Будущая ведьма в законе

Пролог

Как день начнется

*Дом ко Мара*

Сидя перед зеркалом и задумчиво улыбаясь, молодая женщина расчёсывала длинные рыжие локоны. Её янтарные глаза пристально рассматривали безупречную алебастровую кожу в поисках первых морщинок и, к полному удовольствию прелестницы, их не находили.

Уголки пухлых коралловых губ дёрнулись вверх, обозначая улыбку. Тонкая бретелька изумрудной сорочки соскользнула с точёного плеча. Взгляд незнакомки проследил за движением яркой материи, отвлекаясь от зеркальной глади, но именно в это мгновение чаровница заметила краем глаза движение за спиной.

Она затаила дыхание и чуть не застонала, когда ловкие мужские пальцы подхватили узкую ленту и вернули её на место. Её руки и спина покрылись мурашками — то ли от возбуждения, то ли от прохладного ветерка, ворвавшегося в раскрытое окно.

— Соскучилась? — промурлыкал совсем рядом хриплый баритон.

— Безумно, — шепнула прелестница и заглянула в потемневшие от страсти глаза любимого.

— Какая ты соблазнительная, — хрипло пробормотал мужчина, зарываясь носом в её волосы. — Как мне хочется увезти тебя на необитаемый остров, чтобы никто не мешал нам наслаждаться друг другом. Люблю тебя безумно! Но я забежал на минутку, предупредить, что буду позже. Не хочу, чтобы ты нервничала и переживала по пустякам.

— Ну вот! — нахмурилась красотка.

Но любовник не дал ей возможности погрузиться в уныние. Его ультрамариновые очи заглянули в карие глаза возлюбленной. Горячие ладони крепко сжали её хрупкие плечи:

— Я быстро управлюсь, обещаю! — прошептал мужчина. — Ты даже не успеешь соскучиться. А чтобы твои бровки не хмурились, а губки не кривились, дарю тебе подарок: билет на презентацию нового парфюма, которая начнётся через час. Пригласительный найдёшь на секретере. А после обеда встретимся.

— Но… — попыталась возразить польщённая женщина, однако его тихое: «Я обо всём позабочусь. Нам никто не помешает» — заставило её довольно улыбнуться.

*Дворец правопорядка*

Детектив Фил мо Сэй ко Сьян торопился в кабинет руководителя и по совместительству родственника. У него было что сказать своему наставнику.

Молодой маг надеялся убедить дядю, что готов взять на себя самое сложное расследование. И то, что он не прямой наследник рода, не делает его менее способным по сравнению с теми, у кого имена короче.

Да, система формирования имён террийцев для гостей этого мира звучит странно. На самом деле она довольно логична: чем короче имя, тем ближе располагается наследник к основанию рода.

Вот возьмём для примера его имя. Он, Фил, приходится сыном роду Сэй, который вошёл через брак в род Сьян. Всё просто — Фил мо Сэй ко Сьян.

И почему иномиряне так странно реагируют на местную систему самоидентификации? У них самих проще, что ли? Герольд Семнадцатый, герцог Нору, владетель Андам. И ломай себе голову: семнадцатый — это его порядковый номер в наследии или его назвали в честь кого‑то, и таких имён в семье уже было шестнадцать?

Юноша чуть не упал, когда услышал из зала перехода нежный завораживающий голос девушки‑экскурсовода:

— Имя нашего мира — Террия. Мы называем его магическим миром. Боги, сотворившие Террию, дали возможность всему сущему работать с потоками естественного фона электромагнитного импульса. Любое искусственное электромагнитное излучение наш мир убивает. Вот почему развитие нашего общества идёт по техномагическому пути.

Молодой человек даже замер на месте, попав под чары незнакомки, вернее, под действие её артефакта. Видимо, чтобы легче было контролировать группу иномирян, гиду разрешили использовать дар Покорности. Если бы применение магии было незаконным, то уже сейчас в коридоре оглушающе орала бы сигнализация, и оперативники мчались на задержание.

Пытаясь стряхнуть с себя оковы контроля сознания, Фил костерил силу таланта девушки. И как только экскурсанты на такое соглашаются? А всё ради того, чтобы посмотреть изнутри на работу самой секретной организации на Террии — СОПП.

Голосок девушки между тем продолжал вещать, укрепляя плетение сети подчинения. Чары распространялись по коридору, и юноша непроизвольно слышал то, что и так известно любому террийцу.

— Условие для людей одно: тело должно окрепнуть и развиться до нужных параметров. То есть, по идее, любой житель мира может пройти инициацию и получить Силу. За долгие века нашего существования было выведено правило: первое совершеннолетие наступает, когда человек может принять ответственность за свои поступки и решения. Обычно это происходит в девятнадцать лет. Второе совершеннолетие — в двадцать один год, после прохождения ритуала выявления и инициации потоков. Именно тогда человек либо принимает Силу и становится магом, либо остаётся бесталанным террийцем. Что такое инициация? Это переход через портал в любой другой магический мир. Портальная магия «прочищает» каналы, а сила принимающего мира наполняет их — или не наполняет. Одно из главных условий положительного исхода принятия магии — непорочность носителя, ибо потоки силы не должны быть задеты гормональной перестройкой организма. Вот почему любое принуждение к близости и домогательства относятся к особо тяжким преступлениям. Прошу помнить о данном законе и не оказывать знаки внимания юношам и девушкам, чтобы ваша персона не попала в чёрный список.

Фил попытался сдвинуться с места, но ноги не желали слушать команды его разума. Вспоминая все крепкие ругательства, слышанные за двадцать пять лет жизни, детектив ругал себя. И ведь знал, что сегодня будет открыт доступ посторонним. Знал, что за ними будет жёсткий контроль. Почему не смог догадаться, что будет происходить воздействие из разряда принуждения к повиновению?

Юноша закусил губу и закатил глаза: «Сколько можно там гулять? Это обычный портал! Может, пора закругляться?» — но его чаяниям не суждено было сбыться…

А между тем экскурсия продолжалась:

— Мудрецы Межмирового Ковена проводили сравнительные исследования и выяснили, что в плане гормонального развития наша молодёжь до двадцати двух лет находится на уровне подростков примерно двенадцати лет — при сравнении их, например, с подрастающим поколением отражения Земля. Затем происходит резкий скачок, и наши люди в течение года догоняют своих сверстников из других отражений. Для удержания дистанции в отношениях между полами в обществе используется отстранённый стиль общения. Этот момент мы с вами наглядно увидим на улицах нашего замечательного города.

«Расскажите им ещё про обучение!» — беззвучно прорычал юный детектив, начиная раскачиваться на носках в попытке оторвать их от пола. И тут же из зала донеслось:

— Обучение всех несовершеннолетних террийцев проходит в городском цехе учёных. Там молодёжь делят по группам освоения знаний — ступеням, и мастера дают информацию по различным направлениям: математика, грамматика, физика, химия, биология, ботаника, взаимосвязь миров, физическая закалка (тела). Также в программу личностного развития включены прикладные предметы: домоводство, вязание и освоение игры на клавишных инструментах. Они развивают ловкость и способствуют растяжке пальцев рук. Мы с вами обязательно заглянем в эти храмы знаний. Конечно, в ваших мирах всё устроено иначе, но это и понятно: будь миры однотипны, вам не было бы интересно путешествовать по ним!

«Да, только не забудьте уточнить, что умственное развитие наших людей несколько обгоняет стандарты отражений! И ребёнок пяти‑шести лет мыслит, как четырнадцатилетний уникум с той же Земли. Недаром Межмировой Ковен несколько раз проверял эти данные!» — свирепо проворчал детектив, подаваясь в сторону стены. И его тело откликнулось на эту злость — оцепенение начало спадать. А невидимая ему магичка продолжала повествование:

— К магам обращаются «Уважаемый», к магичкам, соответственно, «Уважаемая». К остальным гражданам обращения следующие: «тар» — к мужчинам, «тари» — к замужней женщине, «тарина» — к незамужней девушке. На страже законов стоят маги. Они приняли на себя обязанности детективов и объединились в Службу охраны прав и порядка, которую мы сокращённо называем СОПП. Сейчас у вас есть пять минут, чтобы самостоятельно прогуляться и рассмотреть врата и оборудование. Напоминаю, что любые артефакты запечатления образа сейчас работать не будут. В здании активирована «глушилка». Благодарим за понимание!

И после этих слов оковы полностью слетели с тела молодого детектива. Хорошо, что он уже привалился плечом к стене, а то вот была бы весёлая картинка для наблюдающих: выпускник академии, падающий на ровном месте посреди служебного коридора!

После этого можно смело брать отпуск и ждать, когда всем зубоскалам надоест хохотать, просматривая на кристаллах запись того, как некий клоун не сумел удержаться на ногах!

Как там на Земле говорят? Стал звездой YouTube? Видимо, это аналог наших визоров. Но мы не об этом. Свободен? Вперёд — к куратору, просить настоящее дело, чтобы не заниматься больше бумажной рутиной!

И детектив Фил мо Сэй ко Сьян помчался к кабинету руководителя и родственника в одном лице.

Глава 1 Что было

Интериоризированная феноменология детства формирует линзы, глядя сквозь которые человек блуждает в лабиринте возможностей

Отто Кернберг

«Злата…»

Злой голос мачехи раздавался совсем близко. Её крик заставлял меня сильнее сжиматься в комочек и тише дышать. Конечно, так поступают только дети, но сейчас мне очень хотелось вернуться в то время, когда этой женщины не было в нашем доме.

Я сидела в своём шалашике, который создали кусты сирени и пионов, посаженные вдоль забора ещё дедом. Кусты давно разрослись, кроны переплелись, сформировав купол шатра, а пионы вытянули вдоль стволов свои стебли и листья — и со стороны двора получилась зелёная стена.

Албела искала меня уже несколько часов. Будь её воля, несносной преграды в моём лице, скорее всего, уже не существовало бы в этом мире. Яд? Зачем? Мало ли что случается с детьми и подростками. Но Боги, с моей помощью, не дали им с отцом ребёнка. А значит, жить в этом доме она может только пока опекает «бедную сиротку».

— Златка, — взвизгнула женщина и топнула. — Тарина Злата! Златка, заноза несносная! Куда унесло эту дрянную девчонку?

Тарина Злата ко Мара — это, если кто не понял, я. Мне очень скоро переступать порог первого совершеннолетия, поэтому в зеркале вижу пока абсолютно нескладного подростка.

Худощавая, угловатая фигура. Не очень длинные, чуть ниже лопаток, русые волосы с тёмными прядями различных оттенков, которые я обычно заплетаю в косы — так проще.

Как мне уже надоело, что благодаря моей шевелюре все видят, что я несовершеннолетняя! Уже скорее бы организм определился, какой я буду: светленькой или тёмненькой.

Тёмно‑серые, большие и чуть раскосые глаза, которые мне очень нравятся. Они ярко выделяются на моём худом и бледном лице. Кстати, они тоже могут поменять цвет. Рот, как говорят, до ушей. Нижняя губа чуть полнее верхней, и мачеха фыркает, что это неэстетично. И что? Убиться теперь из‑за этого? Не дождётся!

Отец говорил, что я — полная копия маменьки… А она была красавицей и стала блондинкой…

Мама, Залита ко Мара, была наследницей древнего рода, сыновья и дочери которого приводили в него своих супругов. Родовое имя при этом менялось только у вступавших в род.

По имени всегда можно определить, кто рождён в данной семье, а кто в род вошёл. Всем известно: чем короче имя, тем больше прав на наследство.

Обычно все отроки ко Мара вступали в брак после второго совершеннолетия. Залита решилась на этот шаг в девятнадцать лет. Почему так рано? Не знаю. Отец говорил, что долго добивался чести пройти свою жизнь рядом с ней.

После замужества к маме обращались уже не «тарина», а «тари». А папа получил имя Эл дар Залита, то есть муж Залиты, мо Арт — напоминаю, это выходец из рода Арт, — ко Мара. Представьте, как сложно что‑то доказывать окружающим с таким длинным именем! Но я сейчас не об этом.

Мама погибла в двадцать лет, через три месяца после моего рождения. Родители везли меня в храм — мамуля настояла, что меня необходимо возложить на алтарь и представить Богам. Данный ритуал необязателен, но иногда родители считают, что нужно его пройти. Вообще в нашем мире нередки случаи, когда Боги ведут по жизни или вмешиваются в судьбы людей. Но я не представляю, насколько человек должен быть важен для мира, чтобы обратить на себя высочайшее внимание.

Так вот, когда наша коляска въехала в лес, начал накрапывать дождь. Никто не ожидал, что гроза обрушится так неожиданно и страшно. Молния попала в дерево возле дороги, а лошади испугались и понесли. В борьбе с испуганными животными отец был не в состоянии отвлечься от дороги и не сразу понял, что с его любимой что‑то не так. Только когда коляска остановилась, он увидел, что отлетевшая от расколотого молнией дерева щепка пробила маме висок. Она умерла мгновенно, а её бездыханное тело накрыло мою переносную колыбельку в отчаянной попытке защитить от бушующей стихии.

Поверьте, наивным ребёнком мне пришлось перестать быть очень рано. Когда отец привёл в дом красивую молодую рыжеволосую женщину, то она показалась мне идеалом, на который хотелось походить во всём. И так думала не только я. Эл дар Залита мо Арт ко Мара торжественно объявил, что их свадьба состоится через три месяца и в нашу семью войдёт Албела тари Эл дар Залита мо Арт ко Мара.

Я старалась научиться двигаться, как она, так же улыбаться и разговаривать. Шестилетнюю девочку, которая знала маму только по рассказам, просто оглушили сладкие слова: «Я очень хочу стать твоей мамой!» Но… Опять это «но»!

Через месяц после разговора, в котором прозвучали эти волшебные слова, я решила сделать будущей «новой маме» подарок. Долго думала над тем, что могу сотворить своими руками, и остановилась на плетёной шкатулке для рукоделия. Упросила девушек‑рукодельниц научить меня их искусству и больше месяца ускользала из дома в мастерскую, якобы на прогулку.

Меня учили правильно заготавливать побеги и плести корзины из веток ивы. Пока руки не привыкли к работе с лозой, мне приходилось неоднократно сплетать и расплетать свои творения. И вот первая корзиночка, вышедшая из моих неопытных рук, принята наставницами благосклонно. После этого, набрав ивовых веток, я приступила к подготовке задуманного сюрприза.

В тот день тарина Албела с подругой‑компаньонкой зашли в гости к отцу. Чтобы не мешать им, я ушла в библиотеку и решила побыстрее закончить работу над подарком. Удобно устроилась на подоконнике, отгородив своё рабочее место шторами.

Всё получилось довольно банально: именно в это время тарины захотели рассмотреть понравившуюся им картину и пошептаться в библиотеке. Их разговор и убил во мне наивного ребёнка.

— Дорогая, какой прекрасный и уютный домик! — щебетала компаньонка, пока невеста моего отца тянула её под локоток подальше от двери и, соответственно, поближе к моему укрытию. — Ах, как повезло твоему будущему мужу: получить в жены такую хозяйку и мать для его дочери!

— Заткнись, — именно злой шёпот Албелы заставил меня обратить на них внимание и прислушаться. — Жена, мать! Ты хоть понимаешь, как всё это противно? Вечно лапает меня, и эти слюнявые поцелуи… Фу! А глаза у девчонки? Мне кажется, она постоянно следит за мной, как собака. Будь она чуть старше и умнее, я бы подумала — раскусила меня и знает все мои планы!

— Уверена? — хихикнула её спутница. Мне не было видно женщин, но шорохи выдавали их жесты. Видимо, дамочка, когда засмеялась, прикрыла рот ладошкой.

— Нет! Но пока играю свою роль. Поскорее надо забеременеть, и тогда всё можно будет быстренько закончить. Ты только представь, как будешь меня утешать!

— Очень нежно и преданно! Бедняжка, потерявшая мужа и приёмную дочь, имеет право поплакать на груди своей подруги! Решила, какой их ждёт финал?

— Да. Но только сначала дождусь зарождения во мне новой жизни, — резкий шорох юбки подсказал, что Албела резко обернулась. — И вот тогда: папочку укусит змея, а доченька не перенесёт нервного потрясения от потери отца. Ладно, идём в гостиную, не нужно вызывать подозрения.

Женщины ушли, а я сидела, закусив кулачок, и не могла отойти от шока. Мысли водили хоровод: «Мы с отцом не нужны! Нас убьют! Убьёт женщина, которую отец впустил в нашу семью, в наш дом! Как? За что? Почему? Нужно рассказать всё папе!» Когда решение оформилось, стало легче. Мы с папой вместе, у меня есть защитник… Но…

Отец выслушал мой сбивчивый рассказ, нахмурил брови и наказал за злую выдумку. Нельзя маленьким девочкам так сильно ревновать своих родителей и клеветать — нельзя! Мой самый родной человек окончательно разбил мою детскую веру в добро и справедливость.

Понимая, что теперь спасти свою жизнь могу только сама, я начала размышлять, как это сделать. Необходимо было найти способ защитить Албелу от беременности. Я читала книги, слушала, а иногда и подслушивала разговоры взрослых. И однажды услышала. Получилось это вот как.

Практически при каждом особняке в нашем городе есть роскошный сад. Особую гордость хозяев составляют яркие пышные цветы, густой кустарник и нарядные беседки. Как раз по такому цветнику я и лазила, когда случайно обнаружила в нём укромный закуток — выглядел он как небольшой шатёр. Я проводила там немало времени: читала, размышляла, порой дремала.

Как‑то днём две соседки, остановившись по ту сторону забора, тихо разговаривали о своих делах. Вдруг одна из них произнесла фразу, которая заставила меня напрячь слух:

— Мне пока рано думать о ребёнке. Лекарь выдал успокоительное зелье, но оно работает как противозачаточное.

О! Это то, что нам, вернее, мачехе нужно! Набравшись храбрости, я постучалась в дом этой милой женщины. Тари удивилась, увидев на крыльце щуплую, краснеющую и запинающуюся малолетку.

Чуть заикаясь от страха и смущения, я попросила поговорить со мной. Честно призналась, что слышала разговор о лекаре, и попросила подсказать, как мне его найти. Самостоятельно.

Ну не может такой ангельский ребёнок, как я, расстраивать своих любящих родителей из‑за того, что мне страшно спать по ночам. Взрослым девочкам стыдно звать папу и маму, если чудовища прячутся под кроватью или в шкафу. Тем более что мне очень хочется быстрее получить братика, а ещё лучше — сестричку в подарок от родителей. А все знают: нельзя ночью беспокоить родителей в их спальне, потому что по ночам они ходят по магазинам и ищут, где можно купить подходящего малыша.

Я очень просила меня не выдавать и просто поделиться адресом чудесного целителя. Моё притворство имело неожиданное продолжение. Тари Розалинда, как она разрешила обращаться к себе, пообещала подумать и сообщить чуть позже, сможет ли помочь мне.

Добрая и отзывчивая душа сама направилась к моему родителю и попросила разрешения принять участие в сохранении здоровья ребёнка. Какие уж доводы приводила она в разговоре, не знаю, но в итоге я шла вместе с ней к лекарю по благословению папеньки.

Жертва моей манипуляции сама пересказала мои выдумки своему знакомому целителю, добавила информацию от моего отца о ревности ребёнка к его милой будущей жене — и вот меня уже записали в личности с хрупкой психикой и нервной душой.

Для лечения моих нервов было выдано зелье. Да, то самое! Успокоительное! Тари Розалинда так и сказала:

— Не бойся, оно не горькое, я сама такое же принимаю.

Спасибо вам, Боги, что не отвернули от меня свои лики! С этого момента началась моя игра. Десять капель во время еды — один раз в день. Но это же надо умудриться каждый день добавлять их Албеле в пищу! Надо было видеть, как с тех пор я застывала с восхищённым взглядом, едва завидев её. Как рассказывала за обедом «будущей новой матушке» обо всех интересных вещах, которые увидела или о которых прочитала.

Бабочки, птички, цветочки и травка, видимо, часто икали от моих воспоминаний о них. В нашем доме была приходящая прислуга: тари Леда и тарина Кери.

Дородная тари Леда, спокойная и лёгкая в общении женщина, отвечала за кухню: приходила утром, готовила на весь день и с помощью артефактов отправляла в шкаф стазиса. Молоденькая смешливая тарина Кери следила за чистотой дома и наших вещей. Но в их обязанности не входило бегать по первому зову, особенно пока ещё гостей…

Поэтому, когда я в первый раз предложила принести чай, приготовленный лично мною, тарина Албела была не только очень удивлена, но и обрадована, что я, наконец, закрою свой рот и оставлю её в покое.

Ритуал вступления в род и свадьба прошли почти мимо меня. Я лежала с «нервной горячкой», но чай я «маменьке» принесла. Через месяц это уже было моей постоянной обязанностью.

Когда мне исполнилось девять, не стало отца. Эл дар Залита мо Арт ко Мара упал с лошади и «получил травму, несовместимую с жизнью». Так нам сообщили из службы охраны прав и порядка. Надо было видеть, как «страдала» Албела, когда её обрадовали этим известием, — и как она рвала и метала, когда ей сообщили, что если она по каким‑либо причинам не может или не хочет опекать свою приёмную дочь, то может освободить дом, так как указанная недвижимость принадлежит моей покойной матери, а значит, переходит по наследству в полную мою собственность.

Если честно, то я была очень удивлена реакцией мачехи на, в принципе, стандартные требования служащих СОПП. Не могла же она реально рассчитывать, что закон забудет о моём существовании и решит, будто папенька — единственный законный наследник Залиты ко Маро?

В это же время мы узнали, что после смерти мамы её приданое, внесённое в банк, было заблокировано до моего совершеннолетия, так что жить мы сможем лишь на проценты, начисляемые банком. Деньги на моё содержание будут выдаваться только представителю действующей опеки. То есть, если Албела тари Эл дар Залита мо Арт ко Мара, заботясь о моём воспитании, отправит меня в закрытый пансион, то и деньги будут перечисляться этому заведению, а не якобы официальному опекуну.

Наследства же от покойного мужа и отца нам не досталось. Оказывается, папочка решил играть по‑крупному и в компании старого друга Гел мо Навалл ко Зун направил на развитие какого‑то нового дела все финансы, к которым имел доступ. В чём смысл этого предприятия, Албела не знала, а я в свои годы — тем более, поэтому она приняла решение продать всё компаньону.

На встрече с уже бывшим деловым партнёром отца грянул очередной гром: документы были оформлены так, что всё считалось собственностью данного предпринимателя, а папа был только наёмным работником.

Конечно, уважая память ушедшего, тар Гел предложил выплатить небольшую компенсацию за работу отца, но на этом всё.

С прислугой нам пришлось расстаться. Благо, что в то время я уже могла приготовить не очень сложные блюда, такие как суп, рагу, компот. Где брать продукты и из чего готовить еду, мне тоже было известно.

К тому же с того самого момента, как я поставила перед собой задачу по защите своей собственной жизни, мне пришлось изучать различные сферы жизнеобеспечения, в том числе бытовую артефакторику, и, соответственно, поддерживать порядок в комнатах и в собственном гардеробе мне было не так уж и сложно. А в свою комнату «безутешная вдова» меня не пускала…

Будете смеяться, но ещё целый год, с момента гибели отца, я поила безутешную вдову тем самым чаем. А что? Польза со всех сторон! И спокойствия бедной женщине добавляла, и бастарда она не принесла. Да‑да! Слышали мы, что была королева, ходившая беременной ни много ни мало год! Так что бережёного Боги берегут!

Глава 2 Не первое разочарование

Для ребенка быть нелюбимым лучше, чем пользоваться псевдолюбовью.

Эрих Фромм

Злата

С момента смерти отца прошло почти десять лет. Через несколько дней назначены тесты — испытания по общему курсу потока знаний о мире. К тому же через десять дней я стану совершеннолетней и начну думать о дальнейшем направлении углублённого познания. Друзей во время обучения у меня не было. Если мой родной отец смог меня предать, чего же ожидать от чужих людей?

Единственной приятельницей осталась тари Розалинда. У неё я узнавала секреты ведения хозяйства, хранения продуктов, а также новые рецепты.

Албела без всяких раздумий согласилась, что делать работу по дому мне вполне по силам. Да, Господи! Что там делать?

Пыль убрала, мусор собрала — лежи, отдыхай! Постирала, в сушилку развесила — лежи, отдыхай! Перегладила, в шкафы по местам разложила — лежи, отдыхай! Овощи начистила, мясо нарезала — лежи, отдыхай! Всё по кастрюлькам и горшкам закинула — лежи, отдыхай! На печку расставила, огонь на таймер включила — лежи, отдыхай! Грядки проверила, то, что на них созрело, собрала, в стазис‑шкаф забросила, полив включила — лежи, отдыхай!

Про грязную посуду, которая возникает из ниоткуда, вообще говорить не буду…

Мачеха честно считала, что я валяюсь целыми днями, и устранилась от скучных бытовых мелочей — а мне это было только на руку. Сама себя травить не буду точно.

Так я и жила: учёба — дом — учёба. А месяц назад, возвращаясь домой после занятий, столкнулась с молодым мужчиной. Высокий, яркие синие глаза, короткие каштановые волосы, поджарая фигура. Я рассмотрела всё в тот момент, пока пребывала в его объятиях. Ах, обниматься с незнакомцами на улице нельзя, скажете вы? А то, что он удержал меня от падения и спас от удара головой о мостовую, может считаться достаточным основанием?

Конечно, он представился, извинился за неловкую ситуацию и хотел проводить меня до дома — однако разрешения не получил. Но с какой тревогой он смотрел на меня, как хмурил свои тёмные брови! Итак, его зовут тар Тэо мо Зун ко Навалл. Поэтично и напевно…

Даже когда я просто произношу вслух его имя, улыбка сама собой появляется на моих губах, а в груди разливается приятная лёгкая истома. До сих пор помню аромат его парфюма, тепло его крепких рук на своей талии и спине… А ведь он держался в рамках приличия и, как только опасность для меня миновала, отпустил и отступил…

За это время мы виделись несколько раз. Но не подумайте, что это были свидания. Не вгоняйте меня в краску! Просто он служит недалеко от цеха учёных. И когда увидел меня после того столкновения, деликатно поинтересовался моим самочувствием. И в следующий раз… Мы встречались неоднократно, но исключительно случайно, и Тэо — простите, тар Тэо — искренне мне улыбался.

А сегодня он поцеловал мне руку. У меня чуть сердце не выпрыгнуло из груди, и мурашки побежали, когда его дыхание обожгло кожу…

Ой, что это я — всё о себе да о себе… Вам, наверное, это неинтересно…

Так Тэо, когда заглянул мне в глаза, проникновенно промолвил, что счастлив вновь видеть прелестную тарину. Его ультрамариновые очи с такой откровенной радостью смотрели на меня, что смущение окрасило мои щёки румянцем. Честно, очень хотелось бы, чтобы он продолжал держать меня за руку. Однако мои обязанности по дому никто на себя не возьмёт, а потому, высвободив пальчики из сладкого плена, я побежала домой.

Мачехи дома не оказалось. День был ясным, и я решила позаниматься на свежем воздухе. Чтобы быстро управиться с делами, включила таймер на плите и поставила овощи с мясом томиться на медленном огне. Пробежав по комнатам, активировала уборочные артефакты, а затем, взяв учебники, юркнула в своё укромное место в цветнике.

Сижу, делаю вид, что читаю, а на самом деле смотрю в книгу — вижу… образ нового знакомого. Его губы… Омуты глаз…

Мне даже почудилось, что слышу его баритон: «Счастлив! Прелестная тари!». И тут я понимаю, что голос его звучит не в моих фантазиях, а наяву…

Как? Он же не знает, где я живу — или знает?

Тихо, очень тихо я выбралась из своего убежища и медленно, словно меня что‑то не пускало, подошла к открытому настежь окну комнаты мачехи. Нет! Этого не может быть!

В отражении зеркала видна пара. Они стоят спиной ко мне, но серебряная поверхность бессовестно воспроизводит их образы. Тэо одной рукой прижимает к себе Албелу и целует её в шею, а другой приподнимает ей юбку. Её глаза прикрыты. Лицо исказил экстаз и вожделение. Жемчужные зубки прикусили коралловую губу.

Руки моей соперницы вцепились в волосы мужчины. Ррррррррр! Красиво, но очень больно!

Воздух резко перестал поступать в мои лёгкие. Ноги стали ватными, и я сползла по стеночке на землю. Чтоб не издать ни звука, зажала рот ладонью и до боли закусила руку. Так и сидела, облокотившись на стену. Подняться и уйти сил не было, и я была вынуждена слушать их ахи‑вздохи. Сердце заледенело, каждое сокращение его приносило колючую боль. А мысль «Дура! Ничему тебя жизнь не учит!» кувалдой била наотмашь.

Через несколько минут мне удалось совладать с непослушным телом и пробраться в свой зелёный шатёр. Никого не хотелось ни видеть, ни слышать. Сидела без единого звука, глотая слёзы. Постепенно на мир опустился вечер. Голос мачехи раздаётся с крыльца всё реже, а злости в нём всё больше:

— Дрянь! Бессовестная эгоистка! Неблагодарная тварь!

Это всё обо мне? Как мило! Разве это я жила в чужом доме, на чужие деньги, пользуясь чужим трудом, при этом будучи тунеядкой и иждивенкой? И за всё это время я палец о палец не ударила, чтобы изменить ситуацию с Албелой… Терпеть ненавижу! Боги, зачем мне такое испытание? Ладно, надо узнать, что от меня хотят, и думать, как жить дальше.

— Ну что же, не в первый раз тебя предали, — сказала я сама себе. Пригладила растрёпавшиеся волосы, смахнула последние слезинки, надела маску наследницы рода, прошептала: — Вперёд, Злата…

И пошла решать ситуацию в свою пользу, крикнув уже в полный голос:

— Вы искали меня, маменька?

— Милая дочь, — лживо и фальшиво проворковала якобы моя опекунша. — Где вы были? К вам приходил тар Тэо мо Зун ко Навалл. Вы же не станете отрицать, что знакомы с этим молодым человеком?

— Отнюдь, — я равнодушно пожала плечами. Мне было больно слышать имя лжеца, но я постаралась сдержать презрительную усмешку, видя пытливый взор лицемерки, которая пыталась найти на моём лице смятение. Однако нужно собраться и закончить этот фарс, поэтому, вздёрнув бровь, я поинтересовалась: — Что же послужило поводом для его визита?

— Он хотел просить вас соединить с ним судьбу.

Ну да, судьбу он хотел соединить со мной — а постель разделил с тобой. Странный способ сватовства, да и реакция Албелы не очень понятна. То, чему я была свидетелем, никак не предполагает радости от намерения любовника вступить в брак с ненавистной падчерицей. Но мачеха не просто делает вид, что довольна, — она на самом деле удовлетворена таким ходом событий. Ох! Думай, голова! Думай!

— Матушка, я в полной растерянности, — пропела я, стараясь скрыть сарказм. — Может, вы не так поняли просьбу тар Тэо? Да, он представился мне полным именем, и мы виделись с ним несколько раз, когда я возвращалась с учёбы. Но это же не повод для подобного предложения! Ваша красота и идеальный характер известны всем… Возможно, молодой человек хочет связать свою жизнь именно с вами?

— Не повод? — взвизгнула мачеха. — Тар Тэо мо Зун ко Навалл чётко обозначил, что, как честный териец, он обязан защитить твою честь. Многие видели, как вы с ним обнимались. Недаром говорят: «Яблоко от яблоньки недалеко укатилось».

— Совсем не понимаю ваших намёков, — я, нахмурившись, отпрянула от истерички.

— Какие намёки? Я прямо говорю: вы пошли по стопам своей родной мамочки, — заорала мачеха, потрясая кулаками. Она что, ударить меня собирается? А нет! Просто картинно схватиться за голову… Вон как закатила глаза и застонала: — Вы обе не смогли сберечь честь до обретения Силы!

Удивление? Нет, шок! Мама? Непристойное поведение?! О чём вообще речь? Что всё это значит? Гнев поднялся волной и перехватил горло. Я сипло выталкивала из себя рубленые фразы:

— Албела тари Эл дар Залита мо Арт ко Мара! Потрудитесь объяснить! Кто дал вам право пятнать светлую память тари Залиты ко Мара? К чему вы пытаетесь очернить её доброе имя?!

— Залита ко Мара, впрочем, как и вы, была легкомысленной девчонкой. Дарила улыбки всем встречным. Однажды её похитили и потребовали от вашей семьи выкуп, — отчеканила Албела и гордо задрала подбородок. — Об этом тогда трубили все новостные листки. Ваш дед, светлая ему память, выкуп похитителям передал. Но Залита вернулась домой только через сутки с момента похищения. Ваш отец её очень любил и решил защитить её честь в храме. Так Эл дар Залита мо Арт ко Мара вошёл в ваш род.

Поток злой, несуразной и несвязной информации просто оглушил меня. Я чувствовала, что мне необходимо побыть одной. Мачеха же стояла, расправив плечи, с торжествующей усмешкой. Мне срочно нужно уйти, оставить Албелу, дабы не вцепиться в её холёное личико. Видимо, что‑то такое появилось в моём взгляде, потому что улыбка с её губ пропала, и она отшатнулась…

Я же, пока ещё в состоянии себя контролировать, резко обхожу эту змею стороной и направляюсь в свою комнату. Гул в голове нарастает с каждым шагом. Перед глазами пляшут чёрные мушки. Только бы не упасть. Не показать слабость. Я подумаю об этом. Обязательно подумаю! Но сейчас надо успокоиться.

Добрела до комнаты только из упрямства. Упав на кровать, начала глубоко дышать на счёт. Не очень помогло. Вместо чисел память прокручивала сцены из сегодняшнего долгого, странного и страшного дня. Вот встреча с Тэо. Вот он целует мою руку. Вот он и Албела. Вот торжество на лице мачехи после рассказа о маме.

Стоп! Рассказ о маме! Что меня в нём зацепило? «Я не смогла уберечь свою честь до обретения силы?» Мама не смогла? Что касается меня, я точно знаю: мне нет необходимости бежать в храм. Значит… Значит, не факт, что озлобленная мегера выдала мне правдивую историю. Надо пойти в инфохран и найти новостные листы двадцатилетней давности. Албела сказала, что об этом писали. На сей гениальной идее мой мозг полностью отключился…

Утро наступило внезапно. Измученный кошмарами организм отказался издеваться над собой дальше, и глаза распахнулись сами собой. Я быстро поднялась, оделась, умылась и, схватив сумку с учебниками, вышла к завтраку. Ела омлет и пила кофе, а в голове складывался план дел на день: учёба, визит в Службу Охраны Прав и Порядка и инфохран.

Зачем в СОПП? Во‑первых, то давнее громкое дело о похищении, о котором кричали все и везде. Значит, что? Значит, у них данное дело было в разработке! Попрошу разрешения порыться, нет, посмотреть, а ещё лучше поработать в архиве — всё‑таки семейная история и выбор будущей профессии. Надо, кстати, ещё обоснование продумать!

Во‑вторых, что‑то не сильно мне нравится эта ситуация с повторением той давней истории. Боги редко подкидывают детям задачи, не решённые их родителями… Мне бы пройти инициацию — не хочу повторить судьбу мамы. И, кстати, если ты параноик, это ещё не значит, что за тобой не следят…

Да, так и поступлю. Решение принято. Вперёд!

День занятий пролетел мимо моего сознания со свистом, благо сейчас идёт повторение пройденного. В Службу Охраны я шла вся на нервах. Решила для начала описать свои проблемы дежурному детективу — надеюсь, он даст полезный совет, к кому обратиться. Главное — собраться. Но смогу ли я объяснить как надо? Поверят ли? Поймут?

Однако я так и не дошла до СОПП. Вернее, дошла, но…

*Дарина*

Дарина ко Ран, кадет Академии Корпуса, вылетела из помещения СОПП в растрёпанных чувствах. Ей отказали. Этот бесчувственный чурбан сказал, что её гормональный фон ещё не стабилизировался, поэтому принять её на практику в данный момент возможности нет.

Честно говоря, она не смотрела, куда бежит, поэтому столкновение с хрупкой девушкой‑подростком было неожиданным. А когда Дарина отшатнулась назад, врезалась спиной в мужской и явно сильный торс… Эмоциональные качели вновь подбросили её в небо, отчего сердце ухнуло в пятки, а душа взмыла ввысь…

Голова юной магички закружилась, и она начала заваливаться вбок…

Мужчина не только поддержал и не дал ей упасть, но и не пошатнулся при этом…

— Твою ж инициацию, — экспрессивно прошипела юная магичка и осторожно оглянулась.

На крыльце стоял Бог! Да! Вы не ослышались! Сам Арес снизошёл на Террию, чтобы удержать Дарину от падения! Тело могучего и зрелого воина возвышалось над ней на целую голову. И вот не надо сейчас ехидничать, что он просто находится на ступеньку выше. Красивый, по‑настоящему красивый мужчина!

Грубоватые черты лица, тяжёлый подбородок, тонкие губы. А может, не тонкие, а просто сурово поджаты? Не имеет значения. Сейчас для Дарины это не имеет никакого значения! Чёрные волосы с редкими нитями серебра обрамляют высокий лоб. Тёмно‑синие глаза смотрят, кажется, в самую душу. Кроме того, как Бог воинов, он одет в форму СОПП.

Кадет смогла, наконец, вдохнуть и ощутила аромат кедра и сандала. Голова закружилась, а перед глазами заплясали чёрные мушки. Приехали! Девушка потрясла головой, и только тогда до её сознания дошло, что к ней кто‑то обращается. Но голос был явно не божества. Он так и стоял, поджав губы и придерживая её за плечи.

— Что с ней? — вспомнила Дарина о подростке.

— С вами всё в порядке? — раздался девичий голос.

— Да, спасибо, — обернулась магиня к незнакомке и резко отстранилась от спасителя.

Голова вновь закружилась, и девушка пошатнулась, благо что крепкие руки всё ещё её придерживали. Худощавая девица с тревогой вытянула руки, и Дарина увидела, как в её сторону устремились нити силы. Одновременно через ладони стоящего за спиной мужчины также поступил подпитывающий импульс.

Сознание начало проясняться, и, как ведро холодной воды, пришло понимание того, что её только что чуть ли не обнимал посторонний мужчина. Да что там «только что» и «чуть ли не»? Она до сих пор прижимается к нему…

Стыд кипятком обжёг щёки кадета. Её сердце заколотилось, словно птичка в клетке. К горлу подкатил ком, и резко перестало хватать воздуха… Она застыла, не в силах пошевелиться, ощущая жар мужского тела.

Из ступора Дарину вывел взгляд девушки‑подростка. Она смотрела без осуждения. С пониманием… Словно даря поддержку.

Юная магичка быстро сделала шаг к незнакомке, и так получилось, что эта практически девчонка улыбнулась и обняла её, делясь силой, к которой, по идее, ещё не имела доступа. Дарина с благодарностью кивнула.

— Кадет, — раздался с крыльца волнующий, низкий, рокочущий голос, — я требую, чтобы вы немедленно прошли к лекарю.

— Будет исполнено, уважаемый! — обернулась она к незнакомцу и покраснела. Если вначале она приняла мужчину за Бога и благоговела, то сейчас понимала, что перед ней её идеал, её девичья мечта во плоти. Может, хорошо, что ей отказали в практике? Сложно будет работать и не думать о том, что он где‑то рядом.

Дарина, стараясь не поглядывать на незнакомца, быстро помогла девушке поднять вылетевшие из сумки тетради и поспешила в Академию. К лекарю так к лекарю. Приказы надо исполнять. А мужчина, проводив её взглядом, открыл массивную дверь, пропуская в холл девочку‑подростка и анализируя то, что он увидел…

Глава 3 Лучики надежды, или первый перекресток

Если тебе когда-нибудь захочется найти такого человека, который сможет одолеть любую, даже самую тяжелую беду и сделать тебя счастливым, когда этого не может больше никто: ты просто посмотри в зеркало и скажи: «Привет!»

Ричард Бах

Злата. Перекрёстье

До комплекса СОПП я шла как в тумане. Не обращала внимания ни на красоту белокаменных зданий, ни на яркое солнце, что пыталось лучами отразиться в каждом окне.

В голове мысли никак не хотели выстраиваться в стройные фразы. Они прыгали и скакали, словно играя в чехарду. У меня не получалось ни одну из них ухватить, чтобы спокойно обдумать. Как только мне казалось, что вот эти доводы будут убедительны для офицеров правопорядка, так тут же из всех закоулков разума вылезала тысяча сомнений, которые начинали совместно расшатывать мою уверенность.

Обычно я с удовольствием гуляю по городу, воздавая должное его стройной, утончённой и благообразной красоте. Надо сказать, в городе нашем есть на что посмотреть. Он спланирован по всем канонам логической модели градостроения. В самом центре расположен ансамбль зданий службы охраны правопорядка. Это главный общественно‑политический комплекс, где расположены все органы власти. Его можно сравнить с замком, который расположен посреди города…

Не знаю, насколько это правда, но говорят, что в самом его сердце живут и проходят обучение будущие маги. А может, и не в центре, а на каком‑то тайном острове… В общем, слухи ходят разные! Надеюсь, что, когда пройдёт моя инициация, я точно узнаю, где располагается Академия СОПП… Правда, я ещё не знаю, где больше всего мне хочется в будущем служить. Ой, опять замечталась… Так вот, о городе…

Следующее кольцо за этим величественным сооружением — финансово‑деловая часть. Там располагаются офисы, магазины, цеха учёных. Затем идёт пояс жилого сектора с парками, скверами и театрами. На окраинах города размещается промышленный сегмент. В нём, помимо предприятий производства, находятся общежития и муниципальные дома, куда могут заселиться работники, не имеющие собственной недвижимости в городе.

Трёхэтажные здания разрешены только в деловых районах. Жилые помещения выше двух этажей не поднимаются. Зато родовые поместья за городом могут похвастаться и дворцами, и садами, и парками. В город же выносится только семейная усадьба: небольшой дом, в пределах пятисот квадратных метров, с аккуратными подъездными дорожками и яркими, пышными, ухоженными цветниками и ажурными беседками.

Всё‑таки я невольно засмотрелась на город и практически забыла о конечной цели своей прогулки — только на подъездной аллее я осознала, что практически добралась до СОППа, а что именно буду говорить, так и не сформулировала.

Посмотрев с сомнением на широкую террасу, на которую вели всего три ступеньки, покрытые серым гранитом, я перевела взгляд на трёхэтажное здание службы, и, как у любого терийца, у меня захватило дух от красоты этого дворца. Символично, правда? Три ступени взросления, три ступени обучения, три ступени принятия Мира.

Все оттенки серого на основе фасада складывались в причудливую игру света и тени. Снежно‑белый декор из мраморных колонн, лепнины, ваз и статуй на парапетах и фронтонах создавал необычайное по пышности и великолепию убранство ансамбля, а яркий контраст тёмных стен и светлых украшений внушал трепет.

Говорят, что чародеи специально выбрали такое сочетание, чтобы помнить самим и напоминать остальным: нет света без тени — и наоборот. Вот опять скатываюсь в слухи, но ещё не маги шепчут, что одарённые очень не любят ярких эмоций. Они постоянно стараются сдерживать чувства и не признают любви и ненависти. Не терпят шалостей. Неужели мне тоже придётся забыть, что такое шутка и смех? Но что бы там ни плели, а я стану магом…

Решительно тряхнув головой, чтобы прогнать нелепые сомнения, я вбежала на террасу и уже собиралась открыть тяжёлую дверь, когда она вдруг сама распахнулась, оттолкнув моё лёгкое тельце, а вылетевшая из здания девушка врезалась в меня и выбила сумку из рук. Чтобы не упасть, пришлось спрыгнуть вниз по ступенькам. И только на дорожке я смогла восстановить равновесие и оглянуться.

Увиденное, мягко говоря, смутило, но не сразу, а когда пришло осознание всей мизансцены. Сначала я увидела красивую девушку…

Бледная, стройная, невысокая красавица в форме кадета, с тяжёлой золотой косой, змеящейся по груди, стояла, покачиваясь, на ступеньке. Я даже задохнулась от зависти — это так красиво.

Лишь потом я поняла, что её за плечи обнимает мужчина. Но он, если честно, меня не впечатлил… Однако опять я о себе…

Когда я рассмотрела, что девушку удерживает в вертикальном положении только хватка спутника, то подумала, что она без сознания…

Голова юной магички была чуть повёрнута к детективу и сильно запрокинута. С того места, где я стояла, мне была видна лишь часть её лица: высокие скулы, острый подбородок и шея; сквозь нежную кожу просвечивали венки, создавая на девичьем лице рисунок, схожий с прожилками мрамора. Но уверенность в том, что девушка красива, меня не покидала. Долгое, томительное мгновение мне казалось, что колдунья не дышит, а затем я увидела и услышала, как терина сделала глубокий вдох.

Вдохнув вместе с незнакомкой, я осознала, что всё это время стояла, затаив дыхание. Затем в голову пришла мысль: «А вдруг златовласке требуется моя помощь?» — и я шагнула вперёд. Попыталась заговорить уверенно, но голос сорвался, и вырвался писк.

— С вами всё в порядке?

Видимо, меня не услышали или не поняли, потому что красавица встрепенулась и потрясла головой. Я откашлялась и уже нормальным голосом повторила вопрос.

— Да, спасибо, — раздался приятный грудной голос незнакомки, и она резко отстранилась от своего спасителя.

Девушка вновь пошатнулась, и я непроизвольно подалась вперёд, чтобы поддержать её, если понадобится. В то же время я почувствовала, как в душе натянулась и лопнула с резкой болью невидимая струна и волна тепла вырвалась из груди навстречу златовласке, окутала её и вернулась ко мне с привкусом мятной свежести… У меня даже создалось впечатление, что именно эта лента дёрнула ко мне магичку…

Через мгновение незнакомка оказалась в моих объятиях.

Пытаться в настоящий момент осознать, как это произошло и что случилось, я не стала, но решила, что подумаю над этим позже. А девушка неуверенно улыбнулась и с благодарностью кивнула.

— Кадет, — окликнул её мужчина с крыльца. Его тон был жёстким и сухим, — я требую, чтобы вы немедленно прошли к лекарю.

— Будет исполнено, уважаемый, — златовласка обернулась к магу и покраснела. Вдвоём с ней мы быстро собрали вылетевшие из моей сумки тетради, и каждая продолжила свой путь.

А ваша непутёвая рассказчица осознала, что так толком и не подготовилась к разговору со служащими СОПП, и, в смятении прижимая сумку к груди, сделала шаг в просторный холл святая святых — в храм защитников Права. Каково же было моё удивление, когда за столом дежурного я увидела молодую копию того самого мужчины, что так смутил меня на входе в здание, — только глаза у него были тёмные и скулы ещё выпирали, как у подростка.

Дежурным детективом оказался парень лет двадцати пяти. Табличка гласила, что перед нами уважаемый Фил мо Сэй ко Сьян. Цепкий взгляд тёмно‑синих глаз просканировал меня подобно рентгену. В ответ на приветствие он дежурно кивнул, даже не сделав попытки улыбнуться.

«Ну и правильно, — мелькнула мысль, — мы тут не глазки строить будем, а преступление расследовать. Теперь надо связно всё разъяснить и рассказать о своих опасениях».

Фил

Уважаемый Фил мо Сэй ко Сьян с самого утра был на взводе. Он умудрился сам испортить себе настроение уже в начале рабочего дня, попав в ловушку подчинения. А когда выбрался из неё, у него состоялся очень непростой разговор с руководителем.

— Ты понимаешь, что у меня нет сейчас дел, которые можно отдать детективу‑одиночке? — ударил ладонью по столу руководитель, он же родной дядя Нур ко Сьян. — Я не могу понять, почему твоя магия никого к тебе не подпускает. Что я должен сделать? Дать тебе в напарники детектива с противофазным резонансом и ждать, когда вы поубиваете друг друга?

— А если… — начал проситель, но был резко перебит:

— Никаких «если», — вскочил старший детектив. — Ты прекрасно знаешь, что если твоя сила не принимает человека в ближний круг, то ты можешь рассчитывать только на стандартные, ровные отношения, а напарники должны доверять ближникам жизнь. Или ты думаешь, что эти правила выдуманы только для тебя? — Юноша вскинулся и открыл рот, чтобы что‑то возразить, но начальник, махнув рукой, не дал ему вымолвить и слова: — «Это устав службы, и он написан кровью…»

— И что, — исподлобья взглянул юный маг на родственника, — мне теперь постоянно сидеть на приёме посетителей?

— По крайней мере, не психовать, — пожал плечами наставник и спокойно опустился в кресло. — Ждать, когда появится интересное дело, которым ты сможешь заняться…

В общем, выставили его за дверь, как начинающего стажёра…

И пусть с того разговора прошло уже несколько часов, но в своём воображении молодой человек продолжал спорить с наставником и кипел, приводя всё новые и новые доводы.

У магов очень широкий выбор, где можно применить свои силы.

Естественно, можно было выбрать направление архитекторов и строить для жителей умные дома, или артефактора — и работать в лаборатории над созданием амулетов и оберегов, а можно было отправиться в охрану межмировых границ… Но он хочет помогать людям здесь и сейчас! Именно из‑за этого он развивался как специалист внутренних служб.

Когда он выбрал работу в службе охраны, семья поддержала его желание развиваться в этом направлении. В своих мечтах детектив Фил мо Сэй ко Сьян сразу раскрывал все тайные заговоры, находил неучтённые улики, обнаруживал ранее неизвестные факты в зависших делах, помогал опытным товарищам при задержании опасных бандитов.

А вместо этого ему определили место дежурного детектива. Он каждый день выслушивает от пожилых и не очень пожилых посетителей скучные истории о пропавших кошечках, убежавших собачках, украденных колечках. В его обязанности входит оформить заявление посетителя и передать этот документ в соответствующий отдел.

Где настоящая служба? Кого он может здесь защитить? Он понимает, что молодому выпускнику академии сразу никто не доверит громких дел. Не пошлют на подмогу матёрым детективам или в опасные погони. Но доверить проработку хотя бы этих самых обращений можно? Тест‑испытание по грамматике он сдал, когда ему было девятнадцать. Для чего он учился ещё шесть лет?

Очередной посетитель вошёл в открытую дверь. Фил, окинув взглядом вошедшего, вернее, вошедшую, постарался по внешнему виду и эмоциональному посылу провести анализ, как их учили в Академии, и представить себе суть проблемы, что привела человека за помощью. «Нет лучшего усвоения теории, чем практика. Теория без практики и практика без теории — есть ничто!» — так говорит дядя. Однако вернёмся к посетителю.

