Боярышня. Дар ведьмы

Глава 1 О привидении, подвале и изгнании из боярского рода.

— Лучше бы ты сдохла, — выдернул из дремоты равнодушный мужской голос.

— Негодяй! Мерзавец! — гневно воскликнула какая-то девушка.

Очуметь. Что здесь происходит? И где это я… лежу?

Пол ощутимо холодил спину. Открыв глаза, увидела полукруглый кирпичный потолок. Рука инстинктивно потянулась к горлу. Не обнаружив и следа от жуткой раны, я оцепенела.

Мне же в сонную артерию воткнули нож! Прекрасно помню, как, захлебываясь кровью, корчилась на асфальте. Кто меня спас? Почему нет даже малюсенького шрама?! Такого не может быть!

— И что только матушка в вас нашла?! Как она могла выйти за вас замуж?! — с ненавистью выплюнула все та же незнакомка. — Вы же полное ничтожество!

Я повернула голову. И ошалела окончательно. В нескольких метрах от меня висела полупрозрачная злая дева в длинном платье.

Трэш. Привидение. Я вижу привидение.

— Александра, хватит валяться. Вставай! — властно приказал мужчина и чем-то легонько стукнул меня по щиколотке.

Да что творится-то?!

С трудом села. Прямо предо мной стоял худощавый темноволосый незнакомец лет тридцати, одетый в алый халат, отороченный мехом. Он брезгливо поджимал тонкие губы.

Вот же гад!

Кое-как поднялась. Осмотрелась. Помещение походило на подвал. И здесь не наблюдалось никакой мебели. Даже поломанной.

Сердце испуганно трепыхнулось и застучало где-то в пятках. Почему меня принесли именно сюда?!

Собрав всю волю в кулак, я мрачно посмотрела на незнакомца.

Хмыкнув, тот надменно поинтересовался:

— Серьезно решила, что сможешь разбудить духа боярского рода? Ты?

Боже, какой еще дух рода?!

Внезапно я почувствовала замогильный холод. Догадываясь, что это, нервно сглотнула.

— В отличие от вас, Антон Леонидович, я полноправный член рода! — с негодованием заявило зависшее рядом со мной привидение. — А вы подлец и проходимец!

Увы, «подлец» и бровью не повел. Складывалось четкое впечатление, что эту девушку слышу и вижу лишь я.

— Впрочем, не отвечай, — величественно разрешил Антон Леонидович и небрежно махнул узкой кистью. — Александра, ты хоть на миг задумалась, как могут быть расценены твои действия главой рода?

— О чем вы? — привидение взволнованно подалось вперед. — Никакого вреда роду я не причинила и не собиралась. Мама прекрасно об этом знает!

Я стояла молча. Происходило что-то из ряда вон выходящее, и любое мое слово неизвестно чем обернется.

— Похоже, не задумалась, — вынес вердикт «проходимец». — Твоя матушка упала в обморок, когда узнала о произошедшем. Анфиса не питает иллюзий и понимает, что ты ее предала: в обход закона и чести вознамерилась стать новой главой боярского рода Апраксиных.

— Что вы такое говорите?! Как можно?! — выдохнуло шокированное привидение.

— Видеть тебя мать больше не желает, а посему поручила мне, как супругу, озвучить ее решение, — мужчина сделал красноречивую паузу. А после, упиваясь собственной значимостью, сообщил: — С этого момента боярышня Александра Петровна Апраксина изгнана из рода. Фамилию тебе придумали новую. По-моему, весьма неплохую, — он достал из кармана халата серую картонку и протянул мне.

— Этого не может быть, — неверяще прошептала воздушная дева.

«Паспорт. Девица Александра Лаптева. Восемнадцать лет. Изгой», — прочитала я лаконичный текст и заторможено перевела взгляд на фотографию симпатичной зеленоглазой девушки.

Это лицо привидения. Но я-то тут при чем?

— Ах да, чуть не забыл! — Антон Леонидович с притворной досадой цокнул языком. — Пока ты находилась в беспамятстве, целитель тебя осмотрел. Увы, его заключение неутешительно: магический источник полностью выгорел. Без дорогущего лечения протянешь максимум полгода, — он огорченно вздохнул. — Александра, твой проступок ужасен. Но ты, пусть и не родная, все же дочь мне. Я поговорил с женой, она согласилась проявить милосердие и отправить тебя в женский монастырь. Если усердными молитвами искупишь свою вину, то решение об изгнании будет аннулировано. Через год, — добавил и довольно усмехнулся.

О каком магическом источнике речь? Да куда я попала-то?!

— Мразь! — заорала полупрозрачная девушка и рванула к мужчине.

Нападение не принесло «мрази» вреда, более того — осталось незамеченным. Насквозь пролетев его тело, девица зависла в воздухе. Злобно прищурилась и сердито скомандовала мне:

— Стукни его! Дай ему в нос! Кулаком!

— Станет только хуже, — пробормотала я.

— Ты наконец-то соизволила со мной заговорить? — небрежно поднял бровь омерзительный тип.

Тут со скрипом отворилась массивная дверь. Вошедший высокий крепкий мужчина сухо доложил:

— Хозяин, машина готова.

— Время твоего пребывания в этом доме закончилось. Попрошу на выход, — с издевкой указал на дверь Антон Леонидович.

Призрачная дева, растеряв всю агрессию, печально улыбнулась:

— Поехали в монастырь. Иначе придется жить на улице и просить милостыню.

Зажав в кулаке «паспорт», я пошла за полупрозрачной девушкой, плывущей над полом.

Как же хочется проснуться, и чтобы все оказалось не взаправду!

***

Машина напоминала танк. Разве что без дула и на колесах. Громко рыча, этот черный монстр медленно катился по дороге. Я смотрела в окно и пыталась понять, где нахожусь.

Была ведь в Питере. Откуда взялись деревенские дома? Еще и коза вон у забора бродит… Бред какой-то.

В мыслях творилась сущая вакханалия. Я старалась найти логическое объяснение происходящему, но не получалось.

Мне нужна информация.

Покосилась на призрачную деву, сидящую напротив. Точнее, пытающуюся сидеть. Жесткого кресла девушка не касалась. Закинув ногу за ногу, она парила над сиденьем.

Поговорить с ней? Нет, не стоит рисковать. Мужик за рулем на привидение не реагирует, но мой голос наверняка услышит.

Взгляд в очередной раз упал на руки. На лбу выступила испарина. Верить страшной догадке не хотелось, но, увы, факты — вещь упрямая.

Последний год маникюр у меня ультракороткий. Работа обязывает: для процедурных медсестер стричь ногти под корень — норма. Однако сейчас мои пальцы украшали длинные ухоженные ноготочки. Перевела глаза ниже. Платье один в один как на привидении. Да и мужик в подвале почему-то называл Александрой. А она-то полупрозрачная. И никто, кроме меня, ее не видит и не слышит.

Неожиданно бросило в жар. Голова разболелась, в ушах появился нудный звон.

Размеренно дыша, потерла виски. Придется принять очевидное: я в чужом теле. И в том питерском дворе меня все же убили. Призрак, подвал, изгнание из боярского рода, перспектива провести остаток жизни в монастыре — реальность.

За окошком замелькали поля, хмурое осеннее небо грозило пролиться дождем. А на мне лишь платье и домашние тонкие туфли. Надеюсь, хоть какие-то вещи с собой дали. Чемоданов в салоне я не заметила. Может, в багажнике лежат? Ну не выгнали же боярышню из дома совсем без ничего? Или именно это отчим привидения и сделал?

— Узнай у наемника, в какой монастырь везет, — попросила моя призрачная спутница.

Мозг радостно ухватился за возможность не думать о том, что я умерла и хрен пойми куда вляпалась.

Наемник? Крепкий мужчина за рулем — наемник? Что это означает? Работает по трудовому договору? Или что-то типа спецназовца? Судя по спортивному телосложению и мрачной физиономии водителя второе более вероятно.

Я кашлянула, прочищая горло.

— Простите, а куда мы едем?

— В Суздаль, — неохотно отозвался водитель-наемник.

В салоне автомобиля резко стало душно, показалось, что у меня подскочила температура. А в следующее мгновение я уже тряслась как на морозе.

Что происходит?!

— Сколько времени проведем в пути? — уточнила, стараясь не стучать зубами.

— Расстояние от Владимира до Суздаля тридцать шесть километров. Дорогу ремонтируют, — сухо ответил мужчина. — В монастырь приедем минут через сорок.

Я все сильнее мерзла. Мелко дрожа, обняла себя за плечи.

— Морозит? — сочувственно спросило привидение.

— Угу.

— Ритуалом я сожгла источник силы. Теперь постоянно будет холодно, — девушка ссутулилась, отвернулась к окну.

Странно. Периодами так очень даже жарко.

Не успела об этом подумать, как опять бросило в жар. Внутри будто пожар вспыхнул. Воздуха не хватало. Я откинулась на спинку сиденья, оттянула воротничок от шеи.

И тут правое предплечье словно опалило огнем. Не сдержавшись, зашипела от боли.

— Что с тобой? — встревожилась подруга по несчастью. Подлетела, нависла надо мной.

— Рука… — простонала я сквозь зубы. Плюнув на предосторожности, задрала рукав платья. Увидев на коже черный узор, с изумлением посмотрела на бывшую владелицу тела.

Та резко отпрянула.

— Метка ведьмы! — прошептала она с ужасом, прикрывая ладонью рот.

Это еще что за новости?

Я одернула рукав, пряча рисунок под тканью, и прижала ноющую конечность к груди.

— Рассказывай! — потребовала шепотом.

Глава 2 О том, что выход всегда есть. И добрые люди непременно найдутся

— К этой мерзости я не имею никакого отношения, — открестилась полупрозрачная боярышня, мотая головой. Затем удивленно прошептала: — Это же твой дар проявился. Как же я сразу не поняла? — и добавила с ненавистью: — Ты гадкая черная ведьма!

Какая еще ведьма? Она спятила? Я покрутила пальцем у виска.

— А я ведь тебя жалела, — продолжила вещать дева. — Умереть и очутиться в чужом теле с изувеченным источником — сомнительное удовольствие. Уж лучше, как я, привидением стать. А тут вон оно что. Оказывается, ты решила воспользоваться удобным случаем. Поди, совсем телесная оболочка одряхлела, раз новая понадобилась. Просчиталась, ведьма! — в ее голосе зазвенело отвращение. — И чудовищный дар тебе не поможет, через полгода все равно сдохнешь! Или даже раньше. Твою поганую метку в монастыре непременно увидят, доложат куда следует! И прибьют тебя маги императора, как муху навозную! А душонка твоя сгниет без права перерождения!

Я обескураженно хлопала ресницами, глядя на злющую боярышню. Что она несет?!

— Отдай мое тело! — взвыло привидение и рвануло ко мне. — Отда-а-ай!

Зажмурившись от страха, я инстинктивно выставила перед собой руки. Кожу обдало ледяным ветерком, а следом раздался болезненный вскрик.

Боясь пошевелиться, я настороженно прислушалась. Уже все или будет еще нападать?

Сквозь рокот двигателя пробивалось хныканье. С опаской приоткрыв веки, увидела жмущуюся к потолку полупрозрачную фигурку. Девушка трясла руками, словно пыталась их остудить.

— Ведьма, ты меня обожгла? — неверяще пробормотала она.

— Сама ты ведьма.

— Это твоя душа притащила проклятый дар, — упрекнула призрачная боярышня. И горько расплакалась.

— Александра, у вас все в порядке? — обернулся ко мне водитель.

— Адаптируюсь к новой реальности, — мрачно буркнула в ответ.

Мужчина внимательно на меня посмотрел и опять сосредоточился на управлении машиной. А я, рвано вздохнув, прижалась лбом к прохладному стеклу. От нервного перенапряжения ощутимо потряхивало.

Ведьмы, призраки, бояре, наемники… Эта припадочная еще упомянула магов императора. Едем из Владимира в Суздаль. Выходит, мою душу закинуло не только в чужое тело, но и в какую-то альтернативную Россию?

Я тихонько застонала. За что мне это? Чего такого ужасного я натворила за свои двадцать с небольшим лет жизни? Вроде по совести жила. Вон, напоследок девочку-подростка от домогательств пьяных хулиганов спасла. Можно сказать — геройски погибла. Хотя какое здесь геройство. Я же, как идиотка, собственным рюкзаком колошматила гопников и орала что было мочи. В итоге девочка убежала, а мне нож воткнули в горло.

Умерла от потери крови в безлюдной подворотне. Прямо как бродяга. Наверняка похоронят как безродную. Полиции и сообщать-то о моей смерти некому. Вот уже год как бабушка, мой единственный родной человек, ушла в мир иной.

От жалости к себе всхлипнула.

Неожиданно вспомнила, чему меня сызмальства учила бабуля. Сила человека — в уверенности. В том, что дойдешь, в том, что сможешь. В том, что за черной полосой непременно наступит белая. А главное — неважно, что происходит, значение имеет лишь твое отношение к происходящему.

Хватит ныть! Если хочу жить — нужно думать, что делать дальше.

Идти в монастырь и там ждать смерти или разоблачения «ведьмы» — не вариант. Мне отпущено каких-то полгода, но отчим привидения дал понять, что «вылечить» магический источник можно. Значит, необходимо срочно найти специалиста и убедить его помочь.

Еще — выяснить, что за дар у ведьм. За что их ненавидят? Да и в целом я ничего об этом мире не знаю. Пока придется прятать «татушку» под рукавом платья, а потом что-нибудь придумаю.

И тут обнаружила, что машина не движется. Но задать вопрос водителю не успела.

— Мы на месте, — безучастно произнес мужчина. — Выходите.

М-да уж. И куда идти? Ладно, нечего расклеиваться. Справлюсь.

Положила паспорт в карман платья и взялась за ручку двери. И вспомнила о бытовой проблеме:

— Разве меня в ссылку без вещей отправили?

— Об этом мне неизвестно, — апатично пожал плечами водитель-наемник. — Антон Леонидович отдал приказ подготовить автомобиль и доставить вас в любой из женских монастырей в Суздале. Распоряжение хозяина я выполнил.

Великолепно! Даже сменных трусов не дали!

А этот Антон Леонидович редкостная сволочь. Уже самой хочется набить ему физиономию.

Больше не пытаясь разговорить водителя, я выбралась из салона. Едва захлопнула дверцу, двигатель взревел, и железный монстр бодро покатил по дороге.

Желудок жалобно заурчал. Оглядела выбеленный каменный забор, массивную деревянную калитку. В монастыре, скорее всего, покормят. Но нет, туда мне точно не надо.

Упрямо поджав губы, я пошла по вымощенной булыжниками дороге.

— Ты куда? — удивленно спросила призрачная дева.

И чего она ко мне прицепилась? Ехала бы в родительский дом. Возможно, со временем и нашла бы способ, как насолить отчиму. На худой конец, летала бы над ним да бранилась.

Слегка притормозив, я украдкой осмотрелась. Прохожих не обнаружила и, не таясь, уставилась на парящую в воздухе девушку.

— Зачем за мной увязалась? Ты уже пыталась вернуть себе тело — тебя обожгло. Снова хочешь испытать удачу? — наехала я на боярышню. —И какой смысл? Через шесть месяцев наступит смерть, как ты выразилась, телесной оболочки. К тому же сама говорила, что привидением быть лучше. Или тебя внезапно прельстило звание гадкой черной ведьмы?

Девица стушевалась.

— Не могу я далеко отходить, — призналось она. — Максимум тридцать метров, и притягивает обратно. Так куда идешь? Монастырь-то уже позади.

Какая «прелесть»! То есть мне предстоит круглосуточно находиться в компании призрака? Придется с ней общий язык искать. Но, ей-богу, не сейчас. Мозги от всего произошедшего набекрень, и к задушевным беседам я не расположена.

— Решила прогуляться, — буркнула сердито и ускорилась.

***

Суздаль красивый. Наверное. Изучать старинные здания и величественные храмы мне было недосуг. Небо затягивали тучи, то и дело налетал холодный ветер, заставляя зябко потирать плечи. И все сильнее мучил голод.

Где же искать этого чудо-врача? Да и есть ли он в этом городке?

Призрачную боярышню спрашивать бесполезно. Она в Суздале явно раньше не бывала: слишком уж головой вертит. К тому же не хочется рассказывать ей о своих планах. Доверие — штука серьезная. Сестра по несчастью его пока не заслужила.

Ноги принесли меня к рынку. Я пошла между рядами, прислушиваясь к обрывкам разговоров и скользя жадным взглядом по прилавкам с сочными фруктами и прочими вкусностями. Живот уже практически прилип к спине.

— Зачем ты сюда пришла? — поинтересовалось привидение и напомнило: — У тебя же нет денег.

А то я не в курсе.

Остановившись у стола, ломящегося от свежей выпечки, сглотнула слюну. Чего тут только не было! Украшенные фигурками из теста караваи, пышные булочки с начинкой, обсыпанные сахаром крендели, открытые и закрытые пироги... Аромат сдобы сводил с ума. Хотелось схватить ближайшую булку и вцепиться в нее зубами.

Докатилась. Воровать на рынке пирожки — это край.

Пышнотелая хозяйка всего этого богатства увлеченно слушала пожилую покупательницу.

— Ни в жисть в енту школу магии идти работать нельзя! — громко заявила та.

Я моментально навострила уши.

— Пошто так? Ты ж баяла, что поломойкам жилье дают да платят хорошо, — поправив на груди душегрейку, продавщица с любопытством подалась вперед.

— Так и не отказываюсь от слов-то своих. Ректор — понимающий мужчина, к прислуге завсегда с уважением. Токмо енти студиозы — настоящие исчадия ада! Нету у меня столько нервов! — горячилась ее собеседница. — Охальники! Такое творят, что вспоминать тошно! Не-е-е, меня туда никакими коврижками больше не заманить, — она нервно шлепнула ладонью по краю стола. — Расчет сегодня получила — и баста!

— Га-а-ал, — удивленно протянула продавщица. — У тебя ж мизинца с рождения не было. А теперь — вот он.

— Енто мне целитель школьный вырастил, — Галина с довольным видом растопырила пальцы. — Но все одно я туда ни ногой! И другим закажу!

Сердце в груди часто-часто забилось. Вот оно! В школе магии есть целитель. И туда ищут уборщицу. Неужели мне повезло?

— Ох-хо-хо, и вправду тебя студиозы замучили, — продавщица поцокала языком. Наконец она заметила меня: — Выбрали, барышня? Что подать?

Растянув в улыбке посиневшие от холода губы, я покачала головой. И не реагируя на запрещающие знаки, подаваемые призраком, вежливо обратилась к женщинам:

— Прошу прощения, я невольно услышала вашу беседу. Скажите, пожалуйста, далеко ли эта школа магии?

— На работу, штоль, туда собралась? — изумилась Галина.

А продавщица, прищурившись, оглядела меня с ног до головы.

— Галя, угомонись. Не нашего ума дело, — одернула она товарку, повернулась ко мне и начала объяснять: — Как выйдешь с рынка, иди налево, к речке Каменке. Перейдешь ее по мосту и ступай прямо по дороге. Далековато, конечно, но за пару часов до школы дойдешь.

— Спасибо вам, — я последний раз посмотрела на сдобу и шагнула в сторону.

— Погоди-ка, девонька, — остановила меня продавщица. Подцепила вилкой пару пирожков, упаковала их в бумагу и протянула мне. — На-ка, на дорожку.

Руки сами вцепились в сверток.

— Век вашей доброты не забуду, — я вымученно улыбнулась женщине и пошла прочь.

— Простодыра ты, Матрена! Как есть простодыра! Она ж, как пить дать, бродяжка! На кой ляд товар даром отдала?! — негодовала позади меня бывшая уборщица.

— За надом! — отрезала продавщица и что-то еще добавила, но этого я уже не разобрала.

Спасибо тебе, благодетельница. Я и правда сейчас бродяжка.

Глотая горькие слезы, прижала к груди пакет и поспешила к речке. Перейдя мост, чуть успокоилась. На ходу разорвала бумагу, достала пирожок.

— Ты будешь это есть? Туда же неизвестно чего напихали! — испугалась неживая боярышня.

Проигнорировав избалованную дворянку, я одним махом покончила с выпечкой. С сожалением смяла пустую обертку и печально вздохнула. Вроде поела, а зверский голод никуда не делся.

Вдалеке показались узорчатые башни замка. Ого! Основательный здесь подход к обучению.

— Ты действительно собралась идти работать поломойкой к одаренным? — вновь активизировалось мое личное привидение.

— Да, а что?

На голову и плечи упали первые дождевые капли, и я прибавила шаг.

— С ума сошла?! — встревоженно залетала туда-сюда дева. — Боярышни не работают поломойками! Это грязная работа для простого люда! Не знаю, кем ты была в прошлой жизни, но обязана соответствовать статусу!

О, пошло классовое превосходство. Ну-ну.

— Тебя изгнали из боярского рода, лишили всех дворянских привилегий, — напомнила я, отбрасывая мокрую прядь с лица. — И, хочу заметить, в отличие от привидения, мне необходимо есть, пить, мыться и где-то жить.

Призрачная девица недовольно засопела.

— Согласна, — в итоге выдала она. — Но почему ты в монастырь не пошла? Там и еда, и крыша над головой. Испугалась, что метку увидят? В магической школе еще опаснее: не студенты, так преподаватели легко распознают в тебе ведьму. И меня заодно развеют. Хватит самодеятельности! Идем обратно в город! — потребовала дева. — Полгода у нас есть. Может, матушка скоро передумает и сменит гнев на милость.

М-да, способности магов-преподавателей я не учла. А вдруг у них есть какие-то дополнительные способы разоблачения ведьм? Ну, кроме как посмотреть на метку? Впрочем, дожидаться в монастыре милости главы боярского рода — еще хуже.

Дождь усилился. Словно подгоняя, ледяные струи хлестнули по спине, и я, хлюпая по грязи раскисшими домашними туфлями, стремглав понеслась к замку. Затормозив у высоченных ворот, выровняла дыхание. И, лязгая зубами от холода, взялась за дверной молоток.

Эх, была не была!

Глава 3 О новом месте работы

На улице стремительно темнело. Ливень не прекращался. А обитатели школы магии все не спешили открывать. Мокрая до нитки, я обнимала себя за плечи и с надеждой смотрела на калитку в массивных воротах.

Так долго уже тарабаню. Неужели никто не слышит?

В сотый раз потянулась к молоточку, и в этот момент дверь наконец распахнулась. В проеме выросла здоровенная фигура в черном плаще.

Ой…

Я попыталась разглядеть лицо под скрывающим голову капюшоном. Не вышло.

— Пойдем отсюда, — жалобно попросило привидение. — Я боюсь, — и спряталось у меня за спиной.

Ну, так-то и мне не по себе. Все прямо как в фильме ужасов: темно, ливень, старинный замок и жуткий тип. Только окровавленного топора не хватает. Или бензопилы.

— Что вы хотели? — сурово пророкотал великан.

Меня ощутимо потряхивало — и от холода, и от волнения, щедро сдобренного страхом. Я таращилась на пугающего привратника, а тот больше не издавал ни звука и явно ждал ответа.

Да хватит уже дрожать! Соберись, тряпка!

Гордо подняла подбородок и с достоинством сообщила:

— Меня интересует вакансия поломойки. Кто у вас занимается наймом персонала?

Спустя мучительно долгую паузу зловещий тип бросил:

— Идите за проводником, — и скрылся из виду.

За каким еще проводником?!

Шумно выдохнув, я решительно вошла в калитку. Осмотрелась, но сквозь пелену дождя ничего увидеть не удалось, кроме светлеющегося неподалеку комочка. Приглядевшись, с удивлением поняла, что на брусчатке сидит… белый кролик. Абсолютно сухой.

Что, фильм ужасов закончился, и начались приключения Алисы в Стране чудес? И как глубока эта кроличья нора?

Безуспешно поискала взглядом привратника, а после хмуро посмотрела на кролика. Тот пошевелил длинными ушами, повернулся ко мне упитанной попой и несколько раз прыгнул вперед. Обернулся, словно предлагая следовать за ним, и быстро поскакал… куда-то.

«Натуральный дурдом», — подумала я и рванула за белым зверьком.

Проводник петлял как самый настоящий заяц. Одна тропинка сменяла другую, туфли все сильнее скользили по булыжникам, я с трудом удерживалась на ногах. Казалось, сумасшедший забег под проливным дождем никогда не закончится.

Увидев очертания какого-то здания, я уже было обрадовалась, но… Подошва на раскисшей туфле отвалилась. Я бестолково взмахнула руками и навзничь рухнула в кусты.

Твою ж мать!

Мысленно кляня все на свете, попыталась выбраться из западни. Голые ветки цеплялись за платье, не желая отпускать. Шею сильно оцарапала колючка. Зашипев от боли, я раздосадованно стукнула по размякшей земле.

— Кролик удрал, — мрачно доложило привидение.

Кто бы сомневался.

Кое-как перевернувшись лицом вниз, я встала на колени и поползла назад.

— Позвольте вам помочь, — раздался за спиной бархатистый мужской голос.

И не успела я пикнуть, как чужие руки легли на талию, и мужчина выдернул меня из кустов, словно пробку из бутылки. Перехватил поудобнее, и наши взгляды встретились.

Вау, какие у него глаза! Я и не подозревала, что радужка бывает золотистой. А почему на нас не капает? Дождь ведь никуда не делся. Это какая-то магия? Кто он такой? На вид — лет двадцать пять. Студент или преподаватель? На матерого волка похож. Опасный, таинственный, манящий.

Вот о чем думаю?! Прежде на красивых мужчин слюни не пускала, с чего вдруг начала? К тому же я теперь треклятая ведьма с испорченным источником, изгой, и жить мне осталось полгода.

Рассердившись сама на себя, попыталась слезть на землю. Но притягательный незнакомец не позволил, прижав крепче.

— Ваша обувь испорчена. Вы насквозь промокли, а проводника потеряли. Шли устраиваться на службу?

Я осторожно кивнула.

— Отнесу вас, — заявил мужчина и уверенно зашагал по дорожке.

— Мне он не нравится. Что-то с ним не так, — пробурчало привидение.

Жар стыда опалил щеки. Конечно не так! Но не с ним, а со мной. Мокрая, грязная как не знаю кто, человек меня из кустов вытащил, на руках доставит куда надо, а я ему даже спасибо не сказала.

— Нельзя позволять постороннему мужчине нести себя, — продолжила бубнить призрачная боярышня. — Твое поведение неприлично.

И не поспоришь. Но все же гордо шлепать босиком по лужам я пойду как-нибудь в другой раз.

— Благодарю вас за помощь, — я снизу вверх посмотрела на своего спасителя.

— Пожалуйста.

Украдкой рассматривая профиль красивого мужчины, я испытывала странное смятение. Стоит ли еще что-то ему сказать? Но что? В голове звонил тревожный звоночек, и я не понимала, что со мной творится.

Остаток пути прошел в молчании. Занеся меня в здание, безымянный помощник быстро миновал узкий скудно освещенный коридорчик, вошел в какое-то помещение.

— Добрый вечер, Агриппина Васильевна. Принимайте новую сотрудницу, — он аккуратно поставил меня на пол.

— Здравствуйте, — я смущенно улыбнулась элегантной пожилой женщине, сидящей за письменным столом.

Та величественно кивнула в ответ на мое приветствие и скептически посмотрела она на мужчину.

— Дмитрий Игоревич, голубчик, и кем же мне ее принять? Девушка, очевидно, слишком юна, чтобы быть преподавателем. А штат прислуги полностью укомплектован.

Острое разочарование полоснуло душу. Но мириться с неудачей я не собиралась:

— Агриппина Васильевна, у меня есть информация, что сегодня у вас уволилась поломойка. Я хочу работать на ее месте.

