Будущее (Hereafter)

Глава I Космическая шутка V .1.1

Я медленно приходила в себя под звук тревоги, чтобы вдохнуть мутный от жара и дыма воздух. Мои тяжёлые веки поднялись, лишь ради того, чтобы мой взгляд затопила ярко красная тревожная лампа, которая разгоралась и потухала, разгоралась и потухала, вновь и вновь.

На мгновение я забыла, где и зачем я нахожусь, и когда я попыталась совершить движение, моё плечо воспротивилось этому, утопив мой мозг в агонии.

— Кхх.

С подавленным криком я завалилась назад, ударяясь о стену и когда я распахнула свои зажмуренные от боли глаза, то увидела помятую балку, которая упирается мне в плечо и стеклянную дверь, которая слетела с крепления и осыпала меня стеклянным крошевом.

О, мой Гроб.

Воспоминания о события, которые привели меня сюда нахлынули в мой мозг. Внезапная тревога, быстрый брифинг от Директора, кандидаты в Мастера, бегущие к своим Гробам Кляйна, возглавляемые командой А.

Команда А, самые отборные профессионалы, которые будут стоять на страже правильной истории человечества в первых рядах. Каждый из них обладает огромным талантом или является умелым специалистом, с родословной уходящей корнями в глубокую древность. Называя их лучшими из лучших, вы практически не погрешите против истины.

На бумаге, все остальные члены команды А были куда более впечатляющими, чем её последний член, высокая девушка с магическим протезом руки и без родословной. Особенно Кирштария и Офелия, слухи о наследии которых мог не слышать разве только глухой.

На бумаге.

Потому что у меня есть серьёзные сомнения в том, что они перенесли хотя бы половину того дерьма, в котором я жила и из которого выбралась невредимой… почти. Практически. Вашу мать, иногда даже мне трудно поверить в то, через что я прошла.

Но, из-за нынешней ситуации, я скорее всего не узнаю, насколько хороша команда А.

Так, на чём я остановилась?

Я вдохнула воздух, наполненный дымом, из-за которого у закружилась голова. О да, он явно не идёт мне на пользу, не так ли?

Когда тревожные сирены прекратили свою работу, мы залезли в наши гробы, группа техников же направилась в командный пункт, чтобы начать подготовку к нашему Рэйшифту, под бдительным взором Директора, которая стояла посреди комнаты наблюдая за тщательностью подготовки.

А потом… потом был Взрыв. Всё стало таким нечётким и бессвязным. Помню, как непонимающая я влетела под треск разбитого стекла в свой гроб. Похоже в этот момент я ударилась головой и потеряла сознание.

Я прищурилась в попытке рассмотреть Гроб, в котором я застряла. Мм, похоже он всё-таки мой или он им станет из-за огромного фрагмента потолка, давящего на стенку капсулы и упавшего так, чтобы не раздавить меня сразу же. Маленькая радость.

Ничего из этого мне не поможет. Капсула что спасла мне жизнь, вскоре её и заберёт, потому что она не позволяет мне выбраться из комнаты, в которой очень скоро не останется кислорода.

Что случилось с остальными? Смогли ли они эвакуироваться? Осталась ли я тут одна из-за того, что остальные не смогли меня найти?

Что с другими членами команды А? Сумел ли кто-нибудь из-них выбраться? Или они вытаскивают остальных Мастеров из-под обломков? Или же их оглушил и травмировал взрыв из-за чего они не смогли выбраться из своих гробов? Возможно, что «повезло» только мне, а остальные не смогли пережить взрыв.

Тейлор Эберт, последний мастер команды А. Каким-то образом, мне удалось выжить там, где умерли все остальные. Снова. Может быть слишком поздно называть подобное закономерность или как мне кажется, я заметила это слишком поздно.

Я думаю, это уже не слишком важно, особенно когда мы все мертвы. Наши тела просто этого ещё не осознали.

Как иронично, я пережила схватки с ужасающими чудовищами, боролась против человека способного превращаться в дракона, вышла невредимой из битвы против группы психопатов, чьей рутинной являлось вырезание целых городов, выжила после разрезания напополам, потеряла свою руку… дважды… восстановила её, прошла почти невредимой сквозь конец света, но когда в новом мире начался конец света, я умру даже не имея возможности попытаться ему помешать.

Всего-лишь отсрочка на два года, да Контесса? Это всё, что ты мне дала после всего? Если же мне суждено в скором времени умереть, стоило ли мне погибнуть с достоинством чувствуя как утекает моя жизнь или же нужно было затеряться среди обычных людей, так и не увидев приближавшийся конец?

Но всё же, моя история закончиться, там, где и началась: в огне и беспомощности.

На ухмылку Лунга, что это услышит, стоило бы посмотреть.

Волна нигилизма, нахлынувшая при этих мыслях, напомнила мне о том моменте, когда я уговорила кейпа прижечь обрубок, оставшийся от моей руки во время Золотого Утра, но взгляд вниз на поверхность, где я расположилась показал мне, что моя правая нога оказалась под обломками. Не сломанная, но в ближайшее время вытащить её у меня не получиться, я лишь растрачу остатки своих сил на бесплодную попытку.

Возможно, я могла бы отрезать свою ногу с помощью ножа, если бы у меня было больше желания жить, но полагаю, единственное к чему это меня приведёт, так это к более скорой смерти и помимо этого, моё левое плечо застряло между моим Гробом и обломками потолка, как мне кажется оно не сломано, но вполне возможно я не ощущаю перелома из-за того, что левая сторона тела полностью онемела.

У меня не получиться выбраться отсюда. Если, конечно же я внезапно не стану Александрией способной поднять умопомрачительный вес.

Мой вздох превратился в кашель, из-за того, что мои лёгкие попытались избавиться от дыма, отравившего воздух.

Может быть я должна была отдохнуть вместо того, чтобы «спасать мир» вновь, найдя маленький кусочек земли и обосновавшись там или же выбрав случайный город в Америке. Даже если конец мой был бы тем же, два года спокойствия после двухлетней подготовки для того, чтобы предотвратить конец света. Два года стоили бы своего, не правда ли?

— Как будто я могла спокойно сидеть на месте зная, что на кону.

СИСТЕМА РЕЙШИФТА ПЕРЕХОДИТ В ФИНАЛЬНУЮ СТАДИЮ— прогремело объявление. —КООРДИНАТЫ: 30 ЯНВАРЯ, 2004 Г. Н.Э ФУЮКИ, ЯПОНИЯ.

— Машу! — раздался голос зовущий издалека, — Машу!

Я попыталась выглянуть из своего гроба, приподнять тяжёлые веки, но из-за алого пламени и марева от жара у меня ничего не вышло. Как мне казалось, я была единственным живым человеком в комнате, но похоже, что нет.

Возможно, это всего лишь мои предсмертные галлюцинации. Забавно. Уже во второй раз моя жизнь не пролетает у меня перед глазами.

— УСТАНОВЛЕНА ЗАЩИТА ОТ РАСПЫЛЕНИЯ ПО МЕТОДУ ЛАПЛАСА. ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ КАРКАС БЫЛ УСТАНОВЛЕН НА СИНГУЛЯРНОСТЬ.

— Боже, — бормочу я, — неужели они запрограммировали эту штуку на активацию, когда большинство кандидатов в Мастера мертвы или умирают. Что она сделает? Отправит наши трупы в прошлое?

Я положила свою руку на край Гроба в попытке его сдвинуть… но не смогла удержаться от брани, когда всю левую сторону моего тела пронзила боль. Даже если я смогу проигнорировать боль, оставшегося места в Гробу мне не хватит.

— Гхх… ха… ха

Моё тело ослабло в попытке вдохнуть отравленный воздух, взгляд начала заволакивать мутная пелена, а веки с каждой секундой держать открытыми становилось всё тяжелей. Я ощущала во всём теле ломоть и слабость, из-за которой идея закрыть глаза и расслабиться становилась всё более привлекательной.

В прошлый раз я была готова встретить свой конец. После всего, я не просто подготовилась к нему, не просто приняла его, я знала, что он придёт, из-за тех непростительных грехов, что были на моей совести, вместо этого мне было даровано милосердие.

Возможно, грехи наконец настигли меня.

Но сейчас… Сейчас… мне не хотелось сдаваться. Я не собираюсь просто разлечься в ожидании конца. Я хочу встать и бороться против конца света, до кровавых соплей и переломанных в труху костей. Как иронично, то, что сейчас мне остаётся лишь лечь и принять свой конец.

Я боролась против Зиона, существа настолько близкого к богу, что между ними не было особого различия. Сейчас упавший обломок заставил меня сдаться.

— ПРОГРАММА ОТЗЫВА НАЧАТА. МАСТЕРА ПОЖАЛУЙСТА ВЫПОЛНИТЕ СВОИ ПОСЛЕДНИЕ ПРИГОТОВЛЕНИЯ.

Синее сияние голограммы планеты находящейся в середине комнаты сменилось алым, точки, обозначавшие человеческую цивилизацию, исчезли в одно мгновение.

И вот он конец. Человечество было стёрто одним махом, а я могу лишь беспомощно за этим наблюдать.

Это ощущение жгло меня изнутри, беспомощность, которой я не ощущала даже в Уинслоу. Как мне казалось, что я не тот человек, что позволит славе задурманить свою голову, но мне хотелось что-то предпринять. Ведь однажды я уже спасла мир… огромное несчётное количество миров … и что, я не смогу сделать это ещё раз?

Да. Потому что все, кто мне помогал, были уже мертвы, у меня не было сил, не было пауков, создающих верёвки из щёлка и насекомых способных убрать завал. Нет больше Суки с её собаками, которые смогли бы убрать обломки потолка, нет Атласа способного сделать тоже, нет Голема, нет Отступника, который мог уничтожить завал с помощью наношипов.

— ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ОБСЛУЖИВАЮЩЕМУ ПЕРСОНАЛУ: СОСТОЯНИЕ ХАЛДЕИ ИЗМЕНИЛОСЬ.

— ПРОИСХОДИТ ПЕРЕПРОВЕРКА БЛИЖАЙШЕГО БУДУЩЕГО С ПОМОЩЬЮ ШЕБЫ.

— НЕВОЗМОЖНО ОБНАРУЖИТЬ СЛЕДЫ СУЩСТВОВАНИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА НА ЗЕМЛЕ В БЛИЖАЙЩУЮ СОТНЮ ЛЕТ.

— НЕВОЗМОЖНО ОБНАРУЖИТЬ ЖИВЫХ ЛЮДЕЙ. НЕВОЗМОЖНО ГАРАНТИРОВАТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ БУДУЩЕЕ.

Ещё один вздох прошёл сквозь мои стиснутые зубы.

И вот оно. Устройство созданное, чтобы считывать присутствие людей на планете на целую сотню лет вперёд, сообщает что человечества не обнаружено. Не имея возможности выбраться, чтобы увидеть всё своими глазами, мне придётся довериться этой информации.

— ЦЕНТРАЛЬНАЯ ПЕРЕБОРКА БУДЕТ ЗАБЛОКИРОВАНА. — прогремел другой голос. — СТО ВОСЕМЬДЕСЯТ СЕКУНД ДО ПОЛНОЙ БЛОКИРОВКИ.

Вибрации от некоего грохотавшего вдали объекта достигли меня. Скорее всего это были большие, крепкие двери, не позволяющие огню распространиться по Халдее и причинить больше вреда. Не то что бы это имело значение, когда мир встретил свой конец.

Но теперь у меня точно нет выхода. Помощь явно не прибудет. Никто не появиться и не вытащит меня. Меня и стальных в этой комнате списали как сопутствующие потери

— Надеюсь, я смогу увидеть вас ещё раз, ребята, — бормочу в отравленный дымом воздух.

Лиза…

Мы провели вместе несколько месяцев, и после разлуки ещё пару дней прямо перед Золотым Утром. Если подсчитать сколько времени прошло с того момента как я проводила с ней время как с подругой без отвлекающих обстоятельств, то прошло уже четыре года.

Мне уже известно то, что мы уже не встретимся в этом новом мире, но даже так, я желаю увидеть её, Рейчел и остальных ещё хоть раз.

— НЕВОЗМОЖНО УСТАНОВИТЬ ЖИЗНЕННЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ МАСТЕРОВ. ТРЕБОВАНИЯ К РЕЙШИФТУ НЕ ВЫПОЛНЕНЫ.

Болезненный смешок сорвался с моих губ. — Потому что мы все мертвы.

Надеюсь, никто не узнает, что наша команда А - отряд самых умелых профессионалов, не смог продержаться достаточно, чтобы начать первую миссию. Надеюсь, что они умерли быстро, а не медленно погрузились в агонию.

Что насчёт остальных миров? Затронуло ли Это только один мир или оно достигло остальные? Лиза, Рейчел, Айша, Дина, Тео и остальные, кого я знала и заботилась, умерли ли они безболезненно? Или они живут на одной из альтернативных земель, не зная, что ещё один мир встречает свой конец? Не зная, что я пережила конец света лишь для того, чтобы не справиться в этот раз?

У меня никогда не получалось надеяться. На надежде у меня бы не вышло забраться настолько далеко. Но кроме неё у меня здесь ничего нет. Единственное, что я могу сделать делать, надеяться, что мои друзья и знакомые счастливы в одном из альтернативных миров или же если они погибли, то быстро и безболезненно.

— ПРОИСХОДИТ ПОИСК ПОДХОДЯЩИХ КАНДИДАТОВ В МАСТЕРА… ПОИСК… ПОИСК…

— …НАЙДЕНЫ.

Я моргнула. — Ты не можешь иметь в виду меня.

Вся левая сторона моего тела онемела, мою ногу придавило обломками, а сама я заперта в возможно нефункциональном Гробу, важность которого для Рейшифт-а нам вдалбливали в голову месяцами. Могла ли в данных обстоятельствах программа квалифицировать меня как кандидата в Мастера?

— КОНТРАКТЫ С КАНДИДАТАМИ В МАСТЕРА ПОД НОМЕРАМИ ДЕВЯТЬ, СОРОК-СЕМЬ И СОРОК-ВОСЕМЬ БУДУТ ПЕРЕЗАПИСАНЫ.

Девятый, сорок седьмой и сорок восьмой?

Я попыталась вспомнить, что стояло за номерами: черты характера, имена, лица. Девятый номер был моим, так что можно считать, что системе оценки «квалификации кандидатов в Мастера» были некоторые ошибки, но у меня не получилось вспомнить много о сорок седьмом и сорок восьмом кандидате. Должно быть они новички, потому что номера присваиваются кандидатам в порядке присоединения, но кроме этого …

Попытка вспомнить, что-либо иное о этих кандидатах была тяжёлой. Моя голова была деревянной, а мысли становились всё более и более туманными. Но мне удалось вспомнить, что … у одной были рыжие волосы? И мне это показалось странным, потому что… она была японкой и при этом её волосы были не крашенными. Рыжие корни и всё такое.

Но помимо этого… мне на ум пришёл лишь синий цвет, но как он связан с ними ускользнул от моего понимания.

— НАЧАТА ПРОГРАММА ОТЗЫВА.

Неважно кто это, если их присутствие поможет избавить меня от участи умереть в одиночестве. Неважно, что единственно, что сообщает мне о присутствии других мне сообщил монотонный голос по громкоговорителю.

Однажды меня не миновала эта учесть. Хоть эти воспоминания не были полностью ясными, они всё равно остались со мной. Как я осталась одна, убегая от тех и о чём заботилась, чтобы нечаянно не навредить. Как я умирала по колено в грязи, с трудом думая о том, как встать. Помню Контессу появившуюся после того, как конец света закончился и её ледяное присутствие, согревавшее меня в тот момент, потому что со мной был хоть кто-то.

Я помню две пули. Звёзды, такие далёкие. Вселенную, умопомрачительно большую.

Я устремила свой мутный взор на Халдею, сияющую планету, окрашивающую всё в алый и обнаруживаю, что между этими двумя моментами не очень много различий.

— НАЧАТО ПРЕОБРАЗОВАНИЕ В СПИРИТОНЫ.

Что произойдёт с нами, без этих жизненно важных Гробов? Разлетятся ли наши тела на атомы по всему временному континууму? Или мы просто испаримся из-за того, что механизм, отвечающий за наше существование в прошлом неисправен? Или в прошлое прибудут наши трупы?

Или мы застрянем в прошлом в виде призраков, отчаянно цепляющихся за то подобие жизни, что у нас останется, потому что переместились только наши души, а тела останутся, чтобы сгореть?

— РЕЙШИФТ ЧЕРЕЗ 3… 2… 1…

Этого я не знаю. Хоть инструкции о том, как происходят все процессы были прочитаны мной десятки раз, каждый раз мне удалось находить то, что было выше моего понимания. Объяснения, которые требовали для понимания технического образования, которым я не обладала или Магическое Ремесло, которое «просто работает, не думай как», как высказался один из магов от таинственной магической Ассоциации.

Даже наши Гробы работают на технарско-подобной чуши о том, что находящиеся в Гробах одновременно мертвы и живы пока устройство остаётся закрыто. Что-то связанное с квантовой неопределённостью и котом Шредингера? Было множество вещей о которых мне было практически ничего не известно, потому что я не являюсь физиком посвятившим всю свою жизнь постижению концепции высшей математики и теории квантовых взаимодействий или магом, чья семья потратила целые поколения на изучение пространственно-временных манипуляций.

Было множество вещей, которые мне пришлось взять на веру —сначала, если быть честной чем являются и работают силы и пассажиры, в новом мире — что другие знаю, то что мне неизвестно.

Но я была уверенна в одном факте, в том для подтверждения, которого не нужно быть доктором наук по астрологии или благородным, чья семья потратила века на изучение Магии.

— ВСЕ ПРОЦЕДУРЫ СОБЛЮДЕНЫ.

Мы все мертвы, наши тела просто не осознали этого.

— НАЧАТА ПРОВЕРКА ПЕРВОГО ПРИКАЗА.

Глава II: Неблагоприятное начало

По некоторой иронии судьбы, первое, что я заметила, был кусок камня, впивавшийся в одну из моих почек.

Не жар пламени, которое тлело, казалось, повсюду вокруг меня. Не твердая улица, на которой я лежала. Не густой запах дыма, который, казалось, был везде. Дело было даже не в том, что я больше не была придавлена огромным куском обломка.

Нет. Первое, что я заметила, было острое, колющее раздражение, давящее на мою спину всего в дюйме или двух слева от позвоночника, такое настойчивое, что я понятия не имела, как оно не разбудило меня раньше.

Я перевернулась, кряхтя, и моя рука ударилась обо что-то твердое.

Ой.

Я сморщила нос, а когда приоткрыла глаза, совершенно внезапно поняла, что я больше не в Халдее.

На самом деле моей первой мыслью было, что я, возможно, в Аду.

Я никогда по-настоящему не верила ни в какую религию. Технически Эберты были христианской семьей, в том же смысле, что и все остальные, кто придерживался этой идеи на словах, но если мы когда-нибудь и ходили в церковь по воскресеньям, я была так молода, что не помню этого. Позже, что ж, стало труднее верить в доброжелательного, всемогущего бога, наблюдающего за всем, когда города стирались с лица земли примерно раз в три месяца.

Но если бы Ад существовал, я бы не удивилась, обнаружив себя там, когда, наконец, умерла бы навсегда.

Однако после забавного толчка, который ударил меня в живот, я передумала и ухмыльнулась собственной мелодраме. Огонь и сера? Разрушенный город, с рухнувшими зданиями и всем, что разваливается на части? Это был не Ад. Это был Броктон-Бей во вторник.

Я осторожно поднялась на ноги и огляделась. Помимо затихающей боли от куска разбитого асфальта, который пытался вырвать мне почку, казалось, ничего не сломано и не поранено, и ни нога, ни левая рука не заканчивались культей — небольшое милосердие, учитывая, как быстро у меня, казалось, ломались конечности, — но это была единственная хорошая новость, которая у меня была.

— Итак, если это больше не Халдея, то где я? — Пробормотала я.

Последнее, что я запомнила…

Это было трудно осознать. Туманно. Учитывая, сколько дыма я, должно быть, вдохнула, возможно, это было не так уж удивительно. Это было что-то вроде небольшого чуда, что я не испортила себе легкие прямо тогда.

Но я вспомнила… Там был голос. Автоматизированный. Вид предварительно записанных сообщений, используемых в объявлениях экстренных служб. Что-то о том, что Халдеи облажались и нет доступных кандидатов в Мастера — да, потому что все пошло насмарку, и все, кто еще не был мертв, были близки к этому.

А потом… Я думаю, что меня переместили Рейшифтом. Каким-то образом. Без гроба. Самым опасным способом, который должен быть откровенно смертельным, но, эй, я все еще дышала, так что не собиралась сильно жаловаться.

Однако куда? Не менее важным вопросом было «когда».

— Что-то с буквой Ф, — пробормотала я себе под нос. — Фу… Фуюки, я хочу сказать. В… Японии, я думаю? Верно. Место, о котором я никогда не слышала. И потом, когда?.. Начало 2000-х, не так ли?

Что здесь могло произойти такого, что этот момент нуждался в исправлении? Начало 2000-х… На Земле Бэт это мог быть только Левиафан, но тут…

Я оглянулась. Охваченный пламенем город приветствовал меня, залив звезды оранжевым светом и затянув небо черным смогом.

Это был не Левиафан. Ни в коем случае.

Я не была уверена, что смогла бы что-нибудь с этим поделать, даже если бы это было так. Что, исправить нападение Левиафана на Кюсю, чтобы оно не произошло? Я и кто-то? Без поддержки из Халдеи я не могла даже вызвать Слугу, чтобы сравнять счет.

— Стоп.

Моя голова снова повернулась, но пейзаж не изменился. Что более важно, я по-прежнему была одна.

— Кандидаты в мастера девять, сорок семь и сорок восемь… Так где же сорок седьмой и сорок восьмой?

Если программа зарегистрировала их одновременно со мной, то они должны были находиться в комнате со мной, когда произошел Рейшифт, что означало, что кандидаты в Мастера, должно быть, тоже были перенесены в это место. Они должны были приземлиться где-то здесь.

Но никаких признаков их присутствия не было.

Возможно, то, куда они были брошены, соответствовало тому, насколько далеко они были от меня в комнате ранее, но если это было так, комната была не такой уж большой, так что разве они не должны были все еще находится в пределах прямой видимости? Если только это не было совпадением один к одному, и это означало, что они могли появиться на другом конце гребаного города, потому что, конечно, это была просто моя удача, не так ли? Мои единственные союзники в пределах досягаемости, отделенные от меня милями запутанных улиц, глубоко на враждебной территории.

Я поморщилась.

— Или, может быть, мне повезло, и я выжила, а двое других были размазаны во времени и пространстве, о чем нас всех предупреждали.

В любом случае, это выглядело так, будто я была одна на враждебной территории против неизвестных врагов неизвестной численности и неизвестных возможностей. У меня не было поддержки, у меня не было союзников — по крайней мере, насколько мне было известно, во всяком случае — и никакой надежды на спасение. Моими единственными ресурсами были Мистический код, который я в настоящее время носила, и те скудные припасы, которые я могла собрать из того, что осталось от этого города.

Город, в котором я никогда не была, и планировка которого также была совершенно мне незнакома.

Я вздохнула.

Отлично.

Против моей воли мои губы растянулись в улыбке.

— Итак, типичный Понедельник, — сказала я.

Нет смысла хандрить или ныть по поводу несправедливости всего этого. Я могла бы честно сказать, что бывала в ситуациях и похуже этой.

— Хорошо. Сначала о главном.

Основы выживания были одним из уроков, которые мы получили в Стражах. В целом, это был материал о том, что делать, если вы оказались в глуши, но выживание в городах тоже было в какой-то степени рассмотрено, а то, что не было рассмотрено напрямую, ну, некоторые методы и приоритеты для выживания были на диву универсальны.

Первой и самой важной вещью было укрытие. Если вы не были одним из редких кейпов, обладающих способностью нормализовать температуру вокруг вашего тела, перепады температур были одним из самых простых способов, которым вы могли умереть. Три дня без воды и три недели без еды — это было бы некомфортно, но вы могли бы это пережить. Перепад температуры может убить вас менее чем за час. Если я правильно помню статистику, это была причина смерти номер один среди бездомных.

Итак. Мне нужно было найти какое-нибудь место, чтобы спрятаться и создать операционную базу. Я понятия не имела, как долго я собираюсь здесь пробыть, не имел ни малейшего понятия, осталось ли вообще что-нибудь от персонала Халдеи, чтобы организовать спасение, и мне приходилось действовать, исходя из предположения, что я была совершенно одна.

— Единственная проблема… Я не вижу здесь много неповрежденных зданий.

А те, что были, могут просуществовать недолго.

Я поджала губы, но осмотр вокруг на самом деле не изменил фактов. Я мало что могла сделать, кроме как выбрать случайное направление и надеяться, что оно приведет меня куда-нибудь получше.

— Желательно на возвышенности, чтобы я могла получше рассмотреть планировку самого города.

Казалось, что я тоже нахожусь на главной улице, так что, если мне повезет, я найду супермаркет или что-то еще, что может послужить надежным источником продовольствия. Независимо от того, есть у него какая-либо энергия или нет, мне либо повезет либо нет, и если город был таким заброшенным, каким выглядел, это все равно не будет длиться вечно, но консервов и упаковок еды должно хватить хотя бы ненадолго.

Если это вообще сейчас что-то значило. Не было способа точно узнать, как эта Сингулярность связана с большим миром, поэтому было вполне возможно, что я могла месяцами выживать на хлопьях и консервированных персиках, не видя никого другого, и никто никогда не приехал бы исследовать город, который необъяснимым образом исчез с лица Земли.

Я снова взглянула на небо, но из-за дыма и таких густых и темных облаков невозможно было определить, какое сейчас время суток. Черт возьми, вполне возможно, что на самом деле была середина дня, но с таким же успехом, когда мутная тьма покрывала все от горизонта до горизонта, могло быть три часа ночи.

Я просунула палец за воротник куртки и отдернула его. Не от холода, но, возможно, потому, что казалось, что весь город охвачен пламенем одновременно. Здесь должен был быть почти февраль, не так ли? В таком случае я хотела бы подготовить помещение до того, как погаснет огонь и я застряну на зимнем морозе.

— Ладно.

Оглянувшись, я увидела тот же разрушенный город, что и передо мной. Не похоже, что это что-то изменит в любом случае —

Внезапный крик пронзил воздух, пронзительный и женский, и я резко обернулась в ту сторону, откуда он донесся.

Кандидат в мастера сорок восемь была девушкой, не так ли?

Я побежала, даже не успев подумать об этом, мои ноги двигались, руки размахивали, мое тело повторяло запомнившиеся и отработанные движения того, что казалось совершенно другой жизнью. Мои мысли были стерты, и осталась только сосредоточенность, когда я побежала на голос. Всё внезапно стало знакомым, стало чем-то, что я понимала.

Я никогда в жизни раньше не была в Фуюки.

На самом деле, если бы вы попросили меня указать это место на карте, я не смогла бы сделать этого даже ради спасения своей жизни. Черт возьми, вполне возможно, что он затонул вместе с Кюсю на Земле Бэт, когда Лунг и Левиафан решили поставить свой собственный фильм о Годзилле в прямом эфире — понятия не имею, кто из них был Годзиллой в этой метафоре, но к черту это.

Несмотря на это, однако…

Разрушенный тротуар. Разрушенные здания. Отблески пламени, освещавшие темноту. Ощущение, что опасность подстерегает за каждым углом и ты никогда не будешь в безопасности.

Я чувствовала себя так, словно вернулась домой.

Возможно, в реальной истории человечества Фуюки был совершенно нормальным местом для жизни с совершенно нормальными людьми, и никакие войны банд раз в две недели или яростные драконы не нарушали его совершенно обычную повседневную жизнь.

Однако, прямо здесь, прямо сейчас… Если бы я была на пять лет моложе, это было бы похоже на мой первый выход как кейпа, когда я противостояла Лунгу только насекомыми и перцовым балончиком.

Прошло совсем немного времени, прежде чем я увидела их, орду ходячих человеческих скелетов. Они были одеты в лохмотья и лоскутки ткани, и их тела едва держались вместе благодаря той магии, которая реанимировала их в первую очередь. У каждого из них было оружие, копье или меч, и они двигались с удивительной скоростью — достаточно быстро, чтобы любой, кто не привык бегать так, как я, вероятно, не смог бы обогнать их.

За ними, у меня не было достаточно четкого представления о человеке, чтобы сказать, кто это был, но я уловила обрывки цвета, одежду того, за кем они гнались. Черно-желтый цвет совершенно не походил на боевую формы Халдеи.

Действительно ли в этом месте были еще живы аборигены?

— Почему со мной всегда происходят подобные вещи?! — истерически прокричала девушка.

Что-то вспыхнуло, и один из скелетов рассыпался в пыль. Еще раз, и еще один исчез. Впрочем, это ничего бы не изменило, не с такой скоростью. Просто скелетов было слишком много.

Не похоже, что у меня вышло бы что-то другое. Мои варианты были не совсем лучшими. Но…

Я резко остановилась, подняла руку и оперлась на нее другой рукой, целясь в спины толпы, которая еще не заметила меня. Что-то в моей голове щелкнуло, и у меня возник мимолетный образ обрывающейся шелковой нити, а затем я направила свою скудную магическую силу через боевую форму, как меня учили.

… Я была не из тех людей, которые могли просто бессердечно наблюдать, как кто-то вот так умирает.

— Гандр!

Шар черной энергии вылетел из моей руки. Без моих жуков я и близко не была таким же хорошим стрелком, как раньше, но на таком расстоянии и с такой плотной группой это не имело значения. Мой заряд попал одному из скелетов в спину, и он рухнул, обратившись в пыль, прежде чем его спотыкание смогло сбить того, кто был перед ним.

Остальные продолжали идти, полностью игнорируя меня в пользу другой добычи. Если бы они добрались до нее первыми, а потом набросились на меня, это на самом деле ничего бы не изменило. Мы обе все равно были бы мертвы.

Я снова прицелилась.

— Гандр!

Упал еще один скелет.

— Гандр!

Третий.

— Гандр!

Четвертый.

Девушка тоже продолжала отстреливаться, но толпа скелетов, казалось, ничего особенного не замечала или им было все равно, они просто продолжали наступать. Они были словно под контролем властелина: Им было наплевать на боль и какие-либо эмоции, у них был только приказ искать и убивать, и это было все, ради чего они существовали.

Я тяжело дышала и снова прицелилась.

Остались последние два выстрела перед тем, как мне прийдется отдохнуть. Мои жалкие шесть использований Гандра.

Не похоже, что у меня были варианты получше. Что будет после этого… Я разберусь с этим, когда доберусь туда.

— Спаси меня, Лев!

Мой мозг на мгновение запнулся и остановился. Этого не могло быть.

Директор?

Как?

Раньше все считали что у директора нет способности к Рейшифту. Все в Халдее знали это — многие из них сочли ироничным, что человек, отвечающий за все это, не смог бы выполнить главную директиву, если бы от этого зависела её жизнь.

Я стиснула зубы и снова прицелилась, пытаясь выбрать самое слабое место в толпе, чтобы я могла прорваться, когда у меня закончится магическая энергия. Я смогу обдумать всё по поводу Директора позже. —

По улице разнесся -ЛЯЗГ, когда массивная крестообразная плита врезалась в и без того разбитый асфальт и раздавила скелета. А затем она пришла в движение, и фигура, державшая её в руках, ударила острыми краями своего оружия по скелетам с силой сравнимой с Бугаями и невероятной скоростью. Светлые волосы развевались, а глаза, такие голубые, что казались почти фиолетовыми, вспыхнули, когда они проходили мимо меня.

Я во второй раз застыла.

Ни за что.

— Маш?

Единственное, что я действительно могла делать, это наблюдать, как она двигалась, с презрительной легкостью разбирая группу скелетов. Она уклонялась, блокировала удары, избивая скелетов краями своего монструозного оружия, и один за другим они все исчезли в клубах дыма. Я хотела бы назвать это брутальной эффективностью, но брутальность подразумевала что-то неэлегантное во всем этом. То, что я видела в тот момент, можно было назвать только изяществом. Как будто наблюдаешь за танцем примы-балерины.

Когда все закончилось, Маш повернулась к Директору и подбежала, чтобы встать перед ней.

— Битва завершена, — четко сообщила она. Казалось, она даже не запыхалась. — Вы в порядке, директор?

— Что происходит? — потребовала ответа Директор, поднимаясь на ноги.

— Я бы и сама хотела это знать, — сказала я так громко, как только могла, не крича.

Директор вздрогнула, когда я подошла, чтобы присоединиться к ним, как будто она даже не заметила моего присутствия, и Маш повернулась ко мне, держа свой массивный щит, как игрушку.

— Мисс Тейлор—

— Эберт! — рявкнула Директор. — Вот ты где! Где остальная часть команды А?

— Мертвы, насколько я знаю, — ответила я.

— Что? — взвизгнула она.

— Что бы ни случилось, это нанесло катастрофический ущерб. Я не видела, что случилось со всеми остальными, но, учитывая форму комнаты Рейшифта, я не уверена, что они пережили бы это. Когда произошёл экстренный Рейшифт, система смогла найти только трех жизнеспособных кандидатов в Мастера. Меня…

Я посмотрела позади нее на пару детей, которые выглядывали из-за выступа на впечатляюще большом участке перевернутой дороги. Они оба подпрыгнули, как будто их застали за чем-то, чего они не должны были делать.

—… И этих двоих.

Директор резко обернулась.

— Вы! — взвизгнула она и указала на них. — Два сопляка, которые заснули во время инструктажа! Я думала, что выгнала вас двоих!

— А, ну, — заикаясь, пробормотал мальчик. Он был тощим парнем, которому на вид было не больше семнадцати, с растрепанными каштановыми волосами, голубыми глазами и смутно восточноазиатскими чертами лица. — Видите ли…

— Доктор Роман отвел нас в сторону! — смело заявила девушка.

Рыжие волосы. Значит, мне это не почудилось.

— Романи… — пробормотала Директор, ущипнув себя за переносицу. — Нет, забудьте об этом! Как, черт возьми, вы двое стали Мастерами, вот в чем вопрос! Команда А была тщательно отобранным отрядом талантливых и уникальных личностей, считавшихся непревзойденными в своих областях! — Мускул на моей челюсти дернулся, но я промолчал. Это был настоящий вотум доверия. — Пара деревенщин не должна даже обладать способностями к чему-то настолько эксклюзивному!

— Пожалуйста, поймите меня правильно, директор, — сказала Маш. — Мастер и… не Мастер инициировали контракт, это сделала я. Обстоятельства были не идеальными, поэтому мне пришлось заключить его силой.

Директор недоверчиво посмотрела на нее.

— Ты что?

— Позвольте мне объяснить.

И она это сделала. Как она лежала, наполовину раздавленная плитой крыши Халдеи, которая приземлилась на нее не так мягко, как та, что придавила меня. Как Рицука и Рика (их родители, должно быть, не ждали близнецов) нашли ее и остались, даже когда комната закрылась и все стало выглядеть довольно мрачно.

Как Героический Дух обратился к ней, когда происходил Рейшифт, и предложил свои силы при условии, что она использует их для устранения причины Сингулярности. Директор назвала это состояние «Полуслугой», когда речь зашла об этом. Слияние Слуги и человека, промежуточное состояние, в котором вы могли бы обрести силы Героического Духа и использовать их в бою, не будучи побежденным эго Героического Духа.

— И мы были перенесены Рейшифтом сюда, в Японский город Фуюки, в 2004 год, — заключила Маш. — Никакие другие кандидаты в Мастера не прошли Рейшифт вместе с нами. — Она моргнула и посмотрела на меня. — Ах, по крайней мере, мы так думали. Вы и мисс Тейлор — единственные люди, которых мы видели до сих пор, но если вы оба здесь, то это должно означать, что остальные тоже могут быть здесь.

—… Это возможно, но я не думаю, что это вероятно, — задумчиво произнесла Директор.

Маш снова моргнула.

— Директор?

— Эберт, — вместо этого Директор повернулась ко мне, — ты ведь не была в своем гробу, когда случился Рейшифт, не так ли?

— Нет, — сказала я. — Меня придавило какими-то обломками.

Мой гроб был сломан, и я выпала из него, и в хаосе я не смогла сориентироваться достаточно быстро, чтобы избежать рушащегося потолка, упавшего на меня сверху. Не полностью.

— Я так и думала, — сказала Директор. — Это означает, что, по всей вероятности, мы здесь единственные. Нет, я в этом уверена.

— Что вы имеете в виду? — спросила Маш.

Директор обвела рукой группу.

— У каждого из нас здесь есть одна общая черта. Никто из нас не был в гробу, когда произошел Рейшифт. У Рейшифта без гроба Кляйна гораздо более высокий процент неудач, и именно поэтому у нас на первом месте был более безопасный способ, но технически это не невозможно. Все остальные были бы в своих гробах, так что на самом деле они никогда не подвергались Рейшифту. Мы здесь одни.

— Понятно. Вот почему вы Директор.

— На вас действительно можно положиться, когда вы спокойны, директор, — сказала Рика с улыбкой.

— Что это должно означать? — прорычала Директор. — Вы хотите сказать, что обычно я не спокойна?

Я кашлянула, чтобы спрятать улыбку за кулаком.

— Директор, — вмешался ее брат, — означает ли это, что вы не должны были переместится с помощью Рейшифта?

Директор посмотрела на Рику, но отвела взгляд, чтобы обратиться к Рицуке.

— Ты думаешь, это странно? Я директор Халдеи. Я твой командир. Последнее место, где я должна быть, — это в гуще событий на передовой.

И все же, она была здесь.

Маш, близнецы и я — все были в комнате Рейшифта. Маш и я, потому что мы там были до взрыва, близнецы, потому что они пришли, чтобы попытаться спасти всех, кого смогут, из-под обломков. Как бы то ни было, мы все были в комнате, когда нас переместило Рейшифтом.

Где именно была Директор? Могла ли она быть оглушена или находиться без сознания, когда всё это произошло? Запертая с нами в комнате, без сознания?

Она, должна была быть в таком состоянии, раз сейчас находится здесь, с нами.

— В любом случае, нашей первой целью должно быть создание базового лагеря, — сказала я.

— Я знаю это! — рявкнула Директор. Она повернулась к близнецам. — Слушайте! Это не идеально, но это чрезвычайная ситуация, поэтому я временно одобряю ваш контракт с Маш и принимаю вас в качестве Мастеров Халдеи! Это означает, что с этого момента вы будете следовать моим приказам. Понятно?

— Понятно, — сказал Рицука в тот момент, когда его сестра отсалютовала и рявкнула:

— Вас поняла, босс!

Директор печально вздохнула, но ничего не сказала.

— Хорошо, тогда нам нужно найти Лей-линию, место, где сходится магическая энергия. Оттуда мы сможем установить связь с Халдеей. В случае с этим городом, вероятно, это было бы…

Маш многозначительно кашлянула.

— Директор?

— Что?

Маш указала на дорогу у нас под ногами.

— Это прямо здесь. Здесь находиться Лей-линия.

— Что? — И затем, когда она переварила эти слова, лицо Директора стало ярко-красным. — Я — я имею в виду, я это уже знала! Я знала это с самого начала! О -конечно, всё так и было!

— Директор вроде как безнадежна, не так ли? — Пробормотала Рика. Ее брат ткнул ее локтем в бок.

— Маш, положи свой щит на землю! — приказала Директор громче, чем ей действительно было нужно. — Я собираюсь создать круг призыва, используя твой Благородный Фантазм в качестве катализатора!

— Поняла, Директор.

Маш осторожно разместила свой гигантский щит на самом чистом участке асфальта, который смогла найти, и Директор приступила к составлению круга призыва. Я наблюдала со стороны, скрестив руки на груди, чувствуя себя немного не в своей тарелке, но внимательно следя за всем происходящим.

Волшебство… Учитывая, что у меня больше не было моих способностей, я могла только пожелать, чтобы у меня было больше таланта к этому. Было всего два года, когда я лихорадочно вбивала в свою голову все, что могла, чтобы преодолеть пропасть между мной и даже самым средним из обычных магов.

Когда все было готово, Директор отступила назад и кивнула.

— Хорошо. Теперь вам просто нужно —

Бип-бип

С запястья Рицуки раздался звуковой сигнал, и мгновение спустя над щитом Маш вспыхнула голограмма, на которой был изображён измотанный доктор Романи Архиман, обращенный лицом к Рицуке.

— Слава богу! — сказал он. — Мне удалось восстановить связь! Рицука, Рика, Маш! Вы трое все еще в порядке! Я так рад.

— Доктор Роман! — Закричала Рика.

— Тебе удалось обеспечить связь, хорошая работа, — сказал Роман. — Теперь мы должны быть в состоянии нормально общаться, даже присылать вам пайки, —ась?

Он посмотрел на меня. Голограмма повернулась, пока она не оказался прямо передо мной.

— Тейлор? Ты тоже там? Но тогда… Нет, ты тоже не была в своем гробу? Я думаю, это объясняет ровные жизненные показатели…

— Романи! — рявкнула директор. Романи вздрогнул. — Почему именно ты сидишь в этом кресле? Где Лев?

— Директор, вы …!

— Лев, Роман. Подключи его. Он следующий в очереди за мной, если со мной что-то случиться.

— Э-э… — Роман слегка вздохнул и ненадолго закрыл глаза. — Профессор Лев был в командной рубке. Он был прямо там, когда прогремел взрыв. Извините, директор, но я не понимаю, как он мог это пережить. Я тоже так думал.… Но с вами, очевидно, все в порядке.

Директор выглядела так словно из неё вырвали стержень. Её лицо побледнело, поза ослабла, и единственное, что сорвалось с ее губ, был тихий хрип, который мог быть неудачной попыткой спросить «что?»

— Доктор, — сказала я, подходя, пока она приходила в себя, — каково положение вещей? Должна быть дюжина других людей, которые должны взять управление в свои руки до того, как это сделаете вы.

— На самом деле, примерно столько у нас осталось людей, — мрачно сказал доктор Роман. — Мы все еще разбираем завалы, где можем, но у нас осталось около двадцати человек. Причина, по которой я сейчас главный, заключается в том, что нет никого более квалифицированного, чтобы занять эту должность.

Дрожь пробежала по моему животу, и мой рот дернулся, когда я попыталась осознать это. Штат из более чем двухсот человек, и за время одной атаки почти все они погибли?

Кто или что напало на Халдею, как они смогли так быстро убить так много людей?

— Двадцать? — выдохнула Директор. — А как же — кандидаты в Мастера. В каком они состоянии?

— В критическом все сорок шесть… ах, то есть, все сорок пять из них. Нам не хватает как медицинского персонала, так и припасов, так что даже если мы допустим худшее, мы, возможно, не сможем спасти стольких из них…

— Вы называете себя врачом? — потребовала ответа Директор. — Во всех гробах есть встроенные функции криоконсервации! Вы можете побеспокоиться о том, чтобы реанимировать их всех позже. На данный момент ваш главный приоритет — спасти как можно больше жизней!

Рот Романи открылся, глаза расширились, а затем он хлопнул себя рукой по лбу.

— Ах да, я такой глупый! Не могу поверить, что забыл об этом! — Он немедленно вскочил со стула, и его голос донесся до нас: — Я займусь этим прямо сейчас! Пожалуйста, подождите!

Голограмма пустого стула больше не парила в воздухе перед нами.

— Я немного удивлена, Директор, — тихо прокомментировала Маш. — Криоконсервация без согласия является нарушением международных прав человека, и все же вы пошли на это, не задумываясь.

— Я смогу беспокоиться о чем-то столь бессмысленном позже, — сказала Директор. — Убедиться, что все они выживут, — это самое важное.

Несмотря на то, как она это сказала, ее брови были нахмурены, а линия рта дрожала. В такие моменты, как сейчас, я точно помнила, какой молодой она была, всего на год старше меня, и сколько всего она взвалила на свои плечи, несмотря на это.

Хотя, возможно, у меня был не самый непредвзятый взгляд на это.

В последовавшей неловкой тишине я встала рядом с Директором. Я ничего не сказала, но она посмотрела в мою сторону, и затем напряжение в ее плечах немного ослабло.

Несколько минут спустя Романи вернулся на свое место и со вздохом откинулся на спинку.

— Дело сделано. Остальные кандидаты в Мастера были помещены в криоконсервацию в ожидании попытки реанимировать их позже.

— Хорошо. — Директор кивнула. — В каком состоянии остальная Халдея?

Романи снова вздохнул.

— Нами было потеряно около восьмидесяти процентов функциональности. Мы делаем все возможное, имея под рукой всего двадцать человек, но сейчас персонал может справиться не с таким большим объемом работы как раньше, и мы уже полагаемся на резервные генераторы для поддержания работы. Прямо сейчас мы сосредоточены на ремонте функциональности Рейшифта и обслуживании самой Халдеи и объектива ШЕБА. Без внешних коммуникаций это самое большее, что мы можем сделать.

Губы Директора поджались, но она кивнула.

— Это хорошо. Это именно то, что я бы сейчас делала на твоем месте. Основной упор сделай на Рейшифт. Нам нужно, чтобы вы могли отозвать нас, чтобы мы могли прислать другую команду для урегулирования ситуации. Я собираюсь попросить Эберт попробовать совершить призыв, используя щит Маш, но если мы столкнемся с врагами более высокого уровня, чем эти скелеты, которых мы видели до сих пор, наших текущих сил может не хватить.

Дурное предчувствие пронзило мой желудок, но я сделала все возможное, чтобы не показать этого.

— Тем временем, — продолжала Директор, — мы исследуем причину образования этой Сингулярности.

— Это хорошая идея? — Обеспокоенно спросил Романи. — Даже со Слугой и Полуслугой это будет опасно. В конце концов, изначально мы намеревались отправить целую команду. И это при условии, что система призыва вообще работает должным образом, учитывая, что мы успешно выполнили только три призыва за все время ее существования.

— Не будь смешным, — сказала Директор. — Даже если бы у нас была только Маш, Полуслуги должно быть достаточно, чтобы справиться с монстрами низкого уровня, с которыми мы сталкивались до сих пор. Кроме того, у меня нет намерения пытаться разрешить эту Сингулярность только с помощью того, что мы имеем здесь. Тем не менее, вам потребуется время, чтобы завершить ремонт, и нам нет смысла стоять здесь и ждать, пока вы это сделаете.

— Технически с вами действительно есть два члена команды А, — задумчиво сказал Романи. — Маш, Рицука, Рика, я знаю, что прошу от вас троих многого, но вы думаете, что справитесь с этим?

— Все в порядке, доктор, — сказала Маш.

— Мы завершим это дело прежде, чем ты успеешь оглянуться! — Добавила Рика. Рицука уверенно кивнул, и если Романи заметил сжатые кулаки и дрожащие руки, он никак это не прокомментировал.

Она повернулась ко мне.

— Тейлор…

— Это буквально то, на что я подписалась, — сказала я ей.

Она вздохнула.

— Просто не заставляй себя. И если твоя рука начнет тебя беспокоить —

— Этого не произойдёт, — оборвала я её. Казалось, она поняла намек.

— Я мало что могу сделать отсюда, но я болею за всех вас. Директор, удачи. Если возникнет чрезвычайная ситуация, пожалуйста, свяжитесь со мной.

Директор раздраженно фыркнула, но ничего не прокомментировала. Связь прервалась, и голограмма Романи исчезла. Мы снова были одни.

— Директор, вы уверены, что это правильное решение? — Спросила Маш. — Мы могли бы просто подождать здесь спасения.

— Если бы мы это сделали, я бы никогда не узнала чем всё обернётся от Ассоциации, — сказала Директор. — Хуже того, они могут решить, что во всем этом была моя вина за неправильное управление ситуацией, и отнять у меня Халдею. Черта с два я позволю кучке заносчивых, назойливых стариков отнять мечту моего отца! Мы не вернёмся с пустыми руками!

— Это также не лучшее место, чтобы стоять на месте, — добавила я. — Сидеть на открытом месте — значит напрашиваться на то, чтобы на нас снова напали.

Директор кивнула.

— Верно. Мы не можем оставаться здесь, несмотря ни на что, поэтому мы могли бы также начать расследование, чтобы вся эта ситуация не была для нас кромешным мраком. Хотя перед всем этим…

Она повернулась ко мне.

— Я знаю, что все идет не совсем так, как мы тебе говорили, но нам нужно чтобы ты призвала Слугу.

Глава III: Ограничения

— Предполагалось, что мы будем делать это с надлежащим катализатором, проворчала Директор. — По крайней мере, тогда у нас могло бы быть приличное представление о том, какой Героический Дух будет призван. Предполагалось, что у нас будет больше контроля.

Она скрестила одну руку на груди, обхватив локоть другой, покусывая кончик ногтя на большом пальце и нахмурив брови. Я несколько раз видела, как она так делала, когда волновалась или переживала, или длительно размышляла по поводу проблемы, которую не могла решить.

— Тьфу. Ничего не поделаешь. Вся эта ситуация — один большой беспорядок, и я бы чувствовала себя намного лучше, если бы у нас было больше, чем просто один Полуслуга, чтобы защищать нас.

— Директор, — сказала Маш, — если моя боевая эффективность вызывает беспокойство, я все еще функционирую оптимально. Если мы столкнемся с большим количеством врагов такого уровня, я смогу справиться со всеми без каких-либо проблем.

— Именно! — сказала Директор. — Именно в этом-то и проблема! Если мы столкнемся с большим количеством врагов такого уровня. Я знаю, я только что сказала, что Маш справится с этим, но это только в том случае, если мы не столкнемся с чем-нибудь пострашнее. Ты же помнишь ситуацию, в которой мы находимся, верно?

— Горящий город? — Предложила Рика.

— Нет! Вы что, не обратили никакого внимания на брифинг? Тьфу! — Директор с отвращением вздохнула. — Это Фуюки, Япония, 2004 год. Согласно записям Халдеи, это место проведения ритуала, известного как Война за Святой Грааль.

— Война за Святой Грааль? — Спросил Рицука.

Директор ущипнула себя за переносицу.

— Вот почему я предпочитаю выбирать людей из Ассоциации. Они могут быть группой студентов, которые думают, что знают больше, чем на самом деле, но, по крайней мере, их база знаний достаточно хороша, чтобы мне не приходилось объяснять все каждые несколько минут. Но нет, это совместная инициатива с ООН, поэтому я должна принять любого кандидата в Мастера, который демонстрирует хотя бы потенциал в бытии Мастером, независимо от того, насколько он совершенно невежествен.

— Эй! — Взвизгнула Рика.

Директор указала на меня.

— Эберт. Объясни, пожалуйста.

Я выдохнула через ноздри.

— Семь Мастеров в паре с семью слугами, — коротко объяснила я. — Королевская битва между ними, и пара-победитель получит исполнение своего желания от Святого Грааля.

Близнецы уставились на меня.

— ... Это все?

Рика фыркнула.

— Я ожидала, что изложение будет как минимум в трех абзацах.

Мои губы плотно сжались.

Не то чтобы я была экспертом в этом вопросе. Я понимала основную предпосылку и самую важную механику, но я знала только то, что мне объяснили. Королевская битва между Героическими Духами, призванными в качестве Слуг, управляемыми Мастерами, владеющими Командными Заклинаниями, и все это за приз в виде загаданного желания на Святом Граале. Мне не нужно было знать, как работают все детали, чтобы понять важные части.

— Это огромное упрощение, но если бы мы потратили время на то, чтобы охватить все детали, мы сидели бы здесь часами, — сказала Директор. — Важный факт состоит в том что: семь слуг без Мастеров не смогли бы остаться в этом мире, и, глядя на состояние этого города, все Мастера, вероятно, мертвы.

Она оглядела горящий мегаполис, и мне пришлось согласиться. Если бы здесь был кто-нибудь живой.… Что ж, если мы еще не наткнулись на них, то либо мы вообще не наткнёмся, либо они, вероятно, будут врагами.

— Обычно это должно означать, что нам не нужно беспокоиться о слугах, — продолжила Директор. — Но это Сингулярность, что означает, что где-то что-то пошло не так, поэтому ни одно из наших предположений не является надежным. Вполне возможно, что мы можем не встретить Слуг, или же мы можем столкнуться с несколькими. В любом случае, полагаться исключительно на Маш, чтобы отбиться от них всех, было бы глупостью высочайшего уровня!

— Тогда не должны ли мы призвать как можно больше наших собственных Слуг? — Обеспокоенно спросил Рицука.

— Именно для этого и предназначалась команда А! — огрызнулась Директор. — Тьфу! Нет, Мастера могут содержать только ограниченное количество слуг одновременно! Как правило, это только один, но если бы Халдея работала на полную мощность, мы могли бы обойтись тремя или четырьмя. Однако сейчас мы не можем слишком нагружать резервные генераторы, поэтому пытаться задействовать больше одного слишком рискованно.

Рука Рики взметнулась в воздух. Директор свирепо посмотрела на нее.

— Опусти руку. Тут не школа.

— Не могли бы мы каждый попытаться вызвать слугу? — спросила Рика. — Я имею в виду, нас трое. Не лучше ли было бы иметь по одному у каждого?

Директор секунду переводила взгляд с одной на другого, затем снова посмотрела на меня и, наконец, покачала головой.

— Нет, — сказала она. — Во-первых, разве я только что не говорила, что мы можем безопасно попробовать только одно? Боже! Во-вторых, вы двое уже поддерживаете контракт с Маш между вами двумя, не так ли? Последнее, что мне нужно, чтобы кто-то из вас делал в подобной ситуации, так это слишком напрягался!

— Все было немного поспешно, поэтому контракт был разделен поровну между ними, — подтвердила Маш. — Извините, Директор.

— Все это с самого начала было одним гигантским беспорядком, — проворчала Директор. — Эберт! Мы больше не можем тратить время. У нас нет катализатора, который упростил бы ситуацию, поэтому нам просто остается надеяться, что тот, кого ты призовешь, будет хотя бы немного полезен.

Я выдохнула через нос. Мой желудок слегка скрутило.

— Поняла, Директор.

Она отошла от щита, лежащего плашмя на земле, когда я подошла ближе, и остальные последовали ее примеру.

— Ты помнишь заклинание, верно? — спросила она.

— Вам не нужно беспокоиться. Я запомнила его.

Она прикусила нижнюю губу, но кивнула, и я повернулась к щиту и начертанному вокруг него магическому кругу, протягивая руку.

— Твоя Сущность из Серебра и Стали, — начала я, а затем медленно и тщательно прочитала все заклинание.

Это звучало как полная бессмыслица, и я чувствовала себя немного глупо, пересказывая это. Драгоценные камни и Эрцгерцог Контрактов, предки и гроссмейстеры, разветвленные дороги и королевства, поднявшийся ветер и стены. Возможно, это что-то значило для людей, создавших заклинание, но для меня это просто казалось тарабарщиной, нанизанной на смутно связные предложения.

На протяжении всего этого я наблюдала, как загорается круг, как светятся линии и символы, соединяясь с духовным меридианом под нашими ногами — лей-линией, и когда я узнала об этом, мне захотелось рассмеяться. Сейчас мне было не до смеха. Если бы мое внимание не было так сосредоточено на бессмыслице, извергаемой моими устами, меня могло бы даже затошнить.

— Пусть при каждом повторении будет пятикратное совершенство, и пусть совершенство разрушается.

У каждого члена команды А был по крайней мере предпочтительный класс Слуг, которых они намеревались призвать, если не предпочтительный Героический Дух. Я надеялась заполучить катализатор для кого-нибудь из одного из так называемых рыцарских классов вроде Сейбера, Лансера и Арчера или для призыва определённого героического духа вроде короля Артура или Ахиллеса, может быть, Геракла. Не Ассасина, потому что такой Слуга слишком сильно влиял на мои сильные стороны и образ мышления, от которого я пыталась избавиться.

Больше всего я боялась призыва, основанного на совместимости, вообще без катализатора. Потому что была пара Героических Духов, которых я боялась вызывать, как из-за последствий, которые они несли с собой, так и из-за образа мышления, который они могли бы поощрять просто своим существованием.

— Прибудь из Кольца Устрашения, о Хранитель Равновесия!

Светящийся круг вспыхнул, разрастаясь, наполняясь и расширяясь, и на мгновение возникло ощущение, что я заглядываю сквозь завесу реальности, когда на другой стороне замаячило чье-то присутствие, готовое пройти и проявиться, смотрящее прямо на меня, как будто оно могло заглянуть в мою душу. Где-то в стороне Маш громко ахнула, а Директор в предвкушении резко вдохнула. Рика издала звук радостного удивления, как ребенок в кондитерской. Мое собственное сердце стучало в груди так громко, что я была поражена, что другие не могли его услышать.

А затем свечение замерцало, потускнело и, внезапно и необъяснимо погасло, когда круг стал инертным. Дверь, ведущая к Трону Героев, закрылась, и перед всеми нами не было ничего, кроме пустого воздуха.

На несколько секунд между нами повисла тяжелая тишина. Что-то похожее на разочарование скрутилось у меня в животе.

— Что? — недоверчиво пробормотала Директор.

— Это ... должно было случиться? — спросил Рицука.

— Я никого не вижу, — прокомментировала Рика, поворачивая голову и оглядываясь по сторонам. — О! Может быть, он невидимый!

— Семпай, — устало сказала Маш.

— Нет! — рявкнула Директор. — Нет, это не то, что должно было произойти!

Она подошла ко мне и схватила мою руку, сначала протянутую, а затем ту, что была сбоку, осматривая тыльную сторону, и когда она закончила, она отпустила ее и пробормотала.

— Командных Заклинаний нигде нет, — разочарованно сказала она. — Я не понимаю — твой потенциал к бытию Мастером был одним из самых высоких во всей Команде А! Только Водим и Фамрсолон набрали больше очков! Это должно было быть самым простым призывом, который мы когда-либо проводили!

Ее большой палец вернулся ко рту, и она снова принялась грызть ноготь.

— Я не понимаю, — пробормотала она. — Почему это не сработало? Конечно, это место не идеально, но теория верна, и эта Сингулярность — это место где легче вызвать Слугу, чем в Халдее. Это недостаток в системе или… Нет, может быть, это как-то связано с тем, что функциональность Халдеи так сильно сокращена? Черт возьми, жаль, что Льва здесь нет, он бы знал.

— Может быть, вам стоит попробовать следующей, Директор? — Предложил Рицука.

Я поморщилась, когда рот Директора захлопнулся так сильно и быстро, что был слышен стук ее скрежещущих зубов. Он не мог знать, поэтому я не могла винить его за это, но он только что наступил на одну из ее самых больных мозолей.

— У меня нет никаких способностей к бытию Мастером, — выдавила Директор, как будто признание этого причинило ей физическую боль.

— Что? То есть вообще никаких? — Спросила Рика. — Директор Халдеи не может быть Мастером?

— Я только минуту назад сказала вам, что моя работа не в том, чтобы быть на передовой! — прорычала Директор. — Значит, не должно было иметь значения, есть у меня способности Мастера или нет, не так ли?

— Директор, — сказала Маш, пытаясь разрядить ситуацию, — может быть, нам стоит попробовать еще раз? Возможно, система просто не была подготовлена к призыву, или, возможно, при существующем положении вещей нам просто нужно попробовать еще раз или два, прежде чем это сработает.

Директор проглотила все, что собиралась сказать, и вместо этого покачала головой.

— Нет. В чем бы ни заключалась проблема, ее нельзя решить, ударяясь головой о стену, в попытках заставить ее работать. Стоять здесь и выкрикивать заклинание снова и снова — просто пустая трата времени.

— Может быть, Сэмпай сделала что-то не так? — Нерешительно предположила Рика.

— Семпай? — Недоверчиво переспросила я.

Рицука терпеливо улыбнулся мне.

— Ну, ты самый старший Мастер в этой команде, верно?

— Тейлор выбрали членом команды А, самой элитной команды в Халдее, — холодно сказала Директор. — Ее завербовали на начальных этапах, когда мы были очень избирательны в выборе кандидатов. Только лучшие из лучших были приняты в качестве потенциальных Мастеров. Вас двоих забрали с улицы, чтобы заполнить последние несколько мест в нашем списке.

— Верно. Семпай — Самая сильная. Всё затыкаюсь, — защебетала Рика.

