Бронебойная

Сводка, часть 1. В путь.

Пролог.

В одну темную холодную ночь отряд повстанцев пересекал болотистую местность на юге Кавказа. Их целью являлось поддержать восстание местного населения…

- Стоять! Снять оружие с предохранителей!

Это был голос командира. Уставший, хрипой, но все еще способный ставить бойцов по команде «смирно».

То, что насторожило командира, было кошмаром и для такого бывалого вояки, как он. Звук исполинского стального гиганта, зовущегося «Наблюдателем», раздавался на многие километры, и ничто не могло защитить от этого железного монстра. «Наблюдатели» - детище высших умов Федерации, служившее орудием против любого восстания, в том числе и против повстанцев. Огневая мощь Наблюдателя сопоставима с крейсером. Пока что, повстанцам удалось уничтожить лишь одного наблюдателя из семи.

- Командир, что делать будем? - донесся из сумрака голос одного из бойцов.

- Нужно прорываться к деревне… У нас нет другого пути… Твою мать, ЗАСАДА!

Из толщи воды вдруг выскочили черные фигуры. Бесшумные и грациозные, они мастерски начали расстреливать бойцов повстанческого отряда, одного за другим. Это был спецназ Федерации, именуемый «З.О.У» (Захватить, окружить, уничтожить). - Назад! НАЗ-А-А-А-А-Д!

Под свистом пуль, поредевший отряд начал отступать к суше… Но было слишком поздно. Старый командир лишился всех своих подчиненных, своих «детей». И последнее, что он почувствовал – как пуля прошибает его череп… Вернее, он лишь догадывался об этом, лежа в холодной, вонючей воде…

Сводка, часть 1. В путь.

Мне 19 лет и зовут меня Айден. По крайней мере, так меня зовут тут все, в моем селе. Родителей я практически не помню – они погибли во время пожара, когда мне было 2 года. Все, что у меня осталось от них – часы моего отца.

На воспитание меня взял мой дядя – Трофим. Вы, наверное, спросите, почему такие разные имена? А я вам так отвечу. Мы живем на Дальнем Востоке, в одной из баз Повстанцев. А мой дядя – один из руководящих должностей.

Тут много национальностей, но всех связывает одно – ненависть к Федерации и общее дело – победа, победа над бесправием. Наверное, вы не понимаете, что за Федерация? Какие повстанцы? Сейчас объясню.

В 2024 году началась Третья Мировая война. Она унесла много жизней, в том числе и жизнь моего деда… Так вот. К концу войны в мире наступил полный хаос – стран не осталось, умы человечества покинули нас, и люди стали жить в группировках, борясь за ресурсы. Так продолжалось еще несколько лет, пока не пришел Бертхолд Гиммер – один немец с большим энтузиазмом. Он собрал людей и начал Великое Объединение. Оно закончилось в 2043 году созданием ОЧФ – Объединеной Человеческой Федерацией. Федерация многое дала людям – и самое главное – новую жизнь, без войн и смертей. Рай на земле, не так ли? Что ж, ОЧФ жила в мире 98 лет, до 2141 года. Именно в этот год к власти насильственно приходит внук Гиммера – Эрнольд Гиммер. Неся в своей безумной голове идеи нацистов еще 20 века, (как рассказывал нам наш учитель, тогда была большая война), он превращает ОЧФ в Великую Федерацию и начинает «чистку человечества». Над людьми навис мрак…

Спустя примерно 20 лет создается «Комитет Свободы», или, проще, повстанческое движение во главе с Шимоном Йалмазом. Сейчас 2180 год, и война за свободу только начинается…