— Поломойкой? — с удивлением переспросила кадровик и озадаченно воззрилась на моего спасителя.

— С ректором согласую. Оформляйте, — приказал Дмитрий. — Всего доброго, — он вежливо мне поклонился и покинул кабинет.

— Надо же, — пробормотала растерянно Агриппина Васильевна. Поправив и без того безукоризненную прическу, деловым тоном обратилась ко мне: — У вас документы при себе есть?

— Да, — я бережно вытащила из кармана влажную картонку. Развернув паспорт, положила на столешницу.

— Александра Лаптева. Изгой, — вслух прочла женщина. Сокрушенно вздохнула, взяла со стеллажа толстую папку, достала бланки и начала что-то писать.

— Не нравится мне все это, — проворчала зависшая у окна призрачная боярышня. — Пойдем в монастырь, пока не поздно. Будешь метку хорошенько прятать, и проблем не возникнет.

Ага. Просто помру в келье. В лучшем случае.

Я проигнорировала призрака, внимательно наблюдая за тем, как женщина заполняет документы.

Закончив, она подала мне листы:

— Подписывайте.

Я поставила в нужных местах загогулину, отдала бумаги изучающей меня Агриппине Васильевне. Кадровик вернула папку обратно на полку, встала.

— Пойдемте со мной, — пригласила и грациозно направилась к выходу.

По дороге женщина уведомила, что мне выдадут сменную одежду, предоставят комнату и прямо сегодня накормят. И вроде стоило бы радоваться, но тревога грызла все сильнее.

Меня однозначно не хотели брать на работу. Если бы не загадочный Дмитрий Игоревич, то Агриппина Васильевна мне бы отказала. Вопрос: с какого перепуга мужчина воспылал желанием помогать первой встречной замарашке?

Почему-то потянуло обернуться.

Оставленная мной цепочка грязных следов волшебным образом исчезала на глазах. И не успела я моргнуть, как каменный пол стал девственно чистым.

Если по всей школе так, то зачем им поломойки?

***

Я растерянно осматривала свое новое жилище. Маленькая квадратная комнатушка, узкое окно-бойница, под ним — стол. Справа двухстворчатый шкаф, слева кровать. И все. Ни тебе занавески, ни напольного коврика, ни цветка в горшке.

Хм-м. Аскетично. Наверняка как-то так и выглядят кельи.

— Полотенца, гигиенические принадлежности, стандартный набор одежды — в шкафу. Размер универсальный. Как оденетесь, все станет вам впору. Удобства на этаже, — кадровик достала из кармана ключ: — От душевой. Как приведете себя в порядок, приходите в столовую. Поужинаем в тесном, — она отчего-то тяжело вздохнула, — женском кругу.

Желудок жалобно заурчал. Есть хотелось неимоверно. Однако прежде чем садиться за стол, необходимо помыться: мокрое платье противно липнет к телу и голова чешется. Я сжала ключ в руке.

— А как пройти в душевую?

— Объяснить-то могу, но особого смысла в этом нет: все равно заплутаете. Замок старинный, множество дверей, коридоров. Первое время рекомендую пользоваться услугами проводника.

Это она про того сумасшедшего кролика? А я так надеялась, что забег под дождем — разовая акция.

— И как позвать проводника?

— Громко, — Агриппина Васильевна впервые улыбнулась. — До встречи в столовой.

Она развернулась и вышла из моей «кельи».

— Не нравится мне здесь, — снова завела свою пластинку зависнувшая под потолком призрачная боярышня. — В женской гимназии и то было лучше. А мадам Тюсон, между прочим, нас в строгости держала. Нас и в город-то пару раз всего выводили.

— Как долго ты жила в гимназии?

Я с удовольствием скинула развалившиеся туфли. Поставив их у стеночки, подошла к шкафу.

— С десяти лет. Выпустилась неделю назад, — тихо ответила дева.

Сейчас ей восемнадцать. Выходит, восемь лет провела взаперти. М-да уж, что она знает о реальной жизни?

Распахнув створки, оглядела висящую на плечиках одежду: дождевик, теплая куртка, комбинезон, брюки, рубашки. Под одеждой стояла обувь: ботинки, домашние тапочки.

— Тебе предлагают носить штаны? — удивилось привидение. — Это неприлично! Ты должна потребовать нормальную женскую одежду!

Нет, штаны меня не смущали. Я привыкла в них ходить. Но то, что стандартный набор одежды оказался мужским, конкретно напрягало.

Взяла с полки трусы. Развернула. Полюбовавшись на гульфик, положила нижнее белье обратно. Под меня эта вещь точно не подстроится.

В итоге выбрала лишь штаны и рубашку. Достала громадные тапки. Сунула в них ноги и с изумлением обнаружила, что обувь моментально уменьшилась под мой размер.

— Чудеса, да и только.

— Беда будет. Тебе надо срочно идти к ректору, — разнервничалась призрак, летая из угла в угол. — Пусть сейчас ты в статусе мещанки, но это же немыслимо! Да мадам Тюсон выпорола бы тебя розгами за одно намерение надеть брюки! Минимум на месяц посадила в карцер, а потом опять выпорола! Не надевай эту одежду. Пожалуйста, не надевай.

Боже, в каком же аду она жила?

Сложив вещи и полотенце стопочкой на кровати, я пристально посмотрела на призрачную девушку.

— Как относились твои родители к методам воспитания мадам Тюсон?

Она опустилась к полу, подплыла к окошку и отвернулась.

— Много лет наш род раздирала междоусобица. Батюшке было не до меня. После того как меня в первый раз выпороли, я пожаловалась матушке. Так она сказала, что все это во благо, и мне нужно подчиняться воле педагогов. Ну и больше не жаловаться.

Злость закипала внутри. Что за бред несла ее мать?!

Мой отец — алкоголик. Он бросил нас с мамой, когда мне исполнилось четыре. Через год мамочка скончалась от скоротечного рака, я ее совсем не помню. Меня воспитывала бабушка — питерская интеллигентка, уважаемый ученый в области нейронауки и психолингвистики. Чтобы она на меня подняла руку? Да никогда в жизни!

— Ты один ребенок в семье?

— Нет, — боярышня печально покачала головой. — У меня было двое старших братьев. Они погибли. Вместе со своими семьями и папой, — дева повернулась ко мне. — В тот день мама занималась обустройством нашего дома во Владимире, а в московском особняке случился пожар. Никто не выжил. С их смерти минуло три года.

Уф-ф.

— Мне жаль.

— Полгода назад матушка вышла замуж за этого проходимца Антона Леонидовича. Мол, она устала одна тянуть родовое дело и ей требуется сильное мужское плечо, — лицо призрака исказилось от ненависти. — А этот мерзавец понабрал кредитов, наделал долгов и распродает имущество! Я попыталась поговорить с маменькой, так она и слушать не захотела. Дескать, ее Антонушке виднее. И тогда я решила пробудить духа рода, чтобы он ее вразумил, растолковал, с каким подлецом она живет! Ну и вот, — боярышня горько расплакалась.

Что тут скажешь? И даже обнять подругу по несчастью не выйдет. Так странно. Она младше всего-то на два года, но мне кажется, что я гораздо взрослее.

Встав рядом с надрывно плачущей девушкой, я молча ждала, пока она выплеснет свою боль.

— Давно не плакала. А сегодня не сдержалась, — шмыгнув носом, смущенно призналась дева.

— Накопилось, — я тепло улыбнулась.

— Тебе же помыться и поесть надо! — встрепенулась девушка. А заметив, как я взяла школьную одежду, жалобно попросила: — Может, все же не станешь это надевать?

— Люблю носить штаны, — подмигнула я удивленной деве и громко позвала: — Проводник!

Возле ног материализовался уже знакомый белый кролик. Вот откуда он взялся?

— Вряд ли иллюзия. Больше похож на фантома, — неуверенно предположила призрачная боярышня.

Так, ладно. Дело ясное, что дело темное. Позже разберусь. А сейчас — срочно мыться и есть!

— Веди меня в душ, — велела зверьку. И грозно добавила: — Бегать за тобой не буду! Понял?

Кролик пошевелил ушами, совсем по-человечески ехидно фыркнул и медленно поскакал к выходу. Я распахнула перед проводником дверь и вышла следом за ним.

К моей радости, в коридорах никого не встретилось, а кролик не летел как полоумный. Однако шли мы чересчур долго. Я уже начала подозревать, что этот плут намеренно ведет меня окольными путями, но мы наконец-то остановились у одной из дверей. Проводник стукнул по ней задней лапой и растаял в воздухе.

От удара дверь приоткрылась. Хм, и зачем мне дали ключ, если душевая не заперта?

Вошла в раздевалку. Оглядела множество металлических шкафчиков, выбрала один наугад. Положила в него стопку чистой одежды, захватила полотенце и отправилась исследовать душевую.

— Что-то тут не так, — пробубнило привидение.

Да вроде все нормально. Обычные душевые кабинки, как в спортзалах и бассейнах моего родного мира.

Зашла в самый дальний закуток, выложенный светлой плиткой. Повесила полотенце на крючок, избавилась от грязного влажного платья и нижнего белья. Кинула все это кучей на пол. Немного помучившись с кранами, включила воду и встала под горячие струи.

Как же хорошо-о-о!

С истинным наслаждением намылилась обнаруженным на полочке мылом, ополоснулась и, закрыв краны, обернулась полотенцем. Наклонилась за грязной одеждой, которую не помешает постирать, и изумленно распахнула глаза.

Стирка отменяется. Ни платья, ни белья нет. Что за чудеса?

И тут по ушам резанул душераздирающий крик привидения. Придерживая полотенце, я выскочила из кабинки.

Метрах в пяти от меня стояло трое высоких мускулистых парней.

Голых.

Глава 4 Во что я влипла?

— Вот это сюрприз, — ошарашенно пробормотал брюнет, стоящий справа.

Словно по команде, юноши прикрыли руками свое мужское достоинство и встали плечом к плечу.

Какая синхронность! Прямо балерины из «Лебединого озера»! Репетировали, что ли? Ноги этим «танцовщицам» не мешало бы побрить, а в остальном — хоть сейчас выпускай на сцену.

Видимо, от дурацких мыслей испуг исчез. Пряча смех, я прищурилась, обвела взглядом изумленных парней.

— Голые мужчины! Совсем голые! Срам-то какой! — выйдя из ступора, запричитала призрачная боярышня. И стыдливо юркнула мне за спину.

— Белоснежка, а что вы делаете в мужской душевой? — игриво уточнил светловолосый красавчик.

В мужской?! Ну проводник! Оторвать бы уши этому шутнику!

— Освежиться захотелось, гномик, — пропела я, ловко подхватив сползающее с груди полотенце.

— Да у вас острый язычок. А глаза-то какие манящие, — блондин поиграл бровями.

— Сергей, следите за словами. Она ведьма, — напряженно произнес до сих пор молчащий рыжеволосый парень. — Даром еще не пользовалась, но шанс, что не пьет силу одаренных, один на миллион.

Между лопаток пробежал липкий холодок страха. Я забыла о метке ведьмы! Вот дура! Прятала-прятала татушку и так по-идиотски подставилась!

Разум лихорадочно искал выход. На ум приходила только одна идея: делать вид, что все нормально.

— Все. Вот и все, — с отчаянием зашептало мне в ухо привидение.

С огромным трудом сохраняя самообладание, я демонстративно посмотрела на правое предплечье. Затем — на чересчур наблюдательного юношу:

— Вы так много знаете о ведьмах?

— У нас хорошие преподаватели, — быстро ответил студент. — И самому было интересно, читал дополнительную литературу. Если желаете, могу рассказать. Не сейчас, конечно, — он смущенно кашлянул, крепче прижал ладони к паху. — Завтра утром, в библиотеке, часов в десять вас устроит?

— Вполне. Всего доброго, — обойдя приросших к полу красавцев, я вышла из душевой.

Свидание в библиотеке — подстава? Да нет, не похоже. Парень был напряжен, удивлен, но вовсе не испуган. Да и никто из них агрессии не проявлял. А что если призрак заблуждается насчет ведьм?

Сердце забилось как сумасшедшее, ноги ослабли. Видимо, пришел откат. Доковыляв до шкафчика, я трясущимися руками достала вещи.

— C чего вдруг вы гномик? Они же мелкие, — долетел из приоткрытой двери голос брюнета.

— Потому что назвал ее Белоснежкой, — буркнул блондин. Он еще что-то сказал, но слова заглушил шум воды.

Надев большие для меня штаны с рубашкой, я заторможенно отметила, как ткань зашевелилась, прилегла к телу. Через миг одежда сидела на мне как влитая.

Потянулась за влажным полотенцем, но то куда-то исчезло.

Прислушалась. Парни мылись. Неужели ничего страшного не произойдет?!

Не до конца веря, что гадкую черную ведьму так просто выпустят, и стараясь не шуметь, выскользнула из раздевалки. Отошла подальше от мужской душевой и только тогда облегченно выдохнула.

Сурово посмотрела на полупрозрачную боярышню.

— Не понимаю, — пролепетала та. — Ведьма — зло во плоти. Любой, кто увидит метку, обязан сразу же принять меры для поимки ведьмы и вызвать имперских магов. Мадам Тюсон много раз нам это говорила. Может, этим студентам не рассказали?

Я поморщилась. Об этом, чужом мире ничегошеньки не знаю, остается лишь строить догадки.

— Утро вечера мудренее. Сейчас я иду есть и спать.

— Как ты можешь быть такой спокойной?! — замельтешила в воздухе встревоженная дева.

Спокойной? Да у меня пульс зашкаливает и колени до сих пор дрожат!

Не став отвечать, я криво усмехнулась.

— Проводник! — позвала громко. У ног возник белый кролик. Я резко наклонилась, схватила пакостника за уши. — Шутки закончились. Еще раз приведешь меня не туда, куда требуется, пущу на котлеты.

Фантом сложил передние лапки на груди, изображая оскорбленную невинность. Ну, если разобраться, в душ-то он меня привел. Правда, не в тот. Или я неверно задала пункт назначения? Вот гадство!

— Веди к Агриппине Васильевне, — приказала, поставив зверька на пол. Надеюсь, других женщин с таким именем-отчеством в этом учебном заведении нет.

Одарив меня обиженным взглядом, пушистик словно нехотя сделал пару прыжков. А потом стремглав помчался вперед по коридору. Пришлось снова нестись за ним.

У-у-у, зараза!

Когда этот полоумный спринтер наконец-то остановился у открытой двери, я пыхтела как паровоз. Затормозив, перешла на шаг, выравнивая сбившееся дыхание. По сравнению с этим забегом, тот, на улице, вообще неспешная прогулка!

В боку ощутимо кололо. М-да, физическая подготовка никуда не годится. Девица совсем не занималась? Я мрачно посмотрела на подлетевшее ко мне привидение. Горделиво задрав подбородок, то демонстративно отвернулось.

Ну и характер. Вредина, еще и в панику горазда впадать. И как набралась храбрости-то попытаться разбудить дух рода? Или не предполагала, что для нее все так плачевно закончится? Впрочем, пока не стоит этим заморачиваться. Есть дела поважнее.

Желудок жалобно заурчал. Пригладив спутанные влажные волосы, я вошла в столовую. В центре помещения, на удивление уютного и небольшого, красовался уставленный снедью стол. Вокруг него сидели три женщины, еще не приступившие к ужину. Услышав мои шаги, они слаженно повернули головы на звук.

А я мысленно себя похвалила: пункт назначения задан верно. Пора знакомиться с коллегами.

— Добрый вечер. Благодарю за ожидание, — произнесла дружелюбно.

— Как ты себя ведешь? Следовало извиниться и смиренно просить разрешение подойти к столу, — упрекнула призрачная боярышня.

Не соглашусь. Время ужина мне не сообщили, так что опоздания нет. К тому же это их личный выбор — ждать меня или нет. Раз подождали, значит, надо поблагодарить. А вот извиняться не за что. Насчет смиренной просьбы и вовсе молчу.

Две незнакомые мне сотрудницы вразнобой поздоровались и принялись наполнять свои тарелки.

— Садитесь, Александра, — кадровик указала на пустующий стул. — Как вы уже знаете, я занимаюсь наймом персонала. Но мои обязанности на этом не заканчиваются. Фактически я — экономка, на мне все хозяйственные вопросы в замке. А теперь представлю наш скромный женский коллектив. Напротив вас Маргарита Павловна Ткачук, библиотекарь.

Симпатичная стройная женщина лет тридцати кивнула и вновь сосредоточилась на еде.

— Анна Ивановна Горохова, наш изумительный повар, — продолжила знакомство кадровик-экономка.

Повариха, тучная пожилая женщина, заботливо спросила:

— Золотце, что с вами стряслось? Выглядите утомленной.

Вроде бы Анна Ивановна — хороший человек. Но откровенничать все равно не стоит.

— У меня возникло недопонимание с проводником, — пояснила я. Развернув салфетку, расстелила ее на коленях.

— Неужели вынудил бегать за ним? — отложив ложку, напряглась Маргарита. Я кивнула. — Агриппина Васильевна, вот видите! Он сразу же новенькую мучить начал! А если Александру, как меня в тот раз, к студентам в душевую заведет?! Ладно, я замужняя, а она-то девица! — библиотекарь возмущенно фыркнула. — Почему вы не хотите пожаловаться ректору? Наверняка этому фантому можно настройки поменять.

О как. Выходит, заяц не одну меня сводил на экскурсию к мальчикам. Вот же… белая морда!

Агриппина положила на мою тарелку умопомрачительно пахнущее овощное рагу. Не заставляя себя ждать, я с наслаждением приступила к еде.

Понимающе мне улыбнувшись, Агриппина Васильевна строго сказала:

— Маргарита, сожалею, что с вами год назад произошел тот досадный инцидент. Но проводник — уникальный фантом. Он разумен как человек и полностью автономен. Ни в одной военной академии подобного проводника больше нет. Изменение настроек, весьма вероятно, повлечет за собой гибель существа. А второго Дмитрий Игоревич вряд ли согласится создать. Так что нет, к ректору с подобной просьбой я не пойду. И вам не советую.

Хм-м, оказывается, проводника создал мой таинственный спаситель. Ну а в разумности пакостного зайца я и не сомневалась.

Поднесла ложку ко рту, да так и застыла. Как военная академия?! Я не ослышалась?!

— Александра, вы ведь уже пострадали от кролика-хулигана. Не поговорите ли при случае на эту тему с Дмитрием Игоревичем? — с неожиданной настойчивостью попросила Маргарита.

Ну и просьба. Почему она решила, что я как-то могу повлиять на человека, с которым практически не знакома? Да и нет у меня желания кляузничать на ком шерсти. Сама с ним разберусь.

— Я подумаю над вашим предложением, — пообещала я, откладывая столовые приборы. — Агриппина Васильевна, вы упомянули военную академию. Разве это учебное заведение не магическая школа?

— Нет. Уже лет триста как в этом замке военная академия, — удивилась кадровик-экономка. — У нас для обучающихся одинаковые условия, нет разделения на дворян и простолюдинов. Попасть сюда считается честью, даже отпрыски древних родов учебу у нас проходят. А других заведений, где учат магическим наукам, в окрестностях нет. И никогда не было.

Бред какой-то. Хочется верить, что это банальное недоразумение. Ну может же быть такое, что для продавщицы с подругой школа магии и военная академия — одно и то же?

— Александра, позвольте задать вам вопрос? — Агриппина промокнула губы салфеткой. — Кто вам сказал, что нам требуется поломойка?

— Я в Суздале на рынке случайно услышала разговор двух женщин. Ваша бывшая поломойка Галина рассказывала, что сегодня получила расчет. Я поинтересовалась, где находится учебное заведение. Мне дорогу подробно объяснили, еще и пирожком угостили.

Новые коллеги переглянулись.

— Золотце, в этом замке отродясь не было поломоек. Ни они, ни прачки, ни посудомойки, ни горничные — не нужны. Домовые у нас тут трудятся. И никакая Галина не то что не получала расчета, но и не работала, — повариха посмотрела на меня с жалостью.

Мозг буквально вскипел. Рассудок отказывался верить.

— А целитель у вас есть?

— Штатного нет, — разрушила мои надежды Агриппина. — На территории академии никто и никогда не болеет. А все полученные здесь травмы и раны в течение суток заживают сами.

Я в растрепанных чувствах глотнула воды из стакана. Вот попала.

При подписании трудового договора я удосужилась ознакомиться лишь с пунктом «ответственность сторон». Отработать необходимо не менее шести месяцев. Если соберусь уволиться до истечения срока, то придется выплачивать гигантский штраф. Таких денег у меня нет. Их вообще нет.

— И что теперь тебе делать? — выдохнуло привидение, невольно высказав мои собственные мысли.

— Сашенька… Вы позволите вас так называть? — в тоне Агриппины чувствовалось беспокойство. Я кивнула. — Работа для вас найдется, не переживайте. Либо на кухне, либо в библиотеке дополнительные руки пригодятся, — пообещала кадровик-экономка. — А если вдруг со здоровьем беда случится, уверена, ректор не откажет в помощи. Он у нас архимаг.

Понятия не имею, что значит «архимаг», но заявление обнадеживает.

— Спасибо, Агриппина Васильевна, — я встала из-за стола. — Все было очень вкусно. Пожалуй, пойду отдыхать. Устала что-то.

— Проводник, — не повышая голоса, позвала Агриппина. Невесть откуда выпрыгнул кролик, и она распорядилась: — Проводи Александру в ее комнату. Кратчайшим маршрутом и спокойным шагом.

Нарочито медленно развернувшись, проводник неспешно поскакал прочь из столовой. Я попрощалась с новыми коллегами и пошла за ним. В душе царил сумбур.

В этот раз заяц привел куда надо. Не реагируя на причитания привидения, я сняла тапки, легла на кровать.

Школы магии возле Суздаля нет, но есть военная академия. Целитель здесь в принципе не нужен. Впрочем, как и уборщица. Не верить Агриппине нет оснований: я собственными глазами видела, как следы на полу и грязная одежда исчезают словно по волшебству. Так что те женщины на рынке намеренно ввели меня в заблуждение. Вопрос: зачем? И второй: почему незнакомый мужчина решил оказать мне содействие в трудоустройстве? Причем на несуществующую должность? А за ним третий: как выбраться из той ямы, в которую закапываюсь все глубже?

Размышляя, незаметно для себя провалилась в сон. Разбудило меня взволнованное персональное привидение:

— Проснись, кто-то пришел. В дверь стучат.

Кое-как разлепив глаза, я села в кровати. Бездумно уставилась на ноги, обтянутые штанами. Одетой уснула. Так никуда не годится. Еще и все мышцы ломит. Погонял меня заяц изрядно.

Кому я там понадобилась с самого утра?

Кряхтя как старуха, встала и побрела к выходу из комнаты, клятвенно обещая себе заняться спортом.

На пороге стояла Агриппина Васильевна… с подносом в руках.

— Доброе утро. Ваш завтрак, — любезным тоном сообщила кадровик-экономка.

Вот это сервис. С каких пор начальство приносит подчиненным еду в комнату?

Под ложечкой противно засосало.

— Прошу, — освободив проход, я широким жестом предложила женщине войти.

Подойдя к столику, она поставила на него поднос. Затем без тени улыбки сказала:

— Александра, я хочу с вами серьезно поговорить.

Терпеть не могу фразу «хочу с тобой серьезно поговорить». За ней обычно кроется очередная гадость. И что на этот раз?

Разнервничавшись, я поправила измятую постель, села на край. Глубоко вздохнула, успокаиваясь, и повернулась к экономке:

— О чем вы хотели поговорить?

Та грациозно опустилась на стул. И неожиданно спросила:

— Тот рынок, где вы вчера случайно услышали разговор, каким он был?

— Обычным, — я с недоумением пожала плечами.

— Расскажите все, что помните.

— На улице стояли узкие прилавки с продуктами, вдоль них ходили горожане.

— Как одеты люди? О чем они разговаривали? — настойчиво продолжила выспрашивать Агриппина. — Не торопитесь, подумайте хорошенько.

Странные вопросы. Вот зачем ей это?

Я порылась в памяти. В голове всплывали какие-то размытые картинки, гул голосов, неразборчивые слова. Пришлось расписаться в своем бессилии:

— Не помню.

— Как выглядела Галина, которая утверждала, что работала у нас поломойкой? А ее собеседница?

Довольно улыбнувшись, я уверенно ответила:

— Пожилая, в цветастом платке. А вторая — в душегрейке. Она продавала выпечку и угостила меня пирожками.

— Вы разглядели их лица? Цвет глаз, волос? Сможете описать?

Естественно!

Я открыла рот и… захлопнула. В памяти отпечатались лишь душегрейка с платком. И все.

— Нет, — прошептала с изумлением.

— И пирожками вы наверняка не наелись? — Агриппина настороженно прищурилась.

А ведь она права: я осталась голодной. Выходит, у меня с мозгом проблемы? Или тут что-то иное?

Нахмурившись, покачала головой.

Женщина поднялась, походила по комнатушке. Встав у стены, пристально посмотрела на меня.

— Описанного вами рынка в Суздале нет. Горожане и гости города покупают продукты в торговых рядах. Это длинное каменное здание. Уличная ярмарка проводится ежемесячно, но вчера ее не было. А тем, чем вас якобы угостили, боюсь, в принципе невозможно утолить голод.

Глава 5 О том, что иногда лучшее лекарство от стресса — это булочка с молоком

Не в силах издать ни звука, я пыталась осознать услышанное.

— Призраки не сходят с ума! А я все видела и слышала! — категорично заявила боярышня. Подлетела ко мне, зависла справа.

Показалось, что взгляд Агриппины задержался на привидении. В горле моментально пересохло, пульс участился.

Неужели она увидела мою предшественницу? Если спросит, что сказать? Безвременно почившая сестра-близнец не желает уходить к предкам, потому летает рядом? Или сделать вид, что ничего не знаю? А вдруг завхоз еще и слышит ее? Эта призрачная дуреха в любую секунду сдаст нас с потрохами!

Сердце ухнуло в пятки, ладони вспотели.

Спустя несколько томительно долгих мгновений экономка наконец заговорила:

— Можно предположить, что имело место ментальное воздействие. Но тогда вы бы помнили и одежду, и лица, и запахи. Галлюцинации не только казались бы реальными событиями, они бы отложились в памяти. Точно так же, как у больных шизофренией, — женщина едва заметно усмехнулась. — Не волнуйтесь, с вашим разумом все в порядке.

— Агриппина Васильевна, еще немного, и мой разум перестанет быть в порядке, — пожаловалась я, засунув ладони между коленей.

— Пирожки были теплыми? — огорошила вопросом сотрудница академии.

— Да.

— Все же фантомы, — женщина потерла пальцами виски. — Чтобы организовать подобное представление, требуется колоссальный опыт и невероятное количество силы. Даже архимаг в одиночку не справится.

— Для чего это все?

Мой голос дрогнул от пугающей догадки: получается, кому-то очень понадобилась свежеиспеченная ведьма?!

Кадровик подошла к стулу, положила на спинку руки.

— А как вы познакомилась с Дмитрием Игоревичем?

Подозревает, что мой златоглазый спаситель замешан? Да вроде наша встреча случайна.

Прекрасно помня все детали «знакомства», я честно сказала:

— Бежала за проводником, упала в кусты. Дмитрий Игоревич меня вытащил. Спросил, иду ли я устраиваться на службу. Ну и решил донести: мои туфли развалились.

— Даже так, — кадровик удивленно хмыкнула.

— Думаете, он имеет какое-то отношение… — я намеренно не договорила, напряженно ожидая ответа.

Женщина с сомнением покачала головой.