Рицука устало вздохнул.

— Директор, — сказала я так мягко, как только могла, одновременно сохраняя твердость, — они новобранцы.

Будьте с ними полегче, этого я не произнесла. Мне нравилось думать, что она меня услышала, в любом случае.

Директор поморщилась.

— Верно, — пробормотала она. — В этом нет смысла. Я просто трачу время и энергию, заводясь из-за этих неофитов.

— Gesundheit (*здорово. Прим. Сопереводчика: По факту, аналог нашего: "будьте здоровы"). — Сказала Рика.

— Это был не комплимент, ты —! — Директор взяла себя в руки. — Ты японка, откуда ты вообще знаешь, как употреблять это слово ...

— Если мы не собираемся пытаться снова, нам следует начать наше расследование, — сказала я, возвращая разговор в нужное русло. — Нам также следует искать стабильную базу для операций. Место, где мы сможем укрыться на случай, если это затянется на дни, а не на часы.

— Ты права, — признала Директор. — Да, конечно, права. Хотя, учитывая состояние города, возможно, не найдется достаточно безопасного места, чтобы отдохнуть сколько-нибудь заметное время.

В частном порядке я тоже беспокоилась об этом. Было приятно узнать, что Романи был жив и здоров и работает над тем, чтобы вытащить нас отсюда, это дало мне осязаемую цель выжить, но потеря восьмидесяти процентов функциональности "Халдеи" и персонала только растянула бы сроки ремонта, необходимого для возвращения нас на базу. Без точной оценки того, сколько времени это займет, мы действительно понятия не имели, как долго нам придется выживать в этой адской дыре.

— Мы побеспокоимся об этом, когда придет время. Сейчас нам нужно знать, где мы находимся и куда направляемся.

Директор поджала губы.

— Записи показали, что в Фуюки было два основных района, которые делили город пополам. Более новая половина была мегаполисом с офисными зданиями, торговыми центрами и прочими подобными местами. Он был ориентирован больше на бизнес и коммерцию. Старая половина была почти исключительно жилой, с некоторыми домами, построенными в викторианскую эпоху или, гм, ... времена Реставрации Мэйдзи?

— Революция, которая вернула императору номинальную власть, — услужливо добавил Рицука. — Это был конец изоляционистской политики Японии, которым могущественные страны Запада воспользовались для налаживания торговли.

Директор посмотрела на него, как будто не была уверена, хвалить его или нет за предоставленную полезную информацию.

— В любом случае, мы находимся в современной деловой части города, — сказала Директор. Она указала на здания вокруг нас, состоящие в основном из современных высоток и небоскребов. — Другая половина, жилой район, будет за рекой, которая разделяет город надвое. Нам придется перейти мост, чтобы добраться туда.

Я кивнула.

— Достопримечательности?

— Должно быть четыре основных области, на которые мы хотели бы обратить внимание, — сказала директор. — Согласно записям, было четыре возможных места, где Святой Грааль мог проявиться в конце Войны за Грааль, четыре горячие точки, где сходились лей-линии и магическая сила была достаточно плотной, чтобы поддерживать его. Одна из них будет на горе, на дальней окраине города, за пределами жилого района.

Я поморщилась и посмотрел налево, но тут же почувствовала себя глупо, потому что понятия не имела, правильное ли это направление.

— Это будет долгая прогулка.

— Тем более, что это, вероятно, будет нашим лучшим способом выяснить, что произошло в этой Сингулярности, — добавила Директор.

— У меня болят ноги при одной мысли об этом, — захныкала Рика.

Я снова повернулась к Директору.

— Остальные три?

Она указала на землю у нас под ногами.

— Есть одна, которая должна быть где-то здесь, но я думаю, мы можем ее исключить. Если это был источник, здесь должно было быть гораздо больше, чем просто несколько скелетов. В жилом районе за рекой есть еще одна. Второй владелец города построил свой дом на ее вершине.

— Второй владелец? — защебетала Рика. Директор вздохнула.

— Второй Владелец — семья магов, которым было доверено управление важной духовной территорией, Сэмпай, — терпеливо объяснила Маш. — Они выбраны Ассоциацией Магов для управления всеми магическими явлениями, которые происходят в этом месте. Для такого города, как Фуюки, поддержать такое масштабное событие, как Война за Святой Грааль… Директор, разве это не сделало бы эту землю одной из самых магически активных в стране?

— Чего бы это на самом деле ни стоило, — сказала Директор. — Несмотря на то, что Япония является островным государством, она печально известна своей духовной бедностью, вплоть до того, что во всей стране действительно есть только два места, пригодных для проведения крупномасштабных ритуалов, таких как Война за Святой Грааль. Это одна из причин, почему Ассоциация так мало интересуется ей — или магами, которые происходят из неё.

— Я чувствую, что должна быть оскорблена, — прокомментировала Рика.

Директор изогнула бровь.

— О? Так вот что нужно, чтобы заставить вас обратить внимание.

— Это третья, — отметила я, пытаясь предотвратить очередную конфронтацию. — Где четвертая точка?

— Старая католическая Церковь, — сказала Директор. — На окраине города, по эту сторону реки, должна быть церковь. Это последнее возможное место, где Грааль может сформироваться в конце ритуала, поэтому, по крайней мере, мы должны проверить его и убедиться, что там не происходит ничего интересного.

Мои губы вытянулись в хмурую линию.

— Вы думаете, что там ничего не будет?

Директор медленно выдохнула через нос.

"Смирившаяся" - хорошее слово для обозначения того чувства, которое я от нее услышала.

— Это возможно, но я сомневаюсь, что мы найдем что-нибудь, кроме, возможно, новых скелетов. Если в этой Сингулярности еще остались Слуги, они могли выбрать ее как место для укрытия. Однако, я полагаю, что мы мало что найдем в одном из трех других мест. Что бы здесь ни происходило, наиболее вероятным местом его эпицентра является гора на дальней окраине города.

Вероятно, она была права. Нет, даже зная так мало о функциях магии и ее практиках, у меня было ощущение, что она была абсолютно права. Церковь, дом Второго Владельца, каким бы ни был последний район поблизости, они не обязательно были плохими местами. На самом деле, поскольку они, по-видимому, были такими значимыми, они могли бы стать для нас хорошими местами, чтобы, так сказать, водрузить наш флаг и присесть на корточки, когда нам понадобится хороший, длительный отдых.

Но если бы я была кем-то, кто вмешивался в историю? Если бы я хотела достаточно сильно все испортить и максимально затруднить распутывание всего этого? Я бы не выбрала ни одно из этих мест. Слишком легко получить доступ. Слишком легко добраться. Хорошие места для засады, если бы у меня все еще была моя сила. Достаточно мест, чтобы спрятать ловушки, сплести тонкие нити, о которые любой враг может споткнуться и запутаться.

Несмотря на это, гора… Это было лучшее место. Отдаленное, гораздо менее гостеприимное, чем остальной город, предположительно изобилующее растительностью и еще большим количеством мест для сокрытия ловушек. К тому же, самое защищенное место. Не так удобно, как пентхаус в городе или особняк в жилом районе, но это только улучшало ситуацию, потому что это был менее очевидный выбор.

Несмотря на это…

— Мы все равно должны их проверить, — сказала я. — Все, просто чтобы убедиться.

Не помешало бы быть доскональными.

Губы Директора поджались, но она кивнула.

— Сначала ближайшее, потом церковь. Если мы ничего не найдем, мы перейдем реку и проверим дом Второго Владельца.

— Отдохнем, даже немного поспим, если сможем, — добавила я.

— После мы проверим гору.

Я кивнула.

— Первым делом пойдём к ближайшему?

— Именно, — согласилась она, а затем повернулась к Маш. — Маш, ты впереди. Я доверяю тебе нашу безопасность, поняла? Если что-то нападет, тебе придется справиться с этим и защитить нас.

— Поняла, Директор! — Сказала Маш.

Директор указала в неопределенном направлении, на извилистую тропинку, обрамленную с обеих сторон невысокими языками пламени. Я смогла разглядеть то, что выглядело как боковая дорога, или, по крайней мере, та, что ответвлялась от главной дороги, на которой мы сейчас стояли.

— Это должно быть примерно в полумиле в том направлении, — уверенно сказала она. — В 2004 году… Это был общественный центр.

— Понятно.

Маш наклонилась и подняла свой массивный щит, размахивая им так, словно это была не более чем игрушка. Даже видя, как она это делает раньше.… Ну, нет, может быть, я и не была так уж удивлена, в конце концов, просто в наши дни не привыкла к случайным проявлениям сверхчеловеческой силы. Прошло два года с тех пор, как я в последний раз видела что-либо, напоминающее кейпов-Бугаёв, которых я знала в молодые годы.

Черт возьми, это заставило меня почувствовать себя старой, а мне едва исполнилось двадцать.

Маш повернулась в направлении первой точки и посмотрела на нас через плечо.

— Пожалуйста, держитесь позади меня, мастера, Директор, мисс Тейлор. Я буду защищать вас ценой своей жизни.

Так началось наше исследование Сингулярности F.

Глава IV: Обязательства по контракту

— Битва завершена, Мастер, Директор, — сообщила Маш, опуская нижнюю часть своего щита на землю. Последний из скелетов превратился в пыль.

— Хорошая работа, Маш! — Радостно сказал Рицука.

— Вау, ты такая потрясающая, Маш! — Добавила Рика. — У тебя это вышло так просто!

Маш застенчиво улыбнулась, и меня поразило, что это, должно быть, была самая честная улыбка, которую я когда-либо видела на её лице. Как жестоко было то, что она появилась только здесь и сейчас.

— И здесь тоже, — задумчиво произнесла Директор, нахмурив брови.

— Они были и на другом месте, — сказала я. — Они, должно быть, связаны.

— Ты имеешь в виду, чем больше появляется скелетов, тем плотнее концентрация магической энергии? — задумчиво произнесла Директор, подперев рукой подбородок. — Это начинает выглядеть именно так. Хотя это странно. Обычно, когда заходит разговор о оживших трупах, вы ожидаете найти какого-нибудь некроманта. Но мы пока даже не встретили другого живого человека, не говоря уже о маге, который может стоять за этим.

Если бы я перевела это как Сверхспособности, какими они были мне знакомы, это означало бы, что не должно быть никаких приспешников без Властелина, который мог бы порождать и контролировать их — никаких гоблинов без Нилбога, никаких призраков без Крестоносца, никаких злых клонов без Ехидны. Это было то, что имело смысл для меня.

Конечно, это не означало, что магия обязательно следует той же логике, которую я изучала последние два года.

— Могла ли сама магическая энергия оживить их?

Директор открыла рот, сделала паузу, а затем с отвращением вздохнула.

— Мне очень хочется сказать "нет", но здесь с самого начала ничего не имеет смысла! Тьфу! Таким образом, вполне возможно, что какое-то магическое явление повлияло на лей-линии, и любые точки связи вызывают спонтанную реанимацию человеческих останков.

— Может быть, это Слуга? — Предположила я.

Директор хмыкнула.

— В таком случае это должен быть Кастер, и если у него есть диапазон, позволяющий контролировать своих фамильяров с такого расстояния, ничто не помешает ему сокрушить нас таким же образом, — сказала она. — В противном случае Романи уведомил бы нас о присутствии Слуги. — Она снова сделала паузу и поморщилась. — Если ... датчики всё ещё работают должным образом.

— Доктор Роман смог отсканировать мой Святой граф ранее, — вмешалась Маш.

Директор покачала головой.

— Тогда, даже если радиус действия был уменьшен, любой слуга, находящийся поблизости и способный натравить на нас фамильяров, был бы зарегистрирован сенсорами. Кроме того ...

Она посмотрела на руины церкви, груду обломков, настолько разрушенную, что от одной стены почти ничего не осталось, не говоря уже о целом здании. Остатки всё ещё тлели, поскольку то, что осталось от кафедры и скамей, сгорело дотла.

Здесь было не лучше, чем в остальной части города. На самом деле, казалось, что кто-то специально приложил все усилия, чтобы снести именно это здание, разнеся его вдребезги. Или, может быть, это была просто жертва какого-то более раннего сражения, разнесенная на куски, когда пара Слуг решила разобрать её внутри.

Возможно, двум разным слугам пришла в голову одна и та же идея, и они покончили с собой, сражаясь за то, кому достанется недвижимость.

Вероятно, это было принятие желаемого за действительное.

— ... совершенно очевидно, что здесь никто не прячется, не так ли?

— Если они и были, то их больше нет, — согласилась я.

Бип-бип!

Браслет на запястье Рицуки зазвенел, и мгновение спустя в воздухе появился призрак Романи. Директор зарычала.

— Что теперь, Романи...

— Директор! — Романи перебил её. — Я обнаруживаю присутствие Слуги поблизости от вашего местонахождения!

Все немедленно насторожились, и Маш поспешила вперед, встав между группой и дорогой, с которой мы пришли, и выставила свой щит, как баррикаду.

— Все, пожалуйста, спрячьтесь за меня!

Никто не задал ей вопросов, мы все просто сгрудились за массивной формой её щита, затихнув в ожидании. У меня была мысль, что она, возможно, смотрит в неправильном направлении, но если в ней слились инстинкты Героического Духа, тела и души, то она, вероятно, знала об этом лучше, чем я.

Я всё равно заглянула за тлеющие угли разрушенной церкви и ничего не нашла.

Это заставило меня почувствовать себя беспомощной, стоя здесь позади девочки-подростка, которая участвовала в общей сложности, может быть, в полудюжине настоящих драк за всю свою жизнь, неспособная сделать что-либо ещё. Я недооценила, насколько бессильным заставит меня чувствовать себя Властелин вместо непосредственного бойца, и мне это совсем не понравилось.

Мгновение спустя, грызя ногти, Романи смущенно хмыкнул.

— Ха? Оно исчезло?

Напряжение спало, как воздух из воздушного шарика, и звук, вырвавшийся из горла Директора, прозвучал так же.

— Романи! Ты неправильно истолковал показания сенсора, болван?

— П-простите меня, Директор, но там был Слуга, в этом нет сомнений! — Быстро сказал Романи. — Он появился внезапно, задержался на несколько секунд, а затем ушел! Почти как ...

— Слуга пришёл понаблюдать за нами, — поняла я.

Для…чего? Оценить боеспособность? Или просто взглянуть на незнакомцев, которые появились там, где их быть не должно? Нет, мы не могли позволить себе дать этому таинственному Слуге презумпцию невиновности. Мы должны были предположить, что

это враг, который пришел сюда, чтобы разведать нас и оценить по достоинству.

Директор повернулась к нему с широко раскрытыми глазами.

— Романи, — сказала она тише и с ноткой беспокойства в голосе, — ты уверен, что просто не перепутал показания датчиков?

— Я уверен, директор, — сказал Романи.

— О нет, — простонала Директор. Она снова начала грызть ноготь большого пальца. — О нет, о нет, о нет. Это плохо. Здесь не должно было быть никаких Слуг, с которыми нам пришлось бы сражаться. Мы никак не можем одолеть полноценного Слугу, поскольку у нас есть всего лишь Полуслуга вроде Маш.

— Что не так с Маш? — Спросил Рицука.

Директор резко повернулась к нему.

— Что плохого в том, что ты серьезно спрашиваешь об этом? Во-первых, ты видишь у неё какое-нибудь оружие? — Она указала на Маш одной рукой. — Во вторых: в битве между Слугами происходит битва между Благородными Фантазмами, и Маш даже не знает имени своего! Если у этого Слуги есть Антиармейский Благородный Фантазм, мы все будем мертвы!

— Директор. — Я положила ладонь на ее поднятую руку и мягко опустила ее. — Успокойтесь.

— Успокоиться? — Затем она набросилась на меня. — Как я могу успокоиться? Как только этот Слуга вернется, мы ничего не сможем сделать!

— И паника ничего в этом не изменит.

— Я не паникую! — отрезала Директор.

— Отчасти да, — сказала Рика с неуверенной улыбкой.

— Это не так!

— Всё в порядке, — добавила Рика, — на самом деле я тоже очень напугана.

— Первое, из сказанного тобой, что имеет смысл! — сказала Директор.

— Директор, подождите, это несправедливо, — начал Рицука.

— Справедливо? — крикнула она. — Всё это несправедливо! Всё это неправильно! За весь день ничего не пошло как надо! Лев м...мё- ...! Халдея в руинах! Почти весь персонал исчез, и я застряла здесь с недоделанным Слугой, у которой контракт с двумя новичками, которые не знают Командного заклинания из Мистического Кода ... !

— Все, пожалуйста, остановитесь! — Крикнула Маш, и все остальные немедленно замолчали. — Директор. Вы правы, эта ситуация не идеальна. Однако, пожалуйста, верьте в меня. Я всё ещё выступаю на оптимальном уровне.

— Пока не было никаких существенных колебаний в её показаниях, — добавил Романи.

— Я понимаю, что не оправдываю всех ожиданий, которые возлагались на меня в связи с этим проектом, — твердо продолжила Маш, — но даже в этом случае, я думаю… Нет, я знаю, что смогу справиться с любым Слугой, с которым мы можем столкнуться. Пока у меня есть поддержка моих Мастеров, мы справимся с этим.

Наступила минута долгого молчания. Где-то в середине всего этого Рицука и Рика встали по обе стороны от Маш, как бы придавая вес её словам, стоя напротив Директора, а я оказалась посередине.

Позиция посредника… В этом было что-то мрачно-ироничное.

— Нам нужно продолжать расследование, — наконец сказала я. — Если этот Слуга не напал, это означает, что он, вероятно, не уверен, что сможет нас победить. Если это так, то на их месте я бы либо перегруппировалась, чтобы найти более выгодную позицию, либо отправилась за подкреплением.

Маш нахмурилась.

— Если несколько слуг объединятся и нападут на нас ...

Директор сделала глубокий вдох. Её руки всё ещё дрожали.

— Даже если ты можешь отбиться от одного, сражаться с двумя одновременно - это слишком, — сказала она. Мы все притворились, что не заметили дрожи в её голосе. — Ты права. На данный момент нам лучше всего продолжать двигаться. Даже если бы мы хотели найти хорошее, легко обороняемое место, это определенно не оно.

— Тогда следующая точка интереса? — Предложила я.

— Дом Второго Владельца в жилом районе, — ответила Ольга-Мария. — Для этого нам нужно перейти мост. Так что будь начеку! — Она указала на Маш. — Если мы собираемся попасть в засаду, мост, по сути, идеальное место для этого! Следите за любыми врагами!

Она обвела пальцем группу и остановилась на Рицуке.

— Тебя это тоже касается! Чем больше глаз будет следить за округой, тем меньше шансов, что мы подвергнемся внезапной атаке!

Рика дерзко отсалютовала ей.

— Поняла, леди-босс!

Рицука вздохнул.

— Рика, перестань враждовать с ней, пожалуйста...

Его сестра не ответила, но блеск в её глазах был знакомым.

Похоже на попытку пререкаться с Алеком, подумала я с приглушенной болью. Такая же упрямая и такая же решительная, готовая уколоть, когда только могла.

— В любом случае, если здесь не осталось ничего интересного для расследования, — сказала я, — тогда нам следует двигаться. Маш, тебе нужно взять курс на себя.

— Поняла! — Маш кивнула.

— Директор ...

— Мастера должны быть сразу за ней, — внезапно сказала Директор. — Это лучшая позиция для них, чтобы поддержать её. — Она пригвоздила меня взглядом. — Эберт, это означает, что я доверяю свою защиту тебе.

Я ответила не сразу, просто уставилась в ответ, но её взгляд не дрогнул.

Я не была слепа к тому, что это было проявлением доверия. Но с другой стороны,

Директор уже некоторое время прикрывала мою спину, так что, возможно, не так уж странно, что она так охотно доверяла мне свою.

— Директор, вы уверены, что это хорошая идея? — Обеспокоенно спросил Романи. — Тейлор, в конце концов, не слуга.

Я даже не взглянула в его сторону. Она тоже.

— Понял, директор.

Она кивнула, а затем повернулась к Маш.

— Возвращаемся тем путем, которым мы пришли. Главная дорога, возможно, не в лучшем состоянии, но это будет самый прямой путь к мосту. Если мы будем осторожны и сохраним нашу энергию на случай, если этот Слуга вернется, нам потребуется около полутора часов, чтобы добраться до него. Два, если мы наткнемся еще на каких-нибудь скелетов.

— Если — пробормотала Рика.

Из ноздрей Директора вырвалось раздраженное фырканье, но она не клюнула на наживку.

— Помните. Будьте всё время на чеку. Маш может быть Полуслугой, а не обычной Слугой, но её производительность всё равно упадет, если её Мастер будет выведен из строя. Или, что ещё хуже, убит.

— И, конечно, ваша смерть — это наихудший сценарий, — сказала Рика.

— Это само собой разумеется! Я Директор! Я самый важный человек в этой команде! ...

Каким-то образом нам в конце концов удалось отправиться обратно в город. Материально ничего особо не изменилось, но пока мы шли, в группе царила атмосфера, которой раньше не было. Все украдкой оглядывали здания вокруг нас, независимо от того, какой формы они были, в поисках засады, о которой мы все беспокоились. Каждый уголок и трещинка, каждый темный дверной проем казались зловещими, чего не было раньше, и нервозность притупила даже юмор Рики.

Засада, которой мы все ждали, не произошла. Были большие группы скелетов, которые подстерегали нас на дороге, но они не были более угрожающими, чем раньше, и от них было так же легко избавиться. Маш справлялась с ними с легкостью и апломбом, которые немного напомнили мне Отступника, когда его кейп-именем было Оружейник. Грациозно и умело, с жестокой эффективностью.

Если она и замедлилась, я этого не заметила. Она казалась такой же способной и такой же спокойной, какой была несколько часов назад, когда нас впервые сбросили в эту маленькую причудливую ситуацию.

Преимущество в бытии Слугой, я думаю, даже Полуслугой.

К тому времени, когда показался большой красный мост, мы все ждали, возможной засады. Тем не менее, не было никаких признаков Слуги, который приходил разведать, где мы были, пока мы были у руин старой католической церкви.

— ... В конце концов, это была случайность? — задумчиво пробормотала Директор. — Может быть... нет, просто ошибка в сенсорах? Вспышка, вызванная случайным двойным считыванием духовного происхождения Маш?

Мои губы плотно сжались.

— Мы не можем делать ставку на это.

Она нервно оглядела берега реки. Ни один слуга не материализовался из эфира, чтобы попытаться убить нас, но это мало помогло ей почувствовать себя лучше.

Честно говоря, я тоже ожидала, что на нас сейчас нападут. Мы прошли десятки точек, где Неформалы могли устроить безупречную засаду, которых было так много из-за общего состояния здешних зданий, и любой, обладающий хоть каплей тактического мастерства, должен был так же легко увидеть возможности для скрытой атаки.

Итак, кем бы ни был Слуга, наблюдавший за нами, вероятно это был не Ассасин — не было никакого способа, чтобы один из них уже не атаковал. Если только они не рассчитывали на сам мост как на ловушку.

Неприятно возможный сценарий.

Кастер…

Возможно. Я ставила на то, что Кастер находился там, где находился источник аномалии, вызывающей эту Сингулярность. Мне показалось, что Кастер, скорее всего, был ответственен за это в первую очередь, учитывая, то, как я поняла, обычно выглядели их наборы навыков.

— Мы бы всё равно знали, что они рядом, прежде чем они придут за нами, верно? — Нервно спросил Рицука. — Поэтому всё будет хорошо?

— У слуг класса Ассасин есть навык, называемый Сокрытием присутствия, сэмпай, — торжественно сообщила ему Маш. — Они могут прятаться до того момента, как атакуют, даже от передовых сенсоров Халдеи. Если этот Слуга был Ассасином, мы не узнаем, пока атака не начнется.

— Это приятная мысль, — простонала Рика. — Значит, они могут наблюдать за нами прямо сейчас, а мы даже не узнаем об этом? Я чувствую себя немного мерзко.

— Задумайтесь об этом на секунду, — сказала Анимусфия. — Если бы это был Ассасин, знали бы мы вообще, что он наблюдал за нами в церкви? Проявите немного здравого смысла!

Я покачала головой.

— А если он хотел заманить нас в засаду?

Ольга-Мария поморщилась.

— Тогда почему бы просто не напасть на нас в церкви? Наша бдительность уже ослабла, так что не похоже, что мы ожидали его и были готовы защищаться.

Хорошее замечание. Честно говоря, я с ней согласилась, но не помешает держать свой разум открытым даже для того, что ты считаешь маловероятным.

Я посмотрела через мост. Отблески пламени танцевали на красных металлических балках и не менее красных подвесных тросах, отчего казалось, что они тоже горят. Сравнение с “Дорогой в ад” было бы вполне уместным.

— Мы должны перейти мост, несмотря ни на что, верно?

— Это единственный способ перебраться через реку, — мрачно сказала Директор. — Всё остальное находится на несколько миль дальше вглубь территории, что означает еще несколько часов или даже дней ходьбы.

— Тогда у нас нет особого выбора, не так ли? — сказал Рицука.

Казалось, что на самом деле это не так. Черт. Мне это не понравилось.

Директор сделала глубокий, ободряющий вдох.

— Правильно.

— Будьте начеку, — добавила я. — Маш, держи свой щит на готове.

— Поняла, мисс Тейлор.

Мы нерешительно двинулись в путь. Маш осталась впереди, держа щит перед собой, как будто защищаясь от опасности, и она смотрела поверх одной из массивных граней, которые выступали из закругленной центральной формы. Мы все остались позади неё, прижавшись друг к другу так тесно, как только могли, не спотыкаясь друг о друга. Я постоянно прислушивалась к малейшему постороннему звуку, но, кроме наших шагов, нашего дыхания и тихого потрескивания пламени, в городе царила пугающая тишина.

— Мы отправляемся на встречу с волшебником, — пропела Рика себе под нос так тихо, что я едва расслышала её, — Чудесным волшебником страны Оз...

Я взглянула на неё, подумывая о том, чтобы отчитать, но подавила порыв ещё до того, как слова успели сорваться с моего языка, потому что я пыталась быть лучше, чем та, кем я была до Золотого Утра. В любом случае, это не было злонамеренным или неуместно веселым жестом; напряженная линия её плеч говорила о том, что она использовала все возможности, чтобы отвлечься.

Она была всего лишь ребенком, напомнила я себе. Старше, чем я была, когда стала Рой, конечно, но гораздо менее опытной и гораздо менее подготовленной, чем даже я была в свой первый вечер. Девушка оказалась не в том месте не в то время, и это выше её разумения.

По-прежнему не было никаких признаков присутствия врага. Никто не прыгал на нас, никто не упал на нас с неба, и даже не было звуков от Романи, сообщающего о присутствии Святого Графа поблизости.

Мы были примерно на полпути, когда всё изменилось.

Бип-бип

— Роман ...

— Директор! — Романи крикнул, не дожидаясь её ответа. — Рядом с вашим местоположением, на Северо-Северо-Западе, находится Слуга!

Маш напряглась и немедленно развернулась лицом вправо, как будто могла видеть саму Слугу.

— Директор! — настойчиво сказала она. — Я сейчас сама разберусь с ним!

Вот дерьмо.

— Через мост! — Приказала я. — Сейчас, живо!

Маш поколебалась и повернулась к Рицуке.

— Мастер ...

— Вперед! — сказал Рицука.

Я перешла на бег, и буквально мгновение спустя остальные последовали за мной. Маш не отставала, только вместо того, чтобы оставаться впереди нас, как она, несомненно, могла бы, она держалась в стороне. Краем глаза я видела, как она каждые несколько секунд поглядывала в том же направлении, как будто ожидала нападения оттуда в любую секунду.

Возможно, так оно и было. Я не была Слугой, поэтому не могла обнаружить их самостоятельно, и я не была настолько опытным заклинателем, чтобы отслеживать магическую энергию и определять их местоположение таким образом.

— Чтение ... держится стабильно, — доложил Романи, когда мы отправились вперёд. Взрыв статики подчеркнул его слова. — На этот раз он не исчезает. Извините, система не может лучше разобраться с Духовным Истоком или Святым Графом, поэтому я даже не могу сказать вам, что это за Слуга или какой Героический Дух это может быть ...

— Просто ... наблюдай за ним… Романи! — прошипела Ольга-Мария, пока мы побежали.

— Связь ... всё ещё прерывистая, — сказал Доктор, прерванный помехами на полпути. — Я ... знаю ... местоположение, но ... более того,… Это на ... северо-западном берегу ... реки.

— Романи?

— Директор, — сказал он, и затем трансляция прервалась.

— Черт побери, — сказала Директор. — Черт побери, черт побери, черт побери!

— Директор, — сказала Маш, — я думаю, он пытался сказать, что Слуга находится где-то на северо-западном берегу реки.

— Я знаю, что он говорил! — рявкнула Анимусфия. — Чёрт...подери! Почему... всё ... разваливается ... из-за меня ...

Директор замедлила шаг и остановилась, когда мы миновали конец моста. Она сгорбилась, тяжело дыша, положив руки на колени. Я, спотыкаясь, остановилась в нескольких шагах от нее, и Рицука с Рикой тоже, сгорбившись рядом с Директором, жадно глотали воздух. Только Маш, казалось, меньше даже, чем меня беспокоило напряжение, вызванное бегом по мосту.

— Директор, — начала я, — мы не можем здесь оставаться.

Директор пристально посмотрела на меня.

— Чёрт...Возми. Так ... несправедливо. Ты ... даже ... не тяжело дышишь.

— Сэмпай ... такая ... крутая, — захныкала Рика.

— Директор, — сказала я более настойчиво.

Она поморщилась.

— Дом ... Второго владельца ... должен быть ...в южной половине ... жилого ... района.

— Пойдёмте, — сказала я. Никто из них не двинулся с места.

— Пойдёмте! Если Маш может почувствовать, кем бы ни был этот Слуга, вы можете поспорить, что он тоже может почувствовать её! Нам нужно двигаться, прежде чем...

— Мастер! — Маш закричала, прыгая, оттолкнувшись от земли.

Быстрее, чем я успела моргнуть, она встала между Рицукой, Рикой, Директором и северной частью берега реки, и в тот же момент в воздухе раздался оглушительный лязг, когда темная фигура материализовалась практически над ней, поставив ноги на поверхность щита и зажав древко между своих лодыжек. Её плащ и длинные волосы даже не успели опуститься, как появившаяся женщина отлетела в сторону и приземлилась с грацией прыгающего паука, согнувшись пополам, упершись одной рукой в землю, а другой выставив древко за спину.

— О?

Голос, исходивший от неё, был шелковисто-гладким и обволакивающим, и когда она выпрямилась, открыв нам прекрасный вид на её обширное декольте и высокое, стройное тело. плащ женщины был изорван, но бледная кожа, которую она выставляла напоказ, была безупречной, за исключением того, что казалось красными племенными отметинами. Её длинные волосы ниспадали почти до земли, нечеловечески яркий оттенок клубничного блонда.

Но самым поразительным в Слуге было не её тело или грация, а её присутствие. От неё исходила ощутимая аура, охлаждавшая горячий воздух, и это давало ей ощущение какого-то огромного хищника, выслеживающего своих ничего не подозревающих жертв. Змея, свернувшаяся кольцом и готовая нанести удар, чтобы проглотить нас целиком.

— Ты лучше, чем я думала, — промурлыкала она. — Ты так легко заблокировала мою атаку… Как интересно… И позади тебя ...

Её пристальный взгляд прошелся по Рицуке, Рике и Директору, и когда он остановился на мне, я почувствовала, как у меня внутри всё похолодело, а мышцы напряглись, как будто все они разом сжались. Я не могла пошевелиться, чтобы спасти свою жизнь, даже дышать. Меня словно превратило в камень.

Она облизнула губы, и её взгляд снова обратился к Маш. В тот момент, когда она отвела взгляд, я снова смогла двигаться.

— Два неизвестных Мастера и ещё немного свежего мяса.

— Директор, это...

— Слуга. Судя по этому оружию, Лансер, — сказала Ольга-Мария дрожащим голосом. Она сложила одну ладонь в пистолет, схватившись за неё другой рукой, хотя это не совсем остановило её дрожь. — Кхх…! О, какая проблемная удача! Первое, с чем мы сталкиваемся на этом, это не скелет и даже не живой человек!

Женщина усмехнулась.

— Боже, Любая девушка могла бы обидеться на это.

— Похоже, она действует без Мастера, — отметила Маш.

— В этой ситуации нет ничего нормального! — выпалила Директор. — В подобной ситуации, когда всё пошло наперекосяк, я не удивлена, обнаружив Слугу без Мастера!

— Я думала, вы говорили, что слуги не могут выжить без поддержки Мастера! — Сказала Рика.

— Обычно! — парировала Анимусфия. — Вам что-нибудь в этом кажется обычным?

— Она одна из Слуг Войны за Святой Грааль, верно? — Поспешно спросил Рицука. — Тогда, если мы просто объясним, что мы не участвуем в ней ...

— Это не сработает, — перебила я его. Я обратилась к слуге. — Верно?

Женщина ухмыльнулась, холодно и жестоко.

— Когда свежая добыча забредает в мои охотничьи угодья, я могу охотиться на неё на досуге, не так ли? Единственное, что может сделать моя жертва, это попытаться убежать или попытаться бороться.

Она подняла свою косу, повернув к нам загнутое лезвие, и её правая рука чувственно скользнула вверх по древку.

— Итак? Вы собираетесь попытаться сбежать? Или попытаетесь сразиться со мной?

Директор прикусила губу так сильно, что остался синяк. Рика сделала шаг назад, её лицо исказилось от страха. Даже у Рицуки дрожали руки.

За исключением Маш, которая расправила плечи и храбро шагнула вперед, подняв щит. Ухмылка женщины превратилась в кровожадный оскал.

— Тогда сражение! Отлично! Постарайся не умереть слишком быстро!

Маш и женщина двинулись одновременно, каждый оттолкнулся от земли и бросился на другого. Они встретились где-то посередине, ближе к нашей позиции, чем к её, и щит Маш взвизгнул, когда лезвие орудия скользнуло по его поверхности, без видимого эффекта. Маш расставила ноги и двинулась вперед.

Но женщину это не остановило. Она отступила назад, а затем вернулась к атаке, размахивая своим оружием всё быстрее и быстрее, с мастерством эксперта. Каждый удар отражался от щита Маш, но если громового лязга каждого удара было недостаточно, чтобы сказать мне, насколько сильным был каждый удар, то того, как плечи и руки Маш напряглись, в ожидании удара, было более чем достаточно, чтобы подсказать мне.

Женщина всё это время смеялась.

— Ты новичок, не так ли? Ты все еще привыкаешь к тому, каково это — быть слугой! Я вижу! То, как ты двигаешься, то, как ты теряешься, возможности, которые ты пропускаешь, даже когда они должны быть очевидны, — это всё, что ты можешь сделать, чтобы попытаться не отставать!

Маш хмыкнула и не попалась на удочку, она просто продолжала блокировать каждую атаку. Она выдержала все испытания, отказываясь сдаваться, отказываясь быть побежденной, держа этот массивный щит высоко, как будто это зубчатые стены замка, а удары женщины - как таран. Ни она, ни её щит не отступили ни на дюйм.

Но даже остальным было очевидно, что она была слабее.

— Маш... — прошептал Рицука.

— Должно же быть что-то, что мы можем сделать! — В отчаянии сказала Рика.

— Не смеши! — крикнула в ответ Директор. — В битве между слугами у Мастеров есть только одно место: тыл!

Тогда хорошо, что я не настоящий Мастер, не так ли?

Я развернулась на каблуках и побежала во весь опор, стремясь к главной дороге, которая вела дальше в жилой район.

— Сэмпай! — Рицука крикнул мне вслед.

— Т-Тейлор, — позвала Ольга, — куда ты идешь?

— Ты думала, я позволю тебе так легко уйти?

Взметнулись цепи, пересекая пространство между зданиями. Они обернули всё, что смогли, будь то фонарный столб, деревянная балка, торчащая из остова дома, или даже просто стальная арматура, и образовали плотно сплетенную сеть, которая преградила мне путь.

Я развернулась, и женщина бросилась ко мне — неторопливо, по сравнению с её молниеносными атаками против Маш, но всё же слишком быстро, чтобы человек мог её опередить. Её глаза, казалось, загорелись, пригвоздив меня к месту, и мои конечности снова застыли.

— Моей добыче не позволено убегать!

Раньше меня парализовал не страх. Нет, конечно, нет. Я сражалась с Лунгом, Левиафаном, Джеком Остряком и Бойней Девять, Ехидной, Бегемотом, Нилбогом, Зионом. Я разговаривала с Королевой Фей на равных, убила Александрию жуками, выжила, когда меня разрезали пополам. Одинокая женщина с косой, какой бы необычной она ни была, не шла ни в какое сравнение со всем тем, через что мне пришлось пройти.

Ключом к разгадке был зрительный контакт.

Просто встретившись со мной взглядом, она смогла заморозить меня на месте. Я многому научилась за последние два года, и Одной из сфер изучения были Мистические Глаза, специальные атрибуты, активируемые при зрительном контакте и прямой видимости. Слуга, Героический Дух, обладающий набором Мистических Глаз, которые могли заморозить вас на месте?

Я была бы смущена, если бы мне потребовалось больше времени, чтобы понять это.

— Медуза!

Магическая энергия циркулировала по моему телу, и заклинание было снято, разрушено с легкостью, теперь, когда я знала, что это такое, и могла бороться с ним. Подобная магия полагалась на внезапность, на то, что жертва не знала, с чем она столкнулась. Она была намного слабее, если ты был настороже.

Моя рука поднялась. Черный свет собрался на кончиках моих пальцев. С прямой линией к моей цели, я не могла промахнуться.

— Гандр!

И шар черной энергии полетел ей в лицо.

Что общего у людей, даже у кейпов со способностями? У них всё ещё были рефлексы. Действия, которые они делали автоматически, рефлексы, к которым они приучали себя снова и снова в течение многих лет. Укоренившиеся реакции, либо инстинктивная, либо мышечная память. Пирокинетики, конечно, могли привыкнуть к собственному пламени, но требовался большой боевой опыт, чтобы не вздрагивать всякий раз, когда кто-то другой швыряет в тебя огнем. Даже высокоуровневые Бугаи всё ещё уворачивались и морщились, пока не привыкали к бытию неуязвимыми.

Слуги ничем не отличались.

Медуза была Лансером, одним из Рыцарских классов, что означало, что у неё, как правило, была какая-то форма сопротивления Магии. Мой маленький Гандр был для неё безвреден, словно комар. Но даже если она знала это умом, её тело отреагировало не думая, и вместо того, чтобы принять удар и позволить ему бесполезно растечься по ней, она отразила его своей ... косой, или чем там эта штука считалась, потому что её глаза проследили за приближающимся снарядом, и реакция, которую она в себе натренировала, активировалась автоматически.

Она остановилась, когда мой Гандр отлетел от неё и рассеялся. Она зарычала на меня.

— Ты...!

— А теперь, Маш! — крикнула я.

Медуза резко развернулась — и когда она замахнулась косой для контратаки, я протянула фантомную конечность своего протеза и крепко ухватилась за неё.

Этого было недостаточно, чтобы по-настоящему остановить её. Если бы она приложила хоть какое-то реальное усилие, она могла бы вырвать его и полностью игнорировать меня.

Но сопротивление отвлекло её, потому что она этого не ожидала, и её голова и туловище повернулись ко мне, глаза расширились.

— Что ...

— Раах!

И Маш прыгнула на неё, замахнувшись массивным щитом прямо ей в лицо. Медуза отлетела в сторону, пролетела над землей и, упав, остановилась примерно в двадцати футах от неё, свернувшись в кучу.

— Да! — крикнула Рика.

— Хорошая работа, Маш! — Добавил Рицука.

Они начали приближаться.

— Рицука, Рика! — Я рявкнула на них. — Не подходите ближе!

— Что? — Рика взвизгнула. — Но, семпай, все кончено!

— Маш, — сказала я, убедившись, что не спускаю глаз с Медузы.

Она кивнула.

— Понятно!

Глыба на земле треснула, низко и зловеще, и Медуза медленно поднялась на ноги.

— Вам, детишкам, стоило бы послушать вашего более опытного друга, — промурлыкала она. — Вы двое действительно новички, если думали, что этого достаточно, чтобы победить меня.

Она обернулась, ухмыляясь безумной ухмылкой, и её язык высунулся, чтобы слизнуть струйку крови, которая стекала из уголка её рта. Она шумно причмокнула при этом, как будто наслаждаясь изысканным блюдом.

— Не то чтобы её опыт что-то значил, — радостно сказала Медуза. — В конце концов, ты так усердно работала, чтобы сделать этот единственный выстрел в меня, и вся твоя награда за это, — немного крови.

Глава V: Нищие и выбирающие

Медуза не пострадала. Всё было вложено в то, чтобы нанести ей один точный удар, а мы даже не учли то, насколько сильным будет удар.

Я стиснула зубы, лихорадочно соображая.

Она была права, как бы мне ни было неприятно это признавать. У меня осталось пять выстрелов Гандра, прежде чем я свалюсь от усталости, Маш проигрывала, и тот маленький отвлекающий трюк, который был мной использован, вероятно, не сработал бы дважды.

Мы не можем победить. Не такими, какими мы являемся сейчас. У нас не нет достаточно хорошей позиции, у нас не было достаточной тактики, которая сработала бы против кого-то вроде неё, и у нас просто не хватает огневой мощи, чтобы завершить работу.

Единственным реальным вариантом было отступление. Но никто из нас не был достаточно быстр, чтобы убежать от неё, и она могла просто преследовать нас на досугк, поэтому единственный способом для остальных спастись было…

— Маш…

Слова не шли с моих губ.

Действительно ли я собиралась снова стать тем человеком? Использовать и выбросить человека, как будто она была инструментом, который можно так легко заменить?

Что случилось с моим решением больше сосредоточиться на людях, чем на целях?

— Мисс Тейлор, — сказала Маш ровным и сильным голосом, — Пожалуйста, забирайте Мастеров и Директора и убегайте. Я не могу победить её, но я выиграю вам столько времени, сколько смогу.

— Маш! — Рицука в ужасе закричал.

— Мы не собираемся оставлять тебя здесь! — сказала Рика.

Маш…

Ты действительно была лучшим человеком в команде А, не так ли? Готовая и способная посмотреть смерти в лицо в своей первой настоящей битве за пару незнакомцев и двух людей, которые с таким же успехом могли быть на её месте, и всё это не дрогнув.

— Мы задержим её, — слова сорвались с моих губ. — Директор… Берите близнецов и отступайте. Найдите безопасное место, чтобы спрятаться, пока Романи не сможет вытащить вас отсюда.

Я чувствовала на себе взгляд Анимусфии, как будто он сверлил дыру в моем затылке… хех. Разве это не ироничное сравнение?

— Тейлор…

— Черт возьми! — Сказал Рицука. — Вы думаете, мы просто оставим вас обеих умирать?

— Я надеюсь, ты помнишь, что это важнее, чем ты или я, — резко упрекаю его. — Самое важное — вернуть как можно больше наших обратно, и единственный из нас здесь, кто имеет хоть какой-то боевой опыт, чтобы помочь Маш, — это я.

Я уставилась на Медузу, пытаясь изобразить уверенность, которой на самом деле не чувствовала.

— Однажды мне уже удалось дать ей по лицу. Я уверена, что что-нибудь придумаю.

Низкий мужской голос, посмеиваясь, разорвал сгустившееся напряжение.

— Ты должна признать, Лансер, она здорово тебя достала.

Маш напряглась, а затем бросилась ко мне и встала передо мной.

— Мисс Тейлор!

Из-за грани её щита в поле зрения вышел мужчина в небесно-голубой мантии, подбитой белым мехом, с посохом в руке. Он был обращен лицом к Медузе, а не к нам.

— Еще один слуга? — взвизгнула Директор.

— Даже если она нанесла всего лишь скользящий удар, — сказал другой Слуга, — её смекалка удивила даже меня.

Глаза Медузы сузились.

— Ты!

Новоприбывший откинул капюшон, и длинные темно-синие волосы свободно упали на его шею и плечи. Что-то серебристое свисало с его ушей, по крайней мере, с того, которое я могла видеть.

— Что скажешь, если мы наконец сведём наши счеты?

— Кастер…! — Медуза кипела.

— Кастер? — Резко спросила я.

Если он был здесь… Нет, означало ли это, что не он стоял за Сингулярностью? Или у него были какие-то другие скрытые мотивы? Если это он сбил временную линию с изначального пути, зачем ему показываться сейчас и здесь, вместо того, чтобы просто позволить Медузе прикончить нас всех?

Так называемый Кастер взглянул на меня через плечо, и его глаза цвета свежепролитой крови весело блеснули, а губы растянулись в усмешке. Он поднял руку в непочтительном взмахе.

— К вашим услугам, принцесса.

Я недоверчиво посмотрела на него.

— Принцесса?

— Некоторое время назад я видел, как ваша группа осматривала старую церковь, — легко объяснил Кастер. И…На самом деле, я знаю, как мне следует отнестись к этой реплике.

— Не совсем был уверен, что с вами делать. Два Мастера, пара магов и лишь один Слуга? Любопытно обнаружить кого-то в городе, где все остальные мертвы, а вон та маленькая мисс не является ни одним из слуг этой войны за Святой Грааль.

Он указал на Маш, которая моргнула, глядя на него в замешательстве.

— Потому что мы не участвуем в ней! — крикнула ему Ольга-Мария. Она топнула ногой. — Боже! Почему это так трудно понять? Мы из Халдеи! Хал! Де! И! Мы здесь для того, чтобы расследовать, что пошло не так в Войне за Святой Грааль, а не участвовать в ней!

Кастер задумчиво промычал.

— Халдея, да? Никогда о таком не слышал, — сказал он без удивления.

Директор издала нечленораздельный вопль, как будто она просто не могла больше терпеть эту чушь.

— Кастер, — тихо сказала Медуза, стиснув зубы, — почему ты на стороне этой группы чужаков?

— Как я мог не присоединиться после того, как увидел хитрый маленький трюк принцессы? Не каждый день видишь, как тощий маг берет верх над Слугой, особенно над одним из рыцарских Классов, — с юмором парировал Кастер. Я надеялась, что он не продолжит называть меня этим прозвищем, потому что мне действительно не нравилось, насколько оно инфантилизирует меня.

— И то, как эти двое здесь были так храбро готовы пожертвовать своими жизнями… Мне было бы стыдно, как Героическому Духу, если бы я просто сидел сложа руки и не протянул руку помощи. А так же…

Воздух застыл. Присутствие, которое я чувствовала раньше от Медузы, теперь исходило от Кастера, только его присутствие, казалось, было направлено на неё, а не просто растекалось подобно инею по всему пространству. Улыбка исчезла с его лица.

— Нужна ли мне причина, чтобы помочь им убить такого монстра, как ты, Лансер?

Медуза зарычала и сделала шаг вперед, скрежеща зубами, а затем, как будто на неё снизошло озарение, она отступила назад, и выражение её лица сменилось удивлением. Всего секунду спустя её злобная ухмылка вернулась, и женщина начала хихикать. Её хватка на косе усилилась.

— Нет, это прекрасно, — сказала Слуга мурлыкающим голосом. — На самом деле, превосходно. Не имеет значения, поможешь ли ты им, Кастер, всё, что ты сделал сейчас, это избавил меня от необходимости искать тебя и заканчивать работу самой.

— Да? — Кастер сказал, и что-то в было в его тоне. — Ты так говоришь, как будто исход уже предрешен, Лансер. Ты действительно так уверена, что сможешь справиться с двумя Слугами в одиночку, особенно если один из них — я?

Медуза рассмеялась глубоким, хриплым смехом.

— Насколько я помню, Кастер, тем, кто отступил после нашей последней битвы, был ты. Если ты думаешь, что небольшой поддержки со стороны этого маленького Слуги позади тебя достаточно, чтобы компенсировать твою собственную слабость, тогда я буду рада разрушить эту иллюзию для тебя.

— Как мило с твоей стороны, — протянул Кастер.

— Ну. — Лансер присела, низко пригнувшись к земле, как паук. Её волосы рассыпались по спине и бокам, как плащ, и казалось, что они живут своей собственной жизнью. — Как мне это сделать? Я думаю, было бы наиболее уместно, если бы я оставила тебя в живых до самого конца, Кастер, просто чтобы ты мог наблюдать, как я убиваю этих магов, не будучи в состоянии остановить это.

Мужчина ухмыльнулся, взмахнув посохом, чтобы направить его на своего противника.

— Если ты собираешься настолько сильно недооценивать меня, то не жалуйся, когда я побью тебя, Лансер!

Он оглянулся на меня.

— Хей, принцесса. Ты тоже Мастер, верно? На твоих руках нет командных заклинаний, но я это чувствую.

— Действительно я Мастер, так что да, — сказала я нейтрально. — Почему? У тебя было что-то на уме?

Я мысленно перебирала возможности. Собирался ли он спросить то, о чем, как я думала, он собирался спросить? Правда, ранее мы пытались призвать на помощь другого Слугу, но могли ли мы доверять этому, когда казалось, что он был конкурентом в этой Войне за Святой Грааль, которая с рельс правильной истории? Было ли это просто из-за того, что он хотел устранить конкурентов, или мы могли доверять, что он останется с нами до конца?

Возможно, лучшим вопросом было бы спросить, был ли у нас выбор, учитывая ситуацию. Нищие и выбирающие и всё такое.

— Давай заключим контракт, ты и я, — сказал Кастер, его ухмылка приобрела акульи черты. — В конце концов, похоже, что вашей группе нужен еще один Слуга, а я, ну, эй, я в настоящее время без Мастера. Насколько я понимаю, мы оба можем помочь друг другу здесь.

Именно так я и думала.

И я была не в том положении, чтобы отказать ему. Не в такой ужасной ситуации, какой она была. Мне просто нужно было выяснить, насколько это повлияет на его планы, какими бы они ни были, и будут ли эти планы тем, о чем нам нужно беспокоиться позже.

— Мисс Тейлор, — обеспокоенно прошептала Маш.

— Я знаю, — было прошептано мной в ответ. Более же громко я сказала: — Я согласна, Кастер.

Он протянул руку к грани щита Маш, и, прежде чем у меня успела проскочить мысль о отказе, я перехватила её своей.

— Тогда с этого момента и впредь мой меч будет с тобой.

Словно слова старой песни, ответ слетел с моих губ.

— И моя судьба будет с тобой.

Вспышка света, короткий приступ боли, пронзивший мои нервы, и моя левая рука дернулась, когда три командных заклинания нарисовались красным на внешней стороне руки. Я не стала утруждать себя изучением дизайна, лишь подтвердила, что заклинания там были.

По крайней мере, я смогу приказать ему покончить с собой, если он попытается предать нас. Слабое утешение, но такая безотказность почему-то заставила меня почувствовать себя лучше.

Кастер убрал руку, его брови нахмурились, и он склонил подбородок к груди.

— Похоже, наш контракт заключен, мастер.

Медуза разразилась безумным хохотом.

— Ты достиг нового уровня, Кастер! Ты действительно в таком отчаянии, что теперь примешь своим Мастером даже шныряющую крысу?

— Хех. Если ты думаешь, что я стал слабее, когда у меня более стабильная связь с этим миром, то ты действительно ошибаешься, Лансер.

— Ну, в любом случае, это не имеет значения. — женщина взмахнула косой. Её глаза, казалось, светились из-под капюшона. — Я надеюсь, тебе понравится краткий момент, когда у тебя снова есть Мастер, Кастер. Он будет недолог, поверь мне.

— Достаточно долог, чтобы я прикончил тебя первым!

Медуза оттолкнулась от земли, устремляясь к Кастеру, как ракета, но мужчина не увернулся, как я могла ожидать, он поймал древко её косы своим посохом и крутанулся. Он поднял свободную руку и ухватился за древко косы как раз под креплением для клинка, и с мастерством эксперта провел толстым сгибом на конце своего посоха прямо перед лицом Лансер.

Руны на нём засветились ярко-оранжевым, а затем из них вырвался огненный шар — и попал в глаза Медузы.

— Ах!

Она отшатнулась назад, прикрывая глаза рукой, хотя остальная часть её лица выглядела неповрежденной, и Кастер воспользовался моментом, чтобы начертать серию рун в воздухе с такой скоростью, что это застало врасплох даже меня. Руны ярко засветились, а затем воспламенились, и из них вырвался мощный взрыв, отбросивший Медузу назад.

Всё произошло так быстро, что мои волосы даже не успели уложиться после того, как их отбросило назад в результате их первоначального столкновения.

Женщина приземлилась на ноги, как кошка, но взрыв сильно потрепал её. Ожоги покрывали её обнаженную кожу, и части её комбинезона были оторваны, но, несмотря на то, что Медуза выглядела раненой, это всё ещё казалось не более чем поверхностными повреждениями. По крайней мере, это не принесло ей ничего, кроме злости.

— Кастер! — взвыла Слуга.

Она снова оттолкнулась от земли, подбрасывая в воздух куски асфальта, и снова бросилась к Кастеру, но Маш в тот же момент взлетела, встав между ними с поднятым щитом, чтобы принять удар. Медуза ударилась с оглушительным лязгом, и Маш застонала, когда сила удара угрожала согнуть её.

— Убирайся с дороги, соплячка! — Выплюнула Лансер.

Кастер занес свой посох над плечом Маш и мимо одной из сторон её щита, но Медуза усвоила урок и использовала круглое основание как трамплин, чтобы отскочить с пути следующего огненного шара и взмыть в воздух. Она раскинула руки, и её волосы зажили своей собственной жизнью, превратившись в длинные цепи, которые сомкнулись на Маш, как бы удерживая девушку на месте, чтобы она не могла вмешаться.

У неё даже не было шанса убраться с дороги, прежде чем мужчина встал перед ней, взмахнув своим посохом по дуге, заставив письмена на посохе вспыхнуть, и быстро начертив круг из рун. Цепи Медузы врезались в него и отскочили, как дождь, отклоняясь под совершенно разными траекториями, но все они были далеки от её противников.

Я отступила с поля боя, когда Медуза приземлилась, потому что любая из атак, наносимых любой из сторон, вероятно, убила бы меня, если бы их было слишком много или Маш или Кастер просчитались. Бой продолжался, как будто ничего не изменилось, и если я отброшу свою гордость, моё отступление все равно ничего существенно не изменит.

— Дай мне посмотреть! — прошипела Директор, когда я присоединился к их группе.

Я послушно протянула левую руку, чтобы она осмотрела её, и Ольга-Мария ухватилась за неё, как умирающий с голоду попрошайка, изучая удары моих Командных Заклинаний. Я позволила ей заняться этим, наблюдая, как Кастер и Маш сражаются с Медузой, танцуя по полю боя и разбрасывая при движении куски асфальта. Маш на самом деле не внесла особого вклада — Медуза была намного более опытной и чувствовала себя более комфортно со своими способностями, по сравнению с Маш, которая была для них очень и очень неумелой. Тем не менее, Кастер был почти таким же, и хотя он в основном играл в обороне, отражал атаки и медленно огибал зону, так что Медуза была к нам спиной, он чувствовал себя так же комфортно, как и Медуза, и так же уверенно.

Однако ни одна из его атак, похоже, не достигла цели. Лансер была слишком быстрой и знала их слишком хорошо, потому что, того, чего она могла избежать, она избегала, а с чем могла справиться без проблем, она отклоняла или просто двигалась вперёд.

— Это не командные заклинания Халдеи, — объявила Директор.

Моя голова резко повернулась, и близнецы, которые были очарованы дракой, тоже обратили свое внимание на неё.

— Они другие?

— Что? — Недоверчиво спросила Рика. — Но они выглядят точно так же, как наши!

Она протянула руку, демонстрируя свой собственный набор, и Рицука взглянул на свой, но, хотя его и его сестры были похожи, даже они были не совсем одинаковыми, и они оба выглядели совершенно иначе, чем мои. Их Заклинания выглядели как щит со стилизованным рисунком, только орнамент у них было разным, тогда как у моих… Я не была до конца уверена, как выглядят мои командные заклинания, и в тот момент мне не казалось важным слишком сильно задумываться об этом.

— Н-ну, — увильнула Рика, — может быть, не совсем как у нас…

— Что это значит? — Я спросила Директора.

Она поморщилась.

— Ну, ты действительно заключил контракт со Слугой этой войны за Святой Грааль… Если бы мне пришлось гадать, я бы сказала, что это Командные Заклинания, раздаваемые Граалем, что означает, что он всё ещё существует и выполняет по крайней мере некоторые из своих функций.

— Разве мы этого раньше не знали? — Спросил Рицука. — Я имею в виду, Слуги вызываются Святым Граалем, верно? Так были бы они вообще всё ещё здесь, если бы его не было?

— О — конечно, я рассматривала этот вариант! — заикаясь, взволнованно пробормотала Директор. — Н-но вся эта ситуация странная, ты знаешь, так что даже это не было гарантией — н-нет, это не самая важная часть! Эберт. — Она посмотрела мне в глаза. — Как Мастер этой Войны за Святой Грааль, ты должна обладать способностью, которая называется Мастерское Ясновидение. Халдея сейчас в плачевном состоянии, так что наша версия, вероятно, не работает, но ты должна иметь возможность увидеть статистику и способности любого из Слуг, с которыми мы столкнемся, здесь.

— Верно, — пробормотала я. — Вы упоминали это еще во время тренировки команды А.

Способность видеть насквозь навыки Слуги и Благородные Фантазмы, просто наблюдая за ними в действии… Ходили разговоры, что это может не сработать на любом Слуге, не подключенном к системе ФЕЙТ Халдеи, но не было возможности узнать, пока мы не протестировали это в полевых условиях. Учитывая весь ущерб, который Халдея получила в результате саботажа на объекте, вполне вероятно, что сейчас она даже не функционирует должным образом.

Но, заключив контракт с Кастером, я только что дала нашей команде преимущество перед любым из Слуг, оставшихся в живых после Войны за Грааль.

Я повернулась к месту боя как раз вовремя, чтобы увидеть, как Кастер снова взмахнул рукой в воздухе, посылая поток огненных шаров в Медузу. Она танцевала вокруг них со змеиной грацией, и то, от чего она не могла увернуться, Слуга отклоняла в землю, где они взрывались, как ручные гранаты. Маш подошла сбоку, подпрыгнув в воздух, и с криком попыталась ударить Медузу нижним краем своего щита.

Лансер не позволила ей и отскочила в сторону, затем помчалась обратно к Маш и снова использовала щит как трамплин, чтобы броситься на Кастера.

— Если ты сосредоточишься, ты сможешь увидеть статистику Слуги, — сказала Директор. — На самом деле, ты также должна быть в состоянии напрямую мысленно связаться с Кастером.

— Директор.

Её челюсть захлопнулась с отчетливым щелчком.

Я взглянула на Кастера и сосредоточилась, и пока я это делала, перед моим мысленным взором раскрылись его навыки.

Руническая магия — ага, проскочила у меня мысль. Он использовал её весь бой.

Защита от стрел и Отступление. Это объясняло, как он смог выйти, по-видимому, невредимым из нескольких схваток с Медузой. Отступление было полезным навыком для, собственно, отступления, но тот факт, что он им владел, означал, что я должна быть настороже, ожидая, что он атакует и убежит, что бы он ни говорил о том, что он не мог позволить нам умереть, став свидетелем нашей готовности пожертвовать собой.

Он был Кастером. Когда половина остальных классов в той или иной степени сопротивлялась твоим атакам, тебе приходилось хитрить и изобретательно обходить их защиту. На моем месте я бы никогда не вступала в бой с врагом за пределами моей специально подготовленной территории, где они бы натыкались на ловушки и уловки на каждом углу.

Быстрый взгляд на Маш ничего мне не дал. Это было примерно то, чего я ожидала.

Когда я смотрела на Медузу, передо мной предстали её навык Мистических глаз, наряду с Чудовищной силой и Независимым действием, навыком, обычно предназначенным для класса Арчеров. Однако её классовый навык, в частности, её Сопротивление Магии…

Удобно. Ну, не так удобно, как-то, что у неё его вообще бы не было, но всё равно хорошо для нас, потому что оно было не таким высоким, как могло бы быть. Возможно, такой низкий ранг был каким-то побочным эффектом отсутствия Мастера или даже чем-то ещё, что вызвало саму Сингулярность?

