Бу-хаг

1

- Ну, милсдарь Хервант, что енто, могло быть ? - голос Квика, деревенского рыбака-пьянчуги, был пропитым и сонным.

Гервант, уже переставший обращать внимание на неправильное произношение его имени, продолжил осматривать труп, лежащий на соломенном матрасе, погрызанном крысами. Одну из них, он успел убить деревянной вилкой, валявшийся у изголовья матраса, не обратив внимание на широко раскрытый рот хозяина.

На соломенном матрасе лежал труп женщины, по предварительному заключению Герванта - тридцатитрехлетнего возраста. При других обстоятельствах, можно было бы предположить, что Улька, жена хозяина, умерла от сердечного удара или же от кровоизлияния в мозг, которое нередко случалось у деревенских женщин; если бы не одно НО... У трупа не было кожи.

Гервант продолжил осматривать тело. Кожу сняли вместе с волосами, что ещё больше озадачило его; в глазницах, вместо глазных яблок, темнели пустоты.

- Квик, какого цвета были глаза и волосы твоей жены ? - Геральт принялся осматривать руки Ульки, они были одеревеневшими.

- Эмм... Ну енто, глаза, значица, были голубые. Волосы - светлые, опущалися, чутка ниже плеч. - Квик всё это время, не сводил глаз с Герванта. - А что, енто важно ?

Перейдя к туловищу, Гервант отметил, что два нижних ребра с правой стороны были сломаны, однако, это не могло быть последствием борьбы с убийцей, травмы были старые; живот был втянут, создавалось ощущение, что Ульке, перед смертью, не хватало воздуха. Гервант ещё ранее сделал вывод, что Улька, возможно, умерла во сне.

С подобным Гервант - мастер меча, встречался впервые, хотя некоторые предположения у него всё же сформировались. Причиной этому могло послужить два события. Первое, необходимость человеческой кожи для переплета книг в храме Terrelandeus; хотя такового, даже не наблюдалось в деревеньке Хокле. Второе, и пожалуй самое вероятное, появление в округе...

- Бу-хаг, - басисто протянул Гервант, не отрывая зеленоглазого взгляда, от тела Ульки. - Никогда не встречался с подобным.

- Бу... Бу-хаг ? Что енто за тварь ? Енто она сотворила с Улькой ? - Квик пытался сохранять самообладание, но голос выдавал волнение.

- Да, не считая двух сломанных рёбер. Ребра сломались от удара, скорее всего, от мужской руки, ну или же от женщины, физические способности которой ненамного уступают Диалли вон дер Кёрм, в простонародье окрещённой - Одиннадцатой из Белитвена. Но в вашем захолустье, Улька, скорее всего, и была в наилучшей физической форме, по отношению к другим женщинам, что может свидетельствовать о том, что она одна занималась домашними делами. - Гервант пронзал хозяина своим зеленоглазыми взглядом, на время оторвавшись от трупа.

Квик понурил голову. Он знал, что горожане, а тем более охотники на чудовищ, не одабривают битьё женщин, в деревнях именуемое, как "учение уму-разуму", чем деревенские мужики и оправдывались друг перед другом. На его голове, копна соломенных волос была в той самой стрижке, которую носят прислужники в храмах Terrelandeus, но Гервант именовал это по своему, стрижка "под котелок".

- Впрочем - это не мое дело. - Квик облегчённо вздохнул. Он готовился к худшему.

Гервант, переставший выворачивать Квика наружу своим взглядом, потянулся к поясной сумке, висевшей по левую руку на черном одеянии. Одежда была достаточно свободной для ведения боя, но и не вызывала затруднений при сильных порывах ветра; чем то напоминала балахоны служителей храмов. Гервант давно собирался купить одежду, защищавшую не только от царапин стрекков. Он начал доставать один из флакончиков, коих, по мимолетному взгляду Квика, в сумочке насчитывалось от трёх до пяти. Гервант откупорил флакончик. По хатке, тотчас же, развелся аромат из смеси: альиона, гленца и шмуна, полевых растений, соки которых очень точно реагировали даже на небольшие разности температур. Квик, естественно, не знал ни одного из растений, они произрастали лишь за Драконьим Хребтом и у горы А. Вылив почти всё содержимое флакончика на ладонь, Гервант начал растирать ею все мышцы туловища трупа, начинаю от грудных и заканчивая малоберцовыми мышцами.