— Вряд ли. Я искренне удивлена, что Дмитрий проявил такую заботу. На него это не похоже. А вот его вопрос к вам логичен: женщин в военные академии берут только на службу. Но, право слово, не понимаю, почему привратник пропустил вас территорию.

— Поясните?

— Вы же наверняка ему сообщили, что пришли устраиваться поломойкой?

— Да, сразу же. А что не так?

— Он прекрасно знает, что поломойки здесь не нужны, — женщина с силой сжала спинку.

— То есть и на него как-то воздействовали?

— Это в принципе невозможно. Привратник — высшая сущность, хранитель академии, — Агриппина поджала губы. — В нашем заведении учатся лучшие из лучших. Принимаются исключительно юноши шестнадцати–семнадцати лет. Исторически так сложилось, что вступительных экзаменов нет. Желающие поступить приходят к воротам двадцать девятого февраля, их встречает привратник. Он и выносит вердикт. Если у одаренного потенциал магического источника соответствует критериям, то предоставляет проводника. В обратном случае отправляет соискателя восвояси.

А жесткие у них правила! И прием раз в четыре года, и ограничения по полу, возрасту и еще куче критериев. Но я-то ни под одно из требований не подхожу, а проводника мне дали.

— Александра, зачем вам целитель? — прервала мои размышления Агриппина.

С чего вдруг такой интерес? Сказать или не стоит?

Приняв решение, я довольно холодно ответила:

— У меня поврежден магический источник и нет денег. Без дорогостоящего лечения проживу максимум полгода. Галина утверждала, что школьный целитель отрастил ей мизинец. Это основная причина, почему я пришла работать на ее место.

— Хм-м, — завхоз отпустила многострадальный стул. — Ни палец, ни другую конечность вырастить нельзя. Как и вылечить сгоревший полностью источник. Ни за какие деньги. Сожалею, но вас обманули не только фантомы.

— Отчим подло солгал?! — полупрозрачная фигурка взметнулась в воздух. — Отомстил за то, что я пыталась настроить против него матушку?! Негодяй! Мерзавец!

Согласна, Антон Леонидович редкостная сволочь. Все больше хочется дать ему по морде. Это ж надо было так изощренно отомстить восемнадцатилетней девочке! А главное — за что? Ну не нравится он падчерице — невелика беда. Особенно если супруге начхать на отношение дочери. И ничуть не сомневаюсь, что боярыня осведомлена о долгах мужа.

А если мотив не месть, а иной? Как-то уж экстренно боярышню попросили на выход. Хотя какая уже разница? По всей видимости, жить мне осталось мало. Пора думать о вечном.

Вздохнув, я понуро опустила голову.

— Все крайне неоднозначно. Но в одном я уверена: кому-то очень нужно, чтобы вы выжили, — патетический голос завхоза прозвучал как гром среди ясного неба.

Я посмотрела на женщину с искренним недоумением. Она издевается?

— Академия построена на месте природной силы. Пока вы находитесь здесь, смерть вам не грозит, — Агриппина подмигнула и будничным тоном продолжила: — У меня есть кое-какие идеи. Обнадеживать не стану, уж не обессудьте. Сегодня даю вам выходной. Погуляйте, осмотритесь. В семь вечера встретимся за ужином, — положив на столешницу женские наручные часики, она выпорхнула из комнаты.

Встав с кровати, я глянула на часы: пятнадцать минут девятого. В десять — наиважнейшая встреча в библиотеке, а я еще не умыта и не причесана. Да и поесть не мешает.

Уселась за стол, подтянула ближе принесенный Агриппиной поднос. Глотнула молока и взялась за булочку.

Угрюмо наблюдающее за мной привидение скрестило руки на груди:

— Как ты можешь есть? Да мне бы сейчас кусок в горло не полез!

Как-как? Стресс заедаю. И думать так проще.

***

Это же время. Кабинет ректора

— Агриппина доложила, что ты распорядился оформить в штат девушку-изгоя, еще и поломойкой. Разумеется, договор я подписал, — убеленный сединами старец отложил перьевую ручку. — Но, может, все-таки объяснишь, зачем тебе эта Александра Лаптева?

Сложив пальцы домиком, архимаг вопросительно посмотрел на сидящего в кресле преподавателя методов противодействия темным силам.

«Она изгой? М-да. Не повезло ей», — подумал тот и второй раз после встречи с грязнулей испытал что-то вроде сочувствия.

— Почему ты пошел против правил? Что в ней такого?

— Привратник пропустил Александру, выдал ей проводника, — безэмоционально ответил Дмитрий. — Спрашивать хранителя, почему он это сделал, не имеет смысла. Судя по всему, высшее существо разглядело в девушке огромный потенциал. Иного мотива не вижу. Однако при поверхностном сканировании я обнаружил у этой особы серьезные проблемы с магическим источником. Кроме того, за ней по пятам следует призрак. Их внешнее сходство с объектом привязки поразительное, связь кровными узами свежая. Как профессионалу мне стало любопытно.

— Сестра-близнец? — предположил ректор.

— А разве есть другие варианты, наставник?

— С тобой невозможно разговаривать. Весь в мать пошел, — на грани слышимости пробормотал старец. Повысив голос, он властно продолжил: — Раз тебя Лаптева заинтересовала, то сам и разбирайся. Потребуется совет — приходи.

Дмитрий поднялся.

— Мне пора на лекции. Студенты уже ждут. До вечера, наставник, — уважительно поклонившись, он вышел из кабинета.

***

Покончив с завтраком, я сидела за столом, рассматривая кусочек синего неба за узким окошком. Тревожные мысли кружили, не оставляли в покое.

За что мне это все?!

Чувствуя, что вот-вот разревусь, строго себя одернула. Нечего расклеиваться. Плечи расправила — и вперед! Если что, вечером поплачешь в подушку.

Решительно встав, подошла к шкафу и распахнула дверцы. На вешалке среди мужского набора одежды висело чистое, выглаженное платье. То самое, которое исчезло в ду́ше.

И откуда оно взялось? Домовые подсуетились? А белье где?

Желая проверить содержимое полки, я повернула голову и зависла как старенький компьютер.

На внутренней стороне створки шкафа красовалось зеркало. Еще пять минут назад его тут не было. Это сто процентов. Что за чудеса?

Растерянно оглядела свое отражение. Рассматривать полупрозрачную боярышню или фотографию в «паспорте» — это одно, а узреть новую себя вживую — совершенно другое.

Длинные темно-русые волосы всклокочены, одежда измята. А в целом вполне симпатичная девушка: стройная, зеленоглазая. Можно даже сказать — красивая. В прошлой жизни я была менее привлекательной. Но все же… жаль, что тело не мое.

Ну да какой смысл сожалеть об утраченном. Надо жить настоящим.

Взяла с верхней полки расческу, сняла с вешалки темно-синие брюки и белоснежную рубашку. Положив на кровать вещи, села с ними рядышком, начала расчесываться. Вернее, попыталась. Зубчики маленькой мужской расчески перманентно застревали в спутанных волосах.

Гадство! Не стоило засыпать с мокрой головой!

— Не смей надевать мужские вещи! — вознегодовала наблюдающая за мной боярышня. — Достань платье, приведи себя в пристойный вид и ступай к ректору академии!

— Для чего? — уточнила я и зашипела от боли. Да что ж все так запуталось!

— Упади ему в ноги, признайся, что ты ведьма, слезно попроси отпустить тебя. Пообещай уехать далеко-далеко и провести остаток дней в уединении да молитвах. А я смиренно разделю с тобой участь изгнанницы, — она протяжно вздохнула.

— И почему я должна так поступить? — прищурившись, я посмотрела на деву.

— Ты глупая?! Не поняла, что я тебе говорила?! — заорала боярышня. — Ведьмы — зло во плоти! Они пьют силу невинных!

— Зачем?

— Что зачем? — ошарашенно переспросила она.

— Зачем ведьмы пьют силу невинных? — я вновь занялась возвращение волосам божеского вида. Добравшись до намертво спутанного локона, сердито выругалась: — Да чтоб тебя восемь раз через коромысло!

— За такие мерзкие слова тебе следует рот помыть с мылом!

— Ты не ответила на вопрос: зачем? — напомнила я как можно спокойнее, однако в глубине души уже закипало раздражение.

— Затем!

— То есть не знаешь, — я хмыкнула и с облегчением поняла, что с колтуном разобралась.

Призрачная боярышня возмущенно фыркнула и резко отвернулась к окну.

Я же неторопливо заплела красивую косу, сняла измятые за ночь брюки, надела новые. Накинула свежую рубашку. Как только заправила ее в штаны, одежда села по фигуре.

А удобно: раз-два, и все впору.

Достала из шкафа высокие черные ботинки, обулась и начала их шнуровать.

— Почему ты не надела платье?! — гневный окрик привидения резанул по ушам. — Не знаешь, как подобает выглядеть приличной девушке, так слушай, что тебе говорят! Хватит уже вести себя как необразованная простолюдинка!

Да уж, штормит боярышню не по-детски. У нее, конечно, стресс. Но, ей-богу, мне ничуть не лучше. С какого перепуга я должна терпеть ее закидоны?

Выпрямилась в полный рост и веско бросила:

— Заканчивай.

— Что? — с недоумением выдохнула дева.

— Давай расставим точки над i. Мне было двадцать лет, когда я погибла. Все те навыки, которыми стоит обладать приличной, как ты выразилась, девушке, у меня есть. Я знаю этикет, владею четырьмя языками, десять лет серьезно занималась фигурным катанием, неплохо рисую, играю на фортепиано, прекрасно разбираюсь в анатомии, умею зашивать раны, накладывать повязки, ставить капельницы, — глядя на ошарашенную боярышню, усмехнулась. — С самооценкой у меня все в порядке, и ни тебе, ни кому-либо другому я не позволю диктовать мне, как поступать. Решения я всегда принимаю сама. Ну а захочу узнать твое мнение по какому-либо вопросу, то спрошу. Доступно объяснила?

Шокированная дева захлопала ресницами. Она определенно пребывала в ступоре. Может, зря я так с ней? Мир же другой.

Я про себя тяжело вздохнула, но продолжила говорить спокойно:

— Скажи, пожалуйста, какой сейчас год? В какой стране находимся?

— Тысяча девятьсот тридцать девятый. Российская империя, — словно на автомате оттарабанила боярышня. Отмерла и взглянула на меня с вопросом.

— Какие существуют средства передвижения, кроме автомобилей?

Я достала из шкафа осеннюю куртку. А вдруг в библиотеку придется идти по улице?

— Лошади, ослы, самокаты, велосипеды, мотоциклы, аэростаты, самолеты, — послушно перечислила дева.

— Телевидение, мобильные телефоны?

— Телевидение есть. Мобильный телефон — это как? Можно ли его из комнаты в комнату переносить? Зависит от длины шнура. Если короткий, то далеко не унести.

Представив эту картину, я с трудом сдержала улыбку. Идешь такая по улице, по телефону с подругой разговариваешь. Массивный аппарат под мышкой, трубка прижата к уху, а следом за тобой длиннющий шнур тянется. Прикольно.

О, уже без пятнадцати десять. Пора идти.

Но прежде чем звать любящего побегать кролика, решила кое-что прояснить:

— Революции в этой стране ведь не было?

— Нет.

— А кто сейчас император?

— Федор Первый, — тихо ответило привидение. Подлетев ближе, дева опустилась на уровень моего лица и шепотом спросила: — Твоя душа, она?..

— Из будущего альтернативной России, — я грустно развела руками. — Мы с тобой невольно оказались в одной лодке. Давай уже грести в одном направлении. Иначе потонем.

Боярышня совсем по-детски шмыгнула носом.

— Прости, что я себя так веду. Мне страшно. Хочу как-то тебе помочь, но срываюсь. И вот, — она смущенно потупилась.

— Ну раз хочешь помочь, то приступай.

— Я готова! Что делать?

Глава 6 О том, как сюрпризы перестают приносить удовольствие

Выслушав мою просьбу, привидение кивнуло.

— Думала, будет что-то посущественнее. А тут просто молчать, когда рядом лишние уши. Легкотня! — обрадовалась дева.

Я усмехнулась и направилась к выходу из комнаты. Просто, если сам того хочешь. А вот когда вынужден это делать — та еще задача. Лично мне игра в молчанку давалась сложно. Так и подмывало что-то ляпнуть.

— Подожди, — остановила боярышня, подлетев ближе. — Почему ты об этом попросила?

— Сегодня мне показалось, что Агриппина тебя видит. Ты ничего не заметила?

— Нет, — девушка нахмурилась. — Не скажу, что эта Агриппина Васильевна мне так уж сильно не нравится. Вроде нормальная. Но такая… — не найдя подходящих слов, дева покрутила рукой.

Какая такая? Странная? Так для меня в этом мире все странное.

— Не хочу выглядеть навязчивой, но, может, все же наденешь платье? Штаны у нас девушки не носят. Это правда, — боярышня смущенно пожала плечами.

— Правда? То есть платья в сочетании с высокими военными ботинками и мужскими куртками — это модно? Если так, то немедленно переоденусь, — я широко улыбнулась.

— Что ты! Это вообще кошмар! — привидение замахало руками. — Забудь мое предложение!

То-то и оно.

Я открыла дверь, дождалась, пока боярышня вылетит из комнаты, вышла следом.

И остолбенела. Я точно не сошла с ума?!

Вчера коридор был узким и прямым как стрела, а первые ответвления появлялись метрах в десяти от моей комнаты. Однако сейчас я стояла на перекрестье пяти путей. Тусклый, непонятно откуда льющийся свет едва освещал каменные стены и пол, веяло холодом и стариной.

Что за наваждение?

— Вот это да! — выдохнуло шокированное привидение.

— Именно так, — пробормотала я.

И чего, спрашивается, сразу кролика не позвала? О чем думала? Явно не о том, о чем стоило бы побеспокоиться в первую очередь. А теперь чешу затылок в растерянности. Все пять коридоров абсолютно одинаковые, отличаются лишь направлением. И никакой не внушает оптимизма.

Как там в сказке на камне написано? Налево пойдешь — коня потеряешь. Направо пойдешь — женатым будешь. Ну а прямо пойдешь — смертушку свою найдешь. Две оставшихся дороги, видимо, сюрприз. И, чует сердце, мне он не понравится.

Пожалуй, лучше вернуться в келью.

Я развернулась на каблуках. И ошеломленно икнула. Двери в мою комнату больше не было. Предо мной красовалось еще пять коридоров.

— Пока ты не начала поворачиваться, дверь была на месте, — испуганно прошептало привидение. — Ой, мамочка…

Мама тут не поможет. Звать надо не ее, а зайца.

Набрав полную грудь воздуха, я крикнула:

— Проводник!

Через миг у ног сидел белый пушистик и смотрел на меня так, будто я его разбудила. В общем — сердито.

Наклонившись, подняла зверька. Совсем как живой: теплый, сердце бьется. Почему Агриппина говорила, что внешность фантома запомнить нельзя?

Присмотрелась к пушистому проводнику. Сейчас он выглядел иначе: не кролик и не заяц, скорее, что-то среднее между ними.

Опять меня не туда заносит. Необходимо срочно решать, чего хочу от кролика. Попросить проводить в келью? А смысл? Все свое ношу с собой, и делать мне там нечего.

Ласково погладила проводника по спинке и искренне сказала:

— Малыш, мне очень нужна твоя помощь. В десять часов у меня назначена важная встреча в библиотеке. Покажешь туда дорогу?

Зверек протяжно, как-то по-человечески вздохнул. Спрыгнув с рук, сел на задние лапы, поводил носом, словно принюхиваясь. А после шустро поскакал в один из проходов.

— Не отставай! — бросила я привидению и торопливо пошла за проводником. А вскоре и побежала.

Но уследить за провожатым не успела. Упрыгав далеко вперед, мелкий пакостник неожиданно сиганул куда-то вправо. Я что было мочи рванула за ним. Влетела в проем, пробежала по инерции еще несколько шагов и замерла в растерянности.

Кролик ждал у подножия широкой мраморной лестницы. Ее ступени заканчивались площадкой с установленной в нише статуей пожилого мужчины. И уже две другие лестницы, по бокам, вели на балконы второго этажа.

Тревога кольнула душу, и я резко обернулась.

Предо мной простирался роскошный холл. Коридор, из которого мы выскочили, пропал.

Да что творится в этом замке?!

Осмотрелась. Все вокруг буквально кричало о роскоши: стены и высоченные колонны облицованы дорогущим голубым мрамором, белоснежный пол натерт до блеска, с потолка свисают умопомрачительные люстры. А уж окна! Широкие, украшенные поверху затейливым орнаментом, — не чета узким бойницам в моей комнате.

Висящая в метре от меня боярышня выглядела очумевшей.

Вот и у меня аналогичные ощущения.

Вздохнув, я направилась к проводнику. Тот сразу же встал и попрыгал вверх по лестнице. Пришлось опять ускоряться.

Поднявшись на второй этаж, кролик подвел меня к двухстворчатой резной двери. Стукнул по ней задней лапой и исчез.

На автомате пригладив волосы, я толкнула одну из створок. Задержалась, чтобы пропустить привидение, и вошла. Надеюсь, без неприятных сюрпризов обойдется.

В нескольких метрах от входа располагалась полукруглая стойка из красного дерева. За ней сидела светловолосая библиотекарша. Прижимая к уху телефонную трубку, женщина напряженно слушала собеседника.

Ей точно не до меня. Куда идти-то?

Посмотрела направо, затем налево. Две идентичные двери. Наудачу повернула направо. А едва переступила порог, поняла, что угадала: я зашла в читальный зал. Вдоль стен, до потолка уставленных открытыми шкафами с книгами, располагалось множество столов. Но лишь один оказался занят — тем рыжеволосым парнем из душа.

Ни в холле, ни по дороге в библиотеку я никого не встретила. Если это не очередной выверт за́мка, то, скорее всего, студенты на лекциях. Рыжик прогуливает или отпросился? Впрочем, не столь важно. Пришел — и ладушки.

Молодой человек встал, одернул полы форменного темно-синего кителя.

— Рад вас видеть, — он сдержанно поклонился.

Приблизившись к юноше, я села за его стол, заложила ногу за ногу.

— Взаимно, — ответила любезно.

Зря куртку надела. После пробежки неимоверно жарко. И не разденешься: наверняка на рубашке появились следы от пота. Придется терпеть.

Привидение подлетело ближе, зависло в проходе. Скрестив руки на груди, дева угрюмо взирала на юношу.

Молодой человек никак не отреагировал на призрачную боярышню. Он опустился на свой стул и с достоинством сказал:

— Разрешите представиться: дворянин Максим Павлович Рыжов.

Подходящая фамилия. Интересно, в их семье все рыжие? Или только этого парня солнышко полюбило?

— Александра.

— И все? — Рыжов вопросительно приподнял брови. Я промолчала. — Приношу извинения за бестактность, — румянец окрасил светлую кожу симпатичного парня. — Впредь постараюсь не задавать вам неуместных вопросов.

Пфф, таким меня не смутить. Но говорить об этом не стану. Не собираюсь и откровенничать. Пора переходить к теме собрания.

— При нашей первой встрече вы меня удивили своей осведомленностью о ведьмах.

— Я дворянин, и у меня две сестры, — выдал Максим.

Отличный ответ. Только мне он ничего не дает.

— Поделитесь тем, что знаете о метке ведьмы? Мне действительно интересно, — я подбадривающе улыбнулась, скрестив пальцы на удачу.

Рыжов ненадолго задумался и приступил к рассказу:

— Когда появились первые ведьмы, доподлинно не известно. Дар проявлялся исключительно у девушек из знатных родов. Они лечили травами практически любые недуги, могли превратить дурнушку в красавицу, сделать так, чтобы с полей собирали невиданные урожаи, коровы давали много вкусного молока, а куры неслись без перерыва. На первый взгляд, ведьмы приносили исключительно пользу. Но это не так, — на лбу парня пролегла глубокая складка, — Обладательницы этого дара уничтожали посевы, вызвали болезни скота, насылали порчу и проклятья. А еще они запросто убивали словом.

Мурашки побежали по коже. Ведьм, бесспорно, невинными не назовешь. Но вряд ли их невзлюбили лишь за перечисленные Максимом гадости. Уверена, есть другая причина. И догадываюсь какая.

Будто отвечая на мои мысли, студент произнес:

— После каждого использования дара, и неважно, примененного во благо или во зло, ведьма обязательно забирает силу. У простого люда — жизненную, у одаренных — магическую. И это еще не все. До активации дара юная ведьма кажется обычной, не считая метки на правом плече. Но стоит применить дар в первый раз, она начинает заимствовать чужую энергию. Чаще всего в небольших количествах, но обязательно регулярно. А порой человека выпивали досуха.

Внутри все свернулось в тугой узел. Мне что, грозит участь вампира? И пусть придется не кровь сосать, но все равно противно. До омерзения.

— Зафиксированы ли прецеденты, когда девушка с меткой ни разу не использовала дар?

— Это в принципе невозможно, — категорично заявил студент. — Когда велась охота на ведьм, немало женщин погибло в тюрьмах. Обладательниц меток, — Максим запнулся, вновь покраснел, — изучали. До наших дней дошел ряд документов, рассказывающих о том, что любой эмоциональный всплеск способен послужить катализатором дара. И самоконтроль в данном случае не помощник, наоборот — враг. А без активации способностей девушка долго не проживет. Она обречена ими хоть раз, но воспользоваться.

Я мысленно застонала. Не одно, так другое!

Выходит, на территории академии мне предстоит провести бог весть сколько времени, ведь за ее стенами я очень быстро отправлюсь к предкам. Неужели участи аналога вампира-кровососа не избежать, и рано или поздно я начну пить силу тех, кто здесь живет?

В памяти промелькнуло воспоминание. Посчитав про себя до десяти и обратно, я успокоилась, ровным тоном спросила:

— А что насчет еще одной категории ведьм? Я о тех, кто не пьет чужую силу.

— Самостоятельно я не нашел информацию и как-то на лекции улучил момент, задал вопрос ректору. Со слов архимага, в древности жила женщина, у нее была не изумрудная, а серебристая метка. Заемная сила ей не требовалась, своей хватало. По сути, она одновременно являлась и магом, и ведьмой. К сожалению, это все, что я о ней знаю.

Занавес.

Переваривая услышанное, я смотрела на правую руку. Там под курткой и рубашкой пряталась пока еще черная татуировка.

Что будет, когда способности проявятся? Умру на месте? Или кинусь на ближайшую жертву, кусать бедолагу за шею? А если шея потная и грязная? Фу, какая гадость!

— Александра, прошу, выслушайте, — привлек к себе внимание студент. — Охота на ведьм давно закончена, но до сих пор многие люди относятся к ним как к вселенскому злу. Честно говоря, до встречи с вами я думал, что ни одной девушки с меткой ведьмы в империи не осталось, — он удивленно качнул головой. — У меня нет предрассудков, и к ведьмам отношусь так же, как и к всякому другому, владеющему силой. Не поймите меня превратно, но вам неизбежно понадобится чужая энергия. И я готов стать для вас первым донором.

Серьезно? С чего вдруг столь щедрое предложение? Похоже на ловушку.

Заметив мое недоверие, Максим занервничал.

— Никакой корысти в моем предложении нет, — заверил с излишней поспешностью. — Просто знайте: когда возникнет необходимость, вы можете на меня рассчитывать.

Все же что-то здесь нечисто. Но сейчас не до выяснения его мотивов.

— Буду знать. Благодарю за познавательную беседу.

Я встала. Молодой человек тотчас поднялся. Вдруг он насторожился:

— Маргарита Павловна плачет.

Да? Ничего не слышу. Но проверить стоит.

Я вышла из читального зала.

Библиотекарь, уткнувшись лбом в столешницу, прикрывала голову руками и тихонько всхлипывала.

Вот это слух у студента! Ну как у собаки!

Приблизившись к Маргарите, прикоснулась к ее плечу. Женщина повернула ко мне заплаканное лицо, шмыгнула носом. И разревелась в голос.

Глава 7 Как жить?

Маргарита покачивалась и рыдала не переставая.

Не зная, что сказать, я вновь прикоснулась к ее плечу. Внезапно она резко подалась ко мне, судорожно вцепилась в предплечья и уткнулась в грудь.

Да что ж такое-то! Поговорить бы с ней, но мы не одни, и в любую минуту сюда может зайти кто угодно.

Неловко поглаживая коллегу по голове, я глянула на притулившегося у стеночки студента. Тот понял меня правильно.

— Посторожу за дверью, — промямлил и выскользнул в коридор.

Молодец.

Я чуть отстранилась от плачущей женщины.

— Маргарита, что у вас случилось? Кто-то умер? — спросила сочувственно.

— Меня муж броси-и-ил! — провыла женщина. Захлебываясь слезами, она прижалась лицом к моей рубашке и горячечно зашептала: — Я не смогу без него! Не смогу! Не хочу больше жить! Я наложу на себя руки!

Что?! Я не ослышалась?! Не хочет жить из-за того, что ее бросил муж?! Совсем спятила?!

Внутри все заледенело.

Мне шел семнадцатый год. В тот ноябрьский день мою жизнь бесцеремонно разрушили: разделили на счастливое «до» и наполненное мучительной болью «после». И сделал это мужчина. Но даже прикованная к больничной койке, я ни разу не думала о смерти.

Вдруг нахлынули воспоминания. Я сжала кулак. Затем, прерывисто дыша, разогнула пальцы.

Нет никакого смысла заново переживать то, что уже произошло. Есть вещи, которые невозможно изменить. Их надо просто принять и жить дальше. Прекрасно это знаю. Но все же иногда накатывает.

Прикрыв глаза, я машинально поглаживала плачущую коллегу. А перед внутренним взором проплывали события четырехлетней давности.

За окном падал снежок. Мурлыча под нос песенку, я стояла у ростового зеркала и красила ресницы. Отложив тушь, собрала длинные огненно-рыжие волосы в хвост. Оглядела свою тоненькую фигурку.

Я в превосходной физической форме. Вошла в тройку призеров на чемпионате России, более того — взяла золото. Включат ли в состав олимпийской сборной? Какое решение примет тренерский совет? Как же долго они решают!

Мелодия входящего звонка разлетелась по комнате.

Сердце пропустило удар. Я рванула к лежащему на трюмо телефону, по пути перепрыгнув через пуфик. Увидев на дисплее «Олег», от досады прикусила губу.

Не тренер…

Приняла вызов и бодро сказала:

— Я уже все. Выхожу.

Олег бархатисто рассмеялся.

— Жду у подъезда.

Нажав на отбой, я запихнула мобильный в задний карман джинсов. Практически на бегу надела куртку, сунула ноги в удобные полусапожки и натянула шапку. Сейчас болеть никак нельзя.

Закрыв дверь на ключ, удержала себя, чтобы не поскакать вниз по лестнице. Ступени кое-где повреждены, проще простого оступиться и повредить лодыжку. Травмы, точно так же как и простуда, мне не нужны.

На душе теплело от предвкушения встречи. Мы дружили с Олегом шесть лет. Познакомились на катке, когда мне было десять, ему — тринадцать. Он был такой потешный, постоянно падал. Я взяла шефство над нескладным долговязым мальчуганом и весь сеанс учила его стоять на коньках.

Однако Олегу кататься не понравилось, и на лед он больше не вышел. Несмотря на это, мы как-то сразу сдружились. Виделись, правда, редко, но по телефону болтали часто и обо всем на свете.

Я улыбнулась. Соскучилась. Вчера очень обрадовалась, когда Олег позвонил и категорично заявил, что сегодня меня «выгуляет». И откуда узнал, что вернулась? Приехала-то затемно, а до этого два месяца дома не появлялась. Жизнь у меня такая — насыщенная: тренировки, сборы, еще и учеба. Одиннадцатый класс — это не хухры-мухры.

