Братство Роха

Пролог

Пролог

Планетарная система Генорис

Высокая орбита Тарсона

Орбитальная крепость «Синер»

За длинным прямоугольным столом собралось по три представителя от каждой расы. Тарсонианцев представляли высшие чины Верховного Совета планеты, гелианцев – военное руководство, облачённое властью на проведение переговоров любого ранга.

Заседание шло за плотно закрытыми дверями уже не первый час, а о принятии совместного решения пока речи не шло. Несколько раз перед ожидающими у входа журналистами появлялся кто-нибудь из пресс-секретарей и, разводя руками, сообщал, что выступление представителей обеих рас по итогам переговоров состоится чуть позже.

Журналисты ворчали, но не расходились. Понимали, что переговоры носили непростой характер, и обстановка там накалилась до предела. Тем важнее им было услышать итог этого саммита первыми.

В зале заседаний и в самом деле всё было непросто, можно сказать, на грани.

– Поймите, сол Гимрат! – зашипел генерал Куис, медленно сжимая кулаки. – Вы загоняете нас в угол, ставя в крайне невыгодное положение, и ваши действия несут явно недружественный характер. Этот минерал – ритилий… он нам жизненно необходим, его запасы на нашей планете давно исчерпаны, но указанная вами цена намного выше той, что предлагают на черном рынке самые отъявленные и недобросовестные перекупщики! Это просто грабёж!

– Ну, вот и покупайте у этих перекупщиков! – невозмутимо ответил Конд сол Гимрат. – Ритилий нужен нам самим не меньше, чем вам. И мы не собираемся истощать свои ресурсы в угоду другой расе! Цена не изменится.

Затем главный переговорщик от Тарсона подмигнул генералу и положил локти на стол.

– Или у вас есть что-то такое, что могло бы нас заинтересовать?

Генерал Куис и другие присутствующие сразу поняли, к чему клонит представитель Высшего Совета планеты Тарсон.

Передача технологий по варп-двигателям.

Особо охраняемая гордость гелианской расы – тайна, за которой безуспешно охотятся ученые десятков других рас. Их варп-двигатели сокращают расстояния почти втрое, и ставят гелианцев значительно выше над другими расами в технологическом плане. Например: чтобы достичь планеты Гелион, тарсонианцам понадобится больше месяца, гелианцам же – всего несколько дней.

– Нет! – рявкнул генерал Куис и, с шумом откинув кресло, вскочил на ноги.

Глава 1. Эол и Ника

Глава 1. Эол и Ника

Эол забарабанил кулаком в дверь и зло выкрикнул:

– Ника, ну, сколько тебя можно ждать?! Ты где там застряла? Ребята уже умчались, и нам придется их догонять. Ника!

– Я скоро! – послышался из-за двери звонкий девичий голосок. – Догоним, не переживай. Я возьму что-нибудь в гараже отца или Рея, они оба любят скорость! Так что…

Неожиданно дверь распахнулась, и на пороге появилась невысокая улыбающаяся девушка в коротких обтягивающих шортиках и в цветастой кофте с длинным рукавом. Плотно облегающий модный прикид выгодно подчеркивал спортивную фигурку. В руках она держала небольшой продолговатый контейнер с одной широкой лямкой, такие удобно носить наискось на спине или груди.

Она лучезарно улыбнулась и, демонстрируя Эолу многофункциональные ботинки для путешествий в горы, поставила ступню на пятку.

– Не могла подобрать себе подходящую обувь. Ну как тебе, нравится?

Эол посмотрел на шортики, на красивые стройные ножки, и его злость мигом улетучилась.

– Нравится… очень.

Ника подмигнула ему и повесила контейнер на спину, просунув голову и руку через лямку.

– Или я поведу? – прищурившись, спросила она. – А ты будешь держаться за меня.

Предложение было более чем заманчивым, но зная, как опасно Ника любит лихачить, Эол отрицательно мотнул головой и решительно передвинул свой контейнер себе на грудь.

– Нет уж! Поведу я, а ты держись.

В гараже отца Ники выбрали скоростной двухместный барк. Он и мощнее остальных и больше размером. На таком они вмиг догонят уже, наверное, далеко отъехавших ребят.

Чуть приподнявшись над землей, барк резво взял с места и, быстро набирая скорость, понесся в сторону ближайших гор.

Группу молодых исследователей доисторических пещер они настигли почти у самого подножия высокой горы. Тирт, Кора, Горж и Сиом стояли полукругом возле восьмиместного барка и что-то эмоционально обсуждали, активно жестикулируя руками. Среди них не хватало только крепыша Пегса.

Эол подрулил к ним и заглушил двигатель.

Старший группы по имени Тирт посмотрел на вновь прибывших и сказал как отрезал:

– В пещеру сегодня не пойдем!

– Почему? – Ника надула губки.

– А ты посмотри туда! – немного раздражённо ответил Тирт и ткнул пальцем в сторону вершины горы, где и находилась нужная им пещера.

Эол и Ника дружно повернули головы и уставились в направлении, куда им указывал старший. На первый взгляд всё было, как обычно: листва, деревья, камни…

– Не так! – Тирт явно терял терпение. – Через визор.

Ребята переглянулись и, порывшись в своих контейнерах, достали и тут же напялили на себя массивные очки с чуть вытянутыми линзами.

Теперь всё стало понятно!

На вершине горы, совсем недалеко от замаскированного входа в пещеру, большая группа военных монтировала какое-то громоздкое оборудование. Судя по вытянутым вверх трубам и антеннам, что-то из систем орбитальной ПКО. Из-за густо растущих деревьев и плотной листвы рассмотреть что-либо лучше не представлялось возможным.

– К ним туда Пегс пошел. Попытается узнать, что да как, – вставила свое слово Кора и, заправив густые черные волосы за ухо, стрельнула глазками в сторону Эола.

Ника заметила это и, безразлично фыркнув, сняла очки.

– А если они обнаружат в пещере наш схрон, ведь там полно… – начал было толстяк Горж.

– Прикуси язык, жирдяй! – грубо прервал его Тирт. – Если военные выставили заслон, то они обязательно услышат твою болтовню, и тогда тебе придется оправдываться перед стражами за содержимое пещеры.

– А что я? – Горж почесал затылок и уселся на землю. – Почему только мне? Оружие там наше общее и…

– Да заткнешься ты! – крикнули на него все хором.

– Пегс возвращается! – разрядила обстановку Сиом, внимательно рассматривая гору через визор. – Вид у него что-то уж очень недовольный.

Сиом – это девушка Пегса, они встречались уже почти год, и у них так всё далеко зашло, что они, уже не скрываясь от родителей и друзей, жили вместе как муж и жена.

Пегс вскоре вышел из-за ближайших кустов и, демонстративно пнув ногой камень, направился к ребятам.

– Сегодня нам туда не пробраться! – крикнул он издалека. – И завтра тоже, и послезавтра, и теперь вообще непонятно, когда можно будет попасть на эту гору. Ее оккупировали военные. Меня даже близко не подпустили.

Все в растерянности начали посматривать друг на друга. Готовились-готовились, и тут на тебе!..

– Тогда что, по домам? – немного разочарованно потянула Кора, посматривая на парней. – Может, тогда давайте к реке? Погода хорошая, разобьем лагерь, приготовим что-нибудь на костре, переночуем, а? А уже завтра все по домам.

– Я за! – поддержал девушку Тирт.

– И я!

– И мы!

– Решено тогда! Грузимся и к реке на наше старое место.

Пикник

В молодости нет привычки долго предаваться тоске и унынию, на их место всегда приходит радостная суета и веселье.

Вот и сегодня весь день пролетел в приятных хлопотах. Сначала все дружно обустраивали лагерь, затем вывалив всё, что есть у каждого, из контейнеров, вместе приготовили еду, и когда подошло время заката, разбрелись парочками по округе провожать так неудачно начавшийся день. В лагере остался только один жирдяй Горж, да и то больше из-за того, что там кое-что осталось недоеденным.

Эол с Никой отошли от лагеря почти на пару сотен шагов и облюбовали местечко на обратном склоне небольшого холма. Вид на закат отсюда открывался потрясающий, да и от чужих глаз подальше.

Эол достал из своего контейнера маленький шарик с небольшой петелькой на конце. Продел туда палец и резко встряхнул. Через мгновение в его руке оказалась плотная одноразовая подстилка, которую он положил прямо на траву.

Ника благодарно кивнула и села, обхватив руками колени, Эол примостился рядом и посмотрел на быстро угасающий закат. Солнце уже почти полностью скрылось за горизонтом, но его отблески красиво подсвечивали редкие облака снизу, создавая вокруг атмосферу спокойствия и тихой умиротворенности.

Ночь наступила мгновенно, как будто кто-то там наверху щелкнул выключателем и погасил свет.

Эол и Ника легли на спину и взялись за руки. Над ними ночное небо, усыпанное миллиардами ярких звезд. Одна из них вдруг тронулась с места и быстро понеслась, по дальней орбите огибая планету.

– Крейсер «Каспар», – с чувством нескрываемой гордости проговорил Эол и покрепче сжал ладонь девушки. – Флагман Тарсонианского флота, не имеющий себе равных и не знающий поражений.

Девушка повернулась набок и, чуть помедлив, коснулась лица парня.

– Твой отец сейчас там? – тихо спросила она.

– Да.

– Как думаешь, они договорятся?

– Думаю, да! Не воевать же нам с гелианцами из-за этого ритилия. Наши, конечно, задрали цену, но отец говорит, что это только лишь для того, чтобы потом разумно снизить и не остаться в убытке. Добыча этого минерала тоже недешевое удовольствие.

– Но гелианцы, они…

– Да всё будет хорошо, Ника! Поверь…

Парень привстал на локте и попытался в кромешной темноте разглядеть лицо девушки. Глаза быстро привыкли, и он увидел, что Ника тоже смотрит на него с легкой игривой улыбкой. Затем решившись, он приблизил свое лицо к лицу Ники и осторожно, боясь испортить момент, поцеловал ее в губы. Девушка не сопротивлялась, и он, осмелев, поцеловал еще раз, затем еще…

Она легла на спину и, чуть приспустив шортики, призывно улыбнулась. Эол, весь трясясь от возбуждения, навис над ней и начал непослушными пальцами расстегивать пояс.

Вот… сейчас случится то, о чём он мечтал весь прошедший год, вот сейчас…

Ему, наконец, удалось справиться с ремешком, он рванул пряжку в сторону, и в этот момент глаза девушки расширились до каких-то просто невероятных размеров. Она смотрела куда-то за спину Эолу и, уперев руки ему в грудь, громко взвизгнула.

– Что это? Смотри! Смотри!

Она вывернулась из-под парня и резво отползла в сторону.

– Ну, смотри же! Ну!

Тяжело дыша, парень нехотя развернулся и от одного взгляда вверх вскочил на ноги, позабыв обо всём на свете. Всё небо было окутано разноцветными сполохами, и с каждой секундой их прибавлялось всё больше и больше.

– Это выходы из гипера! – закричал Эол, тыча пальцем в небо. – Неужели…

Он судорожно схватил ничего не понимающую девушку за руку и потащил в сторону лагеря.

– Бежим отсюда! Быстрее!

– Да что случилось? – Ника вырвала руку и остановилась. – Ты можешь мне объяснить?

Эол притормозил и посмотрел на нее как на умалишённую.

– Не договорились они! Понятно тебе?! Не договорились! И вот это! – крикнул он и снова указал пальцем на сполохи. – Это вторжение!

В подтверждение слов всё небо в один миг наполнилось длинными красноватыми росчерками, направленными в сторону планеты. Где-то вдалеке прозвучало несколько раскатистых взрывов, а затем один громыхнул совсем рядом, по ту сторону холма. Земля резко ушла из-под ног, и молодые люди повалились на землю, потеряв равновесие.

– Ника, ты цела? – парень на карачках быстро подполз к девушке.

– Да, всё нормально.

Ника самостоятельно села на землю и обхватила голову руками.

– В ушах звенит, и глаза слезятся.

– Скоро пройдет! Одень визор, настрой на ночное зрение, и бежим. Не хватало нам еще ноги тут переломать.

Парень тоже достал из контейнера визор и напялил себе на голову. Вокруг стало светло как днем. Чтобы сократить дорогу до лагеря, они начали карабкаться по склону вверх.

К звукам разрывов добавились новые – протяжные. Это проснулось планетарное ПКО, и вверх с поверхности планеты устремились огненные шлейфы, раскрывающиеся высоко в небе яркими цветастыми бутонами.

От этих многочисленных вспышек стало больно глазам, и пришлось немного прикрутить чувствительность на своих визорах.

– Смотри, вон там!

Эол посмотрел в том направлении, куда указывала Ника, и тихо выругался.

На нижних и средних орбитах завязался серьезный контактный бой. Корабли планетарной обороны схлестнулись с наступающим противником, и ослепительных вспышек в небе стало еще больше.

– Бежим, – Эол снова потянул девушку за руку, – нам надо как можно быстрее попасть в город! Там защитный купол и убежище! Бежим!

Ребята наконец-то вскарабкались на вершину холма и замерли, поражённые увиденным.

Метрах в сорока от того места, где стояли палатки, зияла огромная воронка. Снесенные ударной волной, они догорали у подножья холма. Посреди разбросанных камней, что раньше были очагом, кто-то лежал, свернувшись улиткой. Над ним склонились Тирт и Кора.

Эол и Ника, скользя по траве, побежали к ребятам.

Прямо на земле, в луже собственной крови лежал Горж. От одного взгляда на него стало понятно – он уже мертв. Бок разворочен так, что были видны ребра и вывалившиеся сизые внутренности.

– Где Пегс и Сиом? – спросил слегка запыхавшийся Эол.

– Умчались на вашем барке в город, – мрачно ответил Тирт и обнял за плечи тихо всхлипывающую Кору. – Надо сообщить о случившемся. Связи нет. Вызвать спасателей невозможно.

Эол перевел взгляд на Нику. Та стояла, остолбенев, прикрыв от ужаса ладонью рот.

– Нам всем надо в город! – выпалил Эол. – В убежище! Горжу уже не поможешь, очень жаль, но он уже мертв. Давай опрыскаем его тело форсой* и уедем…

– Смотри! – сдавленно выдавила из себя Кора и указала трясущимся пальцем наверх.

Все посмотрели в том направлении, куда она указывала, и…

– Нет! Этого не может быть! – в отчаянии закричал Эол, отпустив руку Ники.

Объятый пламенем огромный крейсер неконтролируемо зашел в верхние слои атмосферы и, разваливаясь на части, устремился к земле.

– Может, это не «Каспар»… – осторожно предположил Тирт.

– Нет, это «Каспар»! – зло рыкнул Эол и решительно направился к большому барку.

О том, что на борту крейсера отец Эола, знали все его друзья, и теперь они смотрели в спину своего товарища с сожалением, особенно Ника.

Оба барка в момент атаки находились за пригорком, и это спасло их от повреждений при взрыве. Хорошо, что Пегс прихватил их барк, а то впопыхах мог умчаться и на многоместном.

Эол взобрался на водительское кресло и запустил двигатель.

– Нам всем надо в город! – сообщил он, подруливая к ребятам. – Забираем Горжа или оставляем его здесь, но нам всем надо срочно в укрытие. Это вторжение! Разве вы не видите? – голос Эола дрогнул.

Из-за визора не было видно, но, судя по мимике лица, глаза у него сейчас были на мокром месте.

Тирт отвернулся и посмотрел на полыхающее разноцветными огнями ночное небо.

– Давай так! – глухо ответил он. – Забирай с собой Нику и Кору и лети с ними в город. Я дождусь тут Пегса или спасателей. Не спорь, я не уйду!

– Хорошо! – не стал упираться Эол. – Твой выбор. Ника, Кора, да садитесь же вы уже, наконец!

Девушки запрыгнули в кресла и ухватились за специальные поручни.

Рванув с места, барк быстро набрал скорость и понесся в сторону далекого зарева от огней города. До него было рукой подать, всего-то километров пятьдесят, не больше, и для того аппарата, которым сейчас управлял Эол, расстояние совсем плёвое, главное – выскочить на трассу, а там…

При ночной езде визоры существенно облегчали вождение и позволяли в этой изобилующей препятствиями местности вести аппарат на максимальной скорости.

Эол петлял между холмами, пытаясь как можно быстрее достичь желаемой цели, и когда до трассы оставалось совсем чуть-чуть, двигатель барка резко заглох, и аппарат остановился на месте как вкопанный. Это произошло так неожиданно, что ребята чуть не повылетали из своих кресел.

Справа на приборной панели засветился экран бортового компьютера, и приятный женский голос сообщил:

– Принудительная остановка двигателя! Код безопасности 37285. Уберите руки с рычага управления и до прибытия патруля оставайтесь на своих местах. Повторяю, оставаться всем на своих местах!

Эол послушно убрал руки с рычага и заозирался по сторонам. Из-за ближайшего холма показалась парочка военных и заспешила к ним. Один из них заметно припадал на правую ногу. От одного взгляда на этих вояк Эол пораженно присвистнул. Оба были в элитной броне спецназа «Шторм» – почти несбыточная мечта всех мальчишек и девчонок. Лучшие из лучших. Армейская элита Тарсона…

– Вас только трое? – издалека крикнул тот, что хромал.

– Д-да… – немного растерялся Эол.

– Хорошо! Раскладывайте свободные кресла. У нас тяжелораненый.

Девушки без лишних расспросов тут же начали сноровисто раскладывать кресла, а военные развернулись и снова скрылись за холмом.

Через минуту они появились, таща на себе еще одного спецназовца. Он был с головы до ног измазан кровью, его ноги безвольно волочились по земле, оставляя две неглубокие борозды.

– Покиньте барк! – голосом, не терпящим возражений, приказал хромой.

Эол посмотрел на испуганных девушек, перевел взгляд на спецназовцев и кивнул. Спорить с ними себе дороже. Тем более видно, что им недавно досталось по полной, и они злы на весь белый свет.

Военные уложили раненого, пристегнули его ремнями, а сами уселись на освободившиеся места. Хромой – за рычаг управления, другой – на пассажирское. Запустился двигатель. Барк немного приподнялся над землей и, рванув с места, быстро скрылся за холмом.

Ребята стояли молча, в растерянности поглядывая друг на друга.

– И как нам теперь?.. – всхлипнула Кора.

Эол пожал плечами.

Что он мог поделать?

До города по прямой еще километров десять.

Дойдем…

Он уже было хотел позвать девушек за собой, как снова послышался нарастающий звук двигателя, и из-за ближайшего холма выскочил их барк.

– Залезайте! Живо!

Два раза приглашать не пришлось. Ребята быстро вскочили на подножки барка и, продев кисти рук в специальные петли, крепко ухватились за поручни.

От манеры езды военного у молодых замирало сердце, и внутренности прыгали то к горлу, то в пятки. Резкие рывки вправо-влево, холмы он не объезжал, как до этого делал Эол, а с ходу перескакивал, даже не притормаживая перед препятствием. Ребята держались изо всех сил, крепко вцепившись в барк руками и ногами.

Раненый тихо постанывал, а затем резко дернувшись, отвернулся и затих. Потерял сознание или…

– Командир, – негромко окликнул спецназовец водителя, – Густ всё!

Водитель, не поворачиваясь, кивнул и сбавил ход, а затем и вовсе остановился.

– Хороним! Живее! Вы, – он повернулся к ребятам, – помогать! Дорн, как его броня?

– В хлам, – коротко ответил тот. – Шлем целый и винтовка с поясом.

– Забирай всё ценное и поживее.

Сказав это, он отстегнул со своего пояса какой-то продолговатый предмет и бросил его Эолу. Тот среагировал, ловко поймал в воздухе и тут же понял, что у него в руках раскладная армейская лопатка. Эта отличалась от тех, что он видел раньше, заточенной до бритвенной остроты кромкой и облегчённой рукояткой. Девушкам на двоих досталась лопатка погибшего.

Меняя друг друга, они присоединились к парням, и вскоре яма глубиной по колено была готова.

Дорн снял с погибшего товарища пояс с оружием, какие-то плоские подсумки и полил тело бесцветной жидкостью из маленького флакончика.

Затем они с Эолом положили в яму труп, засыпали его землей и завалили камнями. Дорн достал из всего кармана маленький металлический кругляш, интенсивно потер его между большим и указательным пальцами и бросил на могилу.

– Всё, командир! Ходу!

Пока Эол и Дорн хоронили бойца, девушки вернули кресла в обычное положение и с облегчением уселись в них, пристегнувшись ремнями.

Спецназовец подсел к Эолу и стукнул ладонью себя по лбу. Лицевая маска разошлась на составные части и ушла в полости шлема.

Дорн оказался молодым парнем всего лет на пять старше Эола. Посмотрев искоса на соседа, он невесело ухмыльнулся и опустил голову.

– Еще вчера ничего не говорило о вторжении, – глухо проговорил он, – а сегодня вся планета объята пламенем. Гелианцы высаживают массированный десант, идут бои на всех континентах, в каждом крупном городе настоящая бойня, а мы оказались совсем не готовы к этому.

Он в сердцах стукнул сжатым кулаком в ладонь и поджал губы.

Чуть помолчав, боец пояснил:

– Эти твари усыпили нашу бдительность и первыми нанесли сокрушающий удар в тот самый момент, когда мы этого совсем не ждали. Подло, неожиданно и…

Не договорив, он опустил голову и закрыл лицо руками.

– Нашу группу, – глухо продолжил он, – бросили на усиление противовоздушной батареи. Челнок, на котором мы летели, подбили при посадке, но мы всё-таки сумели спастись. Добираться до батареи решили пешком. Недалеко от трассы наткнулись на засаду. Попались, как несмышленые дети, на приманку.

После этих слов стало заметно, как напряглась спина водителя, но тот, больше ничего не сказав, молча управлял аппаратом, покрепче сжав рычаг.

– В качестве приманки гелианцы использовали парочку молодых ребят вроде вас, якобы потерпевших крушение барка. Был бой, из восьмерых выжило только двое: я и командир…

– А те ребята? – хрипло спросила Ника.

Дорн искоса глянул на нее через плечо.

– Погибли первыми.

Внутри Эола всё похолодело, он достал свой наладонник, вывел на небольшой экран изображения Пегса и его подруги и молча показал бойцу. Тот скосил взгляд и коротко кивнул.

– Они.

Ника закрыла лицо ладонями и всхлипнула. Ее плечи затряслись, и она зарыдала в голос.

– Если вас это утешит, – глухо проговорил Дорн, – то мы положили всех врагов, отомстили за ваших друзей…

– У нас там остался еще один… – осторожно начал Эол.

Боец кивнул, сдвинул на предплечье левой руки продолговатую пластину и два раза нажал на какой-то символ. Над рукой мигнул голографический экран, и появилась небольшая объемная карта местности.

– В каком секторе?

Эол присмотрелся и уверенно ткнул пальцем.

Экран потух, и Дорн буркнул:

– Там уже гелианцы. Надо было вам сразу забрать его с собой.

– Да мы… – начал было Эол, но осекся на полуслове.

Командир резко дернул рычаг в сторону и одновременно заглушил двигатель. Барк по инерции проскользил по гальке несколько метров и ткнулся передним отбойником в очередной холм.

Приложив палец к губам, он показал ребятам жестом, чтобы они оставались на местах, сам же ловко покинул водительское кресло и перекинул из-за спины на грудь штурмовую винтовку.

Дорн без лишних вопросов сделал то же самое и присоединился к своему командиру. Активно перебирая руками и ногами, они шустро полезли по склону к вершине холма. Глядя на командира, даже и не скажешь, что еще совсем недавно он волочил за собою ногу.

Бойцы вскоре вернулись. Командир уставился на ребят. Из-под маски защитного шлема не было видно выражения его лица, но и так было понятно, что тот недовольно кривится.

Затем он обратился к Эолу:

– С этим обращаться умеешь? – командир постучал пальцем по штурмовой винтовке.

– Да, но привязка…

– Выдай ему оружие Густа, шлем и пояс!

Дорн метнулся к барку и вскоре вернулся с амуницией и винтовкой погибшего бойца.

– Надевай да поживее.

Трясущимися от волнения пальцами Эол защелкнул пряжки пояса, сняв визор, напялил на голову шлем и хлопнул себя ладонью по лбу. Пластины лицевой маски соединились в одно целое, и вокруг стало светло как днем. Никакого сравнения с визором.

Дорн зашел к нему за спину, подсоединил к разъему шлема на затылке толстый гибкий кабель, идущий от пояса.

– С винтовкой есть контакт?

– Да, – коротко подтвердил Эол.

Перед его глазами высветилось перекрестье прицела.

Послышался голос командира:

– Ты давай за нами, а вы ждите здесь. От барка ни на шаг. Всем всё ясно!

– Д-да, – промямлили испуганные девчонки.

– Тогда вперед!

На вершину холма поднялись быстро. Сверху открылся хорошо просматриваемый вид на уже близкий город. Защитного купола над ним не было и в помине, а в самом городе виднелись вспышки от разрывов и разрушенные здания. На его улицах уже вовсю шел бой. Но не за этим его позвали сюда спецназовцы.

Метрах в трехстах от их холма догорал какой-то летательный аппарат. Из-за покорёженных обломков модель и его принадлежность понять было практически невозможно.

Кто-то ткнул Эола в руку. Дорн указывал ему куда-то вправо. Парень присмотрелся. Метрах в двухстах от пожарища группа из шести гелианцев окружила какого-то парня в пилотском комбинезоне. Тот стоял на коленях, опустив голову.

– Мы с командиром снимаем тех, кто рядом с пилотом, а ты крайнего. Дальше по обстановке, но работай только по крайним. Понял?

Эол коротко кивнул.

– Целься только в голову и обязательно максимальным зарядом. Тогда есть шанс. Начинай стрельбу только тогда, когда прицел на твоем визоре из зеленого превратится в красный. Уяснил?

– Да.

– Тогда приготовиться.

Эол выбрал на винтовке самый мощный заряд и перевел перекрестье на голову крайнего гелианца. Он ему почему-то показался особенно опасным. Рослый, за два метра, широкоплечий, он держал в руках какую-то пушку ужасающих размеров и для того, чтобы удерживать ее ровно, корпус немного откинул назад и крепкие ноги расставил шире. Внешне гелианцы почти ничем не отличались от тарсонианцев: две руки, две ноги, одна голова. Немного крупнее, немного сильнее, а в целом… хотя нет. Глаза… они всегда темные с красной радужкой вокруг зрачков.