На пороге стояла молодая девушка в тёмно‑серой форме слушателя цеха знаний. Нахохлившаяся, как воробей. Хотя почему как? Даже обидно! Она реально напоминала эту милую маленькую пташку…

Стройная фигурка в недорогом, но добротном брючном костюме. Тонкое лицо с высокими скулами и ровными дугами бровей. Русые волосы с каштановыми прядями, которые указывали на то, что девушка ещё не вышла из подросткового периода, были заплетены в косу. Скоро, очень скоро она станет настоящей красавицей. А пока… Тонкие пальцы девчонки нервно вцепились в сумку с учебниками, которую она прижала, как щит, к груди. Большие яркие глаза цвета грозового неба смотрели с вызовом.

Когда тарина Злата начала свой рассказ, внутреннему скептику Фила захотелось посоветовать ей пойти домой и выпить успокоительного, но по мере повествования он насторожился. Детектив почуял загадку. Причём загадку из прошлого. И этим делом вполне может заняться детектив‑одиночка, если на то будет распоряжение руководства…

Фила охватил азарт: вот он, его шанс — хотя история, на первый взгляд, стара как мир!

Молодые люди влюбились, создали семью, родили ребёнка. В результате несчастного случая погибла мать, затем, через довольно продолжительный период времени, погибает отец. Наследницу рода опекает мачеха. Отношения между женщинами не очень‑то тёплые. Что же заставило Фила обратить пристальное внимание на рассказ? Уверенность девушки, что гадкая история о вхождении в род отца имеет зерно истины. А ситуация со странным знакомым, который оказался любовником мачехи, перерастает в шантаж и давление на свободную личность.

Конечно, как и положено уставом, заявление он оформил. Девушке в просьбе о личном допуске к архивной информации отказал. Документы, согласно регламенту, подготовил для передачи в расследование. Так почему его настроение изменилось?

Работа с документами — его обязанность! И о том, что информацию из архива по заявленным случаям предоставит он, пометка сделана! Ура! Он подключается к расследованию!

Адреналиновый взрыв заставлял дрожать поджилки парня, но он сохранил маску спокойствия…

Фил попросил расстроенную посетительницу подождать, пока он решит несколько вопросов, и быстро направился к старшему детективу отдела расследования. Да‑да, к тому самому начальнику, который утром отчитывал его, как малолетнего мальчишку…

Уважаемый Нур ко Сэй являлся не только родственником, но и наставником молодого мага. И вот сейчас у начинающего сыщика имелись не голословные возражения, а реальные аргументы для того, чтобы ему было дозволено подключиться к дознанию.

Заявление наследницы ко Мара заставит рассмотреть давние происшествия под совершенно иным углом. Интуиция вопила, что надо действовать очень быстро. И — о чудо! Внимательно просмотрев предоставленные документы, опытный руководитель нахмурился, а Фил услышал долгожданное:

— Возьмёшься?

— Разрешишь? — задохнулся парень, а потом взял себя в руки и, встав по стойке смирно, чётко доложил: — «Моих полномочий не хватит. Боюсь, что самостоятельно не смогу защитить тарину».

— Она просила допуск в архив? — заглянул опытный детектив в документы. — Дай его. А так как там секретная информация, затребуй клятву неразглашения. Да, и на период работы с нашим инфохраном ей придётся перебраться жить в дом кадетов СОПП. — Нур подмигнул ученику, лёгкая улыбка промелькнула на его губах. — И ей дополнительная защита, и нам меньше мороки с охраной!

Окрылённый доверием, Фил бросился выполнять распоряжение Учителя. А тот, не откладывая в долгий ящик, связался с руководством Академии и в двух словах описал ситуацию: и с обычным всплеском юного мага, и с необычной его стабилизацией.

Просьба, или предложение, старшего детектива была интересной, предположение логично, а поселить девушек в одной комнате не составляло труда. Тем более что данный эксперимент будет проходить под присмотром учебного заведения. Почему нет? В общем, ректор не сильно возражал…

Он же не знал, что Нур ко Сэй преследует скорее свои, пусть и не корыстные, цели…

Глава 4 Следующий шаг

Каким бы ни был наш следующий шаг, он нужен для того, чтобы достичь того места, куда мы выбрали идти.

Ричард Бах

Дом кадетов

Злата

Я сидела на узкой кровати возле окна и растерянно осматривала скромную обстановку моего нового убежища.

В маленькой комнате разместились две кровати вдоль стен, небольшой стол между ними и шкаф возле выхода. Комендант дома подселил меня к кадету третьей ступени, уважаемой Дарине ко Ран.

— Ты, деточка, не переживай, — ворковала кастелянша, помогая мне затаскивать в казённые покои выданные постельные и личные принадлежности: подушку, одеяло, комплект форменной одежды курсанта. — Соседка твоя ещё не пришла, но она девочка добрая. Дарина очень хорошо держит себя в руках, она и мухи не обидит. Не бойся, что её магия бесится…

Согласитесь, что после такого напутствия любой бы ожидал незнакомого человека с опаской. Впрочем, мне и помимо соседки было о чём беспокоиться. В голове мельтешили разные мысли…

Конечно, когда уважаемый Фил отказал мне в допуске к архиву, я расстроилась.

Разочарование копилось в моей душе всё то время, которое я ждала отлучившегося детектива. Аргументы о пользе моей помощи накапливались, выстраивались в цепочку. Мне даже удалось подготовить речь, и, чтобы не сбиться, я её кратко записала, но…

Ничего вякнуть прилетевшему парню у меня не получилось, потому что его сообщение о согласии привлечь меня к работе выбило из колеи.

Да что там заготовленная речь? Я от радости не смогла найти подходящих слов благодарности. Скорее всего, уважаемый Фил решит, что у него в посетителях была самая косноязычная неумеха. И это ещё не всё!

Меня огорошила информация о том, что платой за поиск информации будет фактически заключение. А как же тест‑испытание? Если его пропустить, то целый год будет потерян…

Да, я ещё не определилась с направлением саморазвития, но это не значит, что хочется терять время! Все эти мысли полились из меня быстрее, чем я смогла осознать, какую чушь я несу.

Видимо, маг только из снисхождения не стал крутить пальцем у виска, а ответил:

— Лучше побыть недолго в безопасном месте или рисковать собственной судьбой на свободе?

— Ну, наверное…, — промямлила я и услышала безапелляционное:

— Согласна?

Естественно, я была согласна, и теперь сижу в доме кадетского корпуса, пытаясь понять, как меня угораздило…

От воспоминаний меня отвлёк звук распахнувшейся двери, а потом создалось впечатление, что в комнату ворвался золотоволосый торнадо. Сумка с лекциями и учебниками полетела на свободную кровать. Я в ступоре смотрела на влетевшую, в переносном смысле этого слова, голубоглазую магичку, которая уже уселась на стол и, распахнув очи, с удивлением уставилась на меня:

— Так это ты? — её губы растягивались в улыбке, а глаза цвета неба подозрительно заблестели. — Ты Злата?

— Да, — ещё не веря своим глазам, подтвердила я и уточнила: — А ты Дарина?

Девушка закивала, но допрос не остановила:

— Ты новенькая? Пришла на подготовительные курсы? Будешь поступать к нам? На ужине была?

Вопросы от златовласки, с которой мы расстались перед входом СОПП несколько часов назад, летели так быстро, что вставить ответ между ними не было возможности. Я не вынесла этого доброжелательного допроса и рассмеялась. Смех прогнал и изумление, и оторопь, и неуверенность…

— «Нет» на все вопросы, — простонала я. — Но есть очень хочется!

— Тогда пойдём, а по дороге расскажешь, как ты к нам попала, — схватила она меня за руку и потащила…

Повторять рассказ всегда легче, чем составлять его изначально. Моя история закончилась до того, как мы вошли в столовую. Причём, изливая душу новой знакомой, я поражалась самой себе: с чего это вдруг мне захотелось быть откровенной с абсолютно незнакомым человеком? Но, видимо, не только у меня сегодня был день открытий…

Во время трапезы, да и после неё, разговорчивая златовласка рассказывала о себе, о своём роде, об обучении в кадетском корпусе, о том, как их готовили к инициации, как она приняла силу, как проходит адаптация после принятия магии. Сетовала на постоянную смену настроения. Поделилась надеждами попасть в службу охраны города.

Слушать её повествования было очень интересно. У новой знакомой явно был дар сказителя. Но, что самое главное, её болтовня мне не мешала и не раздражала от слова «совсем»…

Уже перед сном мы вновь вернулись к разговору о том, что произошло в моём семействе и какие перспективы есть у меня как у наследницы рода.

— Понимаешь, — рассуждала Дарина, — можно сейчас обвинить твою мачеху в клевете и давлении, но доказательств нет. Твоё слово, что всё подстроено, — против её слова, что ты ветреная девица. Даже то, что тебя решили спрятать на территории Корпуса, даёт преимущество твоему оппоненту. Завтра она явится в СОПП и подаст в розыск пропавшую несовершеннолетнюю Злату ко Мару. История твоей матушки не просто повторится, а превратится в скандальный фарс. Твою маму похищали, а ты сама сбежала!

— И что ты предлагаешь? — видимо, мой напряжённый шёпот Дарина скорее угадала, чем услышала.

Она приподнялась на локте и предложила:

— Подумай о том, чтобы подать документы на подготовительные курсы Корпуса. В этом случае ты не сбежала, а поступила в закрытое учреждение на дальнейшее развитие. Тест‑испытание будет зачтён как вступительные экзамены кадета, значит, год ты не теряешь. Интуиция у тебя работает как у детектива, так что тебе мешает им стать? Обдумай спокойно, и хорошего сна, подруга!

Хозяйка комнаты уснула быстро и тихо, а я ещё долго смотрела в окно на звёздное небо и думала о предложении неожиданной подруги. Услышав это определение в своих мыслях, честно, удивилась, но решила: будь что будет! Мне очень хочется сохранить хрупкое доверие к этой энергичной девушке. Так почему не дать себе шанс поверить в дружбу? С этими мыслями я уплыла в царство Морфея.

Утро добрым не бывает? Девушки, проснувшиеся в хорошем настроении, с этим могут поспорить…

Первая моя фраза после пробуждения: «Ты права, подруга, пошли подавать заявление» — заставила Дарину спрыгнуть с кровати, даже не раскрыв глаз. Тренированное тело автоматически высвободилось из пут одеяла.

Наблюдая за акробатическими этюдами соседки, я спокойно улыбалась, за что схлопотала прилетевшей подушкой.

— Подъём и на зарядку, — гаркнула опытный кадет и ринулась в умывальню. Её ценное замечание донеслось уже из‑за двери: — Мастер не терпит опозданий!

Мой эмоциональный выкрик может представить любой здравомыслящий человек, но передать этот возглас буквами проблематично…

Мы быстро управились со всеми утренними процедурами и дружно рванули на спортивную полосу.

Там уже собралась стайка молодёжи. Первая группа ребят разогревала мышцы: кто приседал, кто наклонялся. Вторая группа занималась комплексом на растяжку. Тренер зорко наблюдал за разминкой подопечных, кому‑то делал замечания, кому‑то поправлял движения.

Я ещё издали заметила высокую атлетическую фигуру этого мужчины. Его широкие плечи и грудь заметно выделялись среди только начинающих формироваться подростков, хотя по росту многие парни уже догнали своего преподавателя. Очень короткий ёжик светлых волос подчёркивал грубоватое скуластое лицо. Светлые глаза с лёгким прищуром сурово осматривали подопечных.

Оглядев пополнение в моём лице, тренер кивком направил нас к первой группе.

— Сразу после завтрака идём подавать твои документы, — на выдохе фыркнула Дарина, выполняя наклоны, — потом встречаешься со своим детективом, нокаутируешь его решением по планам учёбы и уточняешь время работы в архиве.

— Может, сначала уважаемому Филу всё рассказать, — пыхтя не меньше соседки, попыталась притормозить её энергию, — а потом документами заниматься?

— У тебя в роду собаки водились? — хмыкнула златовласка. — Кота за хвост не тяни!

От удивления я даже застыла и, не доведя до конца движение, уставившись на подругу, за что тут же схлопотала от тренера замечание. Виновато покосившись на преподавателя, я завершила наклон и прошептала, стараясь не рассмеяться:

— А ты язва!

— Ещё какая! — подтвердила Дарина, переходя к приседаниям, и улыбнулась. — Ничего, привыкнешь!

Дарина

С подачей документов заминки не возникло. В деканате, узнав, по какому вопросу явились тарины, сразу выдали проверочный артефакт, а проще — «проверялку», и провели тест‑испытание для Златы. После сигнала об успешном окончании теста девушек отправили с богами в секретариат.

В секретариате им не сильно обрадовались, но согласились, что приказ по временному зачислению соискателя ко Мара легче переделать сразу в приказ о зачислении в Корпус на первую ступень — так будет меньше мороки руководству.

Выделили Дарине чистые листы бумаги, пишущую машинку и предложили показать, как она научилась оформлять документы. Кадет немного поторговалась и добилась, чтобы сегодняшний день ей зачли как практику по делопроизводству, но ей подсунули ещё пару документов «для набора».

После этого секретарь проворно оформила проект приказа на Злату, и девушек вытурили из помещения, предварительно так же быстро их поздравив: одну — со званием курсанта, а вторую — с окончанием практики.

Подруги, довольные успешным завершением задуманного, отправились в сквер Академии дожидаться детектива‑куратора.

— Дарина! Почему ты кадет, а я курсант? — в ожидании прихода детектива я решила прояснить для себя непонятный момент, теперь уже как ученик Корпуса.

— Ты ещё не маг, а я уже прошла инициацию. Первые две ступени мы все курсанты, а потом делимся на курсантов и кадетов, — лениво отозвалась подруга.

— А если магия во мне не приживётся?

— Ну и что? От этого ты разве забудешь всё, чему тебя научат?

— Просто мне казалось, что все выпускники Корпуса идут в СОПП.

— Не совсем так. Маги, выпустившиеся из Корпуса, распределяются по всей Террии в подразделения СОПП. Остальные становятся специалистами по законодательству и управлению обществом. Им начинают предлагать рабочие места ещё на четвёртой ступени обучения. Наших выпускников очень ценят. Так что не переживай! Главное — не отлынивать и работать над собой. Но сейчас давай вот над чем подумаем: как нам уговорить твоего куратора включить меня в вашу команду, — перевела тему будущий детектив. — Мне всё равно надо определяться с практикой. А рядом с тобой мне так спокойно, что я забываю о своём эмоциональном дисбалансе.

Общение с молодым магом прошло очень плодотворно. Уважаемый Фил был сильно удивлён встречей с кадетом, которому вчера пришлось отказать. Но, внимательно посмотрев на девушек, что под его взглядом непроизвольно взялись за руки, одобрил совместные усилия юных авантюристок.

Фил насторожённо отнёсся к желанию кадета помочь курсанту во всех начинаниях, но запрос на практику голубоглазой интриганки и новоиспечённого курсанта всё же оформил. Сверился с распорядком обучения девушек и назначил время работы в архиве между обедом и ужином. Причём всё то время, что они общались, молодой детектив как‑то странно посматривал то на Дарину, то на руки подруг, которые они так и не расцепили.

Затем они всей компанией навестили сотрудников секретариата и дождались официального направления двух недоучек в подчинение куратору СОПП, магу Фил мо Сэй ко Сьян. После чего, быстро пообедав, дружно отправились искать информацию, которая могла бы помочь раскрыть тайны прошлого.

И только вечером, в своей комнате, девушки осознали, что весь день они так и проходили, взявшись за руки, совсем как юные ученики самого первого года обучения. А ещё Дарина поняла, что за весь день у неё ни разу не случилось эмоционального срыва или взрыва. Сегодня она жила так, как всю сознательную жизнь до инициации, или как маг, который взял под полный контроль свои эмоции.

Фил

Уже целую неделю я глотаю пыль в архиве. Пыли там, конечно, нет, артефакты чистоты работают исправно. Мне просто нравится это устаревшее выражение из древнего бумажного фолианта.

Работать в инфохране достаточно легко и приятно. Кристаллы‑архиваторы упакованы по годам и классифицированы очень аккуратно: несчастные случаи, убийства, кражи и тому подобное. Всё внесено в каталог архива. Что может быть проще?

Сделал запрос в каталог и взял инфокристалл с определённым номером из соответствующей упаковки. Просмотрел запись — вернул на место. Выносить архиваторы из защищённого помещения запрещено. В основном: просто, быстро, понятно. Что‑то оказалось не совсем ясно — сделал пометку в блокноте, чтобы задать вопрос детективу, который вёл расследование.

Так почему же я который день, как проклятый, штудирую давние дела, одно за другим? Благо, практикантки предварительно просматривают содержание и краткий обзор хран‑информации и присылают мне только те кристаллы, где совпадает несколько интересующих нас критериев.

Изо дня в день изучать кристаллы памяти в закрытом помещении, записывая имена, даты и события вручную, да ещё и на бумаге, — это анахронизм! Такого объёма писанины у меня не было с момента окончания Корпуса — там нас заставляли конспектировать лекции от руки. Как говорили наставники, вдруг пригодится. Пригодилось!

Честно сказать, работая с этими двумя болтушками, я забывал, что являюсь куратором, который должен выглядеть старше и опытнее. Создавалось впечатление, что рядом младшие сёстры, которые и друг друга подкалывают, и меня не забывают слегка поддеть.

А ещё я неоднократно обращал внимание на то, что между ними идёт энергетический обмен. Такое впечатление, что боги связали их магические структуры. Я отлично помню, как Дарина приходила проситься на практику: её эмоциональное состояние казалось настолько нестабильным, что было страшно лишнее слово ей сказать.

Юные маги после инициации очень импульсивны. Их мир начинает формироваться заново, они по‑иному, свежим взглядом оценивают и учатся воспринимать себя и окружающих через призму магии. То есть за полтора‑два года одарённые люди вновь пропускают через себя все чувства и эмоции, к которым до этого адаптировались двадцать один год! Так, к чему это я? А!

Сейчас я смотрю на практикантов и вижу, как нет‑нет, да вырывается из кадета лента силы, но не рассеивается, опустошая почти под ноль резерв и заставляя организм впрыскивать в кровь адреналин для избежания комы, а впитывается в её подругу и буквально через мгновение возвращается к хозяйке, но в виде чуть более слабого потока.

А однажды мне показалось, что на обратном движении эта энергия омыла и мой источник. Однако такого просто не может быть! К тому же артефакт защиты не среагировал на магическое воздействие, так что, скорее всего, мне померещилось. Надо будет с начальством проконсультироваться.

Но мы отвлеклись! Так вот! Почему мы уже неделю копаемся в кристаллах, если работы там максимум на два дня? Да всё просто. Случилось невероятное. Докладываю по порядку. Начиналась работа просто волшебно.

Да, я маг, но в волшебство верю! И не надо так удивляться! Вот вы, зная азы химии, считаете, например, результат смешения кислоты и щёлочи чудом? Вот и я не считаю магическое воздействие чем‑то сверхъестественным. Это проявление обыкновенных законов природы нашего мира, которые… Да что ж такое? Всё! Рассказываю о работе в архиве!

Как и предполагалось, инфокристаллы по происшествиям с родителями тарины Златы были найдены достаточно быстро в разделе «несчастный случай». Первыми мы просмотрели записи по инциденту с тари Залита ко Мара. Ничего странного лично я не заметил — пока курсант не попросила вернуться к показаниям свидетеля.

Лицо этого человека ей показалось знакомым. Язва в лице подруги, конечно же, прошлась по конгениальности трёхмесячного ребёнка, который запомнил окружение своих родителей. Щёки сероглазой упрямицы пылали от стыда, но она храбро отстаивала своё мнение, что где‑то уже встречала этого мужчину.

Повторно просмотрев показания тара Гел мо Навалл ко Зун, никаких зацепок мы не обнаружили. Злата хмурилась, это и понятно. Мать давно погибла, но девушка всё это время берегла в сердце её образ. Включили кристалл‑архиватор по несчастному случаю с таром Эл дар Залита мо Арт ко Мара — и вот здесь нам с недоверчивым голубоглазым кадетом пришлось извиниться перед юным интуитом.

Работодателем погибшего был тар Гел мо Навалл ко Зун. Наследница ко Мара снизошла к нашему раскаянию, соизволив продолжить общение с нами как ни в чём не бывало. Морально нас с Дариной убило заявление этой глазастой бестии, что изображение человека, дающего показания, не вызывает у неё чувства узнавания. Удивление на наших лицах так позабавило мою подопечную, что она забыла о своих переживаниях и от души рассмеялась.

В последнюю очередь мы ознакомились с делом о похищении несовершеннолетней, но оно не дало нам никаких зацепок. Юная тарина ничего не знала и не помнила. Ей просто стало нехорошо на улице. Проснулась она сама в сеннике городской конюшни. Ограбления и изнасилования не было. Все личные вещи и одежда остались при ней и, казалось, были в полном порядке.

Требование по выкупу с инструкцией о передаче наличности поступило анонимно. Деньги были помещены в непромокаемый мешок и брошены в реку до момента подключения детективов; отследить путь этих денег не представлялось возможным.

На мягкий укор служащего СОПП, ведущего расследование, отец пострадавшей сообщил, что на нервной почве его настиг мозговой удар, он был в состоянии аффекта и боялся, что не успеет спасти свою кровиночку. Кровоизлияние в мозг у главы рода и наличие сонного зелья в крови его дочери подтвердили целители. Маги данные факты зафиксировали и закрыли расследование. Свидетельские показания учителей и сотрудников цеха знаний ничего нового не добавили…

Всё. Тупик.

И вот теперь мы просматриваем все кристаллы без исключения. Начали с поиска дел, где свидетелем проходил этот странный незнакомец. Затем проверяли, не пересекаются ли где‑либо свидетели по другим процессам. Аналитическая таблица растёт на глазах. Практикантки как‑то с подозрением косятся на подшивку листков для записей — кажется, переживают, что им всё это придётся переносить на артефакты. Наивные!

Глава 5 Терпение и труд...

Человек, который почувствовал ветер перемен, должен строить не щит от ветра, а ветряную мельницу.

С. Кинг

В это время в доме ко Мара

Албела, тари Эл дар Залита мо Арт ко Мара, металась по комнате, комкая в руках официальный ответ на её запрос от сотрудника службы охраны: «Тарина Злата ко Мара признана совершеннолетней и зачислена на первую ступень обучения Академии Корпуса СОПП». Эта тупая соплячка выскользнула из её рук. Столько лет она терпела и ждала. Серая мышь в лице её падчерицы всегда старалась быть тихой и послушной. А после их разговора о её мамаше нагрубила и исчезла из дома. Её милый Тэо, узнав об этом, раскричался:

— Дура! Какая же ты несдержанная идиотка! Зачем открыла свой рот? Трудно было просто не затрагивать тему о тари Залите? Сказала бы, что я у тебя в ногах валялся, признаваясь во внезапно вспыхнувшей страсти к её юной, хрупкой красоте. Она уже начинала реагировать на меня, скучать, ждать наших встреч. Она уже заглядывала мне в рот. Зачем ты поторопилась?

— Любимый, но ведь время…

— Время?! До инициации ещё два года! О каком времени ты лопочешь? Как мне о твоей тупости рассказывать дяде?

Он с такой ненавистью смотрел на неё, а потом ушёл, хлопнув дверью. Албела так растерялась, что вопрос: «Какому дяде?» — возник тогда, когда отвечать на него было некому.

Как же она злилась на поганую девчонку! Как же она мечтала надавать пощёчин малолетней страхолюдине! Приходилось сдерживать свой огненный темперамент, чтобы не разгромить всё, что можно сломать. Ей и так долго пришлось притворяться…

Четырнадцать лет назад, когда для Албелы пришло время выбирать свой путь в этом мире, её родители предлагали остаться с ними на родовой ферме. Как говорила её мать: «Люди всегда будут хотеть есть, а мы как раз сможем предложить наши продукты. Голодным наш род не будет». Если говорить по чести, то это точный перевод родительской истины. Матушка выбирала слова покрепче и покрасочнее. Однако, сбежав в город, юная селянка запретила себе не только употреблять идиомы из прошлой жизни, но даже думать как батрачка…

Юной Албеле все знакомые семьи повторяли, что она — вылитая матушка в молодости, а та раньше была ослепительной красавицей. Но семейная жизнь и тяжёлая работа превратили прелестницу в уставшую, неопрятную женщину. Бытовые артефакты не смогли сильно облегчить её жизнь, тем более что отец не сильно‑то любил на них тратиться. Как он часто усмехался: «Зачем? У нас что, рук нет? Вон сколько детей настрогали»…

Средняя дочь не была дурой, имела глаза и не хотела повторить судьбу родительницы. Она внимательно слушала всё, что говорят старшие, но ещё пристальнее следила за тем, о чём они молчали. Мужское население их поселения, да и соседней деревушки, с их прямолинейными планами на её руку и тело вызывало омерзение.

Решительная девушка запланировала уехать в город и постараться устроиться на обучение к мастерам создания образа — вкус у неё отменный. Что она себе представляла? Да то же самое, что и все юные создания, которые хотят славы и поклонения.

Албела выяснила, что можно учиться и работать моделью. Всё получилось почти так, как было задумано. На одном из показов она познакомилась с таром Гел мо Навалл ко Зун. Молодой человек был очень обходительным, пригласил составить ему компанию на прогулке в городском парке. Причин отказываться от завязывающегося знакомства прелестная модель не видела, и уже на следующий день они бродили по аккуратным дорожкам городского сада.

Вот там тар Гел и встретил своего давнего приятеля и познакомил её с будущим супругом. Тар Эл дар Залита мо Арт ко Мара был представительным молодым мужчиной, явно не имеющим финансовых проблем. А самое смешное, что он тоже рос на ферме. Они быстро нашли общие интересы и понимали друг друга с полуслова… А ещё матримониальные планы бывшего фермера, судя по его поведению, очаровательной деве были очевидны. Единственный недостаток будущего мужа — малолетняя дочь. Но это же поправимо.

На свадебном обеде тар Гел мо Навалл со смехом объявил себя хранителем новой семьи и благодетелем новой хозяйки дома. А вот после свадьбы новая хозяйка выяснила, что эту мелкую занозу нужно беречь, а ещё лучше сохранить в своих руках на всю жизнь — её денежное содержание было основным финансовым источником семьи.

Когда погиб муж, Албела узнала, что все свободные финансы семьи вложены в совместный проект с тем самым «благодетелем» и «хранителем». Она бросилась к нему, надеясь на компенсацию средств, что останутся в бизнесе у старого знакомца. Пусть не сразу, пусть это будут ежемесячные выплаты — разве это не разумное требование?

Однако результат переговоров был удручающим. Владелец новой компании тонко намекнул, что, если её притязания на деньги не прекратятся, то он обнародует информацию о её давних планах по ликвидации благоверного и малышки, которая являлась единственным потомком рода ко Мара. Так что, если ей не хочется самой купить молчание доброго человека, то лучше быстро уйти и не возвращаться к вопросу потерянного наследства.

А несколько месяцев назад на молодую женщину водопадом обрушилась любовь к Тэо. Они познакомились случайно. Албела даже точно не могла вспомнить, где столкнулась с молодым человеком, но…

Как он галантно ухаживал, как учтиво преподносил цветы и небольшие подарки, какие нежные слова шептал! Устоять в этой битве увлечённости со здравым смыслом не получилось. Они стали любовниками.

Однажды у них зашёл разговор о совместном будущем, и они предались блаженным мечтам. Вот только любимый, смущаясь, признался, что не сможет обеспечить их жизнь на привычном для неё уровне. В тот самый момент Албела и высказалась, что они могли бы быть вместе, если бы существовала возможность не потерять контроль над наследством падчерицы.

Возлюбленный обещал подумать над этим и посоветоваться со своим здравомыслящим родственником. Через несколько дней он предложил вариант своего фиктивного брака с наследницей, что позволит им с Албелой быть вместе и в то же время не потерять источник дохода.

А сейчас он ушёл в гневе. Ей же остаётся ждать. Ведь люди недаром говорят: «Милые бранятся — только тешатся!»

Фил

Злата является курсантом Корпуса уже месяц. Жалуется, что время бежит, как вода сквозь пальцы. До обеда девушку с группой подготовишек жёстко гоняют на спортивной площадке, а потом начитывают вводные лекции по истории образования Террии. А после обеда команда архивокопателей занимается поиском странных случайностей в старых делах.

Однажды Фил обратил внимание на то, что младший практикант приносит не только те кристаллы, что были запрошены. И именно в дополнительных архиваторах обязательно находится искомое. Этот курьёз Злата сама прокомментировала вслух:

— Руки не слушаются. Смотрю на один инфохран, а будто бы бездумно беру другой!

— Это они слушают не указания разума, а интуицию, — донёсся голос Фила. — Очень сложный, но очень нужный дар, да ещё и развивается раньше, чем магия вошла в твоё тело. Такое бывает очень редко.

— Дар? — заинтересовалась старший практикант.

— Ну кто меня за язык тянул? — ворчливо пробормотал детектив. — Дар! Дар интуита. Если его развивать, со временем твои способности заметно усилятся, и перед тобой откроются отличные перспективы.

— А как и зачем его развивать? — начала нервно перекатывать ребристый кристалл одарённая немагичка. — Мне казалось, интуиция есть у всех.

— Вообще‑то ты права, — почесал переносицу парень. — Дар интуиции — не редкость. Но! Если ты его разовьёшь хотя бы до уровня точного владения, или, как у нас говорят, уверенного пользователя, то цены тебе не будет. Тебе присвоят звание «медиум», а с таким уровнем даже магов не так много. У нас на весь отдел расследования только один медиум.

— Думаешь, у меня получится? — вспыхнула, как маков цвет, будущий медиум и низко наклонила голову, чтобы друзья не увидели её заблестевших от подступающих слёз глаз.

— Курсант! — строго прикрикнул на неё командир группы. — Ты же сама пришла в службу охраны, поверив своей интуиции. Послушав её, приняла решение об учёбе в Корпусе. Разве не так?

Молодой детектив окинул взглядом русоволосое чудо. Мысли увели девушку куда‑то очень далеко, и казалось, что она сейчас расплачется. Была бы Злата на полтора года взрослее, Фил бы решил, что она готова к инициации. Но в истории Террии ещё не было случаев настолько раннего созревания магической системы.

Наконец сероглазая девушка очнулась от своих беспокойных размышлений и соизволила ответить:

— Не знаю… Я думала, это паранойя!

— Согласен! Но в паранойю тебя загоняла твоя интуиция, как и на подоконник библиотеки тринадцать лет назад. До меня тоже не сразу дошло. Догадался, когда просматривали интервью странного работодателя твоего покойного отца. — Заметив, что тревога не исчезла из глаз девушки, куратор поспешил извиниться. — Прости, что напомнил неприятные моменты.

— Да ладно! — легко отмахнулась от воспоминаний Злата, как будто и не было только что слёз в её глазах. — Что было, то прошло! Как дар развивать будем?

Старшие товарищи по совместной работе недоумённо уставились на наглого недоросля.

— А вы что, надеялись в стороне остаться? — не очень искренне удивилась юная нахалка. — Не получится! Рассказывайте!

Молодые маги переглянулись, и старший взял слово:

— Да, наверное, нечего рассказывать. Интуиция, возникнув когда‑то у маленькой девочки, формируется благодаря интеллектуальному развитию совместно с аналитическим и логическим мышлением. Чем более гибко и объёмно второе, тем быстрее проявляется первое. Только слушай внимательно подсказки. Для начала осознанно, а потом это перейдёт на уровень рефлекса. — Тут лектор усмехнулся. — Как ты говоришь, начнёт работать бездумно!

Все весело рассмеялись, а когда успокоились, каждый продолжил прерванное занятие. Через какое‑то время Дарина демонстративно обвела взглядом ровные ряды стеллажей и обернулась к командиру:

— Фил! До начала учебного процесса осталось два месяца. Мы просто не успеем проверить все архиваторы за это время.

— А вам и не нужно этого делать! Ваша практика заканчивается через неделю. То, что мы нашли, уже давно обрабатывают аналитики. — Руководитель практики посмотрел на две нарочито замершие девичьи фигурки и хитро усмехнулся. — Не надо изображать вселенскую скорбь. Завтра присоединимся к ним. Должен же я ознакомить будущих детективов с этим этапом процесса расследования.

Радостный визг малолеток оглушил молодого человека, но заставил искренне улыбнуться — и тут же нахмуриться. Его вновь лентами окутали потоки чужой магии, но сигналка опять не отреагировала. Однако на этот раз он точно был уверен, что воздействие ему не почудилось.

И, поверьте, волноваться магу было о чём. Если в первый раз сила просто скользнула вдоль ауры, подарив лёгкое, еле уловимое ощущение тепла, то сейчас он почувствовал, как его резерв впитал в себя тонкий ручеёк маны, при этом отдав такой же объём в текущий мимо поток энергии.

То есть без его посыла магия, что укоренилась в теле, совершила некое действие. А такого просто не может быть! Понимаете? Вообще не может быть! Поэтому вечером он докладывал наставнику о том, что обнаружила и собрала его команда, а заодно и о сбое в работе артефакта.

Уважаемый Нур ко Сэй внимательно слушал рассказ подчинённого и был полностью согласен с выводами ученика. В особенности его заинтересовала информация о потенциале одарённой, тарины Златы.

— Надо брать! — подвёл итог старший детектив.

— Что? — не сразу понял Фил, о чём говорит его учитель.

— Не что, а кого! Твоих подопечных надо брать под полную опеку и по окончании Корпуса забирать в нашу группу!

— Уважаемый, с кадетом Дариной ко Ран всё ясно. Она уже маг. Но курсант?

— Твой курсант уже обрела дар! — жёстко пресёк поток возражений Нур ко Сэй. — А кто нам с тобой сможет доказать, что эта сила не равна магии? Такими кадрами разбрасываться нельзя! Развиваться этот талант должен под нашим присмотром. Тем более что я уже видел, как девочка не просто погасила выплеск подруги, но и удержала её поток, а затем, гармонизировав, вернула его «хозяйке». Согласись, что о таком мы вообще никогда не слышали. Интуит, умеющий поддерживать нестабильного мага, — это уже одарённый человек, пусть и без магии.

— Мы не нарушаем прав личности?

— Эх! Молодёжь! Учить вас ещё и учить! Какими действиями? Разве мы давим на ребёнка? Заставляем что‑то делать против её желания? Вам была озвучена просьба о помощи? Или тарина Злата ко Мара письменно должна подать заявку? — Шеф говорил жёстко, буравя Фила тяжёлым взглядом. — Девушки подружились. Тебе доверяют. Вот и формируйте необходимые навыки. Согласие руководства Корпуса и СОПП беру на себя. Обеспечение безопасности девушек — на тебе. Вопросы есть? Вопросов нет! Свободен!

Фил выскочил из кабинета и не увидел улыбки наставника. О том, что его поле получило воздействие именно от Златы, из‑за неожиданного поворота в разговоре молодой человек забыл сообщить.

А уважаемый Нур ко Сэй устало потёр лицо, как будто хотел прогнать нечто большее, чем просто усталость. Грустно улыбнулся и практически беззвучно прошептал:

— Хорошая растёт смена.

Но в собственной душе он пытался подавить смутную тревогу и какое‑то смятение.

Глава 6 Что сердце успокоит

Многие не хотят знать историю своего детства и не догадываются, что именно то, что было заложено в детстве, предопределяет их поступки. Они не догадываются, что стараются избегать опасностей, которые действительно когда-то были реальными, но уже давно не являются таковыми.

Алис Миллер

Дарина

Комнату Корпуса кадетов овевал тёплый ветерок. После завтрака Дарина валялась на кровати, честно решив лентяйничать до обеда. Девушка мечтательно улыбалась, рассматривая белые дымчатые перья на яркой бирюзе неба, которые были видны в окошко с её постели.

Злата крутилась по комнате, с завистью косясь на подругу и собираясь на лекции, а ещё при этом напевала вроде как себе под нос:

— Утро начинается, начинается. Кто‑то улыбается, улыбается! Все о ком‑то там мечтает! Где‑то в облаках летает! Кажется, что эта кто‑то! Влюблённая в кого‑то!

— Опоздаешь, певица! — поторопила подружку Дарина, наматывая золотистый локон на пальчик.

— Уже убежала! Не скучай! Приду, буду пытать! — донёсся звонкий голос непоседы уже из‑за закрытой двери. А юная магичка в законный выходной почему‑то уплыла на волнах памяти к своим родным.

Дарина ко Ран была уверена, что ей очень в жизни повезло. Она выросла в большой и дружной семье. Их род состоял из нескольких поколений тех семей, которые не захотели отделяться от родоначальника. Старший дядя Дарины был наследником и, соответственно, привёл молодую супругу в род.

Её отец был средним сыном. Он решил не забирать свою долю из общего котла, а продолжить совместно с семьёй развивать общее благосостояние. Когда встретил любовь, привёл молодую жену в отчий дом. Глава и наследник рода единодушно и горячо поддержали его решение.

Младший брат, насмотревшись на идиллию старших родственников, поступил так же. Родовой дом разросся в родовое поместье, со временем в нём зазвучал детский смех. Самую младшую кроху, с золотисто‑рыжими локонами и голубыми глазами, пыталось баловать всё семейство. Одевали в нарядные платьица, вплетали в косы самые яркие ленты и надеялись, что вырастет принцесса.

Не судьба! Два родных и шесть двоюродных братьев кого угодно сделают пацанкой. Девочка очень сильно хотела сестрёнку, но её единственное желание так и не исполнилось. Боги оставили её единственной девочкой в семье, зато одарили магией. Рыжие пряди исчезли из её шевелюры, и родня в один голос заявила, что для такой красавицы не всякий жених подойдёт.

Когда Дарине сообщили, что в её комнату заселили тарину, она испугалась. Волнение было настолько сильным, что кадет чуть не сорвалась в панику. Мало того, что она сама недавно инициирована и постоянно ощущает себя как натянутая струна или сжатая пружина — выбирайте сами, — так ещё и соседка, возможно, с такими же проблемами.

Вот будет весело, когда они разнесут Корпус.

Всю дорогу до секции Дарина пыталась успокоиться, но в голове крутилось: что это за девушка? Смогут ли они сойтись привычками и характером? Три ступени обучения она прожила одна.

Каково же было её удивление, когда она смогла рассмотреть растерянную новенькую! Дарина даже не поверила своим глазам! Девушка, которая помогла ей днём возле СОПП, смотрела на неё большими тёмно‑серыми испуганными глазищами. И уже Дарине захотелось помочь ей. Лёгкая в отношениях и отзывчивая девочка вошла в жизнь Дарины и подарила ей самое важное, что только могла, — своё доверие.

А когда кадет осознала, что в присутствии Златы её магическая система спокойна, как удав, и ласкова, как котёнок, то поняла, что снова в долгу у этой славной и милой девчушки. Сколько раз девушки подшучивали и удивлялись тому, насколько быстро они подружились, приняли и поняли друг друга! Дарина часто жалела, что ко Мара не может быть сестрёнкой, которую она ждала всю жизнь.

В этот момент в памяти всплыл фрагмент старой легенды: боги, что присматривали за Тэррией, выбрали себе по одному избранному. Каждый дал своему человеку какой‑то дар и благословил его, направив по жизненному пути. Где бродили избранные — неважно. Сколько у них собралось ближников — тоже!

Важно, что после долгих скитаний и приключений они собрались в одну команду хайдутов, чтобы вместе защищать Мир. Причём они все не просто подружились, но и стали побратимами.

От осознания того, что ей только что вспомнилось, а может, и боги подсказали, Дарина подскочила. Они могут стать побратимами! Нет! Сёстрами! То есть посестримами — сёстрами по духу. Надо только найти правильный ритуал и предложить Злате. Но почему‑то кадет была уверена, что ко Мара её поддержит.

Ведь не просто так девушки смогли не только подружиться, но и вместе пережить рутину архива. Куратор, если можно Фила рассматривать с такой точки зрения, конечно, пытался пресечь их задор и неуместное веселье в царстве памяти, но чаще сам участвовал в ироничных перепалках, подхватывая их, как любой из её братьев.

При мысли о молодом детективе смех вырвался из девушки звенящим колокольчиком. Да и как не веселиться? Злата, мечтательница, заподозрила её в романтических грёзах.

Нет, конечно, нужно признать, что Фил красив. С ним интересно общаться. Он принял их в свой круг. Вернее, их магии, его и Дарины, признали друг друга, и уже можно признать, что они будут ближниками.

Ей приятно вспоминать о нём и радостно при встречах.

Но не его образ заставляет сжиматься сердце и алеть щёки. Да! Вот оно! Точно так же она воспринимает своих братцев, а значит, юная фантазёрка неправа! Никаких амурных намерений в отношении Фила у неё нет.

А то, что иногда снится, как кто‑то у неё над ухом волнующим, низким и тихим баритоном проникновенно пытается что‑то сказать, так это наверняка ещё не полностью система пришла в норму. У неё ведь, всем на удивление и благодаря положительному влиянию подруги, эмоциональный фон восстановился всего за год. Вернее, за последний месяц.

Из раздумий девушку вырвал сигнал почтовика о входящем письме. Очень удивившись, кадет активировала артефакт допуска и чуть с кровати не свалилась — настолько её поразила информация, откуда пришла весть. Она даже глаза протёрла — а вдруг обман зрения…

Однако, прочитав сообщение, Дарина вознесла хвалу богам. Как тут не поверить, что легенды не врут? Удача продолжает покровительствовать подругам, а значит, принятое решение верно.

К ней, на личный связник, поступил приказ из службы правопорядка, который гласил: «Для формирования и закрепления навыков работы с проявившимся даром курсанта Златы ко Мара создать с сего дня сводную группу развития в следующем составе: ведущий наставник и опекун — детектив Фил мо Сэй ко Сьян; ведомый наставник и младший опекун — кадет Дарина ко Ран. Расписание дополнительных занятий указанным учащимся получить у ведущего наставника. Ответственным за обеспечение безопасности участников группы назначается ведущий наставник — детектив Фил мо Сэй ко Сьян».

Вот это скорость решения вопросов! Только вчера затронули тему таланта, а сегодня они уже в группе развития Златы. И она, Дарина, зачислена в группу. Может, она заразилась от подруги? Может, и у неё проснулся дар? Например, Фортуны?

Ведь день, когда Мир привёл в её жизнь эту девушку, стал одним из самых удачных в её судьбе. Благодаря Злате Дарину подключили к расследованию по заявлению ко Мара, и кадет третьей ступени попала на практику к детективам. Теперь есть надежда, что после окончания Академии она сможет, как и мечтала, закрепиться в отделе расследования на постоянную службу.

Размышления и радость не мешали будущему детективу быстро собираться на встречу с ведущим наставником. Одевшись, Дарина практически на рефлексах начала распихивать вещи по местам, заправлять кровать и закидывать в сумку какие‑то мелочи.

Пока крутилась по комнате, Дарина немного успокоилась, её рассуждения потекли плавно, выстраиваясь в логическую цепочку и даря гармонию душе юной магички.

Однако она не только не отказалась от своей идеи, а наоборот. Чем дольше голубоглазая красавица обдумывала свою затею, тем больше понимала, что мысль, которая пришла так внезапно, следует обсудить с одарённой курсанткой. Быстро пробежав взглядом по комнате и оценив наведённый порядок, она помчалась во дворец знаний в надежде перехватить подругу сразу после занятий.

Дарина нашла свою задумчивую соседку недалеко от столовой — та теребила разноцветную косу и, казалось, ничего не замечала вокруг. Пришлось несколько раз окликнуть Злату, прежде чем глаза цвета грозовой тучи с тревогой посмотрели в лицо запыхавшейся подруги.

— У меня идея! — хором воскликнули девушки, а затем одновременно замолчали, с ожиданием взирая друг на друга. Когда до обеих дошло, что они всё делают в унисон, то и рассмеялись вместе.

Через сколько веселье пошло на спад? Какая разница. Просто в один прекрасный миг Дарина жестами показала, что закрыла рот и внимательно слушает подругу, а младшая девушка вдруг смутилась:

— Говори первая! — махнула она рукой и отвела глаза. — Ты же теперь мой младший опекун, я должна тебя слушаться, — с нервной усмешкой предложила Злата.

— Давай проведём обряд посестримства? Хочу стать твоей сестрой… — выпалила старшая тарина и покраснела.

— Ты не поверишь, но я с самого утра тоже думала, как предложить тебе обратиться в храм. Легенда о побратимах, как запись с испорченного кристалла, постоянно крутится у меня в памяти. Мне пришлось на занятиях прилагать усилия, чтобы сосредоточиться на том, что говорил учитель. Нужна ли тебе такая сестра, как я? — Злата на мгновение прикрыла веки, а затем, тряхнув головой, твёрдо посмотрела на Дарину и предложила: — Побежали в храм Всех Богов? Мы успеем!

Ритуал

Величественное белое квадратное здание храма с высокими трёхгранными выступами по углам встретило подруг распахнутыми дверьми. Цветные стёкла, вставленные в стрельчатые окна, странно и неестественно мерцали, отправляя прохожим радужных солнечных зайчиков, а скульптуры малых хранителей улыбались мраморными личиками и, кажется, наблюдали, как девушки бегут через площадь, чтобы пообщаться с богами.

В основном зале, который располагался в самом сердце Дома Богов, не имелось окон, и до зенита солнечные лучи проникали в помещение только через открытые двери. Статуи Создателей были установлены в отдельных нишах и в настоящий момент уже прятались в густой тени.

Служители суетливо заканчивали свои дела: кто‑то подпитывал артефакты чистоты, кто‑то убирал с жертвенников утварь и дары, что принесли верующие. Жрецы не могли препятствовать в допуске в святая святых, пока не наступил полдень.

Войдя в колонный зал, подруги взялись за руки и тихо подошли к алтарю, испещрённому рунами. Каждая сняла с себя обережный знак и положила в центральную руну. Глядя в глаза друг другу, они одновременно начали произносить слова ритуальной клятвы:

— Перед лицом богов принимаю тебя в сёстры по духу. С этого момента становлюсь твоей обережной сестрой. Отныне мы друг другу сёстры. Отныне мы друг другу хайдуты.

После того как затих звук под куполом храма, каждая из девушек взяла свой обережный знак и надела его сестре. Поклонившись всем богам, молодые хайдуты, сцепив руки, вернулись в Корпус.

И если бы на обратном пути посестримы обратили внимание на застывших служителей, то, возможно, девушки бы узнали, что боги не просто услышали их клятву, а приняли и подтвердили. Но это можно увидеть, только наблюдая со стороны, и то, если знаешь, как смотреть.

Ближники

Фил смеялся от всей души, услышав, какую аферу провернули его подопечные. Его девчонки — а он уже с чистой совестью мог их так называть, потому что чувствовал, что магия связала их, допустив девушек в ближний круг, — побратались.

— Хайдуты! — вытирая проступившие слёзы, всхлипывал опекун. — Вы хоть знаете, какую клятву дали? Ну, даёте! А‑ха‑ха!

Новообретённые сёстры с одинаковой тревогой смотрели на истерику командира, не понимая его реакции. Когда молодой человек немного успокоился, разговор продолжился:

— Хайдуты — это братья по оружию, в вашем случае — сёстры. Где можно было выискать этот ритуал? — выпытывал детектив, давясь смешками.

— Нигде и ничего мы не искали, — сделала попытку грозно вякнуть Дарина. — Слова сами ложились на язык.

— Ну да! — поддержала её Злата. — Когда подошли к дверям храма, в мыслях промелькнуло видение, что и как делать. И фразы клятвы сразу всплыли в памяти, как только обережные кулоны коснулись алтаря.

Девушки, обменявшись вопросительными взглядами, синхронно кивнули и вновь уставились на парня, который закашлялся. Дарине даже пришлось похлопать его по спине. Фил не просто поперхнулся смехом…

После объяснения курсантки с мага резко слетело всё веселье. Он ненадолго задумался, а потом начал негромко говорить:

— Дорогие мои подопечные, — потирая виски, нахмурился детектив. — То, что вы рассказали, полностью меняет ситуацию! — Глаза девушек от удивления округлились, как у совят. Это немного рассмешило Фила, но он не позволил себе улыбнуться. Наоборот, взяв себя в руки, продолжил уже более спокойно: — Боги сами провели вас через эту церемонию. С одной стороны, вы огромные молодцы! То, что вы посестримы, для нас очень удобно. Но вы дали несколько клятв. И здесь кроется то, что, с другой стороны… Вы пообещали богам быть сёстрами: первое — через душу; второе — через веру в богов; третье — через судьбу; четвёртое — через оружие. И это всё ставит перед нами большие общие задачи. С каким оружием вы сможете исполнить свой обет?

Воспитанницы уставились на Фила, приоткрыв рты.

— Сомкните губы! Птицы залетят! — развеселился наставник. — Что теперь сами думаете?

— Не знаю, — протянула кадет. — Мы же не на боевом, а на управленческом направлении учимся…

— Точно! — чуть не подпрыгнула интуит. — Мы можем подать заявку на факультатив по освоению оружия? Конечно, двуручные мечи не для нас.

— Ну и ладно, — кивнула, словно они неоднократно обсуждали эту тему, Дарина. — Будем осваивать другой арсенал. Раз боги вложили в нас такую формулировку, значит, нам это пригодится.

— Нужно уметь прикрывать спины в бою независимо от того, где, с кем и как будет проходить битва, — закончила мысль младшая сестра.

У Фила мелькнула одна идея, которую он взял на заметку и решил обдумать позже. Ведущий наставник взглянул сначала на одну девушку, затем перевёл взгляд на вторую, хлопнул руками по коленям и скомандовал:

— Подъём! Строиться! Раз всё решено, шагом марш в деканат! — Хитринки в прищуренных глазах выдавали его замысел похулиганить. Посестримы навострили ушки и не ошиблись. Куратор со скучающим видом взглянул на свои ногти и, демонстративно прикрыв зевок, выдал: — Или к аналитикам сегодня не пойдём?

Авантюристки зайчиками поскакали впереди него. Через час они уже внимательно слушали, что выловили детективы из информации, предоставленной упорными копателями архивов. Всех заинтересовали выводы профессионалов. История получилась фантастической. Многие тайны в истории семьи ко Мара растаяли, как снег под лучами весеннего солнца. Многие, но не все.

А потом ближников провели в тёмное помещение, где они через визор наблюдали за допросом бывшего друга отца Златы, Эл дар Залита.

Конечно, они были не просто зрителями.

Начинающие детективы внимательно отслеживали цвет сияния артефакта истины. На кристалл фиксировались не только речь и изображение, но и все эмоции, что исходили от подозреваемого.

В общем, практиканткам доверили нудную, но самую важную и кропотливую часть работы.