— Здравствуй, Женечка, — приветливо поздоровалась старушка-консьерж.

— Здравствуйте, Клавдия Ивановна, — я помахала ей рукой.

Телефон в кармане завибрировал, и ладони вмиг вспотели. Затормозив у входной двери, я торопливо достала аппарат. На экране красовалось «Любимая мучительница».

Вот оно.

Окончательно разнервничавшись, я ответила на вызов отчего-то басом:

— Алло.

— Выдохни, ласточка. Ты в составе сборной, — сообщила моя тренер. Я непроизвольно притиснула мобильный к уху. — Ты пока переваривай, вечером заеду к вам с бабушкой на чай, — уведомила «любимая мучительница», и связь отключилась.

— Женечка, стряслось что? — затормошила меня консьерж. — Плохое, да?

Спрятав телефон в карман куртки, я помотала головой.

— Хорошее, Клавдия Ивановна! Очень хорошее! — и, звонко рассмеявшись, выскочила на улицу.

Снег сыпал крупными хлопьями. Мой лучший друг стоял, лениво прислонившись к капоту своего старенького черного бумера. Высокий, жилистый парень смотрел на меня с улыбкой.

— Ура! — закричала я, бросившись к Олегу. Подпрыгнула и обхватила его руками-ногами.

— Вот это встреча, — озадаченно пробормотал он. — Всегда бы так.

— Дурында ты, — я чмокнул его в щеку.

— Мне показалось, ты соскучилась, — в тоне молодого человека послышалось недовольство.

— Соскучилась. Но дело не в этом.

Я спрыгнула на землю. Не обращая внимания ни на тон, ни на напряженный взгляд Олега и не в силах устоять на месте, раскинула руки и закружилась, радостно хохоча.

Наконец успокоившись, остановилась. Шагнула к парню.

— Олежка, меня взяли в олимпийскую сборную! Только что узнала!

— Поздравляю, — произнес Олег как-то неискренне.

— Я так счастлива!

— Садись, мелкая, покатаемся, — велел он. Нежно поцеловал меня в лоб и с неохотой отпустил.

Я рыбкой юркнула на переднее сиденье. Вытянула ремень безопасности и попыталась защелкнуть застежку, но не вышло. Вопросительно посмотрела на парня, устроившегося за рулем.

— Машина после капитального ремонта. Все работает как часики. А до этой мелочевки пока не добрался, — невозмутимо пояснил Олег. — Не думал, что тебе страшно ездить со мной.

— Что за глупости? — я фыркнула. — Это не страх. Ремни изобрели для безопасности.

— Их изобрели для спокойствия неопытных водителей и таких маленьких трусишек, как ты, — друг озорно подмигнул. Двигатель грозно взревел, и автомобиль плавно тронулся.

Уверенно лавируя в городском потоке, юноша не отводил взгляда от дороги. Казалось, он полностью ушел в свои мысли. Я же, достав мобильный, нашла нужный контакт и нажала на вызов.

— Слушаю, моя радость, — раздался из динамика родной голос.

— Бабушка, меня взяли, — шепнула в микрофон.

— Умница. Горжусь тобой, — похвалила старушка без тени фальши. — Вечером грандиозный пир закатим. Твоя мучительница ведь приедет?

— Обещала, — я кивнула. Но тут же спохватилась: — Бабуль, какой пир? У меня ж строгие ограничения!

— Обычный. Грандиозный пир для сидящих на сбалансированной диете фигуристок, — она говорила будничным тоном, но я знала — смеется.

— Я тебя люблю, — призналась, не прекращая широко улыбаться.

— И я тебя, девочка. Олегу привет.

Бабушка нажала на отбой связи. Я положила телефон в карман и посмотрела на напряженного парня.

— Тебе привет от бабули.

— Спасибо, — обронил тот. Остановившись на светофоре, повернулся ко мне. — Жень, зачем это все?

— Ты о чем?

Он отвернулся, сжал руль. Светофор сменился на зеленый, автомобиль поехал вперед.

Свернув на Октябрьскую набережную, Олег вновь заговорил:

— Ты с трех лет на коньках. Сколько тебя знаю, двадцать четыре на семь пашешь как проклятая: тренировки, вечные сборы, школа. Ты учишься всему и сразу. Зачем тебе это? Чувство собственного величия не дает покоя? — его голос зазвенел от злости. — Скажи, а что дальше-то? В твоей жизни вообще есть для меня место?! Или после этой твоей олимпиады наши пути разойдутся?! Все, баста?! Можно не надеяться, что выйдешь за меня замуж?!

Замуж? Мы же ни разу на эту тему не разговаривали, даже в шутку. Да и какая мне семья? Планов громадье. Эта олимпиада для меня первая и последняя: век фигуристок короток. После школы хочу поступать в МГУ. Я же на днях ему об этом рассказывала.

— Олег, что с тобой? Ты меня пугаешь, — я оторопело смотрела на искаженное от гнева лицо парня. Откуда в нем столько злости… ко мне?

— Умница, чемпионка, красавица, — он скрипнул зубами. — Ну да, на хрен тебе выходить замуж за обычного автомеханика?! — выплюнул с обидой и утопил педаль газа в пол. Взревев, бумер помчался с бешеной скоростью.

Я резко обернулась, услышав пронзительный сигнал. Еще успела заметить что-то большое, а дальше — жуткий удар, кузов машины с моей стороны смялся, как картонный. Нестерпимая боль пронзила тело, и мир потух.

Сознание возвращалось медленно. Приоткрыла тяжелые веки. Сквозь пелену смутно виднелись белые халаты, кто-то тихо разговаривал. Прислушалась. Говорили обо мне. Я с трудом разбирала слова, каждое звучало приговором.

Компрессионный перелом позвоночника. Задеты нервы. Ноги отнялись. При самом благоприятном прогнозе — четыре месяца в больнице и длительное восстановление. Про фигурное катание даже не вспоминать.

Вот и все. Слеза скатилась по щеке.

Рядом кто-то сел. Запах любимых бабушкиных духов защекотал ноздри.

— Не притворяйся. Знаю, что все слышала. Скажу сразу: у Олега нет ни царапины. С места аварии он сбежал, полиция поймала через полтора часа. Сидит в КПЗ, рвет волосы на голове. Не исключено, что и на других частях тела тоже. Наказывать будем?

— Нет. Не хочу. Пусть живет с этим, — мой голос походил на шелест листьев. — Бабуль, как и ради чего мне теперь жить?

— Как жить? — бабушка пожала плечами. — Как сама выберешь. Сто раз тебе в детстве это говорила, и с тех пор ничего не изменилось. А ради чего — интересный вопрос, — она по-доброму улыбнулась. — Раскрою тебе тайну: человек живет не ради чего-то, а в первую очередь для себя. Подумай над моими словами. Сейчас тебе поставят волшебный укольчик, еще поспишь. Утром приду, и приступим к занятиям.

— Каким? — не поверила я своим ушам.

— Прежде всего — подготовка к экзаменам. Потом по ходу дела разберемся. Пока лежишь, проведем время с пользой, — щеки коснулись теплые губы бабушки. — Ты самый лучший ребенок, которого только могут желать родители. Я в тебя верю, — она на прощание погладила меня по голове и ушла.

Спустя пару минут подошла медсестра. Укол в вену погрузил меня в сон.

И началась другая жизнь.

Было больно и сложно. Капельницы, уколы, бесконечные процедуры. Друзья-знакомые куда-то резко пропали. Из хорошего — лишь ежедневные занятия с бабушкой. Ну и наши долгие беседы, как без них.

Олимпиаду я смотрела, лежа на больничной койке. На выпускные экзамены бабуля возила меня в инвалидном кресле.

А сдав все на «отлично», я внезапно захотела заняться медициной. Решила попробовать, мое или нет, поэтому поступила в колледж на очно-заочное сестринское отделение. Окончила его с красным дипломом и на выпускном уже лихо отплясывала с одногруппницами.

Мы с бабушкой справились, победили мой недуг. Она утверждала, что я справилась сама, но это не так. Мы сделали это вместе.

А Олег… Он пытался встретиться, поговорить. Но этот человек для меня остался там, в искореженной машине. Навсегда.

Протяжный всхлип Маргариты вернул в реальность.

— Что мне теперь делать?! Как жить без него?! Александра, как мне жить?! — с надрывом причитала библиотекарь.

— Как? — я хмыкнула. — Как захотите, так и будете. Выбор за вами.

Не ожидавшая от меня таких слов женщина замерла в растерянности. В этот момент дверь распахнулась.

— Что здесь происходит? — холодно спросил Дмитрий Игоревич.

Глава 8

За пятнадцать минут до этого

Покинув кабинет ректора, преподаватель методов противодействия темной силе неторопливо шел по пустынному коридору. Граф Дмитрий Игоревич Смирнов отдавал себе отчет, что студенты давно ждут, да и задерживался он впервые. Однако не спешил, как и не испытывал волнения. Его разум был привычно холоден.

«До дня рождения осталось всего ничего, — бесстрастно думал маг. — Надеюсь, времени хватит, чтобы разобраться с девушкой. Потом станет на все плевать».

Распахнув дверь, граф Смирнов вошел в аудиторию и словно попал в растревоженный улей. Не заметившие его прихода молодые люди, явно чем-то обеспокоенные, спорили и переругивались, создавая невероятный гул.

Дмитрий подошел к учительскому месту.

— Тихо, — произнес, не повышая голоса, но запуская волну силы. В помещении воцарилось безмолвие. Открыв журнал, ледяным тоном спросил: — Староста, отсутствующие есть?

Один из юношей тут же вскочил. Вытянувшись в струнку, отрапортовал:

— Так точно! Рыжов отсутствует.

Студенты опять начали перешептываться.

— Причина? — безэмоционально уточнил Дмитрий Игоревич.

— У меня нет информации, — староста отвернулся, давая понять, что ничего не скажет.

— Красовский, встаньте, — приказал Дмитрий, захлопнув журнал. — Вы знаете, где ваш сосед по комнате?

Туповатый, но щедро одаренный силой брюнет Красовский поднялся и кивнул.

— Сергей, да что здесь такого-то? — он непонимающе покосился на светловолосого широкоплечего красавца, дернувшего его за рукав. Затем бесхитростно посмотрел на преподавателя. — Максим с Белоснежкой, то есть с ведьмой должен быть сейчас в библиотеке. Вчера вечером мы втроем — я, Рыжов и Золотников — столкнулись с ней в мужском душе. Максим заметил у девушки метку ведьмы, предложил пообщаться. Белоснежка, ну, которая ведьма, согласилась. Наверняка они в читальном зале. Если хотите, я сбегаю за Рыжовым. Мне несложно.

— Уже всем разболтали. Кто же за язык-то вас постоянно тянет? — зло процедил Сергей Золотников.

— Садитесь, Красовский, — с непроницаемым выражением лица разрешил Дмитрий.

«Вот это новость. Теперь понятно, что хранитель академии в девушке увидел, — промелькнула у него мысль. — А может, у меня появился шанс?»

Сердце в груди мужчины забилось чуть-чуть быстрее, с трудом разгоняя хладную кровь по венам. Он даже перестал обращать внимание на вновь загалдевших студентов. Пропустил и момент, когда коротко стриженный юноша отмахнулся от что-то втолковывающего ему старосты. Отвлекся лишь на громкий голос:

— Граф Смирнов! Передайте ректору, что я сегодня же сообщу отцу о творящемся в академии безобразии! — не поднимаясь, парень с высокомерием спросил: — Почему ректор позволяет ведьме свободно разгуливать по территории?! Ее же необходимо срочно изолировать! Я, как представитель уважаемого боярского рода Силантьевых, терпеть подобное не намерен!

— Студент Андрей Силантьев, встать! — приказ Дмитрия хлыстом рассек воздух.

Отпрыск древнего рода с неохотой поднялся. Заложив руки за спину, надменно хмыкнул.

— За ненадлежащее обращение к преподавателю объявляю вам два наряда вне очереди, — распорядился ледяным тоном Дмитрий.

— Есть, — вальяжно ответил юноша и горделиво задрал подбородок.

— Что касается, как вы выразились, творящегося безобразия в академии, — граф обвел нечитаемым взглядом взбудораженных студентов. — Кто еще считает, что девушку с меткой ведьмы необходимо срочно изолировать? — полюбовавшись на взметнувшиеся вверх руки, обратился к старосте: — Глеб, у вас какая оценка по истории государства?

Молодой человек вновь встал.

— Отлично, — он тяжело вздохнул.

— Ничуть не сомневался, — Дмитрий оперся ладонью о край стола. — Вы четвертый год являетесь бессменным старостой этой группы и ее неформальным лидером. Все верно? — Глеб кивнул, расправил плечи. — Неучей наша академия никогда не выпускала. Я даю вам шанс. Попытайтесь помочь вашей группе избежать пересдачи экзамена и возможного отчисления, — он демонстративно посмотрел на часы. — У вас сорок минут, — и вышел из аудитории.

В коридоре граф Смирнов задержался у неплотно прикрытой двери.

— Хотите вылететь из академии накануне выпускного?! — гневно воскликнул староста. — Что вы несете?! От стыда за вас перед нехрычем я чуть не сгорел! Охоты на ведьм давно нет! Иван Четвертый отменил собственный указ спустя двадцать лет! Что за каша у вас в головах?!

Прекратив подслушивать, Дмитрий кратчайшим путем направился в библиотеку.

«Разумный парень. Достойный наследник у главы княжеского рода Иволгина. Надеюсь, дальше этой группы информация о юной ведьме не уйдет, — размышлял он. — Впрочем, не все ли равно? Многие студенты поделятся сведениями с отцами, и главы родов неминуемо девочкой заинтересуются. Как ни крути, а дар у ведьм уникальный. Да и не осталось их».

— Здравствуйте, Дмитрий Игоревич, — угрюмо поздоровался рыжеволосый студент с приближающимся учителем.

— Белоснежка там? — Дмитрий кивком указал на закрытую дверь.

— Красовский, чтоб его! — сердито выдохнул молодой человек и сжал кулаки.

— Из-за вашей группы у Александры могут быть неприятности. Погуляйте сорок минут, потом ступайте в аудиторию. И держите рот на замке. Ясно?

— Да, — парень насупился, переступил с ноги на ногу. — Дмитрий Игоревич, я стою здесь не просто так. Маргарита Павловна плачет. Александра ее успокаивает.

Не сказав больше ни слова, граф Смирнов уверенно вошел в библиотеку.

***

Я удивленно рассматривала Дмитрия. С каких это пор люди способны настолько измениться за ночь? Нет, мой добровольный помощник внезапно не подурнел, ничего подобного. Как был красавцем, так и остался. Но будто стал чуточку старше. Может, так кажется из-за военного кителя, который ему очень идет? Или легкая эротичная щетина добавляет возраста? Хотя какая разница, двадцать пять ему или двадцать восемь? А вот цвет глаз... Вчера они были золотистые, а сегодня синие-синие, как небо. Разноцветными линзами балуется? Ну, как вариант. Правда, сомневаюсь, что они в этом мире вообще есть.

— Я спросил: что происходит? — Дмитрий достал из кармана белоснежный носовой платок, протянул Маргарите.

— Благодарю, — прошептала библиотекарь и прижала ткань к распухшему от слез носу.

— У Маргариты Павловны семейные проблемы, — пояснила я.

— Приводите себя в порядок, через сорок минут закончатся лекции, — бесстрастно произнес мужчина. — Вас, Александра, прошу пройти со мной. Хочу с вами серьезно поговорить, — он предупредительно распахнул дверь.

Моя нелюбовь к этой фразе растет в геометрической прогрессии. Второй раз за утро — это уже перебор.

Подбодрив улыбкой расстроенную женщину, я вышла в коридор. Без спешки, чтобы привидение успело выпорхнуть.

Рыжеволосого студента в поле зрения не наблюдалось. М-да уж, покараулил.

— Рыжов ради встречи с вами прогулял мою лекцию, — раздался невозмутимый голос Дмитрия. — Пойдемте, — и он широким шагом пошел к лестнице.

Что?!

В горле пересохло. Кое-как совладав с волнением, я последовала за излишне осведомленным преподавателем. Не глядя по сторонам, напряженно размышляла. Вскоре у меня окрепла догадка: нас с Рыжовым кто-то сдал. И тогда вырисовывается главный вопрос: что еще известно Дмитрию Игоревичу?

Минут через пять тот подошел к ничем не примечательной двери. Открыл ее ключом, жестом предложил мне войти. Переступив порог, я сделала пару шагов и остановилась в замешательстве. Нет, смутили меня не рабочий стол у большого полукруглого окна, два кресла, журнальный столик и диван. Это как раз нормальная обстановка для кабинета. Но у дальней стены рядом с платяным шкафом стояла… кровать. Добротная такая, широкая. Еще и аккуратно застеленная стеганым покрывалом.

Для чего она здесь? Поработал — полежал с комфортом? А как студенты к этому относятся? Или он при посторонних на постели не валяется?

Я с недоумением рассматривала предмет мебели, однако в глубине души уже понимала, что Дмитрий привел меня на свою личную территорию.

— Это моя комната. Располагайтесь где вам удобнее. Предлагаю снять куртку, тут тепло.

От ледяного тона мужчины мурашки пробежали по телу.

— Спасибо. Пока воздержусь, — отказалась я расставаться с верхней одеждой. Села в кресло, сжала колени, скрестила щиколотки.

Дмитрий устроился на диване. Откинулся на спинку, положил ногу за ногу.

— Александра, скажу прямо. Меня, как профессионала, заинтересовал ваш случай. Я обсудил его с ректором, и тот дал мне поручение вам помочь. Для начала я хочу узнать, при каких обстоятельствах вы повредили свой магический источник? Как давно появилась метка ведьмы? Вас изгнали из рода из-за нее?

Капец.

Душа стремительно рванула в пятки. Испуганно пискнув, призрачная боярышня прижала ладони ко рту. С огромным трудом сохранив самообладание, я молча смотрела на безумно красивого и настолько же загадочного человека.

Дмитрий глубоко вздохнул.

— Ваша тайна перестала быть таковой, когда вы столкнулись с тремя студентами в мужской душевой. О том, что вы ведьма, уже знает вся группа воздушников. А это ни много ни мало пятьдесят человек, — произнес он будничным тоном. — И нет, рассказал не Рыжов. Говорливостью страдает его сосед по комнате — Красовский. Высокий, темноволосый — помните такого?

Еще бы не помнить! Он спрашивал у белобрысого красавчика, почему тот назвал меня Белоснежкой.

Стоп. Опять не о том думаю. Если отбросить эмоции и мыслить логически, то эти вопросы имеют рациональное объяснение. Агриппина знает о том, что мой магический источник поврежден, Дмитрий вполне мог успеть с ней пообщаться. Ну а о том, что я ведьма, уже понятно, кто разболтал. Но насколько можно доверять этому мужчине? И стоит ли это делать в принципе?

Так и не придя к определенному выводу, я промолчала.

— Не готовы со мной говорить, — заключил Дмитрий. — Александра, вы должны понимать, что оказались в очень непростой ситуации. И молчание вам только навредит. Согласен, сложно откровенничать с малознакомым человеком. Но времени на сантименты у меня нет.

Я продолжала молчать как партизан на допросе.

— Хм-м… Возможно, мне сто́ит пообщаться с привязанным к вам привидением? От него я точно получу ответы на все вопросы. К сожалению, процедура не из приятных. Вашей копии однозначно будет больно, — он посмотрел на зависшую в воздухе призрачную фигурку.

Дева вскрикнула, заметалась по комнате. В конце концов подлетела ко мне и спряталась за креслом.

Писец. Белый и пушистый.

Боже, что делать-то? Подругу по несчастью я пытать не дам. Но и паника не поможет. Бабушка однажды сказала: если задают неудобные вопросы и не знаешь, как отвечать, — спрашивай. И постарайся увести диалог в другое русло.

Внутренне собравшись, я подняла глаза на мужчину.

— Дмитрий, сколько вам лет?

Тот удивленно хмыкнул.

— Скоро двадцать пять. А что?

— Выглядите несколько старше. Но это вас ничуть не портит. Напротив, придает солидности. Знаете, я всегда восхищалась учителями. Неимоверно сложная работа! У всех детей свои характеры, попробуй найти подход! А вложить в неокрепшие умы знания — совсем что-то запредельное! — я восхищенно приложила руки к груди.

— Ловко свернули с темы. Аплодисменты вашему наставнику, — маг впервые широко улыбнулся.

— Ну вот. Сразу вывели на чистую воду, — я с огорчением покачала головой. И так, чтобы собеседник заметил, глянула на него из-под ресниц.

— Плутовка, — Дмитрий шутливо погрозил пальцем. Но продолжил уже серьезно: — Саша, у меня действительно нет времени на разговоры. Представьте, что я целитель и собираю анамнез вашей болезни. Чтобы вам помочь, мне требуется информация.

Почему у него мало времени? Второй раз об этом упоминает. Странно. Эх, похоже, придется рассказать правду. Разумеется, не всю.

Я изменила позу, отзеркалив собеседника.

— Источник повредила при неудачном проведении ритуала. Пыталась вызвать духа рода. Не вышло. Метка появилась вчера, по дороге в Суздаль. Водитель ее не видел. После, гуляя по городу, я никому ее не показывала, а длинный рукав скрывал узор от случайных взглядов. В мужской душевой оказалась непреднамеренно. Полотенце, увы, не лучшая защита.

В комнате повисла тишина. Дмитрий о чем-то глубоко задумался, и я его не отвлекала. Мысленно скрестила все пальцы, надеясь, что он не станет расспрашивать о «моей копии». Нафантазировать-то не проблема, но есть подозрение: как только начну врать о кончине «сестры-близнеца», мигом засыплюсь. Мне нужно время. Тет-а-тет пошепчемся с боярышней, сочиним удобоваримую версию ее смерти.

— Что побудило вас устроиться поломойкой в академию? — огорошил вопросом маг.

Оба-на. Сюрприз. Неужели о том, что с моим источником беда, он узнал как-то сам?

— Агриппина Васильевна разве вам не доложила? — спросила невинно. — Я утром ей все рассказала.

— Я не видел экономку со вчерашнего вечера. Прошу вас, повторите мне то, что поведали Агриппине Васильевне.

Уф-ф-ф. И вот что это значит? Мозг скоро вскипит.

Немного подумав, я решила, что хуже уже не будет, и максимально подробно описала встречу с двумя женщинами на рынке в Суздале. Не забыла упомянуть и теплые пирожки, которые не утоляют голод.

Дмитрий ни разу не перебил, слушал очень внимательно. Когда я закончила, он поднялся, бросил:

— Ждите меня здесь, — и ушел.

Я изумленно посмотрела на дверь, закрывшуюся за хозяином комнаты.

— Давай убежим из этой академии! — взмолилось выпорхнувшее из своего укрытия привидение. — Мне страшно!

Да уж понимаю. Такое чувство, что помимо воли стала участником в чьей-то игре, а что стоит на кону и какие правила — неизвестно.

Встав, я подошла к столу. Зачем-то передвинула бумаги, открыла толстую папку. Внутри лежали шикарные портреты, выполненные бесспорно талантливым художником. Карандашом, углем и тушью на всех рисунках была изображена одна и та же женщина. Надо признать, по-настоящему красивая.

— Кто она? Это Дмитрий рисовал? — высунулась из-за моего плеча боярышня.

— Понятия не имею! — отчего-то разозлилась я. — Идем отсюда! — и практически бегом рванула к двери.

Едва шагнула за порог, воздух зашевелился, пошел рябью. Резко затошнило, и я непроизвольно зажмурилась. Глаза распахнула почти сразу, но особо это не помогло.

Я стояла в полутемном коридоре перед пятью проходами. Ага-ага, помню. Направо пойдешь — коня потеряешь. Налево свернешь — жену найдешь. А прямо оправишься — приключений на пятую точку огребешь.

— Да что тут творится?! — истерично заверещала призрачная дева.

Поди разбери. Но такое чувство, что именно в этом месте я сегодня уже была.

Медленно повернулась на каблуках. Увидела еще пять проходов и стиснула зубы. А потом набрала в грудь воздуха и крикнула:

— Проводник!

Глава 9

Это же время. Кабинет ректора

Архимаг сидел за столом. Подперев щеку кулаком, он с задумчивым видом читал какой-то документ.

— Алексей Владимирович, вы заняты? — послышался взволнованный женский голос.

Сняв очки для чтения, пожилой мужчина потер переносицу, устало посмотрел на стоящую в дверях экономку.

— Агриппина, что-то случилось?

Цокая каблучками, Агриппина Васильевна подошла и села на стул для посетителей.

— Я хотела поговорить по поводу новой сотрудницы, Александры Лаптевой, — женщина помолчала, подбирая слова. — Я считаю, что девушку в нашу академию заманили обманом. И, боюсь, к этому приложил руку Дмитрий Игоревич.

Ректор скептически хмыкнул и откинулся на спинку массивного кресла.

— Сегодня утром я разговаривала с Александрой. У этой несчастной девочки-изгоя сильно поврежден магический источник. Пришла она к нам, надеясь на помощь целителя. Которого у нас нет и не было!

— И при чем здесь Дмитрий Игоревич? — вопросительно приподнял брови ректор.

— У меня есть все основания полагать, что для Александры вчера в Суздале разыграли грандиозный спектакль с участием множества фантомов. Эту дуреху убедили, что на уличном рынке она общалась с нашей бывшей поломойкой.

— Да? — старец огладил седую бороду.

— Алексей Владимирович, я понимаю, насколько это фантастично звучит, и знаю, что вы благоволите Дмитрию Игоревичу. Но он мог провернуть подобное! Во-первых, граф Смирнов неоднократно демонстрировал навыки создания реалистичных фантомов. А во-вторых, он единственный некромант в академии, и ему вполне по силам воздействовать на привратника. Тот хоть и высшее существо, но все же дух.

— И зачем? — мужчина положил руки на стол, прищурился.

— Чтобы привратник пропустил девочку на территорию. Ну и дал доступ к источнику силы академии, — женщина, разнервничавшись, поправила медальон на шее. Подавшись к ректору, шепотом призналась: — Вчера вечером граф на руках принес эту малышку ко мне в кабинет. Глаза у него были особенного — янтарного — цвета. А энергия так бурлила, что даже я, слабосилок, ее почувствовала, — экономка вновь нервно прикоснулась к украшению на шее. — Что если наш некромант планирует использовать девушку-изгоя в каком-то жутком ритуале?

— Напомните, сколько вы у нас служите? — ректор строго посмотрел на Агриппину.

— Три года, — экономка выпрямилась и торопливо заговорила: — Догадываюсь, к чему вы клоните. Нет, никаких слухов о том, что Дмитрий Игоревич проводит какие-то особенные эксперименты, по академии не ходит. Студенты и преподаватели отзываются о нем уважительно. Однако последние полгода граф Смирнов вызывает у меня нешуточные подозрения. Взрослый мужчина ест как птичка и максимум раз в неделю. Он стал абсолютно безэмоциональным. А еще, — женщина замялась, — даже в тепле у графа очень холодные руки.

— Мало ест, не проявляет эмоций, холодные руки, — перечислил архимаг с укором.

— Вы думаете, я себя накрутила?

— Я думаю, что вы человек с открытой душой, искренне желающей помочь Александре Лаптевой, — с отеческой добротой произнес старец. — Так уж и быть, в ближайшее время сам пообщаюсь с вашей протеже.

Экономка благодарно улыбнулась. Смущенно кашлянув, попросила:

— И все же обратите внимание на графа Смирнова. С ним определенно что-то не так. Да и Александру кто-то намеренно привел к нам в академию. Сердцем чую — что-то скоро произойдет.

