Бродяга-Маг

Глава 1

Быть свободным, значит жить не оглядываясь на мнение окружающих.

***

Лучи восходящего солнца отражались от наконечников копий, идущих на восток пехотных колонн. Большая часть обоза в сопровождении агемы ушла задолго до рассвета. Я проводил последний совет, на котором присутствовали все стратиги[1] и октархи[2] вверенного мне воинства.

— Нам надо поторопиться, — начал я. — Мы должны успеть до того, как вартанцы возьмут Талон. Ваша задача заставить армию пошевеливаться, но особо не лютуйте. Им ещё в бой идти. Так что пойдём форсированным маршем. Сто шагов обычным шагом, сто бегом. Отстающих, больных, хромых, уставших — бросать. Паникёров, провокаторов и прочих из этой компании — вешать. На привалах, по возможности, пополнять припасы и кормить солдат с самых медленных обозных телег. Я же с отрядом гиппеев пойду вперёд. Необходимо попытаться перехватить конные разъезды врага, если таковые будут. Противник не должен знать, что мы движемся на выручку Талону.

Я обвёл всех присутствующих глазами.

— Всем понятны задачи? Тогда выступаем!

***

Этот марш-бросок оказался сущим кошмаром. Минимум десятая часть войска не дошла. Кто-то сбежал, кто-то просто не выдержал. Те, кто сумел, валились от усталости. Вдобавок ко всему, на подходах к Талону, безнадёжно отстали тылы.

Вначале похода возникла мысль воспользоваться опытом римских легионов Мария и нагрузить несколькодневный рацион на каждого солдата, но пришлось отказаться от этой идеи. Ограничился только неприкосновенным запасом. Есть его без приказа было строжайше запрещено, но я не сомневался, что многие всё же стрескали его втихаря.

Как я и предполагал, вверенное мне воинство себя и оружие еле доставили к месту. В общем, мы почти сутки маршировала на пустой желудок, что, несомненно очень плохо. Голодный солдат — плохой солдат.

В любом случае, перед атакой всех необходимо было накормить и дать выспаться. Они и так не внушали оптимизма, а в таком состоянии и подавно. Всё что осталось, так это надеяться, что мы пришли вовремя. Срочно требовались данные разведки.

— «Порадуй меня».

— «Город ещё держится».

— «Отличная новость».

— «Есть ещё одна».

— «Ну не томи Хельга, я тебя умоляю».

— «Они разделили армию. Большая половина осталась осаждать Талон, а малая пошла в сторону восточных фил».

— «Хм… Они либо опасаются флангового удара, либо хотят надавить на филархов и вынудить их присоединиться. Я склоняюсь ко второму варианту. Хотя и то, и то для нас плохо. Нас спасёт только разгром осаждающей группировки. Хотя в целом, новость из разряда прекрасных».

— «Может быть. Но есть новости и не очень. Все вражеские маги остались на месте. И… они мерзкие. Ты не представляешь, что они там творят с людьми».

— «Представляю. Справимся мы с этими магами. И вообще, всё складывается даже лучше, чем могло быть. Самое главное для нас, не потерять внезапность… и у меня к тебе просьба».

— «Какая?»

— «Передать Нумасу моё послание».

— «Ну вот, теперь я ещё и передаст».

— «Надо моя хорошая. Он должен знать, что мы рядом, и что город должен держаться до последнего».

— «Ладно красавчик, давай своё послание».

***

Мы приблизились к Талону, далеко после обеда. Чтобы остаться незамеченными, пришлось сделать приличный крюк, и спрятаться в густом лесу, западнее города. Погода играла на нас. Было ветрено, и шум леса заглушал наше продвижение. К тому же ветер нагнал чёрных туч, что превратило день практически в сумерки. Хорошо, что пока без дождя.

До осаждённого города оставалось меньше пяти километров. На протяжении всего пути, от Марсии до точки назначения, я забирал в армию всех, кого только мог. И сейчас, несмотря что под моим началом находилось больше шести тысяч человек, поводов для оптимизма было немного. Подготовки у большинства — ноль. Одно утешение, что пока было чем их кормить. Точнее будет. Когда основной обоз догонит.

Во главе небольшого конного отряда, я отправился на разведку предстоящего поля боя. Грима тоже оставил в лагере.

Город держался, но судя по виду, досталось ему крепко. Во многих местах поднимался чёрный дым. Одна из створок ворот была фактически сорвана, но они сами пока остались за защитниками. В стенах виднелась пара наспех заложенных, сильно закопчённых проломов. По их виду, я решил, что били магией.

Повсюду, особенно под стенами и воротами, лежало множество павших. В самом лагере осаждающих, то тут, то там, были видны следы ударов. Оказалось, что осадную технику противник всё же с собой притащил. Я с трудом узнал в беспорядочных кучах мусора то, что когда-то было метательными машинами. Похоже на работу Нумаса. Молодец. Без него, город наверняка уже бы пал.

В проломах виднелись баррикады, преграждавшие врагу проход сквозь бреши в стенах. Даже отсюда, были заметны фигурки людей, торопливо закладывающих их камнями. Глядя на состояние стен и ворот, я решил, что ещё одного штурма город не выдержит.

Осаждающие, после очередной неудачной атаки, отступили. Если смотреть на количество трупов под городскими стенами, дневная атака дорого им обошлась. Значит, сегодня генерального штурма однозначно не будет. Вартанцам нужно набраться сил, чтобы приготовиться к решающему броску.

«Мы должны атаковать сегодня ночью, — понял я. — Потом шансы на победу серьёзно уменьшатся».

Мы быстро вернулись в лагерь.

— «Хельга, нужно доставить ещё одно послание в город».

— «Знаешь, ты не друг. Ты эксплуататор!»

— «Хорошая моя. Красавица. Умница. Надо! Они должны поддержать нас в ночной атаке или нам всем крышка».

— «Ладно, передам. Будешь должен подлиза».

— «Как земля колхозу».

***

Войска получили приказ выдвигаются сразу же, как только землю накроют сумерки. По моим подсчётам, мы должны были достичь намеченных позиций, часам к трём-четырём ночи. Расстояние небольшое, но его требовалось пройти максимально скрытно, и при этом не заблудиться.

Стояла натуральная воровская ночь. Снова поднялся сильный ветер, но плотная облачность сохранялась, а на небе не было видно ни луны, ни звёзд. Темнота, хоть глаз выколи. Но несмотря на переживания, моя часть войска сумела добраться до намеченного рубежа незамеченной и почти вовремя. Главное, чтобы и остальные сумели это сделать.

До ближайших палаток вартанцев оставалось всего метров триста. Кромешная тьма позволила подойти к ним ближе, чем планировалось изначально.

Гиппеи заняли позиции в километре от противника, по левую руку от основного войска. Пришлось выставить их подальше. Слишком много они издавали шума, несмотря, что копыта лошадей перемотали кожей, различным тряпьём и всем, что оказалось под рукой. Я надеялся, что они сумели выйти на намеченные рубежи. Связи с подразделениями в таких условиях, не было вообще никакой.

Вражеский лагерь лежал передо мной освещённый множеством костров. Этот факт положительно повлиял на обзор будущего поля боя. Немногочисленные часовые лениво слонялись по периметру лагеря. Расслабились супостаты. Главное, чтобы у них не было секретов на подходе, а то накроется вся затея с внезапностью, большим медным тазом.

Все действия были заранее проработаны с командирами подразделений. Успех напрямую зависел от точности следования плану. Управлять этим подобием армии и в обычных условиях было задачей не простой, а ночью, так и вовсе невозможной. Оставалось надеяться, что никто не сядет в лужу.

Пехотинцы ожидали сигнала к началу атаки. Им был дан приказ, двигаться тихо, без остановок, и как только пересекут границу лагеря, бегом врываться в него и громить всё и всех. И разумеется орать во все глотки, создавая как можно больше паники.

Своей первоочередной задачей, я поставил нейтрализацию вражеских магов. Их ставка находилась чуть позади основного лагеря, окружённая неким подобием частокола. Чёрные стояли на остриях огромной, чёрт его знает, сколько конечной звезды, тускло горевшей багровым светом. Я заприметил её ещё днём. Хотя вру. Навела на них Хельга.

Тёмные пели свою заунывную песнь. Их было семеро. В длинных балахонах до самой земли, с лицами скрытыми капюшонами. Я взглянул на них истинным зрением и скривился от омерзения. Таких аур мне видеть ещё не приходилось. Тусклые, тошнотворного гнойно-зелёного цвета.

Вся территория вокруг пентаграммы, была плотно заставлена кольями, на которых корчились от боли обнажённые люди, густо изрисованные какими-то светящимися символами. Повсюду беспорядочным навалом лежали изувеченные тела тех, кому уже не повезло умереть в страшных мучениях.

Между колами суетились с полтора десятка служек, в таких же длинных балахонах, только с непокрытой головой. По-видимому, поддерживали жертв в сознании, тем самым заставляя отдавать жизненные силы пентаграмме до последней капли. В ночной тишине, вопли боли, ужаса и страданий отчётливо доносились до нашей передней линии, и вселяли страх в слабых духом.

«Интересно как в таких условиях армия Варты вообще умудряется отдохнуть? Сомневаюсь, что к такому антуражу можно привыкнуть».

Этот вопрос остался без ответа.

Я внимательно осмотрел диспозицию, в поисках возможности нейтрализовать всех чёрных одним ударом. Особое беспокойство вызвала их пентаграмма. Совершенно непонятно, что это и как она себя поведёт, если резко прервётся закачка энергии, или её целостность будет нарушена. Судя по приличной толпе связанных людей, стоящих на коленях и ожидающих печальной участи, ритуал был далёк от завершения.

В этот раз отбиться от Грима не удалось, и он пошёл со мной. Хорошо. Мне рядом с ним всегда спокойней.

Для выхода на приемлемое расстояние для выстрела, пришлось подбираться к лагерю практически вплотную, и подняться на небольшой холмик. Там пришлось нейтрализовать двух часовых, с чем Грим справился играючи. Он просто опустил кулаки им на головы, да так, что они с громким хрустом буквально провалились в плечи.

С захваченной возвышенности позиция вражеских магов оказалась в пределах прицельного выстрела и лежала передо мной как на ладони.

«Итак, приступим-с».

Я накачал разрывную стрелу драконьим пламенем, используя все три энергетических контура артефакта, из-за чего лук начал ощутимо вибрировать. Судя по сообщению на «экране», на это ушёл весь эфир, скопившийся к этому времени.

«Лучше переборщить, чем недоборщить, — подумал я и спустил тетиву. — Всё-таки не по уличной шпане стреляю».

В центр пентаграммы огненным росчерком вонзилась моя стрела и… ничего не произошло. Вообще. Она просто исчезла. Меня накрыло состояние близкое к паническому. Я завис, и совершенно не представлял, что же делать дальше, как вдруг светящийся рисунок мелко задрожал, а затем ярко вспыхнул, словно восходящее солнце. Чёрные маги разом вскрикнули и в доли секунды исчезли, буквально распылённые на атомы. Ещё через мгновенье последовал оглушительный взрыв неимоверной силы. Земля подскочила до самых глаз.

Очнулся я, лёжа на земле, а рядом преклонив колено и упираясь левой рукой в землю, стоял Грим. Он раскрыл рот в беззвучном крике, и хлопал ладонью себя по голове. С трудом поднявшись, я осмотрел вражеский лагерь и поразился звенящей тишине.

«Я оглох!» — осенило меня.

Неожиданно выглянувшая из-за облака луна, осветила всё вокруг. Я даже определить не смог, где конкретно находилась пентаграмма тёмных. Было сложно понять, где границы вражеского лагеря вообще. Ударная волна затушила, а точнее разметала костры, и тлеющие головёшки разлетелись по огромной площади, от чего некоторые палатки занялись огнём. Это оказалось весьма кстати.

Периодически выглядывающая луна, помогла хотя бы частично оценить ситуацию. Моя армия на удивление, хоть и разрозненными отрядами, но всё же наступала. Первые ряды, в большинстве своём пребывали в состоянии полной беспомощности. Кто-то сидел, кто-то лежал. Некоторые ползли.

«Встать!» — приказал я сам себе.

Грим раньше меня пришёл в себя и снова был на ногах. Он что-то говорил, но в моих ушах по-прежнему стоял только звон. Я жестом указал ему на вражеский лагерь. Он помог мне подняться, и мы двинулись вперёд.

Не помню, давал я сигнал коннице или нет, но она уже ворвалась в стан врага. Гиппеи топтали копытами ползающих на четвереньках врагов, а тех, кто нашёл в себе силы подняться, били копьями и мечами. Постепенно вражеский лагерь наполнился моими войсками.

Впереди маячил ревущий Грим. Точнее я предполагал, что ревущий. Прикрытый своим огромным щитом, он как бульдозер врезался в крупную группу противника и смёл всех на своём пути, оставляя после себя просеку из мёртвых и покалеченных тел, активно работая булавой. Сегодня его копьё находилось в полной безопасности, в «облаке». Мы с ним решили, что в этой битве, оно будет не к месту.

Получился даже не разгром. Сражение как таковое не состоялось. Деморализованный и оглушённый противник, был не в состоянии организовать хоть сколько-нибудь достойный отпор. И дело даже не в том, что большинство были без щитов, брони и оружия. Мало кто вообще стоял на ногах. Те, кто находился близко к уничтоженной пентаграмме, по большей части даже ползать не могли.

Вартанцев резали как скот, а моя армия полностью потеряла какое-либо управление. Они убивали и грабили, не обращая внимания ни на что и ни на кого. Землю всё ещё накрывала темнота, а многие, как и я оглохли, и отдавать приказы было попросту невозможно.

Думаю, что те, кто и не потерял слух, сделали вид, что ничего не слышат и продолжали бесчинствовать. Кое-как собрав вокруг себя с полсотни воинов агемы, я отправил их на защиту захваченного обоза, а сам пытался вернуть управление армией. Более-менее восстановить порядок удалось только с рассветом, с наступлением которого ко мне наконец вернулся слух.

***

Я потерял не больше двух сотен человек и это включая раненых. Учитывая, что большинство потерь были «дружественные». Рубка в практически полной темноте оказала на это самое непосредственное влияние.

Плюс агема, охраняя обоз, порубила около сорока человек, из тех, кто пытался его разграбить. Также, в качестве дисциплинарной меры, пришлось демонстративно снести ещё с полтора десятка особо буйных голов, иначе творившийся беспредел грозил перерасти в полный хаос.

Но, несмотря на всё, победа вышла поистине оглушающей. Как в прямом, так и в переносном смысле. Задуманный эффект внезапности и единовременная нейтрализация магов, сработали на полную, правда, как уже повелось, не так как я предполагал.

От вражеских магов, не удалось найти вообще ничего. Тёмная маслянистая воронка, покрытая толстым слоем какой-то мерзкой, липкой субстанции — всё, что осталось от них и их пентаграммы. Конечно жаль, что ничем не удалось поживиться, но я легко пережил эту утрату. Это было однозначно лучше, чем дать им закончить ритуал с неизвестным для нас финалом.

Огромное поле, на котором располагался вражеский лагерь, было сплошь завалено телами. Повсюду витал сладковатый запах крови вперемешку с запахом мочи и дерьма.

Обнаглевшее вороньё и какие-то мелкие хищники, шныряли прямо под ногами. Все обдирали убитых в поисках ценностей и амуниции получше, и по ходу дела резали тех кому «посчастливилось» не зажмуриться ночью. Хорошо, что мертвецы теперь проблема Талона. Мы свой долг и так перевыполнили.

В наши руки попало огромное количество пленных, несмотря, что бойня вышла просто эпичной. Больше двух тысяч. Часть их них отправили таскать трупы, но в любом случае, необходимо было решить, что делать с ними дальше. Я не мог себе позволить содержать такое количество пленников.

С обречённым видом, они делали то, что им приказывали. Потому что теперь они — военная добыча[3]. Рабы. В самом худшем значении этого явления. По меркам этого мира, даже не люди. И то, если им повезёт ими стать, а не зарежут как свиней после.

Поначалу меня как-то коробило от подобного отношения к людям, но потом я принял все условия этого мира. Решил, что не стоит идти против устоявшихся реалий. По крайней мере, если и пойти когда-то этим путём, то это должен быть плавный, обдуманный процесс. Как показывает практика — не благодарное это дело. Быстро можно только обделаться. Это только в кино герои храбро ломают систему, и восхищённые люди носят их на руках. В жизни же, всё чего можно добиться в подобной борьбе, это резкого сокращения отпущенных лет жизни.

Вражеский обоз, который агема отстояла ночью, был полон награбленного добра, а вот продовольствия нашлось не так уж и много. Также мы освободили пленников, и большинство из них были солдатами недавно разгромленной армии Агроса. Все они в добровольно-принудительном порядке пополнили моё войско. Их было бы гораздо больше, но многие погибли на осадных работах, часть порезали чёрные маги. Некоторые сгинули в ночной резне. Кто-то не пережил моего удара.

После наведения порядка, началось спешное перевооружение. Многие из моего войска, были экипированы крайне плохо. Тем более что возникла необходимость поставить в строй солдат, из числа освобождённых. Обессиленных и измождённых. Их физическое и моральное состояние оставляло желать лучшего, но пришлось пойти на это. На счету был каждый человек.

Мы с Нумасом тепло обнялись при встрече. Как старые друзья.

— Тай! Что это было? Грохнуло так, что у нас народ со стен попадал, — изумлённо спросил он, впервые обратившись ко мне по имени.

Я счёл это чётким признаком нашего сближения.

— Нейтрализация тёмных магов. Сам не ожидал такого эффекта, — смущённо ответил я, увидев в глазах Нумаса искреннее восхищение.

— Это было… Да будь я проклят всеми богами! Ты просто обязан рассказать мне всё.

— Обязательно расскажу. Только не сейчас. Смотри что творится, — сказал я и широким жестом обвёл своё воинство.

— Согласен. Уверен у нас будет для этого время.

Город ликовал и приветствовал освободителей. Нас, то есть. Да здравствует «Меч и совесть Агроса»! — кричали они. В этот момент, глядя на счастливые лица талонцев, я понял, что всё-таки тщеславен.

***

Войску я дал всего двое суток отдыха. Хотя даже такой малый срок, заметно их оживил. Старшим в городе по-прежнему остался Нумас, хотя тот и спорил до последнего, порываясь пойти с нами. Пришлось надавить на долг.

— Выигранное сражение, ещё не выигранная война. Оборону города необходимо восстановить в срочном порядке. Да и обоз с ценностями, нужно сохранить любой ценой. Это всё должно пойти в казну государства, а без денег его быть не может, — заявил я, и он сдался.

Часть пленников оставил в городе, для помощи в восстановлении разрушенных стен. Остальных, несмотря на возражения моего офицерского корпуса, настаивавших на немедленном умерщвлении захваченных, ввиду невозможности их охраны и содержания, я отпустил. До границы с Вартой было рукой подать.

Правда предпринял меры безопасности и перед тем как дать свободу, приказал лишить их больших пальцев рук. Хотел сначала до локтя порубить, но потом пожалел. Решил, что всё равно так будет лучше, чем убить. Теперь они больше никогда не смогут держать оружие и до конца своих дней будут помнить о совершённой ошибке.

— «Ты животное!» — раздался полный гнева и возмущения голос Хельги.

— «Не понял. Ты чего?»

— «Как тебе не стыдно! Это же люди! Зачем ты их калечишь?»

— «Так. Поясняю только раз. Это не люди, это враг. Ты видишь в них испуганных, униженных людей, а я, тех, кто пришёл сюда с оружием. И не для того чтобы сады сажать. Ты, наверное, считаешь, что их нужно отпустить? К папам и мамам?»

— «Почему бы и нет. Это было бы человечно», — с вызовом бросила Хельга.

— «Человечно? Ты глубоко заблуждаешься, если считаешь, что, если дать этим людям свободу, они вприпрыжку отправятся домой горшки лепить. Они разбредутся по окрестным землям и собьются в банды. Они будут жечь, грабить, насиловать и убивать. Ты этого хочешь?»

— «Нет, но… Я не знаю. Но не так как поступаешь ты».

— «Если ты считаешь меня садистом, то в этом ты тоже ошибаешься. В этой ситуации, я вынужден быть жестоким».

Она ничего не ответила.

Глава 2

Преклонив колено, передо мной стояли два человека. В железных кольчугах, нагрудниках, накрытые плащами, при мечах и вообще, выглядели они по местным меркам очень солидно.

Я обратился к ним:

— Кто вы?

— Филарх Галат Атон. Отдаю себя и своих людей под вашу руку. Со мной сотня конных и три сотни пеших копий.

— Филарх Никос Леодас. Со мной семьдесят конных и пять сотен пехоты, — отчеканил второй.

— Поднимитесь филархи. Приветствую вас и вашу преданность Агросу. Уверен, что она не будет забыта, — довольно пафосно сказал я.

Практически тысяча бойцов — приятное дополнение, и выглядели они куда более подготовленными, чем большая часть войск, находящихся в моём распоряжении. По идее у нас теперь численное преимущество перед противником, а вот насчёт качественного, были большие сомнения. Несмотря на то, что моё воинство распробовало вкус победы и крови врага, я не очень обольщался на счёт их реальной боеспособности.

Мы двигались по следам второй половины вражеского войска, а наш продовольственный обоз таял на глазах. Ещё четыре, максимум пять дней, и жрать будет нечего. Прошедшая перед нами вражеская армия, выгребла всё подчистую.

Снабжение из столицы запаздывало. Имел место явный саботаж. Судя по полученной информации из Марсии, Рокос не упустил шанса подгадить. Вернусь, голову снесу.

Впереди, на расстоянии в пару километров от головы колонны, в воздухе висела Хельга. И вот спустя два дня, она сообщила, что противник поджидает нас на расстоянии половины дневного перехода. То есть нас разделяло около пятнадцати километров. Жаль, конечно, но в этот раз, ни о какой внезапности не было и речи.

Мне хватило одного взгляда на позицию противника, чтобы понять, что широким фронтом можно атаковать только в лоб. Вартанцы выбрали для сражения невысокий, но большой и пологий холм и закрепились на высоте. Местами даже успели насыпать небольшие валы, утыканные острыми кольями.

С правого фланга их прикрывало большое озеро. А левый и тыл, довольно обрывистый склон, который исключал фланговый манёвр и нивелировал наше численное превосходство. На вершине они сосредоточили несколько лёгких метательных машин.

По приблизительным подсчётам, вартанцев было меньше пяти тысяч. Если конечно к ним не переметнулся кто-то из восточных филархов. В моём же в войске насчитывалось почти восемь. Но нам противостояли хоть и полупрофессиональные, но всё же подготовленные войска, тем более на выгодной для них позиции. У меня же, большая часть — горожане и землепашцы, правда, уже более-менее вооружённые. Хотя стоило отдать им должное, они были бодры и полны оптимизма, невзирая на утомительный переход.

Мне всё виделось в мрачных тонах. Атаковать укреплённую высоту в лоб, затея с любой стороны не самая перспективная. Шансов на успех было бы больше, если бы я мог в полную силу использовать магию. Но, к сожалению, увы.

Аум был практически пуст и о его существовании, на неопределённое время можно было забыть. В нём осталось меньше тысячи эфиронов. Катастрофически низкое значение. На грани исчезновения.

Артефакт за прошедшее время бездействия частично восполнил затраченный на удар по магам эфир, но всё равно, общий запас оставлял желать лучшего. Его хватит буквально на пару скромных ударов.

Почти сутки ушли на подготовку к сражению. Противник, зная о преимуществах своего положения и нашем численном превосходстве, ничего не предпринимал, кроме нескольких вялых попыток спровоцировать нас на необдуманные действия. Так что атаковать пришлось в лоб. Позиция противника исключала иные варианты.

Я хотел отойти от традиционного в этих землях построения монолитной фалангой. Надеялся, что это новшество окажет положительное влияние на ход сражения, но выслушав доводы офицеров, передумал. Без тренировок и боевого слаживания, затея действительно провальная.

На военном совете, чем больше мне советовали, тем больше я сомневался и колебался. В конечном итоге, решил сделать по-своему. Ответственность всё равно только на мне.

Я разделил армию на пять частей. Центр представили самые слабые подразделения. Фактически я решил ими пожертвовать. С тыла их подпёрла пехота восточных филархов, чтобы помешать запланированному отступлению, превратиться в повальное бегство.

Задача правого фланга, куда я перебросил почти все наиболее подготовленные части, за исключением элитных, состояла просто удержать свои позиции.

Самым мощным наступательным потенциалом, в отличие от устоявшихся традиций, обладал левый фланг. Его ядром стала агема Сильвы. Им предстояло не только выдержать натиск, но и затем перейти в контратаку. Я надеялся, что они не зря ели свой хлеб с маслом. А всю конницу спрятал в лесу, заранее пустив в обход.

Сражение началось.

В моей армии застрельщиков считай, что не было, поэтому они держались позади основных порядков. Зато у вартанцев их оказалось изрядно. Они высыпали перед строем фаланги и начали засыпать наши наступающие ряды стрелами и камнями.

Особенную опасность представляли свинцовые снаряды пращников, похожие на финиковую косточку. Только побольше. Они пробивали обшитый бронзой щит с двухсот шагов, и если прятавшийся за ним воин не имел на себе доспеха, то и его тоже.

Добавили хлопот и вражеские стреломёты. Я впервые увидел подобные машины в действии. Тяжёлые метательные копья пробивали до двух человек за раз вместе со щитами. Плюсом для меня, оказалась очень низкая их скорострельность. Они не сколько наносили урон, сколько разрывали строй и производили деморализующий эффект.

По сигналу трубы, наши наступающие шеренги припустили бегом, насколько это было возможно. Вартанские застрельщики замешкались и не успели вовремя отступить. Большая их часть оказалась зажата между своей и нашей фалангой, где их моментально «раздавили». Ряды соприкоснулись.

В обе стороны над головами продолжили летать стрелы, камни и копья, хотя и не так интенсивно. Я же занялся уничтожением стреломётов, на что потратил большую часть имевшейся в наличии энергии.

Крики раненных и умирающих заглушались шумом битвы — боевыми кличами, заунывными звуками рога, грохотом щитов и треском копий. Нам не удалось оттеснить ряды врага на хоть сколько-то значительное расстояние, и наступление перешло в фазу: «Кто кого перетолкает». На ограниченном фронте, наше численное преимущество практически не имело значения.

Неожиданно над нашим авангардом, раздался гром и начала набухать чёрная туча. Она вихрем закручивалась в спираль и стремительно разрасталась.

«Маг! У них есть маг. А может и не один. Дурак, расслабился. Решил, что покончил с ними под стенами Талона и сейчас наступит расплата за глупость» — подумал я, в тот самый момент, когда заклинание пришло в действие.

Накрывшая туча над центральным построением наступающих войск резко опала вниз и взорвалась сотнями электрических разрядов. В воздухе запахло озоном. Дымящиеся воины падали на землю беззвучно вопя от боли и корчась в предсмертных судорогах.

В наших рядах сразу же образовалась серьёзная брешь, куда не теряя времени устремились вражеские пехотинцы. Буквально через несколько минут, уже над нашим левым флангом вновь стала собираться аналогичная туча. Вражеский маг никак не унимался, либо он там был не один.

— «Хельга, где он?» — чуть не срываясь, крикнул я.

— «Слева на десять минут. Около горящего стреломёта».

— «Вижу».

Теперь главное не промахнуться.

До вражеского мага было около двухсот шагов. Его и видно-то толком не было. Я только сумел рассмотреть, что он держал в руках посох, которым интенсивно размахивал над головой и что-то выкрикивал.

Стрелять пришлось быстро, практически навскидку, но эфира я залил не скупясь. Всё что осталось. Даже несмотря на то, что туча над моими войсками, была готова взорваться неприятностями в любой момент.

Стрелу я послал разрывную, направленного действия. Еле видный росчерк устремился к цели. Через секунду, после еле заметной вспышки, фигура человека выпала из поля зрения. Кажется, попал. И судя по всему, мага прикрывало защитное поле.

Пока было неизвестно, что там с ним, но туча над нашими головами, скрутилась в миниатюрный смерч и с громким треском вонзилась в землю под собой, всё же испепелив несколько человек.

В этот момент наш центр дрогнул и начал откатываться назад. Резерв бросился на поддержку, предотвращая повальное отступление. Фронт довольно сильно прогнулся и всё больше напоминал полумесяц.

Пока вартанцы добивали передовые отряды, наша вторая линия нашла в себе силы замедлить напирающего врага. Резервов, кроме лёгкой конницы не осталось.

Всё же контрнаступление противника было замедлено, а затем и вовсе остановлено. Сражение продолжилось и вновь перешло в позиционную фазу. Враг в попытке переломить ситуацию, давил изо всех сил. Им казалось, что они вот-вот прорвут наши ряды и тогда победа окажется у них в руках.

Моя армия таяла как снег под лучами весеннего солнца. Не меньшие потери нёс и противник. Они ожесточённо продолжали напирать, не замечая, что мы постепенно охватываем их с флангов.

«Сейчас».

Условный звук рога пронёсся над полем боя. В скором времени, в тыл противника врубились наши шесть конных сотен. Гиппеи засыпали стоящих к ним спиной пехотинцев короткими метательными копьями, а после достали мечи и булавы.

Я рискнул и послал их наступать через холм. В этом помогла Хельга, которая сообщила, что вартанцы полностью оголили тыл. Они бросили в бой всех.

По итогу, противник проморгал атаку конницы. Они, похоже, не подозревали, что у меня остались резервы. Обозники и остатки вражеских застрельщиков не сумели оказать достойного сопротивления, и этот удар стал для врага полной неожиданностью.

Жаль, что для таранных ударов, местная конница была совершенно не приспособлена. Сказывалось не только отсутствие соответствующей амуниции, но и общая практика применения этого типа войск.

Ряды вартанцев дрогнули и начали медленно пятиться и давить уже на свой центр, порождая панику. Очень скоро, там возникла жуткая давка. Прошло совсем немного времени, и противник поначалу просто отступавший, пустился в повальное бегство.

Серьёзную помощь оказал Грим, который вступил в бой вместе с гиппеями. Он с диким рёвом, перекрывшим все остальные звуки, вломился в тыл вартанской фаланги как слон в посудную лавку. Своим натиском и мелькавшим как молния шестопёром, он сеял вокруг себя смерть и хаос, чем внёс немало суматохи во вражеские ряды. Это в свою очередь ускорило начало их панического отступления. Мне бы с десяток таких как он, и я бы всех в дугу согнул.

Бежать отступающим теперь было некуда, кроме как к озеру. Люди бросали оружие и пытались уйти вплавь, но даже лёгкие тканевые доспехи, напитавшись водой, стремительно тянули их на дно.

Ещё около часа продолжалось избиение на берегу. Мы уничтожали последние очаги сопротивления. Остался один. В его центре сражался высокий воин с ярким плюмажем на шлеме. Судя по всему, командующий, а может и сам бугор. Многих, кто его окружал, убил Грим. И когда я верхом прорвался к нему, тот, кого я счёл главным, указывал на меня мечом и ревел:

— Ты. Ты и я.

Я спешился.

Противник был огромен. Не как Грим конечно, но практически моего роста и серьёзно пошире в плечах. Таких здоровенных людей я тут ещё не встречал.

Тело воина защищала кольчуга под огромным золочёным нагрудником, а юбка с нашитыми железными бляхами закрывала ноги почти до колен. На голове красовался добротный стальной шлем с открытым лицом. Всё явно работы гномов. А вот в его руке сиял меч из гарваля. Покороче моего, но значительно длиннее, чем мне встречались до сегодняшнего дня.

Значит передо мной бугор Варт собственной персоной. Единственное что порадовало, у него тоже не было щита. Вместо него в левой руке он держал небольшой топорик на короткой рукояти.

Мы обменялись серией ударов.

Варт нанёс боковой удар мечом, от которого я уклонился слегка подав корпус назад. Противник не стал ждать и сразу же попытался раскроить мне голову ударом сверху вниз. Я перехватил левой рукой лезвие своего меча и вскользь отвёл удар топора боковой стороной, вырвав его резким рывком. Но оружие не упало на землю, а повисло на кожаном темляке. В тот же момент, с подшагом, я попытался врезать навершием рукояти Варту в лицо. Удар пришёлся в подставленный стальной лоб, и противник пошатнулся. Буквально на мгновенье, но мне этого хватило. Перехватив меч двумя руками, я со всей мощью обрушил клинок на выставленную вперёд левую ногу бугра.

Удар пришёлся в разрыв защиты, между нижним краем подола и поножи. Брызнул фонтан крови. Лишившись конечности, противник не удержал равновесие и рухнул навзничь. Я прижал ногой его правую руку сжимавшую меч и тут же воткнул свой ему в горло. Бугор левой рукой в перчатке, обхватил лезвие в отчаянной попытке вырвать его из себя. Резким движением я провернул клинок в ране и Варт пару раз булькнув, затих. Только кровь мощными толчками продолжала вырываться из разорванной шеи. Мои бойцы ревели от восторга.

Вражеского мага нашли у сгоревшего скорпиона. Точнее его остатки. Стрела попала ему в низ живота и разорвала большую часть тела на мелкие клочки. Уцелели только ноги и плечевой пояс с частью грудины.

Я равнодушно осмотрел останки его трупа. Зрелище разбросанных, порванных кишок не вызвало во мне восторженных чувств. Хорошо, что он успел нанести только один магический удар. Точнее один с хвостиком. Маг, похоже, был не из последних.

Посох, который валялся неподалёку от его тела, я закинул в «облако». На всякий случай. Потом, на досуге посмотрю, что он из себя представляет. Может пригодится. А главным бонусом, стал накопитель, в золотой оправе, снятый с его шеи. Такой же, как и в моём перстне, только покрупнее. Изумительный синий сапфир, размером с хорошую персиковую косточку. Дополнительным бонусом, мне достались кольца с довольно неплохими камнями. Правда пришлось снимать их выламывая суставы, иначе не слезали.

В общем, в этом сражении я потерял больше половины войска, включая раненых, которых у нас было катастрофическое количество. Их лечили в импровизированных лазаретах прямо под открытым небом рядом с горами трупов. Я лично оказывал посильную помощь особо тяжёлым и к закату валился с ног от усталости.

Пленных тоже было достаточно много. Удивительно, но их в этот раз даже не подумали, как обычно, резать словно скот. Подскочивший ко мне октарх, с каким-то садистским блеском в глазах спросил:

— Пальцы?

На что я автоматически согласно кивнул головой, а потом, очнувшись, не стал отменять приговор. Пальцы так пальцы. Вот так, покалеченные пленные таскали мертвецов, что давалось им с огромным трудом. Тех, кто падал от ран или усталости — добивали. Я давно перестал обращать внимание на подобное. Но и сказать, что это оставляло меня равнодушным, тоже нельзя. После того как они закончили, их просто погнали прочь, напутствуя, чтобы домой валили и больше не возвращались.

В захваченном вражеском обозе преобладало награбленное добро, а нам позарез было необходимо продовольствие. Правда и людей у меня стало меньше чуть не в два раза, но радости этот факт совершенно не доставил.

Похоронить или сжечь всех павших, возможности не было. Обошлись только командным составом. Остальные стащили в несколько огромных куч, у подножия холма на радость падальщикам. Берег озера, был сплошь покрыт телами погибших. Скоро те, кто пошли на дно, начнут пухнуть и всплывать, и тогда трупов на поверхности станет гораздо больше.

Я строго настрого запретил использовать воду из озера. Хорошо, что поблизости протекала впадающая в него небольшая река, решившая проблему с водоснабжением. Только эпидемии дизентерии или ещё чего похуже не хватало.

Конечно, хотелось собрать под своим крылом восточных филархов, но пришлось срочно разворачиваться и возвращаться в Талон. Оставить ценности и раненых. В строю реально осталось меньше четырёх тысяч человек. Включая полтысячи конной сборной солянки.

***

Спустя три дня после битвы, нашу еле плетущуюся колонну догнали пять филархов с двумя тысячами человек. Похоже, специально выжидали, чем окончится сражение, и только потом примкнули к победителям. Ну и ладно, зато не пришлось собирать их самостоятельно и спасибо, что жратву с собой притащили.

Я сделал радушное лицо и тепло приветствовал их. Сейчас как никогда на счету был каждый человек. Ещё предстояло очистить от врага захваченные территории, а в идеале организовать карательный рейд, чтобы до вартанцев поглубже дошло, что они зря сюда пришли.

После Талона, мы сразу же двинулись к государственной границе Агроса. На удивление, в самом приграничье уничтоженных и сожжённых деревень практически не было. Судя по всему, враг решил, что теперь это его земля, а значит, кто-то должен на ней работать. Так что в этот раз крестьянам относительно повезло. По крайней мере, их не убили и не угнали в рабство. Девок только всех перепортили, впрочем, как и всегда.

Вскоре мы пересекли границу и вступили на территорию Варты. Отряды фуражиров без устали занимались реквизицией всего, что могло сойти в пищу. С продовольствием было реально плохо. Если сказать мягко. Противник вывез всё, что смог и нам доставались сущие крохи. Только постоянное движение вперёд поддерживало жизнь войска.

Через несколько дней продвижения по землям Варты, на нашем пути возник Пардаук. Крупный пограничный город. Близнец нашего Талона. И по размеру, и по назначению.

Встретил он нас закрытыми воротами и воинами на стенах. Предложение сдаться защитники отклонили в самой грубой форме. Даже голова бугра, насаженная на острие копья, не достаточно их устрашила.

Гарнизон и горожане решили, что нашему не очень крупному войску, без осадных машин, город не взять. Я же не мог ни взять его в осаду, ни позволить себе оставить столь крупный и укреплённый населённый пункт в тылу. Значит, пришло время воспользоваться трофейным накопителем, раз кристалл трогать нельзя. Как раз подходящий случай проверить, на что он способен. Косст рассчитал его ёмкость в двадцать шесть тысяч эфиронов. Роскошная цифра. На самом деле она была несколько иной, но я попросил, чтобы подобная информация выводилась округлённой, для удобства.

Мы встали в осаду.

Пришло время обратиться к своим войскам с речью.

— Там! — громким голосом сказал я, и указал рукой на город за моей спиной. — Засел враг. Пусть вас не пугают их воины и крепкие стены. Вы доказали, что вартанцы перед вами никто! Сейчас я снесу ворота. Для вас! И с того момента — город ваш. На два дня и две ночи.

Рёв тысяч глоток заглушил мой голос, и я увидел в их глазах жажду крови и грабежа. Они уже не думали о смерти. Они хотели этот город, и всё что там было.

— Идите и возьмите!

Новая волна одобрительного рёва прокатилась по этому человеческому морю, с каждой секундой всё больше впадавшем в боевое безумие.

Войска приготовились к рывку. Я выдвинулся вперёд и натянул уже ставший привычным призывной лук. Залил в стрелу весь эфир, как скопившийся к этому моменту в моём единственном накопителе, так и «капли» того, что было в самом артефакте, и спустил тетиву.

«Ну, не подведи».

С громким гулом, полупрозрачная стрела, изначально больше похожая на тлеющую, устремилась к цели, с каждым мгновеньем разгораясь всё ярче.

Снова переборщил. Ворота снесло вместе с каменной аркой, образовав дыру на месте, где они когда-то были. Сами разбитые створки, с грохотом улетели во внутренний двор, покалечив и убив немало вражеских солдат. Плюс удар оказался оглушающе громким. У меня даже на приличном от города расстоянии, болезненно заложило уши. Конечно потише, чем при Талоне, но всё же.

Отлично, меньше половины накопителя, а каков эффект. А с учётом, что на его полное заполнение уходило всего-то чуть больше месяца, результат был более чем превосходным.

Пока я радовался ёмкости своего приобретения, мои войска с нечеловеческим рёвом, пошли на штурм. Офицеры получили чёткий приказ — никаких пожаров. Если кто пустит красного петуха — смерть на месте. Но, невзирая на это, то тут, то там, в небо начал подниматься чёрный дым.

Деморализованный и оглушённый моим ударом гарнизон Пардаука не смог оказать достойного сопротивления и в городе началось то, что происходит, когда его берут на щит. Грабёж, насилие и убийства.

Их даже не спас маг, который участвовал в защите города. Он сумел нанести несколько откровенно слабеньких ударов по моим наступающим войскам, а после, то ли спрятался, то ли его убили в уличных схватках, но найти его не удалось. Ни живым, ни мёртвым.

Мы с Гримом и полусотней агемы сразу же двинулись к городской магистратуре, практически не встречая сопротивления. Меня интересовала городская казна и ценные пленники.

Глава 3

Большое, добротное, каменное здание встретило нас закрытыми дверями, окованными в железо. Я уж собрался их снести, как они широко распахнулись.

В большой зал, где, по всей видимости, заседал городской совет, набилось прилично народу. Около двух сотен, не меньше. Похоже, здесь собрались те, кто не верил, что мы откажемся от штурма и укрылись заранее. Мужчины и женщины. Я заметил много детей.

Мне навстречу шагнул, хотя, как по мне он не ходил, а катался словно шар, необъятный мужчина с массивной золотой цепью на шее, свисавшей ниже пупа его огромного пуза.

— Мы предлагаем выкуп в обмен на наши жизни, — произнёс он довольно нагло.

«Как у него шея не отвалилась. На вид килограмм пять как минимум. На шее Грима она будет смотреться более уместно. Но это чуть позже. Пока переговоры».

— И во сколько вы оцениваете свои жизни? — с усмешкой спросил я, оторвавшись от созерцания «якорной» цепи на шее пузана.

— В пять талантов, — заявил он.

— Тю, дёшево же вы их цените, — сказал я с иронией, а толстяк от этих слов заметно побледнел.

— Я же говорил, что лучше, если каждый сам за себя будет расплачиваться. А вы: вместе, вместе. — Вмешался другой, ещё более толстый мужчина. — Предлагаю три таланта золотом за свою жизнь и жизнь моей семьи, — провозгласил он самодовольно и чванливо.

— Продано! — торжественно объявил я. — Извольте внести деньги в кассу. Надеюсь никто не против, если минимальной суммой для выкупа станет именно эта цифра? — поинтересовался я у остальных и увидел, что большая часть из них побледнела.

— У меня нет столько золота, — обречённо сказала одна из женщин.

— О, дама. Дамам скидки. Если у вас есть дети, то они пройдут бесплатно. Я же не живодёр, — сказал я в ответ с улыбкой, от которой она поёжилась и опустила глаза.

— И какова будет сумма со скидкой? — спросила она и попыталась обольстительно улыбнуться.

Жаль, что сковывавший её страх, не дал ей это сделать с должным эффектом. Иначе, у неё вполне могло получиться. Женщина была реально красивой.

— Скажем талант, на мой взгляд, будет в самый раз. Я так понимаю, тут собрались самые достойные и… состоятельные жители, и гости этого прекрасного города.

— У меня нет и этого. Я бедная вдова разорившегося купца, — говорила она, заламывая себе руки. — Может, договоримся на меньшую сумму?

— Хм… Например?

— Квартер.

— Квартер? Это не серьёзно. Коня достойного не купишь. Но я соглашусь. Не могу отказать столь очаровательной женщине, — ответил я и улыбнулся максимально дружелюбно.

Пусть все видят, что я не зверь и со мной можно договориться.

— Со мной сестра и конюх, — быстро сказала она.

— Наглеете. Разговор шёл только о вас. И где же ваша сестра?

Из-за спины вартанской красавицы вышла молодая девушка. На вид около двадцати лет. Как для местных, высокая. Медно-рыжие волосы под платком, заплетённые в косу, которая спускалась с правого плеча, практически до самого пояса. Светлая кожа с лёгким загаром, покрытая веснушками по верхней части лица. Очень необычные, фиалковые глаза, резко контрастирующие с цветом волос. Чуть вздёрнутый нос и пухлые губы. Одета в кожаный дорожный костюм, который очень выгодно подчёркивал фигуру. Только грудь, крупновата. Поболее чем у Малинки. И вообще, я заметил, что в этом мире большинство женщин сильно грудастые. Воздух что ли такой?

Кстати, это вообще был первый раз, когда я увидел женщину в штанах. Хотя и мужчину тоже. Не считая северян. По крайней мере, в Халладе, подобная одежда считалась ярчайшим признаком варварства. А так, девочка оказалась красивой. Даже очень. Вот только взгляд у неё как для сестры бедной вдовы был слишком дерзкий. Что-то в ней показалось неуловимо знакомым.

Вдруг я почувствовал на себе пристальный чужой взгляд. За спиной рыжей стоял немолодой мужчина, лет пятидесяти с резкими, рублеными чертами лица и его глаза говорили, что он кто угодно, но только не конюх.

«Чёрт побери, да ведь это мои беглецы. Кажется, Ления и Айрат. Комод может готовить мешок с деньгами», — радостно подумал я, но виду что узнал их, не подал.

— Так, тогда с вами разберёмся позже. А сейчас, кто там следующий готов заплатить за свою жизнь?

Я лично убедился, что война, может быть крайне выгодным занятием. По итогу, мне удалось стрясти с этих толстосумов и города, семнадцать талантов золотом и сто сорок два серебром. Не считая мелочи. Просто астрономическая сумма как по мне. Практически всё, в кристаллах банка гномов. Хм… Если бы это было в металле, даже сложно представить, как его вывозить.

Да, и представитель банка тоже оказался тут, хотя их филиала в Пардауке отродясь не было. Он двумя руками прижимал к своей груди небольшой сундучок, а его глаза однозначно говорили: «Мою ношу можно снять только с трупа».

Гнома сопровождали два телохранителя, вооружённых до зубов, но они благоразумно помалкивали, иногда бросая косые взгляды то на меня, то на Грима. Я же с интересом рассматривал южанина, наплевав на все приличия.

Не знаю, как северные, но южный действительно оказался коротышкой. Около полутора метра ростом, но с широченными плечами. Коротко стрижен и гладко выбрит. Мне он напомнил тумбочку на ножках из мультфильма, который я когда-то видел в прошлой жизни.

Гном попытался соскочить от выплаты выкупа, ссылаясь на договор о неприкосновенности их сети. На что я ему довольно грубо сообщил, что мы не в отделении их банка, да и вообще его тут нет и не было в помине, а значит, он частное лицо и должен платить. Он ещё несколько минут ломался, но в конечном итоге расстался с кристаллом на золотой талант.

Когда я поинтересовался, почему так мало и кивком головы указал на охрану, представленную его соотечественниками, гном чуть не расплакался. Он долго ныл и стонал, но после того как я сказал Гриму изъять сундучок, моментально раскошелился ещё на два.

«Наверняка в кубышке кристаллы их банка. Отнять?» — спросил я сам себя.

«Не стоит. Их сеть повсюду, зачем с ними ссориться? Интересно, чего они все с таким баблом сюда припёрлись?»

«Скупать добычу из первых рук. — Осенило меня. — А гном походу занимается кредитованием. Обломались ребятки».

Закончив свой внутренний диалог, я решил, что пора заняться вопросом беглецов.

Мы переместились в отдельную комнату. Все остались стоять, а я присел в на редкость удобное кресло. Развалившись, я внимательно посмотрел на стоящих передо мной людей. Они находились ко мне лицом, а за их спинами возвышался Грим и заметно действовал им на нервы.

Я дал им время немного «дозреть» пока попивал вино из здоровенной золотой чаши, закусывая изумительным сыром. Жирным, вязким, как я люблю. Кстати получилось отлично. Не знаю что за сыр и вино я поглощал, но эта парочка показалась мне просто божественной.

— Сестра говоришь, — обратился я к вдове купца, в чём, кстати, сильно сомневался.

«Хорошие манеры. Дорогая одежда. Чистая смуглая кожа и ухоженные руки. Правильный овал лица и большие влажные глаза с длинными ресницами. Слишком уж хороша для жены купца. Скорее представительница аристократии, которая по одной ей известной причине, не хочет огласки настоящего имени. Но если это так, то почему она без денег? Хотя, мне-то какая разница».

Пока я её рассматривал и размышлял, кто же эта женщина на самом деле, она продолжала говорить:

— Да, младшая. Приехала поддержать меня в горе. Муж умер, только похоронили, а тут вот вы…

Она даже слезу из себя выдавила очень натурально.

— Знаешь, чего я не люблю больше всего? — спросил я максимально ледяным голосом, на который был способен.

— Нет, повелитель.

«О, я уже повелитель. Видно чует что-то. Блин. Повелитель… — я смаковал это слово. — Мне нравится. Звучит как музыка».

— Больше всего я не люблю, когда меня держат за дурака. Тебе придётся очень постараться, чтобы я поверил твоим словам. Иначе, ты отправишься к моим воинам. В качестве подарка. Уверяю, это будет незабываемый опыт. Пьяное от вина и крови мужичьё, знаешь ли, не самое галантное общество. Да и развлечения у них… сама понимаешь.

После этих слов, у мнимой вдовы заметно задрожали холёные руки и она, побледнев, украдкой посмотрела на якобы сестру.

— Она ни при чём! Это я уговорила её помочь и выдать меня за сестру, — выпалила рыжая.

«Чёрт побери, какой у неё красивый голос. Чистый. Мелодичный. Звонкий. Наверняка она неплохо поёт».

После этой мысли, я сразу же инстинктивно напрягся.

«А ведь она может оказаться магом. Меня никто не предупреждал, что девчонка маг. Теперь придётся всё время держать ухо востро. Только этого мне не хватало».

— Браво, — сказал я, отвлёкшись от размышлений. Поаплодировал и на всякий случай поставил силовой щит на боевой взвод. — Ты реально удивила наличием совести в столь прекрасном теле.

В этот момент её спутник дёрнулся. Лично я не понял, что он хотел сделать, но в тот же момент, отправился в полёт через всю комнату и со смачным шлепком врезался в стену. Это Грим недолго думая, зарядил ему с колена между лопаток. На пол сползло бесчувственное тело.

— Грим, ну я же просил, поаккуратней. Надеюсь, не насмерть зашиб? А то ты можешь.

Он в ответ лишь виновато пожал плечами.

— Ладно. Пока свяжи его, он, похоже, парень шустрый, несмотря, что уже не мальчик, а я пока закончу с якобы сёстрами. Только вяжи пожалуйста, помягче. Не нужно ему ничего ломать, а то потом сам будешь возиться с калекой.

Грим не удосужился ответить и с энтузиазмом принялся опутывать лежащее перед ним тело.

Рыжая злобно сверкнула на меня глазами, но с места не сдвинулась.

— Ты знаешь, кто она? — обратился я к вдове.

Она отрицательно замотала головой.

— Ты уверена?

— Да повелитель. Мы познакомились здесь. Просто у меня совсем нет денег, чтобы откупиться, а эта девушка обещала помочь, если я выдам её за сестру. Они не хотели, чтобы вам стало известно, что они чужаки.

— Хорошо. Можешь идти.

— Куда? — спросила она дрожащим голосом.

— К остальным. Будем считать, что ты расплатилась.

— Спасибо повелитель, — сдержанно поблагодарила она и разведя руки в стороны, изящно изобразила что-то вроде книксена[4].

Похоже, я не ошибся, принимая её за представительницу аристократии. Когда она вышла и за ней закрылась дверь, мой взор вновь обратился на рыжую.

— И почему вы не уехали до того, как мы подошли к стенам города? Вы ведь за несколько дней знали, что мы идём.

— Не успели. А потом повсюду шныряли ваши конные разъезды. Айрат счёл, что за стенами будет безопасней. Он уверял, что города вам не взять.

— Понятно. Где дневник? — спросил я, резко сменив тему.

— Так и знала, что тебя папочка прислал, — процедила Ления с маской брезгливости.

— Знаешь, у меня нет времени на пикировку с тобой, и без этого забот полон рот. И вообще, я получил чёткую инструкцию. Дневник! Пойми, ты молода и красива. Очень красива. А пытки не пойдут твоей красоте на пользу. Про твою честь как женщины, вообще промолчу. Скажу только, что от тебя мало что останется, после того как тобой займётся мой младший братец, — сказал я с деланным равнодушием.

После этих слов, я многозначительно кивнул в сторону Грима, который тут же изобразил к рыжей живейший интерес. Он похотливо осмотрел её снизу доверху, шумно обнюхал и демонстративно почесал у себя между ног. Хорошо хоть слюни не пустил. Какой актёрский талант в нём оказывается пропадает.

Конечно, на самом деле я бы никогда не позволил себе пытать женщину, тем более с таким отцом. Но, попугать вполне.

На лице Лении отчётливо проступил страх.

— Не надо. Пожалуйста, — сказала она, заметно заикаясь.

— Дневник! — рявкнул я.

Она бросила на меня короткий взгляд и через секунду дрожащей рукой достала из поясной сумки толстый томик в «алюминиевой» обложке.

— Молодец. Теперь осталось решить, что с вами делать.

— Отпусти нас, — взмолилась она. — Забери остатки нашего золота и позволь уйти.

— Ну, начнём с того, что у вас ничего нет. А то, что было, уже и так моё.

Ления ничего не сказала, только сжала кулаки и опустила глаза в пол.

— Интересно и куда вы собираетесь направиться?

— На север, — ответила она тихим голосом, не поднимая глаз.

— Да? — В этот раз я реально удивился. — И что там на севере?

Рыжая молчала.

— И?

— Мы кое-что ищем.

— И что же вы собираетесь там найти? Ты вообще в курсе, что там полно северян, которые не очень-то жалуют гостей? Нет, конечно, как раз тебя они будут рады принять. Уверяю, ты бы пользовалась у местных бешеным успехом.

— Как-нибудь бы прошли, — буркнула она.

— И что вы там собираетесь делать? Спрашиваю в последний раз. Меня утомляет вытягивать из тебя каждое слово.

