Буду любить тебя всегда

Глава 1

- 1 -

Познакомились мы случайно. Наши места оказались рядом на концерте Дениса Мацуева. Не скажу, что я преданный поклонник классической музыки, многого в ней не понимаю, но частенько посещаю подобные мероприятия. Сначала меня тащила на них мама, а потом сам иногда чувствовал необходимость послушать хорошую музыку. Вот и сегодня я поджидал возле филармонии вечно опаздывающего друга. На улице холодно, сыро, зябко. В свете уличных фонарей открывалась, скажу прямо, совсем не радостная картина осеннего дождливого вечера. Мое ожидание Артема явно затягивалось. Я замерз, нервничал, несколько раз ему звонил, но мой беззаботный дружок, видимо, где-то завис, раз не был в зоне доступа. Когда до начала концерта оставалось несколько минут, я услышал робкий голосок:

— У вас не будет лишнего билета?

Рядом со мной стояли две девушки: одна роскошная, длинноногая, другая - невысокая, очкастая. Красавица уже протягивала мне деньги, но я почему-то отдал билет невзрачному очкарику.

В антракте я рассмотрел девушку повнимательнее. Без бесформенного китайского пуховика она оказалась еще меньше, тоньше, беззащитнее. Волосы густые, темно-русые. На тоненькой шейке болталась серебряная цепочка с маленьким крестиком. А очки в большой оправе ничуть не портили ее красивое лицо. Она явно выбивалась из набившего оскомину стандарта.

Замолкли последние аккорды, зажегся свет, а девушка все еще сидела в каком-то оцепенении. Неужели от "Пляски смерти" Листа? Ну и ну! Когда в зале почти никого не осталось, она повернулась ко мне. Видно, вспомнив, как она здесь оказалась и кто я, извинилась.

— Простите, совсем забыла. Спасибо вам. Вот, возьмите, — и протянула мне деньги.

— Нет, ничего не нужно, лучше запишите мне свой телефон. Билеты покупал мой друг, — соврал я и тут же продолжил, — меня зовут Олег. А вас?

— София.

Глава 2

- 2 -

Чем-то зацепила меня эта девушка. Захотелось встретиться, поближе познакомиться, поэтому на следующий день я ей позвонил.

— Привет, Соня. Это Олег.

— Какой Олег? — удивилась девушка.

Она что не запомнила меня? Негодование зашкаливало: ни одна девушка уже после первого знакомства меня не забывала. А тут какая-то очкастая пигалица...

— Олег, извините, я не узнала вас, — волшебной музыкой через несколько секунд прозвучало из трубки.

Не желая терять инициативу, тут же предложил:

— Соня, давай сходим в кино. Что ты предпочитаешь?

—Даже не знаю... — но вскоре добавила, — впрочем, полагаюсь на твой вкус. Только я не люблю боевики.

Мы посмотрели "Движение вверх", а потом долго гуляли по городу. Оказывается, с ней о многом можно говорить. О чем бы я не начинал: о музыке, о политике, о спорте, о литературе,- она сразу же подхватывала тему и доводила ее до логического конца. Меня поражало ее неиссякаемое чувство юмора. Жизнелюбие Сони и удивительно позитивный взгляд на окружающий мир меня, циника и скептика, заставили о многом задуматься. Кроме этого нас объединяло то, что учились мы на последнем курсе МГУ, хоть и на разных факультетах: она — на филологическом, я же, продолжая семейную традицию, томился на экономическом.

Несколько месяцев знакомства пролетели как один день. Я заболел Соней. Мне постоянно хотелось быть рядом с ней. Каждая встреча открывала что-то новое в этой необыкновенной девушке. Ничего удивительного не было в том, что мы вместе ходили в библиотеку и начали готовиться к выпускным экзаменам. Я приходил в крохотную комнатку, которую она снимала на окраине города, открывал свои конспекты и учебники и, делая вид, что читаю, подолгу смотрел на Соню.

