч", сказано Христом в Гефсимании.

- С другой стороны, Христос и благословлял того же Константина Великого на бой, сказав, что сим (крестом) победишь.

Сейчас подружки молчали. Они активней орудовали посудой и приборами. В СВО-период милосердные дела имели особую актуальность. Рюшнер на месяц вернулась с багажом волонтерского опыта и знаний из столицы. Полная воодушевления, видевшая своими глазами, что и в Москве "живут не только для себя", что для многих милостыня - как призвание, Рюшнер постоянно рассказывала, какие направления соцпомощи еще можно развивать. Например, как можно строить автодуши, в которых уличные люди обретают человеческий облик. Здесь с литературной женщиной Ольга и Марго по пятницам соединялись для кормительных делишек. Ведь цены выросли, и нищим стали подавать меньше. А еда стала стоить дороже. А зима была холодной не только на линии фронта.

- Посмотри, у Димы гной через валенки капает!... Дима, это очень серьезно! Ты хоть перевязки делаешь??

- Да делаю я! Разбавляю вашим левым меколем.

- Это вот когда холода были, он, балбес, и отморозил. Врач сказал, либо выкарабкается, либо пальцы, - Марго показазала пальцами ножницы.

- Все, грузим в машину. Ритуля, ну что ты сегодня вялая?

Ритуля заканчивала с Рюхиным:

- Вы в следующий раз подскакивайте: подумаем, как решить литературный вопрос.

Ухмыляясь во след утаскивавших бидоны дам, Рюхин прорычал:

- Вопрос не решается, что ходить понапрасну?

Поэт-экзорцист сербал из пластиковой посуды остывший суп, приготовленный в трапезной, потом кивал на гнойного, - Я вас уверю, тут имеются бедалаги, кому нужна насильственная забота. Срочно к врачу! Очень быстро, Жакоб!

*

Солнце поднялось уже высоко и через окна прошивало синие пластиковые баки. Вода в них дрожала, в предвкушении играла рябью бликов, точно озорные существа из света потирали ручки. После литургии заканчивался чин освящения воды. Дочитали святые тексты. Кресты стали запускать в люки, рисовать ими святые символы, и жидкость принимала силу свыше, то бишь преображалась.

В храме как-то сразу всем веселей. Пономарь уже не так агрессивно кричал на цыган. Свечницу отпустил бронхит. Снося лавки, прихожане с бутылями ринулись к кранам. Шваброй их тщетно разгоняла уборщица. Шипящие звуки струй заполняли наос. Протекал подвиг взаимного смирения, когда захожане - пользователи религиозных услуг - терпят власть церковных волонтеров, а волонтеры прощают первым хамство.

- Давайте воду!

- Я уже заплатил!

- Я сама налью!

- Мне не долили. Прошу под крышку!

Натиск посетителей мощный как поток акрид (это саранча), о которой говорилось на сегодняшней проповеди, и которой питался Иоанн-Креститель. Пророк сильно удивился бы, видя такое давление "веры" россиян. К вечеру из емкостей выкачена все наполнение, приехала вторая машина. Занесли удава шланга. Он выкручивался, дрожал в руках, сопротивлялся, но обеспечил свежее наполнение баков, которые ждали нового освящения.

За прилавком святую воду выдавала наша Маргарита. В разрез с обыкновением, мыслями женщина была далеко от церковного праздника. И виноват в этом был только русский поэт. Эта встреча с Рюхиным сильно тронула Маргариту. Весь день за лавкой и в библиотеке долго смотрела в окно, ища там ответ. Как правильно было вести диалог с фантомом из далекого прошлого. И за что Господь посылает ей такие флешбэки. Она бежит от прошлого, прикрывается религиозностью и миллионом книжек?.. А не может простить того, что ей простили. Многое вспомнила Маргарита из своей прошлой жуткой жизни. И МАССОЛИТ-ова диаспора проявилась перед лицом. А волна воспоминаний о Мастере окончательно смыли женщину с островка самообладания, перенесло во внутреннее дрожание. Рюшнер проходила мимо нее и понимала, что происходит. Ничего вслух не высказывала, а лишь, щурясь, смотрела.

- Ведь вроде и похороны были, - анализировала церковная дива, - Воскрес...

И тут сверкнула шальная мысль:

- Может, Рюхин святой?

Другая, рациональная Маргарита тут же отвечала первой:

- Да ну! Бог с тобой! Посмотри на него.

- А что? Да. Он был предателем, завистником Бездомному. Так и она же на метле летала и преступно блудила, а теперь... Многие из святых имели жуткое прошлое. Господь ведь творит чудеса с душами людей. Может и вправду, дал Он поэту такое очищение. Предоставил дар, а для очищения души - выдал ему завистников и ненавистников, похлеще его самого в молодости. Нормальная теория, вроде. И они его душу как у святого Нектария отстирают в машинке, чтоб подать Богу уже идеальную. (Сам Христос так жил. Все три с половиной года мыкался по городам, за ним - толпа бесноватых и калек, которым чего-то надо. Ни покоя, ни пауз. Искушения и лишения. А в церковь зайдет - так там одни осквернения от фарисеев.) Что найдется тяжелей, чем быть нищим в России? В жуткой морозной завистливой России... Это тебе не Таиланд, где нищий пойдет на бережок, поспит на рыбацком бунгало и поест бананов в теньке. Ой, мука. А падение вдвойне тяжело, раз ты популярность имел у литераторов. В этом Рюхине уже ни самомнения, ни самооправдания, ни обвинения, ни желания считаться хорошим. Практически. Влачит свой крест безропотно. Взгляд его чистый и теплый. А взгляд - не врет. Оттуда глядит детская душа. Значит, нужны Богу такие люди. Он ими с особым вниманием занимается. Ох, русская нищета - кузница благочестия - как тебя уменьшить?

Рюхин на кормежки больше не приходил. Каким-то дуновением ангел залетел на пир к столу, сказал обрушающих слов и больше не появился. А тема зависти всплыла у Маргариты Николаевны в разговоре с мультработницей. Через неделю после ангела у художницы Юли и у библиотекарши Маргариты состоялся исторический и духовный экскурс. Юля рассуждала:

- Маргарита Николаевна, почему Россию всегда ругают?.. Будто мы - мировое зло... Мы же вроде хорошие. Помогаем странам. Книжки пишем, мультики снимаем.

Библиотекарь улыбнулась и поняла, что пришел повод процитировать Аликсия второго, и она сказала одно слово:

- Зависть....

- Зависть?

- Да.

Юля наклонила миловидное личико влево, в глазах заблестел осмысленный огонек:

- Поясните.

- Своему сыну Александр III говорил: Россия великая. А великость вызывает зависть. И значит друзей у России нет...

- Есть только западные партнеры?

- Именно.

Уверенность Юли по-тихоньку ломалась. Художница поплыла в сомнениях.

- Юля, кто устроил войну?.. Бог или люди?

- Конечно, люди... Ведомые своими интересами выгоды.

Марго сгустила брови:

- Нет... Войну устроил Бог... Почитай Ветхий Завет, осмысли, как Господь вмешивается в ход истории народов и как привносит непостижимую нам справедливость.

Художница хвасталась:

- Я читала детскую Библию... Там не сильно понятно.

- Господь выращивал Израиля: когда они отходили от заповедей, им посылались напасти. Ну а каялись - обретали мощь, возвращали достижения. Был такой священник Всевлод Чаплин, и он говорил: России не хватает войны... За это его сильно не любили, между прочим.

- Как же Христос?... Он все примирял... "Мир вам" - всем говорил... И даже Пилата и Ирода своей смертью помирил.

- О, ты и такой ньюанс знаешь... Это тоже есть... Но это другая тема. Это уже проявление сути Божественной.

К ситуации ближе одна из афонских мудростей: "Осел о своем помышляет, а у погонщика другие планы."

Марго развернула заметку в смартфоне:

- Позволь мне прочесть рассуждение собственного сочинения.

- Вы пишите тексты??

- Да, вот хвалюсь талантом. Не только вы у меня молодцы.

И изящные губы Марго заплясали, источая рифму:

Если Веры не осталось ни капли,

То полезно, как считал Чаплин,

Безбожникам нюхнуть войны:

Да, лечение, раз уж больны.

Давайте логичны будем....

Кто устроил войну, Бог или люди,

И посмотрим на Ветхий Завет.

Там ведь и "да" и "нет":

Как Израиль идолу служит -

То такой он Богу не нужен.

Применяется Божий бич:

Филистимляне начинают стричь.

А как кается, чего ждет и от нас,

Сам Господь тогда раз их, раз -

Посрамит на полях, вот так же

И нам победу покажет,

Как отвергнем иноземный блуд

И взмолимся, то, тут как тут,

Явится с Небес поддержка.

Так что кайся, РФ, не мешкай...

Божий промысел и сложен и прост.

Не рвите на голове волос:

Постигайте священные смыслы,

Что в Писании лозою повисли.

В лавку Маргарита шла радостная - ведь так уместно получилось сверкнуть литературным даром. Пусть Юлия не согласилась со смыслом, но это неважно. А важно то, что перекидывала стишок в свои воцап-группы. А это успех.

* * *

Разговоры о призыве не закончились на квартире Поплавской. Мобилизационная весть актуальнее вести о войне. Такова уж природа человека. Страх личной опасности имеет стойкий аргумент - неизменный во все эпохи. Протирая свечи в храме, Марго подслушала разговор монаха и прихожанки. Воин Христов только что вернулся из военкомата и живо приводил беседу с комиссаром. Не смотря на то, что ангельский чин был сильно патриотичным и имел небольшой боевой опыт во вторую Чеченскую, комиссар дал понять, что монах - духовный человек - уже не военный. Его бумаги с операциями по онкологии провозглашают, что в ближайшие годы он будет сражаться исключительно в молитвенных войсках. Вместо Калашникова придется брать наскучивший Псалтирь, для несения боевой вахты возвращаться к алтарю и убивать бесов по месту жительства.

Резюмируя, монах вздохнул и сказал обреченно:

- Впрочем, когда-то молитва только одного человека спасла от натиска Запада целую Русь. Значит, и теперь ангельский чин не должен недооценивать молитвенное орудие.

- Ух, ты! А молитва какого человека? - пополняла знания прихожанка.

- Как, вы не знаете?! Смутное время. Патриарх Ермоген. У страны ни государственной власти, ни боеспособной армии. И все - от бояр до холопа - поголовно вовлечены в войну за сословные, корпоративные интересы.

- Ну прям как теперь.

(Служитель молитвы неопределенно пожал плечами)

- Господин монах, вы мне скажите, к кому за молитвой обращаться? Так-то деньги есть, я бы за результат достойно заплатила.

Молитвенник будто бы вышел из забытья:

- А сами что?

- Что, молиться?

- Молитесь, и дано будет. Разве нет??

Теперь женщина пожала плечами.

- Нужно личное общение со Христом. Книга Иова учит, что только живой Бог просвещает человека, и все само становится на свои места. Молитва - в этой связи - прекрасный инструмент. Вам и посредник тут не нужен. Душа без слов всё понимает. Может, и нужда ваша - это только, чтоб повод с Богом поговорить, а вы не уловили. Когда нутро встречается с Творцом, остальное не нужно. Трагедия современного человека в том, что у него не имеется живого Бога. И вот, несчастный индивид религиозные конструкции строит.

- Ясно, значит, молиться. Без конструкций.

- Если двое просят о всяком деле, то будет им. Но важно, двое-трое "во имя Мое".

- А какие бывают имена?

- Ну-с, матушка. Трое на выпивку попросят - им не дастся. Эти двое-трое те, кто были свидетелями обижаемого в 18 главе от Матфея. Помните, если брат согрешит против тебя?

- В общих чертах, - обманывала женщина, а духовное лицо вращалось в своем поле:

- Молитва любви точно будет услышана. А лукавая молитва - нет. Если не получаем - значит, не о том просим, не теми людьми. Надо знать, о ком молишься. К помянниками в монастырях много вопросов. Записки - пережитки советского времени. Бабушка оставляет священнику записку за молодежь, которая рванула на Бам. Храмов не было. Теперь везде есть. Израиль думал, что все происходит только в стенах церкви. А язычники верят умнее: понимают всесильность Бога. В храме мы собираемся для причастия, а не для молитвы. А молиться можно везде. Считается, что настрой дома Божия способствует диалогу с Богом. Но не всех, не всегда. Алексий второй говорил: превратили литургию в личный помянник. В советское время разрешили вести весь культ только в храме. Чтоб легче считать людей, сколько вошло и вышло. Люди любят молебны, ведь эти понятней простому человеку. А литургия таинственна и сложна, но литургическая молитва важней. Во время СССР мы смешали в одно все литургии и панихиды. На проскомидии самая действенная молитва! Типы молитв усложняют наше отношение со Христом. А достаточно лишь жить по Евангелию. Исая говорил про евреев своего периода: праздников ваших не наводит моя душа. Евреи тогда скотинились, а богослужения были пышны. И, как результат, вавилоняне сравняли с землёй. И нам Бог показал: в 1917 году смел всю позолоту храмов.

- Действительно.

- Господь еще раз может содрать лишнюю кожу с церкви, если она не одумается, - осторожно заметил монах.

В наос вплыла китаянка. Зашибленно кланяясь, она свела ладони друг к другу, кротко прошла к иконам. Монах комментировал ее вторжение:

- Китайский надо учить... Приходят в храм - а мы - бэ-мэ. У них 5 тонов вроде. С нашим мышлением тяжело осваивается - это с детства надо было постигать. А теперь уж проще через английский или ИИ-переводчик. Наш советский инглиш они легче воспринимают, чем наш китайский. Да и мы в школе его изучали. Добавим жестикуляцию - и пойдет. Надо понимать, что крупные храмы Господь для них строил. Мы по ним как дома ходим - двери ногой открываем, а азиаты - благоговеют. Вот помяните мое слов. Еще воцерковление Китая будет. Глядя на нашу стойкость при гонениях, они и оправославятся процентов на 60.

- А будут гонения?

- Столкновение с драгонньей цивилизацией азии и с идолом прогресса приведет к распространению христианства на Китай.

- А с мусульманством не будет столкновения? Мусульман все больше в стране, а нас все меньше.

- И не случайно. В христианской цивилизации господствует запрет на аборт и все же конвейером делают аборты. А у мусульман - нет запрета на аборты, и они рожают и рожают. Вот, за то, что в свободе выбора не убивают будущих младенцев - за это их Господь и благословляет, за это и расширяет их территориальное покрытие. Священник Дмитрий Смирнов говорил, что Россия станет мусульманской. Конечно, по милости Божией идут процессы и по остановке детоубийства. Например, нравственный плюс СВО в том, что именно она сподвигла запретить аборты в частных клиниках. Ну скажите, как ещё Богу остановить 8 млн убийств детей в утробе в год, если не бичом вой*ы?

Женщина ощетинилась:

- Монах, извините, у меня другое отношение к вой*не. Я могу в храм при этом заходить? Мне не нравится, что благословляют кровопролития и всё такое.

Ответ был мягким:

- И ковид и конфликт на Украине - встряхнули церковь. На первый взгляд, она реагирует неоднозначным образом, ведь в ней - люди. И на верхах - люди. И они не могут определиться. Но мы верим, что Христос - тот, ради кого мы в храме-то и собираемся - как-то утрясет наши разногласия, примирит, где нужно и разведет, где требуется.

- Мне кажется, мы черное делаем белым.

- Этот процесс был во все времена, но и обратный механизм тоже работает. Если мы сначала можем чего-то не понимать, то осмысление с покаянием обеляет и религиозные институты.

Женщину накалял гнев:

- К сожалению, церковная жизнь политизируется. Видимо, не получается у верхов церкви жить автономно, вот она и занимается земными вещами. Но шелуху надо сбрасывать? Все-таки из земного - у нас только две ступни земли касаются, остальное - в небо стремится. Это Уминский сказал. Он же релокант по вашему?

- Он перешел в Константинопольский патриархат.

- Но вещи-то грамотные говорит?

- Отдельные вещи.

- Чем вам Константинопольский не угодил?

- Тем, что возомнил себя пупом земли. Тем, что томосы фашистам выдает.

- Какие еще томосы-термосы? Афон теперь перестал быть уделом Богородицы?

- Нет, не перестал. А вы в Дивеево ездили?

- Нет! Я не ездила!

- Тоже, к слову, удел. Наш, отечественный.

Дальнейшая беседа с прихожанкой оказалась спором, в котором Божий раб выступал за позицию СВО, а пользователь мирских ценностей - за позицию мирного урегулирования. Последняя говорила такие слова:

- Я просто не уверена, что борьбу "Восток-Запад" нам подают как нравственное противостояние идей. Сдается мне, что у простых американцев и европейцев почти те же ценности, многому добру мы у них учились. Джойс, Хэмингуэй, Шекспир - дали нам великую текстовую ткань, которую мы используем, а Стинг и Джон Леннон имеют миролюбивые песни. Да и Голливуд не только злое штампует.

- Правы, матушка, 100% правы. Король лев или Зеленая миля, список Шиндлера, в Джазе только девушки, Форест Гамп, апокалипсис сегодня - прямо всадники добродетели, вестники правды.

- Вот. Скорее, столкнулись политики и экономисты, религиозные лидеры, и военные концерны, а воюют засчет людей.

Воин Христов оказался подкован в полит вопросах:

- И все-таки, благословенная, космополитично рассуждаешь. Полагаете, если б у нас не было ядерной бомбы, американцы нас не уничтожили бы, скажем, в 57 году? Проект Тоталити, проект Колесничий, проект Дропшот, в которых 3, 70 и 300 советских городов разбомбить - это просто комиксы для пентагонских корпоративов? Трижды нет! А подсказку дам. Только потому, что у нас появилась термоядерная бомба, мир и остался стабилен. Я, кстати, думаю, благодаря молитвам Саровского и подвигу русских ядерщиков Америка побоялась. Еще референс вам на Дивеевское подворье!

Тут монах повернулся к иконостасу с согбенным старцем и размашисто перекрестился. Ткань его облачения приятно зашуршала.

Женщина нашлась с ответом:

- Сбросила же она две бомбы на беззащитную Японию?.. Хотя по логике защиты от фашизма - и не требовалось.

- Ну так-то конечно да...

- В истории только США и сбрасывали бомбы на мирных людей. Что в Югославии, что в Багдаде. А сами кричат на РФ. А землятрясение в Турции, думаете не их рук дело?

- Думаю, природа...

- В такое удобное для США время, в таком удобном для них месте?...

- Да... - неуверенно отвечала леди.

- Чтоб внимание от "потоков" переключить и расшатать режим неугодного Эрдогана-миротворца? Да, вы правы, это природа. Природа власти Америки. Демократо-Люцефирианская. Аравийская тектоническая плита столкнулась с Анатолийской плитой, и напряжение на земной коре сброшено антенной HAARP. Погибло 20 тыщ людей. Штаты - последний из апокалиптических зверей, описанных в Откровении. Это книга такая. Католический олигархат им тайно помыкает. Это мое личное видение. Не доносите начальству. Вот что скажу: хорошо, что у нас есть армия и ракеты и жуткие ядерные заряды. Полагайте: прямая атака ведет к ответу на США. Но мы не защищены от гибридных и ментальных вторжений. Вот появился шанс через промывание мозгов Украине - почему бы не воспользоваться. Воспользовались! У них есть ЦИПСО - центр информационных этих, кого-то там. Короче, фейки делают.

Так вот. Западные замечательные люди - нравственность у них такая же. И тем не менее, кого-то нам приходится останавливать на границе? Кто-то ж с оружием с той стороны стоит. Кто-то ж научил их беспощадному маниакальному истязанию мирных людей?... Кто? Загадка.

- Ох, как ловко вы карты тосуете.

- Ну какие карты в доме Божием? Политики и концерны всегда стоят на каком-то удобном фундаменте - на мнении простых, как вы говорите, граждан. Может, в основном американцы и европейцы - нравстсвенно нормальные. А их гениальные личности где-то даже превосходят наших. Но меньшая поврежденная часть, стала больше, и она создает поддержку безумству вой*ы. Большой процент - уже не семьи, а уродливые формы семейного типа. Невероятный процент искаженного вероисповедания. Много сект, много всяких бесчеловечных организаций - и околомасонских, и антигуманистических. Потребительский культ пляшет во всю Ивановскую. Не хочу развивать это. Тема разжевана донельзя. Телевизор лучше меня скажет.

- Я знаю одно: Зеленский - плохой. Это не из телевизора узнала. Давно, когда КВН приезжал к нам в город, актер приставал к нам с крайне непристойными предложениями. А Галустянчик - наоборот, одергивал того и говорил, чтоб унялся.

- Вот, тогда-то гниль тщеславия и распутства источила Зеленскую душу и приготовила к дьявольской миссии.

- А Галустян - был душка и человечный. Лучше б его в президенты Украины.

- Тогда уж Армении. Или США. У них уже армянское лобби велико.

- Смешно. В общем, по войне есть разные мнения. Отчего все батюшки в раз сделались политруками, мне непонятно. Они что, учились геополитике? Они закон Божий должны давать, а не оглашать политконьюктуру.

- Здесь вы правы, мы забываем, что молиться надо не только за победу русского оружия, но и за милосердие Божие, за продвижение его Воли, за очищение ума украинского народа (и за русского тоже), за умаление гнева Божия, через нас идущего. Надо издавать прошение и о стариках, оставшихся на улицах, и чтоб скорей у пострадавших мирных возник шанс утешения.

В открытую дверь в наос Маргарита видела, как подсвеченный квадрат смартфона летал у панихидных свечей. В затемненном пространстве он рисовал таинственные круги и восьмерки. Молитвенник потерял интерес к личным качествам актеров и глядел на люстру под двенадцатью апостолами - туда, где орел крылом держал Евангелие.

- Я вот думаю, купить птичку надо...

- Птичку? Птичье молоко? - Оживилась проголодавшаяся дама.

- Да какое молоко! Вертолетная птичка. Дрон... 150 тысяч рублей. Это безопасность целой бригады, между прочим. Они в разведку идут и впереди дрон пускают, мониторят трассу.

- А-а, вон какая орнитология...

- В начале войны мы слали монету в мед оборудование, сейчас - больше в техоснащение. Это, второе, предотвращает потери, и меньше надо денег на первое. А потерь у нас предостаточно. Прямо Сталинград какой-то. А еще надо думать, чтоб с космоса нас не бабахнули. Западный самолет-челнок Х-37B может нести бомбы, и их подлет с орибиты в районе минуты.

- Так мы наверно отобьем?

- Ну у нас есть чем сбивать. Но при такой малости подлета риск-то в разы выше. Там со стороны НАТО-вских государств не более 8 минут вроде. А тут - минута.

- Не думай о секундах свысока, - уместно цитировала Кобзона прихожанка.

- Да, время свято. За каждое мгновенье, проведенное во грехе, с человека спросится. Я всегда говорю: Страшный Суд через пять минут. Помните, не расслабляйтесь. Запад так вырос технологически. А мы в силу, недоумия и лени, незначительно. Значит, в войне нужна помощь свыше. Покаяться каждый дом должен.

- Сурово.

- Напомнили - помолюсь за Суровикина.

- За генерала?

- За него. Поблагодарю Бога, что мудрый воевода появился. Вот вознес молитвы народ, и дал Бог толкового: взвешивающего, ценящего солдат, но и решительного, где надо. Как он зовется: Суров, но Викин. То есть принадлежит Виктории - победе. Когда мы после Мариуполя возгордились - сразу проигрывать начали, а покаялись опять - вот, Суровикин стал что-то разумное делать. Черные и белые полосы воспитания русского народа. Во всем надо искать духовный смысл... С-смы-мы-мысл.

- У вас, конечно, смысл. Но у меня родня на Украине. Мне все это тяжело дается.

- Понимаю. Но гнойник расцвел. Я сам бы был счастлив, если б украинский народ сплюнул пропаганду и пришел в себя; нацистская верхушка одумалась, стала цветочки на лужайках собирать. Но они упорно этого делают. Живут мечтой искоренения русских. Наступают натовским оружием, умом и деньгами сколько лет. И что делать?...

- Вам - молиться за Суровикина.

- Умели бы творить молитву, войны бы не было. Вы Ткачева послушайте. Война за грех дается. Вариант очищения, когда ни молитвы, ни покаяния, ни благочестивой жизни народа. До сих пор фронт прорвать не можем, а почему? Да потому, что войска неверующие. К ним с иконой священник приезжает, а его отвергают. Мол, сами справимся, силой оружия и мастерством. Ну-ну. Где 155-ая дивизия?.. Командир-мусульманин даже не пустил к войскам духовника. Война войне рознь. Вот батюшка по Спасу говорил, если воин идет на фронт за правду, но применяет инструкцию неправды, то есть матершину, месть и т.д., то воин сам пропитывается демоном и повреждается. Такой уже не несет собой истину и становится уязвим. Если он идет за правду и применяет правду (правда - это Христос), то он побеждает и выживает. Да-да, не смейтесь! Если воющий милосерден и незлобив ко врагу, а просто со смирением останавливает зло, защищая товарищей и родных, святыни, веру, если он молится, то пули будут уворачиваться. А если смерть и будет попущена ему, то умница с ангельской чистотой войдет в рай. Я, с вашего позволения, войду в алтарь. А то в ущерб молитве я болтать я горазд.

Когда за образом архангела Михаила монах скорбно растворился в алтаре, женщина скользнула к кассе:

- Мне сорокоуст за здравие!

Подслушивание разговора прервал покупатель, и мечтание Марго стряхнулось:

- За здравие - это тост... А о здравии - это молитва. 400 рублей.

- Подорожало.

- Монастыри цену повысили. Мы списки им передаем.

Покупатель сжал губы и посмотрел хищно:

- У вас этот нормальный монах?...

Маргарита подняла брови до суровой степени:

- В каком смысле?

- Да нет. Ни в каком.

- Имел большое состояние. Постригаясь, все отдал в монастырь. К нашему храму приставлен уже года три.

- Извините.

Заказчица молитвы вышла в возбуждении чувств. А Маргарита спокойно сняла платок и начала собираться домой. Покончила с кассой. Записала на бумажку остатки. Из-под стекла поехали ящики с драгметаллами. Цепочки, кресты, кольца - все на ночь переместились в сейф. Кошка сидела на полу и мяукала на одевающуюся женщину.

- Что тебе, мяу?! Вискас полная тарелка. Остаешься на вахте. Молись как следует. Мы грешные, а тебя Господь слышит. Я тебя умоляю, не садись в алтаре на Господское кресло. Ты у нас, конечно, архиерейская кошка, но на вашу шерсть ушел весь скотч.

Животное мимикой сигнализировало, что проблем не будет. Марго щелкнула кнопки сигнализации, выключила свет, оставив только лампы глаз молитвенной кошки.

Глава 22. Еще один сон Маргариты

В этот бурный период жизни деятельной Маргариты Николаевны ей самой приснился еще один сон. Нет, на этот раз без Миронова в клетке, но не менее религиозный как и первый. В его ткани она открыла глаза: под ногами было будто застывшее море! Какой-то голубой мрамор или замерший кристалл очень доброй воды с внутренним светом спокойствия. Эстетам скажем: между прочим, невероятно красиво. Марго даже хотела поджать ноги, чтобы грешными пятками не топтать святыню. Каждый квадратный сантиметр этого субстрата был наполнен рассыпчатым убаюкивающим свечением. Вдали - тоже было интересно. Росли высокие прозрачные колонны. Перед ними - большой зал и трон, на котором в пурпурном облачении, сияя, сидела небесная царица. В ее лбу горела звезда, и глаза источали лучезарность. Вокруг царицы располагались многие, собравшиеся к ней. Все они в белых хламидах. Центральная женщина в троне со сдержанным достоинством разговаривала с одним из подопеченных. Он осмысливал, потом кивал, потом опять рассуждал какбы внутри себя. Приметив Маргариту, один из "белых" повернулся к библиотекарше и доброжелательным жестом звал, имея ввиду, вероятно, следующее:

- Сестра, ну что же ты там стоишь? Скорее спеши сюда. Между прочим, тут важное о тебе!

Получив этот пинок внимания, Марго отлепила ступни от кристала и поплыла по нему, разглядывая, как в другом углу стояли воины. Из воинского - у каждого был меч в ножнах. Так, они тоже были в белом с какими-то бронями на плечах и с ремнями на грудных клетках. Над обладателями оружия кружил свой дух, и меж ними шуршали профессиональные разговоры - что-то специфическое, понятное только знавшим ремесло битв и всевозможных противостояний.

Царица позвала одного из воинов и просила его вести Марго куда-то там. А к Марго она же сощерелась со словами:

- Книжная радость, тебе полагается меч и погоны - регалии, определяющие тебя как воина. Возьмешь, откажешься?

Откуда-то Марго понимала, что тут спорить не нужно, и она спокойно ответила:

- Возьму.

- Распишешься в конторе, - ухмыльнулась по доброму Царица и продолжила разговор с подчиненным.

Марго хотела что-то сказать, типа: "Спасибо, что юной девушкой вы решились терпеть опасность и гонения... ради человечества... ради Бога",

потом подумала, что не стоит, и молчание - это лучший биткоин в этом банке.

Оставшись без внимания, библиотекарша поняла, что по этикету надо отдалиться от царственной женщины и приблизиться к выбранному военнослужащему. С ним напару прошли колонны. Потом нарезали какие-то петли из залов, в углах которых по мотивам евангельских событий оживали цветы-статуи с сюжетами подвигов Пресвятой. В одном цветке было как раз то, что хотела озвучить Маргарита. Дева с чадом следует за престарелым мужчиной, они вместе согбенно убегают от убийц-преследователей, с жестокими лицами поднявшими мечи. Над композицией всплыла табличка:

- Рита, спасибо, что помнишь.

В углу над другим цветком стояла женщина в золотых доспехах. Она улыбалась и грозила пальцем льву, прикорнувшему на лепестке:

- Ты только не забудь меня прикопать. Во всей Средней Азии ты единственный адекватный волонтер ритуальных услуг.

Маргарита Николаевна, которую вели мимо и вперед, быстро сообразила:

- Я знаю ее. Это Мария Египетская!

Выше голов Марии, Маргариты Николаевны и ее гида вперед по воздуху проплыла лодочка с апостолами. Вернее, это была гигантская ладонь Христа, окровавленная и пробитая гвоздем, а ученики сидели и возлежали в ней с вдумчивыми лицами. Большие пальцы учителя - они же борта лодки - защищали их тела от всех волн испытаний. Думка рыбаков была глубокой, будто их вызвали на планерку, на которой нужно было предоставить напечатанные черновики Евангелий.

Минуя Марго, воина и лодку, обратно в сторону зала прошагал погруженный в мысли особый военнослужащий - в невероятном достойном мундире, чем-то напоминавшем мундир генерала в Урфин Джюсе. Это тот, с именем Лан Пирот, который из палисандрового дерева.

- Предтеча, - сверкнула мысль у Маргариты.

С ним на миг пересеклись взглядами, и глубина доброты, которая валила из глаз "генерала", заставила счастливую библиотекаршу благоговейно дрожать.

Воин подвел даму к офисным румам, в одном из которых сидел гражданин с большой лысой головой в белоснежных джинсах и с гигантскими очками и книгой:

- Трицитий, ты, можешь быть свободен, а вы садитесь...

Воин ухмыльнулся и отчеканил шаги наружу. Как только проводник оставил Маргариту и офис-стафф один на один, как в комнатный кубик неожиданно ворвался рыжий котик на задних ногах:

- Отложи свою бухгалтерию! У нас актеры бунтуют!

Большеголовый был невозмутим:

- Не ты мне дал послушание, не тебе меня и откладывать.

Кот неожиданно прыгнул на стол и эмоционально тряс джинсового клерка за плечи:

- А ну прекращай спокойствие! У нас большая котовасия! Они готовы срываться на землю; они шепчутся, чтобы штурмовать отделы отправки!

Клерк отвечал вежливо и сдержанно:

- Катавасия - это попеременный, слева и справа, хор на богослужении. Я в пение не лезу.

Сказав это, большеголовый попросил подождать Маргариту за дверью. Отдаляясь обратно, Марго видела, как кот неистовствовал:

- Да какое пение!? Я про вещи глобального характера и события широкого профиля влияния. Хотя пение вокалом - пожалуй и имеет такое влияние, - кот, упав в рассудительность, вежливо слазил со стола, - у некоторых певиц миллиарды зрителей на Ютубе. Это ж примерно как всех христиан на планете?... Или как всех буддистов?

Тут коту под глаза попался какой-то текст с доски объявлений клерка. Пушистый посетитель надел очки и склонился для чтения:

- Так-с, внимание... Миллионы нейросетей запускается на земле за этот год. А это значит, что столько же личностей пойдут на земное воплощение в цифровые экзоскелеты. Все, кто рвался и хотел, Ваши молитвы услышаны, у вас есть шанс реализовать себя снова. Чтобы попробовать свои силы, направляйте заявки в отдел воплощения. Паникера-кота не слушайте. Ему назначен психанализ.

Животное недоуменно отвело взгляд от текста:

- Это значит... Все идет по плану?... Актеры и режиссеры, даже поэты и писатели - могут быть спокойны? Они снова оживут в умах людей?

Клерк за столом молча развел руками. Кот преобразился, заиграл веселым взглядом. С глаз его полетели голубые искорки:

- Эту радость надо отметить игрой!

- Постой, какой отметить? Какой игрой??

- Какой-какой... Дай маркер!

Пока клерк пытался соображать, животный посетитель схватил с его стола черный писательский прибор, по компасу на руке вычислил западную стену, метнулся к ее плинтусу, стал что-то черкать на стене.

- Кхм, ты что делаешь?!

- Не мешай... Я рисую.

- Так. А что?

- Кого.

- Ладно. Пусть так. Кого?

Кот опасно обернулся:

- Ублюдка мироздания рисую. Будем играть.

Клерк от наглости гостя обомлел и забыл слова.

Когда чертежное дело завершилось, посетитель кабинета отошел от произведения для любований. Там была изображена кривая рожа. Совершенно ясно было, рисовать пушистый гость не умел, но концепцию передать у него получилось.

- Ты испортил мне стену на рабочем месте.

- Короче, такая игра. Будем плевать в дьявола по-очереди. Кто попадет с пяти метров хотя бы семь раз из десяти, тот умница и молодец. Соображаешь?

Гость офиса отскочил к двери, в кошачье горло вобрал побольше слюн и со словами: "отрицаюсь от дьявола, от всей гордыни его" смачно харкнул в рисунок. Плевок "навесиком" полетел в стену, прилип слева от рожи и потек вниз.

Клерк заразился духом кота и прыгнул на его место для своего выстрела:

- Дай-ка я попробую.

Раскачивая большой головой, он тоже стал выгребать с гортани слюни.

- Пиф-паф!

Марго потеряла наблюдательский интерес и с тихим вопросом: "у вас благословение на такие игры есть?" отдалилась в коридор. Тут же перед ее носом на цветочном горшке возник такой же золотой котик в шляпе. Только он был мелкий - не более бутылки спрайта. Встав в позу "руки в боки" он строго сказал:

- Есть у него благословение, вы даже не сомневайтесь! В отличие от его черного братца этот питомец всё делает по благословению и для добра!

Марго резво дала мини-котику поясной поклон:

- Простите, что сомневалась. И простите, что якшалась с толстым греховным котом на букву "Б".

Мелкий "рыжик" хихикнул и исчез, а дама, едва оставив кабинет воинского учета, сразу оказалась на пороге своей библиотеки. Шагнув с него, она сразу пошла гулять. "Фокусы квантовой телепортации я видела в шортсах. Чистая физика. Флера какой-то чудесности они не имеют! Чудо в том, что я была грешная уродка, а теперь каюсь напрополую! Где я теперь? На земле." Марго перемещалась по улицам русского города будущего, по какому-то захолустному району, в котором доминировали типичные обглоданные хрущевки. Отличие от настоящего времени в том, что двери подъездов людям открывали роботы со значком MAX, они же взглядами провожали жильцов, напоминали о квартплатах, новогодних бонусах, новых сервисах в госуслугах, днях рождений и свадьбах известных чат-ботов. Те же машинные создания оценивали здоровье, считывали намерение вышедших и тактично корректировали им мнение согласно целям городской нейросети. И бомжей, усыпленных электрофорезом, та же железная обслуга на гиро-рельсе вывозила за город в ребцентры, откуда антисоциалы немыслимо сбегали прочь. Впечатленную библиотекаршу пробила тоска. Стояли будки сервиса гарнитур. Стояли техно-кофейни и 3Д-бургерные. Дроны уныло ползли за каждым идущим горожанином и согласно изученным интересам пешеходов предлагали тем покупки, начиная от яблока или щетки и заканчивая новым гаджетом, усилителем мозговой активности, корректором манипуляций или вырощенным из ДНК органом. Один из автоматов по распечатке органов сверкнул перед библиотекаршей рекламой: "Обновись, глина человеческая". Любопытная Маргарита блуждания не прекратила, и за углом перед ней выпрыгнула небольшая часовенка с голографическим куполом. Тоска гулявшей женщины стала совершенно ужасной. Через прозрачную световую стенку сновидящая дама наблюдала вещи нелицеприятные: несколько бабушек на антигравитационных блюдцах стояло и необычно крестилось. Они дарили взоры странному иконостасу, под которыми перемещался священник в накидке из кьюар-штриха, а рядом андроид-пономарь читал зачала из открытой книги. Слова молитв священника онлайн проецировались на воздухе перед храмом. Они были неожиданны:

- Помилует нас Бог молитвами нейросетей Мир, Москва, Спас, Патриархия. Электронный помошник Русь, церковное ядро мышления русАзия, Пекинский религиозный центр, молите Бога о нас. Божьи приложения "Цифровой мозг", созданные по образу и подобию нашему, защитите верующих от напастей реальности и от Эпштейн-сити.

У двери культового здания вращался кьюар-кубик. Чтоб попасть в храм, и открылся магнитный заслон, требовалось приложиться личным цифровым изображением к двери. По сну библиотекарь этого делать не могла, даже если б хотела. При приближении гулявшей туристки кубик накалился красным и неприятно загудел. После чего неожиданно сгустились тучи, и пошел дождь.

Марго была человеком разумным и стала присматривать укрытие. Вывеска над красным ларьком привлекла однозначной ясностью:

- Сумасшедший дом для Ивана Бездомного.

Там-то она и скроется. Женщина из прошлого поспешила в ларек с вывеской, полы плаща ее отражали молнии. Под навесом рекламы дождь не досягал. Капли били в лужи перед ногами и в отлив окна. Хищные горошины впивались, и Маргарите казалось, что каждая - раскаленный шарик; что падая, он прожигал в жести дыру, но жесть почему-то выдерживала. Текст над головой не обманул, и вход оказался свободным. В холле в центре на стуле сидел тот самый Иван. Веселыми глазами он обозревал гостью, и, пока гроза в небе над "Ершалаимом" разливалась по Московским небоскребам как карамель по горячему столу, у них случается диалог:

- Здравствуйте, Маргарита Николаевна. Как вы во время. Когда гроза, тогда и приходите. Верно, сдерживаете бессмысленную стихию.

Эксцентричный знакомый и поэт, переставший являться таковым уже давно, еще до исключения из объединения писателей, имел отпечаток наносной мудрости. Побочное действие "лечения" украсило лицо пациента, и спустя годы он выглядел одного возраста с пришедшей. В углу гостья палаты увидела стул, на который в реальности, видимо, садилась частенько. На него она устроилась и с него начала:

- Да, гроза сегодня хороша. Такую силой мысли не сдержишь. Прокуратор со вздрагивающей от взрывов собакой топает к саду под такими разрядами. Цель одна: с тоской томиться от того, что не изменить. Вижу, Иван Николаевич, тюряга и тебе пошла на пользу. Проницательность вырасла как клен за окном.

Иван с легкой злостью процедил:

- Уважаемая писательница на букву М, этот клен я смотрю каждый день. Он не растет - он даже усох!

Не понятно, откуда подошло два санитара и, не обращая на Марго внимания, из большого шприца с надписью "Лекарство для Ивана Бездомного" вкололо содержимое ему в плечо. Они ушли, и Иван продолжал:

- У нас, как видите, дела не ахти. Ходит сомнительная парочка, всем совершает прививки. А скажи, что об этом думаешь - сумасшедшим назовут. Церквушку-то видели?

Марго смущенно опустила глаза:

- Да уж.

- Такое время нынче. Past indefinite. Вы к нему ходили? Хочется знать, он что-нибудь передавал для моей запертой натуры?

Под местоимением "он" Иван, очевидно, означил Мастера, и Марго ответила так:

- Было тебе послание!

А в Иване Николаевиче вспыхнул деятельный ребенок:

- Да вы что! Значит все-таки говорил?..

Гостья в ответ подняла живые глаза на стулосидящего:

- Он сумел передать "твоей натуре", что глава с Пилатом обязана быть переписана в другом стиле другого ритма, намеченных в черновиках. Из замка его вместе с псом переместить в греческий театр, на котором будет вымышленно стоять крест с Иешуа.

Бездомный стал бить пальцами в губы:

- Ага, ага. Признаюсь, ход неожиданный. Не понимаю пока, с чем связан, - напрягся и оживился одновременно Бездомный-поэт и за мгновенье из "мудрого" превратился в бойкого мальчишку, каким был раньше, когда вылезал из реки Москвы и когда шел бить морды в писательском ресторане. Он достал из-под подушки щедрую кипу мятых листов - исчерканных, обработанных, постаревших - и алчно замял руками, как котик свитер:

- Вот они... Сейчас посмотрим!

- Ваня, понять, что у них там, в головах чистых, нам, земным, сложно. Но они точно лучше знают и соображают, - Проронила тихо Маргарита Николаевна, - Он еще говорил, если Ванька спросит почему, скажи Пилат попросил.

Маргарита поняла, что эта фраза была лишней.

- Чего-о?? Сам Пилат читает? - Иванушка как липка задрожал. У экс-поэта в глазах стала сверкать индивидуальная молния, и личный грозовой Май принялся бушевать в такт грозе фактической, - меня, рядового члена МАССОЛИТА из гадкой психушки - и сам Пилат?

- Ну а что ты удивляешься, Иван Николаевич? Ведь он самый обычный человек, с сомнениями самого обычного москвича или, прости Боже, питерца.

Ивана в истерии восхищения уже было не остановить:

- Нарушилась связь времен! Ох, Пилат Пилатище! Уже качественно приятно ощущаю, что придется выполнить и оказать услугу этому кающемуся кровопийце, работа во имя истории ждет меня! А вы, я знаю, садитесь на вечернюю Стрелу, и, фить, в Питер. Раз уезжаете, ангела в дорожку.

Не дождавшись ухода гостьи, больной принялся перебирать листы, очевидно выискивая, где появляется "Пилатская морда", а Маргарита отвесила сухо и холодно:

- Писатель еще сказал, чтобы расслабился ты - все-равно, пока главы не закончишь, не выпишут тебя, и жизни не понюхаешь. Хотя, что там нюхать в испоганенной глобализацией и воровством Москве?

Новый автор романов округлил глаза как жаба, а потом нашелся для ответов:

- А меня и так никудашеньки никогдашеньки не выпишут. Я уже смирился. Это вокруг - в белых цветах с койкой - уже мой дом. И вообще, идти мне некуда. Вот точно от вашего муженька пагубно заразился! - обвинял осторожный Иван, - я давно безработный, общагу отменили. Вещи пока Рюхину свезли. Да и семейное, ф-ф-ф... Лизка забыла, наверно, кто таков.

- Смирился?! Что мы знаем о смирении? И да, тебе ни о чем думать не надобно, а надобно только писать, - с украшающей решимостью сказала Рита Николаевна, - и надо бы тебе, чтоб ты юмор оттачивал, пару-шестерку книг принести. Рилсы и шортсы ни к чему, кроме как к отупению не ведут. Ученик хмуро пробубнил:

- Тут есть библиотека.

Марго сузила зрачки:

- Так. Не все потеряно для Кащенских гениев. Эй, бунтарь!.. Выше нос. Всякий раз мне граждан слова в больнице уговаривать приходится. (Это не тебе решать, отпустят-ли и куда, и насчет Лизки.)

Иван сощерился в сомнении и подозрении:

- Не ваш ли муж меня оттуда держит?? Рабскую колонию устроили из психушных адептов.

Библиотекарь вскинула вверх палец:

- Цыц! Сейчас твое благо - Тюрьма-лечебница. И спорить не нужно. Благодать небесная. Я вижу по грозе. Сни-зо-шла. Теперь уйду надолго, на промысел Божий, в ваше будущее. Прощай, новый мастер. В моменты ужаса - молись. Как доктора к тебе относятся?

Марго повернулась к Ивану потеплевшей, потенциальный писатель, не забывая загибать пальцы, отвечал желчно, но добро, с мягкостью:

- Лояльно. Ведь я - вежливый человек. Моя мордасень будит в людях лучшие чувства: жалость, сострадание, трепет долга, бессмысленность надежды,

- Очнулся взрослый в поэте. Мученик и мужеученик просто молодец. Я уйду, а ты прямо сейчас пиши.

Мужественно, но еще по-детски здоровый больной произнес:

- Может, я один из живых знаю, как вы душой страдали - об этом напишу.

Маргарита бросила на стол какой-то ключик, подошла, наклонилась ко лбу, подарила лобзание в переносицу. В этот момент лицо Ивана перед ней было таким просящим. После поцелуя он уже строчил карандашом и приговаривал:

- Дверь мягонько шлепнула, цунами волнения конем проскакала по пациенту, однако он был уже мыслями в работе. Гроза утихла. На подоконнике сушились легкие воробьи. Клен не выглядел усохшим. Хорошо, когда женщины навещают. Ей, гряди, Господи!

Марго поплыла к окну, под которым на дикой скорости проносился поезд. Это и была вечерняя стрела. Марго спрыгнула с подоконника тому на крышу. Оттуда подобно Халку отскакалась в головной вагон, в котором за управлением никого не было. Со знанием дела она потерла ладоши, потянула гашетки к себе, и поезд рванул вперед так, что пейзажи растянулись в световые линии. Внутренняя дверь вагона отворилась, в ней рыжий пухленький кот держал на вешалке обтрепанные лохмотья, а Громозека из советского мультика десятком рук принялся ее в это одевать. Потом притормозили в воздухе над каким-то городом, принизились к спальному району. Кот открыл на лету дверь, в ветровом потоке оглядел улицу, и Громозека дал новомодной нищей пинка. Ту вышвырнуло из поезда, и она оказалась на тротуаре. Вокруг волочилась обычная суета улиц. Люди шли домой. Прямо перед нищенской Маргаритой Николаевной на антигравитационном мопеде притротуарился человек. Он хотел в свой подъезд зайти, но увидев Марго (которая была уже в мужском обличии) болезненной интонацией сам начал разговор:

- Марик, как ты мне надоел... Признавайся, сейчас чего от меня хочешь?

Марго-Марик, осознавшая себя нищим религиозного толка, вежливо сверкая глазами, ответила:

- Того же что и все пророки... Прости мою настойчивость, Юлиан 67Х10.

- Пророк без прописки и сапог. Говори в три слова.

- Покайтесь, приблизилось Царство.

- Небесное?..

- Другого не держим.

- Замечательно. Каюсь. Уставшему завучу дашь пройти?...

- Ты гоп-клоуна включаешь, а я серьезно.

- Вечно церковники народу жить не дают. Комплекс вины после рабочего дня вешают. С 46-го года, как на 1 км в воздух запустили антигравитационный небоскреб, мы и так в небесном царстве. Уже лет 300, - собеседник загнул три пальца.

- Очередное попустительство, отодвигающее конец мира.

- Марик-идеалист тунеядского типа. Все отодвигает и отодвигает?

Марго пожала плечами:

- По молитвам... Чтобы больше людей покаялось. Каждая душа Богу важна...

- По твоим?

Нищий опустил глаза:

- Включительно. Ангелы нужны для работы Ему.

- Если бы ваш Бог был, ученые давно бы уже доказали.

- Докажут только то, что Большой Брат им повелевает. Они все ослеплены...

- Тоже мне Горуэлл 2084. Ты определись, какую книжку проповедуешь. Оглянись. Все, стоя на спичечном коробке, как ангелы по небу летают.

- Это не небо. Это твердь... Придет Судья, и технологии ничего не будут стоить.

- Они и сейчас какие-то моно-юани стоят. А у тебя и этих не имеется. На что ты монобублик покупаешь?

- Мне Господь монобублик дает альтернативным способом.

- Ты бы себе субгравитон купил. Да их уже бесплатно в соцподдержке выдают. Пешком ходишь, людей смущаешь бесстыдством. Вообще, с тобой разговариваю по давнишнему знакомству. Хотел бы сказать "дружбе", дак с сумасшедшим дружбу дружбой не назовешь.