Я лежал на кровати, собранной из двух ящиков и старого желтого матраса, и рассматривал потолок амбара. Старый и с прохудившейся крышей, он бы не смог выдержать следующую зиму. Это был еще довоенный ангар, предназначенный для бронемашин. Слева матраса стояла старая тумбочка, в которой лежала старая, давно сгнившая макулатура. Стену украшал кроваво-красный плакат «Все ради Победы!». Сквозь разбитое окно просачивался дневной свет. Он подсвечивал поднявшуюся в воздух пыль. Она, медленно и мягко, ложилась на старую, разбитую плитку. Плитка же, в свою очередь, тщетно пыталась отражать солнечные лучи. Вот такие мысли у меня были в тот момент. Я пытался отвлечь себя от того, что мне впервые предстоит попасть на миссию по поддержке дальних рубежей – привезти провизию и снаряжение. На большее мне пока что отпроситься не удавалось – дядя мной очень дорожил и не отпускал ни на шаг, ведь он дал обещание моему умирающему отцу. Я уважал дядю Трофима, но меня злило то, что я прошел подготовку в спецотряд, что очень ценилось, но поступить туда я не могу – дядя не дает разрешение, мол, я погибну…

- Эй! Айден! Хорош лежать, колонна скоро выезжает! – крикнул Андрей, мой лучший друг и по совместительству пулеметчик на крыше бронеавтомобиля. Окно отлично пропускало не только холод, но и звук.

- Иду, иду! – прохрипел я, собрал свои вещи и подбежал к автомобилю. Внутри него пахло табаком и… кедром? Да, так и есть. Водитель откуда-то достал масло с ароматом этого красивого, могучего дерева. Андрей уже сидел за пулеметом и по-детски наводил ствол куда ни попадя, изображая звук стрельбы.

- Желторотых взяли, что ли?

- Да…

- Ну и нахрена? Нам же за ними смотреть придется. Ладно, пускай поучатся нашему делу.

Это переговаривались Олави и Ари. Они оба были из скандинавских стран и многое повидали на своем веку. На сердце сразу полегчало – с такими людьми не пропадешь.

- Так, перекличка, - пробарабанил наш командир Вернер. Его голос был хриплым, как говорится, «видавшим виды». Сам Вернер был довольно коренастым мужиком, с выступающей сединой и красным, щетинистым лицом.

– Олави!

- Тут!

- Ари!

- Тут!

- Юргис!

- На месте!

- Костел!

- Тут!

- Айден!

- Здесь!

- Кальман! Кальман?!..

Из соседнего дома вынырнула высокая фигура. Неуклюже передвигая ноги, Кальман шел с сумкой патронов и пулеметом наперевес.

- Здесь я! Здесь!

- Ну-с, тогда можно и стартовать. Все готовы?

Отряд ответил дружным «Да».

- Тогда по коням!

Я протиснулся внутрь автомобиля. Внутри него пахло табаком и… кедром? Да, так и есть. Водитель откуда-то достал масло с ароматом этого красивого, могучего дерева. Андрей уже сидел за пулеметом и по-детски наводил ствол куда ни попадя, изображая звук стрельбы.

- Так, Жан. Едь помедленнее, тут птички шумят что-то… - проговорил Олави. Водитель кивнул и завел движок, жмя на педаль.

Машина тронулась. Старая, но все еще на ходу, она как будто специально наезжала на каждую кочку, независимо от водителя. Наш путь начался…

Олави и Ари тихо шептались между собой, изучая карту и иногда посматривая вперед на дорогу. Я сидел и смотрел в то место, где когда-то было боковое окно. На дворе стояло начало декабря, но снега была уже довольно много. Мы выехали из леса на открытое поле, и глазу открылся красивый пейзаж.

- Эх, красота то какая! Только стихи и пиши, – согласился со мной Андрей.

Но Олави и Ари было не до красоты. Здесь, на открытом заснеженном поле, мы были открыты для обстрела. Авиация Федерации часто кружила в этом районе, и наши зенитки работали с утра до ночи. Поэтому наш конвой из двух машин ускорился, пытаясь побыстрее добраться к лесу, нашему верному вечному стражу, укрывавшему нас от зоркого врага. Я все так же смотрел по бокам. Когда-то здесь, на этом поле, выращивали пшеницу и корм для скота. А сейчас… сейчас эта местность ловушка для невнимательного проходимца…

Вскоре снова наступил лес и его голые, но все еще могучие деревья. В лесу ты чувствуешь себя гостем, не хозяином. Поэтому и наша колонна ехала медленно, боясь свернуть не туда, хоть мы и ехали по протоптанной дороге. Где-то рядом пробежал заяц. А вот белка, внимательно следившая за нами с ветки дерева… Я начал засыпать, и не заметил, как уснул…

- … значит так, здесь делаем привал. Доставайте свою провизию, будем делать ужин. Я и так с прошлого дня не ел…

Это первое, что я услышал. На улице стоял поздний вечер, часы показывали 21:24.

