Брызги волшебства

Глава 1

Устало потерев переносицу, я прикрыла глаза, чувствуя легкую резь и дискомфорт. Все-таки это не шутки просидеть перед монитором, не отрываясь, последние часов пять. Сняв раздражающие очки, положила их рядом с чашкой, где остатки остывшего чая составляли компанию надкушенной печеньке. Печенька оказалась гадостной на вкус, а выкинуть рука почему-то не поднялась. Видимо, желание что-нибудь жевать во время работы было сильнее вкусовых предпочтений. Да и все внутри меня противилось необходимости выкидывать еду, будто я какие-то голодные годы пережила в детстве, хотя ничего подобного не было. Однако бабушкино наставление, что выкидывать еду нельзя, усвоила до самой подкорки сознания.

Откинувшись на спинку неудобного стула, уставилась в белый потолок, который из-за светодиодных ламп выглядел неприветливо холодным. Не люблю лампы с холодным светом, но мое предложение заменить на более теплые, желтоватые, было встречено в штыки. Ну и черт с ними, с этими грымзами, которые не желают ничего менять в привычном офисном мире.

Взгляд перевела за окно. Там было серо и пасмурно, что не прибавляло радости этому дню. Кажется, что природа решила исключить бабье лето из своего расписания на осень, и последние дни щедро сдабривала нас проливными дождями. Как будто в мире не глобальное потепление, а сплошное глобальное наводнение. Вообще, я люблю дождь, но не тогда, когда надо идти на работу, а после снова возвращаться домой. Даже если большую часть пути я провожу за рулем машины.

Просидев еще несколько секунд неподвижно уставившись в окно и провожая взглядом едва заметные ручейки дождя, что сквозь неплотный тюль были почти не видны, я отодвинула стул, подхватила кружку и поднялась на ноги. Это были единственные посторонние звуки в кабинете. Кажется, что я тут одна, но это не так. Кроме меня тут сидят еще двое бухгалтеров. Каждая, будто каменное изваяние, замерли за своими мониторами.

Не знаю, по случайности или из каких-то особых соображений начальника, но все мы на удивление неразговорчивые. Звуки голосов у нас слышны только по необходимости. Ни вам задушевных разговоров, ни перемываний косточек начальству, ничего из этого тут нет. Только тишина, гул компьютеров, да тихое постукивание клавиш и щелчки мышек.

Кого-то такая тишина может и напрягала бы, но не меня. Сначала подобное вызывало удивление, а после я настолько привыкла к данному положению дел, что была только рада. Наушники в уши, любимые рокерские группы, монотонная работа и жизнь удалась. А если еще и кружка горячего кофе да печенька составляют компанию, то совсем прекрасно.

За привычными размышлениями заварила по второму кругу чайный пакетик, который так и плавал в кружке. Грея о теплые стенки чашки руки, вернулась на свое место. Лишь мимолетные взгляды коллег сопровождали мой путь. До конца рабочего дня оставалось всего ничего, от этого только сильнее хотелось все выключить и поторопиться в уютное домашнее тепло.

- Валечка, - кажется у меня непроизвольно скрипнули зубы. Родители наградили меня красивым именем Валентина. Все детство я выслушивала всевозможные шуточки по этому поводу. Конечно, я же была не Милена, не Елена и даже не Екатерина. Друзей я просила сокращать мое имя до «Вэл», а на работе меня обычно называли полным именем. Но только не Елена Дмитриевна. – Милочка, когда слушаешь музыку на рабочем месте, советую делать этого не так явно. А если уж слушаешь, то не такой кошмар. Там же ничего кроме барабанов не слышно… - ее тихий ровный голос где-то на уровне ощущений был пропитан ядом.

- Хорошо, - так же спокойно ответила я и глубоко вздохнула. Как-то оспаривать ее слова или отвечать смысла не было. Все наши предыдущие попытки переговоров оканчивались моим безоговорочным провалом на ее главном аргументе – «Возраст превыше всего и мнение старших надо уважать», а она у нас была самая возрастная. Подойдя к своему месту, поняла, что в тишине кабинета и правда слышно из наушников музыку, которую я не выключила. Убавив звук, вернула их в уши и отключилась от окружающего мира до конца рабочего дня.

Когда часы показали шесть вечера, мы синхронно поднялись со своих мест и начали собираться по домам.