Сейчас это не важно.

Я изо всех сил сосредоточилась, пытаясь направить свой разум наружу, к Кастеру, одновременно ощущая себя немного глупо, делая это.

— Кастер?

В бою шаг Кастера замедлился на какую-то долю секунды, настолько короткую, что я едва уловила его, и когда он снова отразил удар Медузы, мне показалось, что я увидела, как его глаза метнулись в мою сторону.

— Хо? — Слово дошло до меня как будто издалека, чужое и навязчивое, но не ошеломляющее.

— Похоже, я действительно заполучил довольно компетентного Мастера. Что-нибудь нужно, Мастер?

Он продолжал сражаться, но теперь в его движениях было что-то более осторожное. Я должна был действовать быстро — чем дольше я отвлекала его, и чем дольше он отвлекался, тем больше шансов, что что-то пойдет не так.

Я передала ему информацию о чудовищной силе, независимом действии и мистических глазах. Важным навыком так же являлось её сопротивление магии. Имевшее всего лишь ранг C.

— Если у тебя есть достаточно сильное заклинание, чтобы обрушить на неё, мы должны быть в состоянии уничтожить Медузу одним ударом.

Кастер ухмыльнулся.

— Приятно знать. Означает, что этот трюк должен с ней отлично справиться.

Их танец продолжался. Мужчина продолжал кружить, замедляя шаг только для атаки или защиты. Медуза встала между ним и Маш, но из-за массивного щита Маш и удивительного умения Кастера обращаться с посохом ей не удалось нанести точный удар. Не тупым концом косы.

Впрочем, Маш и Кастеру тоже.

Я прикусила нижнюю губу, ища лазейку, но чувствовала, как Кастер черпает мою магическую энергию во время боя. Немного, потому что у него, очевидно, было намного больше, чем я когда-либо могла надеяться получить, но достаточно, чтобы у меня не была уверенности в том, что это хорошая идея — рисковать, используя Гандр, чтобы снова попытаться отвлечь Медузу.

Если бы эта ситуация была критической, я бы так и сделала. Даже с учетом того, что Кастер, очевидно, работал над своим собственным планом, желание вмешаться было сильным. Перекладывать все на других никогда не было моей сильной стороной; Я предпочитала быть в гуще событий, и, возможно, это было следствием влияния моего Шарда, а может быть, мои суперсилы выбрали меня специально, потому что это было частью того, кем я была, но в любом случае, так оно и было.

Однако, если бы я потеряла сознание, что бы это значило для Кастера? Теперь, когда у него появился Мастер, было ли его выступление связано со мной больше, чем давала ей очевидная свобода Медузы? Не стоило рисковать, не тогда, когда Кастер казался таким уверенным.

Слуга завершил свой круг. Маш бросилась вперед, пытаясь ударить Медузу своим щитом, и когда Лансер отступила, чтобы увернуться, она взмахнула этим щитом почти как топором, ударив Медузу самой длинной гранью внизу. Слуга снова отступила назад, чтобы избежать удара, затем перешла в наступление, обрушив шквал атак своей косой. Маш блокировала каждый удар, кряхтя от их силы.

— Девчонка! — Крикнул Кастер. — Назад!

Маш собралась с духом и в момент между одним ударом и следующим отскочила назад. Медуза попыталась последовать за ней, но ей снова пришлось увернуться, когда Кастер запустил в неё ещё одним огромным огненным шаром, отпрыгнув, чтобы сократить расстояние. Она приземлилась там, где, как я поняла мгновением позже, был центр круга, по которому ходил Кастер, или достаточно близко к нему.

Под её ногой засветилась руна, и она посмотрела на нее, на лице Медузы был виден шок.

— Что…

— Прощай, Лансер. — и круг из светящихся рун загорелся вокруг неё, вздымаясь вверх столбами пламени, которые скручивались и извивались друг вокруг друга, вращаясь, кружась, объединяясь в огненный смерч, извергающий языки красного и оранжевого. Основная масса оставалась сдержанной, никогда не покидая круга рун, из которого всё это проросло, и воздух ревел, когда огонь всасывал кислород, чтобы продолжать гореть, становиться всё жарче, и жарче, и жарче.

Даже такой сжатым, каким он был, я чувствовала жар с того места, где я стояла.

На мгновение я вернулась в свою первую ночь, Лунг возвышался надо мной, жар его пылающего тела пронизывал холодную весеннюю ночь и давил на меня. Мой перцовый баллончик ослепил его, но лишь на мгновение, и любое движение выдало бы меня. Всё, что потребовалось бы, это один удар, одна струя огня из его кулаков, и я была бы мертва.

Хотела бы я верить, что здесь всё будет так просто. Это… Это было в другом масштабе, чем те огненные шары, которые Кастер волей-неволей бросал раньше. Не думаю, что это Благородный Фантазм, но всё же на шаг выше обычных атак. Завершающий ход, возможно, это хороший способ выразить это. Атака, направленная не на то, чтобы покалечить, ранить или отвлечь внимание, а на то, чтобы убедиться, что враг мертв.

Но если и было что-то, что было мной усвоено, за время моей кейп-карьеры, так это то, что «завершающие ходы» не обязательно были только этим. Особенно, когда у твоего врага был способ выжить. Или, если бы твой противник был настолько крут, что смог бы нивелировать твой ход.

Смерч продолжал гореть, и я ждала, стараясь не моргать, чтобы быть готовой, если Медуза выберется из этой штуки живой.

Однако одного воздуха было недостаточно, чтобы поддерживать столб огня, и в конце концов языки пламени, породившие этот адский торнадо, иссякли. Смерч погас с низким хлопком, и столб дыма поднялся в небо, разрастаясь как гриб, когда более горячий воздух вытеснил более холодный с дороги.

Как оказалось, мне не о чем было беспокоиться. От Медузы не осталось ничего, кроме частиц света, которые сверкнули и так же быстро исчезли.

Глава VI: Краткая передышка

Между всеми нами повисла долгая тишина, когда последние фрагменты Медузы исчезли, и накал атаки Кастера начал спадать. Только когда стало очевидно, что она окончательно умерла и не выскочит из-под земли, чтобы нанести сокрушительную внезапную атаку, Маш наконец расслабилась, немного поникла и испустила долгий, усталый вздох.

Кастер тоже расслабился, слегка ухмыляясь, перекинув свой посох через плечо и положив на него руки.

— Ну что ж, — сказал он с оттенком самодовольства. — Наконец-то избавились от этой сучки.

Похоже, это был удар, прорвавший плотину, потому что позади меня Директор тоже облегченно вздохнула, даже когда Рика зааплодировала.

— Динь-дон, Злая Ведьма мертва!

— Серьезно, — проворчала Директор, — ты выросла в Японии. Откуда ты знаешь все эти отсылки?

— Я рада, что мы все прошли через это, — сказал Рицука с улыбкой. — Какое-то время я немного волновался.

— Маш, ты была великолепна! — Рика восторженно тараторила. — И Кастер! Кастер! Тот огненный торнадо в конце, это было так потрясающе! Типа, вау, что это была за магия?

— Магия рун, — ответил Кастер с терпеливым удовлетворением человека, привыкшего получать похвалу. — Кое-что, чему я научился у своего учителя. Это не тот способ, которым я люблю всё делать, но она сделала своё дело, не так ли, Маленькая Мисс?

— Боже, неужели всё это закончилось!

— Что теперь?

Счастливые крики прекратились, и все повернулись ко мне.

Через мгновение ответила Директор.

— Нам нужно добраться до дома Второго Владельца и продолжить наше расследование.

— Я имела в виду тебя, Кастер, — сказала я. — Что ты собираешься делать теперь, когда мы победили Медузу?

На этом наше партнерство заканчивается?

Кастер задумчиво хмыкнул, поглаживая подбородок.

— Вы, ребята, сказали, что состоите в какой-то группе под названием Халдея, верно? Вы здесь, чтобы расследовать, почему Война за Грааль так далеко отклонилась от курса?

— Э-э-э, правильно! — сказала Директор. — Мы Организация Безопасности Халдея, и мы здесь, чтобы исправить исторические нарушения, из-за которых Война за Грааль отклонилась от надлежащей истории человечества!

— Директор, — упрекнула я её. Пораженная, она посмотрела на меня, как будто не понимала, за что я её ругаю.

Иногда было слишком легко забыть, что она была очень молодой женщиной, пытающейся занять место очень важной персоны.

— Исправить исторические неточности, а? — Кастер задумался. — Ну, я действительно ничего не знаю о такого рода вещах, так что, как я это вижу, войну за Грааль нужно выиграть, и я намерен увидеть своего нового Мастера на финишной прямой.

Неудивительно.

Поскольку он был Слугой, призванным Граалем на эту Войну за Святой Грааль, было вполне естественно, что его единственной мотивацией было завершить Войну за Грааль и получить своё желание. Это ни в коей мере не было сюрпризом, и я, честно говоря, ожидала этого.

— Значит, ты можешь загадать своё желание, даже если кто-то, связавшийся с Граалем, окажется причиной того, что всё это произошло в первую очередь?

— Мисс Тейлор, — начала Маш. — Мы ещё не знаем, является ли Грааль причиной этой Сингулярности.

Но мы и не знаем, что это не так, я этого не произнесла, продолжая смотреть прямо в кроваво-красные глаза Кастера.

— Хех. — Кастер ухмыльнулся мне. — Прости, что разочаровываю. Или, может быть, мне следует сказать «прости, что я не оправдываю твоих ожиданий»? У меня нет желания заполучить Грааль.

— Нет желания? — недоверчиво переспросила Директор.

— У каждого есть желание заполучить Грааль, — тихо сказала я.

Даже у меня.

Даже если то, что я чувствовала по отношению к выбранному мной пути, не совсем совпадало с сожалением, идея получить второй шанс исправив все свои старые ошибки, была привлекательной настолько, что, если бы я была моложе, мне вряд ли бы пришла мысль отказаться от этой возможности.

— В отличие от остальной части этого сброда, я пришёл сюда не для того, чтобы получить второй шанс на жизнь или исправить какую-то ошибку, которую совершил при жизни. — Ухмылка Кастера стала натянутой. — Я просто прикинул, сколько у меня будет шансов сразиться с некоторыми из величайших героев во всей истории? Хороший бой с кучей сильных врагов.… Я не смог устоять.

Я нахмурилась.

— И это всё? Ты здесь… потому что это звучало весело?

Серьезно? Что это был за Героический Дух, что его больше интересовало сражаться с другими героями, чем загадывать желания с помощью всемогущего устройства, исполняющего желания? Когда трагические смерти и ужасные повороты судьбы были так обычны в мифах и легендах, кто жил так хорошо, несмотря на это, что довольствовался просто хорошим времяпрепровождением, пока оно длилось?

— Это звучит немного невероятно, — скептически заметила Ольга-Мария. — Слуга, откликающийся на призыв к войне за Святой Грааль, но не имеющий желания, которое он хочет исполнить? Разве Грааль не выбрал бы Героического Духа с более сильной мотивацией, чем эта? В придачу, в качестве Кастера!

Бип-бип!

— Наконец-то мне удалось восстановить связь! — Сказал Романи, появляясь снова. — Директор, там Слуга…

Он поперхнулся, увидев Кастера.

—… прямо рядом с вами, — кротко закончил Романи.

— О?

Кастер шагнул к нему, потирая подбородок и изучая спроецированное изображение Доктора.

— Это… Какая-то форма общения с помощью магии? Довольно ловкое устройство.

— А-а, да, я имею в виду… — Романи откашлялся. —… Простите меня. Я-я не знаю, какой вы Героический Дух, но я хотел бы смиренно выразить свою благодарность —

— Романи, — раздраженно сказала Директор, — пожалуйста прекрати подлизываться.

— Д-директор!

Рика захихикала, как маленькая девочка, когда впервые услышала, как ругается её мама.

— Ты можешь опустить всю эту формальную чушь, — согласился Кастер, махнув рукой, как будто отгоняя неприятный запах. — Переходи прямо к делу.

— В-верно. — Роман выглядел встревоженным. — А-а. Кхм. Прежде всего, могу ли я подтвердить, что вы являетесь Слугой этой локальной войны за Святой Грааль? Или, во всяком случае, того, что под этим подразумевается?

— Мы это уже установили, — категорично сказала ему Директор. — Он Слуга класса Кастер, хотя пока он не назвал своего настоящего имени. Он помог нам победить Слугу класса Лансер, чьим именем была Медуза.

Доктор поперхнулся.

— М-Медуза? С вами всё в порядке?

— Всё в порядке, доктор Романи! — Радостно сказала Рика, помахав ему рукой. Мужчина вздохнул с облегчением и повернулся к чему-то на мониторах, перед которыми он сидел.

— Рика, Рицука, Маш, да, все ваши жизненные показатели в порядке, — сказал он. — Директор, я не могу получить ваши показатели, но если вы достаточно здоровы, чтобы отругать меня…

—Романи, — угрожающе прорычала она.

—… а-а, Тейлор, ты демонстрируешь некоторое напряжение, но всё в пределах допустимых отклонений, так что я не слишком беспокоюсь по этому поводу.

Напряжение. От поддержки Кастера, без сомнения. Это было не так уж плохо, хотя я определенно могла бы заметить падение количества моей магической энергии. Постоянное тянущее ощущение, словно оно было прикреплено к какому-то месту внутри меня, которое невозможно описать, месту, которое было одновременно в моем теле и всё же за его пределами. Бой с Медузой был довольно быстрым, но у меня такое чувство, что… Если бы Кастер ввязался ещё в три боя такой же продолжительности и интенсивности, я бы справилась с этим, но едва ли.

Я бросила на него краткий взгляд. Он выглядел совсем неплохо. Казалось, что Кастер даже не запыхался, хотя насколько Слугам вообще требовалось дыхание, я точно не знала.

— Тем не менее, — продолжил Романи. — Кастер. Если вы с Лансером оба были участниками этой Войны за Святой Грааль… Знаете ли вы об обстоятельствах, в которых оказались остальные пятеро Слуг?

Кастер хмыкнул и скрестил руки на груди.

— Вся эта война уже давно пошла куда-то не туда. Сейбер — та, кто охраняет Грааль. Она победила остальных и сделала что-то, что превратило их в эти… карикатуры, как Медуза. Лансер, Арчер, Райдер, Ассасин, Берсеркер, все они были побеждены один за другим и превратились в этих монстров. Можно сказать, что они были испорчены.

— Ты знаешь, с чего все началось? — Я спросила.

Кастер пожал плечами.

— Не единой догадки, принцесса.

— Принцесса? — Доктор поперхнулся. Мы оба проигнорировали его.

— Однажды, — сказал Кастер, — всё просто изменилось. Мастера исчезли, весь город загорелся, и все живые люди просто исчезли. Пуф. Вскоре после этого Сэйбер начала охотиться на остальных слуг. Я единственный, кого она так и не победила.

— Что означает единственный способ закончить Войну за Грааль…

— это разобраться со мной или с ней, — подтвердил Кастер. — Вот почему остальные были у меня на хвосте все это время. Я последний Слуга, стоящий на пути победы Сэйбер.

— А остальные? — Спросил Роман.

— Я уже победил Райдера и Ассасина, и мы только что разделались с Лансер. Берсеркер… Эта тварь свирепствует сама по себе, где-то в лесу. Единственные, о ком нам действительно стоит беспокоиться, — это Арчер и Сэйбер.

— Ты сражался с кем-нибудь из них раньше?

— Хех! — Слуга ухмыльнулся. — Достаточно, чтобы знать, что я не могу справиться с ними одновременно, а Сэйбер мне не по силам даже в битве один на один. Если бы меня призвали как Лансера, возможно. К сожалению, этот копирующий ублюдок редко отходит слишком далеко от Сэйбер, и даже когда он это делает, он отваживается уходить достаточно далеко, лишь на столько, чтобы держать её убежище на виду, так что он может поймать меня, если я только подумаю о том, чтобы направиться туда.

— Убежище? — Рицука повторил. — Ты сказал, что она охраняла Грааль, значит ли это… Э-э-э, директор, что вы там говорили о проявлении Грааля?

Директор хмыкнула.

— Я сказала, что в этом городе есть четыре места, где он может проявиться. Мы уже проверили два из них, и то, как Кастер говорит об Арчере, я сомневаюсь, что это будет в третьем, что означает… — Она посмотрела на Кастера. — Она прячется на горе?

Он ухмыльнулся.

— Ты догадалась об этом, да? Довольно ловко. Да, в горе есть пещера, где хранится Грааль. Сэйбер там, внутри, но Арчер охраняет вход. Я избегал подниматься туда и вступать с ним в конфронтацию, потому что Сэйбер может решить появиться и присоединиться к драке, а я знаю, что лучше не ввязываться в такого рода драку, когда вокруг разбрасывается столько огневой мощи.

— Означает ли это, что ты знаешь, кто такая Сэйбер? — Я спросила.

Улыбка Кастера потускнела и сменилась хмурым взглядом.

— Король Артур, — торжественно произнес он.

Директор отшатнулась, как от пощечины, у Маш отвисла челюсть, и даже близнецы выглядели совершенно ошарашенными. Я думаю, что столь знаменитая легенда была известна даже в таких отдаленных местах, как Япония.

— Ч-ч-что? — Роман был поражён.

Даже я не осталась равнодушной к новостям, хотя мне нравилось думать, что моя реакция была гораздо менее экстремальной и гораздо более сдержанной, чем у других.

Король Артур…

В моем понимании Героических Духов возраст и слава приравнивались к большей степени мощи. Чем старше и прославленнее была легенда, чем больше людей узнавали имя и деяния героя из этой легенды, тем сильнее они были и тем больше они могли совершить. Медуза, вероятно, была бы хорошим примером, если бы её призвали как Райдера, возможно, с Пегасом в качестве ездового животного и, вероятно, с чем-то, отражающим остров, на который она была сослана. Как Лансер? Даже её слава не смогла компенсировать ограничения её класса.

Король Артур в образе Сейбера?

— Что означает, что ее меч — Экскалибур, — сказала я. Вопреки себе, мой голос прозвучал немного слабо для моих ушей.

Стоп.

— Она?

Кастер пожал плечами.

— Мифы и легенды не всегда всё объясняют правильно, — сказал он, как будто это что-нибудь объясняло, — и они не всегда знают все важные моменты.

— Похоже на довольно большую оплошность.

— Кого волнует её пол? — истерично потребовала Анимусфия. — Мы выступаем против самого знаменитого рыцаря в истории! В чьих руках, величайший священный меч, из когда-либо созданных! Я думаю, это немного важнее, чем то, была ли она женщиной, скрывающей свой пол!

Справедливое замечание. Возможно, я была немного более потрясена новостью о том, кто был нашим последним врагом, чем я первоначально думала.

— Директор! — Роман воскликнул. — Вы не можете сказать мне, что на самом деле собираетесь встретиться с ней лицом к лицу! Черт возьми! Я имею в виду короля Артура! Д-даже с помощью Кастера, Маш никак не сможет противостоять кому-то настолько сильному!

—В словах бесполезного слабака действительно есть доля правды, — сказал Кастер, напевая.

Роман пробормотал: — С-слабак…

Кастер ткнул в щит Маш.

— Ты даже не можешь использовать свой Благородный Фантазм, не так ли?

Рот Маш скривился в тонкую линию, и она отвела взгляд.

— Н-нет, — призналась она. — Я не могу.

Слуга издал понимающий звук.

— Я так и думал. Это не конец света, но это ставит нас в затруднительное положение.

— Что я сделала, чтобы заслужить это? — простонала Директор. — Король Артур, Экскалибур — Лев, почему это должно было случиться со мной? Почему нечто подобное должно было случиться в мое дежурство, с моей Халдеей? — Она схватилась за волосы, как будто хотела вырвать их все из головы. — Что мне делать? Что мне делать, Лев? Я-я не могу справиться с чем-то подобным! Я просто не могу! Этого никогда не должно было случиться! Я умру здесь, в этом жалком городе, еще даже не добравшись…

Звучный шлепок моей ладони по её щеке заставил её замолчать.

— Вау, — сказала Рика.

— М-мисс Тейлор! — Маш ахнула.

— Тейлор! О чем ты думаешь? — Ошеломленно спросил Роман. — Д-директор, вы в порядке?

— Возьмите себя в руки, — сказала я Директору, Ольге-Мари Анимусфия. — Вы директор Халдеи, не так ли? Ваша работа — сохранять спокойствие и контролировать ситуацию, независимо от ситуации, потому что все, кто находится под вашим началом, ждут от вас указаний. Вы не ломаетесь, вы не паникуете, вы сохраняете хладнокровие и ведете за собой людей.

Я подошла ближе и сделала голос тише, чтобы слышала только она, сказала ей: — Я знаю, ты сможешь это сделать, Мария. Я знаю, что ты сможешь. Ты просто должна верить, что сможешь.

Кастер усмехнулся, скрестив руки на груди.

— Ну что ж. Знаете, должен признать, я немного завидую, мастер. Обычно именно я помогаю успокоить истеричных женщин.

На короткое время я закрыла глаза и послала ему свою мысль.

— Ты не помогаешь, Кастер.

— Я не знаю, мастер, — ответил Кастер — Немного юмора может иметь большое значение для того, чтобы сделать даже безнадежные ситуации менее мрачными.

Директор сделала глубокий, успокаивающий вдох и, наконец, тихим, сильным голосом произнесла:

— Романи.

— Д-да, директор?

— Тебе уже удалось связаться с кем-нибудь за пределами Халдеи? ООН? Ассоциация магов?

Доктор поморщился и глубоко вздохнул, проведя рукой по голове.

— Боюсь, что нет, директор. Нам удалось отремонтировать по крайней мере часть нашего коммуникационного оборудования, но мы пока не смогли связаться ни с кем снаружи.

— А мастера в криоконсервации? Кто-нибудь из них восстановится в разумные сроки?

—… Нет. Учитывая сложившуюся ситуацию, мы не можем даже ожидать начала лечения их травм в ближайшее время, вероятно, в течение нескольких недель. Рицука, Рика и Тейлор — это всё, что у нас сейчас есть, с точки зрения Мастеров, и поскольку Да Винчи не может покинуть базу, Маш — наша единственная Слуга.

Что означало, что подкрепление, которого мы пытались дождаться, вероятно, не поступит.

Я хотела быть удивленной, но, если быть до конца честной, это было в основном то, чего я ожидала с самого начала. С точки зрения моей карьеры, слишком часто всё шло наперекосяк.

— А-а нужен ли вообще Маш Благородный Фантазм? — Спросила Рика. — Она неплохо справилась против Медузы и без него!

— Если бы Кастер не появился, чтобы помочь, — пробормотал Рицука.

— Вы что, раньше не слушали? — спросила Ольга-Мария, в её голос вернулась часть задора. — Битва между слугами, можно сказать, является битвой между Благородными Фантазмами. Против Медузы это, возможно, не имело такого большого значения, потому что как у Лансера, её Благородный Фантазм был ограничен по масштабам. Экскалибур короля Артура будет на совершенно другом уровне.

— Ну, возможно, мы можем что-то с этим сделать, — сказал Кастер. — Девочка, ты недавно стала Слугой, верно?

Маш кивнула.

— Я Полуслуга. Ах, то есть, благодаря форме одержимости, я человек, слившийся со Слугой, хотя, боюсь, Слуга, который слился со мной, не назвал мне своего имени и не научил ни одному из своих навыков.

Кастер издал ещё один понимающий звук.

— Не могу сказать, что я когда-либо слышал о подобном раньше, но это звучит похоже на то, что можно услышать о старых шаманах и друидах. Что ж, с этой проблемой нелегко справиться, но и её можно решить.

— Тем временем нам нужно найти дом Второго Владельца, — сказала Анимусфия. — Если мы не можем ожидать никакой поддержки… т-тогда нам просто придется справиться с этим самим.

— Д-директор…!

— У нас нет выбора, Романи! — рявкнула она на него. — Правильная история должна быть восстановлена, несмотря ни на что! Если мы единственные, кто может это сделать, прямо сейчас… Тогда мы просто должны быть теми, кто сделает это!

— Мило. — Кастер ухмыльнулся. — Это хорошее отношение, леди-босс. Похоже, в тебе всё-таки есть что-то вроде твердости характера.

Директор фыркнула.

— Я даже не собираюсь удостаивать это ответом!

Разве ты только что не ответила?

— Нам пора двигаться, — сказала я вместо этого. — Мы уже довольно долго стоим на месте, так что нам следует найти дом Второго Владельца и немного отдохнуть, прежде чем мы отправимся на гору.

— Подождите секунду! — сказал Доктор. — Тейлор, я уверен, что ты лучше знакома с подобными ситуациями, и Директор, я понимаю, что у нас не так много вариантов, но Маш, Рика и Рицука ни за что не готовы к этому! Особенно Рицука и Рика! Д-даже если вам удалось победить Лансера, такая легенда, как король Артур, находится на совершенно другом уровне!

— Эта Сингулярность не собирается ждать, пока мы будем готовы, Романи, — сказала я ему. — Наши ресурсы ограничены, наши припасы ограничены, а это значит, что наше время ограничено. Если мы попытаемся дождаться команду помощи, которая, похоже, не приедет, то всё, что произойдет, это то, что мы будем уставшими, голодными и слабыми, когда у нас больше не будет выбора, кроме как справиться с этим самим.

— Всё ещё…!

— С нами все будет в порядке, доктор Романи, — немного слишком бодро сказала Рика. — В конце концов, у нас есть Маш!

— Мастер, — обеспокоенно пробормотала Маш.

И Романи… сдулся.

— Я не могу остановить вас, — с несчастным видом признал он. — Если вы думаете, что это лучший вариант действий, тогда единственное, что я могу сделать, это обеспечить вас всем необходимым, насколько это возможно. Свяжитесь со мной, когда обустроитесь в доме Второго Владельца. Я пришлю вам немного еды, чтобы вы могли продержаться.

Без лишних слов его изображение замерцало и исчезло. На мгновение над нами опустилась темная пелена, и в группе воцарилась тишина.

— Дом Второго Владельца находится в южной части жилого района, — наконец сказала Директор. — Мы должны заметить его, когда подойдем ближе… но я не удивлюсь, если вокруг него будет больше скелетов, когда мы туда доберемся.

— Я проложу путь, — решительно заявила Маш.

Я обратилась к своему собственному Слуге, каким бы временным он ни был.

— Кастер.

— Понял, мастер. — Слуга лениво отсалютовал мне. — Я буду прикрывать тыл и удостоверюсь, что мы не попадем в засаду.

Это было не то, что я собиралась сказать, хотелось сказать ему, но я поджала губы и промолчала. До сих пор он был полезен, так что, думаю, я могла бы оказать ему такое же доверие. Учитывая все обстоятельства, … Если бы Кастер хотел нашей смерти сейчас, он мог бы сделать это с самого начала. Время понаблюдать за ним наступит, когда мы доберемся до Грааля и победим Сэйбер.

Тогда я не собираюсь позволять ему замыкать тыл.

Образовав своего рода ромб, в котором мы, хлипкие люди, были посередине, а Маш и Кастер образовывали верх и низ, мы свернули с главной дороги и петляли по улицам к дому Второго Владельца. Директор вела нас окольным путем, указывая, когда нам нужно повернуть, а когда продолжать двигаться прямо, хотя у меня возникло ощущение, что, строго говоря, мы выбрали не самый прямой маршрут, и на самом деле это было скорее медленное блуждание.

Что ж, была разница между просмотром карты и прохождением маршрута самостоятельно. Однако это заставило меня скучать по моим жукам; Я привыкла к отсутствию абсолютной проприоцепции, которая была когда я была кейпом, но было много случаев, когда было бы очень удобно сохранять абсолютное ощущение того, где я нахожусь и что вокруг меня, даже в Антарктике.

Возможно, здесь это не принесло бы мне особой пользы. Халдея, вероятно, была слишком холодной и удаленной, чтобы содержать что-либо подобное процветающей популяции насекомых, как Броктон-Бей или Чикаго, но в горящем городе Фуюки возникла бы прямо противоположная проблема, поскольку всё было охвачено огнем, вероятно, всё, кроме нескольких очень выносливых видов были бы уничтожены.

В конце концов нам потребовалось, наверное, еще минут двадцать ходьбы, чтобы добраться до дома Второго Владельца, хотя называть его просто домом, возможно, было бы несколько неверно. Я не была уверена, что «особняк» вполне подходит, потому что по стандартам некоторых особняков Америки он был абсолютно крошечным, но если сравнить его с более скромными домами, которые сгорели дотла, то почти полностью уцелевшее здание можно было назвать роскошным.

Дом был двухэтажным, из кирпича и дерева, который выглядел так, словно принадлежал викторианскому Лондону, а не современной Японии, с темными панелями снаружи и покатой крышей в комплекте с дымоходом. Он возвышался над другими резиденциями вокруг, был больше и обширнее, к тому же был расположен на большем участке земли.

Окруженный небольшими, более компактными загородными домами в стиле середины века, он выделялся во многих отношениях.

— Вау, — сказала Рика, увидев это. — Второй Владелец, должно быть, был чертовски богат.

— Как и везде, — пренебрежительно сказала Директор. — Должность Второго Владельца несколько престижна, да, но с точки зрения того, какое влияние это дает вам в Ассоциации, местоположение действительно имеет значение. Быть Вторым владельцем такого захолустного места, как это, всё равно что быть мэром сонной деревушки в сельской местности, и это принесет тебе примерно столько же славы.

— Сурово, — сказала Рика с усмешкой.

— Ассоциация магов действительно так свысока смотрит на Японию? — Спросил Рицука.

— Как я вам уже говорила, — сказала Ольга-Мария. — Япония печально известна своей бедностью в духовной сфере, и в результате, появляющиеся здесь маги, как правило, третьесортные и со слабым талантом. Ассоциация сохраняет здесь лишь символическое присутствие и оставляет большую часть управления горстке Вторых Владельцев, отвечающих за её несколько горячих точек. — Она посмотрела на дом. — Если я правильно помню, большая часть богатства и влияния этого Второго Владельца происходит от патентов, которыми владеет их семья. Это немного удивительно, учитывая, насколько молода на самом деле их родословная.

Я хотела бы, чтобы такое разделение на касты не имело смысла. Но одна из вещей, которые было мной усвоены, во время моего обучения у Директора и таких, как Водим, заключалась в том, что возраст родословной для магов, равен их могуществу. Чем древнее и продолжительнее твоя родословная, тем более впечатляющей и мощной была твоя магия. Единственный способ обойти это — родиться с действительно особенным атрибутом или врожденной способностью, и если ты был таким, тебе лучше надеяться, что бы ты не не был настолько особенным, чтобы привлечь внимание кого-то, кто хотел бы узнать, как и почему ты такой.

К счастью или к несчастью, я была едва ли средней с точки зрения потенциала. Я не была восходящей звездой, но и не застряла где-то в секретной лаборатории какого-то психопата с головой в одной банке и всеми органами в других, всё ещё каким-то образом живая.

Мне эти описания напомнили о лаборатории Ампутации, которая обеспечила мне незабываемое время.

— Похоже, дом в хорошем состоянии, — прокомментировала я. — Лишь несколько разбитых окон.… На верхнем этаже может быть немного небезопасно, но если он простоял так долго, у нас не должно возникнуть никаких проблем.

— Магический барьер тоже выглядит так, как будто его пропустили через отжимную машину, — вмешался Кастер. — Он не исчез полностью, но нам не стоит беспокоиться о том, что нас принудительно выкинет или что-то в этом роде, просто небольшой дискомфорт на входе.

— Нам повезло, — сказала Директор.

— Не могу дождаться, когда попаду внутрь, — простонала Рика. — Мои ноги убивают меня.

— Я бы не прочь немного присесть, — согласился её брат.

Один за другим мы прошли через главные ворота, а затем и парадную дверь, и хотя близнецы поежились от холода ограничивающего поля, давившего на нас, как чей-то далекий, неодобрительный взгляд, мы прошли незамеченными и вошли в дом, обнаружив его на удивление нетронутым, как будто его вообще не тронул бушующий снаружи пожар. От смога, поднимавшегося над остальной частью города, не было даже слоя сажи.

— Ограничивающее поле проделало замечательную работу по поддержанию этого места в хорошем состоянии, — признала Директор со своего рода неохотным уважением.

Она переступила небольшой порожек у входной двери и наступила на не совсем чистый деревянный пол — о котором раньше заботились и полировали, но уже давно этого не делали. Я последовала за ней.

— Гм! — встревоженно вмешалась Маш.

Мы с Директором обернулись.

— В чем дело, Маш?

— В Японии разве не принято снимать обувь у двери, чтобы не оставлять следов грязи на полу? — спросила она, многозначительно глядя на наши ноги. Я взглянула вниз и краем глаза заметила, что Анимусфия делает то же самое; цепочка грязных следов вела по половицам к нам.

Я обменялась с Директором взглядом.

— Сейчас не время соблюдать социальные нормы и отдавать дань уважения владельцам домов, Маш, — сказала я ей. — Если нам нужно будет уходить в спешке, у нас не будет времени надеть обувь.

— Я уверена, что владельцы поняли бы, что ситуация меняет дело, — добавила Директор. — Эберт права. Если нам нужно будет уходить в спешке, у нас не будет возможности захватить обувь, так что лучше просто оставить её на себе.

Рицука и Рика, которые собирались начать стаскивать обувь, замерли, а затем решили не делать этого.

— Это немного странно, — прокомментировала Рика себе под нос. Я всё ещё отчетливо слышала её.

— Ты говоришь это мне, — пробормотал Рицука в ответ.

Мы прошли в гостиную, где шикарная, дорогая мебель была такой же нетронутой, как и весь остальной дом. Рицука и Рика направились прямиком к дивану, и оба рухнули на него с приглушенным стуком, вздыхая, когда откинулись на подушки. Вместо этого мы с Директором выбрали два кресла, в то время как Маш неловко прислонила свой щит к стене и осторожно села на один из свободных стульев у стола. Кастер остался стоять. Они были единственными, кто, казалось, совсем не устал.

— Хааа, — выдохнула Рика, обмякнув. — Такое чувство, что мы шли дни.

— Должно быть, прошло почти шесть часов, — устало согласился Рицука.

— …Не так уж и долго, — Директор задумчиво сказала: — но подумайте об этом… Были ли какие-то изменения в небе, за всё время что мы тут находимся?

— Если и были, я этого не заметила, — сказала я ей.

— Итак, мы понятия не имеем, который сейчас час и сколько точно мы здесь находимся. Или есть ли какие-то необычные погодные условия, например, вечная ночь.

Я взглянула на часы на каминной полке над камином, но они давным-давно перестали работать, так что в этом не было никакого смысла. Достаточно хороший Умник, возможно, смог бы определить, как долго всё было именно так, по тому, как давно это прекратилось, но мы только что вышли из этого.

— Небо было закрыто с тех пор, как начались пожары, — вмешался Кастер. —Извините, леди-босс. Через некоторое время дни начинают сливаться воедино, так что я не могу сказать вам, как давно всё это произошло.

Ольга-Мария снова хмыкнула.

— Нам нужно связаться с Романи.

Рика и Рицука застонали, но в конце концов Рицука поднялся, задрал рукав халдейской униформы и активировал устройство связи на запястье.

Бип-бип

Изображение Романи Архимана возникло в воздухе, и он моргнул, глядя на нас с бутербродом в руке и набитым ртом. У меня заурчало в животе, и мгновение спустя к нему присоединилось урчание близнецов.

Как только Романи понял, что происходит, он быстро прожевал свою еду и отложил бутерброд подальше от камеры, затем быстро запил каким-то напитком.

— Извините за это, — немедленно извинился он. — Вы нашли дом Второго Владельца раньше, чем я ожидал, поэтому я пошёл перекусить.

— Как эгоистично с твоей стороны, Романи, — мрачно сказала Директор.

— Э-эй! Я пытался присматривать за вами, ребята, и руководить ремонтом всех жизненно важных систем уже почти восемь часов! Вы же знаете, я могу прожить недолго, прежде чем уступлю элементарным человеческим потребностям!

Рика подняла палец вверх.

— У нас есть парочка таких, о которых мы тоже должны позаботиться, доктор Романи!

— Она права, — сказала Директор, хотя, похоже, ей было не совсем приятно это говорить. — Нам нужны были эти пайки ещё вчера, Роман. Не говори мне, что ты ничего не приготовил.

— Вообще-то, я всё настроил, — сказал Романи. — По крайней мере, это нам удалось исправить. Мне просто нужно, чтобы Маш установила круг призыва, который мы могли бы использовать для связи, и я могу прислать вам столько еды и воды, сколько вы сможете унести.

— Хорошо, — сказала Директор. — Я не хочу доверять тому, что осталось на кухне этого места, так что даже безвкусные батончики из рациона принесут нам больше пользы. — Она махнула рукой в направлении пола. — Маш!

— Да, директор!

Маш вскочила со стула и подошла, чтобы поднять свой щит, а затем положила его на самый чистый участок пола, который смогла найти, лицевой стороной вверх. Мгновение спустя в воздухе над ним нарисовался узор в виде магического круга, ярко светящегося.

— Подключился! — сказал Романи. — Связь… хорошая. Процедура Рейшифта… пройдена. Вы должны получить свои припасы через три, два, один…

В мгновение ока магический круг исчез, и на его месте появилась коллекция банок, коробок и пластиковых бутылок с водой, аккуратно сложенных и каким-то образом сбалансированных. На коробках были надписи крупными буквами по трафарету: ПАЙКИ.

Кастер тихо присвистнул.

— Рейшифт успешен, доктор Романи, — сообщила Маш.

— Это здорово. — Романи улыбнулся. — Здесь должно хватить на два приема пищи для каждого из вас, плюс несколько перекусов для быстрого прилива энергии. Пожалуйста, свяжитесь со мной снова, если вам понадобится что-нибудь ещё.

Директор оценила стопку пайков и воду в бутылках и одобрительно кивнула.

— Хорошая работа, Романи.

Доктор издал самоуничижительный смешок.

— Приятно знать, что на меня можно рассчитывать, и что я не облажался хотя бы немного.

— У тебя отображается местное время? — Я внезапно спросила его.

— О! Э-э…

Роман посмотрел на что-то на своих мониторах.

— Да, сейчас приблизительно… немного за полночь.

Я кивнула и повернулась к Ольге.

— Нам нужно немного поспать, как только мы поедим. Мы отправимся в горы завтра утром, после завтрака, когда все восстановят свои силы.

Направляю свой многозначительный взгляд на близнецов, которые выглядели так, словно были готовы уснуть прямо здесь и сейчас, и которые, безусловно, не были готовы подняться на гору прямо сейчас.

— Я согласна, — сказала Ольга-Мария, а затем посмотрела на Романи. — Романи, убедись, что ты сам немного поспал. Пока Рейшифт функционирует должным образом, мы можем побеспокоиться о других системах позже, и нам нужно, чтобы вы были готовы, когда мы отправимся уничтожать Сейбер, на случай, если нам придется совершить экстренный побег. Никто не знает, как быстро эта Сингулярность разрушится.

Романи снова рассмеялся, как будто его отчитывали и приказывали так часто, что он привык к этому.

— Понял, Директор.

Как только он ушел, мы с Директором взялись за пайки и начали разбирать их с помощью Маш. Некоторые из них были безвкусными батончиками ИРП, с высоким содержанием энергии, но похожими на жевательную резинку, и мы отложили их на потом, на случай, если завтра нам понадобится подкрепиться. Однако некоторые из них представляли собой сублимированные блюда с инструкциями по их приготовлению.

— Хорошо, что Роман прислал нам много воды, — пробормотала я. — Я не уверена, что хочу доверять здешнему трубопроводу.

— Вероятно, это была бы не лучшая идея, — согласилась Директор.

В какой-то момент близнецы задремали, слегка похрапывая, голова Рики покоилась на плече Рицуки, и каким-то образом мне удалось убедить Анимусфию оставить их в покое, когда мы нашли кухню и начали готовить еду из сухих пайков. Получилось быстро. Как только мы достали кастрюли и сковородки и довели воду до кипения, это заняло всего около десяти минут.

Директор пошла будить близнецов, пока я доставала тарелки и столовое серебро для всех, и мы вместе сели на пол вокруг кофейного столика в гостиной и спокойно поели. Даже Рика была нехарактерно подавленной — казалось, она едва держала глаза открытыми, отправляя в рот кусочки курицы, как будто даже не ощущала их вкуса.

Казалось, не было никакого смысла мыть посуду, которой больше никогда не собирались пользоваться, поэтому мы просто сложили её в кухонную раковину, и Маш тихо повела Рику и Рицуку наверх, чтобы найти кровать для сна. Даже она, казалось, наконец почувствовала усталость, хотя справлялась с этим гораздо лучше, чем близнецы.

Когда она спустилась вниз, я объявила:

— Нам нужно организовать смены дозора.

Директор выглядела так, словно я только что сказала ей, что ей придется бежать всю дорогу до церкви.

— Директор может взять последнюю смену утром, — сказала я, сжалившись над ней. — Кастер, ты можешь…

Кастер отмахнулся от меня.

— Не беспокойся об этом, Мастер. Слугам не нужно спать, поэтому я буду дежурить всю ночь. Остальные могут хорошенько выспаться.

Я хотела проявить подозрительность, но в тот момент даже я слишком устала, чтобы бороться с этим. Маш попыталась прикрыть зевок рукой.

— Тогда мы оставляем дозор за тобой, — решаю согласиться.

— Слава Богу, — пробормотала Директор.

— Однако с точки зрения защиты, — продолжила я, — как думаешь, ты сможешь исправить ограничивающе поле?

Кастер ухмыльнулся.

— Я сделаю кое-что получше, — сказал он мне. — Я улучшу его, пока буду дежурить. Если этот копирующий ублюдок захочет пройти через это, когда я закончу с улучшением, ему, вероятно придётся сильно постараться.

Это немного… не то, что я хотела услышать, но, вероятно, куда лучше, чем могло бы быть.

— Хорошо, — сказала я. — Тогда мы идём спать.

Позаботившись об этом, Маш, Директор и я направились наверх. Маш тихо указала, где находятся спальни, затем комнату, где близнецы спали вместе, и пошла к ним. Я думаю, как их Слуга, она хотела оставаться к ним как можно ближе, и я не могла винить её за это. Директор просто прошествовала к ближайшей комнате и спокойно вошла, оставив меня последней выбирать себе комнату.

Когда я вошла, на полу лежал красный ковер, мебель из темного дерева и панели на стенах придавали помещению элегантный, старомодный вид. В стенах было три окна, два с одной стороны и одно с другой, с канареечно-желтыми занавесками с цветочным рисунком, а посередине стояла удобная большая кровать с балдахином, застеленная такими же простынями. Над маленьким туалетным столиком между двумя окнами висело зеркало, а рядом с третьим стоял комод. В одном углу стоял маленький столик и два стула, и, вздрогнув, я поняла, что на нём стоит чашка недопитого чая, оставшаяся от последнего обитателя этой комнаты.

Внезапно я осознала, что когда-то здесь был другой человек, живший в этой комнате и спавший в этой кровати, другой человек со своей жизнью, мечтами, целями, амбициями, семьей. Та, что не планировала умирать и не знала, что она не вернется, когда уходила. Я чувствовала себя незваным гостем, вторгшимся в ее могилу.

Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

Сейчас я ничего не могу для неё сделать. Единственное, что я могу сделать, это исправить эту Сингулярность и убедиться, что её смерть не осталась без ответа.

Это убеждение всё ещё горело во мне после того, как я скинула туфли и забралась под простыни. Завтра я собиралась пойти и добиться справедливости.

Я всё ещё чувствовала запах её духов на подушке.

Глава VII: Хрупкая подделка

*Комментарий от автора перед главой:

Некий похотливый сторожевой пес будет немного флиртовать.

Я не была уверена, как долго я спала, прежде чем смутное тянущее ощущение в области груди разбудило меня.

Было трудно описать это в точности. «Дергающее» — самое подходящее слово, какое у меня вышло, но оно не совсем подходило. Тянущее? Может быть… Это не было похоже на то, что кто-то проткнул меня крючком и дернул за него, но и не было похоже, что кто-то схватил меня за рубашку и потащил за собой.

Единственное, что можно было сказать наверняка, так это то, что это было постоянно. Напоминающее… гравитацию. Неописуемая сила, которая удерживала меня и неумолимо тянула за собой, как ей заблагорассудится.

Я не хотела просыпаться, но дерганье не позволяло мне перевернуться и снова заснуть. Глубокий стон завибрировал в моей груди и вырвался изо рта, когда я уткнулась лицом в подушку, и сделала глубокий вдох через нос, только для того, чтобы ощутить приятный цветочный аромат, который мгновенно заставил меня проснуться от напоминания…

…Это была не моя кровать. Я была не в Халдее.

Вскакиваю с кровати, не раздумывая, но в какой-то момент мои ноги запутались в простынях, которыми я была укрыта, и вместо этого я с визгом свалилась на пол неаккуратной кучей.

Однако у меня не было времени прохлаждаться. Не тогда, когда я могла распознать ощущение внутри себя, когда Кастер черпал мою магическую энергию, и особенно не тогда, когда я могла слышать его голос, кричащий снаружи, как будто он сейчас сражается.

Нет, он точно сражался.

— Да! — присоединился к нему женский голос.

Это оказался голос Маш.

Неужели Арчер спустился с горы, чтобы внезапно напасть на нас? Или, что еще хуже, Арчер и Сэйбер решили покончить с проблемой здесь и сейчас, вместо того, чтобы ждать, пока мы сами подойдем к ним?

Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт.

Я поспешно натянула туфли и бросилась к двери в свою спальню, в которую я вселилась. Мне пришлось взяться за ручку для равновесия, когда я толкнула её, чтобы сразу же обнаружить, что все остальные тоже уже проснулись, потому что все двери были открыты, а комнаты пусты.

И снова я могла только оплакивать потерю своих способностей. Три года назад простого пробуждения моих товарищей по команде было бы достаточно, чтобы мой Шард разбудил меня.

Я рванула по коридору, мчась так быстро, как только позволяли ноги, и, перепрыгивая через две ступеньки за раз, в спешке выскочила через парадную дверь. Моё сердце тревожно колотилось в груди, а разум мчался со скоростью мили в минуту, пока я пыталась придумать какую-нибудь тактику, которую можно было бы использовать, чтобы застать врага врасплох, пока у меня был элемент неожиданности.

Входная дверь практически распахнулась, и я чуть не сорвала её с петель своим протезом руки — а потом мне пришлось взять себя в руки, чтобы не сбить с ног Директора, потому что она стояла прямо там.

Сказать, что я преуспела, не было бы ошибкой. Сказать, что я потерпела неудачу, тоже не было ошибкой. Мне удалось увернуться от Директора, но мой импульс был слишком велик, чтобы остановиться, поэтому всё, что я в итоге сделала, это обогнула её и, споткнувшись о собственные ноги, приземлилась прямо за ней.

Удар по моей гордости был более болезненным, чем по коленям. Или по локтю. Или по плечу.

— Эберт — нейтрально произнесла Директор, не глядя на меня. В её голосе не было ни напряжения, ни беспокойства, и я могла бы даже назвать её тон задумчивым. Или созерцательным. — Хорошо, что ты проснулась.

— Директор? — Спросила я, поднимаясь на ноги. — Что происходит?

Мой взгляд устремился на улицу, где Кастер и Маш двигались взад и вперед, приглядевшись можно было бы заметить, что на самом деле Кастер осыпал Маш заклинаниями, а она пыталась блокировать их. Что ж, у неё получалось. Она больше ничего не могла сделать, но ни одно из заклинаний Кастера не попало ни во что, кроме её массивного щита. Чуть дальше близнецы наблюдали за происходящим, находясь в безопасности вне линии огня.

— Кастер решил, что слишком рискованно противостоять кому-либо из оставшихся Слуг, охраняющих Грааль, без доступа Маш к её Благородному Фантазму — объяснила Директор. — С этой целью он пытается научить Машу пользоваться им, хотя его методы… оставляют желать лучшего.

Я посмотрела на спарринг, хотя любая попытка называть любую драку между двумя Слугами спаррингом звучала нелепо.

— Пока успехов нет?

— Именно — подтвердила Ольга-Мария. — Его единственным реальным советом для неё было погрузиться внутрь себя и пытаться вызвать Фантазм со всем усердием, или что-то в этом роде совершенно нелепое. Они занимаются этим уже почти час.

Кастер выбрал этот момент, чтобы остановиться, и когда он это сделал, то же самое сделала Маш, тяжело дыша, как будто пробежала марафон.

— Ладно, девочка — окликнул он её. — Сделай передышку. Это не работает, поэтому мне нужно придумать другой план. А пока ты заслужила небольшой перерыв, так что можешь немного расслабиться.

Маш обмякла, и близнецы, видя, что всё кончено, подбежали, чтобы помочь ней. Я не совсем расслышала, о чем они говорили, но тон их голосов звучал одобрительно, так что мне оставалось только догадываться, что они пытались поднять ей настроение. Маш, по крайней мере, казалось, оценила этот жест.

— Эй, принцесса! — Кастер помахал рукой, направляясь в нашу сторону. — Рад видеть, что ты проснулась. Может, мне начать называть тебя Спящей Красавицей?

— Трудно заснуть после всего того шума, который ты поднял, Кастер — сказала я сардонически, кивнув на Маш. — Как она?

Он взглянул в её сторону и вздохнул, навязчиво почесывая в затылке.

— Я этого не понимаю — посетовал мужчина. — Подобные штуки отлично работали, когда мой наставник использовала их на мне.

— Наставник?

Он усмехнулся.

— Эта ведьма… Она была из тех женщин, которые надирают тебе задницу, затем читают лекцию о том, что ты сделал не так, а затем надирают твою задницу, пока ты не сделаешь всё правильно.

Я нахмурилась.

— Твоим наставником была женщина?

— Самая устрашающая женщина Ирландии. — подтвердил Кастер. — Ах… Ну, может быть, вторая по устрашению, хотя это действительно зависит от того, кого вы спросили. Мой учитель была устрашающей, кровожадной воительницей, и она вселяла страх как в сердца людей, так и в богов… но из всего, через что она заставила меня пройти, сражение с Ифе от её имени было самым близким к смерти, к чему я когда-либо приближался под ее обучением.

— Сражение с Ифе… — Директор замолчала, а затем дернулась, уставившись на Кастера широко раскрытыми глазами. — Подожди минутку! Ирландский герой, обучавшийся у свирепой женщины-воина, вступил в бой с другой женщиной-воином по имени Ифе, ты — Кухулин Ульстерский!

Кастер моргнул, глядя на неё.

— Будь я проклят, — сказал он, и его губы растянулись в усмешке. — Вы слышали обо мне раньше, леди-босс? Полагаю, я более знаменит, чем думал.

— Почему ты Кастер? — выпалила она. — Гаэ Болг, возможно, не является для тебя таким же синонимом, как Экскалибур для короля Артура, но это, несомненно, твой самый известный Благородный Фантазм! Не может быть, чтобы тебя не призвали как Лансера!

Кастер ухмыльнулся.

— Если только класс Лансер уже не был занят.

— Медуза — ей следовало быть Райдером! — запротестовала Анимусфия. — Пегас более привязан к её легенде, чем… что бы у неё ни было в качестве Лансера! Нет, это была коса, которая убила её, не так ли?

Теперь, когда я подумала об этом, вероятно, так оно и было, не так ли? Возможно, не это превратило её в жестокого монстра, с которым мы столкнулись, но я не могла представить, что какой-либо Слуга был бы сильно рад идеей владеть оружием, которое его убило, не говоря уже о концептуальном и психологическом беспорядке, связанном с тем, к чему у тебя должна быть уязвимость.

— Ты что, забыла, леди-босс? — Удивленно спросил Кастер. — Это необычное место. Ничто здесь не так, как должно было быть, включая Слуг и их классы.

— Тьфу!

Директор промычала, массируя виски, как будто это каким-то образом заставило бы мир снова обрести смысл.

— А Маш? — Я спросила Кастера, возвращая разговор к нужной части.

Он поморщился, уперев руки в бока.

— Ну, честно говоря, я не уверен, кто она. Очевидно, что она не Кастер и не Ассасин, у неё нет никакой формы безумия, поэтому она не Берсеркер. Нет копья, значит, не Лансер, нет меча, значит, не Сейбер, и нет лука, хотя последнее не так сильно дисквалифицирует класс Арчера, как должно быть. Я думаю, она могла бы быть Райдером, но это не слишком помогает, не так ли? С другой стороны, кем бы она ни была, этот щит, очевидно, её Благородный Фантазм.

— Очевидно — согласилась я.

— Даже это было бы огромным преимуществом, — продолжил он. — Но просто швырять в неё заклинания, пока ей не удастся вытащить его, не сработало, и это единственный способ, который я действительно знаю, как это сделать. Если только…

Мне не понравилось, как это прозвучало.

— Если только?

— Ну, теперь… Это может сработать, не так ли?

— Кастер?

Мужчина ухмыльнулся, оскалившись, как акула.

— Страха за собственную жизнь просто недостаточно, не так ли? Это не в её характере. Я знавал нескольких таких людей.

Мне действительно не нравиться, к чему он клонит, если это означало то, что я думала.

— Кастер.

Он отмахнулся от меня, и будь то наспех нарисованная руна, какое-то заклинание или просто чистая физическая сила, этого хватило для того, чтобы я отлетела к Директору. Она пронзительно закричала, когда мы упали, запутавшись в конечностях, и я попыталась подняться на ноги, но не смогла достаточно быстро встать на ноги, потому что Кастер уже вышел обратно на улицу.

— Девочка! Новый план! Если мы не сможем вызвать твой Благородный Фантазм, подвергнув твою жизнь опасности…

— Кастер! — Я послала к нему мысль так твердо, как только могла. Я потянулась к нему рукой, как будто могла удержать его — и когда я увидела красные отметины на обратной стороне руки, поняла, что у меня есть единственный выход. — Силой моего Командного заклинания…

— Не трать их впустую, принцесса! — Пришёл ответ от Кастера. — Просто немного доверься своему слуге, хорошо?

— ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ? — Взвизгнула Директор.

—…тогда нам просто придется поставить на кон твоего Мастера!

Внезапно появилась гигантская рука, сделанная из пылающих ветвей, и ударила ладонью по тротуару, как будто опираясь на неё. Она проявлялась всё больше и больше. Плечо, голова, туловище, пока пылающий деревянный гигант не возвысился над Маш и близнецами. Горящий идол в форме человека.

Должна ли я остановила его? Должна ли я доверять ему? Он был прав, Маш нуждалась в своем Благородном Фантазме, но так ли это было, или он просто разыгрывал трюк, чтобы устранить потенциальную угрозу? Действительно ли он избежал той порчи, которая поглотила других Слуг, или всё это было уловкой, просто чтобы заставить нас доверять ему?

Зачем ему делать это сейчас, вместо того, чтобы убивать нас во сне?

— Кастер! — крикнула Маш, поднимая свой щит. Она встала перед близнецами, чтобы защитить их.

— КАСТЕР, ПРЕКРАТИ ЭТО ПРЯМО СЕЙЧАС! — закричала Директор.

— Я не изменю своей цели, Девочка! — Сказал Кастер, игнорируя нас. — Если ты уйдешь с дороги, твои Мастера будут раздавлены!

— ЭБЕРТ! — завизжала на меня Директор. — ОСТАНОВИ ЕГО, НЕМЕДЛЕННО!

— А теперь, покажи мне свой Благородный Фантазм!

— ЭБЕРТ! КОМАНДНОЕ ЗАКЛИНАНИЕ!

Я колебалась. Я знала, что у меня проблемы с доверием. При определенных обстоятельствах мне удавалось находить общий язык с людьми быстрее, чем когда-либо думала, но большую часть времени я была достаточно подозрительна для троих человек.

Могу ли я доверять Кастеру? Я не знала наверняка. Какую бы логику я ни пыталась применить, люди по своей сути иррациональны, и я в том числе. В конце концов, однако, независимо от того, доверяла я ему или нет, по крайней мере, все это было бы бессмысленно, если бы я не доверяла другим.

— Кастер! Как твой Мастер, силой моего Командного Заклинания…

— Плетёный человек!

Три человека закричали, когда кулак гиганта опустился. Один из них закричал мне в ухо, и я была уверена, что в результате оно будет звенеть в течение следующего часа. Одной из них была Рика, которая сжалась в объятиях своего брата, когда Рицука тщетно пытался заслонить её своим телом.

Одним из них была Маш.

С моей точки зрения было трудно разглядеть, но понять то, что произошло, можно было безошибочно. Не было ни призыва, ни заклинания, ни настоящего имени, произнесённого с небес, но светящийся синий барьер, образовавшийся между щитом Маш и кулаком великана, не мог быть ничем иным, как её Благородным Фантазмом, и кулак великана просто… остановился. Со звуком массивного гонга он столкнулся с этим барьером и не продвинулся дальше.

Мгновение спустя гигант растаял, как дым, и пепельно-бледная Маш смотрела на нас, особенно на Кастера, из-за грани своего щита широко раскрытыми глазами.

А Кастер? Он продолжал ухмыляться.

— Ну вот! Я знал, что это сработает! Боже, девочка, это было больнее, чем вырывать зубы! Не ожидал, что все вы выйдете из этого совершенно невредимыми. Класс! Это, должно быть, твой благородный Фантазм!

— Это была обманка? — спросила Ольга, её голос был на октаву выше обычного.

— Сожалею об этом, — сказал Кастер, и его голос звучал далеко не так сожалеюще, как хотелось бы любому из нас. — Это должно было быть убедительно. Если бы вон та Девчонка посмотрела на вас двоих и поняла, что никто из вас не психует, она бы поняла, что я говорю несерьезно. Пока все остальные верили в это, верила и она.

— Кастер, ты придурок! — Рика закричала. — Не могу поверить, что я действительно считала тебя крутым!

Кастер только рассмеялся.

— Прости, что напугал тебя, Маленькая Мисс! Всё так, как я и сказал. Просто так учили меня, так что это единственный известный мне способ учить.

— Это просто заставляет меня усомниться в здравомыслии твоего учителя!

— Я… я сделала это, — сказала Маш, а затем громче: — Я сделала это!

Рицука успокаивающе положил руку ей на плечо.

— Ты сделала это, — сказал он ей, хотя в его голосе слышалась легкая дрожь, которая точно свидетельствовала о том, насколько испуганным он был.

Бип-бип!

— Эй, что там происходит! — Романи закричал, когда его изображение появилось рядом с Рицукой. — Я только что обнаружил два мощных выброса энергии от Кастера и Маш! Вы встретили другого Слугу?

Директор вздохнула, отряхнулась и подошла к их группе. Я поднялась и последовала за ней.

— Кастер помогал Маш научиться проявлять свой Благородный Фантазм, —- объяснила она, а затем бросила свирепый взгляд в сторону Кастера и язвительно добавила — хотя он выбрал самый идиотский, нелепый и дурацкий метод для этого!

— Он использовал свой Благородный Фантазм против неё! — Рика возмущенно вмешалась.

— Семпай! — Маш сокрушалась.

— Он сделал что? — Яростно переспросил Романи. — Кастер, ты безумец! В какую игру ты играешь, используя свой Благородный Фантазм против Маш?

Кастер отмахнулся от этого, снова рассмеявшись.

— Я не собираюсь выслушивать нотации от таких, как ты.

— Какими бы сомнительными ни были его методы, — сказала Анимусфия, бросив на него ещё один свирепый взгляд, — а они были очень сомнительными, нельзя отрицать, что они дали результаты. Даже если так…

Она внимательно изучала щит Маш, прищурив глаза, как будто искала что-то, чего, как она знала, там не будет.

— Да, это проблема, не так ли? — Кастер согласился, задумчиво потерев подбородок. — Ей удалось задействовать свой Благородный Фантазм, но она не назвала его истинного имени.

— Не совсем неожиданно, учитывая её обстоятельства, — увильнула Директор, — но и не идеально. Хотя, даже «не идеально», по-моему, недостаточно сильное слово для обозначения этого.

— Нужно ли ей знать его истинное название? — спросил Рицука.

— Благородный Фантазм может раскрыться в полной мере только через произнесение его истинного имени, — терпеливо объяснил Романи, хотя он все еще хмурился на Кастера. — По крайней мере, эффективность её Благородного Фантазма без этого упадёт.

