Будьте нашей Тётушкой.

Глава 1. Вот это я попала.

Глава 1. Вот это я попала.

Я бежала с подработки домой, и хотя было всего часов восемь, уже совсем стемнело - все-таки конец ноября сказывается. И даже тусклый свет фонарей совсем не разгонял эту тьму, а холодный ветер задувал со всех сторон, пробрасывая редкие снежинки.

Мне оставалось совсем немного дойти до дома, как я услышала быстрые шаги сзади себя, и они мне очень не понравились - кто-то меня догонял. Прижав покрепче к себе сумку с документами и кошельком, в котором лежали разменные деньги и зарплатная карточка, я постаралась ускорить шаг, но человек не отставал и уже пыхтел совсем рядом со мной. Я засунула руку в карман, где у меня лежал перцовый баллончик как раз на такие случаи, но не успела его достать - меня сильно толкнули в спину, и я полетела вперед.

Вцепившись еще больше в сумку, я попробовала сгруппироваться, чтобы смягчить удар, но, поскользнувшись на тонком льду, упала и ударилась лбом обо что-то очень твердое и острое. Сильная боль пронзила голову, и я потеряла сознание.

Оно возвращалось какими-то толчками, голова кружилась, а когда я хотела подняться и сесть, опираясь на руку, то смогла только немного приподняться, и меня сразу вырвало - сотрясение мозга во всей красе, поняла я.

Вокруг было тихо, город спал, и я очень испугалась, что мне придется всю ночь лежать здесь, ожидая утра и помощи. Но на мое счастье я увидела какого-то мальчика лет шести-семи, который еле ковылял, опираясь на костыли. Шел он в мою сторону, но пока меня не видел, и я позвала слабым голосом:

- Птичка моя (я всегда так обращалась к незнакомым детям), ты же тут не один? - я говорила тихо, спокойно, чтобы не испугать малыша.

- Нет, я с папой, но я не птичка, а вовсе Андрюша,- удивленно ответил мальчик.

- Позови его, пожалуйста, Андрюша!

- Сейчас! Папа, папа, тут тетя упала и встать не может! Иди к нам, помоги ей!- и он подошел ко мне поближе и стал с любопытством глядеть.

Я также с интересом его разглядывала - уж очень необычно он был одет. Легкое клетчатое пальтишко - мне почему-то припомнилось, что такое было у моего отца в раннем детстве, но их не носят уже давным-давно, шапка с непонятной железкой - почему-то всплыло слово "кокарда", тонкие ножки и большие ботинки на толстой подошве - все это я успела разглядеть, потому что было достаточно светло, и никакого снега вокруг не наблюдалось.

Как подошел мужчина, я не заметила - голова кружилась все больше, и слабость меня совсем одолела. Он только успел спросить:

- Кто вы, что с вами?- как я опять провалилась в темноту. На этот раз я очнулась быстро и от того, что почувствовала острый алкогольный запах и ощутила какую-то жидкость, которая лилась мне в рот.

- Вот так лучше,- сказал мужчина.- Так что с вами случилось?

- Какой-то человек напал на меня, хотел отобрать сумку с деньгами, толкнул, и я ударилась сильно головой, потеряла сознание. Кажется так,- я постаралась вспомнить произошедшее как можно подробнее.

- Странно, мы тут давно гуляем, но никого не видели. Наверное, этот мужчина убежал раньше нас. И сумки нигде нет, видимо, он успел ее забрать.

- Но там же мои документы, деньги, карточка,- воскликнула я, сама не поняв произнесенного.

- Карточка? Ваших родных? Вы помните свой адрес, имя, фамилию?

- Нет, ничего не помню, - действительно, как я ни напрягалась, ничего не вплывало, как будто какая-то темнота покрывало все, что было раньше.

- Папа, ты что, не видишь, тете больно, у нее кровь, - и умный малыш, кое-как склонившись надо мной со своими невозможными костылями, стал гладить меня по голове.

А ведь верно, подняв руку, я нащупала на лбу большую шишку и запекшуюся кровь - это был след от того злосчастного камня, о который я ударилась.

- Да, извините, я совсем вас заговорил. Сейчас я вызову лекаря, а вы пока посидите здесь на скамейке вместе с моим сыном. Ему трудно много ходить.

- У него ДЦП или последствия полиомиелита? - спросила я, как будто говоря о чем-то мне знакомом, близком, в чем я хорошо разбиралась.

- Не понимаю, о чем вы говорите, лекарь сказал, что это последствия тяжелых родов. Моя жена сильно болела после них и умерла два года назад, а сын родился вот таким.

- Значит, ДЦП - детский паралич, последствия родовой травмы,- промелькнуло у меня в голове четкая формулировка, но откуда и почему именно так - я не понимала.

- Но надо торопиться, а то мне не откроют - господин лекарь не любит, когда его поздно беспокоят. Хорошо, что он сегодня дежурит в больнице, это совсем близко, я постараюсь быстро дойти.

- Но не проще ли вызвать "Скорую"? У вас есть сотовый?- опять я произнесла неизвестное слово так уверенно, как будто знала его значение. Но я не помнила, ни как выглядит этот предмет, ни для чего он предназначен.

- Сотовый? При чем тут пчелы?- мужчина с недоумением посмотрел на меня.

- Ну, телефон? - настойчиво допытывалась я, опять говоря очень уверенно.

- Телефон только в управлении, сейчас оно не работает.

- Подождите, какой сейчас год? И кто президент России? - какое-то сомнение закралось во мне, я спрашивала настойчиво, но не осознавая, почему именно так я говорю.

- Президент только в САСШ, в Америке, в России правит император Михаил Романов, премьер-министр Владимир Ульянов, а сейчас 19, точнее уже 20 мая 1919.

Рот мой непроизвольно открылся, и я почти упала на скамейку! Фамилии этих людей показались мне знакомыми, но кто они и откуда я их знаю, причем в других политических ролях - было неизвестно.

Ситуация странее некуда, какая-то неправильная, непонятная, не такая, как должна быть. Да и одета я как-то непривычно по моим ощущениям - в длинное платье, на голове небольшая шляпка, но мне казалось, что я никогда не носила такого.

Но как правильно должно быть, я не помнила также. И что мне делать? Ни документов, ни памяти о предыдущей жизни! Вот это я попала! Слезы показались у меня на глазах, голова раскалывалась от боли и разочарования. Как быть, что мне делать дальше, кто я и откуда эти слова, которые вырываются у меня непреднамеренно, но значения которых я не понимаю?

- Не плачьте, тетя, сейчас придет лекарь и поможет вам. Он и мои ножки лечил, он хороший, добрый!

- Это ты хороший и добрый мальчик!- улыбнулась я сквозь слезы и погладила его по голове. Он сел рядом, вытянув ноги, и я непроизвольно стала гладить и по ним, так как видела, что он скривился от боли - все-таки ходить ему было трудно.

- Смотрите, тетя, у вас зеленые руки и ножки мои меньше болят! Вы ведунья? Но лекарь говорил, что они плохие. А вы же не плохая, правда? - и он с испугом уставился на меня своими карими глазками.

И действительно, я с удивлением увидела, что от моих рук идет какое-то зеленое свечение, которое исчезло, когда я их приподняла. Все чудесатее и чудесатее, как говорила всем известная героиня.

- Нет, я не ведунья, не бойся меня, - я опять стала гладить ножки малыша, который доверчиво прижался ко мне.

- Но почему вы так поздно гуляли? - я решила перевести внимание на другое.

- Люди смеются над моими костылями, а мальчишки дразнят меня. Лекарь, который меня лечил, сказал, что я всегда буду таким, даже когда вырасту. А я хочу стать инженером, как мой папа,- вздохнул малыш и посмотрел на меня. - Но вы же не будете смеяться, правда?

- Правда, птичка моя, правда!

- И вы будете нашей тетей? Вы мне нравитесь. У меня только папа, но он уходит на службу на целый день, а я сижу дома совсем один!- опять вздохнул мальчик, доверчиво глядя на меня.

- Не знаю, малыш, я ничего не знаю,- вздохнула и я.

Ситуация мне нравилась все меньше и меньше, но ничего сделать я пока не могла. Надо помалкивать и больше слушать, пока я не разобралась во всем этом.

Глава 2. Помощь пришла.

Глава 2. Помощь пришла.

Но вот я услышала шаги и голоса, да и мальчик тоже встрепенулся.

- Там папа идет, я слышу его.

Действительно, через несколько минут к скамейке подошел отец мальчика, а сзади шел господин, очень похожий на Антона Павловича Чехова - с бородкой и пенсне, как у него. Почему у меня всплыла именно эта фамилия, я не знала, но была уверена, что так звали хорошего врача и писателя, и выглядел он именно так. В руках он держал сумку-саквояж, какую носили в прошлом, как мне казалось.

Сзади семенила полненькая маленькая женщина в сером платье, фартуке с синим крестом на косынке. Пальто было одето ею наспех и не застегнуто, полы его развевались, и вся она напоминала курочку, спешащую за другими птицами. Отец мальчика обогнал всех и наклонился над нами, спросив:

- Ну как вы тут, не испугались?

- Нет, - тихо ответил ребенок,- тетя добрая, она гладила мои ножки, и они стали меньше болеть. И у нее зеленые руки,- совсем шепотом закончил он.

Даже в неверном свете было видно, как побледнел мужчина.

- Ни слова об этом, слышите, никому и никогда. И ты, сынок, тоже молчи, ты умный мальчик и не подведешь нас. Я помогу вам, а вы поможете моему сыну. А сейчас подтверждайте все, что я буду говорить. Понятно?- прошептал он также тихо.

Я смогла только кивнуть головой, мне ничего не было понятно, но я знала, что нужно время, чтобы разобраться во всех этих странностях.

Врач подошел поближе и наклонился надо мной:

- Ну те-с, сударыня, что тут с вами?- и я с удивлением увидела, что от его рук тоже исходит свет, но бледно-голубой, едва видный. Он обвел руками мою голову, ноги, все тело, от них шло тепло и легкое покалывание. Потом он заставил меня достать пальцем до носа, закрыть и открыть глаза, немного пристать на ногах. Действия его были четкими, от него шла волна уверенности и добра, и я почти успокоилась.

- Ну, все понятно с вашей тетушкой, уважаемый Андрей Иванович. Легкое сотрясение мозга и ушиб головы, как вы сами и видите. Сейчас она выпьет мою микстуру, ей станет гораздо лучше. Но надо лежать и побольше спать. Сейчас Анфиса Петровна обработает рану и закроет её, а завтра днем я посмотрю, что еще можно сделать. А теперь приступайте!- и он отодвинулся в строну, подпустив ко мне женщину.

Она аккуратно обработала мой многострадальный лоб какой-то пахучей жидкостью, а потом закрыла рану липким кусочком материала. Затем поднесла мне ко рту микстуру и заставила ее проглотить. И хотя вкус ее был довольно противный, я почти сразу почувствовала, что голова перестала кружиться и болит значительно меньше.

- Вот ваша сумочка, Мария Ивановна, я нашел её совсем рядом, видно отлетела в сторону. И как так получилось, что вы разминулись, не сразу нас встретили?- мужчина пристально посмотрел на меня, ожидая, что я подтвержу его слова.

- Да не хотела вас беспокоить, уважаемый Андрей Иванович. Дорога меня сильно утомила, решила немного пройтись пешком, надеялась побыстрее добраться до вас с Андрюшей, и никак не ожидала такого конфуза - упала совсем рядом с целью,- слова так и лились из меня, я легко подхватила эту игру, связав все сказанное вместе в правдоподобную историю так, как будто мы обо всем заранее договорились.

Названное мужчиной имя и отчество показалось мне знакомым, мне на минутку вспомнилось, что именно так или похоже звали меня в какой-то другой жизни, из которой и всплывают все эти непонятные слова, которые я говорила.

- Потом, потом, все разговоры потом. А сейчас попробуйте встать на ноги и скажите, как себя чувствуете. Голова кружится? Тошнит? - участливо спросил лекарь.

- Сможете дойти до дома, нам совсем немного осталось? Там можно лечь отдохнуть, - подхватил мужчина. Чувствовалось, что он хочет быстрее увести меня, пока я не высказала необычного поведения.

- Попробую, мне значительно лучше,- мне тоже хотелось прилечь и во всем разобраться, и я слабыми шагами, немного качаясь, опираясь на руки Андрея Ивановича и Анфисы Петровны, потихоньку пошла вперед. Сзади доктор о чем-то спрашивал мальчика, но тот отвечал коротко и отрывисто.

И вот показался дом, он был совсем рядом, как и говорили. Нам пришлось подняться на второй этаж, ноги мои дрожали, опять накатывали волны слабости, мне очень хотелось отдохнуть, я держалась из последних сил. Наконец Андрей-старший, как я стала называть про себя мужчину, открыл дверь, над которой было несколько звонков, и вошел в длинный полутемный коридор, освещенный тусклой лампочкой.

"Коммуналка"- всплыло в моем сознании ещё одно непонятное слово, но что оно значило, я опять не помнила. По сторонам коридора были двери, одна из которых тут же приоткрылась.

- Это вы, Андрей Иванович? А кто это с вами? Что-то случилось?- любопытство так и сочилось из глаз длинноносой женщины, которая просунула голову из двери.

- Ничего страшного, Аннушка, тетушка ко мне в гости приехала, да поскользнулась и немного ударилась во дворе. Мы ее как раз встречать выходили, увидели, вот доктора вызвали, он и помощь оказал, - ровным голосом, но, с едва скрываемым раздражением, ответил мужчина.

- Аннушка уже разлила масло,- пробормотала я тихо всплывшие откуда-то слова.

Мужчина удивленно посмотрел на меня, но ничего не сказал. Мы всей компанией вошли в комнату, в которой сразу стало тесно. Я еле добрела до кресла, которое стояло в углу, и почти упала в него. Малыш пристроился рядом на маленьком стульчике, он тоже устал.

Андрей отошел в сторону, протянул доктору деньги и о чем-то его спросил. Доктор, отдав бутылочку с уже знакомой микстурой, что-то ответил, откланялся, вместе с ним тихо вышла и Анфиса Петровна. Наконец, стало спокойно. Мужчина повернулся ко мне, чтобы что-то спросить, но я уже засыпала, так сказалось волнение этого дня. Сквозь надвигающийся сон я почувствовала, что в рот опять льется микстура, потом мне под голову подложили подушку, накрыли ноги чем-то теплым и мягким. Я еле слышала, как отец сказал что-то сыну, затем шепот сменился тихими шагами и шуршанием одеяла, и я окончательно провалилась в сон.

Глава 3. Знакомство.

Глава 3. Знакомство.

Спала я крепко, без сновидений, и только под самое утро я увидела яркую картину знакомого-незнакомого дома, увидела женщину, похожую и не похожую на меня, в белом халате, которая сидела в какой-то комнате за столом и нажимала на буквы на странной плоской "картонке". Эти буквы складывались в слова и тут же появлялись на светящемся экране прибора рядом. "Компьютер наконец-то наладили",- подумала я, пытаясь ещё что-то разглядеть, но картинка уже растаяла, как и мой сон.

Было еще рано, все ещё спали, можно было полежать и мне, но захотелось в туалет. Чувствовала я себя гораздо лучше, голова не кружилась, но все еще болела, особенно ныл лоб под наклейкой. Потерпев, сколько смогла, я зашевелилась в кресле, попытавшись встать, и видимо, эти звуки разбудили моего нового "родственника".

- Что, хотите в ватерклозет? Но лекарь сказал, что вам надо лежать. Может, вам воспользоваться горшком моего сына? - улыбаясь, сказал он.