Ления задумалась, но всё-таки ответила:

— Мы ищем дракона.

— Дракона?

Я громко и от души рассмеялся.

«Не Арру ли она ищет? Тогда какой чёрт принёс их в Варту? Через Халладу ближе и безопасней. Может, в этих местах водится ещё один?»

— «Нет тут больше никого», — услышал я в голове голос Косста, но вступать с ним диалог не стал.

— И зачем тебе дракон? — поинтересовался я.

— Говорят у него можно обрести знание. А ещё он может одарить силой и бессмертием.

— Тебе-то бессмертие зачем? Ты ещё слишком молода, чтобы задумываться о таких вещах.

— В самый раз, — огрызнулась Ления. — Не старухой же по горам скакать.

— А дневник отца, зачем с собой прихватила?

— У него там есть записи о драконе и карта с отметками, где он, возможно обитает.

— Просто скопировать страницы не захотела или ума не хватило?

— Разумеется ума не хватило, — передразнила она.

— Эх. А ты в курсе, чтобы получить силу и долголетие Шаттиар'Туаравви, его перед этим нужно победить? — решил я напустить тумана и посмотреть, как она воспримет эту информацию.

— Шатти… кто? И откуда ты это знаешь? — как-то робко поинтересовалась она.

— Люблю читать.

— Я всё равно его найду, — решительно заявила Ления и смешно поджав губы, шкодно тряхнула головой.

Это выглядело так мило, что я не удержался и улыбнулся.

«Э-э-э, притормози. Ты явно начинаешь ей симпатизировать. Ничем хорошим это не закончится», — осадил я себя.

— К-хм… Давай договоримся так. Когда я закончу свои дела, то лично отведу тебя на север. Тем более что мы сами оттуда.

— И когда это время наступит? И что ты за это захочешь, — хитро прищурив один глаз, спросила рыжая.

— У меня тут война, если ты не заметила. Закончу, отвезу тебя в Астарту. Потом заскочу в пару нужных мест и в принципе после этого я свободен как ветер. Конечно, если к этому моменту у тебя не пропадёт желание посетить север.

— Мне кажется, ты врёшь! — нагло заявила рыжая.

— Не хочешь — не верь. Тогда я просто доставлю тебя к отцу.

— А что будет с Айратом? Он ни в чём не виноват. Он пошёл на это ради меня.

— Его я тоже доставлю в Астарту, а там сами разбирайтесь.

— Там его ждёт наказание. Жестокое наказание. Отец не простит, — практически прошептала Ления и снова опустила голову.

— Ладно. Я замолвлю слово за твоего верного Айрата.

— Отец даже слушать тебя не станет. Ты его не знаешь!

— А ты не знаешь меня, — отрезал я. — Так что скажешь?

Рыжая пристально посмотрела мне в глаза и после довольно долгих размышлений выдала:

— Я доверяюсь тебе… Кстати, а как твоё имя?

— Тай. Тай Лёханзон.

— Имя и вправду вроде северное, — задумчиво пробормотала она. — Как я и сказала, мы с Айратом полностью доверяемся тебе. Хочется верить, что ты окажешься не таким как все остальные.

— Это каким?

— Лживым и жадным.

— Могу быть и таким, — спокойно ответил я. — Но не в этот раз.

Глава 4

Мы продвигались вглубь территории Варты. Позади довольно долго был виден чёрный дым пылающего Пардаука, а я, похоже, породил новую традицию. Теперь вместо массовых убийств, всему мужскому населению рубили пальцы. С моего молчаливого согласия.

Большинство последующих городов, точнее сказать городков, открывали ворота без боя. Сдавали оружие, платили выкуп золотом, серебром, продовольствием и оставались жить дальше. С теми, кто сопротивлялся, поступали по отработанной схеме. Я сносил магией ворота, а войска брали его на щит. Происходил быстрый грабёж, насилие и массовая рубка пальцев. Почему-то агросцы нашли в этом большее удовлетворение, чем в обычном для них душегубстве. Плюс ко всему, каждый, начиная с гвардейца агемы и заканчивая крестьянским ополченцем, таскали на своих шеях ожерелья из костяшек, в качестве трофеев. Я не возражал. А после, под зарево пожаров мы двигались дальше.

Одно плохо, что в сдавшихся населённых пунктах приходилось оставлять гарнизоны. Моя армия и так была не велика и дополнительная потеря войск, выводила меня из себя. С другой стороны, не делать этого тоже было никак. Иначе, никакой уверенности, что тыл остался за нами.

Моя конница как ненормальная металась по флангам нашего движения, занимаясь угоном лошадей, скота и всего, что можно употреблять в пищу. Ну и попутно громила, и жгла всё, что попадалось на пути.

Вскоре перед нами возникли стены большого города — Фиора. Столицы Варты. Окрестности уже три дня как пылали. Филархи получили чёткий приказ жечь и убивать всё и всех. Война полностью перешла в карательную фазу. Отсюда только домой. Вести армию дальше, я не собирался. Тем более что погода резко начала портится. Удивительно, что до сих пор не пошли дожди. Поздняя осень как-никак.

Я прокатился вдоль крепостной стены, которая к слову выглядела очень солидно. Мощные каменные блоки. Приличная высота и множество воинов, то и дело мелькающие между зубцов.

«А ведь это тот самый город, над которым трудился учитель вместе со своим батюшкой. Значит стены и ворота очень и очень серьёзно укреплены. Тем более столько лет прошло. Трансмутация давно завершилась, а камни пропитались эфиром по полной. Штурмом нам его точно не взять. По крайней мере, не с моей армией и скудным энергетическим запасом. Попробуем старый добрый метод. Взять на понт».

Я специально приказал не трогать беженцев, бегущих перед нашей армией, ещё с момента как мы вторглись в Варту. Это чтобы так сказать было кому нести скорбную весть и сеять панику. Это сработало. Фиор был переполнен перепуганными жителями и «гостями», и не хотел сражаться. После совещаний их совета или кто там у них управлял городом и страной, они предпочли заплатить выкуп.

Нам на встречу вышла внушительная процессия отцов города.

— Не сказать, что мы рады, но всё же приветствуем тебя Ла Гарун.

«Ла Гарун? Два пальца по-нашему. Интересно. Пусть будет два пальца».

Я не приветствовал их в ответ, а гарцевал перед ними верхом и всем видом показывал своё превосходство.

Переговоры начались.

Двести талантов золотом, три тысячи серебром и продовольствия, чтобы прокормить мою армию в течение месяца. Также потребовал отдать мне весь гарваль, если таковой имеется, слитки булмака и драгоценные камни годные под накопители. Именно это я у них запросил за то, что не буду штурмовать город и покину их земли. На мой взгляд, просить такую сумму со всем остальным, было абсолютной наглостью.

От услышанных условий, у стариканов перехватило дыхание, но к своему величайшему удивлению, по их рожам я понял, что для них это не архибольшая сумма. Тем не менее, ожесточённый торг растянулся на несколько часов. Представители города упёрлись и «сражались» за каждую «копейку», а я на меньшее не соглашался.

— Мне всё равно где вы возьмёте золото, мясо и зерно. Отберите, займите, но заплатите. За золотишком можете заглянуть в банк гномов. Уверен, они с удовольствием помогут. За небольшой процент, — сказал я с наглой ухмылкой этим старым пердунам прямо в лицо.

В конце концов, заявил, что, если они не заплатят завтра до полудня, то я магией разнесу ворота и стены, потом войду в город и возьму вообще всё, что захочу. Заодно оставлю без пальцев всех жителей, а кое-кого и вообще без рук, а после сожгу всё дотла.

Врал я конечно и не краснел, но стариканы решили не проверять мои слова на деле. Особенно после рассказов беженцев о могучем маге с одного удара, разносящего камень в мелкий щебень и жестоких агроских воинах. Правильно говорят, сила не в стенах, а в людях, которые их защищают.

Разумеется, они заплатили. Гарваля не было вовсе, на что я собственно и не рассчитывал. Булмака всего два десятка слитков, а драгоценных камней хоть и был солидный мешочек, но достойных экземпляров, нашлось не так уж и много. И то, не сказать, что они вызвали бешеный восторг. Хорошие, но не больше. Не сомневаюсь, что вартанцы сделали это специально, но некоторое количество всё же дали, чтобы совсем меня не злить.

Почти два дня ушло на формирование продовольственного обоза. Осаждённые наверняка выдохнули, после того, как убедились, что мы снялись с лагеря и отправились восвояси.

Я развернул армию обратно в Агрос. За нашими спинами осталась разграбленная и пылающая Варта. Жаль быстро потухнет. Дожди хоть и запоздало, но всё-таки пошли.

Наша колонна растянулась на десятки километров. Бесконечные вереницы пленных, уныло брели по раскисшей дороге. По бокам от тракта, гнали бесчисленные табуны и стада скота. Мы увозили и угоняли всё, что могли угнать и увезти. Что не могли увезти — жгли. Что не горело — ломали. Мы оставляли после себя выжженную землю. Варта не скоро оправится после такого.

С огромным трудом мы добрались до Талона под проливными дождями, по уши, утопая в грязи. Все вымотались до предела. Сил придавал факт, что это дорога домой. По прибытию, я отпустил из армии местных, а сами филархи взялись сопровождать меня в столицу. Как же. Просто хотели получить свой кусочек почестей, ну и заодно проследить, чтобы их не обделили при дележе добычи. Впрочем, вполне заслуженной.

Я забрал из города обоз с ценностями вместе с Нумасом, и мы тронулись в путь. В Марсию, где меня ждали почести и Сильва.

***

Столица встречала нас как героев, несмотря на мерзкую погоду — ветер и ледяную мряку. Героев, пропитанных потом, кровью и гарью, с ног до головы в грязи и навозе. Но всем было плевать. Жители ликовали, а Сильванна лично встречала нас у ворот. Неслыханная честь. Наплевав на этикет и погоду, она бросилась ко мне на шею и впилась в губы поцелуем. Я подхватил её за талию и закружил вокруг себя. Горожане зашлись восторженными криками. Краем глаза я увидел, как скривилась Ления. Я неплохо разбирался в женщинах и мне показалось, что она ревнует. Только этого не хватало. Хотя с чего бы?

В этот же день, в честь победы, во дворце закатили грандиозный пир. Я старался не налегать на спиртное, но к ночи всё равно конкретно надрался. От придворных не было покоя. Все кланялись и выражали восхищение. Дамы открытым текстом предлагали себя. Короче, я понял, что героев любят и хотят все. Хотя и понимал, что с не меньшим восторгом они будут присутствовать на моей казни, если что.

Утром я обнаружил себя в постели Сильвы. Как ни странно, её рядом не оказалось. К сожалению, память не сохранила воспоминаний, каким образом меня туда принесло. Состояние было премерзотнейшее, а во рту нагадили сто кошек. Последним воспоминанием была мысль, что нужно как-то удержать в себе то, что я успел выпить и съесть. Традиция есть лёжа, явно способствовала перееданию. На попытки восстановить события вчерашнего вечера, моя чугунная голова ответила тупой болью и шумом в ушах, а организм потребовал срочно восстановить водный баланс.

Только начинало светать, а я уже был на ногах. Сон алкоголика, как говорится: «Сладок, но краток». Покинув покои Сильвы, с трудом удерживая равновесие, по большей части по стеночке, я отправился искать кого-нибудь из прислуги, которых как назло при всем их обилии, именно тогда вообще не наблюдалось. Ужасно хотелось бульончика. Обязательно из какой-нибудь птички. Желательно не очень крупной.

В пиршественном зале, несмотря на ранний час, было на удивление людно. Насколько я понял, многие там и заночевали, кто где лежал. Это была первая в этом мире, столь грандиозная попойка.

Грим тоже был там, но в отличие от меня выглядел отлично. Он возлежал на специально изготовленном для него ложе с довольной рожей, был бодр, весел и, конечно же, что-то ел. Точнее не что-то, а вполне конкретную, целиком зажаренную баранью тушу. Грим с удовольствием поглощал мясо и шумно запивал его вином из посуды, которую язык не повернулся назвать бокалом или чашей. Скорее небольшим ведёрком. Братец заметил меня и отсалютовал изрядно объеденной бараньей ногой. Я кивнул в ответ и завалился на своё место.

Спустя полчаса, которые моему измученному организму показались вечностью, подали бульон. Я грыз каких-то мелких птичек, запивал горяченьким и чувствовал, как жизнь снова ко мне возвращается.

Вскоре явился Нумас, сопровождая моих так сказать гостей. Лению с Айратом. Последний как обычно имел крайне недовольное лицо, как будто у него под носом прилип кусочек душистого навоза. Честно сказать, я удивился, что он не сбежал. Вполне мог скрыться. В принципе, они могли убежать и вдвоём, но почему-то остались. В Астарте его наверняка ожидали серьёзные неприятности, которые, скорее всего, закончатся для него потерей некоторых частей тела, чтобы я не говорил.

Разумеется, что празднование не ограничилось одним днём. А если точнее, то двор пил и гулял до самой весны, с небольшими перерывами. Таких грандиозных попоек в моей практике ещё не было.

Пока я после победоносного похода предавался всевозможным грехам, Нумас работал. Занимался распределением и подсчётом ценностей, что мы приволокли из похода. А меня всё чаще посещали мысли, что нужно двигаться дальше. Пока печень не отказала.

Сильва, как повелось в последнее время, в очередной раз завела пластинку о необходимости моего постоянного присутствия в Агросе, а под конец даже предложила править вместе. Сослалась на мой заслуженный авторитет в армии (Ещё бы, все озолотились. Тащили всё, что плохо лежало. Что хорошо, впрочем, тоже), значительно возросшее влияние среди придворных (Особенно после того, когда я без разговоров снёс Рокосу Талу голову прямо на пороге дворца) и народную любовь. Этого мне только не хватало.

Конечно же, я отказался. Мне как можно скорее требовалось попасть в Астарту, а затем найти тихое, скрытое от людей место для инициации Аума. Всё что от него осталось, это тусклый камушек размером с вишнёвую косточку, густо покрытый мелкой паутиной трещинок. Короче выглядел он совсем плохо.

Меня переполняли идеи, как помочь ему, но без инициации, это были всего лишь мысли. Драконов я видел и слышал исключительно на тренировках, которые не прекращались, несмотря ни на что. И постоянно слушал их напоминания, что если израсходовать всю энергию, то мирок Аума вместе с ними и моим барахлом схлопнется, и всё растворится в астрале.

Я и сам понимал, что нужно что-то делать. И делать срочно. Одно утешение, денег было не просто много, а очень много. В кои-то веки о них можно было вообще не думать, а сосредоточится на решении более насущных проблем.

Помимо всего, что я лично награбил в походе, мне по закону, как командующему полагалась десятая часть всех трофеев. Я благородно отказался от своей доли в пользу Сильвы. То есть денежки пошли не в казну, а лично ей. Специально не интересовался, сколько там, чтобы бухгалтер и жаба в лице Гоовара потом не съел мне мозг. Она же потеряла дар речи, когда Нумас сообщил, о какой сумме идёт речь. После чего, её горячий шёпот сообщил, что ночью меня разорвут на куски. На что осталось лишь в притворном испуге округлить глаза.

В этом походе, меня в качестве трофеев особенно интересовали драгоценные камни, годные под накопители, гарваль и слитки булмака. Если первых ещё как-то удалось собрать ощутимое количество, то гарваля не оказалось вовсе. Не считая меча с тела бугра. А нужных мне слитков с половины Варты удалось собрать меньше трёх десятков. Маловато как-то. Не удивительно, что они стоили настолько дорого.

Половину золота и серебра, с выкупов за города, я благородно отдал в казну, которой теперь заведовал лично Нумас. Теперь кроме верховного мага и хранителя закона, он превратился ещё и в казначея.

Остальные финансы, я оставил себе в качестве моральной компенсации. Не мог же я обделить самого себя.

***

Мы пробыли в Марсии до самой весны. Если я в коротких промежутках между пирами был занят хоть чем-то полезным, то Грим откровенно страдал от тоски. Боролся он с ней самым проверенным способом. Ел и пил. Кстати, именно тут, он пристрастился к вину. Хорошо, что разбавленному.

Перспектива иметь в компаньонах бухающего вангура, откровенно пугала. Благо, что он по этому делу не становился буйным. Вместо пьяных дебошей, он ел, и ел как не в себя. Я не мог дождаться, когда мы наконец сможем продолжить путь. Опасался, что такими темпами, с которыми Грим набирает вес и объём, он не сможет влезть в доспехи.

За прошедшие несколько месяцев, у меня наладился контакт с Ленией и Айратом. И если последний продолжал ходить с недовольным лицом и изрядно напрягался, если рядом с ним оказывался Грим, хотя и пытался всеми силами казаться равнодушным, то рыжая под конец нашего пребывания в Агросе, откровенно ко мне клеилась, от чего у Айрата ещё больше прокисла физиономия.

Разумеется, факт появления гипотетической соперницы не ускользнул от внимания Сильвы. Благо, до открытого столкновения дело не дошло. Я просто не обращал на попытки собственного соблазнения ровным счётом никакого внимания, хотя если честно, это не всегда давалось легко.

Как только земля более-менее подсохла, мы сразу же присоединились к первому каравану, уходящему в Астарту. Я с таким энтузиазмом засобирался в дорогу, что Сильва больше не просила остаться. Видимо поняла, что бесполезно.

Наконец, мы тронулись в путь. Сильва нарочито прилюдно и страстно поцеловала меня на прощанье. Не ускользнуло от меня, и какими ненавидящими взглядами обменялись они с Ленией. Хорошо хоть в волосы друг другу не вцепились. Ограничились презрительными взглядами.

Вся моя компания двигалась верхом и каждый вёл ещё по два коня, из тех, что мы пригнали из похода. Естественно, что себе я отобрал лучших. Пару превосходных вороных коней. Чернючих и злых, несмотря что холощёных[5]. Бурун, доставшийся мне от Циона, отправился на почётную пенсию в личной конюшне Сильванны.

Один бедняга Грим топал на своих двоих. Хотя ему тоже досталось на кого грузить пожитки, а не тащить на своём горбу. Хранить своё добро у меня в «облаке» он отказался, сказал, что со своим имуществом справится сам. Тем более что его это никак не напрягало.

Глава 5

В первые дни, мы с Гримом светились от счастья и дышали полной грудью. Наконец-то снова в пути. Только сейчас наступило осознание, насколько мы устали от праздности и безделья. Хотя ко мне это мало относилось. Практически ежедневные тренировки с Грухаадом никто не отменял.

Передвижение по землям Агроса и Балеара отличалось редким спокойствием, несмотря на обилие в этих краях лихого люда. Основная жизнь кипела на довольно узкой, густонаселённой прибрежной полосе. Это особенность обоих государств. Агрос и Балеар практически близнецы. Как по размеру, так и по ландшафту, климату и процентному соотношению равнин и лесов.

Во всех государствах, где нам с Гримом довелось побывать, большая часть территорий была покрыта густыми, непроходимыми лесами. Во многие места, даже войска без особой надобности не совались. Зачастую там кипела другая жизнь, которая вовсе никакой власти не признавала.

Чтобы нигде не задерживаться, мы огибали города, лежащие на пути. Специальные люди делали необходимые закупки провианта, а мы продолжали двигаться дальше. Наше продвижение и без этого не отличалось скоростью.

Весь товар предназначался для продажи в Астарте, поэтому нужды посещать другие рынки не было. Тем более, насколько я понял, купец в свой товар вложил весь наличный капитал и закупать что-либо по пути, ему было просто не на что.

В основном мы везли меха, оливковое масло, северный мёд, воск и агроские полудрагоценные камни. Янтарь и что-то там ещё. В качестве накопителей они не годились, а значит, мне не было до них никакого дела.

Основная цель подобного торгового мероприятия, не только продажа товара, но и его закупка. Если удастся вернуться обратно. До восьми караванов из десяти бесследно пропадали на бесконечных путях этого мира, но тот, кому удавалось доставить свой товар в обе стороны, получал до нескольких тысяч процентов прибыли. Так что игра стоила свеч.

Путешествовать с караваном оказалось невообразимо скучно. Леса, луга, леса и снова луга, местами горы. Хотя лесов в поле зрения было гораздо больше. Деревеньки и городки. На редкость убогие и однообразные. Нас с Гримом развлекала только охота, которая к тому же вносила хоть какое-то разнообразие в наш рацион.

Мы нигде не задерживались и вскоре подошли к стыку границ Балеара, филы Сконты и Тарна. Пересечь границу можно было в двух местах. Существовал короткий путь и окружной. Окружной лежал вокруг невысокого, но довольно протяжённого горного хребта и занимал по времени чуть ли не на месяц больше чем короткий. Но, несмотря на этот недостаток, он обладал одним неоспоримым преимуществом — он был безопасен. Относительно конечно.

После недолгих размышлений, Азат — хозяин каравана, решил срезать, а уже на обратном пути, когда будет под завязку загружен дорогостоящими товарами, пойти длинной дорогой. И то не факт. Всё зависело от того, насколько ценный товар он возьмёт и какова будет ситуация с охраной.

Как рассказал один из охранников, на коротком пути хозяйничало несколько банд разбойников. А самой известной личностью этих мест был Ожог-мясник. Его банда была самой крупной и отличалась особой жестокостью.

Ходили рассказы, что этот товарищ обожал расчленённку, но перед этим обязательно истязания огнём. Причём преимущественно страдали молодые, красивые женщины. По всей видимости, над ним довлел какой-то комплекс детства. Видать, что девчонки давали ему по юности не часто, и не без прикола. Это же надо так на них озвериться. В общем, более опасный путь и придумать сложно. Мелкие группы не представляли для нас серьёзной угрозы, а вот встреча с бандой Ожога, могла иметь самые непредсказуемые последствия.

Конечно, с бандитами пытались бороться. И Тарн, и Балеар. Бывали времена, когда и стационарные посты выставляли, и патрули пускали, но всё бестолку. Только зазря теряли людей и деньги. В конечном итоге, решили, что потери несоизмеримы с выгодой и смирились.

На окружном и более безопасном пути, стояли мытари архонта Сконты — Каливаса, по прозвищу Красивый. На мой взгляд, не самое подходящее для правителя. Так вот для них, этот переход, был единственным местом, где фила соприкасалась с основным торговым маршрутом с запада на восток.

Ходили слухи, что именно архонт Сконты всячески поощрял творимые Ожогом зверства, и намеренно прикармливал его банду. Каливасу как никому было выгодно, чтобы бандиты лютовали как можно сильнее, и их дурная слава отпугивала всех от попыток воспользоваться коротким путём в Астарту. Для Сконты, просто жизненно необходимо, чтобы караваны ходили через её территорию, и соответственно платили налоги и подати. Поэтому для всех, кто собирался пересечь эти земли, вопрос маршрута стоял на первом месте.

Во-первых — время, а во-вторых — платить бандитам или государственным мытарям? Ибо совершенно непонятно, кто брал больше. Государство или разбойники. Впрочем, как везде и всегда. Но в пользу Сконты говорил факт, что они хоть и обдирали на деньги, то после них, по крайней мере, собственная шкура оставалась на месте.

Короткий путь никогда не пользовался популярностью. Обычно по нему рисковали ходить только очень большие караваны, в сопровождении целых армий, которые к слову, во все времена стоили серьёзных денег. В таком случае купцу или купцам чаще всего удавалось откупиться малой кровью. Заплатить некую цену, на какую смогли сговориться с бандитами и двигаться дальше.

Сколько караванов сгинуло на этом лесном тракте, вообще никто не знал. Хотя бывали случаи, когда некоторым, даже без охраны удавалось проскочить. При этом они и деньги за проезд не платили и голову с товаром сохраняли. Но это понятное дело, срабатывало очень и очень редко. И всё равно, отчаянных всегда хватало. Разбойникам, на радость.

Наш караван был средненький по размеру, но с усиленной охраной. Может присутствие вангура, повлияло на решение купца рискнуть и проскочить, а может он просто по жизни был рисковый и отчаянный.

В общем, все готовились к возможному нападению. Грим с явным энтузиазмом облачился в свои доспехи. Видок у него был, скажем так — грозный. Похоже, он серьёзно настроился на драку. А вот остальные, судя по лицам, предпочли бы этого избежать.

Удивительно, но братец сумел влезть в свою амуницию, которую не надевал несколько месяцев. Не без труда, и не без моей помощи, но смог. Я до последнего сомневался, что у него получится. Особенно меня терзали сомнения насчёт панциря. Но, мои опасения не оправдались, и Грим предстал перед нами во всей своей грозной красе. Я уже и подзабыл, как он великолепен.

Богатый парчовый халат до середины голеней, с затейливой золотой вышивкой, который он использовал в качестве поддоспешника. Его ему презентовала лично Сильва. Поверх кожаный панцирь, обшитый посеребрёнными пластинами и чешуями. Стальные поножи и наручи. Широкий пояс, которой я подарил, полностью изукрашенный фигурными золотыми бляхами искусной работы агроских ювелиров. На нём, в специальной петле висел шестопёр. За поясницей, в ножнах — кинжал, размером с меч обычного человека.

Дополнил всё это бронзовый щит за спиной, со множественными следами схваток в которых он побывал. Правая рука сжимала чёрное, испещрённое рунами древко шестиметрового копья с мечеподобным наконечником из гарваля. Шкура-плащ с башкой пепельного бера и полным набором клыков, под которым был надет шлем с длинной кольчужной бармицей. Ну а венчали эту композицию массивные золотые браслеты на обеих руках и пятикилограммовая золотая же цепь поверх панциря. Наш трофей из Пардаука.

Весь караван и так с огромным уважением смотрел на Грима, а теперь все взирали на него с откровенным восхищением. Даже Айрат, несмотря, что прежде видел братца не только во всей красе, но и в деле, явно находился под впечатлением. И это, несмотря на всю его инфантильность и явное или показное равнодушие к происходящему вокруг.

Грим же от важности надулся как индюк, и выглядел самодовольным. Ничего, ему можно. Я бы сказал даже нужно. Нам от этого только плюсы.

Мне тоже немного перепало от восхищения спутников. Я, конечно, смотрелся не так мощно, как братец, но всё же. Тем не менее, меня это совершенно не беспокоило.

***

Караван шестые сутки двигался по узкому коридору между двумя стенами леса. Тут любое место могло оказаться засадой. Тем более купец сообщил, что с нашей скоростью, на пересечение опасного отрезка пути, уйдёт не меньше десяти-одиннадцати дней. Значит, ещё больше недели придётся быть постоянно начеку и спать вполглаза, не снимая доспехов.

Солнце только показалось, а мы уже были в пути. Все заметно нервничали, кроме разве что Грима. По моему, его вообще ничем нельзя напугать. Абсолютно отмороженный.

В голове раздался голос Хельги.

— «Впереди засада»

— «Много их?»

— «В лесу особо не видно, но мне показалось что да. Однозначно больше сотни».

— «Чудненько, спасибо Хельга. Ты сегодня умница».

— «Я всегда умница», — пробурчала она.

После этой новости у нас сразу зачесались руки. Особенно у Грима. После войны с Вартой несколько месяцев вообще никаких событий. Если не считать бесконечных пирушек. Потому, он сразу заявил — драться и точка.

На самом деле, я бы предпочёл побыстрей добраться до точки назначения, но Грим захотел драки, значит, будет драка. Тем более, мне тоже не помешало бы размяться. Ну сколько там тех разбойников? Сотня, может чуть больше. Соотношение сил один к двум. И кто там? Беглые крестьяне и прочее отребье. Справимся. Один Грим стоит сотни. Главное, чтобы мои «гости» не пострадали. Думаю, что за мёртвую тушку Лении на пару с Айратом, по голове меня не погладят. Если только по шее. Топором.

Караван шёл вперёд, готовый к возможному нападению, и только мы с Гримом к неизбежному. Я решил не сообщать купцу, что нас поджидают. Охране знать это, тоже было необязательно. Подобное решение я принял для того, чтобы купец не смог откупился, раз уж мы настроились подраться.

Конечно подобное отношение к соратникам, пусть и временным, как минимум не красиво, ведь кто-то наверняка погибнет, но, такова жизнь. Сам удивился, каким стал равнодушным по отношению к другим. А может и всегда таким был. Просто раньше не приходилось бывать в подобных ситуациях. В общем, мы жаждали боя. Тем более что разбойники не профессиональная армия, авось одолеем.

То, что мы напоролись на засаду, все поняли сразу. Лежащий поперёк дороги массивный древесный ствол, говорил об этом слишком красноречиво, и нам ничего не оставалось, как остановиться.

Только мы приблизились завалу, из леса, с обеих сторон, высыпали вооружённые люди. Очень много людей. Гораздо больше чем я ожидал. Многие доспешные, в той или иной степени.

Вооружены налётчики были преимущественно копьями. Удивило почти повсеместное отсутствие щитов. Хотя, зачем они им в лесу? Зато бандитов с луками и пращами оказалось непривычно много. Особенно с луками.

Эта человеческая масса бежала на нас с громкими воплями и улюлюканьем. По всей видимости, чтобы напугать. Глядя на некоторые лица из числа охраны каравана, им это удалось. У бандитов были донельзя довольные рожи. Пока всё шло по привычному для них сценарию.

На некоторых разбойниках были кожаные жилеты с различным количеством улучшений. От железных пластин, до нашитых костей каких-то животных. Похоже, каждый из них сам мастерил защиту, кто на что горазд, но были и такие, что по виду и экипировке, походили на профессиональных солдат. Скорее всего дезертиры или изгои. Но, никакого строя бандиты не соблюдали и представляли собой разномастную, гикающую толпу.

Судя по всему, привыкли брать массой. На испуг. Хотя пугать было чем. По моим прикидкам, их оказалось ближе к двум сотням и если честно, то экипированы они были получше агроской армии, что я водил в бой. Если бандиты и реальным боевым опытом не обделены, то нам обеспечены серьёзные проблемы.

Не дожидаясь начала диалога разбойников и купца, я сразу же выпустил разрывную стрелу. Начал с мощности в тысячу эфиронов. Бандита в красивом красном халате и высокой войлочной шапке разорвал на куски. Руки, ноги, голова — всё разлетелось в разные стороны. Торс в районе живота вообще попросту исчез. Его разметало ошмётками размером с кулак. Я заметил, что перед попаданием, вокруг бандита возник полупрозрачный ореол, который лопнул словно мыльный пузырь. Похоже, его прикрывало защитное поле.

«Так, многовато энергии вложил, даже магическую защиту пробил играючи. А может защита такая хлипкая, но всё равно немного уменьшим количество эфира и изменим направление взрыва. Чтобы не во все стороны, а больше вперёд. Как когда я валил вартанского мага».

Следующего уже не разорвало, а в нём появилась дыра, в которую запросто могла пройти голова. Это мне понравилось больше, тем более что энергии потратил в два раза меньше. Осталось проверить как оно выйдет на воине в броне.

Мой взгляд выхватил высокого человека в шлеме, со щитом и бронзовой кирасе. Явно из тех, кто командует. Выстрел. В кирасе появилось отверстие размером с яблоко, а его руки как-то неестественно провисли. Потом после боя я осмотрел тело. Оно буквально размазалось по стенкам доспеха. Взрыв в замкнутом пространстве только усилил эффект.

Охрана каравана прижалась спинами к возам и фургонам и отчаянно отбивалась. Бандиты навалились со всех сторон. Эффективно проявили себя их лучники с пращниками на пару.

К моему удивлению, мой силовой щит отражал далеко не все удары, а особенно метательные снаряды. Они чувствительно застучали о доспех, а одна из стрел попала прямо мне в лоб. Пара сантиметров ниже, и я бы узнал пределы своей регенерации и проверил, как работает бессмертие. Пришлось срочно заняться уничтожением стрелков.

«Нужно понять, в чём причина такой избирательности моего силового щита».

— «Есть некоторые…» — начал было Косст, но я его перебил:

— «Всё потом!»

Айрат бился очень и очень неплохо, несмотря на торчащую в левой руке стрелу. Но его интересовала только безопасность Лении, которую он, невзирая на её короткое сопротивление, загнал под фургон, где она и провела всё время пока шёл бой.

Зато Грим оторвался по полной. Он бился как никогда, и оглушительно ревел во всю глотку. Причём как мне показалось, восторженно. Прикрытый огромным щитом, он вламывался в ряды разбойников как танк, давя и калеча всех вокруг. Копьё давно было брошено, застряв в чьём-то теле, и теперь братец орудовал шестопёром. Он мелькал с такой скоростью, что я только диву давался. Ему и его булаве, было абсолютно всё равно, есть на теле врага броня или нет, закрылся он щитом или нет. Удар. Попадание. Труп. Не зря его Цион гонял. Всё-таки когда сила множится на технику, это даёт поразительные результаты.

Там, где орудовал Грим, то и дело в разные стороны разлетались поломанные тела, словно тряпичные куклы. Он явно впал в раж и теперь разошёлся по полной. От его ударов, противники складывались в самые причудливые формы, а после пинков ногами некоторые и вовсе отправлялись в полёт, выписывая фигуры высшего пилотажа. А от попаданий булавы, некоторых попросту разрывало, а головы исчезали кровавыми брызгами.

После схватки, Грим был как чума. Весь в слизи, дерьме, крови и ошмётках мозга с ног до головы, но счастливый до безобразия. Брр-р. Плащ ещё куда ни шло, а вот новый парчовый халат, похоже пропал. Сомневаюсь, что удастся очистить. От него шарахались все, не исключая своих, такой эффект на окружающих он производил своим видом. Да что там остальные. Даже меня передёрнуло, когда я увидел его вблизи после схватки.

Зато я применил на бандитах все типы стрел, что пришли в голову. Разрывные, ледяные, драконьего пламени и разумеется обычные. Поигрался с направленными взрывами, заливкой различного количества энергии и вместе с драконами тщательно делал пометки. Результат более чем порадовал.

У меня возникла мысль о том, что нужно делать дальше и потому Хельга следила, чтобы никто из разбойников не скрылся в лесу. Если кто-то пытался, ловил мою стрелу.

Из налётчиков вроде никто не ушёл, но полной уверенности не было. Поэтому я поторопился приступить к задуманному. Пока оставшиеся в живых осознавали, через какую зарубу им пришлось пройти, я наспех допросил двух пленных. Тех, что Грим притащил по моей просьбе.

Несмотря, что это были обычные разбойники, они дали серьёзный бой. Особенно учитывая их количество. Я реально не ожидал от них такой прыти и воинственности. Потом один из пленных подтвердил мою мысль, о том, что в их банде было полно дезертиров. То есть людей, умеющих держать оружие в руках.

Наши потери составили две трети из большой полусотни. Почти все из оставшихся были ранены. Благо обошлось без тяжёлых. Наибольший урон, как ни странно нанесли пращники. Я ещё на войне с Вартой понял, что они пострашней лучников будут. Особенно те, кто метал не камни, а заострённые с двух сторон свинцовые снаряды, которые запросто проламывали щиты и панцири. Страшно представить что будет, если их зачаровать. Нужно Гриму таких наделать.

Одному из охранников такая пуля попала в тело, пробила бронзовый нагрудник и, вырвав кусок позвоночника, вышла с другой стороны. Хорошо, что подобные снаряды редкость. Слишком дорогие для массового применения и потому даже в регулярных армиях применялись ограниченно.

Себя я со стороны, конечно же, не видел, но фигуру братца в бою, то и дело обволакивали еле видные всполохи силового поля. Ему повезло меньше чем мне, потому что вражеские стрелки сочли его наиболее опасным и изначально сосредоточили огонь на нём. Из-за пращников, вооружённых свинцовыми пулями, его щит находился на грани своей функциональности. Они так же прилично попортили доспех, продырявили шкуру плаща и даже сумели пустить кровь. Которая кстати, оказалась светло-голубого цвета. Я, как ни странно, этому не удивился.

После этого, я пришёл к выводу, что нам с Гримом нужно или бронироваться сильнее, или обзавестись более мощными защитными амулетами. Я не понимал, как противнику вообще удалось пробить защитное поле. Энергии хватало. Косст разжевал.

— «Это всё потому, что на заполнение контура артефакта эфиром, требуется некоторое время. Когда поле отражает выстрел или удар, в том месте часть эфира «сгорает», и если удары идут слишком часто, поле не успевает восстановиться».

— «А-а-а… Теперь понял. И как убрать этот… недостаток».

— «Это скорее особенность, чем недостаток, но мы подумаем над этим вопросом».

— «Было бы не плохо».

— «И не забывай, что чем меньше площадь удара, тем больше вероятность, что защита будет пробита. Именно поэтому выстрелы твоего призывного лука, так легко пробивают силовые поля других. Слишком высока концентрация энергии в одной точке».

— «Думайте как это исправить. Меня такая защита не устраивает».

***

Невзирая на раны, после окончания боя, все кто остался на ногах бросились обдирать поверженных, попутно добивая тех, кто имел неосторожность подать признаки жизни. Лично я, как обычно смотрел на подобное снисходительно. Ибо трофеи — дело святое. Заслужены так сказать кровью.

Пока выжившие шарили по телам в поисках ценностей, я побеседовал с пленными более обстоятельно. Пообещал, что тот, кто заговорит первым, останется жить. Они наперебой начали делиться интересующей меня информацией. Хотя можно было и не угрожать. Вполне хватало присутствия, покрытого кровью и мозгами Грима, чтобы у них проснулось красноречие.

«Вот только как теперь отмыть этого красавца? Водоёмов-то поблизости не наблюдается».

Входе допроса, я выяснил, что в нескольких километрах от тракта, в чаще леса, у разбойников стоял большой посёлок. Жили они там в пещерах и срубах, и даже держали скот. В общем, конкретно корни пустили. И со слов пленных, у них прямо в поселении, на окраине, бил большой родник. Решили, что двинемся туда, и заодно нашего демона войны почистим. Так же узнал, что в сражении полегла не вся разбойничья ватага. Самая боеспособная её часть ушла с товарами на продажу. Поэтому сегодня банда действовала не полным составом. Так что нам, можно сказать повезло.

Атаман ходил на дело не всегда и сегодня остался в лагере. В этом налёте командовал маг, его зам. Как оказалось, самый первый кто попал под разрывную стрелу, маг и был. Снова удача, а то сложно представить, как бы бой повернулся.

Хорошо, что я никогда не жалел эфира. «Лучше переборщить, чем недоборщить», — вот мой лозунг. Пока, подобная тактика оправдывала себя на все сто. А может вражеский маг просто не ожидал такой подставы, от самого заурядного на вид каравана. Хотя должен был. То, что было на нём отошло ко мне. Точнее на его останках. Первым в «облако» отправился красивый серебряный жезл. Потом я вынул из его ушей пару серёжек с бриллиантами-накопителями, по размеру с вишнёвую косточку каждый. Они стали приятным дополнением к моей коллекции камней, заняв почётное второе место, после сапфира, доставшегося в Варте.

Пленные заверили, что в лагере мужчин почти не осталось. Обещались, и показать, и провести, и не только людей, но и повозки, только бы их потом оставили в живых. Вот и ладненько.

Я собрал оставшихся охранников и предложил им рейд на разбойничье логово, но они откровенно трусили, и идти не хотели ни в какую. Заартачился и купец.

— И так почти всю охрану потеряли, — недовольно заявил он.

Причём сказал это с явным намёком, что из-за меня, но я пропустил его выпад мимо ушей. Пришлось играть на слабости всех. Особенно купцов. На жадности.

Убеждал, что их роль только поддержать нас с Гримом своим присутствием и больше делать-то ничего не нужно. А после живописного рассказа о прекрасных рабынях готовых ублажать новых хозяев и как реки бандитского добра на халяву перетекают в повозки каравана, все поменяли решение.

Договорились, что на нас с Гримом придётся четвёртая часть от добычи. Я тоже, когда надо умел быть жадным.

Глава 6

К логову бандитов мы добрались почти на закате. К их посёлку, расположенному на огромной поляне, у склона каменистого холма, вела удобная тропа, но она так хитро извивалась, что если не знать куда идти, было легко заплутать. Короче, протаптывали её с умом.

Когда мы наконец добрались, то к моему удивлению, я обнаружил, что разбойники даже частоколом отгородились. Правда, жиденьким. По всей видимости, от зверья. И это оказался даже не посёлок, а скорее целый городок.

Я внимательно присмотрелся и прислушался. Патрульных не обнаружил, а ворота были закрыты. На единственной в поле зрения смотровой вышке скучал часовой, и то, он по большей части стоял к нам спиной, постоянно переговаривался с кем-то внутри и периодически громко ржал.

«Караульная служба на нуле, — подумал я. — А с другой стороны, чего ждать от бандитов? Стоит удивиться что у них вообще есть частокол и вышка».

Движением, будто натягиваю лук, я показал Гриму, что собираюсь снести ворота магией, на что он отрицательно покачал головой. Типа: «Зачем тратить энергию на столь незначительную цель». Мимикой я дал понять ему: «Поступай, как знаешь».

Братец обвёл наше немногочисленное войско взглядом. Убедившись, что мы готовы, он поднялся во весь рост, неспешно, прогулочным шагом, приблизился к входу в поселение и недолго думая, с места, взял нешуточный разгон.

В момент, когда Грим врубился в ворота, я выстрелил из лука. Часовой только начал падать вниз, как створки с громким хрустом распахнулись. Братец проломил их с одного удара. Настоящий бульдозер. Хотя нет, скорее танк. Большой, тяжёлый и бронированный.

Разбойники и прочие жители, кои шарахались по всему посёлку в ожидании возвращения банды с добычей, в первые секунды даже не поняли что произошло. Грим стремительно ворвался внутрь и сразу же устроил там кровавую карусель.

Он не стал утруждать себя и разбираться кто есть кто, а просто плющил всех кто под руку попался. Ну и ревел во всю глотку, разумеется. Любая сирена — комариный писк, по сравнению со звуками, что он издавал. Когда он так делал, даже я бывало вздрагивал, если не успевал морально подготовиться.

Часть бойцов из охраны каравана я оставил у ворот, а сам кинулся за братцем, правда, старался сильно близко к нему не приближаться. На всякий случай. Вдруг в пылу сражения булавой приложит. Никакой доспех не спасёт.

Серьёзное сопротивление оказал только Ожог и тройка его личной охраны. В отличие от остальных, они были бронные, неплохо вооружены и бойцами оказались тоже не последними. Пара человек убедились в этом, отправившись в местный загробный мир.

Да и сам главарь сумел удивить. Он вытянул руки навстречу двум из наших, кто решил взять его с наскока, и двумя плотными струями огня обуглил их за несколько секунд. Отвратительно запахло горелым мясом.

«Ого. Если это поделки их мага, то нам крупно повезло, что я его подстрелил», — подумал я, оценив эффект от применённой магии.

Двое телохранителей Ожога, практически синхронно метнули в Грима короткие копья, которые без особого труда обило силовое поле, а вот им самим не повезло.

Первого, от удара булавой разворотило, чуть не до самой задницы, а второй отправился в полёт, с хрустом сложившись пополам. Ему братец от всей души врезал в живот с ноги, как заправский форвард по мячу.

Третий из охраны главаря бросился на меня и тут же две его половинки разлетелись в разные стороны, после попадания разрывной стрелы. Я оказался с Ожогом, лицом к лицу.

Струя пламени растеклась по силовому щиту без ущерба для моего любимого тела. Хотя пальцы бандитского вожака были сплошь унизаны кольцами и перстнями, и наверняка не простыми, он больше не стал пытаться взять меня магией, а выхватил оружие.

Общая схватка закончилась. Все, что наши, что местные, из тех, кто выжил и стоял на коленях с поднятыми над головой скрещёнными руками, наблюдали за нашей дуэлью.

В правой руке Ожог держал меч, а в левой длинный кинжал. Накинуть броню он, судя по всему, не успел и потому был нагим по пояс. Мы с полминуты кружили вокруг друг друга, и я прекрасно его рассмотрел.

На вид, в самом расцвете сил. Лет так, наверное, тридцати пяти. Чистое лицо. Высокие скулы. Тёмные глаза. Никаких усов или бороды. Он обладал мощным, рельефным телом, с блестящей тёмной кожей. Его длинные чёрные волосы, были собраны в тугой «конский хвост». Как по мне, он был прекрасно сложён и определённо красив как мужчина. Только глядя на него было непонятно, почему он так ненавидит женщин. Хотя какая разница, я не психиатр чтобы ставить ему диагноз.

Бой затянулся, потому что я с ним откровенно игрался. Мы оба быстро поняли, что наши уровни мастерства несопоставимы. Всё же не зря Грухаад регулярно надо мной «издевался».

Тело главаря разбойников быстро покрылось множеством «украшений» — кровоточивыми порезами, которыми я его наградил. После рассказов о жестокости Ожога, я не испытывал к нему ни капли жалости. Поначалу возникла мысль взять живьём и сдать властям, но потом передумал. Делать больше нечего, как с ним возиться.

На лице моего противника отчётливо читалось, что он не на шутку перепуган и вовсе не горит желанием умирать.

— Чего вы сюда припёрлись? А? — выкрикнул он, с отчётливыми нотками страха.

— Принесли возмездие, — театрально ответил я.

— Тебе что, больше всех надо? Самый сильный? Яйца большие? — продолжал истерично вопрошать истекающий кровью Ожог.

— Ну не так чтобы очень… но, ходить, иногда мешают.

Мой противник понял, что говорить со мной бессмысленно и стал брызгать слюнями, выкрикивая оскорбления одно грязней другого. Его глаза подёрнуло мутью, а речь с каждым словом становилась всё более бессвязной.

«Это он типа раскачивает психику? Не выйдет у тебя дружок закосить под берсерка».

Не успел я об этом подумать, как Ожог, метнул в меня кинжал, и быстро выхватил из-за пояса какой-то предмет по форме похожий на грушу. Он опустошил его в один глоток.

Через мгновенье человек, стоящий передо мной, преобразился. Он заревел как раненый зверь, запрокинул голову, на секунду, до хруста выгнулся дугой, а потом посмотрел на меня.

Я даже немного струхнул. Кожа Ожога за секунду приобрела землистый цвет, а в глазах полопались капилляры. Они стали похожи на два кровавых камня. Изо рта ручьём побежала слюна, а дыхание стало быстрым и шумным.

Характер боя кардинально поменялся. Главарь бандитов атаковал как бешеный. Его меч мелькал словно молния, а я всё чаще и чаще пропускал удары. Пока не значительные, но тенденция прослеживалась нехорошая.

Вдруг, видимая мной картинка странно исказилась, а противник замедлился, будто его мёдом залили. Движения стали вялыми и тягучими. Казалось, что изменилась скорость течения времени. Для всех кроме меня.

— «Давай кончай с ним. Мы разогнали твой организм, но такую перегрузку он долго не выдержит», — услышал я голос Косста.

Теперь у Ожога не осталось ни единого шанса. С лёгкостью уйдя от очередного удара чуть в сторону, я кистевым взмахом, снизу-вверх, отрубил ему часть руки, сжимающей меч. Но, он этого даже не заметил, и продолжил размахивать своей культяпкой. Кровавые брызги веером разлетались во все стороны словно в замедленной съёмке.

Я отрубил вторую кисть. Только теперь мой противник остановился и остекленевшим, потерянным взглядом посмотрел на свои обрубки. Следующие два взмаха, оставили его без рук повыше локтей. Затем, я ударом крест-накрест лишил его обоих глаз, изобразив на лице букву Х, попутно выбив несколько зубов и превратив лицо в кровавую мешанину. После этого, на меня сразу же навалилась смертельная усталость. Похоже, драконы отключили режим ускорения.

Стоящий передо мной Ожог, только сейчас в полной мере осознал происходящее и пронзительно завопил от боли и ужаса, пытаясь прижать несуществующие руки к лицу. Последним ударом я отрубил ему обе ноги за раз, чуть повыше колен, и устало отошёл в сторону.

Восстанавливая дыхание и любуясь на дело рук своих, я заметил, что по всему лагерю наступила тишина. Все как-то странно на меня смотрели. На их лицах читался откровенный страх вперемешку с растерянностью. Только Грим довольно скалился во весь рот.

Сняв шлем, я с победным видом обвёл стоящих вокруг людей ледяным взглядом, который словно говорил: «Смотрите, что бывает с теми, кто стоит на моём пути!»

Я решил не изменять своему прозвищу, полученному в Варте, и приказал выжившим бандитам отрубить большие пальцы рук. Кроме тех, кто указывал нам дорогу к бандитскому лагерю. Поначалу, даже нашлись недовольные этим решением, считая, что я зря порчу то, что можно выгодно продать, но неожиданно ропот прекратился.

Со всех сторон доносились шепотки, обсуждающие мою персону.

… говорил же, что это он…

… конечно он. С кем ещё путешествует вангур…

… я сразу это понял, просто думал, что все и так это знают…

С того момента, никто кроме Азата не осмеливался смотреть мне в глаза.

— «Так, Косст, может ты пояснишь, что произошло? Я блин почувствовал себя богом».

— «Ты серьёзно проигрывал противнику в скорости, поэтому мы тебе помогли».

— «А поконкретнее».

— «Мы подстегнули системы твоего организма. Нервную, мозговую, мышечную… короче все!»

— «Хо-хо, какая замечательная новость. Режим овердрайв… Теперь я всем покажу…»

— «Сильно не радуйся. Подобные перегрузки могут сделать из тебя инвалида. Временно конечно. Хотя, если уж совсем переборщить, то возможны необратимые повреждения мозга, а вот с этим мы можем, и не справится».

— «На какое время я могу рассчитывать?»

Возникла небольшая пауза.

— «Максимально безопасное… Секунд пятнадцать, может двадцать».

— «Тю, всего-то. А почему так мало?» — с немалым разочарованием воскликнул я.

— «Мало? Ты за пять, превратил Ожога в кровавый обрубок. Зачем тебе больше?»

— «Много не мало. А вдруг их будет… сто!»

— «А ты не лезь в бутылку, и тогда не будет».

— «У меня тут возникла мысль…»

— «Всё возможно, — ответил Косст, не дав мне закончить мысль. — Но это нужно тестировать. И уж точно не в пути».

— «Согласен. Вернёмся к этой теме позже».

***

Через пару часов после окончания скоротечного сражения за лагерь разбойников, купец стоял у ворот. Как только пробрался по этим козьим тропам, ещё и со своими повозками. Вот она жажда наживы.

Пока Азат добирался до разбойничьего посёлка, дрожавшие, словно осиновые листы пленные, показывали мне самое интересное в их посёлке. Выжившие охранники каравана, практически в сумерках, метались и гребли всё подряд, я же в это время прошёлся по самым «вкусным» местам.

Быстро пробежавшись по известным бандитам схронкам на территории их поселения, я неплохо нажился. Золота и серебра нашлось относительно немного, но на меня одного получилось прилично. Особенно серебра.

На золотой цепочке, снятой с атамана, точнее с того, что от него осталось, болтались два кулона. При ближайшем рассмотрении, они оказались кристаллами банка гномов с золотыми рунами и бычьими головами. Оп, и я стал на два таланта богаче. Не забыл снять и кольца с отрубленных конечностей. Камни в них были мелкие, но всё равно представляли собой ценность. А вот таинственного напитка не нашёл.

Занимаясь грабежом, я осознал, что мне нравится этот процесс. А ещё, что я очень люблю денежки и могу быть жадным до неприличия.

Несказанную радость мне принесла приличная стопка слитков булмака, обнаруженная в одной из ниш пещеры. Он был настолько дорогой, что котировался к золоту один к одному и выше. И это только металл. В изделиях ещё дороже. Поговаривали, что гномы даже чеканят из него монету, а тут мой взгляд ласкал два десятка столь ценных слитков. Настоящее сокровище. Они быстренько перекочевали в «облако», пока никто не узрел это богатство. Никто не видел — значит не было. Как говорится: «Быстро взял и ушёл — называется нашёл!» Реально устал. Грабёж оказался делом утомительным, хоть и приятным.

В личной пещере Ожога, меня ожидала великолепная кольчуга из булмака, которую он, не успел надеть ввиду стремительности нашего нападения. Прихватил из его апартаментов и солидную коллекцию доспехов попроще, а также множество различных видов оружия.

Его логово я облазил со всем тщанием, на какое был способен. Под конец нашёл тайник с небольшой по размеру кожаной сумкой набитой ювелирными изделиями, амулетами и драгоценными камнями. Какой запасливый товарищ. Был. Жаль, что после детального изучения, я пришёл к выводу, что для моих целей эти камни не годятся. Только продать.

Жилище мага порадовало поболее, потому что кроме ценностей, в нём обнаружился тайник с амулетами, какими-то заготовками и небольшим, но очень приятным запасом камней-накопителей. А главное, там нашёлся, то ли журнал, то ли личный дневник, написанный известным мне, точнее драконам, языком, но явно зашифрованный.

Хотя мне толку от «обычной» магии никакого, я подумал, мало ли, вдруг пригодится. Короче, подкинул «чтиво» Коссту с компанией, пусть думают. Всё равно не пойми чем большую часть времени занимаются.

В одном из помещений моё внимание привлекла неприметная дверь, причём именно дверь. Добротная, из идеально подогнанных толстых досок и она единственная была заперта. На ней висел здоровенный замок. Примитивный, амбарного типа. Грим без труда сбил его и передо мной открылась захватывающая дух картина. Алхимическая лаборатория. Сотни каких-то склянок, банок, пучки трав, какие-то засушенные насекомые и прочее.

«Хо-хо. Недостающий элемент. Уверен, мне не составит труда заставить его пойти ко мне на службу».

Но, увы, моим мечтам не суждено было сбыться. Знакомство с алхимиком поставило крест на всём. Когда я грозным голосом потребовал выдать его, мне указали на мешанину тряпья, мяса и костей. Всё что от него осталось, не считая нескольких пузырьков с неизвестными жидкостями и порошками. Грим только виновато пожал плечами, а я на это тяжело вздохнул и отправился загружать лабораторию в «облако». До лучших времён.