Ольга-Мария покачала головой.

— Возможно, сейчас это не имеет значения, но, по крайней мере, ей нужен какой-то способ сфокусировать это. Мантра.

— Как заклинание? — Спросила я.

Директор кивнула.

— Вот именно. Это и близко не сравнится с тем, что можно было бы ожидать от использования истинного имени, но, по крайней мере, мы можем повысить производительность, придав ему более конкретный образ. Давайте посмотрим…

Она прищелкнула языком.

— Поскольку это псевдо-развертывание твоего Благородного Фантазма, отображение его истинной формы… Давайте назовем его Лорд Халдеас.

Я поморщилась. Изображение Романа моргнуло, а затем, мгновение спустя, он рассмеялся.

— Конечно, вы бы выбрали что-то подобное, Директор.

— И что это должно означать? — выплюнула Директор. — У тебя какие-то проблемы с моим выбором названия, Романи?

Серьезно? Я знала, что мои собственные размышления о именах вряд ли излишне глубокомысленны, но даже я была вынуждена признать, что это имя не блещет оригинальностью.

— Бастион, который защищает будущее, настоящее и прошлое человечества, — тихо сказала Маш. — «Лорд Халдеас»… Мне это нравится. С- спасибо, Директор!

Лицо Романи побледнело.

— Н-Ну, оригинально это или нет, важно то, что это перекликается с характером Маш, верно? Пока у неё есть связь с ним, сила этой связи является самой важной частью.

— Вам следовало бы знать лучше, чем подвергать сомнению мои решения, — надменно сказала Директор. — Вы думали, это было просто прославление наследия моей собственной семьи? Я вложила в это больше, чем просто гордыню!

— Фоу! Фоу!

Внезапный писк высокого голоса напугал меня, и по улице промчался крошечный комочек белого меха с длинными, как у кролика, ушами и пушистым хвостом. На нём даже была маленькая накидка с чем-то вроде ленты, завязанной спереди бантом.

— А, вот и ты, Фоу! — сказала Маш. Она наклонилась, протягивая руку, и маленькое создание запрыгнуло ей на ладонь, забралось вверх по руке и устроилось у неё на плече. —Ты, должно быть, забеспокоился, когда мы с Кастером использовали наши Благородные Фантазмы, не так ли? Послушай, у нас все в порядке.

— Как давно это здесь? — Недоверчиво спросила я.

Фоу зашипел на меня, как будто я нанесла ему какое-то серьезное оскорбление. Это, вероятно, было тем, что беспокоило меня в нем больше всего: его очевидный интеллект.

— Он был со мной и Семпаями, когда мы прибыли, — объяснила Маш, протянув руку и несколько раз погладив существо, что, казалось, смягчило его настрой. — Он сбежал по какой-то причине ранее, но мы не смогли отправиться на его поиски, потому что у Директора были проблемы. — Она улыбнулась этому. — Я думаю, ему удалось прекрасно позаботиться о себе, не так ли?

— Фоу! — согласился он.

— И как это попало сюда? — Я спросила её. — Это не то место, куда можно спокойно… попасть.

Маш моргнула.

— Знаете, я не уверена. Думаю, он, должно быть, был с нами в комнате когда произошёл Рейшифт. Хотя… Перед взрывом, когда я видела его в последний раз, он убегал куда-то в Халдею. Возможно, он просто последовал за Сэмпаями.

— Это потому, что он уже знает, какие мы крутые, — радостно провозгласила Рика. Она протянула руку, и Фоу игриво укусил её за указательный палец. Рицука тепло усмехнулся рядом с ней.

— Он был здесь всё это время? — недоверчиво спросила Директор. — Как он прошел мимо всех скелетов?

Маш посмотрела в пустоту и задумчиво поджала губы.

— Должно быть, он был слишком мал, поэтому они не смогли его поймать. В конце концов, если бы они были способны уставать, Мастера тоже могли бы убежать от них.

— Хех. — Кастер усмехнулся, как будто знал что-то, чего не знали мы. — Скелеты — это низшие из низших, когда дело доходит до магических монстров. Кто-то вроде вас мог бы разобрать их на части, леди-босс. На самом деле они представляют угрозу для магов только в большом количестве.

Бровь директора дернулась.

— В любом случае! — громко сказала она. — Теперь, когда проблема с Благородным Фантазмом Маш решена, нам нужно придумать план по уничтожению Арчера и Сэйбер, чтобы мы могли вернуть Грааль.

В этот момент в животах Рики и Рицуки заурчало, и они оба покраснели, неловко улыбаясь. Директор повернулась ко мне, как будто надеясь, что я окажусь разумным человеком, который сможет продолжать, несмотря ни на что, но в ту же секунду, как она это сделала, мой собственный желудок громко запротестовал, и её лицо вытянулось.

—… После того, как мы немного позавтракаем.

— Вам нужны еще какие-нибудь припасы? — Спросил Доктор.

Директор нахмурилась, но покачала головой.

Возможность отозвать нас в любой момент — это более важная функция системы Рейшифта, тем более у нас ещё есть запасы со вчерашнего дня. Как обстановка у вас, Романи?

— Что ж, мы ещё не привели всё в порядок, но всё должно быть хорошо, если мы просто вернем вас в Халдею. Что касается остальной части объекта… Мы всё ещё работаем над этим, но нам, по крайней мере, удалось восстановить один из основных генераторов, поэтому мы больше не полагаемся исключительно на резервные источники энергии.

— Хорошо. — Директор кивнула. — Следи за показаниями, Романи. У нас может не хватить времени связаться с тобой, если всё слишком быстро пойдёт не по плану.

— Будьте осторожны. — сказал Роман. — И… удачи. Всем вам.

Он исчез после того, как бросил последний прощальный взгляд на Кастера. Директор обвела взглядом остальных из нас, как генерал, осматривающий свои войска перед генеральным сражением.

— Сначала мы поедим, а потом будем строить наши планы на ходу. Ничего не оставляйте, потому что я не собираюсь, возвращаться в этот дом. Мы исправим эту Сингулярность сегодня.

— Поняла, леди-босс! — Рика отдала честь.

Рицука только ласково, но раздраженно вздохнул.

Наша маленькая группа втиснулась обратно в дом Второго Владельца, и мы быстро и относительно легко поужинали, главным блюдом был омлет с добавлением воды. На мгновение, когда я копалась в нем, у меня внутри всё сжалось, и я почти ожидала, что к нам подсядет мужчина средних лет с залысинами, с пакетом апельсинового сока в руке.

Этого, конечно, не произошло. Если бы он пережил Золотое Утро, то после этого нас разлучили, и всё, на что я могла надеяться, это то, что он не попал в эту Сингулярность.

Директор позволила нам посидеть и переварить услышанное минут двадцать после того, как мы закончили есть, а затем она снова выпроводила нас через парадную дверь и приказала Кастеру отвести нас к Граалю.

— Это будет подобно подъёму в гору — предупредил он нас с явным юмором. — Ну. Не больше, чем ваша прогулка в церковь и обратно, но из-за этих шагов по лестнице в гору она покажется куда длиннее.

— Твое злорадство слишком очевидно, Кастер. — Сказала я ему.

Он рассмеялся.

— Просто рассказываю всё как есть, принцесса. Ты уверена, что готова к этому?

— Не похоже, что у нас есть выбор, — мрачно сказала Директор. — Так или иначе, мы либо умрем здесь, либо исправим эту Сингулярность.

— Погнали! — бросила ему вызов Рика.

Кастер ухмыльнулся и пожал плечами.

— Не говорите, что я вас не предупреждал.

Путь, по которому он повел нас, определенно был главной дорогой, но далеко не прямой, и разрушения, которым подвергся город, становились всё более очевидными, чем дальше мы продвигались. В деловом районе тоже были участки перевернутого тротуара, но в жилом районе, и когда мы вышли на окраину города, были места, где огромные куски были полностью вырваны.

В какой-то степени это напомнило мне разрушения от Зиона. Разница заключалась в том, что удары Зиона были нацелены на точность. Даже атаки, сравнявшие континенты с землей или полностью уничтожившие города, в основном были похожи на порезы от скальпеля. Эти повреждения, эти дыры, они были неровными, зияющими ранами, как будто прогремел взрыв, или пронеслось какое-то стихийное бедствие.

Япония была известна своими землетрясениями, не так ли?

Преодоление двадцатифутовых (*это примерно 6.1 метров.) провалов, перерытых пятнадцатифутовыми (*4,57 метровыми) кратерами, замедлило наше продвижение больше, чем мне хотелось, и необходимость в том, чтобы Кастер переправлял нас по одному за раз, возможно, позволила достигнуть горы куда быстрее, чем если бы мы карабкались вверх и вниз по склонам, но от этого дорога не стала менее утомительной.

По пути мы прошли мимо большого здания высотой в четыре этажа, окруженного множеством других зданий и стоящего поперек большого внутреннего двора. Все окна были выбиты, и в доме было темно, но в остальном все оставалось нетронутым, и со странным трепетом в животе я поняла, что это школа.

Уинслоу была целую жизнь назад. Три жизни, если считать и Стражей, и Халдею отдельно от тех беспокойных двух месяцев в качестве Роя. И всё же, при виде этого обветшалого старого здания у меня внутри завязался неописуемый узел.

Или, может быть, мы просто столкнулись лицом к лицу с еще большим количеством свидетельств всех жизней, уничтоженных в этом месте.

— Чего мы можем ожидать от Арчера и Сэйбер? — спросила Директор, пока мы шли.

— Ну, естественно, Сейбер обладает огромной силой, — сказал Кастер. — Она из тех, кто одолеет тебя своей подавляющей мощью, и если это не сработает, она проявит свой Благородный Фантазм и разнесет тебя в пух и прах. Эта девчушка станет самым опасным противником в этом бою. Если щит Маш хотя бы вполовину так крепок, как кажется, он нам понадобится, чтобы просто остаться в живых.

— У неё есть слабость? — Я спросила.

— Она не особенно быстра. Ну, не больше, чем любой Слуга её уровня. — Ответил Мужчина.

— Она также довольно прямолинейна. Не из тех, кто придумывает какой-то грандиозный план на шестнадцать ходов вперед, чтобы заманить тебя в ловушку, понимаешь? Конечно, когда ты имеешь такое количество грубой силы, как она, тебе не нужно быть таким уж хитроумным.

Итак, классический Бугай, возможно, с несколькими пунктами в рейтинге Стрелка за счёт её Благородного Фантазма. Она будет переть словно поезд, но есть способы обойти её. Если мы сможем заманить её в ловушку, у нас появятся шансы на победу.

— Похоже, она действительно сильная, — сказал Рицука с ноткой беспокойства в голосе.

— Семпай… — Пробормотала Маш.

— Такая Слуга, как Сэйбер, превосходит всех, — сказал Кастер. — Именно так обстоят дела с большими легендами, Парень. Хотя она не непобедима. Это то, что вы должны иметь в виду. В такой битве, как эта, единственные способы проиграть — умереть или сдаться.

— Кастер прав, — согласилась я. — Не могу сказать, что знаю, на что будет похожа битва с королем Артуром. Но я сражался с подобными врагами раньше. Я победила их тогда, мы можем победить её сейчас.

Кастер бросил на меня оценивающий взгляд, как будто пытался понять, насколько это ложь. Лучшей частью было то, что всё это вообще не было ложью.

— Правда, семпай? — Спросила Рика. — Как тебе удавалось побеждать кого-то настолько сильного раньше?

— Я тоже хочу услышать об этом, — добавил Кастер. — Какого врага ты победила, принцесса, и как?

Если он ожидал, что я придумаю какую-нибудь небылицу или буду хвастаться преувеличивая, то то, что я выдала ему вместо этого, должно быть, было разочаровывающе прямолинейным и простым.

— Я победила дракона. Сначала я сгноила ему член, а затем вырезала глаза.

Директор споткнулась с выражением ужаса на лице, и из-за моей спины я услышала только пронзительный писк Маш и тишину.

Поначалу даже Кастер, казалось, не знал, как к этому отнестись, судя по совершенно ошеломленному выражению его лица, но как только он справился с удивлением, он разразился глубоким утробным смехом.

— Я уверен, что выбрал интересного Мастера, хорошо!

Если ты так думаешь сейчас, я могу только представить, что бы ты сказал, если бы услышал о Зионе.

— С-Сэмпай, конечно, сильная. — Прошептала Рика.

— Это один из способов выразить это, Рика. — Ответил её брат.

— Наш лучший выбор против такого врага, как Сэйбер, — заманить её в ловушку. Заставить её переусердствовать, и пока она сосредоточена на Маш, Кастер использует свой Благородный Фантазм.

— О? — Кастер снова ухмыльнулся, как акула. — Это довольно коварно, мастер. Кто-то может назвать это бесчестным.

— А ты бы хотел? — Я спросила его многозначительно. — Я помню, как читала мифы о тебе на наших начальных курсах в Халдее. Ифе почти расправилась с тобой, пока ты не не заставил её отвлечься с помощью обмана.

— Хех! — Усмехнулся Кастер. — Как я уже сказал, сражение с ней было самым опасным пока я обучался у своего учителя. Честь — это прекрасно и всё такое, но когда ставки высоки и ты не можешь позволить себе проиграть, все ограничения отменяются. Ты делаешь всё возможное, чтобы быть уверенным, что проснешься завтра, и если ты собираешься умереть, несмотря ни на что, сделай так, чтобы это имело значение.

— Рада, что у нас единое мнение по этому поводу.

Он бросил на меня ещё один оценивающий взгляд, а затем покачал головой и вздохнул.

— Эх. Если бы ты была моим Мастером в обычной Войне за Грааль, мы бы вместе раскидали бы всех на поле боя. Хмм, знаешь, а ты в моем вкусе.

Я споткнулась, когда жар залил мои щеки, а рядом со мной Директор что-то пробормотала с выражением потрясенного негодования на лице.

— Кастер, ты заигрываешь с ней? — Пронзительно воскликнула Ольга. — К-как ты смеешь! Н-не думай, что я не помню твою легенду, ты, … ты, … ты, собака!

Кастер только рассмеялся.

— Его легенду? — Спросила Рика.

— Имя Кухулин означает ‘Пёс Куланна’, Семпай, — терпеливо объяснила Маш. —Это имя ему дали после того, как он убил сторожевую собаку и предложил занять её место, пока не удастся вырастить новую. Однако я думаю, что Директор имела в виду следующее. Хм, я имею в виду, Семпай, что Кухулин довольно знаменит тем, что. Ну.

— Он спал практически с каждой женщиной, которую встречал. — Прямо сказала я.

— Не с каждой. — Поправил Кастер, но, похоже, обвинение его не особенно расстроило.

— Достаточно того, что «Кобель Куланна» было более подходящим прозвищем. — Проворчала Директор.

— Ипп! — Рика пискнула, и когда я оглянулась на неё, она прижала руку к груди, как будто пыталась укрыться от взгляда Кухулина. Губы Кастера растянулись в ухмылке.

— Ты слишком молода для меня, Маленькая Мисс, не волнуйся. Ты в безопасности от этого похотливого старого сторожевого пса.

Мои губы скривились в гримасе — это определенно был образ, который мне не нужен был в моей голове.

— Мы отклонились от первоначального вопроса, — сказала я, возвращая разговор в нужное русло. — Сэйбер — прямолинейная и мощная. Что насчет Арчера?

Кастер вздохнул.

— К сожалению, он полная противоположность. Он коварный ублюдок со склонностью к скрытным атакам и коварным уловкам. Даже если так… Если вы не возражаете, мастер, я бы хотел, чтобы вы предоставили сражаться с ним мне. Мне нужно свести счеты с этим подражателем.

— Что случилось с тем, что честь была бессмысленной, когда слишком многое было поставлено на карту?

— У этого парня её тоже нет, так что дело не в этом, — сказал Кастер. — Кроме того. Этот парень из тех, кто стреляет в Мастеров вместо того, чтобы драться со Слугами напрямую. Единственный способ, которым я могу уберечь вас всех, — это если вы все спрячетесь за щитом Девчушки, пока я сражаюсь.

— Этот парень… больше похож на Ассасина, чем на Арчера, — сказала Директор. — Ты знаешь его настоящее имя?

— Не имею ни малейшего понятия, — сказал Кастер. — Однажды, когда я дрался с ним по-настоящему, парень попытался прижать меня несколькими поддельными Благородными Фантазмами из разных мест и эпох. Из всего прочего, в меня чуть не попал Каладболг, хотя, поскольку я видел оригинал, это была очевидная подделка.

— Героический Дух… способный использовать имитации Благородных Фантазмов других Слуг? — Задумчиво пробормотала она. — Может ли это быть… Нет, но почему такой человек должен быть Арчером, из всех возможных? Я ожидала бы этого от Кастера.

Кастер пожал плечами.

— Кем бы он ни был, он хитер и не гнушается дешевых трюков.

Другими словами, он звучал очень похоже на меня. Использовать любое имеющееся у тебя преимущество, атаковать слабые места, использовать уловки и ловушки, чтобы застать врага врасплох — это было тем, что делала я, когда у меня были силы. Сейчас это сделать сложнее.

Если бы мы столкнулись с кем-то подобным…

Да. В те дни, когда я была Роем, я выбирала более слабых врагов вместо того, чтобы пытаться сразиться с сильнейшими, это было именно то, что я бы сделала.

— Как только нам покажется, что тебе нужна помощь, мы вмешаемся, дуэль это или не дуэль.

Кастер ухмыльнулся.

— Я ничего другого от тебя и не ожидал, принцесса.

Глава VIII: Святой Грааль

В итоге мы ненадолго вернулись в школу и сделали перерыв, пытаясь выработать более конкретный план. Пока мы разговаривали, Кастер взял несколько кусков камня и щебня и вырезал на их поверхности руны, а затем раздал их всей группе — за исключением Маш, которой на самом деле негде было их спрятать, кроме своего щита, а так же она не смогла бы ими воспользоваться.

Наш план атаки всё ещё оказался более примитивным, чем мне хотелось бы. Даже когда Кастер подробнее рассказал о том, на что способны наши враги, это не дало нам больше возможностей для работы с точки зрения того, как мы могли с ними справиться. Не тогда, когда мы были настолько ограничены в том, что могли сделать сами.

Во-первых, у Сэйбер был высокий уровень сопротивления магии, больше, чем у ослабленной, разбавленной версии, которой обладала Медуза. Даже сам Кастер не смог навредить ей своими заклинаниями, а если бы он не смог, то мой маленький Гандр был бы бесполезен, а у нас не было ни времени, ни энергии, чтобы тратить их на попытки научить близнецов чему-то стоящему, поскольку они не достигли даже уровня среднего мага ни по силе, ни по знаниям.

Директор… Что ж, никто из нас не был особенно удивлён, что мы окажемся бесполезны против кого-то вроде короля Артура. Это раздражало нечто глубоко внутри и заставляло меня чувствовать себя слабой и бессильной, особенно когда большая часть моей карьеры в качестве кейпа была связана с ударами выше моей весовой категории, но этот бой неизбежно достался бы Слугам в нашей группе.

Если бы только, я поймала себя на том, что жалею, что Кухулин не был призван как Лансер. Было бы проще иметь его в качестве бойца на передовой, а не играющим в основном бесполезную поддержку Маш.

Примерно через полчаса после того, как мы вошли в остов главного здания школы, мы покинули его и продолжили наш путь. По какой-то странной иронии судьбы дорога действительно становилась более устойчивой и неповрежденной по мере того, как мы удалялись всё дальше и дальше от двух основных районов города. Когда мы приблизились к опушке и отмечавшему её лесу, ямы и провалы почти полностью исчезли, и на вторую половину пути у нас ушло вдвое меньше времени, чем на то, чтобы добраться до школы.

Наконец, мы добрались до подножия горы, и теперь перед нами был огромный участок лестницы. Путь был таким длинным, что я не могла разглядеть вершину в темноте и мраке вечно задымленного неба, и только из того, что я видела, там должно было быть больше тысячи ступеней. Возможно, больше двух тысяч.

Я была не единственной, кто был напуган. Выражение тревоги на лице Директора, шок на лице Рики и подавленная покорность Рицуки казались хорошим отражением моих собственных мыслей.

Кастер, конечно, подумал, что это смешно.

— Я же говорил вам, — сказал он, ухмыляясь. — На самом деле расстояние другое, но по лестнице в гору оно покажется намного длиннее, чем есть на самом деле.

— Ты не помогаешь, Кастер, — сказала я ему.

— Вы все придаете этому большее значение, чем оно есть на самом деле, — Он отмахнулся, как будто отгоняя неприятный запах. — На самом деле нам не обязательно проходить весь путь до вершины. Пещера, где расположен Грааль, находится всего лишь на полпути наверх.

— Он говорит, что только на полпути, — проворчала Директор. — Половина бесконечности — это всё ещё бесконечность, ты же знаешь!

— У меня болят ноги при одном взгляде на это, — пожаловалась Рика. — Маш, понеси меня!

— Ч-чегось? — Маш запнулась.

Рицука посмотрел вверх, запрокинув голову, пытаясь разглядеть вершину.

— Другого пути наверх нет?

— Ты мог бы срезать путь прямо через лес, — разрешил Кастер, — но это только усложнит тебе задачу. К сожалению, здесь нет эскалатора, чтобы поднять вас наверх. Вам просто нужно использовать старомодную силу ног.

Рика застонала.

Мои губы плотно сжались.

— У нас нет выбора. Если только ты не хочешь остаться здесь и ждать, пока скелеты придут за тобой, пока остальные из нас позаботятся о Граале.

— Дело не в этом, Сэмпай, — сказал Рицука. — Просто… Рика и я не тренировались ни для чего из этого.

У меня возникло ощущение, что он говорил не только о лестнице, и я посочувствовала, действительно посочувствовала. Было много вещей, к которым я не была готова, когда начинала, независимо от того, как много стараний было мной приложено. Моя первая ночь в качестве кейпа была хрестоматийным случаем, когда всё вышло из-под моего контроля. Даже так…

— Тренировались вы раньше или нет, мы находимся здесь и сейчас, и ситуация зависит от нас. Мы не можем позволить себе сдаться и позволить кому-то другому попробовать, потому что больше некому. Если мы этого не сделаем, все будет кончено.

— Если вы двое не можете противостоять этому, то с таким же успехом можете расторгнуть свой контракт с Маш, — добавила Директор, — потому что вы не будете Мастерами Халдеи.

Это, казалось, больше всего на свете взбодрило их, потому что их спины выпрямились, и они оба посмотрели на Директора со свирепой решимостью. Даже бестолковая Рика внезапно стала смертельно серьезной, вечная улыбка, прячущаяся в уголках её рта, исчезла.

— Тогда нам лучше идти, — сказала она.

— О? — Кастер ухмыльнулся. — Похоже, у вас двоих всё-таки есть внутренний стержень

Он повернулся обратно к лестнице.

— Этот ублюдок — Арчер, вероятно, ждет нас. Несмотря ни на что, он ни за что не пропустит нашего приближения, поэтому, как бы там ни было, он попытается устроить нам засаду до того, как мы войдем в пещеру. Девочка, у тебя здесь самая важная работа: обеспечивать безопасность наших Мастеров.

— Поняла! — Сказала Маш.

— Вот и всё, — сказал Кастер. — С этого момента пути назад нет, поэтому я надеюсь, что вы все готовы.

Мы начали подниматься по лестнице к пещере с Граалем. Так или иначе, весь этот кошмар скоро закончится. Будь моя воля, каждый из нас очнулся бы от этого, даже если бы это снова стоило мне руки.

Решимости близнецов хватило, наверное, на первую сотню ступеней, а к настоящему времени они уже кряхтели и задыхались, по их лицам стекали капли пота. Директор, несмотря на свои предыдущие слова, продержалась, может быть, на двадцать или тридцать ступеней больше, прежде чем она тоже начала по-настоящему проявлять напряжение. Несмотря на это, они продолжали бороться, но кажущийся бесконечным подъем действительно давал о себе знать. Даже мои ноги начали гореть от усилий.

Минули, наверное, ещё пятьдесят ступенек, прежде чем усталость начала доходить и до меня. В тот момент Рика, Рицука и Ольга-Мария все отставали; Директор была на несколько ступенек ниже, и каждая следующая, казалось, отнимала у неё всё больше сил, в то время как близнецы были примерно на двадцать ниже нее, причем Рицука едва опережал свою сестру.

Маш… тоже начала уставать, но у неё получалось идти бодрее, чем у любого из нас. Кастер, конечно, был совершенно невозмутим.

Я добралась до следующей площадки, посмотрела вперед, как далеко нам ещё предстоит подняться, оглянулся назад, оценивая как далеко мы продвинулись, а затем сказала: —Может быть, нам стоит сделать перерыв.

Маш облегченно вздохнула, но остальные члены нашей измученной свиты были гораздо менее сдержанны, и три громких стона сорвались с их губ, давая мне понять, насколько высоко они оценили мою идею. Итак, я поднялась на следующую ступеньку и плюхнулась на неё, массируя горящие бедра и разминая пальцы ног, чтобы попытаться восстановить в них чувствительность.

Директор была первой, кто сумела сесть, и она решила расположиться рядом со мной, прислонившись к лестнице, которая тянулась над нами, независимо от того, насколько неудобно это, должно быть, было. Рицука и Рика присоединились к нам через пару минут, только они просто осели на землю и лежали на ней, пыхтя.

Кастер усмехнулся, опираясь на толстый набалдашник своего посоха.

— Я всегда забываю, насколько хрупкими и немощными стали люди в наши дни. Думаю, люди просто не такие сильные и устойчивые, какими были раньше.

— Конечно, нет, — Директор усмехнулась, переводя дыхание. — Человеческие пределы упали за последнюю тысячу лет. То, что люди могли делать, когда жил ты, намного превосходит то, что мы можем делать в современную эпоху. Такова цена за распространение человеческого вида и развитие его знаний.

— Вполне возможно, — сказал он, пожимая плечами. — Не могу сказать, что понимаю, как всё это работает. Я всего лишь воин. Меня всегда беспокоило только то, насколько сильно мне нужно было кому-то врезать или насколько умным мне нужно было быть, чтобы перехитрить врага.

— Директор, — сказала я, — у вас ведь есть эти батончики, верно? Нам нужно уделить минутку на, то чтобы поесть и восстановить силы.

Директор посмотрела на меня, а затем сделала гримасу — ну, они не были, такими уж плохими, но мы не были в состоянии приготовить полноценное блюдо здесь. Она с ворчанием поднялась на ноги и начала рыться в школьной сумке, которую мы стащили из дома Второго Владельца, чтобы собрать всё, что можно, из наших оставшихся припасов.

— Вот. — Ольга-Мария протянула мне батончик, который я взяла, а затем бросила ещё два близнецам с гораздо меньшей осторожностью. — Эй, вы двое! Ешьте! Это наш последний шанс подкрепиться перед финальной битвой, и нам понадобятся все силы, которые мы сможем получить!

Рика и Рицука, ворча, приняли сидячее положение и развернули свои батончики. Рика едва успела откусить от своего, как её лицо исказилось от отвращения.

— Бее! — Выплюнула она. — На вкус как опилки!

Кислое выражение лица Рицуки говорило о том, что он полностью согласен со своей сестрой.

— Боже мой! Жуй спокойно! — Крикнула Директор, указывая на них своим батончиком. Она снова порылась в сумке и вытащила бутылку воды, которую бросила Рике. Тара бесцеремонно приземлилась ей на колени. — Запей его этим, если нужно, но просто съешь!

Быстро сунув руку обратно в сумку, она вытащила ещё одну бутылку и протянула её мне. Я зажала батончик в зубах и открутила крышку на бутылке.

Нам потребовалось ещё полчаса, чтобы отдохнуть и дать батончикам перевариться, а затем мы снова начали подниматься по лестнице. Однако по мере того, как мы поднимались, воздух начал становиться гуще, а не разрежаться. Это нахлынуло на нас, как дыхание спящего великана, теплое, гнетущее и едкое, хотя единственное, что я могла чувствовать с тех пор, как мы прибыли в Фуюки, был едкий запах дыма и пламени.

— Мы почти на месте, —сказал Кастер ещё через сорок ступенек. Его лицо стало полностью серьезным, все намеки на легкомыслие исчезли. Маш подняла свой щит, переместив его так, чтобы он был перед ней и она могла блокировать удар в любой момент.

В конце концов, Кастер остановил нас и повел с лестницы по скрытой тропинке в лесу. Пока мы шли, было ощущение, что что-то натягивается, как тонкие нити паутины, пытаясь вернуть нас к ступеням, по которым мы поднимались.

Затем всё внезапно оборвалось, и мы оказались на поляне, где в склоне горы находилась большая пещера, вход в которую поддерживался искусственными колоннами и плитами.

Центр духовной стороны Фуюки, крупнейшее скопление магической силы в городе… Если это было лучшее место для создания системы, вызывающей Слуг, то имело смысл то, что Грааль тоже был там, и очевидные следы человеческого присутствия у пещеры говорили об этом.

— Грот со Святым Граалем находится вон там, глубоко внутри горы, — торжественно сообщил нам Кастер. — Теперь, всё, что мне нужно, чтобы мы вошли туда, а вы спрятались позади Девчушки. Сейчас…

Маш вздрогнула и ахнула, обернувшись к нам.

— Слуга!

Кухулин прошёл мимо группы и отступил от входа в пещеру, с криком взмахнул посохом, начертав в воздухе круг из рун. Едва они сформировались, как что-то темное и почти невидимое сверкнуло и ударилось, отскочив, когда барьер разлетелся вдребезги, как стекло.

Что бы это ни было, оно сверкнуло, приземлившись острием в грязь, торчащее вверх, длинное, узкое древко с изгибами, которые не свойственны стреле, и всё же это было единственное, чем оно могло быть. На наших глазах оно распалось, просто растворилось в крошечных искорках света, которые, мерцая, перестали существовать.

Арчер. Он пришёл перехватить нас, прежде чем мы сможем войти в пещеру, чтобы сразиться с Сэйбер, как и ожидалось.

— Ик! — Рика пискнула.

— За Маш! — Крикнула я, и мы всей группой сбились в кучу позади Маш, которая размахнулась своим щитом и выставила его вперед, воткнув нижнюю спицу в грязь для устойчивости.

Ещё один снаряд просвистел в темноте, и на этот раз Кастер не потрудился отразить его, он просто наклонился в сторону, протянул руку и поймал его в воздухе, когда он пролетал мимо него. Теперь, присмотревшись к объекту получше, я смогла разглядеть, как зазубренный наконечник резко загибался на задних концах и продолжался в волнообразное древко, которое в конечном итоге заканчивалось зазубренным торцом. Оперения не было, и мгновение спустя он исчез так же, как и первый.

Вероятно, было что-то не то, что я не заметила взглядом, но, с другой стороны, Силы тоже никогда не следовал логике, так что, возможно, это было не так уж странно, раз я не нашла это странным.

— Ты собираешься выходить, Арчер? — Кастер крикнул в сторону леса. — Или ты собираешься сидеть в кустах, пока я не сожгу их дотла и не заставлю тебя выйти?

Ещё одна стрела просвистела в воздухе. Кухулин без особых усилий отбил её в сторону.

— Давай, Арчер! Мы уже играли в эту игру раньше! Ты уже знаешь, что не сможешь попасть в меня этим! Все, что ты сейчас делаешь, — тратишь время!

Защита от стрел. Конечно. Пока в Кастера летели снаряды, ему вообще не стоило беспокоиться о них.

Ответом вражеского Слуги была минута тишины, а затем Кухулин отпрыгнул в сторону, когда стальные стрелы дождем посыпались прямо над верхушками деревьев, с глухим стуком погружаясь в землю. Маш ахнула, когда то, что должно было составлять добрую половину заградительного огня, со звоном отскочило от передней части её щита, крутанувшись и в конце концов приземлившись в грязь, разломанное на две половины.

Это были не стрелы, как я могла ожидать. Они были слишком длинными, с заостренными краями, рукоятью на нижнем конце и выступающими зубцами там, где рукоятка переходила в основную часть оружия.

— Это… мечи?

Оглядываясь назад, это должно было быть менее удивительно, учитывая, что Кастер уже сказал, что Арчер мог воссоздать Каладболг, который определенно был мечом. Я просто не ожидала чего-то подобного этому, когда Кастер сказал, что этот слуга может быстро производить большое количество снарядов.

— Он слишком остро реагирует! — прошептала Рика.

Рицука хмыкнул, и некоторое отвращение было слышно в голосе Директора.

— Это был ужасный каламбур!

Что это был за Арчер? Я… Может быть, если расширить определение того, кто является стрелком, но…

Кастер был единственным, кто остался невозмутимым.

— Давай, Арчер! В прошлый раз это тоже не сработало!

Наконец, на ветке одного из деревьев появилась фигура с большим черным луком в одной руке и мечом, который он держал за эфес двумя пальцами в другой. Он был… Высоким, широкоплечим, с бронзовой кожей и потрясающе белыми волосами — привлекательным, если быть до конца честной, и я бы потратила больше времени, изучая изгибы его мышц, если бы он не был врагом, — но больше всего в нем выделялись неровные красные линии, которые тянулись вверх по одной стороне его шеи и по лицу, в то время как ещё больше зигзагообразно спускались по одной из его рук.

Они были похожи на шрамы Лихтенберга, только краснее и резче. Как будто кто-то вскрыл его кожу, и то, что лежало под ней, было не мышцами и костями, а ржавчиной и пламенем. Не хватало только свечения.

Кухулин ухмыльнулся.

— Вот так-то лучше. Пришёл защищать Сэйбер, как и всегда?

Арчер спрыгнул с дерева и подошёл к краю утеса, возвышавшегося над пещерой, выражение его лица было холодным, мрачным и совершенно лишенным чего-либо, напоминающего эмоции. Он бесстрастно наблюдал за всей группой, как машина, просчитывающая предстоящую задачу.

— Для Грааля у меня нет больше желания, за которое стоило бы сражаться, — сказал Арчер без всякого интереса, как будто он пересказывал что-то, вычитанное из учебника. — В таком случае, меньшее, что я могу сделать, — это прогонять незваных гостей. Ты должен это понимать, Кастер.

— Ты хочешь сказать, что ты её сторожевой пес, не так ли? — Сардонически спросил Кастер. — Это твое представление о шутке? Или, может быть, ты имел в виду это как оскорбление!

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

— Как будто я в это поверю!

Кухулин взмахнул рукой, рисуя в воздухе руны, и в Арчера полетели огненные шары, тот спрыгнул со своего места, чтобы избежать их, и приземлился в овраге, защищавшем пещеру. Едва его ноги коснулись земли, как он принял стойку, положив меч в руке поперек огромного лука, и я могла только наблюдать, как клинок превратился в снаряд, идентичный первым двум, выпущенным в нашу сторону.

— Ху!

Эта стрела полетела в Кастера с треском вытесненного воздуха, но мужчина отбил её, как и все остальные снаряды, что Арчер в него бросал.

— Разве я уже не говорил, что это не сработает? Ха!

Кастер нарисовал больше рун и выпустил больше огненных стрел в Арчера, чей лук исчез и был заменен парой парных мечей, которые он использовал для отражения огненных шаров Кухулина. Языки пламени скатились и потухли ударившись о два клинка — один белый, а другой чёрный.

— Хех! — Кастер ухмыльнулся. — Наконец-то начинаешь воспринимать меня всерьез, да?

— Кто знает? — Сказал Арчер. — Может быть, у меня просто нет времени, чтобы тратить его на игры с тобой.

Он начал продвигаться вперёд, всегда держа Кастера перед собой, а Кастер напротив него кружил в противоположном направлении, пока ни один из них не оказался к нам спиной.

— Ты меня огорчаешь, Арчер, — поддразнил Кастер. — В конце концов, мы слуги. Что бы ни делала Сэйбер, наше время на Земле ограничено. Разве нам не следует немного повеселиться?

— В чём-то подобном нет смысла. Убить вас всех — это просто моя работа. Удовольствие не имеет к этому никакого отношения.

Стальные глаза Арчера — они были, в буквальном смысле, серого цвета полированной стали — сверкнули в нашем направлении, как у льва, рассматривающего газель, или у змеи, глядящей на мышь, и мне не нужно было быть гением или обладать какой-либо особой стратегической проницательностью, чтобы понять его намерение. Кастер тоже этого не упустил.

— Не так быстро! — Крикнул Кухулин и воткнул свой посох в грязь, когда руны возникли у его ног. В частности, четыре, хотя я недостаточно разбиралась в рунах, чтобы с первого взгляда распознать их объединенное назначение. — Твой противник здесь — я, ублюдок!

Арчер напрягся, хмыкнул и выплюнул: —Ах Нгабла.

— Ах Нгабла? — спросила Рика. — Что это?

— Это особая связка рун, упоминаемое в легендах о Кухулине, — быстро объяснила Директор. — Она вынуждает противника сражаться на дуэли один на один до смерти. Как только ты связан ей, ты не сможешь отступить и не сможешь сдаться. Ты либо побеждаешь, либо умираешь. В одной легенде Кухулин использовал её, чтобы сдержать целую армию, заставляя их вступать с ним в бой по одному.

— Правильно, Арчер. — Ухмылка Кухулина была полна острых зубов. — Больше тебе не нужно убегать. Так или иначе, мы закончим эту битву здесь и сейчас.

— Если ты так жаждешь умереть… — Арчер встал в стойку, взмахнув своими парными мечами. — Думаю, единственное, что я могу сделать, это оказать тебе услугу.

— Если ты думаешь, что сможешь справиться с этим…

Кастер снова взмахнул рукой, рисуя ещё больше рун.

—… это меня вполне устраивает!

Мир взорвался, когда они оторвались от земли. Куски земли и камней полетели с того места, где они оба стояли, и где-то посередине они встретились, сражаясь так быстро, что я даже не успевала за происходящим.

Вопреки здравому смыслу, Кастер отказался от своих рун и вместо этого орудовал своим посохом как булавой, но Арчер отбивался от него своей парой мечей, вместо того чтобы увеличить дистанцию и попытаться найти что-то, чего Кухулин не мог избежать. Их оружие звенело и визжало с каждым ударом, каждое настолько быстрое, что они начали накладываться друг на друга, поскольку оба Слуги становились всё быстрее и быстрее.

— Это безумие, — пробормотала Директор. — Кастер сражается как Лансер, а Арчер- как Сейбер.

Это не входило в план, хотелось мне сказать Кастеру, но не могла позволить себе отвлекать его, поэтому могла только прикусить губу и промолчать. Мы договорились, что он может сразиться с Арчером один на один и устроить дуэль, но проклятие смертельного поединка никогда не всплывало в обсуждении плана. Он был слишком нужен нам для боя с Сэйбер, чтобы рисковать его поражением и смертью. К черту желания Кухулина, я намеревалась вмешаться в тот момент, когда покажется, что он вот-вот умрет.

Теперь он сделал это невозможным. Сделал ли он это специально, чтобы я не смогла вмешаться, потому что я сказала ему, что сделаю это, если придется?

Мои глаза бегали взад и вперед, когда я пыталась уследить за боем, но они просто двигались слишком быстро. Их тела были немногим больше, чем красно-синими пятнами, когда они танцевали по оврагу, а их оружие было практически невидимым. Единственная причина, по которой я могла видеть посох Кастера, заключалась в том, что в какой-то момент он загорелся, оставляя за собой светящийся след.

Не то чтобы я не видела логики. Проклятие смертельного поединка один на один гарантировало, что Арчер не сможет нацелиться на нас и втянуть в бой, а это означало, что здесь мы были в большей безопасности, чем с ним. Это также означало, что Арчер не мог просто убежать и устроить нам засаду позже, он должен был закончить это сейчас, так или иначе. Если Кастер победит, мы могли быть уверены, что у нас за спиной не будет врага.

Но мне не понравилось, что Кастер принял решение без меня, и мне не нравится то, что единственное, что я могла делать, это сидеть в стороне и наблюдать.

Секунды шли. Бой продолжался, молниеносная рукопашная схватка, в которой, казалось, ни одна из сторон не одерживала верх. Каждые несколько ударов один из мечей Арчера разлетался со звуком бьющегося стекла, но, прежде чем я успевала моргнуть, его заменял точный дубликат. Они оказались в безвыходном положении, когда ни один из них не мог продвинуться вперед, потому что поединок был слишком равным на близком расстоянии.

Но это не могло продолжаться так долго. Чем интенсивнее становился бой, тем сильнее становилось напряжение внутри меня и тем больше магической энергии тратил Кастер, чтобы продолжать. Всё быстрее и быстрее, запасы уменьшались — раньше я думала, что у него может быть ещё три боя такой интенсивности, как когда он сражался против Медузы, прежде чем мне пришлось бы беспокоиться, и, похоже, он был полон решимости доказать, что всё ещё может потратить ещё больше.

Ещё один меч Арчера отлетел рукоятью в одну сторону, а осколками лезвия в другую, и в эту короткую долю секунды Кастер посмотрел на меня, и его глаза встретились с моими. Мог ли он понять, что быстро истощает меня?

— Куда ты смотришь?

Арчер, почувствовав брешь, поменял хватку на оставшемся у него мече и безжалостно вонзил его в грудь Кастера.

Остальные члены моей группы ахнули.

— Нет! — произнесла Анимусфия.

— Кастер! — Закричала Рика.

Кастер замер, склонившись над лезвием в своей груди, лицо его исказилось от шока а затем из раны потянулись виноградные лозы и обвились вокруг руки Арчера, тело же Кухулина стало коричневым и грубым, как кора дерева, с головы до ног вместе с одеждой. На наших глазах его спина треснула, и Кастер, целый и невредимый, отошёл от собственного трупа.

— Ты думал, что меня так просто переиграть и уничтожить? — Улыбка Кастера была победоносной. — Не думай, что можешь так легко от меня избавиться, Арчер!

Он вонзил свой посох в деревянную статую самого себя, и она мгновенно вспыхнула, извергая пламя из каждой щели, словно какая-то пародия на погребальный костер. Арчер с криком вырвался, стараясь держаться от него как можно дальше; ожоги, отмечавшие его руку и предплечье, были красными и воспаленными, но в основном поверхностными. Для Слуги они, вероятно, были не более чем незначительным неудобством.

— Куда ты собрался? — Спросил Кухулин.

Он ударил рукоятью своего посоха о землю, и линия огня пронеслась через овраг в сторону Арчера, который отпрыгнул в сторону, взмыв в воздух. Оставшийся меч исчез, и лук Арчера материализовался, когда он прикрепил к тетиве ещё один длинный меч.

Это был другой меч, чем раньше. Не простая сталь и рудиментарная структура, какие можно было увидеть на любом старинном мече из средневековой Европы, а спиралевидная форма сверла, заканчивающаяся узким острием и имеющая темно-синюю рукоять. Даже с того места, где я находилась, я могла сказать, что эта вещь была чем-то особенным, просто по ощущению предчувствия, тяжести, которую она несла.

Когда он начал падать, я поняла — если он выстрелит, а Кастер увернется, снаряд попадет в Маш. В нас.

— Как будто я тебе позволю! — Кастер закричал и шлепнул ладонью по земле.

Из земли высунулась деревянная рука, и Арчер, который всё ещё был в воздухе, не смог увернуться, когда она протянулась и схватила его, поднимая все выше в небо.

Клетка обжигающего, всепожирающего пламени!Плетёный человек!

Деревянная кисть воспламенилась, и рука, к которой она была прикреплена, опустилась. Арчер, оказавшийся в ловушке между её пальцами, не смог вырваться, врезавшись в землю с оглушительным грохотом, который потряс склон горы, разлетевшись на куски со вспышкой раскаленного добела пламени. Осколки дерева разлетелись по ущелью, скользнули по грязи, всё ещё мерцая угольками Плетёного Человека, а затем растворились вдали.

В воронке, образованной кулаком Плетёного Человека, лежало тело Арчера, некоторых частей тела не было, половины туловища не было, одна рука оторвана ниже локтя, одна нога искалечена и вывернута под отвратительным углом. Он не двигался, казалось, не дышал и даже не был в сознании, а затем рассыпался на маленькие пылинки света, которые, мигнув, исчезли из существования.

Он был мертв. Снова. До сих пор. Черт его знает, как это работало со слугами.

И в тот момент, когда он умер, я почувствовала, что та сила, которая, как я не осознавала, удерживала меня на ногах, исчезла вместе с ним, и я прислонилась к грани щита Маш, мои руки и ноги дрожали, и я задыхалась, пытаясь вдохнуть побольше воздуха, о потере которого я даже не подозревала.

— Тейлор?

— Мисс Тейлор?

— Сэмпай, вы в порядке?

Я судорожно сглотнула. Моё тело горело. Нервы натянулись. Пот стекал по моему лбу, по задней части шеи, по рубашке спереди. Мне пришлось моргнуть, чтобы сфокусировать зрение, потому что оно расплывалось по краям.

—Я в порядке, —сказала я запоздало, немного невнятно. Черт. Что со мной было не так? — Просто… Просто дайте мне…

Шаги. Знакомое присутствие, прохладное и гостеприимное. Я посмотрела в красные глаза, пытаясь удержаться от падения на колени.

Мне было стыдно признаться, что Маш и её щит, вероятно, были единственными вещами, которые удерживали меня на ногах.

— Извините за это, мастер. — Сказал Кастер с искренним раскаянием в голосе. —Я взял у вас немного больше энергии, чем следовало.

— Это…

Что я должна была на это сказать?

— Всё в порядке.

— Это было глупо! — Крикнула Директор. — Кастер, нам предстоит пройти через ещё одну битву, ты же знаешь! Как мы должны противостоять Сэйбер, когда один из наших Мастеров в таком состоянии?

— Дайте ей несколько минут, чтобы привыкнуть, — беззаботно сказал Кухулин. — Я предполагаю, что она никогда не перегружала себя, верно? Или, скорее, она сохраняла железный контроль над тем, насколько сильно напрягала свои магические цепи. Она просто не привыкла направлять столько своей магической энергии сразу.

У меня дернулась щека. Я подавила желание нахмуриться на него за то, что он так легко видит меня насквозь. Однако он не был неправ ни в том, ни в другом смысле; даже когда он говорил, я чувствовала, как боль и слабость уходят, когда мои магические цепи остывают и возвращаются в нормальное состояние. Как он и говорил, мне понадобится всего минута или около того, чтобы восстановить дыхание и силы.

Чтобы отвлечь внимание от себя, я сказала: — Ах Нгабла.

Кастер поморщился и вздохнул.

— Да, я так и думал, что ты разозлишься из-за этого. — Печально сказал он.

— Конечно, мы разозлимся! — Возмущенно выплюнула Директор. — Ты хоть представляешь, насколько безрассудно и безответственно…

— Директор, — вмешалась я — ему было бы более значимо услышать выговор от его Мастера, не так ли?

Её рот резко закрылся, а щеки слегка покраснели, когда она нахмурилась.

— Я не злюсь, что ты это сделал, — спокойно сказала я Кастеру. — Я злюсь, что ты принял решение, не посоветовавшись со мной.

— Я согласна с твоими рассуждениями, — я продолжила молча, проецируя свои мысли на связь между нами — но я не согласна с тем, что это, вероятно, было правильное решение. Я не согласна с тем, что ты сделал это, ни с кем не посоветовавшись, когда ты так важен для нашей борьбы с Сэйбер. Если бы мы потеряли тебя, наши шансы на победу резко упали бы.

— Боги, — Кастер неловко усмехнулся, выглядя моложе, чем когда-либо до сих пор, — иногда, мастер, ты напоминаешь мне моего учителя, но иногда вы просто напоминаете мне мою жену.

— Ты снова с ней флиртуешь? — Требовательно спросила Директор.

— Если говорить обо всех других женщинах, которых они любили, — это способ флирта современных мужчин, леди-босс, — сказал Кастер, — тогда я понимаю, почему такая красавица, как ты, одинока.

Рика радостно рассмеялась, когда лицо Директора стало ярко-вишнево-красным, её рот беззвучно хлопал, потому что она буквально не находила слов.

— И да, это был флирт, — добавил Кастер без особой на то необходимости.

— В любом случае, — сказала я, прежде чем разговор смог снова перетечь в другое русло. — ты готов продолжать, Кастер?

Он ухмыльнулся.

— Хех. Разве не мне должно спрашивать об этом вас? Не волнуйся так сильно, Мастер. У тебя всё ещё есть те три командных заклинания, верно?

Он указал в направлении моей левой руки, где паутина красных отметин выделялась на бледной коже тыльной стороны моей ладони. Они были ещё больше похожи на кровь, чем когда-либо прежде.

— В таком случае, — продолжил Кухулин, — у тебя есть резерв магической энергии. Если у меня кончится мана, просто используй одно из них, чтобы быстро дать мне энергии. Нет смысла хранить их во время последней битвы Войны за Святой Грааль, верно?

Если только он не решит впоследствии нанести нам удар в спину, это было верно. Но я начинала думать, что этот Кастер, этот Кухулин, просто не был таким человеком. Можно ли назвать это доверием? Возможно.

Я сделала глубокий вдох и оттолкнулась от щита Маш, и чуть не рухнула, хотя и не восстановилась на сто процентов. Впрочем, это было вполне естественно. Я не могла восстановить всю магическую энергию, израсходованную Кастером всего за пять минут.

— Рицука, Рика, вы готовы? — Спросила я.

Рика выпрямилась, как шомпол, и Рицука немного вздрогнул от того, что к нему обратились.

— А-а, вы уверены, Сэмпай? — Неуверенно сказал Рицука.

— Все тип-топ, работаем на полную катушку, семпай! — Защебетала Рика.

Потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к подобному обращению. Большая часть остальной команды А была невысокого мнения обо мне, хотя Водим никогда не был таким уж злым, а Берилл… Берилл просто был странным. Как будто он мог видеть во мне что-то, чего не видели другие, и он не хотел рисковать тем, что, по его мнению, могло выйти наружу.

— Маш?

Маш была единственной из команды А, кто относился ко мне так, как будто у меня был опыт работы с чем-то более напряженным, чем штудирование книг.

— Все параметры в норме, мисс Тейлор, — ответила она.

— Тогда давайте начнем, — сказала Директор. — Маш, иди вперёд. Нет смысла рисковать на таком позднем этапе игры.

Она посмотрела на меня, и я кивнула.

— Верно.

— Поняла, Директор.

Маш снова подняла свой огромный щит и развернулась лицом к пещере. Она выставила его перед собой, чтобы отразить любую атаку, и осторожно вошла в пещеру. Мгновение спустя мы все последовали за ней.

Пещера оказалась глубже, чем я ожидала. У меня не была полной уверенности в том, как долго мы шли, но грубо вырубленная тропа, по которой мы шли, была извилистой и продолжалась довольно долго. Кроме того, здесь было намного просторнее, чем я ожидала, — с потолка свисали сталактиты, а по бокам путь обрамляли сталагмиты, но здесь было достаточно места для всей нашей группы, чтобы идти бок о бок, если бы мы захотели, и более чем достаточно места для Маш, чтобы позволить ей размахивать щитом так, как заблагорассудится.

Мы, должно быть, прошли целую милю вглубь горы, прежде чем увидели впереди зловещее свечение, и напряжение в группе усилилось, пока мы продолжали двигаться к концу туннеля и вышли в огромное, совершенно необъятное помещение.

Если я думала, что туннель большой, комната, в которую он вел, была просто до нелепости огромной. Достаточно большой, чтобы вместить целую армию, с таким высоким потолком, что даже освещенный этим зловещим свечением, он был окутан тьмой и тенями. Это напомнило мне Эребор или Рудники Мории из «Властелина колец», и он, безусловно, был достаточно большим, чтобы внутри него можно было построить подземный замок или даже город.

В задней части пещеры был возвышающийся постамент, круглое сооружение, которое тянулось от одной стороны до другой, как гнездо какой-то гигантской змеи, и на краю этого постамента, смотря на нас и остальную часть зала, стояла молодая женщина.

Она была одета в чёрное с головы до ног, от платья и доспехов, которые она носила поверх него, до изящного меча, на который она опиралась руками, кончик которого был воткнут в грязь. На голове у неё была копна платиновых светлых волос, а с бледнокожего лица на нас смотрели жутко светящиеся желтые глаза.

Больше всего в ней выделялась абсолютная сила, которую она излучала, аура тьмы, которая пронизывала всю комнату и чувствовалась даже при входе. Казалось, само её присутствие заполнило комнату и впиталось в землю, лишая жизни и давя на нас.

И всё же в ней было что-то величественное, что-то большее, чем жизнь, и почти благородное. Я могла поверить, что эта женщина, какой бы маленькой и юной она ни была, могла быть королем Артуром.

— Добро пожаловать, члены Халдеи, — сказала молодая женщина. Её голос был холоден и лишен эмоций, но в нём было что-то, что я почти испытывала искушение назвать дружелюбным. — Я Слуга Сэйбер. Я стою здесь на страже, чтобы защищать это место от всех нарушителей и тех, кто жаждет власти.

А позади неё бурлил огромный бассейн магической энергии, такой плотной и мощной, что её было видно невооруженным глазом. Она затмевала Сейбер в тысячу, в миллион раз, не только по количеству, но и по качеству. Её было так много, что я не могла надеяться использовать всю эту энергию в течение сотни жизней, не говоря уже об одной.

Даже будучи начинающим заклинателем, я знала достаточно о магии, чтобы сказать, что эта вещь была настоящим, подлинным чудом. Не чаша Христа с Тайной вечери, а всемогущее устройство для исполнения желаний, способное воплотить в реальность любую мечту.

— Если вы хотите получить свой приз, сначала вам нужно будет перешагнуть через мой труп. — Сказала Сэйбер с непоколебимой убежденностью. —Это единственный способ, которым вы можете забрать этот Святой Грааль.

Глава IX: Великий Приказ

— Магический реактор такого масштаба, — пробормотала Анимусфия, вновь начав грызть ноготь большого пальца. — Я читала об этом в наших записях о Фуюки, но… Увидеть собственными глазами нечто, способное генерировать и перерабатывать такое количество необработанной магической силы, — это совершенно другое дело.

— Я ожидал золотой кубок, — пробормотал Рицука.

— Это такой обман, — согласилась Рика. — Зачем вообще называть это Святым Граалем?

Директор усмехнулась.

— Вы два, невежественных новичка! Термин «Святой Грааль» используется для двух основных целей. Во-первых, потому что это удобное сокращение, когда речь идет об устройстве такого масштаба, которое может просто исполнять желания с помощью своей грубой силы. Как ещё вы собираетесь назвать всемогущее устройство для исполнения желаний? А во-вторых, потому что присвоение чему-либо такого знаменитого имени в определённой мере усиливает итоговую мощь. Если вы даете чему-либо имя, вы так же можете придать ему форму.

— Что ещё больше усиливает способность Святого Грааля исполнять желания, —добавила Маш.

— Именно.

Силы не так уж сильно отличались, не так ли? Они были менее точными, потому что, я думаю, пассажиры не очень хорошо понимали людей, но почему Лунг превратился в дракона? Почему моя сила ограничила мой контроль членистоногими, жуками, ползучими тварями? Почему сила Солнышка приняла форму сфероидного шара из расплавленной плазмы?

Почему в изменённой части Ехидны можно было найти черты всех земных животных?

Потому что, пассажиры основывали наши способности на человеческих концепциях через человеческое восприятие.

Наверху, на выступе, Сэйбер вытащила свой меч из камня…

— Она движется! — Я предупредила всех, и Маш шагнула вперед, защищаясь, подняв свой щит, в то время как Директор и близнецы прижались друг к другу.

… и одним прыжком преодолела почти половину расстояния между нами. Приземлилась она грубо, больше похоже на классическое приземление супергероя «в три точки», чем на что-то изящное. Однако причиной, по которой приземление было таким близким к идеалу заключалась не в том, что Сэйбер не дрогнула, не поморщилась и, казалось, совсем не испытывала неудобств из-за падения с огромной высоты. Ни боли, ни дискомфорта, просто плавный переход обратно на ноги.

А в Силе. В этом приземлении главное — сила.

— Эта Слуга производит слишком много энергии, — прошептала Директор, не сводя глаз с Сэйбер. — Этот уровень магического давления просто нереален. Пока что она находится на совершенно ином уровне, чем другие Слуги. Можно ли вообще назвать её простой Слугой?

— В легендах говорится, что король Артур является воплощением Красного Дракона, — сказала я. — Живым аватаром Британии.

Технически, Уэльса, но смысл был утрачен по мере того, как все больше и больше Европа перенимала и дополняла мифы.

— Дракон в человеческом обличье, … Нет, может быть, не настолько далеко, но что-то вроде этого? Она была бы на одну половину была человеком, а на другую — магическим созданием. — Директор поморщилась. — Её магические цепи… Нет, они действительно были бы больше похожи на ядерный реактор, чем на что-то такое простое, как цепи.

— Как я и говорил тебе раньше, — сказал Кастер с серьезным выражением лица, —Сэйбер полностью отличается от Арчера. Ей не нужна сложная тактика и запутанная стратегия. Если она не может сокрушить нас своей грубой силой, то она просто уничтожит нас своим Благородным Фантазмом.

Женщина шагнула к нам, небрежно, неторопливо, за исключением того, что это действительно было неправильным способом описать это. Абсолютная уверенность, почти хищный блеск в её желтых глазах, делал Сэйбер похожей на льва, выслеживающего свою жертву.

И в этом случае мы были несчастными газелями.

— Как интересно, — сказала Слуга, подходя ближе. Она смотрела на Маш и полностью игнорировала остальных из нас. — Этот щит… Я знала рыцаря, которому он принадлежит, и ты, безусловно, не он, странная девушка. И всё же ты, безусловно, владеешь им, и ты, безусловно, похожа на Слугу. Возможно, ты его дальний потомок, позаимствовавший его силы через одержимость?

Я не могла видеть выражение лица Маш, но могла представить, какие мысли бродят у неё в голове.

Итак, Героический Дух, изначально владевший этим щитом, был рыцарем — хотя с такими доспехами это было отчасти самоочевидно — и он был тем, кого король Артур знал при жизни или, по крайней мере, о котором знал, и, казалось, уважал. Единственная проблема заключалась в том, что история короля Артура изобиловала рыцарями всех мастей из самых разных мест, так что это не совсем сужало круг поисков, и ничто не указывало на то, что он был одним из рыцарей Круглого стола короля Артура, а не врагом.

Количество кандидатов сузилось, но не слишком.

—… Он передал мне свои силы в последнюю секунду, чтобы спасти мою жизнь, но он не сказал мне своего имени, — тихо призналась Маш, и мне пришлось стиснуть зубы, чтобы не отругать её за то, что она с такой готовностью выдала информацию.

— Понятно, — сказала Сэйбер, и в её голосе прозвучало что-то вроде нежности, но это было так слабо, что я не была уверена, что мне это не почудилось. — Да, это похоже на него. Несомненно, он хочет, чтобы ты стала похожа на него через твой собственный рост. Тогда очень хорошо, странная девочка.

Женщина подняла свой меч и взмахнула им, сжимая рукоять обеими руками.

— Я проверю насколько крепка твоя решимость и узнаю насколько ты достойна унаследовать его силы! Приготовься!

Времени среагировать не было. Мои глаза даже сомкнуться не успели, как Сэйбер словно телепортировалась; в одно мгновение она преодолела всё расстояние и оказалась перед Маш. Я могла видеть её только по развевающемуся платью и зловещей форме её меча Экскалибура, торчащего из-за грани щита Маш.

— Не так быстро, черт возьми, Кастер!

До сих пор она легко превосходила всех остальных Слуг, с которыми мы сражались.

ЛЯЗГ

Звук удара был оглушительным, и казалось, что от него задрожали кости в моем теле и земля под ногами. Если бы у меня во рту были какие-нибудь пломбы, я была бы уверена, что они бы расшатались только от этой атаки.

Маш ахнула, и ей пришлось отвести левую ногу назад, чтобы отразить удар, и мне показалось чудом, что её щит не разлетелся в стороны от чего-то такого сильного. Единственным Бугаём, которого я когда-либо знала с таким уровнем грубой силы, была Александрия.