— Олег, ты завалишь экзамен. Вместо того, чтобы заниматься, ты смотришь, как занимаюсь я.

— Ничего подобного. Я учу.

— Ты пялишься на мои ноги.

— Ну что ты, лишь изредка. В начале каждой страницы.

— Что-то короткие у тебя страницы.

Я не мог больше себя сдерживать, закрыл книгу и подошел к Соне.

— Действительно, мне ничего не лезет в голову. Каждую секунду я думаю о тебе и умираю от желания быть с тобой.

Я присел на корточки рядом с ней. Она закрыла свой конспект, доверчиво посмотрела на меня. И тогда всё произошло. Нежно, трогательно, бережно...

— Ты любишь меня, Олежек?

— А ты как думаешь?

— Наверное...

— Я тебя не то что люблю, — поцеловав ее в висок, продолжил. — Я тебя очень люблю.

Глава 3

- 3 -

Я так много времени проводил с Соней, что отец однажды предложил позвать ее к нам на воскресный обед. Что удивительно, но ни большой дом, наполненный роскошным антиквариатом и дорогой мебелью, ни предупредительная горничная, ни пафосный обед, ни аристократические манеры матери и холодность отца не произвели на Соню особого впечатления. В своем строгом костюме она была спокойна, вела себя просто и естественно. В ней не было ни капельки притворства, желания произвести впечатление на моих родителей. Мама безуспешно, хотя довольно мастерски жонглировала различными темами, пытаясь загнать "эту провинциалку" (как она называла Соню), в угол. Отец больше отмалчивался, а когда настало время чая, пригласил меня в кабинет.

— Скажи, Олег, это ведь очередная девушка, с которой ты проводишь время?

— Отец, ты же видишь, что она не "очередная". Я люблю ее и хочу на ней жениться.

— Согласен, она умна и образованна. Пробиться в столицу из ее затерянной деревушки и учиться успешно в МГУ — это заслуживает уважения. Но жениться... Ты опять бунтуешь, сын?

— По-твоему, жениться на красивой, образованной девушке — это бунт?

— Я всего лишь хочу, чтобы ты сейчас рассуждал не как вспыльчивый юнец, а как мужчина. Услышь меня: повремени с женитьбой.

— Что значит "повремени"?

— Еще на первом курсе мы обсудили одно важное правило: пока не закончишь университет — ты не женишься. К тому же, случайный человек не может попасть в семью Вишневских. Твой выбор обязательно должен быть согласован нами.

— Плевать я хотел на твои правила! Я женюсь на Соне, нравится тебе это или нет.

— Тогда ты должен знать: если сделаешь это сейчас, я больше не дам тебе ни копейки.

— Ничего, проживу как-нибудь.

Наши душевные разговоры всегда заканчивались подобным образом. Громко хлопнув дверью, я выбежал из кабинета.

— Соня, мы уходим.

Так я ушел из жизни родителей, чтобы начать свою с Соней.

Глава 4

- 4 -

После общения с моим семейством настала очередь познакомиться с родителями Сони. Вернее, с ее бабушкой. О ней я уже много успел узнать: она пережила гибель Сониных родителей, работала в библиотеке и полностью посвятила себя единственной внучке. Нас встретила милая, не скрывающая искренней радости женщина. Она протянула мне руку:

— Даша.

— Простите? Дарья...? — неуверенно начал я.

Она не дала мне договорить:

— Просто Даша. И давай на "ты".

Жила Даша в небольшом, но очень уютном домике, вокруг которого росло множество цветов. В самом доме всё было просто и удобно. На стенах — фотографии Сони, сделанные в разные периоды ее жизни. Здесь всё дышало любовью, спокойствием, добротой.

В дороге мы проголодались, поэтому сразу уселись за стол и, изредка переговариваясь, с удовольствием приступили к обеду. Даша, судя по отдельным репликам, была в курсе моих отношений с отцом. Наивно полагая, что ее вмешательство может что-то изменить, она захотела встретиться с ним.