- Где Айден, черт его дери? – поинтересовался Вернер.

- Да здесь я!

- Что же, отлично. Юргис, Костел, организуйте оборону. И смотрите, чтобы ни одна тварь не проскочила – иначе сами знаете… Ну, за работу! Айден, помоги Юргису с минами.

Командир приказал – значит надо выполнять. Я подошел к багажнику и открыл его – резко повеяло бензином. В багажнике была куча разного барахла на все случаи жизни, даже больше. Мины тут тоже были. Тяжелые, архаичные устройства с простым, но справедливым механизмом: задел – умер.

- Айден, тащи их всех сюда… Там еще вроде датчики движения были… принеси их тоже… - с длинными паузами проговорил Юргис. Он, орудуя лопатой, выкапывал углубления для мин и датчиков движения. Костел же, молчаливый, но добрый и понимающий парень, занимался установкой пулемета «Утес». Как говорил мой дядя, эти громоздкие оружия остались нам со складов когда-то бывшей России.

- Юрг, это? – я приподнес нашему инженеру что-то похожее на датчики. Было видно, что они кустарного производства. Но было непонятно, каким образом инженеры достали в наших условиях чертежи этого устройства.

- Да, молодец… Черт, поаккуратнее с ними, парень, их у нас немного…

Юргис протянул мне старую лопату и я принялся копать. Делать это было не просто: земля уже давно замерзла и превратилась в камень. Но запах готовящейся еды быстро пробудил во мне желание работать, так что скоро мины и датчики были установлены. Костель тоже быстро управился: оружие стояло на треноге и грозно уставило взгляд вперед, на ближний холм.

- Ладно, парни, идите есть. Мне еще нужно тут кое-что поднастроить, - произнес Юргис и снова погрузился в работу.

Мы с Костелем подошли к общему костру и взяли свои порции. На ужин была рисовая каша с редкими кусочками мяса и чай с сухарями. Я с аппетитом начал уплетать еду, слушая разговоры бойцов.

- Так, план на завтра такой: примерно в обед мы должны будем выехать из леса, и тут кроется главная проблема. По сообщению из штаба, враг заслал десант в наш район, и скорее всего, они ждут нас именно на заставе при выезде. Так что завтра нас ждет бой, готовьтесь. И никому не умирать – это приказ!

- А насколько информация верная? – спросил Билман, наш врач.

- Точно не знаю. Штаб даже не уточнил, сколько там человек. Но мы не можем отступить, без провизии дальним рубежам конец. Нам придется вступить в бой, хотим мы этого, или нет.

- Эх… Понятно.

- У кого-нибудь еще вопросы есть?

- А вдруг это ЗОУвцы?..

Наступило тревожное молчание. Никто не хотел встречаться с этими фанатиками, не знающими боли и страха. Про ЗОУ нам рассказывали страшные истории – мол, один ЗОУвец может перестрелять целую роту, ни получив ни одной раны, что он может ножом танк обездвижить. Конечно, многое было преувеличено. Но страх есть страх.

- Что ж с того? Прорвемся. Мы и не таких встречали.

- И то верно.

После недолгой паузы бойцы снова зашевелились. Кто-то достал книжку, кто-то что писал, кто-то наигрывал простые, но такие знакомые мелодии на гитаре.