Быстро навела порядок на своем рабочем месте, переобулась, накинула пальто и, кратко попрощавшись, вышла из кабинета. Только спустившись вниз и оказавшись за дверьми бизнес-центра, где я работала, смогла вздохнуть полной грудью. Вроде и работа несложная, и коллектив простой, а все же было трудно.

Под моросящим дождем добежала до машины и быстро юркнула за руль. Замок зажигания легко принял ключ, а после машина тихо завибрировала и заурчала почти приветственно.

Пока двигатель грелся, я старательно растирала замерзшие ладони. Машина внутри была столь же холодной, как и ветер снаружи, и лишь спустя несколько минут заработала нормально печка, выдавая теплый воздух, а не осеннюю стужу.

Привычная дорога домой. Путь настолько уже выучен, что не будь других машин можно было бы ехать с закрытыми глазами. Так что я думала о горячем ужине, размышляла какой фильм посмотреть, и стоит ли позвонить сегодня маме или оставить уже на завтра. Я думала о чем угодно, но не о дороге, которая в сумерках под уличными фонарями и в брызгах дождя должна была быть для меня куда приоритетнее. Только заметив в нескольких метрах перед машиной темную тень, я будто очнулась и долбанула по тормозам. Машина, слава богу, легко затормозила даже на мокром асфальте, что спасло пешехода от участи быть сбитым.

- Идиотка! - прочитала я по губам мужчины, который с широко распахнутыми глазами замер напротив. Было видно как я его напугала.

«Идиотка», - согласилась мысленно.

Сердце бешено стучало, выбивая из легких нервные рваные выдохи. Замечталась, идиотка, даже не заметила, как на дорогу пешеход вышел. А если бы не повезло чуть больше? А если бы это был ребенок? А если бы…

Сзади раздался оглушающий гудок, и я поняла, что мужчина давно перешел дорогу, а я все стояла на месте, мешая другим водителям спешить по своим делам.

Переставила ногу на педаль газа и неуверенно нажала. Машина так же неуверенно тронулась с места.

До самого дома я никак не могла успокоиться и продолжала нервно сжимать руль. Больше отвлекаться я себе не позволила, так что оставшаяся часть пути прошла медленно и максимально осторожно. И только припарковавшись у дома, я смогла разжать пальцы, что вцепились в кожаную оплетку руля.

До квартиры дошла так же на автомате, мысленно содрогаясь и прокручивая в голове варианты своего неосмотрительного поведения на дороге. Но любой страх со временем меркнет, а волнение сходит на нет. Так же случилось и со мной.

Стоило оказаться в привычной обстановке, расслабиться от домашнего тепла, выпить кружку ароматного чая, как жизнь сразу перестала казаться такой мрачной, а перед глазами не маячил зловещий обрыв в никуда.

Спать уже ложилась в совсем хорошем расположении духа. Ничего же не случилось. Судьба уберегла. Свое я понервничала, еще раз себе напомнила, как важно быть собранной за рулем, и уснула.

Руки крепко сжимают руль знакомого автомобиля. Я снова за рулем. За окном темнота, которую лишь едва-едва разгоняют редкие фонари и фары автомобилей.

Очень сильно ломит виски, а сквозь эту отвлекающую боль слышу приглушенный звук радио, где диктор призывает то ли прикупить что-то, то ли присмотреть. В носу стоит удушающий запах собственных духов. Наверняка всему виной головная боль.

Я протягиваю руку к регулятору громкости, чтобы выключить раздражающий голос диктора, на мгновение перевожу взгляд на панель и чувствую удар, а после чей-то пронзительный крик.

Нога автоматически выжимает педаль тормоза до самого пола авто, визг тормозов и запах паленой резины врываются в салон машины, а после пронзают и меня, когда я дрожащей рукой открываю дверь и выхожу на проезжую часть. Ноги держат с трудом, но я заставляю себя идти к самому капоту, под которым лежит тело.

Я вижу лишь нижнюю часть туловища, а все остальное скрыто под машиной. По ногам никак не могу понять, мужчина там или женщина. Никаких криков и стонов не слышно, что наталкивает на страшную мысль, что я все же кого-то убила.