— Ни в коем случае, Даша. Это ничего не изменит.

— Это ненормально, когда отец отказывается от сына. Я хочу помочь тебе, Олег.

— Мне не нужна помощь! Я тоже от него отказался!

— Знаешь, я пережила гибель единственной дочери. Но когда Оленька была жива, она каждую секунду чувствовала мою любовь. Важно в любом возрасте знать, что тебя любят...

Меня не на шутку задел этот разговор, ибо о родительской любви в моем случае говорить сложно. В нашей семье на первом месте — долг и установленные отцом правила. Мать никогда меня не понимала и всегда была на стороне отца. Чувствуя, как больная тема выбила из меня хорошего парня, вмешалась Соня и быстро сменила тему.

— Дашунь, мы хотели тебе сообщить, что расписываемся 8 июня. Благослови и поздравь нас сейчас.

Даша достойно приняла это сообщение. Когда мы уезжали, она незаметно положила в сумку Сони небольшую иконку Божьей Матери. Значит, благословила.

Глава 5

- 5 -

Год нашей семейной жизни , наполненной счастьем и радостью, ничуть не омрачали финансовые трудности. Я много работал, Соня преподавала и давала частные уроки. Через полтора года мне предложили место в известном банке с хорошим окладом. Не знаю, что повлияло на это назначение: мое рвение и амбициозное желание проявить себя в банковском деле или громкая фамилия отца и его связи в деловых кругах?

Мы оставили нашу каморку и сняли квартиру в центре, ближе к моей работе. Своей молодой жене я запретил всякие подработки и теперь у нее появилось новое занятие — сочинительство. Ее рассказы уже опубликовали в нескольких больших журналах. Талантливая, чертовка!

В мае в нашу дверь позвонил курьер и вручил красивый конверт. Мельком взглянув, я узнал почерк матери. Не открывая, положил письмо на комод. Видимо, мое взволнованное внутреннее состояние моментально уловила Соня. Она раскрыла конверт и достала яркую открытку. " Дорогие Олег и Соня! Приглашаю вас на мой юбилей. Жду в ресторане "Пушкинъ" 25 мая в 19.00."

— Олежек?

Я делал вид, что очень занят чтением "Банковского обозрения".

Соня не отставала:

— Ты должен пойти. Он протягивает тебе руку.

— Вот именно теперь мне не нужна его рука, — я продолжал сопротивляться.

— Знаешь, я обратила внимание, что в своем ослином упрямстве ты полностью похож на своего отца. Великая сила — гены!

Я продолжал отмалчиваться, придумывая очередной убедительный аргумент своего нежелания посетить семейное торжество.

Соня пошла на опережение:

— Ему 65 лет. Подумай, сколько тебе нужно времени для примирения? А если не будет следующего юбилея?

Я часто в последнее время думал о нашей затянувшейся вражде. И сам хотел найти выход. Сам, без чьей-либо помощи. Даже Сониной.

А она продолжала меня добивать:

— Олежонок (так она называла в исключительных случаях), когда-нибудь наш сын так же возненавидит тебя...

Я не дал ей закончить:

— Этого никогда не будет!

— Ты уверен?

— Да! Потому что я буду любить его. Черт возьми, Соня, без всяких правил и условий — просто любить...

Глава 6

- 6 -

Это была наша первая ссора. Самое обидное, что произошла она из-за отца, который незримо продолжал присутствовать в моей жизни. А еще возмутило то, что моя Соня была сейчас на его стороне.

Сегодня суббота. Он сам мне позвонил. Конечно, трубку я не взял. Взяла Соня:

— Да, Сергей Олегович. Извините, Олег не может подойти к телефону, — она смотрела на меня, надеясь, что я передумал, — Хорошо, я ему передам... Скорее всего, у нас не получится. Нам тоже жаль... Он тоже передает вам привет...

