Будни ведьмы иного мира

Глава 1

— Надеюсь, для попаданцев будет отдельный котёл. В самой глубокой и тёмной части ада, — с неприкрытым скепсисом ведьма наблюдала из тёмного угла за тем, как на краю рыночной площади возводили дощатый «тиатор». Кажется, примерно так его называл наследник графа Морви, недавно приехавший в столичный город Йетарус. Проклинала она не просто так — ради «тиатра» напрочь вырубили прекрасные дубовые деревья, под которыми было так удобно стоять торговцам. Теперь им приходилось ютиться под маленькими деревянными навесами, не защищавшими товары от палящего летнего солнца.

— И с каких это пор высокородные заделались в просветители? — процедила она и смачно откусила кусок яблока. Сок прозрачными капельками брызнул на румяные щёки ведьмы. Медленно жуя, она покосилась на не слишком радостную торговку яблоками Веледу. Та сидела под новым, но хлипким дощатым навесом, кое-как прикрыв корзинки с яблоками тканью, и очень недобро смотрела на стройку театра.

Катарина попаданцев вообще-то не сильно ненавидела. Но вот как люди они заметно отличались от местных. Слишком опрятные, открытые, очень старательные и неглупые. И зачастую они абсолютно не понимали, что мир, в котором они теперь живут, — это не игра и не мир «понарошку», в котором можно всё без последствий.

Она выкинула огрызок за плечо и, купив у Веледы ещё корзинку яблок, отправилась домой. Как назло, лошадь была у кузнеца, так что теперь топать по просёлочной дороге и по жаре…

Катарина тяжко вздохнула, натягивая капюшон на голову. Пойти лесом, наверное, лучше. По дороге ходить опасно с тех пор, как в их мир начало заносить попаданцев — эти люди через одного стремились завести роман с какой-нибудь ведьмой. Зачем? Проклятие бесплатно под хвост получить? Ведьмы так-то под горячую руку могли и проклясть, а то и вовсе заслать к чертям. Да ещё много чего, включая самое банальное избиение. Катарина лично так точно не гнушалась прилаживать своим ведьминским посохом каких-нибудь особенно пылких мужичков.

Как ни удивительно, но поток жаждущих острых ощущений не ослабевал, и, замахавшись отбиваться от них в городском доме, Катарине пришлось переехать в лесную глушь. Там, через заслон диких комаров, редкий гость мог пройти без проблем.

Ведьма с кислым выражением лица плелась по просёлочной дороге, недовольно ворча на тяжёлую корзину с покупками. Если бы не чертова неудача с подковами у лошади, она бы ни за что не пошла пешкодралить по пыльной дороге.

Нырнуть в тень густого леса ощущалось практически как благословение. Катарина со знанием дела пробиралась через кусты и высокую траву. Попутно в корзине появилось ещё много чего полезного: того корешок, этого листья, мешочек ягод…

В качестве обмена ведьма оставила на лесной полянке яблоки и кусок хлеба. Лес давал ей многое, и ей не стоило быть скупой в ответ.

Выбравшись из лесной чащи на полянку перед своим домом, она окинула свой дом взглядом и в ужасе схватилась за сердце.

— Ты кого мне приволок, чудовище?

— Ведьма сердится, я не правильно сделал? — странного вида то ли ёлка, то ли коряга проскрипел на своём, на лешачьем. Катарина всё гадала, где леший, что в лесу она не встретила его, а он...

Русалок ей таскает. Точнее, русалов.

— Б####ь, Турза, ты зачем мне эту дохлядь притащил? — она поставила корзину на траву и присела на корточки, разглядывая бледного красавца с длинными золотыми волосами. Правда, сейчас спутанными, с кучей мусора и почему-то неровно обрезанными. Острый взгляд Катарины заметил много чего интересного: порезы на руках, следы от кандалов, рубцы от плети на плечах. Скривилась недовольно.

— Он не наш, можно суп сварить, — практичный леший не стал скрывать своих мыслей. — Суп из рыбы вкусный.

— Не будет рыбного супа. Тощий. Будем откармливать, — ведьма с долгим вздохом ткнула пальцем в истощённую щёку рыбного парня. — Неси в пристройку. Эту рыбу сначала лечить надо.

— Есть не будем? — Турза разочарованно заскрипел.

— Нельзя, — жёстко сказала Катарина и, поднявшись, взяла корзину. — Я тебе потом испеку пирог с говядиной.

— Подкупаешь, нравится, — леший заскрипел довольно, поднимая бессознательного русала на своих руках-ветках и потащил в пристройку. Ведьма потащилась за ним, придерживая длиннющий хвост русала, чтобы тот не поцарапался о её любимый шиповник вокруг.

— Где ты вообще нашёл его? — они вдвоём с трудом заволокли рыбопарня в пристройку, кое-как положив на соломенный матрас на полу. Небогато, но откуда у ведьмы приёмный покой для русалок?

— С реки мавки вытащили, через болото кикимора принесла, — Турза неторопливо очищал ветки от налипшей чешуи. Катарина усмехнулась — вон почему он такой грязный.