ЛЯЗГ — ЛЯЗГ — ЛЯЗГ — ЛЯЗГ — ЛЯЗГ

Сэйбер не давала нашей защитнице возможности прийти в себя или отдохнуть. Она не атаковала с той ослепительной скоростью, которую Арчер, Медуза и Кастер использовали в битве, но каждый взмах, казалось, сотрясал весь мир своей мощью, и в моих ушах звенело от визга щита Маш, когда её руки подгибались под каждым ударом. Если бы мне не встречались кейпов, которые не обращали внимания на столь же мощные атаки — если бы я не сражалась с Бегемотом и не наблюдала, как он пережил взрыв, который, по словам Пхир Се, мог уничтожить Индийский субконтинент — сам по себе тот факт, что щит не превратился в обломки, был бы впечатляющим.

Тем не менее, Маш явно понемногу сдавала. Её щит не сломался, но тело девушки обладало куда меньшей прочностью.

— Давай! —Сэйбер остановилась достаточно надолго, чтобы замахнуться, а затем нанести ещё один удар дробящий кости.

ЛЯЗГ

—И это всё, на что ты способна?

Ещё один взмах Экскалибуром. Пронесшимся в воздухе, словно черная молния.

ЛЯЗГ

Маш кряхтела, её колени дрожали, а руки тряслись, но не от страха, а от усилий. Каждая атака должна была отправлять её в полет, но каким-то образом девушка не только оставалась на ногах, но и умудрялась блокировать их все.

— Ты ничего не можешь сделать, кроме как держаться за этот щит?

ЛЯЗГ

— Если ты хочешь получить Грааль, ты должна сначала пройти через меня!

ЛЯЗГ

— Это невозможно, если ты не можешь сделать даже один шаг вперед!

ЛЯЗГ

Маш ахнула и упала на одно колено. Одна рука всё ещё сжимала рукоять ее щита, а другая была прижата к левой стороне щита, как будто это было единственное, что стояло между ней и уничтожением — и в самом реальном смысле так оно и было.

— Маш! — Одновременно вскрикнули близнецы.

Только по чистой случайности нам с Директором удалось схватить их до того, как они бросились на помощь Маш.

— Что, по-вашему, вы делаете? — Директор прокричала. — Вы двое просто Мастера! Единственное, чего вы добьетесь, оказавшись рядом с ней — это то что вас убьют!

— Но! … — Рицука попытался протестовать.

— Мы нужны ей! — Рика закричала.

— Верьте в Маш, — сказала я им, — и помните план.

Они оба нахмурились и посмотрели на Маш, их кулаки сжались и затряслись. Не могу сказать, что я не понимала, как ужасно чувствовать себя такой беспомощной, такой неспособной что-либо сделать.

Только напоминание о том, что у меня был план, и я не могла надеяться что-либо изменить в бою против Сэйбер своими силами, удерживало меня от стремления самой броситься в бой.

— Давай, Кастер, — подумала я. — Я не уверена, как долго Маш сможет это терпеть.

— Вставай! — Сэйбер рявкнул на Маш. — Ты думаешь, бой окончен просто потому, что ты не можешь продолжать? Слуги сражаются насмерть!

ЛЯЗГ

Она безжалостно нанесла ещё один сильный удар. Щит Маш выдержал, но её рукам досталось сильнее.

— Рыцарь, державший в руках этот щит, был непобедим!

ЛЯЗГ

Маш ахнула, её локти задрожали.

— Пока его сердце оставалось стойким, таким же оставался и его щит!

ЛЯЗГ

Рука Маш соскользнула, и она попыталась вернуть её на место, поскольку её щит угрожал рухнуть на неё.

— Если твое сердце настолько слабое, что ты не можешь выдержать даже этого…

ЛЯЗГ

— …тогда ты недостойна получить его наследие!

— Дай девушке передышку, Сэйбер, —эхом отозвался голос Кастера. — Она была слугой чуть больше дня. Нам удалось выяснить, как выглядел её Благородный Фантазм всего несколько часов назад.

Сэйбер резко остановилась и обернулась, глядя в сторону, где стоял Кастер. Земля под ним светилась серией рун, его вторым Благородным Фантазмом.

Кухулин ухмыльнулся.

— Кроме того. Ты знаешь, что она здесь не единственная. Тебе ещё придётся сразиться и со мной. Наша война за Грааль не закончена.

— Сейчас.

Я взяла в ладонь рунический камень, который вырезал Кастер, готовясь к этому моменту, и бросила его через край щита Маш прямо в лицо Сэйбер.

— Что…

Мои глаза зажмурились.

— Anfang!

Вспышка света была такой яркой, что я могла видеть её сквозь веки. Сэйбер издала мучительный вопль.

— А теперь, Маш!

— Д-да!

Я услышала, как она поднялась на ноги, и мне удалось снова открыть глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как она замахнулась своим массивным щитом на Сэйбер и отбросила своего врага назад. Это не могло быть чем-то большим, чем поверхностная травма, потому что Слуга легко вскочила на ноги, прищурив на нас свои жуткие желтые глаза и зарычав.

— Ты!

Маш воткнула свой щит в камень и приготовилась.

Фонд Человеческого порядкаЛорд Халдеас!

Линии синего света нарисовались в воздухе перед ней, образовав огромный магический круг, и возник полупрозрачный барьер, достаточно большой, чтобы окружить особняк Второго Владельца. Это выглядело ненадежно, но я должна была признать, что этот Фантазм заблокировал Плетеного Человека Кастера, поэтому я должна была надеяться, что этого будет достаточно, чтобы защитить нас сейчас.

Ни секундой позже, потому что вскоре после этого раздался голос Кастера.

Руна вырезанная великим Богом.Охд Дег Один!

Взорвалась еще одна вспышка света, более яркая и интенсивная, чем моя светошумовая руна, и мне пришлось отвернуться, прикрывая глаза сгибом локтя, поскольку сетчатка горела от перегрузки. Воздух прорезал взрыв и громкий, оглушительный грохот сотряс пещеру вокруг меня сильнее, чем удары Сэйбер могли когда-либо надеяться, и я почувствовала, как каждая частица моего тела завибрировала от его мощи.

Но за барьером Благородного Фантазма Маш мы были совершенно целы.

Момент настал и прошёл. Он занял всего несколько секунд, но я снова разлепила веки и мутным от вспышки взглядом, посмотрела поверх щита Маш, когда она ахнула, и её барьер исчез. Облако обломков пронеслось по пещере, и мы стояли в центре чистого пятна, похожего на око шторма.

— Мы победили её? — Тихо спросил Рицука.

— Не может быть, чтобы она выжила после этого! — Уверенно сказала Рика.

— Тихо, — приказала я им. — Пока не расслабляйтесь.

Пыль и грязь, поднятые Благородным Фантазмом Кастера, начали рассеиваться, и, несмотря на мои собственные слова, я не смогла сдержать неприятного скручивания в животе, когда увидела, что лежало в центре всего этого.

— Ни за что…

Сэйбер медленно поднялась на ноги, используя свой меч как костыль. Миазмы темной энергии любовно обвились вокруг неё, и даже пока я наблюдала, темные ожоги на её коже заживали, а прорехи на одежде закрывались сами собой, как будто само время отматывалось назад.

Я стиснула зубы. Что же потребуется, чтобы убить её?

— Мы нанесли большой урон, мастер, — внезапно сказал Кастер, оказавшись прямо рядом со мной. — К сожалению, Сэйбер так легко не сдастся. Должно быть, она выпустила волну магической энергии прямо перед тем, как мой Благородный Фантазм нанес удар, и этого было достаточно, чтобы поглотить основную силу удара.

— Что же она за монстр? — В ужасе спросила Директор.

Женщина повернулась в нашу сторону, и хотя её лицо на самом деле не так уж сильно изменилось за все это время, в его выражении было что-то, что я могла бы назвать только яростью.

— Я понимаю, — сказала она тихо, холодно, как смертельный мороз перед метелью. —Кажется, я недооценила вас, халдейцев, и ваш талант к обману. Очень хорошо. Если вы собираетесь прибегнуть к своим Благородным Фантазмам, позвольте мне ответить тем же.

Она схватила Экскалибур обеими руками, и миазмы, клубившиеся вокруг неё, хлынули вместо этого в её меч. Он вспыхнул темным светом, удваиваясь, утраиваясь, учетверяясь в размерах, пока Сэйбер не подняла столб зловещей черноты, который превосходил и её, и нас более чем в дюжину раз.

Благодаря моему Мастерскому Ясновидению, теперь я могла видеть всё таким, каким оно было. A ++, Анти-крепость. Оружие, предназначенное для разрушения вражеских замков и укреплений, более чем достаточное, чтобы уничтожить и нас, и гору, внутри которой мы стояли.

Не было никакого способа выжить под этим Фантазмом. Не было никакого способа вовремя убраться с дороги. В тот момент, когда он обрушиться на нас, мы все будем мертвы, точно так же, как были бы, если бы это был один из лучей Зиона.

У нас был только один шанс пройти через это. Ничтожный. Но когда это меня останавливало?

— Черт! — Кастер выругался, отшатываясь. — Эй, Девчушка, сейчас самое время для…

— Маш! — прокричала я, перекрикивая его. — Благородный Фантазм! Сейчас же!

Маш расставила ноги и собралась с духом.

— Экс…

— Лорд…

— …КАЛИБУР!

— ХАЛДЕАС!

Барьер поднялся в воздух как раз вовремя, перед опустившимся столбом тьмы. Я услышала, как Рика закричала рядом со мной, и Рицука прокричал что-то, чего я не разобрала, так как ветер откинул мои волосы назад. Поток черного света мчался к нам, достаточно большой, достаточно массивный, чтобы разнести составляющие нас атомы на все четыре стороны — если бы щит Маш не остановил его. Основная масса луча крепко держалась в воздухе, удерживаемая Благородным Фантазмом Маш, и его побочные эффекты омывали нас до дальних краев барьера, как вода с зонтика, оставляя нас нетронутыми, когда он врезался в гору.

Даже этого было бы достаточно, чтобы убить нас, если бы оно было достаточно близко.

— Мы… Мы живы? — Недоверчиво прошептала Ольга-Мария.

Словно для того, чтобы доказать её неправоту, в барьере начали образовываться трещины, пропускающие зловещий свет между ними. Маш закряхтела но осталась стоять на месте, еще глубже зарываясь ногами в грязь под собой, но, похоже, это не принесло никакой пользы. Трещины продолжали увеличиваться в размерах, распространяясь подобно паутине от центральной точки барьера.

— Чёрт, — сказал Кастер. — Девочка, этот твой Благородный Фантазм впечатляет, если он держится так долго, но я не думаю, что этого будет достаточно.

Я поморщилась.

— Ты ничего не можешь сделать?

Он взглянул на меня, нахмурившись.

— Извини, Мастер. Если бы у меня было несколько спокойных секунд, я, возможно, сумел бы усилить барьер.

Ярко-красные чернила моих командных заклинаний уставились на меня. У меня было не так уж много вариантов.

Но, какими бы черствыми они ни были, Слуг можно заменить. Живых людей — нет.

— Кастер.

Мои мысли были прерваны, когда близнецы пронеслись мимо нас, мчась поддержать Маш.

— Что вы двое, по-вашему, делаете? — Директор прокричала.

Они проигнорировали её и оба положили по руке на плечи Маш. Она оглянулась на них.

— М-мастер! Сэмпай, нет!

— Силой моего Командного Заклинания, — крикнул Рицука, и мои глаза расширились, когда я поняла, что у него была такая же идея, как и у меня.

— Маш! — Сказала Рика.

Вместе они приказали:

— Блокируй Благородный Фантазм Сэйбер, несмотря ни на что!

Вспышка красного света. Секунда. В одно мгновение были сожжены два абсолютных приказа, направленных на единую цель. Директор всегда говорила мне, что правильно использованное Командное Заклинание может переломить ход битвы, но…

— Да, Мастер!

На моих глазах трещины затянулись, барьер выглядел как новенький. Маш закричала, но это не был крик отчаяния или боли, это было больше похоже на боевой клич, и барьер перед ней трансформировался, увеличиваясь по мере того, как расплывчатая полоса света развивалась, приобретая очертания. На нем нарисовались новые линии, образующие прямоугольники, наложенные один на другой.

Кирпичи, поняла я. Они формировались в кирпичи.

Всё больше и больше они заполняли пространство, призрачные, прозрачные, но они были там, пока, наконец, не образовали единую стену замка. Крепостной вал с парапетами наверху.

—… Невероятно, — прошептала Директор.

Он не просочился. Зловещий свет не расколол его, не сломал, не проник внутрь. Крепостной вал был сильным, крепким и нерушимым, подкрепленный решимостью Маш и храбростью её Мастеров, и какая-то часть меня знала, знала, что может быть только один замок, снискавший такую славу за всю историю, один замок, который мог принадлежать рыцарю времен Артура, один замок, настолько культовый, что стал визитной карточкой Героического Духа.

Но имя ускользало от меня. Название, вертевшееся у меня на кончике языка, отказывалось всплывать.

Поток света иссякал, слабея и угасая, пока не осталось ничего, а у Сэйбер стоящей напротив нас в широко раскрытых глазах плескалось потрясение. Она застыла в конце своего замаха.

Я не теряла времени даром…

— Кастер…

И я мгновенно сожгла два своих собственных командных заклинания.

— …Убей Сэйбер прямо сейчас!

— Вас понял! — Кастер ухмыльнулся, хлопнув рукой по камню.

Гора снова загрохотала, когда деревянная фигура вырвалась из недр кулаком вперед. Сэйбер восстановилась едва ли достаточно, чтобы избежать первого удара, и отскочила в сторону, но второй поймал её в воздухе, и кулак, больший, чем она, схватил женщину, крепко сжимая, пока она не закричала.

Вспышка темного света, и Сэйбер вырвалась из пальцев, сжимавших её, но деревянное чучело только протянуло другую руку, чтобы прижать Слугу к себе, когда отверстие в его груди распахнулось, впуская её.

— Плетёный человек!

Дыра в груди захлопнулась, заперев Сэйбер внутри. Пламя, покрывавшее конечности Плетеного Человека, стало ярче и интенсивнее, раскалилось добела, и чучело сжалось, упав на землю с оглушительным стуком, когда его тело взорвалось. Обломки его ветвей затрещали и покатились по пещере, а затем исчезли.

И несмотря на все это, каким-то образом женщина была ещё жива.

— Это не убило её? — Истерично воскликнула Анимусфия.

— Нет, с ней покончено, — спокойно сказал Кастер. —Её тело исцеляется, но только поверхностно. Её Духовное Ядро разрывается на части, пока мы говорим.

— Он прав, — сказала Сэйбер, медленно поднимаясь на ноги. Частицы света медленно отходили от её тела, как будто женщина распадалась на наших глазах — Твоей последней атаки было достаточно. Ты победил меня.

Она вздохнула.

—Похоже, моей решимости просто было недостаточно. Да, конечно — пока я одна, конечный результат всегда будет одним и тем же, не так ли? Простой грубой силы было недостаточно, чтобы защитить Грааль.

Сэйбер глубоко вздохнула, а затем пригвоздила всю нашу группу своими желтыми глазами.

— Гордитесь, воины Халдеи, ибо это ваша победа. Однако не думайте, что ваш Великий Приказ закончится вместе со мной. Эта Сингулярность — всего лишь первый шаг в вашем путешествии. Вам предстоит столкнуться со многим другим, прежде чем вы достигнете своей цели.

Она исчезла. Между одним морганием и следующим она просто исчезла, и её зловещее присутствие тоже исчезло. Что-то с грохотом упало на землю там, где она только что была, но я не могла разглядеть это достаточно отчетливо со своего места.

Проблеск света привлек мое внимание, и я обернулась, чтобы увидеть, что Кастер тоже светится и исчезает. Он моргнул, оглядывая себя, и повернулся ко мне с печальной усмешкой.

— Кастер! — В панике крикнула Рика.

— Похоже, мне тоже пора вас покинуть, — сказал Кастер. — Не волнуйся, Маленькая Мисс. В этом есть смысл, не так ли?

— Война за Грааль окончена, —согласилась Директор. — Тебя больше ничто не привязывает к этому миру.

— Извините, я не могу остаться и помочь с последствиями, — сказал он. Он посмотрел на Рицуку. —Хей, парень.

Рицука вздрогнул и выпрямился. Кастер указал на него, ухмыляясь.

— Ты единственный мужчина здесь, так что тебе нужно стать крепкой и надежной опорой, понял? Эта твоя слуга — нечто чудесное, но она хороша лишь настолько, насколько хорош её Мастер, поэтому ты должен убедиться, что ты лучший.

Он повернулся к Рике.

— Маленькая Мисс, у тебя есть мужество. Сохраняй свое сердце таким чистым, какое оно есть, и всё остальное приложится. Поняла?

— Да, сэр! —Пробормотала Рика. Она, что …? Она на самом деле плакала. — Я-я сделаю всё, что в моих силах!

Следующим оказалась директор.

— Леди-босс, у тебя отличная команда. Убедись, что ты обращаешься с ними правильно, и, возможно, будь с ними помягче, лады?

Директор фыркнула.

— Я дам им именно то, что они заслужили, и ничего большего!

— Как я и ожидал от тебя! — Кастер рассмеялся. И, наконец, он повернулся ко мне.— Принцесса.

— Кастер.

— Я могу сказать, ты не привыкла стоять в стороне, не так ли? — Он покачал головой. — У тебя всё время чесались руки броситься в бой. Хей, если бы только ты была жива в мое время, мы бы порвали там всех.

— П-прекрати флиртовать с ней! — Приказала ему Ольга-Мария с красным лицом.

Кастер просто посмеялся над ней.

— Что ж, наше время вместе, возможно, было коротким, но мы победили, да? Как я и обещал.

— Мы победили.

Он покачал головой.

— Боже, ты действительно похожа на неё, не правда ли? Сделай мне одолжение, Мастер. В следующий раз, когда призовешь меня, убедись, что классом будет Лансер, хорошо? Тогда я покажу тебе, из чего я на самом деле сделан!

Как и Сэйбер, он исчез, не оставив после себя никаких следов, кроме горстки рунических камней, которыми мы так и не смогли воспользоваться.

Потойдя к месту, которое он только что занимал, я тихо сказала:

— Спасибо тебе, Кухулин.

Бип-бип!

— Директор! — Сказал Роман. — Показания слуги исчезли! A- и помехи тоже устраняются! Вы её побили?

— Как барабан! — Весело сказала Рика.

—Сэйбер побеждена, доктор Романи, — сообщила Маш. —Кастер… тоже исчез.

— Жизненные показатели в норме. Есть некоторое напряжение, но вы все только что прошли через битву не на жизни, а насмерть, так что я не удивлен. — Романи запнулся. — А, директор? Вы здесь? У… у мене всё ещё есть проблемы с тем что бы получить ваши жизненные показания, так что…

— Та слуга, — медленно произнесла Директор. — Сэйбер. Она упомянула нас. Поприветствовала нас по имени. Халдея. Великий Приказ. Откуда она узнала эти термины?

Мои глаза расширились.

— Это… Это очень хороший вопрос.

В то время я была слишком сосредоточен на плане, чтобы задумываться о нем, и, возможно, я просто слишком привыкла к умникам, которые знали намного больше, чем им действительно следовало, но теперь, когда я уже не на Земле Бет… Как Сэйбер узнала, кто мы такие и как называется наша миссия?

— Директор, возможно, сейчас не время, — сказал Романи. — Я всё ещё обнаруживаю мощный источник магической энергии поблизости от вас.

— Еще один слуга? — Резко спросила я.

Романи покачал головой.

— Нет, ничего подобного. Я не обнаруживаю Святого Графа или Духовного Истока на этом уровне кроме Маш, так что у вас там, вероятно…

— Мастер? — Маш осторожно подошла к тому месту, где стояла Сэйбер, и взяла…

Директор ахнула.

— Это что?

— Святой Грааль. — Прогремел новый голос.

Моё сердце остановилось.

Нет. Ни за что. После всего, что произошло, чтобы этот человек появился в конце.

На гребне холма, где стояла Сэйбер, была ещё одна фигура, высокий мужчина в цилиндре и с длинными лохматыми волосами. Он смотрел на нас сверху вниз, сложив руки за спиной.

— Эта Сейбер… Если бы только она поступила так, как должна была, вместо того, чтобы отчаянно цепляться за эту эпоху. Полагаю, вы оказали мне некоторую услугу, устранив её, хотя я никогда не ожидал, что такая разношерстная компания зайдет так далеко.

— Профессор Лев? — Романи задохнулся.

— Лев? — Выдохнула Директор, не веря своим ушам, но это чувство быстро сменилось облегчением. — О, Лев, слава богу! Ты жив! Когда я услышала, что ты умер, я не знала, что…

Она бросилась к нему, но я выбросила руку в сторону, и воздух внезапно вырвался у неё изо рта, когда директор налетела прямо на неё.

— Э-Эберт, — выдохнула она, — что ты делаешь? Это же Лев!

— Я не так уж в этом уверена, — сказала я ей, не сводя с него глаз, отказываясь даже моргать. — И даже если это так… Я не думаю, что он на нашей стороне.

— Ч-что? — Яростно произнесла Директор. — Что ты вообще несешь? Ты что, с ума сошла!

— О? — Лев ухмыльнулся. Это заставило самую грозную ухмылку Кастера казаться совершенно дружелюбной. — Если ты не возражаешь, я спрошу, что меня выдало?

Чёрт.

Я сглотнула, лихорадочно соображая, потому что он только что подтвердил это, и единственный, кто мог нас защитить, была уставшая Маш. Если бы Лев был кем-то иным, чем он выглядел, этого, вероятно, было бы недостаточно, чтобы спасти наши жизни.

Единственное, что я могла сделать, это выиграть время. Время для Романи, чтобы переместить Рейшифтом всех нас отсюда.

Чёрт возьми, я скучала по своим способностям. Натравливание на него тысяч жуков, возможно, оказалось бы против него не более эффективным, чем против Зиона, но, по крайней мере, это дало бы мне лучший инструментарий, чем мой крошечный Гандр и протез руки, который мог хватать вещи издалека.

— Начнем с того, что ты вообще здесь, — сказала я. — Я могла бы поверить в одного человека, выжившего после взрыва бомбы в командной рубке. При благоприятных обстоятельствах один человек из миллиона мог бы пережить нечто подобное, просто благодаря удачному расположению. Возможно, она была достаточно далеко от места взрыва, чтобы её унесло в камеру Рейшифта, и при приземлении она потеряла сознание. Возможно, она была защищена чьим-то телом и таким образом пережила основную тяжесть. Шансы велики, и я бы не стала ставить на них, но я могла бы в это поверить.

Раньше я была одной из тех, у кого большие шансы. Один на миллион. Девушка, которая пережила то, что должно было убить её, просто потому, что ей повезло оказаться в нужном месте в нужное время. По всем правилам, я должна была быть мертва задолго до того финального наступления на Зиона, и я выжила только благодаря какому-то дикому сочетанию того, что я была именно там, где мне нужно было быть, чтобы меня спасли, и просто отказывалась позволить себе умереть.

Вот почему я раньше не придавала этому особого значения, когда Романи сказал, что он думал, что Директор погибла вместе со Львом и остальным персоналом в командной комнате, когда взорвалась бомба. Она могла быть одной на миллион.

Но два человека сорвавших джекпот одновременно? Без предсказателя, убедившегося, что всё пойдет определенным образом, эти шансы были слишком малы.

— Да, один шанс на миллион, — сказал Лев. — Как Романи, которого отвлекли два отброшенных кандидата в Мастера ровно на то время, чтобы не попасть под взрыв, или один из гробов команды А, открывающийся именно так, чтобы его обитатель не пострадал. Вы можете только представить, в какой ярости я был, узнав, что вы оба выжили, Романи, Тейлор Эберт.

— Лев? — Прошептала Директор. Я практически слышала отчаянные опровержения, прокручивающиеся в её голове, когда она пыталась найти любое оправдание, чтобы разобраться в том, в чём он только что признался.

— И ты тоже, Ольга. Как неприятно было найти тебя здесь. Несмотря на то, что я подложил бомбу прямо тебе под ноги, каким-то образом ты всё ещё жива. — Он снова ухмыльнулся. — Ну, в определенном значении этого слова. В конце концов, хотя твой дух и был перенесен сюда, в эту Сингулярность, единственная причина, по которой это вообще стало возможным, — это то, что в настоящем тебя больше не связывает тело. У Ольги-Марии Анимусфии не было способностей к Рейшифту, пока она была жива.

Было почти слышно, как разбивается сердце Марии.

— Т-ты лжешь, — выдохнула она едва слышным шепотом. — Т-ты… ты не можешь быть Львом. Лев никогда бы…!

— Это правда, — сказал ей Лев жестоко и со смаком. — В тот момент, когда эта Сингулярность схлопнется и луч Халдеи переместит вас всех обратно, ты просто рассеешься, Ольга. Твое сознание разрушится, и твой дух вернется в небытие. У тебя нет тела, в которое ты могла бы вернуться. Ты, в буквальном смысле, прошла за грань.

— Директор… — Пробормотала Маш.

— Директор Мария, — обеспокоенно сказала Рика.

— Я так и подозревал, — тихо признался Романи. — Урон от взрыва, и даже если она его пережила, одного падения из смотрового окна было бы достаточно, чтобы убить человека, особенно если бы она приземлилась головой вперед. Мы… Тела в эпицентре взрыва были слишком сильно повреждены, чтобы их можно было идентифицировать,

но…

— И ты … ничего не сказал? — Спросила Директор дрожащим голосом.

— Когда вы появились в Сингулярности F, я просто хотел верить…

Что все доказательства были ложными, и она чудесным образом выжила. Да, я хорошо это понимала.

— Разве это не грустно, Ольга? — Сказал Лев. — Ты всем сердцем желал получить шанс унаследовать мечту своего отца и способность к Рейшифту, но ты получила возможность сделать это только в момент своей смерти, когда твой дух больше не был отягощен твоей плотью. Как восхитительно иронично. Даже поэтично.

Он протянул руку, и тело Директора засветилось, когда её ноги оторвались от земли. Остальные из нас отпрянули, как будто это могло затронуть и нас нас, если мы прикоснемся к ней.

— Ч-что ты делаешь, Лев?

— Но это слишком удручающий финал, тебе не кажется? Поэтому я сделаю тебе один, последний прощальный подарок и позволю прикоснуться к Халдее, которую ты так жаждала.

Щелчок его пальцев, и позади него в воздухе открылась трещина, расширяясь до совершенно огромных размеров, пока на другой стороне мы не смогли увидеть…

— Что это…

— Халдея?

Директор закричала, когда её понесло вперед, но я не собиралась стоять там и смотреть, как Лев делает то, что он собирался с ней сделать. Я сорвалась с места и своей более сильной рукой-протезом обхватила Ольгу-Марию за талию и вбила ноги в камень.

Казалось, что это даже не замедлило ход событий. Директора всё ещё несло к разлому в пространстве, и мои ботинки оставляли двойные борозды, пока я безуспешно пыталась удержать её.

— Романи! — Я закричала. — Забери нас отсюда!

— П-правильно! Но если я это сделаю…

— Просто сделай это!

Лев рассмеялся.

— Если ты так дорожишь своим директором, Эберт, я с радостью разделю с тобой её судьбу. Вы можете отправиться вместе, бок о бок, пережить бесконечную смерть заживо, будучи поглощенными Халдеей! Такой подарок! Вы будете единственными живущими людьми, которым доведется испытать падение в черную дыру!

— Романи!

— Д-дай мне секунду, я пытаюсь!

Мои ноги оторвались от земли.

— Мисс Тейлор!

— Сэмпай!

Чья-то рука схватила меня за свободную руку, а другая — за бедро, и вместе они удерживали меня. Я не могла позволить себе смотреть, но услышала металлический стук, когда щит Маш воткнулся в землю позади нас. Я понятия не имела, помогло ли это вообще.

— Это прекрасно! — Лев захихикал. — Да, все вы! Если вы не можете отпустить своих товарищей, то умрете так же, как они! Последняя надежда Халдеи, последние оставшиеся Мастера, которых она может выставить, и её единственный Слуга, погибшие

в самом начале!

— Романи!

— Д-держитесь!

И все же мы продвигались вперед. Я не могла сказать, было ли это медленнее, чем раньше. Я не могла сказать, достигли ли мы чего-нибудь. Все, что я знала, это то, что мои ноги снова ступили на твердую землю и всё ещё прокладывают тропы в грязи.

Пока это было так, это ещё не конец.

— Я не хочу умирать! — Директор громко рыдала. — Я не хочу умирать! Я ещё ничего не сделала! Я ничего не добилась! Н-никто не любил меня и не хвалил, все меня ненавидят.

— РОМАНИ! — Я закричала во всю силу своих легких.

— Я… я работаю так быстро, как только могу! — В панике крикнул Романи в ответ. —Я зафиксировал ваши сигнатуры, но как только я верну вас обратно…

— ЕСЛИ ТЫ НЕ СДЕЛАЕШЬ ЭТОГО СЕЙЧАС…

— Отойди, Романи! — настойчиво приказал ему кто-то на другом конце провода. Я не могла сосредоточиться, чтобы понять кто это был. — У меня есть идея, но у меня очень мало времени, чтобы воплотить её в жизнь!

— Х-ха? Ты уверена?

— Конечно, нет! Но я не вижу, чтобы у тебя были идеи получше, и если мы ничего не предпримем …!

— Понятно! Я оставляю это на твоё усмотрение!

Мои пятки зарылись в камень, подтягиваясь ближе, когда сила пыталась втянуть меня внутрь. Мои магические цепи напряглись, сгорая от перегрузок, которым я подвергала их. Маш кричала вместе со мной, одна её рука обвилась вокруг моей талии, и краем глаза я увидела, как рыжие волосы Рики развеваются на несуществующем ветру.

Пещера загрохотала. Огромные куски камня и грязи упали вокруг нас, когда все место дестабилизировалось. Халдея зловеще светилась сквозь разлом в пространстве. Лев, невозмутимый, наблюдал за нами с торжествующей ухмылкой.

— Рейшифт через три!

Я стиснула зубы. Мои мышцы напряглись. Моя рука начала неметь от усилий для удержания Марии, но только железная воля удерживала меня от того, чтобы отпустить её.

— Два!

Мои ноги дрожали. Колени грозили подогнуться. Моё тело было на пределе. В любой момент я бы…

— Один!

Мир разверзся под нами, и мы упали на тропу меж звёзд.

Интерлюдия OMA: Личные инвестиции

— Как она? — Тихо спросила Ольга-Мария.

Романи Архиман вздохнул и откинулся на спинку стула.

— Пока спокойно спит, — сказал он.

Девушка покрытая бинтами, тихо спала. Оборудование, отслеживающее её состояние, издавало медленные и тихие звуковые сигналы, совершенно не заботясь о том, насколько она ужасно выглядела. Её голова была обмотана толстым слоем марли с двумя красными пятнами размером с монету посреди лба, от одной мысли о которых Ольге-Марии становилось дурно. Культя правой руки девушки была точно так же перевязана, окрашенная в ещё более яркий красный цвет в том месте, где хирургам пришлось осторожно ковырять сырую плоть, чтобы то, что осталось, могло нормально зажить. Её шея блестела от крема, чтобы уменьшить припухлость синяков.

Дело было не в степени её травм, но они были самыми очевидными.

Тот факт, что она вообще была жива… Она не была похожа на девушку, которая столкнулась лицом к лицу с тем, что по сути было богом. На самом деле, её раны слишком ясно говорили о врагах, которые были людьми, которые растерзали её, чтобы отправить сообщение, или которые очень, очень сильно пытались убить её и почти преуспели.

Если бы Лаплас не записал сами события как часть альтернативной временной шкалы, Ольга-Мария не была уверена, что вообще поверила бы в это. Даже сейчас это казалось слишком фантастичным, чтобы быть правдой.

Инопланетные паразиты заключают контракты с совместимыми людьми? Супергерои и суперзлодеи, похожие на что-то из дрянных плебейских комиксов? Золотой человек, обладающий достаточной достаточным могуществом, чтобы небрежно стирать с лица земли целые континенты? И что-то настолько ужасающее было побеждено слабой девушкой, такой высокой, но такой стройной и гибкой, что трудно было поверить, что она вообще может нанести сильный удар?

Это звучало диковинно. Даже невозможно.

— А её травмы? — Спросила Ольга.

Романи нахмурился и снова посмотрел на свою пациентку.

— На данный момент мы сделали для неё всё, что могли, — сказал он. — Она стабильна, но нам нужно связаться с несколькими специалистами, чтобы разобраться с некоторыми наиболее сложными травмами. Некоторые из них просто слишком далеки от моей специализации.

Ольга-Мария сглотнула и заставила себя посмотреть на лоб девушки, на красные пятна, которые располагались посередине, как какая-то пародия на третий глаз. От одного представления о внутренних повреждениях, на которые намекали эти пятна, у неё скрутило живот.

— Пулевые ранения?

— Это действительно чудо, — сказал Романи, проводя рукой по волосам. Они запутались у него в хвосте, так что ему пришлось осторожно выпутываться. — Ущерб на самом деле минимален, учитывая все обстоятельства. Я не нейрохирург, поэтому я не уверен, какой ущерб был нанесен её воспоминаниям или чему-то подобному, и у меня не получается представить, что такого рода травма не оставит какого-то следа. Но сделанные нами снимки её мозга на самом деле показывают нормальную мозговую активность, похожую на фазу быстрого сна.

Чудо… Тот факт, что она не была ни мертва, ни превратилась в овощ после того, как получила две пули в голову, определенно подтверждает это.

Анимусфия поджала губы.

— Нам нужно будет обратиться к физиотерапевту?

Романи беспомощно пожал плечами.

— Честно говоря, я не могу вам сказать. Я хотел бы услышать второе мнение от настоящего нейрохирурга, но если бы мне пришлось строить догадки? Я бы сказал, что это действительно зависит от того, как долго она будет без сознания. Пока что мы ввели её в медикаментозную кому, но я не хочу держать её в таком состоянии больше пары дней.

Он вздохнул и посмотрел на пустое место под простыней, где должна была быть остальная часть ее правой руки.

Первоначальная ампутация не была чистой. Ольга-Мария сама видела рану, и хотя там не было никаких признаков повреждений, которые она ожидала бы от прижигания, рана была такой свежей и воспаленной, что единственная причина, по которой девушка не кричала до хрипоты и не билась в конвульсиях всякий раз, когда к ней прикасались, заключалась в том, что нервы были сожжены тем, что спалило их до обрубка.

Она не была уверена, было ли это намеренной жестокостью, чтобы причинить как можно больше боли, или ампутация была настолько экстренной процедурой, что единственный способ убедиться, что рана хотя бы закрылась, для девушки было прижигание. Что это говорило о ситуации, в которой оказалась эта девушка… В этом тоже не было ничего хорошего.

— С другой стороны, у неё нет руки, и мы ничего не можем с этим поделать. Исправить повреждение мягких тканей — это одно, даже стимулировать рост костей, чтобы закрыть эти отверстия в её черепе, — это то, что можно сделать с помощью магии, но я не знаю никого, кто мог бы сделать что-то столь же невероятное, как регенерация её руки.

Ольга-Мария кивнула. Она ожидала этого.

В первом случае целители были достаточно редкой породой среди магов. Во-вторых, кто-то, способный в совершенстве восстанавливать конечности и органы, был из тех людей, которые получали Приказ на Запечатывание от Ассоциации, и поэтому в любом случае были бы недосягаемы как тщательно охраняемый секрет.

— Я уже попросила Льва связаться со специалистом. Мы собираемся заказать лучший протез, какой сможем.

Роман вытаращил глаза.

— Это будет невероятно дорого! Если вы получите это от того, о ком я думаю, вы мог ли бы купить целое поместье на те деньги, которые она собирается взять!

— Ты думаешь, я этого не знаю? — Ольга-Мария зарычала. — Я прекрасно осознаю, чего мне будет стоить заказать конечность такого качества, чтобы её нельзя было отличить от настоящей! Я не идиотка, Романи Архиман!

В конце концов, эта женщина была печально известна своими непомерными ценами.

— Я не имел в виду, что вы совершаете глупость! — Поспешно сказал Романи. — Но, директор… Я просто не понимаю. Судя по всему, эта девушка не маг. Насколько я могу судить, у неё нет никаких уникальных магических качеств, и даже её магические Цепи в основном среднего качества. Вкладывать столько денег и усилий в ничтожество, которое было брошено к нашим ногам, просто ...

Неужели он думал, что она тоже этого не знает? Когда Ассоциация обнаружила это, они собирались закатить истерику, и они могли просто вызвать её в суд и начать выдвигать обвинения по поводу её пригодности для руководства такой важной организацией, как Халдея, особенно учитывая количество денег и ресурсов, которые были вложены в неё её отцом и другими спонсорами.

По этому показателю было бы лучше сократить её потери и отправить девочку куда-нибудь в больницу, чтобы она выздоравливала в безвестности.

— Ты хочешь сказать, что я неправа?

— Не поймите меня неправильно, — сказал Романи. — С моральной точки зрения, это абсолютно правильный поступок. Как врач, когда мне не нужно беспокоиться о ценах и бюджете, я был бы абсолютно согласен с тем, чтобы сделать всё возможное, чтобы помочь ей вернуться к нормальной жизни, насколько это возможно.

Потому что Романи Архиман был по большей части доброй личностью. Это помогло ему хорошо выполнять свою работу, и Анимусфия, по крайней мере, это очень ценила, но маги из Ассоциации, которые смотрели на вещи с точки зрения прагматизма, считали подобное обузой.

Она ни за что на свете не могла представить, как её отец согласился нанять его и почему Романи решил остаться, когда узнал об экспериментах с Маш.

— Но?

— Как член персонала Халдеи, особенно как глава медицинского отдела, я действительно должен учитывать такие вещи, как бюджет и цены, —сказал Романи. —Директор, лечение всех травм этой девушки будет стоить целое состояние. Даже забыв о первоклассном протезе, просто занявшись другими её проблемами и терапией, которая ей, вероятно, понадобится, чтобы снова встать на ноги, — все это уже съест значительную часть бюджета моего отдела.

Всё это также было учтено Ольгой.

— Ты считаешь что лучше её оставить так, Романи?

Он покачал головой.

— Я просто… не понимаю, Директор. Зачем проходить через все эти неприятности ради девушки, которую вы не знаете, которая, по общему мнению, и в подметки не годится таким талантам, как Кирштария или Офелия?

Потому что это не имело смысла, если смотреть на это со стороны. Правильным решением с точки зрения Ассоциации было бы отправить эту девушку в обычную больницу. Тратить столько времени, денег и усилий, чтобы вернуть её здоровье, было не более чем пустой тратой, которую лучше направить на более важные проекты и более перспективных кандидатов в Мастера.

Разница была в том, что Ольга-Мария знала то, чего не знали все остальные, и она приложила немало усилий, чтобы убедиться, что эти данные никогда не попадут ни в какие официальные отчеты. Даже сам Лев не знал всех подробностей, настолько она была осторожна в том, кто что знал и насколько.

— Ты знаешь, как эта девушка попала к нам, Романи? — Тихо спросила Ольга.

Романи посмотрела на нее, нахмурив брови, в замешательстве.

— Я… Нет, директор. Я не слышал, чтобы вы рассказывали кому-нибудь о том, кто она или как она сюда попала.

Ольга-Мария посмотрела Романи в глаза. Она искала в них любой намек на обман или недоверие, но, как всегда, Романи был словно открытая книга, серьезный до безобразия. Было бы неточно сказать, что он не умел хранить секреты — в нём было много такого, что не имело смысла, и он никогда не предлагал ей объяснения, которое удовлетворяло бы всем вопросам — скорее, он не был интриганом.

В тот момент, по причине, которую она не могла должным образом объяснить, Анимусфия доверяла ему, больше, чем Льву, или, по крайней мере, в этой конкретной области, доверяла. Возможно, это было потому, что Романи был одним из редких людей в Халдее, который серьезно относился к каждой части своей работы, особенно к Клятве Гиппократа, преодолевая все соблазны саморазвития.

Или, может быть, это было потому, что она не могла вернуть эту девушку с порога смерти сама, и единственный человек, которому она могла доверять, который был готов и квалифицирован, чтобы помочь ей, сидел прямо перед ней.

— В моем кабинете появилась женщина, — медленно начала Ольга-Мари. — Она использовала какую-то магию пространственного переноса. Возможно, это даже было похоже на Вторую Истинную Лорда Зелтретча.

— Что!? — Пискнул Романи. Анимусфия бросила на него сердитый взгляд, и он проглотил вопрос, который собирался задать.

— Она принесла эту девушку, — продолжила она. — Она сказала мне, что эту девушку зовут Тейлор Эберт, уроженка альтернативной временной линии, называющей себя Земля Бет.

— Подождите, — вмешался Романи. — Подождите секунду. Целая альтернативная временная шкала, достаточно осознающая себя и свое место в Великой истории Человечества, чтобы дать название собственному измерению?

— Очевидно, да, — раздраженно сказала Анимусфия. — Ты дашь мне закончить или нет, Романи?

Он изобразил, что поджимает губы, и она вздохнула.

Иногда его неуклюжий характер и склонность к таким преувеличенным реакциям действительно доставляли неудобства. Ну, но если бы он был больше похож на традиционного мага Часовой башни, она бы даже не разговаривала с ним об этом, не так ли?

— Она сказала... — Ольга-Мария поколебалась и в конце концов остановилась на: — Она рассказала мне дикую, диковинную историю о героях, злодеях, монстрах и золотом боге, и она рассказала мне о месте этой девушки в этой истории.

Она посмотрела вниз на иссохшее, ослабленное тело, лежащее в постели, такое слабое и хрупкое, что она могла бы собственными руками лишить его остатков жизни, если бы у неё было такое искушение.

— Она сказала...

— У тебя есть выбор, Ольга-Мария Анимусфия.

Ольга-Мария закрыла глаза, и на мгновение она снова оказалась в своем офисе, вставая из-за стола, в то время как та женщина стояла перед порталом в другой мир, полумертвое тело лежало в одном из офисных кресел. Как будто это была обычная деловая встреча, а не совершенно незнакомый человек, вторгшийся в одно из самых охраняемых помещений на планете.

— Ты можешь спасти жизнь этой девушки и получить самого верного союзника, какого только можешь представить, в своей миссии по сохранению человечества, самого могущественного Мастера, который когда-либо был...

Как и сейчас, молодая Анимусфия подумала тогда, что высокая, гибкая девушка не могла совершить все эти поступки. Не кто-то её возраста. Не тот, кто выглядел таким уязвимым. Правда, она получила ужасные раны, которые можно ожидать от человека, участвовавшего в великой битве и вышедшего из неё с трудом, но это была единственная по-настоящему правдоподобная часть.

Остальное было просто слишком нелепо.

— ...Или ты можешь сохранить её тело и использовать его как катализатор для вызова Героического Духа, который она оставит после себя.

Но когда она посмотрела на это аналитически, когда она попыталась подумать об этом с точки зрения мага — всё о цели, всё о конечном результате, всё о том, что она могла бы использовать и как она могла бы это использовать — ей показалось, что ей вручили ключ ко всем её мечтам и амбициям. Подтверждение Лапласа только усилило ощущение, что это провидение судьбы или некая высшая сила, наконец-то сообщившая ей, что она может сделать что-то стоящее.

У Ольги-Марии никогда не было способностей быть Мастером. Она не могла совершить Рейшифт. По общему мнению, она была неудачей как дочь и наследница Марисбери Анимусфии. Сообщение о том, что она не может участвовать в величайшей работе своего отца, было для неё величайшим ударом в жизни, который затмило только известие о его самоубийстве.

Насколько бы он гордился ею, если бы она привлекла Героический Дух, сумевший появиться в наши дни? Кто-то, кто совершил невозможное и оставил такой след в истории мира, настолько лишенном тайн, что она была возведена в залы величайших легенд человечества?

Сколько похвал могла бы она получить? Сколько преклонения? Сколько признания? Сколько её бывших недоброжелателей могли бы быть вынуждены аплодировать ей? Сколько уважения было бы проявлено к ней изо дня в день за то, что она управляла чем-то, что должно было быть за пределами её самых смелых мечтаний?

И Ольга-Мария…

— Что у меня был выбор.

— Выбор? — Спросил Романи.

— Я могла бы позволить ей умереть и получить все секреты её тела... — сказала Ольга-Мария, скрывая важную деталь, — ...или я могла бы спасти ей жизнь и получить самого могущественного Мастера, какого только возможно, для моей Халдеи.

... вместо этого предпочла спасти жизнь этой девушке.

Романи посмотрел вниз на девушку, на Тейлор Эберт, и выражение его лица смягчилось. Его рука поднялась и потянулась, как будто он собирался погладить её по волосам или взять за уцелевшую руку, но он, очевидно, передумал, потому что его рука опустилась, прежде чем Архиман смог куда-либо дотянуться.

Когда доктор снова повернулся к ней, выражение его лица было гораздо более сострадательным, чем раньше.

— Вы решили спасти ей жизнь.

— Не говори так, будто это такая странная или необычная вещь, Романи! — Фыркнула она. — Я не монстр, ты же знаешь! Ты думаешь, после всего, что случилось с ... с M-Маш, я была бы настолько бессердечна, чтобы позволить девушке моего возраста умереть просто так?

Романи тихо рассмеялся.

— Извините, директор, я не хотел вас оскорбить или что-то в этом роде.

Она не ответила, Анимусфия просто сверкнула глазами.

Потому что он был не совсем неправ, думая так о ней, не так ли? Нет, если бы Ольга-Мария была немного больше похожа на своего отца, без сомнения, она позволила бы Тейлор Эберт истечь кровью в своем кабинете, вместо того, чтобы позвать Романи прийти и помочь, как только эта странная женщина ушла. Героический Дух, столь способный, каким предположительно могла бы быть эта девушка, был бы благом совершенно иного рода, козырной картой, от подобной которой Халдея никогда не смогла бы отказаться.

Но решение Ольги также не было полностью альтруистичным. В глубине души, когда она была честна с собой и ни с кем другим, она могла признать, что ей нравилась идея о собственном Мастере-асе. Её отец выбрал Кирштарию, своего собственного ученика, гения несравненного таланта, чья теория астромантии была бы революционной, если бы только её можно было доказать, и Офелию Фамрсолоне, обладавшую мистическими глазами Жемчужного ранга, которые передавались в её семье из поколения в поколение. Он набрал талантливых новичков, таких как Кадок Землупус, и загадочных одиночек, таких как Хинако Акута. Команда А была набором редких и необычных людей, которые были специалистами в своём деле.

Все остальные потенциальные игроки в их списках? Добыча. Все они добыча, и все они взяты из "Халдеи" Ольги-Марии. Никто из них не мог сравниться с сияющими звездами, которых её отец собственноручно выбрал в авангард организации.

И теперь ... теперь, Мастер-ас был брошен практически ей на колени. Мастер-ас, чьи достижения посрамили остальную команду А.

И Ольга-Мария никому не могла о них рассказать. Нет, если она хотела, чтобы грязные лапы Ассоциации не касались Эберт.

— Романи, — внезапно сказала она.

— Да, Директор?

Ольга-Мария смотрела ему прямо в глаза, не моргая, чтобы показать, насколько она серьезна.

— Это наш секрет, понимаешь?

Он моргнул, глядя на неё.

— Простите, Директор?

— Я уже удалила записи, подтверждающие её историю, из Лапласа, — сказала ему Ольга, игнорируя его протестующий визг (—Подождите, вы использовали Лапласа для чего-то подобного?—). — Её история болезни, её лечение, любые отклонения в её состоянии — всё это только для наших глаз, понятно? Никто больше в Халдее не увидит, кто она и через что прошла.

— Директор, существует такая вещь, как конфиденциальность пациентов, но это нарушает целую кучу правил ООН!

— Меня это не волнует! — Вырвалось у неё, и это заставило доктора на мгновение замолчать. — Я никому не дам никакого повода прийти и забрать её! Вот почему, Романи. Ты не можешь никому рассказать о чем-либо странном, что ты узнаешь о ней. Мы относимся к ней спокойно, мы относимся к ней конфиденциально, мы относимся к ней тайно. Остальная Халдея даже не узнает о её существовании, пока она полностью не выздоровеет.

— Я не понимаю, директор, —сказал Романи. — Кто эта девушка, из-за которой у вас столько неприятностей? Вы что-то говорили о какой-то незнакомой женщине, но так и не объяснили, что делает эту девушку такой особенной.

Это вертелось у неё на кончике языка. Её так и подмывало сказать это. Очень сильно. Ольга-Мария хотела увидеть выражение его лица, когда он наконец услышит эти слова, просто увидеть, как расширятся его глаза и приоткроется рот. Она убила бога, Романи.

Но это был секрет, который Анимусфия должна была сохранить. Всё остальное она могла бы ему рассказать. Всё остальное она могла бы объяснить. Всё остальное было достаточно банальным, чтобы вызвать некоторое удивление, возможно, приподнятую бровь здесь и там, но самыми невероятными всегда были обстоятельства, мир, из которого эта девушка пришла и в котором жила, а не то, что она в нем натворила.

За исключением одной вещи.

Ольга-Мария посмотрела на Тейлор Эберт. Всё ещё хрупкая и побежденная, всё ещё слабая и так цепляющаяся за жизнь. Всё ещё было так трудно представить, как она, должно быть, выглядела в бою, ведя войну.

— Она - Тейлор Эберт, — в конце концов сказала Ольга-Мария. — Кандидат в мастера номер Девять, последний член команды А.

Глава X: Монолит

—Нет, остановись, прошу!

Её тело неотвратимо приближалась к Халдее. В тот момент я даже не думала о том, хорошая ли это идея или нет, я просто сорвалась с места в попытке остановить происходящее, когда Лев Лайнур заговорил.

— Давай же, Ольга! — он рассмеялся. — Давай, коснись её! Приложу руку к своей Халдее! Протяни руку и возьми сокровище о котором ты так долго желала!

— Директор!— закричала я. — Держитесь!

— Нет! — закричала Директор в отчаянии. — Нет, нет! Кто-нибудь, помогите мне! Помогите! Я-я не хочу умереть здесь! Я не могу умереть здесь!

Лев продолжал насмехаться. — Да! Это будет похоже на падение в чёрную дыру! Момент растянутый на вечность! Бесконечный миг страдания!

Я бежала, ощущая как горят мои мышцы, как мои лёгкие поглощали воздух и выпускали его. Не знаю какую дистанцию я пробежала, но мне кажется, что я не приблизилась к директору ни на фут

— Никто меня не хвалил! Никто не заботился обо мне! Все ненавидели меня с самого знакомства!

— Директор!

— Хаха…хахаха…Хаха!

Смех Льва гремел в моих ушах, но крики и мольбы Директора врезались мне в разум.

Я продолжала бежать, бежать настолько быстро насколько позволяли мои ноги, бежать быстрее чем когда-либо раньше, но я не могла дотронуться до неё.

— Нет! Стой! Нет, нет, нет! Отпусти меня! Я ничего не добилась! Я ничего не совершила! Никто не принимал меня, никто не любил! Я не могу сейчас умереть!

— Директор!

Она прошла через портал, через горизонт событий*, что соединял пещеру в которой раскручивалась сияющая Халдея, с камерой Рейшифта.

Директора уже было не спасти.

— Пожалуйста, не дайте мне умереть!

— Директор!

Она посмотрела на меня в последнюю секунду, протягивая руку чтобы ухватиться за меня. Ужас на лице Марии задел нечто внутри меня.

— Тейлор! — закричала она в ответ. — Спаси меня! Спаси меня! Ты должна спасти меня!

— МАРИЯ!

Нас разделяло слишком большое расстояние, у меня не получиться его преодолеть, я лишь обычный человек неспособный телепортироваться, летать, бегать со скоростью машины.

Но мой протез не обладал теми же ограничениями. Когда я вытянула свою правую руку вперёд, я ощутила лёгкое прикосновение её пальцев в моей ладони...

Когда Мария уже ушла под поверхность Халдеи, а её крики стихли.

И я резко вскакиваю на кровати с отчаянно бьющимся сердцем и лбом покрытым холодным потом, осознавая как сжимаются мои лёгкие, когда я выдыхаю кислород, а моя права руку хватала холодный воздух.

Я была не в пещере.

Что?

— проснулась наконец? — знакомое, мягкое сопрано нежно спросило меня. — Или "и вот герой истории распахнул свои глаза" … или что-то подобное, да?

Я моргнула, увидев знакомые белые панельные стены медицинского крыла Халдеи, где я впервые с Золотого Утра полностью осознала себя, и медленно опустила руку поворачиваясь к сидящей на против меня персоне, чтобы увидеть идеальное лицо украшенное улыбкой.

— Да Винчи.

Назвав её лицо идеальным, я не преувеличила. несмотря на то, что у каждого есть свои предпочтения, вряд ли кто-то скажет, что женщина смотрящая на меня с улыбкой от которой веет лёгким флёром таинственности, не является совершенством начиная с мягкой и безупречной кожи, до идеального расстояния между её глазами, носа, губ и маленьких с любовью выбранных изъянов, не позволяющих лицу вызывать эффект зловещей долины.

Я уже давно смирилась со своей внешностью, или скорее всего, просто перестала обращать на неё своё внимание, но даже так, каждый раз когда я смотрю на её лицо, меня слегка колет зависть.

— Доброе утро, Тейлор, — с теплом в голосе сказала Да Винчи — Ты перестаралась во время Сингулярности больше обычного, поэтому ты проснулась последней. Остальные уже направились к Романи.

Остальные? Мои внутренности напряглись.

— Директор?

И вот, со вздохом Да Винчи убрала с улыбку со своего лица — Именно этого вопроса мне следовало ожидать, верно? Рицука и Рика, когда проснулись спросили именно это, но боюсь мне придётся сказать тебе тоже, что и им: всё сложно, и мне хочется дождаться момента когда я смогу объяснить всем всё одновременно.

Я хмурюсь. — Да Винчи ...

— Ты можешь пытаться меня запугивать, сколько твоей душе угодно, —отчеканила изобретательница, — Но, боюсь на меня подобное не сработает, так как я хочу рассказать все детали сразу всем.

Чёрт подери.

У меня нет на да Винчи никаких рычагов давления, у меня нет её командных заклинаний, их вообще у меня нет, так как мой контракт с Кухулином после завершения войны Святого Грааля был аннулирован, и у меня были сомнения в том, что она не озаботилась мерами противодействия подобным манипуляциям, особенно когда было неизвестно, кто является её мастером и был ли он вообще, так что с этой стороны воздействовать тоже не получиться...

Я не должна думать так, потому что я хочу стать более хорошим человеком.

Я глубоко вдохнула.

— Просто скажи мне ... она жива?

— Она не мертва, — уклончиво ответила да Винчи, а затем хлопнула меня по бедру.

— Пойдём. Ты уже отдохнула достаточно, чтобы не беспокоиться о слабости, так что незачем разлёживаться на постели, ведь чем быстрее мы придём к остальным, тем быстрее я могу рассказать всем о состоянии Директора.

Мои губы сложились в тонкую линию и я скинула тонкое одеяло укрывавшее мои ноги, чтобы ступить на пол, который был достаточно холодным, чтобы от прикосновения к нему, нему у меня пробежали мурашки по спине.

Да неужели? Мы находимся в середине Антарктики, и даже несмотря на систему отопления Халдеи, пол будет холодным потому что сделан из стальных панелей.

— Твоя обувь вон там, — сказала да Винчи опережая мой вопрос.

Фуух, они были прямо возле постели, словно терпеливо меня ожидая. Я быстро их надела, стремительно завязав и когда я встала, то выжидающе посмотрела на да Винчи, она же вздохнула, но кивнула головой.

— Такая нетерпеливая! Иногда, лучше подходить к делу вдумчиво, а не бездумно нестись вперёд.

У меня не было настроения для подобного.

— да Винчи…

— Хорошо-хорошо. пойдём.

Изобретательница встала со стула и когда она это сделала, внутри меня случился диссонанс, потому что такая легендарная личность, настолько знаменитая, что каждый современный человек знает её имя, едва достаёт мне до подбородка.

— Они ожидают нас в командном пункте, — поделилась информацией да Винчи .

Я не стала ждать дальнейших разъяснений, выйдя через дверь лазарета и игнорируя её сердитое восклицание, быстрым шагом направляюсь через коридоры, потому что знала, что она догонит меня мгновением спустя.

Подтверждая слова изобретательницы, Рика, Рицука, Машу и Романи, а так же Фоу сидящий на плече полуслуги, ожидали нас в командном пункте, разговаривая о чём то между собой. Двери мгновенно распахнула предупреждая о моём с да Винчи приходе сидящих, на чьих лицах отразились настоящие улыбки.

— Семпай! — воскликнули близнецы одновременно, вместе с этим Рика помахала мне рукой.

— Мисс Тейлор! — вторила им Машу.

— Тейлор, — сказал Романи, — я рад, что ты проснулась.

— Романи, — отвечаю на приветствие. — Рицука, Рика, Машу. Похоже, что все смогли справиться с сингулярностью без ранений, ведь так?

Улыбка доктора померкла. — Э-э, ну… Насчёт этого…

— Мы тоже спросили об этом, — ответил Рицука с раздражённым видом, — и, ну…

Рика же сложила руки на груди и начала пыхтеть, с прищуренным взглядом смотря на Романи. — Доктор Роман нам также ничего не объяснил.

— Фоу, Фоу!

— Это не потому что я этого хочу! — торопливо начал объяснять доктор, подняв руки как будто защищаясь от нападок.— А потому что да Винчи разбирается в этом лучше меня!

— С троими из нас всё в порядке, мисс Тейлор — сказала Машу, — и похоже, что с вами тоже всё в порядке.

— Директор? — многозначительно спросила я.

Остальные повернулись к Романи, который неловко прокашлялся в кулак. — Да, ну… Если да Винчи теперь здесь, не могла бы она объяснить всю ситуацию?

Теперь мы повернулись к изобретательнице.

— ну и ну — сказала она одновременно кивая. — Если моя аудитория так этого жаждет, то полагаю, мне пора распахнуть завесу тайны? Великолепно. Помните ли вы тот момент, когда Сингулярность начала разваливаться, а Лев Лайнур только появился?

Конечно же. Неужели она подумала о том, что я могла это забыть? Что кто-то из сможет? Подобные ситуации навсегда отпечатываются в разуме.

Рика сделала странный жест рукой. — Профессор Лев использовал Силовой захват!

Рицука застонал.

улыбка у да Винчи дрогнула, в тоже время лицо Романи несколько смягчилось.

— Да, конечно же, — спокойно продолжила да Винчи. — Лев использовал некую форму телекинеза, но если говорить более подробно, обычный телекинез разительно отличается от того заклинания, что использовал профессор для того, чтобы втянуть директора Анимусфию в Халдеас. Нелицеприятный конец, хочу вас заверить, но благодаря вашим героическим, а в некотором роде безрассудным действием вы достаточно замедлили падение Анимусфии, чтобы Романи смог начать процесс отзыва...

Я в нетерпении складываю на груди руки.

— Продолжай, пожалуйста.

Да Винчи покачала головой. — Такая нетерпеливая! Ну что-ж, помните ли вы тот момент, когда я оттолкнула Романи говорившего о том, что директор не переживёт возвращения?

— Это были вы? — задал вопрос Рицука.

— Да, — коротко ответила я. Оглядываясь назад, это должно было быть очевидно, но в тот момент я была больше сосредоточенна на попытке удержать Директора.

— Вы же припоминаете, то что я сказала, что у меня есть идея? — с толикой озорства спросила изобретательница. — Несколько ранее, Романи поделился некоторыми опасениями по поводу состояния Директора, поэтому у меня сложилось некоторое представление о ситуации. Эхх если бы у меня было бы несколько часов на обдумывание проблемы! Но! Решение к которому пришла я может показаться несколько неряшливым, но очень прекрасным в своей простоте! Настолько, что некоторые назвали бы меня гением!

Я закрыла глаза, сделав медленный вдох и напомнив себе о том, что так же иногда вела себя и Лиза, заставив себя скучать по подруге ещё больше.

—Она жива или нет, Да Винчи?

— И да, и нет, — вновь уклончиво ответила да Винчи. — Видите ли, сознание Директора, должно было, без тела которое оно могло занять по возвращению в Халдею, должно было распасться, а душа покинуть материальный мир и отправиться в цикл реинкарнации. К счастью, Халдея имеет в использовании систему спроектированную для единственной цели в виде захвата Духовных Истоков и сохранения их для будущего использования, если говорить прямо, то это система ФЕЙТ используемая нами для призыва Героических Духов прямо из Трона.