Я прилег на камень и взглянул на чистое декабрьское небо. Солнце уже давно зашло за горизонт, и ночную пелену освещала большая, неестественно желтая луна. Деревья, казавшиеся в ночной глуши чем то живым, устремили свои острые верхушки вверх, и было видно лишь их темные, загадочные силуэты. И даже в такой темени снег играючи отражал свет луны, придавая зимнему лесу частичку радости и спокойствия.

Отряд начал потихоньку уходить на боковую. Командир Вернер ухаживал за своим автоматом. Это был «АК-12», старое, но надежное и точное оружие.

Все остальные уже лежали в палатках. Какой-то парень громко начал храпеть, и тут же на него посыпалось «Т-с-с-с!».

Я, чуть не вывихнув челюсть от очередного зевания, тоже поспешил под теплое одеяло. Моим однопалатником оказался Кальман – низкорослый кудрявый парень, которого все звали Патроном. Лично я происхождения этого прозвища не знаю, но догадываюсь – в разгрузке Кальмана виднелась куча боеприпасов разных калибров, большинство из которых даже не подходили к его оружию.

- Ну, ложимся? – спросил Патрон.

- Ага. Что-то я устал за сегодня.

- Устал? Мы же ничем особым сегодня не занимались… Я вообще, считай, сегодня сидел весь день. Аж задница ноет.

- Это так свежий воздух действует, - с улыбкой сказал я и выключил лампочку, погружая во тьму нашу обитель.

Наступила тишина. Лес как будто понял, что человек спит. Где-то вдали, с эхом треснула ветка. Послышался шорох в ближайших кустах. В сердце леса глухо раздавался крик филина, отражаясь от деревьев, он доходил даже до нас. Вот сейчас, что-то с сухим треском упало на дерево и приземлилось на крышу палатки, что даже Кальман поднял голову, но тут же лениво продолжил погружаться в сон. Холодный, зимний ветер подул с южной стороны и со звуком ударился в стену палатки, руша прежний уют и как будто напоминая, что человек здесь лишь гость и чужак. Похоже, начиналась вьюга, нередкий гость в этих краях…

Оказавшись наедине с самим собой, я невольно задумался о завтрашнем дне. Как сказал командир, нам придется воевать. И это вводило меня в ступор. Да, с 8 и до 16 лет я проходил подготовку. Да, меня учили обращаться с оружием, действовать по уму и не ослушиваться приказов главного. Но все это другое. Я ни разу не бывал в настоящем бою. И факт этот пугал меня. Я вдруг начал осознавать, что смерть, она настигает тебя быстро, что ты даже задуматься не успеешь, как пуля пронзит твое бренное тело…

Заснуть не получалось, как я не пытался. А вот Кальман спал как младенец – похоже, его патроны придавали ему уверенности в завтрашнем дне, да и вообще в жизни.

Взгляд упал на мое оружие, пистолет-пулемет MP-5. Эта машинка со мной уже много лет - на цевье виднелись множественные потертости, краска у затвора давно стерлась, приклад обмотан изолентой. Виднелась трещина у рукоятки… В общем, вид оружия давал понять, что я, владелец, им часто пользовался.

Не знаю, почему, но вид моей боевой подруги меня успокаивал. Я верил в нее – завтра нам с ней придется поработать, теперь уже не на полигоне, а на реальных, живых целях. Стоп… Живых?.. Да, именно так… Живых. Что же, такова участь военного дела – прерывать чужие жизни ради общих целей. Конечно, никто не в праве убивать другого человека… Пока не прикажут сверху.

Черт, нужно попытаться уснуть. Сводку допишу завтра…

Сводка, часть 2. Злое утро.

Приближался рассвет. Около шести утра мы были уже наготове и собирали свои вещи после отдыха, быстро позавтракав. Через 10 минут отряд залез в машины и двинулся в путь.

- Карты сверил? Мы точно туда едем? – на нервах спросил Ари уже в третий раз.

- Да, твою мать! Хватит меня дергать, следи лучше за своим сектором! - не менее нервно ответил Жан.