Я закидывал в астральное хранилище всё мало-мальски ценное, что попадалось под руку. Жаба и хомяк бились в экстазе. Точнее эту роль давно взял на себя Гоовар. Каждый раз, когда я закидывал в «облако» что-то ценное, он издавал звук похожий на довольное «кря». А вот когда мне приходилось что-то изымать, он, бывало, так страдальчески вздыхал, что прям неудобно становилось. Будто конфету у ребёнка отнял.

К моменту, когда у ворот появился купец, золота и серебра в лагере не осталось. Купеческая охрана даже женщин всех обобрала, которые судорожно, чуть ли не наперегонки снимали с себя браслеты, кольца, серьги и цепочки. Им очень не хотелось, чтобы рвали уши и рубили пальцы. Хотя при таких обстоятельствах это тоже нормально.

Зато на складе, под который бандиты определили здоровенную пещеру, осталось много чего другого. Вина почти не было, оно пользовалось у налётчиков популярностью и надолго не задерживалось. Но, пару небольших бочонков, один из которых был наполовину пуст, из тех, что я нашёл в логове атамана, тоже на всякий случай припрятал. Решил, что это, наверняка, что-то редкое, дорогое и вкусное.

В общем, разбойничий склад порадовал. Он был забит множеством каких-то бочек, кувшинов, рулонов и ящиков. Купец при свете факела с одного взгляда определял содержимое и чем дольше он инспектировал, тем сильнее у него поднималось настроение. Уверен, его грела мысль, что за всё это не нужно платить.

Бандиты в основном продавали и выменивали ширпотреб, а редкие и дорогие товары старались вывозить в более отдалённые города и понемногу. Не хотели привлекать излишнего внимания. Их атаман был человеком осторожным. Да и само разбойничье логово находилось вдали от густонаселённых мест, а товар на продажу тоже требовалось везти, что чревато различными опасностями. Они в этих лесах были не единственной бандой, хоть и самой крупной. Особенно учитывая, что все друг с другом враждовали.

Именно поэтому, чтобы продать свой товар, бандитов ушло около полусотни, во главе с одним из доверенных лиц Ожога. Пленные с радостью сообщили, что их караван ушёл половину луны назад и в ближайшее время их можно не ждать обратно.

Заночевали там же. Кое-как восстановили ворота и нехотя установили дежурство. Пить вино я запретил, и охрана Азата приуныла. Угроза лишить трофеев и доли в добыче подействовала мгновенно. Хотя они и без угроз откровенно меня побаивались. Все свободные от караула выбрали себе на ночь девок посимпатичней и разбрелись кто куда. Я же с Гримом заселился в «апартаменты» Ожога.

Ночью, парочка местных красавиц проникли в мою временную спальню и попытались познакомиться поближе. День был долгий и сложный, и потому желания насчёт них не возникло никакого. Разве что пинка под зад дать, чтобы не мешали, а после того, как я лениво поинтересовался у братца, не хочет ли он поразвлечься, стремительно испарились.

Проснулся я рано. Едва начало светать. Но разбудили меня крики Азата и свист кнута. Это он с утра пораньше начал перегрузку каравана, которая затянулась далеко за полдень. Сидя в сторонке, я с аппетитом поглощал кашу из каких-то злаковых, с большими кусками тушёного мяса, и попутно наблюдал за этим суетным процессом.

Почти сразу меня посетила мысль: «А не развалятся ли фургоны?» Купец явно грузил их сверх максимума. Но, несмотря на все старания Азата, очень много чего не влезло, хотя он и так выбирал только самое ценное. Он даже выбросил большую часть того, что вёз на продажу, чтобы загрузиться более дорогими товарами. Затарился под самую завязку.

Купец поочерёдно смотрел, то на свой караван, то на приличную гору того, что придётся бросить, и на его лице читалось выражение неподдельной тоски. Притом что на погрузку из пещеры вынесли далеко не всё. В конце концов, Азат решил использовать несколько разбойничьих фургонов, которые те использовали в качестве жилья, и приказал запрячь в них скот и пару чахлых лошадок, что нашлись у бандитов. Скажу я вам, дойные коровы в упряжке, оказались редким зрелищем.

По итогу, мы не унесли оттуда даже трети. Купец всю дорогу оглядывался и с грустью смотрел в сторону брошенного бандитского лагеря.

До тракта мы добрались только к темноте. Я надеялся, что у Азата хватит ума не лезть сюда на обратном пути. Хотя, это его личное дело. Я всегда считал, что даже жадничать нужно с умом.

Теперь мы больше походили не на торговый караван, а на чёрт знает что. Перегруженные фургоны, коровы и полудохлые клячи, медленно тянущие возы и телеги, толпа едва одетых женщин и стайка детей, что увязалась за нами, добавляли колорита в наше продвижение.

Купец решил часть добычи продать в Тарне. Как он пояснил, некоторые товары не было смысла везти в Астарту, потому что их оттуда вывозили. В идеале их нужно продать как можно дальше на севере, но придётся избавиться в ближайшем, крупном городе. Тем более что наш караван был чрезмерно перегружен. Мы и без того плелись как улитки.

Оставшийся путь сквозь лес прошёл без приключений. Хотя все, небезосновательно предполагали, что серьёзное сокращение охраны и караван, теперь больше похожий на бродячий цирк, может спровоцировать новое нападение. К счастью обошлось. Я считал, что другие, более мелкие банды заметили нас, но не рискнули напасть из-за присутствия Грима.

Одно омрачило мою радость от победы и трофеев. Хельга. Как она изволила выразиться: «Я устала от кровавых побоищ и твоей эксплуатации». Последнее, я, конечно же, принял за иронию. Сказала посмотрит мир и вернётся. Жаль не уточнила когда.

Глава 7

Через бесконечные две с половиной недели пути, на нашем пути возник огромный город. Тарн — столица одноимённого государства.

Купец всю дорогу сокрушался, что там не дадут полной цены и сколько денег он потеряет. Похоже, позабыл, что товар достался ему фактически бесплатно. Да, потерял людей, но и плата охране значительно сократилась. А деньги сэкономленные — деньги заработанные. Вот она жадность человеческая.

По стены Тарна мы прибыли вечером, аккурат под закрытие ворот. Уже с раннего утра, задолго до рассвета, Азат начал перегрузку товаров из одних повозок в другие.

Он споро рассортировал груз и на рынок отправилось только то, что, по его мнению, нужно было сбросить в первую очередь. Он полдня убил на это и в город мы входили далеко после полудня.

«Не успеет он всё продать до вечера как планировал, — подумал я. — С его жадностью, наверняка, будет торговаться до последней капли крови. Ему и целого дня не хватит».

Но я ошибся. На закате все было продано подчистую, а сам купец лучился счастьем. Вот что значит профи. Пять больших фургонов, под завязку набитых различными товарами, он впарил меньше чем за шесть часов. А по его довольной физиономии было понятно, что ещё и прилично кого-то на этом нагрел.

Сам город мне не понравился. Несмотря на то, что на пороге стояло лето, и всё вокруг зеленело, и цвело, Тарн выглядел серым и убогим. Хаотичная застройка и неубранные, узкие, кривые улицы, производили впечатление каких-то гигантских трущоб. А ещё, там почти полностью отсутствовали мостовые, и всё вокруг было покрыто толстым слоем пыли. Мощёной была только часть, ведущая от ворот к королевскому дворцу. Весь город, был покрыт слоем грязи, какой-то жухлой травы, навозом и всяческим мелким мусором. Запах стоял соответствующий. Тем не менее, Тарн был большой, густонаселённый и судя по виду городской стражи и размеру рынка, далеко не бедный.

Знатные люди перемещались верхом или как благородные дамы в паланкинах, а между ними шнырял простой люд, с корзинами, носилками, вязанками и прочим. Жизнь бурлила. И, разумеется, тут было шумно, как, наверное, и в любом крупном торговом городе. Повсюду слышались голоса людей, говоривших на самых разных языках, мычание, блеяние, и всё это под аккомпанемент зазывал всех мастей, которые умудрялись перекрикивать всех и вся.

Пока купец продавал товар, я гулял по рынку. Он оказался нереально большим и занимал приличную часть города. Самую вонючую его часть: мясной, рыбный и рабский, решил обойти. Меня порядком раздражала вездесущая пыль и вонь. Я вдруг отчётливо почувствовал, что нужно срочно промочить горло.

Я всегда был довольно брезгливым, и без особой нужды, не собирался заставлять себя пить на улице, особенно когда оценил чистоту посуды. Искать приличное место было откровенно лень, и я решил, что потерплю.

«Надо будет перелить вино из початого бочонка, что я сдёрнул у разбойников в небольшие бутылки или фляги. Для удобства незаметного вытягивания из «облака». Конечно не самая первостепенная задача, но нужно стремиться делать свою жизнь лучше», — подумал я, и улыбнулся.

Рынок Тарна — главная перевалочная точка для караванов, идущих с Астарты на север и восток, и обратно. Здесь я впервые увидел представителей северных кланов. Выглядели они именно так, как и описывал их Архифан и книги из его библиотеки.

Ростом, они практически не отличались от людей. Чуть пониже, но более широкоплечие, с огромным количеством тонких косичек на голове и в бородах. Даже усы заплетали. Они совершенно не походили на классических гномов в моём понимании. Если их южные собратья были классическими полутораметровыми «квадратами», то глядя на северных, сразу и не скажешь, что не люди. Их торговые палатки стояли особняком, но вплотную друг к другу. Гномов вокруг них, не считая тех, кто стоял за прилавком, я насчитал не меньше десятка.

«Охраняют? Нет. Скорее тусуются», — решил я и подошёл поближе, попутно рассматривая одного из них. Богаче всех одетого.

— Что пялишься? Потомка Далина никогда не видел? — довольно грубо спросил он, заметив мой интерес.

— Не видел, — добродушно ответил я.

Хотел добавить живым, но решил, что они неправильно оценят мой чёрный юмор.

— И откуда ты такой выискался?

— С севера. С самого севера, — зачем-то уточнил я.

Гномы громко рассмеялись.

— И что тебя интересует человек с самого севера? — спросил всё тот же гном, и его пренебрежительный тон даже можно было принять за дружелюбный.

— Хожу, смотрю, может попадётся на глаза нечто необычное.

— Интересно. А золото у тебя есть? Необычное, чаще всего и стоит необычно, — сказал гном серьёзным голосом, но в глазах была заметна откровенная насмешка.

— Ты сначала предложи, а как и чем я буду расплачиваться не твоя забота. Пока не вижу перед собой ничего стоящего, — ответил я грубо и резко.

Все перестали смеяться и между нами возникло напряжение. Пауза затянулась.

— Уважаемые, — начал я. — Да, я никогда не встречался с представителями вашего народа, но много о вас слышал. И одно из них, это утверждение что вы превосходные мастера по металлу и что у вас можно приобрести то, что больше не предложит никто. А если у вас этого нет, то вы можете воплотить в металле любую, даже самую сложную задумку. А что вижу я? Толпу бородачей, которые стоят, хорохорятся и хихикают как малолетние дурочки при виде симпатичного парнишки, и теряют моё время.

У всех присутствующих гномов расширились глаза и отвалились челюсти, а тот, что говорил со мной, побагровел и как рыба, вынутая из воды, шлёпал губами и хватал воздух. Правда быстро взял в себя в руки и прохладно спросил:

— Что конкретно тебя интересует?

Я вздохнул и ответил:

— Уже ничего. Пожалуй, обращусь со своими желаниями к вашим южным сородичам. Надеюсь, что, хотя бы о них и их талантах молва не врёт. Всего хорошего! — пожелал я, и пошёл прочь от их павильона.

— Погоди! — услышал я за спиной и обернувшись увидел стоящего напротив меня гнома, с которым до этого вёл беседу.

— Я прошу прощения, — почтительно произнёс он. — Наша беседа изначально пошла как-то неправильно. Предлагаю попробовать ещё раз: Торигрим Тяжёлая рука, глава клана Поющих молотов.

— Просто Тай. Бродяга, — представился я в ответ и улыбнулся.

Напряжение спало.

— Так чем мы можем помочь тебе уважаемый «Просто Тай»?

— Нужно изготовить щит. У вас я вряд ли такой найду, но уверен, что вам не составит труда изготовить его по моему эскизу.

— Нет, не составит, — ответил Торигрим и тоже улыбнулся.

Я достал из-за пояса кинжал и начал чертить в пыли перед лавкой набросок щита. Вот такой, закончил я и предоставил им рисунок.

Давно хотел заменить Гриму щит, а после встречи с разбойниками, просто желание превратилось в необходимость. Старый был уже настолько побит и измят, что вид имел крайне непрезентабельный, да и функциональность была на грани. Тем более как обмолвился братец, нынешний для него, всё-таки чуть великоват, от чего и не очень удобен. Я видел, как интенсивно Грим применяет его в бою.

— Нужно особо усилить кромку, чтобы она выдерживала сильные удары, — высказывал я свои пожелания. — И я хочу, чтобы его целиком изготовили из булмака.

— Я так понимаю, что щит необходимо изготовить в соответствии с пропорциями рисунка? Ты же не зря рисовал его в натуральную величину? — поинтересовался Торигрим.

— Точно подмечено.

— Конечно это не моё дело, но если мы сделаем его, таким как ты просишь, то как ты будешь с ним управляться? Он будет слишком большой и тяжёлый, — спросил оружейник с недоуменным лицом.

— Этот щит не для меня, а для моего младшего брата. Он вангур, — весело уточнил я, откровенно наслаждаясь их изумлёнными рожами.

Лица гномов в который раз за сегодня изобразили крайнее удивление и недоумение. Вангур младший брат человека. Желает щит из булмака. Но свои комментарии решили оставить при себе.

— Есть у нас такой мастер, — сказал Торигрим. — Это я. Но нет слитков. Тех самых. Сами мы не производим подобный металл… к сожалению, а с южными предателями у нас диалога нет. Достать их можно, но сложно, долго и очень дорого, — пояснил он, особенно подчеркнув слово дорого.

— Это не проблема. Слитки есть у меня. Ещё нужно поправить панцирь. Он несколько пострадал в последней переделке. Если приступите прямо сейчас, до завтрашнего утра управитесь?

Гномы выпали в осадок. Похоже, что такого клиента у них ещё не было.

— Успеем, если будем работать всю ночь, и слитки будут у нас до заката. Тогда, на восходе солнца ты получишь свой щит и броню. Но и стоить это будет немало. За скорость и работу с ценными материалами.

— Деньги тоже не проблема, а металл вот держите. Надеюсь, что это то, что нужно.

Слиток весом около пяти килограмм волшебным образом появился в моей руке, заставив всех удивлённо раскрыть рты.

— Превосходное качество, — после беглого осмотра, подтвердил один из гномов. — Только одного не хватит.

— Конечно не хватит.

Я передал им ещё четыре слитка.

— Что-то ещё?

— Охранные руны наносить будем? — спросил Торигрим, явно рассчитывая, что я отвечу согласием, а он в свою очередь приплюсует солидную сумму к стоимости заказа.

— Нет. Спасибо. Сам как-нибудь справлюсь, — ответил я, и подмигнул ошалевшему гному.

— А… — начал было он, но я его перебил:

— Это всё? Тогда простите, вынужден вас покинуть. Дела. Панцирь принесу чуть позже.

Закончив с заказом, я сразу же вернулся в таверну. Захотел промочить горло. К моему удивлению, меня там ожидал Азат. Купец дал полный расклад, что и почём он продал из захваченного и тут же выдал мою долю. Он нравился мне всё больше и больше. Такой луну с неба достанет если маржа[6] его устроит. Я спрятал кристаллов на два таланта.

— Итоговый подсчёт произведём в Астарте, после продажи оставшегося, — пояснил он.

Поездка оправдывала себя по полной.

***

Рано утром я принимал у гномов работу. Они заменили некоторые, особо пострадавшие элементы брони Грима, и теперь она выглядела как новая. Отлично, но меня больше интересовало другое.

Щит вышел изумительным. Прилично меньше чем предыдущий, и по весу, не сильно, но ощутимо легче. Они представили изделие, на деревянной основе, состоявшее из трёх частей, соединённых между собой широкими стальными полосами на крупных заклёпках.

Его изготовили один в один как я и заказывал. На деревянной основе, цельнометаллический, выпуклый, с усиленным центром и ободом. Выглядел он очень мощно. Потом вытравим на нём какое-нибудь чудовище, герб, девиз или что там Грим захочет. Только действительно нужно будет нанести на него охранные и укрепляющие руны. Позже, снабжу его собственным накопителем, а может и не одним, и превращу его, по сути, в защитный амулет. Скажем того же силового щита. Станет практически непробиваемый и моя душа за Грима будет полностью спокойна. Пусть это сложно и дорого, но для него ничего не жалко.

— На щит ушло четыре слитка. Панцирь хоть и изрядно пострадал, но на него булмака ушло совсем ничего. Поэтому пятый практически не использовался, — отчитался Торигрим.

Он попросил продать ему остатки, и я великодушно отдал их, в качестве платы за работу. По мгновенно расцветшим лицам присутствующих, я понял, что переплатил. Ну и ладно. Может запомнят. Хоть с кем-то должны быть хорошие отношения. Я поблагодарил гномов за работу, и мы расстались чуть ли не друзьями.

Свою броню братец осмотрел вскользь, а вот от нового щита пришёл в полный восторг, даже без разъяснения преимуществ по сравнению с нынешним. Он и так это знал. Тем более что опыта в последнее время хорошо поднабрался.

Грим, несмотря на всю кажущуюся недалёкость и дикость, очень быстро учился и осваивал новое. И как оказалась, голова у него вполне себе соображала. Получше многих из тех, кого я помнил из прежней жизни.

— Теперь я могу щитом не только толкаться, но и эффективно работать ребром, — рассуждал Грим. — Старый щит для этого слишком большой и неудобный.

— Ты одиночный боец, — напомнил я братцу. — Тебе не нужно стоять в строю, чтобы край твоего щита прикрывал соседа, а значит, его можно уменьшить в размере, что даёт гораздо лучшую подвижность. Что я собственно и учёл при заказе. Ну и таскать такой щит удобней.

— Нужно срочно провести испытания! Нужна драка, и чтобы их было много, — загорелся Грим.

— Всё будет. Ты только сам, пожалуйста, никого не задирай, — взволновано, попросил я.

— Не буду, раз ты просишь, — сказал он, не переставая с любовью рассматривать и поглаживать новый щит.

«Вот и чудненько».

***

Прошло три дня, как караван покинул Тарн. Мы с Гримом как обычно шли во главе колонны, как ко мне подскочил мальчонка, посыльный при караване.

— Уважаемый, там вас гномы спрашивают.

«Гномы? Интересно, что им от меня нужно. Расплатился я с ними с лихвой».

— Где они эти твои гномы?

— Там, в самом хвосте. Вас видеть хотят. Только нагнали. Вооружённые, бронные, на конях, — затараторил мальчишка и с опаской покосился на младшенького.

— Мне пойти с тобой? — пробасил Грим.

— Сам справлюсь.

Их было двое. В добротных кольчугах с коротким рукавом поверх кожаных рубах, и боевыми молотами на поясах. Оба верхом на невысоких мохнатых лошадках и каждый вёл на поводу ещё одну, по всей видимости, гружёную их пожитками. Кажется, этих гномов я уже видел в Тарне. Около лавки Торигрима.

Я подъехал к ним и спросил холодным голосом:

— Вы искали меня?

— Да господин, — заговорил один из них, и коротко поклонился. — Я Тондил Безбородый, а это мой друг Галин. Мы просим принять нас на службу и позволить путешествовать вместе с вами.

— А твой друг просто Галин? Без прозвища?

— Молодой ещё слишком.

— И что же вас сподвигло на столь странный с моей точки зрения поступок? И с чего вы вообще решили, что мне нужны спутники или я набираю команду?

— Вы сказали Торигриму, что бродяга.

— И вы захотели бродяжничать вместе со мной?

Я искренне удивился тому, что услышал.

— Да. Все бы так бродяжничали, — как бы про себя добавил он.

Но я услышал.

— Поясни.

— Ну… — замялся он.

— Если ты хочешь, чтобы у вас со мной что-то сложилось, то будь любезен, не мямлить, а говорить твёрдо, ясно, и по существу. Тебя это тоже касается, кивнул я Галину.

— Мы хотим сказать, что жизнь у вас настоящая. Приключения, богатая добыча. Оружие и доспехи, что не у каждого есть.

— И вы тоже захотели? Приключений, денег и оружия? — с усмешкой поинтересовался я.

— Не совсем. Это производные. Хотя, не буду скрывать, приключения, деньги и оружие, нас тоже привлекают. Но самое главное, это возможность поработать над чем-то особенным. С редкими материалами, над неизвестными типами оружия и брони. Уверен, что вместе с вами, у нас это будет. Мы всё-таки больше кузнецы.

— А почём от своих сбежал? Ещё и мальца с собой захватил.

— Да сил наших больше нет, — как-то озлоблено, ответил Тондил. — Я ведь безбородый…

— Ну, это я заметил. И что? Из-за этого надо было сбегать от семьи и сородичей?

— Не семья они нам, — почти выкрикнул он. — Сироты мы с Галином. Он мне как брат. Я хоть в семье родился, да померли все. А Галина мать в подоле принесла, а кто отец неизвестно и потомок ли Далина вообще. В общем, заклевали нас. Меня за бороду, Галина за происхождение. Всю жизнь одни насмешки только и слышим. А ведь чтобы доказать, что мы ничем не хуже, работали больше всех. Ни от какой работы не отказывались. Могу смело утверждать, что я в кузнечном деле — мастер. Если нужно и доказать могу. Галин конечно похуже, но ведь совсем ещё молод.

— М-да… — всё, что я смог сказать им в ответ. — А чего они к бороде-то твоей прицепились?

— У нас принято отпускать волосы, бороду и усы. А у меня не растёт, хоть ты тресни. Потом кто-то, то ли в шутку, то ли со злости, пустил байку, что меня мать от южного нагуляла. У них же рожи гладкие. Я носов и челюстей свернул, будь здоров, только не сильно помогло. Просто теперь за спиной ржут. Прозвище обидное придумали — южномордый. Возьмите нас к себе. Не подведём. Если что по кузнечному делу или молотами кого приголубить, мы готовы. А если клятва, какая требуется, дак, мы на это тоже согласны. Только не гоните, нет нам обратной дороги, — закончил он свою речь, произнесённую пылко и убедительно.

«Взять к себе пару гномов? Интересная мысль. Профессиональные кузнецы постоянно будут под боком и в бою, думаю лишними не будут. И опять же, в седле сидят уверенно. Я думал они верхом не ездят. Хотя северные вроде как кочевые».

— Ладно, оставайтесь пока с нами, но если что, со своим кланом разбираться будете сами, — сказал я, и по очереди, каждому посмотрел в глаза.

— Мы согласны, — в один голос ответили они и поклонились.

— Тогда дуйте в начало колонны. Нечего тут пыль глотать.

Братец на гномов произвёл неизгладимое впечатление. Хотя было с чего. Ростом они были чуть выше его причиндалов. И хотя на нём не было брони и медвежьего плаща, а только халат, который, кстати, ещё в разбойничьем лагере местным женским населением был-таки отстиран до приличного вида; Грим всё равно представлял собой серьёзное моральное испытание для неподготовленных. Мне он всегда напоминал бога войны, а его небесно-голубые глаза без зрачков, однозначно утверждали, что убить ему проще, чем высморкаться.

Я представил их друг другу. Гномы проявили крайнюю вежливость и учтивость, на что братец только хмыкнул и спросил:

— Думаешь пригодятся?

— Да.

Больше он ничего не спрашивал.

***

— Вот мы и на землях Астарты — сказал Азат, указывая на огромный межевой камень, размером с трёхэтажный дом.

У камня частично были стёсаны две противоположные стороны, на одной из которых на нескольких языках было написано, что за этим камнем заканчиваются благословенные земли Астарты. На другой же, наоборот, что въезжающие попали на территорию великого города, и отныне подчиняются его законам и порядкам.

Я сразу заметил, кто этот самый закон и порядок поддерживает. Только за те два дня, что мы двигались по территории Астарты, я несколько раз видел конные патрули, постоянно курсирующие вдоль дороги. В других землях всё было намного проще.

— Всё. Почти прибыли. Осталось каких-то семь дней, и мы на месте, — удовлетворённо сообщил Азат.

Территория Астарты разительно отличалась от всех остальных земель, что мы проезжали до этого, да и вообще везде, где нам довелось побывать.

Начать стоит с того, что, начиная от межевого камня, в сторону города мы путешествовали по настоящей, широкой, мощёной крупным камнем дороге. До этого они, конечно, тоже были, но исключительно грунтовые, которые осенью и весной превращались в просто направления.

— Теперь можно совсем расслабится. На территориях подвластных великому городу, разбойников отродясь не было. Тут везде роскошные дороги и с два десятка отличных придорожных трактиров, — с удовольствием продолжал Азат свой экскурс, пока я предавался размышлениям.

На следующий день, правее нашего пути возникла большая крепость, пристроенная непосредственно к огромной, одинокой скале. Массивные стены и башни грозно возвышались над землёй. От дороги она стояла довольно далеко, но, тем не менее, воины на стенах были вполне различимы. Значит крепость действующая.

Азат заметил мой интерес.

— Сирака. Твердыня, защищающая Астарту с востока. Здесь самое узкое место. Между крепостью и побережьем меньше трёх километров. Проскочить мимо неё незаметно — невозможно. Построена она в незапамятные времена, когда повсюду бушевали войны.

— Как будто сейчас не бушуют.

— Это разве бушуют? Так, мелкие драчки. Даже буквально сто лет назад, что творилось… Все воевали со всеми. Отец рассказывал. Прадед в ту пору водил тарнийскую тысячу и даже осаждал Сираку. Правда взять её тогда так и не смогли. Как, впрочем, всегда. Астарта во все времена представляла собой силу.

— Знатный у тебя был предок. Как же ты стал купцом?

— Прадед на тех войнах прилично заработал. Потом в Тарне началась гражданская война, и он решил, что встречать старость и растить детей нужно в более спокойном месте. Для начала перебрался с семьёй в Балеар, тогда он назывался фила Гостилия и не был самостоятельным, как и там началось. Освободительная война архонта Гостилии — Балеара, с республикой Халлада, за независимость. Вот тогда-то моя семья и обосновалась в Агросе.

Почти сразу после переезда, прадед заболел и умер. По-видимому, сказались старые раны. Вот и пришлось деду начать приторговывать. Он был самый старший и единственный мужчина из шести детей. Кормиться как-то надо, а в семье одни бабы. На одних накоплениях-то долго не проживёшь. Потом мой отец продолжил дело, теперь вот и я.

— И как тебе купеческая доля?

— Тяжела, — ответил Азат и вздохнул. — Два раза падал практически на самое дно, но сумел выкарабкаться. В первый раз компаньоны помогли, а во второй разбойники. Всё потерял, кроме жизни. Теперь фактически начинаю дело заново. До Астарты считай добрались и если после удастся вернуться с товарами домой, то можно считать, что жизнь наладилась.

— Ты достойный потомок своих предков Азат, — сказал я и подмигнул ему.

— Ты тоже чай не от сохи оторвался, — ответил он и подмигнул мне в ответ.

И вот спустя ещё четыре дня путешествия, мы наконец подошли к стенам города. Нет. ГОРОДА. Города всех городов, к которому сходились все дороги. Мы въезжали в Великую Астарту.

Глава 8

Мы только подходили к городу, а он уже поразил меня в самое сердце. Не знаю, как остальные, но я смотрел на него затаив дыхание, настолько величественным оказался открывшийся вид.

Астарта раскинулась на нескольких уровнях и занимала невероятную площадь. Её окружали мощные, зубчатые стены толщиной метров в пять и высотой не меньше пятнадцати, в которых расположилась великолепная арка центральных ворот, украшенная резьбой, барельефами и густо исписанная рунами. В её проём свободно могли пройти не меньше восьми фургонов в ряд.

Я взглянул на защитные сооружения истинным зрением, и был шокирован, насколько сильно они пропитаны эфиром. Настолько, что камни светились не привычным голубым светом, а густым тёмно-синим. Казалось, что воздух вокруг них едва заметно дрожит, словно над раскалённым асфальтом. Даже сложно представить, сколько тысячелетий назад на них нанесли руниры и чем эти стены вообще можно пробить.

Через каждые метров пятьдесят, в небо возносились огромные башни с множеством бойниц. За первой стеной, метров через шестьдесят-семьдесят, находилась вторая, ещё толще и ещё выше, и пара не менее мощных ворот. Причём чтобы войти в них, нужно продвинуться вдоль внутренних стен, метров на триста. Влево или вправо. Глядя на всё это, я пришёл к выводу, что город неприступен.

Я видел как караваны со всех концов мира, бесконечным потоком входят и покидают Астарту. Как бесчисленный людской поток бурлит в каждом уголке этого воистину великого города. Слышал как множество языков, цветов кожи, одежд и запахов перемешиваются на его бесконечных улицах. Так, наверное, выглядел в нашем мире Константинополь в период своего расцвета.

Общедоступные рынки располагались в так называемом нижнем городе. Там изобиловали гостиницы, бордели, постоялые дворы и всё, что требуется для обслуживания торгового люда. Там же обитала и самая бедная прослойка Астарты. Собственно она, и обслуживала, всю инфраструктуру нижнего города.

Основных рынков в городе насчитывалось три, хотя по факту их было два. Продовольственный и рабский считались раздельными, но на самом деле представляли одно целое. Они находились ближе всех к крепостной стене и их дополнительно обнесли собственной, которую не менее скрупулёзно охраняли.

Круглые сутки, в любое время дня и ночи там можно купить или продать раба, животное, любые пряности со всех концов известного мира. Съедобное и не очень. Всё, что произрастало, бегало, прыгало, плавало или летало.

Последний и самый маленький — рынок ремёсел. Любые товары, производимые разумные, были представлены в его павильонах. Оружие и одежда. Посуда и мебель. Ювелирные изделия и облагороженные творения природы.

Именно на этих трёх рынках кипела основная торговая жизнь этого мира. Поэтому, вполне естественно, что они занимали неимоверную площадь.

Далее располагались кварталы среднего города, непосредственно жилые, где проживала основная масса населения Астарты. Там же находились многочисленные частные лавки, торгующие всем на свете.

Ближе к крепостной стене, отделяющей нижний город и средний, раскинулись многочисленные купеческие кварталы и гильдии. В зависимости от рода деятельности, они могли производить крайне неприятные запахи или шум, поэтому, чем дальше от них и ближе к высокому городу находились дома или лавки, тем более престижным считался район.

Разумеется, в Астарте присутствовала часть города, где жили богатые и очень богатые люди. Высокий город. Именно он являлся сосредоточением магических лавок, ибо товар в них представленный, могли себе позволить исключительно состоятельные дамы и господа.

Там же были расквартированы аспитары. Элитное воинское подразделение Астарты. Войти в ту часть города просто так было нельзя. Гвардейцы на входе могли завернуть любого, кого сочтут не достойным туда пройти.

Весь город примыкал к исполинскому скальному массиву, и последняя его часть, находилась значительно выше остальных. Этот район также был обнесён мощной стеной, и где-то за ней находился дворец, где в одном из многочисленных залов проводились заседания сената.

Сенат Астарты состоял из трёхсот одного представителя, самых богатых и влиятельных семей города. Для не сенаторов, войти в их район можно было только имея специальное разрешение или в сопровождении ответственного лица соответствующего ранга. Астарта, известная история которой насчитывала не менее пяти тысяч лет, воистину внушала благоговение каждым камнем.

«Интересно, каково население этого города?»

По косвенным данным и информации полученной из книг, я решил, что никак не меньше полумиллиона. При том, что столица Халлады, например, которая со слов Архифана один из крупнейших городов мира, находилась в пределах ста тысяч. А все остальные, где нам довелось побывать и того меньше. Про обычные города можно и не упоминать. Население большинства из них едва ли переваливало за десять тысяч.

***

На входе в Астарту с меня и Грима хотели содрать штраф, за то, что мы входили в город вооружёнными. Второй раз на этом «горели». Только здесь, в отличие от Халлады, я не тетрарх и поблажек не будет. Пока я восхищённо крутил головой по сторонам, благополучно пропустил мимо ушей предупреждение Азата. Но тут как из под земли возник мой старый знакомец — Комод. Он сделал еле заметное движение, и стража тут же потеряла к нам интерес.

— У нас в городе требуется специальное разрешение на ношение боевого оружия, — сказал он и пристально посмотрел мне в глаза.

— Проблем не будет, — заверил я, выдержав его взгляд.

— Рекомендую спрятать и не доставать.

— Мы вас поняли уважаемый.

— Тогда, пожалуйста, следуйте за мной.

«Ты смотри, не успели войти, а кому надо уже в курсе и встречают. Чётко работают».

Он повёл нас, как я понял, в сенатскую часть города. Правда только меня, не считая Айрата и Лении. Грим остался с караваном.

Комод сопроводил нас к роскошному дворцу, который вплотную примыкал к скале, и какая-то часть этого сооружения уходила прямо в её толщу. Я видел бесконечные балконы и переходы, которые росли из неё, словно древесные грибы.

«Неплохо устроились сенаторы».

Хотя меня это, собственно говоря, совсем не удивило. Так наверное в любом мире, чем больше у человека власти, тем больше у него возможностей.

По пути следования, пока я вертел головой по сторонам, даже не заметил, как остался вдвоём с Комодом. Айрата и Лению, куда-то увели. Ну и ладно, меня это не касалось, я свою часть контракта выполнил честно.

Зал куда меня привели, выглядел невероятно роскошно по меркам любого мира. Мраморные колонны, стены, отделанные невероятно красивым розоватым камнем, щебечущие птицы в золотых клетках, драгоценные ковры, лежащие повсюду.

По центру всего этого великолепия, стоял огромный каменный стол, чёрного цвета с золотыми прожилками, за которым восседал крайне серьёзный мужчина лет пятидесяти на вид. На нём была простая белая туника с алой каймой. По виду шёлковая.

Не знаю, о чём он думал, когда смотрел на мою пыльную, истоптанную обувь на его бесценном ковре, но ничего не сказал по этому поводу. Потом перевёл свой пронзительный взгляд на меня и суровым голосом вместо приветствия приказал:

— Дневник.

Я протянул ему записи.

— Читал?

— Нет, — честно ответил я.

Была мысль полистать на досуге, но всё как-то руки не дошли. Зато врать не пришлось.

— Знаю, что пытался, но прощаю. Никто не может открыть его кроме меня, — самодовольно изрёк хозяин кабинета.

Правда, после этих слов, он на мгновенье замялся. Видимо вспомнил про свою шуструю дочурку.

— Уверен, что ты никогда и никому не скажешь, что вообще слышал про существование этой вещи, — добавил сенатор, таким тоном, что мне стало не по себе.

Я молчал.

Он улыбнулся и обнажил белые, идеально ровные зубы.

«Белая акула замечает рыбёшку и находит её недостойной для поедания».

Именно такая метафора возникла в моей в голове, глядя на сидящего передо мной человека.

— Понтас Артемон, — неожиданно представился хозяин кабинета, и я подметил, что у него на редкость чистый и бархатистый голос.

«Понятно в кого пошла рыжая. Похоже это у них семейное».

— Ты реально удивил меня Тай Лёханзон, а это поверь мне, сделать редко, кому удавалось. Что ты хочешь в награду? Говори не стесняйся.

— Собственно говоря, ничего, — равнодушным голосом сообщил я.

Сенатор откинулся на спинку роскошного кресла и посмотрел на меня с явным удивлением.

— Не понял. Как это ничего? — переспросил он, и по нему было видно, что он не верит своим ушам.

— Верный конь есть, и не один. Место куда я могу вернуться тоже. Золота у меня более чем достаточно. Оружие самое лучшее. Преданный друг тоже есть. Не знаю, чего ещё может желать человек. Разве что большой и светлой любви, но меня это пока мало интересует.

— Ты удивил меня второй раз подряд. А это вообще никому не удавалось, — уважительно произнёс сенатор. — Тогда может быть просьба?

— Просьба есть.

— Какая?

— Прошу отнестись к Айрату снисходительно.

Понтас нахмурился.

— А тебе что с этого?

— Ничего. Просто, по моему мнению, это будет неправильно.

— Поясни, — приказал он.

— Понимаете, в своих государственных заботах и тревогах, вы не заметили, как ваша дочь выросла, а Айрат, всегда был ей верен. Он её человек, как бы вы ни считали, и пошёл ради неё на всё, даже на преступление. По моему мнению, наказывать человека за преданность, не совсем справедливо. Тем более не к кому-то, а к вашей дочери. Поговорите с ней, и я уверен, что вы поймёте. Не как сенатор, но как отец.

Понтас задумался.

— А если я не выполню твою просьбу? — спросил он с хитрым прищуром.

— Ваше личное дело. Вы спросили, я ответил.

— Примешь ещё одно задание?

— Простите, но нет.

У него удивлённо расширились глаза, от моей наглости, но я видел, что он не злится.

— Могу поинтересоваться почему?

— У меня есть свои личные дела. Причём крайне неотложные, решение которых прервалось волею случая. Не буду врать, но я и это задание не особо стремился выполнять. Всё вышло, как вышло, и все остались довольны. Все, кроме меня.

— И чем же ты недоволен? — нахмурив брови, поинтересовался Понтас.

— Тем, что потерял время на дела, которые не важны. Для меня.

Это конечно был огромный риск, вот так внаглую набивать себе цену, но я не смог удержаться. Тем более, как мне показалось, момент был подходящий.

— А ты дерзок, — удивлённо проговорил Понтас и снова откинулся на спинку кресла.

— Простите, но какой есть.

— Хорошо. Можешь идти. И помни! Такого ещё не бывало, но я тебе должен.

Я отвесил почтительный поклон и вышел.

Комод проводил меня за ворота сенатского квартала и вручил мне серебряную пластину с изображением какого-то зверя.

— На всякий случай. Разрешение на оружие в черте города. Носится на шее.

— Только на ношение? — поинтересовался я с заметной иронией.

— Не стоит шляться по ночам, тогда и применять не придётся. Надеюсь, вы не заставите моего господина пожалеть об этом.

Не дожидаясь ответа, Комод развернулся и ушёл, а я принял у гвардейца уздечку, вскочил в седло и отправился на поиски нашего каравана.

***

Азат носился по городу как ужаленный. Перед этим он посоветовал нам приличный постоялый двор, с хорошим сервисом и превосходной кухней. «Счастливый вангур».

Разумеется, одно только название моментально привело Грима в неописуемый восторг, и он заявил, что хочет именно туда. Наверно подумал, что может встретить там своих соплеменников. Но ошибся. Вангурами там и не пахло. Содержал гостиницу потомок Далина. Причём довольно упитанный.

— И где же счастливый вангур? — спросил Грим у хозяина заведения голосом, в котором отчётливо слышалось недовольство.

От такого приветствия гном заметно струхнул, но жизнерадостности не потерял. Он продолжал улыбаться и не прекращал попыток заглянуть Гриму в лицо. Правда, для этого ему приходилось сильно задирать голову, чтобы увидеть больше чем его пояс. Хорошо хоть не подпрыгивал.

— Пока тут только один вангур. Голодный и далёкий от счастья, — пробасил Грим и многозначительно, словно на блоху, сверху вниз посмотрел на хозяина гостиницы.

— Не пройдёт и часа как это будет сытый и самый счастливый в мире вангур. Прошу. Специально для вас, есть номера, где вы будете чувствовать себя свободно и с комфортом.

Он явно заценил прикид Грима и его массивные золотые украшения.

— Доставка завтраков, обедов, ужинов прямо в номер! Горячая и холодная вода, и, конечно же, личный бассейн. Небольшой, но я уверен, вам понравится, — продолжал заливаться соловьём хозяин. — Только сразу предупреждаю, стоит это недёшево.

Сказав это, он снова задрал голову пытаясь заглянуть Гриму в лицо.

Похоже, гном принял его за главного. Я даже почувствовал лёгкий укол ревности.

— Если хочешь, чтобы тебе заплатили, то, когда говоришь о деньгах, смотри на меня! — не очень вежливо обратился я к хозяину заведения.

Если его и зацепил мой тон, то виду он не подал.

— Ах, простите, просто не каждый день ко мне заходят такие гости, — сказал гном, умильно сложив пухлые руки на груди и ещё раз посмотрел на Грима.

— А что, заходят? — удивился я.

— Редко. Очень редко. Последний был лет десять назад, не меньше.

— Так что там насчёт чудесного номера с бассейном? — прервал я его воспоминания.

— Да, да. Он великолепен. Там даже есть свой небольшой дворик с фонтаном. Вы останетесь довольны, — закончил гном с сияющим лицом.

— И во что же мне обойдётся сие великолепие? — иронично поинтересовался я.

— Всего в двадцать пять драхм за день и ночь. Забота о ваших лошадях также входит в сумму. И разумеется питание. Без ограничений.

После последних сказанных слов, хозяин вновь посмотрел на Грима и как мне показалось, решил, что погорячился насчёт безлимитной еды, но забирать свои слова назад не стал.

«Получается, по пять золотых с носа, а Грима посчитали за двоих. Выходит, гном не забыл за десять лет, сколько едят вангуры. Или это только мой такой прожорливый?»

Меня повеселила эта мысль.

Что касается цены, то она мягко сказать была не маленькая. В обычных тавернах ночь с питанием выходила не больше пары серебряных с носа. Ладно, деньги есть, оценим местный сервис.

— Нас устраивает. Вот тебе сотня. Если задержимся дольше, напомни, я доплачу. А теперь если уважаемый не против, мы бы хотели пройти к себе.

Все устали и, по крайней мере мне, не терпелось принять горячую ванну, которую так уверенно анонсировал хозяин гостиницы.

— Да, да. Конечно. Это ваши личные слуги на весь период вашего пребывания у нас, представил он нам двух симпатичных молодых девушек.

На вид им было не больше двадцати. Они стояли перед нами, опустив глаза в пол, и держали руки скрещёнными на груди. Из одежды на них были только лёгкие сандалии и нечто вроде коротких туник, едва прикрывавших тело.

— Если вам что-то понадобится, обращайтесь к любой из них. Они исполнят любые ваши желания, — закончил гном, и специально сделал акцент на слове любые.

Я заметил, как девушки, «стрельнувшие» в Грима своими глазами из-под пушистых ресниц, заметно вздрогнули после этой фразы. Понятно, рабыни. Боятся Грима, точнее того, что он может с ними сделать. Ну да ладно. Не мы такие, мир такой.

Номер, точнее это оказался даже не номер, а апартаменты, состоящие из трёх комнат с высокими потолками и отдельным клозетом, произвели самое положительное впечатление. К ним примыкал уютный дворик с небольшим бассейном под высоким навесом. Управлялся он при помощи рун, выложенных на постаменте, с помощью которых, воду можно было нагревать или охлаждать.

«Обязательно разберусь, как это работает. Пригодится».

Нашлась и приличная беседка, оплетённая каким-то вьющимся растением с фиолетовыми цветами. И да, там действительно был фонтан. Точнее фонтанчик, но всё равно, выглядело мило. Короче, я решил, что это однозначно стоит заплаченных денег. Жаль, что Грим в беседку не помещался. Хотя, может и к лучшему.

Короче, цивилизация, больше нечего добавить. Мне всё больше и больше нравился этот город.

Следующий день мы всей компанией: я, Грим и оба моих гнома, провели на рынке. Точнее в той части, где находилась гильдия оружейников. Приценившись к товарам, я почувствовал, что на самом деле не так уж и богат. Шутка. Денег было море, но, тем не менее, некоторые цены повергли в шок. Большинство из того, на чём задерживался мой взгляд, стоило небольшого состояния.

Грим с неохотой расстался с оружием. Свой меч, его копьё и шестопёр, я закинул в «облако». Оставили только разрешённые кинжалы. Незачем привлекать к себе внимание стражи, итак на нас только слепой не пялился.

Я подумал, что мне может понадобится экспертное мнение Тондила с Галином, как специалистов. Тем более что каждый второй кузнец был их соотечественником. Северным или южным, не важно. Зря я так решил, потому что серьёзно недооценил масштабы их взаимной неприязни. Из-за присутствия моих гномов, у меня абсолютно не складывалось даже элементарное общение с их южными сородичами.

Они, как только замечали в моей компании потомков Далина, тупо отворачивались и делали вид, что нас не видят. Хотя и Тондил с Галином платили им тем же. Потому мы перебазировались на рабский рынок, а посещение оружейников пришлось перенести на другой день.

На рабском рынке, мы переместились в ту часть, где торговали животными. Всё дело в Гриме. Точнее в невозможности посадить его верхом. Ну не бегать же ему за мной постоянно. Хотя бегал он быстро и мог делать это долго, даже будучи гружёным. И всё равно, меня не покидала мысль, что нужно что-то решить с ездовым животным для него. К сожалению, на ум приходили только слоны или мамонты, хотя и они не скаковые животные. Что делать с этим я пока не знал. Кстати, слонов на рынке мы не нашли.

Зато продали мохнатых лошадок, на которых прибыли мои гномы. Они были выносливы и неприхотливы, но в случае чего, можно не рассчитывать на скорость. В конечном итоге, Тондил с Галином пересели на крупных гнедых. На длинноногих, высоких жеребцах, они смотрелись, на мой взгляд, довольно комично. Но в сёдлах держались уверенно, хотя на таких крупных лошадях им было явно некомфортно. Хоть их рост мало отличался от среднечеловеческого, нижние конечности у них были заметно короче, чем у людей, а до стремян даже в Астарте не додумались. Хотя и сами сёдла, были далеки от совершенства.

***

В следующий раз мы с Гримом отправились на рынок вдвоём. После недолгих размышлений, я подумал, что раз мы хотим помимо оружейников-южан, посетить магические лавки в высоком городе, то нужно быть во всём блеске. Нас в этом городе никто не знал… я надеялся, что пока, и поэтому решил, что тут, как и везде встречают по одёжке.

Пока мы с Гримом передвигались по городу, на нас обращали внимание все вокруг. Я, верхом на великолепном вороном коне, весь сияющий гарвалем. Правда, пришлось плащ на себя накинуть, чтобы доспех на солнце не так сильно нагревался. День был солнечным и жарким.

В этот раз я повесил на шею серебряную бляху, что дал мне Комод и прицепил меч на пояс. Для солидности. Грим же шагал в полном доспехе и медвежьем плаще, несмотря на солнцепёк. Правда, без оружия. И мы получили соответствующий приём.

Южане уже забыли, как буквально вчера воротили от нас нос из-за присутствия в нашей компании их северных сородичей. Зато сегодня, с нами носились как с писаной торбой. Никого совершенно не смутило, что мы не давали ни малейшего намёка, что собираемся хоть что-то купить. Клиенты в такой экипировке, наверняка не приобретают, что попало. Просто нужно найти, что их заинтересует. Уверен, что именно так думали гномы, и, на мой взгляд, правильно делали.

Кольчуги мне не предлагали. Какой смысл, когда на мне такое сокровище. Они сразу же рассмотрели гарваль, тем более что он специально для них и был выставлен напоказ. Это видимо многое сказало о моей потенциальной платёжеспособности. Если ко мне особо не приставали, то Грима всячески обхаживали. Предложили такое многообразие, что голова пошла кругом. С недавних пор я укрепился в мысли, что Гриму жизненно необходимо повысить класс защиты.

Для начала я заказал для него тонкую кольчугу под панцирь. Кроме того, оружейники посоветовали для лучшей защиты паха, изготовить особые кожано-кольчужные шорты со стальным гульфиком. Предложили также переделать поножи со специальной защитой коленей и усилить защиту бёдер.

Мне только одно было интересно. Как во всём этом Грим будет бегать?

— Ноги и то, что между ними, должно быть защищено лучше всего. Это не первый вангур, которого мы одоспешиваем, — с гордостью сообщил один из мастеров. — Потому мы хорошо знаем, какие части тела нужно защитить в первую очередь и как.

— Резонно! — согласился я, и утвердил заказ.

Пока южане «облизывали» Грима, мне удалось побеседовать с другими мастерами. Узнал, что изготовить цельностальную кирасу они могут, но заказывают их крайне редко. Цена стремилась в космос. Да и сама технология насколько я понял не была должным образом отработана. Какой смысл, если нет спроса? Хотя может и к лучшему. Тогда бы тут наверняка повсеместно скакали полностью закованные в сталь бронемишки, на таких же коняшках.

Так я думал, пока не увидел конных аспитаров. У них даже кони были закованы в чешуйчатый доспех, а сами воины, забронированы посерьёзней, чем мы. Разве что без гарваля. Астарта не экономила на собственной охране.

«Гулять так, гулять», — подумал я и решил заодно переобуть нас обоих. К моей радости, тут знали и умели шить сапоги. Любые. Обувь, изготовленная ещё в Сифе, выглядела мягко скажем не презентабельно, тем более что её дизайн и удобство не нравились мне изначально.

К моменту, когда мы подходили к воротам высокого города, я стал беднее на одиннадцать тысяч.

«М-да… дороговат город. Хотя нет, это мы не дешёвые».

Эта мысль меня изрядно повеселила, и мы проходили в закрытую часть Астарты в приподнятом настроении. Аспитары на воротах даже не заговорили с нами. Просто взглянули, а командир стражи склонил голову в лёгком поклоне. Я небрежно ответил ему кивком и чуть пришпорил коня.

Глава 9

— Я понимаю, что эта книга может стоить пять талантов как вы за неё простите. Может, она стоит все двадцать. Но, я не могу заплатить, не имея ни малейшего представления о её содержании.

Вот уже битый час я спорил со стариком, который держал огромный букинистический магазин. Он упорно отказывался дать интересующую меня книгу не то что пролистать, но и просто в руки. Всё, что он соизволил сделать, так это сообщить название.

Мотивировал он своё упрямство тем, что эфироты крайне редко оформляют свои знания в письменном виде, а значит их труды бесценны. Отсюда последовал вывод — покупай или вали.

— Давайте так, — предложил я. — Я заплачу вам тысячу драхм, за краткое изучение сего труда. При вас, разумеется. Вы и заработаете, и книга останется у вас. Я же удовлетворю своё любопытство, и все останутся довольны.

На лице старикана ясно отразилась борьба жадности с благоразумием.

— Хорошо, — согласился он, после некоторых раздумий.

Он куда-то ушёл и вернулся с песочными часами. И только после того как получил деньги передал мне книгу и перевернул часы.

«О, в первый раз вижу, что тут кто-то умеет отмерять время».

— «Косст, ты запоминаешь?»

— «Что за глупый вопрос!» — фыркнул он в ответ.

В часах ещё оставался песок, когда я протянул продавцу книгу.

— Всё? — с каким-то недоверием спросил он.

— Да. В ней для меня нет ничего интересного. Может есть что-нибудь более… Продвинутое.

— Есть, — хитро сказал старик. — Но это будет стоить две тысячи.

— А вот это уже наглость. Я понимаю, если бы мне было позволено её скопировать. А так, за немного полистать, дороговато.

— Согласись, что ты всё равно что-то запомнил? — спросил старик и хитро сощурился.

— Может быть, — вполне спокойно ответил я. — Но явно не на тысячу. Тем более чем выше уровень знаний, тем сложнее эта информация для восприятия.

— Ладно, — вздохнул старик. — Смотри за тысячу. Но если ты и её не купишь, больше ничего не дам.

— Согласен. Несите.

Врал я конечно старикану и не краснел. Обе книги оказались не просто хорошими. Они были великолепны. Первая, о природе и типах магических энергий, хоть и содержала в себе только теоретическую часть, тем не менее, помогла понять и систематизировать то, что я уже знал. А вот вторая, по теории построения многослойных руниров, оказалась настоящим сокровищем. Знания в ней во многом перекликались с ученичеством у Банды, и написана она была на том же языке что и дневник его отца.

«Случайно не папа учителя состряпал сей труд? Жаль, автор не указан».

Ну и Гоовар порадовался, что удалось так прилично сэкономить. Он в последнее время превратился в настоящего Скруджа.

— Сколько? — спросил я у старика

— Двадцать пять.

Я даже переспрашивать не стал чего именно. И так было понятно. У меня, как у классика: «В зобу дыханье спёрло».

— А ты на броньку свою сменяй, — предложил дед.

Он или решил, что сумма для меня непомерна, либо просто троллит.

«Обойдёшься. Ну, ты дедуля и нахал».

— Нет. Такой обмен невозможен. Тем более на книгу, которую невозможно прочитать, — соврал я.

— Знаю, — с наглой ухмылкой сообщил старик. — Никто из тех, кто брал её в руки не смог. Она так сказать, для особенного клиента.

Дед хитро подмигнул мне и добавил:

— Вы эфироты чокнутые. Какой смысл настолько маниакально прятать информацию, если кроме вас ею всё равно никто не может воспользоваться?

— Вы специально её подсунули — сказал я с самым оскорблённым видом, пропустив вопрос мимо ушей.

— Конечно! — не стал отпираться старикан. — А то ходите тут, смотрите, а покупать не спешите.

— Что же, вы абсолютно правы. Приятно иметь дело с таким… мудрым человеком.

— Приходите ещё. Мои двери всегда открыты, — с довольной ухмылкой ответил букинист.

***

После хитрого торговца книгами мы прогулялись по другим магическим и ювелирным лавкам. Я приобрёл четыре камня подходивших на роль накопителей, самые крупные какие сумел найти. После чего, немного поразмыслил, вернулся и купил ещё семь, кроме совсем мелких. На всякий случай.