Глава 7 Что прошлое раскроет

Зачастую душевная драма детства настолько глубоко загнана внутрь, что человек вполне способен сохранять иллюзорные представления о своем якобы счастливом детстве.

Алис Миллер

Двадцать с лишним лет назад

Злата слушала повествование этого незнакомца и пыталась понять, как история, начавшаяся на последней ступени развития в цехе учёных, ещё до второго совершеннолетия мамы, могла вылиться в цепочку трагедий. Страх состарил сорокалетнего мужчину. Лицо тара Гел мо Навалл ко Зун блестело от пота. Глаза бегали. Голос срывался, звучал зло, глухо. Слова с трудом слетали с губ. Рассказ как будто перенёс Злату на двадцать с лишним лет назад.

Род ко Арт содержал большое фермерское хозяйство. Эл был третьим сыном и не рассчитывал на большую финансовую долю при отделении. Семья мо Навалл жила там же, в маленьком арендованном домике, а родители Гела были наёмными работниками у фермера. Мальчики выросли вместе. Они считались первыми парнями, самыми красивыми в своём поселении, и были уверены, что их дружба будет длиться всю жизнь.

Оба недоросля не дождались инициации, потому что слишком рано начали замечать, какие взгляды на них бросает женская половина населения. Вот так и получилось, что банальное любопытство подтолкнуло парней к отказу от возможного дара. Это их свобода выбора, и никто не смеет её оспаривать. Даже закон Мира!

Однажды Гел решил посочувствовать одной вдовушке, ну а она пожалела неопытного юнца, который настойчиво твердил, что ему не нужна никакая сила, если только его богиня снизойдёт к нему в объятия. Конечно, опытом «победы» он срочно поделился с Элом, и тот, не очень долго думая, полетел по его стопам. К девятнадцати годам друзья были уверены в своей неотразимости: думали, что равных им в искусстве обольщения нет, и твёрдо верили, что любая девица должна падать в их объятия без раздумий.

После первого совершеннолетия друзья, наломав уже спины и руки в повседневных трудах земледельцев, решили податься в город. Им казалось, что, удачно вложив деньги в торговые операции, они быстро обеспечат себе достойную жизнь.

Тест‑испытание недотёпы завалили. Пришлось им возвращаться в городской цех учёных, чтобы была возможность оформить документы на коммерцию. Получали образование они вместе с недолётками на последней ступени общего развития. Вот тогда и произошла первая размолвка между приятелями — они «запали» на тарину Залиту ко Мара одновременно.

Девушка их не замечала. Надо сказать честно: она полностью отдавалась учёбе, ни на кого не обращала внимания и заигрываний просто не понимала. В общем, классический подросток Террии. Единственным человеком, с которым она общалась не только по учёбе, но и на какие‑то отвлечённые темы, была её подружка, тарина Ия мо Риса ко Рмел.

Внешне девушки были полной противоположностью друг друга. Залита обладала белой кожей, светло‑русыми локонами с золотистыми прядями и серыми глазами, а Ия своим обликом напоминала парням не так давно покинутых пассий: смуглая кожа, карие глаза и тёмный каштан волос с рубиновыми перьями.

Попугаев‑неразлучников легче было разделить, чем этих девчонок. Они вместе и бегали на учёбу, и готовились к занятиям, и прогуливались, и отдыхали. Так что охмурять пришлось обеих.

Однажды ухажёры услышали, как Ия рассказывала Залите о происшествии из жизни соседей. Молодой соседке стало плохо на улице, и её на руках принёс домой случайный прохожий.

— Представляешь, — ахала темноволосая подруга. — Он нёс её, прижимая к груди, а её голова лежала на его плече.

— Но ты же говоришь, что она была без сознания, — попыталась заступиться за незнакомку Залита, однако Ия отмахнулась и фыркнула: «А может, она притворялась?»

Скандал в семействе разразился такой, что добрый человек выскочил из дома потерпевшей с криком: «Да лучше бы она там сдохла!»

Рассказчица громко шептала и косилась на друзей, которые сидели неподалёку от шушукающихся тарин. Каштановые косы сплетницы легли на плечо светловолосой подружки. Для мужских глаз зрелище было исключительно приятным. А между тем товарищи не только любовались, но и подслушивали разговор пташек.

Память не сохранила, кто из друзей первым предложил подшутить над этой гордячкой со светлыми косами. Но план разработали совместно. Кристаллики сонного зелья засыпали в солонку из столовой и носили её с собой до нужного момента.

Дождались дня, когда высокомерная девица взяла на обед салат из свежих овощей, а дальше — дело техники: поставили солонку рядом с её тарелкой, и девушка сама насыпала себе снотворное.

Но вот чего молодые люди не учли, так это того, что, не добившись нужного оттенка вкуса, она добавит зелье ещё и ещё…

В общем, всё снотворное, которое было, она всыпала себе в тарелку.

Парни не ожидали такого. У них в планах было подойти вдвоём, проводить до дома, а когда её начнёт пошатывать, предложить помощь. На чью руку обопрётся, у того есть шанс продолжить ухаживать за девушкой. Чисто мужское, дружеское соглашение! Никакого коварного замысла скомпрометировать девицу или унизить её у молодых людей не было. Однако всё пошло не так! Залита выходила на улицу уже на автопилоте…

Когда поклонники выскочили вдогонку, их зазнобы нигде не было. Каким чудом она дошла до сенника и какой из богов хранил её всё время, что она спала, бывшие друзья так и не узнали. Но утром, когда известие о пропаже наследницы ко Мара потрясло город, их накрыло ужасом.

Если кто‑то узнает о шалости, их обвинят в похищении несовершеннолетней. Два великовозрастных болвана носились по всем возможным маршрутам пути от учебного заведения до дома ко Мара, расспрашивали торговцев и служащих о потерявшейся красавице — однако их усилия были тщетны.

Когда прошла информация, что за девицу отдали выкуп и она вернулась домой, эти селадоны чуть не набили друг другу морды. Обвинения в предательстве сыпались, как и тумаки, с обеих сторон. Губы и носы обоих были разбиты в кровь. Естественно, что их растащили и пытались расспросить о причинах драки, но у обоих ещё хватило ума промолчать, хотя каждый подозревал, что его, теперь уже не друг, загрёб деньги себе.

Парни, сразу как вышли из кабинета ответственного за дисциплину наставника цеха знаний, рванули к дому ко Мара. Ошарашенные ухажёры подкатили к пострадавшей и выяснили, что она ничего не помнит. Ну как ничего? Помнила, что была на занятиях, навалилась усталость. Последнее, что отложилось в её памяти, — чёткая мысль‑приказ: «Пора домой!». И вроде ушли из дома зазнобы вместе, но…

Гел был сам не свой, когда узнал, что его соперник воспользовался моментом и посватался к девушке. Он долго не мог успокоиться. Его бывший приятель пытался привести какие‑то нелепые доводы в оправдание своего поступка, но они не находили отклика ни в душе, ни в разуме молодого мужчины. А однажды утром мо Навалл увидел в зеркале свои ввалившиеся тусклые глаза и понял, что из‑за детской обиды он упускает возможности, которые предоставляет ему жизнь. Вот тогда он и решил: «БАБ МНОГО! ЖИЗНЬ ДЛИННАЯ! ПЛАНЕТА КРУГЛАЯ! СОЧТЁМСЯ!»

Принятое решение полностью изменило его. Молодой человек перестал отвлекаться от учёбы, забыл про совместные планы с детским приятелем. Зная, что не умеет экономить, вложил свои деньги, которые ещё остались на тот момент, в векселя надёжной торговой компании, а после успешного окончания обучения устроился туда же работать.

Радовало отвергнутого ловеласа то, что Эл дар Залита мо Арт ко Мара не был доволен своей семейной жизнью. Залита не простила мужу того, что он настоял на консумации брака. Эл бесился и жаловался на её холодность и высокомерие. Всё это нытьё новобрачного проливало бальзам на уязвлённое самолюбие Гела.

Через год семья ко Мара готовилась представить богам новорождённую наследницу, и свидетелями в храм были приглашены друзья, как казалось новобрачным, и соученики: тар Гел мо Навалл ко Зун и тарина Ия мо Риса ко Рмел. Кошмар, которым закончился тот день, до сих пор отдаётся болью в сердце бывшего воздыхателя…

Так как мужчина уже давал показания о том происшествии, ничего существенного он добавить не может. Но если нужно — пожалуйста!

На дворе было начало летнего сезона. Собираясь в храм, все нарядились. Шёлк и атлас на дамах радовали глаза мужчин. Лёгкие шляпки могли прикрыть нежную кожу милых лиц от палящих солнечных лучей, которые пробивались даже через хмурые облака.

Тучи уже несколько дней водили хороводы над городом, но дождь не ожидался. Юная мать была в хорошем настроении и щебетала со своей подружкой. Никаких ссор или распрей в молодой семье очевидец не заметил. А ранее? Так он уже говорил, что ему не очень хотелось видеть бывшего друга, поэтому он не ходил в гости к семейству ко Мара. Этот день стал исключением… и то — не сильно!

Тар Гел не пожелал ехать с бывшим другом, а решил ехать верхом, пояснив всем, что это более разумно, чем тесниться в маленькой повозке. Поэтому он добрался до храма чуть раньше остальных. Предупредил жрецов о скором прибытии младенца с родичами и ожидал бричку с остальными участниками церемонии в основном зале. Он безмолвно просил богиню Фортуны взять его жизнь под своё покровительство, когда услышал шум и вышел на улицу.

В глаза сразу бросилось безжизненное тело Залиты: лицо белее мела, остекленевшие глаза, короткая дорожка крови на виске. Это оглушило молодого человека. Он не заметил, как заплакал; в ушах его отдавался тяжёлый стук собственного сердца.

Уже потом стала проступать окружающая действительность: крик младенца, стоны молодого отца, всхлипы испуганной тарины Ии. О том, что произошло в дороге, он услышал от потерянного вдовца — об этом же и рассказал прибывшим магам.

С того дня бывшие приятели практически не контактировали, что в принципе понятно. Гел не смог простить Элу не только того, что он поступил нечестно с Залитой, но и того, что не смог сохранить эту милую девушку.

Почти шесть лет их общение сводилось к паре фраз вроде «Привет», «Пока» и «Как дела?». Начинающий негоциант, поднабравшись опыта в работе на чужого дядю, решил, что ему пора работать на себя, и открыл маленькую лавочку. Закупки, продажа, оформление витрин и контроль товаров на складе — всем занимался он сам.

Помощников Гел не нанимал. Оборот был небольшой, но одному хватало. Вот тогда Эл и возник на пороге его дома и напомнил о совместных планах. Причём, когда мо Навалл ко Зун возмутился: «Ничего, что тебя даже рядом не стояло, когда я начинал крутиться», — то услышал:

— А ты хочешь, чтобы я вспомнил, кто подсунул под руку снотворное моей будущей жене? Ведь артефакт правды подтвердит, что я говорю истину!

«Вы понимаете, ту дурацкую солонку действительно я поставил на стол, — поднял глаза на детектива мужчина. — Я просто был вынужден согласиться и принять его в компаньоны».

Они долго спорили, как «и сесть, и съесть»: ведь просто расширить объём продаж было недостаточно для приличного дохода обоих, тем более что у Эла росла дочь. Сошлись на том, что можно и нужно не раскидываться финансами, а всё запустить в оборот.

Чтобы не тратить лишние деньги на переоформление компании, решили зарегистрировать своё соглашение как договор о совместной деятельности. Родилась идея выкупить кожевенную мастерскую — благо, Эл навыков работы с кожей не утратил, а готовые изделия можно было бы реализовывать через уже раскрученную торговую точку.

Закупили необходимые для производства механизмы и артефакты. Сырьё они решили приобрести на ферме ко Арт, рассудив, что семейные узы в коммерции более выгодны. На деловые переговоры отправился новый партнёр — и его отец действительно продал сыну отличные шкуры за смешную цену.

Пока Эл мотался к родителям в родные пенаты, в личной жизни молодого мо Навалл произошли изменения: он встретил давнюю соученицу и подружку Залиты.

За прошедшие несколько лет Ия из нескладного подростка превратилась в интересную даму. Её женственная фигура и приятное лицо быстро стали желанными для молодого человека. Гел предложил ей вступить в его род. В храм молодожёны отправились в тот же день. Милая Ия легко приняла на себя все заботы по дому и окружила супруга заботой и лаской. Молодой муж носил свою ненаглядную на руках и постоянно думал о том, как обеспечить её всем самым лучшим.

Вот в это время и вернулся отец Златы, и молодожён поведал ему о своём счастье. Компаньон поздравил супругов, даже руку поцеловал новобрачной. Ия из вежливости уточнила, как идут дела в семействе Эла — всё‑таки они с Албелой были подругами. А потом по простоте душевной пересказала давний разговор, что состоялся в доме свёкра примерно три года назад.

Этот псих взвился! Начал орать, как недорезанный! А чего орать? Сам себе баб выбирал… Выскочил из дома в ливень, чуть не обрушив стену хлопком двери. Когда Гел переобулся и вышел вслед, этот придурок уже лежал с разбитой головой возле лошади — у него во дворе! Ему ещё потом пришлось долго доказывать следствию, что он понятия не имеет, как это вышло.

Ушлая вдова тоже пыталась на него наехать: мол, отдай деньги! Ага! Вытащи из дела, плюнь на все задумки и положи в её карман! Пришлось отшить поганку. Пригрозил, что доложит детективам о её намерениях убить мужа. Убралась эта краля злая, как гадюка. Благо, плевать ядом не стала в его сторону.

Что можно сказать о племяннике? Умный, толковый мальчик получился у сестры. Забрал его к себе в помощники два года назад. Сейчас ведёт все дела по мастерской, как говорится, служит на благо семьи. Да! Баловень судьбы, любимец женщин. Они сами на него вешаются. Подарки ему дарят, дурёхи.

Он что‑то сдаёт в скупку, а что‑то откладывает в свой схрон и презентует потом другим дурам. Недавно прибежал будто не в себе. Носился по дому и блажил! Оказалось, решил окрутить сиротку ко Мара, а её мачеха, кошка драная, вспугнула добычу. Девка куда‑то спряталась. Достать её теперь стало трудно, почти невозможно. Еле успокоил мальца, так у него кулаки чесались научить уму‑разуму курицу безмозглую.

— Какие там у них раньше отношения были — не знаю, — поморщившись, закончил своё повествование человек, который знал о семье Златы больше, чем она сама. — Какие есть — знать не хочу!

Злата растерянно смотрела на ближников. Её глаза блестели от навернувшихся слёз, а губы судорожно глотали воздух.

Фил, барабаня пальцами по столу, о чём‑то задумался и не смотрел на девчонок.

Сестра по духу гладила её по спине и, сжав её пальцы, шептала: «Прорвёмся!»

«Действительно, ну что я разнюнилась, — решила Злата. — Что такого страшного о своих родителях узнала? Мама не любила отца? Но меня она ждала и любила! Отец не совсем честно добился жены? Но люди говорят, что в любви, как на войне, все средства хороши! Услышала нелестные эпитеты в адрес мачехи? Но сама‑то тоже часто пыталась найти грубые слова для этой женщины!»

В этот момент командир очнулся от своих мыслей и обратился к воспитанницам:

— Сегодня мы здесь больше не нужны. Протокол допроса оформят без нашей помощи. Завтра допросят Албелу, тари Эл дар Залита мо Арт ко Мара, за ней уже выехали наши коллеги. Также на беседу будет приглашена Ия, тари Гел мо Риса ко Рмел. Есть мысли на этот счёт? Которую из встреч будет отслеживать наша команда?

— Вторую! — без промедления произнесла интуит.

— Тогда вперёд, в тренировочный зал! Вам обеим понравится сюрприз, который подготовили специально для вас.

И девушки тут же забросали командира вопросами: «А что там? Какой сюрприз?»

Наивные! Кто ж открывает карты раньше времени?

Глава 8 Что на пороге? или Тяжело в учении

Парадокс воспитания состоит в том, что хорошо поддаются воспитанию как раз те, которые не нуждаются в воспитании.

Фазиль Искандер

Фил

Юные хайдуты с любопытством осматривали полигон для тренировок. Каре из огромных ангаров, расположенных вплотную друг к другу, производило такое впечатление, будто ты приближаешься к замку. Если бы не окна и двери, можно было бы спутать спортивный комплекс с крепостью. Уже не раз здесь бывал, а любуюсь постоянно.

Внутри каждый корпус был разбит на множество разных по объёму и площади секций.

Некоторые оборудованы под силовые нагрузки — девушки ахнули, когда увидели спортивные снаряды: и штанги, и гантели, и системы противовесов с натянутыми тросиками и корзинами металлических блинов.

Другие настроены на развитие ловкости и баланса — опутаны подвесными мостиками, канатами и верёвочными лесенками. В общем, что их все расписывать? Разве вы не бывали на полигонах?

После увиденного практиканты заходили в назначенное им помещение, сгорая от нетерпения и любопытства. Внутри находилось пять человек из группы захвата и быстрого реагирования. Новички, которым уже сообщили, что тренировка будет необычной, тихо обсуждали непривычное оборудование предоставленного комплекса: кроме стойки мишеней и трёх закрытых дверей, в гулком помещении больше ничего не было.

Бойцы, увидев меня с подопечными, быстро построились в одну шеренгу. Сёстры по оружию бегом заняли места в конце ряда. Все смотрели с лёгким подозрением и опаской, ожидая пояснений.

Мне с огромным трудом удалось погасить усмешку. «Знали бы вы, что вас ждёт», — мелькнула озорная мысль, но я её отогнал и начал инструктаж:

— Воины! Сегодня наши занятия будут содержать магическую составляющую. Для самостоятельного отслеживания собственных ошибок каждому из вас необходимо определить участок на теле, куда будет поступать импульс в случае промаха. Рекомендую ту часть тела, которую каждый из вас хоть раз в жизни поглаживал, теребил и покручивал.

Как я и ожидал, при этих словах из строя раздались смешки боевиков. «Смешно вам? — ехидно подумал я и взглядом выделил весельчаков. — Вот теперь, ребята, вы попались», — оскалился я и рубанул: — Кто смеётся, тот получит импульс в загаданный орган, а всем остальным предлагаю подумать о мочке уха.

Девчонки удивлённо вздёрнули бровки: они‑то явно ни о чём не успели подумать, кроме носа. А вот парни не подкачали — насупились и кидали сердитые взгляды исподлобья. Возмущённый гул группы захвата заставил меня рявкнуть:

— Смирно! Первая задача — без шума открыть нужную дверь и взять необходимый инвентарь для тренировки. Условие следующее: к дверям можно подходить только после того, как курсант Злата укажет на двери, которые можно открыть, а кадет Дарина определит, за какой именно из них вы удачнее и быстрее дойдёте до цели. Команда быстрого реагирования производит вскрытие указанной комнаты и эвакуацию груза; вводная — обстановка ЧС. Позывные основной команды: «Первый», «Второй», «Третий», «Четвёртый», «Пятый». «Третий» руководит манёврами. Курсант Злата, кадет Дарина — шаг вперёд. При проведении боевых операций и выполнении служебных обязанностей вам надлежит пользоваться исключительно псевдонимами. Прошу объявить свои позывные на период тренировки.

— Веда! — выйдя из строя, чётко произнесла почти русоволосая подруга.

— Тюхе! — присоединилась к ней златовласка.

«Третий» уставился с немым вопросом на меня. Оглядев девчат, которые нервно покусывали губы, но при этом стояли навытяжку, гордо вздёрнув подбородки, я отметил, что их глаза лихорадочно блестели, а скулы слегка покраснели. Естественно, посестримы не были готовы, но пока не начнут, не осознают своих сил. И я, послав девушкам ободряющую улыбку, кивнул парню.

— Группа, старт! — дал отмашку командир.

Пять пар глаз цепко смотрели на стройные фигуры, ожидая указаний и откладывая в памяти обращение к новичкам. Я включил таймер и внимательно следил за лицами своих подопечных.

Злата… «Нет, Веда», — одёрнул сам себя, — хмурилась и внимательно смотрела на двери. Ну‑ну! Все двери специально заменили сегодня утром, чтобы данных для анализа юного интуита было как можно меньше. Вот в её глазах мелькнула искра: «Тюхе! Первая и третья двери».

Старшая из сестёр теперь внимательно присматривалась к указанным объектам, пытаясь понять, к которому из них лучше отправить мужскую часть команды.

— Первая! — её голос был спокоен и чист.

Бойцы рванули к двери. Четверо магов встали парами по бокам от двери, прижавшись к стене. Пятый боец занял позицию напротив двери. Именно он подал знак «Тишина», затем указал на воина, что был ближе всех к ручке двери. Поднял раскрытую ладонь и начал загибать пальцы, отсчитывая секунды. В это время юноша, чьей задачей было открыть дверь, осторожно коснулся ручки, захватил её и начал поворачивать.

Когда ладонь «Третьего» превратилась в кулак, дверь распахнулась наружу и чуть не ударила «Первого» и «Второго», что находились у стены по ходу движения.

«Приехали», — хмыкнул я про себя и занёс ошибку в блокнот. — С такой командой и противника не нужно: сами себя покалечим».

«Третий» сделал перекат вправо, ткнул пальцем в двоих подчинённых и подал знак «Вперёд». «Первый» и «Четвёртый» проскользнули в комнату, подхватили сундук и выскочили наружу. «Третий» повторно подал знак «Вперёд», и манёвр повторили «Второй» и «Пятый».

Девушки наблюдали за этой безмолвной пантомимой, затаив дыхание. Мне тоже приходилось внимательно фиксировать огрехи неопытных вояк. Я даже не подозревал, что со стороны настолько явно видны ошибки. А ведь не поверил дяде, когда он мне говорил, что всё получится и мне будет ясно без подсказок, «что», «где» и «почему».

Когда оба сундука были размещены возле моих ног, я демонстративно остановил таймер. Чтобы ни у кого не возникло вопросов, дал задание открыть оставшиеся двери: за одной из них была стена, а за другой — лабиринт с ловушками, и вёл он прямо в комнату с сундуками.

Полюбовавшись на ошарашенные лица как девчат, так и парней, дал следующее ЦУ:

— Тюхе, Веда. Ваша вторая задача: пока идёт разбор полётов с остальными неумехами, вы должны успеть распределить метатели на линии огня напротив мишеней.

Две лабораторные мышки с непониманием уставились на меня. Пришлось разжевать:

— Из сундука имеет право брать артефакты только Веда; на неё же возлагается ответственность за распределение снарядов для мишеней «шесть» и «семь». Остальные номера в зоне ответственности Тюхе. Выполнять!

Поняв, что подсказок больше не будет, мои воительницы подскочили к сундукам. Веда откинула крышку и протянула руку к лежащим внутри предметам. Метатели имели вид ножей с клинком в форме копья и очень простой рукояткой, без каких‑либо накладок и оплётки. Очень лёгкие, оценила интуит, передавая подруге первый артефакт. Тюхе пристроила «ножичек» вдоль ладони, и девушки недоумённо переглянулись. Ну да, стальная рыбка, или, как ещё артефакт называют, «перо», чуть‑чуть длиннее девичьей ладошки: рукоять оказалась на тонком запястье, а остриё немного выходило за кончики пальцев.

«Хлеб таким не нарежешь, только овощи чистить!» — дёрнув бровью, тихо прокомментировала златовласка, но её услышала не только подруга, но и мы с бойцами. Парни заухмылялись, но под моим суровым (надеюсь) взглядом быстро подобрались. Но коситься на девушек не перестали. Дарина‑Тюхе в это время, прихватив ещё несколько «овощечисток», побежала в сторону будущих огневых позиций.

Я учинял разнос горе‑захватчикам, но тоже не упускал из вида девчат. Вот сморщила носик сероглазая фурия: она решила, пока соратница унеслась к мишеням, разложить метатели по кучкам: две — на крышке сундука, а третья — для хайдуты рядом на полу. Но то ли ошиблась, то ли «нож» сместился по наклонной поверхности и коснулся артефактов для другого номера, но импульс ей достался — девушка схватилась за мочку.

Дарина что‑то застопорилась возле огневых отметок. Видимо, забыла, как именно была ей озвучена первая задача, вот и оттягивает теперь своё ушко. Ничего! Справятся! Моя догадка подтвердилась: Злата стала катализатором для подруги. У старшей посестримы начал пробуждаться дар аналитика самого удачного варианта развития ситуации. Некоторые называют его даром Удачи.

Посестримы — просто клад! Идея сработала на все сто! Эта парочка любой группе будет прожектором освещать нужный путь. И ой как прав Уважаемый Нур ко Сэй — надо сделать всё, чтобы они захотели связать свою судьбу со службой охраны.

— Тайм‑аут окончен, — громко объявил я для всех подопытных кроликов. — Все братья получили по звёздюлине, а сёстры уже отряхнули ладошки. Пора продолжить ролевые игры. У вас сегодня в запасе ещё много интересных приключений!

И понеслось! Группа захвата совместно с хайдутами бегала, ползала, отрабатывала перекаты и в процессе всех этих издевательств метала, метала, метала! Что уж говорить о таринах, если даже физически более сильные и выносливые тары выползали из ангара на полусогнутых и мокрые, как после душа, шёпотом матеря того, кто затеял все эти экзерсисы.

Почему шёпотом? Так ведь рядом ползут, постанывая, два мелких ангелочка. Оба ангела возмездия взглядами метали молнии в персонального мучителя. Однако меня эти душевные порывы не волновали, а довольная улыбка на моём лице явно заставляла всю расползающуюся с экзекуции команду давить в себе желание стереть её самым жестоким способом.

Но я действительно был очень доволен! И в первую очередь тем, что Террия не даёт работать с заклятиями, а то бы уже какая‑нибудь пакость точно прилетела. Ничего, охранные артефакты обновлю обязательно. Пусть попытают счастья, попробуют хоть как‑то отомстить. Ведь это тоже хороший метод получить больше магических навыков.

Посестримы

Вечером в общежитии, уже лёжа в постели, Злата, как обычно, прокручивала в голове все события прошедшего дня. Храм, ритуал, клятва! Допрос, тайны прошлого её семьи, артефакт истины! Тренировка, магия, усталость! Вроде всё понятно, но что‑то не даёт ей покоя.

— Дарина, ты спишь? — решилась она побеспокоить хайдуту.

— Уже нет… — попеняла сестра из темноты.

— После допроса мне кое‑что не даёт покоя.

— Например? — зевнула старшая подруга, но следопыта это не остановило.

— Кто забрал выкуп? Ведь получается, в нашем деле есть неизвестное действующее лицо? Это раз!

— Два! — произнесла кадет и сразу пояснила: — Вопросов два, значит, это — номер два!

— Ладно, не придирайся, — огрызнулась подопечная. — Это первое, что сегодня меня зацепило. Второе — магия. Всю жизнь я знала, что она есть. Пользовалась её продуктами. Артефакты всегда были рядом: охранные, учебные, чистоты, истины. Сегодня вон с метателями работали.

— Да уж! До сих пор всё тело болит…

— Не отвлекайся, пожалуйста! — Злата села в кровати. — Объясни мне, бестолочи, чем отличается маг от немага.

— Это всё? Или ещё вопросы будут? — осознав, что почемучка не отцепится, младший опекун вздохнула и села, устраиваясь поудобнее на своём ложе. — С выкупом ты права! Надо будет завтра с утра переговорить с нашим палачом, пусть введёт и для дамочек, и для мужчин эти вопросы. А вот с магией ты поспешила. Вам будут давать эти знания на лекциях, когда начнутся занятия.

— Ну хоть кратенько, — притворно захныкала мелкая заноза. — Часа на три‑четыре!

— Тебя на тренировке головой приложили? — возмутилась лектор. — Вроде я тоже там была, но ничего такого не видела, и твоих криков «Спасите, убили!» не слышала!

— Вот мы спорим, а за это время ты уже могла бы просветить мою тёмную головушку, — взбунтовалась неурочная студентка.

— Ладно, слушай! Возьмём нас для примера, — вздохнула златовласка. — Ты уже знаешь, что теоретически все жители Террии могут развить своё тело и дух в достаточной степени для управления силой. Когда мы впервые идём через портал, сформированные нами каналы наполняет магия. Понимаешь? Магическая сила как воздух: она присутствует везде, разлита в окружающем пространстве, в том числе и в тебе, и во мне. Но у меня каналы замкнуты в систему, а у тебя нет. Для того чтобы система замкнулась, должен сформироваться Источник, или, как его ещё называют, узел средоточия сил. Именно в нём у магов накапливается «мана», которую они могут использовать. Пока всё понятно?

— Но ведь артефакты у меня получается активировать?

— Активировать — да! Но только если они имеют свой источник. А вот подпитать или заново наполнить силой использованный артефакт ты не сможешь — нечем, — пожала плечами старшая подруга. — Соответственно, и создавать эти полезные вещицы у немага не получится, так как он не сможет наложить силовые плетения на объект воздействия. Теперь понятно?

— Да… — прозвучало из темноты. Дарина облегчённо вздохнула и уже хотела нырнуть под одеяло, когда её настиг следующий вопрос: — А правда, что в других мирах маги могут работать с силой, используя заклинания, а не только с помощью артефактов?

— Правда! Но с этим будешь разбираться самостоятельно, — демонстративно подушкой накрыв голову, проворчала магичка. — Я отрубаюсь! Спать!

Ночь плавно вступала в свои права. В комнате повисла тишина. Злата слушала, как меняется дыхание подруги, и поняла вдруг, что какой‑то очень важный вопрос она не задала. Но так как сама не могла его сформулировать, решила подумать над этим утром — на свежую голову.

Глава 9 Как все начнется?

Наши потребности определяются главным образом не природой, а нашим воспитанием и привычками.

Генри Филдинг

Посестримы

Восходящее солнце, неторопливо вступая в свои права, поднималось над горизонтом. Первые лучи узкими клинками проникали сквозь облака и пронзали предрассветные сумерки. К сожалению, девушки не могли оценить столь прекрасное зрелище — не потому, что не хотели им полюбоваться, а потому, что в это время тренер Академии уже гнал их по полосе препятствий. А ещё раньше он девушек хорошенько взбодрил, самолично отправив к ним в комнату персональную побудку с мерзким звуком.

Этот отзывчивый, душевный, добросердечный человек близко к сердцу принял желание тарин присоединиться к сонму избранных, умеющих защитить себя не только словом, но и делом.

Его громкий крик: «Подъём!», который раздался в сонной тишине девичьей спальни, смёл сестёр с кроватей, как добрый веник крупный мусор с ухоженной дорожки. На спортивной площадке оглушительно жизнерадостный мучитель… ой, учитель… обрадовал ещё плохо соображающих недоучек, пообещав, что лично займётся их тренировками и что они могут обращаться к нему скромно, с почтением, вежливой улыбкой и на «ты».

— Называть меня можно, — продолжил инструктор с добродушным оскалом голодной акулы, — следующим образом: Сэнсэй, Сихан, Буси, Великий или просто Мастер. А за глаза — как им будет угодно, не забывая, однако, об учтивости; то есть, если «гад», то с восхищённым придыханием.

Сёстры по духу переглянулись. Губы обеих беззвучно шепнули: «Буси», — и, подвывая под нос: «буси‑пуси, буси‑пуси…» под услышанную где‑то мелодию, девчата рванули по дорожке. Им даже не пришлось сговариваться, чтобы определиться, как они будут называть светловолосого громилу…

Посестримы летели по указанному маршруту, выдавливая из себя все силы, что могли дать их тела, стараясь убежать от экзекутора, который ласково подбадривал комплиментами:

— Шевелитесь! Быстрее! Улитки закончат дистанцию раньше вас! Руки! Где у вас руки? Дыхание! Контролируй дыхание! Кадет, твою мать, ты где была три ступени? Бежишь, как твоя соседка‑недолётка! Задохлики! Скорее вечер настанет, чем ваши ноги пересекут финиш! — и поддерживал их от всего своего огромного сердца. — Я сказал, перепрыгнула через бревно, а не переползла и не перевалилась! Вставай, хватит отдыхать!

Мучитель, со всем своим старанием выжав из девушек последние соки, в том числе и выпитый вчера чай, милостиво отпустил их лодырничать до вечера.

Хайдуты поплелись в душ, мысленно пытаясь найти для Буси самые уважительные прозвища.

— Брыдлый басалай, — шипела под нос Дарина. Правда, недолго. Споткнувшись о ступеньку, она взорвалась и заорала: — Глазопялка, вымесок! Кропот! Москолуд лободырный!

— Что‑что? Переводи, буду запоминать, — с восхищением вытаращилась на неё Злата.

— Гадкий грубиян! Любопытный выродок! Ворчун! Шутник‑недоумок! — топнула старшая девушка, на адреналиновом всплеске забыв, что только что еле переставляла конечности. Её спутница, увидев такие метаморфозы, прыснула в ладошку, за что чуть не схлопотала мокрым полотенцем, которое висело на шее юной магички. Зато Дарина, глядя на хихикающую соседку, рассмеялась и… остыла: — Что тут непонятного?

— Поможешь мне составить словарь? — начала строить глазки старшей младшая озорница.

— А ведь поселили в комнату такую спокойную, благовоспитанную, скромную тарину! Колотовка, куда ты дела ту тихоню?

Проказницы расхохотались и с новыми силами двинулись приводить в порядок свои потрёпанные тушки.

— Жизнь хороша! — залетела в комнату, чуть ли не танцуя после душа, Злата.

— Ты бегом одевайся, — доплетая косу, хмыкнула практически готовая на выход Дарина. — Куратор ждёт после завтрака в том уютном ангаре службы охраны.

— Это где мы вчера так мило и ненапряжно тренировались со спецами? — вздёрнула брови Злата и чуть ли не с разбега запрыгнула в брюки.

— Точно, — подтвердила старшая валькирия, закручивая косу вокруг головы. — Зато сегодня нам тренер родной академии указал, как мы вчера были неправы, шипя на Фила…

— Ага, — одёргивая тунику, согласилась малая. Она махом расчесала разноцветную копну и прихватила её в низкий хвост. Кинула взор в зеркало, затем перевела на подругу и подмигнула: — Зато есть теперь с чем сравнить.

Занятия на полигоне СОПП закончились на удивление быстро. Нет, не надо думать, что им уделили мало времени, — гоняли их до самого обеда. Уважаемый Нур ко Сэй, наставник Фила, лично устроил всей троице незабываемые приключения.

Для начала он сообщил, что будет проводить беседу с выбранной ими свидетельницей, а затем огорошил, что руководство службы утвердило его Главным воспитателем, или Коучем, юных талантов, к коим причислили и Фила мо Сэй ко Сьян.

Старший опекун обрадовался до зубовного скрежета, но Коуч не обратил на это никакого внимания. Он удобно устроился в кресле‑шезлонге и отправил своих подопечных… поиграться. Через какое‑то время Злата шёпотом простонала:

— Как наш коуч назвал это издевательство?

— Деловые игры, — с улыбкой отозвался Нур, который прекрасно слышал её ропот.

— Вот что я вам скажу, — пропыхтела Дарина, покосившись на невозмутимо развалившегося ко Сэй. — Деловые игры, разработанные старшим детективом, — это жёстко, если не сказать жестоко…

Команда в связке отрабатывала самые разные ситуации. Их по очереди «похищали», и «свободные» игроки должны были найти и освободить пленённого из напичканного хитроумными ловушками помещения, а «жертва» должна была из узилища расчистить путь своим освободителям.

Им передавали кучу документации, из которой следовало удалить дезинформацию и представить оперативный отчёт руководству. Роль руководства играл суровый Нур. Курсанты слушали аудиозаписи разговоров, выискивая ложь и истину. В общем, было очень интересно, но и по ушам все получили предостаточно. Мочки у молодых талантов пылали огнём.

Старший детектив, а теперь и Коуч группы развития, был очень доволен результатами учений и благословил всю троицу на дальнейшие совместные подвиги. Трио дарований, в темпе вальса расправившись с обедом, помчалось в уже знакомую каморку с визором. Функционал остался прежним: подслушиваем… ой, внимаем, отслеживаем и записываем. В общем, практикантки сегодня уже понимали, что от них требуется. Артефакт был полностью в их распоряжении.

Ия тари Гел мо Риса ко Рмел с королевским достоинством сидела за столом в светлой комнате. На столе стоял поднос со стеклянным графином, наполненным водой, и простым стаканом. Дама выбрала образ несправедливо оскорблённой добродетели: длинное закрытое платье цвета тёмного шоколада отлично гармонировало со смуглой кожей, тёмно‑каштановые волосы забраны в нарочито скромную причёску, а карие глаза блестели от сдерживаемых слёз. Артефакт истины подсвечивал её лицо ровным сиянием.

Старший детектив, расположившись напротив свидетельницы, начал процедуру:

— Ия тари Гел, вас пригласили как свидетеля многих событий, что произошли в роду ко Мара, — сухо прокомментировал он тему встречи. — Прошу рассказать всё, что вам доподлинно известно, а потом ответить на возникшие вопросы. Если у вас нет возражений и пожеланий, можете начинать.

Женщина склонила голову, опустила глаза, будто что‑то вспоминая, недолго помолчала, а потом начала говорить приятным грудным голосом:

— Была у меня одна подруга, тарина Залита ко Мара. Вместе и учились, и отдыхали. Мы познакомились на первой ступени общего обучения и быстро нашли общий язык. Детские проказы и светлые моменты нашей юности объединяли нас. Залита стала мне сестрой, доброй и понимающей: делила со мной любые детские невзгоды, успокаивала во мне обиды, была опорой.

На последней ступени обучения в нашу группу зачислили двоих друзей. Они заметили симпатичных подруг и начали оказывать им знаки внимания. Но Залите они были неинтересны: она мечтала получить доступ к магии и стать правоведом.

Подруга не обратила внимания на то, что мне нравится один из парней. Когда я единственный раз попросила её согласиться на прогулку с ними, она с таким удивлением посмотрела на меня, что мне стало стыдно. Её ответ я вспоминала потом очень долго.

— Что она сказала?

— «Нам это не принесёт ни радости, ни счастья». Это её точные слова.

— У неё был Дар предвидения? — Нур приподнял бровь.

— Это нельзя было назвать Даром. Просто иногда прорывались ответы на конкретно поставленные вопросы. Но медиумом она не была. Всё списывала на случайные совпадения, — отмахнулась женщина. Затем продолжила: — Однажды утром Залита не пришла на занятия. Я, конечно, была встревожена её отсутствием. А когда известие о пропаже наследницы ко Мара потрясло город, меня накрыло ужасом. Я заметила, что оба ухажёра тоже волнуются, и мысленно попеняла подруге, что она неправа по отношению к молодым людям. Конечно, я кинулась к родным подруги, и, когда она вернулась домой, обняла её одной из первых. Практически сразу пришли наши соученики. Тар Эл предложил защитить честь моей подруги в храме. Он уламывал несговорчивую девицу, доказывал, что очень любит и будет ждать столько, сколько ей понадобится, чтобы она могла ответить на его чувства. Я была свидетелем на церемонии в храме. На моих глазах её супруг принял имя Эл дар Залита мо Арт ко Мара. А через несколько дней бедная Залита рыдала у меня на руках. Её муж не сдержал своего слова. Она убивалась, что никогда не станет магом. Отец Залиты в то время уже слёг, жить ему оставалось недолго, и мы решили ему ничего не говорить.

— Что вы можете рассказать о гибели подруги?

— В тот день Залита хотела видеть меня свидетелем ритуала. Мы собирались ехать в храм впятером, на бричке: молодая семья и мы с таром Гел мо Навалл ко Зун. Было начало летнего сезона. Духота стояла ужасная. Тучи не давали солнцу палить, но и прохлады не приносили. Все постарались одеться полегче, но это не спасло от жары. Молодая мать была в хорошем настроении. Мне показалось, что она то ли успокоилась, то ли смирилась со своей судьбой. Лопотала что‑то о своей малютке — ну, как обычно мамочки щебечут о кровиночках: «Посмотри, какие глазки, а какой носик!»

В это время цвет артефакта начал меняться. Ия скосила на него глаза, вздохнула и продолжила:

— Я была раздражена. Духота! Мужчина, который мне уже долгое время нравится, рядом, но не обращает на меня внимания. В какой‑то момент Гел предложил разделиться, чтобы не приехать в храм как варёные раки. С его доводами согласились, и он ускакал на лошади, а мы поехали не спеша. Малютка спала в колыбели. Я хотела было взять её на руки, но Залита воспротивилась, сказала, что сама ещё не насмотрелась на свою красавицу. Когда мы въехали в лес, обрушилась гроза. Было так страшно! Вода заливала глаза. Зарницы молний пронзали почерневшее небо. Гром грохотал, как будто из пушки бабахало. Я обняла Залиту и зажмурилась. Разряды молний и раскаты грома следовали друг за другом. Лошади неслись как сумасшедшие. Нас мотало из стороны в сторону. Я почувствовала, что подруга наклонилась, но подумала, что она прикрыла ребёнка от хлещущих струй дождя, и просто придерживала её за талию, чтобы не дать ей упасть с сиденья. Когда бричка остановилась, она так и осталась лежать на колыбели. Мне показалось, она потеряла сознание, ведь при такой тряске легко можно было удариться головой. Позвала Эла. Мы вместе подняли подругу и сразу поняли, что она уже мертва. Бедняжка умерла мгновенно, там даже крови практически не было.

Ия побледнела, взглядом показала на воду. Следователь, налив воды, поднёс стакан к её подрагивающей руке. Артефакт истины цвет больше не менял, но на протяжении всего рассказа интенсивность его свечения заметно колебалась.

— У вас образование лекаря? Откуда вы знаете, что она умерла мгновенно?

— Нет. Я не лекарь. Но, понимаете, сложно не заметить остекленевшие глаза, заострившееся лицо и отсутствие дыхания. Детективы меня опрашивали после Эла. Они мне и сообщили, что лошади понесли, испугавшись горящего дерева. А про щепку уже дали заключение ваши лекари.

Рассказчица прикрыла глаза, которые сейчас казались чёрными.

— Простите, мне что‑то не очень хорошо. Видимо, перенервничала. Всё же не самые приятные воспоминания. Могу я попросить перенести наше дальнейшее общение на завтра?

Лицо женщины стало практически белым, его покрыла испарина, а прядки волос тонкими кольцами прилипли ко лбу. Нур подал рукой какой‑то знак и кивнул:

— Да, конечно! Сейчас вас проводят в комнату отдыха. Туда уже направляется лекарь. Чай принесут сразу после того, как он вас осмотрит.

— Не стоит беспокоиться. Дома отлежусь, успокоюсь и завтра буду к вашим услугам, — сделала она попытку возразить.

— Простите, но это не обсуждается, — остановил пререкания мужчина. Он, обернувшись к магам охраны, приказал: — Проводить и выполнить предписания целителя!

Мрачный детектив смотрел вслед уходящей процессии и ждал, когда из комнаты наблюдения прибежит молодёжь. Зная своего племянника с младых ногтей, он не сомневался, что сейчас состоится разговор. Троица влетела вихрем и, как по команде, вытянулась по стойке смирно.

— Вольно, — усмехнулся Коуч. — Присаживаемся! Выкладываем!

Желторотики переглянулись и кивнули самой младшей.

«Даже не сомневался», — хмыкнул про себя Нур, но на его лице при этом не дрогнул ни один мускул.

— Понимаете, — начала подбирать слова девушка, — в течение всей беседы со свидетельницей нас постоянно что‑то беспокоило.

— Нас — это кого? — уточнил у Фила руководитель.

— Всех! — подтвердил тот.

— Мы не сразу поняли, что продолжается воздействие импульсов ошибок, — покраснев от смущения, продолжила интуит. — Я сначала подумала, что после тренировки идёт откат. А когда пожаловалась на пульсацию в мочках, Дарина…

— Не Дарина, а Тюхе! Вы на службе, а значит, работаете под позывными, — поправил её Фил и кивнул, давая отмашку продолжить рассказ.

— Да. Тюхе и старший опекун поделились, что у них также дёргает уши. Вот я и подумала… — девушка замялась, но все смотрели на неё серьёзно, без насмешки, — когда мы смотрели на Ию тари Гел мо Риса ко Рмел, то переживали вместе с ней и хотели верить её рассказу. Но, может, она солгала? Такое могло случиться?

— Артефакт истины цвет не менял, только периодически мигал. Но меня самого постоянно что‑то царапало и не давало ей верить, — угрюмо согласился видавший виды маг. — Возможно, она сама себе верила. А ещё существует вероятность, что она не всё нам выложила, утаила какие‑то подробности. Но завтра мы продолжим беседу, так что это не критично. Всё равно всё вытрясем.

— У Златы… ой, Веды… вчера возник вопрос, — встряла старшая посестрима. — Кого мы упустили из свидетелей? На кого не обратили внимания? Кто получил выкуп? Ведь должен же вести к деньгам и вымогателям хоть какой‑то след?

— Вот сами и нашли себе задание! Завтра, после окончания встречи с этой странной свидетельницей, ваша группа берёт инфокристаллы с опросами всех субъектов по текущему расследованию и проводит детальную сверку показаний. Может, найдёте упущенное и нестыковки.

— А если нет? — подскочила Веда.

— У вас уже сейчас возникают вопросы. Вот их мы и будем задавать всем нашим подозреваемым на повторных допросах, — отрезал Коуч и, глядя на нахохлившихся девушек, приказал: — Фил, ну‑ка возьми своих птенцов и проведи ознакомительную экскурсию, чтоб я их до завтра не видел и не слышал. Разрешаю младшего практиканта ознакомить с работой портала. Всё же она наш служащий, а то будет на инициации дрожать, как все недолётки.

Подмигнув младшей девушке, у которой в серых глазах явственно читалось нетерпение, он взмахом руки показал всем: «Идите», ну или «С глаз долой»…

Как вам больше понравится…

Глава 10 Завертелось или закрутилось?

Изменения могут начаться вполне безобидно. Человек просто внезапно ощущает наплыв чувств, которые он предпочел бы проигнорировать, но уже поздно.

Алис Миллер

Злата

Ну, мы и пошли туда, куда нас послали! Да нет же, не туда! В сторону портального зала. Курсанту, то есть мне, всё было интересно. Почему у зала отдельные врата? Почему дрожат недолётки? Почему до инициации нельзя путешествовать по мирам? Опекуны переглядывались и посмеивались над неуёмным энтузиазмом почемучки.

— Вот так она мне вчера не давала спать! — хихикала моя добрая соседушка.

— Это она в детстве недопочемучила! — подколол командир.

— Вам смешно? А я хочу знать! — постаралась состроить я самую просительную рожицу, чтобы они отвечали, но эта спевшаяся парочка лишь рассмеялась в ответ. И когда только успели научиться так понимать друг друга? Хотя, если посмотреть, сколько мы времени вместе проводим, то это как раз не странно. Мне тоже Фил нравится как друг, и он мне близок, как брат. Вот и будем этим пользоваться! Затем попыталась надавить на совесть старшего товарища: — Тем более что у тебя приказ поработать экскурсоводом!

— Вчера ты уже вызнала у нас о формировании источника, — первой сдалась подруга, но не удержалась от подначки. — Повторяю, вам всё это будут преподавать на первой ступени — но тебе же не терпится, да? У тебя где‑то свербит?

— Ещё как! — согласилась с подругой. Мне не жалко. Главное, чтобы она не останавливалась.

— Давай представим развитие тела и духа человека на примере деревьев, — включился в лекцию Фил. — Представь себе, что в землю упала семечка. Вот росток пробился сквозь почву и потянулся к солнышку. Начал тянуться ввысь и набирать в ширину годовые кольца. С каждым годом дерево сильнее и крепче. На нём постепенно появляются новые веточки. Зелень всё пышнее. И вот приходит время, когда дерево может приносить плоды, которые от него так ждут.

— Я поняла ассоциацию ствола дерева с телом человека, — подтолкнула меня встрять моя нетерпеливость. — А что олицетворяют листья?

— Мозги, которых у тебя нет, и добрую, отзывчивую душу, которую сейчас можешь потерять вместе с жизнью! — кинулась играючи душить меня старшая язвочка.

Фил разнял дружескую потасовку и продолжил:

— Теперь представь, что это дерево росло для строительства многоэтажного дома, чтобы из него сделать опору. На неё положат перекрытия и построят ещё этаж, и ещё. Если дерево было уже взрослым, сильным, то опора выдержит нагрузку. Значит, и возведённое здание будет стоять крепко. Но если взять молодой, неокрепший саженец, то и сделанная из него опора сломается, и сооружение рухнет. Так и у нас: если источнику не дать развиться правильно, он схлопнется, сломается, как та опора, и не даст построить магию в твоём теле, так как система не замкнулась. Ясно?

— Ага! — Моя внутренняя проказница лукаво улыбнулась. Как же мне с ними хорошо! А ещё мне нравится, когда они притворяются, что сердятся на меня. Да у меня за всю мою жизнь не было рядом таких людей, как они, с которыми можно было всё: узнавать новое или дурачиться, спокойно молчать или вот так почемучить… — А почему…

Вопрос я закончить не успела. Дверь, к которой как раз подходила наша небольшая компания, открылась, и из неё выплыла тари Ия.

— Уважаемая, — окликнул её Фил, — как вы себя чувствуете? Целитель отпустил вас домой?

— Да! — Дама медленно обернулась, удивлённо обвела глазами всех присутствующих, что‑то для себя решила и продолжила уверенно: — Мне уже вызвали транспорт, он подъедет в течение пятнадцати минут.

— У нас экскурсия для практикантов, — начал было прощаться маг, но, почувствовав, как интуит сжала его руку, предложил: — Но чтобы скоротать время ожидания, может, составите нам компанию?

— С удовольствием присоединюсь, — соблаговолила согласиться нежданно‑негаданная экскурсантка.

В портальном помещении старшие члены команды смогли выдохнуть с облегчением. Зал полностью поглотил внимание недолётки. Для начала она просто рассматривала ворота, начертанные на них руны и установленные внутри артефакты. А потом приступила к пыткам дежурного, не ожидавшего такой подставы от соратника.

Вопросы летели в беднягу, как стрелы из лука. Только он успеет ответить на один, в него «выстреливают» вторым. Даже кареглазая красавица соизволила заинтересоваться и сделала шаг в сторону рассказчика.

Стражи, глядя на любознательного подростка, ухмылялись, но старались сделать это незаметно, чтобы по ним не ударила её энергия. Собрат по дежурству изредка бросал на них взгляды в надежде, что они отвлекут любопытного недоросля. Но бойцы не спешили выручать товарища.

Спасением стал сигнал артефакта вызова. Общение продолжилось, но при нарастающем гуле активации их разговор уже не был слышен остальным присутствующим. Да и девушка, глядя во все глаза на марево перехода, слушала вполуха.