Ари что-то промычал про себя и уставил взгляд и ствол винтовки куда-то вдаль, словно выискивая ближайшую жертву. Олави же просто спал – он стоял в карауле в эту ночь. Андрей с вялым видом смотрел по сторонам и то и дело гладил пальцами гашетку – видно, изображать пулемет ему уже надоело и руки чесались проверить прочность ближайшего дерева патронами калибром 12,7 мм. Мне же доверили гранатомет и три заряда к нему, проверкой которой я сейчас занимался. Пейзаж за окном не менялся – взгляд все время хватался то за редкие деревья, то за холмы и поля. Впереди уже виднелся лес.

- Андрей, сейчас будь настороже! Въезжаем в лес. Что-то у меня сердце ноет… - предупредил Ари и снял оружие с предохранителя.

Мы заезжали в глубь леса. Пахло сыростью. Один раз я даже увидел медведя, который тут же скрылся. По машине то и дело стучали ветки, как будто неведомый зверь бесился на крыше.

*резко шипение рации*

- Ари, тут что-то не так… Налево взгляни… Там слишком странно лежит снег, нет, так не бывает… Да его как будто наки… ДЕРЬМО! ПРОТИВНИК! ПОКИНУТЬ МАШИНЫ!

Пули со свистом прошили кабину. Я еще не успел опомниться, как Олави выбросил меня из машины.

- Всем пригнуться и переместиться к тому камню, вперед! Не высовываться! – проорал командир и дал длинную очередь по кустам, – Андрей! Прикрой отход!

Глухо и яростно застрекотал пулемет. Огонь в нашу сторону заметно упал. Но тут, как будто из-под земли, выскочила вражеская ракета и с грохотом разнесла обе машины. Пулемет тут же заглох вместе с Андреем…

- А-а-а, ч-е-е-е-е-рт! Суки! – прохрипел Кальман.

Противник лез со всех сторон. Белые фигуры, казалось, лезли из каждого куста, спрыгивали с деревьев, появлялись из-под земли…

- Отходим в ту пещеру! Ари, веди! Я прикрою! Давай, давай же!

Под плотным свистом пуль, нагнувшись, мы побежали. Мысли превратились в кашу, ноги стали ватными, и лишь руки, вспомнив свою ношу, догадались выстрелить из гранатомета по врагу.

- Айден, не останавливайся, стреляй на бегу! – проорал мне Олави и начал поливать свинцом потенциального врага из своего MG-4.

Пальцы сами нажали на спусковой крючок. Ракета, как феникс, устремилась клювом вперед и разнесла холм. Вдруг из места попадания повалил… газ?!

- Ха-ха, вдыхайте! – прохрипел Патрон и затолкал меня в узкий вход пещеры, где занял позицию наш Ари и аккуратно срубал головы противнику сквозь широкую щели наверху. Огонь в нашу сторону приостановился. Неизвестный враг начал отступать.

- Так, нужно собраться и уходить через пещеру. Я уже бывал тут, – глотая воздух, проговорил командир Вернер. – У нас около трех минут, пока эти сволочи не соберут трупы и не начнут штурмовать нас.

- Стойте! У Юргеса ранение в плечо, - сказал Билман, параллельно распаковывая аптечку. Юргес сидел и курил самодельную сигару, мешая Билману его осматривать. Похоже, бывалого инженера мало интересовала его рана.

- Ты можешь заняться этим по дороге? – спросил Вернер.

- Да, наверное… Да, смогу, - со странным энтузиазмом произнес Билман. – Эй, Жан, подойди сюда, нужна помощь. Юргес, хватит! Ты же потеряешь много крови!

- Ладно, бинтуй, Абу Али… - с иронией и хрипом проговорил Юргис.

- Что же, тогда идем… Костел, пошли! – крикнул Вернер.

- Никак нет, командир… - сухо ответил Костел.

- Что значит «Никак нет»?! Это приказ!

- Командир, я их задержу… Я их всех убью! Эти гады забрали у меня все!..