- Странное слово "ватерклозет", но, кажется, это именно то, что мне надо, - промелькнуло у меня в голове.

- Не стоит беспокоиться, я чувствую себя гораздо лучше и вполне могу дойти до нужного места.

- Подождите, тогда я вас провожу, это в конце коридора, - и мужчина протянул мне руку и помог встать.

Мы почти дошли до места, как соседняя дверь приоткрылась и оттуда высунулось уже знакомое любопытное лицо женщины. Она пропела:

- Доброе утро, Андрей Иванович. Доброе утро и вам, дамочка.

- И вам хорошего дня, милочка, - подхватила я. Потом, повернувшись к мужчине, продолжила:

- Что же вы мне не говорили, дорогой родственник, что у вас такая милая соседка. Надеюсь, мы с вами обязательно как-нибудь поболтаем вместе за чашкой чая, и вы расскажите все столичные новости. Мне так все интересно! Но сегодня, увы, надо побольше лежать - я так вчера неудачно упала, - и пройдя мимо открывшей рот женщины, не ожидавшей такого напора, я вошла в нужное помещение.

Там было очень интересно - большая чугунная раковина почему-то с одним краном была в углу, на полу стояла еще одна раковина, не очень чистая, с подвешенным почти под потолком большим бачком, от которого свисала длинная цепочка с тяжелой железкой на конце. На стене на гвоздике висели кусочки газет и каких-то бумаг.

Раковина на полу была явно предназначена для больших и малых дел и, сделав их, я догадалась дернуть за цепочку, и вода полилась сверху из бачка, смывая все. Надо было умыться, вода в кране была только холодная, но освежиться было достаточно приятно. Но ни ванной, ни душа тут не было, хотя по мои ощущениям, они явно здесь были нужны.

После меня туда же зашел и мужчина, которого я подождала, оглядываясь по сторонам. Мое внимание привлек листок с надписью: "График уборки мест общего пользования", из которого я выяснила, что у жильцов в комнате под первым номером, где и жили мои новые "родственники", очень красивая фамилия - Сокольницкие, а Аннушка, живущая в комнате номер четыре - Носова, что очень ей подходило - нос у неё действительно был длинный и любопытный. Еще две фамилии- Петрова и Уралов из 2 и 3 комнаты соответственно - мне пока ничего не говорили, этих людей я еще не видела.

Вышедший мужчина опять подхватил меня под руку, но на этот раз дверь соседки, мимо которой мы прошли, была закрыта.

- Ловко вы с Аннушкой обошлись! А я её побаиваюсь - уж больно она напориста. И вы вчера что-то говорили про неё и масло, - тихо сказал мужчина, наклонившись ко мне.

- Не можешь предотвратить, возглавь! Такие дамочки как раз и рады вашему страху, но сами довольно трусливы. И если быть с ними напористыми, они быстро теряются! А масло - мне почему-то кажется, что если она его разольет, произойдет какое-то большое несчастье, - задумчиво сказала я.

Мужчина с удивлением посмотрел на меня и произнес:

- Вы очень интересная женщина, я рад нашему знакомству.

- И я очень рада, что именно вы меня подобрали. Не знаю, как бы я выбралась из этой ситуации, ведь я по-прежнему ничего не помню. Просто мне кажется все каким-то неправильным, но как должно быть, я не знаю. И слова, которые я говорю, мне кажутся знакомыми, но что они значат, я не помню,- я повторила все те мысли, которые уже звучали в голове, потирая свой многострадальный лоб.

- Не переживайте, так бывает после удара. Но мы обо всем позже поговорим, нам надо идти - сейчас сын проснется,- попытался успокоить меня мужчина.

- Ваш сынок достаточно разумный мальчик, но очень одинокий. Он сказал, что мальчишки смеются над ним.

- Да, это так, поэтому мы и вынуждены гулять вечером, когда никого нет,- грустно произнес отец.

Глава 4. Будьте нашей Тётушкой.

Глава 4. Будьте нашей Тётушкой.

Мы зашли в комнату, малыш еще спал, поджав ножки. Мужчина с грустью и любовью посмотрел на него. Я также подошла поближе, но говорила тихо, чтобы не потревожить ребенка:

- Послушайте, Андрей Иванович! Вы говорили, что мы можем помочь друг другу. Если можно, я немного поживу у вас на правах тетушки, помогу вам с сыном, а потом, надеюсь, моя память восстановится и я куда-нибудь устроюсь.

- Я как раз это и хотел вам предложить. И устраиваться никуда не надо - у нас еще одна комната стоит пустая после смерти жены, нам и здесь места хватает. Но пока вам придется поспать несколько дней в кресле - жалованье я смогу получить только через два дня.

- Ничего страшного, мне было достаточно удобно. Но погодите, вы сказали, что нашли мою сумочку, возможно, там есть что-то.

И я, решительно подхватив вещь, подошла к столу и высыпала её содержимое. Сначала выпала какая-то небольшая книжка, потом разная мелочь, бумажки, но сумочка все равно казалась тяжелой. Перевернув ее, я обратила внимание, что подкладка была зашита другими нитками, да и сама она казалась слишком толстой для такой маленькой сумочки. Взяв лежавшие рядом ножницы, я надрезала подкладку и вытащила целую пачку довольно больших по размеру купюр.

- Ого, вот это отлично, надеюсь тут на все хватит, и на кровать также. Теперь я не бедная родственница, а вполне обеспеченная дама, - весело сказала я.

- Этого очень много, очень! Уберите пока деньги, чтобы никто посторонний не видел, а потом их надо отнести в кассу,- обеспокоенно произнес мужчина.

- Но посмотрите, как интересно, вот ваш документ, и там указано, что вы - Громова Мария Ивановна,1880 года рождения, вдова, проживающая в Калужской области, в деревне Громовке. Получается, вы на восемь лет меня старше, мне 31 год,- уточнил Андрей.

- И Громовка - знакомое название! Точно - там жила двоюродная сестра матери моей жены, правда, мы ее никогда не видели, но знаю, что дамы переписывались.

- Теща умерла полгода назад, почти сразу за женой. Может, она писала вам, хотела, чтобы приехали, может, это вы и есть - наша тетушка Маруся, как её звали в семье? И я все точно угадал? Как странно и интересно! Но хорошо, что есть паспорт, у полицмейстера мы его отметим без проблем, и вы сможете вполне законно жить с нами на правах родственницы. И еще - это багажные квитанции, по ним на вокзале надо будет получить ваши вещи!- удивлению мужчины не было границ.

- Все может быть, все может быть!- пробормотала я, глядя на рисунок внизу страницы документа - женщина была мне смутно знакома.

Андрей понял меня и протянул маленькое зеркальце, выпавшее из сумочки. Посмотревшись в него, я увидела довольно приятную даму, очень похожую на рисунок в книжечке. Но была ли я ею - не знаю, мне казалось, что я должна выглядеть как-то не так. Но по крайней мере, с документами и средствами вопрос решен, да и моя легализация в этом мире прошла как по нотам. Так что пусть все пока идет, как получается.

Тут зашевелился мальчик и отец подошел к нему. Тот протянул навстречу руки:

- Доброе утро, папочка! А та тетя, которую мы нашли, не ушла никуда? Она добрая, пусть поживет с нами!

- Я здесь, Андрюша, меня зовут Мария Ивановна, но ты можешь называть меня тетей Марусей!- подошла и я к заулыбавшемуся малышу.

- Так, друг мой, вставай, через час мне на службу, а надо много сделать. Давай на горшок, потом я тебя умою и переодену,- стал распоряжаться отец.

- Не хочу на горшок, хочу как взрослый. И одеться я могу сам,- насупился мальчик.

- Конечно, как взрослый, конечно, сам,- подхватила я, видя, что мальчик не хочет выглядеть слабым.

- Хорошо, хорошо, только я тебя отнесу, согласен?- улыбнулся мужчина и, подхватив довольного мальчугана на руки и посадив себе на плечи, собрался выйти с ним из комнаты, держа в руках одежду.

- Извините, можно я похозяйничаю и приготовлю завтрак?- спросила я.

- Конечно, будем только рады,- ответил мужчина, выходя в коридор.

Глава 5. Дом и всё в нем.

Глава 5. Дом и всё в нем.

Пока мужчины отсутствовали, я навела порядок на кресле, собрала все вещи в сумочку, спрятала деньги снова под подкладку, оставив небольшую их часть, а саму сумку зарыла поглубже в сиденье кресла.

Комната, в которой я оказалась, была достаточно большая, но чувствовалось, что женской руки тут давно не было - скатерть была немного грязная, как и занавески, половик, лежавший на полу, нужно было давно выбить, короче, требовалась уборка. Вот этим я и займусь чуть позже, когда совсем пройдет моя слабость, а пока надо разобраться с продуктами и готовкой.

Открыла шкафчик, стоявший в углу - в нем оказались чашки, тарелочки, ложки и вилки. Так, скатерть перевернем, другая сторона чуть чище, поставим приборы. Теперь продукты - кажется, вот тот длинный шкаф похож на холодильник - опять знакомое - незнакомое слово. И точно - в нем лежал сыр, колбаска, стояла кастрюлька с кашей - удивительно, но она была горячая, будто её только сварили. Так, все порезать, разложить на тарелки, с кашей потом разберемся.

Но не вижу чайника - где же он? А вот, в углу на подоконнике, и как же прикажите его включать? Я крутила прибор и так, и этак и увлеклась настолько, что не услышала, как в комнату вошли мужчины. Мальчик гордо сидел на плечах мужчины, легко гладя его по голове. Он был уже одет в рубашечку и небольшие короткие штанишки. Чувствовалось, что эти двое очень любят друг друга. Мужчина тоже переоделся в чистую рубашку, был свежевыбрит, причесан, и даже благоухал каким-то приятным запахом.

- Как красиво и вкусно! Чур, я сижу рядом с тетей Марусей!- воскликнул мальчик, пока отец снимал его с себя и сажал на стул.

Мужчина, видя мои проблемы с чайником, тихо сказал:

- Нажмите сюда и горюч-камень заработает, вода быстро закипит,- и показал мне небольшую кнопку, которую я не заметила.

- Извините, что я тут немного похозяйничала,-повинилась я.

- Как замечательно, что вы похозяйничали. Раньше нам соседка помогала, Анфиса Петровна, но у неё неделю назад в деревне пятый внук родился, вот её и увезли нянчиться на месяц. Я хотел помощницу нанять, но не находил подходящей.

- Вот она и нашлась! - улыбнулась я. - Но скажите, почему каша горячая, её же не сейчас варили?- спросила я, раскладывая ее по тарелкам.

- А это стазис - в него что положили, так все и сохраняется - горячее - горячим, холодное- холодным. А кашу я вчера в столовой нашей взял, у нас хороший повар. А так мы в основном кусочничали или покупали готовое - повар из меня не ахти. Там еще много продуктов есть, я уж не помню - все Анфиса Петровна закупала перед отъездом, берите, что хотите, чувствуйте себя, как дома.

- А капуста, свекла, картошка, морковка у вас есть?- уточнила я.

- Кажется есть, посмотрите сами! Я давно туда не заглядывал. Но если что надо, вы напишите, я потом подкуплю продукты.

Тут все замолчали, поглощая действительно горячую и вкусную кашу, а когда Андрюша порывался что-то спросить, отец строго глядел на него и тот тут же утыкался в тарелку. Ну что же, порядок и дисциплина здесь на высоте.

- Когда я ем, я глух и нем,- строго сказала и я.

Мужчины с удивлением посмотрели на меня и активнее заработали ложками. Убрав тарелки с кашей в сторонку, я стала разливать чай, который действительно закипел очень быстро. Мужчина поднялся и достал из еще одного маленького шкафчика, висевшего на стене, чайник-заварник, сахар, варенье, нарезанный хлеб. Я уже наелась каши, но с удовольствием выпила душистый чай с небольшим кусочком вкусного сыра.

Вдруг откуда-то сбоку раздался механический голос:

- Через пятнадцать минут подходит ваш рейсовый магодвигатель. Поторопитесь.

Я покрутила головой, но никого не увидела. Мужчина улыбнулся:

- Это наш напоминайка, на нем записаны все мои дела.

- Как у меня в записной книжке на телефоне,- почему-то опять всплыло у меня в памяти.

- Кстати, не забудьте принять микстуру и обязательно поспите днем. А теперь мне пора спешить, сегодня у нас ответственное испытание нового механизма. Если оно пройдет успешно, это будет прорыв в изобретении магических приспособлений, которые значительно облегчат труд рабочих и мастеров. Да и премию нам за это обещали большую, что было бы очень кстати,- с воодушевлением проговорил мужчина.

- Не если, а когда!- поправила я его.

- Что, извините?- не понял мужчина.

- Не если все пройдет хорошо, а когда все пройдет замечательно! Так себе и повторяйте, и у вас все обязательно получится! - улыбнулась я.

- Вы правы, когда! Я так и скажу своим друзьям!- повторил Андрей.

- И еще - вы любите борщ? Если я найду все нужное, я бы хотела его сварить, - спросила я его, когда он начал одеваться, торопливо попадая мимо рукава.

Он остановился, чего я и добивалась, понял свою ошибку, одел пальто правильно и уже на выходе торжественно произнес:

- Мы любим все, а борщ тем более! Я постараюсь после испытания отпроситься пораньше, заеду за вашими вещами и привезу доктора, чтобы он осмотрел вас. Не скучайте, если что не понятно, спросите у Андрюши.

- А ты будь хорошим мальчиком и следи, чтобы тетя Маруся не переутомлялась, обязательно выпила микстуру и поспала. Ты же видел, она ударилась головой и кое-что забыла, так что ты помоги вспомнить, - обратился он к малышу, который допивал свой чай.

- Хорошо, папочка, не переживай, все будет нормально. Иди, а то опоздаешь!- проговорил он уже в спину торопившегося мужчины.

Дверь захлопнулась и мы остались одни. Я привыкала к новому миру, а мир потихоньку привыкал ко мне.

Глава 6. На хозяйстве.

Глава 6. На хозяйстве.

- Ну, что же, моя помогайка-напоминайка, порядок дел такой - сейчас уберем стол, вымоем посуду, потом разберем продукты и поставим варить борщ!- торжественно произнесла я.

- Как тебе план!

- Замечательно! Только не забыть принять микстуру и поспать! И еще я покажу свои книжки и игрушки. Я уже немного умею читать - меня папа учит!- мальчик просто сиял от удовольствия! Столько дел и забот!

А я представила, как ему было скучно одному целый день ждать отца, играть в одни и те же игры, рассматривать знакомые книжки - без друзей, в одной и той же остановке, не имея возможности не то что побегать, даже походить как следует, и сильно его пожалела.

И еще я резко вспомнила, что лечила таких, как Андрюша и похожих на него, и что он намного наивнее, инфантильнее - еще одно непонятное слово, чем дети близкого ему возраста в другом мире, где я жила и работала, видимо, потому, что общается только с отцом. Но так он мальчик достаточно развитый и сообразительный, только очень одинокий. Но это воспоминание о прошлой жизни ушло также быстро, как и появилось, а лоб сильно заломило.

- Не надо торопиться, все всплывет само по себе, - решила я и стала убирать стол. Продукты я убрала в сторону, а вот как вымыть тарелки, пока не знала и решила обратиться к своему помощнику, который сидел на стуле и с любопытством смотрел на меня.

- А скажи-ка, уважаемый хозяин, как вы моете посуду?