Эта скупка, немало удивила продавцов, но среди приобретённого не было ни одного бриллианта. Не потому что их не было в продаже. Они были и довольно много. И хотя именно они лучше других подходили на роль накопителей, цена нужных экземпляров слишком уж сильно не соответствовала их возможностям. Поэтому пришлось ограничиться товаром попроще.

В этом мире, драгоценные камни были редкостью, и стоимость имели заоблачную. Уверен, что сказался факт их применения в магии. Причём для использования в качестве накопителей, годились только идеальные камни. Без единого, даже малейшего изъяна. Поэтому на ювелирные украшения практически всегда шли низкокачественные образцы, не имеющие магической ценности. Меня это безмерно печалило.

Два изумруда и два практически аналогичных по ёмкости рубина обошлись в два серебряных таланта за каждый, и столько же за все остальные. Хозяева называли стоимость в золоте, но я заплатил серебром. Уж очень много у меня его скопилось. Хотя в любом металле сумма покупки получилась откровенно неприличной. Короче пришлось раскошелиться. До этого момента я добывал накопители в бою или путём грабежа и только сейчас осознал, насколько они дороги.

Мой кристалл трогать было нельзя, а полагаться только на заряд самих артефактов, я уже давно счёл неразумным. И хотя после вартанской кампании мне удалось собрать приличную коллекцию подходящих камней, я всё равно решил запастись энергией. Счёл, что лишним точно не будет. Осталось только вставить их в соответствующе подготовленные оправы, чтобы они могли накапливать эфир самостоятельно.

После прогулки по магическому кварталу, мы сразу же вернулись в гостиницу, чтобы не обеднеть окончательно.

***

Когда мы пришли забирать заказ у оружейников, я вспомнил, что было бы неплохо, хоть что-то узнать о копье, что досталось Гриму.

— Уважаемые. Можно ли получить у вас консультацию? — поинтересовался я у гномов, пока они готовили наш заказ к выдаче.

— Консультацию какого рода?

— У моего брата, — Я кивнул в сторону Грима. — Есть семейное оружие, передаваемое из поколения в поколения, и оно явно изготовлено представителями вашего народа.

Гномы переглянулись между собой. Их видимо, как и всех, удивило необычное родство человека с вангуром.

— Без проблем. Показывайте.

— Оно не с собой. Понимаете, это копьё. Для меня оно непомерно велико, а у брата нет разрешения передвигаться по Астарте вооружённым. Если бы кто-то из вас смог бы пройти с нами… Тем более что я с радостью готов оплатить ваше время.

Гномы снова переглянулись между собой.

— Тысяча драхм, — объявил один из них.

«Тысяча! Охренеть. Чёртовы квадратные жлобы. Это же чистый грабёж».

Прикинув в голове расклад, я даже виду не подал, насколько возмущён их наглостью и жадностью.

— Договорились. Но! В таком случае, я хотел бы получить с вас клятву, что информация будет предоставлена в максимально полном объёме. Без утайки и каких-либо искажений. И если вы ничего не сможете сообщить о предоставленном предмете, то вернёте деньги.

— Разумеется, — надменно произнёс главный из мастеров. — Я лично проведу осмотр.

— Тогда, прошу за мной.

После примерки, мы забрали заказ, а оставшиеся мастера не переставали кланяться и выбивать с нас обещание, что если нам что-то понадобится, то мы обратимся только к ним. Интересно, что ни разу не прозвучало слово скидка.

Когда мы подошли к месту нашего нынешнего обитания, оба коротышки, прямо взбеленились.

— Мы никогда не будем находиться под одной крышей с презренным!

По всей видимости, они имели в виду северного гнома, владеющего заведением.

«Ну что за детский сад».

— Господа. Я плевать хотел на качество ваших взаимоотношений с северными сородичами. Мы с вами договорились и оплатили услугу авансом. Тем более что пока я плачу за эти апартаменты, они мои. И потому вы идёте ко мне, а не к презренному, как вы изволили выразиться.

Южане хмуро переглянулись между собой, но всё же пошли за нами следом. Нужно будет потом разобраться, что же такого между ними произошло, что они настолько нетерпимо относятся друг к другу.

Мы прошли в наш внутренний дворик.

— Присаживайтесь, — предложил я.

— Мы постоим, — пробурчали гномы в унисон.

— Как вам будет угодно.

Хорошо, что Тондил с Галином были где-то в городе, а то сейчас наверняка бы началась вторая серия.

Я ушёл в одну из комнат и достал из «облака» копьё. После того как я передал его в руки гномов, то стал наблюдать за их реакцией. Буквально через несколько секунд, один из них, тот, что главный, стал меняться на глазах. Он бледнел, краснел и так несколько раз подряд.

— Откуда оно у вас? — наконец ошарашено спросил он.

— Вообще-то вас пригласили, чтобы Вы ответили на мои вопросы, а не наоборот. Тем более что я за это заплатил, а вы поклялись эту работу выполнить.

«Младший» гном, судя по растерянному лицу, не был в курсе дела, а тот, что знал, не сводил с копья глаз и продолжал хранить молчание.

— И?

— Это Дорм-Гар, — наконец выдал он. — Его изготовил… наш мастер, для Бурдала Неблагодар… Витарзона, короля вангуров, более трёх тысяч лет назад. Его истинное предназначение — убийство драконов. Кстати, он за него так и не расплатился. Пропал вместе с копьём, а вскоре и само государство вангуров перестало существовать и требовать долг стало не с кого. Не думал, что, когда-нибудь мне доведётся увидеть это легендарное оружие своими глазами.

«Истинное предназначение — убийство Истинных. Забавно. А оговорка про неблагодарность и рассказ о долге Бурдала, это типа тонкий намёк, что оружие принадлежит им? Болт вам с газовой резьбой».

— Только не говорите, что это всё, — сказал я, пропустив момент, о невыплаченном долге.

— Сожалею, но это действительно так. Если бы не клеймо мастера, то я никогда бы не догадался, что держу в руках.

— «Дорм-Гар. Проклятье Шаттиар'Туаравви. Мы слышали это имя», — услышал я возбуждённый голос Косста.

— «Интересно. А раньше вы не могли об этом сказать?»

— «Мы даже не представляли, что это за копьё».

— «А как им пользоваться? Я имею ввиду его скрытые возможности».

— «Мы не знаем. В наших преданиях сохранилось лишь то, что оно может поражать не только на земле, но и в небе».

— «А как оно попало в вашу пещеру?»

— «По всей видимости, кто-то из «гостей» принёс. Наверное, не знал о его реальных возможностях».

— «Собственно, как его и использует Грим. М-да… Больше ничего?»

— «Нет».

— То есть имя, это всё, что вы можете сообщить, за тысячу золотых? — возмущённо воскликнул я, после диалога с Косстом. — Оно вообще-то исписано вашими рунами. Так прочитайте.

— К сожалению, рунический текст мастера может прочитать только сам мастер, либо тот, у кого есть к нему ключ. Единственное, чем я могу вам помочь, это прочесть не зашифрованную его часть.

«Нужно срочно научиться читать дадарические руны гномов».

— Ладно. Давайте хоть это.

***

Повелителю владык,

В чьих жилах лёд.

И сила — жизнь его!

Она разит небеса.

***

— И как это понимать?

— Мы не знаем.

— Этот стишок не тянет на тысячу золотых. Вам так не кажется?

— К сожалению, нам больше нечего сообщить.

Гном на несколько секунд задумался.

— Могу добавить, что, насколько мне известно, Дорм-Гар создавался лично для Бурдала, и никто кроме него не может пробудить истинную силу этого оружия. Теперь простите, но нам пора.

После того как старший гном закончил, они оба подозрительно переглянулись между собой и быстренько ретировались. Видимо пока я не опомнился и не стал требовать с них обратно уплаченное золото.

Прекрасно. Похоже, Гриму придётся и дальше использовать свой Дорм-Гар, как обычное копьё.

***

Южные гномы быстро позабылись и жизнь вернулась в обычное русло. Мы наслаждались цивилизацией и много времени проводили в бассейне. Климат на территории Астарты был довольно жарким. Тем более что лето набирало обороты.

Если для меня прелести цивилизации были знакомы, то Грим открыл для себя много нового. Например, он пришёл в неописуемый восторг от массажа. Ему предложили после омовения, и он поначалу с опаской, согласился.

После, всё время нашего пребывания, бедные девушки по полдня его массировали. С благовониями и маслами. К моменту, когда они заканчивали, то буквально валились с ног от изнеможения, а этот рабовладелец сиял как начищенный медный таз. Мне же пришлось докупить дополнительную прислугу, а то стол накрывать было некому.

Пока Грим балдел от водных процедур и массажа, а Тондил с Галином решали какие-то свои вопросы, я бесцельно шатался по городу. Осматривался, так сказать.

Во время прогулки, меня привлекла забавная вывеска. Что-то вроде взлетающего лебедя над круглым щитом с каким-то каракулем по центру. Я решил, что это очередная оружейная лавка, но войдя внутрь, понял, что серьёзно ошибся. Это был бордель.

Начиная с самого коридора, стены помещения, в которое я попал, были исписаны настолько откровенными фресками, что я банально залип их рассматривая. Из состояния созерцания меня вывел тихий мягкий голос.

— Эфирот из северных земель. Уникальный гость. Я всё гадала, заглянет он ко мне на огонёк или нет.

«Я балдею. Полумиллионный город, а все всё знают».

Обернувшись на голос, я увидел перед собой женщину, но совершенно иную, чем представлял себе хозяйку подобного заведения. Во мне ещё были сильны стереотипы прошлой жизни. Я ожидал увидеть прожжённую мадам неопределённого возраста, а передо мной стоял скорее подросток.

«Может она просто встречает гостей? Хотя вряд ли. Она чётко сказала «Ко мне», а значит заведение её. Может она получила его по наследству?»

Мой мысленный процесс был прерван звонким заливистым смехом. Хозяйка мягко взяла меня под локоть и провела вглубь комнаты.

— Понимаю, вас смутил мой внешний вид. Но пожалуйста, оставьте эту тайну не разгаданной. Я прошу.

Сказав это, она посмотрела мне в глаза и в них я увидел, что серьёзно ошибся в оценке возраста «мадам». На меня смотрели глаза взрослой, умудрённой опытом женщины. Очень интересно. Похоже, что без магии не обошлось, а может генетика у неё такая. Но насчёт этого у меня были большие сомнения.

Как оказалось, это не просто бордель, а самый элитный во всей Астарте. Его посещали исключительно состоятельные господа и… дамы, что самое интересное. Нравы в этом великом городе оказались довольно свободными. Я решил, что само провидение направило меня в его двери. Судя по душевному подъёму, именно этого мне и не хватало.

— Добро пожаловать в дом Азалии, — прощебетала хозяйка. — Могу ли я на свой выбор сделать вам предложение?

— Я всецело ваш.

— У лайона есть имя?

— Лайона?

— В Астарте, это максимально вежливое обращение к человеку уважаемому и благородному, — с обольстительной улыбкой пояснила хозяйка заведения и вопросительно посмотрела на меня. — Или кириос вам нравится больше?

— Лайон, звучит даже лучше.

— Прекрасно. Итак?

«Точно, она же спросила моё имя».

— Будто вы сами его не знаете? — улыбаясь, с намёком спросил я.

— Здесь имеет значение не кто вы, а кем хотите быть.

— Зовите меня… Антон.

Не знаю почему, но я представился своим настоящим именем. Может место располагало быть самим собой? Не знаю. Но то, что мне тут нравилось, это точно.

— А как обращаться к уважаемой и благородной госпоже? — поинтересовался я. — Простите мне моё северное невежество.

— Лайя, — ответила она. — Вина?

— Чёрное. Если возможно.

Очень захотелось именно такого вина. Тёмного, терпкого, густого.

Я поймал взгляд полный удивления.

— Кровь Асписа?

— Пойдёт, — обыденно произнёс я, хотя и не имел ни малейшего представления о том, что это.

— Интересный выбор, — с удивлением сказала хозяйка. — Нисколько не сомневалась, что уникальный человек, выберет соответствующий напиток.

Я еле заметно кивнул ей на это, сохраняя состояние полной безмятежности, хотя и не представлял, что мне подадут. Мало ли, вдруг реально в бокал с вином крови добавят. Но почему-то меня это совершенно не беспокоило. При жизни с чалъо, я её выдул не один литр. Я отбросил все неприятные мысли и наслаждался приятным обществом. С каждой секундой меня влекло к моей собеседнице всё сильней и сильней. Разумеется, это не ускользнуло от неё.

— Мой дом готов предложить вам самые изысканные удовольствия…

— А вы сами? — перебил я.

Хозяйка пристально посмотрела на меня и рассмеялась.

— Уверяю, мой дом может предложить вам такое, на фоне чего я лишь бледная тень, — кокетливо сказала она, опустила глаза и тут же «стрельнула» в меня взглядом.

— О, не стоит уничижений. Сомневаюсь, что в этом мире найдётся что-то, что может затмить вас.

Я даже не заметил, как автоматически взял её за руку и еле ощутимым прикосновением поцеловал ей пальчики. Потом уставился на неё влюблённым взглядом, и сделал вид, что не понял её игры.

Она выглядела обескураженной. Видимо дамские ручки тут не целовали.

— И всё же, я попытаюсь, — ответила она, сохраняя на своём точёном лицу маску удивления смешанного с лёгкой растерянностью.

Как я и предполагал, хозяйку салона (мне показалось, что называть это место борделем, как-то уж слишком)звали Азалия. Покинуть заведение удалось только на следующий день, ближе к обеду. Она лично провела меня до двери. И то, этого бы не произошло, если бы меня оттуда не «выгнал» Гоовар. Он буквально проел мозг, прочитав длиннющую лекцию о том, что платить за сомнительные удовольствия по таланту за ночь — верх легкомыслия.

Покидая заведение Азалии, я находился в самом благостном и несколько потерянном состоянии, потому что «Кровь Асписа» оказалось не сколько вином, сколько настойкой с ярким наркотическим эффектом. Настолько мощным, что в первый момент, меня реально унесло в страну сказок.

На выходе, я, находясь в блаженной прострации, умудрился не заметить человека на входе и на полном ходу врезался в него. Мужчина был упитанный и от столкновения ним, я с трудом удержался на ногах.

Я автоматически извинился и повернулся лицом к Азалии собираясь поблагодарить её за чудесно проведённое время, как инстинктивно почувствовал удар со спины.

Полностью уклониться не удалось. Дубинка только вскользь задела череп и чуть не оторвав мне ухо, врезалась ближе к основанию шеи. Острая боль пронзила всю левую половину тела. Резко развернувшись, я правой перехватил руку с дубиной и через бедро, плашмя бросил обидчика на мраморный пол. Он громко шмякнулся и стал медленно скручиваться от боли.

Чуть не сбитый мной человек, во всё горло завопил: «Бей его».

Второй «друг» того, что уже лежал корчась на полу, начать доставать из-за пояса дубинку и я не долго думая, всадил ему ногой с разворота. От удара он отлетел вращаясь как волчок, а его череп громко хрустнул после контакта с дубовой дверью и бесчувственное тело вывалилось на улицу. Я уж было собирался хорошенько приложиться и по хозяину двух типчиков, как раздался громкий, чистый голос Азалии:

— Остановитесь! С ума посходили?

Азалия встала между нами, а её ноздри раздувались от гнева.

— Да я тебя… — почувствовав себя в относительной безопасности начал выкрикивать толстяк.

— Кто ослушается, навсегда потеряет возможность посещать это место! — снова раздался голос хозяйки салона. — Сейчас же извинитесь друг перед другом.

— Да чтобы я… — начал было мой оппонент, но его прервала неожиданно возникшая стража.

— Именем сената! — воскликнул начальник патруля. — Что здесь происходит?

— Небольшое недоразумение, — тут же промурлыкала Азалия и взяла стражника под локоть.

— Небольшое? Тот, что лежит у входа со сломанной шеей, так не думает.

— Всего лишь раб. Не стоит беспокойства.

— Это мой раб! Нападение на раба, есть нападение на его господина, — провизжал толстяк.

— А кто вы такой? — спросил у него стражник.

— Я — Гагатус Викс. Личный помощник сенатора Карга, — с вызовом сказал он и задрал подбородок.

«Блин, похоже попал, — подумал я. — Нужно было учесть, что в салон к Азалии кто попало не ходит».

— А как ваше имя, — продолжил опрос начальник патруля.

— Тай. Тай Лёханзон.

Местный «полицейский» на несколько секунд задумался, видимо решая, что с нами делать дальше.

— Значит так, ввиду того, что в инциденте замешан государственный служащий высокого ранга (услышав это Гагатус даже приосанился), разбираться в данной ситуации будет лично сафет[7].

Пока стражник это говорил, Азалия начала что-то нашёптывать Гагатусу, от чего тот сначала побледнел, а потом побагровел. Наконец он выдавил из себя:

— Не стоит. Действительно, это… мелкое недоразумение. А пострадавшие действительно всего лишь рабы. Причём бесполезные, — ядовито добавил он.

«Интересно. Что она ему сказала?»

— Вы уверены? — переспросил стражник.

— Абсолютно, — добавил толстяк.

— Но вы должны уплатить штраф за нарушение общественного порядка… — начал было «полицейский».

— Готов уплатить на месте, — влез я. — Надеюсь пяти драхм будет достаточно?

На лице стражника промелькнуло смятение. Но лишь на секунду. После появился маслянистый блеск, который не спутать ни с каким другим. Он почуял, что можно поживиться.

— Конечно. С каждого, — добавил он, после секундного раздумья.

— Разумеется. И если никто не против, уплачу всё единолично, так сказать в знак примирения с лайоном Гагатусом.

Стража взяла золото и удалилась. Толстяк демонстративно делал вид что не замечает меня, а Азалия, напротив выглядела как кошка объевшаяся сметаны.

— Лайон Тай. Двери моего дома всегда открыты для вас, — сказала она и посмотрела на меня так, что я понял, что мне здесь всегда будут рады. — Вы интересно дерётесь. Надеюсь, вы ещё заглянете ко мне на огонёк для демонстрации… всех своих умений, — добавила она мне на ухо, улыбнулась и, подхватив Гагатуса под руку, удалилась.

Глава 10

На утро девятого дня объявился Азат. Счастливый и почти довольный. Выплатил больше шести талантов золотом, что было даже больше, чем я рассчитывал.

Счастливый он был потому, как поднял серьёзные деньги на ровном месте, а недоволен тем, что после выплаты охране их доли, они почти все отказались сопровождать его на обратном пути. Нанимать охрану в Астарте было гораздо дороже, хоть и выбор побогаче.

Охранникам каравана обещали десятую часть стоимости трофеев, взятых у бандитов. Итого на выживших пришлось больше тысячи золотых на брата. Плюс минус. Не считая трофеев после сражения с разбойниками и того, что они награбили в их лагере в индивидуальном порядке.

Меня проблемы купца интересовали мало, тем более, что теперь можно было и в пустыню отправляться. Я помнил, что обещал учителю при возможности найти его родственников и передать им семейный медальон.

Теперь все дела в Астарте были решены и меня больше ничего не держало в этом городе. Я не без удовольствия засобирался в путь. Разве что Грим воспринял новость, что пора выдвигаться без должного энтузиазма. Он за эти дни, крепко прикипел к цивилизации. Особенно к водным процедурам и последующему релаксу в виде массажа в четыре руки.

Я расплатился с хозяином гостиницы и искренне поблагодарил за сервис и комфорт. В ответ получил приглашение в следующий раз остановиться только у него и заверение о скидке, как постоянному клиенту.

Когда мы седлали коней, к нам подъехали всадники. Три брата, бывшие с нами в охране каравана. Кажется, Астрикс, Хетрикс и Латрикс. Только кто из них, кто, я не помнил.

Парни на вид были неплохо прикинуты. Кирасы из вываренной кожи, поверх кольчужных рубашек. Наручи, поножи, щиты и шлемы. Видно, что не самое дорогое, но вполне приличное по качеству. Хотя им и после боя с разбойниками трофеев досталось прилично. Ещё бы. Столько народу там положили. Они, похоже, для демонстрации товара лицом облачились по полной. И охота потеть, в такое-то пекло.

«Себя вспомни, когда в высокий город ходил».

После этой мысли, я кашлянул и снова внимательно посмотрел на братьев.

Все трое верхом. Глядя на их бравый вид, стало понятно, что они тоже решили примкнуть к моей партии, что на самом деле было кстати. Земли на пути к родине учителя никогда не славились спокойствием и гостеприимством, а в бою парни вполне неплохо себя проявили. Факт, что они живы и даже не ранены, красноречивей всего это доказывал.

— Я вас слушаю, — обратился я к ним строгим голосом, никак не выказывая, что догадался, о чём пойдёт речь.

Все трое одновременно спешились и преклонили колено.

— Господин, примите нас к себе на службу. Мы готовы принести клятву верности, какую вы сочтёте возможным принять.

— Не понимаю. Вам что примкнуть больше не к кому? Хороший меч всегда в цене, — сказал я братьям, не сводя с них глаз — Тем более я, вообще не собираюсь платить.

— Тем не менее, мы выбрали вас. Мы уверены, что с вами у нас есть будущее, — твёрдо заявил один из братьев.

— А вы уверены, что я буду хорошим господином? Ведь может оказаться, что со мной будет не так радужно, как вы себе нафантазировали. Да и светлое будущее может оказаться безымянной могилой на краю мира, — стращал я. — А может могилы и вовсе не будет.

— Значит, нам не повезло. Бывает. Мы готовы ко всему, — отчеканил старший.

«Интересно, что я такого сделал, что они все так думают. Сначала гномы, теперь вот эти. Хотя люди нужны, но для их содержания потребуется постоянный доход. А, плевать. Пока денег достаточно, а там что-нибудь придумаю».

— Хорошо. Считайте, что вы на испытательном сроке. Докажете, что действительно чего-то стоите, тогда и поговорим о постоянной службе. Но временную клятву придётся принести сейчас.

— Спасибо господин. Мы не подведём, — выпалили братья в один голос.

***

Я как чувствовал, что уйти из города просто так не получится. Так и вышло. Не успели мы отъехать от гостиницы, как появилась неожиданная парочка. Ления с Айратом. Оба верхом, с заводными, и судя по виду в полной готовности к опасному путешествию.

Айрат, в длинной кольчуге и кожаном жилете, поверх которого крест-накрест шли кожаные ремни с закреплёнными на них метательными ножами. Подмышкой он держал добротный стальной шлем с открытым лицом, и с мечом на боку. Ему, наверное, можно. Короче выглядел он воинственно.

Рыжая же была в знакомом дорожном костюме, с кинжалом и небольшим жезлом за поясом. По виду из гарваля.

«Интересно, какой у него функционал? Не для красоты же он у неё. Так и знал, что покою от этой семейки не будет».

— Я еду с тобой!

Рыжая сказала это вместо здрасте. Дерзко и безапелляционно, как будто мы сто лет знакомы и не один пуд соли вместе съели.

От её заявления моя бровь самопроизвольно поползла вверх.

— С какой это стати? Позволь полюбопытствовать, — спросил я несколько потерянно.

Я несколько опешил от подобной наглости.

— Потому что я так решила, — ответила она, продолжая смотреть мне прямо в глаза.

— Прекрасно. А сейчас разворачивайся и скачи к папе. Со мной ты никуда не поедешь.

— Я всё равно…

— Твой отец мне должен. Это кстати его слова, — перебил я Лению. — Могу потребовать держать тебя подальше в качестве уплаты долга.

— Ты этого не сделаешь, — самодовольно заявила она.

Я ехидно поинтересовался:

— Интересно почему?

— Потому что я тебе нравлюсь, и ты меня хочешь. Взять с собой, я имею в виду, — поправилась она и покраснела.

— Да кем ты себя возомнила? — взорвался я. — Вон отсюда, пока я не разозлился и не отходил твою задницу ремнём.

— Я согласна.

— Не понял. Прости что?

— Согласна, чтобы ты отходил мою попку ремнём. Потерплю. Привыкшая. А потом как закончишь, возьмёшь нас с собой. Тебе понравится, она идеальная.

— Что за…

На мгновенье я потерял нить разговора.

— Моя попка. Тебе понравиться её пороть, — почти шёпотом сказала рыжая, выгнув своё тело в мою сторону.

Потом она посмотрела на меня таким взглядом, от которого уже моё лицо начало краснеть.

Я стоял и ловил ртом воздух, не зная, что ответить на подобный пассаж.

— Ну что? Время идёт. Пора приступать к экзекуции. Только пожалуйста, давай где-нибудь уединимся. Не хочу, чтобы мой идеальный зад видел ещё кто-то кроме тебя.

Ления сказала это томным хрипловатым голосом, стрельнула в меня взглядом из-под густых ресниц и после невинно закатила глаза.

«Понимаю Понтаса, характер у девочки тот ещё подарок. Такая из кого угодно будет верёвки вить. Не хочется, чтобы из меня».

Во время нашего диалога, за её спиной молча стоял Айрат и как обычно сохранял каменное выражение лица. Хорошо, что хоть какашка у него из-под носа исчезла.

— Порки не будет. Уходите, — ледяным голосом приказал я.

— Ну почему? — разочарованно воскликнула рыжая и топнула ножкой.

Я тяжело вздохнул. Меня порядком утомил этот разговор, хотя я и находил его довольно забавным.

— Милая девочка. Куда бы ни завела нас судьба, мы там не бабочек ловим. А твоё присутствие ставит всех под угрозу. Мне очень не хочется оправдываться перед твоим отцом, как так получилось, что тебя покалечили или убили. Мы будем вынуждены всё время следить за твоей безопасностью, рискуя жизнями. Это не допустимо. Это, во-первых.

— Во-вторых, — продолжил я. — Мои люди принесли мне личную клятву верности, и я им полностью доверяю. Вы же для меня чужие. Сопроводить вас из точки А в точку Б, это пожалуйста и то не сейчас. А идти вместе с попутчиками, в которых не уверен, а тем более доверять им свои тайны, я не хочу и не буду.

В этот раз по лицу Лении было видно, что она действительно серьёзно задумалась.

— Это тоже возможно, — наконец выдала она.

— Что прости? — переспросил я, медленно выпадая в осадок, от осознания того, что она мне сейчас сказала.

— Клятва верности. Мы готовы её принести! — безапелляционно заявила она, вот так легко распоряжаясь не только своей судьбой, но и Айрата.

— Да ты с ума сошла! Твой отец меня без соли съест! Вместе с говном и сапогами! — в сердцах воскликнул я.

За спиной неожиданно заржал Грим, да так что я вздрогнул. Хотя и другие смешки, те, что потише, также не ускользнули от моего уха. Чёрт, как-то упустил из вида, что всю эту сцену с интересом наблюдали все.

«Нужно заканчивать этот балаган».

— Я же всё объяснил. Пожалуйста, возвращайся домой. Мы скоро вернёмся, и я отведу тебя на север, как и обещал. Только сейчас не настаивай, — просил я Лению уже чуть не умоляющим тоном.

— Мы не уйдём. Нам некуда идти, — она практически прошептала это и опустила глаза.

— О боги, ну что за очередной бред я слышу.

— Ты не понимаешь. Айрат получил прощение, но отец чётко дал понять, что не хочет его видеть. Никогда. Я сильно поругалась с ним, и он сказал, что я тоже могу катиться на все четыре стороны. Собственно, это мы и собираемся сделать.

— Чушь. Он с радостью примет тебя обратно, стоит твоим ножкам оказаться на пороге.

— Я не брошу Айрата. Он пострадал из-за меня. Он предан мне всегда и во всём. Я плачу ему тем же, иначе всё это не имеет никакого смысла.

«А девочка молодец. Если не испортится, то из неё вполне может выйти приличный человек».

— И ты не нашла ничего лучше, как присоединиться к моей банде?

— Мне всё равно кто вы. Просто возьми нас с собой. Обещаю, что ты не пожалеешь. Айрат не молод, но он прекрасный и умелый воин, а я владею магией и могу немного лечить. Я училась. Мы будем тебе полезными. И клятву, разумеется, принесём.

— Ага, видел я как ты владеешь магией. Из-под телеги, — не удержался я, и припомнил ей бой с разбойниками.

Ления густо покраснела, несколько раз набирала воздух в лёгкие, намереваясь что-то сказать, но так и не смогла произнести ни слова.

— А ты понимаешь, что обратного пути не будет? — поинтересовался я, сполна насладившись её растерянным состоянием. — Клятва непростая. Магическая. На крови. Ты с Айратом будешь связана со мной до конца своих дней. Тебе сейчас сколько? Шестнадцать? Семнадцать? Ты уверена, что через год, два, десять не разочаруешься в своём решении? Повторюсь, обратной дороги не будет. Уйти от меня после этого, можно будет только в землю, — грубо и жёстко сказал я.

— Вообще-то мне почти девятнадцать, — фыркнула Ления, и по лицу было видно, что она сумела взять себя в руки. — И что меня ждёт дома? Выйти замуж за того, на кого укажет отец, чтобы увеличить капитал и влияние? Нет уж спасибо. Итак с его подачи, женихи года три табунами ходят. Короче, мы согласны на клятву и на то, что будем привязаны к тебе на всю жизнь. Уж тогда-то ты точно от меня никуда не денешься, — закончила она и, прищурив левый глаз, хитро улыбнулась.

В этот раз у меня конкретно перехватило дыхание. Я специально слукавил и сказал ей, что клятва пожизненная, чтобы напугать и заставить передумать, но всё явно пошло наперекосяк.

— Ну чего ты ко мне прицепилась? Тебе что мужчин вокруг мало? Я не дам согласия на этот абсурд.

Я потерянно попытался сопротивляться, чувствуя себя в душе слабаком.

— Поздно. Я уже согласилась, — констатировала Ления с победным выражением лица. — Так что давай покончим со всеми формальностями и двинемся в путь.

Вот же очередной попадос. Надеюсь, мне не придётся жалеть о том, что я ей поддался, хотя верилось с трудом. Понтас Артемон, будет недоволен. Вот это точно.

Перед самым выходом из города к нам подбежал стражник.

«Ну что там ещё? — мысленно чертыхнулся я. — В Астарту проще войти, чем выйти».

— Следуй за мной. Тебя хотят видеть, — с надменным выражением лица заявил он.

Я с трудом сдержался, чтобы не пнуть его ногой по наглой роже. Остановило, что стражник был на службе и нам всем, в таком случае будут обеспечены неприятности.

— Кто хочет видеть? — невозмутимо поинтересовался я.

— Вопросов не задавать и следовать за мной. А то ведь можем и на верёвке потащить, — дерзко выдал он и презрительно скривился.

— Можете. А ещё можете испачкать эту прекрасную мостовую своим дерьмом из тухлых кишек, — ответил я с премерзкой ухмылкой.

Морда стражника налилась кровью.

— Да я тебя сейчас… — начал он и потянулся за мечом.

— Спасибо! Ваша помощь больше не требуется, произнёс невзрачно одетый человек, который как оказалось, стоял совсем рядом с нами.

Комод. Вот уж кого не ожидал увидеть. Хотя вру, конечно ожидал. Значит и его господин где-то неподалёку. Непонятно только зачем был нужен этот цирк. Какая-то проверка?

Взбешённый стражник хотел что-то возразить, но Комод молча обвёл их всех взглядом и они моментально развернулись и ушли. Только командир напоследок зло сверкнул глазами в нашу сторону.

— Простите их. Солдатня, что с неё взять, — кротко сказал он, и улыбнулся.

Всё внутри меня завопило — опасность. И хотя Комод излучал дружелюбие, я был уверен, что одно движение бровями и нас не спасёт никто и ничто. И чего они все ко мне прицепились?

— Не терплю хамство. От кого бы оно ни исходило, — спокойным голосом сказал я.

— Не самая плохая черта, только… несколько опасная. Вы не находите?

— Может быть. Я могу вам чем-то помочь?

— Можете. Мой повелитель просит вас уделить ему немного вашего драгоценного времени. Если вы не возражаете.

«Как мягко стелет. Интересно что там ещё придумал его господин? Наверняка сейчас будет чихвостить за свою дочурку».

— Отказывать такому серьёзному человеку, нехорошо. Тем более что он просит, — ответил я, и из вежливости склонил голову.

— Полностью с вами согласен. Пожалуйста, следуйте за мной. Ваши спутники могут подождать здесь.

Я спешился и передал поводья Гриму.

— Если что-то пойдёт не так, прорывайтесь из города без меня, — успел шепнуть я.

Грим меня услышал, но на его лице не дрогнул ни один мускул. Зато Ления выглядела встревоженной.

Шли мы недолго и через несколько минут остановились перед массивной деревянной дверью. Комод хитро постучал и через пару мгновений она распахнулась.

— Я подожду вас здесь, — произнёс он с самым серьёзным видом.

Слуга молча вёл меня по коридору и, отодвинув тяжёлую портьеру, жестом пригласил войти.

В комнате царил полумрак. В углу, с маленького столика тонкой струйкой к потолку возносился дымок благовония. По дальним углам стояли большие кадушки с какими-то растениями, между которыми находился роскошный диван, на котором восседал Понтас Артемон собственной персоной.

Перед ним стоял низкий столик, на котором стоял резной серебряный кувшин, бокал и несколько ваз с фруктами. Сенатор задумчиво закидывал в рот какие-то ягоды, будто не замечая моего присутствия.

Я стоял напротив него, а он, не прекращая еле заметно жевать, медленно поднял глаза и стал буравить меня взглядом из-под нахмуренных бровей. Как бы дыру не прожёг.

— Что у тебя с моей дочерью? — прямо спросил он.

— Ничего! — выпалил я, и осознал, что сделал это несколько поспешно.

Опять повисла гнетущая тишина, и у меня почему-то начала болеть шея. Видимо почувствовала, как от неё отделяется голова.

— Надеюсь, ты отдаёшь себе отчёт, что с тобой будет, если с ней что-то случиться? — спросил Понтас не прекращая сверлить меня взглядом.

— Понимаю, но ничего не могу с этим поделать. Я пытался остановить её, но она упёрлась…

— Знаю, — усталым голосом перебил меня сенатор. — Вся в мать.

— Мы ещё не покинули город. Стоит вам только захотеть и Ления останется дома. Со мной она пока никак не связана. — Я осторожно пробил почву, на тему избавиться от наглой девицы и будущих проблем.

— Не стоит. Я хочу, чтобы ты увёз её подальше, — сказал Понтас и снова начал прожигать меня взглядом.

От его заявления моя спина покрылась испариной. Честно сказать, что-что, а услышать такое, оказалось полной неожиданностью.

— Можно поинтересоваться, с чем связано ваше решение? — спросил я с недоумённой физиономией.

— Уже! — коротко ответил он.

— Простите, не понял.

— Ты уже поинтересовался, — пояснил Понтас.

Мой мозг в очередной раз завис. Я совершенно не понимал сути этого разговора и куда вообще клонит сенатор.

— Давайте начистоту. Что конкретно вы от меня хотите?

— Гарантий, что с моей дочерью ничего не случится.

— Этого не будет. Мой образ жизни и безопасность — вещи несовместимые. Оставляйте её дома. Это самый надёжный вариант, — отрезал я.

Возникла очередная пауза, а Понтас закусив губу, барабанил пальцами по столу.

«Похоже, у него что-то случилось. Ладно, подождём, что он мне дальше расскажет».

— Лении нельзя оставаться в Астарте, — наконец выдал он. — Ей сейчас лучше находиться, чем дальше, тем лучше. В идеале с кем-то, кто ничем и никак не связан ни со мной, ни с этим городом.

«Вот так номер. Однозначно что-то произошло и ему угрожает опасность. Интересно, что может угрожать сенатору Астарты? И не просто сенатору, а человеку, который входит в десятку тех, кто на самом деле правит этим городом».

— Ты должен защитить мою дочь! — рявкнул Понтас, чем прервал ход моих мыслей, и после того как выдал это, снова вонзил в меня свой взгляд.

Я выдержал его, и он, видя это, усмехнулся.

— Никаких гарантий, — сказал я. — Но приложу все усилия, чтобы Ления подвергалась опасности как можно меньше. Это максимум, что я могу вам пообещать.

— Этого достаточно. Здесь пять талантов на расходы, — сказал Понтас и протянул мне шёлковый кошелёк.

— У меня хватает золота.

— Я долго буду ждать? — прорычал он, словно и не слышал моих слов.

Пришлось взять, а то сенатор был какой-то нервный. Серьёзные видимо у него проблемы.

На выходе Понтас на секунду задержался, а потом обернулся и сказал:

— Жаль, что ты не вмазал этой свинье Гагатусу. Очень жаль.

После чего загадочно улыбнулся и ушёл.

«Значит этот Гагатус и его господин… как его чёрта? Сенатор Карг. Точно! Похоже, они не в самых лучших отношениях. Ну да ладно. Это не мои проблемы».

Глава 11

Путешествие по землям Астарты, как и по другим, где правил закон и порядок, оказалось скучным и однообразным. Одно утешение, по пути было полно трактиров, потому наш путь был довольно комфортным и мы не испытывали никаких трудностей. Тем более, когда у тебя есть деньги.

Вдоль основного тракта постоянно курсировали как конные, так и пешие патрули, и я уверен, много кто ещё присматривал за спокойствием на этих территориях.

Самое интересное, что все вопросы с ними, если они возникали, решал Айрат. Он беседовал с ними и как я успел заметить, особо ретивым показывал какой-то знак на цепочке. Получается, что его изгнали чисто формально, а на самом деле он выполнял тайный приказ Понтаса. Охранял Лению и попутно помогал мне. Натемнил сенатор знатно.

Через неделю путешествия мы покинули земли Великого города и вступили на территорию королевства Карот. Близость и союз с Астартой делали своё дело. Это было спокойное и богатое государство. Оно, на ряду с Тарном, являлось крупным аграрным и торговым королевством. С сильной экономикой и небольшой, но уже профессиональной армией.

Мы же целенаправленно двигались в сторону пустыни. Туда, где может быть ещё живут родственники моего покойного учителя.

Из Астарты мы выехали верхом, и каждый вёл минимум одного вьючного коня. Дорога дальняя. А вот Грим, горделиво восседал на купленном в Астарте огромном, мохнатом слоне с четырьмя бивнями, одна пара из которых, была значительно больше и длинней другой. Они все, от середины и до кончиков, были окованы бронзой и укреплены широкими кольцами.

Слон был, не настолько волосатый как мамонт, но в климате Астарты, ему было заметно жарко. Я его приобрёл, когда мы уже покинули город. Встретились с его хозяином за воротами. Животное доставили сюда откуда-то с другого конца мира, для продажи. Со слов продавца, слон был дрессированный, знал много команд, не боялся шума и огня, и готовили его для войны.

Собственно, я давно хотел купить для Грима подобную животину, только не знал, что они здесь действительно водятся. Раздумывал недолго, тем более что обошёлся он мне не так дорого, всего-то в каких-то восемь талантов. Правда серебром. Теперь я был абсолютно уверен, что Астарта, именно тот город, в который можно войти богатым, а выйти нищим.

Бон-Бон, такое странное имя дал слону Грим. Он поначалу категорически отказывался от беседки на его спине, но теперь восседал под балдахином с такой довольной физиономией, что аж завидно становилось. Складывалось впечатление, что он повелитель, а мы его свита.

У него в беседке хранился запас метательных копий и две небольших корзины со свинцовыми зарядами для пращи. После войны с Вартой и встречи с бандитскими пращниками, я проникся уважением и к этому виду оружия и свинцовым пулям. По специальному заказу ремесленники Астарты отлили сотню этих смертоносных зарядов. Десяток из них, я покрыл специальными рунами для борьбы с особо бронированными или защищёнными магией целями. И, разумеется, Грим вёз с собой солидный запас съестных припасов, которые бессовестно поглощал в «одно жало».

Глядя на эту мохнатую животину, я подумал, что необходимо что-то предпринять с его защитой, чтобы свести риск получения взбесившегося от ранений слона к минимуму. Ибо потопчет и имени не спросит. Да и теперь ни о каком скрытном передвижении, не было и речи. Эту огромную гору мяса было видно издалека. В этом мире аналоги многих наших животных оказались гораздо крупнее. Те же самые медведи, волки и вот слоны. Хотелось верить, что эта покупка не разочарует.

Под Айратом и Ленией шли красивые вороные кони. Высокие, длинноногие, с крупными тёмными глазами. Они не уступали моим ни цветом, ни ростом, ни строптивостью. Показательно, что под Ленией шёл жеребец, а не более спокойная кобыла. Такой выбор подталкивал к определённым выводам насчёт её характера.

С огромным удовольствием я осмотрел на свой отряд. Почти десяток. Все верховые. Прекрасно вооружены, одеты и обуты. Глаз радовался.

«Если так будет продолжаться и дальше, придётся какими-то землями обзаводиться, — уже в который раз меня посетила эта мысль. — Не сейчас! Слишком много всего что необходимо сделать и где побывать. Для начала найдём родственников учителя, я выполню клятву и заодно по пути к южным кланам заскочим. Взглянем одним глазком на их легендарный Галлендрон».

***

Территорию Карота мы пересекли без приключений. А вот за его пределами начались неспокойные земли. Насколько я знал, далее на западе — лоскутное одеяло из десятков, а то и сотен мелких королевств, княжеств, вольных баронств и прочих государственных образований. Они бесконечно воевали и грабили друг друга, но на территорию Карота соваться не рисковали.

Ранее все эти вольные корольки с князьками разного калибра периодически объединялись, чтобы пограбить богатого соседа. Но, после пары жестоких, совместных с Астартой карательных рейдов, на западе решили, что спокойней грабить друг друга.

Огнём и мечом до них донесли мысль, что с Каротом и Астартой лучше дружить. Кстати, основной приток рабов шёл именно с запада. Насколько я понял, жили они там не особо богато. Да и развиты были слабо. Поэтому, после недолгих размышлений, я принял решение отправится на юг вдоль реки. По эльфийской стороне. Правда из-за этого придётся сделать приличный крюк, но я предпочёл безопасность расстоянию.

Мы двинулись вдоль главной водной артерии юга. Большой Асай как называли эту реку гномы. Собственно, как и все остальные. Она брала своё начало где-то в горах южных кланов и отделяла большую часть территорий людей от эльфийского леса.

Интересно, что я так ни разу не видел эльфа. Даже на картинке. Не говоря уже про живого. А описания в книгах, давали уж слишком противоречивые сведения. Одно я знал точно, эльфы вели крайне замкнутый образ жизни, и, хотя почти все граничащие с ними государства регулярно совершали набеги на их лес, для сбора каких-то редких и безумно дорогих травок, жители леса ограничивались исключительно обороной. Ответных рейдов не проводили и с людьми не контактировали.

На их нежелание попусту ввязываться в драку я и рассчитывал. Избежать встречи и с теми и с другими. Если мы не будем лезть в лес, шансы спокойно добраться до Галлендрона, на мой взгляд, были довольно высокие, а оттуда и до пустыни рукой подать. Единственное, как потом переправляться через реку? Ну да ладно. Это будет после. Что-нибудь придумаю. Не в первый раз.

***

За первую неделю нашего путешествия вдоль эльфийского леса, который стоял плотной стеной и производил впечатление непроходимого, мы вообще никого не встретили. Ни единой живой души. Хотя лично я был убеждён, что так даже лучше. Хотя отсутствие дичи несколько удручало. Особенно Грима.

Всем быстро надоело питаться кашей с вяленым мясом, но я не решился заходить в лес, чтобы поохотится. Ситуацию спасли братья. Они оказались отменными рыболовами, поэтому свежевыловленная рыба добавила хоть какое-то разнообразие в наш рацион.

Вот только братец, по непонятным мне причинам, люто её ненавидел. Он не был готов употреблять рыбу в пищу даже в случае угрозы голодной смерти. Выяснить причину, поначалу тоже никак не удавалось. Он отказывался говорить на эту тему как я не пытался. Он бывал на редкость упёртым. Ответ оказался банальным до безобразия. Оказывается Грим в детстве подавился рыбьей костью и чуть не умер. С тех пор, рыба у него перешла в разряд несъедобной и опасной для жизни. Но, может это и к лучшему. С его аппетитом, братья бы замучились рыбачить.

Именно тогда, меня в очередной раз посетила мысль, что я тормоз. В «облаке» же ничего не портится и можно было спокойно загрузиться любыми продуктами на всю дорогу. Но, как говорится: «Умная мысля, приходит опосля».

В один из последующих дней мы оказались на берегу большого залива. Там мы нашли большую рощу со множеством деревьев, где слон не так бросался в глаза, а от леса нас отделяло приличное расстояние. Отличное место для длительного привала.

— Мы нашли человеческие следы. Свежие, — сообщил один из братьев.

Кажется, это был Хетрикс. Столько времени прошло, а я всё ещё их путал. При том, что близнецами они не были. Я посылал их на разведку и, если повезёт, то и подстрелить кого-нибудь на ужин.

— А самих людей? — с тревогой спросил я.

— Мы их и не искали. Сразу вернулись.

— Правильно. Всем на всякий случай приготовится к бою. Ления и Айрат остаются в лагере. Остальные за мной.

Ления пыталась было возразить, но наткнувшись на мой взгляд, поняла, что лучше не стоит. Умная девочка.

Рейдеров я насчитал около сорока. Включая десяток раненых, а может и мёртвых. Толком рассмотреть мешала листва и расстояние. По виду, они возвращались из набега, и главное, у них был пленный.

Это было странного вида существо. Словно ожившее, человекообразное дерево. Во время своих изысканий, я натыкался на подобное описание лесных жителей, отчего, тем более захотелось посмотреть на него поближе.

Солдаты прибили его гвоздями к толстому стволу и злобно хохоча тыкали в него копьями. Особенно зверствовал один из них, в железной кольчуге, начищенном до блеска шлеме и небольшим топориком на длинной рукояти в правой руке. Наверняка, командир этой шайки.

К моему удивлению, у него получалось нанести лишь несерьёзные на вид ранения, несмотря на мощь ударов и неуёмный энтузиазм. Похоже «кора» этого древо-человека неплохо его защищала. Неужели это дерево, действительно эльф?

Я пустил братьев с гномами в обход по левому краю. Там их от противника прикрывало небольшое возвышение. Грим остался со мной. Он был слишком велик и в своих доспехах не мог двигаться скрытно.

После моего выстрела, который послужил сигналом к общей атаке, садист с топором несколько секунд с удивлением рассматривал появившуюся дыру в теле, а потом медленно осел на траву. Он так и не понял, что произошло.

Я подстрелил ещё троих. Свинцовые пули Грима, не хуже моих энергетических стрел пробивали врагов насквозь вместе со щитами. Кто-то из врагов затрубил в рог и поднял тревогу.

В лагерь рейдеров ураганом ворвался братец, а с тыла ударили братья с гномами. Через пять минут скоротечной схватки, всё закончилось. Трое попытались сдаться, но их молча зарубили.

Один из братьев стоял около раненых. «Нельзя оставлять свидетелей», — подумал я, и едва заметно кивнул головой.

Существу крепко досталось. На его теле буквально не осталось живого места, но раны на удивление почти не кровоточили. Если вытекавшую из них прозрачную, густую, маслянистую жидкость можно назвать кровью.

Чтобы снять этого древо-человека, пришлось изрядно помучиться с извлечением гвоздей. Потом его аккуратно положили на траву, и я внимательно осмотрел лежащее тело.

Ростом больше метра восьмидесяти, но довольно хрупкого телосложения. Никакого волосяного покрова. Необычная кожа. Хотя назвать это кожей, можно с большой натяжкой. Действительно кора. Зеленовато-коричневая. Она прикрывала не только тело, но и голову, включая лицо. При ближайшем рассмотрении, то, что я принял за кору, на самом деле оказалось чем-то вроде костяных наростов по фактуре и цвету действительно на неё похожими.

У этого создания угадывались крупные глаза. Уши находились там же где и у человека, только по форме и размеру больше напоминали уши немецкой овчарки. Я предположил, что существо умело их поднимать и разворачивать, когда прислушивалось. Только сейчас ухо осталось только одно. Свежий срез, подсказал, что исчезло оно совсем недавно.

Пол древесного человека определить не удалось. Никаких явных половых признаков. Зато я отметил, что его пальцы оканчиваются короткими, но острыми на вид когтями, а руки, чуть не до самых плеч покрыты запёкшейся кровью.

«Человеческая, — понял я. — Оно убивало голыми руками. Нужно его связать на всякий случай, а то разорвёт, даже слово сказать не успею».

По моему приказу, гномы тут же «спеленали» нашего гостя.

«И что мне со всем этим делать? По-хорошему нужно уносить отсюда ноги, пока друзья сборщиков гербария не появились».

Мои мысли прервались ощущением, что за мной наблюдают. Я повернул голову и увидел, что существо очнулось. Изумрудные глаза с кошачьими зрачками немигающе смотрели прямо на меня.

Я подошёл и прикоснулся к его руке. Оно вздрогнуло.

— Не бойся, — сказал я, не будучи уверенным, что оно меня понимает. — Мы не причиним тебе вреда.

— Тогда почему я связана? — прозвучал грубый, хриплый голос, словно из трубы.

«Связана. Значит это создание женского пола. И судя по голосу, далеко не соловей».

— Я опасался, что ты могла неверно на нас среагировать, и кто-то бы пострадал.

— Наверняка.

— Ну вот видишь, я рад что ты меня понимаешь.

— И что дальше? — спросила она, не отрывая своих огромных изумрудных глаз от моих.

— Ничего. Если пообещаешь не нападать, тебя освободят. И… собственно можешь идти куда хочешь. Если нужна помощь, скажи. Если это будет в моих силах, помогу.

Она пронзительно посмотрела мне в глаза, и я почувствовал, что тону в них. На мгновенье мне привиделась женщина. Даже скорее молодая девушка. Она улыбалась. Её силуэт, словно мираж, расплывался и ускользал, не давая сосредоточить на себе взгляд. Я мотнул головой, и видение исчезло. После чего существо заговорило вновь:

— Даю истинное слово, что не причиню никому из вас вреда.

«И слово истинное. Уже даже не смешно».

Я распустил ремни и освободил пленницу. Она села, подтянула колени к подбородку и обвела нас изучающим взглядом. Я кивнул головой и к нам подошёл один из братьев. Он положил у её ног лук, размером почти с неё саму и колчан, из которого виднелись хвостовики двух длинных, толстых стрел.

— Кажется это твоё.

На оружие лесная дева даже не посмотрела, а продолжала молча нас рассматривать.

— Есть хочешь? — поинтересовался я.

Она снова улыбнулась, если это можно было так назвать, и утвердительно кивнула головой.

Перед ней положили пересохшую лепёшку, вяленое мясо и запечённую рыбу. При виде мяса она скривилась и выбрала лепёшку. Эльфийка отломала кусочек и осторожно попробовала предложенную пищу.

Я внимательно смотрел как наша «гостья» поглощает угощение, но интуитивно чувствовал её напряжение.

Едва мы закончили трапезу, как один из братьев принёс неприятную новость. Она заключалась в виде пяти больших лодок с вооружёнными людьми. Дождались. Бежать ни влево, ни в право, смысла не было никакого, а позади стеной стоял лес, куда нам ход был заказан. Значит, придётся принимать бой. Лодки бодро скользили по воде и уже находились на нашей половине реки.

После устроенного нами побоища, рассчитывать на спокойную беседу с «гостями» было глупо. Я насчитал в каждом баркасе не меньше сорока воинов. Нам незачем драться в рукопашную с таким количеством врагов. Так ведь и убить кого-то могут.

Я влил в стрелу энергию одного из изумрудов, приобретённого в Астарте. Для проверки. Из того, что поменьше. Начал с половины накопителя. Косст оценил его ёмкость в районе десяти тысяч эфиронов.

Как оказалось, накопитель накопителю рознь. Особенно, это касается скорости, как поглощения эфира, так и его отдачи. Изумруд, проявил себя великолепно.

Большую половину первого баркаса с громким хлопком и треском разорвало на сотни мелких частей. В разные стороны полетели ошмётки людей, дерева, а вверх поднялся приличный столб воды. Эффект от попадания был по-настоящему впечатляющим.

Следующую лодку постигла та же судьба, и её остатки быстро пошли на дно вместе с пассажирами. Оставшиеся резко развернулись и интенсивно погребли в обратном направлении. Я больше не стрелял. Пусть уходят. Ещё бы понять чьи это люди. Пленных-то мы не допросили. Промашка.

После этого инцидента, ситуация, на мой взгляд значительно усложнилась. Теперь противоположный берег однозначно стал нам враждебен. Возвращаться не было никакого смысла, потому что самом деле, мы отмахали приличное расстояние. Оставаться на месте тем более. Я судорожно размышлял, что же делать дальше. Решил, что утро вечера мудренее и потому останемся на месте. Удобная поляна и густая роща, на мой взгляд гораздо лучше открытого пространства.

Оказалось, что древесная дева пропала, во время короткой суматохи, вызванной потенциальным вражеским десантом. Не навредила и ладно. Жаль, что поговорить с ней толком не удалось. После ужина, мы просто легли спать. Галину досталась первая смена караула.

На следующий день, с раннего утра, на противоположном берегу началось нехорошее движение. Появилось много всадников и ещё больше пеших. Правда, кроме уцелевших лодок, других не притащили. Пока. Несмотря на разделявшее расстояние, было сложно не догадаться об их намерениях. Нас самих они навряд ли видели, но, чтобы не заметить Бон-Бона, нужно быть совсем слепыми.

«Жаль Хельга до сих пор не вернулась. И где её только носит? Уже всю планету можно было облететь за это время».

Помощь пришла, откуда не ждали. Вернулась «наша» эльфийка.

— Идите за мной.