Перекрестье прицела окрасилось красным, и Эол сразу же нажал на спуск. Винтовка слегка ударила в плечо, а на месте головы гелианца образовалось кровавое облачко.

Вторую цель Эол наметил заранее, но выстрелить не успел. Снизу раздался истошный крик, и парень резко развернулся.

Кричала Ника.

К их барку бежала пара гелианцев. Им оставалось еще метров семьдесят, и Эол вскинул винтовку.

Выстрел.

Вокруг гелианца уплотнился воздух, и заряд завяз в нём словно в песке. Еще выстрел. То же самое.

Над ухом раздался крик Дорна:

– Не трать заряды. Эти оба с защитой. В ножи их… Пошел!

Рыться в контейнере – искать нож, времени не было. Эол сдернул с пояса лопатку и, закинув винтовку за спину, уже не таясь, побежал вниз. Рискуя сломать себе шею, он делал огромные прыжки, но всё равно не успевал.

Один захватчик вырвался далеко вперед, подбежал к барку первым и схватил визжащую Кору за волосы. Резко дернул на себя. Кора вылетела со своего места, как безвольная кукла, и упала на землю. Потянулся к Нике, но Эол с криком отчаяния метнул в него свою лопатку. Он сам не понял, как он это сделал, но лопатка, рассекая воздух, впилась гелианцу в шею, погрузившись в плоть почти на ладонь. Тот схватился обеими руками за древко да так и рухнул на спину, засучив ногами.

Не останавливаясь, Эол прыгнул и попытался обеими ногами попасть в грудь второго набегавшего противника. Тот легко ушел в сторону и ударил Эола предплечьем сверху вниз, вбив того в землю. Парень дернулся на земле и затих. Ника не стала ждать, когда ее атакуют, подскочила к поверженному гелианцу, выдернула из его шеи лопатку и, отчаянно закричав, нанесла удар сверху.

Противник легко ушел с линии атаки и мощно пнул девушку ногой в живот. Нику согнуло пополам, изо рта побежала тонкая струйка крови, и она упала на колени. Он выхватил длинный кривой нож и, схватив Нику за волосы, занес руку для завершающего удара.

Раздался рассекающий воздух звук, и гелианец, выронив нож, схватился за бок. В следующее мгновение на него ураганом налетел Дорн и сбил с ног. Не давая тому встать, он ударил его ногой в голову и прыгнул на него сверху. Затем ловко завел его руки за спину и мгновенно накинул на кисти энергетические наручники. Сразу же куда-то нажал тому под подбородком, резким движением сдернул с его головы шлем и забросил подальше. Гелианец смотрел широко раскрытыми глазами, и в его взгляде читалась готовность прямо сейчас принять неизбежное. Дорн грубо схватил врага за челюсть, отвернул голову в сторону и резко надавил большим пальцем за ухом. Гелианец злобно зашипел, издал какой-то хрипящий звук и тут же отключился.

Боец встал с колен, вытер руки о штаны и начал обыскивать вражеских солдат. Первым делом проверил их оружие. Ухмыльнувшись, отбросил далеко в сторону. У обоих снял с груди небольшие ромбовидные устройства и положил себе в нагрудный контейнер. Затем снял с них пояса с множеством разных подсумков и собрал ножи. Внимательно осмотрел рану, оставленную лопаткой, затем перевел удивленный взгляд на Эола и одобрительно кивнул, после чего вернулся к вещам вражеских солдат. Порывшись там, извлек несколько чуть выпуклых кругляшей и подошел к ребятам.

Ника всё также стояла на коленях, держась за живот. Ее лицо было искажено гримасой боли. Она коротко дышала, пытаясь сделать глубокий вдох, но у нее это совсем не получалось, а только вызывало новые болезненные спазмы.

Дорн осторожно уложил ее набок, расстегнул цветастую кофту и, не обращая внимания на вывалившиеся полушария грудей, приложил к животу кругляш. Тот весь засветился желтым и начал тихо жужжать. Девушка задышала чуть ровнее и приоткрыла глаза.

– Это универсальный гелианский лечебный дрон, – пояснил он ничего не понимающей девушке. – Очень ценная вещь и почти подходит нашей расе. Имеет свой искусственный интеллект и может сам подбирать необходимый состав инъекций. Прекрасно снимает боль и даже немного лечит. Правда, нам он помогает где-то процентов на тридцать, а вот гелианцам на все сто. Смотри, красавица, не прозевай момент, когда он замигает зеленым, и не потеряй его. Он может отвалиться сам. Если раны неопасные, то его обычно хватает на несколько раз.

Оставив девушку лежать на земле, он подошел к Коре и опустился возле нее на колени. Осторожно ощупав шею, нахмурился. Затем всё-таки достал кругляш и приложил ей к затылку.

Дальше настала очередь Эола. Парень всё также лежал на спине, делая безуспешные попытки вдохнуть и перевернуться набок.

– Подожди, не суетись. На вот, приложи к груди вот этой стороной и полежи так пару минут спокойно. Полегчает, будь уверен.

Но, посмотрев на Эола, Дорн сам расстегнул на нём рубашку и приложил кругляш прямо по центру огромного лилового синяка.

– Ты молодец, парень! – похвалил он и похлопал по плечу. – Девчонкам твоим повезло. У этих двоих закончились боеприпасы, и поэтому они полезли врукопашную. Обычно они этого избегают. Но зато у них полный комплект лечебных дронов. Эх, жаль Густ не дотянул. Те из засады совсем пустыми оказались. А ты давай, парень, держись, восстанавливайся.

Эол закрыл глаза и попытался расслабиться, сквозь дрему он слышал рядом с собой какую-то возню и сдержанную ругань, затем звук запускаемого двигателя и удаляющийся рокот отъезжающего барка. Лень было открывать глаза, но прежде чем он успел плохо подумать о своем спасителе, услышал нарастающий звук возвращающегося аппарата.

Эол снова попытался вздохнуть полной грудью, и это у него легко получилось. Затем, скривившись от острой боли в груди, сел и, сняв шлем, пощупал затылок. Приложился спиной и головой о камни знатно. Если бы не шлем, лежал бы сейчас с дыркой в башке.

Барк несся к ним на полном ходу, не разбирая дороги. Внутри сидело трое. Командир, Дорн и незнакомый парень в комбинезоне пилота.

– Вставайте, грузитесь, и ходу отсюда! – издалека закричал командир. – Скоро здесь будут гелианцы! Живее!

Превозмогая боль, Эол встал на четвереньки, затем на ноги и, шатаясь, пошел к Нике. Девушка тоже уже стала приходить в себя и пыталась непослушными пальцами застегнуть кофту. Эол помог ей и затем поставил на ноги. Держась друг за друга, они оба поплелись к работающему барку.

Дорн на ходу спрыгнул со своего места и, подбежав к Коре, взял ее на руки.

– Пусть она ляжет к вам на колени, – попросил он ребят. – У нее повреждена шея, и она пока не может сидеть самостоятельно.

Эол с Никой кивнули и примостили у себя на коленях постанывающую, но так и не пришедшую в себя девушку. Вторым заходом, он впихнул в небольшое багажное отделение скованного энергетическими наручниками пленного гелианца, который теперь был одет в обтягивающую серую одежду и совсем не подавал никаких признаков жизни, хотя и пованивал изрядно. Его мягкая и какая-то совсем несерьезная на вид броня была свалена в кучу в багажном отделении барка.

Лихо тронулись с места и понеслись в сторону города, огибая холмы и редкие одинокие деревья.

Парень в летном комбинезоне сидел пристегнутым к креслу и безучастно смотрел в одну точку. Он даже не сделал попытки как-то помочь с погрузкой или прийти на помощь Дорну, когда тот тащил к барку Кору.

Странный он какой-то.

Помимо нового пассажира, на полу барка добавилось много различной амуниции, по всей видимости, снятой с гелианцев, и немного их оружия.

– Вы из этого города? – спросил командир, чуть повернув голову.

Эол и Ника дружно кивнули.

– Да.

– Ваш город почти захвачен! Нам надо где-то укрыться и переждать до прихода подкрепления.

Ребята переглянулись, Ника тронула Эола за руку и что-то шепнула ему на ухо. Он кивнул.

– Мне кажется, я знаю такое место. Это у моего дяди. У него дом за чертой города, есть своя подземная лаборатория и хорошо оборудованное убежище с медицинским блоком.

– Где? – уточнил командир.

– Давайте я поведу барк, и тогда мне не придется вам объяснять.

Командир ничего не ответил, сбавил скорость и остановился.

– Давай и поживее, – буркнул он, уступая место водителя.

Эол уселся за рычаг управления и сразу же тронулся с места.

– Что за лаборатория, и кто он вообще? – заинтересованно спросил командир.

– Бывший ректор нашего технического университета, – недовольно морщась, ответил Эол. – Профессор! Начал продвигать свои бредовые идеи среди студентов, и за это его отчислили.

– Не только за это! – вставила свое слово Ника. – Из какой-то сверхсекретной лаборатории при университете пропало какое-то новое оборудование, и это тоже повесили на него…

– Ника! – возмущенно оборвал девушку Эол, зыркнув на неё через плечо. – Специальная комиссия ничего не смогла доказать, значит не он!

– А я считаю…

– Хватит вам! – прервал молодых людей командир. – Медицинский блок как, на уровне?

Эол кивнул и искоса глянул на девушку.

– Армейский. Для космодесантников.

Ника фыркнула и отвернулась.

– Семейка…

***

Дом дяди Эола представлял собой груду камней и воронку по центру. Прямое попадание, как будто кто-то специально знал координаты дома и целился именно в него. На двух более-менее уцелевших стенах повисли остатки крыши и множество проводов толщиной с руку. Некоторые из них еще искрили, некоторые вяло потрескивали ярко-синим пламенем.

– Опоздали? – выдохнул командир.

Через визор шлема Эолу было всё прекрасно видно, и он на маленькой скорости обогнул развалины по дуге. Заметив кое-что, видимое только ему одному, он улыбнулся под маской.

– Не думаю.

Отъехав метров на пятьдесят от развалин, он заглушил двигатель и спрыгнул на землю. Подбежал к одиноко стоящему пеньку от крупного дерева и, нажав там на что-то у самого основания, постучал по ровному спилу условным знаком. Минуту ничего не происходило, затем все услышали глухой ответ. Эол снова забарабанил что-то условное, и пенек, чуть приподнявшись, сдвинулся с места. Плавно отъехав на метр, он оголил мощный, отполированный до блеска люк.

Эол встал с колен и отряхнулся.

– Всё в порядке, дядя цел. Тащите сюда всё, что хотите забрать с собой.

Пока перетаскивали оружие, амуницию, пленного и раненых, крышка люка ушла вовнутрь, и из него показалась седая голова с растрепанными волосами.

– Эол, ты? Ника? Само провидение послало вас ко мне! Кто это с тобой? А… не важно! Быстрее залезайте, а то эти гелианцы скоро снова должны появиться тут! Прошу вас, ради всего святого… Быстрее!

Голова дяди Эола скрылась в люке, и туда сразу же спустилась Ника, пилот и Эол. Они осторожно приняли снизу так и не пришедшую в себя Кору, затем кучу трофейной амуниции и тяжеленного гелианца.

При виде его Кирт категорически выставил руки перед собой и замотал головой.

– Этого сюда нельзя! Отрежьте ему голову и выкиньте наружу. Ему здесь не место!

– Это наш пленный, – успокоил его командир, спускаясь по лестнице. – Выведаем у него в спокойной обстановке всё, что нам нужно, а потом сделаем всё так, как вы хотите.

Над люком послышался голос Дорна:

– Командир. Наверху всё! Наш барк отправил по косой линии подальше от нас. Уткнется где-нибудь в препятствие и рванет.

– Отлично, Дорн. Спускайся.

Помещение, в котором они оказались, было всего пару метров высотой и метра три шириной. В стены и потолок вмонтированы какие-то круглые датчики с мигающим красным индикаторами.

– Это, чтобы скрыть пустоты, – пояснил он, заметив интерес присутствующих к датчикам, и тут же с гордостью добавил: – Никакими приборами не обнаружить ни из космоса, ни на земле. Да что там из космоса! Даже стоя над этим тоннелем с самым чувствительным прибором, вы ничего не увидите. Моя разработка!

Затем он указал рукой на дальний конец коридора.

– Прошу вас, идите туда. Эол, проводи гостей! Мне тут надо всё закрыть и замаскировать. А этого, – он неприязненно кивнул на пленника, – оставьте здесь. А еще лучше, привяжите его вот к этой конструкции. Она надежно вмонтирована в стену, ему ее ни за что не вырвать.

Следуя за Эолом, все прошли в помещение в конце коридора. Идти пришлось под небольшим уклоном, всё больше и больше углубляясь под землю.

– Заходите! – приглашающим жестом махнул племянник профессора. – Располагайтесь.

Лаборатория

За массивной дверью, которую не взять даже обычным резаком, находилась большое квадратное помещение с тремя дверями. Две были плотно закрыты, а третья приоткрыта почти наполовину. Там оказалась уборная и душ. Вдоль стен пара мягких диванов, несколько кресел и три ряда стеллажей. На полках какое-то оборудование, продолговатые ящики и прозрачные пакеты с пищевыми таблетками. Последних было особенно много, десятка два если не больше. Видимо, профессор ожидал чего-то подобного и запасся ими с избытком. Теперь в этом бункере можно спокойно переждать любую неприятность, и несколько лет не выходить на поверхность.

Осмотревшись, командир костяшками пальцев нажал себе на лоб, и лицевая маска бесшумно запряталась в шлем. Наконец-то все увидели его лицо. Оно было жестким и мужественным одновременно. Взгляд беглый, быстрый, пронзительный. Лоб высокий, брови сдвинуты, нос заострен, губы плотно сжаты, на волевом подбородке модная двойная бородка. Аристократ, другим такая не положена, могут быть административные взыскания за такую вольность.

Его взгляд скользнул по присутствующим и уперся в вошедшего за ними профессора.

– Прошу прощения за невольное вторжение, но обстоятельства, сложившиеся на поверхности, заставили нас поступить именно таким образом.

Дядя Эола остановился, одернул халат и разгладил торчащие в разные стороны волосы. Затем он слегка склонил голову и представился:

– Профессор Кирт сол Айгуст. Дядя Эола. Рад вас видеть в своем скромном убежище. Вы появились у меня как нельзя кстати.

Он хотел было добавить еще что-то, но, взглянув на племянника, передумал и выжидательно посмотрел на старшего в группе.

Тот в свою очередь кивнул и представился:

– Я Гунт сол Икселент. Командир особой роты спецназа «Шторм» обороны Тарсона.

Тут Гунт кашлянул и выразительно посмотрел на Дорна. Тот осторожно уложил Кору на диван и вытянулся в струнку.

– Дорн сол Мербант, – бодро доложил он, – боец спецназа «Шторм».

Следом за ним с другого дивана приподнялся пилот и нехотя буркнул:

– Кейв сол Парнюс. Крейсер «Каспар», пилот…

– «Каспар»?! – одновременно выкрикнули профессор и Эол.

Кейв кивнул и снова плюхнулся на диван. Было видно, что он подавлен и говорить сейчас совсем не намерен.

Командир разгладил бородку и обратился к профессору с вопросом:

– Эол сказал нам, что у вас есть армейский медицинский блок. Эта девушка, – он кивнул на Кору, – в крайне тяжёлом состоянии. По всей видимости, серьезно повреждена шея. Да и всем нам сейчас не помешало бы пройти небольшую реабилитацию. Мы слегка поучаствовали в разных сражениях и имеем некоторые незначительные, но требующие особого внимания повреждения. Я умею управляться с блоками такого типа. От вас нужен только доступ, и всё.

Командир с вопросом в глазах уставился на профессора. Кирт немного замялся, снова стрельнул глазами на Эола и кивнул.

– Да-да, конечно! Несите девушку вон в то помещение, а потом займемся всеми остальными.

Он направился к одной из двух дверей, ведущей из общей комнаты.

За дверью оказался зал размером значительно меньше, но зато посреди него стоял самый настоящий армейский медицинский блок последнего поколения. Новенький, кое-где даже не была снята защитная пленка.

– Вот, удалось приобрести на распродаже… – начал сбивчиво объяснять профессор, – повезло. Кое-что заменил, кое-что подремонтировал…

– Он в рабочем состоянии? – перебил его командир. – Проводили на нём хоть какие-нибудь операции?

– Да. Несколько, – закивал Кирт, – и все успешные, уверяю вас!

Гунт нажал на клавишу запуска блока и начал шарить глазами по быстро оживающим многочисленным датчикам и приборам.

– Перебоев с энергией не будет? – строго спросил он.

– Нет, что вы! Об этом даже не беспокойтесь.

Командир кивнул.

– Так. Картриджи на месте. Жидкости все в наличии. Заменитель костного материала имеется… так! Можете раздеть Кору и положить на валики головой туда, – приказал он, показав, как должна лежать девушка.

После этих слов крышка блока плавно пошла вверх. Ника помогла раздеть Кору, и Дорн осторожно взял ее на руки. Теперь все тревоги за нее позади. Вытаскивали с таким медблоком с того света и не таких.

Прозрачная крышка капсулы пошла вниз, и всё внутри нее наполнилось густым сизым дымом, скрывая девушку от посторонних глаз.

Командир, не отрываясь от приборов, сказал:

– Сейчас диагностика, потом лечение. Все лишние вышли из комнаты!

Тон приказа был такой, что вышел даже профессор.

– Не будем мешать знающим специалистам, – тихо сказал он, плотно прикрывая за собой дверь.

Минут через пять появился Гунт.

– Лечение продлится час. Девочке крупно повезло, что под рукой оказались лечебные дроны гелианцев. Иначе… – командир не договорил и махнул рукой, затем пристально посмотрел на профессора.

– Вопрос! Чему вы так обрадовались, когда увидели Эола и нас? Вы упомянули какое-то там провидение. Что это такое?

Кирт засуетился и, поманив всех за собой, решительно направился к другой двери.

– Долго объяснять, – бросил он, не оборачиваясь. – Давайте я лучше вам всё покажу. Даже хорошо, что вы здесь с Дорном. Вам больше поверят, чем мне или Эолу.

За дверью оказалась небольшая, но прекрасно оборудованная лаборатория.

Даже не так!

Это больше чем лаборатория… это какой-то единый тихо жужжащий и мигающий разными цветами сложный механизм, где всё задано какому-то своему ритму. Посредине ровная круглая площадка примерно метров пяти в диаметре.

– Буду краток. Все эксперименты, которые я проводил ранее, увенчались полным успехом. Вам что-нибудь известно о перемещениях в пространстве путем телепортации?

Гунт внимательно посмотрел на профессора и кивнул. Ученые Тарсона работали над этим уже очень давно, и это широко обсуждалось в местной прессе. Даже вроде были серьезные успехи в этом направлении.

– А во времени? – глаза профессора смотрели серьезно, без смешинки.

– Нет, – взгляд Гунта стал колючим.

– Эта установка может перенести вас с Дорном на несколько дней назад. Вы предупредите о планируемом гелианцами вторжении Верховный Совет, и мы не увидим всего того ужаса, что сейчас творится на поверхности.

Профессор развел руки в стороны.

– Долго объяснять весь механизм, но есть два важных правила, которые ни в коем случае нельзя нарушать, путешествуя в прошлое, – профессор назидательно поднял указательный палец вверх. – Первое: это встреча с самим собою, надо избегать этого любым способом, и второе: убийство кого бы то ни было. Ну, так как, вы согласны?

Гунт посмотрел на Дорна, и оба одновременно кивнули.

– Попытаться стоит.

– Мне надо несколько часов, чтобы подготовить установку к работе и напитать ее необходимой энергией.

– Отлично! Мы тогда пока займемся пленным.

Профессор замер на месте и вдруг широко улыбнулся.

– Не убивайте его. Я могу отправить его вместе с вами. Всё-таки будет какое-никакое доказательство в подтверждение ваших слов.

– А можно мне тоже с ними? – спросил Эол.

Ответ профессора был категоричен.

– Нет! Не стоит перегружать установку.

– А если… – начал было Эол.

– Нет! – отрезал профессор и стремительно вышел из помещения.

Как и предсказывал Гунт, через час из комнаты с медицинским блоком показалась бледная, немного похудевшая, но улыбающаяся Кора.

Первое, что она сказала, посмотрев на присутствующих, было вполне ожидаемым:

– Хочу есть!

Ника молча указала на ряды пакетов с пищевыми таблетками на полках и, держась обеими руками за живот, поплелась в комнату с медицинским блоком. Настала ее очередь.

– Чтобы я хотела? – спросила сама себя Кора, разглядывая пакеты с таблетками. – А, всё равно! Главное – побольше.

Девушка взяла из трех разных пакетов по одной цветной таблетке, подошла к установке с горячей водой и, положив их в глубокую чашу для еды, залила кипятком. Через минуту перед Корой стояла чаша, доверху наполненная дымящимся, приятно пахнущим мясным рагу. Девушка схватила со стола ложку и с аппетитом принялась уплетать.

Пока профессор колдовал над аппаратурой, все по очереди, включая командира, посетили медицинский блок, приводя себя в порядок. Времени это заняло не так много, всё-таки, как ни крути, а гелианские медицинские дроны проделали перед этим большую работу. После процедур практически у всех разыгрался нешуточный аппетит, и комната наполнилась запахами горячей еды.

Еще примерно через час появился профессор и, почесав затылок, решительно махнул рукой.

– У меня всё готово. Берите пленного и тащите его в лабораторию.

Дорн отодвинул от себя пустую тарелку и посмотрел на командира. Тот кивнул и встал из-за стола.

– Нам можно посмотреть? – в один голос спросили Эол и Ника.

– Можно. Но только держитесь подальше от круга на полу и ничего там не трогайте.

– Обещаем!

– И я… – подняла руку Кора.

Всеобщий интерес зацепил даже флегматичного пилота. Немного поразмыслив, он также поднялся с дивана и поплёлся в лабораторию.

Пленный гелианец давно уже пришел в себя и теперь зыркал на всех из-под насупленных бровей. Его руки были надежно стянуты за спиной энергетическими наручниками, а на ногах закреплены специальные браслеты, из-за которых он не мог свободно передвигаться. Из его окровавленного бока так и торчало оперение метательного дротика, запущенного в него Дорном.

Еще раньше Эол задавал вопрос бойцу – почему тот его не вытаскивает? Дорн тогда хищно улыбнулся и ответил, что при наличии торчащего из бока дротика, он будет более сговорчив и легко выдаст все тайны. При всём своем грозном виде гелианцы почти не терпят боли…

Профессор уселся на единственное в лаборатории кресло и напялил на голову глухой шлем, отвернувшись к пульту управления, взялся рукой за небольшой рычажок, торчащий из панели, и приказал:

– Становитесь в круг, держите пленного за руки. Постарайтесь не шевелиться хотя бы пару-тройку секунд. После переноса вы окажетесь в километре от этого места в роще Сойгот. Знаете где это?

Дождавшись утвердительных кивков, он продолжил:

– Для возвращения вам ничего делать не надо, когда цепь событий изменится, вы окажетесь в это же время в том месте, где и должны быть. Так что не буду вам засорять мозги лишней информацией… приготовились… не шевелитесь, сейчас станет немного… Нет!

Профессор, убрав руку с рычажка, резко щелкнул тумблером на панели, быстро снял шлем и повернулся к троице по центру круга.

– Эти энергетические штуковины на его руках и ногах мешают мне настроиться на нужный временной отрезок. Лучше бы их снять от беды подальше. Сможете его удержать? Переход займет всего несколько секунд. Сможете?

Переглянувшись, оба бойца кивнули.

– Шумрат, бершенер битерагуф осажив, – вдруг тихо прошипел пленный и сплюнул кровавым сгустком под ноги Гунта.

Лицо командира мгновенно исказилось гримасой гнева, и он с силой саданул гелианца коленом в грудь.

Тот упал на спину и трижды крикнул:

– Сабат-сабат-сабат…

Командир схватил его за шкирку и резким движением поставил на ноги.

– Сними с него наручники и кандалы!

– Командир.

– Сними, я сказал!

Под бешеным взглядом Гунта Дорн выполнил приказ, и кандалы с наручниками упали к ногам гелианца.

– Хамат! – резко скомандовал командир, и оба бойца синхронно заломили гелианцу руки за спину, одновременно ударив ему под коленные сгибы.

Пленный рухнул на колени, удерживаемый руками бойцов.

– Начинайте, профессор! – зло рявкнул Гунт.

– Постарайтесь не шевелиться, – Кирт быстро напялил шлем и развернулся к пульту управления.

Он обхватил кончиками пальцев рычаг и осторожно потянул его вниз.

– Приготовиться… сейчас…

В этот момент случилось то, чего не ожидал никто.

Пленный каким-то невероятным образом вывернулся из захвата бойцов и неожиданно мощно толкнул Дорна в сторону профессора. Следующим движением он выдернул из своего бока метательный дротик и запустил его с близкого расстояния Гунту в лицо. Спецназовец увернулся каким-то чудом и, молниеносно выхватив нож, прыгнул на гелианца. Завязалась короткая схватка, в результате которой нож командира оказался в глазнице противника. Гелианец дернулся несколько раз и затих. Всё это произошло так стремительно и неожиданно, что никто ничего не успел понять.

Внутри помещения вдруг пропал свет. В следующее мгновение всё замигало, заискрило, сильно запахло палёным, потолок и пол поменялись местами, и все разом повалились с ног. Воздух в лаборатории стал таким плотным и тягучим, что невозможно было сделать вдох. Затем разом пропало всё. Лаборатория, оборудование и все окружающие. Всё провалилось в какую-то бездонную пропасть и унеслось в неизвестность.

Непонятно, сколько прошло времени, пока все, кто находился в лаборатории, понемногу начали приходить в себя. Послышались стоны, ругань…

В кромешной темноте Дорн, извиняясь, слез с профессора. Гунт включил мощный нашлемный фонарь и настроил его на рассеянный свет. В помещении стало светло как днем. Ребята отряхивались, отплевывались, вставали с пола и непонимающе осматривались вокруг.