- А ее не надо мыть, сложите все вот в тот шкафчик, там горюч-камень воду нагреет, потом щетки ее почистя, можно посуду вынимать и ставить на место. Это мне папа так объяснял!- и он показал на еще один шкаф, стоявший в углу.

- Это что же, посудомоечная машина такая? - думала я, пока укладывала посуду в нужный шкаф. И опять всплыло понятие из другой жизни.

Но что за горюч- камень такой, о котором говорят? Надо уточнить.

- Андрюша, я немного забыла, а что горюч-камень такой, что он делает?

- Ну, он греет воду, на нем готовят, вот в плитке он есть тоже, и он магический, папа говорил, что на нем и станки работают, и магодвигатели ездят, много всего,- мальчик говорил легко, как о привычном и знакомом.

- Похоже на электричество,- опять промелькнуло у меня что-то знакомое - позабытое.

- А магия только в горюч-камне?- осторожно спросила я.

- Нет, она всюду, вот Антон Павлович, лекарь, который вам микстуру дал, он тоже маг, в лечебнице работает, к нему нелегко попасть. И маги долго учатся, прежде чем начать лечить людей. И у учителей тоже магия, только другая, и в технике магия, она всем помогает! Но бывает и злая магия, военная, с нею надо осторожно обращаться. Это мне все папа рассказывал!- мальчик был рад поделиться своими знаниями и показать себя взрослым и умным.

Значит, с именем-отчеством врача я угадала, с магией потихоньку разберусь, но вот еще одно надо уточнить, что за ведуньи такие и почему их боятся. Или я лучше об этом у папы спрошу, видимо, об этом стараются особо не говорить.

Ну ладно, на сегодня разговоров достаточно, надо теперь продукты проверить. И я решительно открыла дверь шкафа-стазиса. Там все было навалено без порядка - куски мяса лежали рядом с маслом и сыром, тут же внизу на полках были овощи - капуста, морковка, картошка лук, чеснок, даже пара помидорок. Значит, борщ у нас все-таки будет!

Решительно выгребая продукты из верхней части шкафа, я стала их разбирать и раскладывать по порядку. Нашла хорошую косточку, которую сразу отложила в сторону, кусочки мелко порубленного мяса в плотной бумаге, какую-то рыбу, еще одну упаковку с чем-то непонятным. Там же были яйца, молоко и мука почему-то также стояли здесь.

- Вопрос к знатокам. Это что такое?- весело спросила я у мальчика.

- Это? Не знаю, - мальчик было расстроился от того, что не выказал себя знатоком, но потом, видимо, вспомнил.

- А, я понял! Это икра, наш сосед, дядя Петя нас давно угощал, мы немного поели, а потом папа её убрал и забыл, - радости ребенка не было предела.

- Ты знаток величайшего уровня! Но она не испортилась?

- Не-а, в стазисе ничего не портится, хоть сколько лежит, и всегда свежее,- уверил он меня.

- Замечательная вещь этот стазис,- сказала я, укладывая все аккуратно по порядку, положив упаковку с икрой поближе, чтобы быстро найти. Можно сделать потом блины с икрой, я так давно ее не ела, тем более все составляющие есть.

Теперь достать овощи для борща и начать готовить.

- А где кастрюлька? А терка есть? И на чем готовить можно?- и правда, как хорошо, что есть Андрюша, без него я бы не справилась.

И я озвучила свои мысли довольному мальчику, который с удовольствием принял похвалу. С его помощью я нашла желаемое, поставила кастрюльку на стол, вылила из чайника воду и поставила ее на плитку - ровную поверхность с такой же кнопочкой справа, как и у чайника, которую я тут же нажала. Плитка стала греться и вода потихоньку бурлить.

- А как сделать так, что бы грелось медленнее?

- А надо кнопочку еще раз нажать, тогда камень будет слабо нагреваться.

Разобравшись наконец с техникой, я решила налить еще воды, чтобы помыть овощи. Раковины в комнате не было, видимо, вода была только в ватерклозете, куда мы ходили утром.

- Я сейчас быстренько схожу, наберу еще воды, а ты пока почисти чеснок, он нам пригодится. Разбери его на дольки и сними кожуру, мы потом булочки чесночные сделаем к борщу, будет вкусно,- показала я.

Мне нужно было, чтобы мальчик тоже чувствовал свою пользу, а не просто смотрел со стороны - и ему заделье, да и мне помощь не помешает, все-таки голова побаливала и чесалась под наклейкой по-прежнему.

Глава 7. Мы готовим обед.

Глава 7. Мы готовим обед.

Выйдя в коридор, я отправилась к заветному помещению. Тут, как будто ожидая именно меня, дверь соседки открылась, и Аннушка выплыла из комнаты в полной боевой готовности - в каком-то ярко-аляпистом платье, такой же шляпке с пером, в руках была большая сумка, из которой торчало горлышко бутылки. Я решила её немного потроллить (интересно, при чём тут тролли, но значение слова я поняла как поехидничать):

- Замечательно выглядите, милочка! Вы куда-то то собрались?

Она гордо посмотрела на меня и сказала:

- Да я на рынок иду, могу и вам чего-нибудь купить!- она сказала "чаво-нибудь", как говорят простые люди, и внутри у меня появились смешные слова: "Можно девушку вывести из деревни, но деревню из девушки не вывести никогда!"

- Спасибо, милочка, вы очень любезны, но пока нам ничего не надо! - улыбнулась я и подумала, а на что собственно живет эта дама, как она оказалась в этом доме - судя по всему, достаточно богатом раньше. Надо будет уточнить у Андрея. Предупреждать Аннушку о масле я не стала - показалось почему-то опасным - вдруг меня еще и обвинят в неприятностях. А в том, что они будут, я была однозначно уверена.

Проводив взглядом расфуфыренную соседку, я набрала воды в раковине туалета - именно так, по-моему, должно называться это помещение, и вернулась в комнату.

Андрюша там начистил уже достаточно большую горку чеснока. Помыв и почистив морковку и найдя тёрку, я вручила всё мальчику, а сама стала чистить картошку. Закончив с морковкой, дальше пошла в дело мною почищенная свекла. Андрюша очень старался, даже язык высунул от усердия, и я не смогла его не похвалить:

- У тебя отлично получается! Запоминай, потом сам сможешь сварить это блюдо!

- А папа говорит, что готовить должны женщины!

- Не всегда, лучшие повара, которых я знала - это как раз мужчины! Да и знание никогда не бывает лишним!

- Я так папе и скажу! С вами так интересно,- восторга ребенка не было конца.

- И мне с тобой интересно и очень полезно! Одна бы я не справилась,- искренне подхватила я.

Закончив с овощами, я их немного обжарила и заложила в кастрюльку. Теперь осталась капуста, чеснок и приправы. Сложив все вариться, я спросила:

- А еще плитка у вас есть? Можно было бы блинчики сделать с икрой.

- Есть вроде там внизу, только мы ею редко пользуемся!

- Ну еще бы, при таком папе-хозяине! Хотя мне кажется, и я жила одна и редко готовила себе. Так что "чья бы корова МУ, а моя- МУ-МУ", - опять прозвучали во мне смешные слова.

- Ну что же, сейчас будем делать блинчики,- проговорила я, доставая нужную посуду.

- Смотри, это очень легко- молоко, яйцо, немного соды, сахар не надо, его только в сладкие блинчики кладут, а вот соли добавить нужно,- я смешивала все составляющие и разогревала плиту.

- Теперь все хорошо смешаем, смажем сковороду маслом и потихоньку нальем тесто ложечкой, теперь разровняем- вот и первый блин, и вовсе не комом.

Сделав несколько блинчиков, я дала их на пробу мальчику, который съел их с огромным удовольствием Потом я предложила:

- А теперь ты попробуй сам!

- Я? Но я же не достану!- у него даже слезки набежали от невозможности самому сделать такую вкусноту.

- Сейчас все получится,- я взяла пару подушек с кресла, подложила их ему под стульчик так, чтобы он мог достать до плитки, а потом осторожно его рукой стала наливать тесто. Глаза мальчика горели, он был счастлив, а я грустно улыбнулась про себя - как же мало надо для счастья этому ребенку - чуточку внимания, интересное дело, возможность почувствовать себя нужным - и он рад без меры.

Сделав целую гору блинчиков, мы решили немного перекусить ими - надо же было попробовать готовое. Горячие блинчики с икрой и свежим чаем действительно были очень вкусные.

- А папе еще есть?- обеспокоился малыш.

- Сейчас сам папе и сделаешь, тесто ещё осталось,- и мальчик с удовольствием почти самостоятельно наделал еще блинов, которые я отложила в сторону, чтобы он видел, что это - именно его труд.

Кстати, получились они достаточно красивыми и ровными, руки у него были твердыми и сильными. Да и как им не быть такими, таская тяжёлые костыли каждый день. Какая-то идея появилась у меня в голове насчет облегчения костылей, но я пока не могла поймать её, а лоб снова заломило.

Чуткий ребёнок это увидел и напомнил мне;

- Тетя Маруся, вы не забыли про микстуру? И поспать вам надо.

- Молодец, сейчас выпью, а поспим мы вместе, тебе тоже надо отдохнуть. Ты пока приляг, а я всё приберу.

Я отнесла мальчика на кровать, убрала все на столе, поставила мыться посуду и сама прилегла рядом. Он лежал такой маленький, худенький, с тонкими ножками, что опять жалость полоснула меня по сердцу, слёзы навернулись на глаза.

- Давай-ка я твои ножки поглажу!- предложила я, чтобы хоть чем-то ему помочь.

-Тебе легче было, когда я тогда их гладила?

- Да, легче, такое тепло шло и боль меньше стала,- пробормотал мальчик, засыпая.

Я стала гладить его ноги и опять увидела зеленое свечение, идущее от моих рук. Неужели в этом магическом мире и у меня магия появилась? Ведь раньше я таких экстрасенсорных (опять какое-то слово всплыло) способностей за собой не замечала. Сильно их показывать нельзя, но на пользу близким использовать можно и даже нужно. С этими мыслями я и задремала - выпитая микстура и небольшая усталость сказалась.

Глава 8. Нити мойр.

Глава 8. Нити мойр.

И тут мне приснился странный сон, который будто бы давал ответы на все мои невысказанные вопросы. Мне снилась большая белая комната, в которой за огромным приспособлением, состоящем из поперечных планок и натянутых нитей, сидели три женщины в белых одеждах. Глядя на эти планки, у меня возникла мысль: "Мойры за ткацким станком сидят, нити судьбы плетут".

И действительно - это устройство напоминало огромный ткацкий станок, нити которого то свисали прямо, то изгибались, то запутывались узелками, то переплетались между собой. Я увидела белую нить и почему-то поняла сразу, что это нить моей судьбы. Рядом была похожая нить, и вдруг в какое-то мгновение нити переплелись, запутались, слились.

Одна из женщин стала распутывать их, но внезапно концы их оборвались. Но поскольку они были почти одинаковыми, она их перепутала и стала привязывать концы не по назначению. Конец моей нити очень быстро и крепко привязался к чужой, как тут и был, но другой конец никак не желал привязываться к основной моей, раз за разом отталкиваясь, выскальзывая из рук пряхи, как бы протестуя. Видимо, чужое продолжение не хотело привязываться к моей основной нити.

Я даже закричала мысленно: "Ну же, привязывайся, не бойся, ты сможешь, тебе помогут, там очень хорошо", - я вдруг остро поняла, что это продолжение жизни настоящей Марии Ивановны Громовой, которая никак не хочет принять мою судьбу.

Я мечтала, чтобы всё исправилось, пусть всё вернется на старые места, но вдруг женщине надоела ее работа без результата, и она, резко размахнувшись, просто бросила конец нити на пол, где уже лежали и другие оборванные нити. Сердце мое бешено заколотилось, и я проснулась в поту и со сбитым дыханием.

Ну почему, почему она испугалась, почему не захотела жить моей судьбой? Понятно, что это было бы трудно, это ведь другое время и другая страна для неё, но ведь можно было приспособиться! Или это только нам, людям, живущим не в магии, но в технике, привыкшим совсем к другим реалиям, возможно приспособиться к новому миру?

Людей, читавших многочисленные книги о попаданцах, видевших на экранах кинотеатров и эльфов, и гномов, и огромных драконов, уже не удивляют ни горюч - камни, ни стазисы, так похожие на нашу технику. А магия - это пустяк, вокруг нас и так сплошная ожившая сказка и фантазия. Может поэтому я ничему здесь не удивляюсь и так легко принимаю новый мир?

Но одно теперь понятно- изменить я уже ничего не могу, буду стараться продолжать жить так, чтобы сделать как можно больше добра как за себя, так и за настоящую Марию Ивановну. И еще мне очень захотелось помолиться за нее, что я от души и сделала, как смогла.

Но вдруг глаза мои снова закрылись и я увидела как бы продолжение этой истории. Передо мной была палата больницы, в кровати лежало тело, и поняла, что оно мое - недвижимое и подключенное к многочисленным аппаратам, которые мерцали и подавали тихие звуки. В палату вошли врачи, один из них начал говорить:

- Больная Марианна Александровна Кириллова, 39 лет, состояние тяжелое, травма лобной и височных частей головы, переохлаждение средней тяжести, находится в коме. По МРТ обширные гематомы височных и лобных долей, нужна операция.

- Ага, вот как меня зовут, и возраст близкий к Марии Ивановне. И понятно, почему нить не хотела привязываться- оказывается, нападающий успел меня добить! А я даже ничего и не почувствовала!- подумала я.

В углу шептались две женщины, видимо, медсестры:

- А что милиция говорит?

- А что милиция - висяк, свидетелей нет. Нашли утром случайно собачники, когда вышли гулять, времени много прошло, следов никаких, зацепок никаких. Хорошо, в кармане осталось удостоверение, по нему и определили данные.

- Сумка, вещи были?

- Ничего нет. Скорее всего, нападающий забрал.

- Бедная женщина!

Их шептание прервал приказ главного врача:

- Наблюдаем, готовим к операции на мозге.

Но тут аппаратура запищала, заискрила, все засуетились около моего тела. Были какие-то манипуляции, многочисленные осмысленные и не очень действия, но я поняла - перенос сознания произоше, конец жизни Марии никак не хочет привязываться к моей. И вот в какой-то момент писк стал ровным, монотонным, медики отошли от моего тела.

- Все кончено, оформляйте документы. Родные, близкие есть?

- Милиция ищет, вроде нашли место работы-наша коллега, врач- педиатр, невролог, работала в детской неврологической больнице.

- Надо сообщить, пусть подготовят родных.

- Да, жаль женщину, такая молодая, такая нелепая смерть,- и с этими словами они вышли из палаты, а мое тело закрыли простыней.

Теперь я очнулась уже окончательно, зареванная и с дрожащими руками. Я вспомнила окончательно, и кто я была, и всю свою прежнюю жизнь. Вот откуда все те знания, которые всплывают во мне и, надеюсь, дальше будут помогать в этой жизни. Но как же так получилось, ведь я так хотела жить и быть нужной людям! Слезы опять полились у меня из глаз, но плакала я недолго, пришло осознание того, что жизнь продолжается, и я ещё нужна очень многим.

Кое-как приведя себя в порядок, я оглянулась на мальчика и прислушалась к дыханию ребенка. Он спал уже в полглаза и вдруг поднялся, посмотрел на меня и чутким своим сознанием что-то понял:

-Тетя Маруся, а ты плакала! Почему? Тебе плохо?- он впервые обратился ко мне на ты.

- Да нет, сон плохой приснился, как будто хороший человек умер.

- Сон - это не правда, мне так папа говорит, а плохой сон надо просто прогнать и пригласить хороший!- и он сделал жест вокруг себя ладошкой по кругу, а потом оттолкнул руку от себя, как бы отгоняя все плохое.