Быстро навьючив коней, мы двинулись за ней. Она непонятно, о чём думала, пока смотрела на слона, но ничего не сказала и повела нас в лес. Хорошие поступки начали потихоньку окупаться.

Мы часов шесть кружили по настолько, как оказалось, густому лесу, что Гриму пришлось спешиться, а перед этим разобрать беседку на спине Бон-Бона. Слон с большим трудом протискивался сквозь чащобу.

Местные эльфы, в отличие от тех, о которых я читал в книгах, не могли заставить лес расступиться (а может конкретно наша эльфийка не умела), поэтому нам всем пришлось помогать Бон-Бону в его продвижении. Мы буквально руками отгибали ветви, за которые он постоянно цеплялся своими бивнями.

Мы изрядно утомились, пока наконец не вышли на большую поляну. По её центру расположился небольшой фонтанчик выложенный белым камнем.

— Мы бы давно пришли, но с вами убарр. Он слишком велик для большинства наших троп, потому пришлось петлять, — снизошла до пояснений лесная дева. — Переночуйте здесь. Только предупреди своих чтобы не покидали поляну и не вздумали разводить огонь. Это… небезопасно.

***

С утра, едва мы только позавтракали, эльфийка появилась вновь.

— Следуй за мной, — сказала она мне. — Твоим людям придётся остаться. О них и о животных позаботятся.

Я отдал распоряжения как обычно недовольному моей отлучкой Гриму, и мы вдвоём с нашей спасительницей, отправились в одном известном ей направлении.

Шли долго, пока наконец не прибыли в странное поселение. По виду, обитатели покинули это место много столетий назад. Мне оно напомнило затерянные города в джунглях Юго-Восточной Азии.

В руинах угадывались величественные здания, выложенные из посеревшего от времени белого камня с огромным количеством арок. Их густо оплетал какой-то вид плюща, придавая им вид полной заброшенности. Не знаю, строили их эльфы сами или заняли уже готовые, но мне показалось, что они всё-таки эльфийские. Чувствовалось в них нечто… утончённое.

Глава 12

Эльфийка меня покинула, сказала, что скоро вернётся и попросила сохранять спокойствие и далеко не отлучаться. Интересно, куда тут можно отлучиться? В общем, я бесцельно слонялся, осматривал город, что, впрочем, мне быстро наскучило. Кроме меня и ещё пары эльфов, никого не было, и время тянулось просто бесконечно.

Пищу приносила другая древо-женщина, а может и мужчина. Но я решил считать её женщиной. За всё время она не проронила ни единого слова, а на мои попытки поговорить не реагировала. Как, впрочем, и другие обитатели. Даже возникло лёгкое ощущение, что я пленник.

Кормили меня сносно, но не слишком разнообразно. Основным блюдом было какое-то плотное желе, с мелкими, тёмными вкраплениями чего-то и отчётливым мясным вкусом.

Дополняли незатейливую трапезу странные сладковатые лепёшки. По вкусу и виду они напоминали подслащённое полусырое тесто. И разумеется вода. Хотя могли бы и какой-нибудь чудодейственный эльфийский напиток подать.

На исходе вторых суток, я потерял терпение и потребовал от приносящей еду ответов. На этот раз она ответила и сделала это грубо. В её голосе явно сквозила агрессия. Окончилась наша беседа тем, что моя «кормилица» встала в боевую стойку, а я выхватил из «облака» меч.

Раздался звонкий мелодичный голос:

— Остановитесь!

Я повернулся и обомлел. Передо мной стояло неземное существо. Неуловимо знакомое. Где-то на голову ниже меня. Светлая, матовая кожа с оливковым оттенком. Каштановые волосы, заплетённые в длинную косу, намотанную в три оборота вокруг изящной шеи. Небольшая грудь и очень тонкая талия. Идеальная линия рта, точёное лицо, и почти незаметно заострённые ушки. А дополняли всё — огромные изумрудные глаза с уже нормальными зрачками, которые мне никогда не спутать ни с чьими другими. Это абсолютно точно была она — спасённая лесная дева.

Она была странно одета, будто её облепили разноцветные листья разного размера. От кончиков пальцев до самых ушей. Одежда, больше напоминала камуфляжный комбинезон, который плотно облегал тело и повторял каждый его изгиб. Из-за спины выглядывал небольшой лук и колчан, полный стрел с зелёным оперением, а на поясе висела пара длинных кинжалов в деревянных ножнах.

Эльфийка смотрела на меня и застенчиво улыбалась. Судя по всему, заметила моё замешательство при виде неё и наслаждалась произведённым эффектом. Одним словом — баба, хоть и лесная.

— Прости, что тебе пришлось так долго ждать. Я не могла прийти раньше, — тихим голосом сказала она, и опустила свой взгляд.

— Всё нормально, — ответил я, отчаянно пытаясь сохранить спокойствие.

— С тобой хотят поговорить наши старейшины.

— Ну почему бы не поговорить с уважаемыми людьми.

— Мы не люди. Мы Вааль'Тану. Истинные леса, — поправила она и снова потупила взор. — Можно просто тану. Эльфами нас называют люди.

«О, боже! И эти истинные».

— Прости. С уважаемыми Вааль'Тану.

— Пойдём! — неожиданно выпалила она и схватив мою руку, потащила за собой.

Снаружи нас ожидали эльфы, или тану, как назвала свой народ эльфийка. Их было пятеро и все как близнецы, похожие друг на друга. Я вдруг понял, что не могу с уверенностью определить ни возраст, ни кто передо мной. Мужчины или женщины. К тому же они были одинаково одеты. Всё в тех же камуфляжных «комбинезонах». Присмотревшись, я заметил некоторые специфические выпуклости и понял, что это всё-таки мужчины.

— Мы приветствуем и благодарим тебя незнакомец, — пафосно сказал один из них, звонким мелодичным голосом. — Я — Милатриэль. Глава дома Тест'Аарот. Прими искреннюю благодарность за спасение моей дочери.

«Великолепно. Ещё одна дочь, высокопоставленного папаши. Осталось только её с собой прихватить и можно вешаться».

— Ульвия, — тихим голосом произнесла эльфийка.

Я поклонился сначала ей, а затем и её отцу.

— А я, Тай. Просто Тай, — насмешливо представился я.

После их вычурных имён, моё звучало — бледно и убого.

— Моя дочь отправится с тобой, — безапелляционно заявил её папаша и мои самые страшные опасения начали претворяться в жизнь.

— А… — Слова застряли у меня в горле.

— Она должна жизнь, и будет сопровождать тебя до тех пор, пока не выплатит долг.

— И вы вот так запросто отдадите свою дочь первому попавшемуся человеку? Пусть и спасителю? — вопросил я в панике.

— Уточню, что ты Тай — не совсем человек.

Глаза говорившего эльфа смеялись.

«Он знает? Хотя нет. Может он заметил отсутствие астральной привязки или как там говорил Арра».

— Или может быть правильнее назвать тебя Тай Грухаад'Иир?

Вот теперь у меня реально отвисла челюсть. Мысли метались в голове, и я никак не мог сообразить, что ему на это ответить.

— А ничего не отвечай, — продолжая смотреть на меня, добавил Милатриэль.

— Откуда вы знаете? — Этот дурацкий вопрос всё, что я смог из себя выдавить.

— Покровителем нашего дома когда-то давно был Вахха Тест'Аарот. Кем он был, я думаю ты уже понял.

«Теперь понятно, почему название дома такое… не эльфийское».

— Да уж сложно не понять. А как вы поняли, что я именно Грухаад'Иир?

— Об этом говорит узор твоей ауры. Неужели ты никогда его не видел? Он чётко различим сквозь астрал.

— Честно сказать, я не уверен, что умею туда смотреть.

Ответом стали удивлённые глаза главы дома.

— Я совсем недавно получил сущность Истинного и пока не понимаю…

— Ты получил сущность Шаттиар'Туаравви целиком? — перебил меня Милатриэль, и теперь на его лице было написано неподдельное изумление. — Выходит, ты теперь и сам…

— Ну да. А вы разве нет?

— С нашими предками Истинные, делились частью силы и знаний, а тебе он передал всего себя. Значит и право на продолжение рода… — в некой прострации пробормотал эльф. — Этот дар несоизмерим с тем, что получали мы.

После этого Милатриэль на несколько секунд задумался и неожиданно выпалил:

— Я объявляю долг своей дочери перед тобой неоплатным.

— Э-э-э… погодите. Что значит неоплатным? — ошарашенно воскликнул я.

— Она будет выплачивать его, пока жива.

«Просто великолепно, ещё одна баба. Осталось теперь Ульвию с Ленией притащить в Агрос во дворец к Сильве и делать ставки. Или может использовать их по прямому назначению? Такая красота пропадает».

— И что вы мне прикажете с ней делать? — спросил я и понял, что сморозил глупость.

— Она пригодится тебе, — с улыбкой ответил Милатриэль. — К тому же Ульвия страж леса и маг-целитель. Лучшая в нашем доме. Если будет твоя воля, то она не только научит тебя смотреть в астрал, но и многому другому.

Как мне показалось, произнёс он это с явным намёком. Понять бы, что конкретно он имел в виду.

— А сами драконы, ну то есть Истинные, могут меня этому научить?

— Прости. Никак не могу свыкнуться с мыслью, что ты полноправный Шаттиар'Туаравви, а значит, имеешь доступ к памяти предков. Разумеется, что они могут тебя научить гораздо большему, чем любой из нас.

— «Косст, смотреть в астрал и в эфир, одно и тоже?

— «Конечно нет. Если сказать максимально точно, то чтобы видеть энерголинии эфира, ты смотришь на них сквозь восьмой слой астрала. Чтобы смотреть в астрал, в смысле, в каком его имеют в виду эльфы, то через седьмой».

— «О, как оказывается всё непросто, — пробормотал я. — Тогда не понимаю, почему я до сих пор не умею туда смотреть?»

— «А ты хотел туда смотреть?»

— «Я даже не знал, что мне нужно туда смотреть».

— «Научим».

— «А сколько всего у астрала слоёв?»

— «Нам известно о девяти»

— «Ничёсе! И что там на других уровнях?»

— «Ты хочешь поговорить об этом прямо сейчас?»

— «Согласен. Не самый подходящий момент. Тогда последний вопрос: получается, что обычные маги видят ауру сквозь астрал так же, как и я?»

— «Да. Но их аура не позволяет смотреть глубже девятого слоя. Что-то ещё?»

— «Нет, спасибо».

Эльфы, судя по всему, правильно оценили происходящее и терпеливо ожидали, пока я закончу свою неслышную беседу с драконами.

— Кстати уважаемые, — сказал я, вернувшись «на землю». — А как так получилось, что Ульвия сначала была как будто…

Я на секунду замялся, опасаясь их обидеть.

— Больше похожа на ожившее дерево, — наконец сумел уточнить я. — А сейчас выглядит нормально.

Специально постарался не заострять внимание на том моменте, что она стала очень красива, и потому выбирал нейтральные выражения. Хотя хуже уже всё равно быть не могло.

— Это наша боевая ипостась, — начал пояснять Милатриэль. — Мы называем её мараг. Так же называются наши особые боевые кони.

— Я так понимаю, это даёт вам какие-то преимущества?

— Безусловно. Усиленное обоняние, способность видеть в темноте, расширенные возможности маскировки, а также выносливость, высокую скорость и силу. Добавлю к этому естественное бронирование и ускоренную регенерацию. Это касается как нас самих, так и наших лошадей.

— Понятно. Если вы не против, мы ещё поговорим с вами более обстоятельно, только чуточку позже. Сейчас мне нужно вернуться к своим людям. Без меня они могут начать нервничать, как бы не случилось чего.

— Разумеется, — ответил Милатриэль с дружелюбной улыбкой.

— Да, ещё один вопрос, вы случайно не в курсе, что такое колыбель дракона?

Эльфы с расширенными глазами переглянулись друг с другом.

— У тебя есть яйцо?!

— Ну да. Только мне нужно найти эту самую колыбель.

— Тебе нужна Шаттарель. Это гора на северо-востоке от нас. Точнее это вулкан, — ответил эльф на полном автомате.

Новость что у меня есть яйцо дракона, явно произвела на него сильное впечатление.

— И вы знаете, что с ним делать?

— Нет, но догадываемся. Наверное, как и ты.

— Уже да. Значит, мы отправляемся туда.

«Получается я опять не попадаю в пустыню. Прости учитель. Я всё равно сдержу клятву. Только чуть позже».

— И как туда добраться?

— Есть два пути. Первый, через наши территории, потом по воде, через пустоши, красный лес и земли проклятых. Оттуда снова по воде в долину ночного короля. Её обрамляет горный хребет, который нужно пересечь. И кстати, вулкан в море.

Второй лежит через земли людей. От Астарты вам нужно держаться правой стороны, а потом двигаться вдоль побережья до двух морских пиков, их невозможно проскочить. Сразу за ними и будет Шаттарель. Её наверняка будет видно с берега. Тем более что вулкан в последнее время заворчал. Обычно он дремлет, но по всем признакам явно собирается пробудиться. В последний раз, такое было около тысячи лет назад, — уточнил Милатриэль.

«Чудно, то есть мне нужно добраться до действующего вулкана, который к тому же в любой момент может начать извергаться. Чувствую, путешествие выйдет интересным».

— Мы пойдём через земли людей. Так будет спокойнее, хоть и дальше по расстоянию. Если двинуться первым путём, нам слишком часто придётся форсировать водные преграды, а потом ещё и по горам скакать, а этого делать категорически не хочется. Тем более, мне очень не понравились названия территорий, через которые пролегает путь. Особенно те, где упоминаются какие-то проклятые, — выдал я эльфам свои размышления.

— Понимаю, — сказал Милатриэль и согласно покачал головой.

— «Косст, безопасно ли инициировать Аум у эльфов?»

— «Если ты им доверяешь, то почему нет. Хотя лично мы, предпочитаем горы. На крайний случай пойдёт, если что потом перенесёшь».

— «Так потом что, можно провести повторную инициацию?»

— «Без проблем. Это простая процедура».

— «Вы не могли сказать об этом сразу?»

— «Ты не нуждался в этой информации».

— «Всё с вами понятно. Спасибо».

— «Не за что».

— Уважаемый Милатриэль, у меня назрел очередной вопрос. Есть ли в этом лесу безопасное место?

— Мы называем наш лес — Ахель'Тан. Священный лес. И он практически весь безопасен. — Эльф улыбнулся, хотя его лицо выдавало излишнее напряжение. — Тебе зачем?

— Мне необходимо инициировать Аум.

Теперь к напряжённому лицу эльфа добавились расширенные глаза. Они и так у него были не маленькие, как, впрочем, у всех представителей его народа, а теперь вообще стали как два блюдца.

Он серьёзно призадумался и наконец ответил:

— Есть такое место. Ахель'Дум. Священный холм, где мы поклоняемся предкам.

— Я могу им воспользоваться? Не навсегда. Временно, пока не найду более подходящее место.

— Разумеется. Вообще-то там и раньше находился Аум нашего покровителя… Но после того как могучий Вахха пал, он исчез вместе с ним. На самом деле он изначально находился в пещере, но после смерти хозяина взорвался с такой силой, что теперь там от огромной горы остался только небольшой холм. Ну и каменные глыбы, что разбросало по округе.

— Не беспокойтесь, мой Аум так мал, что если он и рванёт, то не сильно повредит вашему лесу и холму предков, — со смехом сказал я.

Судя по серьёзным лицам эльфов, они мою шутку не оценили.

— Твой Аум может находится там столько, сколько нужно. Скажу честно, для нас будет огромной честью, если он разместится у нас на постоянной основе.

«Мутит что-то этот эльф. Дочку свою всучил. Теперь хочет, чтобы мой Аум находился на месте истинного кристалла их прежнего покровителя. Скорее всего, хочет получить с этого какие-то политические дивиденды. Нужно побольше узнать о их социальной архитектуре».

— Скажите уважаемый Милатриэль. А сколько всего домов тану населяют этот лес?

— Один великий, три больших и двенадцать малых.

— Позвольте поинтересоваться, к какому типу принадлежит ваш?

— К большому.

Эльф кажется начал что-то подозревать в моих вопросах.

— А после того как на холме ваших предков появится Аум Шаттиар'Туаравви, пусть и скромный, то…

— Наш дом станет величайшим! — прямо и просто ответил Милатриэль, глядя мне в глаза. — Это будет признанием, что из всех домов тану, Шаттиар'Туаравви покровительствует именно нам.

— Теперь я понял на счёт неоплатности долга твоей дочери передо мной. Хочешь, чтобы она постоянно была при мне для получения преимущества перед другими домами. Хорошо, хоть жениться на ней не предложил, — съязвил я.

— Исполнение неоплатного долга, гораздо серьёзней, чем брак. С женой можно разойтись, а платящего долг жизни только убить, — опустив голову произнёс Милатриэль.

— Вот значит, как. С обмана начинаем. — Я осуждающе покачал головой. — Нехорошо.

— Я прошу прощения за это недостойное поведение. Осознание что Шаттиар'Туаравви снова среди нас, помутило мой разум. Если ты инициируешь свой Аум на холме наших предков и объявишь над нами покровительство… То не только моя дочь, но и я, и весь наш род будем перед тобой в неоплатном долгу.

На мой взгляд, его голос прозвучал слишком обречённо.

«Хм… Интересно, какие это наложит на меня обязательства? Сомневаюсь что никаких».

— Ладно. Считайте, что мы договорились. Показывайте свой холм. Время не ждёт.

— «Вы знали, что другие Истинные покровительствовали эльфам?»

— «Конечно. Многие из нас это делали, и не только с ними. Но до сегодняшнего дня дожили немногие».

— «Интересно. И каким образом они это делали?»

— «Обычно делились знаниями, опытом и силой Аума. Именно поэтому тану являются самой долгоживущей расой этого мира. Кстати вангурам тоже когда-то покровительствовал один из нас. Именно поэтому они такие, какие есть. Не знают болезней и имеют долгую жизнь».

— «Интересно получается… а я могу взять шефство скажем не над целым народом, а, например, над отдельным индивидуумом?»

— «Конечно можешь, но для целого эльфийского дома тебе нужен Аум помощнее».

— «Это я понял. Решим этот вопрос».

— «Напоминаю. Мы уже говорили, что Аум не пополняется эфиром, пока не существует в обоих измерениях. И в астрале, и на физическом плане».

— «Да помню я, помню. Не дурак. Сейчас всё сделаю».

— «Мы надеемся и верим в тебя».

***

По моему настоянию инициация проводилась без помпы и толпы зрителей. Только я, пять эльфов старейшин во главе с Милатриэлем, и конечно же его дочь.

— Никому ни слова, — предупредил я всех присутствующих. — Пока не вернусь, никто, ничего, не должен знать.

Меня заверили, что пожелания Истинного будут исполнены в точности. Отлично, такой подход мне нравится.

Когда я посмотрел на их священный холм, то понял, что место выбрано далеко не случайно.

«Место силы! Какая удача. Жаль совсем слабенькое».

Инициации оказалось на редкость простой. Я достал сияющее семечко из «облака» и установил на отведённое место. Причём без каких-либо спецэффектов. Как будто картошку посадил.

Но моя радость от того, что Аум будет расти на эфирном роднике, быстро развеялась. Да, кристалл сразу же начал впитывать энергию, но делал это настолько медленно, что я первое время не мог понять, что же я сделал не так. Он поглощал чуть более двадцати эфиронов в час или около пятисот в сутки, что было медленней, чем это делали самые захудалые драгоценные камни.

Зато драконы испытали бурную радость. Им показалось, что скорость поглощения чуть ли не фантастическая. Я даже комментировать это не стал. Они и так слышали все мои мысли.

Чтобы хоть как-то ускорить этот процесс, пришлось потратить оставшуюся часть дня и полночи. Для этого я нанёс на валуны, которые изобиловали вокруг места инициации, сложную рунную вязь для дополнительного уплотнения окружающего эфирного поля, что положительно сказалось на объёмах поглощения. В этом помогла информация, почерпнутая из книг хитросделанного букиниста в Астарте. Учитель от таких знаний вообще бы с ума сошёл. Жаль, что не дожил.

После всех манипуляций, скорость пополнения выросла до тысячи эфиронов с копейками, что стало более приемлемым результатом. Уже на утро, Аум вернул себе блеск и сияние, от чего я испытал какую-то давно позабытую радость. Как от шоколадки в детстве. И заодно, слил в него энергию со всех своих камней-накопителей.

Возникла мысль настроить автоматический перелив энергии из накопителей в кристалл, но, к сожалению, это было возможно только в ручном режиме и только в непосредственной близости от Аума.

Глава 13

Команда несказанно обрадовалась моему возвращению. Особенно Грим. Он счастливо меня облапил, и в какой-то момент, я снова начал опасаться за целостность своего скелета. Хотя не буду скрывать, мне всегда было приятно подобное проявление его чувств.

Только Ления с открытой враждебностью смотрела на прибывшую со мной эльфийку, хотя сама Уля просто проигнорировала такой недружественный приём. Осталось надеяться, что до открытого столкновения не дойдёт. Меня не вводила в заблуждение обманчивая простота и застенчивость что Ули, что Лении. Хотя к последней это мало относилось. Всё же она была нагловата. Видимо сказалась среда, в которой она росла и воспитывалась.

К границе Ахель'Тана, нас сопровождал десяток эльфийских пограничников. Наш путь лежал через территории пяти других домов, поэтому без сопровождения было не обойтись. Дорога усложнялась тем, что Бон-Бон мог пройти далеко не везде и приходилось много петлять.

Из леса мы вышли в районе границы Карота и Астарты, и уже спустя две недели двигались по землям великого города. Только вот с питанием нам не повезло.

Оказалось, что то желе, которое я пробовал и лепёшки из полусырого теста, составляют основной рацион лесных жителей. Я не мог дождаться, когда вопьюсь зубами в большой, сочный кусок мяса. Судя по лицу Грима, он мечтал об этом ещё больше.

После продолжительного путешествия по безопасным землям Астарты, продолжительным оно было, потому что мы не пропустили ни одного постоялого двора, и относительно спокойной и слабонаселённой части территории Тарна, мы вступили в земли Тиборской марки. Формально она входила в состав королевства Тарн, но по факту являлась самостоятельным государством. Здесь я ещё не был.

***

Мы продвигались вдоль берега, но близко к воде не приближались. От греха подальше. О побережье Тиборской марки ходила исключительно дурная молва. Считалось, что оно само, что его воды, населяют жуткие чудовища. По рассказам, все они отличались крайне агрессивным характером, всеядностью и прекрасным аппетитом.

Крупных поселений вблизи береговой линии вообще не было. Встречались редкие деревни и посёлки, которые промышляли охотой на различных чудищ, ради ценных ингредиентов или шкур, но немного. Местный люд был хмур и неприветлив. Видать жизнь у них была не сахар.

Как удалось выяснить у аборигенов, основную опасность на берегу представляли создания вроде крокодилов. Только с более развитыми лапами, отчего и бегали довольно резво. Правда, далеко от воды не отходили, но нам от этого легче не стало.

Самое интересное, что ни в одном поселении не было даже намёка на лодки. Местные не то что на открытую воду не выходили, а и просто близко к берегу без крайней нужды не приближались. Нас предупредили, что и сама вода представляет огромную опасность.

Человек попавший в неё, покрывается пятнами похожими на ожоги, после чего наступает смерть. Долгая и болезненная. А если самой воды хлебнуть, то мир живых покидали ещё более мучительно. Одно утешение что быстро. Это или сама жидкость такая агрессивная или в ней кто-то обитает такой недружелюбный.

Наконец вдали показались пики близнецов, про которые говорил Милатриэль. До них по моим прикидкам оставалось километров пятнадцать. Но как попасть к самому вулкану? До него было ещё дальше. Тем более что его пока вообще не было видно. Лишь чёрный дым столбом, что поднимался в небо далеко в море.

Рано утром, сразу после завтрака, мы собрались на совет.

— Что будем делать?

— Можно построить лодку, — предложил Галин. — Леса вокруг полно. Можем либо изготовить долблёнку, либо набить этих бегающих чудовищ и их шкурами обтянуть деревянный каркас.

— Неплохо, — согласился я. — Ещё идеи?

— Может попытаться найти лодку у кого-то из местных.

Предложение прозвучало от Лении.

— Бесполезно. Сколько мы встретили поселений, и ни в одном, никаких плавсредств замечено не было. — Я сразу же отверг это предложение. — Ещё какие предложения?

— Можем построить плот. Соберём из брёвен потолще. Я помогу их притащить. Кто бы ни обитал в этих водах, сожрать его будет не так просто, как кожаную лодку, и отбиваться с него будет проще, — предложил Грим.

— Отличная мысль братец!

«Ладно, лодка или плот. Что именно решим чуть позже. Следующий немаловажный вопрос, что делать с местной фауной? Я так понимаю мало выйти в море, нужно ещё и обезопасить себя. И при этом грести, и грести много. Расстояние большое, а что или кто ещё водится в этих водах, не в курсе даже местные охотники на чудовищ. Тут все боятся воды пуще огня. Хм…»

— Чтобы не грести или грести по минимуму, поставим парус. Пока будем строить плот или лодку, кто-то может смотаться в ближайший город и купить кусок ткани, пригодный для паруса.

Это Ления внесла очередное предложение.

— Мысль, — поддержал я, и она засветилась от удовольствия и стрельнула глазами в сторону Ульвии.

За всё время пути, кто бы знал, как я устал от их бесконечной грызни. Хорошо хоть после взбучки, что я задал обеим, они притихли. Теперь при каждом удобном и не удобном случае, они сжигали друг друга ненавидящими взглядами.

— Уля, около вулкана, воздух наверняка ядовит, можешь с этим что-то сделать?

— Да. Могу сделать амулеты чистого воздуха, какие мы применяем при лесных пожарах.

— Превосходно. Приступай.

«Итак, плот или лодка. Плот безопаснее, но плыть на нём к вулкану мы будем слишком медленно, а лишнее время в этих водах проводить категорически не хочется. Если лодка. Строится дольше плота, но плывёт быстрее. Правда риск быть сожранным вырастает в разы. Чёрт его знает, кто обитает в этих водах. Местные по этому поводу, так и не сказали ничего определённого. Значит, без магии не обойтись. Можно применить рунир воздушного потока, чтобы парус всегда был наполнен ветром и… Стоп. А зачем дуть в парус, когда всё можно реализовать более эффективно? Нужна труба, желательно металлическая».

Я резко подорвался и вскочил в седло.

— Всем ждать здесь! Братья за мной!

Все трое тут же оказались на конях, а остальные недоумённо переглянулись. Я вспомнил, что в деревне неподалёку, мимо которой мы проезжали, была кузница. Вот она родимая мне и нужна.

Кузнец внимательно смотрел на схему, что я начертил на песке. После того как я закончил, он объявил цену в пять золотых, и испуганно вжал голову в плечи. Похоже, испугался собственной наглости.

— Десять, если сделаешь хорошо и прямо сейчас.

У кузнеца округлились глаза, но он ничего не сказал и через час я держал в руках свой заказ. Так же в уплаченную сумму я реквизировал ведёрко древесного дёгтя. Пригодится швы конопатить. Жаль, что тянуть проволоку местный кузнец не умел. И чёрт с ней. Верёвкой обойдусь.

— Грим, нужно набить как можно больше этих тварей, — выкрикнул я, даже не успев слезть с коня.

Это оказалось делом непростым. Потому что как только я убивал одного из этих «крокодилов», его сразу же, дружной гурьбой начинали пожирать сородичи. Какие милые рептилоиды. Применили тактику местных.

Грим выманивал подальше от берега одно из чудищ, а я валил его из лука. Потом братец при помощи крестовины копья цеплял тушу и быстро тащил в безопасное место. Потом молодёжь занималась свежеванием, а мы охотились на следующего.

Кстати мясо крокодилов оказалось вполне приемлемым на вкус. Не знаю почему, но мне оно напоминало курятину. Особенно запахом. Хотя по структуре больше походило на старую говядину. Такое же волокнистое и так же отвратительно забивалось в щели между зубов. В прочем, Грим судя по количеству поглощённой «крокодилятины» никаких неудобств не испытывал.

Последующие пару дней мы дружной артелью мастерили лодку. В конечном итоге у нас получилось некое подобие здоровенного каноэ. Широкое, длиной около шести метров, с завышенным носом и почти плоской кормой. Пришлось также серьёзно усилить каркас, чтобы он без проблем выдержал вес Грима.

Затем я приладил своё устройство к лодке и постарался сделать это максимально надёжно, чтобы не потерять его ненароком где-нибудь посреди неблагоприятных вод. После, внимательно проверил наше плавсредство на качество, и остался доволен результатом.

— А как мы все туда поместимся? — поинтересовалась Ления.

— Никак не поместимся. Со мной пойдёт только Грим и Уля.

— А почему с ней? — с негодованием воскликнула она. — Я тоже пойду.

— Ты никуда не идёшь! А если ты ещё раз попытаешься оспорить моё решение, то это будет последней каплей. Больше повторять не буду.

Уля ничего не сказала, но бросила на Лению победный взгляд. Та побагровела, но промолчала.

«Детский сад. Когда же это закончится? Наверное, никогда».

Теперь осталось придумать, как очистить берег от «крокодилов», чтобы можно было спустить лодку.

«Огонь поможет».

Мысль оказалась правильной. Я сделал несколько выстрелов драконьим пламенем, почти под самую кромку воды. Вся живность врассыпную бросилась прочь, образовав почти десятиметровый коридор, в который мы бросились со всех ног, пока огонь не потух.

Мы спустили лодку на воду и быстро в неё забрались. На нос посадили Улю, как самую лёгкую. Грим для баланса разместился посередине и на корме воссел я.

«Ну не подведи».

Я запитал и активировал «двигатель», постепенно увеличивая подачу эфира. Лодка стала быстро набирать скорость. В качестве мотора использовалась короткая железная труба, заглушеная с одной стороны и внутри которой находился рунир воздушного потока. По-хорошему надо было бы закрепить её при помощи проволоки или чего-то в таком духе, но за неимением, пришлось использовать кожаные ремни. Крепилось всё это к расщеплённому брёвнышку, которое так же выступило в качестве руля. Получилась отличная моторная лодка.

Мы двигались около часа, но воды вокруг оставались спокойными. Я бы даже сказал безмятежными.

«Может тут кроме «крокодилов» и нет других хищников?»

Хотелось верить. Сама вода была чёрной на вид и совершенно непрозрачной. Так что, тех, кто там обитал, не было видно совершенно. И к лучшему. Нервы целее будут.

«С такой скоростью мы уже минут через двадцать достигнем подножия» — подумал я, и эта мысль вызывала определённый оптимизм.

Берег быстро приближался. Несколько минут и мы на месте. Причалив, Грим вытащил нашу лодку подальше на берег, и даже пару камней в неё положил. На всякий случай. Вулкан ощутимо вибрировал.

Мы активировали амулеты, изготовленные Улей. И всё равно, даже сквозь защиту, воздух отвратительно вонял серой и чем-то ещё, не менее едким.

Мы двинулись вверх, в сторону эпицентра зарождающегося извержения. Незначительные потоки лавы стекали в море левее нашего маршрута. Сам вулкан был довольно высокий, но больше похожий на огромный холм, нежели гору. На его вершине мы обнаружили приличное по размеру плато, большую часть которого заняло приличного размера «озеро» магмы.

«Какое жёсткое пекло. И куда класть яйцо? Не в «озеро» же его бросить. Нужно срочно делать дело и валить отсюда».

Мысль была правильная, но только неизвестно, сколько времени займёт вылупление дракона, и произойдёт ли это вообще.

Мы потерянно бродили по этому адскому плато, толком не понимая, что ищем.

«О, вот это мне нравится».

Мне на глаза попалась небольшая булькающая «лужа», с магмой красно-жёлтого цвета. Сюда я и решил поместить яйцо. Вынул его из «облака» и аккуратно, насколько смог, поместил в огненную жижу.

Промелькнула мысль: «А вдруг утонет?»

Но яйцо погрузилось чуть больше, чем на половину и осталось стоять посреди этого ада в миниатюре.

— Тай! Смотри! Что это? — воскликнул Грим и указал рукой прямо перед нами.

Я сначала не понял, но присмотревшись, увидел существ похожих на змей. Хотя скорее на огромных дождевых червей, только без колец. Размеры впечатлили. Они плескались в магме, словно в воде, периодически разевая свои пасти и заглатывая расплавленную массу. Похоже их кишечник был не менее огнеупорным, чем шкура.

— «Это же Ушхан», — услышал я, раздавшийся в голове голоса Косста.

— «Ещё раз, кто?»

— «Огненный червь. Первенец создателя, на изначальном языке гномов. Они считают, что именно с их помощью боги сотворили мир, прежде чем заселили его».

— «И что?»

— «Ну как что? Это легендарные существа этого мира».

— «И дальше что?»

— «Считается, что их шкура крепче стали, не боится огня и обладает многими другими уникальными свойствами».

— «Насчёт огня я и сам догадался. Так что там с другими уникальными свойствами?»

— «Без понятия. Это всё, что у нас есть по этому вопросу».

— «Это конечно замечательно, но как его поймать?»

— «Наше дело сообщить, а как ловить и зачем, уже твоя забота».

— «Ну, спасибо и на этом».

— Это огненный червь. Мы должны поймать его, — крикнул я Гриму, но совершенно не представлял, как это сделать и зачем он мне вообще сдался.

— Интересно как? — задался Грим тем же вопросом.

— Примерно, как охотились на «крокодилов». Я попробую подстрелить это чудо природы, а ты потом тащи его подальше.

— Давай попробуем. А зачем он нам?

— Всё потом, времени нет, — отмахнулся я от его вопроса, тем более что у меня не было на него ответа.

— Как скажешь братец. Ты лучше знаешь.

Вот за что я любил Грима, так это за его готовность влезть вместе со мной во что угодно. Он никогда не колебался и не сомневался. Ни во мне, ни в том, что делал сам. Просто красавчик.

Выбрав позицию поудобней, я выпустил разрывную стрелу червю в голову. Ну, или в то, что я посчитал головой.

Последовал взрыв, который не нанёс червю никакого видимого урона, только привёл его в бешенство. Он подобно змее поднял верхнюю часть тела и плюнул в меня густым, жидким огнём. Я еле-еле успел уйти перекатом по раскалённой поверхности.

Червяк оказался не прост. Пока он раскачивался передо мной словно кобра перед броском, я снова напитал стрелу, и залил в неё энергии чуть ли не столько же, как когда сносил ворота Пардаука.

В этот раз, эфира оказалось в самый раз. На месте «головы» мгновенно образовался обрубок. Червь стал интенсивно сворачиваться и разворачиваться, и во все стороны полетели сгустки огня. Извиваясь, он удачно переместился к самому краю лавового озера, то есть ближе к нам, но Грим всё никак не мог его подцепить.

Этот крайне необычный представитель местной фауны агонизировал почти минуту, а после того как стал затихать, к моему ужасу начал погружаться в огненно-жидкую массу. Хорошо, что Грим наконец исхитрился зацепить червя за его внутреннюю часть крестовиной копья и не без труда оттащил тело подальше от края. От напряжения у братца на лице и шее повздувались вены, словно трубы магистрального газопровода. Это был первый раз, когда я видел его на пределе силы.

Грим оттащил червя в более прохладное место, где по моей просьбе вытянул наш трофей в длину. Это был неимоверно здоровенный червяк. Диаметр тела составил больше полуметра, а в длину все двадцать пять. Тридцать шагов, я специально посчитал. Нам крупно повезло добыть это существо. Сам бы я вообще никогда с этим не справился.

Тело червя полностью покрывала мелкая, как для такого крупного существа, плоская чешуя цвета базальта. Самое странное, что все чешуйки были разной формы и размера. Располагались они равномерно, не заходя друг на друга. Только с концов этого создания, были заметно толще и имели несколько выпуклый вид. Точнее с конца. Оценить симметрию помешал факт, отсутствия «головы».

На ощупь, чешуя червя показалась мне склизкой, хотя понятное дело о наличии какой-либо слизи и речи не было. При таких-то температурах. Но тем не менее.

По прочности, шкура действительно оказалась на высоте. Чтобы распороть это чудное создание, сначала пришлось удалить ряд чешуй по всей длине его тела.

Сделать это, оказалось непросто. Моего терпения не хватило, поэтому над этим, с Кецагором в руках, уменьшенным до размеров ножа, пыхтел Грим. А чтобы разрезать непосредственно саму шкуру, пришлось модифицировать лезвие до молекулярной остроты, иначе она не поддавалась. После чего, тело червя само полностью раскрылось, распластавшись по поверхности, обнажив грязно-серую, бугристую поверхность.

После того как я удалил то, что счёл пищеводом, моему взору предстали множество неких мешочков, расположенных по большей части внутренней поверхности. Собственно, из-за них она и выглядела бугристой.

Я аккуратно разрезал один из них, и обнаружил внутри несколько чёрно-голубых шаров неправильной формы, размером с крупный абрикос. Похоже на икру или на что-то в этом роде. Драконы согласились с моей догадкой, но о том, как эти самые черви размножаются не знали.

Постучав по «икринке» лезвием ножа, я услышал отчётливый звон.

«Прикольно, у этих червей икра металлическая».

Пригодится. Я, правда, пока не знал зачем, но всю «икру» закинул в «облако». Потом чуть поразмыслив, закинул туда же всё, что счёл до этого ненужным. Слишком ценен чтобы хоть кусочек от него пропал. Выбросить всегда успеется, тем более что в «облаке» ничего не протухало. Гоовар меня полностью поддержал.

— Что там яйцо? — крикнул я Уле, которая была приставлена за ним присматривать.

— Не знаю, но оно стало чёрным как ночь. Я не понимаю, хорошо это или плохо, — донёсся до меня её голос.

«Надо самому взглянуть.

Я внимательно осмотрел яйцо. Оно действительно стало чёрным как смоль, а на его поверхности появился маслянистый блеск. По идее, ждать осталось не долго. Нужно срочно заканчивать с червём.

После того как я удалил всё лишнее, оказалось, что шкура у червя двойная. Даже тройная. Внешняя, необычайно прочная, толщиной около трёх сантиметров, с красивым рисунком и лёгким маслянистым блеском.

Срединная, что находилась между внешней и внутренней, более тонкая и эластичная, соединялась с другими, слоем плотной, белёсой субстанции, напоминающей сало.

Внутренняя, по фактуре была похожа на мелкоячеистый пенопласт, грязно-серого цвета. А «сало» насколько я понял, было чем-то вроде терморегуляционной или — изоляционной прослойки.

Отделять шкуры одна от одной я не стал, да и место было явно неподходящим, поэтому я разрезал распотрошённого червя на четыре части, скатал в рулоны и отправил в «облако». Вслед за всем остальным.

«Интересно, что там с яйцом? Уже часа четыре возимся. Пора как говорится делать ноги, но пока непонятно, сколько ещё ждать. Может его не нужно держать в огне постоянно?»

— Ты мой наставник? — раздался голос за моей спиной.

Сначала я ничего не понял, но потом, резко развернувшись на голос, увидел голенького мальчика лет трёх-четырёх. По виду — ребёнок как ребёнок, только «бриллиантовые» глаза сразу выдавали его необычность. Он стоял босым на раскалённой поверхности и по всей видимости не испытывал от этого никакого дискомфорта.

— Ты кто? — спросил я и сразу же понял, что вопрос на редкость идиотский.

Драконы устроили голове настоящий гвалт и пришлось цыкнуть на них, чтобы не шумели и не забивали эфир. Тем более хором.

«Имя! Быстрей дай ему имя!»

— Да, я твой наставник. Зови меня Тай. А ты… — Я на пару секунд задумался — Ваад. Ваад Грухаад'Иир.

Я отчётливо услышал, как драконы облегчённо выдохнули. Одного не понял, с чего они так напряглись.

— А почему ты… человек? — спросил я у мальчугана.

— Я решил, что так ты воспримешь меня более…

— А в Истинного ты тоже можешь превратиться? — перебил я его.

— Да. Только пока в маленького. Я могу принимать обе формы. Тебе как больше нравится?

— Будь пока в человеческом обличье и без моего разрешения другой облик, пожалуйста не принимай, хорошо?

— Как скажет наставник, — ответил дракончик ровно и спокойно.

Какой воспитанный мальчик.

Мы закончили свои дела, а значит пришло время убираться. Тем более что вулкан начало трясти уже по-взрослому. Как бы полноценное извержение не началось.

Лодка нашлась там же, где её и оставили. Хорошо. Быстро погрузившись, я активировал «двигатель», и мы тронулись в обратный путь. Хорошо, что перед нами не стоял вопрос, как высаживаться на берег. Там как обычно всё кишмя кишело от местных крокодилов. Как и в прошлый раз, огнём их. Я же вроде как дракон.

Когда до берега осталось метров тридцать, я выпустил подряд три стрелы драконьего огня в радиусе нескольких метров. Раздались взрывы, и берег и даже вода, запылали. Живность мгновенно ринулась прочь, и мы благополучно причалили.

Первой соскочила Уля и как лесная лань помчалась к нашему лагерю. За ней нёсся Грим. Позади всех бежал я, держа Ваада подмышкой, который болтался как кукла.

— «Ты забыл деактивировать двигатель, — напомнил мне голос Косста.

— «Точно. Сейчас сделаю. Спасибо что напомнил».

— «Всегда пожалуйста».

После отключения «двигателя» я подумал, что просто бросить лодку не дело и послал в неё огненно-разрывную стрелу.

«Вот так», — подумал я, глядя как пылающие обломки разлетелись в разные стороны, а то, что осталось, вспыхнуло чадящим пламенем. Нечего разбрасываться новыми технологиями. Хотя двигатель, по-хорошему нужно было забрать. Тормознул.

— Ты можешь одеться? — спросил я у Ваада, когда в очередной раз заметил, что он полностью обнажён.

— Нет. Я не умею создавать предметы, — задумчиво ответил он.

— Ладно, что-нибудь придумаем.

Глаза всех, кто ждал нас на берегу вопрошали о том, кто этот ребёнок, но спросить не решились. Хотя было видно, что любопытство всех так и распирало. Ничего потерпите. Всё узнаете потом, после того, как принесёте клятву на кристалле. А пока, мучайтесь догадками.

Глава 14

В ближайшей деревне, за горсть медяков, я купил для Ваада груботканую рубаху, которая смотрелась на нём как платье, а на ноги нечто вроде лаптей, которые при мне, за пятнадцать минут сплела местная женщина. Она с любопытством рассматривала глаза Ваада, но наткнувшись на мой взгляд, опустила свой, и больше не поднимала.

Я подпоясал «пасынка», куском кожаной верёвки и закатал слишком длинные рукава. Внимательно осмотрел результат и решил, что пока и так сойдёт. У эльфов наверняка найдётся, во что его переодеть.

«Интересно, а на границе леса нас кто-то встречает? Хотя если и нет, всё равно. С нами Уля. Если что, она разрулит недопонимания с пограничниками других домов, если таковые возникнут».

Всю обратную дорогу Грим ворчал на наш скудный рацион. Обжора. Всё закупленное продовольствие по пути к вулкану, мы давно «уничтожили» и теперь, преимущественно питались НЗ[8], представленный эльфийскими пайками.

Послушав его жалобы, я с содроганием понял, что тоже не горю желанием в очередной раз есть эльфийское желе с тестом, и решил заскочить в небольшой городок, лежащий несколько в стороне от нашего маршрута. Правда для этого пришлось сделать приличный крюк. Очень хотелось передохнуть, нормально поесть, да и Ваада привести в более пристойный вид. А то глядя на нас, на вороных конях и в дорогущих бронях, можно было подумать, что мы где-то украли деревенского мальчишку.

***

Городок назывался Бетин. Он расположился на самой границе Тарна и Тиборской марки и производил впечатление редкостного захолустья. Удивительно, что в этой дыре вообще нашёлся постоялый двор. Настолько маленький, что при полном отсутствии постояльцев, он с трудом нас вместил. Бон-Бона пришлось оставить привязанным у ворот. Охрана заверила, что присмотрит за ним. За пару серебряных монет.

— Тащи всё что есть, — гаркнул я хозяину с порога. — Коням пшеницы насыпь, да не жадничай, и про убарра не забудь, он около ворот. Пошли кого-нибудь, пусть покормят.

— Конечно, конечно.

Хозяин засуетился бодрым колобком, попутно влепив единственной служанке сочную затрещину для ускорения.

— Сейчас всё будет, располагайтесь, — заверил он с елейной физиономией, беспрестанно кланяясь.

Мы соединили три небольших стола, все, что там были и пока рассаживались, босая бедолага прислужница, в перелатаном платье, заставляла стол подносами с едой и кувшинами. Хорошо, что хоть руки у неё были чистые.

— Это пока всё что есть, червячка заморить, — виновато сообщила она. — Остальное чуть позже. Хозяин уже ловит гусей, а я поставлю свежий хлеб в печь. У нас редко, когда бывает столько гостей сразу.

Но мы её почти не слышали, так соскучились по нормальной еде. К моменту, когда начали подавать запечённых гусей, мы утолили первый голод, если не считать Грима. Из шести поданых птиц, двух слопал он, не считая трёх караваев хлеба.

Спустя ещё час, мы молча сидели с осоловевшими глазами и даже дышали с трудом.

«Нельзя так наедаться — подумал я. — Да к чёрту всё. Нашёл, о чём переживать».

***

С утра мы плотно позавтракали, а хозяин трактира любезно собрал нам провизию в дорогу, получив за свои услуги приличную горсть серебра. Он сразу же рассыпался в благодарностях и благословениях.

Бедолаге прислужнице, я тайком, так чтобы не видел хозяин, сунул в ладошку золотую монету. Она даже понять ничего не успела, как я покинул заведение.

Мы вели лошадей под уздцы и неспешно двигались к выходу из города, как у меня вдруг засосало под ложечкой. Я понял, что что-то не так. Даже в таком захолустье, около ворот всегда толкутся люди. Горожане, снующие во всех направлениях, охрана, ищущая возможность срубить монету другую. А сейчас моему взору предстали запертые ворота и полное отсутствие кого бы то ни было.

— К защите! — выкрикнул я.

Буквально через мгновенье, полетели стрелы и копья, а потом с дикими криками на нас навалились вооружённые люди, среди которых было немало представителей городской стражи.

Больше всех досталось Гриму. Его как обычно сочли самым опасным, что не удивительно, и решили устранить первым. Наши амулеты сработали на отлично и отвели все стрелы и копья, несмотря на массированность атаки. Завязалась рукопашная.

Один из нападавших, с диким криком и совершенно безумными глазами (я даже подумал, не принял ли он чего наркотического), выскочил на меня намереваясь метнуть копьё. Вдруг, сидящий передо мной Ваад, до этого момента взиравший на развернувшиеся вокруг нас события с буддийским спокойствием, сложил свои ладошки лодочкой, и подул в них, словно сдувая пылинки.

На копейщика, в котором я узнал одного из городских стражников, устремился еле заметный поток воздуха, и заметный только потому, что вокруг него задрожало и исказилось пространство.

Кожа на лице нападавшего мгновенно вздулась пузырями, затем обуглилась, обнажая кости, а глаза буквально лопнули как переспелые ягоды. Бронзовый обруч, надетый на нём вместо шлема, потерял форму и стал стекать по черепу словно горячий воск по свече. До меня донёсся адский жар и вонь горелой плоти.

— «Истинное пламя! Он владеет истинным пламенем!» — услышал я восхищённые голоса драконов.

Правда, я на это никак не отреагировал. Даже на то, что в очередной раз, что-то оказалось истинным. Момент для любопытства был не самый подходящий. Хотя магия Ваада, как и он сам, произвели сильное впечатление. Мой огонь был попроще. Гораздо проще. Страшно представить, на что этот маленький дракон будет способен, когда заматереет.

После того как бой перешёл с дистанционного в ближний, атакующие быстро поняли, что нападение провалилось, и оставив около двух десятков мёртвых и раненых, разбежались кто куда.

Оказалось, что у нас без потерь всё же не обошлось. Тяжело ранили Хетрикса. Среднего брата из трёх. Он получил удар в спину, чуть выше поясницы, что было совсем плохо.

Я видел, как один из стражников подхватил лежащее на земле копьё, то самое которым хотели убить меня и попытался повторить попытку. Его планам помешал как раз Хетрикс, который по стечению обстоятельств, оказался между мной и нападавшим.

Копьё оказалось не простым. Короткое древко и длинное жало были густо покрыты дадарическими рунами. Именно им нападающий сумел пробить магическую защиту. Меня всё больше и больше пугали возможности гномов. Сначала Дорм-Гар, теперь вот это. Оружие явно было из разряда легендарных. Интересно, как оно вообще попало в руки «бомжей»?

Уля сообщила, что рана, очень плохая и перемещать Хетрикса в таком состоянии нельзя. Вот так поели. Я пересадил Ваада в седло к Лении, а сам отправился на поиски телеги.

«Будем лечиться в поле, — решил я. — Этот городок для нас не безопасен».

С каждой минутой, я заводился всё сильней и сильней.

«Сволочи, я сожгу эту чёртову деревню».

Найдя транспорт и выяснив, что ворота, через которые мы вошли единственные, я выставил гномов на охрану и оставил с ними девочек и Ваада, а с остальными отправился прочёсывать город.

— Если мне прямо сейчас не выдадут нападавших, то я вырежу этот проклятый городишко, а после всё тут спалю, — кричал я громовым голосом, полным гнева.

Мы добрались до центральной площади. По всему пути нашего следования, народ в ужасе жался к стенам, а более расторопные укрывались в домах. Повсюду слышался звук хлопающих дверей и закрываемых ставен.

— Начинайте, — приказал я, и выпустил стрелу драконьего пламени по самому высокому зданию.

Кажется, это был дом головы, а также городская администрация и казарма. Всё в одном. Жидкий огонь, стал стекать с башенки на крышу, распространяясь по всему зданию.

Но больше ничего делать не пришлось. Откуда-то выскочила тройка стражников, которые тащили серьёзно избитого человека.

— Остановитесь господин. Умоляем! — выкрикнул один из них. — На вас напали наши, признаём вину, а взбаламутил их вот этот. — Сказавший это, сильно пнул лежащего на земле человека ногой. — Чужой он, приехал луну назад. Сказал, что скоро в нашем городке может появиться известный бандит и разбойник. Посулил огромные деньги за ваше убийство.

— И сколько же пообещал? — с иронией поинтересовался я.

— По сто золотых каждому. Сколько перепало городскому голове не знаем, но думаем, что поболее, чем нам.

— Дёшево что-то оценил, — резюмировал я и скривился.

— Не убивайте! Не жгите город! Мы отдадим всё, что у него взяли, ещё своего добавим, только пощадите.

— Раздеть и связать! — приказал я оставшимся двум братьям.

Пока мои молодцы вязали лежащее у моих ног тело, стражники стояли в стороне и мялись, не зная, что им теперь делать.

— Не стойте столбом, тушите управу, а то весь город сгорит.

Мы заняли таверну, которую покинули так недавно. Пленник сидел голый, привязанный к стулу и громко стучал зубами.

— Даю тебе шанс. Предлагаю только раз. Ты отвечаешь на мои вопросы и умираешь быстро. Либо заводишь глупую песню, типа: «Я не знаю, я не понимаю», и тогда я буду вынужден сделать из тебя калеку. Причём крайне неприятным и болезненным способом. Уверяю, тебе не понравится.

Пленника трясло крупной дрожью, но он продолжал молчать. Какой упёртый.

— А на самый крайний случай, если тебе совсем себя не жалко, припасено у меня одно интересное заклятие по поглощению души. Я его ещё не испытывал. Понимаешь, не попался мне ещё на жизненном пути такой злодей, чтобы подобную мерзость над ним учинить, — закончил я практически шёпотом, и многозначительно посмотрел на сидящего передо мной человека.

В этот раз он долго раздумывать не стал и решил облегчить свою судьбу.

— Это Нассус! Нассус Гальдон меня нанял! Целый талант дал авансом. Обещал ещё два после выполнения задания. Это всё из-за остроухой девки. Потребовал, чтобы её доставили ему живой и невредимой. И копьё, пробивающее любую защиту, тоже он дал. Сказал, нужно нанять людей и всех убить, а эльфийку привести к нему! Пожалуйста, заберите всё, только не убивайте. Я не хотел, он обманом, — срывающимся голосом кричал пленник.

— В три таланта значит оценил… Пожадничал, пожадничал, — пробормотал я себе под нос.

«Ну Нассус. Действительно Гальдон. Он или в гарем Улю захотел или на продажу… Но как он вообще про неё узнал? И про то, что мы посетим этот городишко? Я даже не планировал сюда заезжать. Ладно. Доберусь до тебя, тогда и спрошу, — размышлял я. — Заодно сдеру шкуру и натяну на барабан».

Поднявшись, я задумчивый пошёл к выходу и попутно кивнул головой старшему из братьев. За моей спиной возникла короткая возня и организатор покушения покинул этот мир.

По моему приказу, на площади, неподалёку от на удивление уже практически потушенной городской управы, сложили огромный костёр.

Гриму не составило особого труда разгромить пару-тройку деревянных строений. На дрова. Что добавило впечатлений немногочисленным зевакам и прочим, кто наблюдал за всем сквозь щели в дверях и ставнях.

Посередине импровизированного аутодафе, привязанный к столбу и окружённый трупами тех, кто пал в этой стычке, включая главного баламута, во всю глотку голосил городской голова. Пока конструкцию обливали маслом, он то призывал к милосердию, то грозил всевозможными карами, то плакал навзрыд.

Я щёлкнул пальцами и в небо взвились языки пламени.