— Смотри, как тебе повезло, — с облегчением отодвинул от себя девушку портальщик, — сейчас всё увидишь своими глазами. Кроме, конечно, фиксации оплаты. Так как у нас ведомственное подчинение, сотрудники по долгу службы путешествуют по мирам бесплатно. А вот в муниципалитете оплата для всех обязательна.

— Даже если у меня будет на руках приказ императора? — сразу вцепилась в него заноза. Маг внимательно наблюдал, как набирает яркость камень вызова, как уплотняется радужная плёнка, собираясь туманным маревом в проёме врат, поэтому и ответил не сразу.

— Есть приказ — иди к порталу ведомства. Нет приказа — плати! Портал — это та же дорога, а дороги нужно содержать. Где прикажете брать деньги? Не наколдуешь же!

— Деньги? — Серые глаза вдруг потеряли озорную искорку. Она же хотела, чтоб один вопрос обязательно был задан сегодня! Взгляд курсанта стал тяжёлым. Она обернулась к своей группе и громко, стараясь перекричать нарастающий звук от открытия Врат Миров, крикнула: — Куда делись деньги?

Дарина

Дарина стояла рядом с Филом и тихо млела от счастья. Командир ошарашил оглушающей новостью: высшее руководство магов рассмотрело предложение куратора практики и утвердило введение новой группы в штат следователей. Так что, если они с Ведой согласятся, то с завтрашнего дня будут официально зачислены в Службу Охраны Прав и Порядка. Каждой из них присвоят звание Опциона — помощника детектива.

Старшая сестра по духу, не раздумывая, дала согласие. Чуть не прыгая от радости, она уже предвкушала, как будет описывать всё младшей. Но, глянув в лицо ожидающего собеседника, взяла эмоции под контроль и заверила его, что младшая, скорее всего, тоже будет не против. Уж она постарается её уговорить! Тем более что эта проныра уже всей душой влезла в СОПП, осталось поступить на службу физически, то есть официально…

Уважаемая Ия отошла от них и стояла в трёх шагах от Златы. Она любовалась переливами свечения артефактов и, казалось, не интересуется более ничем. Дарину привлекло резкое движение подруги у портала и то, как изменилось выражение её лица. Фил рядом тоже напрягся. Посестрима что‑то говорила, но шум портала заглушал слова.

Зато её вопрос отчётливо услышала их невольная спутница. А потом время будто остановилось, и только слайды событий мелькают перед глазами.

Вот: Злата смотрит в глаза сестре. Её губы шевелятся. На лице тревога.

Затем: Ия кидается в её сторону. Ой, нет, в сторону портала!

Следом: хрупкая девушка вскидывает руки, чтобы остановить крепкую женщину. Та толкает её своим телом.

И: они вместе исчезают в портальной дымке. Лёгкая преграда не смогла удержать беглянку.

Когда младшая хайдута исчезла из помещения, время вернуло свой бег, и события закрутились с неимоверной скоростью.

Дежурный маг сразу принялся стабилизировать проход, чтобы прокол не захлопнулся.

Воины стражи перестроились в порядок повышенной готовности. Кто‑то из них послал сигнал о чрезвычайном происшествии. Двое уже бежали к вратам, подавая всем присутствующим знак «Стоп» — приказ не двигаться.

Фил цепко схватил Дарину за руку, не давая сдвинуться с места. Когда он увидел, как его подопечная прорывает своим телом радужную плёнку портала, его осенило: эта девочка, которая сейчас может погибнуть там, в чужом мире, — его маленький, близкий и почти родной человечек. Но у него ещё есть шанс её спасти, если он всё сделает правильно. Видимо, рядом с хайдутами Боги, и его взяли на заметку.

Обезумевшая старшая подруга рвалась в портал за сестрой. И только холодный приказ командира: «Ждём отмашки! Ждём!» — удерживал её.

Когда они толпой влетели в зал принимающего мира, первым, что бросилось в глаза взбешённой валькирии, была фигура подруги на полу и склонившаяся над ней незнакомка, которая держала над малой какой‑то купол, но при этом поддерживала её затылок. Упав на колени рядом с посестримой, Дарина начала замечать остальные нюансы.

Казалось, Злата была без сознания, но её остекленевшие глаза оставались распахнутыми. Бледное, практически белое лицо покрыто испариной. Туловище напряжено и неподвижно, но руки и ноги периодически подёргиваются. Казалось, она задыхается.

Женщина одной рукой поддерживала голову Златы, как будто пытаясь повернуть её в сторону, а другой придерживала за плечи. Её щит перекрывал хлещущие из пострадавшей нити силы. Причём сама мана, вырвавшись из младшей подруги, заполнила всё пространство под полупрозрачным куполом.

Незнакомка хлестнула Дарину зеленью глаз и быстро заговорила:

— Переносить больного во время припадка не рекомендуется. Во избежание травмирования необходимо подложить под голову что‑то мягкое, например, смотанную в куль одежду. Нужно также накрыть глаза чем‑то тёмным. При ограниченном доступе света припадок проходит быстрее. Врачей уже вызвали. Так что помогай.

Сухой тон целителя вывел старшую подругу из шока. Дарина стянула с себя тунику, оставшись в майке поверх спортивного топа. Скатала подол, и получившийся валик подсунула под руку неизвестной помощницы, а оставшейся свободной частью прикрыла глаза пострадавшей.

— Что с ней? — подлетел Фил.

— Конвульсии, нервное возбуждение, вегетативно‑висцеральный компонент, проявляющийся побледнением кожи и повышенной потливостью, — начала перечислять иномирянка, даже не взглянув в его сторону.

— Что надо делать?

— Переверни её на бок! И держи крепко! Можешь обнять, — пропыхтела анонимная особа, — а то у меня сил не хватает! Так как вы одномиряне, можете влить ей немного силы из своего средоточия, но только если вы у нас ещё не магичили.

Как только молодые маги перехватили тело девушки, женщина разогнулась из неудобной позы и оглянулась, оценивая обстановку в помещении. Затем вновь посмотрела, насколько правильно зафиксировали больную, и, кивнув, предложила:

— Познакомимся, пока ждём моих коллег? Меня зовут магесса СирраАльферац, ведьма‑хранительница, магистр медицины.

Изумрудные глаза магессы были уставшими, но спокойными. Она покосилась удивлённо на медно‑рыжую косу, выпавшую из причёски ей на плечо. Проворно пальцами отыскала шпильки, что не справились со своей задачей, и, прихватив их тонкими губами, отточенными движениями быстро подколола волосы обратно.

— Вы оказывали помощь курсанту Академии Корпуса СОПП Злате ко Мара, позывной Веда, дар Интуит. Рядом с ней — её посестрима и хайдута, кадет Академии Корпуса СОПП, уважаемая Дарина ко Ран, позывной Тюхе, дар Фортуны. Я — офицер Службы Охраны Прав и Порядка, уважаемый Фил мо Сэй ко Сьян, — лаконично представил командир свою группу. — Ваше имя я слышал от своего руководителя и наставника, уважаемого Нур ко Сэй. Когда вас просили о помощи, речь шла об этих девушках, — указал он глазами на подруг.

Дарина зло смотрела на брыкающуюся в жёстком захвате женскую тушку: блюстители порядка этого мира уже передали Ию в руки стражников из Террии. Женщину постарались полностью обездвижить, чтобы переправить обратно. В крики этой ненормальной вслушиваться незачем. Что обычно орут такие чванливые бабищи?

— Не имеете права! Это незаконно! Это несчастный случай! Вы всё неправильно поняли! Отпустите! Мне больно…

Визг тётки, утратившей всё своё наносное величие и благопристойность, гулко метался меж голых стен и неимоверно раздражал.

Дарина была в бешенстве: хотелось удавить эту истеричку, что воплями только распаляет жажду убийства. Кадет боролась с подступающей яростью, но гнев из‑за того, что так долго добирается обещанная подмога, помог переключиться на самочувствие сестры. В этот момент Злата судорожно вздохнула и закрыла глаза.

— Фух! Девочка спит. Припадок закончился! — облегчённо выдохнула Сирра, глядя на бледное лицо Златы. Затем проверила её пульс и обратилась к друзьям: — Я настаиваю, что пострадавшую необходимо доставить в наш госпиталь. Врачи уже здесь. Рекомендую в момент пробуждения курсанта быть с ней рядом — это не даст ей удариться в панику. Не хотелось бы повторного приступа.

Фил кивнул. Зачем слова? И так всё ясно! Дарина перевела взгляд на часы и поразилась: с того момента, как они покинули комнату допросов, не прошло и десяти минут. Ей показалось, что здесь они находятся уже несколько часов. Мысль: «Где здесь?» — мелькнула и пропала. Сейчас самое главное, чтобы с этой непоседой ничего непоправимого не случилось.

— А врачи — это кто? — прозвучал хриплый голос командира.

— Ой, простите! У нас так называют целителей, — пояснила ведьма. — А место, где лечат людей, именуется «госпиталь».

— Мы… — спохватившись, Фил кивнул на посестрим и склонил голову. — Благодарим за помощь!

— Надеюсь, всё обойдётся, — приняла благодарность лекарь. — Прошу вас, пока будем в пути, расскажите более подробно о девушке и о происшествии.

Глава 11 У порога

Воспитывает все: люди, вещи, явления, но, прежде всего и дольше всего – люди. Из них на первом месте – родители и педагоги.

Антон Семенович Макаренко

Злата

Веки подниматься не хотели. «Раз подруга не тормошит, можно поспать ещё немножко!» — мысль мелькнула и быстро испарилась. Приняв это решение, я повернулась на бочок, поплотнее закуталась в одеяло и… услышала мужское, знакомое бормотание. Сонная хмарь слетела с окутанного ленью мозга, как пушинка тополя с ладошки от дуновения ветра.

Моё тело практически подбросило. Я резко села и тут же упала на подушку. Слабость во всех суставах и мышцах, а также отголоски боли удивили. Головокружение испугало. А скрипучий шёпот:

— Куда же ты скачешь, оглашённая? — заставил скосить глаза на говорящего.

Собственное недомогание не позволило сразу узнать охрипший голос куратора.

— Что со мной? — решила поинтересоваться и тут же закашлялась: «Вот этот хрип издаёт моё горло?»

Повторила попытку посмотреть на мир. Яркий свет резанул по глазам, от боли брызнули слёзы. Руки взметнулись, закрывая лицо.

— Лежи спокойно, — раздался голос Дарины. — Окна зашторены, но солнце ещё высоко, и в палате слишком светло для тебя.

— В палате? — удивилась я, пытаясь понять, о чём речь.

— Да, ты в целительском корпусе, — тихо объясняла посестрима. — Мы на планете Мирах. Помнишь, как улетела в портал?

— Портал? Нет… — я почувствовала, как вместо мыслей возникает горячий шар. — Комната с визором. Доклад коучу. Коридор…

В голове только‑только начали нехотя ворочаться воспоминания, как в ушах послышался свист, и мир вокруг поплыл. Огненный шквал возник в висках, разросся и пронёсся от макушки вниз по телу до пальцев ног, а обратно вернулась волна морозного шторма и ледяными иглами взорвалась под черепной коробкой. Из горла вырвался крик, и благословенная, безболезненная и безмолвная темнота поглотила сознание.

Фил

Я держал за руку потерявшую сознание Злату, по капельке вливая в неё свою ману и наблюдая, как организм моей ближницы благосклонно принимает энергию. Ещё в зале, сквозь гам и шок, до меня дошла информация зеленоглазой незнакомки, что подпитать её можно, даже нужно, но только «родной» силой, и сразу перекрыл свои каналы, чтобы не хапнуть потоки этого мира.

Стараясь не отвлекаться, но это очень сложно. Мы все испугались повторного обморока малой. А теперь эта врач за дверью орёт на Дарину. А что на неё орать?

Когда сестра закричала, старшая подруга сама чуть рядом не хлопнулась. А магесса Альферац почти снесла дверь по дороге к пациентке, словно в неё вселились все бури мира. Ох, как она гаркнула:

— Сфера! Подпитка… Как вы могли? Ей нельзя…

До сих пор с ней безмолвно спорю: «Откуда нам было знать, что нельзя давать недолётке думать? Но как вообще можно запретить человеку думать? Да, я сам точно так же мог бы ляпнуть что‑то не то».

В комнату тихонечко проникли две девичьи фигурки, и я непроизвольно скосил на них глаза. Зелёными очами иномирянки смотрел строгий судья, обещавший жестокое наказание, если вдруг…

Голубые глаза другой выражали такое страдание и стыд, что я ей от всей души посочувствовал.

— В общем, так, — прошипела тарина Сирра. Ну, не могу я её по‑другому воспринимать. — Когда она очнётся, не говоря ни слова, зовёте меня. Все разговоры до особого распоряжения — только в моём присутствии.

Целитель посмотрела на мою руку, проверила пульс младшей хайдуты. Прищурившись, по очереди осмотрела всех нас, словно подозревала, что мы сомневаемся в её компетентности. Вздохнула и продолжила:

— Ей пока хватит, — подняла она ладонь. Видя, как я, поджав губы, нахмурился, иномирянка ухмыльнулась: — Она уже спит. Пусть подруга посидит рядом, а нам нужно поговорить.

Когда мы вышли в коридор, магесса пригласила присесть на маленький жёсткий диванчик.

— Как я поняла из вашего рассказа, девочка не была готова к инициации, — заговорила врач, отводя взор. Растерянное выражение её глаз резануло бритвой по сердцу.

— Да, по меркам Террии до неё было два года, — выдавил из себя признание, а у самого сердце сжалось от страха за Злату. Я посмотрел в изумрудные очи, но больше из себя не смог выдавить ни слова. Но иномирянка словно поняла:

— Понимаете, сейчас настал переломный момент — и дело не только в вопросе, сможет ли она овладеть силой, — ответила она на невысказанный вопрос. — Я отсмотрела принцип построения ваших магических каркасов. К сожалению, перестройка каналов, что запустил портал, идёт не по схеме вашего мира и, если можно так сказать, рвёт мозг Златы. Её магическая система не будет замкнутой, как у террийцев. Но, как я уже сказала, сейчас решается, будет ли она жить. В палате артефакт связи с комнатой врачей, а это артефакт связи со мной, — девушка вложила в мою руку невзрачный кулон.

— Какова продолжительность жизни на Террии? — как‑то тоскливо спросила Сирра.

— Не‑маги доживают до ста пятидесяти лет, маги — в зависимости от своих путешествий по иным мирам. Если домоседы и после пробуждения силы ни разу не покидали мир, то лет двести. А так знаю, что были путешественники‑долгожители. Друг моего отца до пятисот лет жил у нас, а потом ушёл в другие миры.

Тихий разговор ни о чём, без эмоций, успокаивал ноющую боль в душе. Мы оба прислушивались к звукам госпиталя. Сирра в жесте поддержки дотронулась до моего запястья и предложила:

— Вернёмся в палату! Я ещё раз на неё посмотрю.

В этот момент дверь приоткрылась, и раздался шёпот Дарины:

— Просыпается!

Злата

Повторно просыпаться было легче. Память сразу подсказала, что резко вставать и открывать глаза нельзя, что нахожусь у целителей и друзья рядом. Прикрыв рукой глаза, начала потихоньку поднимать веки. Свет яркий, но не слепящий. Постепенно проморгалась и уронила руку на грудь. На меня смотрят три пары глаз. Улыбнулась и решилась задать вопрос:

— Давно я тут валяюсь?

Подала руку подруге. Она поняла моё желание и помогла неспешно сесть в постели, подложив под спину ещё одну подушку.

— Не поверишь, — фыркнула сестрёнка, подавая мне чашку с тёплым бульоном. Её моська излучала довольство. — Пей. Что‑то более серьёзное врач пока запретил. А дрыхнешь ты уже часа два!

— Два часа? — изумилась я. Бульон встал поперёк горла. Кашель рвал лёгкие, меня согнуло, а из глаз брызнули слёзы. Сестра, всполошившись, начала хлопать меня по спине. Когда приступ прошёл, мне удалось прохрипеть: — Мне казалось, что я сутки валяюсь.

Командир вздохнул с облегчением — он было испугался, но сейчас я чувствовала, как его страх отступал, — и попытался замаскировать смех кашлем, прикрываясь кулаком. Лекарь не прятала улыбку, её изумрудные глаза светились, а радость распространялась волнами. Я её ощущала.

— Стоп! — прошептала я подруге, слегка отдышавшись. — Я! Чувствую! Эмоции!

— Да, но ты вроде никогда безэмоциональной чуркой не была?! — удивилась Дарина.

— Речь не об этом, — заглянула я в её глаза, чтобы понять, верит она мне или нет. — Я чувствую ВАШИ эмоции!

Посестрима мгновенно приняла моё признание как истину, и удивление исказило её лицо! Отомстила! Только радовалась недолго.

Фил переглянулся с врачом, и от них явственно повеяло тревогой. Я постаралась заглянуть в их глаза, но они упорно смотрели только друг на друга.

— Вас что‑то тревожит! Мне пора бояться? Всё плохо? — я думала пошутить, но голос сорвался, и слова прозвучали немного жалобно. «Как овца проблеяла», — рассердилась сама на себя.

Посестрима крепко сжимала мои пальцы и требовательно смотрела на старших магов.

— На данный момент, — выделила голосом красавица с горящими зелёными глазами, — опасности нет! Ты девочка взрослая, должна понимать. Твоё тело не было готово к инициации. Слишком рано всё произошло. Портал начал перестройку каналов, и не полностью сформированный узел средоточия сил вырвало из твоего солнечного сплетения. Но он не уничтожил тебя и не выкинул сознание за пределы ауры, а переместился в мозг. Считай, это как черепно‑мозговая травма. А там, в зале, был приступ эпилепсии. Единственное лечение — полное спокойствие для регенерации сосудов головного мозга. Твои друзья подпитали тебя родственной энергией, что укрепило стенки сосудов на всех уровнях бытия — только это для тебя сейчас действенное лекарство. Резкие движения и нервное напряжение тебе противопоказаны. Мы только‑только успокоились и убедились, что твоё физическое тело осталось живым и здоровым. Магический каркас же ещё в процессе формирования. Любые сдвиги, любая встряска нежелательны, так как могут вновь слишком сильно воздействовать на едва окрепший организм. Поэтому, как на новый дар отреагирует тело, нам неизвестно. Будем пристально наблюдать.

— Да! — подхватил ведущий наставник и опекун. — Мы хотели предложить тебе до полного восстановления физических и магических слоёв пожить здесь.

— Мне придётся остаться здесь одной? В госпитале? Без вас? — вопросы вылетели раньше, чем включились мои мозги. Видимо, они ещё не хотели работать. — Простите!

Я смутилась и рассмеялась. Ко мне присоединились все без исключения. Спокойный и необидный смех объединил нас и снял возникшее напряжение.

— Позволь представиться, а то твои друзья не спешат нас знакомить, — произнесла целитель с лёгкой иронией. Теперь смутились Фил с Дариной. — Меня зовут магесса Сирра Альферац, ведьма‑хранительница, магистр медицины. Мы встретились неслучайно. По просьбе уважаемого Нур ко Сэй Ковен наш Ковен поручил мне встретиться с двумя одарёнными. Да, малышки, — заметив наши переглядывания с посестримой, подтвердила ведьма, — именно с вами!

— Почему мы для вас девочки и малышки? — возмутилась моя подруга. — Мы не дети, чтобы к нам было подобное снисходительное отношение.

— Мне известно, что вы очень молоды! — искорки ехидства проникли в голос магистра. Она бросила виноватый взгляд на Фила, а потом, словно дразня нас с Дариной, закончила: — Я старше вас раза в четыре!

Вся наша команда в изумлении вытаращилась на молодую девушку, которой невозможно было дать больше двадцати пяти лет. Скулы Фила покрылись нервным румянцем, в душе командира поднялась волна удивления, затем глухая обида, которая быстро сменилась болью. Мне были хорошо слышны его метания, но соглашалась я только с удивлением. Налюбовавшись нашей онемевшей троицей, красавица продолжила:

— Срок жизни на Мирах больше, чем на Террии. Неодарённые живут в среднем двести пятьдесят лет, а маги — не менее четырёхсот. Так что, красавицы, не обижайтесь. В одном мире, который выбрал путь технического развития, жил умный человек. Его имя — Иоганн Вольфганг Гёте. Он тонко подметил, что молодость — это недостаток, который быстро проходит. Мой вам совет: пользуйтесь юностью — это ваше оружие! Пользуйтесь своей молодостью — и не потому, что можете совершать ошибки, а потому, что у вас есть время научиться не повторять их!

Я смотрела на нервно ухмыляющуюся женщину и не понимала, почему она настолько боится. Её взгляд мазнул по нам с Дариной и уставился на Фила. Мысленно пожав плечами, я решила вернуться к своим проблемам.

— Как я понимаю, с переводом моих финансов в этот мир проблем не будет. Остаётся вопрос: если мне некоторое время необходимо находиться здесь, то где же я буду жить? Идеи есть? — озадачила я друзей.

— Мы будем вместе! — шепнула сестрёнка и обняла меня за плечи.

— К сожалению, я постоянно рядом быть не смогу. Но если не возражаешь, всё свободное от службы время будем проводить вместе. Или ты думала, мы тебя бросим? — Фил ехидно улыбался, глядя на меня, а я чувствовала, как меня окутывает его тепло, принося облегчение и радость. В душе посестримы нарастали волнение и восторг. Как интересно всё это понимать…

Вот Фил перевёл взгляд на целителя, и его жаром обдало стеснением, но он с ним справился:

— Магесса, скажите, есть возможность арендовать здесь домик или любое другое подходящее жильё?

Зелёные глаза Сирры уставились на парня. Она, задумавшись, прикусила ноготь. Да и командир, словно попал под стазис, не сводил с неё очей…

— Фил! — негромко окликнула я впавшего в ступор старшего друга. — Спасибо тебе! Если бы не вы с Дариной…

Юноша встрепенулся и с благодарностью обернулся. Теперь я утонула в синеве его глаз. Эмоции командира метались от радости к надежде. Мне стало ясно, что он не предаст, не отвернётся, не бросит в беде. У меня теперь есть старший брат! И, как будто услышав мои мысли, молодой человек заворожённо спросил:

— Возьмёте меня хайдутом?

Голос пропал, и я просто закивала, зато старшая посестрима рассмеялась, ликуя:

— И с руками, и с ногами!

Шаг — и Фил возле моей кровати. Мы почти образовываем круг, если не считать того, что я сижу в кровати.

Миг — и юноша начал произносить слова клятвы, одновременно снимая свой обережный кулон:

— Перед лицом Богов принимаю вас в сёстры по духу!

— Перед лицом Богов принимаю тебя в братья по духу! — хором отвечаем мы с сестрой, снимая свои обережные знаки.

— С этого момента становлюсь вашим обережным братом! — протягивает к нам руки Фил.

— С этого момента становлюсь твоей обережной сестрой! — в один голос говорим мы, подавая ему руки.

— Отныне я вам брат! — переплетая наши руки, кладёт к нам на плечи свои ладони Фил.

— Отныне мы тебе сёстры! — мы приобнимаем его в ответ.

— Отныне мы друг другу хайдуты! — одновременно произносим мы, и шёлковая волна силы окутывает нас тёплым ветерком. Странно, в храме я ничего такого не почувствовала…

Сирра

Ведьма наблюдала за этим спонтанным ритуалом, широко распахнув глаза. Взгляды троицы были затуманены. Жесты выверены. Такое впечатление, что это жрецы проводят церемонию. А Сирра злилась на себя: «Развела здесь говорильню и не успела объяснить, что любые магические всплески не просто нежелательны, а даже опасны для пациентки. Что стоило прервать их?»…

Затем Сирра переключилась на магическое зрение — похоже, такого она никогда не видела. Картина потоков в помещении была настолько прекрасна, что у видящей перехватило дыхание. К застывшим, словно статуи, людям спускались столбами три световых потока, к каждому участнику ритуала — своего оттенка. Затем в районе рук этот свет переплетался со светом хайдутов, но не смешивался, а широкой радужной лентой окутывал фигуры людей, заключая их в кокон, в том числе и её саму.

Она осознала, что прекратить действие, которое направляют Боги, невозможно! И слава Всевышним, что в этой энергетической сфере ни одной магической ниточки Мираха не было.

Сирра вернулась в реальность к оглушённым друзьям. Черноволосый молодой человек и девушка с золотистой косой стояли посреди помещения, а подросток, почти девочка, с тёмно‑русыми волосами сидела на больничной койке. И все с удивлением смотрели на свои руки.

— Что? Очнулись? Не можете понять, кому какой кулон принадлежит? — съязвила магесса. Три пары глаз, в которых ещё мелькали разноцветные всполохи, уставились на неё. — Обереги передайте по часовой стрелке. И закрепите их пока как браслеты. Когда сможете вместе посетить храм, наденете обереги так, как укажут вам высшие силы, — усмехнулась ведьма. Будто стряхивая собственное замешательство, мотнула головой, прикрыла глаза и продолжила, взмахнув рукой: — Надеюсь, ваше братание не задело меня. Я не против того, чтобы стать хайдутой. Но сестрой вам быть не хочу! Ладно, потом разберёмся! Приглашаю вас погостить у меня.

— Мы не скомпрометируем вас? — первым откликнулся синеглазый маг.

— Что вы, какая компрометация, — отмахнулась гостеприимная хозяйка. — Я совершеннолетняя магесса и пригласила в гости другую совершеннолетнюю магиню с сестрой и братом. Так что всё пристойно.

— А… — открыла рот Злата, но была прервана:

— И вопросы оплаты чтобы даже не вздумали поднимать, — усмехнувшись, погрозила пальцем целительница.

— Мы будем весьма признательны! — отозвалась старшая сестра, с благодарной улыбкой глядя на Сирру.

— Тогда собираемся, — отдала команду врач. — Посестримы направляются сразу в мой дом, ну а вы, уважаемый, можете пока вернуться на Террию. Я же правильно понимаю, что вам не только узел силы необходимо наполнить?

— Да, — подтвердил детектив, — необходимо доложить ситуацию уважаемому Нур ко Сэй. Он там с ума сходит от беспокойства за своих птах. Ещё немного, и сам прилетит к нам.

— Он и так прилетит! — усмехнулась Злата. — Можно, мы проводим побратима до портала?

— Можно, — Сирра ещё раз прищурилась и осмотрела своих гостей. — Дарина, тебе тоже нужно подпитать источник. Всё же будет лучше, если вы с побратимом пойдёте на доклад, а потом присоединитесь к нам.

Глава 12 Что важнее в данный момент?

Чтобы судить о ребенке справедливо и верно, нам нужно не переносить его из его сферы в нашу, а самим переселяться в его духовный мир.

Николай Иванович Пирогов

Нур

Два молодых бойца из группы быстрого реагирования стояли навытяжку перед зрелым черноволосым мужчиной, на висках которого сверкали еле заметные серебристые нити. Грубоватые черты лица напоминали бесстрастную маску, но молодые маги понимали, что сейчас в душе у коуча беснуется ураган.

Всё же ЧП произошло громкое, и надо держаться до тех пор, пока не вернётся из чужого мира командир группы. И желательно подальше от начальства. Но начальство бойцов пока не отпускало, и приходилось докладывать:

— Предотвратить инцидент не представлялось возможным. В мир перемещения группа преследования попала меньше чем через минуту, то есть сразу, как только стабилизировался проход. Задержанная помещена в одиночную камеру. Офицер Фил мо Сэй ко Сьян, Тюхе и Веда направлены в госпиталь принимающей стороны по причине состояния здоровья курсанта Веды, — закончил доклад страж, бестрепетно глядя в грозовые тёмно‑синие глаза.

— Вольно! — процедил Нур. — Подозреваемую пока не трогать. Допрос организуете, когда мы узнаем, что именно спровоцировало нападение. Как только командир группы недолеток вернётся, немедленно передать ему приказ явиться ко мне.

Офицер глухо стукнул кулаком в грудь, подтверждая, что приказ получен и будет выполнен. Командир перевёл взгляд на второго бойца.

— Вызови ко мне целителя, который должен был осмотреть в комнате отдыха Ию тари Гел мо Риса ко Рмел. Предупреди руководство Корпуса, что курсант и кадет задерживаются на Мирах по независящим от них причинам. Период отсутствия учащихся уточним дополнительно. Выполнять!

Воин повторил жест соратника. Посыльные чётко и слаженно выполнили манёвр «кругом» и ринулись выполнять каждый своё поручение. А старший детектив тяжело упал на стул и закрыл руками лицо. Он постарался успокоиться. Напряжённые нервы никогда не помогают правильно оценить ситуацию, однако сознание продолжало прокручивать разнообразные мысли, не давая уняться беспокойству. Чтобы не распаляться ещё больше, Нур начал записывать вопросы в блокнот, чутко прислушиваясь к звукам за дверью.

На протяжении всего разговора с целителем уважаемый ко Сэй ждал, что дверь откроется и воспитанник войдёт в комнату. До чего же не хватает информации! Как эта ехидна оказалась в составе экскурсии? Почему так резко решила уйти через врата? Что она услышала из того, о чём говорила Веда? Ох и надает он по шее всей команде малолеток, когда они предстанут перед ним. А то ишь! Оставили ему самую сложную работу — ждать! Вот он и ожидал. Дожидался и размышлял. Думал и дополнял заметки.

Веда! Понятно, что девочка спровоцировала подозреваемую, но это было не специально. Юная, неопытная, зато с таким аналитическим потенциалом, что, даже не будь она одарена, он всё равно добился бы для неё должности в Службе. Самородок, который надо превратить в драгоценность: не иметь ни одного неоспоримого факта, но на косвенных уликах доказать преступный умысел и взаимосвязь трёх давних дел! Причём два из них опытные следователи признали несчастными случаями. И ладно бы она выводы сделала, проштудировав кристаллы хранов. Нет! Архив шерстили потому, что девочка когда‑то что‑то где‑то услышала. Из крупиц сплетен воссоздала цепь событий! Уникум!

Тюхе! Юная магичка, у которой рядом с подругой эмоциональная кривая встала на место, как будто после нескольких лет кропотливой работы лекаря‑успокоителя, и к тому же проявился дар Фортуны. Опрос всех членов семьи ко Ран и руководства Корпуса подтвердил, что до знакомства с Ведой никаких признаков особых талантов у кадета Тюхе не было. Прозевали? Не должны были! Братья девушки рассказывали, что частенько их «пацан в юбке» получала плюхи за проказы. Обладай она особенной удачливостью, о ней бы семейные легенды слагали.

«Пацанка»… Он помнит её хрупкие плечи в своих руках и нежный аромат волос. Золотые блики, что запутались в косах и, казалось, дразнили его. Глаза как озёра, в которых хочешь утонуть. Ах, Дарина! Ты достойна самой чистой, светлой и взаимной любви! Пусть твой избранник будет счастлив…

Неспешное течение мыслей прервал стук в дверь.

— Войдите! — разрешил хозяин кабинета.

— Наставник! Разрешите доложить? — Фил вошёл спокойно, присел за стол напротив воспитателя и, получив разрешение, подробно рассказал всё, чему был свидетелем и участником.

А вот вопрос: «Почему интуит настаивала на присутствии уважаемой Ии?» — заставил его смутиться. Юноша честно признался, что в тот момент это уточнить было невозможно из‑за близости подозреваемой. А позже вопрос не всплывал из‑за самочувствия Веды.

— Тюхе в зале медитаций? — уточнил старший детектив.

— Да! Сейчас оформлю кристаллы и тоже пойду заполнять источник. Сегодня возвращаемся на Мирах, — кивнул молодой человек.

— Я с вами! — постановил наставник и отправился к Дарине. Ой, нет — медитировать!

Сирра

Целитель ждала гостей. Она сидела в кресле у камина и наблюдала за танцем язычков пламени. Саламандра юрко перебегала с одного уголька на другой; огненный элементаль посматривал на девушку, ожидая приглашения. Хозяйка — ведьма, и природа щедро даёт ей силы через свои явления: вода, земля, огонь и воздух делятся магией. Мощь любого элемента природной магии сокрушительна, если умеешь ею пользоваться.

Девочка уснула в гостевой спальне, не дождавшись друзей. Оно и понятно — ослабевший организм борется за жизнь. Сирра непроизвольно посмотрела в том направлении, где сейчас беспокойно спала её гостья.

Злата ещё не знает, что ждёт её в будущем. Но ведьма‑хранительница отлично поняла, свидетелем чего она стала. Невольная молитва сорвалась с её губ: «Боги, если это шутка, то дайте им сил выжить! Если вы создаёте орудие для своих замыслов, то даруйте им защиту!».

Как только голос Сирры затих, прозвучал сигнал вызова от входной двери. Фаня предупреждён: если за дверью те, кого она ожидает, проводит гостей к хозяйке. Но как пришедшие воспримут информацию, что она собирается им поведать? Молодая женщина перевела взгляд на входящих и приветливо улыбнулась:

— Здравствуйте! Присаживайтесь, где вам будет удобно. Нам предстоит долгий разговор.

Молодые маги ей знакомы, и Сирра просто отметила, что расположились они вместе на диванчике. А вот старший мужчина, видимо, и есть Нур, о прибытии которого говорила её пациентка.

— Ещё раз приветствуем вас! — склонил голову Фил. Его посестрима кивнула.

Незнакомец быстро и внимательно осмотрел комнату, затем слегка поклонился:

— Разрешите представиться? Уважаемый Нур ко Сэй, к вашим услугам!

Матёрый волчара, оценила хранительница. Возможно, вместе они справятся с тем, что приготовила судьба.

— Господа, — начала осторожно подбирать слова магесса, — как я понимаю, хайдуты будут находиться рядом со своей сестрой? — Молодёжь синхронно кивнула. — А вы, уважаемый Нур ко Сэй, после нашего общения вернётесь в свой мир? — Теперь в подтверждении склонилось три головы. — Моё предложение следующее: мы с уважаемым Нур ко Сэем сейчас поднимемся к больной, подпитаем её магические каналы. Завтра утром её подлечит побратим, а днём этим займётся сестра. Если есть возможность, желательно данную процедуру лечения повторять в течение следующих трёх дней.

— Это возможно! — уверенно произнёс наставник. — Ребятам будет доступен наш зал медитаций, разрешение на проход между мирами оформим. Проводите меня к Веде, пожалуйста!

— Конечно! — и хозяйка плавным движением руки пригласила его следовать за собой. Уже на выходе она обратилась к хайдутам: — Не скучайте, вам сейчас подадут чай.

Пока настороженный Нур поднимался следом за Сиррой на второй этаж, она молчала. Толку что‑то говорить человеку, привыкшему оценивать обстановку и анализировать факты самостоятельно? Пусть убедится, что в её доме опасность его подопечным не грозит. Недаром говорят: «Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать».

Хотя что здесь смотреть? Маленький городской домик, входом и лестницей разделённый на две половины. Как в том смешном маленьком рассказе, что в мире под названием Земля анекдотом называют: «Мальчики налево, девочки направо». Только у неё гостевые апартаменты налево, а хозяйские — ну, вы поняли. На первом этаже под комнатами хозяйки расположены лаборатория, гостиная и кабинет, а в левом крыле — кухня, кладовые, холодильная комната — бытовой уголок.

Самое смешное, что Сирра, в отличие от многих ведьм, любила пастельные тона, и внутреннее убранство помещений было спокойным и уютным. Артефакты для проведения ритуалов были скрыты от посторонних глаз в специальных шкафах. Никто из непосвящённых не смог бы догадаться, что проник в жильё ведьмы — если, конечно, у него получилось бы пройти несколько зловредных охранок. И правильно, нечего шастать в дом к одинокой молодой женщине.

Опытный следователь внимательно осматривал внутреннее убранство дома, обращая особое внимание на расположение комнат, окон и дверей. «То ли осаждать дом собирается, то ли отбивать атаку!» — усмехнулась ведьма, незаметно следя за мужчиной. Остановившись перед комнатой, где отдыхала Злата, женщина жестом позволила зайти, но прошептала:

— Только очень тихо, не разбудите! Ману вливать тонким потоком. Не дольше пяти минут. Если испарина на лбу появится раньше, сразу перекрывайте передачу. Надеюсь, обратную дорогу найдёте сами. И не обижайтесь — я должна вас покинуть. Ждём в гостиной.

Цепкий взгляд гостя пробежался по лицу медноволосой красавицы, и на губах у него появилась улыбка:

— Спасибо за инструкции. Я скоро к вам подойду. И за моих — СПАСИБО!

Хайдуты

Фил сидел, приобняв новоприобретённую сестру и глубоко погрузившись в свои мысли. Дарина не мешала побратиму. У неё самой мысли прыгали, как кузнечики. Вот она решительно тряхнула головой и нарушила тишину:

— Почему Сирра сказала, что не хочет быть сестрой?

— Меня больше интересует, почему она желает быть хайдутой? — откликнулся брат, выныривая из размышлений, а про себя усмехнулся, отметив, что даже сейчас они думают об одном и том же. — Ладно, с вами мы давно сдружились! Уже не первый день знакомы. Вас я начал воспринимать как сестёр ещё с того времени, когда вы по архиву носились. А сейчас всё настолько неожиданно... Только познакомились — и вот, пожалуйста, готовы побрататься!

— Ты не дове… — посестрима оборвала себя на полуслове, в изумлении таращась на середину комнаты...

Побратим проследил за взглядом сестры и сам был слегка ошарашен — он увидел существо, что первым встретило их в этом доме. Странное создание с подносом в руках возникло из ниоткуда, будто из воздуха. По мановению его руки на столе появились блюдца, чашки, чайник, вазочки с вареньем и блюдо с плюшками и пирожками.

Фил с интересом рассматривал невысокую фигуру. Определить пол существа у него не получилось. Что‑то неуловимо неестественное было в облике этого помощника. Щуплое тело в штанах и длинной рубашке, прямые каштановые волосы до плеч, болотного цвета глаза, блестевшие, как пуговки. Круглое лицо с мелкими чертами.

— Простите, — полюбопытствовал Фил, — а вы кто?

— Фаня, — хмуро пробурчало существо в ответ, — дух я! Домовой. Что вытаращились? Вижу, что маги оба. Недоучки?

— Вы нас извините, — вступила в разговор Дарина, — но мы из другого мира и ни разу не встречали разумных вашего вида. Вы мужчина или женщина?

— А дух может быть мужиком али бабой? — вскинулся домовой и сердито пробурчал себе под нос: — Тьмонеистовые! Тьфу на вас!

— Ты что же это, хаишь нас? — подскочила юная магиня. — Это мы‑то невежи? Сам ты костёря (ворчун)! Ерохвост (задира)!

— О как! Ты и лаяться по‑нашему умеешь, а чего ж баешь, что о нас не знаешь? — отгавкивался Феня. И такая довольная рожица у него была, будто его булкой с мёдом накормили и молоком дали запить.

Фил еле усадил разошедшуюся сестру. Он молча наблюдал за перепалкой, понимая, что сейчас решается вопрос, найдут эти спорщики общий язык или нет. Незнакомые слова он отмечал, но в разговор не вмешивался. Про домовых духов преподаватели Корпуса говорили, но как о легендах, сказках! А тут...

А хайдута не унималась:

— У меня бабушка так говорила, и её пра‑пра‑прабабушки так разговаривали. А вот про ваше племя они ничего не рассказывали! Но это не значит, что мы неучи и невежи. Войдя — поздоровались, за стол поперёк хозяев не лезем, а чего не знаем — спрашиваем.

— Вот бредкая (болтливая) дивчина! Чего раскудахталась? Раз праматери тебе не донесли, знать, не было у них на то дозволения. Ты же не ведьма, чтоб могла с нами стакнуться.

— Но ведь сейчас ты с нами не тайком сговариваешься! Брат тоже тебя видит!

— А мне ведьма разрешила вас в дом пустить, наказала обихаживать как гостей, но присматривать… — на этих словах Феня выпучил глаза и засунул в рот подол рубахи.

Хайдуты переглянулись. Фил с лёгкой улыбкой взял румяную булочку и протянул её домовому.

— Ты чего так испугался? — небрежно спросил он. — Тебе же хозяйка наказ дала. Мы за её спиной ничего не замышляем! Угостись с нами, дух домовитый. Жаль, молочка нет...

— Как нет? — всполошился хозяйственный домовой. Быстро пробежал глазами по столу, и тут же в его руках появился кувшин.

Дарина ловко перехватила тяжёлую ёмкость и сразу, наливая молоко в чашку, проговорила:

— Не побрезгуй! Угощайся.

В это время на лестнице раздались лёгкие шаги. Феня, держа в одной руке булку, а в другой драгоценную чашку с любимым лакомством, исчез с глаз. На пустом блюдце возникла новая кружка, да и блюдо пополнилось булочками, как будто заметая следы разорения, учинённого Дариной и Филом. Молодые люди быстро сели обратно на диван и сделали насупленно‑печальные лица.

Нур

Нур вошёл в гостиную и присел за стол через пять минут после прихода ведьмы. На его безмолвный вопрос ученик знаком показал, что без него разговор не начинали. Выпив чая, Нур решил взять на себя начало общения:

— Мы ещё неоднократно будем благодарить вас за помощь. Мне кажется, вы хотите нам что‑то сообщить — что‑то очень важное, и, судя по тому, в каком вы находитесь напряжении, нам это может не понравиться.

— Вы правы, — не поднимая глаз, ответила ведьма. — Как я уже говорила вашему ученику, у девочки перестройка каналов идёт не по классической схеме вашего мира. К счастью, это перестало разрушать ей мозг. Но у неё не сформируется замкнутая энергетическая система, как у всех террийцев.

— То есть? Она не станет магом? — вклинилась Дарина и получила сразу три укоряющих взгляда.

— Магом уже точно не будет! — уверенно произнесла Сирра. — Но, если всё будет продолжаться с такой же динамикой, то есть вероятность, что силой овладеть у неё получится.

Теперь уже на хозяйку смотрели с непониманием три пары глаз. Улыбнувшись онемевшим иномирцам, она продолжила:

— В нашем мире есть два способа работы с потоками магии. Первый, как у чародеев, вам известен: мана накапливается в узле силы, и для любых манипуляций маг черпает её из своего резерва. Чем больше ёмкость узла, тем сильнее маг. Как обучать таких одарённых, вам известно. Второй способ — работа с силой напрямую, через потоки. Для краткости мы называем эти потоки магией природы или мира, а тех, кто ведает, как ими воспользоваться, зовём вед/ма/ми. Если кратко — ведьма! Теперь вам понятно, о чём у нас будет долгий разговор?

— Хотите сказать, любого недолетку возможно инициировать как ведьму? — напрягся опытный детектив. Не хватало ещё, чтобы детей начали закидывать в порталы специально…

— Вы готовы рисковать вашими детьми? — женщина с вызовом посмотрела в глаза старшего мага.

— Наоборот, — наставник, нахмурившись, оглядел своих учеников, даже не заметив, что отвернулся от хозяйки. — Думаю, как теперь их защищать.

Молодые маги напряжённо перешёптывались между собой.

— Когда Злата сможет вернуться на Террию? — поинтересовался Фил.

— Через четыре дня. Три дня уйдёт на оговорённую схему лечения, необходимо неукоснительно её придерживаться. Четвёртый день — наблюдаем за самочувствием девочки, — чётко объяснила хранительница.

— В чём опасность быть ведьмой? — почти прошептала посестрима.

— Умная девочка! Жаль, что не ведьма! — ухмыльнулась ведающая. — Если молодую одарённую не научить правильно принимать поток, она может не рассчитать силу и выжечь свой магический каркас. В лучшем случае превратится в магического калеку. Понятие «выгоревший маг» есть и у вас.

— А в худшем случае? — просипела девушка. От страха за сестру у неё перехватило горло. Мужчины сидели молча, стиснув зубы.

— Смерть! — подтвердила их подозрения Сирра. — Как это будет происходить, вы, молодые люди, наблюдали в портальном зале. Только помочь никто уже не сможет!

Женщина отвернулась от гостей, и в комнате установилась звенящая тишина.

— Кто, где и как обучает юных ведьм? — начал собирать информацию для анализа воспитанник.

Разговор был долгим и тяжёлым. Наставник сидел молча, внимательно слушая и запоминая.

По возвращении все данные об этой встрече и каждое слово важного разговора перенесли из его памяти на кристалл. Всю ночь он сам, его побратимы и соратники пересматривали запись в попытках найти подсказку. Выход.

Но дольше всего, причём безуспешно, они спорили над загадкой: «Что опять этому молодняку не понравилось? Ведь когда они заходили в дом, Фил был спокоен. Знаки „опасно“ и „хран“ они с Тюхе практически синхронно подали, когда он вернулся. Во что можно вляпаться за пять, максимум десять минут?»

Глава 13 Доверяй, но проверяй?

Для них паранойя даже не образ жизни, для них паранойя — высокое искусство.

Стивен Кинг

Ближники

Злата проснулась рано. Очень рано. Глаза распахнулись сами. Вчера вечером она не успела осмотреться — усталость сразила наповал. Как говорится, уснула в полёте. Настроение странное, будто что‑то забыла или потеряла. Что‑то цепляет за душу, не даёт покоя.

Девушка смахнула с глаз мешающую прядь и осмотрела своё временное пристанище: бежевые стены золотятся от первых лучей солнца, широкие окна, лёгкий ветерок колышет прозрачные шторы — значит, окно открыто. Дверь одна, следовательно, за ней коридор или другая комната. Что же не так?

Дарина сладко сопит на соседней кровати, прижимая к груди какую‑то толстую книгу, и корешок впился в щёчку посестримы. Ей не мешает? Аккуратно, чтобы не потревожить спящую, Злата забрала фолиант. Поискала глазами, что можно приспособить как закладку. Не увидев ничего подходящего, решила просто запомнить номер страницы и сообщить его потом Дарине.

Глядя на разворот страниц, девушка вспомнила, как она в детстве рисовала бегущих человечков. В углу тетради выбираешь место и схематично изображаешь фигурку, на следующей странице эта фигура делает движение одной ногой, переворот листа, и рисунок следующего движения. И так до конца тетради — движения по кругу. Муторно и монотонно. Сгибаешь тетрадь и отпускаешь край, освобождая страницы. Весело смотреть, как при быстром перелистывании твой персонаж оживает! Кто так не делал? Это же волшебно, когда твои рисунки пробуждаются к жизни!

Юная хулиганка, конечно, не стала портить чужое добро, но от фокуса с освобождением страниц не удержалась. Закрыв обложку, положила талмуд на прикроватный столик и пошла искать самое нужное утром помещение. Кто подумал: «Кухня»? Вы, просыпаясь, первым делом бежите поесть? Нет! Вы идёте проведать двух белых друзей! Одного, чтобы умыться, а второго — да вы уже и так догадались!

«Следопыт в юбке» с туфельками в руках на цыпочках просочилась к выходу, приоткрыла тихонечко дверь и выскользнула наружу. Она попала в общую комнату гостевого блока — маленькую квадратную прихожую. Или гостиную?

Тёплый неяркий свет настенного бра придавал уют обстановке. Мебели было не так много: с одной стороны ютились угловой диванчик и журнальный столик с какой‑то литературой, а по диагонали от него стоял высокий узкий шкаф и стойка для верхней одежды. На полу — ковёр с коротким и жёстким ворсом. Помимо входа в их комнату было ещё три двери, по одной в каждой стене.

В памяти всплыли слова лекаря, которая показывала ей дорогу и рассказывала, где что располагается. Подпрыгнув от радости, что не придётся наугад открывать все двери, девушка рванула на утренние процедуры. Вот там её и настигла нежданная новость: её волосы потемнели… В них не осталось детских перьев! Злата минут пять зажимала себе рот, чтобы не завизжать от восторга…

Через десять минут, увеличив мощность бра, спокойная и умиротворённая девушка сидела на диванчике и любовалась тёмно‑русой косой. Увидев побратима, выходящего из двери напротив, светло ему улыбнулась и помахала ладошкой.

— Поздравляю с обретением, — кивнул Фил на её волосы. — Что? Лень брату светлого утра пожелать? — проворчал юноша, шмыгнув в ванную комнату.

— Сейчас будем завтракать и обязательно пожелаю! — улыбнулась она. И, глядя в пустой угол, продолжила: — Фаня, угостишь нас творожниками, блинами да оладушками? Сметанкой и вареньем? Чаем с молочком?

Домовой проявился со своим неизменным атрибутом — серебристым подносом — в руках. На столе появлялись заказанные яства. Мечтательная улыбка на лице недолетки не пропала даже при виде насупленного лица Духа. Освежившийся Фил присел рядом с ней на диванчик и попытался сделать выбор, с чего же начать лакомиться.

Вдруг начинающая интриганка ласково и нежно пропела:

— Уважаемый дух дома! Прошу вас, откушайте с нами! Примите приглашение, разделите угощение! — говоря это, она накладывала на блюдце оладьи и поливала их сметаной.

— И я прошу уважить! — быстро подхватил приглашение маг, наполняя молоком появившуюся кружку.

— Недосуг мне сейчас! — проворчал Фаня, но наполненные для него тарелка и кружка уже исчезли. — Коли не шутите, после примусь за угощение!

Домовой растворился в воздухе, а молодёжь с понимающими улыбками переглянулась. Брат взялся за творожники и вопросительно уставился на сестрёнку. Злата молча кивнула, намазывая варенье на блин. Фил вскинул бровь. Посестрима отрицательно мотнула головой. Он прикоснулся к её руке и приступил к вкусному завтраку.

Вот такую картину и застала Дарина. Понимая, что игра в молчанку идёт не просто так, старшая сестра демонстративно громко и радостно поздоровалась с ними и продефилировала в ванную приводить себя в порядок. Побратим же громко попенял, что ему пора на службу, и смылся.

Подруги остались одни в этом, казалось бы, гостеприимном доме. После немного странного завтрака они решили отправиться на прогулку. Домовой, закрывая за ними дверь, проворчал что‑то вроде «Пустошные блукалы». Подруги захихикали и устремились куда глаза глядят — просто вперёд, гулять по узким улочкам.

В небольшом, но очень симпатичном сквере, в тени незнакомого дерева, сидели на скамейке две красивые девушки.

— Расскажешь, что там было за столом? — спросила девушка с голубыми, как небо, глазами.

— Понимаешь, — её спутница задумалась на минуту и начала рассказ, — когда я проснулась, всё не могла избавиться от ощущения, будто что‑то неправильно. Уже когда взяла книгу, краем глаза увидела домового. Прошлым вечером он показался нам нормальным. Магесса Альферац отдавала при мне распоряжения о вашей встрече и помощи нам на всё время проживания в её доме. А сегодня он был как в дымке. Я путано объясняю?

— Нет, всё понятно, — успокоила старшая посестрима. — Ты видишь то, что находится в скрыте?