На этом моменте мне стоит рассказать о Костеле (я не знаю, кто будет читать эти мои записки, но все равно). Костелю где-то 30 с лишним лет. Когда он был еще ребенком, новоиспеченная Великая Федерация из-за репрессивных соображений уничтожила всю его родную деревню, а родителей отправила в лагеря из-за того, что они были оба рыжие. Костел остался один. Он выживал на грязных улицах когда-то бывшего Биробиджана. Но потом его нашло Сопротивление. Так, вернемся к событиям…

- Костел, нас и так мало. Что мы без тебя будем делать?

- Командир, разрешите… У меня только один путь… Прошу!

- Ладно, черт тебя дери! – произнес Вернер и, надев свою шапку, отдал честь Костелю. Тот лишь кивнул головой, попрощался, и занял позицию возле входа, обвесив себя и все вокруг взрывчаткой, проверил патроны и присел.

Отряд, попрощавшись и собравшись, начал уходить. А-а, черт, чернила кончаются…

Сводка, часть 3. Дети подземелья, ч. 1.

- Хочу сказать, что это ни хрена не пещера, в общем-то… Это, мать его, бункер, - с торжественностью в голосе сказал командир и остановился возле большой железной двери.

Под землей мы прошли уже метров 500. Около трех минут назад прогремел взрыв, и вход в пещеру завалило. Похоже, Костел подпустил врага слишком близко – и там же обрек его на мучительную смерть.

Здесь, под землей, пахло сыростью и чем-то гниющим, что аж резало глаза. С потолка капала вода, то и дело попадая кому-нибудь на голову.

- Черт, да чем же здесь так воняет?! – брезгливо проговорил Патрон и тут же достал откуда-то маску.

- Сейчас увидишь. Билман, ты закончил с Юргесом? – спросил Вернер.

- Так точно, он в порядке. Так ведь? – обратился врач к инженеру.

- Да, да… - ворчливо подтвердил Юргес.

- Тогда открываем дверь. Олави, смотри спину, - кивнул командир Олави. Тот лишь молча занялся наблюдать за узким проходом, откуда мы пришли.

Командир потянул рычаг. Старый, но все еще работающий механизм начал свою работу. Тяжелая, бронированная дверь с громким шумом начала открываться. Изнутри тут же повалил ужасный запах гниения – еще хуже, чем был до этого.

- Надеть противогазы! – прохрипел Вернер.

Бойцы дружно достали резиновые намордники. К слову, эти противогазы когда-то принадлежали Федерации, но мы перехватили поставку, что сделали не зря – маски были очень удобные и с большим обзором. А вот фильтры уже были наши - зеленые и потертые. Но даже противогазы не спасали от ужасного аромата.

- Запах разлагающихся тел, пораженных каким-то веществом, - подытожил Билман, всматривающийся в темень бункера.

- Да сюда как будто срали несколько лет, а потом здесь же и подохли, - с кислой (я был в этом уверен) гримасой под противогазом пошутил Ари.

- У меня в машине так же воняло после одного случая, - внес свои пять копеек Жан.

- Моя тёща так же воняла, - глухо произнес Юргес

- Отставить разговоры! – прикрикнул Вернер, которому явно надоела эта беседа.

Тем временем дверь медленно, но верно поднималась. Автоматически включился свет, представляя нам сюрреалистическую картину: весь бетонный пол был покрыт непонятного рода биомассой, которая была настолько противной, что завтрак просился наружу. От нее исходили странные испарения, поднимающиеся вверх и закрывая свет от еле горящей лампы. Краска на стенах давно слезла. Ржавые трубы попадали на пол и прогнили. У стен стояли металлические шкафы с открытыми дверцами. В углу комнаты лежали коричневые, вымокшие мешки. Приборная панель рядом с дверью превратилась в ржавую коробку и еле висела на стене. Потолок был не ровный, а как будто по нему проехался танк, одновременно стреляя. Ну и ну …

- Срань господня… - прошептал Патрон.

- Что тут произошло? – металлическим голосом спросил Олави.

Тяжело вздохнув, командир ответил:

- Этот бункер был укрытием гражданских от Федерации. В один день «Ангелы смерти» обнаружили его. Вернулись они сюда в костюмах химзащиты и с неизвестным поражающим веществом. На месте этого, на полу… были люди.