***

Мы отъехали подальше от негостеприимного городка и пока разбивали лагерь, Уля взялась за раненого Хетрикса всерьёз. Выглядел он отвратительно и пока пребывал в бессознательном состоянии. Потерял много крови.

Я посмотрел на рану истинным зрением и содрогнулся. Она буквально кишела какими-то существами, похожими на мелких червей с мерцавшими чёрными аурами.

— «Косст, что это?»

— «Какой-то вид астральных паразитов».

— «И как с ними бороться?»

— «Без понятия. Ты обратил внимание, что область их сосредоточения потеряла свет ауры?»

— «И что?»

— «А то, что они пожирают само астральное тело».

— «То есть, это копьё схоже с Дорм-Гаром?»

— «Не совсем. То, что у Грима, разрушает астральное тело сразу, а это… нечто иное. Оно скорее источник заражения».

— «Ладно, я понял. Закину его к вам от греха подальше. Потом разберёмся».

— Уля ты тоже их видишь?

— Да. Но моя магия против них бессильна. Она на них не действует.

— И что делать?

Есть один способ…

— Делай, — практически приказал я.

Уля больше не стала ничего говорить, а каким-то образом сдвинула один из «листьев» на своём рукаве, в районе внутреннего сгиба локтя, взялась щипком за кожу и потянула на себя.

В её руках оказалось… прозрачное, бесформенное нечто. Оно слабо извивалось, чем-то отдалённо напоминая живую кляксу. После того как Уля опустила это непонятное существо на рану Хетрикса, оно растеклось по ней, постепенно меняя цвет. Минут через двадцать, когда «клякса» вернулась на своё место, на месте зияющей раны, даже шрама не осталось.

— Это Ёк, — пояснила Уля. — Теперь он бесполезен, пока не переварит то, что поглотил и не восстановит силы.

— Всё равно крутая штука.

«Мне тоже нужна такая», — подумал я, но только собрался открыть рот, как меня лишили надежды обзавестись подобным созданием.

— Он есть у каждого тану. Ёк — частичка меня. Он порождение первого перехода из истинного состояния в мараг. Без него это невозможно. Я не была уверена, что он сможет помочь… человеку или что он не погибнет. Пришлось рискнуть. Если Ёк умрёт, то второго у меня никогда не будет. Поэтому, мы очень ими дорожим.

«Обломинго».

Закончив возиться с Хетриксом, Уля заверила, что теперь его жизни ничего не угрожает. Теперь нужно только время и покой. Уже на следующий день раненый смог самостоятельно встать, но передвигаться верхом, ему запретили. Убедившись, что ему действительно ничего не угрожает, мы продолжили наш путь.

***

Вынужденная задержка в пути, порадовала только Грима. Он постоянно пропадал в лесу, каждый раз притаскивая туши оленей и прочей крупной дичи. Разумеется, уже выпотрошенные.

Больше никаких происшествий по пути, не произошло, и когда мы наконец добрались до Ахель'Тана, все облегчённо выдохнули.

Я был уверен, что казнь городского головы, пусть и мелкого заштатного городишки, может серьёзно осложнить мои отношения с Тарном. Зря я так погорячился. Как ни крути — законная власть. Ну Нассус, ну Гальдон.

Теперь у меня появился первый персональный враг. Хотя может это и к лучшему. Это должно держать меня, а значит и моих людей, в тонусе. Я постарался найти в этой ситуации, хоть что-то позитивное. Не считая, отобранного у горе убийц золотишка.

К моменту, когда мы входили на территорию дома Тест'Аарот, Хетрикс полностью выздоровел и свободно сидел в седле. Уля доказала, что она действительно искусный целитель и ценный член команды.

Это покушение, проявило все недочёты и недостатки. Как мои, так и команды в целом. Я был слишком беспечным. Видимо всё шло слишком гладко, и я расслабился. Никаких новых мощных амулетов, равно как и прочих разработок. Точнее разработки были, но в жизнь я их так и не воплотил. Как-то руки не дошли.

«Как же. Ты просто забил на это дело».

«Ну почему же сразу забил. Я тренировался».

«А про остальных позабыл?»

«Не забыл. Просто… Просто… А, чего уже об этом думать. Главное, больше таких ошибок не совершать».

Согласившись с выводами, полученными входе диалога с самим собой, я тяжело вздохнул. Возразить было нечего.

В общем, рассмотрев эту скоротечную схватку, я сделал некоторые выводы:

Братья показали посредственную боевую подготовку. К Уле не возникло никаких претензий. В принципе понятно почему. С её-то опытом бесконечных стычек и регулярной практикой «военно-полевой хирургии». Разве что работала она, на мой взгляд, несколько неспешно. Хотя может такова её специфика. Плюс, она показала виртуозное владение коротким эльфийским луком.

Боевой, эльфы были в силах использовать только в состоянии мараг. Слишком большой, тугой и стрелы тяжёлые. Меня сразу же посетила мысль об изготовлении для неё призывного лука.

Тондил и Галин… В принципе, особо придраться не к чему. Они никогда не позиционировали себя как бойцов. Больше кузнецы. Но держались неплохо. Не трусили и не суетились. Но боевую подготовку всё равно необходимо подтянуть. Лишним точно не будет.

Айрат тоже не плохо себя показал. В его владении мечом отчётливо была видна техника. Только в бою, он больше заботился о безопасности Лении, чем о команде. Что собственно не удивительно. Но, это не хорошо. Не хорошо для команды. Необходимо провести с ними обоими беседу. Заодно нагрузить его, поработать мечом с братьями и гномами, раз уж мне недосуг. Пусть приносит пользу.

Самым слабым членом команды оказалась Ления. Несмотря на её заявление о владении магией и лекарским искусством, в конкретной ситуации, она проявить себя не сумела. Вообще. Кстати не в первый раз. И свой бесценный жезл, она получается для красоты таскала. Короче, с этим тоже нужно было что-то делать. И делать срочно. Никакого смысла иметь в команде бесполезного члена. Сплошное разочарование. Красивая, да и только.

А вот Грим — красавчик. Вообще не придраться. Если бы не он, меня бы уже давно убили. И шестопёром своим он работал просто загляденье. Жаль трофеев после него никаких. Только фарш, рваньё и металлолом. К тому же после каждой схватки, он был весь покрыт кровью, кишками и ошмётками мозга, потому как противников плющил и разрывал.

Итак, нынешнее нападение принесло и пользу, мгновенно обнажив наши недостатки. Нассус в самое ближайшее время узнает, что покушение провалилось и может предпринять что-то более изощрённое, чтобы избавиться от меня уже наверняка. Если он не дурак, то понимает, что я этого так не оставлю. Теперь между нами война и мы оба это знаем. Поэтому необходимо держать ухо востро.

И конечно, я не могу обойти вниманием Улиного марага. Сказать, что это животное великолепно, не сказать ничего. Я сразу же поставил себе задачу обзавестись таким конём.

Агрессивный в бою, с превосходным естественным бронированием. Более быстрый, выносливый и крупный по сравнению с обычными лошадьми. К тому же наши кони его заметно побаивались.

Ко всему прочему, мараги обладали зачатками интеллекта и слабыми псионическими способностями. Не считая телепатии. Настоящие суперкони. Нам бы такие пригодились. По крайней мере, мне уж точно.

Глава 15

После того как мы вошли в Таль'Анук, столицу дома Тест'Аарот, нас встречала целая делегация. Несколько тысяч, по самым скромным прикидкам. Эльфы образовали огромный коридор, по которому двигалась наша колонна, и абсолютно все смотрели на нас. На меня, Улю и маленького Ваада, сидящего на шее коня. Особенно на него.

Не было ни приветственных криков, ни оваций. Почти полная тишина. Шелест листвы был более громким, чем все эти тысячи встречающих. Когда мы проезжали мимо, они склоняли головы, не отрывая от нас глаз, но в их виде и взглядах не было даже намёка на подобострастие или льстивую учтивость. Только почтение.

Как только в поле моего зрения появился Милатриэль, я сразу же сказал:

— Никаких церемоний, встреч или что вы там ещё задумали. У нас был сложный поход, и мы хотим отдохнуть.

Он почтительно склонил голову.

— Разумеется.

— Милатриэль, я тебя умоляю, давай без этого чрезмерного официоза.

— Это часть наших традиций. Если позволить себе нарушать их хотя бы в мелочах, то в нашем обществе наступит хаос.

Я сменил тему:

— Как хочешь. Много там народу ждёт нашего появления?

— Главы всех домов с делегациями. Последние прибыли ещё вчера. Они стали съезжаться, как только разведчики сообщили, что вы приближаетесь к Ахель'Тану. Мы заранее оповестили всех, что скоро прибудут Шаттиар'Туаравви.

— Я же просил ничего и никому.

— Да, до тех пор, пока ты не вернёшься. И вот ты вернулся, — с улыбкой ответил эльф.

— И то верно. Нужно завести привычку более точно формулировать свои мысли. — Не то сказал, не то подумал я. — И чего хотят прибывшие?

— Посмотреть на тебя. Уже не только на тебя. Выказать уважение. Ну и получить совет как нам жить дальше.

— Получить совет у меня? Вы издеваетесь? С какой стати кто-то вообще будет слушать мои советы?

— Ты Шаттиар'Туаравви. Истинный! Ты покровитель нашего дома. Наш хранитель. Единственный. Пока, — сказал Милатриэль и снова многозначительно посмотрел на Ваада. — Мы всегда прислушивались к вашим словам. Это часть многовековых традиций нашего народа.

Лично меня изрядно раздражало, что все вокруг истинные. Я, эльфы, зрение, фехтовальное искусство и много чего ещё тоже. Не удивлюсь, если и гномы считают себя таковыми.

— Ладно. Тогда пошли. Не будем заставлять всех ждать. А то как-то неудобно, — буркнул я.

«Накрылся отдых».

Мы отправились на совет. Милатриэль и я с Ваадом, которого эльфы умудрились чуть ли не на ходу переодеть в камуфляжный костюм. Тот, который из «листьев». Улю в этот раз с собой не позвали.

Местом совета, оказалась большая поляна под кронами четырёх деревьев с толстыми стволами, где нас ожидали главы всех эльфийских домов. При нашем появлении они встали и молча склонили головы в приветствии.

Я кивнул в ответ, а после все расселись вокруг огромного, красивого стола овальной формы. Причём мне показалось, что он растёт из земли, словно гигантский гриб с идеально ровной, гладкой шляпой.

В общем, с нашим появлением воцарилась тишина, и все присутствующие уставились на меня.

«Мне что, речь толкнуть?»

— Каково положение на сегодняшний день?

— Что конкретно интересует Шаттиар'Туаравви? — поинтересовался один из присутствующих.

— Если кто-то из вас берёт слово, то пусть не сочтёт за труд заодно и представится. И называйте меня просто Тай.

— Как пожелаешь. Я Алариэль Вааль'Тану Уль Сат'Иа.

— Начните с самых насущных проблем, — попросил я.

— У нас их хватает, и самая главная — люди, — сказал он и внимательно посмотрел на меня.

— Пожалуйста, конкретней. Или вы собираетесь неделю заседать? — раздражённо бросил я и тут же устыдился своей вспышки.

— Прошу прост…

— И прекратите постоянно просить прощения, меня это раздражает.

Алариэль открыл было рот и застыл, видимо снова собираясь завести своё: «Конечно, и прошу прощения».

— Одна из самых больших наших проблем — люди. Они бесконечно к нам лезут. Мало того, что они уничтожают хеаль, они рубят лес и устраивают пожары. Пока нашим стражам удаётся их сдерживать, но рано или поздно они возьмутся за нас всерьёз.

— Именно поэтому вы не устраиваете ответных рейдов? Боитесь, что этим спровоцируете начало полномасштабной войны? Я правильно понимаю?

— Ты мудр истин…

Я бесцеремонно перебил его.

— Хватит. Льстецы меня тоже раздражают. И я просил по имени. Лучше поясни, что такое хеаль, а то мне известно об этом только поверхностно.

— Как пожелаешь Тай. Хеаль, это особенный вид дёрна. Он помогает нам собирать и концентрировать силу леса. Так же он выполняет функцию сигнальной сети. Сообщает, когда на него ступает нарушитель, что помогает нам более оперативно реагировать на угрозы. Проблема в том, что люди уничтожают его быстрей, чем он восстанавливается. Это пагубно влияет на все сферы нашей жизни. Особенно на мощь нашей магии, а так же на состояние душевного и физического здоровья каждого жителя Ахель'Тана.

— Интересно. А вы в курсе, что алхимики людей варят из цветков хеаля особый эликсир, дарующий им долголетие и молодость?

На лицах эльфов появилось настоящее изумление. Значит не в курсе.

— Тогда вкратце. Не знаю, как вы его прозевали, но был такой товарищ по имени Листократ. Человек, понятное дело. Так вот он долгое время умудрялся лазить по вашим лесам незамеченным и заниматься сбором цветов хеаля. Именно из них и готовится эликсир бессмертия, или «Слеза бога», как его прозвали люди. Не буду пересказывать сказку о том, как родилось название, скажу только, что на сегодня — это единственное средство, которое гарантировано омолаживает человека. Поэтому вы должны понимать, что набеги не прекратятся. Человеческий век слишком краток, и ради продления своей жизни они пойдут на всё. Так что здесь возможны только кардинальные решения.

Все серьёзно призадумались.

— Например? — задал вопрос один из присутствующих, оторвавшись от размышлений.

— Конец затворничества и начало торговли с людьми. Не обязательно конкретно хеалем. Можно торговать уже готовым и так нужным людям продуктом. Это позволит контролировать сбор и неплохо пополнить казну. Уверен, мне не составит труда раздобыть рецепт.

— Ты считаешь, что они удовольствуются малым? — задумчиво спросил Милатриэль.

— Нет, конечно. Но можно снабжать этим снадобьем, скажем правящую верхушку Астарты… И… получить в их лице могучего союзника. Кстати, могу это устроить. Есть ещё один вариант, но в чистом виде он не приемлем.

— Какой? — вопрос одновременно прозвучал сразу от двух тану.

— Война, — коротко и жёстко ответил я. — Но вы должны понять и то, что это будет война тотальная. До полного уничтожения. И мы её проиграем. Без союзников точно.

— Скорее всего, так и будет. Из-за постоянных нападений, мы вынуждены держать на наших границах практически все силы, — сообщил Милатриэль.

— Конкретно сколько?

— Всего в охране границ задействована почти четверть нашего населения.

— Сколько это в цифрах?

— Около двадцати тысяч.

Хм… Общая протяжённость границ Ахель'Тана с людьми около тысячи километров. Лес огромен, и у них достаточно много незаселённых территорий, но охранять приходиться всё, чтобы не дать людям закрепиться непосредственно в самом лесу. Но двадцать тысяч на такую территорию, явно маловато.

Это получается, около двадцати эльфов на километр границы. Это если считать, что они дежурят круглосуточно и по всей её протяжённости. А если учесть раненых, отдыхающих и прочих, думаю, и десятка не наберётся.

Тем более, наверняка существуют наиболее опасные участки, где пограничников больше, а значит где-то их меньше или совсем нет. И даже такой, небольшой отряд, с каким мы столкнулись во время путешествия вдоль леса, численностью до сотни, представляет для мелких разрозненных эльфийских отрядов смертельную угрозу.

Если двадцать тысяч, это почти четверть населения, получается, что их всего-то около восьмидесяти тысяч? Или нужно учесть стариков, детей, категорию освобождённых от воинской службы, инвалидов, если они тут есть?

Ну ладно, пусть эльфов будет сто тысяч. Но и это катастрофически мало. Меньше населения того же Гелиополиса. Если это действительно так, то в Ахель'Тане действительно серьёзные проблемы с демографией.

Жителям леса, в некотором смысле повезло, что окружающим про них совершенно ничего не известно. Если бы люди были в курсе местных проблем, то наверняка, уже давным-давно снесли всё к чёртовой бабушке. Человечество не умеет довольствоваться малым и предпочитает выгребать всё подчистую, а потом хоть трава не расти. А самое страшное, какое решение не прими, эффект будет виден в слишком длинной перспективе. М-да…

— Ладно. Что там у нас дальше? — спросил я, закончив свои размышления.

— Гномы.

— Гномы? А с ними, что не так? Они вроде не покидают своих гор. Ну, кроме банкиров и купцов.

— Мы не владеем кузнечным делом, да и вообще не пользуемся огнём.

— А, понял. Они ломят цены на свою продукцию.

— Не только. Золота у нас нет, и мы вынуждены выменивать необходимое на продовольствие. Все, кто не на границе, занимается его заготовкой. Из-за постоянных стычек, мы потребляем металла всё больше, а цены становятся всё выше. Нам самим скоро не будет хватать еды. Спасает что Ахель'Тан, хвала Хранителям, богат на дары.

Ещё они никогда не упускают возможности срубить в нашем лесу несколько деревьев. Уголь из них, обладает какими-то особыми свойствами. Но нам приходится с этим мириться. Мы выражаем протест, гномы обещают, что это больше не повторится, отдариваются и всё возвращается на круги своя.

— А вы не пробовали, например, сами вырубить часть леса где-нибудь в безопасном месте и убить этим двух зайцев сразу? И сельскохозяйственные угодья увеличить, и неплохо на этом заработать.

— Нет, — возмущённо воскликнул незнакомый мне эльф. — Ахель'Тан наш дом. Он священен, а значит, неприкосновенен. Тем более что всё не так просто.

«Понятно. Чёртовы консерваторы. Умрём с голода, но лес не тронем».

— Может, стоит попробовать. Ведь и человек никогда не сидел с вами за одним столом.

— Ты не человек! Ты Шаттиар'Туаравви в обличье человека.

— Не хочу вас разочаровывать, но я всё-таки сначала человек, и только потом Истинный.

— И, тем не менее, нельзя сказать, что ты всего лишь человек.

«Это бесполезно. Придётся удалять гланды через задний проход».

— Пусть так, — согласился я. — А почему вы позволяете гномам безобразничать у вас в доме?

Присутствовавшие эльфы опустили глаза.

— Понимаю. Боитесь поссориться. В таком случае, они могут перекрыть поставки оружия или совсем обнаглеть и начать рубить лес массово.

Милатриэль поднял на меня свой взгляд и в его глазах я прочитал ответ.

— Ладно, с этим тоже разберёмся. А зачем вам металл? Мне показалось, что вы и без него прекрасно справляетесь.

— Ты уже знаешь, что в состоянии мараг, нельзя находиться долго. Безопасно не более полугода и после этого нужен как минимум год перерыва, а границы необходимо охранять постоянно. Количество нападений растёт, поэтому мы всё чаще вынуждены нести службу в истинном виде, — начал пояснять Милатриэль. — Качество и количество доспехов и оружия у людей растёт и наше традиционное вооружение против них малоэффективно. Поэтому мы вынуждены обменивать продовольствие на оружие. Кольчуги, мечи, наконечники для копий и стрел.

— А магия?

— Магов у нас много, но вот боевых… можно пересчитать по пальцам. Мы их используем только в самых критических ситуациях.

— Теперь понял. Уверяю, в ближайшее время я решу проблему и с гномами, и с вооружением. Осталось только подумать над наполнением казны, которой я так понял у вас тоже нет.

Эльф тяжело вздохнул и ничего не ответил. Впрочем, это было и не нужно.

— С этим вопросом тоже всё понятно. Что у нас дальше?

— Мы исчезаем. Исчезаем как вид. Постоянные стычки уносят нас с каждым днём всё больше, а прироста практически нет.

— Вам показать, как делаются дети?

Несмотря на серьёзность обсуждаемых проблем, многие улыбнулись.

— Можешь сделать это с женщиной из нашего дома! — раздался голос одного из присутствующих.

— А мы что хуже? У нас тоже есть достойные, — подхватил ещё один.

— И у нас найдётся…

— Стоп, стоп, стоп. Вообще-то это была шутка, — сказал я самым серьёзным голосом. — Я, конечно, всё понимаю, но не стоит принимать мои слова настолько буквально.

Некоторые эльфы заметно приуныли.

«М-да… Пошутил ты явно неудачно».

В общем, демографический рост эльфов тормозили несколько причин. Это и боевые потери, и то, что в состоянии мараг, они не могли размножаться. А их в этом виде бегало по лесу немало, и, как правило, это были именно те, кому собственно и следовало размножаться.

Тем, кто находился в этом виде слишком долго, грозила возможность навсегда потерять способность к воспроизводству, как и способность снова принять истинный вид. Хотя были отдельные фанатики, которые предпочли навсегда остаться в боевой ипостаси.

Да и вообще, дети в эльфийских парах и в лучшие времена появлялись не часто. Возможно, это некая расплата за отсутствие болезней и слишком долгую жизнь.

— Ну что же. Раз уж мне доверена честь спасти ваш народ, будем действовать. Наши возможности я озвучил. Может это и не решит всех ваших, точнее уже наших проблем, но это лучше, чем ничего не делать, — подытожил я.

— И что же нам делать? — заволновались эльфы.

— Готовиться к войне и торговле! Пора тану выйти из леса и занять достойное место в этом мире.

Свой кристалл Ваад инициировал на другом конце территории дома. Разумеется, я приложил все знания и силы, чтобы он поглощал эфир как можно быстрее.

После того как я закончил, вся команда, по очереди принесла вассальную клятву, преклонив колено и положив руку на мой Аум. Точнее на его физическое воплощение.

Они поклялись, что до самой смерти и после неё будут хранить мои тайны. Никогда не предадут не только меня, но и друг друга. Будут верны своему слову и пойдут до конца, чего бы это им не стоило. И пусть мощь кристалла лишит их жизни и души, если они её нарушат.

В знак того, что клятва принята, кристалл отзывался вспышкой света, мелодичным перезвоном и наложением на них моей астральной метки.

Теперь, когда я научился смотреть в астрал, я наконец увидел, как она выглядит. Она представляла собой некую «подложку» ауры, в виде сложного, белого узора, составленного из густо переплетённых между собой символов изначального алфавита разного размера. Теперь можно было не опасаться утечки конфиденциальной информации.

Грим тоже захотел принести клятву, но я его остановил.

— Ты мой брат, — сказал я тихо. — Ты единственный, кому я верю безоговорочно.

Грим в порыве чувств как обычно начал меня тискать, а я в очередной раз переживал, чтобы он меня не покалечил. Но свою астральную метку, всё равно на него поставил. Чтобы те, кто способен «видеть» знали, чей он брат.

***

— А могу я прогуляться по вашему лесу? Посмотреть, что тут и как. Раз уж я здесь, — спросил я у Милатриэля, который, похоже, счёл своим долгом постоянно меня сопровождать.

— Сочтём за честь. Что бы ты хотел увидеть?

— Хочу понять, почему вы не можете нарастить производство продовольствия. Например, интересно посмотреть, как вы разводите скот, или взглянуть на ваши поля.

— Мы не едим мяса. Потому и скота у нас нет. И полей кстати тоже.

— Тогда я не совсем понимаю, как вы вообще решаете этот вопрос. И как же… хлеб и те блюда, которые я ел? У некоторых был явный мясной вкус.

Милатриэль загадочно улыбнулся.

— Пойдём, я тебе кое-что покажу, — сказал он, и сделал приглашающий жест рукой.

Эльф привёл меня в большую рощу, где росли странные деревья с кронами, похожими на грибные шляпы, густо усеянные плодами, по форме напоминающими небольшие тыквы.

— Это туа. Именно их плоды ты и пробовал. По содержанию полезных веществ они даже превосходят мясо. К тому же их мякоть прекрасно утоляет жажду, добавляет энергии и ускоряет выздоровление раненых.

«Обалдеть! «Мясные» деревья. Ещё и с целебными свойствами».

— А вот это — камок, — продолжал свой экскурс Милатриэль, жестом указывая на другое, практически такое же дерево, только с несколько иной формой кроны. — Содержание их плодов аналогично традиционному у людей хлебу.

«Получается то сладковатое тесто, тоже растёт на деревьях. Да они настоящие садоводы. Очень занимательно. Уверен, за пределами Ахель'Тана эти плоды произведут настоящий фурор. Однозначно спрос будет. И немалый».

— Интересно, а каковы вкусовые качества этих плодов после запекания? — поинтересовался я.

— К сожалению, не могу ответить на этот вопрос. Мы не используем огонь. Совсем. Всё, в чём мы нуждаемся, мы выращиваем. Ну, почти всё, — поправился Милатриэль.

— Интересно. Тогда почему бы не высадить этих деревьев побольше, чтобы решить продовольственный вопрос? Излишки всегда можно выгодно продать.

Глава дома грустно вздохнул.

— Мы бы с радостью. Но, во-первых, нам негде их сажать. Для этого придётся рубить лес, а это запрещено. Но это ты уже знаешь. А во-вторых, для того чтобы плодоносить как положено, они поглощают силу леса, которую концентрирует хеаль. А его, как тебе известно, активно уничтожают люди. Сейчас нам хватает, но если дела и дальше будут идти так же как сейчас, то недалёк день, когда эта проблема проявится в полной мере.

— Я так понимаю, что именно эти плоды являются основой торговли с южными кланами?

— Верно. Они давно пришлись им по вкусу и теперь, гномы постоянно требуют увеличения поставок, пользуясь нашей нуждой. Мы как смогли ускорили созревание и плодоносность, но к сожалению, на данный момент, достигли предела.

— Ускорили созревание и плодоносность? Хм… а каким образом вы это делаете?

— Не знаю, как тебе объяснить. Понимаешь, у каждого живого существа, есть такая штука… мы называем её лестницей творца.

«Да пусть меня разорвёт, если он говорит не о ДНК».

— И лестница не обычная, а в виде спирали… — осторожно предположил я.

Милатриэль странно на меня посмотрел. Будто я только что отнял пирожок у его любимой бабушки.

— Да, спираль. Она…

— Содержит в себе информацию обо всём. Как будет расти, выглядеть, сколько проживёт и так далее.

— Именно! — воскликнул Милатриэль. — Но откуда это известно тебе? Это тайные знания нашего народа. Даже Шаттиар'Туаравви не обладали информацией по этому вопросу. Да что там они, даже среди нас эта информация доступна лишь очень узкому кругу.

Говоря это, он выглядел ошарашенным.

— Не беспокойтесь. Мои знания по этой теме, сугубо поверхностные.

— А я и не беспокоюсь. Просто удивлён. До этого момента я был уверен, что подобные вещи не известны за пределами священного леса.

«Ну вот кто тебя опять тянул за язык? Когда-нибудь он тебя погубит».

— А почему вы, обладая подобными возможностями, не решите, проблему с рождаемостью? Вы вполне могли бы… перестроить лестницу, и поправить недоразумение с размножением в состоянии мараг? Ну, или сделать его более практичным.

Милатриэль выпучил глаза, и я впервые увидел столь сильные эмоции на лице эльфа.

— Это строжайше запрещено! — наконец выдохнул он. — Подобное вмешательство в развитие разумных — самый страшный запрет из всех.

«Хм… похоже, у них есть что-то вроде законов о евгенике. Смотри, как разволновался. Не спеши. Попробуй пробить эту тему через Улю. Она теперь всё равно будет с тобой постоянно таскаться. Если конечно она в курсе».

— А вы можете прочитать эту самую «лестницу» у совершенно не знакомого вам существа.

Я вдруг вспомнил о хранящемся в «облаке» трупе плачущей. Было бы не плохо получить с неё хоть-какие «дивиденды».

— Прости, не совсем понял вопроса.

Доставать труп ведьмы в «продуктовом» саду, я не стал. Подумал, что это будет как-то не культурно. Поэтому решил обойтись словами. Без демонстрации.

— Есть тело ведьмы, которая при жизни отличалась крайне неординарными физическими характеристиками. Может её… глубокое изучение, принесёт пользу нам всем?

Эльф задумался всего на мгновенье.

— Мы можем это сделать. Только придётся посетить… закрытую часть леса.

— А мне можно туда попасть?

— Разумеется. Я лично буду тебя сопровождать.

***

Добираться пришлось верхом. И довольно долго. Зато я прокатился на мараге. Он действительно оказался уникальным существом. Особенно меня впечатлил телепатический контакт. Я слышал не только мысли-слова, но и видел ряд быстро мелькающих визуальных образов. Это значительно отличалось от общения с Хельгой.

Наконец мы прибыли. Передо мной раскинулась огромная поляна со странным деревом по центру, чем-то похожим на плакучую иву. Только невероятного, исполинского размера. Не только в высоту, но и по размеру кроны. Она практически полностью накрывала поляну.

У дерева был непомерно толстый ствол, что, наверное, и полусотне человек не обхватить. С множества гибких ветвей, густо переплетённых между собой, свисали ветви потоньше, что порой касались земли. На них росли миллионы мелких, серебристых листьев, шелест которых был подобен еле слышному шёпоту.

— Это Амальтир. Сердце Ахель'Тана, — с огромным почтением сказал Милатриэль.

Вокруг дерева, гигантским кольцом на коленях сидели эльфы с закрытыми глазами и совершенно не реагировали на происходящее вокруг. Их там было не меньше полутора сотен.

— Что они делают? — прошептал я.

— Строят «лестницу».

— Чью?

— Будущего марага.

Я больше ничего не спрашивал, хотя на самом деле, совершенно не понял, что в действительности происходит.

— «Посмотри! Ты видишь это?» — раздался в моей голове возбуждённый голос Косста.

— «Да всё тоже самое. Дерево. Эльфы вокруг».

— «Да истинным зрением посмотри».

— «А-а-а…»

Теперь картина оказалась совершенно иной. Аура Амальтира выглядела воистину впечатляющей. Она ослепительно сияла жёлто-белым светом, так, что хотелось зажмуриться. А напротив меня, прямо в воздухе, «висел» конь. Точнее его астральная проекция.

Я не совсем понимал то, что видел, но заметил сотни тончайших нитей и кончик каждой сиял, словно маленькое солнце. Они постоянно перемещались по телу «коня», ежесекундно создавая яркие вспышки, которые после, нанизывались словно бусы, на уходящую куда-то в крону серебряную нить.

— «Ты понимаешь, что они делают? Это же гениально!» — снова прозвучал в моей голове голос Косста. Только в этот раз восхищённый.

— «Не совсем».

— «Они формируют астральный образ будущего марага. Вспышка — есть фиксация проведённого изменения. Его слепок. Тысячи, многие тысячи слепков. Потом, насколько я понял, их разместят на ните жизни, что позволит развиваться по заданной программе. Понимаешь? Эти слепки — программа!»

— «Ничего себе. А мы так можем?»

— «Не знаю, но не вижу ничего не возможного».

— «Косст, я преклоняюсь перед тобой и силой твоего разума. Думай! Это очень и очень интересно».

Мы с Милатриэлем ожидали конца работы астральных «генетиков» на краю поляны, и спустя часа три, я начал откровенно клевать носом. Смотреть на построение «лестницы» мне откровенно надоело, тем более что там не происходило ничего нового.

Из лап морфея меня вырвало лошадиное ржание. «Генетики» продолжали стоять на коленях, но уже не были похожи на статуи. А около самого ствола Амальтира, я увидел лошадь. На вид самую обычную.

«Она или потом обрастёт «корой» или я чего-то не понял».

Действительно не понял. Как пояснил Милатриэль, «лестницу» строили не у взрослой лошади, а у её зародившегося плода. В соответствующее время, родится жеребёнок, из которого вырастет мараг. Только после этого до меня дошло, что делали эльфы, и каков будет результат.

Наконец мне удалось переговорить с местными «учёными», которые на эльфийском имели длиннющее и совершенно невыговариваемое название. Я же про себя назвал их друидами. Оставил им труп плачущей и получил заверение, что просьба Шаттиар'Туаравви не останется без внимания. После чего мы с Милатриэлем вернулись обратно.

Я поинтересовался у него, какому дому принадлежат «генетики», и он пояснил, что каждый, кто несёт службу у Амальтира, не имеет дома. Они служат всем. Я решил, что это правильно.

Глава 16

— «Ты прекрасен. Мы с тобой подружимся».

— «Айриль», — уловил я протяжную мысль.

— «Тай», — ответил я и зачем-то тоже сделал это протяжно.

Это я знакомился с новым скакуном. Теперь ваш покорный слуга, стал счастливым обладателем марага. Выпросил у Милатриэля для себя и Лении. Огромный, цвета коры многовекового дуба, с блестящими тёмными глазами и кошачьими зрачками. С такими, он должен прекрасно видеть в темноте.

Мараг нетерпеливо бил копытом пока я его осматривал. Наша симпатия явно была взаимной. До меня отчётливо доносились «тёплые» эмоции. Я не спеша оседлал своего нового боевого товарища. Только обошёлся без самого седла. Пришлось ограничиться попоной и плоской подушкой сверху, чтобы хоть как-то облегчить незавидную судьбу моей задницы.

Эльфы, вообще ничем подобным не пользовались. Обходились даже без уздечек. Управляли телепатически. Хотя я всегда считал, что приспособления для верховой езды не только удобны, но и практичны. Не зря же их изобрели. Не здесь, разумеется. Осталось только продумать, как всё это реализовать на мараге.

Стремена. Вот о чём я постоянно забывал. Профессиональные кузнецы под боком, так что оставалось только решить проблему с кузницей и местом для её размещения.

Я давно начал осваивать стрельбу верхом, но, по-моему, чисто субъективному мнению, со стременами должно было быть гораздо удобней. Без них слишком уж трясло и никакой возможности привстать. Это если промолчать о возможности нормально развернуть тело. Хотя тут мешала не только неудобная для меня посадка, но и банальная нехватка практики.

Первоначальная радость от того, что стрелы моего лука летят идеально прямо — развеялась. Поразмыслив, я понял, что минусы в этом тоже есть. А самый главный, это невозможность стрелять навесом. Особенно если действовать крупной группой или из-за укрытия.

После недолгих раздумий, я принял решение всё-таки заскочить в гости к южным кланам. Получить по возможности кое-какую информацию, ну и взглянуть на них одним глазком заодно. Когда ещё придётся? Тем более что поездка на родину учителя снова отложилась на неопределённый срок. И конечно хотелось увидеть Галлендрон. Знаменитый город-в-горе.

С собой взял только Лению к её великой радости. Правда Уля на мгновенье бросила на неё такой взгляд, что я даже в глубине души забеспокоился о безопасности рыжей. Только разборок на почве ревности мне не хватало для полного счастья.

Грим тоже остался у эльфов. Тем более что я собрался погонять марагов и посмотреть на что они способны, а значит, братцу пришлось бы бегать на своих двоих. Не на слоне же ему за нами гоняться, да и до Галлендрона был не самый близкий путь. Даже на мараге который мог без устали скакать сутками (зато мы не могли, хотя Ления в этом вопросе оказалось подготовлена лучше), путь только туда, по моим подсчётам должен занять несколько дней. Не считая переправы через реку и возможного пересечения человеческих территорий. А я не знал, чьих людей мы в тот раз покрошили на берегу. В общем, решил не привлекать Гримом внимание, хотя он протестовал до последнего.

Форсировать реку нам посоветовали практически у самого подножия гор. Недалеко от места, где десятки небольших горных рек и речушек, сливались в одну.

Эльфийские пограничники, сопровождавшие нас к границе леса, указали броды и вообще, где можно спокойно перебраться на другой берег. Тем не менее, мы всё равно изрядно вымокли. Далеко не везде удалось перейти воду и остаться сухими. Местами пришлось и вплавь.

Как оказалось, у южных кланов был небольшой речной флот и паром, который они использовали для перевозки грузов в лес и обратно. Но я решил переправиться более незаметным способом.

Встречи с людьми удалось избежать, и мы добрались до нужной точки, практически никем не замеченные. На территорию Галлендрона въезжали практически в полдень, и я сразу же пожалел, что мы верхом на марагах. Они привлекли внимания не меньше, чем это сделал бы братец.

На въезде в торговую зону, пришлось заплатить пошлину. Два золотых. По одному с носа. Гномы скупердяи редкостные. Хотя я понял это ещё в Астарте. Деньги драли за всё, хотя дело своё знали, этого у них не отнять.

Сам город посмотреть не вышло, потому что стража не дала даже приблизиться к воротам ближе, чем на двадцать метров. Внутрь они пускали только своих сородичей. Всё, что удалось увидеть — большие, массивные ворота, густо исписанные рунами.

Короче, меня немного опечалило. В библиотеке Архифана, я прочитал, что у них для гостей доступна некоторая часть города, но реальность оказалась иной. Тогда мы отправились на внешний рынок.

По сравнению с человеческими, их рыночная площадь, была совсем маленькой, а непосредственно гномья часть и вовсе крошечной. Осмотр того, что они предлагали, не занял много времени. В основном они работали на заказ и представленное в свободной продаже, энтузиазма не вызвало. Короче меня ничего не заинтересовало, а то, что привозили на продажу для них, тем более.

Единственное, что я купил слитки булмака. Всего четыре штуки, и то, как я понял, мне повезло. За каждый шла чуть ли не драка. Они никогда не залёживались. Каждый стандартного веса — около пяти кило, и я спокойно мог увезти их самостоятельно.

А вот кузнечное оборудование было представлено в самом широком ассортименте, но, чтобы увезти набор из трёх наковален, мехов и чего-то там ещё, требовались как минимум две крепкие телеги. Хотя возможность закинуть покупки в «облако» никуда не делась, я не хотел в этот раз красоваться своими возможностями. Меньше знают, крепче спят. Тем более что везти это в лес всё равно не было никакого смысла. Там нельзя разводить огонь.

— Ой! Тай, смотри какие штучки, — воскликнула Ления и оторвала меня от размышлений.

Ну конечно же, ювелирка. Все женщины одинаковы. Не дожидаясь моей реакции, она тут же начала хватать руками понравившиеся украшения, под одобрительный взгляд хозяина павильона.

— Ну как? — спросила она, прижимая к груди великолепное колье с разноцветными камнями.

— Тебе идёт, — автоматически ответил я, потому что в этот момент оценивал камни на пригодность к накоплению эфира.

Увидев моё равнодушное лицо, Ления надула губки.

— Я всё равно его хочу. Купи. Потом отец вернёт тебе его стоимость.

От этого предложения я даже оскорбился.

— Дорогая, зачем отец? Я же лучше. Бери что хочешь, — опрометчиво предложил я.

Уже через секунду я попал в крепкие объятья, а поцелуи Лении в щеку, быстро добрались до моих губ.

Я мягко отстранил её.

— Ления, на нас все сморят.

— Тю! Ну и пусть смотрят, — сказала она, бросила на меня хитрый взгляд и тут же вернулась к прилавку с украшениями.

В конечном итоге я полегчал на круглую сумму, но счастливое лицо моей спутницы компенсировало эту потерю. Правда пришлось и Уле купить ожерелье, под недовольный взгляд рыжей. Ничего, пусть привыкает.

Естественно, что Гоовар выразил своё недовольство:

— «Бесполезные траты. Ты с ними даже не спишь».

— «Ничего ты не понимаешь, змей бесчувственный. Они же девочки. Пусть порадуются».

— «Транжиришь кровью и потом заработанное…»

— «Гоовар, вот честно, отвали».

Он похоже обиделся и больше ничего не говорил.

Мы прошлись по местам, где гномы выставляли на продажу свою магическую продукцию. Продавцы на удивление даже не особо пытались впарить нам свой товар, видимо считали, что их продукт не нуждается в презентации. Впрочем, я лишний раз убедился, что в свободной продаже у них только откровенный ширпотреб, по космическим ценам.

Пока мы гуляли по рынку и совершали покупки, я заметил, что все с откровенным интересом смотрели то на нас, то на марагов. Особенно гномы. Эти создание были им знакомы. Просто они не понимали, как они попали к нам. К людям.

Так вот, в тот момент я и заприметил пухлого коротышку, который прохаживался вдоль торговых рядов с очень важным видом. За ним семенил другой, не менее упитанный и важный, с толстенной книгой, и постоянно делал там какие-то пометки. По виду и поведению — администратор рынка с писарем, или кто-то вроде того.

После того как я понял, что нам тут в принципе больше делать нечего, я обратился к этому чрезмерно важному гному. Собственно говоря, я по большей части для этого и приехал. В надежде, что смогу найти ответ на интересующий меня вопрос.

— Уважаемый, не уделите ли пару минут вашего драгоценного времени? — обратился я к нему, добавив в свой тон немного лести.

Гном весь надулся от важности, от чего из «квадрата» превратился в «куб» и степенно ответил:

— Я вас внимательно слушаю.

— У меня тут кое-что есть, — сказал я, и достал одну «икринку» огненного червя.

Вся спесь с коротышки мгновенно слетела, и он дрожащим голосом спросил:

— Можно?

Он взял её в руки, внимательно осмотрел со всех сторон, понюхал и зачем-то лизнул. Затем, прежде чем я успел открыть рот и собственно говоря, спросить о том, о чём собирался, гном неожиданно развернулся и со всех ног побежал в сторону городских ворот. Немного замешкавшись, за ним следом припустил и писарь.

— Я сейчас, — крикнул коротышка не оборачиваясь, и быстро скрылся в недрах горы.

«Не понял. Что это сейчас было? Получается, что гномы знают, что это. А может, даже знают, что с этим делать? Ладно, подождём».

Ждать пришлось долго. Мы успели плотно перекусить, а я ещё и серьёзно опустошил запасы пива в «наливайке» при рынке. Кстати оно оказалось производства гномов, и было отличного качества и вкуса. Такого мне ещё в этом мире пробовать не доводилось. Жаль только, что общественный туалет тут поставить никто не додумался.

Спустя два часа, я, даже будучи сытым и прилично окосевшим от обильного возлияния, уже отчаялся дождаться ответа и начал откровенно заводиться. Не спасла даже приятная компании в лице Лении, которая сочла момент вполне подходящим и усиленно строила мне глазки.

Я уж было собирался устроить коротышкам скандал, как наконец из ворот показалась «пропажа». Только сейчас, вместо писаря, его сопровождала целая делегация с ещё более квадратным и важным гномом во главе.

«Интересно, будут бить или торговаться?»

Оказалось, ни то ни другое.

— Откуда это у тебя? Есть ещё? — нагло и грубо спросил самый важный из гномов, что вышел с «администратором».

Сказав это, он смотрел на меня с надменным видом, будто перед ним какая-то вошь. Я исподлобья взглянул на этого нахала, но сдержался и не стал хамить в ответ.

— Для начала верните то, что взяли.

— Отвечай на вопрос! — угрожающе сказал гном.

— Для твоего роста, у тебя слишком длинный язык. Если ты его не прикусишь и не начнёшь говорить повежливее, я его отрежу.

В этот раз тон коротышки реально вывел меня из себя, хотя внешне на мне это никак не отразилось. Я говорил холодно и спокойно, несмотря на взыгравшую «пьяную дурь».

Охрана этого наглого коротышки взялась за оружие. На всей площади воцарилась тишина. Как и везде, народ всегда охоч до драк и скандалов, и слышит и видит всё, что ему на самом деле слышать и видеть не следует.

Я же краем глаза заметил одну особенность у двух воинов, что пришли вместе с «делегацией». А именно их вооружение. Я впервые видел в этом мире арбалеты. Размером чуть не с самих гномов. Взведённые тетивы и острые жала болтов заставили меня занервничать.

— «Косст. Щит выдержит попадание такой штуки?»

— «Один точно, насчёт двух сразу… не уверен. Смотря насколько они мощные. Лучше не доводи до этого».

— «Ну, это как получится».

Я попытался показать своей спутнице, что ситуация явно выходит из-под контроля и нужно быть готовым в любой момент делать ноги.

Ления оказалась девочкой умной, и легко, как бы походя, вскочила на марага.

— Дорогой, заканчивай свои дела, а я подожду тебя снаружи, — сказала она с улыбкой.

У меня немного полегчало на сердце. Гномы же вообще не обратили на неё никакого внимания.

— Где то, что вы у меня взяли? — спросил я у побагровевшего «квадрата».

— Оно конфисковано, — выдохнул он.

У меня брови пошли вверх.

— И на каком основании? Потрудитесь объяснить любезный.

Гном мычал что-то нечленораздельное и внятного ответа, я от него так и не услышал.

— И?

— По приказу совета старейшин, ЭТО, конфисковано. Потому что ты не имеешь права этим владеть, — наконец выдал он.

Кровь ударила в голову. Я с трудом сдерживался чтобы не наделать глупостей.

— То есть, вы меня ограбили? — тихим вкрадчивым голосом поинтересовался я, хотя внутри буквально бурлил.

Гном бросил мне под ноги тощий кошель и надменно произнёс:

— Компенсация. Забирай и уходи.

«Судя по размеру кошеля и отсутствию звука металла там, скорее всего кристаллы их банка, а не натуральное золото. Интересно, во сколько они оценили «икринку» и свою безмерную наглость?»

Несмотря что гномы попытались откупиться, я всё равно закипел. Как от учинённого беспредела так и от их скотского обращения. Кто бы знал, как мне в тот момент захотелось увидеть в пыли внутренности того «квадратного» хама и плевать на арбалеты. Краем глаза, я увидел, что Ления выехала за ворота.

— То есть всё-таки ограбили? — уже не сдерживаясь, переспросил я.

— Мы ничего не вернём. Бери золото и уезжай. Это принадлежит нам!

Я вскочили на марага и тронулся к выходу. Кошель так и остался лежать в пыли. У самых ворот, я снова обратился к этим полутораметровым наглецам, и постарался говорить погромче, чтобы как можно больше людей услышали мои слова. Хотя и без этого наша перепалка привлекла всеобщее внимание.

— Глупый и жадный вы народец. Вы даже не попытались договориться. Просто отняли. Вы бандиты и воры! Я говорю это, чтобы все слышали.

Народ как-то резко рассосался и вокруг меня образовалось свободное пространство.

— Бандиты и воры! — повторил я ещё раз и сделал паузу.

Стража гномов, с оружием наперевес начала обходить меня с двух сторон, а арбалетчики взяли на прицел.

— Вы и ваш совет обокрали меня и отныне, каждый представитель южных кланов — мой враг, и поступать с вами буду соответствующе, — закончил я, и сразу же ушёл в галоп. От греха подальше.

«Плохо. Теперь ещё и вражда с коротышками. Может я зря погорячился? Что такого в этой «икре», что они приняли столь поспешное и необдуманное решение? С другой стороны, мне крупно повезло, что они сразу не сообразили взять меня в клещи. Они вполне могли успеть закрыть ворота и навалиться на меня толпой, будь чуть порасторопнее. А потом долго и нудно пытать в своих подземельях, не припрятал ли я ещё этой самой «икры». Чёрт. Чуть не попал. Нужно срочно возвращаться в лес, может эльфы прояснят ситуацию».

— Что теперь будет? — встревожено, спросила Ления, переведя дыхание после бешеной скачки.

— Не знаю. Но коротышки ещё об этом пожалеют.

— Может не надо? Гномы злопамятны и золота у них неприлично много.

— Не беспокойся, всё будет нормально. Для начала нужно выяснить, что такого в той «икре», что они решили нарушить свои же законы.

— Икре? Какой икре?

«Чёрт, она же не в курсе».

— Не забивай свою прелестную головку мелочами.

Ления обижено надула губки.

— Не очень-то и хотелось. Нужно просто обратиться к знающему человеку, — пробурчала она.

Я вопросительно посмотрел на неё.

— Ты знаешь такого?

— Конечно. Это мой отец. К тому же, в Астарте есть библиотека. Очень старая библиотека. Она закрыта для посещения и вообще мало кто знает о её существовании. Доступ туда есть только у избранных. Кстати у папы, такой допуск есть, — с гордостью сказала Ления.

По прибытию в Таль'Анук, я сразу же поднял вопрос с гномами, но там все пришли в недоумение. Короче, никто ничего конкретного сказать не смог. Сплошные предположения, которые меня категорически не устраивали.

Единственной, на мой взгляд, правильной мыслью, была взять «языка» и хорошенько его порасспрашивать. С особым пристрастием, так сказать. В идеале, того коротышку, который изрядно вывел меня из себя.

Милатриэль же, услышав это, заверил, что южные кланы, несмотря на жадность, всегда свято блюли законность, а тут такое.

«Ага, особенно касаемо вырубки леса, — подумал я, но вслух ничего не сказал. — Значит, придётся искать ответ в Астарте, а не выйдет, примусь за коротышек».

***

— Что скажете? — поднял вопрос один из присутствующих на встрече глав эльфийских домов. — Не кажется ли вам, что события с появлением Тая Грухаад'Иира, стали развиваться как-то слишком быстро и в негативном ключе? Ссора с галорцами нам сейчас совсем ни к чему.

— Скажу так. Мой дом готов к переменам. Мы слишком долго находились на задворках жизни, — твёрдо сказал Милатриэль, сидящий во главе собрания. — А что качается гномов, то их давно пора поставить на место.

— Конечно готовы, — с голосом полным сарказма произнёс эльф, с другого конца стола. — Дочку к Истинному пристроил. Заполучил сразу два Аума… И вы уверены, что Тай потянет ситуацию с южанами?

— А что с южанами? Уверен, они уже про него забыли. Они получили то, что хотели, а Тай никого из них не убил. По крайней мере, пока. А раз между ними нет крови, говорить о проблемах с южными кланами рано. Так что этот вопрос можно опустить. А что касается вашего недовольства касаемо покровительства… вы предлагаете что-то конкретное уважаемый Лазидаль?

— Молодой Шаттиар'Туаравви должен будет взять себе женщину из малого дома! — ответил тот с вызовом.

— Предполагаю, что из вашего?

— А почему бы и нет!

— Вы считаете, что имеете право решать судьбу Истинного за его спиной? — поинтересовался Милатриэль и обвёл глазами всех присутствующих.

За столом воцарилась тишина. Только тени различных эмоций пробегали по лицам присутствующих.

— И всё-таки, доля правды в словах Лазидаля есть, — задумчиво поддержал главу малого дома, сидящий рядом с ним эльф. — Всё равно нужно принять решение, которое устроит всех. Непонятен момент, что нам вообще со всем этим делать. Дом Грухаад'Иир есть, но он не принадлежит нам. Мало того, в нём кроме самого Шаттиар'Туаравви присутствуют люди и потомки Далина. Их нам только не хватало.

После этого наступила тишина и присутствующие погрузились в размышления.

— А с чего вы решили, что они вообще в него входят? — спросил другой член совета, до этого момента не участвовавший в дискуссии.

— Чем вам не ритуал приятия в род принесение его спутниками клятвы личной верности?

— А ведь и правда, — подхватил слова Милатриэля глава ещё одного малого дома, по имени Алиталь.

— Так что же делать нам? — снова подал голос Лазидаль. — Раз уж мы готовы смирится с гипотетическими проблемами с галорцами, с присутствием в доме Грухаад'Иир людей и представителей северных кланов, всё равно остаётся проблема, что мы в нём представлены в абсолютном меньшинстве.

— Сделаем так, каждый глава дома выберет одного самого достойного, а лучше достойную, — с явным намёком произнёс Милатриэль, — и они принесут клятву личной верности Шаттиар'Туаравви, когда он вернётся. И вот нас уже большинство. А дальше… дальше будет видно. Думаю, пока не стоит загадывать слишком далеко наперёд. Всё только начинается, и потому, будущее слишком размыто. Время всё расставит на свои места. Главное не пускать ситуацию на самотёк.

Глава 17

Прибыв в Астарту, я переживал, что также как и в Галлендроне, мараги привлекут к себе пристальное внимание, но я ошибся. В пресыщенном всякими диковинками городе, до них не было особого дела. Так, любопытные взгляды, но не больше.

Ульвию, я заставил предусмотрительно замотаться в плащ и прикрыть голову капюшоном. Здесь, в Астарте, где был крупнейший рынок рабов, столь необычная, редкой красоты женщина, могла заинтересовать теневых хозяев города. Хватит того, что Нассус разинул на неё свой роток.

Конечно, Уля не овца и так просто её не взять, но в то же время, я чётко знал, что на свете нет ничего невозможного. Сильно захотят, могут и умыкнуть.

Связываться с местным криминалитетом, не было никакого желания. Да и насчёт марагов, я не сильно обольщался. Кому надо, уже всё заметили. Наверняка найдутся желающие заиметь подобного скакуна. Что же, попутного ветра в горбатую спину.

Вывеску «Счастливый Вангур» Грим чуть не расцеловал, так был рад снова туда попасть. Оценил зараза комфорт. Пока я разбирался со стражей и размещал его любимого Бон-Бона, он отправился прямиком в гостиный двор.

Мы только начали располагаться, а он уже сидел в бассейне и его мылили две рабыни. Братец принимал водные процедуры с таким блаженным выражением лица, что я не посмел возмутиться, что он скинул на меня свою животину.

Не успели мы разместиться, как на нашем пороге оказался вездесущий Комод, который принёс приглашение от Понтаса. На ужин.

«На ловца и зверь бежит».

***

— А ты почему лежишь? — спросила Ления с искренним удивлением в глазах, узрев меня в горизонтальном положении.

— Притомился. А в чём дело? До вечера ещё уйма времени.

— Но ты же не собираешься пойти к моему отцу в таком виде?

— А что не так? Это же просто ужин. Я же не руку твою просить пойду, — сказал я и хохотнул.

Ления прищурила глаза и метнула в меня парочку «молний».

— Нет. Так дело не пойдёт. Тебе обязательно нужно посетить купальню, натереть тело благовонным маслом… Прилично одеться.

— Ты серьёзно?

— Как никогда! И поторопись. Подходящую одежду и обувь ещё нужно купить. Опоздание неприемлемо. Я жду тебя во дворе.

Рыжая сказала это ледяным тоном и вышла, гордо задрав подбородок, и оставив меня в полном недоумении.

***

Ужин проходил в малом приёмном зале. Хотя малый он, конечно был, с большой натяжкой. Хотя, смотря с чем сравнивать. Я же не видел большого.