Я моргнула раз, затем второй, пока ко мне медленно приходило Осознание. — Стоп, ты же не хочешь сказать, что...

С ухмылкой грозившей расколоть её лицо надвое да Винчи широко раскинула руки. — Esatto*! Да, ты полностью права! Я использовала систему ФЕЙТ, чтобы сохранить директора Ольгу-Марию Анимусфию, как неизвестного Героического Духа!

— О-остановись н-на секунду! — протараторил доктор. — Директор является обычным человеком! Подобное не должно быть возможным, ведь так?

— Хе-хе! — проказливо ухмыльнулась Гений Эпохи Возрождения. — Человеческие души не слишком сильно отличаются от Святого Графа Героических Духов, за исключением размеров и количества информации. Смотря на это с подобной стороны, такая ситуация не может даже считаться проблемой!

— Директор спасена! — развеселилась Рика, обхватив своего брата за плечи.

— Мы можем вернуть её назад! — подхватил за сестрой Рицука.

Ухмылка на лице да Винчи померкла. — Эхе… Ну…

Улыбка зарождавшаяся на моих губах завяла. — Ты же можешь вернуть её назад, правда ведь?

— К-конечно же! — сказала изобретательница, совсем нас не обнадёжив. — Я могу вернуть директора, когда у меня появятся материалы на создание полноценного тела! Н-но всё же…

— О-о-о, — тихо произнесла Машу. — В нынешнем состоянии Халдея не имеет необходимых для этого процесса ресурсов.

И тут, можно сказать, была загвоздка

Со вздохом да Винчи одарила девушку грустной улыбкой. — И вот ты раскрыла нашу проблему, Машу. П-перемещение души Директора из системы ФЕЙТ не является основным препятствием, нежели то, что сейчас у нас нет припасов на то, чтобы построить Анимусфии новое тело с нуля. — кашлянула слуга и уже куда тише продолжила, — Как мне кажется тело которое у нас уже есть не понравиться Директору.

Я попыталась сдержать рвущееся наружу разочарование.

— Сколько времени потребуется? — спросила я.

— Трудно сказать наверняка — признала изобретательница. — Мы скорее всего сможем получить нужные нам припасы из Сингулярностей, но нам придётся так же озаботиться восстановлением нужных систем в Халдее, и выходит, что с учётом этих проблем… Я боюсь, что этот процесс займёт три месяца.

Три месяца. Директор потеряет как минимум три месяца своей жизни.

Полагаю это лучше, чем смерть, или в худшем случае, попадание в Халдеас как и хотел Лев. Но я уже была в подобной ситуации, когда проснулась спустя недели и месяцы после Золотого Утра, узнавая что изменилось. С этим было не слишком просто смериться.

— Должны ли мы заботиться о возможной деградации? — задал вопрос Романи.

Покачав головой, да Винчи произнесла. — Здесь нельзя говорить абсолютно точно, но я думаю, что не стоит. Система ФЕЙТ абсолютно точно записала её Духовный Исток во время переноса, но то, я сделала находиться несколько за изначальными возможностями системы, поэтому мы не можем сказать наверняка, пока не вернём Директора.

— Деградация? — с ноткой интереса спросил Рицука.

Изобретательница повернулась к нему. — Всё деградирует со временем, Рицука,— произнесла она терпелива. —К несчастью подобное происходит и с людскими душами. Это можно сравнить со старением — чем больше ты живёшь, тем больше твоя душа слабеет, но это не что-то, что можно заметить с людским сроком жизни. В случае Директора, без тела выступающего в качестве сосуда, этот процесс может быть выражен более явно, но вся эта ситуация нетипична, так что нельзя что-то утверждать со сто процентной вероятностью.

Рика охнула. — Неужели когда мы в следующий раз когда мы увидим Директора, она будет старушкой?

— Даже в худшем развитии событий, ничего такого кардинального не произойдёт, — ответила со слабой улыбкой да Винчи, а затем повернулась к Романи. — Но, в любом случаем мы абсолютно ничего не сможем с этим поделать. всё что нам остаётся, так это надеяться на лучшее.

— А не можешь ли ты использовать уже имеющееся тело?—спросила я.

Лицо изобретательницы застыло. — Ой… ты услышала это, верно?

— Можешь же? — продолжаю нажим.

Да Винчи не захотела встречать мой взгляд. — Ну… нет, это…— она одарила меня неловкой улыбкой. — Запасное тело, что у нас есть… скорее не запасное тело… — изобретательница откашлялась в ладонь, а затем тихо призналась: — Я использую его в качестве Мастера.

Никто из нас не знал, как отреагировать на это, пока Романи не выпалил — Ты и это можешь сделать?

— Конечно же! — театрально произнесла да Винчи. — Я же гений, в конце концов!

— Так? — отрывисто говорю. — Запихни в него Марию и сделай её своим Мастером. Я не понимаю в чём проблема.

Изобретательница вздохнула. — Боюсь всё не настолько просто. Игнорируя тот факт, что тело было создано для несколько другой цели и оно более совместимо… Ну…

Она указала на себя.

—Всё ещё не вижу в этом проблемы.

— Неужели ты думаешь, что Директору крайне понравиться осознать себя, в теле двенадцатилетней версии меня? — задала да Винчи крайне умный вопрос.

Нет ей это не понравится, но всё же лучше, чтобы Анимусфия обладала телом, которое возможно со временим изменить под директора, несмотря на то, что бытие двенадцатилетней возможно не слишком привлекательно, как мне кажется такое бытие лучше, чем потеря трёх месяцев жизни.

— Так же не стоит забывать об возможности отторжения, — встрял доктор. — 'Чистое' тело созданное кем-то вроде да Винчи или Аозаки Тоно это одно, но даже если 'совместимость' не идеальна, со временем всё придёт в норму. Но неподходяще сконструированное тело, будет похоже на пересадку органов от неподходящего донора. Душа и тело будут отторгать друг-друга

— Я и не знала, что вы разбираетесь в магическом искусстве марионеток, доктор Романи, — произнесла Машу с толикой благоговения.

— Ой, ну… —Романи наклонил свою голову. — Я и не знаю много об этом, просто нельзя находиться в Часовой Башне и не слышать об этой необычной женщине. Всё же она настолько квалифицирована, что получила Приказ на Печать.

— Даже если всё пройдёт идеально, то Анимусфия не может стать мастером, такова её судьба, — добавила да Винчи. — И поэтому она не только умрёт мучительной смертью, но и вы лишитесь такой великолепной меня! Разве это не просто ужасающий исход?

И с фальшивым весельем, навязавшимся с мрачностью её слов, изобретательница дополнила — Или же, если мы оставим Директора в таком состоянии надолго, её душа может деградировать настолько, что когда мы сможем вернуть Анимусфию, то от неё останется лишь оболочка её прежнего я!

Это заявление встретила мёртвая тишина.

Я думаю все из нас представляли не только насколько подобный исход был бы ужасен, но так же порождая свои видения худших итогов, если к примеру душа Анимусфии полностью деградирует до того, как замена её телу будет готова. Стоп. А может ли она осознавать себя прямо сейчас, в системе ФЕЙТ? Я не думаю, что это так, но одна мысль о подобном очень сильно нервирует меня.

Люди сходили с ума лишь от одной недели одиночества. Насколько ужаснее будет, если человек застрянет в одиночестве, на три месяца или даже на больший срок? Та личность, что преодолеет подобное, явно не будет тем же самым, директором Ольгой-Марией Анимусфией.

Эта мысль беспокоила меня больше всего, потому что я не могла ничего с этим сделать.

— Что теперь? — задала я вопрос, вырывая остальных из размышлений.

Все повернулись ко мне, а Романи скорчил гримасу. — Теперь нам нужно поднять Халдею с колен, — произнёс он.

Я покачала головой. — Я имею в виду Сингулярности, и ту, что мы прошли, всё вернулось в норму, ведь так?

— А ведь верно! — с весельем сказала Рика. — Мы исправили, то до проблем странное место, верно же? Так что всё стало лучше, верно?

Доктор и изобретательница обменялись, тёмными, сложными взглядами и мужчина отправился к устройству, скорее всего являвшемся терминалом по которому он скорее всего связывался с нами, пока мы были в Фуюки. Остальные в командном пункте были настолько погружены в свои дела, что не удостоили нас взглядами.

— Думаю вам следует увидеть это.

Рика повернулась к Рицуке, который просто пожал плечами, а я же притворилась, что не видела как их взгляды переместились на меня, как будто у меня было больше информации. Вместе мы окружили терминал, смотря как на экране возник видео файл, в котором секунду спустя ...

— Это же…! — воскликнула Рика.

— Профессор Лев, — пробормотала Машу.

— Ты всё ещё наблюдаешь, Романи Архиман? — проговорил мужчина на экране, ухмыляясь в "камеру". Помехи были на краях изображения, словно во время записи связь была нестабильна. — Конечно же ты наблюдаешь, ведь именно я помог построить то механизмы, которые ты используешь. Я должен похвалить тебя, за то что ты сумел переместить тех отбросов и недоСлугу, до их смерти, а теперь позволь мне представиться по настоящему.

Он спрятал одну руку за спину, а вторую отвёл в сторону, нагибаясь. Он поклонился.

— Меня зовут Лев Лайнур Флаурос. Я один из тех, кто является ответственными за 2015 год и тот кто уничтожил людей. Теперь у Халдеи и людей нет будущего. Час когда человечество будет уничтожено окончательно близок как никогда.

Он ухмыльнулся, смотря прямо на нас, словно он мог видеть нас через экран.

—Это конец. Ваше будущее уже сожжено, вот почему Халдеас озарился алым цветом. Это не вы не потеряли связь с внешним миром, а внешнего мира просто не существует. Халдея осталась последним бастионом человечества, лишь потому что окружена специальным барьером, который будет уничтожен в 2017 году, стирая ваше существование, так же как и всё остальное человечество.

Он широко раскинул руки, а его ухмылка превратилась в оскал маньяка.

— Ты уже проиграл, Романи Архиман! Человечество было уничтожено не его высокомерием и не неспособностью двигаться вперёд! Вы погибли не в междоусобной или непрекращающейся войне! Вы были стёрты, потому что потеряли милость нашего короля! Вас убили ваша глупость и слабость! И словно мусор, которым вы и являетесь, вы будете сожжены!

И со вспышкой света, он исчез, а на экране отобразилось "СВЯЗЬ ПОТЕРЯНА". Звук исчез спустя пару секунд, следуя за картинкой.

— Профессор Лев, — прошептала с печалью Машу, — всё это время…

Фоу лизнул щёку девушки в попытке её поддержать, я же сильнее наклонилась над плечом Романи, смотря в экран.

— Запусти заново, — сказала я доктору.

Романи посмотрел на меня, а потом, скорее всего на да Винчи, но запустил видео вновь.

— …зовут Лев Лайнур Флаурос. Я один из тех, кто является ответственными за 2015 год ...

— Стой. Отмотай на пару секунд назад.

Следуя моим словам, доктор перемотал видео назад.

— …Лев Лайнур Флаурос…

Флаурос. Вот, что меня так зацепило, в курсах и лекциях, которые я изучала, большинство тем были лишь вскользь затронуты, как и Слугам высшего порядка, но всё же некоторым уделили несколько больше.

Флаурос. Если этот тот о ком я думаю…

— включай.

Видео продолжило играть, давая нам прослушать этот монолог вновь, пока...

— Вы были стёрты, потому что потеряли милость нашего короля!

— Останови.

Видео остановилось, до того момента, когда слова "СВЯЗЬ ПОТЕРЯНА" появились на экране, а я застыла в раздумьях.

— Семпай?— спросил Рицука.

— Ты что-то заметила? —задал вопрос Романи.

— Что имя Флаурос может для вас значить? —Многозначительно отвечаю.

Романи широко распахнул глаза, и как мне показалось да Винчи самодовольно фыркнула себе под нос.

— Это имя одного из семидесяти двух демонов, которых подчинил Король Соломон с помощью своих колец, — ответила Машу. —Они являются герцогами ада, и теми чьи имена были записаны в Арс Гоэтию.

— Стоп,— сказал докторi, — неужели вы хотите сказать, что между ними есть какая-то связь?

— Возможно и нет, —допустила я, — но я думаю, что это странно, когда Лев потратил немалую часть жизни, чтобы помогать строить Халдею, а затем внезапно, попытаться её уничтожить? Я конечно не эксперт, но подобным резким изменениям личности, я могу придумать лишь несколько обоснований.

На Земле Бет мы бы уже начали выполнять протокол Властелина-Скрытника, составляя список кейпов способных, так сильно изменить личность или иметь такую степень контроля над миньоном. Но сейчас мы находимся не на Земле Бет, без паралюдей Властелинов способных так ломать разумы жертв, поэтому у нас остаётся только...

— Ты считаешь, что это демоническая Одержимость?— с одобрением сказала да Винчи. — Я тоже пришла к похожему выводу. Потому что я не считаю, что Лев использовал имя Флауроса, случайно, а также мало кто самостоятельно решиться, навлечь на себя внимание сущности подобного порядка.

Я кивнула. — Что означает, что королём о котором говорил Лев был...

— Король Соломон, — заключил Романи.

Ну, сначала я думала, что им является "Сатана" или "Люцифер," но тут был ещё один возможный вариант? Подумав во второй раз, профессор говорил, что "вы потеряли милость нашего короля"? Что означало, что милость у нас когда-то была, но в библии говорилось, что Люцифер ненавидел человечество с самого начала, как мне кажется, довольно трудно получить милость существа ненавидящего весь твой вид.

— Чувак из Библии? — спросила Рика.

На лице доктора появилась гримаса. —Ну, да, но нет. Говорят, что Король Соломон создал нынешнее представление о магии, одним из своих чудес отделив магию от богов и даровав её обычным людям. Вот почему его называют Королём Магии.

— Что делает его Кастером высокого порядка?

Романи мрачно кивнул. — Он квалифицируется как один из Гранд Слуг, способных на то, чтобы пустить человеческую историю под откос или повредить столбы истории в роли которых выступали поворотные точки … Вот, взгляните на это.

Его пальцы порхали на клавиатуре, чтобы секунду спустя на мониторе возникло изображение планеты натянутое на плоскость, и на которой ярко сияли Семь точек: одна в Америке на северо-восточном побережье, другая в Англии, третья во Франции, четвёртая в Италии, пятая в середине океана, и две последние на среднем востоке.

— После того, как вы разрешили Сингулярность Ф, в истории возникло ещё семь точек, превосходящие Фуюки по степени искажения. ШЕБА обнаружила их сразу же, как мы её запустили вновь,— пояснил Романи. — Мы не можем установит временной период большинства Синулярностей за исключение двух.

спустя ещё несколько нажатий клавиш, точка во Франции и Италии засияли.

— Они расположены в Орлеане и Риме, —произнёс он. — В первой отклонение случилось в 1431 году Н.Э. под конец столетней войны. Во второй в 60 году Н.Э. во времена правления императора Нерона .

— Ещё семь Сингулярностей… — пробормотала я.

Потому что конечно же мы не сможем исправить только Фуюки, и всё вернётся на круги своя?

— Ещё семь? — жёстко спросил Рицука.

— Это же… Это же просто шутка, верно? — спросила Рика с неловкой улыбкой, смотря на всех остальных. — Типа, ха-ха, давайте навалим кучу проблем на последних Мастеров? Потому что, шутки окончены!

Никто не подскочил и не рассмеялся, лицо Романи оставалось печальным и осунувшимся и в тоже время улыбка на лице Рики треснула и медленно сползла.

— Вы не должны пытаться выполнить их сразу все ... — мягко начала да Винчи.

— и правда, не должны, — добавила я.

— ...Но это не шутка, Рика, — продолжила изобретательница, будто не заметив, что я что-то сказала. — Всё очень реально. Мир в очень большой опасности и только вы в трое можете всё исправить.

— нет. — Рика начала быстро крутить головой и медленно отступая от да Винчи, словно изобретательница была диким зверем готовым наброситься на девушку. — Нет, нет, нет это безумие! Я-я обычный подросток! М-мы обычные подростки!

— Рика ... — начал её, такой же трясущийся и бледный, брат.

— Ты же видишь это, Они-чан? — затараторила девушка. — Это… это сумасшествие! Мы же почти… Мы же почти…

— Ты почти умерла, — я резко сказала Рике, которая повернулась ко мне с широко распахнутыми глазами, словно она ожидала, что я напрыгну на неё и вцеплюсь в горло. — Я практически умерла. Машу почти умерла. — останавливаюсь на секунду для придания большего эффекта. — Но ты жива. Ты здесь. Рицука здесь. Машу тоже здесь. Я здесь. Мы все живы и целы. Мы вырвались.

Я гуляла взглядом по командному пункту, по разбитому смотровому окну, по местам где осталась сажа или же потёки уже высохшей крови. Я указала на них рукой.

— Но они нет, — сказала я просто.

Она в шоке смотрела туда, куда указывала моя рука.

Я направила руку на камеру Рейшифта, пол которой до сих пор устилали обломки, хоть Гробы в которых находились другие кандидаты в Мастера были убраны, в моей памяти были ещё свежи воспоминания о том, как я пыталась выбраться из своего гроба.

— Они тоже практически выжили. вполне возможно, что большинство из них не смогут этого сделать. Если слова Льва, слова Флауроса, правдивы то помощь не придёт, и нам придётся спасать свои жизни самим. Знаешь ли ты в чём различие между ними и тобой, Рика?

Медленно она покачала головой. Я краем глаза увидела как Рицука, смотрел на меня широко распахнув рот.

— Это не талант, Офелия, Кирштария, Кадок, они превосходили тебя во много раз, и это не родословная — Водим был более квалифицирован чем все мы вместе взятые, но это ни на что не повлияло. Это ни смелость или мудрость, а то что ты оказалась в нужном месте в нужное время совершая правильное дело.

Как тогда, я в первую свою ночь противостояла Лунгу, а потом? а потом…

— Вот что значит спасать мир, — продолжила я. — В первый раз, это чистая удача, во второй же? Ты решилась на это. Ты выбрала находиться там. Я собираюсь встать и совершить правильный поступок, потому что, если ни я то, никто его не сделает. Даже если я будут совершать это в одиночку, я не позволю кому-либо остановить меня.

В этих словах заключена вся моя кейп карьера, от Лунга и Бакуды до Бойни номер Девять и Зиона. Иногда я не сдавалась из чистого врождённого упрямства и знания, что несмотря на то ,что другие впоследствии назовут мои методы спорными, мои цели были правильными.

Рика быстро покачала головой, с лицом искажённым в страхе. — Я не такая как ты Семпай, я всего лишь семнадцатилетняя девушка.

Мне даже не надо думать об этих словах, потому что я уже знала, что я скажу.

— Как и я.

Когда всё начало разваливаться, стремительно катиться к своему концу, когда надежда начала подходить к концу ...

Когда мир начал разваливаться на глазах, казалось только я стремилась спасти то, что осталось.

— Я не позволила этому остановить себя.

Потому что каждый, что приходил меня убить, не заботился о том факте, что мне всего лишь пятнадцать, а на момент Золотого Утра, едва исполнилось восемнадцать. Ни Лунга, ни Бакуду, ни Джека, ни Выверта, ни Зиона.

Рика устремила свой взгляд в пол, отказываясь встретиться со мной взглядом; Её голова наклонилась, а плечи задрожали, когда она обняла себя, словно она пыталась удержать себя от распада на сотни, тысячи маленьких осколков.

— Я…

Она вздрогнула, но медленно, вытянула дрожащую руку ладонью вниз, чтобы устремить свой взгляд на чёткий алый знак её Командных Заклинаний впившихся в её кожу.

— Это должны быть мы…не так ли? — спросила Рика, робким, дрожащим голосом. — Машу нуждается в нас, а Машу нужна тебе.

Рицука также посмотрел на свои Командные Заклинания, нахмурив брони.

— Я сожалею, — сказал ей Романи. — если бы остальная часть команды А была полностью здорова… но ты, твой брат и Тейлор, являетесь здесь единственными мастерами, и мы не можем отказаться от человека, уже доказавшего свои способности, не тогда, когда мы потеряли столько людей.

— В конце концов, мы лишь принуждаем вас, — сказала с печалью в голосе да Винчи. — Я и Романи не даём вам особого выбора. Даже Тейлор, тут… не совсем по своей воле.

Я подавила невольно лезущую на губы кривую ухмылку. Это буквально то, на что я пошла по собственной воле: спасать мир. Снова. Несмотря на то, что обстоятельства были несколько иными, но незнакомыми они не были.

— Но всё же я должен спросить вас, — продолжил за изобретательницу Романи. —Рика, Рицука, Тейлор вы трое сможете это сделать? Сможете переместиться в это Сингулярности, исправить неверную историю и направить будущее человечеств снова вперёд? Сможете ли вы вместе выполнить этот невероятно тяжёлый труд?

— Конечно же, — сказала я, словно это был очевидный факт.

Для меня, здесь не было иных вариантов.

Рицука посмотрев на свои Командные Заклинания, свёл ладонь в кулак, а его губы сложились в решительную линию.

— Если вы спросите меня, — сказал юноша, —я отвечу: да

Его сестра не ответила сразу.

— Я-я не знаю, — выдохнула она, взглянув на брата, на его кулак, Командные Заклинания, а затем и на свои. — Но… Я-я же могу попытаться, верно?

Романи испустил долгий вздох и вместе с этим взъерошив свои волосы.

— Мне жаль, что я вмешиваю вас в это , —сказал он нам сочувственно, — но слыша как вы произносите эти слова… вы заставляете меня чувствовать себя лучше. Теперь же… полагаю вы заслужили перерыв. Мы займёмся восстановлением некоторых жизненно важных систем, прежде чем отправим вас в следующую Сингулярность, так что выходит у вас есть приблизительно две недели, на то, чтобы подготовиться к перемещению.

Никто ничего не произнёс, и доктор в непонимании моргнул, пока на его лице не отразилось озарение. — Oй, хмм… Кхем. Как исполняющий обязанности директора во время отсутсвия Директоры Анимусфии, Я освобождаю вас. Официально. Увидимся позже, хорошо?

Несмотря на это, настроение в группе было несколько подавленным, пока Машу не схватила обоих близнецов за руки и не сказала, — Давайте, семпаи. Пойдёмте найдём что-нибудь на перекус!

Рика посмотрела на меня в последний раз, прежде чем позволила Машу утащить себя с братом к выходу. Мгновение спустя они покинули командный пункт.

— Ну, — сказала да Винчи, — У меня есть ещё много дел, с которыми справиться могу только я! Увидимся позже, Романи!

Она развернулась, зашагав прочь, я же коротко кивнула Романи сказав, "Директор Архиман,", эти слова заставили лицо доктора претерпеть интересные метаморфозы, но я не обращала на них внимание, отправившись следом за изобретательницей и догнав её в коридоре.

— Да Винчи, подожди.

Она остановилась, с любопытством повернувшись ко мне. — Да-да?

— Ты уверена? — медленно спросила я её. — Ты ничем больше не можешь помочь Директору? можешь реплицировать уже имеющееся тело? Модернизировав его под Директора?

С недоумением да Винчи моргнула, а затем на её лице появилась, небольшая нежная улыбка. — Неужели вы с Директором были ближе, чем я считала? — сказала она сочувственно. — Я слегка удивлена. Она казалась мне колючим человеком, а ты, одиночкой, которая с трудом заводит себе друзей.

— Она спасла меня, — I said by way of explanation. — Я же спасу её.

Улыбка на лице да Винчи выросла, когда женщина положила руку на моё плечо. Правое плечо. Я не понимаю, это был намёк или же нет?

— не волнуйся Тейлор. С Директором всё в порядке, просто верь, хорошо? Ты и глазом моргнуть не успеешь, как мы её вернём.

*Горизонт событий — воображаемая граница в пространстве-времени, разделяющая те события, которые можно соединить с событиями на светоподобной бесконечности светоподобными геодезическими линиями, и те события, которые так соединить нельзя.

* Esatto- можно с итальянского перевести как: точно, верно

Глава XI. Красная гончая

Первая из двух недель, которые Романи выделил нам на восстановление сил, прошла в бурной деятельности, но я ни в чем не принимала участия.

И из-за этого я чувствовала себя нервозно и встревоженно, сидя в стороне и наблюдая, как наша небольшая команда, состоящая менее чем из тридцати человек, мечется вокруг, пытаясь исправить как можно больше повреждений так быстро, как только возможно. У меня возникло ощущение, что все знали, что мы не сможем решить всё за две недели, даже если системы Халдеи вернутся в состояние, в коем они были до саботажа, но все относились к этому так, как отнеслись бы мы, если бы только им удалось починить все как можно скорее.

Естественно, что близнецам, Маш и мне, как наиболее важным активам Халдеи, пришлось просто наблюдать. Если бы меня спросили, я бы сказала, что это перебор, но Романи беспокоился о том, что кто-то из нас может даже потянуть мышцу, а когда Романи волновался, он, как правило, немного перегибал палку.

Что ж, не похоже, что от меня было бы много пользы, даже если бы мне разрешили внести свой вклад, и это по-своему раздражало, потому что я всегда была больше бойцом, чем техником, и тех немногих знаний о ремонте электрооборудования, которые у меня были, было прискорбно недостаточно для починки практически всего в Халдее. Хотя, если бы сломалась кофеварка, возможно, я могла бы быть полезной. Или если бы нужно было заменить лампочку.

Тем временем мне особо нечего было делать. Я хотела встать, проявлять активность, на самом деле заняться чем-нибудь таким, чтобы не сидеть сложа руки и не читать романы, к которым я раньше не прикасалась, потому что они были не из тех, что меня интересовали, но дело в том, что на самом деле больше мне делать было нечего. Даже боевой симулятор, на котором тренировались мастера, был выведен из строя для ремонта, что означало, что о каком-либо заметном уровне практики, который я могла бы получить, не могло быть и речи.

Я пыталась найти информацию о царе Соломоне и Арс Гоэтии, в которой перечислялись семьдесят два демона, которыми он управлял, но данных на серверах Халдеи было либо слишком мало, чтобы быть полезными, либо они были заблокированы с правом доступа только у Директора.

Правом доступа, которое имела или могла предоставить только Ольга-Мария Анимусфия, что означало, что это придётся отложить до того момента, пока мы не вернем её.

Единственное, что действительно оставалось мне, что могло бы иметь смысл, это общение с моими коллегами-Мастерами, с Рицукой и Рикой, но я и в лучшие времена была неловка в общении, и нынешние события, казалось, ударили по ним сильнее, чем я ожидала. Ни один из них, казалось, не был в настроении разговаривать всю неделю.

Даже Рика.

Это было похоже на жизнь с незнакомцем в одном доме, как это было с папой в тяжелые времена после смерти мамы. Я видела их каждый день, и мы обменивались пустыми любезностями, если когда-нибудь оказывались на расстоянии вытянутой руки друг от друга, но они оба были подавленными и тихими и, казалось, не знали, как со мной разговаривать или даже что сказать.

Я была ненамного лучше. Казалось, что они приняли ситуацию с Директором слишком близко к сердцу, и бремя предстоящей задачи давило им на плечи, а я просто не знала, как поднять им настроение или подбодрить их. Что я должна была им сказать? Что дальше будет легче? Подобная ложь никому бы не помогла. Даже если бы я сказала, что они привыкнут ко всему этому, подобная фраза, вероятно, вызвала бы больше беспокойства, чем утешения.

Прошла целая неделя с момента разрешения Сингулярности F, когда я зашла в кафетерий, одно из немногих мест в Халдее, которое относительно не пострадало от саботажа Льва. Как обычно, Рика и Рицука уже проснулись и тихо сидели вместе за столом, а Маш сидела между ними. Она посмотрела на меня, когда я переступила порог, и одарила одной из своих нежных, характерных для неё улыбок.

— Доброе утро, мисс Тейлор.

— Доброе утро, Маш, — ответила я, а затем обратилась к близнецам: — Рицука, Рика.

Оба они вяло посмотрели на меня затуманенными глазами и тихо пробормотали:

— Доброе утро, сэмпай.

А потом они отвернулись, глядя в свои кружки с тем, что, как я могла только предположить, было кофе. Под глазами Рики залегли темные круги, а Рицука продолжал медленно моргать, как будто изо всех сил стараясь не заснуть. Маш, сидевшая рядом с ними, тихо вздохнула.

Мои губы сжались в тонкую линию, выражение, которое, как однажды сказал Берил, делало меня похожей на разочарованную школьную учительницу, но после того как у меня животе заурчало, мне пришлось уйти от разговора в сторону окна выдачи.

Я думаю, что они нуждались в мягкой поддержке, которой у меня на самом деле не было. Если дело дойдет до драки, и быть нежным больше не будет вариантом… Что ж, возможно, мне придется перейти Рубикон, но пока до этого не дошло, я мало что могла сделать, кроме как дать им тишину и покой.

Я взяла поднос и тарелку и прошла сквозь утреннюю очередь в буфете, взяв порцию яичницы-болтуньи, тосты и несколько ломтиков бекона. Там был автомат для подачи горячей воды, что-то вроде электрического чайника, но я прошла мимо него и налила себе кружку коричневой жижи, которую они называли кофе.

Я предпочитала чай, и у меня действительно был хороший выбор чая для завтрака, который Ольга заказала для меня, когда узнала, что он мне нравится (когда она узнала, что у меня «хороший вкус», как она выразилась), но поскольку мы не могли пополнить запасы в обозримом будущем, я старалась заваривать чай как можно реже, потому что никто не может сказать, насколько мне нужно будет растянуть запасы.

Поставив поднос, я подошла к свободному столику и села, прекрасно осознавая, насколько немноголюдно было вокруг. Всего несколько недель назад, в это время утра, я смогла бы найти всего несколько свободных мест, и Водим настоял бы, чтобы я поела с остальной дисфункциональной командой A, и тогда я была бы окружена шумом, людьми, жизнью. Сейчас? Кафетерий, вмещающий до трехсот человек, был почти пуст, и я ела в одиночестве.

Воткнув вилку в яичницу и проглотив первый кусочек, я морщусь, а затем беру с подноса приправы, чтобы добавить к яичнице немного соли и перца.

«Условно» — термин, вводящий в заблуждение. Халдея потеряла около ста восьмидесяти человек из примерно двухсот своих сотрудников, и это включало большинство старших поваров. Те, кто остался, старались изо всех сил, но их старания нельзя было назвать изысканными, и это очень хорошо проявилось в том, насколько пресными и неинтересными были большинство блюд, которые я ела на прошлой неделе.

Пока я жевала, мой взгляд блуждал по Маш и близнецам, используя место, которое я выбрала, чтобы тайно шпионить за ними. У них была еда, но она выглядела съеденной лишь наполовину, как будто они не могли переварить остальное. Только пюре выглядело так, будто они откусили больше, чем по краям.

… Вмешательство может оказаться неизбежным. Если они будут отказываться от еды достаточно долго, то дела пойдут плохо, когда нам придется начинать исправлять другие Сингулярности. Мы не могли позволить им морить себя голодом каждый раз, когда случалось что-то плохое, потому что неизбежно произойдёт немало плохих вещей.

Оглядываясь назад, Сингулярность F в Фуюки прошла необычайно хорошо. Технически мы потеряли Директора до и после (и это было непросто объяснить любому, кто не знал, что произошло), но из тех людей, которые вошли живыми, мы все вышли невредимыми, и успешно восстановили Сингулярность. Миссия выполнена, даже с честью.

Я не питала иллюзий, что всё пройдет так же гладко на протяжении всего пути. Я бы посчитала небольшим чудом, если бы никто из нас не потерял хотя бы одну конечность к концу этого.

Мой аппетит внезапно испортился, но я заставила себя доесть порцию, даже если мой желудок больше не хотел этого. В ближайшие дни мне понадобится энергия не меньше, чем близнецам. Когда я закончила, то выпила столько кофе, сколько смогла себя заставить себя, а затем встала и вернула свой поднос.

Маш легонько помахала мне рукой на выходе из кафетерия, но близнецы, казалось, даже не заметили моего ухода. Они всё ещё смотрели в свои кружки, как будто могли найти там ответы на все свои проблемы.

Выйдя в коридор, я обнаружила, что не знаю, куда мне идти и что делать. Я чувствовала, что должна попрактиковаться в своем магическом ремесле, занять своё время чем-то продуктивным, но Гандр я всегда использовала только в симуляторе, где у меня было место для стрельбы и мишени. Когда дело дошло до других частей магического ремесла, которым я научилась… честно говоря, у меня месяцами не было прорыва с моими марионетками, и Ольга была той, кто обучала меня пользоваться рунами.

Что я должна была делать без её наставничества? Опять же, симулятор был лучшим местом для тренировки чего-то, потенуиально разрушительного. Я не собиралась сидеть в своей комнате и играть со взрывчаткой в буквальном смысле.

Я вздохнула и провела рукой по волосам. Когда единственное, что мне оставалось, это прочитать кучу романов, которые мне не нравились…

— Тогда, пожалуй, я пойду потренируюсь со своими марионетками.

Я развернулась на каблуках и направилась обратно в свою комнату, сопровождаемая только стуком моих туфель по гладкому кафелю под ногами. Я только что почувствовала пустоту Халдеи в кафетерии, но здесь, в одиночестве, когда я шла по коридорам, это ощущение ещё больше усилилось. За последние два года я могла встретить по меньшей мере дюжину людей по пути в любое место объекта, независимо от времени суток или того, куда я направлялась.

Теперь тут почти никого не было, и все, что у меня было, — это те же бесполезные, смутные сожаления о том, что я не узнала всех без исключения из тех, кого здесь больше не было.

Сто восемьдесят человек. Так мало по сравнению с миллиардами, погибшими во время Золотого Утра, и ещё миллиардами, которые были сожжены Флауросом и его командой демонов, и всё же потеря их казалась более личной, чем потеря безликих масс.

У меня сорвался вздох. У Лизы, вероятно, нашлось бы что сказать по этому поводу. Я не была уверена, что оценила бы юмор, но мне бы хотелось, чтобы она всё равно это сказала.

— Фоу!

Я моргнула, остановилась и посмотрела вниз, чтобы обнаружить, что это существо уставилось на меня, его большие уши стояли торчком и были повёрнуты в мою сторону. Его маленькие глазки-бусинки, не мигая, смотрели на меня, Я даже могла ощутить нечто вроде нетерпения в его позе.

Я не знала, что в нём такого, но что-то в этом существе всегда заставляло меня нервничать. Дело было не только в том, что оно было умнее, чем должно быть любое обычное животное, нет, это не могло быть так просто, но что бы ни нервировало меня, я так и не могла понять, что именно. Это ощущение было словно зуд, до которого я не могла добраться, давно похороненный инстинкт, который говорил мне не доверять этому, не верить и не поворачиваться к этому спиной.

Как будто это был самый опасный, самый дикий зверь в мире, и если я дам ему хоть один шанс, он перегрызет мне горло.

Не сводя глаз с этой штуковины, я сделала шаг в сторону и попыталась обойти её, но она мгновенно отскочила назад и снова встала у меня на пути. Ожидая. Чего, я не знала.

Я сделала один большой шаг в противоположную сторону и попытался обойти его во второй раз, но он снова отскочил назад и остановился передо мной. Его глазки-бусинки впились в меня, и он сидел неестественно неподвижно, не моргая, даже не подергивая носом или ушами.

— Фоу! — Властно провозгласило оно своим высоким, писклявым голосом.

Я могла бы перешагнуть через это, но при одной мысли об этом у меня по спине пробежала дрожь. Я могла бы поднять его и передвинуть, но при одной мысли об этом по коже моих рук побежали мурашки.

Казалось, единственное, что я могла сделать, — это потакать этому.

— Чего ты хочешь? — Быстро спросила я.

Оно вздернуло подбородок и обошло меня, а я всё это время наблюдала за ним. Оно остановилось в нескольких шагах от меня и оглянулось на меня через плечо.

— Фоу!

Конечно же. Я вздохнула.

— Верно, ты хочешь, чтобы я последовала за тобой.

— Фоу!

Теперь придётся выполнять приказы белки… кошки… твари. Бесёнок смеялась бы, как ненормальная.

Свернув с пути в свою комнату, я последовала за… Фоу когда оно затрусило по коридору, я удивилась своей иррациональной реакции на это существо. Оно никогда не делало ничего, что действительно оправдывало бы мои подозрения или беспокойство, и оно прекрасно вело себя с Маш и близнецами. На самом деле, судя по всему, оно очаровало Рицуку и Рику в рекордно короткие сроки. Даже Романи и да Винчи иногда обращались с ним как с питомцем и катали на плечах, как будто это был какой-нибудь ласковый домашний кот.

Так почему же мне кажется, что это самая опасная вещь во всем учреждении?

Фоу провел меня мимо кафетерия и дальше по коридору в Командный пункт, где остановился рядом с дверью, повернулся ко мне мордой и тем же властным тоном рявкнул: — Фоу!

Мои губы скривились, но я открыла дверь и шагнула внутрь, стараясь не обращать внимания на то, как встают дыбом тонкие волоски у меня на затылке, когда я оказываюсь спиной к Фоу.

Два года этого дерьма, чёрт подери. И вообще, почему с этим сталкиваюсь только я?

Романи и да Винчи, сгрудившиеся над терминалом, подняли головы, когда я вошла.

— Тейлор, — сказал Романи. — Хорошо, что ты здесь. Есть пара вещей, которые нам нужно с тобой обсудить.

— Так это вы послали Его?

Маленький гремлин появился, словно по зову, и с невероятным проворством, запрыгнул на терминал Романи, из-за чего Доктор поморщился.

— Ну, мы не хотели привлекать к этому близнецов, — признался он.

Я поерзала, скрестив руки на груди.

— Ты, не хотел?

Романи вздохнул, проведя рукой по волосам.

— Им нужен небольшой перерыв, — сказал он. — Я не хотел давить на них, перекладывая это решение, поэтому я решил, что, поскольку мы самые высокопоставленные оставшиеся сотрудники, в некотором смысле, мы справимся с этим сами.

— Романи пытается сказать, что он не хочет ставить их в затруднительное положение, учитывая состояние, в котором они сейчас находятся, — вмешалась изобретательница. — Будет лучше, если мы втроем возьмем на себя это бремя, да? Романи — исполняющий обязанности директора, а ты наш самый опытный Мастер. Поэтому мы возьмем это на себя.

Я поджала губы. Хотя я и не думала, что мы можем позволить себе вечно нянчиться с ними, я не возражала, что заставлять их брать на себя слишком много и слишком рано может быть плохой идеей. — О каком решении мы говорим?

Романи протянул руку и что-то набрал на клавиатуре. Мгновение спустя изображение на его экране отобразило карту мира, которую он показал нам после Сингулярности F чуть больше недели назад.

— Ты помнишь, что я сказал на прошлой неделе, верно?

— Пока у вас есть данные только о двух других сингулярностях.

— Франция и Италия, да, — сказал Романи. — Ну, в частности, Рим. Нам всё ещё не удалось получить изображение остальных пяти в более высоком разрешении, но, по крайней мере, с этими двумя есть хотя бы некоторое представление о том, как они выглядят. Естественно, мы не будем никого отправлять в другие, пока у нас не будет лучшего представления о том, на что мы смотрим. По многим причинам, но очевидной из них является то, что мы не можем подтвердить ваше существование, если не знаем, где и когда его нужно подтвердить.

Это означало бы, что мы могли бы пропасть во время Рейшифта или просто перестать существовать в наших собственных гробах, так и не добравшись до места назначения. Да, я могла видеть в этом проблему.

— И?

— Мы пытались определить, с какой из этих двух нам следует разобраться в первую очередь, — сказала да Винчи. — Как итальянка, признаю, что неравнодушна к Риму. Однако… 60 год нашей эры был довольно неспокойным временем для Рима. В том году Боудикка, королева иценов, подняла открытое восстание против империи, так что, возможно, эта Сингулярность будет немного опаснее чем другая.

Она пожала плечами.

— С другой стороны, вполне возможно, что момент в истории, который Сингулярность пытается развязать, как раз и является этим восстанием. Отклонение от правильного хода человеческой истории может заключаться просто в том, что Боудикка так и не восстала или даже в том, что она умерла, не успев это сделать, позволив Риму полностью завоевать Британию. Также возможно, что восстание Боудикки увенчалось успехом и Британия завоевала Рим.

— И если это так, исправить это было бы намного сложнее, — отметил Романи. — Поход по городу — это одно. Просить мастеров пройтись по просторам Римской империи в поисках отклонений в истории — это уже перебор.

— В отличие от того, чтобы заставить их обыскивать французские поля? — Возразила да Винчи. — В Орлеане в 1431 году произошло только одно крупное событие, изменившее ход истории, и это была казнь Жанны д’Арк. Ты хочешь отправить их на задание, которое может потребовать от них убить девочку их возраста, которая просто хотела защитить свой народ?

Мой желудок скрутился в тугой узел.

— Мы знаем это наверняка? — Спросила я, прежде чем они смогли продолжить.

Убийство Жанны д’Арк… Это… Нет, это было бы тяжело, даже для меня. Я… я полагаю, что, вероятно, смогу это сделать, зная, что это будет важно для восстановления испепеленного человечества, но мне не очень понравилось то, что это, вероятно, говорило обо мне.

Просить близнецов сделать это… Это может сломать их.

Они двое посмотрели на меня, затем обменялись взглядами, а потом снова повернулись ко мне.

— Мы просто не знаем, чего ожидать, ввязываясь во всё это, — признала да Винчи. —Вполне возможно, что отклонение — заключено в чём-то другом и совершенно не связано ни с одним из этих сценариев. Также вполне возможно, что и то, и другое может быть правдой, или даже что Римская Сингулярность потребует от вас убить победоносную Боудикку, чтобы всё исправить.

— Я думаю, единственное, чего нам следует ожидать, — это присутствия той или иной формы Святого Грааля, — сказал Романи. — Честно говоря, понадобилось бы чудо огромной силы, чтобы сдвинуть историю с её естественного пути, и учитывая, что мы извлекли Грааль из Сингулярности F, когда вы победили Сейбер, полностью независимо от системы Грааля Фуюки…

— Мы можем ожидать, что ответственным за отклонение будет тот, кому… Флаурос отдал Святой Грааль, — заключила я. — Прямо, как Сейбер.

Доктор кивнул.

— Теоретически, вам, возможно, даже не придется беспокоиться о личном исправлении каких-либо ошибок. История не любит отклонений. Она должна исцелиться и исправиться сама по себе. Когда вы заберёте или уничтожите Святой Грааль, ответственный за закрепление отклонения на месте, Сингулярность исчезнет без каких-либо других действий с нашей стороны.

Узел напряжения у меня внутри медленно распутывался. Так что нам, вероятно, не пришлось бы жестоко убивать самую известную святую в истории, в честь которой не называли праздник.

— Я думаю, что это невероятно оптимистичный прогноз, — прямо сказала да Винчи. —Даже если всё, что вам технически нужно сделать, это убрать Святой Грааль из уравнения, само по себе это потребует от вас вырвать его у того, кто им владеет. Враг, владеющий могущественным артефактом, исполняющим желания, таким как Святой Грааль…

— Это не тот случай, когда мы можем просто щелкнуть по носу и покончить с ним, — согласилась я. — Поэтому мы всегда должны входить в Сингулярность, ожидая жестокого сопротивления.

Романи состроил да Винчи гримасу, но придержал язык и вместо этого повернулся ко мне.

— Это все наши лучшие предположения, — признал он. — Реальность ситуации такова, что мы просто ничего не знаем наверняка. Мы можем полностью ошибаться во всем, или мы оба можем быть в какой-то степени правы.

— Однако мы можем руководствоваться элементарным здравым смыслом, — многозначительно сказала изобретательница. — Разрушение опорных пунктов истории само по себе является актом насилия. По крайней мере, мы должны предположить, что они также будут яростно сопротивляться исправлению.

Романи испустил долгий, усталый вздох и слабо улыбнулся мне.

— Как ты можешь видеть, мы ни о чем не можем договориться по этому вопросу. Как исполняющий обязанности директора, пока директор Анимусфия, э-э, нездорова, я мог бы принять решение в одностороннем порядке, но я подумал, что, поскольку ты будешь тем, кто будет руководить близнецами и Маш, это действительно решение, которое ты должна принять. Отдай решающий голос, если хочешь думать об этом таким образом.

Лидерство. Фактически, небольшой элитной команды, выполняющей жизненно важную миссию. Странно, насколько непривычным подобное стало за два коротких года. В других отношениях это было всё равно, что надеть старую куртку, которую я давно не надевала.

В любом случае, поскольку это решение, очевидно, зависело от меня… Когда нужно было выбирать между сражением с одинокой женщиной со Святым Граалем и сражением с женщиной со Святым Граалем, когда между нами и ней стояли солдаты целой империи, ответ был довольно очевидным и простым.

— Сначала мы разберемся с Орлеаном, — сказала я.

Романи улыбнулся с облегчением.

— Я согласен, думаю, учитывая то немногое, что нам осталось сделать, на данный момент это более безопасный выбор.

Да Винчи вздохнула и покачала головой, печально улыбаясь.

— Ну, я не могу сказать, что не знаю, когда меня превосходят численностью. Но я могу это принять. Поскольку вы двое приняли решение. Сначала мы разберемся с Орлеанской сингулярностью.

— Я буду продолжать наши приготовления исходя из этого предположения, — сказал Романи. — Тем временем, Тейлор, есть ещё одна вещь, с которой я хотел бы разобраться сегодня.

Я немного неуверенно склонила голову набок.

— Ещё кое-что?

Он кивнул.

— Нам удалось подключить достаточно систем, чтобы должным образом восстановить функциональность ФЕЙТ, во всяком случае, настолько, сколько у нас может быть сейчас, — У меня екнуло сердце. — Мы хотели бы протестировать её и посмотреть, действительно ли нам удастся призвать кого-нибудь на этот раз.

— Ты хочешь, чтобы я попробовала ещё раз? — Мне удалось спросить. Он покачал головой.

— Конкретно не ты. Если мы вообще кого-нибудь призовем, я не уверен, что их отправят с тобой в Орлеанскую сингулярность, когда придет время, в зависимости от того, какой Героический Дух откликнется. Сейчас мы просто хотим проверить догадку и посмотреть, сработает ли она. Мы можем подождать с попыткой более серьезного призыва, пока вы, так сказать, не прочувствуете почву под ногами.

Напряжение во мне немного ослабло.

— Почему?

Да Винчи ответила.

— Если призыв пройдёт успешно, то следующим шагом будет попытка подключить Святой Грааль, который вы извлекли из Сингулярности F, к энергосистеме Халдеи. Если мы сможем это сделать, то сможем содержать по крайней мере ещё троих слуг, тогда как прямо сейчас мы можем содержать только Маш и ещё двоих.

Тогда не лучше ли было бы подождать? Но я могла бы увидеть смысл в тестировании, чтобы убедиться, что последующие призывы тоже будут возможны.

— Мы просто пытаемся понять, можем ли мы вообще призвать Слугу?

— Верно.

— Тогда всё в порядке. Я не вижу в этом проблемы.

— Хорошо, — Романи поднялся со стула. — Тогда пошли.

Я моргнула.

— Сейчас?

— Нам незачем откладывать призыв, — Он повернулся к да Винчи. — Не могла бы ты сходить за Маш и близнецами? Мы встретимся с тобой на месте.

Да Винчи ухмыльнулась и саркастически отсалютовала ему.

— Вас поняла, директор Архиман!

Романи застонал, когда она ушла.

— Исполняющий обязанности директора, — пробормотал он ей вслед. —Исполняющий обязанности. В ту минуту, когда к нам вернется директор Анимусфия, я снова стану всего лишь главой Медицинского отдела.

Мои губы дернулись в верх. Романи был одним из немногих людей, которых я когда-либо встречала, у кого была аллергия на идею обладания властью.

— Фоу, — сказал Романи, поворачиваясь, чтобы посмотреть, где это было в последний раз, — ты…

Оно исчезло, а доктор моргнул.

— Должно быть, он пошел за да Винчи, чтобы забрать близнецов. Клянусь, иногда Фоу пугает меня тем, каким хитрым он может быть. — Он повернулся ко мне. — Готова?

— Полностью.

Он напечатал что-то на своем терминале — вышел из системы, если мне нужно предположить — и затем направился к двери. Я пристроилась рядом с ним и позволила ему вести меня к комнате призыва. Шаги эхом отдавались в тишине пустых залов.

Я заговорила, только когда мы оказались за пределами слышимости Командной рубки.

— Ты не можешь нянчиться с ними вечно, —тихо сказала я Романи. — В конце концов, им придется принимать реальные, трудные решения, и чем дольше мы откладываем это, тем менее подготовленными они будут.

— Я знаю, — признал Роман так же тихо. Его голос звучал смиренно. Устало. — Но если мы просто начнем сваливать всё это на них сразу… Я не хочу, чтобы они сломались под всем этим давлением.

— Я не сломалась.

Он посмотрел на меня краем глаза. Я ожидала, что он скажет что-нибудь банальное, например, укажет, что близнецы — это не я. То, что он на самом деле сказал, убило любой ответ, который я могла бы придумать.

— Я не так уж уверен в этом.

Я не знала, что на это сказать, не тогда, когда моей реакцией на приближающееся поражение при битве с богом было, как мог бы выразиться Алек, долбёжка головой об стену, пока мне не удалось придумать выигрышную стратегию, поэтому остаток пути мы проделали в тишине, наши шаги стучали по полу.

В конце концов, мы добрались до другой комнаты за другим набором безвкусных белых дверей, которые открылись при нашем приближении, и мы вошли в то, что выглядело как комната телепортации либо из какого-нибудь Сай-фай шоу 80-х, либо попытка какого-нибудь Технаря создать что-то своё, со странной машиной, прикрепленной к потолку посередине над чем-то вроде круглой платформы. Вокруг неё были расставлены консоли и терминалы для отслеживания всего происходящего.

Когда Ольга впервые показала мне комнату призыва, в ней было полдюжины техников, следящих за системой ФЕЙТ Халдеи. Отладка, поиск ошибок в строчках кода, запуск симуляций, всё, что было необходимо, чтобы убедиться, что всё будет готово к запуску, когда придет время. Всё это выглядело довольно впечатляюще.

В зале призыва нынешней Халдеи за консолями находился один человек, одинокий, слегка полноватый блондин в очках, который выглядел так, словно не спал с момента саботажа. Когда я подумала об этом с такой точки зрения, вполне возможно, что он действительно не смыкал глаз.

Казалось, что куда бы я ни пошла, я сталкивалась с напоминаниями о том, насколько основательно и трагично была уничтожена Халдея.

— Мы готовы начать? — Спросил Романи.

Техник поднял на нас глаза, поправил очки вытянутым пальцем и слегка кивнул.

— Всё снова подключено. Мы восстановили систему до прежнего состояния…

Он неловко замолчал.

Доктор вздохнул.

— Да.

Повисло неловкое молчание, и через мгновение техник вернулся к своим мониторам, а мы с Романи отошли в сторону, подальше от дверей. Ни один из нас не пытался продолжить разговор.

Несколько минут спустя двери открылись, и вошла да Винчи, лучезарно улыбаясь.

— Мы пришли!

Рика и Рицука следовали за ней, выглядя помятыми и измученными, а Маш промычала приветствие. Это… Фоу, сидело у неё на плече.

— Мисс Тейлор, доктор Романи, — вежливо поприветствовала нас Маш.

Близнецы немного вздрогнули, когда поняли, что мы здесь.

— Семпай! Доктор Романи!

— Здравствуйте, Рика, Рицука, Маш, — любезно сказал Романи. — Доброе утро.

— А-а, доброе утро! — Рицука заикнулся. Рика попыталась вторить ему, но у неё вырвался зевок, прежде чем она смогла выдавить слова.

— Итак! — Да Винчи захлопала в ладоши. — Давайте начнём наш ритуал, вы согласны? Синьор Меньер, я понимаю, что это не ваша привычная должность в Халдее, но я надеюсь, что мои инструкции были достаточно ясны относительно того, как это работает?

— Ах, да, конечно! — сказал, по-видимому, техник Меньер.

Да Винчи повернулась к нам.

— Итак! Кто хотел бы оказать честь на этот раз?

— Сэмпай этого не сделает? — Удивленно спросил Рицука.

Я изобразила безразличие.

— Если никто из вас не готов к этому, я вполне готова.

Близнецы обменялись взглядами, и в этом единственном взгляде, казалось, состоялся целый безмолвный разговор, потому что через несколько секунд Рика кивнула и шагнула вперед.

— Я сделаю это!

Да Винчи отступила в сторону и указала на небольшое возвышение перед круглой платформой призыва. После минутного колебания Рика прошла вперед и взобралась на платформу.

— Этот раз будет немного отличаться от попытки Тейлор в Фуюки. Ах, но сначала… Маш? Будь так добра, пожалуйста, помести свой щит в центр платформы призыва поверх формул, хорошо?

— Конечно, — сказала Маш, и во вспышке света она вновь была в форме Слуги, которую приняла в Фуюки. Она снова подняла свой огромный щит, как будто он был невесомым, и сделала в точности, как её просили, и опустила его так, чтобы круглое основание оказалось в центре платформы, а затем отступила назад.

— Я и не подозревал, что щит Маш настолько важен, что он является необходимой частью ритуала призыва, — сказал Рицука.

— Так не должно быть, — ответила да Винчи. — В конце концов, ритуал призыва и система Фейт Халдеи существуют уже много лет, и всё же на прошлой неделе Маш впервые успешно проявила силы Слуги, привязанного к её телу. Однако количество успешных призывов Слуг в Халдее составляет менее пяти.

— Неужели? — спросил Рицука.

— Действительно, — сказал Романи. — Технически, вы сейчас смотрите на два из них. Никто не знает, что случилось с первым, но да Винчи и Маш — единственные, чей призыв прошёл удачно, и даже тогда, я не уверен, что вы можете отнести Маш к полностью удачным призывам, поскольку она Полуслуга.

Это заставило меня задуматься, как они предполагали, что мы, члены команды А, сможем должным образом вызвать наших собственных Слуг, если система за всё время работы, совершила только три удачных призыва.

— Вау.

— Однако у меня есть предчувствие, — сказала да Винчи, усмехнувшись своей маниакальной улыбкой. — Если я права, то каждый призыв с этого момента должен работать идеально, пока у нас есть энергия, чтобы поддерживать их.

Она выступила вперед.

— Меньер, мы готовы начать?

— Все готово, да Винчи.

Изобретательница улыбнулась.

— Теперь, Рика, я хочу, чтобы ты повторяла за мной.

Волосы Рики взметнулись, когда она кивнула.

— Поняла.

— Прислушайся к моим словам.

— Прислушайся к моим словам! — Громко сказала Рика, выставив вперед руку. Она почти наверняка передразнивала меня.

— Моя воля создает твое тело, а твой меч создает мою судьбу.

— Моя воля создает твое тело, а твой меч создает мою судьбу!

Круг под щитом Маш начал светиться, а затем символы, казалось, оторвались от земли и поднялись в воздух.

— Если ты подчинишься моей воле и разуму, тогда ответь мне.

— Если ты подчинишься моей воле и разуму, тогда ответь мне!

Рунический круг светился все ярче и ярче, пока на него не стало трудно смотреть. Словно какой-то огромный механизм пришел в движение после долгих лет ржавления, комнату наполнил скрежещущий звук, когда невидимый ветер подул из центра.

— Настоящим я клянусь…

— …что я воплощу все добро в этом мире и накажу все зло!

— Ты на Седьмом небе…

— …облаченный в три великих слова силы!

— Выйди из Кольца сдерживания…

—… Хранитель Небесного равновесия!

Скрежещущий звук достиг лихорадочной высоты. Свечение круга стало слишком ярким, чтобы его можно было разглядеть, и мне пришлось прикрыть от него глаза, чтобы не ослепнуть. Налетел ветер, отбросив назад мои волосы, а затем, так же внезапно, всё стихло.

Я зажмурилась, пытаясь избавиться от пятен перед глазами, и медленно опустила руку, чтобы посмотреть на фигуру, стоящую на коленях поверх щита Маш. Первое, что я увидела, была мешанина красного, черного и белого, и по мере того, как мои глаза привыкали, остальное постепенно прояснялось.

Мой желудок сжался, когда мужчина встал.

— Слуга, Арчер.

От его низкого, глубокого баритона у меня по спине пробежали мурашки, и когда он открыл свои холодные, серо-стальные глаза, он ухмыльнулся нам всем.

— Вы вызвали меня, и я пришел по вашей просьбе. Приятно познакомиться с вами, Мастер.

Рика, Рицука и Маш вскрикнули.

— Ты!

Глава XII: Повар из кованого железа

— Я слежу за тобой! —произнесла Рика в тысячный раз.

Сидящий напротив неё Арчер — Эмия, как мы выяснили, его зовут, при этом удивившись и в особенности Романи тому, что в архивах Халдеи нет информации по этому Героическому Духу, — раздраженно вздохнул.

— Я уже говорил вам, Мастер, — устало сказал он. — Что бы та версия меня ни сделала с вами или против вас, я этого не помню.

Я задавалась вопросом, было ли это действительно правдой или просто ложью, которую он говорил, чтобы избежать смущения. Теоретически, Героические Духи существовали вне времени и пространства, независимо от прошлого, будущего или настоящего, и поэтому каждое воспоминание, которое они когда-либо имели, будет записано в момент их вознесения в Трон. Вот как мне это объяснили. На практике, я не понимала, как это сочетается с обладанием информацией о эпохе в которую призываются Слуги, но которую они не должны были знать.

Но если бы какая-то альтернативная версия меня совершила что-то, чего я не смогла бы простить, например, присоединилась к «Бойне девять» или что-то в этом роде, я определенно попыталась бы притвориться, что не знаю о её существовании.

— Ты так говоришь, — сказала Рика, и было приятно видеть, что к ней вернулась хотя бы малая толика былой энергии, — но ты не обманешь меня, мистер! Я вижу твои подлые планы насквозь!

Эмия снова вздохнул.

— Добавки?

Рика подвинула свой поднос с тарелкой.

— Да, пожалуйста!

В молчании он наложил ей на тарелку ещё еды, пока в ней не оказалась порция сравнимая по размерам с первой, и Рика захихикала, как невеста утром в день своей свадьбы, наблюдая за этим, пока из уголка её рта текла струйка слюны, и она втянула её обратно, облизнув губы. Вероятно, единственная причина, по которой она не подпрыгивала от возбуждения на каблуках, заключалась в том, что это лишило бы её еды. Ведь Она хотела есть, а не украсить едой свою форму.

Эмия торжественно закончил, налив ей еще один стакан апельсинового сока.

— Наслаждайтесь, Мастер, — сказал он с усмешкой. — В конце концов, я приготовил более чем достаточно, чтобы вы могли есть сколько душе угодно.

— Это всё ещё не значит, что я простила тебя! — крикнула она через плечо и так быстро, как только могла, вернулась на свое место, в то время как, позади неё Эмия только покачал головой с раздраженной улыбкой на губах и занялся уборкой кухни.

Казалось, необычайной удачей было то, что первый слуга, которого мы успешно вызвали, оказался умелым господином плиты. Я всё ещё понятия не имела, чего ожидать от него как от бойца — боевой симулятор всё ещё находился в ремонте, поэтому, хоть у меня была возможность практиковать в симуляторе свой Гандр, но слугам было запрещено им пользоваться — но даже если как Арчер Эмия был едва ли средним, его умение готовить уже было невероятным благом.

Он оказался не таким, как я ожидала, но на самом деле у меня не было особенных ожиданий во время того теста, потому что я наполовину считала, что призыв не удастся, просто потому, что я привыкла к подобным вещам.

Рика откинулась на спинку стула и тут же схватила вилку и начала жадно запихивать еду в рот. Глядя, как она поглощает еду так быстро и самозабвенно, можно было подумать, что она не ела неделю.

— Так вкусно! — Рика застонала, как будто она совершала сейчас кое-что другое. Смотря на эту пантомиму Рицука лишь нежно улыбнулся и покачал головой.