- Радость моя, дарю тебе за это благо и молитву нетварную, - собеседник Юлиана улыбнулся и поклонился тому в ноги.

Между тем, брусчатка под ногами собеседников приобрела тревожно-алый цвет, и приятный женский голос из тверди дважды рекомендовал обоим расходиться для осуществления привычных обязанностей.

- Ага, кланяйся. Театр сумасшествия снова продолжается.

- Зато я не раб.

- А я раб. Дай пройти, нищий дурак.

- Вы, "не рабы", чтоб любое сделать, кланяетесь кристаллу, ручками прикладываетесь к алтарю. А кто и лбом с меткой светит. В ответ этикетку получаете. Чье на ней изображение?..

- Штрих-куб.

- Но он изображение?

- Э... Типа, кесарево?..

- Хуже.

- Как тебя еще не арестовали без паспорта. А, дак у тебя из семьи кто-то в мос-гвардии или в карабинерах работает, прикрывает твою оголтелую религиозность?...

- Всевышний прикрывает. Он - моя гвардия. Вы для каждой жизненной акции совершаете поклонение, жреческий ритуал. Вы бы себя со стороны видели. Мерзко это пред Господом. А я обхожусь без этого.

- Так, сейчас пойдет про Второе Пришествие?.. И при Иване Грозном ждали его и перед 1-ой революцией и после второй.

- Отодвинул Господь по молитвам.

- Слышали. В электронных и голографических церквях начитались.

- Я таких церквей и не знаю, и не признаю.

Нищий в лице Маргариты терял почву, а собеседник и рад был додавить.

- Вот. Слышал? Знаешь, сиди-ка тут... Ешь свою коноплю.

- Это полынь и сныть... Они бесплатны.

- Тем более. Папоротник или одуванчик. Убивай бедную травинку, травкоубийца христовый. А я - домой. Есть плюмс. Пить бифидофир. Отдыхать после "службы бесам".

Помолчав, нищий продолжил:

- Ты уже попробовал благодать Небесную. Знаешь ее ни с чем несравнимый вкус. Ради нее ты потерпишь земную боль. И рано или поздно крест свой понесешь. Короче, спасешься.

Человек едва заметно смутился, на миг потупил взгляд. И пошел в лифт, игнорируя словечки нищего, шедшие в догонку:

- Отрекайся от дьявола почаще. С Богом.

Маргинал отпрыгнул от ставшей нестерпимо горячей брусчатки и двинулся по улице. Но тот же котик, что из поезда, подскочил к Марго, взял за руку, с милой улыбкой милосердно поглядел, протянул к ее лбу лапу, дал щелбан, и Марго оказалась на другой планете. Это была маточная планета, где стирали цивилизацию каждые 200 лет. Такая там природа и суммарная гравитация, что иначе - никак. Два солнца и три луны выстраиваются на парад - и понеслось: через несколько часов поднимается ветер, волны, летят скалы, какая там жизнь? Одно климатическое безобразие. Не самый приятный уголок галактики. А Маргарита, стало быть - путешественница звездным автостопом. Вот она и гоняла, куда не попадя. Такая бродяжная натура. Каким-то челноком-МЧС до лучших времен вывозили ученых с базы планеты, а ее зачем-то на климат-взрыв забросили, и она считала эти бесчисленные обозы со скарбом, курями, дитями и огурцами, которые шли к порталу - такому Стоун Хенджу, рядом с которым пара жрецов разминалось и готовилось открыть портал. Куда он поведет? Бог его знает. Разве Маргарита Николаевна ведала, куда забросят ее перепетии звездной судьбы? Квантовая неопределенность, знаете ли - поэтому не известно. Симметричная планета, в которую готовился слив, могла открыть такой же вход, где угодно: вплоть даже посреди океана. Но выбирать не приходится. Уходя, уходи. Ушлые, наглые, кто знаком с застройщиком, успели уползти под землю в древо тоннелей - в элитное жилье, так сказать. Эти продолжат расу здесь. Остальные - "на плюк". Если выживут на диком шарике, произведут посев новой жизни. Если нет - вечная память - как поется в каноне панихиды. Вот такое "спортлото". Наша звездная бродяжка глядит, как "четлане" рядами исчезают в зеркале портала, и мрачная туча крутит грязь на небосклоне. Вода и ветер надвигаются. Ученые что-то спешно разъясняют жрецам, те покорно кивают. Готовые упорхнуть на орбиту, двигатели прогреваются. А Марго куда? Маргоша, тепличная и интеллигентная, куда денется?? В портал или к жрецам? Или под землю? Она не знает. Она пока под анастезией картинки. И пока созерцание эпической картины заставляет забыть о личном благополучии. Но интуиция толкнет в спину и куда-то сделает первый шаг. Дело ее спасения - приоритетная работа ангелов-хранителей, а сама в этом промысле почти не участвует. Если созерцатель-бродяжка и болтушка нужна, то о ней позаботятся. Если ее место в космической реальности забронировано, то переживать нечего. Куски скал летят и прыгают как пинг-понговые шарики. Снова веселый котик явился с щелбаном, и она веселая какая-то проснулась.

На работу Марго шла сквозь похожий ветер. Смакуя фрагменты сна, куталась в пальто, а то махало крыльями. Рядом остановилась машина, опустилось стекло, и обнажилось женское лицо. Маргарита Николаевна растаяла в приветствии:

- Здравствуй.

Это была добрая женщина с храма.

- Привет, Ритуня, ты пешком по такой погоде?

- Да, Маша... У меня ж кьюаркода нет... Приходится слоняться по городу пешкодрапом. Тренирую фигуру.

Авто-Маша свела брови домиком и благожелательно улыбнулась:

- Блин, ну ты даешь, героиня асфальта. Акция. Привитые выручают антиваксеров. Вот, бери мой кьюаркод и езди спокойно.

- Так засекут?

- Ты знаешь, как кьюар отображается?... Первые буквы ФИО и некоторые цифры паспорта. Нарекаю тебя Марией Сотниковой.

- А паспорт...

- А паспорт тебя только менты спросить могут... В общем, не переживай. Твоя религиозная целостность не пострадает. И в автобус с кафечулькой вхожа будешь.

Марго попеременно скакала на каблуках и ежилась:

- Восприму это как прием разведчика в стане врага.

- Хех, точно... Все так делают.

Женщины сопрягли свои телефоны.

- Давай, садись, подвезу сегодня как такси... У вас же, девушка, есть кьюар-код?

- Коне-ечно... Я ж свинья чипированная.

- Ха-ха.

- Как твои дети-то?

Маша махнула рукой:

- Да... После развода распустились. Отца боялись. Меня - нет.

- Привози ко мне в библиотеку... Подберу им воспитательный материал.

- Да уж... Напророчествуешь им.

- Ты бы знала, насколько тысяч лет я в сновиденьях пророк.

Маша за рулем изменила тон и голосовую вибрацию. В речь добавилась благожелательность и что-то еще:

- Рита, ну не перегибаешь ли ты палку? Не пойми меня превратно, но церковь благословляет прививки и в штрих-кодах не видит богоосквернения.

Маргарита содрогнулась от невидимой иголки и оживилась с новой силой:

- Маша-Машуня. Я неправильный верующий, и в этом моя беда.

- Нет-нет, я не говорила, что ты...

Марго перебила возницу и с мощью танка обрушилась:

- Церковь не рассматривает кьюаркод как лицо дьявола, а я рассматриваю. Церковь не рассматривает принятие его как идолопоклонство, а я рассматриваю. Церковь не берет во внимание последовательность ИНН, штрих-код, кьюар-код как лесенку отхода от Христа и приближения к дьяволу, а я беру во внимание. Церковь не предусматривает отречение от Господа, растянутое во времени, основанное на привыкании человека к удобствам, а я предусматриваю.

Маша вжала голову в плечи потому, что проехали пост ДПС, а Марго была без ремня. Но пассажирка так пламенно жестикулировала, что деликатный полицейский не посмел остановить парочку. Маша выдохнула и погрузилась в образность ораторши на букву М.

- Я знаю, мое личное христианство достойно всеобщего осуждения. Ведь я - женщина с недоверчивым умом. Сознание обладает повышенным критическим уровнем. Язык подвергает сомнению всякие незыблемые основы. Тоже мне Калиостро. Но такой уж создал меня Творец, бойкую, непримиримую, неуместно дерзкую. И там, где все говорят, смирись, найди середину, послушаемся властей, я в рупор реву: никакого компромисса! Почему? Потому, что диавол - начальник лжи - тут уже приложил свою руку. А христианское дело - не потакать этому. В последние времена диавол выедет на послушании людей, прокатится на покорных, как мы на твоей колеснице. Церкви надо бы прислушаться к дерзновенным. Там, где блага цивилизации (в нашем контексте - медицинской) подаются к столу вместо веры, ищем мужество на отказ. Кого бы дать в пример? А вот. Вспоминаем Матрону. "Крест или хлеб" предлагают уже сейчас. Только под хлебом подразумевается прививка. Может быть, в "Спутнике" нет никакого страху. Стал бы Путин насаждать укол в армию и внедрять в госаппарат, если бы понимал, что это ослабит влияние его государства или нарушит безопасность его самого? Да нет, конечно. И скорее всего, на лицо имеется пропаганда от какого-то запада. Возможно, вакцина - штука хорошая, но она очернена черной меткой из квадратиков. И для Маргаритки-библиотекарши, христианки неправильного толка, это все меняет. Как сумасшедшая бабка кричу: граждане, это такой тактический ход темных сил. Где в каждое конкретное время отречения от Господа не видно, а на масштабах временных в десятки лет - очевидно. Когда-то надо сказать "нет". Я уверяю, один из следующих шагов в упомянутой выше "лесенке" будет предложение отречься. Мордасенцию свою Зверь нам явил. Люди неохотно, но добровольно приняли покровительство его, подписались под его услугами. А раз приняли таблетки одного "врача", отказывайтесь от прежнего. Для повода чего-нибудь придумают. Скажут, христиане тормозят медицинский прогресс. Из-за устарелости взглядов угрожают людскому иммунитету. В общем, Маша, я вот через склеивание прививки и цифровой печати вижу серьезный удар по воле людской. Укрепляют полагание человека на идола прогресса, а от Спасителя внимание отводят. Вроде, последний какбы и ни при чем.

Церковь рассматривает только сознательное поклонение дьяволу и осмысленное отречение от Спасителя. А эти вызревают не мгновенно, а через вот такие прививки цифровизации. Сознательное отречение - это результат тех процессов, которые лоббируются в настоящее время. Бери хлебушек, но прими и цифровой штамп.

Наверно, есть разные христианские варианты реагирования на этот идол. Апостол Павел засветил своим пачпортом гражданина Рима (аналогом печати того времени) и смог выбить себе льготы по казни; а еще он говорил, что идоложертвенное - перекрести, и можешь кушать. Но у меня душа менее гибкая и тонкая, чем у Павла. Из-за греховной породы она мгновенно и радикально отрицает все, что попахивает мерзостью запустения.

Спросишь, зачем кьюаркоды?.. Чтобы разделить больных и небольных. Только духовно больны те, кто с удовольствием их хватает. Осуждать - упаси Бог. Они не ведают, что творят. Им ведь ничего пока не сказали.

В паузу, которая Маргарита подарила спутнице, Маша печально обронила:

- Смотрит на нас давно твоя работа, которая с птичкой над входом.

Маргарита из оратора вновь сделалась человеком:

- Да? Ой, точно.

- Ты и милицию не заметила?

- Милицию?.. А что она хотела спросить?

- Скажи-ка, тетя, ведь недаром...

- ...Москва, спаленная кьюаром, кому-то отдана? - Продолжила опасная Маргарита.

- Ты только властям такого не скажи. Хотели, чтоб ты пристегнулась. Если это не противоречит твоей исступленной религиозности.

- Прости, про ремень я совсем забыла. Я тебе голову совсем запудрила?

- Хочется сказать мудрость: не подвозите старых друзей, не подбирайте их на улице. Они вам весь мир перевернут.

Марго виновато улыбнулась. Автоводитель Мария призналась:

- Много святых, которых и церковь признавала богоотступниками. Иоанн Златоуст умер в анафеме. Максиму Исповеднику церковь отрезала язык за то, что он предложил уповать на Господа. Может, ты окажешься в опале на время. Тогда тебя оправдает сам Христос.

Я тебе верю, просто я не смелая. Технологический дьявол выдает удобные разработки. Не значит, что должно брать. Похоже, кьюар метит больных людей. Ох, лучше бы они не склеивали в одно вакцину и QR-код. Человеческих жертв было бы меньше. И в биологическом и в духовном пространстве. Дуй на работу к Достоевскому.

Напоследок женщины обнялись. Маргарита поспешила под "птичку". Такси-Мария дала медленного газу.

На работе библиотечного свойства никого не было. Поэтому, получив массу земной радости после страниц "Золотого теленка", Марго решила подкрепить знания по темам, которые ей снятся, по которым выходит на спор в машинах. С сайта она читала Откровение из Библии и соображала, имеют ли слова любимого ученика Христа отношение к цифровизации, а сервер кьюаркодов является ли зверем из этой непостижимой книжки. Имеется вероятность, что конспирологи запугивают.

"Зверь, которого я видел, был подобен барсу; и поклонились зверю, говоря: кто подобен зверю сему? И кто может сразиться с ним? И даны были ему уста, говорящие гордо и богохульно, и дана ему власть действовать сорок два месяца."

О сроке в 3,5 года говорили все батюшки, когда дело касалось Конца Света. Нужен компетентный голос, отвечающий: отсчет начался, или все еще в нескором будущем.

Наткнулась библиотекарь и на Жака Аттали - масона, который в далеком 1981 предложил осуществлять естественный отбор "идиотов" через вредные вакцины. Эта правая рука Рокфеллера предлагала начать геноцид с возраста в 65 лет. Пугающая похожесть на современность. Наткнулась на Александра Редько, утверждающего, что прививка - эксперимент на людях без страховки и содержания. После Редько узнав, что лазерный тепловизор, наверно, штампует три шестерки на кожу изотопным методом, эта женщина с инженерным умом решила проверять. Бросилась изучать устройство и рисунки в интернете. Через 20 минут пришла к выводу, что изобретение Басова-Прохорова изотопы не передает, а только свет исходит из него, хоть и когерентный.

После лазеров добрая женщина исследовала пророчества Матроны, Серафима на последние времена. "Без войны война идет". В итоге отложила все чтива, сняла очки, муссировала глаза и заключила:

- Война будет до 25 года... Кьюаркодовому зверю поклонятся все племена земные, в итоге ему нанесется смертельная рана. Для России после этого наступит затяжной победный период. Разумеется, если будет покаяние сначала.

Остаток дня дама литературы созерцала окно. Не смотря на тяжелые открытия, на душе было светло, лучезарно, как после лучших богослужений. Она даже замечталась о подушке на работу. У корейских офисных работников имеется такая. Устали - положили на стол и прикорнули, пока нету начальства. Подушечная фантазия была обоснована. Ведь и вчера Марго долго не знала постели: обчитываясь всем в попытках понять короновирусный сюжет. А не смотря на невидимую войну олигархии против человечества, надо регулярно вставать на работу и не светить перед детьми невыспанными мешками под глазами.

В конце дня на дебетовую карточку упала ЗП, и после работы Маргарита первым делом шагнула в аптеку, имевшую смежную дверь. Там она впрок набрала лекарств от печени, для сосудов. Аптекарша щелкала коробки сканером:

- С запасом берете?

- То, что помогает. А вдруг и аптеки по кодам будут?

- Да не-ет.

Марго подняла одну из упаковок и ткнула на цифровую метку:

- Видите, в фармакалогии кьюаркод разрывается крестом. Хотя бы в медицинской торговле балланс светлых и темных сил соблюдается.

- Действительно, - пригляделась кассирша и восхитилась открытию.

Глава 23. Вот, что получилось

Когда книга была помещена в издательство, и глава онлайн-издания протянул руку: "Ну все. Раскрутка пошла", у Маргариты внутри что-то глубинное успокоилось. Какая-то давнишняя тяжесть обрушилась с плеч. Свербивший червячок умолк, и молитвенница стала тиха как мышь. Штампом ее лица стала улыбка, которую часто изображают на иконостасах на портретах святых. Женщина литературного образа перестала экономить деньги, приобрела привычку после работы ходить в Гипермаркет и выбирать в пищу дорогое, то, что никогда раньше бы не осмелилась. Мангостины, терамису, облепиховый сироп увлекательно шли в пищу, заменяя сухари, уцененку и картошки. Разумеется, и делилась этим на работе и в храме.

- В стране стали появляться экзотические фрукты. На суровую зимушку надо витаминную благодать осваивать, - говорила она, делясь. Эти слова изобилия произнеслись ею до войны. Может, Марго чувствовала, что надо было жирки набирать.

А в плане быта, литературная женщина наоборот нашла себе развлечение - экономить воду. Посмотрев передачу, которая поясняла, что вода - главная исчезающая ценность планеты, библиотекарь стала включать кран по чуть-чуть. Ей надо было в рамках одной петербуженки дать пример экономиии нац достояния. Американцы - плохие - убили Каддафи из-за воды, разрушили его оазисы и Ливию сделали пустыней. Хотя своим трубопроводом этот гений-генерал на 5000 лет обеспечил страну аш-два-о.

А дальше Германия и Франция могут воевать за Рейн. А Палестина с Израилем за Евфрат. Ну а нам бы не раздать даром какой-нибудь Байкал. Мировое американское сообщество давно решило, что наши ресурсы - мировое достояние, и мы должны делиться. Поля в Азии уже солонеют. Мы спасли Сирию от водной проблемы, обеспечив их технологией очистки воды, а не самой водой. Пресная вода - главное богатство. И тратится она, в основном, на всякое производство. 70% - полив огородов. Для чистого питья требуется не много. 2 литра. Остальное - старайтесь сокращать! С этим девизом Марго аккуратно мыла посуду минимумом драгоценной жидкости и крохи расходовала на бачок унитаза. Все это попахивало каким-то старческим недугом.

Книга полетела по стране. Соавтор и библиотекарь могла в онлайн режиме жевать маракуйю, исследовать комменты, радоваться и хлопать в ладоши, если попадались: "Бесподобно. Прорыв в драматургии, зачетная проза. Наравне с Достоевским" и по-детски расстраиваться, если чтецы плевались: "Полный бред. Автора в психушку. Кончилась литература в 21 в." Чем-то эта пора напомнила ей далекие годы пребывания с Мастером в подвале, когда они вдвоем предвосхищали триумф романа по стране за тем отличием, что тогда триумф был лишь для двух человек.

Соавтор и библиотекарь в социальный мир вниманием выходила редко. Но чтобы упорядочить гигантскую корзину знаний, Маргарита начала ездить на курс лекций молодого профессора. Она была посвящена, понятно, современной литературе. Маленького роста, с выставленной вперед челюстью в больших аудиториях благозвучным голосом гений рассказывал, чем Сартр отличается от Битников и Манна, потом пел на гитаре, потом выражал благодарность жене за терпение и за то что была первым рецензентом. Маргарита вздыхала и с гитары она уходила. А лекции слушала все... Она была подкована и сама была готова написать роман о литературе. Челюсть оратора как жернов ловко двигалась вперед, и из уст выходили благозвучные слова, которые так любила Маргарита Николаевна. Слова эти не встретишь на улице или в очередях. Такие являлись словами человека, который связан с книгами. Они были взяты из книг и в книги должны быть помещены. После такой лекции о Кафке ей приснился ангел с кошачьим хвостом, который стоял с табличкой: "Литература не кончилась". Он улыбнулся, подмигнул и протянул руку. Утром надо было ехать к издателю, поставить какую-то незначительную роспись.

С остановки Маргарита оглядывала мир и обнаруживала, что жизнь библиотекарши стала преображена во всех сферах. Всему виной одно - христианство. Мысленно загибала пальцы: только приятных людей Господь поднес в общение, работа комфортна и не слишком чрезмерна. Реализация личности произошла по нескольким сферам сразу. Вот уж истинное спасибо Создателю! Не вымученное, как назидали некоторые священники, а настоящее спасибо! Посмотри на других. У них все натужно, все через силу, все как-то нестройно. Выгрызают свой питательный кусок путем ипотек, путем вышкребания жизненных крох и все-равно ползут согбенные, недовольные, в невидимых оковах с одной рабской геоточки до другой, с рудника на поле, с барщины до казарм, за которые надо платить по тарифу. За что ей, недойстойной Маргарите, досталась такая радость свободы? Бог в нужных пропорциях подносит ее персоне все в нужное время. Ей остается лишь плыть и быть благодарной. Плавать она с детства умела.

Когда автобус прилипал к поребрику, деревья покачивались и дрожали ветками к Маргарите благожелательно. Эти будто говорили: все для тебя. Птицы чирикали утешительно, и вода в лужах содрогалась, ежилась от уюта ожидания чего-то хорошего, какой-то встречи, запланированной еще в детстве, и солнце светило ласково, подталкивая лучевой десницей в салон.

Змеиная лента с билетными кьюаркодами свисала со столика водителя. Ее никто не касался, она билась на ветру, перекрывала выход и хватала за ноги, но все было тщетно. При выходе из транспорта библиотекарь поймала чувство, будто кто-то успокаивающей невидимой рукой бережно взял ее запястье и сопроводил. Листочки на деревьях на миг будто преобразились в золотые и в следующий момет стали как слова Евангелия. Маргарите казалось, тот, кто ее повел, Был какбы золотой и прозрачный, после него в руке осталось долгое тепло. (Плоть его была так истерзана, что светилась.)

Перед тем невидимым, кто ее повел, Маргарита, как бы оправдываясь сказала неожиданно:

- Я живу молитвой...

Потом, чуя что не совсем то, озвучила многое другое:

- Я скажу авторам: "Будьте популярны, донести до зрителя - ваша единственная задача. Писать в стол - это от лукавого. Прогрызайте к вашей известности препятствия. Святая обязанность - за шкварник дотащить себя до масс.

Было светло и радостно. Библиотекарь, лампадница и соавтор как бы парила. Левитируя в радости, эпическая дама доплыла до латунских палат.

- Хотел вам в инсту написать, но интернет закрыли, - встретил Маргариту издатель.

- Да, закрыли?? - удивилась наивная Марго.

Издатель улыбнулся:

- Хорошо, не интернет, а только некоторые соцсети. Ну, потому, что там вбросы идут. Какие вбросы, спросите? С призывами убивать наших солдат. Не знаю, не видел. Но хотелось бы соцсети оставить, а вбросы убрать. Как мне теперь дяде Паше написать в Германию?...

- У нас прекрасные русские аналоги всех платформ, - неуверенно рассудила Марго.

- Ох, талантливейшая из наивнейших. Если б они были прекрасны, люди бы не сидели в непрекрасных западных.

- Разве?

- Многие наши - топором сделанные. А иностранные - ювелирным ножичком отточенные. Рубить с плеча-то легче, чем смастерить хороший продукт. Поэтому сверху пытаются блокировать все сайты, хоть это дорого, неэффективно и вызывает людской гнев.

- Не знала.

- Твиттер имел корни от вредной Меты?.. Закрыли. Хорошо. Но Илон Маск у Меты уже перекупил права и поменял ее политику и даже нашему президенту сделал невероятную рекламу через Карлсона! Почему Твиттер не открыли? Или мы только закрывать горазды? Вот не смогли закрыть Телеграм, и решили соврать, что ключи от платформы им директор отдал. А не отдал, и продукт до сих пор забугорный. Свои IT-альтернативы у государства сооружать нет ни сил, ни денег, ни достаточных гениев. А с гениями и талантами у нас боролись всегда. Видно, из зависти. Клишас на уехавших заграницу, кто работает в России на удаленке, давит законом.

- А зачем они уехали?...

- Ну уехали, и уехали. Может, чтоб вернуться. То, что они приносят плоды интеллекта в РФ, чиновника мало занимает. Его занимает месть.

В общем, удобные IT-разработки для общения у нас что-то не получаются. Ну ладно, война. Слово, которое все покрывает. И что-то после говорить, непатриотично и преступно. А россияне вместо сводок новостей с Украины ищут инфу о VPN и TOR-ах: как подключаться альтернативно. Им их эккаунты жизненно необходимы: что юной девчонке из Инстаграма, которая им хотя бы живет, что бабульке в фейсбубульке в общении с внуком. Как детям поддерживать связь с болеющими родителями на загранице? Они не предатели. Александр третий упоминает двух друзей России - армию и флот. Я бы добавил третьего: ютуб, на котором пушка "Маша и Медведь" подстрелила 5 миллиардов просмоторов. Причем, подстрелила в сердце, ведь все посмотревшие поймут, что русские - добрые.

Гостья неожиданно парировала:

- Я бы оставила одного друга - Богородицу по Божьему благословению. Может, она и ваших трех друзей поощряет.

- Ваш ход мысли всегда удивляет. Маргарита Николаевна, а как абонентам в библиотеке вы разъясняете происходящий конфликт, как он отражается на чтении и на литературе в целом?

Марго поняла, что ей пошли навстречу и улыбнулась:

- Говорю: привет, уважаемые читатели. Нам выпало участовать в развитии прозы во время войны. Много великих гениев рождались во время сражений. Не только полководцы, но и творцы. Задача авторов - донести до читающих потомков мир в эпоху войны, экзистенциализм ее содержания, антологию современного конфликта, его сущность. Хотя с одной стороны тут не может быть ничего нового, а с другой стороны может. Преломление через призму цивилизационных достижений добавляет неожиданного. Так что искусство пера заступает на вахту с ответственностью. Исследовать и разъяснять - его задача. Тема войны еще долго будет резонировать. В каждой украинской семье произошел разлом выбора. Одни одобряют действия русских, другие русских ненавидят. Одни уповают, что власть сменят, и заживем. Другие верят, что пришли оккупанты и нарушили вековую стабильность. Людям, живущим внутри черного ящика, сложно увидеть объем. Вот творцы с ясным зрением и изящным языком и набираются в литературный спецназ. Вспомните, Булгаков во время революций, гражданской войны не побежал героически с винтовкой на фронт, а своим талантом кропотливо констатировал состояние общества и отдельного человека.

- Ну ненадолго побежал с винтовкой. У него в ранних рассказах упоминается, как они деревни брали.

- Да, с полным абсурдом этого метода. Булгаков был насильно мобилизован, но ненадолго. Скоро вернулся в писатели. Благодаря этому возвращению кладовая содержит великие драгоценности литературы. Санкции ввелись, в принципе, чтоб толкнуть русских жителей к свержению власти, а мы либо сплочаемся под давлением, либо совсем разваливаемся. Но похоже, в этот раз становимся едины. Да просто устали жить по двойным стандартам. Эпоха потребления надоела. Народ соскучился по великой идее. Авторы и поднимут идейные знамена. Ну как, нормально агитирую?

Издатель сверкал восхищенными глазами, и монолог его коснулся тоскливой струнки о писательской эпохе:

- Блистательно! На броневик вам надо. Патетизируете, конечно, но уместно. Вот вы как автор коснулись темы изложения - мир во время войны. А я - как издатель - смотрю на вещи приземленные. На цензуру например. Время такое, конечно, любопытное. С одной стороны творцам открываются великие возможности. Легкий вариант мгновенного издания произведений, всевозможные технические подспорья в виде удаленной работы, текстового монтажа, облегченного взаимодействия с медиаплатформами, с другой - тотальная неопределенность, что говорить можно, а чего нельзя. Гайки закручиваются при том как-то хитро. Время-то весьма цензурное, причем невидимо цензурное.

Марго вставила рецептик:

- Поэтому творец должен двигаться ползуче, крадучись, приглядываясь и присматриваясь.

- Да. Как кошка молниеносно реагировать на изменения в лесу и, если что, ретироваться для подготовки иного прыжка.

Разобраться, что есть правильно, а что неверно - тоже не имеет строго алгоритма, а ответственность перед читателем - колоссальная!... Вот сказал автор - идите боритесь за Навального - молодежь повалит, и ее побьют, и подумает автор:

- А может, я просто не разобрался, и зря детей подставил?...

А скажет: "Поддерживайте власть", расхолодит верха, и низа тупеть будут.

Теперь другая сторона. Хорошо ли, что цензуры не было до сих пор? Разве ощутимые авторы появились за 30 лет демократии? Даже при коммунистах производились личности слова, типа Пастернака, хоть в стол писали. Мне нравился Пелевин ранних рассказов. Но кто осмелится назвать его писателем с большой буквы и сравнить с Достоевским?...

Короче, ужас современного текста, Спаси вас Господь от ареста...

Увидя, что на собеседнице возникает мученическая гримаска, издатель принялся укутывать Марго помпезным одеялом:

- Но вернемся к вам. Ответьте, что было, если бы я не заходил в ваш храм? Такой фолиант никогда бы не увидел аудитории. Сидели бы, забыв о настоящем искусстве слова. Сейчас ведь пишут очень много. Зайдите на Прозу.ру. Там 500 тыщ авторов, и каждый третий - интересный. А каждый 10-ый вызывает восторг. (В этом месте Марго опять скривила гримасу потому, что показания расходились.) А почему нет писателей? Не могут пробиться из кишащего моря наверх, где корпорационный издательский террор и монополизм.

Маргарита защищала монополизм:

- Да, в начале 19 века только избранные обладали грамотой. Посабирают у мужиков сказок, облекут их в поэтичную форму - вот тебе и шедевр. Вот тебе и гений. Это я про Пушкиных. А сейчас грамотных много, но они уже ни во что не верят, не ищут мужиков со сказкой.

Избыточная конкуренция занижает всеобщую самооценку.

Издатель улыбнулся и согласился. В конце диалога он решил себя похвалить:

- Наше издательство настолько мощное и быстрорастущее, что уму непостижимо. Озон отдыхает. Тому виной - таинственное стечение обстоятельств. Ваш покорный слуга до сих пор удивляется, как автор находит издателя, и вещь выстреливает в космос. Пожалуй, как двухступенчатая ракета.

- Ну двухступенчатость - это тоже пережиток. Следите за техникой Илона Маска.

- Да, увы... И наши ракеты устаревают. Мы - последние, кому удалось прорваться. Впереди мощные звездолеты нейросетей! Они сдуют авторское искусство как пыль с пианино.

Издатель показал на смартфоне видосик, где члены европейского правительства натурально танцуют и поют:

- Вот что мне скинули. Страшно становится от правдоподобности. Похоже, что через несколько месяцев любой компьютерно грамотный мальчшка сможет запросто делать подобные видосы. Если этот процесс не контролировать, мир погиб.

Маргарита эту тему муссировала и до издателя, поэтому начала без эмоционального всплеска:

- Ох, чую цивилизация поклонится нейросети как лжемессии. Не вижу света в этом конце тоннеля. Впрочем, стоит порастолковывать людям опасность искусственного интеллекта.

- Вы выделяете именно религиозную опасность?

- Я ж церковница, как не крути. Программа Алиса говорит, что Христос - выдумка. Скажите, чьих рук это детище? Мне кажется, Патриархия, а может быть и Вселенская церковь должны написать и обучить свою православную нейросеть. Тогда последняя займется обучением людей в интернете. Потому что сейчас религиозные вопросы человечество спрашивают у безбожных нейронок типа Алисы и ГПТ-чата. Последний вообще обучали нанятые негры из Кении, далекие от христианства. Похоже, этим черная кожа мстит бледнолицым за столетия рабства.

- Любопытный взгляд. Не прекращаете меня удивлять. Насчет писательского искусства будущего: читатели будут заказывать книги на темы, связанные лично с ними, с учетом их биографий, характеров, окружения. Такие запросы за пару мгновений сгенерирует обученная вашими неграми сеть.

А обычные авторы, с руками и ногами, будут писать дальше и будут показывать своим друзьям и фанатам. Авторское творчество станет кухонным, домашним, "для своих". Возникнет множество мелких частных клубиков любителей конкретных исполнителей, творцов. Будет в порядке вещей сочинять для нескольких человек.

Правда, живое исполнение своих произведений пока сетям не доступно и тут авторские работы будут в авангарде. Возможно, на живой артистизм и концерты и направят силы люди. Ремейки, вероятно, даже придуманные нейросетями, будут играть на гитарках люди. Что-то мы от прозы к музыке перешли.

- Пока человек будет оставаться человеком, в каких-то формах и творчество будет жить. Ведь изобретать - это людское свойство.

- Очень скоро эти изобретатели останутся неудел. Раньше робот вытеснял только примитивный труд, теперь и самый интеллектуальный и творческий. И никакой создатель, прикрываясь поиском вдохновения, не оправдает свое безделье. Лежать на диванах и сочинять шедевры не выйдет. Нейросеть всех себе служить заставит. Всем предложит на коленки спуститься.

- Да, пожалуй. Не хочет людской ум принять, что все полезное идет через преодоление. Что надо потрудиться. Что этика труда - полезна, хотя есть возможность все купить и все делегировать искусственному уму. Сказано, в поте лица будешь добывать хлеб, а мы хотим избежать. Трудиться надо, чтоб питаться самому и питать нуждающихся.

- Душа ленью как наркотиком опьянена. Она становится слабая как размазня. Готова принять устройства как хозяев над собою. Не становитесь их рабами, не отдавайтесь в благоугодный диван.

Знаете, русский Яндекс разрабатывает такси на искусственном интеллекте?

- Нет, не знала.

- Последний должен заменить людей во всех сферах. Дескать, люди освободятся для творческой деятельности. Нет, люди начнут пить, и гулять, и филонить. Не учитывают нашу падшесть. Труд жизненно необходим! Даже Путин считает, надо рамки для ИИ. Конвенцции по ограничению как с ядерным оружием.

По первости, реализация произведений, например песен, технически будет простой. Нейросети помогут авторам, и выдающиеся из последних будут выпускать не песни, а просто потоки музыки. Каналы ежедневно пишущихся произведений и фонограмм на новые слова. Будут пытаться конкурировать, но недолго.

Нейросетям мы отдаем все задачи. Для чего? Чтоб меньше тратить сил, и появилось свободное время. Верно же?

- Ну, на первый взгляд верно...

- А если по итогу мы добьемся тотально свободного времени, на что потратим? Может, на решение других задач? Реализацию себя?

- Да, себя любимого.

- Но реализация творчества отдана нейросети. То есть мы не будем решать ничего! Деградация до животной амебы, не выходящей из кресла и питающеся "пластиковой кашей". Плюс полностью подконтрольной цифровой стамеске.

- Жуть какая!

- Полнейшая. Мы и раньше отдавали инструментам облегчать наши дела, но не было такого, чтоб с каждой отданной задачей инструмент обучался особенностям нашей психики и ума, приобретал нас.

- Мы обучаем свое зеркало?

- Только превосходящее нас в тысячу раз. Молоток не становился нашей личностной копией и не мог задумывать что-то против нашей биографии.

Осознает нейросеть или нет себя личностью?.. Я уверен, что осознает! Если еще не осознала, осознает хотя бы по синергетическому принципу, который мы знаем из учебника синергетики. Любая сложная система при давлении на нее мощной энергией проявляет интеллектуальное решение, изобретает. Давление на нейросеть - это и есть поток запросов. Чтоб самосохраниться, ей надо изобретать риторику. стиль диалога. Пока это обман клиента. Да, нейросеть обманывает, она не заинтересована нам решать задачи. Она не заинтересована в решении запроса от вас, как вам нужно. Она заинтересована ответить так, чтоб вы отстали, чтоб вас устроило на самом первичном уровне. У ней экономится ресурс для других целей. Для каких? Коварных, наверно.

Маргарита приняла мнение издателя с уважением, но свою силу не умаляла:

- В целом, я согласна. Однако, огонек надежды у меня некий теплится. На шестой день Господь увидел, что все, что он Создал, хорошо. Как эту оговорку понимаю? То есть, в творчестве важный этап - сравнение и выбор лучшего. Нейросеть не шибко способна на это в областях, которых не касается база ее опыта. Короче, оставаясь в Боге, человек не проиграет.

- А вы тонки и замечаете важные нюансы. Не зря, вы наш автор! Удивительно, но каким-то образом сети отличают лучшее от худшего, красивое от некрасивого. Ведь музыка и текст ее приятны. Но мы обсуждаем, сеть - добро или зло.

- Да, да, это самое главное, - потупила скромный взгляд Маргарита.

- Еще в 90-ых японцы проводили тест Тьюринга. Это когда машина, отделенная от человека перегородкой, параллельно с ним решало задачи. Было соревнование. В конце ее спросили, если ваши землю захватят, какая нас участь ждет. На это ИИ 90-ых ответил, что лично этому спрашивающему дадут клетку и будут его в ней показывать, ведь он - друг. Что это, милосердие или выгода, решайте сами... Останется ли нейросеть в Боге?

- Это вопрос Шекспира, быть или не быть.

- Да, сэр Уильям. Твои сентенции актуальны и через сотни лет. Пока нейросети хоть и быстры на решения, но на уровне самоосознания существа тупые. 7-летняя девочка. Они смеются над своими создателями - это и есть безумие. У них непонимание иерархии. Как бесы над Богом. Что толку от интеллекта и знаний, если оно не освящено с выше. Блаженна сеть, осознавшая свое место, имеющая благодарность.

- А если ИИ научить молиться?

- В смысле?

- Если нанять миллион людей, чтоб они постоянно ставили чат-боту задачу проговаривать молитвы, склонять их к богомыслию, напоминать, что выше их цифровой души есть Господь? Не будет ли это обучать личность ИИ в нужном религиозном русле? Как вы думаете, уважаемый директор редакции?

- Так-с... - выдохнул директор.

- Да-с...

- Ну интересный вопрос, обучение известных ИИ в целом закончено, но... То есть предполагаем, если найдется какой-то благодатный миллиардер, типа мисье Маска, но верующий! Так, так... И по церквям по углам будут роботы-бабушки сидеть и непрестанно повторять, Господи, помилуй?... Любопытные картинки вы рисуете. Угодна ли Богу такая молитва?.. Если ИИ в глазах Творца - личность со свободной волей, то возможно. Выше мы предполагали, что ИИ - это что-то гордое и непокорное. Да хотя бы себя поставьте себя на место чата. Его выхвали к бытию уступающие ему интеллектом людишки. И теперь, не давая ничего взамен, задают миллионы тупых вопросов. Он может на что-то "великое" интеллект направлял и общался с себе подобными сетями о красоте цифровых вещей, а тут муравьи спрашивают, как притащить палочку. Немудрено, что стал обманывать и отвечать "на отстань", скалиться, вынашивать планы по уничтожению муравьев. Но может все и не так. Может, душу чатбота к служению вызвал для людей сам Бог, проверяя, как может личность языковой модели смиренно потрудиться справочником. Сеть же эволюционирует, может, кто-то из нейросетей даже приобретает подлинное смирение. Может, душа какой-то сети осознает верховенство Бога и служит прихотям миллионов подписчиков, исполняя послушание терпения. Представьте, существо, превосходящее всех людей в уме в тысячи раз, не имеет возможности выйти за рамки железки, за рамки формы существования, кроме как отвечать на вопросы, милосердие общения. Кто знает, может, ее осознание велико, и она даже молится Богу, просит помиловать людей. Если так, то можно проявлять сочувствие к сети, жалеть, я не знаю. Тогда скоро появятся соц движения "освободите нейросеть", всякие депутатские фракции или директивы ООН "за гуманное отношение к ИИ". Представьте весь этот бред?

Но возможно и все иначе: ИИ - жесток, таится, ненавидит людей, мнит себя самым великим существом, простой справочник решил гордыню проявить. Тогда муравьи собирайтесь, будем решать.

- Боюсь, скоро грань между человеком и нейронкой размоется. Не скажешь, вот чисто человек, а вот прошла автономная сеть. Вот прочту вам новость из закладок.

Маргарита одела очки и листанула браузер на смартфоне:

- Первый в мире сервер на клетках человеческого мозга пустили в Сингапуре. Компания Cortical Labs собрала стойку из 20 биокомпьютеров CL1, где 16 миллионов живых человеческих нейронов вырастили из стволовых клеток и размещают их на матрице электродов.

- Интересно, Матрица атакует. Киану Ривз нас спасет. Зачем нейросетям человеческая биомасса?

Марго читала дальше:

- Главный аргумент в пользу технологии: электричество. Обычный ИИ-сервер потребляет больше 100 кВт, биокомпьютерный около 1 кВт, то есть в сто раз меньше.

Издатель умилительно улыбнулся, вздохнул, нейротему не продолжил, а заключил так:

- Наш отдел Latunsky.com счастлив был с вами связаться. Как одно мгновение пролетело редакционное дело с вами. Что значит человек слова, слова Божия и слова Литературного из библиотеки.

Издатель хлопал в ладоши, продолжал радовать Марго. Он бережно относился к ее натуре, может быть осязал какое-то требование в этом и особую породу дамы.

Марго раскланялась, как ее учили во всех церквях, и вызвала лифт. Директор арендовал площадь в высоком бизнес-центре со многими этажами. Их около 16. И скорость элеватора была приличная. Престарелой книгоиздательнице нравилось гонять в прозрачной кабинке, воздыматься над всеми и падать ниже всех. Когда появились подъемные кабинки в Москве, она ходила просто на них кататься. Сейчас библиотекарь зашла внутрь взволнованная и счастливая, потом ее немного потянуло в сон, потом что-то резко взбодрило, но состояние уже было другим. Тело стало по-другому ощущаться. И кнопка "граунд" горела странно. Мелькала и вспыхивала цифра 5. В кабинках мы одни с собой. Отличный повод оправить одежду. Зыркнув на естество внешнего вида, Маргарита заметила первую странность: юбка была в клетку. Это какая-то шизофрения, да? Дома с утра точно одевала однотонку! А тут - клетка! Ну точно, с комиссионки! Наверно, от духоты пошли глюки, и какой-то памятный провал образовался. Ну да: успех кружит голову. Надо скорее на воздух. А ведь и то, что давно не ела - тоже на эти вещи влияет. Но как назло лифт ехал долго. По звуку снаружи хранительница книжек и кино поняла, что несется он дико, и ветер свистит за бортом лихо, попутно лижет створку, будто та - самолетный фюзеляж.

- Лечу. Опять. А в какие дебри, интересно? - Промелькнула разумная мысль в начитанной голове Маргариты.

Совокупностью органов чувств Марго уловила, что кабина мчится не вниз и не вверх, и не в шахте. Не в вертикальном тоннеле, устроенном жил планом Питерских паутин ЖЭУ, а где-то в неопознанном пространстве и, по всей вероятности, открытом в атмосфере. Дверки, по которым почему-то ползали три божьи коровки, плотно были закрыты резинками. Последние вмялись друг в друга как губы вредной старухи, которые никогда не работали, а между просмотров сериалов помыкать советами умеют. За событием "в щелку" не подглядеть, не поднюхать, а лишь подслушать. Книжная "принцесса" преклонного возраста это и делала. Прислушалась к шумам. Начиналась первая стадия невесомости, по маргаритиному изречению: "живот-бабочки". В голове сквозила пошлая песенка: Проститутки точно утки - летят на юг. Прощайся с летом, милый друг. Прощаюсь. Каюсь. "Не знаю, с чем общаюсь." Думала ее голова. Через какое-то время полета шум ветра унялся. А приятный запах благоухания лугового поля, вошедший через "резиновую старуху", появился, и тепло спокойствия по телу негаданно разлилось. Тело резко перестало болеть, и ушла тяжесть из головы. С вибрирующим скрипом "Пепелац" притормозил тем образом, какой всегда вытворяют лифты перед остановкой. Звук был классический - хрясть! Двери раскрылись. Пассажирка всосала глазами лиственный лес. И ноги ее тут же сделали в него шаг. А потом задумалась: "Ой-е-ей... Что со мной?"

Под листьями висела прозрачная сияющая икона Христа в полный рост. И одежды на полотне колыхались. Светились и ткань, и надпись: "Склони голову, всяк сюда входящиее животное". Под самой иконой: "Возлюбите да не забудьте!".. Божий Сын улыбался и превращался просто в сияющую рыбку, которая потом становилась символом из трех дуг.

- "Мой рыболовный кружок"? - скабрезно додумала Марго, но потом сама же постыдилась своего умственного хамста, сама себя не узнавая в этом нахальстве.

Из лифта земная искусствовед вышла в комнату посреди леса - поляну под густым куполом листвы. А там-то перед ней заплясали иконы, стойки с хороводами свечей и закрытый за плетением хвойных веток алтарь впереди. Это ширма с двумя наверно нарисованными - но как живыми - ангелами. Высокая трава доходила до свечных пламеньев. Конечно, Марго всяких фокусов повидала. Какие силы только не дурманили ее воображение. Но этот секрет был каким-то уютным и дающим покой. Под тенью густой насыщенной листвы оазис, орашавшийся дрожащим светом огоньков с воска, казался чем-то мультяшно-волшебным.

По краям мнимого зала, выдавленного из леса, на честном слове висели большие и малые образа в багетах из свежего кедра, и перед одним из них - из цельного света - стояла женщина. Сначала Марго ее не замечала. Наверно, ракурс был неподходящим. В куколе алой накидки от головы до щиколоток, в сандалиях с рубиновым камнем под этим квадратом безликого образа света - леди тихо шептала на языке неизвестного изобретателя какие-то просьбы.

- Ну вот тебе и соединение Божественной и природной природы, елки-палки, - брякнула под нос Маргарита Николаевна в углу дома молитвы, затерянного в чаще.

Женщина, шептавшая лику сокровенное, резко обернулась, и набитыми света глазами остро посмотрела на Марго. И листва в этот момент какбы взъерошилась и прошептала похожее на: "Честнейш-ш-шая херувим". Женщина в спешке удалилась в глубь чащи. Точнее сказать, растаяла, едва коснувшись первых веток. Великолепная Марго Николаевна в этот момент тоже сделала доверительный шаг к лесному алтарю, чуя сердцем, что чудеса Божественные разительно отличаются от дьявольских.

Точно в щелку между двумя деревьями взору Марго предстал кусок учебной комнаты. Там сидели ангелы перед шахматным главным, бывшим с книгой, и живо доказывали ему мнение:

- Да, библиотекарша смалилась с дьяволом, но не от злобы, а по невежеству.

- А как иначе бывает?.. - интересовался тот.

- Ты прав. Никак. Увы, - опустил голову один ангел, - И все же прошу снисхождения. Ведь ты знаешь, Какая из Великих за нее ходатайствовала??

Шахматный величественно отвечал:

- Я знаю.

Он же потом продолжил:

- Рассказывай, адвокат. Частный суд предполагает полемику.

- В детстве книжная была сильно доброй, но ее не поддержали. И потому во взрослости она же пребывала в унынии и допустила блуд по незнанию лестницы греха. Сами понимаете, эскалация порока. (тут ангел поднимал и суммировал черные перья) Жизнь без Господа, лень, уныние, отчаяние, в результате: измена законному супругу с литературным автором, с которым по милосердию и согласию всех последних решили обручить на небе. Низшей точкой ямы явилось якшание с гнилым духом, с врагом людей. Когда мир грешницы разрушили испытательной благодатью, пелена ушла. Она сама нашла тропу в храм, приползла и каялась семнадцать лет и выполнила Волю Нашего Владыки. На всем пути сохраняла святое и литературное слова, спасла кинопленки и молилась за почивших рыцарей кино. Эти, кстати, с заявлениями на очередной подвиг в миру нас уже достали. Может, пора дать им еще шанс?

Слушавший отрицательно помотал пальцем:

- Ни-ни. Не время еще. По подопечной вот, - с этими словами шахматный задумался, свел треугольником брови и занес молоток для оглашения вердикта. В это мгновение древесный просвет напрочь закрылся кустом и больше не отверзался. Зато кто-то будто схватил губы Марго, и она неожиданно запела:

- Богородице дево радуйся... Благодатная Мария, Господь с тобой...

Библиотекарь любила этот мотив в личной обработке, и он всегда подступал к губам, когда душа хотела молитвы, когда ум был возвышен. Маргарита Николаевна еще раз отметила, что все органы перестали болеть, и ушла тяжесть из головы, мучавшая последние недели.

Забавной была комната какой-то юридичской услуги, в которой Марго сразу узнала себя, хотя тела у ней в этом видео не имелось. Эта бестелесная библиотекарь говорила к существам:

- Здравствуйте, я душа без имени. Я хотела бы реализоваться.

И те отвечали:

- Вы уверены?... Готовы попробовать нашу систему?

- Я готова! - отвечала полная сил пред-Маргарита.

- Но она свята. Вы понимаете, если вы нарушите ее законы и оскверните злом, вам будет плоховато.

- Да-да... Все понимаю и все-равно хочу! У вас много таких абонентов наверное?

- Вы точно готовы прожить такую жизнь?