Профессор скинул шлем и с ужасом уставился на рычаг. Тот до отказа был переведен в положение вверх. Затем его взгляд заметался по лаборатории и наткнулся на метательный дротик, торчащий в одном из приборов. Издав продолжительный стон, он закатил глаза и, схватившись обеими руками за голову, откинулся на спинку кресла.

– Нет! Не может быть… – прошептал он, крепко зажмурив глаза. – Все разом, вместе с лабораторией, не может быть. Нет!

Затем он встрепенулся и начал быстро переключать какие-то тумблеры, крутить выключатели и… обессилено опустил руки.

– Энергии ноль, – прошептал он.

В дверь, ведущую из коридора, ударили чем-то мощным. Раз, потом еще раз, затем еще…

Гунт и Дорн повыхватывали оружие и бросились к двери.

Форса - жидкость для отпугивания животных и насекомых

Глава 2. Городок Шерих

Глава 2. Городок Шерих

Кладоискатели

Дверь в трактир распахнулась, и на пороге появился мужчина лет тридцати, высокого роста и крепкого телосложения. Одет он был в штаны и куртку из хорошо выделанной кожи ядовитого монга, обитающего только в Биресейских джунглях. На ногах крепкие ботинки на толстой подошве со шнуровкой почти до колена. Через плечо походная сумка средних размеров. Справа на боку короткий меч, которым удобно орудовать в тесных помещениях и на коротких дистанциях.

Оглядев с порога зал, он зашел в таверну и прикрыл за собой дверь.

В это время суток в таверне, где ему назначили встречу, было почти пусто. Из восьми столов, разбросанных по всему залу, были заняты только два.

Недалеко от входа парочка упившихся вдрызг приятелей и в дальнем углу у стены еще трое. Два воина и какой-то тип в сером балахоне. Эти в отличии от той парочки пили и ели молча, не обратив на вошедшего никакого внимания. Хотя нет… тот, что по центру в балахоне, стал жевать чуть медленнее, и по его остановившемуся на тарелке взгляду было заметно, что он увидел, оценил и взвесил.

Того, кто позвал его сюда, в зале не наблюдалось. Вошедший недовольно дернул небритой щекой – Крис, как всегда опаздывал, не изменяя своим старым привычкам.

Выбрав глазами столик, он кивнул мужику за стойкой и направился к противоположной от активно жующей троицы стене.

Усевшись, вытянул расслабленно ноги и, приподняв руку, выставил указательный палец вверх.

Трактирщик бросил протирать столешницу, швырнул видавшую виды тряпку куда-то под стойку и направился к новому посетителю.

Взгляд цепкий, профессионально оценивающий.

– Есть-пить или то и другое? – немного грубовато спросил он.

– И то и другое, – терпеливо ответил мужчина.

– Есть жареные мервили и тушенные пацуки. Из выпивки только патак, но свежий, сегодня утром сварили.

– Давай мервили и пацуки, и патак, – кивнул он и тут же добавил: – И побыстрее.

– С тебя один грот.

Трактирщик выставили ладонь размером с лопату и посмотрел на него исподлобья.

Мужчина сморщился, демонстративно зыркнул на его наглую рожу и достал монету.

– Не дешево тут у тебя! – монета звякнула о столешницу.

– Как у всех, – буркнул трактирщик и одним движением смахнул ее себе в карман.

Пока готовился его заказ, вновь прибывший решил повнимательнее присмотреться к тем, кто уже до него находился в зале. Нагнувшись, как будто бы ковыряясь в сумке, он незаметно вставил себе в глаз миниатюрную линзу и быстро проморгался, активируя ее. Теперь если расслабить свободный глаз, то линза хорошо увеличивает, и можно рассмотреть мельчайшие детали с приличного расстояния в любое время суток.

Начал с троицы.

Тот, что по центру, весьма непрост. Наряжен в балахон, а что под ним – не разобрать. Капюшон был сдвинут на затылок, перед лицом огромный шмат хорошо прожаренного мяса, но вот руки, которые его держали, выдавали неплохого бойца. Ороговевший мозоль возле костяшки на указательном пальце, несколько тонких шрамов… Наверное, принадлежит к какому-нибудь воинствующему Ордену, это они любят везде шастать в балахонах и совать свой нос куда не надо.

По сторонам от него пара воинов. Оба в плотных панцирях из хорошо выделанного хитина. Рожи разбойничьи, и у обоих челюсти, что жернова. Короткие мечи покоятся на коленях. По направлению рукоятей можно догадаться, кто из них правша, а кто левша.

Те, что возле двери, обычные торговцы. Привезли товар. Продали и теперь на вырученные деньги празднуют. Один уже лицом в тарелке. Второй держал у его головы глиняную чашу и что-то пьяно ему втолковывал.

Подошел трактирщик, принес запотевший кувшин патака и пустую глиняную кружку. Поставил всё это на стол и, развернувшись, ушел. Налить или как-то услужить даже не пытался.

Мужчина сам плеснул себе в кружку пенного напитка и выпил одним махом. Причмокнув губами, он склонил голову набок и прислушался к ощущениям. Довольно крякнув, он налил себе еще и отсалютовал наполненной кружкой хозяину.

Тот заметил и, не отвлекаясь от натирания столешницы, кивнул.

Когда принесли заказанную еду, дверь в трактир распахнулась, и на пороге наконец-то появился Крис. Он был не один, а в сопровождении какого-то бугая с жутко изуродованным шрамами лицом. Нос здоровяка был расплющен в лепешку, как от удара кувалдой, и это придавало его облику особую свирепость.

Заметив сидящего за отдельным столиком мужчину, Крис заулыбался, помахал ему рукой и направился прямиком к нему. Бугай тут же послушно поплелся следом за ним.

– Привет, Марк! – поздоровался он и с ходу ухватился за кувшин.

Сделав три больших глотка, вытер рукавом губы и передал его бугаю.

– Ты опоздал, Крис, – тихо проговорил Марк и, показав трактирщику жестом, чтобы тот принес еще один кувшин, пододвинул к себе тарелку с мясом.

Крис разочарованно щелкнул пальцами над тарелкой и убрал от нее руку, затем указал на нее трактирщику и громко крикнул:

– Принеси мне и моему другу то же самое! И поживее!

После чего хитро посмотрел на Марка и, наклонившись к нему, тихо, но жизнерадостно представил лысого бугая:

– Это Солрс, – он хлопнул здоровяка по плечу, – он с нами в деле. У него есть кое-что, что может пригодиться нам в Мертвом Городе. Солрс, познакомься с моим старым другом. Его зовут Марк, и он лучший следопыт и кладоискатель во всей округе…

– Крис, не торопи события, я еще не решил, – не повышая голоса, осадил его Марк.

Крис тихо захихикал, потер ладони и продолжил, как будто ничего не слышал.

– Не буду тебе раскрывать всех тайн, потом всё сам увидишь. Ты меня давно знаешь, и я просто так не…

Тут подошел трактирщик, и Крис прервался на полуслове, недовольно зыркнув на него.

Особо не заморачиваясь сервировкой, тот вывалил на стол их заказ и замер в ожидании оплаты. Получив монеты, он проверил их на зуб и молча удалился.

– Смотри, Марк, – Крис суетливо достал из своей обширной сумки старый потрепанный свиток и продемонстрировал его кладоискателю. – Я выменял его у Беззубого Хорка. Отдал ему три эбиритовые пластины, нож Древних и сто двадцать полновесных гротов.

Марк удивленно посмотрел на него.

Три эбиритовые пластины стоят целое состояние. Они гибки, легки и прочны до такой степени, что их не пробить ничем, даже ножом Древних. Доспехи из них могут позволить себе только правители, да и то далеко не все.

– А это стоило того? – он с сомнением спросил у Криса.

– Конечно, стоило! – Крис закинул в рот небольшой кусок мяса и, быстро прожевав, запил пенным патаком.

Затем вытер губы рукавом и добавил возмущенно:

– Представляешь? Этот прыщ получил всё, что ему причитается, и потом попытался убить меня, вернуть себе карту обратно! Неблагодарная и подлая тварь!

Услышав это, Солрс громко хохотнул и мотнул головой. Крис скосил на него взгляд и широко улыбнулся.

– Как сам понимаешь, ничего у него не получилось, – громко расхохотавшись, он снова хлопнул бугая по плечу. – Мы были настороже.

Марк догадывался, что устроив эти игры с обменом, Беззубый Хорк был и так заранее обречен. Зная Криса много лет, он прекрасно понимал, что расставаться с такими сокровищами тот так просто не привык и не будет.

– Вот смотри… – Крис начал распускать тесемки на свитке.

– Подожди, – взял его за руку Марк. – Что ты от меня хочешь?

Крис посмотрел на него вытаращив глаза, и в деланном возмущении развел руки. В его вроде бы добродушном голосе сквозило предупреждение:

– Я тебя не узнаю, Марк! Хочу, чтобы ты отправился с нами в Мертвый Город. Ты же был там уже… так? Да и лучше тебя Великую Пустошь никто не знает. Так? Мы же вроде как договорились...

Марк заметил, что в здоровяке при этих словах что-то неуловимо изменилось. Вроде сидит так же, жует, но от него вдруг дыхнуло запахом какой-то лютой злости, вражды и опасности.

Марк незаметно носком правой ноги снял с пятки левой ноги предохранитель и выдвинул ногу так, чтобы носок ботинка смотрел прямо в пах здоровяку. Если вдруг сунется, удар пяткой о пол и этот бугай не досчитается очень важной части своего тела.

– Крис, ты предложил, я согласился встретиться, не более. Так что не спеши. Если хочешь знать мое мнение по Мертвому Городу, то скажу тебе так: делать там совсем нечего. Всё, что можно было, давно уже вырыли до нас и просеяли песок через самое мелкое сито не одну сотню раз. Последний ценный приз, что удалось мне там раздобыть два года назад, это Око, что сейчас у меня в глазу, и это чистая удача.

Во взгляде Криса промелькнул алчный блеск, но он, быстро взяв себя в руки, кивнул и затем, гаденько захихикав, осторожно вытащил свиток из-под лапы Марка.

– Посмотри на это.

Быстро зыркнув по сторонам, он распустил тесемки и развернул свиток.

Марк, проклиная себя, заинтересованно скосил глаза.

На нём была более-менее точно изображена схема развалин города и его пригорода. Чуть в стороне от его южной части была обозначена еле заметная точка, заключенная в красный треугольник.

– И? – вопросительно посмотрел на него Марк, понимая, что теперь назад дороги нет.

Крис быстро свернул свиток обратно, стянул тесемки и прямо посмотрел в глаза Марку.

– Я знаю что там! Есть описание из Древних источников, и я обязательно дам его тебе почитать, но только тогда, когда будем в Мертвом Городе, ни днем раньше.

Марк посмотрел в потолок, поставил носком обратно на место предохранитель, перевел взгляд на ухмыляющегося бугая и кивнул.

– Согласен.

Больше о делах не говорили.

Доели мясо, допили патак и разбрелись кто куда, договорившись встретиться завтра на рассвете здесь же, но уже в полной экипировке и готовыми к выходу.

Оказалось, Солрс и Крис жили в этой таверне уже несколько дней, заняв целых две комнаты этажом выше.

Путешествие в Великую Пустошь требовало особых приготовлений, поэтому, попрощавшись с Марком, они, не теряя времени, поднялись наверх – готовиться к нелегкому изнурительному походу.

Марк решил последовать их примеру и заночевать тут же, но для начала ему необходимо было посетить одну непримечательную лавку на другом конце этого захолустного городка и еще… выяснить для себя кое-что.

Выйдя из таверны, он покатал между пальцами маленькую черную горошину и, вставив её в ухо тут же приложился к стене. Выглядело это так, как будто перепивший посетитель уперся башкой в стену, переводя дух.

– … к Лютому, – услышал он чей-то сильно искажённый голос, – расскажи ему, что слышал. Бего…

Действие слуховой горошины закончилось, но подслушанного вполне хватило, чтобы быстро юркнуть за угол здания и там затаиться.

Дверь распахнулась, на пороге появился один из «упившихся в хлам» торговцев. Он быстро осмотрелся по сторонам и резво побежал по одной из четырех улиц городка.

Марк посмотрел ему вслед и нахмурился.

В какую опасную игру затаскивает его Крис?

Лютый – это серьезно. Очень!

Может, отказаться, пока не поздно… вот прямо сейчас подняться наверх и всё им выложить? Или… а может, Крис с Лютым заодно, и в таверне было разыграно представление? Группа прикрытия в лице странной троицы и Солрса – если что-то пойдет не так? Да и эти двое – мордой в тарелку, как оказалось, тоже непросты… и к тому же Крис, никого не опасаясь, начал показывать в трактире карту… Странно это всё, и на него не похоже.

Но, с другой стороны, зачем им Марк?

У Лютого и своих следопытов полным-полно и весьма матерых, знающих Великую Пустошь не хуже его. Значит, Крису в этой компании нужен свой следопыт, и он будет играть по своим правилам. М-м… выходит, на карте указано место, где действительно находится что-то ценное…

От этой мысли у Марка зачесались руки, и всё засвербело внутри.

Как поступить?

Решил поступить так, как всегда в таких случаях.

Марк широко улыбнулся и достал свою заветную монету. Подбросив ее, он ловко поймал и, раскрыв ладонь, кивнул.

Решение принято.

Придется начать свою игру. Предупрежден – вооружен, и всё такое…

Подбросив монету в руке, он зашагал по пыльной улице в направлении одной неприметной лавчонки на краю городка.

Сделка

Когда Марк зашел в лавку, там уже был один посетитель – молодой парень лет восемнадцати или чуть старше. Уставившись на вошедшего бычьим взглядом, он быстро накрыл ладонью предмет, лежавший на прилавке, и упрямо поджал губы.

Торговец кивнул Марку как старому знакомому и указал ему на плотную ширму, за которой находилась отдельная комната для особо важных клиентов.

Через несколько минут он и сам появился там. После радостных похлопываний друг друга по плечам торговец поинтересовался:

– Давненько тебя здесь не было, приятель! Что привело тебя в наш дивный городок на этот раз?

– Моя дурная башка, Мирош, и только она!

– Надо же, вот это новость! – хохотнул торговец. – Для твоей дурной башки нужно что-нибудь, или ты просто так зашел навестить старого друга?

– И то, и другое, и третье! Смотри…

Марк покопался в своей походной сумке, достал из нее сверток из плотной непромокаемой ткани и осторожно положил на стол.

– Ну, – подбодрил он Мироша, – смотри, оценивай, предлагай.

Торговец достал нож и аккуратно перерезал веревки, стягивающие сверток, затем развернул ткань и ахнул. Перед ним лежали две выпуклые линзы, скрепленные между собой толстой дугообразной перемычкой из неизвестного материала. Но не это так поразило Мироша: по верхней кромке линз мигал чуть заметный зеленый огонек.

– Рабочий? – не веря своим глазам, прошептал он.

Марк, улыбаясь, кивнул.

– Сначала думал, что нет, – честно признался он. – Нашел, положил его к другим находкам и забыл на неделю. А когда закончил с раскопками и стал собирать вещи, то обнаружил эти мигающие огоньки. Ха, представляешь!.. Я провел некоторые исследования и понял, что эта модель подпитывается от солнца и, если пользоваться им только в помещении, то заряда хватает на четыре дня!.. Вот смотри, этот мигающий зеленый огонек говорит о полном заряде, желтый о том, что заряд начинает садиться, красный, что его осталось на одни сутки, а потом всё… надо снова на солнце и на неделю. Но если ты постоянно на солнце, то прибор подпитывается сам по себе, и его хватает на многие и многие дни. Я не считал.

Марк победно посмотрел на торговца. Тот не отводил завороженного взгляда от прибора. Работающий артефакт Древних – большая редкость.

– К нему нет только креплений на голову, но это мелочи. Я уверен, что если хорошенько покопаться в твоих кладовых, то можно найти не только их.

Марк взял в руки линзы, прислонил их к лицу и с энтузиазмом продолжил вводить торговца в курс дела:

– Правда, чтобы владеть ими, нужна определенная сноровка. Вот, допустим, увидел ты вдалеке что-то такое, что не можешь толком рассмотреть. Одеваешь эти очки, нажимаешь пальцем вот здесь, удерживаешь и видишь всё в мельчайших подробностях, и еще плюс к этому, – Марк со значением поднял указательный палец вверх, – они определяют точное расстояние до цели.

– А вблизи? – с возрастающим интересом спросил Мирош.

– Тут надо нажать еще вот на эту выпуклость и удерживать обе, – пояснил Марк, указывая, куда надо жать. – Вот… сам посмотри.

Он поднес линзы к лицу Мироша, и тот с минуту смотрел, не отрываясь на свою руку.

– Да-а, – пораженно протянул он, – чудо какое-то.

– Переходят на ночное зрение сами без посторонней помощи. Не надо никуда жать, давить, тереть...

– А ночью, как, хорошо видно?

– Ночью как днем! А если днем яркое солнце, то не слепит. Цены ему нет!

– Вот именно… – с сожалением проговорил Мирош и отложил прибор в сторону. – Цены ему нет. Что ты за него хочешь?

– А то ты не знаешь? – хитро прищурился Марк.

Торговец задумчиво покачал головой.

– Этого, – он кивнул на прибор, – маловато будет…

– А я добавлю! – весело вставил Марк, чувствуя, что Мирош начал колебаться. – Ну не с пустыми же руками я к тебе пришел!

– Показывай! – оживился торговец.

Марк запустил руку в мешок и стал доставать оттуда одну за другой какие-то погнутые железки, обрывки проводов и прочую мелочь.

Мирош вертел всё это в руках и без особого интереса сразу же откладывал в сторону.

– Мало! – в итоге констатировал он. – Если это всё, то обмена не будет, и я готов услышать цену.

– Вот ты ж!.. – Марк изменился в лице и в сердцах хлопнул себя по коленям. – На вот, жри!

Он достал из сумки последний довод и выставил его на стол. Вытянутая стеклянная бутылка, доверху наполненная цветными гранулами.

Мирош заинтересованно посмотрел на бутылку и отрицательно мотнул головой.

– А чтоб тебя!.. – Марк снова запустил руку в сумку и выудил оттуда железную банку с плотно подогнанной крышкой.

– Что это?

– Водяные кристаллы! Двадцать штук! Всё! Больше ничего нет!

Лавочник посмотрел на поисковика с прищуром и кивнул.

– Ладно, можно сказать, уговорил.

Он достал с полки плотный кожаный мешок и начал аккуратно складывать в него всё то, что Марк выложил из своей сумки.

– Я скоро, – буркнул он и вышел из комнаты.

Вернулся через пять минут, держа в руках небольшой тряпичный мешочек.

– На вот, примеряй-проверяй.

Марк удивленно глянул на него.

– Зачем мне его примерять, ты забыл, как эта вещь к тебе попала? Да я на ней каждую петельку помню!

Поисковик вытряхнул из кулька на стол кольчугу мелкого плетения с длинным рукавом и стал поспешно рассматривать ее целостность. Затем поднял глаза на лавочника и с надеждой спросил:

– Сделка?

– Сделка! – улыбнулся тот.

Они ударили по рукам и хлопнули друг друга по плечам.

– Тогда, может, по стаканчику дрэги в честь нашей сделки? – предложил Мирош.

– Не откажусь.

Торговец снова куда-то ушел, а Марк принялся поспешно снимать куртку и подрагивающими от волнения руками напяливать на себя свою старую кольчугу. Наконец-то она вернулась к своему законному владельцу…

Неуязвимая броня Древних, искусно сплетенная из запредельно прочных и почти невесомых нитей. Ее ничем не пробить, она не горит, не тонет в воде, вот ей-то точно цены нет! И если бы не клятва, данная ему Мирошем, что выкупит ее обратно только он, то старый мошенник давно бы уже купался в роскоши. Но Марк как-то спас жизнь ему, его жене и сыну, и поэтому слово торговца всё это время было нерушимо. Старый друг только и ждал, когда Марк предложит ему ровно столько, сколько он когда-то отдал ему за нее, выручая попавшего в беду следопыта. Но в этот раз Марк явно переплатил. Одна бутылка с пищевыми гранулами чего стоила.

– А вот и я! – в комнату зашел улыбающийся Мирош. В одной руке он держал запотевшую бутыль, а в другой два стеклянных фужера изумительно тонкой работы.

– Я готов, мой друг, – широко улыбнулся Марк, застегивая последнюю пуговицу на куртке. – Разливай.

Наполнив фужеры янтарной жидкостью, Мирош приподнялся со своего кресла и торжественно произнес:

– За дружбу и нерушимость клятвы!

– За дружбу и нерушимость клятвы! – повторил Марк и осушил фужер залпом.

Торговец скривился на манеры друга и лишь немного пригубил дорогущий дрэги.

Уже собираясь уходить, Марк остановился у двери и, сделав вид, что только что вспомнил что-то очень важное, спросил:

– А скажи-ка мне, друг Мирош, функция определения расстояния до цели очень важна для успешной продажи прибора с линзами?

– Да, несомненно! – кивнул широко улыбающийся торговец.

– А ты знаешь алфавит Древних?

Улыбка медленно начала сползать с лица Мироша.

– А цифры? – с озабоченным видом поинтересовался Марк.

Мирош сжал зубы. Он с трудом мог разобраться в нескольких символах, но этого было крайне мало.

– А как ты думаешь, многие знают? Вот беда-то! – Марк сокрушенно покачал головой и посмотрел в окаменевшее лицо торговца. – Даже не знаю, как помочь тебе?.. Хотя вот.

Он вытащил из внутреннего кармана куртки аккуратно сложенный вчетверо листок. Бережно разложив его на прилавке, пояснил:

– Вот, смотри. В этом столбце символы и цифры, которые показывает прибор, когда он определяет расстояние до цели, а в этом столбце их перевод на наши закорючки. Там, помимо этого, еще много разных обозначений.

– Сколько? – прохрипел торговец, не сводя с Марка тяжелого взгляда.

– Мирош, ты меня неправильно понял! – искренне произнес следопыт, пряча листок обратно в нагрудный карман. – Я просто показываю тебе путь. Найми хорошего переводчика. У вас же есть в городке такой? Вот. И закажи у него перевод. Правда, для этого он должен попользовать этот прибор в разных режимах, и потом тебе надо будет взять с него слово, что он больше никому…

– Сколько? – глаза Мироша стали наливаться кровью.

Марк отвел взгляд в сторону и задумчиво уставился в потолок.

– Ну-у… – протянул он, переводя взгляд на торговца, – учитывая нашу давнюю дружбу: тридцать пищевых самых крупных гранул, десять водяных кристаллов и три флакона бергата.

– Без бергата! – зло отрезал Мирош.

Марк пожал плечами и развернулся к выходу.

– Стой!

Торговец какое-то время сверлил его ненавидящим взглядом, затем резко развернулся и ушел в подсобное помещение.

Вернулся Мирош с недавно полученными от Марка бутылкой и железной банкой. Достал из-под прилавка какие-то склянки. В одну отсыпал тридцать цветных гранул, в другую отсчитал десять водяных кристаллов, плотно закрыл и пододвинул к следопыту.

– Три флакона бергата, – напомнил торговцу Марк.

– Это грабёж! – обреченно обронил Мирош и достал из-под прилавка металлические флакончики с деревянной пробкой.

Марк в свою очередь достал заветный листок и протянул его торговцу. Тот быстро развернул, пробежал глазами по столбцам и кивнул.

– Сделка?

– Сделка, – подтвердил Марк, пряча всё в сумку.

– Отправляешься в Черную Топь? – спросил слегка подобревшим голосом Мирош.

– Кто знает, мой друг, куда меня завтра занесет судьба…

Поисковик закинул сумку через плечо и, кивнув приятелю, вышел.

– До встречи! – донеслось до него из-за неплотно закрытой двери.

На дворе уже наступили сумерки.

До таверны Марк шел не спеша, без всякого интереса и опаски поглядывая на редких прохожих. Броня Древних приятно холодила тело и придавала чувство защищенности и уверенности в себе. Сколько он прошел с ней, сколько пережил… эх…

Мирош всё-таки молодец, не поддался соблазнам, сберег, а ведь мог бы… но теперь всё позади.

Марк нежно провел рукой по своей походной сумке. Там лежит точно такой же рабочий прибор с линзами, на который он выменял кольчугу, правда и на нём нет креплений для головы, но это не беда. Он уже придумал, как всё приладить. Вот вернется сейчас в таверну и займется.

Еще у него в сумке лежали перчатки из точно такого же материала, как и кольчуга. Вещь незаменимая и в джунглях, и в пустоши, да и в бою… один раз, он даже схватился в них за острейшее лезвие меча нацеленного ему прямо в живот. И ничего, пальцы и ладони целы, невредимы.

С этими перчатками он не расставался никогда, какие бы блага ему за это ни предлагали. Сколько он перенес из-за них покушений, сколько попыток воровства, вымогательства…

С Мирошем всё прошло более-менее удачно. Удалось вернуть обратно часть пищевых гранул, половину кристаллов, да еще и разжился бергатом. Это средство от самых ядовитых москитов отпугнет не только злобных кровососов, но и тварей куда пострашнее. А в тех местах, куда им придется отправиться, и те и другие водятся в большом изобилии.

В таверне было полно народу. Все столы заняты. Шум, гам, пьяный смех и выкрики. Из прошлых посетителей нет никого.

Марк, не останавливаясь, прямиком направился на второй этаж в свою комнату.

Закрыв и подперев кроватью дверь, он вставил себе в глаз миниатюрную линзу и задул свечу. Если кто и наблюдает за окном с улицы, пусть думает, что Марк улегся спать. Хорошенько проморгавшись, он сосредоточился на зрении. Сначала из темноты проступили очертания комнаты, затем стали видны отдельные детали, и вскоре он уже мог разобрать ворсинки на своем одеяле.

Вздохнув, он достал из сумки очки с чуть выпуклыми линзами, кусок прочной материи и принялся мастерить крепление на голову.

В путь!

Рано утром, лишь только первые лучи восходящего Солнца коснулись крыш, Марк вышел из таверны и направился к загону с ездовыми ящерами.

У входа его уже поджидали Солрс и Крис. Оба оделись по-походному: добротная обувь, кожаные штаны и куртки, на головах платки, повязанные особым способом и закреплённые узлом на затылке.