Я же наблюдала за ней, сидя чуть дальше за столом, потягивая из кружки удивительно вкусный кофе, пока пыталась придумать, что сказать, но ничего не приходило в голову.

Романи сказал, что я должна повысить сплочённость группы. Что ж, то, как он выразился, было больше похоже на «откройся им, чтобы они могли доверять тебе», но это означало то же самое, что мои инструкторы так усердно пытались привить мне, когда я была в Стражах. Цель любого командира отделения состояла в том, чтобы заручиться уважением своих товарищей по команде, а также быть достаточно дружелюбным и доступным, чтобы не дать команде расколоться на части.

Тебе не обязательно быть для всех старшей сестрой, но они должны, по крайней мере, доверять тебе.

По общему признанию, я на самом деле не довела это до конца. Всё выглядело так, словно я мчалась к цели, и Стражи следовали за мной, увлекаемые одним лишь импульсом. Сплотить вокруг себя команду, завести друзей, стать тем мягким авторитетом, которым, по словам всех учителей, я должна была быть? Это было то, чего мне никогда не удавалось понять, и в то же время это меня не особо интересовало.

Что бы сказала Лиза в этот момент? Мне или кому-то из Неформалов, а не тому, кого она пыталась унизить?

— Знаешь, если ты будешь продолжать так питаться, первое, что стремительно увеличиться, — это наши затраты продуктов, а вскоре и твоя талия.

— Мисс Тейлор! — Маш ахнула.

Из носа Рики вырвалось фырканье, когда она согнулась пополам над своей тарелкой, прикрывая рот рукой, чтобы не выплюнуть еду. Видно, слышно и очень заметно, она проглотила то, что ела, а затем прохрипела:

— Э-это стоит того…

— Ты в порядке, Рика? — спросил её брат.

— Э-это пища богов, — хрипло провозгласила Рика. — Я не позволю ни единому кусочку пропасть даром!

Чтобы подчеркнуть это, она откусила ещё кусочек от своих блинчиков, отправляя его в рот, пережевывая с громким, преувеличенным скрежетом челюстей, что на самом деле было довольно мерзко.

— Сэмпай в чем-то права, Рика, — сказал Рицука. — Я знаю, что еда Эмии действительно вкусная, но ты ешь намного больше, чем обычно.

— Не порть мне всё, Они-чан, — сказала Рика. — Вполне возможно, что это мой последний прием пищи. Я собираюсь насладиться всем, чем только смогу.

И вот так просто любая надежда на дальнейший разговор умерла быстрой и жестокой смертью. Я хлебнула своего кофе, когда брови Маш озабоченно нахмурились, а Рицука опустил взгляд в свою кружку.

У меня не выходило сказать что-то такое, что не было бы ложью, чтобы подбодрить её. Если бы я была бы более вдохновляющим героем, возможно, я сказала бы ей что-то вроде: — Я обещаю тебе, что позабочусь о том, чтобы мы всё вернулись, — или: — Несмотря ни на что, мы все выберемся из этого живыми, — но у меня никогда не получалась подобная вдохновляющая ложь. Реальность была такова, что один из нас или все мы могли быть мертвы к обеду, если бы что-то пошло не так или если бы мы облажались в любой момент. Гарантий не было.

С подобным настроем пролетела вторая неделя простоя.

Сегодня был день, когда мы должны были начать нашу миссию в Орлеанской Сингулярности с целью исправить отклонение истории и привести её в соответствие с надлежащим ходом событий.

К сожалению, у нас всё ещё не было хорошего представления о том, что вызвало все эти искажения. Романи и да Винчи не смогли получить никаких более подробных данных о ситуации, поэтому не было способа узнать, что именно вызвало отклонение, в чём это отклонение вообще заключалось, кого или чего мы могли ожидать с точки зрения противодействия, или даже были ли там ещё живые люди.

Будет ли это просто ещё одной пылающей пустошью, занятой только слугами? Я не была уверена, что предпочту: пустынный пейзаж без людей или процветающую сельскую местность, полную случайных прохожих, которые могут попасть под удар. Думаю, первое. Было что-то вроде некой свободы в том, что не нужно было беспокоиться ни о чем, кроме уничтожения врага, которая пропадала, когда приходилось думать о сопутствующем ущербе человеческой популяции.

Мое настроение испортилось, поэтому я встала со своего места и допила остатки кофе, чтобы отправиться к окну раздачи для того, чтобы вернуть поднос с тарелкой. Позади себя я услышала, как Рицука пробормотал своей сестре: — Хорошая работа, Рика.

Эмия выгнул белую бровь, когда я подошла к нему, но какого бы серьезного эффекта он ни хотел добиться, он был испорчен ярко-розовым фартуком, который был на Слуге, с надписью «Шеф-повар № 1», напечатанной спереди жирным шрифтом. Совершенно очевидно, что он принадлежал кому-то намного меньшего роста, с гораздо более яркой личностью, которая к тому же была женщиной.

— Ты здесь просто сдать посуду? — спросил он тем рокочущим баритоном, который не имел права быть таким сексуальным, каким являлся. — Или ты собираешься угрожать мне, чтобы я даже не думал о предательстве?

Он ожидал, что я обвиню его? Я чувствовала, что Кухулин объяснил концепцию достаточно ясно. Слуги Войны за Грааль в Фуюки были изменены, испорчены. Даже Сэйбер, благородный король Артур, по-видимому, не была застрахована от воздействия, из-за которого её присутствие в той пещере ощущалось так подавляюще и злобно. Тот Слуга, что напал на нас перед входом, мог выглядеть достаточно схоже снаружи, но никто точно не мог сказать, насколько искаженным он был внутри.

— У меня есть для этого основания? — Мягко я спросила его.

Он моргнул, нахмурив брови, потому что это, очевидно, было не то, чего он ожидал.

Лучшее сравнение, которое я могла придумать, было с могущественной силой, силой властелинов, самой коварной и опасной из всех. «Сердцеед» — был хрестоматийным примером, но мой разум перескочил на другой, более ужасающий вариант, на Симург, на то как она могла изменить тебя изнутри, и ты даже не поймешь, что твои идеалы изменились, как она могла превратить твоё величайшее удовольствие в худшую агонию, твоего лучшего друга в самого злейшего врага и даже обычного человека в радикального убийцу.

Убийца надежда… вот как можно было её описать.

— Я видела тебя в худшем проявлении, — сказала я ему, ставя поднос. Он взял его, чтобы помыть, почти на автопилоте, его руки двигались, а глаза оставались прикованными к моим. — Я видела деспотичного тирана, которым мог бы стать король Артур. Я также видела вещи, по сравнению с которыми они оба бледнеют. Я прошла через ад.

Я почувствовала, как мои губы растянулись в стороны, когда его глаза сузились, глядя на меня. Место соединения моей настоящей руки с протезом было настолько бесшовным, что невозможно было сказать, где заканчивалась настоящая плоть и начиналась замена, но культя всё ещё болела фантомной болью, помимо которой у меня ощущались две точки на лбу, шрамы, которые давно зажили и были почти незаметны.

— И не вышла полностью невредимой.

Он ухмыльнулся. Это была неприятная улыбка.

— Звучит как целая история.

Та, о которой я не планировала рассказывать ему в ближайшее время. Или когда-либо ещё. Была разница между тем, чтобы доверять ему спину, осознавая что он не убьёт меня, и тем, чтобы доверить ему мои самые глубокие, мрачные секреты.

— Суть в том, — сказала я, возвращаясь к прошлой теме, — что я не нахожу тебя особо угрожающим. И, честно говоря, если бы ты хотел нашей смерти? Мы бы уже были мертвы.

— Ха! — из него вырвался лающий смех, что, казалось, застал врасплох даже Эмию. — Ну, ну. Ты интересный человек, не так ли? Почти жаль, что не ты владеешь моими Командными Заклинаниями. Похоже, такая женщина, как ты, тот тип Мастера, с которым я бы прекрасно поладил.

Это было тем, что меня беспокоило. Я не врала говоря, что меня не беспокоило то, что творила его копия в Фуюки, но если там мышление Эмии перевернули на сто восемьдесят градусов и ослабили границы допустимого, сейчас я могла представить себе его мышление и тактику, что делало его для меня просто ужасным слугой потому что он лучше всех подходил мне.

Связь между, Эмией и Хепри, вероятно была бы просто феноменальна.

Я одарила его фальшивой улыбкой.

— Извини. У меня предварительное соглашение с ирландской гончей.

А потом я повернулась и оставила разговор и Слугу, моргающего и недоверчиво смотрящего мне в спину. Я не стала утруждать себя возвращением к близнецам и Маш — потому, что у меня всё ещё не было понимания, как справиться с их страхами и волнениями таким образом, чтобы все мои слова не слились в «соберись и двигайся дальше», и моя последняя попытка пошутить погибла в огне.

Я чувствовала себя заезженной пластинкой, повторяющей одно и тоже снова и снова разными способами, но им нужно было что-то иное, чем сила личности, а сила личности была единственным способом, который я когда-либо действительно использовала, для руководства другими. От Неформалов до Стражей и вплоть до того, как я стала Хепри, это было всё, что мне когда-либо было нужно, всё, что я когда-либо использовала, и, держу пари на Земле Бет, это работало просто отлично.

Но тут была не Земля Бет. Рицука и Рика не были моими миньонами, не были моими подопечными и не были закалены миром, постоянно находящимся на грани, и я не могла относиться к ним так, как относилась к другим.

Странно, но именно сейчас я скучала по Гленну Чемберсу.

Я сделала глубокий вдох и задержала воздух, ожидая, пока за мной закроются двери кафетерия, прежде чем выпустить его в пустой коридор. Вздох, сорвавшийся с моих губ, по своей интенсивности был похож на порыв ветра.

Как, черт возьми, я должна была это делать? Мы, в буквальном смысле, пришли из двух разных миров. Я потратила два года на борьбу, переходя от одного конфликта к другому, готовясь к концу света, а затем я потратила ещё два года на подготовку к следующей катастрофе, которая, возможно, приведет к тому, что истерика Зиона по сравнению с ней покажется незначительной, потому что у меня всё ещё не было понимания того, означает ли «всё человечество» именно «всё человечество» или только этот конкретный мир.

До всего этого мне приходилось жить со знанием того, что в любой день морское чудовище из ада, ходячий ядерный холокост или искаженный видением Г.Ф. Лавкрафта ангел могли решить: Хей, как мне кажется, вот тут, не помешает небольшая перестановка?

Рика и Рицука… судя по всему, вели относительно нормальную жизнь в относительно нормальном мире, или, по крайней мере, в том, где у них никогда не было причин подозревать, что это не так. Жизнь без банд, власть которых поддерживалась мужчиной, превращавшимся в дракона, или парой женщин, которые могли стать тридцатифутовыми. Жизнь без кейпов, Губителей или сценариев судного дня.

До сих пор так и было.

Как, чёрт возьми, я должна была провести их через семь Сингулярностей с врагами, которые могли делать вещи, которые, как близнецы только недавно обнаружили, были возможны не только в комиксах?

— Видимо, чудом, — бормочу в пустоту.

Скривив рот, я умчалась прочь, с напрочь испорченным настроением, пытаясь одновременно с этим не дать вспененному морю моего беспокойного разочарования выплеснуться наружу. Симулятор был восстановлен, хотя и не полностью; возможно, пришло время посмотреть, смогу ли я, наконец, привести своих марионеток в действие.

Уже не в первый раз за последние две недели у меня мелькнула мысль, что, возможно, мне было бы лучше сделать это в одиночку. Я не думала, что отказалась бы от присутствия в команде Маш, не с её таким прочным и полезным щитом, но чтобы мы вдвоем принимали на себя всё, что Флаурос и его король могли бросить в нас? Это было бы намного проще.

Но насколько бы прагматичным это ни было, я была бы идиоткой, если бы думала, что это произойдет. Не сейчас, не после Фуюки. Да Винчи и Романи, возможно, были на моей стороне, но Маш, без сомнения, выбрав бы близнецов, будет стоять на своём выборе до конца. И для заключения контракта, особенно между Мастером и Слугой, требовалось согласие обеих сторон, чтобы он работал должным образом.

И это означало, что я не могла просто оставить их здесь, чтобы с ними нянчился персонал, пока я пойду спасать мир. Ещё раз. Они должны были пойти со мной, и это означало, что именно на мои плечи ложиться задача позаботиться о близнецах.

Если бы я только, блядь, знала, как.

— О, Тейлор, вот ты где.

Однако на полпути к своей комнате меня встретил один из последних людей, которых мне хотелось видеть в этот момент. В своей голове я представила выпускной клапан и позволила своему гневу и разочарованию выплеснуться наружу, заставив себя успокоиться.

— Да Винчи, — поприветствовала я её так вежливо, как только могла. — Тебе что-нибудь нужно?

— В некотором смысле, это действительно больше похоже на то, что нужно тебе, — ответила она с ухмылкой, а затем полезла в какой-то карман или отделение, которое я толком не разглядела, и вытащила знакомый нож в ножнах. — Вот.

Я нахмурилась, осторожно взяв его.

— Это…

Кинжал с наношипами, который дал мне Отступник. Мои губы скривились в подобии полуулыбки.

— В конце концов, даже ты не смогла его понять, да?

Но Гений эпохи возрождения продолжала ухмыляться.

— О, это определенно заняло у меня намного больше времени, чем я ожидала, — самодовольно сказала она. — Черный ящик, который подделывает некоторые внутренние механизмы, действительно был довольно сложной головоломкой, из-за которой мне пришлось отступить от основных принципов, чтобы полноценно разобраться в механизмах его работы, но это был только вопрос времени, когда я её разгадаю.

Я моргнула. Застыв. Мне пришлось прокрутить это в голове, чтобы убедиться, что я все правильно расслышала.

— Ты разобралась в работе Тинкертеха?

— Ну, возможно, только чуть-чуть, — призналась она. — О! И также о твоём восхитительном ракетном ранце! Ах, мне жаль говорить, но… Эмм, в нём слишком много частей, чтобы собрать их должным образом.

Да Винчи одарила меня извиняющейся улыбкой.

Ах. Значит, я не получу его обратно, не так ли?

— Ты не можешь его исправить?

— Строго говоря, он прибыл сюда сломанным, — сказала она. — Мне удалось собрать механизм, который он использует для полета, но, не зная первоначальной конфигурации, когда он был в рабочем состоянии, собрать его обратно немного сложнее. О! Это напомнило мне. Я усовершенствовала твой восхитительный маленький нож.

Изобретательница указала на мой кинжал с наношипами.

— Я исправила проблемы с обслуживанием, поэтому он должен восстановиться до нормального состояния, пока находится в чехле. Больше никакого утомительного процесса очистки!

Я снова уставилась на неё.

— Ты что?

— Я почерпнула идею из пары мифов и легенд, — объяснила да Винчи, — немного приукрашенных, конечно, более просвещенными, современными взглядами. Ножны хранят ‘чертеж’ того, как кинжал должен выглядеть и функционировать, и всякий раз, когда этот нож вкладывается в ножны, он восстанавливается по этому чертежу. Естественно, есть некоторые ограничения, но больше никакой лишней суеты, никакого обслуживания!

— Это…

Невероятно.

Я посмотрела на свой кинжал с наношипами. Отступник отдал бы свою левую руку за это.

У меня дернулась щека.

Если, конечно же, у него всё ещё была органическая рука, которую он ещё не заменил кибернетикой.

И если бы он не был уничтожен вместе с остальным человечеством. Я крепче сжала кинжал, потому что это вполне могло быть единственное, что осталось от него и Дракон теперь.

— Спасибо тебе за это, Да Винчи.

Она отмахнулась от благодарности.

— Я просто возвращаю то, что принадлежало тебе, теперь, когда оно мне больше не нужно.

— Всё ещё спасибо. Это многое значит.

Изобретательница одарила меня одной из своих редких, нежных улыбок, той искренней, которая действительно подчеркивала образ картины, на которой было основано это её тело, как будто она точно понимала, о чем я думаю.

— Боюсь, это все хорошие новости, которые я могу тебе сообщить, — сказала она. — Меня привело к тебе не просто возвращение твоего ножа; я сама направлялся в кафетерий, потому что мне нужно забрать Рику, Рицуку и Маш.

Мое сердце подпрыгнуло к горлу.

— Сейчас?

Она кивнула.

— Романи хочет покончить с инструктажем, чтобы к тому времени, когда он закончится, завтрак достаточно переварился, чтобы мы могли как можно скорее перенести вас Рейшифтом. Боюсь, двухнедельный перерыв закончился.

Я сделала глубокий, успокаивающий вдох.

— Я понимаю. поэтому отправлюсь собираться.

— Не спеши, — сказала мне да Винчи. — Остальным тоже понадобится время, чтобы подготовиться, так что не думай, что тебе нужно мчаться в свою комнату и хватать всё, что может оказаться хотя бы отдаленно полезным. Не торопись.

Она обошла меня и помахав рукой, двинулась в сторону кафетерия. Эхо её шагов раздавалось, ещё некоторое время после того, как она ушла из моего поля зрения.

Еще один короткий вздох вырвался из моих ноздрей, и с кинжалом в руке я продолжила двигаться в свою комнату, пока не подошла к невзрачной двери, похожей на все остальные двери в учреждении, отличающейся только табличкой с надписью «ТЕЙЛОР ЭБЕРТ» над надписью «КАНДИДАТ В МАСТЕРА НОМЕР 9». Дверь со свистом распахнулась, и я вошла в комнату, очень похожую на любую другую жилую комнату в Халдее: невыразительные белые стены, невыразительный белый потолок, лампы дневного света, которые освещали всё вокруг ярким белым светом.

Как и в любой комнате, в ней была откровенно минималистичная и неудобная на вид кровать, консоль связи, вмонтированная в стену, и шкаф, где я хранила свою одежду и марионеток. Моё понимание ситуации заключалось в том, что я могла бы потребовать помещение для мастерской, но я ни в коем случае не была магом, так что я никогда не видела в этом смысла.

Здесь находился столик на котором стоял ноутбук и на стене висел стеллаж где расположились мои запасы чая, но тем единственным предметом с помощью которого можно было бы определить владельца комнаты был книжный шкаф который Ольга умудрилась достать для меня. Он был довольно прост и без изысков, с копиями моих любимых книг расположенных в определённом аккуратном порядке, но более ценным для меня делало его то зачем Ольга достала его для меня, и единственной причиной для этого было то, что мне просто захотелось шкаф.

Она искренне извинилась за то, что не смогла достать более древний шкаф, как будто было важно достать именно его, особенно когда она сильно настрадалась получая первый. Я поморщилась и пошла дальше. Сейчас не время давать волю чувствам из-за мебели.

Первой вещью, что я достала, была моя униформа по совместительству являющаяся мистическим кодом. Раньше мне пытались вручить униформу с юбкой, но меня не прельщала идея, того что я бы бегала по полю боя в юбке-карандаше и чулках, так что вместо неё были штаны. Следующим мной был схвачен интерком, похожий на те что использовали близнецы в Фуюки, потому что я не собиралась вновь оказаться без него, потому он ныне был на моём запястье.

Последним… Я взглянула на марионеток с которыми я пыталась работать на протяжении года, и оставила их в ящике.

Если бы у меня было больше опыта в магическом ремесле или знаний, таких проблем у меня бы не было. Я слышала о некоторых формах магического ремесла, что позволяли дробить своё сознание на потоки, которые позволяют выполнять несколько задач, но у меня не было ни единой зацепки как совершить нечто подобное, и я ныне не могла ставить своё сознание на автопилот. Контролировать хоть, что-то в своей жизни, было слишком сильным желанием, чтобы сбрасывать его со счетов, особенно когда я уже привыкла к полному контролю.

Всё равно, без моего пассажира рассоединять своё сознание на несколько потоков, не представлялось ныне возможным.

Когда я подготовила всё своё снаряжение к Сингулярности — включая новый нож, что покоился у меня поясе — то закрыла свой шкафчик и вышла из комнаты отправляясь к точке сбора.

Я пришла в командный центр, никого не встретив в коридорах, дверь открылась передо мной, позволяя взглянуть как на оставшуюся часть персонала что трудилась, подготавливая системы к следующему шагу, так и Романи находившемся на месте, которое раньше принадлежало Директору, держа в одной руке планшет.

— Романи, — Я поздоровалась с ним.

Он посмотрел на меня.

— О, Тейлор, — сказал он. — Доброе утро. Ты здесь первая. Ты хорошо спала?

— Достаточно хорошо.

Мы погрузились в неловкое молчание.

Через мгновение, как бы оправдываясь, он сказал:

— Мы ждем, когда прибудут остальные. Мы обсудим детали миссии, когда они прибудут.

— Хорошо.

Мы снова погрузились в молчание, и вместо того, чтобы пытаться вновь начать диалог, Романи вернулся к тому, что он делал на своем планшете. Я тоже не стала утруждать себя, а просто прислонилась к массивной и излишне большой консоли, приготовившись ждать.

Это не помогло справиться с комком разочарования, который был у меня внутри, поэтому я постаралась не зацикливаться на том факте, что мне предстояло вести двух неопытных новичков в то, что вполне могло оказаться зоной боевых действий, и вместо этого придумать разные способы справиться с возможными сценариями, которые могли возникнуть в Орлеане. С кем мы могли бы в конечном итоге сражаться, почему, кто мог бы быть нашим союзником и чего ожидать от крупных держав в регионе в то время.

Если подумать, последнее можно вычеркнуть. Чем дольше мы сможем не попадаться на глаза ни французскому королю, ни британскому командованию, тем лучше для дела. Мои знания о событиях того времени были немного отрывочными, но этот период не назывался «Столетним чаепитием». Ни одна из сторон не отнеслась бы благосклонно к незваным гостям в странной одежде, утверждающим, что они из далекого будущего, не тогда, когда колдовство было одним из обвинений, выдвинутых против самой Жанны.

Конечно, в зависимости от того, кто оказажеться обладателем Святого Грааля или в чем заключалось отклонение от надлежащей истории человечества, конфронтация или сотрудничество с любой из сторон могут оказаться неизбежными.

Наконец, дверь снова открылась, и вошли Рицука, Рика и Маш, все в костюмах и готовые отправиться в путь.

— Доброе утро, Маш, Рицука, Рика, — тепло поприветствовал их Роман. — Я надеюсь, что вы все хорошо выспались и позавтракали, потому что с этого момента мы сразу переходим к делу.

Рицука огляделся.

— Мы не возьмем Эмию с собой?

— На данный момент Эмия останется здесь, — ответил Романи. — Учитывая наше положение, мы бы предпочли не перегружать наши системы, и мы ожидаем, что Тейлор попытается связаться с нами вскоре после вашего прибытия в Орлеан. Тем не менее, он будет в режиме ожидания, поэтому, если возникнет чрезвычайная ситуация, мы можем отправить его к вам в качестве подкрепления. Если у вас нет других неотложных проблем …?

Никто ничего не сказал. Романи кивнул.

— Тогда давайте сразу перейдем к брифингу.

Он отложил свой планшет и повернулся к консоли, перед которой стоял. Его пальцы заплясали по клавиатуре сенсорной панели, и несколько секунд спустя три прозрачные панели, выступающие из верхней части консоли, засветились, показывая карту мира в центре и два потока непонятных данных по обе стороны. Нажатие увеличило карту до светящейся точки, расположенной в центре Франции.

— Как я говорил вам после Сингулярности F, в настоящее время у нас есть данные ещё о семи аномальных точках в истории. Из этих семи только две можно наблюдать с достаточно высоким разрешением, чтобы безопасно переместить вас четверых Рейшифтом. Поскольку Французская сингулярность кажется самой мягкой, а флуктуации относительно стабильными, мы решили, что первая Сингулярность, которую мы попросим вас исследовать, будет в Орлеане 1431 года. Вы согласны?

Ему ответили кивками.

— Хорошо, — Он продолжил: — Главная цель вашей экспедиции — исследовать Сингулярность и попытаться исправить её. Что именно это означает, мы не сможем сказать, пока вы не разберетесь, что происходит на месте. Однако, учитывая события Сингулярности F, существует большая вероятность того, что само отклонение является результатом появления Святого Грааля, что означает, что ваша второстепенная цель должна фактически совпадать с вашей первостепенной. В конце концов, строго говоря, если вы не владельцы Второго волшебства, путешествие во времени невозможно без Святого Грааля.

— А как насчет Рейшифта? — Спросил Рицука. — Разве это не путешествие во времени?

— Это — две разные вещи, — сказал Романи. — Рейшифт может показаться чем-то похожим, но это не путешествие во времени в общепринятом смысле. Я бы объяснил это подробнее, но, если быть до конца честным, от точной механики этого у меня разболелась голова, так что просто поверь мне на слово, хорошо?

Да Винчи тихо усмехнулась.

— Итак, — продолжил он, — как я уже сказал, мы не знаем этого наверняка, но это лучшее предположение, которое у нас есть. Подразумевается то, что вы не можете просто сделать только то или другое здесь. Если вы не заберёте или не уничтожите Грааль, то любые ваши усилия по исправлению Сингулярности бессмысленны. Вы должны сделать и то, и другое, чтобы исправить Сингулярность.

— Поняла, доктор Романи, — сказала Маш.

— Мне нужно, чтобы вы также создали круг призыва, используя щит Маш, — добавил Романи. — Как только вы сориентируетесь, я хочу, чтобы вы установили связь. Это важно не только для сбора данных по призыву слуг, но без этого мы не сможем отправить вам никаких припасов, которые могут понадобиться в полевых условиях. Установление этой связи будет вашим первым приоритетом.

— Почему бы Семпай просто не попробовать, прежде чем мы уйдем? — Спросила Рика. — Я имею в виду, у нас всё с Эмией вышло хорошо, не так ли? Разве она не могла попробовать призвать здесь?

— По нескольким разным причинам, — ответил Романи. — В первую очередь, это потому, что я хочу убедиться, что система будет работать вне строго контролируемых условий Халдеи, но не менее важно и то, что вы, скорее всего, вызовете Слугу, связанного с ситуацией. Наличие кого-то, кто знает местность, будет очень полезно для вашей миссии. Теперь, если нет других вопросов …?

Близнецы огляделись, но никто не произнес ни слова. Романи кивнул.

— Отлично. Я знаю, это неожиданно, и мы действуем очень быстро, но мы собираемся отправить вас уже сейчас. Нам удалось привести четыре гроба в рабочее состояние для этого, поэтому я бы хотел, чтобы вы, пожалуйста, спустились в камеру Рейшифта прямо сейчас.

— Сюда, мальчики и девочки, — сказала да Винчи, и мы последовали за ней, когда она вывела нас из Командного центра в направлении Камеры Рейшифта.

Если бы я оглянулась назад, то была бы уверена, что увидела, как Романи смотрит нам вслед, нахмурив брови с выражением сосредоточенности, которое появлялось у него всякий раз, когда он волновался.

Несколько минут спустя массивные двери в Камеру Рейшифта открылись, впуская нашу разношерстную компанию.

— Нам не совсем удалось всё убрать, но то что нам нужно уже очищенно, так что, пожалуйста, потерпите немного, — сказала изобретательница, и действительно, здесь всё ещё были следы и шрамы от саботажа, всё ещё были обломки и упавшая потолочная плита. Мои глаза сами по себе искали то место, где я была прижата две недели назад, ожидая медленной смерти от душившего меня дыма, заставляя мой желудок сделать забавное маленькое сальто.

Ожил интерком обратился к нам голосом Романи.

— Я знаю, что повторяюсь, но я собираюсь повторить план ещё раз для всех вас. Как только вы сориентируетесь, создайте круг призыва и попытайтесь призвать другого Слугу. Без удобных рамок Войны за Святой Грааль невозможно сказать, с какими врагами вы можете столкнуться, поэтому вам нужно немедленно вызвать подкрепление. Если у нас не будет другого выбора, мы пошлем Эмию в качестве подкрепления.

Я вытянула шею, чтобы посмотреть на Командный пункт, но единственное, что я увидела так это бронированные стёкла починенные в первую очередь.

— Ах, Романи, — тихо усмехнулась да Винчи, забавляясь. — Он такая наседка, не правда ли? Не волнуйтесь, ребята. Не то чтобы он думал, что вы на самом деле забудете план, но это единственный известный ему способ показать, что он действительно нервничает по этому поводу.

Если Романи и услышал её, то никак не отреагировал, и пол под нами разверзся, показывая ряд приборов похожих на торпедные аппараты. Цилиндрических устройства, металлические трубы футуристического вида с окошками из чего-то похожего на стекло спереди, которые соскользнули с труб и поднялись, обнажив внутренне пространство, достаточно большое для того, что бы вместить кого-то размером с взрослого мужчину, а то и выше.

— Нам удалось привести эти четыре гроба в рабочее состояние, — снова послышался голос Романи. — Мы уже протестировали их, и они функционируют полностью нормально, так что не беспокойтесь об этом. Просто зайдите внутрь, чтобы мы могли начать процесс — на этот раз должным образом. Да Винчи, если ты не хочешь, чтобы они утащили тебя за собой, я предлагаю тебе покинуть камеру Рейшифта.

Изобретательница ухмыльнулась и отмахнулась от него.

— Чего Романи вам не сказал, так это того, что я сама их починила, так что беспокоиться не о чем! Они как новенькие!

— Значит, мы просто… залезаем внутрь? — Неуверенно спросила Рика.

— Они были созданы для кого-то гораздо большего и рослого, чем ты, так что места там достаточно, — ответила Да Винчи. — Не волнуйся, в них будет меньше народу, чем в вагоне метро в Токио! Всё будет в порядке!

— Я не уверена, что это так обнадеживает, как ты думаешь, — пробормотал Рицука, но всё равно через мгновение зашёл в свой. Рика и Маш последовали его примеру, а я…

Я смотрела на металлическую трубу и старалась не думать о том, что меня запрут в школьном шкафчике, запрут в грязи, оставят гнить больше часа. Раньше, когда мы спешили подготовиться к отправке в Сингулярность F, у меня не было времени подумать об этом.

Сейчас…

У меня, со всякими закрытыми пространствами были не самые тёплые отношения.

— Клаустрофобия? — Да Винчи сочувственно пробормотала так, чтобы близнецы и Маш не услышали.

— Что-то в этом роде, — тихо ответила я.

С этим действительно ничего не поделаешь, не так ли? Я не собиралась боятся какой-то металлической трубы, только не после всего случившегося.

Ничего не произошло, когда я вошла в свой собственный гроб (и разве это не прозвучало странно вне контекста). Стены не сомкнулись вплотную. Я не была раздавлена. Жуки, кровь и дерьмо не поднялись со дна и не утопили меня.

Теперь, если бы только я могла на самом деле убедить себя, что ничего из этого не произойдет.

— Всем удачи, — раздался голос Романи. — Возвращайтесь живыми.

Стеклянная панель скользнула на место и со щелчком закрылась. Да Винчи слегка улыбнулась мне, помахала рукой и ушла, а мне пришлось закрыть глаза и сглотнуть, чтобы не поддаться панике, которая начала подниматься у меня в животе. Я заставляла себя делать длинные, медленные вдохи, даже когда мое сердце бешено колотилось в грудной клетке, а мир, казалось, сжимался до меня и этой трубки, становясь всё меньше.

Это заставило меня почувствовать себя слабой. Жалкой. Всё, что я сделала, все шаги, которые я предприняла, все вещи, большие и малые, которых я достигла, я была унижена гребаным куском пластика.

Интерком ожил, и нейтральный компьютерный голос объявил:

— ЗАПУСК ПРОЦЕССА ПЕРЕНОСА

— НАЧАТО ПРЕОБРАЗОВАНИЯ В СПИРИТРОНЫ

Ощущение прохлады прокатилось по моему телу, начиная с самой макушки и доходя до пальцев ног. Стекло гроба внезапно стало непрозрачным, и мне пришлось бороться, чтобы контролировать своё дыхание и не начать задыхаться прямо здесь и сейчас.

Могли ли они вообще отменить Рейшифт это на данном этапе?

Мне просто нужно продержаться, продержаться, пока всё не закончится. Меньше минуты. Максимум тридцать секунд. Я могу это сделать.

— РЕЙШИФТ НАЧНЕТСЯ ЧЕРЕЗ 3…

2…

1…

Свет хлынул внутрь гроба, поглотив окружающее пространство, когда меня потянуло через канал меж звёзд в бесконечность. Я выглянула наружу, пока моё тело тянуло вперед, и увидела космос, такой великий, такой необъятный, симфония чуда и величия, которая заставляла меня чувствовать себя такой маленькой, такой ничтожной.

На мгновение мне показалось, что я увидела, как кто-то смотрит в ответ.

— ВСЕ ПРОЦЕДУРЫ ПРОЙДЕНЫ

— ВЕЛИКИЙ ПРИКАЗ НАЧИНАЕТ РАБОТУ

Глава XIII: Тирания Света

Был странный момент невесомого небытия. За секунду прошла вечность. За вечность прошла секунда. Я висела, слепая, глухая, лишенная ощущения всего, включая звука собственного сердцебиения, зависшая между одной мыслью и следующей, полностью отключенная от собственного тела.

Я была пустотой, а пустота была мной.

А затем гравитация вновь проявила себя. Я уперлась ногами в землю, пошатываясь от возвращения всего, чего мне так не хватало, — зрение, слух, вкус, осязание, обоняние, — все это вернулось одновременно. Еда в моем желудке угрожала насильно подняться ко мне в горло, и мне пришлось зажать рот рукой, поскольку моя голова закружилась, а мысли понеслись в тысячи разных направлений.

Неподалеку раздалась пара жалобных стонов, которые сказали мне, что близнецы тоже добрались относительно невредимыми.

Черт. Если это и было обычным Рейшифтом, я внезапно почувствовала благодарность за то, что была без сознания, когда это произошло в первый раз.

— Я действительно сожалею, что съела дополнительную порцию блинчиков Эмии, — с тошнотой сказала Рика.

— Я сожалею, что вообще ел на завтрак, — еле слышно согласился Рицука.

Я надолго закрыла глаза, пытаясь успокоить свой желудок, но дезориентация от Рейшифта оказалась через-чур сильной. На самом деле, я все еще не чувствовала себя полностью здесь. Между моей головой и моим телом возникло странное разъединение, мои мысли стали тонкими, как будто и я, и сама моя сущность были рассеяны в пространстве вокруг нас, в почве, воздухе, ближайших деревьях.

В стороне Маш устало вздохнула.

— Нам удалось благополучно добраться сюда, Сэмпаи, и мы все невредимы. Рейшифт прошёл успешно. Я рада, что все сработало должным образом, теперь, когда это был преднамеренный Рейшифт, а не случайный, который привел нас в Фуюки.

— Фоу, Фоу!

Я моргнула, пытаясь привести в порядок свои мысли, и посмотрела на маленькое существо, примостившееся на плече Маш.

— Фоу? — Спросила Маш. — Ты снова увязался за мной?

— Фоу!

— Я думаю, это отвечает на вопрос, способен ли он к Рейшифту, — сказал Рицука, подходя к Маш. Он протянул руку, вытянул палец, и Фоу игриво укусил его.

— Должно быть, он пробрался в один из наших гробов, — Маш протянула руку и почесала его за ушами. — К счастью, это означает, что он вернется с нами, когда мы совершим Переход из этой Сингулярности, так что, пока мы обеспечиваем его безопасность, нам не о чем беспокоиться.

Мир завертелся, дико раскачиваясь справа налево и вверх-вниз. Рика, казалось, беспокоилась не больше, чем ее брат, когда присоединилась к нему, сама немного поглаживая Фоу.

— Он маленький нарушитель спокойствия, не так ли? — спросила она. — Я думаю, он тоже, должно быть, захотел выбраться из Халдеи. Возможно, он стал немного беспокойным, вынужденный каждый день смотреть на эти белые стены.

— Возможно, — Улыбка Маш исчезла, когда она посмотрела в мою сторону, и ее брови озабоченно нахмурились. — Мисс Тейлор? С вами все в порядке?

— П-прекрасно, — сумела сказать я, но моим губам было неловко произносить это. Я попыталась встать прямо, но чуть не завалилась набок, прежде чем спохватиться.

— Семпай!

— Мисс Тейлор!

Естественно, остальные не поверили мне на слово, и подбежали, суетясь вокруг меня, достаточно близко, чтобы они могли поймать меня, если я упаду.

— Что-то не так? — Спросила Рика.

— Возможно, у нее такая реакция на Рейшифт, — предположил Рицука.

— Все было хорошо в Фуюки! — Сказала Рика.

— Мы не знаем, какой она была, когда прибыла, — отметила Маш. — В конце концов, мы увидели ее не сразу после прибытия. Возможно, она была такой и в прошлый раз.

— Можем ли мы что-нибудь сделать?

Беспомощная гримаса Маш, вероятно, была не тем ответом, которого она хотела.

— Я…

Я закрыла глаза, и галактика завертелась у меня под веками. Это только усугубило мою дезориентацию.

— Я…

Моя голова наклонилась и закачалась. Мой центр тяжести был смещен. Нет, моя проприоцепция, потому что я все еще чувствовала, что я вытянута в окружающий мир. Я была слишком растянута, меня тянуло в слишком многих направлениях, и мое тело не могло понять, как с этим справиться.

Близнецы обменялись беспомощными, испуганными взглядами.

— Нам нужно связаться с доктором Романи, — сказала Маш.

Что-то промелькнуло на периферии. Я попыталась проследить за этим взглядом и повернула голову, но оно уже исчезло, кружась и сворачивая за мной, прежде чем я смогла его найти. Что бы это ни было, очевидно, больше никто этого не видел.

— Верно, — согласился Рицука. — Он точно знает, что нам делать.

Что-то снова промелькнуло мимо, и я повернула голову, пытаясь разглядеть это, но оно двигалось слишком быстро и слишком беспорядочно, а когда я попыталась сфокусировать на нем взгляд, там ничего не было.

Но это было. Я знала, что это было. Я могла чувствовать это, видеть это, даже если мои глаза не могли этого различить. Оно снова промелькнуло мимо, и я поймала его краем глаза, когда оно снова пролетало мимо меня. Что бы это ни было, оно было быстрым.

— Мне нужно создать круг призыва, — сказала Маш. — Но-о, нам нужно найти лей-линию для этого, не так ли?

— Я не думаю, что Сэмпай готова к прогулке, — сказала Рика.

— Должно же быть где-то место, где мы могли бы спрятать ее, пока ищем. Может быть, если один из нас останется с ней?

— Это никуда не годится, Мастер. Что, если на тебя нападут, пока меня не будет? Тебя некому защитить, а мисс Тейлор не в состоянии помочь.

Если бы я просто подождала мгновение, подождала, пока это пройдет мимо, я бы смогла— сейчас!

Моя рука молниеносно метнулась вперед и сомкнулась вокруг того, что я видела. Остальные замолчали и повернулись ко мне, наблюдая, как я повернула запястье, разжал пальцы и показал свою цель.

Божья коровка.

У меня скрутило живот.

— Мисс Тейлор?

— Сэмпай?

Нет. Нет, это было невозможно. Не так ли?

Божья коровка на моей руке осталась совершенно неподвижной. Я мысленно подтолкнула ее, одновременно сродни тому, как я разговаривала с Кастером, когда была его Мастером, и божья коровка один раз взмахнула крыльями, затем вернулась к спокойствию.

— Мисс Тейлор? Вы в порядке?

Не было способа, из-за которого это было возможно. Мы были почти на шестьсот лет в прошлом. На пятьсот с лишним лет раньше. Не было абсолютно никакого способа, чтобы это было то, что я думала. Но, мог ли это быть?

Пассажир?

Ответа не было. Но ведь его никогда не было, не так ли? Ближе всего к общению друг с другом мы когда-либо были в конце, когда грань между нами размылась так, что я даже не была уверена, кто из нас был главным, а кто пассажиром.

Я ослабила мысленную хватку на божьей коровке, и теперь, когда я больше не контролировала ее напрямую, она расправила крылья и взлетела. Я наблюдала за происходящим, сначала глазами, а затем, когда мои глаза потеряли след, знакомым другим чувством, расширенной проприоцепцией.

— Я более чем в порядке, Маш.

Теперь дезориентация обрела смысл. Я ощущала себя в почве, траве и деревьях — во множестве населяющих их насекомых, в червях, муравьях, жуках и пчелах. Просто я забыла, каково это — быть всего лишь частью большего целого. Иметь рой, в котором можно раствориться.

— Я чувствую себя лучше, чем когда-либо за последние два года.

Я глубоко вздохнула и закрыла глаза, и галактика за моими веками приобрела новое значение, теперь, когда я точно знала, что представляет собой каждая светящаяся точка. Если бы я протянула руку, я могла бы прикоснуться к каждому из них, могла бы узнать их вплоть до самых интимных деталей, какими бы грубыми или странными они ни были. Все они были под моим контролем, стоило мне просто проявить свою волю и приказать им.

И вот я железной хваткой ухватилась за эту галактику и придала ей знакомую форму, ментально меняя положение каждой звезды, каждого планетоида и каждой части, пока не оказалась в самом центре, неизбежной, неумолимой, словно черная дыра.

Когда я снова открыла глаза и увидела обеспокоенные лица моих товарищей, я поняла, что улыбаюсь.

Рика и Рицука оба выглядели встревоженными, как будто они никогда раньше не видели ничего подобного на моем лице и не были уверены, как с этим справиться. В тот момент мне было все равно.

Я потратила два года, пытаясь вырваться из ловушки и снова стать «нормальным» человеком, и мне только что вернули часть меня, которую я потеряла. Конечно, я была счастлива.

Мои ноги выпрямились, и я расправила плечи, когда встала правильно. Я все еще была немного дезориентирована, но это пройдет, когда я вновь привыкну к ощущению от роя.

— Нам нужно найти лей-линию, к которой можно подключиться, верно? — Спросила я. — Нам нужно совершить призыв как можно быстрее. Неизвестно, заметили нас или нет.

Маш вздрогнула.

— В-верно! Да, мисс Тейлор! Э-эм, дайте мне минутку, я попытаюсь хотя бы сориентироваться.

Я повернулась к близнецам.

— Что вы двое знаете о Столетней войне?

Они обменялись несколько паническими взглядами, как пара студентов, которые не знали, что будет опрос, и они не подготовились.

— Гм… — сказала Рика.

— Это война, которая длилась сто лет? — Рискнул Рицука.

Я подавила вздох.

Я должна была быть терпеливой, напомнила я себе. Они были просто детьми, круглыми новичками, и у них не было ни опыта, ни формальной подготовки, через которые прошли я и остальная часть команды А. Я также не могла ожидать, что в японской средней школе будут преподавать о сложной политической трясине в далекой Франции шестисотлетней давности.

— Сама война на самом деле не велась безостановочно все сто лет, — услужливо подсказала им Маш. — 1431 год, в котором мы находимся, на самом деле был одним из периодов затишья в боевых действиях. Это не значит, что боев вообще не было, только то, что они были не такими интенсивными, как на других этапах войны. В такие времена не было ничего необычного в том, что захваченных рыцарей возвращали за выкуп, а не держали в плену или казнили… Сэмпай?

Рицука больше не обращал внимания на нас; что-то привлекло его внимание, и он посмотрел в небо, запрокинув голову и слегка приоткрыв рот. Я ничего не могла почувствовать своими жуками, поэтому я подняла глаза, чтобы посмотреть.

Что?

— Что-то не так, Они-чан?

Что, черт возьми, это такое?

— Ох, — еле слышно произнесла Маш.

— Сэмпай, — медленно начал Рицука, — что это такое?

Вероятно, предполагалось, что мне должно льстить, что он считает меня такой всезнающей.

— Я не знаю, — был единственный ответ, который я могла ему дать.

В небе висело кольцо света, чрезвычайно массивное и невероятно далекое. Это было похоже на стену шторма, если смотреть из «Глаза бури», и с учетом того, насколько высоко она была, она должна была охватывать всю Сингулярность. Снаружи было обычное небо, обычная синева, усеянная облаками, но внутри было темно, как будто весь свет, который должен был там быть, всасывался в кольцо и перепрофилировался в… то, что это кольцо должно было делать.

Почти наверняка ничего хорошего. Это напомнило мне атаку Пхир Се, ту, которую он использовал против Бегемота в Индии. Не по форме, а по масштабу и функциям. Насколько разрушительным было бы, если бы вся энергия, заключенная в этом кольце, была выпущена на волю одновременно?

Мне в голову пришла еще одна мысль.

— Такое же было над Фуюки? — Мне стало интересно.

Не было возможности быть уверенной, потому что облака все время скрывали небо, но это было возможно, не так ли? Нечто настолько огромное, настолько высокое, что явно не было естественным, так что это должно было быть как-то связано с этими Сингулярностями. Было ли это причиной? Или это была граница измененного пространства-времени, окружающая все, что было искривлено из своей надлежащей формы?

Бип-бип!

— … и мы вновь на связи! — Бодро произнес голос Романи. — Маш, Рицука, Рика, Тейлор, похоже, Рейшифт прошел без каких-либо проблем, вы… что-то не так? На что все смотрят?

— Минуточку, Романи, — сказала я, — я пришлю тебе изображение.

Я подняла одну руку вверх, над головой, прицеливаясь коммуникатором на запястье, а затем нажала кнопку на браслете, как будто транслировала видео с камеры. Я не могла сказать, что понимала, как все это работает или почему он мог видеть наши лица, но ему нужно было, чтобы один из нас видел что-либо за пределами нашего непосредственного окружения, но, вероятно, это было одно из тех ограничений, которые понимали техники, и мне просто приходилось притворяться, что я тоже понимала.

Он наблюдал за нами в измененном пространстве-времени из шестисот лет спустя. Это уже было довольно чудесно.

— Вау, — сказала Романи, широко раскрыв глаза.

— Есть идеи, на что мы сейчас смотрим?

— Какая-то форма волшебства, применяемая на орбите спутника? — предположил он. — В историческом 1431 году нет записей о подобном явлении, так что это определенно как-то связано с Сингулярностью, но без более подробного ознакомления с этим я не имею ни малейшего представления, как. В любом случае, он абсолютно огромен. Я думаю, он достаточно велик, чтобы полностью покрыть Северную Америку.

— Это…

Намного больше, чем я думала.

Симург, возможно, Левиафан или Бегемот, Зион, все они, вероятно, могли бы сделать что-то подобное. Кейпы? Это было выше их сил. Магов тоже. Просто исходя из того, что я знала, для создания чего-то такого масштаба и на таком расстоянии. В живых просто не было мага, обладающего необузданной силой, необходимой для этого.

Однако, возвращаясь к тому источнику магической энергии в Фуюки…

— Думаем ли мы, что это как-то связано со Святым Граалем? Признак его проявления?

— Это возможно, но я сомневаюсь в этом, — сказал Романи. — Извините, я мало что могу вам рассказать об этом. Нам придется проанализировать это с нашей стороны и посмотреть, не сможем ли мы узнать больше о его назначении или происхождении.

Я поморщилась. Да, я не ожидала многого. По крайней мере, попытаться стоило.

— Спасибо вам, доктор Романи, — сказала Маш.

Романи усмехнулся в своей самоуничижительной манере.

— Теперь это буквально моя работа, так что не беспокойся об этом. Кстати, о работе. Ненавижу быть назойливым, но вам, ребята, пора двигаться. На данный момент все в безопасности, но никто не знает, какое внимание мог привлечь ваш Рейшифт, а стоя на открытом месте, вы становитесь замечательной мишенью.

— Хорошее замечание, — согласилась я.

— Поблизости нет слуг, верно? — Внезапно спросила Рика. В ее голосе чувствовалась напряженность.

Рицука взглянул на нее, нахмурив брови. Романи покачал головой.

— Единственный Святой Граф, который я могу обнаружить в радиусе мили от вас, — это Маш. Пока что все в порядке, по крайней мере, насколько я могу судить. И все же.

— Да, — кивнула Маш. — Сначала мы должны найти лей-линию. Затем мисс Тейлор попытается вызвать Слугу, чтобы помочь нам в этой Сингулярности. Оттуда мы должны начать наше исследование этой Сингулярности.

— Будьте осторожны, — предупредил Романи. — Мне не нужно было бы говорить вам, ребята, но нет способа узнать, кем или чем окажется ваш враг. Не ввязывайтесь в битвы, которые вам не нужны, но и не ждите, что все, кого вы встретите, будут рады вас видеть.

И после этого приятного совета его изображение исчезло.

— Итак, где именно мы можем найти лей-линию? — Спросил Рицука.

— Мы ищем лей-линию, место, где сходится магическая энергия, как мы это сделали в Фуюки, — объяснила Маш. — Это не всегда так, но большинство городов построено по крайней мере на одной, потому что сильные лей-линии, как правило, приводят к процветанию тех, кто живет на них.

Рицука кивнул.

— Значит, если мы хотим найти одну из этих лей-линий, сначала нам нужно найти город, верно?

— Сначала нам нужно его разведать, — вставила я. — Если мы ворвемся, не имея ни малейшего представления о том, кто где находится, нас могут принять за вражеский патруль, независимо от того, какая сторона там расквартирована.

Рицука посмотрел на меня.

— На чьей стороне?

— Англичане контролировали значительную часть Франции на протяжении второй половины Столетней войны, — сказала Маш. — Только после того, как Жанна д’Арк помогла переломить ситуацию и Карл VII был официально коронован, ситуация начала меняться, и Англия отчасти утратила свою хватку. Однако даже на этом этапе у англичан все еще было большое количество войск и контингентов наемников, дислоцированных в различных частях Франции.

— У нас есть какие-нибудь идеи, где мы сейчас находимся? — Спросила я ее.

Маш поджала губы и подняла запястье; я не могла видеть голограмму достаточно четко, чтобы прочитать то, что, должно быть, было картой.

— Географическая карта, составленная для нас да Винчи, показывает, что мы находимся в нескольких милях к северу от Домреми, недалеко от Вокулера. Это может быть хорошим местом для начала.

Подражая ей, я вывела на экран свою собственную карту, чрезвычайно подробную вещь, которая больше походила на снимок, сделанный со спутника, чем на то, что было нарисовано от руки, с населенными пунктами, обозначенными жирными четкими буквами, и нашим собственным положением, обозначенным яркой красной точкой. Конечно же, мы были не так уж далеко от Вокулер, хотя и не так, чтобы близко.

Я кивнула.

— Тогда с этого мы и начнем.

— Исходя из нашего текущего положения, нам потребуется около полутора часа, чтобы добраться до Вокулера.

Лицо Рицуки исказилось в напряженной гримасе, а Рика издала долгий, несчастный стон. Я притворилась, что не слышал этого.

— Тогда нам лучше идти.

— Сэмпай — надсмотрщица за рабами, — пробормотала Рика.

Я притворилась, что и этого не слышала.

Несмотря на их жалобы и ворчание, близнецы не пытались волочить ноги, когда мы тронулись в путь. Возможно, Фуюки убедил их в серьезности ситуации, истинном весе ставок, на которые мы играли, или, может быть, они просто не хотели, чтобы их считали слабыми или некомпетентными по сравнению с высокой, худой американской девушкой.

Возможно, небольшая речь, которую я произнесла перед ними у подножия горы, прижилась, или, может быть, я задела их за живое две недели назад. У меня не было возможности убедиться, и я не собиралась просто брать и спрашивать, выросли ли они с тех пор до настоящего времени.

— Что мы знаем о Вокулере? — Я спросила Маш, пока мы шли.

Она задумчиво нахмурилась.

— На данном этапе войны он должен контролироваться Францией. Жанна ненадолго останавливалась там, ожидая аудиенции у Карла VII. Там должен быть размещен гарнизон французских новобранцев.

Было заманчиво думать о них как о «товарищах». Особенно для меня, американки, несколько предвзятый взгляд Штатов на английскую агрессию сделал французов «хорошими парнями» Столетней войны. Реальность заключалась в том, что нас вряд ли хорошо примут по многим причинам, но в основном потому, что французы с подозрением отнеслись бы к незнакомцам, появляющимся из ниоткуда по любой причине, не говоря уже о чем-то столь нелепом, как исправление исторических отклонений.

Тот факт, что Америки не будет существовать еще триста лет, не облегчит убеждения. Тот факт, что пройдет еще пятьсот лет, прежде чем такая концепция, как ООН, станет даже вообразима, не говоря уже о созыве, также не поможет.

Возможно, мы могли бы притвориться путешественниками, но это было бы непросто, когда мы были облачены в наши причудливые мистические коды и не несли ничего, кроме одежды на себе. Конечно, самой большой проблемой может оказаться та, которая вообще не имеет ко всему этому никакого отношения.

— А если отклонение от правильной истории заключается в том, что Жанна никогда не покидала дом, чтобы разыскать Карла VII?

Что, если англичане выиграли Столетнюю войну?

Маш поморщилась.

— В таком случае восстановить события такими, какими они должны были быть, может оказаться намного сложнее.

— Все настолько плохо? — Спросил Рицука.

— Жанна д’Арк почти в одиночку переломила ход войны для французов, — сказала я. — Если бы она по какой-то причине задержалась и англичане получили слишком большое преимущество, или, что еще хуже, если бы Жанна умерла до того, как смогла добраться до двора Карла VII …

Должен ли, в таком случае, кто-то из нас занять ее место?

Мои губы дрогнули. Тейлор Эберт, «Орлеанская дева»? Что за странная мысль. Даже если моя фамилия французского происхождения, попытка сказать, что у меня такая сильная связь с землей моих предков, это как натягивать сову на глобус, не так ли?

— Или, может быть, — тихо сказала Маш, — Жанну никогда не захватывали, и единственный способ восстановить надлежащий ход истории — это обеспечить ее казнь.

Оба близнеца ахнули.

— Ч-что?

— Это тоже вполне возможно, — сказала я с невозможной беспечностью. Возбужденное жужжание местных насекомых выдало бы, насколько меня беспокоила эта мысль, если бы кто-нибудь здесь знал, что ее нужно искать.

— С-Сэмпай! — Сказала Рика. — Ты не можешь иметь в виду!

— Наша работа — исправить историю, пошедшую наперекосяк, — сказала я ей. — Действия, которые мы принимаем, не всегда будут красивыми или приемлемыми.

— Ты хочешь, чтобы мы стали убийцами, — с гневом обвинил меня Рицука.

На секунду я подумала об одном из своих величайших сожалений, глядя на невинную малышку и зная, что я могла ошибаться, зная, что она, возможно, не имела никакого отношения к предсказанию о том, что Джек Остряк вызовет апокалипсис, зная, что не было никакой уверенности, что ее похищение вписывается во все предсказания.…

И нажав на курок в любом случае, потому что, было ли это правдой или нет, имела ли она отношение к концу света или нет, это было более милосердно, чем позволить Джеку вонзить в нее свои когти и воспитать ее как одну из Девятки.

Но то, что я назвала это милосердием, не сделало это менее похожим на убийство.

— Мы должны быть, сильными, чтобы восстановить человечество, Рицука, Рика, независимо от того, сколько неудобств это нам доставляет. Вот что значит быть Мастером Халдеи.

— Семпаи… Нет, мастера, — сказала Маш. — Если мы этого не сделаем, само человечество будет стерто. Все во всем мире будут сожжены.

— Маш… — сказал Рицука грубым голосом.

Я сжалилась над ними.

— Мы все равно не знаем, что нам нужно будет делать, — сказала я. — вы слышали Романи. Вероятной причиной отклонения в первую очередь является Святой Грааль, подобный тому, что был у Сэйбер в Фуюки. Сбить историю с курса без него просто невозможно. Его возвращение должно быть нашей первой целью, и как только мы добьемся этого, все может вернуться на круги своя.

Близнецы… не казались особо успокоенными этим, но некоторая напряженность оставила их. Я не говорила им, что это будет не так просто, и, честно говоря, после того, сколько раз мы были на волосок от гибели в Фуюки, они уже должны были это знать. Тот факт, что мы все ушли невредимыми, не означал, что Медуза не была невероятно близка к тому, чтобы убить всех нас, прежде чем Кухулин вмешался, чтобы протянуть руку помощи.

Однако этот разговор заглушил разговор, о необходимости убить Жанну, поэтому мы продолжили идти в основном молча. Единственное, что я могла сделать, это надеяться, что в конце концов мне не придется лично убить прославленную мученицу, единственным преступлением которой было желание помочь своей стране вытеснить нацию-захватчика.

Какая-то часть меня надеялась, что нашим последним врагом будет живой человек, у которого мы могли бы просто отобрать Грааль силой без особых проблем. В противном случае пусть это будет Слуга, тот, кто уже мертв и у кого нет будущего. Убить Слугу, возможно, было сложнее, но это было бы легче для совести каждого.

У меня был смутный страх, что все будет не так чисто. Возможно, я была пессимисткой, но ничто в моей карьере никогда не шло без сучка и без задоринки.

Еще час прошел в основном в тишине, пока мы пересекали французскую сельскую местность, солнце светило нам в спины, а кольцо света висело над головой, как бдительное око какого-то далекого бога. Не имея ничего, что могло бы привлечь мое внимание, я поймала себя на том, что с тоской думаю о том, как жаль, что мы не можем наслаждаться простой красотой земли вокруг нас, сочной травой, разбитой грунтовой дорогой, цветущими полями и ясным небом.

Какая маленькая девочка не хотела бы побывать в Париже, когда вырастет, если у нее будет такая возможность? Увидеть старый свет во всем его величии, где произошло так много важных исторических событий? Кто бы не хотел прогуляться и мельком увидеть деревушки, здания которых все еще не совсем соответствовали времени, почти идеально сохранившиеся снимки прошлых лет, похожие на пчелу, попавшую в янтарь?

Сейчас мы были здесь, во времена, когда эти места были еще молодыми и новыми, и мы просто не могли найти время, чтобы увидеть их, не сейчас, когда угроза неизвестного врага маячила вдалеке.

Думаю, даже где-то во мне все еще жила та маленькая девочка.

Без всяких подсказок Маш подняла запястье и снова открыла карту.

— Впереди небольшой лес, — тихо сказала она. — Как только мы пройдем через него, можно будет легко увидеть деревню Вокулёр.

— А потом Сэмпай призовёт себе Слугу, — пробормотала Рика.

Я сглотнула.

Я все еще нервничала. Думаю, если бы мне попался кто-то вроде Кухулина, это было бы прекрасно. Великий герой, который действительно мог бы протянуть нам руку помощи, это было бы лучше всего, как для моего собственного здравомыслия, так и по очень практическим причинам. Возможно, не король Артур, теперь, когда я увидела ее темную сторону, но Ахиллес, или Геракл, или кто-нибудь известный, любой из них подошёл бы.

Призыв Ассасина был тем, чего я боялась.

Называть лес, в который мы вошли, лесом было немного неправильно. Проторенная тропа, по которой мы шли, была широкой, вероятно, расчищенной для развертывания войск или торговых путей, а деревья вокруг нас были более редкими и располагались дальше, чем, скажем, в тропическом лесу, с гораздо меньшим количеством подлеска. Единственной живой природой в окрестностях были в основном птицы и несколько мелких млекопитающих, и все они держались подальше от нас.

И затем, когда показался другой конец леса, мы услышали это.

Рев.

Мы все замерли. Близнецы переглянулись, а затем повернулись ко мне и Маш.

— Что это было?

Еще один рев, на этот раз более отчетливый и громкий. Я нахмурилась, потому что была уверена, что ослышалась.

— Это…

— Сэмпай?

— Это не соответствует ничему, что я когда-либо слышала из документальных фильмов, — медленно произнесла Маш.

Потому что этого в них не было, не так ли? Я тоже смотрела документальные фильмы, слышала, как львы, тигры, медведи, всевозможные животные тявкали, выли, рычали и выли, и все они были по-своему самобытны. Вы можете принять одну большую кошку за другую, но никогда льва за медведя или тигра за слона.

Это… Я слышала это только от одного существа.

— …Невозможно. Только не здесь.

— Сэмпай? — Нервно спросила Рика.

Я сорвалась с места, мчась к опушке леса, и по пути собрала столько роя, сколько смогла, увлекая их за собой. У меня не было времени собирать всех пауков, которые прятались в своих укрытиях, и моя коллекция получилась разнородной и в основном безвредной, потому что выбирать было не из чего с точки зрения опасных или ядовитых насекомых.

Достаточно было бы одного осиного гнезда.

