Браконьер маминых снов

Глава 1

Глава 1

Не все дети боятся темноты

Спрятавшись под большое мягкое одеяло, Гоша сидел неподвижно, еле дыша, и вслушивался в темноту. От спальни мамы его отделяла всего одна стена. На ней висел бабушкин шерстяной ковёр, прикреплённый под самым потолком на множество крепких гвоздиков. Гоша выглянул из-под одеяла, и, положив голову на прохладную подушку, повернулся лицом к стене. Маленький, ещё по-детски пухлый пальчик потянулся к мягким ворсинках и принялся обводить старомодные узоры. Это успокаивало встревоженного малыша. Крошу было пять лет и этим летом в его жизни случилась большая перемена. Ему выделили комнату. Свою комнату. Это событие вызывало у мальчишки улыбку на лице, гордость, чувство, что теперь он взрослый, чувство, что мама ему доверяет.

Была, правда, во всей этой истории проблема. По ночам Гошу мучали страхи. В окна его комнаты бились ветви высокой рябины, росшей под домом. Тяжело качаясь от ночного ветерка, она создавала размытые тени на высоком потолке. Часто, переворачиваясь с одного бока на второй, хлопчик мимолетом замечал движение этих сумрачных линий. В тёмных рисунках ему виднелись длинные руки. Иногда казалось, будто одна часть движется отдельно от других и она наблюдает за ним так же, как он наблюдает за ней. Час, а порой и два он не мог отделаться от навязчивой мысли. Но Гоша, в отличии от многих других своих сверстников, никогда не сдавался сразу. Если честно, ему даже нравились эти ночные приключения, потому что всегда он находил в себе силы побороть тревогу. Этот момент был самым восхитительным. Когда его мысли успокаивались, он ложился на спину и долго рассматривал потолок. Открытыми, большими, внимательными глазами он смотрел своему страху прямо в лицо и через минуту, другую различал очертания веток, понимал, что двигаются они от ветра, колыхаясь вправо и влево, как неваляшки. Он наблюдал за неясными контурами, и, убаюканный их скольжением, спокойно засыпал.

В эту ночь, расправившись с призрачными силуэтами, Гоша вскочил с кровати и стал пробираться к окошку. Тихонько, шаг за шагом, делая паузы и ставая на самые цыпочки, Гоша приближался к желанной цели. Деревянный паркет предательски скрипел, отсылая эхо по всей квартире. Старое двойное окно, окрашенное белой краской, стояло тут, казалось, целую вечность, и рама, которую так и не меняли, слегка осунулась. Аккуратно подняв щеколду и вытянув её с паза, окно следовало слегка поднять, и подать на себя. Для этого малыш стал на стул. Открыв окошко малыш почувствовал, как сквозь тоненькую щёлку задувает прохладный ветер. Сладковатый аромат спелых ягод и затоптанной за день травы, словно музыка, звучал в воздухе. Открывая окно шире, он привычно положил локти на козырек, а личико на обратную сторону ладоней. Крепкие ножки устойчиво стояли на стуле, живот лежал на подоконнике, а голова и руки еле помещались в оконном проеме, таким узким он был. Здесь, на своём смотровом пункте, крош мог провести пол ночи.

Напротив его дома стояла такая же типовая пятиэтажка. Между ними проходила узкая проездная дорога по одну сторону и детская площадка, разбитая садами и мелкими клумбами, по вторую. Как раз на эту сторону и выходили окна малютки. Он больше часа вдыхал сладкие запахи опавшей вишни, заглядывал в окна напротив, наблюдая за незнакомыми соседями. На улице было так темно, что трава под домом казалась черной. Качели, брошенные и одинокие, стояли неподвижно, дожидаясь следующего дня. Одинокий прохожий, тихо, словно кот, прошагал по дороге, а камешки под его ногами захрустели, соприкасаясь с остывшим асфальтом. Машина, с громкой музыкой в салоне нарушила трепетный покой, и только ветер постоянно дул, то в одном, то в другом направлении.

Спустя некоторое время, когда наблюдение наскучило, мальчик вернулся в свою постель. Замёрзший, с холодными ушами и носом, он с разбегу зарылся под одеяло, закрутился в него, словно в кокон. То укрываясь, то раскрываясь, он нырял в мир сновидений, в мир сказочных грёз, в мир, где он побеждает свои страхи, в мир, где дети больше не боятся темноты.

«Наш дом лучше соседнего – думал он, - и качели наши лучше тех, что в следующем дворе». Малыш спокойно дышал, а его глаза постепенно закрывались. Мальчишка побеждал свой страх, и делал с такой смелостью, что далеко не каждый взрослый мог бы повторить его подвиг. А у взрослых, как известно, страхов намного, намного больше...

Глава 2

Глава 2

Мама

Гоша жил с мамой. Окна дома выходили на две стороны, и если начинался ливень, что в их городе было достаточно часто, мама спешила открыть все окна и двери балконов. Во время этой процедуры она неизменно повторяла: «Чтобы свежий воздух в дом зашёл». И улыбалась. Когда маленький крош слышал эту фразу, он представлял великана по имени Воздух. Добродушный гигант летал по городу и дул изо всех сил вдоль тротуаров и улочек. Мамина фраза была неким приглашением. Пышный велетень протискивал сначала свою полупрозрачную, с голубоватым оттенком ногу, затем туловище, потом руки, и самой последней голову. Наверное, и мама его видела, так как останавливалась возле окна и жадно вдыхала его величество Воздух.

Мама у Гоши была самой красивой на свете. Это сказал бы любой. Даже бабушки, сидевшие у входа в подъезд, всегда смотрели на нее добрыми глазами и одобрительно говорили «какая красавица». Правда, затем, одна из них добавляла «как не повезло». Что она имела в виду, мальчик не понимал. Однажды он спросил мать, но та махнула головой. «Может я какой-то не такой, и маме со мной не повезло?» - тревожился кроха. Смотря в зеркало, Гоша внимательно щупал себя, проверяя тело на пригодность, но никаких отличий от других детей он не находил. «Вот две руки, вот две ноги, голова, глаза, рот». Наверное, матери было сложно рассказать, что неугомонные сплетницы имеют в виду отца Гоши, который бросил их, когда карапузу не исполнилось еще и года. По-видимому, она думала, что сын ещё совсем маленький, и не хотела его беспокоить. Хотела оградить от трудностей и огорчений, коих в жизни ещё будет предостаточно.

Гоша ходил в садик. Детвора там была разная, но девочки… Эти девочки, словно ураган, носились взад и вперёд, отбирали у мальчишек игрушки, громко плакали, обижались, придумывали игры и устанавливали свои правила. С девчонками в группе им не повезло. Например Лене было всего пять лет, но она была почти вдвое выше Гоши, сильнее, быстрее и вообще, могла пришибить кого угодно. В садике у мальчика был друг, Степа. С ним то наш главный герой и проводил почти все время. Они собирали листья в кучу, бегали вокруг старого, пустого бассейна, прятались в домиках и стреляли из веточек невидимыми пулями. Затем пацанята с аппетитом кушали, прося на добавку хлеб с маслом, и в обеденный час почти не спали. Дожидаясь, пока воспитательницам выйдет из комнаты, они поворачивались друг к другу лицами, так как кроватки стояли рядом, и играли в «страну немых» показывая на пальцах выдуманный язык, общаясь на мигах и приправлялся все это обильной порцией смеха. Иногда, правда, они засыпали, и тогда спали так долго, что проснувшись, не понимали где они. Потом сонный Гоша шёл в игровой зал, дожидаться любимую маму.

Мама работала на швейной фабрике. Утром она заводила его в сад, а сама бежала на работу. По выходным к ней часто приходили женщины, иногда с девочками, и закрывались в её комнате. Гоша знал, что мама - самая лучшая швея в городе, поэтому у неё так много клиенток. С помощью сшитых платьев, юбок и брюк ей удавалось изменить фигуру гостей до неузнаваемости. Практически вся квартира, кроме комнаты Гоши, была усеяна мелкими лоскутами разноцветной ткани. Нитки выбивались из этих кусков, создавая бахрому, собираясь на коврах и в углах комнат. Гоша с упоением смотрел, как мать шьёт. Он садился тут же, на пол, собирал все ненужные отрезы шерсти, шелка, ситца, а иногда просил у мамы полоску той, что ему особенно понравилось, и сооружал из них разные фигуры. Делал мягкую книгу, собирал на полу картины, мастерил одеяло солдатам, повязывал себе на лоб и запястья жгуты цвета хаки - ой, да чего только не придумывал маленький фантазёр. Женщины всегда уходили счастливые. Малыш внимательно разглядывал их лица, их большие сумки, красивые туфли. У мамы таких не было, и пахла она не так вкусно. На её лице было не так много краски, но мама была самой лучшей, самой красивой, самой доброй на свете мамой.

Бывало, что она становилась грустной. Смотрела потухшими глазами в одну точку, а потом, посидев так минуту, вторую, медленно, всё с той же маской уныния, возвращалась к домашним заботам. Иногда она, словно выныривая из пенного водоворота горестей, виновато оглядывалась, ища взглядом Гошу, и напускала на себя другую маску - маску веселья. Принималась кружить его, пританцовывать, и петь народные песни. Пока мать молчала, Гоша не нарушал её покой. Малыш думал, что у неё есть свои печали, свои секреты, и ему, видимо, надо заслужить её доверие. Когда он станет взрослым, она точно ему расскажет. Когда он станет взрослым, он докажет, что ему можно верить, он решит все её проблемы и подарит целое море.

«Надо только подождать, мамочка. Немножко подождать».

Глава 3

Глава 3

У деда

Случалось, что мама оставляла Гошу у дедушки. Его дом стоял на одном из высоких каменистых склонов, окаймляющих реку по две стороны. Большой, с верандой и тремя комнатами, он находился прямо у Днепра. Когда наступал паводок, и уровень воды выходил из берегов, дом все равно был в безопасности, так как высота скалы достигала больше десяти метров. Хата была лишь маленькой частью дедовских владений: гараж, сарай, погреб, курятник, сад и огород - среди этих построек Гоша чувствовал себя уверенно, как Индиана Джонс среди египетских гробниц. Он исследовал каждый куст смородины, провёл не один час на широкой ветви абрикоса, поедая фрукты один за другим. Он с азартом взбирался на высокую черешню, где, попутно отбиваясь от голодных воробьев, умело обрывал чёрные от южного горячего солнца ягоды. Гоша знал каждый куст, каждый цветок. Он вдыхал ароматы растений, еле слышно разговаривал с ними. Кроха был абсолютно уверен, что ромашка его понимает, что мелисса умеет чувствовать, что петрушке тоже бывает одиноко. Ступая по горячей земле огорода, он внимательно разглядывал почву под ногами, трогал колючие огурчики, вдыхал духмяно-сладковатый аромат помидоров. Начинающий садовник знал все тонкости посадки и уборки урожая. Он ведал, как обойти грядку, понимал, что нельзя топтаться и есть зеленую малину, которая пряталась в колючих кустах. Знал, но всё равно ел, и нисколечко об этом не сожалел.

Под одной из яблонь, вокруг которых росли кусты с поречками, жил ёжик. Сидя под фруктовыми деревьями, выглядывая колючего друга, ребёнок часто вспоминал историю, которая приключилась с ним прошлым летом. Однажды, оставшись у деда на ночь, Гоша так сильно тосковал за мамой, что начал плакать. Тогда дедушка принёс внуку ёжика, чтобы развеселить рёву. Возможно, на мгновение это и отвлекло горюющего карапуза, а затем добрые глаза заботливого прародителя увидели новую волну неистового плача. Гоша помнил, как оставив всякие надежды, дед взял внука под руку и повёл к маме. На дворе стояла глубокая ночь, ни один фонарь не освещал их путь. Гоша помнил, как ему было стыдно перед дедушкой, помнил, как удивилась уставшая мама, не ожидавшая увидеть заплаканного сына. Пока они шли, мальчик думал, что сейчас она обрадуется и закружит его, ведь она, так же как и он, а может и больше, скучает. Пусть они расстались всего на день. Только мама не обрадовалась, она устало раздела сынишку и уложила спать. Горечь обиды тогда впервые обожгла сердце мальчика. Впервые он познал чувство вины, впервые понял, что детство это не только игры да смех, понял, что в мире есть печали.