Помимо обычных кинжалов и коротких мечей, у Криса на поясе и груди в специальных креплениях виднелись с десяток метательных ножей, а у Солрса в руках короткая пика с каким-то жутким листообразным наконечником. У обоих за спиной по объемному рюкзаку с провизией и особыми вещами, так необходимыми в долгом путешествии.

– Что-то ты налегке, Марк? – вместо приветствия буркнул Крис, не наблюдая за спиной у следопыта такого же рюкзака. – Опять раскошелился на пищевые гранулы или ты думаешь, что мы тебя всю дорогу кормить будем?

Марк пожал плечами.

– Обо мне беспокоиться не надо, о себе лучше позаботьтесь. Значит так: выдвигаемся, и в походе придерживаемся правил, которые мы вчера все вместе и утвердили. В походе я старший, и моя задача привести вас в Мертвый Город.

Марк выжидающе посмотрел на обоих. Те переглянулись и синхронно кивнули.

– Единственное, что мы еще должны решить сообща и прямо сейчас, так это – по какому маршруту нам следовать. Есть два основных пути, как добраться до Великой Пустоши и затем Мертвого Города. Один короткий, но не совсем безопасный, и если мы выберем его, то будем на месте уже через десять дней, другой значительно подлиннее, и мы управимся примерно за месяц, и это только выйдя к границе Больших Песков. А там до Города через них еще три дня пути.

– Короткий путь, как я понимаю, лежит через непроходимые Биресейские джунгли и Волосарский хребет? Верно?

Марк кивнул, тонко улыбнувшись.

– Ну, не такие уж они и непроходимые эти джунгли. Я, например, проходил через них уже не помню сколько раз и, как видишь, жив-здоров. Тем более через джунгли придется идти в любом случае. Через Биресейские или Куанские.

Крис с Солрсом переглянулись и одновременно кивнули.

– Выбираем короткий.

– Тогда нам ездовые ящеры не нужны, и Солрсу лучше забрать за них деньги у трактирщика обратно.

После этих слов здоровяк одним движением избавился от рюкзака и, держа в руке свою жуткую пику, побежал в трактир.

– С километр до порта пройдем пешком, – продолжил Марк, – затем сядем на ближайший корабль и отправимся в Лемарн, перевалим через Хребет и уже послезавтра будем на границе джунглей.

Крис задумчиво кивнул, соглашаясь.

Городок Шерих, в котором они сейчас находились, был совсем небольшой, но имел в пригороде с десяток разных пристаней и располагался в очень удачном месте, всего в одном дневном переходе от устья реки Тихая, идущей дальше вглубь континента.

Большинство кораблей, пересекающих море Трех Штормов, заходили в этот порт для пополнения провизии, а иногда и экипажа. Путешествие водным транспортом никогда не считалось чем-то простым и безопасным, особенно когда речь заходила о морях наподобие Трех Штормов.

Из-за постоянного обилия кораблей в порту, попасть на борт какого-нибудь судна до Лимарна не представлялось хоть какой-то маломальской проблемой. Тем более Марк еще вчера выяснил, что сегодня от причала отходят четыре судна с интервалом в час-полтора, так что они вполне успевали.

Хлопнула дверь трактира, и на крыльце появился улыбающийся Солрс. Он показал Крису две блеснувшие на утреннем солнце монеты и бегом припустил к ним.

Больше не задерживаясь, они вышли со двора трактира и направились в сторону порта.

Они не заметили, как с соседней крыши спустился один оборванец и сломя голову побежал по уже начинающей просыпаться улице.

Глава 3. К намеченной цели

Глава 3. К намеченной цели

Путешествие на корабле продлилось меньше суток, и уже к утру следующего дня трое кладоискателей сошли на берег рядом с городком под названием Лемарн.

Волосарский хребет виднелся на горизонте, и казалось – до него рукой подать, но это только на первый взгляд. Пешком до него три дня пути, а вот если по реке…

Марк, чтобы не терять времени, предложил в городок не заходить, а вместо этого выкупить у одного его знакомого рыбака крепкую вёсельную лодку и сразу же отправиться в путь.

Так и поступили.

Теперь команда обзавелась пусть и небольшим, но собственным суденышком, на котором при желании можно было еще и парус поставить.

Загрузившись в лодку, Марк со знанием дела установил мачту, распределил груз вдоль бортов и начал объяснять своим подельникам, что будет дальше.

– Если ветер попутный, то сегодня заночуем у подножья Волосарского хребта в тепле и относительном уюте. Если нет, то придется весь день грести против течения на вёслах и ночевать посреди реки в лодке. К берегу приставать в этих краях небезопасно. И еще… – Марк с серьезным видом посмотрел на кладоискателей, – пока будем плыть, руки и ноги в воду не опускать. Можете в итоге остаться без них. Если ко мне нет вопросов, то вперед… Солрс, оттолкни, пожалуйста, лодку от берега.

Теперь их путь лежал по одному из многочисленных рукавов, уходящему далеко в сторону от основной реки.

Марк сел у руля, а Солрсу и Крису поначалу пришлось хорошенько попотеть, выгребая на вёслах на середину реки.

Видно было, что опыта у них в этом деле совсем маловато, вёсла опускались в воду вразнобой, и рулевому приходилось прилагать серьезные усилия, чтобы она при каждом взмахе как можно меньше рыскала носом.

Наконец Солрс не выдержал и, тихо ругаясь, прогнал Криса на нос, а сам уселся на вёсла, и сразу же работа пошла куда веселее. Здоровяк так мощно налегал на вёсла, что казалось, еще чуть-чуть и лодка вот-вот выскочит из воды.

Выйдя на середину реки, Марк прикрепил к мачте квадратный кусок плотной материи, и маленькое суденышко заметно увеличило ход. Цепко удерживаемый ветром парус придавал ему устойчивость, и теперь можно было с облегчением сложить вёсла вдоль бортов.

Ближе к обеду ветер стих, и Солрсу снова пришлось сесть на вёсла. Неутомимый здоровяк быстро приноровился, вошел в ритм, и благодаря ему лодка пошла так же ходко, как и под парусом. Ну… почти.

Еще несколько раз ставили и убирали парус, пока величественный Волосарский хребет не показался из-за ближайших деревьев так близко, что казалось – протяни руку и всё, вот он!

Настроение у всех сразу поднялось, никому не хотелось ночевать в лодке да еще и посредине реки. Местным обитателям это может совсем не понравиться.

После полудня небо стремительно начало затягивать грозовыми тучами, и подул пока еще слабенький боковой ветерок.

Марк тревожно посмотрел на небо и нахмурился.

До того места, куда он хотел бы пристать к берегу, оставалось еще около часа ходу. Если непогода застанет их на реке, то в этом нет ничего хорошего. Во-первых, промокнут насквозь, а во-вторых, лодка, и так не рассчитанная на троих здоровых мужиков, может опасно просесть еще больше, набрав дождевой воды, а это в здешних местах, чревато серьезными неприятностями. Надо поднажать, а то под одним парусом можно и не успеть.

– Солрс, – крикнул Марк здоровяку и показал пальцем вверх, – на вёсла, а то не успеем!

Здоровяк посмотрел на небо и кивнул.

Под парусом и с вёслами лодка пошла значительно быстрее, и появилась надежда на удачный исход водной части путешествия.

Успели.

С первыми порывами ветра и крупными каплями дождя кладоискатели вытащили лодку на берег и, убрав мачту, принялись быстро маскировать ее в прибрежных кустах.

Получилось кое-как, но на большее уже не хватало времени. Дождь с ветром усилились, и надо было спешить. До хребта еще минут сорок ходу и, если повезет, то они заночуют в более-менее безопасном и сухом месте.

– За мною. Где буду указывать, там надо идти точно след в след! – бросил Марк своим подельникам и, не оборачиваясь, уверенно вошел в прибрежные кусты.

Солрс с Крисом беспрекословно последовали за ним, стараясь не отставать. Оба тоже не новички в подобного рода путешествиях, но в этих землях подчинение более опытному проводнику – это надежда на то, что ты можешь с большой вероятностью увидеть завтрашний день.

Их путь лежал через лесок, где в основном преобладала каменистая почва и редкие клочья травы, которые больше похожи на остро отточенные шипы, чем на растения. Марк шел быстрым шагом, ловко прыгая по камням, стараясь не наступать на землю.

К подножью хребта подошли аккурат с наступлением сумерек. Марк точно вывел свой небольшой отряд к известной ему пещерке, перед этим строго предупредив, чтобы не шумели и встали по краям от расщелины.

Не отрывая взгляда от темного входа, он достал из сумки миниатюрный бумажный шарик и, чиркнув зажигалкой, поджег его. Дождавшись, когда из шарика повалит густой дым, Марк тут же забросил его внутрь и, отпрыгнув, прижался спиной к скале.

С полминуты ничего не происходило, затем внутри пещеры раздался истошный рёв, и наружу выскочило что-то темное и невероятно быстрое и опасное. Закрутившись юлой на месте, зверь совершил огромный прыжок в сторону леса и умчался в его гущу, слепо натыкаясь на деревья и острый кустарник.

Выждав еще минуту, Марк осторожно заглянул внутрь. В нос шибануло запахом едкого дыма, от которого тут же заслезились глаза, и запершило в горле. Сглотнув горькую и тягучую слюну, следопыт весь превратился в слух, стараясь отсечь звуки набирающего силу дождя и завывание ветра.

Тихо... по-другому и быть не может. Ни одно животное не в силах перенести едкий дым тлеющей травы мокко. Он выедает глаза и напрочь отшибает нюх. Зверь начинает метаться в поисках выхода и, когда находит, убегает прочь от этого места подальше. Теперь только осталось подождать, когда развеется дым, либо развести внутри костер. Огонь быстро убьет всё запахи, и тогда там можно будет спокойно заночевать.

– Ну что, подождем?

– А... чего ждать-то! И так уже весь промок до нитки! Я быстро…

Солрс порылся в своей сумке и выудил из нее самодельные очки, вшитые в плотную ткань. Привычными движениями обмотал голову и, на ходу снимая со спины рюкзак, проскользнул в пещеру.

Оттуда послышались сдавленный кашель и забористая ругань, но очень скоро отблески от разгорающегося огня осветили внутренность пещеры.

– Заходите! – послышалось изнутри. – Уже почти не воняет.

Крис сразу же юркнул в пещерку, а Марк немного задержался и, достав флакончик бергата, капнул несколько драгоценных капель на камни у входа.

– Зачем тратить? – громко пробурчал Крис. – У нас еще джунгли и Пустошь впереди.

Марк не ответил и, спрятав флакон обратно в сумку, прошел вглубь пещеры.

Назвать эту каверну в скале пещерой можно было только с большой натяжкой. Семь шагов в длину, пять в ширину, скальные выступы со всех сторон.

Костей животных не наблюдалось. Этот зверь – радах, которого они только-что прогнали из пещеры, если кого и поймает, то съедает всё без остатка, даже кровь слизывает с травы и камней, не оставляя следов. Поэтому, кроме нескольких клочков свалявшийся шерсти, в пещере ничего больше не было.

Марк быстро вскарабкался на один из выступов и, встав на носочки, потянул за еле заметную веревку. На каменистый пол с грохотом рухнул пыльный мешок, наполненный чем-то твердым и продолговатым.

– Дрова, – коротко сообщил он и подтащил мешок поближе к огню. – Нам всем надо хорошенько просохнуть.

– Особенно тебе, – криво усмехнулся Крис, снимая сапоги. – Шкура монга, насколько я знаю, не промокает и сохнет – не успеешь глазом моргнуть.

Марк на это ничего не ответил, уселся невдалеке от весело потрескивающего костра и полез к себе в сумку. Достал из нее два ровных блестящих круга. Один побольше, другой значительно меньше, примерно раза в три. Легонько надавил кулаком на центр большого. Дно вдавилось внутрь, и круг превратился в небольшой котелок с ручкой сверху, затем пальцами продавил центр маленького, и получилась очень удобная чашка для питья.

Крис и Солрс наблюдали за ним молча, с интересом разглядывая его посуду.

– Может, продашь? – завистливо вздохнул Крис. – А себе найдешь еще.

Марк ухмыльнулся и мотнул головой.

– Так я ее не нашел. Сам купил у Мироша из Шериха. Знаешь его лавку?

Крис кивнул.

– У него там есть еще?

Марк неопределенно пожал плечами.

– Были. Как сейчас, не знаю.

Дождь уже лил стеной, и Марк подошел со своей посудой к выходу, набрать воды. Он сделал это без особой опаски, потому как последний кислотный дождь прошел уже лет триста назад, и о нём теперь вспоминали лишь только от стариков на вечерних посиделках.

Поставив котелок возле огня, он вытащил из сумки миниатюрный кожаный мешочек, аккуратно выудил из него маленькую черную горошину и бросил в начинающую быстро закипать воду. Семена шокорта гарантированно убивали любую гадость в воде. Не зря же они ценились не меньше тех же пищевых гранул и водяных кристаллов.

Порывшись в сумке, он извлек оттуда красную пищевую гранулу и закинул в котелок.

– Вот же… любишь ты, Марк, жить красиво, – беззлобно проворчал Крис, доставая из своего рюкзака вяленое мясо и сухую лепешку. – Посуда Древних, пищевые гранулы Древних, что-то там еще от Древних... А мы вот, народ простой, нам что попроще да подешевле. Да, Солрс?

Здоровяк кивнул и с интересом заглянул в котелок Марка.

Пищевые гранулы – великое наследие Древних и в нынешнее время достаточно большая редкость. Среди кладоискателей ценятся достаточно высоко, и на них можно выменять много чего. Говорят, лет так пятьсот-шестьсот назад их еще находили сотнями в специальных упаковках, а теперь найти с десяток – просто неимоверная удача.

Марк помешал густое варево, зачерпнул на кончик ложки и попробовал на вкус. Довольно кивнув, он отодвинул в сторону котелок и на его место поставил чашку для питья. Затем он достал из поясного кармашка аккуратно свёрнутую тряпицу, осторожно развернул ее и вытряхнул в чашку с закипающей водой какой-то корешок. По пещере распространился пряный запах корня сиволу. Навар из этого корня восстанавливает силы, проясняет разум и, самое главное – его можно заваривать хоть сотню раз, и он от этого свои свойства не теряет.

Крис посмотрел на Марка почти зло.

– Угостишь?

Марк кивнул.

– Только в твою посуду.

Крис выудил из рюкзака обычную металлическую кружку и побежал к выходу набирать воду.

После ужина коротко обсудили план на завтрашний день и, готовясь ко сну, принялись каждый обустраивать свои лежанки.

Солрс вроде бы уже улегся и прикрыл глаза, но через пару минут снова вскочил на ноги и, косо посмотрев на Марка, потянулся к своему поясному карману.

– Дождь, – пояснил он, густо рассыпая какие-то трехконечные колючки перед входом, – вдруг смоет бергат, а это, я считаю, понадежней будет.

Марк хмыкнул и пожал плечами, но для себя сделал заметку, что надо держаться от этого парня подальше. Эти трехконечные шипы, вероятнее всего, смазаны каким-нибудь сильнодействующим ядом, и у Солрса по всей видимости, к нему устойчивый иммунитет, иначе он бы не брал их в руки так свободно. Подложит такую колючку под задницу где-нибудь на привале, и всё… прощай, Марк.

Он как-то слышал, что есть в южных землях умельцы, которые за большие деньги прививают иммунитет ко многим ядам. Марк после каждого похода собирался к ним, да потом всё какие-то дела, суета связанная с распродажей найденного, и ему становилось совсем не до этого.

А зря!

Солрс вон, по всей видимости, удосужился.

– Не забудь завтра все собрать! – недовольно буркнул Крис, расстилая свою подстилку поближе к огню.

Тот уже почти затух, и лишь несколько язычков пламени лениво ласкали рубиновые угли.

Марк решил обустроить себе лежанку у дальней стены. Постелил под себя подстилку, положил под голову сумку и прикрыл глаза.

День выдался непростым. Речная качка вымотала до предела. Надо попытаться расслабиться и заснуть.

Хребет

За ночь не произошло никаких происшествий.

Никто к ним не лез, хотя ночь была полна звуков, не дававших усталым путникам как следует выспаться. Совсем рядом с пещерой сквозь шум дождя и завывания ветра были слышны какие-то визги и рычания. Иногда этот рык переходил в отчаянное поскуливание, и затем на какое-то время всё затихало.

Только Солрсу всё было нипочём. Здоровяк спал глубоким и безмятежным сном, свернувшись калачиком на своей подстилке.

Крис за ночь вставал несколько раз, подбрасывал на угли мелкие щепки и задумчиво наблюдал за тем, как они начинают тлеть, затем ярко вспыхивать и превращаться в маленькие рубиновые угольки.

Буря стихла ближе к утру, а с нею ушли все звуки и возня снаружи. Их теперь заменил громкий храп Марка и Криса.

Проснулись чуть позже, чем планировали.

Марк открыл глаза и первое, что увидел, ползающего на коленях Солрса, собиравшего разбросанные им же самим колючки.

Скрупулезно пересчитав их, он сложил все в отдельный поясной кармашек и, встав, отряхнул колени.

– Порядок, всё собрал.

Кладоискатели поспешно свернули лагерь и сразу же отправились в путь. Из-за поздней побудки они здорово отставали от графика, и надо было поспешить, чтобы наверстать упущенное.

Завтракали на ходу, хоть Марк и был против этого. После грозы воздух был чист и свеж, поэтому запахи разносились достаточно далеко, и вступать в противоборство с местными хищниками из-за куска вяленого мяса и черствой лепешки не хотелось бы. Но с другой стороны – время серьезно поджимало, камни после дождя скользкие, а им предстояло за сегодняшний день перевалить хребет и выйти к границе с джунглями – самой опасной части их путешествия.

Там, у границы, они заночуют, а с утра двинутся дальше в путь.

Марк шел первым, за ним Крис, и замыкал шествие Солрс. Проводник уверенно вел их по известным только одному ему тропам, шаг за шагом приближаясь к еле заметной тропе, ведущей на вершину хребта.

– Всё, сейчас начнется самое сложное, – предупредил их Марк, доставая из сумки уже начатый флакончик с бергатом. – Доставайте свой бергат и по одной капле себе на ботинки. А иначе будете наступать на змей и хвосты ящериц на каждом шагу.

Солрс полез в поясную сумку и вытащил из нее точно такую же фляжку, как и у Марка.

– У меня нет, – Крис посмотрел на Марка и подставил ему свой ботинок.

Тот криво ухмыльнулся

– С тебя один грот.

– Ты что, Марк?! Это же грабёж! За две капли целый грот. Мы же команда!..

– Тогда доставай свой и брызгай себе бесплатно сколько хочешь.

Крис скривился и молниеносно выхватил у здоровяка флакон.

– Буду должен, – буркнул он, капнув на свои ботинки по одной капле.

По более пологому участку шли довольно ходко, быстро наверстывая упущенное, а вот когда начался подъём, то Крис стал быстро выдыхаться и серьезно отставать.

Марку налегке идти было несложно, но его небольшой команде с огромными рюкзаками за спиной доставалось по полной. Солрс натужно сопел, но пёр, а вот Крис совсем расклеился и при каждом шаге издавал такие жуткие хрипы и стоны, что ими можно было распугать всех зверей в округе.

На их пути были участки, где им приходилось карабкаться по камням, и тогда Марку и Солрсу ничего не оставалось, как хватать Криса за лямки рюкзака и тащить обессилившего компаньона за собой. В его измученных глазах нет-нет да и проскальзывала немая мольба о короткой передышке, но вслух он не произнес ни единого слова.

Утреннее солнце уже подходило к зениту, когда Марк скомандовал привал. Все, где стояли, там и повалились, едва успев скинуть рюкзаки.

Крис поднял на Марка мутные от усталости глаза и, вытирая тягучую слюну с подбородка, прохрипел:

– Дышать нечем, Марк. Старая рана. Я уж думал, зажило всё давно, столько лет прошло, а тут вон как... Прошу тебя, делай привалы почаще, или я издохну здесь…

Проводник посмотрел на их утомленные рожи и качнул головой.

– Тогда мы не успеем на место ночевки, и это может быть по-настоящему смертельно опасно. С наступлением сумерек, помимо другой живности, на охоту выходят гремри, и их не отпугнешь обычным бергатом. Они кружат над хребтом в поисках добычи, и мне бы не хотелось, чтобы этой ночью им так с вами крупно повезло! Ладно, вы пока тут отдохните, а я сейчас, приспичило что-то…

Отойдя подальше, чтобы его не было видно, Марк поспешно напялил на голову очки Древних и посмотрел в ту сторону, откуда они только что пришли.

Погоняв их в разных режимах, он снял очки, положил обратно в сумку и задумчиво поплелся обратно, размышляя, как быть дальше.

Его врождённая паранойя не давала ему покоя, и сейчас он лишний раз удостоверился, что за ними никто не шел. Очки Древних не обманешь, они видят не только далеко и четко, но еще даже то, что обычному глазу недоступно. А это значит, что Лютый, скорее всего, сейчас не идет по их следу и проявит себя уже в Мертвом Городе, и только после того, как они найдут и вскроют то, что отмечено у Криса на карте.

Надо быть готовым к этому.

Но ведь послать за ним следом пару матёрых следопытов мог ведь? Мог, но не стал.

Лютый – опытный и хитрый боец, завоевавший себе авторитет не пустыми россказнями в тавернах, а конкретными делами, и скорее всего, он опережает Марка и его компанию на день или думает, что опережает.

По той дороге, по которой сейчас направлялся сам Марк, ни Лютого, ни его следопытов вчера точно не было. Их и не могло здесь быть, потому что эту дорогу нашел и разведал сам Марк, и единственное место на несколько десятков километров в округе, где можно было бы укрыться и переночевать, это как раз та самая пещера, в которой они провели сегодняшнюю ночь. Он уже не раз ходил этим маршрутом, и сокращал им путь до Пустоши примерно на двое суток.

Марк выдохнул, и уже в который раз, мысленно обругал себя за свою чрезмерную мнительность.

Те немногие отчаянные храбрецы, кто желает попасть в Мертвый Город, обычно сходят на берег намного дальше по реке, огибая хребет, и проходят джунгли менее сложным, но более дальним маршрутом. С другой стороны – у Лютого крепкая, хорошо вооруженная банда, и он при желании может облиться с головы до ног бергатом и пройти сквозь джунгли с одной единственной ночевкой, или…

Был еще и третий путь к Мертвому Городу, самый короткий и самый опасный. О нём почти никто не знает, потому что преодолели его считанные единицы, и Марк бы ни за что не пошел тем маршрутом.

Но Лютый – это не Марк, человеческая жизнь для него ничто и при желании они смогут там прорваться. Не все конечно, но смогут.

Марк скупо улыбнулся про себя. Больше одной ночевки он и сам в джунглях задерживаться не намерен. Страшно и опасно до жути.

– Всё, вставайте, вставайте! Нет времени долго разлеживаться! Вперед! – крикнул Марк так и продолжавшим лежать на камнях кладоискателям.

Пройдя мимо, он не стал оборачиваться и пошел дальше.

Солрс помог подняться Крису, и оба, проклиная на этом свете Марка, а вместе с ним все горы и хребты, поплелись вслед за ним.

Вскоре предстоял спуск, и еще неизвестно, что сложнее с таким-то грузом за спиной.

На ночлег остановились задолго до наступления сумерек. Пещер в округе не наблюдалось, поэтому Марк уверенно подвел их к какому-то нагромождению больших и малых камней.

– Помогайте! – буркнул он и стал осторожно отодвигать крупные камни.

Вскоре перед ними оказалась приличных размеров расщелина, аккуратно заложенная сверху камнями. Марк сам ее хорошенько обследовал на предмет всякой живности, затем махнул попутчикам приглашающим жестом.

– Я здесь останавливался пару раз, хорошее место, – сказал он и полез туда первым.

Да, тесновато, но ночь переждать можно без проблем.

Пока солнце не спряталось за горизонтом, они по-быстрому поужинали рядом с убежищем и, стараясь не оставлять после себя даже мизерной крошки, укрылись в расщелине, заложив изнутри вход большими камнями.

– Ты зельем на камни попрыскал? – напряженно спросил Крис, тронув Марка за плечо.

– Попрыскал. Сиди тихо.

– А ты, Солрс, свои колючки разбросал?

– Да. Но если зря, то…

– Тихо вы! Тут, помимо гремри, и других тварей хватает, у которых прекрасно развито не только ночное зрение и нюх, но еще и слух. Так что старайтесь даже не сопеть, если заснете…

Оба разом затихли, стараясь не только не шуметь, но еще и пореже дышать.

С местным зверьем на этом хребте, да и в других похожих местах, не всё так просто. Днем, пока одни хищники спят, глубоко забившись в норы, здесь властвуют змеи и другие чешуйчатые твари, передвигающиеся кто на двух, кто на четырех ногах. Одни выползают под солнечные лучи, лениво греясь на прогретых камнях, другие охотятся на мелких и крупных грызунов, а третьи – на себе подобных, не брезгуя мясом своих же собратьев. Этих тварей такое огромное количество, что надо постоянно смотреть себе под ноги, чтобы ненароком не наступить на чей-нибудь длинный хвост.

Как говорится – на бергат надейся, а сам не плошай…

Все змеи и ящеры в округе ядовиты и представляют реальную угрозу для жизни, но с наступлением сумерек становятся менее подвижными, и многие из них, не успев добежать или доползти до своего убежища, засыпают прямо на камнях. Они-то и становятся легкой добычей ночных хищников, но змеи размножаются так быстро, что их количество почти никогда не убывает.

Ночью хребет оживал совсем другими обитателями, и в это время суток Марк ни за что не высунул бы своего носа наружу. Свирепость и кровожадность ночных обитателей хребта просто зашкаливала.

В джунглях же всё не так!

Там опасно всегда и везде! И днем и ночью. Количество и разнообразие опасных тварей на квадратный метр просто не поддается воображению, и приводит забредших туда путешественников поистине в неописуемый ужас.