Стараясь взять себя в руки, медленно склоняюсь вниз и заглядываю под машину. Виден лишь силуэт. Меня начинает мелко трясти, сердце заходится в диком ритме, и я чувствую тяжелый запах кровь. Я не знаю как пахнет кровь, но почему-то я уверена, что это она.

Удерживаясь одной рукой за теплый капот машины, другой пытаюсь нащупать телефон в кармане. Я еще не решила зачем он мне, но он определенно нужен. Нужен…

И тут свет фар от чей-то машины подсвечивает тело, и я ясно вижу широко распахнутые будто стеклянные глаза, налитые кровью, на замершем лице. На моем лице и мои глаза. Под капотом была я.

С криком ужаса я резко села на постели. Все тело было липким от холодного пота. Меня било нервной дрожью, а перед глазами все стаяла жуткая картина с безжизненным взором собственных глаз.

Подтянув к себе колени, уткнулась в них лицом и постаралась отдышаться. Это всего лишь муки совести за мою невнимательность. Игра злого подсознания.

На кухне мирно тикали часы, и в этой тишине их было отчетливо слышно. Из-за плотно задернутых штор пробивалась тонкая полоска неяркого света. С улицы доносились редкие голоса бодрствующих людей и шумы машин. Город дышал и жил своей жизнью, вот только у меня сердце замирало в каком-то дичайшем ужасе.

Я не знаю сколько я так просидела, слушая эти шумы, но в какой-то момент задремала, уткнувшись лицом в подушку. Лучше бы я не засыпала. Словно заезженная пластинка мне снова снился этот же сон. Я снова за рулем, снова удар, и из-под капота торчат ноги. Только каждый раз я теперь сбивала разных людей: ребенка, мужчину, девушку, беременную женщину. Бесконечная вереница застывших в немом ужасе глаз. Так я промучилась до самого утра, пока измученная не проснулась под пение будильника.

Когда следом за с трудом открытыми глазами из меня вырвался кашель и хриплое дыхание, я поняла, что, кажется, еще и простуду подхватила. Или же это было нервное. А может все дело было в том, что за эту ночь я ни раз просыпалась с криком и умудрилась вконец растревожить свое горло.

Через тот самый тонкий просвет, что оставался между сдвинутыми плотными шторами, я видела, как небо только занимается несмелым рассветом. И мне вспомнились слова мамы, которая еще в детстве подсказала рецепт от дурных снов: нужно посмотреть в окно и представить, как все жуткие образы улетают от тебя прочь, в небо, в космос… Главное, чтобы как можно дальше.

Я и сидела, кутаясь в плед и мысленно посылая сны в полет. И с каждой минутой краски пережитого ночью ужаса блекли все сильнее. Нет, они не исчезли до конца, но теперь у меня было достаточно сил и мужества, чтобы встретить новый день.

Воодушевленная я подошла к окну, и взявшись за шторы, резко развела их в стороны.

- Аа!!! – на меня из-за окна смотрели огромные светящиеся глаза из огромной плотно-черной тени. – А..а.. – звук теперь рвано срывался с губ, а взгляд неотрывно всматривался в темноту, которая казалось живой, и будто на корточках сидела на узком карнизе окна, имея черты человеческого тела, размером с ребенка лет восьми.

Меня буквально отшвырнуло назад в ужасе, и отлетев до самой кровати, которая дала мне каркасом под колени, я, не удержавшись на ногах, свалилась с уже немым криком на пол. Так же синхронно со мной Нечто рухнуло куда-то вниз, и я в испуге отвела глаза.

Смотреть в окно было страшно. Так что я трусливо пялилась на пол под батареей, которая была как раз передо мной. Я досчитала до десяти, потом еще до пяти, и только после этого быстро взглянула в окно. Но ничего подозрительного не увидела.

Обычный вид, который и должен открываться с третьего этажа стандартной пятиэтажки. Ветви деревьев, кусок неба, да дом напротив, где тоже начали загораться ожившие этим утром окна.

Ни подозрительных теней, ни светящихся глаз.