А я, с интересом глядя на него и утирая слезы, думала:

- Боже, какое счастье, что меня нашли именно эти люди, иначе я и тут погибла бы также, как и в другой реальности.

Волна тепла и признательности охватила меня, я подошла к мальчику и крепко его обняла, а он вытирал мне слезы своими ручками и гладил по лицу, успокаивая.

Так мы постояли молча несколько минут, но тут Андрюша встрепенулся и сказал:

- Там папа идет! И с ним ещё кто-то, - а я опять поразилась его чуткому слуху.

Действительно, вскоре дверь открылась и какие-то люди стали заносить в комнату вещи - сундуки, сумки, какие-то корзинки и котомочки. Это, видимо, и были вещи женщины, чье место я заняла. Но я поняла одно - не стоит открываться полностью даже перед этими очень симпатичными людьми. Возможно, позже я сделаю это, а сейчас я- тетя Маруся, Громова Мария Ивановна, двоюродная сестра покойной тещи Андрея Сокольницкого. Так есть и так пока и будет для него и для всех, правильно и спокойно. И на этом я окончательно успокоилась, и вытерев лицо мокрым полотенцем, стала ждать мужчину.

Примечание: Слово «мойра» в переводе с греческого языка означает «доля», «часть», со значением «участь», которую получает каждый человек при рождении. В древнегреческой мифологии Мойры - это богини судьбы. Они не предсказывают судьбу, а лишь следят за её исполнением. Считается, что мойр три. Богиня Лахесис отвечала за прошлое. Она назначала жребий ещё до рождения человека, а затем следила за его исполнением. Клото – Пряха, непосредственно работающая над прядением нити судьбы; считается богиней настоящего. Атропос – Неотвратимая, перерезает нить, в должный срок обрывая жизнь смертного; соотносится с будущим. Мойры прядут нить на веретене, но я решила усложнить их работу, вручив им ткацкий станок с сотнями нитей.

Глава 9. Дама с приданным.

Глава 9. Дама с приданным.

А вот и сам мужчина заходит в комнату, улыбаясь и держа что-то за спиной. Грузчики занесли вещи и ждали оплаты, а я, спохватившись, положила на тарелочку несколько блинов и поднесла их мужчинам:

- Угощайтесь, уважаемые, блины с пылу - жару, вот тот молодой человек их напёк,- и я оглянулась на надувшегося от удовольствия ребенка.

- Благодарствуем, хозяйка, спасибо и тебе, маленький хозяин,- и поклонившись, они довольные вышли из комнаты, жуя на ходу блины.

- А я и чувствую, чем таким вкусным пахнет! А это вы блины пекли!

- Да, это я сам тебе напек! А еще мы борщ сварили, но пока не кушали, тебя ждали!

- Ну что же, тогда я думаю, этот подарок для тебя от тети Маруси! Правда, я сначала хотел его себе оставить, но я большой для него, - и мужчина достал из-за спины лошадку- качалку.

- Как, Мария Ивановна, по- вашему, заслужил сын такого друга?

- Заслужил!- честно сказала я, глядя в умоляющие глаза ребенка, который сразу расцвел улыбкой.

А во мне непроизвольно всплыло детское стихотворение, которое я и произнесла, сажая мальчика на лошадку:

- Я люблю свою лошадку, причешу ей шерстку гладко,

Гребешком приглажу хвостикИ верхом поеду в гости.( А.Л. Барто).

- Иго-го, иго-го! - скакал довольный мальчик, а потом сходу повторил стихотворение.

- Отличная память!- не удержалась от похвалы я. - Только нужно твоему коню придумать имя!

- Пусть будет Буцефал!- улыбаясь, произнес папа.

- Ну, он еще маленький для такого грозного имени, он скорее, Буцефалик, Буцик!- улыбнулась и я.

- Буцик, у меня конь Буцик!- засмеялся мальчик.

- Но давайте обедать, я сейчас всё приготовлю,- спохватилась я.

- Чуть позже, я договорился с Антоном Павловичем, сейчас он свободен и я привезу его, чтобы он осмотрел вас. А потом и обедать сядем. Я сейчас вам комнату открою, можно туда вещи перенести, все разобрать, а потом мы кровать купим, и вы сможете там распоряжаться спокойно.

- А я тете Марусе про микстуру напомнил, и мы вместе поспали. А еще она опять мне ножки лечила,- закончил мальчик уже тише.

- Хорошо, хорошо, только помни - об этом никому ни слова!- сразу стал серьезнее отец. А я решила именно сегодня расспросить его об этих тайнах.

- И еще тете Марусе сон плохой приснился и она плакала! А я ее пожалел и сон прогнал!

-Ну, все доложил? Или что забыл добавить?- посмотрел отец на смутившегося мальчика, который понял, что сболтнул лишнего.

- Ничего, я уже в порядке, не переживайте,- я спокойно посмотрела на встрепенувшегося мужчину.

Он внимательно еще раз взглянул на меня и , кивнув головой, повернулся к выходу.

- И еще, - на ходу обернулся мужчина,- вы очень правильно сказали- не если, а когда! Я эти слова все время повторял и у нас все получилось! И друзьям ваши слова тоже понравились. Теперь - это наш девиз!- И он вышел из комнаты.

А я раскрыла вторую дверь, где и была спальня хозяйки. Кровати не было, стояла только ширма, ранее её закрывавшая, а вот шкаф, зеркало со столиком, еще одно кресло и стол побольше составляли её убранство.

Мальчик тоже на своей лошадке прискакал в эту комнату. На ноги он не мог упираться, но от сильного толчка рук лошадка дергалась и, как бы подскакивая, продвигалась вперед. А здорово придумала тетушка - моя предшественница - так он легче и быстрее может передвигаться, и ноги не будут так уставать.

Я ещё раз задумалась обо всей этой истории, перенесшей меня в чужое тело и жизнь, но размышлять долго некогда - надо вещи разбирать.

Тем более, что и ребенок приуныл, видимо, маму вспомнил. А вот, скорее всего, и она - я увидела на столике рисунок красивой молодой женщины, улыбавшейся нам.

- А фотографий ещё не делают, что-ли? И в паспорте у тетушки тоже был рисунок,- опять всплыло что-то из другой жизни.

Что я припоминаю свою жизнь, более технически развитую, я уже поняла. Эти картинки всплывали постепенно и уже не пугали и не удивляли меня.

Но я задумалась и не сразу заметила, что мальчик смотрит на рисунок мамы и слезы наворачиваются у него на глазах. Надо срочно отвлечь его и я сказала:

- Красивая у тебя мама.Ты тоже вырастешь красивым, как мама, и умным, как папа. И она будет очень тобой гордиться.

- Но она же умерла,- прошептал мальчик.

- Да, но душа ее в тебе, рядом с тобой, знай и помни об этом.

- Папа тоже говорил, что мама с облаков смотрит на нас и все про нас знает.

- Вот видишь, папа обманывать не будет. Но мне нужна твоя помощь.

- Какая,- глаза ребенка опять загорелись интересом.

- Я сейчас принесу вещи, а ты мне будешь подсказывать, куда что надо разложить.

Глава 10. Все устраивается.

Глава 10. Все устраивается.

И мы занялись разбором вещей, которых было достаточно много. Были тут и теплые, и более легкие платья, и халаты, и ночная рубашка, и белье- все простое, скромное, но приятное и подходящее по размеру - еще бы, я ведь в теле, которому одежда и предназначалась.

В большом чемодане лежало теплое пальто с меховым воротником, пальто полегче, плащ, теплые и легкие кофты, шаль, шляпка и теплая шапочка. Замечательно - проблем с одеждой не будет. Все это я разложила и развесила в шкаф для одежды.

А сейчас я зашла за ширму и с удовольствием переоделась в легкое чистое платье-халатик - в теплом платье второй день уже было тяжело ходить.

В корзинке были банки с вареньем, грибами, еще какие-то продукты - я их унесла на кухню.

Дальше были бумаги, маленькие сумочки с женскими мелкими вещами, даже небольшая коробочка с колечком, брошкой, на цепочке висела деревянная руна в виде солнца, и я сразу ее одела, так как видела, что такая же была и у мужчины, и даже у ребенка, значит, здесь другая вера, чем в моё время. Вот и еще один вопрос в целую копилку нерешенных, но надо обо всем узнавать понемногу, не торопясь.

Так, потихоньку разбирая вещи, я знакомилась с этим временем и модой, которая напоминала двадцатые годы прошлого для нас двадцатого века близкого мне времени.

Опять задумавшись, я не услышала ничего, а вот Андрюша еще раз меня удивил, произнеся:

- Папа с Антоном Павловичем идет! Скоро здесь будут, - он поскакал на лошадке в комнату.

И действительно, через какое-то время дверь открылась и мужчины вошли в комнату. Вышла к ним и я. Антон Павлович улыбнулся и сказал:

- Вижу, вы начали обустраиваться. А как ваше самочувствие?

- Уже гораздо лучше. Голова почти не болит, только лоб чешется, видно, заживает.

- Ну что же, давайте посмотрим,- и лекарь опять провел по моей голове руками, от которых распространялось слабое голубое сияние.

- Действительно, состояние уже получше. Удар хоть и сильный был, но одномоментный.

- Я помню, что об камень лбом ударилась, видно, в темноте оступилась и не заметила.

- Ну , бывает, бывает. Вы уж поосторожнее пока. Микстуру пили?

- Да, это я напомнил!- подсказал мальчик.

- Отлично, отлично. Наклейку можно и снять, пусть рана заживает, сейчас напишу название мази, в аптеке свободно возьмете, мажьте на ночь, чтобы легче заживало.

- А мне уже можно делами заниматься, выходить из дома?

- Почему бы и нет? Если головокружения нет, слабости тоже, - я активно качала головой, отрицая эти слова,- то вполне можно, но потихоньку, не перетруждаясь. А то я вижу, вы активно за дела принялись. Вот и обед приготовили, как я чувствую!- улыбнулся доктор - именно так называлась эта профессия в моем мире.

- Ох, простите, совсем забыла! Вы же голодные. Прошу к столу, мы сегодня с Андрюшей и борщ сварили, и блинов напекли.

- Борщ и блины -это отлично, в больнице такого не подадут, - подхватил лекарь.

Мужчины пошли мыть руки, а я принялась с помощью мальчика накрывать на стол, тем более, что уже свободно ориентировалась, где что взять.

Вскоре мы сели за стол, где я всем уже налила борщ. Получился он отменным, надо признать, и мы все с удовольствием стали его есть. Только я спохватилась:

- Булочки чесночные к борщу забыла сделать! Андрей же и чеснока почистил!

- Полно, Мария Ивановна, и без булочек всё очень вкусно! А чеснок мы и так съедим, что намного полезнее! Если позволите, я бы и от добавки не отказался,- протянул мне уже пустую тарелку лекарь - так он быстро все съел.

На мое удивление он ответил:

- Я сегодня с утра ничего не ел, да в больнице давно привык быстро обедать, пока позволяет время.

- Что, так много больных?- спросила я.

- Да не сказать, что много, просто мой коллега в отпуск ушел, вот весь почти город на моих плечах и остался. И в больнице прием, и по вызовам ездить приходится. Вот и сейчас - рад бы еще у вас посидеть, а ехать надо к генеральше Поповой.

- А что с ней? Она серьезна больна?- заинтересовалась я.

- Бездельем она больна! Заняться нечем, дети взрослые, с мужем отношения неважные, вот она и придумывает себе болезни разные, чтобы внимание привлечь. А не откажешь - она хорошие деньги на больницу жертвует, да и муж человек в городе не последний.

- Корову бы ей, а то и две!- задумчиво произнесла я.

- Не понял!- в голос произнесли оба мужчины.

- Да это присказка была у моей соседки. Она так говорила, когда разные лентяйки к ней с жалобами приходили, что и заснуть не могут, и голова у них болит. Мол, корову заведи, некогда будет болеть - будешь целый день с раннего утра крутиться, про все болезни забудешь и спать будешь, как убитая! Она знала, о чем говорит - у нее сразу три коровы были!

- Ха- ха! рассмеялись мужчины.

- Это точно! С коровой не заскучаешь!- улыбнулся лекарь.- Только вряд ли генеральша этим советом воспользуется! Ну, Андрей Иванович, я вижу, вы с сыном в надежных руках! Мне пора идти, как не грустно уходить от столь вкусного стола!

- Погодите, а блины! - спохватилась я.

Мужчина развел руками,- мол, некогда уже.

- Тогда я вам их с собою положу. Подскажите, во что их завернуть,- обратилась я к хозяину.

- Кажется, вот здесь бумага была, можно взять,- и Андрей полез куда-то в стол и достал рулон бумаги, похожей на ту, в которой была завернута рыба и икра.

- Давайте проводим Антона Павловича. А то я так ваш двор и не рассмотрела вчера вечером в темноте,- предложила я.

- Конечно, конечно, только вы кофту накиньте, а то прохладно уже,- позаботился мужчина, и это меня тронуло.

- А я? А Буцик?- поднял глаза мальчик.

- Ну, как без тебя и Буцика. Только ты тоже пальтишко одень,- улыбнулся отец.

- А что тут у вас за новый жилец появился такой интересный? Что за Буцик?

- Да это Мария Ивановна в подарок моему сыну лошадку привела, вот она его так и назвала - а я предлагал Буцефалом назвать.

- Буцик, это действительно мило, вам очень повезло с тетушкой, уважаемый Андрей Иванович!

- Да мы и сами уже это поняли!- подхватил мужчина, поднимая уже одетого мальчика на руки.

Я тоже одела кофту, в руках держала лошадку. И вот мы всей гурьбой вышли во двор.

Глава 11. " Коровы " для генеральши и не только.

Глава 11. " Коровы " для генеральши и не только.

А на дворе была красота - ярко светило солнце, пели птички, все благоухало. Мы даже зажмурились от этой яркой весны, а ребёнок расплылся в улыбке - видно, что он отвык от этого счастья солнечного дня, гуляя только по вечерам, когда никто его не видит и не дразнит. И я поняла, что так просто это дело не оставлю и сделаю всё для него и отца.

Мы присели на лавочку, а мальчик скакал около нас на своей лошадке. Но скоро и он притомился и, увидев песочницу с чистым песком, тихонько попросил отца умоляюще:

- А можно мне в песочек, на солнышко!

- Конечно можно, и даже нужно, - решительно сказала я и отнесла его на место.

- Вот и лопаточка твоя, и ведерко, можешь построить домик из песка,- и отец достал игрушки из-под скамейки.

На мой удивленный взгляд он ответил:

- Мы часто тут вечером играем, когда нет никого.

- Ну что, Антон Павлович, мне идти за каретой?- спросил он у разомлевшего на солнышке лекаря.

- Идите, но не торопитесь, надеюсь, генеральша подождет! Не так уж она и больна!- ответил тот.

И продолжил, обратившись ко мне и улыбаясь:

- Значит, вы ей корову рекомендуете завести? Было бы неплохо, но вряд ли она согласится!

- А хотите, я придумаю так, что она сама об этой "корове" просить будет?

- Это как так?-оживился лекарь.

- Вот смотрите, вы верно сказали, что многие болезни у неё и подобных дам от безделья. Значит - надо им придумать дело, которое бы их увлекло. Дать им "корову"!

- Ну-ка, ну-ка, и что это будет за "корова"?- подхватил с интересом доктор.

- Смотрите, первая корова - самая простая. У вас разрешены посещения больных?

- Конечно, они же не в тюрьме!