Но Марк – потомственный поисковик в пятьдесят шестом поколении, и опыт предков, переданный старшими, помогал ему выжить в любых самых сложных условиях. Он один из немногих, живущих на землях Семи Королевств, кто неплохо разбирался в давно забытом всеми алфавите Древних. Этим знанием владели все мужчины в семье Марка. Их начинали учить мертвому языку еще с раннего детства. Женщин к этому секретному знанию не допускали, потому как они рано или поздно выйдут замуж, и семейные тайны гарантированно утекут на сторону, а этого допустить никак нельзя. Семейные тайны хранились свято, и горе тому, кто нарушит это правило.

За свою жизнь Марк смог прочитать с десяток найденных им и его родичами книг. Точнее, книгами это назвать сложно, – маленькие продолговатые пластины, которые надо вставлять в специальный аппарат, и тогда прямо в воздухе оживали картины из жизни Древних. Правда качество их было не очень, картинка постоянно сбивалась, искажалась, и часто пропадал звук, но то немногое, что удавалось разглядеть, поистине поражало и удивляло, сколько бы раз он их ни смотрел.

Были среди них и такие пластины, которые показывали только текст, и читать эти тексты Марку нравилось больше всего на свете. Он с упоением погружался в то время, когда на Тарсоне процветали мир и благоденствие. Когда вся планета – это одно государство, а города были настолько огромны, что там проживало по несколько десятков миллионов жителей. Когда можно было свободно бродить по лесу, не опасаясь, что на тебя нападут какие-то хищники или огромные змеи, живущие в лесах и болотах.

Нет, звери во времена Древних тоже жили на планете, и их было в достаточном количестве, но те как-то могли уживаться с ними, не убивая друг друга.

Как?!

Это большая загадка, над которой Марк всё время ломал себе голову и не находил ответа.

В настоящее время сумели приручить только ездовых ящеров, да и те были с норовом и жрали столько, что за ними глаз да глаз… Благо, что не хищники, а травоядные, а то бы за жизни путешественников никто бы и ломаного грота не дал.

Сумерки сменились кромешной тьмой.

Рядом с их убежищем, примерно метрах в тридцати, послышался короткий рык, и что-то большое и волосатое пронеслось мимо. Даже с такого расстояния в нос ударил запах гнили и звериной шерсти.

Всё, ночная охота началась, и теперь надо как можно плотнее вжаться в камни и, дыша через раз, сидеть тихо, не поднимая головы. Главное, чтобы их не засекли сверху гремри, а с остальным обитателями Хребта, наверняка должен справиться бергат.

Марк израсходовал остатки драгоценной жидкости из початого флакончика, обильно поливая ею всё вокруг. Осталось два, но еще не пройдены джунгли и Пустошь, да и на обратном пути тоже надо о безопасности подумать.

Рядом с убежищем было относительно тихо. Только метрах в семидесяти от них начиналась настоящая ночная жизнь, которая сводилась к одному – набить себе желудок за счет ближнего.

Марк видел сквозь щели в камнях, как два лохматых зверя одновременно вцепились в огромную толстенную змею и, не сумев ее поделить, с остервенением набросились друг на друга. Хищники рвали друг друга на части, во все стороны клочьями летела шерсть и брызги черной крови, которая была почти неразличима в темноте ночи.

Гуас* сегодня светил достаточно ярко, и битву двух свирепых монстров можно было разглядеть во всех подробностях.

Пока оба зверя сражались, к почти перекушенной пополам змее подбежала стайка небольших, но очень юрких грызунов. Они дружно вцепились в длинное тело рептилии и потащили ее куда-то за камни.

Битва между монстрами тоже подошла к своему завершению. Одному удалось вцепиться в глотку противнику и, резко мотнув башкой, вырывать из его шеи огромный кусок кровоточащего мяса. Монстр еще дергался в предсмертных конвульсиях, а над его тушей уже начался кровавый пир.

Почти час победитель рвал поверженного противника, пожирая его мясо, и за это время к нему так никто и не подошел. Наконец насытившись, он оставил больше чем наполовину съеденную тушу и с набитым брюхом поплелся куда-то в темноту.

Тут же налетела стая каких-то крупных грызунов, и от недоеденной жертвы вмиг ничего не осталось, даже обглоданные кости растащили.

Остаток ночи прошел более-менее спокойно без каких-то особых проблем и неожиданностей. Было немного шумно, но уставшие за день путники не обращали на это совершенно никакого внимания и проспали почти всю ночь. О каком-то там дежурстве речи не шло. Если бергат не сработает, то уже ничего не спасет, никакое оружие или ловкость. Но за всю историю применения этот чудодейственный состав из мочи церханского ролитапа еще ни разу никого не подвел. По крайней мере, об этом никто ничего не слышал.

Когда стало совсем светло, но ночная прохлада еще не отступила полностью, путники начали разбирать завал и осторожно выползать наружу.

Первым выпустили Солрса – собирать свои шипы. Затем после его оклика, что всё уже чисто, вылезли Крис и Марк.

– Всё, уходим! Завтракать будем в джунглях.

– Где? – Крис и Солрс неверяще уставились на Марка.

– Я знаю, что говорю. За мною.

До окончания спуска с хребта оставалось чуть больше трех километров, и Марк решил пройти это расстояние как можно быстрее.

С высоты хребта под ними простиралось огромное зелёно-красно-жёлтое море джунглей. Конца и края этому морю не было видно. Где-то там за ним должна быть пустошь, но пока ее даже с этой высоты не видать.

Почти у самой границы джунглей Марк остановился и, порывшись в сумке, достал свои перчатки и специальный головной убор с мелкоячеистой сеткой, защищавшей лицо и затылок. Надев головной убор, он расстегнул куртку и заправил края сети под нее.

Его путники тоже не теряли времени даром и экипировались перед заходом в джунгли по полной.

Напялили такие же головные уборы и перчатки из кожи разных животных.

Одобрительно кивнув, Марк щедро ливанул из нового флакончика на свои ботинки и кисти рук и тут же направился в самую гущу джунглей.

*Гуас - естественный спутник Тарсона.

Глава 4. Джунгли

Глава 4. Джунгли

Пока шли к сплошной стене из лиан и деревьев, Марк выяснил у своих компаньонов, бывали ли они до этого в джунглях, и, получив утвердительный ответ, сразу же приступил к поверхностному инструктажу.

– Значит так, там, – указал Марк на джунгли, – не всегда помогает бергат. Поэтому идем плотно, не расходимся и прикрываем друг друга. Без нужды не шуметь. Я иду первым, Крис, ты за мной, вертишь башкой по сторонам и стараешься идти по моим следам. Смотри, не пропусти кого-нибудь местного справа или слева. Солрс, ты самый высокий, поэтому пойдешь последним. Смотришь на растительность, что над нами и по ходу нашего движения... ну, и назад поглядывай, не забывай.

Марк остановился и заглянул в их лица, стараясь понять, понимают ли они всю опасность перехода через эту местность?

– Я преодолевал эти джунгли в одном и том же месте не один десяток раз, – добавил он. – Из них почти половину в одиночку и, как видите, жив-здоров. Если будете внимательны и осторожны, то мы обязательно их проскочим без потерь. Слушайтесь только меня. Заметили любое шевеление, сразу же дайте знать. Здесь безопасных тварей нет. Всё! Внимание по секторам. За мной!

Джунгли

Только вступили под кроны первых деревьев, путешественников сразу же окутал полумрак. Через десяток-другой метров почва под ногами стала влажная и вязкая, как будто солнечным лучам не хватало сил основательно просушить ее после недавних дождей.

С каждым шагом дышать становилось всё тяжелее. Температура воздуха и влажность значительно повысились, и с непривычки усталость начала давать о себе знать очень быстро. Требовались большие физические усилия для преодоления стелющихся по земле лиан и торчащих во все стороны корней. Приходилось постоянно отклоняться от прямого маршрута, кружить на одном месте, чтобы продвинуться на десяток-другой метров вперед. Это обстоятельство вкупе с внешним напряжением изматывало путников не меньше, чем усталость телесная.

Через несколько часов блужданий Марка и его спутников окружала только тяжелая сырость, сочащаяся по ветвям, хлюпающая, как набухшая губка, жирная почва, липкий густой воздух и ни звука вокруг. Гнетущая тишина, в которой не шелохнётся листок, не пролетит, не чирикнет птица. Зеленая плотная упругая масса намертво застыла, погружённая в кладбищенскую тишину… Полный враждебного безразличия зеленый кошмар.

– Далеко еще до привала? – ожидаемо заныл Крис, с надеждой поглядывая на затылок Марка.

– Часа два, потом будете отдыхать до самого утра.

В отличие от Солрса и Криса, эти непроходимые джунгли Марка совсем не тяготили. Он прекрасно знал этот участок и уверенно вел за собой свой небольшой отряд, вселяя всем своим видом уверенность, что они обязательно дойдут до намеченной цели.

Иногда они выходили на более-менее свободные участки, и тогда Марк приказывал своим спутникам встать спина к спине и смотреть в оба, а сам отбегал куда-то в сторону, залезал на какие-то деревья, копошился в ближайших кустах и быстро возвращался с заметно потяжелевшей походной сумкой.

Затем всё продолжалось заново: брали короткие мечи и ножи в руки и прорубали себе дорогу сквозь ветки и лианы.

Через пять часов постоянной борьбы с джунглями Марк объявил привал и указал на небольшое деревцо с толстым и мясистым стволом похожим на бутылку.

– Сетки с лица не снимать, – предупредил он. – Поедим чуть позже, тут уже совсем немного осталось. Нам сегодня везет. Мелкую живность распугивает бергат, а крупные обитатели этого леса пока где-то в стороне. Я их слышу, но они достаточно далеко.

С этими словами он достал из-за пояса свой увесистый нож и подошел к дереву. Постукав по стволу согнутым пальцем, удовлетворенно кивнул.

– Если есть во что набрать питьевую воду, давайте. Из луж и родников здесь пить не советую.

Крис и Солрс протянули ему пару бурдюков и по одной плоской фляге.

– Сейчас не пейте, позже. Над нами туча ядовитых москитов, от одного укуса которых вы сгниете заживо за пару дней. Эти назойливые ребята сейчас только и ждут этого.

Сделав на гладкой коре глубокий надрез в виде летящей птицы, Марк приставил острие ножа к нижней части надреза и сильно стукнул по рукояти раскрытой ладонью. Из образовавшийся дырки засочилась чистая прозрачная жидкость. Марк приставил нож к верхним краям надреза и повторил то же самое. Жидкость потекла живее, и он подставил первый бурдюк.

Как ни странно, жидкости из дерева хватило не только на то, чтобы наполнить емкости Криса и Солрса, но и на бурдюк Марка, который он закинул себе за спину на манер рюкзака. Затем он вырезал из коры этого же дерева три небольших чопика и вбил в отверстия, останавливая так и не заканчивающийся поток.

– Идем, тут уже недалеко осталось, – позвал за собой Марк, пряча нож в ножны. – Порядок движения прежний. Смотрим по сторонам в оба глаза.

И вправду идти осталось совсем недалеко. Метров через восемьсот или что-то около того (в джунглях никогда нельзя понять, какое точное расстояние до цели) путники вышли к довольно широкой реке.

– Так, Солрс, – с ходу начал распоряжаться Марк, – Крис как-то говорил мне, что ты отменный боец. Значит, у тебя отличная реакция, и ты неплохо орудуешь этой зубочисткой, которую ты еще ни разу не выпустил из рук. Мы с Крисом сейчас немного пошумим, а на тебе наша охрана. Будь внимателен и, самое главное, не пропусти момент атаки, а то всем нам тут конец будет.

Здоровяк кивнул, одним движением скинул рюкзак и, перехватив поудобнее пику, развернулся к Крису и Марку спиной.

Марк, держа свой короткий меч обеими руками, подошел к высокому гладкому дереву, чей ствол с трудом, но можно охватить пальцами обеих рук и двумя мощными ударами перерубил его почти у основания.

Следопыт наносил удары так, что, кренясь, дерево начало заваливаться в сторону реки. Дождавшись, пока оно рухнет, Марк и Крис быстро вытащили его на берег.

Следопыт измерил его длину и недовольно прицыкнул языком.

– Надо еще парочку, – буркнул он, подходя к другому дереву.

Еще два мощных удара и следующее дерево упало в реку.

– Нашумели мы тут, – недовольно заворчал Крис, – надо поскорее убираться. Почему просто нельзя разжечь большой костер и перекусить? К огню ни одна тварь не сунется. Помню, как-то шли мы через джунгли с Берсом, так он…

– Где сейчас Берс? – перебил его вопросом Марк.

– Говорят, сожрала какая-то тварь… – чуть тише ответил Крис.

– Вот, сожрала какая-то тварь! А то, что такая же тварь не сожрала тебя, вам тогда крупно повезло. Костер – это тепло. А настоящего тепла тут, как видишь, не очень-то и хватает, и местных тварей огонь не особо и пугает. Их тянет на тепло…

Объясняя всё это Крису, он не переставал делать какие-то зарубки и метки на стволах поваленных деревьев.

– Значит так, Крис, я сейчас буду перерубать стволы и подавать тебе брёвна. Твоя задача: там, где я оставил метки, проковырять сквозные отверстия вот такого вот размера.

Марк соединил кончики большого и среднего пальца.

– Ствол дерева внутри полый вот до этих соединений, так что большого труда тебе это не составит. Всё! Время дорого! Приступаем, пока хозяева леса и вправду на шум не явились.

Работа закипела, и скоро в сторонке лежала груда трёх и двухметровых брёвен с отверстиями в стволах.

За лианами бегать никуда не надо было, этого добра полно вокруг. Завязав на одном конце длинной лианы крепкий узел, Марк пропустил другой конец сквозь отверстия в десятке брёвен и крепко соединил их между собой.

Работа спорилась, Крис помогал, как мог, и вскоре перед путешественниками лежал надежный крепкий плот со сплошными бортиками из брёвен и полутораметровой мачтой по центру.

– Сталкива… – но договорить Марк так и не успел.

На путников, ломая прибрежные кусты, выскочил какой-то чешуйчатый монстр с непропорционально огромной, вытянутой вперёд челюстью. Угрожающе раскрыв зубастую пасть, он, стелясь по траве, стремительно ринулся на ближайшего к себе противника.

Им оказался Солрс, и он был наготове – не оплошал.

Не отрывая взгляда от разинутой пасти, он запустил руку в отдельную сумочку на поясе и метнул монстру горсть своих ядовитых колючек прямо в глотку. Ящер резко замер на месте и, издав душераздирающий рёв, захлопнул пасть, громко клацнув клыками.

Здоровяк, казалось, только и ждал этого. Подскочив к замершему на какое-то мгновение монстру, он высоко подпрыгнул и, приземляясь, вонзил пику прямо в его верхнюю челюсть, пригвоздив ее к земле. Раненый ящер попытался резко дернуться, но Солрс тут же ловко оседлал его чешуйчатую спину и, выхватив свой широкий меч, вонзил тому в затылок, почти отделив голову. Задние лапы монстра всё еще продолжали скрести землю, но тот был уже окончательно мертв.

Всё произошло за какие-то секунды, Крис и Марк, замершие возле плота, ничего не успели предпринять.

– Солрс, – быстро пришел в себя Марк, – забирай свое оружие, и бежим! Скоро здесь будет не протолкнуться от ему подобных.

Поспешно сдвинули плот на реку и, попрыгав на него, расположились возле мачты.

Марк порылся в своей бездонной сумке и извлек наружу моток тончайшей мелкоячеистой сети. Настолько мелкой, что казалось даже воздух проходит сквозь нее с трудом. Закинув сеть на мачту, он закрепил ее концы по краям плота и укрепил под бортиками специальным мхом и жидкой прибрежной тиной, которая быстро засохла и стала похожа на камень. Благо он успел ей запастись еще до нападения монстра. Получился своеобразный непроницаемый для москитов навес, внутри которого расположились путники, и где Марк даже умудрился приспособить рулевое весло. Оно уходило под днище плота на корме, и теперь, чтобы управлять этим суденышком, совсем не нужно было покидать укрытие.

– Маски не снимайте пока. Надо обработать сеть изнутри.

Марк достал с пояса маленький продолговатый флакончик и капнул по несколько капель на каждую из стен шалаша.

Выждав несколько минут, разрешил:

– Теперь можно.

Крис и Солрс посрывали с себя свои головные уборы и часто задышали, широко раскрывая рты. Воздух в джунглях и так тяжел, а тут через двойную сеть… да, нелегко…

Марк тоже скинул свою маску и с облегчением сделал полный вдох.

Усевшись у рулевого весла, он вывел плот на середину реки. Течение тут нормальное, подгонять особо не надо.

Следопыт с одобрением посмотрел на Солрса и похвалил здоровяка:

– Солрс, ты хороший воин! Так легко победить в одиночку взрослого курзара еще никому не удавалось.

Бугай ухмыльнулся довольный похвалой и вяло махнул рукой.

– Да ерунда этот твой курзар, ничего сложного... – сквозь улыбку буркнул он и, откинувшись на свой рюкзак, вытянул ноги.

Вдруг он резко выпрямился и, с трудом вывернув руку, попытался схватить себя за спину.

– Что там? – сдавленно крикнул Солрс. – Крис, Марк, посмотри!

Он повернулся и, сцепив зубы, застонал.

– Быстрее!

Крис растерялся, а Марк, наоборот, бросив рулевое весло, метнулся к Солрсу, выхватил нож и задрав куртку, смахнул у того со спины небольшого черного паука. Тот упал на спину и, не успев перевернуться на брюхо, был раздавлен сапогом Криса.

– Ну-ка! – следопыт разорвал на спине здоровяка рубаху и, достав с пояса очередную склянку, торопливо смазал ранку чем-то настолько едким, что у всех аж заслезились глаза.

– Может и не успел, – нервно хмыкнул Крис, с сожалением рассматривая спину Солрса.

– Через полчаса увидим… – добавил Марк, возвращая склянку себе в кармашек на поясе.

– Что увидим? – не на шутку встревожился Солрс. – Что?

– Если через полчаса ранка почернеет, – мрачно произнес Крис, тщательно проверяя свой рюкзак, – то это значит, он успел отложить туда яйца, и как ни прискорбно, Солрс, этот день станет последним в твоей жизни. Этот день ты будешь гнить заживо, оставаясь его деткам хорошей и послушной мамочкой.

– А если покраснеет, – более оптимистично продолжил Марк, – то всё хорошо, да и эта мазь должна помочь. Не подводила она меня еще ни разу.

Солрс долгим взглядом посмотрел сначала на Криса, затем на Марка и благодарно кивнул.

– Спасибо тебе, Марк. Если выживу, с меня должок.

От внимательного взгляда следопыта не ускользнуло, как после этих слов Солрса на него исподлобья зыркнул Крис и слегка поджал губы.

Надо ли говорить, что для здоровяка эти полчаса прошли в ожидании, которого и врагу не пожелаешь?

Он сидел, понурив голову, уставившись в одну точку, ежесекундно прислушиваясь к своей ране.

Крис же, наоборот, расслаблено откинулся на свой тщательно обследованный до этого рюкзак и жевал сушеное мясо с сухой тонкой лепешкой, запивая всё это водой из плоской фляжки. Он старался выглядеть безмятежно, но было заметно его внутреннее напряжение. Глаза Криса постоянно шарили по берегу джунглей, но чаще замирали на одной и той же точке на дне плота. Видимо, он тщательно прорабатывал план, как ему дальше действовать без Солрса.

Марку нетрудно было за всем этим наблюдать, находясь в стороне за рулевым веслом.

Течение на середине реки небыстрое, и плотом управлять было совсем не трудно при наличии определенных навыков, конечно. Марк этими навыками обладал вполне, и поэтому плот уверенно скользил по центру реки, не сбиваясь с курса.

Глядя на Криса, следопыт тоже решил перекусить.

Заглянув в свою изрядно потяжелевшую сумку, он вытащил оттуда крупный круглый орех с двумя небольшими выемками по бокам. Рукоятью ножа забил в одну из выемок полую железную трубку и с удовольствием сделал большой глоток прохладной, чуть сладковатой жидкости.

Крис искоса посмотрел на него и, хмыкнув, мотнул головой.

– Вот скажи мне, Марк. Я знаю, эта река выходит в джунгли прямо из хребта через водопад. Вот почему нельзя было сесть на плот прямо там?

– Потому что такие деревья, – он постучал пальцем по бревну плота, – растут только в том месте, где мы построили плот, и нигде более. Почти все деревья в этих джунглях быстро напитываются влагой, и к середине путешествия по реке ты уже будешь по колено в воде. Ясно тебе?!

– Ясно, – буркнул Крис, пряча недоеденное мясо в тряпичный мешочек.

Марк допил жидкость внутри ореха и резким ударом рукояти ножа расколол его скорлупу. Ядро ореха представляло собой белоснежную плотную массу, которую Марк тут же начал срезать ножом тонкими ломтиками и с удовольствием отправлять себе в рот.

Насытившись, он отложил в сторону скорлупу и отправил нож обратно в ножны.

– Солрс, давай посмотрим твою рану. Я думаю, уже пора. Здоровяк молча задрал куртку и развернулся к нему спиной.

От одного взгляда на ранку стало очевидно, что Солрсу сегодня здорово повезло.

– Ты счастливчик, Солрс! Рана покраснела и благодаря мази почти затянулась. Жить будешь, но впредь помни: джунгли не прощают расхлябанности даже в мелочах. Подумай хорошенько, как этот паук попал тебе за шиворот. А пока будешь думать, на вот, поешь вот это, – Марк протянул ему вторую часть скорлупы, – вкусно и, неплохо выводит всю гадость из крови.

Солрс принял скорлупу и не скрывая счастливой улыбки, с благодарностью кивнул.

Крис жизнерадостно хлопнул бугая по плечу.

– Рад за тебя! Поживем еще.

Остаток дня провели без приключений. Хотя… тут и там из воды появлялись чешуйчатые спины, и некоторые из них имели довольно-таки угрожающие костяные гребни. К счастью, никто из них на плот не обращал внимания, и путешествие продолжалось без перерывов на сражения с этими монстрами.

Ночевать пришлось тоже на плоту.

Марк убедил обоих, что это сейчас самое безопасное место в джунглях, и те могут спать спокойно, а он и подежурит, и будет и дальше управлять плотом, мол, спать ему совсем неохота, а линза в его правом глазу обеспечит неплохое ночное зрение.

На самом деле Марк немного лукавил. Ни на какую линзу он не рассчитывал, и спать хотел также как и все остальные, но в этой ситуации, не мог себе этого позволить.

Как только измученные переходом по джунглям путешественники уснули, тут же напялил себе на голову очки Древних. Всё равно рано или поздно Крис и Солрс их увидят, ведь через Пустошь идти только в них, но самое главное – они не должны заметить, что они рабочие. Такие очки – большая ценность, и лишить жизни человека из-за них ни Крису, ни его подельнику ничего не стоит. И так они на его вещи посматривали с плохо скрываемой завистью.

Устроившись возле рулевого весла поудобнее, он запустил руку в сумку и выудил оттуда жменю круглых ягод в плотной кожистой кожуре. Надкусив одну, он зацепил зубами за края кожицы и, ловко очистив, закинул в рот. Плоды ягод мауди оказались довольно мясистыми и сладкими на вкус. Но не только за этим он насобирал их по дороге. Эти фиолетовые плоды напрочь прогоняли сон и, если съесть их больше пяти штук за раз, то два дня гарантированно не сомкнуть глаз. Правда природа потом возьмет свое, но это будет потом. Поэтому пару штук Марк зажал в кулаке, а остальные ссыпал обратно в сумку.

На воде в ночное время в джунглях безопаснее всего. Марк не мог этого объяснить, но замечал это уже не раз. На суше всё по-другому. Дневные звери засыпают, а им на смену приходят ночные жители. И всё вокруг наполняется невероятной какофонией звуков, несущихся из темноты: уханьем, оханьем, свистом и стонами. Иногда этот громкий ровный гул прерывается резкими выкриками и визгами, затем пару минут относительная тишина, и снова ух... ах… ох…

Очки Древних великолепно разгоняли непроглядную темноту, и сейчас Марк видел реку и густые заросли по ее берегам даже лучше, чем днем.

Следопыт бросил взгляд на Криса. Тот безмятежно спал, свернувшись калачиком на заранее подстеленном непромокаемом коврике. Солрс посапывал сидя, оперевшись спиной о рюкзак. Сильный парень и волевой. Такого бы надо заиметь в союзники и понемногу перетащить на свою сторону. Тем более, что при всём его внешнем виде и повадках, понятие о чести и долге у него присутствовало.

Интересно, каков у них план относительно его, Марка?

То, что в финале его в живых оставлять никто не собирался, это он понимал и так и был уже к этому полностью готов еще там, в таверне.

Убить опытного следопыта да еще такого, как Марк постоянно ожидающего удара в спину, не так-то и просто. Имелось у опытного следопыта кое-что в запасе, что сможет смертельно удивить любого нападающего, тем более он будет настороже, главное – не прозевать момент.

Вот только когда наступит этот момент?

Тогда, когда вскроют то, зачем они идут, или когда он их выведет обратно к цивилизованным землям, где есть города, и живут люди?

Да еще эта банда Лютого…

Ладно, поживем – увидим. Да и Солрс сказал про какой-то там должок… посмотрим, в чём он будет выражаться. Но, по-любому, с момента как они обнаружат искомое, надо быть предельно внимательным и осторожным.

До рассвета не произошло никаких происшествий. До того как первые лучи солнца коснулись верхушек деревьев, Марк убрал в сумку очки Древних и вставил в правый глаз линзу. Проморгавшись, он запустил ее в работу, и тут же сгустившаяся вокруг темнота немного отступила. Стало видно более-менее терпимо метров на десять-пятнадцать вперед. До полного рассвета осталось всего несколько минут, так что, сойдет и так.

Если всё будет так, как запланировал Марк, то сегодня они преодолеют джунгли и выйдут в Пустошь. По реке сократили дорогу почти втрое, и теперь надо не прозевать место, где им надо сойти на берег, а то всё преимущество от речного путешествия можно растерять и заблукать по джунглям так, что не выйти отсюда и через неделю.

Рассвет на реке наступил мгновенно. Это в гуще леса он проявляет себя постепенно, отвоевывая у темноты метр за метром, а на середине реки, где кроны деревьев не создают сплошной тоннель, он приходит сразу. Выглянуло солнце, и всё… светло.