— Не знаю. Но когда мы с Филом отдали домовому угощение, он снова укрылся в этой дымке. Не ушёл!

— Ха! Здорово! Так вот о чём он вчера чуть не проболтался! — шлёпнула себя по лбу старшая девушка.

Вопросительный взгляд серых глаз заставил её продолжить рассказ. Дарина в лицах разыграла сценку общения с домовым. Посестримы смеялись до слёз. Взрыв веселья закончился неудержимым хохотом на последнем признании рассказчицы:

— А когда он засунул в рот подол рубахи, я решила взять на заметку такой удобный способ затыкать себе рот!

— Просьба о словаре остаётся в силе! — ещё всхлипывая от смеха, заявила малая. — Это же надо было — погавкаться с Фаней. Но зачем за нами следят?

— Ну, подруга! Здесь может быть несколько причин. Самая разумная — нас не знают. Если ты, например, пустишь в дом незнакомца, постараешься как‑то себя обезопасить?

— Допустим. Ещё идеи?

— Твоё здоровье. Магесса — врач. Она первая начала тебя лечить.

— Ладно. Оставим это. Надо будет ещё с Филом поговорить, что он об этом думает. А зачем ты с книгой ночью обнималась?

— У нас зачёт по праву, сразу после практики, — старшая подруга подняла лицо, подставляя его лучам солнышка. — А у меня не получается зазубрить параграф по уголовному праву. Всё понимаю, но сказать могу только своими словами. Определения, данные в учебнике, не хотят укладываться в голове. Знала бы, что мы найдём такое милое местечко, взяла бы с собой учебник!

Злата посмотрела на подругу. Нахмурилась. Прикрыла глаза и начала декламировать:

— «Уголовное право — отрасль публичного права, регулирующая отношения по борьбе с преступлениями. Предмет уголовного права — уголовно‑правовые отношения, то есть отношения между…»

Злата цитировала текст учебника третьей ступени, а кадет в замешательстве смотрела на неё. Очнувшись от шока, Дарина обрушила на младшую сестру град вопросов:

— Ты изучала уголовное право? Когда? Можешь помочь? Погоняешь меня?

Недолетка сама была ошарашена не меньше посестримы:

— Этот учебник я впервые взяла в руки сегодня утром. Забрала из твоих цепких ручонок, чтобы дать тебе нормально выспаться.

— Ты что, запомнила материал, всего лишь бегло посмотрев на него?

— Нет! Смотрела я только на ту страницу, где ты остановилась. А все остальные просто пролистнула! — недоумение и страх постепенно проступали на лице Златы.

— В доме об этом никому ни слова! Появится Фил, зовёшь нас всех на прогулку. Это приказ, курсант. Ой! Забыла сообщить тебе ещё одну изумительную новость!

— Если ещё одну, то где первая?

— Дорогая моя, у тебя драконья память, и это здорово! Представь, насколько быстрее ты сможешь изучать дисциплины! Можно экстерном окончить Корпус, в одном выпуске со мной. Восхитительная возможность! Просто это большой секрет.

— Уговорила! Но ты всё‑таки не соизволила рассказать ту изумительную новость, о которой забыла сообщить мне до этого, — смеясь, поддела малолетка свою собеседницу.

— До того, как тебе приспичило посетить Мирах, командир сказал, что высшее руководство магов рассмотрело его предложение и утвердило введение новой группы в штат следователей. Так что, если мы согласимся, то будем официально зачислены в Службу Охраны Прав и Порядка. Нам присвоят звание «Опцион» — помощник детектива.

С каждым словом радость Дарины становилась всё сильнее, а голос — всё выше, и, не выдержав накала радостного азарта, старшая посестрима завизжала, как маленькая:

— Иииии!

Тараторя на одном дыхании это известие, старшая подруга настолько сильно переживала, что схватила сестру за руку. Глаза Дарины пылали от восторга. Младшей посестриме казалось, что на руке уже проступили синяки от впившихся в неё крепких пальчиков. Однако она тоже радостно улыбалась. От всей души. Как можно оставаться равнодушной, видя счастье хайдуты?

— Ну что ты молчишь? — вскочила со скамейки Дарина.

— А ты у меня что‑то спрашивала? — подколола её Злата.

— Ты согласишься? Ты хочешь стать Опционом СОПП?

— Кажется, если я хоть немного задержу положительный ответ, ты сломаешь мне руку! — рассмеялась молодая язвочка.

Дарина удивлённо посмотрела на свою руку, вцепившуюся в сестру. Затем хищно улыбнулась, поднимая взгляд на лицо Златы, и, покачивая головой, прошипела:

— Нет, рука у тебя останется целой… А вот шею я кому‑то сейчас намылю! — и кинулась, смеясь, на подругу. — Задушу тебя, маленькая поганка!

— Всё! Всё! Я согласна! — отмахивалась от неё хохочущая подружка. — Но имей в виду: Уголовный кодекс подразумевает ответственность за попытку оказать давление на лицо в целях получения от него заведомо ложных показаний. Так что позволь мне успокоиться и дать согласие без шантажа с твоей стороны!

Отсмеявшись, девушки решили: так как обсудить с братом, в какое время он вернётся в Мирах, не получилось, они возвращаются в дом. Там спокойно ждут Фила и занимаются учёбой.

Фил к вечеру чувствовал себя загнанной лошадью, ну, в его случае — конём. Не считая того, что отзывчивые коллеги записали три кристалла с его памяти! ТРИ храна! Не рассказа, а качественно вытянутые телепатами три разных воспоминания! Голова до сих пор чумная. Поэтому‑то процедуру и можно проводить только с личного согласия донора воспоминаний, так как любое сопротивление в процессе может привести к кровоизлиянию в мозг и оставить человека беспамятным овощем.

Если его наставник после такого ещё толком не отдохнул, то понятно, почему он рычит на всех без разбора и никто не рвётся попадаться ему на глаза.

А ещё на него, как на начальника группы, спустили всех собак в Корпусе — ведь обеспечить безопасность практиканток — его прямая обязанность! И после полученного «удовольствия» ему передали приказ, в котором его послали.

Он и пошёл. По мирам путешествовать. Пять разных планет! Пять ковенов и пять объединённых гильдий! Ведьмы и ведьмаки! Белые, серые, чёрные! Рычи — не рычи, а надо опять топать к чутким мозголомам. Такой объём информации передавать на изучение и анализ легче инфохраном. Пусть его соратники тоже повеселятся. Пока всё систематизируют, пока сверят с тем, что рассказала магесса Сирра Альферац. Потом уже группа Фила ещё раз посмотрит на результаты анализа свежим взглядом.

Ближе к вечеру он попал в «логово льва», делать доклад невыспавшемуся, а потому злому руководителю. Нур ко Сэй, увидев, как выглядит его ученик, молча повёл Фила к целителям, где им обоим пришлось глотать восстанавливающее и укрепляющее зелье.

После этого Нур ко Сэй лично отконвоировал Фила в зал медитаций. В тандеме они и прокачали системы, и заполнили Источник. Только когда оба мага стали отличаться от зомби и чуть больше походить на живых людей, они смогли спокойно поговорить.

Старший детектив поделился невесёлыми сведениями. У всех дознавателей и аналитиков создаётся впечатление, что беды ко Мара тщательно продуманы и направлялись каким‑то режиссёром. Но тщательный перекрёстный допрос всех подозреваемых по делу никаких новых зацепок не дал.

Помимо компаньона Гел мо Навалл ко Зуна, мачехи Златы — Албелы тари Эл дар Залита мо Арт ко Мара — и супруги компаньона — Ия тари Гел мо Риса ко Рмел, арестовали также и родственника компаньона — Тэо мо Зун ко Навалл. Все старательно отвечают на вопросы, радуя следователей новыми подробностями, но найти того, кто придумал и воплотил в жизнь эти события, не получается. Жаль, телепатов привлечь нельзя.

Фил не остался в долгу — описал свои приключения за день. Рассказал, как расспрашивал о поиске одарённых и их инициации, как выспрашивал о способах обучения юных ведьм, а в заключение выдал:

— Очень интересной была реакция «чёрных ведьм» из мира Дарк.

— И чем она была интересна? — насторожился Нур.

— Дамы настолько заинтересовались гипотетической «новорождённой», что готовы были провернуть захват меня, а к тебе прислать требование об обмене заложниками, — отвёл взгляд юный маг.

— И что же их остановило? — прищурился коуч.

— Я дал магическую клятву, что у нас нет юных ведуний и мой интерес имеет чисто научный характер — на будущее, — усмехнулся подающий надежды ученик.

— И не солгал ни словом! Мы пытаемся во всём разобраться «на будущее». Ладно, пора собираться к девочкам, — поднялся учитель.

Фил подскочил следом, и маги отправились к порталу. Но любопытство мучило молодого детектива:

— Мы направили официальный запрос о гостеприимной лекарке в Ковен планеты Мирах?

— Да! Но ответа ещё нет, — отмахнулся от него любимый учитель. — А так как ты настаиваешь, что в доме разговаривать на серьёзные темы не стоит, будем гулять!

— Надеюсь, мы найдём приятное место для прогулок! — улыбнулся Фил.

— А я надеюсь, что сегодня получится не только поспать, но и выспаться, — проворчал наставник.

Дарина и Злата с нетерпением ждали побратима и старшего детектива. Девушки очень обрадовались возвращению наставников и со скоростью ветра постарались утащить их в понравившийся сквер. Там, в тихой беседке, им удалось поделиться новостями. Они рассказали о новой способности Златы и о своих задумках в связи с этим. Но большую часть рассказа заняло повествование о странном поведении магессы.

Когда подруги вернулись днём с прогулки, магесса Сирра встретила их упрёками. Она была очень недовольна, что Злата без её разрешения вышла на улицу. Позже посестримы узнали, что хозяйка дома наказала Фаню.

Причину наказания домовой случайно выболтал во время перепалки с Дариной. Оказывается, ведьма считала, что если она дала приказ присматривать за девушками, то дух обязан был это выполнять. А если за пределами дома данная функция невыполнима, то не надо было выпускать девиц из дома.

Следующим моментом, насторожившим сестёр, была попытка разделить их и провести какие‑то лечебные манипуляции, которым очень мешало присутствие старшей подруги. На искреннее удивление недолеток, чем можно помешать диагностике, им прочитали лекцию о невмешательстве в процесс лечения и недопустимости вторжения во взаимоотношения врача и пациента.

Конечно, всё было выдержано в официальном тоне. Сухо. Корректно. Вежливо. Можно сказать, что магесса отшила их очень деликатно, а «круглыми невежами» обозвала с милой улыбкой.

Старшие маги внимательно выслушали импульсивный рассказ подопечных. Нур ко Сэй потирал лоб и хмурился. Затем он посмотрел на Злату и, поднимаясь, уточнил:

— Ты уже знаешь о создании новой группы?

— Да, Дарина мне всё рассказала. Я готова! То есть хочу! — девушка покраснела от смущения, затем встряхнула темноволосой головой, вытянулась по стойке смирно и чётко произнесла: — Курсант первой ступени Кадетского Корпуса Злата ко Мара даёт официальное согласие на службу в должности Опцион СОПП. Сочту за честь войти в ваши ряды! Клянусь достойно исполнять долг, защищать свободу и права любого жителя нашей Родины!

— Кадет третьей ступени Кадетского Корпуса, — тут же встала рядом сестра, — Дарина ко Ран даёт официальное согласие на службу в должности Опцион СОПП. Сочту за честь войти в Ваши ряды! Клянусь достойно исполнять долг, защищать свободу и права любого жителя нашей Родины!

— Да будет так! — принял их клятву коуч. — Опцион‑курсант! Ваша задача: оставшиеся три дня не допустить вмешательства магических потоков принимающего мира в ваш каркас.

— Приложу все силы! — ответ Златы прозвучал звонко и четко.

— Сегодня, когда при магессе Альферац я буду подпитывать Веду, демонстративно запечатаю ей магические каналы, — присев, продолжил Нур. Он старался не смотреть на старшую посестриму, но это не мешало ему выполнять свои обязанности и краем глаза наблюдать за Дариной. — Тюхе, сейчас возвращаешься на Террию. Сначала в зал медитаций, затем к лекарю. Полное описание ситуации по лечению он должен получить как можно скорее. Командир группы — детектив мо Сэй ко Сьян! Ваша задача: на период присутствия на территории Мирах постоянно контролировать целостность печатей. Опцион‑кадет! После возвращения ваша задача аналогична задаче командира группы. Выполнять!

— Вот что значит РУКОВОДИТЕЛЬ, — прошептала младшая хайдута, потирая кожу рук, чтобы успокоить бегающие там мурашки.

— Ага! И сказал негромко, а будто рявкнул! — тихонечко согласилась с ней сестра и, тяжело вздохнув, побежала к выходу из сквера. Она уже не видела, как нахмурился Нур, услышав её слова.

Глава 14 Что прошло, того уж нет?

Остерегайтесь тех, кто хочет вменить вам чувство вины, ибо они жаждут власти над вами.

Конфуций.

Сирра

Сирра была недовольна тем, как прошёл у иномирных гостей первый день в её доме. С утра ей надо было отлучиться по своим делам, но она была уверена, что её приказ будет исполнен. А тут — БАРДАК! Никого нет.

Фаня ничего интересного не узнал. Рассказывал в этой своей несносной манере: «Спали — встали! Взяли — читали! Поели — погуляли!» Когда он признался, что даже не думал остановить гостей, то ведьма взорвалась:

— Недолетки в чужом для них мире! — орала Сирра на домового. — О чём ты думал?

— Дык, оне ведь…, — пытался оправдаться Фаня.

— Что они? — шипела хозяйка. — А если сейчас нарвутся на какого‑нибудь неадеквата? Если им придётся защищаться от тёмной ведьмы? Ты мне дашь гарантию, что пациентка не зачерпнёт магической энергии Миррах?

— Мобуть, обойдётся…, — мямлил дух.

Так и хотелось прервать его неспешное изложение и закончить в рифму матом! Да ещё и мальчишка этот! Дали тебе амулет личной связи — надень его так, чтобы кожи касался! Ведь и дураку ясно, что кулон носят на шее! А этот? Куда можно засунуть такую безделушку? Как его предупредить, что его сёстры могут быть в опасности? Ведь не слышит её вызова!

Целительница успокоилась, только когда девочки вернулись со своего променада целые и невредимые. Ну, как успокоилась? Выдохнула! А мысли вокруг Златы не перестали кружить…

Уникальнейший случай! Возможно, недомаг переродится в ведунью. Нет! В вед/ма/ми! По идее, девчонка должна пластом валяться, ведь умирала у неё на руках. А сейчас бегает довольная — вдруг непроизвольно хапнула из потока силы? У неё был сильный приступ. Можно сказать, черепно‑мозговая травма. Скорее всего, сотрясение головного мозга, если он у неё есть. Простой осмотр, даже с помощью магического зрения, ничего не даёт, а к ней нельзя применять сканирующую диагностику.

К тому же, если в приёмном зале портала Сирра видела все нюансы микротравм на различных уровнях тела, просто перейдя на осмотр ауры, то после ритуала — как отрезало. Сплошной дымчатый кокон, даже каркас перестал быть виден.

Если бы ведьма смогла остаться с девочкой наедине и попробовать взять чуточку её силы, она бы уже смогла определить: успешно прошла инициация юной ведьмочки или нет. Но это тайный ритуал вед/ма/ми, а от Златы сегодня её подруга на шаг не отходит. Вот и думай, как узнать и защитить…

Ритуалы оберега с пациенткой никто не проводил. Специальные амулеты, чтобы обезопасить себя от нападок со стороны, недолетка не успела создать. Да и как она их создаст, если она этого просто не умеет? Есть различные обряды как белой, так и чёрной магии, которые под силу ведающим. Может, забрать эту девочку в ученицы? Да, надо войти в доверие к ней, поговорить по душам. У подростков часто возникают проблемы, которых не понимают взрослые.

На этой мысли магесса успокоилась, и сигнал вызова от входной двери прозвучал для неё неожиданно. Фаня ввёл в гостиную троих человек. Ведьма сидела в своём любимом кресле у камина. Она склонила в приветствии голову:

— Рада вновь всех вас видеть!

— Доброго здоровья! — за всех ответил старший маг, а молодёжь изобразила лёгкие поклоны. — Я не буду сегодня долго вас задерживать. Хотел только уточнить, не стесняют ли вас мои ученики?

— Ну что вы! Мы толком и не виделись! Вы уже подпитывали систему нашей пациентки?

— Хотел провести эту процедуру при вас. Вы как лекарь проверите, всё ли протекает должным образом.

— Это замечательно. И девочку не будем лишний раз расстраивать. Мне показалось, что её не только вчерашняя травма беспокоит.

Злата удивлённо зыркнула на ведьму, но тут же постаралась надеть на лицо маску спокойствия и присела на диван. Уважаемый Нур устроился рядом и взял её за руку. Фил перестроился на видение потоков, а магесса запустила диагностику.

— Странно, — откидываясь вглубь кресла, зажмурилась Сирра. — Даже с учётом движения вашей энергии я не вижу, как идёт восстановление!

— Это плохо? — не оборачиваясь, уточнил молодой маг.

— Это странно! — раздражённо ответила женщина. — Вчера проследить динамику восстановления организма было возможно, а сегодня девочку окружает кокон. Днём он был серым, дымчатым. Я надеялась, что увижу поток вашей, уважаемый Нур, силы, и он как подсветка сработает. Но…

— Не получилось? — посочувствовал Нур.

— Кокон стал серебристым, поток сливается с ним по цвету и уровню свечения, причём сразу.

Ведьма раздражённо отвернулась к огню. Саламандра играла с язычками пламени, как кошки играют с бабочками. Расстроенно вздохнув, врач, не поворачиваясь, продолжила:

— К сожалению, с помощью магии проверить состояние пострадавшей у меня не получается, но немагическое наблюдение никто не отменял. Настаиваю, что ещё три дня пациентке не рекомендуются сильные физические и магические потрясения, а тем более — межмировой портал.

— Но гулять потихонечку можно? — жалобно пропела младшая, начинающая лицедейка.

Маги переглянулись между собой. Фил подмигнул сестре и усмехнулся, когда от камина в ответ прозвучало:

— Недолго. Только в центральном районе, где безопасно, — хмуро кивнула каким‑то своим мыслям врач. — Никаких быстрых движений и только с сопровождающим! Если ваши друзья не смогут составить компанию, то я с удовольствием разделю с вами прогулку.

Вновь пропел сигнал вызова, а через несколько минут в помещение ворвалась старшая посестрима.

— А вот такими темпами гулять категорически запрещаю! — указывая на Дарину, закончила свою мысль ведьма.

Ближники

Прошлым вечером хайдуты прогулочным шагом дошли до гостевого блока и попросили Фаню организовать им ужин, не забыв заказать для домового молока и булочек. Перед сном молодые люди позанимались уголовным правом — сестра честно старалась вызубрить определения вплоть до запятой, — а потом болтали ни о чём. В их разговоре промелькнула лишь одна фраза на серьёзную тему: побратим сказал, что Корпус в курсе, где они сейчас находятся, и родственников, чтобы те не волновались, предупредят. Уснули хайдуты быстро, как выключились.

Вот и рождение нового дня! Посестримы проснулись практически одновременно. Не спеша вскакивать, молча смотрели, как проявляются на стенах первые лучи солнца, как золотистым парусом вздымаются от сквозняка занавески на окне. Утро сегодня практически ничем не отличалось от утра вчерашнего. Только сейчас младшей стало понятно, почему в голове, словно комар, зудит непонятное ощущение — «ЧТО‑ТО НЕ ТАК!». Видимо, Фаня уже их контролирует. Подруги встретились глазами и весело рассмеялись. Каждая старалась сохранить тишину в комнате, чтобы не помешать подруге выспаться. Их смешинки рассыпались в свете утра звонкими переливчатыми колокольчиками.

— Фаня, угостишь нас творожной запеканкой, сладкой кашей и яишенкой? Сметанкой, маслицем и сырком? Чаем с молочком и булочками? — отсмеявшись, звонко обратилась к соглядатаю младшая гостья. После этого девушки быстро соскочили с кроватей и стали наперегонки одеваться. Старшая из сестёр первой подскочила к двери, сделала подружке ручкой «пока‑пока» и показала язык.

— И это пример для подражания? — крикнула ей вслед Злата, заливисто хохоча. В комнату заглянул заспанный брат.

— Ну что вам‑то не спится, хохотушки? Ладно, мне пора собираться на службу.

— Пойдём, ворчун! Там, по идее, уже завтрак готов, — потащила его к столу младшая посестрима. — Фаня, приглашаем угоститься с нами, чем душа попросит!

Домовой проявился рядом со столиком. Серебристый поднос в его руках ловил блики света от бра. Фаня был хмур и что‑то бурчал себе под нос, но разобрать слова у друзей не получалось. В этот момент свежая, как весенний цветок, появилась Дарина. Фил тут же нырнул в освободившееся помещение и перед тем, как закрыть дверь, подмигнул Злате и показал язык! Младшая копуша закатила глаза, притворно теряя сознание. Старшая язвочка лишь усмехнулась. Она внимательно слушала бормотания духа, а затем озвучила их:

— Наш гостеприимный хозяин сообщает, что мы неправильные угощения выбираем! Вчерашняя утренняя трапеза была более продуманной и изысканной, — доложила она.

На столе появлялись заказанные яства. Их аромат возбуждал аппетит. Побратим довольно быстро покинул вожделенную комнату, чем Злата сразу воспользовалась, мышкой юркнув туда.

Дарина начала хозяйничать за столом. Занятые поглощением нехитрой, но вкусной еды, хайдуты не разговаривали. Фил по уже опробованной схеме подпитывал пострадавшую и параллельно вкушал яичницу с зеленью и колбасой. Сёстры наслаждались кашей с фруктами, а Фаня чинно уничтожал запеканку и молоко. Они уже почти закончили завтракать, когда домовой поднял голову, прислушиваясь к чему‑то, и заявил:

— Хозяйка приглашает гостей провести с ней свободное время — как раз до обеда.

— Но мы хотели позаниматься, — расстроилась Злата.

— Вот так и скажете целительнице, — хмыкнул маг, выскакивая из‑за стола. — Я убежал! До вечера! Держитесь!

Сестрицы помахали ему, переглянулись, взялись за руки и пошли к хозяйке дома.

Сирра Альферац выглядела великолепно. Длинное платье светло‑кремового цвета с короткими рукавами будто струилось по её изящной фигуре, медные косы были уложены короной вокруг головы. Свежее лицо слегка тронуто аккуратным макияжем: румянец подчёркивал белизну кожи, а длинные ресницы — яркие зелёные глаза.

— Доброе утро! — в унисон поприветствовали хозяйку вошедшие.

— Доброе, дорогие мои! — улыбнулась магесса. — Надеюсь, я не нарушила ваши планы?

Сёстры понимающе переглянулись, но постарались сделать вид, что не знают о слежке.

— Мы хотели позаниматься, — призналась Злата.

— Отлично! — искренне обрадовалась ведьма. — Значит, вы не будете скучать в нашем мире. Мне очень хочется, чтобы вы его полюбили так, как люблю его я! Но не буду вас долго задерживать. Дарина может сразу идти заниматься, а Злату я быстро осмотрю и отпущу.

— Можно я останусь? — потупила глазки юная магиня. — Мне очень интересно, как проводится диагностика без применения магии. Да и за здоровье сестрёнки беспокоюсь.

Ведьма вроде безразлично пожала плечами, но по её лицу скользнула тень. Она повела рукой в сторону кресла:

— Присядь возле камина, а мы устроимся на диванчике.

— А что это? — кивнула на стол Злата, с интересом рассматривая лежащие на нём непонятные артефакты.

— Это сфигмоманометр, применяется для измерения артериального давления, — начала пояснять врач, надевая странную манжету на руку недолетки. — Это не магический инструмент, скорее, артефакт. Его придумали в техническом мире для измерения внутриглазного давления. Обследование проводится через веко, — лектор кивнула на тонкий цилиндр длиной с ладошку. — Мы им посветим в глазки и узнаем результат.

Сестра тихонечко сидела в кресле, не сводя глаз с ведьмы, пока та измеряла давление и пульс, задавала вопросы о самочувствии пациентки и рассматривала что‑то в её глазах. Злата спокойно лежала, негромко отвечая. Наконец ведьма отложила в сторону инструменты и разрешила ей подняться.

— Отклонений от нормы нет, — порадовала девушек целительница и тут же погрозила пальчиком. — Но организм не перегружать! Не бегать! Не прыгать! Не нервничать! Родным уже сообщили, что с вами всё в порядке?

— Да! — откликнулась посестрима.

— У меня только мачеха осталась, я сирота, — вырвалось горькое признание у Златы.

— Её тоже надо успокоить, — мягко улыбнулась вед/ма/ми. — Она же переживает!

— С чего бы ей переживать? Я никогда ей не была нужна! Она меня совсем не любила!

— А должна была? — тихий спокойный вопрос ввёл Злату в ступор.

— Она в храм собиралась, — вскочила Злата. — И давала там клятвы о любви и верности…

Видя, что девочка не может подобрать слова, Сирра продолжила:

— А ты её любила? Уважала?

Услышав от ведьмы такие странные слова, Злата заметалась по комнате:

— Это не я говорила, что убью и мужа, и приёмную дочь!

— Может, она и говорила! — усмехнулась женщина. — Но разве совершила? Твоя подруга там, в портальном зале, тоже кричала, что убьёт задержанную. Разве это её сделало убийцей? Или она стала для тебя другой?

Юная ведьма выпучила глаза на посестриму. Та пожала плечами:

— Я не помню! Может, и кричала!

— Вы меня не путайте! — начала нервничать младшая посестрима. — Причём здесь Дарина? Как можно сравнивать состояние аффекта и выбор взрослого человека?

— Девочка моя! — невзирая на накалившуюся атмосферу, спокойно продолжила магесса, жестом предлагая темноволосой гостье присесть. — Сколько лет было твоей мачехе, когда она стала женой твоего отца?

— Двадцать, — опускаясь на диван, буркнула Злата.

— А сколько лет вам? — склонила голову, пряча лукавую усмешку, Сирра.

— Мне девятнадцать. Дарине — двадцать два! — Злата оглянулась на сестру, та кивнула, подтверждая её слова, но промолчала.

— Давайте без бремени прошедших лет посмотрим на поведение девушки вашего возраста. Девочки, устройтесь поудобнее, закройте глаза и представляйте каждая ту ситуацию, что я вам буду проговаривать. Готовы? — Девушки откинулись на спинки стульев и прикрыли веки. Ведьма усмехнулась, глядя на доверчивых малолеток («бери и делай, что хочешь!»), и продолжила монотонным тихим голосом:

— Ты влюбилась. Собираешься в храм. От счастья поёт душа. Вдруг узнаёшь, что у него есть ребёнок. Твои мысли, без раздумий?

— Обижусь! — сказала Злата.

— Уйду! — донёсся голос Дарины.

— А где же заявление, что должна буду полюбить этого ребёнка? — съязвила Сирра.

— Подождите! — опять вскочила Злата. — Ведь этот ребёнок не виноват, что мужчина не сообщил о нём! И обижусь я на обманщика, не на безвинное дитя!

Дарина подошла к подруге и сжала её ладошку в поддержке и согласии. Видя их единодушие, целительница удовлетворённо кивнула и продолжила:

— А кто говорил, что мы ищем виновного? Один умный человек, Эрих Фромм, сказал: «Для ребёнка быть нелюбимым лучше, чем пользоваться псевдолюбовью». А другой, не менее мудрый человек, Алис Миллер, настаивала: «Многие не хотят знать историю своего детства и не догадываются, что именно то, что было заложено в детстве, предопределяет их поступки. Они не догадываются, что стараются избегать опасностей, которые действительно когда‑то были реальными, но уже давно не являются таковыми. Зачастую душевная драма детства настолько глубоко загнана внутрь, что человек вполне способен сохранять иллюзорные представления о своём якобы счастливом детстве». Так вот! Мы не ищем правых или виноватых. Мы просто рассматриваем модель поведения увлечённой девушки в случае обмана со стороны объекта увлечения.

Вернёмся к началу нашего разговора. Девушка в сердцах кинула страшную угрозу, но ведь не предпринимала ничего, чтобы исполнить её. Я права? Ты жива, здорова, имеешь образование и достаточно сильный характер. Из всего перечисленного можно сделать вывод: тебя не избивали, не травили, на цепи не держали. Что ты ещё хотела от человека, неродного тебе? Просто помни: ты такая, какая есть, благодаря тому, что рядом были именно эти люди и происходили именно эти ситуации. Будь что‑то не так, передо мной находилась бы иная девушка! Да! И не факт, что та, другая, выжила бы при досрочной инициации.

Чем дольше говорила вед/ма/ми, тем ниже Злата опускала голову и тем ярче становился румянец на её скулах. Дарина обняла сестрёнку и легко поглаживала по спине.

— Значит, всё это время я зря обижалась на Албелу? Напрасно подозревала её?

— Разве я сказала, что ты неправа? — слова магессы Альферац, казалось, запутали девушек. — Мы просто оценили ситуацию. Взглянули на неё, увиденную маленькой девочкой, с высоты опыта взрослых людей.

Сёстры ошарашенно смотрели на врача, а та мило им улыбалась. Затем как‑то по‑бабьи всплеснула руками:

— Ах вы, любопытные Варвары! Заставили меня саму нарушить своё же предписание! — и ведьма погрозила им пальцем.

— Какое? — пролепетала Злата, ещё не пришедшая в себя.

— Никаких нагрузок, в том числе и эмоциональных! Пациентка, марш отдыхать! До обеда запрещаю даже заниматься!

— А Дарине помогать можно? Ведь со скуки с ума сойти можно! Я не буду ничего учить, только проверять по учебнику её знания!

— Можно! Идите, девочки, — как родным, улыбнулась им хозяйка. — Я до вечера в госпиталь. Если что‑то будет нужно, Фаня поможет!

Глава 15 Что нам грядущее готовит?

Погружайся в ощущения жизни, какими бы они ни были. Полностью, тотально, на сто процентов.

Артур Сита

Хайдуты

Сегодня девушки вернулись на Террию. Три дня, проведённых в гостях у ведьмы, ничем не отличались друг от друга. Подъём. Завтрак. Осмотр целителя. Занятия. Обед. Прогулка. Ужин. Осмотр целителя. Сон. СКУКА! Чуть разнообразили её перепалки Дарины с Фаней, так что у Златы уже набирался неплохой запас слов для ненужного ей теперь словаря.

Магесса ещё несколько раз заводила разговоры о жизни, о семье, и девушки передавали эти беседы аналитикам. С новой памятью Златы это было несложно. Возвращение прошло в стиле «Большой переполох в благородном семействе».

Началось всё достаточно спокойно. Группа не спеша собралась ещё с вечера. Утром после осмотра простились с Фаней и хозяйкой дома. В портальном зале родного мира их уже встречал целитель службы, позывной «Док». Он под охраной забрал всю компанию к себе в кабинет. И вот там начались танцы! Целитель проводил диагностику всем! ВСЕМ — кто был на Мирах рядом с интуитом. Обследование было какое‑то странное: помимо обычных манипуляций показывали картинки. Рисунки мелькали с такой быстротой, что внимательно в них вглядеться никто не успевал. Надо было сразу назвать, что тебе привиделось, а потом рассказать, какие цвета были на изображении. Почему ты считаешь, что видела, например, птичку, а не бабочку или цветок. ЖЕСТЬ! Когда они считали, что их отпустили и можно уходить, Дарина задала вопрос о драконьей памяти… И целитель начал проверять эту версию. Он забыл! А Тюхе, умница, ему напомнила.

После дополнительного часа различных испытаний в здании СОПП хайдуты стояли в деканате Корпуса. Декан очень красочно и достаточно подробно рассказывал, каким местом надо было соображать, чтобы попасть в другой мир раньше времени. А придумать себе обучение ускоренными темпами может только гений или такие недолетки, как стоящие перед ним путешественницы. И если у них ничего не получится, то обе будут учиться на первой ступени. В общем, речь его была очень эмоционально окрашена. Прогнал он учащихся из кабинета в книгохранилище, где им выдали все учебники: Злате — для первой ступени, а Дарине — для четвёртой.

Девушки сидели в своей комнате и круглыми глазами смотрели на кипы книг.

— Ну? Что делать будем? — кивая на книги, поинтересовалась старшая посестрима.

— Учить! — уверенно сказала младшая подруга.

— Ну тогда предлагаю следующий план действий.

— Излагай!

— Ты ходила на лекции подготовительного подразделения. Сегодня и завтра все сдают отчёты по практике. Потом один день отдыха — и вперёд на экзамены для перехода на следующую ступень. То есть у нас два полных дня, не считая оставшегося времени сегодня. Если у нас получится этот фокус с твоей способностью запоминать, то ты идёшь на тест‑испытание за первую ступень. Будут вопросы у непосвящённых? Да, мы готовились к этому тесту всё время, а начала изучать ты эти дисциплины намного раньше! Ну как?

— Принято! Начинаем!

И началось! Злата просматривала учебник. Потом его пересказывала. В процессе изложения материала задавала вопросы, если они возникали. В результате к отбою она добралась с головной болью и очень большим списком дополнительных вопросов. Обед и ужин сёстры глотали, не воспринимая вкуса. С завтраком и разминкой управлялись на автомате. Тем более что родной тренер Корпуса обозвал их тунеядками, лентяйками и прогульщицами, готовыми даже рисковать здоровьем, лишь бы не заниматься нормально со своим «Буси». А после того как привели себя в порядок, побежали к хранителю книг, с вопросами приставать.

Он внимательно взглянул на количество и ассортимент нужных учебников. После посмотрел на сестёр так, что, казалось, по лбу пальцем постучал, указывая на их невысокий уровень сообразительности.

— Вы что, девчата, — насупившись, проворчал он, — год их копили? А обратиться к учителям первой ступени постеснялись? У них как раз сегодня будут факультативы с учащимися. Там можно будет и уточнить те моменты, что не улеглись в памяти, и получить допуск к зачётам и экзаменам.

Сёстры от души поблагодарили за подсказку и разделились. Злата пошла пытать преподавателей и получать допуски. Дарина, понимая, что педагоги будут не меньше ректора счастливы её лицезреть, поплелась сдаваться со своим отчётом.

Интуит носилась из одной учебной аудитории в другую. Везде повторялась одна и та же мизансцена. Доклад курсанта о прибытии. Лёгкое недоверие преподавателя. Просьба ответить на возникшие при самообучении вопросы. Консультация и лёгкое тестирование. Отметка в списке допуска. Ей повезло! Более углублённое сканирование знаний оставили артефакту.

До обеда оставалось полчаса, когда обеих сестёр вызвали к ректору. Посестримы встретились в приёмной высокого руководства и вошли в кабинет рука об руку.

— Учащиеся Корпуса прибыли по вашему приказанию! — чётко, хором, в унисон отрапортовали опционы СОПП.

— Вольно! — принял доклад ректор. — Присаживайтесь! Целитель службы охраны должен сообщить вам результаты вчерашнего обследования. Его предписания выполнять неукоснительно. Не забывать, что вы теперь и учитесь, и служите.

Девушки только сейчас заметили, что в кабинете, помимо его хозяина, находился забывчивый лекарь. Носики сестёр непроизвольно скривились. Заметив их гримасы, маги рассмеялись, а хайдуты смутились. Разговор получился продуктивный. Девушки признались в своём эксперименте. Злата отчиталась, что на текущий момент пять допусков из восьми она уже получила. Целитель вновь дотошно выспрашивал о её самочувствии. В заключение беседы он ошеломил всех своими выводами по самочувствию Златы:

— У вас, деточка, не драконья память, а гипермнезия!

— Что? — изумилась Злата.

— Это опасно? — всполошилась Дарина.

— Это последствие того, что на фоне органических поражений головного мозга в процессе приступа эпилепсии образовался симптом количественного нарушения памяти, при котором один из трёх её компонентов — запоминание, хранение и воспроизведение — нарушен. Обычно первые два работают в нормальном режиме, а воспроизведение аномально обострено. Продолжительность такого расстройства может быть как кратковременной, так и постоянной. В вашем случае обострение идёт по первому и третьему показателю, поэтому ваше самочувствие будем дальше наблюдать, а возможности памяти изучать. Однако запрещаю любые переутомления. Малейший дискомфорт должен стать сигналом к полному отдыху. Держите фиалы. Зелье для снятия боли — пять капель на стакан воды. Успокоительное зелье — десять капель. Принимать по мере необходимости. Перерыв между приёмом зелий — не менее двадцати минут. Каждое утро и каждый вечер я лично буду проверять состояние здоровья опциона Веды.

Хайдуты стукнули кулаком в грудь, подтверждая, что приказ получен и будет выполнен, и покинули кабинет. Дальше время опять понеслось вскачь. Злате несколько раз казалось, что она краем глаза замечает дымку Фани. Но когда пыталась рассмотреть внимательно место проявления скрыта домового, то ничего не видела. К вечеру обе сестры имели все допуски. Злата, сидя на кровати с головной болью, цедила зелье, а Дарина металась по комнате и не могла успокоиться:

— Баламошка! Ты совсем останавливаться не умеешь? Зачем после факультативов ринулась в книгохранилище? Чего не хватало?

— Атласа, — массируя виски, прошептала страдающая сестрёнка.

— Какого атласа? Зачем? — всплеснула старшая посестрима.

— Сверить свои знания с геополитикой по политической экономике.

— А на завтра это нельзя было оставить?

— Завтра я хотела попросить тебя заняться со мной рунами и символьной магией.

Услышав слова младшей подруги, магиня резко развернулась и рухнула на кровать:

— Ты больная, — простонала она. — Ты в курсе?

— Ага! Целитель при тебе диагноз сообщил! — отмахнулась язвочка. И, состроив умильную мордашку, начала картинно умолять подругу: — Засеки время, пожалуйста! Выпью успокоительное — и спать!

— У‑у, зараза! Чего тебе неймётся? Ложись! И засеку, и накапаю, и принесу!

— Ты же слышала, что сказал Док.

— Слышала. Только не поняла, что ты паникуешь?

— Ну… в книгохранилище я ещё заглянула в справочник лекарей, — смутилась юная непоседа.

— Мне сходить в СОПП? Пригласить мозголома? Или сама уже скажешь, что там такого страшного нашла?

— Срок интенсивного лечения сотрясения головного мозга, к которому все целители приравняли мою травму, длится не более недели. Некоторые признаки нарушений могут сохраняться до двенадцати месяцев! Понимаешь?

— Так вот какой атлас тебя интересовал. И всё равно не совсем поняла, что тебя смущает. Говори уже!

— А вдруг через неделю «драконья память» исчезнет? Мне надо успеть за неделю догнать тебя! — смутилась младшая хайдута, а потом решительно взмахнула рукой. — Вот смотри: в работе памяти у меня ускорены запоминание и воспроизведение информации, а хранение осталось на обычном уровне. Даже если я не успею сдать экзамены за это время, то подготовиться к ним для меня реально. Это мы с тобой уже выяснили опытным путём. Если за оставшиеся до учёбы полтора месяца я успею сдать тест‑испытание за вторую и третью ступени, будет здорово! Если нет, то я должна догнать тебя в первом полугодии. И вообще, я с этой учёбой почему‑то постоянно чувствую голод. Так что не удивляйся, я нам пирожки из столовой прихватила и какао. Если не съешь сейчас, то на утро будет перекус.

— Всё с тобою понятно, непоседа! Сейчас их в специальный шкафчик уберу. Будут в сохранности. Пей успокоительное и отбой! Будем готовиться к твоему экстернату.

Утро наступило странно. Стук в дверь сестёр не очень сильно побеспокоил, они только начали выбираться из сна. Но вот крик: «Подъём!» — они пропустить не смогли: подскочили и в пижамах набросились на… брата. Только когда Фил сдался и попросил пощады, перестали его щекотать.

— Ты чего в такую рань? — поинтересовалась Дарина. Злата в это время смотрела куда‑то в угол комнаты.

— Да вот решил с вами разминку провести. Раз мелкой ещё полный комплекс упражнений нельзя, зачем тренера Корпуса мучить? У него же сердце слабое! Не выдержит ваших издевательств! — хохотнул маг. — Злата! Ау! Ты где?

— Ну‑ка выходи! Я приказываю тебе! — вдруг громко произнесла младшая сестрёнка, проигнорировав обращение побратима. Старшие хайдуты в удивлении уставились на Злату, ничего не понимая, а потом проследили за её взглядом. — Кому сказала? Проявись! Весь день вчера следил за мной. Зачем?

После приказа и гневной отповеди в том углу, куда смотрела младшая, проявилась невысокая фигура. Щуплое тело в штанах и длинной рубашке. Прямые до плеч волосы цвета соломы. Круглые васильковые глаза и лицо с мелкими чертами.

— Домовой! — ахнули в один голос хайдуты и тут же поздоровались: — Доброго здоровья!

— Ага! И вам не хворать! — откликнулся дух. — Ты чего, недоведьма, расшумелась?

— Простите, — потупилась Злата, — я думала, это Фаня за нами увязался.

— Не Фаня я! Могу уйти?

— Простите, — затараторила Дарина, — мы не знали, что у нас тоже домовые есть. Молока у нас нет, а пирожки с какао примете как угощение?

— Отчего уж не принять, коли от души предлагаете? Давайте!

Злата быстро достала из шкафчика чашки, большой кофейник и тарелочку с пирожками. Поставила всё на стол:

— Примите, пожалуйста, угощение!

— Благодарствую, недоведьмачка. Так с кем ты меня спутала? Весь день вчерась не давала нормально работать.

Хайдуты не стали долго мучить любопытного домового и рассказали ему историю знакомства с Фаней, а заодно объяснили, почему у них мелькнула мысль, что он и дальше за ними присматривает.

— Вот вы неучи! — хохотал незнакомый дух. — Как с другого мира за вами может приглядывать привязанный домовой? Он же от своего владения оторваться не может!

— А мы откуда знали? — надулась Дарина и обернулась к побратиму. — Надо уже вводить уроки по изучению культуры и быта домовых — Домововедение!

— Как вас можно величать? — вмешался в назревающую перепалку Фил и подмигнул старшей посестриме.

— Рачит! Можете звать на помощь, — представился домовитый хозяин. — Или хотите пригласить к себе в услужение?

— А так можно? — удивился Фил.

— Нет! — резко возразил Рачит. — Но если в вашем доме есть ДУХ и он вас примет как хозяина, то сотрудничество возможно. Сильные ведьмы могут домового к себе привязать. Он станет помощником, а если сам согласится, то и слугой. Но это другой сказ. И не мне о том вам вещать.

Домовой исчез из комнаты. Друзья переглянулись, потом обернулись на угощение и рассмеялись — на столе стояли пустые чашки и тарелка.

— Угощение принято! — всхлипывала от смеха Дарина. — А то, что без какао остались, так сами и виноваты, заболтались!

— Вперёд, на спортплощадку! — дал команду побратим, направляясь на выход. — По ходу дела и расскажете, что задумали. Мне вчера весь мозг вынесли! Дважды! Сначала Док, а потом ректор.

— Да! И надо будет подумать, почему Веда видит домовых! — размышляла вслух Дарина, следуя за ним.

— Ага! — проворчала недоведьмачка. — И ещё придумать, куда в расписание вставить посещение наших домов.

— Зачем? — обернулся Фил, а Дарина вернулась к сестрёнке.

— А вы не хотите узнать, есть ли у вас дома обережные духи? — удивилась Злата.

— Да, конечно! — обняла её подруга. — Но ты столько всего намереваешься успеть, что надо хорошенько распланировать твои хотелки. Пошли, не будем тянуть кота за хвост!

— Не водились у меня в роду собаки… — хмыкнула сероглазая проказница. И друзья припустили на зарядку. День обещал быть насыщенным!

Глава 16 Что день грядущий нам готовит?

Ты ждешь, что что-то произойдет особенное? Не нужно, чтобы что-то происходило.

Артур Сита

Нур

Кабинет старшего следователя за эти несколько дней превратился в проходной двор.

Док решил, что он — его персональный подопытный кролик, и три раза в день проверяет состояние здоровья и магического каркаса. Помимо этого, целитель отчитывался по состоянию здоровья всей группы, а также по результатам исследований, которые провёл по изменениям в состоянии Веды. Щит‑кокон продолжает держаться, но в нём уже видны потоки старших хайдутов — спонтанный ритуал в иномирном госпитале хорошо защитил младшую посестриму.

К сожалению, ответить на вопрос, насколько опасна гипермнезия и сколько по времени продержится это отклонение, пока никто не может. Девочка, помимо интуиции, получила дар эмпата. А что ещё при этом разовьётся у Тюхе, можно будет выяснить только на полигоне Службы охраны прав и порядка.

Целитель утверждает, что Злата, как и её мать, является катализатором, и у людей, к которым она испытывает светлые дружеские чувства, могут проявляться затаившиеся таланты. Поэтому Док настаивает, что и он, и Фил также должны провериться на скрытый дар. Весь персонал уже хохочет: мол, если нужно подлечиться — иди к Нуру! Док точно там…

Доклады по запросам летят один за другим. Благо — уже обработанные аналитиками: только выжимки и выводы. Картина вырисовывается очень странная: вед/ма/ми иных миров засыпали СОПП запросами о встрече с наследницей рода ко Мара. Из Ковена Мирах пришёл официальный ответ: «Магесса Сирра Альферац добровольно вызвалась помочь разобраться с даром Златы ко Мара, когда на слёте вед/ма/ми была озвучена просьба из мира Террия. Посещала ли она ранее данный мир, Ковен сообщить не может».

Следователи уже запросили портальную службу о посещении Террии вед/ма/ми в общем и указанной ведьмой в частности. Хранители межмировых переходов схватились за головы и пообещали обратиться к тем самым ведьмам за помощью и наслать проклятья на СОПП. Ну а серьёзно? Обратились к ректору Корпуса с просьбой выделить дополнительных практикантов для работы в архивах. Ведь с учётом продолжительности жизни ведьм работы у них…

После несчастного случая с недолеткой все высшие маги пришли в негодование. Было проведено очень резонансное собрание руководства всех магических гильдий. Результатом его стало новое постановление: «Так как риск для жизни ребёнка был очень велик и тот факт, что несовершеннолетняя, возможно, станет вед/ма/ми, проход вед/ма/ми на Террию без разрешения руководства СОПП запретить. Вход в портальные залы несовершеннолетним запретить. Здоровье и безопасность детей поставить превыше всего. Информацию по делу опциона Веды засекретить. Допуск к делу разрешается только через магическую клятву о неразглашении».

А что будет со всеми архимагами, когда они узнают, что Злата видит домовых? А что Дарина худо‑бедно общается с ними на одном языке? Но пока девушки не проверят дома своих семей, говорить об этом нельзя. Может, лучше будет, если легенда останется легендой?

Аналитики бьют тревогу по поводу фиктивного ухажёра Златы и её мачехи. Что‑то им там не нравится, и очень сильно! Предполагают, что действительно готовился качественный гнёт для подавления права выбора несовершеннолетней своего пути развития. А если бы Злата не запаниковала? Через сколько времени она оказалась бы в Храме? Но пока существенных, прямых доказательств нет, только косвенные…

Слава богам, хоть аналитики не требуют ограничить свободу опционов. Хотя куда больше ограничивать? Они и так из Дома кадетов не выходят, а нужны здесь! Надо провести очную ставку Веды и тари Гел мо Риса ко Рмел. Доказать, что задержанная имеет какой‑либо дар, не получилось. Одна надежда — вдруг группа опционов что‑то почувствует возле визора, как тогда, перед нападением. Или правильнее сказать — перед попаданием? Вот если это произойдёт, то и следователи смогут надавить на нужные рычаги во время допроса.

Тюхе! Славная Дарина! Милая умная девочка! Стоп! Надо мысли, не связанные с работой, гнать от себя подальше! Может, у Тюхе всё будет хорошо. Главное, чтобы она не поняла, как ему без неё плохо… Но в то же время встречаться с ней сложно. Однако убирать Дарину из проекта нельзя, не стоит её сейчас отрывать от Веды. Дар Фортуны — это серьёзно! Дарина должна быть рядом с подругой. И в первую очередь для того, чтобы попридержать юную торопыжку.

Да! Рапорт из Корпуса тоже лежит перед глазами. Курсант ко Мара сдала тесты‑испытания за первую и вторую ступени в один день! Этого мало? Эта маленькая егоза подала прошение допустить её к экзаменам за третью ступень, чтобы учиться вместе с посестримой! О каком режиме сохранения тайны может идти речь при таких действиях?

Как тут не материться? Куда Фил смотрит? Вот покажется он на глаза наставнику! Ох, придумает Нур родственнику достойное взыскание! И ведь уже два дня не показывается. А какой рапорт от него лежит — любо‑дорого посмотреть: «Прошу с сего дня предоставить пять дней отпуска для исполнения приказа старшего детектива, уважаемого Нур ко Сэй, об обеспечении безопасности группы опционов». Научил на свою голову! Хорошую отговорку придумал! Эх! Надо было чаще в детстве хворостиной учить. Не сидел бы сейчас один со всеми этими проблемами и гудящей головой.

Хайдуты

Ура, сумасшедшая неделя закончилась! Все экзамены сданы! Обе сестры теперь — учащиеся четвёртой ступени.

Лекарь категорически потребовал дать отдых мозгам Златы. Запретил чтение, но рекомендовал медитацию и спортивные нагрузки — без фанатизма. До начала учебного процесса оставалось чуть больше месяца. Хайдуты захотели устроить себе настоящие каникулы, но их вызвал Нур ко Сэй.

Группа стояла навытяжку перед старшим детективом и даже не моргала. Наставник скупо и сухо отчитывал их, выговаривая за ошибки, которые совершил каждый из них. Молодёжь получала нагоняй. Все понимали, что это только докатившиеся до них отголоски шторма. Закончил свою эмоциональную тираду руководитель неожиданно:

— Фил мо Сэй ко Сьян! На основании рекомендаций целителя весь состав группы отстраняется от службы на период тридцать дней, с сегодняшнего числа. Вам запрещено разделяться на это время. Всей группой вы отбываете на побывку по местам жительства. График посещения родных и близких предоставить мне до конца текущего дня.

Побратим ударил кулаком в грудь, подтверждая, что приказ получен и будет выполнен. Командир перевёл взгляд на младшего опциона:

— Тарина Злата ко Мара, вы приглашены в качестве свидетеля на очную ставку с тари Гел мо Риса ко Рмел. Встреча состоится через пять минут. Ваши хайдуты будут ожидать вас в комнате с визором. Дарина ко Ран, выданный вам приказ в Мирах остаётся без изменений! Выполнять!

Жест подтверждения приказа синхронно выполнил весь строй.