- Это вещество разъедает плоть и соединяет ее одновременно, - пришел к выводу Билман.

Меня мучала несправедливость. Эти люди… Что они сделали Федерации? Зачем их нужно было убивать? Не понимаю… Ненавижу!

- Мужики, пойдемте уже, а? Не хочу я на это смотреть, - попросил отряд Жан.

- Да, идем. Ступайте с краю и не наступайте в эту хрень, вдруг у вас нога в шмеля превратится и улетит… Ха-ха! Шучу, шучу, - поднял настроение отряду Вернер.

Мы начали продвижение внутрь. Субстанция так и внушала страх, первобытный, животный страх. Она не нападет, но почему-то подсознание определяло это как нечто очень опасное. Смотря по бокам, я чуть не налетел на металлический шкаф, от чего тут же заржал Юргес, но потом, чертыхаясь, начал кашлять. Дойдя до следующей двери, мы приостановились по команде Вернера.

- Так, тут мне нужна помощь. Айден, держи рычаг слева.

- Понял.

По команде я надавил на рычаг. Это оказалось не так просто: он весь заржавел и шел с трудом, поэтому мне пришлось навалиться всем телом. У командира было еще хуже, отчего они вместе с Олави пытались протолкать рычаг вниз. Спустя несколько попыток у них получилось. Дверь начала открываться, но запаха по ту сторону двери уже не ощущалось.

- Так, дальше вроде все в порядке. Можете снять маски, как зайдем, - сказал Вернер.

- Ф-у-у-у-х, - с облегчением вздохнул Патрон.

Мы вошли в коридор. Странно, но на вид он был… Обычный. Нормальные пол, стены, потолок, нет ничего ржавого или прогнившего. Как будто неведомое существо пыталось склеить два разных мира под землей.

- Похоже, засранцы собрали всех жильцов на крыльце, и там же траванули, чтобы весь бункер не портить, - с каплей злобы произнес Ари.

- Да, так и было. Короче, слушайте. Чтобы запитать следующие двери, нужно спуститься к реактору. Бункер этот огромный. К реактору спустятся я, Айден и Олави. Остальные будут находиться у командного пункта и наставлять нас.

- А нахрена нам вообще нужно было лезть в этот бункер? А, командир? – нервно спросили Ари.

- Чтобы взять вертолет.

- Вертолет?

- Да.

- А он то нам зачем? Выкладывай, кэп.

- Узнаешь потом. А сейчас – давайте к командному центру, verdammte Scheiße!

- Как нам туда попасть? – поинтересовался Билман.

- По табличкам навигации, они везде натыканы. Ну, все всё поняли?

- Так точно! – дружно ответил отряд и отправился выполнять свою работу.

Новая ручка плохо пишет, надо поменять. В бункере найдется...

Сводка, часть 4. Дети подземелья, ч. 2

Мы шли по узкому и холодному коридору. Впереди был лишь лифт и лестничный спуск.

- Ага, вот и лифт... Черт, да он обесточен!

Командир был явно недоволен. Он опасливо посмотрел вниз лестничного пролета, светя фонариком. Там была лишь непроглядная темень и редкие непонятные звуки, как будто одинокий скрипач оплакивает свое одинокое существование в сумраке подвала.

- Юргес, ты знаешь, как его запитать, прием?

- Да хрен знает. Я же совсем по другой специальности, но, думаю, разберусь... Бил, хорош меня колоть!

- Ладно, мы тебя ждем. Айден, у тебя есть что-нибудь бросить?

- Хм... Ну вот, обломок трубы. Сойдет?

- Да, бросай его вниз. Считаем секунды, сколько он будет падать.

Я бросил кусок металла. Спустя секунд 20-30 внизу раздался глухой, неуютный звон.

- Твою мать, глубоко... Спускаться по этим лестницам опасно, они проедены какой-то заразой... Юргес, как там у тебя, прием?