- Чертовщина какая-то… - голос отдавал явной хрипотцой, так что я прокашлялась и снова заговорила вслух. Было не так страшно возвращаться к окну, слыша звук собственного голоса. – Просто птица, видимо, просто очень большая птица. Глаза от фонаря показались светящимися. Или вообще все примерещилось. Не удивительно, после такой-то ночки…

Я продолжала и продолжала что-то говорить, пока осматривала совершенно обычное окно и улицу, говорила пока шла в ванну, по пути зажигая по всей квартире свет, и пустила там воду, и лишь тогда замолчала, но испугавшись гнетущей тишины, дошла до кухни и включила по телевизору музыкальный канал, звук прибавила практически на максимум.

Душ принимала с открытой дверью, даже сквозь музыку стараясь прислушиваться к посторонним шумам. Завтрак вообще решила пропустить. Лишь собралась как можно быстрее да выскочила из квартиры, напоследок проверив все электроприборы, и подергав запертую за собой дверь.

- Все будет хорошо, все будет хорошо, — вот так своеобразно считала я ступеньки, спускаясь вниз. Выйдя из подъезда, покрутила вокруг головой, но ничего странного не увидела. И все же меня будто продолжал преследовать тот страшный взгляд звериных глаз. На фоне этого, даже пережитый ночью кошмар казался каким-то незначительным.

Постаравшись усмирить свое бурное воображение, где на меня набрасывается жуткое крылатое нечто, и успокоив все еще испуганно стучащее сердце, я лишь силой воли заставляла себя не бежать до машины, а идти спокойно. И все же продолжала пристально всматриваться в окружающее пространство, пока не закрыла дверцу автомобиля изнутри. И только тогда смогла немного успокоиться.

До работы ехала, всматриваясь в серое пасмурное небо, будто каждую секунду ожидая из-за тучи вырывающегося монстра, который таранит лобовое стекло, унося мою жизнь куда-то за края бытия.

Пока доехала до работы, вконец вымотала себе нервы, но на этом мелкие неприятности не закончились. Взглянув на светящееся табло с часами, поняла, что как-то неожиданно для себя, впервые за долгое, время приехала с опозданием.

- Да что за день-то такой, - поглядывая теперь уже нервно на светящиеся цифры, что отсчитывали каждую новую минуту моего опоздания, я торопливо припарковалась у бизнес-центра, заглушила мотор, и подхватив сумочку, торопливо покинула теплое пространство автомобиля.

От парковки, где я обычно останавливалась, до входной раздвижной двери было от силы шагов пятьдесят. Так что при желании преодолеть их можно было практически молниеносно, что я сейчас и собиралась проделать.

На голову упало несколько капель начинающегося осеннего дождя, от чего нервно передернула плечами, пытаясь спрятать в высокий ворот пальто хотя бы шею, и поторопилась в офис, уже представляя себе кружку горячего ароматного чая с ложечкой сахара.

Но дойти до дверей мне было не суждено.

Мне не хватило буквально нескольких шагов, когда вновь увидела перед собой мелькнувшую тень, а после меня кто-то схватил за руку и рывком развернул в противоположную сторону. Первые секунды я лишь недоуменно смотрела на явно мужскую спину в черной дутой куртке, да на коротко стриженный затылок. Но осознание происходящего быстро вылило на меня отрезвляющий таз ледяной воды. - Вы что делаете? – я дернула руку, чтобы освободиться от захвата, но пальцы незнакомца лишь сильнее сжали мое запястье. – Отпустите меня! – уже истерично взвизгнула я и попыталась снова вырваться.

- Прошу, отпустите. Что вам от меня надо? – я отчаянно сопротивлялась, пытаясь упираться ногами в асфальт, который был сейчас похож на далматинца, весь в темных пятнах мелкого дождя. Я больше не кричала, пытаясь теперь хотя бы жалостливыми всхлипами вымолить себе свободу.

Но ничего не изменилось, совсем. Все так же меня тянули за руку, не замечая моего сопротивления. Замолчав, я услышала, как мужчина что-то бубнил себе под нос. Решившись, подалась к нему немного ближе и смогла различить тихие бессвязные слова: «нужна», «подставила», «убью гадину»…

И вот тут меня проняло до леденящего ступора. Все это не шутка и не забавный розыгрыш. Это взаправду. И паника уже ясно отражалась в моих глазах и в нервно срывающимся голосе.

- Отпустите! Отпустите меня немедленно! Я на вас в полицию заявлю! – меня лишь дернули с новой силой, уводя с главной улицы в какой-то переулок, где спертый подвальный воздух чуть ли не вышибал слезу, воняя канализацией.