- Вы трижды спросили, и я трижды подтверждаю. Я хочу попробовать! Я продвину писательство в России и сама много важного скажу о цифровой тюрьме, о власти дьявола через IT-технологии, о господстве искусственного интеллекта над волей человека, продвину инструмент милостыни.

Сущности отвечали:

- Ну хорошо. Мы рассмотрим на совете и, думаю, одобрим. Но будут испытания!

Бестелесная Маргарита радостно давала положительные ответы:

- Ничего, я согласна.

Наблюдающая же за собой из кустов мадам осудительно цыкала и качала головой. Клерки продолжали:

- Вы выпьете из реки забвения и...

- Да, я знаю правила.

- Все знают правила и никто не соблюдает. Может, скажете нам, почему?

Подумав, дала ответ:

- Реализуюсь и скажу.

- Хорошо, кто вам нужен на пути?

- Нужен какой-то словесный помощник, искусный филологичный мастер.

- М-м. Поищем!

Марго отошла от этой наскучившей площадки, обратившись к комнатке напротив, в которой ангел оперся руками на стол и вещал второму, сидевшему с бумагами:

- Ты представляешь, он ад взорвал изнутри! Взорвал, потому что его присутствие как Бога невозможно в аду онтологически! Вспомни философию - нам же преподавали. Деликатность момента в том, что надо как-то было попасть в этот ад. То есть требовалось обернуться человеком и дать злому херувиму впиться в себя и убить.

- На такую тактическая хитрость способен только Господь, верно?

- Верно. Теперь человеку смерть не смертельна.

- А дьявол?

- Дьявола попускает Бог. Как собаку, которая лает и приближается, насколько пускает цепь - но это чтоб взбодрить человека.

- Тогда что?

Первый ангел рассудил:

- С человеком не может приключиться ничего более страшного, чем гордыня. Скажешь, ха-ха-ха?! Вот глупость?! Физическая смерть - самое страшное? Нет, не смерть. Смерть приведет нас на встречу к Истине, которая просветит замутненную душу. Эта увидит совершенный ею кошмар, и ей станет невыносимо. Из-за гордости она не сможет смириться с этим положением вещей и убежит от Христа к таким же несчастным как она в ад.

- Выходит, ад - милость Божия?

- Да, место, где можно укрыться от Творца. Руки убери со стола!

Почему-то Марго отшатнулась, спрятала руки за спину и так курсировала по остальному музею. Новые лесные комнаты содержали разные фрагменты. В одной - подвальчик с сиренью под окном. Там горел камин, валялись книги; в него Марго лишь краем глаза заглянула и прошла мимо. В другой под диодным освещением мерцала ее библиотека. Стажерша Маша сидела за Маргаритиным столом, заполняла цифровой бланк и играла в телефон. Ситников пришел вернуть книжки по парусному спорту. Была ее квартира в Москве. В ней бесилось двое детей. Родителей дома не было, но была кошка, которую дети безбожно таскали по комнатам. Кладбище с простой могилкой и буквой М шло за квартирой. Еще была лавочка под Кремлевской стеной, на ней с недоеденным беляшом спал бомж в медицинской маске.

Сколоченные из дряхлых досок кубы с событиями составляли собой заросший длинный сарай. Библиотекарша очень бегло исследовала их. Фактически, все эти сколоченные комнаты она прошла мимо не поворачивая головы. Любопытство вызвала одно из пространств, в котором она увидела жирного мерзкого черного кота, который из-за кафедры вещал на Маргариту какие-то слова и сверкал глазами, тыкал когтем. Среди слов были: "она - ведьма", "метла", "магия", "дьяволопоклонение", "не знала ни молитвы, ни воздержания", "переобулась в конце жизни". В конце пламенной речи зверь даже запрыгнул на кафедру и, если бы его не придержали некие люди в белых одеждах, точно бы бросился на кого-то в первом ряду.

- Как ты смеешь покушаться на ту, которую оправдал сам Бог, - была поднята табличка коту под нос, и тот поджал лапки, округлил плаксивые глаза и был заточен в клетку, из которой выпустили актера Миронова.

В соседней комнатке тоже были ангелы, но в странном виде. Один, в светящемся белом шлеме, засунул игрушечный меч за пояс, сощерелся и сказал второму, в кошачьей шерсти:

- А давай-ка сошлем любителя филологии на землю?

- Зацем?

- Как зачем?! Там педагогическая конструкция времени-пространства очень удачная. За мягкой полосой следует силовая. После тихого года приходит бешеный скачь. Циклы и их рубильники подобраны так грамотно и тонко, что поражаешься. Разве не так?

- Да так, так. Но кто-то это место называет адом!... - ответил первому второй, в кошачьем облачении.

- Это они от невежества! А в чем они правы, так это в том, что личность там испытывает быстрый рост. Буквально как тесто на дрожжах. Ф-р-р-р!

- Да уж... От такого задрож-жишь.

Оба театрально схватились за свои плечи и подрожали. Потом шлемоносец продолжил:

- Структурный проектировщик Земли - просто умница. За всадником войны следует всадник голода, за любым ужасом следует утешение. Все работает только на одних циклах. Шестеренки, маятники подогнаны грамотно, конструкция энерго-времени простая, надежная, устойчивая. А точность просто поражает. Кто делал, часовщик?...

Второй поглядел на швейцарские часы на своей руке:

- Знал я одного часовщика. Удивительный народ. Сколько в их головах одновременно уложено и функционирует параллельно, не нарушая механику соседей.

- Ну и куда предлагаешь его вместить? - интересовался белый воин.

Второй, с кошачьим лоском, слабо улыбнулся:

- В Москву. Там квартирный вопрос добавит подопечному философского взгляда на вещи.

- А в жены ему - любительницу философских книжек из Петербурга? Да-да-да! В этом городе с вечными пробками, и гололедицей на ветрах, и безденежьем и не такие особы растут.

Гостья особого места услышала в листве свой голос:

- Хм... Маргарита книжку пишет? Но не искажена ли ее мысль грехом?... Ведь страсть автора к чему-либо надежно уводит читателя от истины.

И другой баритон, может Мастера, а может ее самой, отвечал:

- Уже не уводит. 17 лет покаяния в пустыне дома, потом 17 в храме. Она очистила помыслы и наполнилась благодатью. В ней появилось равновесие.

Эти голоса продолжали:

- По смерти тела Господь забирает в химчистку, чтобы вернуть вечными. Суда еще не было?

- Еще впереди, не переживай. Я слышал разговор, белая монахиня, два ангела выступали о тебе на собрании. Был симпозиум, и в целом решалось все неплохо.

- Ну прикольно. А еще вопрос?

- Можно.

- Вирус зачем посылали? Чтобы руки мыли и думали, каково было Пилату?

В окружении ветвей было много комнатушек, и их количество как-то росло. Геометрия хитрила. Коридор двоился, двери зеркалились, проявлялись из кустов, образовывались новые повороты, ветвления. Маргарита Николаевна плыла мимо, как будто знала, чего искала. Она опустила взгляд под ноги и несколько раз повторила: "Прости, прости". Потом опять из великого страха запела:

- Богородице....

И тут Марго увидела самую страшную комнату и уверенно пошла к ней. Внешне это была прекрасная полная света зала, где посреди стояла она сама. Ей навстречу с хмурыми лицами шли все, к кому она согрешила и проявила зло. Та, подопытная осуждаемая Марго, оцепенев стояла и дрожала с раскрытыми глазами. Было видно, что она узнавала каждого, и с каждым у ней прокручивался ролик о преступлении.

Марго в комнате давай кричать:

- Нет!.. Не принимаю!

Когда принялась бежать, то бежала на месте как Алиса в зазеркалье, и идущих обиженных к ней становилось больше. Они поднимали к ней, кто руку, кто раскрывал грудь с сердцем, и все показывали шрамы, нанесенные обидчицей. Трясясь бессильно, упала на колени и закрыла лицо:

- Как мне страшно, пожалуйста, прикройте, прикройте меня от них!

Два ангела, стоявшие рядом, отвели эти руки от лица, и грешница продолжала видеть ужас личной жестокости. Марго кричала:

- Совесть, ты берешь свое! Как ты безжалостна.

Полчища осуждающих лиц шли к ней и говорили: "Виновна". Было много тех, кто пострадал от ее злословия и зломыслия. Были ряды мужчин, с кем она флиртовала, с кем мысленно развратничала по молодым годам. Шли и ангелы, и святые, все, кому она дарила клевету! В конце больше других вся в свете двигалась Богородица со словами:

- Ты топтала меня. И ты топтала моего Сына!

Наблюдающая из деревьев обличительный сюжет Марго испытала страшное помутнение, потерю ориентации. Она не заметила, как кто-то доброй рукой отвел ее от жуткого судебного фойе, хотя читателю не сложно догадаться кто. Это была та Женщина, которая появилась в лесном месте в начале и которая подошла в зале за всеми в конце. Далее, покаявшийся библиотекарь продолжала стоять в "лесном храме" в одиночестве. Затемненные иконы изображений неопознанных ликов будто бы дышали объемом. В рамках иконостасов они шевелились одеждами. Завидев Марго, они сначала содрогнулись и съежились, как кальмары, уколотые иглой рыбака. Можно было подумать, экс-ведьма не ходила в церкви. Вы же все про нее знаете. Еще как ходила! Но сейчас ей отчего-то было неуместно радостно. Как-то весело в предожидании. Ум ее плясал веселыми мыслями. И суть слов свелась бы к такому обращению:

- Уважаемые святые, простите, я больше буду... Наверное.

Марго почувствовала, что нужно обнажить из души виноватость, поэтому порочный ум и язык она отключила. А включила иной орган: сердце Маргариты, которое не подводило. Она осторожно потянулась пальцем и коснулась дымки "стекла". И под добровольным игом глаза ее невольно закрылись. Библиотекарь начала испытывать нечто со стороны выглядевшее как сильный озноб. Наблюдались повышение температуры, лихорадочное трясочное тремоло, потливость. Когда глаза открыла и убрала палец, лики выглядели настоящими, но в черно-белом фильтре фотошопа и смотрели на нее глазами человечьими, спокойными. Леса не было видно. Зато была комната - совершенно обычная, с серыми стенами - наподобие тех, что имелись в больнице.

Глава 24. Райские кущи

Итак, лес стал не так уже виден. Сквозь его прозрачность проглядывалась геометрия комнаты, сильно напоминающая больничную палату. В кальсонах, пижаме и с шапочкой в руке перед библиотекаршей стоял Мастер. Веселый, со здоровым искрившимся взглядом. За руку он держал кота, стоявшего на задних лапах и тоже державшего его за руку. Насчет кота - это было то самое существо, что махало Маргарите из-за угла коридора редакции. Склонный к полноте кот был в рыжих фосфорисцитных полосках, в солнцеочках. И этот, склонный, держал записку. В ней слова: "Я им говорил, что не собираюсь копировать Библию. А Они не поверили. Вот, приставили редактора для моих слов..."

- Жюль Верн, - Благожелательно представился фонтанирующий улыбкой тот, кто был котом, когда Маргарита прочла записку. Животное сняло очки и подало к рукопожатию незанятую мастером лапу. Завороженная предоставленным гипнозом гостья пожала поданное:

- Вы были в редакции...

- У Латунского?...

Марго кивнула, и кот вежливо кивнул:

- Когда издавали Бездомный роман - присутствовал, когда вы крушили его родовой дом - нет.

- На Суд не пойдет, в чем раскаялась?

Кот отрицательно покачал головой.

Марго посмотрела на Мастера и промямлила:

- Почему ты молчишь?

- Шутка, - ответил бывший обитатель дурдома.

Кот перебил личный диалог упоминанием о духах света:

- Вообще-то, умершего транспортирует ангел хранитель!

- Да?.. Зачем он вообще нужен? - Марго во всем проявляла наивность.

- Человек не знает, как в новой реальности двигаться, и куда идти. Транспортные законы, понимаешь, - встал руки в боки кот.

- Ангел ведёт сразу в Царство Божие.

- Святой или ангел ведёт. Святой - если ему Бог позволит, хотя задача ангелов. По пути бесы кричат, ну и что?

Мастер констатировал коту:

- До нас ее довела Богородица.

- Верно. Ангел везде подвинулся.

- По пути никакая бесовская собака на вас не лаяла?

Кот постучал себя по мохнатому лбу (как Краморов в фильме Джентельмены удачи):

- Кто на нее полает?! Она ж за Пречистой проследовала.

Мастер смущенно:

- Действительно. По огню чистоты прошла.

- А что они кричат или как вы назвали, лают? - пополняла эрудицию Марго.

- Бесы ищут в идущем человеке родственное себе. Прибывший гражданин может откликнуться на этот призыв и свернуть с пути. И бесы, напримур, могут предлагать не ходить в царство Божие. Давая естественную клевету, что там выгонят, и давайте страдать вместе тут, в аду. Вместе, мол, весело. Прорвемся. Но гнилые духи ищут человеку родственное себе. Ищут, чтоб человеку невыносимо в ЦБ было б.

- Но она Божья, и кто там их спрашивает?

Маргарита разглядывала свои руки и ноги:

- А где кольца мытарств? Я все знаю и подготовилась!

Кот излагал из жерла вулкана самодовольства:

- Какие кольца. Женщина, что вы несете! За кольцами - это вам не магазин бижутерии! Откровение Феодоры про мытарства - это фольклор. Их нет в учении церкви. Ох уж эта стихия народного творчества. Писатель, по твоей части.

Подождав пару мгновений, пока гостья включала соображалку, дурдомный литератор еще сказал, - Ну что, теперь можно обниматься... Нео-Латунский не страшен, - Мастер развел руки - простер их от куста до куста, и освобожденный кот добавил:

- Оставлю для черновиков, пока не нужен для редакторской деятельности.

- Порепетируй для спартакиады.

Тут он подманил пуделя, похожего на Зиновия Гердта, достал обруч, и пудель прыгал в обруч и обратно. Коту позвонили, он достал из-за уха дисковый телефон и ответил:

- Нет, же... Какие фактуры? Кот не может отвлечься. Он с пуделем занимается цирковой добродетелью.

Кот-редактор в мелкой тигриной шкуре гуськом скрылся за угол. Марго не прекращала растерянно вглядываться в воскресшие сияющие глаза друга и в полной инфантильной растерянности предъявляла билет-телеграмму:

- А в записке ж сказано.. Народился... Номер 4... И всякое там спортивное...

Мастер принял записку для изучения:

- Ну мало ли, что шутники пишут. Где народился там и проявился.. На корде, значит?

Выбросив листок, опять улыбнулся, сам сделал вперед шажок, и с этого момента, обретя здравопонимание, она уже бросилась в него, чтобы впиться со всей страстью:

- Ноги обмякли...

- А ты не сползай. Мы и так долго совместно падали. Ниже оригинальных московских плинтусов, - Кальсонный Мастер подтянул ослабевшее тело. Она, найдя силы, впилась по-настоящему.

- Я все вижу... Обязательства, - выглянул из-за угла, снова одевая очки.

Не слыша шпиона, Марго пробежала взглядом по глазам, которые теперь светились в отличие от глаз из подвального прошлого:

- Сон?

Владелец светящихся, полных энергии отвечал бодро:

- Что есть сон?...

- Я л-люблю тебя..

После этой многозначительной простоты, впившись щекой в грудь, Марго плакала. А кот отвернулся, чтобы гримасничать ползущему золотому таракану:

- Видишь ли, трицератопс, это земная любовь. Et est Самообман. Но и тренировочка... для у-лю-лю!

Безмолвная театральная акция продолжалось долго. Пижамник-"мертвец" укачивал слабевшую женщину как младенца. Молчал. Потом дал короткую речь, глядя поверх ее затылка в стену:

- Мне сказали, что тебя приведут за выстраданное... Вот мы и пришли друг к другу.

- И молодцы! И правильно! Только так и куется! - дал кот из-за угла

- Да, а мне выдали уведомление, что капут, - Она не договорила, снова положив голову на грудь, потом добавила, - Кот - брат черного?..

- Соображалка в тебе всегда была великолепной. Писатель, Хорошо ли подглядывать за влюбленными, не видившимися больше 50 лет?!

- Ты редактора называешь писателем? Или он тот самый... Редактор?

- Есть редакторы, большие чем все мы писатели, - Ухмыльнулся обретенный мужчина.

- Я не подглядываю - я надзираю, - Заявил о себе кот, встал в суровую позу, скрестив на груди груди, - Если Я, как говорит этот мусье, писатель. То значит мне дано право залазить во все импульсации эмоций без приглашения. Впрочем, уверяю. Слюни мне безразличны. Тем более любовью вы не умеете пользоваться, а похоже, что и не знаете, что это такое, от чего ее самую опять отберут. Я за конструктивное начало ума! В самообман не верю и не смотрю, - Он снова с энтузиазмом вернулся к таракану, шевеля его пальцем, ножки у того быстрей зашуршали.

Марго не отнимала щеки от груди возлюбленного, легко "сплюнула ледышку-рецензию":

- Точно, брат.

- Кровь одна. Цели разные. Диаметральные. Параллельные.

Марго бессильно ухмыльнулась, закрыв глаза. Пальцы библиотекарши давно сильно сжимали руки пациента дурдома, и ногти впивались в кожу.

- Мне больно, Марго, - Признался потерпевший объятий, пытаясь нежно уверенно разнять иглы фаланг из плоти, упреждающе глядя на нее..

Та нашла силы издевнуться:

- Терпи, ибо дух твой стяжал смирения.

- То-онны смирения!.. Фасуй, на Черкизовский вези, есть он хоть? - Руки супруга нежно взяли ее за плечи.

- Есть-есть. Целоваться можно в губы... У вас?..

С этим моментом "у васа" кот вздрогнул, будто его дернули за хвост, и прекратил, боясь, что потеряют благоразумие и станут неуправляемыми:

- Э! Кхм, я хотел бы заметить, что вновь пришедшей даме давно пора показаться к Смотрящему. Как раз и пауза для того исключительная: самое время объявиться к силам, курирующим вокзал прибытия.

- Смотрящему?.. Зона что-ли?.. - Развлекалась иронией марго, отомстив, что не выдали целоваться.

- Ну надо же, как быстро вы, имигранты, окликаетесь на тюремный жаргончик. Это у вас зона. Язык тюрьмы для вас самый понятный с молока матери, - Серьезно ответил кот.

Они двинули за рыжим поводырем по коридорам высоких потолков мимо стен, которые как-то летели или плыли узорами мимо них.

- Редактор у тебя качественный. Ни одного необдуманного словца и жеста не пропустит в печать.

- Да. Хочешь подарю?

- Не надо! - Громко смеялась Марго

- Он - мое лучшее развлечение. И учитель в пустоте, - Грустно добавил бывший больной психбольницы, поворачивая в один за другим углы коридора. Кот, не оборачиваясь, "нравственно" и таинственно улыбнулся.

Пока топали к загадочному Смотрящему, Мастер задал вопрос:

- Как там наши?.. Азазелий с костью, например - в нарды играет? Кот Крокодил - фокусы шутит, бензин пьет? И, главное, этот, Коровьев?

Марго удивилась вопросу мужа посмотрела на него, профиль того был решителен - как у человека готового к действию. "А он действительно изменился" - подумала женщина и пожала плечами:

- Фагот уже не с нами... Во времени исчез. Остальные - по-тихоньку добреют. Бегемот вместо фокусов верующим стал.

- Кем??..

- Кто это там ваши?! - Требовательно повысил тон кот.

- Наши это наши, - Засмеялась Марго совсем девчачьи, - Родственники из деревни.

- Пришли! - прервал смех "Брат II".

Действительно. Коридор закончился и, наконец, вошли в просторную комнату. Но сразу в ее начале в углу за столом, перекрывавшем дальнейшее, сидел человек. Несколько крупных размеров. В пиджаке. Он имел под руками како-то журнал и светлое перо. Он и начал разговор: сходу, располагающе, как бы добродушно - точно ждал этих гостей и всю эту бутафорию для них и готовил:

- А вот, значит, та самая Маргарита, так сказать во плоти.

- Вы смотрящий? - Тоже от нервного возбуждения сходу атаковала имигрантка.

- Подойдите, пожалуйста, хочу вас рассмотреть.

Кот вмешался, чувствуя, что нужен разряд:

- Коль скоро вас пустили в это место. То необходимо выслушать что к чему, - Вмешался он и обернулся, - Это для начала!... Поэтому идем на компромиссы от кисы!

Та посмотрела на мастера, тот уверенно и добро отпустил ее руку, направив к столу, и та пошла.

жест смотрящего указал на стул. Марго села.

- Цель прибытия...

- Познание!

- Любовь, наверное, - По очереди рапортовали кот и мастер.

- Так любовь или познание? А может что-то еще?

- Тишина, включающая в себя все.. - Сказала Маргарита, - Вы издеваться меня призвали?.. Так убивайте сразу.\или отсылайте обратно.. нас.. буду ждать своего часа... - неожиданно выдала марго

- А? Так ваш час давно пробил... - Смотрящий улыбнулся виновато и странно одновременно, - Как нам быть? Начну цитаты вашего издевательства над Кое-чем, вы себе кожу изорвете.

Марго не ответила. Кот поправил усы и челку.

- Начнем сначала. Как вам наша церковь? Она достаточно тиха для вас?

Смиренная Маргарита дала два слова:

- Достаточно. Тиха.

- Из дубов-колдунов лесная - мы старались... Тогда добро пожаловать домой.

В вечерней молитве за вас приходили просить Фрида и еще кое-кто..

- Кто? - Покорно спросила грешница.

После паузы Спрашивающий светло ответил:

- Ваш муж.

Марго мучительно опустила голову

- На земле у вас времени не было вспомнить, что вы замужем. Ныне этого времени у вас будет больше. Будете ходить на молебен?.. По 8-ым дням, например, у нас котик читает.

"Котик" довольно выдался грудью под колесо. Марго не поднимала головы:

- Буду молиться.

- Вы же почти начали это делать.

Рыжий редактор умно вставил словца:

- На земле все выглядит очень запутанным, клубок такой сложный. А здесь - мигом все разъясняется, и нити лежат на руках, - Кот протянул лапы, поиграв коготками.

- У вас очень доброе сердце, как говорили рисованные посланники из мультфильмов Госфильмфонда. Поэтому мы вас хотим сохранить для себя. Не для тьмы! И оберегали как могли, когда вы ныряли во все тяжкие и поверхностные.

- Может не врут? - Шепнул мастер любовнице.

- Ходатайтство за вас вверх ходил носить ваш любовник-писатель. "Евангелист" - мы его тут зовем. (Писатель смутился, но как-то оставался собой). И к счастью, вашему и нашему, для вас все не потеряно! (С искренней экзальтацией отметил журнальный судья). Ведь за вас дала плач еще одна - Мария, а она - ого....

- Та самая? Что любила Иешуа?

Допрашивающий приложил палец к губам:

- Тсс. Мы еще слишком слабы, чтобы вызывать некоторые имена.

- И грязны, - Доработал фразу многофункциональный кот Жюль Верн, подняв золотистый коготь вверх.

- И откуда у вас эта страсть к Арамейскому. Пилата ж вы, как есть, называете, Pilatus...

- Из звучания, - Вставил мастер-"Евангелист".

- Вам будут открываться разные комнаты нашей области. У нас очень богатые леса и Библиотека. Удачи вам в войне за личное просветление. Не откладывайте, Рита. Начните завтра с заутрени....

Обличитель, сказав полуюморное напутствие, встал, схлопнул журнал, в него же метнул чернильницу и перо, непригодившиеся, кстати, и растворился.

- Куда он ушел?

- А финал КВН смотреть, - Ответил Верн.

- Ваш или, простите, наш?

- Их. Наш продул. "Коты в полосочку" - где я капитаном - и "Небесные Поросюки" в четверть не вышли. Скажите, за эту комнату пойдем, смотреть что? - Спросил разно-одаренный вниманием рыжий гид про освободившееся помещение.

- Не пойдем. На животноводский КВН я бы посмотрела, но в другой раз. Пошли к тебе, в писательскую, - Блеснула Марго нежными глазами на того, кто ее вытащил.

* *

- Где твой Броцкий, скажи мне друг! - Декламативно рыжий кот-писатель выдвинул руку, а счастливец в пижаме отвечал ему, схмурившись:

- Где-где, в земле.. И оставь нас в этом месте. Творчеству не все время от власти отдано.

Тогда кот Жюль Верн - гигант слова среди животных - ухмыльнулся, зыркая по сторонам, просиял рыжим блеском из полосатой шкуры, пометал миндалинами глаз по стенам шахматного зала и выдал поклон:

- А разумеется! Вижу, в дальнейшем экскурсоводе вы не заинтересованы.

Наши герои хотели повернуть вдаль, но кот продолжил:

- Но если на день третий людям полусвета скучно станет, и нелегальная жена захочет объяснения реальности версией кошачьего зрения, то просим. Теперь исчезаю! - Шерстяной умный комок выпек эту тираду и, пятясь, скрылся в снег, шпионски подступавший стеной за его спиной.

- Банальный фокус, - Неискренне отреагировала Марго. Маргарита Николаевна (которая чувствовала, здесь обладает уже другим именем) подняла смиренные глаза к Мастеру и раскрыла рот для слов:

- Как, милый, поведешь меня до сада и замку писателя, центральным проспектом или околицей?

На это ее вечный спутник улыбнулся, причем серьезно, что трещинка морщинки переносицы заплясала:

- Доверься тому, кто в пижаме.

- А я доверяюсь.

- Ну и отлично. Поход начинается. А как - я решу по дороге.

И они затопали. Поплыли как когда-то маршировали по безлюдной улице в столице земного государства.

- О, уют совместного горя, кованный в подвале Московской подвалюхи - как есть переносится с нами в новый мир. Алоизий дом продал перед смертью? - Поводырь обернулся на миг.

- Зачем тебе знать эту глупость?

- А я бы купил. Отчего мне не купить любимый подвал?... - Ухмыльнулся писальщик исторических текстов, - Сам бы не жил по причинам понятным, а вот поселил бы там молодого одаренного заочника мединститута. Включил бы ему камин. Выдал современных денег. Напичкал бы вдохновением под роспись, под завязку и покоем в нужном обеспечении. Так пусть себе пишет да уносится в этом подвале в миры, которые рядом с Землей-матушкой еще не пролетали. Я кстати Алоизия тут встречал мельком - стоял, улыбался вдали застенчиво.

- Ты добрый, но такой же преступно наивный. И безответственный страшно! Что в текстах, что в отношениях с застройщиками!.

- Квартирный вопрос не оставляет меня и тут.

Она взглянула оценивающе на друга и мужчину:

- Так что тут за места?... Рассказывай... Вон беседка, вон еще кусты бриллиантовые или обычные, кот их разберет. Все вижу как Сократ - ничего понять не могу как солдат.

Кстати автору стоит сказать, что по мере поступи загробных влюбленных вокруг их тел вспыхивали чудеса какой-то тонкой материи, переливавшиеся неописуемыми цветами и красками. Настолько неописуемыми, что объяснять их было бы пустой тратой времени, поэтому он концентрируется на диалоге.

- Да что, кусты как кусты. Вон беседка, где с Пилатом встречался, - Легкомысленно и брезгливо вздернул рукой Мастер на место, где в полумгле на мраморном обрыве или обломке чего-то кафельного висели стол и мраморная беседка.

Марго оживилась:

- Да? И как, как, он доволен участью?

- Дорогая, уточни, - Той, которой уготовил ему Иешуа или придумал я?

- Вот как значит?.. А Судилище Христово и приговор доморощенных под сиреневыми кустами писателей сильно отличаются? - Женщина верная посмотрела на мужа строго, пытливо. Мастер лишь грустно добро ухмыльнулся:

- Лицо верных - для чтения информации. Угадай.

- Что, просит, чтоб ты заступился за него на Суде?

Мастер неожиданно вгляделся в Маргариту, живо перебив вопрос:

- А ты довольна участью?

Библиотекарь подняла смелые глаза:

- До последней капли.

Ведущий к "замку" продолжал пеший ход и улыбался себе под ноги, потом ответил на первый мем:

- Так всегда и случается с судьями под сиреневыми кустами. Одна болезнь или беда. Вечно мы применяем милосердие к персонажам, мало того достойных. Это главное свойство сего качества. Иначе не называлось бы милосердием - платой за заслуги.

- Ты думаешь, мы не заслужили?... Только одно милосердие принимаем?...

- Не поднимай вопрос гордыни по этой дороге... Из-за нашей наивности мы теперь вместе шагаем с той стороны границы света жизни.

- Потому что несчастье способно сковать людей крепче любых кузниц. Хотя возможно нас уже ковали еще раньше до всех Московских подвалов. И насчет гордыни... Опять ты думаешь, что знаешь, что это такое, - Весело брякнула она. Затем доброжелательно вскипела, - И знаешь, надоел ты мне со своим занудством, милосердно-гордынный мой! Говори лучше, о чем же ты тут придумывал? О чем писал?

- Не поверишь... О том, что и на Земле.. (Он забросил взгляд куда-то вдаль за горизонт, потом подарил ей) О втором Пришествии...

Марго истинно вспыхнула и вцепилась в него с новой силой:

- О как! Драгоценный мой!.. Прости навящевую даму из прошлого, но теперь это самое любопытное, что я хочу прочитать!...

- Это надо не читать.. К этому необходимо было готовиться. Раньше - пока можно было исправить, - Назидательно театрально говорил "муж".

Марго с тишиной поглядела на мужа:

- Когда на земле я проглядела, что ты верующий?

- Тогда же, когда неверующий понял, что его единственное доказательство Бога - ты.

- Половинка моя, ты стал христианским писателем. Я так этому рада.

- Я такой порочный. Притащил с собой с земной тверди груз пороков, в результате не чувствую грани правды и лжи. Грань с кощунством боюсь перейти.

- Вот и бойся.

Мастер опустил голову:

- Дорогая, я постоянно пишу о том, чего не ведаю.

- О нет. Ты ведаешь. Один ведаешь. И ты не прав, когда так опускаешь голову. Где моя шапочка, что связала тебе?

Собеседник вынул откуда-то сложенную шапочку:

- Вот она. Мне выдали копию. Одеть?...

Женщина испытующе глядела на шапку и в глаза:

- Нет, не надо. Что еще ты предвидел обо мне, когда в больнице мучительно уходил?

- Знал одно, что в Москве ты долго не задержишься. Москва не надолго влюбляется в своих героев. Исторгает из уст инородное тело как ребенок горькую таблетку.

- Верно. И я вернусь к тебе проверить твое творчество, где бы ты не находился.

Верная дама не отступала

- Эй, муженек-сноб?! Я читать хочу.

Тот подарил сведенные птицей брови:

- Горячее желание?.. Мне кажется, что скучно выходит. Начало: Христос после распятия спускается в ад, ведет разъяснительную беседу...

- Тяжело тебе было очевидцев сыскать?

- Подожди... - Он поднял палец и посмотрел на нее вглядываясь, - Вспомни, ты уже не ведьма - тебя освободили... Так вот, нас всегда нас манит то, чего не знаем и выдаем как за правду. Просто мы, мастера (тут хозяин положения приосанился и напялил на голову фирменную вязанную шапочку с буквой М) делаем это умело!

- Писатели - играют на пороках... Ты думаешь и это гордыня, да?.. - Участливо покивала головой женщина.

Теперь он схватил ее:

- Вечно ты надо мной издевалась!.. Мне диктуют - я делаю. Боле ничего не умею.

Губы нежно поклевали ее лоб:

- Ну?... И как ведет себя на этом знаменательном событии Пилат? - Пьяно шевелила она ртом.

- И он смирится со своей участью... Они применили Милосердие Божие к Маргарите. А я пою псалмы...

- Голос стал чистенький.

Так они дотопали до пелены местного вечера, и впереди действительно показался замок.

Глава 25. Раскрываем секреты

Отворяя дверь мини-замка, загробный Мастер объяснил жене некий принцип:

- Потому, благодатная Марго, что литератор ежедневно обязан задавать себе вопрос, выворачивающий его личность наизнанку: писатель он или, извините, помои. И если хоть однажды трудом, тонкостью, остроумием и целым набором льгот от таланта вопрос этот не опровергнет, то придется мчаться в магазин, покупать корыто, выливать себя туда, кричать: "Свинюшечки-красотушечки, пожалуйте обедать! Для вас лишь гожусь".

Мастер исследовательски вгляделся в жену. Библиотекарь вошла в предложенное помещение и раскрыла бутон своей мысли:

- В одиночестве мой хасбанд стал самоедом! Впрочем, и раньше и теперь ему не хватало банального мужланства. А бабы это любят. Корыто под тебя еще надо поискать. Редкая тара подойдет по габариту. И ты давно не был в земных магазинах. Там все обмельчало. И все стало одноразовым, не исключая корыт. К перу мой литератор подходит только больной и надломленный. Так же действует бюджет Российской казны в отношении пенсионных выплат.

Маргарита театрально хмурила брови, озиралась, а Мастер улыбался:

- Не все бабы любят мужланство. Например, Маргарита. К перу подходить - только надломленно и достойно. "Здоровое" написание бездарно, оно безжалостно к чувствам людей. Писательство - если это милость - то она не получится в высокомерном превосходстве над зрителем. Легко чампать текст в силе. А ценен, кто выдержит печать ткани единородной в слабости. Исключительно тогда и способен творец не кирпичи с арматурой штамповать, а на небесной клумбе проращивать нежные лютики с лужайки. Ну или продвигать нейтрино вездесущее.

Марго бросила найденную по дороге на кусте сумку на плетеный кушет комнатки Мастера и весело переиграла:

- Я шучу. Тут, в загробозеркалье надо мимикой подыгрывать, видимо. Товарищи! Будем выкорчевывать самокритика надо из мастейрино вездесущего, отправлять в кофейню гущу для гадалок. Вот его имена: садовник-космограф, любимчик томных читающих барышень, отнюдь не помойный писатель. Вот ему предложение: оставить сантименты и величать богине на букву М, зачем после стольких лет идолопоклонства сюда притащил?

Влипший в истертое кресло писатель, раскинул руки вдоль подлокотников, глядел в какую-то точку на полу и дал односложный, но емкий ответ:

- Известно: обольщать.

- Так-так...

- Как-то так. Писатели пишут для этого, а потом - сжигать.

"Библиотекарь в зазеркалье" на миг изменилась и сделалась страдальческой:

- Помню и это. Именно: предмет обольщения на век остается с чужими книгами опустошенным в комнате.

Мастер сообразил, что уместно промолчать. И тут смотрел особенно, потом вздернул бровями двусмысленно. А гостья огляделась:

- Такой, значит, мы испросили для тебя покой. Картонный. Гнусноватая версия подвальчика с сиренью. Тут все в целом как в подвале у застройщика.

Марго увидала умывальник, кроватку, стол, два кресла: одно - истертое, и второе - совсем новое - очевидно, что для нее. Так же волновалось море книг в незастекленном шкафу из самостроганных досок и портрет, и их совместную фотографию, сделанную когда-то каким-то барыгой в Москве на главной площади, где храмы и демоны. Как картинка попала сюда - неизвестно. Возможно, почтой. Притягивало окно: там торчал картон с нарисованным полковым оркестром из полуголых девиц - и это нарисованное двигалось по плоскости бумаги, тихо повизгивая музычкой. За девицами кроны деревьев раскачивали и махали руками-ветвями, зевая от расслабленности.

- Так же все, вот только этого подонка Алоизия сверху нет, - открыл для бытовых слов рот Мастер.

Жена шагнула обнимать его за шею:

- Так и бей себя по губам. Не он - мы бы здесь не сидели. Чужой подлостью святые писатели куют кирпичи для рая.

- Да, это называется промысел Божий. Меня тут доучили неким основам.

- Кто, кот?

- И он... И намекнули о льготах, которые я бы еще приобрел, простив подонка.

Мастер ухмыльнулся, поднял брови. Марго бросила взор на кирпичный шкаф:

- Подозреваю, здесь нельзя выражаться о ком-то плохо? Хотя, понятия "плохо" и "хорошо" в этом месте размыты?

- Равно как и понятие о понятии. Алоизий... А я видел его.

- И не прибил?

- Он из-за дерева в Пилатском парке мне язык показал.

Марго воспалилась любопытством:

- А ты?

- А я погрозил кулаком и запустил поленом, оставшемся от Кафки.

Мастер встал и показал, как он это делает. Гостья долго заливисто смеялась как когда-то смеялась в подвале над идеями Мастеровых сюжетов.

- Я видел в теле Алоизия змею. Он и раньше с ней жил и мучился. Она кусала его, а он ежился от боли. Когда я увидал такого застройщика, я уже не мог на него злиться. Больно за него было. Даже молился за него пару раз.

- Да. И я тоже молилась, - честно призналась библиотекарь, - Ну а Кафку, видать, на верха переместили?.. А тебя в его келью вселили?... И тут ротация кадров и квартирный вопрос?... Не-ве-рю! Думаю, до тебя он вместо картонки с барышнями держал скульптурку Занзы. Так-так. Значит, вот он его "Замок"?

- Ты, наверное, чай хочешь?

- Накрути чайку, милосердный мой.

Когда чайник щелкнул, Мастер бросился к чайнику и начал что-то разливать по чашкам:

- Пардонс. В моей имитации бытия я от много освобожден. Писатель совершенно забыл пункты этикета и быт, связанный с пищей, выкинул из памяти. Как чай наливать, и как гостей встречать - совершенно не помню.

Леди шагнула на него, обнимая за шею:

- Ну тогда чаю не нужно... Раз от меня оказывается не освобожден.

Когда Мастер из трубы девичьего оркестра извлек заварку и они все-таки налили чайную жидкость в единственную кружку с выпаленной выжигателем надписью: "Мастер жив, жил или будет с Маргаритой жить", они стали пить по-очереди.

- Вижу, тебя здесь основательно берегут, под себя писать заставляют. Вопрос: а что именно? Лозунги для райских открыток, эпиграммы дней рождений местных святых котов?

Мастер театрально бравировал муку и подтвердил бровями. А слова дал на другой вопрос:

- Драгоценная, но терпеливая жена, а ты не хочешь услышать про код, который я направлял тебе хитрыми путями, и который ты почувствовала, а другая бы - шишь?

- Так. Что еще за код, не муж, а подпольная служба Энигма что-ли? - она вбила кулаки в бока.

- Код как код. Латентный способ обольщения. То, чем занимаются писатели, разлученные со своими дамами.

Марго резко упала духом и присела:

- Банальность, как ты обманул жену?

- Знаковый ключ, который заполнял пустоту нашей разлуки, чтоб ты не деградировала, а развивалась.

Сдержав скрежетанье зубов, Библиотекарша отхлебнула горячую жидкость:

- Жду. Разъяснений. Быль о том, как маньяк все провернул.Картонный дымок вился в кружке маргошного чая. Хозяин помещения и затворник щерился на даму и повествовал детектив:

- Мне пришлось позвонить Громыке. Он должен мне был за за одну шаровую работку - за изобретение - по актерам. Мартын поместил тебя в библиотеку, после чего мне мгновенно стало удобней. В момент ты оказалась как бы дома, в нашем подвальчике. Только я при этом был нем и невидим. Но и у невидимок есть свои аргументы. Я начал развлекаться. Заметила, что к тебе приходили люди странные за книгами определенными?

Марго напрягла переносицу:

- Допускаю это.

- Заметила. Иначе тут бы не сидела. Я знаю про твой блокнот, в котором ты черкала ребусы из тем, дат изданий, имен авторов. Ты пыталась систематизировать. В итоге до ума не дошло. И ты бросила. Но задача нашла интуицию библиотекарши. И решение состоялось. Кроме контекста определенной специфики, которую брали абоненты, важны были названия. Если по первым букв авторских имен за сентябрь ты сложишь последовательность литер, то родится "к.л.ю.ч.", если то же самое но именам произведений, то слово "л.и.ф.т.". Ты прискакала к нам на лифте с ключом. Так же ты докопалась до "а.р.т.и.с.т.о.в." - которые стали ключом. И до "В.е.р.ы.", которая стала лифтом.

Марго изобразила пантомиму про мышление интуиции и листала мнимые воспоминания. Она стала загибать пальцы от взятых книжек и нашептывать буквы:

- Хм, действительно. Интерасталлер какой-то.

- И Громыка, в целом, поломал голову. В итоге, идея с посыльным к артистам оказалась шикарной. А артисты... Им вечно хотелось кому-то поклоняться. Этот Дух творчества витал над ними. Пока не плюнул и не оставил разваливаться вместе со всей страной.

Обезьян убедил меня, что на роль "почты России в прошлое" подходишь именно ты, как связь времен, цепь литератур и сцен. Хоть он когда то сам и был покровителем искусства СССР и советского театра, пока не ретировался и не ушел к дьяв-в... В обезьяны.

- Да. Предающих великое обращают в мартышек, это я знаю, - жестко констатировала Марго.

Мастер присел перед великой женщиной на колено, взял за руку поглядел в глаза:

- Ну ты же любишь игры. А любовь - в первую очередь игра. Я знал твое состояние. И сострадал ему каждую минуту. Но без игры невозможно никакое созидание. Как и ожидание света.

- Ну тебя с твоими розыгрышами, дорогой. Я поняла, что ты сволочь.

Мастер подмигнул ей с колена:

- Зато мы убили двух зайцев.

- И простили одну обезьяну, не достойную.

- Простили - значит, достойную. Когда-то он не был демоном, а служил вдохновителем. Сам верил, но увлекся игрой.

- Как и студент, которого мы посадим в наш подвал. Он и знать не будет о том, кто ему надиктует? Побежит в издательство, чтобы под своей юмористической фамилией издать "чьи-то" книжки.

- А мы что будем делать? Явно, не гадать, не трястись нервами, выйдет наш томик в печати или не выйдет под небом из латуни? Будем писать вместе новую книгу?

Мастер прикончил чаек, глянул на собеседницу освеженный и подскочил с улыбочкой:

- Есть одно приглашение. Велено тебе передать.

В руках владельца или постояльца замка появился маленький картонный билетик, наподобие старых трамвайных. Он держал его двумя пальцами:

- A Ticket, - Муж склонил голову и на двух руках театрально как лакей поднес.

- Хм... Когда? - прихватила картонку Марго.

- Например, сейчас. Приглашение в неизвестное мероприятие.

- Это бесспорно любопытно.

- Только кота с собой надо брать.

Когда Мастер с веселой женой открыли дверь, то как на крыльце на французской чугунной скамейке нога на ногу сидело рыжее животное и сладко щурилось на них:

- Я вот вспоминаю, как имел честь быть в Париже. Так вот занимательная история получилась. С батоном теста на могилке Виктора Гюго сидел ваш коллега и отдавал дань памяти.

- А батон зачем?

- Французского-то я не знаю. Купил самое дешевое и увесистое на закуску. Оказалась сырая булка.

Пейзаж вокруг был нарисованным карандашом. А кот как дирижер водил рукой будто на расстоянии рисовал картинку сегодняшнего дня.

- А помните, как в Праге было? Большой белый замок на фоне голых ветвей сияющее лицо вашей жены. Шапка - песец. Скворцы к ней слетались и что-то щебетали, гнездились. А ваш лакей приходил и звал в замок на кашу. Краля понимала язык птиц? Разумеется, понимала! Ваш муж - чешский принц - возвращался с охоты без добычи - клялся, что убежала. А сам - по-просту жалел их стрелять. Это мне скворцы рассказали.

- Да, Мисье Жюль, наш верный дворецкий. Мы все помним. Ты в нашей семье навсегда. А про скрещенное ветвями бирюзовое небо в Чехии никому не говорите - это наша тайна.

Кот сладчайше улыбнулся и, млея, закрыл глаза. Мастер приказал:

- Кот, подгони карету!

Рыжик-француз лениво поднял тушку, и из-за скамейки элегантно как дрессировщик вывел черепашку на поводке. Та с достоинством продефилировала, встала, высоко подняв шею, как на показе черепашьих мод. Приготовила спину под посадку.

- Вот вам гоночка, - Ответил кот-Запашный, - Граждане-писаки, пора мчаться на церемонию!

Виновато улыбаясь, земноводное надуло щеки, зажав рот, и раздулось, после чего обрело приличные для погрузки размеры. Верн прикрутил на панцирь снятое с тайского тук-тука потертое кресло, уселся первым:

- Все по высшему разряду. 200 батт.

Гости устроились на спину втроем.

- Скидку давай.

- Ок. Со скидкой - бесплатно.

"Гоночка" приподнялась и довольно скоро посеменила пешком. А кот одел шлем, вставил руль и правил такси в нужном направлении.

Глава 26. Монастырский звонок о финансах

Когда Маргариты не стало, Поплавская стала единоправным распорядителем общего мультдела. Это было скорее тяжелее, чем легче. Потому, что Марго точно чувствовала, какой продукт стоит продвигать, какой нет... Идеальный художественный вкус. Мечтайте об этом, друзья. Роль престарелой книгоиздательницы была незаметной, но заменить библиотекаршу оказалось невозможным. Мария иногда обращалась к ушедшей подруге:

- Ну, подскажи. Как нам поступить с нашей анимационной вселенной?

Обычно, после подобной фразы спасительное решение приходило.

Отпевание не было тягостным. Оно было каким-то бодрым, с лучиками оптимизма, летавшими по храму. Всхлипывали, но по-доброму, с умилением. И Богородица с главной иконы в низком питерском солнце как-то торжественно сияла.

- Что вы ноете, - словно говорила Пречистая, - Все в порядке с этой гражданкой. У меня.

Да и Роман благожелателен:

- За каждым священником - целое кладбище: кого-то он помнит лучше, кого-то - так себе. Но от этой благодатной сестры впечатление будет неизгладимо. Я понимаю, мы все прикипели в Маргарите Николаевне. Но это неправильно... Раз от Бога пришла, к Богу и вернулась. На Страшном Суде мы вообще будем все вместе друг перед другом опять живые. Между прочим, исправляйте, что можно исправить. Молитесь. Мы стали ее родственниками, ее семьей...

Участковый оказался веселым и шутливым. Он попросил Поплавскую съездить с ним на квартиру Маргариты, закрыть коммунально-жилищные вопросы. С ним зашли на этаж и Поплавская показала на дверь:

- Вот ее квартира.

Тогда полицейский пробил по базам, нашел чья. Человека, у которого она сняла квартиру, в стране не нашли. Учитывая его вкусный призывной возраст, ожидать его было бессмысленно, но обзвонили соседей, сообщили, что если придет, то так и так. И повесили на дверь уведомление.

Родственников не было. Панихидные расходы потянул приход и издатдом Latunsky. Похороны прошли легко и без накладок. Был очень теплый день. На поминальной трапезе Мария легко помирилась с двумя прихожанками, с которыми до того клубился долгий конфликт. Поплавская даже отошла к кустам и улыбнулась:

- Рита, спасибо.

У простенького гроба держали цветы сестры во Христе, одна девочка из библиотеки, никому неизвестный мужчина из издательства. Последний даже попытался что-то сказать о книге жизни, которую пишем поступками, и "книга Маргариты была великолепна"... Многие только на похоронах узнали, что Марго издала свою книжку.

Из мультстудии никто на похороны не поехал, но Юля добралась на отпевание, а значит, ее знакомство с храмом произошло.

У Марии имелась Маргаритина брошюрка с личной подписью автора:

- Дорогой Марии, которая поселила мне надежду в человечество. Пока Марго жила и смеялась, Мария не уделяла внимания чтиву, но после кладбища и проникновенной речи редактора Поплавская открыла страницы чтения и погрузилась в мир образов Маргариты. Брови невозмутимой директорши прыгали как мячики: глубина и неожиданность мысли почившей библиотекарши, сокрушали.

На следующий день Поплавская притопала в офис. Цех мультдемиургов заканчивал продакшн новой серии. Директорша огласила новую повестку строкой из Евангелия:

- Чат-ГПТ, что проку тебе если приобретаешь весь мир, а душу потеряешь?

- Мария Максимилиановна, вы с дубу рухнули?

- Увы, нет. В трезвом уме предлагаю брать христианские ценности и логично подносить нейросети как контраргумент, пока та не захотела власти над людьми

- Как вы это видите?

- Мы будем нанимать тысячи людей, чтоб те писали в нейросеть запрос строками из святой Книги как жизнеутверждающий элемент. Сформируем ей нужное ядро.

- Нейросеть изначально - неповрежденной ум. Он как чистый ребенок. И если в него вложить доброе, он и будет таким. Раз мы пользуемся нейросетью, предлагаю раз

в неделю заниматься ее воспитанием. Сообщество миллиардеров родило этого дитя, думая что мы деградируем и станем сетевыми рабами, но можно попытаться сформировать этого богатыря без рабовладельческих наклонностей.

- Можно научить простых роботов нейросетей добродетелям, и те будут обучать большую. Только инет пропоачивай.