Эта печаль, как и другие, постепенно проходила, оставляя место для иных уроков жизни. Боль сменялась открытиями. Одним из таких открытий стал прохладный, обветшалый сарай. По одну сторону, за деревянной перегородкой грудой лежала тонна, а может и более, угля. Он занимал половину помещения и требовался в доме для распалки печи. Зимой, когда снег лежал за окном, а виноградины, оставшиеся на гроздьях, покрывались тонкой ледяной оболочкой, дед запаливал печь, и в доме было так жарко, что малютка раздевался до одних шортиков. Он прыгал через узкую тканую дорожку, покрывавшую деревянный, окрашенный бурой краской пол. Гоше было так тепло и хорошо, что даже не верилось, что на дворе лютует красавица зима. В такую пору года мальчик не заходил в сарай, там было холодно и разбирать груды всякой всячины не получалось, так как пальчики замерзали, а из носа начинало капать. Но летом босоногий малец опытным путём изучал каждый уголок старого сарая.

Были там и связанные подписки старых журналов, газеты и стеклянные бутыли с тонкой горловиной. На видном месте стояли лопаты, грабли и сапки. В углу башенкой пылились ржавые вёдра, а рядом лежали мешки. На деревянных, собственноручно сколоченных дедом полках лежали молотки, пилы, самодельные ящики. На полу, вдоль стен и под полками давным-давно оставили на хранение сумки, битком набитые старыми вещами, которые дедушка почему-то хранил и не разрешал выбрасывать.

Однажды, копаясь в сарайных богатствах, Гоша так заигрался, что не заметил, как облокотился на одну из ветхих досок. Та треснула, и всевозможные предметы, один за другим, попадали на пол. «Хорошо, что не голову», - подумал малыш ощупывая свой затылок и переводя дыхание. Опомнившись, ребёнок постарался навести порядок. Наконец, кое-как как дотянув самый большой ящик к стене, он, не в силах поднять его высоко, попытался затолкать ношу под нижнюю полку, в угол. Вскоре крош обнаружил, что ящик, не смотря на все его усилия, не двигался. Он упирался во что-то твёрдое.

«Что это там за коробка?» - с интересом подумал малый. Он приземлился на колени и подполз под самое основание стеллажа. В углу лежала деревянная, припавшая пылью коробка. Малыш не успел как следует обтрусить колени и ручки, он позабыл о беспорядке, который устроил. Всё его внимание было приковано к находке – старинной шкатулке. С трепетом открыв пальчиками защелку, он поднял крышку и увидел что-то вроде ларца с сокровищами. «Откуда тут может быть такое богатство?» - недоумевал Гоша. Мальчик присел на пол и стал с интересом рассматривать каждый предмет.

Наручные золотые часики, старая фотокарточка с изображением женщины, кольца, браслеты, золотые цепочки, маленькая чайная ложечка, брошка и длинный лоскут полупрозрачной черной ткани, моток белых тонких кружев и даже красная помада. Гоша открыл и понюхал её. Из всех предметов найденных в шкатулке один особенно привлек его внимание. Жемчужные бусы. Маленькие камушки слегка отличались друг от друга по форме. Тонкая ниточка удерживала тяжёлый груз. Мальчик сунул ожерелье в карман, а с остальным скарбом побежал к деду, держа находку впереди себя.

- Дедушка! Смотри что я нашёл, - радостно прокричал малыш бодро прыгая через высокий порожек, отделяющий веранду от кухни.

Дед, стоя босиком у кухонного стола, бережно замешивал тесто.

- Не кричи! - буркнул он на внука. - Тесто любит тишину, - поучительным тоном продолжил он, и, не отрывая глаз от хлеба, продолжил работать.

- Ой, - осекся хлопчик, и подбежал ближе. Он очень любил, когда дедушка выпекает хлеб. Запах, разносящийся по всему дому был таким приятным, что даже среди ночи Гоша мог прибежать в чулан и оторвать кусочек от буханки, лежавшей в миске под вышитым рушником.

- А пирожки будут? - шепотом спросил он. Мысль о сладких пирогах с яблоками, поджаренных на сковороде, сок с которых капал на пол, стекал по ладошкам и запекался от горячей по краям сковороды, заставил кроша забыть о своей находке.

- Будут. Если ты сбегаешь в сад и принесешь пять спелых яблок. Но не переспелых, помнишь, как я учил?

- Да, - ответил Гоша уже в движении. Он мигом крутанулся и рывком направился к двери, все так же держа перед собой деревянную шкатулку.

- Гоша! - с улыбкой крикнул дед внука, - Обожди! А как же твоя находка?

Мальчик остановился. Ему понадобилась несколько секунд чтобы сообразить о чём говорит дед. Он взглянул на свои руки и улыбка расплылась на его раскрасневшемся лице.

- Дедушка, смотри, что я нашёл в сарае.

Старый прищурился. Густые брови слегка приподнялись, точно домиком, а загадочная улыбка осветила уставшее лицо.

- Где говоришь нашел?

- В сарае. В углу под полкой, возле кукурузы.

- Кукурузы, говоришь, - словно в тумане проговорил он. - Это твоей бабушки, Гоша.

Он вытер руки о белую тряпку и бережно взял шкатулку. Длинными, слегка опухшими, натруженные пальцами притянули вещицу к себе. Медленно сев на стул, он положил ее перед собой на колени, и стал внимательно рассматривать содержимое. Гоша, нетерпеливо скакал то с одной, то с другой стороны. Ему очень хотелось чтобы его похвалили, а ещё, чтобы дед рассказал какую-то историю. Мальчик заметил, как уголки старых глаз опустились. Всё лицо словно потянулось вниз, к полу.

- Это твоей бабушки, - повторил он еще раз. - Она была настоящей красавицей.

- Дедушка, я взял жемчужное ожерелье. Я подарю его маме, можно? - с этими словами малыш достал из глубокого кармана драгоценные бусы.

- Эти были её любимые, – и после паузы. - Хорошая идея. Подари.

Держа кружева в руках, дед тихонько повторил:

- Бабушка была настоящей красавицей. Спасибо, что нашел шкатулку, Гоша. - А затем с прежней строгостью и бодростью добавил. – Ну, иди! Понял? Спелые, но не переспелые!

- Да, понял! – довольно прыгая ответил мальчик и выбежал на улицу.

Глава 4

Глава 4

Бессонница

- Георгий, давай быстрее!

В то холодное утро мама была «без настроения». Гоша ещё не понимал, что значит эта фраза, но знал, что если настроение ушло, то и конфеты, и улыбки, и мультиков тоже можно не ждать. Мальчик очень не любить вставать в сад. Под одеялом всегда было тепло и мягко, но стоило вылезти из-под него, как холодок пробегал по всему телу. Не любил завтракать, так как есть не хотелось, а мурашки, пробегающие по коже, все еще морозили. Не любил умываться, потому что холодные капли воды стекали по шее, а жесткое полотенце больно терло кожу. Не любил кусачее мыло – ну кто только придумал утро? В это время мама часто была молчаливой. Она впопыхах собиралась на работу, стояла подолгу у зеркала, гладила одежду, одевала Гошу. Поэтому мальчик привык к её утреннему молчанию. Сегодня она назвала его полным именем, и от этого на сердце всегда становилось тяжело. Завязывая шнурки, он посмотрел на нее исподлобья. Она открыла входную дверь и ждала его с той стороны.

Всю дорогу до сада они шли молча. «Что же такое с мамой?» - недоумевал малыш. «Шнурки я сам завязал, кашу съел, чай выпил, кровать застелил. Может забыл убрать вещи, может я какой-то не такой?» - такие невеселые мысли гуляли в голове кроша, пока за углом не показался сад. Мама, целуя его в прохладную щечку, сказала:

- Хорошего дня, Гошенька. Я тебя люблю, - добрые глаза и нежные ладоши

вернули мальчику чувство безопасности.

«Хух», - выдохнул он, и вприпрыжку побежал в группу. В саду было весело. Стёпа принёс большую красную машину и целый день они играли в стройку, затем в гонки, потом в город. На улице прятались за верандой, раскапывали кости динозавров, прыгали с пенька и прятались в кустах волчих ягод. Вечером мама пришла раньше обычного. Гоша, не ожидая такого подарка, аж подпрыгнул от радости. Его забрали первым, значат его больше всех любят. Но подбегая он еще издалека заметил хмурое лицо и поджатые губы. Они всегда становились тонкими, когда мама злилась. Гоша почувствовал, как камень, тяжелый серый булыжник, опять лёг на его маленькую грудь. Плечи сами собой опустились вниз, глаза смотрели только под ноги, всю радость будто выкачали.

- Что вам сегодня давали есть? - поинтересовалась она по дороге домой.

- Утром хлопья с молоком, хлеб с маслом и сладкий чай. Я добавки попросил.

- Угу.

Гоша принялся рассказывать меню. Он раз десять повторил, что все съел, да ещё и добавки попросил. Обычно такие новости всегда радовали маму, но не в этот раз. Страх постепенно закрадывался в его светлую голову. «Может она хочет меня отдать, может хочет бросить».

Вечером за ужином Гоша узнал причину маминой грусти:

- Гога, - так иногда называла она сына. - наша фабрика закрывается. Я осталась без работы. Придётся нам некоторое время, - она замолчала, и видно было, что ей тяжело говорить, - ну ты сам все понимаешь, правда? - мать виновато взглянула на сына и, опустив глаза, больше не проронила не слова.

Сказать по правда Гоша не совсем понимал, что это значит. Но видя маму в таком состоянии он боялся переспросить, что именно он должен понять, боялся, чтобы ещё больше не расстроить.

В ту ночь малыш крутился в кровати целый час. Мальчик думал как поднять маме настроение. В конце концов в голову пришла блестящая идея: жемчужные бусы! «Как же я раньше не догадался», - крош вскочил на крепкие ножки и в потёмках бросился к стулу, на спинке которого висел комбинезон. Достав из кармана на пуговке жемчужное ожерелье, он крепко сжал его в пухлом кулачке и твёрдо решил обрадовать любимую маму прямо сейчас.

«Ну и что, что на дворе ночь, подумаешь. Мама будет рада.» Он тихонько зашёл в её комнату и лёг рядом. Она спала. Он потянул кулачек, сжимавший подарок, к лицу и у уже было позвал её, но во время остановился. «Пусть спит», - согласился сам с собой полуночник. Ему стало спокойнее. «Подарю утром», - решил малыш и лёг на бочек.

В ту минуту, когда карапуз стал засыпать, что-то тяжёлое упало на его голову. В комнате раздался глухой крик мамы. Малыш хотел было заплакать и вскочил на колени, но оказалось, что упало на его голову не что иное как её рука, а маме снился страшный сон. Поэтому она и крикнула. Он тихонько подполз к самому ее лицу и увидел, как оно слегка подрагивает, как что-то ужасное мучало этот красивый профиль. Мальчик положил руку на шелковые волосы и нежно погладил.

- Всё хорошо, мама, это сон, - прошептал он на ушко и скрутился калачиком.

На этом ночные приключения не закончились. Все время до рассвета мама то вскрикивала, то дрожала. Бедный Гоша так переживал, что в конце концов не выдержал и разбудил ее.

- Все нормально, сыночек, все хорошо, - сквозь сон проговорила она, и, прижав его к себе, заснула.

Услышав мамин голос, держа в руках жемчужную ниточку, мальчик успокоился. «Бедная мама, - все думал он, - вот бы пробраться в ее сны, и прогнать этого злодея. Стал бы перед ним, достал свой меч и в один удар расколол бы его пополам!» Гоша стал представлять себя королем. Сидя на высоком троне, покрытый дорогими одеждами, расшитыми драгоценными камнями, Гоша издаёт указ. Послушный слуга записывает каждое слово:

«Каждый вор, посягнувший на сны её величества мамы, будет наказан и пожизненно заключён в башню страхов! Каждый, кто помещает её величеству маме путешествовать в королевстве снов, проведёт остаток жизни в тюрьме. Обжалованию не подлежит»,- с последними словами он ударил посохом по белой плитке дворца.

Малыш засыпал все глубже, подымался в своих мечтаниях все выше, дышал все спокойнее. Казалось, что Гоша уже заснул, как внезапное происшествие вернуло мальчика в реальность.