Злата и Ия сидели за столом напротив следователя. Фил и Дарина разместились в родной уже каморке с визором. Побратим проинструктировал сестёр на ходу, пока они шли по коридору: «Задачи наши не изменились: слушаем, отслеживаем и записываем. Веда наблюдает за эмоциями. Жестом „дискомфорт“ служит рука, сжатая в кулак. „Всё спокойно“ — раскрытая ладонь, обращённая к столу. Можешь сразу положить на стол руку или обе руки, и всё будет выглядеть естественно».

Ия была удивлена тем, что её попросили повторить рассказ с момента совместного обучения с матерью присутствующей девушки. Рассказ потёк плавно и в самом начале ничем не отличался от того, что Злата слышала, находясь в каморке. Однако продолжалось это всего несколько минут. В тот момент, когда у Златы «щипнуло» мочку, она тут же сжала кулачок. Следователь сделал вид, что переключился на второго свидетеля:

— У вас есть что добавить к словам тари Гел мо Риса ко Рмел?

— Понимаете, мы с посестримой рядом два месяца. У неё очень редкий дар. Отец мне говорил, что мама тоже была одарённой. Уважаемая Ия может что‑то поведать о талантах Залиты ко Мара?

— Прошу вас, тари Гел мо Риса ко Рмел, рассказать не только о талантах подруги, но и о своём даре, — дополнил вопрос следователь.

— У Залиты ко Мара появлялись видения о будущем. Очень редко, но бывало. Я уже рассказывала о предсказании по поводу свидания с нашими одноклассниками. Помните? Когда я единственный раз попросила согласиться на прогулку с ними, она с таким удивлением посмотрела на меня, что мне стало стыдно. Она тогда сказала, что нам это не принесёт ни радости, ни счастья. Я честно думала, что речь именно о том приглашении.

— А у вас? — вернул детектив подозреваемую к своему вопросу.

— Слабый эмпат. Я чувствую эмоции и могу их внушить человеку, — тихо прошептала Ия.

— Однако как маг вы не заявлялись, — удивлённо уточнил следователь. Женщина кивнула и бросила быстрый взгляд на Злату.

— Разве это можно сравнить с магией, — отмахнулась Ия. — Да, для считывания эмоций мне не надо особых сил, а вот для внушения необходимо подсобрать маны. При передаче нужных эмоций силы быстро уходят. Результат вы видели на первой нашей беседе.

— Вы имеете в виду встречу до инцидента в портальном зале? — прищурился мужчина.

— Да! Я тогда проводила трансляцию доверия ко мне и равнодушия к ненужным мелочам.

— В связи с открывшимися подробностями, что вы можете добавить по делу о гибели вашей подруги?

— В то время она уже не была моей подругой! — сорвалась ранее спокойная женщина. Злата опешила от такого заявления. — Когда появились Эл и Гел, она мне стала соперницей! Мне понравился Эл! Я чувствовала интерес, исходящий от молодых людей, и посылала в ответ волны симпатии. А он посватался к ней! С того момента я разжигала в ней презрение к мужу. Когда она рыдала у меня на руках, я внушала ей чувство безнадёжности, тоску и нежелание жить. По её словам, она готова была наложить на себя руки, но узнала, что беременна, и эмоциональный фон у неё изменился. Она стала думать не о себе, и я не могла уже пробиться в её поле. После рождения дочери мы вновь стали часто встречаться. Убедившись, что моё воздействие неэффективно, я решила использовать сильное успокоительное. Несчастный случай с молодой мамочкой, рассеянной от недосыпа, — что может быть естественнее?

— Вы подстроили смерть тары Залита ко Мара?

— Нет! — слишком резко отреклась Ия.

Кулачок Златы сжался.

— Вы только сейчас говорили, что готовили несчастный случай. Рассказывайте, какой! — жёстко произнёс маг.

— Я хотела вытолкнуть её на высокой скорости, — прошептала женщина, опуская голову. — Собиралась забрать с собой колыбель с девочкой — мне лишняя тяжесть на душе не нужна. Когда лошади понесли и Залита наклонилась, я, честно говоря, подумала, что она прикрыла ребёнка от хлещущих струй дождя. Придержала за талию, чтобы она не упала с сиденья и не уронила девочку. А потом подумала, что при такой тряске удариться очень легко. Ну и приложила её головой о спинку брички. Дальше вы знаете. Когда бричка остановилась, Залита так и осталась лежать на колыбели. Я позвала Эла. Мы вместе подняли уже мёртвое тело. Она умерла мгновенно… но это не я! Её висок пробила щепка, так что мне можно было не утруждаться.

— Почему вы кинулись к вратам перехода?

— Я услышала вопрос присутствующей здесь девушки.

— Какой именно?

— Куда делись деньги, — прошептала Злата.

— Да! Я поняла, что где‑то проговорилась или ещё как‑то выдала себя! — Ия цедила слова зло, отрывисто, а все наблюдатели, детектив и Злата в немом шоке смотрели на неё.

— Про выкуп вы расскажете нам на следующей встрече, — взял себя в руки детектив. — Что вы можете рассказать о смерти Эл дар Залита мо Арт ко Мара?

— Ничего нового. Вам всё известно.

— И вы не воздействовали на него своим даром?

— После смерти Залиты я поняла, что Эл дар Залита мо Арт ко Мара не был тем человеком, чьи чувства теплом обдавали меня. Мне это стало чётко ясно возле храма. Там мужчины были по разные стороны от меня. От Эла исходила слабая волна чувств, он даже не сильно расстроился из‑за смерти жены. А вот от Гела исходили нежная симпатия, бархат любви — мягкий, приятный, знакомый — и боль! Я поняла, что ошиблась с выбором.

— Вернёмся к смерти Эл дар Залита мо Арт ко Мара, — настойчиво повторил следователь.

— Когда Эл познакомился с Албелой и заявил о серьёзных намерениях, то мне стало любопытно увидеть эту девушку. Познакомиться и подружиться с ней было очень легко. В тот момент я хотела отомстить за сломанную жизнь погибшей подруги.

— Не врите, — усмехнулся детектив, глядя на мерцающий артефакт.

— Я хотела отомстить за то, что он выбрал не меня, — потупилась женщина. Потом она вздёрнула надменно подбородок: — Как‑то на прогулке я ей поведала о Залите и её истории замужества. Я только слегка разожгла её негодование. Думала, она откажется от этого брака. Женщина вскинула глаза, пытаясь найти понимание у слушателей. — А получилось не так. Албела решила наказать виновных в несчастной судьбе девушки. Албеле казалось, что в смерти первой жены Эла виноват и он, и его дочь. Поверьте, когда подруга мне об этом сказала, я честно попыталась успокоить её гнев. Вроде получилось. После свадьбы я всё рассказала мужу. Естественно, не сообщив о своём даре. Не хотела, чтобы он подумал, что я воздействовала на него. Как у мужа с Элом дошло дело до ссоры, не помню. Вот мы разговариваем нормально и спокойно. Муж пошёл провожать гостя. А потом я услышала, что они орут друг на друга. Когда я выскочила в коридор, Эла уже не было, Гел переобувался, а потом выскочил вслед за Элом под ливень. Вернулся белый, как мел. Сказал, что Эл лежит возле лошади с разбитой головой.

— Повторяю свой вопрос: в тот день вы воздействовали своим даром на Эла дар Залита мо Арт ко Мара или на Гел мо Навалл ко Зун? — надавил голосом маг, видя стиснутые кулаки Златы.

— Да! — оскалилась Ия. — Во мне бурлило торжество! Триумф! Это был наш праздник! Мы наконец нашли путь друг к другу! Мы вместе! Я поделилась этим коктейлем чувств с мужем! Понимаете?

Злате было плохо. Она чувствовала всю горечь, которая исходила от женщины ледяными волнами, пронзая её собственное тело острыми стрелами. И на этом фоне спокойный голос детектива заставил её вздрогнуть:

— Ваш муж мог убить Эла дар Залита мо Арт ко Мара?

— Я не знаю! — устало опустила лицо в ладони подозреваемая. — В нём ощущался такой клубок противоречивых чувств, что мне стало плохо. Я потеряла сознание. Но он ведь смог доказать, что не убивал!

Ия заглядывала в глаза офицера, пытаясь что‑то там разглядеть, с такой надеждой в карих глазах, что Злате стало неудобно. Она отвернулась, только чтобы не видеть бывшую подругу своих родителей. Маг посмотрел на помощницу, перевёл взгляд на задержанную:

— Последний вопрос. Вы когда‑нибудь воздействовали на племянника своего мужа? Что вам известно о его планах в отношении Златы ко Мара?

— Мне не было нужды подталкивать его к чему‑либо. Он и сам мальчик талантливый. О его планах я в принципе знаю немного. Албела предложила ему подумать над способом не упустить наследство падчерицы. Ия бросила презрительный взгляд на Злату. — Убивать её нельзя, потому что тогда наследство матери, скорее всего, вернётся в семью или уйдёт государству. А вот если падчерицу выдать замуж за нужного мужчину и дождаться, пока она родит наследника, а потом убить — вот тогда всё достанется малышу, а мачеха Златы вновь станет опекуном на двадцать с лишним лет. Албела даже сможет спокойно выйти замуж за отца ребёнка, если он, конечно, на ней женится. Таков был план женщины, однако наш мальчик думал по‑другому. Ведь в любом случае муж и отец будут распоряжаться финансами, а уж кто там будет согревать ему постель, настолько далеко Тэо не задумывался. Ему нужна была помощь Албелы только на первом этапе — довести пигалицу до Храма.

Злата слушала откровения этой язвы с маской спокойствия на лице, но крепко сжатые губы, мелкие бисеринки пота на алебастровой коже высокого лба и пульсирующая венка на виске выдавали напряжение. Вспомнив рекомендации начальства, детектив принял сложное для себя решение:

— На сегодня мы следственные действия закончили. Сейчас вас проведут к месту заключения. А с вами, тарина, мы пообщаемся, когда разрешит целитель.

Глава 17 Всем сестрам по серьгам?

Ответственность связана с осознаванием самого себя и окружающего мира, так как реально человек не может отвечать за то, что он не осознает.

Андрей Гронский

Ближники

Руководство службы решило, что его группа до начала учёбы будет располагаться в семейной родовой усадьбе ко Сэй. Глава рода одобрил данное решение, тем более что сам входил в то самое начальство службы правопорядка. Сегодня сёстры заселились в гостевые покои рядом с комнатой Фила и сейчас за обедом знакомились с его семьёй.

Хайдуты сидели за столом и весело смеялись над рассказами о детских шалостях побратима. За столом в большой гостиной, помимо их троицы, собрались все поколения ко Сэй. И только сегодня Фил впервые обратил внимание на то, как похожа его мама на бабушку. И, как ни странно, обе не маги, но после ритуала связи жизни они будут жить столько же, сколько проживут их половинки.

Нет! То, что отец и дядя — молодые копии деда, его не удивляло. Как‑никак семейные черты просматриваются во всех мужчинах: грубоватая лепка лица, тяжёлый подбородок, чёрные волосы, тёмно‑синие глаза. Только количество седины отличает деда, Гер мо Ген ко Сэй, которому сто двадцать лет, от братьев‑близнецов Нура и Ника, которым исполнится шестьдесят. Дядя Нур ко Сэй появился на свет на десять минут раньше отца. Зато отец опередил его и встретил свою половинку раньше. Намного раньше! Филу уже двадцать пять, а родители познакомились в детстве, чуть ли не на первых ступенях общего образования. И папа создал семью, не уходя из рода.

Ах да! Мама и бабушка! Обе стройные, невысокие. У обеих правильный овал лица с высокими скулами, тёмные брови и светлые глаза. У бабушки, Нурики ко Сэй, глаза голубые и миндалевидные, а волосы тёмно‑русые, орехового оттенка. У мамы, Филиции ко Сьян, русые волосы цвета тёмного мёда и близко посаженные серо‑голубые лукавые глаза. Маму и бабушку можно принять за сестёр с разницей в возрасте максимум лет десять, но никак не пятьдесят. А ведь бабушке столетие отпраздновали. Весёлый хохот оторвал Фила от созерцания своей семьи и заставил прислушаться к их воспоминаниям:

— И представляете, девочки! Заводит в зал и говорит: «Бауля! Это тебе калтинка!» — пытаясь сдержать смешки и сделать лицо беспристрастным, рассказывал его дорогой наставник. — Мама, как ты в обморок тогда не упала?

Опять хохочут над его подарком бабушке! А ему было всего пять лет. Вот он и нарисовал домик. На стене. В центральном зале. Почему контур гвоздиком прорисовывал? Потому что карандаш было плохо видно! А потом аккуратно красками закрасил!

— Отстань от моего внука! — рыдая от смеха, заступилась любимая бабуля. — Свои выходки вспомни в его годы!

— Ой! — вытирая слёзы, всхлипнула Дарина. — Расскажите, пожалуйста!

Эту историю Фил знал наизусть: два брата, которым исполнилось пять лет, решили порадовать маму чем‑то вкусным. И отправились на охоту. Взяли свои игрушечные луки и стрелы. Позвали охотничьих собак отца и двинулись в сторону ближайшего леса. Там нашли добычу. Выстрелами тупых стрел обозначили направление к дичи. И дали команду обученным псам: «Взять!». Тем лесом стал высокий кустарник у соседа‑фермера. А добычей — гуси, что плавали в пруду.

— И вот я вижу! — теперь бабушка пыталась сохранить серьёзное лицо. — Идут два моих охотника! Важные! Луки за спину закинули! Собаки тащат трепыхающихся гусей! А за ними бредёт жена фермера, подвывая: «Да что ж это деется? Да посреди бела дня!»

— И что? — прорыдала сквозь смех Злата, а Дарина уже уронила лицо в руки и не могла остановить истерический хохот. А как это ещё назвать?

— Выкупила добычу и запекла с яблоками. А в наказание добытчики сами ощипывали свои трофеи. — Спокойствие рассказчицы только добавило сил общему веселью. Что там ещё бабуля хотела поведать, компания узнать не успела, потому что Коуч резко прервал веселье фразой:

— А теперь у нас есть немного времени привести себя в порядок и отдохнуть. Док будет здесь примерно через час. К этому времени всех сотрудников СОПП жду в кабинете главы рода.

В назначенное время в домашнем кабинете Гер мо Ген ко Сэй внимательно смотрел на команду юных авантюристов. Нур с улыбкой наблюдал, как юные дарования излагают свои планы на каникулы. А Ник сидел рядом с братом и внимательно рассматривал девушек, что благодаря сыну стали частью их семьи.

— Вы понимаете, что за этот месяц хотите успеть сделать слишком многое? — наконец выдохнул самый старший мужчина. — Ну, у нас вы уже расположились. Дальше — Дом ко Мара. Потом поместье ко Ран. Затем особняк ко Сьян. Согласен с тем, что надо проведать семьи тётушек Дарины, то есть как минимум плюс два дома. Итого шесть немаленьких усадеб. Не забываем про отдых нашей недоведьмочки. Значит, на каждый объект не менее пяти дней. Пятью пять — двадцать пять. Всё! Ваш месяц закончился!

— Отец! Девчата предлагают просматривать тех, кто прошёл через инициацию, но не получил классической силы, — парировал Фил.

— Тем более что это здесь мы без дополнительной охраны, — скромненько вклинилась в разговор младшая из сестёр, — а там с нами будут маги. Они могут взять на себя проверку недомагов.

— Для этого нужно быть целителем, — не согласился глава ко Сэй.

— Но я‑то вижу каркасы! — удивился побратим, и все присутствующие тут же переключили своё внимание на него.

— И давно? — ехидно поинтересовался Нур. — Почему не доложил?

— На Мирах обратил внимание, что, если хочу рассмотреть, то схема потоков проявляется, — пожал плечами ученик. — Но, честно, не придал этому значения.

— А до этого? — пытал наставник.

— Даже не пытался. Я же не целитель! Мне это не нужно было, — пожал плечами юный маг, а затем кивнул на младшую девушку: — А там я испугался за эту непоседу.

Злата покраснела и пролепетала:

— Простите!

— Вот и проявился искомый дар, — недобро прищурился дедушка, глядя на своего старшего сына. — Где Док? Полигон, проверки! Просто расспросить ребёнка не думали? А ведь те маги, которые выбрали путь целителей после академии, ещё несколько лет учатся, в том числе и этому, — ткнул он пальцем на смутившегося внука.

— Дед! Не нагнетай! — выступил в защиту наставника «ребёнок». — Я сам не придал этому значения!

— Цыц! Будут тут ещё яйца учить орлов летать, — отмахнулся от него глава рода. — Подведём итоги: ваша магесса рассказывала, что в спонтанном ритуале боги каждому из вас направили свою силу. Эти силы переплетались в районе рук, но не смешивались. Причём в этих потоках не было ни одной магической ниточки Мираха. Значит, церемонию в чужом мире вели боги Террии. Правильно?

— Правильно, — подключился Ник. — Минерва, она же Афина, богиня мудрости и справедливой войны, подарила Злате способности интуита и эмпата. Тихе — а кое‑где её имя произносят как Тюхе, — она же Фортуна, богиня случая и судьбы, дала возможность Дарине правильно сделать выбор. А к тебе, Фил, снизошёл Феб, его ещё зовут Аполлоном, — бог солнца, врачевания и покровитель искусств. Дадут ли боги старшим хайдутам ещё талантов, никто пока сказать не может. Но, дети! У вас вся жизнь впереди! Если за неполные два месяца ваша дружба получила такие подарки, то разберитесь для начала с ними!

Нур смотрел на удивлённые переглядывания молодой команды и веселился про себя. Сейчас придёт Док, и мало никому не будет. Целитель не смотрит на возраст и заслуги, всех возьмёт в оборот. Гер мо Ген ко Сэй внимательно наблюдал за старшим сыном:

— Повеселился? — иронично поинтересовался он.

— Ты что задумал, отец? — напрягся наследник.

— Чур! Чур меня! — насмешливо отмахнулся от несправедливых претензий руководитель всех находящихся в помещении личностей. — Что я могу задумать? Это ты принял их в ближний круг и мотался каждый день на Мирах. Тебе надо задуматься!

— Ты хочешь сказать, что… — брови Нура полезли на лоб.

Но глава рода его бесцеремонно перебил:

— Я уже сказал! А твой брат разложил тебе по полочкам! Аналитика — это вам не фокусы! Это точная наука! Слушай мой приказ, сынок! Чтобы не повторилась история детектива Фил мо Сэй ко Сьян, все свои действия за день, начиная с подъёма и заканчивая отбоем, записываешь на кристалл памяти и передаёшь в службу брата. Постарайся восстановить в памяти все дни после происшествия и сколько сможешь — до него. Ник мо Сэй ко Сьян! Собираешь все храны брата и через неделю начинаешь анализ от обратного: ищешь любые нестыковки в поведении или отклонения в решении задач. Докладывать мне лично. Гриф «секретно» накладывается на всю информацию, что была озвучена в этом кабинете. А теперь отдыхать, детки. И да, девочки… Добро пожаловать в семью! Нашим красавицам вы очень понравились!

Сёстры переглянулись и, вытянувшись в струнку, хором отчеканили:

— Не подведём и не уроним честь семьи! — и стукнули кулаком в грудь, подтверждая клятву.

Гер мо Ген ко Сэй усмехнулся и проворчал:

— Бегите отдыхать! Если получится. Там ждут две женщины, которые хотят иметь дочерей! А от Дока постараюсь прикрыть. Разрешу только осмотр без дополнительных исследований.

Посестримы

Дарина стояла возле окна. Но создавалось такое впечатление, что она ничего перед собой не видела. Уже несколько минут девушка напевала один и тот же куплет странной песни:

«Взгляни на меня долгим взглядом:

Ты здесь, ты пока ещё рядом.

Ты рядом, но ты далеко уже где‑то,

И я улыбаюсь тебе.

И я улыбаюсь тебе»…

(*Марк Бернес — «Я улыбаюсь тебе»)

Тихий грудной голос очаровывал Злату. Такой песни она не знала, да и странный мотив будил тревогу и тоску в душе. Недоведьмачка смотрела с удивлением на сестру, а потом просто подошла и обняла.

— Дарин, что случилось? Что с тобой?

— Всё нормально, — отстранилась от подруги певица.

— Ты кому сказки рассказываешь? Я сейчас разревусь от этого твоего «ВСЁ НОРМАЛЬНО»! — взвилась начинающий эмпат.

Дарина посмотрела в глаза сестре и прошептала:

— Ты слышишь, как они нас называют? — девушка говорила тихо‑тихо, но её настроение быстро падало, а у младшей посестримы по рукам бежали мурашки.

— Как? — не поняла возмущения подруги Злата.

— Девочки, детки, доченьки!

— И что? — нахмурилась недоведьмачка.

— А я не хочу быть ни деткой, ни доченькой! — с яростью крикнула девушка и отвернулась к окну.

— Он тебе нравится? — вопрос Златы ввёл подругу в ступор.

— Не выдумывай, — резко отвернулась она от малой. — Кто нравится? Мы уже проходили эту тему! Фил — наш брат!

— А кто говорил о Филе? — хитро прищурилась младшая, заглядывая в пунцовое лицо старшей сестры. — Дай ему немного времени. Он просто сейчас настолько загружен, что не успевает разобраться с делами, не то что прислушаться к себе и подумать, почему его к кому‑то тянет!

— Ты правда так думаешь? — мелькнула робкая улыбка старшей посестримы.

— Учись уже спрашивать, точно ли я почувствовала, — подмигнула ей младшая. — И вообще! Ты молоко с булочками принесла? Пора звать брата и знакомиться с домовым родовой усадьбы ко Сэй.

Дарина кивнула и бросилась обнимать сестру, пряча смущённую улыбку. Но знакомство не задалось. Домовой не откликнулся на приглашение молодёжи и не принял угощение.

Нур

Док быстро провёл осмотр подруг и отпустил их отдыхать, однако успел попенять, что обе выглядят уставшими. А потом пригрозил закрыть их в блоке целителей и не отпускать, пока обе не будут выглядеть как свежие бутоны роз.

— Док! Да ты поэт! — хмыкнул Коуч.

— Ты мне зубы не заговаривай! — накинулся на Нура целитель. — Чем загрузил сегодня девочек, что на обеих смотреть больно?

— На очной ставке были, — нахмурился старший детектив, — но я предупредил следователя, чтобы он отслеживал самочувствие Златы.

— Ладно. Всё поправимо, — успокоил его Док и обернулся к Филу. — Ну, радуй, коллега! Что натворил?

Фил спокойно рассказал о своих новых возможностях. Честно признался, что не знает, как ими управлять и чем они могут помочь. Выслушал в ответ о недалёких детективах, которым в руки даётся такой важный инструмент, как целительская магия. Док рекомендовал отправить его УЧИТЬСЯ! Наставник с интересом наблюдал, как племянник пытается отбрыкаться от обучения в Академии целителей.

— Я детектив! — возмущался будущий студиоз. — Может, есть ускоренное обучение? Какие‑то курсы? Сколько лет учиться на целителя?

— Пять, как и в Корпусе. — Док спрятал улыбку. — Да и таланты опционов желательно там закрепить знанием. Ты же слышал, что может натворить необученный эмпат. Результат неправильной работы мозголомов и рядом не стоял.

— Я правильно понял? — вернулся в общую дискуссию Нур. — Малышкам тоже желательно пройти это обучение?

Фил с подозрением покосился на учителя и проворчал:

— С чего это девчонки малышками стали? Вон, Злата к нам прибежала, потому что её в храм позвали! И кстати! Что выяснили по этому странному ухажёру?

— Ты кого‑то из них рассматриваешь как спутницу жизни? — вскинулся старший ко Сэй.

— Дядя! Остановись и не переводи тему! Я им брат! Они мне сёстры! — быстро протараторил Фил, обескураженно переглядываясь с целителем.

— Вот и не забывай об этом! — раздражённо выпалил Нур и выскочил из комнаты. Он уже не видел, как, подавив ироничные улыбки, переглянулись оставшиеся в помещении мужчины.

Быстро шагая по коридору к отцу, Нур размышлял о рекомендациях целителя. Учиться всей команде. Девочки сейчас на четвёртой ступени. С учётом гипермнезии Златы, она сможет обучаться в двух академиях. Но Дарина? Не будет ли для неё нагрузка неподъёмной? Не сломается ли ребёнок?

Идея встретиться с ректором Академии целителей и совместно с ним продумать программу обучения необычной троицы настигла старшего следователя на пороге библиотеки, где его ждал глава рода. Сбросив вызов‑приглашение главе целителей, Нур с головой погрузился в решение возникших проблем.

Глава 18 Каждому сыну котомку за спину? Или: Век живи — век учись.

Учитель должен обращаться не столько к памяти учащихся, сколько к их разуму, добиваться понимания, а не одного запоминания.

Фёдор Иванович Янкович де Мариево

Хайдуты

Трое молодых людей молча вошли в комнату. Каждый без слов прошёл к намеченной цели. Одна тонкая фигурка юркнула к зашторенному окну. Вторая, стройная, явно девичья, направилась к артефакту чистоты. Третий — судя по силуэту, мужчина, — ловко крался вдоль стен, что‑то проверяя.

Девушка распахнула шторы и раскрыла створки на окнах, впуская в помещение свет и свежий воздух. Резкий звук хлопнувшей материи заставил обернуться её сопровождающих. Ворвавшийся ветерок поднял невесомую пыль, которая заплясала, искрясь в лучах ворвавшегося солнца. В его свете стало понятно, что домой вернулась хозяйка и привела с собой гостей…

Злата обернулась к друзьям. В глазах её стояли слёзы. Дарина бросилась к сестре.

— Успокойся! — обняла расстроенную подругу кадет. — Мы понимаем, как тяжело возвращаться в пустой дом.

— Фил, а ты не в курсе, что по деяниям Албелы выяснили? — смахивая со щеки побежавшие слезинки, спросила младшая сестра.

— В принципе, за ней ничего криминального нет. Только давление на тебя, — присаживаясь на диван, отчитался побратим. — А что?

— После разговора с магессой Сиррой Альферац я часто думала… — промямлила Злата.

— Да ты что, — съязвил старший брат. — У тебя на это было время?

— Да ну тебя, — заулыбалась девушка. И, показав язык, добавила: — Злой ты! Брошу я вас. Бегайте сами по усадьбам!

— Подеритесь, а я посмотрю! — рассмеялась Дарина. — Жаль, ставки нельзя сделать! Я бы на младшенькую поставила!

Хайдуты зафыркали. Настроение их начало резко улучшаться.

— Так что ты там надумала? — усмехнулся старшой.

— Могу я попросить руководство СОПП рассмотреть её действия не как давление, а как попытку опекуна превысить полномочия?

— Хм! Ну, это надо посоветоваться с дедом или отцом. Вернёмся в поместье, пообщаемся.

— Вместе?

— Вместе! Я твои мысли читать не научился. Так что свои доводы будешь сама обосновывать.

— Замечательно! Я сейчас чай поставлю, а вы пока другие комнаты проверьте.

Злата метнулась на кухню, по дороге громко выкрикивая:

— Домовой! Домовой! Пообщайся со мной! Дам я крынку молока и кусочек пирога!

Старшие хайдуты иронично переглянулись.

— Ребёнок, — пожала плечами Дарина.

— Ну да. Ей не хватало вот таких открытых хулиганств. Как недопочемучила, так и недохулиганила! — улыбаясь, резюмировал Фил.

Вдруг крик Златы заставил обоих кинуться туда, откуда раздался вопль сестры.

Злата

Выставила на стол молоко в кувшинчике, кусок пирога на тарелке и начала заниматься чаем. Пока доставала из шкафчика чашки с блюдцами, стол опустел. Моему возмущению нет описания, я даже задохнулась от затопивших меня эмоций.

— Эй! Это наглость! Я предлагала пообщаться за угощением, — не смогла сдержать свой гнев и повысила голос. Однако реакции на мои слова не последовало. — Верни посуду и проявись! Проявись! Приказываю!

Я даже топнула, как ребёнок. Конечно, мне было обидно: я тут распинаюсь, а этот сгусток энергии мерцает от хохота. И нет! Я не ошиблась. Чётко вижу, как в закуточке под самым потолком этот нахалёнок давится смешками. Уставилась на него, так он с хихиканьем и шорохом «испарился». Весельчак! Зато на столе проявились пустые тарелки и кувшин.

— Вот я тебе! — погрозила кулаком в тот угол, где раздавались звуки. И что вы думаете? Шуршание, постукивание и шелест начали раздаваться со всех сторон.

— Ах ты, проказник! — кричала я, крутя головой и пытаясь ориентироваться на звуки. Этот затейник то ли умел рассылать свои фантомы, потому что то тут, то там мелькал его отблеск, то ли передвигался с такой скоростью, что у меня голова начала кружиться, а в глазах уже начинало всё рябить.

Друзья ворвались на кухню как торнадо и застыли, не зная, чем помочь мне. Да и я уже начинала злиться по‑настоящему…

— Играетесь? — осторожно уточнила Дарина.

— Издевается! — сердито пропыхтела я.

— Может, молока ещё хочешь, уважаемый Домовой? — громко предложил Фил.

— Легче у ведьмы узнать, как прогнать этого озорника и пригласить другого! — ехидно пропела во мне юная язвочка и хозяйка дома в одном лице.

— Негоже дому Духа менять, Хозяйка! — проявилось озорное лупоглазое чудо. Тёмно‑русые, с ореховым отливом, волосы торчат во все стороны. Теперь точно знаю, как смотрятся мои обновлённые локоны. Серые глазки с хитринкой смотрят прямо в душу. А тонкие губы растянуты в весёлой и открытой улыбке — ну как на такого сердиться? Однако знаю, что улыбаться нельзя, иначе навсегда проказником останется. Откуда пришла подсказка? Не ведаю… Наверное, от мира…

Тряхнув головой, отогнала посторонние мысли в сторону. Нужно ответить этому неслуху:

— А над хозяйкой потешаться можно?

— Я покумекал, что мне надо представиться затейно. Буде серчать! — пробубнил Домовой. — Меня это, Фролом кличут. Дашь ещё молока с пирогом?

— А ты будешь нам помощником? — его круглые глазки, кажется, стали квадратными от моего вопроса. Он обернулся к моим хайдутам, а потом уставился на меня, ожидая разъяснений. А мне и не жалко. Пусть понимает, что его ожидает. Я указала на лукаво улыбающихся: — Это мои обережные брат и сестра.

Он внимательно посмотрел на меня, затем, прищурившись, на ближников. А потом внезапно покраснел:

— А я и так с вашим родом уже седьмой век коротаю. Я ещё маленький, — шаркнул ножкой Фрол.

— Вот и встретились два недохулиганивших! — рассмеялся Фил.

— Давайте чай пить, — выдохнула я и удивлённо распахнула глаза. На столе стали появляться блюда с пирожками и бубликами, вазочки с мёдом и вареньем. В лёгком ступоре пролепетала: — Там ещё молоко есть! Мечи на стол!

Как только кувшин с молоком появился на заставленном едой столе, Дарина быстро налила угощение в чашку и протянула Фролу со словами:

— Прими! Не побрезгуй!

Молоко исчезло, а довольный домовёнок озорно сверкнул на меня глазами:

— Хозяюшка! Ещё что хочешь?

— Пообщаешься с нами? — откликнулась я. Глядя на чинно присевшего хулигана, теперь я прищурилась: — А ты почему так странно начал знакомство?

— Ну… того, — засмущался этот чудик. — Этого! Скучно мне! Вы меня не звали, не привечали. Вот и пошутковал чуток. Да и силу твою проверил.

— Нервы ты мои проверил и выдержку! — вырвался из меня нервный смех. — Оказалось, ни того, ни другого нет!

— Так я чего‑то не подумал, что ты сейчас в кукловании, — повинился Дух. — Ничаво, Хозяюшка, научусь! Ежели захочешь и разрешишь, то попрошусь в ученики к патриархам, только не ярись!

Хайдуты переглянулись.

— Ты можешь покинуть дом? — вкрадчиво поинтересовался Фил.

— Токмо ежели Хозяйка дозволит и токмо вместе, ну или вослед ей.

— Мы в Корпусе обучаемся. Там опекает хозяйство Рачит. Мы заберём тебя с собой и познакомим с ним, — благосклонно пообещала Дарина, глядя на мой кивок.

— Надеюсь, у нас с ним сладится уговор, — в предвкушении потёр ручками Фрол.

— Нам он дал разрешение звать на помощь, — пожала плечами подруга, — уверена, что он не откажется от своих слов.

— Не! Ежели мы изрекаем, что сделаем, то опосля вспять не сдаём, — высказался домовёнок.

— То есть? Если ты сказал, что станешь моим помощником, то буду я ведьмой или нет, уже всё равно? — вырвалось у меня. Что бы там Сирра ни говорила, но надо признать, что я переживала.

— Вообще‑то, не булоб в тебе магства, ты б меня не углядела, а станешь ты магиней или ведьмой, мне без разницы.

— Тогда предлагаю сейчас отправиться в Корпус, а потом к деду, — взял бразды правления в свои руки Фил. — Тем более что после общения с ребёнком бесхитростным хочу повторно поговорить с нашим Домовым.

Ближники

День закончился суматошно. Злата познакомила Рачита и Фрола. Старый домовой оглядел воспитанника и забрал его, буркнув, что все разговоры — когда вернутся в общежитие. После ужина вся их команда оккупировала дедушку в библиотеке. Злата рассказала о своих мыслях по поводу мачехи, и Гер мо Ген ко Сэй пообещал подумать над этим вопросом. Девчата уже ускакали в свои покои на отдых, а Фил с дедом остались в библиотеке.

Юноша вкратце рассказал о молодом домовёнке. И мужчины задумались, почему их Дух не захотел общаться с ними. Когда вчера вечером хайдуты предложили ему угощение, то он повёл себя странно: поднос с лакомствами на глазах молодёжи накрыла белая салфетка, а дух дома так и не проявился. Чем семья могла его обидеть? Может, дело в том, что не было главы рода? Фил понимал, что переложил эту загадку на главу, но помочь мог только как компания и поддержка.

Встряхнув головой, отгоняя не совсем приятные думы, старший рода посмотрел на своего внука.

— Ладно, отложим эту проблему, — спокойно произнёс он, — тем более что наши женщины сегодня везде, где можно, расставили молоко с булочками. Народ Домовых Духов может быть в обиде на то, что мы забыли о них. Но мы же не хотели никого обижать, надеюсь, он простит когда‑нибудь нашу невольную ошибку.

— Мы же думали, что это легенды! Сказки! — импульсивно воскликнул младший маг.

— Вот и будем извиняться за своё невежество. Но сейчас не об этом. — Хлопнул рукой о подлокотник кресла старший собеседник. — Мы сегодня встречались с ректором Академии целителей. Так как он входит в совет гильдий, смогли решить ваши проблемы дополнительного развития без обходных манёвров.

— Дед, не интригуй, — взмолился внук.

— О, молодость, не торопись спешить зазря! Спешка хороша, когда промедление опасно.

— Дед! Тоже мне «старшее поколение»! Дразнишься, как посестримы! И вообще, — прибегнул к шантажу любимый внук, — я бабушке пожалуюсь!

— Ну ладно! Ладно, — рассмеялся великовозрастный проказник. — Так как вы все медитацию, спайку и видение каркаса магических потоков усвоили самостоятельно, то программу развития как целителей вам будут давать факультативно. Основной упор даётся на самообразование. Временных рамок нет, но и тянуть не стоит. Рапорт о готовности к тестам‑испытаниям подаёте мне. Проводить их будет лично ректор Академии целителей. Практику будет курировать Док. Он уже пообещал, что будет гонять вас, как чьих‑то коз, а работать будете, как кони! И вертеться, как белки в колесе! Кажется, благодаря вам служба охраны прав и порядка превратится в цирк!

Смех мужчин гулко разлетался по засыпающему дому. А домовой смотрел на них, купался в тёплых эмоциях и думал: «Простить? Не простить? Утро вечера мудренее!»

А утро у Фила, как Злата выражается, началось странно. Зная каверзный характер своих наставников, да и сёстры от них далеко не ушли, чтобы подольше спокойно поспать, он закрыл вечером дверь спальни на щеколду. А проснулся от аромата какао и любимых огромных конвертиков из слоёного теста со сливочной начинкой. Родные всегда посмеивались над ним из‑за его пристрастия к сладким вкусняшкам и обзывали в шутку «маленьким сладкоежкой».

Первый взгляд был, конечно, на прикроватную тумбочку, где стоял поднос с завтраком, а потом мозг проснулся, глаза удивлённо рассмотрели весь натюрморт, и взгляд метнулся на дверь. Та была закрыта. Процесс осознания включился достаточно быстро:

— Спасибо, уважаемый! Приглашаю присоединиться к угощению! Беседа с мудрым разумным для меня будет очень приятна.

В комнате сгустилась дымка, из неё «вышел» Домовой. Чёрные волосы и ярко‑синие круглые глаза. Фил уже отмечал, что на Террии Домовые духи имели ярко выраженные черты принадлежности к роду, почему же у ведьмы Фаня не был на неё похож?

— Здрав будь, молодой хозяин! — вырвал его из размышлений приятный баритон.

— Как я к вам могу обращаться? — видя ироничный взгляд собеседника, Фил заторопился: — Не подумайте, что я заставляю назвать своё имя! Просто прошу обозначить, как мне правильно вас называть.

— Лад меня зовут! — усмехнулся опекун Рода. — Прав твой старший родич! Обиду нам причинила ваша короткая память. Но ежели вы потомков будете воспитывать в уважении к традициям, то неважно, с магией они будут или нет, оберегать будем. Дозволяю всем родичам моё имя назвать. Спасибо скажи своим обережным сёстрам. Смешливые они у тебя. Весь вечер учили наши слова. Хохотушки.

— Благодарствую, Лад! — склонился в лёгком поклоне Фил. А потом они ещё долго и неторопливо завтракали.

Хайдуты

Месяц практически закончился. Диагноз «гипермнезия» Злате не сняли. Зато ей разрешили физические нагрузки. Но Док на всех нагнал страху для приличия, чтобы измывались над девочкой без фанатизма.

Все поместья, где планировали побывать, посетили. Везде с домовитыми духами познакомились и представили их хозяевам. Рачит, как патриарх народа, принял на себя ответственность за обучение молодых домовят. Надо было видеть, как хохотали архимаги. В Корпусе открывается направление развития Духов. Как будет теперь звучать? Академия Духов и Корпуса СОПП!

И надо было видеть, как слетело их веселье, когда Рачит объявил им, что его народ видит неинициированных ведьм. Домовята искренне повеселились, глядя на то, как великие маги начали искать, чем можно заинтересовать домовитых духов, чтобы они сотрудничали с руководителями гильдий и помогали найти не вошедших в силу ведьм. В ответ пообещали, что людям аккуратно дадут знания о хранителях рода.

Так как гриф «секретно» снимать пока не будут, приняли решение дополнить занятия по истории Террии легендами и этикетом общения с Домовыми. Причём начинать изучать эти правила учтивости решили на нулевых ступенях, то есть на подготовительных курсах общего развития в городском цехе учёных. И брать на заметку тех детей, кто будет задавать дополнительные вопросы. Почему?

Потому что только те, кто увидит Домового, будут задавать вопросы, не озвученные в программе. Как сказал Фрол: «Не булоб в тебе магства, ты б меня не углядела»! Нет! Не подумайте плохого. Право пройти инициацию ни у кого не отбирают. Но наставники уже не потеряют ведьм.

Учебники из Академии целителей хайдуты получили и схватились за головы! Им выдали не только книги, но и план, что и в какую очередь учить по блокам.

Первый блок: лекарская биология и общая генетика; анатомия и физиология человека; лекарская и биологическая физика с основами высшей математики.

Второй блок: гистология, эмбриология, цитология; микробиология с вирусологией и иммунологией.

Третий блок: патологическая анатомия и физиология; введение в курс внутренних болезней; основы психологии.

Четвёртый блок: диагностика и терапия; внутренние болезни; неврология; травматология и ортопедия; психиатрия и наркология; медицинская психология.

Пока не сдашь все тесты‑испытания по одному блоку, к следующему переходить не имеешь права. В общем, весело будет всем. Девушки, узнав обещание Дока, дали встречный обет: «По всем возникающим вопросам при обучении на целителя обращаться только к куратору, чтобы на практике не говорил, что они что‑то упустили»!

В гостиной поместья ко Сэй для молодых учащихся выделили мягкий уголок и маленький журнальный столик. Целый день они сидели за учебниками, причём Злата гоняла старших хайдутов, не щадя их чувств и самомнения, а вечером приходил Док, и вся компания исполняла обещание сестёр. Куратор скрипел зубами и терпел. Лад похихикивал над юными заучками и постоянно их подкармливал.

В это же время произошло ещё одно событие. Фил пожаловался целителю на младшую сестру. Рассказал, как она беспощадно их мучает, используя свои преимущества. И посетовал, что если бы было зелье, которое подстегнуло бы работу мозга, то… А через неделю они с Дариной стали подопытными кроликами.

Зелье работало только при условии наличия очень странного артефакта‑катализатора и усиливало запоминание и хранение в памяти. Но на следующие сутки у молодых людей были ноющие головные боли, которые не поддавались никакому лечению.

Однако упёртую молодёжь это не остановило. Так что к окончанию месяца неформальные студиозы были готовы писать рапорт на тесты‑испытания по всем четырём блокам. А Док продолжал усовершенствовать такое полезное изобретение.

Руководство СОПП приняло ходатайство Златы ко Мара по её опекуну Албеле тари Эл дар Залита мо Арт ко Мара, но решение по нему решили принять после очной ставки опциона с задержанной. Ответственный за безопасность опциона — старший детектив Нур ко Сэй. Командир группы опционов Фил мо Сэй ко Сьян и опцион Дарина ко Ран являются наблюдателями через визор и ответственны за фиксацию на кристалл всех событий встречи.

Глава 19 Всем старцам по ставцам. Чужим хлебом, да чужим умом, долго не проживёшь.

Тайная гордость живет в сердце каждого человека, который восстает против тирании. Вы можете приказывать человеку, командовать им, но вы не можете заставить его уважать вас.

Хейцлитт

Ближники

Злата с Нуром сидели в допросной и ждали, когда приведут задержанную. Хайдуты наблюдали за ними через визор. Девушка чувствовала поддержку друзей, но нервничала.

Вдруг она себе опять всё придумала? Вдруг ведьма не права? Очень хочется поверить, что ты не была ненужной обузой. Уже скоро! Уже сейчас! Дверь открылась, и в помещение вошла молодая женщина. Увидев Злату, она горько усмехнулась. Глаза погасли. Рыжие волосы, которые когда‑то напоминали пламя, стали тусклыми.

— Здравствуйте, — Нур приглашающе повёл рукой в сторону пустого стула. — Наша встреча проходит по инициативе опциона СОПП Златы ко Мара. Ваш разговор будет проходить не как свидание, а как процесс дознания. Есть возражения с вашей стороны?

— Нет, возражений и претензий нет, — мотнула головой Албела и покосилась на темноволосую девушку. — Могу я поговорить с падчерицей?

— Да! Конечно! Тем более что это необходимо для следствия.

— Здравствуй, Злата, — женщина смотрела на девушку с опаской. Злата почувствовала её неуверенность. — Мне сообщили, что с тобой произошёл несчастный случай. Лекарям пришлось вытаскивать тебя из‑за грани. Как ты себя чувствуешь?

— Здравствуйте, тари Албела, — ровно отвечала падчерица, а сама пыталась распознать эмоции, которые хлынули на неё от собеседницы. — Сейчас уже всё в порядке. Хотя да, немного испугалась. У меня к вам просьба. Она, с одной стороны, личная, но, с другой стороны…

Девушка замялась, не зная, как правильно сформулировать требование. Эстафету подхватил старший маг:

— Нам необходимо, чтобы вы повторно рассказали историю встречи и развития отношений с Эл дар Залита мо Арт ко Мара. А также нас интересует, как вы познакомились с Тэо мо Зун ко Навалл. Нам необходимо, чтобы вы постарались вспомнить более подробно о том, кто был свидетелем ваших взаимоотношений с указанными лицами. В том числе — какие эмоции и мысли вас посещали.

Албела внимательно выслушала вопросы. Задумалась ненадолго. А потом начала вспоминать:

— Вроде вы и так всё знаете, — пожала плечами подозреваемая. Но, посмотрев в потемневшие глаза детектива, вздохнула и начала говорить: — Я всегда была решительной девушкой. После первого совершеннолетия решила уехать в город и постараться устроиться на обучение к мастерам создания образа. На одном из показов познакомилась с таром Гел мо Навалл ко Зун. Молодой человек был очень обходительный. Остроумные шутки сыпались из него, как мука из сита. Он пригласил составить компанию на прогулке в городском парке. Вот там, на этих дорожках, тар Гел и познакомил нас с Элом. Молодой вдовец недвусмысленно высказал свой интерес и довольно скоро предложил мне стать его женой. Смутило, или, если хотите, разозлило меня то, что о дочери он рассказал уже после того, как я дала своё согласие. Детей я не любила, но не боялась.

Через несколько дней после объявления о свадьбе ко мне подошла Ия мо Риса ко Рмел, представилась начинающим дизайнером верхней одежды. Знаете! Бывает любовь с первого взгляда. А это — доверие с первого взора. Дружба между нами вспыхнула.

Общие интересы, одинаковые увлечения, общность взглядов — всё спаяло нас в неразлучную парочку. Буквально через пару дней рассказала подруге про Эла. Шок и страх за меня, написанный на лице бесхитростной, открытой, откровенной собеседницы, поразили. Расспросы ничего не давали… Ия недолго стенала над судьбой юной невесты — новой глупышки, что попала в сети убийцы. А потом рассказала, почему она боится за меня.

Её подруга, почти сестра, тарина Залита ко Мара, была первой женой Эла и матерью его ребёнка. Она мечтала стать магом. Ждала инициации. На последней ступени обучения они познакомились с двумя мужчинами. Они заметили симпатичных подруг и начали оказывать знаки внимания, хотя красавицы сторонились их.

Однажды днём Залита почувствовала недомогание и ушла с занятий. Ия сразу после учёбы бросилась к подруге домой. Но узнала страшную весть: девушка до дома не дошла. До вечера Ия не покидала родных подруги. Старалась поддержать их. Твердила, что ничего с девушкой случиться не может. Скорее всего, это шутка или Залита сама отвлеклась на что‑то. Ну кто пойдёт на преступление?

А когда на следующий день подруга вернулась домой, Ия обняла её одной из первых, и Залита рыдала у неё на руках, но что с ней произошло, так и не рассказала. Вернее, сказала, что не хочет об этом говорить. И переживать всё заново не хочет. Практически сразу пришёл Эл и предложил защитить её честь в храме. Ие показалось, что это Эл устроил похищение девушки. Тем более что Залита неохотно, но прошла ритуал единения семьи. Подруге показалось, что невесту принудили к этому…

Через положенное время на свет появилась дочь. И Залита уже не нужна была честолюбивому мужчине. У нашей подруги не было доказательств, но она была уверена на сто процентов, что муж чем‑то опаивал молодую мать и собирался избавиться от неё. Несчастный случай просто опередил злодея. Хотя в том, что это был несчастный случай, Ия сомневалась. Да и я, признаться, тоже.

Поверьте! Во мне плескался странный и страшный коктейль чувств: гнев, обида, ужас и презрение. Создавалось впечатление, что Залита — моя беззащитная сестрёнка. Что я обязана за неё отомстить. Конечно, я всё это экспрессивно выложила подруге. Хотя первой мыслью было отказаться от брака с Элом.

Помню, он пригласил нас с подругой на совместный обед, и я до сих пор не понимаю, как смогла сдержать себя и не наброситься на этого лицемера. А ещё я почему‑то была уверена, что если бы Злата не родилась, то Залита не погибла бы. Тот день плохо помню. Только поддержку Ии. И как до визита в дом она меня убеждала, что Залита была бы рада, если бы я освободила поместье ко Мара от наглого злодея.

— Она вас обманула. Во всём, — холодный голос Нура хлестнул замолчавшую женщину. Удивление, тоска, боль и тревога отчётливо читались в её душе. Её глаза пытливо смотрели на Злату.

— Прости меня, — шептала Албела. — Я не знаю, что на меня нашло.

— Вы пытались прямо или косвенно, действием или бездействием, навредить своим домочадцам? — сухо продолжил допрос старший детектив.

— Нет! Нет! Нет! — крик заключённой заметался по комнате. Албела подскочила, но не заметалась по помещению, а, вцепившись в столешницу, перегнулась и горячечно захрипела: — Я не любила. Они меня раздражали. Но после той истерики у меня больше не возникало мысли о смертоубийстве.

Ребята наблюдали за бледной сестрой через визор. Им очень хотелось обнять малую. Поддержать! Но допрос ещё не окончен. А значит, нужно продолжать работать.

— Расскажите о знакомстве с Тэо мо Зун ко Навалл, — спокойный голос наставника заставил присесть женщину.

— Нас познакомила Ия мо Риса ко Рмел, — удивлённо произнесла Албела. — Она представила его как племянника мужа. Рекомендовала как очень милого молодого человека, который влюбился в меня без памяти и стеснялся самостоятельно подойти ко мне. Настаивала, что хочет нашего счастья, что ему можно верить. А так как он мужчина умный и находчивый, то нужно прислушиваться к его мнению.

Албела заканчивала свой рассказ, схватившись за грудь. Она часто дышала. Голос пропал. Хриплый шёпот затихал с каждым словом, а затем женщина только беззвучно открывала рот, силясь что‑то произнести. Широко распахнутые глаза застыли, как будто мачеха перестала видеть. На лбу выступили бисеринки пота.

Хайдуты вместе рванули на выход. Когда они ворвались в допросную, Злата, уже взяв за руку мачеху, спокойно и уверенно смотрела ей в глаза. Пытаясь достучаться до сознания женщины, она тихо, но твёрдо разговаривала с ней:

— Албела, ты меня слышишь? Я прошу тебя помочь мне. Мы только вместе можем победить твою болезнь.

— Что происходит? — обратился Нур к Дарине, так как Фил был уже возле младшей сестры.

— Паническая атака! Вызывай Дока, — пыхтела старшая сестра, открывая створки окна, чтобы запустить в комнату побольше свежего воздуха.

Побратим в это время перехватил руки Албелы, а Злата начала расстёгивать верхние пуговицы платья. Получив доступ к коже, девушка начала массаж шеи, плеч, ушных раковин.