- Еще секунду... *кашель*... Готово, проверяйте.

Лифт загудел, включилось освещение. Сразу поднялось настроение - со светом всегда веселее. Олави молча открыл дверь нажатием на кнопку и жестом позвал. Лифт плавно начал спускаться вниз.

- Мужики, мы спускаемся, посмотрите, может камеры есть, прием?

- Камеры не работают... Тут вообще большинство функций не работают, нужно доп. питание.

- Понял тебя...

Вдруг лифт подался вперед - бункер открылся перед нами во всей красе. Он был огромен. Несколько большущих этажей. Ангары с оружием и техникой. Монорельсы, плацдармы... А наверху - огромные лопасти системы вентиляции. Все это освещало минимальное количество ламп. Даже молчаливый Олави присвистнул с долей удивления. Но наши с Олави разинутые рты быстро закрылись после слов Вернера:

- Забудьте про это. Весь бункер проела, как я уже говорил, какая то зараза. Все это оружие давно неисправно.

Тем временем мы уже были на нижних этажах исполинского подвала. Начало пахнуть сыростью.

- Юргес, ты меня слышишь, прием?

- *шипение* Да... У реактора какая-то хрень... Датчики движения показывают, что засекли неопознанный организм.

- Неопознанный? ВСМЫСЛЕ НЕОПОЗНАННЫЙ? У них сведения о любой букашке! Такого быть не может!

- *шипение и молчание* Ну да, неопознанный. "Не удается определить вид - отсутствие в базе данных". Так, определить подобие... Подобие - корд.. кордицепс однобокий с мутациями, тьфу ты!

- Чего-о-о?! Позови Билмана, прием!

- Билман у микрофона, - спокойным голосом ответил наш врач.

- Билман, что это за хрень? Что это за животное?!

- *шипение* Если я правильно помню, это - название гриба-паразита, в основном поражающий муравьев. С мутациями - значит, берет под контроль не только муравьев, скорее всего...

- Отлично, бл... Айден, готовься. Олави, у тебя есть зажигательная граната?

Олави молча кивнул и достал гранату.

- Кинешь по своему усмотрению.

Лифт мягко остановился. Звуковое оповещение так же предупредило нас об этом. Прозрачные (непонятно, зачем) двери отъехали по бокам, открывая нам непроглядный мрак впереди. Пахло так, как будто рядом варили грибы, но при этом ощущалась сырость. Мы включили фонари на оружии и медленно шли вперед.

- Т-с-с-с, - прошипел Вернер.

Коридор разветвлялся. Слева был отдел с кабинетами, а справа - очередной командный пункт. Дверь в него была подписана как

ПУНКТ УПРАВЛЕНИЯ ГЛАВНЫМ РЕАКТОРОМ АУР-2М

- Так, мы в пункте управления реактором, прием, - доложил командир.

- *шипение* Принято... *кашель*... вы там никого не встретили? - спросил Юргес

- Никак нет.

- Понял. Чтобы включить реактор, вам нужно потянуть три рычага с разрешением главного пункта. Я это уже устроил. Дальше сами.

- Айден, Олави, ищем рычаги.

Весь командный пункт был в неплохом состоянии. Все кнопки отлично работали. Ничего ржавого не было. Было даже какое-никакое освещение, пара кружек у стола, чей то пиджак на стуле. А рычаги...

- Нашел, командир!

- Я тоже, -

- Тяните на себя.

Мы втроем потянули рычаги. Что-то резко загудело и тут же заткнулось. Включился большой монитор, сообщающий о неисправности автоматического механизма.

- Чего?! Donnerwetter! Юргес, какого хрена?!

- *кашель* Вам нужно спуститься и вручную запустить реактор с помощью стержней... Только так... Оно нам надо?

- Надо, надо... Тогда идем...

Командир ногой выбил заевшую дверь. Мы снова вышли в коридор и направились в зал с реактором. В предбаннике нашлось несколько защитных комбинезонов, которые мы втроем надели.

- Ага, это дверь к реактору. Идем...

новая ручка хорошо пишет