Солрс и Крис уже проснулись, справили малую нужду в дальнем углу прямо на брёвна плота и теперь жевали свое мясо, запивая его водой.

Место, где надо высаживаться, Марк увидел издалека. Приметное дерево с почерневшим от времени стволом и редкой листвой. В прошлый раз, когда следопыт посещал это место, листвы на нём было куда больше, значит, дерево постепенно умирает, и скоро надо будет искать какие-то другие ориентиры.

Жаль…

С этим деревом у Марка связаны кое-какие не самые плохие воспоминания.

Эх… Камая, Камая! Где ты теперь? Жива ли?..

Причалив к берегу, следопыт первым делом свернул защитную сеть, а потом вместе с Крисом начал резать лианы, высвобождая брёвна и пуская их вниз по течению.

– Зачем? – недоумевал Крис. – А обратно как?

– Обратно пойдем другим путем, – спокойно отвечал Марк, сталкивая в воду последнее бревно. – На этом плоту против течения всё равно не выгребешь.

Отдохнувшие за полдня и ночь путешественники взяли хороший темп, и уже к полудню сквозь непроглядную листву появились первые просветы.

Благодаря Марку удалось избежать крупных неприятностей и не нарваться на местных хищников или наступить туда, куда совсем не следовало.

Пару раз проходили по самому краю какой-то зловонной трясины, и Солрс однажды, оступившись, провалился почти по грудь. Но Крис с Марком вовремя пришли ему на помощь и кое-как вытащили здоровяка на относительную сушу. Это и стало единственным приключением за этот дневной переход. Вонь, распространяемая от Солрса, по мнению Криса, разгоняла всех тварей вокруг не хуже бергата.

Пустошь

К полудню вышли на границу джунглей и пустоши.

Контраст был настолько сильным, что путешественники замерли на месте, щурясь от ослепляющего солнца и вида нескончаемого моря желтоватого песка и редких валунов, торчавших из него.

– До Мертвого Города два дневных перехода, – сообщил Марк своим попутчикам, наматывая на голову тюрбан с очками Древних. – К тому месту, что указано у тебя на карте, еще один день. Обходить город, чтобы попасть туда, займет много времени, а вот прямиком через развалины прилично сократим.

Посмотрев, как Крис и Солрс экипируются к переходу через Пустошь, добавил:

– Если у вас нет водяных кристаллов, воду надо экономить. По пути к Мертвому Городу будет один оазис, но если он будет занят, то за глоток прохладной воды нам придется сражаться. С людьми или зверьми не важно – закон Пустоши. Проверьте оружие. Зверья в этих песках не так много, но есть. Не забудьте опрыскаться бергатом и смотреть в оба. Для местных обитателей вы, прежде всего, источник влаги, а затем уже и пищи.

Под палящим солнцем кладоискатели, растянувшись в цепочку, выдвинулись к своей конечной цели – Мертвому Городу.

Путь через Пустошь неблизкий, и в однообразной пустыне кажется, что легко заблудиться, но это только на первый взгляд. Ориентиров очень много: днем по солнцу, по дюнам, редким растениям и камням, торчавшим из песка, а ночью по звёздам.

Маршрут до оазиса Марку отлично знаком, и он точно знал, где лучше всего сделать привал.

Говорят, вместо этой пустоши здесь когда-то было огромное озеро или даже море.

Марку всегда было интересно, как здесь было, когда тут жили Древние.

Кто по-настоящему интересовался истинной историей Тарсона, тот прекрасно знал, что давным-давно, если даже не тысячи лет назад, по планете пронеслась страшная опустошительная война, после которой в живых остались жалкие крохи из почти полутора миллиардов жителей.

Тем немногим уцелевшим после нее пришлось выживать и приспосабливаться к новым, порой невыносимым условиям жизни. Причины той войны неизвестны, но то, что планета до сих пор зализывает свои раны, это ощущают на себе все нынешние жители.

Из рассказов старших Марк знал, что на первых порах выжившие пользовались тем, что находили в развалинах. Это и пищевые таблетки, и водяные кристаллы, и какое-то оборудование, оружие. Затем находок стало меньше, а то, что находили ранее, постепенно приходило в негодность. Не было базы обслуживания, вымирали умельцы, способные что-либо отремонтировать, и люди начали забывать, для чего нужен тот или иной артефакт… затем эти находки стали настолько редкими и ценными, что из-за них затевались целые войны.

Из-за изменения климата появились пустоши и джунгли, серьезно потеснившие нормальные леса. Животные изменились до неузнаваемости и стали нападать на людей, чего раньше никогда не случалось, и тем пришлось искать более безопасные места, сбиваясь в небольшие, но хорошо охраняемые поселения.

Люди Тарсона научились добывать себе пищу и одежду, охотясь на животных, занимаясь земледелием и рыбной ловлей. Но страсть к поиску предметов Древних осталась у очень многих и по сей день.

К таким себя относил и Марк, готовый рискнуть жизнью ради какого-нибудь древнего артефакта. Эта страсть передалась ему от его семьи, и он ничего уже не мог с собой поделать.

В нос ударил специфический запах разложения, и Марк тут же свернул в сторону, обходя это место по широкой дуге. Крис и бугай послушно последовали за ним.

Отойдя на безопасное расстояние, следопыт обернулся. Через очки Древних было прекрасно видно с десяток крупных грызунов. Те, что были заняты гниющей тушей, совершенно не обращали на троицу никакого внимания и рылись во внутренностях какого-то неудачливого животного, но из норок выскакивали новые зверьки и, встав на задние лапки, старательно нюхали воздух, разворачивая заинтересованные мордочки в сторону путников.

Все трое ускорили шаг, чтобы побыстрее отойти подальше от этого места.

Песок местами был настолько плотный, что казалось, что под ботинками вместо него трещала сухая выжженная глина.

В полдень сделали первый привал.

Марк почувствовал, что силы у его маленького отряда на исходе, и указал на удобную ложбинку между барханами. Туда из последних сил доковыляли путники и рухнули, кто где стоял. Отлежались, отдышались, затем немного перекусили. Из-за испепеляющей жары есть совсем не хотелось, но пожевать всё равно что-нибудь надо было, а иначе неизбежен упадок сил, и ты в какой-то момент не сможешь сделать и шага.

Сил в пустыне расходуется не меньше, чем в джунглях, но здесь есть свои особенности.

Когда путь идет через бархан, ноги постоянно тонут в песке, он набивается в ботинки, и сил на шаги тратится в пару раз больше. Потом еще этот ветер… он поднимает совсем мелкий песок, и тот забивается в такие места, о существовании которых ты даже и не задумывался. Но без ветра идти еще сложнее: как только он стихает, шагать становится в десять раз труднее – солнце буквально выжигает, дышать становится тяжелее, а ноги практически отказываются идти.

Воду экономили, благо перед выходом из джунглей снова удалось наполнить бурдюки жидкостью из водяного дерева. До заветного оазиса еще идти и идти, и если повезет, то они там будут уже завтра, ближе к обеду.

После привала шли до тех пор, пока солнце не стало клониться к закату.

На ночлег остановились, как всегда, не дожидаясь резкого наступления темноты.

Примерно за час до сумерек нашли подходящее место, развели небольшой костерок. Для этого Крис с Солрсом распотрошили свои необъятные рюкзаки и выудили оттуда по одному небольшому пучку пропитанных чем-то едко-вонючим дощечек. Такие дрова горят очень долго и дают неплохой жар, вот только запах…

Ночь в Пустоши всегда наступает неожиданно.

Солнце прячется за бархан, и через пару минут вокруг становится темно и резко холодает. Поднимается колючий ветерок, и желание снять очки и размотать лицо пропадает сразу.

На следующий день прямо с утра, Пустошь показала себя во всей своей неприглядной красе.

Как ни странно, первым бредущего по пустыне человека заметил не Марк со своими очками, а Солрс. Приподнявшись со своей лежанки, он встал на одно колено и, привлекая общее внимание, указал рукой куда-то вдаль.

Марк посмотрел туда, куда указывал здоровяк, и тут же вскочил на ноги.

Метрах в пятистах от них, еле передвигая ноги, брел человек. Молодой еще парень, находившийся на грани физического истощения. Простенькие самодельные очки болтались где-то на груди. Лицо совсем не замотано, а это в пустыне чревато – наглотается песка, и тогда не поможет никакая вода. Острые песчинки взрежут весь пищевод, и тогда его участь будет незавидна. Шея далеко вытянулась вперед, нижняя губа болталась, как будто у него даже не было сил закрыть рот.

Но не это главное.

Над ним кружили четыре стервятника, и если сейчас не прийти ему на помощь, то парень обречен. Эти птички своего не упустят.

На следующем шаге его нога зацепилась за другую, и он упал на грудь, даже не выставив руки. Стервятники резко снизились и закружили над самим парнем. Значит, он всё еще был жив. Эти падальщики не нападают на живых.

Солрс крикнул что-то грозное, вскочил на ноги, подхватил свою пику и стремглав бросился к лежавшему без движения парню.

Подбежав, он поспешно стащил с его спины тощий рюкзак, быстро обшарил карманы, снял пояс, всё это запихнул в рюкзак и, как-то буднично ткнув пикой тому в спину, побежал обратно.

Птицы, не обращая на него внимания, опустились рядом с телом и, одновременно подняв клювы, вонзили их в уже бездыханную плоть. А потом начали рвать мясо совсем не птичьими зубастыми пастями.

Вернувшись, Солрс бросил пожитки парня на песок и схватился за бурдюк с водой. Сделав несколько жадных глотков, он косо посмотрел на Марка.

– Он всё равно не жилец, – пояснил здоровяк, вытирая губы. – Песок съел его глаза, и он просто брел, не выбирая дороги.

Отложив бурдюк в сторону, Солрс развязал тесемки рюкзака парня и вывалил всё его содержимое на свой коврик.

Не густо.

Среди прочего бесполезного тряпья выделялся потертый пояс с пустыми кармашками, неплохой нож в деревянных ножнах, короткий меч с широким лезвием у основания, постепенно переходящим в смертельное жало; моток крепкой веревки, два полных флакона с бергатом, три водяных кристалла и одна пищевая таблетка Древних.

– Как будем делить? – спросил Крис, в нетерпении посматривая то на Марка, то на Солрса.

По негласному закону поисковиков, любая добыча должна делиться в группе либо по жребию, либо по старшинству, и сейчас отступать от этого правила не было нужды.

– По закону, – ответил Марк. – Пусть Солрс выберет себе что-нибудь первым. Затем ты, Крис, и потом уже и я. Так всех устраивает?

– Да, но выбираем по одной вещи! – поспешно добавил Крис.

– Идет, хотя… водяных кристалла три, вот их можно распределить между собой сразу.

Так и поступили.

Потом Солрс взял в руки меч, взмахнул им пару раз и отложил в сторону. Затем повертел между пальцами нож и, улыбнувшись, показал его сначала Крису, затем Марку.

Настала очередь Криса, и он почти сразу выбрал меч, приторочив его себе на пояс с другой стороны. Марк удивленно посмотрел на него.

Он что, может сразу двумя мечами?

Размышляя о скрытых способностях Криса, следопыт выбрал моток веревки.

Снова настала очередь Солрса. Он сразу же выбрал пищевую таблетку. Крису и Марку досталось по полному флакону бергата.

На старый потертый пояс никто не обратил внимания, и Крис отпихнул его ногой в сторону остального тряпья.

– Пояс никому не нужен?

– Нет! – махнул рукой Крис. – Забирай себе, если хочешь. Этого хлама и так девать некуда.

– Я заберу, – кивнул Марк, сворачивая пояс кольцом, – кожа вроде неплохая, пригодится для ремонта.

Оазис

К раскинутому посреди пустыни зеленому островку вышли только к концу дня.

К счастью для путешественников, оазис был совершенно свободен. Очки Древних показали, что там нет живых существ. Живые существа выделяют тепло, и это сразу фиксируется, а тут пусто…

Странно.

Обычно приходилось выкуривать оттуда то зверей, то людей, но сейчас на удивление было чисто. Наконец-то можно спокойно нырнуть в прохладный водоем, смыть с себя грязь, освободить от тряпок лицо и снять опостылевшие очки. Вид насыщенного зеленью островка прибавил сил, и когда до оазиса оставалось метров сто, то все не выдержали, побежали.

Центр зеленого островка – это небольшое озерцо метров восьми в диаметре. Вода там всегда чистая и свежая, а само озерцо подпитывается от какого-то неиссякаемого подземного источника. По периметру оазиса около трех десятков раскидистых низкорослых пальм. Они не дают песку поглотить это место. Есть и другие растения, в основном преобладает кустарник с мелкими пахучими цветами. Почва внутри островка – песок и камни. Невдалеке от озерца штатное место стоянки, где всегда останавливались путники. Из камней там выложен небольшой очаг, и, как правило, чуть в сторонке лежала крохотная охапка пропитанных вонючим составом дров.

Выйдя на полянку перед озерцом, все трое повыхватывали оружие и замерли как вкопанные.

Теперь стало понятно, почему здесь нет ни людей, ни зверей. Один перекушенный пополам труп лежал лицом в воде, рядом с ним огромная, невероятно раздувшаяся зубастая рептилия с распоротыми изнутри боком.

Почему изнутри?

А потому что из бока змеи торчала окровавленная человеческая рука с намертво зажатым в ней ножом.

Рядом с очагом два полупустых рюкзака и кое-какие нехитрые пожитки.

– Надо это всё зарыть и поглубже, – указал Марк на труп и змею, а иначе нас ждет беспокойная ночь.

Так и сделали, нашли за пределами лагеря подходящий бархан, положили под него змею и останки неудачника, а затем обрушили его, похоронив их под толстым слоем песка.

Вернулись в оазис, когда солнце уже опустилось за горизонт. Развели костер и, несмотря на существенное понижение температуры, по очереди искупались. Один плескался в воде, двое стерегли.

Иначе никак. А те двое бедолаг, чьи рюкзаки сейчас валялись возле костра, скорее всего, пренебрегли этим правилом, за что и поплатились.

Трофеи из их рюкзаков решили поделить завтра с утра.

Сели ужинать. Солрс сразу же достал свою единственную пищевую таблетку и побежал набирать в котелок воду. Вернулся. С улыбкой поставил котелок на огнь и, глядя куда-то в темноту, замер.

Дальше всё произошло очень быстро и неожиданно. Одновременно и бесшумно из темноты вышли шестеро крепких воинов в черных плащах ниже колен, под которыми просматривались хитиновые панцири, и молча окружили место стоянки.

Один из них в каком-то балахоне шагнул чуть вперёд и, откинув капюшон, опустил на подбородок прикрывающие лицо тряпки.

Марк сразу же узнал его – воинствующий представитель какого-то ордена, которого он видел в таверне городка Шерих.

Глава 5. Трофеи

Глава 5. Трофеи

Полы бесформенного одеяния были чуть распахнуты, под ним просматривался добротный хитиновый панцирь. Ноги и руки тоже прикрыты щитками из хитина. В руке меч – точная копия того, что сейчас у Криса висел на боку. Смотрелся воин довольно грозно и вел себя соответствующе.

Пихнув один из рюкзаков, он уселся на него и безмятежно вытянул ноги. Смотрите, мол: вы для него уже все мертвы и, чтобы убить всех троих, ему даже дергаться для этого не потребуется. Щелкнув пальцами, он подал условный знак своим, и те, мигом перестроившись, заняли места за спинами кладоискателей.

– Я не хочу никого из вас убивать, – произнес он таким тоном, что становилось понятно: убьет обязательно в любом случае. – У вас свой путь, у нас свой. Но вы у того парня, которого заклевали стервятники, взяли кое-что лишнее и лучше бы вам сейчас это вернуть.

Крис и Солрс удивленно переглянулись между собой.

– Я не понимаю, – проблеял Крис, – о чём вы?

Лицо воина в капюшоне вмиг стало жестким, и он, скривив в презрительной ухмылке губы, уточнил:

– Не понимаешь?

Ухмылка исчезла, глаза стали колючими, и он, как-то по-особому щелкнув пальцами, подал какой-то условный знак своим подельникам.

Затылок Марка обдало смертельным холодом. Осязание удара сзади по голове было настолько явственным, что тело начало действовать само по себе одновременно с противником.

Еще заранее, как только возле очага появилась эта шестерка головорезов, Марк незаметно поснимал с пяток своих ботинок предохранители, и всё это время молил всех богов, чтобы хоть кто-то из них встал напротив него. Боги услышали его молитву и усадили воина в капюшоне именно туда, куда и надо было. Теперь Марк выжидал удобный момент, и вот он настал.

Удар пяткой о почву – срабатывание мощной пружины, и из горла главаря торчало тонкое веретенообразное лезвие.

Стремительный перекат вперед. И затылок снова обдало холодом смерти. Клинок противника рассек воздух буквально в сантиметре от его спины.

Резкий разворот и снова удар пяткой о землю.

Противник, который только что нанес удар в пустоту, разгибался для нового удара и получил лезвие со второго ботинка прямо в лицо. Он тут же завалился вперед и, судорожно засучив ногами, затих. Яд кураты которым было смазано лезвие подействовал мгновенно.

Марк, не теряя времени, выхватил меч, кинжал и бросился на помощь своим друзьям. Те тоже не сидели сложа руки, наблюдая за тем, как он расправлялся с главарем и тем воином, что находился за его спиной.

Как только Марк первый раз ударил пяткой о землю, они восприняли это как призыв к действию. Воины, стоявшие за их спинами, уже занесли свои мечи для разящего удара, как Крис и Солрс бросились им в ноги.

Противник у Солрса оказался поопытней и, среагировав на движение, резко отскочил назад. Его напарник чуть замешкался, и здоровяк не упустил своего шанса: ему удалось подобрать с земли свою пику, и он, мгновенно вскочив на ноги, поднял ее над головой. Зловещая улыбка на его лице не сулила противникам ничего хорошего. Видимо, он посчитал, что теперь он с ними где-то на равных.

Крис же поступил совсем по-другому. Внеся некую сумятицу в ряды противника, он вскочил на ноги и, резко петляя, бросился бежать.

Марку удалось связать одного головореза боем, а другой пустился в погоню вслед за Крисом. Противник следопыту достался опытный: короткий меч мелькал с невероятной скоростью, тесня Марка к костру. Выручал кинжал: он умело подставлял его под удары, и иногда ему даже удавалось контратаковать, но тщетно… защита у воина была выстроена идеально.

«Откуда у них столько прыти после дневного перехода? – совсем не к месту подумал Марк. – Наверное, не обошлось без ягод мауди…»

Противник совершил неожиданный выпад, и лезвие его меча едва не оцарапало шею следопыта, тот отпрянул и, оступившись о камень, начал терять равновесие. Еще один молниеносный выпад и Марк заваливаясь на спину выставил неуклюжую защиту используя меч и кинжал. Противник её даже не заметил, и наконечник его меча впился следопыту в грудь. Кольчуга Древних выдержала, но Марк отлетел метра на полтора и рухнув на землю жёстко приложился спиной о камни. Воздух разом выбило из лёгких, в глазах всё поплыло.

С таким противником это верная смерть!

Воин с торжествующим блеском в глазах замахнулся мечом, но почему-то замер, выгнулся назад и упал на спину.

Марк резко перекатился в сторону и вскочил на ноги. К нему подбежал слегка запыхавшийся Крис. На грудной перевязи не хватало двух метательных ножей: один торчал из шеи противника Марка, а другой, по всей видимости, достался уже его преследователю.

– Поможем Солрсу! – прохрипел Крис и, подняв с земли меч поверженного врага, ринулся на помощь к здоровяку.

Тот в ней не особо-то и нуждался.

Один противник с почти перерубленной пополам рукой, истекая кровью, вяло пытался помочь своему подельнику, то и дело отвлекая здоровяка на себя. С другим же шла серьезная рубка на равных.

Налетев вихрем, Крис одним ударом снес однорукому голову и попытался зайти за спину оставшемуся в одиночестве воину. Тот, сообразив, что остался один, метнул в Солрса кинжал и, резво развернувшись, бросился бежать.

Здоровяк легко уклонился от брошенного в него клинка, перехватил пику и, коротко замахнувшись, метнул ее в спину беглецу. Широкое лезвие с хрустом пробило хитиновый панцирь и глубоко вошло точно между лопаток.

Воин вскинул руки и упал лицом вперед.

– Слишком много крови, – процедил сквозь зубы Марк, осматривая место сражения. – Значит так! Времени мало. Ветер Пустоши разносит запахи смерти быстро и далеко. Сейчас собираем трофеи, чистим карманы, снимаем пояса и доспехи, оттаскиваем трупы подальше отсюда. Просто положим их под какой-нибудь бархан и засыплем сверху песком как и тех двух.

Уговаривать никого не пришлось, все тут же принялись за дело. Сначала каждый побежал за своим оружием.

Марк извлек из тел врагов свои лезвия, взвел искусно встроенные в подошвы его ботинок механизмы, вставил туда лезвия и поставил скобу, огибающую низкий каблук, на предохранитель. Краем глаза заметил, как внимательно наблюдал за его действиями Солрс.

Что же! Один козырь утерян, слава всем богам, далеко не последний.

Из-за кустов показался Крис. Кряхтя и ругаясь, он тащил за собой волоком своего преследователя.

– Я предлагаю, – крикнул он, – каждый обшаривает карманы тех, кого он убил собственноручно. А рюкзаки этих мразей, которые находятся вон за теми кустами, поделим завтра поровну вместе с этими двумя. Как вам такое предложение?

– Я согласен, – зло ухмыльнулся Солрс. – Но тогда и хоронит каждый своих.

– Я не против, – устало кивнул Марк.

Получалось так, что Крис убил больше всех врагов. Троих из шести. Двое на совести Марка и один у Солрса.

Быстро обшарили карманы, поснимали пояса и доспехи, собрали оружие. У главаря с собой была еще и сумка наподобие той, что носил с собой Марк, он таскал ее под балахоном поверх хитинового доспеха. Сердце следопыта радостно забилось, когда он понял, что та совсем не пуста и даже наоборот. Но времени не было рассматривать содержимое сейчас, всё это будет после. Сейчас надо прикопать трупы и сделать это как можно скорее. Взгляд зацепился за хитиновые наручни главаря.

Хм, где-то он такое уже встречал… ладно, всё потом.

Отстегнув наручни, Марк бросил их в сумку, стащил с трупов доспехи, нацепил очки Древних, повесил вторую сумку через другое плечо, ссыпал туда все трофеи и, вцепившись в вороты поверженных врагов, потащил сразу обоих из оазиса. Подходящий бархан нашелся метрах в двухстах. Пять трупов притащили туда почти одновременно.

Крис, красный от натуги, свалил своих двоих в общую кучу и тут же побежал обратно за последним.

Не теряя времени, Солрс и Марк разложили тела так, чтобы обвалив край бархана, похоронить под толстым слоем песка сразу всех.

Показался Крис. В этот раз он взвалил поверженного противника на плечо, и этот способ передвижения оказался куда быстрее.

Взобрались на край бархана и устроили настоящий водопад из песка. Не так надежно, но времени хоронить нормально совсем не оставалось.

На обратном пути зашли в оазис и забрали с собой пять средних рюкзаков. Главарь, по всей видимости, не утруждал себя переноской тяжестей.

Марк предложил.

– Предлагаю установить дежурство. Двое спят, один сторожит. Я могу быть первым. Потом Крис или Солрс – выбирайте сами.

– Давай я первым, – поднял руку Крис. – Эмоций навалилось столько, что теперь так просто и не уснуть.

– Я могу быть вторым, – поднял руку Солрс, – перед рассветом самый сон.

Марк согласно кивнул и подошел к рюкзакам. Склонившись над каждым, он провел какие-то манипуляции с завязками.

– Что ты там делаешь? – спросил Крис.

– Ставлю метки на каждый рюкзак, чтобы ни у кого не возникло желания в них порыться, пока другие спят.

– Не очень-то и хотелось, – буркнул Крис, подсаживаясь к костру. – Меня сейчас совсем другое интересует: что они хотели с нас получить? Из-за чего вся эта бойня? Почему они твердо были уверены, что эта вещь у нас?

Марк пожал плечами, подкинул в костер маленькую щепку и предположил:

– Я думаю, они нашли останки парня и те лохмотья, что мы не стали забирать с собой. Если судить по мечу, то он один из них. Сбежал, обманул, что-то украл? Неизвестно. Скорее всего, он ту ценную вещь потерял, пока брел по Пустоши. Видели, в каком он был состоянии? Без доспеха, без глаз, почти труп.

– Это точно, – утвердительно кивнул Солрс и зачерпнул из котелка полную ложку какого-то варева, – ходячий труп и смердело от него…

– Так-то оно так… – острый взгляд Криса уставился на Марка, – а дай-ка мне посмотреть на тот пояс, что ты забрал с собой. Может, в нём всё дело?

– На, смотри. Только сразу говорю: пояс мой.

– Твой-твой… – Крис протянул руку.

Марк, порывшись в сумке, достал свернутый пояс и протянул подозрительно прищурившемуся Крису. Тот подкинул еще щепок в костер и принялся тщательнейшим образом просматривать старый пожмяканный пояс сантиметр за сантиметром.

Марк достал из своей сумки последний орех, двумя точными ударами вбил в его твердую кожуру железную трубку и, сделав большой глоток, с легкой безмятежной улыбкой принялся наблюдать за Крисом.

– Ну что там, Крис? Есть что-нибудь?

Крис тер пальцами кожу, нюхал, пробовал на язык, но по его разочарованному выражению лица было понятно, что он так и не смог ничего обнаружить.

– Нет! – коротко бросил он, протягивая пояс. – Обычный кусок старой кожи, причём не самого лучшего качества. Зачем он тебе?

– Пригодится.

Следопыт быстро свернул пояс и сунул обратно в сумку. Расколов опустевший орех, он протянул вторую половинку Солрсу.

– Возьми.

Здоровяк принял и благодарно кивнул:

– Спасибо.

Марк сунул свою часть скорлупы себе в сумку и с хрустом потянулся.

– Вы как хотите, а я спать, – с этими словами он улегся возле костра бочком, подложив одну сумку себе под голову, а другую обнял и прижал к животу.