От всего сказанного Соней я завелся с пол-оборота. Она настолько меня понимала, что кратко изложила то, что я чувствовал: под глубоким, непробиваемым слоем моей ненависти таилась любовь и уважение к отцу.

— Неужели тебе доставляет удовольствие мучить собственного отца? Он любит тебя...

Я был настолько взбешён, что не дал ей договорить.

— Почему ты лезешь в мою жизнь? Оставь в покое мои отношения с отцом! — Я еще что-то кричал, не обращая внимания на то, как мои слова звонкой пощечиной отражаются на ее побледневшем лице.

Только к вечеру заметил, что Сони нет в квартире. Когда время приблизилось к 22 часам, я не на шутку начал волноваться. Моя жена никогда не уходила из дома, не предупредив, куда направляется.

Через полчаса томительного ожидания я оделся и вышел на улицу. Обошел все места, где мы любили бывать. Ее нигде не было. Тогда я позвонил Даше, в надежде, что Соня, решив меня наказать, уехала к бабушке.

— Даша, прошу прощения за поздний звонок.

— С Соней что-то случилось? — тут же встревоженно спросила Даша

— Нет, все нормально. Она передает тебе привет, — и быстро отключился.

Побродив еще несколько минут вокруг дома, я зашел в подъезд. На лестничной площадке, рядом с нашей квартирой, стояла Соня. Я молча к ней подошел и крепко-крепко обнял. Твердо был уверен в одном: я ее обидел. И я ее очень люблю.

— Прости меня...

Глава 7

- 7 -

Дела мои стремительно шли вверх. Сегодня я получил место управляющего в одном из отделений нашего банка. Хотелось порадовать мою любимую девочку, побаловать. Соня не очень любила дорогие подарки. Радость ей доставляли разные мелочи: новые книги или пластинки, совместные вылазки в кино или на концерт, сувениры, в которых она всегда находила нечто символическое. А еще ей нравилось кататься со мной на машине. Встречный ветер и бешеная скорость приводили ее в восторг. Вот этим я и воспользовался.

После вкусного ужина в итальянском ресторанчике, где мы отмечали мое назначение, я без всяких предисловий начал:

— Сонечка, я хочу купить тебе машину. — Не давая ей ни малейшей возможности для комментариев или отказа, — продолжил. — Я записал тебя на курсы вождения. Завтра идем на медкомиссию.

Зная, как ее раздражает посещение медицинских кабинетов, я сам отвез ее в частную клинику, где работал наш семейный врач. На следующий день Соня была занята, поэтому за результатами осмотра и справками отправился я. Когда я назвал фамилию, медсестра что-то посмотрела в компьютере и попросила зайти меня к врачу.

Виктор Петрович поднялся мне навстречу.

— Мне почему-то не выдали результаты Сониного медосмотр, — начал я после обычного обмена приветствиями.

— Олег, я хотел поговорить с тобой. У Сони плохой анализ крови, она больна, — осторожно начал Виктор Петрович.

— Ничего, раз больна, значит будем лечить, — беспечно ответил я.

— Она очень больна, — доктор что-то объяснял на своем дурацком языке с непонятными терминами и словами, разводил руками, даже пытался сочувственно погладить меня по плечу.

— Мы перепроверили анализ крови, — выйдя из забытья, услышал я, — Всё плохо, Олег, очень плохо... Соня умирает.

— Нет, нет. Она молодая, сильная. Да ей всего-то 24 года. Я найду деньги. Мы уедем лечиться в лучшую клинику, — убеждал я то ли себя, то ли врача.

Виктор Петрович безнадежно махнул рукой.

— Какая клиника, мальчик? У нее агрессивная форма лейкемии. В любой, самой лучшей больнице способны лишь облегчить течение болезни, но не остановить...

— Она знает?

— Нет, я решил сначала поговорить с тобой, — ответил доктор.