— Принял к сведению, — кивнул Алексей Владимирович. Словно невзначай глянул на стопку бумаг, обреченно вздохнул.

— Не буду вам мешать, — улыбнувшись на прощание, Агриппина встала и, довольная, вышла из кабинета.

Взгляд ректора моментально потяжелел.

«Какая наблюдательная, — старец побарабанил пальцами по столешнице. — Выходит, родовая сила Дмитрия среагировала на девушку. Это хорошо. Очень хорошо».

***

Граф Смирнов стремительно шел по коридору. Артефакт на запястье слегка пощипывал кожу, информируя о том, что в аудитории ЧП.

«Как же это все не вовремя. Надеюсь, девочка дождется меня в комнате. Что на сей раз эти горячие головы не поделили? — с ледяным спокойствием размышлял мужчина. — Неужели конфликт разгорелся из-за юной ведьмы? Плохо».

Услышав за спиной знакомую практически беззвучную поступь, Дмитрий остановился и бесстрастно посмотрел на приближающегося преподавателя физической подготовки Максима Воеводина.

Дождался, пока тот подойдет, и невозмутимо спросил:

— И у тебя браслет сработал?

Старинный приятель кивнул.

— Идем на полигон. Все воздушники уже там. Я Красовского по дороге встретил, — Максим усмехнулся.

— Между кем дуэль? — холодно уточнил Дмитрий, спускаясь по лестнице в холл.

— Как я понял, младший сын боярина Силантьева бросил вызов старосте группы княжичу Иволгину. Что послужило причиной, к сожалению, не знаю.

— Не спешим, — неожиданно заявил Дмитрий. Сбавив шаг, пояснил: — Лидер в группе может быть только один. Не стоит им мешать, пусть уже расставят точки над i.

Преподаватель физической подготовки пошел медленнее.

— А если они друг друга поубивают? — поинтересовался он удивленно.

— Сам же знаешь, что на территории академии это невозможно, — безразлично напомнил Дмитрий. Толкнул входную дверь и вышел на улицу.

С неба падала противная морось. Поежившись от порыва ледяного ветра, Максим застегнул куртку и покосился на легко одетого некроманта. Казалось, тому в принципе плевать на отвратительную погоду. Воеводин незаметно вздохнул и промолчал. Его друг скоро пройдет точку невозврата. И ничем помочь, увы, он не мог.

***

Я сорвала голос, зовя белого кролика, но зверек так и не появился. И что теперь?

Растерянно огляделась. За то время, пока я пыталась докричаться до проводника, ничего не изменилось. Мы с призрачной боярышней все так же находились на небольшой площадке в центре мрачного коридора, а в разные стороны вело десять ничем не отличающихся проходов.

Какой выбрать?

Зависшее в воздухе привидение уже несколько минут не издавало ни звука и не шевелилось. Боится. Хорошо хоть не истерит.

Но едва я отвернулась от призрачной боярышни, как ее крик резанул по ушам:

— Это ты во всем виновата! Тебе же русским языком сказали подождать в комнате! Куда поперлась?! — в гневе сжав кулаки, дева резко подлетела ко мне и зло процедила: — Вот итог твоих самостоятельных решений! Из-за тебя мы оказались в западне!

Прищурившись, я смотрела на разъяренную и одновременно жутко перепуганную девушку. М-да, сглазила. Опять ее понесло.

— Это ты во всем виновата, — без прежнего апломба повторило привидение, жалобно всхлипнуло и уже привычно разревелось.

Интересно, а призрачным боярышням можно как-то подлечить нервы? Жутко бесит!

Раздражение всколыхнулось в груди. Не желая вымещать негативные эмоции на призраке, обошла рыдающую деву и направилась в ближайший проход.

Тусклый, непонятно откуда льющийся желтый свет едва-едва освещал узкий, длинный коридор. По моей спине то и дело от страха пробегали мурашки. Куда иду? Что ждет меня… там?

Справа повеяло могильным холодом. Мышцы тут же напряглись. Подавив желание сорваться на бег, я повернула голову.

Уф-ф. Персональное истеричное привидение никому не нужно? Даром отдам.

Хмуро глянув на поравнявшуюся со мной боярышню, я засунула руки в карманы куртки и потопала дальше. Дева молча летела рядом.

Не знаю, как долго мы шли. Я напряженно озиралась. Казалось, камни в этих стенах гораздо старше, чем те, что уже видела в замке. Бред какой-то.

И все же, почему проводник не пришел? Возможно, что я случайно попала в такое место, куда ему нет доступа?

От шокирующей догадки кровь запульсировала в висках.

— Тебе совсем не страшно? — заглянула мне в лицо боярышня.

Вот кто так делает?! Душа и без нее в пятках!

Я глубоко вздохнула, успокаиваясь.

— Отчего же? Страшно точно так же, как и тебе, — ответила тихо, но мой голос эхом отразился от древней каменной кладки.

— Почему ты тогда такая спокойная?

Опять двадцать пять! Похоже, без объяснений не обойтись. Смогу ли сделать это максимально доходчиво? Не уверена, но хотя бы попытаюсь.

— Представь, что ты обычный человек. Плывешь на лодке по морю. Неожиданно налетел шторм, твое судно вот-вот опрокинет. Можешь повлиять на ветер?

— Нет, — девушка помотала головой.

— Но ты можешь поставить парус и попытаться спастись. Если же начнешь реветь и паниковать — однозначно погибнешь. Испытывать страх — нормально. Но позволять ему брать верх над разумом — это путь в никуда.

Боярышня недовольно скривилась. Дошло или нет? Будущее покажет.

Я упрямо шагала вперед. Ноги гудели от усталости, а коридор все никак не кончался.

Ну не бесконечный же он, в самом-то деле!

Зло глянула на стену. И остановилась как вкопанная. Мимо этого отколотого, покрытого сине-зеленым мхом камня я сто процентов уже проходила.

Да ладно… Мы что, бродим по кругу? Как в лесу?!

— Что там такое? — всполошилось привидение.

— Ничего особенного. Но мы здесь уже были.

— Все, это конец! Мы пропали! Пропали! — вновь заголосила призрачная боярышня.

— Не реви, — строго одернула я девушку. — Мне надо подумать.

Встав у стены, прижалась к ней затылком, закрыла глаза: так легче собрать мысли в кучу. Вероятно, я неспроста очутилась на той треклятой площадке с десятью коридорами. Необходимо вспомнить, что произошло до этого.

Вывод оказался странным: выходя из комнаты Дмитрия, я неистово желала убраться куда подальше. Причем без конкретного направления.

Зачем мне это знание? Пригодится, наверное. Но это не точно. Как же я устала здесь бродить…

Решение пришло внезапно: я сильно-сильно захотела увидеть небо, подышать свежим воздухом.

— Хватит спать! Смотри! — испуганно вскрикнула призрачная боярышня.

Распахнув глаза, я осмотрелась. Метрах в трех от меня в стене виднелся проход. Голову даю на отсечение — раньше его тут не было.

Неужели сработало? Может, да, а может, и нет. Проверю. Все лучше, чем бродить до скончания веков по кругу.

Отбросив сомнения, я зашла в новый коридор.

— Давай не пойдем? А вдруг там чудовища? — прошептала дева, тем не менее следуя за мной.

Неживая ведь, самое плохое с ней уже случилось. И как такая трусиха вообще отважилась на смертельно опасный ритуал?

Воздух стал спертым, ноги наливались свинцовой тяжестью. Но я шла и шла.

— Мне здесь не нравится, — с тоской бормотало привидение. — Тут мрачно и страшно.

Как же бесит!

Рассердившись на все и сразу, я словно обрела второе дыхание. В теле появилась небывалая легкость, и я помчалась по коридору. В отличие от предыдущей, эта «дорога» постоянно меняла направление. Но я не сбавляла хода. Лихо вписывалась в повороты и мчалась дальше.

Пока не влетела в какое-то малюсенькое помещение. По инерции пробежала пару шагов и остановилась в замешательстве.

Практически под потолком находилось зарешеченное прямоугольное окно. Разгоряченного лица коснулось дуновение холодного ветра.

Хотела неба и свежего воздуха? Получи, распишись.

Выровняв сбившееся дыхание, я обернулась и остолбенела. Проход, через который сюда вбежала, исчез. Вот теперь мы с призраком действительно в каменной западне.

Да что за гадство-то?!

— Вытащи нас отсюда! — взмолилась насмерть перепуганная боярышня. — Пожалуйста, придумай что-нибудь!

Ну, чисто теоретически, можно снова представить место, где хотела бы оказаться. Но кто знает, куда нелегкая опять занесет? Здесь хоть окно есть. Если постараться, то я в него пролезу. Правда, прежде нужно избавиться от решетки. Вопрос: как?

Я подошла к стене и, встав на цыпочки, попыталась дотянуться до окна. Поняв, что не выходит, подпрыгнула, вцепилась в толстые прутья и, помогая себе ногами, с горем пополам подтянулась.

Брусчатка. Кусты на газоне, влажная земля. И больше ничего. То есть я, судя по всему, в подвале.

Пальцы свело от напряжения. Закусив губу, подергала прутья: те даже не шелохнулись. Вдруг накатила какая-то запредельная злость. Да сколько можно надо мной издеваться?!

И я со всей силы рванула на себя решетку.

Правое предплечье будто опалило огнем. Задохнувшись от боли, я непроизвольно зажмурилась. И закономерно полетела вниз.

Ударившись о камень, глухо застонала. Но не из-за ушибленного бока. Казалось, правая рука пылает. Рвано дыша, я боялась пошевелиться. К счастью, боль, пусть небыстро, но отступала.

— Как ты это сделала? — изумилось привидение.

Почему я ничего себе не сломала? Так вроде невысоко. А вот что с рукой — надо выяснить.

Стараясь двигаться по минимуму, я села, осторожно сняла куртку. Расстегнула манжет на правом рукаве, оголила предплечье.

Некогда черная татуировка теперь светилась загадочным серебристым светом.

Охренеть. И как это понимать?

— Почему ты еще жива? — удивилась боярышня.

«Восхитительный» вопрос. И правда, а чего это я еще дышу?

Проигнорировав призрачную деву, перевела взгляд на окно. Решетки не было. От толстых прутьев не осталось и следа.

Этому должно быть логическое объяснение. Единственное предположение — дар ведьмы спонтанно активировался, и я как-то умудрилась уничтожить металл. Прислушалась к себе: потребности выпить чужую силу не испытывала.

Чертовщина какая-то. Необходимо отсюда выбираться. Срочно!

Поправив рукав рубашки, я встала, подняла с пола куртку. Скрутила ее потуже, тщательно прицелилась и закинула в окно. Мимо. Вторая попытка также не принесла успеха. И лишь третья оказалась удачной.

Отлично. На улице не замерзну.

Даже не глядя на привидение, я прекрасно знала, что оно за мной наблюдает. Сказать боярышне, чтобы летела следом? А зачем? Если у меня получится, то она уж точно здесь не задержится. Гравитация ей не помеха.

Отошла максимально далеко от прямоугольного «выхода». Постояла пару секунд, а затем сорвалась с места и помчалась к стене. Не добежав совсем немного, что есть мочи оттолкнулась, подпрыгнула. Зацепившись руками за внешний край окна, начала вытаскивать тело наружу.

Дело шло мучительно медленно. Нетренированные мышцы отказывались повиноваться. На свободу я выползла исключительно на морально-волевых. Встала на четвереньки, бездумно пялясь на влажные булыжники. Руки-ноги дрожали. Выпрямиться не имелось сил. Похоже, прилетел откат.

— Так вот ты какая, ведьма. Ничтожество. Грязная тварь, — раздался откуда-то справа презрительный мужской голос.

Глава 10 Мужчины бывают разными

«О как. Ничтожество, грязная тварь… — все так же глядя на брусчатку, вяло удивилась я. — Совсем гнева жуткой ведьмы не боится? Почему?»

— Мамочки, тут студенты! У одного все лицо в крови! — пискнуло привидение откуда-то сверху. А потом истерично завопило: — Их целая толпа! Вставай! Беги! Спасайся!

Угу. Лыжи только смажу и сразу помчусь, волосы назад. Да что ж так все внутри ноет и выкручивает?

Стараясь не морщиться, я медленно поднялась на ноги. Резкий порыв ветра взлохматил волосы. Убрав их с лица, с трудом нагнулась, подобрала куртку, без спешки надела. А после повернулась.

Неподалеку от меня стояла толпа студентов. Не то чтобы большая — человек десять, но все рослые как на подбор. Мне такого и одного хватит: пальцем зашибет не напрягаясь.

В основном юноши выглядели хмурыми. А вот глаза моего недруга, которого я вычислила моментально, горели ненавистью. Неплохо, кстати, его разукрасили: физиономия с потеками крови, синяки на пол-лица.

И почему-то именно такой его вид вернул мне спокойствие. Я отряхнула колени и направилась к молодым людям.

— Господа, мне нужна помощь. У кого-нибудь есть платок?

— У меня нет, — огорченно признался светловолосый великан. И с надеждой посмотрел на стоящего рядом кареглазого товарища.

Тот быстро достал из кармана белоснежный квадратик и протянул мне:

— Вот, мой возьмите.

Взяв отглаженную ткань, я мило улыбнулась спасителю.

— Благодарю вас. Ладонь слегка испачкалась, — пояснила и печально вздохнула.

— Со всеми бывает, — кареглазик порозовел, смущенно кашлянул.

— Грязная тварь! — резанул по ушам знакомый презрительный голос.

— Силантьев, вы же дворянин, — строго напомнил светловолосый.

— Андрей, ну правда, хватит вам уже так себя вести, — сердито буркнул кареглазый.

Остальные парни неодобрительно загудели. Кажется, острой неприязни к ведьмам никто, кроме побитого типа, не испытывает.

— Уходи отсюда! Уходи пока не поздно! — захныкала призрачная боярышня.

Нет, я не уйду. А то сама себя перестану уважать.

В упор уставилась на потрепанного дворянина Силантьева. Тот с издевкой ухмыльнулся. Не прерывая зрительного контакта с коротко стриженным здоровяком, я подошла, встала прямо перед ним и с ледяным спокойствием сказала:

— Повторите.

— Еще и глухая? — молодой человек гадко осклабился. Горделиво вскинул подбородок и громко заявил: — Я, сын боярина Силантьева, считаю, что ты, ведьма, ничтожество и грязная тварь!

— И? — я вопросительно приподняла брови.

Не ожидающий от меня такой реакции сын боярина в замешательстве хлопнул ресницами.

— Что? — переспросил он с недоумением.

— Вам полегчало?

— О чем ты, ведьма?

— Конечно же о вашем уязвленном самолюбии, — я изобразила удивление. — Победители великодушны, даже к тем, кого терпеть не могут. Судя по характерным повреждениям, вы участвовали в спарринге. И проиграли более сильному сопернику, иначе не стали бы искать конфликта с тем, кто заведомо слабее вас физически. Вы закончили? Или будете продолжать срывать зло на девушке, которая ростом вам по грудь?

— Ты не девушка! Ты мерзопакостная ведьма! — сквозь зубы процедил Силантьев. — Строишь из себя оскорбленную невинность, стараешься вызвать сочувствие. С другими этот номер, может, и пройдет, но не со мной. Я вижу тебя насквозь, тварь! — он сжал кулаки и угрожающе подался ко мне.

Обступившие нас парни не издавали ни звука. По моей спине впервые за все время беседы пробежал холодок страха. Надо экстренно что-то придумывать. Я теряю контроль над ситуацией.

— Мамочки! — в ужасе выдохнуло привидение. — Скорее извинись и моли о пощаде! Он же сейчас тебя прибьет, как муху!

— Ты даже не представляешь, что я могу с тобой сделать, — зловеще прошипел здоровяк.

Хрен тебе! Иду ва-банк!

— Вы правы, этого я не знаю, — ответила хладнокровно. — Но прежде чем начнете демонстрировать свои способности, настоятельно рекомендую обдумать один момент. Что будет, если не испугаюсь?

Шагнув назад, я увеличила между нами дистанцию. Плавным неспешным движением подтянула вверх рукав куртки, расстегнула пуговицу на манжете рубашки и обнажила правое предплечье.

— Вот это да! Серебристая метка! — шокированно выдал кто-то из толпы.

— Рада, что хоть со зрением у вас нет проблем, — я спрятала узор под одеждой. — Думала, в этой академии учатся настоящие мужчины. Видимо, ошиблась, — и мысленно скрестила пальцы на удачу.

Парни принялись растерянно потирать шеи, украдкой переглядываться. Здоровяк напряженно молчал.

Этот раунд точно за мной. Уйти бы, да вот только какой-то гад буравит взглядом. Аж до мурашек пробирает.

Я резко повернула голову.

Увидев Дмитрия, испытала неимоверное облегчение. Но через миг душу неприятно царапнуло. Преподаватель стоял чуть поодаль и, несомненно, все слышал.

Как давно он здесь? Почему сразу не вмешался, не приструнил потерявшего берега дворянина? Явно же остальные к однокурснику прислушиваются.

— Студенты, внимание, — не повышая голоса позвал Дмитрий Игоревич. — Ваше поведение противоречит Уставу академии. Сейчас вы идете к ректору и подробно докладываете о произошедшем. Шагом марш.

Высокие, широкоплечие парни как-то разом поникли. Избегая смотреть на меня, они оперативно покинули полигон.

— Александра, я вас провожу, — подойдя ко мне, безэмоционально сообщил Дмитрий. — Наш разговор не закончен. Уверен, у вас появились вопросы.

***

За пятнадцать минут до этого

На улице было отвратительно: с неба сыпалась мелкая ледяная крошка, ветер пробирал до костей. Однако группа воздушников в полном составе находилась на полигоне. Они, не обращая внимания на непогоду и не спеша расходиться, энергично жестикулировали, бурно обсуждая закончившийся поединок.

Двое мужчин стояли у стены замка. Оставаясь незаметными для учеников, они наблюдали и слушали.

— Силантьев с треском проиграл, — флегматично констатировал преподаватель физической подготовки.

— Ожидаемо, — лаконично откликнулся Дмитрий.

— Пойдем к ним? — Максим Воеводин покосился на некроманта.

Тот отрицательно покачал головой. И пояснил:

— Нас здесь нет. А то придется студентов наказывать, формальных оснований более чем достаточно.

— Как скажешь.

Воеводин поежился от холода. Засунув озябшие руки в карманы, пристально посмотрел на старинного друга.

— Ты все правильно понял, — ответил на невысказанный вопрос Дмитрий.

— Раз в академии неинициированная ведьма, то, может… — Максим оборвал фразу, напряженно всматриваясь в непроницаемое лицо графа Смирнова.

— Я не питаю иллюзий. Слишком много «если», — безэмоционально произнес Дмитрий. — Источник у девушки есть, но сильно поврежден. Погибнуть при активации дара хранитель ей не позволит. А вот станет ли Александра полноценной серебряной ведьмой — еще неизвестно.

— Думаешь, не услышит зов?

Некромант неопределенно пожал плечами. И круто сменил тему:

— Нам здесь делать больше нечего, воздушники расходятся. Иди к себе. Я пригляжу за проигравшим. Не нравится мне Силантьев.

Воеводин, молча кивнув, неторопливо пошел вдоль стены замка.

«Сколько мы с ним знакомы? — задумался Дмитрий. Нехитрые расчеты подсказали, что они с Максом не расстаются практически пятнадцать лет, включая те шесть, когда бок о бок жили на улице. — Быстро время пролетело», — сделал вывод некромант и отточенным движением активировал технику скрыта.

Высокий мужчина в мгновение ока словно растаял в воздухе. Но на самом деле преподаватель методов противодействия темным силам остался на том же месте. Выждав положенные тридцать секунд, он, невидимый и неслышимый, последовал за взбудораженными парнями.

Прислушавшись к их разговорам, Дмитрий отметил, что у них нет явной агрессии к ведьме. Но предводитель этой группы внушал ему некоторые опасения.

Граф Смирнов знал, что младший сын боярина Силантьева достойно проигрывать совершенно не умеет. Самовлюбленный, хитрый парень не простит старосте группы позорного поражения. Впрочем, на прямой конфликт он в ближайшее время не пойдет. Скорее всего — начнет провоцировать и прессинговать ведьму. Та сорвется, натворит бед, а тут и Силантьев подоспеет со своим: «Я всех предупреждал, но вы же слушали княжича Иволгина».

Какой самоконтроль у Лаптевой, легко ли поддается на провокации, как реагирует в нештатных ситуациях — преподаватель методов противодействия темным силам, разумеется, не знал. Это ему еще предстояло выяснить. Эксцессы в учебном заведении никому не нужны, их желательно предотвращать. В данном случае это невозможно, но стоит хотя бы попробовать минимизировать риски.

Назревающая проблема была, бесспорно, важна. Однако, честно сказать, некроманта интересовало другое. После беседы с девушкой-изгоем он ничуть не сомневался, что ее в академию заманили. И догадывался, кто и зачем это сделал. Да что там — был практически уверен.

«Эх, наставник, наставник. Вот же интриган. Все никак не расстанется с надеждой меня «оживить». Стремление вернуть законному наследнику трон превратилось для него в смысл жизни», — Дмитрий едва заметно усмехнулся.

С тем, что на свое двадцатипятилетие окончательно станет мертвяком, он давно свыкся. Как-никак с восьми лет такой… особенный. И все же где-то в глубине души ему хотелось не существовать, а по-настоящему жить.

Увидев выползающую из подвального окошка Александру, Дмитрий притормозил.

Как она туда попала? Он же оставил ее в своей комнате. А если провалилась на сумеречный уровень, то как самостоятельно выбралась? Неужели произошла спонтанная активация дара?

Напряженно размышляя, Дмитрий невидимкой стоял в нескольких шагах от ведьмы и внимательно следил за развитием конфликта. Он мог в любую минуту вмешаться, но не спешил.

Силантьев повел себя на редкость омерзительно. Но это было предсказуемо. А вот юная Александра Лаптева не просто приятно удивила некроманта, она заставила его сердце биться чуть чаще.

«Умница. Отлично держит удар. Не характер — кремень. Может, и правда у нас с ней получится», — предположил последний представитель императорского рода Рюриковичей и деактивировал скрыт.

Глава 11 Становится понятнее, но не легче

Рослые юноши уже скрылись из поля зрения, а я все переминалась с ноги на ногу и никак не могла определиться.

Сию секунду продолжать разговор с преподавателем методов противодействия темным силам графом Дмитрием Игоревичем Смирновым я не готова.

Да, теперь мне известны его полное имя и титул. Краем уха слышала, как называли моего мучителя-спасителя удаляющиеся студенты. Но это все вторично. Что делать сейчас?

Вопросов к нему много, тут он не ошибся. Однако чувствую я себя неважно: ноги подкашиваются, внутри все болит, в голове неразбериха. Ляпну еще что-нибудь не то, и поди угадай, чем это для меня обернется.

Дойти с ним до моей комнаты и попрощаться под предлогом плохого самочувствия? Даже врать не придется. Но как же не хочется возвращаться в этот кошмарный замок-головоломку! От одной мысли, что опять попаду в бесконечные коридоры, зубы сводит.

Додумать я не успела. Смирнов сделал сложный пасс, и ветер вокруг нас стих. На голову капать перестало, но дальше по-прежнему царствовала непогода. Мысленно тяжко вздохнула. Этот мужчина уже принял решение. Хочу не хочу, но диалог с ним отложить не выйдет.

— Идемте. Небольшая прогулка после ваших приключений пойдет вам на пользу, — граф галантно предложил мне локоть.

Я аккуратно просунула руку под его. И случайно коснулась обнаженного запястья. Кожа мужчины показалась необычайно холодной, буквально ледяной.

Дмитрий без куртки. Неужели настолько замерз? Тогда почему не повел в теплое помещение? Инстинкт самосохранения никто не отменял. Что с ним не так?

Размышляя над этой странностью, я шла вдоль стены замка рядом с объектом своих мыслей. Дворянин не спешил заводить беседу, казалось, он реально меня «выгуливает». Призрачная боярышня летела чуть поодаль от нас и всем видом демонстрировала, что происходящее ей очень не нравится.

Нравится не нравится — терпи, моя красавица.

Поначалу каждый шаг мне давался через силу. Но чем больше мы «гуляли», тем лучше я себя чувствовала. Даже начала осматриваться. К сожалению, ничего примечательного на пути не попадалось: все та же черная влажная земля на газонах, редкие кусты и деревья с облетевшей листвой. Разве что вдалеке виднелись очертания какого-то длинного строения.

Что там? Кто ж его знает. Обширную экскурсию по академии мне пока не проводили. Впрочем, не больно-то и хочется. А вдруг опять окажусь не пойми где?

Неожиданно Дмитрий остановился и достал из кармана кителя бумажную салфетку. Я отпустила предплечье мужчины, настороженно наблюдала за его действиями.

Тот нарочито медленно сжал кулак. Распрямив пальцы, ровным тоном произнес:

— Вы с легкостью можете рассмотреть салфетку снаружи, но внутри — нет. Территория академии как эта скомканная бумага. Под внешним уровнем существуют скрытые. Их три: средний, нижний и сумеречный. Они открываются при искривлении пространства. Проводник способен вывести заплутавшего с первого уровня. Но тот, кто ушел на второй и уж тем более на третий, фантома-проводника никогда не дозовется.

Своевременная информация. Пусть совсем немного, но стало понятнее. Выходит, моя догадка верна: кролик просто не мог прийти туда, где я очутилась.

В голове роились сотни вопросов, но один так и норовил сорваться с языка. Решив, что ничего страшного не произойдет, если спрошу, я с безразличным видом поинтересовалась:

— И как часто люди здесь забредают на эти скрытые уровни?

— Для искривления пространства требуются, — граф задумался, подбирая подходящее слово, — определенные усилия со стороны мага. Спонтанно никто никуда не «забредает». Вы первая, кто неосознанно ушел на второй уровень.

Вот это новость так новость!

Дмитрий вновь предложил локоть, и я, пребывая в шоке от услышанного, просунула руку. Мы продолжили путь вдоль мрачной замковой стены.

Почему мне «подфартило» — легко догадаться: кроме меня, девушек с меткой ведьмы в академии нет. И я побывала уже на двух скрытых уровнях: среднем и еще каком-то. С первого зайка вывел, а вот с того, что глубже, я до него не докричалась.

Стоп. Откуда Дмитрий знает, что я бродила не там, где ходят все нормальные люди?

Я подозрительно воззрилась на преподавателя. Тот, явно догадавшись, что меня обеспокоило, безэмоционально сообщил:

— Вы вылезли из окна помещения, в которое можно попасть только с нижнего уровня.

Даже так? То есть он все слышал с самого начала? Почему же не пресек нападки Силантьева? Хотел посмотреть, как справлюсь, или что? В душе заворочалась злость, но пришлось ее подавить: мы подошли к скромному входу в стене замка.

Остановившись под полукруглым навесом, мужчина мазнул нечитаемым взглядом по зависшему неподвижно призраку и, не повышая голоса, позвал:

— Проводник.

Зверек появился из ниоткуда, замер у ног своего создателя. Дмитрий наклонился, прижал палец ко лбу белоснежного пушистика, что-то прошептал. Потом выпрямился и с присущей ему сдержанностью заявил:

— Теперь фантом будет круглосуточно находиться возле вас. Он способен найти дорогу и с нижнего уровня, но для этого ему необходимо туда попасть вместе с человеком. Если опять внезапно провалитесь, выведет.

— Это радует, — ответила я без тени улыбки.