Фил приятным, спокойным баритоном начал задавать вопросы больной:

— Когда вы последний раз ели? — а сам растирал ладони, основания пальцев у пострадавшей. Попутно запустив диагностику общего состояния организма. Женщина выпучила на него глаза, но ответить не смогла. А молодой человек, как ни в чём не бывало, продолжил: — Не помните? Ладно! Тогда давайте вместе глубоко подышим. Стараемся вместе со мной медленно вдохнуть. Вы дышите через тот кулёк, что вам подержит Тюхе, — по его кивку Дарина быстро свернула лист бумаги в большой кулёк и поднесла его к лицу женщины, как кислородную маску. — Вдох! На два счёта задержать воздух, затем на пять счётов глубоко, протяжно выдохнуть. Молодец! Ещё раз! Не забывайте сами считать. Улыбнуться можете?

И тут Албела кивнула, а в помещение влетел Док. Окинув взглядом помещение, он удовлетворённо вздохнул и подошёл к Злате:

— Докладывайте!

— Паническая атака. Под её влиянием непроизвольно напряглись мышцы, возникли зажимы в теле. Произведён массаж шеи, плеч, ушных раковин, пальцев рук.

— Диагностика показала высокое артериальное давление. Повышенная частота пульса, — продолжил доклад Фил.

— Сильная сердечная боль, — добавила Дарина, и четыре удивлённых взгляда скрестились на ней. Старшая посестрима сама удивлённо пожала плечами.

— Я забираю пациентку в корпус целителей, — вынес вердикт Док. — Необходимо детальное обследование, чтобы исключить патологии сердца и сосудов, опухоли мозга, бронхиальную астму, внутренние кровотечения, психические болезни.

Нур кивнул, а Злата обняла Албелу и шепнула:

— Я приду навестить. Можно?

Мачеха закивала, а из глаз хлынули слёзы. Целитель в это время давал распоряжения по доставке больной в лечебную палату. Когда, обернувшись, увидел тихую истерику пациентки, взвился:

— Веда! Я тебя…! Я с тобой…! Я тебе такую практику устрою! Сама у меня рыдать будешь!

— Не надо, — прошептала женщина, смущённо улыбаясь сквозь слёзы. — Это не её вина!

— Да я понял! А вот вам, голубушка, на всё время лечения прописан покой. Опциону разрешу навещать вас только при условии, что вы не будете волноваться.

— Обещаю! Буду сохранять спокойствие, — прорыдала Албела, укладываясь на перевозку. Она перевела взгляд на Злату и прошептала: — Только обязательно приходи!

Док похлопал её по руке, улыбнулся, успокаивая, и уверенно произнёс:

— Да придёт, она придёт! Куда она денется?

Через некоторое время команда хайдутов стояла навытяжку перед Коучем, и побратим докладывал:

— Группа опционов по вашему приказу прибыла. Командир группы — детектив Фил мо Сэй ко Сьян.

«Любо‑дорого посмотреть, — сжала боль сердце Нура. — Девочки в форме: одна темноволосая, а другая с косами цвета спелой пшеницы. Парень, словно в противовес, с чёрными как смоль волосами. Юные! Всё у них впереди! И куда ему в её жизнь соваться?»…

— Присаживаемся! — старший детектив рукой указал в сторону стола и тряхнул головой, прогоняя ненужные сейчас мысли. — Ваши выводы!

— Если бы это было возможным, я бы сказала, что Албела была под внушением и приворотом, — тихо начала малая. — Но ни в одном учебнике мы не видели возможности такого воздействия.

— Надо отправлять запрос в ковены других миров, где знают о приворотах и эмпаты практикуют внушение, — согласилась с ней посестрима.

— Возможно, воздействие было такой силы, что психика потерпевшей восприняла это как программу действия. А осознание, что она была безвольным исполнителем чужой воли, ввело мозг Албелы в коллапс, — рассуждал побратим. Потом поднял глаза на наставника и поперхнулся: — Что? Опять учиться?

— А ты считаешь, что лучше учиться, как Ия, методом тыка? — нахмурился Нур. — Надо узнавать, что за новое умение у Тюхе. Я ведь правильно понял, ты как‑то почувствовала её боль?

— Да, я почувствовала ледяной холод в области сердца. А в районе голосовых связок был прохладный сквознячок. Получается, чем сильнее боль, тем сильнее ощущение холода, — старшая девушка говорила медленно, вспоминая свои ощущения. Нур невольно засмотрелся на её плавные движения головы. Цвет волос под лучами света играл всеми оттенками золота.

— Значит, опционам надо ускоряться в Корпусе, а нам искать следующее место учёбы, — усмехнулся Фил, тем самым сбрасывая гипноз с наставника.

— Так точно, детектив, — задумчиво промолвил наставник. — Так точно! Но у нас ещё одна проблема. Рачит передал сообщение по разумным с неклассической схемой каркаса. А ведь это народ Духов только начал собирать информацию! Десять человек, имеющих аналогичный Веде потенциал. При инициации замыкание каркаса не произошло, но и узел не разрушило. Однако накопления манны невозможно.

Молодёжь вопросительно уставилась на командира.

— Что непонятно? — раздражение Нура можно было черпать ладошками. — Включая Веду, одиннадцать Вед/ма/ми, которые не умеют контролировать свои возможные силы и могут не только навредить себе, а разнести всё…

— Но и причинить вред окружающим, — потрясённо закончила его мысль Дарина. — Ой! Простите!

— Не извиняйся! Ты права! Бомбы ходячие, — махнул рукой старший маг. — Проблема в том, что Вед/ма/ми достаточно скрытны. Школы, обучающие данный вид магически одарённых, в ближайших мирах отсутствуют. Начальное обучение идёт на уровне «учитель — ученик». Что может произойти на данном этапе с учеником, никто не знает. Ведь зачем‑то магеса Сирра Альферац пыталась пробиться в каркас Веды?

— То есть, — Злата ошеломлённо хлопнула глазами, — надо либо искать учебные заведения в мирах дальнего круга, либо учителя, который возьмётся за обучение одиннадцати учеников?

— Точно, — подтвердил учитель. — Вопрос только: как? Фила чуть в заложники не взяли, когда он пытался расспросить о способах обучения юных ведьм, об их поиске и инициации.

— Как выспрашивал? — старшая сестра хмуро посмотрела на брата.

— Аккуратно, — усмехнулся он.

— А нам рассказать? — возмутилась малая.

— Да что рассказывать? — удивление побратима было настолько искренним, что сёстры ему не поверили. — Носился, как конь, по мирам. Заглянул на Дарк. Очень интересные, яркие земли. Встретился с «чёрными ведьмами». Дамы несли какую‑то ахинею, а сами плели странное заклятие, которое засекли мои защитные артефакты, и устроили такой фейерверк, что коллеги прилетели быстрее ветра.

— Ах, — зачарованно слушая повествование, вздохнула недоведьмачка.

— И что же их остановило? — прищурилась старшая язва, которая была не столь очарована повествованием.

— У вас с наставником вопросы из‑под одного пера? — рассмеялся брат, а Дарина искоса посмотрела на Коуча и покраснела. — Я дал магическую клятву, что у нас нет юных Вед/ма/ми и мой интерес имеет чисто научный интерес на будущее!

— И не солгал ни словом! Ученик делает успехи! Горжусь! Мы до сих пор пытаемся во всём разобраться «на будущее», — поднялся учитель. — Всё! Говорильня закончилась! Обед после тренировки! На полигон — бегом, марш! А то забыли, как уши из‑за промахов горят!

Команда была выполнена шустро. Девчонки переглянулись, и, начиная движение, Дарина запела:

— Коллектив у нас сложился дружный,

Друг за дружку мы стоим горой.

Как бы ни был график наш загружен,

Мы с задачей справимся любой!

Младшая подхватила:

— Не страшны нахмуренные тучи:

Смех и песня нас приободрят!

И упадок духа, гад ползучий,

Не прорвётся в дружный наш отряд!*

*(Никкула Кляцкий)

Глава 20 Каждому брату па дукату. Наука хлеба не просит, а хлеб даёт.

Великие составные части счастья: иметь чем заняться, что любить и на что надеяться.

Алан Чалмерс

Ближники

Ох! Оторвался наставник на всей команде — от души! Что было странно?

Нур носился с ними по всем лабиринтам, а не сидел, как обычно, в кресле. То ли юность решил вспомнить, то ли что? Как он сказал: «А нечего расслабляться! Ибо командир рядом, он бдит! А если не добдит, то перебдит!»

Ловушки активировал прямо по ходу прохождения препятствий. Мишени для метателей выскакивали, как зайцы из‑под копыт лошадей. Внезапно и не там, где ожидаешь! Как орал бегающий Коуч: «Где ваше взаимопонимание? Как организовать пакость, так понимаете друг друга без слов! А как полосу пройти, так шарахаетесь, как от мокрой тряпки!» Про пакости ученики ничего не поняли, но, переглянувшись, безмолвно пообещали лично для него придумать.

Девчата выползали с полигона. Причём Дарина кряхтела, ругалась и посылала всех к Доку. Ну да! Месяц перерыва в таких тренировках сказался на всех и на всём. Уши опять горели у всех. Учитель не любит давать пустые обещания.

После душа всей командой направились в блок к целителям. Где Док заставил Фила проводить диагностику и снимать последствия тренировки. Фил ругался, что ещё не имеет допуска к работе целителя. Но сёстрам помог.

Док сообщил Злате, что мачеха в целебном сне. Но заглянуть в её палату разрешил. В палату пробрались на цыпочках, но всей толпой. Старший детектив надзирал, чтобы молодёжь «чего не натворила опять».

— Как долго она пробудет у вас? — глядя на спокойное лицо Албелы, поинтересовалась недолётка.

— В стационаре? Недолго! Вы правильно оказали первую помощь, — Док стоял за её плечом и внимательно наблюдал за эмоциями девушки. — Снимем кризисное состояние, стабилизируем пациента. И направим на амбулаторное лечение. Чтобы исключить рецидив, подключим лекарей души.

— Какое решение приняли по моему рапорту? — обернулась интуит к Нуру.

— Ещё окончательного решения нет. Оно будет принято после осмотра душеведа. Ты не хочешь, чтобы она возвращалась в ваш дом?

— Наоборот! — воскликнула Злата, покраснев. — Я поняла, что в какой‑то степени тоже виновата в наших взаимных обидах. Да, я была мала и глупа, но было немало случаев, где я была неправа. Поговорю с ней. Предложу попробовать стать настоящей семьёй, если она будет не против. Полюбит и захочет выйти замуж — буду рада.

— Ладно! Развели тут дебаты. Больная должна спокойно отдыхать! Марш отсюда! — принялся выгонять целитель слишком разговорчивых посетителей. — Опцион Злата ко Мара, с твоим настроением тебя тоже не помешает отправить к целителям души. Идите вы уже… обедать!

Толпа ринулась на выход, поэтому никто не увидел улыбку на губах спящей женщины.

Вечером хайдуты сидели в гостиной поместья ко Сэй в своём укромном уголке и потихонечку шептались, стараясь продумать страшную месть. Разговор старшему поколению слышен не был — за это отвечал Лад, но его хихиканье слышала вся семья. Нур кидал хмурые взгляды на заговорщиков, а Гер мо Ген ко Сэй довольно улыбался, хитро посматривая на своих сыновей.

Помимо ближников, только дед знал, что рапорт о готовности к тесту‑испытанию в Академии целителей по всем четырём блокам уже лежал на столе в кабинете главы рода.

А утром на прикроватном столике Нура появился странный завтрак. Помимо чашки ягодного взвара, стояло огромное блюдо с пирожками, рядом лежала записка: «Эта вкусная игра подойдёт для детей любого возраста. Закройте глаза и определите на вкус начинку пирожка. Произносите вслух, из чего, по вашему мнению, сделано наполнение выпечки. Если угадаете правильно, то следующий пирожок ваш. Если не угадаете, ваш первый завтрак закончится!»

Хохот домового разнёсся по всему дому! А рёв и рычание Нура заставили троицу хулиганов задуматься о возвращении в ведомственные общежития.

В комнате у девушек утро начиналось так приятно! Дарина проснулась спокойно и обвела взглядом светлое помещение! Настроение ленивое! Подскакивать и бежать никуда не надо! Сегодня только определят время встречи с ректором Академии целителей, поэтому Гер мо Ген ко Сэй объявил вечером, что сегодня хайдуты отдыхают.

Сестрёнка ещё сопит. Улыбается чему‑то во сне. Интересно, что ей снится?

Вдруг на спящую подругу пролился мелкий, короткий дождик. От первых же капель Злата подскочила, заполошно глядя вокруг растерянными глазами. Посмотрев на такую же оторопелую подругу, она попыталась стряхнуть с себя влагу. И вдруг вся вода с неё разлетелась мелкими брызгами. Немного попало и на ошарашенную Дарину. Теперь обе сестры сидели и изумлённо хлопали глазами. Главное, и сон, и лень слетели.

— Лад! — закричала малая. — Лад! Появись!

— Чего голосишь? Оглашённая, — с гулким ворчанием появился домовой.

— Твои шуточки? — показывая на потемневшие влажные пряди, надулась малая.

— О чём речь? — удивился дух, да так натурально, что подруги ему поверили.

Дарина, как свидетель всего произошедшего, рассказала обоим присутствующим, что произошло у неё на глазах. Лад посмеялся от души, но отпёрся от лавров юмориста, а тем более от награды «За самую весёлую побудку»:

— Это у тебя силы начали просыпаться, — сквозь смешки выдохнул Лад. — Вспомни, что снилось?

— Весь сон не помню, — нахмурилась младшая подруга.

— Что помнишь? — проснулось любопытство у Дарины.

— Летала в небе, как в детстве! Видела сады и дома, лес, горы, — начала вспоминать младшая сестра. — О! Видела молодое деревце, но ему не хватало воды. Листочки начали жухнуть от зноя, а надо мной была тучка. И я очень захотела, чтобы дождь пролился, дал так нужную дереву влагу.

— Вот и полила себя! Ты теперь поосторожнее с желаниями, — улыбнулся Лад. — Да, девоньки! Завтрак вашему наставнику доставлен. Всё, как вы просили!

— Лад! Уважаемый, дорогой, самый мудрый и отзывчивый, — затараторила Дарина.

— Ох, слишком издалека начала, — усмехнулся Самый‑самый. — Ближе к просьбе, егоза!

— Разбуди Фила! Ведь проспит всё веселье, — заметалась старшая посестрима по комнате, собираясь, словно на пожар. — А мы быстро‑быстро и почти уже в гостиной.

— Уговорила, пострелёнок. Ведьмочка, отомри, — аукнул малую домовой и пропал с хохотком. Только донеслось: — Завтрак вас там будет ждать.

Злата круглыми, как у совёнка, глазами смотрела на сестру:

— Мы к Филу? Но зачем?

— Златка, не тормози и не тупи! Собирайся! Фил от наших новостей сейчас совсем потеряется в реальности, — прыгая на одной ноге, чтобы поскорее натянуть штанину, пропыхтела златовласка. — Представь, как он по мирам сейчас рванёт. Быстрее приводи себя в человеческий вид.

Теперь по комнате металось два вихря. Мелькали волосы, туники и туфельки. Кровати, как по волшебству, заправились и накрылись покрывалами. Пижамы и полотенца аккуратными стопками улеглись на свои места. Девушки, доплетая косы, громко крикнули: «Спасибо!» — и рванули умываться.

Через десять минут сёстры быстрым шагом шли в гостиную. Не дошли совсем немного! Их остановил громкий смех домового и странный горловой рёв Нура. Лукавые улыбки обеих озорниц ясно показывали, кто был инициатором первого завтрака старшего детектива.

— И какую начинку не угадал? — спросила младшая шалунья.

— Из свёклы с сахаром, — проявился мудрый, но озорной дух.

— А сколько пирожков успел съесть? — обеспокоенно поинтересовалась Дарина.

— Половину… — замялся Лад, — первого пирожка…

— Как половину? — нахмурившись, всплеснула руками старшая сестра. — Мы же договаривались, что съедает и отгадывает!

— А он признался, что не понимает, из чего начинка, после второго укуса… — хмыкнул дух рода.

— И? — уже хором поторопили его заговорщицы.

— Ну, я сразу и убрал всю выпечку из комнаты, — уже не сдерживая веселья, признался домовой. — Даже ту, что была у него в руке!

Услышав это признание, сёстры бегом рванули в гостиную. Фил сидел на «их» диване, слушал вопли родственника и блаженно улыбался.

— Нравится? — пропыхтела малая, останавливаясь перед ним.

— Умгу, — мечтательно откликнулся парень и даже глаза закатил, показывая степень своего экстаза.

— Быстро соображай, какие у нас планы на сегодня, — рявкнула Дарина.

— Зачем? — вынырнул из радостного состояния побратим.

— Он! Только! Надкусил! Первый! Пирожок! — с нажимом процедила старшая посестрима и, сверкнув глазами, потрясла кулачком куда‑то вверх.

Фил изумлённо глянул на сестёр, а, увидев кивок малой, обернулся на звук довольно громких возгласов. Улыбка так и не сошла с его губ, но приказ от него поступил сёстрам мгновенно:

— Бегом на утреннюю разминку. Дяде сейчас не до спортивных нагрузок. Полоса в нашем распоряжении. Там дальше обдумаем, куда прятаться.

День у троицы уже обещал быть интересным!

Пока хайдуты нарезали круги, то ускоряясь, то переходя на спокойный бег, сёстры рассказали все новости нового дня. Об утреннем пробуждении Златы побратим заставил рассказать всё повторно. А затем они отправились докладывать руководителю службы охраны, то есть деду.

Гер мо Ген ко Сэй внимательно выслушал молодых людей. Прямо в их присутствии связался с ректором Академии целителей. После того как определились со временем посещения архимага целителей, дед обернулся к внуку и, улыбаясь, начал его отчитывать:

— Как ты мог так жестоко с Коучем поступить? За что? Кто придумал такие сложные начинки?

— Дед! — округлив глаза, замахал руками юноша. — Поверь, это не мы! Мы только правила игры придумали…

— Уважаемый Гер, мы думали, что один пирожок он точно съест, — пролепетала покрасневшая Дарина, переключая его внимание на себя.

— Лад! Явись пред светлы очи главы рода! — позвал старший озорник.

— Здрав будь, хозяин, — чинно, с достоинством поздоровался с ним домовой, а у самого глаза лукаво улыбались. Он кивнул молодёжи: — А с вами, мелкие, мы уже видались!

— Подскажи, — открыто улыбаясь, обратился к домовому Гер, — у тебя эти пирожки ещё остались?

— Конечно, — усмехнулся дух. — Кто же знал, что он простейшие вкусы не распознаёт?

— Так, — лукаво блеснули глаза старшего мужчины. — Мелких выгоняем, и всей семьёй будем играть в угадайку! Только договор! Выпечку не убирать! Найдём другое наказание за промах!

— Дед! — возмутился Фил. — А мы?

— А вы? — сурово глянул начальник на группу. — Брысь на аттестацию. Злата, ты же теорию начальной магии знаешь?

— Да, — закивала малая, но тут же смущённо отвела глаза. — Но у меня ничего не получается. А ещё я так и не поняла, что случилось утром.

— Твоя целительница, тьфу, врач, говорила, что Вед/ма/ми используют потоки мира, а не внутренний резерв. Попытайся сейчас не испытывать сильные эмоции. Следи за словами, так как о проклятиях ведьм, пока собирали информацию, наслушались. Только непонятно, почему поливала дерево, а окропила себя.

— Мы с Филом ей развитие магии в человеке на примере дерева объясняли, — подсказала Дарина.

— Ты это, — вмешался домовой, обращаясь к младшей из сестёр. — Если вдруг сгоряча наколдуешь чего, то вноси условие, снимающее проклятие.

— Это как? — навострила ушки юная ведьмочка.

— Ну, например: «Чтоб ты спотыкался через шаг, или оглох, ослеп, поглупел и так далее, если не исправишься, не извинишься, не принесёшь воды из колодца», — разъяснил со смехом дух. — Или: «Ходить тебе в этих штанах, пока не проквакает лягушка».

— А ты сам случайно не Вед/ма/ми? — покосился на Лада с подозрением старший маг. — Где брать учителя для этаких одарённых?

— Не‑не, — отрёкся от этой чести домовой. — Но видеть, как неопытные Вед/ма/ми в сердцах проклинали, приходилось! Вы же все для меня малолетки. Отпускай головастиков. Зови мальков! Будем думать, где им брать учителей! Ну и в «угадайку» играть!

Глава 21 Всякому свояку, хотя б по медяку. И заблуждение бывает полезно, пока мы молоды…

Ничего в этой жизни не дается легко. Чтобы достичь своих целей необходимо идти на определенные жертвы — тратить свои силы, время, ограничивать себя в чем-либо. Иногда бывают моменты, когда хочется все бросить и отказаться от мечты. В такие моменты вспомните, как много вы получите, если пойдете дальше и как много потеряете, если сдадитесь. Цена успеха, как правило, меньше, чем цена неудачи.

Мухаммед Али

Злата

Завтра начинается учёба, и мы всей командой сидели в нашей комнате в доме кадетов.

Брат пришёл к нам хмурый, расстроенный. Его душа металась, как тигр в клетке, но он на все мои вопросительные взгляды отрицательно мотал головой и молчал.

Нет, конечно, он поздоровался и кидал реплики «в тему». Но это не отменяло того, что мыслями он был где‑то очень далеко.

На утренней разминке тренер Корпуса, к которому наши соученики приклеили прозвище Муси‑Буси, от души и с радостью «оторвался» на всех трёх сотрудниках СОПП. Причём подгонял и приговаривал:

— А нечего придумывать такие псевдонимы любимому тренеру!

А мы что? Мы ничего… Пришлось потупить глазки и слиться с песочком терренкура, по которому нас отправили на пробежку. Не спросишь же: «А где они услышали?», потому что ещё сильнее прилетит… Брат попытался возмутиться, что он к академии не приписан, но…

Как заявил этот отзывчивый человек Филу: «Раз пришёл вовремя — значит, соскучился! Раз истосковался — получи полный заряд бодрости, а не то, что вы там у себя называете нагрузкой для тела!»

Надо ли рассказывать, что Буси ласково всех поименовал: «Задохлик», «Улиточка», «Черепашка». Догадаетесь, кто под каким позывным тренировался? Подсказка: «Черепашкой» была Дарина! Буси, он же Сихан, Учитель, Мастер, Сэнсэй, как обычно, не давал нам убежать от добродушной экзекуции. А его ласковые комплименты подбадривали нашу группу на спортивные подвиги.

Вот и сидим теперь все молча. Надо на завтрак ползти, а мы ещё до душа не добрались. Боль, которая разъедала душу Фила, мучила меня всю тренировку. Она то отступала, превращаясь в глухую тоску, то вспыхивала обжигающим, тревожным ожиданием. Было очень колко от всех эмоций побратима, но пока я не знала, чем могу ему помочь.

Я, конечно, чувствовала нежелание брата что‑то сейчас говорить, но также было ясно, что его гнетёт какое‑то известие.

— Так! Братцы и сёстры‑кролики, — взяла в свои руки дальнейшее продвижение команды в новый день старшая подруга. — Быстро приводим себя в порядок и идём, а не ползём, на завтрак. Иначе весь учебный год соученики будут приветствовать «Черепашку» и «Улиточку». А мне не хочется!

— Это правильно, — откликнулся брат и шокировал. — Нечего вам здесь делать этот год!

— Фил? Что случилось? На тебя и Злату смотреть больно, — побратим вскинулся, чтобы что‑то возразить, но Дарина взмахом руки его остановила. Указав на меня, сестрёнка покачала головой: — Она ощущает твою боль и тревогу? Поделишься?

— После завтрака, — вздохнул, сдаваясь, побратим.

Завтрак прошмыгнул мимо нас шустрой мышкой: ложки мелькали так, как будто за спиной вновь стоял любимый тренер Корпуса. Однако это не помешало Дарине здороваться с вернувшимися соучениками. Она представляла им нас с Филом, с улыбкой отбиваясь почти от всех желающих поделиться впечатлениями от каникул.

Нескольким приятелям она пообещала, что позже они встретятся и пообщаются, если её отпустит начальник группы СОПП. Нужно было видеть, как менялось выражение лиц собеседников от такого заявления их сокурсницы. В общем, всё как обычно после каникул.

А вот когда мы устроились в лёгкой беседке на территории Корпуса, Фил решился на нелёгкий разговор:

— Помните первую пятёрку бойцов, что тренировались с вами на полигоне?

— Помним, — кивнула я. — Но как группу.

— Да, — дополнила Дарина, — не конкретно каждого.

— Их команда была направлена в третий круг миров. Через знакомый всем нам Мирах они должны были пройти на Сирах. Ну а дальше мы надеялись, что они попадут в мир Андромеды… — побратим замолчал.

— Фил, не пугай, — дополнила Дарина, — Злата сейчас расплачется.

— На Сирах они прошли, но связь оборвалась, — отвёл взгляд Фил. — Где сейчас группа — неизвестно. Они пропали.

— Как? — наши голоса прозвучали в унисон. Я почувствовала страх, который пронзил сердечко сестры, и тягучую скорбь побратима.

Ближники

— Вот так, — глухо проворчал парень. — Отчитались, что готовятся к переходу, а потом не вышли на связь. Их индикаторы жизни — в жёлтой зоне.

— Ранены? — прошептала младшая посестрима, ахнув от пришедшей в голову догадки.

— Или находятся в условиях, неблагоприятных для здоровья, — кивнул Фил.

— Наша группа чем‑то может помочь? — обнимая сестру, поинтересовалась Дарина.

— Отпускать в другие миры нас не рискнут. А вот всю информацию, что соберут поисковики, мы будем обрабатывать наравне с аналитиками, — растянул губы в улыбке, которая должна была придать девушкам уверенности, Фил, но это не сработало. Он махнул рукой и пояснил: — Дар интуита и фортуны может помочь найти самые невероятные зацепки.

— Ты сказал, что нам нечего здесь делать этот год, — продолжила допытываться старшая подруга. — Что имелось в виду?

— Надо готовиться к экстернату за оставшиеся ступени. Благо возможности есть, методику вы на себе опробовали, — ответила вместо Фила малая. И тут же поинтересовалась: — Как здоровье у Албелы? Что говорит Док? Лекари души выдали вердикт?

— Да успокойся! Твой дар продолжает творить добро, — похлопал успокаивающе Фил по нервно сцепленным рукам малой. — Твоё ходатайство было признано обоснованным. Албела, тари Эл дар Залита мо Арт ко Мара, переведена из разряда подозреваемых в потерпевшие. Очарование Ии, тари Гел мо Риса ко Рмел, имело установку на определённый ряд действий. На наших глазах произошло небывалое: человек попытался самостоятельно выйти из‑под влияния менталиста. Когда твоя мачеха осознала, что всё это время жила навеянными эмоциями, она попыталась избавиться от наведённых воздействием чувств. Конфликт магического внушения с осознанным выбором свободной личности на наших глазах перешёл в шок, а затем в паническую атаку. Не было бы нас или других целителей рядом — не факт, что тари Албела смогла бы справиться… У неё удар был не только по психике. Он был направлен на всю нервную систему. А нервная система влияет на весь организм, в том числе и на сердечную систему. Поэтому произошло развитие сердечной недостаточности.

— Она могла умереть? — воскликнула Дарина.

— Она поправится? — голос расстроенной Златы был еле слышен.

— Да, — без колебаний заявил побратим. И тут же мягко приобнял обеих девушек и продолжил спокойным тоном лектора: — Без оказанной в первые же мгновения приступа магической и целительской поддержки летальный исход был бы гарантирован. Док подтвердил инфаркт миокарда. Но, Злата! Мы там были, она скоро будет полностью здорова! Уважаемой Ие, тари Гел мо Риса ко Рмел, придётся ответить за свои действия: ей предъявят обвинение в покушении на убийство.

— Но она же не знала, что так всё обернётся… — попыталась возразить малая.

Однако строгий голос побратима прервал её детский лепет:

— «Незнание закона не освобождает от ответственности», — погрозил он пальцем. — Этот принцип из одного техногенного мира, ближайшего отражения Террии — Терры. И известен он со времён римского права. То есть более двух с половиной тысяч лет!

Брат говорил и говорил, но сёстры уже не вслушивались. Страх у Златы отступил…

Она почувствовала, как от хайдутов распространяются волны негодования из‑за безответственного поведения одарённого, а ещё — беспокойство за неё.

Уверенность же Фила в своих словах обволакивала её мягким коконом и успокаивала. Ей так захотелось поделиться с друзьями спокойствием, что она просто кинула в пространство мысль о своём желании. И тут же два удивлённых взгляда скрестились на ней.

— Что? — смутилась начинающая вед/ма/ми.

— От тебя пришла такая тёплая энергия, — улыбнулась Дарина.

— И так легко стало, — подтвердил брат. — Уверенность пришла, что у нас всё получится. И наших магов найдём, и твоя мачеха поправится. Ты поняла, что сейчас провела действие эмпата?

— Будь осторожна, — погладила растерявшуюся сестру старшая магиня. — Но, честно, для меня твоё воздействие было родным… и знакомым.

— Мне тоже было приятно. Как будто ветерок пробежал от ног к голове. Согревающий. Плотный, — задумчиво добавил побратим.

— Фил, может быть, пригласим к Нуру магесу Сирру Альферац? Всё же она меня лечила и в какой‑то мере знает ситуацию, — задумчиво пролепетала юная ведьма. — Надеюсь, получится всем вместе просканировать её? Вдруг она сможет стать учителем для меня и других вед/ма/ми. Страшновато мне от скорости прихода сил.

Где‑то

Старый, покосившийся домишко не выделялся в трущобах своим видом. Здесь, на краю городка, ютились либо самые бедные, либо не очень законопослушные слои общества. Через замызганные, пыльные, маленькие окна внутрь домика свет практически не проникал, и, невзирая на яркое солнце на улице, в комнате царил полумрак.

Помещение поражало убогостью и скудностью обстановки, если колченогий, обшарпанный стол и два облезлых старых стула можно обозначить этим словом. Стены «украшали» трещины и чешуя отслоившейся штукатурки. Всё было покрыто толстым слоем пыли и каких‑то пятен. Создавалось такое впечатление, что в это помещение никто давно не заходил.

Не очень высокая, худая фигура, плотно укутанная длинным плащом, с низко надвинутым на лицо капюшоном, вошла в полутёмную комнату. Взмах рукой неизвестного, пас кистью с перебором пальцев — и вся пыль, скатавшись, разместилась в углах помещения.

Инкогнито только присел на стул, как в комнату вошёл его двойник. Такой же длинный плащ. Также глубоко в капюшон спрятано лицо. Различить для смотрящих со стороны эти две фигуры можно только тем, что первая сидит, а вторая стоит в дверях. Низкий шёпот вошедшего не давал понять, женщина это или мужчина:

— Как они?

— Молчат…, — раздался такой же шёпот.

— Совсем?

— О том, что хотим знать. Говорят, что не понимают, о чём речь.

— Они подтверждают факт знакомства с девушкой?

— Да, но при этом утверждают, что никаких магических способностей у неё нет.

— Всё использовали?

— И сермя поили, и аксимом обкуривали.***

***(Растительные алкалоиды. Воздействуют на разумного, как сыворотка правды. Сермя необходимо правильно заварить. Аксим воздействует дымом при сжигании семян).

— Лиц ваших не видели? Понять, кто вы, не смогут?

— Они видят нас только в таком виде, а вопросы задаём уже, когда начинается действие трав.

— Не увлекайтесь. Главное, чтобы живыми остались.

— Что собираетесь дальше делать с мальчиками?

— Вам они не нужны. Всё, что могли и хотели от них, получили. Дайте установку и уведите на Сирах. Всё равно все воспоминания будут смешаны с галлюцинациями.

— Как скажете, — склонил голову первый собеседник (или собеседница).

— Только подлечите их. Всё же для людей алкалоиды являются ядом, почти наркотиками. Не забудьте также убрать зависимость. Не хватало из‑за мелочи потом с их магами из службы охраны правопорядка встречаться.

— Жалко, что нельзя сделать так, чтобы за ними прислали ту девчонку. Могли бы своими глазами на неё взглянуть.

— Есть идеи, как?

— Приоткрыться на Сирах…

— Да? — язвительно зашипел заказчик (или заказчица). — Хочется повоевать с магами и ведьмами всех отражений? Это можно устроить легче: прийти в любую службу правопорядка и признаться, что мы незаконно удерживали людей, проводили воздействия, опасные для жизни, подавляли личность и свободу духа. Это во всех ближних отсюда мирах относится к особо тяжким преступлениям и карается жёстко…

Нур

Группа опционов стояла навытяжку перед зрелым черноволосым мужчиной, на висках которого мелькали еле заметные серебристые нити. Его брови сурово сдвинулись, нижние веки напряжены и приподняты, как будто он хотел заглянуть в душу каждого стоящего перед ним молодого человека. Губы сжаты. Ноздри раздуваются. Голова наклонена. Кулаки сжаты. Голос звенит, словно сталь, чётко роняя тяжёлые фразы.

Нур ко Сэй был не просто в гневе! Ему очень хотелось снять ремень и всем троим всыпать так, чтоб сидеть не смогли:

— Вы понимаете, о чём просите? Ещё раз сформулируйте своё предложение? Кого пригласить? Что организовать? Хорошо, что не просите в поиск отпустить! Вы хоть помните, что именно эта ведьма пыталась влезть в потоки Златы?

— Так точно, — после мимолётного переглядывания гаркнул Фил.

— Если «так точно», то что вы мне голову морочите? Мало мне переживаний о пропавшей группе?

— Никак нет! Но у опциона Веды начались непроизвольные всплески силы. Это именно её предложение, а её интуиция ещё ни разу не подводила. Тем более что магические действия происходят без её осознанного контроля, — Фил с сожалением посмотрел на Злату. Закончил он не так официально: — Вместе мы сможем поставить защиту, как на Мирах.

— Мы просим, чтобы предварительно с ней провели беседу в комнате для допросов. Наша группа при этом могла бы выполнять свои обычные функции — отслеживания её эмоций — в полном составе, — взяла слово Дарина. В её голосе, который мягкой мятной волной укутывал Нура, чувствовалось сожаление.

— На запрос по этой вед/ма/ми портальная служба ещё не дала точного ответа. Предварительно сообщают, что пока информации о посещении ею Террии нет, — опустился устало на стул старший мужчина. Он махнул рукой присутствующим, чтобы садились.

— Уважаемый Нур, — подключилась Злата, — возможно, что она не приходила ранее к нам в мир.

— А возможно, что приходила в тот период, до которого ещё не дошли? Ведь там нет интуитов, — возразил коуч. — Они проверяют архивные записи последовательно: день за днём. А сколько ведьм просто не отметили, что они имеют магическую силу? Ведь на вратах целители не стоят. Информация приходит автоматически с артефакта идентификации (АИ). Может быть, что данные о магии не занесены на АИ? — Нур уже спокойно посмотрел на хайдутов.

— Видимо, такую возможность исключить нельзя, ведь на моём АИ отметки о магии ещё нет, — согласилась младшая девушка. — Но во время беседы с магесой Сиррой Альферац, где мы проверим её намерения, Фил будет отслеживать все её магические воздействия на нас. Он уже отлично видит не только каркас, но даже нити силы при магических действиях.

— Предлагаю при согласии магесы Сирры обучать группу недоведьмачек, взять с неё магическую клятву, — Дарина говорила мягко, задумчиво. — Обещаю, что до этого мига никто из входящих в группу обучения вед/ма/ми не останется наедине с магесой.

— У тебя проявилось воздействие голосом? — устало поинтересовался старший детектив и потёр лицо руками.

— Не знаю, — удивилась старшая сестра.

— Что с вашей затеей по экстернату? — не сводил он глаз с златовласого кадета.

— Учебники проштудировали, — отчиталась красавица с голубыми глазами. — Сейчас отрабатываем навыки и посещаем факультативы с вопросами, на которые не можем найти ответы самостоятельно. До конца недели надеемся подать рапорт на допуск к экзаменам.

— Головные боли?

— В пределах нормы, — девушка с золотыми косами наклонила голову. Дарина вроде спокойно отвела взгляд, но Нур почувствовал странный запах, как будто в комнату внесли ветку горькой полыни. Маг с удивлением оглядел кабинет и вернул своё внимание к собеседнице:

— Сильные?

— Уже нет! Просто по вечерам небольшая тяжесть в голове.

— Опцион Тюхе! — взвился Нур, у которого от запаха полыни уже стояла горечь на языке. — Вы кому пытаетесь лгать? Своему жениху можете вешать… Ещё одно слово, не соответствующее истине, и я буду думать, как вас наказать.

Аромат цветущей яблони, смешанный с резкой лимонной ноткой, наполнил кабинет старшего детектива.

— Придётся вам им стать, — пробурчала себе под нос старшая посестрима и зыркнула на него внезапно заблестевшими глазами. Скорее всего, Дарина не думала, что ляпнет свои мысли вслух. Кашель, который должен был то ли завуалировать её слова, то ли скрыть смешки хайдутов, раздался и от Фила, и от Златы.

— Всей команде — бегом к Доку! — рявкнул Нур. — Фил совместно с целителем проверяет все возможности этих недолеток. Сообщи ему, что я подойду, как только у него будет возможность поработать со мной. Пусть сообщит, что освободился и может уделить мне время.

Вся молодёжь в изумлении уставилась на командира. Дарина встревоженно всматривалась в его лицо.

— С вами всё в порядке? — её беспокойство принесло нотки ванили и мяты. Лёгкие! Вкусные! Так бы и вдыхал их…

— Выполнять! Бегом! — зарычал командир. Он сжал пальцами переносицу и прикрыл глаза.

Нур был обескуражен, растерян, озадачен. В голове метались мысли: «Это то, о чём говорили отец с братом? Я правильно понял? И что она имела в виду — стать женихом? А вдруг это не то? Может, просто устал, перенервничал? Ещё эта безумная затея юных авантюристов. Ведьму им подавай. Нужно продумать клятву, прежде чем обратиться к отцу».

Глава 22 Куй железо, пока горячо. Терпенье и труд всё перетрут

Мы испытываем раздражение, когда что-то идёт не так, не работает. Это раздражение побуждает нас атаковать. Часто мы не знаем, почему мы раздражены и что мы вообще раздражены.

Гордон Ньюфелд

Хайдуты

Тёмное помещение, где разместились юные детективы, было им хорошо знакомо. Здесь они через визор наблюдали за допросом бывшего друга Эл дар Залита. Сейчас им хорошо было видно красивое лицо магессы. Фил любовался женщиной, а в его голове билась мысль: «Восемьдесят два года от рождения, ведьма‑хранительница, магистр медицины Мирах».

Создавалось впечатление, что они расстались вчера, а не больше месяца назад. Изумрудные глаза смотрели спокойно на Нур ко Сэй, медные косы уложены в замысловатую причёску.

— Нур опять крепко сжал переносицу, — прошептала Дарина, — что‑то часто он начал использовать этот жест.

— Надо будет у Дока уточнить, что происходит с наставником, — откликнулся Фил.

В визоре было видно, как Нур нахмурился, и казалось, что посмотрел прямо на них. Затем вежливо улыбнулся ведьме и произнёс:

— Благодарю, что откликнулись на нашу просьбу о встрече и согласились провести её в данном помещении.

— Я понимаю, с какими проблемами вам пришлось столкнуться. Поэтому ничего не вижу плохого в дополнительных мерах предосторожности. С моей пациенткой всё в порядке?

— Да! Но прежде чем мы продолжим разговор о ней, я попрошу вас дать клятву о непричинении ей вреда. Если это неприемлемо, то мы проводим вас в портальный зал и будем дальше искать выход из создавшегося положения.

— Моё приглашение было инициативой Веды? — сдерживая довольную улыбку, уточнила ведьма.

— Это для вас принципиально? — вздёрнул бровь детектив.

— Да, — кивнула женщина.

— Предложение поступило от неё, — подтвердил Нур и увидел, как засияли счастьем глаза иномирянки.

Она после его слов, даже не раздумывая, поднялась со стула, протянула руку ладонью вверх и начала тихо произносить:

— Я, магеса Сирра Альферац, ведьма‑хранительница, магистр медицины, являясь вед/ма/ми, взываю к своей силе. Пусть она будет моим свидетелем. Клянусь: не причинять вреда здоровью и свободе — действием или бездействием, словом или молчанием — девушке, что была моим пациентом в госпитале Мирах и гостила в моём доме под именем Веда. Все знания и силы посвятить охране и улучшению здоровья данного человека. Взять это юное дарование в ученицы, если будет на то её воля. Совершенствовать её и свои магические познания и врачебное мастерство, способствовать своим трудом её развитию в области магической науки и практики. Обязуюсь защищать её всеми своими силами от опасностей вхождения в магию вед/ма/ми. Верность этой присяге клянусь пронести через всё обучение или на то время, которое я нахожусь на Террии. Если же я нарушу данную клятву, пусть сила покинет меня.

По мере произнесения клятвы воздух вокруг женщины начал уплотняться и закручиваться маленькими воронками вихрей. Они плясали, очерчивая круг, в котором находились оба собеседника. Голос ведьмы с каждым словом звучал громче, а последние слова она выкрикнула. Нур с удивлением смотрел на руку женщины, где на запястье появилась вязь: руна «преданность», а чуть ниже, кольцом браслета по руке, — слова: «Моя честь зовётся — верность».

*Руна отал — «преданность», «верность».*

— Теперь вы можете спокойно доверить своё сокровище мне, — устало опускаясь на стул, разглядывала своё запястье вед/ма/ми. — Сами знаете, что без магии мы жить уже не сможем.

В этот миг дверь в допросную открылась, и оба собеседника с удивлением уставились на молодёжь, которая стояла у порога.

— Вы немного поторопились, — усмехнулся входящий Фил. — Она не единственное сокровище. Здравия желаю!

— Здравствуйте, — с улыбкой приветствовала удивлённую магессу Злата, а Дарина просто кивнула и встала рядом с сестрой. — Мне показалось, что вы не будете против взять меня на обучение.

— Не буду, — склонила голову Сирра. — Просто ученик сам выбирает наставника, а учитель подтверждает или нет своё согласие. Только почему юный маг решил, что я поспешила?

— Мы разыскали в нашем мире ещё десять вед/ма/ми, — проворчал, недовольный самоуправством молодёжи, Нур. Он коротко глянул на подчинённых, и его взгляд не обещал ничего хорошего вошедшим юнцам. Но беседу коуч продолжил спокойно: — Хотели предложить вам взяться за их обучение. Будет это отдельная школа или кафедра в действующей академии — решать вам.

— То есть вы предлагаете обосноваться на Террии? — задумчиво произнесла ведьма. — Когда нужно приступать?

— У Веды начались непроизвольные всплески силы, — выпалила хмурая Дарина, глядя на малую. — Док сказал, что это оттого, что она нервничает. Может, на неё успокоительное заклятие наложить?

— Значит, вчера, — задумчиво откликнулась старшая вед/ма/ми. — Урок первый всем: никогда не воздействуйте на эмоции человека! Потом станете крайними, даже если чувства будут лично его, а не наведённые. Любое воздействие — это экстренный случай. Где сейчас проживают дети?

— В общежитии корпуса, — отозвалась Дарина.

— В связи с тем, что выброс может случиться в любой момент, мне надо находиться рядом с ученицей. Я смогу забрать силу, пропустив через себя. Хайдуты тоже должны быть рядом, — ведьма покосилась на Фила, а потом мельком глянула на Дарину и Нура. Удивление на лицах террийцев поторопило Сирру дать им пояснение: — Они связаны. Кафедра другого заведения не подойдёт. Много посторонних. То есть много неучтённых раздражителей. Пока не научимся контролировать силу, не стоит подвергать других людей опасности. Видимо, нужно поместье, где будет основана Школа вед/ма/ми. После её окончания или параллельно одарённые могут обучаться в специализированной академии. Есть идеи, где мы сможем расположиться?

— Долг платежом красен! Предлагаю, пока идёт поиск нужной усадьбы, погостить всем в доме ко Мара, — улыбнулась Злата, глядя на задумавшегося Нура. — Уважаемый Нур, целители ещё не сообщили, когда Албела тари Эл дар Залита мо Арт ко Мара сможет отправиться домой?

— Сейчас уточним у Дока, — кивнул коуч. — По обслуживающему персоналу служба охраны решит вопрос, сами слуг не ищите. Фрола уже забрала домой?

— Вы приглашали только здесь присутствующих или подразумевали и тех одарённых, о которых говорил уважаемый Нур? — поинтересовалась старшая ведьма у Златы.

— Фрол получил добро на обучение ночью, так что с утра до вечера он дома. Дом большой. Думаю, что всем место найдётся, — улыбнулась начинающая ведьма. — Надеюсь, что тари Албела меня поймёт.

— Хорошо, — поднялся старший маг. — Значит, идём к Доку. Затем Веда покажет вам, магесса Сирра, дом. Потом вы подойдёте ко мне за пропуском в портальный зал. Сегодня у вас ещё много дел. Нужны будут помощники для обустройства — людей выделим.

И вся компания направилась в корпус целителей. По дороге им пришлось немного посторониться, так как они встретили процессию с заключённой, которую вели к следователю. Ия тари Гел мо Риса ко Рмел шла по коридору, высоко подняв голову, не глядя по сторонам. Когда шествие отдалилось на достаточно большое расстояние, Сирра обратилась к Злате:

— Это ваша родственница?

— Нет, — мотнула головой ученица и остановилась. Странный вопрос заставил девушку повторно оглянуться на удаляющуюся женщину. — Почему вы так решили?

— У вас родная кровь, — подхватив Злату под локоток, потянула её дальше Сирра. — Не близкая, но сродство есть.

Нур, услышав заявление ведьмы, тоже заинтересованно посмотрел на подозреваемую, а потом уточнил:

— Как вы это определили?

— Так как Веда теперь моя ученица, а у неё бывают «выбросы», я настроила для себя индикатор‑диагност на её кровь, — пожала плечами иномирянка. — У любых неопытных магов перед указанным действием организм входит в физиологическую реакцию «бей или беги», то есть выделяет адреналин. Адреналин также образуется при возбуждении. Данный гормон сужает сосуды. Объём крови в организме перераспределяется…

— К чему эта лекция? — оборвал её Нур.

— Простите, увлеклась, — по‑детски хихикнула Сирра. — Так вот, чтобы вовремя отследить всплеск адреналина, я и «поставила маячок» на состояние крови ученицы. А тут пришёл отклик от «подобной» крови. Он слабее. Значит, родство дальнее. Не мать и не сестра. Чтобы узнать точнее, кто — нужно проводить анализ.

Ближники

Злата отнесла чай мачехе. Убедившись, что та спокойно спит, вернулась в гостиную дома ко Мара. Наставница и Дарина спокойно сидели за столом, пили чай и, тихо посмеиваясь, слушали Фила. Младшая магесса присела с ним рядом. Кивнула всем на вопросительные взгляды и стала слушать, о чём рассказывает побратим. А он красочно и оживлённо рассказывал о своих детских шалостях:

— Куда они все разошлись, даже будете пытать — вам никто не ответит. Но сижу я один. Скучно. Краски, помните, такие кирпичиками сделанные, в коробочке лежат на столе, а рисовать не хочется! Хоть плачь! Составил из них домик. Развалился! Сделал стены двойными! Не держится! На кубик строительного материала не хватает! Что делать? Взял воду и начал размачивать кирпичи, а потом уже строить дом. Получилось! Когда родители вошли в мою комнату, увидели маленького разноцветного архитектора. Даже волосы были всех цветов радуги. Мама так возмущалась, что услышали дед с бабушкой. Бабуля маму уговаривала, что талант ребёнка надо развивать, не наказывать за такое творчество. А мою инсталляцию долго хранила на специальном столике в гостиной.

— В общем, уроки рисования для тебя перестали с тех пор устраивать? — рассмеялась Дарина.

— Как же! Дождёшься такого чуда от взрослых, — грустно ответил брат. — Купили другие краски. В баночках…

Общий смех грянул, словно гром. Фрол сидел вместе со всеми и повизгивал от хохота. Отсмеявшись, Фил спросил серьёзно у старшей ведьмы:

— Поделитесь, зачем пытались в госпитале у Златы зачерпнуть силу?

— Глазастые, — ухмыльнулась Сирра. — В то время по «вкусу» проходящей силы через каркас неинициированной ведьмы можно было определить, станет девочка одарённой или нет. Но! Есть такие «умельцы», которые могут в «пограничный период» выпить весь потенциальный дар человека. При этом «лишенец» вместе с даром может потерять и жизнь. А вот «впитавший», при полной осушке потенциала, становится сильнее, но меняет «окрас» силы. Нам с вами ещё предстоит пройти через ритуал принятия силы. Так как у Златы из родственных людей магически одарёнными являетесь только вы, то нам для пентаграммы не хватает одного одарённого. Как вы смотрите на то, чтобы пригласить пятым уважаемого Нура ко Сэй?

— Почему его? — вспыхнула, как маков цвет, Дарина. — И чем нам это будет грозить?

— Его — потому что он уже ваш ближник и родственник Фила, то есть одна кровь, — ведьма понимающе посмотрела на старшую посестриму. — А грозит? Вы после ритуала будете чувствовать друг друга острее. То есть, если кто‑то из вас, например Фил, будет гневаться, то отголосок его гнева будут чувствовать все участники церемонии. Кто сильнее, кто слабее. Но все! Поэтому повторяю: никакого магического воздействия на чувства наводить нельзя.

— А с остальными как будет проходить ритуал принятия силы? — полюбопытствовала малая.

— Один — это всегда принимающий дар вед/ма/ми, второй — обязательно наставник, а вот все остальные — либо ведьмы, либо люди с магической силой, связанные родством. Так как вы, трое, связаны, то, как минимум, первых двух учеников вам придётся инициировать вместе со мной. Но это к лучшему. Вы со временем можете создать многомерную звезду, — глянув на задумчивых хайдутов, ведьма усмехнулась. — Удивлены, зачем я вам это всё рассказываю, или не поняли? Фил, сколько бойцов в стандартной группе?

— Пять, — немедленно озвучил парень.

— Звезда, — вздёрнув бровь, указала на побратима ведьма. — А сколько групп выходит на боевые задания?

— Обычно три, — ответил Нур.

— То есть пятнадцать лучей! Многомерная распадающаяся звезда. Вам желательно пройти через ритуал с теми людьми, что войдут в вашу звезду. Поэтому я предлагаю вам внимательно присмотреться к новеньким. Так как кто‑то из них станет вашим ближником в будущем.

— Хайдутами? — поперхнулась Дарина.

— Ты не против будущих вед/ма/ми? — подмигнула ей Сирра. — Первая пятёрка не поменяет родственные связи. Вы уже ритуал связи прошли.

— В чём состоит суть ритуала? — голос Златы срывался и немного дрожал.