Впереди я уже поднимала в воздух все, что могла, чтобы попытаться оценить ситуацию, попытаться доказать, что мой худший инстинкт ошибался, но моя рука все еще тянулась к ножу, тому самому ножу, который сейчас мог быть единственным реальным оружием, которое у меня было, против такого врага, с которым я определенно не была готова столкнуться во Франции середины пятнадцатого века.

Я расчистила путь, и дальше по дороге моему взгляду предстал небольшой городок с укрепленным гарнизоном, я резко остановилась.

— Сэмпай!

— Мисс Тейлор!

Остальные подошли ко мне сзади.

— Сэмпай, что случилось? — Спросил Рицука. — Ты знаешь…

Маш ахнула.

Мои губы скривились в гримасе, и я уставилась вперед, на нашего врага, как будто могла поджечь его одним своим взглядом.

Враг, с которым я сражалась раньше, с определенной точки зрения. Не настоящим, но достаточно приличной имитацией, чтобы он назвал себя в честь слова, обозначающего его на другом языке. Существо из мифов и легенд, воплощение могущества и мощи, символ алчности и зла.

Однажды мой рой кастрировал его. Однажды я вырезала ему глаза. Однажды он сжег мою поврежденную руку, потому что иначе она отвлекала бы меня до конца боя.

— Дракон.

Глава XIV: Грешница и Святая v.1.0.5

Рев дракона, казалось, потряс мир, когда он обрушился под крики донесшиеся из форта вдалеке, словно гнев какого-то ужасного, безжалостного бога.

Я бросилась бежать, даже не подумав о том, хорошая это идея или нет. Все, что было перед моими глазами, это враг — знакомый, с которым было известно, как сражаться и победить, против которого у меня теперь были инструменты, чтобы победить снова.

— Сэмпай!

— Мисс Тейлор! Подождите!

Мой рой поднялся из травы, с деревьев, из каждого укромного уголка, где жуки прятались, ждали, жили. А теперь вся эта свара поднялась в воздух, образуя около меня барьер, жужжание которого было похоже на тяжелый гул, который я чувствовала внутри себя так же сильно, как слышимый снаружи и заставляющий всё моё тело и дух вибрировать. Ни дракон, ни солдаты, мчащиеся обратно в безопасное место, не могли разминуться с ними, и когда бойцы преодолели все преграды, воздвигнутые ими для защиты от зверя, сам зверь отвернулся от них, направившись ко мне.

Я не теряла времени даром, направив свой рой на ящера, как только он оказался в пределах досягаемости. Те из летающих насекомых, у которых не было серьезных атакующих способностей, были отправлены в ноздри дракона. Осы из единственного гнезда, которое мне удалось собрать, были сфокусированы на его глазах и спикировали вниз, приготовив жала и яд.

Мой план развалился почти сразу.

Умом я понимала, что настоящие драконы сильно отличаются от Лунга. Они являлись мистическим видом, а не становились такими из-за вмешательства пассажиров, и были скорее существами, которых человек не понимал, благодаря чему обладавшие подобной мощью и имевшие иммунитет к современному оружию. Чешую Лунга я могла бы прорубить. Пробить ножом или пулей, или, в противном случае, один из псов Суки мог разорвать его зубами. Его рот был защищен броней, но, хотя его биология была странной и нечеловеческой, он сам оставался таким же человеком, как и любой другой кейп. Я могла бы утопить его в жуках, так же, как и Александрию, если бы не боялась потерять вдвое больше из-за его пламени.

Оказалось, что настоящего дракона не так-то просто усмирить.

Мои безобидные летучие насекомые оказались в пределах досягаемости пасти и ноздрей дракона, и сама мощь, густая магическая энергия в его дыхании убила их мгновенно, перегрузив их тела, пока те не лопнули, разбросив их внутренности на землю отвратительным желтоватым дождем. Зверь размахивал своей длинной шеей взад и вперед, и с каждым выпадом всё, что оказывалось в радиусе трех футов от его клыков, просто взрывалось.

У ос дела обстояли не намного лучше, подлетев к глазам зверя, они выпустили жала и со всей своей скудной силой вонзили их в уязвимые ткани, но когда узкие кончики соприкоснулись с глазами дракона, они соскользнули, как будто там была какая-то мембрана, прочная, как железо, которое они просто не могли пробить.

Все тело дракона было мистерией. Раньше я не придала особого значения этому знанию, за исключением того, что отложила важную часть на потом: мистерию может победить только более сильная мистерия. Это звучало как софистика, как какой-то дзенский коан(1), который должен был быть невероятно глубоким, или является рекурсивным аргументом, который сводится к самому себе.

Теперь я начинала понимать, что это значит. Дракон был магическим существом, существовавшим в царстве фантазий, и это означало, что единственный способ убить его — обладать достаточной магической силой, чтобы причинить ему вред. Мои жуки, жалкие существа, которые сами по себе обладали крайне малой силой, как в физическом, так и в магическом смысле, не могли даже пробить его плоть, не говоря уже о чешуе, покрывавшей его подобно броне. Даже мои осы не могли надеяться повредить ему вообще.

Единственное, для чего мой рой был хорош, так это в отвлечении внимания.

Это означало, что мне придётся изменить свой план, потому что у меня не было возможности уничтожить эту штуку самостоятельно, без помощи, в отличи от скелетов из Фуюки. Нет, конечно, нет, о чем я думала? Кухулин сам сказал это — скелеты, ожившие трупы, были низшими из низших с точки зрения магических зверей и фамильяров. Любой достойный маг мог победить их, если только их количество не было подавляющим.

Мои жуки были абсолютно такими же. Они всегда были такими. Просто людей можно было сбить с ног укусами в то время, как нечто подобное уже насекомым не под силу.

Мои мысли понеслись вскачь, когда мои жуки скорректировали свой курс, чтобы сфокусироваться на глазах дракона — заблокировав ему зрение, даже если только из-за огромного количества жуков, жужжащих вокруг его головы, — и так начал формироваться новый план.

Который я не могла бы выполнить сама. Мне понадобилась бы помощь кого-то, у кого хватило бы грубой силы, чтобы причинить ему вред. К счастью, именно такой человек бежал за мной.

— Маш! — крикнула я. —Бей дракона!

— Ч-что? — крикнула она в ответ.

— Вбей его в землю, Маш!

Благодаря моему рою, а точнее небольшому количеству жуков, которыми остальные члены моей команды были помечены, скорее по старой привычке, чем сознательно, я почувствовала, как она повернулась к близнецам.

— Мастер…

— Давай, Машу! — Приказал Рицука.

— Д-да!

А затем она подпрыгнула в воздух, слишком, слишком высоко для человека, всё ещё неся этот массивный щит, как будто он вообще ничего не весил. Мои жуки разошлись перед ней, дав полу-Слуге свободный путь к её цели.

— Хияя!

Глухой удар от соприкосновения её щита уловил весь мой рой, как и драконий рев, который я могла истолковать только как боль, от удара нижним краем этой орудия Маш врезавшейся в основание его шеи, прямо между суставами крыльев. Зверь дернулся, и его крылья беспомощно захлопали, когда он потерял ритм, который удерживал его в воздухе. Без него он камнем рухнул на землю.

Я уже мчалась к нему, когда он падал, с ножом в руке.

Смогу ли я убить дракона? Я не знала. У меня не было в этом полной уверенности, и я остро осознавала, что это невероятно опасно. Было бы лучше просто позволить Маш прикончить его, бья по голове, пока она не вышибет ему мозги или что-то в этом роде. Довольно грубый способ покончить с драконом, но позволить ему буйствовать на французских полях звучало как нечто такое, чего мы не должны были допустить.

Но какая-то часть меня нуждалась в знании. Была ли я достаточно сильна? Был ли мой нож, мешанина из магии и технарских технологий, достаточно мощным, чтобы причинить дракону вред?

Приземление дракона потрясло землю у меня под ногами, но я продолжала бежать. Он упал недалеко, и пока я была достаточно быстра.…

Но этого не хватило. Дракон оставался оглушенным всего несколько секунд, и даже выжав максимум скорости я не смогла преодолеть расстояние за достаточное время. Он уже начал шевелиться.

— Маш! Не позволяй ему подняться!

Она с хрустом приземлилась на одно из крыльев дракона, вонзив пятки в сустав, где кости были самыми слабыми, и когда дракон зарычал, она извернулась, схватилась за свой щит обеими руками и вонзила его в землю рядом с головой дракона, левой гранью щита вдарив по шее зверя, словно молотом и пригвоздив существо к земле ещё одним глухим ударом, ошеломившим его.

У меня не было времени осмотреть дракона, но когда я мчалась к нему издалека, я была удивлена, насколько маленьким он оказался, но при этом оказавшимся большим, но при этом не крупнее одной из собак Суки. Я вскарабкалась верхом на шею так быстро, как только могла, пока мое сердце грохотало в ушах, схватила нож обеими руками и вонзила острие в основание черепа, прямо в верхнюю часть позвоночника. В уязвимую зону.

Но лезвие соскользнуло. Чешуя была слишком крепкой.

Варианты проносились в моей голове со скоростью света. Их было немного. Если мой нож не мог пробить его жесткую шкуру, а его пасть была полна опасных, острых зубов и дыхания, способного сжечь плоть с моих костей, где ещё я могла атаковать его? Где ещё он мог быть уязвим?

Если это сработало с Лунгом…

Пальцы одной руки обхватили один из рогов, торчащих из его головы, когда я бросилась вперед и вонзила свой нож в один из его глаз.

После секундного сопротивления клинок прошёл, как масло.

Зверь подо мной взбрыкнув и запрокинув голову, зарычал, из-за чего мне пришлось обхватить его шею ногами, чтобы не свалиться с его головы. Рога угрожали проткнуть меня насквозь, и я остро осознавала, что один из них, торчащий около моего бедра, выпотрошит меня при одном неверном движении, но каким-то образом мне удалось удержаться.

— Мисс Тейлор! — Воскликнула Маш.

Я проигнорировала её, яростно прокручивая кинжал с наношипами в мягких тканях глаза зверя с изяществом дубины, а затем щёлкнула своим большим пальцем по выключателю, чтобы активировать мой верный нож.

Хлынула кровь, забрызгивая мою руку и пальцы густым алым туманом. Мой кинжал погружался глубже под усиливающиеся конвульсии дракона, из-за чего мне пришлось вцепиться в него изо всех сил, в попытке удержаться на его изгибающейся шее. Жужжание наношипов было почти незаметно за грохотом агонии зверя.

Мой кинжал погружался всё глубже и глубже в череп, пока моя рука не вошла по запястье в глазницу, а затем, внезапно, дракон дернулся и рухнул, каждая его часть осела в грязь, словно марионетка, у которой перерезали нити. Моё туловище дёрнулось вперед, упёршись боком к угрожающе гладкому и острому рогу, который словно предупреждал о том, насколько близко я разминулась со смертельной раной.

На мгновение, пока моё сердце бешено колотилось, я продолжала вдавливать кинжал ещё глубже, не вытаскивая его из глазницы, просто чтобы убедиться.

Но дракон не пошевелился, не дернулся, и наступила полная тишина. Он даже больше не дышал.

Он был мертв.

Мой палец вновь щелкнул выключателем, выключая наношипы на кинжале, чтобы он был медленно извлечён мной из головы существа с тошнотворным хлюпаньем. Когда я посмотрела на мой нож то увидела, что он был полностью покрыт кровью и какими-то розоватыми ошмётками, о которых мне не хотелось особо задумываться. Мой рукав был красным почти по локоть.

Что-то возникло у меня внутри. Ощущение того, что я возможно совершила нечто сложное.

Я убила дракона.

Медленно и осторожно приподнимаюсь, вытаскивая ноги из—под шеи дракона — ощущая, что мои голени определенно были в синяках, заодно и морщась, потому что я определённо буду чувствовать их ещё довольно долго. Вероятно, это было чудо, что я ничего не сломала.

Но я не могла слишком расстраиваться из-за синяков. Я убила дракона. Настоящего, а не имитацию? вроде Лунга. Зверя из легенды, существо из мифов, конечно же, Маш была той, кто повергла его на землю, но я нанесла смертельный удар.

Всего на мгновение я снова почувствовала себя сильной, могущественной, чего не было со времен Золотого Утра. Я была Рой, я была Шелкопряд, кейп, которая встречалась лицом к лицу со всеми желающими и никогда не проигрывала, даже если не выигрывала. Я не была безымянной заклинательницей, изо всех сил пытающейся догнать своих сверстников, я была девушкой, которая противостояла концу света и показала ему средний палец.

— Вау

Выражение моего лица смягчилось, когда подошли близнецы, уставившиеся на меня широко раскрытыми глазами. Я остро почувствовала, как кровь капает с моей правой руки и моего ножа, пока мой рукав был покрыт кровью, когда я повернулась к ним лицом, пока они открыто и беззастенчиво пялились на труп позади меня.

— Сэмпай действительно убила дракона, вырезав ему глаза — выдохнул Рицука.

— Я думала, она преувеличивает — призналась Рика. — Семпай действительно крута.(2)

Мускул на моей щеке дернулся, когда подошла Маш, присоединяясь к нам. Я и не подозревала, что близнецы запомнили ту короткую фразу, которую я сказала Кухулину. В конце концов, в то время она, должно быть, звучала довольно нелепо.

— Это было невероятно безрассудно! — начала ругать меня розоволосая девушка. —Даже если бы это была всего лишь виверна...

Я нахмурилась. — Просто виверна?

Это заставило Маш замолчать, как будто она забыла, что моё образование в области магии было намного короче и менее всеобъемлющим, чем у неё или у остальных членов команды А.

— Виверны — это подвид драконов, мисс Тейлор — медленно объяснила она. — С точки зрения магии они не считаются настоящими драконами, потому что их таинство слабее, хотя они разделяют многие из тех же врожденных черт. — Маш обеспокоенно прикусила губу, когда она посмотрела за мою спину на поверженного зверя. — Если бы нашим врагом был настоящий дракон, я не была бы уверена, что кто-либо из нас вообще смог бы причинить ему вред.

Чувство триумфа во мне уменьшилось, а хватка на кинжале с наношипами усилилась.

Итак. Я напрасно так расхваливала себя, да? Тейлор - Убийца драконов. В конце концов, это была не более чем никчемная фантазия, возникшая из-за моего собственного невежества.

Я перевела свой взгляд на виверну, всё такую же мертвую.

Говорить «все эти усилия», как будто мы вели долгую и трудную битву, было не совсем правильно, но мне было достаточно тяжело что-либо с этим делать. Мой рой был бесполезен, не более чем отвлекающий маневр, пока мой нож хоть и прошёл насквозь, но только через мягкие ткани глаза. Возможно, сейчас самое время протестировать его, посмотреть, смогу ли я срезать с виверны чешую благодаря активированными наношипам, но потеряло ли её тело свои мистические свойства, потому что она больше не было устрашающим, неудержимым монстром? Это тоже может оказаться бесполезным занятием.

Приближение солдат вырвало меня из моих мыслей, из-за чего я подняла глаза на отряд, осторожно вышедший из Вокулёр, заодно посадив муху на спину лидера. Маш, заметив, что моё внимание переключилось, проследила за моим взглядом, чтобы увидев солдат, приближающихся с поднятым оружием, поднять руку и сделать шаг к ним на встречу.

— Месье — начала она. — Извините, но мы путешественники…

— Назад! — крикнул предводитель, размахивая копьем, дрожавшим, как и его голос. — Отойди, язычница! Убирайся отсюда со своим колдовством! Здесь мы ничего этого не потерпим!

Маш моргнула. — Колдовством?

— Думаешь, никто из нас не видел, как ты вызвала этот адский рой? Изыди! Уходи! Покинь это место!

Она медленно отступила назад, пока не оказалась рядом со мной, но дальше не пошла. Решила защитить меня? Даже если мне по настоящему не нужна была помощь против кучки обычных солдат, я всё равно оценила подобный порыв.

— Лей-линия? — бормочу я ей.

— Где-то за пределами деревни есть ещё одна — прошептала она в ответ. — Она будет менее удобной, чем расположенная здесь, но мы могли бы разбить там лагерь, если понадобится.

Главный солдат угрожающе ткнул в нас копьем. — Уходите! Уходите! Сейчас же!

— передай им, что мы уходим

Кивнула Маш. — Хорошо — сказала она громче, обращаясь к солдату, — мы уйдем с миром.

Мы осторожно отступали, пока не добрались до близнецов.

— Сэмпай? — Тихо спросил Рицука. —Машу?

— Где-то в лесу за городом должна быть ещё одно пересечение лей-линий —резюмирую для него. — Солдаты думают, что мы использовали колдовство, чтобы вызвать злобный рой жуков, поэтому нам придется разбить лагерь там, а не в самом Вокулёр.

— Это были мы, верно? —Спросила Рика.

— Да, но это была не магия.

— Тогда что…

— Сейчас не время — перебиваю её. —Мы можем обсудить подобные вещи позже, а сейчас нам нужно уходить, пока отчаяние этих солдат не пересилило их страх.

Близнецы кивнули. — Верно

Мы все осторожно отступили, расположив Маш сзади построения на случай, если кто-то из солдат проявит особую храбрость, и продолжали идти, пока снова не достигли линии деревьев, и Вокулер со своими солдатами не скрылся за листвой.

— Что теперь? — Спросил Рицука.

Я повернулась к нашей командной полу-Слуге. — Маш?

Она поджала губы, и отозвала свой щит, заставив его исчезнуть, словно мираж. Вернула в форму духа, пришло ко мне осознание через секунду, потому что обычные Слуги могли делать это как с собой, так и со своим снаряжением. Я не знала, что Маш так может, потому что она, очевидно, была живым человеком и Слугой одновременно, но я многого не знаю о том, как существует полу-Слуга. У меня не было уверенности в том, что кому-либо ещё, даже Директор, было что-либо известно.

Маш протянула руку и раздвинула листву. — Сюда — сказала она.

— Следуйте за мной, пожалуйста.

Мы нырнули под листья, сойдя с проторенной тропы, чтобы войти в сам лес, идя за Маш, которая вела нас туда, где, по её ощущению, сходились лей-линии. Не в первый раз у меня проскочила мысль о том, что моё обучение магическому искусству было бы более полным и чтобы у меня было больше времени изучать вещи, которые большинство магов считают само собой разумеющимися. Способность ощущать лей-линии под ногами была бы бесценным навыком, как сейчас, так и в Фуюки.

Мы направились прямиком через деревья, и сквозь моих жуков и галактику огоньков в моей голове, которые их олицетворяли, я почувствовала, что мы огибаем Вокулер. Солдаты отступили обратно в форт, и когда мы подошли ближе, и я смогу послать больше жуков для разведки внутри, передо мной начала вырисовываться неприятная картина.

Мы ожидали увидеть маленький городок, процветающее место с контингентом солдат для его защиты. То, что я увидела вместо этого, было немногим лучше братской могилы, здание за зданием — во всяком случае, те, что ещё стояли, — были заполнены людьми с различными травмами. Большинство из них были солдатами, завернутыми в окровавленные простыни и так или иначе изуродованными. Счастливчики остались целы, если не считать глубоких порезов на теле. О невезучих не стоит упоминать.

Что случилось с этим местом? Разразилась битва, и это были оставшиеся раненые? Или…

У меня по спине пробежал холодок.

Это был не единственный раз, когда на них напала виверна? В таком случае, была ли та, которую я убила, единственной, или их было больше, терроризировавших французскую глубинку?

Лучше, стоило бы спросить, откуда могла взяться стая виверн, поскольку они определенно оказались слишком далеко от того времени, когда подобные существа предположительно жили в этом мире. Как там выразилась Ольга? С наступлением превосходства человечества, таинства прошлых веков отступила во внутреннее море. Что бы это ни значило. Мне не нужно было разбираться в тонкой механике этого, чтобы получить общее представление о том, что такие существа, как драконы и единороги, практически исчезли после определенного исторического момента, и пятнадцатый век определенно давно миновал этот момент.

В конце концов, наша маленькая группа пробралась сквозь деревья и оказалась посреди небольшой поляны, где находился...

— Костёр? — Недоверчиво переспросил Рицука.

Нет, уже нет, но маленькие струйки дыма поднимались от почерневших бревен, сложенных друг на друга и расположенных в центре поляны, подальше сухостоя и опавших листьев. Я осторожно подошла ближе и протянула руку так близко к обугленному дереву, как только осмелилась. Если всё ещё тянувшийся в небо дым меня и не убедил, то то, что я там почувствовала, убедило.

— Он все еще теплый — подтвердила я.

— Кто-то был здесь раньше? — тихо спросила Маш.

— Да, именно. — прервал её новый голос.

Розоволосая и я оба вздрогнули, когда она призвала свой щит, а моя рука потянулась к кинжалу. Мы развернулись в направлении голоса, чтобы обнаружить молодую женщину, одетую в пурпурную ткань и сверкающие серебристые доспехи. Её длинные светлые волосы были заплетены в толстую косу, которая была слишком длинной, чтобы быть практичной.

Она застенчиво улыбнулась нам:

— Извините, я не хотела вас напугать.

— Кто…

— Она Слуга! — резко сказала Маш.

Я взглянула на неё, а затем снова на молодую женщину. Единственный вариант при, котором она могла подобраться так близко к нам, являясь Слугой и при этом умудрившись, чтобы ни Маш, ни Роман её не заметили, — это если бы она была...

— Ассасин?

Молодая женщина моргнула, подняла руки в умиротворяющем жесте, энергично качая головой. — П-подождите секунду, я думаю, произошло какое-то недоразумение!

Бип-бип!

— Все, я обнаружил поблизости Слугу! — сообщил нам Роман. — Это присутствие невероятно слабое и размытое, но оно определенно принадлежит Слуге!

Он остановился и посмотрел на молодую женщину. На секунду в воздухе повисла тишина.

— А?

— Могу ли я всё объяснить? —предложила она с робкой улыбкой, медленно опустив руки и зажав одну ладонь между своими, хмм, большими холмами, которые по какой-то причине были без доспеха, в то время как блестящая броня прикрывала её живот. — Да, я Слуга класса Рулер. Мое настоящее имя Жанна д’Арк.

— Что? — выпалил Роман.

— Это правда! — настаивала молодая женщина. — Ах, причина, по которой у вас могут возникнуть проблемы с ощущением моего присутствия.… по какой-то причине мои показатели намного ниже, чем должны быть. Все мои характеристики были понижены по причинам, которые я не могу объяснить, и многие уникальные способности класса Рулер, которыми должна были у быть у меня, отсутствуют. Например, Командные заклинания против Слуг и способность раскрывать истинные имена Героических Духов с которыми я сталкиваюсь.

Если бы Рулеры могли рассчитывать на такие преимущества, возможно, моей целью должен был стать вызов одного из них, а не одного из Рыцарских классов. Подобные вещи звучали бесценно.

— Встречали ли вы здесь других Слуг? — Резко задаю вопрос.

Молодая женщина, назвавшаяся Жанной, покачала головой. — Нет. Я была призвана в эту эпоху всего несколько часов назад, поэтому, боюсь, я даже не уверена, что происходит с этой Войной за Святой Грааль. Похоже, что большая часть информации, которую мне должен был предоставить Грааль, полностью отсутствует. То, что меня призвали в знакомое мне время и место, было чем-то вроде подарка судьбы, потому что я, по крайней мере, могу говорить на этом языке.

Я обменялась взглядом с Маш, а затем повернулась к близнецам. — Рицука, Рика, что вы видите с помощью Мастерского Ясновидения?

Они оба, нахмурившись, покосились на Жанну и через мгновение покачали головами.

— Слуга класса Рулер, Жанна д’Арк. — сообщил Рицука. — Откровение, Харизма и Святая, хотя последнее запечатано. Похоже, она та, за кого себя выдает, Сэмпай.

Постепенно мы все расслабились, и робкая улыбка Жанны стала шире и откровеннее.

— Мадмуазель Жанна? — Сказала Роман. — Я думаю, есть некоторые вещи, о которых нам нужно поговорить, прежде чем мы забежим вперед.

И вот он объяснил о Халдее, нашей миссии, что мы здесь делали и почему. О Великом Приказе, Сингулярностях и то немногое, что мы знали об их функционировании, чем они были и что делали, предполагаемое существование и роль Святого Грааля в их создании, все, что имеет отношение к ситуации.

— Есть некоторые вещи, о которых мы пока не можем сказать наверняка, — закончил он, — но мы можем, по крайней мере, высказать несколько обоснованных предположений. У вас есть вопросы?

— Признаю, это сложно воспринять, — сказала она наконец, — но, нет, я думаю, что понимаю все важные части... доктор Роман?

— Доктора Романа достаточно. — заверил её мужчина.

— Значит, причина, по которой у меня нет большинства способностей, которые я могла бы ожидать в войне за Святой Грааль, заключается в том, что это не совсем война за Святой Грааль?

— Если вы уменьшите описание до "любого конфликта со Святым Граалем в качестве главного приза", тогда можно было бы так его назвать, но да, на самом деле это не война за Святой Грааль, подобная ритуалу в Фуюки, в Японии. Святой Грааль по-прежнему является призом, но, технически говоря, всё началось, когда кто-то его "выиграл".

— Это определенно многое объяснило бы. — пробормотала святая.

— А как насчет вас? — Спросила я.— У вас есть какая-нибудь информация о том, что происходит в этой Сингулярности? С какого момента истории начались отклонения?

Ослабленная Слуга нахмурилась. — К сожалению, я знаю не так много, как хотелось бы. Однако… Да, есть несколько вещей, которые мне удалось выяснить за те несколько часов, что я здесь — Она глубоко вздохнула. — Во-первых, мое живое «я» было казнено совсем недавно. На самом деле, кажется, прошло всего около недели. Возможно, именно поэтому мои способности были ослаблены, поскольку моя легенда такая «новая». Во-вторых, как точка расхождения… Король Карл VII был убит, и Жанна д’Арк была той, кто убила его.

Это заявление было встречено молчанием.

— Что? — прохрипел Роман.

— Ты же не …— Начала я, но не была уверена, как сформулировать вопрос в своей голове.

Как вы спросили женщину, убила ли она человека, которому посвятила жизнь и за которого ей пожертвовала? Жанна д’Арк отказалась от всего, чтобы увидеть коронацию Карла VII; мысль о том, что она его предаст и убьет, казалась одной из историй про Властелинов-Скрытников.

— Нет. — подтвердила Рулер. — Основываясь на том, что я смогла услышать, Жанна д’Арк жила и умерла здесь в соответствии с надлежащей историей человечества, как вы это называете. Однако через несколько дней после казни появилась женщина с её лицом и именем. С моим лицом и именем. Она напала на Орлеан, вырезав весь город до единого человека и убив короля Карла VII и каждого члена его двора.

Орлеан и король Карл VII… Вся её история была сведена к этому. Двумя величайшими достижениями её относительно короткой карьеры были прекращение английской оккупации Орлеана и восшествие на престол Карла VII. Это было буквально то, за что она, в некотором роде, отдала свою жизнь.

Я наблюдала за Слугой, ища любой признак того, что новости негативно на неё повлияли, но она не казалась особенно расстроенной. Возможно, она планировала ещё одну военную кампанию с французской армией, вместо того, чтобы говорить нам, что все дело её жизни было напрасным, несмотря на то, что это, казалось, имело для неё значение.

Если бы это была я, и мне сказали, что женщина с моим лицом и именем явилась разгромила беженцев после Золотого Утра всего через несколько дней после того, как я убила Зиона… Я не была уверена, что была бы хоть сколько-нибудь спокойна.

Губы Жанны плотно сжались. — Они также говорят… что в качестве части её договора с Дьяволом о обретении новой жизни, она также получила колдовство, которое позволило ей призвать легионы драконов для выполнения ее приказов.

***

От переводчика: (1) Некая история содержащая в себе парадоксы/загадки, получить ответ на которые логически нельзя. (2) badass - безбашенный или задира.

Глава XV: Растущие шансы v1.0.1

Потребовалось всего несколько секунд, чтобы до меня дошел смысл того, что говорила Жанна.

Мои глаза расширились.

— Виверна...

Жанна кивнула.

— Вероятно, она была из армии этой другой Жанны ... этой Жанны Альтер.

— Жальтер? — Пробормотала Рика.

— В этом есть некоторый смысл, — задумчиво произнес Романи. — Не может быть, чтобы виверны были одним из мистических видов в Франции пятнадцатого века. К тому времени прогресс человечества уже вытеснил их на обратную сторону мира. Даже большинство отставших были давно мертвы.

— Я не могу сказать, что понимаю всего, но ты прав, говоря, что ничего подобного не существовало, пока я была жива, — сказала Жанна. — Более того… Я просто не понимаю, как она может командовать ими. У меня, конечно, не было никаких навыков управления магическими зверями.

Это было хорошим замечанием, не так ли? Была причина, по которой драконы всех типов, как правило, занимали первые места если у магов заходил разговор о Магозверях. По общему признанию, я знала о них не так много, как хотелось бы, и у меня были некоторые сомнения, а не переборщила ли я с тем, насколько сильно моя гордость раздулась от убийства той виверны, но если даже таких существ, как обычные львы и тигры, трудно приручить, то что-то столь могущественное, как дракон, будет ещё сложнее.

Если уж на то пошло, у нас было достаточно проблем с простым вызовом Слуг, несмотря на целую системе, специализированную на этом, в виде ультрасовременного механизма, При использовании которого, на сегодняшний день было зарегистрировано всего четыре успешных попытки. Вызвать волшебное существо было бы проще или сложнее?

И даже если бы это было проще, призвать целую армию из них…

— Призвать их — это уже невероятный подвиг, верно? — Спросила я Романи.

— Очень похожий на призыв слуг, — ответил Романи. — Строго говоря, для современных магических ремёсел это невозможно. Даже для пятнадцатого века это было бы сложное заклинание высокого уровня, для которого нужен Гранд Ритуал.

— Или Святой Грааль?

... для Гранд Ритуала, магу потребовалось бы что-нибудь, имеющее огромный запас энергии.

Маш нахмурила брови.

— Мисс Тейлор... вы считаете...?

Я посмотрела на неё с серьезным лицом.

Кусочки информации начали складываться в моей голове. Жанна д'Арк была вызвана обратно в мир с помощью Святого Грааля, а затем развращена им, чтобы после этого она обратилась против Франции, использовав Грааль для призыва своей армии могущественных магических зверей, и разрушения всего, что её живое "я" помогала построить. Из-за чего? Назло? Мстя за то, что французы позволили казнить её вместо того, чтобы организовать спасение? Рассуждения имели значение не столько, сколько сами действия.

И, возможно, присутствие этой Жанны Альтер вызвало своего рода аутоиммунный ответ, который автоматически призвал оригинал. В этой области мои знания были не очень обширны, но я думаю, что поняла суть того, как подобные вещи должны были работать.

Было несколько пробелов, несколько вещей, на которые у меня не было ответа, например, кто или что вообще вызвало эту извращенную версию Жанны, но вполне возможно, что Лев или кто-то ещё сделал это только для того, чтобы нарушить в этот момент историю.

— Я не ожидал найти ответ так быстро, — признался Романи, — но я думаю, что ты, вероятно, права. "Бритва Оккама" или нечто подобное. Если где-то поблизости бродит Слуга, по всем данным, такой же испорченный, как Слуги Фуюки, совершающий магические подвиги, которые в противном случае были бы почти невозможны ...

Я кивнула.

— Логично, что именно у этой Слуги будет Святой Грааль. И если она убила короля Карла VII и весь Орлеан...

— Тогда она также была бы источником отклонения истории, — заключил Рицука.

Голограмма Романи кивнула.

— Предположительно, да.

— И значит, единственный способ исправить отклонение от правильной истории — это победить моё альтернативное "я" и вернуть Святой Грааль? — Спросила святая.

— Предположительно, — уклончиво ответил доктор. — Я не хочу, чтобы у всех сложилось неправильное представление. Это всё просто предположения или обоснованные догадки. Просто это лучшее, что мы можем предположить с имеющимися у нас данными. Единственный способ выяснить наверняка — это встретиться с ней лицом к лицу, вместе с, ну ...

Морщусь:

— С армией виверн, да.

Вероятно, это станет самым большим препятствием. Поодиночке мы могли бы расправиться с ними так же, как и с первой, но я сомневаюсь, что Жанна Альтер или остальная её армия будут настолько любезны, что будут выходить к нам по очереди, вместо того, чтобы просто сразу всех нас уничтожить.

Романи тяжело вздохнул.

— Да. Если бы их было всего одна или две, Маш и Жанна, возможно, прекрасно бы с ними справились, но если это настоящая армия, то я не хочу, чтобы вы, ребята, даже близко подходили к ней.

Моя рука машинально скользнула по рукояти ножа.

Учитывая наши силы в данный момент, то у меня тоже и близко не было желания, к ним приближаться.

— Мне нравится хрустящая корочка, но на блюде, а не на мне. — пробормотала Рика.

Что нам было нужно прямо сейчас, так это кто-то, кто уравнял бы шансы, кто-то, смотрящий на армию драконов и им улыбающийся. Проблема заключалась в том, что, хотя у многих Героических Духов в мифах было описание убийства дракона, было исчезающе мало тех, у кого он выступал центральным элементом легенды. Большинство рыцарей Круглого стола, например, убили по крайней мере одного дракона за время своих приключений, но его устранение было всего лишь устранением препятствия, а не целью самого приключения.

Если сузить область поиска, то… Святой Георгий подходил нам. Но если бы я выбрала культового убийцу драконов, Героического Духа, чье имя было практически синонимом такого подвига, того, чья легенда все ещё звучит в наши дни? Громкое имя, могущественное - имя уважаемого героя чья история жива до сих пор?

Мне на ум пришло только два имени.

Я повернулась к Романи.

— Ты сказал, что хочешь, чтобы я снова попробовала призвать кого-нибудь, как только мы найдем лей-линию, верно?

Глава медицинского крыла моргнул, глядя на меня, а затем его глаза расширились.

— Подожди, ты думаешь не о том, о чем я думаю, что ты думаешь, не так ли? Послушай, один Слуга мало что сможет против армии виверн!

— Зависит от Слуги. — Отвечаю. — Я бы не отказалась от Святого Георгия, но думаю ... если бы мы могли заполучить Сигурда или Зигфрида ...

— Мы могли бы сыграть на концептуальном преимуществе, — пробормотал Роман. — Но все же… Даже с одним из них, Тейлор, это будет тяжелая битва. К тому же, подумай, сколько магической энергии может израсходоваться в таком бою! Я не уверен, что наши генераторы справятся с этим!

— Ты правильно подключил Грааль из Фуюки?

— Я-я не уверен, что это означает то, что ты думаешь! — пробормотал доктор. — То, что мы подключили Грааль к нашей энергосети, не означает, что вы можете использовать столько энергии, сколько захотите!

— Ты сказал, что установка Грааля позволит нам содержать ещё троих или около того Слуг, не так ли? — Многозначительно спросила я. — Нам не нужно ещё трое слуг, нам просто нужен тот, кто может выполнять работу за троих. Один убийца драконов высшего уровня, который сможет справиться с вивернами за нас.

— Но его призыв не гарантирован! — запротестовал Роман. — Конечно, было бы здорово, если тебе удастся призвать такого могущественного Слугу, как Сигурд или Зигфрид, но заклинание не даст тебе за пожалуйста нужного Героического Духа! Тебе понадобится катализатор, связанный с одним из них, и даже тогда...

Я подняла правую руку, рукав которой всё ещё был покрыт влажной красной кровью.

— Катализатор... вроде крови дракона?

Жанна ахнула, а рот Романи беззвучно захлопнулся, когда он уставился на доказательство моей победы. Жаль, что мне не удалось захватить чешую, или клык, или нечто такое, потому что они, вероятно, могли выступить как гораздо менее чувствительный ко времени катализатор, но когда дело доходит до идеального катализатора для кого-то вроде Зигфрида или Сигурда… Что ж, сердце и кровь в их случае, определенно, даровали бы немалые шансы на призыв. Просто они были гораздо более склонны к быстрой деградации.

— Как ... — начал он, и его голос дрогнул на середине. — ...Как кровь дракона попала тебе на руку, Тейлор?

— Я убила дракона, — просто ответила я.

— Э... это было очень безрассудно! — Вмешалась Маш. — Даже если всё получилось, мисс Тейлор могла очень легко погибнуть, доктор Романи!

— Она вонзила ему в глаз нож, — сказала Рика, тихонько хихикая.

— Что? —Спросил Временный Директор сдавленным голосом.

Вкратце рассказываю прошедшие события, убрав всю воду — Маш вбила его на землю, и пока она была занята удержанием, я вонзила ему нож в глаз и продолжала давить, пока не добралась до мозга.

— Мне действительно не нужно было представлять эту часть, — пробормотал Рицука.

— Ножом?

— О! — Романи издал возмущённый вопль, когда его откинули в сторону, чтобы улыбающееся лицо Да Винчи заполнило экран голограммы. — Ты устроила ему тест-драйв! Скажи мне, как он? Соответствовал спецификации? Он был лучше или хуже, чем когда ты впервые получила его? По шкале от одного до десяти, как бы ты оценила мой ремонт?

Я моргнула.

— Э-э... Десять?

Проверка того, насколько изменился мой нож, не стояла на первом месте в моем списке приоритетов, пока я была занята тем, что вонзала его в череп могущественного магического зверя. Честно говоря, это дело было очень близко ко дну списка.

Да Винчи пустилась в пляс, торжествующе крича о том, что даже инопланетные черные ящики(1) не могут превзойти настоящего гения, пока Романи медленно возвращался на своё место, глубоко вздыхая.

— Хорошо, — сказал он, звуча теперь намного спокойнее. — Оставляя в стороне то, насколько безрассудно и невероятно опасно было находиться хоть сколь-либо близко с каким-либо драконидом с одним лишь ножом… Я всё ещё не убеждён в целесообразности данной идеи. Прежде чем ты что-нибудь скажешь, — добавил доктор, когда я открыла рот, — я не оспариваю плюсы. И да, я действительно просил тебя попробовать совершить призыв, когда ты найдешь лей-линию. Я просто немного нервничаю из-за влияния, которое это окажет на наше энергопотребление, потому что, если нашего запаса будет недостаточно, Тейлор, тебе придется тратить свою энергию, а это может быть очень, очень опасно.

— У нас нет особого выбора, — ответила я. — Возможно, мы могли бы привлечь Эмию, но было бы лучше призвать кого-то, кто специализируется на уничтожении драконов, а не использовать швейцарский армейский нож.

— Что? — Растерянно спросила Маш.

— Это метафора, как и мастер на все руки, — рассеянно сказала ей Романи.

Технически, это тоже была метафора.

Я развела руками.

— Если у тебя есть идея получше, Романи, я слушаю.

Он же нахмурил брови, но сразу же не нашёлся с ответом.

— Давайте сделаем это, — тихо сказал Рицука.

Голова Романи повернулась в его сторону.

— Рицука?

— Нам противостоит армия виверн, доктор Романи, — сказал молодой Мастер. — Нам нужна любая помощь, которую мы можем получить.

Молчание затянулось на мгновение, спустя которое, заместитель Директора вздохнул и сдался.

— Хорошо, — сказал он. — Я предполагаю, что попытка призыва конкретного Слуги станет дополнительным испытанием для системы. Я буду следить за всем с этого конца и сохраню показания приборов, это должно сгладить ситуацию в будущем. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Тейлор.

Я тоже.

Изображение Романи погасло. Я немедленно повернулась к Маш.

— Установи круг призыва, — прошу девушку. — Своим щитом, как в Фуюки.

Она поколебалась и посмотрела на Рицуку и Рику, но не увидев возражений приступила к выполнению того, что я сказала. Пока она занималась делом, я потянулась к застежкам и молниям на своей униформе, верх которой я принялась снимать.

Жанна и Рика одновременно пискнули.

— Ч-что ты делаешь? — Спросила Жанна высоким голосом.

— С-Сэмпай, девушка обнажается только перед любовью всей своей жизни! — выразила согласие Рика, ахнув и закрыв глаза Рицуки ладонями. — Они-чан, не смей смотреть!

Одна из моих бровей приподнялась.

— Я же не могу сама броситься в круг призыва, не так ли?

Пришлось немного повозиться с одной рукой, так как другая была вся в крови, но, в конце концов, мне удалось все расстегнуть и высвободить одну руку из чистого рукава. Не было реального способа избежать размазывания крови повсюду, хотя кровь на моей руке в основном высохла. Часть оказалась у меня под футболкой.

Рика ахнула.

— С-Сэмпай сняла рубашку!

Закатываю на это глаза.

— Знаете, у Халдеи есть собственный тренажерный зал, — сказала я им. — Сейчас вы не видите ничего такого, чего не увидели бы, если бы вы там занимались.

На мне не было сексуального нижнего белья или чего-то прозрачного, кружевного, того что можно увидеть на роковых женщинах в фильмах о Джеймсе Бонде. Спортивный бюстгальтер имел смысл, когда ты отправлялся в зону боевых действий, тем более там не было ничего похожего на пару дынь, прикрепленных к моей груди, на которые кто-то мог бы взглянуть. У меня было достаточно проблем, чтобы добавлять к ним ещё и хроническую боль в спине.

Когда Маш была готова, я подошла к щиту, который она положила на землю, неловко взялась за блузку и попыталась отжать кровь с рукава (прости, что помяла твою тяжелую работу, Да Винчи). Несколько крупных капель выдавились из ткани и упали на поверхность округлой центральной части, но слишком большая часть крови высохла.

Очистка рукава и пятен будет занозой в заднице, не так ли?

Со вздохом отряхиваю руки и аккуратно кидаю майку на щит Маш, соблюдая большую осторожность, чтобы кровь, которую я только что выдавила, не попала обратно на ткань. Затем делаю шаг назад и поворачиваюсь к девушке.

— Мы готовы начинать?

Маш кивнула.

— Как только вы будете готовы, мисс Тейлор.

Я глубоко вздохнула и отогнала свои сомнения, а когда выдохнула, то потянула руку к щиту. Остальные отступили на несколько футов(2), чтобы дать мне больше пространства, оставив меня стоять там в одиночестве.

Не думать о результатах. Не беспокоиться о том, кто может появиться, а может и не появиться. Мой катализатор должен сработать, но даже если бы не получилось, нам не было бы хуже, если бы на нашей стороне было больше союзников. Какой бы Героический Дух ни откликнулся на мой призыв, он или она определённо поможет в предстоящих битвах.

Итак, пришло время перестать бездельничать и, чёрт возьми, сделать это.

— Твоя сущность из Серебра и Стали.

Уверенно объявила я.

— Твой фундамент построен из драгоценных камней и Эрцгерцога Контрактов.

Я бы не стала отрицать, что надеялась на героя-драконоборца. Не тогда, когда это было бы ох как удобно против армии гребаных виверн, с которой нам предстояло иметь дело. Сигурд или Зигфрид, было бы слишком надеяться, что один из них окажется тем Слугой, который будет призван сейчас?

— Пусть поднявшийся ветер будет стеной. Пусть закроются четверо главных врат.

— Поднимись над Короной, и пусть разветвится в три стороны дорога в Королевство.

Над щитом Маш поднялся магический круг и засиял ярким бледно-голубым светом. В воздух поднялся бледный столб света, достигающий наибольшей яркости в местах соприкосновения с кругом, и почти невидимый на уровне моих глаз.

Не в первый раз я почувствовала, что в заклинании, должно быть, был какой-то более глубокий смысл, поскольку оно не могло быть чистой бессмыслицей. Корона, Королевство, я распознала в этих словах какое-то отношение к Каббале, но я почти ничего не знала о ней как о системе магического ремесла, поэтому у меня не получается сказать, какое отношение они имели здесь.

— Позвольте ей наполниться. Снова. Снова. Снова. Снова.

— Пусть пять разных совершенств будут после каждого повторения.

— Вместо меня пусть заполненные символы будут уничтожены.

От колонны подул ветер, лёгкий и нежный, как летний бриз, и мои волосы затрепетали, когда их откинуло с моего лица. Это было похоже на дыхание какого-то великого существа, повернувшегося в мою сторону.

Связь с Троном формировалась. Точно так же, как это было в Фуюки, точно так же, как это было в комнате призыва, где Рика призвала Эмию. На этот раз, на этот раз, я определенно собиралась призвать собственного Слугу. Никаких промахов, никакой неопределенности. На этот раз точно.

— Твое тело будет покоиться под моей властью, а моя судьба — в твоём мече.

— Пусть это будет моей клятвой.

— Я достигну всех Небесных добродетелей. Я накажу все зло Ада.

Ветер достиг лихорадочной силы. Мои волосы всё сильнее метались, отброшенные назад с головы. Нарастающее, скрежещущее эхо нагнетаемой магической энергии вибрировало во мне и в моих магических цепях, пробегая по нервам, как электричество по медному проводу. Тыльная сторона моей правой руки, моего протеза, горела так, словно кто-то ткнул в неё клеймом для скота.

Мне пришлось стиснуть зубы и выдавить оставшуюся часть заклинания. Последняя строчка. Только одна. Вот и всё.

— Ты, Семь Небес, облаченных в Три Великих Слова, явись из Кольца Устрашения, о Хранитель Равновесия!

Вспыхнул столб света. Неясное жжение на тыльной стороне моей ладони усилилось, сгустилось, и мне пришлось прищуриться от слепящего света, чтобы увидеть знакомый узор, проступающий на моей коже...

...Ветер стих, унесшись одним последним порывом. Свет исчез вместе с ним, исчезнув так же внезапно, и медленно, пока я моргала, прогоняя пятна возникшие даже сквозь закрытые веки, мои глаза привыкали образовавшейся на нашей поляне тени. Мое сердце тревожно забилось в груди.

— Вы призвали меня, и я здесь, — спокойно произнес мужской голос, и жуки по краям поляны начали беспорядочно дергаться, когда триумф наполнил мою грудь, как раздувающийся воздушный шар.

Первое, что я увидела, была его уверенная ухмылка, а затем бирюзовый нагрудник и наплечные пластины, красные перчатки и поножи. Короткие темные волосы, блестящие темные глаза, оливковая кожа и — торжество в моей груди увяло и умерло — зловещего вида багровый лук.

— Слуга класса Арчер, Араш Камангир, — сказал мужчина. — Рад познакомиться с вами, Мастер.

Я посмотрела на знаки, выгравированные на тыльной стороне моей ладони, идентичные тем, что вручил мне Грааль Фуюки, когда я заключила контракт с Кухулином. Раньше у меня не было и понятия о том, как их описать, и на что они, можно сказать, похожи. Теперь… Теперь я увидела их такими, какие они есть. Щупальца, ветвящиеся щупальца, сделанные из глаз, или, возможно, глаза, сделанные из щупалец. Жуткое чудовище с тысячей глаз и постоянно расширяющейся хваткой.

Мой пассажир.

— Да, — сказала я с притворным нейтралитетом, — Думаю, что так.

Вдалеке возбужденно зажужжали жуки.

Призыв сработал, но мне не удалось призвать ни одного из двух, ради которых и проводился призыв. Произошло ли это просто из-за того, что мой катализатор был недостаточно силен, или это была я сама? Это была моя карма или что-то в этом роде? Судьба? Было ли какое-то космическое правило, согласно которому мне не позволялось получать то, о чем я просила, и приходилось довольствоваться тем, что выпадало на мою долю? Потому что я устала от неудач.

Улыбка Араша погасла, и он нахмурился.

— Что-то не так, Мастер?

Я указала на его ноги.

— Ты стоишь на моей рубашке.

— Ох!

Он отскочил, наклонился, поднял и помахал ей, как будто это могло очистить рубаху от крови и грязи, которые уже были на ней. Когда Слуга, очевидно, решил, что сделал всё, что мог, то шагнул ко мне, протягивая мой элемент гардероба с извиняющейся улыбкой.

— Сожалею об этом, — добродушно сказал он.

Я взяла протянутую рубашку и начала надевать её обратно.

— Всё в порядке.

Остальные, возможно, почувствовав, что всё пошло не так катастрофически плохо, подступили поближе, чтобы получше рассмотреть наше новое пополнение. Все они задумчиво смотрели на новичка, как на головоломку, которую нужно разгадать. Рика подошла ближе всех и наклонилась, чтобы осмотреть его.

— Что-то не так? — вежливо спросил Арчер её.

—Ты не Сигурд, — прямо сказала ему Рика. — Или Зигфрид.

Он моргнул, как будто не был уверен, что это должно было означать.

— Я не они. Ты ожидала кого-то из этих двоих?

Рика указала на меня. Точнее, на мой рукав, который всё ещё был красным от засыхающей драконьей крови.

— Сэмпай использовала кровь дракона в качестве катализатора.

Он повернулся ко мне, сбитый с толку.

— И вместо них ты получила меня?

— В твоём мифе есть убийство дракона? — Многозначительно спросила я.

— Боюсь, что нет, — раздался ответ подкреплённый самоуничижительной усмешкой. — Я всего лишь обычный лучник. Ничего особенного.

— Тогда да. Я получила тебя, вместо одного из двух, которых я на самом деле пыталась призвать.

— Да, — засмеялся Прчер. — По сравнению с этими двумя, я, наверное, немного разочаровываю, да?

Бип-бип!

— Призыв успешно завершен! — Радостно объявил Романи. — Все выглядит хорошо, поток магической энергии из реактора номинальный, у нас всё в порядке! Думаю, я действительно зря волновался, да? Итак, это...

Он замолчал, когда увидел Араша, долго смотрел на Слугу, а затем опустил глаза и начал яростно печатать на клавиатуре.

— Арчер? — пробормотал он. — Но ни Сигурд, ни Зигфрид вообще не должны соответствовать этому классу.… Плюс, эта внешность, эта броня, это все не походит на Скандинавию и Северную Европу. Стоп... — Он покосился на экран и побледнел. — Араш Камангир?

— Во плоти! — Сказал Араш, весело махнув рукой, а затем поморщившись. — Ну, вроде того. Слуга и всё такое.

Романи вздохнул и сдулся.

— Ну, все прошло совсем не так, как предполагалось.

Арчер воспринял это спокойно.

— Мне жаль вас разочаровывать.

Это. Это само по себе было немного неприятно. Последнюю минуту или две мы потратили, огорчая его и разговаривая о том, что нам нужен совершенно другой Героический Дух, а он даже не разозлился по этому поводу. На его месте я бы и близко не проявила такой снисходительной или уравновешенной слушая такое.

В отсутствие катализатора — или, как я предполагала, с просто не сработавшим катализатором — я должна была призвать Героический Дух, который соответствовал бы мне как личности, того-то, кто хорошо мне подходил. Но этот парень… Я просто этого не понимаю.

— Мне жаль. Просто, мы возлагали надежды на разрешение этой Сингулярности, через призыв героя-драконоборца.

— Он действительно был вам так необходим, да? — Спросил Араш.

Губы Романи невесело скривились. Не в улыбку и не в оскал, но и не в совсем хмурую гримасу.

— Что ты знаешь о ситуации?

— Почти ничего.

Доктор снова вздохнул и провел рукой по волосам.

— Да, мы всё ещё работаем над восстановлением всех систем, поэтому информационный пакет, предоставляемый призванным Слугам, всё ещё очень скудный. Он должен был, по крайней мере, содержать информацию о нашем Великом Приказе...

Араш кивнул.

— Я получил его, да. Хотя я не уверен, что здесь происходит. Вы можете ввести меня в курс дела?

Заместитель Директора выжидающе повернулась ко мне, и я с внутренним вздохом восприняла это как намек. Не думай, что от меня ускользает понимание, чего ты пытаешься добиться, Романи.

— Хорошо, — сказала я, — ситуация на данный момент такова или, по крайней мере, столько нам о ней известно...

В итоге мой рассказ содержал важные факты, включая основные моменты нашего приключения в Фуюки и ту толику информации, которую нам удалось раздобыть о Сингулярности, внутри которой мы в данный момент находились. Я опустила часть о том, что мы могли бы вместо Франции отправиться в Рим, из уважения к желанию Романи сохранить невинность близнецов, насколько это было возможно, ещё немного.

У меня возникло ощущение, что Араш видел всё насквозь. Не то чтобы он подал какой-то конкретный знак, на который я могла бы указать, скорее, это был своего рода инстинкт, который был у меня отточен, немалым количеством времени проведённым с Лизой.

— ...На данный момент единственными подтвержденными нами вражескими бойцами являются Жанна Альтер и её армия виверн, — закончила я. — Пока нет никаких указаний на других Слуг на её или нашей стороне.

Араш хмыкнул.

— Возможно, причина, по которой вы не призвали Сигурда или Зигфрида, в том, что один или оба из них уже здесь. — Проницательно сказал он.

Романи моргнул.

— Что?

— Ну, назовем это предчувствием, — пожал плечами Араш. — Но в этом есть смысл, не так ли? Если бы Слуг призвали противостоять Жанне Альтер и её армии виверн, разве прославленный убийца драконов не был бы первым в списке?

Я немного изменила своё мнение, когда увидела такую сторону Араша. Это было возможно, не так ли? Если сама Жанна могла быть вызвана аутоиммунной реакцией мира, чтобы противостоять своему злому "я", то есть определенная возможность, что точно такая же реакция привела Зигфрида или Сигурда в эту Сингулярность.

Взглянув на мою руку, я увидела темно-красные Командные Заклинания, которые выделялись на фоне моей кожи.

В таком случае, всё ещё было возможно заключить контракт с одним из них, не так ли? Пока они были здесь, мы могли найти их и объединиться.

— Это было бы замечательно, не так ли? — Радостно воскликнула Жанна. — Если они уже здесь, то всё, что нам нужно сделать, это найти их!

— Я ... не думаю, что это будет так просто, — сказал Рицука, морщась.

Однако с этим было всего несколько проблем.

— Учитывая все обстоятельства, у нас нет возможности узнать, куда они могли быть призваны, — согласилась я. — Если они вообще здесь, вся территория Франции была бы к их услугам.

— Они могут быть где угодно, не так ли? — Сказала Маш. — Даже если мы отправимся на поиски через всю страну, они могут уйти прежде, чем мы до них доберемся.

— Мои бедные ноги, — жалобно пробормотала Рика.

Романи вздохнул в третий раз.

— Вот и вся идея.

— Нет. — Уверенно сказала Жанна, на что мы перевели на неё свои взгляды.

— Нет?

— Если бы кого-то из них призвали, они появились бы в месте, имеющем отношение к ситуации, я правильно это понимаю? — Сказала она.

— Теоретически, — увильнул доктор. — Но это всё равно может быть где угодно.

— Может и так, — согласилась Жанна. — Даже если ты прав, у нас уже есть зацепка, не так ли? Единственное место, о котором мы знаем наверняка, где побывала моя злая сущность и где она определенно использовала свою армию виверн для уничтожения населения.

Я поняла, к чему она клонит.

— Орлеан.

Жанна кивнула.

— Мы должны начать расследование там.

Мои брови немного поползли вверх. Вау. Ладно. Одно дело слышать о том, какой умной была Жанна д'Арк и как она разгромила английскую армию, даже не обнажив меча. Но совсем другое — увидеть это своими глазами.

— Эй, погоди минутку! — Настойчиво сказал Романи. — Мы знаем, что она уже была там, верно? Что, если она осталась и основала на месте пепелища свою собственную базу? Вы могли бы попасть прямо в её штаб! Даже с таким Арчером, как Араш, вы не готовы сразиться с армией виверн, прямо сейчас!

По иронии судьбы, вероятно, это было моим первым побуждением — броситься и разобраться со всем на ходу. Но я была не слишком взволнована нашими шансами добиться успеха с тем, что и кто у нас было на данный момент, и мне не хотелось пока вводить наше подкрепление. Лучше приберечь Эмию для реальной чрезвычайной ситуации.

— У обеих точек зрения есть тезисы за, — вмешалась я, когда Жанна открыла рот, чтобы возразить ему. — Орлеан — наш лучший выбор, но отправиться прямо туда может быть опасно. Так что, если мы сначала немного исследуем округу, вместо того чтобы, так сказать, бросаться очертя голову в логово дракона?

Я бросила быстрый взгляд на Араша с помощью Мастерского Ясновидения, которое должно было прилагаться к системе Фейт, — и мне пришлось подавить вздрагивание, потому что, вау, этот Благородный Фантазм был немалым таким подспорьем. Поиск других заблудших Слуг, с которыми можно было бы заключить союз, если бы они вообще были поблизости, только что занял первое место в списке приоритетов.

— Вокруг города должно быть несколько поселков, — добавила Маш. — Если рядом с Орлеаном есть такой Слуга, как Зигфрид или Сигурд, почти наверняка о них циркулирует по крайней мере несколько слухов.

Жанна нахмурилась.

— В нескольких часах ходьбы от Орлеана есть несколько городков поменьше.

— Ближайший отсюда?

Брови Слуги нахмурились в раздумье.

— Ла Шарите, — ответила она через мгновение. — Он находится не прямо между Орлеаном и Вокулёром, но это один из ближайших отсюда городов.

— Тогда мы сначала отправимся туда, — решила я.

Жанна кивнула.

— Мы можем отправиться в путь завтра утром.

Я нахмурилась.

— Ещё даже не полдень, — примечаю момент. — А во Франции июнь. У нас ещё должно быть полдня светлого времени суток, чтобы добраться туда. Если мы поторопимся, то сможем быть там к закату.

— Звучит как хорошая идея, Мастер, — вмешался Араш с ослепительной улыбкой.

— Мм... Тейлор...

Я обернулась и увидела, что Романи пристально смотрит на меня.

— Да?

— Ла Шарите … То есть, отсюда до туда… H-ну как бы это сказать ...

— Это более трехсот километров, мисс Тейлор, — проинформировала меня Маш.

Я побледнела.

— Что?

Из горла Рики вырвался стон отчаяния, похожий на звук выпускаемого воздуха из воздушного шарика. Лицо её брата исказилось от ужаса.

— Пешком вам потребуется около шестидесяти часов, чтобы добраться туда, — сказал нам Романи. — Это примерно ... пять дней ходьбы, плюс-минус, и это только в том случае, если вы не будете делать перерывов или останавливаться перекусить.

— С несколькими лошадьми было бы быстрее!— Жанна услужливо вставила, хотя на самом деле это было не так уж и полезно.

— Это было бы здорово, — сказала я. — У тебя случайно есть парочка? Или, может быть, ты знаешь, где мы могли бы достать несколько штук, не тратя на них денег?

Святая вздрогнула, и её поникшие плечи дали мне такой же крайне ясный ответ, как и вся её поза. Не то чтобы я ожидала чего-то другого.

Был момент разочарования, когда у меня мелькнула мысль о том, насколько было бы проще, если бы мы могли просто украсть пару и двигаться дальше, если бы только я верила, что Жанна позволит нам выйти сухими из воды, но эта мысль ушла и сменилась смирением. Даже если эта была Сингулярность, в которой, как и в истории всё было бы исправлено, когда мы бы всё сделали, насильственное взятие всего, что нам было нужно, в долгосрочной перспективе не сработало бы.

— Романи, пришли нам немного пайков, — сказала я. — Они нам понадобятся, и нет способа узнать, когда мы найдем другую лей-линию.

— Ты всё ещё хочешь отправиться в путь как можно скорее? — Спросила Жанна.

— Посиделки у костра в течение дня не изменят того, как далеко нам предстоит идти или сколько времени нам потребуется, чтобы добраться туда, — отстаиваю свою позицию. — С таким же успехом мы могли бы добраться туда раньше, а не позже.

— Я хотел бы сделать больше, но Тейлор права, — сказал Романи. — Я позабочусь о том, чтобы вам хватило припасов на два дня.

— Ура, снова прогулка, — несчастно пробормотала Рика.

— Ну, не похоже, что в 1400-х годах у них были машины, Рика, — прошипел ей в ответ брат, но он не выглядел счастливее от этой новости.

Не похоже, что я тоже могла что-то с этим поделать. Так или иначе, нам нужно было всё исправить и вернуть историю человечества в прежнее русло. Без какого-либо другого способа передвижения нам просто пришлось бы пройти весь путь пешком.

Я испустила долгий, шумный вздох.

Какая ирония. Все произошло не так, как я изначально опасалась, но, похоже, единственным способом исправить эту Сингулярность остаётся убийство Жанны д'Арк.

Примечание переводчика:

(1) Чёрный ящик - явление\устройство, механика которого не ясна, пусть и виден результат

(2) - один фут это +- 31 сантиметр, угу?