- АААА! Помогите!!! – заорала во всю мощь своих легких, безумно озираясь по сторонам, отчаянно упираясь ногами и пытаясь врезать этому ублюдку сумкой, что до сих пор болталась на моем плече. – Пусти! – новый замах, и сумка вылетела из моих рук с резким рывком.

Вокруг нас не было ни души. Да и на оживленной улице, с которой мы ушли, никто так и не кинулся мне на помощь. Меня до глубины души сразило безразличие людей к чужой беде.

- Прошу, - уже тише прошептала я, опуская глаза вниз и чувствуя, как с ресниц падают первые слезы. Хватка чуть ослабла, и я неверяще подняла глаза. Мы стояли в каком-то тупиковом дворе. Сюда не попадал свет от уличных фонарей. Сюда не падал случайный взгляд прохожих и жильцов.

Я снова стала осматриваться, и даже попыталась дернуться, но в ответ руку снова сжало как в тисках.

Мужчина остановился у кирпичной стены старого дома и провел по нему рукой, что-то бормоча себе под нос.

«Поздоровался с излюбленным местом жертвоприношений?» – выдал мой воспаленный ужасом мозг, не сумев разобрать слова.

- Да чтоб тебя **********, - я вздрогнула, услышав громкий и очень злой крик мужчины. И если начало предложения я поняла отчетливо, то конец напоминал какую-то лающую тарабарщину.

Немецкий, почему-то для себя решила и дернулась следом как на крючке, когда неизвестный яростно рванул к стене и со всей дури пнул ее носком ботинка.

- ***….****… - снова неясная тарабарщина, я вновь стала безрезультатно дергать руку, которую продолжали удерживать, и в один момент просто замерла, не веря своим глазам.

Ровно в том месте, которое так яростно отпинывал маньяк, начал светиться прямоугольный контур неярким желтым светом. Будто из-за кирпичной кладки пробивался мощный лазер, разрезая камень. Зрелище было настолько нереалистичным, что я, кажется, даже забыла как дышаться. Вспышка! Я успела отвести глаза, зажмуриваясь от ослепляющего света, а когда яркое свечение так же резко сошло на нет, уставилась на огромную дверь, что теперь явно выделялась на фоне обветшалой и потрескавшейся стены.

Дверь была резной, будто каменной, метра три высотой, и вид имела столь внушительный, что даже при взгляде на нее хотелось поежиться.

- Пошли, — это были первые слова, обращенные ко мне. Но повернуться лицом похититель так и не соизволил, так что я могла видеть лишь затылок темных волос да слегка оттопыренные уши, переходящие в мощную шею, и это все возвышалось над воротником куртки.

- Чего застряла? - мир дернулся, и заныло запястье. Параллельно с этим я наблюдала за тем, как мужчина, увесисто пиная взявшуюся из ниоткуда дверь, дождался пока та легко и бесшумно, несмотря на вид, отворилась от нас, и потянул меня в пустоту, что показалась в проеме.

- Нет! Нет, нет, нет… - я вцепилась в маньяка и потянула его от двери. – Нет! Не хочу! Не надо! – я чувствовала, как под ногами продавливается влажная земля, чувствовала, как по лицу текут капли надоедливого моросящего дождя, смешиваясь со слезами. Ногтями со всей дури впивалась в мужскую руку, оттягивая того от двери, и не веря до конца в происходящее.

- Достала, - раздался нервный рык в мою сторону. Этот похититель просто вцепился в мои плечи медвежьей хваткой и, подтащив своей силой к проему спиной, просто швырнул меня в пустоту. Я лишь успела царапнуть ногтями его руку, стараясь уцепиться, и подумала, что у детективов будет его ДНК для обвинения в убийстве.

Когда спиной полетела в проем, тот взорвался вспышкой света, и в этой вспышке я успела впервые увидеть лицо своего убийцы. Нет, не впервые. Это был тот пешеход, которого я чуть не переехала днем ранее. Я не знаю почему я его узнала и как, но была уверена, что именно его глаза я видела тогда под светом фар своей машины. Что за шутки судьбы?

Эти мгновения, мне казалось, тянулись минутами, а потом все резко оборвалось. Я почувствовала, как мчусь куда-то вниз, а надо мной сомкнулась темнота, отрезая меня от реальности.