Мне очень понравился предтрапезный ритуал. При входе, нам предложили разуться и позволить рабыням омыть ноги, что я сделал с огромным удовольствием. Тем более что я всю жизнь ненавидел сандалии, которые тут были самой распространённой обувью и которые я надел исключительно под давлением Лении. Она заявила, что прийти на ужин в моих повседневных сапогах, будет открытым хамством. Пришлось сдаться.

Трапезничали мы, если можно так выразиться — в узком семейном кругу. Понтас, Ления и я. В отличие от Халлады, тут знали и использовали столовые приборы. Правда, без ножей. Мясо и пироги и прочее подавались уже порезанные, либо это делал специальный раб или слуга.

Ели неспешно. Каждые десять минут меняли блюда. Я не успевал толком распробовать одно, как его уносили, и передо мной стояло следующее. Точнее уносили весь столик, а взамен ставили другой. Но, на вкус всё было более чем изумительное. Кормили у сенатора отменно, что в его положении не удивительно.

Ужин проходил практически молча, лишь иногда обсуждали то или иное блюдо. Чувствовалась некая неловкость и напряжение. Если бы не танцующие полуобнажённые рабыни под звуки флейт и каких-то струнных инструментов, похожих на арфы, было бы совсем грустно.

Когда подали десерт, Понтас решил, что пора побеседовать на более серьёзные темы и попросил Лению оставить нас. Удивительно, но она даже не возразила. Молча покинула своё ложе, по очереди поцеловала нас в щёчку и удалилась.

— Ну вот скажи, зачем ты поссорился с южными кланами? — спросил сенатор усталым голосом, как только мы остались одни.

Я недоумевал, как он об этом узнал. Тем более так быстро.

— Это не я с ними поссорился, а они со мной.

Понтас в удивлении приподнял бровь.

— Они меня ограбили, причём самым наглым образом, — пояснил я.

— И что они у тебя отняли?

— Некий кусок металла.

— А поточнее?

— Именно это я и собирался выяснить у них как у специалистов. А они мало того что отобрали его самым наглым образом, так ещё и выставили всё так, будто это я их обокрал. Заявили, что ЭТО, принадлежит им.

— Ясно. И что теперь?

— Буду резать, — равнодушно ответил я.

— Ты серьёзно? — спросил Понтас, в голосе которого, я отчётливо уловил волнение.

— Конечно. Но не беспокойтесь, не в пределах вашего славного города.

— Они могут быть опасными врагами. Очень. Золота у них до неприличия много, а ты я уверен, представляешь себе его силу.

— Ления сказала практически тоже самое.

— Может стоит прислушаться?

— Ничего страшного пока не случилось, — отмахнулся я.

— С тобой моя дочь.

— Так пусть остаётся дома. Надеюсь, вы решили ваши… м-м-м… затруднения. Сейчас я опасный попутчик. У меня и без южных кланов проблем хватает. Хотя она вряд ли согласится, даже если это будет необходимо.

Понтас тяжело вздохнул.

— Пока ей лучше держаться от Астарты подальше. Вам и сейчас не стоило приезжать.

— Знаю, но выбора не было. Нам пришлось, — сказал я, и виновато развёл руками. — Решу один вопрос, и сразу уедем. А у Лении, вы сами знаете, характер ещё тот. Хотя пороть её конечно поздновато.

Мы вместе рассмеялись.

— Да уж. Это точно. Её мать рано умерла, а я хотел, чтобы девочка росла счастливой.

— И разумеется ни в чём ей не отказывали.

— Именно, — ответил Понтас и вздохнул. — А теперь, она мне: «Папа, ты ничего не понимаешь». Слышал? Это я ничего не понимаю. Хотя я действительно не понимаю, что с ней происходит.

— Да ладно вам. Всё вы прекрасно понимаете. Замуж ей пора. Я не себя имею в виду, — уточнил я, поймав взгляд сенатора.

— Проблема в том, что она собралась выйти за тебя.

В этот момент я решил хлебнуть вина, и, услышав это, поперхнулся.

— Вы сейчас пошутили? И вы так спокойно об этом говорите?

Он снова тяжело вздохнул.

— По ней видно, когда спорить бесполезно. И это, как раз тот случай.

— И что делать? — спросил я скорее у себя самого, чем у него.

— Я утрясу свои проблемы. Отдам за тебя Лению. Конечно же, помогу устроиться в городе. Решу твои разногласия с южными кланами. Через годик получишь достойную моего зятя должность, тем более что ты маг. А там глядишь и внуки у меня появятся, — мечтательно закончил Понтас.

Пока он говорил, мои глаза округлялись, а нижняя челюсть плавно опускалась на грудь.

— Вы сейчас серьёзно? — спросил я, находясь в полнейшем шоке. — Вы — могущественнейший сенатор Великого города, готовы отдать дочь, за безродного голодранца с севера, у которого кроме меча и коня собственно и нет ничего? Ущипните меня.

Понтас хитро усмехнулся.

— Ну не такого уж и голодранца. И насчёт безродного тоже не соглашусь. Достаточно посмотреть, как ты выглядишь, говоришь, ходишь, ешь, пьёшь… обращаешься с деньгами. Не знаю, откуда ты, но уж точно не из семьи северных оленеводов.

— Ну…

— И такого меча и коня как у тебя, нет ни у одного известного мне человека. И кстати, а как ты вообще умудрился заполучить марага?

«О, он в курсе, что это мараг. И свой меч, я ему тоже вроде не показывал. Не зря он занимает своё место. Не зря».

— Вы очень наблюдательный и… информированный человек. Спасибо конечно за оказанное доверие, но думаю, вы и сами понимаете, что наш брак невозможен. По крайней мере, в его традиционном виде.

— Положение обязывает, — вздохнул сенатор. — А насчёт женитьбы, понимаю. Ладно, оставим эту тему до более спокойных времён. Я так понял тебе нужна моя помощь?

— Да. Мне нужно попасть в вашу библиотеку. Ту, что закрыта от посещений.

— И что ты там хочешь найти?

— Причину конфликта с коротышками.

Понтас задумался.

— У меня есть туда доступ, но вот провести… не знаю, не знаю. Даже у меня допуск чисто формальный. Никогда им не пользовался. Я, знаешь ли, не маг. Хотя задатки имеются… Ну да ладно. Так вот, библиотекой у нас заведуют как раз маги, а с ними порой сложно договориться. Уж очень они у нас упёртые. Собственно, как и все представители вашего ремесла. Не буду обещать, но попытаюсь. Тем более что я тебе должен, — закончил Понтас и рассмеялся.

***

Сенатор оказался мужиком серьёзным, в чём я ни на мгновенье не сомневался. Поэтому уже следующим утром я шёл в святая святых, в сопровождении пары донельзя недовольных, молодых магов. По всей видимости Понтас серьёзно на них надавил.

— Ничего руками не трогать, — предупредил один из сопровождающих, с маской брезгливости.

— Какая тема тебя интересует? — спросил другой, с аналогичным выражением лица.

— Всё, что есть об огненных червях. Меня интересуют любые упоминания об Ушхан, — уточнил я на всякий случай, нисколько не обращая внимания, на их вызывающее поведение. — Также интересуют труды по рунической магии высшего порядка. На ваше усмотрение. Кого-нибудь из великих. Если конечно найдётся.

Брезгливое выражение на лице мага сменилось искренним удивлением.

— Ты знаешь древние языки?

— Не уверен в этом, — ответил я, решив не вдаваться в подробности.

Удивлённый маг ушёл, а я остался под «охраной» второго в круглой комнате, со стоящими креслами вдоль стены и большим столом посередине. Похоже на читальный зал.

Вскоре вернулся маг с парой увесистых томов.

— Это единственное, где по библиотечным спискам упоминаются огненные черви.

Он положил передо мной книгу в металлической обложке.

— Правда написана она на изначальном языке гномов, — добавил маг и усмехнулся. — А это то, что касается рунической магии.

И рядом с первым, лёг второй, но донельзя странный том.

— Как ты и просил, самого высшего порядка, от самого из великих, — с ещё более глумливой улыбкой добавил он.

Через три часа, я просмотрел всё, и многое стало понятно. Косст бился в восторженном экстазе от полученных материалов. Но если с первой книгой всё было более-менее просто, то вторая вызвала больше вопросов, чем дала ответов.

К моему удивлению, в ней, несмотря на толщину, было всего пять страниц. Но ещё больше странностей я обнаружил после того как приступил к её изучению. Сами страницы оказались довольно толстыми и изготовленными из неизвестного металла, и она оказалась скорее подшивкой таблиц, чем книгой.

Так вот сей труд, явно создал какой-то безумец. Он мало того, что всё зашифровал, но и сделал так, что настоящий текст был виден только сквозь астрал. Я теперь любые подозрительные предметы всегда проверял на наличии магии и обязательно осматривал вплоть до седьмого слоя, на случай меток или чего-нибудь ещё в таком духе. Оказалось, не зря.

Перед моими глазами развернулось трёхмерное изображения текста, таблиц и прочего, что в первые секунды вызвало у меня спазм дыхания. Автор на одну «страницу», умудрился втиснуть невероятное количество информации. Осталось только понять, что это.

Короче накрутил этот таинственный автор от души. Он явно страдал серьёзной формой паранойи. Предвкушение, что в этом труде скрываются какие-то уж очень особые знания, а может даже и запретные, прибавили хорошего настроения.

Сходу разобраться в написанном не удалось, хотя я и не пытался. Для этого у меня были драконы во главе с Косстом. Они с явным энтузиазмом отозвались поработать над дешифровкой материала.

И да, причина, по которой гномы вцепились в «икринку» червя, тоже стала ясна и понятна. При определённых манипуляциях, она превращалась в непревзойдённый по ёмкости накопитель. Ни один драгоценный камень не мог с ней сравниться. Кроме этого, «икра» являлась главной легирующей добавкой при производстве тёмного гарваля.

Насколько я понял из прочитанного, получаемый при этом сплав, не имел себе равных по всем параметрам. А самое главное, обладал способностью, которую гномы называли — гаргара. Естественно, что расшифровать термин никто не удосужился, а у меня самого, не возникло никаких мыслей по этому поводу.

В книге, гномы скрупулёзно описали технологию изготовления сплава, включая пропорции и температурный режим. Вот только их единицы измерения вызвали у меня некоторое затруднение. Без эталонов, было совершенно непонятно, что со всем этим делать. И про превращение «икры» в накопитель, кроме общей информации, не было ни слова. Я решил, что даже «язык» тут не поможет. Уж очень специфическая информация. Тут профильный специалист должен попасться.

«Ладно, поразмыслю о этом на досуге, а сейчас пора откланяться, пока эти двое не извелись от нетерпения».

— Спасибо, можете уносить, они мне больше не понадобятся, — сказал я, и поднялся из-за стола.

— Не хочешь ли ты сказать, что сумел что-то прочитать? — с расширенными глазами спросил один из магов.

— Нет, что вы. Я просто посмотрел картинки. А сейчас простите, мне пора.

— Но там нет картинок… — услышал я вслед растерянный голос.

***

— Нашёл что искал? — поинтересовался Понтас.

— Даже больше, чем рассчитывал, — честно признался я. — А сейчас, простите, но я вынужден вас покинуть. Как и этот замечательный город. Хотя город позже, нужно решить парочку неотложных вопросов.

— Надеюсь не с южными кланами?

— Не беспокойтесь. Я уже говорил, что не на территории Астарты. И, можно вопрос?

— Спрашивай.

— Есть один человек, который меня… несколько донимает. Нассус Гальдон, если вам что-то говорит это имя.

Лицо Понтаса скривилось в маске отвращения.

— Как тебя угораздило с ним зацепиться? Мразь редкостная.

— Это я и сам заметил. Кто он, если не секрет.

— Не секрет. Работорговец. Входил в торговую гильдию Астарты. Был обвинён в подлоге, хищениях и заказном убийстве. Правда, доказать ничего не смогли. То свидетели пропали, то исполнитель убийства неожиданно сам нашёлся, дал обеляющие Гальдона показания… и умер. Кашей подавился. Так или иначе, Нассусу всё равно пришлось покинуть город. Сейчас обосновался в Балеаре. Один из торговых советников тамошнего басилея.

— Что-то ещё?

— Умён. Хитёр. Жесток. Собственно, как и все работорговцы. Обожает красивых женщин. Богат и жаден, — перечислял Понтас. — Крайне опасный человек. Не связывался бы ты с ним.

— Поздно, — сказал я и несколько наигранно вздохнул.

— И тут успел. У тебя талант находить неприятности.

Я на это только пожал плечами и развёл руки. Типа, они сами.

Понтас вздохнул и спросил:

— Куда теперь?

Я внимательно посмотрел на него.

«Интересно, с какой целью интересуется?»

Но он прервал ход моих мыслей.

— Молчу и ничего не спрашиваю. Лению возьмёшь с собой?

— Честно сказать, я бы предпочёл оставить её дома. На севере не безопасно.

Пару секунд поразмыслив, я не стал не скрывать от Понтаса направление своего путешествия. Подумал, что не помешает проявить чуточку доверия, хотя я и так был уверен, что он всё узнает в самые короткие сроки. Сенатор не тот человек, кто пускал что-либо на самотёк.

— Да и путь туда вряд ли будет усыпан розами. Тарн возможно заимел на меня зуб. В Балеаре Нассус… а в Агросе Сильва. М-да…

Неожиданно раздался голос Лении.

— Ты обещал отвести меня на север.

— Ты что подслушивала? — воскликнул я одновременно с Понтасом.

— Нет, я… проходила мимо, — сказала она и густо покраснела.

«Хорошая девочка».

— И что ты слышала? — спросил Понтас сурово. — Судя по виноватому лицу, я так понимаю, что всё.

— Простите, я не хотела. Это произошло случайно. И дома я не останусь, — твёрдо заявила она.

Ну что ты будешь с ней делать.

***

Если уж и скупаться, то как не в Астарте. На её рынках можно было приобрести вообще всё, что только может пожелать человек. Предыдущая ошибка была учтена, и теперь я набивал «облако» по полной программе. Продовольственной. Братец полностью со мной согласился, а потом выдал: «Чем больше я ем, тем больше народу готов убить». Маньяк чёртов.

— Тай, а ты можешь забросить в «облако» живых овец? — спросил Грим, плотоядно глядя на блеющих «несчастных» в загоне.

Я недоумённо посмотрел на него.

— Зачем?

— Ну как… Достал овцу, съел печень…

— Грим! Ну какая печень? Это же не дичь.

— И что? Всё равно вкусно.

— Нет братец, живых в «облако» нельзя. Только мёртвых. И желательно выпотрошенных и освежёванных.

— Жаль. Овец нужно много, а сразу столько печёнки в меня не влезет.

— Не переживай, я сложу её отдельно. Специально для тебя.

— Не, такая не пойдёт. Печень полезна только когда она «живая».

«Ах вот оно что. Она оказывается полезна», — подумал я с изрядной долей иронии.

— Ну извини. Уж как есть.

— Ладно. Нет так нет. Только давай возьмём сразу… сто голов.

Я посмотрел на него как на ненормального.

— Зачем столько?

— По одной овце в день вам, одну мне, и то, их даже на две луны не хватит.

Я подумал: «Ну и обжора». Но вслух произносить это не стал. Гриму очень не нравилось когда его так называли.

— Как скажешь брат. Сто так сто, — согласился я и тяжело вздохнул и подумал:

«Может и хорошо, что он не умеет считать больше ста. Страшно представить, какую бы он тогда назвал цифру».

Конечно, только овцами я не ограничился. В «облако» отправились: местный аналог кур (люблю похлебать куриный бульончик), десятки мешков злаковых, сотни килограмм овощей, фруктов, всевозможных ягод и несколько десятков больших кувшинов с вином. Последнее, по спецзаказу Грима. Оно ему полюбилось после вартанской кампании. Хотя и на всех остальных тоже взял. Лишним не будет.

Я всегда считал, что сбалансированное питание — залог здорового организма. Это братец мог круглый год питаться только мясом, которое считал самой полезной едой. Каши Грим не любил. С его слов, он ими не наедается и от них отрыжка противная, от фруктов пробирает понос, а овощи не ест, потому что считает их пищей для скота. Исключением были ягоды и коренья, но только в качестве приправы к мясу.

Под конец, я купил мешочек соли, которая шла по весу с серебром один к одному. Обалдеть можно. Она была импортная и доступна только состоятельной прослойке общества.

А вот Грим, точнее его Бон-Бон, последние дни вызывал у меня стойкую головную боль. Жрал слон просто немерено, а когда я задумывался о том, как переправлять его через пролив, меня вообще кондрашка хватала.

В одном я был уверен наверняка, что если Бон-Бона и возможно перевести морем, то денег за транспортировку возьмут гору. В прямом смысле. Я в глубине души уже начал жалеть, что вообще его купил. Одно утешение, что братец в нём души не чаял.

***

В богато обставленном кабинете, полы которого были покрыты роскошными коврами, в высоком ворсе одного из них, утопали ноги человека, сидящего в огромном кресле напротив сенатора Великой Астарты.

— Уважаемый Понтас, я пекусь лишь о благополучии и безопасности этого города.

— Чем вас так заинтересовал этот молодой человек?

— А вас?

— С ним моя дочь!

— Именно! Мы давно с вами знакомы, и я смею утверждать, что немного вас знаю. Вы не из тех людей, кто позволит единственному ребёнку и наследнице, шататься по миру с кем попало. Особенно учитывая ваше положение и размер состояния.

— Что конкретно вы хотите от меня? — устало спросил Понтас.

— Пока мы просто собираем информацию.

— Мы — это Малый круг магов?

— Именно. Этот ваш… протеже, вызывает у нас серьёзное беспокойство.

— Вы не могли бы выражаться яснее? Не поверю, что вы не копали под него со всем тщанием.

Маг, а этот человек действительно им являлся, был не просто маг, а глава Малого круга, Великий магистр Великой Астарты — Атолл Нагаш. Вот уже почти сто лет он занимал этот непростой пост. Он раздражённо выдохнул воздух и успокоившись продолжил:

— Хорошо. Я расскажу вам то, что мне известно, и рассчитываю, что вы дополните мой рассказ, если он будет не полным.

— Несомненно.

— Итак. Есть некий Тай Лёханзон. По общеизвестной информации пришёл с севера в сопровождении вангура. Что само по себе событие отнюдь не рядовое. Мы все прекрасно знаем, что вангуры людей презирают, а этот считает нашего героя старшим братом. Понимаете? Старшим! Вторым после отца. Это гарантирует его абсолютную лояльность.

Ладно, забудем пока про вангура. Что мы имеем дальше? А дальше, молодой и простоватый паренёк, попадает в Агрос. Помогает этой дуре Сильванне удержать власть, которую она фактически потеряла. Дарит ей меч из гарваля, а перед этим продаёт ещё один в Гелиополисе. Причём он сам, чуть ли не весь закован в этот крайне редкий и безумно дорогой металл…

Далее побеждает в фактически проигранной войне и душевно так сдирает с Варты шкуру. При этом я хочу заметить, проявляет поразительный полководческий, а самое главное магический талант. Очень странно. Особенно учитывая, что нашему герою всего-то около двадцати.

Атолл на секунду прервался, перевёл дыхание и продолжил:

— А прозвище? Вы слышали, как его прозвали вартанцы?

— Нет, — заинтересованно сказал Понтас и вопросительно посмотрел на мага.

— Ла Гарун!

— Два пальца? Не понимаю.

— За то, что по его приказу, практически всему мужскому населению отрубили большие пальцы на руках, чтобы они больше никогда не могли держать в руках оружие. Так что этот парень не так мил и прост, как кажется.

Маг снова прервался, взял со стоящего перед ним резного столика золотую чашу с вином и неспешно сделал несколько глотков, прежде чем продолжить.

— Ладно. Это тоже не столь важно. На чём я остановился? Ах да. Ну так вот, чтобы не вдаваться в ненужные подробности, сосредоточимся на основном. Например, на составе его нынешней компании. Люди, вангур, два потомка Далина, непонятный мальчик подросток и женщина тану. Вы понимаете? Рядом с ним смешалось несмешиваемое.

К Тассу[9] остальных, но тану… И даже не пытайтесь убедить меня, что вы не в курсе. Вы понимаете, что этот ваш Тай вместе со своей компанией, первый за последнюю не знаю какую по счёту тысячу лет, имеет право спокойно входить и покидать их проклятый лес? И это первый раз за те же тысячи лет, когда один из тану, вообще покинул Ахель'Тан. Добровольно и в истинном обличье вдобавок!

А мараги? В истории вообще не было такого случая, чтобы человек владел марагом. Про этих легендарных животных я только в закрытых хрониках читал. Он даже для вашей дочери его раздобыл. Вы не находите, что это как минимум подозрительно? Как? Как он это сделал? А то, что все его компаньоны принесли ему личную клятву верности? И не просто клятву, а магическую, завязанную на крови. Этот как раз тот самый тип клятв, которые являются практически неразрушимыми. По крайней мере я не знаю прецедентов. И ваша дочь, кстати, тоже принесла такую. Вы хоть понимаете, что теперь она всецело принадлежит ему?

Не дожидаясь пока Понтас ответит, он снова заговорил:

— Не понимаю вашего спокойствия. Может вы знаете то, чего не знаем мы? — спросил маг и вперился своим взглядом в глаза сенатора.

— Я много чего знаю, о чём вы даже не догадываетесь, — глядя в лицо Атоллу ответил Понтас. — И пока, я так и не понял причин вашего повышенного интереса к этому человеку. Ну вангур, ну тану. Ну принесла клятву. Дочь-то моя. Вам какое дело до всего этого? В чём суть проблемы?

Лицо мага налилось кровью, но он сдержал свой гнев.

— Вы спрашиваете в чём суть? Ну что же, не буду ходить кругами. С вашей лёгкой руки он попал в нашу библиотеку. Точнее в нашу святая святых, в закрытый архив. Признаюсь, не уследил. Так вот, по теме его запроса к нему попала книга, написанная гномами ещё до раскола на северные и южные кланы. Даже затрудняюсь сказать насколько давно. Её и среди подгорного племени сумеют прочесть разве что хранители памяти, а среди ныне живущих людей так и вообще никто. Мы сами до конца не разобрались в её содержании. А ваш мальчик, на глазах моих магов непринуждённо почитывал её словно это какие-то романтические заметки.

Атолл допил остатки вина в бокале, кашлянул и продолжил:

— А моё дурачьё, на его просьбу принести что-нибудь по рунической магии, не нашли ничего умнее как дать ему в руки работу этого безумца Хато. Посмотреть на растерянное лицо они захотели. Болваны. И знаете, что? Наши аналитики просмотрели запись посещения читального зала. Так вот они в один голос утверждают, что он его таки прочитал! Лично я в этой треклятой книге, даже ни одного знакомого символа не вижу…

Маг, не закончил свою речь, потому что понял, что явно сказал лишнего. Осознав это, он с силой сжал кулаки и в ту же секунду расслабился, более ничем не выдавая своей промашки.

— И? Ну прочитал. И что? Что там такого в этой книге, что вы так переполошились? — недоумевал Понтас, и сделал вид, что ничего не заметил.

Атолл глубоко вдохнул, задержал дыхание и медленно выдохнул.

— Мы можем только догадываться о её содержании. С момента написания, никто так и не смог разобраться, какие знания там скрыты и что с этими записями не так. Никто даже не понимает, на каком языке они написаны! Не знаю в курсе ли вы, но Хато, как известно, был величайшим эфиротом в современной истории, несмотря на то, что безумец. Одно умение построения порталов чего стоит. Это знания, которые были утеряны вместе с исчезновением их первооткрывателя. А работа с многослойными полями как он их называл? Мы можем только строить предположения, о том, что это, и какие даёт возможности, — на одном дыхании выпалил маг, и было видно, что он заметно волнуется и слова о собственном бессилии даются ему с большим трудом.

Разумеется, и этот момент не ускользнул от глаз сенатора.

— Ну и что вы хотите от меня? — Понтас задал этот вопрос механически, пребывая в глубокой задумчивости.

— Нам нужен этот человек.

Сенатор вскинул бровь.

— И как вы себе это представляете? Хотите взять силой?

— Не думаю, что сила поможет. Он хоть и эфирот, но всё же маг. Тем более, он сумел доказать, что кардинально отличается от своих коллег. Особенно применением атакующей магии. Пока мы не в курсе его полных возможностей, но и без этого не хотели бы ссориться с ним попусту.

— Я так и не услышал, что конкретно вы ждёте от меня.

— Мы хотим наладить с ним… отношения. С ним ваша дочь. Он вхож к вам в дом. Вы чуть ли не родственники. А нас он не знает и на контакт вряд ли пойдёт. Тем более на доверительный. Вы же понимаете, что все мы, и я в особенности, будем признательны. Очень.

Маг особенно подчеркнул это слово.

— Не могу ничего обещать, но я постараюсь, — ответил Понтас. — Как минимум устрою встречу. В дружеской так сказать атмосфере.

— Это всё, что я хотел от вас услышать, — произнёс Атолл, и коротко поклонившись, покинул комнату.

Тем временем, один из влиятельнейших сенаторов великого города, остался сидеть в своём кресле с крайне задумчивым видом.

«Похоже, наш всемогущий Атолл почуял конкурента, — подумал он. — Это очень и очень интересно».

Глава 18

После некоторых размышлений, я решил не заезжать в Агрос, а рискнуть и отплыть в Халладу из Балеара. Всю дорогу меня не отпускало чувство тревоги, несмотря, что путешествие шло гладко, как званый обед.

Мы окольными путями проскочили Тарн по дороге, по которой когда-то с Гримом отправились в Астарту. Только в этот раз разбойники на нас не нападали. Сомневаюсь, что повывелись, скорее всего, решили, что грабить нас бессмысленно. Товара нет, вооружены до зубов, проще не заметить и подождать более «мягкую» цель.

В ближайшем портовом городе я зафрахтовал для нас корабль, и ещё один для лошадей. А вот Бон-Бона, ни одно балеарское судно взять на борт не смогло. Корабли, настолько большие, чтобы перевезти его морем, были только у Халлады. Это ставило крест на моём плане, быстро и безопасно добраться до Сифа.

Пришлось почти на неделю задержаться, хотя мне это очень не нравилось, в ожидании судна из Халлады, больше похожее на гигантский плот с бортами. После его прибытия, ещё полдня потратили на многочасовой квест с погрузкой слона. А чтобы он не потопил это подобие баржи, его пришлось стреножить и всё свободное место загрузить едой. Чтобы он ел, не скучал и дурные мысли в голову не лезли.

Я даже предположить не мог, что владеть этим животным окажется так дорого и хлопотно. Знал бы заранее, даром не взял. И вообще. Я пришёл к выводу, что пора собирать всех нужных людей в одном месте. Месяцами находиться в дороге, как минимум надоело, а как максимум, дел невпроворот, а мы бесполезно тряслись в сёдлах. Хватит этих долгих переходов. Пора оптимизировать жизнь и обзавестись наконец собственным домом. Большим домом.

Пока мы плыли к Сифу, я снова впал в нерешительность. Заезжать в Гелиополис или нет? Решил, что нет. Был бы один, ещё куда ни шло, а такой толпой, только лишнее внимание привлекать. Мы и так, в нём можно сказать купались, где бы ни проезжали. Если что на обратном пути. И то может быть. Архифан подождёт. Не до него.

***

Наконец мы прибыли в Сиф. Этот городок стал для меня по-настоящему родным. Когда мы к нему приблизились, даже сердце защемило. Нас сразу узнали. По крайней мере, Грима уж точно. Он привлёк всеобщее внимание, восседая верхом на слоне. Затмил всех.

Особенно понравился момент, когда пришлось потратить полдня на разбор ворот. Бон-Бон банально не мог в них пройти, а бросить его за воротами Цион не позволил. Всё-таки гости, неудобно. Да и лес рядом.

Мы тепло обнялись с филархом. Малинка тоже была здесь. С огромным животом. Она встала на цыпочки и поцеловала меня в губы.

— Привет Тай, — прошептала она.

— Здравствуй Малинка. Рад тебя видеть, — искренне поприветствовал я её.

— Мы вот, пополнение ожидаем, — сказала она и погладила себя по животу.

— А это случайно не м… — Но закончить не успел, как она треснула меня ладошкой в лоб.

— Балбес! Тебя два года не было.

— И точно, — рассмеялся я, а она подхватила.

— И я теперь не Малинка. Муж назвал меня Катина.

Я громко рассмеялся.

— Малинка — Катинка. Звучит. Поздравляю. Парень хоть хороший?

— Хороший, — ответила она, и очаровательно заалела. — Ой что же это я, вас же разместить надо. И тут же, несмотря на положение, умчалась, на ходу раздавая указания.

— Какими судьбами? — поинтересовался Цион.

— Да вот проведать вас захотел. И этих вот, в людей превратить надо, — И я обвёл рукой своё воинство.

— Превратим, если вы задержитесь не на пару дней. И тебя погоняю и братца твоего тоже.

Я рассмеялся.

— Задержимся дядька. Только меня не получится, уж очень много всего нужно сделать и сделать это могу только я. Знаешь, именно в Сифе я чувствую себя дома. Понял, что не найти мне лучшего места, чтобы мысли в порядок привести, людей поднатаскать и вообще, соскучились мы с братом по северу. Но ты не думай, мы не с пустыми руками.

Один из братьев, по моему сигналу подвёл Циону двух великолепных коней. Тех вороных, что до марага были моими. Он бегло их осмотрел и остался доволен. И не просто доволен, он сиял от счастья.

Посмотрим, как засияешь после этого, и я вручил ему меч из гарваля. Тот, что снял с тела бугра Варта. У Циона перехватило дыхание и даже руки задрожали.

— Правда, для пешего боя длинноват, но рубить с коня, самое оно, — спокойным голосом сказал я, как будто дарю что-то обыденное.

Тут Цион реально со слезами на глазах обнял меня, и я почувствовал, что действительно дома.

***

Уже на следующий день, моя команда реально взвыла. Цион отрывался на них по полной. Взялся как говорится со всей душой старого вояки. Гонял так, что мне даже стало их жалко. На секунду. Нормально, а то никакой уверенности в их воинском мастерстве.

Грим, самостоятельно присоединился к занятиям, но тренировался отдельно. Цион специально для него начал разработку программы тренировок с учётом его специфики. Точнее она сохранилась ещё с тех времён. Просто её модифицировали согласно текущей реалии, для так сказать большей эффективности.

Айрат, на удивление тоже с энтузиазмом взялся помогать с боевой подготовкой. Если Цион был специалист по групповому бою, то Айрат показал превосходные умения в индивидуальных схватках с различными типами оружия. Особенно виртуозно он обращался с метательными кинжалами. По моей просьбе, кроме общей подготовки команды, он стал личным наставником Ваада, который к слову, как в сказке, рос не по дням, а по часам. Всего полгода прошло как «родился», а он уже выглядел пятнадцатилетним подростком. Такими темпами ещё через полгода станет настоящим мужем. Конечно, по-хорошему, его воспитанием должен был заниматься я, но, к сожалению, на мне повисло множество других проблем.

Первым делом я взялся за отработку магического взаимодействия с Ленией и Улей, не забывая про создание амулетов и прочих, нужных нам вещей. Книг было прочитано множество, знаний получено и того больше. Осталось только воплотить наши с драконами задумки в жизнь и отработать на практике. В последнее время я как-то быстро начал обрастать врагами, так что нужно было готовиться к любому повороту событий.

Ещё в первые дни нашего пребывания в Сифе, к нашему воинству захотели присоединиться некоторые из северян, коих под началом филарха пребывало больше трёх сотен. Он с удовольствием принимал их под своё крыло целыми семьями. За то время что меня не было, он серьёзно развернулся и расширился. Да и сам город заметно подрос.

С разрешения Циона, я отобрал себе десяток молодых и на мой взгляд перспективных, из желающих отправиться с нами. На встречу так сказать судьбе и приключениям. Хоть я и не просил, но Цион лично взялся проверить их боевой потенциал и после пары дней тренировок, одобрил мой выбор. После принесения ими вассальной клятвы на крови, за них взялись по полной программе. Благо коней мы привели с собой с избытком.

Я хотел договориться с Неметром, местным кузнецом, чтобы он позволил поработать Тондилу с Галином в своей кузне, но тот сам предложил себя и своё рабочее место в их полное распоряжение. Похоже, ему очень хотелось посмотреть на работу настоящих мастеров. Ну и кое-чему научиться заодно.

В работу пошёл как местный металл, так и булмак в слитках. Да и готовых доспехов и кольчуг у меня тоже прилично скопилось. Осталось только подогнать их под новых хозяев. Так что молоты стучали без остановок и моим оружейникам скучать было некогда. Они ковали с неутомимым энтузиазмом. Видимо соскучились по любимому делу. И хотя им тоже нужно было тренироваться, это пришлось отложить. Их ремесло было важнее. В общем, работа закипела на всех фронтах.

Наконец, дошли руки до шкуры огненного червя, для чего пришлось лично возглавить мастеровых. Все, кто принял участие в этих работах, очень удивились, что их даже самые острые инструменты в лучшем случае лишь незначительно царапали шкуру.

Они недоумевали, с кого она содрана. В их глазах читался немой вопрос, но я как обычно не распространялся. Пришлось отдать им во временное пользование Кецагор, уменьшенный до размеров ножа, с особой, молекулярной заточкой.

Отдельная эпопея возникла с чешуёй, которой с червя содрали целую гору. Не без огромного труда, кстати. Поначалу я не пустил её в дело. Не понимал, как применить максимально эффективно. Материал-то уникальнейший. Тем более что никто даже предположить не мог, как её крепить. Идею пробивать в ней отверстия под шнуры или заклёпки, я отмёл сразу же. Но многие проблемы со шкурой и чешуёй решились самым неожиданным образом.

В какой-то момент, один из моих помощников случайно порезался, и кровь попала на шкуру червя. Мы с удивлением обнаружили, что если смазать края разреза кровью и приложить друг к другу, то они способны срастаться. То есть шить вообще не нужно. Через несколько секунд там даже шва не оставалось.

Теперь на «выброс» не было даже малюсенького кусочка. Зачем, если обрезки всегда можно прирастить друг к другу и снова получить цельный кусок кожи. Печалила только необходимость резать себя. Отвык я от этого. Ну не с Ционовых же людей кровь спускать.

Разумеется, после подобного открытия я сразу же провёл эксперимент с чешуйкой червя. Эффект оказался тот же. Капнешь на неё кровью, затем прикладываешь к шкуре и почти мгновенно она оказывалась намертво закреплённой.

Сразу после того как я узнал о подобных свойствах шкуры, возникла идея о цельном комбинезоне. Но поразмыслив — приуныл. Сделать-то можно. Но как его надевать и снимать? А после мыслей о большой и малой нужде, скривился, тяжело вздохнул и полностью отказался от этой идеи.

Пришлось остановиться на традиционном снаряжении. Таким образом, мы сшили или срастили, даже не знаю, как сказать, перчатки для меня и Грима. Ему до локтей, а мне одну обычную под наруч, а вторую на правую руку. Длинную, да так, что её край полностью скрывался под рукавом кольчуги. И, конечно же, сапоги. Жаль, что я сразу не вспомнил, что в Сифе их шить не умеют. Пришлось пожертвовать те, что были на мне. В качестве образца. Короче, себе я захотел высокие, по типу ботфорт. Для плотной посадки, голенища стягивались при помощи ремешков с застёжками из булмака.

Я заморочился именно с таким типом обуви, потому что она отлично защищала внутреннюю сторону ног при езде верхом. Наверное, потому что именно для этого она и предназначалась. Особенно касательно марага, с его жёсткой, фактурной шкурой с костяными наростами.

Под давление собственной паранойи, я решил, что кольчуги мало и дополнительно обзавёлся кожаной безрукавкой с длинным подолом. Я её всю «облепил» чешуёй, а следом и сапоги. Правда из-за нового элемента моего доспеха, пришлось полностью перековывать наплечник.

В общем основной упор я сделал на защите Грима и себя любимого, как основных боевых единиц. Хотя и на остальных тоже не экономил. Им разве что не досталось изделий из шкуры огненного червя. Ну не считая девочек. Так что вскоре не только мы с Гримом, но и Уля с Ленией щеголяли в чешуйчатой одежде-броне из редчайшего представителя местной фауны.

Из внутренней шкуры и «сала», что оказались немного более лёгкими в обработке, изготовили поддоспешную одежду. Штаны лосинами, подобия свитеров с узким, высоким горлом. Надевалось всё это на голое тело, а уже поверх остальное.

Я не ошибся, когда предположил, что этот слой играет у червя терморегуляционную роль. Он оказался приятен телу, прекрасно тянулся, не остывал и не нагревался. Плюс, «сало» было достаточно толстым и упругим, чтобы смягчать пропущенные удары. Только в отличие от внешней, цвет у внутренней шкуры был на редкость печальный.

В конечном итоге, я пришёл к выводу, что этот червяк настоящий дар богов и кладезь «нанотехнологий». Если бы знал, напрягся и постарался добыть хотя бы ещё одного. Надо будет как-нибудь наведаться в Шаттарель, уже конкретно с этой целью.

После одежды я занялся защитой своего отряда. Теперь каждый член моей команды был снабжён многофункциональным защитным амулетом, самой последней разработки. А кто-то и не одним. Даже новопринятым северянам достались.

Косст со своей командой, наконец-то решил проблему безопасности совмещения нескольких «скриптов» в одном предмете. Благо, что за последнее время я разжился приличным количеством так нужных мне камней-накопителей.

Как я узнал из книги гномов, той самой, в которой искал ответ на вопрос о «икре» огненного червя, идеально для накопления эфира подходит тёмный гарваль.

Но, не считая отсутствия эталона их мер, весов и температурной шкалы, главная проблема заключалась в том, что для получения сплава мне требовалась технология литья стали. Но насколько я знал, в этом мире, это не открытый процесс. Получается, что южане умеют лить сталь? Понять бы как.

«Тормоз! Булмак поставляется в слитках. Разумеется, они знакомы с литьём».

Пока разбираться с этим не было ни времени, ни возможности. Поэтому пришлось довольствоваться традиционными накопителями. До времён, когда удастся поближе познакомиться с технологиями южных кланов или нужный «язык» подвернётся.

Гоовар тоже не давал покоя. Мол, нельзя быть таким расточительным. Может, не надо было дарить Циону меч? Может, клинка из булмака было бы достаточно? Ведь этот меч пригодился бы нам самим. Он регулярно нашёптывал мне эти мысли, заставляя сомневаться.

«Нет. Всё правильно. Он готовит моих людей. Уверен, мне ещё не раз придётся к нему обращаться. А может, чем чёрт не шутит, перетащу его к себе, когда будет куда, да и его северян прихвачу заодно. Охранять и населять мои будущие земли кто-то должен».

Но пока это были всего лишь мечты.

Я хотел запретить «бухгалтерии» беспокоить меня попусту, но потом передумал. Зная, какой я бываю «раздай жопа», решил, что кто-то должен сдерживать мои порывы разбазарить нажитое непосильным трудом.

Жезл из гарваля, что таскала с собой Ления, на поверку оказался жезлом стихий. Точнее воздушной. Сказала, что стащила из семейной сокровищницы. Хотя я был уверен, что на самом деле папа не возражал. Только сейчас наконец-то выяснилось, на что Ления с этой штукой способна. А то ситуации были, но проявить себя она так и не сумела. Я надеялся, что теперь всё будет иначе.

Особое вооружение получила только Уля. Я расстарался и изготовил призывное оружие по типу моего, в виде изогнутого серебряного жезла, густо исписанного рунной вязью. Разумеется, с привязкой на крови, для того, чтобы лук подчинялся только хозяину.

Уля могла использовать не только энергию, накопленную самим артефактом, но и эфир из двух встроенных бриллиантов-накопителей. Тех самых, что достались мне от поверженного мага по пути в Астарту.

Я долго думал, дать ей возможность использовать свой собственный запас сил или изготовить лук эфирным. Остановился на последнем, потому так преимуществ, на мой взгляд, было больше. В таком варианте Уле нет нужды тратить личную энергию, оставляя её, на случай если понадобится эльфийская магия. Правда стрелы она могла применять только двух видов. Обычные и разрывные. И всё равно, Уля радовалась моему подарку как ребёнок новой игрушке. Теперь она регулярно упражнялась с луком и выясняла все его возможности. Пусть, практика всегда только на пользу.

Здесь в Сифе, я воспользовался добытыми за всё время знаниями, основательно дополненными Косстом и его интеллектуальным гением, и серьёзно поработал над всеми накопителями, испещрив рунами непосредственно сами камни. За счёт этого, они ощутимо прибавили в ёмкости и стали пополняться гораздо быстрей. А после того как я поместил их в особые ожерелья, которые объединяли их в единый массив, это дало ещё более значительный прирост ёмкости и скорость поглощения эфира. Теперь, на полную перезарядку уходило почти вполовину меньше времени, чем раньше. Результат, по моему мнению, был просто превосходным. Только теперь камни навсегда стали эфирными, что лично я не считал недостатком.

Ну и конечно я подумывал о внедрении новой системы поглощения на наших с Ваадом кристаллах. Им тоже не помешало бы впитывать энергию пошустрее. Но это потом, как вернёмся в Ахель'Тан. Короче планов настроил громадьё.

***

Наладив жизнь отряда, и чтобы немного развеяться, и с пользой время провести, я, захватив Грима, Лению и Улю, отправился в драконьи горы. Решил снова посетить грот Арры, но перед этим, побывать на месте, где встретил свою смерть учитель. Тем более что там было единственное, не считая Ахель'Тана, известное мне место силы. Захотел посвятить несколько дней работе и заодно «подзарядиться». Тешил себя мыслью, что он ещё существует.

Именно эти места я считал по-настоящему родными. Места, где прошли мои самые первые дни в этом мире. А уже потом, заглянуть туда, где моя жизнь в очередной раз изменилась. Показать девочкам место обитания последнего дракона. Точнее предпоследнего. А ещё точнее предпредпоследнего. Я же вроде и сам… И заодно забрать то, что в первый раз унести не смог.

Наша новая одежда из огненного червя, позволила нам отправиться в путешествие без смены экипировки. Какое всё-таки чудное это существо — Ушхан. Особенно свойства его шкуры. Летом не жарко, в мороз не холодно. Не боится ни огня, ни меча. Жаль только, что немного её осталось. Буквально лоскуты.

Перед тем как мы отправились в путь, жителям Сифа снова пришлось разбирать ворота, чтобы Бон-Бон мог покинуть город. После этого, Цион решил не собирать их в первоначальном виде, а полностью переделать. Не сколько ради слона, сколько, как он выразился: «Город растёт и ворота тоже должны». После чего заразительно рассмеялся.

***

Путешествие вышло не близким. Спасибо Циону, что пополнил наш запас продовольствия, который таял прямо на глазах. Грим не ограничивал себя в еде. Как он говорил: «Нужно есть, пока есть что». Я с этим был категорически не согласен, но братца не трогал. Пусть ест. У него в эти моменты всегда было такое счастливое лицо.

Хорошо, что не на себе провизию таскали. Пришлось бы целый караван с едой за собой водить, или своих скакунов напрягать. Им и без того было нелегко.

Зима в этом году даже толком не началась, я имею ввиду календарную, но уже стукнули конкретные морозы. Такие, что деревья трещали. Наши мараги, хоть и более-менее нормально переносили холод, он им сильно не понравился, о чём лично мой не преминул сообщить.

Если бы не отметка на карте, то я бы никогда не нашёл место, где чалъо приняли свой последний бой. Более ничего не указывало на трагические события того времени. Ни остатков жилищ, ни костей, ничего.

Эфир всё ещё бил мелким родником там, где когда-то стоял чум учителя. Свою походную палатку я разбил аккурат на том же самом месте, и пока Грим с девочками занимался поиском и «уничтожением» живности к ужину, я работал.

За несколько дней, в течение которых мне практически не довелось поспать, я создал несколько десятков артефактов. В основном защитных, а главное существенно пополнил свой энергетический запас. Конечно, было бы неплохо задержаться около места силы подольше, но нужно было двигаться дальше.

***

Вновь оказавшись в пещере драконов, я не смог сдержать разочарования. За те пару лет, что прошли с момента, как мы с Гримом были тут в последний раз, произошли существенные изменения.

Не буду углубляться в детали, скажу только, что всё, что там осталось, пришло в почти полную негодность, потому что пересушенный воздух в пещере сменила сырость.

С потолка, конечно, не капало, но тёплым, затхлым воздухом было тяжело дышать. К тому же в пещере поселилась колония летучих мышей, которые изрядно загадили место своего обитания, добавив новых, специфических ароматов. С нашим появлением, они начали метаться как ненормальные по всей пещере, издавая пронзительный еле уловимый писк, который конкретно действовал на нервы. Эти создания не зря выбрали это место для зимовки. Тепло, темно, короче то, что нужно.

— Фу! Какое отвратительно место! — с явной брезгливостью в голосе воскликнула Ления.

— Согласен. Местечко так себе. Особенно после появления новых жильцов.

— И как ты тут жил? — воскликнула в этот раз Уля.

— Хвала всем богам, что мне тут жить не пришлось. Ты же знаешь, я тяготею к комфорту.

Девочки одновременно прижались ко мне с двух сторон и в один голос зашептали:

— Давай уйдём отсюда. Тут противно.

Я тяжело вздохнул.

«Женщины…»

— Полностью вас поддерживаю.

Так вот, беглый осмотр остатков показал, что бронза особо не пострадала, а вот железо и сталь пожрала ржавчина. Разбухшая от влаги кожа издавала отвратительно мерзкий запах, хотя и размякшие, покрытые плесенью мумифицированные останки, тоже благоухали не весенними цветами. Плюс, всё было в испражнениях новых хозяев пещеры.

Тем не менее, я загрузил, что там было в «облако», и мы покинули бывшее место обитания рода Грухаад'Иир, без мысли, чтобы когда-нибудь вернуться.

Глава 19

Мы уже тронулись в обратный путь, как нас накрыл мощнейший звуковой удар, который через мгновенье перешёл в мелодичный хрустальный перезвон. Звук шёл отовсюду, словно само небо звенело. Этот гром был настолько силён, что с макушек деревьев осыпался снег. Обернувшись я увидел, как с окрестных горных вершин, спускаются снежные лавины.

«Это ещё что такое?»

Теперь всеобщее внимание привлёк Грим. Он со стеклянным взглядом смотрел в сторону, откуда исходил звук и что-то шептал, ни на что, не обращая внимания.

— Грим! Братец! Что с тобой?

Но он продолжал игнорировать всё вокруг, не отрывая взгляда от горизонта и не прекращая что-то шептать себе под нос.

«Чёрт побери, да он молится» — понял я.

Никогда не замечал в нём даже намёка на религиозность. Интересно кому?

— Это был крик Урака, — заявил Грим с самым серьёзным видом, когда закончил свою молитву.

— Урак? Это ещё кто? Почему я ничего об этом не знаю?

— Повелитель зимы. Его взгляд обращает в лёд, а дыхание разрывает горы. Услышать крик Урака, означает, что зима будет особенно лютая. Он предвещает, что до весны доживут не многие.

— Да Грим, умеешь ты поднять настроение. Ты сам-то его видел? Или это легенды? — скептически поинтересовался я.

— Нет, не видел. Никто не может пережить присутствие великого Урака рядом с собой, — ответил он, и его взгляд снова начал стекленеть.

«Блин, да он его боится. Нет. Он в ужасе. Дела. Не думал, что в мире существует хоть что-то, чего боится Грим. Теперь знаю, что это существует. И имя ему — Урак. Надо бы на него взглянуть».

Когда-то в прошлой жизни, у меня на люстре висели двенадцать хрустальных ангелочков, на леске разной длины. И когда кто-то проходил мимо и цеплял нижнего из них или просто быстро проходил мимо, создавая движение воздуха — раздавался нежный перезвон. С каждым днём, мы всё чаще и чаще слышали подобные звуки.

Среди нас, Грим единственный, кто каждый раз услышав крик Урака, начинал шептать молитву себе под нос. Не знал, что он вообще умеет это делать. Надо же. Это не считая, что пока в воздухе раздавался этот перезвон, его лицо несколько раз меняло окраску, с бледно-серого до тёмно-синего. Очень странная реакция. Но надо отдать братцу должное, он ни разу не предложил повернуть назад. Вот что значит преобладание воли над страхом.

— «Хотим предупредить. Мы не советуем ходить к Ураку», — услышал я озабоченный голос Косста.

— «Почему? Вы что-то знаете?»

— «Урак — местное название одного из астральных существ. Они обитают ниже шестого слоя и могут быть смертельно опасными! Иногда, подобные ему прорываются в мир, сквозь червоточины в астрале. Со временем их затягивает обратно, но пока они здесь, ничего хорошего от них ждать не приходится».

— «Как хоть он выглядит, этот ваш Урак?»

— «Мы не знаем. Никто из нас с ним не сталкивался и тебе не советуем».

— «Ладно, не боитесь. Я только взгляну на него одним глазком и сразу обратно».

— «Дело твоё, но мы предупредили».

Интересно. Даже от драконов я уловил лёгкие оттенки страха перед этим существом. Нужно быть поосторожнее. Не зря же все, кто в курсе, так перепугались.

***

Наконец-то мы добрались. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что мы на месте. Перевалив через холм, поросший редкими карликовыми деревьями, чем-то схожими на берёзы, мы оказались на краю огромной ледяной долины.

Я бы подумал, что это поверхность замёрзшего озера, если бы она не была заметно изогнута внутрь, словно чудовищная линза. Только по самому её центру, виднелось нечто напоминающее ледяной шпиль, странной, неправильной формы. И вообще, вид, что предстал перед моими глазами, производил впечатление какой-то нереальности. Всё вокруг выглядело, слишком идеальным. Особенно «линза», а вот строение по центру, наоборот было подчёркнуто гротескным и не симметричным.

Мы осторожно начали спуск и пока двигались по ледяной долине, меня не покидало смутное чувство тревоги, которое нарастало с каждым мгновеньем. Я скомандовал остановиться. Что-то явно было не так.

Посмотрев на долину истинным зрением, у меня перехватило дыхание. Я даже предположить не мог, что бывают астральные разрывы такого масштаба. По сравнению с известными мне местами силы, которые представляли собой родничок, в лучшем случае, перед моими глазами бил настоящий фонтан, который заливал эфиром всю долину.

«Хо-хо, да я за день зальюсь энергией, сколько и за год не скопить», — подумал я, но, радость длилась недолго.

Неожиданно, из эфирного «гейзера», раздался уже до боли знакомый хрустальный перезвон и шпиль в центре пришёл в движение. Только теперь звук был настолько громким, что вызвал сильнейшее давление на уши. До головной боли.

Я заворожено смотрел вперёд и первую секунду подумал, что вижу перед собой дракона. Ледяного. Но нет. Это было скорее нечто среднее, между ящерицей и птицей. То, что мной было принято за оледеневшую постройку, оказалось «живым» существом, которое укутавшись в ледяные крылья, сидело на задних лапах, высоко задрав голову.

Всего мгновенье назад ничто не предвещало беды, как центр долины взорвался ледяными брызгами, и она вновь залилась хрустальным перезвоном. Только в этот раз он не казался красивым и романтичным.

Перед нами предстала крылатая, ледяная саламандра. Вот такое определение первым пришло мне в голову. Она была заметно меньше Арры или других представителей его вида, но всё равно, её размер впечатлял.

Ледяные крошки ещё опадали на землю, когда это существо посмотрело на нас своими безжизненными глазами с тусклым блеском и снова издало свой крик. Он был такой силы, что звук стал видимым.

Громовой удар, искажая реальность, стеной прокатился по долине. После него, на ногах сумели остаться только мараги, а мы все оказались на земле. Лению вообще отбросило на несколько метров. Даже убарр присел на задницу, а Грим кубарем слетел с его спины.

Меня порядком оглушило. В ушах звенело, а картинка в глазах потемнела.

— Назад! — во всю глотку кричал я, не будучи уверенным, что меня кто-то слышит.

Только я вскочил на ноги, то сразу же накачал стрелу энергией, в таком количестве, что лук в моих руках едва ходуном не заходил, и спустил тетиву. Краем глаза я увидел, что Грим тоже не растерялся и посылает одну пулю за другой.

Наша атака окончилась ничем. Точнее ничем хорошим для нас. Пули братца, вообще не нанесли Ураку никакого урона, а вот от попадания моей стрелы он снова издал свой крик. Мне показалось, что он был наполнен болью.

Но, порадоваться я не успел, потому как «саламандра» засияла серебряным блеском и… стала ещё чуточку больше. Похоже, она «впитала» в себя энергию стрелы. Я почувствовал, как у меня вспотела спина и похолодели конечности.

Одно радовало, все мои компаньоны были живы и со всех ног бежали к краю долины. А вот «саламандра» явно разозлилась. Она гигантским прыжком взвилась вверх и расправила исполинские крылья.

Уже в воздухе, она взмахнула одним из них в нашу сторону и с него сорвалось множество ледяных игл-сосулек, которые понеслись в нашу сторону. Одна из них летела прямо Гриму в спину.

— Грим, берегись! — успел крикнуть я.

Братец отреагировал мгновенно и в доли секунды, скользя по ледяной поверхности, развернулся к опасности лицом. Ледяное копьё вот-вот пронзит его. Защитное силовое поле амулета лопнуло как мыльный пузырь, но Грим исхитрился вывернуться и пропустить «снаряд» между телом и рукой. Его задело по касательной. Доспех из шкуры огненного червя тоже оказался бессилен. На снег, словно с разорванного ожерелья, драгоценными камнями полетели оледеневшие голубые капли крови.