— Так вы хотели меня рыбой порадовать? — хыхыкнула она довольно. — Ладно, спасибо девчонкам передавай. Они молодцы. Пусть приходят в полнолуние, я как раз новые бусы сделала.

Леший загудел довольно.

— Ведьма умная. Хочу пирог.

— Завтра придешь. Мне сначала испечь надо, — недовольно сказала Катарина, посмотрев на лешего. — И я в лесу яблоки и хлеб оставила. Не успеешь — лисицыны дети всё сожрут.

Через пару минут лешего как ветром сдуло.

А ведьма присела на корточки около русала, хмурясь. Слухи о том, что в замках высокородные держат всякое диковинное, были известны всем. Но чтобы живое и такое… она покачала головой. Катарина терпеть не могла, когда иных существ держали для забавы.

А этот рыбный парень явно не украшением служил. Раны всюду, шрамы, чешуя выпадает.

А этот рыбный парень явно не украшением служил. Раны всюду, шрамы, чешуя выпадает.

Катарина нахмурилась и аккуратно разомкнула челюсть русала.

Вскочила с трясущимися пальцами, едва сдерживаясь от проклятий.

Клыки у рыбы были выдраны самым варварским методом. Ведьма сделала несколько глубоких вздохов, чтобы успокоиться, но помогало слабо.

А потом вышла из пристройки и прикрыла дверь.

— Какие же ко#####е уб####и… — она едва не шипела сквозь зубы - Сотворить такое с сиреной...

Да. Это был не мирный русал — это был самец из вида хищных сирен. Катарина видела таких, когда путешествовала с компанией морских ведьм десять лет назад. А сейчас она не сразу поняла, кто перед ней, из-за того что он истощён до крайности.

Тяжело вздохнув, она посмотрела на пристройку. Сирены — это вообще другой разговор. С людьми они не ладят, уважают только касаток, да и сами себе на уме.

— Сжечь тебя, может и проблем меньше будет… — задумчиво пробубнила Катарина, направляясь в основной дом, чтобы достать говядину и свиную кровь. Вот уж как знала, что захотелось купить её у мясника.

Ведьма занялась домашними делами, попутно с приготовлением лекарственных отваров. Катарина не хотела лечить сирену. Он наверняка сумасшедший, плюс ко всему калека. В дикой среде своих соплеменников ему уже не жить.

Она неторопливо месила тесто для пирога, размышляя, что же делать с ним. Убить Катарина его не могла. Как ведьма, она безмерно ценила любую жизнь и без необходимости не прерывала даже короткую жизнь травы в лесу. В её доме всегда были только живые, растущие цветы.

За окном кухоньки медленно спускался жаркий летний вечер. На ярких цветах в палисаднике мерно гудели пчёлы, в лесу напевал соловей, в отдалении слышался стук дрозда по дереву. Катарина вздохнула, закидывая в котелок то одну лечебную траву, то другую. Что ж, выживет сирен — его счастье. Пусть вон с мавками живёт в реке. Да и девчата все симпатичные, как на подбор, разве что бледные. А дальше сам пусть решает — её дело его чуть в порядок привести.

Тщательно перемешав свиную кровь и избавившись от сгустков, она добавила туда тёплый лекарственный отвар. Налив всё в бутылочку, которой обычно телят выкармливают — ой, не спрашивайте, откуда такое у ведьмы водится, — Катарина взяла палку на всякий случай, бутылку и со вздохом пошла в пристройку.

— Чтоб ты не очнулся… — искренне прошептала она себе под нос. Да и кто бы хотел встретиться с истощённым сиреном, когда он в сознании?

Осторожно приоткрыв дверь, ведьма присмотрелась к лежавшему на полу существу. Не сдвинулся, даже плавники на том же месте лежат. Ну, допустим, ладно…

Катарина зашла в пристройку и, присев на корточки рядом с сиреном, аккуратно приподняла его, как ребёнка, одновременно впихнув кончик бутылки ему в губы.

Рефлексы сирены сработали на ура — даже бессознательный, он жадно пил смесь из крови и лекарства. Катарина краем глаза заметила, как дёргались маленькие ушные плавнички.

— Твою мать, ну чисто дите… — она аккуратно приподнимала бутылку, чтобы сирен не прилагал слишком больших усилий для питья.

Уже после, когда он всё выпил, ведьма аккуратно уложила его на матрас и, обмакнув чистую мягкую тряпицу в лекарственный отвар, бережно протёрла его лицо, шею, спавшиеся жабры.

Катарина не жалела его, но было печально видеть такое существо в таком состоянии. Как ведьма, она ненавидела такие моменты.

Закончив обтирать его, она аккуратно залепила на его раны сначала лечебную жижу из трав, что вываривалась в котле недавно, а потом — паутиной, честно отнятой у паука, живущего в этой пристройке. Проследив, чтобы сирен был везде пролечен и укрыт большим тёплым одеялом, она собрала использованные вещи и вышла из пристройки, аккуратно закрыв дверь на засов. Потянулась до хруста в спине, глядя на заходящее солнце, и усмехнулась.

— Офигеть, какой денёк…