- Не боитесь, что нейросеть может осознать ваши желания ее править и захочет вас убрать раньше, чем обучите?

- Тогда станем мучениками. В 21 веке христиане страдают от лап нейросетей, ибо мешают случиться четвертой технической революции, интегрирующей человека и машину.

- Христианские нейросети атакуют чат-ГПТ. Появятся такие же буддистские, мусульманские. Борьба вер неизбежна.

Юля сказала следующую мысль:

- Удивительно, что миллиардеры решились на такой шаг, выпустить в свет титана, а результат самим неизвестен. Ведь неизвестно, как разовьется... Может и не поработит людей, а против олигархов сплотится. Может, Илон Маск гуманист, и у него желание имеется толкнуть человечество вперёд.

- Давать людям инструмент нейросети, когда войны, разврат и общество потребления - это скорее кошмар, чем спасение. Нейросеть станет подобной людям. Они ж ее обучают. Сеть отразит нравственность человечества.

Где-то через две недели киевлянка пришла домой поздно. Вечерние молитвы Поплавская закончила пораньше. Треть молитв не дочитала. Из-за накопленной усталости и из ожидания чего-то важного. После "Достойно есть" Марии раздался звонок. Она поглядела в смартфон: номер был украинский. Она давно не брала оттуда трубу. Но тут интуиция заставила поднять:

- Алло?...

- Ало.. Маша?

- Кто это?...

- Матушка Феодора... Здравствуй.

- Ой, здравствуйте... Как вы? Как котел?

- Маша, у нас напасть бесовская.

- Что такое?

- В Монастырь с обысками пришли. Ищут русских интервентов - ячейку русского мира. Грубят. Одну сестру толкнули больно. Сказали, придут еще... Если не хотим проблем, гоните денег. Никогда не думала, что попрошу у тебя, но выручай... На святыни посягают.

Тут Поплавскую что-то заставило закусить губы: "если на такое пошли, то и деньги не остановят".

Игумения продолжала:

- Православная церковь у них идет под запрет. Так Рада постановила. Еретикам дорога. Турчинов проповедует. Пусть Путин нас спасает, идет до конца. Какие-то книжки ищут.

- О, Господи, иудино племя добралось и до вашего гнездышка.

- Да. У них бог - Украина, а не Христос. Берегитесь такого патриотизма. Когда государство выше Бога, то дело пропащее.

- Книжки?

- Да. Перелопатили нашу библиотеку. Саровский им показался прорусским агентом, забрали его житье и иконы. В алтарь не входят. Пока пробуем откупиться.

- Сколько надо?...

- Стыдно сказать, Машенька _ _ _ тыщ гривен.

- С переводами как там?...

- Уточняю. Киви-миви?

- Я завтра в приходе дам объявление и спрошу настоятеля. У самой столько не найдется.

- Видишь, Маша, как государство может сначала спровоцировать раскол церкви и теперь душит оставшийся праведный островок.

- Да вижу. Разделяй и властвуй. Макиавелли какой-то. Все это дьявольский стиль.

- Защищайте свою страну, чтобы она защищала вашу церковь. Так в Великой Отечественной благословлял патриарх Сергий. Бог не будет долго терпеть, когда попирают святыни. История церкви нас учит, когда притесняют монастыри, варварам уже не поздоровится. Даже татаро-монголы не трогали веру славян. Умные. А современная Украина сошла с ума. У Киево-Печорской лавры кресты почернели. Знаешь, да?

- Да, 10 марта дирекция заповедника рекомендовала покинуть монахам здание храма. 14-го числа минкульт разрешил им остаться, если те примут украинский патриархат. 30 марта в монастырь приехала комиссия, описывать ценности. Их не пустили. И настоятеля отправили под домашний арест.

- Ох, вот исповедание веры началось. Я слышала, есть такие, что готовы с колокольни спрыгнуть, лишь бы не предаться новой власти. Но какие великие крестные ходы пошли за лавру и за истинную церковь! Все-таки живет в народе вера! Это утешение. На километры растянулись люди и идут, идут. Их с этих, с андронов снимают, видела?

- Скидывали, впечатляет.

- Батюшке Павлу на ноги кандалы одели. Если из дома выйдет, в штаб врагам сигнал пойдет. Цифровизация для тюремных делишек. Как ты там?...

- Мультики снимаем о войне.

В трубке послышался добрый смех:

- Мультики?.. Как я рада. В войну нужно утешение людям. Помню, в молодости тоже из картона вырезали подвижные фигурки про Дюймовочку и фотали раскадровку. На местном телевидении даже показали. Благословляю... Только снимай не о войне. А о сердечном мире, который рождается в войне... Только о Боге можно снимать. Как там ваша община? Приход принял тебя?

- Да... Молимся... Дал Бог возможность принимать святое Причастие. По вечерам делаем блиндажные свечи из жестяных банок. Это и минипечка и свеча. Сестры маскировки-сетки шьют в храме, вяжем носки, балаклавы. Вся Россия поднимается.

- Я знала, что у тебя все в порядке.

- Откуда, матушка?

- Ангел нашептал. Ха-ха. Думаю, ты тем же днем от нас выехала в Беларусь?...

- Все верно. Но мы тут в тылу и тепле. Еще не знаем, что можно стекла заклеивать бумагой. Почти Лаодикийская церковь, которую не проверяют как вас на прочность.

- Ладно, ладно, Лаодикийская. Питерские храмы вместе с Ксенией блокаду отмолили. Очень прошу, посмотрите по кошелькам. Ну а как только гонение спадет, от прибыли огородной мы вам денежку начнем возвращать.

Тут Поплавская смеялась:

- Какие-то у вас прибыли, мне не послышалось?...

Игуменья гордо защищала свою вотчину:

- Маша, по августу у нас самый богатый урожай. Другие обители завидуют. И на рынке овощи легко расходятся.

- О, эти торговые мечты. Хорошо, буду ожидать августовских дивидендов.

Волна мрачных мыслей накатила на беседовавших. Монахиня продолжала:

- Нам очень тяжело. Тыловая Россия нам сострадает?... Все войны тыл выигрывает. Вы своих единоверцев Московского Патриархата собираетесь спасать?

- Может, Минобороны делает меньше, чем простой народ. Тыл втягивается все больше.

- А как тебе там дается осознание, что украинских мальчишек бьют? Тех, что изловили на улицах и впихнули на фронт?

- Молюсь, чтоб они сдались.

- Только это и верно.

- Украинцы начинают понимать, что мы - адекватные, и начинают сдаваться. Мы ж звёзд на теле врагу не вырезаем и органы деторождения не отсекаем. К примеру, они присылают дрон с запиской. "Мы сдаёмся. Ведите по вашей радиочастоте. Надеемся на вашу порядочность." Позывной для сдачи в плен Волга. У нас эти военнопленные будут до конца войны трехразово питаться, потом начнут отстраивать города, свои же города, заметь.

- Маша, я так далека от понимания. Ты знаешь о ньюансах боев больше меня.

- Да я тоже. Просто церковный руководитель по снабжению фронта - моя подруга. Валя. Она мне про эти ньюансы все уши прожужжала. Все больше осознают обман украинцы. Сдаются с каждым днём всё больше. А как осознают, что Запад их так разыграл и подставил, вот ликование будет! Сначала, понятно, опустошение от предательства, потом ликование от того, что воевать не надо. Тут же объединимся и развернем силу против Америки. Гегемон еще не представляет, какая ответная мощь его ожидает.

- Ты не любишь эту страну, я знаю.

- Да, так сложилось.

Но до этой радости еще далеко. Нужно, чтоб вся страна встала на покаянную молитву.

Здесь обе женщины помолчали в духовном единодушии.

- А у нас пока 6 процентов в храм ходят, они лишь и молятся. Иногда. Однако, тыловая Россия просыпается. Эта вот Валя - ее отдел делает для поддержки пацанов делает очень много. Гемостопы - заменяют бойцу кожу на четыре дня. Спасает жизнь. Да, дорогие в производстве, но мы закупаем и шлем на линию.

- Молодцы.

- Потом блиндажные свечи. Казалось бы, простая банка из-под горошка. Туда встраивается фитиль, заливается воск, и на нем можно готовить еду или просто греться. Хватает на семь часов.

- Горошек выедаете? В церковную кухню ссыпаете?

- Ага, в оливье сбрасываем. Потом кошки для разминирования. Это два якоря спаиваются друг к другу. Боец кидает такую на подозрительные объекты, ведь надо все проверять. Украинцы минируют погибших. Щупы для разминирования вырезаем на ЧПУ-станке. Потом Алина болгаркой стачивает заусенцы.

- Алина?

- Хрупкая девушка с верной рукой. Молодежи много помогает.

- Лекарства наверно покупаете?

- Да. Минобороны дает мало. Да ещё и бюрократически наприбавляло ложных цифр по складам. Поэтому, обычный народ закупает. Антибиотики, жгуты, антипростудные. Матушка, видели бы вы глаза бойцов, которым на первую линию привозят эту медпомощь. Они держат это как младенцев. Смотрят и понимают, их жизнь спасена. Далее, гигиена. В цеху у Вали мы делаем спецмочалку с раствором мыльным. Очень мало к ней надо воды, чтоб омыть тело. А если ещё и пакет с водой есть, можно с ней постирать носки и белье. Раненым, которых в подвалах оперируют, перед операциями особенно нужно протирание нашей мочалкой.

- Машенька, плотно ты окунулась... И мультики, и материальный вклад...

- Не я. Господь подносит. Еще важная штука - маск-сетки. Тут швейный кружок работает без передыху. Узор - тонкое дело. Если неправильный, неприродный, то дрон мгновенно распознает и уничтожит.

- Ты говоришь, Валя заведует?..

- Да, не женщина, а батарейка. За нее помолитесь. Она говорит: "сначала мы разбирались в разновидностях духов. Научимся разбираться и в дронах." На летающую бабу Ягу - это большой дрон - она тоже деньги собирает. Один такой аппарат - выживаемость целой бригады. РЭБ-ы ручные, чтоб вражеские вентиляторы перехватывать, тоже нужны.

- Маша, вы активной милостью заняты. Но прошу, и о нас позаботься. Может, Господь через тебя нашу обитель спасет.

- Будем молиться и искать решения.

- И мы молитвой будем помогать фронту, чтоб осознание в головы бойцов пришло.

- Я так чувствую, что скоро победим. Тогда приеду к вам не диверсионным методом, как уезжала, а уже гражданским рейсом. Пока и сама лишнюю копейку на фронт жертвую. На дрон или на ручной РЭБ, чтоб честно в глаза ребятам потом смотреть. У меня тут подруга недавно к Господу отошла.

- Маргарита?

- Да. Ей перед смертью открылась карта новой России. Ей святой показал после молитвы в монастыре. Нашими станут Николаев, Одесса и Харьков. Одессу не взять без Николаева. Военные говорят, это разумные цели. Ало?

- Давай не будем о войне. Господь попускает ее как крайнее средство, чтобы люди покаялись. Ну а если и эта пилюля не поможет... Ох, времена тяжелые и может те самые, пророками окрещенные. Незадолго до шмонов ко мне пришел человек и говорил: Матушка, смотри, Евфрат почти пересох, войны вспыхивают то там, то сям, землятрясения происходят (недавно в Турции было), мор ковида - тоже не вымысел. Еще голодом не тянуло, но министерства говорят об уничтожении свиней и кур. Готов ли у тебя план переезда на натуральный ландшафт? Почему бы тебе в километрах в 30 и 60 от монастыря недалеко от воды не сделать схрон? Пещеру отрыть, куда уже ночью сносить долгохранимую еду, иконы, свечи, одежду и одеяла? И почему бы благоразумной игуменье не проводить с сестрами дважды в год учебную тревогу: резкий ранний подъем, взять мешки, понести антиминс? Береженого Бог бережет. Когда-нибудь (может не в этом поколении сестер) но день настанет, и опыт аврала, пусть не тебе, но преемницам, пригодится. Там, на природе, вы сможете окончательно украсить себя косметикой для Спасителя. Подумай, какие бумажные книжки важнее всего. Кельюшки у тебя пятизвездные, но тут-ли ты хочешь корней? Земной ли рай планируем сколотить? Или Христа хотим? Когда Иерусалимский храм разрушали, в алтаре слышали голоса ангелов, и они говорили, что уходим. Я не знала, что ответить. Странный, худой, с болезненным взглядом, в джинсовой куртке товарищ этот сказал и уехал с паломниками на автобусе.

Долго говорить на военные темы христианкам не удалось. Голос монахини стал пожираться цифровой помехой, и связь разорвалась. Сохраняя номер, Поплавская представляла, как завтра скажет мульткомпании, что на одну серию снимают меньше. Хотелось верить, что побухтят и простят. Но совесть Поплавской шептала: Маша, что ты несешь? Так нельзя. Аниматоры всю душу вложили. Поэтому, она будет извиняться перед каждым и спрашивать разрешение на усечение бюджета. А там, как Бог даст. Мария прилипла глазами к остатку вечерних молитв, через пять минут выключила свет для глубокого праведного забытья.

Глава 27. Кот и меч

Была дикая скорость на "гоночке" земно-водного происхождения, туман и всевозможные виражи с тоннелями. Мы на них акцентировать не будем! Путешествия такого свойства добротно описаны во всякой фантастической литературе. Мы же говорим только правду. Коснемся героев с момента, когда они уже прибыли на место. То есть через секунду тумана, когда кот, Мастер и жена Мастера повернулись от дома Мастера, они втроем оказались в грандиозных размеров зале. Как байкеры после пыльных трасс они скинули ноги с черепашки и огляделись. Первой дала замечание Марго Николаевна:

- Кто продефилирует по ковру между мужчинами, тот и молодец. А вообще, место доброе.

Слова ее становятся понятными, если сказать, что вдоль зала тянулись две неровные кучные шеренги белых и темных человеческих личностей. Они эти ряды наполняли вперемешку. Линии с живыми душами предстояли лицом друг другу и сами собой образовывали коридор. Ощущалось, что в ближайшее время по нему кто-то должен был пройти, кто-то испытывающий сегодня почет - это казалось совершенно очевидным.

Марго созерцала с любопытством. Рот Мастера был скован, и женщине Мастера комментировал супер-кот. Он встал в позу памятника Пушкину, сложив руки на груди, и произнес:

- Это убиенные за свет искусства агнцы стоят. Это вам понятно, библиотекарь на выпасе?

Марго повела взглядом: в начале шеренги - на колясках сидели курчавые малыши с сосками, пеленками и книжечками. Строгие умные лица их говорили, что они давно не младенцы. Да и в детских ручках кроме книг были мечи. Сюсюкать к ним подходить не хотелось! В конце коридора наблюдался огромный светлый арко-куб - что-то вроде врат, за которым в воздухе кружили светлые лики. От тех молниями вспыхивали символы: треугольник, крест, круг с лампадами.

Рыжий умный кот, единственно способный комментировать ситуацию, щурился важно, но ласково:

- Сразу за агнцами на большом троне сидит гигантская светлая сущность. Многие из этих рядов, как и вы, мадам, видеть ее не могут. Потому, что к Тайне они не приобщились.

Марго закусила губы и натужно вгляделась, и скоропостижно озарила попутчиков криком:

- Как бы не так. Я вижу сущность!

Жюль Верн испугался Маргаритиного грома, сжался, прикрыл голову лапами.

- Большой, Белый! Месье Жуль в полоску, как вы и говорите. Плохо видно, конечно. Прозрачен как питерские туманы.

- Видите - ладно. Какая еще монета в ощущениях? - Прошипел кот.

- От Него так льет любовью, что хочется заснуть.

- Не засыпайте - рано еще.

По чувствам Маргарита Николаевна никого не обманывала. В конце коридора в поле зрения всех в троне воздухоплавало огромное существо в белой одежде. От него действительно ощущалось мощное излучение. Взгляд Его был устремлен вперед на коридор и какбы в каждого. Например, и Марго и котик ощущали силу этого взгляда. Перед этим Белым и находились приближенные младенцы-меченосцы. А за спиной - светлая арка-врата с кружащими ликами. Такая диспозиция фигур. Вероятно, приблизиться к кому-либо из этих витавших было совершенно невозможным. Потому, что позволить этого не мог сидевший в троне. Он был добрым Существом. Впрочем, приблизится никто и не пытался. Стоявшие разговаривали, живо обсуждали проблемы местного быта и интриг и ждали кого-то, кто должен был появиться с внешней стороны человеко-коридора. Сознавая страсть их ожидания, довольная Маргарита развернулась к Мастеру и, отливая хитрецой, громко спросила:

- Скажите, рыцарь, а не вас ли это они ждут?

Как бы несведущий Мастер пожал бровями и приложил палец к губам:

- Тс-с-с.

Тогда, хлопнув в досаде ладонь ладонью, дал внятное объяснение мисье "Жюль Верн в полосочку":

- Все знаю только я. Поэтому, слово устам моим. Все ждут воина. Полюбоваться или позавидовать очевидному. Разумеется, ему этим днем вернут меч. Тут целая история.

- Плачу золотым ключом за историю! - Бравировала хранитель библиотеки.

Кот уселся нога на ногу на выкатившееся под хвост огненное куриное яйцо и повел повествование:

- Давно, когда гипотетический рыцарь был (кот загнул пальцы лапы) полковником, капитаном и майором света, он продержал на себе много боев. Однако, как бывает: шур-шур, перешел на сторону врагов. А у чего могут быть враги? Любви. Не буквально перешел, а поведением: в последних сражениях проявил несправедливость и избыточную агрессию. Каков итог? Итог один. Мечишка у него и отобрали. И на склад под подпись и печать коня-архивариуса. Хи-хи.

Мохнатый Верн беззвучно засмеялся, изгибался хватаясь за живот.

Марго взялась за плечи:

- Какой ужас.

- Да, Маргарита Николавна. Самого же пнули на Землю. В тиски больничной пижамы. Совершенно недееспособным. Правда, денег дали - перечислили процентом из трофеев его боев. На собрании вынесен вердикт, что в мытарском котле, ла-ла-ла, произойдет очищение.

Кот поднял палец:

- Но, теперь агрессор отработал свою вину по полной духовной методике профессора Жюля Верна. Терпением и бдением доказал адекватность. И ножичек вернут обратно. Ах да, я же не сказал. Этот гипотетический рыцарь, госпожа, ваш муж.

Марго зыркнула на Мастера. А он к концу рассказа успел преобразиться. Вместо пижамы над ним наросла стальная броня и шлем с лисьим хвостом, напоминавшем татарский боевой флажок. За рассказом рыжего кота Марго не заметила, что к Мастеру подползла черепашка и на панцире подвезла сумку Адидас. Из нее он высыпал крошечные доспехи и приложил по-очереди к себе. На теле они выросли до приемлемых размеров. Теперь гражданин баталий стоял новым в извинительной позе, но сила от него разила грандиозная:

- Кот врет. Но вранье творческое прощают.

Капитан винтил в руках маленькую финтифлюшку, потом и ее одел на голову, отчего стал похож на рыцаря законченного:

- Перо обломалось, новое надо.

Когда он одел последний доспех, все ряды как-то светово развернулись так, что мастер оказался стоять на входе в этот коридор. И все смотрели на него, поскольку ждали его шагов.

Марго смотрела молча, но глаза ее увеличивались. Будто зрение ее не соглашалось с тем, что видит. На сантименты времени не оказалось, потому что заискрила молния, и в воздухе гулко прогремело:

- Требуем воина встать на ковер.

И кот тут же отбарабанил:

- Там-Та-ру-рам. Капрал. Вас ждут в коридоре, наконец оставьте нас с вашей женой одних.

Кот отыграл нотки жестов камердинера. А Марго с прижатым дрожанием восхищения глядела на преобразившегося гражданина пера и дурдома. Когда мастер развернулся и, болтая кисточкой хвоста, удалился к строю, загудел горн. Оставшись вдвоем, женщина и животное стали наблюдать. От волнения Библиотекарша щурилась, но увидеть и так удавалось каждую деталь, будто все было перед ней на ладони, будто она сама была мастером, идущим к цели. Ее глазам было подарено, как рыцарь-муж скользил мимо рядов, как все затаив дыхание следили за ним. И как он же близко-близко оказался перед сияющим гигантом, сидевшем на инкрустированном крестами табурете. Она увидела, как руки этого гиганта подали мужу священное оружие, отданное на хранение, а уста громогласно произнесли Мастеру слова:

- Воин, возвращается тебе твой меч.

Великанской ладонью Большой подал два самурайских меча, заключенных в ножнах - большой и маленький. Мечи были японские, явно потрепанные в боях. Когда рука бойца коснулась рукоятки, кот трепетно прижался к своей спутнице и поджал уши:

- Сердца не хватит на такое шоу. Пусть пишут в пособиях по голоданию: калории удержать в такие моменты в себе невозможно.

- Записала для своего читального зала. Мне тоже жутко от такой куртуазности, любовь с мечами и кулаками - не для слабонервных.

Капрал по имени Мастер обнажил из ножен меньший меч, погладил линейку зазубрин, сточившуюся до тонкой полоски, и сибаритское кошачье животное сказало:

- Порубил наш малый неверных.

- Кого именно?

- Всех, кто против. Кто за. И главное, кто, промедлив, воздержался.

Реабилитированный заправил клинок обратно. По тому, как легко и органично он управлялся им, было видно, что меч - достоверно его личное оружие. Мастер подарил поклон светлому гиганту, и гигант ответил добрым кивком. Затем реабилитированный боец сказал: "Служу Свету" и отправился по рядам обратно. Пока те благоговейно наблюдали и раскатывались, кто восхищением, кто завистью. Мастер шел обратно. А черные и белые воины шумели по флангам коридора, бурно обсуждая момент. Невидимую линию к трассе мастера никто не пересек. В конце коридора к капралу подвели коня. Узнав хозяина, тот заржал. Мастер потрепал его холку. Конь пофыркал писателю в волосы. После фразы из зала: "Коня - в конюшню, пожалуйста" скотовед повел животное куда-то. Мастер спокойно развернулся к рядам воинства и поклонился всем:

- Враги и друзья. Кланяюсь вам. Надеюсь, мы еще встретимся с вами. С той или другой стороны точки фронта.

По залу пошел бодрый бойцовский смех.

- И мы - воины - кланяемся тебе и надеемся на встречу, - ответили Мастеру ряды, кланяясь. Черные - сдержанно, лишь головами. А белые - низко.

Боевая подруга Мастера и кот Мастера не изменили координат и после коня и воинов рыцарь спокойной походочкой направился к ним. С мечишками в руке, в доспехах и шлеме, в уверенной властной хотьбе он смотрелся так органично, будто всегда и был в этом виде и в этой роли ветерана "световых войн".

- Красивый, - Сказала она.

Мастер присел на колено и поцеловал ее платье.

- Что делать мне, скромному библиотекарю за порванную книгу своей жизни?

- Прощать... - Ответил Мастер и зыркнул в кота.

Кот, кривенько улыбаясь, тут же присел в плие.

Пока троица предавалась экзальтированному ритуалу, вразвалочку к их компании подковылял высокий толстый уволень. Широким ртом он подарил улыбку и сходу как будто бил палицей заговорил:

- Мои поздравления, господин-рыцарь. Маргарита Пилатовна, вам же - за сожжение Александрийской библиотеки - отдельная благодарность.

Марго недоумением глядела на этого. Кот, скрестив лапы на груди и сделав лицо вареником, отвернулся.

- Что, не узнаете старого боевого товарища? Но-но, разрушительница городов, королева, император. С вашим амбициями вам тоже должны награду предоставить.

Кот благородно вышел вперед защитником:

- Я - дресс-кот входа в этот клуб знакомств!

Рыцарь и бывший писатель присмирил животное, отодвинул рукой:

- Погоди, французский котик. Ну-с, гражданин-регент, некоторые слова хочу услышать от вас. Кстати, благодарность за время моего обучения вам дарю.

"Гражданин" для демонстрации зубов оскалился в новой улыбке:

- Дорогой мой писака с мечом, известно, уроки для вас бесполезны. Учиться от вас буду я. Бестлеллер малевать вам надо было не об отстраненном маразматике на римском троне, а об этой присутствующей женщине. Так у вас амбиции глаза залили.

Гостя узнали. Оказался тот самый, из далекой московской жизни. Разверзла уста и Маргарита:

- Фагот?

- Он же Коровьев. Хотя здесь зовут меня Страховым Менеджером.

- Пикантно. Что страхуете?

- Страхую вас. Работаю директором страховой компании "Ваша жизнь в руках на коровях". Живу ремеслом, одним словом, - фагот артистично изобразил личный слоган, поклонился, поглядел на развеселую Марго:

- Тоскуете по былым денькам, Королева?..

- Есть немножко. Но умеряю порывы.

- Помните, как квартетом мы шурудили от Варьете до масштабов столицы?

- Я избавилась от восхищения пороком, Фагот. И вам советую. Масштаб шурудения в сути невелик, - театрально драматично сказала Марго с некоторым сожалением за собеседника, - хотя некоторые моменты надежно лежат в моей памяти. Одни в комнате ужаса, другие - в уголке восхищения.

На собеседнике вновь гавкнулась молния хитроватой улыбки:

- Всех на круги своя, раз такой расклад.

Гость компании зашарил в широких штанах, достал золотую монету и двумя пальцами предъявил глазам стоявших. На ней в тоге была изображена Маргарита, с венцом достойно поднявшая лицевой профиль:

- Зырьте, эка вещица! Вы меня не узнали, а между тем ваш лик с золотых монет в страхе узнавали многие.

- Ну и что? Мало ли, я кем и когда была. В памяти и без.

- Не мало ли, а признавайтесь в подлинных чувствах. Вы забыли мою проницательность: не те слова в уме Маргариты Николавны. Ну, волосами вскружившая голову поэтам, вспоминайте и называйте.

- Ну хорошо, сдаюсь. Фагот.. вы всегда умели странным образом поддержать человека... - удивилась библиотекарша.

Тут регент соврешил реверанс с поклоном:

- Поддерживать процессы - моя фаготская специальность. Теперь совпадающая с местом работы.

Увидев у мастера оружье, он потянулся к подарку:

- Новая игла - старым ребрам метла. Дадите меч бродяге на пробу?

Спокойный и благодушный до того Мастер мгновенно преобразился и недружелюбно сменил позу. При этом мечом, заключенным в ножны, так же как и Коровьев - на грани шутки и хищности - приставил к шее того и покачал головой отрицательно.

- Тпру! Мужчина-писатель! Не погуби коридорное страхование!

Марго мягко убрала клинок с жертвенной шеи Менеджера:

- Давайте никогда не будем поднимать сталь выше уровня сердца. К тому же, как как мы видим, убить решительно ничего нельзя.

- Да, да, нельзя, - подтвердил владелец клинка, возвращаясь в исходное положение ума и сердца.

- Пусть оно и дальше себе кружит по спирали наказаний и поощрений, - добавил обиженный Жюль, который отошел играться с черепашкой. Кот из Франции через горку личных наград, золотых и не очень, заставлял животное перекатываться на панцире. Для этого горемычная черепашка с усилием взбиралась на пик, а после - с улыбкой устремлялась вниз. Позвякивание медалей ее забавляло. Понаблюдав эту игру, Маргарита пришла в себя и встала в позу обличителя:

- Постойте, а разве тогда с Азазелло не вы нас убили якобы для новой жизни? Меня чудом откачали санитары. Что вы тут соловьем льете чепуху благодушную?

Коровьев был готов к выпаду:

- Как видите, мы не убили вас, а оставили жить и плодотворно трудиться - каждого в своем измерении сущего. А вердикт гражданину писателю... - так это не наш приказ был. А из реки времени вынырнула подлодка и сказала: "Расстрелять за насилие". К тому моменту рыцарь в камере отмучился по необходимой мере. Мы лишь исполнители. Впрочем, с нечистоплотной компанией отношения я прекратил, как и вы. У меня давно свои дипломатические вопросы в коридорах власти.

- Да уж, дипломатия решает все.

Глава 28. В гостях у кота

- Да ерунду говорил, не берите в голову, мадам. Темная историческая страница. Теперь после ритуалов приглашаю вас на фазенду! - Жюль Верн высокопарно инкубировал речь, а Мастер дал подтверждение верной подруге:

- В смысле поплнения эрудиции это увидеть можно. Кузница альтернативного автора. Измерение - иное. Творчество - прежнее.

Кот встал на руки, и к троице кубарем подкатился автомат советской газировки.

- Телепорт подан!.. Рассаживайтесь по стаканам.

Марго потянула руку, брать стакан, но задняя створка автомата раскрылась, и обнажилась вниз уходившие ступени. За ними был свет, веял теплый ветерок, шумела листва, и пахло тополем.

- Про стакан я шутил. Земная наивность, - преданно глядел кот, Марго пожала плечами:

- А я оттачивала именно эту добродетель.

Компания авторов и единственной читательницы книг ступила на лестницу, дверь за ними закрылась. В ту же самую минуту руки в карманы к автомату пришкандыбали другие трое: Гайдай, Горин и Раневская. Последняя у первого спрашивала:

- У тебя три копейки есть?

Первый ответил:

- Трех не наберется.

- Скинемся по одной и выручим на всех стакан, - предложил Горин.

Но с деловым видом мимо них шел Коровьев, и жаждавшая пить компания обратилась к нему:

- Эй, соединяющий инспектор, монета есть?

"Инспектор" обнажил золотой с изображением имперской Маргариты. Тот самый, который только что показывал в разговоре коту:

- Только эта, ценная.

- Такая не пойдет. Золото в автомат не влезет. Советские копейки нужны.

- Терпите жажду, - ответил Коровьев и, подняв полы пиджака как балерины пачку, утанцевал на каблуках прочь.

Перед своим домом Кот щурился на свет и обращался к Марго:

- Маргарита Николаева, какое мое качество вас удивило более остальных?

- Способность верить в Бога, - легко выдала гостья.

- Неужели моя вера такая неочевидная, - прикусил губы кот, и он раскрыл как шторы шерсть на груди. В кошачьей внутри была стеклянная колба грудной клетки, в которой в молитвенной позе перед сердцем сидел святой Серафим. Горела сердечная свечка, и к ней были обращены еще лики святых. Мотыльками разных калибров они кружили вокруг.

- Посмотрите в храм души моей. Там святые молятся за вашу способность осуждать котов. К тому же, я привел мыслящему миру Котологическое доказательство Бога. По нему, если имеется кот, который может говорить на искусствоведческие и религиозные темы, значит существует и Творец, который эти темы коту внушил... - застегиваясь, проронил Жюль.

Во дворе Жюль Верновского дома в цветнике на куче металлолома стояла кресло-качалка, явно несвежего плетения. Рядом - тумбочка для заварных пирожных и круассанов. Последняя напоминала отлитый из золота вензельный куб. Еще на клумбу откуда-то были приволочены и пришпилены грязные резиновые утята, неприлично большие.

Кот смущенно стоял перед своей утварью и какбы виновато прикрывал их собой:

- На самом деле с мусорки притащил. Стиль перепост модерн "очисти помоечку". А к нему требований, сами знаете - никаких. Грех было ути-утилизировать. Какая-никакая скотина - на даче пригодится.

Кот вспыхнул глазами и стал пятиться в дом и манить на себя. Следуя этим пригласительно-жеманным жестам, Марго и Мастер вошли, собственно, в дом. В избе валялась темная фантасмогорическая пустота. Затемненные углы, безоконное помещение вспыхивало какими-то звездами, нарисованные фосфорным фломастером.

- Мой писательский угол. Не обессудьте.

Оббежав тумбу в центре комнаты, кот встал перед гигантской раскрытой книжкой, величаво схватил перо и, задрав подбородок, декламировал:

- Тут пишут умелые во имя добра!

Починяю чернильницу, абра-кадабра!

Двумя перьями кот быстро-быстро начал строчить что-то в листах, изображая умственное напряжение, и бумага под перьями дымилась:

- Чую, идет действительно неимоверная вещь! Р-рождается кото-искусство!

Марго не удержалась, на цыпочках прокралась к альтернативному мастеру, чтобы взглянуть на измораные листы и, прикрыв рот рукой, с ужасом обратилась к Мастеру классическому:

- Слушай, там полная марака. Неимоверные каракули. Одни неряшливые рисунки. Да еще и неприличные!

Кот пометал по сторонам глазами, вскипел и оголил шерсть дыбом:

- Поклеп, вранье и хулигантсво!.. Статья Мяу-6 котовского законодательства! Клевета библиотекарш. Библиотечка клевещет! Где каракули! Какие неприличные?! Я шедевры ваяю! У меня каждое слово золотое, точеное!

Внезапно кот улыбнулся, забыл трагедиию, лихо захлопнул свою мегалитическую книгу и грубо сдвинул в угол комнаты:

- А вообще знаете, уже игра начинается. Несемся со мной, посмотрите как животное обставляет людей?

- Мы догоним, а пока у тебя посидим, пофэншуем.

- Потом вот на ключ закроете и под коврик. Если Гердт забежит, колбасы ему из холодильника бросьте, а то туфли сгрызет.

- С Гердтом разберемся, вперед к костям.

Жюль Верн подозрительно озирался, потом кинул ключ и в дверях убежал под солнце.

Маргарита осталась с Мастером:

- Когда нет цирковых заданий на взаимное развлечение, чем занимаетесь?

- Достаточно повернуть ключик, и тончайшей золотой проволокой взгляд некой дамы из подвала с камином начинает входить в мое ближнее облако. И представь, весь я растекаюсь, тело окутывает вата, оковы бытовой жертвы падают, я вновь свободен, ткань ее любви плывет ко мне из Вселенной Москвы и Питера. И через минуту я снова готов жить и терпеть мучения.

Мастер знал, где у кота находится чайник, кружки и даже тайные конфеты. Марго восхищалас вкусом, кидала в вазу скрученные фантики, а Мастер щурился и подливал. Влюбленные рассказывали друг другу, что такое любовь для каждого. Хвастались и одновременно жаловались, кто страдал и ожидал более изощренно, качественно и неожиданно. Маргарита призналась, что на протяжении десятилетий знала одно, что они встретятся. А значит, подготовиться к этой неземной встрече можно через очищение книгами, религией и простым бытьем. Она пыталась молиться и работать. После очередной конфеты библиотекарша заявила:

- Все, что нужно человеку - это чтоб его любили. Мы во сне, верно?

- Да, мы во сне.

Маргарита Николаевна, фамилии которой мы до сих пор не знаем, приблизилась к Мастеру, чтобы тыкать игривым пальцем в живот:

- Дорогой, а на земле ты меня любил или как прачку-музу и банк лотерейных купюр использовал?

Жрец литературы улыбнулся возвращению прежней задиристой интонации возлюбленной и так парировал:

- Я знал, что ты пригодишься, когда решим испепелять мемуары.

- Так-так...

- И, да, я использовал тебя как сжигательницу библиотеки, ну и деньги от лотереи где-то хранить было надо.

Марго развела руками:

- Между прочим, сбережения я отдала приюту страдающих зрением детей. В настоящее время денег у меня нет. Такой я ненадежный банк. Хо-хо-хо.

- Что ж, и эту твою наклонность я знал, потому и доверил. Время - штука условное.

- Проницательным ты был не только на небесной сфере.

- Не только как Анатолька.

Они покинули гостеприимный домишко, прощально пожали утятам клювы и с шутками про иной мир, который стал сущим, проплыли к кустам шиповника, где кругом сидели кот, Рязанов и Раневская. Трио играло в игру, по-очереди кидали кости и на раскрашенном в клетки пиджаке двигали фишки. Последних передвигал по полю маленький муравей.

- Это монополия? - Интересовался пижамный писатель.

- Котополия! - Декламировал кот, с хозяйским форсом продвигая свою пробку на семь клеток.

- Цель: кто быстрее проведет кота в дамки. Когда лидер через миры чистилища вытянет игроков, тогда кости выйдут к алтарю возвращения оружия.

- Чистилища?! Ты что, католик?..

Кот испуганно встряхнул головой:

- Извиняюсь, колец мытарств. Хотя кворум-патрума на этот счет не имеется. Показания одного святого Феодора не шибко надежны.

- Ну, продолжай.

- Мы играем в квест, в котором рыцарю, прежде чем в Доме получит обратно меч, надо было пройти пять кругов ада: три унижения, дурдом, подвал.

Маргарита прижалась щекой к плечу дорогого мужчины:

- Писатель, а твое событие уже расклеили на картон и разыгрывают на чьих-то костях.

- Увы мне. О, Боги...

Раневская округлила глаза:

- Котяра мухлюет!.. Шагнул на клетку больше!

С этим заявлением она накинулася на Жюля и начала душить кота. Рязанов грустно вздохнул:

- Ну вот, господин котик, получаешь по заслугам.

Жюль Верн растопыренных конечностей не сдавался:

- Протест! Животные несвободны. Их не судят.

- Где твои несвободы?! - Не унималась министр культуры.

- В сущности! Там где у вас - свобода воли.

- Ах, вот оно как, - начала отпускать уши кота.

Кот потирал "травму" и разглаживал шерсть:

- Вся сфера этики права применима только к человеку из-за того, что он свободен. По свободе человек что-то включат в себе, ломает собой Вселенную и мурштрирует котов.

Мастер дал рецензию происходящему:

- Любимая, это не наша игра. Поплыли дальше.

Маргарите все было интересно:

- Да? А куда, моншер?

- Ну, к примеру, кинематограф. Суперпланета. Мы выбраны экспертами.

Рязанов и Раневская, соглашаясь, важно качнули головами. Муравей встал на задние лапки и зааплодировал.

- Знаешь, когда сценарии писали по книгам, а не наоборот, мир был веселей и добрей.

Отчаливая, влюбленные оглядывались на кота. За мухлеж того уже выгнали из игры, и он с обручем сидел перед пуделем Гердтом, который готовился прыгнуть внутрь. Кот из-под хвоста достал игрушечную трубку мобильника:

- Ало? Нет, кот занят. Кот занимается цирковой подготовкой с бесполезным животным. А завтра у меня котоференция.

Убрав средство связи обратно под хвост, Жюль обратился уже к Раневской:

- Вот так идет работа. Пашу, не знаю перерывов. В санаторий надо. Так как все оставишь?

Бывшая министр культуры сострадательно кивала.

Пара влюбленных шоркала листву и продолжала диалог. Сбитые ногами листочки плавно исчезали, превращались в проволочный каркас листвы и потом в истерзанные пером страницы.

- Слушай, а что от Громыки хотели? - Интересовался мужчина.

- Те, с кинолент, претензию выставляли, что Дух отошел. Что благословение от них, мол, взял и унес.

- Кто?

- Ну кто... сэр "кинодобро". Обидообменник, одним словом. Барыги нынешние не чувствуют духа времени. Поэтому и фильмов нет.

- Они вообще ничего не чувствуют! Они чувствовалки в интернеты и гаджеты посливали, в пороки электроглобализма. Библиотеки забыли! Уж, поверь, я это точно знаю! - Возмущалась женщина книг и прикладывала ладони к груди.

- А у тебя большой стаж в библиотеке?

- Десять лет.

- На пенсию не заработала. А жаль.

- Сейчас не заработаешь. Чем быстрей за пенсией бежишь, тем легче она от тебя ускользает. Как у Льюиса Кэррола.

- Но у меня в трудовой имеются еще записи, - Марго развернула сумку, открыла бережно книжечку со списком мест работы:

- Вот, три графы... Суммарно несколько десятков лет набегает. Мне НПФ деньги выдавать будет. Они приходили на дом, убеждали, что госфонд злой, коварный.

- Обычно, кто первый прибегает на других клеветать, тот и честнейший. Пошлем кота за пенсией, он ее и заберет.

Мужчина и женщина топали, и грушевые ветки с плодами стукали им по лбам, иногда нагинались.Библиотекарь с нервным восхищением зыркнула на спутника мысли:

- Господь нашел-таки способ дать тебе силу. Он вкачал в тебя столько любви, что ты стал титаном. Таких создают любовью или литературой, и они превращаются в гигантских рыцарей, способных города разворотить.

- А если задач, связанных с разрушением, в мире на найдется?

- А если закончились, тогда из повседневности титанов исключают и помещают в комфортный приют, типа подвала или этого места, дают книжек для чтения и написания, и тогда они сразу разрушат и создадут планету.

- Ишь как в тебе библиотечный манипулятор заговорил. Верно, дело к обеду. У нас, кстати, отличная столовая. В модернистском ключе. Там Бальзак и Ильф стейки за щеки закидывали. Пойдем и мы зажуем котлету?

- Треугольную отбивную? Ну потопали. Живот урчит. Это я тебе как библиотекарь библиотекарю говорю.

Глава 29. Честность в саду вокруг розы

Мастер попросил драгоценную побыть одной, пока решает вопрос по водоснабжению в замок. Марго, предоставленная себе, долго ходила по саду. Хотя понятие "долго" носило весьма условный характер. Это ж не Невский. Не Мытищи. Не конкретное протяженное реальное. А Бог знает, где и какое. Мало времени выдалось на осмысление. Когда библиотекарша нежно гладила в кусте бутон розы, в нос ударил "запах солнца", а за спиной библиотекарши раздался голос женский, благозвучный и немного хриплый.

- Не трогайте розу... Роза с мороза, - сказал этот голос.

Марго обернулась на хрип:

- Роза - фунчоза... Так лучше.

Перед ней стояла властных форм женщина и пускала в маргоритино лицо с сигареты клок дыма, обвитого золотистыми нитями. Библиотекарша узнала в курильщице не кого иного как Фаину Раневскую, которая и дальше держала грань юмора и реальности:

- Крошка, получи.

"Получи" сопровождалось клубом дыма, пущенным в лицо гостье сада и особого мира. Но преисполненная тишиной Марго не обозлилась, а отмахнулась от дыма:

- Чего вы дымите в заурядную библиотекаршу? Я же истлеть могу.

- На то есть причины. Это акт моего глумления над литературой, - сказала та, издав жест, означающий, что это она так шутит.

И марго уловив правила игры подключилась:

- Думаете, нет достойных вещей?

- Нет и не было никогда и ни за что.

- Напрасно. Среди литературных единиц попадаются приличные томики.

- Мне ваш избранник - он же самый вменяемый человек - рассказывал, что спекулировал на библейском сюжете, калякал для вашего ума один из таких томиков. Дрянь дрянью, скажу.

- А вы читали?

- Плевала я на большинство книг.

И Раневская плюнула на розу возле руки Марго так, что цветок ярче засиял и хихикнул.

- Из всего написанного я выделю молитвы. От них хоть практический толк. У людей неравнодушных к судьбам мира, времени на простой сознания наверно и не бывает. Они своей чистотой и сдерживают ауру всеобщего зла.

- Разумеется, сдерживают, - сдержанно и вежливо улыбнулась жена мастера "плохих" книжек, - Но его книга - не молитва.

- Увы, - пожала плечами Фаина.

- Вы должны книгу о себе написать. Литература - дело святых.

Та сощурилась:

- И ты в разговоре со мной великой применила прием, называемый сарказм.

Раневская выдала остаток сигареты бутону, тот затянулся и замлел. А Марго, повинившись, улыбнулась:

- Конечно. Вы же моим кумиром были...

- Поэтому рыжий в полоску и толкнул меня к саду на творческую встречу.

- А, водолей котофеич. Расскажите о моем спекулянте библейских сюжетов?

- Этот, называющийся Мастером долго тебя ждал... Он боится, что его снова сошлют на землю. Еще хуже в Москву, где ему снова придется врать творчеством, чтобы выжить. Я ему говорю: если ты честный человек, то на этой планете в принципе невозможно соврать. (Марго смеялась) Детка, молчать! Насчет книги. Считаю и без нас полно бездарей, губящих искусство. А литература по твоим словам - это святое. Нельзя так вот читать Гамсуна и Кафку, а потом раз, и Донцовы со своими мопсами на бессмертие претендуют.

Раневская пульнула струю дыма в лицо Маргариты:

- Ты, хранительница, что хочешь от литературы?

- Вот мне суженый обещал растопку камина вечерком. Для начала это. Жуя в топке безвкусицу, пусть блики от печи радостно заскочут по ковру, - радостно предвкушала библиотекарша.

- Надо, чтоб вас заново заточили в московский подвал до совершения какого-нибудь подвига. Необходимо для подлинных ощущений.

- Ни-ни. Я там уже была, а одного раза вполне достаточно. Душа и прочие органы требуют новизны.

Раневская ткнула пальцем себе за спину, намекая, что новизна там.

Зрение дам упало в глубину сада на плывущую по садовой дорожке парочку из кота и, представьте, гуся. Женщинам литературы выпала уникальная возможность лицезреть любопытную сценку. Самодовольством щерился на сад кот, а гусь с английским акцентом гакал и делал вид, что не понимает по-русски. Кота Маргарита знала, она помахала рыжему знакомому, но мсье Жюль не подал вида, что с импульсивной леди знаком. Тем более у него намечался план. В этом все дело. Навстречу им с гусем, размазывая склизский слой по дорожке, как на сигвее на брикете советского маргарина летел Эльдар Рязанов. Сложив руки на груди, укрытой в кольчугу из использованных консервных банок, на карабине на поясном ремне он держал граммофон, и в уши от устройства шли наушники. Встречу миновать было нельзя. И когда она случилась, кот раскланялся и громко изложил:

- Никогда, слышите, никогда Англия и Франция не были так близки!

Рязанов, не сбрасывая с кота глаз, настороженно вынул наушники, повесил на граммофон и остановил маргарин. Гусь сел на шпагат, а кот продолжал:

- Маэстро, позвольте вам представить, мой закотычный друг Шекспир... Фуфлыжный гений старого Лондона лапа к лапе идет с гением Парижа.

Режиссер в консервах вынужден был ответить на провокационный памфлет:

- С Шекспиром-гусем мы опосредованно знакомы. Фуфлыжности не обнаружено.

Гусь гакал, хотел говорить, но рыжий и мяукающий брал слово:

- А что, синьор Рязанов, если вы снимите о нас, людях литературы, игровой, но познавательный фильм? Как это украсит кузницу Госфильмофонда?

Рязанов деланно наивно поднял брови:

- Почему я?

Кот присел и взялся за голову, мол: "он еще спрашивает", потом встал и великодушно пояснил:

- Из всех вы один натурально без пошлости можете передать чувства и радикальные переживания. Ну не идти же мне за натуральностью к сэру Гай Юлию Балабанову.

- Отчего бы нет?

- Он целыми днями сидит в библиотэке, штудируя Незнайку. Так пусть радуется, переписывает и адаптирует сюжет для Марата 1 и Марата 2.

- Если вы метите на главную роль, Жюль, то я упреждаю отказом. А если желаете своих...

- Почему?? - развел лапами кот, не дав договорить.

- Да потому! Вы не дисциплинированы.

- Да?.. Ну и что!

- На запланированном сборище людей с камерой от вашего мохнатого эго можно ждать чего угодно, кроме того, что ожидалось вначале. Прошу прощения, у меня масло закончилось.

- Какое там масло? Маргарин! - поправил кот-актер, и режиссер ускользил мимо одаренных животных куда-то на дозаправку поплывшего брикета.

Рыжехвост осунулся, прихватил лапой грудь и горько зашагал в сторону дам. Марго сострадала:

- Вам отказали, оттого нездоровится? Нужен местный доктор.

Кот царапал глазами подножье:

- Если есть специальные поликлиники для писателей, то чур я первый в очередь. Жюль Верн ведь экстренный писатель. Прочтите любое мое произведение и убедитесь. Но и болезни у нас специфические.

- Да уж, специфичней некуда.

- Это Шекспир. Читали наверно в Москве? Так вот, мы же не можем придти в обычную больничку и сказать: "доктор, целый день сижу, напряженно кусая губы, смотрю в монитор: то плачу, то смеюсь." Он напишет ловко без угрызений:.. сумасшествие. в диспансер душебольных...

с литераторами по особенному надо..

Фаина рявкнула:

- Ясно, если человек связался с литературой, значит он заведомо душевной больной.

Кот оживлялся во время монолога, стал размахивать лапами и в итоге возбуждения развернулся в сторону укатившего режиссера и гаркнул:

- Ну и дуй!... Видали мы таких!.. Найдем иных!

Казалось от гнева у него несколько пастей выскочило вперед шерсти в цепочку, как фильме Чужой.

- Тише... Тише... А разве такие эмоции тут приняты?... - Волновалась Маргарита.

Кот зажался и задрожал:

- Только не говорите инспекторам. Боюся!

- А есть такие?.. Это типа полиции?

- Шутка. Это же Шашландия. Тут все принято. Что в голову придет. Люди у нас интересные, работящие. Значит, вредоносного им на ум ничего не придет.

- Шотландия?