Глава 5

Глава 5

Сон первый

Вы верите в то, что люди умеют летать? «Сами по себе конечно нет», - ответил бы Гоша, - «Для этого нужен ковер-самолет, дракон или хотя бы метла». Не смотря на то, что Гоша был маленьким, он умел мыслить как взрослый, и знал, что человек, не птица, и летать он не умеет. Для этого ему необходимы магические предметы, заколдованные животные или, хотя бы, самолет.

Какого же было удивление мальчика, когда в ту самую ночь, когда маме снились кошмары, ему удалось полетать. А случилось это самым необыкновенным образом. Когда сон стал постепенно окутывать малыша, он почувствовал, как его тело, будто зефир, или воздушный шарик, наполняется воздухом. Оно стало невесомым, легче перышка. Сначала руки оторвались от кровати и поднялись в воздух. В тот момент Гоша открыл глаза и испуганно на них посмотрел. Они парили в воздухе, как будто у лунатика или зомби. Усилием левой руки он потащил правую обратно, но как только отпустил, она тут же взлетела обратно. «Ма!» - испуганно позвал малыш, но она так крепко спала, что ничего не услышала. «Что за чудеса, может я превращаюсь в призрака?» - он не на шутку испугался. Гоша вспомнил, что призраки не видят своего отражения, и тут же попробовал встать с кровати, чтобы посмотреть на себя в зеркало. Как только он опустил одну ногу на пол, вторая тут же подлетела в воздух, кубарем опрокинув его обратно на постель. Голова приземлилась как раз на мягкую подушку, но не успел Гоша опомниться, как спина, а за ней и всё тело уже парило над кроватью.

«Мама! Мама! Мамочка!», - во весь голос звал малыш, но потолок, а с ним стены, дом, и в самую последнюю очередь кровать исчезали, и уже никто не мог услышать его крики. Он поднимался в голубую бесконечность облаков. Гоша парил в синем просторе, ясном и прекрасном, и эта перемена вызвала такой восторг, что страх сразу сменился радостью. Скорость полета постепенно увеличивалась. Вспомнив все игры про летчиков и разведчиков, Гоша принялся маневрировать среди белых облаков, а когда случайно влетел в пушистое облако, то засмеялся во весь голос, так забавно было чувствовать на себе небесные подушки. Он попробовал изменить положение тела, и теперь прыгал с одной тучки на другую, кувыркаясь в воздухе.

«Вот чудеса!» - подумал Гоша. Он долетел до самых высоких облаков, туда, где небо начинало менять цвет в черно-синий, где становилось холодно и страшно. Земля, спрятанная под белым туманным одеялом, кое-где показывала свои владения, хвасталась зелёными лугами и прибегающими тонкой струйкой речушками. Мальчик смотрел то вправо, то влево, опытным глазом летчика-разведчика оценивая обстановку. Сложно сказать, сколько продолжалось это путешествие, только мальчик уже начал замерзать в пятки да пальчики на ножках, а однообразный вид тучек и голубизны бескрайнего неба успел надоесть.

«Что там на земле?» - стоило малышу задаться этим вопросом, как неведомая сила потянула его вниз. Сильный ветер раздувал Гоше волосы, и, попадая в открытый от удивления рот, надувал щеки. От такой скорости глаза пощипывало и Гоша их защурил. В ушах звенело, в животе крутило, и вскоре игра перестала радовать мальчугана.

«У меня же нет парашюта!» - заволновался путешественник. Гоша словно пуля пролетел то расстояние, на которое успел подняться. Ему казалось, что еще немножко, и он всполохнёт как ракета. К счастью, путешествие с неба на землю закончилось так же неожиданно, как и началось. «Хлоп!» - и всё остановилось.

Мальчик почувствовал, как ножки приземлились в что-то горячее и сыпучее. Всё разом прекратилось, и ветер, и чувство невесомости. Малыш снова обрел своё тело. От испуга он всё ещё стоял зажмуренный, и только спустя несколько секунд открыл один глаз, а затем второй. Яркий свет ослеплял. Он так больно бил, что первое время мальчик ничего не видел. Когда Гоша различил место, куда он попал, то чуть не упал от удивления. На малыша смотрела пустыня. Бескрайняя и одинокая, она поражала своей могучей силой. Оранжевые пески, словно лава, покрывали всю землю. Не было ни конца ни края этим песчаными дюнами и только большой горячий диск – солнце, светило над безмолвным царством.

«Где это я?» - мальчик оглядывался по сторонам, но ничего нового так и не смог увидеть. «Нечего мне здесь делать», - подумал малыш, и легонько потянул за браслет. Путешественнику казалось, что одно желание вернет его обратно, но вместо этого на горизонте показалась странная вереница животных и людей. То был большой караван, настоящий, как в сказках. Одногорбые верблюды медленно брели за своими поводырями, лица которых скрывали белые маски. Длинные одеяния покрывали каждый сантиметр их тел. Мальчик насчитал восемь верблюдов и все они, кроме одного, были нагружены тяжёлой поклажей.

Гоша решил, во что бы то ни стало, познакомится с погонщиками. «Может они возьмут меня покатать на верблюде. Наверное, в одном из тех больших мешков есть сладкие финики и восточные сладости. Вот бы попробовать один кусочек рахат-лукума», - последняя мысль окончательно вернула Гоше уверенность и он смело оправился к каравану.

Ступив всего несколько шагов, он, как по волшебству, оказался настолько близко, что увидел сидящих на последнем верблюде людей. Оказалось, их было двое. Но это были не просто люди. Это была его мама, а на руках у нее сидела маленький Гоша.

«Быть такого не может!» - удивился кроха. Он взглянул на свои руки, потрогал животик, волосы – да, он был сам собой, кто же тот мальчик, что сидит у мамы на коленях? Он позвал женщину, но та не реагировала. «Наверное, я сплю, подумал Гоша, наверное, это сон. Вот браслет, который соединяет меня с мамой. Мама спит, я видел это своими глазами, а это какая-то игра, какое-то волшебство. Тем более эта женщина только лицом похожа на мою мама, но моя мама совсем другая». Внешний вид и поведение женщины натолкнули мальчика на такие мысли, ведь она действительно очень отличалась от той мамы, которая водила Гошу каждый день в садик и готовила самые вкусные в мире котлетки. Принцесса была одета в дорогущий костюм, а руки и ноги покрывали золотые браслеты. Сидение украшали драгоценные камни. Мальчика, лицом точно Гоша, разодели как принца. Он играл с алмазом, размером с куриное яйцо, и ел рахат-лукум. Рядом с верблюдом шел слуга и махал опахалом на мать с сыном. Вся процессия мирно двигалась, не обращая ни малейшего внимания на Гошу. А женщина с мальчиком на коленях все время хохотали, беззаботно мотыля ногами. Казалось, их не тревожили ни жара, ни далекий путь.

Внезапно, один из погонщиков что-то крикнул, и махнул смуглой рукой в сторону горизонта. Второй оглянутся, и тоже и прокричал что-то на неизвестном Гоше языке. Мальчик посмотрел в ту сторону и увидел красное сияние. Оно, словно нарисованное акварелью, темнело, меняло краски от оранжевого до черного. Слуги суетились и гнали верблюдов. Некоторые падали на колени и возводили руки к небесам. Женщина с ребёнком обернулась и вскрикнула. Буря неслась на них с такой силой, что никакой, даже самый опытный проводник не смог бы спасти верблюдов и скарб, который они несли.

«Не спасутся и люди», - подумал малыш, и бросился к женщине с малышом. Но они, как в сказке, отдалялись от него, и как бы быстро он не бежал, он находился на одном расстоянии от каравана. Буря же с невероятной скоростью приближалась к путникам.

«Что же делать?» - волновался Гоша и стал глядеть по сторонам, в поисках хотя бы какого укрытия. Он судорожно дергал бусы, но ничего не происходило. Внезапно, у подножия одной из гор, окружающих караван, Гоша увидел какое-то видение. Он попытался подойти ближе, но оставался на месте. Он перешел на бег, старался ускориться и приблизится к цели – всё было зря.

В это время буря увеличивалась, ветер срывал целые ухабы с верхушек коричнево-желтых дюн. Караван постепенно пропадал за плотной стеной песчаной метели. Видение же приобретало форму, оно двигалось вдоль подножия одной из дюн и через пару минут мальчик смог разглядеть его обличие.

Странное создание, подергиваясь, прыгая с место на место, приближалось к каравану. Маленькое, черное, Гоше показалось, что волосатое, как собака. У него были странные ноги, согнутые в коленях, длинные, похожие на человеческие руки, лапы, с кривыми пальцами. Эти самые руки существо держало у своего рта, и из-за всех сил дуло на караван. С пасти создания вырывался страшный, сильный ветер. Он и поднял песчаную бурю. Бедный мальчик что есть мочи попытался приблизится к существу, но все усилия были напрасные. Он бежал, но оставался на месте. Лицо малыша раскраснелось, от жары ему хотелось пить, ноги, утопая в горячем песке, пекли, но ему не удалось сдвинутся даже на сантиметр. Его окружала невидимые силы, которые не давали сделать и шагу.

Тогда, не долго думая, Гоша обратился к злодею:

- Эй, ты что делаешь, а? Прекрати, слышишь? Перестань! Перестань! – как только Гоша произнес первое слово, существо сразу повернулось на окрик. Невозможно было разглядеть черты его лица. Он долго смотрел на незнакомца и не шевелился. Создание перестало дуть, а ветер и буря тот час прекратились. Пес посмотрел на караван, а Гоша наблюдал за его реакцией. Его зубатый рот искривился ужасной улыбке, а худое, бесформенное, сгорбленное тело дрожало от смеха.

Беспощадный ветер всё смел на своём пути. Золото и драгоценности, мешки с дорогими тканями и приправами, статуэтки из камней и слоновой кости – всё богатство исчезло без следа. Погонщиков и верблюдов тоже не было видно. На песке сидела мама и закрыв сына от солнца, притянула его в свои объятия. Она, словно успокаивая мальчика, слегка покачивалась. Бедняжка выглядела потерянной, напуганной, на её щеках блестели слезы отчаяния.

- Что же это такое? - вскричал мальчик, – Что ты натворил, верни все обратно, сейчас же! - обратился он к пришельцу, но того и след простыл.

Тогда Гоша стал со всей силы дергать за жемчужную ниточку и просить: «Пускай это поскорее закончится. Пусть этот сон, или видение поскорее пройдут, а если это правда, то пускай прилетит добрый волшебник и спасёт нас всех». Он теребил жемчужинки в маленьких ручках и наконец почувствовал, как ножки стали отрываться от горячего песка. Незаметно для самого себя он взлетел. Выше и выше – пока пустыня не пропала из виду, пока страшный сон не спрятался за плотным слоем пушистых облаков.

Глава 6

Глава 6

Сон второй

Когда Гоша, потерянный во времени и пространстве, летел над облаками, он мечтал только о том, чтобы поскорее увидеть маму.

«Мамочка наверное очень испугалась. Ух этот пёс! Попадись он мне еще раз! Я найду его и заставлю вернуть маме каждый потерянный сон».

Иногда малыш был очень смелым, и во всем, что касалось близких, а особенно мамы, проявлял мужество.

«Может он просто не понимает, что делает. Нужно объяснить, что так плохо, - размышлял Гоша. - Для начала нужно познакомится. Может у него нет друзей, может он совсем одинок, поэтому и пакостничает. Вовка со двора постоянно кидался камнями, но когда у него появилась собака, он сразу перестал драться».

Хотелось есть, хотелось лечь в свою постель и зарыться под одеяло, чтобы этот странный сон поскорее закончился. Летя сквозь серый туман Гоше становилось страшно. Непроглядная грозовая мгла не давала возможности посмотреть вниз. Плотный слой сизо-белых облаков мешал разглядеть что-либо. Продолговатых ватные островки уже перестали радовать малыша. Теперь он твёрдо решил во что бы то ни стало отыскать злодея, а там – будь что будет.

«Где бы я ни был, нужно всё время держать бусы и не потерять их», - попутно продумывал план Гоша. Его ручка теребила жемчужные бусинки, проворно перебирая одну за другой, и это успокаивало путешественника.

Тем временем тучи исчезли, отдавая почестное место белым барашкам. Постепенно мальчик стал различать землю. Зеленые поля, между которых росли тонкие полоски высоких тополей; дороги, легковые автомобили, тракторы, стоящие в поле – всё это напомнило мальчику знакомые места.