- А зал большой в больнице есть?

- Да, мы там на совещания собираемся.

- Ну а какими-нибудь талантами генеральша обладает? Ну поет, или на инструменте каком играет?

- Кажется да, ее хвалят как музыканта, говорят, на рояле отлично играет.

- Вот и "корова" - пусть она и другие дамы организуют концерт для выздоравливающих, можно и других горожан пригласить, кто побогаче, да не за бесплатно, а за деньги билеты продавать. И выступить им прямо в больнице - и пациентам радость, и дамам польза.

- Но заранее объявить, что собранные средства пойдут на покупку оборудования, каких-то лекарств, чего вам нужно. А потом и в газетах написать, кто выступал, сколько средств собрали и на что истратили, чтобы люди знали про это, да гордились собой.

- Можно и фонд открытый организовать для помощи людям и тоже сообщать, кто сколько пожертвовал и на что деньги потрачены. Тут только в этот фонд надо честных да уважаемых людей выбрать, кому все верят!- с энтузиазмом проговорила я.

- Интересно, интересно! Такое делали, но не в больнице, просто концерты проводили. И фонд есть, но как-то он вяло работает. Но ваша идея полезнее. И про газеты мне нравится - это и доброе дело, и гордиться этим можно.

- Газеты - это третья власть, они многое могут, если умело их использовать. Ведь так можно и средства для малоимущих людей собирать, и сиротам помощь оказывать, и учебным заведениям, всем нуждающимся.

- Можно особые стипендии установить именные для тех, кому платить нечем, а учиться дети хотят, ярмарки разные проводить и поделки продавать, а деньги опять на помощь пускать, тут можно многое сделать, если захотеть!- я перевела дух после столь долгой речи.

- Очень интересно, я обязательно об этом в управе расскажу, у нас градоуправляющий толковый, я думаю, ему понравится, - задумчиво проговорил и мужчина.

- Но это только первая "корова"! - воскликнула я.

- Что, еще есть?- удивился лекарь.

- И не одна! - подхватила я. - Смотрите, можете вы выделить пару - тройку палат, отделать их получше да побогаче, оборудование хорошее установить, мебель красивую.

- В принципе можем, но для чего?

- А это будут палаты для "особо важных людей", или по-английски- ВИП- персон. Туда можно класть лечиться за деньги богатых людей, таких, как ваша генеральша, да и пользовать их там на месте, а не вам к ним ездить, силы и время теряя. Если рекламу в газетах сделать, да на консультации к таким больным знаменитых профессоров приглашать, какое-нибудь модное лечение применять, у вас отбоя не будет от желающих там полечиться!

- Очень интересно, и откуда у вас такие идеи?- воскликнул врач.

- Откуда - откуда, оттуда, не могу же я сказать, что эти идеи из мира, в котором я жила и всплывают они во мне прямо во время разговора,- промелькнуло у меня в голове, но я скромно промолчала.

- Но есть ещё и третья "корова"!

- Как, ещё? Вы кладезь идей!- удивился Антон Павлович.

- Да, вот смотрите, можно из ваших больных сделать лекарей, которые и себя и других лечить смогут, и только рады будут! - торопливо сказала я, видя, что мужчина совсем растерялся под моим напором.

- Вот посудите, многие простые болезни можно лечить и самому - насморк, легкую простуду, болезни горла, не прибегая к помощи лекаря, так?- продолжала я.

- Ну не совсем так, но кое-что можно, важно только не затягивать с лечением.

- Ну так вот, опять через газету вы объявляете о лекции какого-нибудь профессора поимпозантнее и помоложе, собираете дам, а он им там и рассказывает, как лечить своих близких.

- Хотя нет, - спохватилась я,- лучше пусть он им расскажет о том, как за собой ухаживать, поведает об изготовлении простых масок, кремов, протираний для сохранения красоты, правильном питании и других вещах, а то не дай бог, они так увлекутся самолечением, да и затянут болезнь еще больше. А от таких простых рецептов никому хуже не будет,- закончила я свой монолог уже усталым голосом- я тоже уже выдохлась.

- Потрясающе! Это просто потрясающе! Вы слышали, Андрей Иванович, какие у вашей тетушки интереснейшие идеи!- обратился он к подошедшему мужчине.

Тот только кивал головой - он тоже был удивлен тем фонтаном слов и идей, который из меня вырвался.

- Всё, решено, завтра же переговорю с нашим руководителем больницы - лекарь он средний, но организатор отличный, надо отдать ему в этом должное. Мы все обсудим, обдумаем вместе, а потом в компании с вами пойдем к градоуправляющему и сразу все распланируем, что можно сделать в ближайшее время, пока дамы по дачам не разъехались.

- Можно первую лекцию о лечебных травах рассказать, как их собирать да сушить - пусть на дачах займутся.

- А травницы на нас не обидятся, что мы у них хлеб отбираем? В деревнях ведь многие их услугами до сих пор пользуются,- уточнил Андрей.

- Травницы? - растерялась я,- пожалуй, вы правы, тут надо все хорошо обдумать.

- Да, но сами идеи! Казалось бы - все просто, доступно, а для лечебницы сколько пользы будет!- с воодушевлением произнес лекарь.

- А самое главное, и самим дамам будет полезно, и их родным и близким от таких "коров", которые мы для них заведем!- закончила со смехом я мужчины поддержали мой смех.

- Вы - замечательная женщина! Завтра - послезавтра я договорюсь о приеме и сообщу, когда нас примут в управлении! - еще раз подтвердил свои намерения Антон Павлович.

- Ну что же, инициатива наказуема и имеет самого инициатора,- опять засмеялась я, довольная, что мои идеи не стали пустым звуком, а будут претворены в жизнь.

Мужчины переглянулись и тоже улыбнулись.

Тут подъехала пролетка и лекарь уехал, очень озабоченный, я видела, что он достал книжечку и стал что-то записывать на ходу. Я решила, что и мне следует изложить это все на бумаге, чтобы не упустить подробностей.

Глава 12. Аннушка всё- таки разлила масло.

Глава 12. Аннушка всё- таки разлила масло.

Но с этими разговорами я чуть не забыла о ребёнке. Где же он, не случилось ли чего? Нет, вроде всё в порядке, играет спокойно в песке, что-то себе шепчет -видно, что доволен теплом и солнцем.

И я решила спросить мужчину:

- Вам же не надо больше на службу? Тогда мы еще посидим немного, уж больно погода чудесная. И Андрюша так хорошо играет! Ему бы почаще на солнышке бывать надо, для костей это очень полезно.

- Да, на солнышке - это вы правы, солнышко не помешало бы,- задумчиво сказал мужчина, щурясь на яркий свет.

А во мне всплыло еще одно детское стихотворение, которое я потихоньку прочитала отцу: Пусть не сердятся родители, Что измажутся Строители, Потому что тот, кто строит, Тот чего-нибудь да стоит! И неважно, что пока Этот домик из песка!( Борис Заходер).

- Как здорово написано, это ведь не только про детей, но и про взрослых можно сказать: "тот, кто строит, тот чего-нибудь да стоит!". Да, отличные стихи!

- Но вы мне не рассказали, как прошли ваши испытания?

- Испытания?- оживился мужчина.- Испытания прошли как никогда спокойно и результаты получились отличные. Еще недели две - три обкатки всех параметров станка, и можно запускать его в производство. А всё получилось так потому, что я постоянно повторял ваши слова- "не если, а когда", вот они и помогли!- с воодушевлением закончил мужчина.

- Ну вот, что за противный мальчишка, никак он сына в покое не оставит!- вдруг поднялся отец.

И верно, около Андрюши стоял какой-то кривляющийся подросток, который уже занес ногу над построенным ребенком зАмком с очевидным желанием всё разрушить. И было слышно, как он с ухмылкой говорил:

- Что, хромоножка, строительством решил заняться? Только на твоих костылях тебя никто не возьмет на службу, никому ты не нужен!

Отец уже шагнул от скамейки, как я, не осознавая себя, подлетела к мальчишке и, скрывая свою злость, произнесла ему прямо в лицо:

- Очень не толерантно себя ведёте, молодой человек!- и откуда только такое слово всплыло!

- Чаво?- он даже рот открыл от удивления, но ногу поставил уже рядом с собой, а не на зАмок.

А я продолжала:

- Забыли про закон бумеранг - каждое доброе дело, возвращаясь, в руки падает, а вот зло в лоб прилетает!- тут и мой лоб неожиданно зачесался, и я с усмешкой подумала, кому же я зло сделала, что мне так прилетело.

И. подхватив на руки мальчика, я обошла оторопевшего подростка и понесла Андрюшу к идущему нам на встречу отцу. Парень повернулся и почти бегом стал уходить со двора от греха подальше!

- Как вы сказали? Не...какой?- с удивлением спросил отец, подхватывая ребенка, который сразу к нему прижался.

- Не толерантный,- чуть ли не по слогам повторила я,- не терпимый к людям с особенностями, не такими, как он - с физическими недостатками, другим цветом кожи, с другим поведением, просто - к другим. Это действительно опасные люди, они ведь могут не просто не принимать других, а бороться против них, даже искоренять, - разгорячилась я.

- Да, это как с ведуньями воюют,- подхватил мужчина.

- А что не так с ведуньями?-уточнила я, довольная, что невольно навела на разговор на интересующую меня тему.

- Они что, кому-то плохое что сделали?

- Да нет, даже пользу приносили. Просто лекари магии учатся достаточно долго, много сил и денег тратят на овладение ею, а ведуньи магию чувствуют, они без всякой учебы лечат, да и денег много не берут. Вот лекари и обижаются, что простой люд не к ним, а к ведуньям идет лечиться.

- Понятно, значит, ревновали, да деньги не хотели терять,- вздохнула я.

- Ну что, пойдем домой?

- Давайте, хотя постойте, вот к нам Егор Фомич идет, наш полицмейстер, сейчас с ним договоримся, когда он насчет прописки придет. Егор Фомич!- позвал он грузного мужчину, который неторопливо шагал по дороге.

А в моей голове красивым голосом вдруг прозвучали слова: "В белом плаще с кровавым подбоем, шаркающей кавалерийской походкой, ранним утром четырнадцатого числа весеннего месяца нисана, в крытую колоннаду между двумя крыльями дворца Ирода Великого вышел прокуратор Иудеи Понтий Пилат".

Егор Фомич не был одет в белый плащ, и походка его была упругой, военной, а не шаркающей, поэтому эти слова удивили и рассмешили меня, и я успокоилась. Но как хороши эти необычные чеканные слова. Это опять другая жизнь всплыла- когда-то я очень любила эту замечательную книгу. где он и были написаны.

- А вон и Аннушка спешит, торопится, сумкой размахивает. А в сумке бутылка с маслом! Ох, что сейчас будет!- пробормотала я.

И тут раздалось два звука - первый - тоненький - " бульк!"- это в сумке, которой размахивала Аннушка, наклонилась бутылка, из нее выпала бумажка, закрывающая горлышко, и масло полилось прямо на дорожку. А вот второй звук был очень гулким и тяжелым -"бамц"- это, поскользнувшись на масле, упал, нелепо взмахнув руками, полицмейстер.

И - тишина, мы даже дыхание затаили от неожиданности, только птички продолжали чирикать, как не в чем ни бывало. И вдруг эту тишину нарушил такой крик, что мы вздрогнули, а птички примолкли:

- Ах ты, чертова баба! Что ты как курица крыльями машешь, масло выливаешь!- а дальше уже он хотел перейти к более крутым выражениям, но заметив нас, зажимающих рты от смеха, только рукой взмахнул:

- Завтра придешь ко мне в участок и будешь стирать мою форму!

- Подождите, Егор Фомич, нужно солью засыпать пятно, а потом мылом хозяйственным застирать! Должно помочь! Только это сейчас сделать надо, пока пятно свежее, - вспомнила я один из советов.

- Ну что же, пойдемте, только сначала надо песком масло засыпать, пока никто ещё не упал! Ставь сумку и бери Андрюхино ведерко! Да сыпь, сыпь побольше!-вскомандовал полицмейстер женщине.

Аннушка поплелась выполнять приказ, а мы уже не выдержали и засмеялись в голос, глядя на неё.

Улыбнулся и полицмейстер, пытавшийся разглядеть пятно сзади на своих брюках. А Андрей сказал потихоньку:

- Вот Аннушка и разлила масло, как вы и говорили!

- Да, только мне кажется, что в реальной истории все гораздо хуже закончилось - человек поскользнулся и ему голову отрезало,- прошептала я про себя, но мужчина услышал и с удивлением посмотрел на меня.

- Ну ладно, хватит, пошли в дом, будем брюки мои спасать!- распорядился мужчина, и мы все зашли в квартиру.

- Заодно и с документами моими разберемся, прописку узаконим,- подхватила я, решив сделать все дела, не откладывая в долгий ящик.

Андрюша-маленький прикорнул к отцу, который нес его на руках - его совсем разморило на солнышке, поэтому мы сразу его помыли, благо вода в чайнике была теплой, и уложили спать. Перед сном он пробормотал наклонившемуся отцу:

- Какой сегодня хороший день был! Спасибо тебе и тете Марусе!

А вот с полицмейстером было больше хлопот - мужчина он был крупный, поэтому брюки Андрея-старшего ему не подходили. Пришлось ему заворачиваться в одеяло и сидеть, ожидая, когда Аннушка ототрет его одежду. Я тут же налила ему борща, наложила блинов, решив, что сначала надо его накормить, а потом и дела решать.

Мельком просмотрев мой паспорт, он записал данные и сказал, утирая лицо:

- Благодарствую за угощение, все очень вкусно. С документами у вас порядок, уважаемая Мария Ивановна, так что проблем нет. Желаю вам на новом месте успехов и добра!

- Ну, где там мои брюки, отстирались?- спросил мужчина у робко просунувшей голову Аннушки.- Неси сюда, их еще и сушить надо!

Пришлось нам ждать, когда чуть высохнет пятно, а потом и провожать Егора Фомича. На прощание он сказал, постучав в комнату соседки:

- Думаешь, уже отделалась от меня? Завтра придешь в участок, заберешь грязное белье и все выстираешь! А ежели не придешь, штраф наложу за твои действия! Поняла!- и он подмигнул нам.

Проводив полицмейстера, мы зашли в комнату, вновь не скрывая смеха - уж больно забавной была вся эта ситуация.

Но надо отдыхать и нам. Единственное, что я хотела еще уточнить, это была приборка квартиры. И я спросила, обращаясь к мужчине:

- Андрей Иванович! Я понимаю, что у вас много работы и вам было немного не до уборки, но вот и окна надо бы помыть, и белье постирать, и половики потрясти, короче, прибрать все немного. Можно мне этим заняться завтра?

- Конечно, можно, о чем спрашиваете! Только вам помощь ведь нужна - одной тяжело! Я завтра в соседнюю квартиру зайду, там женщина хорошая живет, договорюсь, она и придет. Её Настей, Анастасией зовут.

- А с кроватью как решим? Когда будем покупать?- продолжил он.

- Да вот завтра мы сначала за кроватью с помощницей съездим, а потом все приберем и ее в комнату и поставим.

- Хорошо, делайте, как удобно. Вы не стесняйтесь, хозяйничайте, я действительно дом немного подзапустил.

- Да это понятно, у вас и так забот полно! Ну тогда так и сделаем! А сейчас - спать! Спокойной ночи!

-И вам добрых снов,- и мы вновь устроились на старых местах и притихли.

Глава 13. Новые знакомства.

Глава 13. Новые знакомства.