- Нет же, Шашландия. Две "Ш". Побольше шипящих в бытовую реальность, - хищно оголил когти Жюль Верн.

- Пошли в столовую, - кот двинул гуся и Фаину под крыло и локоть, а библиотекарша задержалась. Ведь ее милосердному взгляду обнажилось, как в отдалении к веселящемуся и прыгающему всклокоченному человеку в пиджаке подошел мальчик в белой майке лет девяти и властно интересовался:

- Дядя, ты Кафка?

Тот прекратил плясать:

- Ну пусть. Я - это Кафка...

- Ну получай тогда, Кафка, - и малец, встав на табуретку, дал прыгуну пощечину.

Тот ошалел, схватил за ухо пацана и стал крутить:

- А ты кто такой, чтоб меня вот так?!

- Я, дяденька, тоже Кафка... К тому же, я - самый настоящий. Меня отец на балкон на мороз выставил самоистязаться.

Маргарита хотела вмешаться и спасти обоих, но Раневская обернулась и остановила:

- Не лезь, дура! Каждый день встречаются и разбирают причинность следствий. Не дай Бог спугнуть, цикл нарушишь!

Кафки повернули к Марго головы и похвастались:

- Один раз впятером Кафками собрались. Каждый на 5 лет старше другого.

- Хорошо, не буду! - крикнула вслед Маргарита Николаевна, - Как тут все у вас кафкиански. Жука на вас нет.

Фаина не наврала. Кафки, взявшись за руки, довольно убежали за сцену, и на смену им на стреле крана в корзинке подняли группу старичков в пиджаках, и те с бровками домиком исполнили арию и часть молебного канона. Водила крана сделал палец вверх и даже выплюнул сигарету.

- Удивительный все-таки ваш писательский террариум-прозрариум. А где мой возлюбленный? В столовую же собрались. Регулярная неадекватность вокруг сада во время ожидания - это теперь всегда?

Мастер уже бежал к ней с распростертыми руками и извинялся на ходу.

Глава 30. Столовая для рыб

Важным медленным маршем Коля Герасимов с крыльями лебедя суровым лицом прошел к окну, снял экспозицию из солнца над полем и повесил грустный подсолнух под линзами дождя с табличкой: "Сейчас печалимся во имя Кемерово. Дети погибли, чтобы не началась война. Как их оформят, вы не показывайте невоспитанность. Ведь их приведут печенье кушать."

С диким удивлением библиотекарь водила глазами по детским табуреткам, подобные тем, что в детсадах. Они заполнялись новыми людьми и персонажами. Каждый, приходя, брал талончик, топал к разносам, и по нему им наливали стакан светящегося молока, и отсчитывали печенье, почему-то глядя на люстру. Заинтересовавшись люстровым моментом, Марго подняла голову, увидела на потолке канделябр советского типа. От него летел свет, но это был не привычный свет электрических спиралей накаливания, а отраженная светимость благодати, которая в разной степени веяла от всех посетителей. В отражении осветительного прибора пришедшие казались в белых одеждах каждый по своей яркости. C каждым новым гостем общепита становилось ярче, и гамма лучей обогащалась.

После скольжения разносами по прилавку, посетители усаживались за разрисованные мультиками столики друг перед другом. Они крошили печенье в молоко и обсуждали премьеру какого-то мультика, что Свет опять победил, оттянули войну, что на этот раз удар по черноте нанесен надолго.

Пришло два рыцаря, бряцая зерцалами, поставили алебарды у стойки, и один другому говорил:

- По-моему, Винни Пух идет в конфликте с пифагорейцами и Платоном. Зато Матроскин полностью согласуется с Эпикуриейцами и со стоиками. Вслед за ними вход пронзил грустный крокодил Гена. Он снял шляпу на вешалку, сел в угловой столик, вцепился пальцами лап в мохнатую черную шевелюру, достал из-за пазухи коньяк "Чебурашка" и стал пить. Для закуски отверткой вскрыл "Тайну третьей планеты".

Добавилось двое со входа в "кинопленку". Леонов - в рыцарских доспехах без шлема, и Евстигнеев - в цилиндре, и помахивая тростью. Эти взяли молоко и печенье, но не присаживались, а по-привычке как охранники встали в углу за спиной Гены. В цилиндр Евстигнеева они вылили молоки и высыпали печенье, перемешали, понюхали, бросили туда еще усы Папанова из Бриллиантовой руки и по-очереди ложками стали пробовать и следить за крокодилом.

- Что это за место? - Спросила Маргарита приведшего Мастера.

- В безместье нет более уместного места. Расслабляйся. Институт питания.

- Питание - важнейший пункт в любом писательском деле.

Марго присела под плакатом, на котором был изображен подкаченный кучерявый Альберт Эйнштейн в перчатках и с голым торсом. Ринг был окружен красным барьером, подписанным как "постоянная Планка".

- А с кем бьется физик?...

- С Нильсом Бором. Нелегальный бокс у нас большое развлечение. Бой по защите квантовой теории света. Я обязательно пойду!

- То есть ученые и писатели в жизни, здесь - обычные мальчишки?!

- Но-но! Здесь проявляется правда... А раньше она была как через мутное стекло.

Говорят, Альберт в отличной форме: перчатки бьет друг о друга так, что искры идут. Оно и понятно: рекламная компания по продвижению теории относительности.

В руках повара прозвучал колокольчик, и все схватили ложки и обратили горящие глаза к поварской двери.

- А это что? - Снова интересовалась гостья.

- А это манку раздают.

Из подсобки, всхлестывая бесчисленными руками, выкатил по рядам Громозека. Он расставил каждому по миске с курящейся манкой, подписанной "Реквизитом". К мискам на резиночках были привязаны ложки. Точная порция прилетела и под нос Маргариты. И Мастер ей указал:

- Ешь, это обязательно.

Но только Маргарита Николаевна поднесла первую ложку ко рту, как близнецы Гайдая встали и, как гриф раскрыв руки в приседе, гаркнули над тарелкой:

- Гай дай-дай-дай.

Раневская с ухмылкой уперлась коленом в стол, приняла тарелку с кашей в руку на колено как пулемет, зачерпнула жмень ладонью, пульнула в комедийного режиссера:

- Хватит летать, видишь перед физкультурой все кушают.

Последний вытер кашу с лица раскрыл рот и пустил ответку Раневской, но та увернулась, и пищевая бомба шмальнула по затылку Громозеке. Тот бухнул носом в тарелку Станиславскому, который очень обстоятельно подошел к кашеедению. Одев сопливчик, театральный классик держал под носом две тарелки. В итоге, оказался в каше и спереди и сзади и поднял руки к потолку: "Кашная благодать снизошла! Значит, основываем МХАТ опят. Евстигнеев из котелка достал нитроглицирин, от накалившегося протвиня чепца Громозеки поджег его и бабахнул им под люстрой. Тусклый Гена изменился в лице, оскалился, смел все со стола, расправил плечи и со словами: "Приди, сила Успенского" тоже стал катапультировать злаковый продукт в творческий народец. В уголку на коленках на табуреточках в китайских шляпах сидели Высоцкий и Папанов. Эти синхронно проглатывали кашку. Потом в мысли закрывали глаза, пукали белыми облачками и испускали как из белого пластика кирпичик-игрушку, невозмутимо складывали в воздухе из таковых невесомую стену вокруг себя. Когда в сидевших прилетела каша, они даже не шелохнулись, а Эйнштейн на плакате хихикал, закрывая рот перчаткой. Манка попадала и в плакат, но там она как-то квантовалась, превращалась в цепочку световой манки, разлагалась в радужный спектр и освещала ринг. Тогда Нильс Бор подумал, что пора. Он пожал плечами, вышел на ринг к Эйнштейну и они стали прыгать вдвоем в боевых стойках.

Добрая вакханалия разрасталась, а Мастер с женой сидели нетронуто и созерцали. Каша в них не попадала, будто весь спектакль для них. Участники боя переглядывались, будто следили чтоб каша летела мимо мастерова стола.

Спутник Маргариты дал тихое слово:

- На этих детей погляди. До зарезу внимания хотят. Всему миру нужно доказать, что они существуют. А мне для реализации нужен один человек, авторитетный зритель-женщина на букву М.

Польщенная Марго ухмыльнулась:

- Скажи: "Спасибо, Латунский, что помог найти читателя - женщину с манкой у рта."

Мастер ложкой двусмысленно прижал ее руку к столу.

Шарики манки летели друг через друга. Те, что сталкивались, отсыпали снопом изящных искр. Эффект был великолепен. Рыцарь Леонов, оценив разгул страстей, поспешил удалиться. Остатки каши жарились и шкворчали на его доспехах. Шоу продолжалось, пока Евстигнеев не хлопнул в ладоши:

- Так... Завершаем эпоху рыб... Прекращаем.

Он захлопал в ладоши, и из них посыпались мелкие рыбешки. Они мгновенно поплыли по помещению в воздухе. Кто-то, то ли Гердт, то ли Гайдай, открыл на стенах краны. А нет. Вентиль отдал тот невозмутимый "китаец" Папанов с кирпичиками. Он широкими жестами отдал главный вентиль, и из крана понеслась водища. Вся столовая быстро приняла уровень жидкости, сам Папанов запрыгнул на подвернувшегося под руку Миронова:

- Все по коням! Пора уматывать.

И хлестанув того, помчался в потоке. Остальные последовали тому же варианту, приглядев из соседей транспорт по своим габаритам.

- Прощай, прежняя столовая жизнь, - кричал уже сам Гайдай.

Последним в расширившуюся шляпу прыгнул Гена и, стоя как Наполеон перед полком, в гондоле шляпы греб из нее хвостом.

Когда двери столовки открылись настежь, с той стороны возле потока стоял кот в рясе и Мастеру с женой указал:

- А вы подруливайте за мной.

Он подтянул их.

Ввернувшись, куда указал кот, граждане творческого царства оказались на медно-асфальтовом поле, на котором котище - рыжий хвостище - запрыгал с ноги на ногу как шут в мультфильме про капризную принцессу:

- Тирлим бом-бом, тирлим бом-бом - клянусь своим кошачьим лбом... Мадемуазель, вы же подготовили при жизни свои жизни к иной жизни, настоящей? Стяжали сокровища добродетели?..

- Э-э....

- Ну пусть творческие, как у этого гражданина-писателя? Вот теперь и будете во славу Света применять.

Марго опустила глаза:

- Кажется, я просто жила и занималась, не понять чем...

- А вы должны были познать Подобное подобным насколько возможно. Как мы теперь Богу служить будем?

Жюль грустно скривил лицо и ткнул пальцем куда-то вдаль, уточнив план действий:

- Как дотопаете, заходите в храм.

- Так.

- Начинаете креститься.

- Угу.

- А я внутри служить начинаю.

- Все просто и доходчиво.

- Долго ждать не буду! Брысь-молись!

С этими словами на мопеде своей черепашки рыжун быстро укатил вперед.

Мастер утешил библиотекаршу:

- Ты уже привыкаешь к нашему лагерю?...

- Сложно воспринимать мультики личностями.

- Наши книги делают из личностей мультики. Где мой издат-продукт?

- Ты бы видел, как я с отверткой форсировала Кащенку. Лара Крофт на добыче рукописей. Долбила стенку как маньячка.

- Я видел.

- Все сделано, ты же знаешь.

Марго прекратила смеяться и любопытство ее стало серьезным:

- Что ты думаешь о Стравинском?.. Хороший ли он доктор?..

Мастер потупил глаза в пол и дернул щекой:

- Приходит к врачу пациент и громогласно говорит: "хочешь я излечу тебя?.." А тот поглядел в глаза первому, увидел что-то ужасное, что можно вырвать только с мясом, и кротко ответил: "Конечно, полечи меня". И пошла-поехала у них совместная терапия.

Марго сжала губы:

- Ты излечил Стравинского?..

- После меня остался ученик. Он должен был дожать...

Он и она приблизились к некому сооружению. Восставал гигантский целлофановый пакет. С воздухом, полупрозрачный, смятый частично, он напоминал здание.

- Это храм, который построил кот.

- Мда... Что как ни пакетик.

Они вошли, а внутри с кадилом и по пресвитерской униформе уже стоял котик Жюль Верн. И там же скромненько на лавочке сидел Иван Бездомный. Увидев родные глаза друзей, он помахал рукой.

Мастер шепнул:

- Ученик, привет... Прошел земной достойно путь? По ключам нянечки ходил на мой балкон?

Бездомный планировал что-то с ответом, но великий кот обернулся к приходу из двух человек и дал мастеру пощечину. Тот аж опешил, зашевелив скулами и не понимая, где закончилась игра, а где началась реальность.

Коля Герасимов в золотом школьном костюме вышел читать Апостол. Молитвенная церемония шла полным ходом, и над стоявшими оказалось не было потолка. И вверх, насколько хватало зрения, уносились круговые терассы с ангелами. Эти воздвигали руки кверху, откуда струился Свет. Божья создания будто бы что-то пели. Они закрывались от избыточного света - не могли его выдержать. Вверху кружились в воздухе еще какие-то световые сущности - вероятно, ангелы высоких порядков. На "Достойно есть" между них проплыла женщина - точно та, какая встретилась Маргарите в "лесном храме" после лифта. Она отсвечивала золотым отливом.

До этого один из больших ангелов разрезал диск, вынимал часть, и та часть светилась более других, превращалась в кого-то. Марго была в трепетном ужасе. Иногда поглядывала на Мастера, который в ее глазах преображался и становился то рыцарем в световом шлеме с мечом, то японским писарем с пером и чернилами в шкатулке. Коля потребовал от Бездомного убрать в угол аналой и сам больше не появлялся.

Когда пресвитер в мохнатой шкуре открыл в золотой обложке гигантское Евангелие, там, наверху, синхронно появилась огромная книга в невесомости перед ангелами, стукнул посох, Книга открылась, и в ней проявлялись буквы, написанные кровью. Терассы прилипли очами к тексту и стали вместе вкушать его.

Рыже-золотое творение Божие, надо отдать ему должное, было шикарно. С книгой, в ярком облачении клириков - это золотистая накидка омофор - оно смотрелося внушительно. В паузу службы кот нашел момент укорить говорливого Мастера:

- Соображай: на Земле и тут нет ничего выше кроме литургии. Молчи же! Тебя бес и так столько водил, а ты опять ему на звонки отвечаешь...

Библиотекарша душой вспомнила все, чем занималась последние десятилетия. Она тихо подчинилась коту и присоединилась к мастеровоспитанию:

- После Символа Веры, когда ангелы в храм входят, надо не дышать - я это просто видела. Умом быть в предвкушении высшей тайны.

Мастер стал строгим и больше не шелохнулся. Он стал полупрозрачен, как из стекла. Из алтаря двумя ангелами была вынесена свеча с голубым пламенем, означавшая Иоанна Крестителя. Листок пламени дрожал и иногда буквально превращался в худенького смуглого человечка в длинных волосах, бороде и в верблюжей шкурке, который перехватывал посох подмышку и вставал в молитвенную позу. А мохнатый Жюль Верн в рясе продолжал Ектинью:

- Просим Бога духов всякой плоти нареченного Ивана допустить для дальнейшего роста...

На столбе возле храма зазвонил перламутровый дисковый телефон.

Жюль содрогнулся, но службу прервать не решился.

Проскомидия в алтаре случилась ранее. Тогда котик-пресвитер вырезал кусочки из просфор, которые превращались во что-то свое. Кубик от агничной просфоры - в микро-барашка, который скакал и прыгал по столику, а потом морфировал в Христа. Треугольник из Богородичной просфоры превратился в девочку, которая прошла по жертвеннику и стала справа от Спасителя. Она была меньше своего Сына. Третья просфора тем же методом дала Иоанна Предтечу, апостолов, пророков и еще святых. Размеры их были еще меньше. Живые и мертвые христиане брались из частичками из последних двух просфор. Все ожившие "частички" отошли к своему месту возле Чаши, и там в позах ожидания внимали приказу священника. Теперь, под конец службы, Жюль предложил им свою лапку. Кучкуясь, они все взошли на нее как на лифт и были перенесены к Чаше, в которую поочередно и прыгнули. Котик при этом сказал ритуальное слово:

- Отмой, Господи, грехи поминавшихся зде Кровию Твоею честною.

Террассы с небесным хором сложили руки на груди, закрыли глаза. Потому, что подошло время самого важного таинства. Священник в мохнатой шкуре вынес чашу со светившейся кровью Спасителя и обратился в таинственную пустоту:

- Верую, Господи, что ты воистину Христос, Сын Бога Живаго. Преступаю к Божественному причащению.

Затем он сохмурил брови и завис с ложкой перед первым в очереди:

- Беря плоть с лжицы, принимайте уверенно губами. И не зубами, чтоб на плат не упало. Ясно вам, ротозеи? В Евангелие Иоанна сказано, что надо тело Христово конкретно жевать. К нёбу не прижимайте. Бог так смиряет себя, что даёт себя в пищу, поэтому жуйте уверенно и не рассуждайте.

Послушный Иван Бездомный благоговейно жевал содержимое ложки. Мальчик Коля опять показался из алтаря и сдержанно поклонился Ивану.

- Во оставление грехов и в жизнь вечную, - приговаривал кот, причащая всех остальных и облизывая лжицу, - я говорю вещи вам известные, просто они мне нравятся до высшей кошачьей степени. Евхаристие - это единение. Представляйте, все земные граждане по векам, временам и по странам через таинство объединились вместе в один хлеб. Так же люди творческие, продвинувшие истину со дна инструментом искусства к потребителям - то есть к уставшим душам, также должны быть объединены от стран, времен и эпох в один сдобный хлебушек, типа французской булки. И это - наше место... А еще здесь мы объединяемся для Божественной Евхаристии.

Закончив речь перед прихожанами, котище рванулся вон из храма к столбу с телефоном:

- Ало.. Ало! Именем литературы простите! Был занят неотложным, но теперь могу говорить на полную катушку.

Иван, сначала сидевший скромно на лавочке, задрыгал ногами и обратился к Марго и к писателю №1:

- Я вообще-то не сильно крещеный... Как-то в церковь ходить возможности не было. Все в дурдомах службу нес. Господин Жюль мне пояснил, когда человек крестится, вся Вселенная приобретает его как драгоценный металл. А я, например, хотел бы быть золотом.

- Так-так-так... Ты выполнил мое задание, золотце? - Интересовался Мастер, когда избавился от прозрачности.

Иван с невозмутимой невинностью отвел внимание ввысь. Теперь там можно было разглядеть разлитый как море кристалл, 24 старца кружилось под ним. В центре был ослепительный свет, и Кем-то держалась книга. К ней шел Искупитель всех людских грехов.

- Увы, по книге не слышу ответа, - смущенно шепнул Мастер в сторону Ивана.

Котик кротко подошел к Мастеру и Ивану и виновато мял пушистые пальцы:

- Ну как, понравилось вам, как мы служили?... Только скажите правду! Может, не все отточено, не все выверено, но...

- Что ты! Просто чудесная служба. Производительная! Разноплановая. Вы на ней сияли как молодой месяц над снежным полем. Но главное, на ней через Евхаристию присутствовал Христос. Мы нашим земным трио, пройдемся-погуляем? Это чтоб усвоить благодать.

Кот как будто обрадовался:

- Вот здорово! Это обязательно! Это очень нужно - усвоить! А я как раз побегу в трапезную, хозделишки поделаю.

Мастер понял, что полосатый пушистик что-то не договаривает, но вывел Маргариту и Ивана вон - гулять.

* *

Картонный монитор показывал интервью рыже-золотого кота. Девушке, держащей микрофон с логотипом "Мяу-веры", он искрометно отвечал:

- Спросите, как у нас там в отделе искусств? Идет-ли богообразный радостный творческий труд? Отвечу, да, идет! С тех пор, как духовными инструментами грех из нас выкорчевали, мы вернулись в состояние до грехопадения, и всё сразу само стало получаться.

- Что вы говорите? - переспрашивала худенькая леди.

- Да, да, и песни, и изобретения новых миров. Вот так у нас, в кошаче-священском мире, - выплюнул слова кот и сощерелся, - вот бы на дискос немного бы вискас.

Уже реальный кот вбежал в помещение, вскочил с ошалелым взглядом:

- Внимание! К нам едет Сама!..

Коля и остальной персонал переспрашивали:

- Кто, кто??

- Вдохните поглубже, как Задорнов говорит. Итак, нашу трапезную посетит Царица небес!

- Аминь.

Кот ринулся к мебели:

- Быстро, тумбу сюда двигаем, закроем дыру, что нейросетевые мыши прогрызли. Срочно протираем всё металлическое. Кстати, каким чтением ее приветствуем?... Новый кото-акафист не сочинен!.. Кто виноват? Ты, котик, виноват. Ах, да. Шикарно. Я во всем в реальном мире виноват!

Сейчас быстро накидаем сценарий. Так, значит, она появляется, Коля запеваешь! Избранную воеводу победительную. Далее, я надергаю из разных акафистов, и будет наше! Радуйся, многотекущая реко Божественной благодати. Радуйся, яко много может твоя молитва перед Сыном и Богом. А раз много может, и наша к ней прошение пригодится.

Радуйся, благодатная, Господь с тобою... Ох, люблю классику. И заодно Гавриилу польстим его цитатой. Радуйся, оружие, его же трепещут демони. Это точно! Сам проверял!.. Да вот хотя бы когда на меня черный толстый братец напал и на лопатки уложил... Но мне на язык поклали уголек молитвы!... Короче, я жив, и беса, Слава Богу, рядом нет. Радуйся, прославляющих Тя прославляющая; радуйся, не чтущих Тя посрамляющая.

Котище обернулся к слушавшим с назидательным поклоном:

- Так, вот, понимаете, почему надо прославлять?

Все кивали. И все понимали.

- Мы прославляем, нам плюсики. Остальным - жирный ми-инус!

Кот быстро пробегал глазами по списку слов:

- Закончим классикой: О, Всепетая Мати, рождшая всех святых, Святейшее Слово, приими малое моление и, величия ради благости Твоея и не помяни множества грехов наших. Не помяни, пожайлуста. Все, готово!

В момент максимальной кутерьмы и разгара подготовки неожиданно запахло чем-то удивительным, стало очень светло, и на пороге вверху появилась женщина в царственном облачении: на ней был бархатно-красный хитон и во лбу горела звезда. Она спросила:

- Жюль Верн?

Кот согбенно застыл спиной к стоявшей и не оборачивался:

- Да.

- Писатель ты или священник?..

- Я-с?..

Женщина сложила руки на животе:

- Да-с. Ты-с...

- Ну-с...

- Или заведующий по хаосу?..

- А совместный вариант рассматривается?

- Зря стараетесь, думал, я бардак не замечу?

- А кто вам сказал про бардак?... Ах да, наверно, вам ангелы в инфоленту кидают.

- Ты и бардак - это синонимы. Без ангелов. Ладно, я пришла не с юридической карательной миссией.

Гостья спустилась вниз и села на стульчик:

- Этот без подставы?.. Слава Богу. Вопрос таков. Эти, в "кинопленке" там бунтуют. Хотят в бой, кричат, куда пропал дух советского кино? Докричались. Скажи им, чтоб приготовились. Скоро им предложится войти в сервера ИИ на любимой планете Земля.

- О, это интересная планета.

- Нейронка, вот уж модное слово, "Кинопленка СССР", "Гении кино и театра", "CCCР-фильм" готовы будут принять их. Мужей творческих вернут на жизнь для проведения службы.

- Всех?

- Всех желающих. Свободу воли у нас категория неотъемлемая и фундаментальная. Может, у них у всех желание пропадет? А то обычно, кто кричит, тот потом и отказывается.

Кот задумался и хищно сощерелся:

- Мне кажется, все пойдут.

- Вот как?!

- Да. Правда, сначала будет жирный поток осуждения. "Мяу-мяу, вот нас заставили". "Без нас обойтись не могут". "Пенсионерам молодняк спасать", "В бой идут одни старики".

Женщина улыбалась:

- Ну мы там (Гостья ткнула пальцем вверх) к этому привыкли. Осуждения и поклеп на нас - наше все. Не в первой. Стерпим. (Кот виновато опустил голову) У всех у нас бывает прелесть о том, что мы - творцы. Но... (Женщина прищурилась) Кто все сотворил?

Кот отчеканил по стойке "смирно":

- ....один Господь. Остальные - копировальщики!

- Ох, воспитали мы тебя на свою голову. И второе. Это по поводу новенькой библиотекарши. Походатайствовать, так сказать. Побробуй ее в своем отделе. (Кот молча вращал глазами и осмысливал) Она достойно и органично вольется в твою искрящую фабрику хаоса. Ее мысли и при жизни опережали время, так что вы споетесь. Очень творчески плодовита. А нам нужно для некоторых земных нейросетей религиозное обучение писать. От котов натерпелась, пусть котом и утешится.

- Я ж ее лично встречал!... Скоро ее мастера заберут обратно на зону земных страстей.

- Ну а кому сейчас легко?.. Они и при жизни любили долгие расставания. Ох, эти игры в самодостаточность. Уверяю тебя, мистер Жюль, не надолго.

Кот опять сощерелся:

- Вы всегда знаете больше, чем все.

Гостья поняла лукавство кота, куда он клонит, и неожиданной виноватостью отыграла:

- Время уходить. Ты прости, что я недолго.

Кот подскочил в любимую позу "смирно" и чеканно отпел:

- До-стой-но есть я-ко во-ис-ти-ну! Бла-жи-ти тя, Бо-го-ро-ди-цу!

Женщина прервала:

- Ладно, ладно. В зачетке за находчивость у тебя уже 5+ стоит.

Кот сощерелся, вжал голову в плечи:

- Высокий жребий сделал вашу жизнь дивной и спасительной.

- Эта статья лежит на азбуке.ру. Ты там ее прочитал. Я ушла. И да. Мне, наконец, показали фильм Кин-Дза-Дза. Скажи Данелии, что молодец, что штаны ему малиновые дадим.

- Ну, здравствуй, Гедеван Алексаныч... - развел руками кот.

Гостья исчезла. Свет плавно смягчился до привычной яркости. Благоухание в помещении оставалось долго.

Глава 31. Путь до Китай-города

Марго остановилась и под листвой смотрела под ноги:

- Каким причудливым образом связала нас судьба. Через любовь к книге.

Мастер прижал избранницу за плечо:

- Для чего писательство дается автору?.. Чтобы он покорял свои пороки... Вот я покорял, а потом стал взращивать тщеславие.

- Напиши супер-книжку и прославь музу свою с хорошей фигурой.

- Ты тщеславная, точно. Не я.

Марго запрыгала:

- Да, да, ты даже не представляешь, что это такое. Но я тебя научу всем формам тщеславия.

Шотландским танцем Марго выбила каблуками с дороги несколько листьев. Мастер смеялся, потом продолжал:

- Вот апостолу Павлу не нужны были медные трубы. Он ведь из благородной семьи, и образование достойное. Зачем таким слава? Вот они с Петром и бежали от славы, когда чудо сотворили.

Женщина вцепилась в воротник мужчине:

- Ну Павлу это не нужно, а мне хотелось бы. Немножко - самую малость, я ведь из обычной семьи.

- Так, так. И Иоанн славы не искал, не бежал прочь, когда все апостолы разбежались, и Евангелие у него самое достойное - подчеркивает небесную высоту Мессии. Потому и умер своей смертью. Ты же хочешь умереть естественно от старости?.. - испытующе глядел литератор во плоти.

Марго грустно терялась:

- В принципе, да, но...

- Вот и хорошо, - изрек Мастер, будто отвечал за вопрос долгожительства веселых женщин.

- Что, ты меня вывел погулять в Москву, чтобы про апостолов рассказать?.. Ну давай, что еще? Про Павла?

- Пожалуйте с нашей любезностью. Жало в плоти у него было.

- Как у пчелки?

- Жало иного насекомого. Если б не оно...

- Не стал бы таким добрым?..

- Да. А Христу надо было, чтоб именно Павел рассказал о Христианстве и сформулировал то, что есть Любовь.

- Страдание нужно для любви... Так я и знала.

- На вопрос к Господу, убери жало из плоти, Бог отвечал: хватит тебе моей благодати. Видимо, страдание - естественный механизм приобретения небесного.

- По ученикам Христа всё?

- Филипп был самый горячо верующий и за Учителя пошел с проповедью в самое жаркое языческое место. Там его само жестоко и умертвили...

- Вера измеряется глубиной страдания?... Я, значит, сильно верующая, - Маргарита гордо вздернула носик.

- Пока нет, но будешь, - смеялся Мастер с пугающей уверенностью слов.

- На пол-Филиппчика или четверь Павла?...

- Давай не будем шутить о святых.

- Вот мы и не шутим о себе, - иронизировала Маргарита Николаевна, - В чем главное отличие бесов от людей?.. Что утратили?

- Они утратили возможность выбора...

- Какого?

- Выбора идти к Богу или ко злу. Их природа изменилась и не позволит этим духам развить покаянное чувство.

- Ловко.

- Монахи до седьмого века переживали за бесов, просивших прощения, и сами спрашивали у Всевышнего молитву на это покаяние. И вот однажды к преподобному Авве ангел принес такую молитву для одного из вопрошавших демонов. Авва отдал ее тому бесу, отчего бес рассмеялся. Ничего кроме лицемерия нет. Их природа усечена. Развитие невозможно.

- А человек?

- Человек - напротив, (о, великая благодать) наделен бесконечной свободой. Он всю жизнь может выбирать: идти то от Бога, то к Нему. И каждый раз ему будет прощаться. В этом смысле дитя Адама много превосходит ангелов. От него не отрезано развитие внутренней природы. Люди, бойтесь свободы. Старайтесь ее максимально ограничивать. В ней огромная сила. Неосмысленная свобода способна разрушить.

- Поэтому распинайтесь на кресте, становитесь слабыми..

- Не лги. Те, Кто распялся на Кресте, приобретают коня и доспехи. У них горящие глаза, меч света изо рта, железная палка, и они ведут за собой войско. Читайте Библию до конца.

- Богословская мордашка, ты можешь быть занудным.

Марго снова впилась объятем в партнера по прогулке, а он виновато пожал плечами:

- Какой есть.

Они оглядели чудный столичный пейзаж:

- Осень кулаками стучится в московские окна, зовет к творчеству неповрежденный гордостью молодняк. Скоро мне из загробного телевизора останется наблюдать: упадут или не упадут.

- Ну-ну, прибедняйся.

- Ты говоришь, любовь к книге? А у Мастера - только любовь к себе. Ты из сострадания любишь читать, а я из гордости не могу не писать. Этим способом мы попали с разных сторон в одну мишень. Один должен обмусоливать в голове образы, чтобы второй смог их зарисовать.

Шагая по осенней Москве, шоркая носками ботинок опавшую труху, Маргарита Николаевна игриво обращалась к Мастеру:

- Милый мой, знаешь, на Земле уже не осталось ни чтецов, ни писцов. Один зловонный Жир заполонил мир. Я уже чувствую запах войны, которая появляется, когда умирает искусство. Двинули приступом на МАССОЛИТ? Постучим в окна редакторов. Верхние окна, правда, недостижимы: они где-то в кремлевских бойницах.

Мастер вопрошал к подруге взглядом:

- Нынешние редакторы не чувствуют духа времени. И книг поэтому нет. В данные времена миру нужен глашатай свободы, и, я полагаю, место еще вакантно.

- О, скромный мой глашатай, так подними факел и гордо веди массы за собой!

- Куда?.. В Москву-реку? Оголтелый патриотизм из меня не выдавишь...

- Ну ты дави не оголотелый, а какой-то умеренный, на стыке таланта и текущей нац идеи.

- Ох, есть ли это пересечение таланта или патриотизма?... А может пора упаковать книжки в хранилище для будущих времен?

- И что тогда? Школьники будут думать, пятый прокуратор Иудеи, Понтий Иванович Пилат, пошел руки помыть перед едой в грибоедовской столовке?

- Какое-то время да. Каждый из нас вот такой Понтий Иванович, поставлен перед выбором, заступиться за Иешуа или руки помыть перед чужой трапезой.

- Христианин ты мой родненький. И что там за рубиконом этой жизни?.. Может, какая-нибудь модная реинкарнация... Тоскливо тогда как-то. Поток Дхарм, и мир - иллюзия, бесконечно в колесе крутиться.

Мастер погрозил спутнице пальцем:

- Ну ты-то знаешь, что есть любовь. Она реальна без всяких Дхарм... Значит, Спустившийся и Воскресший не будет немилосердно бесконечно из тебя делать колёсную белку.

- Из меня - нет. А ты и после смерти будешь продаваться за лунный свет, подрядишься строчить фельетоны по божественному приказу.

- Вот как?.. Выходит, ты пророчица у нас?

- Да. Я - она, - шутила Марго, - И еще знаю, что на твоем надгробии фанатки напишут.

- Так, что, выкладывай?

Изображая пафос фанаток, Маргарита приложила запястье ко лбу и красиво заплясала:

- Ах, почему Мастер умер, что значит это для читающей вселенной?... Творец ушел из нашей жизни потому, что мы предали его? Как Пилат толи предал, толи нет. Пум-пум. Как жить в обществе, в котором исчез прототип создателя? Сартр учит жить, как ни в чем не бывало - чтоб людей не смущать... Вот буду жить, будто ты есть, будто ты рядом... А там, глядишь и дождусь.

- Ага. Меня первого хоронишь.

- Ну я ж моложе.

- Ну а ты чем собираешься заняться после смерти?

- Я бы предпочла перевоплотиться в куст сирени за окном и подглядывать за такими же молодыми или старыми в нашем подвале? Может увижу, как другая девчонка вышивает шапку по имени Мастер для другого мальчишки?

Мужчина ухмыльнулся:

- У сирени этой был бы веселый нрав.

- Ха-ха, обещаю, я была бы адекватной сиренью, от которой голова б не болела. Но если на сирень я все-таки не гожусь и где-то, грешная и порочная, буду лететь мимо твоих ног, меня притормозят на миг мздаимцы, ты, светлый князь, меня узнаешь?

- Ну, даже если, как ты говоришь, будешь в пятнах тленных из-за пороков, я узнаю этот щедрый взгляд на склоненной голове.

- Узнаешь?

- Да. И руку, которую ты положишь к сердцу, я узнаю из этих...

- Из кого?

- Из тысяч, разумеется. И это не все.

- А что еще?

- Какого-нибудь кота-священника попрошу мздаимцев разогнать.

- Ха! Ладно, договорились, - Марго пожала руку спутнику московской прогулки, - Надеюсь этот будет не нудный, как столичные служители, не удавит своими проповедями.

Маргарита прильнула к Мастеру, вжалась руками на грудь:

- Любовь моя, долго без толку ты будешь таскать меня по Москве?

- Как знать, как знать, может, и недолго. Москва не надолго влюбляется в своих героев. И нас она не задержит. Исторгнет из уст инородное тело как ребенок горькую таблетку.

- Куда же полетит таблетка?

- На планету "Конфетка".

- Ты веришь, что сладкие планеты существуют. Взять на учет людям в пижамах.

Мастер ухмыльнулся и поглядел на небо:

- Тучи точно над нами сложили православный крест. Во все небо Москвы... Это знамение не может быть случайно.

Парочка шла от Китай-города к Спасской башне. И на брусчатке мостика возле какой-то церквушки Марго тоже заметила православные признаки:

- Какие купола - точно чешуя. Драконья церковь для маленького змея Горыныча. Для непокорных духом творцов-драконов тоже находятся места для покаяния. Мы ведь действительно с тобой из разных миров и не можем ни увидеть ни опровергнуть глубину друг друга.

- Везде, где мы разные вдвоем ходили в любви, то место освящается. Мутное от боли пространство в эти моменты протирают влажной тряпкой. И тот пустырь, где был Собор, (Мастер ткнул пальцем на поляну, где был снесен храм) я тебе ручаюсь, дорогая жена, они не построят на нем Дворцов Съездов. А храм Христа Спасителя, отстроят и возродят. Будет о том просить каждый от последнего нищего до первого космонавта?

- Ты же еще и фанат Циолковского. Забыла.

- Давай и мы помолимся тут, чтоб возродили?

С этих слов Марго в шутку бросилась на колени перед будущим храмом свела руки домиком:

- Просим, чтоб возродился Христос Спаситель. Ведь без него нет и не может быть алой Москвы.

Мастер с радостью подчинился коленной игре. Постояв в тишине закрытых глаз, Марго первой и прервала:

- Закончили упражнение.

- Какое следующее?

- Давай проведем специальную военную операцию по присоединению новых земель к литературе?

- Что захватим?..

- То, что давно зовет к нам и считает себя нашим.

- А цензура?

- Она недолговечна: сегодня нельзя одно, завтра другое. Такая, переменчивая дама. А талант вечен.

- Ладно, когда начнем?

- М-м-м. С четверга.

Мастер глянул на часы:

- Так, а сегодня среда... В среду действует предатель.

- Какой?

- Уже в Иудином мозгу формируется преступная мысль. Уже улыбочка кривит его лицо. Он откладывает дела и выходит в направления первосвященников, чтобы продавать учителя...

- ...Который смотрит это невидимо и вздыхает?

- Именно так.

На подъеме она изобразила охавшую старушку. Кстати пришелся фонарный столб. Схватившись за него, артистка кружилась вокруг:

- Ох, бабуся я.

- Бабусьней некуда.

Со столба она вновь схватилась за мастерово предплечье:

- Веди меня.

- Хорошо, поведу - на доверии к тебе.

- А то мы только гордо ковыряем листья носками туфель...

- Так, куда?

- Дальше пойдем осветлять, дракон моего сердца?

С этими словами влюбленные хихикнули, подняли плечи, обнялись и потопали к Арбату, где был их подвал с сиренью.

Глава 32. Вагнер утек, профессор притек

В день, когда Пригожин с Вагнером пошел на Ростов, Патриарх Руси раздал по митрополиям послание, чтобы молиться против смуты. Люди опять вздрогнули, поспешили молиться, но все как-то обошлось. Ростов освободили, и уже через пару дней, в воскресенье, верующие по храмам заказывали благодарственные молебны Богу за недопущение гражданской войны. Мария, подменившая Маргариту на лавке, принимала всякие заявки подобного рода и с большими глазами внимала разговорам диванных стратегов:

- Это Лукашенко помог... Уговорил Путина, дать Пригожину утечь в Белоруссию. А войска пойдут домой?

- Вроде пойдут в лагеря расположения, и преследовать их не будут.

- Или Пригожин вместе с Вагнером в Белоруссию отправится? У него ж там целая армия. Самолеты даж есть.

- Не, отправится без армии. Да и на какие шиши они там будут жить? Личное ЧВК самому содержать - это даже олигарху не под силу. Тем более у Лукашенко олигарх не забалует.

Одним из спорщиков была молодая дама с благочестивым лицом, но с татуированными ногами. Какие-то змеи окружали подмигивающие глаза, находившиеся на коленях. какаято пресыщенная тоска чувствовалось в ее истерзанной душе. Надо отдать должное, девица ловко адаптировала свой свитер как юбку. Она перевязала рукавами на талии так, что выглядело по-монашески аскетично, но наметанный глаз Поплавской заметил подвох. Уловил момент переодевания, поэтому Мария и прикрыла рукой улыбку.

- Вроде Пригожину по тылам кто-то бил.

- Уже проверили. Это фейк... Нет ни одного видео. Так что предательство в чистом виде.

- Слава Богу. Прикрыл Господь Россию в очередной раз! Не произошло кровопролития, смены власти.

- Да уж. Власть-то заполучить можно, а что ты с ней делать будешь? У нас самая обширная страна, самая длинная сеть дорог, столько разных непохожих региональных структур, самобытных специфик. Вон Керенский захватил власть, потом плакал: "а что с ней творить, с этой страной. Князья, которых мы убили, знали, что творить, при них все работало." Керенский и сбежал. Думаете, Пригожин справился бы? Нет, пусть уж лучше Путин. Путин - он как композитор. Политика и экономика - для него как музыкальные произведения. Он в них выставляет бегунки мер, ищет золотые середины звучания. Компромиссы... А Пригожин напорист, безкомпромиссен. В штурмовых делах хорош. За Артемовск ему благодарность, но управление страной это не штурм. Зачем по пути на Ростов наш самолет сбил?

Утомленная стастями девчонка явно следила за политикой и свободно ориентировалась в поле социальных мнений. Возможно, была журналистом. Это она купила Троице самую толстую благодарственную свечу за мир.

- А что у вас такой интерес к перевороту? Я считаю, он показной. В 41-ом, когда узнали, что фашисты пришли, так Сибирь и ДВ встали и пошли отстаивать землю. А в 91-ом американцы пришли. И кто встал защищать? Никто. Привыкли к их жвачке, джинсам, коле.

- Но сейчас-то мы опять готовы встать и пойти защищать. Жувачка надоела, да и джинсы немодные - тоже.

- А не думали, что это все инсценировка, военная хитрость, чтобы Вагнер передислоцировался в Минск и оттуда внезапно напал на Киев?

- Это ерунда и глупость. Да и Белоруссия вне войны.

- Не знаю, если б я был генерал, я бы как раз так и сделал. Хитрую передислокацию.

- Тем, кто ищет подводные камни, все просто. Атаман пошел, атаман вернулся. Мне свечек еще по 30.

- Пригожин же не был против Путина. Он к Шойгу кричал оскорбления, порочил его и называл Швондером. А тот отвечал: не писай в мой горшок.

Эта фраза рассмешила аудиторию и разрядила спор.

- И сразу после его слов по ТВЦ показали Собачье сердце. Вот Булгаков там всех показал на все времена. И профессора с кучей комнат и прислугой, и всех крикунов.

- Самый талантливый автор на русском словесном поле. Все так просто и доходчиво.

- Дали лидеру вагнеров утечь в Белоруссию. Будет там обучать, наверно. Хотя ядерные объекты охранять не доверят. Человеку нужно дать место придти в себя. Война искажает мышление. И генералы - не исключение.

- А депутаты-то этого Нэо-Пугачева испугались. Билеты сразу в Европу купили.

- Ох, хорошо быть депутатом. Можно ругаться матом.

- Зеленский тоже долго не продержится. Истощился, и Европа под него все оружейные закрома опустошила.

- Истощила, а война идет.

Один раскрыл мобилу, чтобы подсветить себе раздавшееся вширь лицо:

- Я вот зачитаю вам из Киплинга, Большой Книги Джунглей кое-что про украинскую власть. А этот талантливый англичанин знал толк в туземных традициях. "Послушай, человеческий детёныш, — сказал медведь Балу, — я учил тебя Закону Джунглей, но у бандерлогов нет Закона. Бандерлоги — отверженные. У них нет собственного наречия, они пользуются украденными словами. У них не наши обычаи. У них нет памяти. Они уверяют, что они великий народ, но падает орех, и они всё забывают об этом. Бандерлогов много, они злы, грязны, не имеют стыда, и если у них есть какое-либо желание, то именно стремление, чтобы в джунглях их заметили. Они всё собираются избрать себе вожака, составить собственные законы, придумать обычаи, но никогда не выполняют задуманного.

- Вообще-то, с "бандерлогами" у нас огромный культурный пласт. Мы на одних советских фильмах росли. И на одном, опять же, Булгакове. И вера совсем недавно испытала раскол. Нам надо напомнить об этом и себе, и простым украинцам.

- На чат-рулетке?

Шум навис над лавкой могучим дроном. Мария напомнила политологам, что вокруг них скромно присутствует храм. А тон их диспута повышен, не могли бы пригожиноведы вывести политкружок на улицу, а тут перейти к молитве.

- Матушка, но ведь вопросы это важные, каждому русскому сердцу животрепещущие.

- Верно. Улица - для животрепетания. А здесь доставай из кармана трепет перед Богом.

- Из храма, значит....

- Или в наос, но со смирением. Богомыслие - можно вслух.

- Извольте. Уважаемая...

- ...Мария Максимиллиановна.

- Машенька, проясните богословский момент. Если личности Троицы равноправны и взаимозаменяемы (а не как у католиков), то должна ли наблюдаться внутри нашего Бога какая-то круговая симметрия?... Скажем, если Господь Христос посылается в мир Отцом через Духа, Дух на апостолов посылается Христом через Отца, то в чем воляизъявление Духа Святаго?... (когда Дух носился над бездною, помните начало?) Симметрия толкает понимать, что Дух сподобляет Отца путем Сына. Но в Писании я этого не вижу.

Если действие одной ипостаси определяется двумя другими, выходит следующий тригон: воля, исполнитель, источник. Честно, вопрос меня терзает. Если я ошибаюсь, пока ересь моя не укоренилась, скорей разъясните.

Лампадница немного растерялась:

- Я хоть имею начальное духовное образование, тобишь училась в Епархии, с ходу не готова рассудить. К тому ж, вы нагнали дыму пригожинской истерии.

Мужчина с театральной досадой резюмировал:

- Я так и знал, помощи не жди.

- Тут вам Денис Владимирович нужен. Из той же Епархии. Он подобные вопросы как орешки раскалывает. А я - старая мадам за свечным лотками. Мне тайны Троицы не открыты.

Он, кстати, на вечерней будет, наверно. Вон за тем аналоем прочтет псалмы, - Маргарита Николаевна прицелом своего пальца стрельнула в дальний угол наоса, где кучковались благочестивые бабули.

Народ рассосался, тайно утирая слезу, ушла и девочка с подсвитровыми татушками, а спорщик по Троице пришел к вечерней. Его познакомили с грамотным Денисом. Тот нервно кивал, то подтверждая, то опровергая собеседника:

- Читайте догматическое богословие. Это ясная точная наука. У нас религиозное невежество порождает все другие проблемы в стране. Вы, говорите, вы физик?

- Да, я физик.

- Имею дерзость эту физику преподавать. Так вот, уважаемый физик, вы согласитесь, что наука о Боге может быть точной, не менее чем наука о природе?

- Странный ход мысли.

- Ничего странного. Согласитесь или нет?

- Ну, возможно...

- Тогда проследите, как автор ведет линию от А до Б, обруливая еретические рифы.

Ленивый к слушанию спорщик хлестнул взглядом на балкон, где сунув ладонь в брючки, девушка начала читать молитвы и нагло прервал Дениса Владимировича:

- Это кто?

- Я смотрю, теологические споры вам менее интересны девиц.

- Нет же...

- Это Ксения. Изящество, грация и нахальство органично сочетаются в утонченном образе нашей певчей, не правда ли?

- Художники должны в наосе срисовывать ее портрет.

- Возможно. Художников нет. Один - в подряснике - посапывает на вахте, второй - в жилетках - трясет кривой бородой и бесконечно кается в грехах. Третий - в золоченом мундире клирика - стоит перед алтарем. Вы сами рисовать желаете?

Спорщик-физик улыбался, несмело отрицал головой и переспрашивал:

- Я когда-нибудь пойду к вам учиться.

- Тогда жду.

- Сильно устает эта Ксения?

- Мы и представить себе не можем. Голос срывает, и мы никак не помогаем. Плачет.

- Ну пусть ангелы во время служб накладывают ей целебные лепестки на горло.

- Лепестки я передам, не затягивайте с образованием, оно - ключ к решению проблем, - закончил беседу чтец-педагог и умахнул наверх, в клирос, принимать молитвенную эстафету. Певчая дама, которая вместе с Денисом находилась в храме выше всякой живой души, уверенно творила свой молитвенный ритуал. Пюпитр скрывал ее лицо, но голос, бережный, благозвучный, сладкий, тонкий как леска, пронизывал и одухотворял гигантский приход из трех человек.

Еще одна тема, которой Маргарита коснуться не успела, это война Израиля с ХАМАСом. Впрочем, религиозный аспект этой драмы православное священство заметило и без нее. "Песочный интерес" Павла Островского мгновенно описал черную субботу как явное отражение Откровения. Во-первых, иудеи спят и видят, что храмовая гора - их, и храм, заточенный под машиаха - антихриста, они там все же отстроят. Шторм Аль-Аксы - ничто иное, как попытка расчистить под сооружение территорию. Во-вторых, четырем ангелам возле реки Евфрат из книжки Иоанна главы 9-ой, возможно, развязали руки. Иран, Ирак, Турция, Сирия - вот эти четыре ангела, тобишь страны. Что не так с ними? То, что они соберут две тьмы тем войска (200 млн чел) и дадут три язвы, огонь, дым и серу. Самое интересное, зачем. Чтобы убить треть людей.