«Странно, но я как будто подлетаю к нашему городу. Вот дорога, вот мостик, вот горка», - внимательные глазки хорошо запомнили маршрут от родного города до соседнего районного центра, куда они с мамой ездили за тканями ив кондитерскую. Мороженое в этом кафе всегда подавали в железных вазочках, и сливочный вкус отлично дополняло самое вкусное в мире клубничное варенье. После визита в это царство вкуса они прогуливались по парку. Вдоль длинной аллейки с выкрашенными белой краской бордюрами, стояли большие деревянные лавочки. Сидения на них складывались из широких досок, а между ними можно было протиснуть ручку. Гоше хотелось рассказать каждому прохожему, каждому незнакомому, а уже тем более знакомому, что они с мамой были в кафе, ели мороженое, как взрослые сидели за столиком.

«Вот бы поесть сейчас этого мороженого», - облизывался сладкоежка.

Большие буквы, оповещающие название города замаячили у правой стороны дороги.

«Может я возвращаюсь домой?» - с надеждой подумал кроха.

«Только я ещё не поговорил с этим «не знаю кто и почему». Надо бы всё-таки узнать у него, зачем он пугает мою маму». Тем временем очертание города, его улочки и проспекты становились все отчётливее. Скорость полета уменьшилась, высота тоже. На горизонте Гоша сумел разглядеть детский сад, а за ним и фабрику, на которой работала мама. Когда-то он любил это место. Когда мама брала его с собой на работу, весь мир, казалось, кружится вокруг Гоши. Работницы, а их там было наверное миллион (такую цифру он себе придумал), всегда хвалили, угощали конфетами, улыбались, а некоторые даже гладили по голове и щипали за щечки, что, по правде говоря, не нравилось малышу. Швейная фабрика была для мальчика интересным приключением, с конфетной державой, реками смеха и лесами нежных женских рук.

Сейчас, серое кирпичное здание, обнесённое забором, с редкими деревцами на территории и красными табличками, вызывало у Гоши плохие мысли. Он злился на завод, на всех, кто там остался работать. Даже на доброго охранника дедушку Максима. Почему его маму уволили, а тех злых теть оставили, мальчику было невдомек.

Полетав еще какое-то время, летчик почувствовал, как тело потянуло вниз. Он приземлился на одной из улиц, недалеко от их дома. Все вокруг было очень странным. Люди одеты по-иному, с другими прическами. Магазин игрушек куда-то пропал, а деревьев было гораздо больше. Мимо проехала красная машина марки «Жигули». Казалось, что такие старые автомобили остались только в музеях.

Мальчик разбирался в автомобилях. Это была заслуга деда. Случалось, они подолгу гуляли вокруг дома, называя марку каждой проезжающей машины. Сейчас же, на асфальтированных дорогах было очень мало транспорта. Даже пахло по-другому, и Гоша никак не мог сообразить, что изменилось. Он точно был в своем городе, но этот город не похож на его родной.

«Что толку стоять на месте?» - размышлял он. Гоша запрыгнул на тротуар, и пошел по оной из главных улиц, в сторону центра. Вскоре он заметил, как высокая женщина в красном платье переходила дорогу. За руку она держала красивую девочку. Они прошли рядом, не обратив на него внимания. Только теперь Гоше удалось разглядеть их лица. Это были его любимая мама, только маленькая, и бабушка, фотографию которой он видел в дедушкином серванте.

«Неужели я попал в прошлое? Но этого не может быть!» –Гоша был потрясен. Он читал сказки, слушал на старом проигрывателе аудио-спектакли, смотрел кукольный театр и мультики, но такого он и представить не мог. «Расскажу Стёпе что со мной произошло. То-то он удивится, тоже наверное захочет», - с улыбкой подумал мальчик и решил проследить за женщиной и девочкой.

Оказавшись так близко от мамы, пусть и маленькой, мальчишке стало намного спокойнее. Немало веселило и то, что он шел по городу в одной пижаме, босиком ступая по асфальтированным дорожкам. Вскоре мать с дочерью повернули за угол, а их юный преследователь профессионально разыгрывал роль шпиона. Что он действительно любил, так это игру в шпионов, когда мама, занимаясь домашними делами, или разговаривая с подругами по телефону, совершенно не догадывалась, что маленький разведчик стоит у дверного косяка и не просто слышит каждое слово, а записывает всё происходящее на игрушечный диктофон, делает важные фотоснимки и отправляет всю информацию в разведывательный пункт. То же самое они проделывали с Витей в саду. Тогда их целью была Любовь Ивановна, воспитательница. Потому то преследование бабушки и мамы доставляло ему такое удовольствие. Он позабыл где находится, и снова вернулся в мир игр, где всегда безопасно, весело и интересно.

Увидев, как мама и бабушка поворачивают за угол, а затем идут знакомой дорожкой, Гоша сообразил куда они так торопились. Они шли на центральный рынок. Гоша обожал походы на «толкучку», так они называли это место. Одна мамина фраза «Идем на базар» приводила Гошу в дикий восторг. Конечно, ведь она всегда покупала что-то вкусное. Например, мандаринки. Мальчик, пыхтя от тяжести, тащил домой заветный прозрачный кулечек. С разбега приземлившись на диван, пока мама готовила обед, карапуз смотрел мультики и один за другим поедал оранжевое счастье.

Рынок, как всегда, был полон людей. Узкий проход через калитку еле пропускал бесконечные толпы. Два потока, как дивные реки, двигались медленно. С одной стороны длинная вереница тех, кто спешил купить продукты, а с противоположной тех, кто спешил домой, распаковать тяжёлые пакеты и попробовать всё то, что они с таким трудом и увлечённостью выбирали. Тут же на новеньких всегда кто-то норовил наехать. Грязный мужик толкал свою тяжелую телегу, такую большую, что та закрывала весь проход. Он кричал «Осторожно! Осторожно!», а бывало что и вовсе без предупреждения, за что получал неодобрительные взгляды окружающих. При входе, на самодельных ящиках сидели бабушки. Добрые лица, старые глаза, разноцветные теплые платки на головах, красные щеки. Они продавали домашнюю колбасу, свеклу, малосольные огурцы и помидоры, большую тыкву, петрушку и укроп, яблоки и варенье. Невысокого роста бабулька стояла над ароматными булочками, вторая сидела на скамеечке и обметала длинной веткой свои румяные пирожки.

Далее шли длинные ряды с консервными банками горошка и фасоли, пачками макарон, мешками с крупами, сахаром и манкой, гречкой и рисом. Продавцы быстро обслуживали клиентов, стоящих в очереди, и суетливо прятали деньги в сумки, висящие у них на поясе. Торговля шла полным ходом. Если кто-то ругался, то окружающие оборачивались к скандалисту и бесцеремонно подглядывали за происшествием. Гоша следовал за женщиной и девочкой. Попутно останавливаясь у нужных ларьков, мальчик с удивлением смотрел на свою бабушку. «До чего же она похожа на маму. Точно так же проверяет свежесть продуктов. Так же смотрит мясо. Улыбка та же. Даже цвет волос».

Наконец, спутницы дошли до средины рынка. В нем, как в любом центре, жизнь бурлила с двойной силой. Тут нельзя было хлопать ушами. Мама всегда очень крепко, а иногда до боли, сжимала руку Гоши: «Держись крепко», - поговаривала она, - «Держись говорю!» - иногда прикрикнув напоминала мама. Гоша очень боялся потеряться, но никогда этого не случалось, так как мама ни на секунду не отпускала его руку.

Краем глаза Гоша заметил ряд с кондитерскими изделиями. Он решил во что бы то ни стало хотя бы одним глазком взглянуть на большие коробки с печением, рулеты с повидлом, орешки со сгущенкой и шоколадными крекерами. «Одна халва с орехами чего стоит», - вспомнил малый.

В это время девочку тоже тянуло посмотреть на сладости, она просила маму, тянула ее за длинную, прохладную руку.

- Попозже, давай сначала по списку. Если останется место, зайдём за печеньем.

Гоша, будучи абсолютно свободным в этот раз, так как ничья рука его не удерживала, спокойно прохаживался вдоль сладких рек, и собачьими глазами смотрел на сладости. Народ торопился, продавцы проворно отваживали карамельки, с грохотов падающие на металлические весы. Продавщицы молниеносно реагировали на названия и точно знали где печенье «азбука», вафли «лимонные», слойки с вишней и рулет «королевский». «Так бы провёл тут целую вечность», - думал малыш.

Пройдя ряд до конца, Гоша все же решил вернутся и отыскать маму с бабушкой, но внезапно услышал детский плач. На рынках всегда стоит гул да крики. То покупательница недальновидно отчитывает кассиршу и просит перевесить товар, с угрозой тряся над головой прозрачный пакет с тюлькой. То две женщины, случайно столкнувшись в узком проходе, во всех голос объясняют друг другу свое недовольство. Но не смотря на шум и гам, Гоша слышал детский плач. Плакала девочка, и, кажется, Гоша узнал ее голос. Рёв доносился из соседнего ряда и мальчик сломя голову бросился на призыв. Ещё издалека он заметил, как столпился народ. Прорвавшись сквозь плотные юбки в цветочек и темно-зеленые брюки, пахнувшие рыбой, Гоша увидел свою маму. Малышка так сильно плакала, что ничего не видела вокруг. Рот искривился и издавал рыдание, маленькое тельце вздрагивало от прерывистого дыхания, а крошечные кулачки со всех сил тёрли глаза. Задыхаясь, девочка лепетала:

- Меня бросила мама! Мама! Мама меня забыла.

Добрые женщины тут же присаживались на колени и успокаивали малышку, иные смотрели по сторонам. Кто-то с важным видом бросился к главному корпусу рынка, чтобы по громкоговорителю передать о потери ребёнка.

- Мы найдём твою маму, что ты, – успокаивали её прохожие.

- Я просто хотела посмотреть на конфеты, мама разозлилась на меня, и бросила, - голосила девочка ещё сильнее.

Гоша не мог спокойно наблюдать эту картинку, он подбежал к девочке, и схватил её за плечо, но рука, словно трогая воздух, нырнула сквозь тело, как будто оно было прозрачным. Он посмотрел по сторонам, но никто его не видел. Как и в прошлый раз, он был всего лишь гостем в этом сне. Ничего не оставалось, как наблюдать за страданиями мамы, а на это маленький Гоша не был готов. Слезы отчаяния потекли по его розовым щекам.

«Где же бабушка?» - спрашивал про себя малыш, но никого, кроме настырных незнакомцев он не видел.

«Нет, - взял себя в руки малыш - я не могу здесь просто так стоять и смотреть на страдания мамы». Он выбежал из круга, и стал высматривать длинную фигуру бабушки.

«Красное платье, - повторял как заведённый про себя Гоша - красное платье, красное платье», - все твердил он бегая из ряда в ряд. Никого. В отчаяние он побежал обратно, проверить всё ли нормально с девочкой. Она, все также стояла в кругу незнакомцев, но плач её был уже не такой громкий. Казалось, что-то потухло в его глазах. Она - сдалась. Совершенно одинокая в своих страданиях, малышка стояла, опустив глаза и руки, смотря себе под ноги, а взъерошенные волосы сбились в кучу. Лицо раскраснелось, под глазами появились красные припухлости, с носа капало. Гоша смотрел на девочку и его сердце разрывалось от боли.

«Где же бабушка?» - в очередной раз повернул голову в право в поисках бабули но увидит куда более странную картину.

Под одними из столов, сидело уже знакомое нашему герою существо. То самое животное, что подняло бурю в пустыне. Сейчас оно втянуло голову в плечи и ехидно ухмылялось. Оно держало в руках длинную веревку, конец которой терялся где-то за рядом с овощами.

Теперь мальчику удалось как следует разглядеть животное. Это был пёс, а его горбатое тело, покрывшейся редкой, тонкой чёрной шестью, было худым и кривым. Бока, где-то лысеющие, просвечивали толстую, синеющую шкуру. На лапах виднелись длинные когти, чёрные и острые. Морщинистая голая шея, грязные уши – такого Гоше не доводилось видеть даже в фильме ужасов, который он однажды подсмотрел по телевизору. В морде существа виднелись человечестве черты, а большие карие глаза смотрели с жесткостью. Они не были похожи на те добрые щенячье глазки, которые смотрели на Гошу с любовью, когда он, тайком от мамы, выносил на улицу котлеты, чтобы подкормить четвероногих друзей. Но кроме злобы, глаза внимательно оценивали всё, что происходило, следили, выжидали, контролировали – это существо обладало интеллектом, и от этого у мальчика побежали мурашки по коже. Разница между телом и лицом поражала. Большие красные губы с капающими слюнями расплылись в отвратительной улыбке. Существо крепко держало верёвку и продолжало смотреть на девочку.