Но ночь выпала беспокойная - Андрюша, видимо, перегрелся на солнце и плохо спал, метался, даже стонал. Я ругала себя, что позволила ему так долго сидеть на жаре, да ещё и без головного убора, поила его водичкой, утирала лоб, отправив отца, который топтался рядом, отдыхать. Под утро жар спал и ребенок спокойно заснул.

Но я первым делом повинилась перед мужчиной:

- Простите, Андрей Иванович, это я виновата, не нужно было так долго Андрюше на солнце сидеть, он же отвык от него, вот и занемог. Надо ему шапочку какую-нибудь носить и в самую жару в тенечке сидеть.

- Не вините себя, Мария Ивановна, я тоже совсем об этом не подумал. Но ничего, сейчас съезжу, привезу Антона Павловича, да заодно и мазь в аптеке для вас прихвачу.

- Да я-то что, у меня лоб почти не болит, а вот Андрюшу посмотреть надо. Но вас не заругают за опоздание? Может, мне в лечебницу съездить? Где это? Только и ребенка одного оставлять не хочется. Кто бы с ним посидел?

-Да, мне не хотелось бы опаздывать и подводить коллег. Но, кажется, я придумал. Я сейчас зайду к Насте, про которую вчера говорил, и отправлю ее в лечебницу за Антоном Павловичем и мазью для вас. А потом она и с сыном посидит, пока вы за кроватью съездите, и с уборкой поможет. Она женщина расторопная, спокойная, часто нам помогала. Настя - вдова, у нее ребенок маленький, она всюду ее берет. Марфа немного необычная девочка, но вы не бойтесь, она и Андрюшу знает, несколько раз играла с ним, он никогда её не обижает.

- Разберемся, со всеми делами разберемся. Но вам надо перекусить перед работой,- и я стала доставать из стазиса последние блины и греть чай.

Наскоро поев, мужчина уехал, а я осталась со спящим ребенком. Дыхание его было уже ровным, но лоб немного горячим и лицо покраснело от загара. Перекусив и ещё раз поругав себя за неосмотрительность, я стала думать, что приготовить на обед. Блины мы доели, борща тоже мало осталось и я решила еще раз пересмотреть запасы.

В стазисе я нашла упаковку с рыбой и раскрыла ее - вот это да, это же стерлядь - царская рыба! Давно я ее не видела, а уж не ела и того дольше! Замечательно, уха из нее божественная, только надо и маленькой рыбы для бульона купить.

А в другой упаковке было мелко порубленное мясо - можно или котлеты сделать с картошкой, или гуляш на скорую руку. Решено - так и приготовлю, а пока начну картошку чистить с овощами. И я уселась за стол, время от времени проверяя мальчика, который совсем разоспался.

Было тихо и спокойно и я задумалась о своей дальнейшей жизни. Разговор с лекарем и мои идеи прозвучали вроде и произвольно, но я что-то подобное уже делала. Но эти мысли не вредны никому, а, наоборот, помогут и лечебнице, и скучающим дамам.

А вот проснувшаяся во мне магия - это и полезно, и опасно, раз так тут относятся к интуитивным способностям ведуний. Значит, еще раз - помогать надо, но только близким и не раскрывая себя.

На этом мои размышления прервал тихий стук в дверь, который я даже сразу и не расслышала. Открыв дверь, я увидела скромно одетую женщину лет двадцати пяти, за спиной которой пряталась маленькая девочка лет трех- четырех с круглым монголовидным лицом и припухшими узкими глазками. Где-то внизу слышны были шаги Антона Павловича.

- Здравствуйте, вы Настя?- спросила я.

-Да, я вам лекаря привела и мазь купила по бумажке, которую Андрей Иванович дал. А это моя дочка, Марфушка, она глупая немного, но никого не обижает.

- И вовсе она не глупая, а вполне симпатичный дауненок. У нее же синдром Дауна? - спросила я, употребляя термин, который был мне знаком.

- Я не понимаю,- растерянно проговорила женщина.

- Потом поговорим об всем, надо лекаря впустить, да Андрюшу разбудить,- и я подошла к двери, чтобы ее открыть.

Антон Павлович, видимо, услышал мои последние слова, потому что посмотрел на меня с интересом, но пока ни о чем не спросил. Он подошел к Андрею и позвал его:

- Молодой человек, просыпайтесь, как вы разоспались, день уже на дворе,- и он легонько пощекотал мальчика. Тот открыл глаза и улыбнулся - этот хитрюля уже не спал, а слушал нас.

- Доброе утро, Антон Павлович, доброе утро, тётя Маруся, доброе утро, Настя, о, и Марфуша здесь! Всем доброе утро,- улыбнулся он.

Лекарь тоже улыбнулся и стал его осматривать, проводя рукой по голове и телу. Потом он удовлетворенно сказал:

- Ну ничего особо страшного не произошло, перегрелся немного, с кем ни бывает. Голова болит?- обратился он к ребенку.

- Немного, и спать хочется.

- Вот и спи, но пока тебе покушать надо и чаю попить не сладкого или лучше подсоленной водички. Сегодня в жару не гуляйте, а вот попозже можно и выйти - проветриться. Пусть постепенно привыкает к солнышку. Микстур никаких не надо, но если сильно голова болеть будет, можно выпить вот этот порошок,- и он протянул бумажную упаковку с лекарством.

- Все поняла, Антон Павлович, действительно, как-то мы переборщили вчера, дорвались до бесплатного. Впредь будем осторожнее. Позавтракаете с нами? Ещё борща немного осталось, детям каша, а потом обед буду делать. И подскажите, пожалуйста, где мне кровать купить, я ведь город совсем не знаю,- обратилась я.

- А вот как раз возле лечебницы есть неплохая лавка, там и кровати, и остальную мебель делают, они и для нас много чего изготавливали, я вам покажу. Рядом в лавке можно и матрацы заказать, и подушки.

- Отлично, так и сделаю. А продукты где посмотреть?

- И на рынке можно, он также не далеко, или в лавке рядом.

- Но вы что-то сказали про Марфушу, как вы ее назвали, я не расслышал?- заинтересовался лекарь.

- Дауненком, у нее синдром Дауна. Это не болезнь, а просто при зачатии что-то пошло не так (ага, ты еще расскажи про лишнюю хромосому в 21 паре - промелькнуло у меня в голове и я невольно улыбнулась).

- И никто при этом не виноват - ни отец, ни мать, они-то совершенно здоровы, но так сложилось, и никто особо не знает, почему. Вот и родился ребенок таким, с особенностями, они и болеют чаще, особенно простудными заболеваниями, и сердечко у них слабое, и желудочек страдает, и зрение плохое, да и всё развитие идет с отставанием. Они - вечные дети, но добрые, спокойные, их еще "солнечными" называют,- все это я рассказывала, глядя на удивленного лекаря и мать девочки.

- Ну, Марфушечка- душечка, ты ведь хорошая девочка, пойдешь к тёте?- и я подхватила ребенка на руки. Та тут же стала что-то непонятное лопотать, а потом обхватила меня за шею и прижалась ко мне.

Настя ахнула:

- Она же никому на руки не идет, дичится, а вас сразу признала.

И она продолжила:

- Говорите, никто не виноват - а уж как меня муж покойный за Марфу упрекал, как бил, все говорил, что нагуляла я ее, ведь она не похожа ни на кого. Да и родня его не приняла нас с дочкой, оттого он и пить стал, пьяный и замерз в лесу, уж не знаю, зачем он туда поехал. Вот и мыкаемся мы с дочкой вдвоем, а вы верно сказали, она добрая, только и плохо кушает, и говорит худо, да и умеет мало что,- и она горько улыбнулась.

- Ничего, ей можно помочь, научить самым простым привычкам - и кушать самой, и одеваться, и говорить, только заниматься надо с ней, понемногу, но каждый день.

- Да кто же с ней будет заниматься, мне ведь работать надо, и так все сторонятся из-за дочки - я ведь не могу ее одну оставить, вот и приходится с собой всюду брать. Вот Андрею Ивановичу спасибо, он часто мне помогает.

- Ничего, что-нибудь придумаем. А сейчас давайте-ка все за стол, а то разговорами сыт не будешь. Андрюша, ты уж прости, но сегодня тебе придется здесь на горшок сходить, заодно и Марфуше покажешь, где он находится. Я в другой комнате все поставлю.

- Она на горшок ходит?- обратилась я к матери.

- Плохо, чаще в штанишки,- потупилась та.

- Вот с этого и начнем. Ну что, Андрей Андреевич, будете учителем для Марфуши?

- Буду,- гордо сказал мальчик, довольный своей взрослой ролью.

- Тогда подожди, я приготовлю все, а потом помогу тебе. Вы садитесь за стол, мы быстро, - обратилась я к Антону Павловичу, который с нескрываемым интересом слушал и смотрел на меня.

Видно было, что ему хочется обо всем расспросить, но пока он молчал, не хотел это делать при Насте.

А я в другой комнате за ширмой поставила горшок, рядом на столике приготовила кувшин с водой и полотенце, а потом принесла туда Андрея и вышла, чтобы его не стеснять. Он быстро сделал свои дела, а потом я позвала Настю с Марфушей. Антон Павлович тоже пришел к нам и попросил посмотреть, как я буду все делать.

Я взяла девочку за руку и позволила ей обойти комнату, все посмотреть, выбрать для себя салфеточку из разложенных мною, а потом повела ее за ширму. Там я незаметно сняла с нее штанишки, подвела к горшку и посадила ее. Девочка почти этого не заметила - она заинтересованно рассматривала рисунок ширмы и теребила в руках салфетку.

- Ну что, господин учитель, что надо сказать при этом?

- Пись-пись-пись,- засмеялся мальчик, и мы тоже заулыбались. Марфушка тоже улыбнулась, но делишки благополучно сделала.

- Настя, вынесете горшок в клозет, вы знаете, где то?

- Знаю, все сделаю,- подхватилась женщина.

- А мы теперь будем умываться. Давай сначала ты, - обратилась я к мальчику, посадив его на стульчик и поставив поближе тазик. Какая-то мысль еще раз мелькнула у меня в голове про кресло на колесиках, в котором могли сидеть и передвигаться такие дети. Надо потом спросить, есть ли такие и приобрести для мальчика.

Я потихоньку лила воду на руки мальчика и приговаривала:

Водичка-водичка,Умой мое личико,Чтобы глазки блестели,Чтобы щечки краснели,Чтоб смеялся роток,Чтоб кусался зубок (русская народная потешка).

Андрюша улыбнулся, но умылся быстро и толково, а потом тоже самое он помог сделать и девочке - и поливал воду, и повторил слова потешки. Марфуша с удовольствием умылась, и не важно, что часть воды пролилась - самое главное, что она старалась сделать это сама. Мать стояла рядом и с улыбкой сквозь слезы смотрела на усилия девочки.

Умытых детей я усадила за стол и налила им каши, только под тарелку Марфуши я подстелила чистую салфетку, чтобы не запачкать скатерть. Андрюша поел быстро, а потом, глядя на девочку, которая половину каши не доносила в рот и неправильно держала ложку, стал ей помогать уже без моей подсказки.

Глава 14. Командовать парадом буду я!

Глава 14. Командовать парадом буду я!

Мать и лекарь только с удивлением смотрели на эту картину, но молчали, а пили чай и ели кашу, которую я поставила перед ними. Зная, что Антону Павловичу пора возвращаться в лечебницу, я, извинившись перед ними, вышла в соседнюю комнату и быстро переоделась в уличное платье и даже нашла шляпку, которая хоть и заставила меня улыбнуться, но была довольно симпатичной и шла мне.

- Итак, господа-товарищи, слушаем мои команды - ты, Андрюша, остаешься на хозяйстве. Займи Марфушку, покажи ей своего Буцика, другие игрушки, порисуй сам и дай и ей карандаши и бумагу, пусть пробует тоже рисовать, как умеет.

- Вы, Настя, пожалуйста, дайте еще Андрею попить и если голова будет сильно болеть, можно ему порошок. Надо все убрать со стола, потом мы с вами уборку начнем в комнатах. И приготовьте к обеду гуляш и картошку- пюре, а уху позже сварим. Сможете?

- Конечно, не переживайте, Мария Ивановна, все сделаю,- заволновалась женщина.

- Значит, она знает, кто я, проще общаться будет. И раз ей Андрей доверял и оставлял с ней мальчика, значит, и я могу быть спокойна,- подумала я.

- А мы с вами, Антон Павлович, поедем вместе - вы в клинику, а я за кроватью и другими вещами.

- Слушаюсь, мой начальник!- шутливо отдал честь лекарь и мы засмеялись.

Я подошла к креслу и, делая вид, что поправляю вещи, достала припрятанную сумочку. Вот теперь можно и ехать, и мы вышли во двор.

За нами из квартиры вышмыгнула и Аннушка, но в этот раз в потупленными глазками, скромно одетая, видно, пошла белье стирать в полицейскую часть. Подъехала коляска и мы уселись в нее. Тут уж мужчина не выдержал и начал разговор:

- Вы меня ещё раз поразили, уважаемая Мария Ивановна! Как Вы лихо всех построили! Как мне не хватает такой помощницы и командира! Замечательно!

Я ухмыльнулась про себя - много лет проработаешь с людьми в качестве начальника, самых упрямых и конфликтных строить научишься!

- И ваши знания о таких детях, откуда они?

Да все оттуда, из другой жизни, но ведь не расскажешь об этом. Ну что же, будем "врать близко к тексту", как говорила одна моя знакомая.

- Да была у нас в соседях семья с таким же ребенком, как Марфуша, только там мальчик был, Ванечка. Такие дети похожи друг на друга, как родные - это так их особенность сказывается. Я одно время помогала соседям немного, за мальчиком ухаживала. Своих вот бог не дал, а деток я люблю, часто в няньках хожу.

- Они сильно переживали, что ребенок особый, даже лекаря какого-то приглашали знаменитого, чтобы тот его вылечил. Вот от него я всё и услышала и запомнила, что вылечить таких деток нельзя, к сожалению, обучить тоже трудно, но возможно.

- Кстати, он говорил,что второй ребёнок вполне может здоровым родиться, так и случилось, хоть долго не решались люди на такой шаг, второй мальчик вполне нормальный получился и хорошо относился к своему брату. Потом они уехали и я не знаю, как дальше у них сложилось. Вроде слышно было, что Ванечка умер, но их и предупреждали, что такие детки мало живут, к сожалению. Вот такая история,- грустно закончила я.

- Да, печально это всё, и родителям плохо, и дети страдают, и сделать ничего особо нельзя,- так же серьезно подхватил лекарь.

- Скажите, Антон Павлович, а вот Андрюша - его можно как-то вылечить? Я понимаю, что это при родах что-то пошло не так, но какая-то надежда есть? - аккуратно спросила я.

- Надежда есть всегда, с мальчиком все не так уж и плохо, он хоть на костылях, но стал ходить, а раньше все сидел, совсем не двигался. Лечил его отец, много денег отдал, да и маму Андрюшину тоже пришлось долго лечить, она худенькой была, плод трудно при родах шел, вот так все и получилось. А так-то он мальчишка умный, забавный, с ним интересно разговаривать, - ответил лекарь.

- Я уж заметила, хитрец он ещё тот,- улыбнулась я.- А вот скажите, я видела у тех людей такое кресло на колесиках, на котором можно было передвигаться. Там Ванечка плоховато ходил, вот его на таком кресле и возили, когда далеко надо было попасть. У вас есть такие?

- Не видел, но было бы полезно попробовать такое сделать. Оно ведь и пожилым людям могло пригодиться, которым также тяжело ходить, я правильно понял?- уточнил врач.