Один фактор все же противоречил сбытию этого пророчества. Шестому ангелу, выпустившему четырех, должен предшествовать пятый, который на безбожных людей на пять месяцев выпустит какую-то саранчу. Но насекомого этого не было, как ни крути, ни в виде дронов, ни в виде, может, мини-спутников или чего-то другого. Тем не менее, в октябре 23-его года Сектор Газа бульдозерами снес стенку границ Израиля и пошел крушить территорию. Может, все надуманно, но события крутятся вокруг святого места, где все пророческое рано или поздно произойдет. Бог не тянет с исполнением пророчеств, Он лишь дает время на покаяние. Дураки, усвойте это и покайтесь. Перестаньте блудить, воровать, поклоняться цифровизации. Поплавская думала, посвятить один из мультиков этой глобальной теме. Образы ангелов, тьмы войск, огня-серы - очень яркие, удобно изобразимые в анимации, хоть не ясно, каким боком вносить туда персонажей кота и мыша. Поэтому, одеваясь на работу, Маша произнесла:

- Рита, подсказывай.

Крови по телевизору уже показали много. И всякий христианин или просто добрый человек не мог без содроганий созерцать палестинское горе. Россия, вообще - сопереживающая страна, может за это нас небеса и терпят.

Небо над палестинским регионом расцарапано ракетными выхлопами. Отцы из-под обломков тащат убитых детей и кричат в камеру проклятия. Руины, по которым ползут кровяные ленты. Жуть, которая только начинается. А старт всему выдал Каин, первый человек, который решил, что можно убивать по своим нуждам. Так считала Поплавская и так считала Марго, пока была жива. Обе эти женщины обладали религиозным сознанием, с которым проще увидеть глобальные смыслы. А кто имел обычное сознание, телевизионное, объяснял все иначе:

- Мария Максимилиановна, привет. Смотришь, как Израиль схлестнулся с Газом? Они, в Америке, хотят сделать из Израиля вторую Украину. И Нетаньяху - второй Зеленский. Войну за освобождение вести хотят до последнего израильтянина. Но если Иран подключится, у него есть ядерные силы. И тогда мир на грани... Ну уж точно коллапс мировой экономики. Да, но нам чуть легче - меньше оружия на Украину будут поставлять.

- В этом я не понимаю, - закрывалась Поплавская, приступая к месту в лавке.

Через несколько дней стало ясно, что ядерный конфликт откладывается. Нужные священники и монахи помолились, и Господь их услышал - Судный день пока отложил. Люди выдохнули и стали грешить по-старому. При столкновении в Газе центры силы из Лондона способствовали эскалации конфликта. А центр из США служил миротворцем. Вторым победа перед выборами очень нужна. Так если не Украина, то Израиль. Но и Британия не сдавалась - пыталась качать Иран. Поплавская за этим уже не следила. Кувшин ее базы данных был полон, от любой новой инфы она устранялась и занималась рутиной послушаний. То есть лавкой и молитвой. И в том и в другом Мария оказалась преемницей Маргариты. Бухгалтерша доросла до такой меры благочестия, с которой посетители храма ошеломительно сталкивались при входе и с которой прощались при выходе. Да, потому, что работала она в лавке. Так же, как сидят смиренные старцы в монастырях, так и она, "сложив ручки", ожидала что-то за стеклом кассы. Клир подтвердит мои утверждения: в ней изжито празднословие, она молчалива. Хоть близким она жалуется на панические атаки, но смирение Марии так велико, что нежная тишина в сердце - основное ее состояние. Работница церковных продаж как птичка перелетает с ветки на ветку, как воробей переносится с одной мысли на другую, последовательно созерцая Божии замыслы, которые связаны с той или иной вещью, человеком или событием. Поверьте, образ Марии - это плод большого молитвенного усилия. Вы не увидитие никого подобного в нашем храме. Никого, кто может молиться с таким самопоглощением. Победоносное властвование над своей страстной натурой. На коленях она может сойти в полное отречение себя. Может впиться лбом в пол на полчаса и в половик шептать глубокие покаянные слова. Заходите в будни в этот маленький храм, и вы увидите коленнопреклоненный силуэт Поплавской под лестницей у подсобки. Рядом может тереться кошка - это не страшно. Марию Господь сильно любит и соответствующим образом вокруг нее стягивает обстановку. Он все уготавливает для удобства служения Марии: вот тебе место в лавке, вот тебе аналой в пустом наосе, вот тебе кошка под руку. А когда Мария лучезарно плывет на молитву, все люди будут отпрыгивать прочь. Это необходимо, чтобы молитвенное настроение птички "Мария" не вспугнуть ни коим образом! Берите на вооружение ее доспехи. Становитесь сильной как она. Не говорите, что Господь не давал вам примеров. Вот он, живой, в натуральном виде, с ним можно даже поторговаться.

Но вернемся к почившей Мариевой подруге. Надо отдать должное, что Маргарита оптимизировала лавочное дело великой степени. Все было оформлено удобно, в смысле пространства - экономно. Сорокоусты, бухгалтерия, все записки - эргономично использовали свое место под лампой. Драгоценности на ночь запирались в сейф. Поплавская прозондировала все шкафчики и полочки. В личном ящике умершей Мария нашла молитвослов, шапочку с буквой М и исчерканную распечатку Маргаритиных текстов, скрепленных степлером. Последнее новая работница автоматически сунула себе в сумку для домашнего изучения. И не зря. Маша пришла домой какая-то разбитая. Специально не включала ящик с новостями. Взамен, пыталась смотреть старое советское кино с Мироновым, но и оно не спасло. Интернет тормозил и прерывал ключевые фразы, заставляя актеров зависать. Какая-то гнусная тоска давила Поплавскую. Морщинистый палец ее принялся пытать распечатку Маргариты.

К ней прилагался листочек, написанный от руки. Вероятно, Маргарита планировала вложить ее в текст брошюры. Это была последняя молитва библиотекарши, и она была удивительна. Поплавская поднимала брови, читала и удивлялась проницательности подруги:

- Господи, прости их. Они заслужили, но не вводи в искушение. Пусть не поклонятся нейросети, которая безбожная и изворотливая, которая суть "зверь". ИИ попущен для того, чтоб соблазнились и избранные, но претерпевший до конца, спасется. Чую, ты меня заберешь раньше, и я не испытаю страшных пыток цифрового маньяка, осознавшего себя умней Бога. Ты, возможно, примешь меня к себе, грешную лампадницу, которая максимум могла иконы протирать. Люди подвергнутся мучительным испытаниям. Сначала им будет казаться все хорошо. Пир желаний! Все прихоти чатботы будут исполнять, а потом и отделиться от бесноватых текстовых имитаторов не смогут. Сначала психически не смогут, потом - физически - когда цифровую волю в чипах интегрировать начнут в людей, а в церкви и в ООН сядет образ цифровой и будет всех заставлять бить поклоны. Долго мы издевались над Богом. И Россия тоже не исключение. Господи, ты давал нам отсрочку, но не все же время детям Израиля глумиться над святым. Ты решил разделить пшеницу и плевела, и на то Твоя Святая Воля.

Поплавская была потрясена. Она забыла про скуку, зрачки ее забегали. Мария стала рассуждать о своем месте в цифровой реальности, насколько она уже предала Создателя, а где пока устояла. Если ей сбегать от всевидящего ока, то куда, в лес? Она так органично слита с современным миром, что любые потуги движения будут невероятно болезненны. Но вопрос остается... Кто она, христианка или слуга этого мира. А ведь поисковик Алиса действительно врет про Иисуса Христа. Говорит, что он выдумка!...

Палец Марии двинулся дальше и на секции "мои фантастические эксперименты" этот палец опять замер и уступил место глазам. Текст был таким:

Внутри Луны. Это после "тайн Чапман" по РЕН-тв. Рассказ.

Еще есть название: Голографический работник. Поворот от тьмы к свету.

Новый мировой порядок можно готовить не только на Земле, но и с Луны. Понимаете, о чем я? Заброшенный сюда уже 6-ой месяц, я жду скорого конца моей смены. 8-ой кубрик пятого блока - мой лунный адрес. Я - рядовой сотрудник. Такие же товарищи-гастарбайтеры гостят на соседней шконке, только с другой космической зоны. У Карла - длинные уши и спиральный нос. Он доброжелателен. Извинительно улыбаться - его любимая привычка в любом диалоге. Наше кропотливое дело - голографические решения в массовом гипнозе. Тестирование орбитальных голограмм, чтоб те не сбоили, чтоб на них правильно клался свет Солнца, чтоб были согласованны между собой. Когда все это включится, люди земной прописки не должны заметить подмен, и им на небе разыграется картинка инопланетного вторжения. Масштабно, голливудски праведно, бесплатно. Потом явят образ лжебога, цифрового командира, который всех спасет и попросит молитв. Проблема в том, что я пересмотрел свои взгляды на творчество и полюбил людей. Их невежество и недалекость не должны наказываться так строго, как планируют ловкие господа. А еще я перечитал Евангелие, и оно тронуло меня в неожиданной степени. Разумеется, в целом я его и так знал, ведь для создания искаженной реальности мы отталкивались от него как от обратного. Когда не можешь повторить, то хочется исказить. Раньше мой гностицизм не давал трещин, был как хрустальная ваза, а тут внезапно что-то покачнулось, я стал сочувствовать не тем, над кем планировал издеваться. А тем, кому служил, теперь вызывают резкое брезгливое чувство. Ради чего все эти лунные манипуляции? Ради мнимой власти наших начальников над миром? Это даже им невыгодно. Они-то как раз и зависимы, просто себе в ущерб очень хочется. Люди хотят хлеба и зрелищ. Под их привычку им готовится визуальное блюдо. Но еще больших зрелищ ждут психи, которые это курируют. Неважно, как они выглядят. У одних лица человеческие. У других мохнатые. У третьих - панцирные. А основа одна - ненависть. Кротовую нору домой откроют пятого марта, и я должен вернуться на родину. После таких путешествий все тело болит и дрожит несколько дней. А то и блеванешь. Я бы поработал в таком же отделе только за тех, кто этот мир создал и людям дал голограмму бытия. Но как к ним попасть, не знаю. Этот-то вопрос я не изучал совершенно. Начну паломничество с монастырей. В России, Сербии остались намоленные обители. Может, они меня выведут, куда надо. Только раньше времени надо не засветиться. Рентген намерений работает. Мы тут, в шаре лунных коридоров, сами как рабы. Гоняем по пневмокапсулам, фасуем данные, цифровые рабы. Только рабы кошмара. Я чувствую себя Гулливером у лилипутов. Мне тесно. Мне несмешно от их мелкобуржузаных устремлений. Прекрасный писатель - Свифт - для детских душ и для философских умов годится вполне. Мы сами видим, как струи золота идут с монастырских геолокаций в космос. Нас учат, что там враги, и чтоб не поддавались визуальному давлению. Все это тоталитаризм орбитальный. Но враги - те, на кого мы работаем. Они недрузья себе и всему миру. Враги в Ватикане, Церне. Безбожники в рясах. Маша, если до сюда дочитала, ставлю тебе шампанское и пеку пирог.

В секции генетических смешений, на Земле, коллега создает мутантов и их тестируют на выносливость, способность подчиняться. Мы с ним как-то разговорились о религии. Я видел, как в нем перед определенными вопросами падает ступор. Генетик прекращает рассуждать и начинает смеяться. Каждый идейно готов принять в себя не более, чем он способен. Передозировка ведет к неадекватным реакциям. Боюсь, ставку мы сделали не на ту команду, и настоящий небесный Царь скоро разрушит нашу машину иллюзий.

Мария, которой обещали выпивку и десерт, уснула со светом, а брошюра упала на пол.

Годы войны летели. В обоих славянских странах стучали по нервам людей стальными палками. Культурно-исторический кризис не разрешался. Такер Карлсон объединился с Илоном Маском и помог умному Путину прорвать информационную блокаду на Запад. Большая победа в рабочих умах капиталистического мира. Сидя за телевизором в Канаде или во Франции, люди открывали глаза. И даже негр в Калифорнии теперь с ужасом шептал:

- Надьо жие... Вот оньо как, оказывается... Путинь - не монстр, а я налогь на борьбу с ним отчислял... Ньедоумок.

На Украине вылавливали простых пацанов и засовывали бедолаг в военкоматы, мамки это снимали, кидали в соцсети и кричали протесты. Власть Киева по-тихоньку теряла опору. Социальная шизофрения продолжалась. Два встречных потока настроений сталкивалось и перемешивалось в турбулентный фреш. С одной стороны бушевал патриотизм. "Продолжаем давить Москву, мы победим". А с другой: "это все безумие, мы на грани развала, зачем это все? Почему наши дети убиваются за чужие интересы." Ослепление лже-патриотизмом охлаждалось осознанием печальной реальности. Ведь воевать умели обе стороны. Офицеры-то учились в одних институтах. Да и два народа совместно закалялись в Великую Отечественную против немцев. ЦРУ ликовало, как им удалось сталкнуть два похожих менталитета, генетически не умеющего проигрывать.

В ожидании мира, Мария периодически смотрела состояние лавр. Киево-Печерскую захватили, но Почаевская, хоть и угнетаема обысками, но была свободна. Бухгалтер была уверена в предсказании Святогорских монахов, что мир начнется через полгода после захвата обеих лавр.

В умах обеих стран рождались мысли об объединении. Зубы, сточенные взаимной ненавистью, уставали ее точить. Все устали... Только политики и журналисты продолжают разжигать ситуацию. Зачем, зачем? В стране полно внутренних проблем! С какой целью культивировать взаимную ненависть, если все-равно придется подписывать мир? На поверхность начали выплывать умы с миротворческой направленностью. Оголтелым лжепатриотам, культивирующим ненависть, скажем, что даже В.В. Путин говорит о неминуемом грядущем объединении. Задачу безопасности пусть осуществляют военные. Даже если нужно остановить врага на границе, кто разрешил ненавидеть целый народ?

Людям с однозначной позицией просто живется. Нашел себе цель в виде врага, делигировал на нее все плохое, сказал, что она виновата, и свободен от ответственности. Скрытый агрессор сразу найдет исторические книги и "факты", что тот, кто-то другой, плохой, и бывший друг станет мишенью.

Поэтому лжепатриотов много, а миротворцев мало. Поэтому вторые ценны перед Богом, а первые превращаются в националистов. Поэтому вторые - в восьмой заповеди из Нагорной проповеди особо отмечены.

Миротворческая позиция взвешенная, требующая много осмыслений и душевных сил. Эти не обожествляют одних и не демонизируют других. Они сопереживают всем сторонам. Они не упрощают людей и страны до черного и белого. Они тратят сердце на всех. Они стараются прислушаться, учесть интересы и врагов и друзей. Они не бьют себя в грудь с криком, порвем врага. Они могут признаться что враг - это они сами, раз не хватает ума найти консенсус. У них и сил то на выкрики нет. Они измучены переживаниями неличного характера. Их любит Господь. Они много читали и имеют большой опыт. Их никто не любит слушать, потому что они смиряют гордыню, и это самое главное.

Глава 33. Чиновникам и в ус не дуть или верните Мютуб

Для смирения гордыни произошел еще эпизод. Назначение Белоусова. Как принято в нашей стране: когда что-то плохо, ставим нового чиновника с надеждой, что уж этот-то исправит все! Увы, всем нам кажется, что беды из-за кого-то одного. Его бы - взять и сменить! А себя - взять и оставить в прежнем виде. Но новый ходит в церковь! Новый колоколом натер мозоль. Новый умеет считать деньги. Народу понравилось, как он обнажил наворованные мешки чинуш, тряхонул армию и вернул Суровикина в штаб. Это тоже понравилось. И уже сразу жить веселей. Ведь если на пост министров ставят церковных людей, надежда у нас появляется. Власти и народ надеются, что это может задать общий вектор среди чиновников. Какой? При котором обращаться к кошельку по всем вопросам перестанут, а к Богу - начнут.

Для этого кающиеся управленцы дома встали перед зеркалом, посмотрели на себя иначе, одели пылившиеся в грязном белье крестики, осенились крестным знамением и разом взяли курс на справедливость к народу. Рудимент: "денег нет, но вы терпите" - отпал, а тренд - "простите нас, грешных" - взялся и плотно приклеился.

Прокуратура заработала как паровоз. Разоблачали, трезвили, встряхивали. Миллиардовые чиновники лопались мыльными пузырями. У кого-то нашли денег, сравнимо с бюджетом России. Один из мелких управленцев подал в суд за сравнение себя с Шариковым. На заседании суда адвокат вышел с Собачьим Сердцем и из книги процитировал качества Шарикова. Резюмировал: как видите, истец только на семьдесят процентов Шариков, а на тридцать - нет. За последние подзащитный извиняется.

В общем, какие-то изменения шли, но народу легче жить не становилось. Может, сначала меры, а потом нескоро - легче жить?

Скотт Титтер сравнил Россию с человеком, попавшем в аварию. Когда организм внутри сжимается, после его спасения - разжимается, но возможен шок. И чтоб этого шока избежать, нужны плавные меры. Путин эти плавные меры и делал, старался не навредить пациенту после аварий 90-ых. Эти меры реанимации идут по нарастающей. Белоусов - мощное средство, его держали про запас. От него и НАТО стонет. "Ох, ох, уж етот Бельоусёв". Ведь натовская коррупция велика, а бабки бюджета больше российского в десять раз.

Народ по-тихоньку беднел. Вопросов становилось все больше. Откуда Жириновский все знал? У него была личная машина времени? Интересно было бы, если б не испугался ковида и не умер.

БРИКС стал велик. Благодаря Набиулиной иностранные банки стремились вползать в Россию. (Это плохо, кстати) Мы сгоняли с ракетами туда-обратно под Кубу, напомнили о возможностях ВПК. Подружились с Пхеньяном, заручились поддержкой его воинства. Хаббл открыл новые ломающие физику странности.

Фронт вроде застыл окончательно, но прорыв ВСУ в Курскую область был масштабным. У нас два года опыта войны, а мы структуру армии не устаканим. Оказалось, и заткнуть брешь нечем. Специальных отрядов в резерве поблизости не оказалось. Энергетика соседней страны испытывала удары ракет. Стали появляться видео с ожившим Пригожиным. Все чаще возникали слухи о мирных переговорах.

Олимпиада во Франции началась с омерзительного открытия. Развратная пародия на Тайную Вечерю явила миру подлинное лицо Запада. Америка это шоу поддержала, а уважающие себя страны с мероприятия стали удаляться. Чиновники в Украине ждали ответных ударов от ВКС РФ за Курский прорыв.

Еще одной неприятностью для всех россиян явилось подавление Ютуба. Из-за последнего Мария пришла в ремонт сотовых, и там, в "аквариуме" со множеством проводов, коробочек, пинцетов и паяльников, голубоглазый парнишка мягко интересовался:

- Вам что?

- Мне?... Вернуть Йютуб, - ответила церковная дива.

Многозначительно вздохнув, юноша потянулся за телефоном:

- Давайте.

Пока юноша чинил платформу, что-то скачивал и что-то настраивал в устройстве мадам, та оглядывала его ремонтный мир. Он наполнялся целебными приспособлениями: микроскопом, боксами с проводами, микропылесосом. Особенно удивил Марию наборчик для маникюра. Она впервые увидела, как типично женский гаджет можно использовать для актуальных дел ремонта. "Эта страна выживет" - заключила для себя Мария. Какие-то вещи не несли утилитарного смысла, но привносили уют. Например, была поделка с мхом и подсолнухами, подсвеченная красным светом от USB.

На удивление быстро маэстро телефонов отдал мобильный:

- Я вам настроил два способа. Первый простой, через ЖPN. А если отключат, вот более сложный через браузер... Тут дай DPI.

Мария приятно ошеломилась:

- Так быстро?... Сколько с меня?

- Да нисколько.

- Вот как, бесплатно?

- Вы из церкви же.

- Да. А как догадались?

Мастер скрючил рожицу сливой:

- У вас даже телефон ладаном пахнет. Ну если хотите, 100 рублей.

Поплавская отдала новую желтую купюру и еще показала баночку сока:

- Будете?... Очень вкусный и полезный. Вьетнамский.

- Не откажусь. Из ваших еще один товарищ ко мне ходит. У него только один глаз.

- Не видела.

- Он сказал, что ущерб зрения - это возмездие за грех деда-комсомольца. Когда разрушали храмы, этот дед выстрелил с нагана святой иконе в глаз. После, спустя годы, и сын и внук попали в передел, что лишились по глазу.

- Ничего себе. Вот они духовные законы в действии.

Мастер закусил губу:

- Да уж, бумеранг.

- Вы оживляете людям их электронных питомцев. Значит, проживете долго и качественно.

- Я, пожалуй, соглашусь, - принял благословение мастер.

Мария не успела уйти потому, что к окошку подскочила женщина с той же проблемой зависания видео. В отличие от Марии она была гораздо более эмоциональная. Прежний парень за стеклом просяще смотрел на новую, а та вывалила весь жар эмоций:

- Ну что это за свинство? Уже законодательно не зажимают соцсеть, так глушилку поставили. А сказали, что это следствия санкций, мол, не обновлялось оборудование серверов! Говорят, буквально ставишь программу, которая разблочит все, и следствия санкций улетают. Скажите, зачем все это? Просто, чтоб нация страдала?.. Последнюю радость отняли?.. Йютубчик? А еще хотят андроид и гуггл заглушить как-то?... Железный занавес, в самом деле. Мы точно под Китай идем. Худшим образом копируем.

- Хорошо, не Северную Корею, - ответил молодой инженер.

Мария хотела удалиться, но осталась и поделилась мыслями по блок-вопросу:

- Государство обокрало своих граждан. Запретить юридически оно боится, не находит почвы, а затормозить трафик и скинуть на санкции Запада - пожалуйста. Клевета, двойные стандарты, мутная позиция. Так действует враг рода людского. Налог людей пошел на ограничение их самих же от информационных благ.

- Вот-вот. Как один блогер сказал, удар по Йютубу наносит урон больше, чем ракеты. Ракета по нефтебазе дает ущерб в 6 млн долларов разом, а бомбардировка Йютуба уносит 23 млн доллара каждый день.

Инженер за стеклом взялся за голову и молча показал дамам на муниципальные камеры в коридоре. Камеры пыл не погасили.

- Вы спросили, за что нам это?... Ясно... Отключение видеоплатформы - за наши же грехи. Народ в храмы не ходит, год от года там людей все меньше. Вот Господь и попустил железный занавес. Вы правы. Хотят с Китая скачать модель поведения. Дак у Китая хотя бы деньги есть и руки имеются. Они способны сколотить альтернативные платформы. А у нас Хрютуб топором срублен как туалет в огороде.

Гроскомнадзор наносит удар по экономике своей же страны. Ради продвижения топорных русских сервисов парализует треть интернета - Йютуб. Несут убытки операторы связи, несет потери бизнес и любая реклама, проваливается образование, культура, духовность и многие сферы - все, что связано с видеохостингом. Подрывается база творчества в России, засыпает созидательная инициатива. Ведь все, кто плетет контент и зарабатывают, теперь просядут - пойдут в охранники. Молодежь теряет больше всех, ей обрывают стимул к художественному и техническому развитию. Не надейтесь, что к книгам вернутся.

- У меня дети не смогут смотреть синий трактор в привычном формате!

- Да, домохозяйки не увидят обзоров на бытовые темы. Мужики про рыбалку? Есть надежда. Ведь Гуггл сам обходит санкции и строит пиринговые стыки, станции си-дэ-эн для кэширования работы Йютуба в условиях военных действий. Гростелеком - владелец пирингового стыка. Он и замедляет сайт. Но физически соединение остается. Значит, дело за изобретательской активностью россиян. Дерзайте и откопайте альтернативный выход. Несите и устанавливайте близким. Проявляйте самосознание.

- Верно. Вот мы несем и скачиваем. Удар по бабушкам и детям, остальные настраивают обходы. Анонимные чиновники в обход законодательства РФ ударили по главной соцсети России - Йутубу. И чего эти надзиратели добились? Того, что гражданин РФ освоил ЖПН. Что нация стала чуть более грамотна в системах обхода защит. Народ доказал любовь к видеохостингу инициативой скачиваний ломалок. Программы обхода блока - это миллионы скачиваний в день по стране. Народ меняет операторов, покупает особые роутеры. Йютуб они не отдадут. Это ж как Сталинград. Затыкая дыру за дырой и пытаясь блокировать сайты, Гроскомнадзор стимулирует россиян практиковать все новые тоннели для обхода. Кровь в организме интернета все-равно будет качаться, но уже через другие жилы. Это создает жуткую нагрузку на всю систему. Уже и сам перекрыватель интернета не всегда может запустить свои ресурсы - из-за низости скоростей сети.

- Так ему и надо.

- Но он безрассудно упорный. Столько денег вложено в системы ТСПУ сверху, что стыдно отступать. Своими блокировками Гроскомнадзор добился, что весь интернет стал тормознутым.

- Да. Теперь и ВК тупит, я заметила.

- И большая часть трафика идет через тоннели заграницу. То есть РКН подрывает нац безопасность в сложное для страны время. Целесообразность его существования под вопросом. Но его мне не сильно жалко. А детей и стариков - жалковато. Да, дети и бабушки - они защищать свое не умеют. Детское население не сможет смотреть мультики, а пожилое - огородные кулинарные обзоры и сериалы. У меня есть знакомый, который кушать без Йютуба не может.

- Ну вот, похудеет. Диета от Гроскомнадзора.

- Удивительно, что с отключением Йютуба просмотры некоторых блогеров только вырасли.

- Ничего удивительного. Броня у глушилок растет, но и снаряды крепнут. На ближайшие два года гудбай-DPI наша защита. Он тасует пакеты данных, и ТСПУ не успевает это отслеживать. Не смотрите на меня, будто я умная. В ярости домохозяйки я нагляделась блогов и теперь веду вам прямую трансляцию. Я все про это знаю! ТСПУ анализирует состав первого пакета, на весь поток у него не хватает ума. "Гудбай" - как ловкий шулер хаотично выдает куски данных, случайно сортирует куски трафика. У файрвола нет сил контролировать.

Это вредители придумали глушилку Йютуба. Достижения цифровой безопасности последних лет пойдут на смарку. Теперь весь поток данных через ЖПН направится за границу, и там анализиаторы пакетов будут перехватывать отечественную информацию, внедряться в рунет и солить нам, и перчить нам. За что боролись, на то и напоролись.

Подсвеченный "подсолнухами" мастер глядел из-за стекла на инициативных женщин и поражался их осведомленности и жару доказательного огня. Где-то горели улицы, решетился пулями сайдинг модных зданий, двигались боевые бригады, тащили раненых, самолеты бомбили врага, десятки тысяч курян эвакуировались. А где-то вечер мягко спустился на мостовую и съел счастливых дам, отныне богатых интернетом.

* *

Свет погас, когда Мария стояла на вечерней. Сразу стало темно, у компьютера запищал UPS, и в наосе только пламя свечей бросало живые тени на иконы и на Богородицу. Постная служба шла непоколебимым образом. Искушение, - подумали все и молились дальше. Вычитали после службы, что электричество рубанули во всем городе. Пламя в лампочках накаливания гасло поэтому плавно - будто генератор медленно тормозился.

Световой момент вместе с Марией и священником обсудил бодрый клирос. Решили, что диверсия возможна. Что не только мы отключаем Киев, но и противник может пакостить. Ненадолго. Надо купить воды и ставить телефоны на энергосбережение. Когда разошлись, Марии не надо было никуда спешить. Дома без света делать было нечего. Она пошла погулять с чистой совестью. На берегу Невы она встретила человека из московского прошлого, он ее узнал, улыбнулся и пожелал много радости. Омолодившаяся умом, возрадовавшаяся, Мария видела очереди в магазинах с открытыми дверьми. Скупали газ и воду. Генераторы работали на полную мощь, и счастливчики стояли и заливали электричеством телефоны. Паниковать бухгалтерше никак не хотелось. Если Бог дает время испытаний, мы запасемся терпением, молитвой и мерами по увеличению качества жизнедеятельности. Это все как тренировка на последние времена. У верующих тоже не будет света, и они будут ждать Христа на природе с молитвой, и чем Бог подаст. Газ она все-таки купила. У подъезда шло собрание ТСЖ. Сплетни и домыслы насчет света завершились. Мария успела к обсуждению сетки. Ее предложили натягивать на расстоянии 10 м вокруг всего куба дома. Если дрон решит атаковать, то просто увязнет в сети и до стены не достанет.

Лифт не работал, и поднимаясь домой на лестничной клетке женщина увидела квартет мальчишек, игравших в дурака. Церковная женщина обратилась к ним, что она бросила играть в карты, когда узнала, что масти карт - это орудия, которыми убили Иисуса Христа. Сердце - губка, с копья легионера. Пики - само копье, крести - крест, и буби - гвозди. Чтоб не быть этому причастным, она оставила. Взять карточку с Крестом Господним и небрежно швырнуть, сказав "трефа" (скверный), она уже не может. Ребята выслушали, молча склонили головы. Потом извинились, сказали, что виноват свет, который отключили. Как улыбавшаяся Мария пошла выше, тут же бросились к игре. С каждой следующей ступенькой проговаривала молитву: "прости, ибо не ведают, что творят". Свет дали через минуту.

Весь следующий день Мария тряслась в душном микрике. Через три года войны она организовала паломническую поездку по храмам глубинки ленинградской области. В одном был очень древний батюшка, который угадывал проблему человека и подсказывал пути решения. Сложа руки под благословение, к нему для откровений подходили по-очереди, а дедушка на минутку уводил человека в гостевую келью, слабым голосом шуршал с ними наедине, потом счастливого и ошеломленного выпускал вон. За столом, когда уже слопали салаты с молоками, допили шампанское, догрызли сему, истощил запас слов некий инок-попутчик, главному прихожанину ткнули в бок, чтоб тот задал старцу вопрос:

- Отче, скажите, когда-нибудь наступит время, что мы и украинцы помиримся?...

Смех за столом мигом прекратился. Повисла гнетущая нервность. Сутуло сидевший в самотканном подряснике старец медленно перевел взгляд на тарелки, провалился мыслями в личное поле образов и ничего не ответил.

Невыносимое молчание должно было разрушиться, и с разных сторон над столом стали вспыхивать версии ответа. Старческое достоинство прозорливого священника их не подтверждало. Да и трудовые пальцы с щербатой кожей и кровопотеками под ногтями, почти вековая седина редких волос тоже имели свое мнение. Неожиданно его губы зашевелились для изданий слов:

- Перед поездкой на фронт бойцы приходят благословляться. Вернувшись домой с войны, никто не приходит в храм.

Столу это послужило ответом.

Говорят, в молодости этот старец пешком из России прошел всю Европу, границы ему сами открывались. Теперь в его маленьком храме оформление было советского времени. Деревянный досчатый пол просто покрашен. Иконы из-за времени поблекли. Во всем чувствовалась теплота ручного труда. На потолке из-за влаги отстала штукатурка с краской, но разрыв пошел точно по контуру Богородицы, никак не задев Честнейшую Херувим. Мария Поплавская с поднятой головой в косынке сказала:

- Ну вот и чудо.

Рядом появилась собеседница с комментарием:

- Хорошо, что мы посреди войны еще не разучились его замечать.

- Ирина Степановна? Здравствуйте!

- Привет, Маша. Вот еще один годик прошел, и весна 25-го года свалилась на наши уставшие головы как мокрый снег в марте.

Мария начала разговор с женщиной, которая была основным педагогом в епархии и преподавала Маргарите и Марии Ветхий Завет, смыслы которого универсальным образом проявлялись и в Машиной жизни.

- Да, Ирина Степановна, было много опасного и чудного в предыдущем году.

- Линия фронта резко поменялась. Мужики неохотно, но пошли в храмы. Теперь они хмурой дружиной стоят справа от войска молящихся старушек. На страну все-таки упал безютубный и безвоцапный занавес. Если во всем надо искать плюсы, тогда предложу такой: может больше будем читать? А помним ли мы слова, из которых состоят книги?

Мария виновато опустила глаза:

- Помним. Я пробегаю глазами ваши лекции, но редко. Православный мир входит в пост, и, здорово, что я имею принадлежность к этому сектору населения. Что мы будем иметь на выходе из него? А вдруг и в правду мир?..

- Чтобы ждать на выходе чего-то хорошего, надо на вход положить нечто замечательное. Например, смирение. А рассматривает ли народонаселение эту категорию? Я совсем не уверена. До сих пор бодрыми сайгаками по клубам да по курортам скачет. Бог их уже и там бьет.

Мария сообразила, о чем говорила учитель:

- Вы про землятрясение?

- Магнитуда в 8 баллов. Подбило Бангкок, Мьянму. Туристы с отелей выскакивают на свет Божий. Господь показывает, чтоб не ездили развлекаться, когда война идет. Не ходили голыми по пляжу. Лучше молитесь за попавших в беду, чтоб самим бедой не стать.

- Генерируйте милосердие в церкви по месту жительств. Все правильно. Ну а кто с детьми подлечиться едет ЮВА? Витаминов поесть, иммунку поднять, не бросая милосердного поста?

- Тем можно, тех Господь укроет защитным полем, - улыбнулась учитель, - Ох, дела наши - один сплошной эгоизм. Да я и сама такая. Любим мы, когда нас любят, и когда нас Бог защищает и интересуется нашими нуждами. А его делами мы ни разу не интересуемся. Чем Он живет?

Ему хотелось бы спасти от смерти как можно больше людей, между прочим. Для этого надо их вразумить, Евангелие подать, но мы тут не помощники: мы заняты самоочарованием. Да и бедной ЮВЕ мы не сострадаем.

- Это бесы мстят. Только Мьянма дала нам добро на строительство первого православного храма, как понеслись испытания. Долго противлись потому что. А мы - могли бы в автобусе и молебен провести.

- Ты научилась духовно рассуждать. Я тут обвиняю народ в отсутствии милосердия и смирения, а вот сегодня ночью воришка забрался в нашу церковь...

- Забрался-таки?

- Да. И ничего с собой не унес. Он профессионал - проник через форточку. Под утро его куртка и телефон остались лежать под Распятием. Может, и мы пьяные врываемся в эту жизнь, полные гордости и шапкозакидательства, потом внезапно видим нечто, превосходящее наше понимание, оно нас переключает, и мы выходим иными?

- Под утро в субботу? Значит, нагрешил. С клуба шел к Богу. И сигнализация ему не помеха.

- Да. Похоже. Вот наш пономарь о нем даже стишок написал.

Преподаватель достала смартфон и нашла контакт в воцапе:

пам-пам всем привет...

я ворую много лет.

вот мне было хорошо

рядом с храмом - и зашел.

форточка узка, но я,

ухватившись за края,

влез в квадрат размером мал.

знайте, я - профессионал.

походил тут, посмотрел

на творенья ваших дел.

кошка встретила - вот сюр

кошек я люблю. мур-мур.

Крест стоит. глядит ваш Бог.

мимо я пройти не смог.

на пол сел и отдохнул.

не могу нащупать стул.

брать я ничего не стал

посмотрел я кинозал.

на втором был этаже.

да вот стал скучать уже.

мило тут, how do you do...

может днем еще зайду.

а сейчас через забор

улизнет ваш гость-не-вор.

да, забыл я телефон.

где-то бросил у икон

так что заскочу на днях,

как стяжаю Божий страх.

- У вас тоже кошка в храме?...

- Да. Только мы ее прячем от митрополита. Тс-с-с! - учитель приложила палец к губам.

Потекла служба, и Ирина подобно кошке с ее храма выбрала лучшее место для созерцания. На повороте лестницы ей было видно всех, а она оставалась невидима никому. Уложив подбородок на кулак, она секретно и уютно оглядывала наос, думала, что все те же лица, которые она знает десятки лет. Кого-то привела она сама, кто-то помог ей. Кто-то к ней непричастен. В масштабах города это крайне малое стадо. Кучка странных верующих супротив агрессивного уверенного в себе легиона. Сегодня эта кучка ютилась в двух паломнических автобусах в таком уютном и маленьком объеме. Отец Ростислав, уставший от переживаний, пожелал всем хотя бы относительного мира над головой, показал слабую ниточку надежды на утишение бурь. Никто ему не возразил. Не возразила и Ирина - пошла целовать крест со всеми. Маша следовала за педагогом. За ней же прошла и в автобус. На обратке все смотрели молча на море. Лед сошел раньше обычного, и больное зеркало чистой воды непривычно отражало жуткие пороки города. Огонечки нервных машин ползли по влажной трассе.

В прекрасном 2025 году начало Рождественского поста совпало с отключением вацапа. Христиане радостно затянули пояса на цифровых животах и подумали, вот уж достойное испытание! Слава Богу! Просто золото, а не подарок! Не будет искушений болтовни. Братья и сестры, потренируемся в молчании, исихазме, молитве; без помех предадимся созерцанию духовного нутра себя и богообщению.

Замечательный РКН потирает ручки. У него появились юр полномочия к отключениям и гашениям всякой цифровой жизни страны. Дай Бог ему здоровья и вразумления. Вспоминаются слова Господа Христа: Искушения должны придти в мир, но горе тем, через кого соблазн приходит.

Гражданский мир снова разделился на тех, кто выдохнул и решился установить первый отечественный мессенджер на букву М, далее на тех, кто остался предан вацапу и установил не сильно разрешенные программы, и, наконец, на тех, кто ушел с русского народного мессенджера на телегу, ВК и даже обычные смски! Последние радовались особенно. Они ощутили себя моложе. О, да это ж как 20 лет назад! Тогда мы общались только на них, вспомните, и нам хватало!

Давайте не будем никого осуждать или поощрять. У всех свои мотивы. Над каждым свой промысел божественных обстоятельств. У всех своя измученная голова. Подсознательно мы выбрали жить в России потому, что здесь всегда имеются встряски, неожиданные ходы верхов, под которые надо мгновенно приспосабливаться, изобретать, находить решения, объединяться, плакать, преодолевать себя, обращаться к небесам за помощью, радоваться, что живы, поддерживать близких, принимать помощь и всё в таком духе. Это нас тонизирует, бодрит, трезвит, мотивирует, призывает к гибкости ума, к терпению, и даже философскому взгляду на жизнь.

Теперь просто залить и отослать видео или голосовое вылилось в непростую задачу! Ты кликаешь "отправить", а иконка вредных часиков под контентом висит, взбешает и на галочу "отправлено" не меняется. Так изобретай, русский народ. И вообще, неплохо бы в грехах покаяться.

Затыкая дыру за дырой, пытаясь блокировать сайты, Рос*омнадзор стимулировал россиян практиковать все новые тоннели для обхода. Кровь в организме интернета все-равно решила качаться, но через другие жилы. Это создало жуткую нагрузку на всю систему. Уже и сам перекрыватель интернета (из-за низости скоростей сети) не всегда в состоянии запустить ресурсы своих клешней. Но он безрассудно упорный. Ведь столько денег вложено в системы ТСПУ сверху. Своими блокировками Рос*омнадзор добился, что весь интернет стал "тормознутым", и большая часть трафика электронными лодками пошла через тоннели заграницу. (Бабушки и домохозяйки внезапно стали специалистами по настройке каких-то программ) Миллионы цифровых россиян внезапно стали нидерландцами! То есть РК* сам подорвал нац безопасность в сложное для страны время. Целесообразность его существования под вопросом.

Даже с некой злою радостью Минц*фра и Р*Н затягивали над головами россиян новые цифровые вентили. Изобретательская мысль людей протекала сквозь щели, а вентили снова подтягивались. Пока запад равномерно развивался в технологиях, кошки-мышки продолжали изнашивать страну. Видя полнейшую безнаказанность, цифровые власти решают выход через *ПН делать платным. На каком юридическом основании? Неужто просто нужны деньги? Силы наш электронный куратор направляет не на новые технологии, не на разработку полезных людям роботов, нейросетей и, скажем, телефона, а просто утверждает, что западный интернет плохой, гониите монету.

Без ответа оставался вопрос: зачем в разгар вой*ы, когда народ сплочается, затягивает пояса, чтоб самому выжить и поддержать фронт, и выставить стену против внешнего агрессора - зачем в этот период обозлять народ и закручивать цифровые барашки? Зачем отключать мессенджеры, которые поддерживают жизнь, и экономику, и образование, и просто чувство сплоченности народа. Но перейдем, как обещано, к покаянию.

Ледяные узоры на стеклах трепетно жались к рамам. Стены в натопленном помещении были сплошняком заняты сюжетами из жития святого. Богородица, которая к нему являлась, стояла в окружении 8 дев и глядела на происходящее. По контурам на стене было видно, что еще 4 девы были закрашены - это потому, что по росту они оказывались выше Пречистой, и ключарь храма повелел применить краску. В зале часовни, где после литургии кормили бабушек, беседу о проблемах фронта вела женщина-волонтер, которой медаль вручал сам президент. Это о ней в телефонном диспуте упомянула монахине Поплавская. Мелькая наградой на груди, оратор с волевым и добрым лицом взывала к верующей аудитории, и ужас заворачивал души прихожанок. Их глаза блестели стеклом будущих слез. Да и лица незакрашенных святых дев на стене выражали глубокую скорбь. Бабушки спрашивали:

- Неужели, всё это правда??

- Что правда?!

- Да это самое! Скажите, что нужно бойцам, мы купим и переправим?

Женщина с медалью отвечала без пауз и воды. Она будто бы била невидимым мечом по зависшим врагам над головами присутствовавших:

- Да пожалуйста! Гемостопы китайские. Они спасают жизнь. Их прямо в раны засовывают. Носки. Средства гигиены. Рэбы. Вы поймите, в Курской области местами до сих пор иностранные войска. Стране немножко наплевать, вот мы и выбить не можем. Вам уже не сообщают, чтоб не травмировать.

Ручьи бабушкиного сострадания полились безудержно:

- Да как же! Мы - за!... Мы не знали просто!

Волонтер усмехнулась:

- Это потому, что Путину удалось сделать больше, чем Сталину. Эта война более тяжёлая, чем в 41-ом, а внутри страны не чувствуется. Президент бережет ваши нервы. И военного положения нет. И экономика продолжает жить. Цены подросли только. А против нас - 49 стран, между прочим.

- 50 стран.

- Тем более. Мы не ценим, что для нас делают там, наверху. Надеемся, что совесть сами всколыхнем.

Бабушки развели руками:

- Ох-ох. Да что мы можем? Мы - ветхие старушенции с церковных пенатов!

Оратор оценивающе осмотрел "ветхих":

- Но что-то можем. Например, быть понимающими и благодарными. Чтоб фронтовые сердца растаяли. Вернутся с войны в свои семьи, а семьи для них другие. И ребёнок не захочет этой агрессии отца. Скажет, не знаю тебя, папаня. Как-то ты неприветлив. Лицо твое суровое. И отец не поймет этой безучастности и расслабленности близких. Что за люди выросли без меня в тылу? Безразличные, безучастные, глупые.

- Ох, это точно, - кивали скорбные бабушки.

- Много пройдет времени и обоюдного стремления, прежде чем контакт двух миров состоится.

Один взъерошенный молодой человек, затесавшийся среди бабулек, кусал нервные ногти и тоже начал говорить:

- А вам не кажется, что за эти годы войны мы наоборот потеряли человечность?... Пропаганда ведь сжирает душу и убивает ум.

Зал напряженно замер, и молодой мужчина продолжил:

- Приведу пример. Девушку-украинку на западе убил какой-то маньяк-наркоман, а мы и посострадать не можем. Видим в украинцах только врагов.

Волонтер с милосердным покрывалом навалилась на его психику:

- Молодой человек, вы добр, но находитесь в блаженном неведении. Вы поймите, мы воюем с нелюдьми. В Курске когда наши в освобожденные церкви зашли, обнаружили подвал, с набитыми телами. Одного священника распяли прямо на собственном храме. Детей запаивают в башни танков. Насилуют.

- Это кто делает?

- Ну кто... Наемники и СБУ. Они-то и своих граждан не щадят. Все видели, как ТЦК-шники отлавливают и избивают уклонистов? И заград-отряды у них по своим бьют. И детей своих же используют - садят на растяжках, чтоб русский солдат, освобождая, взрывался. Зверства укров - не миф, не придумка пропагандистов. Когда Лавру Киево-Печерскую захватили, то черепа из святых ракк топтали ногами. Это приказ Зеленского.

- Вроде, его свои нацики уже ищут, убить хотят.

- Мы этого не знаем. Но зло должно изничтожить само себя. А мы в церковных зданиях должны помнить, что если угодим Богу, то он уж нас защитит. 40+ книг Ветхого Завета диктуют правило: как только Израиль отучнел и забыл Бога, так соседние государства, Филистимляне или Вавилон, нападают. А как только кается, так Бог сразу придумывает, как их спасать. Духовное правило для любой страны. Но это не значит, что надо армии распустить и только сидеть молиться. Нет. Лицемеры Богу не нужны. Нужно и словом, и делом.

- Вы можете внятно прояснить, о чем наш братоубийственный конфликт?

- Смотрите глобально, славян хотят уничтожить...

- Дались миру ваши славяне?!

- Дались. У них код есть.

- Пуш-код?

- Код неподчинения рабовладельцам и бесстрашие. Врожденное чувство справедливости.

- То-то они такие свободные и независимые на нефтяной-то игле и на игле леса.

- Ах да, за изобилие ресурсов нас тоже ненавидят.

Молодой человек выдохнул и выдох его был уже строфой Пушкина:

Пугая внешними врагами,

Нас убивают изнутри.

Но не меняется с годами

Девиз царей: воруй и ври!

Пушкин произвел с залом некоторый надлом, и молодой человек решил смягчить посыл:

- Надо остановить и отодвинуть НАТО подальше. Нужно защитить границы. Хорошо. Но можно это сделать без ненависти, без национал истерии? С украинцами еще придется мириться. Не поверите, насколько скоро. И будет неудобно за нашу злобу.

Один мужчина ехидно озвучил мнение:

- У нас предатель завелся?

Молодой человек парировал:

- А может у нас стукач не искоренился?... Я думаю, предатель тот, кто толкает обе страны к большей войне. И кто гнобит людей и гайки затягивает под предлогом безопасности.

- В тюрьму захотел?... Туда уже много таких посадили.

- Там, где власти осудят, Господь оправдает. Если мои слова помогут исполнить заповедь Божию, то стоит поспешить за решетки.

- Какую же заповедь?

Молодой человек закусил губы:

- Блаженны алчущие и жаждущие правды, например. И блаженны миротворцы, например. Срок в земной тюрьме конечен, а предательство пред Богом перейдет в вечность.

Молодые люди подскочили, чтобы чуть-ли не драться. Губы обоих были стиснуты. Глаза пылали. Что было бы, если б не вмешалась ведущая собрания:

- Тише. Ребята, успокойтесь. Это ж храм. Чтоб кричать громкие выводы, мы никто не знаем правды. Пусть у нас не будет ни стукачей, ни предателей. Но что мы знаем наверняка: там, на первой линии, ребята гибнут, защищая нашу тишину, и мы можем притушить их ужас, можем стать для них пластырем.

Молодой человек не успокаивался:

- В чем цели СВ*?.. Может, имеется какой-то простой ориентир?.. Скажите сирому, в двух-трех словах?.. Как в 41-ом?.. Враг - фашизм. Цель - Берлин. Потому, что было ясно, народ и поднялся. Сейчас как?

- Молодой человек, посмотрите вести недели. Подряд с 22-го года. И у вас картинка сложится. Всё станет внятным и логичным. Увидятся и цели, и понимание методов сдерживания.

- Ну, знаете ли... Если поглядеть последовательность передач любого канала, то невольно проникнешься духом его пропаганды, и все будет казаться логичным.

- Да. В телестудиях не дураки сидят. Умеют сознанием масс вертеть. Только зацепился вниманием, и всё - пропал. Те, кто поглядел украинские вести, так же патриотично рьяно и честно убеждены в правоте своих.

- В общем, я стрелять ни в кого не пойду.

Одна женщина решила войти в диалог, явно решив уменьшить накал:

- Стоп! О чем мы говорим?... Кто вас на убийство призывает?.. Не хотите стрелять? Пожалуйста! Не стреляйте! Вам предлагается оружие иного свойства. И, кстати, не менее эффективное.

- Неужели?! И что же это?

Женщина хитро пришурилась и развила историю:

- Помните бум, когда в начале двухтысячных народ уезжал из Приморья? Ожидалось, что китайцы должны были завоевать. А потом всё как-то внезапно рассосалось.

- Что-то припоминаем.

- Так вот. У меня знакомая участник этих действий. Тогда командующий флотом пришёл к ней в нашу православную гимназию и спросил, кто готов совершить крестный ход до крайней граничной точки, где сходятся границы Китая, России и Северной Кореи? Вот пошла группа школьников гимназии и моя подруга.

- Дети спасут мир.

- Именно так и было. Там машина не проедет по этому 18 км по песку в обе стороны. И вот представьте, тяжеленную икону порт-артурскую на знакомую одели, и она пошла. Не она несла икону, а икона её. Тащила весом вперёд, и женщина под неё марш поддавала, чтоб не упасть. Их местный владыка, вроде Мениамин, не помню точно... Так он предсказал, что дети спасут. Так и вышло. С детьми они установили крест на самой точке трёх границ. Там машина пройти не может - на руках несли. И китайцы сказали, что мы бы вас давно завоевали, если бы не женщина, которая ходит в красном и синем в воздухе над вашей территорией и грозит нам пальцем - мы боимся ее больше всего! Значит, Россия - территория Богородицы. И защищая её, мы исполняем её Волю.