— Тогда ничего ей не говорите. Я как-нибудь сам, — попросил я и вышел из кабинета.

Глава 8

- 8 -

Я позвонил своей секретарше и попросил отменить все запланированные на сегодня встречи. Нужно собраться с мыслями, обдумать, как себя вести, что говорить Соне. Само страшное, что рано или поздно придется сказать ей правду. Сейчас я к этому не готов.

Когда я приехал домой, Соня колдовала возле плиты.

— Олежонок, мой руки, у меня все готово, — чмокнула меня в щеку и занялась сервировкой стола.

Я достал из пакета ее любимое "Просекко". Уминая рыбу и расхваливая соус, весь вечер веселил свою девочку. Мы вместе подшучивали над ее первыми неуклюжими кулинарными опытами, вспоминали забавные случаи нашего недавнего студенчества.

Наша жизнь почти не изменилась: мы работали, вечерами собирались за ужином и обсуждали, как прошёл день. Только я заметил, что Соня в последнее время немного похудела, стала чаще уставать. Мне всё труднее было изображать радостное и беззаботное настроение.

— Соня, раз ты категорически отказываешься от машины, давай тогда поедем куда-нибудь, попутешествуем. Можем сейчас себе позволить, — выдал я то, над чем размышлял в последнее время.

— Не хочу никуда уезжать. Хочу быть с тобой. Всегда, — почти прошептала Соня и посмотрела на меня. От ее печального взгляда больно сжалось сердце, будто безжалостный боксер своей крепкой рукой прошелся по моей груди.

— Позавчера я почувствовала себя совсем паршиво и пошла к Виктору Петровичу. Он всё рассказал. Пожалуйста, не перебивай меня, — она сделала слабый жест в мою сторону, чтобы сразу отсечь моё "все будет хорошо" и продолжила, — я не знаю, сколько у нас времени, — и тут же пошутила, — в конце концов у тебя вся жизнь впереди. И ты останешься таким себе веселым молодым вдовцом. И ещё. Мы не будем больше говорить об этом. Обещаешь?

— Обещаю, — еле выдавил я и тут же добавил, — я люблю тебя, Соня. И буду любить тебя. Всегда.

Глава 9

- 9 -

Странно, но после этого разговора стало легче. Не нужно притворяться, имитировать веселье, предлагать свою помощь в домашних делах, которыми никогда не занимался. Мы действительно не знали, сколько времени нам отпущено. Мы просто жили, жадно наслаждаясь каждой минутой, проведенной вместе.

Месяца через полтора все случилось. Соня не захотела смотреть телевизор, сославшись на плохое самочувствие. Она поднялась с дивана и тут же потеряла сознание. Черт возьми! Я к этому не был готов! Точнее, понимал, что это произойдет. Но, Господи, так хотелось, чтобы попозже, не сейчас. Я держал ее легкую, почти невесомую на руках и метался по квартире в поисках телефона.

В машине скорой помощи она открыла глаза и попросила: "Не забудь о Даше".

На следующий день я разговаривал с врачом. Не вникая в тонкости медицинской терминологии и врачебных назначений, я попросил лишь об одном: Соня не должна страдать. У нее должно быть все самое лучшее.

Вечером я поехал к отцу. Он, как всегда, допоздна засиживался в своем банке. Мы давно не виделись. Только сейчас я обратил внимание, как он постарел.

— Отец, мне нужны деньги.

Он, видимо, был осведомлен о моем карьерном росте, поэтому несколько удивился такой просьбе.

— Ты что, мало зарабатываешь в своем банке?

— Пожалуйста, ничего не спрашивай. Просто одолжи мне, — я не успел договорить, как он сразу же перешел на привычный сухой, деловой язык.

— Сколько?

— Пока пятьсот тысяч.

Отец молча вытащил из письменного стола несколько пачек и протянул мне. Подойдя поближе, я увидел на его столе свою фотографию.

— У тебя все нормально, сын? — услышал я, закрывая дверь.