- Да, все верно, и им тоже, - а сама решила озадачить этой проблемой отца мальчика- он инженер, вот пусть и думает.

- Да, совсем забыл, я вчера коротенько переговорил с управляющим лечебницы, его ваши идеи заинтересовали. Если хотите, можно зайти, обсудить подробнее. Вы не переживайте, на Настю можно положиться, она женщина ответственная, хоть и скромная, с Андрюшей часто оставалась, можете на неё надеяться. И Марфушка никого не обижает, это, скорее, её обижают.

- Да уж, я уже наблюдала,- и я кратко рассказала о сцене в песочнице.

- Опять Спирька распоясался, надо про него Егору Фомичу рассказать!- воскликнул лекарь.

И на мой удивленный он пояснил:

- Спиридон - сирота, живет у дядьки из милости, тот его в пьяном виде гоняет и лупит, вот мальчишка и срывается на безответных малышах, вроде Андрея.

Так в разговорах мы и подъехали к лечебнице.

Глава 15. В лечебнице и не только.

Глава 15. В лечебнице и не только.

Внешне лечебница мне понравилась - небольшая, но аккуратная, не обшарпанная, отделка свежая, да еще при больнице маленький сад, в котором гуляли больные.

Внутри было немного тесновато - узкие коридоры, проходы неудобные, а больных переносили просто на руках или на носилках. И мне вспомнились ходунки для старичков и каталки для больных, на которых их перевозили, легкие костыли с опорой на локоть - о них также можно поговорить с моим "родственником".

А так в лечебнице было чисто, на подоконниках стояли горшки с зеленью, медсестры были в одинаковой форме, какая была на Анфисе Петровне в первый день моего попадания в этот мир.

Заглянула я и в одну из палат- там хоть и было тесновато, но также чисто и уютно - вон, на тумбочках даже салфеточки лежат, а на окнах стоят цветы. Больные в одинаковых халатах и пижамах, все как положено было раньше, когда поступающих переодевали в больничное, а не как сейчас, когда все ходят в своей домашней одежде.

В кабинете, в который мы вошли, постучавшись, за столом сидел мужчина, ещё молодой, но уже лысоватый и полный, видимо, сидячая работа сказывалась. Перед ним лежала целая куча бумаг, которые он внимательно читал. Он с первого взгляда казался приятным, но что-то насторожило меня и внутренний голос предупредил, что с эти человеком надо быть настороже, он только кажется белым и пушистым.

Увидев нас, он с удовольствием оторвался от работы и поприветствовал коллегу:

- Добрый день, Антон Павлович! Представьте меня вашей даме!

- Познакомьтесь, Владимир Владимирович, это Мария Ивановна, это о ее предложениях я рассказывал вам. Владимир Владимирович - руководитель нашей лечебницей.

- Да, да, уважаемая МарияИвановна, очень интересные у вас идеи, очень. В ближайшее время будет совет города, я до него переговорю с градоуправляющим, думаю, что вас обязательно пригласят на него. А вот что мы уже начали делать - освободили две палаты получше и уже стали подбирать для них обстановку, думаю, в течение недели - самое большое двух, все будет готово. Я также напишу своему знакомому в столицу, возможно, смогу договориться с ним о цикле лекций для дам, он лекарь модный, знаменитый, думаю, дамы заинтересуются.

- Отлично, рада, что мои слова превращаются в дела.

А меня несколько задела шустрость управляющего, кого я по привычке называла руководителем больницы. Уж больно быстро он ухватился за мои идеи. А потом сама себе засмеялась - а ведь ты, душенька, просто ревнуешь, что твои идеи не ты претворяешь в жизнь. Знала за собой в прошлом такое качество- все дела хотела сама сделать, во все вникнуть. С одной стороны и хорошо это было, я была полностью в курсе дел своего отделения, а с другой- так я показывала свое недоверие людям, которые тоже были заинтересованы в выполнении своей работы.

Да и хорошо, что идеи не я буду осуществлять - такая неизвестная никому мадам, приехавшая в новый город два дня назад и уже начавшая командовать, а человек, которому это и вменялось в обязанность.

Но про себя я все-таки подумала, что надо все свои идеи изложить в краткой форме в виде статьи, которую можно опубликовать в газете. Как говорят: "Реклама- двигатель торговли". Мы, конечно, не торгуем, но реклама и тут не помешает. И надо уточнить, где находится редакция газеты и завтра же заехать туда.

- Но извините, Владимир Владимирович, у меня еще много дел, я ведь только вчера приехала в ваш город.

- Да, да, конечно, все понимаю. Рад знакомству, если позволите, я с вами еще свяжусь. Всего доброго!

Уф, вроде и все идет, как я хотела, но что-то в нем есть скользкое, неопределенное, не стоит бы перед ним слишком откровенничать.

Я прощаюсь с Антоном Павловичем и выхожу на улицу, где отправляюсь искать мебельную лавку. Она оказывается совсем рядом, буквально за углом. Хозяин лавки приветливо спрашивает, какая кровать мне нужна и предлагает посмотреть несколько уже готовых. Меня привлекла небольшая односпальная кровать с мягким матрацем и подушками - уютная и удобная, на ней я и останавливаю свой выбор. Но как тут с доставкой? Оказывается, и доставить могут, только уже завтра, поскольку грузчики уже заняты другими заказами. Ну что же, придется мне потерпеть ещё одну ночь в кресле, я даже уже сроднилась с ним.

Глава 16. Расскажите про покупки.

Глава 16. Расскажите про покупки.

Теперь - на рынок, до него надо ехать, что я и делаю. На рынке меня обступают привычные запахи и звуки, знакомые всем в любые времена. Конечно, я чаще ходила в большие супермаркеты, но и рынок тоже любила посещать ради интересных продуктов и людей, их продававших.

Беру под мышку свою сумочку и прижимаю ее покрепче, вспоминая всю ту историю, которая и забросила меня в это время и место. Нет, больше я никуда не хочу, мне здесь нравится, тем более в том времени у меня такого Андрюши не было, я была одинока.

Думая о ребенке, невольно улыбаюсь и вдруг мой взгляд натыкается на мальчишку лет десяти, очень худого, грязного, неухоженного, по всему видно - беспризорного. Я понимаю, что не могу пройти мимо него и подзываю к себе:

- Мальчик, мальчик,- и когда он понимает, что я обращаюсь к нему, продолжаю:

- Хочешь заработать?

- А чо делать-то надоть?- голос его на удивление низкий, мужской.

- Я недавно приехала, а мне продуктов купить надо, да домой доставить. А я здесь ничего и не знаю. Поможешь, я тебе заплачу.

- А каких продухтов надоть?

- Рыбы мелкой на уху, мяса, крупы разной, овощей, много чего. Поможешь?

Мальчик кивает важно и показывает рукой, чтобы я шла за ним. Вместе с ним мы обходим лавки и продавцов, где я закупаю все, что надо. Я не торопясь присматриваюсь к ценам, запоминаю, что сколько стоит, торгуюсь и оцениваю обстановку. Азарт покупок охватывает меня, да и цены удивляют- на мой взгляд все достаточно дешево - на два рубля мы купили прекрасный кусок мяса на косточке, правда, торговались мы с продавцом долго и со взаимным удовольствием.

Я уже прикидываю, что количество едоков значительно увеличилось - кроме Андрея старшего и младшего надо и Настю с Марфушей накормить, да и назавтра грузчикам что-то оставить, да еще кто может в гости зайти - вон как пригодился мой борщ и блины- хорошо, что я всего побольше наготовила.

С руками, полными корзинок и пакетов, мы идем на выход. Ставлю поклажу на землю и вижу, как к моему помощнику непонятно откуда приближаются такие же грязные и оборванные мальчишки и ждут, когда я ему заплачУ, явно с целью отобрать заработанное.

Они обступили нас со всех сторон, и я почувствовала себя довольно неуютно и поняла, что надо вмешаться, но пока не знала, как. На мое счастье я увидела нашего полицмейстера, Егора Фомича, который рассекая толпу, как большой корабль,плыл в нашу сторону, но пока не видел нас, так как толпа загораживала.

Пацаны, увидев полицмейстера, вдруг исчезли, как и не было. Я обратилась к мальчику:

- Как тебя зовут?

- Сенька, Семен.

- А где ты живешь, Сенька-Семен?

- Да в приюте у сестер милосердных.

- Ты сирота?

- Ага, папка с мамкой померли, только я и сеструха маленькая остались. Если бы не Дашка, я бы давно сбежал, скучно там в приюте, только молиться и заставляют, а боле ничаво.

- А мальчишек ты знаешь, которые к нам подходили? Чего они хотели?

- Да знамо чаво, деньги отобрать хотели. Вы не подумайте чаво, нас монашки отпускают в город, вот я на рынке какую-никакую деньгу и зарабатываю.

- Ну да, так я и поверила- отпускают тебя, удрал небось,- улыбаюсь я про себя.

И вздыхаю, хотя и говорила моя коллега в таких случаях: " Всех котят не подберешь, всех сирот не усыновишь", но и пацана жалко, делать что-то надо.

Но пока стоит осмотреться, все уточнить и обдумать- жили же эти дети как-то и без меня, нельзя разрушать то, что и так работает- другое дело, можно эту работу улучшить.

Размышляя так, мы продвигались к выходу и вдруг я почувствовала прекрасный запах свежего хлеба - это пахло из маленькой лавочки, почти не заметной среди других больших. Я не могла пройти мимо и зашла туда - а там - булочки, батоны, кирпичики хлеба, баранки, пирожки - и все это благоухало так, что сразу есть захотелось. Сенька тоже зашморгал носом и сглотнул голодную слюну.

- Вот здесь мы и отоваримся на всех,- решила я.

Нам навстречу вышла маленькая женщина, сама похожая на булочку- мягонькая, румяная, с глазками- изюминками.

- Что угодно вашей милости,- спросила она, а я подсчитывала, чего и сколько нам угодно.

Итак, корзинка с хлебом, булочками и пирожками- для нас, такая же - в приют, еще одна - для мальчишек с рынка, одна - в лечебницу и одна на запас, не съедим, так понадкусаем, а лучше - в стазис уберем.

Так я и озвучила свой заказ, добавив, что один пирожок с мясом можно дать сразу - для мальчика, который вместе с хозяйкой смотрел на меня с большим удивлением. А я добавила- гулять, так гулять:

- Вот этот молодой человек будет приходить к вам через день и забирать такие же корзинки и относить по адресам, которые я скажу.

Хозяйка заохала, что у нее запасов немного, да и корзинок не хватит, но я, уточнив, знает ли Сенька, где можно купить корзинки, дала ему монету и отправила туда.

Пока хозяйка складывала припасы в имеющиеся корзинки, я оглядела булочную. Было очень чисто и аккуратно, все стояло на своих местах, хотя помещение было небольшим, тесноты не чувствовалось - так все продумано было. Недаром я здесь тормознула, совсем не зря, моя интуиция меня не подвела.

Вот и Сенька примчался, но хозяйка подняла на меня глаза - булочки сегодняшние кончились, остались только вчерашние. Чтобы показать, насколько они мягкие, мне вручили для дегустации одну такую - никакой разницы я не почувствовала, все очень вкусно, но совестливости хозяйки порадовалась.

Так что в корзинку отправились и вчерашние, и даже две позавчерашние булочки, которые просто забылись где-то в углу. Спросив, сколько я должна и получив в ответ тихое: " Три рубля", я подала десяти рублевую банкноту и сказала, что это расчет за сегодняшний заказ и два следующих. Хозяйка подняла счастливые глаза и спросила:

- Так вы в самом деле будете брать у меня булочки?

А я, спохватившись, спросила:

- Извините, как ваше имя- отчество?

- Матрена Матвеевна я, Маркова.

- Сплошное МММ получается, но вкладываться сюда можно и нужно,- опять подумалось мне из другой жизни. Эти мысли уже меня не удивляли, а веселили и развлекали.

- Матрена Матвеевна, дорогая, я не шутила и в самом деле буду брать вашу продукцию Меня даже удивляет, почему у вас так мало покупателей, ведь булочки у вас замечательные?

- Да как-то все в большие булочные идут, а мою лавочку и не видно особо, вот только соседи да знакомые ко мне бегают, да мальчишки с рынка, я их подкармливаю, как могу.

Мальчишек подкармливает- вот это молодец, сейчас я про это и поговорю.

- Вот одну из корзин и будете мальчишкам отдавать, а как деньги кончатся, отправите их ко мне, я им скажу, где живу.

А сама подумала- зачем я буду ждать грузчиков, которые привезут мне кровать, когда есть мальчишки- уж как-нибудь они справятся, тем более, как я поняла, кровать разборная, да и подзаработать им будет возможность.

Итак, вместе с Сенькой-Семеном и кучей корзинок, которые мы перетащили только за два раза, мы выходим из булочной. Ставлю корзины опять на землю и разгибаюсь от тяжести.

Теперь бы найти какой-нибудь транспорт, но видя наши затруднения, транспорт находит нас сам - к нам подъезжает небольшая коляска, которой управляет молодой мужчина. Я обращаюсь к нему:

- Это чудо, что вы нас увидели!

- Да не чудо, а парень ваш, это он меня позвал,- и я вижу улыбающегося Сеньку, который уже сидит в коляске. Заносим вместе все корзинки, можно бы и ехать, но надо договориться с пацанами насчет кровати. Но где же они- а вот, в сторонке стоят, поглядывают.

Выхватываю взглядом самого главного- вот он, в середине стоит, он и повзрослее, да и поувереннее других выглядит.

- Молодой человек,- обращаюсь я. А когда он оглядывается в недоумении, повторяю:

- Это я к вам обращаюсь. Мне нужна помощь, за которую я заплачу.

Тут в его взгляде появляется интерес, а продолжаю:

- Я купила кровать в мебельном магазине, но ее некому доставить- все грузчики заняты. Она разборная, так что грузить будет не так тяжело. Поможете мне? Тогда подходите примерно через полчаса к мебельной лавке, я туду подъеду. А это всем вам, - и я протягиваю мальчику корзину с булочками. Пока он стоит с обалдевшим видом, повозка трогается, но я успеваю крикнуть:

- Я буду ждать в лавке!

По дороге мы делаем остановку около лечебницы, куда Семен отдает корзинку с булочками. Потом он уходит с другой корзинкой и рублевой банкнотой, которую он крепко держит в руке, и моим обещанием заглянуть в приют на днях. Вид у него обалдевший, и он постоянно оглядывается на нашу повозку, пока она не скрывается из вида.

Вот и мебельная лавка. Хозяин обеспокоен:

- Вы передумали покупать кровать?

- Вовсе нет, я просто нашла грузчиков, -улыбаюсь я.

Но где же они, неужели не подошли? Нет, не подвели, подбежали целой ватагой. И под удивленными внимательными взглядами всей лавки, мальчишки грузят основу моей кровати, матрац, боковые планки и другие части, а я лишь успеваю следить, чтобы все было уложено как следует. Заодно грузим и мягкий матрац и две подушки- ону побольше, другую поменьше, одеяло и красивое покрывало. Все это я покупаю в лавке напротив.

И вот наш возница, не ожидавший такого большого груза, трогается и мы осторожно едем к нашему дому. Там уже поджидает Настя, которая явно потеряла меня.

Глава 17. "Боевые Мураши" и компания.

Глава 17. "Боевые Мураши" и компания.

Мальчишки облепили части кровати, подхватили все корзинки, одеяло, подушки и другую мягкую рухлядь, как говорили раньше, и друг за другом понесли все в дом. Каждому хотелось поучаствовать, поэтому некоторые части кровати, пыхтя, несли несколько человек, хотя можно было обойтись меньшим количеством помощников. Эта сценка насмешила меня и я сказала невольно:

- Ну вы и боевые мураши!