На самом деле спать совсем не хотелось, когда отходил по малой нужде, съел ещё одну фиолетовую ягоду, и сон как рукой сняло. Спать в эту ночь – себе дороже. Столько соблазнов вокруг. Даже если сейчас Крис со здоровяком решат убить Марка и соберут все трофеи, то поход будет считаться более чем удачным. Одно оружие только чего стоит, и пусть оно принадлежит к какому-то там ордену – не важно. Здесь на это не особо обращали внимание. Плюс в рюкзаках должно быть много чего ценного. Воины непростые, и, возможно, какие-то вещи Древних имеются.

И еще этот старый пояс…

Подробную карту на нём можно увидеть, только если посмотреть на него через очки Древних. Марк увидел ее сразу, как только Солрс вывалил содержимое рюкзака того парня. Осталось только дождаться, пока от него все откажутся.

Так и случилось.

Но есть один момент, который в любом случае всегда будет в пользу безопасности Марка. Со всем этим барахлом надо еще как-то вернуться. Через джунгли они сами не пройдут, через хребет тоже, да и обратной дороги не знают совсем. Следопыт специально повел их таким маршрутом, чтобы они не смогли вернуться этим же путем.

Завтра Марк решил устроить день отдыха.

До Мертвого Города один дневной переход, и чтобы заночевать в его развалинах, надо из оазиса выйти в предрассветных сумерках.

Они никуда не пойдут в любом случае, как бы ни прошла эта ночь. Необходимо разобраться с трофеями, решить, куда прикопать лишнее, да и просто отдохнуть – немного расслабиться.

Сквозь прикрытые ресницы Марк наблюдал за тем, как Крис и Солрс, отойдя к самому озеру, о чём-то активно спорили. Говорили шепотом, слов не разобрать. Крис что-то доказывал здоровяку, но тот упрямо мотал головой, не соглашаясь, затем и вовсе махнул рукой и пошел к костру. Крис постоял с минуту, опустив голову, затем кивнул и, проходя мимо здоровяка, похлопал его по плечу, мол, брат, согласен с тобой.

Предрассветное дежурство

Всю ночь Марк наблюдал за тем, как сначала Крис, а затем и Солрс рассматривали и перебирали свои личные трофеи.

В принципе, он тоже хотел заняться этим же в свое дежурство, но понаблюдать за ними было очень даже любопытно, тем более они находились от него на расстоянии всего-то каких-то полутора-двух метров.

Вытащив из своего рюкзака объемный сверток из грубой материи (когда только успел завернуть?), Крис аккуратно развернул его и, потерев в радостном возбуждении ладони, приступил к осмотру. Сначала достал пояса. Марку даже со своего места было видно, что это хорошие, добротные пояса из кожи бурка, проживавшего далеко на Севере. Им износа нет. Множество кармашков с различными склянками с разноцветными крышками. Один такой пояс со всем содержимым стоил целого состояния. Три очень неплохих кинжала в кожаных ножнах. Три одинаковых меча. Три увесистых кошелька с затянутой горловиной. Крис распустил тесемки одного из них и вытащил оттуда монету.

Ого! Полновесный грот особой чеканки.

Такой равен десяти обычным гротам. Если там все монеты такие, то ему серьезно повезло. Отложив кошельки в сторону, он достал неплохие очки из крепкого затемненного стекла. Даже не очки – это, можно сказать, целая маска. Видно, что делались на заказ и все у одного мастера. Крис тут же напялил их на себя и, затянув тесемки, повертел головой. В бою их не было видно, потому как воины эти маски не снимали, а благодаря специальному креплению переводили на голову под защитный тюрбан. Сняв маску, Крис в порыве чувств поцеловал ее и собрал всё обратно в рюкзак. Затем он долго сидел у костра, пялясь в одну точку.

Через пару часов растолкал Солрса и сам завалился спать.

Солрс сходил к озеру, умылся и, возвращаясь к костру, прихватил свой рюкзак. Посмотрев с нескрываемой ненавистью и злобой на Криса, он распустил тесемки и достал сверток раза в три меньше, чем у его друга. Всё то же самое: пояс, кошелек, маска, оружие… какой-то амулет на тонкой цепочке.

На удивление, интерес у него вызвала только маска. К деньгам и поясу он отнесся как-то совсем уж равнодушно, как и к оружию. Побросав всё обратно в рюкзак, он подложил его себе под спину и, облокотившись, вытянул ноги.

Несколько раз вставал, брал в руки пику и отходил в сторону. Потом возвращался, подкидывал в огонь щепку и долго смотрел на небо.

Чем больше Марк наблюдал за ним, тем больше убеждался: непрост этот парень, ой как непрост.

Часа за три до рассвета, он подошел к Марку и тронул его за плечо. Следопыт распахнул глаза и, потянувшись, кивнул.

Подбросив щепок в огонь, он дождался, пока уляжется здоровяк, и отошел в сторону к огромному, торчавшему чуть в стороне из песка валуну. Для того чтобы рассмотреть свои трофеи, ему не требовался ни свет костра, ни Гуас, который сегодняшней ночью заливал своим холодным светом Пустошь. У него есть очки Древних, и этого более чем достаточно.

Марк начал осмотр с пояса, из-за которого они все чуть не расстались с жизнью. Даже мимолётного взгляда на него хватало, чтобы определить – этот пояс был изготовлен очень давно, ему лет триста или четыреста – не меньше. Каким-то непонятным образом на его поверхности была нанесена карта: река, джунгли, пустошь. Дальше шли какие-то зашифрованные символы, и от них стрелки, указывающие на точки в небе. Наверное, какие-то ориентиры. Потом много текста из витиеватых закорючек.

Ничего не понятно!

Это не алфавит – это какой-то шифр. Нужна расшифровка, а без нее это просто кусок бесполезной кожи. Ладно, отложим на потом. Засунув в сумку пояс, выудил оттуда наручни. Да… что-то подобное он и ожидал увидеть.

Интересно, что это за орден такой?

Правый и левый наручни представляли собой игломёты. Марк уже встречал такие. Даже умел заряжать их и стрелять из них иглами. Такой был у его дяди Сорема, и он часто разрешал ему с ним практиковаться. Редкая вещица и очень дорогая. Говорят, на всём Тарсоне всего с десяток мастеров, кто может изготавливать такие штуки. В специальных ячейках блеснули острия игл. По восемь в каждой.

Отлично!

Полный заряд. Может, еще и отравлены? Значит, рисковать не надо, только в своих перчатках.

Марк задрал рукава куртки и приладил наручни себе на предплечья поверх перчаток. Затем продел большой палец с мизинцем сквозь специальные петли и отрегулировал натяжение. Осторожно сжал кулак, пошевелил пальцами, взял в руки меч, махнул им пару раз.

Шикарно!

Теперь чтобы пустить иглу, надо соединить мизинец с большим пальцем, а указательный, средний и безымянный сложить клювиком. Так, с этим всё понятно, что там у нас следующее…

С легким внутренним трепетом Марк потянулся за сумкой главаря и начал доставать предметы один за другим.

Тугой кошель. Развязал тесемки – одни полновесные гроты. На это можно жить год, ни в чём себе не отказывая.

Замечательно!

Кошелек перекочевал к нему в сумку.

Железная банка с винтовой крышкой. Отвинтил крышку. Запасные иглы. Быстро пересчитал. Тридцать семь штук.

Прилично! В сумку.

Пояс главаря – ого-го! Да с таким набором можно хоть куда в одиночку.

Марк начал доставать из равноразмерных кармашков какие-то флакончики, порошки и мази. Почти всё целое, и такое точно не купишь в обычной городской лавке. Но Марк прекрасно знал назначение каждого флакона и понимал, какое богатство держит сейчас у себя в руках. Прикинул к своему поясу. Стоит ли сменить? Нет! Добавил несколько флаконов себе, а пояс свернул и положил обратно в сумку.

Так, что там еще?

Маток тонкой, но наверное невероятно прочной верёвки. На одном конце небольшой, размером с мизинец кованный крюк, а на другом, такое же кованное кольцо.

Флакон бергата почти полный.

Отлично!

Маленькая железная коробочка с изображением глаза на крышке. Следопыт вскрыл коробочку, и его руки начали мелко дрожать. Две глазные линзы наподобие той, что есть у него. Только эти какие-то новые, что ли, и состояние несравнимо лучше… Он закрыл крышку и снова сунул руку в сумку главаря. Там осталось два совсем небольших предмета. Уже догадываясь, что там, вытащил точно такую же коробку. На крышке изображение уха, внутри две горошины, усиливающие звук. Так, этим сегодня Марк точно воспользуется, а пока закрыл крышку и положил в сумку.

Так, и что там за последний предмет?

Костяная пластина, испещрённая сотнями закорючек. Такими же, как и на том поясе. Поверх этой пластины наложена другая с филигранно прорезанными в ней насквозь такими же закорючками. Сердце Марка пропустило удар.

А вот и шифр!

Только разбираться с ним потребуется времени не один день, а может, и месяцы, если не годы. Отложил пока на будущее. Внимательно осмотрел саму сумку. Прощупал каждый шов, пропустил сквозь пальцы каждый сантиметр кожи. Сумка как сумка – не чета его, Марку. У следопыта там десятки внутренних отделений, благодаря чему он может, не копошась внутри, вытащить сразу то, что ему нужно. Сумка досталась ему от его старшего брата Борса – упокой все святые его душу…

Потом осмотрел вещи второго противника.

Тот же самый набор, что и у Криса с Солрсом: оружие, пояс, кошель…

За один вечер Марк стал богаче настолько, что и представить себе не мог.

Остался один вопрос: кто все эти ребята, что пришли к ним в оазис за старым поясом? Какому ордену принадлежат, и во что всё это может для них вылиться?

От оружия и любых предметов, указывающих на этот орден, надо избавиться однозначно. И не только Марку – всем. Но еще неизвестно, чем этот поход закончится. Надо Солрса перетягивать на свою сторону. Особой любви к Крису у него нет, хоть он это и тщательно скрывает.

Ладно, поживем – увидим. Мертвый Город скоро, а значит и развязка не за горами.

До рассвета оставался примерно час. Самое время провести слуховые испытания.

Взяв коробочку в руки, Марк извлек две черные горошины и, покатав их между пальцами, вставил себе в уши. Удар по ушам был такой силы, что он схватился за голову и чуть не закричал. Вокруг звучала такая какофония звуков, что было просто невозможно терпеть. Поспешно вынув горошины из ушей, Марк перевел дух.

Так, спокойно, надо сосредоточиться. С этими слуховыми горошинами что-то не так, но что?

Попробуем так: Марк взял одну горошину и вставил себе в ухо. Теперь немного потише, но что-то всё равно не так, не правильно. Звуки хорошо слышны, но они как будто идут сразу со всех сторон одновременно, заглушая друг друга.

А если так?

Марк вынул эту горошину и вставил в другое ухо. Вот, теперь другое дело. Звуки усилились, но уже не так глушили сознание и как-то упорядочились, что ли.

А была не была!

Марк вставил другую горошину в свободное ухо и в ожидании удара по ушам зажмурился. Но удара не последовало, вместо этого – сильное головокружение и покалывание в затылке. Всё очень быстро прошло, и следопыт открыл глаза. Его взгляд остановился на спящих Крисе и Солрсе.

Было отчетливо слышно их дыхание. Здоровяк чуть похрапывал, а у Криса что-то бурлило в животе. Он повернулся на другой бок, и Марк услышал, как тот пустил шептуна, испортив воздух вокруг.

Ого! Получается так, куда смотришь, оттуда и звук?

Ну-ка!

Он перевел глаза на кустарник и услышал шуршание листвы, шум песка, поскрипывание веток друг о друга. Затем уловил звук, от которого мурашки пробежали по спине. Длинный, не прекращающийся шелест песка, как будто по нему ползет что-то тяжелое постоянно изгибающееся. Марк выхватил меч и уставился в ту сторону, откуда шел этот звук.

Точно! Вот она!

Такая же точно гибра, что напала на путников прошлой ночью. У них что здесь, где-то гнездо неподалеку?

Здоровенная змеюка выползла из-за кустов и, шустро изгибаясь всем телом, устремилась к спящим. Она не ядовитая, но ее усеянная мелкими и необычайно острыми зубами пасть может перекусить ногу или руку, а безразмерный желудок легко позволит заглотить человека целиком.

Медлить нельзя!

Следопыт спрыгнул с камня и рванул к костру, зная, чего боятся гибры и отчего можно на какое-то мгновение лишить их зрения.

К безмятежно спящим Крису и Солрсу он подбежал первым, обогнав змею метров на пятнадцать.

Выхватив из огня горящую щепку, крикнул:

– Вставайте! У нас гости!

Не дожидаясь, пока те проснутся, запрятал руку со щепкой за спиной и ринулся навстречу гибре. Когда между ними оставалось метров пять, и змея уже приготовилась к атаке, он кинул перед ней ярко горящую щепку и отскочил назад.

Змея приподнялась над землей и замерла на месте. В ее окостеневшем взгляде мерцнули два огонька пламени. Все ее тело свела судорога, она свернулась двумя большими кольцами и устремилась в сторону, огибая горящую щепу по большой дуге. Теперь она не могла подползти к спящим со спины. Да те уже и не спали, тоже похватали из костра горящие палки и неслись со всех ног к Марку.

– Отсекайте ее, пусть лезет в воду! - кричал им следопыт. - Она сразу захлебнется и сдохнет.

Солрс метнул свой импровизированный факел и попал змее точно в голову.

Гибра подпрыгнула на метр в высоту и устремилась прочь.

– Не дайте ей уйти! Крис, кидай! Чего ждешь?

Крис размахнулся и метнул горящую щепку словно нож. Та перелетела змею и упала прямо перед ее мордой. Снова неожиданный прыжок вверх и в сторону, прямо в воду.

Гибра дернулась пару раз в воде и резко ушла на дно.

– Всё! Ей конец. - с облегчением выдохнул Марк. - Скоро всплывет. Кстати, она несъедобная! Это на случай, если кому-то захочется свежатинки.

– Да ну ее, – Криса передернуло, – я лучше сушеным мясом закидаюсь.

– Как всплывет, нужно оттащить подальше.

Солрс положил пику на плечо и пошел на берег высматривать змею, а Марк побежал за своей сумкой, на ходу вытащил слуховые горошины и с облегчением встряхнул головой. Слышать рядом вопли своих подельников было просто невыносимо. После горошин в уши как будто набили ваты, но постепенно всё пришло в норму. Вот еще бы как-то научиться громкость регулировать…

Повесив сумку через плечо, Марк вернулся к костру.

Гибра всплыла где-то через час, когда совсем уже рассвело. Солрс зашел по колено в воду, зацепил ее пикой и вытащил на берег.

Да уж… при свете Гуаса она выглядела менее зловеще и отталкивающе. Крупная чешуя, широкая плоская голова, пасть усеянная мелкими зубами…

Бр-р…

– Я сам ее оттащу.

Солрс пробил насквозь пикой хвост змеи и, потащил прочь из оазиса.

– Сегодня никуда не пойдем, – сообщил Марк Крису. – Спокойно поделим трофеи и отдохнем. Наберемся сил, прикопаем лишнее, а на обратном пути заберем.

– Я не против. В походе ты старший, тебе решать.

Вернулся Солрс и первым делом подошел к озерцу и начал мыть свое любимое оружие.

– Ну что?! – жизнерадостно потер руки Крис. – Перекусим и приступим? Не терпится глянуть, что там таскали в своих рюкзаках наши добрые вчерашние «друзья».

На скорую руку быстро позавтракали.

Марк ограничился только чашкой крепкого напитка из корня сиволу и мякотью вчерашнего ореха. После ночных приключений есть что-то совсем не хотелось.

– Ну что, начнем? – Крису прям не терпелось.

Марк и здоровяк согласно кивнули.

Пока Крис бегал за первым рюкзаком, Солрс заботливо застелил свою подстилку. Начали с рюкзаков бедолаг, которых пожрала гибра.

Крис распустил тесемки и вывалил всё содержимое на коврик. Обычный набор путешественника: пару флаконов бергата, сушеное мясо и черствые лепешки, сменная одежда. Старинный прибор, определяющий направление по звездам. Коврик. Противомоскитная сеть и еще много всякой мелочевки, без которой не обойтись в переходе через пустошь и джунгли. Отобрали всё, что, по мнению троих, имело хоть какую-то ценность, и бросили жребий, кому выбирать первому.

В этот раз повезло Крису. Он понюхал сушеное мясо и отложил в сторону. Остановил свой выбор на бергате. Затем уже все остальные по очереди разобрали то немногое, что представляло хоть какой-то интерес.

Марку достался старинный прибор.

Во втором рюкзаке оказался примерно тот же самый набор, за исключением прибора. Соблюдая порядок, бросили жребий и быстро разобрали всё содержимое.

Первый рюкзак орденской братии удивил своим содержимым. Помимо обязательного набора путешественника, с десяток отточенных до бритвенной остроты метательных звездочек, такой же котелок и чашка Древних, как у Марка, двадцать водяных кристаллов и два на треть пустых мешочка с какими-то мелкими круглыми предметами внутри.

Крис распустил тесемки одного из них и вывалил на ладонь несколько белых шариков. Понюхав один, лизнул. Глаза от удивления расширились.

– Да это же!..

– Стой! – выкрикнул Марк, увидев, что Крис уже разевает рот. – Не ешь их просто так. В животе раздуется, и тебе может быть очень плохо. Их надо готовить так же, как и пищевые таблетки.

Крис скривился и с сожалением ссыпал чуть желтоватые шарики обратно в мешочек. Затем распустил тесемки следующего. Там тоже шарики, но коричневые с красными и зелеными прожилками.

Во всех остальных рюкзаках примерно то же самое, за исключением: в одном обнаружили крепкую веревочную лестницу, в другом – три мотка прочной тонкой веревки, а еще в третьем – настоящий разборный шатёр. Сделан он был из тончайшей и хорошо выделанной шкуры шарея. Даже трудно вообразить, сколько такая стоит. Такую не разрезать, не разорвать и самое главное - не промокает. Ценная вещь.

Всё стоящее внимания свалили в кучу.

– Ну что, приступим. Давайте начнём с палатки. Жребий? – Крис вопросительно посмотрел на Марка и Солрса.

– Жребий, – кивнули они.

Снова повезло Крису, и он, ликующе воздев руки к небу, схватил палатку.

Марку достались метательные звездочки и по два мешочка с разными пищевыми шариками. В принципе, он бы не отказался от палатки, а всё остальное ему и не особо нужно было.

Весь день до заката отдыхали.

Пробовали шарики, что после приготовления увеличивались в десять, а то и более раз в объёме и превращались в мягкий сыр или мясное рагу, от души напичканное пряностями.

Купались по очереди в озерце. Прикопали излишки под самой высокой пальмой, а из-за того, что дров теперь было в переизбытке, перед ночлегом развели шесть костров метрах в десяти от основного очага.

Дежурство распределили так же, как и прошлой ночью. Марку досталась предрассветная вахта.

Этой ночью он спал и проснулся только от прикосновения здоровяка. Перед закатом тот подошел к нему и шепнул:

– Этой ночью можешь спать и ни о чём не волноваться. Я обещаю: с твоей головы не упадет ни один волос.

Поверилось ему как-то сразу.

Глава 6. Мёртвый Город

Глава 6. Мертвый Город

Ночь прошла на удивление спокойно.

Либо в округе закончились все гибры, либо они уяснили своими змеиными мозгами, что в оазис соваться точно не стоит.

Во время своего дежурства Марк испытал линзы для глаз и был поражен их качеством. Ночью видно не хуже, чем через очки Древних, и передача красок удивила. На его старой линзе всё было какое-то одноцветное, серое, а тут…

Быстро понял принцип действия. Закрываешь правый глаз – увеличивает. Смотришь обоими глазами, всё как обычно, с той лишь разницей, что ночью как днем. Закрываешь левый глаз – увеличивает настолько, что видно с пятнадцати метров, как у спящего Криса пульсирует тонюсенькая венка на виске.

Эх, не прихватил маску ни у главаря, ни у того бойца!Так и похоронил их обоих вместе с ними. Может, пойти раскопать? Нет, лучше выменять у Криса. Ну, например, на старую линзу для глаза?

Марк разбудил всех за час до рассвета.

Быстро сторговался с Крисом и при помощи ремней подогнал маску под себя. А ничего так… удобно и линзы в глазах через стекло маски не мешают и не искажают.

Обстоятельно объяснив Крису, как пользоваться линзой, Марк сообщил всем, что пора выступать.

Вся троица вышла из оазиса, когда солнце еще только начало затрагивать своими лучами барханы на горизонте.

Отдохнувшие в оазисе путники набрали неплохой темп и шли довольно быстро, настолько – насколько позволяли зыбучие пески.

К полудню сделали короткий привал и, перекусив на скорую руку, двинулись дальше.

Теперь благодаря воинам таинственного ордена все обзавелись посудой Древних и могли бы при желании приготовить себе неплохой обед, но время поджимало. Они должны были до темноты войти в развалины и обеспечить себе безопасный ночлег. Это важно. Днем в городе достаточно безопасно, а вот ночью жутковато.

Дальше шли без остановок, внимательно всматриваясь вдаль.

За час до заката путники поднялись на высокий бархан, и оттуда им открылась залитая багровым светом долина. Ничего, кроме жаркого лилового песка, и только на том конце виднелись развалины исполинского города.

– Пошли, – поторопил Марк, – надо успеть до темноты.

Почти успели.

При неярком свете Гуаса Марк завел их в развалины и уверенно повел небольшой отряд по только ему одному ведомому маршруту.

Вскоре он привел их в небольшое здание даже без намека на крышу, и где к тому же имелось всего три более-менее прочных стены.

– Ну-ка, Солрс, помоги мне.

Следопыт разгреб ботинком мелкую щебенку и схватился за край какого-то деревянного настила.

Солрс с удивлением заметил, что к настилу прочно приклеено множество больших и малых камней, что давало великолепную маскировку. Ходил бы мимо целый день и не заметил.

Под настилом обнаружилась небольшая, всего в шесть ступенек лестница и тяжёлая металлическая дверь.

Марк порылся в сумке и вытащил на свет блестящий кругляш размером с полноценный грот.

Потерев его между пальцами, он уверенно вставил кругляш в едва заметное углубление в двери. Верхняя часть двери тут же засветилась, проявился небольшой прямоугольник, а под ним бегущие символы Древних.

Марк уверенно коснулся некоторых из них, и после этого, чем-то щелкнув внутри, дверь отворилась.

– Прошу ко мне домой, – негромко пригласил Марк, пропуская Солрса и Криса мимо себя. – Как бы это ни было странно, но в этом городе у меня есть свое собственное жилище.

Запустив Криса и Солрса вовнутрь, он, поднатужившись, задвинул настил обратно и вернулся к двери. Вынул из нее кругляш и вставил его с внутренней стороны. Снова какие-то манипуляции с символами, и дверь, тихо щелкнув, закрылась. Марк вытащил кругляш и вставил его в такую же точно выемку в стене слева от двери.

В помещении вспыхнул яркий свет, ослепив обоих кладоискателей.

Марк провернул кругляш и чуть притушил освещение.

– Располагайтесь, – сказал он, сделав широкий жест рукой. – Если какой-нибудь предмет покажется вам незнакомым и непонятным, не прикасайтесь, может убить.

Жилище следопыта было и скромным и роскошным одновременно.

Квадратное помещение примерно десять на десять метров. Чуть приглушенный свет струился с потолка. Вдоль стен две удобные лежанки. В глаза бросалось, что лежанки непростые, скорее всего, остались тут еще от Древних.

Марк снял сумку и положил ее на одну из них, мол, это мое место, а вы решайте, кому спать на лежанке, кому на полу.

У другой стены небольшой стол и поджарое кресло. Блестящие подлокотники, изогнутая спинка с подголовником.

Над столом прямо в стену вмонтирован какой-то диковинный прибор Древних. Без всякого сомнения, Древние его туда поместили еще при строительстве этого помещения.

Дальше еще один стол. Он чуть подлиннее и почти весь заставлен непонятными приборами.

– Это нижний этаж жилища Древних, – пояснил Марк поисковикам, удивленно рассматривающим помещение. – Многое из того, что вы видите здесь, осталось тут еще от них и работает только в пределах этого зала. Мой прапрапрапрадед обнаружил это место и немного дооборудовал его под себя. Тогда еще в городе можно было кое-чем поживиться, не то что сейчас.

Затем Марк указал на длинный стол и на один из предметов, находящихся на нём. Это была плоская плита полметра на полметра с идеально отполированной поверхностью.

– При помощи этого артефакта мы разогреем пищу, – пояснил Марк. – Хоть в помещении и есть вентиляция, но огонь здесь разводить не стоит.

Марк залез к себе с сумку и достал посуду Древних. Затем снял со спины бурдюк с водой и Прислушиваясь всколыхнул его. Воды там оставалось на пару больших глотков. Снова полез в сумку и вытащил банку с водяными кристаллами. Выбрав один, он опустил его через горловину в бурдюк и, плотно закрыв крышкой, хорошенько встряхнул. Бурдюк прямо на глазах начал раздуваться изнутри, и уже через минуту казалось, что он вот-вот лопнет.

Превратив оба диска в котелок и чашку. Марк налил туда воды и поставил на плиту. На ровной поверхности появились символы. Он уверенно нажал на некоторые из них, и через минуту вода в посуде начала закипать. Бросил в котелок мясной шарик из орденских запасов, а в чашку опустил корень сиволу. Затем он помешал варево ложкой и снял с плиты.

– Ну что, подходите со своими котелками и вам приготовлю.

Крис и Солрс как завороженные наблюдали за действиями Марка, и тому пришлось повторить свой вопрос:

– Жрать будете? Если да, то тащите сюда свою посуду!

Первым очнулся Солрс.

Распустил тесемки рюкзака, вытащил оттуда котелок и чашу Древних, налил в них из своих запасов воды и, прихватив чуть желтоватый пищевой шарик, подошел к Марку.

Встал рядом, с интересом наблюдая за манипуляциями следопыта. Получив котелок и чашку, полные кипящей воды, отошел в сторону, и его место тут же занял Крис.

Ужинали с комфортом.

В этом подземном помещении нечего было опасаться, и поэтому все поснимали свои куртки и ботинки. Благоухание от этого было весьма спорным, но на это никто не обращал внимания. Вскоре с потолка подул теплый ветерок, и застоялые запахи начали улетучиваться.