Глава 10

- 10 -

Мне нужно завершить еще одно дело — сообщить Даше. После тяжелого разговора она на второй день приехала ко мне. Каждый день она готовила любимые Сонины блюда, укутывала их в полотенца и ехала в больницу. Я пытался ей объяснить, что у нашей девочки там есть все. Она же твердо была уверена, что домашняя еда придаст силы и обязательно поставит на ноги ее единственную внучку. Ни о каких прогнозах она и слушать не хотела, не верила в них. Или не хотела верить.

Однажды я раньше пришел с работы. В квартире было тихо. Дверь в комнату Сони была приоткрыта. Сквозь небольшую щель я увидел Дашу, которая на коленях перед иконой Богоматери шептала слова неведомой мне молитвы: "Матерь Божья, Ты одна ведаешь, что мне надобно. Укрепи в здравии внучку мою Софию. Если нужно Тебе забрать кого-то, возьми меня..."

Тихонько прикрыв дверь, прошел в свою комнату. Мне нужно было успокоиться. Через некоторое время, услышав, что Даша хозяйничает на кухне, вышел к ней.

— Даша, Соня попросила приехать сейчас к ней.

— Хорошо, соберу сумку... я тут сегодня приготовила...— растерянно бормотала она, не зная, куда деть дрожащие руки и явно оттягивая время.

— Ничего не нужно везти. Собирайся, я жду в машине, — и быстро вышел из квартиры.

Мы зашли в палату.

— Милый, я хочу пошептаться с Дашей. У нас тут накопились девичьи секреты, — пыталась пошутить Соня.

Я вышел в коридор. Дикая усталость, опустошение словно пригвоздили меня к больничному окну. Не знаю, сколько так простоял.

Глава 11

- 11 -

— Олег, — услышал рядом уставший голос Даши. — Иди, она зовет тебя.

Почти неслышно подхожу к кровати. Рядом так тихо. Соня была бледная, но глаза ее ободряюще смотрят на меня. Вокруг нее — бесконечные капельницы, трубочки, мониторы. Господи, как она все это выдерживает! Словно угадав мои мысли, Соня спокойно говорит:

— Мне совсем не больно. Я просто медленно, очень медленно падаю в пропасть.

Ком стоит в горле, мешает говорить. Я только киваю головой. Если я скажу хоть слово, все больное, обжигающее, что накопилось внутри, поднимется и я заплачу. А я не должен плакать.

— Соня, я...

— Не смей себя ни в чем упрекать. Здесь нет ничьей вины.

Я чувствую, как предательский комок сжимает горло.

— Почему ты молчишь, милый?

— О чем ты хочешь поговорить?

— Расскажи, что ты почувствовал, когда впервые увидел меня?

В который раз вспоминаю нашу встречу. А Соня смотрит на меня и нежно улыбается. Было видно, что даже эта слабая улыбка дается ей с трудом.

— Олежонок, — тихо говорит она. — Обними меня.

Я бережно обнимаю ее худенькие плечи.

— Нет, не так. По-настоящему обними.

Тогда я очень осторожно ложусь рядом с Соней и крепко обнимаю ее. Как же я ее люблю! Уткнувшись лицом в ее волосы я проговариваю как молитву: "Буду любить тебя всегда..."

— Спасибо тебе, Олежонок...

Это были последние Сонины слова.

Выхожу из палаты. На меня смотрит Даша и тихо плачет. А я не могу, потому что пообещал Соне быть сильным и поддержать бабушку.

Иду по пустому коридору и каждый шаг отбивает "Я просто медленно, очень медленно падаю в пропасть..."

— Олег!

Оглядываюсь. Это отец.

— Олег, ты должен был мне всё рассказать. Я сразу приехал, как только узнал. Чем вам помочь?

— Ничем. Соня умерла...

Папа обнял меня.

— Сынок, мне жаль...

И я впервые заплакал.