- Слышь, Мураш, а нас раскрыли!- подхватил кто-то из мальчишек.

Старший мальчик удивленно посмотрел на меня:

- А откуда вы знаете, что я - Муравьев, а пацаны прозвал меня Мурашом.

- Да как-то так, больно дружно вы работаете, как муравьи. А боевой муравей- самый грозный в мире зверь,- улыбнулась я.

- Муравей - не зверь, а насекомое,- мальчик был серьезен.

- Грамотный? Учился где?

- Учился, грамоту знаю.

- А книжную лавку покажешь? Библиотека в городе есть? Ты знаешь, где она? Отведешь завтра? - несколько напирала я на растерявшегося мальчика, который только кивал в ответ.

А мне надо было уточнить историю этого мира, найти ответы на свои вопросы, которые я не могла задать открыто, чтобы не вызвать недоумения. А как лучше всего это сделать- конечно, прочитать книги! Вот этим я и займусь завтра. А сегодня- дела!

- Забыла сказать - я- Мария Ивановна,- и я протянула мальчику руку.

- Родион Муравьев,- рука мальчика была твердой и сильной.

- Родион, нужно собрать кровать, вымыть полы, окна, потрясти ковры и снять занавески. Малышей отправить гулять, под присмотром.

Мальчик кивнул головой и четко стал раздавать команды. Двое мальчишек помладше подхватили оторопевшего Андрюшу, посадили на закорки, Марфушу подхватили на руки и понесли на улицу, чтобы не мешались под ногами и не глотали пыль. Малышам и нянькам дали по пирогу, которые они начали жевать уже на лавочке.

Самый высокий мальчик снимал занавески, еще двое отправились трясти дорожки, Родик и двое самых старших мальчиков собирали кровать. Помощь и подсказки никому не требовались, поэтому я отправилась к Насте, чтобы уточнить, что там с обедом. Булочки да пирожки еда хоть и вкусная, но надо работников и чем посытнее накормить.

А Настя растерянно мяла в руках фартук:

- Как они вас слушаются! А ведь Родьку Муравьева многие побаиваются - язык у него острый, он и взрослым может нагрубить.

- Говорят,- и тут Настя понизила голос,- его мать убежала с любовником, а отец умер от позора и горя. Мальчика принял в семью брат отца, но и то под напором окружающих. Поэтому он и пропадает целыми днями на рынке. Да и остальные "мураши"- кто сирота, кто просто не нужный в семье, вот и собрались в компанию.

Я очень не любила сплетни и сплетников и решила сделать замечание:

- Ты слышала такое выражение: "Не делайте другим то, что вы не желаете для себя, и поступайте с другими так, как хотели бы, чтобы с вами поступили"? Я думаю, тебе тоже неприятно, когда про тебя с Марфушей начинают рассказывать были и небылицы.

Настя покраснела и опустила глаза. А я, решив, что она и сама все поняла, перевела разговор на другое:

- Итак, что готово к обеду? Едаков прибавилось, надо сделать что-то сытное и побольше. Уху отложим на другой раз, давай приготовим пельмени.

- Картошку пюре с гуляшом я сделала, но ее немного. А что за пельмени? Никогда не слышала о таком блюде!- удивилась Настя.

Пришлось объяснять и делать сначала фарш из мелко нарезанного мяса с луком, а потом раскатывать тесто. Начинали мы лепить вдвоем, а потом к нам потихоньку присоединялись и освободившиеся мальчишки. Показав им несколько раз весь процес и убедившись, что все поняли, как работать, я налила воду в ведро и хотела уже идти мыть полы, как меня остановила Настя, которая отправилась в комнату убирать все до конца.

Мальчишки были заняты делом, и я решила посмотреть, как там малыши, и вышла на улицу. На этот раз и на Андрюше, и на Марфуше были легкие панамки, которые я нашла среди вещей, и они с удовольствием копались в песочке, рядом с такими же увлеченными няньками, которые получали удовольствие не меньшее, чем их подопечные.

Краем глаза я увидела в стороне Спиридона - подойти он опасался, маялся от неопределенности - и пакости не сделаешь, и как добро сделать - тоже не ясно. Мне стало жалко этого несчастного неприкаянного мальчишку, но как помочь ему - я пока не знала. Я хотела его угостить пирожком, видела, что он голодный, но как это сделать - тоже не знала. Просто протянуть - получится подаяние, милостыня, а он парень гордый и вряд ли ее примет, оскорбится.

Но тут меня удивила Марфуша - что-то поняв не столько своим детским умом, сколько добрым сердечком, она, ковыляя на своих нетвердых ножках, подошла к мальчику и протянула ему булочку - немного покусанную, не очень чистую, но вкусно пахнущую, и проговорила:

- Ня!

Так я впервые услышала от нее какое-то подобие слов и обрадовалась - значит, ее можно научить понимать и говорить простейшие слова.

Спиридон оглянулся на меня, но я уже вошла в подъезд, чтобы его не смущать, и уже оттуда, через неприкрытую дверь, увидела, как мальчик впился в эту булочку и откусывает от нее большие куски, и, почти не прожевывая, с жадностью глотает их.

Тут оживились и другие мальчишки - они протягивали Марфуше свои пироги и булочки, а та, еле держа их в своих маленьких ручках, крепко прижимая к груди, относила их Спирьке. Ел он уже спокойнее, понимая, что никто не отберет. Эх, его бы чаем сейчас напоить, нельзя столько сухомятки есть, да как это сделать?

Но тут что-то сообразил один из "мурашей", который охранял ребятишек. Он метнулся мимо меня в подъезд, даже не заметив, а через какое-то мгновение вернулся с бутылкой молока. Ай да молодец, сообразил, что сделать - молоко-то мы на базаре купили, и он это видел.

Он сказал Марфуше: "Дай"- и показал на мальчика. Та кивнула головой, значит, поняла, и опять, подковыляв к подростку, сказала: "Ня" и протянула молоко. Спиридон стал пить молоко уже спокойно, но с огромным удовольствием - было понятно, что он давно этого не делал.

Потом, помявшись, он подошел к ребятишкам и, протянув им пустую бутылку, сказал, обратившись к Андрею:

- Ты это, не сердись на меня, я больше не буду дразнить тебя хромоножкой,- и поняв, что опять невольно обидел мальчика, быстро, не оглядываясь, пошел со двора.

Я хотела уже окликнуть ребятишек и позвать их домой, но это означало, что я все видела, а мне бы этого не хотелось. Помогла мне опять Марфуша - она уже не села снова в песочницу, а стала переминаться с ноги на ногу и теребить пацанов, приговаривая: "Пись-пись!" Вот так молодец, усвоила с первого раза, что лучше в горшочек дела сделать, чем трусики мочить. Мальчишки это тоже поняли, и подхватив девочку и мальчика, бегом побежали в дом. Они меня опять не заметили, только Андрюша оглянулся на меня, но я приложила руку к губам и он, поняв, промолчал.

Потоптавшись еще немного на улице, я ни в чем не бывало зашла домой, где меня уже ждали. Андрюша сразу радостно сообщил:

- А Марфуша сама на горшок попросилась! И ещё, - он, видимо, хотел рассказать о Спирьке, но опять, заметив мой знак, промолчал. Но не выдержали мальчишки, которые оставались дома под руководством Родиона:

- А мы все убрали, и пельменей уже много наделали, а как их варить, мы не знаем,- они перебивали друг друга и даже подскакивали от нетерпения.

Я оглядела стол - пельменей действительно было много, и пусть некоторые были кособокими, слишком большими или слишком маленькими, но самое главное - они были сделаны ребятишками самостоятельно.

Я улыбнулась и сказала:

- А варить их очень просто- надо закипятить воду и аккуратно положить пельмени, сразу сделать огонь поменьше и варить, пока пельмени не всплывут на верх.

Проговаривая это все, я наливала воду и сразу сделала жар побольше, чтобы вода быстро закипела. Но пельменей хоть и было много, но едоков еще больше, поэтому я решила еще нажарить драников - работников у меня много, картошку быстро почистят и натрут, а пекутся они быстро, да и сытные, особенно если со сметаной - а она у меня есть.

Сказано-сделано - часть мальчишек постарше чистили картошку, а малыши терли ее тут же на терке, я заводила тесто и быстро пекла драники. Мальчишки работали споро, но я слышала, как урчали их животы.

Но вот все готово, я отправляю всю компанию мыть руки, а сама с Настей быстро накрываю на стол, вытаскивая все тарелки, которые только были в доме - лишь бы хватило. Но прежде чем усесться на стол, Родион командует:

- Хозяйка, извольте принять работу!

Я заглядываю в комнату - кровать уже собрана, коврики потрясли, окна помыли, занавески сняли, осталось только их постирать и навести окончательный порядок. Да уж, не зря я назвала мальчишек мурашами - трудолюбия им не занимать.

Я хвалю работников:

- Все отлично! Благодарю за работу! - и протягиваю Родиону три рубля разной мелочью, чтобы ему было легче оделить всех помощников. Мальчики довольно переглядываются - кучка монет выглядит солидно, всем достанется!

- А теперь прошу к столу,- улыбаюсь я весело.- Кто работает, тот и ест!

Мальчишки гурьбой бегут в комнату, но за стол уже садятся чинно, приглаживая волосы и одергивая одежду. Пельмени горячие, да со сметаной, да в бульоне - это же какая красота! Предупреждать, чтобы не торопились и ели аккуратно не надо, это делает Родион, который, показывая пример, ест степенно, спокойно, очень красиво - видно, что привык к хорошим манерам.

Мальчишки почти жмурятся от удовольствия, от необычной вкусной еды, даже Марфуша пытается прожевать самый маленький пельмень, который ей положили в тарелку, также дует на ложку и старательно пьет бульон. Всем досталось по 4 или 5 штук пельменей, и много вкусного бульона.

Но вижу, что мальчики еще и на драники поглядывают - ну что же, вот и они, также со сметаной, горячие, пышные. Андрюша кладет кусочек и Марфуше и та с удовольствием откусывает крошечку. Вообще он меня сегодня приятно поражает своей заботой о девочке - не назойливой, но своевременной и очень полезной, нянька из него отличная!

Вот теперь лица мальчиков лоснятся от сытости и удовольствия, но из-за стола никто не торопится - я вижу, что они наслаждаются семейной атмосферой, спокойствием, своей дружбой. В голове всплывают слова детской песенки и я начинаю тихонько петь, глядя на них:

Дружба крепкая не сломается, Не расклеится от дождей и вьюг. Друг в беде не бросит, лишнего не спросит – Вот что значит настоящий верный друг. Друг в беде не бросит, лишнего не спросит – Вот что значит настоящий верный друг.

Мы поссоримся и помиримся, “Не разлить водой”, – шутят все вокруг. В полдень или в полночь друг придёт на помощь – Вот что значит настоящий верный друг. В полдень или в полночь друг придёт на помощь – Вот что значит настоящий верный друг.

Друг всегда меня сможет выручить, Если что-нибудь приключится вдруг. Нужным быть кому-то в трудную минуту – Вот что значит настоящий верный друг. Нужным быть кому-то в трудную минуту – Вот что значит настоящий верный друг.

( слова- Михаила Пляцковского, музыка Бориса Савельева).

Я начала петь медленно, спокойно, но постепенно убыстряю темп и завершаю весело, звонко и с удовольствием глядя на открытые рты ребятишек! Начинаю песенку снова и замечаю, как ко мне потихоньку пристраиваются детские голоса, подхватывая и запоминая мелодию и слова. Думаю, что песенка будет их гимном, ведь вижу, что они действительно друзья, их соединило сиротство, общие беды и проблемы и я рада, что их вожак - Родион- мальчик справедливый и порядочный- это чувствуется.

Но одно меня интересует - почему они хотели отобрать деньги у Семена? Не кажутся эти мальчик такими уж злобными. И я потихоньку спрашиваю у Родиона, пока другие мальчики отвлеклись:

- А почему ты у Семена хотел деньги отобрать, которые я дала за работу?

- Никто не собирался этого делать, - загорячился мальчик, - все он придумал, сам задирается да лезет к нам, а потом жалуется. Это он деньги у малышей отбирает, а мы просто хотели его предупредить, чтобы так не делал.

Лицо его раскраснелось, он искренно обижен, и я успокаивающе глажу его по плечу. Он сначала невольно дергается, а потом притихает под лаской, и я понимаю, насколько он хрупок и мал, но уже со стальным стержнем внутри.

Песенка заканчивается и мальчишки постепенно выходят из-за стола. Их настроение улучшилось, они развеселились. Выходим на улицу, и я еще раз напоминаю Родиону, что жду его завтра, чтобы поехать в библиотеку и в книжную лавку. Надо еще не забыть собрать пустые корзины для Матрены Михайловны и вновь разнести булочки по адресам.

Вспоминаю детство своих родителей из будущего и начинаю шуточную речевку на два голоса:

- Кто шагает дружно в ряд?

- Это "мурашей" отряд!

-"Мураши" не подведут и в обиду себя не дадут!

- Любят трудиться и этим будут гордиться!

-Боевой муравей самый дружный в мире зверь!

Мальчишки смеются, они просят повторить и, дружно подхватывая мои слова, становятся по парам и идут в ногу. Это вам не тут - идут не просто уличные пацаны, а дружный отряд трудолюбивых детей. Я машу им рукой и, улыбаясь, возвращаюсь домой.

Настя уходит, унося сонную Марфушу и мои шторы - она пообещала их постирать и принести завтра. Заплатила я ей не так уж и много по моим меркам, но она довольна и даже машет руками - много дала. Но мне ее помощь еще пригодится, поэтому я не жадничаю.

Андрюша сидит один за уже убранным столом и тоже клюет носом. Я раздеваю его, вытираю лицо теплым мокрым полотенцем - идти в туалет и там умываться уже не хочется и укладываю его отдыхать.

Большой трудный день заканчивается, скоро должен прийти Андрей Иванович - он сегодня что-то задерживается. В ожидании решаю немного отдохнуть, прохожу в комнату, оставляя открытой дверь и ложусь не раздеваясь на покрывало своей новой мягкой кровати, загадывая по детской привычке:

- На новом месте приснись жених невесте!

Сон обволакивает меня, я расслабляюсь, но вдруг вижу не прекрасного принца-жениха, а страшное лицо мужчины с бородой, лохматого, небрежно одетого, мне даже чудится неприятный запах перегара и плохо чищенных зубов, когда он наклоняется надо мной и кричит:

- Их ты, как хорошо устроилась! И дом продала, и в мебель, и сама уехала незнамо куда! Но не надейся, я все равно тебя найду и ты у меня узнаешь, как из дома уезжать!- и он замахивается на меня своими огромными ручищами.

Я сжимаюсь от страха и - о счастье,- просыпаюсь, понимая, что мне приснился эпизод из жизни Марии Ивановны, в теле которой я оказалась. Руки мои дрожат, я пью воду, которая стоит к на столе.

Бедная женщина, теперь я понимаю, как она оказалась в этом городе. Но я и ее, и себя в обиду не дам, да и защитников у меня уже много. С этим я успокаиваюсь и жду Андрея Ивановича. Продукты уже убраны, всюду порядок и я присаживаюсь к столу.

Пока тихо и никто меня не отвлекает, я вспоминаю о своем желании попробовать внедрить коляски, каталки и прочие приспособления для облегчения жизни людей с проблемами здоровья. Нахожу листки бумаги, карандаши, линейки и сажусь рисовать.