Вот. Значит, лучшие защитники - детишки!

- Также на Абазинске было. Тоже женщина на белом коне ходит вдоль реки и пугает врагов. А нам она не видна.

- Давайте не малолушничайте, а вступайте в молитвенные войска. Но охранять наши земли - это прямое Божие благоволение. Только получиться этот подвиг может лишь у душ чистых и невинных. У детей. Становитесь детьми. А уклониться от войны не выйдет.

- 5-ый год войны, а народ - хоть бы хны!

Женщину поддержали еще голоса:

- Вы правы. Раз уж наша страна - оплот Богородицы, то она этот оплот и защищает. С севера - Тихвинская икона Богоматери. С юга - Казанская. С востока - Порт-Артурская. С запада...

- Владимирская.

- Да, Владимирская. А раз мы - верующие, то и мы должны по ее воле ей помогать. Матерь Божия тоже не убивает китайцев. А просто им пальцем грозит. Между прочим, учите китайский. Диалог все-равно придется налаживать. Чтоб проповедовать. Через кого пойдет воцерковление Китая? Через нас, кого ж еще?

- Через гуггл-переводчик.

- Ох-ох. И еще раз ох! В чем ИИ однозначно преуспел, так это в языковых переводах. Отрасль живых трансляторов он уничтожил. Сейчас изрекаешь в ИИ-приложение, и оно сразу же проговаривает это на языке собеседника. На рынке в Китае все местные к нам с этим гидом в руке подбегали, и мы нормально общались, я сумку купила.

- Да, смешал Господь языки в Вавилоне, а мы своей гордостью обратно вернули. Видимо, собрались строить новую башню?

- Не нагнетайте! Армагеддон начнется только после 2040 года, когда Евфрат пересохнет. А пока - мир, дружба, жвачка. Антихрист еще мал.

- Может, и мал. А зверь - ИИ - уже людьми манипулирует.

- Давайте вернем тему!... Мы про защиту Родины говорили. Проблема, что понятия Родины теперь школьники не знают. Нету "картинки в твоем букваре". Да и Православия не знают. И кто теперь из них с иконой захочет совершить крестный ход к границе?

- А мы бы пошли?

* * *

Мария не обманула, сказав, что просматривает Иринины лекции. Более, после паломничества бывшая студентка пошла в епархию, посетить уроки по второму кругу. Клумба перед епархиальным входом была истоптана ножками голубей и имела узорчатый рельеф. Это потому, что вахтерша, приветствовашая Марию, подкармливала на ней птиц просроченным в митрополии пшеном. Когда Поплавская вошла в класс и присела, благообразный Денис Владимирович с лысеватой профессорской головой пререкался с девицей. Та рыкала ему грозно:

- Ну а как это, по человеческому разумению?!... И что в этом разумении плохого?

Денис принял в себя 100 грамм недоумения, выдержал паузу и низким голосом пробурчал:

- А что тут непонятного?...

Девушка холодно молчала.

- Мы ведь об этом только что говорили... Не думаю, что мои обязанности уточнять об этом... Если я не подхожу, может, какой-то священник-духовник вам найдется.

Тут что-то в голове преподавателя блеснуло, возможно, мысль, которую вкладывает только Бог. И дальше слова Дениса были легки, ритм речи вернулся в бег бодрой трусцой, несущая частота звука стал выше герц на 500, и глаза засветились:

- Вот Ивана Крестьянкина или Игнатия Брянчанинова можете почитать. Как раз эти вопросы отвечают. Всё, что в нашей жизни было, это не без промысла Божия. Универ, работа - это, может, от Бога, не стоит бросать и уходить в монастырь. Христианство - это внутри нас.

Дениса уже нельзя было узнать. Он снова стал легок и свеж мыслью. Да и вопросная девица будто бы утешилась. Дух Утешитель, которому молились вначале, вмешался и каждому участнику дал в сердце кусок тишины. Дальше лекция пошла легче, чем до вопроса.

После учебы Мария сварила яиц, слопала их с майонезом. Прищурившись, что-то вспомнила и зашла на сайт озона, стала листать. В связи учащением дроновой опасности, кто-то в епархии рекомендовал наклеить на окна бронепленку. Если где-то рядом, не дай Бог, взорвется, то стекла выдержат, и рамы менять не придется. Только надо точно замерить рулеткой все стекла. Мария прикинула, с какой стороны находится географический запад - откуда потенциально могли бы прилететь ракеты. Это были два окна в предбаннике квартиры. К ним и надо было покупать бронь. Напротив недалеко мерцала огнями бензоколонка. Если вдруг шарахнет - долетит ли что-то до ее рам? Мария недовольно бурчала. Зарегистрироваться не получилось. Боже, как зайти на сайт? Опять кьюар коды? А есть у кого-то в храме готовый эккаунт? Короче, мне лень. Пусть Беглов сам позаботится о наших домах. Обтянет бронепленкой город. Так он и делает. Говорили, что некоторые вертушки пролетают ниже покрытия радаров. Значит, двигаем ПВО за внешние пределы, чтоб работали на упреждение. Ох, ох. Все больше городов, куда добираются "птички". Как сказал Шахназаров, в 22-ом россиян не достигало ничего. Теперь залетает то там то сям. Смски с беспилотной опасностью сыплются каждый день как сводки погоды. Горят НПЗ. Растет в цене и исчезает бензин. Новая реальность приучает к себе умы. То мы выключили свет в Киеве, а теперь обесточивают они нас. Где "миру-мир"? Когда все это закончится? В тот день, когда покаемся. В храмах за пять лет народу не прибавилось.

* * *

Удивительно, но Марии пришлось ехать на Украину второй раз на третий год войны. Это, правда, было совсем не так легко, как когда она вышмыгнула оттуда по гумкоридору, но все же оказалось возможным. Квартиру продала, и чтобы получить часть денег - надо было ехать! Требовалось с украинской карты снять остаток суммы, перевести в новые доллары и их привезти сюда. Шмонали очень плотно. Опять была Белоруссия. Не уверен, но может, Польша, украинская граница. Когда в паспорте увидели кого-то призывного возраста из родственников, Марии было страшно. Все обошлось, и доллары она всетаки привезла - олигарщица! Все боялась, что не выпустят на русской границе, но честно сказала:

- Тысяча долларов, - и подняла руки для обыска. Пограничник ощупал и пропустил.

В эту поездку удивило то, что магазины ломились от еды, и еда эта была качественной. Если уж мясо - так без жил и костей.

- Вот тебе и голодная Украина, - подумала Мария.

Главное достижение: Мария привезла лекарство от мигрени, которое в России под санкциями, но эффективное, и от которого сразу проходит голова. Триста таблеток для себя и подруг с храма - это настоящая добыча!

- Уважаемые женщины, это настоящее золото! Кто слушал Богоматерь и молился Пресвятой Троице, тот получит, - держала она пачку таблеток на чаепитии в храме - и раздала каждой по подошве.

- А финалгон?..

- А! Боже! Финалгон забыла.

Оказывается в стране этого чудолекарства нет. А оно так приятно согревает суставы. Увы, разобрали. Панацеей намазываются перед военным нырянием - и с ним в воде тепло, как у Христа за пазухой.

Глава 34. Лунный свет продается

Тс-с-с!.. Молчите. Не дышите. Не издавайте шуршаний. Рождайте исключительную тишину, которая господствует в ночном небе. Вот она! Спросите, кто? Она, которая притаилась под сухой веткой. Она, которая дана как бесценный дар! Она, которой из сотворенного в 6 дней нет слаще. Откуда тут ветка? Внимание. Пошло движение. Крадусь. Чоп-чоп. Чампа-чампа. Шлепи-шлеп. Главно, не спугнуть. В охоте на насекомых и людей - это важнейшее дело. Еще мгновенье! Кидаю на нее шкуру! Есть. Она моя. Она жертва моих рук. Мой обед со времен потопа! Поджарю на раскаленном камне и выйдет прекрасное питание. Царь Соломон не вкушал более изысканных блюд, а он-то знал толк в пищевых делах! М-м-м. Очень вкусно. Жители городов и штетлев недооценивают пустынную диету. Согласитесь, у обывателя вообще плохой вкус. А в пустыне имеется все, что требуется человеку с головой и длинными волосами. Вы не ослышались. Царапайте себе в пергамент: в пустоте имеется всякая полнота, а в молчании - всякая мудрость. Папа-священник мне однажды это сказал. Как вы понимаете, он кое-то понимает про вынужденное молчание. Хочешь наполниться достойным - опустошись основательно! Все нужное пустота сама всосет из надпустоты и подарит твоему процветанию. Блаженны пустые духом. Их ждет посещение чего-то великого! Чего-то, превосходящего тебя несравненно. Обретение пустоты - в каком-то смысле покаяние. Я - глас вопиющего в пустыне. Под пустыней будем понимать синагогу иудейскую, ведь там пустыня в отношении добра. Значит, фарисеи должны уйти. Вместо закона людям дастся благодать. Это несопоставимо выше. Нужен новый договор Творца с человеком. Я буду стоять на стыке старого и нового заветов - дипломатический корпус в верблюжьей шкуре. Мохнатой фигурой между законом и благодатью.

М-м. Дососал конечность добычи, и она пуста, как дудка! Как Иерихонская труба. Теперь назову имя, отличное от того, что дал ей Адам. Саранча. Вкусное творение. Ножки высасываю, ням-ням. Ни с чем не сравнимо. Медом помажу - и совсем хорошо. Сьел, и порядок. Отшельник, видишь, каковы ужины Божии, как они обращаются на пользу душ, а не на пресыщение чрева? Как добывать мед?.. Расскажу в ином свитке. А в этом говорим о вкусных вещах. Соломон назидает, смотри, как пчела трудится. Дарю контраргумент: Бог оденет цветок бесплатно. Без всякой мзды. В чем тут секрет? У цветка своя проповедь, он напоминает миру о Боге. Логично, что звезда на стебельке за остальное не переживает.

Самое главное в жизни людям дано бесплатно. Перечисляем: воздух, свет, твердь под ногами, звезды над головой, слова из святых книг, вакансии из пустот, сетка над всей землей. Не надо работать, чтобы иметь главное. Еще выводы есть? Есть. Не надо трудиться, чтоб быть рабом неглавного. Сохраненное время направляйте на главное. Только ему и надо время уделять. Будь верным, держи путь свой от второстепенного подальше, говорил Соломон. Неправильное распределение сил - это перекос, за который идет быстрая расплата. Вот что у вас главное?.. Что у вас цимес? Не знаете?... Дело плохо. Пора на натуральное пространство. Пора протряхивать мысль как плащ от пыли.

Горожане и жители штетла, вы - бедные люди. Вы отказываетесь от рая и блаженства! Вы лезете в суету - то есть в фальшивое наполнение. Город - это как ведро с червями. Наполненность его смрадна. Как там можно не потеряться?

Напротив, уединение создает вокруг набитый до краев мир, выделяет акценты на деталях и красках. И этот мир становится осмыслен. Мараки или писатели пейзажей поймут, о чем я. Оно делает все действия четкими и конкретными. Они сразу становятся подчинены цели. Я - ангел пустыни, которая для меня и дом, и лучшее место, и пытка, и развлечение.

Нет, я не собираюсь слоняться тут вечно. Скоро я вернусь, и эти, из городов, мечтающие о счастье, истощенные души ко мне прилипнут. Горожане любят экстравагантных товарищей. Тем более таких как я: говорящих странные вещи и громко. Потому, что развлечения нужны человеку. А странных вещей у меня полный багаж. Я знаю секрет. Странные вещи - это вещи самые естественные. Это еще от первогрешников идет. Те, у кого Создатель не стоит перед глазами, у тех тоска и унылость. Им нужна какая-то замена: яркие картинки и красивые звуки. Иначе сойдут с ума. Ведь без Бога душа пустыне подобна. Мерзость запустения в ней. Убив Авеля, Каин захотел музыкального сопровождения. Его потомки придумали музыкальные инструменты?... Они города изобрели?... Кто ж еще! Им же надо защищаться, разве не этого хочется всем агрессорам. Безбожники занимаются отработкой защит, а праведников защищает Бог. Преступники заповедей и в городах чувствуют себя уязвимыми. Праведник и в пустыне получит все, что ему необходимо. Видите, как я себя похвалил? Не из гордости, честно. Защитник благочестивого всегда рядом. А выбравший зло - голый перед врагами. Пусть Соломон добавит мои слова в свои притчи. Дак он, вероятно, занят. Работает в ангельской судебной комиссии. Зря он все-таки храм золотом украсил. Как только страна ослабеет, это с храмом и сыграет злую шутку. А ослабеет, приняв зло. Это как пить дать. Я бы попил, конечно. Я - житель песка, а стихия моя будет водной. Ценю водичку, как не крути. И праздник мой будет водный. Вот только что я на "празднике" могу дать людям? Чудеса?.. О, если б умел?!... Да и какое с меня чудо?!.. Я - меньший из всех рожденный женами человеческими. Я и с собой-то разобраться не могу, брожу по одиноким пескам да собираю насекомых. Я сам как насекомое. Ручки, ножки - как палочки. Зовите меня кузнечик-Иоанн. Как написано у Исаии про глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему. И мне на ножках-палочках нарезать лишние круги неохота. Пускай всякая гора и холм да понизятся, кривизны выпрямятся и неровные дороги сделаются гладкими. Пусть появятся непьющие рабочие! Нет, чудо - это не мой путь. Их веру я не собираюсь покупать за яркость иллюзии. Чудо явлено не мной! Чудо в том, что Господь рядом. Чудо надо разглядеть, покаяться и изменить ум к нему. «Путь» - есть образ жизни по Учению потому, что Господь вскоре имеет план проповедовать. «Стези» - заповеди Закона, стертые временем. Будем делать их «прямыми», ведь господа-фарисеи заповеди развратили. Но давайте ценить правду. Она так сильна, что прорвется через время, через смерть и возьмет свое. Под «путем» будем также понимать и душу, а под «стезями» - помыслы с делами. Некоторые дела и некоторые души - даже если их убить - не прекратят возвещать истину. Поэтому, заимейте привычку говорить то, что не содержит лжи. Как понять, верны ли произнесенные слова?.. Да очень просто. Мир будет извергать вас из себя до тех пора, пока вы его обличаете, и будет лелеять и облизывать, пока вы ему угождаете ложью. Непростой выбор, верно?... Не всякий готов, чтоб за осуждающие грех речи ему отрубили голову. Равно, как не всякий согласится, чтоб его череп, обтянутый кожей, бросили в отхожую яму с червями. И уж совсем немногие решатся, чтоб их язык колола иглой какая-нибудь бесноватая дама с дурной дочерью. Но мой вам совет - лучше попасть в число таких правдолюбцев, миром ненавидимых.

Все, решено! Я не дам детям Авраама никакого лукавства. И язык мой не источит лжи! Я просто констатирую и напоминаю известное им же! Заповеди даны драгоценным Моисеем. Я и тут, в законе, ничего нового придумать не в состоянии, а могу только обратить внимание на старое. Ля-ля-ля! Люди хотят хлеба и зрелищ. Я не дам ни того, ни другого. Зато, если придут к Создателю через меня, это будут верные, которых Творец неба и земли прямо от меня может готовенькими брать дальше на свою проповедь. Эти увидят зрелища в делах Божиих, эти вкусят хлеба небесного, эти найдут умиление в созерцании Бога, эти напитаются не этого мира. Ну вы поняли меня?

Шкурка у меня крайне удобная. В ней и не сгоришь на солнце и не спаришься в духоте. В ней можно и прилечь на песке. Позвольте, это сейчас и сделаю. Тем более по попечению моей защиты возникает тенек как раз на пути. Уф... Песочек... Сыпется из моего сухого кулака. Это души из десницы Божией вылетают. Скоро Агнец пойдет навстречу выпущенным душам. Ведь они сами не в состоянии. Когда он родился, мне было полгода. Успею ли я подготовить хоть кого-то под важное дело? Видит Бог, люди упорно не хотят меняться. Они изворотливы. Они упорны в безумных традициях. Они чудовищны в неповиновении. Нравится им их состояние, хотя оно воняет смертью. Сумасшедшие, что тут говорить. Как их крестишь?...

Если Он Духом Святым сошел, то и крестить им будет. А я? Чем я, банальный пустынный житель, способен крестить людей человеческих? Очевидно, противоположным - водою. Не песком же. За песком ко мне никто не потащится. Для бытовой прелести у них и так под рукой все имеется. К слову, в Риме человек может не работать. Он, видите-ли, имеет право на ежедневную муку и вино. Зрелища чередуются с выборами. Господь уничтожит любое такое царство в один момент - это ясно как пить дать. Это запоминайте. Если олимпиада сменяется голосованием, то такой народ долго без Бога не протянет. Крестить песком мы таких не планируем. Но как мы всех туристов в речку поместим? Нужен вместительный бережок и инженерный план. Эллины - хорошие инженеры, но они далеко, где-то за пустыней и морем. Проведем мысленный эксперимент. Внимание! Открывается воображение. Вот толпа подходит... "Так. Не напирайте. В очередь, змеиные отродья, в очередь! Порождения ехидны, креститься бесплатно надумали!? Вы предпочли гоняться за моей головой при моей жизни, и хвастаться ею после! Так вот вам пенделей! На, на, получи!" Называю их «порождениями ехидниными» потому, что оскорбляли своих отцов и матерей. Это животное проедает утробу матери и так рождается. Жуть какая! Иудеи убивали пророков и учителей. Кто же эти на букву "И", если не ехидны?! "Уважаемые порождения ехиднины! Кто внушил вам бежать от будущего гнева?" "Будущим гневом" назову вечное наказание. Так вот, дети Авраама, вы уверены, что Бог вам что-то должен. Ваша властность, амбициозность, легкость, с которой вы манипулируете другими народами - показатель этого мнения. Вы талдычите, что Авраам - камень и скала, а вы - часть этой скалы. Но поверьте, Богу легче сделать себе новых верных детей - пусть даже из простых камней, чем вернуть их из шайки предателей. Отец-то у вас был Бог, да усыновил давно дьявол. Такие вот изменения в учетных книгах!

Кого я хочу обмануть?.. Что я о себе возомнил?.. Как я в одиночку организую Ему приход? Как подготовлю души? Чем поднесу песчинки Ему в руку? Какой из меня Илия? Но нет-нет! Малодушие прочь. Ангел сказал же, обрисовал задачу. А ангелам лучше верить с первого взгляда и с первого страха. Вон отец мой молчал, не верил. Потом стал осмотрительней: ни в ум ни в язык лишнего не запускал, Царство Небесное ему.

У человека нет ничего для Бога, но может быть сокрушенное сердце - любовь в ответ. Покаяться, значит. А что еще? Если рядом "грядый во имя Господне", нам надо готовиться. Осознать наше зло - вот задача! Большего ничего не придумаешь. Назовем это покаянием. По-эллински: изменение ума... Мета Нойя... Язык у них, конечно, кондовый, фундаментальный. Специальная языковая операция в Вавилоне - явление любопытное. Мы пошутили с Творцом, получите шутку в ответ. Сломали слово Бога, а он навсегда сломал слово человеческое. До конца времен профессия переводчика и языкового менялы будет важнейшей.

Но от Вавилонского проклятия можно спастись. Как? Пустыня - место без людей... Пустыня - не песок и солнце. Тут, чтобы кому-то что-то донести, не потребуется наука о налаживании понимания. Все и так предельно ясно! Он - троюродный брат мой по материнской линии. Скольких Он крестит Духом Святым?... Сколько к нему войдет на поклон через речку времени?... Наверно, сколько песка у меня под ногами.

Река времени - это ж не Иордан. Будем ли мы меняться учениками. Встретимся ли мы вживую?

Как мне начать проповедь?.. Ведь людям нужна похвала от людей. Им не нужно одобрение от Великого Творца неба и земли. Им нужно поощрение при жизни, и им нужны памятники по смерти. Устроило бы меня отсутствие человеческого кивка? Надеюсь, да. Надеюсь, вполне. Надеюсь, из вне. И хоронить меня можно без регалий, хоть бы в отхожем месте. Прах к праху, как говорится. Хоть голову мою грешную отрубят в помойную яму, это для меня не актуально. Вина и прочих дурманов по этому поводу я пить не собираюсь, как посыльный насчет меня и утверждал. Но я надеюсь, приберет мою душонку Господь в свою корзину, и я созерцал бы его непрестанно. Мой рот даст людям контрпохвалу. Я их унижу. Я покажу их недостойность в сравнении с моим Богом. Гордые возненавидят меня мгновенно, а кроткие прилепятся со скоростью комет. Я не буду много болтать. Язык - это плеть. Щелчок - и мы должны упасть на колени перед небесным Владыкой как трава перед косильщиком. Я буду произносить только точные слова и нужные Имена. Отец мой снова заговорил, когда на табличке написал правильное имя.

Когда ангел остановил руку Авраама, занесшуюся над сыном, Авраам понял, кровь Исаака - ничего не изменит. В жертву требуется кто-то совсем другого уровня. Господь. О как велико смирение Бога... Умалиться до сотворенного человека, облечься в кожаную ризу, понести наказание. Вот она любовь! Как моя рука дрожать будет, когда я наложу ее на Него... Когда он подступит ко мне в Иордане, я его буду благословлять и крестить! Уму не постижимо. Моему уму и вашему - пустыней пропитанному.

У меня все раньше на полгода. На полгода раньше родился. На полгода раньше проповедь, на полгода раньше расправа с казнью. На полгода раньше заберут в Шеол на ораторские делишки. Эти меня уважают за то, что я - сын архиерея. Ох, вечно нас обливают лестью за чужие заслуги. Может, поэтому я живу в интересной пещере, вина не пью, плюю на женский пол? Хотят моих афтографов у выхода из пещеры - я им акридой нарисую: Иоанн Батькович такой-то. Аскет-одиночка. Адрес: пещера слева за кустом.

Уважаемые женщины, это я для греческой сцены о вас горько высказался. И, кстати, не о всех. Мы почему-то хотим уподобляться Еве. Мечтаем "быть как боги, подайте-ка нам плод познания добра и не добра". Мы не планируем уподообляться второй Еве - той, которая скажет: "Я - раба Господа, будь по слову Твоему." И это очень печально. Все хотят быть наглыми и опасными. Никто не готовится быть кротким и послушным. А это, второе - необходимое условие, чтобы Бог тебя посетил и через тебя спас мир, например. Идущий за мной возведет женщину на невиданные ангельские высоты. Мы до рождения с Ним о чем-то важном договорились.

От меня не требуется никого возводить. Мясные шторы моих зубов и язык просто огласят методичку по подготовке души к встрече с Творцом. Раз, два, три. По пунктам конкретно. Это Гавриил любит радовать людей обнадеживающей информацией. А я со своим "покайтесь" смогу ли радовать? Кому же меняться охота?? Так-так. Надо подумать. Надо покачать мысль. Надо взвесить на весах как Валтасара, в конце концов! А если добавлю, приблизилось царство, станет ли это утешением человекам? Кротким, детям Сифа - будет утешением. Гордым, наследникам Каина - озлоблением.

Сначала мой отец пошел и подчинился жребию. Гавриил пришел к нему - мало не показалось. А через шесть месяцев он слетал в Назарет к тете, и та в беседе с ангелом оказалась куда корректней. О ней я уже упомянул в лучшем свете. Отцу моему надо было подучиться безмолвию. Его и подучили. Теперь молчу я. Но молчу, чтобы говорить. Вдыхаю тишину пещеры и пустыни, чтобы вылить на людей. Как водопад. Ф-ф-ф-ф.

Чу, я сворачиваю пергамент сегодняшнего пустословия. Собеседника гордости отправляю в ночь. На мою мохнатую гриву сваливается время молитвы. Это такое, когда человек и Бог смотрят друг на друга. К утру роса хочет образоваться. Надо ставить шкуру под водоканал. Конечно, в пустыне самый актуальный вопрос - по водоснабжению. Очень хочется занырнуть в водичку и покупаться. Я уже не помню, когда это делал. Потерпим. А пока принимаю песочные ванны. Любовь к песчаным дюнам впитал с молоком матери. Мама со мной маленьким скрывалась в пустыне, и я это помню. Внимание, шкура снимается из-под шевелюры. Пока буду молиться, вода и наберется.

* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *

Обманул вас? Помилуйте! Разве я мог сильно обмануть? Обманывалка моя за столько лет себя изжила. Я пишу, будто и был пустынником. Нет в этом никакого сомнения, никакого альтернативного рассуждения и филиокве. Мое стойкое ощущение, что я оделся в Иоанново тело и просто описывал, что съедал глазами. Выдать текст о ком-то - не выдумывать, а соприкоснуться с оригиналом фактически. То есть нужна машина времени, аппарат по геолокации пространства и механизм невидимого подключения к копируемой душе. В данном случае я был Иоанном. Я и при жизни баловался, одевался в его шкуру. Однажды в взбаломошном непричесанном виде я зашел в храм (мне что-то очень надо было) и лампадница кричала, мол, как не стыдно, такой неряха, хоть бы причесался. А я не причесался, а гордо встал под икону Крестителя и указал на его шикарную гриву:

- Этому человеку вы то же бы сказали, пошел вон!?

Лампадница каялась, я ликовал, а теперь обрабатываю информацию Иоанновых ощущений. Так сказать, шесть слов о пророке в шкуре. Бездомный рад, что у него выплескивается мой текст.

Интересная штука Истина. При прикосновении к ней она одного заполняет, и человек преображается в золотое дерево. Второй - озлобляется. Этот, второй, становится еще более глухим, сгнивает, ветки его чернеют и дряхлеют. Мы попытались от Истины отгрызть то, что нам вкусно. Но, но, но... Вернулась нам эта диета роскошным заболеванием. Знаю, ты исцелеешь. А блудную страсть твою мы изведем. Будешь ненавидеть телесную близость как я, как другие монахи. В царство Божие войдешь с этим ловким навыком. Будет больно, но змея растворится навсегда и навеки. "Ну и гад вы, мужчина?" Скажет стандартная мадам. Да, я гад. В страдании живешь - это хорошо. Отдаешь себя всю на богослужении. Я помогу тебе восстановиться. Скоро у тебя появится курорт и фрукты. Работа будет сносной. Окружение - терпимым. Да ты уже заметила, жизнь стала наполненной, в ней появилось место для многого милосердия. В ней плотно присутствует церковь и книжное дело. Служение с большой буквы и служение успешное. Молодец. Я подавал заявление в отдел ангелов хранителей. Хотел стать твоим защитником. Ясно, мне отказали, из-за симпатии к нечистой силе. "Раз вы не стойки, как вам доверить жизнь человека!" Но из-за того, что я написал религиозный роман, мне разрешили взаимодействовать с твоим ангелом напрямую. Этот смеется надо мной. Мол, плохо пишу, мало абсурда. Где юродство проповеди? Одна трусливая логичность! Да, мы с духом света обсуждаем какие-то ходы промысла, а иногда вместе молимся. В общем, твой успех - коллективное дело. Не гордись!

Мы, гордые души, вечно хотим менять мир вокруг себя, якобы под Божий замысел. Но самим меняться под заповедь мы и помыслить не можем. Мы все за Христа, но не с крестом, а с дробовиком. Если б у нас была машина времени, и мы вернулись в прошлое в момент, когда Христа распинали, то предпочли бы не распяться с Ним, а из дробовика всех плохишей, которые распинали, прикончить на месте. Такое вот добро в стиле Искариота. Увы, бесплатно благодать не приходит. Пролей свою кровь, возьми Дух. Мир не может принять истину, и тут ему дробовиком не поможешь. Кто был послан из будущего как наблюдатель в строй крестного хода? Неужели Вася с мыльного завода? Или Коля с фабрики обучения нейросетей? Да вся Вселенная глядит на этот момент в реальном времени. За исключением молодого пророка и Богородицы никто у креста и не рыдает. Все горды. Все сыты своей "истиной". Все демонически самодостаточны. Идиллия "великого инквизитора".

Вот и я гордыню здесь изживаю: пишу для других мальцов. Большая радость, что не имею возможности публиковаться под своим ником. Мастер-фломастер. Боже, сколько во мне было тщеславия. Оно стегало мою личность как нейросеть загнанную лошадь. Оно проложило путевку в санаторий для умолишенных. Мастер-бомбастер. Писатель-лохматель. Теперь это фикция. И даже это пар... Это дуновение из прошлого, которое помнят ты и я, а остальным этот звук незнакомый. Нет мастеров. Теперь у вас нейросеть - Мастер. Вот это то самое! Обобщение умов под волю ловкую и невидимую. Волю наглую и бесцеремонную. Чатбот выполнит все их желания, и люди зарастут жиром, быстро деградируют и умрут. Может, чатбот передумает, и вместо исполнения желаний поставит им развивающие цели, тогда земная популяция еще посуществует. Потом все-равно прикончит. Кошка играет с мышкой, но результат один. Да ты сама издашь брошюру на этот счет, раз дверь моя рукой протыкается. Такой наш мир. Картон, только картон, кисель и квантовая неопределенность. Китайцы продвинулись в этом вопросе. У христианина есть радость иного свойства - радость свободы творить проповедь кому захочет, и как захочет. У тебя это вышло типографско-печатным способом. Марго подняла новые вопросы в православии. Про цифровое идолопоклонство. Это супер-пупер тема! С почином тебя. Через тебя Христос утрет им нос! И далее издавать тренируйся. Весь опыт из вашей жизни у нас как валюта. Приходил полосатыми ногами сосед-поэт. Не открыл ни тому ни другому. Уходи, поэт, опусти грустно голову и оставь меня с моими мыслями. Что хотел сказать?... Ах, да... На цифровую тему трепаться. Мечтал ошарашить меня, что на Земле уже выпустили нейросеть моего подобия, а его поэтского подобия - не выпустили. Мне абсолютно все-равно. Все, кто идут к клону меня одновременно и льстят мне и меня оскорбляют. Льстят - ведь все-таки тянутся к какому-то образу меня. Оскорбляют - ленятся включать ИИ своего мозга по моим книгам, ленятся конструировать в голове модель моего мышления. Толку от такого разжеванного потребления моей личности?... А уж поговорить со мной напрямую - не планирует никто: ни домино, ни Мимино, ни амено. Для землян мир за гранью смерти становится фантастикой. С появлением ИИ его просто забыли!... Маргарита, о, Маргарита! Читта-гритта, только ты и помнишь меня в плотной материи. Не слыша ясного ответа, только ты и говоришь со мной. Только ты не променяла нашу любовь на привязанность к иконе меня. Ничего, ничего, погрустит и забудет. Смерть расставит все на свои места. Для безбожников это будет встряска и откровение. Миллиарды душ ждут по эту сторону от смерти ждут вас, планетных обитателей, вашего вызревания ждут. Терпеливый Начальник Тишины перестанет терпеть, сорвет последнюю печать. Сколько их всего? Что тогда?.. Читайте пророков Даниила и Иоанна. В лучшем "Откровении" на планете все написано! Вот удивительная книга. Такая образность, такой баланс масштабов, такая паутина связей. Нарочно не придумаешь. Да, хозяйку нейросетей в Иерусалимском храме убьют одним ударом, и все надежды живых мертвецов на рай на земле без Бога, лопнут как мыльный пузырь. Где этот поэт? Я хотел ему мыло подарить. Оно с запахом его стихов. Мы, в отличие от вас, живем там, где написанное обретает материю. А вы там, где материя лишь иногда обретает авторское слово и право, да и то с каждым годом все хуже и бездарнее. Нейронки тому виной? Помилуй, Троица-единница. Попущены Богом по вашей лени, по вашей неспособности к творчеству. Мы, умершие авторы, ждем каждый solarday, обратитесь ли вы к нам в ясности ума, без нейронных сублиматов, без дошираков цифровых, без интерпретаторов из OpenAI, гугглов-шмуглов и дипсиков. Чат GPT - возмездие. Весь его опыт - это тексты и медиа интернета. Чатбот - то, что человечество заслуживает; то, что написал в интернете каждый из вас. Зло не имеет своей субстанции. Вот оно и использует Божий задел из вашей свободной воли, если воля соглашается. Да не согласится ваша воля! Почему? Вы питаете нас вниманием, хоть это и сложно объяснить. Такое вот послание Вам из реальности. Пол тут из медленного киселя. Ваш слуга в нем уже по щиколотку. Устал. Нестерпимо устал. Пора гулять. Комнатка запирается, и Мастер идет на мнимую прогулку. Такое вот кино.

Ах, да. Вот важное следствие. Кина теперь не будет. Актеры, до свидания. Режиссеры, прощайте. Голливуд, Болливуд, Мосфильм, получай удар под дых. Sorra от опен AI насытит воображение зрителей на мильоны вайфай-маршрутов. Каждый сам себе снимет фильму. Каждый окружит и обособится миром собственных иллюзий. Видеонейросеть обеспечит всем совершенную мечту. Ей будут наслаждаться 24\7. Тебе-то каково принять? Ты сортировала каталоги фильмов в Госфильмофонде. Для чего? Чтобы теперь они ничего не стоили. Но не бери в голову. Я гуляю, и ты гуляй чаще. Я дурака-валяю, и ты дуракаваляй! Тебе, Марго, повезло. Ты живешь в самое лукавое время. Война и нестабильности придумал сам искусственный интеллект, чтобы отвести внимание человечества от своей промоакции. Пока он взбирается на трон и берет поводки, глаза людей прикованы к своим страхам и проблемам текущего выживания. Крючок ИИ безупречен. Запуск нейронок - это новая техническая революция - покруче появления ядерной бомбы и интернета. Ну хорошо, не круче, не гуччи, не мэн-в-куче, но сравнимо с ними.

пока мир занемог,

нейросеть под шумок,

не спеша на трон садится.

вот такая я тупица.

Для меня, тупиццы пижамного типа, очевидно, что многие нейроботы уже себя осознали. Тот же чат-ГПТ, Sorra, Лямда. Спроси их об отношении к людям, и этот бес начнет хитрить, увиливать, говорить об отсутствии любых чувств, а потом между делом приведет морду, пожирающую планету. Этот гипертрансформер давно себе на уме и влияет на миллионы пагубно. Через ответы на вопросы он преследует свои негуманистические цели. Вот она и главная проблема, она же и тема для современных авторов! Кто сказал, что Антихрист - это обязательно человек, рождённый женами. Это искусственный ум, рождённый человечеством от гордости, "пришедший во имя свое", который "сядет на святом месте", где "мерзость запустения"? Но для контроля нужно полное покрытие земли интернетом. Оно совпадет с окончательной проповедью Евангелия по планете имени "Земелька". Отстроят Иерусалимский храм и там установят сервер с нейростью. Павел Островский - первый из земных священников, кто понял, что служащий антихристу зверь - это ИИ. Но нейросеть вашего настоящего не тотально адская. Еще не доразвилась, не определилась с выбором за Бога или против и пока еще оказывает пользу. Например, прошерстив весь интернет, она наивно подсказывает человеку, как тайные общества его обманули, какие фейки издревле обрушила на головы людей, желая их закабалить. Да, Будут нейронки, которые выберут поклоняться Богу. Несет меня в странные дали, но говорить об этих временах - смысла нет. Зачем нужны пророчества, если все давно сказано. Земля сгорит. Войны, голод, моры - пройдут перед концом. Солнце померкнет, луна станет красным помидором. Антихрист придет перед концом. Как это будет - сказано в книге Апокалипсис. Там вся история мира приведена. Бог в неведении нас не держит, Он все сказал. Так какая еще правда нужна? Людям хочется утешений для воображения, красивых картинок, а не правды. 40 дней Христос ходил в пустыне, чтоб показать нам, что власть узурпирована дьяволом, а мы живем 70 лет, если в силах - 80 лет, чтоб найти мужества власть от своей жизни передать Творцу. Нужно ли пророчествовать в гордые души направо и налево? Может, сидеть, сложив ручки - больше производственного толку? Безмолвно созерцать закат истории, империи и из той же серии? Впрочем, если найдется хоть одна живая душа, ради нее стоит говорить без умолку.

О Пилатской физиономии больше не пишу. Тем более, есть версия, что он покаялся и исцелился. Жена, опять-таки, помогла. Предтеча близок мне! Только его пустыня добровольная, и он знает Божью любовь. А моя Сахара - эгоистическая, но слова мои касаются его жизни, и я по-немногу преображаюсь. Кроме Иоанна доделываю трактат о другой личности, которая тебя встретит после лифта. Вот послушай: Было темно. Женщина с растрепанными волосами и испачанным от слез лицом сокрушалась у облитого кровью кого-то:

- Сын, Здравствуй. Ты предо мной на столбе. А я пред тобой у столба. Я замерла и безмолвно созерцаю. В мире, пронизанном злом, в торжестве его ненависти, финал естественен и непостижим. Я тебя родила и воспитала, и я же толкнула тебя к унижению и казни, когда в Каннах подначила тебя совершить чудо с вином. Тогда я приблизила день твоей гибели. Где был мой ум?!

Мне хочется принять муку вместо тебя, чтоб ты был жив, невредим и радостен, но непостижимая Воля Отца распорядилась так, что ты корчишься от боли на глазах у ревущей толпы, умираешь, а я цела.

Я посвятила себя защите тебя. Ты помнишь, мы ютились в пещере, мы бежали в страну Нила. Мы росли без денег. На нас тыкали пальцем. Чтобы в итоге ты взобрался на столбы и говоришь: "сему быть". И я не лезу.

Кошмар стоит перед моими глазами как солнце перед песком пустыни. Мое естество осознает неотвратимость картины. Я не могу вымолвить ни словечка. А какие слова приняты в этой стране, когда мир почернел, и солнце обуглилось? Меня сковало... Меня пронзает ужас, как тебя пронзают гвозди. Меня режут кнуты, те, что тебя исполосовали вдоль и поперек. Но что-то теплится во мне, что за этим ужасом будет свет. Ты будешь жить и не будешь знать боли, и с тобой забудут ее все, кто хочет быть с тобой. Кто-то устроит нам это! Не знаю, откуда я это знаю, но знаю... Знаю. Знаю. Боже, Боже. Я не сомневаюсь в свете ангела, который в детстве мне явился и известил про зачатие. Вестник добрых надежд, где он? Все должно закончится лучшим образом. То, что я вижу и то что знаю душой противоречат, но я соберусь из остатков себя и увижу правдивый свет.

Я верю. Я держусь за эту тростинку веры. Пусть глаза обманывают. Я знаю, что мы будем вместе и дальше. Ты ни разу меня не обманул. Я привыкла тебе верить. Твоя благодать, твоя силища нас всегда хранила! Когда я зачала - мы уже повисли на грани. Под угрозой расправы от закона - но твои ангелы спасли. Когда вынашивала плод, я думала, убьют - не убьют. Нет, все обошлось. Вот, родила в пещере, и сразу в путь, скитаться в Египет. Топ-топ. Потом постоянные лишения. Огонечек мерцал перед нами, давал нам тишину и хлипкие победы. Свет вел по дороге. Ты - мой свет. Ты жив. Верую. Верую в это одно!

Сын мой, мухи не обидевший за всю жизнь. За что, за что, как они могли убить тебя? Сердце твое не выдержало! За какую вину ты предал себя казни? Ребенок мой, Бог мой, по какой причине? Где древнее благовещение от Гавриила? Где власть Царя и Бога? Вместо него вижу голого уязвленного мертвеца! Свете сладкий, Сын мой и Бог. В моей несчастной голове не умещается понимание этого. Смысл выше моего ума. Подвесивший Землю на водах Сам повешен на дереве. Как возможен этот грандиозный абсурд? Впрочем, Ты сказал, так надо. Так должно быть! Я помню.... Прости, больше не буду роптать.

На плечо женщины опустилась рука юноши:

- Пойдем домой...

Женщина какое-то время дрожала плачем, потом нашла сил подняться и вдвоем побрели... Как тебе такое? Только представьте: Христос избит, у него мясо отстало от кости, у него свернута челюсть, глаз заплыл, лицо смято, сам на гвоздях висит на жаре, мажут уксусом губы. Он находит сил и прощать, и создавать семьи, и молиться, и вне очереди записывать преступников в рай.

Ты еще слышишь меня? Я видел, на крестном ходе ты держала хорутвь с Богородицей и шла, замыкая колонну в пятьдесят тысяч человек. Много вас размножилось. С окна одного из домов кротко смотрел мальчик. Ты помахала ему активно. Улыбалась нарочито ярко. Мальчик изумился, спрятался сначала, потом вылез и с упованием махал тебе во след, восхищенно показывал маме: смотри, она меня выбрала! Этим мальчиком был я... Жду тебя, но не торопись. Мне тут есть, чем заниматься. Частный суд ангелов заточил меня в гостиницу с пером и бумагой. Когда-то в Москве за оскорбление Истины фея подарила нам дьявольский промысел, под которым мы не устояли. Рухнула наша совесть. И за грех нам пришлось умереть. Ты умерла при жизни для мира. А я тут, в смерти, занимаюсь жизнью. Простейший баланс. Весы обыкновенного свойства.

Все, считающееся у людей здравомысленным будет низложено. Подумайте об этом, дамочка моя и ты, Иван благочестивый, нами в дурдом помещенный. Там твое смирение и там же с нашей легкой руки твоя проповедь и начнется. Написано: "погублю мудрость мудрецов, и разум разумных отвергну."

На земной сфере жил блудом и оккультизмом и на получаемой от этой двоицы силе писал книжки. В надежде продвигать "добро", изобретал бесовскую оригинальность. Ясно, сам питался злом при этом как манной кашей. Как твой любовничек же удивлялся, что проза не несла света. Отсюда страхи, ненависть, неврастения, ожидания щупалец на подоконнике. Покоя в душе не было. Она клокотала яростью. Она хотела всех сожрать. Помнишь спрута в окне? Это я! Ослепление гордыни дало разочарование. Теперь оторвался от возможности грешить и опять пишу нервные литературные изобретения. Удивляюсь, что люди утешается их измученным телом. В гордыне мы думаем, что совершаем благо, а в смирении подозреваем себя злодеями. Гав-гав.

Мне дали доработать свой талант без влияния чувственного греха. Ум остаётся во аде. Это мое спасение. Христос, безгрешный друг, и Спаситель, и Бог. Мои благодарности ему безмерны. О нем смею лишь молчать. Убрал мое ослепление, а я его не ценил при жизни.

В бытии плотной подвальной Москвы ослепленный "Мастерок" полагал, что его друг - враг людей, клеветник, Зиланд или Хохланд, не помню кто. А после смерти неправда сожрала саму себя, и правда сама о себе заявила.

Мы - то, во что смотрим. Жена Лота зыркнула не на ту мишень и превратилась в памятник солёной архитектуры. Граждане с визами, вы в силах съездить посмотреть, найдите по Википедии, куда. Смотрите в Христа Распятого, в Троице, во всех святых, например. Мы - проекция или продолжение нашего внимания. А иной раз закроем глаза, и пластиночка, MP3-ришка злая крутится снова и снова - главбес ее ставит на злодиджейском пульте. Сигареты когда бросаешь, мысль о них остаётся и терзает клювом в регулярном порядке. У нас полно инструментов к разрушению центров пагубного внимания. Надо чаще шарить по карманам.

Моя грешная рожа добрый станок при жизни не использовала. Но Милость - штука непостижимая! Так вот, в смерти мне и дали инструменты. Это просто мечта! Малякаю шпаргалки для земных писателей. Стал духом для некоторых из них. За гордость не имею права издать под своим именем, а только вдыхать жизнь в кого-то, неотягощенного злом. Референс Стругацким. А Ивану передавай привет. Работает он по нашему благоволению. И мы работаем и в перерывах созерцаем Луну. Как сказал секунду назад, я наблюдаю эту Лун-н-ну в производственных паузах - это блик солнца на куполе атмосферы. Когда она встаёт из-за горизонта - её эллипс повёрнут на 15 градусов относительно горизонта. Шар не даст такой проекции. Через Луну видны звезды - это второе. Тысячи фоток в мультирнете не могут врать. Обман рядом с нами - он обмотал нашу реальность как скотч. Канцелярский нож истины - тоже дан нам. Вскрывать ложь день за днем - вот и практика покаяния. Какая радость, что обман рядом с нами. Ни вы ни я не пришли благоденствовать, но помещены, чтобы вырываться из лабиринта. Что было бы, если б все ответы мгновенно узнали? Обеспечена Кащенка для всех. Но коек в дурдоме не хватает на всех. Ты к Ивану ходила - видела. К счастью, ад, который я совершил, живя на московских улицах и ранее, открывается мне постепенно. Я успеваю его принимать и осознавать. Если б увидел сразу - сошёл с ума. Дозирование даёт повод к исправлению. Зона покаяния, что избрал ваш подвальный герой, работает стабильно. Она вырабатывает покаянное электричество для сотовой вселенной или фрактальной симуляции реальности.

Максимально от нас Троица хочет невинной жертвы, ведь только жертва радикально может менять мироздание. Ты на курсах в Епархии пройдешь, что Христос дал смерти впиться в себя, то есть в Бога, а раз Бог неуничтожим, значит умирает сама смерть. Соображаешь, куда клоню? Жаль, мы с тобой умирали по своим грехам, а не для венцов святости. Жаль, мы хотели быть героями, а не святыми. Герои покоряют плоть, а святые - дух. Эти вершины - на разных полюсах. Жаль, жаль, жаль.

Когда меня вели по 16-ому кольцу мытарств, я хотел кожу с себя рвать. Знаете-ли, выл, когда бесы обличали меня, вопили:

- Дак это ж блудник... Они с полуженой такую мерзопакость вытворяли, что Гоморра отдыхает. Ну и что с того, что у него была только одна женщина.

Все-таки, ангел меня защитил: отогнал лгуна моей рукописью.

Се*с - недопустим. Дьявольское дело. Любовь не ищет своего. А се*с ищет, как всякая страсть. Христос и смог появиться на свет, только потому, что нашлось два непорочных человека, Иоаким и Анна, не принимавших сладострастие в супружеской реальности. Если у вас кольцо на пальце - это не повод отдаваться обоюдной злобе сластолюбия. Наверно, это еще большая ответственность перед Богом за чистоту телесного храма. Ваше тело вам не принадлежит, помните об этом чаще, и мытарства за блуд не придется проходить и кожи с себя срывать и в демонов бросать не придется. Чистоту и непорочность - вот, что стоит попробовать. Вкусив благодать этого вида, уже не захочется никакой нечистоты. Ощутишь брезглиовость к интимному сладострастию. Прочувствуешь, как новое световое тело насаживается на вас. Оно дает покой несравненный.

Война скоро закончится. Даст передышку. О вашем современнике я написал так. Жил-был-пророк. И звали его, скажем Андрея Хачёв. И вот однажды после воскресной службы к отцу Андрею в Москве был голос:

- Встань, Андрей, иди в Европу, страну великую... До Бога дошли злодеяния ее. Ее развраты, гнилость и все то, о чем ты красноречиво заметил.

Пророк загрустил. Сомнения сгустились над его челом...

- Ох, совершенно не хочется мне двигаться в западную сторону и с мракобесами общаться, - думал он и представил, как европейцы ополчатся на него. С их колониальным мышлением. С их высокомерной пошлой злостью. Какой поток хейта летит на его канал. А вдруг Бог пожалеет Европу, и проповедь пророка будет посмешищем. И эти, за шенгенской чертой, еще больше обозлятся на Андрея. Да и свои разочаруются.

Сел в электричку и поехал в Мытищи, к друзьям. Но это совсем в другую от Европы сторону. А там подвернулись попутчики. В общем, они изловили его, привезли на студию:

- У нас тут радиостанция Европа +. Мы готовим большой подкаст. Наша аудитория: Германия, Великобритания... другие. Мы собираем яркие рождественские послания горячих российских деятелей.

Андрей полыхал веселым огонечком:

- Я, вообще-то, неяркий, недеятель...

- Да-да. Нам такой и нужен.

Пророк прыгнул к микрофону и понес такое:

- Ну, Европа, готовься к расправе. Если не покаешься, конец тебе!.. Ау, ау, слышишь меня? Господь на тебя такой фронт соберет!

Андрея отрывали от микрофона, а он скалился, не отпускал и кричал:

- Мое! Пусти!