- Эй, ты! А ну верни бабушку! - Гоша бросился к псу-человеку.

Он так удивился, что сначала вскочил на четвереньки и плотно сжал красные губы, но, увидев малыша, обратно присел на задние лапы.

- А, это ты. Как ты тут оказался? – обратился пес к мальчику. Гоша удивился, что он знает человеческий язык.

- Я прилетел по небу. А ты кто такой?

- Убирайся прочь! - рявкнула собака. – А то я схвачу тебя в свои сети. Пошёл от сюда! - шипел на пальчика пёс с лицом человека. Маленькие человеческие глаза смотрели по сторонам с опаской и злобой.

- Какую сетку? - недоумевал мальчик. Гоша не умел скрывать эмоции, ведь он был совсем маленьким, поэтому ответы на вопросы, как и сами вопросы задавал прямо. - Ты лучше верни бабушку! - попросил он. - Зачем ты её забрал? Я знаю, что это сделал ты, - Гоша не знал, что это дело рук пса, но догадывался. - Что это у тебя за верёвочка, подошёл он к псу близко и потянул свою ручку к старому грязному канату.

- Ты что мне мешаешь? - удивленным, слегка расстроенным голосом отвечал ему пёс, - Уходи! Не трогай ничего. Не мешай мне. Ты что меня совсем не боишься?

- Кто ты такой? - не унимался мальчик, он не собирался отступать и решил во что бы то ни стало вернуть бабушку.

- Слушай, лети обратно в своё небо. Тебя тут не ждали.

- Как же не ждали, тут моя мама! Она плачет! Она боится!

- Боится? - спросил пёс. - Как раз для этого я здесь!

- Прекращай! - крикнул на пса малыш и прыжком подлетел к псу. Он резко выдернул веревку из его лап и со всей силы потянул на себя.

- Ты что это делаешь, - обиженным голосом малыша спросил его пёс. В это момент он очень испугался и даже, чуть не заплакал. По крайней мере так показалось Гоше. Нельзя было терять времени. Гоша побежал за верёвкой, попутно наматывая её себе на ручку. Долго бежать не пришлось. Малыш тут же оказался у двери. Она, словно деревянная изгородь, стояла между рядами и создавалось впечатление, что ее поставили тут для игры. Не было ни стен, ни крыши, ничего, что напоминало бы комнату или дом. Дверь всего лишь отделяла фруктовый ряд от овощного. За ней стояла бабушка. Она со всех сил пыталась отворить замок, но это ей никак не удавалось, так как с другой стороны дверь удерживалась с помощью каната, которое существо постоянно тянуло в противоположную сторону. Женщина не замечала, что двери можно было обойти с боку, она просто тянула их со всей силы на себя и страшно волновалась. Сообразив в чем тут дело, Гоша подбежал к двери, выпустил веревку и толкнул. Бабушка бросилась сквозь неё и побежала к своей дочери. Меньше чем через минуту она уже стояла на коленях, обнимая свою девочку. Но в глазах малышки не было радости.

- Ты бросила меня.

- Что ты, доченька, я не могла пойти сквозь двери, - уверяла её мама.

- Здесь нет дверей. Ты обманываешь меня, - с недоверием отвечала ей девочка и смотрела через материнское плечо куда-то в пол.

- Дело сделано! - хлопнув в ладоши проговорил пёс - Гоша услышал это, ведь стоял неподалёку от создания. Он развернулся и хотел было заговорить с псом, но тот, крутанувшийся на месте, прыгнул в пространство и растворился в воздухе. Осталась только дымка. Невидимая сила потянула мальчика обратно в небо и вот он уже взлетал, а город пропал, как будто его и вовсе никогда не было.

Глава 7

Глава 7

Сон третий

Когда Гоша как следует полетал среди тучек и облаков, он очутился на большой площади. Здесь, как и в прошлом сне, было очень много людей. Они, словно муравьи, спешили и бежали в разах направлениях. На площади не было запахов, не было цветов, все казалось бездушным и мрачным. Люди, как роботы, быстро шагали бесконечными вереницами, будто гирлянды, скатывались по своему пути то в одну, то в другую сторону. Каждый из этих прохожих был чём-то озабочен, занят, и ничего не замечал и никого вокруг. Лица у людей были безжизненности, глаза опущенными в пол, фигуры сутулыми. Женщины, в серых пиджаках и длинных брюках, с гладкими волосами, такими же блеклыми, как их лица. Мужчины, в чёрных, или коричневатых костюмах, с чемоданами в руках. Казалось, у площади не были ни края, ни конца. Каждый человек выныривал и пропадал в никуда, оставляя за собою лишь наэлектризованный воздух.

Теперь Гоша понимал, где-то среди этого хаоса должна быть его мама. Нужно было поскорее найти, иначе то ужасное существо, преследующее её из сна в сон, найдёт её первым, и она снова будет плакать. Медлить нельзя.

Мальчик стал постепенно продвигаться вперёд и вскоре заметил небольшой просвет - в одном месте людей было меньше. Они стояли в кругу. Через пару минут Гоша рассмотрел, что круг не был пустым, в его центре стояла мама и внимательно всматривалась в лица прохожих. Ее взгляд был обеспокоен, а глаза бегали из одной стороны в другую. Мальчику показалось, что мама что-то просит у этих людей. Подойдя ближе он удивился, ведь в руках она держала несколько платьев, которые пошила. Они были красиво выглажены и висели на плечиках. Она все время показывала прохожим эти наряды, предлагая, как продавец.

- Мама, что ты делаешь? - спросил Гоша. В этот раз она посмотрела в его сторону, точно услышала что-то, но не увидела ничего, кроме пустоты. Она все время показывала прохожим свои платья и мальчик расслышал, как ее губы шептали:

- Как вам? Извините, как вам это платье? Как вы думаете, красиво? Скажите, вы бы купили?

Никто из прохожих не обращал на неё внимания, равнодушно скользя вдоль встревоженной фигуры.

«Что тут происходит?» - не понимал мальчик, - «Зачем мама спрашивает совет у этих людей? Это же ее лучшие платья. То красное с бисером, она пошила для очень богатой тёти, а это фиолетовое заказали для дочки какого-то директора», - вспомнил мальчик – «Это ее самые красивые платья. Зачем же она спрашивает совет у других?»

В ногах быстро проходящих людей Гоша заметил движение, словно что-то чёрное пронеслось между.

«Это он, злодей маминых снов!» - подумал мальчик и шмыгнул в гущу. Мать так и осталась стоять в кругу глазеющих зевак.

Наконец, рассмотрев животное, мальчик поспешил обойти его и подошел сзади. Он двигался очень аккуратно, чтобы не спугнуть существо, которое к тому времени село на задние лапы, а передними копалось в мешке.

- Привет, - начал мальчик. Человек-пёс поспешно отпрыгнул назад и оскалил зубы, но продолжал рыться лапами в мешке. Только сейчас Гоша заметил, что на передних лапах были человеческие пальцы, чёрные, с когтями, страшные. Люди, стремительно несущиеся куда-то, всё время бежали. Казалось, что все вокруг кружится, что эта река из живых людей снесет Гошу и в толпе он потеряет этого злодея. Наконец, все ещё держа руки в мешке, собака подняла глаза, те самые человеческие глаза и пристально посмотрела на мальчика.

- Ну, – начал пес – чего тебе опять? Чего ты ходишь за мной? Что ты пристал, мальчик?

- А ты чего? – по-детски поспешил ответить Гоша.

- Я? – не ожидал такого вопроса зверь – Я делаю свою работу. Не мешай, мальчик!

«Что это он меня постоянно называет мальчиком», - подумал Гоша.

- Я не мальчик! Я Гоша! Зачем ты ходишь везде за моей мамой и портишь её сон? Зачем ты ее пугаешь?

- Она меня боится, вот я её и пугаю, – только ответил зверь и, наконец найдя то, что искал, достал из мешка коробочек. Он поднял крышку и дунул что есть мочи во внутрь. Розовая пиль вылетела из коробки, и мгновенно окутала всю толпу людей.

Люди, как опомнившись ото сна, в одночасье остановились, развернулись к стоящей в центе матери и начали пристально на нее смотреть.

- Вот, посмотрите, - тараторила испуганная мать.

Внезапно один из мужчин стоящих в первом ряду, во одной руке державший чемодан, проговорил:

- Я бы такую безвкусицу никогда не купил своей жене, – и поспешно ушёл в толпу.

Мать, не ожидавшая такого ответа, широко открыла глаза и с виноватой улыбкой посмотрела на других людей.

Тогда одна из женщин добавила:

- Да уж… Темнота.

Что она имела в виду Гоша не понял, так как вокруг было светло. Но по тому, как засмеялись люди вокруг, ему стало ясно, что она имела в виду что-то не очень хорошее.

- А вот это, а вот это платье как вам? – продолжала мама и показывала самое лучшее ее платье.

- Не позорьтесь, женщина, – сказала третья, и, развернувшись, потянула с собой подругу.

Один за другим, люди стали разворачиваться. Площадь постепенно пустела, а те, кто остались, праздно тыкали на мамины платья пальцами и смеялись. В ответ на их оценку она горько заплакала и стала торопливо собирать платья в рюкзак.

- Мамочка, да у тебя де самые лучшие платья, - Гоша подбежал к ней. – Не слушай их! – но не слышала она только своего сына, все остальные голоса были для неё абсолютно реальными.

Оглянувшись на пса, Гоша так удивился, что аж открыл рот. Одной лапой чудовище держало сеть, а второй её конец. Круг за кругом, пёс раскручивал веревку, крутя её в воздухе, как ковбой. Затем он ловко подбросил сеть в воздух, да так, что она каким-то чудесным образом увеличилась и накрыла собой все видимое пространство, не задев при этом мальчика. Упав на голову мамы, опустевшую площадь, праздных зевак, тыкающих на неё пальцами, сеть постепенно испепелилась золотистым мерцанием, словно искры бенгальского огонька, миллиметр за миллиметром. Вместе с исчезающей сетью исчезала и реальность, спрятанная под нею. Все постепенно теряло краски и блекло, растворяясь в воздухе, как туман.

- Ты это брось! - вскрикнул мальчик и со всех ног бросился к псу. Тот, внимательно держа сеть и руководя процессом кражи сна, не обратил внимания на смельчака. Гоша воспользовался моментом, и, в один прыжок подскочив в псу, крепко ухватился за второй конец сети, лежавший у задних лап.

- Ты что это удумал? - рявкнул пёс, - Пошёл вон! - крикнул он и показал оскал. Страшные, остры как лезвие ножа клыки блеснули в отвратительной пасти. Мощный рев заставили малыша отскочить назад.

- Перестань ловить в сетку мою маму, собака!

- Какая я тебе собака? - пёс со всей силы выдирал из маленьких рук Гоши второй конец веревки и бросив мешок на спину, что есть мочи подпрыгнул вверх.

Глава 8

Глава 8

Давай меняться?

«Нет, уж! Теперь ты от меня не уйдёшь», - крикнул Гоша и двумя руками ухватился за хвост пропадающего в воздухе пса. Тот, не понимая что происходит, заметушился, задрыгал лапами, пытаясь оторваться. Он проделал в сальто воздухе и что есть мочи рванул обратно вниз, на землю. Но Гоша так крепко держался, что волшебство, действующее на пса, подействовало на обоих. В след за существом стал исчезать и мальчик. Только он этого не понимал. Его ножки, а затем и ручки растворялись в воздухе. Малыш очень испугался, когда увидел, как лапы пса становятся невидимым, но кода то же самое произошло с ним, он крикнул от испуга. Казалось, что все уплывает куда-то далеко, движется, словно кораблики на горизонте. Мальчик посмотрел вниз, но площадь опустела. Лёгкая белая дымка по краям, словно в тумане, окружала сквер. Никого не было, не людей, не суеты, только холодная бетонная площадь, пустынная и одинокая. Только что казавшаяся так близко, она уже была далеко-далеко, и только очертания домиков и синего фонтана виднелись как размытый рисунок оставляемый приливным дождем на окне.