Урак на этом не остановился и тут же взмахнул другим крылом, с которого вновь сорвались несколько десятков ледяных копий. В этот раз «снаряды» летели более кучно и прицельно. Теперь уже в нас. С громким звуком бьющегося стекла, несколько из них разлетелись сотнями осколков о полупрозрачный купол.

Это Ления, звонко прокричала что-то на непонятном языке, и замысловато взмахнув жезлом, подняла его над нами. Она сумела отбить удар, но тут же упала без чувств. Из её носа, глаз и ушей потекла кровь. Меня накрыло чувство безысходности.

Спас всех Бон-Бон. Вместо того чтобы пуститься наутёк, он буквально обезумел и бросился на Урака, который в этот момент пошёл на посадку. Слон яростно взревел трубным криком и высоко задрав голову, начал разгоняться словно локомотив.

Это не осталось без внимания. «Саламандра» подпустила угрозу поближе, расправила крылья, и как заправский дракон выдохнула в несущегося на неё убарра, струю ледяного «пара». Бедное слоненятко за считанные секунды превратилось в гигантский кусок льда, который заскользил по поверхности. В какой-то момент он рухнул и разлетелся на многие тысячи разноцветных осколков.

Гримова животина, своей безумной атакой подарила нам всем драгоценное время, чтобы мы успели вскочить на марагов, и дали стрекача уже по серьёзному.

Теперь удивил Грим. Он, по всей видимости, конкретно осерчал из-за своего слоника и встав напротив вновь зависшего в воздухе Урака, издавал в его сторону неистовый рёв, размахивая копьём над головой. То, что произошло дальше, даже описать сложно.

Братец что-то гневно прокричал и как будто попытался проткнуть Урака, как в то самое мгновенье, с копья сорвалась его точная копия. Она лишь на мгновенье блеснула и молнией вонзилась «саламандре» в грудь.

За долгие столетия, копьё скопило невероятное количество эфира. После того как Грим применил его, он не смог удержаться на ногах и проскользил на спине не меньше пары сотни метров в противоположную от удара сторону, по ледяной поверхности долины. Такой силы была отдача. Но оружие из рук не выпустил.

«Вот значит, как Дорм-Гар поражает Истинных даже в небе. Похоже, что он действует по типу моего призывного лука. Судя по всему, его активировала кровь Грима, получается…»

Но мои мысли прервались оглушительным криком Урака и звоном разбитого стекла, который разнёсся по всей долине. В этот раз боль в ушах была нестерпимой.

Я прижался к телу Лении перекинутой через шею марага. Краем взгляда, я увидел, что Урака разорвало на миллионы осколков разного размера, которые разлетелись во все стороны на огромное расстояние. Один из них словно копьё впился в лёд прямо передо мной.

«Перо!»

На полном скаку я схватил его за очин, и, мысленно крикнув марагу уносить нас подальше, ещё плотнее прижался к телу Лении на его шее.

На краю долины, перед тем как перемахнуть через ледяной край, я обернулся, и убедился, что Грим тоже со всех ног бежит прочь. В центре долины кружился огромный ледяной вихрь. Через несколько мгновений, он превратился в настоящий смерч, который стремительно затягивал в себя всё, что его окружало. Снег, камни и даже деревья вырывало с корнем. Всё бесследно исчезало в центре воронки.

Краем глаза я заметил ещё кое-что. Счётчик энергии на моём «экране» сначала замедлился, а затем всё быстрее и быстрее начал вращаться в обратную сторону.

— «Бегите! Астральный прорыв вот-вот захлопнется. Бегите быстрее, иначе он вас засосёт!» — завопили драконы такими истеричными голосами, что я реально перепугался.

Через несколько километров, собравшись вместе, мы обменялись перепуганными взглядами. Прогулялись так прогулялись. Минус убарр. Жалко конечно, но лучше он, чем кто-то из нас. Тем более что слон не просто погиб, а пал в бою, и однозначно спас нас всех. Ну и Грима тоже было жалко. Он реально обожал своего Бон-Бона.

Вдруг я почувствовал, что с моей правой рукой что-то не так. Повернув голову, увидел, что она вся, до самого плеча покрылась ледяной изморосью. Оказалось, что я по-прежнему сжимал очин пера чудо-ящера, который нас всех чуть не отправил проверять, что там после смерти. Оно даже на морозном воздухе изрядно парило, и я броском воткнул его в землю.

Перо оказалось приличного размера, даже для такого крупного существа как Урак. В самой широкой его части больше двадцати сантиметров при общей длине больше двух метров. Солидное такое пёрышко.

Очин длинный, толщиной с мою руку, никак не меньше полуметра. Если бы не перчатка, да и вообще одежда из шкуры огненного червя, я бы наверняка остался без любимой конечности.

От этой мысли я почувствовал, что слегка перетрухал. В очередной раз повезло, что тут скажешь.

«И что теперь с ним делать? Пфф… «Облако» наше всё. Потом разберёмся».

Я передал Лению Уле, которая сразу же принялась над ней «колдовать». После того как рыжая с тихим стоном пришла в себя, я избавился от изрядной доли напряжения. По крайней мере, все живы.

Потом переговорил с Гримом. Разумеется, сначала убедился, что его ранения не слишком серьёзные. Правда, из этого толком ничего не вышло. Разрезы на доспехе полностью срослись, и я не стал раздевать его морозе. Ранение осмотрим в Сифе, а с кровотечением должен разобраться амулет быстрой регенерации.

Я спросил его, после того как закончил осматривать:

— Братец. Ты вообще понял, что произошло?

— Нет. Копьё каким-то образом проснулось и ответило на мой призыв поразить Урака.

— Это произошло, потому что на Дорм-Гар попала твоя кровь. Понимаешь, что это значит?

— Нет, но знаю, что ты сейчас объяснишь. Ты же умный.

— Спасибо Грим. А дело вот в чём. Помнишь, что сказал тот коротышка в Астарте? Дорм-Гар может пробудить только Бурдал. Король вангуров.

— Ты хочешь сказать, что я не Грим, а Бурдал?

— Блин. Да нет же. Вспомни стишок, что написан на копье. Там есть строка: «И сила — жизнь его». Теперь я понял, что это значит. Оно привязано к хозяину кровью. Ты смог пробудить его, потому что ты — потомок короля! Понимаешь?

— А-а-а… — протянул Грим. — Теперь понял. И что?

— Ты меня убиваешь! Это значит, что ты потомок Бурдала. Королевская кровь. Принц! Не знаю, как ещё пояснить.

— И что? — снова спросил Грим и продолжил непонимающе хлопать глазами.

— Ничего. Просто я хотел сказать, что ты ещё более крут, чем я думал, — сказал я и переключился на драконов.

— «Косст. Теперь я хочу услышать твоё авторитетное мнение, по поводу того, что произошло».

— «А что тут пояснять? Урак пролез к нам в мир сквозь астральный разрыв. Не знаю, сам образовался или он его создал, но это не так важно. Главное, что Дорм-Гар только на первый взгляд схож по принципу действия с твоим луком, а на самом деле он поражает не физическое, а астральное тело. Теоретически, существа подобные Ураку — бессмертны, особенно в пределах мест силы, особенно таких мощных. Короче, важно то, что удар Грима разорвал саму энергетическую форму Урака. И не просто разорвал, он её буквально развеял. То есть уничтожил окончательно».

— «Интересно, а обычный удар Дорм-Гаром имеет подобные свойства?»

— «Надо понаблюдать. Если да, то все те жизни что Грим забрал с его помощью, навсегда лишены возможности возродиться вновь».

— «Ты сейчас про реинкарнацию?»

— «Ну да. Любая жизнь — энергия. Она перетекает с места на место, меняет форму, но всегда сохраняет суть, а Дорм-Гар же, её банально распыляет.

— «Ты меня пугаешь. Получается, южные кланы владеют секретом страшного оружия. Мне это не нравится. Я тоже должен овладеть этими знаниями, в первую очередь для того, чтобы знать, как защититься от подобного».

— «Для этого, ты для начала должен изучить дадарическое письмо. Как минимум».

— «Что же, фронт изысканий понятен. Будем работать».

***

Всю обратную дорогу Грим был подозрительно молчалив. Гибель Бон-Бона затмила даже радость от открытия истинной силы копья. Понимаю. Как я люблю своего марага, так и он, а может и больше, любил своего слона.

Только после того как я наедине посочувствовал его утрате и пообещал, что добуду ему другого, он немного приободрился. А после обещания, что в лагере мы изготовим для него из пера Урака супер-ледяной меч, так и вовсе воспрял к жизни.

Осталось только решить проблему как безопасно пользоваться этим чудом. Оно замораживало вокруг себя всё и вся. Ладно, что-нибудь придумаю, не в первый раз. Сейчас главное без происшествий вернуться обратно в Сиф. Хватит с нас приключений на ближайшее время.

По возвращению, первым делом, я занялся пером Урака. Презанятная штука оказалась. Во-первых, оно было переполнено эфиром. Но ни достать его оттуда, ни добавить, было нельзя. Я много часов наблюдал за ним, но уровень энергии никак не менялся. Хотя по идее, затраты просто обязаны были быть. Как так получается, ни я, ни драконы понять не смогли.

Во-вторых, опахало пера. Оно было острое как бритва. По идее, чем острее лезвие, тем быстрее оно тупится, но тут это правило не срабатывало. Оно одинаково легко резало как плоть (проверил на говяжьей туше), так и цельные стволы деревьев.

Кстати потом, Цион, старый хитрован, посмотрел на всё это дело, и быстро смекнул, какая ему может быть от этого выгода. Он стал регулярно вытаскивать Грима с его новым супероружием в лес. Вроде как на тренировки, где братец, в кратчайшие сроки вырубал целые поляны. Одни пни торчали. Горожанам оставалось только обрубить ветки и сложить стволы штабелями.

Да, и в-третьих, перо было практически невесомым, хотя казалось, что оно представляет собой кусок льда. Из чего оно на самом деле, тоже понять не удалось. Братец и своей нелёгкой булавой мог без устали чуть не сутками махать, а пером вообще вечность.

В конечном итоге, как и было обещано, Гриму изготовили меч. Ну как изготовили. Из шкуры и «сала» огненного червя сделали ножны. Они со своим предназначением справлялись и исправно держали температуру.

Очин и край пера заизолировали остатками шкуры. Из них же изготовили рукоять, путём наматывания ремней до комфортной для Грима толщины и их последующего сращивания.

Эта особенность шкуры оказалась очень удобной и практичной. Только вот крестовину изготавливать не стали. Она непосредственно соприкасалась с пером и моментально леденела, и соответственно становилась бесполезной. Короче толку от неё не было никакого. Тем более что Гриму она была без надобности.

На вид меч получился не очень… как по мне, любителю всего красивого и изящного, но братец со мной категорически не согласился. Новое оружие привело его в полный восторг. Не меньший, чем, когда он обзавёлся слоном. Про впечатления жителей Сифа можно и не упоминать.

Конечно, рано говорить о таком, но в тот момент, когда Грим впервые взял свой новый меч в руки, и воздел его парящее лезвие над головой, я подумал, что это рождение легенды.

Я хотел было предложить братцу бросить разряженное копьё в «облако», но драконы уточнили, что оно, как и Аум, находясь в «облаке», не будет поглощать эфир. Так что, Гриму пришлось таскать его на себе. Хотя это его совсем не напрягало. Теперь, в полной выкладке, он напоминал ходячий арсенал. Меч из пера Урака за спиной, поверху цельнометаллический щит, шестопёр за поясом, два меча-кинжала, праща с приличным запасом пуль и Дорм-Гар в руках. Мне кажется, он даже кайфовал от осознания, какой он крутой.

Глава 20

Чтобы не смущать горожан нашими военными игрищами, и, несмотря на возражения Циона, мы разбили наш лагерь за пределами города. Там мы отстроили настоящий полигон. С множеством манекенов и примитивных тренажёров. Благо, с недавних пор, проблем с лесом не было.

Основной упор в тренировках, я сделал на двух вещах: стрельба из лука и работа с копьём. Верхом разумеется. Попутно, исправляли недочёты ныне существовавших сёдел. Оказалось, что это тоже очень важно. Для конных лучников одни, для кавалерии другие.

После многочисленных экспериментов, совместными усилиями, родились «нормальные» сёдла с жёсткой задней лукой, и низкими стременами для максимально эффективного укола копьём с разгона. Это оказало самое положительное влияние на возможность нанесения таранных ударов. Подобного не делала ни одна конница этого мира.

В «греческой» части, она была «лёгкая». Забрасывала врага дротиками, а мечами и копьями, била преимущественно «отбившихся от стада». Аспитары Астарты, насколько я знал, в атаку вообще ходили чуть ли не шагом, держа длинное и тяжёлое копьё двумя руками, а в ближнем бою орудовали мечами и булавами. И те, и другие, не использовали щиты. Первые полагались на скорость и манёвр, вторые на доспехи. Я же попытался воспроизвести средневековый конный «каток».

Северяне хваранга, парнями были крепкими и… диковатыми. Именно на них, я и сделал ставку. Одел, обул и вооружил. Длинные копья, треугольные щиты, мечи и булавы. Кольчуг в моих «запасниках» хватило на всех, правда, качество некоторых оставляло желать лучшего.

По итогу, получились конечно, не рыцари, но боевая мощь значительно выросла. По крайней мере, я в это верил.

Посложней вышло с конными стрелками. Мои знания в этой области были довольно скудными. Особенно в вопросах тактики и экипировки. До всего доходили путём экспериментов. Я пришёл к выводу, что без реального боевого опыта, судить о правильности принятых решений, практически невозможно. Теория теорией, а практику никто не отменял.

Основной проблемой, с которой я столкнулся, стало отсутствие хороших луков. Имеющиеся образцы были посредственными и в качестве боевых годились слабо. Их даже купить было негде. В изученной мной части мира, до сложносоставных луков ещё не додумались. Но я сумел решить и эту проблему.

Конечно, меня посещали мысли вооружить весь свой отряд призывным оружием. Только для начала необходимо было обзавестись приличными камнями подходящими для этого, и в достаточном количестве. Пока, практически все что были, ушли на изготовление амулетов.

В общем, я усилил рунами то, что было. Времени потратил на это и не сосчитать, но теперь, простенькие северные луки, превратились во вполне серьёзные образцы.

Эфир использовался только для усиления мощности, что свело его потребление к минимуму. Но даже если стрелок расходовал всё, что лук успел накопить, то он всё равно мог использоваться как обычный. Такое себе решение, но на тот момент, вполне неплохо получилось.

Несмотря на почти год тренировок, стреляли мы на «троечку», но я не сдавался. Потому что за всё время, я вообще никаких конных лучников не встречал. Они просто отсутствовали как класс. Тут царила пехота. Конница так, с боку припёку. Исключительно в качестве вспомогательных войск. В общем, я был уверен, что этот новый тип бойцов, должен дать мне неоспоримое преимущество.

Как бы там ни было, я всё равно был уверен, что мы готовы к любым вызовам. И что теперь нас такой толпой не вместит ни один постоялый двор. Сразу вспомнился Бон-Бон и сколько мы с ним намучились. Конюшни не были приспособлены для таких гигантов, да и жрал он, как целый табун. А гадил такими горами, что небольшой огород за раз удобрить можно. И теперь, когда он пал героической смертью, легче всё равно не стало. Народу-то, считай в два раза прибавилось.

Очередное напоминание, что пора задуматься о своём клочке земли. В том, что мой отряд будет расти и дальше, не было ни малейших сомнений. Да и постоянный доход наладить не мешало. Сильно долго на накопления не проживёшь, даже если они и очень солидные.

***

Проводя очередной смотр, глаз радовался. Моё воинство было снаряжено и подготовлено по самому высшему разряду. Я не стал заниматься унификацией и позволил своим людям пользоваться тем оружием, к которому у них лежала душа. Теперь каждый боец был при мече, кинжалах, и прочем, что счёл нужным для себя иметь. Забронированные по самую макушку, так что только одни глаза видны, они вызывали гордость. Люди-то мои.

В мире, где больше девяноста процентов военной силы обходились практически без доспехов, мой небольшой отряд представлял собой настоящее танковое соединение. Разве что кони были слабовато защищены. Так только, стальные пластины на груди. Конечно, это не касалось марагов, у которых естественное бронирование было на довольно приличном уровне.

Ещё одна зима, а затем и весна пролетели быстро. Приближалось лето, а до Ахель'Тана был далеко не ближний свет. Что-то мне подсказывало, что обратный путь не будет таким спокойным и мирным. Слишком уж гладко всё шло в последнее время.

«Пора завязывать с такими дальними переходами. Ничего хорошего ни мне, ни моим людям они не принесут».

Следующую зиму, я со своими «людьми» собрался провести в эльфийском лесу. Там и климат помягче и южные кланы поближе. Пора бы выставить им счёт на оплату. Я и не думал прощать этим скрягам то, как они меня «прокинули». Ну и пополнить личную казну за их счёт тоже было бы неплохо. А если совсем повезёт, то может и по вопросу их рунной магии, какая информация попадётся.

Вспомнился и Нассус, но его я отодвинул на потом. Не до него. Хотя посещала мысль просто нанять киллеров и закрыть вопрос. Как говорится, нет человека — нет проблемы. Хотя, как показывает практика, хочешь сделать хорошо — сделай сам.

***

Я лежал на кровати и размышлял о дальнейших планах, как скрипнула дверь. В комнату вошла Ления. Пришлось встать. Подумал, что не прилично лежать, когда женщина стоит.

Она внимательно посмотрела на меня с каким-то странным выражением лица.

— Что? — недоумевая спросил я.

— Давно хотела поговорить. Ещё в Ахель'Тане. Всё никак не удавалось застать тебя одного.

Она сделала паузу и ещё более пристально посмотрела на меня, отчего мне сразу стало как-то неуютно.

Я осторожно поинтересовался:

— И о чём?

— Так значит ты и есть тот самый дракон?

— Э-э-э… Не совсем. Скорее наследник. И не дракон, а Шаттиар'Туаравви. Истинный. Я же уже говорил.

— А почему в Пардауке не признался.

— Зачем? Ты на тот момент была мне никто. Странно, что ты этого не понимаешь.

— Да всё я понимаю. Это так… А наши дети тоже будут драконами? — неожиданно спросила рыжая.

Я зашёлся кашлем, когда это услышал.

— К-к-какие дети?

Ления густо покраснела.

— Наши.

— А с чего ты вообще решила, что они у нас будут?

— Ну как… Я же теперь твоя.

— А-а-а…

— Только попробуй сказать, что нет. Я тебе все глаза выцарапаю, — прошипела она, резко сменив застенчивость на гнев.

— Ления. Притормози. Мы…

— Ты чётко сказал, что после принесения клятвы, я буду привязана к тебе на всю жизнь. Я согласилась. А теперь ты говоришь, что ничего не будет? — сказала она ещё более угрожающе.

Лицо Лении покраснело, ноздри раздувались от гнева и она, сжав кулаки, сделала шаг мне навстречу. Я подметил, что когда она злится, то становится вообще суперкрасоткой.

— Ления… Солнышко рыжее…

— Не подлизывайся! Я жду ответа!

Мой мозг судорожно искал пути, как красиво соскочить, но пока безуспешно. Ещё издевательские комментарии и смешки драконов в голове, добавляли ситуации пикантности.

— Ления. Ты большая девочка и должна понимать, что ещё есть Уля…

— С ней я сама разберусь! — жёстко отрезала она.

— А ещё есть Сильва…

— Эта старуха? Ха! Ты что издеваешься?

— Ну… не такая уж она и старая.

— Ладно, — сказала Ления ещё больше покраснев от гнева. — Она приблизилась ещё на один шаг и теперь стояла ко мне вплотную. — Но больше никого! Ты понял?

— Ления…

— ?

Я собрался силами и выдавил из себя:

— Конечно, я тебя понял. А дети… они не исключены… но… точно не сейчас.

— А когда?

— Давай вернёмся к этому разговору, когда у меня хотя бы появится свой дом. Не верхом же вы будете рожать.

— Вы???

Ления сверкала своими фиалковыми глазами, но больше ничего не сказала. Потом выдохнула и заметно расслабилась.

— Хорошо. В этом ты прав. Но, если ты и в следующий раз попытаешься юлить… Ты не представляешь, что я… что мы! с тобой сделаем.

После, она быстро вышла из комнаты, а я обнаружил, что весь покрылся испариной.

«Вот же… Попали яйца в переплёт. И что теперь делать? А, плевать. Потом разберусь».

Я немного обдумал это, хмыкнул и тоже вышел из комнаты. Пошёл искать Грима. Он мне заявил, что останется ночевать в гостях. Сказал, что Цион позвал его на дегустацию свежей партии пива. Ну и ладно. На самом деле это было даже хорошо. Потому что если я не успевал уснуть раньше него, то потом, под громовой храп, только овечек в уме до рассвета считать. Так что хоть высплюсь нормально. Но, не тут-то было.

После того как я вошёл в комнату, то понял, что спать сегодня не придётся. На моей кровати лежали две обнажённые фигуры. Ления с Улей. У меня даже рот приоткрылся от этой картины.

— И долго ты собираешься там стоять? — спросила Уля томно-интригующим голосом.

— Молодой ещё. Наверное, не знает, что нужно делать, — с хитрым лицом подколола Ления.

«Ах так! Ну ладно, золотые рыбки».

***

Комната медленно наполнялась серым светом. Только начало светать, а сна не было ни в одном глазу, несмотря на то, что уснули мы совсем недавно.

На левом плече устроилась голова Лении, а на правом Ули. Их руки и ноги оплели меня с двух сторон и сбежать по-тихому, чтобы не разбудить, не было никакой возможности. А с другой стороны, зачем? Хорошо лежим.

У Лении оказалась на редкость нежная и бархатистая кожа. И вообще, она была сложена как настоящая девочка-девочка. Мягкие округлые формы. Великолепная грудь. Красивые ноги. А попка… Ммм… Станет чуть постарше, вообще спасения не будет.

Уля же была совершенно иной. Высокая. Огромные глаза. Чуть заострённые ушки. Гладкая оливковая кожа. Волосы цвета молодых плодов каштана. Небольшая, очень упругая грудь и невероятно длинные ноги. Не сказать, что худые, но они, как, впрочем, и всё её тело, без капли жира. У неё чувствовалась каждая мышца. Она оказалась совершенно неутомимой.

Короче, я пришёл к выводу, что если Ления — девушка-кошечка, то Уля тянет как минимум на пантеру.

Пока я предавался размышлениям, мои руки нежно гуляли по изгибам их тел. В какой-то момент, девочки практически одновременно, засопели, что-то сонно пролепетали и ещё плотней прижались ко мне.

«Эх, погубят меня когда-нибудь бабы», — подумал я, и счастливо улыбнулся.

***

После того как мои отношения с девочками перешли на новый уровень, между Ленией и Улей наступила идиллия. Они перестали собачиться и превратились в сладкую парочку. Всегда вдвоём. Это положительно сказалось на всех нас. Особенно на мне. Работа стала спориться и какие-то неудачи или ошибки, теперь не вызывали у меня гнев и раздражение.

Сказалось это и на боевой подготовке. Уля с энтузиазмом взялась обучать Лению стрельбе из лука, а та с не меньшим рвением осваивала новое.

Я глядя на это, даже вырвал пару дней из своего сверхплотного графика и изготовил для Лении призывный лук. Для этого пришлось выбрать самые мощные драгоценные камни из тех, что остались. Я без всяких сожалений встроил их в качестве накопителей. Энтузиазм нужно подогревать, чтобы не остыл. Улин же лук, тот, что она привезла с собой из Ахель'Тана, тоже улучшил и разыграл как главный приз, устроив соревнование по стрельбе.

***

Мы были собраны в дорогу и осталось только дождаться прибытия кораблей. Мысли о морской болезни гнал прочь, как и: «А не кинули ли меня капитаны судов?» Золота-то я им насыпал авансом. Чтобы не думать о всякой ерунде и не накручивать себя, я в очередной раз прорабатывал будущий маршрут.

Я задумчиво «медитировал» глядя на развёрнутую перед глазами карту. Местом высадки выбрал побережье Сконты. Интуиция звонким колокольчиком предупреждала, что идти через Балеар в этот раз не стоит. Особенно из-за того, что где-то в тех краях обитал Нассус. Тот самый, который конкретный Гальдон. В первый раз мы проскочили, но испытывать судьбу во второй, явно не стоило. Тем более что время встречаться с ним ещё не пришло.

Я снова «залип» в карту.

«Куда дальше?»

«А дальше пойдём купеческим трактом, вдоль границы Сконты и Балеара. Дальше «разбойничьим коридором» к Тиборской марке. Потом посетим Шаттарель, набьём огненных червей и вдоль побережья доберёмся до эльфийского леса. Маршрут, конечно, так себе, зато максимально безопасно и с пользой. Да. Так и сделаю».

В Сконте мой отряд сразу же привлёк к себе самое пристальное внимание. Пусть и небольшой, но прекрасно вооружённый, плюс Грим, пусть и без слона, но не ставший от этого менее значительной фигурой. В общем, моя команда, по всей видимости, вызвала определённые опасения у местных властей. Это уже даже не десятком путешествовать.

Сама фила, была не очень большая и не очень богатая. Сказывалась отдалённость от основных торговых путей. У них даже леса толком не было. Сплошные холмы и горы.

На пятый день передвижения по их землям, в мой отряд заявились официальные представители Каливаса — архонта Сконты, в количестве полусотни воинов верхом и цельным октархом во главе. Так сказать, ненавязчиво поинтересоваться, кто такие и какие планы.

Получив заверения, что мы просто движемся транзитом, основной отряд вместе с октархом отправился обратно, но с нами остался десяток до зубов вооружённых воинов. Вроде как помочь нам с комфортом пересечь их территорию, ну и чтобы мы случайно не заблудились.

К моей радости и гордости по сравнению с моими людьми, воины архонта выглядели сущими оборванцами. Особенно было заметно, с какой завистью они засматривались на наше снаряжение.

Я щедро платил за всё, где бы мы ни останавливались. Не хватало ещё и тут испортить отношения с властями. Наши сопровождающие, поначалу относились к нам с явной насторожённостью, но к концу путешествия по их краю, даже установили с нами контакт.

Я познакомился с их эномотархом, и мы расстались, если не друзьями, то, по крайней мере, без затаённой обиды или враждебности. Мы распрощались с нашим эскортом на границе и в качестве жеста вежливости, я попросил передать архонту Каливасу прекрасный меч из личных запасов. С поклоном и благодарностью за заботу.

Дальнейший путь прошёл без осложнений. Хотя и без курьёзов не обошлось. Нас попытались взять на гоп-стоп. Непонятно о чём думали разбойники и куда смотрели до того как решились на этот безумный шаг. Они высыпали из леса, увидели Грима с Ураканом в руках, так он назвал свой меч из пера Урака, побросали оружие и через несколько секунд снова скрылись в лесу. Братец даже свой медвежий рёв издать не успел. Более бездарной попытки ограбления, я ещё не видел.

***

Меня посетило чувство дежавю. Снова кузница, тот же кузнец, что сковал заготовку двигателя. Охота на «крокодилов» и изготовление лодки. Даже к вулкану мы отправились тем же составом. Только Ления в этот раз не возмущалась, почему со мной отправилась Уля, а её оставили на берегу.

Вот только на месте меня ждало разочарование. Магматические озёра застыли, едкий дым вырывался из трещин в поверхности, но никаких следов огненных червей. Я потерянно бродил пытаясь высмотреть хоть намёк на то, что они здесь, но так ничего и не нашёл.

«Вулкан погрузился в спячку так и не начав извергаться. Похоже, что Ушхан появляются только когда он активен. Или вызывают активность своим появлением… Не повезло. Только зря тащились в такую даль, — подумал я и в глубине души расстроился. — Ну и чёрт с ними. Значит не судьба».

На пути в Ахель'Тан, меня посетила шальная мысль: «А не посетить ли Бетин? Заодно пожрать нормально». Но потом решил, что не стоит лишний раз раздражать местную власть. Итак нагадил больше некуда. Лучше побыстрей добраться до леса.

Когда до границы с Астартой оставалось всего полдня пути, нас ждал сюрприз. Дорогу перегородил большой военный отряд. Пехоты, человек триста, не меньше, и всадников около сотни.

Мне это сразу не понравилось. Такой сильный отряд, явно предполагал момент, что они не исключают драки. Хотя подобная встреча польстила. Почти полтысячи на мои два десятка. Боятся — значит уважают.

Мы на всякий случай приготовились к бою. Как только заметили встречающих, то сразу же надели брони и перестроились. Когда к нам приблизился конный отряд, его встретили во всеоружии.

Потенциальные противники нашу снарягу заценили, а на Грима посматривали с особой опаской. Он и без Бон-Бона добавил им впечатлений от встречи. Они явно не ожидали увидеть то, что видели.

К нам приблизился одинокий всадник. Немолодой воин, в прекрасной кольчуге и мечом на поясе. Под ним гарцевал горячий жеребец, но всадник держался в седле легко и непринуждённо.

— Я Тай Лёханзон, приветствую тебя славный воин. По какому случаю встреча? — поинтересовался я и слегка склонил голову в приветствии.

— И я приветствую тебя Тай Лёханзон, на благословенной земле королевства Тарн. Я Таркон — капитан королевской стражи. У меня приказ его Величества, пресветлейшего Пагона Никатора, сопроводить вас в столицу на заседание королевского суда.

Я изобразил на лице искреннее удивление.

— Суд? С какой стати? Я, не подданный вашего королевства.

— За убийства стражников, совершенные в городке Бетин. За самовольную казнь городского головы, почтенного Онны Растера. А также за сожжённую городскую управу, — перечислил капитан список вменяемых преступлений.

— А вы в курсе, что они взяли деньги за моё убийство? Вы должны сказать спасибо, что я очистил землю от позорящих вашего короля людишек.

— Простите, но я не вправе обсуждать с вами обстоятельство данного дела. Я не посвящён в детали. Пожалуйста, проследуйте с нами. Уверяю, суд во всём разберётся.

— Меня терзают смутные сомнения насчёт объективности вашего суда, — сказал я, и скривился.

— Вам не стоит беспокоиться. Суд Тарна — справедлив и беспристрастен. Тем более что председательствовать будет лично его Величество. Нам бы не хотелось с вами сражаться, — добавил капитан.

— Мне бы тоже не хотелось с нами сражаться, — иронично заметил я. — И что значит вас? Обвиняют нас всех?

Капитан на секунду задумался.

— Всех, кто участвовал в том противоправном деянии. Вот соответствующий приказ.

Я принял из его рук свиток и внимательно прочитал его.

— Хм… В этом документе записано только моё имя. На каком основании, вы собираетесь задержать остальных?

— Там же написано: «Тай Лёханзон и его подельники».

— Я умею читать. Я не понимаю, как вы собрались определять, подельники они или обычные воины, что путешествуют вместе со мной? Может они меня просто сопровождают. Взяли деньги за охрану, а вы собрались тащить их на суд. Называйте конкретные имена, и мы подчинимся как законопослушные люди.

«Может быть».

Весь вид капитана выражал крайнюю озабоченность. Он прекрасно понимал, что не имеет достаточно законных оснований задержать всех. Я же в свою очередь, судорожно размышлял, как соскочить без драки.

«И что делать? Если поедем все вместе и дело примет дурной оборот, то тогда живым не уйдёт никто. На узких улочках Тарна нас задавят массой. И не спасёт нас ни первоклассная броня, ни магия, ни амулеты. Пойти одному? Мысль тоже так себе. Дать бой? Не сомневаюсь, что мы прорвёмся, но наверняка будут потери, а главное, в какую дыру скатятся мои отношения с Тарном. Тем более что у их королька дружественные отношения с сенатом Астарты, как бы и там не стать персоной нон грата. Потом что, всё время у эльфов сидеть? Ладно, поеду. И поеду один. На месте сориентируюсь. Золота полно, даст бог, откуплюсь».

— Вы правы, — наконец выдал капитан, после нескольких минут раздумий. — Но лично Вам, всё равно придётся проехать с нами.

— Я могу попрощаться?

— Конечно. Только не долго.

Я вкратце просветил своих людей о том, что происходит и сразу же запретил возражать против своего решения. Приказал им без промедления двигаться в Ахель'Тан, и назначил Грима главным.

— Брат, веди всех прямиком в лес как можно быстрей, а вы все, даже не вздумайте ослушаться.

В ответ последовали молчаливые кивки посмурневших лиц моих соратников. Как старых, так и новых.

— Не переживайте, ничего со мной не случится. И берегите Ваада. Всё. Гоните и без крайней необходимости нигде не задерживайтесь.

Я на всякий случай сменил марага на обычного коня, поцеловал своих девочек и поскакал в сторону ожидавшего меня тарнийского отряда.

Теперь, когда я остался один, мои конвоиры всё равно вели себя довольно учтиво. Несмотря на вежливое обращение, я не единожды ловил алчные взгляды тех, кто засматривался на мои доспехи и оружие. Шиш вам с маслом.

Пока мы двигались, я совместно с драконами искал, что же можно использовать в качестве оружия, так сказать массового поражения. На случай если события начнут развиваться совсем плохо. Перебрав кучу вариантов, я так и не смог предложить сам себе ничего подходящего.

Вот выявился ещё один недочёт. «Ядерная бомба» в качестве последнего слова однозначно нужна. Создадим. Позже. Если выживу.

С такими мыслями, на третий день пути, мы прибыли в Тарн.

Глава 21

Мне уже доводилось бывать в тех местах, да и в самом городе тоже, когда сопровождал купца Азата с нашей добычей, после нападения на разбойничий лагерь.

Я поинтересовался, тут ли ещё клан «Поющие молоты», на что Таркон ответил, что они ушли в прошлом году. Жаль. Почему-то очень захотелось увидеть хоть одно знакомое лицо. Нехороший сигнал.

Судебное заседание, организовали не на центральной площади города, как это обычно происходило, а в королевском дворце. Странно. Похоже, его запланировали провести в закрытом режиме, а это было вообще не типично. Такое практиковалось если обвиняемый принадлежал к дворянской элите. Либо меня так высоко оценили, либо хотели поменьше огласки.

При в ходе во дворец стража хотела отобрать у меня оружие, но не смогла, так как я улучил момент и всё забросил в «облако». Сопровождавший меня капитан удивился. Вот только меч и кинжалы были, а теперь нет, но обыскивать не стал. Я только ухмыльнулся в его удивлённую физиономию.

Пока меня вели к месту заседания, я незаметно осматривался по сторонам. Дворец, на мой взгляд, выглядел аляповато. Колонны, статуи, какая-то лепнина, фрески на стенах. Меня не покидало стойкое ощущение, что здесь всё не на своём месте. Ещё заметил, что во дворце попахивает. Мочой и дерьмом.

Наконец мы пришли в большое помещение тронного зала, где на возвышении находился королевский трон, больше похожий на обычный деревянный стул с высокой спинкой.

Я подумал, что у Тарна столько золота, что могли бы и на что-нибудь более монументальное усадить королевскую задницу. В Агросе, попка Сильвы восседала на гораздо приличествующем седалище.

Простите, отвлёкся. Так вот трон, тот который больше стул, на котором горделиво разместилась туша его Пресветлейшего Величества Королевства Тарн — Пагона Никатора, находился на некотором возвышении, практически в самом конце огромного зала. Причём задница короля, обладала более внушительными габаритами, чем само Величество и с трудом умещалась на троне, несмотря на солидные габариты последнего.

Этот господин был очередным представителем рода человеческого, что любил поесть, а двигаться не очень. Судя по лоснящейся физиономии и маске умиротворения на лице, их величество изволили плотно отобедать, и пребывали в состоянии релаксации.

Меня больше беспокоил стоящий по правую руку от него низенький, и не менее толстый мужичок с длинной бородой, чуть ли не до пола, и в смешной шапке с бубенчиками. Однозначно придворный маг. Хотя по мне, он больше походил на шута. Вот только с такими пронзительными и цепкими глазками, шутов не бывает. Он с явным интересом рассматривал меня и покусывал нижнюю губу.

«Нервничаешь? Чуешь, что сейчас что-то будет? Только попробуйте и точно будет».

— Итак! — начал свою речь повелитель Тарна. — Ты, Тай Лёханзон, обвиняешься в преднамеренном убийстве двадцати трёх граждан Тарна. В уничтожении государственного имущества на крупную сумму. Самовольной казни городского головы — уважаемого Онны Растера, коего ты, предал жестокой и лютой смерти путём сожжения без суда и следствия. И посему, после рассмотрения дела, ты признаёшься виновным в этих преступлениях и будешь казнён на городской площади, а всё твоё имущество перейдёт в пользу государства.

Его Величество закончил свою речь, произнесённую крайне напыщенным тоном и вперил в меня взгляд своих мелких поросячьих глазок.

— Тебе есть что добавить, до того, как приговор приведут в исполнение? — поинтересовался он, по всей видимости не рассчитывая, что я посмею что-либо возразить.

— Кстати, а его диковинного коня поставили в отдельную конюшню? И где остальные?

Побледневший капитан королевской гвардии, склонился к королевскому уху и зашептал.

К моменту, когда он закончил отчитываться, рожа Пагона приобрела цвет зрелой свёклы, а губы затряслись в гневе.

— Как сменил на обычного? Как ты допустил? Почему его спутники не арестованы? Что значит в приказе не было конкретных имён? Тебе для чего выделили войска?

Пагон неожиданно замолчал и потемнел лицом ещё больше.

— А где ушастая девка? Её ты тоже упустил?

Теперь король почему-то побледнел и вдруг как заорёт:

— Идиот! Ты разжалован. До конца жизни будешь навоз в конюшнях разгребать!

Короче, пока его Величество распекал своего подчинённого, я всё понял. Это был не суд, а банальное оглашение приговора. Мою судьбу решили, ещё до моего прибытия. Пагон, явно пользовался поводом и просто-напросто хотел наложить загребущие руки на моё добро. А ещё, что всё это неспроста. Я сложил два и два и получил неутешительный ответ. Диковинный конь, ушастая девка… Похоже, Нассус никак не успокоится. Он давно положил на Улю глаз и в этот раз, сменил тактику.

«Какой же ты дурак, корил я себя. — Законности тебе захотелось. Вот получи и распишись. Думай теперь, как отсюда выбраться, а не получится, продай свою жизнь подороже».

— Конечно у меня есть что сказать! — громогласно объявил я.

Мой голос перекрыл крики короля. Он замолчал и исподлобья посмотрел на меня.

— Ну что же, — прошипел он, полным злобы голосом. — С удовольствием послушаем, что ты сможешь сказать в своё оправдание.

Начал я с пересказа своих мыслей, по поводу того, что думаю о том фарсе, который они называли судом. Не забыл проехаться и по его истинным причинам, используя самые красочные эпитеты. Благо лексикон всегда был богатый. Не преминул высказаться и на тему, что я вообще думаю о их правосудии, государственных служащих, и почтенном Онне в частности. К моменту, когда я закончил, их величество стал скорее чёрного цвета, чем свекольного, а в зале воцарилась гробовая тишина.

«Эх. Хамить так хамить».

— А мараг, а не диковинный конь как ты изволил выразиться, впрочем, как и все остальные представители их вида, крайне разумные и благородные животные. Моего зовут Айрилль. Так вот он, никогда бы не потерпел на своей спине человека никчёмного и не имеющего даже намёка на честь. Тем более что твоя жопа настолько велика, что, боюсь даже могучий хребет марага не сумел бы её выдержать, — добил я короля и с наглой ухмылкой обвёл глазами присутствующих. — А насчёт ушастой девки… Радуйся, что её здесь нет. Иначе, она отрезала бы тебе все причиндалы. Если конечно у тебя там что-то есть.

Что началось в зале. Пагон завизжал как недорезанная свинья. Придворные не стесняясь начали обсуждение сказанного мной перекрикивая друг друга и визги своего монарха.

— Взять! Взять и казнить! Немедленно! — вопил король, тыча в мою сторону пухлым пальцем и подпрыгивая на троне.

Стража со всех сторон бросилась на меня в попытке скрутить.

Собственно, именно этого я и добивался. Побольше толпы вокруг, чтобы прикрыться от королевского мага, пока я готовлю свой удар. Как только гвардейцы навалились, я активировал амулет. Поднял вокруг себя силовой щит и стал накачивать его энергией, попутно надевая на себя шлем. Голова-то моя, не соседская, тем более она у меня одна и очень мне дорога.

— Он маг! Меня же предупреждали что он маг! — продолжал надрываться Пагон.

«Предупреждали что он маг… Ещё одно подтверждение, что Тарну не было до меня никакого дела, пока кто-то не указал пальцем. Всё-таки Нассус. Точно Гальдон. Ладно, потом буду с этим разбираться. Сейчас бы просто ноги унести».

Король хотел добавить что-то ещё, но я в этот момент освободил закаченную в щит энергию. Обступавшие меня солдаты вместе с редкой мебелью со скоростью звука разлетелись во все стороны, сбивая и калеча других, а вокруг образовалось абсолютно пустое пространство.

Ко мне тут же бросились два гвардейца, непонятно откуда взявшиеся. Но я не обращал на них никакого внимания. Я смотрел на тарнийского мага, который делал странные пассы руками и громким, чистым голосом выкрикивал непонятные мне слова.

Я выхватил из «облака» меч и решил встретить его атаку лицом к лицу. Никогда толком не видел местных магов в действии, тем более так близко. У меня сложилось стереотипное мнение, что здешние маги ни на что серьёзное не способны, поэтому я был уверен на все сто, что мне ничего не угрожает.

«Я есмь дракон!» — подумал я и рассмеялся во весь голос.

В этот момент с вытянутых рук мага сорвалась голубая ветвистая молния. Она попала не только по мне, но и зацепила двух гвардейцев, что упёрли в мой торс копья. Они попадали на пол и комично задёргали всеми конечностями, непроизвольно обмочившись и испуская зловонный, чёрный дым.

Это заклинание, моя защита отбила с яркой вспышкой и громким хлопком, а амулет на груди сделал громкий «Пшшш…». После чего, почему-то запахло апельсиновыми леденцами.

От мысли, что случилось бы, если бы амулет был не снаружи, а непосредственно на моём дражайшем теле, у меня похолодели конечности.

Королевский маг оказался далеко не бутафорным, и теперь полагаться кроме как на доспехи, было не на что. Я как-то не предполагал, что мой многофункциональный защитный амулет может быть уничтожен первым же ударом. Причём не только он сам, но и камень-накопитель.

Всё-таки формула: «Один предмет — одна функция», самая правильная. И нужно обязательно разработать рунир «предохранитель», а то так никаких камней не напасёшься.

— Взять! Не дать уйти! И принесите мне его меч! Я хочу его меч! — слышались вопли Пагона за моей спиной, в то время пока я думал и бежал к боковому проходу.

Пришлось в темпе ретироваться, потому что маг не унимался и снова начал что-то выкрикивать. Когда я это услышал, по моей спине пробежал табун мурашек. Проверять на пробой доспехи, как-то не очень хотелось. Можно и поджариться.

«Довыпендривался!»

Я буквально ласточкой влетел в дверной проём, как позади меня что-то громко ухнуло. Только сейчас везение мне изменило. Едва поднявшись на ноги, я наткнулся на десяток гвардейцев, спешащих на помощь своим «коллегам».

Не дав врагам опомнится, я налетел на них и успел прикончить двоих, прежде чем они рассредоточились. Пока я разбирался с солдатами, возникшими на моём пути, сзади меня подпёрли преследователи. Начался бой в почти полном окружении.

Удары посыпались со всех сторон. Пробить мой доспех они пока не сумели. Но, тем не менее, некоторые пропущенные, ощущались очень даже болезненно.

После того как чей-то удачный удар прилетел мне в голову, я поплыл. Попробуйте одеть на голову ведро и чтобы кто-то со всей дури дал по нему дубиной. Незабываемое ощущение. Я, конечно, утрирую, но недалеко от истины.

Удар был настолько мощным, что у меня от него громко хрустнула шея. Хорошо, что не сломалась. Под крышкой черепа зазвенели тысячи колоколов, и только чудом мне удалось удержаться на ногах.

— «Косст, врубай овердрайв. Забьют!» — истерично завопил я.

— «Три-четыре секунды максимум. Больше не выдержишь».

Теперь я рубил гвардейцев как капусту. Хотя, на самом деле, я противников по большей части протыкал. Для замаха было слишком мало места.

— «Может всё-таки переделать меч в шпагу?»

— «Ты сначала выживи, потом будешь об этом думать».

Собственно, возразить было нечего.

В общем, пока мои противники двигались как сонные мухи, я находил малейшую щель в их защите и тут же разил.

— «Отключаю разгон. Твой мозг на пределе!»

На меня тут же навалилась дикая тяжесть. Тело раскачивало во все стороны, а голова неимоверно кружилась. Нечеловеческим усилием воли, сдерживая подступившую рвоту, я стал отступать спиной не переставая отражать и наносить удары.

После продемонстрированных мной сверхспособностей, враги не спешили бездумно напирать. Почти десяток трупов остудили их пыл, но всё же, они понимали, что деваться мне некуда.

Перед глазами побежали строчки о состоянии организма:

— Диагностируется сотрясение мозга. Степень не определена.

— Функциональность организма восемьдесят три процента.

Мягкий голос дублировал сводку состояния.

Косст серьёзно взялся за воплощение моих желаний. Не сам говорит, а такой приятный женский голос где-то у меня в голове раскопал.

— «Косст! Отключи голос и оставь только текст. Отвлекает».

— «Принято».

Я продолжал отступать, а гвардейцы, несмотря на потери всё равно лезли вперёд. Только делали они это уже не столь опрометчиво. Автоматически, не раздумывая, я нанёс неожиданно оказавшемуся ко мне вплотную воину в шлеме с открытым лицом, мощный удар головой.

Противник отлетел и с громким шумом упал на пол, а у меня под крышкой черепа снова вспыхнули звёзды. Покачнувшись, я на мгновенье опёрся левой рукой на стену, чтобы не упасть и тут же получил сильнейший удар пониже подмышки. Раздался громкий хруст.

«Рёбра» — мелькнуло в голове.

— Диагностируется сотрясение мозга. Предварительная оценка — средняя тяжесть.

— Сломано два ребра.

— Открылось незначительное внутреннее кровотечение.

— Нарушена работа левого лёгкого.

— Функциональность организма семьдесят один процент.

Пропущенный удар был настолько мощным, что даже «сало» огненного червя не смогло, сколько-нибудь его смягчить.

Отступая, я упёрся пяткой в какой-то выступ.

«Ступенька», — понял я сквозь боль, головокружение и тошноту.

Моё положение немного стабилизировалось. Лестница оказалась узкой и закручивалась в спираль по часовой стрелке, что дало мне серьёзное преимущество. Во-первых, потому что её ширина не позволяла подниматься по ней больше чем одному. Во-вторых, мои противники затруднялись нанести нормальный удар с правой руки, либо были вынуждены переложить оружие в левую. Мешала толстая колонна вокруг которой вилась лестница.

Потеряв ещё парочку бойцов, гвардейцы отступили, а у меня появилось время прийти в себя. Голова уже даже не кружилась. Казалось, что некий кукловод хаотично бросает меня во все стороны как тряпичную игрушку. Едва я успел снять шлем, как меня вырвало.

С огромным трудом мне удавалось держаться на ногах и каждый шаг отдавался мучительной болью, и желанием избавиться от немногих остатков содержимого желудка. Шлем я хотел было снова надеть, но не смог. Пришлось отправить его в «облако».

Тарнийские гвардейцы в принципе правильно рассудили. Деваться отсюда некуда. Хотя, если бы они продолжили напирать, то надолго меня бы точно не хватило.

Пользуясь временным затишьем, я решил узнать, что же там наверху. После утомительного подъёма, я в конце концов упёрся в короткую вертикальную лесенку, над которой находился люк. С огромным трудом мне удалось подняться наверх.

Откинув крышку, я попал на площадку небольшой башенки, окружённой низкой стенкой с зубцами. Она выходила как раз на площадь перед дворцом. Похоже на место оглашения монаршей воли. Бежать отсюда было некуда. Только спрыгнуть вниз. Метров восемь. И гарантированно убиться.

Итак, в моём распоряжении появилось немного времени, чтобы поразмыслить и попытаться найти выход. Я подумал, что гвардейцы навряд ли полезут на штурм, уж очень выгодная у меня позиция для обороны. Напасть незаметно невозможно. Разве что с неба.

Только они наверняка не подозревали в насколько плачевном состоянии я находился. Даже просто дыхание давалось с огромным трудом. Боль в грудной клетке стала по-настоящему невыносимой. Ко всему этому добавился кровавый кашель и начали неметь конечности.

«Теперь точно конец».

Снизу раздавались крики с призывами сдаться и положиться на милость всемогущего Пагона Никатора.

«Да конечно, сейчас только шнурки завяжу».

Моё состояние во всех смыслах было отвратительным и стремительно ухудшалось. Я даже голову держать не мог. Из приоткрытого рта ручьём бежала слюна вперемешку с кровью, стекая на грудь. В голове стоял оглушительный звон, а в глазах периодически исчезала картинка.

— Предупреждение! Определено тяжёлое сотрясение мозга. Возможна потеря сознания!

— Внутреннее кровотечение усилилось.

— Отказ функций левого лёгкого.

— Диагностируется пневмоторакс.

«Пневмоторакс[10]. Слово-то какое мудрёное. Косст наверняка взял эту информацию из моей головы, а я даже не знаю, что это такое. Смешно».

Тем временем на мой «экран» продолжали выводиться данные:

— Функциональность организма пятьдесят семь процентов.

— Критическое состояние! Для полного восстановления рекомендуется покой на протяжении тридцати семи часов.

«Покой. Это тот, который только снится. Ещё смешнее. Мне требуется тридцать семь часов для того, чтобы ускоренная регенерация подлатала мой организм. Здорово же меня отделали. Но у меня нет столько времени. Сомневаюсь, что полчаса есть. Нужно что-то предпринять, прямо сейчас».

Я снял перчатки и закинул их в «облако». Потом надрезал левое запястье и сложил ладонь «ковшиком», чтобы стекающая кровь скапливалась там. Перед этим как смог сдул пыль с каменных плит башни, и, обмакивая указательный палец правой руки, начал выводить кровью на поверхности затейливый иероглифический узор.

Вспомнился первый опыт создания призывного лука и иероглиф стремительного потока. Если внести в рунир небольшое изменение и помимо силы крови, напитать его энергией из кристалла, можно попытаться ударить как минимум по всему дворцу.

Если всё получится, то по идее люди на территории, которую накроет действие рунира, потеряют сознание. А может и умрут. Теоретически. Слишком уж сложный узор у меня получался, да и по очень уж большой площади я собирался ударить.

Ну и честно сказать, начертание выходило прилично корявеньким. Картинка в глазах постоянно прыгала во все стороны, а временами и вовсе пропадала. С истинным зрением было тоже самое. Оно то было, то нет. Короче, не было никакой уверенности, что всё сработает как должно и сработает ли вообще, тоже.

Сквозь головокружение и тошноту, мне показалось, что снизу начались попытки проломить люк.

«Ничего у вас не выйдет. Только вот у них есть маг, который подозрительно затих. Наверняка подлянку какую-то готовит. Нет. Времени совсем нет. Действовать нужно незамедлительно».

Я закончил начертание и начал было активировать рунир, как в голове родилась очередная безумная идея. Попытаться уловить часть истекающей из врагов жизненной энергии. Опять же, теоретически, это должно было положительно сказаться на моём состоянии. Разумеется, при условии, что всё сработает как должно.

Если всё получится, то мне всё равно потребуются силы чтобы сбежать. Когда к моим травмам добавилась дополнительная кровопотеря, я понял, что в нынешнем состоянии, я навряд ли смогу даже спустится по лестнице. Разве что свалиться вниз, как мешок с картохой и шею себе заодно свернуть.

«И как отсюда свалить в таком случае?»

Пока эти мысли метались в моей голове, я добавил ещё несколько иероглифов отдельным массивом, и активировал своё творение.

Кровавый рисунок воспарил над моей головой и сжался в большую, вращающуюся кровавую каплю. Свет вокруг померк и приобрёл багровый окрас. Хотя я не исключал, что это в очередной раз в глазах потемнело. Тем не менее, я начал закачивать в рунир энергию из всех камней-накопителей, что у меня были, а затем и из кристалла.

Капля быстро росла, и в какой-то момент центробежная сила вращения, всё больше и больше, превращала её в кровавый диск, который стремительно увеличивался в размерах. Багрово-кровавое нечто уже давно накрыло территорию дворца, но я всё равно продолжал вливать в рунир энергию. Лучше переборщить, чем недоборщить, так я всегда предпочитал действовать.

В голову, в которой и так царил хаос, сумели пробиться истошные крики драконов. Они были еле слышны, будто не кричали во весь голос, а шептали. Похоже, серьёзно мне голову отбили.

— «Аум! Он исчезает! Остановись или мы погибнем!» — в четыре голоса вопили драконы, решив воззвать ко мне напрямую.

Но я всё так же их почти не слышал, да и не слушал, и даже не читал сводку выводимую на мой «экран», а продолжал опустошать кристалл.

Я вдруг понял, что ещё мгновенье и сознание меня покинет.

«Сейчас».

Активировав вторую, дополнительную часть рунира, я проткнул вращающийся кровавый диск мечом. В ту же секунду моё сознание разлетелось миллионами осколков. Ощущение тела исчезло. Разум пребывал в бескрайней тьме космоса, и только где-то вдали, пульсирующая светом точка намекала, что я всё ещё жив.

«Всё-таки перемудрил…»

Сложно сказать, сколько прошло времени, час или всего лишь мгновенье, но, в конце концов, меня поглотила тьма.

Я потерял сознание.

Или умер?