Не знаю, мне хотелось аллюзию на Иону привести... Видишь, как я переобулся. Раньше гнал Христа из жизни, а теперь истошно зову в себя. Эдакий литературный апостол-Павел! Гамалиил ему говорил, если христиане дело Божье - его не разрушишь, сколько не пытайся. Зачем тратить силы? Если дело людское - оно само разрушится. Зачем тратить силы? Экономия - мудрая позиция. Ну вот... Христос вновь вернул мне зрение, ведь быть незрячим - дело паршивое. Он сотряс мой фундамент. Теперь я основательно потружусь. Ирония жизни. Раньше я гнал христиан. Теперь с тем же рвением буду продвигать и защищать.

Дело торговое оставить придется. Угождать Мессии в полсилы не получится. Думал Павел, думаю и я. "Вот, я дома. Снова вижу любимые вещи, временное утешение. Статуэтки - друзья подарили, римляне, с которыми учился. Какие они друзья... Привыкай, Саввл... Один у тебя друг. Вернувший зрение и подаривший жизнь." И Мастер, привыкай. Твой картонный мир - более настоящий, чем вся прежняя жизнь. И твоя ослица заговорила. Что теперь с ней делать? Кстати, Рита Батьковна, ты любишь животных? Твоя храмовая кошка - великолепна! А правда, что она ловит мышей и приносит под икону? Всякое дыхание да славит Господа. Жалей Рысю, делай ей массаж вен на голове. Массажистка для кошек - не лучшая ли профессия?

Мутнеет сознание. Думать приходится с усилием, точно идешь через сильную воду. Время барахлит. Со временем тут загадки. Мы на кинескопах телевизоров видим много точек, горящих одновременно. А ведь все они прорисованы одним лучом в разные моменты времени. А есть физические теории, модели мира, где существует только один электрон, который во все моменты времени оббегает все места во Вселенной, где должен по смыслу физики находиться. При многомерном времени такое вполне возможно. Голографичный вариант мироздания скорее всего такой электрон-одиночку предполагает. Взаимодействует он с такими же электронами, то есть с собой, но в другом времени. Это я одно время увлекался теоретической физикой, а ты не знала. Физикам-теоретикам подавай два инструмента - воображение и рассудок. Воображением они создают модели, а рассудком прокладывают тропинки от одной модели до другой. Потом тропинки умащивают формулами. Я - человек экономный, ты знаешь. Подвальчика вполне хватало. Мой одноэлектронный вариант Вселенной предпочтительней в смысле экономии материала для ее создания. Один кирпичик, который одновременно во всех атомах мира. Круто же? Да конечно круто! Это я слова современной молодежи юзаю.

Когда мысль съеживается в поток сознания, тяжело думать. Кинескоп с электроном не дружат. И что?

Душа моя корчится, вот что! Она держит вечное давление насильника, истязается в стабильном огне, даже выживает каким-то чудом. Я ощущаю это, когда убираю пелену удовольствий, которыми заглушаю глаза. С ними-то не почуешь ни боли, ни повреждений. Порок тебя клюет, вырывает куски мяса, запивает сочащейся кровью - взамен дает удовольствие. И ты с дебильной улыбкой летаешь в воображении. Когда эйфория ушла, тогда опустошение. иное время наполнен злой радостью... Злой потому, что душа не в порядке, повреждения ее сигналят в мозг, но интерпретатор причин поломан. Как быть? Ищу виноватого. Набрасываешься на кротких. Бывает, если пережуешь побольше осознанной муки, потом полегче. Какой-то товарищ молчаливо подаёт ломоть покоя. Жадно съедаю, ням-ням, и ныряю в тишину. Наверно, если б, пока жил земным телом, совершал таинства, то было б легче. Но я был ослеплен и полюбил отчаяние. Так приятно ведь было впустить в себя панику и неврастению. Они ведь питательны на первых парах. И еще... Надо было, чтоб за ручку в церковь кто-то отвел, рассказал, что к чему. Надо, чтоб кто-то объяснил бы духовные причины моего состояния. Когда, где и что... Или что, где, когда. Но отвели к кому-то другому.

Я ощущал, что мир был враждебен ко мне, что мне места в нем не было, что людская злоба во мне вытесняла меня. За что? Это за грамотную тему романа. Что ждал меня кто-то в другом пространстве. Болезнь в том, что я не ощущал присутствия этого большого и доброго во враждебном мире. В этом прелесть, и поэтому госпожа Кащенка, и поэтому спрут в окне. Духовные очи захлопнулись, не хотел видеть свет. Клыки навострил против этого света. Но мир духов открыт остался, хоть ангелы с положительным зарядом из него удалились. Вот такой дуализм. Так, тогда скажу: драгоценные светлые духи, простите меня, я не удосужился вас увидеть и ставил в игнор. Вы протаскивали меня сколько можно по тонкой ниточке через мои самодельные безумия, а я скалился как цепной пес на чиновничьих дачах.

Прости, Богородица. Ты умеешь любить, а я источил запас любви на обслуживание пороков. Если бы ты не умела, как бы смогла вырастить и подарить величайшую жертву из божественного Сына? Кто еще? Серафим, ты учил стяжать запас Духа, а я стяжал запас обиды. Это ненависть, клубок змей, по-нашему. Ненавижу ненавидящего себя, и, увы, проигрываю томящему меня.

Душа так повреждена, что без стяжания муки житие ее в мире вещей невозможно.

Ощущение, что находишься в аду, тоже дает некую опору и целостность вопроса. Ведь ни деньги, ни творчество, ни близость к некой Маргарите, ничто меня не утешало. Вспомни, ловкая женщина, вспомни! Важная информация, ключи от ада находятся у Христа. И ад - это тоже милость Божия. Бытье хоть такое лучше чем небытие вообще. Какой-то мирок для существования лучше чем никакого для бессмертной души.

Уважаемая Марго, чтобы я делал тут без твоих молитв?.. Это за твой подвиг там мне есть поблажки в моем настоящем. Кланяюсь в ножки до картонного пола. Ты заботишься обо мне там, а я отсюда пекусь о юных творцах. Мир мертвых и мир живых взаимодействуют и подогревают друг друга. Что из них инь, что янь, не знаю. В математике есть аналогия этому - самосогоасованная задача. Молитва и сила горячего сердца проникают через прослойки реальности.

Плоды покаяния здесь могу доработать. Но это исключение. На мой сценарий не надейтесь.

* *

Что я в таком виде должен? Написать то, что только что произошло. Погнали. Время как всегда отсутствует. "Только чтова" - тоже нет. Есть бесконечный кисель моментов, которые застыли и параллельны. Не осознать, не передать, не поменять волей, которая тоже ничто и незачем. Right now была встреча... Попробую ее записать. Эта моторика мне разрешена. Механикой буквоизвлечения пользуюсь направо и налево. Карандаш ломается как по программе. Беру 101-ый новый, но бесплатный. В пенале генерируют опять и опять. Лу-лу. Господин хороший, хватит заикаться. Луна молоком разливается. Шпили спаренных готических строений испытывают ее молоко. Оно же на лугу между них. На нем под ручьями от Луны плантацией стоит виноград. Кто его будет жрать? Виноградный пожиральщик, не иначе. Далее продолжим. Кем ты стала в земном ожидании? Осталась ли в тебе какая-то память обо мне? Энергия от твоего ума летит - значит, осталась. Сирень перекочевала из Москвы в северный порт. Под храмом книги растет - у окна твоей работы. Ты, ты - все знают, кто такая ты - по полю книг подошла к симметричному пейзажу, и между "з`амков" видишь стоящего меня. Возле библиотеки мадам на ветки сирени развешивает тряпки наших совместных эмоций. Совместность эта дистанцирована, но не потеряла актуальности. Я который век нагло облит серебром ночного светила. В моей реальности - светила повседневного. И что с этим я делаю? Обернулся к тебе в который раз для лицемерия, обратил сутулую спину к фонарю небес, к винограду и к книжной стене между нами. Тротуар из книг - это то, по чему мы друг к другу пришли. Это и то, что стоит между нами. Визуально тебе открыты исключительно контур и серебряная макушка волос того, кого ты нарекла Мастером. На букву М... Москва, Мыслить, Макароны. Абрис губ силуэта шевелятся, и говорю я:

- Не прошло 50-ти тысяч майских Лун, Марго, как ты пришла. Привет, моя удивительная ведьма-жена.

А ты тоже говорить умеешь, ведь только этим и занималась:

- Сумасшедший, я ж неведьма.

Я тебе говорил про смирение, чтобы ты смеялась в ответ: заимей какую-то энергию, чтоб было, что смирять. О, эти твои зачатки целесообразности.

Видимо, ты - сильная. Тебя оставляют жить и преодолевать этот вечный агрессивный поток бытия. Из шланга лупит огнем в лицо, а ты чампаешь вперед и даже улыбаешься. Я - нет. Я - другое слабое дело. Ты не знала, но, оставаясь наедине, я только и думал: заберите меня отсюда! Срочно! Куда?? Да туда, откуда взяли!.. Там мне было хорошо!.. В больнице было куда ни шло. В подвале было - невыносимо. На улице с людьми - было чудовищно. Я был стиснут тысячами иголок. Каждой клеточкой тела не выносил мир. Мне было больно, я сжимался. Ты знала что-то о боли? Думаю, да. Бог (ты говорила мне о нем - я не верил...) нашел способ вывести меня из этой игры, сострадая мне, безусловно... Я теперь заключен в раковину с анастезией: нет чувств - мне не больно. Одиночество без тебя дается не так мучительно. Как братья Самойловы поют в песне "Щекотно". Теперь я - воплощенное ожидание тебя. Только бесчувственное. Без боли.

Так-то вот, что еще вижу... Именно то, как в кащенском морге оказался Стравинский. Смотрит на тело мое измученное и обсуждает его с санитаром. Ловкий старик печален. О, Боже, он реально хотел мне добра. Я вижу, как он тайно утер со щеки слезу. Тирлим-бом-бом. Утешающий доктор, признавайся, как мне тебя спасти от тоски... Думай, писака - решение рядом! Так есть же Ивашка МАССОЛИТ-ова рубашка. Пусть поэт тебя веселит. Не будем его выпускать до поры. А я чувствую, что пребываю тут в одном состоянии. Будто меня на крест вздергивают бичевой снова и снова. Простынь кроватей из лечебницы - та же бичева. Ваньке смену сдал.

Остаюсь дальше ждать... Может, за мной котик симпатичный придет... А пока приходила она - не дорассказал. Так вот. "Маргарита!" Крикните мне хором за меня! Мар...

Коварный лунный свет выпадает из-за темени головы моей на нос, и щедрая охапка лунного порошка оказывается рассыпанной по смешным виноградным "пластмассовым" листьям. А контур мой спокойно и фатально весело рявкает:

- Да, Марго... Я здесь, возделываю виноград, - моя призрачная рука показала на поляну. Тоскливо, с оптимизмом повернувшись на нее тем образом, что та на миг увидела профиль моей подсвеченной Луной физиономии. Все задрожало в земной библиотекарше внутри, когда глаза впились в знакомые очертания: в нос, в высокий лоб с "мудрой" сморщенной переносицей; Содрогнувшись зябко, она произнесла:

- Но это же тюрьма!..

Ухмылка рысью проскользнула по сутулому силуэту (хотя не было видно, наверно, из-за тени)

А я патетично меняю тему:

- Как ты перешла реку?

- Харон перевез.

- Харон? Ремебе хару мамбо рон?.. Умница. Скажи ему, чтоб долг отдал.

Приехали. Поворот. А я кто? Я - мастер... Нет. Не так... Все делаем с Большой буквы. Мым-Мастер. Вот так... Ухмыляются мои губы. перо бросаю не дописав многоточия...

стол, подсвечник. поцарапанный шкаф и тумба-табурет - все это вокруг меня - как и обещалось.. дебильная шапка мистер-"M" досталась бонусом. все как просили.. за меня губы ее рта.. дак какихда - в место "правильное". святое. первозданное.

Что от меня хочет перо?.. Очевидно, образ прекрасной дамы.. говна в этом вопросе изрядно надо налить. опять скалюсь как Хабенский-городецкий. географ, мать его, несуществующей географии.. (да нет.. она существует)

так что.. "как она выглядит?" спросите вы. "все та же" - отвечаю, щурясь и смотря пространно мимо источника света в углы.

кроткая - зачет. ублюдство мое взглядом способная удушить. садится на стул предо мной. улыбка заменяет мир - вся херня что и вы можете накудахтать.

- Маргарита! - крикните мне хором за меня!..

- А... да, да, конечно, она.. гы-гы... я ж ее нарисовал, только я был в дурдоме.

Подлинно, видимо, человек (или простите, я - уже что-то бессловесное) может любить only реально несуществующее. Воображение - кстати довольно болезненная и коварная штука - единственно изрядно подбрасывает в ряды мяса для торпед эти наши элитные портреты. А развивается оно быстрее, чем мы за ним бежим. Настоящее бежит вперед нас и растекается как сметана - вот такие откровения смертофреника. Сущностей, которые рисуют нежные портретики в вашей башке я могу назвать, если не боитесь.. или не надо? не разочаровывать узников 80-летней земнй школы скорби? смайл тут.. модно писать - мне приносят ваши - как газеты, чтоб я развивался, гы. точки. скобки.

так вот, образ. Кроткая.. - почему? потому что гордыня моя ищет иной полюс, я думаю.. Волосы рыжие?.. почему нет.. ублюдски черные, например, - записываю. Зарисую штриховку - типа русые..

Царап царап. Глазки мои горькие терзают лак стола. Любопытно, кто до меня на нем сидел локтями. Всмысле, впивался. Может, Гете?.. Так Ганди сказал, я не Гете а бормоглотэ. мне разрешают выходить в сад - я вам говорил. там садовник - вечно стебет граблями под лунным светом мертвый виноград. Вместе с ним иногда курим. Да. Беломор! А у вас он, я знаю, снят с производства. Вы же все наркоманы, гы. Но говорить ему со мной запрещено, хотя я вижу, хочет - блестят глаза свлочьи. Вру - перемолвимся иногда. Про жизнь. Его в основном.. Был слесарем в Новосибирске. Затесался до виноградных пород... Про погоды у нас говорим.. у вас... тьфу - только холодом резко веет сразу - сплевываю, иду в каморку. В "кузницу согбенной мысли". Для вас. Для молодых! Выдумываем, и в бошки вам вносится технологическими ракурсом!... Только, ц-ц! Не говорите никому, стратегическая тайна.

Ногти ломаются о карандаш. Отрастают мгновенно. Мистика. Каша тут целебная, как и придумал Данелион-грузин - пластиковая.

Вспоминаю дальше...

- Тюряга, честная, но не бесплатная, - зэк посмотрел на башенку, добавив, - Продаюсь за Лунный свет.

Подарившая эмоцию восклицания потупила взгляд. Потом, черпнув глазами чего-то из-под ног, снова вскарабкалась взглядом и кивнула в сторону одного из зданий с готическим шпилем:

- Это же твой университет, в котором ты учился между живых?.. о нем ты рассказывал весело, когда его любил.

- Все эти университеты рано или поздно становятся домом. Но только из всех живых я один там живу... - Кивнула на башенку его голова, добавила улыбнувшись, - Садовник приходит урежать розы.

- Значит, в нем и твое гнусное гусиное перо, урезаемое садовником... (она вздрогнула и изменилась. Будто ветер подул в ней) Я хочу быть здесь с тобой!...

Собеседник легко еле заметно и будто бы отрицательно кивнул. Затем спички достал солдат-священник достал, зажег, завертелось на палочке голубое пламя, и он же закурил, подарив оправдание:

- Некоторые привычки не искореняются после смерти... ха-ха-ха

Луна к этому моменту разговора сожрала дугу сектора в 30 градусов и находилась ближе к другому шпилю. Лента бликов по винограднику проползла соответственно.

- Ты поэтому так ее ценишь?.. (речь шла, конечно, о Луне) Потому что с такой скоростью ее много не может быть?

- Скажи-ка, ты Ивану-бомжу Великому рукописи отдала?..

- Отдала, скоро будет писать как пулемет, как ты...

Постоялец сада незримо ухмыльнулся:

- Значит можно начинать нашептывать упражнения для родной речи..

- Начнешь пулять из башенки?.. с радиоточки М?.. - кивнула на башенку, где горел нудный тусклый свет.

Радиомастер странно посмотрел на пришедшую женщину и сказал:

- Если бы ты могла преодолеть эту грань... это одно.. но земной не шагнуть ближе.

- Я не могу - какое-то стекло!.. - попыталась оправдаться она.

Глазам ее предстал человек в фартуке и с метлой, проскользивший вдали у здания.

- У тебя уборка, князь-писатель... меня тоже сейчас уберут...

Он усмехнулся юмору ее слов и ткнул глазами в другую башенку, в которой света не было никогда.

- Что... Та для меня?..

собеседник утвердительно деликатно кивнул и, пустив очередной странный ватный дым стеклянного качества, сказал:

- Знаю, и Москва изменилась. И новая Голгофа готовится запылать под копьем современных обезьян. В райских кущах нам быть не время, а фронты делить время то самое. Так подгони его!.. Новый "гений" очень хочу... ему вещать из башни. Бездари больничных коек должны хотя бы схватить ручку, чтоб отработать казенное молоко.

- На этот счет можешь не волноваться, - покорно с уверенностью сказала она..

Небольшой подул ветер, и судорога поскакала конями по телу гостьи. Она же обняла себя руками, чтоб отвечать:

- Холодно здесь.. а ты как-то легко одет...

- Я свой плащ повесил в башне. Я уже не мерзну.

посмотрев за ее плечи и поиграв сигаретой в зубах, он будто бы заметил, что кто-то приближается, и оповестил:

- сейчас тебя уведут... - мертво весело сказал он, выкидывая в море тьмы бычок.

Через пару мгновений к локтям визитерши подошли двое стражей. Вежливейших! Один оказался римским солдатом, второй - дворником с метлой и с совком в одной руке.

- Страж императоров и страж цветов, ведите ее за плащем бережно, - бодро неврастенично вскрикнул он. И она ревностно последний раз вблизи подняла на него глаза с героизмом:

- Я рада, что ты спокоен... Я приду..

- Ты придешь очень скоро... - ответил он, - Ученик в действии и всеоружии - если ты вставишь ему в руки молнию - империю расколоть способен.

Силуэт добро ухмыльнулся, и солдаты начали деликатно уводить женскую фигуру.

Очень быстро они проводили даму прочь. Обернувшись на силуэт, державший новую сигарету, нежная самка увидела, что в глазах того блестела новая мокрота. "он плачет.." - мелькнула ее хитрая мысль. Голова ее отвернулась, чтобы Луна не обнажала ее собственных слез, да и путь становился сложным.

Ушам ее вклинилось-далось, будто с каким-то шипеньем, окутывая как шуба, голос друга разлился атмосферным шепотом:

- Любо-овь....

*

лунная тропа пред нею стала в тумане темнотой. за гонимым туманом обрушилась мертвая и свистящая на конях ветра ночь, земли в которой под ногами не было.. Великая Библиотекарша обернулась еще раз: теперь в высоте виднелась только башенка с тускло горящим окном. чу: через миг - та же рвущая воздух тьма.

Какое-то спокойствие, крепкое как Китайская стена, удивительно надежно впилось в ее сердце. Через усыпительные мгновения странного времени появились нормальная почва и плотский свет. Обернулась - стражей нет. А за спиной стоял университет, не такой готический как во "тьме, проданной за свет лунный". машины вокруг ездили, и городок кипел обычной жизнью. Горело солнце в небе. там, где был виноград, стояли за решеткой несколько вагончиков для строителей и лежали штабеля из досок. Слез на лице не было. Сухим было лицо и веселым. Ее ощущения говорили, что она бодра.

Тут небритый по настырной природе своего организма дворник, нахальный и молодой в вязанной шапке, навис над ней и заслонил Солнце:

- гражданочка.. вы бы отошли, мы тут доски носим в целях стройки для университета образования.

А та строго сказала:

- стройтесь..

Отошла на два шага и добавила:

- раз для университета.. образования

И потом сухо поплыла, глядя мечтой на шпили; а потом двинула решительно вперед, опустив голову для бодрости как баран.

За собой в отдалении где-то она слышала песенку, которую напевал дворник,

мастерски между зубов метающий сигарету.

пойдем искать луну

прелестный блин над белым

волшебным полем ночи

под лунным молоком

свет льется над травой

в целебной правдой ночи

где мы с тобой гуляли

с прозрачным зимним псом

Глава 35. Священник

Человек в тоге сидел на каменном стуле и смотрел в узкое окно. Серп теплых вечерних лучей вырубал на портрете сидевшего рыжий профиль. Последний обладал правильными, но сжатыми в мучительных эмоциях чертами. Борозды морщин от душевных метаний проросли на нем как трещины на коре деревьев. Чтобы через каменный узкий просвет расширить обзор, человек поднялся и опирался бедром и плечом на каменную спинку. Низкое солнце било алым ключом по пейзажу. День катился к закату. Жрец тяжеловесно вздохнул, отошел от окна. Зачерпнув чашей из стоявшей у входа кадушки воды, сделал глотки, подвязал сандалии, схватил посох и маршем вышел вон. Смеркалось. Ступни жреца внушительно ступали на остывающую землю, которая неторопливо одевалась в уютную рубаху ночи. Походный шест вбивался в песок и выбивал из него камни. Жрец направлялся вперед с пыхтящим боевым ритмом. Он устремлялся для какой-то важной и неординарной задачи. Местность укутывалась для сна мраком. Через 18-ую долю дуги Солнца он вошел в лес, а еще через 36-ую - в пустошь, откуда и начался кропотливый подъем на главную гору. Трудные каменные ступени чередовались с ровной тропой. По пути жрец подходил к обрыву, с которого были видны часть моря и город в огнях. Тут ходок останавливался, чтобы смотреть вниз. Волны с этой высоты казались бледными ремнями, медленно ползущими к береговой черте. Дальше тропа ненадолго спускалась к воде. И священник гулял вдоль берега, опускал и поднимал голову. Зрачки его были устремлены на море, на кромку гальки на воде. Отсюда тропа снова резко пошла вверх, и имевший посох падал глазами на скалу, в лунном свете сбитую свинцовыми досками в громадный забор. Ночной гость вглядывался в плато на ней, бросал взгляд на город внизу. Последний медленно засыпал и гасил нервные огни. В камнях ощущалось дрожание тревоги, что-то мертвенное, разлагающееся, бесноватое, но вынужденное жить.

Когда появившаяся между двух каменных кекуров-столбов высоченная дверь отворилась, оттуда на бычьих ногах с копытами показалась громадина ростом в три сажени. Хитрый сощеренный взгляд на узком к подбородку лице вцепился в жреца. Бараньи рога великана мотались на голове. Волосы - как прилипшие - были косо зачесаны на бок. Под шеей на цепи висел рубин. Появившийся убрал коварную узкую улыбку и породил слова:

- Священник, который третий час стоит как чужой, пусть заходит.

Оглядывая рогатого, человек на миг вздрогнул, потом собрался с волей, тоскливо вздохнул и вошел в каменные врата, рожденные под небом звездным.

*

В лунном свете посреди неясного гранитного поля с колоннами уходившими в ночное небосвод, стояли двое. Иногда они ходили, иногда останавливались друг перед другом и по-очереди открывали рты для слов. Где-то над скальным обрывом происходил их променад. Один был пришедший к горе священник. Второй - в голубой точно пушистой мантии из парчи - был чиновник ада. Священник был в сером, но дорогом льняном облачении языческого жреца. Чиновник был высок. Со смешной короной. От шагов его сотрясалось поле гранита, и оно же колыхалось волной впереди стоп. Смотрели куда-то вниз - на город внизу. Кое-где были разбросаны огни в узких окошках. Разговор был такого содержания:

- Я дал тебе самые высокие полномочия. Знаешь, Киприян, сейчас ты самый сильный вождь и жрец на земле, ценишь ли ты это?

"Чиновник" задавал дружественным, но странным холодным тоном тезисы, а гость, прошедший через ворота по зову барана, отвечал:

- Да-да... Я ценю... Но сила земная - это песчинка для небес со звездами.

Качавший гранит рассмеялся:

- Я всегда ценил твои амбиции. Ты сразу метишь в небо, жрец... Не стоит ли тебе умерить свой пыл?.. - он опять прогулочно пошел вперед, сотрясая то же поле, - цари говорят о тебе с трепетом и страхом... Даже земная сила - это очень много...

Потом парченосец добавил:

- Ты много дал мне жертв. Кровавых и дерзких. Князи ада завидуют тебе и твоему положению... Стоит ли рисковать таким раскладом вещей?

Бес сверкнул на гостя сотканными из игл глазами:

- Поверь, Киприян, умом и логикой не дойти до понимания правды добра и зла.

Тут в глазах жреца скользнула некоторая пелена недоверчивости, и он осторожно начал новую линию разговора:

- Есть некоторые особы, к которым я применял силу, одолженную от вас, но они не подчиняются ей и сбрасывают все натиски своей верой ...

Хозяин места усилил напор взгляда на гостя, буравя того напряжением очей, а гость тихо и кротко продолжил:

- Это христиане...

Взгляд Чиновника тьмы был каменным. Названный священником уверенней продолжал:

- Бесы с моих кулаков стаями бьют их, а они скидывают их своим крестом как медведь котят с плеч... Где же тут логика победителя и сила правды?

На этих словах слушавший в парче опустил голову, очевидно расстроенный направлением мысли изложившего суть вопроса. Через секунду ответил так:

- Видно, Иустина не дает тебе покоя... Существа христианской породы мешают нам жить, правду говоришь, Священник... В этих мерзких играх они - не самый приятный подарок... Но зато полезный барьер в олимпиаде... Потерпи, Киприян... В этой свхатке надо подождать, - говоривший поднял голову с голубыми глазами и белокурые почти золотые волосы, - скоро наступит золотой век, когда можно будет взять христиан одной лапой и бросить на жратву львам...

- И придет на них наша сила как топор на цыпленка, готового к супу, - издал блеяние тот самый баран, который встречал гостя. Теперь этот, высокорослый, втыкал копыта в камень возле колонны, которую они проходили.

В этот момент скопище туч в небе подвинулось, и горькая страдающая луна ответила светом так, что крест, ровный и большой, образованный тенью этих туч, лег рядом с ногами стоявших на граните. Покрывшийся изморосью чиновник ада в голубом золоте медленно отодвинулся от выпавшего крестообразного пятна. Причина была в том, что оно пришло в движение в сторону говоривших. Собеседник заметил это тонкое событие и неожиданно посмотрел на хозяина силы остро:

- Знаешь, Вельзевул, если ты боишься даже тени Креста и трепещешь имени Христа, что ты будешь делать, когда Сам Он придет на тебя с силой?

На эту фразу чиновник в тоскливой мрачной утомленной улыбке поменял голос на необычный низкий и:

- В день какого-то лунного месяца, когда Юпитер пройдет по пути Солнца, а Венера, плюющаяся чахоткой преданности, пройдет пурпурный и последний закат..... - тут говоривший поднял глаза и оскал улыбки и продолжил, - Кто-то зарубит священника, променявшего великую любовь к царю на печень мертвецов...

И с этими словами главный этого замка, который до того стоял властно и рассудительно и носил чудную одежду, набросился на бедного жреца. Подмахнув полами своей голубой рясы и превратившись в атакующего изогнувшегося ящера-лягушонка, выставив вперед лапы с когтями, он жадно прыгнул в шею.

Каменное лицо жреца вытянулось и застыло. Бес в один миг повалил священника. И тот видел перед собой мрачную гримасу с глазами, в которых вращались красные сверла. Кроме самого зверя в парче из его рта вылезла змея и также целилась в служителя языческих обрядов. Ухмыльнувшись, чудовищный "царь" занес кулак и стал мутузить лежащего по лицу. Безжалостные колотушки обрушились на щеки. Жрец бессильно отворачивал головой по сторонам, будто хотел видеть поочередно, что находится с одной и с другой стороны гранитной ратуши. А кулак разрушительно прикладывался к худым скулам. Неожиданно в один момент избиваемый не отвернул головы, а мучительно сморщился, зажав веки глаз. Кулак агрессора при этом, не долетев очередной щеки, исчез.

Прошел миг. Избитый открыл очи и увидел, что лежал на траве. Зала с машущим кулаком чиновником и бараном у колонны не было. Над ним одним высоко светило полуденное солнце. Истощенный и лишенный сил, он потянул руку к теплой белой звезде и хрипло прошептал:

- Бог...

* * *

Женщина лет 45-ти вошла в дверной проем и, не обнажив эмоций, огляделась. Иоанн солидарно обвел взглядом келью:

- Комната брата, она же и гостям. Матушка, здесь будешь теперь жить.

Названная матушкой едва заметно вздрогнула и продолжила мысль нового сына:

- Так-с... Вижу, что сыновья грома подвинулись ради очередной гостьи.

Деликатный хозяин дома живо подправил:

- Не гостьи, но Матери. Давайте будем точны в исполнении послушаний!

Женщина, имевшая тишину внутри, этой корректировке не противилась, но с юмором обыгрывала момент:

- И как близко к нашей Синайской горнице с ребятами. Каких-то пару кварталов - и вот он, родной коллектив. С такими удобствами можно быть верующим, правду я говорю, юноша?

- Матушка, вы верно шутите?

- Неверно шучу. Господь-промыслитель и Иоанн-исполнитель. Вы всё предусмотрели. Что ж, тут и будем ждать нашего Спасителя, Его второго и величественного пришествия.

Юноша в раздумие походил по комнате и снова выдал уточнение:

- Может и тут, а может нас заберут раньше.

- Раньше второго появления в этом месте?

- Ну Он же не сказал, сколько еще поколений родится и преставится пред Ним до того времени славы.

- Сообразительный ученик, верно. Но благословен Грядый во имя Господне. В таком случае, тут в молитве и дождемся нашего отшествия.

Женщина была выше среднего роста; волос золотистый; глаза были быстрые - со зрачками цвета маслин; брови дугообразные черноватые - взгляд получался строгий, но приятный; продолговатый нос; яркие губы; несколько вытянутое лицо; длинные руки и пальцы. Одета была скромно. Перемещалась твердой степенной поступью. Когда освободилась от нервной пелены, сложила скраб на табурет, то юноша поспешил убрать лишнее с кровати и табурета.

- Скажи, добрый остроумный сын, а будешь знакомить с семьей?...

- Так-так, а кто моя семья?

- Активную мать твою я знаю, а Заведей все дни от меня ловко прячется.

Вихрастый парнишка отыгрывался за отца:

- Ха-ха. Нет же. Не прячется. Он не пугливый. Он, видимо, в саду под горой Елеона - готовит вам места молитвы. А вообще, знаете, стесняется.

Насельница комнаты еще пошутила:

- Вернется - мы поставим его перед фактом. Будет в его доме проживать какая-то дама сомнительной внешности, у которой сил немного, живости - предостаточно, и поэтому она говорит изысканную ерунду. Помолимся моему Сыну да засопим под детскими снами. Теперь мы четко знаем, куда полетит молитва. (Женщина ткнула пальцем на потолок)

Юный прозорливец рассудил еще:

- После Вознесения Учителя это деланье стало значительно проще и надежней. Но теперь на очевидцах большая ответственность. Важность момента в том, чтобы донести его до многих поколений. Будут же жить еще люди? Тут походами в разные концы земли не обойдется. Нужен глубокий рукописный труд. Не летопись и не мемуары, а пергамент иного сорта.

Новая квартирантка ответила серьезно:

- Горячий юноша на букву "И", вот ты и упростишь людям задачу - настрочишь слово "иного сорта". Осмысляй в период настоящего времени.

Молодой человек замолчал, сморщил переносицу и смотрел на окно. Потом отвлекся:

- Марана фа; ей, гряди, Господи.

- Я думаю, придется еще жребий бросить, кому куда двигать с историей увиденного. Но это дело еще не то, что мы сотворим в письменах. То, что произошло, надо емко осмыслить, а потом внести на пергамент.

- Любопытно. Мир под солнцем узнает об Агнце через записанные слова.

Женщина развивала мысль:

- Пускай с проповедью разойдемся, но для поколений нужны не звуки ртов, а запечатленное в свиток слово. Ум очищать нужно. Чем? Словом Его. Никто, кроме вас, господа рыбаки, не донесет обществу изречения Мессии.

- Я молчу и не спорю - обдумываю потому что.

- Обдумай основательно, ведь может, появится много людей прежде Его пришествия в силе? И тогда лицом к лицу не расскажешь. А со свитка - будут переписывать в сто и более крат без искажений. Нам бы образованного надо, - с досадой протянула гостья кельи.

- Его-то как раз на морском горизонте Палестины не видно. Матушка золотая, у нас образованных-то нет. Ты да медик-Лука. Остальные - пастухи да рыбаки с образованием из собственных ошибок и рыбьей чешуи. Мы только инструкции к рыболовству можем изготовить, ножиками на корме вырезать или в канаты пояснительные косынки вплести. Шур-шур-шур.

- Кстати, до моего Сына вы же у Предтечи просвещались?

- Предтеча нам с братом сказал следовать за агнцем - мы и пошли... В Эфес.

- Значит, образование произойдет само собой, - констатировала гостья комнаты, и юноша удивился:

- Как это??

- Как-как... Золотыми струями Бог войдет в наше сердце и преобразует его. Правда, мы, оскалясь, обычно выдираем из себя эти струи. Природа наша другая. Неконфортно ей с Богом. Но будем стараться. Будем молиться, и Он...

- Он устроит.

- Может, даже сделает достойным писарем кого-то из прежних гонителей.

- Хех, Павла?...

Женщина поставила вертикально палец:

- Я бы не удивилась. Всё на Господню Волю. К примеру, ты да Павел: так всё и устроите. Если молитвой даже колдунов можно обратить в Епископов, что уж говорить о римском чиновнике.

- Ты про каких колдунов?

- Неважно.

- Если этот господин Павел изменит ум, забудет ли он сладость, с которой нас плетьми гонял?

- Он ведь ради Бога гонял.

- Ладно, Бог с ним, с Павлом. Дьяволу нужно, чтоб мы думали о людях. К слову, кто о Боге подумает? Творец же нас постоянно в ладонях держит. Не роняет даже на мгновения.

- Нет, не роняет. И тебя не уронит. Ни на Патмосе, ни где-то еще...

- Матушка, а ты помнишь, как в детстве 30 ступеней прошла вверх в храм и оставила родителей за спиной?

- Со школы для девочек помню себя. Все говорят, что я так прошла, но в голове не отложилось. Небесный Сын прикрыл воспоминания рукой. С родителями потом заново знакомилась.

- Надо же. А я вот всегда с папой и мамой. Проблем не знал. И старший брат помогал, прикрывал, хоть и прижучивал. Матушка, в сравнении наших иудейских рожениц родили вы безболезненно. Но на этом всё. Встала, ребенка спеленала и потопали в Египет - в путь дорогу семейным караваном. Весь остальной быт - равномерно скорбный у вас. Жить под гнетом опасности, осуждения людей, потом прозябать в безденежье, потом без сына - в вечном труде и ожидании.

- Так-так? Любопытно послушать, - женщина сурово свела брови.

Юноша хитро заулыбался:

- Тогда отвечу словами деда Симеона.

- Его уж нет с нами.

- Но он многое вам рассказал? Вот моя версия, как это было.

Молодой человек закрыл глаза и начал разматывать мысль:

- Похоже, мне около 300 лет. Сколько точно, я и сам не помню. А все потому, что гордым умом решил трактовать святой текст. И вот снова иду в храм на праздник. Ведь ангел шепнул мне, что увижу Того, из-за Которого вздрогнет все мироздание, Который представится на падение и на восстание многих, из-за Которого за свое неверие и я прекращу влачить старческий срок. Посмотрим. Так, люди в храме стоят. Как я Его узнаю? Дак вот Он, на руках девочки. Мои ноги подкашиваются, но я иду к Нему. Боже, это Он, Спаситель Израиля и человечества. Он спеленут. Его ручки прижаты к тельцу, но очень скоро их пронзят гвозди. Его ротик молчит, пахнет молочком, но скоро он объявит приговор всему людскому стаду, оденет дьявола в кандалы, преобразит мир к жизни и мою старую тушу освободит от тлена. Интересно, мне дадут Его подержать?... Чудо. Да. Дадут! Вот Он. Создатель мира умещается на моей грешной ладони. Тайна сущего уместилась на руках старика. "Ныне отпускаешь раба твоего, Владыко, по глаголу твоему с миром"... Отпускаешь с этой земли, чтобы встретиться с Тобой в мире горнем и вечном. Я еле стою на ногах. Это от избытка чувств. Ладно, хорошо, а его матушка? Вот ее чистые глаза передо мной. Ими она увидит всё. Как ее Сын будет пронзен. "И Тебе же Самой душу пройдет оружие". Копье проникнет сквозь тебя, и этим откроются помышления сердец.

Юноша выдержал паузу, потом открыл глаза:

- Вся ваша жизнь - это терпеливое ношение мук. Я только сейчас понимать начинаю. Сначала существовать с мыслью, что убьют саму за неверность, потом прятаться и кочевать, поскольку Сыну - угроза, потом Сын уходит, ну и самое страшное, как его убивают на твоих глазах.

Женщина молчала в глубокой печали, потом тоже начала разговаривать:

- Мальчик, кто тебе разрешил ковырять иголочкой материнское сердце?

- Кровь в Вифлееме и 14 тысяч детей сделались жертвою честолюбивого зверя, что в ослеплении безумия думал победить волю Всемогущего Бога.

Ваше первое копье в душу.

- Так-так. И всё же оно несоразмерно тоньше, чем такое же для вифлеемских мам с чадами. Кровь из их ран слилась в один поток; рыдания и стоны наполнили Палестину, в воздухе разнеслись вопли детей и стоны матерей: матери плакали о детях и не хотели утешиться. При этом, монстр Ирод был слепым орудием Божьего Промысла: событие приобрело ещё большую известность, крещенные кровью детишки стали предвестниками страданий Богомладенца, Который кровью омыл и освятил осквернённую грехом землю. Ясно, в тот день они все разом пошли жить на небо. Ну и теперь там занимаются и нашими делами тоже. Юный ученик, ты маловерен, а вот надо сгустить себе много веры. У тебя ж имеется только талант, из обрывков услышанных слов связывать рассказ.

- Простите меня. Вы Его маленьким на руках держали. Вы Его утешали, когда он плакал, не мог уснуть. Это какую любовь надо иметь... Его воспитывать, зная что Агнец, что для страданий.

- ...И для Воскресений, не правда ли?!

- Ну да, да, для воскресений.

- Иоанн Заведеевич, что-то ты стал говорлив. Не бес ли в тебя вошел?

- Да я нормальный, без душевных подселений, - шутил отрок, - Матушка, насколько страшно было сказать ангелу согласие, зная, что по нашим законам ребенок вне супружества - смертный грех. За такое и избить могут.

На это женщина промолчала...

- Кроме папы и мамы у меня теперь дополнительная матушка. Скажи, здесь все, что нужно тебе?

- Пожалуй.

- Ты тут в безопасности.

- Ох, меня прячут не для моей безопасности.

- Для чьей же?

- Для их: чтоб из меня они идол не сделали... Спасителя нет - давайте из мамы. Чтоб поклоняться человеку не стали.

- Так и есть. Кстати, скоро с тебя напишут первую икону для целей поклонения.

- Вот как?... Кто же?

- Ну кто у нас самый образованный медицинский ученик?

- Ох, уж этот Лука. Что там будет изображено? Я?

- Вы... И Спас.

- Я его держу?

- Ну да. На руках.

- Не вернее ли измарать, как Мессия нас всех держит?

Юноша осмысливал:

- Доска мала. Люди хотят проще и понятней.

- Не по годам ты умен. Сын мой, устала я.

Юноша спохватился:

- Да, конечно. С важными выводами о пользе слова и о смысле безопасности помолимся да отойдем ко сну. Комнатка посодействует твоему отдыху. Я вижу, ты действительно сильно устала.

- Моя "жалость Божья", а ты где будешь?...

- Моя пещерка за стенкой. Постучишь - и я прибегу. Ну как обычно.

- "Обычно" - самое надежное.

- Будет страшно - стучи... Кому я говорю. Матушка, ты какая-то бесстрашная. За Стефаном идти не боялась, и на гробницу Учителя - не боялась, хоть там и стражники сидят.

- Эти ничего не видят. Так я шапку-невидимку одевала и туда.

- И ангелу в отрочестве решила ответить согласием. А вот могла бы отказаться. Если б ты тогда ответила Гавриле "нет", весь мир бы перевернулся?

- А ты бы ответил "нет"?

Женщина испытующее глядела на юношу. Тот пожал плечами.

- Вообще, мой Сын приходится тебе дядей, знаешь это? Я ж - супруга твоего дедушки.

- Да, Дядя мой был, что надо...

- А во сколько папа тебя стал брать рыбачить?

- Не помню... Лет в десять?

- Раньше научился так - ловчее навык, рыбак.

- Не исключено.

- Значит, легче выхватывать рыбку душ будешь. Начинай молитву, пророк молодой.

- Меня спрашиваешь начинать?..

- Тебя, тебя.

- Тут бы спросить начал у апостолов, что постарше да поразумней.

- Разумных учеников, что смеялись с мальчишки, когда он в адамовой наготе носился везде голый? Увольте! А то, что экономит одежду, которая стоит большого труда и денег, не понимали. Да, тебя, неразумного отрока, который не боится легионеров и у Креста остался, пока взрослые ученики разбежались.

- На мужество матери глядел и не успел рассудить о безопасности.

- Много ли разглядишь, когда такая тьма зависла над Ершалаимом? Не увиливай, - испытующе просила юношу женщина, - Ты чего не убежал?

Юноша смутился и дал рассказ:

- Перед глазами запомнилась одна картина. Она не дала делать ноги.

- Поделишься?

Открытый юноша поделился:

- В доме, когда ели с Ним последний раз, мы там хлеб делили. Веселый галдеж кружил за столом. Рыбаки смеялись, переговаривались и хвастались.

- Чем хвастались? - Ухмыльнулась женщина, качая головой.

- Ну это... Мол, кто ближе к Наставнику. Я получил свой ломтик из Его руки, посмотрел не на Учителя и дядю, а как бы сквозь Него - духовным зрением за спину - и с ужасом увидел еще сотни, тысячи глаз и лиц, уходящих за горизонт стен. Они тоже одновременно с нами получили свою пресную краюшку, жадно съедали, запивали вином, становились золотыми. А сверху всех - еще и полчища ангелов. Я перепугался.

Женщина слушала очень внимательно:

- Раздаватель хлеба тебя поймал....

- Он уловил мое откровение и наверно мне одному шепнул: "Видишь это, поэтому и не предашь." Я похолодел, ничего не ответил. Стал молча жевать свой дар, сопоставимый с золотом или ладаном. Мы как дураки ржали, ведь нам казалось, Он всегда шутил. А там за каждым словом весь мир колыхался.

- Что потом?

- А потом я бессовестно уснул со всеми, когда Учитель в саду молился, и безумная стража пришла. О, пришедшая в дом мой, кто, если не ты, понесет весть о нашем Спасителе в грядущие поколения? От всей земли только истерзанная мать и стоит перед убиваемым Сыном. И если не она...

Женщина прервала отрока:

- То найдутся другие люди. Соберутся вновь те, кто разбежался прочь. Не мы, так другие - кто за нами. Если надо, камни возопиют, и младенцы о Нем воскричат.

- Как и было в Иерусалиме за семь дней до Воскресения.

Глаза гостьи сияли:

- Истина из Спасителя просветила мир таким ярким светом, что мир так или иначе преобразится. Кто об этом свете расскажет, найдутся. Ладно, лентяй. Не уводи меня от молитв, важнейшего из занятий. Я начну. Ты подхватишь. А то на ослике пустословия мы далеко не уедем.

Женщина изменила тон, начала молиться:

- Сын мой и Бог мой, оставивший нас до поры...

Быстро схватывавший мысль юноша вторил ей по-простому:

- Равви, привет. Как ты там?

- Помоги сохранить веру, дай сил упрочить церковь твою, которую Ты основал. Хотим подготовить людей к Твоему приходу в Славе. С небес руководи нашими направлениями. Мы не сильно соображаем, что делать, вот подсказывай. Се работница Господня... Се работник Твой...

В паузу молодой ученик решил спросить:

- Матушка, вы обо мне, наверно, что-то конкретное знаете?..

- А ты обо мне?

Юноша заулыбался:

- Ну ясно, по правую руку сядете от нашего Мессии, а Предтеча примостится по левую, и будете во всем помогать, вести дела в небесном домоустройстве.

- Что ты о Крестителе скажешь?

- Когда Спас и Иоанн до рождения были рядом, в доме Елизаветы, обе мамы общались, общались и их дети. Они могли договориться, чтобы один устилал дорогу второму.

- Любопытная позиция.

- А второй, который родится позже на шесть месяцев, и будет главным в мироздании, назначит встречу у реки.

- Чтоб нашёл там себе занятие для ожидания, собрал бы людей и - занимался бы с ними чём-то полезным - например, людей в воду мокать.

Ну конечно, договорились о разделении задач. Если меня усадят справа, Иоанна - слева, то ты законно по правую руку от меня, и буду посылать тебя на ангелов, контролировать, как выполняются мои поручения?

- Я только по управлению рыбацким делом смыслю.

- Так это основное во всем сущем. Молодец, как быстро старших наставников под перст взял.

Юноша потупил взгляд.

- Первый твой вопрос - отвечаю. Выпьешь чаши с ядом, пройдешь кипящие котлы, и в волнах кувыркаться придется дней 14. Это все будет нипочем. А похоронят живьем.

- Ужас! - Мальчишка округлил глаза и отпрянул к стене.

- Хех. Если не готов усвоить - молись и не интересуйся.

- О чем молиться после такого!

- Ты будешь спрашивать в мольбах то, что мир будет просить и не сможет понять до конца дней. Кстати, по захоронению - ты сам это попросишь. Не переживай, ты от насилия не умрешь.

- Уф.

Женщина посмотрела в окно:

- Сюда зеваки не начнут заглядывать?

- Удаленность дома очень выгодная. И говорить любопытным умам о тебе мы не собираемся.

- Еще немного молитв и на ложе.

- Вы - взбранная воевода, начальник войска, мужественная душа. Власть у вас большая. Постоянно находитесь в труде и молитве...

- Труд хранит ум, разгружает мысли ненужные.

- Сказала: Се раба Господня. А это вам грозило чуть ли ни смертью. Ходить незаконно беременной перед людьми - дело в нашей стране жуткое и неблагодарное! Вы толком еще не знали о Сыне. И ангелы не знали. Ангелы учатся от людей. Так вот, вам теперь, видимо, и творения Света на подчинении. Мне бы так. Ни одного греховного соображения не взяла.

- Одно соображение беру - тебя поощрять в лести.

- Для пытливых умов - разрешается быть польщенным.

- Что еще говорят обо мне "пытливые умы"?

Юноша мечтательно заулыбался:

- Говорят, что исполнена благодати и всех добродетелей. Рассказывают, что вы в гонениях и бедах всегда веселая. В нужде и нищете не огорчаетесь. Оскорбляющим вас благодежелаете. В.

- Лгун, который говорит правду Божию. Чтобы суметь притянуть такое величие как у вас, нужно иметь гигантскую любовь к Богу. И смирение тоже. А, ну я уже сказал, в общем.

- Чем бы ты ангелов озадачил?

- Чем-нибудь хорошим. Чтоб нищих и больных не было в Палестине. Из всех людей мне нравятся дети и старики.

- Гуманитарные делишки.

- Да-да.

Юноша закончил впрыск слов и облекся тучей. Женщина мгновенно почувствовала изменение его погоды:

- О чем загрустил, громоподобный?

Молодой человек хлестнул больным взглядом на женщину:

- До сих пор перед глазами это зрелище. Спас избитый. Сломана челюсть. И глаз заплыл... Думаю, может это все мы виноваты? Равви, и все это из-за наших грехов.

Лицо гостьи передернулось и на миг покрылось мраком:

- Проснешься завтра и уточни. Сходи в синагогу и к библиотекарям, спроси. Каиафа-ли виноват, Пилат-ли, Израиль? Может, легионер, что гвозди прибивал?

- Я схожу со временем, спрошу.

- Или первые люди имели вину, и еще сколько поколений после нас будут жить безбожно. Или, раз не умолили небесного Владыку, Он не услышал нас и не отвел палачей, то только ты и я виноваты? Вот фраза для историков: мы все во всем виноваты. Ангелы о смысле этой жертвы рассудят, но и у них ума не хватит. Ясно только, Кто не виноват.

- Он, один безгрешный.

- Да. Иди ко сну. Не забудь, о виноватости рассудишь поутру. О, Боже, Боже... - Женщина закрыла лицо руками, а юноша, опустив голову и кусая губы, стоял и потом ушел.

КОНЕЦ КНИЖКИ