С каждым новым движением ладони Геральта, тело Ульки начинало приобретать оттенки жёлтого, где-то более четкие, доходящие почти до оранжевого цвета, а где-то едва видные линии и очертания. Спустя пару мгновений, как Квик успел привыкнуть к благовониям цветов, на теле Ульки, уже вовсю пестрела картина маслом. В буквальном смысле, ведь раствор, который использовал Гервант, по всем свойствам напоминал масло.

Запустив снова свой взгляд на тело некогда возлюбленной женщины, Квик от удивления раскрыл рот. На мышцах живота виднелись две довольно приятные окружности, цвета пламени бушующего костра. От откружностей, вниз туловища, к коленам Ульки; проходила довольно бледная линия жёлтого цвета. На груди трупа, именно там, куда Квик любил запускать свои мозолистые руки, сжимая женские атрибуты медвежьей хваткой; жёлтые пятна собирались в отпечатки миниатюрных ладоней, по всем признакам, женских.

Гервант, как бы сомневаясь в своих предположениях, всё же нанёс остатки масла на губы Ульки и все оставшиеся сомнения исчезли. Губы подсветились жёлтым.

- Да, всё верно. Это Бу-хаг. - Гервант обернулся к Квику, который к этому моменту уже дал себе обещания, не удивляться ничему, что скажет мастер. - Видишь оранжевые окружности на животе трупа - это очертания ягодиц бу-хага, на груди - следы от его ладоней...

- А почему, именно на сис.. на груди ?

- Бу-хагу, лишившимуся кожи, нельзя допустить, чтобы его мышцы касались чего-нибудь холодного, иначе они будут отзываться болью по всему телу, а это, чревато для него неудачной охотой. Хочу заметить, что Бу-хаг, скорее всего не хотел убивать Ульку, а высасывал воздух. От удушья твоя жена проснулась, увидела перед собой лицо без кожи и, что наиболее вероятно, от испуга у неё не выдержало сердце. Хотя, я не исключал бы и смерти от удушья. Видишь, как втянут живот ?

Квик, смотрел стеклянными глазами на тело жены, пытаясь показать всем своим видом, что де мол, он всё понимает, но Гервант, не раз видевший такие лица, понимал, что не следует обучать кошку гавкать.

- Милсдарь Хервант, ну что, возьмётесь убить страховидлу ? Как и обещали, скинемся всей деревней, лишь бы убили эту шельму. - Квик начал мять козью шапку, до сего момента, засунутую за пояс из конопляной верёвки.

" Хы... До сих пор есть индивиды, которые верят в то, что лешего можно отпугнуть коноплёй. Вам повезло, что поблизости нет некрополей Древних, иначе бы..."

- Да. Я возьмусь за это, но вам следует знать, - Гервант бросил взгляд на дверь в хату и расположенные рядом с ней окна. Сквозь плёнку бычьего пузыря, он заметил несколько деревенских баб. Сквозь щель в двери, виднелось много босых стоп. Казалось, словно вся деревня собралась у дома рыбака. - Вам следует знать, что Бу-хаг - это могучее существо, так что вам, придётся накинуть сверху ещё пятнадцать Марнадальских шелонгов.

Квик не проронил не слова, а лишь глупо уставился в деревянный пол. расщелины в полу порой доходили таких размеров, что в них с лёгкостью могла бы протиснуться небольшая кошка.

- Хотя, - Гервант начал удаляться от места, в котором, как ни странно, продолжал лежать труп Ульки. - Бу-хаг в деревне, не самое плохое сожительство...

Квик, до того стоявший на одном и том же месте, резко подскочил к двери, пытаясь закрыть собой выход, от профессионального убийцы чудовищ.

- Милсдарь, ну чего вы, енто, так сразу - уходить ? Я же сказал, что готовы скинуться всей деревней, лишь бы избавиться от страховидлы. Добавить пятнадцать шелонгов ? Конечно, добавим ! Итого, получается... - Квик старался напрячь свои извилины, до сих пор стоя в дверном проёме.

Гервант убрал рыбака с прохода и открыл дверь. Повеяло тёплым ветерком, наполненным ароматами кухни из местной таверны. Деревенские зеваки, словно испарились, и единственным напоминанием о них оставались следы у окон и двери.

- Шестьдесят пять... Итоговая сумма - шестьдесят пять шелонгов. - бросил Гервант, перед тем как уйти.