— Не бойся, малышка! Вы подобный ритуал провели неосознанно в госпитале. Просто вас там было мало и не было заключительной церемонии. Дарина, твой дар сирены мы тоже будем брать под контроль. А теперь отдыхать, дорогие мои!

Утро пришло внезапно. Фрол на прикроватном столике Златы организовал утренний чай и громко стучал ложечкой по краю чашки. От звонкого металлического звука девушка подскочила, не открывая глаз:

— А? Где? Что?

— Доброе утро, хозяюшка!

— Доброе? Что случилось?

— Ты просила разбудить, когда Албела проснётся.

— Ясно! Если разбудил, значит, она проснулась. Встаю. Можешь нам в её комнате лёгкий завтрак сделать? Чай не трогай! Сейчас выпью.

Через несколько минут Злата и Албела сидели и спокойно, тихо разговаривали. Злата рассказала всё, что могла поведать, чтобы сильно не нервировать мачеху. Албела согласилась, что пригласить ближников, ведьму и будущих учеников было необходимо, а ещё она попросила дать им ещё один шанс стать семьёй. Злата познакомила мачеху с Фролом.

В общем, время они провели плодотворно. Подругами ещё не стали, но начали искать общие интересы, точки соприкосновения и общее дело. А через час они встречали гостей, которых привёл Нур ко Сэй.

В гостиной за столом, кроме ближников, старшей ведьмы, Албелы и уважаемого Нура, разместились пять девушек и пять юношей. Всем им было от двадцати одного до двадцати трёх лет. Все были абсолютно разными, но всех объединяла лёгкая растерянность. Магесса Сирра с лёгкой улыбкой, рассматривая молодых людей, начала разговор:

— Меня зовут наставник Альферац. Проживала на планете Мирах. Имею подтверждённые статусы: ведьма‑хранительница, магистр медицины. Получила приглашение от руководства СОПП для обучения одарённых. Вернее, вед/ма/ми. Если гости ещё не поняли, то все вы можете получить возможность работать с потоками силы и стать моими учениками, но при условии, что согласитесь принять меня наставником.

— Но как? — удивлённо поинтересовалась девушка со светло‑рыжими локонами. Скуластое лицо и крупные черты лица не портили её внешность. Тёмные зелёные глаза были небольшими и близко посаженными. В целом она не была красивой, но милой её назвать можно было запросто.

— Представьтесь, пожалуйста, — предложила ей Сирра. — Желательно в том же формате, что сделала я.

— Простите, — смутилась парламентерша. — Я Нея ко Талья. Мне двадцать три года. Являюсь курсантом Академии Корпуса. Совместно с Ремом ко Тин в этом году будем учиться на пятой ступени.

Русоволосый парень с лукавыми серыми глазами кивнул, подтверждая её слова:

— В принципе, мы почти все здесь курсанты данной Академии.

— Давайте договоримся! Каждый сам рассказывает о себе. Но раз о вас, уважаемый Рем, начали говорить, то вам и представляться следующим, — перевела всё внимание на парня наставница.

Открытая улыбка осветила его лицо. Тёмные брови слегка приподнялись, а честное выражение его озорных глаз и лёгкая морщинка, что легла на высокий лоб, выдали парня с головой: он задумал какую‑то шалость. Нур усмехнулся, но молча наблюдал за представлением.

— Так, обо мне уже Нея рассказала, — усмехнулся юноша. — У нас реально будет дар?

— Почему сомнения, курсант? — нахмурился коуч.

— Видел в Корпусе наших соучеников с младших ступеней. Почти всех. Кроме этой девушки, — шутник кивнул на Злату. Затем он повернулся к рядом сидящей девушке, облокотился на стол и, подмигнув ей, прошептал: — И соседки по столу.

— Значит, перейдём к вашей соседке, — промолвила Сирра, не позволив завершить парню фарс.

Девушка с волосами цвета меди демонстративно не замечала балагура. Она излучала надежду и сомнение. Утончённое лицо, высокие скулы, брови вразлёт, губы бантиком. В серьёзных оливковых глазах не было улыбки. Она ещё не верила в то, что услышала. Злата взглядом указала Дарине и Филу на неё. Посестрима согласно кивнула. Брат пожал плечами.

— Моё имя Дорелли ко Мина. Двадцать два года от роду. Когда не прошла инициацию, перевелась в Академию Целителей, — девушка вспыхнула, услышав, как Рем после этих слов присвистнул и проворчал: «Как я мог тебя не заметить?». Она покосилась на парня, но твёрдо закончила: — В этом году буду учиться на четвёртой ступени. Думала, что выйду травницей.

— Надеюсь, вас обрадовать: травницей вы уже не будете, — взял слово Нур. — Да, и всем присутствующим ещё раз поясню, чтобы убрать все недопонимания. С вас всех взяли клятву о неразглашении. Вам объясняли, что придётся связать свою жизнь с СОПП. Вы дали на это своё согласие. Также вам предложили овладеть силой. Это входит в условия нашего соглашения. Так что, даже став целителем, вы будете работать не где‑то по направлению, а в службе правопорядка, если, конечно, не захотите сменить профиль обучения. Вы следующий.

Нур в упор смотрел на черноволосого курчавого парня. Перехватив его взгляд, парень занервничал. Ноздри его курносого носа даже начали подрагивать от напряжения. Карими, глубоко посаженными глазами под низкими бровями он нервно осмотрел всех. Затем вздохнул и начал говорить:

— Меня зовут Нэо ко Стан. Я ровесник Дореллии. Всю жизнь мечтал служить в СОПП. Когда после инициации стало понятно, что магом не суждено стать, очень расстроился. Мы правда сможем овладеть силой?

— Вы будете вед/ма/ми, — подтвердила Сирра. — Это немного другой принцип работы с магическими потоками. Кстати, можете внимательно посмотреть на присутствующих. Кроме меня, здесь уже есть три человека, окончивших Академию целителей. Это им очень поможет в процессе овладения силами. Могу сказать прямо, что целительское дело будут изучать все мои ученики. Кто следующий?

— Можно мне? — взяла слово девушка с каштановыми косами. На узком лице выделялся крупный рот с пухлыми губами. Её глаза смотрелись очень необычно: чёрный зрачок, вокруг него — прозрачная светло‑серая радужка, которую от белка отделяет почти чёрный тонкий ореол. Тонкие брови и чёрные ресницы дополняли образ красавицы. — Моё имя Рада ко Нрад. Двадцать два года. Являюсь курсантом Академии Корпуса. В этом году вместе с Нэо, Дариной и Карой ко Нелий будем учиться на четвёртой ступени. Считала, что с Дариной мы приятельницы.

Рада, прищурившись, взглянула на старшую хайдуту, однако златовласка на неё не смотрела. Посестримы в это мгновение переглянулись и, одновременно качнув головой, уставились на Фила, который внимательно наблюдал за сёстрами. Когда девушки на него посмотрели, он успокаивающе улыбнулся и тоже подал знак согласия…

Глава 23 Нужно учить не рассказом, а работой и показом.

Многие детские игры – подражание серьезной деятельности взрослых.

Януш Корчак

Сирра

Ведьма смотрела на своих будущих учеников и пыталась мысленно себя оправдать: «Да, эти дети не сами выбирали, так как у них не было выбора. Просто так получилось, что в этом мире она — единственная ведьма, которая может им помочь».

Однако все мы можем найти себе оправдание, если захотим. Сирра не хотела. Она жаждала! Ей всегда хотелось быть наставником. Если у неё получится сделать этих детей мастерами, то к её званиям добавится «Наставница вед/ма/ми», а это и собственный уровень поднимет. Так и до «Верховной» недалеко. Каждый «выброс» ученика — усиление эластичности и расширение каналов учителя. Одиннадцать учеников — это сложно, но дети хотят получить магию. Она постарается им дать всё, что им доступно. Главное — нужно быстрее научить их защищать себя от тёмных ведьм. «Какие они разные, а как похожи!»

От созерцания молодёжи её отвлёк голос следующей девушки:

— Кара ко Нелий. Я — курсант четвёртой ступени Академии Корпуса. Рядом со мной мой младший брат. У нас всего‑то на год разницы.

Брат и сестра были похожи. Оба кареглазые, с аккуратной формой бровей и тёмными волнистыми волосами. Яркие губы брата после представления сестры растянулись в улыбке. Зато Кара, глядя на него, нахмурилась и поджала губы.

— Моё имя Кор, — дёрнул подбородком ко Нелий. — Двадцать один год. Я прожил на планете Террия. Имею общее образование, являюсь курсантом Академии Корпуса. В этом году мы с соучениками будем учиться на третьей ступени.

— Анье ко Рима, — перехватил эстафету улыбчивый, светловолосый, вихрастый, щуплый паренёк с тёмными глазами, — сокурсник Кора. Как и все с Террии.

— Я — Нар ко Гиза, а это моя невеста Ника ко Шейли, — представился рыжий парень, худое лицо которого было усыпано веснушками, а зелёные глаза с любовью смотрели на девушку с голубыми глазами и тёмно‑русыми локонами, спускающимися вдоль лица. — Курсанты третьей ступени Академии Корпуса. Мы уже не надеялись получить магию. Собирались идти в храм. Но, получив приглашение, оба решили подарить надежду и себе, и нашим детям.

— Можете спокойно обращаться к богам — это нам не помеха! Теперь я вам расскажу, для чего мы здесь собрались, — тихо и спокойно начала своё повествование ведьма. — В моём мире, в отличие от Террии, есть два вида работы с потоками магии…

Разговор длился не один час. Вопросы — ответы. Рабочие моменты. Абела предложила кабинет переделать в учебный класс.

Злата обратилась к Фролу:

— Нужна помощь по дому? Искать приходящих слуг или нет?

На что домовёнок, прищурившись, внимательно посмотрел на её косы:

— И так народу в доме полно, чтобы ещё кого‑то тащить. Но если тебе хочется, значит, у меня будет много свободного времени, а тебе каждое утро придётся распутывать свои космы…

От полотенца, которое метнула малая в его сторону, дух даже не стал уворачиваться — он его просто пропустил сквозь себя.

— Ты теперь как пчёлка у меня летать будешь, — фыркнула Злата, на что мелкий озорник зажужжал, как пчела, и скрылся с глаз. Зато на столе перед хозяйкой появилась чашка с отваром валерианы.

Смеялись все от души.

Нур согласился, что всем так спокойнее будет.

Фил бросал взгляды на Сирру, думая, что этого никто не замечает.

Она от души заливисто смеялась над перепалкой домового с юной ведьмачкой, а потом, на правах будущего учителя, отправила всех отдыхать перед ритуалами.

Все начали расходиться, когда ведьма заметила нерешительный взгляд и заминку Дарины.

— Ты что‑то хотела спросить?

— Да. Мне показалось… — девушка замялась и покраснела.

— Тебе показалось, — грустно рассмеялась Сирра. — Да, мне нравится молодой мужчина из вашей компании. Не бойся! Речь не про Нура. Но мой, как и твой мужчина, будет долго сомневаться, возможны ли между нами отношения из‑за разницы в возрасте.

— Поэтому вы сказали, что не против быть хайдутой, но не сестрой?

— Да, дорогая! А мужчины — они такие… упрямые! Так что будем ждать! Не вздумай применять дар голоса. Мы с тобой уже сегодня начнём учиться контролю. Сейчас иди медитировать самостоятельно. А я, как только подготовлю всё для ритуалов, подойду в твою комнату.

Ближники

Фил внимательно слушал наставника. И его накрывала паника. Потерянную группу нашли на Сирах, но в таком состоянии, что парней придётся долго лечить. Основными проблемами были магическое истощение и потеря памяти. Бойцы не помнили, что с ними произошло. Самое неприятное было в том, что обережные артефакты не смогли их защитить от чужого воздействия. Нур запретил рассказывать об этом сёстрам.

— Но ты же понимаешь, что они меня чувствуют. Долго такое скрывать мы не сможем. Уверен! Они уже бегут сюда, — успел произнести молодой человек до того, как раздался стук в дверь. Вздохнув, он разрешил: — Входите!

— Что случилось? От тебя пришла волна ужаса и страха, — подлетела к нему малая. Дарина остановилась возле двери, с тревогой переводя взгляд с одного мага на другого. — За нас?

— Присаживайтесь, — махнув рукой, разрешил наставник. — Это касается вашей безопасности. Видимо, магессу тоже надо пригласить.

— У меня есть её артефакт связи. Могу пригласить, — промолвил Фил и достал из кармана блестящий кругляш. Словно ожидая насмешки, парень зыркнул на ближников. Его скулы порозовели. Однако…

Нур вопросительно приподнял бровь, но промолчал. Дарина улыбнулась. А Злата прошипела:

— Зови уже! Что? У тебя в роду собаки водились?

— Кота за хвост не тяни, — хмыкнула златовласая посестрима.

Сирра присоединилась к тесному кругу сотрудников СОПП буквально через пять минут.

Ей подробно рассказали о том, как Фил искал информацию для Златы, как группа бойцов была направлена в третий круг миров и пропала, как вёлся их поиск и в каком состоянии команду нашли.

— Уважаемый Нур, — обратилась к хмурому детективу бледная ведьма, — всё, что я сегодня узнала, меняет все планы обучения наших юных дарований. Клиническая картина пострадавших очень напоминает воздействие заклинаний «стёртая память» и «закладка». Придумано «тёмными» ведьмами на Дарке. Прошу рассмотреть возможность принять меня и всех моих учеников на службу охраны прав и порядка в команду опционов. Мы сегодня проводим ритуал пробуждения сил вед/ма/ми, а завтра поступаем в распоряжение корпуса целителей СОПП. Будем оттачивать навыки на практике. Те из учеников, кто не изучал основы врачевания, будут на первых порах работать на подхвате. Времени на теорию нет. Все учебные материалы прошу доставить им сюда. Они их будут изучать в свободное от службы время. Тем более что присутствующие здесь хайдуты подтвердили на своём примере, что это возможно.

— Да и мы им поможем, — согласилась Злата.

— Это самый оптимальный вариант развития реальности, — с сожалением в голосе подтвердила Дарина.

Нур сердито смотрел на команду племянника и всё больше сердился.

— Наставник, — начал Фил, но был остановлен жестом «Тишина».

— Уважаемый Нур, — не послушалась его Сирра, — мы обязаны обеспечить детям безопасность. Или мы сидим безвылазно в доме, ребята изучают только теорию, работать с потоками не учатся, так как сила ведьмы в вашем мире будет сиять, как вулкан. И те, кто держал в плену ваших воинов, найдут нашу «школу».

— Или? — зарычал, словно раненый зверь, коуч.

— Или мы нарабатываем навыки на практике, в самом защищённом месте мира. Предлагаю определить: время для службы и практики — пять часов, для теории — три часа. Надеюсь, нам дадут допуск к полигонам СОПП? А там мы с вами гоняем их по полному комплексу: самооборона, развитие персонального дара, работа в команде, боевая магия, магия исцеления, предметная магия, магия работы со стихиями, искусство бытовых заклинаний.

Фил мо Сэй ко Сьян видел, как наставник обречённо махнул рукой, с какой‑то непонятной тоской посмотрел на старшую посестриму и выдохнул:

— Я помню, что нужен вам для полного ритуала Златы. Когда можем его начать? Мне ещё нужно будет решить с руководством все нюансы по вашей службе.

— Так как мы договорились, что все магические действия выполняем в защищённом ангаре Службы, то можем выдвигаться, — окинула взглядом присутствующих Сирра. — Всё необходимое я собрала.

Через час в ангаре всё было готово для проведения церемонии. Пока ведьма с учениками рисовали пентаграмму и расставляли атрибуты, Нур успел посетить кабинет Гер мо Ген ко Сэй, чтобы кратко сообщить о требованиях ведьмы‑наставницы. Влетел он в арочник взвинченным. Но времени на вопросы не было.

— У нас всё готово, — ведьма дотронулась до его руки. — Можем провести церемонию сейчас. Там говорю только я. Все остальные молчат. Ответить можно будет только тогда, когда услышите вопрос: «Подтверждаете?».

Фил смотрел на изящную руку, что касалась наставника, и в его груди поднималась острая тоска. «Надо вернуть ей артефакт связи», — мелькнула и пропала мысль. Злата нервничала и, чтобы немного успокоиться, взяла брата за руку:

— Всё не так…

Её пальцы были ледяными. Это заставило стряхнуть с себя какое‑то оцепенение от накатившего уныния:

— Верю, — вымучил он улыбку.

Затащив расстроенного брата в защитный круг, в который мелом была вписана пятиконечная звезда, Злата остановилась и растерянно оглянулась.

На острие каждого луча стоят толстые цветные свечи. На каждой — своя руна. Красная — огонь; белая — воздух; синяя — вода; зелёная — жизнь; жёлтая — земля.

Сирра с улыбкой посмотрела на недоведьмачку. Жестом руки она указала ей на луч, отмеченный зелёной свечой. К синей свече подошёл Фил. Дарина встала рядом с жёлтой свечкой. Нур направился к воздуху. А наставница заняла луч огня. Все стояли и смотрели в центр пентаграммы. Все остальные недоведьмы и недоведьмаки встали кругом за охранной чертой. Нервная дрожь прошла по телу юной вед/ма/ми. Тихий голос ведьмы оглушил её:

— Я, Сирра Альферац, ведьма‑хранительница, являясь вед/ма/ми, взываю к своей силе. Взываю к силам мира! Прошу стать свидетелями рождения новой ведьмы‑юницы. Перед лицом богов! Перед лицом сестры по духу! Перед лицом побратима! Перед лицом его родной крови! Прошу принять её в лоно силы мироздания! Прошу дать ей возможность управлять потоками. Исцелять и помогать. Судить и карать. Обязуюсь взять на себя обучение этого юного дарования, если будет на то её воля и воля мира! Клянусь научить её чтить законы мирозданья и нести равновесие в мир! На весь период обучения беру на себя ответственность за поступки юницы, к которым буду её подталкивать обучением. Да пребудут свидетелями все, кто находится здесь вместе с нами!

По мере призыва сил плотные струи воздуха окружили людей кольцом. Злата видела, как к застывшим, словно статуи, людям спускались столбами пять световых потоков, каждый своего оттенка. Затем этот свет широкой радужной лентой окутывал фигуры людей. Каждый присутствующий услышал вопрос: «Подтверждаешь?» Единогласное: «Да!» — прозвучало в помещении. В тот же момент все свечи вспыхнули разом. Огонь вплёлся в радужную ленту.

Девушка почувствовала тепло, которое кипящей лавой ринулось от кончиков пальцев рук и обосновалось в районе сердца. Она опустила глаза, и увиденное потрясло! Вся её фигура была окутана разноцветными искорками. Затем обжигающие потоки разбежались по её телу, обозначая своё движение мягким покалыванием. Глаза защипало, а в ушах появился звон. Последнее, что Злата запомнила: перед её взором заплясали звёздочки…

Первое, что увидела ведьма‑юница, — смеющиеся, счастливые изумрудные глаза. Наставница сидела на стуле. Окинув взглядом обстановку, Злата поняла, что находится всё в том же ангаре, но лежит на какой‑то невидимой воздушной перине.

— Как себя чувствуешь? — усмехаясь, поинтересовалась Сирра.

— Нормально. Что случилось?

— Если не считать, что ты приняла в себя все элементы мира? — засмеялась старшая ведьма. Злата кивнула и услышала ехидное: — Падая в обморок, ты призвала своего домовёнка, а он создал для тебя воздушную подушку. Если послушаешь, то услышишь, как дух заведения ругается с твоим Фролом. Но твой нахалёнок пообещал Рачиту пожаловаться, если с его любимой хозяйкой что‑то случится. Если отдохнула, то подъём. Нас твои сёстры и братья по дару ждут.

— Это не подушка! Это перина, если не целая кровать! Фрол, пожалуйста, запомни эту чудесную постель как «перину», — улыбнулась юная ведьмачка. — Вдруг ещё раз придётся обратиться к тебе за такой помощью. Но раз поспать на ней нельзя, то встаю. Как теперь будет проходить инициация?

— Вы уже определились, кто войдёт в вашу нераспадающуюся звезду?

— Да, — протягивая руку сестре, ответила Дарина. — Мы пригласили Дорелли ко Мина и Раду ко Нрад. Объяснили всё девушкам. Они выразили согласие войти в состав звезды, пройти обряд посестримства и стать нашими хайдутами.

— Отлично! Все остальные будут для вас сёстрами либо братьями, — кивнула наставница, принимая их выбор. — Но только по дару и силе.

Уважаемый Нур ко Сэй ушёл сразу, как выяснил, что его помощь больше не требуется. Обряды инициации пошли один за другим. Из юных ведьм больше никто не терял сознания после ритуала. В основном юницы принимали в себя искорки одного цвета. Парни из‑за физической выносливости получили доступ к двум элементам. Только Дорелли приняла три потока, а Рада — четыре. После того как закончился ритуал с последней инициацией, наставница обратилась к Злате:

— Попроси Фрола создать всем воздушные кушетки.

— А меня не хотите этим озадачить? — появился перед ней старичок с торчащей во все стороны бородой. Он тряс кулачком в сторону Сирры и сердито зыркал на неё карими глазами. — Я — Смел! Здесь моя территория! С чего это всяким юнцам мне давать на неё доступ? Ты ведьма, мне тогось! Не этогось!

Рачит появился мгновенно. Оказалось, что Фрол мог связываться со своим воспитателем в любое время. Переговоры длились минуты три! Договорились, что Фрол, как учащийся Академии Домовых, будет проходить боевую практику у Смела. При этом заявлении не только старик‑домовой, но и Злата от удивления охнула, а соученики вед/ма/ми вообще были в ступоре.

Домовые похихикали, глядя на своих подопечных, пошушукались и пропали с глаз. То, что их не было видно, не помешало им похулиганить. Все ученики ведьмы были сбиты с ног и лежали в ряд, удивлённо глядя на наставницу. Фил с Дариной остались на ногах.

— Огромное спасибо за подмогу, уважаемые духи, — с улыбкой промолвила ведьма, глядя на учеников. — Если не трудно, то кушетки нужны для всех. И чтобы недоучки не уснули, сделайте их жёсткими, как доска, покрытая ковром. Можно проявить туманом.

После того как все разместились на полученном инвентаре, хранительница провела для всех инициированных первую медитацию. Причём побратим с посестримой были наглядными пособиями. После медитации ведьма всем разрешила призвать на кончики пальцев рук тонкие маленькие вихри сил своей стихии.

Удивление, счастье и радость отразились на лицах одарённых юношей и девушек. Они получили то, о чём уже не могли мечтать. Ведьмы и ведьмаки в первый раз осознанно оперировали со своей силой. К сожалению, их счастье было недолгим…

Вдруг дверь в ангар распахнулась. Внутрь влетел артефакт. Раздался громкий хлопок, и по помещению начала быстро распространяться лёгкая дымка. Как только она достигала тела человека, его охватывало оцепенение. Не прошло и минуты, как вся группа учащихся была обездвижена.

Девчонки визжали. Парни ругались, пытаясь сдвинуться с места. А в помещение ворвались пять поджарых мускулистых фигур. Бойцы в тёмной экипировке рванули от двери в центр зала. Двое магов встали напротив двери, контролируя вход. Оставшиеся захватчики бегом приближались к хайдутам.

— Фил, — злой голос Сирры перекрыл беспорядочные крики. Обернуться к ней хайдуты не могли, но начали вслушиваться в её быстрый речитатив. — На всю группу — лечебный сон! Веда! От Фрола каждому нападающему «перину», объёма не жалеть! Дарина! Напеваешь колыбельную, но направляешь своё желание усыпить только на нападающих!

Влетевшие через три минуты бойцы из группы охраны во главе с Нуром были шокированы зрелищем девятнадцати лежащих тел. Док прибыл к месту происшествия буквально сразу после них.

Нур

Когда наблюдатели, отвечающие за безопасность на территории службы, которые контролировали периметр через визор, увидели нападение, они не поверили своим глазам. Решили, что руководство проводит учения. Это не помешало объявить общую тревогу.

Нур в это время как раз читал записки аналитиков по делу «Рода ко Мара». После допроса Ии тари Гел мо Риса ко Рмел стало понятно, что эта женщина целенаправленно шла к истреблению всех наследников рода. Только зачем ей это надо? В чём её выгода? На многие вопросы она отказалась давать ответы. И остались моменты, которые необходимо прояснить. Сигнал тревоги заставил его подключиться к изображению. Маг был шокирован наглостью захватчиков. Они знали схемы передвижений и помещений, а также весь режим службы. Обошли все датчики движения. Как команда диверсантов смогла попасть на охраняемую территорию? Цель этого налёта — ведьмы‑юницы?

Старший детектив бежал к месту обучения ведьм так, как не бегал никогда в жизни. Страх за юнцов, что доверились им, гнал его, как загонщик дикого зверя. Сердце сжимали тревога и боль. Что ему стоило остаться там? Он ведь всё успел обсудить с отцом до инициации. Всё согласовал. Решил не задерживаться рядом с ней. Принял решение держаться от неё подальше. Подумал, что будет лишним, что ей надо полюбить молодого парня, ровесника. Вот результат. Заложники в ангаре или там уже бездыханные тела?

На этой мысли маг чуть не споткнулся, но сцепил зубы и взял себя в руки…

Благо были видны двери арочника. Док пристроился за двумя воинами, которые прикрыли его своей защитой. Группа захвата уже проверяла обстановку снаружи и внутри. Увидев знак «чисто», Нур влетел в помещение вместе с бойцами. Девятнадцать тел в разных позах лежали в основном в центре зала. Только два человека находились недалеко от входа. Оба в тёмной одежде. Ещё трое в такой же форме находились недалеко от хайдутов. Эти пятеро лежали в странных позах: руки по швам, лицом в пол. Все ученики расположились удобно: кто на спине, кто на боку. Док уже запустил диагностику. А один из ребят команды освободителей начал переворачивать напавших.

— Как они могли попасть сюда из целительского блока? — взглянув на фигуры в тёмном, обратился к нему Нур.

— У меня не камеры, — огрызнулся целитель, осматривая фигуры своих бывших пациентов.

Нур подошёл и присел рядом со старшей посестримой. Он смотрел на неё и боялся дотронуться. Бледное лицо, глаза закрыты, золотистые волосы разметались при падении. Вдруг слабый стон сорвался с её губ. Док тут же подбежал к Дарине и запустил диагностику.

— Что? — глядя на хмурое лицо Дока, не выдержал старший детектив.

— Ты не поверишь, — поднял на него удивлённые глаза целитель. — Они все спят! Тюхе и Фил почти исчерпали резерв, но неимоверно быстро восстанавливаются…

Глава 24 Без наук — как без рук или Знание сила.

Изменить свою сущность нельзя, можно лишь направить ко благу различные особенности характера, даже недостатки, — в этом и заключается великая тайна и великая задача воспитания.

Жорж Санд

Хайдуты

В гостиной дома ко Мара собралась всё та же компания, что вчера знакомилась за этим же столом. Вчера их всех доставили в корпус целителей, где под охраной они проспали до самого утра. Тари Албела была предупреждена, что и хайдуты, и их гости ночь проведут на базе службы охраны прав и порядка, а дома будут только к обеду. Благо что, когда она подтвердила гостеприимство Златы, с неё взяли клятву и все допуски к секретной информации были оформлены официально.

Док отпустил всех только после того, как проверил здоровье каждого лично. Магеса‑наставница хохотала, как девчонка, когда проснулась на койке лекаря. Она официально зачислила Дарину и Фила в свою группу учеников. А на возражения, что они не ведьмы, заявила, что эти двое пострашнее тёмных вед/ма/ми будут. Те на себя своё колдовство не распространяют.

Вот сейчас все сидели и делились своими впечатлениями с тари Албелой. Наставница с улыбкой указала глазами уважаемому Нуру, как за столом разместилась группа молодёжи:

Брат с сестрой, Кара и Кор ко Нелий, лукаво переглядывались, сидя друг напротив друга. Рем ко Тин смотрел с восторгом на старшего детектива, а Нэо ко Стан никак не мог поверить, что они уже являются опционами СОПП. О чём Нур ко Сэй сообщил им ещё у Дока. Нея ко Талья заинтересованно поглядывала на Фила, но Дорелли и Рада неосознанно разместились рядом с хайдутами, поэтому разместиться поближе к заинтересовавшему её молодому человеку у неё не получилось. Нар ко Гиза приобнял свою невесту и что‑то тихонечко ей шептал. Ника ко Шейли благосклонно слушала его шёпот, а эмоциональный рассказ Анье ко Рима был для неё звуковым фоном.

— Представляете? Эта дымка почти невидима, и запаха никакого нет. А только вдохнул — двинуться не могу! — Тёмные глаза Анье лихорадочно блестели. — Надо было не дышать!

— Поверь! Даже если бы ты задержал дыхание, то всё равно не смог бы двигаться! — «успокоил» его Фил. — Это было заклятие оцепенения, а не газ.

— Ага, — низкий голос Неи заставил всех посмотреть в её сторону. — Это вы знали, что это не смертельно! А знаете, как я перепугалась? Вот смотрю на воздушные вихри на кончиках пальцев, а потом какой‑то резкий звук. Миг — и не могу пошевелиться! Кажется, я от страха закричала!

— Не только ты! — возразила ей Сирра. — И определить заклинание даже я смогла, только когда оно начало своё действие. Поэтому не стоит сейчас кидаться обвинениями. Страшно было всем!

— Думаю, что не ошибусь, если скажу, что тем, кто был за воротами ангара, было ещё страшнее, — прекратил странный спор Нур, который сидел возле Дарины, положив руку на спинку её стула. Старшая посестрима вроде бы не заметила этого, но её губы нет‑нет, да растягивались в улыбке. А коуч, после того как перепугался за их… эх, чего уж там, её жизнь, решил больше не прятать голову от своих чувств, словно он страус из отражения Террия. Он обвёл глазами присутствующих и, с нежностью взглянув на любимую, признался: — Как мы испугались за всех вас — не передать словами! Док чуть ли не быстрее меня прибежал вас спасать! Магесса‑наставница может нам на пальцах объяснить, что произошло? А то учёные речи у целителей половина присутствующих не поняла… И я в том числе…

— Всё просто и сложно, — усмехнулась старшая ведьма. — Когда до меня дошло, что ни одного пасса никто из нас сделать не сможет, я начала аккумулировать силу. Злата что‑то кричала. До меня только после пробуждения дошло, что она дала задание своему домовёнку сбить с ног и обездвижить нападающих, закутав их в «перину». Так как силы мне пришлось брать в том числе и у юнцов, попросила Фила всех погрузить в лечебный сон, а Дарина должна была усилить эффект его чар своим даром «Сирены» для налётчиков. Чтобы они не успели воспользоваться ещё какой‑нибудь пакостью. Признаюсь честно, что, когда просила юных магов о воздействии, то забыла, что ваш мир не давал раньше возможности магам кастовать заклинания напрямую. Но оба начинающих дарования умудрились не только выполнить, но и перевыполнить моё задание. Они стояли впереди меня. По идее, их волшба не должна была затронуть ни их, ни меня. Однако проснулись мы все вместе в больничном боксе. Благо что ни Док, ни Нур от нас не отходили.

— Не от вас, а от девушки, которую надеюсь назвать невестой, — покосился хмуро на иномирянку коуч. Очень ему не понравилось, как она сформулировала фразу. Вдруг его златовласка не так поймёт. Нур действительно не отходил от постели Дарины, пока она не проснулась.

Мужчина словно заново пережил тот миг, когда девушка, открыв глаза и увидев его, пусть вспыхнула, словно маков цвет, но улыбнулась, и их окутал нежный аромат цветущих яблонь. Из воспоминаний его вырвал голос Сирры:

— Надо дать задание магистрам, которые заняты поиском истин, изучить этот случай. Как у них получилось всё сделать без артефактов и амулетов?

— Здесь могу успокоить. Проснулись не все! Ваши оккупанты ещё спят. То есть, если бы это произошло не на территории службы, вы бы всё равно оклемались раньше, а значит, смогли бы предпринять что‑нибудь для своей защиты!

— Тьфу на вас! Лучше будем учиться сразу делать всё правильно! Пока мы спали, могла прийти не помощь, а другая группа захвата! Возражений больше нет по поводу обучения Фила и Дарины в школе ведьм?

— Нет? — обратился Нур к хайдутам. Щёки Фила пылали, а пунцовая Дарина прятала глаза. Оба отрицательно замотали головами. — Как видите, возражений нет! Следующий вопрос, который нам надо обсудить сегодня. В связи с тем, что занятия по магии и физическому развитию у всех учеников данной школы будут индивидуальны, принято решение выделить вашей команде эликсир памяти для обучения экстерном и ускоренной подготовки к экзаменам за весь оставшийся курс Академии.

— Простите, наставники! — Злата переводила взгляд с Нура на Сирру. — А почему ребята напали? Мы же с ними тренировались? Это же наши потеряшки?

— Им в плену, — вздохнула врач, — поставили закладку в памяти! Страшное воздействие! Для начала их травили наркотиком, а потом внушили, что мы их враг. Это предварительное заключение. Мы забираем этих пациентов у мозгоправов, так как они работают в другом направлении. А наша команда будет уничтожать сделанное «тёмными» внушение. Помнишь, что Ия? А она необученная ведьма, и все её воздействия были слабыми и неумелыми. Тари Эл дар Залита мо Арт ко Мара даже смогла самостоятельно их преодолеть, когда поняла, что ей поставили закладку.

— Только чуть не погибла! — воскликнула со страхом Злата, протягивая руку к Албеле. Ведьма понимающе посмотрела на руки падчерицы, которая сжимала пальцы мачехи.

— Хвала богам! Вы были рядом, — сквозь слёзы вымолвила мачеха. — Только я так и не понимаю: что ей надо было от ко Мара? От всех ко Мара? Что её побудило, какие были мотивы?

Старший детектив как‑то виновато посмотрел на оставшихся членов рода ко Мара и со вздохом произнёс:

— Сейчас я вам расскажу то, что мы смогли выяснить.

Жили‑были рядом две подруги: тарина Залита ко Мара и тарина Ия мо Риса ко Рмел. Вместе и учились, вместе отдыхали. Они познакомились на первой ступени общего обучения и быстро нашли общий язык. Детские проказы и светлые моменты юности объединяли их. Девочки стали почти сёстрами. Любые детские невзгоды делили. Были опорой друг другу. Когда мать маленькой тарины Ии узнала, с кем так сдружилась её дочь, она воспротивилась их сближению. Женщина постаралась объяснить своей малышке, что эти отношения не принесут обеим девочкам ничего хорошего. На вопрос маленькой дочурки: «Почему?», ей была рассказана страшная семейная тайна!

Её мать, Иялюза, была когда‑то дочерью рода ко Мара. И когда после инициации она не стала магом, её родители попытались успокоить расстроенную тарину. Может быть, у них и получилось бы унять её тревоги и депрессию, но брат, Ияс ко Мара, неудачно выразился, что не всем быть магами — кто‑то должен рожать детей. Вспыхнул скандал, и девушка отреклась от рода. Она ушла из семьи и вышла замуж, где и родилась умная и красивая Ия, так похожая на своего отца. Так вот! Тари Иялюза мо Риса ко Рмел объяснила маленькой девочке, что они не почти, а на самом деле сёстры. И если бы не отец Залиты, возможно, наследницей рода была бы девочка Ия! Правда! Если случится чудо и от рода ко Мара никого не останется, то можно будет доказать, что всё наследие семьи и рода должно достаться им или их детям.

— Как? — ахнула Албела.

— А вот на этот вопрос мы пока ответ найти не можем! — вздохнул Нур. — Тари Иялюза давно покинула эту жизнь, представ перед богами. У неё узнать эту тайну уже невозможно.

— Не такая это и тайна! — ухмыльнулась Сирра. — И раскрыть этот секрет сможет любая обученная ведьма! Но сначала мы послушаем, что дальше произошло с девочками в былине старшего детектива!

— Да! Вернёмся к девочкам! — кивнул старший маг. — Шли годы. Девочки росли рядом. И если Залита считала Ию любимой подругой, то благодаря негативному отношению тари Иялюзы отрава проникла в душу Ии. Она ненавидела ту, которой достанется всё наследство рода. Как мы теперь знаем, у старших девочек рода ко Мара пробуждается дар катализатора. Он помогает будить в дорогих и близких людях какие‑то таланты. Так у ненавидящей её подруги проявился дар эмпата. Когда юная тарина поняла, какой талант у неё проснулся, она перерыла все книги в поиске, как управлять полученной силой. И более‑менее научилась с ним работать к последней ступени обучения.

Когда появились Эл и Гел, они уже были соперницами! Только Залита ко Мара об этом не знала! Ии понравился Эл! И она начала воздействие приворотом, посылая ему волны симпатии! Однако из‑за того, что девушки постоянно были рядом, симпатия, что родилась в сердце парня, была просто усилена до состояния влюблённости. Увидев, что её действия привели совсем не к тому результату, на который девушка рассчитывала, она начала разжигать равнодушие и презрение в подруге. Здесь ей повезло. Залита и так их не замечала, а на заигрывания не обращала внимания.

Однажды Ия пожаловалась матери, что соперница увела у неё парня. И мать, пожалев роднуличку, сказала, что надо либо бороться за свою любовь, либо выбрать другого человека для любви. Тари Иялюза сказала дочери замечательные слова: «Любовь сродни плотине: если оставить хоть крохотную дырочку, куда может проникнуть тоненькая струйка воды, то вскоре под напором её рухнут стены» (Пауло Коэльо). Поэтому забудь его. Нет человека перед глазами — нет его и в сердце! У тебя вся жизнь впереди! Не надо приносить её в жертву не оценившему тебя мужчине». Самое смешное и одновременно страшное, что дочь из всех её слов услышала только то, что хотела услышать! Ия решила бороться за любовь и удалить со своего пути человека, который ей мешает.

Она придумала и рассказала Залите о скандале из жизни соседей. Где якобы молодой женщине стало плохо на улице, а случайный прохожий её на руках принёс домой. Проконтролировала, чтобы ухажёры услышали её историю. Послала им уверенность, что этот план идеально сработает и в их исполнении.

Когда молодые люди своим явным ликованием и тревогой выдали ей, что день покушения настал, Ия начала очень внимательно следить за парнями и увидела, когда они подменили солонку рядом с её местом. Она надеялась, что организм подростка не справится с большой дозой снотворного и подруга уже не проснётся. Залита сама насыпала себе снотворное, причём Ия позаботилась, чтобы она не почувствовала нужного вкуса, то есть добавляла его несколько раз. Подействовало сонное зелье очень быстро. Выходила на улицу Залита уже на автопилоте. И когда поклонники выскочили вдогонку, их зазнобы нигде не было. Каким чудом она дошла до сенника и какой из богов хранил её всё время, что она спала, никто и никогда так и не узнал.

Ия сразу после учёбы бросилась домой к отцу Залиты. Там, проверив, что девушка до дома не дошла, она до вечера не покидала Ияс ко Мара. Говоря слова поддержки, неопытный эмпат внушала своему дяде страх, неуверенность, панику. Видимо, в этот момент сердце главы рода ко Мара и не выдержало. В какой‑то момент, выбежав к целителю за зельем, она написала письмо о выкупе и занесла его в дом со словами, что нашла конверт возле ворот усадьбы. Девушка была искренне уверена, что родственники сильно задолжали ей. А о том, как получить деньги, не оставив следов, девушка думала давно. Ещё с тех пор, как узнала, что они с Залитой сёстры. Дальше нам не очень интересно, так как Залита вернулась домой, но ей пришлось выйти замуж за отца Златы. И если бы она не забеременела, то любимая подруга придумала бы ей несчастный случай раньше.

Эпилог

Ближники

Ведьма‑наставница внимательно слушала всё, что смогли узнать аналитики СОПП. Старший детектив продолжал своё повествование юнцам и юницам, которые слушали его, затаив дыхание:

— О том, что после рождения Златы Ия вернулась к своим планам, вы уже поняли. Она хотела вытолкнуть подругу на высокой скорости. Несчастный случай просто опередил её. А ускорили её действия смерть Залиты или нет — узнать мы уже не сможем.

— Какие действия? — поинтересовалась ведьма‑наставница.

— Она во время того, как кони несли бричку, несколько раз ударила тари Залиту головой о спинку сиденья. Вернее, усилила естественные удары от тряски на дороге. И ещё один вопрос, на который мы не можем найти ответ: почему, так желая наследия ко Мара, она не собиралась избавиться от девочки? Ия тари Гел мо Риса ко Рмел по этому поводу говорить отказалась.

— Ещё бы, — ухмыльнулась Сирра. Удивление в глазах Нура заставило её ответить на невысказанный вопрос: — Она действовала на инстинктах, так как в вашем мире её никто не смог бы этому научить! Обещаю, что постараюсь помочь с этими вопросами, если я всё правильно поняла. Но у меня ещё мало данных. Прошу, продолжайте свой рассказ!

— Итак! Жизни Златы опасность не угрожала! Но Ия желала, чтобы девочка была слаба как здоровьем, так и духом. Когда она узнала, что Эл решил жениться второй раз, она быстро познакомилась с его невестой. Внушить девушке, что они лучшие подруги, не составило труда, а вот, транслируя ненависть и презрение, недоучка‑эмпат перестаралась, — видя, что стыд окрасил алым скулы Албелы, а Злата пожимает её руку, Нур понимающе улыбнулся ей. — Не судите себя строго. Нам всем надо думать, как защищать людей от таких воздействий. Тем более что внушённая любовь ничем не лучше наведённой агрессии. Так вот! Албела тари Эл дар Залита мо Арт ко Мара должна была создать в семье не самую лучшую психологическую атмосферу. Муж бы дёргался, жена психовала, ребёнок бы вырос забитым и ни на что не пригодным.

Когда после её свадьбы бывшие друзья поссорились в доме Гел мо Навалл ко Зун, она в обоих влила слишком много гнева и превосходства. Она опять перестаралась. В тот день шёл сильный дождь. Наши следователи были очень удивлены, что губы у животного были порваны, а левый бок был сильно поцарапан, но это было списано на повреждения от падения седока. На самом деле Ия видела, как Эл в состоянии аффекта выскочил к коню и сорвал на нём своё раздражение. Гел выбежал следом, продолжая орать на всю улицу. Резкий рывок удилами и громкий звук заставили уже нервничающего коня подняться на дыбы и скинуть седока. Так что в этом случае супруги мо Навалл ко Зун признаны виновными в непредумышленном убийстве. Оба! Она имеет прямое отношение к этому убийству, а он — косвенное.

Ну а ситуация с принуждением Златы к браку — это отличное стечение обстоятельств. Ия заставила тари Албелу влюбиться и подчиниться Тэо мо Зун ко Навалл. Но молодой человек, вместо того чтобы действовать согласно плану тётушки‑интриганки, поторопился и решил познакомиться с девушкой раньше намеченного времени. Если бы он не погнался за двумя зайцами, возможно, у него всё бы получилось. Он не дал времени полностью влюбиться юной девушке, которая ещё не задумывалась о создании семьи, а уже озвучил подчинённой опекунше приказ о его браке с падчерицей. Установка для Албелы была «любить и слушаться». Что и было выполнено! И слава богам, что это произошло в такой резкой форме! Злату насторожила вся несуразность ситуации, из‑за чего она пришла к нам!

— Я рассказал всё, — обратился Нур к Сирре. — Вы можете прояснить то, что не удалось выяснить моим спецам?

Ведьма‑наставница улыбнулась:

— Так как все здесь присутствующие теперь связаны с тайнами вед/ма/ми, для вас в этом расследовании секретов не останется! Вы заметили, что практически все дети, которых вы нашли, являются старшими наследниками своих родов? Видимо, когда‑то в ваш мир приходили наши сёстры по дару и создавали здесь семьи. К сожалению, Террия очень специфична по магическим потокам. Эта специфика не давала силе ведьм пробудиться в этом мире. Если бы не опцион Веда, а вернее, случайность с её досрочной инициацией, вы бы так и пребывали в уверенности, что эти дети не имеют магических сил. Как я понимаю, не только ко Мара имели родовое правило вступать в брак только после второго совершеннолетия? — все согласно закивали. А Кара и Кор переглянулись с удивлением. Глядя на них, Сирра продолжила: — Исключениями стали только брат с сестрой ко Нелий. Но нет правил без исключений! Ведовство, или дар вед/ма/ми, передаётся по наследству самому сильному в роду. Ия не хотела получить деньги рода. Для неё не это было главным. Она надеялась, что к ней придёт тайная власть рода! Что в ней проснётся сила ведьмы, если она останется старшей женщиной рода ко Мара. Именно из‑за этого она хотела ослабить или убить Залиту. Ведь у девушек была очень незначительная разница в возрасте. Именно поэтому она решила оставить в живых Злату. Ведь по крови она старше племянницы! Она просто не знала, что инициация ведьмы — таинство, которое происходит с помощью наставника, и оно неизвестно на Террии! Ия не осознавала, что без учителя и помощи других ведьм она получит быструю смерть, а не могущество.

После того как наставница замолчала, в комнате повисла звенящая тишина. Каждый думал обо всём, что услышал.

— Магесса, — обратился к Сирре старший детектив, — а у вас есть предположения, как смогли Дарина и Фил кастовать заклинания напрямую?

— Предположение я высказать могу, но магистрам всё равно их надо будет проверить! Какое заклинание вы можете применить сейчас? — озадачила она его в ответ.

— У меня с собой есть артефакты «полог тишины», «прохлада весеннего ручья» и амулет связи. Подходит?

— Отдайте Албеле «прохладу весеннего ручья» и закройте глаза, — потребовала Сирра. Удивлённый маг снял артефакт и передал его старшей хозяйке дома. — Закройте глаза, представьте, что ваша вещь опять у вас в руках, и начинайте кастовать заклинание прохлады!

Мгновение ничего не происходило, а потом в помещении стало зябко и влажно. Жар летнего дня резко сменила свежесть ранней весны. Все удивлённо переводили взгляды со старшего мага на ведьму‑наставницу и обратно. Нур хмурился, а она мило улыбнулась и лукаво произнесла:

— Не надо хмурить брови! Мы, ведьмы, для вас, магов, являемся артефактами, то есть накапливаем силу вокруг себя, и вы можете её использовать для работы с заклинанием. Магу только нужно помнить знак активации чар. А ваши тела становятся амулетами, которые запускают магическое действие. Да! Мне очень понравилось это плетение! Поделитесь? Полезное и приятное заклинание! Только проверьте свой источник! Всё в порядке?

— Да! Расход, словно я с артефактом работал! Но ведь это страшная информация, — вдруг рассердился старший детектив и сгрёб в охапку Дарину, словно желая спрятать её от всех. — Вы теперь все в опасности! Вас надо защищать не только от тёмных ведьм, но и от магов с нечистыми помыслами!

— Вот пусть ваши магистры‑искатели истин изучают не только возможность совместной работы магов и ведьм, но и как защитить: магов — от истощения источника в таком тандеме; ведьм — от несанкционированной эксплуатации; людей — от внушённых чувств. А мы с учениками поможем, чем сможем! Каждому фамильяра найдём! Вон вокруг Веды крутится призрачный котёнок, а она его не принимает! А почему?

— Ну, просветите, — иронично разрешил Нур!

— Да потому, что вы здесь совсем все забыли о ведьмах! Будем Конклав вед/ма/ми на Террии возрождать!

Злата

Злата сидела, держала за руку Албелу. В какой‑то момент голоса спорящих наставников начали отдаляться, и девушка, удивлённо вскинув взгляд, увидела, что находится в храме всех богов.

Возле алтаря стояли две пары, а жрец проводил для них ритуал единения.

Вот он гулко пробасил:

— По доброй ли воле? — и вперил взгляд в юную магессу.

— Да, — улыбнулась Дарина и взглянула на Нура.

— Да, — в унисон прозвучал его голос.

Жрец перевёл взор на Сирру и Фила, и они ответили хором:

— Да!

Юная ведьма хотела смахнуть набежавшую от счастья, которое излучали молодожёны, слезу…

Однако всё в один миг изменилось: они полной звездой стояли в портальном зале. Фил и Дарина швыряли огненные шары в непонятные фигуры, которые были закутаны в бесформенные серые балахоны, а она с ведьмами накачивала щит, который уже гудел от напряжения, выдавливая нарушителей в провал несанкционированного перехода…

Через мгновение всё изменилось. Её перенесло домой. Рядом была мачеха, которая, агукая, склонилась над колыбелью. Она обернулась к Злате и улыбнулась:

— Согласись, что он самый милый мальчик? Смотри, какой он крохотный. Я постараюсь уберечь его от всех невзгод…

— Родная, это временно, — раздался мужской голос из‑за спины, отчего девушка обернулась. На пороге, облокотившись на дверной косяк, стоял «Третий» и, улыбаясь, с любовью смотрел на Албелу. Тот самый Третий, который командовал на совместной тренировке своими товарищами. Тот самый боец, которого вместе с его ребятами запрограммировали чёрные колдуньи на моё похищение. Тот самый диверсант, который должен сейчас лежать в палате Дока и ждать исцеления, а потом решения руководства СОПП. А что это значит? А значит, у ведьм всё получится, и у «потеряшек» всё будет нормально. Пока у юной вед/ма/ми в голове прокручивалась цепочка рассуждений, Третий скользнул к колыбели и, приобняв Албелу, улыбнулся сыну: — Когда он вырастет, то будет защищать свою маму…

Злата удивлённо моргнула и… оказалась возле распахнутого настежь окна. Девушка с удивлением смотрела на буйство цветущего сада. Весна заявляла свои права и готовилась передать их лету. Странное шевеление внутри заставило схватиться за большой, упругий, напряжённый живот, а резкий спазм боли вырвал непроизвольный стон.

— Солнышко, — услышала она сквозь приступ схватки, и сильные руки, обняв, подхватили её…

Однако посмотреть на мужа она не успела. Ментальный толчок и голос Сирры, который раздался в её голове: «Куда? Рано. Не торопись, я потом тебя научу…», — вырвали юную ведьму из череды видений.

Девушка распахнула глаза и увидела, как наставница, пряча улыбку, качает головой и подаёт знак: «Молчи».

Злата ошарашенно посмотрела на друзей, перевела взгляд на Албелу, которая слушала перепалку учителей, посмотрела на своих новых соучеников и подумала: «Три месяца назад я была одинокой сиротой! Сидела под кустом сирени в убежище, где ревела от жалости к себе из‑за какого‑то Альфонса. А теперь у меня есть духовные брат и сестра! Я ведьма‑юница на службе СОПП! И пусть мне ещё многому надо научиться, но я буду боевой ведьмой‑целительницей! Я уже сейчас могу помогать людям и миру! Как прекрасна жизнь!»