– А здесь хорошо, – промычал Крис с набитым ртом. – Тут даже лучше, чем в моём доме на Крапском острове.

– Да, но добираться сюда далековато, – скривился Марк.

– И ты не побоялся нам всё это показать? – Крис облизал ложку и куском чёрствой лепешки насухо вытер котелок. – Не слишком ли?..

Марк пожал плечами.

– Риск минимальный. Даже если кто и найдет это место, то вскрыть дверь не получится. Опасно для жизни.

Вскоре с ужином было покончено, и Солрс попросил Марка выпустить его на поверхность по нужде.

– Зачем на поверхность? – улыбнулся Марк.

Он подошел к стене возле стола и провел по ней рукой. Часть стены со скрипом ушла в сторону, обнажив еще одно помещение.

– Здесь уже почти ничего не работает, за исключением вот этой белой штуковины, вмонтированной в стену. Можешь смело садиться, выдержит. Справляешь нужду прямо сюда и ни о чём больше не думаешь. Оно само всё втянет и очистит.

– А куда это потом всё попадает? – спросил Крис, выглядывая из-за спины Солрса.

Марк пожал плечами.

– Я не знаю. Никогда этим не интересовался.

Немного обсудив планы на завтрашний день, начали укладываться на ночлег.

Крис и Солрс начали бросать жребий. В этот раз повезло Солрсу. С блаженной улыбкой он улегся на лежанку и вытянул ноги. Лежанка тихо жужжа начала принимать форму тела здоровяка, подстраиваясь под его габариты. Боясь пошевелиться, он с удивлением наблюдал за этим, иногда вопросительно посматривая на Марка.

– Расслабься, – с улыбкой посоветовал тот, – лежанка подстроится под тебя, и спать будет очень удобно.

Крис, ворча что-то себе под нос, разложил подстилку на полу, а под голову положил свёрнутую вчетверо куртку.

Следопыт полностью убрал свет выкрутив кругляш почти до отказа и вскоре в помещении раздавался только негромкий храп и тихое сопение.

Новый друг

Проснулись от того, что в помещении стало светло как днем.

– Завтракаем и выдвигаемся, – дал команду Марк. – Нам сегодня засветло надо пройти сквозь весь город и разбить лагерь в зоне поиска.

Позавтракали, собрались, выдвинулись.

На поверхности рассвет уже наступил, но утренняя прохлада всё еще оставалась, и поэтому идти было достаточно легко.

Убежище Марка, как выяснилось, было не в самом городе, а в пригороде. И сейчас путники только подходили к самому городу.

Из-за опасения засады Марк в этот раз нацепил очки Древних. Они-то предупредят заранее, если кто прячется за развалинами.

Руины приблизились, здания потеряли под натиском ветра и песка любую облицовку, теперь это просто стены из каменных глыб.

Осторожно выдвинулись в руины. Абсолютная тишина. Только иногда шевельнет песчинки шустрая ящерица и тут же бесследно исчезнет.

Город был когда-то велик и огромен, развалинам нет числа, к небу тянутся скелеты домов в несколько этажей. Улицы забиты битым камнем и глыбами побольше. Но остовы домов стоят, а это значит, что война не выжгла город на метры вглубь, и этим вовсю пользовались те немногие выжившие после той войны. Здесь почти везде сохранились подвалы, не говоря уже о бункерах и убежищах, но всё тут давно уже вычищено и вынесено.

Через три часа вступили в центр. Вот он уже разрушен и даже выжжен основательно. Тут и там глубокие кратеры от мощнейших взрывов и горы битого камня.

Выходит, на окраину не хватило то ли времени, то ли зарядов…

Сделали привал.

Марк заметил, что Крис ведет себя достаточно нервно, хотя и старается не показывать вида. Солрс же, наоборот, спокоен и посматривает на своего напарника с хорошо скрываемым презрением.

Так, так… что-то назревает, и надо быть наготове. Марк как бы ненароком провел пальцами по поясу, проверяя на месте ли нужные склянки. Проверил натяжение петель игломёта и стоят ли на предохранителях ботинки.

Передохнув, пошли дальше. Каменных завалов становилось всё меньше. Снова пошел пригород.

К предполагаемой точке вышли часа за три до заката.

– Крис, давай карту! Надо определить точное место…

– А нет тут никакого точного места, – криво ухмыльнулся тот, устало сбрасывая с плеч рюкзак. – Месяц назад, банда Беззубого Хорка перехватила двух матерых поисковиков на выходе из джунглей, и у тех была эта карта и еще какое-то оборудование Древних, рабочее, кстати.

Крис жутковато улыбнулся и глотнул из плоской фляги.

– Может, ты не знаешь Марк, но Хорк, пока был жив, умел расспрашивать. Знал и любил это дело как никто другой. Он мастерски выводил жертву на тонкую грань между жизнью и смертью, и затем выбивал из неё любые подробности.

Крис сплюнул на песок и продолжил:

– Пока он с ними беседовал, выяснилось: там, где метка, под грунтом пустота, очень приличных размеров пустота. Чтобы найти вход и вскрыть дверь, тем поисковикам понадобилось совсем другое оборудование, поэтому они и возвращались ни с чем, только с этой картой.

Крис достал из нагрудного кармана сложенный вчетверо листок желтоватой бумаги и протянул Марку.

– Чтобы вскрыть дверь, у Солрса кое-что есть. А вот, чтобы обнаружить вход, как раз нужен ты, с твоим везением и опытом.

– А что, твой Беззубый Хорк не выяснил, за счет чего те поисковики хотели обнаружить вход? – спросил Марк.

– Не успел, – недовольно сморщился Крис. – Беседа прервалась на самом интересном месте. Один помер раньше, а другой чуть позже. Хорк немного перестарался.

– Ну, тогда, – задумчиво протянул Марк, разглядывая карту, – не мешайте мне.

Крис с Солрсом переглянулись, пожали плечами и, отойдя от Марка метров на тридцать, принялись разбивать лагерь.

Крис в этот раз решил расположиться с комфортом. Достал палатку и, немного помучившись, всё-таки сумел ее установить.

Метрах в трех от входа развели костерок, и Солрс положил свою лежанку возле него.

Начали кашеварить, запахи быстро распространились по округе, но Марк на них не обращал внимания. Он был полностью и всецело поглощен картой. Точнее, обратной ее стороной, где даже сквозь очки Древних еле просматривались закорючки их алфавита. Да, поисковики были действительно матёрые и обнаружили вход практически сразу. Поняли, что лопатами тут ничего не добьешься, нужно другое оборудование, и оставили всё нетронутым. Зато отметили три основных ориентира и точное количество шагов. Всё тут прописано четко и грамотно. И с языком Древних они были, как и Марк, тоже накоротке.

Да, жаль их! Видно, слаженная была команда.

С поисками входа всё ясно, но Марк решил не спешить и подождать до утра, тем более до заката оставался всего час.

Ему интересно было понаблюдать за Крисом и Солрсом.

За ужином Марк произнес:

– Почти разобрался. Для точных ориентиров нужны звёзды на небе и две лопаты. Знаю, у вас есть, и завтра они вам пригодятся.

Больше ничего говорить не стал, расстелил с другой стороны костра свою лежанку и улегся, с блаженством вытянув ноги. Съел последнюю фиолетовую ягоду, незаметно вставил в уши слуховые горошины, напялил на глаза очки Древних и приготовился провести эту ночь во всеоружии. С очками неудобно, но если поднимется ветерок, будет беда.

Крис во время своего дежурства не находил себе места, всё мерил шагами небольшой участок перед лагерем, то и дело замирая на месте, всматриваясь в город. Вытянув вперед шею, к чему-то всё время прислушивался, затем делал пару шагов к темнеющим вдалеке развалинам и снова начинал мерить шагами пространство перед лагерем. Десять шагов в одну сторону, десять в другую. Так промаявшись до конца своего дежурства, толкнул в плечо Солрса и, что-то бурча себе под нос, полез в палатку.

Здоровяк проснулся сразу, как будто и не спал. Долгим взглядом посмотрел на город, а затем, махнув рукой, просидел всю свою смену у костра глядя в одну точку. Сидел он к Марку полубоком, и тот хорошо видел, как играют желваки на его челюстях.

Когда настал конец его смены. Он подошел и тронул следопыта за плечо.

– Вставай, Марк.

Марк сделал вид, что проснулся, и с хрустом потянувшись, кивнул.

Солрс хотел ему сказать что-то еще, но не решился.

Подбросив пару щепок в костер, следопыт отошел немного от лагеря, чтобы справить малую нужду, да так и застыл глядя перед собой. Среди развалин в километрах четырех от их лагеря он заметил характерные отблески костра. Без очков Древних он бы ни за что этого не заметил. Эти очки как-то умели улавливать тепло костра или человеческого тела и показывать это носителю. Ни одна самая лучшая линза на это не способна.

Но кто это? Орденские, идущие по их следу, или Лютый?

Марк поспешно перестроил очки и от увиденного сжал челюсти так, что стал слышен зубной скрежет.

Вокруг костра сидело четверо.

Кто они?

Марк напряг слух, но даже через ушные горошины ничего не было слышно.

Точно не друзья. Может, подобраться поближе, швырнуть им в костер пузырек Шаша и перебить всех как слепых котят? Почему нет?..

– Увидел что-то интересное, Марк? – за спиной следопыта послышался сонный голос Криса.

Тот подошел, встал рядом и, позевывая, начал справлять малую нужду.

– Нет, показалось, что кто-то подбирается к лагерю со стороны развалин. Ошибся.

– Ну-ну.

Крис снова полез в палатку, а Марк, ослабив тесемки, чуть приспустил очки Древних и начал до боли в глазах вглядываться в кромешную темноту, стараясь хоть что-то там рассмотреть. Но как ни старался, так ничего там и не увидел. Невооруженным взглядом не обнаружить ни костра, ни людей вокруг него. Да, опыта тем кто там сидит не занимать…

Ну, что же… по всей видимости, Крис и Солрс как-то связаны с ними, и этой ночью на них нападать никто не станет. Дождутся, пока вскроют тайник, получат сигнал от своих подельников, а затем объявятся.

И самому ему напасть точно не дадут. Солрс вон, не спит, подсунув кулак под голову и, прикрыв глаза, наблюдает за ним. Крис тоже настороже. Ладно, утро покажет.

Лютый

С утра пораньше, лишь только забрезжил рассвет, Марк сделал все необходимые вычисления и соорудил из песка небольшую пирамидку. Затем начал будить Криса и Солрса.

– Просыпайтесь. Завтракаем и за лопаты. Сегодня предстоит хорошо поработать.

Марк отмерил вокруг пирамидки квадрат два на два и обозначил его границы.

– Вот здесь надо рыть, тут всего-то полметра-метр песка, а дальше пойдет плотный грунт вперемешку с битым щебнем и другим мусором.

До обеда все втроем работали как проклятые.

Марк то и дело подменял то Солрса, то Криса, последний особенно часто выдыхался и, проклиная всех на свете, обессиленный садился на дно ямы.

Из камней и мусора, что пошел после песка, старались укрепить зыбкие стенки, у Марка в этом деле был большой опыт, и работа неплохо спорилась.

Скоро притащили веревочную лестницу и, кое-как закрепив ее на поверхности, опустили в яму.

Когда солнце вошло в зенит, лопата Бугая чиркнула обо что-то металлическое или похожее на металл.

– Расчищаем! – крикнул сверху Марк. – И поаккуратней там!

Несколько минут он наблюдал за работой кладоискателей, затем не выдержал и сам полез вниз.

Крис с готовностью отдал ему лопату и, чтобы не мешаться, полез наверх.

Улегшись на краю ямы на живот, он с интересом наблюдал за тем, как из-под щебенки и мусора появляются очертания массивного люка.

Очистив, Марк внимательно обследовал его поверхность и с искренним недоумением развел руки.

– Не понимаю, как его оживить? Здесь всё питание идет только изнутри. А там за столько лет разрядились любые источники силы...

Солрс внимательно осмотрел люк и, улыбнувшись, кивнул.

– Доверь это мне.

Он шустро полез по лестнице наверх, и Марк опасаясь, чтобы ему чего-нибудь не скинули на голову, последовал следом за ним.

– Где Крис? – спросил Марк, осматриваясь по сторонам.

Солрс быстро глянул в сторону города, бросил свой рюкзак и взял в руки пику.

— Не делай резких движений Марк, я тебе не враг.

Затем подошел к напрягшемуся следопыту и пронзительно посмотрел тому прямо в глаза.

– Если судить по следам на песке, – спокойно произнес он, – то Крис, скорее всего, побежал докладывать Лютому, что мы обнаружили вход.

Марк шагнул назад и соединил большой палец с мизинцем на правой руке. Он прям почувствовал, как взвелся механизм игломёта. Он ещё заранее передвинул задержку. Теперь игломёты будут выпускать по две иглы сразу.

Солрс спокойно проследил за его манипуляциями, затем медленно кивнул.

– Марк, повторяю, я тебе не враг, и я на твой стороне, – зашептал он. – Доверься мне. С Лютым всего четверо, хотя точно знаю, что из Шериха их выходило в два раза больше. Видимо, им не так повезло в джунглях и пустоши, как нам с тобой. Итого с Крисом получается пятеро. Самые опасные – это сам Лютый и его телохранитель – Бронкс, он всегда справа от него. Если доверишься мне, мы справимся. В банде Лютого мне нет равных.

Марк с подозрением смотрел на здоровяка.

– Откуда знаешь, что их четверо?

– Они оставили для меня и Криса послание на одной из развалин. Ты не заметил, а Крис заметил и потом сообщил мне. Они прячутся в нескольких километрах отсюда. Примерно вон там, – Солрс довольно точно указал направление.

– Зачем это тебе?

Здоровяк ухмыльнулся и положил пику себе на плечо.

– У меня перед тобой должок… забыл? А если серьезно, Лютый и его жопализы мне тоже серьезно задолжали. И долг такой, что…

Здоровяк замолчал и опустил голову.

Марк видел, как играют желваки на его скулах, как побелели костяшки на пальцах, сжимающих древко пики.

– Как-нибудь расскажу тебе, но не сейчас. Замри! – еще тише шепнул он. – Опусти руки и не верти головой. Если я сниму твои очки, смотри только в одну точку. Сок арату действует именно так. Всё…

Он скосил взгляд в сторону развалин города и добавил:

– Первым я убью Лютого, потом Криса, а ты действуй по обстановке. Бей только в голову, корпус можешь и не пробить.

Марк, не вертя головой, проследил за его взглядом и чуть не вздрогнул. К лагерю подходили пятеро головорезов, среди которых был улыбающийся Крис.

Откуда они взялись?

Марк готов был поспорить на что угодно, что еще мгновенье назад их там точно не было. Технологии Древних?

Похоже…

Один из них, вышагивающий по центру, совсем старый. Без маски и головного убора. Лицо изрезано глубокими морщинами, узкий рот собран в жемок – Лютый, это точно он, Лютый! Марк видел его всего раз в жизни и запомнил крепко. Грязные волосы слиплись в сосульки. Глаза смотрят так, будто это два мелких зверька уставились на Марка из глубоких нор.

Остановившись метрах в четырех, главарь шагнул вперед. Беззубый рот растянулся в недоброй усмешке, и он смерил Марка лютым взглядом.

– Ну что, Марк, ты честно выполнил условия сделки с Крисом и по праву достоин вознаграждения.

Его взгляд метнулся к здоровяку, и он устрашающе скривил и без того мерзкую рожу.

– Солрс, а ну-ка, сними с него очки и выпиши ему премию как полагается.

Здоровяк кивнул, подошел к Марку и сдвинул ему очки на лоб.

Тот стоял, безвольно опустив руки, глядя в одну точку.

– Чем ты его опоил, а Солрс? – весело выкрикнул Крис.

– Соком арату, как и договаривались.

– А чего молчали?! – сплюнул Лютый. – Я тут перед ним… Солрс, кончай его быстрее!

Здоровяк положил острие пики Марку на плечо.

– Пора, – шепнул он и, резко изогнувшись всем корпусом, метнул пику в Лютого.

Тот даже не успел дернуться, широкое лезвие пики вошло тому точно в шею, напрочь отделив голову. Не успело острие коснуться шеи Лютого, как Солрс совершил какой-то невероятный прыжок и, уйдя в сторону от метательного ножа Криса, воткнул ему свой нож точно под подбородок.

Марк тоже не стал ждать развязки. Как только Солрс бросил свою пику, он выпустил разом две иглы в лицо гиганта, стоявшего по правую руку от Лютого, затем резко уйдя в сторону, следующую пару игл вонзил в стоявшего слева. Кувыркнулся вперед и вправо, вскочил на ноги, но пускать иглы больше было в некого. Солрс вытирал свой нож о куртку последнего врага.

– Отлично сработано, – прохрипел он, восстанавливая дыхание. – Ты тут приберись, а я сбегаю за их мешками. Осмотри их внимательно, там должно быть много чего интересного.

Солрс, прихватив пику, убежал, а Марк приступил к осмотру тел.

Трофеи – это святое. Тем более кажется, что Лютый и его ближайшие люди просто напичканы артефактами. Не зря же он их не заметил, пока те не подошли достаточно близко.

Постелил подстилку Солрса и начал с главаря.

Первым делом подобрал его голову. Когда на горизонте маячат богатые трофеи, тут не до брезгливости. Главное – не измазаться в крови. Первым делом проверил волосы.

Так и есть! Вот она! Заколка Древних. Волосы остаются грязными, но никакой живности в них не заводится и неплохо отпугивает москитов в джунглях.

Раскрыл глаза, ага, вот… линзы. Аккуратно подцепил ножом, правую, левую. Ух… вытащил и вроде бы не повредил. Всё-таки мертвый глаз – есть мертвый глаз.

Достал из сумки чистую тряпицу, положил на нее линзы и вернулся к осмотру.

Проверил нос, уши – ничего интересного. Лезвием ножа раскрыл рот, тоже ничего.

Отложив голову в сторону, приступил к осмотру тела. Провозился с ним минут пятнадцать, что для поисковика такого уровня непростительно долго. Зато добыча того стоила.

Эбиритовая кольчуга, наручни-игломёты на обе руки – по четыре иглы в каждом, с десяток артефактов Древних. С большинством Марк был знаком, а о назначении остальных надо будет разобраться чуть позже. Богатый содержимым крепкий пояс и, полная железная банка с иглами для наручней.

Марк уже заканчивал обыскивать телохранителя Лютого, как тут подошел Солрс. В каждой руке он держал по два вещмешка, и по тому, как тот запыхался, те были совсем не пустыми.

– Здорово, Марк, ты с иглами управляешься! – устало прохрипел он, складывая всё в одну общую кучу. – Научишь?

– С такого расстояния и ребенок попадет, – Марк указал на наручни Лютого. – Научу. Тем более есть на чём учить.

Солрс повнимательнее присмотрелся к голым телам главаря и телохранителя, затем к предметам, аккуратно разложенным на тряпицах, и одобрительно кивнул.

– Знатный улов, но этих троих тоже внимательно надо прошерстить. Сейчас я тебе помогу.

Сложив мешки в кучу, он подсел к телу Криса и запустил руки в его шевелюру. Потом по очереди открыл глаза и ловко подцепил кончиком ножа единственную линзу. Затем быстро раздел догола, прощупал каждый шовчик и вывалил кучу всевозможных предметов на подстилку. Там и метательные ножи, и орденский пояс с множеством склянок, и кастет с отравленными шипами, и много чего интересного.

Пока Солрс обыскивал Криса, Марк закончил со следующим и начал проверять последнего.

Закончили с Солрсом почти одновременно. Перед новыми друзьями выросла серьезная кучка артефактов Древних и современных качественных вещей местных мастеров.

– Я предлагаю, на сегодня с люком не торопиться! Тем более день близится к закату, а мне еще надо найти в рюкзаке Криса для моего Ломаки «кругляши силы». Без них мы не сможем вскрыть ни этот люк, ни последующие двери. Давай распределим эти вещи между собой, а завтра с утра уже приступим к вскрытию тайника?

Марк понимал, что для Солрса этот момент архиважный, поэтому легко согласился.

Перед дележкой он протянул здоровяку наручни Лютого.

– На вот, это возьми сразу. Даже если по жребию они достанутся мне, я всё равно их подарю тебе. Бери.

Солрс взял наручни и благодарно кивнул.

– Спасибо! Давно мечтал о таких.

Дележкой занимались до самой темноты и закончили уже при свете костра.

Марк заметил, что Солрс выбирает себе предметы больше боевой направленности: трём эбиритовым кольчугам радовался как ребёнок и, с легкостью уступая Марку артефакты позаковыристей. Одну даже примерил на себя и она пришлась ему впору.

В итоге Марку досталось богатство, о котором он даже и мечтать не мог. Куча артефактов, некоторые из которых его просто ставили в тупик. Он видел их впервые и о практическом применении даже догадаться не мог. Предстояло долго и кропотливо разбираться, штудируя семейные справочники. Но тут ему на помощь неожиданно пришел Солрс.

Подсев к нему, он начал указывать на артефакты и рассказывать об их предназначении.

– Вот этим артефактом, – здоровяк показал пальцем на чуть выгнутую пластину с выемкой в центре, – Лютый дорожил больше всего на свете. Этот артефакт создавал на какое-то время эффект невидимости. Правда, если пользоваться им больше трех-пяти минут за раз, то эта железяка за один день полностью сжирает средний «кругляш силы». Пластина крепится на грудь, на одежду или под одежду – не имеет значения. Проворачиваешь кругляш в эту сторону, и окружающие перестают тебя видеть на какое-то время, максимум минуты на две. Но если ты начинаешь двигаться, то колебания воздуха становятся заметным, и это выдает тебя. Если к тебе в плотную встанет человек пять, то артефакт скроет и их, правда кругляш надо будет выкрутить на максимум.

А вот этот артефакт, он называется «Крушитель». Видишь, как искусно эта пластина вмонтирована в перчатку? Одеваешь перчатку на руку, сжимаешь кулак, следишь за тем, чтобы кончик среднего пальца был плотно прижат к кругляшу силы по центру. Удар рукой в такой перчатке может пробить не очень толстую каменную стену, и руке от этого ничего не будет.

А вот через вот этот прибор телохранитель Лютого – Бронкс, часто смотрел на звездное небо и после этого никогда не сбивался с пути ночью, а вот если эту штуковину настроить на твои очки Древних, то она обеспечит тебе обзор сверху на многие километры вокруг. Жаль, она сейчас не работает. Луис уронил ее и затем нечаянно наступил, за что сразу же лишился головы, но Лютый не терял надежды отремонтировать и поэтому постоянно таскал с собой.. А вот это – это тоже интересная вещица, смотри…

Солрс перечислял и перечислял артефакты, а Марк всё крепко запоминал, стараясь ничего не пропустить.

Он выбрал себе крепкий рюкзак из кожи монга и сразу же заполнил его почти наполовину, изрядно опустошив свою сумку. Та уже не справлялась, поэтому добротный, средних размеров вещмешок пришелся как нельзя кстати.

Как ни странно, но помимо каких-то непонятных железок разной формы, основное место в рюкзаках банды Лютого занимал провиант. Не пищевые таблетки и не мясные и сырные шарики, как у представителей ордена, а обычное сушеное мясо и чёрствые лепешки, немного какой-то пахучей травы и специй. Да… не баловал Лютый своих людей изысками. Исключение составлял рюкзак Криса. Тот был набит орденскими масками, поясами и качественным провиантом.

Еще на что Марк обратил внимание, порывшись в рюкзаках бандитов, так это на множество так называемых «кругляшей силы». Многие из них были совсем новыми и ни разу не тронутыми. Солрс отобрал себе необходимое количество для своего оборудования, а остальное они поделили между собой пополам.

У Марка и до этого было пара средних и один малый кругляш, и пользовался он ими уже много лет. Они напитывали необходимой энергией артефакты Древних, возвращая их к жизни, открывали многие двери. А тут ему достались совсем новые, и их было около трех десятков – поразительно. Не иначе Лютому посчастливилось наткнуться на склад таких вот кругляшей, потому что встречались они крайне редко и стоили просто неприличных денег.

Насчет странного оборудования, обнаруженного в рюкзаках банды Лютого, Солрс пояснил, что если соединить все детали воедино, то получатся своеобразные носилки, которые все в банде Лютого почему-то называли – носилки Рогна. Когда в них вставляют «кругляши силы» они зависают в воздухе и не касаются поверхности. А грузить в них можно сколько угодно, и толкай в одиночку хоть в гору, хоть с горы, совсем не прилагая для этого усилий.

Солрс с серьезным видом посмотрел на Марка и произнес, ковыряя длинной палкой в углях:

– Лютый когда-то их-за этих чудо-носилок устроил целую войну с бандой Герша, истребив их полностью. И я скажу так – это того стоило. Двадцатью подонками на свете стало меньше, зато Лютый приобрел ценный артефакт, который теперь послужит нам с тобой.

Потом он посмотрел на лежащую в отдельной куче груду конструкций и беззаботно махнул рукой.

– Я знаю, как собрать. Об этом даже не переживай.

При дележе палатка досталась Солрсу, чему тот был несказанно рад.

– Не люблю ночевать под открытым небом, – радостно проговорил он, потирая руки. – То дождь, то песок, то ветер с тем же песком.

Потом они долго молча сидели у костра, каждый думая о чём-то своем.

Тишину прервал Солрс.

– Это не вся банда Лютого, – тихо проговорил он. – Осталось еще человек двадцать по разным городкам, и нам надо либо убираться из этих краев куда подальше, либо идти и разбираться со всеми ими.

Он подбросил в затухающий костер дров и продолжил:

– Главным теперь у них, наверное, будет Верда. Головорез еще тот. Но Лютый серьезно давил на него своим авторитетом. Теперь давить некому.

– Я предлагаю сначала вскрыть тайник, а там посмотрим, – чуть помедлив, ответил Марк. – В принципе, понимая грозящую нам обоим опасность, я не против нашего союза, и проблему надо будет всё равно решать. А будет он, этот союз, временным или постоянным, решим уже позже.

Солрс кивнул и поправил начинающие разгораться дрова.

– Решено! Завтра в тайник, а там посмотрим.