Пёс со всей силы тряс задними лапами, пытался убежать, вывернуться, но эти удары не попадали по Гоше, так как он оказался куда проворнее. Успевая выворачиваться от защитных манёвров пса, маленький мужчина не мог поверить в то, что он схватил злодея.

«Вот это я ловко», - думал малыш. – «Хвать! Жалко мама не видела. Расскажу Вите. Эх! Не поверит. И совсем не страшно, ни капельки.»

Тем временем город на горизонте полностью исчез, а вместо него появлялись большие, поросшие джунглями холмы. С одной стороны, среди буйной зелени, холм оголял скалу, а в ней виднелось большое чёрное пятно. Мальчик сообразил, что это пещера. Приземлившись на утёс возле отверстия в скале, пёс рывком вырвался. К тому времени у мальчика уже так устала рука, что пришлось выпустить хвост. Существо, как ошпаренное кипятком, крутанулось на месте, повергнув поджатый хвост ко входу в пещеру, а оскаленные зубы к мальчику.

- Предупреждаю тебя, малой, подобру-поздорову, или ты сейчас же уберешься, или я сожру тебя прямо здесь! - рявкнул пёс. Он крутился на месте как юла, а мальчик внимательно наблюдал за ним не зная, что делать дальше.

«Куда же мне убраться, если вокруг джунгли? Если я уйду, то незнакомец снова будет пугать маму, а я не могу этого позволить. Я ее защитник, она сама так говорила». Времени на размышления совсем не было. Когда Гоша хотел казаться старше или сильнее, он засовывал руки в карман. Он видел, что так делали первоклассники, и последовал их примеру. Как только пальчики опустились вглубь кармана, малыш почувствовал холодные бусинки жемчужного ожерелья. «Меняться», - подумал мальчик. – «Как я раньше не догадался!?»

Гоша был очень смышлёным мальчиком, поэтому решил подружиться с этим существом, которое раз за разом портило маме сны. Размышлял малыш примерно так: «Драться я не умею. Не то, что бы не могу за себя постоять. Могу! Только кулаками махать бесполезно. Когда собака-челочек почует, что к ней идут драться, то тут же убежит. Это понятно по ее поджатому хвосту, сгорбленной спине, навострённых ушах и испуганных глазах». Гоша вспомнил, как в детском саду он легко знакомился с мальчиками, и решил тут же попробовать проверенный метод.

- Давай меняться? – предложил он, подойдя к собаке так близко, как не делал этого раньше, – У меня вот, смотри – он достал из кармана жемчужное ожерелье.

Пес никак не ожидал такого поворота и минуту-вторую непонимающим взглядом смотрел на мальчика. У него даже шерсть пошла дыбом. Он взъерошился, попятился назад, и никак не мог поверить, что настоящий человеческий детёныш не боится его. Об этом и поспешил спросить.

- Боюсь, немножко, - ответил мальчик, - но за маму боюсь больше. Я думал мы будем меняться, - он протянул открытую ладошку зверю и сказал. - Не злись. Давай дружить?

- А в замен что хочешь? - спросил тот. Предложение явно заинтересовало пса, и впервые в его глазах мальчик увидел что-то знакомое, но что, он никак не мог уловить. Человеческие глаза пса подобрели, но все равно смотрели с опаской.

- А ты мне мешок? – предложил Гоша. В том мешке лежала сеть, в которую пес поймал последний мамин сон. Необходимо было её забрать.

- Э нет, ишь че удумал. А как же я буду воровать сны?

- Зачем ты это делаешь? – Гоша пытался разговорить незнакомца. Он верил, что доброта - лучшая дорога к исцелению.

- Чего пристал? Вообще, зачем ты влез в эти сны? Сказано тебе, работа у меня такая, забирать сны, пугать твою маму, - гордо ответил пёс. Собака, точно обиженный ребёнок, прям как Маша из его садика, обиделся и обернулся мордой ко входу.

- Что ты хочешь взамен на ожерелье? - сидя спиной к мальчику спросил он, - только сеть не проси! Она мне нужна.

- А что у тебя ещё есть?

- У меня? Ну, много чего, - потянул он.

Гошу разбирало любопытство, но забывать о правилах приличия нельзя было.

- А как тебя зовут?

- Какая разница? - опять рассвирепел пёс. - Что ты все выпрашиваешь. Пошли меняться, - и побрел без оглядки в пещеру. Гоша, повинуясь, пошёл за псом.

Глава 9

Глава 9

Логово

Шаг за шагом Гоша приближался ко входу в пещеру. Казалось, что там пустота, настолько темным и зловещим было пространство в ней. Ни единого лучика, только чёрный круг, по ободкам которого виднелся каменные, острые выступы. Краем глаза мальчик заметил, как какая-то тень пронеслась мимо него. Он испуганно оглянулся и увидел быстро пролетающего орла, большого, с коричнево-белым оперением. Орёл зорко всматривался в землю, а его лапки плотно прижимались к туловищу. Большие острые когти виднелись даже с расстояния. Только сейчас Гоша заметил, как прекрасен мир, в который он попал.

Пещера находилась в скале. Вход в нее располагался высоко над ущельем, поросшим тропической растительностью, пальмами, большими деревьями, широколистными кустами. Гоша слышал пение экзотических птиц, будто стрекотание, от которого воздух казался живым. Одна из них пролетела мимо него. Ее хвост был практически прозрачным, а на кончике виднелась яркая кисточка. Мальчик никогда не видел таких птиц и чуть было голову не скрутил, так удивило его увиденное. «Здесь точно есть львы и носороги», - подумал малыш. Он читал в энциклопедии о диких животных, проживающих в джунглях, видел их в мультиках про Маугли и Тарзана. Он отчаянно всматривался в зеленую гущу, но ничего так и не заметил. «Наверное они спят, или ходят под деревьями», - подумал он.

- Ты идёшь? - окрикнул его пёс. Голова животного выглянула из пещеры и солнечные лучи освятили морду. Все остальное тело оставалось в тени и казалось, что к Гоше обращается одна голова, без туловища. От этого зрелища мальчик аж вздрогнул.

- Иду, - ответил Гоша и шагнул в неизвестность.

В пещере было так темно, что он не видел даже собственных рук. Вскоре малыш услышал щелчок. В дальнем углу появился мягкий свет. Пёс включил самодельную лампу, и огонь в ней постепенно разгорался. Теплый свет заполнял собой всю пещеру, освещая метр за метром, выступ за выступом. Гоша поднял голову и оторопел – такой красоты он никогда не видел.

Вся пещера была украшена огромными сталагмитами, растущими с пола и сталактитами, свисающими с потолка. Каменные фигуры создавали целые комнаты, формации, скульптуры. Это зрелище казалось чём-то непередаваемым и волшебным. Гоша приблизился к ближайшему выросту и ручкой потрогал камень.

- Ух ты, - прошептал юный исследователь. Каждый камень блестел и переливался, словно состоял из миллионов маленьких блёсточек. Сталактиты, словно песочные замки на пляже, выглядели как пирамидки, и Гоше казалось что он попал в каменные джунгли.

Вскоре мальчик осмотрелся, но ничего, хоть отдаленно напоминающего дом, он не увидел. Голые, бурого цвета каменные стены, песчаный, кое-где посыпаний каменными крошками пол и ни намёка на дом, ничего похожего на кровать, стол или стул. Пёс деловито ходил между каменных, оставленных природой статуй и собирал капельки воды, стекающие с кончиков этих пирамидок. Он достал из мешка маленькую стеклянный баночку, красного цвета, и, поднося ее горловину к кончику сталактита, все время шептал какие-то слова. В это время Гоша сидел смирно и внимательно наблюдал за странными действиями незнакомца. Наконец, покончив с ритуалом, пёс взглянул на мальчика и нехотя подошёл к нему. Гоша чувствовал, ведь дети конечно все чувствуют и понимают без слов, что псу не хотелось заводить дружбу. Было необходимо уговорить этого злодея прекратить вмешиваться в прекрасные сны своей мамы, ведь если он не перестанет, мама навсегда потеряет покой.

- Зачем ты собирал эту воду? - начал первым малыш. Он присел на один из каменных выступов, тот, что отдаленно напоминал гладкий, будто волной отточенный камень, и, набравшись смелости, решил хоть как-то поговорить с злодеем. «Плохим словом, - думал мальчик, - я только разозлю его. Дедушка говорит, что доброе слово растопит всякую льдинку. Попробую и я растопить лёд в сердце этого животного».

- Скажешь тоже, - ответил пёс, его глаза закатились к потолку и всем видом он напоминал скучающего всезнайку. Маленького, похожего на ребёнка задаваку. - Воду! Это не вода, а самый настоящий эликсир!

- Да ладно! Никогда раньше не видел эликсиры. А что он делает?

- Тебе то что? - буркнул пёс, он все время менялся в настроении, и Гоша уже путался, верно ли он выбрал подход к этому созданию.

- Просто интересно, - погодя ответил мальчик. Ему правда было очень интересно узнать свойства волшебной воды.

-А что ты будешь делать с теми снами, что украл у мамы?

- Что-что? Понятно что. Выпущу в своем саду. Теперь они мои.

- А зачем они тебе?

- Чтобы пугать.

- А как ты будешь это делать?

- Возьму сон, и покажу его снова твоей маме. Когда у неё будет плохое настроение, или она будет сомневаться в чем-то, я припомню ей этот сон, покажу самые страшные моменты из него, и она испугается ещё больше, - с этими словами он как отличник на передней парте стал доволен сам собой и ещё больше улыбнулся.

- Но ведь это плохо.

- Плохо или хорошо, это моё дело. Мое дело маленькое - пугать, воровать, мешать думать. Вот ты мне сейчас мешаешь работать, и я даже не знаю как от тебя избавится. Как вообще ты оказался в снах своей мамы?

- Сам не знаю, - малыш почесал затылок. Он почувствовал усталость и жажду. Захотелось домой, к маме, в её тёплые объятья. К горлу подкатил ком, в глазах закололо, словно кто-то вставляет маленькие иголочки, уголки губ опустились, захотелось плакать. Но Гоша вовремя вспомнил, что за ним наблюдает пес-чародей, и если он увидит его слабость, то тот час же воспользуется ею. А так маме не помочь.

- Покажешь мне место, где хранятся сны?

Пёс ничего не ответил. Он молча развернулся и побрел вглубь пещеры.

- Эй, ты куда? - окрикнул его Гоша.

- Пошли, - тихо ответил пёс, и Гоше снова пришлось доверься этому странному существу.

Было в нем что-то настоящее. В его глазах была знакомая Гоше грусть. Казалось, что он общается со взрослым ребёнком, или со старым другом. Так или иначе, мальчик доверял незнакомцу, хотя видимых причин на это не было. То ли его унылая тоска, то ли грустные глаза, то ли бедность его жилья, но Гоша внутренним чутьём понял, что этот пёс нуждается в помощи, что он страдает. Мальчик захотел узнать, отчего он приносит вред его маме, и почему именно ей. Поэтому, не долго думая, он шагнул вглубь пещеры, следом за странным существом, навстречу новым открытиям.

Глава 10

Глава 10

Сад снов

Маленький мальчик и чудаковатый пёс-человек шли вглубь пещеры, пробираясь все глубже и глубже. Гоша попутно оглядывался, сверяя как далеко они прошли. Через несколько минут опасного путешествия он перестал различать тонкую полосу света, струившегося из входа в пещеру. Она уменьшалась, постепенно превращаясь в маленькую точку, а затем и вовсе исчезла.

- Далеко ещё? - спросил мальчик. Он не боялся, но с каждым шагом ему становилось не по себе. Мурашки то и дело пробегали по спине, по ногам и рукам. Иногда мальчишка даже подрагивал. «Это из-за холода», - храбрился он. Действительно, чем дальше они ступали, тем прохладнее становилось. Старенькая пижама уже не спасала малыша от глубинной прохлады каменной норы. Здесь появился запах сырости. Иногда, большие капли срывались с подвесных каменных выступов и с грохотом плюхались в лужу. Эти звуки пугали Гошу и он то и дело оборачивался.

- Долго ещё? – повторил вопрос.

- Здесь нельзя разговаривать, - прошипел на него пёс. - Молчи!