— Александра, то, что я сейчас скажу, очень важно, — продолжил бесспорно красивый мужчина. Его взгляд потяжелел. — Ваш дар серебряной ведьмы активен. Скорее всего, в ближайшее время вы услышите зов, настойчивый шепот. С каждым днем он будет крепнуть, и противиться ему у вас не получится. Когда последуете за ним, то попадете на сумеречный уровень и придете к входу в особое подпространство. Однако войти туда и выйти обратно сможете только со мной. Ни в коем случае не идите на зов без меня.

Волоски на руках встали дыбом, внутри все сжалось. Бред не то что не прекращается, он набирает обороты! Для чего меня сюда затащили?!

Молнией мелькнула догадка, и я отбросила все колебания.

— Кто вы такой, Дмитрий Игоревич? Что такого важного в том особом подпространстве? И не из-за вас ли я отказалась в этой академии?

На лице Дмитрия не дрогнул ни один мускул.

— Александра, я не желаю вам вреда и искренне хочу помочь. Вы же пока не готовы делиться со мной своими тайнами. А они у вас, без сомнений, есть, — он красноречиво посмотрел на моментально перепугавшееся привидение. — Полагаю, вы согласитесь, что доверие должно быть обоюдным. Я отвечу на ваши вопросы, но не раньше, чем войдем в подпространство на сумеречном уровне. Единственное, что могу сказать: в том, спрятанном от других одаренных измерении ваш магический источник можно восстановить. Вы перестанете быть зависимой от силы академии и сможете безбоязненно покинуть это место. А сейчас идите к себе. Вам стоит отдохнуть, — он щелкнул пальцами, деактивируя защиту от непогоды, и стремительно ушел.

— Это какая-то головоломка. Давай сбежим отсюда? Мне страшно, — захныкало над ухом привидение.

Я улыбнулась, пытаясь приободрить деву, но вышло криво. Сама боюсь не меньше. И так же мало что понимаю. Но убегать не собираюсь, в этом нет никакого смысла. За воротами академии меня ждет скорая смерть.

Раз есть шанс вылечиться, значит, нельзя его упускать. Вряд ли Дмитрий стал бы столь нагло врать. Но насколько ему можно доверять? С одной стороны, ничего плохого я от него пока не видела. А вот с другой, интуиция твердит об опасности.

С усилием открыв неожиданно тяжелую дверь, я обратилась к белому кролику:

— Покажи, пожалуйста, короткую дорогу в мою комнату.

Длинноухий зверек тут же шустро поскакал по полутемному коридору. Я махнула призраку, приглашая влететь в замок, и пошла за проводником.

***

Дмитрий

Артефакт на запястье ощутимо накалился, прижигая кожу.

«Ну как всегда не вовремя. С чего вдруг я так экстренно понадобился наставнику? Самостоятельно не смог придумать студентам наказание? Или совесть запоздало проснулась?» — перебирал варианты мужчина, подходя к кабинету ректора.

Для приличия он постучался, но не стал дожидаться разрешения, а распахнул дверь и вошел. Опустился в кресло для посетителей, стоящее возле рабочего стола, закинул ногу за ногу и холодно посмотрел на хозяина академии.

Несколько секунд в кабинете стояла тишина. Архимаг нервно теребил седую бороду. Граф Смирнов молча ждал.

Наконец ректор удостоил подопечного взглядом.

— Димитрий, что за новости?! — спросил с негодованием. — Почему я узнаю, что в академии серебряная ведьма, от студентов?! Не знаю, как ты девочку вычислил и сюда заманил, но скажи — зачем?! У нее же источник изувечен! Сама-то она излечится, а ты неизбежно станешь полноценным мертвяком!

«Вот это сюрприз. Если не архимаг, то кто тогда нашел и привел девушку-изгоя в академию?» — легонько шевельнулось удивление. Естественно, Дмитрий его не показал. Лишь спокойно попросил:

— Продолжайте, наставник.

— Продолжайте, наставник, — передразнил Алексей Владимирович, недовольно постучав пальцами по столешнице. — Соглашусь, даже такая — ущербная — зов она услышит и приведет тебя куда надо. А что дальше? Когда девушка прочтет книгу, вся сила войдет в ее тело. Без остатка! Надеюсь, ты придумал, как забрать у ведьмы часть энергии? В противном случае Александра рано или поздно от ее избытка сойдет с ума, а потом разнесет империю в пух и прах. Для чего тебе могущественная спятившая ведьма? Будь любезен, посвяти старика в свои планы! — архимаг сдернул с носа очки и бросил на столешницу.

Преподаватель методов противодействия темным силам поднялся. Подошел к окну. Глядя на затянутое тучами небо, сухо произнес:

— Наставник, к появлению Александры в академии я не имею никакого отношения. О том, как и чем способна помочь серебряная ведьма, мне известно только то, что вы рассказывали. Вплоть до этой минуты я считал, что сработало ваше заклинание, но по каким-то соображениям вы решили пока не разглашать свой замысел.

— Мое заклинание находило обычных ведьм! И я был уверен — в нашем мире той, что нужна тебе, нет! — гневно пророкотал ректор. — Какого ху… художества в этой академии творится?!

— Понятия не имею, — не оборачиваясь, обронил некромант. — Но мы с вами знаем, у кого спросить.

Архимаг немного успокоился.

— Дух академии расстарался? — уточнил он задумчиво.

— Похоже на то, — согласился Дмитрий, наблюдая за усиливающимся дождем. — Мне надо с ним пообщаться.

***

Ректор военной академии

Намерение подопечного поговорить с тем, кого привыкли называть привратником, духом или хранителем, Алексей Владимирович счел логичным. Хранитель — единственный, кто знает обо всем, происходящем в академии. Правда, ректор подозревал, и небезосновательно, что это существо не отреагирует на призыв.

За все время, что архимаг руководил этим учебным заведением, высшая сущность не сказала ему ни слова. И приказывать или требовать подчинения не имело смысла: над привратником ни у одного из ныне живущих людей не было власти.

Алексей Владимирович отчасти завидовал магу-основателю. Почти три столетия назад этот воистину гениальный ученый обнаружил редчайшее место природной силы. Затем построил на нем невероятный замок и открыл исключительную в своем роде академию. Не каждому выпадает подобная возможность. Но самое поразительное заключалось в том, что ученый немыслимым образом умудрился вытащить из иного измерения высшую сущность и навечно привязать к участку земли. Именно это древнее существо и делало академию уникальной.

Основной обязанностью духа являлось перераспределение потоков силы. Благодаря этому за все триста лет на территории учебного заведения никто ни разу не болел и уж тем более не умирал. И службу он нес исправно. Разве что после смерти мага-основателя никому не подчинялся, но это никого особо не тревожило.

Поэтому, когда существо сразу же явилось на призыв некроманта, Алексей Владимирович искренне удивился. Затаив дыхание, он наблюдал за застывшими напротив друг друга Дмитрием и хранителем. Ему очень хотелось послушать, о чем они ведут речь. Но, к сожалению, диалог был беззвучным. И долгим.

Наконец Дмитрий пошевелился. Он медленно поднял руки, согнул в локтях, повернул ладонями вверх. И уже через миг держал давным-давно утерянный клинок.

Старец узнал этот ритуальный нож мгновенно.

«С Димитрием теперь все будет хорошо. А девочка… Ну судьба у нее такая, — выдохнул он с облегчением. И тут же обеспокоился: — Что попросит взамен существо?»

Некромант сжал клинок в одной руке и шагнул назад. В ту же секунду огромная фигура привратника исчезла. А Дмитрий опустился в кресло, положил оружие на колени и устремил взгляд в окно.

«Да что он там постоянно рассматривает? Что за дурацкая привычка? — ректор неодобрительно нахмурился. Поймав себя на том, что опять перебирает бороду, хмыкнул: — У меня не лучше».

Алексей Владимирович, переплетя пальцы на круглом животе, откинулся на спинку стула. Он не спешил задавать вопросы. Знал — подопечный сам расскажет все, что посчитает нужным.

И он не ошибся. Не отводя взгляда от окна, некромант заговорил:

— Вы оказались правы. В нашем мире нет серебряных ведьм, хранитель отыскал ее в другом. Девушка умирала. В первый раз ее душу у него забрать не получилось, она выжила. Второй удобный случай подвернулся совсем недавно. Евгения, — некромант запнулся на имени, но не стал себя поправлять, — пыталась спасти подростка от хулиганов. Умерла от потери крови. Наш дух успел подхватить ее душу и взялся за поиски подходящего тела.

«Неплохо они так пообщались, — архимаг мысленно поаплодировал подопечному. — Не ожидал, что хранитель будет настолько откровенным».

— Больше суток удерживать душу сущность не смогла бы. Наиболее перспективной оказалась боярышня Апраксина. Существо нашло ее в тот момент, когда одаренная девушка проводила ритуал вызова духа рода. Оперативно вмешалось: перестроило потоки энергии. В итоге боярышня сожгла свой источник и умерла. Заодно случайно стала призраком, привязанным к собственному телу, — Дмитрий закинул ногу за ногу, переложил поудобнее ритуальный нож. — А дальше, по мнению существа, ему благоволили создатели. Боярышню изгнали из рода. Когда та, которую теперь зовут Александра, бродила по Суздалю, привратник использовал последнюю возможность воздействовать на пойманную душу. Просто-напросто внушил ей, что неподалеку есть школа магии, где работает опытный целитель и требуется поломойка.

— Он и вашу встречу на территории подстроил?

— Да, — кивнул Дмитрий. — Проверял, отреагирует ли моя родовая сила. Получив положительный результат, изрядно погонял девушку по замку и добился активации дара ведьмы. Через четыре часа она услышит зов, — он мрачно посмотрел на клинок.

«Не хочет ее убивать. Конечно, жаль девочку. Досталось ей с лихвой, — старец принялся машинально накручивать бороду на палец. — Но выбор-то очевиден. Димитрий — последний потомок императорского рода Рюриковичей. Он обязан исцелиться и взойти на трон. Надеюсь, мальчик сделает все правильно».

Кашлянув, ректор привлек внимание статусного ученика.

— Что привратник попросил взамен?

— Разорвать его связь с академией. Он считает, что дает достойную плату за свободу, — безэмоционально отозвался Дмитрий.

Алексей Владимирович с досадой крякнул. Но возражать и не подумал.

— После того как сможешь пользоваться родовым даром, сделаешь это без особых усилий. Удручает, что академия утратит свою индивидуальность, но тут и обсуждать нечего. Ты обязан пойти на эту сделку. Выхода нет. А девушка… — ректор печально вздохнул. — Сожалею, но ей придется умереть.

— Вы не некромант, наставник, — ледяным тоном напомнил Дмитрий. — Высшая сущность шла по пути наименьшего сопротивления. Но есть еще вариант. Да вот только, боюсь, девушка предпочтет ему смерть от кинжала.

— О чем ты? — озадаченно свел брови к переносице Алексей Владимирович.

— Позже. Сначала следует тщательно все обдумать. Если не возражаете, скоротаю у вас время, — не сомневаясь в ответе, некромант закрыл глаза. И неожиданно добавил: — Александра сейчас в столовой вместе с моим фантомом. Там же студент Силантьев. Предупреждаю: назревает конфликт.

— Так надо срочно идти туда! — старец начал подниматься со стула.

— Останьтесь, — властно распорядился Дмитрий. — В столовой также находятся представители многих уважаемых родов. Если Александра согласится на мой вариант, то ей в будущем пригодится их расположение.

«Весь в мать. Чувствую себя бесполезным, старым идиотом! — ректор сердито запыхтел, садясь обратно. — И как это у них получается?»

— А если девочка не справится? — уточнил он.

— Она способна за себя постоять. Кроме самолюбия Силантьева, ничто не пострадает, — не меняя позы, уверил наставника Дмитрий. — А теперь я хочу подумать. Молча.

Глава 12 Сидела женщина, скучала

Тридцатью минутами ранее.

Тихо так, хоть волком вой.

Я сидела на стуле и с тоской смотрела на голую стену. Безусловно, подумать есть о чем. Однако информации критично мало, а беспрестанно гонять одни и те же мысли по кругу — пустое занятие. Время покажет, что дальше будет.

Вздохнула. Казалось бы, после всего, что со мной сегодня стряслось, должна спать как убитая. Ан нет. У меня не только уже ничего не болит, но еще и энергия бьет через край. Скорее всего, академия расстаралась. Другого объяснения просто не вижу.

В душ — слава богу, на сей раз женский — проводник меня сводил. Я расчесалась, заплела красивую, сложную косу. И даже надела платье. С высокими массивными ботинками оно смотрелось предсказуемо стильно.

Призрачная боярышня в первый момент мой наряд осудила, но все же нехотя согласилась, что выгляжу… интересно.

Толку-то с этого платья. В штанах удобнее. Может, опять переодеться и выйти из замка?

Посмотрев в окно, поморщилась. На улице без изменений: дождь со снегом, сильный ветер. В такую погоду гулять как-то не тянет.

Стрелки на наручных часах показывали два часа дня. Уф-ф-ф. Что бы поделать?

В сотый раз бесцельно оглядела комнату. Наткнулась на белого кролика, вольготно развалившегося на кровати. Решение пришло внезапно.

Встав, обратилась к проводнику:

— Отведи, пожалуйста, к Агриппине Васильевне, — вспомнив о специфической любви пушистика к длительным забегам, усмехнулась и добавила: — Самой короткой дорогой и без спешки.

Зверек совсем по-кошачьи потянулся, спрыгнул на пол. Доскакав до двери, глянул вопросительно.

— Зачем тебе экономка? — встревожилось привидение. — Приключений не хватило? Лучше посиди тихонечко. Ну или поспи. Так уж точно никаких проблем на свою голову не накличешь.

— Не могу больше сидеть без дела. Возможно, Агриппина найдет для меня какое-нибудь полезное занятие, — отмахнулась я от слов девы и направилась к двери. Кролика на всякий случай взяла на руки. — Постарайся хранить молчание, — строго предупредила призрака.

Видимо вспомнив, как верещала от испуга во дворе академии, боярышня сконфуженно кивнула.

В коридоре я опустила проводника на пол. Тот сразу же поскакал вперед. Но удрать не пытался. Хороший мальчик.

До конечной точки мы добрались довольно скоро. У массивной двухстворчатой двери кролик повел ушами и внезапно сиганул мне на грудь. Я инстинктивно его прижала и перехватила поудобнее практически невесомое тельце.

Толкнула створку.

В огромном светлом помещении за многочисленными длинными столами сидели юноши в форменных кителях. На столах — тарелки с едой, стаканы и столовые приборы. Некоторые парни ели молча, некоторые — о чем-то беседовали. Приглушенные мужские голоса смешивались, превращаясь в гул.

Да уж, не ожидала, что окажусь в месте, где собралось столько студентов. По спине пробежал холодок страха. Граф упоминал, что о ведьме в академии знает пока лишь группа воздушников. А если уже знают все?

Так, а ну-ка собралась! Никогда не боялась находиться в центре внимания и тут нечего пасовать!

Осмотрелась, ища вездесущую экономку-кадровика. За колонной мелькнуло черное платье, и, больше не глядя по сторонам, я устремилась к начальнице.

— Агриппина Васильевна, — позвала, подойдя ближе.

Женщина вздрогнула и быстро повернулась.

— Сашенька? — она нервным движением поправила кулон на груди. — Пообедать пришли? Пойдемте со мной, — и торопливо пошла вдоль столов.

Что это с ней? Случилось что-то?

Готовясь к очередным проблемам, я внутренне собралась и последовала за Агриппиной.

Экономка усадила меня за свободный четырехместный столик, попросила подождать и куда-то удалилась.

Поглаживая разлегшегося на коленях пушистика, я постаралась принять невозмутимый вид. Давалось это непросто: позабыв о еде, парни перешептывались и со жгучим любопытством меня разглядывали.

А как же! Шок-контент: в столовой военной академии — девушка, еще и с проводником-фантомом на коленях. Надеюсь, призрачную боярышню здесь никто не видит. Впрочем, все равно девать ее некуда. Если начнут задавать вопросы, как-нибудь выкручусь.

Безрадостные мысли прервала Агриппина, вернувшаяся с высоким юношей в светлой униформе. Недовольный и смущенный студент держал в руках поднос, заставленный посудой со снедью.

Хм-м, а с этим парнем я сегодня уже встречалась. Его наказали работой в столовой? Где остальные? Тоже здесь? Если так, надеюсь, у сына боярина Силантьева хватит ума ко мне не приставать.

Избегая на меня смотреть, молодой человек несколько неловко сгрузил с подноса на столешницу чашки с тарелками и поспешно ретировался.

— Приятного аппетита, — пожелала Агриппина. Кивком указала мне на еду, а перед собой поставила кружку с напитком.

— Спасибо, — я вдохнула умопомрачительный аромат, исходящий от блюд. — Почему вы себе ничего не выбрали?

— Не хочется. А ты ешь, ешь.

Я пересадила фантома на соседний стул, взяла столовые приборы, отрезала кусочек от сочного бифштекса. Положив мясо в рот, испытала воистину кулинарный экстаз. Невероятно!

Отбросив все мысли, с наслаждением принялась уплетать шедевр местных поваров.

— Вкусно? — поинтересовалась Агриппина, когда я отложила приборы. Почему-то все это время она сидела с расстроенным видом.

— Бесподобно, — ответила ей искренне.

— Рада, что вам понравилось, — растянула в неестественной улыбке губы экономка.

— Агриппина Васильевна, что у вас случилось?

Женщина отвела глаза, глубоко вздохнула и призналась:

— Александра, я потеряла ваш паспорт.

Оба-на…

Я принялась лихорадочно вспоминать, где его последний раз видела. И по всему выходило, что оставила мокрую картонку с фотографией на столе кадровика.

— Сашенька, я так пред вами виновата. Как это произошло, ума не приложу, — забормотала Агриппина. — В академии никогда ничего не пропадает, домовые в течение пятнадцати минут возвращают вещь тому, кто ее потерял. Журнал вернули, а ваш паспорт почему-то нет. И ведь не поговорить с этой мелкой нечистью, не узнать причины. Они все поручения беспрекословно выполняют, но с людьми не разговаривают.

— Какой еще журнал? — с недоумением уточнила я у огорченной женщины.

— Имперский вестник. Собиралась отнести его в библиотеку, заодно отдать вам паспорт. Сложила их вместе, пошла к Маргарите. Столкнулись с ней в коридоре. А она заявила, что увольняться собралась. Дескать, все надоело, желает жить так, как хочет. Пока мы беседовали, я положила журнал с вашим удостоверением личности на перила. Ну и забыла.

О как. Не думала, что наш разговор наведет библиотекаря на мысль об увольнении. Ну да это ее жизнь, и ей решать. А вот мне как без паспорта?

— Сашенька, не переживайте, ваш документ я восстановлю. Уже направила обращение в паспортный стол. Завтра придет ответ, сообщат сроки изготовления нового. Проблема в другом, — экономка скомкала салфетку. Посмотрев по сторонам, подалась ко мне и тихо продолжила: — Я боюсь, что ваш паспорт нашел кто-то из студентов. И тогда о том, что вы изгой, станет известно не только администрации.

Час от часу не легче! Еще бы понимать, чем это грозит.

Уловив мое замешательство, собеседница удивленно нахмурилась.

— Странно, что вы не знаете. Есть древнее негласное правило: изгои не имеют права находиться там же, где и дворяне. У вас могут быть проблемы со студентами из знатных родов. Мне так жаль.

Та-а-ак. За то, что я ведьма, меня сегодня утром уже пытались прессинговать. А теперь начнут травить и как изгоя? «Хорошенькая» перспектива!

Промокнув губы салфеткой, я отпила компота и задумчиво спросила:

— А что по этому поводу говорит устав академии?

— Никаких ограничений нет. Все равны, но…

Экономка села прямо и перевела взгляд куда-то за мое плечо.

Я напряглась, предчувствуя беду, но произнесла ровным тоном:

— В таком случае не вижу причин для волнений.

— Да ты, тля, совсем обнаглела! — раздался позади громкий и, увы, знакомый голос.

Шум в столовой разом стих.

Сохраняя самообладание, я забрала со стула белого кролика. Погладила его мягкую шерстку и неторопливо повернулась.

В двух шагах от нашего стола стоял не кто иной, как студент Силантьев. Синяки под его глазами почернели, еще больше придавая здоровяку сходство с пандой. Светло-коричневая униформа и колпак на голове красноречиво вещали о том, что сегодня он трудится в столовой.

Зря ректор эту злобную «панду» не отправил землю копать. Глядишь, дури бы поубавилось.

— Вы что-то хотели? — холодно спросила у Силантьева.

Тот пренебрежительно скривился, надменно вздернул подбородок. Не отводя от меня глаз, отчетливо произнес:

— Господа дворяне, прошу внимания! Эту девку зовут Александра Лаптева. Сегодня я узнал, что она является серебряной ведьмой.

Удивленно-восхищенный гомон разлетелся по помещению. Градус любопытства резко повысился. Кое-кто из молодых людей даже улыбнулся, стараясь… понравиться?

Что же за дар такой у серебряных ведьм?!

Явно надеявшийся на другую реакцию сын боярина Силантьева зло прищурился. Достал из кармана помятую картонку, продемонстрировал ее окружающим.

Мой паспорт? Откуда он у него? Хотя без разницы. Гораздо важнее, что гад затеял.

— Но это еще не все. Эта мерзопакостная ведьма — изгой, — заявил здоровяк с отвращением, брезгливо швырнув документ на мой стол. — Изгои — мусор и отребье, им нет места среди представителей уважаемых древних родов! Однако грязная тварь здесь, — он ткнул в мою сторону пальцем, — и смеет осквернять своим присутствием вашу трапезу! Администрация академии мало того что подвергает всех студентов опасности, еще и плюет на древние нерушимые правила! Это унижение для любого дворянина!

Разум опалила злость. Сволочь. Какая же он сволочь!

Пальцы закололо. Откуда-то пришло четкое понимание: любое мое пожелание будет иметь последствия.

Не спуская с рук кролика, я поднялась.

Рослый дворянин осклабился, с презрением выплюнул:

— Силой решила помериться?! И что ты мне сделаешь, ведьма?

А вот это он зря.

Энергия во мне бурлила, яростно требовала свободы. Я четко сформулировала пожелание для Силантьева, отпустила силу и замерла, ожидая результата.

Никаких магических всполохов или таинственных шевелений воздуха не возникло. Да вообще никаких спецэффектов я не увидела. Но на лице парня появилось недоумение, а после — настоящий испуг.

Неужели сработало?

Заметив, как на светлых штанах дворянина стремительно расползается характерное влажное пятно, с трудом сдержала злорадную ухмылку.

А нечего девочек обижать!

Пристально посмотрев в глаза перепуганной «панды», я произнесла так, чтобы слышал лишь он:

— Зачем мне что-то делать? Вы сами замечательно справляетесь, — и уже во весь голос продолжила, неодобрительно поцокав языком: — Не стоило так долго терпеть. Переполненный мочевой пузырь имеет свойство самостоятельно опорожняться. Это физиологично, но все же…

Парень побагровел. Сжал кулаки. А услышав смешки и нарочито громкие возгласы студентов, побелел.

— Прокладка пришла в негодность!

— Да нет, резьбу на кране сорвало!

— Скорее, трубу прорвало! Такой потоп!

Отовсюду доносился смех, юноши наперебой делились предположениями, что именно прохудилось или сломалось.

— Ты пожалеешь, сука! — с ненавистью прошипел представитель боярского рода. Круто развернулся и выбежал из столовой.

Ну что же, у меня появился враг. Но я не жалею о том, что сделала. Если он и правда дорожит своей честью, то в академии не останется. Обмочиться прилюдно — реальное унижение, и не только для дворянина.

Я положила измятый паспорт в карман платья, сообщила изумленной Агриппине, что буду у себя, и направилась к выходу. На сегодня приключений с меня хватит. Посижу в келье, стенами полюбуюсь.

Старательно сохраняя внешнее спокойствие, я покинула столовую под откровенно изучающими взглядами студентов.

Выйдя в коридор и захлопнув дверь, на секунду остановилась, переводя дух. Уф-ф, похлеще показательных выступлений. Как хорошо, что все закончилось.

И тут услышала шепот. Казалось, меня настойчиво кто-то зовет.

Глава 13

Не понимая, откуда идет звук, я быстро осмотрелась. Ни единой живой души. Не исключено, что этот шум в ушах намеренно создает кто-то из магов-студентов. Как и зачем? Не знаю. Это лишь предположение, могу и ошибаться. Но от столовой лучше уйти.

Прижала кролика к груди и торопливо пошла к себе в келью. Просить проводника показать путь в этот раз не стала. Дорогу, пусть худо-бедно, но запомнила. А если честно — просто мне спокойнее, когда теплый комочек на руках.

Я уже почти дошла, еще один поворот — и на месте, но настойчивый шепот так и не прекратился. Слов разобрать не получалось. Казалось, в моей голове под легким ветром шевелятся листья. Ну и заодно что-то пытаются сказать.

Схожу с ума? Или… Или это тот самый зов, о котором предупреждал Дмитрий? Вдруг открою дверь кельи, переступлю порог и провалюсь на сумеречный уровень?!

От страха перехватило дыхание. Я остановилась, стараясь успокоиться. А привидение стремительно подлетело ко мне, обдало замогильным холодом, заглянуло в лицо.

От неожиданности я шарахнулась в сторону. Полупрозрачная боярышня огляделась. Удостоверилась, что поблизости никого нет, и снова подлетела ближе.

— Что с тобой? — прошептала она недоуменно.

Сердце в груди билось как сумасшедшее. Шагнув назад, я процедила сквозь зубы:

— Никогда так не делай.

— Напугала, да? — виновато пробормотал призрак.

Огромный соблазн высказать деве все, что о ней думаю, я с трудом, но сдержала. Ругаться не время.

Увы, даже от такой встряски «шелест листьев» никуда не исчез. Кто-то неведомый упрямо продолжал что-то бессвязно нашептывать.

Такими темпами я скоро стану шизофреником. Надо что-то делать. Мне срочно нужен Дмитрий. В любой момент может случиться что угодно, и, кроме него, обратиться за помощью больше не к кому.

Пушистое тельце проводника отпускать не хотелось. Но как иначе отыскать в огромном замке преподавателя методов противодействия темным силам? Пришлось смириться с неизбежным.

Тяжело вздохнув, поставила кролика на пол.

— Отведи кратчайшим и желательно безлюдным путем к графу Смирнову. И не уходи от меня, пожалуйста.

Зверек посидел пару мгновений, а потом ме-е-едленно поскакал вперед. Я пошла за ушастиком.

Летящее рядом привидение нервно озиралось по сторонам.

— Что ты опять задумала?! — не выдержав, с надрывом всхлипнула боярышня. — Не хватило приключений в столовой?! Ступай в свою комнату! — и она не попросила — приказывала.

— Цыц, — шикнула на потерявшую берега деву. Та оскорбленно вздернула подбородок и отвернулась.

Возможно, и стоило ей объяснить, что со мной творится какая-то дичь. Но эта паникерша гарантированно начнет истерить. Пусть уж лучше обижается.

Я вновь сосредоточилась на прыгающем впереди проводнике-фантоме. Пытаясь отвлечься от настырного шума в ушах, принялась обдумывать реакцию юношей в столовой. На информацию о том, что я серебряная ведьма, дворяне отреагировали как-то уж слишком восторженно.

Итак, что мне известно об обладательницах «проклятой» метки? Лишь то, что рассказал рыжеволосый студент Максим Рыжов. А не ввел ли парень меня в заблуждение? И если так, то умышленно или сам искренне верил в свой рассказ? Вон моя истеричка-боярышня совсем ничего не знает про ведьм, но считает их поголовно жуткими тварями и усиленно изображает осведомленность.

Где же добыть правду?

Кролик замер около массивной двери. Подойдя ближе, я остановилась в замешательстве. Солидная золотистая табличка гласила, что здесь кабинет ректора.