«То нельзя, это нельзя, меняться не хочет, дружить не хочет, не угощает, ругается. С таким другом каши не сваришь. Не нужен мне такой товарищ», - подумал Гоша и уже хотел развернутся и пойти обратно, как внезапно увидел маленькую точку света. Присмотревшись он понял, что это выход. «Пещера имеет два выхода, она как туннель. Вот это да!» - обрадовался Гоша и скорее потопал. Странный шум доносился из выхода, и малыш никак не мог его распознать. Он увеличивался, и вскоре раздался по пещере гулким эхо. «Кажется там идет сильный ливень. Интересно, что там находится? Может выход в другой мир, а может мы перенесемся к маме? Вот бы к маме.» Но вместо родного дома усталым глазам мальчика открылся дивный сад. Первые минуты ему было больно смотреть, так как свет, пробивающийся сквозь отверстие, бил прямо в глаза. Мальчик со всей силы пытался держать их открытыми, но они закрывались сами по себе. Он щурился, и только запах, свежий и сладковатый одновременно, приятно волновал его обоняние. Когда боль от яркого света прошла и наконец-то удалось открыть прослезившиеся глазки, он увидел удивительную сказку, невероятную фантазию загадочного художника, который создал этот рай вдалеке от любопытных глаз.

Пёс и мальчик вышли на одинокий каменный островок, со всех сторон окружённый водопадами. Водные каскады спускались с высоких скал, окружающих остров по кругу. Выступ не был пустынным. Прямо из трещин в камнях поднимались огромные розы. Белые, жёлтые, маленькие и побольше. Они пахли, цвели, росли и дрожали, когда на один из лепестков попадала большая капля. Лучи солнца, попадая в капельки, преломлялись, создавая маленькие разноцветные радуги.

- Как красиво!

- Да, - довольно проговорил пёс. В его лице и след прошёл от прошлых обидчивости и злости. Человек-пёс поднял подбородок чуть выше, расправил осанку, посмотрел вверх. Оттуда беспрерывным потоком спадала вода. Тоны прозрачной, чистой, кристальной воды создавали легкий туман вокруг новоприбывших. Он достал из сумки аленький флакончик с жидкостью. Пес откупорил стеклянную бутылочку и стал поливать розы.

- По одной капле каждому, - приговаривал он, бережно поглаживая лепестки каждого цветка.

Затем, достал из мешка сеть и встряхнул ее как скатерть. Мгновенно в воздухе появились маленькие огоньки. Это были сны. Они парили среди брызг, прятались в потоке воды, а затем снова появлялись. Найдя свою розу, огонек приземлялся в ее лепестках, и угасал.

- Отдыхают, - с улыбкой прокомментировал ловец снов.

- Вот это да, пёсик, - позабыв о прежних перебранках обратился к псу мальчик.

- Какой ещё пёсик? - удивилось существо. В его выражении лица не было злости, лишь слегка приподнятые брови и ухо, упавшее, точно у щенка, придавали ему выражение удивленного малыша. – Я - Тимор! - это имя пёс произнёс так гордо, что мальчику даже стало не по себе.

«А вдруг это какой-то принц, или, того лучше, король? Раз он назвал своё имя, может и дальше будет говорить?» - подумал мальчик.

- А чем же тебя обидела моя мама, Тимор?

- Она боится меня! - неожиданно ответил Тимор. В этот момент он резко развернулся на мальчика и посмотрел ему прямо в глаза.

- Ну я бы тоже знаешь боялся тебя, если бы ты приходил ко мне во снах и забирал из них всё хорошее.

- Я это делаю только потому, что она меня боится. Я не враг! Я - друг, но твоя мама испугалась меня однажды, в детстве, и с тех пор чтобы не случилось, она думает плохо обо мне. А ведь я всего лишь ее отражение.

«Что он такое говорит», - думал мальчик.

- Что ты имеешь в виду?

- Гоша, я не просто злодей, я ее страх.

Глава 11

Глава 11

Браконьер маминых снов

-Как так получается, что из скалы растут розы? - спросил Гоша прикасаясь к шелковым лепесткам цветов.

- Пещерные капли, - гордо ответил пёс.

- Пещерные капли? - переспросил Гоша. Такого словосочетания он ещё не слышал.

- Волшебная вода. Она помогает моим цветам прорости там, где все живое гибнет.

- Очень красиво.

- Тебе правда нравится? - недоверчиво спросил пёс.

- Очень. Я иногда таких красивых цветов не видел, - честно признался мальчик. - На подоконнике в маминой комнате тоже растёт белая роза. Мама за ней ухаживает. Как-то она рассказывала мне, что когда была маленькой девочкой, вместе с бабушкой они посадили целый сад белых роз. Ухаживали за ними, поливали. Мама говорила, что очень любила этот сад.

- Я помню эти розы.

- Что ты такое говоришь? Это было наверное двадцать лет назад. А может и сто. Я же говорю, когда моя мама была девочкой.

- А я тебе говорю, что видел эти розы. Тогда я только появился в жизни твоей мамы.

- Появился в жизни моей мамы? Я тебя не понимаю.

Пёс спокойно посмотрел на мальчика и ответил.

- Я такой же реальный, как и ты. Только знаешь, Гоша, мне кажется это не твоего ума дело. Слишком ты любопытный. Посмотрел, и хватит, отправляйся к себе домой.

- Нет, постой, Тимор. Пожалуйста, расскажи мне все, иначе мы ещё долго будем бегать друг за другом. Я просто так от тебя не отстану, ты уж извини. Тем более, мы так и не поменялись, ведь ты хотел это жемчужное ожерелье.

Услышав об этом пёс медленно повернулся к мальчику и из-под оба взглянул на жемчужинки.

- Значит ты знаком с моей мамой?

В ответ молчание.

- Если честно, не думаю, что ты с ней знаком. Ты же врешь?

Молчание.

- Если бы ты её знал, то никогда бы не стал делать все эти пакости. Пугать, красть сны. Тимор, зачем ты обманываешь?

- Я никогда не вру! - последние слова мальчика обидели пса. Он надулся, смотрел из-под лба на Гошу и дул губы. - Я никогда не вру! Зачем мне это? Говорю же, я знаю её с детства. И меня она знает, только никогда не видела.

- Но если вы знакомы, зачем же ты её обижаешь? Как браконьер нападаешь, пугаешь и крадешь в свой мешок самые страшные сны.

- Браконьер? – удивился Тимор.

- Да! Браконьер маминых снов.

- Так меня еще никто не называл, - улыбнулся пес. - Не знаю как тебе объяснить это, Гоша. Знаю только, что чем больше она меня боится, тем больше я хочу ее пугать. Это моя природа. Это смысл моего существования.

- Какой-то глупый смысл... - не сдержался мальчик, он перестал понимать пса-человека ещё минут пять назад и теперь все его выражения звучали так же странно, как закон Ньютона или другая непонятная штука.

- Я знаю одно, - прохаживаясь между кустами розами говорил мальчик. Его одежда почти насквозь промокла, таким мощным был водопад. Он то и дело протирал глаза, потому что волосы были настолько мокрыми, что с них капало. - Я знаю одно, если кто-то поругался, или обиделся, нужно просто помирится.

- Помирится? - это слово Тимор смешал впервые и не совсем понял его смысл.

- Помирится. А ты что так удивленно смотришь? Не слышал как это делать?

- Нет.

- Ну давай я покажу тебе на своём примере, - мальчик подошёл к собаке и посмотрел на него добрыми глазами.

- Тимор, прости меня пожалуйста за то, что накричал на тебя на рынке, в пустыне, что ругался с тобой. Вот, - мальчик достал из кармана жемчужные бусы. - возьми. И мне не нужна твоя сетка взамен. Просто возьми эти бусы, ты их так хотел. И давай больше никогда не сориться, - Гоша улыбнулся, слегка наклонил голову. Он протянул в отрытой ладошке свой единственный скарб. - Это и есть «мириться». Ну же, бери бусы, я не шучу. Только у меня одна просьба, попробуй так же помирится с мамой?

- Не могу! - обиженно ответил Тимор.

- Но почему?

- Потому что она боится меня и при виде только кончика моего носа завопит и тут же сбежит. Хочешь, я покажу тебе, когда она впервые почувствовал моё присутствие?

- Давай!

Подойдя к Гоше вплотную, пес положил лапу на его плечо и что-то проговорит себе под нос. Мальчик почувствовал, как они стремительно отрываются от земли. Быстрый полет вверх заставил его прикрыть глаза, а когда он их открыл, то долго не мог понять где они находятся. Было тихо, тепло, вкусно пахло его любимыми пирожками с яблоками. Мебель вокруг напоминала выставку или дом писателя, в который мама водила его этим летом.

- Мы что, в музее?

- Нет. Это дом, где твоя мама была маленькой.

Глава 12

Глава 12

Маленькая мама

Очутившись в квартире, мальчик оторопел.

- Тимор, моя мама росла в другом доме. В доме моего деда.

- Да, с пяти лет, а до того возраста она жила здесь, с папой и мамой. Вот посмотри сам.

Пёс, а за ним и Гоша, заглянули под стол, стоявший у большого окна. Вокруг стола в горшках росли зеленые растения, а на оконных проёмах висели тяжёлые белые занавески, накрахмаленные и отглаженные. Маленькая девочка сидела под столом и играла в куклы. Она тихо бормотала себе что-то под нос, и не открывала глаз от одёжек, кроваток, крошечных столов и стульчиков, посуды и другой самодельной мебели.

- Дочка, я скоро буду! - прозвучал бодрый голос из другой комнаты. Гоша повернулся на голос и только теперь разглядел комнату: ковёр, тот самый, который висел на стене в его детской, сейчас лежал на полу. Он был ярче, и мягче, но узор тот же. Маленький красный диванчик стоял напротив стола, у другой стороны комнаты. Журнальный столик, на нём старый телефон и записанная книжка, вязанная салфетка, а напротив высокий сервант, уставленный хрусталем, расписными чашками на таких же блюдцах, стеклянными фигурками, рюмками и стаканами, черно-белыми фотографиями и книгами.

Девочка вскочила и, не рассчитав силы, ударилась головой о деревянный стол. «Ой», - вскрикнула она.

- Ты куда, мамочка?

- В магазин, надо купить продукты.

- Мамочка, я с тобой!

- Нет, побудь дома, я быстро.

- Пожалуйста, мама, я с тобой. Возьми меня с собой.

- Я сказала нет! - ответила женщина и хлопнула дверью у самого носа девочки. Та с минуту стояла у двери, потом бросилась к окну. Пробираясь сквозь длинные занавески и шторы чуть было не поскользнулась, но вовремя зацепилась крепкой ручонкой за оконный подоконник и рывком подпрыгнула, задерживаясь локтями на выступе. Малышка прижала пухленькие щёчки и крошечный нос с стеклу и долго смотрел вслед маме.

- А почему мама не взяла ее с собой? – спросил Гоша. Он сразу заметил, что девочка не видит путешественников, и смело говорил с Тимором.

- Не знаю, но здесь я появился впервые. У меня ещё не было хвоста, лап, когтей и глаз, я появился в душе этой девочки. Тогда я ещё не знал, зачем я ей нужен, не понимал, что я и кто. Но год за годом твоя мама помогала мне расти, придавала образ, рисовала меня в своей голове и со временем, я смог стать реальным. Она вызывала меня всегда, когда ей было грустно или обидно, когда что-то не получалась. Она меня звала, а я приходил. Если она очень чего-то хотела, но сомневалась, я напоминал о том, что с ней может случится, и она дважды думала перед тем, как что-то сделать. Я оберегал ее.

- Но как же она могла тебя звать, ты же ее пугаешь.

- Не знаю, Гоша. Я пугал ее все сильнее, с каждым годом становился страшнее. Я старался пугать ее во снах, и в мечтах, и когда она читает или плавает в море. Я все делал для того, чтобы она меня испугалась, и перестала звать.

- Но она все равно звала?

- Да, звала, и чем больше я ее пугал, тем сильнее она во мне нуждалась.

- Тимор, а ты не пробовал перестать ее пугать? Может, если ты попробуешь с ней познакомится, тогда она узнает какой ты хороший и перестанет тебя бояться. Возможно вы даже подружитесь?

- Что ты выдумываешь, Гоша, - пес отмахнулся лапой и посмотрел в другую сторону.

- Попытка не пытка, учила меня мама. Тимор, давай попробуем.

Пес сомневался: «Моё дело простое – пугай и забирай сон. Но этот малыш, умеет сочувствовать, умеет дружить и любить. Наверняка именно этому научила его мать. Тот, кто воспитал такого хорошего мальчугана не заслуживает жить в страхе».