Зайти или подождать графа Смирнова в коридоре?

С одной стороны, я морально не готова общаться с архимагом. Но с другой — а если зов меня все же утянет неведомо куда?

***

За двадцать минут до этого. Кабинет ректора

Дмитрий, как и пообещал наставнику, думал. И все сильнее мрачнел.

Как поступить с девушкой-изгоем он уже решил. Способ ему не нравился, но юной серебряной ведьме придется выбрать, чем она готова пожертвовать. Он же подтолкнет душу из другого мира к правильному варианту.

Дмитрий практически не сомневался, что с Александрой все будет так, как он запланировал. Беспокоило мужчину иное: само желание хранителя академии избавиться от сдерживающих его заклинаний.

Казалось бы, стремление вырваться из ненавистного плена — естественно. Любой, оказавшийся в заточении, неистово мечтает о воле. Но высшая сущность не испытывает эмоций, не мыслит как хомо сапиенс. Для нее уже отбытый срок заключения в три сотни лет — мгновение. К тому же нет ни одного заклинания, способного функционировать вечность. Все печати принуждения и повиновения, наложенные магом-основателем академии на привратника, неизбежно спадут. Бессмертной сущности осталось подождать максимум семь веков. И этот срок для нее ничтожно мал.

Вывод напрашивается сам собой: существо из чужого измерения действует по чьему-то приказу.

«Враг невероятно силен и однозначно находится на территории академии. Вычислять его или ее нет времени. И цейтнот этот создан умышленно. Зато теперь понятно, почему активация дара у ведьмочки произошла так экстренно, — на лбу некроманта пролегла глубокая складка. — Но кто объект интереса? Я или серебряная ведьма? Отсюда и надо плясать».

Открыв глаза, он погладил руны на ритуальном ноже. И тут его озарила догадка: ответ в этом клинке.

«Моих знаний не хватит, — с сожалением признал Дмитрий. — Чем там занят наставник?»

Он повернулся к хозяину кабинета. Тот, недовольно хмурясь, что-то черкал на листе бумаги.

Почувствовав взгляд, архимаг посмотрел на подопечного из-под очков.

— Расчеты показывают, что без привратника академия долго не простоит. Здесь не будет ни обслуги, ни надлежащих средств защиты, — ректор вздохнул. — Ну да ничего не поделать.

Некромант пожал плечами. Преднамеренно неловко шевельнул рукой, и древняя реликвия соскользнула с коленей на пол.

— Димитрий! Что за обращение с уникальным оружием?! — возмущенно воскликнул старец. И, наблюдая за тем, как подопечный небрежно поднимает нож, ворчливо пробормотал: — Хоть дал бы его осмотреть.

Преподаватель методов противодействия темным силам без возражений выполнил просьбу.

Алексей Владимирович моментально навис над клинком и явно им залюбовался, а Дмитрий в ожидании результатов перевел взгляд в окно. Если наставник что-то обнаружит, он обязательно скажет. И не вслух, а напрямую в мозг.

О том, что владеет мысленной речью, архимаг не распространялся. Дмитрий вполне обоснованно подозревал, что, кроме него, никто больше и не знает об этой способности руководителя академии. К сожалению, у столь полезного и нужного дара имелось серьезное побочное действие: боль. И доставалось не наставнику, а его подопечному.

«С нежитью мысленное общение всегда проходит без проблем. Да и сегодня с высшей сущностью мы беседовали спокойно. А со стариком постоянно сплошное мучение, — некромант незаметно усмехнулся. — Ну да ладно. Потерплю, не впервой»

Закинув ногу за ногу, он бросил взгляд на ректора. Тот не изменил позы, но в разуме Дмитрия раздался лишенный эмоций голос:

«Не знал бы, что искать, не нашел. Руны закольцованы. Энергия ведьмы в тебе не задержится, вернется к ней обратно. И заодно заберет твою силу. Полностью, без остатка. Отвечай».

От резкой вспышки боли у Дмитрия потемнело в глазах. Но сейчас это был единственно возможный вариант обмена информацией. Привратник видит и слышит буквально все в академии. Хотя нет, сумеречный уровень ему недоступен.

«Как только мы с ведьмой уйдем, объявляйте учебную тревогу и выводите студентов за территорию академии, — ответил некромант. Он испытывал адскую боль, однако вида не подавал. — Думаю, привратник — банальный исполнитель. Выводы делайте сами».

Алексей Владимирович не выказал и толики удивления. Продолжая якобы любоваться ритуальным ножом, он разорвал канал связи, выдержал паузу и как ни в чем не бывало восхищенно поцокал языком.

— Изумительная работа! — произнес с одобрением. — Ай да привратник! Даже не представляю, где он эту жемчужину отыскал!

— Ради свободы пойдешь на что угодно, — подыгрывая ректору, холодно отозвался учитель. — И он ее заслужил.

Поднявшись, Дмитрий пошел к выходу из кабинета. Вопросительный взгляд архимага он проигнорировал.

***

Решив, что правильнее все же постучать, я занесла руку над дверью. Внезапно та распахнулась. Передо мной появился невозмутимый граф Смирнов.

Отчего-то я растерялась. Стало казаться, что зря сюда пришла и вообще все это какой-то фарс.

Пять минут назад тряслась от страха, побежала за помощью — и вдруг засмущалась. Молодец, возьми с полки пирожок. Когда провалишься в жерло вулкана, очень даже пригодится: с голоду не помрешь.

Рассердившись на себя за малодушие, пристально посмотрела в небесно-синие глаза мужчины и выпалила:

— Я слышу шепот.

— Прошу.

Дмитрий шагнул назад, освобождая проход.

Скрывая беспокойство, я нагнулась, взяла белого кролика и бережно прижала его к груди. Покосилась на привидение.

Призрачная боярышня с мученическим выражением на лице неохотно вплыла в кабинет. Я последовала за ней.

Едва вошла, сразу же наткнулась на грозный взгляд сидящего за столом седобородого старца. От волнения мгновенно вспотели ладони.

Да хватит уже его бояться!

— Добрый день, — поздоровалась с хозяином кабинета, стараясь не допустить в голосе дрожь.

— Здравствуйте, Александра, — пожилой мужчина неожиданно добродушно улыбнулся. — Меня зовут Алексей Владимирович, я ректор академии.

— Очень приятно, — ответила максимально вежливо. Тому, что глава академии меня опознал, не удивилась. Руководитель просто обязан владеть информацией о том, что происходит на вверенной ему территории.

Дмитрий закрыл дверь и жестом предложил мне расположиться на диванчике, стоящем у полок с книгами. Поблагодарив мужчину, я прошла через кабинет, села. Привидение, как приклеенное, метнулось за мной.

В помещении повисла тишина. Устроившийся в кресле граф что-то рассматривал за окном, старец задумчиво поглаживал бороду. А у меня в голове все не утихал чей-то настырный неразборчивый шепот.

Мы чего-то ждем? Они вообще со мной разговаривать собираются?

Поглаживая развалившегося у меня на коленях кролика, я просидела несколько минут. В итоге поняла, что молчать больше не могу.

Дмитрий четко обозначил: откровенничать со мной будет только на неведомом сумеречном уровне. К тому же он сейчас погрузился в свои мысли и не горит желанием беседовать. А вот с ректором можно попробовать пообщаться.

К нему я и обратилась, собравшись с духом:

— Алексей Владимирович, у меня к вам есть вопрос.

— Слушаю вас, — оставив в покое бороду, старец откинулся на спинку кресла.

— Почему обычных ведьм ненавидят, а к серебряным относятся с симпатией?

— Хм-м, — архимаг потер мочку уха, мельком глянул на графа. Тот кивнул, словно разрешая.

Однако. Что это у них за отношения такие?

— Начнем с первой части вашего вопроса: почему обычных ведьм ненавидят, — ректор сцепил руки на животе. — Семнадцать лет назад скончался император Иоан Васильевич. Глава рода Рюриковичей правил нашей страной без малого полвека. Когда он вступил на престол, в государстве было очень неспокойно: разруха, голод, междоусобный войны влиятельных родов. Гибли воины, страдал простой люд. Император пытался навести порядок, но в силу юного возраста его не воспринимали всерьез.

Стараясь не пропустить ни слова, я превратилась в слух.

— Юный Иоан начал искать способ приструнить распоясавшуюся знать. И ему пришла идея. Он решил объявить охоту на ведьм. Чаще всего эти девушки-дворянки владели слабым даром и никому не причиняли вреда. Напротив, даже помогали. Силы у людей они брали совсем чуть-чуть. В основном донорами служили члены семьи. Причем добровольно. Но были и очень сильные ведьмы. Вот они-то, следуя распоряжениям глав родов, уничтожали у врагов посевы, умерщвляли скот, насылали болезни. По тайному приказу императора в стране распустили слух, что голод, да и вообще все беды из-за ведьм. Необразованные простолюдины отреагировали ожидаемо: схватились за вилы. Полились реки крови. Знать прекратила вражду, занялась усмирением бунтов. Что и требовалось императору. Желая закрепить эффект, Иоан под шумок издал указ: для устранения смуты в государстве всех обладательниц метки ведьмы брать под стражу и предавать справедливому суду.

Алексей Владимирович замолчал, судя по всему, погрузившись в воспоминания. А у меня в душе закипала злость.

Гребаная политика! Сколько невинных женщин погибло!

— По замыслу императора ни в одном из знатных родов не должно было остаться сильных ведьм, — снова заговорил старец. — Он поручил придворному архимагу создать и запустить особое поисковое заклинание. Через сутки тот выполнил поручение. От заклинания нельзя было спрятаться, оно неумолимо находило ведьм. Тех, что обладали мощным даром, убивало, а более слабые от него впадали в своеобразный сон. Их забирали воины императора, отвозили в тюрьму. Ну а там маги приводили девушек в чувство, отправляли на суд и казнили, — архимаг взял очки, покрутил их и водрузил на нос. — Превентивные меры, так сказать. И они сработали. Иоана не то чтобы сразу зауважали и испугались, но кровопролитные войны он остановил.

— И дворяне спокойно реагировали на гибель жен и дочерей? — не утерпела я. Мой голос дрогнул от негодования.

— В те времена у женщин имелось много обязанностей, но мало прав, — пояснил старец. — Девочки беспрекословно подчинялись отцу, после замужества — супругу. Ведьма не несла пользы роду, наоборот, создавала проблемы. А проблемы никому не нужны.

Понятно. Женщина — низшее существо без права голоса. И вообще что-то наподобие вещи. Слов нет, сплошные маты!

— Что касается особого отношения к серебряным ведьмам, — Алексей Владимирович огладил бороду. — Девушки с серебристыми метками подобны редчайшему жемчугу: их дар уникален. Заполучить такую в свой род — мечта каждого главы. К сожалению, за все минувшие века их не набралось и десятка.

Не одна, как утверждал Рыжов? Про ведьм в целом студент не солгал, но здесь не сходится. Странно. Ладно, не столь важно.

Шепот в моем разуме усилился. Начало подташнивать.

Мотнув головой, я сипло от напряжения спросила:

— Чем же так уникален дар серебряных ведьм? — и пристально посмотрела на Дмитрия, невозмутимо разглядывающего что-то за окном.

Вдруг он резко встал. Взял лежащий на столешнице клинок в ножнах, приладил к ремню и повернулся ко мне.

В ушах зазвенело. Звук нарастал. Виски пронзила боль, вынуждая прижать к ним пальцы. А через секунду сводящий с ума звон пропал, и я отчетливо услышала лишенный эмоций голос:

— Иди.

Противиться приказу не то что не могла — даже не хотела.

Послушно встала, прижимая к груди кролика, повернулась к выходу из кабинета.

Дмитрий стремительно приблизился, остановился у меня за спиной. Положив ладони мне на плечи, тихо сказал:

— Не бойся. Сделай шаг.

Я и не боялась. Только вяло удивилась: у него такие холодные руки. А потом, будто запрограммированный робот, шагнула к двери.

Воздух пошел рябью, голова закружилась. Инстинктивно зажмурившись, почувствовала, что куда-то падаю.

Капец.

Глава 14

Куда на сей раз занесла нелегкая?

Вероятно, на сумеречный уровень. Но кто ж его так назвал-то? Сумерки — это загадочно-красиво. А тут ни зги не видать.

Я всмотрелась в грязно-серую пелену, пытаясь хоть что-то разглядеть. Увы, безуспешно. Идти непонятно куда и зачем не хотелось. Однако я четко знала: нужное место там, впереди, и здесь стоять нет смысла.

— Зов еще слышите? — спросил Дмитрий, наконец-то убирая ледяные руки с плеч.

Я покачала головой.

— Нам туда, — указала в туман перед собой и поудобнее перехватила кролика.

Мужчина встал рядом, предложил мне локоть.

Разумно. В таком туманище легко потерять друг друга.

Внутренне готовясь к непростому разговору с Дмитрием, я взяла его под руку. Страха не испытывала, скорее — тревогу.

— Совсем спятила?! — завопила перепуганная боярышня. — Куда ты собралась?!

Строго глянула на девушку. Ну попросила же молчать, когда мы не одни!

— Что ты на меня смотришь? — со слезами просипела призрачная дева. — Не могу больше. Не могу! Не одно, так другое! Сил моих больше нет! Зачем я затеяла тот идиотский ритуал?! Все равно никогда ничего не получалось! Сидела бы тихонько и не отсвечивала! Нет же! Решила: раз я единственный ребенок главы рода, то смогу пробудить духа-хранителя! И хоть что-то изменить! — она с надрывом рассмеялась. — Ты, как и я, неудачница! Ничего у тебя не выйдет!

— Боярышня Апраксина, прекратите истерику, — внезапно потребовал некромант.

Во рту мгновенно пересохло, мышцы напряглись. Откуда он знает настоящую фамилию призрака?!

— Вы меня слышите? — испуганно пролепетало привидение.

— Сейчас — да, — бросил Дмитрий и уверенно повел меня в колышущееся марево.

Что еще ему известно? Чем это нам с привидением грозит?

Мысли лихорадочно перескакивали с одной на другую. В разуме творилась натуральная вакханалия. Кое-как совладав с эмоциями, я спросила:

— Дмитрий, а что дальше?

— Мы с вами войдем в подпространство, — бесстрастно ответил некромант. — По легенде там находится книга. Вы ее откроете и прочтете заклинание.

— И?

— Ваш магический источник восстановится. Вы станете самой могущественной серебряной ведьмой в империи, — Дмитрий говорил безучастно, при этом всматривался в туман. — И поможете мне.

Хм, неожиданно. И вроде он честен, но почему-то кажется, что есть подвох. В чем ему требуется помощь?

— Простите, я не ослышалась? — присоединилась к беседе боярышня. — Вы вдвоем войдете в подпространство? — уточнила она и в панике прошептала: — А как же… Как же я?

— А вы останетесь с фантомом у входа, — холодно сообщил Дмитрий.

— Граф Смирнов, вы не понимаете! Это исключено! Я, даже если не хочу, обязана следовать за... — она замолчала и насупилась.

— На сумеречном уровне привязка кровными узами не действует, — пояснил некромант равнодушно. — Здесь вы можете удаляться от подруги на любое расстояние.

Странно. Мы же с призраком на одно лицо, и логично предположить, что сестры-близнецы. Но граф назвал меня подругой. Почему? Неужели он знает?

От догадки сердце сжалось. Сглотнув ком в горле, я начала себя успокаивать. Близняшек вполне можно и считать, и звать подругами. В этом нет ничего необычного. Зря себя накручиваю.

Боярышня резво перелетела к некроманту, смущенно попросила:

— Дмитрий Игоревич, а не расскажете подробнее о сумеречном уровне? Никогда о нем не слышала. И для чего вообще в академии какие-то уровни?

С какой радости у призрака проснулась тяга к знаниям? Стоп. Интерес у нее появился после слов Дмитрия, что здесь она может бродить где вздумается. Или… все еще надеется вернуть себе тело?

Что ж, я ее понимаю. Как и мне, ей хочется жить. Но тело одно, и, надеюсь, воевать мы за него не начнем. Стоит аккуратно прозондировать почву, как помочь подруге по несчастью.

Размышления прервал Дмитрий. Не сбавляя шага, он начал рассказывать:

— Замок спроектировал гениальный ученый. Первый уровень строения — жилой. Второй, или низший, — предназначен для индивидуальных тренировок сильнейших воинов. А вот третий, сумеречный, — нерукотворный, это природная аномалия. Без серебряной ведьмы даже архимагу попасть сюда нереально. В этом месте энергетические потоки движутся по иным законам, пространство искривлено, время течет иначе. Предположим, мы пробудем здесь условные сутки. Ни жажды, ни голода не ощутим, и по возвращении окажется, что отсутствовали максимум десять минут.

А эта аномалия — полезная штука. Проведешь тут месяц, но никто и не заметит отлучки. Ни есть, ни пить не надо. Занимайся чем угодно: тренируйся, проводи опыты или учись. Времени вагон. Да и прятать важные вещи удобно: маловероятно, что кто-то найдет. Но и минус жирный: совершенно непонятно, где находишься. И пусть чутье подсказывало, что Дмитрий идет в нужном направлении, но как он умудряется это делать — я не понимала.

— Продолжайте, Дмитрий Игоревич. Мне жутко любопытно узнать побольше об этой загадочной аномалии, — проворковала, явно пытаясь расположить к себе собеседника, призрачная дева.

— Ваш интерес, боярышня, очевиден, — холодно отозвался Дмитрий. — Но разочарую: оживить вас невозможно ни на сумеречном уровне, ни где-либо еще.

Услышав это, я облегченно выдохнула. Прямо гора с плеч. Надеюсь, на этом опасную тему привидение оставит.

Но то и не думало униматься. Метнулось вперед, преградило нам дорогу.

— Зачем оживлять? Просто верните мою душу на место, а ее — выкиньте, — и поганка весьма красноречиво уставилась на меня.

«Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу» — всплыла в голове фраза из старого фильма.

Я отогнала непрошеные воспоминания и пристально посмотрела в глаза боярышне.

— Ты бы точно так же поступила на моем месте, — занервничала дева, непримиримо поджав губы.

«Вот это вряд ли. Не стоит всех судить по себе», — мысленно ответила ей, но вслух не сказала ни слова.

— У вас нет ни малейшего шанса вернуть это тело, — буднично произнес Дмитрий. — Душа из чужого мира сразу же после переноса стала с ним единым целым.

То есть он знает не только фамилию Александры, но и то, что я попаданка? А ведь еще утром, голову даю на отсечение, не обладал этой информацией. Кто ему рассказал? И что ждет меня дальше? По чьей воле я оказалась в академии? Сплошные тайны за семью печатями.

Но в одном я уверена: сделаю все, чтобы не находиться рядом с человеком, который в любой миг сдаст или подставит.

Я отпустила локоть мужчины.

— Дмитрий Игоревич, скажите, возможно ли разорвать нашу привязку с призраком боярышни Апраксиной?

— Безусловно. Но в вашем случае есть нюансы. Одновременно с разрывом кровных уз призрак боярышни надлежит отправить на перерождение. А поскольку она умерла при проведении специфического ритуала, то освободить ее сможете лишь вы и лишь при содействии духа-хранителя рода Апраксиных.

М-да уж. Я, конечно, предполагала, что дело непростое. Но чтобы настолько! Впрочем, плевать.

С мрачной решимостью в упор посмотрела на ту, кому больше ни на грамм не доверяла.

— Клянусь, я разорву связующие нас с тобой узы! — пообещала громко. — Чего бы мне это ни стоило!

Окружающая нас дымка зашевелилась, окрасилась алым, а через секунду приобрела прежний грязно-серый цвет.

— Клятва закреплена магически, — флегматично отметил некромант. — Нарушить ее невозможно.

Даже так? Сумеречный уровень не перестает удивлять. Но я и без спецэффектов обещание выполню.

Снова взяла под локоть графа. Сверилась с внутренним радаром. Удостоверившись, что маршрут не изменился, сообщила:

— Идем в том же направлении.

Дмитрий кивнул и опять повел меня… куда-то.

— Прости. Я не хотела, — долетел в спину дрожащий голосок призрака.

Бог простит.

***

Мы с графом шли долго и в полной тишине, даже летящее за нами привидение не издавало ни звука.

Я покосилась на спутника. Как и прежде, невозмутим. И неизвестно, о чем думает. А мне жизненно необходимо с ним поговорить. Да и молчать невыносимо.

К сожалению, неживая боярышня себе на уме, и чем меньше она знает, тем лучше. А если не спрашивать о новом, а обсудить то, что дева уже слышала? Что-то такое… нейтральное.

Покопалась в памяти и пришла к неутешительному выводу: безопасной темы нет. Хотя… Попробую-ка прояснить один момент из рассказа ректора.

Сжала предплечье мужчины, привлекая внимание. Тот повернул ко мне голову.

— Вопрос, — улыбнулась, давая понять, что он несерьезный. — Архимаг упомянул, что император Иоан отдал тайное распоряжение распустить слухи о ведьмах. Если это была тайна, то откуда о ней знает Алексей Владимирович?

Дмитрий усмехнулся.

— Вы внимательно слушали, — похвалил он сухо. — В тот период Алексей Владимирович служил во дворце в должности придворного архимага. И имел доступ к секретной информации.

Угу, нашла, называется, безопасную тему.

Но, выходит, архимаг — тот самый человек, создавший убивающее сильных и парализующее более слабых ведьм заклинание?

Между лопаток пробежал холодок страха. До меня дошла пугающая истина: такой человек, как Алексей Владимирович, не станет откровенничать без причины.

В разуме молнией пролетела картинка: перед тем как начать рассказ об охоте на ведьм, архимаг посмотрел на некроманта. Ректор… спрашивал у обычного преподавателя дозволения.

Кто ты, Дмитрий?! А не из-за тебя ли меня сюда притащили?!

— Граф Смирнов, получается, ректор этой академии — сильнейший маг в империи? — задумчиво спросило привидение.

Да что ж она никак не угомонится! Этого-то мне и не хватало для полного счастья!

— В настоящий момент — да, — не поворачивая головы к боярышне, уклончиво ответил Дмитрий.

— Вы не обижайтесь, но могущественный архимаг во сто крат лучше простого некроманта. Уверена, ректор с легкостью справится с самой сложной задачей. Так к чему рисковать и полагаться на помощь серебряной ведьмы? Давайте приведем сюда архимага, — продолжила гнуть свою линию дева.

— Есть ряд условий для входа в особую часть сумеречного уровня, — разочаровал призрака граф Смирнов. — При всем желании Алексей Владимирович туда не попадет. В его присутствии нет никакого прока.

— Жаль, — огорченно пробормотало привидение.

Вот ведь! Никак не хочет признавать, что вернуть ее к жизни нельзя. А самое противное — своим упорством она и себе не поможет, и меня подставит. Дура!

В тумане проявилось что-то темное. Я машинально вцепилась в рукав кителя Дмитрия.

Вскоре мы остановились у гигантской черной стены.

— Пришли, — уведомил некромант.

Я отстранилась от него и тщательно осмотрела поверхность преграды. Это сделано из камня? Надо же, такая громадина, а нет ни одного шва.

Запрокинула голову и с изумлением отметила, что края не вижу. Безупречно гладкий монолит стремился ввысь и если заканчивался, то где-то за пределами поля зрения.

— Сейчас мы с вами войдем в подпространство. Отпустите фантома, — попросил некромант.

Погладив напоследок кролика, я поставила его на землю, а Дмитрий взял меня за руку. Какая же у него ледяная кожа!

— Не оставляйте меня здесь! — взмолилась бестелесная дева. — Пожалуйста! Мне страшно!

— Вы действительно зря рисковали, боярышня Апраксина. Хранитель рода не откликнулся бы на ваш призыв. Да, вы кровный ребенок главы древнего рода, но ваш дух слаб, — безэмоционально произнес граф и повел меня к стене.

— Считаете, что получила по заслугам?! И я недостойна быть членом моего рода?! — дева надрывно всхлипнула.

— Это ваш вывод, — безразлично бросил Дмитрий. — Предупреждаю: я наложил на вас печати молчания. Вы никогда и никому, даже под принуждением, не расскажете о том, что в вашем теле душа из чужого мира.

Когда он успел-то? Для чего ему это? По-человечески решил помочь? Или выгодно? Но в чем его выгода?

Мы подошли к стене вплотную. Дмитрий отпустил мою руку и переместился ко мне за спину. Взял за запястья, приложил мои ладони к прохладной поверхности.

И прижался ко мне всем телом.

В поясницу уперлось что-то жесткое, продолговатое. Сердце испуганно трепыхнулось.

Ножны. Зачем он взял с собой нож?

Эту мысль обдумать я не успела. Мои пальцы засветились, а черный камень начал стремительно светлеть.

— Пора, — шепнул мужчина и впечатал меня в светло-молочное нечто.

Глава 15 Выбор

Я не испугалась. И не потому что очень храбрая. Просто не успела: переход сквозь стену занял лишь миг. И вот я уже хлопаю ресницами, растерянно осматриваясь.

Вокруг расстилался бескрайний луг, а над ним нависало темно-синее летнее небо с россыпью звезд. Пахло разнотравьем, ночными цветами.

А перед нами возвышался одинокий стог. Кто и зачем его сделал? И что дальше? Где искать книгу?

Прислушалась к внутренним ощущениям. Приведший сюда компас безмолвствовал.

Стоящий за спиной Дмитрий больше не держал за запястья, а крепко обнимал. Руки холодные, грудь от дыхания не шевелится… Будто не живой и красивый мужчина, а мертвяк меня к себе прижимает.

Передернувшись от неприятных ощущений, я мягко отстранилась от некроманта. Повернулась к нему и призналась:

— Я не знаю, куда идти.

— Значит, подождем, — невозмутимо объявил Дмитрий, взял меня за руку и направился к стогу.

Подождем? Чего?

Когда мы подошли к куче высушенной травы и некромант отпустил мою ладонь, я почувствовала искреннее облегчение. Какие же у него ледяные руки! Брр, словно курицы замороженной касаюсь! И почему в ту, первую нашу встречу я не заметила, что он такой холодный? На руках ведь нес. Возможно, из-за того, что сама тогда жутко замерзла?

И все же — что с ним не так? Ну не может нормальный человек быть такой ледышкой!

Граф неторопливо сделал в сене углубление. Снял китель, набросил мне на плечи и жестом предложил располагаться. Подождал, пока я устроюсь на импровизированном диване, затем сел и откинулся на спину.

А я обратила внимание на ножны, прикрепленные к его брючному ремню. Странный выбор для похода. Слишком уж они… помпезные, что ли. Не стала гадать, а спросила прямо:

— Клинок на вашем поясе больше подходит для парада. Зачем вы его взяли?

— Для создания видимости, что все идет по плану, — выдал туманное объяснение Дмитрий. Повозился, укладываясь поудобнее, заложил руки за голову и устремил взгляд на звезды.

«Великолепный» ответ.

Чувствуя, что начинаю злиться, я медленно выдохнула.

— В академии я оказалась из-за вас? — уточнила, приведя эмоции и мысли в порядок.

— Частично, — сухо отозвался некромант, продолжая рассматривать темный небосвод. — Я последний представитель императорского рода Рюриковичей. Младший сын Ивана Грозного, цесаревич Димитрий. В восемь лет во дворе кремля меня убили заговорщики.

Что?!

Шокированная исповедью, я изумленно вытаращилась на мужчину.

— Моя мать — императрица Мария Федоровна, седьмая жена отца и единственная могущественная ведьма, уцелевшая во время охоты на ведьм. Она провела ритуал и сумела вернуть мою душу в тело. Однако я был скорее мертв, чем жив. Матушка пожертвовала и своим даром, и жизнью, подарив мне, единственному сыну, шанс прожить семнадцать лет как обычный человек. Перед тем как уйти к предкам, императрица создала туманный тоннель и отправила меня за пределы дворца.

Мать Дмитрия была ведьмой… Боже, бедная женщина.

Я непроизвольно сжала китель на груди.

— Я слышал официальные версии смерти членов императорской семьи: цесаревич из-за эпилептического припадка случайно упал на нож, а у императрицы от горя остановилось сердце. Кого похоронили вместо меня, не имею представления, — Дмитрий растянул губы в неестественной ухмылке. — Спустя неделю после гибели мамы в гроб сошел отец-император. Опровергать свою кончину и претендовать на трон я не стал. Предпочел затаиться.

Хм-м, на редкость разумное решение для восьмилетнего мальчика.

— Семь лет жил на улице. Не скажу, что легко, но я сумел адаптироваться. Однажды все изменилось. Меня нашел Алексей Владимирович. В день трагедии он первым вошел в покои императрицы, считал энергетические потоки, разобрался, что произошло. И сделал все возможное, чтобы никто не усомнился в смерти наследника. Ну а сам принялся меня искать — максимально осторожно, не используя заклинаний и стараясь не привлекать внимания. После нашей встречи архимаг стал моим наставником. И до сих пор надеется, что однажды стану «нормальным» и взойду на престол, — цесаревич снова усмехнулся. — Но без вашей помощи я через несколько дней окончательно превращусь в лича.

Вот оно что… Выходит, этот красивый, сильный мужчина — практически ходячий мертвец. Потому и кажется неживым: он на самом деле такой. Правда, еще не совсем, но это детали.

А вообще, рассказ некроманта похож на альтернативу истории о Лжедмитрии. В моем мире Гришка Отрепьев плохо кончил. Надеюсь, с местным Дмитрием ничего подобного не произойдет.

— Но как императрица сумела спрятаться от поискового заклинания Алексея Владимировича? И почему вам отпущено семнадцать лет, а, допустим, не шестнадцать или восемнадцать?

— Нетрудно прятаться, если тебя не ищут, — Дмитрий скупо улыбнулся. — Алексей Владимирович — дальний родственник матушки. Еще на этапе разработки он внес в свое заклинание особые дополнения, это позволило маме избежать участи других ведьм из древних родов. Что же касается отпущенных мне лет… В день проведения ритуала императрице Марии Федоровне едва исполнилось двадцать пять. Больше, чем сама прожила, она, как бы ни хотела, дать не могла. Это аксиома.

Ох уж эта магическая математика с примесью некромантии! Голову сломаешь! А вот насчет родственных отношений более-менее понятно: влиятельный маг спас родственницу, а остальных девушек с меткой ведьмы помог извести. С одной стороны, поступок старца дурно попахивает, но с другой… Сложно все это.

Я тоже откинулась на спину, рассматривая звезды.

В каком возрасте Мария пошла под венец? В шестнадцать? Или раньше? Раз она седьмая жена, то муж явно намного ее старше. И вряд ли кто-то спрашивал у девушки согласие на брак. Каково это — быть женой человека, который убивал таких, как она? А делить с ним постель? Такой судьбы врагу не пожелаешь.

Мысли резко перескочили с императрицы на лежащего рядом цесаревича. Дмитрий знает, что я — душа из другого мира. Но не спрашивает ни о чем. И при этом сам на диво откровенен.

Тревожное предчувствие остро кольнуло под лопатку. Собравшись с духом, я спросила:

— Для чего предназначен этот нож?

***

Несколькими минутами ранее. Дмитрий

Звезды мерцали россыпью бриллиантов, тихонько стрекотали сверчки. Вдохнув напоенный ароматами воздух, цесаревич прикрыл глаза.

Первая часть тяжелого разговора прошла так, как надо. Казалось, само подпространство помогает: стог сена, теплая летняя ночь — идеальный антураж для доверительных бесед.

Об этом месте наставник рассказывал до крайности мало. Скорее всего, и сам почти ничего не знал. Но о важном архимаг предупредил: не прочитав заклинания из книги, выйти из подпространства сумеречного уровня не получится. Причем искать книгу нет смысла: сама явится.

«Древний артефакт выжидает удобного момента? — мужчина про себя хмыкнул. — Надеюсь, не покажется раньше времени, и я успею девочку подготовить».

Улегшись на бок, он подпер голову кулаком и посмотрел на Александру. Та лежала неподвижно, отрешенно разглядывая звезды.

«Сильная духом, уравновешенная, умная. Умеет сострадать и по-настоящему слушать. В ее мире женщины все такие или это мне повезло? — некромант почти незаметно улыбнулся, но улыбка сразу же пропала. — Лгать ей не буду, но и всей правды не открою. Девушку стоит поберечь. Насколько это сейчас возможно. Она еще не готова к огню, лишь к дыму».

— Для чего предназначен этот нож? — отвлек от размышлений строгий голос Александры.

«Умница. Правильный вопрос, — мысленно одобрил Дмитрий. — Пора переходить к главному. Для начала пусть увидит руны».

Он поднялся, под пристальным взглядом девушки достал из ножен клинок, рукояткой вперед подал ей.

— Аккуратно, он очень острый.

Александра бережно взяла смертоносное оружие.

Дмитрий позволил ведьме немного поизучать затейливую вязь, бегущую по лезвию. После спокойно сообщил:

— Он предназначен для ритуала перекачки силы, — и протянул руку.

На мгновение замешкавшись, девушка с осторожностью положила нож на его ладонь. Как только оружие заняло свое место в ножнах, встала и требовательно посмотрела на некроманта.

— Что со мной произойдет, когда я прочту заклинание в книге?

— Ваш магический источник полностью восстановится. Однако уровень концентрации энергии в вашем теле достигнет критического значения, — без утайки обрисовал перспективы Дмитрий — Если оставить все как есть, то вы неизбежно сойдете с ума. И станете прямой угрозой для всего живого на территории Российской империи.

Александра ошеломленно распахнула глаза. В них заплескался испуг. Она дрогнувшим голосом произнесла:

— Как проходит ритуал?

— Требуется одним ударом вонзить клинок в сердце.

— Вы меня убьете? — прошептала ведьма неверяще.

— Я этого не хочу, — цесаревич качнул головой. — Но мы с вами, к сожалению, заложники ситуации. Вы обязаны прочесть заклинание, без этого отсюда мы не выйдем. Но и рисковать жизнями миллионов жителей империи — безрассудство. Так или иначе, но мне необходимо забрать у вас излишки силы.

— Понятно, — Александра кривовато улыбнулась. — Убить или?..

«Вот он, тот самый острый момент, — промелькнула у Дмитрия мысль. — Теперь важно не дать Саше времени на осмысление. Она должна жить, а не существовать».

— Первый, наиболее очевидный вариант — сделать вас высшей нежитью, — ответил он равнодушно.

— Это — тем существом, которым вы сами можете стать в ближайшем будущем?

Некромант кивнул.

— Плюсы. Из тела нежити легко удалить лишнюю силу, и ваша внешность при этом не пострадает. Вы сохраните рассудок, к тому же станете бессмертной. Не будете нуждаться в еде, способность пользоваться магией останется при вас. Минусы. Температура тела существенно понизится и вам придется избегать прикосновений. Уйдут все эмоции. Ни радости, ни гнева, ни счастья, ни любви вы больше никогда не испытаете. Живопись, музыка, художественная литература превратятся для вас в бессмыслицу. Пожалуй, все. Не такая и великая плата за вечную жизнь.

— Вы серьезно считаете это жизнью? — скептически хмыкнула Александра. — Нет уж, лучше немедленно умереть, чем так жить. Подобное существование для меня хуже смерти, — и тихо сказала: — Но ведь есть еще вариант? Неужели он настолько плох, что первым вы предложили вот это?

— Мне и самому не нравится, — мужчина поморщился.

— Тогда позвольте мне выбрать, — она просительно взглянула на него, и Дмитрий не стал тянуть:

— Ваша душа находится в теле девственницы. При первой физической близости избыточная сила самостоятельно перейдет к партнеру.

Несколько долгих секунд Александра молчала. Цесаревич ей не мешал. Засунув руки в карманы, он терпеливо ждал ее решения.

Наконец ведьма холодно поинтересовалась:

— И в чем проблема? Вы все же перевоплотитесь личем? Или как мужчина уже совсем несостоятельны?

— Отнюдь. Этот способ поможет мне стать нормальным человеком. И функции половой системы у меня пока не нарушены, — бесстрастно опроверг ее домыслы Дмитрий. — Но я видел, насколько вам неприятны мои прикосновения. Секс со мной вам определенно не доставит удовольствия. Более того — вероятно, он вызовет отвращение.

— Не думала, что женщиной стану с ходячим мертвецом, — буркнула Саша понуро, а после громко и категорично заявила: — Я выбираю секс с вами. Один раз как-нибудь перетерплю, — добавила с усмешкой.

— Уверены? — безучастно уточнил Дмитрий.

— Абсолютно. Но у меня есть условие. Я хочу уйти из академии сразу же, как все завершится. Надеюсь, вы договоритесь с ректором о расторжении моего контракта без штрафных санкций?

— Ваше условие принято.

— Отлично, — раздраженно подвела итог серебряная ведьма. — Приступим. Не вижу смысла оттягивать неизбежное. Быстрее начнем — быстрее закончим. Где эта книга?

Ответить некромант не успел. Воздух пришел в движение, окружающее пространство размылось, и через пару ударов сердца они оказались в роскошном зале. В его центре стоял стол, а вокруг — множество полок с книгами.

«Библиотека? Оригинальное чувство юмора у древней реликвии. Зато теперь понятно, чего артефакт дожидался: пока мы с девочкой придем к соглашению, — Дмитрий пробежался глазами по помещению. — Стол без стульев — весьма красноречивый намек».

Не обнаружив опасности, он вернул внимание девушке. Та не шевелилась и напоминала скорее статую, чем живого человека.

«Слышит зов артефакта, — молниеносно угадал цесаревич. И тяжело вздохнул. — Надеюсь, она когда-нибудь меня простит».

Внезапно серебряная ведьма стремительно метнулась к одному из стеллажей. Смело взяла с полки внешне ничем не примечательную книгу.

— Это она, — заявила твердо и без колебаний открыла.

Александра не издавала ни звука и просто смотрела на текст. Однако Дмитрий понимал, что девушка действительно читает заклинание.

С каждым мгновением ее стройная фигурка светилась все интенсивнее. И когда насыщенный золотистый свет стал нестерпимым, Саша захлопнула книгу, поставила артефакт на прежнее место и молча подошла к столу. Опершись о столешницу ладонями, хрипло попросила:

— Сделай это как можно быстрее.

Выполнить нужные действия было невероятно сложно. Не физически — морально. Дмитрий отчаянно хотел, чтобы все между ними происходило по-другому, но… Иначе жизнь юной ведьме не сохранить.

Он шагнул ближе, остановившись за спиной у Александры. Пару секунд помедлил. И резко поднял подол ее платья.

Глава 16

Не проронивший ни звука Дмитрий отлип от меня как пересытившаяся пиявка.

Пальцы покалывало от остаточной энергии, а внутри, казалось, все заледенело. Стиснув зубы, я разогнулась, одернула платье. Физической боли, слава богу, не ощущала. Наверное, «натуральная заморозка» поспособствовала.

А вот с эмоциями дело обстояло гораздо хуже. Хотелось плакать и материться одновременно. Не таким я представляла свой первый сексуальный опыт. Вместо нежности и страсти влюбленного мужчины мне достались ледяные объятия. И ни одного поцелуя.

От отвращения передернуло. Стараясь остановить так и норовящие пролиться слезы, на мгновение прикрыла глаза.

Выбор был моим. Он не принуждал. Все забывается, пройдет и это.

Влага на бедрах напомнила о насущной проблеме.

— Отвернись, — прохрипела я и зашарила взглядом по полу.

Трусики обнаружились возле кителя Дмитрия. Подняв белье, посмотрела на своего первого мужчину. Тот стоял у одного из стеллажей спиной ко мне. Белоснежная рубашка уже заправлена в брюки, поза расслабленная. Складывалось впечатление, что для некроманта ничего существенного не произошло.

Как у него все просто.

Горько-соленая влага потекла по щекам, но я запретила себе реветь. Не при нем. Потом поплачу.

Попыталась стереть с кожи собственную кровь и его биологическую жидкость. Получалось плохо: клочка ткани явно не хватало. Видимо, без душа никак. Скомкала испачканные трусики. Не желая оставлять их здесь, засунула в карман платья.

— Я готова, — оповестила холодно.

Мужчина с ленивой грацией хищника повернулся. Бесшумно подошел.

«У него радужка опять золотистая», — отстраненно отметила, не испытывая ни толики прежнего восторга.

Спокойный до безобразия некромант поднял с пола свой форменный пиджак:

— Наденешь?

— Спасибо, обойдусь, — процедила я, сжав кулаки. Злость, обида смешивались в убойный коктейль. — Мой источник восстановлен?

— Да, — подтвердил Дмитрий.

— Можем отсюда уходить?

Он кивнул. Без спешки надев китель, протянул мне руку. Я вздрогнула и с трудом сдержалась, чтобы не отшатнуться.

«Вот истеричка! Прекращай!» — одернула себя мысленно.

Посмотрела на невозмутимого цесаревича и вдруг поняла: он не собирался меня убивать, как и делать нежитью. А свобода выбора — лишь иллюзия. Дмитрий планировал этот секс!

Любопытно, чего же он хотел достичь? Зачем ему это было нужно?

— Что получает мужчина от полового акта с серебряной ведьмой? — выпалила, не давая себе передумать. Несмотря на весь самоконтроль, голос дрогнул.

Дмитрий медленно опустил руку.

— В нашем мире шесть основных направлений магии: земля, вода, воздух, огонь, некромантия, менталистика. Одаренный способен владеть только одним. Даже целительство базируется на том виде магии, к которому предрасположен маг. Я читал студентам лекции по некромантике сугубо в общеобразовательных целях. Ни один из них не смог бы применить знания на практике. Но есть исключение — серебряные ведьмы.

Похоже, сейчас узнаю, в чем же уникальность дара таких, как я. И почему-то кажется, что это мне не понравится.

И цесаревич не подвел.

— Обладательницы серебряной метки способны волевым усилием воздействовать на физиологические процессы в организме человека. Но главное — они могут использовать какое угодно направление магии. Хоть все сразу, если заблагорассудится. Серебряные ведьмы — это маги-универсалы. После близости с такой женщиной дар ее избранника увеличивается многократно. Кроме этого, мужчина на короткое время обретает способность управлять всеми типами магии. Именно поэтому такие девушки в высшей степени желанны для всех без исключения родов.

Я поморщилась. Как же мерзко-то.

— А что получил лично ты после секса со мной? — спросила в лоб.

— Возможность жить как нормальный человек, — сказал он так, словно иного и в мыслях не держал.

И ведь снова не лжет. Всего лишь недоговаривает.

— Сформулирую иначе, — я прищурилась. — На какой срок ты стал магом-универсалом?

— До конца жизни, — обронил Дмитрий небрежно.

Вот оно как. Выходит, на трон взойдет не просто законный наследник престола, но и самый могущественный маг в государстве. Впрочем, он преследовал одни цели, я — другие. В итоге каждый добился чего хотел.

Откуда же чувство, что меня использовали?

Неимоверно хотелось плюхнуться на пол и разреветься в голос. Воткнула ногти в ладонь. Физическая боль немного облегчила душевную, помогла отстраниться от эмоций и собраться с мыслями.

Как только выйду, ко мне вновь прилипнет призрачная боярышня. Значит, первым делом необходимо заняться ее освобождением. А еще есть гад, устроивший цирк с рынком и бывшей поломойкой.

— Стоит опасаться человека, который привел меня в академию? — спросила, не глядя на цесаревича. Не находила сил на него смотреть.

— Нет. Сегодня же разберусь с этим, — пообещал Дмитрий. В его словах, как и всегда, слышалось спокойствие и безграничная уверенность.

— Спасибо, — поблагодарила сипло. Горло перехватил спазм. — И все же возвращаться в замок я не хочу. Сможешь нас с привидением прямо с сумеречного уровня отправить за территорию академии?

— Да. Куда ты хотела бы попасть?

— Во Владимир.

— Хорошо.

Он во второй раз протянул руку. Переборов омерзение, я подала свою.

Все вокруг поплыло. Миг — и я, уже ничему не удивляясь, стою перед знакомой монолитной черной преградой.

Дмитрий скользнул мне за спину. Взялся за запястья, прижался всем телом.

Дико захотелось вырваться, сбежать. Но я призвала себя к порядку. Скоро все закончится. Надо еще чуть-чуть потерпеть.

Отчего же он медлит?!

— Вы с привидением выйдете у одной из гостиниц Владимира. В кармане платья деньги, — сообщил некромант. Его теплое дыхание коснулось шеи, и я едва не передернулась.

— В том, где грязные трусы? — прошипела, пытаясь сдержаться. Но все же сорвалась: — Решил заплатить за секс?! Как шлюхе?!

Не реагируя на выпад, Дмитрий тихо произнес:

— Нам нужно многое обсудить. Сейчас ты не готова. Приду, как только освобожусь, — и прижал мои ладони к прохладной стене. Черный камень начал стремительно светлеть.

— Не стоит, — процедила я. Душу раздирала буря чувств.

— У тебя все будет хорошо, обещаю, — прошептал мужчина. Его губы нежно коснулись виска.

А в следующую секунду он впечатал меня в молочно-белую стену.

***

С неба сыпал мокрый снег. Студеный ветер трепал подол платья, пробирал до костей. Мелко дрожа, я стояла у стены дома неподалеку от перекрестка и не верила собственным глазам. Напротив, на другой стороне дороги, над входом в роскошное здание сияла солидная вывеска: «Гостиница Боголюбских во Владимире».

«Вот это да! Вот это да!» — заевшей пластинкой крутилась в голове одна и та же мысль.

Из ступора выдернул голос перепуганного привидения:

— Что происходит? Как мы здесь с тобой очутились?

— Дмитрий посодействовал, — просветила я деву и обняла себя за плечи.

Спустя долгую паузу призрачная боярышня пробормотала:

— Иди в тепло, замерзнешь.

Я промолчала. Сколько денег засунул мне в карман Дмитрий, не знаю, но, вероятно, на номер в этой гостинице должно хватить. Да вот только заведение цесаревич выбрал слишком пафосное. Я же выгляжу как непонятно кто, и, скорее всего, в заселении мне откажут.

И о чем он думал, отправляя нас с привидением сюда?!

Из дверей шикарного здания выскочил мужчина в красной ливрее, отделанной золотом. Подошел к старичку бомжеватой наружности, мирно стоящему у обочины, и с гневным выражением лица что-то ему сказал. Тот моментально сутулился, опустил голову и побрел прочь.

Что и требовалось доказать. Даже нет смысла соваться.

Промокшее платье липло к телу. Отяжелевшая ткань, казалось, забирала последние крохи тепла. Выбивая зубами чечетку, я осмотрелась, пытаясь найти место, где смогу обогреться и добыть информацию о бюджетных гостиницах.

Так, за моей спиной торец какого-то здания без намека на окна и двери. А рядом с фешенебельной гостиницей светятся витрины не менее помпезных магазинов. Оттуда меня гарантированно выгонят. Взашей.

Надо срочно идти в тепло, а то околею.

Редкие прохожие, к сожалению, все были мужчинами. Расспрашивать их — рисковать понапрасну.

Заметив приближающуюся женщину, я поторопилась шагнуть ей навстречу.

— Что ты затеяла, ненормальная?! — возмущенно воскликнула призрачная дева.

Не реагируя на возглас привидения, я собрала волю в кулак и постаралась не трястись как продрогшая бездомная собака.

— Нищенкам не подаю, — презрительно скривилась элегантно одетая дама.

— Ваше право. Но я и не собиралась просить подаяния. Ответьте, пожалуйста, на один вопрос.

— Какой? — нахмурилась незнакомка.

— Мне требуется комната и еда, и деньги у меня есть. Откуда в таком виде не выгонят?

Дама осмотрела меня с головы до ног.

— Ну если тебя и в этот, — она усмехнулась, — дешевый гостевой дом не пустили, то посоветовать нечего, — и, надменно задрав нос, пошла дальше.

Она издевается? Сильно сомневаюсь, что в этом мире фешенебельные гостиницы считаются дешевыми.

Резкий порыв ветра хлестнул по лицу. Я скукожилась и побрела на прежнее место.

И тут до меня дошло. А что если дама имела в виду не гостиницу Боголюбских, а то здание, возле которого я стояла до того как осмелилась подойти?

На всякий случай еще раз оглядела боковую сторону дома: ни намека на вход. Наверное, стоит добраться до фасада здания. Покрепче обхватила себя за плечи и быстро пошла вдоль стены. Свернув за угол, прошла еще полтора десятка метров и наконец-то наткнулась на вход и неброскую вывеску: «Гостевой дом ‟Заря”».

Без раздумий распахнула дверь и вошла.

Тренькнул колокольчик, предупреждая о посетителе. Кроме меня и привидения, в небольшом помещении никого не было, и я облегченно выдохнула. Хоть есть время, чтобы перевести дух.

Вскоре благословенное тепло растеклось по телу, дрожь унялась. Я осмотрелась. Метрах в пяти от входа убегала на второй этаж натертая до блеска деревянная лестница. У левой стены размещалась скромная стойка регистрации, у правой — притулились вешалка и потертый диван. За видавшим лучшие дни предметом мебели начинался коридор.

Как-то здесь тихо. Безлюдно.

— Откуда у тебя деньги?! — ошарашенно поинтересовалось привидение.

Общаться с призрачной девой не тянуло. Пользуясь моментом, решила узнать, сколько наличных в моем распоряжении. Засунув озябшие пальцы в карман, вытащила вместе с паспортом слипшиеся от влаги купюры. Подошла к стойке, бережно положила на нее уже вторично промокший документ, удостоверяющий личность, пересчитала деньги.

Триста рублей. Это много или мало?

— Добрый вечер. Чем могу вам помочь? — раздался приятный голос.

Вскинув голову, я увидела стоящую за стойкой седую женщину. Приоткрытая дверь за ее спиной подсказывала, откуда так незаметно появилась сотрудница.

— Добрый вечер, — я растянула непослушные губы в улыбку. Сразу не прогнали, значит, есть шанс остаться. — Я хотела бы у вас поселиться.

Пожилая женщина глянула на купюры в моих руках и небрежно выдала:

— Стоимость самого дешевого одноместного номера с удобствами — пятьдесят рублей в сутки. В сумму включено трехразовое питание.

То есть моих трехсот рублей хватит на шесть дней. Но без верхней одежды никак не обойтись, так что все деньги тратить нельзя.

— Я остановлюсь на трое суток, — я положила рядом с удостоверением личности три мокрых бумажки. Надеюсь, оставшихся денег на куртку хватит.

Старушенция шустро сцапала купюры. Развернула сложенную вдвое картонку паспорта, прочла текст. Насупилась. Но спустя несколько томительно долгих секунд принялась с показной неохотой заполнять какой-то бланк.

Уф-ф-ф. Обошлось.

— Этот гостевой дом совсем не дешевый, — зашептала мне на ухо призрачная боярышня. — Я не бывала в гостиницах, но слышала, сколько матушка платит нашим горничным в особняке: в месяц двадцать пять рублей. А тут всего-то за сутки попросили пятьдесят. Тебя обманывают.

М-да уж. Но даже если меня и развели, как обыкновенную лохушку, деваться некуда.

— Ваша комната тринадцатая. Первый этаж, прямо по коридору, последняя дверь, — сообщила женщина, швырнув на стойку ключ с металлической биркой.

Забрав паспорт и ключ, я спросила:

— Ужин в какое время?

— Через час вам его принесут, — буркнула пожилая сотрудница и отвернулась.

Что это с ней? Опечалилась, что дешево сдала номер изгою?

Игнорируя неприкрытую грубость, я пошла в свое временное пристанище. Комнатка оказалась маленькой, с минимальным набором мебели, но на удивление уютной. Закрыв дверь изнутри на замок, я положила на круглый журнальный столик ключ, мокрые деньги и удостоверение. Открыла створки платяного шкафа. На вешалке сиротливо висел банный халат, на нижней полке стояли одноразовые тапочки.

Внезапно нахлынули эмоции, еще мгновение — и разревусь в голос. Чтобы не показывать привидению, насколько мне сейчас плохо, я сдернула халат, схватила тапки, просипела:

— Пойду помоюсь, — и юркнула в узкую дверь.

Внутри крохотной комнатушки, слава богу, был санузел. Глотая слезы, я положила вещи на полочку, кое-как настроила воду. Затем судорожно стянула с себя мокрое платье, кинула его на пол, забралась в ванну и горько расплакалась.

За что мне это? За что?!

Уткнулась лицом в ладони, вместе со слезами выплескивая из себя все, что накопилось.

Не могу больше! Не могу!

Глубоко вдохнув, погрузилась в воду с головой. Вынырнула, только когда от нехватки воздуха в груди запекло. Убрала с лица волосы и легла на спину. Теплая вода ласково обволакивала тело, успокаивала. И возвращала способность мыслить здраво.

Я рассматривала трещину в потолке, а разум анализировал произошедшее.

Что имею? С магическим источником уже все в полном порядке. И это неподдельно радует. А вот остальное не внушает оптимизма. Да, у меня уникальный дар ведьмы и редчайшие способности мага-универсала. Однако ничего хорошего в этом нет.

Во-первых, даже не представляю, как этим всем пользоваться. Магия для меня — как для дикаря атомный реактор: ни капли непонятно, очень интересно и крайне опасно для окружающих.

Во-вторых, теперь о моей «уникальности» знает куча студентов элитной военной академии. Чем мне это грозит? Подозреваю, особо упертые дворяне начнут искать «потерявшуюся» серебряную ведьму. Во что это выльется в итоге, даже думать не хочу.

Что еще? Я изгой, у меня нет знаний об этом мире. Как нет ни одежды, ни средств к существованию. За мной по пятам следует призрак бывшей хозяйки уже моего тела. Под порывом эмоций я поклялась ее освободить и невольно подкрепила клятву магией. Ах да, еще и потеряла невинность с будущим императором России.

Вот я «молодец»! В этом мире нахожусь чуть больше суток, а столько успела!

Кстати, насчет будущего императора. Какого пушистого полярного зверя я разобиделась на некроманта? Ну да, мой первый половой акт оказался не таким, о каком я мечтала. И что? То-то и оно — ничего. Экстренное бегство из академии лишь усложнило мою и без того непростую жизнь. И стоит признаться самой себе: я удрала от единственного человека, который, пусть своеобразно, но реально помог. И до этого помогал не один раз.

Ну да что толку досадовать на себя. Что есть — то есть.

Взяла мыло. Отмывшись до скрипа, выбралась из ванны. Вытерлась висевшим на крючке полотенцем, надела халат и посмотрела на свое отражение в зеркале.

Нос красный, в глазах безнадега. Одно слово — «красотка»!

И чего выбрала секс, а не бессмертие? Высшая нежить определенно имеет преимущества перед людьми: на холод не реагирует, в теплой одежде не нуждается, пить-есть не хочет. И всегда сохраняет трезвый рассудок.

Вернувшись в комнату, под напряженным взглядом висящего в воздухе привидения подошла к кровати, села на край и сложила руки на коленях.

Мне нужна информация и помощь. Но где все это искать?

— Ну здравствуй, серебряная ведьма, — раздался чей-то низкий голос. Испуганно пискнула и тотчас затихла боярышня.

Чувствуя, как сердце переместилось в пятки, я медленно повернула голову. В двух метрах от меня возвышалась здоровенная фигура в черном плаще.

Привратник?!