- Тимор, миленький, пожалуйста.

- Но зачем мне это?

- Хотя бы потому, что она перестанет тебя звать, и ты сможешь больше времени проводить в своём саду.

- В саду? – браконьер маминых снов задумался и отвел взгляд куда-то в потолок, было видно, что он замечтался. – Знаешь, а ведь это идея. Ну что, же, давай! - пёс почесал задней лапой ухо. Он взял из рук малыша драгоценные бусы. Закинув бусы в мешок, он затянул его покрепче и взвалил на ободранную спину.

Глава 13

Глава 13

Знакомство

- Как мы отыщем маму?

- Ну это совсем не сложно. Достаточно отправится в ее последний сон. Вот только, - пёс замялся с лапы на лапу.

- Что? - ласково спросил Гоша.

- Я не знаю, смогу ли показаться твоей маме на глаза и заговорить с ней. Мы никогда не виделись прежде. Я не знаю... - пёс, не договорив фразу до конца, махнул лапой и опустил морду.

Гоша предложил:

- А ты попробуй сделать как мальчишки в нашем садике.

- Поменяться чем-то? - хмыкнул пёс.

- Нет. Когда мальчик хочет подружиться с девочкой, он что-то ей дарит. Ты можешь подарить одну из своих прекрасных роз. Уверен, что как только она увидит твой подарок, то сразу перестанет тебя бояться.

- Давай попробуем, – согласился Тимор. Ему понравилась эта идея, потому что он очень хотел, чтобы кто-то похвалил его цветы.

Махом вернувшись в пещеру, и прихватив одни из самых лучших цветков, Тимор и Гоша взлетели в небо. Они пролетели не один час, чтобы отыскать сон, в котором находилась мама. Она увидела в эту ночь слишком много страшных снов. Тимор так ее напугал, что теперь все сновидения стали тусклым. Наконец, долетев, казалось, до края мира, туда, где вступает в свои владения Нептун, путешественники нашли ту, кого так упорно искали. Мама забралась на самую вершину каменного утеса и смотрела на бушующее море. Тимор приземлился тут же, у одного из каменных глыб, и спрятался за ним.

- Ну, давай! - подбодрил его мальчик.

- Нет, ты знаешь, Гоша, это плохая идея. Ведь я должен пугать, а не знакомится.

- Ну пожалуйста, Тимор, ради нашей дружбы! - попросил малыш. Он смотрел на пса большими добрыми глазами, слегка наклонил на бок головку, отчего казался ещё более милым и добродушным. Куда было псу отказать такому чуду.

- Ладно, только будь неподалёку, хорошо?

- Конечно!

У подножия скалы море бушевало с неистовой силой. Синее, в некоторых местах его цвет доходил до чёрного, оно создавало пенный водоворот, страшный и могучий. Казалось, волны сломают гору пополам. Когда они разбивались о скалистый утёс белая пена бурлила, словно кипяток в кастрюльке, а её брызги доставали до самой вершины. Было очень шумно. Холодный ветер развивал волосы на женском лице. Мама слегка дрожала от холода, и от этого плотно укуталась в шаль, которая все равно ее не грела. Она была так задумчива, так полна горечи и сожалений, что смотрела на далекий горизонт безотрывно, щуря глаза и напрягая губы. О чем она думала? Тимор конечно знал. Раньше он бы воспользовался ее грустью и устроил бы землетрясение или цунами. Разыграл бы на ее глазах страшную картину тонущего корабля, или, его любимый приём, разворотил бы море так, чтобы одна из волн накрыла ее с головой, и она начала тонуть. О, это один из ее самых сильных страхов, и у Тимора всегда была надежда, что испытав его мать перестанет снова и снова звать его. Но проходило время, и находясь в одиночестве или будучи расстроенной, она снова звала свои страхи, и Тимор, конечно приходил во снах, пугая ещё сильней.

«Но сегодня появился этот удивительный мальчик Гоша, я ему обещал. Все таки друг», - думал про себя Тимор, крадучись за спиной матери. Наконец, подойдя вплотную к ее спине, он не придумал ничего лучше, как громко кашлянуть и сказал:

- Прошу прощения!

Напуганная этим неожиданным приветствием, мать резко обернулась. Она увидела человеческие глаза, в обрамлении ужасной собачей морды, сбитую, с некоторых местах полысевшую шерсть и грязные клыки. Испугавшись, мама отшатнулась назад и сорвалась вниз. Успев зацепится одной рукой за край каменного карниза, ее тело, беспомощное и лёгкое, судорожной билось о скалистый край. Глаза, полные ужаса и мольбы о помощи, впивались в глаза своего страха, и она, не в силах что либо промолвишь, тянулась второй рукой к его лапе. Тимор, неожидающий такого поворота, тоже испугался. Он тот час же повернулся к Гоше, а тот уже бежал что есть силы.

- Стой. Я сам! - крикнул он, и мальчик, повинуясь, остановился. Тогда пёс припал к камню, нагнулся за край, и что есть силы вытянул морду вперёд. Его тело напряглось как струнка, шея вытянулась, а лапы стояли крепко, упираясь ветру и силе притяжения. Наконец, дотянувшись до шеи женщины, он открыл пасть и схватил клыками воротник ее платья. Плотно сомкнув челюсти, он, потянул тело на себя. Теперь он как никогда прежде почувствовал, как сильно она испугалась. Страх сковал ее движения и оттого взобраться на скалу было так сложно. Тимор все тянул, и мама наконец справилась. Она закинула вторую ногу на каменный карниз и подалась вперёд. Напрягая мышцы ей удалось подтянутся, и кое-как, с расцарапанными до крови ладошками, она упала на каменный утёс. С минуту мать просто дышала, глубоко и тяжело. Справится с испугом было не так просто, но пёс, все время наблюдавший за ее усилиям, одним своим присутствием и безмолвным взглядом заставил женщину быстрее прийти в себя. Она медленно посмотрела на пса-человека.

- Спасибо, - лёжа на животе и тяжело дыша, мама благодарила своего спасителя, - большое спасибо, ты спас мне жизнь.

- Не нужно благодарить, ведь ты сорвалась из-за меня.

- Это правда, когда я увидела тебя, то так испугалась! Просто, ты так выглядишь, - начала было она.

- Как? Страшно?

- Необычно. Но кто ты?

- Я тот, кто есть в каждом из нас. Считай меня своим другом.

- Ладно, - видно было что мама не понимает о чем идёт речь. - Друг, как ты здесь оказался?

- Также как и ты.

- А я как?

- Тебя сюда загнал страх.

Мама посмотрела на черное бушующее море, а ее глаза вновь стали грустными.

- А ты чего грустишь? – спросила она.

- Моя тоска вечная, но с твоей мы могли бы разобраться. Посмотри в мои глаза? Что ты в них видишь? – такой разговор удивил женщину, но она выполнила просьбу.

- Очень красивые, глубокие глаза умного человека.

- А мое тело?

- Тело, - она не смогла сдержать омерзения, - тело пса.

- Не очень симпатичное, правда?

- Сказать честно, мне стало не по себе при виде тебя. Но теперь, когда я увидела твои глаза, когда ты спас меня, я конечно не боюсь тебя.

- И больше никогда не будешь бояться?

- Не буду.

- Обещай, что никогда ничего больше не будешь бояться, а если начнёшь - то вспомнишь меня, мои глаза, и мои острые клыки, вытягивающую тебя из оков смерти. Не всегда то, что лежит на поверхности, будет правдой. Заглядывай глубже, смотри в глаза страху, и он уйдёт из твоей жизни.

- Обещаю.

- Взамен, я подарю тебе вот это, – Тимор достав из мешка розу, и бережно вложил ее в руку матери. – Иногда, то, что пугает тебя, может принести дары. Не бойся пробовать, узнавать, искать – тебе ждут большие открытия. Главное верь.

- Ты так добр ко мне.

- Узнай свой страх поближе, тогда он станет спасением, тогда в твоей жизни, - пёс медленно посмотрел на море, - вновь засияет солнце.

Он провёл лапой по линии горизонта, и мягкий свет полился из-под темных облаков. Свет осветил черную гладь бушующего моря, которое тот час успокоилось. Попадая на него, солнце создавало зеркальную золотую поверхность, сверкающую и манящую. Свет остановил ветер, свет прогнал грозовые тучи, свет пустил лучи на морду Тимора и матери показалось, будто она смотрит в свои глаза, смотрит сама на себя. Свет становился все ярче, все сильнее он заполнял собой все вокруг. Теперь уже трава на лужайке просвечивалась, а платье матери светилось. Ее волосы блестели, как звезды в ночном небе. Свет становился все больше и больше. Последнее, что Гоша увидел, была мамина улыбка, а затем все стало белым.

Глава 14

Глава 14

Утро

Когда Гоша открыл глаза, первое что он увидел - коричневая панель платяного шкафа, стоявшего возле маминой кровати. Мальчишка несколько секунд соображал где он. «Неужели я дома?» - сообразил он и рывком повернулся на другой бок. Мама не спала. Она лежала на спине и сосредоточено смотрела в потолок. Заметив боковым зрением, что сын проснулся, мама медленно повернула голову и улыбнулась.

- Проснулся? - ласково спросила она, - Доброе утро сыночек, - и погладила мягкой, слегка прохладной ладошкой разгорячившемуся после сна лоб Гоши. Крошик привстал, посмотрел и по сторонам и улыбнулся. «Я дома, все закончилось!» - и плюхнулся обратно на подушку. Он смотрел на маму, а она смотрела на него. Сынишке было так хорошо, так радостно, что хотелось, чтобы этот момент длился вечно, чтобы мама всегда была такой же красивой и доброй. Она словно уловила его мысли, пододвинулась, слегка приобняла его за плечо и уложил поближе к себе.

- Знаешь, что, Гошик?

- А?

- Теперь у нас все будет хорошо!

- Правда?

- Конечно! Мне приснился удивительный сон. Ты тоже был там, милый!

- А что тебе приснилось?

- Это длинная история, но если честно, у меня такое чувство будто это случилось наяву.

- Мам, ну расскажи.

- Ну ладно. Я познакомилась во сне с удивительным существом. Поначалу я очень его испугалась, и чуть было не свалилась в океан, представляешь. С вот такого вот огромного каменного утеса, - она подняла руку высоко, как будто показывал летящий в небе самолёт. Чистый утренний свет, струившийся через большое окно, проскальзывал сквозь ее пальцы.

- Но это существо спасло меня. А потом оно сказало, что все будет хорошо, чтобы я не боялась, и знаешь что? Он так это сказал, Гоша, так сказал, что я ему поверила.

- А я где там был?

- Не помню малыш, все как в тумане. Помню что ты там был, а где - вылетело из головы. Но я уверена, - она посмотрела ему в глаза, - что ты сделал героический поступок. Ведь ты у меня такой смелый мальчик. Ну что, марш чистить зубы. Я отведу тебя к дедушке, а сама пойду на собеседования. Уверена, сегодня я получу работу, лучше прежней, - она потянулась на кровати, и еще с минуту нежилась в мягкой постели.

Топая в ванную, Гоша, обратил внимание на картину, висевшую в прихожей. Раньше он замечал только маленькую девочку, сидевшую в большом саду, но теперь его внимание приковали розы. Большие розовые лепестки буйно росли. Каждый бутон передавал свой оттенок, играл на свету, а роса на лепестках блестела. Розы, точь в точь, как в саду Тимора , были сказочно большими, такими, каких в жизни никогда не встретишь.

- Мама, а кто нарисовал эту картинку.

- Какую, сыночек?

- С розами и девочкой.

- Нравится? - мама разглядывала картину с любовью.

- Это я нарисовала, в детстве. Розы слишком большим получились, но красивые, - она засмотрелась на цветы и улыбнулась.

***

Утренний луч света, пробиваясь сквозь прозрачные занавески, попадал на картину. Он играл тёплыми лучами на ярких розах детства, играл с красками надежды, создавал блики любви, освещал путь, дарил жизнь акварельным мазкам. Больше не было страха, он стал другом, и теперь в доме Гоши появился ещё один человек, который умел с ним справляться. Не только дети боятся темноты, и у взрослых есть свои страхи. Но дети, солнечные лучи, попадая на акварельные краски жизни взрослых, освещают ее, убирая тень страхов, наполнив жизнь взрослых сиянием, запахами цветущих роз, и ярким светом.